Мечтая под крыльями дракона

Том 1: Эпизод 1

Юный студент.

Игривые солнечные зайчики вновь решили помешать моему сну. Они прыгали по моим сомкнутым векам, перебегая с одного на другое. Значит, время в колледж. Необъяснимая тяга к знаниям, и всё ради того, чтобы стать лучшим в будущем. Но будущее делает всё, чтобы я не смог стать таким, как хотелось бы.

Уныние - для слабаков, а я тому доказательство. Остался без родителей в раннем возрасте. Единственная, кто меня растила, бабушка, но даже она сейчас в тяжёлом состоянии. Жизнь пытается меня сломать, но я буду идти наперекор ей. Успеваю даже денег накопить на лечение бабушки, что лежит в больнице.

— Погода не из лучших, как вижу. Дождливый и типичный серый день. Жажда саморазвития у меня на высшем пределе, даже погоде не испортить моё настроение.

Голубые, как небо, глаза юноши сверкали от настроя, сияя в сером мире однообразного общества. Как говорилось вначале, жизнь делает всё, чтобы поставить на колени одарённого не по годам юнца, который в четырнадцать лет смог поступить в колледж. Только ступил на дорогу, его чуть не облила стоковой грязной водой.

— Даже в фильмах не всё настолько клишировано, дорогая моя судьба. Но думаю, ты можешь попытаться в следующий раз.

Так и проходили его будни. Он был магнитом для неприятностей. Вся дорога до колледжа превращалась в одно сплошное испытание. Думаете, стоило юному гению дойти до колледжа, как всё сразу становилось спокойно? Уверен, вам стоит на это посмотреть самим.

— Здравствуйте, господин защитник нашей спокойной жизни, наш дорогой охранник.

Сидящий за постом охранник резко встал и посмотрел в окно, желая увидеть, кто этот остряк, так яростно пытающийся нарваться на неприятности.

— А, это ты, малец. Язык как всегда подвешен. Ну-ка, живенько заходи, пары скоро начнутся.

— И впрямь, время не ждёт. Никогда. — Улыбнувшись, неспешно забежал внутрь.

«Вроде ещё так юн, а уже думает о времени», подумал про себя охранник.

«Вот я и в колледже. Неужели всё повторится? Меня уже тошнит от этого чувства, когда я прихожу, а желудок не может выдержать, ведь ему противно здесь находиться. Но, надеюсь, вытерпеть я смогу», размышлял юный студент. Для него это было не просто.

Поднявшись на второй этаж, где находился его кабинет, он сам того не желая выделялся среди всех, ведь его рюкзак и как он одет был отличим в отличие от хулиганов из этого же класса. Класс был необычным. Там училось мало студентов, и практически все были задирами или отбитыми на голову. Но специализация этого класса основывалась на космологии и квантовой физике, даже для студентов университета такая программа была бы непосильной. Однако из-за того, что там было всего несколько предметов, не самые умные личности как раз и выбирали это направление.

— Ну что ж, я уже у двери. Пусть судьба хоть сегодня даст мне перерыв. — Открыв дверь, он услышал оглушительный гул.

Общая картина выглядела примерно так, на партах сидели несколько учеников, некоторые играли в карты, остальные пытались помериться силой в армрестлинге. Не класс, а подпольный клуб, иначе и не скажешь. Теперь понятно, почему ему так беспокойно было. Наверное, его задирают или грабят на переменах? Совершенно неверно. Хоть он и младше их, рост у него достаточно высокий, да и сам он не лыком шит. Сейчас будет наглядный пример.

«Я только вступил в класс, но уже хочу его покинуть. Жалко, что такие бараны в моём классе», промелькнула сожалеющая мысль о его жизни.

— Здравствуйте, — произнёс тихо, его голос едва пробился сквозь густой гул, наполнявший весь класс.

Некоторым было всё равно, некоторые в ответ поздоровались. Но не обращая внимания на остальных, юное дарование отправился на своё место.

— Пора приготовиться. Ровно через восемь минут придут учителя, чтобы отчитать нас. Как обычно, придётся предупредить этих идиотов.

Стул раздвинулся, и он встал на парту. В классе прозвучал тихий голос, напоминая о времени. Все услышали этот сигнал и сели на свои места.

— Отлично, ребята. А теперь достаньте свои принадлежности. Кто не успел сделать домашку, я вам помогу. Вот десять листков с ответами. У вас ровно пять минут, чтобы всё переписать. Так что шевелитесь. — Грубо предупредив однокурсников, ясно велел им немедленно выполнить его указание.

— Спасибо, братан. Мы тебе должны. Как же нам повезло с тобой, вроде ботаник, но такой сильный, даже агрессивнее нас. Но при этом всегда можно на тебя положиться.

— Но кто-то же должен поддерживать вас, тупиц. Хоть вы и недалёкие, но все вы мне близки по духу. Сила не всегда ключ к успеху, вы и сами поняли, когда связались со мной. Но при этом я не заставляю вас что-либо делать, подчиняться или бояться. Моя задача как сильного — научить вас, тупиц, тому, что сила должна использоваться для помощи слабым, знаю, звучит слишком слащаво, но при этом не должны уважать меня только из-за страха, приветствовать, когда я прихожу, всё это ерунда, хотя зачем мне это говорить, если вы и так знаете. Короче, я вам всегда помогу, а вы, долбанутые кретины, должны пытаться измениться.

Убеждённые своими ушами и глазами, они должны понять: он не только умён, но и силён, и мудр не по годам. Но это лишь плод его развития. До десяти лет он был заядлым драчуном, который не упускал возможности подраться. Но перемены наступают всегда и для всех, у каждого в своё время. В одиннадцать его мировоззрение начало меняться, он познакомился с наукой и космосом. Космология нашего мира поразила его настолько, что со временем стал интересоваться, а вскоре изучил даже квантовую физику на уровне студента четвёртого курса. Поняв, каким тусклым и банальным был мир, ему в одночасье расхотелось пользоваться своими преимуществами перед сверстниками: размерами и силой, ведь это настолько ничтожно перед бесконечным космосом, даже наша планета — это не пыль, а просто ничто.

Так почему же ему тошно приходить в колледж, если весь класс его слушается и не может задирать? Основная причина его страха и тяжести в жизни не только неудачи, но и те, кто его обучает: учителя, кураторы, работодатели даже на его работе.

Дверь класса неожиданно распахнулась. В класс вошли преподаватели, пришедшие с проверкой. Сразу переступив порог, они хором приказали всем поднять руки.

— Отбросы, почему не приветствуете своих кураторов? Выкрикнул один из учителей. —Молчание всего класса, было ему простым ответом.

— Понятно. Не посмели даже поздороваться. Какое нахальство! Но к вам по-другому и нельзя относиться, все бандиты малолетние собрались на одном курсе. Но сегодня я пришёл не вас отчитывать. Сегодня к нам прибыли гости. Пожалуйста, господа, заходите.

В класс вошли двое людей в правоохранительной форме. Один был огромного роста, одет в спецформу для разгона митингов и несанкционированных акций. Второй в более официальном наряде, с планшетом в руках.

«Не к добру это» — мелькнуло в голове, и перед глазами предстала вся серьезность ситуации и её возможные последствия.

Один из людей в погонах вышел вперёд и сказал:

— Здравствуйте, юное наше дарование. Я участковый, пришёл с объявлением.

Подняв планшет, он спросил:

— Здесь есть ученик по кличке Глыба?

Ученик с задней парты встал и нерешительно посмотрел в глаза участковому.

— Да… это я. Что-то нужно от меня?

Ноги дрожали от страха, не могли нормально устоять, но приходилось не показывать волнения.

— У меня срочное донесение. Некий подозреваемый в краже на особо крупную сумму из ювелирного магазина представился как Глыба из этого учебного заведения.

Учитель, с самого начала проявлявший неприязнь, решил вмешаться.

— Так и знал, что кто-то из этого класса отбросов окажется виноват. Есть что сказать в своё оправдание?

— Про…стите… но это не…возможно… я был дома.

Ученик был настолько охвачен страхом, что потерял дар речи. Однако его молчание было прервано юным гением, который также являлся главой класса.

— Простите, что перебиваю. Можно сказать, что я староста этого класса. Какой вывод можно сделать? К примеру, что я за них отвечаю, так что имею право вмешаться.

— Хорошо. Но тогда назовись. — Спокойным тоном попросил участковый.

— Можете звать меня Арахней. Это тоже прозвище.

— Я имел в виду имя или фамилию, но это уже не столь важно. Есть ли у вас какие-либо объяснения или оправдания для этого ученика? Надеюсь, у вас будет возможность рассказать, что именно произошло и каковы были обстоятельства.

— Конечно нет, откуда я бы имел их, ведь я живу практически за мили от него. Но могу сказать точно, какой преступник станет говорить своё местоположение и тем более данные о себе? Мне, по-вашему, нужно вас учить, чтобы понять, какой это абсурд?

Участковый изменился в лице после этих слов, на нём появилась зловещая улыбка. Это пугало практически всех, кто стоял рядом.

— Какой дерзкий ученик. Но ты прав, мы сразу об этом подумали. Но вопрос в другом, он знает этого ученика, значит, как-то причастен, хотя мы и не знаем, как именно. — Голос и подача изменились, теперь звучание стало неестественно подавляющим.

— Вижу, вы играете в опасную игру. Если этот ученик не виноват, вы же знаете, что попадёте под статью. Да и ордера у вас нет. Какая жалость. Но вы не можете его задержать, только взять под подозрение. Это значит, что вы можете лишь допросить его!

«И в правду нахальный мальчишка. Думает, мир крутится вокруг него, раз верит, что с ним ничего не будет после этих слов», — улыбнувшись ещё шире, участковый решил отступить.

— Вижу, ты одарён умом, но жаль, что используешь его неверно. Нам уже пора уходить. Как сказал ваш студент Арахней, мы не в праве обвинять, поэтому пойдём…

Сделав грубый акцент на его имени, он бросил презрительный взгляд на мальчишку.

— До свидания, господа учителя и кураторы. Спасибо, что позволяете нашим детям познавать красоты этого мира.

На протяжении нескольких минут студенты пребывали в состоянии оцепенения. Лишь когда преподаватели покинули аудиторию, чтобы проводить участкового, часть из них постепенно начала приходить в себя. В этот момент ученик по прозвищу Глыба поднялся со своего места и направился к своему так называемому главе.

— Ты идиот! Ты не понимаешь, во что ввязался! Сам же говорил нам не лезть не в свои дела. Так зачем полез в мои?

Здоровяк на первый взгляд пускал слёзы от страха и разочарования. Но Арахней даже не обратил на это внимания, смотрел в окно и о чём-то размышлял. Когда же он обернулся, взгляд его был мёртвым, но одновременно по щекам текли слёзы.

— Дай угадаю, это были подкупленные полицейские, которые пришли за тобой. Ведь ты или твоя семья вляпались в долги.

— Но… как ты понял? Нет, скорее, зачем? Если понимал, зачем ввязался? Идиот!

Сжав кулак, он совсем силой ударил его со всей силы по лицу.

— Кретин! Придурок! Это были мои проблемы! Зачем? Зачем ты ввязался! Даже если прекрасно понимал ситуацию.

Кровь начала сочиться из носа, будто река из-под моста. Но взгляд его не изменился, лишь слёз стало больше. Арахней был известен среди однокурсников яростным характером, но все понимали, это лишь защитная реакция, и у него очень слабое сердце, после каждой схватки у него всегда текли слёзы.

Схватив его за руку, мягко ответил разозлённому другу:

— Вчера я узнал, что моя бабушка умерла. Я так старался, днями и ночами зарабатывал, чтобы продлить её лечение, но в итоге этого оказалось мало. У меня никого не осталось. Я совсем один. Даже судьба хочет сломить меня, каждый раз ставя палки в колёса. Но я не унывал, пытался преодолеть её, а она забрала у меня всех. Засунув руку в барсетку, вытащил достаточно толстый конверт, протянув его в сторону друга. — Возьми, ведь у тебя ещё есть младшая сестра и мама, за которыми ты должен приглядывать.

Здоровый парень по прозвищу Глыба не мог устоять после услышанного и просто рухнул на пол. Его глаза стали подобны водопаду, слёзы текли от смешного, чувство удовлетворения и отрицание.

— Это те деньги, что ты копил для своей бабушки? Зачем ты мне их отдаёшь? Они твои! Я не заслуживаю… Ты заслуживаешь больше всех в этом классе. Ты всегда относился к нам как к младшим братьям, несмотря на возраст. Иронично, что самый младший был самым мудрым.

— Возьми, кретин. Ты что, хочешь, чтоб я вышел из себя? Бери! — Силой засунул конверт в карман друга.

— С полицейскими я сам разберусь. Судьба хочет меня испытать, но даже так я не отчаюсь. Хоть и близок к этому.

Утерев кровь и слёзы, слившиеся в окровавленную бахрому, он поднялся. Удар друга причинил ему лишь физическую боль, но боль в его душе была невыносимой. Да, всё произошло неожиданно и быстро, будто тот весёлый староста класса, пытавшийся помочь, уже всхлипывая вытирает слезы, ведь все забывают, что ему только четырнадцать лет, и, взгромоздившись на стул, он громко обратился ко всем:

— Никто из вас, слышите, никто не смейте сегодня следовать за мной, чтобы помочь. Это моё дело. У вас есть родители, братья или сёстры, не смейте навлекать на себя беду.

Однокурсники, так его ценившие, опустили головы, чтобы скрыть слёзы. Некоторые сжимали кулаки от гнева, ведь каждый из них хотел помочь.

Однако Арахней осознавал, что дело не только в полицейских, нагрянувших за долгами. Это явный признак того, что за ними стоят влиятельные люди, давно подчинившие себе местных стражей порядка. Это лишь начало грядущих неприятностей. Если его посчитают угрозой, ему придётся покинуть школу, которую, с высокой вероятностью в восемьдесят процентов, уже окружили не только полицейские, но и приспешники тех самых влиятельных людей, контролирующих правоохранительные органы. Но чтоб он смог выполнить свой план, то помощь ему всё-таки понадобится, и устроить в своем роде шоу на переодевания.

— Слушайте сюда! Раз хотите помочь, у вас есть шанс. Соберитесь вокруг, я расскажу, что делать.

Тем временем на заброшенном заводе — 9:42

Группа людей собралась в полумраке: — Добро пожаловать, господа. Как проходит ваше раннее утро?

В идеально отглаженном чёрном костюме, с бокалом вина в руке, сидел один из членов мафиозной группы.

— Очень хорошо, мистер Марин. Наше утро проходит в здравии, но только вот... —Доброжелательным тоном ответил высокопоставленный офицер.

— Что значит «но», уважаемый офицер?

— Возникла досадная проблема. Наш участковый доложил, что не смог взять под надзор так называемого «Глыбу», того самого, что задолжал вашей семье. План моего назначенного человека за это задание, якобы бы должник совершил кражу, был провален.

— Вы меня разочаровали, офицер. Неужели я так мало плачу, чтобы вы могли относиться к моим заданиям всерьёз?

Слова одного из крупнейших владельцев подпольного бизнеса, Марина, мгновенно заставили офицера побледнеть и склонить голову.

— Не смею даже подумать о таком! Ваши слова всегда на первом месте. Мы уже исправляем ситуацию, устраняем проблему.

— Раз так, не стану лично разбираться. Надеюсь, во второй раз вы справитесь. Смотря какой бы ни была проблема. Те, кто мешает семье Марин, должны быть наказаны, вне зависимости от возраста или пола.

Вечер, того же дня

Наступил сумрачный вечер, когда все дома наполнились теплом семейных ужинов. Лишь один юноша оказался в одиночестве, не рядом с близкими, которых у него попросту не было. Он решился на смелый поступок, бежать через лес, предчувствуя, что мафия не оставит его в покое, если он останется с ними. Но судьба распорядилась иначе, его окружили полицейские и начали расспрашивать о событиях в школе. Однако юноша молчал, его ответ был одним и тем же…

Спустя час

— Кха-ха-ха! — смех перешёл в хриплый кашель, и на губах выступила кровь. — Неужели вы все собрались ради меня, четырнадцатилетнего безмамного сорвиголовы? Какие же вы отстойные, как и ваша мафия! Столько времени вам потребовалось, чтобы меня найти?

На безжизненном тёмном поле собралось множество людей, жаждущих смерти мальчишки. Члены мафии и полицейские окружили его и глумились над его словами.

— Как жаль тебя. Сирота, без родителей, недавно лишился бабушки… Хотя ты был достаточно умён, чтобы поступить в колледж в таком возрасте. Тебе не жаль своих стараний?

— Мои старания - моё дело. Вы ожидали, что я буду плакать, молить о пощаде? Ну и тупицы! Как вы вообще смогли стать полицейскими?!

Выплюнув кровь на землю, парень прислонился к шершавому стволу дерева и окинул всех присутствующих взглядом, в котором читалась усмешка, смешанная с усталостью и болью.

— Давайте, убейте, не тяните! Передайте вашему боссу… как его там, Марину… что он трусливый и обиженный уеб...

Спусковой крючок был мягко, но резко дёрнут, и в следующий миг воздух прорезал резкий, отчётливый звук выстрела, словно разбудив саму тишину в глухом лесу.

— Прости меня, я не желал этого, но не мог иначе… — Его голос дрожал, выдавая внутреннюю борьбу. Оставить ребёнка после таких слов значило бы обречь себя на ту же участь. Кровь на руках стала тяжким бременем, напоминанием о сделанном выборе. Склонив голову, он думал только о том, что обязан защищать детей, а не лишать их жизни. Но ослушаться означало бы предать своих собственных детей, обрекая их на гибель.

Один из членов мафиозной группировки приблизился к офицеру, мягко коснулся его плеча и сказал:

— Твои руки запятнаны кровью ребёнка. Но если бы ты поступил иначе, этими же руками тебе пришлось бы убить своих детей. Хотя кому говорю, ты это и так понимал, так что ты сделал правильный выбор.

Повернувшись, громко воскликнул, обращаясь к остальным, находившимся позади:

— Че встали, уроды? Собирайтесь, уезжаем.

Бездыханное, на первый взгляд, тело так и осталось лежать нетронутым. В ночном лесу, где не было ни зверей, ни птиц, стояла тишина, густая, всепоглощающая. Когда виновники покинули место величайшего греха, они не знали одного.

— Кхе-хе… Идиоты. Надо было проверить тело после выстрела.

Ухватившись за сухую ветвь, юноша поднялся на ноги и продолжил путь, сжимая рану.

— Спасибо, офицер, что родился таким недалёким. Даже судьбе меня не убить, я сумел сместить сердце, согнув сломанные рёбра.

Его путь предстоял быть долгим. Чтобы покинуть город, нужно было добраться до главного шоссе. Весь в крови, ребёнок шёл, сплёвывая багровые сгустки на каждом вздохе. Но силы покидали его. Спасение от пули не означало спасения от кровопотери и переломов.

— Больше не могу… Не могу идти. — Проведя ладонью по щеке, ощутил, как по ней стекают горячие капли, словно душа и тело плакали вместе, не в силах сдержать боль.

— Лучше просто лягу на землю… немного отдохну.

Веки сомкнулись, погрузив его в забытье. Но когда он вновь открыл глаза, то увидел незнакомое место, светлый дом, похожий на тот, что помнился из детства. Рядом стояла женщина, чьё лицо невозможно было разглядеть из-за яркого света. Но сердце подсказывало, это кто-то самый близкий. Мгновение длилось недолго, сильный грохот прервал этот счастливый миг.

— Просто сон… Впервые за пять лет я смог нормально увидеть сон. Забавно, что только при смерти мне удалось отдохнуть.

Оглядевшись в поисках источника шума, он пробормотал:

— А, вот оно что… Сильный удар чего-то на чистом поле.

Дав телу несколько часов отдыха, чтобы утихла боль, юноша собрал остатки сил и продолжил путь. Спустившись на поле, его взгляд привлекла необычная картина. Это была пустая белая дыра в пространстве, окутанная сетью из фиолетовой паутины, мерцающей в ключевых узлах.

— Как прекрасно… Сегодня действительно удивительный день. Мне повезло узреть проход в кроличью нору. Наверное, я уже брежу, но если это стоило того, нужно было раньше попытаться умереть. — Улыбка не сходила с его лица, а боль почти не чувствовалась от переполнявшей радости.

Протянув руку к порталу, его глаза узрели, как с противоположной стороны вылетели два быстрых существа. Они словно сошли со страниц мифов, вестник тьмы сражался с вестником порядка. Оглушительная битва гремела, как грохот танков, каждый удар порождал ударную волну.

И это же взрывная волна отбросила ребенка на сотни метров, как лёгкую игрушку. Его тело, беспомощное и беззащитное, врезалось в каменную стену с чудовищной силой. Позвоночник, словно сухая ветка, хрустнул под напором удара, и острая боль пронзила его насквозь. Однако осознание этой боли быстро растворилось в ледяном тумане шока, погружая его сознание в парестезийное состояние, где не было ни тепла, ни света, только бесконечная и холодная длань смерти.

— Судьба, ты позволила мне узреть такое зрелище… Но, видимо, тебе надоело, что я выживаю каждый раз. Знаю, твой следующий ход меня убьёт…

Его уста не смогли договорить последнее слово. В следующий миг мир перевернулся с ног на голову, а затем раздался глухой стук о землю.

Копьё устремилось к светлому существу, но его траектория оказалась нарушена, вероятно, из-за ошибки того, кто его метнул. В результате оружие отклонилось и направилось в сторону юнца, едва дышащего из последних сил.

«Понятно… Меня обезглавили. Почему даже сейчас я не чувствую страха, хотя понимаю, что через секунды умру. Возможно, теперь секунды для меня — как часы… Успею посмотреть всю свою жизнь, как быстрый фильм».

Его глаза, устремлённые к одинокой луне, наполнились слезами, но улыбка не сходила с лица.

— Но я даже не вижу свой быстрый фильм… Ведь жизни у меня практически и не было… Что ж, судьба, ты проиграла мне, раз не смогла заставить меня опустить руки.

Том 1: Эпизод 2

Второй шанс?

— Где я? — Попытка подняться отозвалась в теле острой болью. — Почему голова так сильно раскалывается? И почему вокруг всё такое яркое и белое? Я даже не могу полностью открыть глаза из-за этого света.

От переживаний он попытался закричать, но не смог — получилось лишь тихо спросить:

— Эй! Здесь есть кто-нибудь? Почему никто не отвечает? Как-то даже напрягает. — Не по себе как-то быть одному, с тревогой подумал испуганный малыш.

Прошли минуты в полнейшей тишине, пока с тревогой полз по незнакомому месту. Вдруг его слух поразил мягкий, ласковый голос, который раздавался эхом отовсюду. Дивный голосок принёс успокоение душе, измученной нарастающим в тишине страхом. Не медля ни секунды, юноша взволнованно спросил:

— Кто ты? Мне так тревожно! Пожалуйста, явись, где бы ты ни была!

Он вглядывался в пустоту, надеясь увидеть кого-нибудь, его глаза жадно ловили каждый проблеск.

— Я — та, кто наблюдает. Я — та, кто оберегает. Я — та, кто дарует. Я — та, кто взвешивает чашу весов между порядком и хаосом. Я — та, кто будет справедливо защищать вас.

Голос одновременно завораживал и пугал. Вселяя страх и трепет, он в то же время приносил то же странное спокойствие, что и раньше.

— Неужели ты… сама богиня?

— Я могу быть матерью, могу быть творцом, могу быть богом. Но никто не знает, кто я, — даже я сама.

— Ваша манера речи слегка странная, да и слишком часто вы употребляете «я», — его слова были тщательно подобраны, чтобы не задеть чувства богини.

«…»

"Неужели я её расстроил? Это ужасно — ненамеренно сказать правду о ней. Ужасный проступок! Хотя она единственная, кто откликнулся на мой зов". — С презрением корил он себя, думая о том, как ужасно поступил.

— Забавно нам с тобой беседовать? Но я слышу твой внутренний голос, что молвит за тебя. Однако речь моя построена так, что другие не могут молвить за меня слова. Я — запредельное существо, что не гадает даже о своём происхождении и возникновении.

— Примите мои глубочайшие извинения за мой грубый поступок. У меня нет права так с вами обращаться. Думаю, даже думать о таком грех.

Извинения, произнесённые юношей, достигли монахини неба, что владела этим прекрасным голосом. Тень, отбрасываемая ею, постепенно вырисовывалась, но самой хозяйки тени видно не было.

— Неужели это вы? Богиня, что владеет этим прекрасным голосом? Неужели вы скрываете свою истинную сущность, и мне довелось увидеть лишь вашу тень?

В ответ раздался лишь миловидный смех, не предвещающий ни угрозы, ни принижения. Всё было совсем иначе, смех был чарующим. Вслед за ним божество спросило:

— Расстроен ли ты, милейший юноша?

— С вашего позволения, почему вопрос столь неожиданный и не подходящий к теме нашей беседы?

— Узрела я, что ведаю грусть твоей души. Ты печалишься, сам того не понимая.

— Возможно, вы правы. Сам того не понимая, я чувствую, как мой разум скорбит о чём-то, но не знаю о чём. Потому не придавал значения, казалось, не слишком важно.

— Случилась с тобой беда неожиданная, но ты сам того не помнишь? — Тень богини сместилась и приблизилась ещё ближе. — Коль неинтересно тебе, кто ты и как оказалась твоя сущность в белом холоде всей жизни всего?

— Думаю, вы ошибаетесь, госпожа богиня. Я прекрасно знаю, кем являюсь и являлся всю свою жизнь. — Скрестив ноги и устроившись поудобнее, он собрался рассказать о себе. — Я… я… я… — Паника охватила его, он не мог вспомнить, кем являлся. — Что-то мне стало нехорошо… Я… вправду не знаю, кто я!

— Душа твоя покрылась пеленой тёмной от страха того, что не ведаешь, кем являешься. Спусти грусть тяжёлую, ведь ясно, как день прекрасный, что не знаешь ты о себе в полной мере. Сущность прекрасная и чистая собою, пробыл ты тут веками и тысячелетиями. По воле справедливой забрала душу невинную, что не по судьбе покинула длань земную.

Пытаясь вспомнить жизнь былую, юноша не переставал стараться понять, что было с ним до, чтобы осознать, почему он после.

— Утруждая себя, вредишь своей душе прекрасной. Успокой ты нрав свой пылкий, ведь не зря я — запредельная обитательница всего живущего. Помогу восполнить картину жизни, как пазлы восстанавливая тебе.

Благодатная тень небесной властительницы, не скрывая свои намерения, сделала следующий ход. Чтобы помочь вспомнить прошлое, решила она слиться с юношей, который не по своей воле оказался в её объятиях.

Застыв на несколько мгновений от слияния с могущественной тенью, его тело постепенно начало двигаться, пытаясь встать на ноги. Хватило и первых попыток, чтобы освоиться в полной мере. После получения всей информации он смог вернуться из информационного потока в реальность.

— Так получается ты и есть та самая судьба, что испытывала меня всю жизнь? Хотел посмотреть тебе в лицо, но даже этого, как я вижу, не удостоился. — Уважение в мгновение превратилось в надменность и в презрение, как и его тон.

— Печаль разделила твою, но судьбой не являюсь. Подвластно мне то, что видел и знаешь ты, но не в правилах моих контролировать их, этих богов мерзких и непреклонных. Оправдания нет таким, как мне, ведь моей руки приложенной тут нет, но ответственность лежит на мне.

Тень, словно окутанная неясным чувством, выражала сожаление о судьбе ребенка, чьи страдания не были её выбором, но именно она могла помочь.

— Простите меня вновь. Мой нрав мешает порою мыслить. Но тогда почему вы решили мне помочь?

— Не стану я молвить долго, когда можно узреть всё как на ладони. Вместо услышанного лучше покажу.

Богиня не утруждала себя длинными речами. Она лишь использовала часть своей тени, чтобы сотворить подобие театра теней, где диктор, словно оживший дух, поведал захватывающую историю о двух верховных расах.

Боги и дьяволы — две расы, враждующие по религиозным причинам. Силу и мощь каждой из этих сторон определяет количество верных последователей, что приводит к постоянному противостоянию.

В погоне за своими целями дьяволы иногда открывают порталы из высших измерений, используя для этого полубогов. Согласно установленным правилам, им запрещено нарушать порядок и вступать на низшие уровни существования. Однако, несмотря на это, их цели гораздо важнее чего бы то ни было, и это приводит к неконтролируемым последствиям.

Боги, осознавая опасность, начали отлавливать самых низших импов, которые сеяли хаос в измерениях. Их задача — восстановить равновесие и предотвратить дальнейшие вторжения, тем самым сохраняя хрупкий баланс между порядком и хаосом.

В этой бесконечной борьбе за власть на кону стояло не только превосходство двух рас, но и судьба духовного мира, в котором они существовали. Каждое действие каждого последователя могло изменить ход событий, и в этом мире не было справедливости, как бы того ни хотелось.

— Виной всему те дьяволы, которых контролировали высшие? Аналогично и с богами, что играют в политические игры на низших измерениях?

— Умолчал ты о большей сути, но распутал самые верные путы, докопавшись до главного.

— Что будет со мной? Раз умер я не по своей судьбе, вы меня воскресите? Хотя мне всё ещё кажется, что это бренный сон. — Вопрос задан был с надеждой, чтобы понять, к чему вообще идёт этот диалог.

— Чистейший из душ, милейший из тех, что видали очи мои. Любовь моя окутана для всех, но страдания, предписанные тебе, словно явью пришедшая книга из самого ада. Мучения длились всю жизнь. Даровала тебе ясный ум и силу, но судьба-грубая стерва убила, нарушив устои, строившиеся тысячелетиями. Дарую тебе выбор необычный, коль хочешь на землю — родишься заново, но жизнью будешь избран мною. Счастливо и глубоко будешь жить. Потеряешь ты воспоминания о жизни прошлой, терзавшие твою бледную душу.

— Можно узнать и о втором выборе?

— Не в терпёж моему прекрасному, отвечу на вопрос твой, добрейший. Жизнь вторую тебе дарую, но мир иначе построен будет. Память о прошлом останется с тобою, в мире волшебства и сказок, но потеряешь ты возможность жить спокойною душою. Войны, следующие по жизни, будут ждать на каждом углу.

Оба варианта имели как плюсы, так и минусы. Казалось бы, первый был очевидно лучше, как могла бы подумать и сама верховная хозяйка всего сущего. Но малыш не привык жить спокойно и выбрал то, что было ближе душе.

— Оба варианта интересны сами по себе. Ведь право иметь память о прошлом — это значит забыть обо всём старом мире и отправиться в неизведанное. Но первый вариант звучит лучше, ты лишь теряешь память о своём паршивом и ужасном прошлом, чтобы жить мирно и спокойно. — Он опустился на оба колена, ведь так мысли были прояснились лучше.

— Выбор тут очень прост. Навязчив мой вопрос? Долго думать тут не стоит, выбор явный, ведом даже слепому.

— Я решил! Мною принято мнение, что лучше отказаться от обоих вариантов. Ведь в обоих случаях не вижу гарантированных плюсов. Но если госпожа богиня согласится на ещё одну условию, то…

Смех верховной вновь был прекрасен. Не дожидаясь окончания просьбы, ответила она лишь смехом, подобным приятному дуновению счастья.

— Мой самый милейший из виденных моими очами. Ты добр, как хотела я в прошлом. Мысли твои читать, как книжку неприкрытую. Согласна на твою просьбу о том, что ты желаешь. Но милейший из созданных мною, выбери вариант поскорее.

Стыдясь забывшейся способности богини, юноша покраснел и сделал свой необычный выбор.

— Как пожелаете, прекрасная богиня, которую я даже не видел, но вы и вправду прекрасны и добры. Очевидно, не стоит мне отвечать, вы и так прекрасно знаете, какой выбор сделал. Но если вы того требуете, дам свой громкий и ясный ответ, хочу я сохранить память о том, как жил в трудном мире. Раз такой мир уже существует, но в других реалиях, желаю жить там.

Тень, что явилась неожиданно, так же внезапно начала исчезать, заменяясь на маленькую девочку, что по годам схожа с юношей. Она предстала перед ним во всей своей красе.

Сидевший на коленях юнец был поражён её присутствием, перед ним стояло истинное запредельное существо. Прекрасные белые переливающиеся волосы блестели алмазными оттенками всех цветов радуги. Глаза выделялись больше всего, один был прикрыт длинными локонами, а на том, что виднелся, вместо зрачка отчётливо сияла фигура полумесяца. Дополнял её божественный образ длинный белый рог. Всю ту красоту, что узрел такой смертный, как он, можно было описать одним словом — созидательница.

В ответ на его мысленный комплимент не последовало ни слова от той, кем он так восхищался. Лишь необычный жест в виде поцелуя: медленно, маленькими шагами богиня опустилась на колени и поцеловала его в щёку. Естественно, за этим стояло больше, чем простая симпатия. Её поцелуй был знаком того, что уже пора. Вся окружность вокруг Арахнея провалилась под ногами, и ему оставалось лишь лететь сквозь бесконечное небытие, окружавшую его.

Том 1: Эпизод 3

Авантюристы.

Минувшая бескрайняя бездна, и вот глаза открываются постепенно. Снова ослепительный свет режет глаза, инстинктивно закрываю их, чтобы избежать боли от ярких лучей. Глубокий вдох, воздух прохладный, как в пасмурный день. Переворачиваюсь на спину, наслаждаясь нежным шелестом мокрой травы. Легкое дуновение ветра ласкает кожу, словно омывая душу своим волшебным прикосновением.

Ну вот и всё, осознание постепенно приходит. Напоминает мне это кое-что до дрожи знакомое. Приподнимаясь, как будто в первый раз, прикрываюсь от озорных лучей, дабы насладиться природным ландшафтом, что они загораживали. Пейзаж как картина художника, с мгновением всё становилось прекраснее, а холмы как восточная крепость — не видать ни начала, ни конца. А приглядевшись вдаль, силуэты густых гигантских деревьев показывают путь в неизвестном направлении. Атмосфера и природа были поистине завораживающими, и, попытавшись встать на ноги, чтобы приблизиться к ним, стало невозможно, как новорождённому ребёнку, с трудом пытался подняться. Осознание пришло к нему, что он оказался в мире не своём, вспомнил, о чём было в прошлом, он понял главную причину своей тяготы, но уже было неважно, ведь в итоге встал на ноги, хоть и стоять было трудно.

— Неужели этот мир и есть тот самый опасный, где войны на каждом углу? — Сделав несколько шагов, это уже придало ему уверенность. — Как говорится, не торопись, всё со временем будет. Она сдержала обещание, — тепло улыбнувшись выполненному обещанию богини.

Оглядываясь вокруг, пытаясь найти ориентиры, давалось это туго, ведь кроме бескрайнего поля и густой зелени его взгляд практически ничего не мог уловить, и это сбивало ход событий в его голове, впервые он не знал, что делать в такой ситуации.

Мысли так и переполняли о том, как может пройти день, месяц или год в этом фантастическом мире. Чувства заставляли кровь юного авантюриста переливаться в голове быстрее, как и страх до дрожи доводил сердце, чувства смешались, но кровь бурлила в любом случае.

— Одни поля засеяны вокруг, но это значит то, что если есть поля, значит, должна быть главная дорога, ведущая в городок. — Простите меня, фермеры, но мне нужно пройти сквозь ваших посевов, — искренне извинился он мысленно.

Но проходить не так просто через них, хоть и вернувшаяся координация ног была уверенной, только вот устойчивость ещё была слабой. А посевы были густые, доходили прямо до пупка, что сильно мешало их раздвигать в стороны. Звуки копыт издали, характерные звуки, это придало некое упорство для продвижения вперёд.

— Нужно торопиться. — Перестав раздвигать посевы, он ринулся вперёд сквозь них, опустившись на гусиные шаги, было трудно, но ожидания оправдывали затраты.

Устремившись невзирая на сложность, вид гибких стебельков посевов, которые в момент могли просто запутаться между ног. Только его уверенность в себе выше, чем страх споткнуться, и вот уже виден выход, но неудачно спотыкается об корень огромного дерева, словно перекати-поле из вестерных фильмов, покатился несколько раз с оборотами головой вперёд.

— Ну и чёрт, столько усилий, чтоб не испачкать одежду. Ладно, неважно, дорога и так видна, что дальше делать, уже и так ясно. — Прислушавшись вновь, звук копыт стал более отчётливым, значит, всадник уже близок, — мелькнуло в голове.

Выбравшись наконец из посевов, он встал у дороги и громко попросил остановиться.

— Постойте! Подождите меня, пожалуйста! — крикнул он с одышкой, пытаясь удержаться на ногах. — Было опасненько, — выдыхая всё чаще от усталости.

Всадник, сидящий верхом на лошади, был приятно одет, на вид строгий и элегантный стиль. Первое, что можно было подумать, что это богатый человек, но сзади с ним была повозка, необычная, а пассажирская, это значило одно: перед ним перевозчик или сопровождающий.

— Что случилось, малыш? Тебе что-то нужно? — спросил мужик с надменным тоном, сидя на лошади.

— Ах, да… простите, у меня одышка. Я хотел бы вас попросить довести меня до ближайшего города, как вы видите, я в грязи, да ещё не знаю, где нахожусь.

— Ну что ж, я торговец, и ты должен понимать: бесплатно только сыр в мышеловке. Поэтому, если ты хочешь мою помощь, тебе придётся помочь мне разгружать вещи. Ведь как раз направляюсь в столицу, но перед этим решил заехать в деревушки, где хотел бы продать пару товаров. Мне нужен разгрузчик.

— Да, конечно, я готов помочь, в этом нет ничего трудного, — улыбнулся он на его хоть грубый, но добрый жест.

— Разумный ответ, — усмехнулся строго. — Мой опытный нос говорит, что не стоит тебе доверять. Ведь странно, что ребёнок находится на ферме, которая на границе с опасным лесом. В обычной ситуации отказал бы с полной уверенностью тебе, но ты предложил бесплатную помощь. Думаю, не вижу причин отказываться от бесплатного детского труда.

— Не волнуйтесь, слова и не прораню вашей стороны. — Хотя обычно после детского труда к вам бы пришли дядьки в форме, — с обострением задумался он об ситуации, если бы это был его мир.

— Так что ты стоишь?! Загляни в повозку, там ты встретишь кое-кого, считай, что твои друзья по работе.

— Ему бы принять глицерин, а то на нервах далеко не уйдёт, но если он сказал, то должен выполнить, — направившись в сторону повозки.

Дверь неохотно сама открылась, видимо, не стали ждать, пока юноша решится на это, и нетерпеливая группа, что и открыла дверь, являлась…

— Познакомься, перед тобой наёмная группа, что сопровождает меня весь этот путь. По секрету скажу, но они послушные как псы, если им платить, так что не бойся. — С размахом решил попугать юнца скверный старик.

Конечно, этого недостаточно, чтоб напугать новоприбывшего пассажира. Но всё-таки решил с осторожностью подойти к ним, на удивление, его встретили с улыбкой.

— Не бойся нас, — сказала одна из девушек.

— Оказывается, это действительно ребёнок.

— Неужели ты всерьёз принял его за девушку подросткового возраста? Гони деньги, ты проиграл спор, — усмехнулся один из меченосцев, скрестив руки.

— Не только детский труд приветствуется, так уже ставки ставят. Думаю, дядьки в форме были бы рады новым кадрам, — самоирония часть его личных мыслей. — Ну, здравствуйте, друзья по работе, так сказать.

— Дубаломы, не видите себя как неотёсанные мужланы… Хотя, вы они и есть, — прищурившись, девушка ответила, смотря на их мерзкие рожи.

Появилась и вторая девушка. Наклонившись чуть вниз, она протянула руку, чтоб помочь ему подняться, возможно, раньше он и был высоким. Но богиня решила сделать его младше, в своём роде расплата за ценную выполненную работу. По ощущениям второй девушки, ладонь юноши была безжизненной, не было отчётливого чувства магической силы.

— Спасибо за помощь. — Запрыгнув в самвозку, они ринулись в путь.

— Как тебя зовут? — спросил один из мечников, протягивая руку.

Он был крупнее своего спутника и смотрел на Арахнея с неподдельным интересом.

— Ну, можете звать меня Арахней.

— Приятно познакомиться, Арахней, — произнёс один из мечников, его улыбка стала шире, разглядывая мальца.

— Я Радгеаст, — представился он, гордо расправив плечи. — Моя специализация — ближний бой, магия яда, раса — получеловек, трясовиц. Ранг — пятнадцатый, три звезды.

Ранги и звезды… Неужели это какая-то система подсчёта рейтинга в каком-то клане или ратуше. Так ещё и получеловек, круто, — подумал в мыслях новобранец.

— Да, удивлять ты всех можешь, Радгеаст, — подметил первый мечник, потянувшись к Радгеасту и дружески хлопнув его по плечу. — Меня можешь звать Онагост. Что касается меня, я всего лишь на шестнадцатом ранге, две звезды, раса — человек. Но, как видишь, только Радгеаст обладает способностью так подробно рассказывать о себе.

— Так зачем это скрывать? Только если ты боишься, что можешь проиграть, — подметил старший авантюрист, подмигивая своему недоверчивому другу.

— Прям как ты, когда спорил со мной, — с ответной улыбкой подчеркнули оскалистые зубы.

— Веришь или нет, но твои слова подходят больше для басни, а иначе как ты можешь рассказывать такие небылицы.

Не выдержав оскорбление в свой адрес, второй мечник начал его критиковать, пока первый просто повторял одно и то же.

— Не стоит зацикливаться, это естественный их характер, лучше присядь рядом с нами, — попросила одна из девушек, уютно устроившаяся в уголке. — Я Ермиона. Возможно, ты уже заметил, у нас есть большое отличие, это острые ушки, мы обе из одной расы Дивьев.

— Для чего ты сделала акцент на свои уши… — Поняв, какой грубый вопрос он задал, сразу же ответил, — простите, я не хотел оскорбить или задеть за вашу черту, просто интересно стало, ведь впервые вижу другие расы.

Слова ребёнка для них были смешными. Обе представительницы редкой расы не смогли сдержать свою улыбку и ответили тогда, когда тот был полностью красным от своих слов.

— Какая милая реакция, мы не просто так делаем акцент. Это скорее наша отличительная черта, ведь мы народ эмпатов и чувствуем души людей через их жизненную силу. Наши ушки помогают отчётливо ловить колебания твоей жизненной силы, а жизненная сила, можно сказать, и есть продолжение твоих чувств, эмоций и даже намерений.

Прекрасное объяснение, даже романтично в своём роде, нельзя подобрать и других слов о том, что чувствовал в момент рассказа маленький и любопытный мальчишка.

— Ээ, а как же я, ты забыл о той, кто помогла тебе, каратышке, подняться.

Слова были резонные, неожиданно вмешалась другая девушка с её настойчивым и грубым характером.

— Я Нонна. Надеюсь, ты будешь считать меня своей подругой.

— Ах да, простите, Нонна, мне очень приятно с вами познакомиться.

Взаимно улыбнувшись в ответ на милые улыбки красивых сестёр, это изменило атмосферу, что позволило уже самостоятельно сделать первый шаг к ним навстречу, и уже ощущая лёгкое волнение, успокоилось как бушующее море в дождливую погоду, но успокоившись перед восходом солнца, кем и были для него эти приятные сёстры.

Ермиона: Ох, точно, я до сих пор не узнала! Что ты делал на границе с ужасным лесом?

Арахней:Прости, но даже я не могу знать, что вообще делал в том месте. Память, возможно, отшибло, ведь когда проснулся, то увидел лишь бескрайнее поле, а лес даже не заметил.

Нонна:Ну, что-то как-то не верится, ты не думай, что я подозреваю тебя, ну, ты понял, короче. Мы первоклассные авантюристы, будь мы беззаботные, как ты, то наши черепа стали бы украшениями для кого-нибудь. — Голос отдавал чувством сомнений и полного подозрения, но не выделялся настолько сильно.

Радгеаст:Ерунда всё это, подозревают только бестолковые слабаки, которые боятся или переживают, что им могут воткнуть нож в спину, в моём случае это наоборот шанс показать себя. Точно, ты владеешь каким-нибудь оружием, а может, ты вообще маг?

Ермиона:Второй вариант, увы, господин Радгеаст, отпадает. Наверное, моя сестрица уже поняла, о чём я, но объясню. В нём нет никакой жизненной силы, — опустевшие на миг глаза с проницательным взором посмотрели на юношу.

Онагост:Настоящая ересь, даже в сказках такое не услышать. Вы простите за такое резкое высказывание, леди Ермиона, но даже самые ничтожные существа исходят жизненной силой.

Нонна:Следи за тоном, дурной монашек. — Искривив злую гримасу, которая не давала покоя собеседнику, от чего тот опустил глаза. — Но ты прав, звучит как бред больного, моя сестра может чувствовать колебания жизненной силы, что круто, но даже я не почувствовала ничего, хотя держала его за ладонь. Всё в мире имеет жизненную силу, даже муравьи, но чтоб человек, что является концептуальной сущностью… это абсурд.

Арахней:Клише за клише, но хоть узнал, что в этом мире мы являемся концептуальными существами, так ещё имеем какую-то жизненную силу, — опустив спокойно голову, ответив на их сомнения. — Знаете, это оскорбительно с вашей стороны, вы не можете говорить за меня! Как ранее было сказано мною, мне неведомо ничего о себе, так что проявите компетентность.

Ермиона:Прости, мой маленький, — схватив его за руки, она уютно прижала к груди. — Ты прав, мы с тобой слишком грубо обошлись, хоть всё равно странно. Но я думаю, что возможно перед нами кукла, в которой помещена душа ребёнка, от чего он развил своё собственное «я». — Это единственное, что я могла о нём предположить, — сжимая малыша, она с вздохом подумала об ужасах, которые его душа могла перенести.

Онагост:Так почему бы не выяснить, кто управляет его телом?

Нонна:Дивьи — раса, связанная с природой. Нам дозволено знать всё о том, что создано природой, но то, что создано искусственно, анализировать не можем.

Ермиона:Это не единственная, но основная причина, почему мы не можем.

Вопросы были неуместные и местами пугающие. Они не стеснялись задавать их и дальше, до самой зари выдумывал ответы уставший юноша, которые по себе были размытые и неясные.

Окончательно солнце скрылось за горизонтом, приведя за собой глубокую ночь. Пришлось разбить лагерь на поле, окружённом деревьями, за которыми и скрывались дежурные наёмники, которые сменили друг друга, чтоб сторожить спокойный сон каждого; последними выступили сёстры, которые поддерживали длительный диалог при смене друг друга.

— Сестра, пора установить барьер, — сказала старшая сестра, которая заменяла младшую.

Услышав просьбу сестры, она кивнула головой. Ермиона, выполняя обряд, установила по всему полю специальные камни, которые окружили зону проживания барьером, но этот барьер выполнял не только одну роль, барьер сам по себе был вакуумом, который ограждал даже звук шелеста от деревьев.

— Думаю, так мы сможем спокойно говорить… — Обернувшись к сестре, она невольно спросила: — Неужели ты хотела спросить меня про этого мальчика?

— Он будет отличной возможностью для нас в будущем. Чувствую, в нём есть то, что понравится одной нашей знакомой, сама история, которую мы раскроем через него, поможет нам развиться, как думаешь?

— Ты права, но всё-таки считаю, что нам нужно быть осторожными, мы не знаем, кто может стоять за ним. Он — неизведанное для нас существо, — с ухмылкой ответила младшая сестра.

— Не стоит за это переживать, мы, естественно, будем настороже, — уверенно и горделиво ответила мудрая сестра. — На нашей стороне время, чтобы проанализировать его, всё что делает он, мы будем учитывать.

Тьма, поглотившая лес, стала глухой и бесплодной, только свет небесного и белого фонаря подсвечивал вновь пустой и пронзительный взгляд Ермионы, что уставилась на спящего юношу.

— Представь, с помощью него какие мы достижения сможем открыть, сможем познать многое.

Вздохнув, младшая сестра произнесла: — Да, но что, если он не согласится? Что, если он опасен?

Ермиона лишь пожала плечами, её взгляд оставался непоколебимым.

— Мы найдём способ убедить его. В конце концов, это наш долг перед нашим народом.

Разговор их был недолгим, ведь чувство неприятности витало в воздухе, это ощущение и разбудило Арахнея, пребывающего в глубоком сне. Приподняв голову, взор его пал на Ермиону, что смотрела на него, её взгляд был пугающим.

— Он не мог проснуться из-за шума, — прошептала Нонна своей сестре.

— Как же забавно, у него есть обострённое чувство опасности, — подумала старшая сестра. — Не волнуйся, он сейчас уснёт вновь.

Том 1: Эпизод 4

Последнее слово.

Первый луч солнца, проникая сквозь густую листву, мягко озарял окрестности, наполняя утренний воздух нежным светом. Радгеаст, погружённый в созерцание этого прекрасного мгновения, не спеша склонился над спящим новобранцем и легонько толкнул его, стремясь пробудить от сна.

— Арахней, просыпайся! Нам пора в столицу, — с лёгким нетерпением произнёс он.

Соня, все еще пребывая в полусонном состоянии, с недоумением огляделся вокруг.

— Что? Куда? — его голос звучал вяло и растерянно. — Почему так рано?

— Просто оглядись вокруг, — ответил Радгеаст с улыбкой.

В этот момент наёмные убийцы и торговец, расположившись подле повозки, принялись потешаться над его мимикой. Ермиона, скрестив руки на груди, вмешалась в разговор.

— Ребята, перестаньте смеяться над ним! Он ведь только проснулся. Я не удивлюсь, если у вас тоже такое выражение лица по утрам.

— Не думал, что ты способна кого-то защищать, учитывая твой характер, — с хмурым видом произнёс Радгеаст.

— Ладно, хватит шуток. Нам действительно пора отправляться в столицу, но по пути мы сделаем остановку в деревне, — сказал торговец, собирая повозку.

— Понял, — сказал юноша, вытирая глаза и стараясь прийти в себя.

Радгеаст приобнял Арахнея за плечо, направляясь вместе с ним к повозке. Атмосфера в группе была напряжённой, так как участники ещё не успели хорошо познакомиться друг с другом. Чтобы разрядить обстановку, Радгеаст решил рассказать историю, что действительно помогло скрасить путь.

Арахней понял ситуацию и решил поддержать его рассказ, задавая всё больше вопросов об интересных моментах. По его мнению, это разнообразило бы их обстановку, хотя вчерашний день был почти полностью сосредоточен на нём, так как все интересовались его личной жизнью и происхождением. «Даже как-то обидно, что это всё из-за меня», — тихо прошептал он про себя.

Внезапно Ермиона решилась подойти к окошку. Она приоткрыла его и высунула голову, стараясь привлечь внимание торговца, который вёл повозку.

— Торговец… — воскликнула она, но тут же вернулась назад, так как её внезапно что-то цапнуло за пятку, и она чуть не потеряла равновесие.

— Кто это сделал? — спросила она, почёсывая цапнутое место на ноге.

— Я точно не я! — воскликнул Онагост, отмахиваясь руками.

— Ермиона, скорее всего, это Радгеаст. Посмотри на его хитрую физиономию, он едва сдерживает смех!

Она резко повернула голову в сторону Радгеаста, надула щёки и нахмурилась, сверкнув своими маленькими глазами.

— Ха-ха-ха! Я чуть не подавился, но, признайте, это было довольно забавно. Я решил немного разрядить атмосферу, потому что заметил, что вы все такие тихие и угрюмые во время истории, за исключением Арахнея. Нужно было как-то разбавить обстановку, — ответил Радгеаст.

Ермиона, услышав, что её назвали милой, разозлилась ещё больше. Отвернув голову, она громко спросила:

— И поэтому ты решил ткнуть меня в ногу мечом?

— Ну да, — смеясь, признался Радгеаст.

— Очень мудро с твоей стороны, — ответила она, что вызвало общий смех в повозке. Даже торговец не смог удержаться от улыбки, услышав её визг и претензии.

Спустя неделю

Они продолжали свой путь, пока не достигли поселения, которое располагалось на полпути к их конечной цели.

— Выходите, мы уже приехали в деревню! — объявил торговец.

Атмосфера в деревне была гнетущей и тревожной. Густые тени окутывали извилистые улочки, а свинцовые тучи нависали над крышами домов. В этих условиях первыми вышли вперёд воины, готовые к любым неожиданностям. Девушки, переглянувшись, почувствовали напряжение в воздухе и решили немного отстать от остальных. Они не хотели оказаться в эпицентре событий, ведь маги были слабы в ближнем бою.

— Какое необычное место! Интересно, когда мы въехали в эту деревушку, тумана не было видно, но стоило нам оказаться внутри, как он сразу появился?

— На мой взгляд, это обычное явление для глухих деревушек, — произнесла с опаской, взглянув на Нонну.

— Да, это так, — подтвердила Нонна, резко повернув голову.

— Мне как-то не по себе от этого тумана. Здесь слишком тихо, и всё это вызывает меланхолию, — сказал юнец.

Торговец и наёмники с новеньким остановились у открытых деревянных ворот. Не было даже деревенской стражи, которая должна была охранять вход. Все заподозрили неладное, но решили войти.

На первый взгляд, показалось, что дома едва держатся, буквально на двух балках, словно шалаши.

— В этой деревне нет ни единой души. Может, люди сбежали? Или здесь побывал какой-то крупный зверь, — с оглядкой сказал юноша.

— Ребята, мне это не нравится. Торговец, ты же говорил, что заедем в деревню, чтобы ты продал пару товаров, но здесь буквально ничего нет. Кому ты собирался продавать?

— Что вы пытаетесь мне сказать, особенно ты Радгеаст? — вопрошал негодующий торговец. — Я не знаю ничего о дополнительном заказе, который мне передали анонимно. Сейчас я покажу вам контракт.

Однако, тщательно обыскав все свои карманы и чемодан, торговец не смог найти искомый документ.

— Что за чертовщина? Куда он мог деться? — недоумевал торговец.

— Вы говорите об этом контракте? — спросила Ермиона, протягивая листок бумаги. — Но, к сожалению, этого контракта никогда не существовало.

Устремив указующий перст в сторону, Нонна разразилась безудержным смехом.

«Не ожидала, что вы так просто поддадитесь этому фарсу и иллюзии», — произнесла она с ироничной усмешкой, наблюдая за ними.

Их силуэты, подобно тающим облакам, постепенно утрачивали свою чёткость, растворяясь в зыбкой дымке. Они становились всё более призрачными, пока не исчезли, оставив лишь едва уловимое воспоминание о своём присутствии.

— Что за чёрт! Вы тоже это видели? — воскликнул юноша. — Мне показалось, но Нонна смеялась, как злодейка из дешёвой пьесы.

— Думаю, это не наши девочки, — подметил Радгеаст. — Они вели себя тихо до этого момента, да и характер у них другой. Уверен, это не они.

— Вот и причина, почему они так тихо себя вели, — подхватил Онагост. — Неужели их кто-то подменил? Наверное, этот туман обладает сильным галлюциногенным эффектом.

Они не могли дать чёткого ответа, но пришли к неутешительному выводу: девочки не были с ними с самого начала. Они ощущали присутствие, но оно не было связано с Ермионой и Нонной. Это присутствие принадлежало иным, неведомым существам, чьи намерения оставались загадкой.

— Как могла столь проницательная Ермиона не предвидеть подобного исхода? Обычно она всегда тщательно готовится к любым возможным ситуациям.

— Возможно, Арахней был бы прав, но я внимательно наблюдал за ними, но что это меняет? Возможно, они просто заблудились. Туман слишком густой, и одна из них могла попасть под его влияние и отстать. Стоит ли нам вернуться или продолжить путь? Есть вероятность, что они сами смогут добраться до места назначения, а также вернуться обратно к повозке, — сказал Онагост.

— Мне всё это крайне не нравится, — оглянувшись, Радгеаст приказал собраться рядом с ним.

В глубокой тишине тревога постепенно нарастала. Онагост и Радгеаст обменивались взглядами, полными беспокойства и настороженности. Каждый из них чувствовал что-то неладное, хотя всё было тихо, но интуиция не могла их обмануть.

— Мне всё это начинает надоедать, — произнёс торговец, стараясь сохранять спокойствие. — Поэтому предлагаю оставить это место и отправиться в один из домов, чтобы разобраться, что здесь происходит.

Все присутствующие кивнули в знак согласия, и группа направилась к ближайшему дому. Однако, когда торговец попытался открыть дверь, его рука прошла сквозь неё, словно это воздух. Это мгновение вызвало шок у всех присутствующих, и в воздухе повисло ощущение надвигающейся опасности.

— Да что за херня! Это вновь иллюзия! — вскричал Радгеаст, и лицо его исказилось от гнева. — Неужели это была ловушка? Раз уж мы решили идти дальше ворот, то нам следует приготовиться и попытаться вернуться назад.

Но как только они собрались повернуть назад, пути уже не было видно.

— Остановитесь немедленно! Мы не должны возвращаться, — произнёс Онагост, пытаясь образумить всех. — Первая причина — туман, который, несомненно, обладает свойствами галлюцинации и затруднит наш путь назад. Во-вторых, нам нужно найти Ермиону вместе с Нонной. Мы не можем оставить их на произвол судьбы, поэтому я отказываюсь возвращаться, ведь что, если они не вернулись к исходной точке? Поэтому мы идём дальше.

Но соратник отверг его идею, заявив, что целостность остальных важнее двух жизней. По его мнению, нет гарантии, что они не потеряют ещё кого-нибудь, если будут возвращаться за девочками, поэтому он не станет рисковать. Но Онагост был против этой идеи, но чувство справедливости овладело его душой: он считал, что нельзя бросать друзей. Спор их мог продолжаться и дальше, но тут вмешался торговец.

— Всё это вполне объяснимо, ни единой живой души, густой туман, мёртвая тишина, исчезновение девушек… Я всё больше склоняюсь к мысли, что Ермиона, Нонна и Арахней каким-то образом причастны к этому.

«Чо, старик, а ты не попутал», — хотел бы я сказать, но не могу, ситуация крайне опасная, промолчу.

— Я согласен с тобой, — добавил Радгеаст, глядя на своего друга.

— И ты, Радгеаст? Как ты можешь так думать? Мы ведь не впервые с ними знакомы! Это всего лишь иллюзия, которая лишь усиливает подозрения. Возможно, когда они искали нас, они наткнулись на существ, сотворивших эту иллюзию, — с гневом сжимая кулаки, Онагост был в смятении.

— Успокойтесь, господин Онагост. Я понимаю ваши чувства, — произнёс Арахней, стараясь сохранить спокойствие, хотя в его голосе звучала тревога.

— Я совершенно спокоен, малец, — ответил он, но его слова прозвучали неискренне.

— Поразмысли, мой друг, над следующим, Ермиона — наша самая умная и проницательная волшебница, происходящая из рода дивьев, могущественных магов. Как же такой человек может попасться на иллюзию?

— Вот об этом предположил малец в самом начале, но основные причины, вот почему я его подозреваю, просты. Этот мелкий — новоприбывший пассажир, о котором мы ничего не знаем. Именно поэтому он входит в список тех, кого мы должны проверить. Но старик прав, не стоит сомневаться. Торговец рассудил верно, — пришел к итоговому компромиссу Онагост.

Их дискуссия была непродолжительной, ибо вскоре на себе ощутили, как пелена тумана начала рассеиваться. В результате на месте домушек возникла небольшая полянка, на которой виднелись очертания двух дев с длинными ушами. Все присутствующие обратили на них взоры, ибо подле дев находились демонические сущности, парящие в воздухе.

— Ермиона, Нонна, вы в порядке? Эти отродья захватили вас, не так ли? — с надеждой вопросил Онагост, решительно шагнув вперёд.

— Эй, Онагост, мне кажется, не стоит… — начал было Радгеаст, но его слова были прерваны возгласом Онагоста, на чьём лбу выступили капли пота.

— Радгест, хоть ты и не слишком умён, но всё же догадался, ведь у тебя были сомнения на наш счёт! — усмехнулась Ермиона, бросив задорный взгляд на Нонну, стоявшую рядом с ней.

— Но как же так? Мы ведь знакомы уже так давно! — вопрошал Онагост, пытаясь осмыслить происходящее.

— Мы принадлежим к роду дивьев, и в нашем роду почитаются лишь могущественные личности, — произнесла Нонна с ледяным голосом. — Мы заключили сделку с демонами, чтобы обрести силу, недоступную другим, и для этого нам нужно принести вас в жертву.

— То есть ради силы вы предали друзей, с которыми путешествовали долгое время?! — воскликнул Арахней, чувствуя какое-то опустошение в теле.

В этот миг страх, как ледяная хватка, сковал разум торговца. Первым его побуждением было бежать, но один из демонов, словно мрачная тень, мгновенно возник рядом, железной рукой сжал его горло и начал сдавливать с безжалостной силой.

— Черт тебя, сегодня точно не мой день! — вырвалось у торговца, его слова с трудом пробивались сквозь удушающие всхрипы.

Онагост, рухнувший на колени, не мог поднять меч, чтобы защитить торговца. Предательство девушек, одна из которых, как он тайно надеялся, разделяла его чувства, потрясло его до самых глубин. Тем временем Арахней, ошеломлённый внезапным появлением демона, повалился на землю и начал медленно отползать назад, словно пытаясь убежать от кошмара, который поглотил его мир.

— Вставай, безмозглый! Не забывай о нашей миссии, мы обязаны защищать торговца! — проревел Радгест, резким движением обнажая меч.

Авантюрист, охваченный яростью и отчаянием, замахнулся на демона, который с наслаждением держал торговца за горло. Его меч, наполненный духовной силой, с грохотом разлетелся на тысячи осколков, словно хрупкий хрусталь. Тело демона оказалось настолько твёрдым и неуязвимым, что даже наёмный убийца с невероятным умением не смог причинить ему вреда.

В это же мгновение другой демон, словно стремящаяся калибри, подлетел к Онагосту, который всё ещё стоял на коленях, и одним молниеносным ударом отсек ему голову. Отлетевшая голова, в замедленной съёмке, словно в страшном сне, приземлилась прямо в руки Арахнея. Это сильно напугало юношу, отчего вскрикнул в ужасе, его зрачки расширились от паники, а руки и ноги затряслись в лихорадочном приступе. Впервые в жизни стал свидетелем убийства, и голова человека, с которым он едва был знаком, упала прямо ему в ладони, оставив в его руках окрававленый след, что уже не промыть.

За головой Онагоста с оглушительным ударом отлетела голова торговца, которая покатилась к ногам Ермионы и Нонны, стоявших неподалёку от этого красочного душу зрелища. Их лица не выразили ни намёка на эмоции; они взирали на происходящее с поразительным хладнокровием, словно ни одна человеческая жизнь рядом с ними не имела для них никакого значения. Страх и потрясение миновали их, оставив лишь безэмоциональный, безучастный взгляд, отражающий всю глубину их безразличия к судьбе друзей.

— Проклятые ублюдки, я вас всех ненавижу! — закричал последний из группы авантюристов, его голос дрожал от ярости и скорби. — Беги, Арахней… — Но не успел он договорить, как рука одного из демонов пронзила его грудь. Кровь хлынула, словно алая река, заливая всё вокруг. Демон отбросил его тело, и под мёртвым Радгеастом образовалась огромная лужа багряного сока.

Остался только Арахней, его лицо исказилось от невыносимой боли. Он стоял на коленях, заливаясь горькими слезами, его тело содрогалось от рыданий. Вокруг царила мёртвая тишина, нарушаемая лишь его прерывистым дыханием. Он не знал, как ему быть, страх сковал его суставы, а тело больше не могло выдержать этого напряжения. В конце концов, он просто рухнул без сознания, словно сломанная кукла.

— Что за чудное создание? — произнёс один из демонов с ухмылкой, его глаза сверкали пылким огнём. — Я не ощущаю в нём ни магии, ни силы. Он просто обычная соломенная кукла, не более.

Его напарник, более мрачный и жестокий, лишь кивнул в ответ, его лицо оставалось бесстрастным.

— Это Арахней, — тихо произнесла Нонна, её голос, словно мелодия, проникал в самую глубину души демона, вызывая трепет и смутное беспокойство. — Он не помнит, кто он и откуда. Возможно, не стоит его убивать. Лучше забрать его в дар для владычицы. Думаю, ей будет интересно.

«С ней лучше не шутить», — подумал один из демонов, не удержавшись от невольной мысли.

Другой демон, с чёрной чешуёй, сверкающей, как звёзды на безоблачном небе, удивлённо нахмурился. Его глаза, словно два ярких огня, сверкали от непонимания. Как такое смиренное существо могло вызвать такой сильный интерес у его товарища? Наклонившись к этому человеческому ребёнку, пытаясь разглядеть сквозь пелену слёз и беспомощности, что скрывается в его сердце. В этот момент он почувствовал странное, в глубине этой туши теплилась пустота, лишённая жизненной силы и энергии, как остывший пепел.

— В качестве дара? Любопытная мысль, — произнёс с удивлением, скривив губы в пренебрежительной усмешке. — Даже дивьи способны мыслить, как демоны.

— Ты действительно уверен в своём решении? — вмешался второй демон, сделав шаг вперёд, и в его голосе отчётливо слышались нотки сомнения.

— Да, — повторил первый демон. — Полагаю, королеве придётся по вкусу столь необычный дар.

Схватил юношу за шиворот привычным движением и поднял его, как легкий мешок, демонстрируя его полное бессилие.

— Уверен, это не останется незамеченным. Ваш подарок, несомненно, будет лучшим.

— Надеюсь, мы вновь сможем сотрудничать, — произнёс демон, взмывая в небо. Они исчезли из поля зрения, оставляя за собой лишь след своих крыльев.

— Сестра, я думаю, нам лучше было бы оставить его себе. Мы могли бы продать его и получить больше прибыли, а так мы только привлечём внимание владычицы, — произнесла Нонна, обращаясь к своей сестре.

— Нет, это определённо лучшая сделка. Мы не только привлечём внимание, но и завоюем благосклонность владычицы. Кто знает, как она решит наградить нас в будущем?

— Хм… Понимаю, мне даже немного жаль его, — произнесла младшая сестра, нахмурив брови. — На мой взгляд, он не заслуживает такого отношения к себе.

Территория демонов

Демоны тем временем, словно неудержимые пчёлы, мчались с невероятной скоростью, их чёрные крылья рассекали воздух с пронзительным свистом. Они стремились к зловещим грозовым тучам, за которыми скрывался их город — один из множества ульев, разбросанных по завоёванным землям. Каждый улей был живым сердцем, где демоны, словно паразиты, нашли своё пристанище.

Когда пришло время приземлиться, их встретила группа импов с разношёрстной гримасой, то грубые, то улыбчивые.

— Пропустите, у нас доклад для королевы, — произнесли они в унисон, стоя перед стражами, охранявшими вход. Их голоса звучали, как скрежет металла по стеклу, наполняя воздух зловещим эхом.

— Как будет угодно, — ответствовал главный имп, распахивая врата, его голос был низок и дребезжащ.

Демоны вступили в пределы королевства, неся на плечах дар от магического дуэта сестёр, пребывавшего в бессознательном состоянии.

Войдя в тронный зал, невозможно было не заметить, как от фигуры королевы протянулась длинная тень, словно сама тьма преклонялась перед её величественным присутствием.

А её чёрный трон, украшенный зловещими черепами, возвышался посреди мрачного зала, словно зловещая грозовая туча на горизонте, предвещающая нечто недоброе. Вокруг него стояли два могучих демона — её незыблемые стражи, которые, не сомкнув глаз, охраняли её покой, как живые статуи, преданные до последнего вздоха своей королеве.

Стены величественного зала были испещрены статуями демонических воинов, их каменные лица выделялись грозными гримасами, словно они в любой момент готовы были сорваться с места и обрушить свою ярость на любого, кто осмелится приблизиться. Между ними возвышались горгульи с расправленными крыльями, их каменные глаза, казалось, впивались в каждую деталь, улавливая малейшую тревогу и страх, витающие в воздухе.

Владычица окинула его взглядом, полным холодного презрения, словно перед ней была не просто особь, а ничтожное существо, не заслуживающее внимания.

— Что это за создание? — надменно вопросила она, её голос эхом разнёсся по залу, вызывая дрожь у всех присутствующих.

— Позвольте нам объясниться, ваше величество, — почтительно произнесли демоны, склонившись перед ней.

— Разрешаю, я вас внимательно слушаю.

— Это любопытный экземпляр, ваше величество, — один из демонов почтительно произнёс, стараясь не нарушить её спокойствие. — Этот человеческий ребенок не обладает ни малейшей эфирной силой или магией. Думаю, вам будет интересно провести над ним эксперименты, чтобы раскрыть его тайны.

Владычица склонила голову, погрузившись в глубокие размышления.

— Я сама решу, что с ним делать. За этот дар я вас отблагодарю позже. Можете идти, а пока поместите его в клетку к другим низшим существам. Лучше всего — к этой старой чешуйчатой крысе. Она сможет научить его покорности.

— Как прикажете, госпожа, — демоны хором ответили, их голоса дрожали от страха перед её волей.

Том 1: Эпизод 5

Время.

— А-ах, что со мной, голова раскалывается! — С трудом подняв голову, попытался осмотреться, но всё вокруг было словно миром закрытых век, а боль не утихала.

— Вижу, пришёл в себя, интересно. Думал, уже не очнёшься, — раздался голос из тёмного угла, где виднелась огромная фигура.

— Кто ты?

— Тебе это вряд ли нужно знать, юнец, скоро и так умрёшь.

«Голос звучал высокомерно, но в нём не было враждебности, скорее, что-то скрывалось в этих...».

— Стой, ты сказал, что я умру? — Глаза, как часы, бегали вокруг, осматривая тело, чтоб понять, что же с ним. — Хех, кажется, и в правду, ведь я истекаю кровью, которую заметил только сейчас. Хотя начинаю вспоминать, что произошло. Похоже, мы в темнице.

Собеседник не произнес больше ни слова, его молчание было столь же выразительным, как и тишина, витавшая в воздухе.

— Давай поговорим, ведь это последний момент жизни, пусть она и была не очень долгой, но насыщенной. — С иронией пробормотал, смотря куда-то вдаль, хоть и впереди была стена. — И да, я не боюсь смерти, потому что мир, в котором жил, для меня уже не существует, раз смерть и так близка, почему бы не провести её в радости?

Что значит «мир уже не существует»? Эти слова заставили незнакомца задуматься. Возможно, юноша уже не вполне осознаёт, что говорит. Хотя тот и так был при смерти, проведя три недели взаперти — возможно, это предсмертный бред. Наверное, такое бывает у людей в таком состоянии. Не хочу даже думать об этом, лучше сделать вид, что он уже не жилец.

«Делаешь вид, что меня нет, и просто игнорируешь. Забавно... И голос какой-то старческий», — пронеслось в голове. Собравшись с мыслями, он продолжил внутренний диалог. — Хотя начал-то ты, старый зануда. Что ж, знай, я не остановлюсь, даже если ты будешь делать вид, что меня не слышишь.

— Приблизительно догадываюсь, о чём думаешь. Наверное, говорю глупости, но для меня эта жизнь не была последней. Умирал уже раньше. Когда встретил смерть от руки самой судьбы, но это не такой уж и печальный конец, ведь в мире ином меня встретила одна девушка. Не могу сказать, кто она, но точно не была богиней. Была чем-то большим. Это был лучший момент после моей смерти, потому что она выполнила то, о чём даже и мечтать не мог. Маленькая девочка с лунным глазом обещала спасти мою бабушку, обещала ей жизнь прекрасной.

В этот момент его взгляд уловил едва заметное движение в углу. Внезапно тишину нарушил силуэт, выступивший из тени и начавший медленно приближаться. Вскоре перед заключённым на стене предстал старец преклонных лет.

— Не мог бы рассказать об этой девочке? — спросил он с явным любопытством.

«Поразительно, что из всего рассказа больше всего заинтересовал именно этот момент. Наш молчаливый орешек был расколот».

— А что можешь предложить взамен? Вижу, что вам, уважаемый, пришлась по вкусу эта история.

Старец улыбнулся и указал немощными руками на своё тело.

— Хм, что бы это могло значить? Почему указывает на себя? — Не уверен, что готов принять такое предложение.

Снова рассмеявшись, старец подошёл ближе и присел рядом с малышом, прикованным к стене.

— Похоже, что кто-то у нас из торопливых, но позволь объясниться. Осталось тебе жить недолго, скоро умрёшь. Хотя мог тебе бы помочь и даровать своё благословение, но перед этим хотел бы услышать историю об этой девочке.

— Да, старец настойчив в своём предложении, и было бы глупо надеяться, что смогу получить что-то от дряхлого дедушки в этой мрачной темнице. — Ладно, не знаю, насмехаешься надо мной или нет, но раз осталось недолго жить, не буду уносить свою историю в могилу.

Несмотря на боль, Арахней с улыбкой продолжал рассказ о встрече с той самой, кто изменил его жизнь. Незнакомец был поражён, слушая историю с большим интересом. И когда всё же закончил свою повесть, старец ответил:

— Ты даже не представляешь, с кем встретился, — спокойно и монотонно произнёс старик. — Повстречал ты лично одну из прекрасных и милосердных.

«Милосердная»? Что это могло означать? Неужели её так на самом деле и зовут? Как-то непривычно... — молча размышлял маленький малыш. Он не мог ответить, ведь с окровавленным ртом не в силах был произнести выразительно слова. Рассказывая свою долгую историю, его тело полностью истощилось и сил не было ни на что. Старец, увидев его глаза, попытался объяснить поподробнее, что же имел он в виду.

— В нашей семье есть история, которую передавали предки. Однажды с неба спустилась маленькая девочка. Она не выделялась ничем особенным, пока с ней не встретился мой предок. У неё были белые волосы, переливавшиеся всеми цветами радуги, особенно глаз, прекрасный, с лучезарным отблеском луны. Но самое примечательное, длинный белый рог.

С нежностью и вниманием посмотрел на измученного ребенка, пытаясь подобрать слова, чтобы передать самую суть.

«Почему смотрит на меня так пристально? Ладно, придётся простить такое неуважительное отношение. Но, кажется, я уже понял, о чём пытался сказать этим взглядом».

Старец крепко сжал плечо юнца, и в этот момент уже практически полуметровый труп почувствовал прилив сил, что подтолкнуло, и дальше продолжить рассказ. Однако сам не заметил этого, так как тело уже обмякло от потери крови.

— Понятно, думаю, вы уже знаете о ней, но что именно хотели бы узнать? — Кровь даже не собирается останавливаться, но нужно держаться.

«Этот старый пройдоха всё же вынудил заговорить, хотя и осознаёт, в каком состоянии. Больно говорить, но почему-то на душе приятный осадок».

— Какая она на самом деле, что из себя представляет это существо? Какова она, на твоё усмотрение, ведь ты поведал лишь о внешнем виде, о том, куда попал и где был.

— Улыбнувшись, ответил. — Она дурочка, пытается казаться серьёзной и забавно нервничает, когда кто-то раскрывает её актёрскую игру в серьёзную леди. Но даже так показалась отстранённой, хоть и обладает возможностью всего мира. Явно переживает за каждое живое существо, когда те же боги не замечают, как приносят беды. Возможно, отстранённая именно от других богоподобных существ, но приближенная к людям и живым существам.

Слова застряли в горле, и алые слёзы текли по щекам. Но в этот миг осознал, что это достойная жертва для того, кто не сумел спасти своих верных друзей. Эта мысль пронзила сознание Арахнея, когда веки медленно опускались в последний раз. Всё вокруг погружалось в зловещий мрак, и с последним, едва уловимым вздохом, разум угас, оставив лишь пустую оболочку.

Пустота

— Отчего здесь столь мрачно, но так тепло? Что-то словно проникает в самую глубину моего существа.

— О, ангел, это вновь ты? Но отчего так темно? Страшно, так одиноко! Прошу, откликнись, кто-нибудь! Страшно, умоляю, откликнитесь!

Время текло, разум, как и сам испуганный малыш, медленно погружался в безумие. Уже более четырёх часов находился в этой бездонной тишине и, казалось, утратил способность отсчитывать минуты. Сжав ноги, утонул в омуте своих воспоминаний, пробуждая в сознании счастливые моменты, проведённые с прежней группой и в прошлой жизни.

— Что это? Отчего вижу свет? Как он здесь появился? Неужто это выход?

Он из последних сил пытался встать, чтобы дотянуться до этого отверстия, но силы покидали, когда уже почти мог бы подняться. Капли стекали с обнажённого тела, было так тяжело. Внезапно отверстие начало расползаться, подобно трещине на разбитом стекле.

Спустя какое-то время

— Эй, смотрите, пошевелился, давайте ещё снадобья! — послышалось по ту сторону.

— Какое ещё снадобье, о чём они говорят? — Медленно открывая глаза, он увидел солнце. Слёзы радости потекли по лицу, был так счастлив, что наконец-то вырвался из долгого одиночества. — Как же приятно ощущать эти прекрасные лучи!

— Кажется, бредит. Ты уверена, что его нужно было спасать? Зря только магической водицы на него потратили.

— Водицы? Что происходит? — Обернувшись, он увидел двух девочек-подростков. Одна — с волосами белыми, как снег, и глазами бледными, словно мел. Вторая, чуть выше, с волосами воронова крыла, но с точно такими же неземными, светлыми очами. — Какие красивые… Неужели вы меня вырвали из самого ада только для того, чтобы я смог узреть вашу красоту?

— Этот монстр может разговаривать, впервые вижу такое. Василиса, проверь его на наличие человеческого разума, вдруг притворяется, чтобы на нас неожиданно напасть.

— Думаю, тебе ничего не даст из информации, которую я уже получила. Не знаю, как это объяснить, но его сила воли, а скорее его разума не позволяет мне прочесть его информацию, знаю, что только он не совсем монстр.

— О чём она? Какой ещё монстр? Неужели… имеют в виду меня? — В тревоге коснулся собственного лица, затем в потрясении схватил колбу, лежавшую рядом.

В отражении притаился и вправду монстр. Глаза, голубые и с очертаниями рептилии, рога и длинные уши смущали куда меньше, чем шея с подбородком, сплошь укрытые мелкой, переливчатой чешуёй.

— Какого черта, что со мной, почему у меня белые волосы, а пальцы мои, почему на них видны заострённые когти?

Девочки, наблюдавшие за ним, были поражены. Поведение монстра оставалось совершенно человеческим, что лишь усиливало сомнения. И тем не менее, двое паладинов уже держали его на прицеле.

— Довольно притворяться, — произнесла та, что была меньше. — Мы знаем, что ты монстр, и у нас есть доказательства. Я уже проверила твой разум, и ты думаешь только о том, как нас убить и съесть.

Конечно, это было не совсем так. В его голове не было никаких мыслей, она была пуста. Но, учитывая, что его разум мог сам решать, какую информацию скрывать или показывать, было очевидно, что без заклинаний здесь не обошлось. Поэтому Василиса решила провести блиц-проверку.

— Хитро, Василиса, — тут же подметила вторая девочка. — Я поняла, что ты задумала, но тут и без меня справишься. — Ну так что, ты действительно жаждешь нашей крови и плоти?

— Не, мне хочется тако, — ответил без единого сомнения.

— Тако? Это так на вашем языке называют плоть человека?

— Нет, тако, это хлеб, внутри которого находится мясо со специями. И это мясо животного, а не человека, например, коровы или свинины.

— Я не могу понять, он сочиняет или нет? Как думаешь, старшая сестра?

Без лишних слов, лишь взмахнув мечом, она открыла пространственный разлом и вытащила оттуда человека. Тот, опущенный на колени, умолял отпустить его молящим голосом, но черноволосая девушка даже не слушала. Точным ударом она отрубила ему голову, оттолкнула тело, чтобы отдать его Арахнею.

— Ну что, не хочешь насладиться ужином?

Голова, хоть и отрубленная, всё ещё дёргалась, слёзы забытых воспоминаний всплыли, и потекли слезы по щекам, напоминая ему о прошлых сожалениях.

— За что ты так с ним? Ты совсем рехнулась? Давай я тебе тоже голову отрублю, просто ради смеха. Что смотришь?

Спокойно выдохнув, она с чёткой дикцией начала объяснять, кого её меч так безжалостно покарал:

— Он был насильником, убийцей и мучителем. Ты сочувствуешь преступнику и маньяку? Его бы всё равно казнили, но твоя реакция показывает, что ты способен испытывать эмоции, понимать, что такое смерть. Ты даже более чувствителен, чем обычные люди.

«Они что, пытались меня проверить? Это слишком жестоко, убивать ради проверки. Каждому своё время».

— Это ничего не меняет. Я уже говорил, что не жажду крови и не хочу никого убивать. Я человек и сам не понимаю, как превратился в это. Но обещаю рассказать, если поверите мне на слово. Можете заковать меня или взять под стражу, или что там у вас ещё есть.

Обменявшись взглядами, она уловила в его глазах нечто, чему не находила объяснения. По её разумению, это не было взглядом чудовища, но служебный долг не позволял с такой лёгкостью доверять дракониду.

После лёгкого щелчка её пальцев в воздухе послушно щёлкнули магические оковы. Они мгновенно обвили запястья и лодыжки мальчика, намертво парализуя его тело и фиксируя каждую конечность.

— Паладины, схватите его и возьмите под надзор. Мы возвращаемся. — Не медля ни секунды, черноволосая девочка наказала всем выполнять ее приказ строгим голосом.

— Постой, Николь. У меня к нему важный вопрос, — спокойно, но настойчиво перебила приказ младшая из девочек.

— Что за вопрос у вас ко мне? — прозвучало сквозь слёзы, а голос его был полон грусти.

— При встречи, меня смущало что ты лежал около груда костей драконов, это случайно не твоя мама дракониха? Просто если учесть факт какой ты ещё маленький для драконида, то кажется будто она тебя оберегает.

— И вправду… — Протирая глаза от остатков слёз, он осмотрелся. Кости дракона, в самом деле, окружали его со всех сторон, словно образуя материнскую защиту как в гнезде. — Не могу сказать, откуда они взялись. Последнее, что помню, — это старика, бывшего со мной в одной темнице.

«И вправду… Я же был в темнице. Но вокруг — лишь пустое поле да белое небо», — внезапно прокралась эта мысль, едва отзвучали его последние слова.

— Это все немного странно, я помню что тут было логово демонов, сам же был я в темнице где со мной был как раз старец, расспрашивающий о своем. Извини, но думаю у меня нет ответа на твой вопрос.

— Логово демонов, темница? Это сложно принять как правду, а ещё как ты быстро переполнила в характере, стал уважительным, с учётом как оскорблял одну молодую леди.

— Как же мы злопамятны... — с тихим, едва слышным шёпотом сорвалось с его уст. — Я оскорбил эту девушку только потому, что она лишила жизни человека без всякой на то причины. Любой на моём месте поступил бы точно так же. — Однако, столкнувшись с тем же холодным и безразличным взглядом, его голос на мгновение прервался. — Ещё раз прошу прощения, я погорячился.

Но Николь, та самая черноволосая девушка, получившая столько нелестных слов из-за убийства какого-то маньяка, была задета. Она лишь опустила взгляд, смотря на него, тихо ответив:

— Разве мне есть дело до твоих извинений, если ты бездушный монстр? — Обернувшись, Василиса выразительно взглянула на своих соратников, давая понять, что пришло время отправляться в путь. Без промедления они последовали за ней, схватив пленника.

— Стой, куда вы меня тащите, я же извинился, не нужно меня так вести, я и сам могу ходить.

Для маленького мальчика, лишённого возможности получить хоть каплю мягкого сочувствия после всего, что пережило его детское сердце, оставалось лишь принять простую истину. В этом мире ничего не будет просто.

Путешествие оказалось довольно необычным. С ним не обращались как с настоящим монстром, а скорее как с врагом или непослушным племянником, иногда задавая странные вопросы. Паладины оказались не такими болванчиками, как показались вначале. Они сами решали, кто враг, а кому можно доверять, поэтому относились к нему достаточно хорошо, даже рассказали, в какое королевство держат путь.

"Это и вправду тот фэнтезийный мир, о котором я только мог мечтать. Такие удивительные пейзажи, необычные растения и деревья причудливых, вытянутых форм. Надеюсь, однажды у меня получится наконец стать свободным от своего страха и жить во всю"

Мечта — единственное, что его успокаивало. Так было всегда, будь в прошлой, что в этой жизни, его всегда преследовали неудачи, но только в этот раз он будет сражаться, ведь его оберегает прекрасная ангел-хранительница.

Размышления не приносили утешения, но дарили умиротворение. И вот, когда их повозка остановилась у самых ворот, малыш, не в силах сдержать нетерпение, задал вопрос:

— Мы уже прибыли? Когда же мы войдём в замок?

Один из паладинов, поддерживавший с ним разговор на протяжении всего пути, ответил, что въездное разрешение будет предоставлено в скором времени. Затем поинтересовался, не проявились ли признаки укачивания за время поездки. Ведь кто знает, какие особенности могут таиться в организме монстра.

За повозкой медленно следовала процессия юных воительниц. С грацией и достоинством они спустились на землю, предстали перед стражей врат. При виде их стройных силуэтов стражники с почтением отложили свои оружия и склонили головы в знак уважения к этим юным дамам.

— Ох, здравствуйте, госпожи и ваша свита, — почтительно поздоровались стражники.

Окинув заложника пронзительным взглядом через плечо, Николь ответила с ухмылкой.

— У меня в багаже весьма интересный экземпляр монстрёнка. Я хотела бы, чтобы вы присмотрели за ним, пока не переговорю с его величеством.

— В прошлой жизни у меня не было возможности общаться с девочками. Теперь же я понимаю, насколько они могут быть страшны, если способны таить в себе столько обиды. — С удивлением отметил про себя этот, казалось бы, общеизвестный факт, который ускользнул от него, несмотря на всю его прежнюю сообразительность.

Внятно приказав не спускать глаз с маленького дракона, попросила остаться и саму Василису, чтобы та могла без опаски оставить повозку, ведь быть подготовленным значит быть готовым к любому исходу. Распорядившись остальными делами, она направилась к дальним воротам, и вскоре её след растворился в их проёме.

Прошли минуты, десятки минут, а там и часы. Всё это время после её ухода тянулось невыносимо долго — ожидания Арахнея были огромны, он с нетерпением жаждал узреть фэнтезийный мир во всём его великолепии, замки, рыцарей, самого короля. Но Николь всё не появлялась, и он даже успел вздремнуть, пока его не поднял громкий оклик одного из стражников: «Приготовиться! Его величество идёт!!»

«О, он всё-таки существует, я думал, его нет, учитывая, что прошло два часа».

— Все присутствующие, встаньте! Его Величество соблаговолил лично посетить нас! — торжественно провозгласил герольд короля.

Появившийся король внимательно осматривал толпу из стражей и паладинов, явно кого-то выискивая, но даже ему это давалось с трудом. Василиса, выделявшаяся своим небольшим ростом, ведь она была ещё совсем ребёнком, подошла к монарху и жестом попросила его наклониться. Когда тот склонился, она прошептала ему на ухо необходимое. Естественно, его величество искал пленника, но тот находился в повозке в таком положении, что разглядеть его было почти невозможно.

— Значит, вы у нас необычное, аномальное существо? — непринуждённо спросил его святейшество.

«Аномальное существо», — даже гадать не нужно, кто дал мне такую классификацию! Вот же дура эта Николь.

Король, приблизившись значительно ближе, заставил юношу переживать еще сильнее.

— Да, ваше величество. Если вы того пожелаете. — Блин, блинский, надеюсь я делаю всё правильно, переживанием размышлял о сказанном.

— Мне уже рассказали, что ты отличаешься от остальных монстров. Ну, теперь я вижу, ты из не совсем монстр, а благородный дракон. Просто мои командиры никогда не видели драконидов, для моего королевства любое существо, отличающееся от человека, является монстром. Думаю, ко всему это доказывает твой проступок, когда ты был в слезах из-за смерти обычного преступника. Этим ты ввел в ступор весь отряд.

«Какой позор, она ещё и об этом рассказала, мой план показаться непоколебимым был сокрушён этой злопамятным монстром».

— Простите, ваше величество, но я считаю, что не нужно убивать людей ради проверок. Всё должно быть в своё время. Если у него была запланирована казнь, то он должен был её получить. Да и, как вы видите, я ещё достаточно юн, чтоб видеть такое. А ещё простите за мою просьбу, но мне как-то стыдно общаться в такой лежачей позе и при этом скованным.

— Получается, о тебе говорили правду. Ты более милосердный, чем человек, — усмехнулся король над его забавным ответом. — Думаю, я могу помочь с твоей просьбой, освободите его.

«...»

— Вы не боитесь, что я могу вас обмануть? Даже монстр способен на такое, — неужели он такой наивный? Хотя я вообще не считаю себя монстром, но как можно доверять чьим-то словам?

— Дракон не может быть монстром и не способен на столь откровенный обман, это больше свойственно дьяволу. Однако, ты не демон и не монстр.

«Он что, мои мысли читает?» — с недоверием подумал про себя.

Мне достаточно взглянуть в твои глаза, чтобы увидеть в них бескрайнюю искренность и чистоту, присущую лишь невинному детскому взору. В них я нахожу отражение мира, где ещё нет места для лжи и притворства, где каждый момент наполнен светом и радостью.

— Ваши слова глубоко тронули меня, ваше величество. Но я должен просить прощения, ведь я всё ещё не готов открыть вам всю правду о себе, хотя ваше доверие для меня бесценно. Просто сейчас не время. — Отвернувшись, чтобы не встречаться с королём взглядом, он с горечью осознавал, что его по-прежнему видят врагом, что бы он ни говорил. И потому единственным верным решением было дождаться более подходящего момента.

«Думаю, это игра чтоб обнадежить меня, я не стану верить его словам и даже действиям, просто буду готовить ся худшему».

Но он продолжал ощущать на себе пристальный взгляд короля. Решив посмотреть на него открыто, он тут же встретился с монархом глазами. В его детском взгляде, устремлённом на бородатого седого мужчину с серебристыми прядями, невозможно было заподозрить злого умысла. Однако у Арахнея уже был горький опыт, он доверял людям, а потом оказывался обманутым. Несмотря на это, ему хотелось верить. Он просто не знал, как поступить.

Даже сам монарх, казалось, чувствовал его боль и отчаяние. В его глазах озарились доброта и понимание, словно он видел в мальчике не просто ребенка, а нечто большее, что-то, что трогало до глубины души. — Освободите его. Отныне этот малец будет моим дорогим гостем. — Его голос был мягок, но в нём звучала уверенность и сила, словно знал, что его слова могут стать спасением для того, кто так долго искал утешения.

Арахней почувствовал, как магические кандалы ослабли и исчезли. Он встал и поклонился королю, выражая свою благодарность: — Спасибо, ваше величество.

Том 1: Эпизод 6

Повесть о прошлом.

Эпоха бронзового века — 1200 год от сотворения мира.

— Время неумолимо движется вперёд, но я всё так же храню в памяти воспоминания о той страшной войне, на которой оборвалась жизнь моей дорогой матери. Люди, конечно, бывают жестоки и безжалостны, но я не могу ненавидеть их. Они — дети природы, любимые создания той, кто созидает над миром.

Однако даже так я не могу найти в себе сил покинуть этот мир. Я не в состоянии выразить свою волю, но и терпеть происходящее тоже не в силах.

Ведь я являюсь одним из первозданных драконов, прямым потомком той самой необъятной матери нашего мира. И сейчас я просто прячусь в этих горах, хоть для всех и являюсь великим драконом Полозом. Неужели за столько времени я превратился в труса? Или это груз ответственности так давит на меня? Я не пытаюсь оправдаться. Я просто хочу, чтобы меня поняли даже такие существа, как ты.

— Мяу-мяу, мяу? — тихо спросила внимательная слушательница.

— Отчего мой тон столь резок? Быть может, я полагаю, что ты не заслуживаешь того, чтобы быть равным мне? Нет, никогда, ибо я воспринимаю тебя как равного. Пусть ты и не можешь сравниться со мной в размерах, но ты — живое существо, а это делает нас равными.

— Мяу-мяу! — откликнулась она.

— Почему я не могу подчинить себе все народы и расы? Сама мысль об этом внушает мне отвращение. Я не должен прибегать к насилию, если это не служит моей защите или защите народов. Во мне живут мечты той, кто превыше всех.

«...»

— Я осознаю смысл твоих действий и то, что ты пытаешься выразить. Люди, безусловно, могут быть жестокими, но они — дети нашей праматери-природы. Они древний народ, старше даже драконов, хотя их развитие началось всего тысячу лет назад. Тем не менее, они уже превзошли многие расы, существовавшие на протяжении многих веков.

Может, когда-нибудь я передам свой пост тому, кто сможет уравновесить все народы этого зелёного уголка рая. Возможно, я стану последним прямым потомком своего рода, но я пожертвую собой, если это потребуется для спасения народов.

— Мяу-у-у...

— Не беспокойся, моя дорогая Бастет. Даже если меня не станет, ты будешь сопровождать того, кто унаследует мою волю и волю самой матери природы. Хотя ты столь же древняя и величественная, как и я, твоя роль — быть хранителем наших надежд.

Внезапно их диалог был прерван мощным взрывом.

— Мяу-у-у-у!?

— Что происходит? Откуда доносятся эти мощные взрывы? Это не предвещает ничего хорошего. Неужели демоны снова атакуют поселения в предгорьях? Необходимо незамедлительно принять меры, поскольку эти бесчувственные существа посмели совершить подобное на моей территории. Следует немедленно телепортироваться, но это займёт слишком много времени. Лучше я приму облик дракона, тоже так считаешь, Бастет?

— Мяу, мяуу...

— Не волнуйся, обещаю я вновь вернусь, ты только меня жди.

Превратившись в сверкающего дракона, озарённого лучами солнца, Полоз стремительно полетел к месту взрывов, чтобы защитить хрупкие человеческие поселения от нападения демонов.

«Где же эти проклятые демоны? Ах, вот они». Мощные взмахи его крыльев разметали деревья, чтобы предупредить людей о его прибытии.

«Но сначала я уничтожу половину армии демонов, используя остановку временного потока, а потом сожгу их проклятые души». Уничтожив половину вражеского войска, Полоз поспешил вывести всех людей из эпицентра битвы, обеспечив себе свободу передвижения и не беспокоясь о возможных жертвах среди мирного населения.

— Владычица, это хозяин гор. Дракон явился, и, кажется, он в плохом настроении, — доложил один из слуг армии королевы.

«Так рано... Что ж, я этого ожидала». Но не предполагала, что он прибегнет к такой мощной магии, не поприветствовав меня. Но отец поведал мне, как можно с ним справиться.

— Неужели у прошлого короля демонов был козырь против него? — удивлённо спросил один из слуг, стоявших неподалёку.

— Отчасти. Отец лишь поведал мне одну историю, связанную с этим драконом, и я смогла сделать вывод о том, как его можно подчинить. Неужели все предыдущие правители демонов были настолько недальновидны, что не смогли прийти к этому решению, располагая данной информацией?

— Простите, ваше величество, но я, будучи всего лишь вашим покорным слугой, не в силах постичь глубину ваших мыслей. Вы, будучи королевой демонов, смогли обнаружить нечто, о чём мне, вашему слуге, остаётся только догадываться.

— Ты слишком скромничаешь, Алкион. Даже предшествующие владыки демонов не смогли постичь этого, хотя в их распоряжении был ключ к разгадке. Однако я уверена, что, как только ты узнаешь об этой истории, ты мгновенно сможешь понять, о чём я говорю.

— Преклонив колени, я присягнул на верность вашему правлению. Выразить словами всю глубину моего почтения к вам я не в силах. Клянусь, я всегда буду на вашей стороне, хотя и не могу сказать вам об этом прямо, храня своё желание в сердце.

— Ты уже явился, один из первозданных драконов. — Её волосы разметались в разные стороны от сильного потока ветра.

И раздался мелодичный свист, словно ветер, играющий на струнах, и с небес к земле устремился величественный дракон, вновь вернувшийся в облик человека.

— Почему демонам так трудно жить в мире? Каждая моя с вами встреча — это убийство и кровь. Почему вы не можете остановиться и просто уйти с этих земель? Мне не хочется вас убивать, но, пожалуйста, ответь мне, демоница, зачем?

Поднявшись со своего трона, повелительница демонов преклонила колена. Алкион был поражён этим и тотчас же поспешил помочь ей подняться.

— Вы не должны, о владычица, умоляю вас.

Королева жестом дала понять, что не следует вмешиваться.

— Глубочайшие извинения, моя госпожа, — произнёс верный слуга и отошёл от своей королевы.

— О великий дракон, я рада, что ты удостоил меня своим присутствием. Я, конечно, не могу сравниться с твоим величием, но вынуждена отказаться от твоего предложения. Ты знаешь, что мой народ существует благодаря страху, и это единственный способ выжить в этом несправедливом мире. Но если ты не поймёшь даже этого, мне придётся принять меры.

«Её выделяет нечто уникальное. Она превосходит всех других повелителей демонов», — подумал дракон. — Да, я знаю. Но я не могу допустить смерть любимых существ, моих предков. Владычица, я вынужден пойти против ваших взглядов на жизнь, потому что это противоречит моим убеждениям. Хотя я сказал, что не могу вас убить, это не значит, что я не сделаю этого, если потребуется».

— Это было ожидаемо. Придётся мне использовать свой козырь, хотя я этого не хотела. Прошу прощения, великий дракон, но я и не ждала вашего понимания.

Извлекая клинок из ножен, она рассекла пространство, словно бумагу, и высвободила из него маленькую девочку.

— О, великий дракон, я ведаю твою слабость! В отличие от прочих недалёких владык нашего царства, владевших ключом к покорению великого дракона, мне удалось постичь и раскрыть сию тайну через предания нашего рода.

«Неужели? — пронеслось в мыслях у Полоза. — Не может быть такого».

— Если ты не против, я хотела бы рассказать эти предания. Это древняя история демонов, людей и так же драконов.

В незапамятные времена, когда не существовало ни дня, ни ночи, ни моря, ни небес, Творец создал своё первое творение — человека! Этот человек был способен покорять любые преграды.

Однако со временем люди стали меняться. Те, кто жил в лесу, начали сближаться с природой, и их прозвали дивьими. А в тёмном лунном регионе, где всегда царили сумерки, обитал народ, который называли демонами.

По прошествии значительного времени обнаружилось существование четвёртой расы, представители которой обитали в высокогорных областях и приняли облик ящериц. В дальнейшем их стали именовать рептилоидами.

Но в силу их кардинальных отличий от остальных трёх рас они быстро стали объектами отчуждения и изоляции со стороны последних. Удивительно, но рептилоиды, в отличие от остальных трёх рас, по каким-то неведомым причинам вновь претерпевают эволюционные изменения, обретая рога и крылья и становясь внешне похожими на людей.

Изначально они имели облик, близкий к человеческому, но с телами, напоминающими тела ящериц. Среди этих рептилоидов был прародитель всех первозданных драконов, известный как Змей.

Безусловно, раса драконов в те времена была ещё слишком немощной, чтобы противостоять трём другим, более могущественным расам, и потому они были вынуждены прекратить борьбу и уйти в неизвестность.

Минуло множество дней, недель и веков, и внезапно драконы явились, чтобы подчинить себе этот мир. После их владычества расы обрели мир и гармонию. Все, кроме демонов, которые не смогли принять власть некогда низшей расы. Они пытались убедить две другие расы объединиться, но те остались непреклонными, и это стало началом вражды.

Демоны стремились склонить две другие расы к союзу, но получили отказ, и именно это положило начало их многолетней вражде.

— Что вы пытаетесь сказать, владычица? — спросил её верный слуга, внимательно слушавший историю.

— Это некрасиво, перебивать даму. Нужно слушать до конца.

После того как демоны развязали жестокую войну с другими расами, драконы с небывалым рвением устремились на защиту тех народов, что покорились их воле. Однако, несмотря на это благородное начинание, они почему-то проявляли чрезмерную заботу о людях и дивьих, не позволяя им вступать в конфликты между собой, в то время как на демонов они смотрели с безразличием.

— Не изволите ли вы, моя госпожа, предположить, что драконы сознательно оказывали поддержку тем народам, которые подчинились их воле, и не предоставляли им возможности вести между собой конфликты? Если глубоко копнуть в историю демонов, то это можно подтвердить тем, что во время великой смуты демонов они не предприняли никаких попыток вмешаться. Следовательно, они не допустят, чтобы другие расы причинили вред людям или дивьям, которые изначально следуют их воле. А это может означать только одно!

— Да, Алкион, ты верно мыслишь. Если человек станет целью демона, дракон предпримет всё возможное, чтобы спасти его. Но при этом дракон должен знать об этом, либо это должно происходить на его территории.

«Хлоп-хлоп». — Медленно похлопывая от удивления. — Не напрасно вы владычица демонов. За вашу проницательность я даже готов проявить снисхождение, если вы освободите девочку. Вы же осознаёте, что не сможете противостоять мне?

Владычица, не мешкая ни на миг, приставила остриё клинка к горлу юной девы, объятой оцепенением.

«Время — лишь поток. Мне достаточно остановить его, чтобы обезопасить девочку», — мысленно выстроил безупречный план дракон. — Ах, как жаль, что вы не смогли бы одолеть меня, но, увы, вы не в силах противостоять моему могуществу. Хотя я хотел бы ещё попросить вас определиться, как мне к вам обращаться — на «вы» или на «ты», но, полагаю, это уже не имеет значения. — Хотя постойте, что это за странное ощущение?

Ему достаточно было сделать несколько шагов назад, чтобы заметить, как изменилось положение владычицы. Всего лишь несколько секунд назад она стояла в скромной позе, а теперь широко улыбалась. Неужели она притворялась с самого начала?

«Прошу прощения, о надменный дракон. Но такова моя природа, я не могу относиться к кому-либо на равных. Не буду отрицать, что, учитывая ваше величие, я вынуждена признать вас, но, конечно, я не стану говорить вам об этом вслух», — мысленно извинилась она.

Взглянув на наивного дракона, который, как и все его сородичи, наслаждался своей уникальностью, она с легкой усмешкой произнесла:

— Ты, вероятно, полагал, что моя исключительность заключается лишь в том, что я являюсь наиболее выдающимся представителем своего рода среди всех демонов в плане интеллектуального развития? О, как ты ошибаешься! Если бы демоны подчинялись лишь тем, кто превосходит их в интеллектуальных способностях, мой род никогда бы не занял доминирующее положение, и Алкион, возможно, стал бы нынешним властителем нашего царства.

Однако я утаила от тебя истину. Мой подлинный дар — это гениальность в области магии. Моя способность к «отрицанию» позволяет мне отвергать любые проявления магии, включая такие абстрактные понятия, как время и страх.

Конечно, это не повод для радости, ведь ты не можешь быть побеждён одной лишь этой жалкой магией, учитывая, что ты великий потомок Змея. Но этого достаточно, чтобы склонить тебя к моей воле.

И мне, конечно, известно, как склонить тебя к повиновению, и это весьма просто. Твои убеждения — превыше всего, и если ты увидишь юную деву, оказавшуюся в опасности, ты должен сделать всё возможное, чтобы её спасти, даже если это потребует от тебя величайшего самопожертвования.

«По-видимому, я оказался в затруднительной ситуации. Следует признать, что моя попытка не увенчалась успехом, но я постараюсь извлечь из этого пользу. — Должен вновь отметить ваше намерение. Вы действительно выдающаяся владычица демонов, и я рад этому. Однако прежде чем я подчинюсь вам, позвольте обратиться с просьбой».

— Какова же она, о великий дракон?

— Я могу сделать ваш народ ещё более могущественным, если вы пообещаете не причинять вред людям, пока я буду находиться в вашем царстве.

— Неужели вы так просто готовы всего себя отдать нам? Даже не хотите сопротивляться? Быть может, в этом кроется какой-то умысел?

— Моя задача — поддерживать гармонию между всеми расами, и если я смогу сделать демонов дружелюбными, то так тому и быть. К тому же ты узнала мою слабость. Думаю, даже если я убью тебя и освобожу девочку, у тебя на такой случай наверняка найдётся какой-нибудь план. В этом я точно уверен.

Владычица освободила юную деву, бережно опустив её на мягкую траву. Слова дракона были достаточно убедительными, чтобы поверить ему на слово. К тому же у неё не было плана на тот случай, если дракон всё-таки захочет её убить.

При этом, опустившись на одно колено, она спросила:

— Вы клянётесь своей жизнью, что поможете нашему народу и будете питать своей силой нашу расу?

— Я готов отдать вам всего себя, тем самым питая ваш народ своей силой. Хоть я и великий дракон, я тоже могу испытывать страх, поэтому вам этого хватит ещё на тысячу лет. Моё обещание — это мои кандалы, а нарушение их — табу, что приведёт к смерти.

— С превеликим восторгом я принимаю ваше предложение. Даю клятву своего рода, что не допущу, чтобы хотя бы одно существо из демонической расы причинило вред людям. — С милостью ответила королева темного царство.

Но на деле всё гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Королева вовсе не стремилась заполучить могущественного слугу — она просто хотела, чтобы он был рядом. Ещё в юные годы, когда её отец, прежний король демонов, вёл переговоры с драконами, она впервые увидела его и поняла: это он. Тот самый.

«Надеюсь, этого достаточно, чтобы показать, насколько я предана вам. Как жаль, что я не могу признаться вам, ведь вы никогда не увидите во мне женщину. Если бы я только могла отказаться от своего рода и даже от позорной истории, в которой мои предки терзали народы, я бы с радостью приняла вашу волю. Но мне также нужно думать о детях моего народа, поэтому я могу заполучить вас лишь таким путём».

— Разве это был ваш первоначальный замысел, демоница? — Пытаясь проникнуть в суть некоторых деталей.

«Да, именно так я и планировала поступить, завоевать вас, — продолжает она отвечать самой себе. — Я намеревалась, чтобы вы полностью уничтожили полк демонов, которых я направила на людское поселение. Эти демоны — те самые, о которых рассказывают, что они живут, радуясь издевательствам и смерти других. Я пыталась сразу же избавиться от подобных созданий, поскольку моему поколению нужны развитые демоны».

— Теперь мне кажется, я начинаю понимать, на что вы рассчитывали. Даже взрыв, прогремевший неподалёку от поселения, остался бы незамеченным, учитывая, что я находился в воздухе довольно долго. Я бы не догадался, что это был ложный сигнал тревоги. Выходит, люди бежали не из-за самого взрыва, а из-за того, что он стал знаком надвигающейся опасности.

«По-видимому, это самый необычный день в моей жизни, но, пожалуй, стоит положить конец этому фарсу».

Полоз отменил магию «времени» и позволил времени идти своим чередом.

«Я полагала, что он будет идти до конца, но, как оказалось, драконы действительно держат своё слово. — Алкион, собери войско, мы возвращаемся. — Я изнемогаю от усталости. Хотя я и добилась расположения господина Полоза, но, полагаю, он будет холоден со мной, несмотря на все мои старания, лицедейство и даже обращения к нему как к божеству».

— Стойте, владычица! Что произошло? Почему мы отступаем? А как же людской народ?

— Не переживай. У нас есть могущественный дракон, я его подчинила. Кроме того, необходимо сопроводить эту девочку обратно в поселение. Никто не должен причинить ей вреда. Это часть нашего соглашения. Если ты обнаружишь демонов, которые намерены и дальше проливать кровь невинных, уничтожь их.

— О владычица, неужели вы усмирили дракона, не произнеся ни единого слова? Или же это и есть та самая магия, способная останавливать время?

— Без лишних слов, ступай и выполняй мой наказ. — Как же он иногда достаёт своими вопросами.

Поклонившись, Алкион незамедлительно отправился выполнять повеление.

Телепатия — возможность общаться, не контактируя напрямую, путем обмена мыслей.

Полоз: «Вижу, у вас преданный слуга. Хоть и не стал спрашивать, почему вы не стали полностью избавляться от людей».

Владычица: «Благодарю за комплимент. Он из тех демонов, кто использует голову и силу во благо своего народа. В будущем я хочу сделать его своим мужем, чтобы продолжить род».

Полоз: «Знайте, я лично вас благословлю».

«Однако, как же больно слышать подобные речи от вас, господин!» — произнесла владычица про себя.

Подняв голову от тягостных дум, она замерла в раздумьях, чувствуя, как краска заливает её лицо. Только сейчас до неё дошло: если Полоз сумел установить контакт и проникнуть в её мысли, это значит, что он всё...

Том 1: Эпизод 7

Знакомства.

— Разве это не иноземец? Что он делает в столице? Какое омерзительное зрелище, его руки и шея покрыты чешуёй.

Подобные возгласы раздавались по мере того, как я продвигался по улицам огромного города. Не было в этом ничего удивительного, даже я не смею отрицать свою... — тяжёлый вздох, — чешуйчатую натуру.

Но я всё ещё цеплялся за свою человечность, надеясь, что в глубине души остаюсь человеком. Хотя, быть может, это лишь иллюзия. Изменить это я не в силах, поэтому мне остаётся лишь постепенно свыкаться с новым обликом.

Его величество, заметив состояние юного гостя, решил найти правильные слова, чтоб его развеселить и поднять дух.

— Мне жаль, что люди столь близоруки и, полагаясь на свои ненадёжные органы зрения, пытаются составить суждение о личности. Я понимаю, тебя охватила печаль, мой друг, ибо кому приятно, когда его называют чудовищем, — с лёгкой грустью произнёс король, наблюдая, как все с отвращением взирают на юношу.

«Неужели король проявляет такую необычайную мягкость?» — поражённо размышлял юнец, слушая слова короля.

Следя за странным, но обыденным разговором между пленником, которого юная леди воспринимала как такового, и своим жизненным наставником, она испытывала жгучее желание узнать о нём больше.

«Они увлечённо беседуют, и я вижу, что король ему доверяет. Вероятно, он не откажется поделиться своими чувствами, подумала первая принцесса, предвкушая интересную реакцию».

— Дракон, можешь ответить, что ты чувствуешь, видя, как тебя презирают люди? — Представители высших рас обычно не могут испытывать чувства, хотя в прошлый раз ты уже доказал, что ты человек. Думаю, проверка не станет лишней, — мысленно дополнила она детали и внесла некоторые уточнения в свои сомнения.

— Что за глупый вопрос, конечно, я чувствую обиду, ты что, с ума сошла? — так хотелось мне ей ответить, но я не буду вестись на её провокацию. — Обиду и грусть, вот что я испытываю. Ты бы тоже испытывала такие чувства, если бы на тебя смотрели с презрением.

— Значит, он и вправду ведёт себя как человек. Выходит, у него должно быть имя, — шёпотом ответила про себя она, слегка нахмурившись. — Тогда ответь ещё на один вопрос, как тебя зовут?

— Арах… — Погодитека, а стоит ли говорить своё старое имя. В этом новом мире, где я больше не человек, ну физически, то можно подобрать новое имя. — Юнк. Своё старое имя я забыл. Пусть теперь это будет моим драконьим именем.

— Какое красивое и, на удивление, приятное в произношении вслух имя, — приятно улыбнувшись ответил король на столь необычное имя.

— Спасибо, ваше величество, за такой дружелюбный комплимент, — хотя бы чуть-чуть, но тоска постепенно разбавлялась теплом от слов короля.

Василисе было интересно, как он отреагирует, если она подойдёт к нему и посмотрит ему в глаза. Это даже немного её забавляло.

«Почему она так странно смотрит на меня? Неужели она догадалась, что я обманул насчёт своего имени? Вряд-ли это возможно,» — подумал он с нарастающим волнением.

— Василиса, прекрати его пугать! — строго произнесла Николь, решительно взяв девочку за шиворот и притянув к себе.

— Ах, прости, Николь, только опусти меня, — жалобно попросила Василиса, её голос дрожал от страха перед нею.

«Какая же она простодушная, ведь она даже не осознает, что встала в одну линию с королем, на один уровень с ним, когда пыталась поговорить с этим...!» — с досадой и злостью подумала Николь.

— Пока мы не дойдём до замка, ты будешь идти со мной. Надеюсь, хоть сейчас она не будет бросаться в глаза перед королём, — наказала Николь.

— Ха-ха, не обращай на них внимания, они ещё подростки, поэтому могут себе многое нафантазировать, как и ты. Хотя они уже и стали воительницами, возраст всё равно нельзя изменить, как и их мышление в этот период, — с теплотой в голосе и легкой улыбкой сказал король.

— Наверное, они из знати? Трудно представить, чтобы подростки стали воеводами легионов без помощи своих родителей, а точнее без их кошелька, — задумчиво предположил юноша.

— Они сироты, и именно поэтому я растил их как своих собственных детей. Это и стало причиной того, что они относятся ко мне с такой серьёзностью, — произнёс король с глубокой печалью, внезапно меняя тему разговора.

«Ох, чёрт, я задел нечто чрезвычайно чувствительное для короля, что проявляется в его голосе. Почему я просто не могу не влезать в личное?»

— Прошу прощения за то, что задаю вам подобные вопросы, я не желал вас огорчить! — воскликнул я во весь голос.

— Не переживай ты так, всё в порядке. Просто мне тяжело осознавать, что есть родители, которые могут так жестоко обращаться с детьми, — думаю, не стоит рассказывать ему об этом, чтобы лишний раз не расстраивать.

Неожиданно прозвенел звон колоколов.

— Его величество вернулся! Отпереть двери замка! — воскликнул страж на смотровой башне.

— Кажется, мы так увлеклись разговором, что и не заметили, как уже дошли до моей обители, — с лёгкой ухмылкой произнёс король. — Пожалуйста, проходи, мой новоприбывший гость.

Король с энтузиазмом пригласил своего нового друга на увлекательную экскурсию по замковым владениям. С особым чувством он показал ему казарму, где, как оказалось, обучалась и готовилась к службе Николь. Но, проходя дальше, уже можно было очутиться внутри самого замка.

Проходя по длинным коридорам, они оказались в просторной комнате, возведённой из силикатного камня и украшенной величественными статуями предков королевской династии. Наконец, они достигли зала, где вместо прогулки решили предаться тому, что изначально обещал Арханей, который теперь именовал себя Юнком.

С аккуратностью рассматривая обстановку, юноша уселся на диван, когда его величество сел по ту сторону. Это выглядело как грубое оскорбление, но по глазам самого короля нельзя было этого сказать, он будто настаивал на этом до первых слов.

— Надеюсь, ты не станешь мне лгать или что-то скрывать. Я полностью полагаюсь на тебя, — мягко и сердечно попросил король.

«Конечно, я не стану говорить ему, откуда я пришёл, но вряд ли он мне поверит. Если я открою правду о своём происхождении, то даже не стоит надеяться на его доверие. Поэтому придётся рассказать ему с момента, когда я встретился с купцом».

— Ну, как вам сказать… Моя история начинается с того, что я встретил купца, который, насколько я помню, направлялся в столицу. Однако по пути мы столкнулись с демонами. Они уничтожили всех наёмников, кроме двух дивьев, которые, по сути, нас и предали.

«Его манера изложения мыслей весьма своеобразна: он словно пытается вместить в одну фразу чрезмерное количество сведений, а в некоторых случаях оставляет их недоговорёнными».

— Ну, а что же случилось дальше?

— После этого меня отвезли к владычице демонов, в ульи. Помню, что был прикован к стене вместе с каким-то стариком. Затем я очнулся на поле, где и встретил ваш легион. — Не буду вдаваться в подробности, это лишь пустая трата времени. Достаточно будет просто объяснить ему суть моей ситуации, надеюсь что у него не будет подозрений.

Король прищурился, опустив голову. Его лоб покрылся испариной. Не зная, что делать, гость просто наблюдал за ним, пока король не спросил:

— Конечно, в такое поверить действительно трудно, особенно твоя история о владычице и ульях, но всё же давай попробуем разобраться. Ты хоть помнишь, когда это случилось?

«К чему это? Разве не его легион уничтожил владычицу, из-за которой я оказался в поле?» — подумал Юнк, чувствуя нарастающее присутствие.

— Пять дней? Ну, вообще, я не знаю, сколько дней.

— Десять... — Пот стекал с короля, но он старался не выдать свои эмоции.

— Десять? Вы хотите сказать, что я провёл там десять дней? Это не так уж и много, хотя я не понимаю, как выжил без еды. Наверное, уже тогда у меня было это тело, странно, что даже сейчас я не чувствую голода.

«Неужели он не понимает?» — проворчал король себе под нос.

— Ты пробыл там десять тысяч лет. — Каждый авантюрист обладает способностью «Триглав», которая позволяет понять, врёт ли твой собеседник. Этот юноша точно не лжёт, но тогда у меня возникает множество вопросов.

— Ваше величество, я не думал, что вы любите шутить.

— Ответь на мой вопрос: как выглядела та владычица?

«Зачем ему это?» — недоумевал гость.

— Ну-ну... Насколько я помню, она была похожа на осу, у неё было брюхо, и ещё демоны говорили о каких-то ульях, о том, что нужно создавать больше.

Получается, что он не лжёт. Ведь он не мог знать, как она выглядит, если только не имел доступа к архивам, а значит, он действительно видел её вживую.

«Ну что ж, видимо, придётся ему объяснить всё самому», — массируя свой лоб большим пальцем, мысленно раздумывал я.

— Эта королева была убита моим предком, ты уже видел его статую. Если тебе нужны доказательства, то ты можешь проверить старые архивные материалы и убедиться в этом сам.

— Ладно, не думаю, что это меня сильно удивляет, ведь в данном случае я вообще дракон, так что мне и самому интересно узнать. — Обалдеть, я пробыл десять тысяч лет в этой дыре, а значит, я уже не встречу их, а я так хотел отомстить, Ермиона...

— Вижу, тебя это не сильно удивляет.

— Не сказал бы, что прямо не удивляет. Просто я сейчас нахожусь в теле дракона, а учитывая сказки, они в принципе бессмертные. — Надеюсь, в их мире они не будут отличаться.

— Возможно, это и правда, но мы никогда не сталкивались с кланом белых драконов или драконидов. Поговаривают, что они исчезли много тысячелетий назад, однако у нас нет точных сведений на этот счёт.

— Ясно, — произнёс я, осознавая, что не получу ответа на свой вопрос. — Кстати, ваше величество, мне было интересно, почему вы так добры ко мне?

— Особой причины и нет, — ответил король. — Возможно, мне было любопытно, каковы на самом деле дракониды, которые не испытывают ненависть и высокомерие. К тому же нельзя закрывать глаза на то, как ты упорно стремишься доказать свою человечность. Сейчас я уверен, что ты действительно был человеком, но до этого я лишь хотел убедиться, поэтому и отправился в путь с легионом. Просто обычная проверка.

«Яблоко от яблони недалеко падает», — подумал он, осознавая, кто, вероятно, внушил той безумной эту глупую идею.

— Что-то не так?

— Нет, ничего такого, просто немного задумался, ну, думаю, теперь можно перейти к главному вопросу: что со мной будет? — произнёс он, надеясь, что ему не придётся жить в темнице.

— Думаю, я смогу тебе помочь, но потребуется время. А пока я выделю тебе свой дворец в безопасном регионе, расположенном рядом с лесом.

«Рядом с лесом, кажется, у меня всё ещё остался осадок после той ночи», — тревожно застучало его сердце.

— Надеюсь, вы помните момент из леса в моём рассказе? Я вам не полностью описал одну ситуацию, когда нас схватили демоны. Они полностью истерзали тела моих друзей, отрывая каждому по голове. Прошу вас, мне так неловко об этом говорить, но мне действительно страшно. Поэтому я хотел бы обратиться к вам с просьбой, пожалуйста, приставьте ко мне кого-нибудь.

— Я действительно переживаю, и мне нужно, чтобы кто-то был рядом. Я не могу справиться с этим один.

«Как же я мог так опрометчиво поступить! Наверное, его грозный вид дракона внушил мне, что он не способен испытывать страх. Но ведь он всего лишь дитя», — с досадой подумал король.

— Конечно, я дам тебе личную горничную, которая будет заботиться и присматривать за тобой.

— Спасибо, ваше величество!

После завершения обсуждения с королём ряда важных деталей, новоизбранный гость почувствовал себя гораздо увереннее и решил позволить себе небольшой отдых в уютном гостиничном доме. С рассветом следующего дня их ждала дорога, которую Юнк предвкушал с особым трепетом, предвидя множество захватывающих и увлекательных моментов.

Во время поездки по живописным городам королевства, он с восторгом отмечал уникальность каждого из них, что делало путешествие особенно волшебным и незабываемым.

Спустя месяц

Время неумолимо ускользало от моих взоров, и вот уже минул не просто день или недели, а целый период с начала их удивительного путешествия. Из окон кареты перед ними открывались величественные виды, а бескрайние поля сменялись густыми лесами. Ещё красивее стало с приходом зимы, мир преобразился, первый мягкий снег, словно тончайшее покрывало, окутал землю, придав ей волшебное очарование.

В предрассветной ночи перед невинным ребенком открывалась захватывающая панорама, люди, как в его родном мире, украшали свои жилища магическими предметами, что вызывало восхищение и трепет. Эти, казалось бы, такие разные по происхождению миры удивительным образом сходились в своей сути, вызывая в душе ностальгию по чему-то прекрасному и родному.

Путешествие, которое поначалу казалось невероятно сложным, в итоге оказалось на удивление приятным. Хотя хоть и снег замедлял их продвижение, это не помешало им в конечном итоге добраться до региона, где люди с нетерпением готовились к фестивалю.

Увидев это, юноша попытался моментально выйти из кареты, но вдруг услышал, как король мягко попросил его не торопиться. На его вопрос «почему» король ответил, что ему нужно дождаться дворецкого, который поможет ему выйти из кареты. Это было одним из основополагающих правил этикета, и его соблюдение придавало поездке особую торжественность.

В дверь кареты раздался отчётливый стук.

— Я могу войти, сир? — произнёс строгим голосом дворецкий средних лет, одетый с иголочки.

Зайдя внутрь, дворецкий обратил внимание на необычного гостя:

— Я так понимаю, вы друг нашего короля. Приятно познакомиться, меня зовут Николя, и я очень рад нашему знакомству.

Он был поражен, что дворецкий не проявил ни малейшего интереса к его внешнему виду, не выказывая ни малейшего удивления или осуждения.

— Ах да, рад знакомству, меня зовут Юнк, и мне тоже очень приятно познакомиться.

— Вот и отлично, вижу, вы уже поладили, Николя. Проводи гостя к моему зимнему дворцу, а мне нужно продолжать путь на север.

— Постойте, разве вы не ради меня сюда приехали?

— Ха-ха, конечно, так и есть, мой малый друг. Но не забывай, что я король и не могу без причины покидать свой замок. Поэтому я решил отправиться на собрание двенадцати главных королей. Так что желаю тебе удачи!

Карета медленно тронулась, оставляя за собой лишь еле заметные следы на зимнем туманном закате.

— Ну что ж, господин Юнк, нам пора отправляться. Пожалуйста, наденьте этот волшебный браслет. Он поможет скрыть вашу драконью сущность от обычных людей.

— Хорошо, — сказал я, удивляясь, зачем мне понадобилось приезжать сюда, чтобы спрятаться, если у него есть такой браслет.

Затем неспеша отправились в город, где их встретили с исключительным радушием. Как оказалось, король сообщил своим подданным, что я являюсь его дальним родственником, и это послужило причиной такого тёплого приёма.

Город был большим и многолюдным, носил звание второй столицы и был населён преимущественно простолюдинами и рабочими. В то время как в столице обитали преимущественно авантюристы и маги из магических башен.

Об этих различиях мне рассказал Николя. Он также поведал, что авантюристы нашей столицы способны ощущать саму суть магии через жизненную силу, и именно поэтому я вынужден задержаться здесь. То есть среди простого народа у меня больше шансов скрыть свою природу, чем среди магов.

После нескольких часов, проведённых в прогулках по городу, дворецкий и его новый господин наконец достигли окраины, где возвышался величественный зимний дворец. Как и было обещано королём, он находился в непосредственной близости от леса, но был надёжно защищён мощными стенами, что внушало чувство безопасности.

Однако, когда они переступили порог дворца, их встретила горничная. Она приветливо помахала им своими маленькими ручками. Её каштановые волосы с шоколадным отливом небрежно рассыпались по плечам, а небольшой рост и карие глаза дополняли очаровательный маленький носик и малиновые губы.

— Ой, здравствуйте, мистер Ник! — радостно воскликнула горничная. — Я так ждала вас, чуть не окоченела совсем, вот бедняжка! А это наш гость, приветик, меня зовут Марина.

— Господин, позвольте представить вам горничную, которую назначил вам король. Она будет вашей верной спутницей и защитницей.

— Постойте, а что же будете делать вы?

— Я, как подчинённый короля, не могу постоянно находиться рядом с вами. Моя задача — следить за порядком в городе и в особняке. Помимо должности дворецкого, я также исполняю обязанности губернатора этого прекрасного поместья.

«Вот же бесстыдник!» — возмущённо воскликнула Марина, сердито нахмурив брови.

— Эй, ты, не игнорируй меня, когда я здороваюсь, это ужасно неуважительно по отношению ко мне, как к даме! Отныне я буду твоей сестрой, мамой и подружкой, поэтому тебе нужно быть очень-очень вежливым и внимательным в наших будущих отношениях!

«Прозвучало так, будто это предложение?» — шутливо промелькнула мысль. — Прошу прощения за своё поведение, я буду жить с вами. Меня зовут Юнк, и я рад с вами познакомиться.

«Этот фарс из средневековых сериалов уже не раз выручал меня».

— Вот и хорошо, а теперь пойдём со мной, — сказала она, взяв его за руки, и потащила за собой. — Кстати, мистер Ник, вы сегодня останетесь или снова пойдёте на патруль?

«Кхм, какая досада, возможно, стоит заняться всеми делами одновременно».

— Мне нужно очистить ближайшие места, где я чувствую своим чутьем опасность. Поэтому, прошу прощения, но на меня сегодня не накрывайте.

— Удачи вам, господин Ник. Я приготовлю вам что-нибудь на завтрак, если вы вернётесь к утру.

Дворецкий, не проронив ни слова, склонил голову и удалился от особняка. Госпожа Марина же, напротив, сопроводила малыша в помещение, дабы ознакомить его с обстановкой и объяснить, какие обязанности ему предстоит выполнять.

Том 1: Эпизод 8

Принять себя.

— Какой огромный и красивый дворец! Он был действительно очень большим и впечатляющим. Это здание больше похож на большую гостиницу, чем на королевское пристанище. Если бы я не знал, что здесь живет король, его можно было бы принять за обычное место, где люди проводят свои простые деньки.

Малыш-дракон радостно улыбался, представляя, как этот дворец станет его временным домом. В сопровождении горничной, которая провела с ним уже целый час, они исследовали помещения, пытаясь разобраться в сложной планировке дворца.

Помимо этого, его внимание так было привлечено тем, что Марина являлась единственной горничной в этом поместье. Её мягкий и добрый нрав очаровал его, хотя порой ему казалось, что она несколько наигранно ведёт себя с ним. Однако он не придал этому особого значения, наступила уже глубокая ночь, и улицы постепенно освящались светом от фонарей.

После утомительной прогулки по огромному дворцу малыш-дракон едва мог стоять на ногах. Марина, заметив это, попросила его не ложиться спать до её прихода, поскольку ей требовалось подготовить его ко сну. Однако было уже слишком поздно: для такого маленького тела он оказался слишком утомлён и не стал дожидаться. Его манила мягкая кровать, на которой уже покоилось его уставшее тело.

«Как же я устал слушать её болтовню о моём распорядке дня, — подумал он. — Я просто хочу лечь и заснуть на этой прекрасной кроватке».

Сам того не замечая, как уже снял с себя всю одежду и даже браслет. Медленно засыпая под тихую лунную и звёздную песнь, его сознание погрузилось в глубокий сон.

Тем временем, напевая себе под нос, Марина шла прямиком в его комнату. Решив заглянуть в глазок двери, чтобы увидеть, чем занят юноша, и заметив его спящим, просто вломилась с криком: «Так нельзя!» Сильным ударом распахнула дверь на обе стороны, отчего раздался сильный грохот.

Дракоша, охваченный страхом, резко вскочил на свой длинный и крепкий хвост.

— Что случилось? — в тревоге воскликнул он.

«Минутку, — с беспокойством промелькнуло в голове, — неужели я сижу на собственном хвосте?»

Внезапно пришло осознание, браслета на запястье не было, и драконья сущность вновь была на виду.

— Постой, я всё объясню, я… я… я болен неизлечимой болезнью.

Нахмурившись от его неожиданных слов, она просто спросила:

— Какая болезнь? Неужели из-за этой болезни ты спишь голышом?

— Стой, что? — воскликнув, резко нырнул под одеяло. — Прошу, прошу прощения, надеюсь, я не напугал тебя? Я ведь дракон, моё тело кажется тебе отвратительным?

— Я и раньше знала, что ты дракон, — спокойно ответила Марина. — Я лишь хотела сказать, что тебе не стоит спать без одежды, ты можешь простыть и заболеть, а я бы этого не хотела.

— Ты знала, что я дракон? Разве браслет не должен скрывать мою сущность?

— Он скрывает тебя от тех, кто не достиг определенного уровня. Однако это не означает, что для большинства этот уровень будет высоким.

— Значит, ты... — внезапно осознал я, вспомнив, что король говорил об защите, я не думал, что ты правду будет боевая горничная. Теперь мне стало ясно, как она увидела мою сущность. Она знала обо мне всё это время, и ей не было противно.

«У него точно проблемы с самооценкой, хотя, возможно, он сам этого не понимает. Люди боятся не его, а его эфирного давления. Им кажется, что этот мальчик внушительный и мерзкий, но для тех, у кого достаточно сил, он выглядит обычно, просто такой, какой есть», — с сожалением размышляла Марина.

— Вот оно! — воскликнула она. — Ты помнишь, как встретил мистера Ника? Ты обратил внимание, что он даже не моргнул, когда впервые увидел тебя?

— Да, это меня даже удивило.

— А помнишь, как ты познакомился с королём? И как он к тебе отнёсся! Теперь подумай, почему они оба относились к тебе с уважением, хотя многие люди считают тебя монстром?

— Потому что они не хотят меня обидеть? Думаю, это было бы логично. Хотя, возможно, это из-за жалости.

— Какой же ты глупый! — рассмеялась она. — Человек обычно инстинктивно относится небрежно к тому, что считает неприятным. Он не может полностью скрыть это, как бы ни старался. А в твоём случае они не думали о тебе плохо, как и я. Для меня ты милый, для короля, возможно, ты выглядишь как ребёнок, а для Николя ты больше похож на господина, о котором нужно заботиться.

— Я не могу с уверенностью сказать, что её слова полностью правдивы, но в них есть логика, пусть и неполная. — Почему тогда обычные люди меня презирали?

— Всё дело в твоём эфирном давлении. Оно, вероятно, сильно для людей, не обладающих познаниями в магии, но для тех, кто владеет хотя бы базовым уровнем, оно не является преградой. Я вижу тебя таким, какой ты есть, милым маленьким дракончиком. Если бы ты был мне противен, разве я смогла бы смотреть тебе в глаза?

— Именно поэтому я не могу смотреть тебе в глаза. Я всё ещё не уверен, что полностью тебе верю. — Неужели она так сильно хочет меня утешить, что готова пойти на такой жалкий обман?

«Как же он мил, когда дуется! Надо придумать способ, чтобы он посмотрел мне в глаза», — размышляла она, выстраивая стратегию в своей голове.

— Раз не могу убедить словами, значит, возьму силой! — тихо прошептала она про себя.

Прыгнув к нему на кровать, она мягко взяла его за руки и нежно уложила на бок, к себе на колени.

— А? Что ты делаешь? — тихо спросил удивленный дракон.

— Не говори ничего, лучше взгляни мне в глаза. Разве ты видишь в них хоть каплю презрение или отвращения к тебе?

Случайно перехватил её взгляд, в глубине которого, словно в отражении звёздного неба, сияла чистая и ясная любовь. Осознав собственную оплошность, не смог избавиться от терзающего его сожаления, спустя столько лет кто-то вновь попытался проявить о нём заботу.

Слёзы теперь текли не от боли, а от глубокого умиротворения, охватившего его, когда он лежал у неё на коленях. Никогда раньше он не испытывал подобного чувства. Его душа знала, что это, возможно, последний раз, когда он может позволить себе такую детскую слабость, как в те моменты, когда с радостью устраивался на коленях матери, которая пыталась успокоить его.

— Теперь ты мне веришь? — ласково спросила Марина, гладя его по голове.

— А можешь ли ты сегодня спать со мной? — смущённо отвернув голову, спросил пугливо.

Улыбаясь, она ответила, что, конечно же, останется с ним до тех пор, пока ему это будет нужно.

— Спасибо тебе, — прошептал, прижимаясь к ее руке и прикрывая глаза, словно погружаясь в мягкую, обволакивающую дымку сна, где все тревоги отступали на второй план, уступая место любви.

На следующий день

Пробудившись от нежных прикосновений солнечных лучей, маленький дракончик с радостью встретил новый день, предвкушая его великолепие, подобное предыдущим. Тёплый свет, проникая в его уютную комнату, наполнял её сиянием и дарил ощущение спокойствия.

Дракончик выбрался из мягкой постели и подошёл к окну, где его взору открылся удивительный зимний пейзаж. Солнечные лучи игриво пробивались сквозь густые ветви деревьев, создавая на полу яркие, танцующие пятна света. Вдалеке мелодично пели птицы, а лёгкий ветерок приносил с собой ароматы свежего снега и зимней свежести.

Я терпеливо ждала у двери, когда мой маленький господин наконец осмелится покинуть свой уютный уголок. В этот момент мне хотелось сделать всё возможное, чтобы подарить ему тепло, заботу и поддержку. Ведь впереди его ждал новый день — день, полный открытий, приключений и маленьких радостей, которые помогут ему стать сильным, уверенным и независимым. Я знала, что впереди его ждёт долгий путь, но я была готова пройти его вместе с ним, чтобы каждый шаг был наполнен светом, теплом и любовью.

«Кажется, я чувствую запах Марины, он исходит из-за двери».

— Мисс горничная, я знаю, что ты прячешься за дверью, можешь уже выходить.

— Наш маленький господин такой наблюдательный, особенно учитывая, как вчера ты плакал у меня на коленях.

— Я не ребёнок, мне четырнадцать лет, и я плакал потому, что хотел спать, вот и всё.

— Какой же он серьёзный, скажу, наверное, в сотый раз, но такой милый и важный. А ты знаешь, что для своего возраста ты слишком маленький, хи-хи. Сейчас ты выглядишь как двенадцатилетний, хоть и дракон.

— Я сам это прекрасно понимаю, так что давай начнём! Ты научишь меня магии или, может быть, искусству сражения на мечах? Я сгораю от нетерпения и готов учиться всему, что ты можешь предложить. — Его хвост весело подпрыгивал, словно у маленького щенка, от радости.

— Нет, не спеши, для начала нам нужно освоить основы и выучить язык. — Она улыбнулась, глядя на его энтузиазм. — Одевайся и спускайся на первый этаж, я буду ждать тебя там.

— Хорошо, я сейчас! — Поспешив выполнить её просьбу.

— И не забудь про браслет, возможно даже пригодится.

Надев браслет, стремительно направился к горничной. Спускаясь со второго этажа, настолько сосредоточился на выполнении просьбы, что даже не заметил, как оказался за холлом, где уже был учебный класс. Побродив некоторое время, всё же удалось найти нужное место. Сама учительница, Марина, подготовила все приборы, книги и расписала темы на доске. Увидев, что ученик наконец явился, предложила сесть на удобное место в огромном кабинете, где всё было готово, и начала урок с первого вопроса.

— Ну что ж, мы начинаем. Можешь ли ты описать, как, по твоему мнению, выглядит магия и что это такое?

— Простите, но я даже не представляю, что из себя она может представлять...

— О, не волнуйся, невозможно, чтобы ты не знал основ. Пожалуй, попробуй вспомнить всё, что тебе известно, — настойчиво повторила она, желая услышать желаемый ответ.

«Ну же, вспоминай. Возможно, я что-то упускаю? Хотя стой...» — на долю секунды в голове показался образ одной дивьи, что некогда говорили о магии. Точно, если вспомнить слова Ермионы, она явно говорила об этом.

— Всё в этом мире состоит из духовной магии, каждое живое и неживое существо, которая усиливается с помощью воображения. Думаю, это всё, что я знаю о магии.

— Какой необычный, но практически точный ответ. Какой ты умничка! А теперь я объясню тебе, что из себя она представляет.

Как ты совершенно верно подметил, каждое существо в этом мире обладает духовной силой, которая является основой магии. Эта сила не ограничена никакими рамками и может проявляться в самых разнообразных формах, в виде растений, минералов или даже в человеке, ведь она является фундаментом для мироздания.

Из растений создаются целебные зелья, из камней — магические инструменты и самоцветы. В этом мире всё взаимосвязано, и нет ничего, что не подчинялось бы законам логики.

Теперь давай рассмотрим, как можно использовать эту духовную силу. Мы уже знаем, что такое магия и как она работает, но нам предстоит ещё многое узнать о том, как управлять ею.

— Через силу воображения? — Пока что ничего сложного, такое можно встретить и в комиксах.

— Совершенно верно, но лучше сказать — через восприятие. Воображение лишь помогает усиливать это восприятие. Если для тебя огонь — это лишь кусачая искорка, то твоя магия огня ничем не отличится от обычной искры.

— Получается, нужно лишь усилить восприятие этого огня, то, как я его чувствую и вижу? — Понятненько. Всё зависит от того, каким я вижу огонь в принципе. Он может быть таким же, как на газовой плите, спокойным и равномерным. А если представить себе, к примеру, магму или горелку, то получится, что я смогу создать что-то на уровне космического меча.

— Вижу, ты уже обдумываешь, как ты на деле воспринимаешь огонь. Это уже знак того, что ты продвинулся, такой умный малыш.

— У меня вопрос, это ко всем типам магии относится? И да, хватит называть меня малышом.

— Хорошо, мой сладенький. А если говорить про типы магии, то да. У нас есть два основных — это земля и вода.

— А разве их не должно быть четыре? — удивился я, вспомнив, что обычно упоминают четыре стихии: воду, землю, огонь и ветер.

— Мне не доводилось слышать о подобном, но, возможно, ты имеешь в виду огонь и ветер? Однако они не являются физическими свойствами в том же смысле, что вода и земля. Если использовать их правильно, можно вызвать и другие стихии, такие как грязь, песок или даже магию льда.

Если смешать землю с водой, получится плодородная почва, в которой смогут прорастать семена. Если же использовать метод высушивания, то из земли можно получить песок. Даже лёд может быть использован в различных целях, поскольку в каждом из этих состояний присутствуют два основных элемента.

Огонь и ветер — это не просто материальные элементы, которые можно взять в руки или налить в сосуд. Они скорее создаются искусственно. Если сильно подуть, можно создать ветер, а если высечь искру, возникнет огонь.

То же самое относится к магии электричества, света и тьмы. Однако эти виды магии считаются более сложными и относятся к среднему классу, поэтому даже самые могущественные маги не всегда могут ими пользоваться.

Однако существует также магия высшего порядка, которую за всю историю человечества освоили лишь немногие избранные. Эта магия концептуального уровня включает в себя манипуляции временем, пространством и даже самой реальностью.

— А смогу ли я вызвать магию огня, если попытаюсь сделать это прямо сейчас? — Мне интересно, как выглядела бы магия, если бы такой человек, как я, прибывший из другого мира, смог бы её использовать.

— Определённо нет. Пусть ты и дракон, но ты ещё малыш, и у тебя ещё не пробудилась вторая трахея. Возможно, ты не знаешь, но у людей есть одна трахея, в которой насчитывается около двадцати хрящевых колец. Чтобы пользоваться магией, тебе нужно развить вторую трахею, которая будет ментально находиться под твоими основными трахеями. Через неё ты будешь поглощать не кислород, а духовную силу. Если ты будешь использовать свою энергию, то, скорее всего, умрёшь.

— Драконы питаются магической энергией из окружающего пространства, верно? — в голосе сквозило удивление. Ведь, возможно, существуют и другие источники, способные утолить их голод, задумался он.

— Да, но драконы, скорее, поглощают элементальную энергию, чтобы утолить свой голод.

— А в чём разница между элементальной и духовной энергией? Если вся магия основана на изначальной духовной энергии, то что же такое элементальная магия?

— Это ты узнаешь в академии, — с воодушевлением произнесла она, хлопнув по столу. — Твоя судьба решена, король усыновил тебя, и теперь ты, как его сын, будешь учиться вместе с принцессами. Правда, это случится только через три года. Но не переживай, к тому времени я успею полностью тебя подготовить.

Том 1: Эпизод 9

Арахния.

— Я узнал много нового о магии и о том, как её развивать. Сначала мне показалось, что концепция её использования очень проста, нужно просто развивать своё восприятие.

Например, моя няня, которая также является учительницей, могла использовать магию огня так, как её понимают в этом мире, спокойно и плавно, как у обычного костра. И другие могли бы создавать так же. Но в моих руках огонь принял форму быстрого и сильно нагретого пламени. Это подтверждалось его ярко-синим цветом, что означало, что он в сто или даже тысячу раз горячее обычного огня.

Возможно, я представил себе, как горит труба, если её поджечь под струёй газа. Но, скорее всего, мой огонь — это уже не совсем огонь, а плазма. Как по мне, ничего особенного в этом нет. Хотя Марина бы поспорила, её сильно это удивило.

Мне повезло, что в первый день всё было относительно просто: я смог понять теорию, но с практикой возникли трудности. Причина заключалась в том, что изначально я не обладал внутренней жизненной силой и был лишь пустой оболочкой, поэтому мне приходилось развивать вторую трахею.

Однако на второй день, как это часто бывает в жанре фэнтези, всё оказалось гораздо сложнее, чем я ожидал.

— Как же это раздражает, ааааа! Жизненная сила совсем не подчиняется мне! Как же мне раскрыть её? — жалобно воскликнул от собственного бессилия.

— Я же говорила тебе, нужно закрыть нос и часто дышать ртом. Это поможет освоить дыхание гортанью, а затем ты сможешь инстинктивно поглощать магию, — ответила Марина.

— Ты шутишь? Я не могу даже минуты продержаться!

После этих слов она медленно подошла к нему сзади и, не медля ни секунды, нанесла удар указкой по голове.

— Что я тебе говорила? На моих уроках обращайся ко мне на «вы».

— Ай, какого черта?

Она посмотрела на него с суровым выражением лица, давая понять, что лучше не говорить лишнего.

Выдох! «Как же с ним сложно! Он уже изучил теорию, но, похоже, практика ему не даётся. Возможно, это связано с его драконьим обликом», — задаваясь вопросом, почему возникают проблемы.

— Как же мне хочется, чтобы ты была со мной на уроках такой же, как и в обычные дни, нежной и пушистой, а не строгой и колючей.

— Ты знал, что становишься ещё милее, когда злишься? Но ладно, не буду тебя так сильно напрягать. Давай поставлю условия: если сможешь освоить поглощение, то, думаю, мы могли бы вновь отправиться в центр города, чтобы отметить очень крутой и модный праздник!

— Праздник или, может быть, какой-то ритуал?

— Скорее праздник, на котором мы встречаем первый снег после Нового дня. Это событие знаменует сильный снегопад, символизирующий, что богиня Снежная довольна нашим годом.

«По-видимому, это своего рода аналог Нового года, когда мы прощаемся со старым», — вот к какому логическому выводу его мысли пришли.

— Кажется, я примерно понимаю, о чём этот праздник. Но если ты обещала помочь, то должна объяснить, как мне раскрыть вторую трахею.

— Ты стал гораздо смелее! — прикрыв губы большими пальцами, чтобы вышло изящно, ведь так делают дамы, когда тихо посмеиваются. — Мне это нравится. Но имей в виду, если не справишься, праздника не видать. Придётся торчать в тёмном лесу, где даже переночевать нормально не выйдет, да ещё и под холодным водопадом сидеть. Как тебе такое?

— Сколько времени это займёт?

— Возможно, день, неделю или даже месяц. Всё зависит от тебя. Я надеюсь, что ты справишься хотя бы за неделю. Если нет, то кто-то не сможет пойти на праздник.

Юноша на мгновение задумался. Это было довольно просто, ведь ему не нужна ни еда, ни вода. Однако что-то его беспокоило, словно она скрывала важную информацию.

— Там будут монстры?

— Да, — с ехидной улыбкой ответила она, словно знала, что это его страх.

— И ты не пойдёшь со мной?

Она ничего не ответила, лишь улыбнулась.

«Я так и знал, что она понимает, как мне будет одиноко и страшно, поэтому специально скрыла от меня это», — с сожалением думал он.

Набрав полную грудь воздуха, он воскликнул:

— Лаааааадддно! Я согласен, покажи мне дорогу!

«Как забавно! Видно, что ему это не нравится, но он всё равно решил пойти. Что ж, мне нравится, что он набрался смелости».

Подойдя ближе, она подняла его на руки и произнесла:

— Хорошо, но не сегодня, а завтра. А сейчас пойдём уже домой, мы закончили с тренировками.

На следующий день

Марина, проявив тщательность и предусмотрительность, собрала для него гардероб, убедившись, что каждая вещь на месте и ничего не упущено. С чувством уверенности и готовности к предстоящему путешествию они отправились в лес, следуя к заветному водопаду.

Лес был густым и необъятным, и каждый шаг сквозь его чащу вызывал восхищение. По мере того как путники продвигались к водопаду, их взору открывались всё новые грани его великолепия, но лишь достигнув цели, они смогли в полной мере оценить всю его красоту. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь плотную листву, играли на массивных камнях, создавая на них сложные и изящные узоры. Вода, переливаясь, сверкала, как драгоценный камень, наполняя воздух покоем и гармонией. Юному ценителю природы показалось, что он наконец-то нашёл место, где можно обрести покой в трудное время.

— Оказывается, здесь так прекрасно! Почему ты раньше не рассказывала мне об этом месте? — с удивлением расспрашивал он, осматривая каждую щель.

«Даже как-то жаль его, ведь его испытание только начинается с наступлением ночи. Мне трудно оставить его, но это единственный способ помочь. Сердце разрывается от этого груза», — если всё сделаешь правильно, мы будем часто приходить сюда! — Ответила с ласковым голосом, скрыв истинные переживания.

— Ну что ж, ты можешь начинать обучение прямо сейчас, а я пойду. Надеюсь, ты справишься, но если передумал...

«Я понимаю, что она пытается воздействовать на меня психологически, но вряд ли это удастся. Надеюсь, ей не удастся, хотя в глубине души я уже боюсь остаться один».

— Нет, как бы мне ни хотелось, но я должен уже привыкнуть, — сказал он, скрестив руки, и посмотрел на Марину.

— Не забывай, что я тебе говорила: если почувствуешь угрозу или страх, сразу же возвращайся, — донёсся её голос как отголосок, а затем она растворилась в воздухе, словно тень, тающая на заре.

И вот я остался один в этом дивном месте, где лишь голос птиц нарушал мёртвую тишину. Это вызывало во мне чувство детства, когда даже считал, сколько раз скажет кукушка «ку-ку», просто прекрасно. В этом есть большой плюс: расслабляющая натура полного одиночества поможет сосредоточиться. Для начала нужно разбить палатку и подготовиться к ночи. Наверное, одни из самых приятных воспоминаний будут.

Пятый день

Дни тянутся невероятно долго, особенно если учесть, что я нахожусь в этом лесу. Я чувствую себя как буддистский монах, который постигает великую тайну самого Будды, сидя под водопадом. Почему-то меня снова охватывает ощущение дежавю.

За эти пять дней я почти ничего не добился, зато обзавёлся новой фобией: теперь я боюсь местных насекомых, которые достигают размеров чихуахуа. «Бррр, какой ужас», — поёжился, только вспомнив их габариты.

Но не это главное. А другое... У меня почти не осталось сил терпеть это место, особенно ночью. Настоящий кошмар! Каждый раз приходится забираться на дерево и привязывать себя к стволу, чтобы не упасть. Вот теперь думай, зачем я угробил целый день на эту отстойную палатку. Сути это не меняет, для меня главное — не заснуть под роем пчёл, ведь я уже знаю из фильмов, чем это может закончиться. Но даже без них я не могу заснуть, потому что постоянно слышу какие-то странные звуки, рычание и крики. Я думал, что это моя больная фантазия, но когда увидел ворон с четырьмя красными глазами, издающих эти крики, понял, что ошибался. «Это сводит меня с ума», — так я себе каждый раз шептал.

Нужно просто набраться терпения, ведь сегодня мой последний день для освоения духовной техники. Я переживу эту ночь и, надеюсь, смогу освоить эту глупую магическую трахею. Но для начала соберу все вещи и подготовлюсь к побегу, если что-то случится. Не знаю даже, как сказать, но я чувствую, что в эту ночь что-то произойдёт. Откуда эта уверенность — неведомо, но, кажется, это моё шестое чувство. Ну что ж, надеюсь, будущий я сможет пережить эту ночь.

Полнолуние

Привет, мой прошлый Я. Вот что я могу рассказать тебе.

Прошло уже около шести часов с тех пор, как солнце скрылось за горизонтом, а я всё ещё сижу, привязанный к дереву, похожему на великана. Сейчас, вероятно, глубокая ночь. Я уже несколько раз пытался заснуть, но не получается.

Мне кажется, что кто-то пристально смотрит на меня. Но это не самое страшное. Самое странное — ощущение, что кто-то приближается, и этот кто-то явно не человек. Мне так страшно. Я хочу спуститься и узнать, что это, но не могу. Я словно чувствую, что это может стоить мне жизни. Но самое главное, возможно, я даже рехнулся, раз даю отчёт прошлому себе.

Звук скрежета по коре дерева.

Тело охватила холодная дрожь, но дракон, не колеблясь ни секунды, перерезал верёвку, что связывала его с могучим стволом, и смело прыгнул вниз.

«Чёрт, язык мой враг!» — эта мысль пронеслась в голове. Одним движением резко отпрянул от дерева на несколько метров, решив затаиться.

— Я вижу, оно уже здесь, — сердце билось так быстро, словно играло похоронный марш, предупреждая о приближающейся смерти своего хозяина.

Дерево, к которому он был привязан, разлетелось в щепки, и сквозь густой слой пыли из опилок проступили четыре пары красных глаз. Огромный силуэт поднимался в рост, и наконец показалась его морда, две огромные клешни, длинные волосатые ноги и чёрное брюшко — это был паук.

Он почувствовал невыносимый страх, почти смирившись с неизбежным. Паук, внезапно возникший перед ним, был невероятно пугающим, и его вид грозил лишить разума от ужаса.

— Боже, боже, я уже практически готов расплакаться, ну почему именно паук? Почему, почему, почему именно паук?! — Слёзы проступили сквозь его пугливый взгляд, он не знал, что делать, но инстинктивно был готов ринуться в бой, сам не понимая почему.

В сознании промелькнула мысль о том, что с его телом происходит нечто странное.

— Почему я стою? Ну же, ноги, пожалуйста, двигайтесь! Что со мной происходит? Вряд ли это шок, из-за которого я не могу пошевелиться. Скорее всего, это инстинкт, заставляющий сражаться. Неужели причина в этом проклятом теле дракона? — Не понимая, что делать, его плач стал ещё сильнее, застыв в одной позе. Мысли были о побеге, а тело готово к бою, и этот конфликт заставил его просто замереть, что сыграло злую шутку.

Паук неспешно приближался к добыче, оплетая всё вокруг паутиной. С абсолютной уверенностью в том, что жертва обречена, он решил поглумиться над ней. Используя мощные клешни как основное оружие для защиты, медленно двигал ими, выгибая и сгибая в разные стороны. Ноги приподнялись, приняв защитную стойку, а глаза сверкали отражением кровавого неба — это было настолько устрашающее зрелище, что вызвало большие проблемы.

— Не подходи, стой на месте! — в слезах кричал во все мощи, пока паук не приблизился на расстояние нескольких метров.

Затем тишина, его выражение застыло, и вокруг появилось белое свечение. После чего произошло неожиданное.

— Это конец, — последнее слово перед тем, как мозг не выдержал такой психологической нагрузки.

Ментальное состояние достигло предела, не позволяя переживать дальше, отчего зрачки мальчика закатились вверх, но тело уверенно стояло в позе. Ещё секунда — и оно уже зашевелилось само. Белый эфирный купол обхватил его, словно скатерть стол.

Одним громким криком «Нет!» тело непроизвольно породило ударную волну. Крик оказался настолько мощным, что отбросил сорокаметрового паука на несколько десятков метров, а деревья, что росли рядом, просто разломились. Это стало переломным моментом для юного дракона: сам того не желая, он использовал свою драконью мощь.

Паук на мгновение замер в позе танатоза, ощутив трепет перед лицом столь грозной силы. Вернувшись в обычное состояние, он уже не намеревался играть с добычей, как это обычно делают пауки, а был полон решимости уничтожить его, осознавая, что та может представлять опасность.

Тело балансировало на грани падения, с трудом удерживаясь на ногах. За мгновение до того, как паук рухнул, дракон едва не опустился на колени. Внезапный шелест листвы известил о том, что мальчик, подхваченный порывом ветра, взмыл в воздух с деревьев. В последний момент девушка успела поймать его, спасая от падения.

— Не волнуйся, малыш, ты уже достаточно натерпелся, — обняв его одной рукой, она посмотрела на паука грозным взглядом. — Тебя я особенно отблагодарю: вместо того чтобы просто убить, дам тебе возможность скрыться за десять секунд. Как-никак, ты стал причиной пробуждения его сил.

Воспользовавшись способностью создавать ледяных клонов, гигантская копия взметнулась ввысь, повергнув паука в ступор. Однако чудовище не стало испытывать судьбу: страх перед мощью льда и размерами противника оказался сильнее голода. Паук предпочёл ретироваться, бесследно исчезнув в лесной чаще.

Поднявшись, Марина взяла юношу за руки и крепко прижала к себе.

— Прости меня за это, но мне пришлось пойти на такие меры. Я надеюсь, ты поймёшь меня. А теперь пойдём домой.