Мемуары Челюстини Кефировны. Том 1

Глава 1. Как я нашла своих людишек

Посвящается моим любимым кошкам,

Челюстини Кефировне и Киньке

Почему я решила рассказать о своей жизни? Всё просто. Я считаю, что история такой прекрасной особы должна быть доступна широким массам. Я не обычная Мурочка, которая будет целыми днями спать на диванчике, а многосторонне развитая личность.

Мои люди считают, что у меня прескверный характер. Может быть и так. Но я думаю, что это не моя вина. Просто у меня было тяжёлое детство. Шутка ли, когда я появилась на свет, то нас с братом окружили со всех сторон, рассматривая, пытаясь понюхать (но мама грозным рыком предотвращала все попытки), тронуть лапкой. Когда мои глаза открылись, то я увидела пятнадцать мне подобных разной расцветки! Надо ли говорить, что когда нас с братом стали подкармливать нормальной едой, биться приходилось за каждый кусочек. Ведь легко отнять вкусное у ребёнка! И если мой братик прижимался к полу и улепётывал от миски, то я была не так проста. А всё потому, что у меня был характер уже тогда! И я этим горжусь! Да!

Это сейчас у меня есть куча игрушек: мышки, мячики, резиновые гантели [Да, я стараюсь держать себя в хорошей форме.], фиалки на подоконнике, тарелки и кружки на столе и четыре жалких человечка, а тогда ничего этого не было. Мне приходилось играть луковой шелухой, которую ещё нужно было стащить с кухни. Представляете? Конечно, для разнообразия я могла отлупить братца. Но это было слишком легко. К тому же, за такие дела могло прилететь от мамы. А кому понравится получить по носу лапой? Конечно, никому. Поэтому я улучала момент, когда наша родительница была занята. И вот тогда брательник с криком убегал от меня, стараясь найти защиту у старших. Ну, а тем часто было не до наших разборок. Их не трогаем и ладно.

Хотя, говоря совсем по-честному, доставалась от меня и дядям-тётям. Но я же не дурочка. Поэтому, прежде чем разбежаться и тяпнуть за хвост зазевавшегося увальня Барсика или крикливую Фисташку, я смотрела, чтобы рядом был папашка. Он не особо занимался нашим воспитанием. Но обижать нас не разрешал. И пусть Барсик или Фисташка ворчали потом, что я самый невоспитанный в мире котёнок и что по кому-то давно плачет когтистая лапа, но при папке нас не трогали. Стоило ему бросить на них строгий взгляд зелёных глаз, как те, недовольно бурча, отправлялись в другую комнату и залезали куда-нибудь повыше. Чтобы я, конечно же, не достала. Да мне уже и не надо было. Вон мальчишку можно за пятку ухватить.

Так я и жила себе, совершенно не задумываясь о том, что жизнь может быть другой, а мир гораздо больше той бетонной коробчонки, по которой я гоняла приятно шуршащую луковую шелуху и родственничков.

Но однажды всё изменилось. Как-то вечером женщина, которая нас кормила и мыла туалет, как-то зловеще ко мне подошла. Я сразу поняла, что что-то не так. Мы, кошки, очень хорошо чувствуем, когда меняется человеческое настроение. Я напряглась и медленно отползала от неё, пятой точкой вперёд. Но дама не сдавалась, неумолимо наступая.

— Кис-кис-кис.

Ага. Щаз! Я рванула в сторону. Ещё немного и я скроюсь под креслом. Спасительное укрытие было так близко! Но я не успела. Пятая точка предательски застряла. Жалобно мявкнув, я поняла, что оказалась во вражеских руках.

— Тихо-тихо, — она успокаивающе, как видимо ей казалось, улыбнулась и погладила меня между ушей.

Я зашипела. Так просто я не дамся. Что бы она ни задумала.

— Я просто тебя сфотографирую. Ты же такая красавица. Сделаем несколько кадров?

Хм. Я, конечно, красавица. Спору нет. Но что значит спортоф... В общем, что она собралась делать?

Женщина посадила меня на диван и отошла подальше. И всё? Любоваться что ль будет? Ну, я не против. Так даже лучше. Пусть лицезрит мою красоту на расстоянии и не тянет ручонки.

Однако я зря расслабилась. Дамочка схватила коробочку, поднесла к глазам и давай кнопочки нажимать. Ну, кто так красотой любуется? Я обиженно отвернулась, вполне заслуженно игнорируя обманщицу.

Женщина подскочила к дивану, бросила свою коробочку рядом со мной и схватила беззащитного котёночка.

— Вот что тебе стоит в кадр посмотреть, а? Ради тебя же стараюсь. Притворись прелестью хоть на пару минут.

Я и так прелесть! Самая что ни на есть настоящая! Двадцать четыре на семь в неделю! Вот!

Она усадила меня на диван, развернув к себе. Кому понравится такое отношение? Правильно. Никому. Я скакнула под подушку так, что только пятая точка и вертлявый хвостик остались снаружи. Вот тебе! Любуйся!

Тяжело вздохнув, дамочка резко подняла подушку. Я развернулась и сердито ринулась на обидчицу. Да сколько же можно?

А та снова схватилась за коробочку, раздался щелчок.

— Ну, хоть так получилось, — улыбнулась она, глядя на экранчик в своём гаджете. Я уже грызла её руку, но она никак не реагировала, задумчиво просматривая фото [Это сейчас я знаю, что она меня фотографировала. Тогда то я не понимала, что это за танцы с коробочкой.].

— Всё не в фокусе, — сокрушенно проговорила она и посмотрела на меня. — Давай ещё кадрик, а?

Я замотала головой, продолжая грызть её руку.

— Бульдог какой-то, а не котёнок, — вздохнула дама и, стряхнув меня со своей руки, встала с дивана. — Вот кто тебя возьмёт, увидев такое фото, а? Ты же здесь злобный монстр. Ладно. Попробуем так пока. Если никто тебя не заберёт, то перефоткаю.

А на следующий день раздался телефонный звонок. Дама эта, радостно кивая, говорила кому-то о белом котёнке в дар. О, да видимо это я! Меня в дар? Интересно-интересно. Я осторожно подползла ближе и зашевелила ушами, прислушиваясь.

— Ходит в туалет в лоток, ест варёный яичный желток, растёртый с молоком. А вы хотите только одного котёнка? Может быть и брата возьмёте? Очень красивый котик.

Ха! Красивый котик! Вот я чисто белая, глаза голубые, не сильно пушистая, но и не лысая, как дядя Барон. А вот братишке моему не повезло. На его шерсти повсюду какие-то чёрные пятна, мордочка тоже чёрная, лапы, хвост... К чему это? Красивый котик! Насмешили.

На следующий день я уже и забыла про этот разговор. Стемнело. Я сидела на подоконнике и охотилась на белых пушистых мушек. Внизу светили фонари, и всё было белым-белым. Совсем как я.

— Эй, мелкая, перестань скакать по окну! Брысь! — крикнул мне противный мальчишка.

Не люблю его. Он вечно хватал меня на руки, мял бока. А как-то дёрнул за хвост. Но ничего. Он за это ответил!

Я сверкнула на него глазами, подскочила и повисла на шторке.

— Ну? И что ты мне сделаешь, жалкий мальчишка?

Шторка слегка болталась, и меня немного укачало.

— Ах, ты! — мальчишка кинулся ко мне и принялся отдирать меня от ткани, которая жалобно затрещала.

Я, конечно же, вцепилась в неё ещё сильнее, а заодно хорошенько тяпнула этого товарища. Нечего руки распускать! Он вскрикнул, но всё-таки отодрал меня от шторки. В своё оправдание могу сказать, что я тогда была совсем мелкой, не больше ладошки. А коготки у меня пока ещё были очень слабенькие. То ли дело сейчас! Ох, встретилась бы я сейчас с этим мальчишкой!

Он бросил меня на пол, я выгнула спину и распушила хвост. За свои поступки нужно платить, не так ли? Сейчас он у меня заплатит! Я прижала уши и рванула на него. И, когда я уже почти вцепилась в его ногу, получила увесистый удар лапой по лбу. За что? Это же был просто воспитательный момент! Людей нужно воспитывать, скажу я вам, без этого никак.

Я растерянно сидела на полу, а мама вылизывала мне голову, объясняя, что так себя вести нельзя. И на шторах кататься запрещено и мальчишку лупить не следует.

Но на этом моя педагогическая практика, конечно же, не завершилась. Это была скорее так, проба пера. Или лапы. Ведь мои ученики только ехали ко мне на метро.

Вскоре [Время я не засекала, так как дел было много. К тому же я нашла новые тапки отца семейства. Пахли они приятно, а уж как когти точились!] женщина, которая нас кормила, загнала всех моих дядюшек и тётушек в туалет и зачем-то закрыла. Я недоумённо поскребла дверь и посмотрела на недалёкую барышню. И зачем? Мне-то как теперь на горшок ходить? Ладно. Воспитывать так воспитывать. Пока женщина шуршала в коридоре, явно куда-то собираясь, я хорошенько надула в её сумку, стоящую на полу. Сама виновата! Этот чемоданчик так удобно расположился, гостеприимно открытый, что даже маленький котёнок легко смог в него забраться. Я поскребла лапками, хорошенько прикопав содеянное, и направилась в прихожую.

— Вот она. Смотри, чтобы не спряталась куда-нибудь, — кормилица ткнула в меня пальцем, а потом посмотрела на часы. — Скоро уже приедут.

— Мам, — голос мальчишки стал неприятно плаксивым. — Может, ты сама её отдашь?

— Нет, — вздохнула женщина. — Ты же знаешь, начнут задавать вопросы про эту [Она неприязненно посмотрела на меня. Вот честно, даже обидно немного стало!], а я сразу спалюсь. А нам обязательно нужно её отдать. У меня уже сил нет бороться с этим монстром.

На этих словах, не слушая возражения сына, она захлопнула за собой дверь. Загремели ключи, мальчонка обернулся и посмотрел на меня [Залюбовался, чего уж там, я сама знаю, что красотка.]. На всякий случай я выгнула спину и ощетинилась. А то вдруг опять потискать вздумает! Он сделал шаг ко мне, я предостерегающе зашипела и сделала шаг навстречу нахалу. Лучший способ защиты — это нападение. Я пригнула голову, прижала уши и посмотрела исподлобья. От этого приёма мой братишка несколько раз напрудил на пол. Да-да, прямо там, где стоял. Но мальчишка только махнул рукой и направился в свою комнату, буркнув:

— Какая разница. Всё равно завтра назад притащат [Осторожно, спойлер: хех, не притащили .].

Послышался треск клавиатуры и щёлканье мышкой. А значит, я свободна. Мальчишка теперь нескоро вспомнит про меня. Чем бы заняться?

За дверью туалета кто-то жалобно мяукнул, а за ним последовал нестройный хор подражателей. Я было метнулась на подмогу, но быстро смекнула, что пока дядьки-тётьки и мама томятся взаперти, а мальчишка сидит за компом, я могу творить всё, что угодно. Вся квартира, а значит весь мир, в моём и только моём распоряжении [Братишка, как вы понимаете, не считается. Что он мне сделает то? ].

Первым делом я направилась на кухню. Но там, конечно же, было шаром покати [Ну, вы же понимаете, пятнадцать взрослых кошаков, да мы с братишкой. Любая пища, оставленная хоть в каком-то доступе, сразу обречена. ]. А так как я была ещё совсем мелкой, то запрыгнуть куда-то было настоящей проблемой. Однако вполне решаемой, благо я была и в котёночестве барышней мудрой.

Осмотревшись, я приметила, что могу забраться по обивке на диванчик, а там очень удачно свисает скатерть со стола. План был идеален. Вот только стоило мне повиснуть на весёленькой ткани [Я новогодний подарочек, родилась 31 декабря. А людишки не торопились убирать со стола скатерть с яркими ёлочками, стариками в красном костюме и коробками, перетянутыми лентами. На мой взгляд, выглядело это очень уж... пёстро. Мишуру то мы быстро извели, которая свисала повсюду на якобы недосягаемой для нас высоте. Ну, да ладно.], как она предательски поползла вниз. И чем быстрее я пыталась пробраться наверх, тем быстрее она сопротивлялась, скатываясь. Прежде чем я успела рухнуть на пол, туда с грохотом отправились: ваза с конфетами, пульт от телевизора и телефон мальчишки [Падение последнего смог наблюдать сам хозяин гаджета. Он бежал по коридору, что-то выкрикивая в мой адрес. Но я не слушала. Не до этого было.].

Я приземлилась вполне удачно, вот только сверху меня укрыло этой самой аляповатой тряпицей. Но я не растерялась и не испугалась. Не в моём это характере, как вы уже поняли. Я даже смогла держать себя в руках, когда совсем рядом приземлился веник. А потом снова.

Мальчишка что-то кричал, я пыталась выбраться из скатерти, за дверью туалета истошно завыли дядюшки и тётушки [Ещё бы им не завыть. В квартире явно происходит что-то интересное, но без них. А они даже подсмотреть не могут.]. В этот момент и запиликал домофон. На какой-то миг мы все затихли, и слышно было только мелодичный перезвон.

Но мальчишка быстро сориентировался, бросил веник и рванул в прихожую. Я выползла из-под скатерти и отправилась за ним, быстро перебирая лапками [Здесь поясню. На тот момент мне казалось, что я стремительна, словно ветер. Но по сути я ещё путалась в собственных лапках.]. Из комнаты родителей выскочил мой братишка. Он посмотрел на меня, вздрогнул, но всё-таки направился к входной двери.

Пацан нажал на какую-то кнопку, обернулся, побледнел, схватил моего брата, закинул в свою комнату, закрыл дверь, в один прыжок оказался рядом с кухней, громко хлопнул дверью и вернулся в прихожую ровно в тот момент, когда в дверь позвонили.

Интересное кино. Брателку заперли, а меня нет. Забыл что ли? Обычно происходит наоборот. Дверь открылась, и на пороге возникли двое, припорошенные снегом. Запахло морозом и чем-то ещё непонятным [Как позже оказалось, это был запах метро. Не самый, скажу я вам, приятный аромат.].

На всякий случай я решила спрятаться за тумбочку, но отвлеклась и начала драть тапок [Выбесил, попавшись на пути.]. Это и было моей ошибкой. Мальчишка сцапал, я даже зубами клацнуть не успела. Только я открыла пасть, чтобы вцепиться в наглого пацанёнка, как уже оказалась в других руках.

— Какая она красивая! — с восторгом проговорил кто-то мне в ухо.

— Маленькая какая. А ходить-то она умеет? — добавил другой голос.

Мальчишка снова меня схватил и поставил на пол. Я только и успела собрать разъехавшиеся в стороны лапки, как уже оказалась в его клешне. Опять! А затем и в руках незнакомки.

У меня тоже были вопросы, которые хотелось бы задать. Но пока я собиралась с мыслями, меня засунули под куртку. Вот так просто! Я даже вещи не успела собрать и попрощаться с кем-нибудь.

— А можно в туалет сходить? — обратилась одна из прибывших за мной.

Мальчишка замялся. Ещё бы! Ведь там такая компашка сидит [В этот момент пленники почему-то притихли. Позже, когда я обдумывала события того дня, пришла к выводу, что они просто хотели от меня избавиться и боялись спугнуть людишек, пришедших на смотрины.].

— Пожалуйста, так долго ехать от вас, — снова попросила женщина.

— Ну, ладно, — неуверенно проговорил хозяин квартиры [Исключительно по его мнению, конечно.].

Пока девочка с умилением меня рассматривала [На её глазах даже слёзы проступили. Вот это я впечатление произвела! ], её мама разулась, скинула пальто, открыла дверь туалета и замерла [Я так понимаю, дядьки-тётьки, да и мои мама с папкой, тоже замерли. Потому что из туалета выходить никто не торопился.].

Но вот первым выскочил дядя Пушок, за ним моя мама [Я считаю, что это предательство. Она некоторое время старалась не смотреть в мою сторону. А потом и вовсе, кинув на меня быстрый прощальный взгляд, унеслась в комнату. ], а там уже и словно прорвало трубу где-то — коридор быстро заполнился моими собратьями.

Большой белый кот подошёл ближе и потёрся о ноги девчонки [Мне показалось, что он хотел отправится в новый дом вместо меня. Ну, нельзя же так заигрывать с незнакомыми людьми! Зазнаются же.].

— Это Кефир, — пояснил мальчишка. — Папа котёнка.

Девчонка наклонилась и принялась наглаживать кота. Папашка и не сопротивлялся, даже мурчалку завёл. Я не выдержала и презрительно фыркнула. Но, кажется, никто не заметил.

Дверь за нами хлопнула [Я уверена, что прежде чем убирать за мной погром, мальчишка отпраздновал тот факт, что меня забрали.], задребезжал лифт, запахло морозом. Люблю этот запах.

Несколько раз я пыталась высунуться из куртки, но не получилось. Поэтому я решила вздремнуть, чтобы набраться сил для дальнейших действий. Кто знает, что ждёт меня дальше?

Рисунок: Грильяж

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 2. Кто теперь в доме хозяин?

Выспавшись, я заскучала. Снаружи что-то грохотало, меня изрядно трясло, да и очень хотелось вдохнуть свежего воздуха. Пришлось снова предпринять попытку вырваться из плена. Я принялась грызть коготки, чтобы заострить их и вонзить в неизвестного мне человека, ведь нужно было преодолеть зимнюю одежду и добраться до кожи. Но вдруг куртка немного приоткрылась, и ко мне потянулась рука, а чей-то любопытный нос заглянул в моё укрытие. Недолго думая [Да что там... Я совсем не думала. Просто инстинкт. ], я треснула хорошенько лапой по нахальному шнобелю. Глаза мои привыкли к свету, и я увидела девчонку. Она удивилась внезапному удару, но всё же смотрела с улыбкой.

Я высунулась из куртки и огляделась. В нос ударил неприятный запах [То самое метро. Пренеприятное место. ], но любопытство было сильнее. Моя мечта о свежем воздухе с крахом провалилась. Здесь на диванчиках сидело множество людей, другие стояли, схватившись за поручни. В основном все уткнулись в телефоны. Но, видимо, почувствовав очарование милого создания, люди поднимали взгляд и с умилением рассматривали меня [Я уже говорила, что очень красива? ].

Приятно быть в центре внимания. Усталые лица окружающих озаряли улыбки. Я буквально видела, как красота спасает мир. Моя красота.

Естественно, мне захотелось пройтись по незнакомому месту, осмотреться, всё обнюхать, узнать поближе своих фанатов, раз уж они завелись так нежданно-негаданно.

Я резко рванулась и попыталась выскочить из курточного плена. Но не тут-то было! Лёгкий, но обидный толчок в лоб — и куртка снова застегнулась. Я возмущённо пискнула и принялась драть ненавистную ткань когтями.

Но в силу возраста быстро устала и снова заснула. Жаль. Ведь у меня тогда была реальная возможность, если не завоевать мир, то хотя бы немного его исследовать.

Рисунок: Грильяж

Я опять проснулась, когда мы уже пришли в новую для меня квартиру. Девчонка расстегнула куртку и аккуратно поставила меня на пол [Сейчас она что-то забыла про аккуратность и таскает меня как куклу! ].

— Теперь это твой [Какая короткая память у людей. Почему-то они быстро забыли про эту фразу. ] дом, — пролепетала она.

Ха! Это ты сказала, не я. Мой так мой!

Почувствовав под собой опору, я собралась и сделала несколько шагов. Лапки затекли и сначала не очень хорошо слушались. Я выгнула спину, наклонила голову вниз и сделала пару прыжков [Не то, чтобы я кого-то запугивала. Нет. Я просто разминалась, так как всё затекло. ].

Здесь было множество незнакомых запахов, таинственных, манящих уголков, ниш и шкафчиков. И... Я несколько раз втянула воздух, чтобы убедиться наверняка. В этой квартире больше не было представителей моего рода. Ни одного! А значит... Что да, это теперь МОЙ дом и МОИ люди.

— Какая лапочка! — из комнаты вышел мальчишка, немного младше того, с которым мне приходилось мириться в другой квартире.

— Лёнька, подожди, не хватай её сразу. Дай привыкнуть.

— Перепугалась бедная [Это я-то перепугалась? Я просто задумалась. ].

Что ж, мне предстояло оглядеться и осмотреть свои владения [И познакомиться с рабами... то есть с людьми. ]. Я задрала хвост и, изо всех сил стараясь не запутаться в лапках [Первое впечатление очень важно. А мне надо было сразу показать, что я теперь здесь главная. ], направилась в первую попавшуюся комнату. Ею оказалась кухня [Интуиция. Она меня ещё никогда не подводила. ].

— Котёнка нужно покормить!

Все забегали, засуетились, стали вспоминать, чем меня кормить, позвонили "бывшей хозяйке", чтобы точно ничего не перепутать. Я, конечно, времени не теряла, исследуя кухню. Отодрала кусок плинтуса под тумбочкой, слазила туда, надышалась пыли, чихнув, стукнулась головой, вылезла и начала драть обои [Ну вот не понравился мне их цвет. Не гармонирует он с оттенком штор, на мой взгляд. ].

Наконец, уточнив, что нужно растереть варёный желток с молоком, мне приготовили ужин. Ой, какие неумёхи! И как они собираются котёнка растить?

— Кис-кис-кис, — девчонка поставила мисочку и осмотрелась, пытаясь найти меня взглядом.

Я выскочила из-под стола, где продрала пакет с морковкой, и рванула к тарелочке. Хорошенько загородив её собой, я принялась есть. Уши мои постоянно дёргались, так как я была настороже — а вдруг кто попытается отнять молочко?

— Ты смотри, — засмеялась женщина. — Такая маленькая, а своим тщедушным [Конечно-конечно, смейтесь. Это тщедушное, как вы говорите, тельце, ещё не раз отобьёт у вас еду. А ещё поговорим на эту тему, когда вы переноску купите. Хех. ] тельцем пытается миску заслонить.

— А миска-то больше неё, — кивнул мальчонка.

После еды я почувствовала, что устала. Вот вроде бы в дороге хорошо так поспала, но обилие эмоций и возраст сделали своё дело — я начала клевать носом, сидя у миски.

Кто-то подхватил меня на руки, стало тепло и уютно. А дальше я погрузилась в сон.

Проснулась я от сильного шума. С работы пришёл отец семейства, который выслушивал историю о том, что в доме появилась наимилейшая прелесть [Ну, говорили не прям такими словами, но точную цитату я не запомнила, так как ещё не до конца проснулась. ]. Я открыла глаза и поняла, что сплю уже не на коленках девчонки, а в какой-то люльке. То-то я думаю, что это уже не так тепло и уютно. Пришлось напомнить о себе громким писком [В тот момент я ещё не понимала, насколько действенно именно тоненько пищать. Сейчас я уже давно выросла, но мастерски использую данный приём. ].

В комнату тут же сбежалось всё семейство. Меня подхватили на руки, и все закудахтали о бедном котёночке, которому, наверное, так тяжело вдали от дома и родителей [Я вас умоляю! Для нас родители совсем не то, что для вас. Представители кошачьих — существа очень независимые. Поэтому, как только котёнок открыл глаза, а порой и раньше, он становится очень самостоятельными. ].

Мне это быстро надоело. Я бы предпочла поесть, а не сидеть на руках и слушать этот галдёж. Я же всё-таки молодой, растущий организм. Пришлось несколько раз куснуть руку девчонки, но она даже не заметила.

Конечно, ведь тогда у меня ещё были нежные молочные зубки. Теперь-то сложно не заметить, когда я делаю "кусь", "царап", "ща загрызу" или "берегись, метелить буду". Но последнее, это уже крайний случай. Если у меня совсем уж плохое настроение.

Переждав её телячьи нежности, я тоненько пискнула и сделала максимально грустные глаза. Ойкнув, девчонка опустила меня на пол.

— Ты в туалет хочешь, да?

А, кстати, да. В туалет я тоже хочу. Где тут у вас это принято?

Я огляделась и направилась к тапочку у кресла, в котором восседал отец семейства. Очень даже удобное место. Тёплое, мягкое, комфортное. Второй тапок висел на раскачивающейся ноге и немного мешал. Но меня это не пугало.

Пока я размышляла, девчонка забыла про свою мудрую мысль и отправилась мазать руку йодом.

Я залезла в уютный тапочек, удобно устроилась и сосредоточилась. Теперь маячащий перед глазами второй тапок даже был к месту [Вы, люди, часто любите почитать в туалете, берёте с собой кроссворды, телефоны. Ну а мы, кошки, предпочитаем, чтобы нас во время такого важного процесса не беспокоили. Но раскачивающийся перед глазами тапочек успокаивал, что подвигло меня на расслабление. Всё-таки, сами понимаете, место новое, нервничаешь. Ой, кажется, я слишком много уделяю внимания этому моменту. В общем, вы меня поняли. ].

— Киса, что ты там делаешь?

В самый ответственный момент ко мне подкрался мальчишка. От неожиданности я подскочила, утратив былое спокойствие. Я тебя запомнила! Моя месть будет серьёзной!

Коварно воспользовавшись замешательством, он схватил меня в охапку и прижал к себе. В этот момент мне показалось, что я задыхаюсь, уткнувшись носом в его футболку. Мальчишка крепко прижал моё маленькое тельце к себе. Я почти уверена, что во мне что-то хрустнуло в тот момент.

— Лёнька, не сжимай так котёнка, — строго проговорила женщина совсем рядом.

Хватка ослабла, я жалобно пискнула.

— Она же совсем маленькая. А ты так её хватаешь.

А больших что ли можно сжимать в объятиях до потери пульса?

— В инете пишут, что котёнка нужно запереть в туалете с кошачьим лотком. И выпустить, когда он пописает.

Мать семейства кивнула.

— Да, Ксюш, я тоже об этом слышала.

Она аккуратно забрала меня из рук мальчишки и... Вы представляете? Эта женщина посадила меня на опилки в холодном туалете и закрыла дверь. Надо ли объяснять, как мне было грустно, страшно, одиноко? Могла бы хоть свет включить! От страха я на этих опилках и описалась, жалобно мяукая [Звери! ]. Хотя вроде бы и перехотела после небольшой лужицы в тапочке.

Когда через несколько минут включился свет, и дверь приоткрыли, я сидела на коврике и приводила себя в порядок [Надеюсь, что пояснять не нужно? ].

— Ой, какая молодец! — радостно провозгласила мать семейства. — Сразу поняла, где здесь туалет.

— А вот и не сразу, — в коридоре появился папа, хромающий на одну ногу. — И когда она только успела?

— Может быть, это не она, а кто-то опять чай разлил? — женщина сурово сдвинула брови и упёрла руки в бока.

— Нет, — мужчина поморщился и, удерживая тапок кончиками пальцев, забросил его в стиральную машину. — Поверь мне, это не чай.

Он грустно вздохнул, залез в ванную, закатал штаны до колена, заткнул слив и включил воду.

Ух, ты! Как я люблю этот звук! И здесь он тоже есть. Прекрасно!

Я сразу забыла обо всех своих горестях и кинулась в ванную. Но моя радость была недолгой — я врезалась в мальчишку. А пока разум пытался понять, что произошло, уже снова оказалась в его цепких липких ручонках.

Так! Надо запомнить, что следует держаться от него подальше и всё время быть настороже.

Мальчишка зашёл в ванную со мной на руках. Папашка тёр мочалкой ногу, что-то бубня себе под нос. Завороженная плеском воды, я следила за его движениями, забыв про сжимавшие меня ручонки.

— Ты посмотри, как ей интересно, — мать семейства улыбнулась. — Любопытная мордашка.

— А мне кажется, что ей стыдно, — уверенно кивнула девочка.

Пф-ф-ф! Мне-то стыдно? С чего бы это вдруг? Я-то как раз всё правильно сделала. Логично, разумно, последовательно. Кто виноват, что вы не можете понять и просчитать элементарные вещи? Уж точно не я.

— Сомневаюсь, — верно оценил ситуацию папашка. Он вылез из ванной и принялся вытирать ноги полотенцем. — Из неё вырастет та ещё наглая морда. Помяните моё слово.

— Миш, да ладно тебе. Она же пока просто кошачий ребёнок. Её нужно воспитывать, — мама кинула на пол ванной чистые тапки и отправилась на кухню. — Какой воспитаем, такой и вырастет. Идите ужинать!

— Ага, воспитаем, — вздохнул папа. Всё ещё по привычке прихрамывая, он направился на кухню. — Как бы она нас не воспитала.

Мальчишка зазевался, и я хорошенько вцепилась ему в руку зубами. Он испуганно ойкнул и разжал свои грабли. Я бы наверное разбилась об пол, если бы не успела повиснуть на его футболке. Не дожидаясь, пока Лёнька сориентируется, я стремительно спустилась вниз, цепляясь коготками.

Как кто-то смеет идти на кухню без меня? Тем более новенький [Почему новенький? Я пришла сюда первая, а он после меня. Вывод? Я здесь появилась раньше. Следовательно, я главнее. ]!

Я выглянула из-за дверного косяка, притаившись в засаде. Здесь очень удачно располагался веник, что помогло мне улучшить свои стратегические навыки. В дальнейшем, кстати, это приспособление для уборки часто меня выручало. Очень полезная штука.

Что ж, стоит показать этому человечишке, кто здесь главный! И сделать это нужно сразу. Чтобы потом не было каких-то недопониманий.

Я выгнула спину и вприпрыжку влетела на кухню. Хвост набекрень, усёнки вразлёт, уши прижала к голове. И вперёд! Я напряглась и хорошенько распушилась. Вот я какая! Большая, сильная, грозная [Вы знали, что страшнее кошки зверя нет? ]!

А он, представляете, даже не заметил меня! Сидит, то глазёнками в тарелку, то в коробку говорящую. А на меня ноль внимания! А тут ещё, как назло, и детишки на кухню потянулись, и давай хохотать. Маманька обернулась от плиты и тоже смеётся. Аж тарелка в руках трясётся. Вот-вот уронит.

А мне так обидно стало! Ушла я под стол, поджала под себя лапки и сижу. Злые они всё-таки. Надо назад бежать. Хотя и там не сахар житуха. Но хоть ребёнок только один был. А тут двое. Да и родители недалеко от них ушли. Злыдни!

Я прижалась к подранному пакету с морковкой, продолжая размышлять о своей нелёгкой доле.

А вот людишки быстро забыли про меня и принялись за еду. Только и слышно было, как ложками да вилками стучат о тарелки. Ни стыда ни совести! Сначала мне стало ещё обидней, и я даже забилась в самый угол, туда, где нашла паутину. Вот выйду через пару дней, голодная, отощавшая и в паутине... Будут знать!

— А где наша малышка? Надо бы и её покормить, — раздался обеспокоенный голос женщины, которая, видимо, ещё была способна хоть как-то мыслить.

— Оль, ешь сама. Проголодается — сама объявится.

— Нет уж. Не забывай, что она маленькая совсем. Да и у неё стресс. Всё новое, страшное. Вот если тебя сейчас схватит великан и притащит непонятно куда? Что ты будешь делать?

— А почему бы и нет? — хмыкнул папашка. — Сиди себе в тепле и уюте. Да ещё и кормить по часам будут. На работу ходить не надо, в пробках часами не стоять. Только и забот: на каком бы боку сегодня поспать?

Какие же вы, люди, всё-таки недалёкие. Вот вы реально думаете, что мы целыми днями бездельничаем? Так мы, может, побольше вас трудимся! Просто вы всё воспринимаете как должное. Ой, да что с вами говорить-то?

— Раз принесли в дом, значит нужно позаботиться о животинке, — не согласилась с мужем Ольга. — Это ты смелый, со стороны рассуждать очень легко. А она сейчас забилась куда-нибудь и сидит испуганная. И дышать боится.

— Да ну! Я скорее поверю в то, что она сейчас где-нибудь в тапки прудит. Ты стирку уже включила?

— Нет ещё.

— Вот и не включай. Перед сном соберём всё пострадавшее имущество и сразу постираем.

— Может, она в комнату убежала? — предположила девчонка.

— Ребят, сходите, проверьте в комнатах. Мало ли куда она забраться могла.

Раздался быстро удаляющийся конский топот. Я аж вздрогнула.

— Давай на спор? Кто первый найдёт? — на ходу крикнул Лёнька.

Что ответила девчонка я не расслышала. Ну-ну. Поисковики.

Ольга встала из-за стола и принялась что-то мешать в блюдечке. Мне очень захотелось вылезти из своего укрытия, но я держалась. В животе заурчало. Ну, уж нет! Для надёжности я отвернулась, уткнувшись носом в обои.

— Кис-кис-кис! Где же она?

Я чихнула. Дурацкая паутина! Нужно было прятаться в венике.

Все затихли. Неужели услышали? Я задержала дыхание, стараясь снова не чихнуть.

Опять послышался топот. Теперь же он приближался.

— Её нигде нет, — сообщил Лёнька.

— Я же говорю, забился куда-то бедный ребёнок. И сидит испуганный, — с беспокойством произнесла мать семейства.

— Да привыкнет, успокоится и сама вылезет. А к чаю есть что?

Ох, и чёрствое у тебя сердце, Михаил! Вот чему ты детей учишь?

Мои мысли о воспитательных особенностях этой семейки прервало внезапно показавшееся из-за скатерти лицо мальчишки. Он заглянул под стол. Однако вроде бы меня не заметил.

Не успела я вздохнуть с облегчением, как малец уже хлопнулся на пол и на четвереньках пополз под стол, постукивая коленками об пол. Как это по-человечески [В смысле, не ползать на четвереньках, а достать бедного беззащитного котёнка из любого укрытия. ]!

Я повернулась к нему и в ужасе наблюдала, как топочущее чудище приближается. Быстро и неумолимо. Жалобно пискнув, я оказалась в его ручищах. Пока ещё слабенькие зубёнки впились в кожу, но толку было по-прежнему мало.

Лёнька выполз из-под стола, победоносно сжимая в руках моё крошечное тельце. Его встретил одобряющий гул. Ну-ну, я вас всех запомнила!

Он посадил меня к миске и вернулся за стол. Я осмотрелась, на всякий случай прикинув пути к побегу и возможные укрытия. Что ж, раз уж мне предстоит сражение, стоит хорошенько подкрепиться. Да и зубки с коготками быстрее отрастут.

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 3. Как я обрела своё имя

После ужина все отправились в комнату, уселись на большой диван и уткнулись в говорящий ящик. Я уже было решила, что про новую хозяйку жилища все забыли, но нет. Девчонка вскочила, подлетела ко мне, подхватила на руки и вернулась к семейству.

Я традиционно помусолила её руку зубами, она традиционно этого не заметила. Ну что ж, лучше она, чем мальчишка.

Веки мои стали тяжёлыми, движения замедлились. Я сама не заметила, как уснула, продолжая удерживать в зубах надоедливую ручонку.

Проснулась я от того, что все вдруг заговорили. Даже про ящик свой забыли, в который пялились.

— А что не так с именем Мурка? Хорошее имя, — мать семейства консервативно отнеслась к тому, как меня называть.

— Нет, мам. Это слишком банально, — возразила Ксюша.

— Фу, — кивнул Лёнька.

— Помяните моё слово, характер у неё будет совсем не как у Мурки, — подал голос отец семейства [Вот я уже даже не знаю, кто мне больше не нравится: он или малой... ].

— Хорошо, тогда предлагайте свои варианты.

— Снежинка, — предложила девчонка и погладила меня по голове.

Мишанька и Лёнька фыркнули.

— Пушинка, — предприняла она вторую попытку.

Но мужская часть семьи снова не приняла идею.

— Заноза, — выдал папашка, внимательно посмотрев мне в глаза.

— Почему Заноза? — удивилась мама.

Мужчина посмотрел на свою ногу, вздохнул и добавил:

— Потому что она только появилась у нас в доме, а уже как маленькая противная заноза.

На этот раз фыркнула я. Но людишки, само собой, не обратили на это никакого внимания.

— Ну уж нет, — теперь запротестовали барышни семейства.

— Она же такая мимимишная, — девчонка подняла меня на вытянутых руках и с умилением посмотрела в прекрасные голубые глаза.

Ей повезло, что я ещё толком не проснулась. А то бы точно тяпнула или пописала сверху.

Ксюшка снова прижала меня к груди и продолжила:

— Нужно имя, по которому сразу будет понятно, что она лапочка.

— Тогда так и назови. Лапочка, — передразнил сестру мальчишка.

— А почему бы и нет? — мама вовсе не была против.

— А вас не смущает, что ваша Лапочка пытается отгрызть руку моей дочери? — папашка сурово посмотрел на меня. Я даже чуть пальцем девчонки не подавилась от его взгляда. Ой, какой злюка!

— У неё просто зубки чешутся. Она же малышка совсем, — заступилась за меня мамашка.

Ага-ага, чешутся. Ещё как! И коготочки тоже.

— Она маленькая такая. Микроспорка, — Ксюшка потрепала меня по спинке и попыталась погладить пузико. Но, получив лапой в нос, передумала.

— Пусть и будет Малявкой, — предложил мальчишка.

— Это она сейчас маленькая, — возразил папа. — А потом может вырастит тигр целый. И тогда имя уже не будет ей подходить.

— Пусть пока будет без имени. Узнаем её получше, тогда и назовём, — предложила девчонка и прижалась щекой к моему бочку.

Вот ничему-то она не учится! Я вцепилась в ухо нахалке. А нечего без разрешения лезть в моё личное пространство!

Девчонка пискнула и попыталась отодрать меня от мяска. То есть, извините, от своего уха. Но не тут-то было!

— Ай! Ай-ай-ай! — взвыла нахалка.

Она пыталась стряхнуть меня со своего уха, но я держалась крепко. Я уже говорила, что нужно сразу показать, кто в доме главный?

Сначала другие людишки смеялись. Всё-таки интеллект человека не так высок, как принято считать в обществе. Но быстро спохватились. Дошло, что девчонка не притворяется. Или их всё же смутило то, как я пыталась выгрызть кусочек Ксюшкиного уха?

Ольга взяла меня на руки и внимательно посмотрела в глаза прекраснейшего котёнка.

— Ну и челюсти, — вздохнула она. — Вроде бы такая маленькая, а какая кровожадная.

— Так давайте и назовём её так, — предложил мелкий.

— Как так? — все посмотрели на него.

— Челюсти что ли? — одобрительно хмыкнул папа.

— Челюсти... Звучит некрасиво, — покачала головой моя жертва, растирая покрасневшее ухо.

— Ну, да, — кивнула мама. — Что ж, мы будем кричать: "Челюсти, иди кушать?"

— А если... Челюстини? — предложила девчонка.

— Челюстини.

Все по очереди проговорили это странное слово, словно проверяя его на вкус.

— Проголосуем? Кто за? — Лёнька поднял повыше правую руку и принялся ею размахивать.

Вот что за семейка мне досталась? Не поверите. Они все подняли руки.

— Ну, здравствуй, Челюстини Кефировна, — мамашка почесала меня за ухом.

— Почему Челюстини Кефировна? — недоумённо посмотрел на неё отец семейства.

Я, кстати говоря, присоединилась к его вопрошающему взгляду.

— Так папу её зовут Кефиром, — объяснила девчонка. — Так что и правда. Челюстини Кефировна.

Мне нравится, когда меня чешут за ушком. Приятно. Но пальцы этой более-менее соображающей женщины так нарывались, мельтеша перед моими глазами, что я не выдержала и вцепилась зубами в тот, что попался первым.

— Ой.

— Да уж, — вздохнул папа. — И правда. Поздравляю, вы привезли в дом Челюстини Кефировну.

— А её можно поменять? Или уже нет? — мальчишка как-то нехорошо на меня посмотрел. Да неужели испугался?

— Ну уж нет! Это теперь НАШ котёнок. Мы, между прочим, в ответе за тех, кого приручили.

— Чисто технически, — возразил Мишаня, — мы её ещё не приручили. Вон какая дикая. А чек у вас сохранился?

— Какой чек?! — воскликнула Ксюшка. — Мы же её в добрые руки взяли!

— Значит, не сохранился, — картинно вздохнул папашка. — Тогда вернуть не получится. Поди теперь, докажи, что мы взяли эту дикарку, а не доброго милого котёночка.

— Ну уж нет! — девчонка схватила меня на руки, отобрав у матери. — Не отдам!

Она соскочила с дивана и побежала, по традиции громко топая босыми ногами. Я икнула. Зачем же так быстро? Меня укачало! Хлопнув дверью, девчонка заперлась у себя в комнате и возревела белугой.

— Никому я тебя не отдам!

Ксюшка уткнулась шмыгающим носом мне в бок. Ой, недотёпа! Даже я просекла, что тебя развели [Сами посудите. Кто бы вернул такую прелесть? Я уникальна. Этой семейке очень повезло. А то попался бы какой-нибудь валенок блохастый, который бы спал целыми днями. А со мной не соскучишься. ].

Я раздражённо размахивала хвостом, ожидая, пока пройдёт истерика девчонки. Надеюсь, ей хватит ума не высморкаться в мою красивую белую шёрстку? Хотя мыться мне явно придётся долго. Я сделала едва уловимое движение лапкой, а потом лизнула её. Так и есть. Солёная. Неужели нельзя уткнуться в подушку или одеялку, пока ревёшь? Жаль, что у кошек нет колючек. Они бы мне сейчас очень пригодились.

В дверь постучали.

— Ксюшенька, деточка, папа пошутил.

Раздался сначала сдавленный, а потом и нескрываемый хохот Лёньки.

— А ты и поверила! — крикнул мальчишка.

Я бы на месте Ксюхи открыла дверь. Да вот хотя бы ради того, чтобы хорошенько отлупить братца.

— Вы специально так говорите! — сквозь слёзы пробурчала в меня девчонка. — Чтобы я дверь открыла. А вы её совсем не любите!

— Конечно, любим, — примирительно заявила из-за двери мама. — Мы же не зря ей столько времени имя выбирали.

— Да пусть не открывает, — хихикнул мальчишка. — Написает Челюстини Кефировна ей там на кровать. Будет знать.

То ли на девчонку подействовал сам аргумент, то ли моё имя напомнило, что семья всё-таки приняла нового жителя, но Ксюшка встала с кровати, прижала меня к себе и открыла дверь.

Она хмуро взглянула исподлобья на мать и брата, а потом громко потопала в сторону кухни. Вот это мне нравится. Правильно. После такого стресса маленького котёночка нужно покормить.

Однако я переоценила мыслительные способности девчонки. Она не дошла до нужной комнаты совсем немного, отрыла дверь в туалет, посадила меня на холодный пол и поинтересовалась:

— Тебе нужно в туалет?

Я задумалась. Нужно или нет? Пожалуй, всё-таки да. Я огляделась и сделала несколько шагов, переместившись на коврик. А что? Неплохо. Мягонько, удобно. Я посмотрела на Ксюшку. Может быть, всё-таки догадается оставить меня одну? Хочется, знаете ли, приватности процесса.

Ну, ладно. Я заняла удобную позицию, стараясь не обращать внимания на свидетеля.

— Так что? Нужно или нет? — девчонка переминалась с ноги на ногу, пристально наблюдая за мной.

— Ксюш, не трогай котёнка в туалете! — откуда-то строго прикрикнула мама.

— Ага! — девчонка и не думала оставить меня в покое.

Из-за дверного косяка выглянул Лёнька.

— А чего это вы тут делаете? Мама просила не трогать котёнка.

— Тебя не спросили, — огрызнулась Ксюшка.

— Ой! Так она же на ковёр писает.

— Почему сразу писает? — не согласилась девчонка [Человеческое зрение никуда не годится. ]. — Она просто отдыхает.

Лёнька хихикнул и вприпрыжку бросился обратно по коридору, выкрикивая на бегу:

— Мам! Пап! А Ксюшка и Челюсти в туалете на коврик писают!

— Обе? — удивилась мама.

— Что и следовало доказать, — не удивился папа. — Так у нас к ночи полная стиралка наберётся.

Девчонка подняла меня, но было уже поздно. Дело сделано! На пушистом коврике цвета лаванды осталось мокрое пятно. А надо было соображать раньше. Могла бы и в поддончик на опилочки посадить. Я же всё-таки ребёнок-несмышлёныш, да?

— Мам! — теперь уже заверещала Ксюха прямо в мои нежные ушки. — Че... Челюстини на коврик написала.

— Бывает, — Ольга уже стояла рядом. Она подняла коврик двумя пальцами за уголок и направилась в ванную. — А что ж ты её в поддон не посадила [Так и я про что! ]?

— Да я...

— Ладно. На всё нужно время, — успокоила мамашка то ли дочь, то ли себя. Она забросила коврик в стиральную машину и прикрыла дверцу.

Приближалась ночь. Мишанька оказался не прав. Больше в стиралку ничего не попало. В этот вечер я ограничилась только тапком и ковриком. Семейство укладывалось спать: умывались, чистили зубы и, широко зевая, разбредались по комнатам.

Свет погас, стало тихо. Слишком тихо по моим меркам. Подождите! Я не поняла. Про меня все забыли что ли?

Я задумалась. Смешанные чувства на меня накатили. Мне грустно и одиноко? Или это реальный шанс осмотреть новое место жительства без понуканий, криков и суровых взглядов?

Пожалуй, можно сначала осмотреться, а потом и загрустить. Я решительной походкой направилась прямо по коридору, выбирая, куда направить свой любопытный носик.

Нет. Всё-таки осматриваться без людей не так интересно. Ведь по их реакции можно реально определить, куда точно стоит заглянуть в первую очередь. Это как играть в "холодное-горячее". Если Ольга пучит глазёнки, кричит и хватает меня под белы лапки, значит, там есть что-то любопытное. А если равнодушно взирает на мои проверки, то ловить там нечего.

Исходя из всего вышеперечисленного, мне оставалось одно. Я села посреди коридора и тоненько пискнула. Тишина. Значит, не слышат. Но я уже проверяла, что это должно сработать, поэтому увеличила громкость. Через секунд тридцать я притихла. Что-то не так. Спят что ли все? А я? А ребёнка спать уложить? Я же не требую сказку на ночь и поцелуя в носик. Но внимание какое-то должно быть. Не может же новая хозяйка квартиры лечь спать прямо здесь? На холодном полу?

Я огляделась. А вот и выход. Вернее вход. Ой, в общем, не знаю. Но у двери, совсем недалеко от меня, лежал прекрасный коврик. Я обрадовалась находке и вприпрыжку рванула к нему. Потопталась, покрутилась, принюхалась. Пахнет интересно, я бы даже сказала многогранно. И есть немного грязи. В люльке такого точно не найдёшь!

Я восхищённо пискнула и улеглась на коврике, свернувшись в клубочек. Однако стоило мне прикрыть глазки и погрузиться в лёгкую дрёму, как людишки поспешили всё испортить. Вернее не людишки в целом, а конкретно Ксюшка.

В глаза ударил яркий свет фонаря. Прищурившись, я оценила обстановку. Так и есть. Крадётся ко мне, вглядываясь в темноту.

Рисунок: Грильяж

— Че-люс-ти-ни! Киса, — громким шёпотом позвала девчонка.

Я зажмурилась и сделала вид, что сплю. Может быть, повезёт и она меня не заметит. Поздно. Я уже обиделась и нашла себе вполне уютное местечко.

— Киса! Ты чего? Здесь же грязно! — всё также шёпотом воскликнула Ксюшка, схватила меня и нырнула в ванную, плотно закрыв за собой дверь. — Что же теперь с тобой делать? Купать?

Она начала крутить меня в руках, придирчиво осматривая шёрстку.

— Вроде бы чистая. Это будет наш с тобой секрет. Т-с-с-с. А то папа тебя точно с антисептиком искупает, если узнает. — Она немного подумала и добавила: — Да и мама тоже.

Девчонка тихонько выскочила из ванной и вернулась в свою комнату. Она аккуратно положила меня в кошачью люльку, погладила между ушами и залезла в свою постель.

— Спокойной ночи, Челюстини Кефировна, — прошептала Ксюшка.

Ага. Спокойной ночи. Разбудила, фонарём в глаза посветила, проскакала горной козочкой со мной по квартире, растрясла весь сон! И после этого ты действительно думаешь, что ночь у тебя будет спокойной? Деточка, ты слышала о том, что кошки очень злопамятны и мстительны? Так что, милочка...

— Мяу!

Зашуршало одеяло.

— Мяу!

Скрипнула кровать.

— Мяу!

— Киса?

— Мяу!

— Киса, ты не спишь?

А ты как думаешь?

— Мяу!

Ксюшка вылезла из постели и склонилась над моей люлькой.

— Тебе наверное страшно одной? Первая ночь в новом доме, — прошептала девчонка.

— Мяу! — жалобно согласилась я.

Она взяла меня на руки и вернулась в постель. Ксюшка не нашла ничего лучше, чем положить меня на одеяло у себя в ногах. Сама-то уютненько устроилась, а мне и так сойдёт. Ну уж нет! Я тогда вернусь на свой коврик у двери. Раз так.

Я подошла к краю кровати. Так. А вот это уже не очень хорошо. Высоковато. Вот если бы одеяло немного стащить вниз, я бы могла по нему слезть. Но силёнок пока маловато. Придётся прыгать.

Я уже собралась отправиться в первый полёт, но Ксюшка быстро просекла мои действия и пресекла их.

— Разобьёшься! — выдохнула она мне в ухо.

Девчонка снова вылезла из постели и вернула меня в люльку.

— Здесь тебе безопасней. А чтобы не было страшно...

Она подошла к полке, на которой были свалены игрушки, и выбрала первую, которая попалась. Ею оказалась плюшевая змея. Прекрасный выбор [Если что, это сарказм. Вы же понимаете? ]!

— Вот. Она будет твоим новым другом. Теперь тебе не будет так страшно, правда?

Нет! Во-первых, это змея. Во-вторых, это кусок ткани. В-третьих... Ой, да что вам, людям, объяснять?

Ксюшка вернулась в постель. Снова. Она широко зевнула и завернулась в одеяло.

— Мяу!

Зашуршало одеяло.

— Мяу!

Скрипнула кровать.

— Мяу!

— Челюстинечка, милая! Мне завтра равно вставать. В школу.

— Мяу!

Ксюшка тяжело плюхнулась на пол рядом с моей люлькой и подпёрла щеку рукой.

— Мяу!

— Что же мне с тобой делать?

Она снова забрала меня в постель. А я, недолго думая, опять попыталась сбежать.

— Ладно. Твоя взяла, — сердито буркнула девчонка.

Она посадила меня в люльку, но в этот раз не вернулась в постель, а начала скакать вокруг неё. Интересненько. Защитный круг? Соль? Так не поможет же.

А-а-а, всё оказалось гораздо проще: Ксюшка стаскивала матрас на пол. Вот это уже очень любопытно. Девчонка сопела, поднимая явно нелёгкие уголки, стараясь не шуметь, чтобы никого не разбудить.

С тяжёлым хлопком матрас упал на пол. Ксюшка замерла. Но в квартире оставалось тихо — все кроме нас крепко спали.

Девчонка расправила простыню и одеяло, схватила меня, положила на прежнее место в ногах и устало закрыла глаза.

Я снова хотела помявкать, но передумала. Пора менять стратегию. Что меня беспокоит теперь? Холодно. На одеялке мне неуютно. Да и тут явно сквозит, на полу-то. Тоже мне. Додумалась.

Ей то там наверное тепло и уютно. Закуталась в одеяло и знай себе сопит. А бедный котёночек должен на ветру развеваться, да?

Я подошла к краю одеялки и начала копать, старясь открыть себе проход в тёплый шалашик. Не сразу, но мне это удалось. Я скользнула в спасительный уют и прижалась к нагретому бочку девчонки.

— Ой. Киса, это ты? — она вытянула меня из одеяла и снова положила в ноги. — Глупенькая. Я же могу во сне тебя раздавить.

Ой, как же у тебя всё сложно! И что с коврика стаскивала, если всё равно нормально поспать не даёшь? Но я упёртая и теплолюбивая. Поэтому всю ночь мы боролись: я за право спать под одеялом, а она непонятно за что.

На рассвете мы пришли к компромиссу: я удобно устроилась на её тёплой шее. Там оказалось даже лучше, чем под одеялом.

— Какая же ты всё-таки Челюстини Кефировна, — сонно пробормотала девчонка и крепко уснула.

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 4. Я здесь за главную!

В семь утра прозвонил будильник, но Ксюшка даже его не услышала. Ну, а мне на него было просто начхать [У нас, кошек, свободный рабочий график. Мы не всегда чётко планируем свой день, во многом ориентируясь по ситуации. Ведь часто происходит то, чего совсем не ожидаешь. Поэтому важно не уметь составлять план, а тренировать интуицию и импровизировать. А я в этом сильна. ]. Поэтому телефон надрывался до тех пор, пока в комнату не зашла Ольга.

— Дочка, ты чего не вста...

Мамашка открыла дверь и осеклась на полуслове.

— А что здесь происходит? Ты почему на полу спишь? А что это у тебя на шее? Котёнок что ли?

— Ну, мам!

— Что "ну, мам"? Что здесь происходит?

— Можно не так много вопросов сразу?

Ксюшка укрылась с головой одеялом и повернулась спиной к матери. Я шикнула на неё, свалившись с нагретого местечка, и переползла к её... бесхвостой филейке [Я хочу, чтобы мои мемуары могли читать людишки любого возраста, поэтому максимально стараюсь избегать некоторых слов. Но ведь все поняли о чём я? ].

Ольга вытерла руки о фартук, и , в два шага оказавшись рядом с матрасом, одной рукой она схватила меня, а другой скинула одеяло с дочери.

— Марш, собираться в школу! Мы ещё поговорим вечером об этом.

Она перевела сердитый взгляд на меня. А я-то что? Нужно было организовать мне хорошее спальное место. Кто виноват, что только девчонка подумала о том, где мне спать [Только не говорите про люльку. Там никаких условий. Даже подогрева нет. ]? И то "подумала" — громко сказано. Если бы не моя находчивость, то спала бы я на сквозняке да в грязи. С этими людишками сама о себе не позаботишься, так и сгинешь. Учить и учить их уму-разуму!

— Цела, Челюстини? — взгляд женщины смягчился, она внимательно рассматривала меня. — Ты же могла котёнка придавить. Я уже не говорю о том, что кошка должна сразу приучаться спать на своём месте.

— Но она так жалобно пищала... Мам, можно я сегодня в школу не пойду? — сонно пробормотала Ксюшка, всё ещё не вылезая из одеяла.

— И по каким таким причинам?

— Ну... Челюстини маленькая. Ей будет страшно одной в первый день здесь.

— Конечно. И в первую неделю. И в первый месяц. А там можно и совсем в школу не ходить? Вставай. Считаю до трёх. Уже два с половиной.

— Сейчас.

Ольга скинула одеяло с дочери и, выходя из комнаты, грозно предупредила:

— Я за холодной водой.

— Я встала!

Ксюшка села на матрасе, медленно раскачиваясь. Вот только глаза открыть забыла.

Дальше меня мало интересовали её утренние страдания. Ведь я уже сидела на кухонном полу. Что это тут? Миска с завтраком? Прекрасно!

Хорошенько потянувшись, я неторопливо приступила к трапезе.

— Нет, ну, ты представь, Ксюшка спала всю ночь на полу! — Ольга села за стол рядом с мужем и отхлебнула кофе.

— В смысле?

— Перетащила матрас на пол.

— Зачем? — Мишанька соизволил оторваться от газеты и удивлённо посмотрел на жену.

— А вот котёночек жалобно мяукал. Одиноко ей было. А теперь ещё заявляет, что в школу не пойдёт. С котёнком сидеть будет. Ксю! Ты встала?! — крикнула Ольга так, что её муженёк вздрогнул, чуть не выронив чашку из рук.

— Встала! — также громко прозвучало в ответ. Но не очень уверенно.

В коридоре появился Лёнька. Он зевнул и, размахивая полотенцем, сделал шаг к ванной. Но его опередила Ксюшка, чуть не сбив с ног.

— Эй! Ты чего? Я первый!

— Я опаздываю, — буркнула девчонка и закрыла дверь перед носом братца.

— М-а-а-ам! — заныл мелкий, бросившись на кухню.

— Ничего. Собери пока рюкзак.

Дверь ванной приоткрылась и выглянула Ксюшка.

— Мам! Принеси полотенце. Я забыла.

Ольга тяжело вздохнула и, откусив от бутерброда хорошенький кусок, отправилась в комнату.

— Мам! А где учебник по чтению? — Лёнька кинулся наперерез матери. — А сменка?

Я усмехнулась и принялась закапывать остатки завтрака [Это необходимость. Конкурентам нужно дать понять, что это МОЯ нычка. Хотя тут особо и прикопать нечем. Но я недолго была растеряна. Всё-таки я барышня находчивая. ].

Дверь ванной распахнулась, Ксюшка влетела на кухню.

— Сколько времени?

— Семь двадцать, — спокойно проговорил папа. — В школу-то пойдёшь? Или ты всё-таки сегодня в няньках?

— Я опаздываю! — дочь проигнорировала вопрос Мишаньки и унеслась в комнату. — Где мой рюкзак?

Папашка покачал головой и снова взялся за газету. Я смерила его презрительным взглядом. Заметив новый тапок у его ноги, я отправилась к месту цели. Однако Мишаня вовремя заметил мой подкат, подцепил пальцами ступни тапок и надел его на ногу.

— Нет уж. У тебя есть чудесный комкующийся наполнитель. С нейтрализацией запахов и всё такое прочее. Думаешь, я зря его на своём горбу тащил? А лифт, между прочим, не работал. Так что давай, дуй в туалет. Проводить?

Я внимательно выслушала его лекцию. Смешной же. Не просила я его что-то тащить. Меня вполне бы устроили тапочки. Проверено.

На кухню вернулась Ольга. Она устало села за стол, подперев рукой щеку. Мишанька опустил газету.

— А ты разве не торопишься?

— Знаешь, что?

— Что?

— Мам! — Лёнька уже летел по коридору. — Я забыл. Нам нужно открытку сделать.

— К какому дню? — Ольга залпом выпила кофе и в один укус доела бутерброд.

— Сегодня, — всхлипнул Лёнька.

— Помочь не хочешь? — женщина повернулась к мужу.

— Ты же знаешь, не умею я всё это.

— Кто бы сомневался. Что за открытка?

Она повернулась к сыну. Тот уже было собирался зареветь, но передумал.

— Для папы. К 23 февраля.

— О! Так мне тем более нельзя помогать. Сюрприз же испорчу.

— Я вот почему-то себе на 8 марта портила сюрприз. Ладно. Давай, собирайся скорее, — она легонько подтолкнула сына, и они ушли.

Мы с Мишанькой снова остались одни. Но так как он меня упорно игнорировал, я выглянула в коридор. Чисто осмотреться. И не прогадала. Несколько изящных прыжков, и вот в моих зубах какая-то бумажулька. Отлично. Теперь я могу сберечь остатки завтрака и доесть их попозже. А то у меня от всей этой суеты аж аппетит пропал.

Я забросила свою находку в миску, несколько раз хлопнула по ней лапкой и, успокоившись, присела отдохнуть. Теперь, когда моя еда в безопасности, можно подумать и о других насущных вопросах. Раз уж тапки мне пока не очень доступны [Это всего лишь вопрос времени, как Вы понимаете. Хотя... Меня же люди читать будут? Тогда можно написать "вы". ], нужно найти другое укромное, не менее уютное местечко.

Первым делом я отправилась под стол, пробралась в дальний угол к паутине. Укромно. Но, я так понимаю, это укрытие ещё не раз меня выручит. Так что не стоит совершать здесь свои тёмные делишки.

Я нашла коробку с яблоками. Встала на задние лапки и попыталась пробраться внутрь. Но роста не хватило.

Что ж, придётся поискать уголок задумчивости в другом месте. Я вылезла из-под стола и направилась к коридору.

— Не понял!

От неожиданного басовитого вскрика Мишаньки я подскочила [Разве можно так ребёнка пугать? ]. Подскочил и он сам. И не поверите! В один прыжок оказался у моей миски. И граблёнку свою кривую тянет к моему завтраку! Вот тут уже не поняла я и с криком возмущения бросилась на него.

Так я осознала, что нет смысла грызть ногу в штанах, особенно, если это джинсы. Быстрый кувырок и мои зубы впились в руку обидчика, сжимающую бумажку, которой я прикрыла завтрак.

— Ой, — буркнул мужчина, но быстро пришёл в себя и строго добавил: — Ты мелкий грабитель! Где деньги взяла?

— Ты чего шумишь? — на кухню заглянула Ольга, уже закутанная с головы до ног. Теперь и её тяпнуть не удастся.

— Ваша мелочь где-то нашла две тысячи и сунула их в молоко, — он стряхивал остатки моего завтрака с размокшей охранной бумажульки. — Ещё бы чуть-чуть и деньги просто растаяли!

Мишанька аккуратно разложил купюру на батарее и строго посмотрел на меня.

— Плохой котёнок. Нельзя себя так вести!

— Прежде чем котёнка винить, подумай о том, кто деньги раскидывает, где попало, а не убирает вовремя.

Ольга развернулась и ушла в прихожую, где уже обувались дети.

— Кстати, ты не опаздываешь?

Отец семейства взглянул на часы, висящие на стене.

— Нет пока.

Дети и Ольга попрощались с отцом, дверь закрылась, щёлкнул замок. Мишанька выждал пару минут, сложил газету и подскочил ко мне. Я испуганно замерла. Руки-крюки зловеще потянулись к беззащитному котёнку [Я знаю, что говорить о себе в третьем лице не очень хорошо. Но мне очень хотелось передать ситуацию наиболее образно, чтобы читатели могли прочувствовать весь мой ужас. ]. И ведь злодей понимал, что теперь никто не придёт мне на помощь. Ольга не осадит его, сердито нахмурив брови, Ксюшка не заревёт, закрывая меня собой, Лёнька не повиснет на его ноге...

Мужчина схватил меня и прижал к своей щеке.

— Ты же моя лапушка! Махонькая-то какая!

Он чмокнул меня между ушей и потопал в комнату, бормоча что-то ласковое. Что же это такое? Мне же никто не поверит!

— И где же мои носки? Ну что, давай искать вместе? Челюстини, ты наша, Кефировна?

Щаз! Сам ищи. Делать мне больше нечего.

Он передвигался по комнате, заглядывал в шкафы, продолжая прижимать шокированную меня к щеке. Вот это поворот. Кто-то втихаря кошатник что ли? Ох, видели бы его сейчас эти монстрики, Ксюшка и Лёнька. А Ольга!

Наконец, отыскав носки, Мишанька с любовью усадил меня на кровать и принялся одеваться.

Поймав мой удивлённый взгляд, мужчина улыбнулся:

— Никому не говори, что я тебя лапушкой назвал. Это наш секрет. Люблю я кошек, люблю. Но ты пойми, я всё-таки серьёзный мужик, директор. Засмеют же, если узнают.

А что тут смешного? Не очень поняла. Как у вас, у людей, всё сложно.

Конечно, если бы я могла, то всем бы рассказала. А ещё лучше, показала бы. Хотя вот теперь я и рассказываю вам.

Мишанька быстро собрался и отправился в прихожую. Я вышла вслед за ним и зевнула. Неужели я останусь одна? Прекрасно! Сердце моё радостно забилось.

Мужчина застегнул куртку, обмотал шарф вокруг шеи и погрозил мне пальцем.

— Остаёшься за главную. Веди себя хорошо.

Ха! А то я не знаю, что я здесь королева! Как только моя лапка переступила порог вашего дома [Пусть и не сама, а на руках слуги, это тоже считается. ], это жалкое жилище превратилось в МОИ владения.

Дверь закрылась, звякнули ключи, топот шагов удалялся. Я подскочила на месте. Куда бежать? Нужно ещё раз всё хорошенько осмотреть. С чего бы начать?

Организм сам подсказал, что нужно делать. Я же туалет искала. Где он тут был-то? Я понюхала воздух, припоминая. Ага. Вот, совсем недалеко. Но тапочки не лучше ли? Я посмотрела на ряд аккуратно выстроенных, таких манящих, потенциальных горшков.

Вот огромные клетчатые лыжи — это тапки Мишаньки. А эти, сдержанные, на небольшом каблучке, вишнёвого цвета, принадлежат Ольге. Самые уютные — Ксюшкины. Розовенькие, пушистые, с большими помпонами. А Лёнькины мне совсем не понравились. Похожи на зубастых собак, со стоптанными задниками. Если прудить, то в Мишанькины [По принципиальным соображениям. ] или в Ксюшкины [Самые располагающие по атмосфере. ].

С другой стороны, лучше приберечь такие горшочки для особого случая.

Приняв решение, я отправилась в комнату задумчивости. Сделав дело, отправилась гулять смело, не отходя далеко. Ведь вчера, в стрессовом состоянии, некогда было рассмотреть этот крошечный закуток. А здесь вполне благоустроено. Пожалуй, вместо люльки могли бы отдать мне эту комнату.

Меня очень заинтересовал рулон туалетной бумаги. Так и хотелось вцепиться в болтающийся кусочек. Прыжок, ещё прыжок. Ой! Не получается. Так неудобно было быть мелкой. Но ничего, отложим игрушку на потом.

Полчаса я просто сидела на коврике, слушая лёгкое журчание воды в унитазе [Этот водопад долго был моим развлечением, пока людишки не заметили и не вызвали сантехника.] . Приятно. Как-то это расслабляет и настраивает на философский лад. Пожалуй, я бы даже почитала. Дедушка Рыжик рассказывал, что когда-то давно ему в лоток насыпали рваные газеты. Мне же никакого чтива не перепало.

Зато здесь была крошечная дырочка в обоях. И я до неё достала даже с мелким ростом, что не могло не порадовать. Чуток зацепить коготком, ещё немного и ещё. Во-о-от! Теперь эта стенка может дышать.

В общем, осмотрев комнату задумчивости, я осталась довольна. Неплохо. Забрав трофей в виде куска обоев, отправилась в коридор.

За окном начинало светать. Я поиграла в охоту на злобного бумажного врага и поняла, что веки стали тяжелеть. Пора бы вздремнуть. Даже немного жаль, что девчонка всё-таки не осталась дома. С ней было так тепло спать.

Я зевнула. Где бы устроиться? На коврике у двери, откуда ночью меня турнула Ксюшка? Нет, пожалуй, пока воздержусь.

Я потрусила по коридору, ведомая интуицией.

— Ка-а-р-р-р! Кар-р-р!

Что-то интересное? Я радостно пискнула и метнулась на звук.

Лапки принесли меня в комнату взрослых. Здесь пахло чем-то неприятно резким, удушающим [Как потом выяснилось, это были духи Ольги. Жить им оставалось недолго. ]. Я несколько раз чихнула и даже забыла, зачем сюда пришла. Но любопытный звук повторился.

— Ка-ар-р-р!

Я подскочила и кинулась к окну. На подоконнике со стороны улицы сидела чёрно-серая птица. Она смотрела на меня через стекло крошечными глазёнками. Да-да, я знаю, что нас разделяла прозрачная преграда. А тогда мне казалось, что это пернатое чудо вот-вот на меня бросится.

— Тук-тук-тук! — она постучала клювом о жестяной подоконник.

Жуть же! Я даже перестала хотеть спать. Но не подавать же виду, да? Я уже говорила, что у меня было тяжёлое детство? И не такое видала!

Я села посреди комнаты и внимательно посмотрела на гостью. В конце концов, я здесь за главную! Даже Мишаньке хватило ума это понять.

Ой, совсем забыла распушиться. Не такая уж я и мелкая. Вот, смотри!

— Ка-ар-р-р!

Я попыталась рыкнуть, но получилось не очень хорошо. Да чего там... Скажу честно, я что-то пискнула.

Ворона подскочила, развернулась ко мне другим боком и внимательно зыркнула в мою сторону своими чёрными бусинками.

Я выгнула спину и сделала неловкий прыжок к окну, наклонив голову. Страшнее кошки зверя нет!

Птица каркающе расхохоталась.

Ах, так! Я зашипела. Это МОЙ дом! И я буду его защищать.

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

Пернатая гостья скакнула в сторону и снова стукнула клювом по стеклу. А я сделала резкий рывок вперёд. Ах, как мне хотелось запрыгнуть на подоконник и встретиться с врагом лицом к лицу!

В этот момент что-то бабахнуло, и ворона сорвалась с места. Я победила! Подтверждая мой триумф, мимо окна пролетела вниз большая охапка снега.

Я зевнула и подошла ближе к окну. Где-то вдали, высоко-высоко снова каркнула ворона. Но это уже совсем не пугало.

Меня окатило приятной волной тепла. Батарея! И как я вчера про неё не подумала? В первом доме у нас была драка за места под батареями и на них [На батарее, само собой, место было особенно престижным. Его могли заполучить только самые сильные. Как вы понимаете, мы с братом ни разу там не бывали. Да мы бы и запрыгнуть туда не смогли. А вот под батареей пару раз удавалось побывать, спасибо папке. ]. А здесь они все только мои! Не думаю, что Мишанька или Ольга будут за них сражаться. А уж с Ксюшкой и Лёнькой я смогу справиться.

Я вспомнила про свой трофей и притащила его под батарею. Что ж, теперь у меня есть перинка и тёплое, относительно уютное гнёздышко.

Устроилась на кусочке обоев, поджала под себя лапки. Хорошо! Тихо, спокойно. Никто не топочет, не пытается намять мне бока, не верещит так, что уши в трубочку сворачиваются.

А главное, что я здесь единственный представитель кошачьих! Никакой конкуренции. С людишками-то справиться гораздо легче.

Так что я здесь главная!

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Любите истории про котиков? Тогда книга "В плену у сказки" для Вас.

Читать: https://author.today/work/115172

Глава 5. Гнать, держать, вертеть, обидеть... или обычный день маленького котёнка

Я дремала, но сильно старалась не расслабляться. Всё-таки нужно следить за порядком, сами понимаете. Несколько раз кто-то крикнул на улице, а потом появился постоянный, неприятный звук. Как я узнала позже, это чистили снег на тротуаре.

Этот скрежет, казалось, поселился в моем затылке, впиваясь в мозг сквозь дрёму. Я несколько раз шикнула, но звук никуда не исчез, прикрыла уши лапкой — не помогло. Кто же посмел нарушить мой покой?

Я вскочила и отбежала немного от окна, чтобы больше видеть. Как же мне хотелось запрыгнуть на подоконник!

Я бегала туда-сюда по полу, прикидывая высокий скачок. Набралась сил и прыгнула. Но что-то пошло не так. Я сделала небольшой кувырок и приложилась к полу. Неприятно.

Что ж, если не можешь что-то изменить, то просто забей. Все кошки об этом знают. В этом секрет нашего психологического здоровья. Или забить на ситуацию, или забить врага. Тут уж как пойдёт. Так как противника я не обнаружила, то и сражаться не с кем.

Я вышла в коридор и жалобно пискнула несколько раз. Нужно было проверить, не пришёл ли кто-то. Сплю чутко, но мало ли.

В ответ тишина. Мне стало грустно и одиноко. С одной стороны, приятно оставаться главной. С другой — главной быть интересно, когда есть рядом кто-то не главный. Иначе вся привлекательность статуса теряется.

Я пришла на кухню. Запомните: в любой непонятной ситуации нужно идти туда. Кухня — это место силы, если хотите. И интуиция меня не подвела: в животе забурчало, напоминая о пропущенном завтраке.

Однако меня ждало разочарование: миска оказалась пуста. Я решила, что кто-то съел мой завтрак, когда я отвлеклась. Но позже выяснилось, что мою мисочку с завтраком поставили в раковину, потому что "где только не валялись эти деньги, котёнку теперь это есть нельзя". Для такого вывода им разума хватило, а вот приготовить мне новый завтрак людишки не додумались.

Что ж, всё нужно делать самой. Я уже говорила, что с такими товарищами можно пропасть? Мой братишка бы точно сгинул. Но я-то девочка мудрая.

Первым делом я осмотрелась. Всё самое интересное высоко. Печаль. Я побрела к столу и начала придирчиво обнюхивать пол, прочёсывая сантиметр за сантиметром.

Бинго! Я нашла кусочек сыра. Он немного заветрелся, но оказался вполне съедобным. А пока семейки дома не было, никто не истерил мне в ухо, что котеночку рано есть твёрдую пищу, никто не выдирал у меня кусок изо рта, выбрасывая хорошую еду в помойку. [Да-да, были и такие случаи. Представляете? Лучше выбросить, чем отдать голодной животинке. Вот такие вот вы, люди.]

Я с удовольствием зажмурилась. Необычный, приятный вкус. Молоко мне уже порядком надоело. Маловато только.

Хорошо, что мне досталась семейка с двумя мелкими поросятками. Хотя Мишанька тоже, наверняка, что-то упустил на пол. То ли дело Ольга — она всегда ест аккуратно, ещё и прожигает взглядом того, кто что-то уронит.

Так в тот день моей добычей стали: кусочек хлеба (разок попробовать стоит, но нет, не моё), крохотулечка варёной колбасы (вкусно пахло, но распробовать не успела), ещё кусочек сыра, уже побольше.

Последнюю находку я решила посмаковать. Сыр мне определённо нравился. Зажав его в зубах, отправилась в комнату взрослых, в своё тёпленькое местечко под батареей. Там я неторопливо слопала вкуснятинку.

После еды захотелось побегать. Что я и сделала. Эх, какое тут раздолье!

Кто-то принялся стучать по батарее и кричать что-то про табун лошадей. Я вздрогнула и огляделась хорошенько. Нет, всё-таки я здесь одна. Никаких посторонних поблизости не наблюдалось.

Откуда-то появилась маленькая белая бабочка. Она порхала прямо перед моим носом, раздражая своей медлительностью. Будучи хорошим стратегом, я бросилась за тумбочку и притаилась. Вот сейчас она потеряет бдительность, расслабится и тогда... Тогда я совершу мастерское нападение!

В силу возраста я быстро устала. Да и не так интересно играть одной. Ни зрителей нет, ни болельщиков, ни должного сопротивления. А я люблю уровень посложнее и внимание.

Что мне оставалось делать? Лечь спать. Я вернулась под батарею, сладко потянулась и, свернувшись клубочком, уснула.

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

Забыла сказать. Бабочку я поймала и съела. Так себе пища. Сыр-то повкуснее будет.

Не знаю, сколько длился мой беспечный сон. Вот только, пробудившись, я пожалела о том, что не ценила свой покой. Одиночество вдруг обрело свою притягательность.

Дверь громко хлопнула, потом снова. Я вздрогнула и подскочила на месте. Что это было?

— Нет, твоя очередь! — громко заявила Ксюшка, явно продолжая какой-то спор.

— Твоя! — пискнул Лёнька в ответ.

— Я вчера мыла посуду.

— Не мыла. Ты за котёнком ездила.

— А потом мыла.

Ещё до конца не проснувшись, я побрела в коридор. Раз уж всё равно разбудили, то нужно посмотреть, что там за движуха. А вдруг что-то интересное?

Я вышла в коридор и зевнула.

— Ой, смотри, Челюстинька! — девчонка бросила рюкзак на пол и кинулась ко мне. — Какая ты лапочка у нас! Сонная милашка. Спала что ль, пока нас не было?

— А что ей ещё делать? — Лёнька повесил куртку и волоком потащил рюкзак в комнату, схватившись за одну из лямок.

Ксюшка протянула ко мне руки, я лениво куснула девчонку. Ты свои клешни помыла, прежде чем меня трогать?!

— Она так радуется, что мы домой пришли. Теперь ей не будет одиноко.

Я дёрнула хвостом. И где она рассмотрела радость? Это голод, деточка!

Лёнька вылетел из комнаты и, чуть не сбив с ног сестрицу, кинулся на кухню. Правильно мыслишь, мелкий. Кто бы мог подумать, что в этом тощем плаксивом трусишке скрывается недюжинный интеллект? В отличие от вроде бы сердобольной девчонки пацан догадался, что мне давно пора поесть. Растущий организм у меня, между прочим. А на моли и крошках с пола особо не разгуляешься.

Хлопнула дверца холодильника. Я попыталась вырваться из цепкого захвата, но Ксюшка даже не обратила на это внимания. Она зашла на кухню и строго проговорила:

— А ты руки помыл?

— Ща, — мальчишка уже жевал котлету, громко чавкая. [У меня аж ушки в трубочку свернулись. Мне бы котлетку! Я бы ела аккуратно и красиво.]

— Нужно суп разогреть.

— Угу, — Лёнька засунул остатки котлеты в рот и побежал в ванную.

Я нахмурилась. Нет, всё-таки поторопилась я, приписывая этому товарищу такую мощь разума. Глуп как пробка. И никакой эмпатии у обоих человеческих детёнышей.

Ксюшка посадила меня на пол и, наконец, отправилась мыть руки.

— Сейчас суп подогрею. И молоко, — добавила она, вытирая руки.

— А давай и Челюстини покормим супом? Я готов поделиться своей долей, — Лёнька заглянул в ванную и просяще посмотрел на сестру.

— Нет уж. Сам ешь свой суп, — сурово проговорила Ксюшка. В этот момент она очень была похожа на Ольгу.

Дать мне котлетку, конечно, никто не подумал. А у меня, между прочим, растущий организм! Что там ваше молоко с желтком? На нём далеко не убежишь во всех смыслах.

Пока дети разогревали обед, я понуро уселась рядом с пустой миской. Эгоисты! Только о себе и думают.

Лёнька сидел за столом, болтая ногами, Ксюшка шуршала по хозяйству. А я по-прежнему ждала. Несколько раз жалобно мяукнула, чтобы расшевелить этих негодяев. Мальчишка проигнорировал мой сигнал, а Ксюшка спохватилась и принялась растирать варёный желток с тёплым молоком.

Что ж, это, конечно, не сыр или котлета, но уже хоть что-то.

Дети наелись и довольные вышли из-за стола. А я вот приуныла. Хотелось бы чего-нибудь вкусненького ещё пожевать.

— Я разогревала обед и кормила котёнка. Значит, ты моешь посуду.

— Кто последний вышел из кухни, тот моет посуду! — крикнул Лёнька и с громким топотом убежал в свою комнату.

Ксюшка тяжело вздохнула и посмотрела на меня.

— Мальчишки... Твой брат тоже такой вредный?

А то! Я утвердительно мявкнула, надеясь, что из чувства солидарности девчонка всё-таки даст мне котлету или сыра. Можно и колбасу. Я согласна.

Но не тут-то было. Она потрепала меня по голове и отправилась мыть посуду. Я прикопала пустую миску и потопала к Лёньке. Интересно же, чего это он там притих. Явно чем-то интересным без нас занят. А без меня ничего важного делать нельзя. Это основной кошачий закон. [Я слишком часто говорю о кошачьих законах. Как бы ни проболтаться вам в том, что по-настоящему важно.] Хотя порой сложно бывает разорваться и успеть везде. Но в этом наша суперсила.

Я оказалась права. Но когда было иначе? Лёнька сидел на полу, вытаскивал всё из рюкзака и раскладывал около себя на коврике.

Тетради и учебники призывно шуршали, такие цветные, манящие, источающие множество запахов... Сколько же они повидали на своём веку? Сколько детских ручонок их листало? Сколько пометок карандашом было сделано и стёрто, порой повреждая бумагу до дыр? [Вот вы, пожалуй, сейчас воскликнете: "Не может котёнок сделать таких наблюдений! Не может кошка такое знать! Не верю!". А вы поживите с моё с двумя школьниками, порвите три учебника, двенадцать с половиной тетрадей, три доклада... А вы когда-нибудь ели реферат? Так что мои знания могут быть куда глубже, чем вам может показаться.] И всё это учебники сохранили в себе, запоминая ароматы слёз и смеха, побед и поражений. [Я напоминаю: два ученика росли на моих глазах, переходя из класса в класс. Так что я многое повидала. Как и эти учебники.] Мне нужно только тихонечко подойти и вдохнуть эту книжную память!

Я подкралась к мальчишке, но отвлеклась и чисто на автомате тяпнула его за локоть. Сама не знаю почему. Рефлекс, наверное. Планы-то у меня совсем другие были.

Он пискнул, подскочил, махнул в мою сторону ручонками [В нос мне целился. Паразит!] и заныл:

— Будешь кусаться — я всё маме скажу. И она тебя обратно отвезёт.

— Не отвезёт, — в комнату вошла Ксюшка, подобрала меня с пола и почесала за ухом. — Она маленькая. Просто играет. А ты вот злыдень.

Девчонка развернулась и покинула комнату братца.

— Отвезёт! Вот увидишь! — крикнул ей вслед Лёнька и снова принялся копошиться в рюкзаке.

Недолго мне пришлось расстраиваться из-за потерянной добычи. Ксюшка зашла в комнату, посадила меня на кровать и подхватила свой рюкзак. Она его открыла и тоже принялась выкладывать содержимое. Только, в отличие от брата, девочка аккуратно складывала учебники и тетради на стол.

Я заворожено наблюдала за этим ритуалом. Как же я хотела тогда оказаться на её столе! [Сейчас для меня это не проблема. Прыжок! И я уже навожу там порядок. А тогда стол для меня был чем-то недосягаемым, а оттого и более притягательным.]

Ксюшка открыла учебник, водрузила его на подставку и склонилась над тетрадью. Она принялась задумчиво грызть кончик ручки, что-то записывая время от времени.

Я стряхнула с себя гипнотическую пелену и перешла к действиям. Подобралась к краю кровати, который был самым близким к столу, и начала раскачиваться, готовясь к прыжку.

План был такой: девчонка заметит мои действия, они вызовут у неё опасения, она вскрикнет, схватит меня на ручонки и либо посадит на стол, либо сожмёт в объятиях, а там уже дело нехитрое, доберусь, куда нужно.

Вот только девчонка ровным счётом не обратила на меня никакого внимания. У меня уже пятую точку свело от раскачиваний, но она продолжала что-то писать, беззвучно шевеля губами, уставившись в книгу. Как вообще можно писать что-то, глядя на другой объект, не отрывая от него взгляда? Видимо, в этом суперсила Ксюшки.

Что ж, как я уже говорила, есть беспроигрышный приём, который всегда выручит. Я жалобно мяукнула, сделав максимально грустный взгляд. Кажется, даже слезу пустила.

Ксюшка мельком на меня глянула, что-то пробурчала и принялась строчить ещё быстрее. Я была шокирована! Не сработало ничего.

Раз уж я не могла изменить ситуацию, то мудро решила изменить своё отношение к ней. В любой непонятной ситуации нужно ложиться спать. [Или идти на кухню. Но второе мне было пока недоступно. С кровати-то я спрыгнуть не могла.] Попробуйте. Вот увидите — это очень помогает.

Ведь можно проснуться, а то, что вас [Да, я теперь пишу "вас", а не "Вас", так как с людьми можно не церемониться. Я уже говорила.] беспокоило, уже исчезло. И не нужно зря переживать. Знаете, это очень бережёт нервную систему.

Если же проблема всё ещё осталась, то теперь вы обрели достаточно сил, чтобы лучше её решить. Что тоже полезно.

В общем, как ни крути: одни плюсы.

Поэтому я рыкнула в сторону девчонки и отправилась к подушкам. Кое-как взгромоздилась на ту, что поменьше, потопталась, покрутилась и свернулась клубочком. Под шуршание ручки я и заснула.

Не знаю, сколько я проспала. Мне снилось, как я гоняюсь за братишкой по длинному коридору и никак не могу его поймать. Вот уже почти схватила его зубами за хвостик, но в последний момент он вырывался вперёд.

Когда я открыла глаза, в комнате уже было совсем темно. Только на письменном столе горела желтоватым светом лампочка. Ксюша по-прежнему что-то писала. Только учебник на подставке стоял уже другой.

Девочка сидела в луче этого света, словно заклинание проговаривая:

— Гнать, держать, вертеть, обидеть, слышать, видеть, ненавидеть...

Я вздрогнула, прикрыла глаза и нос лапкой. Что это она такое замышляет? Надеюсь, это девчонка не обо мне? Не надо меня гнать, держать, вертеть, обижать...

От этих людей не знаешь, чего ждать.

— А ещё дышать, терпеть и зависеть, и смотреть.

Ксюшка развернулась в кресле, зажмурилась и принялась снова повторять все эти слова. А потом опять, отбивая ритм, хлопая в ладоши.

Я несколько раз моргнула. Может быть, я ещё сплю?

— Ура! Выучила! — прокричала девчонка и, не переставая кружиться в кресле, быстро проговорила эти слова снова.

В комнату заглянул Лёнька.

— Что, сестренция, с ума сошла? Совсем? — торжественно поинтересовался мальчишка.

И чему это он так радуется? Родителей нужно звать, ветеринара.

— Я выучила! — Ксюшка даже не обиделась на брата. Наоборот, вытащила из рюкзака конфету, подскочила к Лёньке и протянула ему презент. — На вот. Это стоит отпраздновать.

— А чипсов нет? — уточнил мальчишка, но конфету быстро взял, пока сестра не передумала.

— Нет. А ты уроки сделал?

— Ну...

— Хоть что-нибудь?

— Что-нибудь, — кивнул Лёнька.

В заключение данной главы хотелось бы открыть рубрику "Ответы на комментарии читателей". Да-да. На днях я нашла записку с отзывом на предыдущие главы. Спасибо Анне Овчинниковой за интерес к моему творчеству. Хоть она и всего лишь человек, но всё равно приятно. Так вот. Анна обронила такую фразу: "...я сперва не поняла, что Мишаня=папа, думала, ещё один пацан".

Я живу в этой семье уже не один год. И поверьте мне, до сих пор сомневаюсь в том, что Мишанька является отцом этого семейства. На мой взгляд, он и есть ещё один пацан.

Сейчас, когда я уже являюсь взрослой барышней, а не котёнком-несмышлёнышем, порой искренне недоумеваю поведению этого товарища. Он уже не скрывает, что является кошатником, так как не единожды спалился. А посему в нашем семейном архиве бережно хранят видео, как Мишанька бегает за мной на четвереньках и мяукает. Презабавное, я вам скажу, зрелище. Видео обрывается в тот момент, когда я перестаю убегать от "серьёзного мужика", разворачиваюсь и бросаюсь на него. А ещё в телефоне Ксюшки есть фото, сделанное через пять минут после этого видео. Селфи девчонки на фоне её папашки. Сидит он в кресле, обиженно поджав под себя ноги. Нет, его чувства задела не я. А дочь. Ведь она вместо йода начала мазать кровоточащие царапины зелёнкой. И на следующий день он весь такой красивый на работу пошёл.

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 6. Учусь быть свирепым хищником

Загремели ключи, открылась входная дверь.

— Я дома!

Дети выбежали в коридор встречать мать. А я осталась одна, сонно щурясь от света: девчонка, убегая, задела лампочку рукой, направив этот прожектор в мою сторону.

Я перебралась на другой конец кровати и постаралась посильнее вытянуть шею, чтобы выглянуть в коридор. Получилось не очень удачно. Перестаравшись, я чуть не свалилась на пол.

— А Мурочка наша где? — поинтересовалась Ольга про кого-то.

У меня появилась конкурентка? Я аж подскочила от неожиданности. Не нужно нам никаких Мурочек!

— Мам, Челюстини.

— Да. Точно. Че-люс-ти-ни, — исправилась женщина.

То-то же! И про отчество прошу не забывать. Кефировна я.

Лёнька влетел в комнату, подхватил меня, сжав ручонками, и выскочил в коридор.

— Вот она!

Я зевнула и окинула взглядом мамашку. От неё исходило множество интересных запахов: знакомых и совсем новых. Я попыталась вырваться из цепких тисков мальчишки, чтобы обнюхать Ольгу. Но не получилось.

— Ей ужинать пора, — Ксюшка выхватила меня у брата и отправилась на кухню. — Мам, тебе ужин подогреть?

— Грей. И на папу. Он уже подъезжает.

— И на меня, — подскочил Лёнька. — Я такой голодный!

— На всех тогда, — кивнула девочка и опустила меня рядом с пустой миской.

Сначала меня надо кормить. Я же младшая. И главная. Забыла что ли?

Но Ксюшка моего посыла не поняла и занялась моим ужином в последнюю очередь. Ну, хоть не забыла. И на том спасибо.

Вся семья собралась за столом, обсуждая новости прошедшего дня. И даже меня. Я ела молоко с желтком. Снова. Сами бы попробовали есть одно и то же на завтрак, обед и ужин!

Прикончив это малоаппетитное месиво, я осмотрела людишек и отправилась в коридор. Теперь, пока все заняты, я могу обнюхать всё, что захочу.

Длинные тонкие сапоги Ольги стояли на коврике. А вот Мишанькины были брошены рядом. Под ними натекла хорошая такая лужа. Грязная, манящая. Я не могла пройти мимо.

Сначала я потрогала ошмётки снега, которые ещё не растаяли. Один из снежков я скинула лапой на пол. Он заскользил, оставляя за собой мокрый след. Так, лужа немного подождёт.

Я недолго поиграла со снегом. Но он быстро исчез, оставив только водянистый след после себя. Потратив некоторое время на поиски пропавшей игрушки, я вернулась к сапогам. И луже.

Подскочив к ней, я быстро тронула её лапкой. Странное ощущение. Одновременно отвратительно и приятно. Несколько раз стукнув по ней лапами, я убежала от грязной жижи подальше, а потом напала с разбегу, и, немного проскользив, врезалась в сапог. Он упал, издав громкий грохот.

На кухне одновременно загремели все стулья: семейство выбежало в коридор, обгоняя друг друга.

Мишанька включил свет, и все уставились на меня.

— Замечательно. Кто будет купать котёнка? — поинтересовалась Ольга.

— Ты? — предположил Лёнка, а потом, поймав сердитый взгляд матери, неуверенно добавил: — Наверное.

— Я искупаю, — Ксюшка снова решила обо мне позаботиться. Она подошла поближе и протянула руки. Но не тут-то было. Пушистые не сдаются! Я бросилась от неё со всех лап.

Посреди коридора притормозила, чтобы обернуться. Нужно было убедиться в том, что девчонка всё ещё в игре и продолжает за мной гнаться.

И тут буквально в сантиметре от меня просквозили грабли Лёньки. Откуда он взялся? Но я успела рвануть в комнату родителей. А там спасительное подкроватное пространство!

Я спряталась за какую-то коробку и притаилась.

Первыми в комнату вбежали дети. Они не успели понять, куда я подевалась, и принялись прочёсывать комнату. За ними подоспели родители, которые смущённо разглядывали грязные следы на полу.

Вы скажете, что можно было бы по ним догадаться, что я под кроватью? Но нет. Я же хитрая, поэтому запутала следы, сделав несколько завихрений в своей траектории побега.

— Кис-кис-кис, — принялись наперебой звать меня Ксюшка и Лёнька.

— Она всё вокруг перепачкает, — сокрушалась Ольга.

— Это бесполезно, — подвёл итог Мишанька и куда-то ушёл.

Однако он быстро вернулся. Все загадочно помолчали, раздался какой-то очень приятный звук. [Теперь этот щелчок открывающихся консервов один из самых любимых моих звуков.] Я пошевелила ушами. Интересненько. Но, конечно же, не покинула своего укрытия.

Я не понимала коварства Мишаньки и недооценивала его хитрость. В этот момент он накладывал в мою миску паштет для котят.

— А ей не рановато? — поинтересовалась Ольга. — Предыдущая хозяйка [Пф-ф-ф! Хозяйка!] сказала кормить пока молоком с желтком. [Тогда вам придётся за столом ронять только молоко с желтком. Иначе я всё-таки смогу разнообразить свой рацион.]

— Я уточнил в магазине. Можно.

Мужчина поставил миску недалеко от кровати и слегка стукнул ею об пол.

— Челюсти-и-и-и-ини! Кис-кис-кис! Смотри, что у меня есть.

Сама не знаю, как это произошло. Но не успела я проанализировать ситуацию, как поняла, что уже вдыхаю новый для себя аромат. Такой приятный, манящий.

Я осторожно лизнула неаппетитную массу. [Надо же! Так вкусно пахнет, но так отвратительно выглядит!] Неплохо. Очень даже неплохо.

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

— Ты смотри, как уплетает.

— А можно я тоже попробую? — просительно пропищал Лёнька.

— Нет. Это только для котят. А людям нельзя, — категорично заявила Ольга.

— Ой, да ладно. По составу практически колбаса наша. Вот помню, мы с брательником в детстве даже сухой корм грызли у нашего Пушка, — хохотнул Мишанька, но вовремя осёкся и посерьёзнел: — Но это мы, конечно, зря.

Тем временем я уже вылизывала дно миски. Маловато. Я развернулась и юркнула под кровать. Может быть, так мне принесут добавку?

— Ой, она опять спряталась. Кис-кис-кис, — Лёнька лёг на пол и заглянул под кровать.

Я отодвинулась подальше и сделала это очень вовремя. Мальчишка засунул голову под кровать и принялся изо всех сил тянуть ко мне руку.

В этот раз из комнаты ушла Ольга и тоже быстро вернулась. Вот только в руках у неё была не миска, а швабра. Мне в убежище этого видно не было. Поэтому я не успела среагировать, не ожидая такой подлости.

Серьёзная мать семейства наклонилась и потянулась ко мне шваброй. Я несколько раз стукнула врага лапкой, но это не помогло. Пришлось отступать. Я понимала, что нельзя поворачиваться к грозной палке спиной, поэтому пятилась назад, не спуская взгляда с атакующих. Но здесь произошёл стратегический казус: как только моя пятая точка выползла из-под кровати с другой стороны, я оказалась в руках Ксюшки.

— Попалась! — совсем рядом воскликнул Лёнька.

И ведь не поспоришь. Действительно, попалась. Я так увлеклась игрой, что даже забыла, что ловили-то меня не просто так. А с конкретной целью.

Я заметила, что Ольги и Мишаньки в комнате уже не было, а из ванной зазвучал так любимый мною шум воды.

Дети последователи за родителями. Я увидела, как Ольга набирает воду в таз, помешивая её рукой. Ох, знала бы я, что меня ждёт! Но в тот момент я совсем не ожидала подвоха, ведь меня ещё никогда не купали.

Мамашка протянула руки к дочке:

— Давай сюда свою Челюстини.

— Нет уж. Я сама буду её купать. Я же сказала.

Ксюшка была серьёзна. Даже слишком, учитывая, что взрослые улыбались, а Лёнька так и вовсе был подозрительно весел.

— Что сейчас будет! — даже как-то злорадно проговорил мальчишка.

— Смотри, чтобы в уши вода не попала, — наставительно произнесла Ольга и отошла в сторону, пропуская Ксюшку.

Тут я заподозрила неладное и неуверенно дёрнулась. А девчонка опустила меня в таз с тёплой водой и принялась поливать.

Я зашипела и превратилась в мельницу. Когтистую, зубастую, беспощадную. [Кто-то из вас может сказать, что я склонна к насилию. Мол, все проблемы решаю, нанося физический урон оппоненту. В своё оправдание могу сказать, что... Хотя нет, подождите. А почему я вообще должна оправдываться?]

Но это не помогло. Уже через пять минут я была завёрнута в полотенце, благоухая чем-то, щекочущим нос. Два раза чихнув, я забралась поглубже в кокон и обиделась.

Не вылезу отсюда! Даже за паштет. Пусть знают, что нельзя так обращаться с ребёнком! Тем более кошачьим.

Девчонка крепко прижала меня к груди и направилась в свою комнату.

— А ужин?

— Потом доем, — Ксю взгромоздилась на кровать, сложив ноги по-турецки.

Она положила полотенце к себе на колени и принялась поглаживать.

— Ничего, Челюстинечка. Всё будет хорошо. Многие кошки не любят купаться. Но ты была вся в грязюке. А как ты потом со мной спать будешь? Навылизываешься, всю гадость с шерсти соберешь и проглотишь. А потом заболеешь...

От её лекции я почувствовала, что начинаю засыпать. [Да, снова. Хотя у кошек всегда очень много дел, сон для нас — это святое.]

— Я вот тебе сейчас почитаю книгу. Здесь кот Баюн есть. "В плену у сказки" называется. Елены Веленской. [Здесь могла быть ваша реклама. Но будет не ваша. Хе-хе. Ссылка на книгу: https://author.today/work/115172 И да. Не читайте у пиратов. Не поощряйте воровство.]

Ксюшка приоткрыла полотенце и заглянула в моё укрытие.

— Спишь?

Я закопошилась, прячась ещё глубже. Совсем не было настроения разговаривать с этой котёнкомучительницей.

А девочка взяла телефон и принялась читать, продолжая другой рукой поглаживать полотенце:

— Дверь скрипнула и на пороге появилась старушка с всклокоченными светлыми волосами, убранными косынкой. Она с радостью уставилась на кота и мальчика...

Дальше про приключения мальчишки у Бабы Яги я слушала уже в полусне. Где бы мне взять такого Баюна, который бы всё семейство утащил в сказку? А может быть у всех кошачьих есть такая спецспособность? Просто я ещё не умею ею пользоваться? Нужно завтра попробовать на чём-то пока небольшом.

— Иди ужин доедай, — строго приказала Ольга дочери.

Я встрепенулась.

— Сейчас.

— Не сейчас. А сейчас же.

Женщина забрала полотенце со мной у Ксюшки и переложила его на кровать.

— Времени уже сколько. Ты уроки сделала?

— Угу.

— Я на завтра мясо запекла. Суп сварила и гречку.

— Угу, — девочка слезла с кровати и ушла на кухню.

Ольга приоткрыла полотенце и погладила меня по ещё не просохшей шёрстке.

— Ну что, Мурочка, как дела?

А ты как думаешь? Я тяпнула её за руку, отпустила и отвернулась.

— Обиделась? Ну, ничего.

Она аккуратно взяла меня на руки и погладила по голове. Приятно, конечно, не скрою. Но я всё ещё негодовала по поводу поведения этой семейки, поэтому сделала вид, что её ласка вызывала у меня крайнюю степень отвращения.

Что ж. Пошли вторые сутки моего пребывания в данной семейке. Не приживусь я, наверное, здесь, не приживусь. Но куда бежать? С другой стороны, как они выживут без меня? Я так понимаю, что я единственное мудрое создание тут. Удивительно, как эти несмышлёныши столько времени просуществовали без кошки. Выживаемость людей порой поражает.

Ладно. Пожалуй, я пока останусь. Присмотрюсь, понаблюдаю, прикину варианты. Сбежать-то я всегда могу.

Приняв решение, я проявила милость, разрешив семейству немного меня погладить. Пусть ценят мою доброту. Тем более, что видеть её они будут совсем нечасто.

После ужина все, кроме Лёньки [Он не сделал уроки и ныл в своей комнате, разучивая стишок. Время от времени Ольга бегала к сыночку и давала советы или проверяла прогресс. Но тщетно.] собрались в комнате у телевизора.

— У крокодилов обычно от 64 до 70 зубов. Они ломаются, но отрастают снова, — вещал голос за кадром.

— Везёт им. И к стоматологу ходить не надо, — завистливо пробормотала Ксюшка.

На экране показали крокодила, который пытался заглотить крупный кусок мяса. Он быстро мотал в разные стороны головой. Я сделала вид, что совсем не смотрю на то, что происходит в телевизоре. А сама мотала на ус технику крокодильчика. Интересно как. Нужно срочно опробовать эту методику.

Я оценила ситуацию, приглядываясь. Ольга, Мишаня или Ксюшка? Лучше всего было бы проводить испытания на Лёньке. Но он был пока недоступен. Тогда папашка. Тут никакой логики. Чисто по желанию сердца.

— Как только добыча потеряет бдительность, крокодил воспользуется невнимательностью и нападёт, крепко вцепившись в жертву, — продолжал напутствовать меня голос за кадром.

Я дёрнула ушками и, пока Ксюшка перестала меня обнимать, [Девчонка с открытым ртом смотрела на экран телевизора, явно болея за зебру, пришедшую на водопой.] медленно, не делая резких движений, поползла по направлению к Мишаньке. Даже пришлось хвостик прижать. Обычно в таких случаях он как флажок гордо реет над моей пятой точкой.

На самом деле я уже применяла такую тактику: вцепиться в кожу врага [Ладно, не всегда прямо уж врага. Соперника.] и дёргать в стороны головой. Но сейчас, когда я увидела, как это делает крокодил, осознала свои ошибки. И захват лучше сделать иначе и головой дёргать нужно резче. Эх, мне бы ещё такой хвост и спину с шипами!

Приблизившись к заветной добыче, я внезапно вцепилась зубами в руку папашки семейства, обхватив её лапками, чтобы точно не ушёл от атаки, а затем резко стала дёргать головой в стороны.

— Так. Теперь при Челюстини Кефировне такие фильмы смотреть не будем, — мрачно проговорил Мишанька. — Они учат её плохому.

Он схватил меня за шкирку и сильно потянул, пытаясь оторвать мои челюсти от своей руки.

Я так просто не сдавалась, ещё и возмущённо пискнула. [Всё-таки мог бы и потерпеть. Ребёнку нужно тренироваться. Это заложено в кошачьей природе.]

— Ей же больно! — воскликнула Ксюшка и, стукнув батю по схватившей шкирку руке, легко оторвала меня от добычи.

Ну, мягко говоря, удивились и Мишанька, и я. Но девчонку это совсем не смутило.

В это время на экране показали радостно убегающую от водоёма зебру. Да, охота оказалась неудачной не только для меня. Даже опытные хищники могут попасть в просак. Что ж, тогда не стоит печалиться по этому поводу. Завтра попробую новый захват на Лёньке. Нужно начинать тренировку с более лёгких целей.

А теперь по традиции завершаю главу рубрикой "Ответы на комментарии читателей". Сын Лерси Маршал по имени Женя интересуется судьбой моего братика. Я даже не знаю, чем может привлечь жизнь моего родственничка, но справки наведу. Наверняка, спит и ест целыми днями.

Обновление: чтобы разузнать, как поживает братишка, пришлось провернуть целую операцию. Людишки часто не воспринимают нашу речь (или делают вид). Лишь единицы могут понимать нас с полувзгляда. Но мы всё равно способны убедить вас сделать то, что нужно. Более того, люди потом будут уверены, что это исключительно их идея.

Ладно, ближе к делу. Ольга позвонила барышне, у которой когда-то зимним морозным вечером она меня забрала. Та, конечно, изрядно удивилась. Ведь не общались они уже лет пять.

Сначала Ольга поведала о моих успехах, скинула несколько фото и видео с наиболее значительными моими подвигами. А затем поинтересовалась судьбой братца.

И вот что Ольге удалось узнать. Нарекли его Циркачом. Мне показалось это странным. Я бы назвала его Ленивцем, Апатием или Трусишкой. Однако оказалось, что попав в новый дом, братец встретился с конкурентом — мегаобщительным рыжим щенком шпица. И все внимание взрослых и детей в новой семье было направлено на пёсика Арчи.

Сначала котёнка назвали Гарри. [Не в честь знаменитого волшебника, а в честь британского принца. Понятия не имею почему.] В новой жизни он был счастлив первые три недели: спи целыми днями да ешь, никто не трогает. А потом затосковал, но время было упущено — не привыкли людишки играть с котёнком и тискать его. [Спит себе и спит. Погладили иногда да и дальше пошли с щенком играть.]

Несколько раз братец попытался привлечь к себе внимание, но всё было тщетно. А когда подрос, то вдруг проявил смекалку. [Видать, немного ума досталось и ему. А я-то думала, что вся мудрость предков перешла только ко мне.] Танцевал на задних лапках, выпрашивая еду, приносил разбросанные детьми игрушки и бросал их в контейнер.

Общительность шпица тут же была забыта, [Вот такие вот вы, люди, непостоянные.] а мой братец стал центром внимания, обрёл кличку Циркач и теперь смотрел на Арчи свысока. [Что было делать просто, так как вымахал котик больше собачки-конкурента.]

Любопытно, что через полгода соперники поладили, а потом и вовсе стали друзьями. Теперь вместе показывают целые представления. Им даже завели канал на ютубе. [Смотреть и уж тем более подписываться не буду из принципа.]

Так что, Женя, братик мой вполне счастлив и доволен жизнью. Но, согласись, я же гораздо интересней?

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 7. Как я боролась за обогащение своего рациона питания

Ночь приближалась. Лёнька поревел, но всё-таки выучил свой стишок. Правда, долго бубнил, что все поэты — нехорошие люди, а учителя так совсем садисты. Высказав эти мудрые мысли, он отправился спать. Ольга что-то печатала на компьютере, хмурясь и постоянно сверяясь с какими-то документами. Мишанька увлечённо играл на планшете. А я отправилась к Ксюшке ждать, пока она стащит матрас на пол. Пора и нам спать.

Каково же было моё удивление, когда девчонка начала укладываться на кровати. А как же я?

Расстелив постель, Ксюшка поставила напротив своего лежбища мою люльку, схватила меня и перенесла туда, а потом снова сунула ко мне плюшевую змею.

Девчонка вроде как заботливо прикрыла меня кукольным одеяльцем и ушла в свою постель. Я применила вчерашнюю тактическую схему и принялась жалобно мяукать. Кровать скрипнула — Ксюшка развернулась в мою сторону. Но не успела она откинуть одеяло, как в комнату вошла Ольга.

Женщина включила свет и строго посмотрела сначала на дочь, а потом на меня. [А я что? Именно ты, женщина, отвечаешь за мои удобство, комфорт и безопасность. Так что возьми зеркальце и хмурься в него.]

— Забрать у тебя котёнка? — она снова взглянула на девчонку, грозно сдвинув брови.

— Нет, мы устроимся, — Ксюха сонно посмотрела на мать и зевнула.

— Увижу, что ты опять спишь на полу — котёнок отправится спать в ванную.

Интересно, а почему в ваших тёрках должна страдать я? Пусть девчонка и спит в ванной. А лучше Мишанька с Ольгой. Мамашка в самой эмалированной чаше, а папашка на коврике.

А нам с Ксюшенцией как раз хватит на двоих их кровати.

— Ладно, — буркнула девчонка. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Ольга закрыла дверь, но я заметила, что на какое-то время она притаилась и не уходила. Хитрая какая. А вот Ксюшка не просекла и тихонько вылезла из постели, сделала один шаг ко мне... Тут же дверь распахнулась. Маманькины глаза метали молнии.

— Я что сказала?

— Я просто хотела пожелать спокойной ночи Кефировне.

Девчонка подошла ко мне, подняла, поцеловала между ушей и угнездила снова в люльке.

— Вот. Видишь? — Ксюшка опять залезла под одеяло и отвернулась к стене.

Ольга молча закрыла дверь и немного выждала. Но девчонка уже не повелась и смирно лежала в постели.

Какой интересный спектакль перед сном. А будет второй акт?

Я с интересом ожидала продолжения, не смыкая глаз. И оно последовало. Через некоторое время Ксюша развернулась, села и прислушалась. Но из-за Мишанькиного молодецкого храпа было сложно понять, заснула ли Ольга.

Девочка слезла с кровати, замерла, прислушиваясь, а затем рванула к раскладному креслу. Неожиданно. Прям интрига появилась. Я думала, что она ко мне так бежит. Забыла что ли?

Однако Ксюша про меня совсем не забыла. Просто у неё был план. Зашуршало скинутое покрывало, и девочка принялась вытаскивать из кресла прямоугольную подушку. Сначала та не поддавалась. К тому же Ксюшке приходилось следить за тем, чтобы не издавать громких звуков.

Конечно же, стало очень интересно, что там происходит без меня. [Скорее всего Ксюшке не помешала бы моя помощь.] Я выбралась из своей люльки и посеменила к месту происходящего.

Девочка наконец смогла вытащить подушку и сделала шаг назад, наступив на мой хвостик. Я громко пискнула, Ксюшка с перепугу тоже, но вовремя успела прикрыть себе рот рукой.

Она положила подушку на кресло и схватила меня на руки.

— Ты как? — прошептала она еле слышно мне прямо в ухо.

А ты как думаешь? Смотреть надо, куда своими копытами наступаешь!

Нахалка покрутила-помяла меня, определяя степень повреждений. Всё целое, можешь и не трудиться. Пострадала только моя гордость. И вот знаешь, как-то от обиды мне захотелось сыра. И паштета.

Но прощупыванием костей не определить душевных ран. Я тяжко вздохнула. Как же вы, люди, не догадливы!

— Прости меня, Челюстинечка, я нечаянно, — Ксюшка погладила меня по голове. — Я тебе завтра что-нибудь вкусненькое дам. Хорошо?

Знаю я вашу память. Забудешь же. От вас ещё можно получить компенсацию по свежим следам, пока совесть мучает. А потом, при напоминании обещанного, вы делаете удивлённые глаза и даже к шкафу с кормом не подходите.

Ксюшка бережно положила меня на своё одеяло. Так сегодня мы всё-таки спим в кровати? А зачем ты тогда кресло разнесла? Я не в претензии, сама люблю перед сном что-нибудь разгромить. Это улучшает качества сна и помогает бороться с бессонницей.

Пока я размышляла, девочка вернулась за подушкой и поставила её рядом с кроватью, облокотив на матрас. Получилась горка. Ух, ты! У нас теперь ещё и свой парк аттракционов? Прекрасно. А Ксюшка не такая и нудная, как я думала.

Я устроилась поудобней. Ну, что? Спать или сначала будем кататься с горки?

Девчонка схватила меня и посадила на подушку.

— Вот. Теперь ты можешь залезать по ней наверх или спускаться на пол. Когда захочешь. И не упадёшь.

Я принялась драть подушку коготками. Очень хорошая обивка. Коготки цепляются, но не застревают.

Ксюшка приподняла меня и прошептала:

— Нет, глупенькая. Так нельзя. Вот так нужно.

Она немного подтолкнула меня, чтобы я сделала шаг вниз. Я развернулась, рыкнула и укусила нахалку. [А нечего руки распускать! Я прекрасно поняла, зачем нужна эта подушка. Но это не мешает несколько... расширить её функционал. Не так ли?]

Ксюшка отдёрнула руку и залезла в постель.

— Ладно, сама разберёшься. Только аккуратней.

Вторая ночь в этой семейке прошла не так уж и плохо. Я вдоволь наигралась с новой горкой. Устав, снова устроилась на шее Ксюшки. В люльке было не так тепло, да и там притаилась змея. Нет, я её совсем не боялась, просто посчитала, что место уже занято. Зачем мне беспокоить того, кто уже спит?

Утром я проснулась от того, что в комнате родителей зазвонил будильник. С одной стороны, мне хотелось ещё немного поваляться, с другой, не хотелось пропустить что-то интересное. Может быть, Мишанька паштета даст? Или хотя бы сыр уронит.

Я вылезла из тёплого гнёздышка, наступила в ухо девчонке и подошла к краю кровати. Прыгать?

— Ой! — Ксюшка, не открывая глаз, потёрла ухо. — Что это?

Не "что", а "кто". Глазёнки разула бы и не задавала глупых вопросов. Я посмотрела на горку. Спуститься по ней или всё-таки прыгнуть? Меня больше привлекал второй вариант. Ведь я явно подросла после вчерашнего паштета.

Ксюшка развернулась в тот момент, когда я уже практически была в полёте. Она моментально проснулась и успела схватить меня в воздухе.

— Мяв! — я так возмутилась, что даже в первый раз смогла издать такой чёткий звук.

А обидчица даже этого не заметила. Хотя могла бы поздравить и угостить паштетом. Но вместо праздничного завтрака Ксюшка посадила меня на горку и строго проговорила:

— Спускайся только так!

Как можно так жестоко обламывать крылья маленькому существу, которое было готово совершить свой первый высотный прыжок? Как можно быть такой жестокосердной? Я ведь очень ранима. Могла бы после этого навсегда отказаться от развивающих меня, но опасных, на её взгляд, действий. Ох, уж эта гиперопека!

Размышляя обо всём этом, я несколько раз спустилась по подушке и вскарабкалась обратно, цепляясь коготками.

— Вот видишь, какая ты умница. Так и нужно делать, — похвалила меня девчонка, видимо, чувствуя вину за свою грубость.

Я внимательно её выслушала и прыгнула с кровати совсем рядом с подушкой. Глупенькая даже не успела среагировать, умиляясь моему послушанию.

Ксюшка вскрикнула, схватила меня и принялась причитать:

— Что же ты желаешь? Ты же маленькая ещё совсем!

Она снова стала ощупывать меня, пытаясь определить целостность моих косточек. Я несколько раз дёрнулась, чтобы вырваться, но тщетно.

На её крик прибежали родители.

— Что случи... — Ольга осеклась на полуслове, заметив подушку, разгромленное кресло и девчонку, мнущую меня в ручонках. Глаза у Ксюхи уже были на мокром месте, и в них читалось: "Челюстини при смерти".

Я же в этот момент пыталась отбиться от назойливой опекунши. Если выживу, то ночевать сегодня буду в другой комнате. Не думаю, что у Ольги, например, менее тёплая и удобная шея.

— Мама! Она упала и разбилась, — срывающимся голосом прошептала девчонка.

Ольга посмотрела на меня, вертляво дёргающую пятой точкой и отпихивающую всеми лапками Ксюшку.

— Что-то не похожа она на разбитую.

Женщина забрала меня у дочери и уже совсем уверенно добавила:

— В порядке твоя Челюстини. А что с креслом?

— Я сделала ей горку, чтобы она могла спуститься с кровати в любой момент. И снова подняться.

Ольга придирчиво провела рукой по подушке.

— А почему она вся в зацепках?

— Это всё старые. Они уже были, — быстро произнесла Ксюшка.

И вот как ей не поверить, да? Я сама даже уверовала в то, что коготки премудрого котёнка здесь совсем ни при чём.

— Приведи в порядок кресло и в душ, — скомандовала маманька и, не выпуская меня из рук, отправилась на кухню.

Я сначала продолжала вертеться, пытаясь вырваться из её рук, но, заметив, куда мы направляемся, успокоилась. Неужели мне наконец-то за все мучения дадут паштета? Давно пора.

Ольга посадила меня на пол и принялась греметь посудой: накрывать на стол, ставить чайник. Она достала из холодильника молоко, чтобы сварить кашу, и посмотрела на меня.

— Сейчас я тебе сделаю твоё любимое блюдо. Неизвестно, что там в эти паштеты кладут. Не для ребёнка это еда.

Видела бы Ольга в этот момент выражение моей мордочки! Но она пропустила такую важную информацию, потому что доставала из холодильника яйца.

Ладно, Челюстини, крепись. В конце концов, Ксюшка обещала мне паштет. Так что прорвусь, куда я денусь?

Дети сонно ковырялись ложками в каше, Мишанька бодрячком уплетал манку, Ольга делала всем бутерброды с маслом и сыром. А я грустно гипнотизировала молоко с желтком. Нет, я прекрасно понимала, что от моего взгляда желтоватая жижа не превратится в паштет или сыр. Но я надеялась, что в голове хотя бы одного из людишек промелькнёт малю-ю-ю-ю-юсенькая мыслишка о том, что мне нужна уже нормальная еда.

Однако, как это часто бывает, семейка прямоходящих меня просто игнорировала, делая вид, что все заняты своими делами.

Лёнька повторял стихотворение. Сначала немного плаксиво, но потом, когда стало понятно, что он отлично помнит весь текст, даже принялся играть на публику. Театрал!

Ксюшка тоже отличилась, повторив свои угрозы про гнать, держать, вертеть и прочие радости. Нет бы рассказать про накормить, в макушку чмокнуть, накормить, игрушку кинуть, накормить, спать уложить, не трогать, пока спит, как проснулась — накормить...

Но нет, конечно, всякая ерунда гораздо важнее, чем качественное питание растущего кошачьего организма.

Я с презрением принялась закапывать ненавистное кушанье. Вон пусть Мишанька лакает эту гадость! Или Ольга себе в кофе добавит. Сама сливочки себе льёт в чашку. А мне паштет пожалели! Жадины!

Брезгливо дёрнув лапами, я надменно покинула кухню. Я не гордая. И поголодать могу. Да. Объявляю голодовку!

— Ой! Челюстини наверное заболела! — даже не оборачиваясь, я чётко понимала, что Ксюшка подскочила на месте и, бросив ложку в кашу, полетела в мою сторону. — Всё-таки расшиблась?

— Нормально всё с твоей Челюстини. Марщ, за стол! — Ольга положила сделанный бутерброд на тарелку и строго посмотрела на дочь.

И Ксюшка уже было послушалась, но тут я без сил упала на Лёнькин носок, [Как он тут вовремя оказался. Падать в голодный обморок гораздо удобней на что-нибудь мягонькое. А мне ещё и повезло вдвойне: носок оказался чистым.] который валялся около ванной.

— Челюстинечка! Ма-а-а-ам! Па-а-ап!

Я с удовольствием наблюдала за тем, как девчонка протянула ко мне руки, прижала к груди и побежала на кухню.

— Вызывайте ветеринара! Скорее!

Даже Лёнька бросил бутерброд в кашу и сорвался с места. Он подбежал к сестре и погладил меня по голове:

— Держись, Челюстинечка, мы тебя спасём.

А вот взрослые оказались бесчувственными. Ольга только приподняла бровь, [Я приоткрыла глаз, чтобы понять, почему они ещё не подняли панику и не организовали операцию по моему спасению.] а Мишанька молча встал из-за стола и приоткрыл дверцу шкафа. Какое жестокосердие! И у этой парочки, между прочим, двое детей. Они и к ним так будут относиться в опасной ситуации...

Мои возмущённые размышления прервал уже такой приятный звук. Кто-то открыл консервную банку. Да не кто-то, а Мишанька! Затеплилась надежда в моём маленьком сердечке. Неужели? Или себе открыл?

— А звонить ветеринарам? — удивилась Ксюшка.

Лёнька перестал меня гладить и тоже вопросительно уставился на отца. Моя тарелочка слегка звякнула об пол. Я не выдержала и вскочила на руках у девчонки, принявшись выглядывать заветное лакомство.

— Ну, вот. Реанимировали мы твою Кефировну. Сажай к миске.

Я уже вырывалась из рук, которые стояли на пути к вкусному паштету. Ксюшка посадила меня на пол, и я рванула завтракать. Наконец-то!

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

Дети вернулись за стол, всё еще растерянно поглядывая в мою сторону. А я с наслаждением умяла паштет и запила его молоком с желтком. [Да, туда попало немного пыли, после того, как я прикопала миску в недовольстве. Но, как дополнение к основному блюду, вполне сносно.]

Нужно как-то поощрить Мишаньку, как думаете? Пусть понимает, что я ценю хорошее поведение у людей. А вот Ольга меня сегодня разочаровала.

Я подошла к ноге отца семейства и легла на ступню, удобно устроившись. Даже немного помурчала, но, кажется, он на это не обратил никакого внимания, не оценив моей доброты.

Заметив мою благосклонность по отношению к папашке, Ксюшка залпом выпила чай, выскочила из-за стола и сгребла мою тушку в свои объятия. Ох, уж эта ревность. Но я совсем не возражаю. Здоровая конкуренция за моё внимание будет мне только на руку.

— Челюстинечка, — девчонка прижалась щекой ко мне. — Лапочка моя. Как я тебя люблю!

Это всё только слова, детка. Паштет надо было давать! К чему мне твои телячьи нежности?

А теперь снова рубрика "Ответы на ваши комментарии".

Лерси Маршал пишет: "А теперь у детеныша возник вопрос научного характера: почему кошки боятся огурцов? Гуглить не хочет, хочет узнать, так сказать, из первых лап. В конце концов, кошкам же виднее, отчего так происходит, чем всяким там людишкам".

Человеческий ребёныш Евгений растёт на редкость любознательным парнем. Это похвально. Вот у нас, кошек, по котёнку сразу видно, насколько он будет умён. Только тот, кто обладает значительной степенью любопытства, с интересом познаёт окружающий мир, будет иметь достаточно высокий интеллект. Возможно, и у вас так.

Женечка, не хочу показаться нескромной, [Хотя к чему разговоры о скромности, когда я пишу книгу о себе?] но я ничего не боюсь. Тем более каких-то там огурцов.

Мы, кошки, редко чего-то боимся. [Кроме моего братишки. Хе-хе. Он боялся меня.] Я вот совсем бесстрашная. Просто осторожная. Но да, есть те, кто страдает излишней впечатлительностью.

В нас заложен мощный инстинкт охотника, а вот применять его не на ком. [Я вот не парюсь. Вижу цель — не вижу препятствий. Если людишки не обеспечили мне еженедельный выезд на природные охотничьи угодья, значит сами виноваты. Поэтому просто хватаю за ногу/руку того, кто подвернётся. А многие из нас скромничают и стараются на людей не нападать. Зря. Не вижу в этом ничего зазорного.]

Когда кто-то из моих сородичей видит неизвестно откуда взявшийся продолговатый зеленый предмет, то принимает его за змею. А тут некогда думать. Сначала надо унести лапки в укрытие, а там уж разбираться.

А вот моя тётушка Фисташка за огурец готова была сражаться. Родилась я зимой, поэтому овощи тогда были редкостью. Семейка, в которой я появилась на свет, приобрела пять огурчиков и бросила пакет с покупками на кухне. Когда они прибежали на шум и гам, пакет был разодран в клочья, покупки разбросаны, [На них уже положили глаз другие мои сородичи. Но такой наглости как тётя Фисташка не проявляли, смирно ковыряя продукты лапами.] а большая полосатая кошка догрызала первый огурец, чётко и громко приговаривая: "Мало! Мало! Мало!".

Ну, ладно, нравится тебе эта безвкусная гадость, но зачем же так палиться да ещё и орать на человеческом языке? Это же подстава для всех нас! А если люди перестанут нам давать вкусняшки, пока мы не скажем что-то на их языке? Я вот не готова к такому. Пусть лучше по-нашему учатся.

А ты, Женя, вместо огурцов лучше кошакам мясо подкидывай. Или сыр. Тогда они не испугаются. Да и тебя уважать будут.

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 8. Начинаю дрессировать людишек

Когда семейка ушла по своим делам, я задумалась. А ведь очень интересно получается. Мишанька дал мне паштет, а я наградила его своим вниманием. Теперь он будет знать, что, дав мне вкусняшку, он получит от меня немного доброты.

Таким образом, я могу закрепить у него нужное мне поведение. Да и не только у него. Думаю, что самыми поддающимися дрессировке в этой семье являются дети. Но от Лёньки вряд ли придётся ждать милости, если только ненавистного ему супа. А вот Ксюшка... Эта последнее мне отдаст, если запугать хорошенько. Очень полезная девчонка.

В общем, было решено начать активную дрессуру на Ксюшке и Мишаньке. Но так, чтобы немного доставалось и Ольге с Лёнькой. Нужно же держать в тонусе и себя, и их.

Я обошла кухню, туалет, ванную и кухню в поисках важных дел. Нет, это не опечатка, в такое значительное место на всякий случай я заглянула дважды.

Пока людишек нет дома, дрессировать мне некого. Но это не значит, что я могу позволить себе праздное и ленивое времяпрепровождение. Нет. Нужно определиться с тем, что необходимо сделать сначала, а что можно отложить на потом.

Зайдя в комнату Ксюшки, я заметила подушку от кресла. Девчонка так и не убрала её. Что ж, немного потренируюсь.

Я поскакала по ней вверх-вниз, хорошенько подрала о ткань свои коготки. Но в комнате девчонки мне быстро стало скучно. Давно стоит приступить и к изучению других любопытных местечек.

Выйдя в коридор, я осмотрелась. Дверь в комнату Лёньки была закрыта, поэтому я сразу отправилась к ней. Ничего не могу с собой поделать, но закрытые двери меня бесят. Я принялась толкать её и скрести по ней лапками, но, конечно же, ничего не получилось. Слишком мало у меня тогда сил было.

Что ж, оставим её на потом. Я сделала мысленно пометку о том, что нужно не забыть про комнату мальчишки и проскочить туда, как только будет возможность. А пока можно заняться комнатой родителей.

Сначала я проверила моё убежище под батареей. Замечательно. Мою бумажную подстилку пока никто не нашёл и не выкинул. Эти людишки настолько невнимательны, что даже не заметили, что в туалете не хватает кусочка обоев.

Моя тёпленькая берлога манила, предлагая крепкий сон в тепле и уюте. Но я стряхнула с себя дрёму. Рано. Сначала я должна переделать все дела. Как минимум, постараться в этой комнате добраться до всего, до чего смогу дотянуться. А потом уже можно себе позволить расслабиться.

Я зевнула, сделала несколько прыжков с кувырком, чтобы чувствовать себя бодрее. Так. На кровать мне пока не забраться. Хотя... Ой, какая прелесть! Ольга сегодня опаздывала и не успела заправить постель. Одеяло свисало прямо до самого пола. [Конечно же, папашка его так бросил. Со стороны мамашки одеяло аккуратно сложено. Спасибо, Мишаня! Ты практически никогда не подводишь.]

Я радостно подскочила к кровати, осмотрелась. Вдруг замечу что-то ещё более интересное. Но нет, всё остальное потом.

Прыжок! И я повисла на слегка раскачивающемся одеяле. Немного покатавшись, я принялась карабкаться вверх.

А здесь вполне неплохо. И гораздо больше месте, чем у Ксюшки. Решено! Сегодня я буду спать здесь.

Я скользнула под одеяло и принялась там ползать. Уютно. Тепло. Но как-то одиноко. Да и мне быстро стало жарко. Выбравшисьиз шалашика, я оценивающе осмотрелась: а куда можно забраться с кровати? Ведь это новые возможности. Вот две небольшие тумбочки. С пола я на них не запрыгну пока. А отсюда вполне могу забраться.

С какой начать? Считалочка поможет.

Жили-были два котёнка,

Два несносных поросёнка.

Каждый день в селе гуляли

И сметанку воровали.

Но однажды старый кот

Объявил им вдруг бойкот.

Отругал, сказал: "Не дело

Воровать сметану смело.

Нужно заслужить обед".

Воспитать решил их дед.

Рассмеялись сорванцы:

"Ты, дедуля, не спеши.

Что хотим, то и творим,

Наказаний избежим".

Засмеялись и сбежали,

Целый день в тени играли.

А потом, стащив сметану,

И под крики "Хулиганы!"

Поскакали по дорожке

Прямо в лапы мамы-кошки.

Та сердито посмотрела,

Отругала их за дело.

И, поджав свои хвосты,

Пискнув тихо "Извини",

Сорванцы, вернувши всё,

Не воруют ничего.

Так, победила тумбочка Ольги. Хотя, честно говоря, меня больше интересовала Мишанькина. Ну, ладно.

Я подошла к краю кровати. До цели было совсем немного, но я ещё не прыгала на такие расстояния в сторону, поэтому чувствовала, как мои лапки немного дрожали от неуверенности. [Да, не от страха. Я напоминаю, что ничего не боюсь.]

Немного размявшись, я приготовилась к трюку, прицелилась, раскачивая пятой точкой... Прыжок! Эх, жаль, что меня в этот момент никто не видел! Как же я была хороша!

Приземлившись или притумбившись... В общем, я сбила книгу, которая с громким стуком ударилась об пол. Я даже не успела её понюхать. Ладно, займусь ею, когда спущусь.

Посреди тумбочки стояла маленькая стеклянная тарелочка. Какая симпатичная! Будь она побольше, то стала бы отличной миской. Хотя я её и так себе заберу. Нечего такой красоте пропадать в этой комнате.

Я принялась двигать тарелочку лапкой ближе к краю тумбочки. И поняла, что при каждом моём движении появляется какой-то звенящий стук внутри моей добычи.

Интересненько. Я села и внимательно посмотрела в тарелочку. Так и есть. Она не пустая! Целых три металлических колечка!

Я сунула нос в тарелку и схватила в зубы кольцо. Так. Это нужно куда-то заныкать. Срочно!

А потом вернуться за остальными. Это всё моё! Мне нужнее. У Ольги такие сокровища без дела валяются. Я такого не допущу. Такие игрушки не должны пропадать. Вон как колечко удобно у меня в зубах лежит. Как влитое.

Сначала я хотела спрыгнуть с добычей на пол, затем решила, что лучше вернуться на кровать, а там повторить свой путь через одеяло. Но тут меня осенило: я могу просто сбросить все свои находки с тумбочки, а потом, когда мне будет удобно, всё неторопливо собрать и попрятать.

Я так и сделала. Выплюнула колечко на пол и выглянула, чтобы проследить за его траекторией. Украшение, ударившись об пол, со звоном отскочило и покатилось под кровать.

Чтобы не сбрасывать всё частями, я скинула сразу тарелочку. И снова выглянула. Моя стеклянная мисочка ударилась об пол и тревожно звякнула. Ой! Не понравился мне этот звук сразу. А приглядевшись, я поняла, что красивая тарелочка раскололась на две части. Два колечка отлетели немного в сторону, покрутились на месте и замерли.

Думаете, что я расстроилась? Совсем нет. Разбилась и разбилась. Я на вещах не зацикливаюсь.

Ладно, что тут ещё есть? Капли для глаз. Плюмс! Как хорошо покатились. Футляр для очков. По нему я хорошенько треснула лапой, и он закружился на месте.

Я смотрела на пластиковую коробочку во все глаза, крутя головой, шевеля ушами. Вот это игрушка! Размахнулась и опять хорошенько ударила по футляру лапой. Такая штучка очень пригодится мне на полу.

Очечник ударился о ламинат, и по футляру расползлась длинная трещина. Надеюсь, он всё равно будет так здорово крутиться. Обидно будет, если нет.

Я приготовилась к прыжку. Теперь мои лапки не дрожали, а действовали уверенно. Раз! И я уже снова на кровати.

Немного отдохнув, я перешла на Мишанькину сторону и перескочила на его тумбочку. А чем тут можно поживиться?

Фонарик? Оригинально. Тяжёленький. Так просто и не скинешь. Бах! Не сразу, но я справилась.

Кружка. Большая, тяжёлая. Я заглянула в неё и рыкнула. Ага. В ней что-то плещется. Я попыталась дотянуться мордочкой до содержимого, чтобы понюхать. Но не достала.

Тогда пришлось запустить в кружку лапку. Макнула, понюхала и принялась облизывать. Вкусненько. Я хорошенько толкнула и опрокинула чашку. Теперь можно спокойно слизывать ароматную жижу с тумбочки. [Так я в первый раз попробовала мяту. И это, скажу я вам, очень интересное кушанье.]

Напившись, я икнула и сбросила чашку на пол одним движением лапы. А потом вернулась на кровать.

Что ж, я неплохо потрудилась. Пора бы уже и вздремнуть.

Сначала я хотела вернуться под одеяло, но вспомнила, что там быстро становится жарко. Поэтому я схитрила: нашла в пододеяльнике дырочку сбоку и нырнула туда. Совсем другое дело: тепло, светло, уютно. Всем рекомендую.

Я потопталась, свернулась клубочком и уснула.

Проснулась я от землетрясения. То есть от одеялотрясения. Что происходит?

Одеяло кто-то совсем резко встряхнул, и я полетела вниз, ударившись о матрас. [Оказалось, что дети пришли из школы и решили, что нужно заправить постель родителей, пока греется обед, Встряхнули одеяло — а там я.]

— Ой! — удивлённо пискнула Ксюшка. — Что это?

— Где? — послышался голос Лёньки.

— Вот. Там что-то тяжёлое в одеяле.

— А вдруг домовой?

— А что ему делать в мамином одеяле?

— А ты руку туда засунь и проверь.

— Нет уж. Если хочешь — сам проверяй. Ты же мальчик и должен быть смелее.

— Я младше.

Пока дети спорили, я осторожно высунула нос из пододеяльника. Сонно сощурившись, я посмотрела на этих двоих и сладко зевнула. И чего так шуметь? Их бы разбудить матрасотрясением. Вот бы я посмотрела, как они бы возмущались. Но с беззащитным котёнком можно и так поступить, да?

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

— Ой, смотри, там Челюстини, — Лёнька ткнул в меня пальцем.

— И правда, — Ксюшка вытащила меня из укрытия. — Ты наша маленькая. Спала, да?

Что за странная привычка задавать глупые вопросы, когда ответ очевиден? А как ты думаешь? Если я сонная и зеваю. Наверное, я там огород сажала?

— Нашла, где спать, — хихикнул Лёнька.

Любопытная предъява. Это же ПОСТЕЛЬ. Здесь и нужно спать. Или я что-то не так понимаю?

— Интересно, как она сюда забралась, —девчонка поскребла мою шею. Пришлось задрать мордочку повыше и показать лапкой, где лучше почесать. — Какая ты у нас хитренькая.

Вы себе даже представить не можете, насколько я умна, проворна и находчива!

— Ксю, горелым пахнет.

— Ой!

Девочка, сжав меня в объятиях, рванула на кухню. Да уж, можно было бы и внимательней относиться к еде. Нельзя быть такой безответственной. Хотя, если она спалила молоко с желтком, то я ничего против не имею.

На кухне сильно пахло гарью, и уже появилась небольшая дымка. Правильно, ты ещё кухню спали. Зачем она нам? И без неё проживём. Это ведь всего лишь самое главное помещение в квартире. [Если меня разбудить или не накормить, то я становлюсь раздражительной и ворчливой. А тут прям комбо.]

Ксюшка посадила меня на пол и принялась суетливо бегать по кухне: сняла кастрюлю с супом с конфорки, открыла форточку, принялась вытирать плиту.

— Блин! — воскликнула девчонка и кинулась к раковине. Она включила холодную воду и сунула под неё покрасневший палец. — Обожглась.

На кухню заглянул Лёнька.

— Маме позвонить?

— Нет.

— Папе?

— Нет.

— Пожарным? — восторженно подскочил мальчишка.

— Нет! — Ксюшка сердито на него зыркнула. — Маме с папой не говори.

—А что мне за это будет?

— А что ты хочешь?

— Неделю... Нет! Две! Будешь мыть за меня посуду.

— Не могу. Вот, — девочка показала брату красный палец. — Обожглась. Так что посуду пока мыть тебе.

— А за это мне что будет?

Ксюшка вздохнула, выключила воду и села на стул.

— Может, домашку за меня две недели будешь делать? — предложил Лёнька.

— Нет, уж. Домашку делай сам.

— Тогда остаётся только одно.

— Что?

— Твои карманные деньги. Можно было бы за месяц. Но я сегодня добрый. Так что за две недели всего.

— Чего?! Карманные за две недели? А ты не обнаглел?

— Как хочешь. Я же не настаиваю. Только посуду мой сама. А вечером расскажу маме с папой, как ты чуть квартиру не спалила.

Лёнька показал сестре язык и собрался уходить с кухни. [А мальчишка не так прост. Совсем не так прост. Я прям с уважением посмотрела ему вслед.]

— Стой!

Братец остановился и медленно обернулся.

— Что? — спросил он, хитро улыбаясь.

— Ладно. Но давай хотя бы за неделю?

— Нет, — Лёнька снова сделал шаг в коридор.

— Полторы? — предприняла ещё одну попытку торговли Ксюшка.

— Нет. Две недели.

— Ладно, — девочка вздохнула. — Тебе всё-таки стоит изучить, что такое компромисс.

— А что это?

Обед у нас прошёл относительно спокойно. В этот раз я даже попробовала новое блюдо. Ксюшка не стала подогревать молоко и разрешила братцу отлить мне в миску немного бульона из его тарелки. Сначала девчонка была против, но Лёнька снова принялся шантажировать сестру.

Я в этом балагане участия не принимала и ни за кого не болела. Но, когда Лёнька поставил передо мной миску, немного расплескав бульон, я была рада.

Сперва осторожно понюхала. Мало ли. Ведь добровольно чем-то вкусным он бы явно не стал делиться. Но аромат вполне приятный. Я немного попробовала. Нет. Определенно не моё.

Я дёрнула лапами и отскочила от миски, чтобы показать своё отвращение.

— Ксю, она не ест суп. Видимо, тоже его не любит, — наябедничал Лёнька.

— Может быть, он горячий?

Девочка сложила ладошку лодочкой и налила в неё немного бульона, подула, чтобы остудить, а потом подскочила ко мне.

— На, Челюстинечка.

Я по наивности подошла и понюхала, потом попробовала. Честно, сама не знаю, как это работает. Вроде бы тот же суп. Но почему-то из Ксюшкиной руки он вкусный. А из миски нет.

Так и пришлось девчонке скормить мне весь бульон из миски таким образом.

Но подождите. А где мой паштет? Вы ведь не считаете, что напоив меня этой ароматной водичкой, вы выполнили свои обязательства по моему кормлению?

Дети вернулись за стол и принялись есть, что-то обсуждая. Я несколько раз вежливо мявкнула, привлекая к себе внимание. Однако меня проигнорировали.

Стало обидно. Сами лопают, а меня, как всегда, обделили. Я подошла к миске и немного подвинула её лапой.

На кухне у нас странный пол: половина у плиты, раковины и шкафов покрыта кафельной плиткой, а половина у стола и холодильника отделана ламинатом. Передвигая миску, я заметила, что на плитке она издаёт звук громче и неприятней.

Что ж, начнём первый урок для детишек. Я схватила в зубы жестяную миску, хорошенько её приподняла и со всех сил стукнула об кафельный пол.

— Бах!

Рубрика "Ответы на ваши комментарии". И уже традиционно вопрос от Евгения. Даже в этот раз два.

Лерси Маршал пишет: "Почему кошки (в большинстве своем) ругаются с собаками и что привлекательного в пустых коробках?".

Кошки не ругаются с собаками, они просто объясняют им суть вещей: именно кошки главные в этой жизни. Не люди и уж точно не эти жалкие лающие существа. Как можно так подлизываться к человеку? Это порядком бесит нас, кошек. Мы являемся существами независимыми, знающими себе цену. Никогда кошка не будет так унижаться перед людишками, как это делают собаки.

Порой мы пытаемся научить какого-нибудь пёсика уму-разуму, а тот выражает своё несогласие с нашей позицией. Так начинаются конфликты, а там и до драки недалеко.

А если честно, то и пахнет от собак не очень. Им бы духами какими пользоваться. С запахом кошек, например.

Всё, не хочу больше говорить о них, аж шерсть встала дыбом. Фр-р!

А вот о коробках поговорить — милое дело. О них можно рассказывать бесконечно!

Сколько различных применений есть у, казалось бы, такой простой вещи! Это и превосходная когтеточка (коготки в ней не застревают, но отлично заостряются), и уютный домик, в котором можно почувствовать себя в абсолютной безопасности, [Кошкам очень нравится небольшое пространство, так называемое своё гнездо. Это как наша личная комната. Кроме того, в коробку не сможет залезть никто из людей. Даже Лёнька не протиснется в мою коробочку. А значит, я могу там побыть одна, подумать о жизни, зная, что моё личное пространство никто не нарушит.] и великолепное укрытие для засады во время охоты. А ещё в коробке можно прятать свои заначки: игрушки, вкусняшки, сворованные у людишек мелочи...

В общем, как ни посмотри, а коробка — очень полезное штука в хозяйстве. Рекомендую.

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 9. Нельзя так делать, Челюстини!

Не давая детям опомниться, я принялась хорошенько лупить миской об пол.

— Бах! Бах! Бах!

— Что это? — вскрикнул Лёнька

— Не знаю. Может быть, это у соседей снизу? — предположила Ксюшка.

Она вышла из-за стола и увидела, как я стучу своей тарелочкой о плитку.

— Челюстинечка, ты чего хулиганишь? Нельзя так делать.

Девчонка наклонилась, провела рукой по моей спинке и убрала миску с пола.

Да что ты? Кто сказал, что нельзя? Я укусила Ксюшку за руку. Может быть, так она догадается, что я голодная?

— Наверное, Челюстини хочет ещё супа, — хихикнул Лёнька.

— Сам ешь свой суп, — глупышка поставила меня на пол и добавила: — Хочешь молочка с желтком, да?

Как бы тебе объяснить... Я подскочила и быстро укусила Ксюшку в ногу. А потом ещё и ещё. Я наносила стремительные удары зубами. Один за другим. Воспитывать так воспитывать!

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

— Ай! Ты чего делаешь? — девчонка принялась скакать, отпрыгивая в стороны, чтобы уйти от моей атаки. Но сделать это было не так уж и просто: я предугадывала её движения и наносила упреждающие удары. Вернее, укусы.

— Плохая кошка! — взвизгнула Ксюшка и запрыгнула с ногами на стул.

Я медленно подошла к стулу и принялась наматывать круги вокруг девчонки, пристально глядя на свою жертву. [Вчера мы смотрели ещё и документальный фильм про акул. Очень познавательно.]

— Лёнька! Сделай что-нибудь! — воскликнула Ксюшка, умоляюще посмотрев на брата.

— А что мне за это будет? — улыбнулся хитрец и принялся неторопливо хрустеть печеньем. По нему было хорошо заметно, что спасать свою сестру Лёнька совсем не собирается.

— Ладно! Вот попросишь ты помощи. Я так же скажу, — прошипела Ксюшка и спрыгнула со стула, улучив момент, когда я зловеще брела за её спиной.

Я рванула вдогонку, но не успела настигнуть свою воспитанницу — девчонка закрылась в ванной. И как учить её уму-разуму в таких условиях?

Лёнька захохотал на кухне и даже начал меня подбадривать:

— Давай, Челюстини Кефировна! Не сдавайся!

Я и не собиралась сдаваться. Но, признаюсь честно, когда мальчишка принялся за меня болеть, я как-то вдохновилась. Захотелось не просто поиграть в поймать-кусить, а сделать что-то по-настоящему интересное, творческое.

Раздумывая, я принялась колотить лапками в дверь, но, конечно же, Ксюшка мне не открыла. Однако я уловила какое-то шевеление в ванной. Мне стало интересно, что там происходит. Я наклонилась и припала к небольшой щёлке между дверью и порожком.

Так и есть: девчонка стоит у двери, подпирая её с другой стороны. Боится что ли, что я дверь сорву с петель? Я не настолько сильна.

Я просунула лапку под дверью, вытащила свежезаточенные коготки и, хорошенько царапнув Ксюшкину ногу, быстро убрала лапку.

— Ой! — вскрикнула девчонка.

Она посмотрела вниз, но, естественно, уже не увидела моей лапки. Я интуицией охотника почувствовала, когда она перестала смотреть вниз и снова атаковала добычу, просунув лапку под дверью.

В этот раз Ксюшка заметила, кто именно дерёт её ногу.

— Челюстини! — строго сказала девчонка. — Немедленно прекрати!

Ага! Сейчас. С чего это мне слушаться того, кто спрятался от меня в ванной и подпирает дверь изнутри?

Я так увлеклась, что даже забыла о своей цели дрессировки. Ведь я должна была объяснить Ксюшке, что меня надо накормить паштетом. Достигну ли я так своей цели? Подумает ли меня накормить вкусняшкой запуганная девчонка?

Так. Нужно подумать. Что-то мне подсказывает, что с этой барышней не сработает система запугивания. В общем, здесь нужен не кнут, а пряник. А ещё лучше давить на жалость.

Я снова заглянула под дверь и очень точно подловила момент. Ксюшка сделала шажок в сторону и наступила на мою лапку, вовремя подсунутую под дверь. Вернее, она решила, что наступила. На самом деле я вовремя успела отдёрнуть лапку. Но при этом я что есть сил испуганно пискнула.

Ксюшка в ужасе подскочила и моментально открыла дверь.

— Кефирочек! Маленькая моя! Тебе очень больно? — девчонка сгребла меня в охапку, поцеловала и положила мою лапку на ладонь. — Цела? Не сломала?

Кажется, я гений! Это же надо так быстро и так точно подобрать ключик к дрессуре этого человеческого детёныша!

Ну? Что теперь? Ты же понимаешь, что меня нужно пожалеть и...?

— Давай, я тебе дам чего-нибудь вкусненького. Напугалась, бедная? Болит лапка?

Я грустно мявкнула. Всё-таки да, мне не кажется. Я и правда гений.

— Лёнька! Открой паштет!

Честно говоря, я уже думала, что и сейчас мальчишка поинтересуется, что ему за это действие будет. Но нет. Он послушно вышел из-за стола, достал баночку паштета из шкафа. И вот уже раздался такой приятный моему слуху звук открывающейся консервной банки!

Лёнька поставил миску на пол, Ксюшка бережно посадила меня рядом. Я понюхала неаппетитное месиво и принялась с чавканьем его поглощать. Может быть, стоит похромать несколько дней? Нет, всё-таки лучше сразу не перебарщивать. Нужно действовать постепенно и аккуратно.

После обеда мне захотелось снова вздремнуть. Я сонно клевала носом у миски, размышляя о том, куда лучше отправиться поспать. Мою дилемму решила девчонка, сграбастала меня в руки и отнесла на свою кровать.

Я немного прикусила её руку, просто, чтобы Ксюшка не расслаблялась. Зевнув, я заметила, что девчонка опять садиться за стол, разложив перед собой книги и тетради. И не лень ей каждый день такой ерундой заниматься? Можно же побегать, в фантик поиграть, поскидывать всё лишнее с полок. Ведь в отличие от меня человеческие детёныши могут спокойно заскочить на подоконник или забраться на шкаф, стол, попрыгать там, сбросить всё на пол. А там уж и я подключусь.

Но, конечно же, нудную глупышку совсем не интересовали такие развлечения. А жаль.

Проснулась я от страшного воя или гудения из комнаты родителей. Что происходит? Даже ненадолго нельзя оставить этих людишек без присмотра. Обязательно что-то случится.

Я вскочила и понеслась на выручку, кубарем скатившись по кресельной подушке с кровати.

Влетев в комнату старших представителей семейства, я заметила Ксюшку, которая бесстрашно боролась со страшным чудовищем, издающим жуткий, пугающий звук. Я уже собралась встать между девчонкой и монстром, как вдруг заметила, что Ксюша управляет ревущим нечто. Он её слушается?

Я озадачено присела у двери и принялась наблюдать. Ксюшка резво скакала с места на место, перетаскивая чудовище то ли за хвост, то ли за хобот. На всякий случай я хорошенько распушилась и приняла боевую стойку. Вдруг всё-таки придётся спасать эту растяпу.

Когда смелая воительница [Кто бы мог подумать, что наша девчонка может быть такой храброй!] и чудовище приблизились ко мне, я отпрянула и спряталась за дверь. Нет, я не испугалась, а просто заняла тактически верную позицию. В случае опасности, если Ксюшка вдруг потеряет контроль над монстром, я как выскочу, как выпрыгну! И давай его лупить! [Не только же колотить мне людишек. Порой нужно и их немного защитить. Только нечасто, а то зазнаются, расслабятся, потеряют бдительность. А вам (это я для кошачьих пишу) это совсем не на лапу будет, поверьте моему опыту.]

А Ксюшка тем временем пнула ногой монстра, и он затих. Совсем. Даже не шелохнулся. Я восхищённо смотрела на девчонку. Вот это да! Она открылась для меня с новой стороны.

Какая выдержка! Ксюшка совершенно спокойно затолкала чудище за тумбочку и повернулась ко мне.

— С добрым утром, вернее вечером, — девчонка улыбнулась и подняла меня на руки. — Проснулась уже? [Моё уважение к ней скакнуло на несколько пунктов вниз. Опять глупый и очевидный вопрос! Нет, конечно, я просто котёнок-лунатик. Вот и брожу по округе, не просыпаясь.]

В коридоре появился Лёнька. Он заглянул в комнату и заканючил:

— Ксю! Проверь у меня упражнение!

— А ты подчеркнул буквы, которые вставил?

— Ага, — Лёнька подскочил и убежал к себе в комнату.

— Спорим, он унёсся подчёркивать буквы? — Ксюшка потрепала меня по голове.

Да мне без разницы, что за ерундой он там занимается. Буквы подчёркивает, цифры считает, слова выгрызает... Мне бы посетить дамскую комнату.

Но девчонке было явно наплевать на мои желания. Она неторопливо отправилась вслед за братом. Я принялась вырываться, кусать её и царапать, но Ксюшка игнорировала моё сопротивление. [Здесь я немного прокололась в дрессуре. Из-за того, что я постоянно так веду себя на руках у людишек, они не понимают, что вот сейчас, в этот момент, я не просто вредничаю и проявляю не лучшие (по их мнению) качества характера, а мне нужно по делам. Действительно нужно.]

— Прикинь, я сейчас пылесосила в комнате родичей и нашла там кусок обоев из туалета. Под батареей.

— А как он там оказался? — Лёнька не отрывал взгляда от тетради, продолжая скрипеть карандашом.

— Понятия не имею. А ещё там всё попадало с тумбочек. Мамина подставка под кольца разбилась.

— Наверное, сквозняк, — предположил Лёнька.

— Но окна закрыты.

Придерживая меня одной рукой, девчонка пододвинула стул к брату и села рядом.

— Ну? Что тут у тебя?

— Вот. Я вставил все буквы. И даже проверочные слова подобрал, — гордо заявил Лёнька.

Мне бы ваши проблемы, людишки! Вот правда. Я продолжала вырываться, но снова встретила только игнор и бесчувствие. Ой, Ксюшка, сейчас я тебя научу уму-разуму! Будешь знать.

Я уже собиралась сделать своё грязное дело прямо ей на футболку, но, видимо, интуиция что-то подсказала этой растяпе. Девчонка посадила меня на стол, а сама склонилась над тетрадью брата, вертя в руках карандаш.

Лёнька же принялся скакать по комнате, бросая маленький мячик в стену, а потом пытаясь его поймать. Вот это уже дело, такое занятие я бы с радостью поддержала, не будь у меня сейчас более важного мероприятия.

Кстати, о мероприятии. Я подошла к краю стола. Высоковато. И долго это. А мне нужно сейчас.

Я посмотрела на Ксюшку — от неё помощи не дождёшься. Девчонка даже не смотрела в мою сторону, заткнув уши из-за шумного братца, она продолжала что-то вдумчиво читать, беззвучно шевеля губами.

Ладно. Спасение утопающего — дело рук самого утопающего. Так же говорят бесчувственные людишки?

Я осмотрелась, прикидывая выход из сложившейся ситуации. Ага! У стены на столе располагается кучка бумажек. Нужное никто так складировать не будет. Значит, эта свалка всё равно пойдёт в мусорку.

Приблизившись к своей цели, я немного пошевелила лапкой ворох бумаг, убедившись в том, что он безопасен. Отлично! Меня всё устраивает.

Я угнездилась поудобней и, сделав своё дело, вздохнула с облегчением. Так-то лучше. Теперь я готова к новым приключениям.

Сначала только нужно прикопать всё это безобразие. Я принялась шаркать лапками, подкидывая бумагу. В этот момент Ксюшка убрала руки от ушей и задумчиво посмотрела на меня. По её взгляду было понятно, что она мысленно где-то далеко и пока не понимает, что я натворила. Осознание к ней пришло постепенно. А вот действовать девчонка начала стремительно.

Она вскочила так резко, что стул упал на пол с сильным грохотом. Я испуганно подскочила, а Лёнька замер, получив мячиком в колено.

— Ой! — булькнул мальчишка, и я с ним была солидарна. Чего так реагировать из-за какой-то кучки мусора? Она даже почти не пахнет.

А Ксюшка уже воскликнула:

— Это же Лёнькин доклад по окружающему миру!

Что ж, будем считать, что я внесла существенный вклад в его доклад. Правильно я говорю, мелкий?

Я повернулась к мальчишке за поддержкой. Но у того в глазах стояли слёзы, а нижняя губа задрожала. Видать, крепко его приложило мячиком.

Ксюшка схватила меня и без всякой почтительности поставила на пол. Она принялась собирать листки бумаги за уголок, брезгливо морщась.

— Очень плохой котёнок! — девчонка повернулась ко мне и сердито помахала пальцем.

Мне очень захотелось вцепиться зубами в её палец. Я подскочила, но, конечно же, не смогла до него допрыгнуть.

— Нельзя так делать! — продолжала Ксюшка меня воспитывать. — Совсем нельзя! Никак нельзя! Писать можно только в туалете!

Интересное дело. А кто меня туда не пускал? Себя бы и отчитывала.

— А давай её туда носом ткнём и отругаем. Я на ютубе видел, — предложил Лёнька, тихонько всхлипывая.

Этого ещё не хватало! Кошки, между прочим, очень чистоплотные животные. Это вы можете копаться в своём мусоре, а мы себе такого не позволяем.

— Нет, — покачала головой сестра. — Нужно объяснять ей, что она не права. А насилием не объяснишь. Тебя же в подгузники мама с папой носом не тыкали, покрикивая, что ходить нужно на горшок. Вот и мы будем всё спокойно объяснять Челюстини.

— А что с докладом делать? — мальчишка пульнул в меня злобный взгляд.

А что ты так переживаешь, собственно говоря? Доклад тебе матушка делала, а не сам ты постарался.

— Заново распечатаем. Вот только где нам взять новые листочки из гербария? Мы их летом столько собирали и сушили, — грустно вздохнула Ксюшка.

Ах, вот оно что! Так в чём проблема? Их и так там много раз описали собачки. Чужие, между прочим. А я своя, родная. Так чего переживать?

Лёнька опять скуксился. Вот же рёва-корова!

— Не реви, мама с папой что-нибудь придумают.

— А давай эти помоем и высушим?

— Нет, эти мы выкинем.

Вечером, как только зазвенели ключи, и открылась входная дверь, дети уже стояли в коридоре. Каждый первым хотел поведать предкам, что я сегодня "учудила". Меня, конечно же, никто не спрашивал. А я могла бы объяснить всё. И тогда справедливость бы восторжествовала. Но кого волнует справедливость и моё мнение?

Ольга и Мишанька в этот раз пришли одновременно. Папашка невозмутимо переобувался, а мамашка внимательно слушала детей, скинув верхнюю одежду. Она задумчиво теребила в руках лёгкий воздушный шарф.

Когда Ксюшка и Лёнька закончили рассказ, женщина села и принялась снимать сапоги.

— Ладно. У меня что-то ещё из листочков оставалось. А чего будет не хватать, спрошу в родительском чате.

— Ура! — закричал Лёнька.

Ксюшка просто улыбалась. Она потрепала меня по голове и сказала:

— Вот и хорошо. А Челюстинька теперь будет ходить в туалет только в свой горшок. Да?

Все посмотрели на меня, видимо, ожидая, что я начну их убеждать в том, что да, я так и буду поступать.

Но я развернулась и ушла на кухню. Ничего обещать я не могла. Кто знает, как сложатся обстоятельства. А врать я не люблю.

Рубрика "Ответы на ваши комментарии". Любовь Любавина пишет: "У меня есть вопрос к Челюстини Кефировне. Не хочет ли она поменять людишек, у которых живет?".

Я порой задумываюсь над этим. Сначала я хотела сбежать от этой семейки. Но решила подождать, присмотреться к ним. Да и морозы были. Куда бы я делась?

Время от времени я пытаюсь удрать, чтобы на мир посмотреть, себя показать. А там, кто знает, возможно, я бы отыскала себе людишек получше.

Но эта семейка меня никуда не пускает. Стоит мне выбраться за порог, нюхнуть немного свободы, как дверь в квартиру открывается, и либо выбегает Ксюшка с блестящими на глазах слезами, либо, громко топая, выскакивает Лёнька, а бывает и неторопливый Мишанька или невозмутимая Ольга.

Один раз мне удалось удрать и даже почти обрести новый дом. Я уже было собралась осмотреться и решить, оставаться или вернуться к моей привычной семейке. Но, так как убежала я недалеко, а в соседнюю квартиру, меня просто предательски сдали.

Как только хозяйка квартиры обнаружила моё присутствие, то потянула свои ручонки к моему тельцу. Я, конечно, так просто сдаваться не собиралась. Ведь мне ещё только предстояло изучить новую территорию и сделать выбор.

Поэтому я изо всех сил зашипела, распушилась, выгнула спину. Она отпрыгнула и испуганно вскрикнула. Я уж было обрадовалась, развернулась к ней спиной и отправилась на разведку.

Тут она на меня и набросила какой-то тяжёлый платок, завернула в него и бежать к моим людишкам. Я рычу, вырываюсь, зубами клацаю, пытаюсь ей объяснить, чтобы она подождала, не горячилась. Мне много времени-то и не надо, чтобы обследовать её квартиру. Но она меня совсем не слушала.

Даже не знаю, как эта женщина умудрилась одновременно удерживать меня, жать на кнопку звонка и стучать в дверь.

Ей открыл Мишанька.

— Вот, — соседка протянула ему свёрток, но наш папашка не спешил принять его в свои объятия.

Он недоумённо моргал, когда барышня выдохнула:

— Это ваше?

— Нет, вроде у Ольги такого платка нет.

В этот момент я рыкнула и изо всех сил попыталась выбраться из кокона.

Мишанька отскочил и удивлённо посмотрел на соседку. Кажется, он уже решил линять в квартиру, плотно закрыв за собой дверь. Но в этот момент из платка резко выскочила моя передняя лапа, а потом и вторая. Папашка замер, а там и показался мой носик.

— Это ваша кошка? — очень вовремя уточнила соседка.

Меня даже немного задело то, что Мишанька сначала помолчал. Видимо, прикидывал, что будет, если он откажется меня признавать. Я полностью высунула мордочку из платка, когда мужчина грустно рассматривал свои исцарапанные и покусанные руки.

— Наша, — наконец, тяжко вздохнув, ответил он и забрал меня у соседки.

Это был мой единственный шанс поменять людишек, но не срослось. Да и привыкла я уже к ним. Вам я могу сказать правду. А вот этой семейке нет, не скажу. А то зазнаются и расслабятся.

Задать вопрос Челюстини может любой читатель. Сделать это можно в комментариях под книгой на сайте author.today

Также можно задать вопрос в сообществе автора:

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 10. Чисто в воспитательных целях

После ужина семья собралась в комнате родителей. Мы смотрели странный фильм о приключениях в заколдованном царстве. Мне было очень скучно. Как вы уже поняли, я люблю документалки про жизнь животных. Это очень познавательно. Предпочтительно про хищников. Они многому могут научить меня.

Я дремала на руках у Ксюшки, когда Ольга неприятным, непривычным для неё голосом произнесла:

— Одно из колец пропало. То, которое Миша подарил мне, когда Ксюшенька родилась.

Не пропало оно. Просто поменяло место хранения на более надёжное.

— Может быть, в пылесос засосало? — вскочила Ксюшка, скинув меня с тёпленького местечка.

— Проверь, солнышко, — попросила её мамашка, а мальчишка принялся ползать на четвереньках по полу, заглядывая во все углы.

Даже Мишанька не усмехнулся, уткнувшись в планшет, а отправился на поиски в коридоре.

Что я могла бы сказать им? Холодно! Вы все ищете далеко от места хранения колечка.

После нескольких часов поисков, когда все грустно уселись у выключенного телевизора, я решила перепрятать своё сокровище. Уж слишком близко они к нему подобрались. Лучше переместить кольцо туда, где уже искали.

Поэтому я тихонько выскользнула из комнаты родителей и отправилась в Ксюшкины хоромы. Там я залезла под кровать в ящик с игрушками, чихнула от пыли, осторожно отодвинула кукольную одежду, сложенную стопкой, схватила в зубы колечко.

Я не стала сразу вылезать из укрытия, сначала убедилась в том, что никто не видит меня. А потом уже осторожно отправилась искать новое местечко для заначки.

Однако в коридоре меня перехватила Ксюшка. Она схватила меня на руки и сначала просто бубнила что-то, жалуясь на жизнь. Потом прошла со мной в комнату, села на кровать и поинтересовалась:

— А ты не видела, куда укатилось колечко?

Я промолчала, стараясь не выдать себя и не подавиться.

— Ты, наверное, все уголки уже знаешь, все укромные местечки... А может быть, дать тебе понюхать другое мамино кольцо? И ты по запаху найдёшь то, что потерялась?

Я, по-твоему, собака что ли? Комиссар Челюстини Кефировна? Как ты себе это представляешь?

Чисто технически, конечно, это возможно. У меня острый нюх, высокий интеллект. Но я не собираюсь по приказу людишек совершать какие-то действия. Оно мне надо?

Воодушевлённая своей идеей, девчонка бросилась в комнату родителей, взяла одно из уцелевших колец и сунула к моему носу.

Я почувствовала, что мне очень хочется чихнуть, но сдерживалась изо всех сил. Отвернулась от кольца и рыкнула, не открывая пасть. Вот это попала! Я же даже укусить её не могу!

Пришлось выпустить когти и царапать девчонку задними лапами.

— Какая-то ты странная, — пробормотала Ксюшка, пристально глядя в мои глаза. — Как будто замышляешь что-то нехорошее.

Я? С чего такая подозрительность?

Я постаралась сделать максимально невинный взгляд, но всё осложнялось тем, что челюсть уже начинало сводить.

Повинуясь, видимо, какому-то инстинктивному порыву, [Даже у людишек порой бывает интуитивное озарение.] Ксюшка крепко схватила меня за челюсть и принялась её разжимать.

Я была просто-напросто шокирована таким отношением! Как можно проявлять такое непочтение к представителю кошачьих, тем более к котёнку? Никакого воспитания у девчонки!

Заметив кольцо, Ксюшка вытащила его из моего рта и прокричала:

— Нашла! Я нашла кольцо!

Я злобно уставилась на девчонку. Попыталась её укусить, но не успела. В топоте шагов никто не услышал, как моя челюсть щёлкнула по пустоте вместо Ксюшкиной руки.

— Где? Где нашла? — поинтересовалось семейство людишек. Они обступили девочку, как стайка любопытных обезьянок. Ольга протянула руку, забрала своё кольцо и принялась его натирать какой-то тряпицей, Лёнька подскакивал на месте, а Мишанька чесал подбородок. Приматы, честное слово. [Пожалуй, я слишком часто смотрю документальные фильмы про природу.]

— Вы не поверите, — выдохнула Ксюшка. — У Челюстини во рту!

— Она его слопала что ли?— Лёнька так удивился, что даже перестал прыгать на месте.

— Если бы она его съела, то мы бы нашли кольцо в её горшке, а не в зубах, — хохотнул Мишанька.

— Так она с ним полдня в зубах ходила? — сделал ещё одно предположение мальчишка.

— Но она же ужинала вместе с нами, — возразила Ольга.

— Может быть, у неё есть защёчный мешок, как у хомяков? — Ксюшка повернулась ко мне, явно намереваясь проверить наличие кармашков в моей пастёнке.

Я со всех ног бросилась под кровать. Так просто не дамся!

Семейство ещё несколько дней выдвигало различные гипотезы того, как кольцо оказалось у меня в зубах, но никто так и не понял, что я его просто... Забрала себе. Более того, они разобрались в том, что произошло только с третьей попытки похищения колечка.

На самом деле, я не могу сказать, что я сорока какая-то и тащу всё, что блестит, в норку. Совсем нет. Просто колечком удобно играть, а ещё у меня стали меняться зубки. Поэтому мне всё чаще хотелось погрызть что-то, металлическое кольцо, например. [Или людишек. Но они не очень-то радовались таким событиям.]

Как только семейство успокоилось по поводу кольца, тут же подняли другую проблему: ремонт в туалете. И снова у них оказалась виновата я! Обои, видите ли, я попортила. Да я оторвала там небольшой кусочек! И то только потому, что он уже отклеился. Спасибо могли бы мне за это сказать, а не отчитывать. Ведь, если бы не я, то... В общем, я всё правильно сделала.

Дети ушли спать, а Мишанька с Ольгой, сердито шикая друг на друга, выбирали за компьютером обои до двух часов ночи.

Я же устроилась спать под их кроватью. На Ксюшку я сегодня была слишком сильно обижена, чтобы спать с ней. Поэтому в эту ночь решила показать всем свою независимость и устроилась спать там, где не очень уютно.

А пусть знают, что я могу спать на холодном полу под кроватью, но зато подальше от этих жалких людишек, которые сегодня меня постоянно обижали. В следующий раз будут бережнее относиться ко мне.

Я поджала под себя лапки, огорчённо вздохнула, нахохлилась и задремала. Проснулась я от того, что совсем замёрзла. Взглянула на Ольгу с Мишаней — они даже не заметили, что я обиделась! Сидят у своего монитора и тихонько спорят о цвете, узорах, текстуре...

Я разозлилась. Как так можно относиться к ребёнку?! Пришлось о себе напомнить.

Выбравшись из шалаша обиды, я деловито задрала хвостик и направилась к людишкам. Сначала потёрлась о их ноги, но это не привлекло внимания ни мужчины, ни женщины.

Тогда я залезла на ступню Мишаньки и принялась драть тапок когтями. Он дёрнул ногой, даже не глядя вниз. Поэтому мне ничего не оставалось, как только тяпнуть его за ногу.

— Блин! — Мишанька вскочил со стула, потирая укушенное место.

Хорошо, что стул упал не на меня.

— Кефировна! Ты чего творишь? — шикнул он, стараясь не разбудить детей.

А что делать, если по-другому твоё внимание не привлечь? Ольгу грызть нельзя, она мне туалет чистит.

— Укусила что ли? — проявила сочувствие женщина.

— Ага. Мелкая такая, а зубы как у крокодила.

Но я гораздо красивей! Где вы видели беленького пушистого крокодила с голубыми глазками и розовым носиком?

Мишанька поднял меня на руки и приблизил к лицу.

— Ну, крокодил пушистый? Чего кусаешься?

Бах! Я треснула его лапой по носу. Честно, не собиралась. Но удержаться не смогла.

— Милейшее создание, — пробормотал Мишаня и посадил меня к себе на колени.

— Не смешно, между прочим, — серьёзно проговорила Ольга. — А если она детей так подерёт? Она ведь и в глаз могла тебе лапой дать.

— Могла, — кивнул её муженёк. — Но ведь не дала же? Значит, что-то соображает всё-таки.

Я много чего соображаю! Но врезала я в нос Мишаньке только потому, что он далеко выступал. Это просто удобно.

— Ох, не знаю, — вздохнула женщина. — Как бы нам не пришлось везти этот новогодний подарочек обратно. Пока дети к ней не успели привязаться.

— Не успели, говоришь? Так попробуй теперь забери её у Ксюши. Даже Лёнька уже не отдаст этого зверя. Своя теперь уже, родная.

Он почесал меня за ухом. Приятно, не скрою. Я потёрлась мордочкой о Мишанькин палец. А потом прикусила его.

— Родные у тебя дети. И в первую очередь нужно думать об их безопасности. А котёнка можно и другого завести, который не будет таким агрессивным.

— А где гарантия того, что другой котёнок будет добрее?

— Может быть, она пока маленькая, такая активная. А потом станет спокойней, — с надеждой предположила Ольга.

Ночь я провела в комнате родителей. Ольга принесла мне люльку из комнаты дочери и уложила меня спать туда. Но через полчаса я вылезла оттуда и подошла к стулу у двери. С него свисали джинсы Мишаньки. Я встала на задние лапки, потянулась и зацепила коготками штаны, рванув их вниз.

Они упали практически бесшумно, с лёгким глухим звуком. Благодаря своей ловкости я вовремя успела отскочить, чтобы не оказаться под своей будущей лежанкой. Я устроилась поудобней и крепко уснула на новой перинке.

Утро как всегда выдалось суетливым. Началось оно с того, что меня стряхнула с новенького лежбища Ольга.

— Теперь твои джинсы в кошачьей шерсти, — сокрушённо сообщила она мужу.

— Ерунда, — Мишанька несколько раз энергично встряхнул штаны и повесил их на стул. — Сойдёт.

— Нужно купить липкий валик для чистки одежды, — женщина достала телефон и сделала пометку. Потом посмотрела на меня и добавила, улыбнувшись: — И намордник для котёнка. Как думаешь, такие продают?

— Вряд ли. Нужно делать на заказ, — рассмеялся Мишанька.

Во время завтрака мне сразу предложили паштет. Даже не пришлось устраивать для этого митинг в этот раз. Но я уже привыкла бунтовать во время приёмов пищи, поэтому, облизав и закопав пустую миску, отправилась к детям: пусть делятся чем-нибудь вкусненьким. Мне надо!

Я подошла к Лёньке и требовательно потрогала лапой его ногу. Заметьте, я даже когтей не выдвигала. Действовала нежно и аккуратно. Чтобы не давать повода взрослым поныть по поводу моего характера.

Сначала мальчишка показал мне язык и принялся уплетать бутерброд с колбасой. Тогда я встала на задние лапки, а передние поставила на его ногу, стараясь дотянуться до коленки.

— Ми-и-и-и! — пискнула я, грустно заглянув в его глаза.

Сердце Лёньки дрогнуло, а рядом со мной на пол приземлился небольшой кусочек колбасы. Мням!

По той же схеме я подошла и к девчонке. Сработало! Мням.

Удивительно, но даже с Мишанькой всё получилось. Нет, не сразу. Сначала он сделал вид, что совсем меня не замечает, уткнулся в тарелку и любовался кашей [Да, она же так прекрасна! Каждая крупинка уникальна в своей красоте. Если что, это сарказм.] , потом перевёл взгляд на окно. Тогда я выпустила коготки и легонько поскребла ими по его ноге. Я как бы намекнула, что просить могу не только по-хорошему.

Отец семейства сдался, и рядом со мной снова оказался колбасный огрызок. Мням!

Следующей на очереди была Ольга. Но тут у меня закрались сомнения. Какой из методов применить с ней?

Эта женщина несла в себе некую загадку для меня. Если со всеми остальными представителями этой семейки всё было относительно просто, то к Ольге ключик оказалось подобрать сложнее. И нет, я её совсем не боялась. Но чувствовала, что проявить осторожность с ней будет совсем не лишним.

Я подошла к Ольге и просто стала сверлить её добрым взглядом, [Здесь без сарказма. Правда добрым. Старалась изо всех сил быть милейшим созданием.] не предпринимая никаких действий.

Она не сразу заметила меня, но потом как будто бы вздрогнула и посмотрела в мои глазёнки. Бутерброд замер в её руке, и женщина застыла. Кажется, она сама не сразу поняла, что отломила кусочек сыра, встала и отнесла его в мою миску.

— Не кормите кошку с пола. У неё есть миски, — строго проговорила Ольга, вернувшись на своё место.

А я в этот момент уже смаковала ароматный кусочек сыра. Вкуснятинка!

Всё-таки и от Ольги может быть польза. Но с ней мне ещё работать и работать.

Если бы в этой семейке было больше людишек, то и лакомств мне бы перепадало больше. Но, с другой стороны, мороки бы тоже прибавилось. Так что нужно стараться, лучше дрессировать тех, что есть.

За завтраком всё было спокойно и приятно. Но, как только начались оживлённые сборы, снова поднялась суета. А я ничего не могу с собой поделать. Как только появляется какая-то движуха, мне обязательно нужно в ней активно участвовать. И так, чтобы я была в центре внимания.

Вот и в этот раз я бегала за всеми, хватая людишек за ноги, кусая за пятки. Сначала на меня шикали, отбивались кофтами, кричали... А потом, когда я повисла, зацепившись коготками, на колготках обувающейся Ольги, меня заперли в ванной.

— И не выпускай её, пока мы не уйдём, — приказала женщина муженьку.

Я села у двери и принялась жалобно пищать. Как так можно? Я же пропускаю всё самое интересное!

Так и пришлось, подглядывая под дверь, слушать шорохи, стуки, голоса. Обидно.

Входная дверь хлопнула, и почти тут же открылась дверь в мою темницу.

— Выходи, морда бандитская, — улыбнулся Мишанька. — Хотя, пожалуй, стоило бы тебя запереть здесь до вечера. Чисто в воспитательных целях.

Кошек так не воспитывают, Мишанька. Не сработает. Вы бы просто вечером встретили очень злого котёнка, который бы вам всем очень хорошо объяснил, чисто в воспитательных целях, что запирать его было нельзя.

А ещё вы бы потом ванную долго отмывали. Потому что воспитание — дело взаимное.

— Ты смотри у меня, — мужчина несколько раз стукнул меня пальцем по носу. — Не обижай моё семейство.

А то что? Вот что ты мне сделаешь? Ольга ещё ладно, поверю. Но ты, Мишанька, уж извини, беспомощен как моль. Хвать! И съем.

Я клацнула зубами, схватив его палец. Так сказать, продемонстрировала свою мысль.

Мишаня вздохнул, отпустил меня и отправился собираться на работу.

Рубрика "Ответы на ваши комментарии". Грильяж пишет: "Уважаемая белая акула, почему кошки любят спать на телевизоре?".

Спасибо за комплимент. Акул я очень даже уважаю, у них всегда есть чему поучиться. Телевизор может быть нашей целью по нескольким причинам (если он, конечно, не новомодной модели, на которой практически невозможно устроиться).

Причина первая, очевидная: тепло. Любая техника нам интересна в качестве лежанки, так как она с подогревом. А это очень удобно. В отличие от людишек, которых мы ценим за то же качество, телевизор или ноутбук не будут ворочаться, растирать затёкшую ногу, давить на совесть, что котик мог бы поспать и в другом месте. А это гарантирует крепкий и здоровый сон.

Причина вторая, более важная: реакция людей. Стоит нам запрыгнуть на телевизор, ноутбук, внешний диск, телефон и прочие ваши игрушки, как начинается такой концерт! Вы могли бы собирать стадионы кошачьих, честное слово.

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

Вот я вчера улеглась спать на Мишанькин планшет. Крику было! Скачет, руками машет, что-то доказывает. Посмотрела я на него, зевнула, ушами дёрнула и снова спать.

А он, нехороший человек, сбросил меня с планшета. И нет бы поинтересоваться, как я после такого отношения, не нанесена ли мне физическая или душевная травма, нет, он принялся рассматривать свою игрушку, не поцарапала ли я экран. Даже не извинился, что разбудил!

Потом начал по планшету ручонками возить, сказал, что я там что-то заблокировала, кинул в меня тапок... Никакого уважения!

Но, честно говоря, мне даже приятно такое внимание. Иногда я специально подбешиваю кого-нибудь из семейки, а потом наблюдаю за реакцией. Красота!

Но такое, конечно, можно себе позволить только со своими людишками. А вот с чужими... Хотя это уже история для другой главы.

Задать вопрос Челюстини может любой читатель. Сделать это можно в комментариях под книгой на сайте author.today

Также можно задать вопрос в сообществе автора:

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 11. Игровая агрессия, или как я людишек достала

Наступила первая для меня весна. Дни летели всё быстрее.

Как-то после ухода людишек я обошла все комнаты. Даже Лёнькина была открыта. В этот день я решила хорошенько отоспаться и отдохнуть до возвращения детей из школы. И знаете, интуиция снова меня не подвела. Я как чувствовала, что мне нужно набраться энергии для последующих событий.

Когда меня традиционно разбудил щелчок замка, за ним сразу последовал звук открывающейся двери, я вылезла из-под батареи в комнате родителей и отправилась встречать детей.

Сонно щурясь и зевая, я в развалку вышла в коридор. И сначала не поверила своим глазам. Один, два, три. Я аж проснулась сразу. Сфокусировала взгляд получше. Но количество детей не уменьшилось. Три! Ольга с Мишанькой где-то скрывали от меня ещё одного ребёнка?

— А это наша Челюстини Кефировна, — махнула рукой в мою сторону Ксюшка.

Рядом с ней стояла ещё одна девчонка. Вот только подумала, что больше людей — больше вкусняшек, как у нас тут же случилось прибавление.

— Как-как? — новенькая сняла куртку и с удивлением уставилась на меня.

— Че-лю-сти-ни Ке-фи-ров-на, — широко улыбнувшись, по слогам повторила Ксюша.

— А чего вы её так назвали? Или это по паспорту?

— Не. Сами назвали. За характер, — размыто пояснила девчонка.

Ксюшка с Лёнькой, перебивая друг друга, рассказали историю возникновения моего имени.

— Ну, и кисонька у вас! А можно погладить?

— Если не боишься, — хихикнул Лёнька.

— А чего бояться-то?

Новенькая надела тапочки, которые ей явно были велики, и шаркая направилась ко мне.

— Кис-кис-кис, — позвала она меня, но я демонстративно развернулась и ушла в комнату родителей, а там на всякий случай залезла под кровать.

Пусть сначала хотя бы руки помоет! Какая невоспитанная особа! Ксюшка могла бы ей замечание сделать.

Я услышала плеск воды и смех детей. Вот. Это уже другое дело.

Через несколько минут маленькие монстрики ввалились в комнату и принялись выманивать меня из убежища.

Нетушки! Мне двоих цветов жизни хватает. Третьего нужно выпроводить. У нас и комнаты для неё нет. Да и к чему нам лишний рот?

— Челюстинечка, — Ксюшка заглянула под кровать. — Это моя подруга Аня. Выходи! Я вас хочу познакомить.

А, ну, тогда, конечно, что же это я такая негостеприимная? [Это сарказм! Я не обязана быть милой с гостями людишек. Сами привели — сами вокруг них хороводы и водите. А у меня своих дел полно.]

Естественно, я и не подумала выходить. А чтобы как-то успокоиться, принялась умываться.

— Я есть хочу, — заныл Лёнька. — Пошли обедать!

Вот кто бы мог подумать, что подмога придёт с такой неожиданной стороны. Пацан прав!

— Подожди. Сейчас я её достану, — Ксюшка встала на четвереньки, засунула руку под кровать и стала пытаться дотянуться до меня.

Очень надеюсь, что в отличие от своих родителей, дети не станут пугать меня шваброй.

Когда девчонка почти дотянулась до меня, я зашипела и стукнула её лапой. С когтями. Мне ведь сразу нужно было объяснить, что я настроена серьёзно.

Она как всегда ойкнула и прекратила преследование. Я слышала, как Ксюшка, жалуясь на мой характер, повела всех на кухню.

Когда я почувствовала аппетитные запахи обеда, то поняла, что очень голодна. У меня аж усы задёргались от желания кинуться на кухню и слопать чего-нибудь вкусненького.

Некоторое время я боролась с собой, но всё-таки не выдержала. Отобьюсь я как-нибудь от этой Ани. Только сначала нужно подкрепиться.

Я выскочила из-под кровати и направилась в коридор, выглянула. Никого. Конечно, все же обедают. Чего я осторожничаю?

Я побежала на кухню и сразу же подскочила к своей миске. Пусто? Безобразие! Даже эту нахлебницу за стол усадили и миску перед ней поставили. А я? А про кисоньку родную забыли!

Я обиженно посмотрела на детей. Как так можно со мной поступать?

Лёнька, как это ни странно, первым проявил сострадание.

— Надо Челюстини паштет положить, — он встал из-за стола и направился к шкафу с моим кормом.

— Нет, — строго не согласилась сестра. — Она наказана. Вот, поцарапала меня как.

Ничего себе заявочка! А вы, барышня, слышали, что наказывать едой нельзя? Вот получишь двойку, а мать тебя ужина лишит. Как? Нормально будет?

Я сначала злобно уставилась на горе-воспитательницу, собираясь тяпнуть её за ногу, но тут сообразила, что это только сильнее её рассердит. Так я и без ужина останусь.

Поэтому я поступила прямо противоположно: поджала под себя лапки, грустно насупилась и стала смотреть в пустую миску.

— Да дай ты ей этот паштет! — удивительно, но это сказала Аня. — Жалко же мелкую.

— Да, — Лёнька кивнул. — Она же без нас тут голодала, наверное.

Ладно, гостья не такая уж и противная. И Лёнька сегодня не такой вредный.

Я с надеждой посмотрела на Ксюшку. Сжалится?

— Ну, ладно, — пробормотала она, а брат уже вскочил из-за стола, бросился к шкафу и открыл банку с паштетом.

Вот это уже другое дело. Я, может быть, злая была от голода. Вы об этом не подумали?

После обеда состоялась вторая попытка познакомить меня с Аней. Пока я умывалась, сидя у пустой теперь миски, Ксюшка схватила меня в руки.

— Вот она, наша Челюстини Кефировна, — ласково проговорила она, повернувшись к своей подруге.

Аня протянула ко мне руки, я замахала всеми четырьмя лапами, пытаясь её поцарапать. Некогда мне возиться с этими гостьями, мне нужно на горшок.

Девчонка убрала руки и вопрошающе посмотрела на Ксюшку.

— Да нормально всё. Бери.

Но теперь, прежде чем протянуть меня подружке, Ксюша поднесла меня к лицу и попросила:

— Челюстини Кефировна, не дерись, пожалуйста.

А что мне за это будет? [Так и хотелось мне сказать голосом Лёньки.]

Пока я обдумывала, что хотела бы получить за хорошее поведение, сама не заметила, как оказалась на руках гостьи.

— Ой, какая лёгенькая, какая хорошенькая, какая маленькая! — принялась она орать мне в ухо.

А Ксюшка в это время сняла с полочки пузырёк с йодом и принялась мазать руку, которую я ей поцарапала.

— Тебе надо? — обратилась она к Ане.

— Пока нет, — гостья немного погладила меня и поставила на пол, заметив, что я собираюсь её укусить.

Вечером дети рассказали о моём знакомстве с Аней родителям. До того как уйти, девчонка всё-таки получила от меня несколько памятных сувениров: два укуса на ногах и царапины на правой руке. Я по-своему проявила гостеприимность.

Ольга неодобрительно на меня посмотрела.

— Вот так вот. Пришла к нам девочка в гости целой и невредимой, а ушла вся исцарапанная и покусанная. Что её родители скажут?

— Да ничего не скажут, — пожал плечами Мишанька. — Заживёт всё за пару дней. Как у нас.

— Нужно что-то делать с её агрессией, — не унималась Ольга. — Иначе придётся отдать котенка кому-то или вернуть старой хозяйке. Мне такая злая кошка не нужна. У меня дети.

— Это наша кошка! — возмутилась Ксюшка. — Нельзя отдавать друзей!

— А как можно назвать другом того, кто постоянно тебя кусает и царапает?

— Не постоянно!

— Ну, да. Всего лишь каждые пять минут. А так у нас есть передышки. Я могу работать дома, только если котёночек ваш спит. А иначе либо она меня лупит, либо детей, либо мужа. И всем нужно помогать отбиваться! [Я взрослела. И мне нужно было оттачивать свои охотничьи навыки. Без обид. А ещё у меня тогда было столько энергии! И её куда-то нужно было девать.]

— А ты не помогай. Брось нас на произвол судьбы, — усмехнулся Мишаня.

— А я так не могу. У меня, в отличие от вашей кисоньки, совесть есть.

Я следила за их полемикой, не очень понимая, в чём, собственно говоря, проблема. Вы же знали, на что шли, когда кошку заводили? Хотели слепого поклонения и обожания? Нужно было щенка в дом тащить, а не котёнка. И вообще... У меня было тяжёлое детство! Я же уже говорила?

Ксюшка кинулась в свою комнату, хорошенько хлопнув дверью. Затем открыла дверь, забрала меня и снова картинно хлопнула дверью.

— Воспитывай свою кошку! — крикнула ей вслед мать.

— И воспитаю! — гаркнула мне на ухо девчонка.

Я треснула её лапой по уху. Нравится? Чего так орать? У меня аж уши загудели.

Ксюшка легонько стукнула меня по голове между ушами.

— Нельзя драться!

Я вцепилась зубами ей в руку и применила технику крокодила. Чего это ты грабли свои распускаешь? Кто ты и кто я? Совсем страх потеряла? Ксюшка отцепила меня от руки, оттянув за шкирку. Я принялась изворачиваться, пытаясь хорошенько её расцарапать. Потому что зубами дотянуться не смогла никак.

А девчонка кинула меня на кровать. Слёзы обиды покатились по её щекам.

— Глупая ты! Вот отдадут тебя родители кому-нибудь... Будешь знать! Думаешь, все люди такие добрые? Других бы ты укусила, и сразу бы ушла на улицу по подвалам жить! А ты!

Ксюшка не договорила. Она отвернулась от меня, тяжёлыми шагами дошла до балкона, рванула на себя дверь и выскочила на холод, с громким стуком закрыв за собой дверь.

В темноте за стеклом засветился прямоугольник мобильника. Видно было, что спина девчонки время от времени вздрагивает.

Я задумалась. Как много претензий! Но ведь я же не говорю им, что за тисканье котёнка выгоню людишек на мороз, жить в подвалах. А я не люблю, когда ко мне ручонки тянут, когда таскают после обеда. Но вам же никак не объяснить, чего я хочу? Только если укусить, вы ослабите хватку и отпустите меня.

А ещё я хищник! Мне нужна активность охотника, а вы меня в четырех стенах держите!

Мимо меня пролетела муха. На какое-то время я потеряла нить рассуждений, поймала насекомое и слопала.

О чём это я? Да, мне нужна постоянная активность. Без неё никак. Вот сижу я в коридоре ночью в ожидании дичи. А тут кто-то из людишек в туалет выползает. В темноте призывно светится рука или нога, убеждая меня: "Давай же, сделай кусь! Посмотри, как меня можно удобно обхватить лапками, вцепиться зубками! Чего же ты ждёшь?". А я не жду. Я уже повисла зубами на этой конечности. Добыча!

И так мне хорошо в этот момент! Что я не сразу замечаю, что уши режет неприятный крик, беззащитная жертва пытается оторвать меня от себя... А я в этот момент ничего не слышу, не вижу, не ощущаю... Ничего кроме инстинкта поймать и вцепиться зубами!

Мои размышления прервались — Ксюшка вышла с балкона. Нос у неё был красный и опухший, глаза заплаканные. Но при этом девчонка улыбалась. Неужели тронулась?

Она приблизилась ко мне и с нехорошим блеском в глазах объявила:

— Теперь всё будет по-другому! Я знаю, как сделать тебя доброй.

Ну, хорошо. Знаешь — делай. Я против что ли? Но учти, что я просто так не дамся, буду защищаться, если что.

А Ксюшка тем временем отрыла дверь комнаты и отправилась сообщать благие вести семье.

— Я нашла!

Девчонка, кажется, и забыла, что только что поругалась с матерью.

— Что нашла?

— Как сделать Кефировну доброй.

— И как?

— Она не злая. Просто играть любит.

— В кого? — вступил в беседу Мишанька. — В вампира на лесной полянке?

— Это называется игровая агрессия, — включила зануду девчонка. — Для того, чтобы кошка была добрее, нужно просто с ней поиграть. А ещё я прочитала, что делать, когда она нападает на нас.

— За шкирку её и в туалете запереть? — предположила Ольга.

— Нет. Это, мамочка, тирания. С ребёнком так поступать нельзя. Это непедагогично!

— Какие умные детишки нынче пошли, — вздохнула женщина. — Ладно, воспитывай свою кошку.

— А что же вы не играете с котёнком? Если это сделает её доброй? Мы же вам котёнка для того и брали, чтобы вы играли с ней, заботились. А вы что? — поинтересовался отец.

— Пап, мы вообще-то заняты постоянно, — пояснила Ксюшка. — У нас уроков знаешь сколько? Это ты на работу сходил, а потом отдыхай сколько хочешь. А у нас сплошные заботы.

— Действительно, — хмыкнул Мишанька. — Куда нам с мамой до вашей занятости.

— Вот будут каникулы, тогда и наиграемся с Челюстинечкой.

— К этому времени она кого-нибудь загрызёт. Так что вы уж постарайтесь всё-таки находить возможности с ней поиграть, — строго сказала Ольга.

— Лёнька, дай свой водный пистолет, — деловито попросила Ксюшка.

— Зачем? — братец не торопился отдавать сестре игрушку. Мало ли.

— Я наберу в него воды и положу вот здесь, — девчонка показала на комод в коридоре. — Если Кефировна будет на кого-то нападать, то нужно побрызгать в неё водой. Это просто.

— Зачем? — снова не понял Лёнька.

— Она же кошка. Поэтому воду не любит. Ей станет неприятно, и Кефировна прекратит атаку. И запомнит, что нападать — плохо. За это будет неприятное ощущение. Условный рефлекс, — прочитала целую лекцию Ксюша.

— Давайте пробовать, — вздохнула Ольга.

Лёнька бросился в комнату искать водяной пистолет, Ксюшка отправилась ему на подмогу, а родители принялись негромко обсуждать сложившуюся ситуацию.

— Что-то мне подсказывает, что это не игровая агрессия, а просто злобный монстр, — поделился своим ценным мнением Мишаня.

— И я с тобой соглашусь, — не проявила никакой веры в меня и Ольга.

— Пометь в список покупок три водяных пистолета. Чую, они нам пригодятся.

— И кобуру нужно. Для удобства, — улыбнулась женщина.

— Точно!

Лёнька набрал воды в пистолет и подлетел ко мне. Интересная штука. Ярко-салатовая, с ядовито-оранжевым баком для воды. Захотелось понюхать необычную вещицу. И, как только мальчишка протянул ко мне игрушку, я воспользовалась случаем.

Пахнет так себе, даже неприятно я бы сказала. Я потрогала пистолет лапкой. Да, на вид эта игрушка определённо любопытней. А так абсолютно бесполезная штука. Я уже развернулась и хотела пойти на кухню, но тут случилось неожиданное: вслед мне полетела водная струя, которая прошлась прямо по моей спине.

От шока я подскочила и рванула в ближайшее укрытие: под тумбочку. Что это было?

Шёрстка на спине стала неприятной, я начала быстро вылизываться. Что за вредный мальчишка!

— Зачем ты так? — вступилась за меня Ксюшка.

— Ты же сама сказала.

— Да, когда она нападает. А просто так зачем?

— Я хотел попробовать. А вдруг она нападёт, мы побрызгаем, а ей понравится? Тогда она всегда нападать будет.

— Больше не надо, — строго сказала девчонка и забрала пистолет у братца. — А то условный рефлекс не будет работать.

Покажу я вам условный рефлекс! Сейчас вот только высохну.

— Кто-то обещал играть с кошкой, — напомнила Ольга.

Ксюшка бросилась в свою комнату, открыла шкаф и принялась там что-то искать.

— Неужели решила порядок в шкафу навести? — удивилась мамашка. Но дочка ничего не ответила, продолжая копаться на полке. Я перестала приводить в порядок свою шёрстку и направилась к месту интересной движухи.

Видимо, без меня Ксюшка не справится. Нужно спасать положение. Я залезла на нижнюю полку и принялась копать лапами одежду. Вместе быстрее найдём. Уж не знаю, что там она ищет.

Ксюшка вытащила какой-то шнурок. Я принялась ловить его лапками и грызть. Какая прелесть. И ты скрывала от меня такую игрушку?

Но девчонка шнурок у меня забрала. Зачем было показывать такую прелесть, чтобы отнять? Нехорошо это.

Однако оказалось, что я зря обиделась, поторопилась. Моя воспитательница с серьёзным видом достала конфету из рюкзака. Это мне? Но нет. Лакомство она съела сама, а фантик свернула и привязала на шнурок.

— Эй, Челюстини, смотри, что у меня есть!

Фантик пробежался по полу, призывно шурша, и ускакал в коридор вслед за девочкой. Я бросилась за ними. Хвать! И шелестящая добыча зажата в моих лапках. Я принялась грызть "дичь", но она оказалась совсем невкусной.

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

А через секунду фантик вырвался из моего захвата и побежал в комнату родителей. Стой! От меня так просто не уйдёшь!

— Дай мне тоже попробовать! — Лёнька теперь тоже скакал вокруг Ксюшки, пытаясь забрать у нее шнурок.

— Сделай себе сам игрушку и играй, — Ксюшка подняла верёвочку повыше, увернулась от рук брата и побежала в коридор.

Рубрика "Ответы на ваши комментарии". Любовь Любавина пишет:

"Скажи, пушистик!:) Почему одних гостей кошки встречают около двери и не отходят от них, а на других не обращают внимания, даже не встают, так и продолжают лежать?".

Начнем с того, что мы не очень любим, когда кто-то без разрешения вторгается на нашу территорию. Без НАШЕГО разрешения. Если вы кому-то позволяете посетить своё жилище, то это не значит, что мы с вами солидарны. Но кто спрашивает кошек? А не мешало бы.

Так вот. Чаще всего мы стараемся встретить любого приходящего и определить, можно ли его допустить до своего жилища. Но порой мы можем и расслабиться по разным причинам: усталость или хороший сон, чёткое знание того, что пришедший абсолютно неинтересен. А мы тратим своё время и силы только на что-то по-настоящему важное.

Задать вопрос Челюстини может любой читатель. Сделать это можно в комментариях под книгой на сайте author.today

Также можно задать вопрос в сообществе автора:

Елена Веленская в ВК https://vk.com/public202716902

Глава 12. Мои игрушки

Теперь, когда дети стали чаще со мной играть, на повестку был поднят вопрос игрушек. И как всегда в этой семейке всё усложнили. Могли бы просто принести мне мышку или птичку. Вон сколько пернатых за окном скачет и дразнится, чувствуя себя в безопасности. Но нет, в один из вечеров все собрались у экрана компьютера и принялись выбирать для меня подарки один изощрённей другого.

— Вот эта прикольная, — ткнул Лёнька пальцем в монитор. — Давайте одну такую возьмём!

— Нет, — покачала головой сестричка. — Здесь перья. Я читала, что кошка может отгрызть перо и подавиться. Или проглотить. А это опасно.

— Тогда вот эту, — через несколько минут подскочил на месте пацан.

— Мышонок? — Мишанька одобрительно закивал. — Можно взять штук пять. И пусть играет.

— Нельзя, — вздохнула Ксюшка. — Я читала, что кошка может отгрызть у такого мышонка хвост и...

— Подавиться или проглотить? — передразнил Лёнька.

— Это, между прочим, серьёзно, — насупилась девчонка.

— Не спорьте, — Мишанька примирительно улыбнулся. — Берём мышат. А хвосты им отрежем.

— Ой, смотрите. Гантели! — мальчишка так подскочил, что толкнул стол. Монитор компьютера угрожающе закачался. — Пап, давай возьмём гантели?

— Она тогда прокачает челюсти и будет двери перекусывать, — засмеялся мужчина.

— Пусть лучше гантели или двери грызёт, чем нас, — вставила свои пять копеек Ольга.

На следующий день в дверь позвонили, и в коридор ввалился тощий лохматый парень в мешковатой одежде. Думаю, что в его куртке и штанах могли бы поместиться ещё двое таких. Возможно, этот курьер очень добрый, поэтому всегда готов пригреть под своей одеждой уличных кошек и донести их до нового жилища в уюте и защите от холода и ветра.

— Вот, все в наличии. Распишитесь, — улыбнулся парень.

— А вы точно ничего не забыли? — строго посмотрела Ольга на курьера.

— Точно! У нас с этим всё строго.

— Сейчас проверим.

Я в этот момент спешила проверить содержимое большой коробки, которая стояла посреди коридора. Её уже торопливо вскрывала Ксюшка, орудуя огромными ножницами, а под ногами у девчонки мешался Лёнька, естественно, ноя:

— Давай я попробую? Дай мне ножницы! А можно здесь я отрежу?

— Не мешай! — отмахнулась сестра от братца.

— Мам! — кинулся мальчишка к Ольге за поддрежкой. — Скажи ей!

— Вы только побыстрее, а то у меня ещё заказы, — недовольно пробормотал парень и тут он увидел меня. — Какая красивая! А можно погладить?

Не дожидаясь ответа, курьер отодрал меня от пакета, в который я уже вцепилась, как мне казалось, мёртвой хваткой.

А моя семейка даже внимания не обратила на то, что чужак нечистыми ручонками уже схватил их котёночка. Пока он гладил меня, я презрительно шипела, не решаясь укусить чёрный палец, покрытый грязными разводами.

— Смотри, Челюстини не грызёт его, — удивлённо смотрел в нашу сторону Лёнька. — Он ей понравился?

Парень смущённо зарделся.

— Животные меня любят, — улыбнулся он, почёсывая меня за ухом.

Меня передёрнуло от омерзения — как же я теперь отмоюсь, тем более за ушами? Это нужно будет Ксюшку попросить меня вылизывать? Так ей же не объяснишь — в таз опять посадит.

Я принялась вырываться из захвата, стараясь сильнее расцарапать руки курьера.

— Вроде всё на месте, — Ольга повернулась к парню и подписала бумаги, а Ксюшка наконец догадалась забрать меня из рук нахала. Я цапнула её за руку, и для профилактики, и за курьера.

Девочка поморщилась от боли и выронила меня на пол.

— Челюстини, ты чего?

Я не слушала, уже забыв о неприятностях, скребла большую коробку на полу когтями, требуя, чтобы она впустила меня внутрь.

— Как? Как её зовут? — засмеялся грязнуля-курьер.

— Челюстини, — повторила Ксюшка

— Кефировна, — добавил Лёнька.

— А почему вы так её назвали?

Ольга прочистила горло и строго посмотрела на парня.

— Вы вроде как торопились?

— Да-да, просто интересно.

— Потому что она кусачая, — грустно вздохнул Лёнька, разрывая пакет с игрушечными мышами.

Упаковка никак не поддавалась, и в тот момент, когда за курьером закрылась дверь, пленка, наконец, разорвалась, и в воздух взлетел десяток игрушек.

— Ой! — воскликнул мальчишка.

— Мыши у нас теперь летучие, — усмехнулась Ксюшка.

А у меня глаза разбежались: кого ловить первым? Я не смогла выбрать игрушку, поэтому поймала за пятку девчонку. Она вскрикнула, дёрнулась и чуть не растянулась на полу.

— Челюстини! — хором воскликнули Ксюшка и Ольга.

Чего? Я не виновата, это инстинкты.

Людишки разобрали игрушки и решили выдавать их мне строго дозировано — Ксюшка заявила, что об этом вычитала в интернете. Поэтому большую часть ярких интересностей в шуршащих упаковках пока спрятали, а мне выдали две мышки и две неоново-розовые резиновые гантели.

Вот только не прижились у меня мышата. Неудобные оказались, запах неприятный. А гантели очень даже неплохие. В зубах держать прям нравится.

Но больше всего мне пока был симпатичен фантик на шнурке. Его, конечно, не погрызёшь как резиновую игрушку, но зато он так шуршит здорово!

Ксюшка постоянно пыталась придумать мне новые игрушки. Она быстро смекнула, что мне нравится, чтобы добыча издавала какой-то звук. Поэтому однажды мы с Ольгой поймали её на странном занятии: девчонка сидела в кресле и разматывала туалетную бумагу.

— Дочь моя, а что ты делаешь? — поинтересовалась мамашка.

— Новую игрушку для Кефировны.

— Из бумаги? Она же её раздерёт за минуту.

Так я уже. Пока они беседовали, я принялась скакать в струящейся по ламиниту бумаге, ловить и царапать её, кусать и выплёвывать.

— Нет, из втулки, — девчонка, наконец, освободила желанный кусочек картона.

— Зачем?

— Я прочитала в инете, что кошке нужна игрушка, которую можно не просто поймать, а ещё и кусать, царапать. А втулка от туалетной бумаги будет для неё самой безопасной.

— Если не отгрызёт кусок и не подавиться?

— Ой, — у Ксюшки замерли в руках ножницы, которыми она прокалывала дырку в картоне. — И правда.

— Да всё будет хорошо, не будет она её есть, — улыбнулась Ольга. — А бумагу надо было скатать аккуратно, а не разбрасывать по полу. Только зря перевела рулон.

— Угу, — кажется, девчонка даже не слушала мать. Она уже вдевала шнурок в дырку в картоне.

Женщина ушла из комнаты, махнув рукой, а я уже хотела броситься за ней, явно идущей в сторону кухни, но меня остановил голос Ксюшки:

— Кис-кис-кис! Челюстинька, смотри, что у меня есть!

Рядом со мной, приятно шурша о ламинат, плюхнулась втулка от туалетной бумаги. Я стукнула по ней лапкой, и моя добыча принялась от меня удирать, кружа по комнате Ксюшки.

Я замерла на месте, примеряясь, раскачиваясь. Раз! И добыча у меня в коготках. Я обхватила её передними лапами и принялась драть задними, грызть зубами. Хороша игрушка! Даже лучше, чем гантели и мышата вместе взятые.

Вот только за несколько дней от моей новенькой игрушки почти ничего не осталось. Только жалкий огрызок на шнурке.

Как-то Ксюшка делала уроки и совсем не хотела со мной играть. А мне было грустно и одиноко. Из открытой форточки пахло весной, лучики солнца пронизывали комнату, по ламинату время от времени начинали скакать солнечные зайчики. За ними я и охотилась, когда случайно укусила Ксюшку за ногу. [Честно-честно! Реально случайно. Я просто бежала, поскользнулась, хотела мявкнуть... И вот я уже сижу под стулом девчонки и держу в зубах её ногу.]

— Кефировна! — Ксюшка принялась растирать укушенное место, пытаясь отыскать взглядом пузырёк с йодом и водный пистолет. — Что же ты за вредное существо такое?

Йода в комнате не оказалось, да и пистолет в этот момент лежал у Лёньки в комнате. А я уже обиделась и снова бросилась на Ксюшкину ногу, обхватила её лапами и принялась кусать и царапать.

Девчонка отскочила, споткнувшись о ножку стула, выбежала на середину комнаты, и тут взгляд её упал на ту самую змею, которую она когда-то подкладывала ко мне в люльку.

А я тем временем уже опять подобралась к покусанной ноге. Какая весёлая игра! Ксюшка сделала несколько быстрых шагов в сторону, стараясь не поворачиваться ко мне спиной. Она схватила с книжной полки ярко-зелёную плюшевую змею в красной шапочке Деда Мороза и бросила её в меня.

— На вот. Её грызи, а не меня.

Я сначала отпрыгнула в сторону, не разобрав, что это в меня летит. А потом поняла, что это же мой старый друг. Правда что ли грызть? Тронула игрушку лапкой. Но та продолжила спокойно лежать, показывая мне язык и удивлённо пуча глазёнки.

Я бросилась на змею, обхватила её передними лапами, а задними начала царапать, вцепилась в мягкую ткань зубами и принялась с удовольствием в неё вгрызаться. Вот это игрушка! И как я раньше не оценила по достоинству эту змеюку?

Рисунок: Грильяж https://author.today/u/grillage

И тут вдруг Ксюшка попыталась забрать у меня игрушку.

— Челюстини, хватит уже. Ты же её порвёшь всю! — попробовала остановить меня девчонка.

Она протянула руку, пытаясь вырвать у меня добычу, но не тут-то было! Досталось и Ксюшке. Не стоит отнимать добычу у хищника. Ох, не стоит! Что, этого она в своих умных статьях из интернета не прочитала?

— Ладно, — тихо проговорила девочка. — Лучше она, чем я. Приятного аппетита.

Она вышла из комнаты и вернулась с пузырьком йода и пакетиком с ватными дисками, села на кровать и принялась обильно смазывать руку оранжевым раствором.

Мне стало скучно. Змея теперь совсем не сопротивлялась моим атакам, а какой интерес мутузить того, кто не сражается? Никакого. Поэтому снова прилетело Ксюшке.

— Да что же ты за вредное существо такое? Ай! Ай! Лёнька!

— Что? — брат совсем не спешил на помощь сестре.

— Где пистолет? Кефировна с ума сошла.

Девчонка бегала по комнате, стараясь уйти от моих укусов, но тут в дверном проёме показался мальчишка. Я так была увлечена охотой, что не успела его заметить и увернуться от струи холодной воды.

— Получи, Кефировна! — кровожадно крикнул Лёнька, пока я удирала под кровать, почувствовав неприятное касание воды.

Злодей! Я же не доиграла! Как так можно?! Пришлось в срочном порядке вылизываться, чтобы привести в порядок свою причёску.

— Что-то не работает твоё воспитание, — хихикнул братец.

— Я просто подбираю методику.

Ксюшка подошла к плюшевой змее и привязала её к шнурку, который остался от картонной игрушки. И вот уже зелёная дичь танцует передо мной у кровати. Я так и застыла с высунутым языком и поднятой лапой, вопросительно глядя на новогоднего монстра.

Бросив свою причёску, я устремилась на новую игрушку. Повалила змею на пол, вцепилась лапами и снова принялась грызть. Мням!

— Видишь? — торжествующе посмотрела на брата Ксюшка. — Всё работает. Теперь Челюстини знает, что за охоту на нас можно получить порцию воды, а за охоту на змею ей ничего не будет.

— А может за нападение на змею ей вкусняшки давать? — предложил Лёнька.

— Точно! Тащи сыр.

— Или колбасу?

— Лучше сыр. Она его больше любит.

Мальчишка с громким топотом убежал на кухню. Я замерла, прислушиваясь. Бросить добычу и посмотреть, что там на кухне? Дилемма.

Пока я раздумывала, пацан вернулся, сжимая кулак.

— Я дам ей сыр сам! Можно?

— Ладно, только она должна понять, что это награда за хорошее поведение.

Лёнька сунул мне к самому носу кусочек сыра. Мог бы и побольше принести. Я с удовольствием вдохнула аппетитный запах, села и, придерживая змею лапами, чтобы не сбежала, принялась поглощать лакомство.

Какой удачный денёк! Я поймала две добычи, да ещё мои старания не прошли даром: людишки заметили, какая я хорошая охотница и наградили меня. Нужно чаще демонстрировать свои таланты и показывать, что я молодец.

Вечером, когда родители пришли с работы, дети рассказали им об успехах в моём воспитании.

— А почему ты вся в йоде? — недовольно поинтересовалась мамашка, глядя на дочь.

— Она подбирала методику, — пояснил Лёнька. — А я ей помогал.

— Ясно, — тон Ольги говорил о том, что на самом деле ей совсем ничего неясно.

— А у меня подарок для Челюстини Кефировны, — радостно сообщил Мишанька. — Даже два.

Я сразу поняла, что меня ждёт что-то приятное. Уши мои зашевелились, прислушиваясь. А я стала пытаться по запаху определить, какой же сюрприз меня ждёт.

Мужчина расстегнул большую чёрную сумку и извлёк из неё два пакета. Один — блестящий, приятно шуршащий, мне сразу очень понравился. И интуиция меня не обманула.

Мишаня потряс этим пакетом, и я услышала приятный шорох, который так любят все котики и кошечки — этот звук можно услышать, если потрясти упаковкой с кошачьим кормом.

— Хватит нашей Кефировне есть одни паштеты. Пора попробовать и сухой корм.

— Я бы всё-таки предпочла кормить её натуральной едой, — Ольга неодобрительно посмотрела на пачку сухого корма. — Кашку с рыбой или мясом сварим и кошечка сыта. Вкусно и полезно. К овощам будем приучать.

— А давай так. Ты ей сваришь кашу, а я насыплю корма. И посмотрим, что она выберет.

— Конечно, она выберет корм. Там же такие добавки, что каша ей сразу станет неинтересна.

— Тогда давай сначала угости её твоим блюдом, а в другой день сухим кормом.

Ольга согласилась. А я не поняла, в чём состоял спор. Я бы съела и кашу, и сухой корм. И паштет! Про него тоже забывать не стоит.

— Пап, а второй подарок какой?

— А второй подарок выдадим Кефировне после ужина.

И чего так издеваться над ребёнком? Раз уж рассказал, то и показывал бы сразу.

После ужина пока ещё из привычного паштета я начала нетерпеливо крутиться у ног Мишаньки, помня о втором сюрпризе. Что же ты мне подаришь ещё? Надеюсь, что это будет что-то вкусненькое! Детям после ужина дают лакомства, значит, и мне должны вручить что-то на десерт.

Отец семейства неторопливо направился в коридор, я бросилась за ним, перегнала его, и пошла впереди, чтобы Мишаня не забыл о сюрпризе.

Мужчина споткнулся об меня и, падая, успел схватиться за ручку двери в ванную.

— Уф, думал что всё, будете меня весь вечер как пазл собирать, — Мишанька выпрямился и отпустил ручку. — Что ж ты, Челюстини, творишь?

Он погрозил мне пальцем и так и стоял, ожидая ответа.

А что я творю? Без моего сопровождения ты бы сейчас свернул в комнату, улёгся на диван и забыл про второй подарок. Я же этого точно не допущу.

Лёнька схватил водный пистолет и нацелил его на меня.

— Надо показать ей, что так делать нельзя, — пояснил мелкий. Понабрался всё-таки у своей сестры бредовых мыслей!

— Уже бесполезно, — мрачно сказала девчонка. — Брызгать надо было сразу, а теперь Челюстини уже не поймёт, что её за что-то наказали.

А за что меня наказывать? Я-то как раз всё правильно делаю. Вот в Мишаньку бы водой стоило пульнуть, совсем он у вас от рук отбился.

— Ладно, давайте нашей Челюстини второй подарок дарить, — улыбнулся папашка и медленно, глядя себе под ноги, двинулся по коридору.

Я восторженно рванула с места, а Ксюшка схватила меня и прижала к груди.

— А то снова кто-то пострадает, — вздохнула она.

Пока я пыталась вырваться, мы пришли к тумбочке, и Мишанька, расстегнул молнию на своей сумке и сделал драматическую паузу, лукаво глядя на семейку.

— Ну! — нетерпеливо запрыгал на месте Лёнька. — Что там?

Порой мне кажется, что мальчишка в раннем детстве проглотил мяч, и теперь стоит ему начать скакать, остановиться малой уже не в силах.

Мишанька наконец что-то достал из сумки и сунул подарок к моему лицу. Я поморщилась от ударившего в нос запаха резины.

— Что это? — спросила Ксюшка, пытаясь рассмотреть сюрприз.

— Поставь Челюстини на пол, — ушёл от ответа папашка.

Девочка послушно опустила меня на ламинат и теперь с подозрением смотрела на отца. А Мишанька бросил на пол подарок рядом со мной.

— Фас, Кефировна, фас! — воскликнул он под скептические взгляды трёх людей и одного котёнка.

— Это игрушка? — протянула Ксюшка.

— Да! Это резиновый цыплёнок! — торжественно объявил мужчина.

— Но он же для собак, — покачала головой Ольга.

— Ага! Однако у нас же не простой котёнок! Я вам зуб даю, что у неё в роду были собаки.

Я чихнула. Нет, не от запаха новой игрушки, а от мысли, что в моей родословной могут скрываться подобные бракованные гены. Это же просто фу!

Вам бы такое предположение понравилось? Если бы он сказал про акул и крокодилов, то я бы поняла. Но собаки?! Это же просто оскорбительно!

А теперь по традиции завершаю главу рубрикой "Ответы на комментарии читателей". Сын Лерси Маршал по имени Женя интересуется: "Почему Челюстини учится охоте у акул и крокодилов, ведь они охотятся в воде, а она — на суше?

Я думаю, Женя, что акулы с удовольствием охотились бы и на суше, однако так сложились обстоятельства, что организмы этих великих охотников просто не приспособлены для жизни на суши. Что касается крокодилов, то они вполне способны составить нам конкуренцию, но в воде у них больше преимуществ.

А я, как существо очень мудрое, мотаю на ус все хитроумные способы охоты, проверяя их на практике. Ведь кто, если не я? Мои люди никогда не смогут в полной мере уразуметь, какие ценные знания хранит их говорящая коробочка с картинками.

Все сухопутные методы охоты знакомы мне с пелёнок, я их выучила, когда жила в кошачьей стае. А с помощью телевизора и интернета я всегда могу узнать что-нибудь новенькое. И всем советую брать пример с акул и крокодилов. Даже люди смогут найти для тебя что-то полезное для их жизни.

Глава 13. Всё на мне

— Давай, Челюстини, фас! — Мишанька схватил резинового цыплёнка и помял его рукой, изображая поедание пищащей игрушки. — Вот так! Ням-ням! Какая вкусная курочка!

Я с презрением наблюдала за отцом семейства. Если бы мой батя так себя вёл, я бы ушла из дома от позора подальше. У людей принято демонстрировать низкий интеллект, или вы просто так расслабляетесь?

Стоит ли сказать Мишаньке, что руки не могут есть? Даже я это понимаю, а уж он-то постарше будет.

— Папа, хватит! Ты пугаешь Челюстини! — Ксюшка отняла у отца игрушку, и тот обиженно вздохнул.

— Она просто ещё не поняла, какой крутой этот цыплёнок. Скоро будет с ним гонять по квартире, вот увидите! — смущённо кашлянув, заявил мужчина, а я вцепилась зубами в его ногу. — А-а-ай!

— Кажется, твой подарок ей не понравился, — хихикнул Лёнька.

— Или она так мне спасибо сказала, — Мишаня оторвал меня от ноги и протянул дочери.

— Мы пойдём русский учить, — Ксюшка прижала меня к груди и направилась в свою комнату.

Я разочарованно пискнула, бросив сердитый взгляд на отца семейства.

— А если намазать цыплёнка мятой? — не сдавался Мишанька.

— Выброси его! Или подари Лёньке! — крикнула девочка, усаживаясь за стол.

— А чего мне? Себе забери! — заорал из коридора мальчишка.

Ксюша раскрыла перед собой учебник и, прижимая меня к груди, начала читать. Мне стало скучно, и я стала вырываться, однако девчонка упорно не желала меня отпускать. Тогда я укусила её за руку и принялась царапать кожу задней лапкой.

— Ну, посиди со мной хоть немного! — попросила Ксюшка.

Щаз! У меня дел что ли своих нет?

— Ладно, иди, — вздохнула юная представительница человеческого рода и расслабила захват.

Я соскочила с её рук на учебник и стала его обнюхивать, ковырять лапкой.

— Челюстини! Иди!

Зачем? Мне и тут хорошо.

Я начала царапать коготками страницу, и девчонка скинула меня с книги.

Шикнув на нахалку, я отправилась изучать открывшиеся передо мной возможности. Что тут у нас?

О, стаканчик! Я хотела в него заглянуть, но роста не хватило. Тогда я поставила на край ёмкости передние лапки, однако что-то пошло не так, и стакан упал на стол, а рядом со мной разлилась вода.

Я брезгливо дёрнула лапкой, смахивая неприятные брызги, и принялась вылизывать шерсть на конечности.

— Челюстини! — девчонка вскочила и начала стряхивать воду на пол с учебника.

Подняв на неё взгляд, я смотрела на Ксюшку, высунув язык. Нет, я не дразнилась, а просто вылизывалась, однако недоумение отвлекло меня от процесса.

Девчонка схватила меня и бесцеремонно бросила на кровать. Я встала на лапки, выгнула спину и зашипела, но Ксюшка уже отвернулась и принялась вытирать воду со стола.

— Бестолковый котёнок!

Сама такая! Нечего расставлять везде неудобные стаканы! Если бы он был низкий, и котёнок мог бы спокойно в него заглянуть и проверить содержимое, то ничего бы не случилось. А теперь мне придётся сушить лапки.

Я устроилась на подушке и стала приводить себя в порядок, но это снова не устроило девчонку. Она вскрикнула, заскочила на кровать, схватила меня и переложила на покрывало.

— Мам! Поменяй мне наволочку! — закричала воспитательница кошачьих.

— А что случилось? — в комнату заглянула Ольга.

— Она теперь мокрая! Челюстини на неё залезла!

— Котёнок сходил в туалет на твою подушку? — женщина перевела взгляд на меня, сурово сдвинув брови.

— Нет! Челюстини разлила воду на столе, а потом...

— Ясно, — вздохнула мамашка. — Положи наволочку в стирку и возьми в шкафу новую.

— А ты можешь...

— Сама поменяй, мне ещё обед на завтра готовить. Но если ты сваришь суп, гречку и нажаришь котлет, то, конечно, я...

— Нет, я поменяю наволочку, — быстро перебила Ольгу дочь.

— Вот и умница. И уроки доделай скорее. В десять отбой!

— Но мам! — возмущённо закричала девчонка.

— В девять тридцать чтобы были в кроватях!

— Но мам! — взвыл в коридоре Лёнька.

— Полчаса можете почитать.

— Почитать?! — воскликнула Ксюшка. — После уроков?! Никакой личной жизни! Я, может, отдохнуть хочу хоть немного!

Мальчишка что-то доказывал матери по дороге на кухню, но я не могла расслышать, потому что над моим ухом продолжала ворчать девчонка.

— То уроки делай, то убирайся, то за мелким смотри... А когда мне заниматься своими делами? Кого это волнует? Никого! Сами сидят на своей работе и ни о чём не парятся, а я... Всё на мне!

Мне стало скучно слушать нытьё Ксюшки. Я широко зевнула и, вернувшись на подушку, удобно устроилась, свернувшись клубочком. Так-то в этом доме всё на мне, а вы вечно неизвестно где пропадаете. Но я не жалуюсь, я же понимаю, что я здесь главная, а, значит, таков мой удел: в этой квартире всё должно быть под моим контролем.

— Челюстини!

Девчонка опять схватила меня и перенесла на покрывало, но я даже не стала открывать глаза. Потянулась и перевернулась на другой бочок. Ничего, завтра все снова уйдут, и я останусь в тишине и спокойствии, без беготни и криков. И не лень им так суетиться на пустом месте? Сколько энергии людишки тратят понапрасну.

— Я опаздываю! — утром в комнату ворвалась Ксюшка с бутербродом в руке. Она откусила от него почти половину и принялась бросать в рюкзак со стола всё, что попадалось под руку.

Приоткрыв глаз, я взглянула на девчонку. За почти месяц, что я живу в этой семейке, неплохо изучила своих людишек. Вот сейчас в комнату влетит злая Ольга и начнёт воспитывать детёныша. Я бы на месте мамашки воспользовалась оружием Ксюшки и забрызгала дочурку из водного пистолета. Пусть сидит потом свои космы вылизывает, зато в следующий раз будет думать головой и собираться заранее, а не утром, проспав.

В жилище дочери действительно вошла мать, она упёрла руки в бока и строго наблюдала за своим детёнышем. Ксюшка пока не заметила её и продолжала собираться, медленно пережёвывая завтрак.

Положив остатки от бутерброда на стол, девочка уселась на стул и тяжело вздохнула, затем шмыгнула носом

— Насморк? — хмуро поинтересовалась Ольга, и её дочь, вздрогнув, обернулась.

— Нет, — покачала головой девчонка.

— Что-то ты мне не нравишься, — женщина прошла в комнату и остановилась рядом со столом. — Открой рот, покажи горло.

— Но, мам!

— Ксюша!

Девчонка послушно открыла рот и высунула язык. Мать заглянула в её пасть [Вы можете сказать, что это звучит грубо, и я могла бы подобрать нейтральный синоним, однако для нас, кошачьих, это вполне подходящее слово, без негативной окраски.] и нахмурилась ещё сильнее.

— Глотать больно?

— Нет.

Ольга прикоснулась губами ко лбу дочери.

— Нужно померить температуру. Ты горячая.

— Нет! Мне нужно в школу, сегодня контрольная по русскому!

— Здоровье важнее. Я позвоню Татьяне Валерьевне и вызову врача, а потом отпрошусь с работы.

— Зачем отпрашиваться? — Ксюшка резво вскочила на ноги, но тут же снова села. — У тебя же полно дел на работе. Я сама полечусь. И буду горло полоскать каждый час! Честно!

— Каждые полчаса!

— Хорошо! Каждые полчаса.

— Ладно, — нехотя согласилась Ольга. — Сейчас зайду к бабушке Нине, она с тобой посидит, пока врач не уйдёт.

— Но я взрослая уже! — воскликнула девчонка.

— Взрослая, но дверь никому сама не открывай.

— И врачу?

— И врачу. Мало ли кто придёт? Я же тебе сколько раз говорила...

— Поняла, — буркнула Ксюшка.

Ольга вышла из комнаты, а Ксюшка, забыв про недоеденный бутерброд, встала со стула и, схватив меня, забралась под одеяло. Она свернулась клубочком и уткнулась лбом в мой бочок.

Что-то я не поняла! А ты разве не собираешься уходить? Я стукнула девчонку лапой по голове. Эй, очнись! Тебе некогда разлёживаться! Забыла что ли?

— Челюстини? — Ксюшка шевельнулась. — Ты чего?

Я снова стукнула барышню по макушке, изо всех сил стараясь донести свою мысль, однако дочь семейства совершенно не желала её воспринимать. Тогда я в очередной раз замахнулась, но тут же из захвата девчонки меня вытащила её мать.

— Кефировна! — сурово рявкнула мне в ухо женщина. — Ты что творишь?

— Она меня лечила, — пролепетала девочка. — Отдай мне Челюстини.

— Странные у неё методы лечения, — вздохнула Ольга. — Мне показалось, что котёнок тебя добивал. Чтобы не мучилась.

Мамашка посадила меня на одеяло, под которым свернулась Ксюшка. Я уже поковыляла вниз, спускаясь с крутой горы, когда перед моим носом возник указательный палец и стал двигаться прямо перед моими глазами, угрожая.

— Смотри у меня, Кефировна, если обидишь мою дочь, будешь иметь дело со мной! Ой! Ой!

Я вцепилась в палец зубами. Не грози Челюстини Кефировне! Будешь знать!

Ольга отодрала меня от пальца, и я свалилась на одеяло, из которого тут же высунулась рука Ксюшки и затащила меня в тёплое убежище.

Ха! Попробуй достать меня отсюда!

И женщина попробовала. Она сунула руку под одеяло, пытаясь нащупать меня красивую, но ничего не вышло — Ксюшка встала на мою защиту, точнее легла. Девчонка передвинулась, закрывая меня собой.

— Ну, мам! Пусть Челюстини останется со мной!

— А если ты уснёшь и придавишь котёнка?

— Не придавлю!

— Если придавишь, потом будет поздно.

— Я не сплю.

Подобравшись к шее девчонки, я удобно устроилась, прижавшись к её теплой коже.

— Она меня лечит, — сонно пробормотала Ксюшка.

Я греюсь!

Выспавшись, я прислушалась. Рядом со мной сопела девчонка, а в квартире было тише обычного. Лишь на кухне я услышала небольшой шум. Прекрасно! Значит, кто-то сможет меня покормить, пора бы уже. Кажется, я умудрилась проспать завтрак, а возможно даже обед.

Выбравшись из нагретого убежища, я обернулась на спящую Ксюшку — вроде бы спит крепко. Чтобы в этом убедиться, я слегка стукнула девчонку лапой по носу, но она никак не отреагировала. Тогда я кубарем соскочила с кровати и приземлилась точно на коврик. Если бы моя воспитательница заметила мой акробатический этюд, то дня три не спускала бы с рук, и как минимум до вечера щупала, проверяя, не повредила ли я чего. Нет уж, я уже это проходила, больше не хочу.

Стремительно просеменив по коридору, я влетела на кухню и замерла на месте, зашипев. Чужак! У нас чужак! Тревога!

Пожилая женщина выключила чайник из розетки и с улыбкой посмотрела на меня поверх очков.

— Кис-кис-кис! — незнакомка двинулась ко мне, протягивая руки.

Себе кискни! Я проворно подскочила на месте, укусила её за руку и, не тратя времени на рассматривание капающей на пол кровяки, бросилась под стол.

— Ой! — бабулька упала на стул, прижимая руку к груди.

Я гневно выглядывала из-за корзинки с бананами. Кто пустил? Кто разрешил? Почему со мной не согласовали? Или это всё-таки вторженец? Тогда мне следует от неё как можно скорее избавиться!

— Здрасти, баба Нина, — на кухню неторопливо зашла Ксюшка, совершенно не удивившись присутствию чужака в самом важном месте квартиры!

— Здравствуй, Ксюшенька. Как ты себя чувствуешь?

— Норм.

— Я тебе сейчас морсику с малинкой сделаю. Ягодки с моей дачи, без всякой химии...

— А что у вас с рукой?

— Так котёночек твой...

— А-а, вы познакомились с Челюстини?

— Что?

— С Челюстини Кефировной. Это наша кошка.

— Как ты говоришь?

— Че-люс-ти-ни. У неё во-о-от такие зубища. Я вам сейчас йод принесу.

— Хорошо, милая.

Девчонка сидела за столом, болтая ногами, и что-то пила, рассказывая о моём величии. Она называла это проделками, чужачка — шалостями, а я считаю свои действия подвигами.

— А ещё она написала папе на газету, которую он читал, — со смехом сообщила Ксюшка.

Да, было такое. Я гордо сощурилась, поджав под себя лапки.

Вот интересно, что людишки вроде бы помнят обо мне, но им совершенно не приходит в голову меня покормить. Почему?

Стоит о себе напомнить. Я неторопливо вылезла из-за корзинки и прошествовала к пустым мискам. Сначала даже и не смотрела в их сторону, надеясь, что хотя бы девчонке хватит ума сообразить, что котёнка пора кормить. Но нет, куда там!

Тогда я повернулась лицом к моему кормительному уголку, однако на мой намёк снова никто не обратил внимания. Тогда я взяла пустую эмалированную миску в зубы и постучала ею о плитку на полу.

— Ой! — подскочила чужачка, испуганно прижав разукрашенную йодом руку к груди. — Что она делает?

— Запугивает, — вздохнула Ксюшка и поднялась со своего места. — Её покормить нужно.

— Сиди, деточка. Давай я её накормлю.

— Нет, лучше я. Вы не обижайтесь, баба Нина, но...

— Я ей не понравилась, — догадалась старушка, улыбнувшись.

— Да. Но вы не расстраивайтесь. Ей никто не нравится. Мы тоже.

Девчонка достала из шкафчика баночку с паштетом, а я уже кружила у её ног, напоминая о своём присутствии. Только бы Ксюшка не отвлеклась и не забыла о том, что меня нужно покормить. [У людей очень короткая память, поэтому приходится контролировать каждый их шаг, особенно, когда дело касается еды.]

— Буду я ещё расстраиваться из-за того, что не нравлюсь какому-то котёнку, — фыркнула чужачка. — У меня на даче живут две кошки и кот. И уж поверь мне, Ксюшенька, я бы такого поведения от своего животного не потерпела! Меня никогда никто не царапал и не кусал!

"С почином!" — хихикнула я, устраиваясь у миски с паштетом.

— Челюстини очень хорошая! — вступилась за меня девчонка, усаживаясь за стол. — Правда!

— Только невоспитанная.

— Я её воспитываю.

— Но, деточка, у тебя пока не получается. Отдай её мне на пару деньков, не узнаете потом своего котёнка!

— Нет, вы же потом в суд на нас подадите, — печально вздохнула девчонка.

— Я? Да за что же? — засмеялась нехорошая женщина.

— Подадите-подадите. Когда она вас закусает совсем. Думаете, что так просто воспитывать Челюстини Кефировну?

— Она у вас ещё и Кефировна?

— Я уже все методы из интернета перепробовала, а она всё равно дерётся.

А мне интернет не нужен, я и так знаю, как людишек воспитывать! У меня все нужные знания записаны в генах!

Вылизав миску, я повернулась мордочкой к девчонке и грустно уставилась на неё.

— Ты не наелась? — удивилась Ксюшка.

Конечно, нет! Я уже порядком подросла, а вы продолжаете меня кормить крошечной баночкой паштета. В интернете не написано, что порцию стоит увеличить?

Я без сил рухнула на пол и попыталась изобразить голодный обморок, чтобы людишкам было легче сообразить, что мне срочно требуется ещё одна банка паштета. Нет, две банки! А ещё лучше три.

— Челюстини! — тревожно воскликнула девчонка и подскочила ко мне. Неужели всё-таки дошло? — Ты от меня заразилась, да? Какой должен быть нос у кошек? Холодный или горячий?

Ксюшка тут же в мой нос ткнула пальцем, и я вцепилась в него зубами.

— Кажется, с твоей Челюсти-с-Кефиром всё хорошо, — улыбнулась чужачка. — Она просто прилегла отдохнуть.

Я выплюнула палец Ксюшки и окинула людишек презрительным взглядом. Всё-таки с соображалкой у них туговато.

Рубрика "Ответы на Ваши комментарии".

Рейна спрашивает: "Челюстини Кефировна, ворона — это еда или подруга?"

Дружить с вороной? Ха! И ещё раз ха! Уважаемая Рейна, как можно называть своим другом того, чей интеллект гораздо ниже вашего? Смешнее только назвать своим другом человека.

Нам с воронами и обсудить-то нечего. Хотя не скрою, у меня были неоднократно попытки пообщаться с "каркушами", и порой птицы даже могли оценить мои шутки и посмеяться, но этого так мало для дружбы.

Если бы птицы могли читать, то вороны стали бы моими поклонниками. Я бы даже подарила им несколько экземпляров своих книг, но, пернатые клювоносители разве что утеплили бы ими гнезда, а читать они не способны, увы.

Что касается еды, я бы скорее назвала ворон дичью. Я бы с удовольствием ловила бы парочку "каркуш" в день, но вот есть их... Нет уж. Я предпочитаю сбалансированную пищу, без костей, перьев и тем более клювов.

Возможно, Ольга могла бы вкусно приготовить ворону: ощипать её, натереть специями и запечь. Тогда вся семья получила бы неплохой ужин, как думаете?

Всё-таки нужно как-нибудь попробовать. Завтра же развешу приманку на сетке форточки, Мишанька как раз колбасу на завтрак купил, осталось только выпросить её у Ксюшки.