Меридиан: Агент на грани аномалии

Глава 1 Аэропорт

— Поймал, — тихо произнесла Кейт.

Медвежонок осторожно двигался к лотку, зацепившись на железных когтях игрового автомата. Итан держал рычаг, в то время как Кейт, прижавшись к его плечу, задержала дыхание — так, словно её лёгкость могла повлиять на происходящее. Вокруг гудело ещё парочка таких же автоматов, лёгкая музыка, присущая торговым центрам, и запах попкорна витал в воздухе.

— Тяни, — прошептала она. — Тяни уже... ТЯНИ! ТЯНИ! ТЯНИ!

Плюшевое тело качнулось, на мгновение показалось — получилось. Но медвежонок всё-таки сорвался вниз, приземлившись к своим плюшевым собратам.

— Ну вот, — заскулила Кейт, надув щёки.

— Может, получилось бы, если бы ты не орала мне прямо в ухо.

— Я не орала. Я лишь мотивировала тебя! — хмыкнула в ответ.

Отодвинувшись от автомата, Итан заметил, как некий мужчина бросил на них взгляд, нахмурился и поспешил прочь — наверное, решил, что перед ним просто ещё один городской сумасшедший.

— Может, в этот раз получится? — произнесла она на заднем фоне, пока Итан поднимал внезапно завибрировавший телефон в кармане.

— Агент Итан?

— Да.

— Срочно прибыть в аэропорт.

Безмятежность ночных улиц рушилась о паникующую толпу у входа в терминал. Итан выскочил из такси, не дожидаясь сдачи, и даже не заметил, как оставил дверь открытой, — водитель что-то крикнул вслед, но голос утонул в гуле сирен.

Пройдя контроль у входа и выйдя в зал, Итан сразу почувствовал, что что-то изменилось. Напряжение незаметно разлилось по телу — смутное, необъяснимое ощущение, будто что-то вот-вот должно произойти. Или уже произошло. В зале было людно, но непривычно тихо. Обычно аэропорт жил собственным шумом: голосами из динамиков, обрывками разговоров, скрипом колёс чемоданов по гладкому полу. Теперь все эти звуки словно приглушил плотный слой ваты. Люди стояли небольшими группами, невольно прижимаясь друг к другу. Никто толком не понимал, что происходит, но тревога уже успела передаться от одного человека к другому. Итан двинулся дальше. С каждым шагом ощущение становилось всё сильнее. Будто сам воздух в зале загустел, заставляя с трудом делать вдох.

У входа в уборную толпились мужчины в форме охраны. Двое пыхтели над дверным замком, третий же натягивал оранжевую ленту, отсекая зевак. Кто-то тихо говорил по телефону с явной тревогой в голосе.

— Срочно вышлите всех к нам! Немедленно!

— Уже в пути. Постарайтесь сохранять спокойствие и ни в коем случае не действуйте сами, приказ свыше.

Был ещё один человек в деловом костюме, по-видимому, менеджер аэропорта — размахивая руками, призывал не паниковать. Особенно он обращался к женщине рядом, которая вцепилась в него. На её лице было нарисовано отчаяние, она его не слушала, скорее даже не слышала от звука своих же воплей.

— Там мой сын! Мой мальчик! Там мой мальчик! — прокричала она, указывая на дверь уборной.

Увиденного было достаточно, чтобы приступить к делу.

— Проклятье, — один из охранников пнул дверь. — Открывайся же, чёртова...

Итан проскользнул под лентой.

— Отойдите! — почти в приказном тоне произнёс Итан.

В руке у него светился пистолет, направленный на замок двери. Два очень громких выстрела прозвучали на весь аэропорт. Мгновение — и всех охватило паника. Уже и без этого встревоженные люди начали бежать подальше от этого чёртова места. Уверенным ударом с ноги Итан смог открыть дверь. Но увиденное за ней...

— КТО ТЫ ТАКОЙ? СТОЯТЬ! — прокричал один из охранников.

— У него ствол! Брось оружие! Подними руки! — последовало за ним.

Но к этому моменту Итан уже шагал по ступенькам вниз. Остальные же встали в ступор от увиденного.

— Матерь божья... — всё, что смог произнести мужчина в костюме.

Дверь, что всегда вела в уборную, сейчас вырисовывала абсолютно не поддающуюся логике картину. Вместо кафельного пола уборной под ногами оказались сырые бетонные ступеньки. Вместо стены с писсуарами — тёмный, уходящий далеко вниз проход. Он уходил дольше, чем позволяла видимость. Итан же уже спускался: за время работы в «Меридиане» он повидал немало. Научился не удивляться и не задавать вопросов, ответы на которые могут и не быть вовсе. Он просто приезжал и делал свою работу, в своём стиле, оставляя за спиной лишь дым факелов и перепуганных свидетелей, которым потом промывали мозги или просто убеждали, что они сошли с ума. В организации у него не было друзей, да и он сам привык работать один. Одна лишь Кейт изредка сопровождает его на заданиях.

Официально Итан — никто. В базах данных он не числился, в реестрах не значился, налоги не платил. Неофициально — он был агентом «Меридиана», организации, которая борется с аномалиями, о которых обычному народу знать было не обязательно. Знали лишь те, кому приходилось с этим работать. Высокие чины, по необходимости служба спасения, другие высокие чины и люди, чьи дети иногда пропадали в туалетах аэропортов. Аномалии не появлялись из ниоткуда. Они вырастали из людского горя. Из страха, паники и коллективного кошмара. Чем больше люди боялись — тем чаще мир давал трещину, и из этих трещин лезло то, что нельзя было объяснить рационально. «Меридиан» работал в тени и гасил пожары до того, как они возгорали в новостях. Поэтому и людям не положено знать об этом: чем больше знает — тем больше паники.

К этому времени Итан уже увидел конец на первый взгляд «бесконечных» ступенек. В темноте ладонь открылась, будто бы пытаясь словить что-то, наткнувшись на нечто вытянутое, он сжался — и в руке оказался фонарик. Чёрный, немного потёртый, но, главное, с ним чернота коридора была не такой устрашающей.

Ступив на ровный пол, Итан оказался в до сих пор неведомом месте. Полукруглый свод из мшистого кирпича. По бокам — железные решётки, за ними тюремные камеры. В каждой — железная койка, унитаз, столик, прибитый к полу. А посередине тоннеля текла вода — мутная, зеленоватая, с радужной плёнкой масла. Это место было похоже на канализацию и тюрьму одновременно. Как если бы скрестили две таких локации в одно. Итан шагнул в лужу, хлюпанье эхом ушло вглубь. Постепенно он начал двигаться дальше, медленно осматривая пустые клетки. Фонарик и пистолет он держал перед собой, как продолжение рук. Камеры пусты. В одной виднелись потёртые прутья, в другой на стене темнела неразборчивая надпись. В третьей также витали следы недавней жизни. Казалось, ещё минуту назад эти камеры были обитаемы. Будто если прикоснуться к койкам, можно почувствовать тепло, которое ещё не остыло.

Но внимание на себя обратил звук в глубине галереи. Шаги, тяжёлые и влажные, как если бы тащили по камню мешок с мокрым мясом. Итан выключил фонарик, чтобы не привлечь к себе внимания. Но, на удивление, в этом месте темнота не была абсолютной. Откуда-то пробивался слабый зеленоватый полумрак — свет, которого не должно было быть.

— Ооо... мооо... ии, — послышалось с той же стороны. Отчётливый тихий мужской плач звучал вперемешку с неразборчивой речью. Итан шёл по стене, прислушиваясь дальше. Поступь отдалялась от него в глубь коридоров. Впереди показалась развилка. Коридор имел направления налево, прямо и направо, как на дорожном перекрёстке. Полная уверенность, что звуки были с левой стороны, дала возможность не тратить время на выбор пути. Подойдя по самой стенке, он не заметил, как в глубине левого прохода на мгновение проступил огромный силуэт, явно нечеловеческого характера, и к тому времени, как Итан выпрыгнул из-за угла со стволом наперевес, тот исчез в темноте.

Но не исчез шорох отдаляющегося шага, будто бы на цыпочках. Чем бы оно ни было, оно пытается не издавать лишний шум. Но что же насчёт звуков до этого? Случайность? Или же оно умышленно заманивает?

Блуждая по темноте, Итан прошёл ещё дальше. Вдруг он наткнулся на тусклый свет, исходящий из-за решётки одной из камер, мерцающий, как от свечи. Подойдя ближе и заглянув внутрь, он убедился: так оно и оказалось. На полу было расставлено несколько свечей по линии нарисованного красной краской круга. На первый взгляд — странные каракули, но отдалённо они могли бы напомнить пентаграмму. Главное — в этой камере, на дальней стенке, сидел мальчик. Связанный и без сознания. По лицу можно было понять, что потерял сознание он от большого ужаса. Такие люди, как Итан, сразу это понимают. Вот за кем он и здесь.

Открыв дверцу клетки со ржавым скрипом, он освободил мальчика. Уже пришедший в себя ребёнок весь дрожал от страха.

— Тише, — повелел он, и в этот миг из глубины темноты раздался адский рёв.

Наполненные страхом глаза мальчика метались из стороны в сторону. Итан опрокинул койку с громким звуком железного скрежета и спихнул её к двери, образуя баррикаду. Отащив парнишку за неё, они прижались к полу.

Шаги. Быстрые, хлюпающие, уже совсем близко. Как и раньше, сопровождались глухим плачем. Итан прижал ладонь ко рту мальчика. Тот замер, глаза раскрыты до предела, весь в слезах. Подходя ближе, поступь замедлилась и остановилась прямо перед камерой. Оно вслушивалось.

Мальчик, готовый взвизгнуть сквозь руку Итана, так же продолжал смотреть широкими глазами, но они уже были направлены прямиком на агента. Будто бы ожидая команды — разревётся в любую секунду. Дверь медленно качнулась с тем же скрипом. Итан поднял голову, одной рукой доставая нечто из-под пальто. Увиденное им нельзя было объяснить рационально.

В проёме стояло чудовище. Никак иначе его не описать. Его роста хватило бы, чтобы коснуться потолка, если бы оно стояло прямо. Но оно сгорбилось, его спина представляла собой хребет из выпирающих позвонков, а по всему телу будто случайно были утыканы чужие руки и ноги или другие человеческие составляющие. Это было нечто, созданное из людских конечностей. Самая длинная из них — явно непропорционально длинная — свисала из-под затылка до самого пола, касаясь пальцами камня. Из его пасти, если это можно так назвать, вырывались звуки. Невнятные и очень хриплые.

— О... могии... хрррххмнеее...

Параллельно с этим не прекращалось тихое рыдание. Оно явно исходило не от рта. Будто под множеством ладоней, где-то в теле затесалась ещё одна пасть. Заметив движение в камере, тварь с визгом рванула внутрь. Казалось, вот оно, конец: пистолет не предназначен для таких тел, да и доставать его уже слишком поздно, а бежать в маленькой камере, ещё и с испуганным ребёнком, некуда. Но не будь Итан агентом «Меридиана», если бы не воспользовался ею. Достав из-под одежды «факел», он отломил заглушку. Тот вспыхнул ярко-белым пламенем, от которого в камере запахло палёной резиной. Уже совсем близко подбежавшее существо вдруг замерло на месте. Его тело зашипело, а кожа начала темнеть, будто к ней прижимали десятки раскалённых углей. Оно взвыло от боли и от отвращения к свету. В миг лапа — та самая длинная — всё равно бросилась вперёд в попытке достать агента, но лишь прошла рядом. Итан даже не пошатнулся, наоборот, он поднял факел выше, изгоняя тварь. Монстр отполз назад, вытянув конечности перед собой, пытаясь защититься от сияния. Итан же пошагал к нему. Отступая, чудовище чудом не забрело к стороне выхода, случайно его не заблокировав. Схватив мальчика за руку, они вдвоём вышли из камеры. Под светом огня они были в безопасности.

— В той стороне выход, — указал он туда, откуда пришёл сам. — Беги к лестнице и не оглядывайся.

Мальчик, что минуту назад был весь в слезах, смотрел в сторону выхода так, будто уже видел встревоженную маму прямо перед собой. Бросив последний взгляд на Итана, парень побежал изо всех сил. Тварь же так и стояла у края света, шипя и плача. Её всхлипывание было человеческим. На сей раз он был не один. Три, а то и четыре одновременных плача вырывались на всю окрестность. Многолетний опыт подсказывал агенту, что здесь явно что-то не так. Обычно аномалии не стремятся пересилить свет. Подкурив от огня сигарету, он бросил факел в сторону твари. К этому моменту мальчик уже должен был добежать — он смог выиграть достаточно времени. И вправду: из последних сил поднимаясь по ступенькам, тот всё-таки вышел на свет. Увидев мать, побежал в её объятия.

Бросив окурок на бетонную ступеньку и потушив его ступней туфли, через время вышел и Итан. И в ту же секунду поднял руки вверх, показывая, что безоружен, толпе охранников, направивших на него стволы.

Глава 2 Меридиан

— Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? Ты агент, Итан. Агент. Ты не должен допускать паники ни в коем случае. А что мы имеем? Люди бегали, охрана не понимала, что происходит, руководство уже третью сводку переписывает за сегодня, а сейчас — только утро. Диспетчерская забита звонками: почему мой агент решил устроить эвакуацию международного аэропорта посреди ночи?

Итан сидел на стуле, скрестив руки. Его взгляд был направлен вниз. Перед ним, за массивным столом из тёмного дуба, ходил мужчина лет пятидесяти. Пастырь. Руководитель агентского штаба «Меридиана» в этом городе. Его голос был негромким, но тяжёлым. Бас прорезал воздух кабинета, словно пила по мокрому дереву.

— И, пожалуйста, — Пастырь остановился, обе ладони уперев в столешницу, — хотя бы один раз за свою карьеру постарайся вернуться с задания так, чтобы после тебя мне не пришлось объяснять руководству, почему половина города решила, что начался конец света.

Итан молчал. Смотрел на стопки бумаг, легонько поправлял галстук. Считал волокна дерева в столе. Всё, чтобы не поднимать глаза.

— Сегодня он особенно зол, — прозвучало где-то сзади. Голос Кейт был отдушиной. Тихий и ласковый, а в ушах Итана мог перевесить самый громкий рык начальника.

— Лишь бы повод покричать. Умел бы я что-то ещё, кроме как отстреливать чудищ, сразу бы уволился.

— Почему бы тебе не высказать ему всё, что думаешь?

— Да как я могу. Это же лишь его работа.

— А самое главное, — Пастырь выпрямился, и теперь его тень накрыла Итана целиком, — сколько раз тебе повторять: не пользоваться способностями где попало. И не доставать чёртов пистолет посреди сраного терминала.

— Заладил. Как же достало это выслушивать каждый раз.

Голос Пастыря можно было услышать сквозь массивную дверь с выгравированной надписью «Директор». Дерево было толстым и на вид очень качественным — это многое говорило о финансировании организации. В стенах офиса чувствовались затаившиеся дыхания, шорох бумаг, кто-то неловко кашлял. Весь штаб слушал.

В кабинете, кроме Пастыря и Итана, никого не было.

Или почти никого.

— Знаешь, — Кейт склонила голову набок, разглядывая Пастыря с интересом, — он выглядит так, будто давно не высыпался. Может, он просто переживает?

— Переживает за репутацию организации.

Пастырь вдруг замолчал. Взгляд его был направлен на Итана с чем-то таким, что не укладывалось в рамки начальственного гнева. Будто бы он смотрел на него сквозь чувство вины. Продержав небольшую паузу, глубоко выдохнул.

— Ты сам-то как? Нигде не поранился?

— Нет. Пустяки.

Итан лишь молчал. Он не сказал, что тварь плакала. Не сказал, что она чуть не зацепила его в ходе миссии. Для него это была лишь очередная странная аномалия среди кучи таких же странных аномалий.

Стук в дверь. Три коротких, размеренных удара костяшками пальцев.

— Входите, — не отрывая взгляда от Итана, произнёс Пастырь.

Дверь открылась, и в кабинет вошла женщина. Она была довольно высокой, а её присутствие занимало ещё больше места. Строгий тёмный костюм, волосы ухожены и собраны гладко, без единой проплешины. На ней были круглые очки, а в руках она держала небольшую папку.

— Эвелин, — кивнул Пастырь, и в его голосе послышалось облегчение. — Вы как нельзя кстати.

— Отлично, — ответила она, повернулась к Итану, изучающим, слабым прищуром прошлась по нему с головы до ног. — Вы, наверное...

— Агент Итан, — с лёгким смешком вставил Пастырь. — Итан, знакомься: Эвелин, твой новый куратор.

Она улыбнулась. Но улыбка не достигала души, в то же время и фальшивой не выглядела. Скорее она была функциональной. Словно могла натянуться по нажатию кнопки. Итан же так не мог.

Выйдя в офис, она вела его за собой уверенно, не оглядываясь. Сотрудники за столами чувствовали её присутствие, не поднимая глаз. Никто не смотрел в их сторону. Но все её видели. Эвелин двигалась так, словно перед ней расступались невидимые толпы.

Её кабинет был меньше, чем у Пастыря, но плотнее забит бумагами, картами, фотографиями, прилепленными к стенам кнопками. На столе — два монитора, стопки папок, а среди них затесалось знакомое досье. Итан узнал обложку. Он видел её однажды. Это было его досье.

— Садитесь, — Эвелин жестом указала на стул. Сама же села напротив, на своё место.

— Расскажите о себе, — скрестив пальцы перед лицом, замерла она вся во внимании.

*Разве в моём досье нет всего необходимого?* — подумал он про себя перед тем, как ответить.

— Итан Смит. Работаю здесь около семи лет и, видимо, так и ничему не научился, — ответил он, отсылаясь на сегодняшнее утро и в попытке разбавить холодный взгляд Эвелин.

— Ух ты! Очень интересно. А чем вы увлекаетесь? — на её лице снова красовалась улыбка, как по кнопке.

— Увлекаюсь? — задумался он немного. — Особо ничем.

— Слышала, вы часто любите гулять после работы.

— Да, но как же назвать это увлечением?

— В каких отношениях вы были с Мартином Вейлом? — спросила она, опять с холодом в глазах. Улыбка пропала. Её выражение менялось от слова к слову. Это уже больше было похоже на допрос. Так быстро перескакивать от темы к теме, словно они были подготовлены заранее. Весь разговор до этого был лишь подводкой к этому вопросу. Или же это тоже подводка к чему-то большему? Рукой она протягивала документ. Это было досье. Чужое. Мартин Вейл, агент «Меридиана», статус: пропавший без вести. Так звали предыдущего куратора Итана. За место кого заступала Эвелин. Около трёх недель назад он отправился изучить место очередной аномалии и... с тех пор от него ни слуху. Дома тоже не появлялся. Жил, по всей видимости, один. На краю досье красовалась его фотография три на четыре. Мужчина с суровым взглядом.

— Мы особо не общались. Разве что по работе.

— Вы знаете, что с ним могло произойти?

— Нет. Не имею понятия.

— Вы самый близкий человек по статусу в этом офисе, и вы даже не поинтересовались, что с ним стало. Вам не интересны судьбы своих коллег?

— Понимаете, мы разговаривали лишь по раб...

— Но вы ведь волновались, правда? Просто не стали ни у кого спрашивать.

*Да что с ней не так?* — подумал про себя Итан. Но сразу же выкинул этот вопрос из головы. Уже давно было понятно: в эту работу нормальных не берут. Если бы висело объявление о найме в «Меридиан», в самом конце была бы строчка: «нанимаем только чокнутых». Коим и казался пропавший Мартин. Мысль о том, что Итан — самый близкий ему человек в этом офисе, даже несмотря на всю отдалённость, не покидала его головы. Ведь он был точно таким же. *Кто бы подумал обо мне, если бы я вдруг исчез?*

Дверь открылась без стука.

Мужчина, вошедший в кабинет, был чуть моложе Итана — лет двадцати трёх. Коричневатые волосы, вечно взъерошенные, густые брови и улыбка. Улыбка — первое, что бросалось в глаза. Широкая и открытая, неуместная в этих стенах, где воздух казался серым.

— Дэн, — воскликнул он сам, прежде чем Эвелин успела представить. — Дэниель Холл. Только что переведён из северного сектора. Очень рад знакомству, агент... — он замер, глядя на Итана. — Итан, верно? Я слышал о вас. — Протянув руку.

Итан встал прежде, чем пожать руку. Не потому, что так гласит этикет. Он, если и знал о таком, то плевать на это хотел. Ему не чуждо быть в этой манере: выбегать на дорогу в неположенном месте, не закрывать дверь такси. Но не уважать ту искренность, что веяла от Дэна, могла бы стыдить по ночам. Ладонь была тёплой и мокрой от пота — казалось, от избыточной энергии.

— Круто, — Дэн не смутился, отнюдь, его улыбка засияла ещё ярче. — Значит, мы работаем вместе. Надеюсь, не подведу.

Итан, раскрыв глаза, лишь вопросительно смотрел, но уже в сторону Эвелин, ожидая объяснений.

— Ах да. С недавних пор вступило в силу новое правило: агенты не должны ходить на миссии в одиночку. Даже те, кто со способностями. Слишком много пропавших... — Она произнесла последнее предложение так, словно оно значило больше, чем просто неудачи. — Поэтому у вас теперь напарник.

— Он пахнет кофе и свежей выпечкой, — заметила Кейт, обходя Дэна кругом, словно он был экспонатом в музее. — Знаешь, он похож на человека, который умеет играть в автоматы и заказывает не одно и то же блюдо в ресторанах. Ты так умеешь?

Итан не собирался ничего на это отвечать.

— Попроси его, может, научит.

— Дэниель, — произнесла Эвелин, её голос стал более официальным, — вы уже ознакомились с правилами?

— Само собой. Я и на миссиях побывать успел. Не как агент, конечно, но имеем, что имеем.

— Отлично, — произнесла она с высокой нотой. — А всё необходимое вам выдали?

— Да. Пистолет, снаряжение и вот эта вот штучка, — произнёс он, достав факел. — Она действительно отпугивает аномалии?

— Да, это «шырақ». Но все привыкли называть это по-своему. Факел, огонь, свет. Стоит лишь отломить заглушку, как...

— Куда мы пойдём после работы? — с горящими глазами спросила Кейт. Она стояла, наклонившись прямо над Итаном. Её лицо было ближе некуда. По ней можно было понять, что куда бы они ни пошли, она ждёт этого с нетерпением.

— Не знаю, мне бы поспать не помешало после вчерашнего.

— Домой... — ответила Кейт сама себе, повесив голову.

— Может, в кино? — предложил он после некоторой паузы, не вытерпев её грустного выражения. Настроение Кейт было дороже сна.

— В кино!! — воскликнула она. — Ты помнишь, когда мы в последний раз ходили? Я уже и не помню! Давай на ужастик! Или на мультфильм про панд! Или... А ты не знаешь, что сейчас показывают? Эй, ты слышишь меня?

— Ах да, — ответил Итан. Пока он отвлекся на Кейт, Эвелин с Дэном уже были в разгаре беседы, болтая о чём-то своём. Выглядело так, словно они не познакомились буквально недавно. — На моём месте он бы поинтересовался про Мартина, а может, даже и...

— Ну и кто же в этом виноват? У тебя было три недели. — Ткнула Кейт в щёку Итана.

— Мы как-то обходились без общения.

— Да неужели? — ответила она саркастично, всё так же продолжая тыкать по Итану.

— Не умею я заводить разговор, ясно?

— Со мной ты как-то общаешься? — выкрикнула Кейт. — Мне это давно ясно, а вот ты только сейчас решил об этом задуматься! — неистово продолжая тыкать пальцем в лицо Итана.

— Прекрати уже! — произнёс Итан. Вслух. И в тот же миг встал в ступор.

Взгляды остальных только сильнее сбивали его с толку. Дэн смотрел на Итана с непониманием, Эвелин же — почти как на человека, в чьём рассудке она больше не была уверена. Итан выглядел всё более чужим. Казалось, будто он свалился сюда из другой вселенной, а не находился рядом с ними всё это время.

— Я... я задумался, извините.

Дэн кивнул, всё ещё улыбаясь, но в его глазах появилось что-то другое. Внимание. Или даже настороженность.

— Слушайте, — Эвелин перехватила инициативу, — вашей первой миссией будет станция метро «Северная». По всей видимости, там зафиксирована аномалия класса Б. Агенты соседнего сектора уже пытались с этим бороться, но безуспешно. Здесь стали пропадать обычные люди. Я запросила сводки из полиции, сегодня должны отправить. — Она посмотрела на Итана. Взгляд был наводящим. Как у учителя, задающего вопрос. — Нужно расследовать это дело.

Итан молча поднялся, взглянул на Эвелин, кивнул и, развернувшись, направился к выходу.

— Понял, — ответил Дэн, вставая, и пошёл вслед за Итаном.

— Будьте осторожны, — тихо сказала Эвелин. — В город собирают агентов с разных частей. Не с проста всё это. — Всё так же скрестив пальцы перед лицом, смотрела она будто бы сквозь всех. По ней было понятно, что что-то её тревожит.

— Хорошо, — ответил Дэн.

Итан же лишь на секунду остановился и вышел из кабинета.

— Постараюсь быть осторожнее за двоих, — с неловкой улыбкой произнёс Дэн после увиденного, почёсывая затылок.

Глава 3 Рейс 742

Всю дорогу до метро Дэн не умолкал.

Он постукивал пальцами по колену, словно считал секунды до приезда. Смеялся чуть дольше, чем требовала шутка. Поправлял кобуру каждые две минуты. По нему было видно: он нервничал. Но нервозность его была как у ребёнка перед экзаменом, который выучил билет, но боится, что забудет, как только его вызовут отвечать. Страха в глазах не было.

— У вас тут каждый день новая аномалия? — спрашивал он с лёгким смешком. — Даже у нас на старом районе не было столько. Вы ведь только вчера вернулись с миссии.

— Можно на «ты», — ответил Итан и задумался. А ведь действительно, аномалий в последнее время стало больше.

— Ещё вопрос: что мы будем делать, если что-то пойдёт не так?

— Я не задумываюсь, как может пойти миссия. Поэтому для меня они всегда идут не так. Действуй по своему усмотрению.

Дэн замолчал на три секунды. Потом кивнул с характерным движением головы, бетонируя озвученную мысль в голове.

— Действовать на своё усмотрение. Понял.

Он продолжал болтать о всяком. О впечатлениях от города, о том, что переехал сюда недавно. Также расспрашивал про работу. Про ритуалы, про классы аномалий и про то, как правильно держать пламя, чтобы не задувало ветром. Спрашивал, запоминал, переспрашивал и снова запоминал. Его глаза бегали по лицу Итана, ловя каждое слово.

— Пытается быть во всеоружии, — заметила Кейт.

— Это лучше, чем быть сходу уверенным.

— Правда? Я помню, ты был очень уверенным на своей первой миссии.

— Я не знал, как иначе.

Дэн вдруг повернулся к нему всем корпусом. Улыбка исчезла. Впервые за всю дорогу он выглядел не как болтливый новичок.

— Думаешь, я смогу стать полноценным агентом?

Такси остановилось. За окном маячила вывеска метро.

— Пошли, — Итан открыл дверь. — Болтать будем после.

Станция «Северная» встретила их тишиной.

Не той мёртвой тишиной, что бывает ночью. Здесь она была заполнена присутствием. Люди стояли так, словно совсем не хотели здесь быть. Та же атмосфера, что в аэропорту. Никто не оборачивался в сторону вошедших агентов. Уткнув взгляды в телефоны, в пол или даже плакаты на стенах, пытались словно стать незаметными для окружающих.

— Они знают, что здесь что-то не так. Эвелин рассказывала, что народ очень суеверный, и стоит лишь распуститься слуху, как все встанут настороже, — сказал Дэн.

Это было важное замечание. Негативные эмоции питают и рождают аномалии, но пока люди лишь слегка напуганы и нервничают. Задача «Меридиана» — не дать этой трещине возрасти до пропасти.

Охранная комната находилась в конце платформы. Двое мужчин в форме метрополитена сидели перед монитором. Лица серые, взгляды красные от недосыпа. Один из них, молодой парень в очках, встал, едва завидев жетон Итана.

— Вы от... той организации?

— Покажите записи, — Итан не стал представляться.

Мониторы ожили. На экранах — зернистое изображение: камера на платформе, камера в вестибюле, камера в переходе. Молодой охранник перемотал на нужный фрагмент.

— Это было семь дней назад, — сказал он тихо. — Последний рейс. Состав номер семьсот сорок два.

На экране появилась пожилая женщина с сумкой и в светлом пальто. Она вышла из вагона, прошла по платформе, спеша, пока не вышла из зоны досягаемости камер.

— Последний кадр, — голос охранника дрожал. — Она вышла из метро. Через двадцать минут от неё останется лишь... в общем, она спрыгнула с крыши прямо на проезжую часть. Это... Это ужас. Мы не знаем, что с ней случилось.

— Слетевшая с крыши старушка, — проговорил второй охранник. — Что же ещё с ней может случиться?

Он сидел позади них, будто ему это неинтересно. Седые усы и борода. Голос хриплый, в соответствии с внешним видом. Хоть и находился отстранённо, внимательно вслушивался в разговор.

— Есть ещё, — неуверенно произнёс парень. — Вот, гляньте.

Молодой парень в чёрной толстовке и с сумкой на плече. Заходит в вагон.

— Смотрите: обычный парень. А здесь он уже... — указывая пальцем на другой монитор.

На видео — платформа, к которой медленно подъезжает поезд. Когда он останавливается, заметно, как кто-то внутри не находил себе места, как птица в клетке. Он стучал в окна, руками пытался раздвинуть двери, мигом выбежал из поезда, как только ему это удалось. А за ним — следы, как от мокрых ботинок.

— Видите? Он выбежал из вагона полностью мокрым... И от кого он убегает? Вот, отмотав плёнку обратно. — Он напуган. Бежит, словно...

— Очередной сумасшедший! — прокричал охранник позади. — У нас что, в городе поехавших мало? Ну привиделось им что-то, и что с того? Достали спрашивать одно и то же. Что полицейские, что вы, что ещё одни. Не дают спокойно работать на старости лет. — Вышел из комнаты, продолжая бубнить под нос.

В то время как Дэн провожал мужчину взглядом, Итан даже не смотрел в его сторону. Он уставился на парня, безмолвно прося рассказать что-то ещё.

— Их около пятнадцати, — сказал оставшийся охранник. — Помимо них ещё есть те, кто зашли в вагон, но так и не вышли. Вот здесь, — выводя на монитор изображение людей, заходящих в поезд, — ни на какой камере их больше нет. Они просто пропали.

— А разве это не один и тот же поезд? — подметил Дэн.

— Да, всё верно. Это рейс номер семьсот сорок два.

Итан, выйдя из охранной, достал телефон.

— Я получила сводки из полиции, — сказала Эвелин. — Парня, который выбежал из вагона, отправили в психиатрическую больницу. Полиция опрашивала его, но мало что смогла понять. Он не мог связать и пары слов. На данный момент мы имеем тринадцать пропаж и один случай с летальным исходом, не считая этого парня. Я собрала даты пропаж, послушай: 25 августа — первая пропажа. Маленькая девочка лет двенадцати, возвращалась домой после учёбы. Родители не всегда имели возможность забрать её, поэтому иногда она возвращалась домой сама на метро. Отличница и пример для подражания в учёбе. Не имела привычки гулять после школы. Последний раз её заметили на камерах метро. Она зашла в поезд и больше не появилась. 4 сентября — вторая пропажа: мужчина лет тридцати четырёх. Семьянин, отец двух детей. Вредных привычек не имел. Возвращался домой после работы и пропал. 14 сентября — третья пропажа: парень-студент. Договорился встретиться с друзьями в центре города. Планировал доехать до места на метро, но пропал без вести. Замечаешь закономерность?

— Десять дней?

— Верно, но это лишь поначалу. Постепенно время между пропажами сужается. Девять дней... восемь дней. Аномалия голодна, Итан. Если закономерность сохранится, то последней была пожилая женщина, которая спрыгнула с крыши. Это произошло неделю назад. Следующая охота может начаться уже сегодня. Ни в коем случае нельзя допустить этого.

— Есть информация, что всё это происходило на одном поезде.

— Верно, это сильно сокращает круг.

— Мы с Дэном сядем туда, как только состав приедет, и будем следить за происходящим.

— Я уже подала заявку на поочерёдное патрулирование, но... агентов не хватает — слишком много точек по городу. Повылезали, как грибы после дождя. Я постараюсь что-нибудь придумать, но сильно на меня не надейтесь. И, Итан... по словам очевидцев — перед пропажей начинает мерцать свет. Это всё, что удалось узнать. Ну, удачи, грибники. Надеюсь, вы не боитесь темноты.

Эвелин повесила трубку.

— Ну? — Дэн стоял в дверях, перебирая в руках бейдж. — Сторожим вагоны.

Дождавшись нужного поезда, а точнее состава семьсот сорок два, Итан и Дэн направились внутрь. Людей хоть и было меньше обычного. Но до совсем пустого поезда ещё далеко.

— Значит, следующая пропажа произойдёт здесь? — спросил Дэн, сев напротив Итана. — Но мы не знаем точного времени... — также добавил он.

Итан развалился на сиденье, как дома, и лишь смотрел в потолок. Одна нога вытянута вперёд, другая была чуть согнута, руки же лежали вдоль тела. Выглядел он так, будто полностью перестал держать своё тело. Голова была запрокинута назад.

Длинные полосы холодного света тянулись одна за другой вдоль всего вагона. Некоторые лампы едва заметно мерцали, словно электричество в старом здании. Время от времени потолок слегка вздрагивал вместе с вагоном. За стеклом проносились стены тоннеля, но из его положения их почти не было видно. Лишь редкие отблески света скользили по окнам.

— Как думаешь... куда они могли пропасть? — уже с серьёзным тоном спросил Дэн.

— Кто знает. Аномалии способны создавать пространства и даже целые подпространства. Даже этот поезд может быть аномалией, — ответил Итан, не меняя положения.

— Пятнадцать человек... — тихо произнёс он. Руки Дэна были сжаты в кулаки и опирались о колени. Сам же он сидел, не касаясь спиной стены. Голова была опущена вниз. Его речь была направлена на пол, а голос слегка дрожал. — Поверить не могу, пятнадцать человек... Наверняка у всех есть семьи и друзья, которые горюют до сих пор. Никто ведь этого не заслуживает... А главное — это может произойти с кем угодно. — Его глаза пробежали по всему вагону, мельком останавливаясь на окружающих людях. — В любом месте... Не знаю, что бы я чувствовал, произошли бы что-то подобное с моими близкими. Мы ведь сможем изгнать это, Итан?! — уже решительным голосом заявил напарник.

Итан всё так же продолжал изображать мешок картофеля. На мгновение в поезде воцарилась тишина. Горящие глаза Дэна уставились прямиком на агента. А его возглас так и остался висеть в воздухе в ожидании ответа. Итан не спешил отвечать. На сей раз он уставился на светодиод над головой. Его слабое мерцание будто способно гипнотизировать человека. Обстановка поезда была очень притягивающей. Внутренний голос бывалого агента так и твердил ему, что аномалия совсем рядом. Но где же именно? Понять было сложно.

— Не трать силы попусту, — сухо сказал Итан.

— Что? — с явным непониманием.

— Не трать силы на всякие мысли. Попусту оплакивая, ты их не вернёшь. Наоборот, сделаешь лишь хуже, ведь аномалии как раз этим и питаются.

Уверенность в глазах Дэна исчезла не сразу. Она будто застыла на его лице, не успев окончательно уйти.

Он несколько секунд не отрывал взгляда от Итана. Брови слегка приподнялись, а взгляд стал пустым и неподвижным.

— Попусту?.. — повторил он себе под нос. Опустив взгляд обратно на пол, он в попытке полностью переварить услышанное приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но так и не произнёс ни слова.

— Грубо, — сказала Кейт, стоявшая у двери и сверля Итана взглядом. — Не будь таким грубым.

Итан наконец опустил взгляд от потолка и посмотрел на свесившего голову Дэна.

— Извинись перед ним. Он хороший парень, — прозвучал голос Кейт.

Итан почесал затылок, и на его лице появилось слабое презрение.

— За что мне извиняться перед ним? Я не сказал ничего плохого.

— Верно, — пробормотал Дэн. — Когда каждый день сталкиваешься со смертью, она перестаёт что-то значить. Это и есть быть агентом, верно? — Его глаза расширились, будто от удивления. — Что же ты пережил за годы работы?

— Ты явно думаешь не о том, о чём нужно, — сказал Итан, возвращая напарника на ход миссии. Он вдруг замолчал и прислушался.

В вагоне ничего не изменилось. Пассажиры по-прежнему сидели на своих местах, поезд продолжал мерно покачиваться на ходу. Казалось, всё оставалось прежним. Над его головой тихо гудел светильник. Это был обычный характерный электрический гул люминесцентной лампы.

Итан поднял взгляд. Гул продолжал нарастать. Постепенно в нём появилось что-то другое — будто где-то далеко работал двигатель. Шум становился громче. Машина, несущаяся по мокрому асфальту, и шорох шин. Итан застыл. Гул продолжал нарастать, пока не заполнил всё вокруг. Ничего, кроме звука едущей машины, не было слышно. На мгновение ему показалось, что он больше не находится в вагоне.

Тр-р-р-р...

Светильник над его головой резко мигнул. Раздался сухой треск. И всё вернулось в своё русло. Итан ещё несколько секунд смотрел вверх. Вагон снова наполнился привычным стуком колёс и приглушёнными голосами пассажиров.

— Свет, — наконец произнёс он.

Дэн поднял голову.

— Что?

— Если станет темно, сразу используй огонь.

Итан посмотрел в сторону носа поезда.

— Оно связано со светом.

Он глубоко вдохнул.

Дэн взглянул на преобразившееся лицо напарника. Оно источало собранность, хотя секунду назад такого о нём было сказать сложно.

— Я проверю передние вагоны. Осмотри задние, — сухо произнёс Итан и пошёл вперёд.

Глава 4 Во тьме

Итан шёл по вагону, медленно держась за поручни. Поезд двигался почти бесшумно — лишь металлический гул под ногами и лёгкие вздрагивания на стыках рельсов напоминали, что он всё ещё в пути.

Люди сидели молча. Кто-то смотрел в телефон, кто-то спал, прислонившись головой к стеклу. Пожилой мужчина читал газету, изредка перелистывая страницы, и шелест больших мягких листов разбавлял тишину.

Ничего необычного. Итан остановился и всмотрелся в окно. За ним проносилась тёмная стена тоннеля с редкими лампами, что вспыхивали на мгновение и тут же исчезали вдали.

— Так ты с ним тоже не подружишься, — прозвучал голос Кейт с небольшим упреком.

— Если от этих слов не стать нам друзьями, то ничего не поделать. В конце концов, я просто был честен, — сказал Итан и продолжил движение.

— Эй, а обо мне ты подумал? Может, я уже устала быть единственным твоим другом? — прокричала Кейт вслед, после чего нагнала его быстренькими шажками.

— У меня много друзей, — ответил Итан с ухмылкой.

— Да ну? И где же они? — с такой же интонацией спросила она.

— Вот, — сказал он, достав из-под плаща факел и указав на него, — друг, который никогда не бросал в беде.

Кейт усмехнулась.

— Или вот, — достал из кармана старую фитильную зажигалку и разжёг огонь, — сколько событий мы с ним обкашляли. До сих пор работает.

— А то, что ты каждый месяц доливаешь в него горючее, мы не будем обсуждать? — хихикая, сказала Кейт. — Какой кошмар. У тебя настолько нет друзей, что ты дружишь с предметами.

— А вот мой самый близкий друг, — сжимая Кейт за обе щёки, с улыбкой произнёс Итан.

Рядом сидящие люди мельком бросили на него взгляд. Итан не заметил, как произнёс это вслух. Или же ему просто не было до этого дела.

— Всё, хватит! Даже в моих глазах ты кажешься сумасшедшим, — произнесла Кейт.

— Ладно, пошли. Мы почти на месте.

— Что значит «на месте»?

— Кабина машиниста. Мне подсказывает, что здесь что-то не так.

Тук. Тук. Тук. Три негромких удара разошлись по металлической двери.

— Кто там? — прозвучало изнутри.

— Открывайте! Это из полиции! — произнёс Итан.

Дверь открылась не сразу. Из щели выглянул мужчина лет сорока со следами недосыпа под глазами. На нём была простая рубашка в клетку, заправленная в брюки.

— Что-то случилось? — Голос был дрожащим, с какой-то отстранённостью, словно он говорил, предвкушая что-то плохое.

Итан бросил взгляд за спину мужчины. Кабина была необычайно тесной. За широким лобовым стеклом тоннель уходил в темноту. Кресло машиниста с широкой спинкой, а перед ним — пульт управления, истыканный разными рядами кнопок и индикаторов. А на потолке располагался тяжёлый металлический люк. Здесь было заметно прохладнее, чем в пассажирской части. Взглянув своими глазами на всё это, он подумал: вполне обычная кабина машиниста. Подозрения агента куда-то пропали.

— Я бы хотел задать вам пару вопросов, — произнёс Итан выверенной речью. Он в миг преобразился — голос стал звучать ровнее, дипломатичнее. — Вы не замечали здесь ничего необычного?

Моргание машиниста было слишком резким и частым. Он продержал паузу, будто не зная, что ответить.

— Необычное? Да, необычное... полагаю, я ничего такого не заметил, — ответил он, покачав головой. — А теперь извините, мне нужно следить за дорогой, — с натянутой улыбкой произнёс машинист. Итан сразу подметил, что его улыбка была наполнена ложью или, может, даже болью. Но в паре со следами недосыпа она не казалась чем-то неправильным. Наоборот, ведь такой она и должна быть.

Мужчина попытался закрыть дверь, но следующие слова агента, представившегося полицейским, не дали ему этого сделать.

— Следующая пропажа произойдёт сегодня. Будьте на чеку. Всего хорошего, — произнёс Итан и направился обратно.

Дверь кабины закрылась также не сразу. Будто у машиниста была странная привычка растягивать обычные действия.

— Ты что-то узнал? — спросила Кейт.

— Нет, ничего необычного не заметил, хотя... мне кажется, он догадывается о сегодняшней пропаже. — Итан потянулся, слегка зевнув. — В любом случае внимание аномалии должно быть на мне. Пока я здесь, оно никому не угрожает.

Долгое время ничего не происходило. Агенты изредка выходили разведать обстановку, но, ничего не заметив, возвращались обратно к центральному вагону.

Часы в вагоне уже близились к шести вечера. Двери открылись, и Дэн вошёл, держа в руках бумажный пакет с готовыми сэндвичами и два стакана кофе. Он окликнул задремавшего Итана и предложил ему перекусить.

— Я так голоден. Думал, не донесу и съем всё по дороге, — сказал Дэн, запивая кофе. — Кстати, до скольки мы работаем? Время уже близится к вечеру.

— Обычно я работаю до изгнания аномалии, но ты прав, это утомляет. От Эвелин никаких вестей. Метро закрывается ровно в полночь. Тогда и будем расходиться.

— Надеюсь, на это. Не сильно горю желанием сторожить пустые вагоны, — произнёс он с лёгким смешком.

Агенты быстро уплетали еду, сидя друг напротив друга.

— А вот если подумать, полиция не могла бы нас сменить? — спросил Дэн.

— Нет, полиция не знает, как бороться с аномалией. В худшем случае они сами станут жертвой.

— Можно же дать каждому по огню, и всё. Я имею в виду, полиция — первая, кто приезжает на вызов. Хотя бы базовую защиту они разве не должны иметь?

Итан пожал плечами.

— «Меридиан» предпочитает оставаться в тени, чем спасать людей. Именно поэтому я утром и выслушивал выговор.

— Это ведь значит, что ты выбрал спасти людей?... Я понял, что ты пытался до меня донести. Но как бы я ни пытался, я не могу запретить себе сочувствовать другим, таким же, как я, обычным людям. Да, даже если это породит другие аномалии, разве это уже не наша забота? «Меридиан» ведь должен работать на то, чтобы другие могли ни в чём себе не отказывать.

— «Меридиан» работает на устранение аномалий. Будь оно иначе, жертв стало бы больше.

— Пятнадцать человек — это разве недостаточно много?

Итан нахмурился.

— И что же ты предлагаешь?

— Люди должны знать об аномалиях, — произнёс Дэн. В его голосе всё меньше мелькали нотки утреннего улыбчивого парня. Он был полностью серьёзен и верен своим словам.

Итан замер, даже перестав жевать. Он лишь смотрел на своего напарника, ничего не говоря.

— Да, мысль о том, что твои страхи могут создать чёрт пойми что, приведёт к ещё большим страхам, но хотя бы знать... от чего ты... — Дэн не смог окончить предложение. Комом в горле застрявшие слова даже вдохнуть давали с трудом.

Ему не нужно было обязательно заканчивать. Итан и так понял, что он пытался сказать. И на сей раз он уже молчал, не зная, что ответить. Однако Дэн быстро пришёл в себя. Поднял голову, допил кофе и, встав с места, отправился на обход.

Всё так же, без изменений. На часах — без тридцати полночь. Людей вокруг стало гораздо меньше. В вагоне ехало около десятка пассажиров. Кто-то молча смотрел в телефон, кто-то дремал, прислонившись к окну. Лишь семья, находившаяся поближе к выходу, о чём-то разговаривала между собой. Отец, мать и ребёнок лет девяти. Остальные просто сидели, погружённые в свои мысли, изредка поглядывая на станцию за окнами. Царила обычная, почти сонная атмосфера.

Дэн дремал, скрестив руки на груди. Голова кивала в такт стукам колёс. Итан сидел напротив, глядя в окно и с нетерпением выдыхая. Но его усталость смыло резкое моргание ламп под характерный звук треска. Казалось, оно было неестественным. Звук был как в тот раз, когда они только сели на поезд. *Не об этом ли предупреждала Эвелин?* — подумал Итан, вслушиваясь и наблюдая.

Через пару минут — снова. Короткий, едва уловимый сонным мозгом моргания.

*Это может быть оно*, — подумал Итан и уже потянулся к Дэну, как вдруг выключился свет.

В миг всех охватила тьма. Даже за окном пропали аварийные огоньки тоннеля, и наступила абсолютно густая чернота. Итан вскочил и окликнул Дэна, но голос тонул в воздухе, словно пространство вокруг поглощало звук. Осознав кое-что, он замер. За несколько часов в поезде тело успело привыкнуть к лёгкой дрожи под ногами, толчкам на стыках и едва заметному покачиванию вагона. Сейчас же это пропало, как если бы поезд остановился или же исчез вовсе.

Итан схватил факел, на ощупь нашёл заглушку и отломил её. Луч вырвался наружу, но тут же утонул в темноте — свет был виден, но не освещал ничего, будто погружаясь в мутную воду, тонул в густой грязи. Тьма казалась осязаемой, что можно задохнуться в ней, если скорее не выбраться. Факел в руках начал теплеть. Итан чувствовал, как пламя внутри бьётся, пытаясь вырваться наружу. Он сжал руки сильнее, почти впившись пальцами в корпус, и вдруг — вспышка. Белый свет ударил в глаза, резкий, как хлёст. В тот же миг лампы в вагоне взвизгнули и вспыхнули, разорвав темноту. Итан ещё не успел осознать произошедшее, как услышал крик. Человеческий, истошный, полный агонии.

Посередине вагона лежал мужчина. Он горел. Его тело было обёрнуто пламенем, и, на удивление, пылал только он. Ничего рядом больше не горело. Огонь облизывал его, как живое, пока мужчина пытался кричать. Звук из его рта становился всё более хриплым.

Это был крупный мужчина средних лет — тот самый, что сидел рядом со своей женой и ребёнком.

Недолго прождав, последовал женский возглас на весь вагон, а за ним — голос мальчика.

Дэн рванулся к огнетушителю. Белый порох накрыл мужчину, погасив пламя. В воздухе витал характерный запах чего-то химического.

Мужчина лежал весь обугленный, но живой. Грудь поднималась, он попытался открыть полностью покрасневшие глаза, но после первой же попытки зажмурился от боли. Его крик заметно утих, но не свёлся до тишины. Он всё так же продолжал издавать тихие звуки боли.

— Папа! — Мальчик бросился к нему, но реакция Дэна была быстрее. Схватив его за одежду, он не подпускал ближе.

Итан оглядел вагон.

— Семь. Нет, восемь человек в этом вагоне, все на месте, — Итан обернулся к пассажирам. Голос вышел сорванным, но достаточно громким. — Все в последний вагон! Живо! — прокричал он на весь поезд.

Люди вокруг застыли в шоке, долго переваривая произошедшее.

— Если хотите жить, все быстро идите к заднему вагону! — повторил Итан.

Стоило одному пассажиру пробежать в указанную сторону, как все последовали за ним.

— Итан, что это было? — спросил Дэн.

— Ты ничего не почувствовал? Я звал тебя, ты это слышал?

— Нет, я ничего не слышал, — тревожно ответил Дэн.

— Хэнк!

— Папа! Папа!

— Хэнк! Что с моим мужем?

Рядом с мужчиной стояла его жена. Она была вся в слезах. Её голос пронизывал душу.

— Успокойтесь, всё будет хорошо! Мы здесь, чтобы вам помочь, — пытался успокоить Дэн.

— Подними его с той стороны.

Подняв мужчину, агенты направились в уговоренный задний вагон поезда.

— Это оно, Итан? Ты стоял с факелом, ты что-то увидел?

— Я тоже попал под аномалию. Это произошло, когда выключился свет.

Мужчина поднял взгляд на Итана, услышав его слова, будто бы соглашаясь с ним.

Дойдя до конца вагона, они аккуратно уложили его на сиденья.

— Все тут? Слушайте меня! — прозвучал Итан.

Пассажиры сидели, прижавшись друг к другу. По их немым глазам можно было отчётливо прочитать вопрос, который они задают: что здесь происходит?

— Скоро станция. Мы выйдем на ней. Все выйдем! — сказал он, как в ту же секунду за окном мелькнули одинокие огни пустой платформы. Поезд проехал мимо, не остановившись.

— Что? — Дэн прижался к стеклу. — Почему мы не остановились?

Итан смотрел в окно, задаваясь тем же вопросом, как вдруг свет снова погас. Тьма окутала всё вокруг. Как и тогда, ничего не было, кроме одного. В окне горели две пары белых круглых огней. Итан не успел осознать, как уже стоял посреди дороги. Ночь, мокрый от дождя асфальт отражал автомобильные фары, которые неслись на него полным ходом. Ветер бил в лицо. Пахло мокрой осенней ночью. Две горящие точки приближались очень быстро. Звук мотора и шум шин казались оглушительными.

— Итан! — послышался голос Кейт.

Ослеплённый светом, Итан всё так же стоял, замерев на месте. Всё это напоминало ему о том злосчастном вечере.

— Итан!

В то время как огни были уже совсем близко, Итан взглянул на руки, которые были залиты тёплой кровью. Подскакивая на месте, он судорожно пытался вытереть руки об одежду. Огни автомобильных фар уже подобрались ближе некуда, отчего он в ужасе поднял глаза.

— Итан!

Голос Кейт прорезал тьму. Итан дёрнулся, вновь оказавшись в поезде. Он стоял прямо у окна, его ладони прижаты к стеклу, словно в попытке выпрыгнуть в него. Попятившись назад, агент потихоньку приходил в себя. За окном мелькали всё те же настенные огни тоннеля.

— Что ты делаешь? — прозвучал голос Дэна позади.

— Окна. Не смотрите в окна, — тихо произнёс Итан. — Слушайте все! Когда свет выключится, закройте глаза и уши! И ни в коем случае не смотрите в окна!

Хлопнув Дэна по плечу, он тихо произнёс:

— Будь здесь и присмотри за ними. Не спускай с каждого глаз — они могут выпрыгнуть во тьме. Пересчитывай их после каждого мигания света.

— Выпрыгнуть? О чём ты?

— Просто делай, что говорю. Я иду к передней части поезда, найду машиниста.

После чего он вышел в соседний, одинокий вагон. Свет также продолжал гаснуть, уже заметно чаще. Схватившись за поручни, Итан продолжал движение во тьме, закрыв глаза. Поезд заметно ускорился. Слабые толчки под ногами более таковыми не казались. Оно, будто обретя сознание, стало злее. Свет начал гаснуть беспрерывно, отчего пришлось пройти оставшиеся вагоны в полной темноте. Дойдя до кабины машиниста, Итан обнаружил, что она заперта. Стук в дверь не дал никаких результатов. Такой толстый металл уже не открыть выстрелом пистолета.

— Эй, это снова я, откройте дверь! — продолжая стучать, кричал он.

Тем временем Дэн стоял на стороже. Паника людей немного утихла, хоть и продолжали шептаться о чём-то своём. Казалось, в этом месте даже разговаривать надо тихо. Настолько страх переполнял вагон.

Мужчина лежал без сознания. Хоть его тело и было в ожогах, ничего более ему не грозило. Заплаканная жена сидела рядом, держа его за руку.

— С ним всё будет хорошо. Я уже позвал на помощь, — голос Дэна звучал спокойно. Было слышно, как он разделяет эту боль. Но даже так он продолжал источать нотки улыбки.

— Спасибо вам, — с дрожью прозвучала она. — Мой муж раньше был пожарным. Однажды по работе ему пришлось оказаться посреди горящих завалов. Его чудом вытащили оттуда — весь в огне. В тот день он чуть не погиб. Я так за него переживала, что также сидела рядом. Когда он пришёл в себя, я заставила его уволиться. Мы думали, что больше не будем это вспоминать, и вдруг... — сказала она, вытирая слезу платком.

— Пока вы держите его руку, он обязательно встанет на ноги. — После чего она сжала ладонь сильнее.

Свет моргнул.

Дэн встал и оглянулся. Люди в вагоне закрывали глаза, когда наступала темнота. А когда включался свет, Дэн всех пересчитывал, чтобы ненароком никого не потерять. Очередной раз ведя подсчёты, Дэн застыл от шока.

— Чёрт! — произнёс Итан и разбил окно в попытке забраться на крышу. При той встрече с машинистом он заметил люк на потолке. В надежде, что хоть он не будет заперт, Итан залез наверх. Поток холодного воздуха и грохот тоннеля снаружи ощущались совсем иначе. Низкий потолок проносился совсем близко, вспыхивая редкими лампами. Вдоль неё — обмотки толстых кабелей. Проползая вперёд, Итан всё-таки смог добраться до люка. К счастью для него, он не был заперт. Чуть приоткрыв, он заглянул в щель.

— Здесь никого нет.

Кейт сидела, откинувшись на кресло машиниста. Её ноги были скрещены и вытянуты вперёд, а пятки почти касались лобового стекла. Приборная панель горела разными огнями, как и тогда. Внутри и вправду никого не было.

*Куда он исчез? Неужели он тоже попал под аномалию?* — промелькнуло в голове.

Итан, чуть шире приоткрыв люк, спустился внутрь. Дернув за барашек, он открыл запертую дверь и помчался обратно. *Пока не стоит останавливать поезд, — подумал он. — Иначе можно упустить источник аномалии.* Дойдя до последнего вагона и заходя внутрь, он обнаружил Дэна с широко раскрытыми глазами от изумления.

— Я не смог найти машиниста, — произнёс Итан.

— Эм... Итан... тут такое дело... — стоя поодаль от всех, еле выговаривал он слова. — Я считал людей, как ты и велел. С самого начала их было двадцать один... но после очередного подсчёта их вдруг оказалось двадцать два... — сказал Дэн и с теми же глазами уставился на Итана.

*Мы ждали, что в темноте они могут пропасть. Но... их стало больше? Как это возможно?* — подумал про себя Итан. Он вглядывался в каждого из сидевших, но не мог ничего понять. Казалось, те же лица, что были тогда. Но теперь на одного больше. *Оно приняло облик человека и прячется среди нас? Нет, такого не может быть. Более того, аномалия класса Б на это не способна... Разве что... Аномалий здесь больше одной.* Не успев всё обдумать, он вдруг услышал:

— Итан, глянь, — прозвучал голос Кейт, указывая на мужчину со знакомо уставшим выражением лица. — Разве это не тот самый машинист?

Итан раскрыл глаза от удивления. *Как он здесь оказался? Если только...*

— Конечно, — произнёс Итан. — Мы ведь вполне могли разминуться в темноте.

Недолго думая, Итан направился в сторону машиниста.

— Что вы тут делаете? Немедленно остановите поезд! — успел сказать он, как заметил некую вещицу в его руках.

Шерстяной узел, связанный в определённой форме. Машинист крепко сжимал его на ладони и сидел, не шевелясь. Даже не поднимал взгляда на агента.

— Откуда оно у вас? — прозвучало, и в ту же секунду Итан направил на мужчину пистолет.

Машинист всё так же не спешил отвечать. Казалось, он не мог вести разговор вовсе. Он зажмурил глаза и приоткрыл рот, как от большой боли. По его лицу ступал пот, стекая со лба до самого подбородка. Его дыхание было коротким и тревожным. Стиснув зубы, он всё же решился ответить.

— Прошу вас! Они обещали вернуть мою дочь.

— Кто обещал? — выкрикнул Итан.

— Ещё немного, и я увижу её. Прошу, не мешайте мне! — сказал мужчина сквозь зубы и начал плакать.

Уже стоявший рядом Дэн также держал мужчину под прицелом.

— Что здесь происходит?

— Этот предмет в руках мужчины и есть источник аномалии, — произнёс Итан, указав на предмет дулом. — Отдайте его мне. — Протягивая вторую руку с растеленным платком.

— Где вы были, когда её утаскивали прочь? — не переставая плакать, спросил мужчина.

— Мы очень сожалеем, — сказал Дэн, и агенты переглянулись. — Мы здесь, чтобы помочь вам! Прошу, отдайте нам эту вещь.

Итан, аккуратно протянув руку, смог его забрать, после чего сразу же обернул в платок.

Мужчина так и сидел заплаканный. Его покрасневшее лицо и руки, что сильно дрожали, говорили многое о его состоянии сейчас. Но, несмотря на это, он сидел на месте. Ожидая ареста.

Поезд стоял посреди тоннеля, чуть не дойдя до станции. Всё-таки сложно остановить его тому, кто этого раньше не делал. Приехавшие полицейские продолжали эвакуировать людей. Итан и Дэн стояли снаружи. Мимо них полицейские забирали машиниста, который шёл с руками за спиной, застёгнутый в наручниках.

— Ты понял, про кого он говорил? — спросил Дэн.

— Понятия не имею, — произнёс Итан и закурил сигарету.

— А эта вещь и вправду может создавать аномалии? — не веря своим ушам, произнёс Дэн.

— Верно. Редко, но такое встречается, — ответил Итан, затягиваясь долгожданной сигаретой.

— Но для чего ему это?

Итан лишь пожал плечами.

— Всё. Я устал. Мне ещё в кино надо успеть.

— В кино? — вопросительно повторил Дэн.

— До завтра, напарник, — пошагал прочь Итан, подняв руку на прощание.

Глава 5 Прогулка с Кейт

Итан сидел в кресле, которое скрипело при каждом движении, и смотрел, как на экране девушка в ночнушке спускалась в подвал с тусклым фонариком.

— Она идиотка, — тихо сказал Итан.

— Тсс, — Кейт сидела рядом, обхватив колени, и жевала попкорн. — Это называется кино.

— Если бы это была аномалия, — сказал он, — её бы уже давно схватили.

— Она боится. Люди в страхе не думают.

— Я думаю.

— Конечно, — Кейт бросила в рот горсть попкорна. — У тебя вместо мозга инструкция по эксплуатации факела.

На экране девушка открыла занавес, за которой стояла тень. В зале кто-то взвизгнул. Кейт захихикала и снова окунула руку в попкорн.

— Перестань работать, — Кейт ткнула его в бок. — Хотя бы на полтора часа.

На экране заиграли титры. Зал остался в полумраке, пока не включился тусклый свет у стен.

Они вышли в пустой коридор. Кинотеатр опустел. Обычно после позднего сеанса тут толпились люди, но сейчас было непривычно тихо. Внимание Итана привлёк мужчина у стойки с билетами. Пожилой, лет семидесяти, может и больше. Высокий, в длинном чёрном пальто, на голове — тёмная шляпа с широкими полями. В правой руке он держал старый чемодан, потёртый по углам.

Мужчина повернулся. Его лицо было покрыто глубокой сетью морщин, а глаза — невероятно живые, угольно-чёрные. Седые брови и густая борода слегка скрывали выражение лица. Он посмотрел прямо на Итана и улыбнулся.

— Добрый вечер, — сказал он. Голос был тихим, бархатным, но отчетливо прорезал тишину.

— Добрый, — ответил Итан, невольно растерявшись.

Мужчина кивнул, свободной рукой приподнял шляпу и направился к выходу. Его шаги были ровными. Твёрдая, словно каменная, подошва туфель стучала по кафельному полу, и этот звук гулким эхом отдавался под высоким потолком.

— Странный он, — прошептала Кейт, провожая его взглядом и чуть сильнее прижавшись к плечу Итана. — От него пахнет сырой землёй.

Итан ничего не ответил. Как только тяжелые двери за незнакомцем закрылись, в коридорах кинотеатра наступила резкая, почти противоестественная тишина.

Они вышли в главный зал торгового центра, и Итан на секунду замер. Комплекс выглядел так, будто его оставили на растерзание времени. Жёлтые оградительные ленты перекрывали эскалаторы, ведущие на второй этаж. Магазины одежды погрузились в темноту, витрины были пусты — манекены исчезли, оставив лишь голые гвозди на стенах. Ларьки с хот-догами и кофе стояли с опущенными ставнями. Продавцы, ещё двадцать минут назад обслуживавшие клиентов, теперь в спешке убирали оборудование в чёрные мешки, не перебрасываясь ни единым словом и не глядя друг на друга.

У кинотеатра двое работников молча срывали афиши со стен. Один из них — тот самый парень, который продавал им попкорн, — скручивал огромный плакат с девушкой в ночнушке и уносил его за кулисы. Будто этого фильма никогда и не существовало в прокате.

— Что происходит? — Кейт обвела взглядом темнеющий зал, и в её голосе впервые проскользнула тревога. — Они закрываются?

— Похоже на то, — Итан подошёл к ближайшему ларьку.

Продавец, молодой парень в запачканном фартуке, даже не поднял глаз на подошедшего клиента. Словно Итана здесь не было. Парень просто щёлкнул замком и моментально исчез в темноте за плотной шторкой.

Весь торговый центр словно выдыхался. Гудящая вентиляция затихала на последнем издыхании, отбрасывая странные, длинные тени от гаснущих одна за другой ламп.

— Пойдём отсюда, — тихо сказал Итан.

Кивнув, Кейт взяла его под руку, и вместе они направились к стеклянным дверям выхода.

***

На улице шёл мелкий, назойливый дождь. Улицы казались совершенно пустыми. Фонари отражались в глубоких лужах, прохожих не было видно. Лишь редкие машины проезжали мимо, оставляя за собой шипящий шум шин по влажному асфальту.

Итан достал сигарету. Пальцы слегка мерзли, и только через несколько щелчков зажигалки пламя наконец зажглось, осветив его лицо.

— Тебя курение погубит быстрее, чем работа, — заворчала Кейт, поправляя волосы.

— Пускай, — ответил Итан, выдыхая серый дым в сырой воздух. — Это ведь лучше, чем от какого-нибудь чудища.

— Ничего из этого не лучше! - Кейт резко шагнула к нему, сжав губы. В ее голосе звучала злость и тихая нежность. Она протянула руку легким, почти неосизаемым касанием указала на сигарету. - Ты каждый день рискуешь жизнью там, где нормальные люди сходят с ума. И после всего этого сам же медленно себя убиваешь. Как это понимать?

Итан замер с сигаретой в руках, встречяя ее взгляд.

- Мой разум всегда трезв, Кейт. - тихо сказал он, стряхивая пепел. - Я не глушу стресс пойлом, как половина нашего штаба. И я не собираюсь облегчать жизнь аномалиям, прыгая с крыши.

Он на секунду опустил глаза к луже под ноагми, в которой дрожали неоновые огни.

- Сигарета помогает мне думать.

Кейт молчала пару секунд. Ее плечи опустились, а напряжение на лице сменилось грустной, но полной тепла улыбкой.

- Какой абсурд, - тихо выдохнула она, с легким смехом. - Но только парочку в день!

Она отступила на шаг назад, смерив его доверчивым взглядом. Напряжение, только что висевшее между ними, растаяло в прохладном ночном воздухе. Кейт явно не желала погружать этот вечер в уныние.

— Всё с тобой понятно, господин мрачный агент, — проговорила она уже совсем другим тоном — задорным и легким. - Лучше глянь как красиво вокруг.

Сделав еще шаг назад, раскинула руки по сторонам и подняла глаза на фонарь над их головами.

Ночная улица и вправду была завораживающей. Дождь шёл мелко, едва касаясь кожи, но промочил асфальт насквозь, превратив его в тёмное зеркало. В нём красиво расплывались неоновые вывески — красные, жёлтые, голубые, — разлитые по лужам жидким светом.

— А ещё... — Кейт выбежала вперёд, подхватив подол платья. — Ну как?

Чуть приподняв край нового платья и не дожидаясь ответа, она легко закружилась на месте. Ткань разлеталась вокруг неё мягким полукругом. Ночь вокруг была почти чёрной, но слабый свет уличных огней тонкими полосами скользил по её силуэту.

Кейт снова закружилась. На мгновение она оказалась в слепящем белом свете вывески, затем шагнула в глубокую синеватую тень, а следом поймала на лице тёплый жёлтый отблеск нависшего фонаря. Она смеялась. Ветер подхватывал края платья, волосы взлетали вместе с тканью, а разноцветные огоньки города будто двигались вокруг неё, превращая обычную улицу в нечто сказочное.

Итан смотрел, не отрывая взгляда. В этот момент весь мир сжался до одной точки. Ему казалось, что больше ничего вокруг не существует. Только Кейт, её смех и мягкие огни на ней.

Она остановилась, слегка пошатнулась от кружения и рассмеялась ещё громче.

— Ну? Как тебе моё платье?

Итан всё ещё смотрел на неё с застывшим выражением.

— Очень красиво.

— Я знала, — она сделала ещё один маленький, грациозный поворот в другую сторону.

Итан сделал шаг вперёд к ней, как вдруг в него кто-то плечом врезался с такой силой, что он резко отшатнулся.

Перед ним стоял незнакомый мужчина в промокшей куртке.

— Простите, — буркнул мужчина.

— Извините, — автоматически ответил Итан.

Они коротко переглянулись, и мужчина пошёл дальше. Итан проводил его взглядом, а затем осмотрелся.

Улицы вовсе не были пустыми. На другой стороне дороги шла пара под одним зонтом. Парень у края тротуара разговаривал, прижимая телефон к уху и закрываясь от дождя. Двое подростков громко смеялись под навесом закрытого магазина. Обычный вечерний город, живой и шумный.

Итан повернулся к Кейт. Та стояла под светом фонаря и смотрела на него с привычной улыбкой.

— Что с тобой? — тихо спросила она.

Итан лишь усмехнулся.

— Мне казалось... улицы были пусты.

Кейт на секунду опешила. Стоя под фонарём, она убрала руки за спину и, чуть наклонившись, вытянулась всем телом.

— «Прогулка с Кейт», — очень мягко произнесла она и улыбнулась. — Так назови своё увлечение, когда тебя снова спросят.

***

Итан жил в старом районе, где дома ещё помнили времена, когда город был совсем другим. Кирпичная кладка была выщерблена, а в подъезде вечно пахло плесенью и сырой штукатуркой. Старый лифт грохотал на весь дом, поэтому Итан всегда поднимался пешком.

Квартира встречала привычной стерильной пустотой. Прихожая узкая, обувь стояла в строгом порядке — одна пара ботинок, одна пара кроссовок. На стенах не было ни картин, ни фотографий. Зеркала были закрыты тканью.

Кейт прошла к окну и приоткрыла створку, впуская в комнату свежий запах дождя и редкий шум проезжающих машин.

В спальне стояла одна большая кровать — старое железное ложе с высоким изголовьем, покрытое серым плотным пледом. Итан лег на спину, привычно оставив больше места посередине. Кейт устроилась рядом на боку, лицом к нему. Её волосы пахли чем-то сладким и домашним. Новый шампунь? Или же так пахло само ее присутствие.

— Расскажи что-нибудь, — попросила она, всматриваясь в его лицо.

— Что? — спросил Итан.

Он смотрел на потолок. Там, в полумраке, красовалась разросшаяся темная трещина, похожая на извилистую реку.

Кейт замерла. Её взгляд вдруг стал отрешённым и пустым, будто она смотрела не на него, а сквозь. Итан почувствовал это даже не глядя.

— Тебя устраивает твоя жизнь? — сухо и без прежней ласки произнесла Кейт.

— Вполне, — ответил Итан и закрыл глаза.

***

Резкий звонок телефона вырвал его из небытия.

Итан открыл глаза, из окна просачивался яркий дневной свет. Он смахнул экран телефона.

— Итан, — сухой голос Эвелин окончательно развеял остатки сна. — Ты проспал? Уже десять утра.

— Да. Я уже собираюсь.

— У нас новая миссия. Через полчаса совещание в штабе. Не опоздай.

Она сбросила звонок без лишних слов.

Кейт сидела на краешке кровати, обхватив колени руками.

— Опять работа? — спросила она, сладко зевнув и посмотрев на него.

— Опять работа. Каждый день какая то чертовщина, — ответил Итан, быстро натягивая рубашку.

***

В офисе «Меридиана» кипела работа. Агенты суетились у столов, кто-то на повышенных тонах говорил по линии, а на большой интерактивной карте на стене то и дело вспыхивали новые красные маркеры. В воздухе стойко пахло дешёвым кофе, бумагой и нервным потом.

Дэн стоял у стола Эвелин, держа в руках два бумажных стакана. Завидев Итана, он сразу же махнул рукой.

— О, явился! Ты опоздал, — сказал он с улыбкой, но без упрёка, и протянул ему один из стаканов.

Эвелин сидела за своим столом. На ней был всё тот же строгий тёмный костюм, но волосы сегодня были уложены иначе. Перед ней лежала раскрытая папка с крупными фотографиями. На снимках Итан узнал вчерашний торговый центр: те самые эскалаторы, те самые закрытые ларьки. Но теперь на светлой плитке темнели огромные, въевшиеся чёрные пятна.

— Три тела, — произнесла Эвелин, не поднимая головы. — Уборщики нашли их вчера поздно вечером в служебной подсобке на втором этаже. Два охранника и работник ТЦ. Все мёртвы. Причина смерти... пока не установлена.

Итан приблизился и стал внимательно разглядывать снимки. Тела лежали в неестественных, судорожных позах. Руки были выставлены вперёд, словно погибшие пытались отгородиться от чего-то кошмарного.

— Внутренние органы целы, следов борьбы нет, — продолжала Эвелин, постукивая ногтем по столу. — Но их лица... Лица застыли в жутких гримасах. Как будто они умерли от чистейшего, первобытного страха.

— Аномалия? — спросил Дэн, перестав улыбаться.

— То, что в этом торговом центре есть аномалия, разве не было известно давно? — вмешался Итан, нахмурившись.

— Верно, — спокойно подтвердила Эвелин.

— Тогда как руководство это допустило? Почему объект не зачистили раньше?

Эвелин озадаченно выдохнула и перевернула страницу в деле.

— Этим делом занимались агенты соседнего сектора. И по их последним данным... — она взяла распечатку со стола, — в этом торговом центре зафиксировано сразу несколько аномалий разных классов. Они сосуществуют на одной территории. Это большая редкость и не менее большая опасность.

— Сколько людей направляют? — спросил Итан.

— Больше десяти агентов. Не считая вас двоих. Это будет масштабная зачистка сектора.

Дэн тихо присвистнул, переглянувшись с Итаном.

— Сейчас Пастырь собирает общий брифинг по этому поводу, — добавила Эвелин, сложив руки на столе. — Но перед тем как мы направимся туда... Есть ещё одна новость.

Она медленно открыла вторую, более тонкую папку.

— Машинист поезда. Тот самый, которого вы вчера обезвредили и передали группе контроля. Его нашли мёртвым в изолированной камере сегодня в шесть утра.

Итан замер с поднимаемым к губам стаканом кофе.

— Как?

— Остановка сердца. По официальной версии — обширный инфаркт. Руководство уже отдало приказ закрыть дело и отстранить наш отдел, — Эвелин немного понизила голос, смерив Итана пристальным взглядом. — Но я проверила архивы. Первая пропавшая в метро... Девочка, двенадцать лет. Дата — двадцать пятое августа. Помнишь её?

— Помню, — хрипло проговорил Итан.

— Она была единственной дочерью этого машиниста.

В кабинете повисла тяжелая, давящая тишина. Дэн даже перестал переминаться с ноги на ногу.

— Что всё это значит? — произнёс Итан, ощущая, как внутри закипает глухое раздражение. — Дэн, ты ведь помнишь, что этот старик говорил нам в поезде?

— Помню, — тихо откликнулся Дэн.

— Вам не стоит задумываться по этому поводу, — резко перебила Эвелин, закрывая папку. — Нас ждут задачи поважнее.

— Поважнее? — Итан нагнулся к столу, смущенный и разозленный такой реакцией. — Ничего не понимаю. Зачем тогда ты нам всё это рассказала?

Эвелин медленно поднялась с кресла. Она смотрела на Итана прямо, её голос прозвучал с холодной точностью:

— Прежде всего, Итан, мне была интересна твоя реакция.

Она сделала паузу, давая словам въесться в сознание.

— На чьей ты стороне? Ты ищешь правду или просто выполняешь приказы «Меридиана»?

Итан замер. Вопрос прозвучал как скрытая угроза или опаснейшая проверка. Слова Эвелин отозвались тревогой где-то под дыхом. Дэн стоял рядом, опустив голову и разглядывая стаканчик с остывающим кофе — он предпочёл не вмешиваться.

— О чём вы вообще говорите?.. — тихо спросил Итан.

В этот момент на столе резко раздался громкий звонок стационарного телефона. Эвелин, не сводя глаз с Итана, протянула тонкий палец и нажала на кнопку громкой связи.

— Вас ждут. — раздался из динамика сухой голос.

Эвелин нажала кнопку отбоя. Обойдя стол, она направилась к выходу из кабинета, на ходу поправляя пиджак.

— Идёмте.

Дэн быстро пошагал за ней. Итан остался стоять на месте ещё на пару секунд, пытаясь переварить услышанное, после чего глубоко вздохнул и пошёл вслед за ними в общий зал.

***

Зал для брифингов в штаб-квартире «Меридиана» больше напоминал мрачный амфитеатр или старый лекционный аудиториум. Высокие потолки тонули в тени, а на рядах деревянных кресел уже разместилось свыше десятка агентов. Почти все они были одеты в одинаковую строгую форму — тёмные плотные кители с вышитым эмблематическим узлом организации на рукаве. В воздухе висело густое гудение голосов, перебиваемое нервным перешептыванием.

Итан и Дэн заняли места ближе к проходу, пока Эвелин прошла вперед. На небольшую освещенную сцену поднялся Пастырь.

Он кашлянул, и зал моментально затих. За его спиной с гудением ожил массивный проектор, отбросив на стену яркий свет. Появился план торгового центра, разбитый на цветные секторы, словно карта боевых действий.

— Коллеги, внимание на экран, — раздался ровный, размеренный голос Пастыря. — ТЦ «Атриум». За последние пару месяцев объект перешел из стадии вялотекущего искажения в фазу резонанса. Впервые за долгое время мы имеем дело с закрытой экосистемой из пяти, а то и больше, аномалий разных классов.

Пастырь взял указку и начал последовательно наводить её на карту...

Глава 6 ТЦ "АТРИУМ"

Двери закрылись за последними агентами. Итан вошел одним из первых, чувствуя, как холодный воздух казенного помещения мгновенно оседает на коже, заставляя мелкие волоски на руках встать дыбом.

Просторный зал больше напоминал глубокий бункер или заброшенный анатомический театр. Высокий амфитеатр с полукруглыми рядами потёртых деревянных кресел уходил ступеньками вверх в густой полумрак. Свет от мощных подвесных ламп казался избыточно ярким, режущим глаза, выхватывая из темноты пылинки, танцующие в воздухе. В углу сцены стоял Пастырь, тихо обсуждая что-то с мужчиной в длинном темном плаще. За их спинами на огромной стене висел цифровой экран, на который транслировалась подробная трёхмерная карта торгового центра «Атриум», подсвеченная тревожными багровыми индикаторами.

Агенты занимали места молча, без привычной перед выездом суеты, споров и глухого бряцанья снаряжением. Каждый был занят своим: кто-то в сотый раз до щелчка проверял затвор автомата, кто-то судорожно перелистывал выданные брифингом сводки, а несколько человек тихо переговаривались вполголоса, пытаясь заглушить нарастающую панику. Лишь с дальних рядов доносились нервные, сдавленные смешки — защитная реакция человеческой психики перед прыжком в абсолютную неизвестность.

Эвелин стояла у стены поближе к первым рядам, скрестив руки на груди и не сводя глаз с командного экрана, в то время как Итан бесшумно опустился на кресло рядом с Дэном.

Освещение в зале резко понизилось, концентрируя всё внимание на центре сцены. Пастырь вышел вперёд и обвёл зал тяжёлым, свинцовым взглядом. Его лицо было исчерчено глубокими морщинами — лицо человека, который уже давно забыл, что такое нормальный сон и покой. Во взгляде читался холодный прагматизм; в нём жила абсолютная власть того, кто отправил на смерть не один десяток бойцов, и вместе с тем едва уловимое смятение человека, уставшего считать цену этих потерь.

В полукруглых рядах амфитеатра расположился отряд из двадцати человек. Контраст бросался в глаза мгновенно. Лишь малая часть агентов были закалёнными ветеранами с выцветшими, пустыми глазами от бесконечных зачисток. Остальные выглядели совершенно иначе — желторотые новички, недавно пополнившие ряды «Меридиана». По их бегающим взглядам и напряжённым позам было видно: это страх людей, которые ещё ни разу вживую не видели, как реальность вокруг трещит по швам.

— Сегодня вам предстоит непростая миссия, — басистым, раскатистым голосом произнёс Пастырь.

Он сделал паузу, давая агентам прочувствовать всю тяжесть ситуации. В зале не шелохнулся никто.

— Торговый центр «Атриум» — крупнейшее место скопления аномалий на данный момент. Подтверждено как минимум пять различных классов тварей. Сегодня утром ТЦ был полностью запечатан. Ситуация вышла из-под контроля. Нам необходимо действовать немедленно, чтобы аномалии не смогли разрастись за пределы здания и поглотить жилые кварталы.

Пастырь взял в руки небольшой прибор с ярко-красным светодиодом на конце.

— Это стабилизационные маяки. С их помощью удастся заблокировать пространственные бреши. Мы должны расставить их в строго указанных точках. — Он развернулся к экрану, и на карте ТЦ вспыхнули красные точки по периметру и в центральном атриуме. — Когда маяки активируются, они создадут силовой контур, за пределы которого твари не смогут выбраться.

— Разрешите! — раздался немного дрожащий голос.

Лицо Дэна было бледным, а пальцы, судорожно вцепившиеся в подлокотники кресла, заметно подрагивали. Итан тут же опустил голову, ощутив тяжелый укол в груди — интонация напарника ему откровенно не нравилась.

— Пастырь, разрешите вопрос, — продолжил Дэн, пересиливая себя. — По сводкам, первые аномальные всплески в «Атриуме» зафиксировали ещё полгода назад. Руководство знало про угрозу сжатия. Почему сектор не запечатали сразу? Почему центр работал до вчерашнего дня? Вам не кажется, что «Меридиан» затянул с...

Тишина в зале стала осязаемой, плотной. Остальные агенты отшатнулись, стараясь даже не смотреть в сторону выскочки. Эвелин у стены медленно опустила планшет, впившись взглядом в Дэна. Обвинить верхушку «Меридиана» в халатности приравнивалось к тому, чтобы молча приставить дуло пистолета к собственному виску. Все это прекрасно понимали, но в глазах Дэна горела упрямая, слепая справедливость.

Пастырь уже открыл рот, чтобы жёстко осадить дерзкого новичка по уставу, но из глубокой тени в углу сцены послышался тяжёлый, чеканящий шаг.

— То, что было вчера — это уже статистика.

Из полумрака вышел мужчина в потёртом чёрном пальто. Его массивная фигура мгновенно перетянула на себя всё внимание зала. На вид ему было около сорока. Широкие, слегка сутулые плечи ветерана выдавали в нём человека, привыкшего нести груз чужих смертей. Лицо привлекало жуткое внимание: глубокий, рваный шрам рассекал левую бровь, скулу и уходил под воротник. В чёрных глазах не было ни грана тепла — лишь бритвенно-острый, холодный расчёт.

Он сделал три шага к краю сцены, и тяжёлые армейские ботинки гулко ударили по деревянным доскам.

— Статистика, солдат — лишь сухие цифры на бумаге, — голос Вектора прозвучал тихо, но каждый услышал его отчетливо. — Сегодня в этот список могут добавить и вас. И если это произойдет, никто не станет стоять над вашими трупами и размышлять, почему бюрократы опоздали. Запомните раз и навсегда: «Меридиан» не спасает. «Меридиан» лишь гасит вспышки. Вчерашних мертвецов мы не вернем ни при каких обстоятельствах, поэтому выкиньте эту детскую сентиментальность из голов. Вы — инструмент для установки маяков. Маяк стоит — задание выполнено. Нет — город продолжит кормить аномалии. Есть еще вопросы?

Дэн замер, стиснув зубы. Внутри него бушевало бунтарское чувство правоты, но холодный ужас перед реальностью и предостережение рядом сидевшего Итана — чья рука крепко сжала его локоть, требуя замолчать — наконец отрезвили парня.

— Как тебя звать? — бросил Вектор, не сводя с него взгляда.

— Дэниель. Агент Дэниель Холл.

— Храбришь? Дэниель. Возомнил себя героем?

— Н-нет...

— Отлично, — холодно бросил Вектор. — Будешь нашим штурмовиком, Дэниель. Или твоя храбрость заканчивается на словах?

Шрам на его лице натянулся в хищной, зловещей усмешке.

— Нет. Я буду штурмовиком, — выдавил из себя Дэн.

Эвелин у стены тяжело вздохнула и слегка покачала головой.

— Этот парень — труп, — тихо перешептывались агенты на задних рядах, отводя глаза.

Пастырь, ударил указкой по центру экрана.

— Первое, с чем вам придется столкнуться на входе — Звуковой паразит. Он захватил всю внутреннюю систему оповещения здания. Из динамиков идет искаженная частота, способная вызвать мгновенный ужас, панику и галлюцинации такой силы, что вы собственными руками попытаетесь вышибить себе мозги. Наша задача — с боем дойти до комнаты управления на первом этаже и уничтожить центральный пульт. У каждого из вас будут защитные наушники. Не смейте снимать их во время первого этапа! Иначе...

***

Агенты столпились у периметра оцепления перед главным входом в торговый центр. Улица была перекрыта полицией, мигали красно-синие маячки спецтранспорта. Возле двух бронированных транспортеров «Меридиана» суетились техники, выдавая оружие и тяжелые ящики с припасами. Холодный осенний ветер гонял по асфальту мелкую пыль и обрывки газет, создавая гнетущее ощущение брошенности вокруг оцепленной зоны.

Итан стоял у стеклянных дверей, глубоко засунув руки в карманы и всматриваясь в кромешный полумрак просторного холла, из которого еще прошлой ночью выходил вместе с Кейт. Пространство за стеклом казалось фальшивым, мертвым, лишенным всякого смысла. Особенно остро ощущался сюрреализм момента: еще вчера здесь кипела жизнь, на эскалаторах смеялись прохожие, на втором этаже перекуры устраивали обычные сотрудники торгового центра, а теперь — запечатанный склеп, где время словно застыло в точке невозврата. В груди ворочалась глухая, тупая тяжесть, напоминавшая о том, как хрупка человеческая жизнь перед лицом непостижимых аномальных сил.

Докурив сигарету до самого фильтра, Итан резким щелчком отправил окурок в урну.

— Агент Итан? — раздался за спиной робкий, но полный трепета молодой голос.

Итан обернулся, слегка удивленный. Перед ним стоял парень в новенькой, еще скрипящей экипировке.

— Да.

— Не могу поверить! — глаза новичка заблестели от искреннего восторга. — Никогда бы не подумал, что встречу вас вживую. Я Оливер, очень рад знакомству.

Оливер протянул руку, в которой отчетливо подрагивали пальцы. Итан машинально пожал её, подмечая каждую мелочь в поведении парня.

— Откуда ты меня знаешь?

— Шутите? Вы же живая легенда среди оперативных групп, мы все слышали о ваших закрытых зачистках. — Оливер радостно толкнул локтем подошедшего рядом товарища. Вокруг тут же начали собираться другие агенты, бросая на Итана восхищенные, ищущие поддержки взгляды. — Редкость встретить ветерана с таким стажем, да еще и обычным агентом как мы.

— Старший агент, — поправил кто-то из толпы сзади.

— Да, извините, старший агент!

Итан натянуто улыбнулся, чувствуя себя не в своей тарелке от этого неуместного пафоса.

— Говорят, у вас с Вектором самый высокий процент выживаемости и закрытых заданий, — шепнул Оливер, опасливо косясь в сторону броневиков.

Итан невольно проследил за его взглядом. В тени тяжелой машины стоял Вектор, с абсолютно каменным лицом протирая ветошью метровое мачете со странными символами травления на стали. Лезвие тускло блестело, отражая мигалки сирен.

— Не нравится мне этот тип... — тихо добавил Оливер.

— Тише, он услышит, — прозвучал откуда то сзади.

— Внимание! Всем агентам построиться у главного входа! Повторяю, общий сбор у входа! — рявкнул резкий голос из рации.

Подготовка закончилась. Тяжелая дверь главного входа торгового центра была приоткрыта, выпуская наружу мертвенный, застоявшийся воздух остывшего гиганта. Отряд начал стягиваться к ступеням.

— Что ж, удачи на задании, — бросил Оливер напоследок, а затем кивнул куда-то назад. — Почти самым последним среди других, весь в экипировке, с бронежилетом и автоматом наперевес, медленно шел Дэн, на ходу поправляя снаряжение. Его глаза смотрели сквозь толпу, будто в попытке собрать мысли воедино, а движение было робким и неуклюжим. — Он уж совсем зеленый.

Итан кивнул, бросив короткий взгляд на напарника. Тяжело вздохнув, он поправил лямку разгрузки и направился к началу колонны, чувствуя, как липкий страх начинает затягивать петлю вокруг их отряда.

***

Ушные каналы плотно запечатывали силиконовые вкладыши, транслировавшие навязанную протоколом легкую, безмятежную мелодию. Поверх них наглухо застёгивались чаши тяжёлого шлема.

Отряд продвигался по просторной галерее строго по уставному клину. План построения составлял Пастырь, поэтому Итан шел в самом авангарде, задавая темп и держа палец на спусковом крючке. По сторонам тянулись ряды заброшенных бутиков. Сквозь заляпанные витрины проступали зловещие силуэты пустых манекенов — все до единого без одежды, словно ободранные мумии. В здании работало лишь дежурное освещение, из-за чего дальние пролеты тонули в густом, непроницаемом полумраке.

Агенты двигались строго по освещенной центральной полосе. По жесткому приказу Пастыря им запрещалось даже бросать взгляды по сторонам — держать голову исключительно прямо, игнорируя любые визуальные помехи на периферии. Почему? Никто не объяснял. В «Меридиане» бойцам положено знать ровно столько, сколько необходимо для выживания в конкретную секунду.

К счастью, комната управления находилась на первом этаже, совсем недалеко от входа. Серая металлическая дверь уже маячила впереди, резко выделяясь на фоне белой стены далеко за сухим фонтаном.

Отряд продвигался медленно, отмеряя метр за метром единой, сплоченной колонной. Напряжение висело в воздухе настолько плотно, что его буквально можно было резать ножом.

***

— Среди вас будет три агента-штурмовика, — прозвучал басистый голос Пастыря в рации. — Трое бойцов, экипированных тяжелой броней с головы до ног и тяжелым автоматическим оружием, обеспечат отряду прикрытие от обитателей первого этажа.

Среди шеренги сразу выделились трое: в массивных бронежилетах «Ворон», усиленных наколенниках, тяжелых берцах и закрытых шлемах. В их числе был и Дэн, тяжело переступавший ногами под непривычным весом тяжелой брони.

— Штурмовики распределяются по позициям: первый идет в авангарде строя, второй прикрывает центр, третий замыкает колонну. Итан, ты идешь впереди. Марк, на тебе центр. Вектор — хвост.

— Разрешите! — прозвучал голос из толпы агентов. — А кто обитает на первом этаже?

***

— Эй... — внезапно прорезался в общей рации сорванный шепот одного из новичков тылового фланга. В голосе бойца отчетливо слышался липкий страх. — Парни, вы это видели?

— Что случилось? — прозвучал настороженный голос.

— Тот манекен у витрины ювелирного. Я могу поклясться, что он смотрел в другую сторону.

Итан повернул голову в сторону указанной витрины. На первый взгляд — обычный ювелирный магазин, который был давно закрыт. Белые запертые на замок ворота. Внутри не горел свет, поэтому внутри невозможно было ничего разглядеть. Кроме трех манекенов, которые стояли у края во весь рост, в разных позах. Ничего не предвещало беды, если не учитывать что двое из манекенов смотрели прямо, относительно тела. А один из них смотрел прямо на агентов. Итан почувствовал как по спине пробежал ледяной пот.

— Отставить болтовню в эфире, держи сектор — жестко оборвал новичка замыкающий ветеран.

Агенты погрузились в затишье. Медленно пробираясь вперед никто не осмеливался смотреть по сторонам. Уткнув взгляд на впереди идущего товарища Дэн делал глубокий вдох. Ноша снаряжения казалось ему большой ответственностью. Вцепившись левой рукой в цевье автомата, прижал его к груди сам того не замечая с такой силой будто собирался держаться за него вечность. Меланхоличная расслабляющая мелодия в ушах отнюдь не отдавала спокойствием. Наоборот, в этой жуткой атмосфере, она больше действовала в обратном.

— Погодите! — голос другого агента прозвучал в ушах. — Они все... смотрят на нас.

В ту же секунду Итан огляделся по сторонам. Абсолютно все манекены в этом торговом центре смотрели прямо в их сторону.

— Какого черта... — раздался голос.

— Они живые!

— Эй, гляньте туда! — прозвучала очень озадаченно. Там, куда указывал один из агентов, стоял манекен. Его туловище было чуть наклонено влево, а правая рука наполовину поднята вверх, открытой ладонью к агентам.

— Оно шевелится!

Итан пригляделся. И вправду, можно заметить медленное движение правой рукой. Влево, вправо, влево, вправо. Будто оно машет им. Запугивание — обычное дело для аномалии, ведь этим они питаются. Людскими страхами, а не смертями. Поэтому такие трюки не воспринимаются Итаном как нечто за гранью. Отнюдь, это обычная практика в ходе работы на Меридиан. Но это... именно в этот момент муражки побежали по телу Итана. Аномалии таких масштабов можно сказать имеют собственный разум. Как дикие животные, они в силах определять опасность, исходящую от агентов. Его бывалое чутье ему подсказывало — оно не пытается подкрепиться вашими страхами. Оно просто насмехается над ними. Облившись холодным потом, Итан не отрывал взгляда от медленно машущего рукой манекена. С каждым разом его движение казалось всё зловещее и ужаснее до такой степени, что на безликом лице этой твари мозг сам рисовал ехидную улыбку.