Механик

Глава 1

Болгарка со стуком легла на верстак, Свен подергал зловредную железку. Качается, стало быть, осталось спилить совсем немного. Главное – не пропилить лишнего, со сваркой заводиться нет ни малейшего желание. Это ведь возня, куда хрен нормально подлезешь. Чёрт бы побрал того придурка на погрузчике! Не мог найти другого места, чтобы сдохнуть?!

Свен поправил очки и снова взял в руки болгарку, ведь работа сама себя не сделает. Обреченно вздохнув, он прогнал в памяти события, которые привели вот к этому вот всему.

Неделя с самого начала пошла наперекосяк. Весна в этом году выдалась на удивление холодной. На понедельник обещали заморозок, что автоматически означало вынужденный выходной: греть полтора кубометра технической воды в асфальтовой фрезе никто не станет. В связи с этим, Свен позволил себе в воскресенье вечером расслабиться с друзьями, честно надеясь отоспаться в неплановый выходной. Но не тут-то было!

Телефон завыл сиреной, сопровождаемой истошным воплем «Ахтунг! Люхталярм!», воем падающих бомб и звуками взрывов. Чуть не свалившись от неожиданности с кровати, Свен с пятой попытки нащупал проклятый аппарат, посмотрел на время на экране, длинно и грязно выругался, но всё же ответил на звонок. На другом конце линии был главный муниципальный инженер, тот, кто руководит работами со стороны заказчика. В сей предрассветный час звонил он с целью сообщить об отсутствии ночных заморозков и наличии достаточно хорошей погоды для продолжения дорожного ремонта. Другими словами, сон откладывался минимум до вечера, сейчас же требовалось срочно подниматься, приводить себя в порядок и ехать почти сотню километров до места.

Свен бросил телефон обратно на тумбочку и снова длинно нецензурно выругался. Досталось всем: и друзьям на вчерашней попойке, и кретинам метеорологам, и самому себе за такой идиотский рингтон для срочных вызовов по работе. Побудка в половине пятого утра ещё никого не делала добрее, особенно если лег спать в полпервого!

После холодного душа и чашки кофе он более-менее пришел в себя, натянул рабочую одежду и двинулся к машине. Пять минут езды, взять в конторе ключ от грузовика и «пятидесятки», то есть полуметровой асфальтовой фрезы, и в путь.

Час на дорогу, четыре часа работы, еще два часа по шоссе через полстраны, опять три часа работать, и можно домой. Загнав трейлер с фрезой на стоянку у конторы, Свен заскочил по дороге домой в «типа-итальянскую» забегаловку (где работали сплошь марокканцы) и купил толстый пирог «кальцоне»: на то, чтобы готовить, не осталось ни малейших сил, ни физических, ни душевных: завтра снова ни свет, ни заря вставать придется.

Во вторник работать предстояло на одной точке, шел ремонт крупной развязки в окрестностях Роттердама, гигантские неповоротливые «4200» главного подрядчика снимали основную часть старого асфальта, но не вписывались в многочисленные изгибы и повороты. Зато куда более компактная и маневренная полутораметровая машина Свена прекрасно справлялась с подчисткой углов и краев за своими «старшими братьями».

Проблемы начались, когда дорожные работы дошли до много лет назад закрытой автозаправки. Под тонким слоем асфальта обнаружились не указанные в плане бетонные конструкции, выглядевшие сверху, как закопанные кубические тумбы. Выдрать их из грунта не представлялось возможным, срезать же большими фрезами никто не решился: риск повредить резцы был слишком велик. Сроки поджимали, поэтому Свен позвонил в контору и вызвал маленькую полуметровую фрезу. Через час приехал его двоюродный брат Марко на трейлере, Свен взобрался за руль маленькой красной «пятидесятки» и начал слой за слоем снимать бетон. Закончил он только когда окончательно стемнело. Тут всплыла новая проблема: на грузовике, который привез полуметровую фрезу, сработала ошибка АБС, из-за которой мотор отказался заводиться. Почти два часа ушло на то, чтобы дозвониться до техподдержки «Вольво» и дождаться технички. Приехавший мастер подключился к бортовому компьютеру грузовика, сбросил ошибку и благополучно уехал, сопровождаемый нецензурными ругательствами Свена и его брата. Ну где это видано, чтобы новый грузовик, всего месяц, как с завода, отказывался ехать по причине непойми какого сбоя электроники? Короче, домой удалось попасть уже за полночь.

Следующее утро было посвящено ругани с дилером «Вольво» по поводу грузовика. Разговор начался с продавцом, с которым Свен подписывал контракт на покупку машины, продолжился с начальником дилерской конторы и плавно перешел к начальнику фирмы-импортера. Вроде, договорились. Грузовик увезли на сервис, обещали вернуть на следующий день.

Хорошо, что дорожные работы в среду были почти рядом с домом, там Свен на полуметровой машине выравнивал бетонную подложку на строящейся развязке-тоннеле под железной дорогой.

Разумеется, грузовик так и не исправили. На сервисе заменили тормозные цилиндры, колодки и сенсоры, перепрошили компьютер и сделали ещё что-то по мелочи, только проблема никуда не делась. Ошибка плотно засела в глубине электронных мозгов и отказывалась уходить. Спасибо индийским программистам, чтоб им карри насмерть подавиться! После получасовой ругани с дилером Свен получил грузовик той же модели на замену, разве что с зелеными номерами типа для тест-драйва. Хорошо, что работа предстояла только после обеда, проблемы с грузовиком не нарушили график.

Впрочем, Свен рано радовался. Сев за руль второго грузовика, на трейлере которого стояла «пятнадцать сотен», он обнаружил, что тахограф не желает включаться. Прибор не подавал признаков жизни.

Свен выскочил из кабины и во весь голос заорал «АААААААААААААА!!!!», распугав стаю сорок с деревьев за забором. Ну что за невезуха?! Штраф от 16 тысяч евро и выше за езду с неработающим тахографом платить категорически не хотелось! Как только чуть успокоился, он отцепил трейлер от грузовика и стал прицеплять его к тому, что дилер дал на замену. Вроде, и провозился не долго, но чуть не опоздал к заказчику. До кучи поднялся ураганный ветер, и дождь полил, как из ведра, пришлось раньше времени сворачиваться.

Утро пятницы порадовало ярким солнцем, ясным небом и полным отсутствием ветра. О прошедшей вчера буре напоминали только отломанные ветви деревьев, которые задуло на проезжую часть. Первую половину рабочего дня Свен убирал старый асфальт с дорожек вокруг перестраиваемого под жилье комплекса бывших казарм. Управился на полтора часа раньше графика и двинулся на следующую точку, большую реконструкцию развязки. Переменчивая голландская погода снова начала портиться, облака затянули небо, поднялся ветер, упали первые редкие капли дождя.

Положенные по графику работы успели завершить как раз к началу ливня. Свен загнал фрезу на платформу трейлера, поднял и закрепил правую сходню и только принялся за левую, когда проезжавший мимо фронтальный погрузчик резко вильнул в его сторону и врезался в самый край трейлера ковшом. Чудом успев нырнуть под край платформы, иначе его бы расплющило многотонной машиной, Свен в полном офигении смотрел, как погрузчик снес правым краем ковша борт стоявшего дальше асфальтоукладчика и нырнул в кювет.

Со всех сторон сбежались дорожные рабочие, Свена вытащили из-под трейлера, стало сразу шумно и людно. Из кабины погрузчика извлекли водителя. Как из-под земли появилась полиция, которую обычно часами надо ждать, приехала скорая. Водителя в черном мешке увезли в больничный морг, сказав, что у него инфаркт. Началась стандартная рутина, положенная при авариях и несчастных случаях: заполнение формуляров, составление и подписание протоколов и прочее.

Когда суета закончилась, Свен долго чесал затылок на тему того, что теперь делать с поврежденной сходней: железяку буквально вбило краем в торец заднего борт трейлера, на месте поправить это было невозможно. Ехать в сумерках под дождем с торчащим на уровне груди двухметровым рельсом-переростком тоже не улыбалось: въедет сзади какой-нибудь слепой идиот, убьется, а тебе отвечать. В итоге, стребовав у полицейских рулон кислотно-желтой ленты для ограждения мест преступления, он обмотал ей торчащую сходню, справедливо полагая, что если кто не заметит ЭТО, то Дарвин ему судья, и сел за руль.

Наверное, весь запас неудач был исчерпан, так как доехать до конторы получилось без единой задержки, еще и дождь прекратился.

Свен подал заднюю частью трейлера в гараж под крышу и осмотрел масштабы катастрофы. Если бы в понедельник не надо было ехать через полстраны сразу на двух трейлерах, он бы поручил ремонт кому-то другому, страховка всё оплатит. Только ждать несколько дней, пока вытянут гнутый металл и вернут работоспособность сходне, возможности не было. Придется чинить самому.

Правильно приспособленный домкрат творит чудеса, сходню расклинило. Теперь надо было снять ее совсем поправить петли на платформе, да поставить сходню обратно. Левый палец из двух, на которых она держалась, Свен выбил без проблем, второй же вышел наполовину и уперся шляпкой в балку заднего борта. Пришлось брать болгарку и резать эту дурную железяку.

Трейлер качнулся: это кто-то из работников снял «пятидесятку» вилочным погрузчиком, чтобы переместить машину под крышу и провести техобслуживание. Свен недовольно поморщился и снова приложил отрезной диск болгарки к закаленной углеродистой стали пальца, производя целый водопад ярких искр. Он не видел, как вилочный погрузчик слишком сильно сдал назад и зацепил стойку стеллажа. Шестиметровый вертикальный швеллер повело, стеллаж накренился и начал складываться, с верхнего яруса вниз посыпались набитые старым железным хламом ящики. Что-то тяжелое отскочило в сторону и обрушило стойку с газовыми баллонами на бетонный пол. Кран баллона с ацетиленом с размаху ударился обо что-то и отломился. С диким ревом струя газа под давлением в три сотни атмосфер отправила баллон ракетой в полет через весь гараж в дальний угол, где стояли бочки с краской, маслом и прочим подобным. Всё бы обошлось, если бы в этот самый момент из-под отрезного диска болгарки в руках Свена не вырывался целый факел искр. Ацетилен ослепительно полыхнул, превращая пространство вокруг в локальный филиал ада. Что-то взорвалось среди бочек с маслом, заливая всё вокруг огненным дождем. Свен рванулся было через огонь наружу, но запнулся кломпом* обо что-то и упал на россыпь острых железок, даже через боль от горящих рук и ног чувствуя, как острое железо пронзает его грудь. Сверху что-то тяжелое обрушилось ему на спину, ломая позвоночник и ребра и вгоняя острую железку в легкие и сердце. «Ну вот и всё», была его последняя мысль.

*) Кломпы – национальная деревянная обувь в Нидерландах. Очень часто используется в качестве рабочей обуви.

Глава 2

Сознание возвращалось постепенно. Сначала появилась боль в руках: запястья саднили, мышцы тянуло, пальцы затекли и почти отнялись. Затем он почувствовал жар на коже, не иначе, от ожогов. Свет пробивался сквозь склеенные веки, что никак не хотели разлепляться, руки же его не слушались. Новая вспышка боли: кто-то схватил его за волосы и встряхнул голову. Момент, за какие волосы? Свен всегда стригся машинкой, оставляя не больше сантиметра на голове, откуда волосы взялись? От рывка разлепился правый глаз, он посмотрел на мир, и мир ему категорически не понравился.

Начать с того, что за волосы его держал здоровяк негр, на фоне которого любой из встреченных до сих пор бодибилдеров потерялся бы. Хотя нет, не негр это. Кожа темная, но с зеленоватым отливом, волосы прямые, черты лица европеоидные. Скорее, это индус какой-то темнокожий. Типаж, как в сериале про Сандокана.* Надета на нем хламида невозможной расцветки «лопни мои глаза», в руке затейливой формы резная дубина, другой же рукой негро-индус держал Свена за волосы.

***

*) Сандокан – здоровенный верзила индус, мастер симитара и прочего колюще-режущего, вечно спасающий влипших в очередной блудняк британских колонизаторов. Герой одноименного сериала производства британского телевидения.

***

-Отпусти, придурок! Совсем охренел?! – заорал Свен.

Негро-индус опешил, выпустил волосы из пальцев, выдал длинную фразу на зубодробительном хрипяще-рычащем языке, сопровождаемую замысловатыми пассами дубинкой, и отошел.

Что за фигня? Свен повертел головой и окончательно перестал понимать происходящее. Он стоял, вернее, висел, будучи растянутым за руки между стволами двух похожих на пальмы деревьев. Грубые лохматые веревки ободрали запястья, пальцы он почти не чувствовал. Ноги были расставлены в стороны и тоже притянуты к тем же деревьям. Свен распрямил ноги, чтобы не висеть на руках и скривился от разом хлынувшей пульсирующей боли в кистях, когда в них начала поступать кровь, как только ослабло натяжение веревок. Пейзаж вокруг напоминал саванну, как в передачах про Южную Африку: похожая местность с аналогичной растительностью. Свен присмотрелся к самому себе и окончательно выпал в осадок: кожа его имела точно тот же черно-зеленый цвет, как и у того пацана с дубиной, полное отсутствие одежды этот момент особенно хорошо подчеркивало. Обжигающие лучи солнца на голой шкуре также этот момент подтверждали.

Приплыли! После пожара в гараже его привезли в ожоговое отделение и накачали опиатами по самые брови, до галлюцинаций.

-Я под препаратами и мне всё это кажется, - сказал он вслух.

Тут к нему подскочил всё тот же негро-индус, дернул за нижнюю челюсть и просунул между зубов палку, сноровисто зафиксировав ее обернутым вокруг головы шнурком. Негро-индус выдал очередную зубодробительную фразу, однако на сей раз ее смысл как-то дошел до сознания: «ты у меня больше не поколдуешь, проклятый Носорог! Попробуй теперь произнести хоть одно заклинание!»

И тут на Свена разом обрушился поток картинок, звуков, ощущений. Целый водопад! Голова закружилась, и он исключительно огромным усилием воли удержался на ногах, а не повис снова на веревках. Вскоре мельтешение прекратилось, наступило осознание, пусть и частичное.

Он находится на Черном Истоке, что бы это ни значило и где бы ни находилось. Часть света, и ладно. Он – Крацин, воин и охотник племени Носорогов, которое только что проиграло решающую битву с племенем Огненных Волков. Вражда между племенами была столь ожесточенная, что победители никого не взяли в рабство, убив всех пленных и плюнув на выгоду от работорговли. Из всего племени в живых осталось лишь трое: шаман и два воина, вон Дагмар, второй воин между соседними пальмами в той же позе висит. На закате их начнут вдумчиво пытать, а когда Луна поднимется в апогей, сожгут заживо на медленном огне. Здесь так принято. Впрочем, есть и другие варианты, от одной мысли о которых Свена бросало в холодный пот даже под палящим солнцем. А ещё Крацин был не человеком, а Урук-Хай. Орком, говоря по-простому. Равно как и негро-индус в пёстрой хламиде, который был местным шаманом.

Целый пласт информации проваливался постепенно в голову Свена, понемногу рассортировываясь по полочкам.

Вот уж попал, так попал! Не успел сгореть один раз, как его собираются сжечь вторично! Причем и в первый раз не понравилось категорически, Свен не отказался бы этот болезненный опыт не повторять! Только деваться некуда: даже если получится каким-то волшебным образом избавиться от всех четырех веревок, совсем недалеко маячат бдительные воины Огненных Волков с длинными копьями и дубинками. Не сбежишь. Днем точно не сбежишь. В сумерках или ночью можно было бы попробовать, только всё это без малейшего толку. Сплетенные из жестких растительных волокон веревки не порвать, резать же просто нечем!

Свен стоял, время от времени меняя позу и дергая конечностями, чтобы тело окончательно не затекло, пытаясь хоть как-то прикрыться от палящего солнца. Даже для дубленой и ко всему привычной шкуры Крацина вот так стоять на солнцепеке было слишком. Палка между зубов не давала закрыть рот, пересохший язык еле шевелился. Жажда сводила с ума, Свен уже начал думать о предстоящих пытках и смерти, как об избавлении. Солнце мучительно медленно двигалось по небосводу, и тень от кроны дерева справа от Свена, наконец-то, дошла до него, дав временное облегчение. Тут снова появился негро-индус, то есть, орк в вырвиглазной одежде, окруженный десятком ребятишек. Шаман раздал им гладкие прутья без коры, похожие на ивовые, и указал пальцем на Свена, напутствовав: «по двое, по голове и между ног не бить!». Началась экзекуция.

Свен рычал, орал и дергался, только ничего поделать с медленным методичным избиением был не в силах. Каждый удар старательно наносился так, чтобы причинить ему как можно больше страданий, не повредив при этом ни кожу, ни внутренние органы. К тому моменту, как детям это занятие наскучило, и они ушли, казалось, прошла вечность, хотя в реальности не больше часа. Высеченное тело горело, сознание плыло, в голове же была только одна мысль: «убью тварей, зубами загрызу!». Потом пришли женщины, на фоне которых дети-садисты показались милыми ангелочками. Сволочь шаман стоял рядом и присматривал, чтобы пленника совсем не убили раньше времени, давая советы, как лучше отбить жертве мышцы. Тварь!

Солнце коснулось далекого горизонта, когда Волки под руководством шамана соорудили непонятные конструкции на открытом пятачке в полусотне метров от Свена. Сзади раздался шум и рык, шестеро Огненных Волков тащили голого напрочь татуированного орка, во рту которого была такая же палка-кляп, как и у Свена. К тем конструкциям его и приволокли. Следом, чтобы не пропустить ни секунды занимательного зрелища, сбежалась целая толпа, визжащая от предвкушения. Плохо им без телевизора, да! Свен не видел, что там происходило, только слышал удары, крики боли и одобряющий гул толпы. Внезапно дикий нечеловеческий вопль заставил покрыться холодным потом: над толпой в одну из конструкций поднимали того голого орка, посаженного на толстый кол. Казнимый визжал и дергался, пытаясь ногами хоть как-то замедлить разрывание внутренностей острой деревяшкой. Когда кол встал вертикально, под ноги ему издевательски подставили жаровни с углями, чтобы усилить страдания и максимально растянуть казнь. Тот пытался опереться ступнями на угли, отдергивал их и корчился: чуть унять боль от разрываемых внутренностей и сжечь при этом пятки или наоборот. Так себе выбор. Свен в ужасе смотрел, будучи не в силах оторвать взор. Как подобная дикость может существовать в 21 веке? Неужели и ему это предстоит?!

Сзади кто-то подошел и женский злобный голос прошептал:

-Большому шаману – большой кол в задницу! А тебя медленно зажарят на углях. Ты молодой, сильный и вкусный! Мясо ещё чуть-чуть отбить, будет пальчики оближешь!

Так это шамана посадили на кол! Крацин никогда не видел его без одежды, потому сразу и не узнал. Свен только и смог, что рыкнуть. Перспектива быть заживо зажаренным и съеденным дикарями его также нисколько не привлекала. Что же делать-то?! Единственная мысль, что пришла в голову – это спровоцировать врагов, чтобы его быстро убили. Например, вырвать копье или топор и дорого продать свою жизнь. Только ведь не дадут, они здесь опытные!

От толпы отделились шестеро воинов и направились в сторону Свена. Ну вот и всё. Они подошли к нему, потыкали пальцами в разные части тела, отпуская тупые шутки, затем отошли к Дагмару, собрату Свена по несчастью и проделали там то же самое, насколько он мог видеть. Воины распутали веревки, сноровисто заломили пленному руки за спину и потащили его к месту казни. Свен облегченно вздохнул, хотя это была всего-навсего отсрочка лютой смерти.

Тем временем Дагмара приладили на похожую на раму конструкцию и начали методично и аккуратно бить легкими бамбуковыми палками по мышцам, готовя «отбивную» к прожарке. По сигналу шамана избиение прекратилось. С минуту ничего не происходило, затем ночь прорезал дикий нечеловеческий визг несчастного. Толпа взорвалась радостными криками, шаман же поднял над головой что-то кровоточащее. В неверном свете костров и Луны было плохо видно, но Свен догадался, что это были отрезанные тестикулы пленного. Дюжина мужчин из толпы подхватили раму, к которой был привязан несчастный, и потащили вокруг костров. Сделав два круга, раму установили на подпорках, под нее пододвинули жаровни с углями. Сначала под ноги, чтобы растянуть мучения как можно дольше.

Крики заживо поджариваемого Дагмара затихли только когда луна коснулась краем далеких гор. Пришла очередь Свена. Сначала ему отвязали руки, которые тут же заломили за спину. Впрочем, конечности настолько затекли от ночного холода и многочасового практически неподвижного стояния, что об осмысленном сопротивлении даже речи идти не могло. Затем отвязали ноги и не торопясь поволокли его к беснующейся толпе. Вариантов вырваться не было: двое крепко держали его за заломленные руки, третий не менее крепко сжал в кулаке его волосы и шел впереди, ещё трое страховали по бокам и сзади. Внезапно шедший впереди споткнулся и упал, больно рванув за волосы. Из его спины торчала длинная стрела с полосатым оперением. Следом споткнулся и выпустил руку шедший слева. Сработали рефлексы Крацина и детское увлечение Свена дзюдо: кувырком через правое плечо, как учил его много лет назад тренер, он высвободил вторую руку, одновременно ударом обеих ног по шее сбивая на землю державшего руку врага. Напрягая всё еще затекшие мышцы почти до разрыва, он выхватил из-за пояса оглушенного противника томагавк и рубанул врага по голове. Вернее, попытался рубануть: рукоять провернулась в онемевших пальцах, и удар пришелся плашмя. Впрочем, он был такой силы, что противник отправился в нокаут. Прикрывшись его телом, Свен попытался рубануть своим оружием по ногам воина справа, только этот удар пришелся в пустоту: воин уже хрипел и корчился на земле, зажимая руками торчащую из горла стрелу. Обернувшись к нокаутированному противнику, Свен перехватил томагавк и снова обрушил его на вражеский череп. На сей раз лезвие вошло в голову почти до рукояти.

Вокруг творился хаос: свист стрел, боевые кличи, визг, вопли и стоны умирающих. Сверкали молнии и вспышки огнешаров. Кто-то куда-то бежал, кого-то резали, кто-то подыхал. Свен затаился в крошечной ложбинке, прикрывшись телом убитого, не забывая одновременно снимать оружие с его амуниции. Что бы ни происходило, Свен решил продать свою жизнь как можно дороже и ни в коем случае не попасть в плен живым. Вскоре хаос прекратился и наступила тишина, нарушаемая только стрекотанием цикад. Вокруг не было ни единой живой души, только груды трупов. Зато на поясе мертвого врага нашлась тыквенная фляга с водой, показавшейся самым вкусным напитком из всех, что Свен успел попробовать за свою жизнь!

Глава 3

Рассвет в саванне безумно красив. Разумеется, если ты не лежишь голый на холодной земле, прикрывшись трупами в качестве одеяла, дрожа от ночного холода и страха, судорожно сжимая рукояти ассагая и томагавка.

Свен успел собрать оружие с лежащих рядом трупов и был исполнен мрачной решимости убить любого, кто к нему приблизится. Хотя бы, не дать захватить себя в плен живым. Щитов не было: всё же Огненные Волки были на своей земле, никто не носил щитов, да и длинных копий ни у кого из конвоировавших его воинов не было. Имелись только томагавки, короткие ассагаи и ножи. Да и то, только потому, что без оружия воину ходить – урон авторитету, пацаны не поймут.

Между тем, солнце поднялось надо горизонтом, стало совсем светло. Свен задумался о том, что надо бы снять с трупов одежду, чтобы не ходить голым. Тут со стороны солнца раздался насмешливый голос:

-Вставай уже, герой! Хватит прятаться!

Свен резко повернулся в сторону говорящего, пытаясь вскочить навстречу возможной угрозе, но неловко зацепил ногой плоский камень, и голень будто разрядом обожгло. Прятавшийся под камнем некрупный скорпион ужалил, стоило камню сдвинуться. Рефлексы Крацина сработали безукоризненно, скорпиона разрубило лезвие томагавка, Свен же рухнул на задницу, зажимая одной рукой ногу выше укуса, другой же выхватив нож из ножен. Сделать надрез и выдавить яд, насколько это возможно, было секундным делом.

-Вот ты резкий! – продолжил тот же голос. – Меня не убей, пока противоядие достану, ладно?

Рядом стоял орк в боевой раскраске племени Аллигаторов и полном боевом снаряжении, включая ростовой щит из толстой кожи. Племена Аллигаторов и Носорогов не враждовали, их территории были слишком далеко друг от друга. Зато с Огненными Волками у Аллигаторов имелась давняя вражда. Свен хмуро кивнул воину, понимая, что захоти тот его убить или захватить, у него бы всё получилось. Банально в силу наличия щита и длинного копья в руке. Воин положил оружие на землю, порылся в сумке и протянул Свену сверток из пальмового листа. Повинуясь памяти Крацина, Свен развернул лист, в который была завернута неаппетитно выглядящая колбаска серо-бурого цвета, отрезал ножом кусок размером с ноготь на указательном пальце и сунул его в рот. На вкус снадобье оказалось ещё более мерзким, чем на вид. Рот моментально онемел, в голове зашумело, зато боль в месте укуса стала угасать. Если несколько секунд назад она ощущалась, как раскаленный гвоздь, теперь нога просто ныла, как от ушиба. Через несколько минут шум в голове исчез, Свен аккуратно завернул снадобье обратно в лист и протянул его воину, который так и стоял рядом, с легкой насмешкой глядя на него сверху вниз.

Залепив порез остатками жвачки, Свен медленно поднялся на ноги, осмотрелся по сторонам и благодарственно кивнул орку, как младший старшему по возрасту.

-Как звать-то тебя? – спросил тот. Свен подумал и ответил, как подсказала память Крацина:

-Племени моего больше нет, я последний. Имя моё больше ничего не значит. Зови меня Свен.

-Я – Шовин, - назвался воин. – Повезло тебе, Свен, ничего не скажешь. Ты это, накинь на себя что-нибудь, и пошли к вождю, пусть он с тобой дальше разбирается.

Свен кивнул, сдернул с ближайшего трупа какую-то тряпку и обернул бедра, заправив ее край под ремень с ножом и томагавком. Затем свалил на другую тряпку всё собранное с трупов оружие и последовал за Шовином, прихрамывая на укушенную ногу. Хотя та и онемела в месте укуса, постепенно хромота проходила. Когда они подошли к навесу, под которым расположился вождь Аллигаторов, Свен практически перестал хромать.

-Приветствую великого вождя! – пафосно заявил Шовин, опускаясь на одно колено.

-Приветствую великого вождя! – сказал Свен, изображая поклон, выражающий уважение старейшине другого племени. Воспоминания Крацина о нюансах сложного племенного этикета вновь взяли верх над личностью Свена.

-Как звать тебя, воин? – спросил развалившийся на подушках вождь, смерив Свена взглядом и отхлебнув из тыквенной фляги. Воспоминания Крацина опять подсказали правильный ответ:

-Имя моё утратило смысл, о великий вождь! Погибло племя, погибло и моё имя. Отныне и до тех пор, пока я не заслужу достойное имя, я зовусь Свен!

-Достойные слова достойного мужа, - кивнул вождь, снова отхлебнул из фляги и продолжил, - место в своем племени тебе не предлагаю. Однако, тебя накормят и напоят, обработают твои раны и сопроводят до границ владений Аллигаторов в любую сторону, куда пожелаешь. С собой можешь взять столько оружия, одежды и предметов из бывшей собственности твоего племени, сколько сможешь унести на себе. Это будет справедливо. Недели тебе должно хватить, чтобы залечить раны и прийти в себя. Шовин, обеспечь!

Вождь лениво махнул рукой показывая, что аудиенция окончена. Свен низко поклонился, как подобает перед старейшиной своего племени, демонстрируя уважение к мудрости принятого решения, и поковылял за Шовином.

Первым делом Свена отвели на кухню, то есть, под навес рядом с общими котлами, где его накормили и напоили. Только проглотив первый кусок, он ощутил, насколько проголодался за предыдущий день. Затем местный шаман осмотрел его, зашил рассечение на голове, на которое Свен обратил внимание только во время процедуры, вымазал почти всё тело подозрительной ядовито-зеленой маслянистой дрянью, запах у которой был куда страшнее внешнего вида, даже пришлось сдерживать рвотные порывы, и скормил целую плошку снадобий столь же мерзкого запаха и вкуса.

-Кстати, если тебе интересно, шаман Огненных Волков жив и относительно здоров, - сказал шаман, закончив процедуры. – Если хочешь, можешь его навестить, он на том самом месте, где держали тебя. Такая ирония!

-Ты мне это зачем сейчас сказал, о великий шаман? – Свен подозрительно прищурился.

-Как зачем? Чтобы ты мог навестить старого знакомого, если захочешь! – шаман также хитро прищурился в ответ.

-Лишнее это. Боюсь не сдержаться, а слишком легкой смерти этот подонок не заслужил. Полагаюсь на вашу мудрость в этом деле!

-Ты намного умнее, чем выглядишь, Свен, - одобрительно кивнул шаман. – Как думаешь, та же казнь, что он устроил шаману Носорогов, будет достаточным воздаянием?

-Определенно! А что с другими пленными?

-Всех убили. Людоедам нет места под луной! Остались только шаман, да двое его учеников.

-Отрадно слышать.

-Тогда ступай, у меня еще много дел! – шаман начал скручивать из сухого древесного листа самокрутку и набивать её вонючей смесью трав, Свена аж перекосило от запаха. Он благодарно кивнул и вышел из шатра шамана.

Усталость и пережитый стресс тяжким грузом навалились на Свена, он отыскал выделенное ему место под навесом, рухнул на циновку и провалился в черную пустоту сна без сновидений, проснувшись только от дружеского пинка кого-то из соседей по шатру, сопровождаемому вопросом «ужинать будешь, Носорог?». От еды отказываться не хотелось, тем более, что кормили здесь неплохо, пришлось вставать.

На казнь шамана Огненных Волков Свен не пошел. Благодаря то ли чудодейственным средствам местной медицины, то ли молодому орочьему организму все ссадины и солнечные ожоги к вечеру успели зажить, отбитые днем раньше мышцы также не беспокоили, зато навалилась апатия.

Свен сидел у костра и тупо пялился в огонь, изредка подбрасывая в него ветки. Только сейчас у него появилась возможность спокойно подумать о ситуации, в которой он оказался. Он в теле какого-то дикаря. Судя по реалистичности ощущений с момента попадания сюда, это не галлюцинации от медикаментов. Ну не бывает так, чтобы болеутоляющие позволяли эту самую боль ощущать столь натурально. Значит, что? Ты помер там, на пожаре в гараже твоей же собственной фирмы. Сознание же твоё попало неисповедимыми путями Господа (Свен был совершенно не религиозен, но сейчас невольно перекрестился) в тело дикаря не пойми где. Ну нет на Земле орков, Урук-Хаев и прочего, даже в Африке! Из активов в наличии здоровое тело лет по прикидкам на восемь-десять моложе его самого, да голова на плечах. Тело сохранило знания и мышечную память предыдущего владельца, что хорошо. Но тело это само по себе, без семьи, племени и так далее. Что дальше делать – непонятно. Понятно только, что у него осталось всего шесть дней на то, чтобы определиться с жизненными планами. Память Крацина, предыдущего владельца тела, подсказывала, что в этом мире, кроме орков, есть еще люди, гномы и эльфы, правда, сам он двух последних не видел, потому Свен записал эльфов и гномами в разряд сказок для детей младшего дошкольного возраста. Так что же делать, куда податься? Память Крацина подсказала, что здесь не принято принимать в племя посторонних, разве что они окажутся очень полезны для племени. Например, шамана бы в племя приняли, простому же воину ничего не светит. Вождь проявил безграничную щедрость и выказал крайнее уважение, позволив не только уйти с территории своего племени, но и дав возможность отдохнуть и прийти в себя, получить медицинскую помощь, да ещё и прихватив с собой кучу скарба! Тут по плечу Свена хлопнула ладонь, рядом рухнул на землю Шовин, вежливо и слегка иронично поинтересовавшись:

-Не возражаешь, если здесь посижу?

-Это земля Аллигаторов, как я могу возражать? Или ты типа вежливый?

-Ага, - довольно заржал Шовин. – Но если серьезно, что делать дальше планируешь? Может, смогу совет толковый дать.

-Без понятия, честное слово, - ответил Свен, почесав волосатый затылок. – Буду рад любому совету. Я же земли Носорогов никогда не покидал, а там с одной стороны пустыня, с остальных враги. Про ваше племя только слышал. Объясни, будь другом, что тут у вас и где?

-Вот гляди, - Шовин стал чертить палочкой на песке подобие карты. – Вот Великая Северная Пустыня. Вот земли Носорогов, здесь были земли Огненных Волков, а здесь Аллигаторы...

Географическая диспозиция стала чуть более понятной. Крацин, прежний хозяин тела, был простым молодым воином класса «подай-принеси», в политику никогда не лез, тупо выполнял приказы и вообще был не самого великого ума и кругозора человек, тьфу, орк. Его знания о мире ограничивались прикладной ботаникой и зоологией знакомой местности, причём исключительно в плане того, что можно есть, а что вовсе не обязательно. Получалось так, что вокруг были сплошь орочьи племена, где Свен являлся законной добычей, как не принадлежащий ни к одному племени, впрочем…

-А вот эта земля Легиона, там что вообще такое? – спросил Свен.

-Там человеки всем заправляют. Ну эти, которые малорослые. Не такие коротышки, как гномы, понятно, но нормальному урук-хаю по плечо, не больше. Гномы самые высокие – они по грудь! – авторитетно заявил Шовин, отхлебнув из тыквенной фляжки и предложив ее Свену.

-Да это я в курсе. Что у них за порядки там, и что за Легион такой? – Свен взял фляжку и приложился к ней. Уууухххх!!! Во фляжке оказался настоянный на травах ядрёный алкоголь, отдаленно напоминающий австрийский 80-процентный ликёр «Стро-80». Свен был не великим знатоком крепких напитков, впрочем, этот оценил по достоинству. Хороший, даже отличный!

-Они его «Орочьим» называют! Прикинь! – заржал в голос Шовин. – Легион Орочий, а в нём одни люди, ой не могу, умора!!!

Свен ухмыльнулся за компанию, хотя не понимал, чего здесь смешного, и протянул флягу обратно.

-Не, ты допивай. Тебе надо. Сам знаешь, воину нельзя терять контроль, а ты сейчас не воин, а гость. И горе у тебя, - сказал Шовин, отказываясь от фляги. Сделав паузу, он продолжил: – А вообще ты кремень, парень! Уважуха тебе от всех воинов Аллигаторов! Племени больше нет, последние двое приняли смерть настолько лютую, что врагам своим не пожелаю, а ты держишься. Я бы так не смог! Ты напейся, сегодня можно и нужно. Если что, вождь одобрил.

Память Крацина снова проснулась, оказалось, что оркам было не положено терять самоконтроль, исключения делались только в особых случаях. Сейчас как раз такой особый. Порывшись в памяти предшественника, Свен спросил:

-Сок гугунини у вас есть?

-Коктейль хочешь намешать? Пошли, всё организую, - ответил Шовин, пружинисто поднимаясь на ноги.

Сок гугунини на вкус был как кока-кола, только цвет имел ярко-зеленый и без газа. Смешав его с пойлом из фляги в глиняной кружке, Свен продолжил общение с Шовином, вызнавая привычки, традиции и наклонности окружающих племен. Выходило, что земли того самого Орочьего Легиона населяли наиболее вменяемые разумные. Вкратце, там был человеческий военный форпост. Что, зачем и от чего они охраняли, Шовин не знал, да и не интересовался, ему было достаточно того, что они торговали с его племенем, а ещё воин лично был знаком с тремя орками, которые нанялись на службу в этот самый Легион и на жизнь не жаловались.

-Похоже, это действительно единственный вариант для меня, - язык у Свена уже немного заплетался, хотя голова оставалась совершенно трезвой. – Кстати, не знаешь, где ещё можно взять вот это?

Свен потряс опустевшей фляжкой. Шовин кивнул и исчез в ночи, чтобы буквально через минуту вернуться сразу с парой тыквенных фляг.

-Вот, от сердца отрываю! – пафосно провозгласил он.

-Ты так говоришь, будто выпиваешь столько за вечер, - усомнился в искренности собеседника Свен.

-Да что ты понимаешь! За бухло можно массу интересных штук сменять у легионеров!

-Например? – скептически поднял бровь Свен, замешивая в кружке очередную порцию коктейля.

-А вот! – Шовен вытащил из кармашка на поясе металлическую зажигалку, один в один похожую на «Зиппо».

-Гляди! – воин откинул крышку, крутанул колесико, и над зажигалкой заплясало пламя.

-О-бал-деть! – только и смог выдавить из себя Свен, в один глоток опорожнив в себя кружку.

-А то! – гордо заявил Шовен. – Две фляги настойки – и зажигалка твоя!

Похоже, в этом мире ситуация повторяется. Хоть и уступающие физически, но технически более развитые белые осваивают Африку, то есть, Черный Исток (что бы это ни значило). Хотя не факт, что они так уж сильно физически уступают, своими глазами смотреть надо.

Как он добрался до лежанки, в сознании не отложилось. Добрался как-то, ничего по дороге не сломал, вроде, никого не задел и хорошо. А теперь спать.

Снилось нападение Огненных Волков на племя Носорогов. Крацин как раз заступил в ночной караул, когда серые тени скользнули со стороны Великой Северной Пустыни, нападения откуда никто не ждал. Караул вырезали практически моментально, только Крацин с Дагмаром успели вовремя среагировать и теперь бились спина к спине, прикрываясь ростовыми щитами. В становище племени шла резня, сверкали молнии и огненные шары, делая картину нереальной, будто в дешевом фильме про мечи и магию. Было понятно, что Носороги с самого начала потерпели поражение. Затем Крацина с Дагмаром окружили плотным кольцом, не вырваться. Какое-то время они отбивали щитами редкие попытки врагов достать их длинными копьями, а потом подошел вражеский шаман, и всё закончилось. Волна призрачного пламени от шаманского посоха отбила щит и ассагай Крацина в стороны, шаман подшагнул и обрушил сво1 посох на голову воина, вышибая его личность и душу куда-то в иные планы мироздания.

Свен вскочил с циновки, схватив лежащий рядом ассагай. Реалистичность только что пережитого была запредельная, как будто это его только что убили. Что за хрень устроил шаман, что это было? Магия, пришел ответ из глубин памяти. Когда сердце перестало колотиться, как поршень компрессора, Свен лег обратно и тщетно попытался уснуть. Похоже, память и остатки личности Крацина окончательно сроднились с нынешним хозяином тела, чужие воспоминания бурлили, дергали, требовали одновременно и пуститься в пляс от радости, и зарыдать от горя. Ещё и магия, только этого не хватало!

Сон пришел только ближе к рассвету.

Умывшись и утолив жажду с утра у колодца, Свен решил заняться сбором того самого «оружия, одежды и предметов из бывшей собственности твоего племени, сколько сможешь унести на себе», как выразился вождь. Отловив первого попавшегося молодого воина, он велел тому отвести его на склад, или что там у них, сославшись на вождя. Минут через десять, изрядно попетляв между жилищ племени, они подошли к установленному на жердях навесу размером чуть не в половину футбольного поля, под которым без всякой системы в кучу было свалено то, что Огненные Волки захватили у Носорогов. Не обращая внимания на подозрительные взгляды охраны, Свен залез под навес и начал рыться в кучах наваленного. Первым делом следовало найти сумки, мешки, корзины, чтобы было куда свалить выбранное.

Итак, что мы имеем? Свен сидел у шатра, в котором ему выделили спальное место и пытался поудобнее разложить нахапанное по мешкам и переметным корзинам. Набрал он целую груду барахла, теперь предстояло определиться, что из этого брать, а что оставить. Прежде всего - оружие, оставляем то, без чего невозможно обойтись, а именно, длинное копьё, ростовой кожаный щит, пару ассагаев, пару томагавков, короткий гнутый лук с дюжиной стрел и плетеную из кожаных ремешков пращу. Туда же идёт то ли короткий кинжал, то ли длинный нож, что и для боя, и колбасу порезать. Здоровенные метательные ножи замысловатой формы были без сожаления отложены в сторону, они чисто для войны с себе подобными. Ко всему этому приложить комплект ремней, кожаных наручей и поножей. Как назло, нет у орков ничего для защиты головы, разве что самому обшить соломенную шляпу кожаными и стальными накладками. Об этом придется отдельно помыслить. Откладываем также пару комплектов одежды и обуви. Отдельно идет узел с бытовой мелочевкой вроде набора иголок, ниток, зубных щеток, а также ложек, вилок и пары тарелок. Не забыть медицину в виде свертков и баночек со снадобьями, пары хирургических ножиков, да гнутых иголок с нитками из жил. Ну и еды дня на три, чисто на тот маловероятный случай, если никакая дичь по пути не встретится, да пару тыквенных фляг для воды. С предметами первой необходимости закончил, переходим к прочим ништякам.

Денег среди сваленного под навесом имущества не обнаружилось ни единой монеты. Будь оно по-другому, Свен бы сильно удивился и утратил всякую веру в человечество, то есть орочество. Зато ему удалось отыскать несколько золотых и серебряных браслетов и колец, которые вполне годились в качестве оплаты или для обмена на деньги. Их Свен запаковал отдельно и спрятал на дне переметной корзины, навалив сверху отложенную ранее одежду.

Наконец, очередь дошла до инструмента: среди имущества бывшего племени Носорогов Свен обнаружил то, что осталось от кузницы: щипцы, клещи, молотки и кувалды, напильники, скребки, зубила, точильные камни и многое другое. Даже небольшую наковальню притащил. Теперь же надо было разобраться, что из этого можно использовать, а что бесполезный хлам. Крацин ни малейшего понятия о металлообработке не имел, знания же Свена ограничивались использованием совершенно других инструментов, потому с некоторым сожалением он отложил в сторону примерно две трети нахапанного, остальное же начал тщательно упаковывать и укладывать в отдельную корзину.

Наконец, закончив раскладывать добро, он взвалил на себя все получившиеся мешки и несколько раз подпрыгнул. Для его нового тела вес оказался вполне подъемный, пусть на вид это всё весило центнера полтора.

К походу готов.

Глава 4

Тело досталось сильное и выносливое. На третьей сотне отжиманий с хлопком ладонями Свен сбился со счета, мышцы рук к этому моменту лишь чуть налились тяжестью, хотя он чувствовал, что мог бы отжаться еще минимум столько же. Полторы сотни приседаний особой усталости также не вызвали. Свену даже стало немного обидно за себя прошлого: хоть раньше он и считал себя тренированным, сильным и выносливым, ни в какое сравнение с нынешним телом его предыдущие кондиции не годились. С полчаса покрутив щитом и попрыгав с копьями он всё же добился некоторой усталости. Да это не тело, а бульдозер какой-то!

Стоило отложить оружие, как на Свена накинулись дети, внимательно наблюдавшие за его тренировкой. Объясни нам, дорогой гость, как правильно выполнять вот эту связку, что ты показал, а куда надо буйвола на охоте бить, в каких случаях стрела лучше копья… Вопросы сыпались, как из рога изобилия. Оно и понятно: от своих воинов и охотников разве что подзатыльник получишь, ибо не отвлекай, малолетка, а тут праздный гость, который и не воин, вроде, но всё знает и умеет. Свен с удовольствием погрузился в образовательный процесс. Детей он любил и последние лет пять на добровольных началах работал инструктором у скаутов и в местном стрелковом клубе, поэтому прекрасно представлял, с какой стороны подойти к юным «вождям краснокожих».

Ловя взгляды местных, уважительные со стороны мужчин и благодарные со стороны женщин, Свен учил молодежь, как правильно действовать что одному, что в составе группы, как распределять в группе роли и прочей охотничье-воинской премудрости, про которую в племени детям начнут рассказывать только после первого обряда инициации. Если кому-то не хватало базовых знаний и умений, он старался на пальцах всё непонятное объяснить, чтобы каждый из внезапно образовавшихся учеников четко понимал, как, что и почему надо делать, причём не ленился объяснять несколько раз подряд, если это требовалось. Дети так увлеклись, что на обед их чуть не палкой загонять пришлось. После приема пищи занятия продолжились. Теперь к детям присоединились пятеро только что прошедших обряд первой инициации молодых воинов: наука никогда не бывает лишней, особенно, если от твоих умений зависит твоя же жизнь. Свен щедро делился умениями Крацина, добавляя к ним малую толику собственного здравого смысла и современных военных знаний, которых он нахватался, изучая историю фортификации и военных действий в качестве хобби.

После захода солнца, когда детей разогнали по шатрам, Свен снова сидел у костра и пытался осмыслить произошедшее. К нему опять подсел Шовин, приставленный присматривать за Свеном, пока тот находится в племени. Что на пьяную голову вчера, что на трезвую сегодня Шовин оказался интересным собеседником с чернушно-пречернушным чувством юмора, прямо, как у Свена. Если Крацин ни разу за свою жизнь не покидал территории племени, а происходящим вокруг интересовался исключительно в части его касающейся, Шовин часто сопровождал торговые караваны за многие десятки лиг и неплохо ориентировался в происходящем в окрестностях.

-Гляди, вся эта хрень началась лет шесть или семь назад. Тогда где-то на юге, в тысяче лиг от нас, появился вождь, сумевший объединить несколько племен. Собрал он всех своих воинов, да двинул в нашу сторону. Заходит его орда на чьи-нибудь земли, да ставит вопрос ребром: или вы к нам вливаетесь, или мы вас убьем. Сам понимаешь, ни одно племя не выстоит, если против него разом выступят хотя бы три племени. Так что все к нему присоединялись, он забирал воинов и шел дальше. За пару лет добрался до наших краёв, да здесь зубы-то и обломал.

-Да ты гонишь! – сказал Свен задумчиво, порывшись в памяти Крацина. – Как эта орда могла аж тысячу лиг за пару лет пройти? Они ведь не по прямой шли, а территорию расширяли. Там или всех под себя подгребешь, или в спину ударят!

-За что купил, за то и продаю, - невозмутимо ответил Шовин. – Так шаман сказал, а кто я такой, чтобы в его словах сомневаться? Да и какая разница, если вместо двух они лет десять сюда шли?

-Верно говоришь, никакой разницы, - согласился Свен. – А дальше-то что было?

-А дальше они с человеками столкнулись. С Орочьим Легионом! – Шовин многозначительно поднял к небу указующий перст.

-Это которые с вами граничат?

-Почти. Легион тот же, только поселение другое. Дело было на полста лиг к западу от нас. Четыре года назад дело было, - Шовин приложился к кружке с травяным чаем.

-И что? – нетерпеливо спросил Свен. – Не томи уже, рассказывай!

-И то, - Шовин степенно отставил глиняную кружку на землю рядом с собой и подкинул в костер ветку. – Бледнолицые бахнули по южным захватчикам какой-то жуткой магией, враз выбили и вождя со свитой, и всю шаманскую кодлу. Только представь: вот орда из сотен разных племен, половина из которых друг дружку на дух не переносит, дисциплина держится только на авторитете вождя и его присных. И вдруг вся верхушка разом исчезает. Что будет, с двух раз угадаешь?

-Да мне и одного раза хватит, - хмыкнул Свен. – Они тут же примутся друг дружку кушать в сыром виде.

-С таким пророческим даром тебе в шаманы надо, - заржал Шовин. – Угадал, короче. Резня до сих пор не прекращается. Кто-то вернулся на свои земли, кто-то не захотел, кого-то не пустили. Толпа вооруженных злобных мужиков без единой бабы, попробуй представить кошмар для окрестных племен! Сам вспомни, ведь всего лет шесть назад ваши Носороги и Огненные Волки друг к другу особых претензий не имели!

-Я не настолько старый, чтобы это хорошо помнить, - ответил Свен, покопавшись в памяти Крацина. – Всего два года, как я полноправный воин. А первая инициация шесть лет назад была.

-Ну, я на четыре года старше тебя, получается, однако относительно мирные времена еще успел застать.

-То есть, ты хочешь сказать, что все наши проблемы от того, что пришлая орда согнала приличные племена с земель предков?

-В общем, да. Там чуть сложнее, ведь одни племена сразу легли под южан, другие же объединялись, чтобы дать захватчикам отпор, но в целом всё, как ты сказал. Из того, что я знаю про твоё бывшее племя, уж извини, - Шовин развел руками в жесте «что уж тут поделать?» - вы бы скорее объединились с нами, Бизонами и Ягуарами, чем приняли власть не пойми кого с юга. А вот Огненные Волки – наоборот, им каннибалы милее соседей. Были.

-Так выпьем же за то, что каннибалов больше нет! – провозгласил Свен.

-Воистину, - ответил Шовин, ударяя свою кружку о кружку Свена. – Пусть духи извинят нас за то, что мы пьем простой чай!

Проснувшись с рассветом, Свен умылся у колодца и направился в сторону кухни, где его уже ждала галдящая толпа детей, со вчерашнего дня увеличившаяся почти вдвое. Второй день из назначенной вождем недели начинался не скучно. В одиночку управиться с несколькими десятками орчат не представлялось возможным, потому Свен выбрал из вчерашних детишек дюжину самых умелых и сообразительных, да назначил их «десятниками», быстро раскидав между ними остальных. Первый же возмущенный вопль «не хочу, чтобы он мне указывал» он жестко пресек: либо делаешь, как тебе велят, либо иди на все четыре стороны, никто тебя насильно не держит. Малолетнее войско было построено, посчитано и отправлено маршем на прием пищи, ибо голодный – не воин, а насмешка!

После завтрака Свен снова построил детей в колонну по два и повел на окраину поселения, где они вчера тренировались. Возмущение отдельных не привычных к дисциплине личностей было задавлено в зародыше: тут дело добровольное, не согласен с чем-то – выметайся с глаз долой. Несколько женщин, явно назначенных присматривать за детьми, последовали за ними на некотором отдалении. Оно и правильно, поранится кто, не Свену же им заниматься?

После разминки Свен объявил, что сегодня они учатся работать группами. Вчера была теория, сегодня будет практика.

-Никто не может одинаково хорошо работать всеми видами оружия, запомните это! – вещал Свен перед выстроившимися в три шеренги детьми. – Это значит что?

Дети зашумели, но никто не решился вслух ответить на заданный вопрос.

-А это значит, что надо пользоваться теми видами оружия, с которыми у тебя лучше всего получается! – ответил сам себе Свен, затем, ткнув пальцем в пацана лет 12 на вид, спросил: - Вот ты! Какое оружие тебе ближе всего?

-Лук, командир! – ответил тот.

-Прекрасно! Перечисли сильные и слабые стороны лука.

-Лук достанет там, куда копьё не добросить! – заявил пацан, затем замялся, - Вблизи от него толку меньше, чем от ассагая…

-Правильно мыслишь! – похвалил Свен. – Давай я чуть дополню. Сильные стороны лука – это дальнобойность. Прицельно можно стрелять на полсотни-сотню, по групповым целям до пары сотен шагов. Можно поразить врага задолго до того, как он сможет поразить тебя. Кроме того, скорострельность, одна стрела на десять ударов сердца прицельно и на два удара, если по групповой цели. Носимый боезапас: на вес одного ассагая можно взять две-три дюжины стрел. Теперь про слабые стороны. Когда стрелы кончились, лук превращается в не самую удобную дубинку. Также лук требует двух рук. То есть, одновременно стрелять и прикрываться щитом не получится. И если ранили в руку, из лука не постреляешь. И какой вывод из этого следует сделать?

Дети снова загалдели. Тот самый пацан осмелился сказать:

-Лучник должен иметь одноручное оружие ближнего боя!

-Правильно мыслишь, молодец! – похвалил его Свен. – А ещё какие соображения?

С минуту дети галдели, потом Свен поднял руку, призывая к тишине, и сказал:

-В бою лучника должны прикрывать товарищи! А теперь пусть выйдет тот, кто лучше всех владеет копьем…

Весь день Свен объяснял детям тактические схемы, действия троек в наступлении, обороне и отступлении, взаимодействие троек при различных маневрах, короче, всё, что знал о военных действиях Крацин. С детьми он общался, как с равными, делая различия исключительно по уровню умений и способности мыслить самостоятельно. Стараясь не давать готовые решения, кроме самых очевидных, он заставлял детей думать и предлагать свои варианты действий с подробным разбором, что в них хорошо, а что не очень. Отдельные предложенные схемы они отрабатывали вживую с последующим обсуждением, как можно сделать лучше. Так пролетел целый день, с кратким перерывом на обед, который женщины принесли прямо на тренировочную площадку.

Вечер Свен снова коротал в компании Шовина.

-Как тебе удается так хорошо сходиться с детьми? – спросил Аллигатор.

-Я всего лишь общаюсь с ними на равных, - меланхолично ответил Свен. – Они ещё не воины, я здесь совсем не воин, статус примерно равный.

-Ага, у малолетнего сопляка и у гостя равный статус, не заливай! – хихикнул Шовин.

-Мне так проще, - сказал Свен. – Я к ним с уважением, они меня так же уважают. Прошлые достижения и косяки мне не интересны, вот они и лезут из кожи, чтобы показать свои умения. А ещё изо всех сил стараются не уронить статус «почти взрослого» в моих глазах, да и перед товарищами стараются покрасоваться.

-А состав троек ты зачем менял?

-Это чтобы дать почувствовать, как оно, когда тебе спину прикрывает тот, кто лично тебе не нравится, и как оно ему спину прикрывать. Чтобы прочувствовать, что ваши мелкие семейные разборки – ничто по сравнению с интересами племени. Мой наставник так делал, теперь я вашим это объясняю. И вот тебе результат: за целый день всего три затрещины пришлось отвесить, и то, чтобы слишком не увлекались.

-Завтра-то что делать планируешь? – спросил Шовин.

-Попробуем построить укрепление и штурмовать его.

-Не возражаешь, если я поприсутствую?

-Да какие могут быть возражения? Будешь это самое укрепление строить и обороной командовать. Это чтобы жизнь мёдом не казалась! – ухмыльнулся Свен. – А я штурм организую.

Форт, если так можно назвать сооружение буквально из гов… песка и палок, строили полдня. Где-то час ушел на выбор наиболее оптимального места с объяснениями на пальцах, почему был сделан именно такой выбор, и почему другие места не годились. Затем колышками размечали будущие валы и рвы. Свен настоял на звездчатой архитектуре с выступающими бастионами, кратко обосновав преимущества такой конструкции, и работа закипела. Грунт был сильно песчаный, легко и копать, и формировать валы, укрепляя стены редким плетнем из ивовых веток, управились быстро. Тем более, что полноценная крепость никому не была нужна, хватило и одной линии с двумя бастионами по бокам.

После обеда команды детей по очереди то штурмовали, то защищали «форт». Смотреть на это занятие сбежалась чуть не половина племени, даже вождь пожаловал. Вечером же группа детей, почти одни «десятники», испросив разрешения, присоединились к Свену с Шовином у костра.

-Почему мы не строим такие укрепления? – спросил кто-то из детей, за пламенем костра невозможно было разглядеть, кто именно.

-Потому, что они нам не нужны, - ответил Шовин, сидевший слева от Свена. – Сам посуди, Урук-Хай народ кочевой, сейчас мы стоим здесь, через три недели, ну через месяц нам придется сниматься и дружно двигаться на другое место. Как выберем всю воду из колодцев, а скот сожрет всю траву на пастбищах, так и двинемся. На новом месте проторчим несколько недель – и снова в путь. Постоянные поселения строят только там, где вода в изобилии. Там и стены имеются. Нам же здесь нет смысла при каждом переходе стены строить.

-Земля Носорогов теперь ваша, - мрачно добавил Свен. – Там есть, вернее, было постоянное поселение за стенами, но нам они не помогли.

-Почему? – удивился тот же детский голос.

-Потому, что стены не защитят от нечестивого колдовства! – отрезал Шовин. – Шаманы Огненных Волков провели воинов под скрытом вплотную, затем проломили стены огнешарами. Носорогов взяли подлостью и колдовством. И не растяни Волки свои силы на две племенные территории, нам бы их не одолеть, мы подловили их основные силы на марше.

-Но мы же их тоже колдовством приложили? – удивился другой детский голос.

-Запомни, молодой! – Шовин пафосно поднял указующий перст к небу. – Враг всегда хитер и коварен. Мы же всегда отважны и честны. У них подлое колдовство, у нас честное камлание! Где у врага подлость, там у нас хитрость! И смотри, не перепутай!

В наступившей тишине был слышен лишь треск дров в костре, да стрекотание цикад где-то в саванне. Паузу нарушил Шовин.

-Возвращаясь к вопросу об укреплениях: обычно нам их заменяют простые рогатки. Утыканное кольями бревно почти столь же эффективно мешает пройти врагу, как и земляной вал. Только вал надо копать день, а то и два, а бревно ставится буквально за несколько минут. От стрел же можно прикрыться обычным щитом.

-Почему тогда люди строят крепости? – спросил сидевший справа от Свена парень.

-Потому, что они люди, а не Урук-Хай, - ответил Шовин. – Они не кочуют, им не надо гонять стада с пастбища на пастбище. Кроме того, они воюют совсем не так, как мы.

-Почему? Как они воюют? – послышались со всех сторон детские голоса. Свен же внимательно слушал и мотал на ус.

-Видишь ли, - сказал Шовин, - у них совсем другая жизнь, другие способы ведения войны и другое оружие. У них есть громовые палки, что бьют дальше, смертоноснее и точнее, чем наши луки. У них есть громовые бревна, выстрел которых поражает пару десятков противников за раз. У них есть много такого, чего у нас нет. Мы с Свеном вам показывали, как работать группой. Но группы Урук-Хай редко бывают больше дюжины воинов, просто потому, что иначе они начнут мешать друг другу. У людей же группа может быть в сотню воинов, если не больше. В едином строю, прикрывая друг друга. Один на один любой Урук-Хай стоит троих людей. Но в строю десять людей стоят сотни воином Урук-Хай! Это правда, хоть и неприятная.

-Как думаешь, почему они нас не перебили? – спросил Свен. – Извини, если глупость сказал, я их никогда своими глазами не видел.

-Как-то я задал этот вопрос вождю, - ответил Шовин. – Он ответил, что тут несколько причин. Начнем с того, что людей мало, а нас много. Далее, они не занимаются скотоводством и земледелием, как мы. Им проще у нас купить еду, чем делать ее самим. Им не нужны наши пастбища, рощи и просторы. Им вообще не интересно, чем мы занимаемся, пока это их не затрагивает. Они что-то роют и строят на одном месте, но не кочуют. Короче, им просто не надо нашу землю захватывать.

-Ты так говоришь, будто тут не жизнь, а сказка, - усомнился Свен.

-Именно сказка, - ухмыльнулся Шовин. – Чем дальше, тем страшнее. Некоторые не очень умные племена сдуру приняли отсутствие интереса за слабость и рискнули напасть на людей. Так вот, нет их больше, племен этих. Кого люди сами перебили, к кому вместе с друзьями из Урук-Хай в гости зашли. Как мне кажется, если бы они действительно захотели, весь наш Чёрный Исток под их властью был бы. Какой мы из этого делаем вывод, детишки?

Дети зашушукались, самый смелый сказал:

-Людей нельзя трогать?

-И чему мы вас учили?! – картинно закатил глаза Шовин. – Внимайте и запоминайте: если вас кто-то не трогает, это значит, что он не хочет. Это вовсе не значит, что он не может. Никогда не путайте вежливость со слабостью. Вон, посмотрите на Свена!

Глаза всех присутствующих уставились на нашего героя.

-За несколько дней он вам ни единого резкого слова не сказал, те пять взбучек сегодня не в счет! – все дружно засмеялись. – Он не повышал на вас голос, не раздавал зуботычины направо и налево. Так?

-Так! – дружно загалдели дети.

-Рискнет ли кто-либо из вас назвать его слабым и нерешительным? – Шовин внимательно обвел взглядом всех присутствующих. Никто не ответил и он продолжил: - Относитесь к тем, кого лично не знаете всегда как к сильным воинам, пока они не докажут обратного! Окажутся слабаками – вам приятная неожиданность, окажутся сильными – не придется жалеть, что их недооценили.

-Уважительное отношение к окружающим бережет ваши зубы с утра до вечера, - тихо произнес Свен, но все его услышали и ответили дружным хохотом, а Шовин чуть не свалил его в костер, дружески хлопнув ладонью по спине. Когда все отсмеялись, сидевший справа пацан спросил:

-Шовин, почему мы не используем их тактику?

-А самому подумать? Мы разные физически, живем в разных условиях, у нас разное оружие и разные противники. Поэтому наша тактика лучше для нас, а их тактика лучше для них. Это как с оружием на охоте: на бизона не годится лук, на куропатку не годится копьё. Вот и здесь так же, - Шовин отхлебнул из кружки и продолжил: - кроме того, мы вовсю берем друг у друга лучшее там, где это уместно. Если бы они нам ещё громовые палки продавали…

Глава 5

И вот настал день отъезда. Когда ему предложили присоединиться к каравану, направляющемуся в земли Легиона, Свен ни секунды не колебался. От таких предложений не отказываются! Ведь плохо ехать верхом гораздо лучше, чем хорошо топать то же расстояние пешком. Да и безопаснее оно выйдет, в коллективе-то.

Три двухосные грузовые телеги, два десятка вьючных лошадей и две дюжины конных воинов, включая Свена, отправились с рассветом в сторону юга. Путь предстоял неблизкий, с двумя ночевками, что-то около двадцати семи лиг, без понятия, сколько это в километрах. Вышедший провожать караван помощник вождя вручил Свену свиток пергамента, запечатанный сургучом с хитрым оттиском, с просьбой передать его руководству Легиона. Свен без раздумий согласился: вот и повод поговорить с этим самым руководством нарисовался, он уже не какой-то приблудный орк из саванны, а целый посланник племени. Не баран чихнул!

Первый день прошел скучно, без происшествий. Трижды останавливаясь на привалы, караван достиг форпоста у бывшей границы между племенами Аллигаторов и Огненных Волков. Поселение на полдюжины хижин было скрыто в рощице, выросшей вокруг бившего из-под скалы ключа. На ночь натянули между деревьями тенты, разожгли костры, расстелили вокруг огня циновки и одеяла, да дружно завалились спать. Свен на удивление устал за день, пусть, вроде, только в седле трясся и не делал ничего. Так как его статус гостя не предполагал несение караулов, он завалился на лежак и тут же провалился в глубокий сон без единого сновидения.

Проснувшись от предрассветного ора птиц, который отдельные глухие личности принимают за пение, он обнаружил, что прекрасно выспался и полон энергии и бодрости. Просыпавшиеся вокруг воины этим похвастаться не моги и являли собой иллюстрацию поговорки, что утро добрым не бывает.

Завтрак, сборы, и вот караван снова двинулся в путь. За первый день удалось пройти двенадцать лиг, из чего Свен заключил, что лига – это что-то около пяти километров. Хоть расстояния местные понятней стали, и то хлеб, память Крацина в этом вопросе упорно отказывалась накладываться на привычные единицы измерения. Сегодня предполагалось добраться до границы между землями Аллигаторов и Легиона, сделав ещё девять лиг, чуть меньше полусотни километров. День оказался столь же богат событиями, как и предыдущий, разве что обеденный привал пришлось устраивать прежде, чем планировалось: передовой дозор удачно подстрелил газель. Чтобы не дать мясу испортиться на жаре, караван свернул к ближайшей роще, где зверя освежевали и запекли в углях. Погода выдалась особенно жаркая, зной бил кувалдой по голове, поэтому неожиданную передышку все восприняли с энтузиазмом, тем более, что мясо оказалось удивительно вкусным, хоть и жестким. Или они просто проголодались?

Граница проходила по каньону с почти отвесными склонами глубиной никак не меньше двадцати метров. На дне, среди здоровенных окатанных водой камней, журчал крохотный ручеек. Очевидно, в сезон дождей он превращается бурный поток. Тянулся каньон в обе стороны, казалось, до самого горизонта и являл собой непреодолимое препятствие для лошадей. Являл бы, если бы не мост. Шириной с четырехполосное шоссе, построенный из незнакомого материала, похожего на монолитный камень, он смотрелся крайне чужеродно посреди саванны. Лагерь разбили в сотне шагов справа от моста на территории Аллигаторов. Поставили шатры, собрали хворост для костров, выставили караулы. Свен получил разрешение у начальника каравана и сходил осмотреть мост. Такое впечатление, что построили его не больше нескольких лет назад, настолько новыми выглядели конструкции моста. По нему когда-то шла дорога с напоминающим бетон покрытием, правда, со стороны племени Аллигаторов она была разрушена каким-то давним природным катаклизмом примерно в полукилометре от моста. И мост, и дорога выглядели совершенными анахронизмами на фоне окружающей действительности. Вернувшись в лагерь, Свен спросил, кто это построил, ответом было «Древние». Память Крацина подсказала, что Древние – это легендарная то ли раса, то ли цивилизация, то ли вообще боги из далекого прошлого. Короче, кто-то живший несколько тысяч лет назад, оставивший после себя массу разного и интересного. Хотя какие несколько тысяч лет? Местные до стольких считать-то не умеют. Ну не может подобный мост даже тысячу лет в таком виде простоять! И дорога не может, уж в дорожном-то строительстве Свен отлично разбирался!

Перекусив остатками газели, воины расползлись по спальным местам. Свен долго не мог уснуть. Он лежал и смотрел на небо, безуспешно пытаясь отыскать хоть одну знакомую звезду и сам не заметил, как провалился в сон. Приснились ему Древние, выглядело это как очередная серия эпопеи Звездные Войны: что-то летало в космосе, красиво стреляло с невозможными в вакууме звуками пиу-пиу, гонялось друг за другом, сбивало, взрывало и вот это вот всё без малейшего намека на сюжет или здравый смысл. Тем не менее, выспался он хорошо.

С рассветом караван пересек каньон через мост и двинулся по прямой, как стрела дороге Древних в сторону лагеря Орочьего Легиона. Полуденный привал устроили в развалинах непонятных строений, от которых остались только сильно выветренные стены, поверх которых орки натянули тенты от солнца. До лагеря Легиона оставалась всего одна лига.

Дорога уперлась прямо в стену форта. Вернее, в ворота в этой стене. Четырехметровый вал, сложенный из бревен, камней, грунта и прочего, то ли заросший, то ли специально засаженный толстыми колючими лианами, сверху частокол, впереди заполненный водой ров. Ворота примерно посередине, над ними укрепленная площадка, откуда на прибывающих хищно смотрела пара начищенных до блеска бронзовых пушек. По углам стены выступали два бастиона, на которых также блестели орудия. Только подъемного моста перед воротами не хватало для полноты картины: чтобы его устроить, пришлось бы ломать дорогу, а она очевидно была слишком хорошо и, главное, крепко построена.

Серьезно окопались.

Караван остановился за полсотни шагов от стены. Начальник каравана подъехал вплотную к воротам, крикнул что-то неразборчивое высунувшемуся из-за частокола сверху солдату, выслушал ответ и махнул рукой, дав знак остальным приблизиться. Тем временем ворота с ужасающим скрипом распахнулись, пропуская караван внутрь. Заехав на территорию, телеги свернули влево, воины спешились. Свен снял с лошади, полученной взаймы от племени, переметные корзины и мешок со своим имуществом и направился к легионерам, стоящим на карауле под защищающим от солнца «грибком» у внутренних ворот.

-Доброго вам дня, уважаемые, - поприветствовал он солдат.

-И тебе того же, - ответил со странным прононсом тот, у кого на рукаве был какой-то шеврон, слегка глотая окончания слов. – Чем могу помочь?

-У меня письмо к вашему начальству, - ответил Свен.

-Давай сюда.

-Велено передать лично в руки, - Свен никак не отреагировал на протянутую руку солдата. – Тебе не дам, без обид.

-Да какие обиды? – солдат флегматично вытащил из подсумка непонятного вида кругляш, поднес его к лицу и сказал в него короткую рубленную фразу на незнакомом языке. Из кругляша, оказавшегося переговорным устройством, чей-то слегка искаженный, как в рации, голос выдал пару фраз. Солдат что-то уточнил, дождался ответа и сказал: - Подожди тут, сейчас тебя проводят.

То, что люди и орки здесь говорят на разных языках, стало неприятным сюрпризом для Свена, который особыми лингвистическими способностями никогда особо не блистал. Ждать пришлось минут десять, которые были потрачены на разглядывание окружающей обстановки и легионерской униформы, сильно напоминающей британскую времен Англо-Бурской войны, разве что шляпы были другого фасона, да алебарды в руках вместо винтовок. Сами солдаты на фоне орков выглядели несерьезно: и ростом на голову ниже, и в плечах вполовину уже. Как будто пигмеи на фоне нормальных людей. Но вот распахнулась калитка в воротах, оттуда вышел солдат с таким же шевроном, что и у первого собеседника и спросил, отчаянно коверкая слова:

-Кто хотель командир говорить?

-Я, - Свен вышел из-под тени стены и шагнул к солдату.

-За моя идти, понимать?

-Понимать, - кивнул Свен и последовал в калитку за солдатом.

Кто видел один полевой военный лагерь, тот видел их все. За внутренней стеной обнаружилось пространство, на котором как по линейке выстроились большие армейские палатки. Проходившее между ними полотно дороги, очевидно, исполняло роль плаца, без которого не может существовать ни одна воинская часть. Свернув в проход и попетляв по территории, солдат остановился у очередной палатки, отличавшейся от остальных только тем, что перед ней на карауле маялся часовой.

-Твоя ждать! Мешки здесь бросать! – приказал солдат и что-то сказал часовому. Тот вытащил из подсумка точно такой же кругляш, что и солдат на воротах, переговорил по нему и жестом велел Свену пройти внутрь. Бросать, так бросать, Свен аккуратно поставил мешки и корзины на землю рядом с часовым и вошел в палатку. После яркого солнца снаружи он практически ослеп в сумраке помещения. Слегка проморгавшись, он различил сбоку стол, за которым сидел военный, чья форма и знаки различия отличались от встреченных солдат, не иначе, офицер.

-Ну подходи и садись, раз пришел, - поприветствовал военный Свена.

-Добрый день, уважаемый, уж простите, не знаю, как правильно к вам обращаться, - ответил Свен, опускаясь на жалобно скрипнувший складной стул с брезентовым сиденьем.

-И тебе доброго дня, Урук-Хай. Зови меня «господин капитан», - ответил военный, речь его была чистой и без малейшего акцента. Жилистый, загорелый почти до черноты, почти черные глаза, короткий ежик темных волос, во внешности его проглядывало нечто испанское.

-Господин капитан, вождь племени Аллигаторов просил передать это лично вам в руки, - Свен вытащил из сумки свиток и передал капитану с легким поклоном, как надлежит перед старшим по возрасту, но не по положению. Капитан сломал печать, развернул свиток и погрузился в чтение, изредка приговаривая «вон оно как» и «очень интересно». Дочитав, он поднял глаза на Свена и спросил что-то на другом языке, явно ожидая ответа.

-Извините, я ничего не понял, - развел руками Свен.

-То есть, на зунландском ты не разговариваешь, - задумчиво произнес капитан. – Это ничего, научим. Ты ведь к нам в Легион устраиваться пришел?

-Совершенно верно, господин капитан!

-Каким оружием владеешь?

-Всеми видами, я же охотник и воин, - удивленно пожал плечами Свен и добавил: - но лучше всего с длинным копьем и ассагаем.

-Прекрасно! С луком у тебя как?

-Попадаю. На полсотни шагов в стоящего врага не промажу, при попутном ветре и на сотне.

-Верю! – кивнул капитан, достав из открытого бюро сбоку от стола рыжую кожаную папку с тисненным замысловатым гербом. Из нее появился лист с отпечатанным текстом, капитан уточнил имя, под которым Свен желает именоваться в Легионе, вписал его в свободную графу и передвинул лист Свену: - читай!

Буквы были почти знакомые, латинский алфавит за основу, плюс какие-то черточки с аксантами и умляутами. Отдельные слова, вроде, узнавались, только общий смысл совершенно ускользал. Разве что цифры были привычными арабскими. Передвинув лист обратно капитану, Свен развел руками:

-Ничего не понимаю!

-Ты вообще грамотный? – уточнил капитан.

-Имя своё написать смогу, разве что.

Капитан вздохнул, пробормотал под нос «ну а чего ты, собственно, ожидал от дикаря?» и зачитал полный текст договора. Составлен он был простыми фразами, Свен уточнил всего два не совсем понятных момента, после чего взял протянутую ему перьевую авторучку и привычно поставил размашистую подпись внизу документа. Капитан подозрительно покосился на подпись, категорически выпадавшую из образа «только имя написать могу», вытащил из ящика печать и хлопнул ей по листу. Полыхнуло лиловым, на документе появился переливающийся оттиск.

-Добро пожаловать в Орочий Легион Лундии, новобранец Свен! – торжественно произнес капитан, поднявшись со стула. Свен тоже вскочил и пожал протянутую руку. Капитан взял со стола кругляш переговорного устройства и отдал какое-то приказание.

-Я тебя определил во второй взвод лейтенанта Риджа. Сержант Пико тебя туда отведет и покажет что к чему. Только одна просьба: постарайся никого сегодня не убить. Завтра можно, - капитан ухмыльнулся, вроде как пошутил, а вроде и не совсем.

Полог палатки распахнулся, вошел солдат точно с таким же шевроном, как у того парня на вторых воротах и что-то доложил капитану. Тот указал на Свена и отдал краткое приказание. Солдат кивнул Свену и сказал, коверкая слова:

-Новобранца Свен, за мной ходить!

-Ходю, - ответил Свен.

-Надо отвечать «есть» или «так точно», - капитан явно наслаждался моментом.

-Есть, так точно! – подражая военным из голливудского кино, проорал Свен и последовал за солдатом, краем глаза заметив довольную усмешку капитана.

Первым пунктом был склад. Он занимал, похоже, единственную капитальную постройку на этой базе, длинное выкрашенное в белый цвет одноэтажное глинобитное строение под крытой рыжей черепицей скатной крышей. Внутри же этот пункт вещевого довольствия, как это официально именовалось на вывеске сверху (Свену с трудом удалось осилить надпись), ничем не отличался от любого другого подобного склада в любом из миров. Широкий сбитый из досок прилавок, за ним уходящие в тёмную бесконечность ряды стеллажей с наваленным на них в непонятном порядке барахлом. За прилавком похрапывал развалившийся в кресле военный. Проснулся он только когда сержант Пико спихнул его ноги с края прилавка на пол.

Военный длинно и витиевато выругался (а чем ещё могла быть эта экспрессивная тирада, как не руганью?) и поднялся на ноги. Судя по шеврону, он также был в звании сержанта. После недолгой перепалки с Пико он повернулся к Свену, внимательно осмотрел его с головы до ног, что-то пробормотал под нос, пару раз кивнул, после чего исчез во тьме среди стеллажей. Несколько минут оттуда доносились странные звуки и ругань, затем оттуда появилась целая кипа непонятно чего, из-за которой сержанта было не разглядеть.

-Вот! Давай примерять, - на довольно чистом орочьем сказал кладовщик, раскладывая принесенное по прилавку.

-В смысле? – затупил Свен.

-В прямом! Тебе форма по размеру нужна или нет? Если нет, мне же проще!

Свен скинул свою пыльную и пропитавшуюся потом одежду и приступил к примерке. Сержант руководил процессом, подсказывая «сделай рукой вот так» и «ногу подними, выше!». В результате, сержант записал размеры новобранца в гроссбух и выдал ему два комплекта полевой формы со всем полагающимся. За каждый предмет Свен расписался в ведомости. Он пытался разобраться в написанном, что было не слишком трудно: судя по всему, правила чтения в человеческом языке были не сложнее, чем в его родном голландском, никакой французско-английской жути класса «давайте напишем десять букв вместо одной» пока не встретилось. Затем Свен сдал, точно так же под опись, своё имущество, которое ему вряд ли понадобится до окончания контракта, оставив при себе только медицину и еду в мешке. Убедившись, что заскучавший сержант Пико вышел на улицу, Свен вытащил из мешка с едой флягу с той самой крепкой травяной настойкой, которой его потчевал Шовин, и протянул ее кладовщику.

-Это что ещё? – удивился тот.

-Это подарок и вклад в то, что в будущем может стать дружбой! – ответил Свен и хитро подмигнул.

Фляга исчезла под прилавком, будто её и не было.

-Значит так! Сейчас пойдешь в купальню, вымоешься, переоденешься в форму, то, что на тебе, обратно мне принесешь, - сказал кладовщик и крикнул: - Пико, зайди, ленивая ты скотина!

Купальня являла собой дюжину открытых душевых кабин, поверх которых взгромоздили выкрашенные в черный цвет здоровенные бочки для воды. Имелось даже мыло, неслыханная роскошь в этих краях! Смыв грязь и пот, Свен начал облачаться в униформу под бдительным взором сержанта. Старая одежда и обувь переместились в мешок, который был сдан на всё тот же пункт вещевого довольствия.

Пока они шли к казарме, Свен выспрашивал у сержанта названия всего, что встречалось на пути, стараясь максимально расширить словарный запас. Пико с удовольствием отвечал, поправляя свеново произношение, вид у него был донельзя самодовольный, ну как же, неграмотного дикаря необходимому учит!

Так как до отбоя было ещё очень далеко, казарма оказалась пустой. В данном случае слово «казарма» означало здоровенную палатку на два десятка рыл. Пико провел Свена в угол палатки и указал: «твоя спать тут!».

Ну, тут, так тут. Вообще без проблем. Свен кинул на сбитый из ошкуренных досок топчан матрас (с постельным бельем и одеялом внутри) готовясь свалить, да по территории побродить. Но не тут-то было. Пико развернул матрас, показал, как правильно по уставу застилать кровать и потребовал от Свена это повторить.

Свен старался. Реально старался. На пятнадцатый повтор он был готов убить Пико. Въедливый сержант каждый раз обнаруживал нарушение устава, скидывал постель на пол и заставлял Свена всё переделывать с самого начала! Наконец, Пико не нашел, к чему придраться и довольно кивнул, выдав: «твоя справилось».

Свену ничего больше не хотелось, кроме как завалиться на только что заправленную кровать, да отдохнуть. Что он и сделал, тем более, что сержанта уже поблизости не было. Койки оказались коротковаты для Урук-Хаев, так что Свен развалился на койке, закинув ноги на низкую спинку кровати, и задремал.

Пробудился он от того, что кто-то смахнул его ноги со спинки кровати. В проходе стоял человек, явно напрашивавшийся на неприятности. Не вставая с койки, Свен зарядил ему пяткой в грудную клетку, перевернулся на другой бок и попытался снова заснуть. Не вышло. Человек снова подскочил к Свену, схватил его за воротник форменного кителя и начал трясти. Отвесив ему щелбан по лбу, чтобы прекратить эту дурную тряску, Свен сграбастал человека за шею, вытянул державшую его правую руку и сказал:

-Дружище, я в душе… в смысле, вообще не понимаю, что ты хочешь сказать, но уверен, что это может подождать до утра. Ты согласен?

От резкой встряски человек закивал головой.

-Ну вот видишь! – довольно усмехнулся Свен. – С утра приходи.

Схлопотавший мощный толчок человек полетел вдоль прохода между коек и там затих.

-Ты бы не борзел особенно, - сказал сбоку кто-то на орочьем.

Свен повернул голову и узрел Урук-Хая лет на пятнадцать старше его самого.

-Правую руку покажи – память Крацина сработала прежде разума Свена.

-Гляди, - ответил орк, закатав рукав правой руки и демонстрируя татуировки племени Водяного Питона с которым у Носорогов никогда не было вражды.

-Приветствую собрата, - ответил Свен, задрав правый рукав и показав татуировки на бицепсе прямо над локтевым суставом.

-Два полуорка, глядишь, полноценный боец и получится, - с горечью в голове ответил Водяной Питон. – Моё племя погибло, твоё племя погибло. Теперь мы оба служим бледнолицым.

-Свен моё имя, Носорог. Предлагаю дружбу. Наши племена погибли, так станем же поддержкой друг другу! – память Крацина подсказывала правильные формулировки в соответствиями с обычаями.

-Марс моё имя, Водяной Питон. Мало дружбы. Да станем мы братьями! - ответствовал орк. – Да не в обиду будь сказано, Свен, ты последний из твоего племени, я же последний из моего. Кому, как не нам, объединяться?

-Да будет так! – память Крацина подсказывала, как правильно действовать в такой ситуации. Свен извлек из ножен на поясе короткий нож, зажал между пальцами клинок так, чтобы острие высунулось на полсантиметра, и с размаху вонзил его в предплечье. Кончик ножа пропорол кожу, показалась кровь. Марс повторил действия Свена, затем оба орка приложили предплечья друг к другу так, чтобы их кровь смешалась.

-Брат мой, Свен, - произнес Водяной Питон.

-Брат мой, Марс, - повторил за ним Свен.

-Не возражаешь, если моя кровать будет рядом с твоей? – уточнил Марс.

-С чего бы мне возражать? – удивился Свен. Марс на это кивнул, притащил свой матрас с постельным бельём и плюхнул на топчан рядом с койкой Свена.

-Поверь, мой новый брат, тебе это понадобится, - пробормотал Марс и развалился на койке.

Свен не питал иллюзий об армии и царящих в ней порядках. То, что ему предстоит столкнуться с дедовщиной, было очевидно. Какая армия без нее обходится? Впрочем, было не совсем понятно, как можно в принципе плющить того, кто в два-три раза сильнее тебя? Методом «стадом и мамонта затопчем», разве что. Впрочем, поживем – увидим.

Свен развалился на койке и почти провалился в сон, когда его разбудило движение справа от койки. Кто-то вытащил его мешок из-под кровати и теперь рылся в нем.

-На место положил, - тихо сказал Свен.

-А то что?- издевательски усмехнулся вор.

-А то вот что! – левая рука Свена ухватил грабителя за шею, правый кулак врезался в его печень, смена вектора, и тот же кулак ударил под челюсть врагу. Левая рука чуть подтянула его к себе, правый локоть врезался в ухо грабителю, погружая того в глубокий нокаут. Толчок от себя. Не прошло и двух секунд, как неудачливый грабитель оказался в нескольких метрах от места событий в полной отключке.

-Если кому-то интересно, мне реально пофиг, понимаете вы на Урук-Хай или нет, - громко сказал Свен, - Я обещал капитану никого сегодня не убивать. Только завтра начинается через час или около того. И я сожру печень любого, кто на меня косо посмотрит, в сыром виде сожру! Я достаточно понятновыражаюсь?! – Свен привстал на локте и оглядел соседей по палатке. Те дружно старались изображать глубокий сон, пусть и абсолютно неубедительно.

Глава 6

-Рота, подъем!!!

Утро начиналось отвратительно. Пришлось выползать из-под одеяла в утреннюю свежесть, которая была определенно не выше 5 градусов выше точки замерзания воды, облачаться в тот минимум одежды, который позволяло скудное выделенное на это время, и бежать на тренировочную площадку.

Свен только успел влезть в ботинки, как роту погнали на разминку. Дальше началось стандартное «дружно сделаем сотню отжиманий», затем «теперь сотню раз пресс качаем» и так далее. Новое тело Свена без особых усилий выполнило все требования, для Марса это также не составило ни малейших затруднений. С человеками было сложнее. Нормативы они всё же выполнили, пусть и не обошлось без затруднений. Ну, дохлые человеки по сравнению с орками, это научный факт, против которого не попрёшь!

После разминки всех погнали умываться, затем был завтрак, после которого десяток солдат, включая Свена и Марса, погнали на плац, где они до самого обеда занимались строевой подготовкой под руководством лично самого капитана. Улучив момент, когда человеки попадали от усталости, Свен подошел к капитану и спросил:

-Господин капитан, объясните, пожалуйста, смысл того, чем мы занимаемся. На параде нам выступать не грозит, так зачем заниматься этой шагистикой?

-Эта самая шагистика, - ответил капитан, охотно объясняя воинскую премудрость новобранцу, - является основой всего в пехоте. Вот ты думаешь, что это бессмысленно, однако, шагистика учит беспрекословно моментально подчиняться командам, не задавая вопросов, зачем какое действие нужно. В бою не будет времени думать! Кто над командами задумывается, тот и сам погибнет, и товарищей своих погубит. Шагистика – это фундамент, на котором строится всё, что делает пехота. Просто поверь мне, сынок!

Свен кивнул и пошел осмыслять сказанное. В прошлой жизни на Земле он успел усвоить, что далеко не всё, что кажется глупым и неразумным действительно таковым является. Так-то все противопожарные нормативы с техникой безопасности можно у глупости записать, ведь неприятности случаются не чаще одного раза из тысячи…

В казарму Свен вернулся одновременно с другими легионерами, будучи в совершенно убитом состоянии. Целый день под палящим солнцем раз за разом повторять одни и те же движения… Проще сдохнуть!

Он лежал на койке, когда осознал, что за ужином выпил слишком много компота. Не спеша поднялся с койки, всунул ноги в ботинки, да двинулся в сторону отхожего места, когда трое человеков преградили ему дорогу. Заводила по центру, «поддержка» чуть позади него по обе стороны. Первый попытался ударить кулаком в лицо. Так медленно и неуклюже двигаться – это оскорбление для воина Урук-Хай! Свен чуть склонил голову влево, чтобы кулак пролетел над его правым ухом и от души запястьем правой руки рубанул снизу вверх по бедру противника, отсушив его на ближайшие час-полтора. Продолжая восходящее движение, он локтем врезал по челюсти, чтобы этот больше не беспокоил. Схватить за затылки оставшихся двух противников и приложить их головами друг об друга – это еще секунда. Оттолкнув безвольные тела в стороны, Свен спокойно прошел на выход. С момента нападения прошло не больше пяти секунд. Если у кого-то и остались претензии к нему, быстрота и жестокость схватки охладила горячие головы.

Возвращаясь из туалета, он отметил лужу крови, перешагнул через нее и спокойно лег на койку. Невозможно приблизиться к орку-охотнику, не потревожив его чуткий сон, уж это он знал абсолютно точно. Особенно, если рядом его названный брат.

Три недели «учебки» пролетели, будто один день. Основные команды были накрепко вбиты в голову, правила поведения усвоены, базовые навыки обращения с ранее незнакомым оружием получены. Из новобранца Свен стал рядовым и тянул лямку наравне с остальными. Попытки затрюмить новобранца прекратились на пятый день, когда лейтенант Ридж вооружил Свена парой ассагаев и выставил против него двух наиболее наглых старослужащих с мечами и щитами, приказав убить друг друга. Буквально через минуту одного из противников унесли в санчасть, другого же за ноги потащили в сторону ворот: зачем хоронить, если можно труп просто кинуть в реку? Рыбки и крокодилы порадуются, они живые и тоже кушать хотят.

Лейтенант потом длинную речь задвинул на тему того, что не надо борзеть и недооценивать противника. Свена же после он отозвал в сторону и неофициально выразил благодарность, намекнув, что с его помощью решилась проблема с парой самых противных смутьянов, типа, «вот тебе спасибо, но не зарывайся». Главное, что нафиг не потребовалось в казарме свои порядки устанавливать, всех устроило, что когда не лезут к нему, Свен никого не трогает. И брат его тоже никого не трогает.

Учиться пришлось многому: тут и новые виды оружия, и новые приемы обращения с уже знакомым, и тактическое взаимодействие, и много еще чего. Также он в авральном порядке учил человеческий язык, который именовали «зунландским». Лейтенант Ридж трижды в неделю проводил уроки грамоты и чистописания для тех, кому это было интересно. Свену было очень интересно, более того, он уговорил Марса также их посещать. Язык был с очевидными германскими корнями, правила чтения простые, грамматика не сложнее, чем в нидерландском. С названным братом они сдружились, лейтенант это отметил и определил их в одно отделение под команду сержанта Тео, невзрачного жилистого человека в треть от нормального орка. Впрочем, Тео оказался свойским парнем, не стеснявшимся учить Свена разговорной речи на зунландском вечерами, а днем не давая обоим названным братьям ни малейшего спуска на тренировках. Хотя выглядела их тройка комично: два зеленокожих верзилы и человек ростом максимум им по грудь.

Дважды в неделю капитан давал для личного состава уроки математики. Посещали их, в основном, артиллеристы. На Свена поначалу смотрели как на дикаря посреди музея современного искусства, однако, уже со второго занятия относились к нему с уважением: то, что капитан преподавал, Свен ещё не успел забыть с первого класса старшей школы*. Капитан быстро выделил Свена и начал заниматься с ним в индивидуальном порядке: гарнизонная скука – страшная вещь. Если солдату скучать не дает начальство, то самому начальству для себя приходится выдумывать занятия, вот офицеры и занимались повышением уровня знаний среди солдат.

***

Примерно соответствует 6-7 классу российской школы.

***

Прошло ещё два месяца, дурдом первых недель закончился, Свен втянулся в службу, ходил в караулы, стоял дневальным, днями осваивал воинскую профессию и вечерами учил устав, когда поломалось водяное колесо, качавшее воду в купальню и на кухню. Эта гигантская конструкция в полтора орочьих роста, приводимая в действие течением речки, что текла вдоль заднего вала военного лагеря была создана лет пять назад, никто не помнил не то, что создателя, но даже имени капитана, который тогда возглавлял этот пункт временной дислокации. Короче, вот проблема, кто и как её решать должен – неизвестно. Какой-никакой, а это был шанс выделиться из общей массы. Свен подошел к лейтенанту и спросил разрешения посмотреть на проблему.

-Ну ты-то что в этом можешь понимать?! – безнадежно отмахнулся командир.

-Хуже ведь не будет? – философски ответил Свен.

-Демон с тобой! Посмотри. Если кто будет спрашивать, скажешь, я разрешил.

-Так точно! – отдав воинское приветствие, Свен развернулся и строевым шагом направился к аварийному сооружению.

Здоровенное колесо, сбитое из массивного деревянного бруса и толстых досок, вращалось на оси из бревна толщиной в три свеновых ладони. Течение бодрой речушки вращало колесо, при этом закрепленные на его ободе обрезки толстых бамбуковых стволов подхватывали воду и выливали ее в желоб вблизи верхней точки этого самого колеса. По крайней мере, в теории. На практике, последние много месяцев никто не удосужился ни менять смазку, ни вообще смазывать эту самую ось, в результате чего бревно с одной стороны полностью источилось и обломилось. Разумеется, колесо тут же слетело и заклинилось в перекошенном состоянии. Для починки нужно было, всего-то, поднять колесо, заменить бревно оси, сменить вкладыши опоры, ну и по мелочи подновить. Работы на полчаса, если у вас есть подъемный кран минимум на пару тонн. Свен не поленился залезть в ледяную воду, чтобы оценить прочность конструкции, осмотрел каждую мелкую деталь и направился на доклад. Только сначала на склад завернул.

-Итого, господин капитан, помимо приложенного списка материалов и вспомогательного оборудования, требуется задействовать отделение солдат, иначе никак, - закончил свой доклад Свен.

-На схеме указаны 10 человек, зачем тебе ещё двое? – уточнил капитан, внимательно рассматривая сделанный Свеном чертеж.

-Лучше пусть они не понадобятся, но будут, чем понадобятся, но не будут – ответил лейтенант Ридж. – Уж вам ли не знать?

-Да понятно это всё, - капитан махнул рукой. Подумав, он повернулся к Свену и спросил: - Уверен, что вы вдвоем сможете вытащить колесо?

-Мы не совсем вдвоем, господин капитан. Две пары солдат будут наращивать подпорки, ещё двое будут вытягивать тали по мере необходимости. А так-то чего в том колесе весу-то? Не больше пары тонн, вдвоем с Марсом вполне осилим!

-Ну добро, действуйте! – решил капитан. – Свен, ты назначаешься ответственным за операцию. Принимай командование!

Когда ты много лет подряд руководил участком дорожных работ, нет ничего проще, чем организовать дюжину приданных тебе работников во что-то разумное. Особенно, если тебе приходилось координировать работу нескольких автомобильных кранов, например, для извлечения двенадцатитонного асфальтового катка из кювета.

При строительстве вот этого вот всего от речки была отделена узкая протока, в которой и располагалось колесо, с одной ее стороны был берег под стеной форта, с другой стороны скалистый островок. И там, и там стояли деревянные подпорки, на которых колесо должно было вертеться.

-Внимательно запомнили? По команде «первые» вы, первые номера, подкладываете доски под брусья. По команде «вторые» вы, вторые номера, делаете то же самое. Уточняю: когда первые номера подкладывают доски, вторые номера следят, чтобы эти самые доски легли ровно. Когда вторые номера подкладывают доски, первые номера следят, чтобы ничего не перекосило. Всё понятно? Уточняю: если по недосмотру доски перекосит или, упаси Создатель, всё это рухнет, я лично вставлю виновному эти самые доски… Ну, вы поняли?! – Свен грозно оглядел всех присутствующих. Присутствующие представили себе исполнение угрозы, им стало крайне неуютно. – А раз все всё поняли, приступаем к работе! Пальцы никуда не совать, рукавицы не снимать!

Большую проблему создавало то, что строители этого чудесного сооружения не озаботились постройкой шлюза или заслонки на входе протоки. Поэтому, для ремонта колеса было необходимо поднять его выше уровня воды, то есть, примерно на метр. Вроде бы, невеликая высота, да только течение постоянно пытается выдернуть колесо, провернуть его и, при малейшей возможности, покалечить ремонтников. Свен установил целую систему талей и блоков, за которой надзирали два крепких легионера, остальные должны были обеспечивать постепенный подъем оси колеса.

Да, дружеские отношения с начальником склада способны горы свернуть, без них не нашлись бы ни блоки, ни доски, ни брусья, ни прочее необходимое. Попутно Свен познакомился с ротным кузнецом, который по его эскизам отлил из бронзы вкладыши подшипника водяного колеса. Пусть после этого кузнец заявил: «раз такой умный, сам их до ума доводи, вот тебе напильник», но это были мелочи. Свен даже взял со склада собственный инструмент, который сдал туда при вступлении на службу. Главное, что результат был достигнут.

Ремонт колеса выглядел гораздо скучнее, чем можно было бы представить. Между толстенными спицами (тоже брусьями пятидюймового размера) просовывался брус. Со стороны берега его на плечо клал Свен, с другой стороны Марс. Брус приподнимали, с обеих сторон солдаты подсовывали под него доску толщиной примерно в два дюйма. Орки отходили ко второму брусу (по другую сторону от оси), и операция повторялась. Стоявшая выше по течению пара солдат по команде подтягивала или ослабляла тали, не давая течению сдернуть колесо. И так пока нижняя часть обода не замерла над текущей водой. Хорошо, что выбивать клинья, которыми бревно оси крепилось к колесу, не потребовалось, их просто спилили.

Разумеется, не обошлось без накладок, то бревно, которое должно было стать новой осью, было плохо обточено. Свену пришлось оперативно браться за рубанок и срезать чуть не дюйм дерева. Пришлось также подтачивать бронзовые вкладыши на оси колеса. Хорошо, догадался вставить между опорой и осью лист свинцово-оловянно-медного сплава, принявшего на себя все нагрузки. Главное – колесо вновь завертелось, а вода полилась по желобу в бочки купальни Пункта Временной Дислокации. Ну и на кухню, не будем о ней забывать…

Через три дня Свена вызвали к капитану. Зайдя в полутемную палатку, он обнаружил всех трех офицеров за столом пристально и подозрительно глядящих на него.

-Рядовой Свен по вашему приказанию прибыл, господин капитан! – проорал он, отдав уставное приветствие.

-Присаживайся, разговор есть, - ответил хозяин палатки. – Есть мнение, что ты в рядовых засиделся, что ты по этому поводу думаешь?

-Ничего не думаю, вам виднее, господин капитан! – Свен старательно изображал тот самый «вид лихой и придурковатый», что, по мнению многих гражданских, описан в уставах.

-Хорош слабоумного из себя строить, - сморщился лейтенант Ридж. – Мы тебя в деле видели. Починкой водяного колеса командовал? Командовал. Пострадавших при ремонтных работах не было? Не было. Работы в срок выполнены? Выполнены. Качество работ удовлетворительное? Определенно! Вот мы посовещались и решили произвести тебя в сержанты!

-Ээээээ… - выдавил из себя Свен.

-Не дрейфь, - продолжил капитан, - В артиллерию тебя определили. Там соображающие и рукастые нужны. Неделя тебе на изучение материальной части, Ридж тебя подтянет. Математику ты уже лучше любого канонира знаешь. Через неделю сдашь зачеты, будешь командиром второго расчета первой батареи, это которая к востоку от северных ворот.

-Господа офицеры, не надо так шутить над бедным орком, - Свен никак не мог подобрать правильные слова, - Я ведь эти ваши громовые палки с бревнами даже вблизи не видел! За что мне это?!

-За то, что мне командиры нужны! - отрезал капитан. – Тут на две сотни дармоедов всего трое офицеров, три мастер-сержанта и шесть сержантов. По уставу, сколько должно быть?

-Офицеров столько же и втрое больше сержантов и мастер-сержантов, господин капитан!

-Правильно! И взять мне их неоткуда, кроме как из личного состава. Поэтому отставить препираться! Тебе командир задачу поставил? Вот и выполняй! Ты парень умный, хоть и прикидываешься дурачком. Короче, свободен! Кругом, шагом марш!

Свен выскочил из палатки, осмысливая сказанное. Уже въевшаяся в кровь армейская мудрость, что надо быть ближе к кухне и дальше от начальства в голос вопила, что повышение – это не к добру. Волей-неволей окажешься ближе к начальству. Опять же, батарея – место особое. На виду, незаметно не сбежишь, да и пушки эти… С огнестрельным оружием Свен был знаком хорошо, но с современным, по дульнозарядному разве что базовый инструктаж прошел лет десять назад. С другой стороны, он ведь именно на что-то подобное и рассчитывал, когда вызвался починять злосчастное колесо, так что отставить сомнения!

Всё оказалось не так страшно, как думалось сначала. К этому моменту зунландский язык был им освоен в достаточной мере, чтобы читать наставления к орудиям и мушкетам. Впрочем, наставления больше походили на инструкции класса «поздравляем с приобретением кофейного аппарата нашего производства, неукоснительное соблюдение данной инструкции обеспечит долгую и бесперебойную работу…», но хотя бы так. Несколько смущала сложная и путаная процедура зарядки пушек, только он по опыту знал, что подобные инструкции написаны кровью, и каждый их пункт должен неукоснительно исполняться, если не хочешь больших неприятностей. Наставления и артиллерийские баллистические таблицы он заучил наизусть, сдал на третий день зачет лейтенанту Риджу, не ошибившись ни в едином ответе. Зачет по тактике ружейного боя также был сдан на отлично. Пришло время претворять теорию в практику: лейтенант потащил его на стрельбище, сдавать зачет по стрельбе из мушкета.

В принципе, если умеешь стрелять из лука, да ещё и попадать при этом, проблем со стрельбой из длинноствольного оружия быть не должно: нужные мышцы рук в наличии, глазомер присутствует. Особенно, если в прошлой жизни ты неплохо стрелял из современного оружия. Так и получилось. Свену выдали мушкет, несколько патронов из промасленной бумаги и принадлежности.

Повозившись несколько минут и прикидывая выученную теорию к конкретному железу, ему удалось зарядить эту вершину гномьего оружейного мастерства и произвести выстрел. Ружье было гладкоствольным монструозного восьмого калибра, то есть, что-то около двадцати миллиметров, приклад оказался слишком коротким для Свена (делали его для низкорослых гномов), но в целом, оружие выглядело качественным и, судя по янтарному прозрачному лаку, очень дорогим.

Выстрел тяжко ударил по ушам. Отдача показалась слишком слабой для такого калибра. Когда облако порохового дыма сдуло в сторону ветром, Свен с удовлетворением рассмотрел круглое отверстие точно в центре ростовой мишени, что стояла в тридцати шагах от огневого рубежа. Снова зарядить мушкет: вставляем иглу в затравочное отверстие, рвем зубами патрон, высыпаем порох в ствол, туда же сам патрон, удар круглой колотушкой, чтобы забить пулю, рукояткой той же колотушки проталкиваем ее в ствол, двумя движениями шомпола дослать пулю до конца, чтобы порох был плотно утрамбован, вынимаем иглу, насыпаем на полку мелкомолотого пороха, закрываем полку, взводим курок… Выстрел! Второе отверстие в мишени появилось точно в центре головы. Снова долгая процедура зарядки мушкета и выстрел. Третья пуля пришлась рядом с первой.

-Да ты прирожденный стрелок! – восхитился лейтенант Ридж, осмотрев мишень. – Зачет сдан!

-Делов-то, - пробормотал Свен. – Из лука и то попадать сложнее…

С пушкой всё оказалось куда замороченней. Там и разные боеприпасы, и разные навески пороха, и много ещё чего. Одно дело заучивать теорию, совсем другое дело практика. К счастью, а может, и к несчастью, пороха в части было много, на обучение его не жалели. Внешне это гномовское изделие было похоже на французскую восьмифунтовую пушку конца 18 века: примерно те же размеры, сходный калибр и прочее. Короче, бронзовая хреновина длиной в человеческий рост, тяжелая, зачем-то отполированная до блеска. На первый взгляд, сделана качественно. Единственная проблема – в уставах ни слова о том, как это чудо в принципе положено использовать. Неразберихи добавлял тот факт, что на других батареях стояли также пушки лундийского и эльфийского производства, которые отличались от гномьих, пусть и не слишком заметно.

Сделав полтора десятка выстрелов, просто чтобы проверить, правильно ли он понял написанное в наставлении, Свен отправился к командованию, сопровождаемый кислыми взглядами обоих орудийных расчетов. Кончилась легкая жизнь, сейчас эта зеленая орочья морда наведет шороху!

Глава 7

-Разрешите обратиться, господин лейтенант! – гаркнул он почти в ухо дремавшему в раскладном кресле Риджу, бесшумно подкравшись к нему сзади.

-Что?! Где?! Враг у ворот?! – Ридж вскочил, пытаясь вытащить из ножен саблю, зацепившуюся эфесом за портупею.

-Никак нет, господин лейтенант! – Свен сделал морду чемоданом, вытянувшись по стойке «смирно», старательно изображая тупого служаку.

-Чтоб тебя демоны забрали, орчина проклятый! – выругался лейтенант. – Какая нелегкая тебя принесла в сей недобрый час?

-Докладываю: орудие освоил, как применять, не знаю!

-Что значит «не знаю»? Мало тебе того, что любимого командира чуть до приступа сердечного не довел?

-Так точно, мало! – гаркнул Свен и продолжил нормальным голосом, - извини, Ридж, ты так забавно дрых, что я просто не смог удержаться!

-Ладно, проехали, - буркнул с усмешкой лейтенант, - что хотел-то?

-Надо тактику для артиллерии строить, помощь твоя нужна.

-А сам что?

-А сам я ничего про вашу войну не знаю и знать не могу.

-И что, не мог до вечера подождать?

-Так сам посуди: вот спросил бы я тебя вечером, ты бы меня до поздней ночи дрючил, а спать когда? А тут тебе самому всё надоест прежде, чем ужин объявят!

-Вот ты жук! – восхитился Ридж безупречной логике подчиненного.

-Не жук, а мудро и обдуманно действующий военнослужащий, - Свен воздел указующий перст к небесам.

-Давай тогда короче, в чём твоя проблема?

-В том, что в уставе три главы про катапульты, баллисты и требушеты, но ни слова про пушки. А вот этого вот всего метательно-кидательного я здесь не наблюдаю. Как быть и кто виноват?

-Свои соображения у тебя имеются? – с тоской в голосе спросил лейтенант.

-Разумеется, только я не знаю, насколько они применимы.

-Тогда берешь бумагу с ручкой и представляешь мне эти соображения в письменной форме. А сейчас отвали, - Ридж явно собрался продолжить сиесту.

-Господин лейтенант, вы так шутить изволите? – Свен скроил максимально удивленную рожу. – Нет, если вас удовлетворит «мама мыла раму»… Так-то я и язык-то ваш только учу, да и алфавит не до конца освоил…

-Тьфу на тебя, наглая орочья рожа! – скривился лейтенант. – Поспать спокойно не дашь! Ладно, так и быть, помогу.

Широко улыбнувшись, демонстрируя чуть длинноватые клыки, Свен проследовал за лейтенантом в палатку.

-Гордись, морда, целый лейтенант у тебя писарем работать будет! – буркнул Ридж, достав из сундука подобие блокнота и карандаши. – С чего начнем?

-Лучше всего с самого начала. Кто у нас враги, какое у них вооружение, численность, тактика?

Импровизированное совещание затянулось до самого отбоя. Вернее, лекция. Лейтенант даже послал ординарца за ужином, чтобы не отвлекаться от темы. Дело в том, что в части, а то и во всём Легионе, никто толком не понимал ничего в современной артиллерии. Пушки здесь появились чуть больше года назад вместе с очередной ротацией личного состава: привезли дюжину орудий и целый воз боеприпасов к ним. Логика командования была проста: вот вам оружие, вот инструкции по обращению с ним, чем вы ещё недовольны? Осваивайте матчасть и не делайте начальству нервы. Тем более, что вот вам ещё приказ о реконструкции стен, чтобы появились бастионы. Выполняйте бегом и молча!

Старые стены и частоколы снесли, новые рвы выкопали, валы насыпали, и хватит. Тогдашний капитан расставил орудия, от балды назначил орудийные расчеты и успокоился. Сделав из пушек по несколько выстрелов, просто чтобы убедиться, что они исправны, в дальнейшем личный состав ограничивался исключительно никому не нужной полировкой их до зеркального блеска. Да, нынешний капитан учил артиллеристов основам тригонометрии, только легионеры не горели желанием применять эти знания в реальности. В самом деле, нафига разбираться с новым вооружением, если враг не стоит у ворот? И вообще, инициатива наказуема. Короче, отцы-командиры про пушки забыли, подчиненные на пушки забили.

Свена такая ситуация никоим образом не устраивала. Он любил огнестрельное оружие и считал позором не уметь им в полной мере пользоваться, о чём он и доложил начальству, не стесняясь в выражениях. Ответом было: «тебя на эту должность именно для того и поставили, чтобы порядок навести». Да, лейтенант обещал полное содействие, но давай-ка ты дружок сам нормативы составляй, планы рисуй, тренировки проводи и свой расчет дрючь. Сможешь показать результат – распространим на остальные расчеты, а тебе благодарность. Не сможешь, объявим взыскание и в увольнение не отпустим. Почему спрашиваешь «что такое увольнение»? Откуда такие вопросы, солдат?!

По итогам совещания ни малейшей ясности по артиллерийской тактике у Свена не появилось, зато лейтенант просветил по всем возможным и невозможным врагам. Теперь было о чем подумать. С другой стороны, зачем думать? Надо начать дрючить вверенный ему личный состав, глядишь, в процессе ясность какая-то появится и по возможностям допотопных стрелядл, и по тактике. С этой мыслью Свен заснул, и снилось ему сражение при Ватерлоо…

Сразу после построения, поднятия флага, разминки и завтрака Свен погнал свою команду на бастион. Вручив самому смышленому полученные со склада песочные часы с приказом фиксировать время, он раз за разом единолично заряжал пушку и стрелял из нее. После десятка выстрелов он решил, что необходимая статистика набрана, и пора начинать расписывать нормативы. Затем у пушечного расчета начался ад: Свен заставлял их отрабатывать каждую операцию по сотне раз подряд, переставляя подчиненных с места на место и выстраивая наиболее эффективную схему работы расчета. Надо было предусмотреть и все возможные косяки, например, когда забыли положить пороховой заряд, а ядро забили. К счастью для расчета, магические принадлежности сильно упрощали жизнь, взять тот же банник: одно движение туда-сюда – и любые искры и тлеющие остатки пороха от предыдущего выстрела погасли, а пороховой нагар вылетел наружу черным облаком. Не надо возиться с чисткой ствола. Или тем же банником тычешь в забитое ядро, да вытаскиваешь наружу: к нему, как к магниту, насмерть прилипает любой предмет, если повернуть рычажок на пятке.

После обеда артиллеристов от начальственных затей спасло прибытие каравана из племени Аллигаторов. Впервые с момента вступления в Легион у него появилось время встретиться со старыми знакомыми. С наглым видом, будто так и надо, Свен прошел через калитку во внутренних воротах. Дежуривший у нее рядовой было дернулся его остановить, но тут же задавил свой порыв. Ведь если в армии кто-то идет с уверенным видом, то он точно имеет на это право! Особенно, если этот кто-то в звании сержанта и вообще здоровенный злобный орк. На том стоим!

Среди охранявших караван воинов был Шовин, с которым Свен тепло обнялся, после чего они отошли в тень под стену, чтобы поговорить. Рассказали друг другу новости, обсудили общих знакомых, да перешли к основной части. Ведь надо строить деловые отношения, чтобы кругом исключительно личное обаяние и никакого кумовства, коррупции и прочих ругательных слов. Шовин обозначил, что хотел бы приобрести неофициально, и что предлагал взамен. Свен тщательно записал всё в блокнот и пошел обратно, попутно, чисто на всякий случай, застроив стоявшего на карауле рядового.

Вот торговый дворик, вот основная территория базы, вот ворота. Как пронести что-то с дворика на территорию и обратно, чтобы начальство не спалило? Элементарно: у всех на виду. Главное здесь – отвлечение внимания. Вот учения, отработка перемещения орудия на позицию в полусотне шагов в стороне, вот здоровенный орк-сержант, орущий на подчиненных и распекающий их последними словами, вот толпа зрителей, как от Легиона, так и от заезжих орков. А вот, прямо на внутренней стене бастиона, шустрый артиллерист, маскируясь в тени навеса, быстро спускает вниз мешки с заказанным и поднимает обратно другие мешки, уже с оплатой. Никто ничего не заметил и не заметит.

Перед отбоем Свен собрал своих подчиненных и объявил:

-Ребята, вы молодцы, я горжусь вами! Только на сухую гордость плохо заходит, – он вытащил из-за спины флягу с орочьим самогоном и лихо разлил содержимое по стаканам. – Так выпьем же за нас, второй расчет первой батареи, лучших артиллеристов на сотни лиг в округе!

Трое человеков схватили стаканы и дружно сдвинули их с радостным возгласом. Свен поднял руку, призывая к тишине, и продолжил.

-Вот вы думаете, «какого демона этот долбанный орк гоняет нас, как позорных шакалов?», - троица артиллеристов что-то смущенно забормотала, но Свен продолжил: - Да ладно вам из себя невинность строить, именно это вы и думаете! А теперь давайте взглянем на это с другой стороны. Скоро полтора года, как пушки здесь собирают пыль, а никто из них толком стрелять не умеет, так?

Артиллеристы согласно закивали.

-А всё почему? Да потому, что никто не знает, как ими пользоваться! В уставе про них ни слова, наставлений нет, инструкции путанные. Я же хочу и сам научиться, и вас научить. А что это значит? – Свен сделал драматическую паузу, подняв указующий перст к небу. – А значит это то, что после ротации каждый из вас уже будет опытным канониром и сможет получить сержантский патент! Только не рассказывайте мне, что вам не нужны сержантские доплаты к жалованию или вы мечтаете до конца службы кантоваться в солдатской казарме!

Солдаты дружно заржали. Один из них, Калуд, сказал:

-Извини, сарж, с этой стороны мы ситуацию не рассматривали.

-А напрасно, - продолжил Свен. – Понятно, что сейчас на батарее тишина, далеко от начальства и вот это вот всё. Только ведь начальство тоже свой хлеб не даром ест, то есть, вопрос только в том, когда вас прижучат. Заметьте, не «если», а именно «когда»! Зато если заранее к этому подготовиться, показать свои умения и полезность, тут вам и благодарности, и отстанут надолго. Сами же понимаете, меня сюда поставили не просто так, командование про вас вспомнило.

-Тебе легко говорить, ты сержант, - пробормотал рядовой Лук.

-Так с меня и спрос больше, чем с тебя, - возразил Свен, разливая ещё одну порцию по стаканам. – Давайте ещё по одной и спать!

Караван племени Аллигаторов уже неделю, как ушел, когда Свен вновь предстал пред светлы очи Риджа с отчетом о проделанной работе.

-Отличная работа, сержант, - сдержанно поблагодарил его лейтенант, бегло просматривая записи. – Я это перепишу уставным языком, потом вместе проверим. Вопросы, предложения, пожелания имеешь?

-Мне бы кой-чего начертить, - ответил Свен, - а потом по чертежам сделать.

-Чего это ты задумал?

-Да лафет у пушки неудобный. Не годится он для крепости.

-В чём именно проблема? – Ридж явно заинтересовался.

-В том, что он умеет только вперед-назад кататься. Колеса маленькие, любой камешек, даже песок мешает. Сам лафет тяжеленный. И почти весь вес посередине между колесами и задником, а там чуть не тысяча фунтов всё вместе. Мы вчетвером с трудом пушку поворачиваем. Для корабля лафет нормальный, для крепости переделывать надо.

-Для какого корабля? – удивился лейтенант.

-Мои говорят, что так очень большая лодка называется, - отбрехался Свен. – Вот для очень большой лодки конструкция подходит, наверное. Ну, так они говорят.

-Ага… - Ридж задумался. – Судя по твоей морде, ты уже сообразил, что и как надо поменять.

-Не только сообразил, но даже опробовал! Мы привязали к концу ствола корзину с камнями, а сзади к лафету прикрутили длинный брус. Двое моих вертели пушку так, как до этого все мы вчетвером.

-Значит так! Завтра утром после развода подходишь ко мне, там решим. Свободен!

Свободен, так свободен. Есть чем заняться.

Очень легко что-то сделать, если знаешь, как подобное успешно делалось раньше. Начальству представили эскизы с объяснениями, что, где, как и почему. Начальство подумало и дало добро сделать пробный вариант. С приказом на руках Свен отправился на склад, где почти без боя (полчаса взаимных оскорблений и унижений не в счет) удалось получить на разграбление двухколесную телегу и штабель толстых досок. Груженую телегу оттащили к кузне под навес, там и занялись конструированием. Работа шла неспешно и вдумчиво, каждую деталь тщательно выверяли: ведь никому не хочется, чтобы лафет развалился или пушка слетела при выстреле. Не убьёт, так покалечит! Наконец, на пятый день готовую конструкцию выкатили из-под навеса в сторону бастиона. Двое артиллеристов тянули привязанные к колесным осям веревки, третий приподнял задник и толкал его вперед. Свен шел позади и осуществлял общее руководство. Не торопясь и не обращая внимания на окружающих, лафет докатили до места и поставили рядом с пушкой.

-Значит так! – Свен ещё раз перепроверил, насколько надежно просунутые под пушку широкие кожаные ремни крепились к двум крепким брусьям из твердого дерева розоватого цвета. Подложив на плечи свернутое одеяло, он присел на корточки и водрузил поверх одеяла концы брусьев. С другой стороны то же проделал его названный брат Марс. – По команде мы поднимаем пушку. Я делаю два шага влево, Марс на месте. Вы трое, - он оглянулся на стоявших позади артиллеристов, - также по команде откатываете старый лафет нафиг, чтобы не мешался. Закатываете на его место новый лафет. Главное – никакой самодеятельности, всё строго по команде. И чтобы у меня ничего не валялось под ногами. Понятно?

Артиллеристы согласно загалдели, Марс сдержанно кивнул.

-Марс, поднимаем на счет три. Раз! Два! Три! – оба орка одновременно плавно встали, подняв пушку почти на три фута над лафетом. Для двух орков пушка весом без малого в шесть сотен фунтов была не такой и тяжелой, просто крайне неудобной и неухватистой. Свен осторожно сделал несколько приставных шажков в сторону и скомандовал: - Лафет нафиг!

Трое артиллеристов дернули привязанные к кольцам агрегата веревки и выкатили его куда-то назад, сопровождаемые грохотом окованных железом колес по камням.

-Новый лафет на позицию! – троица лихо вкатила новую конструкцию на место старой.

-По местам! – два артиллериста перебежали по обе стороны от лафета, третий встал на подстраховке позади Свена.

-Я пошел! – Свен медленно короткими приставными шажками вернулся на исходную позицию, пушка неторопливо раскачивалась на ремнях.

-Стропы! – солдаты накинули узкие ремни на пушку и растянули их, прекратив раскачивание груза.

-Лук, командуй!

Стоявший сзади солдат обежал Свена слева, остановился у цапфы пушки и начал распоряжаться.

-Полфута вперед! – державшие стропы солдаты натянули их, пушка чуть качнулась, Свен с Марсом тоже подались за ней. – Стоп! Сарж, опускай! – Свен медленно опустился на корточки, стараясь не делать резких движений. Солдаты тянули ремни, чтобы цапфы встали точно в опоры шарниров лафета. – Марс, опускай! – второй орк так же медленно опустился на корточки. Пушка встала на место.

-Молодцы! – объявил Свен. – Отцепляем ремни, крепим шарниры.

Лук отцепил ремни и аккуратно сложил у стены вместе с брусьями. Свен же с остальными солдатами закрепил цапфы пушки толстыми гнутыми стальными полосами и затянул болты. Ещё с полчаса шарниры притирали, отлаживали винт подъемного механизма и проверяли все соединения, вдруг что ослабло?

Наконец, настал момент истины, дальше тянуть время не представлялось возможным, тем более, что начальство пожаловало в полном составе. Свен лично зарядил пушку минимальным зарядом, забил чугунное ядро, отогнал всех подальше от орудия и произвел выстрел. Орудие подпрыгнуло и откатилось назад, ядро же подняло облако пыли в паре сотен шагов за стеной. Успех! С озабоченным видом Свен со всех сторон осмотрел лафет, даже залез под него, но не обнаружил ни малейших проблем.

-К орудию! – крикнул он своим артиллеристам. Те подбежали, выстроившись шеренгой слева от орудия.

-Тройным заряжай! – скомандовал Свен. Один подскочил к дулу, отработанным движением пробанил ствол, выдув из запального отверстия облачко серого дыма. Второй артиллерист подскочил с бочонком пороха и мерной ложкой, сделанной из обрезка бамбукового ствола. Трижды зачерпнул по мерке и отправил их одну за другой в ствол. Снова первый артиллерист взялся за банник, досылая порох в казенную часть и трамбуя его.

-Ядро! – третий артиллерист вытащил из стоявших сбоку зарядных ящиков чугунный шар и всунул его в дуло. Первый артиллерист вновь применил свой универсальный банник, плотно забивая ядро.

-На позицию! – двое артиллеристов схватились за спицы колес, третий приподнял задник, и без особого напряжения они подкатили пушку к амбразуре на фасе бастиона.

Свен подскочил к казенной части пушки, одной рукой чуть приподнял задник лафета, наводя ствол на приметную скалу в полумиле от стены, повертел колесо вертикальной наводки, приложив угломер к стволу.

-От орудия! – все отбежали в сторону, закрыв уши ладонями, Свен же поджег запал.

Пушка тяжко громыхнула и отскочила назад на пару шагов. А через пару секунд на той самой скале вспухло облако пыли. Все дружно захлопали в ладоши. Сделав рукой жест «подождите», Свен ещё раз внимательно осмотрел лафет, не нашел к чему придраться и заорал: «Получилось!»

Глава 8

-Поздравляю, сержант! – капитан пожал руку Свену. – Не ошибся я в тебе. Сколько нужно времени, чтобы такую штуку для других пушек сделать?

-Процесс отработан, господин капитан, - пожал плечами Свен. – Два дня на лафет. Если выделите пару бойцов с прямыми руками, кто с плотницким делом знаком, можно будет два лафета одновременно делать.

-А три? – капитан хитро прищурился.

-Нет смысла, - ответил Свен. – У нас всего пять таких пушек. Одну мы переделали, можем переделывать еще два раза по две. Делать три, чтобы потом с одной возиться, нелогично. Да и людей учить придется. Если за двумя сборками я присмотреть могу, за тремя уже никак.

-Молодец, чётко обосновал, - похвалил капитан. – А с другими пушками что?

-Там смотреть надо, чем они от этой отличаются, и чертежи править. Та же схема. Сначала одна, чтобы процесс отработать, потом остальные.

-Логично! – капитан повернулся, собираясь уйти.

-Господин капитан, разрешите обратиться! – по-уставному задержал его Свен.

-Да ты и так уже обращаешься, - ухмыльнулся капитан. – Что тебе ещё?

-Заряжать орудия мерной ложкой никуда не годится!

-Обоснуй! – начальство заинтересовалось.

-Бочонок с порохом открыт, искра туда попадет, взрыв будет. Это раз. Ложкой нельзя зачерпнуть точное количество пороха. При том же положении ствола нельзя дважды попасть даже рядом. Это два. Заряжание пороха ложкой слишком медленное. Это три! – Свен вытянулся по стойке «смирно», преданно пожирая начальство глазами.

-Мда? – капитан недоуменно хмыкнул. – Как проблему решать предлагаешь?

-Картузное заряжание нужно! Это как патроны для ружей, только для пушек. Мешок с заранее точно отмеренным количеством пороха!

-Интересная идея! Из чего мешок или как его там, картуз делать предлагаешь?

-Это надо на складе спросить, что у них есть, а потом проверить, как оно горит, господин капитан!

-Сразу после ужина зайдешь ко мне! – капитан кратко кивнул, показывая, что разговор окончен, и удалился.

Свен же снял шляпу и вытер тыльной стороной ладони пот, после чего вновь натянул головной убор и пошел к своему расчету.

-Значит так, орлы! Командование нами довольно. Есть приказ переделать все остальные лафеты, но! – подняв ладонь, он остановил было поднявшийся ропот. – Во-первых, их осталось всего одиннадцать штук. Во-вторых, нам выделят плотников в помощь. Наша, вернее, ваша задача – научить их правильно это делать. Дальше они будут работать, а вы руководить и контролировать процесс. Да, придётся немного поработать руками. Только разве это не лучше, чем на солнцепёке жариться?

Легионеры согласно закивали, а Свен продолжил:

-А ещё лично мне не нравится, как обустроен этот бастион. Солнце светит, если кто не заметил, а защиты от него – два крошечных «грибка» для караульных. Да, можно спать под лафетом, - солдаты заулыбались, - но это если враг далеко. А если враг стоит у ворот, что тогда? Не, мы-то, орки, к жаре привычные. А вам, людям, тяжело будет. Через пару часов сляжете. И что, мне одному за вас отдуваться? – легионеры заржали. – Короче, надо делать нормальный навес над позицией.

-Мы не справимся сами, сарж, - подал голос Калуд.

-Справимся, если прижмёт, - ответил Свен и ухмыльнулся. – Но не будем. Мы сейчас типа герои, работу нашу видно. Пусть теперь кто-нибудь другой героем станет. Мы же не жадные. Не знаю, как вы, а я могу бесконечно смотреть на работу, которую делает кто-то другой!

Легионеры ответили дружным хохотом.

-Ладно, а теперь начинаем составлять таблицу ориентиров. Никуда не торопимся, ни один ориентир не забываем!

В принципе, его подчиненные были знакомы с концепцией пристрелки по ориентирам, просто слабосильные баллисты и катапульты били всего на пару-тройку сотен шагов, на такой дальности можно не мудрить с вертикальными поправками. Другое дело пушка, бившая ядрами прицельно на полмили. Тут надо и ориентиры отмечать, и все дистанции промерять, и под каждый боеприпас с каждым зарядом возвышение указывать. Короче, есть чем заняться.

-Какие материалы годятся, по твоему мнению? – капитан выложил перед Свеном пять небольших кусков тонкой ткани расцветкой от белого до попугайского желтого.

-Шерсть не годится категорически, - отмел Свен зеленый и светло-коричневый куски. С сомнением помяв в пальцах три остальных, он спросил: - Вот это что?

-Лён, - ответил начальник склада.

-А эти два?

-Это хлопок.

Аккуратно отрезав от каждого куска по полоске ткани, Свен их по очереди поджог и, в целом, остался доволен результатом.

-Попробую все три. Будем использовать то, что лучше всего сгорает при выстреле.

-Размер у картузов какой будет? – уточнил капитан.

-Мешок должен быть чуть шире калибра ствола, - ответил Свен. – Иначе не получится плотно утрамбовать, могут быть проблемы.

-Какие именно? – заинтересовался капитан и, обернувшись к начальнику склада кивнул: - Ты свободен, можешь идти.

-Если в пороховом заряде останется воздух, порох может взорваться, - ответил Свен, проводив взглядом удалившегося начальник склада.

-Вроде, в том и весь смысл, или я что-то не понимаю?

-В наставлении написано, что порох во время выстрела должен гореть, а не взрываться. Иначе пушку может разорвать.

-Сам-то веришь? – подначил Свена капитан.

-Не врут. Лично проверял.

-Это каким образом?

-Да взял два одинаковых бамбуковых обрезка, запальные дырки провертел, пороху одинаково, сверху пробка из коры. Одну пробку плотно забил, другую до половины. Короче, где плотно забил, там пробкой выстрелило, другую бамбучину разорвало.

-Ты скажи… - капитан задумался. – А если ядро в пушку не положили, что тогда?

-Тогда весь огонь из нее вылетит, и всё будет нормально, - ответил Свен. – Вот если ядро положили, но не забили до конца, тогда беда.

-Интересно… Завтра покажешь!

-Так точно, господин капитан!

Капитан отодвинул куски ткани ближе к Свену, положил на стол лист бумаги и взял карандаш.

-Теперь давай по орудию. Дальность какая?

-Прицельно чугунное ядро летит где-то на половину мили. Неприцельно на милю, наверное, не пробовал, смысла нет.

-Поясни, что значит «прицельно-неприцельно»?

-Это значит, что примерно до полумили я могу положить два ядра не дальше нескольких шагов друг от друга. Если дальше стрелять, то точности никакой. Я так прикидывал, на дистанции в милю кучность будет до полусотни шагов по глубине и на пару десятков шагов по фронту. По кому есть смысл так стрелять?

-Что по другим боеприпасам?

-Картечью по целям стреляли только вблизи, на полста шагов.

-И как впечатление? – уточнил капитан с неподдельным интересом.

-Даже не знаю, с чем сравнить. Будто целое племя топорами мишень кромсало!

-По дальности что думаешь?

-Свинцовой картечью можно сотни на четыре-шесть шагов бить, чугунной сотни на две-три, по прикидкам, - пожал плечами Свен. – Проверять надо, может и дальше получится.

-Понятно… - капитан снова задумался, потом продолжил: - Скорострельность какая?

-Со старым лафетом один выстрел за пару минут. С новым два выстрела в минуту должно получиться, если заряжать картузами.

-Ага, ага… - капитан явно что-то высчитывал в уме. – Ещё что-нибудь можешь добавить?

-Надо навес делать над бастионом или, хотя бы, над орудиями. А то расчет мой на солнце погибнет. И не только мой.

-Обоснуй, - полувопросительно сказал капитан.

-Вот придёт враг, нужно в него стрелять, а солнце жарит. Раз подкатили пушку, другой раз подкатили, и легли от перегрева. Пушка-то тяжелая, да ещё и горячая, когда стреляет. Зато если создать тень, можно стрелять, пока порох и ядра не закончились. Да, пушку ещё водой охлаждать нужно. То есть, должна быть большая бочка с водой.

-Всё, всё, - замахал руками капитан с улыбкой. – Понял я натуру твою сиротскую, дайте воды глоток, а то есть так хочется, что и переночевать негде! В письменном виде представь, а я посмотрю.

-Так вот! – Свен протянул капитану коряво составленный рапорт. – Если какие-то ошибки, то язык ваш я только учу…

-Не прибедняйся, - пробормотал капитан, бегло просматривая текст. – У меня только четверть контингента что-то написать может, – он дочитал текст до конца и согласно кивнул. – Толково составлено, целый план. Если так и дальше пойдет, быть тебе, Свен, мастер-сержантом! Я так понимаю, своими силами вы навесы не потянете?

-Никак нет, господин капитан! Нам ещё боеготовность повышать!

-Тогда свободен! Сразу после обеда приду с инспекцией, будь готов!

Инспекция – это всегда страшно. Потому с утра личный состав был построен, его форма и амуниция проверены, все замечания устранены, а пушка надраена до зеркального блеска. Ствол также вычистили изнутри гигантским ёршиком, залив туда пару кружек разведенного в воде мыла: магический банник – это хорошо, только весь нагар он не удаляет. Даже вымели весь песок с площадки бастиона.

Капитан делал грозное лицо, однако было заметно, что увиденное ему нравится. Пошитые из образцов тканей мешочки были еще с утра наполнены отмеренным на весах порохом и стояли в ряд на зарядном ящике. Так как командование не нашло, к чему придраться, приступили к пробным стрельбам и выяснили, что из наличных материалов тонкий некрашеный хлопок лучше всего подходит для картузов.

Снова построив расчет орудия, капитан объявил:

-Вы лучшее подразделение в этой роте! Сержант Свен, объявляю вам благодарность и три снятых взыскания!

-Разрешите обратиться, господин капитан, - рявкнул по-уставному Свен. – У меня нет ни одного взыскания!

-Будут, уж ты мне поверь, - ухмыльнулся капитан. – Вот авансом три штуки с тебя снимаю. Давайте, осваивайте материальную часть, а ты, сержант, расписывай инструкции, нормативы и прочее положенное!

Следующий месяц прошел в тренировках. Расчет отрабатывал слаженность действий так, чтобы каждый из них освоил все положенные артиллеристам операции. За это время дважды приходили орочьи караваны, Свен привычно работал посредником между орками и начальником склада. Под это дело он выторговал для своего расчета магические активные наушники – пробковые диски на проволочном ободке – ведь уши не казенные, а пушка громко бабахает. Над всеми бастионами форта появились навесы, создававшие приятную тень. Свен старался научить подчиненных всему, что освоил сам, включая математику, но вскоре бросил это занятие: трудно объяснять тригонометрию тем, кто с таблицей умножения не дружит. Впрочем, наводить орудие по готовым таблицам получалось у всех. Наконец, пришел капитан и объявил:

-Ваш расчет на ближайшую неделю снимается с поста, будете лафеты делать, трех плотников вам придадут. Ты же, Свен, назначаешься артиллерийским инструктором! Не сметь возражать, всё равно больше некому. Чтобы к понедельнику представил учебные планы. За основу возьмешь нормативы и планы подготовки арбалетчиков. Всё понятно? Не слышу?!

-Так точно, господин капитан! - дружно рявкнули четыре глотки.

Собственно, Свен предполагал такое развитие событий и даже на него рассчитывал. Проявил инициативу? Будь уверен, что тебе её исполнение и поручат, все армии в этом плане одинаково работают. Ведь зачем лично махать копьем, если можно заниматься квалифицированным трудом? Да, изначально была мысль устроиться механиком или, хотя бы, плотником, но получилось даже лучше. В практически неизвестной здесь артиллерии и проявить себя проще, и результаты показать. Меньше полугода назад он оказался в этом мире, и вот он уже целый сержант, инструктор и вообще молодец! А ведь обычно надо пару лет служить, чтобы повысили. А что между проявлением инициативы и назначением несколько недель прошло, так это неважно, торопиться некуда.

Разумеется, к понедельнику был готов только костяк учебных планов и примерные нормативы. Свен специально наделал в них грамматических ошибок: не нужно казаться слишком умным. Капитан, разумеется, придрался по мелочи, но в целом работу одобрил.

-Почему нет нормативов переноса цели по фронту? Никуда не годится!

-Виноват, господин капитан! Исправлюсь! В своё оправдание могу сказать, что мы это ещё не отрабатывали.

-Бардак! Покажи план стрельб!

-План стрельб ещё не составлен, господин капитан! Ждем замену всех лафетов!

-Да как вы вообще воевать собрались без плана? – капитан излучал смесь удивления с негодованием. – Почему мы ещё не погибли?! Немедленно исправить! Исполнять!

-Есть, господин капитан, так точно!

-Стоять!

Было развернувшийся Свен повернулся обратно к командиру.

-За неделю надо подготовить не меньше шести расчетов. Справишься?

-Один точно не справлюсь, - ответил Свен, немного подумав. – Разве что если взять моих орлов в младшие инструкторы.

-Они справятся?

-Научить других тому, что сами умеют, вполне смогут. Другое дело, кого-то переучивать придется, недели мало.

-Говори прямо: недели хватит, чтобы пушку научиться правильно заряжать? – капитан сменил выражение лица с официального на нормальное.

-Да. Но быстро стрелять они не научатся, недели мало.

-Раз в три минуты выстрелить смогут?

-Так точно!

-Это и нужно. Теперь насчет попадать куда надо, это освоят?

-Целиться примерно по стволу несложно. Точное наведение – это уже командир расчета делать должен.

-Тогда слушай задачу: успеть обучить все расчеты северной стороны и хотя бы один расчет южной. Надо, чтобы научились быстро заряжать.

-Почему такая спешка, если не секрет?

-Тебе командир задачу поставил, вот и выполняй! – с ухмылкой произнес капитан, затем добавил: - Просто научи их хотя бы основам, хорошо? Они ведь кроме, как стволы полировать, вообще ничего не умеют.

-Господин капитан, - ответил Свен, - мне бы знать, что именно от них потребуется. В смысле, какие дистанции, какие боеприпасы, чтобы правильно процесс организовать. Мы ведь почти два месяца каждый день тренируемся, да и вы меня по теории сколько уже гоняете? А тут всего неделя на всё про всё. Не успею я им нюансы объяснить.

-Если я правильно понял, твои парни вполне могут научить заряжать и стрелять, так?

-Так точно!

-Вот пусть они у учат рядовой состав. У нас на северной стене три двухпушечные батареи, по одному из твоих парней на каждую, и пусть учат рядовой состав. На твою пушку временно поставим расчет с северной стены. Тебе же поручаю составить карточки огня для каждой батареи.

-Это еще что такое? – делано удивился Свен. – Поясните, пожалуйста.

-Поясняю: расписываешь все заметные ориентиры, промеряешь дистанции до них, рисуешь таблицы и пишешь, какой заряд и какое возвышение нужно, чтобы каждый ориентир поразить. Три дня тебе на это. Оставшееся время будешь объяснять, как этими таблицами пользоваться.

-А, теперь понятно. Откуда вы всё это знаете, господин капитан?

-Так я первый год в Легионе в артиллерии служил. На крепостном требушете. Там пристрелка по ориентирам – это первое дело!

С утра сразу после развода всех артиллеристов собрали под навесом столовой: это было единственное крытое пространство части, способное вместить такую ораву народа. Хотя артиллерийский взвод формально находился в прямом подчинении капитана, командование сейчас представлял лейтенант Ридж. Он произнес длинную прочувственную речь про то, что ствольная артиллерия навсегда изменит ход войн и вот прямо завтра из вспомогательного рода войск, которым она была последние несколько тысяч лет, она станет основным. Также было сказано о том, что предыдущее командование преступно пренебрегало артиллерией, но сейчас тот самый момент, когда это надо исправить. А теперь представляю вам сержанта Свена в должности старшего артиллерийского инструктора. Можете его не любить, но любой его приказ выполняется бегом! Свен, иди сюда, твоя очередь людей стращать.

Лекцию Свен начал с правил техники безопасности. Объяснил, что если горючий порошок способен забросить восьмифунтовое ядро на полмили, то обращаться с этим порошком надлежит крайне осторожно. Сказал про отдачу орудия и про то, что если кто-то встанет позади лафета, при выстреле ему гарантировано переломает кости. Перед орудием лучше не стоять вообще никогда. И всегда полагать орудие заряженным, если лично его не проверил. Вроде бы, азбучные истины, но для многих они были откровением.

Затем Свен показал повесил наглядные пособия, начерченные на листах толстой бумаги, объясняя устройство орудия, схемы перемещения канониров при стрельбе, объяснил стандартные команды, очередность исполнения, а также стандартные ошибки, неисправности и способы их устранения. В принципе, примерно то же самое было написано в руководствах к пушкам. Только читать скучно, а тут живым языком рассказывают и всё разжевывают. Затем все двинулись на свои позиции превращать теорию в практику.

Солнце жарило особенно безжалостно, стоял полный штиль, над саванной поднималось марево, однако под навесами было вполне терпимо. Свеновы подчиненные изо всех сил глумились над отданными им на растерзание артиллеристами, раз за разом заставляя выполнять одну и ту же команду, добиваясь полного автоматизма и буквально вбивая технику безопасности длинными тонкими бамбуковыми палками в руки, ноги и спины обучаемых. Свен с лейтенантом Риджем переходили с батареи на батарею, составляя список ориентиров. То есть, кто-то из них указывал ориентир, вместе придумывали ему понятное название, затем Ридж промерял расстояние до него магическим дальномером, похожим на толстый короткий монокуляр, и записывал в таблицу. После ужина они вместе засели за расчеты углов возвышения, за час с небольшим заполнив таблицы для каждой батареи.

В выложенном камнем очаге плясал огонь, скудно освещая стену крепости и ступени лестницы, что вела к проходу на бастион. Свен и его расчет сидели у нагревшейся за день стены. Вытащив из подсумка оловянную флягу, Свен разлил ароматную настойку по металлическим стаканчикам и поднял тост:

-За артиллерию!

Легионеры согласно кивнули, чокнулись и дружно проглотили крепкое пойло.

-Ну как вам первый день инструкторской работы? – спросил Свен, наливая по второму разу.

-Устал, как собака! – ответил Лук. – Раньше-то я думал, дурак, что командовать легко, а тут попробовал делать это целый день...

-Хочешь отказаться? – подначил его Свен.

-Ни за какие деньги! Бить людей палкой, да ещё и за дело – бесценно!

-Лук прав, командовать и учить тяжело, но интересно, - подтвердил Герт.

-Командир, нам не прилетит за спиртное? – уточнил осторожный Калуд.

-Под мою ответственность исключительно в медицинских целях, - ответил Свен. – По последней и спать. Завтра меняетесь, чтобы ученики не привыкали к одному инструктору. Герт идет на надвратную батарею, Лук на западный бастион, Калуд на восточный. До обеда дрючите их на сухую, после обеда дайте им по паре раз пальнуть, пусть понюхают пороху!

Натаскать по основным операциям заряжания и наводки орудий дело не слишком долгое. Да, нынешние младшие инструкторы делали то же самое минимум втрое быстрее, только скорость – дело наживное. Потренируются недельку-другую, будут не хуже. С наведением орудий дело шло не так гладко.

-Ещё раз объясняю для самых тупых, - Свен уже просто кипел от раздражения тупостью и невосприимчивостью учеников. – Берем пушку за вот эту круглую хрень. Если кто забыл, оно именуется «винград». Короче, берем, поднимаем. У кого силёнок мало, тот двумя руками это делает. Я ясно выражаюсь? Так вот! Мы подняли казенник пушки, чтобы было видно и мушку, и целик, и обстановку на поле. Если кто не понял, я потом объясню палкой, есть вопросы?

Свен сделал свирепое лицо и оглядел курсантов. Самый высокий ростом ему по плечо, ноги толщиной с орочье предплечье. Руки… Дохлятина, короче. Орков надо было брать вместо этих задохликов.

-Итак, это вы поняли. Дальше, двигаем задник лафета так, чтобы цель оказалась аккурат на мушке, видной через целик. Это понятно?!Не слышу ответа!!!!

-Понятно, господин старший инструктор!- забормотали курсанты. Надо было сразу одного из них отдубасить, а не ждать почти до конца занятия!

-Когда цель совмещена с мушкой и целиком, что это значит? Не слышу?!!!!!

-Цель находится на директрисе огня, господин страшный инструктор! – вскочил с места командир второй надвратной батареи.

-Молодец! – Свен скроил довольную рожу. – Только я старший, а не страшный инструктор. Но прогиб засчитан!

Свирепо оглядев остальных, он заорал:

-Что надо делать, если цель находится на директрисе огня?!!! В глаза смотреть! Отвечать только «да» или «нет», не задумываясь! Вот ты! – он ткнул пальцем в командира второго расчета восточной батареи.

-Никак нет, господин старший инструктор!!! – ответил тот, вскочив по стойке «смирно».

-Тьфу на вас, - уставшим голосом сказал Свен. – Ну вот что ты хотел сказать своим «никак нет»? Вообще мозги отсутствуют? Позор на мою голову! Понаберут идиотов по объявлениям…

-Господин старший инспектор, если вы не станете нас убивать, то, если цель находится на директрисе огня, надлежит правильно выставить возвышения орудия, - доложил командир второго надвратного орудия.

-И снова ты молодец! – Свен сделал пометку в блокноте. – И как же ты будешь выставлять это самое возвышение?

-В боевой обстановке по таблицам. Если нет таблиц, то пристрелкой. В спокойной обстановке рассчитать нужный угол!

-Почему бы не рассчитать угол в боевой обстановке? – уточнил Свен.

-Так времени не будет, господин старший инструктор!

-Ты! – Свен ткнул пальцем в сторону командира второго надвратного орудия. – Сюда иди!

Когда трясущийся от ужаса перед огромным страшным орком человек подошел к нему, Свен не глядя отодвинул его за спину и, скроив как можно более злобную рожу, оглядел остальных.

-Ну! Как вы возвышение выставлять собираетесь, придурки? Вот ты! – Свен ткнул когтем в крайнего слева артиллериста, - выстави орудие на тридцать два градуса. Время пошло! – и перевернул песочные часы…

-Господин капитан, простите меня за неуставные выражения, но какой задницеголовый назначил этих беременных мандавошек командирами расчетов? Почему из полудюжины только один знаком с артиллерийским делом, да и то, только по книгам? Что, остальным было некогда и не на что?! – Свен был зол. Он был в бешенстве, прямо лопнуть готов!

-Придержи коней, сержант, - устало поднял руку капитан. – Да, неучи. Да, ты прав на все сто. Но ты и меня пойми, Кто был под рукой, того и назначил.

-Капитан, при всём уважении, простые рядовые, что у них в подчинении, лучше соображают, чем эти идиоты!

-Что-то конкретное хочешь предложить? – капитан хитро сощурился.

-Предлагаю назначить командиром орудия того из канониров, кто лучше всего в деле разбирается. Без оглядки на прошлое!

-Ой, наживешь ты себе врагов… - задумчиво кивнул капитан, - но я не возражаю. Делай, как считаешь нужным.

-Спасибо, господин капитан! Я вас не разочарую! – Свен отсалютовал и вышел из штабной палатки. Свежий ночной воздух чуть охладил его, уже не очень хотелось убить каждого встречного. Нет, ну зачем в артиллерию назначать тех, кто для этого абсолютно негоден?!

По результатам учений командирские должности на северной стене сохранили двое: Свен и тот самый командир второго надвратного орудия. В остальных расчетах произвели ротацию, выдвинув самых способных. В последний день отведенной на учения недели личный состав продолжали дрессировать до полного автоматизма, командиров же, включая Свена, теперь дрючил лейтенант Закер, объясняя правила пользования связными амулетами и вдалбливая до автоматизма нехитрую дисциплину связи. Вместо раций в этом мире были забавного вида круглые каменные диски, впрочем, их веселая внешность нисколько не умаляла рабочих качеств: в отличие от знакомых Свену земных раций, местные амулеты связи голос почти не искажали, помехи им также не были известны.

В воздухе нависло ощущение неясной угрозы….