Мертвая петля

Глава 1

Чтобы подойти к ближайшему городу, захваченному нежитью, и встать на безопасном расстоянии, нашему войску потребовалось меньше недели. Завтра — в наступление.

Тренировки проведены на ходу. Командиры, насколько смогли, сладили войско. Теперь можно не бояться, что наш бой с мертвецами обратится в собачью драку. Осталось только дождаться этого самого завтра. Переждать очередную головомойку, благо, не мою, переговорить с приятелями и переночевать.

В палатке главнокомандующего тепло и уютно: воздух греют специальный артефакт и жаркие слова человека, который командует походом нашей маленькой армии. Не от похвалы, увы. Начальство было занято накручиванием хвостов, как и любое начальство, что не дает подчиненным распуститься. Нравилось ли это подчиненным? Не думаю. Но если бы главнокомандующий оказался добрым и всепрощающим, авантюристы бы запили в первый же день, отмечая «начало славного похода». Железная дисциплина — вот, что не дает развалиться нашей маленькой армии.

— Исжак! — прорычал лорд Арк, в последнее время с моей помощью изрядно набравший политического веса. — Почему егеря-разведчики из твоего отряда не засекли отряд призраков во время патрулирования?!

— Дык мы как-то не думали, что они сзади войско обойдут, — оправдывался егерь. — Нежить, она жеть тупая. Город — перед нами, обычно оттуда все прут, а вот чтобы сзади обойти...

По мере оправдания егеря лицо Арка темнело от приливающей крови. Наконец лорд не выдержал, заорал совсем не по-аристокрачьи:

— На передовую пойдешь, вместе со своими никудышными бойцами, смазкой для зубов вампиров! Распустились, м-мать, по сторонам не смотрите! А если бы в это время у лагеря на посту стоял не авантюрист Шилко, а деградант вроде вас, который тоже думать не стал бы?! Ты понимаешь, что случилось бы?! Ты, скотина, едва не запустил в лагерь нежить! Кто ты после этого?!

Остальные, участвующие на «брифинге», смотрели в пол, либо отводили глаза. Атмосфера в шатре стояла напряженная.

Я не волновался, что лорд вдруг вспомнит мои грехи — за мной их не водилось. Да и нюансы межличностных отношений в этой ситуации тоже играли роль: хоть я и выполнял приказы лорда, был скорее не подчиненным, на которого можно орать, брызгать слюной и топать ногами, а «союзником, присоединившимся к походу». Трое моих личных големов: Железный, Пламенный и Тенеплет могли с легкостью вынести отряд из пяти горных троллей, которые, по слухам, до появления нежити населяли западные горы. Кроме этой троицы у меня имелись пятеро волков и пятьдесят машин поплоше, арендованных у Гильдии Големостроителей и еще несколько «пауков» — самоходных арбалетных установок. Такая сила превращала меня из обычного человека в «уважаемого мастера Вилатоса», который, если осерчает, или двинется головой и мысленно отдаст команду подконтрольным машинам, три четверти союзного войска перестанут существовать. Волей-неволей обойдешься без крика, даже если очень хочется.

Выорав все эмоции, и напускные, и реальные, лорд перешел на спокойный тон.

— Сегодня авантюрист по прозвищу Шелест собирает отряд. Вечером они выдвинутся к некрополису. Подойди к авантюристу, скажи, что пойдешь с ним, и обязательно скажи, что готов кровью искупить вину. Твоему отряду я назначу другого командира.

— Есть! — козырнул незадачливый разведчик.

— Пошел! Р-распустились...

Не сказать, чтобы в нашем войске царили разброд и шатание — лорд старался, чтобы этого не произошло, и любую оплошность и провинность выносил на общее обозрение как раз для того, чтобы в будущем подобное не повторилось. Толпа авантюристов, городские войска и войска союзных лордов поначалу были огромной веселой толпой, идущей «нагибать» нежить, но после пятого дня похода усилиями лорда веселая толпа стала больше напоминать хмурое войско. И нападки нежити, не такого уж легкого противника, как считалось раньше, добавляли людям серьезности и внимательности. Когда посреди луга кусок дерна отходит в сторону, а твоему товарищу вцепляется в ногу вурдалак, прокусывая тонкую кожаную броню и дробя зубами кости, поневоле начинаешь ценить жизнь и сомневаться в хвастливом обещании «да за день город вынесем», который раньше принимал за постулат. И начинаешь смотреть по сторонам. Говорят, у разведчиков навык «чувства опасности» качается с безумной скоростью. Не мудрено — у кого навык не качается, тех в лагерь на руках приносят. Опасностей здесь хоть отбавляй: костяные гончие, рыцари смерти, призраки, гули, зомби. Даже блуждающий огонек может задурить голову, если будешь щелкать клювом и класть на заветы бывалых товарищей и отцов-командиров.

Мы разобрали еще пару случаев, где опростоволосились солдаты, и наконец, совет закончился.

— Свободны! — скомандовал лорд.

На улицу идти совершенно не хотелось: там ветер и мелкий дождик. Холодно, зябко и мокро. Осенняя сырость забивается под плащ и свитер, а спустя сутки ты забываешь, что такое сухое белье. Но проситься отдыхать в шатре главнокомандующего, когда есть свой — как минимум странно.

Почему никто не озаботился созданием личных обогревающих артефактов? Смертоубийственных полно: мечи на любой вкус, арбалеты, жезлы, стреляющие магическими шарами. Защитных тоже хоть завались: вон там, на телегах лежат каменные кубы, которые могут за секунды развернуть над лагерем купола магической защиты, есть и доспехи, и кольчуги, и даже кольца, отклоняющие стрелы, а вот обогревающих нет. Их бы, конструкторов-изобретателей, для профилактики закинуть в здешнюю сырость: на коленке бы сумели спроектировать и собрать артефакты.

Я дождался, пока на выходе из палатки исчезнет толкающаяся плечами толпа, и вышел за порог последним.

Ветер швырнул в лицо пригоршню мелких капель, над головой злорадно закричал ворон. Обожаю осень.

Пока шёл по лагерю, меня провожали шепотками:

— Смотрите, идет Архитектор! Архитектор големов...

— Знамени-итый, — с завистью протянул молодой мечник. — Говорят, он зачистил два кургана, и оттуда больше не лезет нежить.

Купаться в общем восхищении не слишком хотелось, да и не вышло бы: в лагере хватало и тех, кто не слишком-то меня любил.

— Этот мальчишка? Да у меня сын старше. Хер бы он курганы зачистил! — тихо буркнул копейщик в кольчуге.

— Ох, Стаклий, нагнет тебя батька-сержант за такие разговоры, не посмотрит на твои седины...

Кроме пустой болтовни, слышались и стоящие разговоры. Кто-то рассуждал в своих отрядах, как лучше бить ту или иную нежить, умельцы мастерили ловушки, которые оставят после того, как лагерь снимется с места. Стихийники медитировали и наполняли резервы доверху. Рунные маги носились по лагерю, проверяя печати и артефакты: кроме обычных дозоров и разведчиков, лагерь защищали следящие печати и защитный купол, только вот рядовые разведчики не должны были знать о них. Вряд ли в войске найдутся предатели, но лучше уж каждый будет выполнять свою работу ответственно, а не надеяться на магию.

С каждым днем люди становились собраннее и злее. Нежить достаточно поганила судьбы, о чем не уставали напоминать рядовым и сержантам отцы-командиры, поддерживая боевой дух и вскармливая ярость и ненависть. Вечером отряд Шелеста сходит на разведку, а вот завтра с утра начнется наступление.

Я наконец дошел до шатра. Плащ намок, по лицу текли капли, благо в сапоги вода не попала. По сравнению со вчерашним ливнем сегодняшняя морось — шутки. Хорошо, что погодники теперь работают, не покладая рук, и уверяют, что больше ливня не допустят. Жаль, что не могут разогнать тучи совсем — среди личей, похоже, есть свои погодники, не потерявшие навыки после гибели. Если бы лекари не справлялись с простудой и недомоганием едва ли не щелчком пальцев, было бы в разы хуже.

Кстати, пару слов о составе войска. Несмотря на то, что големостроителей в городах было не меньше сотни, в поход пошли всего трое, я и мои приятели: Ильза и Ахрил. Мастера Гильдии в поход не шли. Уважаемые пожилые големостроители слишком привыкли к комфорту, к дому, женам и любовницам. Мастера чересчур любили жизнь и не любили риски. Вот если войско не поляжет, если поход впервые за семь лет увенчается успехом: мы достигнем города, выдавим оттуда нежить, вскроем банковские хранилища и ячейки, вынесем золото и артефакты, спрятанные в тайниках богатых кварталов, вот тогда мастера подскочат. Тогда поход на нежить станет им интересен. Прогнившие люди...

— Как прошло совещание? — спросил Ахрил, стоило мне войти. Парень сейчас сидел и в очередной раз правил клинки големов, которых я сделал для него и девчонки.

— Как обычно. Ничего серьезного не обсуждали, весь вечер разбирали чужие грехи.

Палатка у меня большая и удобная: можно опустить тканевые перегородки и разделить ее на четыре секции, что мы и сделали, когда установили ее. Правда, девушка, загадочно поблескивая глазами, вечерами норовит забраться на мою часть палатки. У меня есть подозрения, что она влюбилась и уже не отстанет, но пока наши отношения не выходят из разряда дружеских. Девчонка, правда, всеми силами старается показать симпатию: то приготовит мне чай из набранных по пути ягод и трав (после того, как понял, что чай мощно влияет на потенцию, больше из ее рук стараюсь ничего не есть и не пить), то будто невзначай сядет рядом и бедром прижмется, то шутливо обнимет. Я не сдержался бы, если бы романтику «первой ночи» не омрачал стойкий запах пота от всех, кто пятый день проводит в походе, однако поход отбивал все желание. Если что-то и случится, то точно не сейчас.

— Не говорили, когда выступаем? — вмешалась Ильза.

— Говорят, вечером Шелест, авантюрист с архетипом скрытности, пойдет в разведку к городу во главе отряда. В зависимости от того, что он увидит за стенами, будем действовать и мы.

— Неужели нельзя заглянуть за стены глазами каких-нибудь птиц?

— Личи пресекают эти попытки, а наши маги глушат попытки вражеских оракулов.

— Это хорошо, — протянула Ильза. — Значит, личи не сильнее наших магов.

Как по мне, на хорошую новость это не тянуло. Если личи с огрызками архетипов и навыков, которые остались у них после смерти, могут тягаться с нашими магами, значит, маги у нас — отстой. Единственная хорошая новость касалась меня одного и заключалась в том, что в городе есть личи. После одного пошедшего вразнос ритуала я получил весьма интересную способность, и очень полюбил встречаться с личами и высокоранговыми монстрами. Прямо тянет меня к ним.

— А в этот отряд можно пойти? Ну, добровольцем.

Я досадливо поморщился. Ахрил еще до похода загорелся идеей сражений, и с каждым разом отговорить его совать голову в мертвую пасть все сложнее. Разумеется, каждый — сам хозяин своей судьбы, но мне становится жалко времени, потраченного на обучение молодого големостроителя.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Тогда давай соберем свой отряд и пойдем вместе! Мы можем использовать наших големов и проникнуть внутрь города незамеченными!

Меня передернуло от мысли раньше времени сунуться в мерзкую морось.

— Я согласна с Ахрилом, — прилетел удар с неожиданной стороны. — Мы должны использовать все возможности, чтобы победить нежить. Если нам удастся незаметно проникнуть за стены, мы сможем нанести удар по мертвецам, когда они того не ожидают. Это ослабит их позиции!

Я вздохнул, сдерживая раздражение.

— Во-первых, Ахрил, мы не можем проникнуть внутрь города незамеченными. Единственный, кто может посоперничать с Шелестом, так это Тенеплет, но у авантюриста — отряд разведчиков, который сильнее Тенеплета, и может дольше оставаться незамеченным, понимаешь? Во-вторых, Ильза. Командир не дурак, и если бы у нас был шанс провести диверсию в городе, он бы нас отправил туда. И я не хочу рисковать ни вашими жизнями, ни своей.

— Мы големостроители, нам не обязательно лезть в гущу сражения. Можем подойти поближе, затаиться, и...

Я в очередной раз представил себе, как к городу скрытно двигается десяток металлических големов, и опять вздохнул.

— Напомни, каков радиус, на котором ты можешь сносно управлять големом?

— Километр, — нехотя сознался пацан.

— А на каком расстоянии от города встречаются патрули мертвой элиты?

Сын кузнеца промолчал, потому пришлось отвечать мне:

— На полутора километрах. Мы просто сдохнем. Так что давай обойдемся без повторения твоего прошлого аргумента, мол, нужно напасть прежде, чем мертвецы укрепят оборонительные линии. Дождитесь завтрашнего дня, и уже тогда повоюем. Чего торопиться? Будто отберут у вас всю нежить или славу.

Вот кому нужно было прогуляться не под прикрытием големов, которых от дождя защищает полотно общего шатра, а среди солдат. Один раз увидишь, как монстр отгрызает приятелю ногу, вмиг отбросишь неуемную тягу к приключениям. Рев человека, которого заживо жрут, вообще здорово отрезвляет — по себе знаю.

Надо было взять их с собой в подземелье, этаж на пятый, чтобы выбить из задницы детство и приключенческую романтику.

При воспоминании о подземелье по спине пополз холодок. Не-ет, этот путь для меня уже закрыт. Лучше я сам проникну в мертвый город, без поддержки и прикрытия, чем еще раз спущусь туда, где едва не сдох, расплющенный каменными плитами. И справиться с беспрецедентной силой подземелья мне не помогли ни мое мастерство, ни прокачанные навыки, ни даже голем, которого я считал способным на все.

А ребята... Ребята завтра сами все поймут. А я постараюсь проследить, чтобы урок не стал для них последним.

Я провалился в сон, как в пропасть. И проснулся рывком. За стенами палатки слышались разговоры, чей-то недовольный голос и крики сержантов, поднимающих бойцов.

День битвы, судьбоносный день. Сегодня решится, твари мы дрожащие, или имеем право.

Глава 2

Я вышел из палатки и замер, осматриваясь.

Лагерь огромного войска перед боем напоминает огромный рынок. Люди ходят между палатками, разговаривают, орут, бегают в поисках товарищей. Командиры десятков едва ли не пинками выгоняют подчиненных строиться за пределами лагеря. На моих глазах молодой авантюрист-копейщик зачем-то запихивает в рюкзак свои вещи, а потом и надевает его.

У кого-то вещи пропали, у кого-то наоборот — нашлись лишние. До мордобоя пока не дошло, но кто знает, что начнется чуть позже.

Все взвинчены, все на нервах. Сегодня битва. Не мелкие стычки с нежитью, как прежде, а полноценная битва. Сегодня будут умирать люди.

Заглядываю в палатку.

Приятели уже оделись. Ильза то ходила по палатке, суетливо перекладывая с места на место вещи, то застывала перед своим Ядиком — личным големом. Ахрил в очередной раз точил и без того бритвенно-острые клинки голема.

— Собирайтесь и подходите к шатру лорда минут через десять. Я буду там — нужно переговорить с главнокомандующим.

В шатре командира ждали только меня. Все командиры собрались здесь и слушали лорда, но стоило мне зайти, как Арк прервался посреди слова, хлопнул в ладони:

— Ладно, сейчас это не столь важно. По поводу вчерашней вылазки: Шелест сказал, что мертвецы забили улицы города, так что провести полноценную разведку не получилось — даже скрытника заметят, если он пойдет по головам. Вилатос, раз уж ты здесь, расскажи, что передает твой голем?

Я переключаюсь на Тенеплета, который сейчас висит с внутренней стороны городской стены. Ближе у машины подобраться не получилось — город оплетали сторожевые заклинания, а вот край западной стены плетения не цепляли: там-то и притаился голем.

Город набит нежитью до предела. Трупы прижимаются друг к другу плечами, спинами и животами, полусогнувшись, стоят на подоконниках. По крышам ходят костяные псы, хлеща свои бока гибкими хвостами. Пару раз я замечал блуждающие огоньки

Описываю лорду и собравшимся, что увидел. Тот морщится:

— Шелест то же самое описывал. Город набит трупами, это я знаю. Но их мало, чтобы победить нашу армию! Твой голем может спуститься вниз, и пошарить по ангарам, ратуше, зданиям Гильдии и самым крупным домам? Если там сидят костяные драконы, тролли или прочая массивная гниль, лучше бы об этом знать.

Качаю головой, рассматривая через визуальный модуль напитанную гнилью паутину нитей. Если бы был уверен, что там нет боевых заклинаний, а только сигнальные — отправил бы голема дальше. А терять полезнейшую машину не хочется.

— Ладно, — ворчит лорд. — Честно говоря, я был уверен, что личи отправят нежить на лагерь ночью, думая, что мы не будем готовы. Если не напали, тогда действуем, как и планировали. Нежить уверена, что нам придется брать город штурмом? Значит, удивим засранцев. Стройте свои подразделения, через час выступаем... Вилатос, останься.

Покидающие шатер командиры кидали на меня косые взгляды: их напрягало, что я больше приближен к командиру, чем они.

Оставшись со мной наедине, лорд Арк притушил командирский голосок.

— Тенеплет твой готов? Все пройдет без накладок?

— Энергии у него хватает, так что должен справиться. Если мертвецы не предусмотрели мощные защитные заклятья от кислоты, и не встроили их в защиту своего города, все будет в порядке. Но вряд ли, — качаю головой. — У них там и так хватает всяких плетений, сомневаюсь, что они защитились от всего. Антипламенные чары я бы на их месте навесил, антисейсмические, как самые разрушительные. Но не больше.

— Хорошо-о, — протянул лорд. — Рунные маги трудятся уже третью ночь без сна, подготавливая ритуал, но обещают, что никакие защитные купола на территории радиусом в пять километров действовать не будут.

Жаль — пятерка псов как раз обладает такими артефактами защиты. Впрочем, если выбирать между защитой пяти своих големов и защитой города, забитого нежитью до отказа, я пожертвую големами.

— Кстати, вот что хотел спросить: может, стоит забросить псов в гущу битвы? Заменить отрядом обычных копейщиков, или мечников. Я уверен, что псы лучше проявят себя в атаке.

— Нет. Твоя пятерка големов — хорошая сила, но пусть они позаботятся о наших мертвецах. Не хочу, чтобы нам в спину ударили наши же мертвые собратья.

К тому же, меня и так не слишком уважают в войске, и для боевого духа лучше будет, если «контрольный» удар по голове своих же раненых и убитых будут наносить мои големы, а не команда убийц из таких же авантюристов.

Разумеется, если мы вообще победим в этой битве. Про «выживем» даже не говорю — в своем выживании я уверен, да и знакомых смогу прикрыть. Почти шесть десятков големов, если считать и моих, и арендованных — этой силы хватит на многое.

Выхожу наружу, перехватываю Ахрила и Ильзу и веду прочь из лагеря.

Войско выстраивается. Зычно орут командиры, носятся между палаток запоздавшие. В жадные ручонки выстроившихся авантюристов падают фиалы с дорогущими зельями лечения. Надеюсь, при ранениях у людей хватит ума сразу использовать эти зелья, а не спрятать, надеясь потом продать.

Муравьиная толпа выстраивается в боевые отряды. Без накладок не обходится — кто-то забыл, где его место, кто-то струхнул перед сражением, и решил, что больной живот позволит ему отсидеться. Командиры матом и пинками отправляют подчиненных на места.

— Командуй своему голему: пусть вытряхнет душу из мертвяков, — приказывает лорд, и я транслирую команду Тенеплету.

Голем, что по-прежнему висит на стене города, переходит с изнанки в реальный мир и достает из-за спины мешок, набитый артефактными сумками.

Зельеварни Оклорда, Вяжска, Чиуриса и Кробска трудились неделю, варя в огромных котлах кислотные смеси. Все эти жидкости были трудолюбиво залиты по бочонкам с укрепляющими рунами, по большим стеклянным бутылям. Все емкости разложили по сумкам со свернутым пространством, а теперь Тенеплет достает эти сумки, и в каждую такую кидает простенький артефакт-бомбочку. Сумка летит вниз по пологой дуге. Секунду спустя свернутое пространство выворачивает в пространство обычное: на месте сумки расцветает клякса тьмы, из которой сотнями литров льется кислота. Когда все, что было в сумке, вываливается наружу, клякса исчезает. В свернутое пространство нельзя засовывать артефакты — иначе артефакт испортится. Но даже этот закон можно использовать себе на пользу.

Осматриваюсь.

Магическая кислота сделала свое дело: потоки жидкости льются на мертвецов, за секунды плавя плечи, головы. С зомби сползает кожа, черепа дымятся и трещат разъедаемые кости. Дождь тоже сыграл свою роль: стоки давно забиты, на улицах некрополиса стоят лужи. Кислота не смешивается с водой, она, будто масло, растекается по воде и устремляется дальше, плавя и камень и ноги нежити. Попробуй повоюй, когда вместо ног — культяпки. Мертвецы валятся друг на друга, рычат, но в столь плотной толпе уйти из-под потоков кислоты не могут.

Вниз летит вторая сумка, пятая. Зомби внизу беснуются, но достать голема не могут. Зато могут вампиры и личи: в камень, где секунду назад сидел Тенеплет, попадает жирная темная клякса, и шипит, плавя булыжник.

Тенеплет быстро выкидывает оставшиеся сумки, уворачиваясь от атак. На стену прямо по плечам и головам обычных зомби и гулей бегут три вампира. Голем переносится в тень и спешит ко мне.

Кислота повредила несколько сотен простых мертвецов. И пусть в городе гораздо больше, можно сказать, что первый ход за нами.

— Сделано, — говорю я.

— Отлично. Если нежить не попрет из города, придется удивить их еще дважды, — высокомерно усмехается лорд.

Я понимаю, о чем он говорит: Арк владеет той же силой молний, что и Глебос, и может накрыть разрядами большую часть нежити, собранной в городе. Вот только я бы на его месте не стал наносить подобные удары: лучше экономить силы. Может, обычную нежить затем и собрали в городе, чтобы та приняла на себя мощные удары мастеров и грандмастеров, а потом сильнейшие мертвые маги нанесли свои удары?

Тем не менее, нежить все еще не спешила на выход.

— Взорвать стену! — командует Арк.

О том, что к стенам успели донести взрывные артефакты, я не слышал. Стоящие рядом командиры тоже недоуменно переглядываются. Выходит, миссия Шелеста была не только и не столько разведывательной, но еще и диверсионной.

Не отрываясь, смотрю на стену. С тихими хлопками на нижних каменных блоках расцветают алые взрывы — артефакты наверняка наполнены еще и стихийным уроном.

И стена оседает. Не знаю, кто именно и как закладывал снаряды, но вышло у него более, чем удачно — огромная каменная масса пошла вниз, а потом — накренилась в сторону города, опускаясь на забивших улицы мертвецов.

Арк улыбается.

— Вперед!

И войско медленно ползет к городу. Разведчики, скрытники и все, у кого хватает навыков, движутся перед людьми, разряжая и отмечая давно найденные ловушки.

Мертвецы все еще не спешат выходить за пределы стен, но свой ход мертвые сделали: пространство возле ворот захваченного нежитью города пошло алой паутиной. До меня донёсся оглушительный треск.

— Господа боги, что же тут творится... — с ужасом выдохнул стоящий рядом юноша-лучник. Наверняка соблазнился славой, или присоединился к походу, желая что-то кому-то доказать, а сейчас понимает, что реальность разительно отличается от надежд.

— Стоять! — заорали командиры. Правильно: от всего непонятного стоит держаться подальше.

Звуками дело не ограничилось. Из алых трещин потёк сизый туман. Дыры в пространстве разрастались, соединялись друг с другом, и уже можно было разглядеть, как с той стороны ворочается нечто огромное и явно недоброе.

— Магов сюда! — громко заорал лорд. — Пусть костьми лягут, но заткнут эту дрянь!

Но у магов, судя по всему, ничего не выходит. Трещины по краям поблекли, стали затягиваться, будто сама реальность стремилась залатать рану, но разрыв по центру ширится, наливается цветом. И вот с той стороны высовывается огромная рука: красная, лишённая кожи ручища с крючковатыми когтями. Следом за ней — вторая. Ладони цепляются за стены портала и раздвигают его в стороны, давая достаточно пространства, чтобы протолкнуть тело. Демон! Мертвецы вызвали кого-то из верховных обитателей преисподней!

— Лучники! — гулко ревет командир дальнобойного подразделения, прежде чем чудовище начнет ползти дальше. — А-агонь!

В поход собрались непростые бойцы. Каждый из них владеет архетипом и может усиливать себя, оружие, союзников, и свои атаки. Лучники — не исключение. Слитно слетают с тетивы стрелы, в полёте наливаясь красным цветом, белым, разделяясь на три снаряда и больше. Мимо портала пролетают не больше пяти стрел, остальные попадают, куда надо.

Руки твари обрастают стрелами. Снаряды, что пробили бы стальной лист толщиной в сантиметр, вонзаются всего до половины, до четверти, морозят, разрывают и жгут плоть. Пара метко пущенных стрел вонзается в основание кисти, и сразу же взрывается. Кисть отлетает в сторону. С той стороны слышится оглушающий рёв, но чудовище не лезет обратно — выдвигает культю и рывком раздвигает границы портала.

Команде командира дальнобойного подразделения следуют не только лучники. В портал летят огненные шары, кислотные сгустки. Кто-то из стихийников решил потратиться, и в небе сгущаются тучи, сползаясь к порталу. Грохочет гром, в демона одна за другой бьют молнии, но вреда не наносят — стекают по красной плоти. У него ещё и сопротивление к этой стихии. Прекрасно...

Ритуалисты основаниями посохов чертят на земле огромную фигуру, на ходу рассчитывая сотни задач, но ритуальная магия — одна из самых медленных, и люди не успевают. В наш мир протискивается демон: огромный, рогатый и взбешенный, похожий на чудище с гравюр сектантов.

Портал захлопывается, отрезая чудовищу хвост, и это приводит его в ярость. Демон снова ревёт, и вертится по сторонам, выискивая противников. До людей далеко, но за каменной стеной копошится нежить.

Демон запрыгивает на рухнувшие камни. Когтистая рука громадины хватает в охапку пару зомби, кидает в рот, но мертвечина приходится демону не по вкусу. Ещё трех мертвецов он разрывает, а потом красные глазенки находят нас. В руке возникает огромный хлыст, сотканный из пламени, и демон размером с водонапорную башню движется к нашим порядкам.

Нет, это не верховный демон. Скорее — одна из его личных собачонок. Верховный засыпал бы нас заклинаниями, вынудил активировать артефактные щиты, а после — принёс бы в жертву тех людей, которые не успели бы спрятаться под щит, и вызвал в этот мир свиту.

В дело вступает лорд Арк. Не преминув тихо помянуть «идиотов, которые целым войском не могут одного демона пристрелить», Арк шагает вперёд и исчезает, телепортируясь под стены города.

Я не слышу, что именно говорит и какой навык применяет лорд, достигший уровня грандмастера, зато вижу результат. Арк перехватывает контроль над тучей, которую оставил стихийник. Небо взрывается потоком молний, только бьют они в маленькую фигурку за спиной демона. Бьют, но не уходят в землю, а обтекают ее, сплетаясь в громадные рыцарские доспехи, вооруженные массивным топором. И вот уже у наших рядов стоит рыцарь размерами чуть пониже демона, но в плечах пошире. Смотреть на чудовище больно, столь ярко оно светится.

Демон новому противнику не обрадовался: зарычал, и хлестнул кнутом, метя в шлем. Рыцарь поднял руку, огненная плеть обмоталась вокруг кисти. Арк рывком дернул кнут на себя, и демон сделал пару шагов вперед, чтобы не упасть. Это добило последние остатки самообладания чудовища, и тот бросился вперёд, увернулся от удара топора рыцаря, но нарвался лишь на удар левой перчаткой. Отшатнулся, сделал пару мелких шагов назад, приходя в себя. Но я уже понял, что демону здесь не поздоровится.

Больше меня чудовище не волновало. Арк справится, а значит, стоит вступить в битву и мне.

Я пробежался вниманием по всем големам. Полсотни железных тел, глупых, но исполнительных, ждали команд. А тем временем ворота города распахивались, гнилая рать рвалась как в узкую щель, так и карабкалась по обломкам стены.

Ахрил и Ильза уже не рвались вперёд, а послушно стояли сбоку от меня, ожидая команд. Видать, прониклись видом боя и полчищ мертвецов, и утратили нездоровый задор. Не этого ли они ждали? Не к этому ли стремились? Нет, не к этому.

Тенеплет, Пламенный и Железный стояли позади меня тремя металлическими статуями. Рядом с ними замерли два низкорослых голема — эти уже не мои, а ребят. Все ждали команд.

— Держите оборону вокруг нас, — приказал я приятелям. — Подойдем поближе, и я каждому из вас передам контроль над двумя големами — сможете поучаствовать в сражении. Если еще не задали своим големам команды держать вокруг нас оборону, задав триггеры, советую сделать это как можно быстрее, потому что управлять одновременно тремя големами будет сложно.

Големам была отдана другая команда. Железный перешел на бег, Пламенный последовал за ним. Металлические тела, спрятанные до поры до времени в одной из палаток, зашевелились, споро выбираясь наружу. Мы скрывали их до последнего. Надеюсь, такого сюрприза мёртвое войско не ожидает.

Волна машин выплеснулась из лагеря, пробежала мимо нас, огибая сражающихся гигантов, опережая боевые отряды.

Металлический голем в сражении против обыкновенной нежити победит в девяти схватках из десяти. А если их будет пятьдесят, и управлять ими станет опытный големостроитель, они сомнут даже небольшое войско, в разы превосходящее их по численности.

Самоходные арбалетные установки, коих я успел собрать двадцать, аккуратно выходили из лагеря и двигались в окружную, прячась в траве от случайных мертвых взглядов. Если подойдут к нежити сбоку, будут сюрпризом.

Я ухмыльнулся, слушая крики воинов, рев демона и далекое рычание нежити. Битва начиналась.

Глава 3

Первые люди столкнулись с передовыми отрядами нежити. Кто-то попал в ловушки, которые не успели обезвредить, кто-то пал от удачного удара когтистой лапы.

Я шагал по полю битвы, переступая через мертвецов, на которых Ильза и Ахрил старались не смотреть. Зомби, что прятались в этом городе, достаточно подгнили и мумифицировались. Их кожа иссохла, оставив лишь тонкий слой на костях, почерневшие пальцы заканчивались когтями. Зрелище сюрреалистичное, если ты прежде нежить не видел.

Големы бежали гораздо быстрее авантюристов, и первыми достигли основной волны мертвецов. Отряд из полусотни металлических тел на фоне войска скелетов и зомби смотрелся бледно, но лишь до того момента, пока не началась схватка. Големы врезались в волну мертвецов, и звук трещащих костей наполнил воздух. Жуткие создания из гнилого мяса и костей падали под ударами клинков: сила в металлических руках была поразительной. Нежить разбилась о големов, словно о волноломы. Мечи косили скелетов, как траву. Каждый удар отправлял в полет тело-другое, машины прикрывали друг друга и атаковали вместе.

Железный, достигнув строя, разразился шквалом ударов. Пламенный тоже добрался до нежити, но его успехи в бою пока были скромными: голем был силён в другом.

Скелеты становились пылью, зомби умирали окончательно, как им и положено.

А потом — ударили маги-стихийники, которые под прикрытием големов и бойцов смогли подобраться к мертвому войску едва ли не вплотную.

Скоординированный удар десятков магов получился по-настоящему страшным. Посреди мертвой толпы полыхнули огромные костры. Поднялся ветер, раздувая пламя. Мертвая плоть с легкостью занималась пламенем. С посохов полетели ледяные сосульки, огненные шары, лезвия ветра и прочие простейшие заклинания. А потом — ударили ледяные маги.

Нежить справа попросту застыла, обратившись в ледяные статуи. По траве пробежал иней, земля покрылась льдом. Дохнуло ужасным холодом.

Хороший удар, мощный. Однако от него пострадали не только мертвецы — семь обычных големов застыли вместе с нежитью, и я уже не смог вернуть над ними контроль: значит, механизмы повреждены, и без ремонта в строй не вернутся.

Я выругался. Кто-то мне точно ответит за это, и стоимость повреждённых големов возместит. Зато Пламенный, который мог управлять холодом и огнем, теперь отступил за спины людей и големов, и сосредоточился на одной магии. Иней полз по земле, промораживал ноги мертвяков, заставляя тех ковылять, как на ходулях. Жаркое пламя лизало трупы, перекидываясь с одного тела на другое, и не угасало, пока мертвец не разваливался. Мана в энергокристаллах голема стремительно таяла, но и урон он наносил немаленький: мертвецы пылали и падали быстрее, чем добегали до людей. Будь у Пламенного возможность оказаться под маскировкой в некрополисе, он бы сжег всех мертвецов, которые не успели бы сбежать из города. Если бы, конечно, голему не помешали личи.

Наконец, до мертвых рядов добрались и люди: авантюристы и солдаты клана Кровавой луны заорали и врубились в нежить, под маты командиров, старающихся удержать строй, под летящие из-за спины огнешары.

И нежить перемалывали: десяток за десятком, сотню за сотней. Перемалывали и теснили. Но не обходилось и без потерь.

Я контролировал не только арендованных големов и троицу, но и пятерку своих големов-псов.

Машины носились между телами, оценивали повреждения. В руки легкораненого человека, если он находится в сознании, падал бутылек с зельем лечения. Если находили тяжелораненых, то щупальцами-манипуляторами разбивали зелье над раной и передавали расположение мне, а я — антропоморфному голему, сидящему в палатке лекарей. Голем говорил и показывал на карте места, где находятся тяжелораненые, а лекари или команда дюжих санитаров с носилками спешили на помощь.

Переключаюсь на главного пса, который вырастает рядом с раненым, что сидит, держась за рассеченное бедро. Воин выпил зелье, и кровь почти остановилась, так что обойдется без добавки — лекари потом подлатают.

— Нет! — всхлипывает он, смотря на голема. — Я... подвернул ногу. Все нормально, не добивай!

Легкораненых много, но много больше убитых — нежить старается бить наверняка.

Переключаюсь на следующего пса, потом — на другого. Големы бегут, оставляя за собой трупы. Неизменно пробивают голову, чтобы мертвец не возродился после смерти.

Трупы, трупы... Мертвые рты словно искривлены в ухмылках. Спрашивают, почему ты, Вилатос, не подготовил больше големов? Почему здесь лежим мы, а не твои машины?

Отвожу взгляд. Еще три отряда из пяти псов сидят по ближайшим деревням, защищают мирняк. Но виноватым себя не чувствую — один человек не может спасти всех. Не может защитить весь мир.

Да и не должен.

Ладно, с тылами у войска пока все в порядке: мертвые не встают. Войско теснит мертвецов, а значит, нежить должна сделать свой ход.

И — точно! Личи-кукловоды выдвинули на поле фигурки посильнее.

— Рыцари смерти! — заорал один из сержантов, заметив бронированную фигуру, где плоть срослась с железом. — Седьмой отряд, отойти! Отойти, мать вашу! Откройте уродов магам!

Седьмой отряд промедлил, отойти успели не все, но магам было плевать. В рядах рыцарей полыхнуло яркое пламя, сжигая и обычную нежить, и людей, которые оказались слишком близко к закованным в сталь фигурам. Вот только саму нежить не тронуло: на наплечниках вспыхнули рунные фигуры, и пламя отхлынуло.

И тогда напротив рыцарей смерти встали големы Гильдии. Сражение големов с рыцарями, жесткое и эффектное... не должно было состояться. Големы должны были биться с обычной нежитью, а маги — справляться с задачами сложнее. Если бы чароплеты были хоть чуточку дальновиднее, они предусмотрели бы, чем можно пробить защиту от стихий, артефактные доспехи или что-то подобное, но дураки растерялись и не продумали вариантов на этот случай. Наверняка сделали ставку на «тупую нежить». Сейчас маги суетились, люди, увидев невредимые фигуры нежити и гибель товарищей, паниковали, а лорд, который мог бы раздать отеческих подзатыльников и вернуть командирам контроль над отрядами, месил демона, вбивал его в землю.

И, пока големы стягивались к рыцарям смерти, раз, два, три... Три десятка авантюристов бросились назад, оставляя более храбрых товарищей умирать под ударами мертвых. На бегущих поглядывали с обеих сторон, и я видел, что если ситуацию не изменить, побегут и они.

Ну нет! Отпускать с поля боя больше тридцати воинов — явно не дело. Пусть они и трусы, но трусы полезные. Кроме меня ситуацию выправить некому — командиры бегущего отряда, явно мастера, сейчас были заняты тем, что затыкали брешь своими телами. Один — носился с потрясающей скоростью, разрубая как доспехи рыцарей смерти, так и обычную нежить, которую личи отправили в место прорыва. Другой — воздвиг огромную каменную стену шириной метров в пятнадцать, и сейчас стоял на месте, пытаясь удержать ее, пока пара храбрецов отбивалась от нежити, что уже успела обойти эту стену.

И пока покрытые царапинами и вмятинами големы стягивались к месту прорыва, как и обещал, перекидываю управление четверкой големов приятелям. Ильза и Ахрил резко замедляются, не в силах одновременно шагать и управлять механизмами. Пожалуй, остановлюсь тоже.

Рыцари сильнее, а големы — быстрее. Гибкие фигуры вдвоем-втроем накидывались на рыцарей смерти. Металл с чавканьем входил в гниющую плоть, летели головы и конечности. Големы разбирали тварей на куски. Все это сопровождалось скрежетом металла и пропадающей связью с големами: рыцари тоже не были безобидными. От тех пятидесяти механизмов, взятых в аренду, под моим контролем сейчас остались тридцать два.

Големы-псы мчатся навстречу бегущим трусам. Манипуляторы стегают воздух, но этим матерых авантюристов не пробрать — они от нежити бегут, что им големы...

Манипуляторы пробивают кирасу и тело солдата, изрядно опередившего товарищей. Голем напрягается, и щупальца разрывают тело на части Морщусь — наверняка потом придется менять детали, но сейчас важно решить другую проблему.

— Големы взбесились! — завопил кто-то. — Они наших режут!

В металлических бойцов летят заклинания, возле одного голема бурлит земля, но гибкие тела уворачиваются от атак, и атакуют второго солдата. Потом — третьего.

Жаль, не подумал поместить в псов голосовой модуль: сейчас бы получилось объяснить, за что. Но срабатывает и без объяснения: между смертью от големов и нежити авантюристы выбирают нежить. Я специально сделал казнь как можно более кровавой, чтобы помочь им с выбором.

Будто псы, пасущие овец, големы гонят людей обратно, туда, где уже сражаются големы Гильдии. Вижу, как по полю боя уже поднимаются новые трупы, и чертыхаюсь: вот и проблемы.

Однако со свежей нежитью справляются и без машин. Командир лучников замечает новую опасность, отдает команду, и стрелы пронзают черепа мертвецов. Все снова в порядке.

Сколько ни старался, и не смотрел через големов, личей так и не заметил. Наверняка сидят в городе, твари, в каком-нибудь плотно запертом подвале и направляют на нас орды мертвецов. С одной стороны, это хорошо: не придется сражаться с личами. С другой — плохо. Можно было выпить мертвеца.

Снова осматриваю поле боя.

Кроме организованного строя хватало и мастеров, которые бились в отдалении от остальных людей, чтобы не зацепить их своими атаками. Вот я через голема заметил авантюриста со шпагой, одетого в потертые кожаные доспехи. Вокруг человека кружили ледяные вихри, с ледяными призмами размером в ладонь. Авантюрист ловко двигался, заходя в самую гущу врагов, протыкая шпагой глазницы мертвецов, разбивая черепа. Льдинки принимали на себя удары когтей от мертвецов, которые нападали, но вместе с тем разрушались. Когда рассыпалась льдом очередная призма, авантюрист небрежно отсалютовал противнику, и шагнул, опадая льдом. Миг спустя фигура воина возникла за спинами людей. Ледяной бретер, если не ошибаюсь. Такие люди привыкли к индивидуальному бою, или к бою в командах, которых, кстати, тоже хватало. Эти действовали уже слаженнее: двое-трое танкуют, остальные — наносят урон. Такой связке не хватало хилера, но все лекари сейчас работали в поте лица над ранеными. И, что меня удивляло, некоторые раненые снова бежали на битву, стоило лекарю закончить с их лечением.

Нежити становилось все меньше. Теперь зомби и гули бежали не сплошным потоком, а группками. Неужели побеждаем?

Кто-то в тылу истошно заорал, и я отвлёкся от командования, обернулся.

Из леса выбегали огромные собаки. Длинные тени стелились над травой, стремясь добраться до рунных магов и бафферов, сидящих в тылу. Глаз зацепился за облезлую шерсть, свисающие куски кожи, белесые глаза. Костяные гончие!

Отозвать големов я смогу, только вот нежить доберётся до меня раньше. У Тенеплета после дежурства и диверсии энергии на донышке. Остается надеяться на отряд, поставленный стеречь лагерь и рунных магов, да на големов приятелей, если вдруг воины облажаются.

Я поежился. Неприятное чувство — знать, что твое здоровье зависит от других.

А со стороны города неслись прозрачные силуэты, двигаясь сплошным потоком. Та карта, которая может переломить ход боя. Призраки.

И пока в лагере разбирались с костяными гончими, я отдал приказ самоходным арбалетам, что прятались в траве. Каждый из големов, кроме обычных стрел, был укомплектован еще и серебряными. И теперь снаряды понеслись в призраков, за раз пронзая по два-три силуэта. Призраки разлетались на бледные искры, истаивали. Козырь мертвых обернулся пшиком — с оставшимися призраками, которые успели достичь мертвой армии, справятся и авантюристы. Или големы Гильдии — мечи каждого были посеребрены.

Что еще нам покажет армия мертвых, чем удивит?

А ничем. Лорд размозжил секирой голову демона, и обратился обратно в человека, вернувшись в ставку командования. Еще десять минут спустя нежить будто отупела. Мертвецы утратили собранность, перестали действовать слаженно, будто единый организм. Зомби в оставшемся войске, которого не так-то много и осталось, замедлились. Теперь они нападали порознь, спотыкались о павших людей и мертвецов, иной раз — опускались к телам и рвали их, тут же пожирая.

А еще пропало гнетущее чувство, которое давило на нас с самого начала битвы — личи, которые управляли нежитью, оставили своих марионеток.

Войска не сразу заметили, что нежить разбегается в разные стороны. Последней командой проигравшие кукловоды отправили мертвецов к окрестным деревням, защитники которых точно не готовы к отражению такой атаки. Зато были готовы мы: как я уже говорил, три отряда големов-псов сидели по деревням. Еще в одной сейчас был Глорис, мой первый наставник, по остальным сидели отряды Арка.

Сегодня нежить получила первый щелчок по носу. Сегодня мы, без преувеличения, изменили ход истории. Ведь я знаю, какой она, эта история, была.

Я послал големов внутрь городских стен. Сам дошагал до каменных блоков, оставшихся от куска стены, сел и стал наблюдать за тем, как добивают мертвецов. А когда их перебили — начал смотреть за людьми.

Солдаты бродили, будто сомнамбулы: оглушенные, перебоявшиеся. Битва длилась долго, так что люди перегорели, устали и бояться, и рваться в битву, и ненавидеть. Нет, хватало, конечно, тех, кто хохотал, бессвязно ругался, и хлестал заныканный алкоголь, готовясь забухать по-черному, но большинство вело себя адекватно, пусть и смотрели на тебя пустыми глазами и на вопросы отвечали с задержкой. Переваривали впечатления, так сказать.

Командиры не запрещали пить, не сгоняли людей, не строили. Добровольцам давали поручения, остальных не трогали. Задача, для которой и собиралось войско, выполнена. Осталось лишь собрать трофеи, разделить в соответствии с заслугами, и двинуться обратно. Только вот кто захочет обратно двигаться в составе войска, должен будет снова поступить в распоряжение командиров, и обязан будет соблюдать общие правила, хе-хе.

Ильза и Ахрил взобрались за мной, но прошли подальше и сели на мостовую, отвернувшись от стены. Оба выглядели... несвежими, скажем так. Лица зеленоватые, оба стараются не смотреть по сторонам, где добровольцы все еще носят и складывают трупы. Только сейчас поняли, что когда управляешь големом, который крошит нежить, ничего страшного не происходит, от этого не тошнит: нет запаха, и страх не душит, так как до врага, которого бьет голем, тебе идти и идти. А когда тебе приходится перешагивать через труп соратника, когда видишь, как зомби рассекает солдату грудину, или впивается в горло, вот тогда и ноги подкашиваются, и голова кружится. Так что проблевались оба, и не раз.

Зато теперь — опытные. Боевое крещение прошли, можно в бой посылать. Главное, что ни одна, ни другой с поля боя не побежали. Не струсили.

— Вилатос!

Я огляделся и заметил Арка, который стоял в компании командира магов и махал мне рукой с улицы. Спустившись с руин, присоединился к ним.

— Сколько успели проверить твои големы?

— Примерно половину города. Ближайшие кварталы чисты, но расслабляться все равно не советую.

В городе еще оставались монстры, и машины сейчас их добивали. Рыскали по подвалам, по чердакам и прочим местам, где можно спрятать мертвое тело. Авантюристов на такие задания не отправляли: потерь хватает и так.

— Вы проверили город?

— Да, — ответил вместо Арка маг. — Мои ребята сняли часть проклятий, висевших над городом, но другая часть пока осталась. В ратушу пока заходить не советуют: там оставили мощную ловушку, завязанную на приближение живых. По площади она не ударит, так что ходить рядом со зданием можно, а вот как обезвредить ее и не пострадать, пока не ясно. Возможно, понадобится помощь твоих големов.

— Но сейчас не об этом речь, — перебил Арк. — Вилатос, я помню, что ты просил за свою помощь.

Сказано это было больше для командира магов. Мол, Вилатос столь классный специалист, что запросил за свои услуги кое-что в обход общей добычи. И я это ему дам.

— Вы нашли его?

Арк хмыкнул:

— Я раньше был в этом городе, потому знаю, где находится здание Гильдии Големостроителей. Пойдем, посмотрим, сохранилось ли оно, и уцелело ли то, что хранилось в их подвалах до битвы богов.

Глава 4

Сразу к Гильдии мы не пошли: за полчаса мы нашли мага, способного обнаруживать магические ловушки, и специалиста, который умел находить ловушки обычные. И только потом выступили, привлекая внимание пятерых зевак, которые решили посмотреть, куда пойдет големостроитель, и какие сокровища вынесет.

Кстати, Арк с нами не пошел: у лорда неожиданно нашлись другие дела. Подозреваю, дела главы клана как-то связаны с городской сокровищницей, и он постеснялся моего возможного любопытства, потому и решил навестить главное хранилище всевозможных ценностей, когда я точно буду занят и не напрошусь к нему в команду.

Спустя семь лет двери гильдейских подвалов больше ничего не охраняло: заклинание выдохлось и исчезло. Надеюсь, там еще что-то осталось, ведь личи не могли не знать о спрятанных механизмах. Следов от ног зомби в коридорах хватало: мертвецы прятались и здесь.

Маг, который шел впереди, уступил место авантюристу с архетипом мастера ловушек, и дальше шли чуть медленнее. Ни одной ловушки за все время мы не встретили, но предосторожность не считаю лишней.

Дверь пришлось толкать всей команде. Помочь изнутри нам не могли: работающих големов я не ощущал, но это ни о чем не говорило — големы могли быть на консервации, без энергокристаллов.

Распахнувшаяся дверь открыла мне вид на поломанных големов, превращенных в бесполезный мусор. А у дальней стены лежала огромная груда камней.

Зрелище сперва заставило меня сжать кулаки, а после — расхохотаться. Я упер ладони в колени и ржал до слез.

— Ты в порядке? — нейтрально спросил маг, считая, что я истерю из-за открывшегося мне зрелища: все големы были поломаны, смяты: видимо, чтобы мастер-големостроитель вроде меня не смог подобраться незамеченным под стены и захватить управление над големами, устроив в центре города бойню для зомби. Металл корпусов и конечностей был погнут и поломан, сверхтяжелые големы теперь годились только для переплавки. Нет ни одного целого модуля. Что мертвецы не смогли погнуть — то забросали заклинаниями личи.

— В полном!

Я осмотрелся и понял, что целого голема здесь действительно нет. О пятеро, кто доверил вандализм в подвале Гильдии тому, кто в големах совершенно не шарит? Нет, всех металлических големов поломали качественно, тут нет вопросов. Даже одного каменного разбили на куски.

Помнится, похожего голема я видел в Гильдии Оклорда. Только там он был в виде антропоморфного голема, а здесь — в виде груды камней. Только вот каждый камень этого голема может перемещаться по телу, заменяя любую его часть. Чтобы его уничтожить, нужно раздробить на куски все булыжники, из которых голем и состоит.

Похихикивая, я залез рукой в пространственный рюкзак, достал оттуда горсть энергокристаллов и бросил на камни. А потом — осторожно коснулся поверхности ближайшего камня, размером с конскую голову.

Застываю в этом положении. Глаза закрыты, я пытаюсь понять, как «законнектиться» с этим големом. Модель без управляющего модуля, так что придется пройти тем путем, которым я еще не ходил.

Камень холодит подушечки пальцев, но что-то я все-таки нащупываю. Будто отблеск света в темноте. Пытаюсь идти на этот свет, а пальцы другой руки тем временем сплетают заклинания, упрощающие контакт.

Наконец дохожу до светящейся сферы, которая и является «управляющим модулем» каменного голема. Разумеется, никакой сферы нет — мое сознание лишь интерпретирует информацию, которую передает мне архетип.

Перехватить управление получилось не сложнее, чем с обыкновенным големом. И вот я помечаю себя в качестве «владельца», и отправляю голему первую команду: обрести контроль над всем телом.

И голем ожил.

Раздались испуганные возгласы, а я открыл глаза, смотря на то, как гора щебня и крупных булыжников движется. Камни под громкий скрип и шорохи то уходят внутрь громадного тела, которое становится все больше похоже на трехметрового голема, то — вылезают наружу.

Вторая команда — и рука голема вытягивается, проходя по всем прочим механизмам, в поисках энергокристаллов. И даже находит парочку целых, присоединяя их к своим.

Этому голему точно не повредит избыточная энергия. Каждая часть его тела может действовать обособленно от других и выполнять любую функцию. Другими словами, механизм сможет подключаться к заряженным энергокристаллам тогда, когда закончится заряд в других. Конечно, каменный голем с учетом его массы и тратить энергию будет прилично, но у меня около двух десятков поврежденных големов, которым энергокристаллы точно не понадобятся — их и без того до Оклорда довезут. А два десятка энергокристаллов, пусть и средних, сделают голема очень энергоэффективным.

— Будешь «Существом», — хлопнул я голема по пояснице — до плеча я не дотягивался — и отправился на выход.

— Вы забираете всего одного голема? — удивленно спросил какой-то дурачок.

Да один этот голем стоит десятки других!

— Ты принесешь мне победы, — шепнул я скорее для себя, чем надеясь, что голем окажется самостоятельным существом типа Тенеплета. — Ты и десятки других. Сперва мы поставим на колени всех личей этого мира, а потом... Впрочем, о том, что будет потом, можно будет поразмыслить и позже. И уж точно не вслух.

Я снова вернулся в мыслях к голему.

Существо, которое не ограничено стандартной формой голема, которое может создавать себе то тело, которое будет удобнее мне на каждый случай.

Камни с грохотом рухнули на пол коридора, напугав идущую за мной группу. А потом голем собрался в огромного медведя.

Я запрыгнул на каменное седло, стукнул пятками по каменным бокам, и голем, выполняя мысленную команду, грохоча, помчался на выход. Пол дрожал, позади звучали испуганные возгласы, но я был счастлив. Теперь бы еще побыстрее починить тех големов, которых смогу привести в порядок, и выдвинуться в Ублефес — меня ожидает мой старый проект.

Следующие сутки авантюристы и клановцы занимались разграблением города. Я чинил големов, ремонт которых был проще, остальных оставил на потом. Стряс с Арка компенсацию за поврежденных големов, причем на треть увеличил стоимость големов и деталей, которые пойдут на замену. Копеечка к копеечке, да...

А потом начались проблемы. Точнее, не начались, а разрослись до размеров, когда не обращать на них внимания становилось опасно.

— Сурад, не глупи, — тихо упрашивал товарища боец. — Вместе двигаться по лесам до жилых городов всяко сподручнее. Ну не отбивайся ты от коллектива, а?

Собеседник бойца не был столь тих. У мужика дрожали руки, только не от страха или злоупотребления алкоголем. Мужика колотило от ярости и адреналина.

— Я с войском, с которым двинется этот сученыш, не поеду! — и дрожащий палец тычется в мою сторону. Я сижу в двух сотнях метров, но им стоило беседовать подальше от застывшего робота-арбалетчика. — И плевать мне на коллектив! Нас таких, чтобы ты знал, семьдесят человек! У сопляка руки по локоть в крови, в нашей крови! Ты что, демоны тебя побери, еще не понял, кто рядом с тобой поедет?! Безумец, которому в радость людей резать! Захочешь вот завтра утром проснуться, а из-за перерезанной глотки не сможешь!

Будь придурок единственным, я бы ничего делать не стал, но такие разговоры велись повсеместно. Те тридцать человек, которых я развернул и отправил обратно в бой, люто меня ненавидели и склоняли на свою сторону своих знакомых. Ко мне уже подходил накачавшийся какой-то настойкой быдлан, дабы «поговорить по-мужски». Даже связываться не стал — големы ухватили храбреца за руки-ноги и отнесли на беседу к отцам-командирам. Эта сцена слегка охладила пыл остальных пьяных бойцов, но диалоги на тему «бешеных псов принято закалывать» не прекращались.

Эти люди предпочли забыть, какой вклад внесли в победу големы. Добивание тяжелых трехсотых, заградотряд из псов для дезертиров — все это сыграло свою роль, принося мне весьма недобрую славу. Да и раненые, которые пережили момент их оценки големами: стоит ли оставлять им жизнь, щедро делились с товарищами впечатлениями. Меня больше никто не считал сопляком, который «не мог зачистить курганы». Теперь в глазах людей я стал чудовищем в человеческом обличии, которое и курганы зачистило, и, если бы не мешали законы, принялось истреблять обыкновенных людей.

Радовало, что я вызывал не только ненависть, но и ужас, и меня банально боялись трогать. Не скажу, что я боялся новых врагов, но разумное опасение все же присутствовало. Когда тебя яро не любят больше, чем полсотни авантюристов, это... малость напрягает. Кто знает, какие у них архетипы и навыки? Хлебнешь из фиала зелья бодрости или лечения, и отъедешь, потому что тебя ненавидит какой-нибудь алхимик-отравитель, обладающий навыком превращать полезные настойки в токсины. Или, что реальнее, найдут тебя утром, заколотого, в закрытой палатке. Я — не армия зомби, меня уничтожить гораздо проще.

В общем, свежеобретенные враги меня действительно напрягали, и я раздумывал, стоит ли побыстрее покинуть лагерь, чтобы своим ходом двинуться в Ублефес. И с каждым диалогом убеждался, что поторопиться все-таки стоит.

Лорд Арк, своим решением и сделавший меня пугалом для отступивших, на мои опасения ответил:

— Честно говоря, я не ожидал такого, — соврал Арк. — Если бы знал наперед, что люди окажутся такими глупцами, то поставил бы псов на передовую, заменив какими-нибудь авантюристами. Хотя, Вилатос, заметь: погнать трусов обратно было твоей идеей. Идея отличная, не спорю — из-за нее все наше войско не повернуло обратно, но... Она твоя собственная.

Арк дипломатично улыбался, сыпал обещаниями привилегий для будущих походов, но я уже был ему не столь критично нужен. После того, как наша маленькая армия вернется к людям, старички-големостроители кинутся предлагать свои услуги, и во мне уже не будет особой нужды. К тому же я рассказал Арку практически все, что знал об изобретениях будущего — лорд не обманул, и исправно отсчитывал мне золото за каждый проданный эликсир, за каждый джампер.

А о том, что весть о нашем походе разнесется на все пять городов, я не сомневаюсь: трофеев оказалось безумно много даже для наших повозок, которые взяли с запасом. Даже несмотря на то, что в некоторых телегах везли ящики с расходниками, использованными в битве, и теперь эти повозки заполнили трофеями. Люди оставляли палатки, чтобы запихнуть в рюкзаки свою долю добычи. В грязь летели красивейшие щиты, артефактные мечи, чтобы авантюрист смог засунуть в пространственный рюкзак вещички подороже. Это напоминало мне всякие РПГ-шки из прошлого мира, где мне приходилось выкидывать ценные вещи из рюкзака, чтобы запихнуть еще более ценные вещи.

Я совру, если скажу, что сердце болело, когда я смотрел на это варварство, ведь все, что выкидывалось, подбирали големы. Те механизмы, которые были повреждены, уже лежали в повозках, в которых их везли сюда. Все свободное пространство под рогожами я забил вещами. Да и големы нацепили на себя как пространственные сумки, что я предусмотрительно прихватил с собой, так и обычные мешки, и даже свертки, на которые пошла ткань от бесхозных палаток.

Без преувеличений скажу, что я изрядно прибарахлился, даже если не брать во внимание големов из подвала Гильдии. Я не брал серебряные и золотые столовые приборы, сервизы из дымчатого стекла и прочие ценные вещи, на которые накинулись авантюристы. Мне не досталось книг из местных библиотек, не досталось ни монеты из тайников аристократов, которые с легкостью обнаруживали авантюристы. Сокровища Гильдии Оружейников, Магов и Наемников тоже прошли мимо меня — таков был уговор с лордом: мне достаются все големы города, и на прочее я не претендую. Потому мне оставалось с помощью големов отдирать позолоченные руны от стен Алтарных, принадлежавших помершим богатеям, собирать брошенное оружие и простенькие артефакты, которые за семь лет не разрушились от сырости и холода.

Тенеплет, накопив достаточно энергии, перешел на изнанку и промчался по кварталу богачей, залезая в самые тонкие щели. Авантюристов нельзя обвинить в невнимательности, но пару тайников голем нашел. Другое дело, что там не было ничего интересного, кроме заплесневелых, некогда ценных бумаг, нескольких малюсеньких золотых слитков и испорченных за годы алхимических ингредиентов, которые я даже опознать не смог.

За счет объема вещей, что големы вынесли из города, могу сказать, что тысячу-полторы золотых монет я выручу. Это гораздо больше, чем смог унести рядовой авантюрист, но лорда я обскакать не смог. Арка интересовала городская сокровищница, и он с прочими командирами занялся именно ей. Что именно вытащил оттуда лорд, не скажу — момент перетаскивания сокровищ в повозку скрыл артефакт, напустивший возле выхода из сокровищницы тумана. Шестиколесная повозка на укрепленных осях заехала в город, и так же выехала. Что она вывезла, никто кроме Арка и командиров не знает, но повозка тяжело поскрипывала, да и коняжки, тянувшие груз, шли гораздо медленнее.

Наконец настало время покидать разграбленный город. Я обрадовал Ахрила и Ильзу тем, что им придется использовать свои навыки големостроителей и довести большую часть моих големов до Оклорда. Големам я выдал соответствующие команды.

Наверное, это хорошее решение и для моих приятелей: если меня кто-то ненавидит настолько, что будет готов атаковать, то может зацепить и ребят. А так я не убегал сломя голову, а, оседлав голема в виде медведя, неспешной рысью удалялся от лагеря, давая догнать меня тем, кто этого хочет. Собак я забрал с собой, Пламенного, Железного и Тенеплета тоже взял. А остальные пусть тянут ценный груз.

На привал остановился в середине дня, пообедал. Погони не опасался, но и облегчать путь возможным преследователям не желал, потому после обеда ускорился: рысь голема перешла в галоп.

Вопреки ожиданиям, ни разу не наткнулся ни на нежить, ни на животных-монстров: видимо, шум каменного Существа, который несся через лес, треща ветками и хрустя камнями, отпугивал всевозможных хищников.

На ночевку расположился в заброшенной старой таверне, стоящей на пути между мертвым и живым городами. Прошел через зал и поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж, до последней комнаты. Там установил железную треногу, насыпал на нее нарубленных по дороге веточек, зажег огонь. Големов оставил на первом этаже, в дальних комнатах. Всех, кроме Тенеплета.

Ложиться на запыленный, гнилой матрас, мне не хотелось. Я проверил все, что запихнул в рюкзак. Поразмыслил над тем, что делать дальше, и понял, что стоит прошвырнуться по другим мертвым городам, только уже в одиночку, или компанией поменьше, чтобы не пришлось делиться богатством с маленькой армией.

Так и стоял, подкидывая в огонь деревяшек и думая над будущим. А потом тихо скрипнула половица. Вот и гости.

— Я ждал вас, — улыбнулся я, не отрывая взгляда от огня. — Но вас ждал не я один. Чувствуете, как вокруг вас сгущаются тени? Это мой Тенеплет, который соскучился по играм с людьми. Добро пожаловать в кошмар.

Глава 5

Вчера вечером подтвердилась теория, что Тенеплет питается душами, либо страхом. Два авантюриста, пожелавшие прирезать меня и тем самым остановить «чокнутого мальчишку», бежали в лес, завывая от ужаса. Что с ними стало, не знаю — лег спать и не следил за Тенеплетом, но голем, вернувшийся поутру, выглядел довольным, и тени сгущались возле его фигуры даже на свету. Надеюсь, голем прибрался после себя.

Утро выдалось ясное, солнечное. Я позавтракал и выдвинулся вперед, любуясь пасторалью. Ветер мирно шелестел листьями деревьев и травой на полях. В этих тихих местах царила природа и гармония... лет семь назад.

На первую жертву зомби я наткнулся к обеду. В километре от села, на заросшей дороге трое отвратительных созданий жрали останки несчастного крестьянина. Кровищей была залита и трава, и дорога. Судя по следу, труп изрядно потаскали по полю, прежде чем сожрать.

Желтые когти чудовищ царапали кости, сошкрябывая волокна свежего мяса. Жуткие зубы с треском раскалывали кости.

Тенеплет, получив команду, исчез в тенях и скользнул к чудовищам. Железный с Пламенным бросились следом, шурша травой. Големы-псы остались рядом со мной, на случай, если нежити здесь еще много.

Один из мертвецов почуял неладное, когда големы были в полусотне шагов. Полусгнившая, уродливая голова твари дернулась, нежить угрожающе зарычала... и голову мертвеца обволокла темная клякса, испаряя кусок черепа.

Следом за Тенеплетом атаковал и Пламенный, опередивший Железного: рывок в сторону оскалившейся парочки вышел на заглядение хорошим. Молниеносный взмах мечом срезал протянувшиеся к нему конечности. Описав полукруг, клинок впивается в шею, проходит грудную клетку, увязнув глубоко в животе мертвеца. А из травы бежит новая и новая нежить.

Поколебавшись, отправляю в бой псов.

Вовремя. Собаки рванули в поле, прямо к зомби и увитому мышцами гулю, возвышавшемуся над обычными мертвецами. И если зомби не доставили големам проблем, то гуль глухо зарычал, а потом рык перешел в рев. Злобный рев, который может издать лишь мертвая тварь.

Со стороны деревни донесся ответный вой. А потом — еще и еще.

— Побери меня пятеро, — ругнулся я. И напрягало меня не количество противников, а то, что, скорее всего, радушным жителям деревеньки, через которую мы проходили совсем недавно, настал конец. Сколько там было жителей, человек пятьдесят?

Нежить напала скопом. Одетые в кольчуги, которые мертвецам теперь только мешались, в доспехи, в обычные крестьянские платья. Женщины, мужчины и даже дети бежали на четвереньках по полю в нашу сторону.

Тенеплет переместился в центр этого войска и использовал «взрыв тьмы», свой мощнейший навык.

Тени от травы на секунду сгустились, став из обычных теней будто бы порталом на изнанку. На месте, где находился голем, на секунду сгустился черный туман, а когда он исчез, пропали и двенадцать мертвецов.

Пламенный, не теряя времени, уже бежал к следующим противникам. Железный отставал, а вот псы двигались даже быстрее, обходя мертвецов сбоку.

Мощнейшим ударом сверху вниз голем располовинил первого мертвяка. Второй удар ловит прыгнувшего зомби на подлете, и две половинки туши падают на землю.

Зомби было много, но все они быстро кончались. И спустя семь минут я, так и не слезая с седла, отдал Существу команду идти дальше. Через выломанные ворота деревни, насквозь, мимо домов, в которых не осталось никого живого. Спрятаться ни у кого не вышло. Мертвецы отлично чуяли людей: вырывали двери подвалов, дверцы чердаков, и вытаскивали живых. Тенеплет проверил каждую избу, каждый погреб и сарай. В хлевах жалобно мычала скотина, но живых людей здесь больше не было. Отряд клановцев, на который и возлагали защиту деревни, не смог справиться с мертвецами.

Надо будет заглянуть в соседнюю деревушку: проверить, как там дела, да сказать выжившим, чтобы похоронили мертвецов и забрали себе скот.

Пришлось делать крюк, но много времени это не заняло. Каменный голем движется с отличной скоростью, так что часам к пяти вечера я планирую добраться до Ублефеса, даже несмотря на крюк.

До этой деревеньки тоже добралась нежить. Только, в отличие от предыдущей, эта — отбилась. Нервные крестьяне сперва отказались пускать меня за стены, но когда командир отряда клановцев увидел и опознал меня, ситуация разрешилась.

Местный староста выслушал новости, взгрустнул и пообещал позаботиться о скотине. Нежданному прибытку человек не обрадовался: смерть соседей их опечалила куда больше.

Как и планировал, до города добрался к пяти часам. На воротах особой очереди не было. Так как я не был очередным ремесленником, что спешил в Ублефес на людей посмотреть и себя показать, стражам не пришлось долго и нудно втолковывать мне, что торговать без лицензии нельзя, работать без лицензии нельзя, рассказывать, где именно приобретаются лицензии и прочее. Спокойно записали меня в журнал и пропустили.

Я, не спускаясь, направил голема на окольную улочку. Идти по центральной — не самая разумная мысль. Там гвалт такой, что и себя не услышишь, все недооцененные мастера лезут под ноги, пытаются всучить тебе свои поделки. Ничего не поделаешь: оборотная сторона города мастеров — недоучки и подмастерья, заполонившие улицы и пытающиеся получить за свою работу хотя бы пару медяков. Кто поумнее — уходит в другие города, а оставшиеся «впитывают мудрость мастеров», которые принимают в ученики едва ли не толпы подмастерьев, обменивая знания на каторжный труд. Увы, есть профессии, книги по которым либо отсутствуют, либо слишком редки или дороги.

— Уважаемый господин, купите свистульку...

— Седло! Дайте мне две серебряных монеты, и я сделаю седло для вашего голема!

Я отпихнул ногой умалишенного, который подошел ко мне сбоку, зажав в кулаке шило и дратву. Ну вот, только решил, что поход по обходной улице будет легче, так и здесь лезут.

Каменные лапы голема неторопливо цокали по мостовой — пришлось перейти на шаг, чтобы не задавить кого ненароком.

Следуя по улочке, замечаю кузнеца, что установил горн и наковальню прямо на улице. Мужик мастерски лупит по металлу, выковывая клинок, а я, наблюдая за ним, думаю не о красоте ковки, а о том, что мастера совсем оборзели — спасибо, что еще посередине улицы не встал, скотина.

Неподалеку от кузнеца сидит дедушка, виртуозно работающий напильничками и разнокалиберными резцами. На столике перед старичком — фигурки, изображающие людей и животных. Я остановил взгляд на лосе — у маленького деревянного сохатого даже рога были выточены. Фигурка красивая, не спорю... только вот архетип у дедушки точно не для нынешнего времени. Что ты сделаешь этими ножиками, если к тебе в дверь начнет ломиться сосед, померший из-за больного сердца? Ничего. А если бы у людей были полезные боевые навыки, глядишь, и отбилась бы та деревня.

Гончар, ювелир с простенькими кольцами и ожерельями, целая ватага мебельщиков, снова мастер-плотник, и даже стеклодув. Н-да...

Наконец я вышел к воротам местной Гильдии. У здешних ворот не было голема, ворота охраняли себя сами. Люди, у которых нет специального артефакта, внутрь не попадут — механизм ворот попросту не откроется. А если кто надумает перелезть через забор — попадется сторожевым псам.

— Сидеть, — скомандовал я всем, кроме Тенеплета. — Ждать.

Первым делом... Нет, не к голему, которого я собрал больше, чем на три четверти. И не к Глебосу, который сейчас занимается филиалом своей Гильдии. Сперва — в душ. После недельного отсутствия горячей воды хочется основательно помыться. А потом уже можно будет и к Глебосу заглянуть, и големом заняться.

В Гильдии Ублефеса у меня, как и у каждого здешнего мастера, была своя комната, с личным душем и туалетом. Потому я сразу двинулся по знакомому маршруту, и не меньше получаса отмокал под горячей водой, соскабливая грязь грубой мочалкой.

Меня никто не беспокоил: послушникам до меня дела не было, а с местным главой мы поговорили один-единственный раз, когда только познакомились. Я рассказал о себе все, чем мог поделиться, и заверил, что не принесу Гильдии никаких проблем, если меня не трогать. Больше практически не общались. Разве что здоровались, случись нам встретиться в коридорах, и вежливо интересовались делами друг друга.

Подумав, решил отложить работу с големом — сперва все-таки проведаю Глебоса. Передам ему новости, расскажу, как прошла битва. Лучше он узнает эти новости от меня — это накинет мне очков перед без пяти минут грандмастером. Да и неплохо будет узнать, как у него продвигаются дела с новой Гильдией.

Если бы участие Глебоса в походе зависело от самого пацана, я уверен, он бы пошел с армией. Но Арк проявил редкостное благоразумие и убедил парня остаться в городе. Аргументировал он это решение тем, что глава клана и его наследник не должны вместе участвовать в военной кампании, шансы на успех которой довольно туманны. Более того, Глебос, провожая армию в путь, обмолвился, мол, отец открыл ему тайны клана. Меня не интересовала информация о сокровищнице Кровавой луны, да и к секретам я был равнодушен, а вот что мне действительно было интересно, так это нюансы возвышения до ранга грандмастеров. Думаю, Глебос просветит меня, только стоит для этого хорошенько поколотить пацана. Ну, или попытаться, так как архетип у меня не боевой, и Глебос превосходит меня в навыках и в опыте использования этих навыков.

Хотя, я таки поднабрал жирок на курганах. Кроме лича, что до сих пор томится в подвалах лорда Арка, были еще двое. К ним я отправился в одиночку, с повозкой и клячей, купленной в ближайшем селе. И оба ящика из мифрила и орихалка я привез как раз в ту деревеньку, щедро... хотя нет, щедро — это не про меня. Скажем так — достойно заплатив кузнецу за молчание о металле и о том, кто находился внутри черного ящика.

Для Гильдии Авантюристов Арк выкупил трехэтажный домик в центре города, неподалеку от ратуши, и нанял достойного управляющего, который пока занимался не столько управлением, сколько организацией заказа. Вообще, лорд влил кучу золота в этот проект, то ли помогая сыну, то ли желая привязать его к себе такой помощью.

Когда я подошел, на третьем этаже звонко стучали молотки — домик перестраивали под нужды Гильдии. А вот на первом была другая суета: тут сновали как одетые в рванье люди с хорошими, но не артефактными клинками на поясе — авантюристы, похоже. Здесь же с представителями Гильдии, которых на данный момент было четверо, включая Глебоса, беседовали горожане. Доска с объявлениями уже стояла на самом видном месте.

Глебос заметил меня, стоило зайти. Договорив с посетителем, направился ко мне.

— Мы победили. Твой отец жив, — сразу ответил я на два главных вопроса. А теперь предлагаю отвлечься, и я все расскажу тебе. Надеюсь, тренировочную площадку на заднем дворе уже отстроили?

— Отвлечься? — переспросил Глебос. По усталому внешнему виду пацана было видно, что ему не помешает переключиться с рутинных дел на что-нибудь другое. — Готов поставить на меня золотой?

— А смысл проигрывать золотую монету?! — снисходительно хмыкнул я. — Разумеется, выиграю я! Когда иначе было?

— Ну-ну, — усмехнулся Глебос. — Давай-ка пройдемся до площадки. Посмотрим, насколько ты вырос.

Несмотря на то, что я пока ни разу не победил приятеля, проигрывал я в последних схватках более чем достойно. Да и сохранялось желание победить хотя бы в одном поединке. В конце концов, зачем вообще выходить сражаться, если заранее настраиваешься на поражение?

Я выбрал меч и отправился за пацаном. Мы прошли через задние двери Гильдии и добрались до площадки. Недавно здесь были клумбы, а теперь — огороженная площадка с толстым слоем песка. Драться тут неудобно — сапоги вязнут, особо не поскачешь, зато после тренировок здесь, в подземелье, в лесу и во множестве других мест будет гораздо проще.

Сталь приятно холодила ладонь. Глебос дошел до противоположного края площадки, обернулся.

— Готов?

Вместо ответа я оскалился и рванул вперед.

Первые минут десять я вывозил на ускорении, которое теперь мог поддерживать едва ли не постоянно. Только вот и Глебос подобным навыком владел, потому у меня не получалось победить мечника.

Через пятнадцать минут сил изрядно поубавилось, и я выставил перед собой руки, тяжело дыша.

— Что, на этом все? — спросил Глебос, который запыхался тоже — мы сражались на сверхскоростях, выкладываясь на полную, без всяких поддавков. — Неужели больше...

Я рванулся вперед, практически распластавшись в выпаде... но Глебос прервался и успел выставить меч: клинки с громким лязгом столкнулись друг с другом. Черт, не вышло...

Пинок по боку пацан заблокировал, и почти успел ухватить меня за штанину. А потом мне пришлось закрываться от ударов — Глебос раскрутил меч, и острие мелькало то слева, то справа, метило в слабые места, вертелось, как змея, пыталось пробить защиту. Я отбивался, нападал, отбивался, атаковал снова...

Спустя полчаса безостановочного боя пацан раскраснелся, у меня самого с лица градом тек пот. Дышали оба хрипло, загнанно. Тут уже пошла игра на выносливость — не было хитрых финтов, просчета ударов и планирования победы. Ударил — отбил. Ударил — отбил. Меч потяжелел, стал весом в гору, и чтобы поднимать его после очередного удара, защищаться и бить, приходилось прилагать недюжинные усилия. Пока при моем очередном ударе Глебос не собрал остатки силы, и не двинул своим мечом навстречу моему. Меч выбило из ладони, кости в руке заныли от отдачи.

— Ничья, — попытался поторговаться я.

— Какая ничья, если у меня меч в руке, а у тебя — нет? — резонно прохрипел пацан.

— Ладно, — отмахнулся я, доплелся до лавки и рухнул на сидение.

— Но дрался ты все равно неплохо, — бухнулся рядом Глебос.

— Ага, спасибо.

Ничто так не вдохновляет и не поднимает самооценку, как признание твоих успехов настоящим мастером. Особенно после того, как ты держался с этим мастером практически на равных.

После такого спарринга больше всего хотелось завалиться в горячую ванну с травами, да откисать там, пока не перестанут болеть синяки. Желательно — чтобы в это время плечи массировала служанка. А потом — ноги, и чтобы обязательно начала со стоп. А потом и межножье можно...

Только вот вместо развлечений пришлось заниматься делом важнее: разводить Глебоса на секрет.

— Кстати, — незатейливо начал я. — Давно хотел спросить: что тебе сказал отец по поводу достижения ранга грандмастера? Как это вообще происходит?

— Ранг грандмастера? — переспрашивает Глебос. — Отец сказал, что достижение этого ранга — это поистине великий подвиг, который требует от человека выдающихся навыков. Точнее, не сам ранг: как я понял из его речи, до ранга люди доходят так же, как и до ранга подмастерья и мастера. А вот потом, в течение суток, происходит какая-то неприятность, будто сам мир проверяет человека на прочность. У каждого это происходит по-разному: на одних нападают бандиты высокого ранга, у других, каких-нибудь алхимиков, может взорваться зелье. У кого-то прихватывает сердце, кому-то в руки попадает проклятый артефакт. Арк сказал, что был случай, когда один богач, достигший ранга грандмастера торговли...

— Решил лечь в поле, и орел сбросил ему на голову черепаху?

— Э-э... Нет. Если не ошибаюсь, богач спрятался в подвале своего дома, отпустив слуг и приказав домочадцам не приходить в течение трех суток. Домочадцы сделали точно как им было указано. Вернувшись, они нашли богача, подавившегося куском хлеба.

Звучит как манипуляция с теорией вероятности, где человеку по максимуму прибавляют все плохое. Или же играет роль карма, которая резко уходит в минус. И то и другое — плохо, я бы предпочел встретиться с материальным противником.

— И сколько длится эта полоса невезения?

— Говорят, что у каждого по-разному. В среднем — сутки. Максимум, о котором слышал отец — четыре дня.

Надеюсь, что эта полоса невезения не связана с кармой. Я далеко не самый хороший человек — два дня назад вон Тенеплету людей скормил и даже не считаю это плохим поступком. А людей, между прочим, в городах за убийства иной раз вздергивают.

— И как планируешь переходить на ранг грандмастера?

— Отец все продумал. Я планирую переждать эти дни в чистом поле. Наготове будут зелья лечения, лекарь, защитный купол. Охранять меня станут клановые воины, никаких посторонних в кольце охраны не будет. Но теперь я обращу внимание на птиц, швыряющих что-то с высоты: спасибо за предупреждение.

— Да не за что.

— А теперь расскажи уже, как все прошло, — проворчал пацан. — Только детально.

— Детально тебе маги иллюзий опишут, — хмыкнул я. — Но слушай...

Я подробно описал саму битву, ответил на вопросы и плавно перевел тему на то, что меня интересовало: сокровища. Описал, что люди находили в руинах, и по сверкающим глазам юноши понимал, что не прогадал. Глебос хотел бы сам увидеть описываемое сражение и трофеи. Хотел бы сам ступать по ступеням Гильдии к подвалу, куда уже семь лет не ступала нога человека. Хотел бы разглядывать особняки богатеев и находить тайники. Потому я завершил разговор именно так, как хотел:

— Мне понравилось сражаться с нежитью, да и награда оказалась отличной... Знаешь, а давай зачистим город вдвоем, а? — принялся я вербовать человека, который может выдать максимум стихийного урона за секунду. Хотя, судя по донесениям разведки, в некрополисах, которые находятся подальше, такого массового некроскопища и нет, так что и личей там быть не должно. Ну, а если будут, то не отрядом, а с одним-двумя можно справиться.

И судя по расплывшемуся в улыбке лицу Глебоса, в команду он вступит без сопротивления.

Глава 6

Как и ожидалось, Глебос клюнул на обещание славы и новых впечатлений. К золоту и богатствам юноша, росший среди золота и богатств, был равнодушен, но его зацепило обещание древностей, которые наверняка найдутся в поместьях аристократов. Да и слава человека, состоявшего в небольшом отряде людей, которые зачистили некрополис — это эксклюзивная слава. Такое достижение достойно того, чтобы о нем песни сложили. Главное — преувеличить размер мертвой армии, которая будет ждать нас в некрополисе, проплатить за песню умелому поэту, да нескольким музыкантам, которые сыграют нужное в тавернах и кабаках.

После того, как получил предварительное согласие юноши на участие в походе, как хороший собеседник, поинтересовался делами мечника:

— Как твои успехи с Гильдией?

— Нормально, — пожал плечами паренек. — Один раз неизвестный пытался поджечь здание Гильдии. Наши листовки срывают, а про Гильдию Авантюристов ходят нехорошие слухи. Это гораздо лучше, чем равнодушие и безызвестность.

— Кто это такой дерзкий?

Мне даже не пришлось имитировать удивление — я действительно не ожидал, что новая Гильдия здорово оттопчет кому-то мозоль, по сути, еще даже не начав действовать.

— Кланы. До сих пор мы с ними практически не пересекались, но и в торговлю мы особо не лезли. Эти кланы доят торговлю и устанавливают цены едва ли не на все в городах, и сейчас мы здорово топчемся на их ногах.

Я хмыкнул. То, что на расходники в городах были снижены цены, а на товары — изрядно увеличены, я знал, только думал, что дело в жадности торговцев.

— В планах установить свои лавки по скупке предметов прямо в поселках у подземелий и открыть отделения в остальных городах. Только для начала стоит уладить отношения с кланами. Наш клан сейчас один выступает против двух. И пусть мы за последние два месяца набрали силы, и монет в сокровищнице стало больше, силой заткнуть кланы мы не можем: нет у нас ресурсов для войны. Как, впрочем, и у них нет желания воевать. А вот когда Гильдия Авантюристов начнет обрастать людьми...

Глебос предвкушающе улыбнулся.

Понимаю его. Если Гильдия наберет силу, она будет обладать самой многочисленной армией, которая будет в разы превосходить и стражу, и армии кланов. И пусть бойцы этой армии будут браться за меч лишь за щедрую оплату, и в основном направлять острие клинка на монстров, зато в ней будут состоять и мастера, и грандмастера, и прочий люд, который знает, с какой стороны держать оружие. А ведь в планах Глебоса ввести для авантюристов сниженные цены на усиливающие эликсиры и книги боевых навыков, которые будут продаваться своим по себестоимости. В этом мире не нужно проводить годы тренировок для того, чтобы овладеть навыком. Иногда достаточно прочитать книгу, а потом — развивать полученное умение в сражениях, прогрессируя быстрее, чем обычные люди на Земле. А еще можно ядра жрать, но это для особенных.

— Кстати, подкинешь тренировочных големов?

— Без проблем. Не обещаю, что на этой неделе, но в течение месяца могу собрать. Кстати, насчет дешевых ингредиентов: советую закупаться травами прямо в деревнях. Скупщики, которые возят оттуда гербарии, продают их в городах втридорога.

— Да, это тоже в планах, как и многое другое, — кивнул Глебос. — А в целом насчет дел... Серьезные авантюристы пока считают меня зарвавшимся ребенком, но это ненадолго. Кем бы они меня ни считали, а деньги для них важнее отношения. Мы установили цены на добываемые в подземелье ценные металлы, в том числе мифрил и орихалк, дороже, чем обычно закупают скупщики, также создали заказы на внутренности босса с десятого этажа и демоническую бижутерию. Авантюристы уже занялись добычей, но пока инкогнито — отправляют за заказами мальчишек-посыльных, и они же доставляют заказанное. Кстати, не хочешь спуститься под землю и поучаствовать в добыче? Клан это не разорит — все добытое идет в качестве компонентов к артефактам и зельям, рецепты которых ты же нам и отдал.

Я вспомнил, как сходились крепчайшие стены, поежился и нервно хохотнул:

— Не, спасибо. Я пока предпочту заняться мертвыми городами. Кстати, не было проблем с торговцами и ратушей? Все-таки, если не ошибаюсь, денежный ручеек течет в карманы местных мэров.

— С мэрами отец уладит вопрос, — поморщился Глебос. — А вот с кланами Парящего сокола и Демонического взгляда будет сложно.

Я спросил насчет поставки от Кровавой луны артефактов для титанического голема, но Глебос этим вопросом не занимался и ничего про обещанные Арком детали не знал. Нужно будет навестить крепость клана, забрать готовое и выяснить, когда будут остальные детали. Все же заказ оплачен, наковальня доставлена, значит, и артефакты тоже должны быть.

Еще раз обсудив сражение, попрощался с Глебосом и отправился в Гильдию Големостроителей — отсыпаться.

На следующий день Гильдия бурлила. Похоже, некто быстрый и болтливый донес до города вести об итоге сражения.

Пока шел по коридорам до ангара, слышал массу разговоров о победе «войска Арка», как назвали армию из авантюристов и клановцев, где последних была едва ли треть. Но командир получает всю славу — это естественно. Вспомнить Кутузова, Жукова, Рокоссовского можно, а кто служил под их началом, вспомнят, наверное, лишь историки.

— Личи, разрезающие мрак у ворот Тангейзера...

— Демон! Огромный, размером с водонапорную башню!

— Говорят, сам лорд Арк троих личей придушил...

— Големы вышли из-под контроля, людей резали! Какого идиота Арк взял големами управлять?

— Дурень! Големы не могут «выйти из подчинения»!

— А ты поставь им неправильные установки, желательно — чтобы конфликтовали друг с другом, и посмотри, что с ними будет. Из подчинения они не выйдут, но ты здорово удивишься, когда они начнут атаковать людей, которые мчат рядом с тобой с обнаженным оружием.

Обсуждения я пропускал мимо ушей. Сперва направился в столовую, потом — в помещение, которое снял для сборки голема.

Скрипнула тяжелая створка. Я зашел и запер за собой дверь: показывать людям, над чем я работаю, абсолютно не хочется.

— А вот и ты...

Кабина уже собрана — с креслом, гироскопом, амортизационными пружинами. Даже если голем будет кувыркаться по полю битвы, кабина будет находиться в вертикальном положении. Увы, пружины не компенсируют перегрузки, но тело у меня крепкое, небось не расплющит, и тошнить тоже не станет.

Голем еще не собран, но уже понятно, что он будет здоровенный, как список моих грехов. Детали местами лежат друг на друге — хоть ангар и огромный, голем тоже не маленький. Когда соберу его до конца, разумеется, машина станет гораздо компактнее, но сейчас повсюду валяются детали. У стены сложены пластины брони размером со средний щит, у другой стены — бобины с проводами из золота, самого лучшего проводника для магической энергии. Посередине помещения — гора модулей, купленный паук-помогайка, самые большие энергокристаллы, которые пришлось едва ли не на аукционах покупать, потому что энергокристаллы такого размера — уже больше ценный раритет, чем расходник. Там же лежат алхимические порошки, бутыльки, выплавленные из серебра руны — голема такого размера нужно будет усилить на прочность всеми способами. Авось и получится построить с первого раза качественную модель, без тестов и пробных экземпляров. Не будь я архитектором големов, сказал бы, что это невозможно, но на ранге мастера я едва ли не сразу замечал у деталей дефекты и отправлял их на переделку. Кузнецы уже задолбались, но я и не требовал от них машинной точности. Плюс-минус миллиметр конструкция этого голема допускает, а вот что-то серьезнее — сразу на переделку. В конце концов, если ты — мастер-кузнец, то должен ковать хорошие детали точно по чертежам, которые тебе дали. Взял архетип, не говори, что не дюж.

Позже еще щит сделаю для защиты от магии. Полностью покрыть такого голема мифрилом и орихалком я не смогу — слишком мало у меня металла, а вот соорудить артефактный щит, зачарованный на прочность — вполне возможно. А потом буду зачищать с помощью команды големов и сверхтяжелого малыша города, обносить сокровищницы, выкупая металл, и отправлять команды авантюристов из Гильдии Глебоса в подземелья к демонам и боссу за мифрилом.

В этом хранилище у меня не получится собрать голема полностью — он просто не пролезет в двери. Когда соберу корпус, конечности и голову, придется вытаскивать их наружу и соединять на свежем воздухе. Причем корпус, думаю, придется разбирать части на две-три.

Голем класса «Титан», на уровне сверхтяжелых механизмов. Подобные механизмы на полную могли использовать лишь големостроители, специализирующиеся на гигантах — слишком уж объемной получалась конструкция, слишком многое приходилось держать в голове, но я обошел эту проблему с помощью установленных по всему голему модулей-передатчиков, каждый из которых контролировал от трех до пяти механизмов поменьше. Один управлял арбалетными установками, второй — связывал воедино координационную систему: акселерометр, гироскоп и голема, что контролирует скорость. Таким образом, не только архитектор големов вроде меня, но и обычный големостроитель в ранге мастера сможет достойно управлять этой штукой. Если, конечно, я все верно рассчитал, и у меня не перегорят энергокристаллы.

Зуб даю — как только Арк увидит, над чем я работаю, золотом осыплет, чтобы я ему такого же голема соорудил. Точнее, не ему, а мастеру Глорису. Только вот хочется пока обладать единственным в своем роде големом. Разумеется, рано или поздно с помощью аналитиков, шпионов, списка деталей, которые я покупал по городам, големостроителей и многочисленных попыток люди Арка повторят это здоровенное чудо, только когда это будет...

Жаль, что в поход к первому некрополису брать голема не стоит. Во-первых, сборка далека от завершения, а у меня уже чешутся ладони забрать сокровища нежити. А во-вторых, я хочу сделать упор на скрытность и скорость, а громадный голем, который рассчитан лишь на полтора часа интенсивного боя, передвигаться не сможет ни скрытно, ни быстро.

Насчет команды для изъятия сокровища у мертвых: ядром станут Глебос, я и Ильза с Ахрилом. Простых клановых воинов Глебоса брать не станем: они замедлят продвижение, даже если поедут на обычных лошадях. А каждому такому бойцу выдавать по ездовому голему — бессмысленно и дорого. Из клана можно взять мастеров вроде той же лучницы и мечника, ну и авантюристов завербовать определенных: специалиста по ловушкам, геоманта, чтобы мог найти под землей сундуки, металл или каверны. Им уже можно будет собрать или даже купить ездовых големов и за неделю активного хода добраться до нужного города. Сейчас главное — дождаться, пока Ильза с Ахрилом придут к городу, продать вещи, которые принесут големы, а потом можно будет обсуждать с приятелями второй поход.

Ладно, хватит размышлений.

Запускаю помогайку, что накопил полный заряд, и принимаюсь за работу. Крепить железки друг к другу, наносить руны и делать прочие необходимые, но довольно скучные вещи.

Не заметил, как за работой пролетело пять часов. Когда вышел из ангара, в плечо вцепился какой-то старичок в форме слуги Гильдии. Первым желанием было рвануться в сторону и вывернуть дедушке пальцы, но я решил уважить старость и выслушать причину такого поведения.

— Не спеши, молодой человек... Виталос, да? Я работаю управляющим на кухне, и из-за твоих машин к кухне не может проехать повозка с едой. На заднем дворе достаточно места, и мастера в основном ставят големов там. Можешь ли ты переставить своих?

— Без проблем, отец, — похлопал я по плечу человека, годящегося мне в дедушки. — В следующий раз там и оставлю.

Так даже интереснее будет. Интересно, напряжется ли глава местного отделения Гильдии, когда на территорию зайдут почти десять боевых машин? Аслан с Сулумуном наверняка напряглись бы.

Отдаю големам команду, и они гурьбой ломятся в ворота. Сам иду в столовую, по пути рассматривая свой статус.

Вилатос

Архетип: Архитектор големов, ранг — мастер

Навыки архетипа:

Ремонт механизмов — мастер

Рунная магия — мастер

Создание големов — грандмастер

Управление механизмами — мастер

Усиление големов — мастер

Наделение силой — мастер

Общие навыки:

Быстрый бег — мастер

Владение глефой — грандмастер

Владение мечом — мастер

Владение копьем — мастер

Контроль — подмастерье

Оценка — мастер

Малый комплекс уклонения — грандмастер

Медитация — мастер

Ускорение восприятия — мастер

Пассивные навыки:

Крепость тела

Стальной скелет

Особенности:

Пожирание

К сожалению, больше работой характеристики развивать не выходило. Обычные навыки качались ядрами, а навыки архетипа помогли прокачать личи. Довел до мастерского ранга все, что хотел, только дальше идти не спешил, так как не знал, что меня ждет на ранге грандмастера, и от чего придется защищаться. Хотя теперь можно и шагать на новый ранг, наверное. Повысить еще два-три навыка до ранга грандмастера, и после этого архетип сменится на более подходящий для меня. Правда, я даже не представляю, сколько уйдет энергии на это. Нужно жрать личей, либо искать высокоранговых монстров и вытягивать навыки из них... либо заняться людьми. Причем насчет мысли вытягивать навыки из людей, уже нет такого отвращения и нежелания, как раньше. Можно ведь пожирать навыки у преступников, либо у оступившихся. Либо у членов кланов «Парящего сокола» и «Демонического взгляда», продвигая вверх «Кровавую луну». Все же именно Арк взялся зачищать города, а главы других кланов весьма нехорошие люди, что ставят палки в колеса лорду, и их людей нужно подсократить, чтобы сидели тише.

К тому же я гораздо лучше послужу людям, когда стану грандмастером, а лучше — богом. Кто-то должен взвалить на плечи эту ношу. Так почему бы не я?

От мысли о том, что я могу разрешить самому себе резать людей, насквозь плохих, гнилых, щемящих бедных торговцев и устанавливающих непомерные цены, затряслись руки. Едва остановил себя от того, чтоб не сорваться к ним прямо сейчас. Зато теперь в голову полезли мысли, что стоило мне сожрать тех мстительных авантюристов самому, а не отдавать Тенеплету.

Интересно, а голема сожрать можно?

Я посмотрел на идущего рядом Тенеплета, тот посмотрел на меня. И жадности в моем взгляде было в разы больше, чем в окулярах машины.

Тенеплет осторожно сместился в сторону.

Так... Спокойно, Вилатос. Будут еще в мертвых городах личи, призываемые демоны и другие вкусняшки, и этот голем поможет тебе их добыть. Не стоит пилить сук, на котором сидишь.

Я с трудом переборол неожиданный приступ голода и отвел взгляд от машины. Что у меня еще в навыках...

Создание големов довел до грандмастерского — не уверен, что получилось бы справиться с постройкой архиголема без этого.

А насчет контроля... Вот не лежит у меня душа к этому навыку. Со скрипом довел его до подмастерья, но теперь все чаще и чаще думаю, не стоит ли «сожрать» этот бесполезный навык? Вот что он мне дает? Абсолютно ничего! Навык управления глефой, который я от нечего делать раскачал до ранга грандмастера, гораздо полезнее!

Сперва я думал, что можно стать мастером на все руки, прокачать себе алхимию, травничество, но потом стало ясно, что предел тоже есть. Например, получить навык «владения мечом» у меня получилось за неделю перечитывания раз за разом опостылевшей книжки и ежедневных занятий с Глебосом и наставником по клинковому бою. Можно, конечно, переправить всю энергию с боевых навыков в какой-нибудь один, и прокачать ту же алхимию, или что-то иное, но смысл? Лучше уж уметь обращаться с мечом, копьем и глефой, чтобы если твое оружие сломалось посреди боя, подобрать ближайшее новое и продолжить бой. Я ведь не седой всадник со змеиными глазами, чтобы носить с собой сразу два клинка. Хотя, могу даже собрать голема, который будет носить за мной ящик с клинками.

Ладно, пусть боевые навыки останутся в качестве запаса. Переплавить их во что-то иное, второстепенное, никогда не будет поздно.

А пока — поем, и снова за работу. Дня через два-три до Ублефеса доберутся приятели, и тогда можно будет выдвинуться к мертвому городу. А пока — работа, еда и сон.

Глава 7

На тренировочной площадке за Гильдией Авантюристов сегодня шумно. Толпа собралась такая, какой раньше эти стены не видели: все кричат, подбадривая мальца-лучника, что мечется по песку, пыхтя и пытаясь попасть в низенького тренировочного голема. Нет, выстрелы выходят меткими, и стрелы летят точно в голову голема, только снаряд либо ловят стальные пальцы, либо острие вонзается в деревянный щит.

Обучающие големы вышли крепкими и юркими. Причем последнее качество я сумел дать им не с помощью ядер или зачарования, а с помощью лучшего вычислительного модуля и маленького, подвижного тела: големы получились не выше меня.

— Мать!.. — коротко выдохнул авантюрист, когда механизм, как и каждый хороший голем, не остановился на защите, а рванул на сближение, сжимая в железной ладони палку, обмотанную тканью, которая при попадании не причинит авантюристу серьезных повреждений.

Быстрый и точный удар голема... Не достал до авантюриста. Парнишка отшатнулся назад и нелепо упал на задницу. Потом, видимо, задействовал какой-то навык, или все внутренние ресурсы, так как за долю секунды вскочил из положения сидя и, нелепо взмахнув руками, уклонился от еще одного удара. А вот третий проворонил, не сумев разорвать дистанцию: обмотанный ветошью конец палки без жалости ткнулся в живот паренька. Тот осел на землю, разевая рот, как рыба, и не в силах сказать ни слова, а голем, не став добивать противника, развернулся и неспешно побежал на другой конец площадки, ожидать нового противника.

Толпа взревела. Тренировочная машина показала свое мастерство в рамках учебного поединка, и теперь каждый желал попробовать на металлическом воине свои силы. Не только для опыта, а чтобы стать первым, кто победит. Пока прошло только семь боев, и голем победил в каждом из них. Это вам не медный болван, на котором можно было оттачивать удары

Шикарный вышел механизм. Да и остальные не хуже. Разумеется, мастер выиграет и у одной машины, и у пяти, только вот за счет скорости и опыта. Причем, попотеть придется и ему: в одного из пяти големов встроен модуль-передатчик, и все пять атакуют, как один. А когда в поединках подмастерьев закончится заряд одной машины, можно будет выставить другую, причем все пять по-прежнему будут связаны, и вычислять необходимые для победы действия станут в пять раз быстрее.

Да, временами машины еще допускают глупые ошибки, но ни разу не повторяют их. Причем, энергокристаллы я поставил в корпус самые лучшие: у механизмов стоит команда ночью час-другой сражаться друг против друга, не нанося сопернику ущерба, но оттачивая технику и возможные приемы. И мне интересно, насколько големы станут умелыми через месяц, через год. Возможно, дойдут до сумасшедших показателей эффективности, и начнут предугадывать бой до того, как выйдут на песок? С пятью вычислительными модулями и десятью пустыми модулями памяти, что я все же встроил в корпус каждого, может, и получится сделать из машин самых опытных инструкторов. Конечно, даже впятером они практически не сыграют в бою против мастера и тем более грандмастера, когда люди начнут использовать техники, так как нанимать авантюристов, чтобы они бережно отрабатывали на големах техники, не ломая машины, никто не станет, но все-таки интересно.

— Тому подмастерью, кто победит голема за минуту, выдам в награду редкий щит! — надрывается Глебос, уловив подходящий момент. Толпа восторженно ревет, и к пацану, толкаясь плечами, спешат желающие.

— А мастерам?! — возмущенно кричат из толпы.

— Мастерам придется за минуту уложить пятерых!

Я, усмехаясь, смотрю на эту возню. В то, что авантюристы смогут помять голема, не слишком-то верится. Пусть у машин нет дополнительных защитных пластин, вроде тех, что я когда-то навесил на Тенеплета, помять их будет едва ли не сложнее. У каждого — зачарование на прочность, что я нанес рунными печатями с помощью зачарователя. Вдобавок в машинах стоят ядра каменного варана с восьмого этажа, дающие пассивное увеличение крепости механизмов. После поглощения ядра я начинал больше разбираться в артефактах, которые были сродни поглощенным. Некоторые особо полезные ядра отправлялись в пространственную сумку, ждать подходящего момента. Хотя, не сожрать их с каждой неделей становится все сложнее, да... Чертов голод. Эти «голодные качели», когда ты в один день вроде бы адекватен, а на следующий у тебя крышу рвет, меня здорово напрягают. Поставил себе в правило поглощать в сутки по ядру-другому. Надеюсь, это потушит постоянный голод внутри. А еще надеюсь, что не придется самому давать заказы Гильдии авантюристов. Лавочники из-за меня уже взвинтили цены на ядра: для перехода навыка на ранг грандмастера мне пришлось потратить почти две сотни ядер. Со всех городов посыльные артефакты собирали... Интересно, полторы тысячи золотых за грандмастерский ранг — это много, или мало? С одной стороны, жаба душит, как вспоминаю. А с другой — иной богач мог бы и десять тысяч за навык выложить.

Переход на новый ранг пришлось отложить — не знаю, сколько на это понадобится времени. Да и хотелось бы обезопасить себя от всевозможных неприятностей, которые на новом ранге обрушит на меня мир. Запугивание и пожирание членов кланов-соперников Кровавой луны тоже отложил. Пока не до них... Да и опять же, меня в мертвых городах ждут личи.

Посмотрев еще пару боев подмастерьев, я заметил, как голем принялся подстраивать свою стойку под каждого бойца. Пока — смешно и нелепо, будто пародируя кого-то, но оба поединка железяка выиграла, так что смешки быстро утихли. То ли еще будет.

Ладно, пора покинуть Гильдию. Я уже ощущал, что големы Гильдии Големостроителей, которыми руководили Ильза и Ахрил, на подходе. Я еще не мог дотянуться до них, перехватить контроль или даже просто посмотреть на окружающий мир через их окуляры, но уже понимал, что еще час-другой, и смогу. Потому запрыгнул на каменное Существо, ткнул его бока пятками и двинулся через площадь к воротам.

Голосившие ремесленники ко мне уже не лезли: наконец-то запомнили, что злой ребенок на големе ничего не покупает, а самых настойчивых, кто на дорогу лезет или пытается ухватить за штанину, старается достать ударом ботинка, не заморачиваясь, в лицо попадет, в грудь или по руке. Вот и славно. Лучшего и пожелать нельзя.

Войско я встретил в полутора часах неторопливой езды от города. Армия изрядно поредела: я не увидел клановых воинов, часть авантюристов тоже уже разошлась: видимо, направились через лесные тропки и заросшие дороги к своим деревням и городам. Однако людей все еще осталось много. Не скажу, что все из Ублефеса, большинство из них просто идет в ближайший город, чтобы пить, сыпать золотом и рассказывать трактирным дамам, сколько именно они убили мертвецов.

Задумчивый прищур некоторых оставшихся бойцов мне не понравился: слишком оценивающий, будто мой пространственный рюкзак взглядом взвешивают.

Поздоровавшись с приятелями, и перекинувшись несколькими вежливыми фразами вроде вопросов о делах и здоровье, предложил покинуть оставшийся караван и первыми дойти до города. Те, уставшие, грязные и измотанные, согласились.

Железный с Пламенным ухватились за парочку повозок сзади — будут подталкивать. Товары и поврежденных големов из остальных двух телег я сгрузил в пространственные сумки, которые прихватил с собой, и помчали. Не скажу, что с ветерком, но приехали в город на полчаса раньше, чем приедут оставшиеся бойцы. Благо, никто не стал устраивать сцен — наверное, их отрезвили три десятка гильдейских големов.

— Что, какие планы? — спросил я бодро.

— Мыться! — хором произнесли приятели.

— Так и думал, — улыбнулся я. — Как раз снял на пятерых купальню. Правда, пятерых человек у нас нет, но туда можно сходить и втроем.

За следующую пару часов я отвел големов на арендованный в городе склад, а потом вместе с ребятами посетил купальню, где подростки приводили себя в порядок и делились историями с похода. Отношение к ним было лучше, чем ко мне, но все равно в общении от авантюристов проскакивали подколки, оскорбления и едва ли не вызовы на дуэль. Благо, о подобном узнал Арк и это прекратилось.

А потом, когда оба подростка вымылись, размякли и сидели, вкушая фрукты, которые за десяток меди принес персонал купален, я, как настоящий злодей, поднял вопрос, ради которого я и раскошелился на купальню. Или «раскошелился» — это не про траты в семь серебряных монет?

— Не-ет, только не поход, — застонала девчонка. — Опять не мыться пару недель, а то и больше?! Да я умру по дороге!

— Я арендую ездовых големов, с этим проблем не будет: домчим быстро. Да и пространственных сумок будет много, возьми себе воды хоть на пару бочек, и ванну внутрь запихай. В зачаровательных лавках есть специальные грузовые артефакты, куда при желании хоть шкаф засунуть можно.

— Я тоже пас, — качнул головой Ахрил. — Мы за последний поход получили по две сотни золота от Арка и по сорок — от тебя. Не знаю, как Ильза, но мне пока хватит.

— Да как этого может хватить-то?! — возмутился я. — Ильза, представь себе лавки с амулетами, изготовленными грандмастерами-артефакторами, умеющими гораздо больше, чем зачарователи с утраченными знаниями умеют сейчас. Кольца, подвески, серьги — что еще нужно девушке? Ахрил, представь, какое снаряжение мы сможем найти! Мертвецам не требуются ни кольчуги, ни щиты, и эти артефакты до сих пор находятся в городах. Представь себе хранилища, забитые зачарованными клинками, доспехами, луками, стрелами и прочим, что только можно представить. Вы видели, сколько богатств скрывает один город, так представьте, что на этот раз не придется делиться с жадным лордом и армией. Представьте, что все это станет нашим! Каждый сможет позволить себе големов, каких только...

— Вот теперь мы дошли до части, которая меня заинтересовала, — поднял палец Ахрил. — Хочу голема. Не обязательно такого же, какого вывел из города ты, так как примерно понимаю его стоимость. Но если там будет Гильдия, и она окажется не разграбленной, то я хочу оттуда машину. Согласен выбрать ее после тебя.

— Идет, — быстро согласился я.

— А если големов там не окажется, ты соберешь нам отличные машины по нашим предпочтениям, — добавила Ильза. — Разумеется, твои слова про артефакты и золото я тоже забывать не стану.

— Я думал, вы доросли до уровня, когда каждый может собрать себе машину, — недовольно сказал я.

— Да. Однако простые големостроители скованы своим архетипом, и выходить за его рамки, создавая големов не из стандартных деталей и модулей, выходит лучше у архитекторов.

— Ладно, языкастые, уговорили. Детали вы закупите сами, а там, так уж и быть, соберу вам големов.

Тем более, что польза от их нахождения в группе будет все равно выше, чем если бы я руководил всеми големами сам. Если будет битва с нежитью, переведу под контроль приятелей псов. А если в той Гильдии найдутся големы — будет кому вести их в обжитый город.

Два дня ушло на то, чтобы добраться до Кробска и продать вещи оптом местным купцам, через скупщиков и лавку, принадлежащую Гильдии Воров, где лысый детина с шрамированным лицом не спрашивал о том, как приобретен товар, не обращал внимания на заверения в том, что вещи принадлежат исключительно мне, и давал по минимуму за каждый предмет. Однако выручил я все равно больше, чем если бы стал продавать товар в Ублефесе. Большинство станет сбывать вещи в первом же городе и цены рухнут. Можно, конечно, добраться до Вяжска и выручить с продажи вещей по максимуму, но не хочется терять время. Меня ждет целый город с сокровищницей, набитой монетами. А то и не один! Как бы ни хотелось добыть еще больше, не стоит гоняться за медью, имея шансы упустить золото. После каравана, груженного ценностями, толпы дураков ломанутся к мертвецам, чтобы там и остаться. Но могут найтись рисковые люди вроде нас, которые соберут сильную группу и отправятся покорять дальние некрополисы. Хочется их опередить.

За проданный товар я выручил почти десять тысяч золотых монет. С учетом всех предыдущих накоплений, теперь у меня хватает на выкуп окованного орихалком голема, которого я видел в подвале Оклорда. Осталось только добраться до Сулумуна и дать ему те пятнадцать тысяч золотых. А то и пятнадцать пятьсот, если заартачится. Могу себе позволить быть щедрым.

А еще мое настроение здорово подняли выкупленные задешево пространственные сумки. Людям теперь уже не требовалось по пять-шесть артефактов, и высококлассные рюкзаки со свернутым пространством продавали за серебро.

Потратил немного монет, купив десяток самых дешевых ездовых големов, и привел их в порядок в мастерской Гильдии. Упор делал на скорости, и никакого ядра внутрь машин не ставил. Големы получились абсолютно не боевыми, похожими на сутулых лошадей с грубыми головами, но функцию свою выполнять должны. А как оно будет на деле — поглядим.

Две машины сразу передал Ильзе и Ахрилу, которые жили в этой же Гильдии, только платили, так как пока их архетип не ушел от ранга новичка. Нехорошо, кстати: нужно будет напрячь их насчет практики, когда вернемся. Каждый должен расти над собой и увеличивать свои навыки.

Наконец настал день похода. Я с утра завершил все дела, которые хотел, отдал всех отремонтированных големов на местный склад, заплатил с денег Арка за тех, которых починить не удалось, и сдал запчасти от них. Теперь — в Гильдию, где уже должны собраться Ильза с Ахрилом, Глебос с клановыми мастерами и авантюристы с полезными архетипами. Вчера познакомиться с членами команды не получилось, слишком уж занят был починкой, потому придется быстро пожать руки незнакомым людям сейчас, выслушать приветствия и, скорее всего, забыть их имена.

На подъезде к Гильдии увидел големов Ильзы и Ахрила. Тут же стоит и чья-то лошадь, поводья наброшены на крюк. Надеюсь, что животина принадлежит авантюристу, что приперся пораньше за заказом, а не кому-то нужному из группы, иначе придется оставить конягу здесь: по скорости и проходимости до ездовых големов лошадь точно не дотянет.

— А вот и Вилатос, — произнес Глебос, едва я вошел. — Ты как раз вовремя, мы тут спорили, каким именно путем стоит идти. Кстати, знакомься: это Вилан, мастер по поиску, обнаружению и установке ловушек. Это Цивил, мастер копья...

А вот с мастером копья, как его представил Глебос, общение не задалось. Мне его лицо было незнакомо, но этот человек точно меня знал.

— Погоди, ты же тот самый ублюдок, пославший големов добивать раненых! — перебил Глебоса копейщик. — Что, решил отвести группу подальше от городов и зарезать в усладу своих садистских желаний?

— Чего?

— Интересно было бы посмотреть на твоих родителей. Даже представить не могу, какие уроды могли произвести на свет... тебя. Хотя, наверное, ты их и сам не видел. Бросили тебя в детстве в канаву, пока какая-то полоумная бабка не нашла и не решила выходить. Прав я, а?

А вот теперь он точно наговорил лишнего.

Из груди волной поднималась ярость. И больше бесили не визги копьеносца, а то, что остальные наемные авантюристы принялись переглядываться, явно раздумывая, стоит ли идти в компании человека со столь сомнительной славой.

Не знаю, чего добивался идиот, но на поединок он себе наговорил. Возможно, именно этого авантюрист и хотел.

— За слова придется ответить, — предупредил я.

— Чего, и без големов со мной в круг выйдешь? — осклабился задира.

— И без големов, и без стражников, и без официального разрешения на дуэль. За мной, — приказным тоном говорю я, хватаю первый попавшийся меч со стойки и направляюсь к задней двери Гильдии, на тренировочную площадку. Хотел выйти из города нормально, но раз один языкастый человечек наговорил себе на поединок, задержусь.