Механоид-8. Человек

Глава 1

Империя

Столица Калдир

Дом Антилиада

Один удар. Единственный пропущенный из сотни за последний час, и я отправлюсь лежать на холодный шершавый пол тренировочного зала, жадно глотая воздух. Надо мной разносится надменный голос Саманты Картер.

— Двигаешься как черепаха. Такими темпами я из тебя отбивную сделаю и не запыхаюсь.

— Уууу, — раздалось от ребят, которые уже закончили спарринг с этой фурией. — Если он черепаха, то мы кто? Улитки?

— Вас не сравниваю. Вы в другой целевой группе.

Жена моего отца смотрела на меня снисходительным взглядом, пока я медленно вставал.

— Ты как с работы своей возвращаешься, каждый раз словно стероидами обкололась. Удар с каждым разом все тяжелее, — ответил я, потирая солнечное сплетение, куда пришёлся удар.

— Нет. Это ты не тренируешься и не совершенствуешь свои навыки. На сегодня закончили.

И развернувшись, она направилась в сторону женских раздевалок.

Боль от удара постепенно проходила. Да, она со мной не церемонилась. Три раза в неделю на протяжении вот уже девяти лет я был грушей для битья во время так называемых тренировок.

— Не обращай внимание, Маилз. Ты пока единственный, кто хоть как-то может совладать с её скоростью и силой. Ударь она меня так — и мне часа три валяться в бессознательном состоянии, — ко мне подошел Тайлер.

Он и тройка его ребят несколько лет подряд ходят на эти тренировки. Меня, натренированного этой безумной фурией, им победить не удалось ни разу. Как и мне победить её. Ещё полгода назад я мог пропустить два удара. А теперь уже от одного улетаю на пол.

— Я привык, — пожал плечами. — Однако настанет момент, когда я её одолею.

— Вот скажи это кто другой, я бы посмеялся. Но в тебя я верю. Ты сможешь.

— Шеф. Инфа поступила. Стив опять буянит, — сообщил один из ребят.

Тайлер грязно выругался, чем знатно меня удивил.

— Угораздило же его меха потерять, — пробурчал он, так что я часть слов не расслышал.

Уверенный, сдержанный, хладнокровный. Так я мог описать этого сорокалетнего мужчину, прошедшего службу сначала в элитных имперских силах, а потом ушедшему в спецотряд охранять кого-то из корпоратов «Золотых орлов». И вроде как у них личность охраняемого поменялась, и теперь ребята страдают. Мне даже сложно представить, что может поколебать спокойствие этого квада. А вот кто-то может.

Быстро попрощавшись, парни спешно покинули меня, даже не переодевая тренировочную броню. Я же прошел в раздевалку и снял с себя облегающую боевую броню, в обиходе называемую Змеей из-за чешуйчатого покрова — одна из специальных разработок с работы жены моего отца. Однажды она просто пришла с ней и заставила меня надеть. С тех пор тренировались мы только в ней. И я радовался. Потому что иначе я бы не пережил и одного её удара. Иногда закрадывается мысль, что она вовсе не человек, а андроид.

Помывшись в душе, я переоделся в белую рубашку, белые брюки и белые туфли и покинул тренировочный зал.

На улице ярко светило солнце. Часы на входе показывали одиннадцать утра. Отец поставил их специально, зная мои проблемы с взаимодействием с виртуальной реальностью. Вот уже девять лет я живу, используя дополнительные средства — очки либо линзы и специальный адаптатор, установленный за обоими ушами. Минус, что их приходится снимать перед боем или тренировкой из-за возможного повреждения.

Пройдя по мощенным плиткой дорожкам, забитым до автоматизма маршрутом, я размышлял. Саманта приехала в этот раз на неделю раньше. Обычно она уезжает на две недели и возвращается через столько же.

Я однажды спросил отца, где она работает. Ответ был лаконичен. Т-Нуль-Пространство. Секретный проект императорской семьи, позволившей стать могущественными в этой части галактики, завоевать множество планет и стать силой, с которой считаются и которую опасаются. Дальше я не интересовался. Если бы нужно было — отец бы сообщил.

Сам отец сидел за столом и пил утренний кофе. В неизменно белом костюме. Его стиль одежды как-то сам собой передался и мне за эти годы. Рядом сидела моя девятилетняя сестра и кушала пирожное.

— Маилз! — Милли соскочила со стула, обошла стойку и бросилась ко мне. — Мама тебя опять побила? — И взгляд честный честный.

— Когда я её побью — обещаю тебе сообщить первой, — потрепал я её по головке и тоже сел кушать.

После тренировки я был зверски голоден.

Еда меня ждала на моём месте. Сбалансированная тарелка. Пятьдесят процентов белков, двадцать пять углеводов и клетчатки. Порции маленькие, но я знал, что мне этого хватит до обеда.

— Пришли результаты по твоему проекту, — сообщил отец, и я навострил уши. — Результативность опоясывающей системы безопасности девяносто процентов. Из двадцати налетов Мета-альянса за последние полгода успехом завершились только два и те наткнулись на патрули и были уничтожены. Гражданские не пострадали.

Я задумался.

Над проектом космической защиты своей планеты я работал больше пяти лет под руководством отца. Два года назад мы разместили на территории системы множество зондов, сканеров и турелей, а также беспилотники-перехватчики. Итоги работы за период он только что озвучил, и они меня радовали. Мечта — не дать случиться с другими людьми тому, что случилось с моими родителями, засевшая в моём детском мозгу, исполнялась моими усилиями.

— Из-за чего система не поймала два налета? Уже есть информация?

Работал я неофициально. Нигде не числился. Однако на факультете безопасности академии Семфер я ходил как к себе домой. Меня все знали, все пропускал. И даже дали доступ в одно из секретных зданий, где работали люди, напрямую влияющие она безопасность Империи. Да я даже несколько раз встречался с советником императора Арнольдом Стоуном. Человеком, чуть меньше за десять лет свершившего невозможное. Он собрал мощную команду, поставил своих людей на ключевые места и дал такой толчок развитию Империи, чего несколько десятков лет никто добиться не мог. Он одновременно разбирался и в финансах, и в культуре, во взаимодействии людей с разных планет, мог легко двигать вопросы безопасности и стабильности. Его слава, власть и возможности местами затмевали даже Императора.

— Люди. Ручное вмешательство в систему, закрыли глаза на тревогу, не дали среагировать по протоколу, задержав на полчаса и всё.

— То есть кого-то в армии подкупили?

— Я бы сказал шантажировали.

— Понял. В остальном к системе претензий нет?

— Нет. Ты сделал всё идеально.

Молча улыбнувшись, я продолжил пить кофе. Внутри же я чувствовал себя настолько воодушевлённым, что утренняя тренировка ушла на второй план.

— Экелз, тебя подвезти к врачу?

Фурия залетела как ураган. Поцеловала дочку, мужа, умудрилась потрепать мне волосы и села за стол пить кофе. Даже не кушать. Да откуда в ней столько сил?

— Я Маилз, — флегматично в тысячный раз напомнил я.

— Маилз, Экелз. Какая разница?

— Ну да, ну да. А кто мне документы поменял на Маилза? Из-за кого я раз полгода на пластику хожу? Кто заставил голос поменять? Из-за кого я каждый год хожу к офтальмологу пигмент менять в глазах? Может мне тогда бросить всё это?

— Так тебя подвести? — С милой улыбкой проигнорировала она меня.

— Я его подвезу. Мне как раз в академию нужно утрясти ряд моментов со Стоуном, — ответил отец.

— А обратно тогда я заберу.

— Обратно я на свидание иду, — прожевав омлет ответил я.

— Это с рыжей? Или с темненькой, которая врач? — Оживилась фурия.

— С военной, у которая короткая стрижка, — флегматично ответил отец.

— А разве он с ней не расстался?

— Та была другая.

— Может вы как-то без меня будете это обсуждать? — беззлобно спросил я.

— Обсуждать людей за спиной неприлично, — ответил отец, на что я покачал головой.

— И потом, мы же не виноваты, что от тебя через три месяца все девушки сбегают, — добавила Саманта.

Обед закончился перетиранием костей меня и моих девушек, и когда я оказался в кабине аэроката наедине с отцом, то выдохнул.

— Мало того, что это валькирия меня избивает уже лет восемь, так ещё и интерес ко мне не потеряла за этой время. Тебе не кажется, что меня тут где-то обманули?

Когда мы с ним разговаривали девять лет назад, сидя на лавочке возле больницы, я был переполнен злобой и не осознавал ничего. Тогда отец использовал манипуляции и заставил меня согласиться на эту авантюру под названием усыновление, пообещав заоблачные деньги и информацию о брате.

— Тебе ничто не мешает сбежать. Ты совершеннолетний. Образование у тебя есть, причем лучшее из возможных, факультативы в Семфере плюс мои лекции и много практики. Ты ценный молодой специалист. Деньги у тебя есть. За этот проект тебе неплохо так поднасыпали... Недвижимость есть. Проданная квартира в Серпентхольме стала пятикомнатным пентхаусом на крыше небоскреба в столице. Работа будет. Декан давно тебя хочет заграбастать в штат, да и ребята Тайлера уже подходили ко мне с предложением тебя забрать в свой квад пятым. Как раз они там очень от Стива страдают, и твоя помощь была бы кстати. Да и компенсацию я тебе выплачу.

— Пфф, карманные расходы, — повторил я его слова, сказанные тогда.

— Да и семья у тебя есть, если так подумать. Отец, мать, сестра, — продолжил он.

— Отец, жена моего отца, сестра, — поправил я.

— Ты всё никак не хочешь её называть матерью?

— Ага.

Я посмотрел в окно. Когда я только прибыл в свой новый дом, меня тут же взяли в оборот. Пластика, физические тренировки, обучение в академии, репетиторы. Ежедневные ритуалы, совместный приём пищи, вечерние прогулки с новорожденной сестрой, разговоры перед сном и во время поездок. Я оглянуться не успел, как понял, что я действительно живу в любящей семье и сам их полюбил. Злости и обиды не осталось. Осталась привычная вредность в общении. Я давно понял, что готов искренне назвать эту фурию матерью. Но не дождется. Нечего на подростков в коридоре нападать. Правда с высоты возраста, опыта и критического мышления, которое мне привил отец, я стал подозревать что всё происходящее чей-то замысел. Тогда отец и его жена пришли именно за мной. Изменение документов. Изменение внешности, пусть и требующее постоянного обновления. Запрет на официальное оформление на работе, хотя при этом я указан во всех документах как автор проекта, мне официально выплатили вознаграждение, и я даже получил две медали за вклад в безопасность Империи. Одну на имя Маилза Эхриона, а вторую на Экелза Донавана.

За размышлениями я не заметил, как мы прилетели к огромному зданию в виде буквы Н. Мой корпус правый, административный. На двадцатом этаже меня уже ждал профессор керр Дорман, лечащий врач уже несколько лет. А в левом здании лечили многих. Там часто творился ажиотаж и приезжали целыми колоннами аэробусов.

Керр Дорман низенький, лысенький, пузатенький сидел в своём рабочем кабинете, куда я заходил как к себе домой.

— Ааа, Маилз. Проходи, присаживайся. Ждал-ждал. Как твои дела?

— Добрый день. Всё хорошо.

Упав в удобное кресло у окна и взяв со столика ожидающий меня кофе, я ждал, пока профессор расшифрует пришедшие последними анализы. На это ему требовалось пять минут и пока я сидел и ждал, смотрел в окно. В этот раз к зданию приехал кортеж с эмблемой Золотых орлов. Причем с серьезным боевым сопровождением. Десять миниаэрокатов с полностью вооруженным квадом, по три спереди и сзади и по два сбоку. По центру ехала роскошный аэрокат премиального класса, оборудованный по всем канонам безопасности. Кто-то явно важный приехал лечится. И зачем столько сопровождения. Столица безопасна.

Кто приехал, я так и не увидел, так как врач отвлек меня от созерцания.

— Как твои кошмары?

— Перестали пугать, но не перестали появляться.

— Боль в солнечном сплетении?

— Пустота. Я к ней привык, но она всё такая же.

— Что могу сказать. Мы с тобой завершили наш пятиступенчатый курс лечения. Результаты удовлетворительные. Тревожное состояние мы сняли окончательно. Теперь даже если ты подвергнешься этому пси-давлению снова, твоя устойчивость будет на высоте. Можно кидать в пасть фантастическому Рою из твоей любимой игры, и ничего тебе не будет. Переживешь... Пустоту мы не уберем. Это более сложный и в текущих реалиях невозможный случай. У меня есть понимание, откуда она. Но без шансов.

— Почему? — Меня от последнего предложения аж покоробило.

— Потому что всё, что можно сделать здесь, в Империи, я сделал. Сам знаешь, я один из лучших специалистов в области изучения синдрома Эверверс, основатель этой клиники, практикующий врач. Увы, здесь я бессилен.

— Значит, вернуть мне чип невозможно.

В принципе, этот факт ничего не менял. Родители приложили невероятное количество усилий, чтобы я ничем не отличался от обычных людей с чипом. В некоторых физических параметрах я многих даже превосходил. Да и потом — работать и зарабатывать, помогать людям и приносить пользу обществу это не мешает. А уж обыденную жизнь жить тем более.

— Возможно. Но не здесь.

Теперь уже я посмотрел на керра Дормана с интересом.

— Т-Нуль-Пространство, — озвучил он ответ на не заданный вопрос. — Там ты точно сможешь устранить травму мозга и даже возможно устранить пустоту, хотя с ней весьма сложно. Но есть один единственный минус, который перечеркивает все плюсы. Это дорога в один конец. Если ты туда направишься, уже никогда не сможешь вернуться в Империю. Что и случилось с твоим братом. Из-за службы он попал туда, как мы знаем, обрел семью, но связаться с тобой не может по некоторым причинам.

Керр Дорман был одним из тех, кто работал непосредственно в с Т-Нуль-Пространством, как и моя мать и информацию о брате мне давно передали, буквально на следующий месяц после усыновления. В общих чертах, с большим количеством зашифрованной информации, к которой доступа у меня нет было.

— Значит, это дорога в один конец?

— Более того, ограничена по времени. Через два месяца последний колонизационный корабль в этом десятилетии отправляется туда. Другого шанса не будет. Выбор за тобой. Поговори с родителями. Они тебе могут рассказать то, что не запрещено. Так ты сможешь подойти к вопросу взвешенно.

— Жизнь в Империи или шанс в Т-Нуль-Пространстве…. Так себе выбор.

*****

P.S. Концовку седьмого я хотел написать ещё несколько лет назад и она должна была быть в третьей книге, сразу после Королевской охоты. Но что-то пошло не так и вот уже восьмой том на АТ. Так удивительно.

Лайки и особенно комментарии дарят автору мотивации, так что не забывайте их оставлять.

Глава 2

Империя

Столица Антилиада

Кофейня «Синяя птица»

Приглашение поужинать от жены отца пришло ровно в момент, когда я выходил из корпуса академии. Последние три дня в академии на меня свалилось вопросов по результатам работы проекта, которые требовали доработки, так что я много времени проводил там.

На улице светило летнее солнце, а планов на вечер кроме как сидеть дома не намечалось. Так что приглашение принял с легким сердцем.

Эта фурия любила конкретное кафе и как минимум раз в свой отпуск с большим удовольствием проводила там время попивая крафтовый чай и заедая фирменными десертами, которые постоянно менялись. Она и меня пыталась к этому приучить, но так как к сладкому я равнодушен, то ничего у неё не вышло.

Уютное кафе встретило меня теплым освещением, запахами выпечки и кофе и неизменной расслабляющей атмосферой. Саманта, как и всегда сидела на своём месте за уютным столиком на две персоны возле панорамного окна, пила вкусный чай и смотрела на город. Думаю, вряд ли бы кто признал, что в этой хрупкой девушке в широком платье человека, способного уложить на лопатки половину спецназа один на один. Я чуть замешкался в проходе, и пропустил момент, когда к ней подсел неизвестный персонаж. Высокий, подтянутый, гладковыбритый. Одетый в дорогой костюм из последней коллекции знаменитого модного дома. По его движениям была видна военная выправка, хотя движения были несколько неестественные, будто даже роботизированные.

Он по-хозяйски уселся напротив и начал что-то говорить. Я уже прошел через ползала, когда мне пришло уведомление.

Жена отца: Сядь за соседний столик. Мне нужно переговорить с бывшим коллегой. И сделай вид что мы не знакомы.

То, что у неё работа секретная, это я знал и это первый коллега за столько лет, сколько я её знаю.

Подслушивать не хорошо, но так уж вышло, что я сел прямо за спиной незнакомца.

— Ты все так же обворожительно выглядишь, — услышал я фразу и чуть не подавился. Кто-то смеет подкатывать к этой фурии?!

— Спасибо. Давно не слышала твоих комплиментов. Уже лет… двадцать?

— Как ты вышла замуж, так и пропала.

— Я вообще-то ребенка родила. Его ещё воспитывать надо, вкладывать силы, разговаривать, водить на всякие секции. В общем дел было невпроворот.

— И ты ни разу не навестила меня.

— Мог бы поступить как Тори. Приехать ко мне в гости. Познакомиться с моим мужем, с ребенком. Продолжить поддерживать общение.

— Ты ни разу мне не написала.

— Повода не было.

Мужчина говорил печально, жена отца — четко и однозначно. Не слышал я чтобы у Саманты был бывший или какой-то любовник. И судя по тому, что он пришел к ней, он давно во френдзоне. Бедный мужик.

— У меня полугодовой отпуск. Она сказала, что так продолжаться не может и что мне нужно вернуться в человеческое общество.

— Ого. Вот это ты трудоголик. Если уж тебя настолько отправили насильно, то полагаю, ситуация критическая.

— Именно это мне Самерхольд и сказал. Либо реабилитация, либо перевод в Б-корпус. И как видишь, я здесь.

— И даже не пьяный как матрос после рейса, — кинула шпильку жена отца.

— Хотел. Очень. А потом подумал, посмотрел на свою жизнь и решил, что пора что-то менять.

— Ого! И сотни лет не прошло. А, погоди. Прошло. Но я рада. Все же видеть тебя в будний день бритого, трезвого и в нормальной одежде — приятно глазам.

В этот момент мне принесли заказанное мной медовое пирожное с кофе. Так как я был голодный, а есть нечего — выбрал единственное сносное что я мог вообще заказать в этом кафе. Но надо отдать должное — кофе тут был отменным.

— Почему тогда я тебя не выслушал? Полчаса. Этого бы поменяло всё, — между тем продолжал изливаться мужчина.

— Ты всем был нужен. Тебе думать было некогда. Разбираться в себе и слушать внутренний голос. А я только этим и занималась. Под конец правда тоже была занята одним не в меру дерзким мальчишкой.

— Его ведь Самерхольд-старший убил. Пронзил ядро копьем и всё. Нет парня.

— Да? А что там за операция была, а то я не в курсе. Слышала только, что он погиб на какой-то миссии. О, мой клубничный тортик!

— Они с Самерхольдом-младшим полетели задерживать старшего. Для младшего это был экзамен, а Капитан играл роль Реле. Из-за рейда его боевые запасы, оружие, щиты — были истощены. Он полетел с синим щитом на миссию задержания? Представляешь?

— Плохо.

— Красных не было. Там вообще много чего из снаряжения полетело и не восстановилось. А миссия была серьезная. Старшего все-таки задержали, вытащили из капсулы. Ток он успел «Иглой» проткнуть парня.

— Его похоронили?

— Кремировали. Прах дома остался в мемориале.

— Доме… Цитадель действительно для тебя дом. А как же передать его прах семье? Племяннице, брату?

— Руководство решило, что это бессмысленная трата ресурсов перевозки.

— А что там со Стивом? — Перевела тему Саманта. — Я слышала общее, видела его как-то вусмерть пьяным, но подробностей не знаю.

— Сердце его выкинуло в разгар зачистки улья, когда мы наткнулись на кокон, и сбежало. Поймать до сих пор не можем и в ядро не пускает.

— А что за кокон так и не выяснили?

— Неа. Ученые чем только его не кололи, всё бесполезно. Так и заперли его в колыбели глубоко под землей и под десятками слоев защиты.

Я выпал из их разговора, потому что получил приглашение на выставку геймразработчиков. Туда должен прибыть Мэтью Гаус, мой любимый разработчик игр. В его игры я играл с детства, да и сейчас время от времени поигрываю в «Звездное ремесло», когда есть время. Самое занимательное, что чаще всего я лезу в уровень с тьмой и платформами посреди пропасти. Проходя их раз за разом, я как будто сам там прыгал. Настолько живым я себя чувствовал.

Открыв раздел акций и новостей, связанных с ними, я принялся изучать что купить. Вкусным выглядели акции оружейного концерна «Исток». Все из-за смерти Адама Джэкса, владельца концерна. Что интересно, он практически не появлялся на публике, возглавляя управления из своего секретного штаба. В этом плане интересно, что пару лет назад мир потерял похожего затворника, отличного конструктора Хоффмана, владельца частной конструкторской фирмы «Зенкару», которую концерн тут же поглотил.

Я так влился в новостной поток, что вздрогнул, когда Саманта рявкнула.

— Ты сумасшедший?!

Обернувшись, я наткнулся на её злой взгляд, тут же отвернулся и продолжил с виду читать новости, а на деле прислушиваться к их разговору.

— Увидев тебя, я окончательно решил. Мне нет места в Империи. Быть человеком не для меня.

— Ага, зато в компании Ксандра и его сестры самое то, — язвительно сказала Саманта. — Идиот! Ты понимаешь, что за такие слова тебя закроет не кто-то, а я.

— Ты же не…

— Я в проекте. В отряде «Бесконечность». И я обязана на тебя отреагировать и изолировать.

Саманта тяжело вздохнула. Знаю я этот вздох. После него весь дом начинает ходить по струнке.

— Я сделаю вид, что этого не слышала и сама разберусь с начальством. А ты делай то, что решил.

— То есть ты согласна?

— Согласна? Нет. Но я тебя знаю. И ты прав, тебе здесь не место. Правда я бы предпочла, чтобы ты летел на корабле, а не вот так.

— Я не смогу смирится, что потерял силу.

— Ты сможешь вернуться. Проекты развиваются. Орлы, Браксис, Алессуа. Уже есть успешные примеры пилотов. Почему бы тебе не дать себе шанс обрести семью и счастье?

— Тебя заменить никто не сможет.

— А тебя смогли. Так что подумай. В мире триллионы людей, одного человека то ты можешь найти для себя.

— Вряд ли.

Незнакомец встал.

— Рад был тебя видеть, Валькирия, — и сделал пару шагов к выходу.

— Дай хоть обниму на прощание, Кэллиан. Хоть ты и непроходимый идиот, но я надеюсь, что ты найдешь своё место в этом мира.

Саманта встала и крепко обняла мужчину. Глядя на мужчину мне почему-то стало его жаль. Он выглядел таким печальным и одиноким.

Ушел он быстро, не оглядываясь. И все же что-то такое было в его движениях. Чуть подумав, я понял, что так же ходят все пациенты левого корпуса. Есть у них что-то одинаково-роботизированное в движениях.

— Пересаживайся, сын мой. У тебя весь накопилось вопросов.

— Твой бывший? — Пересев к ней за стол, спросил.

Что примечательно, стоило мужчине уйти, как жена отца перестала выглядеть высокомерной сукой и даже была весьма расстроена. О чём говорил на три четверти недоеденный тортик, которых за раз она могла поглотить хоть десять кусочков, не оставив ни крошки.

— Если бы. Первая любовь, где я долго была во фрэндзоне. А потом встретила Джерала, вышла за него замуж, завела двух детей и жила долго и счастливо.

— Не родила?

— Так. Не приставай к словам, сын мой.

— Понял, о грозная жена моего отца. Так, а что с этим, — я показал на дверь. — Даже не потянуло вернуться к нему? А как же чувства?

— Ты что, моя подружка такими вещами интересоваться?

— А что мне отцу рассказывать?

— Сама расскажу, ему будет интересно. А так, нет, чувств не осталось. Ни сожалений, ни обиды, ни даже интереса. Закрылся целый этап жизни, можно выдохнуть и жить дальше. А то, что он там себе надумал, это его проблемы. Но мне его жаль.

— Почему?

— Он положил всю жизнь на благо Империи. Потратил невероятное количество лет, стал уникальным специалистом, командиром, лидером. Его любят, его восхваляют, им вдохновляются, ему посвящают стихи, песни, книги и сериалы. О нем рассказывают детям перед сном. В карьере он добился. А вот в жизни и просто в любви — пустота. И ему будет очень сложно найти того, кто сможет эту пустоту заполнить.

— Поэтому он пришел к тебе в надежде что ты сможешь?

— Я бы смогла. Лет десять-одиннадцать назад. Но именно тогда я сдалась, а твой отец «поймал момент». И менять всю прекрасную счастливую жизнь на то, чтобы сделать счастливым его — нет.

— А могла бы любовника завести, — пошутил я и поймал такой взгляд, что понял, ближайшие тренировки буду огребать очень сильно. — Всё, молчу.

— Во-первых, твой отец скорее бы устроил Кэлу несчастный случай, чем позволил завести мне любовника. Во-вторых, Кэл бы устроил Джералу несчастный случай, потому что привык быть главным везде и всюду. И в-третьих, хватит обсуждать мою личную жизнь.

— Ок. А что он такого сказал, что ты его сама готова сдать?

— В некотором роде это можно назвать предательством всего, что он выстраивал годами. Но я не осуждаю. Осуждаю, что этот идиот вместо того, чтобы сделать и поставить перед фактом, решил поделиться с тем, кто по за такие слова должен отправить его за лазеры. И вот как мне теперь перед руководством объясняться, я ума не приложу. Ладно. Всё. Закрыли тему с Кэлом и моей работой. А то мы и так тут наболтали при свидетелях на десяток лет. Ты чего такой хмурый. Как от Дормана вернулся, так и ходишь мрачнее тучи.

— То есть ты позвала меня, чтобы спросить об этом?

— Верно. И поесть тортики, — Саманта с грустью посмотрела на клубничный торт и подвинула его мне. — Ешь.

— Но я не люблю сладкое.

— А я не люблю, когда тортик остается. Настроения есть у меня нет, так что кто-то должен его съесть.

Тяжело вздохнув, я подвинул тортик. Он на удивление оказался не таким переслащенным, как медовый. А ещё очень вкусным. Так что умял я его очень быстро и даже закралась предательская мысль заказать уже себе.

— Так в чем проблема, Экелз?

— Сначала по всем документам я Маилз и все знают меня как Маилз, но ты продолжаешь меня называть наедине Экелз. Не кажется ли тебе это как-то… двулично?

— Ты от ответа не увиливай, сын мой, — она опять проигнорировала меня, как и всегда, когда дело доходило до некоторых вопросов.

— Мы поговорили с Дорманом. Лечение помогло. Но это максимум что он может дать. Вылечить и решить мою проблему точно могут в Т-Нуль-Пространстве, но оттуда не возвращаются.

— Не вижу проблемы.

— Что? В смысле? Мне придется бросить всё! Друзей, проекты, работу, дом, СЕМЬЮ ради чего? Ради призрачного шанса излечиться?

— Экелз. А что здесь тебя держит кроме семьи? Имею ввиду здесь, в Империи? Подумай над этим.

Я замер, потому что её слова и слова Кэла щелкнули в моей голове. А ведь все эти годы после травмы я что-то искал. Но даже имея огромные ресурсы семьи, так и не смог найти своё место. Работа в институте не покрывала те желания, те стремления, ту пустоту, что я пытался найти и заполнить.

Домой мы вернулись в молчании. Саманта не дергала меня, позволяя погрузиться в свои размышления. А думал я долго.

Утром, после пробежки, я как обычно вернулся на завтрак. Отец и мать сидели за столом и вот с первого взгляда я понял, что между ними что-то произошло. Пока я накладывал завтрак, сестренка Милли выцепила момент и прошептала мне на ухо.

— Мама и папа ночью ругались.

— А ты чего не спала? — Потрепал я её по голове.

— Я проснулась ночью и захотела молока.

— Такая большая, а всё ещё пьешь молочко?

Сестренка показала мне язык и убежала к себе в комнату.

Сев за стол, я даже к завтраку не успел приступить.

— Ты ведь не примешь предложение доктора, Маилз.

— А?

— Тебе не нужно никуда ехать. У тебя здесь есть всё. Семья, работа, карьера, перспективы и самое главное — безопасность. Девушку найти ещё успеешь. Ты молодой. У тебя всё впереди.

Я посмотрел на отца. Впервые на моей памяти его холодный профиль трескался под накалом эмоций из-за меня.

— Я ещё ничего не решил, — сказал, взяв кофе в руку.

— И всё же я настаиваю, чтобы ты остался и не рвался туда. Там не безопасно и…

— Джерал, — предупредительно сказала Саманта.

— Ты серьезно хочешь лишиться сына? — Прямо спросил отец свою жену.

Судя по тону, их ночной скандал ни к чему не пришел. И я почувствовал себя не в своей тарелке. В скандале виноватым я себя не чувствовал. Это они не сошлись взглядами. И тем не менее, дружелюбная и семейная атмосфера сейчас была подобна громовому небу.

— Я исхожу из интересов сына. Если ему так действительно будет лучше, то я готова смириться с тем, что он уйдет.

— Или из интересов работы?

— Работа тут не причем. Это исключительно моя позиция. И ты это прекрасно знаешь.

В этот момент я заметил, как активировались протоколы безопасности. Широкие панорамные окна закрыло толстой защитной переборкой. Двери закрылись.

А я так хотел успеть позавтракать до тяжелого разговора, но видимо не судьба.

— Видишь, в чем проблема, Экелз, — начала Саманта. — Ты, кушай-кушай. Я пока расскажу. Если ты уйдешь в Т-Нуль-Пространство, вернуться не сможешь. Это аксиома. Что такое Т-Нуль-Пространство? Другая реальность, время в которой течет в четыре раза быстрее. Здесь проходит десять лет, там сорок. Из-за специфики другой реальности, люди там живут в закрытых городах из-за враждебной внешней среды и выходят за пределы в защитных костюмах. Там есть свои опасности, много. Но там же есть и свои чудеса. Медицина там не в пример лучше, мир технологичнее. Там всё другое. В силу своей работы Джерал делает многие проекты через Т-Нуль-Пространство из-за ускорения времени. У нас проходит день, там четыре. Он знает многих ученых, сотрудников, знаком со всем советом Аргуссы и имеет своё влияние. Я работаю в финансовой сфере, заведую имуществом, фондами, акциями. В общем, если ты полетишь в Т-Нуль-Пространство, ты будешь богат, даже больше, чем у нас с твоим отцом в Империи. Всё достанется тебе. Это финансовая сторона. По рабочей — рекомендации отца и вот ты в интересном проекте. С работой всё решится. Направление Дормана и ты уже приписан к лучшей клинике, которая поможет справиться с твоим недугом. Я на это очень рассчитываю, но не обещаю. Но шансы там выше, да. То есть, по сути, чего ты там, а мы здесь лишимся, это тебя и нас. В этом у нас и случился раскол. Моё мнение — ты должен лететь, потому что тебе помогут. При этом мы будет тебе писать и ни за что тебя не бросим. Мнение мужа — там тебе могут и не помочь, и ты останешься в той же ситуации, что и сейчас, только нас уже рядом не будет. Думай, сын мой. У тебя чуть меньше двух месяцев.

Глава 3

Империя

Столица Антилиада

Центральный космопорт

В зале ожидания космопорта было шумно и многолюдно, но мы его проскочили, уйдя в вип-зал. Здесь было тихо. Из людей были только пожилая пара, сидящая ко мне спиной, и молодой мужчина с красивой девушкой. Они сидели за столиком для четверых, пили кофе, ели десерты и что-то тихо обсуждали.

— Может передумаешь? — Отец не оставлял свои попытки меня переубедить. — Мы ещё можем вернуться домой.

— Нет. Я всё решил.

Сестра громко расплакалась, и я взял её на руки.

На душе скребли кошки. Уходить и знать, что больше никогда их не увидишь, это было тяжело. И тем не менее я все твердо взвесил. Решающим стали слова Саманты, что я как будто не нашел здесь себе место. Я месяц над ними думал и пришел к выводу, что она права. Все же когда она не строит из себя боевую единицу, а играет роль матери, она становится мудрой женщиной, а её советы оказываются к месту.

— Тогда удачи, Маилз. Где-то через пять дней мы с Милли запишем тебе сообщение и потом будет писать каждый день. Отвечай по возможности как можно чаще.

— Конечно. Милли, ты же будешь мне записывать видео?

— Нет, — надулась сестренка.

Я только улыбнулся, понимая, что она злится. Она вообще не хотела меня провожать, показывая таким образом свою обиду. Саманта говорила с ней больше часа, но в итоге уговорила приехать.

— А я тебе буду записывать. Румтур устроить?

— Нет! Я все равно смотреть не буду.

Трое взрослых понимающе улыбнулись.

— Джерал, Саманта, — к нам подошел парень.

Высокий, со смазливым лицом. Такого чуть приодеть и можно за девушку принять.

— Ого какие люди, да не в броне. Ты бросил свой зоопарк, Алекс? — Саманта потрепала его по волосам.

— Временно. Провожаем бабушку с дедушкой. А вы?

— Сына провожаю, — приобняла меня жена отца.

— У вас есть сын? — Удивился парень. — Никогда не слышал.

— Потому что я его хорошо скрывала. Но птенец вырос и пришло время выпорхнуть из гнезда, — картинно вздохнула она. — А сами чего не летите?

— Тот же вопрос и к вам. Слышал, в ближайшие десять лет больше кораблей не будет, а дальше под вопросом.

— Меня муж не отпускает. Говорит, его дом в Империи.

— У нас та же причина. Да и потом для Миранды вся эта возня и битвы — не по вкусу. Ей куда интереснее заниматься светскими делами, устраивать сходки с подругами, шоппинг и вот это всё.

— А ты значит, отдуваешься за всех, — усмехнулся отец.

— Так вышло. Что ж, был рад увидеться впервые за много лет. Не знаю, когда теперь в следующий раз я покину саркофаг. Но надо будет как-нибудь поужинать вместе. У меня есть несколько вопросов к тебе, Саманта.

— Я могу прийти к тебе в зоопарк где-то через Имперский месяц.

Глаза парня округлились.

— Ты вернулась в проект? Вот это новость! А почему я ничего не слышал? Или ты не так давно?

— Я и не уходила. Только на время беременности.

— Но я о тебе ничего не слышал… — на его лице проступило понимание. — Понял. Больше не спрашиваю.

Парень внимательно посмотрел на меня, потом на Саманту.

— Был рад увидеться.

— Ага, и мы.

Он ушел, оставив меня с новыми вопросами, вдовесок к старым, которые давно были в моей голове. И скоро я их задам.

Время бежало неутомимо, так что, постояв ещё пять минут мы попрощались с сестрой и отцом окончательно.

— Главное — не теряй себя, — похлопал меня по плечу отец и забрал сестру. Та, рыдая, махала мне в след, когда я проходил турникет, отделяющий зал от зоны выхода на посадку в транспортник, который доставим меня напрямую в материнский корабль, висящий на орбите, где я лягу в капсулу криосна, а проснусь уже в Т-Нуль-Пространстве. До самой капсулы меня будет провожать Саманта, у которой, внезапно, есть пропуск туда. Впрочем, учитывая, что они оба работают с Т-Нуль-Пространством — не удивительно. Гораздо интереснее то, что у неё допусков больше, чем у отца.

В транспортнике к нам присоединилась пожилая пара и я с большим изумлением смотрел на входящего Мэтью Гауса со своей супругой.

— Саманта, ты с нами? Вот это новости, — удивилась супруга Мэтью Гауса.

— Нет. Маилза провожаю.

Женщина со строгим лицом впилась в меня сканирующим взглядом, от которого мне стало не по себе.

— Маилз… Приятно познакомится. Аманда Гаус. А это мой супруг — Мэтью.

— Рад знакомству. Я фанат «Звездного ремесла», --- обозначил я.

— Да? И что тебе там больше всего понравилось?

Саманта время положила мне голову на плечо и задремала. А может просто делала вид. Супруга Мэтью достала наушники, закрыла глаза и что-то слушала.

— Вы же забросили разработку лет тринадцать назад. Планируете возвращаться? Все ждут вторую часть и я, признаться, тоже.

— Нет. Второй части не будет.

— Да почему? Легендарная же игра!

— Скажем так, первый сюжет игры я видел отчасти, картинами, реперными точками. И некоторые картины настолько…. пугающие, что я сознательно перестал их видеть и ушел из проекта.

— Не понимаю. В смысле сознательно перестали видеть?

— У нас на Аргуссе, во Фрее, дом. Позвони как освоишься, выберем вечер. Придешь к нам в гости на ужин, и я тебе всё объясню. Хотя, к тому моменту часть вопросов отпадет сама по себе. А как тебе уровень с пропастью и тьмой?

— О, это мой самый любимый уровень. Я его проходил сотню раз.

Дальше разговор снова вернулся к обсуждению игры и как-то время пролетело. Полет занимал около часа со всеми взлетами, ожиданиями, стыковками. И весь час мы с моим кумиром проболтали на тему игр. Разговор продолжился и когда мы вышли из транспортника и закончился только, когда пришло время разделяться на секции в капсулах.

— Ждем на ужин, Маилз. Обязательно приходи. И просто так приходи, если будет тяжело влиться в этот мир, — на прощание сказал, внезапно, Аманда Гаус. — Двери нашего дома всегда открыты для тебя.

Мы разделились. И меня начали одолевать подозрения, когда основной поток пассажиров начал пропадать, а мы всё шли и шли по пустым коридорам, соединяющимися друг между другом мощными гермодверьми, сейчас открытыми.

— Мы точно правильно идём?

— Ты сомневаешься в моём навыке топографии? Так надень очки, тебе уже должны были прийти координаты твоей капсулы.

Достав из кармана куртки очки, я послушал её совет. И действительно, виртуальный указатель вел в том же направлении.

— Мне кажется это странным. По плану капсулы в той стороне, — я указал назад.

— Не все. Некоторые в этой части корабля. И ты «по счастливой» случайности оказался здесь.

— Где-то здесь зарыт подвох.

— Нет подвоха. Обычная капсула для криосна. Признаюсь, тоже удивлена что тебя определили в этот отсек. Обычно здесь не технический, а капсульный отсек. Но чертежи корабля поменялись и то, что появилось эта техническая часть взамен сниженного количества пассажиропотока для меня удивительно. Обычно корабль для колонизации вмещает сто тысяч человек. Сейчас — всего пятьдесят.

Путь был не близкий и, если бы не навигатор, я можно было легко потеряться. Но мы дошли. И у меня снова закрались подозрения, но я пока не понимал, что к чему.

Помещение было циклопическим. В него легко поместились бы четыре стадиона. В центре находилось огромное паукообразная конструкция, полностью закрытая плоскими пластинами. Она уходила вверх, и там разрасталась подобно дереву. Сейчас насколько я видел, чтобы это ни было, оно не работает и находилось в выключенном состоянии.

Моя капсула сиротливо стояла совсем рядом со входом и казалась тут лишним элементом. Тем не менее, она точно была моя. Навигатор и Саманта вели меня именно к ней.

Капсула была вытянутой, прямоугольной. Закругленные грани изготовлены из сверхпрочного металла, а плоскости из толстого, темно-синего полупрозрачного стекла. подходя к вытянутой, прямоугольной капсуле с закругленными гранями.

— Мы ведь больше не увидимся. Почему бы тебе честно со мной не поговорить? — Начала я разговор, который планировал не первую неделю.

— Как будто я с тобой честно не говорила. Что тебя интересует.

— Я ведь твоя работа? Тебя кто-то заставил меня усыновить?

Спросил, глядя в глаза. И получил честный ответ.

— Мне предложили первой и заодно показали список людей, кто займется тобой в случае моего отказа.

Я горько усмехнулся. Все же подозревать и знать это разное.

Бездна! Я действительно искренне считаю их семью своей и ценю всё, что они для меня сделали. Но оказывается, я мог оказаться в другой семье и получить совершенно другой опыт.

— Спасибо за честность. Что ж, в капсуле подумаю, как на это реагировать.

Вопросов у меня было много, но все они в моменте перестали иметь какое-либо значение.

Однако, Саманта продолжила:

— А так как мы были с тобой знакомы до нашей встречи в больнице, то я решила сначала посмотреть на то, что с тобой стало.

Вот теперь я удивленно посмотрел на неё.

— Когда это мы успели познакомиться?

— В те полгода, что ты не помнишь.

— То есть ты знаешь, откуда у меня травма и почему я ничего не помню?

— Откуда травма — могу только предполагать. Высокая секретность даже для меня. Почему не помнишь, причину знаю, но сейчас сказать не могу. И так выпросила чтобы хоть часть вещей можно было тебе сказать, а не держать подальше от всего, что связано с Т-Нуль-Пространством.

Я слушал её и в голове мир переворачивался. Значит, она не специально скрывала всё от меня, а из-за секретности. Что же это за проект такой, сверхсекретный? Как я в него попал? И чем заслужил то, что меня предложили усыновить столь влиятельной семье?

— А изменение внешности это…

— Моя прихоть. Я решила, что так будет лучше для тебя. Стереть всё и дать тебе новую жизнь. По инструкции было только изменение имени, фамилию можно было оставить, дать мою или мужа. Но я была несколько неадекватной в момент принятия решения, так ты и стал Маилзом Эхрионом, зеленоглазым блондином с глубоким, бархатным голосом. А потом менять что-то было уже поздно, — Саманта с нежностью провела тыльной стороной ладони по моей щеке.

— А Экелзом зачем тогда меня звать?

— Протест против системы. Тебе и так приходилось нелегко в то время. Никто кроме тебя не должен решать, как тебя звать. Я не хотела, чтобы ты забывал, кто ты.

— Ага, а внешность — значит можно, — пробурчал я, скорее по привычке.

— Всё обратимо. Год и твоя внешность вернется. Поэтому нужны были все эти регулярные процедуры поддержки. На самом деле я рада, что ты уходишь в Т-Нуль-Пространство. Там ты можешь узнать всю правду. Там ты можешь стать кем хочешь. Режим секретности будет висеть ещё год по Т-Нуль-Пространству. Всего лишь три имперских месяца и я смогу тебе рассказать всё, что знаю и скрывала. Впрочем, уверена, что к тому времени ты и сам узнаешь многое из своего прошлого. А пока переданные по тебе данные будут на Маилза Эхриона, сироту, росшего в приюте Серпентхольма до четырнадцати лет. Дальше информация повреждена. Никто не будет знать, ни твой опыт работы, ни образование, ни то, что ты мой сын и много чего ещё.

— И зачем это всё?

— Искренне надеюсь, что, когда к тебе вернется твоя память ты всё поймешь и потом уже пояснять будешь мне. Потому что у меня тоже много вопросов касательно тебя и того, что послужило твоей травмой.

Мы замолчали. Мне требовалось время, чтобы переварить. Значит, те полгода, что я не помню, я не был в коме, а занимался чем-то, был знаком с Самантой и ещё неизвестно с кем. Что было — говорить пока не хотят, высокий уровень секретности и, судя по всему, меня прям направляют в Т-Нуль-Пространство.

— Значит, полет туда это тоже часть задания?

— Нет. Мне инструкций на этот счет никаких не давал и все мои слова на этот счет исключительно мои соображения на твой счет, а твой выбор — только твой выбор. Есть некоторые моменты, которые меня смущают, но я их озвучивать пока не буду. Спадет режим секретности, тогда я с тобой поделюсь своими мыслями.

Мы снова замолчали. Так странно, что Саманта впервые говорит со мной настолько открыто. Я пытался задавать эти вопросы и раньше, но она их либо игнорировала, либо отшучивалась, либо отправляла меня тренироваться. Но за все эти годы она ни разу мне не солгала, как и отец.

— Отец тоже знает обо всём этом?

— Нет. Он же сидел в институте и занимается проектами. Хоть и имеет понимание несколько больше, чем ты. Когда мне предложили усыновить тебя, я поставила Джерала перед фактом, что мы летим за сыном и это не обсуждается. Он принял это. Даже легче, чем я могла предположить.

— И какого это — воспитывать чужого ребенка, которого тебе навесили?

Ответом было резкое, на грани видимости движение и затем обидный удар по затылку.

— Сын мой, ещё раз услышу фразу про чужого ребенка — тебе не понравится. Понял? — Прозвенела сталь в её голосе.

— Понял-понял, — говоря это, я чувствовал облегчение.

Обрушившаяся правда меняла картину мира и многое открывала. Но одно осталось неизменным. Семья, что подарили мне Джерал и Саманта — настоящая. И болящий затылок был лучшим этому подтверждением.

— Касательно твоего вопроса. В тот период мне было очень сложно. Непривычная жизнь. Мужчина, к которому я только начала привыкать. Ребенок, которого предстояло родить. И сын, проблемы которого нужно решить. И всё на фоне того, что с моим организмом происходило что-то не то. В общем, я там с ума сходила местами. Пришлось экстренно брать себя в руки и перестраивать всю жизнь. Получилось, что получилось и я ни о чём не жалею. Ни о сыне, ни о муже, ни о дочери.

— Это… радует. Потому что первые два года в семье я помню смутно. Меня в такой круговорот закинуло. Тренировки, учеба, лечение и вечерние разговоры, что поспать и поесть было единственным, что хотелось больше всего.

— Если бы я не сделала такой жесткий график для нас всех — не представляю, как бы все вытащила. Сама первый год действовала скорее как робот, потому что надо, а не потому что хочу. Но этот период остался в прошлом.

Снова замолчали. Оставались последние минуты, когда мы можем вот так говорить. Персонал уже зашел в помещение и начал настраивать капсулу, а охрана в экзоскелетах встала у дверей, чтобы проводить провожающих и убедиться, что безбилетников нет.

— Как мы впервые познакомились? — Поинтересовался я.

— Я шла бить Кэла, потому что надо было решать вопросы с моим уходом, а он всё не просыхал. Но дверь открыл ты.

— То есть, ты специально меня в больнице ударила?

— Ага. Думала, мало ли, вспомнишь меня. Вспомнил не ты, вспомнило тело и заблокировало удар прежде, чем ты понял. Но вот в твоей голове увы пусто.

Охрана позвала Саманту, указывая, что время закончилось.

— Иди сюда, Экелз.

Мы крепко обнялись. Какая же она все-таки маленькая и хрупкая. Внезапно на моей шее что-то застегнулось.

— Это мой подарок тебе. Что бы, когда будет тяжело помнил, что ты в этом мире не один.

Подарком оказалась толстая цепочка из странного материала на которой висел толстый круглый синий кулон со знаком бесконечности.

— И последнее, что я хотела сказать. Четыре месяца. Не влезай пожалуйста никуда. Мне нужна реабилитация, плюс хочу поддержать Джерала и Мили из-за того, что ты ушел, дела доделать, решить вопросы с твоими деньгами и недвижимостью. Там, в Т-Нуль-Пространстве, у тебя на счете уже лежат деньги, эквивалентные сумме твоего наследства тут, плюс недвижимость коммерческая и некоммерческая, акции в некоторых компаниях, фондах и группах. Они оформлены на имя Экелза Донава и ты можешь получить к ним доступ в любой момент. Об этом не переживай, я отслеживаю лично этот момент. Дальше. На твоем счету, Маилза Эхриона, лежит сумма меньшая, но на год жизни хватит. На месте решишь и с внешностью, и с фамилией-именем. Захочешь, возьми фамилию Картер. Джерал не говорил, но он очень надеялся, что ты её возьмешь. Так же держишь подальше от всего, что связано с проектом «Механоид». Ни к чему тебе туда. Обходи Ксандра и всего что с ним связано десятой дорогой. Не лезь в Призрачную стражу и её область интересов. Туда же идет весь Браксис-4 во главе с Кроуфордом. И не ищи своего брата. Хотя бы год. Восстанавливайся, лечись, я буду следить за твоим состоянием. Очень хочу, чтобы ты вспомнил всё.

Её речь обрушилась на меня целым шквалом, и пока я попытался прогрузить поступившую информацию, Саманта оказалась за дверьми и под охраной.

— Ещё увидимся, сын, — помахала она мне на прощание.

— Пока, мама.

Саманта резко остановилась развернулась.

— Я не расслышала. Повтори!

Она бы и хотела зайти ко мне, но охрана взяла её под руки, а двери начали закрываться.

— Экелз! — Это было последнее, что я услышал, когда двери закрылись.

Дальше меня попросили лечь в капсулу, убрали все личные вещи, коих был небольшой рюкзак, в специальный контейнер при капсуле. Туда ушел и адаптатор и очки и кулон.

Лысый высокий мужчина в лабораторном халате посмотрел прямо в глаза, похлопал по плечу.

— Твоё нахождение в капсуле будет дольше, чем у остальных. Дней на пять-десять.

— Что? Почему? — Я попытался встать, но мне уже вкалывали снотворное в руку.

— Увидимся в Нулевке, Экелз, — последнее что я услышал, прежде чем погрузится в искусственный сон.

Тук-Тук.

Раздражающий стук над головой все никак не прекращался, вытягивая меня из темноты сна.

Тук-тук.

Медленно, очень медленно, я открыл глаза, чтобы увидеть над собой здоровенного робота. На его зеркальном шлеме расплылось желтое пиксельное улыбающееся лицо.

— Привет, чук. Рад тебя видеть в Нулевке.