Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 7

Глава 1. После бури

Три километра извилистых улиц мертвого города, и все схлопывается быстрее, чем мне хотелось бы. Здания складывались сами в себя со звуком, от которого становилось не по себе. Мы преодолели несколько кварталов, прежде чем я понял очевидное: надеяться не на что, мы не успеваем.

— ВСЕ КО МНЕ! — громко выкрикнул я еще раз, наблюдая, как панирующие Охотники мечутся в разные стороны. — Бежать бесполезно.

— Что?! — Максимус Малигаро замер с двумя ранеными на плечах, его лицо выражало редкое для него замешательство. — Ты предлагаешь просто сдохнуть здесь?!

— Я предлагаю заткнуться и довериться мне, — я достал меч, чувствуя, как демоническое сердце в груди начинает биться чаще. — У меня есть план.

— Насколько рискованный? — осторожно спросила Брина Синкроф, прижимая к себе раненого Охотника.

— Скорее, идиотский. По шкале от одного до десяти? Примерно на восемь с половиной.

— Только восемь с половиной? — нервно хихикнула Зара.

Площадь под нами треснула с таким звуком, будто кто-то разломал пополам целый континент. Черный мрамор раскололся паутиной трещин, из которых вырвалось фиолетовое свечение настолько яркое, что даже мои глаза заслезились.

— План простой, — быстро заговорил я, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы. — Все собираемся в максимально плотную группу. Прижимаемся друг к другу так, словно вы рыба в консервной банке!

— Зачем? — Войд смотрел на меня с явным недоверием.

— Затем что я создам ударную волну, которая вышвырнет нас всех к выходу одним махом. Думай об этом как… как о выстреле из катапульты. Только вместо камней будем мы.

— Это самая идиотская идея, которую я слышал! — взвизгнул кто-то из отряда Синкроф. Вот что с людьми страх смерти делает.

— У тебя есть лучше? — я посмотрел на паникующего Охотника. — Потому что через тридцать секунд здесь не останется даже мысли, не то, что пространства.

Касс первой подбежала ко мне, вцепилась в руку мертвой хваткой.

— Я доверяю мастеру!

Зара была следующей, ее золотое пламя создало защитный кокон вокруг нашей растущей группы. Да, так точно будет удобнее.

— Ну что ж, если умирать, так с фейерверками!

Брина скомандовала своим людям собраться. Максимус, ворча что-то о «безумных самоубийцах», приказал своим Охотникам присоединиться. Даже Войд со своим отрядом подошел к нам, хотя его лицо ясно говорило о ненадежности плана.

— Кебаб, — прошептал я мечу. — Готовься. Сейчас будет больно.

— ЧТО?! ГОСПОДИН, НЕ НАДО! Я ТОЛЬКО НАЧАЛ НАСЛАЖДАТЬСЯ ЖИЗНЬЮ!

Когда все группы сбились в плотную кучу, я поднял меч над головой.

Техника, которую я собирался использовать, не имела названия. Я придумал ее на ходу. Сейчас. Но названием нужно будет озаботиться. Техники без имен слишком бесформенные и непредсказуемые. Названия же нужны, чтобы структурировать как потоки внутренней энергии, так и настроить себя на применение техники.

— Держитесь друг за друга! — крикнул я. — И постарайтесь не обделаться!

— Что за шутки в такой момент?! — возмутился Максимус.

— Кто сказал, что я шучу? — ехидно ухмыльнулся я.

Я воткнул меч в землю, вложив в удар всю накопленную энергию. Не просто физическую силу или внутреннюю энергию, но и свое убийственное намерение.

В следующий миг мир взорвался.

Но не наружу, а внутрь и вверх одновременно. Энергия схлопнулась под нами в точку абсолютной плотности, а потом выстрелила вверх как гейзер из преисподней. Вся наша группа была подхвачена этой волной и запущена в воздух со скоростью, от которой щеки расплющило как у собаки, высунувшей голову из окна машины (Тень делал так далеко не один раз).

— ААААААААА! — это кричали все.

Я же стиснул зубы, перегрузка оказалась немного сильнее, чем я рассчитывал. Самую капельку, но на то это и первый раз.

Мы неслись сквозь коллапсирующий город, как пуля. Здания вокруг складывались, схлопывались, исчезали в пустоте, которая пожирала саму реальность. Мы пролетели прямо сквозь стаю охотников, которые даже моргнуть не успели.

— МАСТЕР! — Касс вцепилась в меня так, что ребра затрещали. — Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!

— НЕ УМРЕШЬ! — крикнул я, пытаясь переорать воздух, бьющий в лицо. — МОЖЕТ БЫТЬ!

— ЭТО НЕ УТЕШАЕТ!

Впереди показался выход из Разлома, мерцающий болезненным светом на грани исчезновения. Но была проблема, траектория выводила нас метров на десять выше. Мы врежемся в скалу над проходом и размажемся как мухи по лобовому стеклу.

Думай, Дарион, думай!

Я оттолкнулся от летящего рядом Колфилда, парень взвизгнул, как испуганный хомяк, развернулся в воздухе и ударил мечом. Стиль Рассекающей Горы создал воздушную волну, которая толкнула всю группу вниз, корректируя траекторию. Экстремально, конечно, но иного решения за столь короткое время я просто не нашел.

Мы влетели в портал как пьяная компания в бар, кубарем, кувырком, полным хаосом переплетенных тел. Чье-то колено врезалось мне в живот, чей-то локоть в челюсть, кто-то наступил на мою руку, единственное, что было самым приятным, это пышная грудь Зары, что упиралась мне в руку.

Вылетели мы на другую сторону еще более хаотично. Куча тел выкатилась из портала и покатилась по площадке, собирая пыль, грязь и несколько удивленных голубей.

Наконец мы остановились. Все лежали в огромной куче, стонали, ругались, но главное — живые. Даже тяжелораненые каким-то чудом не получили критических повреждений, хотя парочка точно получила сотрясение от приземления.

Позади нас Разлом начал пульсировать как сердце в агонии. Свечение стало белым, потом ослепительно ярким, и с последним, почти жалобным звуком он схлопнулся. Там, где секунду назад был вход в Разлом S-ранга «Мертвый город», теперь была просто ржавая стена заброшенного ангара.

Тишина. Только тяжелое дыхание полусотни человек и карканье возмущенных ворон.

— Все… живы? — прохрипел я, пытаясь выползти из-под чьей-то ноги.

— Определение «живы» сейчас весьма условно, — простонал Войд откуда-то снизу кучи.

— Я больше никогда не буду сомневаться в ваших планах, Мастер! — воскликнула Касс, все еще вцепившаяся в мою руку. — Это было одновременно ужасно и восхитительно!

Медленно, очень медленно, мы начали распутываться. Кто-то охал, кто-то ругался, Колфилд тихо всхлипывал в сторонке, но все были на своих ногах. Ну, или хотя бы на четвереньках.

Я поднялся, чувствуя, как мир слегка покачивается. Демоническое сердце все еще колотилось как бешеное, а человеческое… ужасное ощущение. Я все еще как будто ощущал его, хотя прекрасно понимал, что сосуды сейчас медленно регенерируют. Мне потребуется много энергии.

А значит, следующий год я буду жрать раз в двадцать больше.

— Дарион, — Зара подошла ко мне, прищурившись. — Твои глаза…

Я посмотрел на свое отражение в луже воды. Смуглая кожа стала еще темнее, почти бронзовой. А глаза… красные с вертикальными зрачками смотрели на меня из отражения. Даже после окончания трансформации изменения остались.

— Последствия техники, — пожал я плечами. — Пройдет. Когда-нибудь.

— Это… это даже привлекательно, — пробормотала Зара, потом покраснела. — В смысле, экзотично! Необычно! Я не это имела в виду, да!

Касс отпустила мою руку и, но тут же вцепилась объятиями, слезы текли по ее щекам.

— Мастер! Я думала, вы погибнете! Когда тот урод в плаще появился, а потом барьер, и мы не могли пробиться, и вы там один…

— Эй, эй, — я неловко похлопал ее по спине. — Я же говорил, я очень живучий. К тому же не помру, пока не увижу, как ты освоила все техники. А судя по твоему прогрессу, это займет еще… какое-то время.

— Мастер! — она рассмеялась сквозь слезы и ударила меня в плечо. — Вы ужасный!

Максимус Малигаро подошел ко мне. Здоровенный глава клана выглядел как человек, который хочет что-то сказать, но слова застревают в горле. Наконец он просто кивнул. Один раз, но в этом кивке было больше благодарности и уважения, чем в тысяче слов. Я кивнул в ответ. Мужское взаимопонимание не требует слов.

— Дарион, — Брина Синкроф подошла, поддерживая раненого охотника. — Спасибо. За все. Если бы не ты…

— Мы бы все стали частью несуществующего пространства, — закончил я. — Не благодари. Просто продолжай нашу сделку, и мы в расчете.

Она кивнула, в ее глазах блеснули слезы, которые она упорно сдерживала.

Войд подошел последним. Его обычно идеальная прическа была взлохмачена, костюм порван в нескольких местах, но взгляд оставался холодным и оценивающим.

— Рад, что ты не до конца отринул свою природу воина, — сказал я прежде, чем он открыл рот.

Войд моргнул, явно не ожидая такого начала разговора.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты мог уйти со своими людьми. Но остался и сражался. Я знаю, что, скорее всего, Мерсер использовала нас, чтобы ты достал то, что нужно ей и ушел, не потеряв ни людей, ни силы. Любой толковый военачальник знает такой прием.

— Я… — он запнулся, потом выпрямился. — Я просто выполнял свой долг защищать людей.

— Конечно, — усмехнулся я. — Жаль, что ты застрял в роли няньки для богатой девицы.

— Госпожа Мерсер — не просто богатая девица! — автоматически возразил он.

— О да, она еще и интриганка высшего класса. Прямо мечта для телохранителя, у нее одни достоинства!

Войд открыл рот для очередного возражения, но я уже отвернулся.

— КЕБАБ! — рявкнул я на меч, щелкнув по его лезвию пальцем. — Ты жив там?

Из клинка донесся слабый стон.

— Господин… я думаю, меня вывернуло наизнанку… Это вообще возможно для бестелесного духа?

— Молодец, выдержал. В награду получаешь мою вечную признательность.

— Правда?! — голос ифрита мгновенно оживился.

— Нет, — улыбнулся я. — Но ты неплохо сработал с именем Лазаруса. Может, из тебя еще выйдет толк.

— ГОСПОДИН ПОХВАЛИЛ МЕНЯ! — взвизгнул Кебаб так громко, что несколько Охотников обернулись. — Я САМЫЙ СЧАСТЛИВЫЙ ДЕМОН ВО ВСЕХ МИРАХ! Я БУДУ ХРАНИТЬ ЭТУ ПОХВАЛУ В СВОЕМ СЕРДЦЕ ВЕЧНО!

— У тебя нет сердца, ты нематериален.

— НЕВАЖНО! Я БУДУ СЛУЖИТЬ ВАМ ВЕЧНО! КЛЯНУСЬ СВОИМ ДЕМОНИЧЕСКИМ ИМЕНЕМ! КЛЯНУСЬ ПЛАМЕНЕМ ПРЕИСПОДНЕЙ! Я Кебаб Аль Хаид Де Шаурм буду вечным слугой!

— Стоп, — я нахмурился. — Ты только что дал клятву и сказал мне свое полное имя?

— Да! Клятва демона нерушима! Теперь я ваш навеки! — гордо заявил Кебаб. — К тому же в вас сердце Баала, а значит, технически я…

Пока Кебаб бормотал свои предположения, я задумался. Демоны не могут нарушить клятву, данную своим истинным именем. Это одна из немногих абсолютных истин демонического мира. Теперь этот жалкий ифрит привязан ко мне до конца времен. Или пока один из нас не сдохнет.

— Ну что ж, — вздохнул я. — Раз уж ты теперь мой вечный спутник, научись хотя бы замолкать по команде.

— Слушаюсь, господин! Я буду самым тихим демоном! Самым незаметным! Вы даже не будете знать, что я существую!

— Начни прямо сейчас.

— Есть! Молчу! Ни звука! Я как рыба! Хотя рыбы иногда булькают… Но я буду молчать лучше рыб!

Я потер переносицу. Иметь слугой этого идиота. Что ж, бывало и хуже.

— Все, — громко сказал я, обращаясь ко всем выжившим. — Хватит тут рассиживаться. Я безумно хочу жрать и спать. По домам!

***

Аурелия Мерсер сидела в своем кабинете, на вершине башни клана. В руке бокал вина, на губах задумчивая улыбка.

— Все материалы обработаны? — спросила она, не оборачиваясь.

— Да, госпожа, — ответил один из аналитиков. — Формулы создания стихийных жемчужин подтверждены. Технологии портальных переходов расшифрованы на семьдесят процентов. Знания о богах…

— Оставьте их пока, — перебила Аурелия. — Сосредоточьтесь на практическом применении. Сколько времени потребуется на создание первого прототипа жемчужины?

— При текущих ресурсах — около года.

— Используйте любые ресурсы клана.

Аналитик поклонился и вышел. Аурелия сделала глоток вина, смакуя вкус и момент. План сработал даже лучше, чем она надеялась. Древние знания, технологии другого мира, все это теперь принадлежало клану Мерсер. А жемчужины перевернут рынок. Жаль только, что Пилюли в итоге никак не воссоздать, их рецепт, увы, неполный, а учитывая, что Разлом закрылся — потерян навсегда.

Дверь открылась без стука. Только один человек мог себе это позволить.

— Александр, — произнесла она, не оборачиваясь. — Как ты?

Войд подошел к женщине, встав рядом. Его лицо было еще более мрачным, чем обычно.

— Тренируюсь, — коротко ответил он.

— Все еще думаешь о той девушке? Ученице Торна?

Войд дернулся. Аурелия всегда знала больше, чем нужно. Больше, чем кто-либо говорил. Он уже давно перестал спрашивать, как у нее это получается.

— Я не…

— Не трать слова, — Аурелия повернулась к нему. — Я знаю тебя слишком хорошо. Она напомнила тебе Элизу, верно?

Молчание было ответом.

— Александр, твоя сестра мертва. Уже десять лет. Пора отпустить.

— Я знаю, — его голос был глухим. — Но когда я увидел, как она бьется о тот барьер, пытаясь добраться до своего учителя… Я будто снова оказался там.

Аурелия подошла ближе, положила руку ему на плечо.

— Ты сделал правильный выбор, остался помогать. Я не злюсь.

— Но я нарушил ваш приказ.

— Ты принял тактическое решение в критической ситуации. К тому же благодаря этому наша репутация только выросла. «Клан Мерсер помог спасти экспедицию». Хорошие заголовки.

Войд кивнул, но напряжение не покинуло его плечи.

— Что тебя на самом деле беспокоит? — спросила Аурелия.

— Моя магия, — тихо признался он. — После того боя с личем… что-то изменилось. Я чувствую… что при использовании магии мне все тяжелее сохранять эмоции.

Аурелия нахмурилась. Она знала, что Войд — маг Пустоты, редчайший тип магии, который он скрывал ото всех. Но если эта сила начинала меняться…

— Покажи мне, — приказала она.

Войд поднял руку, и вокруг его пальцев начало формироваться… ничто. Не тьма, не свет, а отсутствие всего. Воздух исчезал, даже пыль растворялась, приближаясь к его руке.

— Достаточно, — Аурелия отступила. — Это… сильнее, чем раньше.

— И я не могу это полностью контролировать, — признался Войд, сжимая кулак. Пустота исчезла. — Иногда оно активируется само. Вчера я случайно стер часть стены в тренировочном зале.

— Тебе нужен психолог. Все, что мы знаем сейчас о твоей магии, что она основана на твоих эмоциях. После «Мертвого Города» ты нестабилен.

Войд кивнул и направился к выходу, но остановился у двери.

— Госпожа… спасибо. За понимание.

— Всегда пожалуйста, Александр. Ты же знаешь, ты для меня больше, чем просто телохранитель.

Когда дверь закрылась, Аурелия вернулась к своему столу. Столько интересных изменений после одной экспедиции. Дарион Торн стал еще сильнее и… изменился физически. Александр пробуждает спящую силу. Младшие кланы объединяются.

Время больших перемен.

***

В особняке клана Шу, в Восточной Империи, Шу Сонг билась на тренировочной площадке с тремя противниками одновременно. Ее посох был размытым пятном, отбивающим атаки со всех сторон.

— Достаточно! — скомандовал мастер клана.

Противники отступили, кланяясь. Сонг опустила посох, тяжело дыша, но глаза горели решимостью.

— Невероятный прогресс, — признал мастер. — За две недели ты продвинулась больше, чем за последние два года. Эти техники… Ты очень плодотворно посетила империю Ориат.

— Дарион научил меня основам, — спокойно, как и подобает воительнице, ответила Сонг. — Настоящим основам, а не тем обрывкам, что дошли до нас.

— Этот человек… он, действительно, из прошлого?

— Я думаю, да. Или из места, где прошлое все еще живо.

Мастер кивнул, поглаживая бороду.

— Твой отец хочет снова пригласить его в гости. Официально, как почетного наставника.

— Он не приедет, — покачала головой Сонг. — Дарион не любит формальности. Но… возможно, я смогу убедить его принять учеников из нашего клана. Если подойти правильно.

— Сделай это. Клану Шу нужны эти знания.

Сонг кивнула, но в мыслях была не политика клана. Она думала о мужчине, который относился к тысячелетней истории как к вчерашнему дню. И о том, как сильно она хочет увидеть его снова. А вот мотивы этого желания она и сама для себя не могла до конца объяснить.

***

Зара стояла посреди выжженного круга в подземелье своей арены. Вокруг нее плясало золотое пламя, но теперь в нем были красные прожилки, результат поглощения огненных жемчужин.

— Еще! — скомандовала она себе.

Пламя взметнулось выше, температура поднялась до невероятных значений. Камни под ногами начали плавиться, превращаясь в лаву.

— Недостаточно!

Она закрыла глаза, вспоминая битву в Мертвом городе. Как Дарион сражался с Проклятым Пустотой. Как не отступил, даже когда его сердце было уничтожено. Эта несгибаемая воля…

Пламя изменилось. Золото стало ярче, чище, божественнее. Красные прожилки исчезли, сливаясь с основным цветом. Зара открыла глаза, и они горели как два маленьких солнца.

— Вот оно, — прошептала она. — Следующий уровень.

В дверях появился помощник, прикрывая лицо от жара.

— Госпожа Зара! Срочное сообщение!

— Что такое?

— Ваш старый знакомый прислал письмо.

Девушка взяла со стойки полотенце и вытерла пот со лба, после чего приняла конверт и вскрыла его.

— Как старомодно, — фыркнула она, пробегая глазами по письму, но чем больше она читала, тем шире раскрывались ее глаза.

***

Брина Синкроф сидела в кабинете главы клана, изучая финансовые отчеты. После экспедиции в Мертвый город клан получил достаточно ресурсов, чтобы покрыть часть долгов. Но главное, их репутация потихоньку выправлялась.

— Глава, — в дверь постучала помощница. — Посетитель.

— Я никого не жду.

— Он сказал, что вы захотите его видеть. Сказал, что принес весть от брата.

Брина застыла. Брендон все еще был в подземной тюрьме, безумный и опасный. Кто мог…

В кабинет вошел человек в простом сером плаще. Лицо скрыто капюшоном, но Брина почувствовала странное давление от его присутствия.

— Кто вы?

— Друг, — голос был низким, с металлическими нотками. — И я знаю, как вылечить вашего брата. Вернуть ему разум.

— Это невозможно. Лучшие целители…

— Целители лечат тело. Разум вашего брата разрушен не болезнью, а проклятием. Но есть способ.

— Какова цена?

Человек усмехнулся под капюшоном.

— Всегда правильный вопрос. Цена… информация. Все, что вы знаете о Дарионе Торне.

Брина напряглась.

— Он мой союзник. Я не предам его.

— Кто говорит о предательстве? Я не желаю ему вреда. Наоборот, я… заинтересован в его успехе. Но мне нужно знать больше. Откуда он пришел. Что он может. Каковы его цели.

— А если я откажусь?

— Тогда ваш брат останется безумным до конца своих дней. А это может быть очень, очень долго. Проклятие личa поддерживает его жизнь.

Брина закрыла глаза. Брендон, при всех его грехах, был ее братом. Единственной семьей.

— Мне нужно время подумать.

— Конечно. У вас есть три дня. Потом предложение исчезнет навсегда.

Человек развернулся и вышел, оставив на столе черную визитку с номером.

Глава 2. Мясо и политика

Солнце едва поднялось над горизонтом верхнего города, когда из окон особняка «Последнего Предела» начал доноситься аромат, от которого у всех прохожих в радиусе квартала начинало урчать в животах.

Дарион Торн, человек, который четыре дня назад закрыл S-ранговый Разлом «Мертвый город», сейчас стоял во дворе особняка перед импровизированной жаровней размером с небольшой автомобиль. На нем был простой фартук с надписью «Kiss the Cook» (подарок Кайдена с каким-то дурацким юмором, который он так и не раскусил), джинсы и больше ничего. Шрамы на его торсе создавали причудливый узор, а смуглая кожа, ставшая еще темнее после демонической трансформации, блестела от пота.

Первые два дня после возвращения из Разлома он проспал как убитый. Селина несколько раз проверяла его пульс, опасаясь, что их лидер впал в кому. Но Тень, развалившийся рядом с кроватью хозяина, успокаивающе вилял хвостом и посматривал на нее с выражением: «все нормально, босс просто устал».

Следующие два дня были посвящены еде. Дарион опустошил кладовые с методичностью саранчи. Три холодильника, запасы на месяц вперед, все исчезло в его бездонном желудке. Кайден в ужасе подсчитывал расходы и чуть не плакал, глядя на счета из ресторанов, откуда они заказывали еду, когда его лучшему бойцу надоедало готовить самому.

А сейчас, на пятый день, Дарион решил устроить барбекю. Да не простое, а эпическое пиршество мясоеда.

На решетке шипели стейки величиной с ладонь. Рядом запекались целые куриные тушки, натертые специями по рецепту, который Дарион помнил еще с прошлой жизни. Бараньи ребрышки, маринованные в соусе с медом и горчицей, источали такой аромат, что даже вегетарианцы в округе начинали сомневаться в своих убеждениях. Колбаски разных сортов, от обычных свиных до экзотических из мяса монстров, выстроились ровными рядами.

Дарион орудовал щипцами с мастерством дирижера, переворачивая мясо в нужный момент, добавляя специи щепоткой тут, брызгая лимонным соком там. Его движения были выверены до миллиметра, каждый кусок получал ровно столько жара, сколько нужно для идеальной прожарки.

— Господи, что за запах! — Касс буквально вылетела из здания, ведомая носом. Девушка была в тренировочном костюме, волосы с фиолетовыми прядями растрепаны после утренней тренировки. — Мастер, это вы все готовите?

— А то, ты думала, я умею только мечом махать? — усмехнулся Дарион, не отрываясь от процесса. — Иди, зови остальных. Через пять минут будет готово.

Касс умчалась обратно, и вскоре весь двор заполнился людьми. Кайден пришел с планшетом в руках, но запах мяса заставил его забыть о работе. Селина появилась в своем обычном строгом костюме, но даже она не смогла скрыть заинтересованности. Ария притащила складные столы и стулья, а то об этом никто кроме нее не додумался.

Реккар вышел из тренировочного зала, ведя за собой свою тройку новичков. Кристиан, Мира и Рейн выглядели измученными, видимо, утренняя тренировка выдалась особенно адской.

— Что, Бартоломей, загонял молодежь? — спросил Дарион, выкладывая первую партию стейков на огромное блюдо.

— Они думали, что сильные, — прогудел великан. — Я показал им, как ошибались. Теперь еле ноги волочат.

— Зато аппетит будет отменный, — философски заметил Дарион. — Садитесь все, не стесняйтесь. Мяса хватит на роту солдат.

И действительно, количество приготовленного поражало воображение. Дарион за утро извел недельный запас мяса, но результат того стоил. Идеально прожаренные стейки с розовой серединкой, хрустящие куриные корочки, сочные ребрышки, от которых мясо отделялось от кости одним движением.

— Я не думал, что ты умеешь готовить, — заметил Кайден, откусывая от стейка. Его глаза закатились от удовольствия. — Боги, это божественно!

— Жарить мясо должен уметь каждый мужчина, — торжественно произнес Дарион, переворачивая очередную партию. — Это дар, что мы несем с рождения. Встроенная функция, как у птиц инстинкт полета.

— А женщины что? — возмущенно спросила Касс с набитым ртом.

— Женщины умеют готовить сложные блюда. Супы там, салаты, десерты. Но мясо на огне — это исключительно мужская прерогатива. Закон природы, не спорь.

Мира робко откусила от ребрышка, и ее лицо озарилось восторгом.

— Это… это невероятно! Я никогда не ела ничего вкуснее!

— Секрет в маринаде, — подмигнул ей Дарион. — Рецепту больше тысячи лет. Еще мой друг Эддард научил. Он был мастером не только посоха, но и гриля.

Селина деликатно разрезала свой стейк, но даже ее обычно невозмутимое лицо выражало удовольствие.

— Я не знала, что вы умеете так готовить, господин Торн.

— Много чего обо мне не знаешь, — усмехнулся он. — Например, я еще и на лютне играю. Правда, хреново, но факт остается фактом. И еще пару раз пробовал на этой странной доске восточников играть, но не будем об этом… да.

— ААААААА! — вдруг раздался душераздирающий вопль из ножен на поясе Дариона. — ЭТО ПЫТКА! ЭТО ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО! Я ЧУВСТВУЮ ЗАПАХ, НО НЕ МОГУ ЕСТЬ!

Все подскочили, а новички в ужасе уставились на меч.

— Что… что это было? — прошептал Кристиан.

— А, это Кебаб, — беззаботно махнул рукой Дарион. — Мой личный демон-нытик. Не обращайте внимания.

— ЛИЧНЫЙ ДЕМОН?! — Кебаб возмутился еще больше. — Я ВЕЧНЫЙ СЛУГА! Я ПОКЛЯЛСЯ СВОИМ ИСТИННЫМ ИМЕНЕМ! Это гораздо серьезнее, чем просто «личный»!

— Ну да, вечный слуга-нытик, — поправился Дарион. — Доволен?

— НЕТ! Господин, вы жарите мясо! МЯСО! А я даже попробовать не могу! У меня нет желудка! Это худшее проклятие из всех возможных!

— Разве демоны едят человеческую пищу?

— В демоническом мире у нас была своя еда! — заныл Кебаб. — Души в карамели, например! Или филе из кошмаров с соусом из отчаяния! А теперь я заперт в мече и могу только чувствовать запахи! Это как… как… как показывать слепому радугу!

Касс прыснула со смеху, а за ней и остальные.

— Бедный демон, — притворно посочувствовал Кайден. — Страдает без филе из кошмаров.

— Не смейтесь! — Кебаб чуть не плакал. — Вы не представляете, каково это! Тысячу лет я спал, а теперь проснулся и не могу насладиться ничем! Только наблюдаю, как вы жрете! Ой, простите, как вы изысканно вкушаете пищу!

— Вечером в Разлом сходим, — пообещал Дарион. — Там мертвецов навалом, душами полакомишься.

— Души зомби на вкус как тухлая капуста! — жаловался ифрит. — А души скелетов вообще безвкусные, как вода! Мне нужно что-то посущественнее! Души культистов, например! Они острые, с перчинкой!

— Заткнись и дай людям поесть, — Дарион постучал по ножнам.

— Угнетение! Дискриминация! Демонофобия!

Трапеза продолжалась больше двух часов. Дарион съел примерно половину всего приготовленного, что составляло килограммов двадцать мяса. Остальные дружно доели остальное, удивляясь, куда в их лидера помещается столько еды.

— Это из-за восстановления, — пояснил он, вытирая руки. — Потратил чуть больше сил, чем планировалось. Мне, видишь ли, сердце выдернули.

— Сердце? — переспросила Мира. — Но разве может человек жить без сердца?

— У меня есть запасное, — буднично ответил Дарион. — Так что все в порядке.

Новички побледнели. Реккар расхохотался.

— И ты это так спокойно говоришь! «У меня есть запасное сердце»! Как будто это нормально!

— Для меня — уже да, — пожал плечами Дарион. — После стольких лет в демоническом мире мало что кажется ненормальным.

Селина проверила планшет и кашлянула, привлекая внимание.

— Господин Торн, есть хорошие новости. После закрытия Разлома «Мертвый город» и возвращения с добычей, наша организация поднялась в рейтинге. Мы официально входим в топ пятьдесят кланов и организаций Верхнего Доминуса.

— Топ пятьдесят? — присвистнул Кайден, который по идее должен был об этом узнать раньше всех. Все же только Кайден боролся за репутацию организации. — Это же… шикарные новости! Мы существуем всего несколько месяцев!

— Закрытие S-рангового Разлома сильно повлияло на оценку, — пояснила Селина. — Плюс партнерство с кланами Синкроф и Морос. Контракты с Восточной Империей. В совокупности это дало резкий скачок.

— Значит, теперь нас будут воспринимать всерьез, — кивнула Ария. — Больше никаких снисходительных взглядов.

— И больше врагов, — добавил Рейн. — Топ пятьдесят — это уже серьезная конкуренция для многих.

— Пусть приходят, — Дарион похлопал по мечу. — Мы обязательно покажем наше гостеприимство.

***

Я откинулся на спинку стула, чувствуя приятную тяжесть в желудке. Двадцать килограммов мяса, дело сделано. Демоническое сердце работало как часы, перекачивая кровь и энергию, но человеческое все еще восстанавливалось. По моим прикидкам, еще год такого усиленного питания, и оно полностью регенерирует. Ну а там, может, ситуация повернется так, что я смогу восстановить его и раньше.

— Господин Торн, — Селина подошла с конвертом в руках. — Это только что доставили. Срочное письмо от клана Малигаро.

Я взял конверт, узнавая печать — красный кулак на черном фоне. Вскрыл, пробежал глазами по тексту.

— Максимус приглашает на банкет, — сообщил я. — В честь успешного возвращения из экспедиции. Сегодня вечером.

— Это же большая честь! — воскликнул Кайден. — Малигаро редко приглашают посторонних на свои мероприятия!

— Скорее, хочет выяснить, что за сражение было вдали от его глаз, — усмехнулся я. — Но ладно, схожу. Надо же поддерживать хорошие отношения с соседями.

— Кого возьмете с собой? — спросила Селина.

Я задумался. Банкеты верховных кланов — это всегда политические игры. Нужна правильная компания.

— Касс пойдет как моя ученица. Кайден — как представитель организации. Селина… ты тоже идешь. Твой аналитический ум пригодится.

— Есть, господин Торн.

— А я? — Ария выглядела расстроенной.

— Ты остаешься за главную. Кто-то должен следить за поместьем и чтобы члены нашей организации, оставшиеся тут, не буянили.

К вечеру мы собрались у входа. Я надел простой черный костюм без галстука, рубашка расстегнута на две пуговицы. Не люблю официоз. Касс вырядилась в вечернее платье темно-фиолетового цвета. Девушка крутилась перед зеркалом, любуясь собой.

— Мастер, как я выгляжу? — спросила она, сделав пируэт.

— Как ученица мастера меча на светском мероприятии, — ответил я. — То есть неуместно, но красиво.

Она надулась, но потом все же улыбнулась. Не в ее характере было долго обижаться.

— Я спрячу кинжалы под платьем!

— Вот это правильный настрой.

Кайден появился в дорогом костюме-тройке, волосы идеально уложены, ботинки начищены до блеска.

— Готов покорять высшее общество! — объявил он.

— Ты выглядишь как банкир, — заметил я. — Что, в принципе, недалеко от истины.

Селина была в строгом черном платье, скромном, но элегантном. Идеальный образ помощницы, незаметной, но всегда рядом.

Лимузин от Малигаро ждал у входа. Водитель — здоровяк в черном костюме, молча открыл дверцу. Мы погрузились внутрь.

Поместье Малигаро напоминало крепость. Высокие стены, сторожевые башни, тяжелые ворота. Но внутри оказался роскошный дворец в классическом стиле. Мрамор, позолота, фрески на потолках.

Банкетный зал уже был полон гостей. Представители разных кланов, богатые торговцы, даже несколько чиновников из администрации Доминуса. Все в вечерних нарядах, с бокалами.

Максимус Малигаро стоял в центре зала, возвышаясь над остальными гостями. Рядом с ним вертелся Колфилд, его ученик, которого Касс уронила в грязь при первой встрече. Буквально.

— Торн! — прогремел Максимус, увидев меня. — Наконец-то! Герой дня прибыл!

Все взгляды обратились на нас. Я мысленно выругался. Не люблю быть центром внимания.

— Максимус, — кивнул я, подходя к нему, — спасибо за приглашение.

Он схватил мою руку в свою лапищу и пожал так, что у обычного человека кости бы затрещали.

— Не благодари! Ты спас многим моим людям жизнь в том проклятом городе! Это я в долгу!

Вокруг зашептались. Видимо, подробности экспедиции еще не стали достоянием общественности.

— Это правда, что вы убили Босса Разлома? — спросила какая-то дама в сверкающем платье.

— В одиночку? — добавил мужчина рядом с ней.

— С одного удара? — влез еще кто-то.

Я посмотрел на Максимуса. Тот ухмылялся, явно наслаждаясь моментом.

— Вообще-то, это был не один удар, — сказал я. — Скорее… десяток. Может, два. Я не считал.

— Скромничает! — рявкнул Максимус. — Этот человек не дал нам навсегда остаться в чертовом Разломе!

Восхищенные вздохи прокатились по залу. Колфилд смотрел на меня с плохо скрываемой завистью.

— А ваша ученица? — он кивнул на Касс. — Тоже героиня?

В его голосе звучал сарказм.

— Касс отлично проявила себя в экспедиции, — спокойно ответил я. — Особенно против личей. Правда, Касс?

— Я отрубила головы дюжине мертвецов! — гордо заявила девушка.

Колфилд фыркнул.

— Мертвецы? Это может любой новичок.

— А ты можешь? — Касс прищурилась. — Или только языком молоть?

Напряжение в воздухе сгустилось. Гости с интересом наблюдали за перепалкой.

— Я могу сделать гораздо больше, чем какая-то девчонка, изображающая воина!

— Девчонка? — Касс сжала кулаки. — Хочешь проверить?

— Касс, — предупредительно сказал я, но Максимус меня перебил.

— Отличная идея! — прогремел он. — Дружеский спарринг! Покажите гостям настоящее искусство боя!

Толпа оживилась. Все любят хорошее представление, а уж в этом клане и подавно.

— Это же банкет, — попытался возразить Колфилд.

— И что? В моем доме я решаю, что уместно! — Максимус обратился к слугам, что стояли вдоль стен. — Освободите центр зала!

За минуту мебель отодвинули к стенам, образовав импровизированный ринг. Гости выстроились по периметру.

Касс сбросила туфли и размялась. Платье не сковывало движений, Ария предусмотрела все и даже такой исход. Я подозвал ее ближе и отвернулся вместе с ней в сторону.

— Мастер? — она посмотрела на меня вопросительно.

— Сведи к ничьей. Не унижай парня на глазах у всего клана. Это политически невыгодно.

Касс надулась.

— Но я же могу его победить! Я чувствую.

— Знаю. Но иногда проигрывать выгоднее, чем побеждать. Просто доверься мне, все равно он для тебя неинтересный противник.

— Ладно, — вздохнула она. — Но это нечестно!

Колфилд снял пиджак и засучил рукава. Парень был хорош, надо признать. Движения уверенные, стойка правильная.

— Без оружия, — объявил Максимус. — Только рукопашный бой. До первой крови или пока один не признает поражение. Начинайте!

Колфилд атаковал первым. Его руки засветились зеленоватым светом, и вокруг кулаков начали формироваться призрачные змеи из чистой энергии. Призрачные кобры с шипением устремились к Касс, их ядовитые клыки целились в жизненно важные точки.

Касс активировала «Покров Тени», растворяясь в воздухе. Змеи пролетели сквозь то место, где она только что стояла, врезались в стену и рассыпались зелеными искрами. Девушка возникла уже за спиной Колфилда, ее рука была окутана темной дымкой — техника «Касание Пустоты» должна была временно парализовать противника.

Но Колфилд оказался не так прост. Вокруг его тела мгновенно сформировался защитный кокон из переплетенных энергетических змей. Удар Касс встретился с шипящим барьером, темная энергия схлестнулась с зеленой.

— Неплохо для девчонки, — усмехнулся парень, разворачиваясь. — Но у клана Малигаро есть ответ на любую технику скрытности!

Его глаза вспыхнули изумрудным светом, и по полу поползли десятки маленьких энергетических змеек. Они расползались во все стороны, создавая сеть, которая реагировала на малейшее движение.

Касс прыгнула вверх. Она буквально побежала по невидимым ступеням, уходя от змеиного поля. В воздухе активировала «Семь Теневых Клинков» — вокруг нее материализовались семь копий, каждая атаковала с разных углов.

Колфилд воткнул кулак в пол, и из точки удара вырвался настоящий энергетический удав, толщиной с бревно. Змей закрутился вокруг него спиралью, отбивая атаки теневых клонов своим массивным телом.

Следующие несколько минут зал озарялся вспышками зеленого и черного. Касс танцевала между змеиными атаками, используя технику «Текучей Тени» — ее тело становилось полуматериальным в момент удара, позволяя змеям проходить насквозь. Колфилд наращивал интенсивность, его «Ядовитое Дыхание Василиска» заставляло воздух вокруг него мерцать зеленой дымкой.

Но внимательный наблюдатель заметил бы — Касс сдерживается. Ее «Клинок Забвения», способный разрезать даже магические конструкты, останавливался в миллиметре от змей Колфилда. «Абсолютная Тень» не активировалась полностью, хотя могла бы сделать ее неуязвимой.

Колфилд же выкладывался полностью. Пот градом катился по его лицу, дыхание стало тяжелым. Но что-то в движениях Касс его завораживало. Как она скользила между его атаками, словно танцуя. Как ее волосы с фиолетовыми прядями развевались при каждом повороте. Как на губах играла легкая улыбка, будто это все для нее просто игра.

— Последний Укус Гадюки! — выкрикнул он, собирая всю оставшуюся энергию.

Огромная призрачная змея, размером с половину зала, материализовалась над ним. Ее пасть открылась, обнажая клыки длиной с мечи.

Касс на мгновение замерла, будто бы вспомнив мои слова. Она намеренно замедлилась на долю секунды. Змея схватила ее тень, думая, что поймала саму девушку.

В тот же момент настоящая Касс появилась прямо перед Колфилдом, ее рука в теневой перчатке остановилась у его горла. Но и он успел призвать последнюю маленькую змейку, которая обвилась вокруг шеи девушки.

Они замерли, глядя друг другу в глаза. Зал затаил дыхание.

— Твоя змея ядовитая? — спросила Касс, чувствуя холод энергетической рептилии на коже.

— Парализующая, — ответил Колфилд, не отводя взгляда от ее зеленых глаз. — А твоя рука?

— Могла бы вырубить тебя на неделю, — призналась она. — Но я сдерживаюсь.

— Я тоже, — вдруг сказал он, и в его голосе прозвучало что-то странное. — Ничья?

Касс моргнула и улыбнулась.

— Ничья.

Они одновременно развеяли свои техники. Энергетические конструкты рассыпались зелеными и черными искрами, создав на мгновение красивый фейерверк.

Зал взорвался аплодисментами. Гости восторженно обсуждали бой.

— Великолепно! — Максимус хлопнул сына по плечу так, что тот пошатнулся. — Достойный бой! Вы оба молодцы!

Но Колфилд не слушал отца. Он смотрел на Касс, которая вернулась ко мне.

— Мастер, я сделала, как вы просили, — прошептала она.

— Молодец. Но, кажется, ты произвела на парня большее впечатление, чем планировалось, — покачал я головой, стараясь при этом не улыбаться.

— Что? — она обернулась, встретилась взглядом с Колфилдом и тот глупо улыбнулся. — О нет. Только не это.

Остаток вечера прошел в светских беседах. Представители кланов подходили, заводили разговоры о сотрудничестве, прощупывали почву. Селина тихо фиксировала все предложения и контакты. Кайден активно налаживал связи, обсуждая торговые маршруты и инвестиции.

А Колфилд весь вечер не отходил от Касс. Приносил ей напитки, рассказывал о своих тренировках, смеялся над ее шутками. Девушка выглядела растерянной, не зная, как реагировать на такое внимание со стороны аристократа.

— Кажется, у твоей ученицы появился поклонник, — заметил Максимус, подходя ко мне с бокалом виски.

— Заметил. Это может стать проблемой?

— Наоборот! — он расхохотался. — Парню давно пора найти девушку! А твоя ученица ему явно приглянулась. Сильная, красивая, с характером. Идеальная пара для воина Малигаро!

Я промолчал. Романтические связи между кланами часто использовались для политических союзов. Но Касс была еще слишком юной для таких игр. Да и не думаю, что ей это интересно.

***

Когда мы вернулись в «Последний Предел», Ария ждала нас с письмом, которое доставили сразу после нашего ухода. Печать была смутно знакома, словно я уже ее видел, и это подтвердилось, когда Селина сказала, что это печать «Западной Федерации»

Я вскрыл конверт и пробежался глазами по тексту.

«Уважаемый Мастер Торн,

Западная Федерация имеет честь пригласить Вас на праздник Обретения Меча, который состоится через неделю в столице Федерации, городе Айронсайд.

Это древняя традиция, когда лучшие оружейники представляют свои творения, а воины демонстрируют искусство владения клинком. Но самое главное, когда молодое поколение пробуждает духа в своем клинке.

Учитывая Вашу репутацию непревзойденного мечника и недавние подвиги, мы были бы польщены Вашим присутствием.

К письму прилагается официальное приглашение.

С уважением, Совет Мастеров Западной Федерации»

Я улыбнулся. Западная Федерация. Родина лучших оружейников континента. Как раз то место, куда я планировал наведаться по поводу Кебаба и проклятого меча. Видимо, Кинг решил не ждать моего визита и сам пригласил меня. Удобно получилось.

— Хорошие новости? — спросил Кайден.

— Отличные, — я убрал письмо в карман. — Похоже, нас ждет путешествие на запад.

— Это они смогут меня вытащить? О, владыка Дарион, прошу, что угодно, только не кастрюля. И не ночной горшок!

— Заткнись, — привычно ответил я. — По поводу тебя будем решать на месте, но кроме того, мне еще надо узнать пару интересных вещей.

Когда все разошлись, я упал на кресло в саду, задумчиво разглядывая звезды. Нужно было, как следует, подготовиться к поездке, попросить Арию сделать пару экземпляров отличных мечей.

В задумчивости я не заметил, как Касс приземлилась рядом и театрально вздохнула.

— Мастер, что мне делать с этим Колфилдом? — спросила она. — Он дал мне свой номер и сказал, что хочет встретиться!

— Делай, что хочешь, — пожал я плечами. — Это твоя личная жизнь.

— Но он же из клана Малигаро! А я из «Последнего Предела»! Это же… политика!

— Забудь. «Последний Предел» никогда не уподобиться им. Личное важнее политического. Так что ты вольна распоряжаться своей жизнью так, как хочешь.

— А как насчет вас? — внезапно спросила девушка, придвигаясь ко мне. — Может быть, вы…

Я посмотрел на нее многозначительным взглядом. Девушка внезапно раскраснелась и фыркнула.

— Не нужен мне никакой Колфилд, пока не изучу все техники Шейда, даже думать о мужчинах не хочу. Только отвлекать будут своими глупыми штуками.

Я усмехнулся, все же не зря я ее не пришиб той ночью, когда она решила залезть в особняк.

Глава 3. Западные шпили

– Праздник Обретения Меча, – Селина задумчиво помешивала ложечкой в чашке с чаем, который уже наверняка остыл. Мы сидели в гостиной нашего импровизированного штаба, и утренняя суета понемногу сходила на нет. – Звучит красиво, да? На деле, это, скорее, ярмарка тщеславия и смотр молодняка. Раз в год самые перспективные выпускники их академий и молодые мечники из кланов получают шанс. Шанс связать свою жизнь с духовным клинком. Вот только далеко не у всех выходит.

Она сделала глоток и скривилась. Чай и, правда, остыл.

– Их лучшие кузнецы выставляют свои творения, мечи, в которых уже дремлют запечатанные сущности. Юнцы пытаются доказать клинку, что они достойны. Что-то вроде экзамена, только вместо билета – твоя собственная душа. Если дух в мече тебя примет, ты получаешь невероятную силу и статус. Если нет… ну, в лучшем случае уйдешь с позором и можешь попытать счастье в следующий раз. В худшем – дух сожрет твою жизненную силу, и от тебя останется лишь пустая оболочка. Рискованная лотерея. Многие не рассчитывают свои силы и отправляются прямиком к предкам. Зато те, кто преуспел, становятся элитой среди своих.

Я хмыкнул, откинувшись на спинку дивана. Звучало в духе этого мира. Всегда найдется способ умереть красиво и глупо, во имя силы.

– Значит, будет весело, – заключил я. – Стоит посмотреть.

Подготовка к отъезду прошла на удивление гладко. Ария, как всегда, была воплощением эффективности. Она собрала не только свои вещи, но и мои, умудрившись упаковать все так, что я бы потом неделю искал, где лежат носки. Касс металась по дому, как тень с приступом эпилепсии, пытаясь решить, какие из ее двадцати черных толстовок «самые необходимые» для поездки. Я предложил взять все, чем заслужил убийственный взгляд с ее стороны. И что я сделал не так?

Главной проблемой стала Хлоя. Когда она узнала, что мы уезжаем, то просто… пришла и села на свой чемодан у входной двери. С таким выражением лица, будто ее бросает единственная в мире семья. Все попытки объяснить, что это деловая поездка, разбивались о стену молчаливого укора и глаз, полных вселенской скорби.

В какой-то момент она просто прицепилась к моей руке и не отпускала, пока Ария дипломатично не предложила ей поехать с нами. Глаза девушки тут же засияли, и она с энтузиазмом принялась тащить свой чемодан, который, казалось, весил больше нее самой. Что ж, Хлоя во всей красе. От такой не отлепишься, даже если захочешь. Проще взять с собой, чем потом находить ее в багажном отделении, куда она пробралась бы тайком.

Ну и Тень, конечно. Этот чертов пес, кажется, научился читать мои мысли. Стоило мне только подумать о поезде, как он уже сидел у двери, виляя хвостом и держа в зубах свой любимый резиновый мячик. Он явно соскучился по совместным приключениям. Да и я, честно говоря, тоже.

***

Путешествие на поезде – это отдельный вид медитации. Особенно, когда поезд несется со скоростью, от которой пейзаж за окном сливается в сплошную зелено-серую полосу. Мы ехали уже второй день. Горы сменились равнинами, а те, в свою очередь, уступили место бесконечным лесам.

В нашем купе царила странная, но уже привычная атмосфера.

Ария читала какую-то толстенную книгу по металлургии, изредка делая пометки в блокноте. Касс, насупившись, играла в приставку, с ожесточением нажимая на кнопки. Похоже, очередной босс не хотел поддаваться.

Хлоя… Хлоя просто сидела рядом со мной и смотрела. Не на меня, нет. Она смотрела куда-то в точку за моим плечом, но я чувствовал ее взгляд каждой клеткой. Это было немного жутко, но я уже привык.

Тень спал у моих ног, свернувшись калачиком и тихо поскуливая во сне. Наверное, гонялся за каким-нибудь монструозным кроликом.

– Мастер, – внезапно нарушила тишину Касс, не отрываясь от экрана. – А почему мы едем именно на этот праздник? Из-за того парня, Кинга?

– Угу, – я лениво потянулся. – Он считает, что их специалисты могут помочь с нашим шумным другом.

Из меча, лежавшего на багажной полке, тут же донеслось возмущенное шипение.

– Я не шумный! Я ифрит Кебаб, великий и ужасный! А эти… эти провинциальные колдунишки! Что они могут знать о демонических джинах? Они наверняка попытаются засунуть меня в лампу! Или, о ужас, в кофейник! Господин, не отдавайте меня им!

– Заткнись, Кебаб, а то отдам тебя Хлое в качестве ночника, – беззлобно бросил я.

Ифрит тут же замолчал. Он панически боялся Хлои после того, как она однажды попыталась украсить его эфес кровавыми лепестками.

Ария оторвалась от книги.

– Дарион, ты уверен, что стоит показывать им меч? Западная Федерация всегда была очень закрытой в вопросах, касающихся духовных артефактов. Их технологии в этой области… специфичны.

– Потому и едем. Мне интересно посмотреть на их «специфичные технологии». Может, почерпну что-то новое.

– А может, они просто отберут меч и разберут его на запчасти, – проворчала Касс, в очередной раз проиграв боссу. Она с досадой отшвырнула приставку. – И вообще, что в них такого особенного, в этих западниках? Вечно нос задирают.

– Узнаем на месте, – я закрыл глаза. – А пока дайте поспать.

Остаток пути прошел спокойно. Слишком спокойно. Я даже начал подозревать, что где-то нас ждет подвох.

***

Столица Западной Федерации, Айронсайд, встретила нас ослепительным солнцем и чистотой, от которой резало глаза. Город был… впечатляющим. Уж о пафосе и эпичности эти ребята знали не понаслышке.

Идеально ровные улицы из белого камня пересекались под прямыми углами. Вдоль них возвышались небоскребы из стекла и металла, но не уродливые коробки, а изящные шпили, уходящие в самое небо. Их форма напоминала башни рыцарских замков, только в масштабе настоящего времени.

Между зданиями на разных уровнях бесшумно скользили поезда, похожие на серебряных змей. А над всем этим, в самом центре города, парила цитадель – огромное сооружение, похожее на замок, парящий в небесах, поддерживаемый антигравитационными двигателями, чье синее свечение было видно даже днем.

– Ого, – только и смогла выдохнуть Касс, прилипнув к окну такси, которое везло нас в отель. – Это прям как тот замок магов в игре «Военное Ремесло». Красиво!

Воздух был чистым, почти стерильным. Везде росли аккуратно подстриженные деревья и клумбы с цветами, которых я никогда раньше не видел. Люди на улицах выглядели спокойными и уверенными. Многие носили на поясе мечи, но это не выглядело как угроза. Скорее, как… часть повседневной одежды. Символ статуса.

– И пафосно, – добавил я, разглядывая голографические знамена с гербами разных кланов, развевающиеся на стенах зданий.

Даже Тень, высунув морду в окно, выглядел ошарашенным. Кажется, он не мог поверить, что в мире существуют места, где на тротуарах нет ни одной интересной метки. С другой стороны, а кто вообще знает, что творится в голове пса?

Нас поселили в отеле, который больше походил на дворец. Из окна нашего пентхауса открывался вид на всю столицу и парящую цитадель. Мы прибыли за неделю до церемонии, так что у нас было время осмотреться и отдохнуть. Девочки тут же разбежались по магазинам, утащив с собой мою кредитку. Я же предпочел остаться в номере, наслаждаясь тишиной.

Но отдых, как всегда, был недолгим. Уже на следующий день вежливый консьерж доставил мне запечатанный конверт. Приглашение. Виктор Кинг, тот самый парень с турнира, звал меня посетить их главную академию. Что ж, не будем заставлять хозяев ждать.

– Я пойду один, – сказал я Касс, когда она вышла из своей комнаты. – Не хочу привлекать лишнего внимания.

Она надула губы.

– Но, мастер! Это же нечестно! Я тоже хочу посмотреть, как тренируются мечники!

– Посмотришь потом, на празднике. А сейчас веди себя хорошо и присмотри за Хлоей.

Касс что-то недовольно проворчала, но спорить не стала. Она знала, что это бесполезно. Я накинул легкую куртку и вышел.

Я, конечно, сказал, что иду один. Но я прекрасно знал, что моя ученица не из тех, кто слепо следует приказам. И уже чувствовал, как в тени коридора колыхнулась другая, более плотная тень. Упрямая девчонка. Что ж, пусть идет. Лишняя пара глаз не помешает.

***

Орден Меча располагался у подножия парящей цитадели и занимал территорию, сравнимую с небольшим городом. Здесь все было пропитано духом элитарности и силы. Идеальные газоны, мраморные статуи легендарных мечников, студенты в белоснежной форме, которые передвигались по территории с серьезным и сосредоточенным видом.

Виктор Кинг встретил меня у ворот. Он выглядел еще более внушительным, чем на турнире. Высокий, широкоплечий, с коротко стриженными светлыми волосами и спокойным, уверенным взглядом.

– Дарион, – он кивнул, протягивая руку для крепкого рукопожатия. – Рад, что ты все-таки приехал.

– Обещал же, – ответил я с легкой усмешкой, пожимая его руку. – К тому же, как тут отказаться, когда мне обещали помочь.

– Мы сделаем все, что в наших силах, – серьезно кивнул он, и в его глазах промелькнуло воспоминание о нашем поединке. – После того, что я видел на арене, я уверен, что наши мастера захотят тебе помочь. И, честно говоря, многому у тебя поучиться. Пойдем, я покажу тебе нашу обитель. Уверен, тебе будет интересно.

«Интересно» ‒ было слишком слабым словом. Их подход к тренировкам кардинально отличался от всего, что я видел. Да, у них были традиционные залы для спаррингов и отработки техник. Но рядом с ними располагались огромные залы с симуляторами виртуальной реальности, где студенты сражались с голографическими монстрами.

Были и специальные арены, где старшие ученики учились контролировать духов в своих мечах, создавая вокруг себя барьеры из чистой энергии. Все было подчинено одной цели ‒ максимальная эффективность и контроль.

– Мы считаем, что сила без контроля – это хаос, – объяснял Виктор, пока мы шли по одному из тренировочных залов. – Дух меча – это не просто союзник. Это оружие невероятной мощи, и, если мечник не может полностью его контролировать, он становится угрозой для всех, включая самого себя.

Я кивнул, наблюдая, как двое студентов ведут бой. Их мечи светились, оставляя в воздухе цветные шлейфы. Один из парней явно проигрывал, его барьер трещал под ударами противника.

– Неплохо. Но слишком много показухи, – заметил я. – Они больше заботятся о том, как выглядит их техника, а не о том, чтобы нанести решающий удар.

Виктор удивленно посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на сражающихся.

– Ты прав, — произнес он после небольшой паузы. — Это одна из проблем молодого поколения. Они слишком увлекаются внешней стороной.

– Бой – это не танец. Цель – победить. Быстро и с минимальными затратами сил. Все остальное – от слишком большого ума и желания выделиться.

В этот момент я почувствовал, как кто-то приближается. Сильная, но спокойная аура. Как глубокое озеро в безветренный день. К нам подошел мужчина. На вид ему было лет тридцать пять, не больше. Темные волосы, собранные в небольшой хвост, несколько морщинок у глаз, просторная тренировочная одежда. Но что-то в его осанке, во взгляде, говорило о прожитых годах и огромном опыте. Он двигался с легкостью, которая бывает только у мастеров высочайшего класса.

– Учитель, – Виктор почтительно склонил голову. – Позвольте представить. Это Дарион Торн. Дарион, это мой наставник, мастер Арториус Вейл.

Я слегка кивнул. Так вот он какой, учитель Кинга.

– Наслышан о вас, молодой человек, – голос мужчины был спокойным и глубоким. Он с интересом разглядывал меня, и я чувствовал, как его взгляд сканирует меня, оценивает. – Виктор много рассказывал о вашем поединке на турнире. Говорит, вы даже не использовали всю свою силу.

– Я использовал ровно столько, сколько было нужно для победы, – пожал я плечами.

Арториус улыбнулся уголками губ.

– Мудро. В наше время немногие это понимают. Молодежь стремится выплеснуть все, что у них есть, в первом же ударе. Не думая о последствиях, – он помолчал, а затем его глаза блеснули. – Я уже стар, молодой человек. Мне почти девяносто, хотя я и не выгляжу на свой возраст. И знаете, что самое печальное в старости? Становится очень мало тех, с кем можно скрестить мечи, не боясь случайно их убить.

Я усмехнулся. Намек был более чем прозрачным.

– Уважьте старика, Дарион Торн. Покажите мне, на что способен мечник, которым так восхищается мой лучший ученик.

– С удовольствием, – ответил я.

Азарт. Давно я его не испытывал. Сразиться с кем-то, кто не уступает тебе в силе – это как глоток свежего воздуха после долгого заточения. В тени за колонной я почувствовал, как Касс затаила дыхание.

***

Мы вышли на центральную тренировочную площадку. Огромный круг из полированного камня, окруженный силовым полем, которое должно было сдержать наши атаки. Хотя, что-то мне подсказывало, что если мы войдем в раж, это поле нам не поможет.

Арториус достал свой меч. Это был простой на вид клинок, без изысков. Одноручный, длинный, с темной рукоятью и стальной гардой. Никакого свечения, никакой ауры.

– Готов? – спросил он, принимая базовую стойку.

– Всегда, – я вытащил свой меч и поставил его в нижнее положение.

Первые несколько минут мы просто кружили, изучая друг друга. Никто не хотел атаковать первым. Это была игра нервов, проверка на выдержку. Я видел, как напряжены его мышцы, как он дышит. Он видел то же самое во мне.

Наконец, он двинулся. Невероятно быстро. Его клинок метнулся к моей шее, но я уже был готов. Стойка «Изгиб Реки» унесла меня в сторону, и его меч прошел в сантиметре от моего горла. Не останавливаясь, я развернулся и нанес удар снизу вверх, целясь ему в запястье. Мой клинок оставлял за собой десятки остаточных изображений, создавая паутину смертельных атак.

Арториус не отступил. Он встретил мою атаку своей. Наши мечи столкнулись с оглушительным звоном. Искры посыпались во все стороны. Мы обменивались ударами с такой скоростью, что со стороны, наверное, это выглядело как размытое пятно. Блок, уклон, контрудар. Снова блок. Каждый наш шаг, каждое движение были выверены до миллиметра.

Я видел восхищение в его глазах. Он наслаждался боем так же, как и я.

– Неплохо, – выдохнул он, отпрыгнув на несколько шагов. – Очень неплохо. Но это была лишь разминка.

Что ж, разминка так разминка. Я решил поднять ставки и показать что-то более весомое, чем просто скорость. Сосредоточив внутреннюю энергию в клинке, я перешел к одному из своих силовых стилей.

– Стиль Рассекающей Горы, – объявил я скорее для себя, чем для него.

Я сделал шаг вперед, вкладывая весь вес тела в удар. Меч опустился сверху вниз, и хотя он не коснулся земли, сама мощь, вложенная в движение, создала ударную волну. Воздух сжался и полетел в сторону Арториуса невидимым тараном, способным пробить стену.

Арториус не стал уклоняться. Он поднял свой меч, и тот внезапно вспыхнул ослепительно-золотым светом, куда более ярким, чем тот, что я видел у его ученика.

– Пробудись, Вермиллион!

И тут произошло то, что заставило даже меня на миг замереть. Из его меча вырвался не просто зверь, а поток чистой золотой энергии, который на лету принял форму… дракона. Огромного, величественного золотого дракона, полностью сотканного из света, с длинным змеиным телом и мудрыми, древними глазами. Он взревел, и одна лишь звуковая волна ударила по защитному барьеру арены, заставив его затрещать.

Вот оно что. Воин-берсерк Виктора был внушительным, но это... это было нечто совершенно иного порядка. Этот дух ощущался не просто как союзник, а как стихийная сила, заключенная каким-то образом в клинок. Кебаб по сравнению с этим был просто зажигалкой.

Золотой дракон распахнул пасть и просто поглотил мою ударную волну, словно это был надоедливый комар.

– Это дух моего меча, – спокойно пояснил Арториус, пока дракон грациозно кружил над его головой. – Он со мной уже шестьдесят лет. Мы с ним – одно целое.

– Впечатляет, – искренне признал я. Масштабы разные.

– А теперь посмотрим, как ты справишься с нами обоими!

Золотой дракон ринулся на меня. Я ушел в сторону, одновременно нанося еще один удар по самому Арториусу. Но старик был готов. Он парировал мой выпад, а дракон атаковал меня с фланга, выдыхая поток золотого пламени. Пришлось отскочить.

Бой превратился в танец со смертью. Я уворачивался от атак дракона, пытаясь достать его хозяина. Арториус же идеально координировал свои действия с духом своего меча. Это было невероятно.

Что ж, пора заканчивать этот спарринг на высокой ноте. Я переключился на другой стиль, решив проверить их защиту на прочность.

Мой черный клинок окутали тонкие нити молний. Я нанес серию быстрых ударов, но не по Арториусу. Удары приходились по воздуху вокруг него, создавая электрическую клетку. Разряды перескакивали с одной точки на другую, формируя сеть, которая с каждой секундой сжималась.

Дракон снова взревел и окутал своего хозяина золотым куполом света. Электрические нити ударились о него, и купол затрещал, покрываясь паутиной трещин, но выдержал. Когда эффект от моей техники прошел, мы оба тяжело дышали. Вот только довольная улыбка была как на лице старика, так и на моем.

– Достаточно, – сказал Арториус, и дракон, сделав прощальный круг, вернулся обратно в меч. Свечение погасло. – Я думаю, достаточно.

Он подошел ко мне и протянул руку.

– Это был лучший бой за последние двадцать лет. Спасибо тебе, Дарион Торн.

– Взаимно, – я пожал его руку. ‒ Давно так не разминался.

Виктор Кинг, наблюдавший за боем с открытым ртом, наконец-то пришел в себя.

– Невероятно… Учитель, вы… Дарион… Я никогда не видел ничего подобного!

– Дарион, – Арториус посмотрел на меня серьезно, – оставайся здесь до конца праздника. Проведи со мной еще несколько таких боев. Для нас с тобой это уникальная возможность отточить свое мастерство, не рискуя головами. Я чувствую, что рядом с тобой я могу стать еще немного сильнее. К тому же, хочется увидеть больше твоих уникальных стилей.

– Я тоже так думаю, – согласился я. – Я давно не создавал новых техник. Кажется, здесь у меня появится необходимое вдохновение.

Старик улыбнулся. Кажется, мы нашли общий язык.

***

Вечером мы сидели в его кабинете, больше похожем на библиотеку. Тысячи книг на полках, удобные кожаные кресла, камин, в котором потрескивал огонь. Атмосфера располагала к откровенному разговору.

– Итак, давай поговорим о твоей «проблеме», – начал Арториус, наливая в две чашки ароматный травяной чай.

Я достал проклятый меч и положил его на стол. Кебаб тут же материализовался рядом.

– Приветствую, о древний старец! – провозгласил он, пытаясь выглядеть внушительно. – Я – Кебаб, могущественный ифрит из пламени…

– О, какой милый, – Арториус с интересом наклонился к джинну. – Говорящий. И довольно плотный для духовной сущности. Интересно.

Кебаб смутился от такого определения.

– Я не милый! Я ужасный!

Арториус взял меч в руки. На его лице отразилось замешательство, смешанное с отвращением.

– Какая… грязная работа. Проклятие, наложенное наспех. И сущность, привязанная грубой силой. Это варварство. Я вообще удивлен, что все это хоть как-то работает. Как он вообще оказался в этом клинке?

Я вкратце рассказал ему историю. Арториус слушал внимательно, не перебивая.

– Понятно, – сказал он, когда я закончил. – У нас к этому подходят совершенно иначе. Чтобы привязать духа к оружию, нужен сложный и опасный ритуал. Во-первых, необходим клинок, выкованный выдающимся мастером. Меч, у которого уже есть своя, пусть и спящая, воля. Во-вторых, нужен достойный противник. И тут либо дух монстра вселяют в клинок, либо клинок изначально обладает самосознанием, если мастер достаточно гениален, чтобы создать такое. А далее начинается самое сложное – подчинение. Мечник должен доказать духу свою волю, сломить его сопротивление. Если ему это удастся, дух становится его союзником. Но эта связь всегда держится на воле владельца. Духи мечей своенравны. Если ослабить контроль, они могут напасть на своего хозяина. Поэтому с этим обращаются крайне осторожно. Есть, конечно, и уникальные случаи вроде Грамма, что принадлежит моему ученику Виктору. Но это долгая история.

Он посмотрел на Кебаба, который слушал его с открытым ртом.

– А здесь… здесь сущность просто заперта в проклятой тюрьме. Это неправильно. Неэффективно. И опасно.

– Что можешь предложить? – спросил я.

– Хм… – Арториус задумался, поглаживая подбородок. – Вариантов несколько. Мы можем попытаться усилить его связь с тобой, ограничив влияние проклятия. Это даст тебе больше контроля и, возможно, откроет новые способности ифрита. Либо мы можем попробовать переселить его в другой, более подходящий клинок. Это сложнее и рискованнее. Исход будет зависеть от того, чего хочешь ты сам. И от того, согласится ли на это сам… э-э… Кебаб.

Ифрит тут же подлетел к моему плечу.

– Новый дом? Без проклятий? Господин, я согласен! Куда угодно! Ну, кроме лампы… и горшка… и кастрюли… и, и еще…

– Я подумаю, – сказал я, пока Кебаб перечислял бесконечный список того, куда бы он не хотел. – Думаю, после фестиваля мы решим, что и как.

Арториус кивнул.

– Конечно. У нас есть время. А пока… давай выпьем чаю. И расскажи мне о своих техниках. Я никогда не видел ничего подобного.

Похоже, мое пребывание здесь будет не только полезным, но и интересным.

***

Начало фестиваля превратило столицу в один гигантский карнавал. Главная площадь, раскинувшаяся перед парящей цитаделью, была заполнена до отказа. Тысячи людей – мечники, аристократы, туристы, простые горожане – все смешались в одну гудящую, пеструю толпу.

Повсюду были установлены сцены, где выступали музыканты. В воздухе парили голографические драконы и грифоны. Торговцы продавали все: от сахарной ваты до миниатюрных копий знаменитых духовных мечей. Пахло жареным мясом, карамелью и озоном от магических спецэффектов.

Я стоял на балконе одного из зданий, выходящих на площадь, наблюдая за этим безумием. Рядом стояли Ария, Касс и Хлоя. Даже всегда сдержанная Ария выглядела впечатленной. Касс с восторгом показывала пальцем на группу мечников, демонстрирующих парное владение светящимися клинками. Хлоя просто ела мороженое, не отходя от меня ни на шаг.

– Грандиозно, – произнесла Ария. – Они определенно умеют пускать пыль в глаза.

– Народу нравится, – пожал я плечами.

Основное событие ‒ сама церемония «Обретения Меча», была намечена на вечер, когда стемнеет. Тогда на центральном помосте выставят клинки, и претенденты смогут испытать свою удачу. А пока народ развлекался, участвуя в шуточных турнирах и конкурсах.

Я скользил взглядом по толпе, просто так, без определенной цели. Море лиц, эмоций, судеб. И вдруг мой взгляд зацепился за одну фигуру.

Человек стоял в стороне от шумной толпы, у подножия одной из статуй. Он был одет в простой слегка потертый темный плащ с капюшоном, скрывавшим лицо. Но что-то в его осанке, в том, как он стоял, показалось мне до боли знакомым.

Я прищурился, пытаясь рассмотреть его лучше. И узнал. Что ж, видимо, и без того необычный день станет еще более интересным.

Глава 4. Церемония Обретения Меча

Вечер опустился на Айронсайд, превращая белоснежные шпили в золотые иглы, пронзающие закатное небо. Главная площадь преобразилась до неузнаваемости: в центре возвышалась массивная платформа из полированного черного камня, окруженная рядами трибун. Голографические флаги всех школ меча Западной Федерации парили в воздухе, создавая иллюзию турнира моего времени, но в декорациях современного города.

Я стоял у входа на арену, держа в руках мечи, завернутые в черную ткань. То, что сделала Ария. Работа была что надо, и я решил, что можно преподнести их в дар Ордену. На деле, конечно, это был хитрый ход, чтобы они оценили способности потомка семьи Нейрис, и заключили контракт с «Последним Пределом». Надо же и нам обрастать как можно большим количеством связей, чтобы иметь независимость от других.

— Готов поразить местную знать? — спросила Ария, поправляя складки своего вечернего платья. Темно-синяя ткань блестела, делая ее похожей на звездное небо.

— Готов отсидеться в углу и поесть канапе, — ответил я. — Но что-то мне подсказывает, спокойного вечера не получится.

Касс рядом нервно теребила подол своего черного платья с фиолетовыми вставками. Для церемонии она собрала волосы в высокий хвост, открыв шею с едва заметным шрамом.

— Мастер, а вдруг меня тоже позовут попробовать пробудить дух? — спросила она.

— Не позовут, только если ты сама захочешь вызваться, но я крайне не советую.

— Но…

— Касс, духи в мечах чувствуют сомнения. Одно колебание, и они сожрут твою жизненную силу быстрее, чем ты успеешь моргнуть, — строго посмотрел я на свою ученицу.

Хлоя, как всегда, просто стояла рядом в своем любимом темно-красном платье и молча смотрела на меня фиолетовыми глазами. Иногда мне казалось, она видит что-то, недоступное остальным.

Внутри уже собралась вся элита Западной Федерации. Мужчины в строгих костюмах с обязательными мечами на поясах, женщины в вечерних платьях, молодежь в форме различных академий. Атмосфера была торжественной, почти сакральной.

Арториус Вейл стоял на возвышении вместе с другими членами высшего совета Ордена Меча. Увидев меня, он кивнул, приглашая подойти.

— Дарион, рад, что ты пришел, — его голос разнесся по залу благодаря акустике. — И вижу, ты не с пустыми руками?

Я поднялся на возвышение и развернул ткань, открывая три клинка. Те, кто был рядом, ахнули. Первый меч был классическим полуторником, с гардой в виде распахнутых крыльев дракона, лезвие покрывали едва заметные руны силы. Второй — более легкая рапира с рукоятью из черного металла и тончайшей гравировкой по всей длине клинка. Третий — массивный двуручник, чье лезвие отливало синевой закаленной стали.

— Работа моего кузнеца, — сказал я, передавая мечи Арториусу. — В благодарность за гостеприимство и предстоящую помощь с моей проблемой.

Старый мастер взял первый клинок, провел пальцем по лезвию, проверяя баланс. Его глаза расширились.

— Это… невероятная работа. Я чувствую потенциал в этой стали. Эти клинки готовы принять духов высшего порядка, — он повернулся к залу. — Господа, сегодняшний вечер обещает быть особенным! Такие клинки достаточно редки!

Виктор Кинг подошел ближе, разглядывая мечи с профессиональным интересом.

— Кто их создал? Я не видел такой техники ковки даже у наших лучших мастеров.

— Кузнец «Последнего Предела» — лучший в империи, без преувеличения, — с гордостью в голосе произнес я, указывая на свою подругу.

Ария слегка покраснела от внимания, но выдержала осанку. Несколько местных оружейников тут же окружили ее, засыпая техническими вопросами.

Нас провели к почетным местам, прямо рядом с советом Ордена. Отсюда открывался идеальный вид на арену внизу. Я устроился в мягком кресле, Касс села справа, Хлоя, конечно же, пристроилась слева, пытаясь быть как можно ближе. Кебаб в мече на поясе вибрировал от возбуждения.

— Господин, столько духовного оружия! Я чувствую их всех! О, некоторые такие древние! А некоторые совсем молодые! Интересно, а они меня чувствуют?

— Заткнись и наслаждайся шоу, — прошептал я.

Церемония началась с того, что на арену вынесли первую партию мечей. Двенадцать клинков на бархатных подушках, каждый излучал слабое свечение запечатанного в нем духа. Распорядитель сегодняшнего вечера, молодой человек в белой мантии, начал объяснять правила.

— Уважаемые гости! Сегодня тридцать семь выпускников наших академий попытаются пробудить духа и заключить договор! Напоминаю, процесс опасен! Если дух сочтет претендента недостойным, последствия могут быть фатальными! Так что каждый претендент может добровольно отказаться от церемонии.

Первым вышел парень лет двадцати в форме академии Серебряного Клинка. Он выглядел уверенным, пока не взял в руки меч с духом огненной саламандры. Едва его пальцы коснулись рукояти, как по лезвию пробежали оранжевые искры. Парень сосредоточился, направляя свою энергию в клинок.

Сначала все шло хорошо. Огонь окутал лезвие ровным слоем, но потом дух взбунтовался. Пламя стало хаотичным, температура поднялась так резко, что парень закричал и выпустил меч. Клинок упал на камень, искры погасли. Неудача.

— Эндрю Росс, дисквалифицирован! — объявил распорядитель.

Парня увели с арены, его ладони покрывали ожоги второй степени.

Следующей была девушка с длинными рыжими волосами. Она выбрала тонкий клинок с духом ветряной феи. Касание было мягче, дух откликнулся почти сразу. Вокруг меча закружился воздушный вихрь, девушка улыбнулась, думая, что справилась. Но потом вихрь усилился, начал вырываться из-под контроля.

Я видел ее ошибку, она пыталась подавить дух силой вместо того, чтобы найти с ним гармонию. Предсказуемый результат: меч вырвался из рук, пролетел через всю арену, воткнулся в защитный барьер и слегка задрожал, будто от негодования. Девушка упала на колени, из носа текла кровь.

— Мария Стоун, дисквалифицирована!

Так продолжалось около часа. Из тридцати семи претендентов только трое смогли пробудить и удержать духов. Парень с духом каменного голема, девушка с водяной ундиной и еще один юноша с духом серебряного волка.

— Негусто, — заметил Арториус рядом со мной. — В мое время процент успеха был выше.

— Они слишком напряжены, — ответил я, наблюдая за очередной неудачей. — Боятся духов, вместо того, чтобы понимать их.

— О, ты разбираешься в духах мечей?

— Немного. Меч — это продолжение воина. Если воин сомневается в себе, меч это чувствует.

Арториус задумчиво кивнул.

Распорядитель этой церемонии вышел на середину арены.

— А теперь, дамы и господа, особый момент вечера! Мы представляем легендарные клинки, которые ждут своих владельцев уже многие годы! Вдруг именно сегодня мы увидим обретение хозяина одним из этих клинков.

На арену вынесли пять мечей в особых футлярах из черного дерева. Каждый излучал ауру силы, которую чувствовали даже обычные люди.

— Первый, Клинок Сокола! Содержит дух великой охотничьей птицы! Последний владелец погиб семьдесят лет назад!

Футляр открыли, явив изящную саблю с гардой в виде распростертых крыльев.

— Второй, Молот Горного Титана! Дух земляного элементаля высшего порядка! Без хозяина сто двадцать лет!

Массивный двуручный меч, больше похожий на дубину. Рукоять из черного камня, лезвие покрыто рунами земли.

— Третий, Жало Пустынной Змеи! Дух песчаной кобры-императрицы! Свободен девяносто лет!

Тонкий, как игла, клинок с волнистым лезвием. Рукоять в виде свернувшейся змеи, глаза из рубинов.

— Четвертый, Коготь Теневой Пантеры! Дух хищника из темных лесов! Ждет хозяина пятьдесят лет!

Короткий меч с черным лезвием, почти невидимым в полумраке. Гарда минималистичная, рукоять обмотана черной кожей.

— И наконец, пятый… — комментатор сделал драматичную паузу. — Ледяное Жало! Клинок Ледяной Виверны!

Зал зашумел. Я увидел, как многие зрители переглянулись, кто-то покачал головой.

Футляр открыли, и даже я оценил красоту этого оружия. Полуторный меч идеальных пропорций, лезвие отливало голубоватым блеском вечного льда. Гарда выполнена в виде головы виверны с раскрытой пастью, из которой выходил клинок. Рукоять обвивал хвост существа, заканчивающийся острым шипом на навершии.

— Пять лет, — продолжил комментатор, — пять лет этот клинок не признавал ни одного претендента! Семнадцать человек пытались, трое погибли, остальные получили серьезные травмы! Дух Ледяной Виверны считается одним из самых своенравных!

— Будут желающие? — спросил он зал.

Тишина. Никто не рвался стать неудачником, ведь каждый меч был уникальным, а значит, и угроза умереть от неудачи была высока.

И тут я увидел движение в толпе. Фигура в темном плаще пробиралась к арене. Тот самый человек, которого я заметил днем.

— У нас есть претендент! — воскликнул комментатор.

Фигура поднялась на арену и направилась прямо к Ледяному Жалу, чтобы замереть напротив него на несколько мгновений. Когда он взял меч, по лезвию пробежала морозная дымка. Воздух вокруг резко похолодел, на камнях появился иней. Да и от места, где стоял претендент, пошла волна льда, замораживая все на своем пути.

Клинок взревел. Не металл, а именно дух внутри. Рев ледяной виверны прокатился по арене, заставив зрителей вжаться в кресла. Но человек в плаще не дрогнул. Он просто сжал рукоять сильнее.

Секунда. Две. Десять.

Морозный ветер усилился, срывая с человека капюшон. Светлые волосы, ледяные голубые глаза, знакомые черты лица. Это был Леон Монтильяр.

Ария ахнула рядом со мной. Хлоя чуть приподняла голову. Касс вцепилась в подлокотник.

— Это же… это же Леон! — прошептала она.

Леон стоял посреди настоящей снежной бури. Его волосы развевались, глаза светились холодным светом. Виверна в мече ревела и сопротивлялась, но он не отпускал рукоять. Его собственная ледяная магия резонировала с духом, создавая удивительную симфонию холода.

А потом буря стихла. Просто прекратилась, будто ее и не было. Леон стоял с мечом в руке, по лезвию пробегали узоры инея. Дух признал его как своего партнера.

— Невероятно! — закричал распорядитель. — Впервые за пять лет клинок нашел владельца! Да не простого, а иностранца! Не выходца из академий Западной Федерации!

Зал взорвался аплодисментами. Но я видел, что Леон не смотрит на толпу. Его взгляд шарил по трибунам, пока не нашел меня. Наши глаза встретились.

В его взгляде читалось столько всего: злость, решимость, вызов. За время нашей разлуки он явно не сидел сложа руки. Аура вокруг него стала плотнее, сильнее. Похоже, паренек набрался опыта в схватках, где ценой была жизнь.

Леон поднял Ледяное Жало и указал им прямо на меня.

— Дарион Торн! — его голос разнесся по арене. — Я вызываю тебя на поединок!

Зал замер. Все взгляды обратились ко мне.

— Вот и спокойный вечер накрылся, — пробормотал я, легко поднимаясь с места.

Арториус положил руку мне на плечо.

— Ты не обязан принимать вызов. Я вижу, что у него с тобой личные счеты. Вы знакомы?

— Было дело, — ответил я. — Но парень явно что-то хочет доказать. Было бы невежливо отказать, не думаешь?

Спустившись на арену, я остановился в десяти метрах от Леона. Вблизи изменения были еще заметнее. Он стал выше, мускулы под одеждой двигались иначе, более собранно. И главное, взгляд. Раньше в нем была юношеская гордость, замешенная на неуверенности. Теперь, холодная решимость и что-то похожее на одержимость.

— Леон, — кивнул я, — неплохо выглядишь для человека, чьи глаза затуманились амбициями и обидами в Башне Мортиса.

Его лицо дернулось.

— Это было давно. Я изменился.

— Вижу. Новая прическа, новый меч, даже аура поувереннее. Что, решил доказать, что ты не просто избалованный наследник?

— Я пришел показать, что больше не нуждаюсь в твоем снисхождении! Так что очень удачно, что ты тоже тут, — он сжал Ледяное Жало обеими руками. — Все это время в «Последнем Пределе» ты смотрел на меня как на обузу! Давал поблажки на тренировках! Отправлял в простые Разломы!

— И это тебя задело? — я усмехнулся. — Знаешь, обычно люди благодарны, когда их не отправляют на верную смерть.

— Я не просил твоей защиты!

— Нет, ты просто припёрся в мою организацию, потому что твой братец оказался психопатом, а семья отвернулась. Я дал тебе шанс, а ты теперь злишься, что я не позволил тебе сдохнуть героически? Логика уровня «почему в холодильнике нет пива, если я его вчера выпил».

Леон рванул вперед, Ледяное Жало оставляло за собой морозный след. Быстро, очень быстро для человека. Но для меня все еще слишком медленно.

Я отступил на полшага, его удар прошел мимо. Развернулся, ударил ногой по запястью. Не сильно, просто чтобы показать, мог бы выбить меч, если бы захотел.

— Нужно оружие! — крикнул я организаторам. — Обычное, желательно, не заточенное.

Кто-то из помощников принес стойку с тренировочными мечами. Я взял первый попавшийся, простой стальной клинок без всяких изысков.

— Серьезно? — Леон смотрел на мой выбор с возмущением. — Ты собираешься сражаться со мной тренировочным мечом?

— А что не так? Меч как меч, — пожал я плечами и пару раз взмахнул рукой с мечом. — Даже в руке лежит хорошо.

— Это оскорбление!

— Это практичность. Зачем доставать артиллерию против… — я сделал паузу, — тебя?

Леон взревел и атаковал снова. На этот раз серия ударов, быстрых, точных. Ледяная виверна в мече ожила, из лезвия вырвалась призрачная голова существа, щелкая ледяными клыками.

Я парировал первый удар, увернулся от второго, третий встретил контратакой. Наши клинки столкнулись, и тренировочный меч треснул. Не выдержал столкновения с духовным оружием.

— Видишь? — выдохнул Леон. — Твой меч уже сломан!

— Да, неловко получилось, — согласился я, глядя на трещину. — Придется импровизировать.

Следующая атака Леона была мощнее. Воздух вокруг лезвия превратился в ледяные иглы, летящие во все стороны.

Я использовал сломанный меч как щит, отбивая иглы. Металл не выдержал, разлетелся на куски. Один осколок полоснул по щеке, оставив тонкий порез.

— Первая кровь! — закричал кто-то из зрителей.

Леон улыбнулся, думая, что берет верх. Он поднял меч для финального удара, виверна в клинке взревела, готовая выпустить всю свою мощь.

И тут произошло нечто странное.

Со стоек с запечатанными мечами донесся звон. Сначала тихий, потом громче. Пять клинков задрожали в своих креплениях. Потом десять. Потом двадцать.

***

Глубоко, под гулким мрамором Арены, куда лучи солнца не проникали даже в виде тусклого воспоминания, находилось Изоляционное Хранилище. Оно было последним рубежом. Здесь, в самой дальней, наглухо запечатанной комнате, где воздух был тяжелым от наслоений древних, почти забытых магических печатей, покоился Он. Единственный клинок, который за все века существования Ордена так и не смог быть выставлен на обозрение.

Над ним, как злая шутка, возвышалась целая пирамида запретов: семнадцать слоев жреческих печатей, четыре круга магических цепей, выкованных в потухшем вулкане и окропленных кровью Охотников высоких рангов, и, что уж совсем невероятно, массивная свинцовая плита с выгравированными заклятиями Отречения. Он был не просто запечатан, он был похоронен с позором.

И вот, после сотен лет мертвой тишины, внутри клинка что-то всколыхнулось. Не слабый зов мастера, нет. Это было похоже на глубокий, почти забытый толчок в сердце. Дух, запертый в золотых прожилках стали, вдруг ощутил не просто родство, а подобие. Волю, дикую и необузданную, ту, что плевала на правила, которая не просила, а требовала.

Сначала это был тремор, едва слышный для человеческого уха. Потом — рывок.

Серебряные руны на стенах, впитанные в камень столетиями, задрожали. За ними, одна за другой, с визгом разлетелись семнадцать печатей. Это был не взрыв, а катаклизм силы, которая ломает преграды. Последней лопнула массивная свинцовая плита, разлетевшись на мелкие, бесполезные ошметки.

С громогласным Р-Р-Р-Ы-Ы-К-К! , чистым, животным, черный полуторник вырвался из своего склепа, пронзая каменную толщу пола и потолка Хранилища. Он летел вверх, как направленный, сумасшедший снаряд, с одной-единственной целью. И горе было тому, кто встал бы на его пути.

***

— Что происходит? — ахнул комментатор.

Я стоял с пустыми руками посреди арены, а вокруг меня духовные мечи пытались вырваться из печатей. Они чувствовали мою волю, мое желание сражаться, и откликались на него.

Арториус вскочил с места.

— Невозможно! Духи сами хотят стать его оружием!

Однако один из них все же оказался сильнее остальных и вырвался, правда, я так и не заметил откуда. Черный клинок с золотыми прожилками, массивный полуторник, ворвался в зал с такой скоростью, что воздух перед ним сжался и засвистел. Клинок летел на меня, как одержимый хищник.

— Осторожно! — этот крик был полон такого неподдельного, леденящего ужаса, что заставил бы вздрогнуть даже самого закоренелого скептика. — Это Клятвопреступник!

Оружие пролетело через всю арену и опустилось прямо в мою протянутую руку. Я схватил его. В момент касания по лезвию пробежали черные молнии с золотыми искрами, словно сам воздух вокруг рукояти взорвался.

Но вместо нестерпимой боли, что должна была бы сжечь руку в случае, если бы клинок не признал меня, я почувствовал… признание. Дух тигра внутри меча урчал, но это было не от злости, а от глубочайшего, почти животного удовольствия. Кажется, он нашел… родственную душу. Ну кто бы мог подумать.

— Как… — Арториус не мог поверить своим глазам, и даже его тихий, сдавленный голос звучал в тишине Арены, как гром. — За всю историю Ордена было только три случая, когда дух сам выбирал владельца! И ни разу так быстро! Тем более Клятвопреступник…

Я повернул меч в руке, оценивая баланс. Тяжеловат, да, но это поправимо. Дух внутри был диким, необузданным. Черный тигр, повелитель молний.

Ну-ка, ну-ка. Интересное сочетание.

— Ну что, Леон, — сказал я, принимая боевую стойку, — теперь шансы выровнялись?

Леон смотрел на меня с яростью, смешанной с отчаянием. Он готовился, тренировался, стал сильнее. А я просто протянул руку, и легендарный меч сам прилетел ко мне. Такое может многих сломать…

— Это нечестно! — прорычал он.

— Жизнь вообще штука несправедливая. Одни рождаются в богатых кланах, другие — в трущобах. Одни получают божественную силу, другие проводят сто лет в аду, сражаясь с демонами. Хочешь поплакаться о несправедливости или будем драться, мелкий?!

Леон стиснул зубы и атаковал. Серия из семи ударов, каждый под своим углом, каждый смертелен. Воздух вокруг него превратился в морозный туман.

Я обратился к духу тигра. Не полностью, просто позволил ему проявиться. Из моего меча вырвалась призрачная морда огромной кошки, черная как ночь, с золотыми полосами молний. Тигр зарычал, и звук прокатился по арене громом.

Наши техники столкнулись. Лед против молнии. Холод против электричества.

Леон создавал ледяные стены, я пробивал их молниями. Он призывал морозные вихри, я рассеивал их ударными волнами. Виверна и тигр сцепились в призрачной схватке над нашими головами, пока мы обменивались ударами внизу.

Должен признать, Леон, действительно, стал сильнее. Его движения были четче, техника чище, контроль над духом меча впечатлял для новичка. Но…

Он все еще сражался, чтобы что-то доказать. Каждый удар был криком: «посмотрите на меня», «я тоже сильный», «я заслуживаю уважения». А я просто дрался, потому что умел это лучше всего. Потому что это было основой моего выживания.

Искусство меча стало неотъемлемой частью меня.

Леон вскинул меч, и воздух вокруг меня начал кристаллизоваться, превращаясь в ледяную клетку.

Интересный прием. Но у тигра был ответ. Я оттолкнулся от земли, черные молнии взорвались под ногами, разрушая ледяную ловушку. В воздухе развернулся, нанося удар сверху вниз.

Леон едва успел поднять меч для блока. Сила удара вдавила его в каменную арену, под ногами пошли трещины. Виверна взвизгнула от напряжения.

— Недостаточно быстро, — прокомментировал я, приземляясь рядом.

Он попытался ударить с разворота, но я уже был в другом месте. Клинок отозвался на мой рывок и ускорил его. Я появился за спиной парня и легонько ткнул плашмя меча между лопаток.

— Мертв.

Леон развернулся, его лицо было красным от злости и унижения.

— Я еще не проиграл!

— Технически — да, — согласился я. — Но мы оба знаем, как это закончится.

— Заткнись!

Он воткнул Ледяное Жало в арену. От точки удара во все стороны побежали морозные узоры.

Но я знал эту технику. Видел ее исполнение мастерами льда тысячу лет назад. У Леона не хватало контроля для настоящей Абсолютной заморозки. Максимум, локальное обледенение.

Тигр в мече заурчал, предлагая свое решение, как интересно. Может, дух в мече и не такая плохая затея? Я улыбнулся и воткнул черный клинок в арену напротив.

Черно-золотые молнии взорвались из точки удара, растекаясь по арене паутиной электричества. Где молния встречалась со льдом, тот мгновенно испарялся. Пар поднимался вверх, создавая туман, но молнии продолжали идти, пока не достигли Леона.

Разряд ударил его, не смертельный, но достаточный, чтобы парализовать — убивать у меня не было намерения, да и мечу я не давал слишком много воли. Леон застыл, дрожа от проходящего через тело электричества. Ледяное Жало выпало из онемевших пальцев.

Я медленно подошел к нему.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — спросил я. — Ты до сих пор думаешь, что тебе что-то должны. Признание, уважение, место среди сильных. Но сила — это не то, что тебе дают. Это то, что ты берешь. А ты все еще ждешь разрешения и признания.

Леон попытался что-то сказать, но вместо слов изо рта вырвался только хрип. Электричество все еще сковывало мышцы.

— И еще, — добавил я. — В последний раз я видел, как ты пользовался божественной силой. А сегодня ее нет. Что случилось, Леон? Божок тебя бросил? Или ты сам отказался?

В его глазах вспыхнула ярость такой силы, что на мгновение я подумал, что он сумеет преодолеть паралич. Ледяная аура взорвалась вокруг него, отбрасывая остатки электричества. Арена под ним мгновенно покрылась метровым слоем льда.

— ЗАТКНИСЬ! — взревел он. — Ты ничего не знаешь! НИЧЕГО!

Ледяные шипы начали расти из арены, каждый размером с меня. Леон потерял контроль, его сила вырывалась хаотично, без направления.

Я вздохнул. Все-таки придется его вырубить, пока он не поранил зрителей.

Шаг вперед. Уклонение от ледяного шипа. Еще шаг. Уклонение от второго. Третий шаг, и я уже рядом с ним. Леон замахнулся кулаком, покрытым ледяной броней.

Легкий наклон головы, кулак прошел мимо. Моя ладонь легла на его шею, точно на сонную артерию. Легкое нажатие в нужную точку.

Глаза Леона закатились, тело обмякло. Я подхватил его до того, как он упал на усеянную шипами арену. Лед вокруг начал таять без поддержки его силы.

— Медики! — крикнул я.

Несколько человек в белой форме выбежали на арену. Они быстро проверили Леона, убедились, что он просто без сознания, и унесли на носилках.

Я остался стоять посреди мокрой от растаявшего льда арены, держа в руке черный меч с духом тигра. Зал молчал, не зная, как реагировать на увиденное.

Наконец Арториус встал и начал аплодировать. За ним поднялись остальные члены совета, потом весь зал. Аплодисменты были… странными. Не восторженными, как после обычного поединка. Скорее, ошеломленными.

Комментатор вышел на арену, держась от меня на почтительном расстоянии.

— Дамы и господа! Невероятное завершение вечера! Дарион Торн не только принял вызов, но и… — он запнулся, не зная, как описать произошедшее.

— Можно я заберу меч? — спросил я, не дожидаясь конца его речи.

— Что? Ах, да! То есть… — комментатор растерялся. — Конечно, вы подчинили себе духа!

Я просто развернулся и пошел к выходу. Черный тигр в мече урчал, радуясь найденному партнеру. Признаю, и мне этот котяра понравился, но все же нужно будет его перевоспитать.

— Стойте! — кто-то из членов совета вскочил. — Вы не можете просто так забрать духовный меч! Есть правила! Традиции!

Я остановился и обернулся. В тот же момент дух тигра материализовался рядом со мной. Не полностью, просто призрачный силуэт. Огромная черная кошка размером с лошадь, с полосками из молний. Золотые глаза смотрели на недовольного советника.

Тигр раскрыл пасть и рыкнул.

Звук прокатился волной по арене как гром. Стекла в окнах задрожали, несколько человек в первых рядах попятились. Советник побледнел и сел обратно.

— Кажется, меч не возражает, — сказал я. — Или есть еще вопросы?

Тишина.

— Отлично. Спасибо за вечер, было занимательно.

Я поднялся на трибуну, где меня ждали. Касс смотрела на меня восхищенными глазами, Ария качала головой с улыбкой,

— Пошли отсюда, — сказал я. — Мне нужен душ и что-нибудь поесть, желательно много.

Мы покинули арену под гробовое молчание сотен зрителей. Только когда двери за нами закрылись, Касс не выдержала.

— Мастер, это было невероятно! Меч сам к вам прилетел! И этот тигр! Он такой огромный! А как вы вырубили Леона! Это было…

— Это было не для представления, — перебил я. — Леон хотел доказать что-то самому себе, я дал ему шанс. Не вышло. Бывает.

— Но он же был вашим учеником в «Последнем Пределе»!

— Учеником — сильно сказано. Он слишком много думал, и это привело к ошибкам.

Мы вышли на вечернюю улицу Айронсайда. Фонари создавали уютное освещение, но после яркой арены казались тусклыми.

— Куда теперь? — спросила Ария.

— В отель, — ответил я. — А завтра решим, что делать с Кебабом. Раз уж у меня теперь есть нормальный меч с нормальным духом.

— ЭЙ! — возмутился ифрит из проклятого меча. — Я тоже нормальный! Даже лучше! Я умею разговаривать! А эта полосатая кошка только рычать умеет!

Тигр в новом мече глухо рыкнул, словно в ответ.

— О нет, — простонал я. — Если вы начнете переговариваться друг с другом, я попрошу Арию переплавить вас обоих! Уяснили?

Глава 5. Наследие Клятвопреступника

Подземные мастерские Ордена Меча никогда не видели дневного света. Здесь, в самом сердце Айронсайда, под парящей цитаделью, располагались помещения, о которых знали лишь избранные. Массивные колонны из черного базальта поддерживали своды, покрытые древними рунами защиты. В центре круглого зала горел Вечный огонь, освещая лица семи старейшин, собравшихся на экстренный совет.

Мастер Торвальд, древний, как сами стены этого места, первым нарушил тишину. Его костлявые пальцы барабанили по столу из полированного обсидиана.

— Клятвопреступник покинул хранилище, — его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Меч основателя, который не должен был видеть свет еще тысячу лет, теперь в руках чужака!

Женщина напротив него, мастер Элейн, чьи волосы были заплетены в сложную косу, покачала головой.

— Дух, который ранее признавал лишь основателя, сам выбрал владельца. Мы все видели это. Меч разорвал печати, которые держали его века. Это не кража, Торвальд.

— Не кража? — старик ударил кулаком по столу так, что от места удара пошла сеть трещин. — Этот… этот раздутый павлин даже не из Федерации! Он не проходил наших испытаний, не давал клятв Ордену! А теперь носит оружие основателя Грегора Айронхарта!

Мастер Рейнхольд, коренастый мужчина с пышной бородой, усмехнулся.

— Грегора, который сам нарушил все клятвы и ушел из Ордена? Иронично, не находишь?

— Не смей порочить имя основателя! — взревел Торвальд.

— Достаточно, — голос Арториуса Вейла прозвучал спокойно, но все мгновенно замолчали. Он сидел в тени, почти невидимый, но его присутствие ощущалось физически. — Мы собрались не для того, чтобы спорить о прошлом.

— Арториус прав, — поддержал его мастер Карл, самый молодой из старейшин, которому было всего пятьдесят. Совсем мальчишка на фоне остальных. — Вопрос в том, что делать с Дарионом Торном.

— Забрать меч, — немедленно предложил Торвальд. — Силой, если потребуется.

— И сразиться с духом тигра? — Элейн покачала головой. — Ты же знаешь, что произошло в последний раз, когда мастера пытались подчинить духа…

Все невольно посмотрели на пустое кресло в дальнем конце стола. Там когда-то сидел мастер Хендрик. Тридцать лет назад он попытался силой подчинить меч. От него осталась только тень на стене, выжженная черными молниями.

— К тому же, — продолжила Элейн, — молодой Торн не просто взял меч. Дух признал его мгновенно. Без борьбы, без сопротивления. Такого не было со времен самого Грегора.

— Что нам известно об этом человеке? — спросил пятый старейшина, мастер Густав, который до этого молчал.

Арториус наклонился вперед, свет упал на его лицо.

— Больше, чем вы думаете. Я сражался с ним. Дважды. И могу сказать одно, его техника… древняя. Не в смысле устаревшая, а именно древняя. Стили, которые я видел только в самых старых манускриптах Ордена. И некоторые техники, которых нет ни в одной записи.

— Ты думаешь, он из старых родов? — заинтересовался Карл.

— Нет, — Арториус покачал головой. — Его движения, его инстинкты… Это не наследственное знание. Это опыт. Годы, десятилетия, возможно, век реальных сражений. Он двигается как тот, кто провел в бою больше времени, чем любой из нас. Боюсь… он и старше любого из нас.

— Чушь, — фыркнул Торвальд. — Ему на вид не больше двадцати пяти.

— На вид я тоже достаточно молод, техники меча закаляют тело и замедляют старение, — улыбнулся Арториус. — Но глаза… в его глазах я видел то же, что вижу в зеркале. Усталость от долгой жизни. Тяжесть потерь. Мудрость, которая приходит только с веками. Правда, он как будто все это уже перешагнул и…

Пауза повисла в зале, мужчина не мог подобрать правильные слова.

— И что, мастер Арториус? — не вытерпела Элейн.

— Он как будто освободился от всего, что тяготит нас. Даже мне это сложно осознать в полной мере.

Молчание повисло в зале. Только неугасающий огонь потрескивал, отбрасывая пляшущие тени.

— Есть еще кое-что, — добавил мастер Рейнхольд. — Мои люди проверили. Официально Дарион Торн появился в записях не так давно. Прошло чуть больше года. До этого, ничего. Словно он возник из воздуха.

— Или пришел откуда-то, где не ведутся записи, — задумчиво произнес Густав.

— Предлагаю компромисс, — внезапно сказал молчавший до этого седьмой старейшина, мастер Отто. Его голос был хриплым, словно он редко им пользовался и уже отвык общаться хоть с кем-то. — Пусть Арториус наблюдает за ним. Обучит работе с духом меча. Если Торн окажется недостойным, тигр сам его покинет. Если достойным… что ж, может, Клятвопреступнику пора вернуться в мир.

— Это безумие! — возмутился Торвальд.

— Это разумно, — возразила Элейн. — Арториус, ты согласен?

Старый мастер кивнул.

— Более того, я настаиваю. Этот молодой человек… или кто он есть на самом деле… заинтересовал меня. И мой ученик Виктор высокого мнения о нем.

— Виктор, — Торвальд презрительно скривился. — Мальчишка, который мало что знает о древних традициях Ордена.

— Мальчишка, который через пять лет возглавит его, — спокойно напомнил Арториус. — Или ты забыл результаты последних выборов в младший совет?

Торвальд замолчал, его лицо покраснело от злости.

— Голосуем, — предложил Карл. — Кто за предложение мастера Отто?

Пять рук поднялись вверх. Только Торвальд и Густав воздержались.

— Решено, — кивнула Элейн. — Арториус, Дарион Торн под твоей ответственностью. Обучи его. Испытай. И решишь, достоин ли он носить меч основателя. Последнее слово за тобой.

— Конечно, — Арториус поднялся. — Так или иначе, это единственное решение.

Когда он вышел, Торвальд прошипел:

— Мы совершаем ошибку. Клятвопреступник — опасный меч. Каждый его владелец заканчивал плохо.

— Каждый владелец меча заканчивает плохо, — философски заметил Отто. — Это называется смерть, Торвальд. Она приходит ко всем.

***

Утреннее солнце заливало тренировочный зал Ордена золотым светом. Я стоял в центре, держа в руке Клятвопреступника. Черный клинок с золотыми прожилками словно впитывал свет, а дух тигра внутри довольно урчал, радуясь возможности размяться.

Имечко, конечно, так себе, но, увы, изменить его уже нельзя. Древний, как сам мир, закон.

Вокруг собрались десятки учеников академии. Весть о том, что легендарный меч нашел владельца, разлетелась быстро. Все хотели посмотреть на того, кого выбрал дух черного тигра в действии.

— ГОСПОДИН, ЭТА ПОЛОСАТАЯ КОШКА МЕНЯ ИГНОРИРУЕТ! — возмутился Кебаб из проклятого меча на поясе. — Я пытаюсь с ним поговорить, а он только фыркает! Это дискриминация по признаку вида меча! А я, вообще-то, старше!

— Может, он просто умнее тебя и понимает ценность молчания, — предположил я.

— Но я тоже умный! Я знаю кучу демонических заклинаний! Могу рассказать триста способов поджарить человека! И еще пятьсот способов…

— Кебаб, лучше… заткнись.

— Слушаюсь, господин, — обиженно пробурчал ифрит.

В зал вошел Арториус. Сегодня на нем была простая тренировочная одежда, но двигался он с той же грацией, что и в официальной мантии. В руке его меч, из которого периодически выглядывал золотой дракон Вермиллион.

— Доброе утро, Дарион, — поприветствовал он. — Я надеюсь, ты не против, если я немного приоткрою для тебя азы нашего ордена?

— Сочту за честь, — кивнул я.

— Отлично. Для начала, покажи, как ты призываешь духа.

Пусть я и не был этому обучен, но не став ничего выдумывать, просто сосредоточился и мысленно обратился к тигру. Ответ был мгновенным. Черная кошка с золотыми полосами материализовалась рядом со мной. Не полностью, а полупрозрачным силуэтом. Тигр потянулся, зевнул, обнажая клыки, и лениво уселся.

По залу пробежал шепоток. Многие впервые видели духа Клятвопреступника.

Арториус нахмурился.

— Интересно. Обычно новичкам требуются недели, чтобы достичь даже частичной материализации. А у тебя… дух появляется по первому зову и выглядит совершенно расслабленным.

— Мы друг друга понимаем, — пожал я плечами. — Он знает, что я сильный, я знаю, что он сильный. Чего напрягаться?

Старик покачал головой с улыбкой.

— Ты рушишь все каноны обучения. Ладно, попробуем боевое взаимодействие. Атакуй меня, используя силу духа.

Я кивнул и перешел в атакующую стойку. Тигр тоже поднялся, его мышцы напряглись, а когти, казалось, готовы были разорвать поверхность пола. Я сделал выпад, и тигр двинулся синхронно со мной. Его призрачные когти материализовались вокруг моего клинка, добавляя удару разрушительной силы.

Арториус парировал, и золотой дракон обвился вокруг его меча, создавая защитный барьер. Столкновение духовных сил создало ударную волну, от которой ближайшие зрители отшатнулись.

— Хорошо! — одобрил Арториус. — Но слишком прямолинейно. Духи способны на большее. Смотри.

Он сделал круговое движение мечом, и Вермиллион отделился от клинка, атакуя меня сбоку, пока сам Арториус шел в лобовую. Пришлось одновременно парировать физическую атаку и уворачиваться от драконьего пламени.

— Понял, — кивнул я. — Разделение внимания противника.

Следующие полчаса мы обменивались ударами, постепенно наращивая интенсивность. Тигр и дракон сцепились в воздухе, пока мы фехтовали внизу. Черные молнии против золотого пламени, когти против драконьей чешуи.

И тут меня осенило. Новая техника, которая начала формироваться в голове еще во время боя с Лазарусом. И теперь наконец приобрела нужные очертания, когда я получил меч с заключенным в него духом.

— Арториус, — сказал я, отступая. — Хочу испытать кое-что. Но это может быть опасно, так что не обязательно принимать удар.

— О? — он заинтересованно поднял бровь. — Предупреждаю, я не так хрупок, как кажусь. Да и давно хотелось проверить себя на прочность, с текущим составом Ордена это уже давно не представляется возможным.

Я принял новую стойку. Ноги широко расставлены, меч держится обеими руками у правого бедра, лезвие направлено назад. Но это была не просто стойка. Я начал направлять внутреннюю энергию по особому пути, создавая резонанс с духом тигра.

Черный тигр зарычал и начал сливаться с моим телом. Не как обычное физическое проявление, а полное слияние. Мои мышцы вздулись, на коже проступили черные полосы, похожие на татуировки. Глаза вспыхнули золотым светом.

— Стойка Оскверненного Неба, — произнес я, и мой голос прозвучал двойным эхом, моим и рычанием тигра одновременно.

Была б моя воля, называл бы удары просто ударами, но против законов мироздания не попрешь.

Арториус мгновенно напрягся, его инстинкты кричали об опасности. Вермиллион тоже насторожился, золотое пламя вокруг него стало ярче.

Я сделал шаг. Один простой шаг вперед.

И мир треснул.

Нет, не буквально. Но давление, которое создавало слияние с духом, было таким, что каменный пол под моей ногой покрылся паутиной трещин. Воздух вокруг меня мерцал от черно-золотых молний.

Следующее движение было почти невидимым. Я не бежал, не прыгал. Я просто переместился, оставляя за собой след из остаточных изображений. Клинок, окутанный силой тигра и молниями, обрушился на Арториуса сверху.

Старый мастер едва успел поднять меч для блока. Вермиллион обернулся вокруг него, создавая многослойный щит из золотого пламени.

Наши силы столкнулись.

Результат был… впечатляющим.

Взрыв отбросил всех зрителей к стенам. Защитные барьеры зала вспыхнули, едва сдерживая выброс энергии. Пол в точке столкновения просто испарился, оставив кратер глубиной в метр.

Арториус устоял, но его левая нога провалилась в разрушенный пол по колено. На его лице читалось искреннее потрясение. Вермиллион дымился, несколько золотых чешуек осыпалось.

— Невероятно, — выдохнул он. — Это… это не похоже ни на одну их техник Ордена. Это что-то совершенно иное.

Я опустил меч, позволяя тигру отделиться. Черная кошка материализовалась рядом, тяжело дыша, но явно довольная.

— Я разрабатывал ее на ходу, — признался я, вытирая пот со лба. Техника отняла больше сил, чем я рассчитывал. — Полное слияние с духом вместо простого сотрудничества. Я подумал об этом, еще когда видел, как сражаются Виктор и Грамм, но не знал нюансов. Что ж, теперь знаю.

— Рискованно — это мягко сказано! — Арториус выбрался из дыры в полу. — Большинство мечников умерло бы от такой нагрузки! Дух мог поглотить твою личность!

— А он и не пытался, — кивнул я. — Сильный признает сильного, я предложил ему партнерство.

Тигр фыркнул, словно говоря «иначе и быть не могло». Еще бы, с этим своенравным парнем поблажек не жди, но мне это даже нравилось.

Арториус долго смотрел на меня, потом на разрушенный пол, потом снова на меня.

— Садись, — наконец сказал он. — Я расскажу тебе историю этого меча. Ты должен знать, что носишь с собой, чтобы полностью осознавать то, что произошло.

Мы сели прямо на разрушенный пол. Ученики держались на расстоянии, но явно прислушивались.

— Грегор Айронхарт был одним из основателей Ордена, — начал Арториус. — Гением меча, каких мир видит раз в тысячелетие. Именно он создал систему духовных мечей, которой мы пользуемся до сих пор. И именно он выковал Клятвопреступника, вложив в него свою волю.

Старик помолчал, собираясь с мыслями.

— Грегор дал клятву Ордену. Клятву — защищать слабых, служить справедливости, никогда не поднимать меч против невинных. Пятьдесят лет он был идеальным рыцарем. А потом… потом пришла война.

— Какая война? — спросил я.

— Война амбиций. Два королевства схлестнулись за спорные территории. Орден должен был остаться нейтральным, но правитель одного из королевств похитил дочь Грегора. Шестнадцатилетнюю девушку, его единственного ребенка. И предложил сделку, он вернет ее, если Грегор поможет выиграть войну.

Арториус вздохнул.

— Грегор был сильным и уважаемым воином, но у всех есть слабости. Пусть это и было тяжелым решением, но чтобы ее не тронули, он согласился. Он нарушил клятву Ордена, вступил в войну. С его помощью королевство победило. Но правитель не сдержал слово. Дочь Грегора была мертва уже неделю. Ее убили в первый же день похищения.

В зале стояла мертвая тишина.

— Грегор сошел с ума от горя и ярости. Он вернулся в столицу королевства и устроил… резню. Дворец был уничтожен, королевская семья вырезана полностью. Говорят, черный тигр явился в тот день впервые, рожденный из ярости и боли Грегора. Вместе они убили больше тысячи человек. Солдат, слуг, всех, кто попался на пути. Реки крови текли по улицам так, что земля еще долгое время была бесплодной.

Я невольно посмотрел на тигра. Тот смотрел в ответ золотыми глазами, в которых читалась древняя печаль.

— Когда ярость прошла, Грегор понял, что натворил, — продолжил Арториус. — Он нарушил все клятвы, предал все, во что верил. В отчаянии он попытался уничтожить меч, но тигр уже был привязан к клинку. Вместо этого Грегор отрекся от меча и ушел. Просто исчез однажды ночью.

— И меч назвали Клятвопреступником, — догадался я.

— Именно. С тех пор многие пытались овладеть им. Некоторым даже удавалось на время. Но тигр… тигр помнит боль Грегора. Его ярость. Его отчаяние. И он ищет того, кто сможет нести это бремя, не сломавшись. Только человек со столь же тяжелой судьбой может принять его.

Черный тигр подошел ко мне и потерся массивной головой о руку. Как обычный кот, только размером с лошадь и способный испепелить молнией половину города. Вот, казалось бы, передо мной дух, но я в полной мере ощущал мягкость его шерсти и тепло, исходящее от тела тигра.

Арториус смотрел на это с нескрываемым изумлением.

— Я впервые вижу, чтобы дух проявлял такую… привязанность. Тем более Клятвопреступник.

— Мы понимаем друг друга, — сказал я, почесывая тигра за ухом. Тот заурчал, и от звука завибрировали стекла. — Мы оба знаем, что такое потерять все. И что такое продолжать жить после этого.

***

Когда я вернулся в отведенные нам комнаты в гостинице, то застал Арию в состоянии, близком к панике. Девушка металась по комнате, в руках планшет, на столе разложены десятки писем.

— Дарион! Наконец-то! У меня проблема!

— Что случилось? — нахмурился я.

— Помнишь те мечи, которые я выковала для Ордена? Так вот, теперь все хотят заказать у меня оружие! — она всплеснула руками. — Сорок семь заказов за два дня! Маркграфы, торговые представители различных гильдий, даже один герцог! Они предлагают безумные деньги!

— И в чем проблема? — не понял я. — Деньги же. Кайден явно будет в восторге.

— Проблема в том, что я не знаю, справлюсь ли! — Ария рухнула в кресло. — Это же отнюдь не обычное оружие! Каждый меч требует недель работы, особых материалов, идеальной концентрации! А они хотят все и сразу! А ведь еще есть риск просто загубить заготовку!

Я сел напротив нее.

— Ария, успокойся. Во-первых, позвони Кайдену. Пусть он разбирается с заказами, устанавливает очередь, цены и сроки. Это его работа.

Она кивнула, немного успокаиваясь.

— Во-вторых, заказчики пусть сами предоставляют материалы. Редкие металлы, магические камни, все, что нужно. Если не могут, значит, не так уж им и нужен меч.

— Это разумно, — согласилась она.

— И, в-третьих, не бери больше трех заказов одновременно. И предупреждай честно, меч может не получиться. Духовное оружие — это не табуретка, тут нет гарантий. Верно же я говорю?

— Спасибо, — Ария облегченно выдохнула. — Я просто… растерялась. Никогда не думала, что стану знаменитой.

— Привыкай, — усмехнулся я. — Ты гений-кузнец, потомок Регула. Рано или поздно это должно было случиться.

В комнату вошла Касс, таща поднос с чаем и печеньем.

— Мастер! Вы вернулись! Как прошла тренировка? Тигр вас не съел?

— Пока нет, — ответил я, принимая чашку. — Мы подружились.

— Правда? Можно посмотреть?

Я пожал плечами и призвал духа. Черный тигр появился посреди комнаты.

— Ого! — Касс захлопала в ладоши. — Он огромный! И красивый! Можно погладить?

— На свой страх и риск, — предупредил я.

Но тигр только фыркнул и подставил голову под руку девушки. Касс засияла от восторга. А ведь мне говорили, что это чуть ли не монстр из кошмаров — вот и верь после этого людям.

Хлоя, которая все это время тихо сидела в углу с книгой, подняла голову.

— Вокруг тебя тень, — сказала она спокойным голосом. — Бледная тень тигра. Кажется, ты теперь связан с ним больше, чем ты думаешь.

Я обернулся к ней.

— Что именно ты видишь?

— Вижу отпечаток, — поправила Хлоя. — След воли.

Интересно. Похоже, слияние с духом и, правда, имело больше последствий, чем я думал.

— Я ничего не вижу, — надулась Касс.

— Потому что смотришь глазами, — загадочно ответила Хлоя и вернулась к книге.

— Кстати, господин! — внезапно подал голос Кебаб. — Эта полосатая скотина меня все еще игнорирует! Может, вы ему прикажете со мной дружить?

Черный тигр медленно повернул голову к мечу на поясе и презрительно фыркнул. От его носа стрельнули пару молний и пробежали по проклятому мечу.

— МАМ-МАА-А! — взвизгнул Кебаб. — Он хочет меня убить! Поджечь и испепелить!

— Ты же ифрит, — напомнил я. — Огненный демон. Какой к черту поджечь?

— Но это обидно! Я старше, и появился у тебя раньше, он должен меня слушаться!

Внезапно в комнату ворвался Тень. Мой трехголовый пес радостно гавкнул всеми головами и бросился… к тигру.

Я приготовился к драке, но вместо этого произошло нечто невероятное. Тень начал прыгать вокруг тигра, виляя хвостом и игриво тявкая. Мол, поиграй со мной, большая кошка!

Тигр смотрел на него с выражением абсолютного недоумения на морде. Он попытался отойти, но Тень последовал за ним. Попытался отмахнуться лапой, Тень это воспринял как приглашение к игре и начал кусать его за хвост. Не больно, просто игриво.

— Кажется, твой пес пытается подружиться, — заметила Ария.

Тигр с достоинством лег на пол, игнорируя Тень. Но пес не сдавался. Он прыгал через него, лизал уши, тыкался всеми тремя мордами.

Наконец тигр не выдержал и легонько шлепнул Тень лапой. Пес отлетел к стене, но тут же вскочил и радостно бросился обратно. Для него это была просто игра!

Касс расхохоталась.

— Они как братья! Старший — серьезный, а младший — приставучий!

— Скорее, как ты и я, — заметил я. — Тень достает тигра так же, как ты меня.

— Эй! — возмутилась Касс и надулась, что в ее исполнении всегда получалось очень мило, но потом задумалась. — Хотя… пожалуй, есть сходство.

Я смотрел, как мой пес продолжает доставать духа-тигра, и думал об одном деле. Леон все еще лежал в медицинском крыле Ордена. После нашего поединка прошел день, пора было навестить парня.

— Я схожу прогуляюсь, — сказал я, поднимаясь.

— К Леону? — сразу догадалась Касс. — Зачем? Он же вел себя как обиженный ребенок! Бросился драться просто потому, что злился!

— У меня предчувствие, — ответил я, — будто что-то важное произойдет. А своей интуиции я верю.

— Хотите, я пойду с вами?

— Нет, посиди тут. Отдохни. Завтра у нас будет усиленная тренировка.

Касс кивнула, хотя по ее лицу было видно: любопытство так и грызло.

Тигр вернулся в клинок, заставив Тень обиженно взвыть от потери партнера по игре. Я потрепал пса по голове и вышел из комнаты. В коридоре было тихо, только мягкий ковер глушил шаги.

Предчувствие усиливалось с каждым шагом. Предвкушение сражения. И оно никогда не обманывало.