Meishi no Nai Isekai
Глава 25 Чистая кровь
Полуденное солнце нещадно жгло даже сынов и дочерей самых благородных Домов — истинных потомков, в чьих жилах текла, не угасая, кровь Богини Прародительницы. Под тенью изысканного зонта глубокого тёмно-сливового цвета, медленно шурша подолом лёгкого летнего кимоно, источая в каждом шаге величие и благородство, шла девушка.
Её тонкие пальцы крепко сжимали бамбуковую ручку зонта. Хоканри Сумирэ с её фарфорово-белой кожей казалась куклой, случайно оставленной кем-то среди душной улицы. В тени зонта её карминовые губки пылали подобно росчерку пламени, а глаза в обрамлении пушистых угольно-чёрных ресниц казались бездонными, своей тьмой приковывая внимание осмелившихся осторожно посмотреть в её сторону.
— Сумирэ-сама, — старший телохранитель, высокий мужчина, красивое лицо которого портил шрам, пересекавший щеку, почтительно склонил голову, шагая чуть позади, чтобы его тень не пересекала её путь. — Быть может, нам стоило воспользоваться закрытым экипажем? Зной сегодня слишком тяжёл для вашего здоровья.
Сумирэ слегка повернула голову. В её глазах на мгновение промелькнуло выражение «не тебе, слуге, решать, как мне поступать», сменившееся холодной аристократической отстранённостью. Она едва заметно качнула головой. Серебряные шпильки в её высокой причёске тихо, мелодично звякнули. И снизошла до ответа.
— В этом нет нужды, Такеши, — её голос прозвучал как перезвон стеклянных колокольчиков на ветру — тихий, но безупречно ровный. — Доктора говорили, что мне полезны небольшие прогулки. К тому же мне хочется лично взглянуть на то, чем дикари из-за моря пытаются удивить нашу столицу. Со своей варварской культурой они вряд ли смогут впечатлить даже наши старые провинции.
Слуги безмолвно переглянулись, но не посмели поднять головы. Они знали: за этой обманчивой, почти эфемерной нежностью скрывалась гордость древнего рода. Рода, чьи предки веками ковали величие Империи.
Мимо чинно шествовали чиновники в ослепительно-белых шёлковых хаори с золотыми цепями печатей на поясах и офицеры в строгих кимоно, заправленных в чёрные хакама, с тяжёлыми лакированными ножнами мечей у бедра. На обочинах, низко кланяясь при виде родового камона — идеального белого квадрата с простой сетчатой штриховкой, выполненного небесно-голубыми нитями, — суетились загорелые иноземные слуги. Они были затянуты в глухие серые ливреи из грубой ткани, которой слуги в доме Хоканри постеснялись бы мыть полы. Их головы покрывали матерчатые шапочки или были плотно обвязаны платками, чтобы цвет их волос не смущал проходящих мимо господ. Когда Сумирэ с охраной проходила рядом, они замирали, не смея даже дышать — подчёркнуто лаконичный герб палаты мер и весов без слов говорил о том, что род Хоканри получил свой знак так давно, когда у элиты ещё не было нужды выдумывать сложные узоры. Они были фундаментом Империи и с гордостью носили цвета, которые могли позволить себе лишь немногие — только высшая судебная и министерская элита страны.
Сумирэ, казалось, не замечала ничего вокруг. Её тонкие, идеально очерченные губы тронула едва заметная, холодная улыбка. Мир лежал у ног её Империи, но сейчас её волновали ткани и изделия ювелиров, выставленные в витрине.
Чего не отнять у чужеземцев, так это умения работать руками. Сумирэ мысленно скривила губу, как иногда делал отец, вспоминая нечто неприятное. Богиня Прародительница справедлива: те, кто должен работать руками — работают, а те, кто должен править — правят. Это закон, определённый Небесами, и не им, смертным, идти против мирового порядка — им остаётся лишь следовать ему в меру своих скромных сил.
Тень всегда фыркала на этом моменте. Как же создатели исторических сериалов любят перебарщивать в таких сценах. Зомби, скорее всего, ввернул бы, что это часть национальной политики, и рассказал бы забавную историю, как сам работал над рекламой фильма или сериала и согласовывал для слоганов каждое слово в трёх департаментах и четырёх ведомствах.
Девушка остановила серию и сладко потянулась. Сегодня у неё был выходной, который она решила потратить на пересмотр любимого сериала, развалившись в уютном кигуруми-хомяке на кровати и обложившись вкусняшками.
Она поудобнее устроилась на подушках и приготовилась смотреть одну из самых любимых сцен. Куроганэ Рюсэй, исполнивший в сериале роль охранника Такеши, в следующей сцене с боем и похищением Сумирэ выглядел настолько мужественно и притягательно, что Хотару каждый раз невольно шебуршала ножками от внутреннего волнения. Она просмотрела короткий бой раз, потом ещё раз… и ещё несколько раз. Рюсэй тогда был совсем молодым, начинающим актёром, и на этой схватке его участие в сериале заканчивалось.
Тень подняла голову на огромный, в полстены плакат, уже с его первой по-настоящему звёздной роли. Ради росписи в углу пришлось отстоять бесконечную многочасовую очередь в фойе кинотеатра, но это того стоило.
Сколько лет прошло, а её всё ещё тревожат такие типажи. Тень пригляделась к другому углу, аккуратно заклеенному кусочком точно такого же плаката. Ну вот, снова. Почему она не может спокойно посмотреть эту серию, где героиню похищают бандиты, и не вспомнить собственное прошлое? Её из дома никто не похищал — она сама сбежала с «грабителем», укравшим её сердце и так похожим на её кумира.
…Крики боли и холодный звон оружия вырвали героиню из ломкой полудрёмы. Вдоль по коридору прозвучали цокающе-скребущие шаги. Кто-то шёл и отпирал все двери. Скрежет замка — Сумирэ замирает в напряжении, но шаги продолжаются. Снова скрежет, выстрел. В воздухе пахнуло едким, кисловатым дымом. Свист и долгий, протяжный крик в соседней камере. Неизвестный убийца методично искал бандитов, почему-то не трогая пленников.
Сумирэ не придала этому значения, когда, тяжело дыша, выбралась из здания, где её держали похитители, и, спотыкаясь, бежала по тёмной тропинке, ведущей неизвестно куда.
Дальше был ещё один из любимых моментов Тени. Режисёр и команда операторов создали просто фантастический кадр: героиня выбегает на утёс и видит внизу огни ночного города, а вокруг, сколько хватает глаз до горизонта, простирается море.
Раздалась вибрация телефона. Девушка с сожалением нажала паузу и ответила:
— Да-да, Ямада у телефона.
— Хотару-тян, это уже не смешно. Ты же прекрасно знаешь, что я сейчас дома. Мужа сегодня не будет, зайдёшь на ужин? Котонэ будет рада.
— Мы с ней не так уж и дружны. Я не училась с ней в одной школе и университете, как Акари.
— Да брось. Ты нам почти родная. Могла бы почаще навещать, а то только на работе видимся, где ты строишь из себя неприступную ледышку, от которой у всех окружающих мужиков дыхание перехватывает.
— Ну началось. Тётенька, вы меня зовёте только тогда, когда от меня что-то надо.
— Есть кое-что, что лучше обсудить не по телефону.
— Если это связано с родителями…
— Нет.
— Ладно. Заодно обсудим сериал, который я вам советовала.
— Я куплю вина. Тебе как обычно?
— Да, я же не Котонэ, чтобы авамори пить.
— Ну просила же, пожалуйста. Никогда не произноси это вслух. Тогда до вечера.
И Вишня, добившись своих целей сразу же положила трубку.
Девушка же, посидев в тишине минуту отрешённо продолжила просмотр.
…— Думаешь, то, что ты не обслуживаешь по пятьдесят мужиков за ночь в самом дрянном борделе этого вонючего городишки, — твоя заслуга? — мужчина насмехался, глядя Сумирэ прямо в лицо.
Глаза девушки на мгновение застыли, и в них начало проступать понимание. Оказавшись на окраине Пулау-Хитама, она быстро сообразила, в какие неприятности угодила. Про Чёрный Остров, оплот пиратов, контрабандистов и вольных торговцев, слышали даже нищие крестьяне из глухих окраин. Излюбленное место, куда сбегали пары влюблённых, не могущих иначе быть вместе, из дешёвых постановок бродячих театров.
План начал формироваться сразу. Ей нужны были деньги, чтобы купить отсюда дорогу домой, покровительство, чтобы с ней ничего не случилось в пути и во время заработков, а самое главное — она должна была остаться невинной, иначе семья её назад не примет. С такими запросами путь у неё был только один — в лучший бордель этого города, где она сможет продавать своё воспитание, а не тело. Развлекать посетителей игрой на кото, утончёнными разговорами о политике и мироустройстве и выманивать мешки золота улыбкой, а не грязной лестью и дешёвой похотью.
Хотару вернуться домой ничего не мешало. Она в любой момент могла прийти и извиниться. Сказать, что была неправа, и её бы приняли такой, какая она есть. Второй, запасной дочерью, на которую никогда не строили планов и от которой, соответственно, ничего не ждали. Только зачем? Отец ничего не скажет. Мать один раз коротко поговорит с ней о важности репутации семьи, и на этом всё закончится. Что бы там ни говорила Вишня, скорее всего, разговор снова сведётся к этому. Десять лет вне дома — это всё же десять лет.
…Как бы она смогла устроиться иначе сама, без чьего-то тайного покровительства? И вот господин из тени вышел на свет, и язык его был так же остёр, как и клинок, которым он вырезал ту шайку бандитов.
— Пришло время платить по счетам? Что от меня требуется? — тихо выдохнула девушка, опустив глаза к полу и сложив руки под грудью, как требовало воспитание при общении с вышестоящим.
— Умничка. Что это богами забытое место, что Токио — всё едино: у всего есть своя цена. Я отпустил тебя из того притона не просто так, а чтобы ты поняла всю жалкость своего положения. Это ты, наверное, и сама осознала, можешь не отвечать. Мы заключим с тобой договор. Раз в определённый период я буду давать тебе задания. Если исполнишь — на некоторое время забываю о твоём существовании, оставляя тебе только своё покровительство… Если же нет, то ты становишься моей женой, такой, какой тебя воспитывали в семье. Можешь выкинуть какую-нибудь глупость, конечно, но ты же понимаешь, чем это закончится? Я вырежу всю твою так горячо любимую семью. Убью отца в его любимой чайной, куда он заходит каждую неделю по несколько раз. Пришлю твоей матери голову любовницы мужа в руках её любимой старшей дочери… Я вырежу всё ваше поместье вплоть до последней служанки и старого управляющего, служившего ещё твоему деду. Всех. Если после этого ты не вернёшься, то займусь твоими подругами и уже их семьями, — мужчина кровожадно ухмыльнулся. Его горящий жёлто-маслянистым блеском взгляд не оставлял сомнений в его безумии.
Дальше начиналась любимая часть Тени, которую она всегда смотрела запоем, выключив телефон, чтобы ни на что не отвлекаться. Тонкая игра между маньяком и его жертвой. Героине нужно было действовать на опережении — не провалить задания и собрать достаточно денег, чтобы покинуть остров, а ещё попытаться подобрать ключики к этому убийце. Герой же вступал в фазу тонкой борьбы — его цель сломать девушку, показать ей, что она без него ничто и ей нужно сдаться, стать идеальной женой и жить тихо и счастливо.
…Вишня поболтала своё любимое красное вино в огромном бокале, сделала маленький глоток и, посмотрев на поблескивающие глаза Котонэ, спросила:
— Так чем история-то закончится? Я из-за навалившихся дел всё никак досмотреть не могу.
— Ха, — Хотару, выдохнув дым, пьяновато усмехнувшись. — Героиня умрёт, не справившись с напряжением. В первой серии нам рассказывают, какое у неё слабое здоровье. Сердце просто не выдерживает.
— Подожди!!! У сериала есть второй сезон!
— Ага, но главная героиня там другая.
— ВНКД! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ, НЕНАВИЖУ! Зачем так жестоко?
— Главное, смотреть-то интересно.
— Не поспоришь.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
