Мерроу-Фолс

Пролог

Мерроу-Фолз, Верхний Мичиган, США

12 июля, 9:23 утра

Июльский ветер со стороны озера Верхнего гнал по пустынной сосновой улице дорожную пыль и запах рыбы с рыбоперерабатывающего завода. Пыль кружилась у порога дома номер двенадцать и оседала на покосившемся почтовом ящике и забивалась в щели старой веранды.

Этот дом, как и многие другие в той части города, был одноэтажным бунгало, обшитым серым сайдингом, с узкими окнами и крыльцом, на котором стояло продавленное кресло-качалка. Газон выгорел под июльским солнцем, и никто не поливал его уже как неделю. Может, даже две.

Входная дверь была приоткрыта.

Это было само по себе странно. Шериф Дэн Коул запирал дверь всегда, даже выходя на пять минут за почтой. Все соседи это знали и даже шутили, что старик Коул боится, будто бобры из Бивер-Крик научатся открывать замки.

Дежурный офицер Томми Уэбб заметил это в восемь утра, когда приехал сменить напарника. Шериф должен был заступить на смену в семь утра, но так и не появился в офисе. Томми позвонил – никто не ответил. Написал в мессенджер – прочитано не было. И это было странно. Шериф Коул всегда был ответственным человеком и никогда не игнорировал без причины звонки и сообщения от коллег.

Томми поднялся на крыльцо. Старый пёс Дэна, которого тот ещё щенком принёс домой, сидел на крыльце и скулил. Скулил, скулил, скулил – отчаянно и тоскливо, так, что у Томми пробежал холодок по спине. И отказывался входить в дом.

Томми толкнул дверь, и она открылась с протяжным скрипом.

- Шериф? – позвал он. – Дэн? Ты здесь?

Тишина.

Но не та тишина, которая обычно встречает пустой дом. Эта была слишком глухой – как та, что бывает над заливом перед грозой, когда даже чайки замолкают и воздух становится тяжелее.

Томми сделал шаг внутрь и сразу понял, что здесь что-то не так. Запах. Металлический, сладковатый, с отвратительным привкусом меди – он ударил в ноздри с такой силой, что у офицера на мгновение потемнело в глазах. Он знал этот запах. Каждый полицейский знал его.

Но Томми никогда не думал, что почувствует его здесь.

- Дэн? – позвал он снова, но голос уже дрожал.

Томми двинулся в глубь дома.

Дэн нашёлся в гостиной. Вернее, то, что от него осталось. Вокруг расползалась тёмная лужа, въедаясь в ковер и старый дубовый паркет, который помнил ещё двадцатые годы. Ткань впитала кровь жадно, как губка, и запах стоял такой, что даже у Томми, который за время службы повидал многое, закружилась голова.

Дэн лежал на спине.

Руки были раскинуты в стороны, пальцы полусогнуты – будто он пытался что-то схватить в последний момент, а рядом был сломанный кофейный столик. Одна нога, штанина которой была прорвана с торчащим острым концом кости, была неестественно вывернута, а вторая застыла под странным углом. На груди рваная рана, слишком глубокая для ножа и слишком неровная для пули. Словно её вспороли когтями.

Но самое странное – и оно же самое страшное – было не это.

Шея обрывалась ровно.

Головы не было.

Томми отшатнулся, налетев спиной на косяк. Хотел отвернуться, но не смог. Он пялился на тело, что ещё вчера было живым человеком, с которым они пили кофе и обсуждали, когда лучше вызвать электрика в участок.

- Господи… – выдохнул он. – Господи, Дэн…

Томми заставил себя отвести взгляд от тела своего, теперь уже бывшего, шефа и опешил. На стене за диваном, прямо на старой краске виднелась надпись. Она была оставлена чем-то темным, почти чёрным. Кровью. Определённо кровью.

[1]

Буквы были неровными, дрожащими – будто тот, кто их писал, не умел держать руку. Или делал это в спешке. Или наслаждался каждой выведенной линией.

Томми нервно сглотнул и вытащил рацию. Пальцы дрожали, и кнопка вызова никак не хотела нажиматься. Потребовалось несколько попыток, прежде чем рация включилась.

- Центральный, это Уэбб, – выдавил он. – У меня проблема. Шериф Коул… Дэн… Он…

Офицер не мог договорить, переводя взгляд с проклятой надписи на обезглавленное тело и обратно.

- Томми? – голос диспетчера звучал встревоженно. – Что случилось? Ты сказал, проблема с шерифом?

- Он… он мёртв. – выдавил Томми. – Кто-то… кто-то убил его. И его голова… Господи… Я не знаю, где его голова.

- Понял, – ответил диспетчер. – Я отправляю патруль. Криминалистов. Держись там, не трогай ничего.

Томми не ответил. Он нервно оглядывался в поисках недостающей части тела, но его взгляд привлекло кое-что другое.

В углу комнаты, на полу, лежала странная вещь. Маленькая карточка, пластиковая, не больше стандартной ID-карты. Она была в крови. Слишком свежая и слишком яркая, словно её искупали в крови Дэна и просто бросили в угол.

Подойдя к ней, обходя кровавую лужу на ковре, Томми нагнулся чтобы рассмотреть её и тут же дернулся.

На лицевой стороне вместе с фотографией шерифа был логотип БКНО – голограмма с глазом в центре треугольника, которую бюро позаимствовало у масонов, смещающаяся при наклоне.

Пытаясь осмыслить увиденное, Томми не отрывал взгляд от своей находки.

КНП? Карта нечеловеческого происхождения? Здесь? В доме у шерифа, который был на все сто процентов обычным человеком?

Томми знал, что это такое – каждый в Мерроу-Фолс знал. Да что там, каждый в мире знал, что такое КНП, если, конечно, не жил в глухой деревне и не знал истории за последние сто пятьдесят лет, и каждый знал, как она выглядит. Бюро контроля за нечеловеческими общинами утвердила единый международный формат для КНП и магических лицензий ещё в 1986 году. Карта выдавалась всем, кто имел в себе хоть каплю магии, всем нелюдям, зарегистрированным магам, всем, кто не был до конца человеком. И Томми это знал ещё со школы.

Но Дэн Коул был человеком! Томми был знаком с ним уже больше двенадцати лет. Он видел, как тот стареет, как болеет, как морщится от утреннего кофе. Никакой магии. Никакой крови. Обычный человек.

Тогда откуда у него КНП?

Томми поднял рацию снова. Пальцы на этот раз не дрожали – онемели.

- Центральный, – сказал он и голос его стал отстранённым и пустым. – У меня тут… КНП. Шерифа. Он был зарегистрирован? Я не знал.

Пауза. Потом диспетчер:

- Понял. Я сообщу нашему отделу БКНО. Ничего больше не трогай, Томми. Жди.

***

Через сорок минут в доме уже работали криминалисты.

Они расползлись по дому, как тараканы. Фотографировали каждую каплю, каждое пятно, каждый след на паркете и ковре. Снимали отпечатки с дверных ручек и с КНП. Замеряли температуру в комнате и проверяли вентиляцию. Они были везде.

Патрульные оцепили дом и не подпускали взволнованных соседей, что начали толпиться у линии ограждения, как только услышали полицейскую сирену. Кто-то даже успел позвонить в местную газету. И патрульные теперь не только пытались успокоить встревоженную толпу, но и осадить настырных журналистов и их фотографов, что почуяли сенсацию.

Ещё через двадцать минут приехали двое из местного отделения БКНО.

Томми узнал их сразу, но впервые за годы службы видел, чтобы эти кабинетные крысы, что отвоевали себе кабинет в сити-холле, выползали из своего убежища на расследование. Как всегда, в костюмах и с планшетами наготове. Полиция Мерроу-Фолс относилась к ним с лёгким презрением, и представители бюро отвечали им с не меньшим энтузиазмом.

Они осмотрели место преступления, не прикасаясь ни к чему, сделали несколько фотографий и пометок в своих планшетах. Один из них – высокий, худой, в очках с тонкой оправой – подошёл к Томми.

- Офицер Уэбб? – спросил он. – Вы нашли КНП?

- Да. – Томми кивнул на стол, где в пакете для улик лежала карточка. – Там. На полу. В крови.

Агент бросил взгляд на карточку, потом на тело Дэна, глянул на данные в своём планшете, и снова на Томми.

- Вы знали, что шериф был зарегистрирован?

- Нет. – Он покачал головой. – Никто не знал.

Агент кивнул, сделал ещё одну заметку в планшете и отошёл к напарнику.

Томми смотрел, как они работают. Как тихо переговариваются, почти беззвучно. Как один из них наклонился к телу, рассматривая рану на груди, и что-то шепнул другому.

- Он был зарегистрирован как человек, – сказал вдруг второй агент, поднимая голову. – В КНП стоит метка «ЧЕЛОВЕК». Никаких магических следов в доме нет. Это не ритуал. Это не магия. Это просто… убийство. Хоть и жестокое.

- Тогда зачем вы здесь? – не выдержал Томми, и несколько криминалистов, выглянули из кухни.

Агент усмехнулся и посмотрел на него.

- Потому что у жертвы есть КНП, офицер Уэбб. И потому что, по данным бюро, Дэн Коул зарегистрирован как человек с потенциальным магическим даром, унаследованным от одного из родителей, являющегося магом. Таких мы называем «спящими» – детьми магов с непробуждённым даром, что в теории может проснуться в любой момент. – Он слегка развел руками и посмотрел на Томми как на неразумного ребёнка. – Так что это наша юрисдикция, офицер Уэбб, как и ваша. Мы не забираем ваше дело, мы просто… помогаем. Сотрудничаем и предоставляем данные, касающиеся нашей юрисдикции. Вы ведёте расследование, мы проверяем нечеловеческий след. Если его нет – мы уходим. И вы продолжаете работать дальше.

Томми перевёл взгляд на тело Дэна. На пустое место, где должна была быть голова. На карточку в пластиковом пакете и снова на тело.

- «Спящий», – повторил он. – Дэн? Дэн был спящим?

- Согласно документам, – кивнул агент. – Дар не пробудился. Возможно, он вообще бы никогда не пробудился, но генетическая предрасположенность была. Мы проверяем всех родственников магов – это стандартная процедура. Даже если дар спит.

- И вы за ним следили?

- Мы не следим, офицер. Мы ведём учёт, – поправил Уэбба агент. – Разница есть. Но теперь нам придётся проверить, не связана ли его смерть с этим фактом. Если нет – мы уйдём. Если да – то продолжим сотрудничество. Не вам, офицер, придётся успокаивать местное магическое и нечеловеческое население города.

- А если мы найдём убийцу раньше?

Агент чуть заметно улыбнулся.

- Тогда мы будем только рады, офицер Уэбб. Мы работаем на одном поле. Просто у нас разные задачи.

Он кивнул и отошёл к своему напарнику.

Через час они уехали, оставив криминалистам заканчивать работу.

Томми стоял в гостиной, из которой уже вынесли тело и где пахло кровью. Он последний раз бросил взгляд на надпись.

Дэн был первым.

И тот, кто его убил, чётко дал понять, что это только начало.

***

Три дня спустя нашли тело Томми Уэбба.

Молодая девушка во время пробежки наткнулась на него у старой лесной дороги, недалеко от самой границы резервации.

Он висел вниз головой на ветке старого клёна.

Лодыжки были связаны ржавой проволокой, руки безвольно свисали к земле, и он всё ещё был в той же форме, что и в день убийства шерифа. Только головы не было.

Как и у Дэна.

Томми Уэбб – второй.

На его груди, аккуратно, почти с любовной нежностью, было вырезано:

[2]

БКНО снова вызвали на место. На этот раз – потому что у жертвы не было КНП, но убийство явно копировало первое, а значит, требовалось исключить нечеловеческий след. Криминалисты нашли отпечатки, следы шин, несколько волокон ткани. Но магии не было и здесь.

Агенты уехали через час. Дело передали обычной полиции.

Но когда тело Томми наконец сняли с дерева, в кармане его формы нашли кое-что ещё. Сложенный вчетверо лист бумаги – не новый, пожелтевший, с замятыми краями. Ксерокопия. Плохого качества, с размытыми буквами и тёмными пятнами, будто оригинал снимали через стекло.

Детектив, который первым заметил его, развернул лист и нахмурился.

Это была старая газетная статья. Датировка – 7 сентября 1923 года. Заголовок гласил:

«НОВАЯ ЖЕРТВА ПАЛАЧА. ПОЛИЦИЯ В РАСТЕРЯННОСТИ. УЖЕ ШЕСТНАДЦАТЫЙ ТРУП ЗА ЧЕТЫРЕ ГОДА»

Статья рассказывала о серии жестоких убийств, прокатившихся по Верхнему полуострову в начале двадцатых. Жертвы – мужчины, женщины, подростки. Люди и нелюди. И даже один ребёнок, семилетний мальчик, найденный висящим вниз головой с ветки старого дуба в трёх милях от собственного дома в Мерроу-Фолс.

Всех обезглавили.

Всех подвесили за ноги.

Ни одной головы не было найдено.

Побледневший детектив перечитал статью, потом перевернул лист.

На обратной стороне была надпись. Свежая, чёрным маркером, аккуратным машинопечатным почерком.

В ТОТ РАЗ БЫЛО ВОСЕМНАДЦАТЬ.

Я БУДУ СТАРАТЬСЯ ПЕРЕПЛЮНУТЬ.

В ужасе детектив протянул лист напарнице.

- Посмотри.

Она прочитала. Молча, не проронив ни слова. Потом подняла глаза на тело Томми, которое уже упаковывали в мешок.

- Восемнадцать, – сказала она тихо. – Это значит, что мы не знаем, сколько их будет. Он даже сам не знает.

- Он знает, что хочет больше, – ответил детектив севшим голосом. – Гораздо больше.

Они стояли на лесной дороге, окружённые тишиной и запахом хвои. Где-то вдалеке каркнула ворона. Белая, с красными глазами.

Никто не заметил её.

[1] Первый – всегда самый легкий

[2] Второй – уже сложнее