Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 5

Глава 1. Герой поневоле

Корабль клана Шу входил в порт уже под утренним солнцем, разрезая спокойные воды залива. Я стоял на носу, наблюдая за приближающимися причалами. После трех дней на острове Лунного Дракона даже портовая суета казалась чем-то умиротворяющим. Шу Сонг стояла рядом, нервно поправляя волосы и одежду.

— Волнуешься? — спросил я, заметив, как она в десятый раз проверяет, все ли в порядке с ее внешним видом. Будто от этого что-то зависит.

— Отец будет встречать нас лично, — ответила она, стараясь говорить спокойно. — Это большая честь. Он редко покидает резиденцию для таких дел.

Я пожал плечами. Встречи с важными шишками меня никогда особо не волновали. В конце концов, я видел, как демоны-принцы умоляли о пощаде. После этого сложно впечатлиться человеческими церемониями.

Когда корабль пришвартовался, я увидел внушительную делегацию на причале. В центре стоял мужчина лет пятидесяти — седеющие виски, прямая осанка, взгляд человека, привыкшего командовать. Шу Вэймин, глава клана. По бокам от него две молодые женщины, явно его дочери — семейное сходство было очевидным. Позади — целый эскорт охраны в церемониальных одеждах.

Кайден стоял чуть поодаль с довольным видом человека, только что заключившего сделку века. За его спиной громоздились ящики и контейнеры — судя по маркировке, закупки для «Последнего Предела». Рядом с ним о чем-то оживленно рассказывал Леон. Я сразу заметил изменения в ауре парня — что-то стало иначе, будто внутри него появился новый источник силы. Впрочем, сейчас было не время разбираться в этом.

Тень радостно залаял, увидев меня, и бросился навстречу. Все три головы смотрели на меня, в последнее время он все чаще ходил с ними напоказ. Хвост крутился как пропеллер. Я почесал его за ушами, пока мы спускались по трапу.

Шу Вэймин, глава одного из влиятельнейших кланов Восточной Империи, сделал шаг вперед и поклонился. Не кивнул, не склонил голову — именно поклонился, низко, почти до пояса.

Вся его свита ахнула. Охранники замерли с выражением полного шока на лицах. Даже Кайден едва не уронил челюсть от удивления.

Сонг тихо прошептала мне на ухо:

— В нашей культуре старший по возрасту и статусу никогда, слышишь, НИКОГДА не кланяется младшему первым. Это высшее проявление уважения. Такого не было уже лет двести!

Шу Вэймин выпрямился, и я увидел в его глазах искреннюю благодарность.

— Господин Торн, — его голос был глубоким и звучным, — вы не только спасли моего сына, но теперь еще и вернули честь моему клану. Остров Лунного Дракона очищен за три дня — то, что мы не могли сделать три года. Император уже прислал поздравления. Я… мы все в неоплатном долгу перед вами.

— Да ладно, — отмахнулся я. — Просто выполнял свою часть сделки. К тому же было весело. Ваша дочь неплохо дерется.

Сонг покраснела от моих слов, а ее отец едва заметно улыбнулся.

— Позвольте представить вам и моих старших дочерей, — сказал он, жестом указывая на стоящих рядом девушек.

Первая — высокая, стройная, с длинными черными волосами, собранными в сложную прическу с золотыми шпильками. Традиционное платье темно-синего цвета с высоким воротником подчеркивало ее аристократическую красоту. Холодные, расчетливые глаза изучали меня как товар на аукционе. Правда, взгляд был уж очень пристальным.

— Шу Мэй, моя старшая дочь. Управляет финансами клана и нашими торговыми операциями.

Женщина грациозно поклонилась, не сводя с меня оценивающего взгляда. Двадцать восемь лет, если верить тому, что мне рассказывала Сонг. Незамужняя, что для Восточной Империи было редкостью — обычно девушек выдавали замуж гораздо раньше. Но Шу Мэй явно была из тех, кто сам выбирает свою судьбу.

— Господин Торн, — ее голос был мелодичным, но с металлическими нотками. — Наслышана о ваших подвигах. Полагаю, нам стоит обсудить возможности долгосрочного сотрудничества между нашими организациями.

Деловая хватка с первых секунд.

Вторая дочь была полной противоположностью старшей. Короткие волосы, едва доходящие до плеч, практичная одежда: кожаные штаны, рубашка. На поясе — два меча, судя по рукоятям, работа местных мастеров. Мускулистая, но в меру, подтянутая, с горящими глазами воина.

— Шу Лин, средняя дочь. Капитан нашей элитной гвардии.

Она не стала церемониться с поклонами, просто протянула руку для рукопожатия. Хватка была крепкой — рука человека, который проводит с оружием больше времени, чем без него.

— Господин Торн! — ее голос звенел от восторга. — Это правда, что вы убили древнего дракона? И уничтожили армию монстров одной техникой? Нам обязательно нужно провести спарринг! Я должна увидеть ваше мастерство своими глазами! Испытать его на себе, хе-хе!

— Лин! — одернула ее старшая сестра. — Не приставай к гостю с первых минут!

— А что такого? — пожала плечами Шу Лин. — Когда еще представится шанс скрестить мечи с первоклассным воином, другие-то отказываются? Слабаки, — и в этот момент она бросила грозный взгляд на людей, стоящих позади нее, так, что они чуть было не отшатнулись.

Я усмехнулся. Прямолинейность средней дочери мне нравилась больше, чем расчетливость старшей.

В этот момент мое внимание привлек шум со стороны. Гелиос, а это был определенно он, узнать этого клоуна можно было из тысячи, стоял на ящике и вещал собравшейся толпе портовых рабочих.

— И тогда! — размахивал он бутылкой, которую явно стащил откуда-то. — Великий и ужасный дракон, размером с гору, посмотрел на храброго Дариона Торна! А тот ему говорит: «Ты слишком большой, придется тебя уменьшить!» И БАМ!

Он попытался изобразить удар, но потерял равновесие. Бутылка полетела в одну сторону, сам Гелиос — в другую. Грохнулся прямо в кучу рыбацких сетей, запутался и начал барахтаться, как пойманная рыба.

— Что это за… смехотворный муж? — спросил Шу Вэймин, наблюдая за попытками Аукционера выбраться из сетей.

— Пленник, — ответил я. — Нелегальный торговец монстрами, пытался нас ограбить во время плавания. Если хотите, можете забрать его себе. Избавите нас от лишних хлопот.

Глава клана задумчиво посмотрел на Гелиоса, который наконец выпутался из сетей и теперь пытался изобразить достоинство, несмотря на торчащие из волос куски водорослей.

— Нелегальная торговля — серьезное преступление в наших землях, — медленно сказал Шу Вэймин. — Обычное таких подвешивают.

Гелиос мгновенно протрезвел. Его глаза расширились от ужаса, и он рухнул на колени прямо в грязную лужу. Правда, похоже, он сделал это специально, чтобы выглядеть еще более жалким. Переигрывает, как по мне.

— Нет-нет-нет! Прошу прощения! Я больше не буду! Клянусь своей коллекцией! То есть, бывшей коллекцией! Я исправлюсь! Стану честным человеком! Буду продавать рыбу! Или овощи! Или что угодно легальное!

— Хм, — Шу Вэймин повернулся ко мне. — Что скажете, господин Торн? Казнить или помиловать?

Я посмотрел на Гелиоса, который умоляюще сложил руки и состроил самое жалобное выражение лица, на какое был способен.

— Да пусть живет, — махнул я рукой. — Он идиот, но безвредный. К тому же умеет рассказывать забавные истории. Может, пригодится для развлечения гостей. Уж не знаю, как этот человек умудряется быть Охотником S-ранга.

— Спасибо! — завопил Гелиос. — Спасибо, великодушный господин Торн! Я буду петь о вашей доброте! Напишу поэму!

— Только попробуй, — предупредил я. — И отправишься на корм рыбам быстрее, чем успеешь придумать рифму.

Шу Вэймин кивнул страже:

— Отведите его в резиденцию. Пусть помоется и приведет себя в порядок. Потом решим, что с ним делать.

Пока охранники уводили все еще бормочущего благодарности Гелиоса, ко мне подошел Кайден.

— Дарион! — его лицо сияло от восторга. — Ты не поверишь! Я все устроил! Закупки завершены, контракты подписаны, и сделка с драконом прошла идеально!

— Сколько? — коротко спросил я.

— Пятьдесят миллионов за основную тушу, плюс дополнительные выплаты за органы и кровь. В сумме — почти восемьдесят миллионов! «Последний Предел» теперь может позволить себе, что угодно! Мы богаче большинства малых и средних кланов!

— Неплохо, — кивнул я. — Главное, не спусти все на ерунду.

— Я? На ерунду? — возмутился Кайден. — Да я уже составил инвестиционный план на следующие пять лет! Расширение штата, новое оборудование, собственная исследовательская лаборатория…

Надо будет ему потом напомнить часть этих средств выделить Анисе, чтобы она могла и дальше работать с наследием моего друга.

— Господа, — вмешался Шу Вэймин. — Предлагаю продолжить беседу в более подходящей обстановке. В резиденции уже накрыты столы. Сегодня мы празднуем не только очищение острова, но и начало великого партнерства.

***

Основная резиденция клана Шу превзошла все мои ожидания. И это говорю я, человек, видевший дворцы лордов-демонов.

Огромный комплекс зданий в традиционном восточном стиле занимал площадь небольшого города. Изогнутые крыши, покрытые синей черепицей, сверкали на солнце. Резные драконы обвивали колонны, фонтаны создавали мелодичный шум воды, а в садах цвели какие-то экзотические цветы, источающие дурманящий аромат.

Все это, конечно, было намного дороже и больше той небольшой резиденции в портовом городе.

Главный зал для приемов мог вместить тысячу человек, и сейчас он был заполнен почти полностью. Восточные аристократы в роскошных одеждах, западные торговцы в строгих костюмах, Охотники в парадной форме — весь высший свет собрался здесь.

Меня встретили как героя.

Стоило мне войти в зал, как все разговоры стихли. Сотни глаз уставились на меня с выражением благоговения, страха и восхищения одновременно. А потом началось.

— Это он! Дарион Торн!

— Тот самый, который очистил остров!

— Говорят, он убил дракона голыми руками!

— Не голыми, а одним пальцем!

— Я слышал, он может разрубить гору пополам!

— А я слышал, что он победил тысячу монстров одним взглядом!

Слухи множились и обрастали подробностями с каждой секундой. К тому времени, как я дошел до отведенного мне места за главным столом, в народной молве я уже был полубогом, способным останавливать время и воскрешать мертвых.

Тень тоже оказался в центре внимания. Молодые аристократки окружили его, восхищенно ахая и пытаясь погладить. Мой пес, обычно настороженный к чужакам, вдруг превратился в светского льва. Он важно восседал на специально принесенной подушке, позволяя себя гладить и принимая угощения с видом благосклонного монарха. В общем, мой питомец обжирался, пока была такая возможность.

— Какой милый песик! — ворковала одна из девушек.

— Три головы — это так экзотично! — вторила другая.

— Он же герой! Помогал господину Торну сражаться с драконом!

Тень довольно жмурился, все три морды выражали полное удовлетворение жизнью. Предатель. Стоило нескольким красоткам его погладить, и он забыл про свою собачью гордость.

Банкет был поистине царским. Столы ломились от деликатесов: жареные утки в медовой глазури, морепродукты, которых я никогда не видел, какие-то местные овощи, приготовленные так искусно, что выглядели как произведения искусства. Рисовое вино лилось рекой, музыканты играли традиционные мелодии, а акробаты развлекали гостей невероятными трюками.

Я сидел по правую руку от Шу Вэймина, что, как мне шепнула Сонг, было высочайшей честью. Обычно это место занимал наследник или самый важный гость империи, если он посещал празднества этого клана.

— Дарион Торн! — подошел ко мне пузатый мужчина, в расшитом золотом халате. — Я глава торговой гильдии «Золотой Дракон»! Не желаете ли заключить эксклюзивный контракт на поставку материалов из Разломов?

— Господин Торн! — другой аристократ протиснулся ближе. — Мой сын мечтает стать Охотником! Не возьмете его в ученики?

— Мастер Торн! — не отставал от них третий. — Моя дочь прекрасна как утренняя роса и искусна в боевых искусствах! Рассмотрите возможность брачного союза!

Предложения сыпались одно за другим. Контракты, союзы, браки, ученичество — казалось, каждый хотел урвать свой кусок от моей внезапной славы.

— Господа, — вмешался Кайден, появившись рядом с бокалом вина и раскрасневшимися щеками. — Все деловые предложения — через «Последний Предел». Мы обязательно рассмотрим каждое. А сейчас позвольте господину Торну насладиться праздником.

Он явно уже принял на грудь и теперь наслаждался ролью важного бизнесмена. Вокруг него вились несколько местных дам, восхищенно слушая его рассказы о наших приключениях.

— Так вот о чем это я… ах да, и тогда я говорю Дариону: «Это же безумие!» А он такой: «Именно поэтому это сработает!» И представляете, сработало! — Кайден размахивал руками, изображая какую-то битву.

Дамы ахали и хлопали в ладоши, а мой партнер наливался гордостью, как индюк.

В другом углу зала Леон пытался произвести впечатление на Шу Лин. Судя по его красному лицу и сбивчивой речи, попытки шли не очень успешно.

— Я тоже мастер меча! — говорил он, явно стараясь казаться уверенным. — Моя катана — работа лучших мастеров! Может, мы могли бы как-нибудь потренироваться вместе?

— Потренироваться? — Шу Лин смерила его оценивающим взглядом. — Ты вообще умеешь драться или просто красиво стоишь с мечом?

— Я… э… конечно, умею! Я же А-ранговый Охотник!

— А-ранг? — она фыркнула. — Ранги мало что значат. Покажи что-нибудь впечатляющее, тогда и поговорим.

Леон отчаянно оглянулся, ища способ впечатлить девушку. Заметив фруктовую пирамиду на соседнем столе, он выхватил катану и сделал молниеносный взмах. Фрукты… остались на месте.

— И это все? — разочарованно спросила Шу Лин.

— Подожди, — Леон картинно щелкнул пальцами.

Верхний фрукт раскололся пополам, идеально ровно. Потом следующий. И следующий. Вся пирамида начала распадаться на идеально разрезанные половинки, а потом покрылась инеем.

— Хм, — Шу Лин чуть прищурилась. — Неплохо. Для начала. Ладно, можешь посидеть рядом. Но без глупостей!

Леон просиял как начищенный пятак и плюхнулся на соседний стул с видом человека, выигравшего в лотерею.

За ними так забавно было наблюдать, так и вспоминались времена до того, как в наш мир вторглись демоны. Потом, увы, стало не до подобных празднеств.

В середине вечера Шу Вэймин встал, и зал мгновенно затих.

— Друзья! — его голос разнесся по залу. — Сегодня мы празднуем не просто победу. Мы празднуем возвращение чести клана Шу!

Аплодисменты зазвучали по всему залу.

— Три года наш клан нес позор неудачи. Три года остров Лунного Дракона оставался проклятием, висящим над нами. Но явился герой! — он указал на меня. — Дарион Торн и моя дочь Шу Сонг за три дня сделали то, что мы не могли сделать три года!

Еще больше аплодисментов. Сонг покраснела от смущения.

— И потому, — продолжил глава клана, — я объявляю: клан Шу официально становится партнером организации «Последний Предел»!

Кайден чуть не подавился вином от восторга.

— Полная оплата за дракона уже переведена! — Шу Вэймин повысил голос. — Семьдесят миллионов кредитов!

Ахи и охи прокатились по залу. Такая сумма впечатляла даже пресыщенных аристократов.

— Но это не все! В знак благодарности клан Шу дарит «Последнему Пределу» коллекцию редких артефактов из нашей личной сокровищницы!

Слуги внесли несколько богато украшенных сундуков. Даже отсюда я чувствовал исходящую от них магическую энергию.

— И наконец, — Шу Вэймин подошел ко мне, — личный подарок господину Торну.

Он снял с запястья небольшой браслет. Простой на вид — бусины, потемневшие от времени, связанные кожаным шнурком. Но весь зал замер. Наступила такая тишина, что было слышно, дыхание каждого, кто находился тут.

— Отец, — тихо сказала Шу Мэй, старшая дочь. — Ты уверен? Это же…

— Я знаю, что делаю, — отрезал Шу Вэймин.

Он протянул браслет мне. Я взял его, и в момент прикосновения меня словно ударило током. Не больно, но… знакомо. Очень знакомо.

Память накрыла меня как лавина.

***

Тысяча лет назад. За день до входа в последний портал.

Мы сидели с Эддардом в беседке у озера. Последняя мирная передышка перед финальной битвой, после которой не факт, что мы вообще вернемся. Вокруг цвела сакура — Эддард специально выбрал это место, сказал, что напоминает ему о доме.

— Знаешь, — сказал он, сплетая какой-то браслет из бусин и кожи. — Я все думаю, что будет после.

— После чего? — спросил я, затачивая меч.

— После того, как мы закроем последний портал. После того, как демоны уйдут. Что мы будем делать?

— Если выживем — напьемся, — пожал я плечами. — А потом… не знаю. Найдем новую войну, наверное. В мире не бывает времен без войн, как бы странно это ни звучало.

Эддард покачал головой.

— Я вот думаю вернуться домой. В Восточные земли. Открыть школу боевых искусств. Учить молодежь. Передать знания.

— Ты? Учитель? — я, не удержавшись, фыркнул. — Да ты же терпеть не можешь детей!

— Дети вырастают, — философски заметил он. — И потом, кто-то же должен сохранить наши техники. Вдруг через сотню лет они понадобятся? Зря я, что ли, их все это время шлифовал и дорабатывал?

— Оптимист. Думаешь, мир простоит сотню лет без новой угрозы?

— А ты? — Эддард посмотрел на меня. — Чего ты хочешь после войны?

Я задумался. Чего я хотел? Славы? Уже есть, хотя и не просил. Да и обернулась эта слава мало чем хорошим. Богатства? Неинтересно, ведь я знал, как это легко можно потерять. Власти? Скучно, тем более меня не прельщали все эти словесные игры.

— Покоя, — наконец сказал я. — Просто жить в мире, где не нужно каждый день сражаться за выживание. Где можно проснуться и не думать, что сегодня может быть последний день.

— Покоя? — Эддард рассмеялся. — Ты? Дарион Торн хочет покоя? Да ты же сдохнешь от скуки через неделю!

— Может быть, — согласился я. — Но было бы неплохо попробовать.

Эддард закончил плести браслет и посмотрел на свою работу.

— Знаешь, что это? — спросил он.

— Браслет? — предположил я.

— Это символ. В моих землях такие браслеты передают в семье из поколения в поколение. От отца к сыну, от учителя к ученику. Это знак продолжения, связи между прошлым и будущим.

— И что ты с ним сделаешь? У тебя же нет детей. Ну, официальных.

— Пока нет, — Эддард подмигнул. — Но будут, уж я постараюсь, да и кто знает, сколько осталось детишек после наших походов. И я передам им этот браслет. И расскажу о наших приключениях. О том, как мы спасли мир. О тебе.

— Обо мне? Надеюсь, только хорошее.

— Только правду, — усмехнулся он. — Что ты упрямый ублюдок, который не умеет проигрывать. Что ты готов пожертвовать собой ради других, хотя и притворяешься циником. Что ты лучший воин, которого я знал.

— Не начинай, — поморщился я. — А то сейчас расплачусь.

— Вот именно про это и расскажу — что великий Дарион Торн боится проявления чувств больше, чем армии демонов.

Мы рассмеялись. Последний раз вместе рассмеялись.

***

Я моргнул, возвращаясь в настоящее. Браслет в моей руке был тем самым. Я узнавал каждую бусину, каждый узел. Эддард сдержал слово — передал его потомкам.

— Этот браслет, — тихо сказал Шу Вэймин, — передается в нашей семье из поколения в поколение. От основателя школы Пустой Руки к его наследникам. Это самая священная реликвия клана Шу.

Весь зал ахнул. Дарить чужаку родовую реликвию — это было неслыханно.

— Я не могу это принять, — сказал я, протягивая браслет обратно. — Это символ вашего рода. Он должен принадлежать вашему сыну.

— Мой сын жив благодаря вам, — возразил Шу Вэймин. — И потом… я чувствую, что так правильно. Словно сам основатель хотел бы, чтобы этот браслет был у вас.

Если бы он только знал, насколько был прав и одновременно ошибался.

— Я ценю этот жест, — сказал я, возвращая браслет. — Но эта вещь должна остаться в семье. В семье моего старого друга. Так будет правильно.

Шу Вэймин изучающе посмотрел на меня, словно пытаясь разгадать загадку.

— Вы знали нашего основателя? — спросил он тихо, чтобы слышали только мы.

— В каком-то смысле, — уклончиво ответил я. — Скажем так, мы были бы хорошими друзьями.

Глава клана кивнул, принимая мой отказ, и надел браслет обратно.

Праздник продолжался. К концу вечера ситуация с тремя сестрами Шу стала почти комичной.

Шу Мэй подсела ко мне с бокалом вина и деловым предложением:

— Господин Торн, давайте обсудим взаимовыгодное сотрудничество. Брачный союз между вами и представительницей клана Шу укрепит наши позиции. Я подготовила анализ потенциальной прибыли…

Она достала свиток с расчетами. Боги, она реально посчитала экономическую выгоду от брака со мной. И когда только успела?

С другой стороны, подскочила Шу Лин:

— Дарион! Давай проведем показательный спарринг! Прямо здесь и сейчас! Гости будут в восторге!

— Лин! — одернула ее старшая сестра. — Не мешай взрослым разговаривать о делах!

— Каких еще делах? — воинственно спросила средняя дочь. — Ты опять со своими скучными цифрами?

— Это не скучные цифры, а финансовое планирование!

— Господин Торн не торговец, чтобы интересоваться твоими расчетами!

— А он и не цирковой артист, чтобы устраивать представления!

Пока сестры препирались, Шу Сонг подошла с третьей стороны:

— Дарион, не хочешь прогуляться? В саду так красиво ночью…

— Сонг! — хором воскликнули старшие сестры. — Мы разговариваем с гостем!

— Вы не разговариваете, а ссоритесь, — парировала младшая.

— Это не твое дело!

— Очень даже мое! Я тоже хочу… то есть, мне тоже нужно обсудить важные вопросы с господином Торном!

В какой-то момент все три сестры одновременно протянули мне чашки с вином. Идеальная синхронность в абсолютном хаосе. Каждая ждала, что я приму именно ее чашу. Кажется, Эддард говорил, что это что-то значит, вот только вспомнить бы что.

Недолго думая, я подхватил все три чашки, подбросил их в воздух, и выпил содержимое, не пролив ни капли.

Сестры Шу остались стоять с пустыми руками и ошарашенными лицами.

В этот момент Шу Вэймин встал и поднял свой бокал:

— Друзья! Позвольте мне произнести последний тост этого вечера!

Все затихли.

— За Дариона Торна, который не только спас моего сына, но и вернул честь моему клану! Отныне и навеки клан Шу считает вас своим названым братом. Ваши враги — наши враги, ваши друзья — наши друзья! И когда император восстановит наш статус полностью, — продолжил он, — первое, что я сделаю — обеспечу «Последнему Пределу» эксклюзивные торговые права во всей Восточной Империи!

Кайден издал звук, похожий на писк от счастья. Эксклюзивные права — это же золотая жила! Главное — правильно этой возможностью воспользоваться, но я верил в Кайдена и что он справится.

— За Дариона Торна! — провозгласил Шу Вэймин.

— За Дариона Торна! — подхватил весь зал.

Я поднял бокал, принимая тост. В чем-то Эддард все же был прав.

***

Утро встретило меня ярким солнцем в окно. Рисовое вино оказалось крепче, чем я ожидал. Или просто количество выпитого сыграло роль — сложно отказать, когда тебе подносят тост за тостом.

Спустившись вниз, я обнаружил команду «Последнего Предела» в процессе сборов. Частный самолет клана Шу — роскошный лайнер с драконом на фюзеляже — уже ждал на летном поле.

— Барьер Тысячи Ветров больше не нужен, — пояснил Кайден. — Остров очищен, угрозы нет. Можем лететь прямо домой!

Леон выглядел счастливым как ребенок:

— Никаких кораблей! Слава богам, никаких кораблей!

Гелиоса, чисто вымытого и одетого в простую робу, слуги вели под конвоем.

— Куда его? — спросил один из охранников.

— Заберем его обратно, да отпустим. Думаю, он понял, что лучше не переходить нам дорогу, — кивнул Кайден.

— С каких пор ты стал таким великодушным? — усмехнулся я, но парень лишь пожал плечами. Видимо, какой-то симпатией он к этому болвану все же проникся.

Провожать нас вышел весь клан Шу. Шу Мин, полностью оправившийся после лечения, выглядел теперь совсем иначе — сильным, уверенным, готовым к свершениям.

— Господин Торн, — он глубоко поклонился. — Я никогда не забуду, что вы для меня сделали. Если когда-нибудь понадобится моя помощь — только скажите.

— Я запомню это, — кивнул я.

Шу Мэй вручила Кайдену толстенную папку:

— Торговые контракты и предложения о сотрудничестве. Уверена, вы найдете условия весьма выгодными.

Кайден прижал папку к груди как сокровище.

Шу Лин подскочила ко мне:

— Я обязательно приеду в гости! Мы проведем тот спарринг! И я покажу тебе настоящую технику клана Шу!

— Жду с нетерпением, — усмехнулся я в ответ этой забавной бойкой девушке.

Шу Сонг подошла последней. На ее лице читалась грусть расставания.

— Спасибо за все, — сказала она тихо и, не стесняясь остальных, крепко меня обняла. — Мы обязательно увидимся снова.

Она прошептала это так тихо, что слышал только я. В ее голосе было обещание.

— Конечно, — ответил я, на мгновение обнимая ее в ответ.

Мы поднялись на борт самолета. Роскошный салон с кожаными креслами и баром впечатлял даже искушенного Кайдена.

— Вот это сервис! — восхитился он, устраиваясь в кресло. — Нужно будет купить такой же для «Последнего Предела»!

— Сначала посчитай прибыль, — напомнил я.

Самолет взлетел, и я смотрел в иллюминатор на удаляющуюся Восточную Империю. Миссия выполнена, контракты подписаны, репутация укреплена. Можно возвращаться домой.

Полет прошел спокойно. Кайден изучал контракты и периодически вскрикивал от восторга, находя особенно выгодные пункты. Леон дремал, наслаждаясь отсутствием морской качки. Гелиос сидел тихо, явно обдумывая свое незавидное положение. Тень растянулся в проходе и сладко спал.

— Дарион! — воскликнул Кайден, отрываясь от документов. — Ты понимаешь, что они нам предложили? Это же больше, чем годовой доход среднего клана! Мы богаты! Мы чертовски богаты!

— Угу, — пробормотал я, не открывая глаз.

— Мы можем расширить штат! Открыть филиалы! Купить собственное оборудование для изучения Разломов!

— Угу.

— Мы можем купить остров! Свой собственный остров!

— Кайден, заткнись и дай мне уже поспать.

***

Мы приземлились в частном аэропорту Доминуса ближе к вечеру. Машины уже ждали — Кайден позаботился обо всем заранее.

Здание «Последнего Предела» встретило нас привычной суетой. Но у входа стоял человек, которого я не ожидал увидеть.

Высокий, под два метра ростом. Широкие плечи, которые едва помещались в дорогой костюм. Седые волосы, аккуратно зачесанные назад, и шрам через левую бровь. Но самое запоминающееся — глаза. Холодные, серые, как полированная сталь.

Селина Карр вышла нам навстречу:

— Господин Торн, этот джентльмен прибыл час назад. Сказал, что у него важное предложение для главы «Последнего Предела».

Мужчина шагнул вперед. Его движения были плавными, но я видел скрытую угрозу в каждом жесте. Этот человек был опасен, несмотря на деловой костюм и вежливые манеры.

— Александр Войд, специальный представитель Верхнего Доминуса, — его голос был глубоким, с едва заметным акцентом.

— Если у вас деловое предложение, то я… — шагнул вперед Кайден, но Войд поднял руку, и мой партнер замолчал на полуслове. Не от магии — от чистой силы личности.

— Нет, — сказал мужчина, не сводя глаз с меня. — Я хочу говорить с истинным главой «Последнего Предела».

Его взгляд был прикован ко мне.

— С вами, господин Торн.

Глава 2. Приглашение в золотую клетку

Я посмотрел на Александра Войда и жестом указал в сторону переговорной комнаты. Мужчина кивнул и двинулся следом за мной, его движения были плавными и выверенными — каждый шаг рассчитан, каждый жест продуман. Это не просто какой-то там охотник S-ранга, это воин старой закалки, из тех, кто выжил не в одной мясорубке.

Переговорная «Последнего Предела» была обставлена просто, но со вкусом: большой стол из темного дерева, удобные кресла, панорамные окна с видом на город. Тут, как и всегда, постарался Кайден, которому просто по своему происхождению обязывалось знать тонкости таких вот вещей. Даром, что ли, он аристократ?

Я плюхнулся в кресло во главе стола с таким видом, будто собрался вздремнуть, а не вести серьезные переговоры. Войд сел напротив, спина прямая как струна, руки на столе — типичная поза человека, готового в любой момент схватиться за оружие.

— Выкладывай, зачем пожаловал, — сказал я, откидываясь на спинку кресла. — И давай без долгих прелюдий, у меня еще куча дел. Псу нужно дать пожрать, например.

Войд чуть поморщился от моей манеры общения, но быстро взял себя в руки. А я так надеялся, что он поведется на провокацию, ну да ладно.

— Я представляю интересы Верхнего Доминуса, — начал он тоном человека, которому приходится объяснять очевидные вещи недалекому собеседнику. — Обычно чернь из-за стен мы не приглашаем, но «Последний Предел» стал… исключением.

Я усмехнулся. О, как изящно он нас оскорбил. Чернь из-за стен, обычные смертные, которые живут не в золоченых клетках. А он, значит, снизошел до нас — какая честь.

Помнится, столица одного королевства в мое время тоже занималась схожим разделением населения своего города. В итоге все закончилось тем, что их быстро уничтожили демоны, ведь там каждый сражался только за себя.

— Обожаю политиканов, — протянул я с улыбкой. — У вас такие искусные речи. Вы умудряетесь оскорбить человека так, что это звучит почти как комплимент. Это талант или вас этому специально учат?

Мужчина проигнорировал мою колкость и продолжил:

— Клан Мерсер организует аукцион. Крупнейший за последние пятьдесят лет. Ваша организация получила приглашение.

Он достал из внутреннего кармана изящный конверт из плотной бумаги цвета слоновой кости. На восковой печати красовался герб — золотые весы на черном фоне. Положил на стол и подтолкнул в мою сторону.

— И это все? — спросил я, даже не взглянув на конверт. — Ты лично притащился сюда, чтобы вручить приглашение? Не проще было курьера послать?

В глазах Войда мелькнуло раздражение. Очевидно, его тоже не радовала эта миссия.

— Клан Мерсер настоял на личной передаче. Они хотят быть уверены, что приглашение дойдет до адресата.

— Понятно, — кивнул я. — Значит, ты всего лишь мальчик на побегушках. Интересно, если такие, как ты, выполняют роль курьеров, то какие же у клана Мерсер настоящие воины? Ух, страшно представить.

Сарказм в моем голосе был настолько густым, что его можно было резать ножом.

Войд резко развернулся. Движение было молниеносным — рука метнулась к поясу, и в воздухе просвистел метательный клинок. Тонкий, идеально сбалансированный, летящий прямо мне в голову.

Я даже не пошевелился. Ну право слово, неужели кто-то ведется на подобное?

Клинок прошел в миллиметре от моего уха и вонзился в стену позади. Если бы я хоть немного дернулся, он бы задел меня. Но я сидел абсолютно неподвижно, продолжая улыбаться.

— Ты, кажется, промазал, — заметил я, поворачивая голову и разглядывая клинок в стене. — Хотя, неплохая работа.

Войд прищурился, изучая меня. В его глазах читалось недоумение. Естественно, он не целился в меня, но рядом, просто напугать. Вот только даже ритм моего дыхания не сбился. Я знал, что он это заметил, и видел, как его это раздражает.

— Машина заедет за вами завтра утром, господин Торн, — сказал он, поднимаясь. — Вам позволено взять с собой одного гостя. Девять утра. Не опаздывайте.

Мужчина развернулся и направился к выходу, не попрощавшись. У дверей остановился, не оборачиваясь:

— И да, господин Торн. В Верхнем Доминусе другие правила. Там ваши… выходки могут иметь более серьезные последствия, чем вы привыкли.

— Буду иметь в виду, — отозвался я.

Дверь за ним закрылась, и через секунду в комнату влетел Кайден. Лицо раскрасневшееся, глаза круглые как блюдца, он выглядел словно котенок, уцелевший после пожара.

— Дарион! Что происходит? Этот тип швырял в тебя ножи? Надо вызвать охрану? Или полицию? Или…

— Успокойся, — отмахнулся я. — Мы с ним почти подружились. Видишь, он даже подарок оставил.

Я кивнул на клинок в стене. Кайден проследил за моим взглядом и побледнел.

— Это в сантиметре от того места, где была твоя голова!

— В миллиметре, — поправил я. — Но кто считает. Кстати, завтра едем в Верхний Доминус. Собирайся.

— Что?! — Кайден чуть не упал с ног. — В Верхний Доминус? Ты серьезно?

— А что такого? — я взял конверт и вскрыл печать.

Внутри была карточка с золотым тиснением. Приглашение на аукцион клана Мерсер. Дата, время, дресс-код. Все чинно и благородно.

— Дарион, ты не понимаешь! — Кайден подскочил ко мне, размахивая руками. — Верхний Доминус — это… это совсем другой мир! Он находится в самом центре столицы, отделен Стеной. Настоящей Стеной с большой буквы! Ее не видно даже за десять кварталов отсюда, но она есть!

Я откинулся в кресле, слушая его тираду.

— Это элитарное общество, — продолжал Кайден, начиная ходить по комнате. — Туда никого просто так не пускают! Туда не приглашали никого из среднего города уже… лет двести! Может, больше!

— Ну вот, будем первыми за двести лет, — пожал я плечами. — Исторический момент, можно сказать.

— Дарион, это серьезно! — Кайден уже почти паниковал. — Нужно подготовиться! Костюмы, этикет, нужно изучить все правила, протоколы…

— Кайден, — я встал и положил руку ему на плечо. — Успокойся. Глубокий вдох. Выдох. Еще раз. Вот так. А теперь послушай меня внимательно. Это нас пригласили, а не мы напросились. Значит, им что-то от нас нужно. А раз так, можем расслабиться и просто посмотреть, что там и как.

— Но…

— Никаких «но». К тому же, Хлоя Монклер как-то упоминала, что в Верхнем Доминусе и Охотники сильнее, и Разломы интереснее. Будет любопытно взглянуть.

В этот момент в переговорную вошла Селина Карр с планшетом в руках. Увидев наши лица — мое расслабленное и Кайдена в состоянии, близком к панике — она вопросительно подняла бровь.

— Что-то случилось?

— Нас пригласили в Верхний Доминус! — выпалил Кайден. — На аукцион клана Мерсер!

Селина замерла. Планшет чуть не выскользнул из рук. Она медленно опустилась в кресло, явно обрабатывая информацию.

— Клан Мерсер? — тихо переспросила девушка. — Вы уверены?

Я протянул ей приглашение. Она изучила его, и на ее лице появилось странное выражение — смесь уважения и опасения.

— Господин Торн, — начала она своим деловым тоном, — позвольте мне кое-что объяснить. Клан Мерсер — это не просто один из Двенадцати Верховных. Они… ох, все совсем не так просто.

Она открыла планшет и начала быстро листать какие-то файлы.

— В отличие от других кланов, которые полагаются на военную мощь или магическое превосходство, Мерсер построили финансовую империю. Они контролируют крупнейший банк, работающий с ресурсами из Разломов. Через них проходит семьдесят процентов всех сделок с редкими материалами. Они владеют логистическими компаниями, страховыми агентствами, имеют решающий голос на мировой товарной бирже.

— Короче, богатые ублюдки, — резюмировал я.

— Очень богатые, — поправила Селина. — И очень влиятельные. Говорят, они могут обрушить экономику целой страны одним росчерком пера. Или поднять никому не известную организацию до уровня транснациональной корпорации за пару месяцев.

— И что им от нас нужно? — задумчиво спросил Кайден.

— Понятия не имею, — честно ответила Селина. — «Последний Предел» успешен, но по их меркам мы… пылинка. Микроскопическая пылинка. Должна быть другая причина.

— Может, им просто любопытно посмотреть на парня, который спас город? — предположил я.

— Вряд ли, Верхнему Доминусу плевать на то, что происходит вне стен, — мотнула она головой. — К тому же клан Мерсер ничего не делает просто так. У них всегда есть план. И обычно не один.

— Что ж, — я поднялся, — завтра узнаем. Кайден, подготовь костюмы. Что-нибудь приличное, но не слишком вычурное. И успокойся уже, а то инфаркт схватишь.

— Легко сказать, успокойся, — пробормотал Кайден, но все же взял себя в руки. — Ладно, я займусь подготовкой. Костюмы, изучу протокол… Боже, столько всего нужно сделать!

Он выбежал из комнаты, бормоча себе под нос список дел. Селина посмотрела ему вслед и тихо сказала:

— Будьте осторожны, господин Торн. Верхний Доминус — это другой мир. Там другие правила, другие игры. И цена ошибки может быть очень высокой.

— Я учту, — спокойно кивнул я. — Спасибо за информацию.

Она кивнула и тоже вышла, оставив меня одного в переговорной. Я подошел к окну и посмотрел на город. Где-то там, за горизонтом, находилась таинственная Стена, отделяющая элиту от простых смертных. И завтра я увижу, что скрывается за ней.

***

Следующим утром я стоял у входа в «Последний Предел», ожидая обещанную машину. Костюм сидел неплохо — темно-серый, классический крой, ничего лишнего. Галстук я повязал с третьей попытки, все время забываю, как эти штуки правильно завязывать. В мое время костюмы выглядели иначе, да и надевал я его… черт, даже не помню когда. Может, только в самом начале нашего похода на какой-то официальный прием. По моим меркам, естественно. Ну а потом… стало не до этого.

Кайден стоял рядом, весь с иголочки. Темно-синий костюм, идеально начищенные туфли, даже запонки какие-то навороченные нацепил. И нервничал так, что аж воздух вокруг вибрировал.

— Может, мне стоило надеть черный? — в десятый раз спросил он. — Или серый, как у тебя? Синий не слишком вызывающий?

— Кайден, — устало ответил я. — Успокойся уже. Всем плевать на то, как мы одеты.

— Легко тебе говорить! Ты вообще ничего не боишься!

— Я боюсь попасть на очередной скучный светский раут, — признался я. — Лучше бы нас в Разлом какой-нибудь пригласили.

Ровно в девять утра к зданию подъехал автомобиль. Черный, длинный, с тонированными стеклами — все кричало о важности, никакой фантазии. За рулем, к моему удивлению, сидел сам Александр Войд.

— О, — сказал я, открывая дверцу. — Так ты еще и водитель. Как удобно, что мы теперь друзья.

— Мы не друзья, господин Торн, — хмуро отрезал Войд.

— Да? Я думал, метательные кинжалы абы кому не дарят, — поправил я, усаживаясь на заднее сиденье. — Расстраиваешь меня с утра пораньше.

Кайден сел рядом со мной, стараясь не помять костюм. Машина тронулась, и мы поехали через город. Сначала знакомые улицы среднего района — магазины, кафе, обычные жилые дома. Потом районы побогаче — особняки, парки, широкие проспекты.

И вот через три часа пути впереди показалась Стена.

Она была… внушительной. Пять метров в высоту, монолитная сталь, никаких украшений или рисунков, как это часто бывает. Просто стена, отделяющая один мир от другого. Но чувствовалась в ней какая-то тяжесть, будто сам воздух вокруг стал плотнее.

— Магическое усиление, — пояснил Войд, заметив мой взгляд в зеркало заднего вида. — Стена не просто физическая преграда. Она не пускает тех, у кого нет разрешения.

— И что будет, если попытаться перелезть? — поинтересовался я.

— Лучше не пытайтесь, — коротко ответил он, чем только еще больше разжег мое любопытство.

Мы подъехали к пропускному пункту. Массивные ворота, охрана в черной форме, сканеры и какие-то магические артефакты, которые светились голубым. Войд показал документы, охранник внимательно их изучил, сверился с каким-то списком, потом кивнул.

Ворота медленно открылись, и мы въехали в туннель. Стена оказалась толще, чем я думал — мы ехали через нее минут десять, если не больше, впрочем, и двигались жуть как медленно. Свет здесь был искусственный, холодный, неприятный.

— Зачем такие сложности? — спросил я. — Боитесь, что чернь припрется в гости без приглашения?

— Безопасность, — ответил Войд. — В Верхнем Доминусе сосредоточены ресурсы, которые могут изменить баланс сил в мире. Лучше перестраховаться.

Наконец туннель закончился, и мы выехали на другую сторону.

Кайден ахнул. Я тоже присвистнул.

Верхний Доминус был… другим. Небоскребы здесь были выше, улицы шире, а воздух казалось даже чище. Все здания выглядели новыми, будто их построили вчера. Парки с фонтанами, которые бросали вызов гравитации. Летающие платформы вместо обычных мостов. И люди — все до одного одеты так, будто собрались на прием к императору.

— Добро пожаловать в Верхний Доминус, — сказал Войд с ноткой гордости в голосе.

— Выглядит дорого, — заметил я.

— Это самый богатый район в мире, — пояснил Кайден, не отрывая взгляда от окна. — Здесь квадратный метр земли стоит как целый квартал в среднем городе.

Мы ехали еще два часа, углубляясь в этот мир роскоши и власти. Кайден тем временем начал свою лекцию:

— Кстати, Империя давно отказалась от императора. Была революция, и монархию упразднили. Теперь правят Двенадцать Верховных Кланов. У каждого своя сфера влияния, свои ресурсы, своя армия Охотников.

— И Мерсер один из них, — добавил я.

— Не просто один из них, — поправил Кайден. — Они входят в тройку сильнейших. Они фактически определяют политику всего континента.

— Веселая компания, — хмыкнул я.

Наконец мы подъехали к зданию, которое выделялось даже на фоне окружающей роскоши. Небоскреб из черного стекла и золота, уходящий в облака. У входа — фонтаны, скульптуры, красная ковровая дорожка.

— Резиденция клана Мерсер, — объявил Войд, паркуясь. — Господин Торн, господин Ваярд, прошу следовать за мной.

Мы вышли из машины. Кайден снова начал ерзать, поправляя галстук. Я же просто огляделся по сторонам. Много охраны, причем профессиональной. Скрытые магические барьеры. Сканеры на каждом углу. Это место было крепостью, замаскированной под дворец.

Внутри было еще круче. Мраморные полы, хрустальные люстры размером с комнату, картины, которые явно стоили состояния. И народу — человек триста, не меньше. Все в дорогих костюмах и платьях, с бокалами шампанского, ведущие светские беседы.

— Зона «Последнего Предела» здесь, — сказал Войд, указывая на небольшой участок в углу зала.

Действительно, небольшой. Столик на двоих, пара стульев, табличка с названием нашей организации. По сравнению с другими зонами, некоторые занимали едва ли не треть зала, мы выглядели как бедные родственники.

— Понятно, — сказал Кайден тихо. — Они хотят показать, что мы ничтожны.

— Пусть показывают, — пожал я плечами. — Мне все равно. Главное, чтобы кормили вкусно.

И я отправился изучать зал. Точнее, искать, где тут кормят. Нашел длинные столы с закусками. Правда, закуски были какие-то мелкие, на один укус. Я взял штук десять разных канапе, так их назвала какая-то женщина рядом, и начал методично их уничтожать.

— Вроде богатеи, а закуски мелкие, — пробормотал я, запихивая в рот очередную креветку на шпажке. — В чем смысл?

— Господин Торн!

Обернулся. Александр Войд шел ко мне с таким лицом, будто я только что осквернил священную реликвию.

— Вы не можете просто так разгуливать по залу! У вас есть отведенная зона!

— А кто мне запретит? — усмехнулся я, взяв еще пару закусок, запечённая курочка с оливкой была что надо. — Ты?

Войд открыл рот для ответа, но его прервал женский голос:

— Александр, прошу, не докучайте моему гостю. В конце концов, никто не удосужился объяснить ему правила.

Я обернулся и на секунду забыл, что я вообще тут делаю. Ничего не скажешь, эффектно.

Передо мной стояла женщина, которая выглядела так, будто сошла с обложки журнала для очень богатых и очень взыскательных людей. Смуглая кожа цвета кофе с молоком, длинные черные волосы, собранные в сложную прическу с золотыми заколками. Платье того же золотого цвета с глубоким декольте и разрезом до бедра, открывающим длинные, идеальные ноги. Но главное — глаза. Карие, с золотистыми искорками, смотрящие с таким интересом, будто я самая занимательная вещь в этом зале.

Ей было лет тридцать пять на вид, хотя на деле, думаю, больше, и эта зрелость только добавляла шарма. Она напомнила мне красавиц из южных земель, которых я встречал много лет назад, еще до Великого Портала. Жаркие, страстные, дикие в постели… Эддарда пришлось за ноги утаскивать из этих земель. Он клялся, что поселится там.

— Простите за Александра, — продолжила она, подходя ближе. Двигалась она как большая кошка: плавно, грациозно, опасно. — Он иногда слишком серьезно относится к протоколу.

— Госпожа Мерсер, — начал Войд, но она подняла руку, останавливая его.

Я улыбнулся своей лучшей улыбкой.

— Если бы мне сказали, что аукцион организует столь очаровательная женщина, я бы приехал раньше.

Женщина мелодично рассмеялась.

— О, вы льстец, господин Торн. Но мне нравится, — она протянула мне руку с явным намеком. — Аурелия Мерсер. Рада наконец познакомиться с легендарным спасителем города.

Я взял ее ладонь, решив в этот раз поиграть по правилам, и нежно поцеловал тыльную сторону. Некоторые жесты не выходят из моды, даже спустя тысячелетие.

— Дарион Торн. И поверьте, удовольствие целиком мое.

Аурелия повернулась к удаляющемуся Войду.

— Вот видишь, Александр? А ты говорил — варвар. Разве варвары могут быть столь галантными?

Войд пробормотал какие-то извинения и окончательно ретировался.

Аурелия снова посмотрела на меня, и в ее взгляде читалось нечто большее, чем просто светский интерес.

— Господин Торн, позвольте мне показать вам наше заведение. Уверена, вам будет интересно увидеть, как проводятся аукционы в Верхнем Доминусе.

Она подала мне руку, и я галантно предложил ей локоть. Кайден смотрел на нас с открытым ртом из нашего угла, не понимая, как все обернулось именно так.

— Буду рад, — ответил я.

И мы пошли через зал, привлекая взгляды всех присутствующих. Аурелия Мерсер, одна из самых влиятельных женщин континента, вела под руку какого-то простолюдина из среднего города. Шепотки поползли по залу как рябь по воде.

День обещал быть интересным.

Глава 3. Поводок для дракона

Аурелия вела меня через зал, и я не мог не заметить, как изменялась атмосфера вокруг нас. Разговоры стихали при нашем приближении, чтобы возобновиться с удвоенной силой за спиной. Взгляды следовали за нами — любопытные, завистливые, недоуменные. Но смотрели они не на меня. Все внимание было приковано к женщине, взявшей меня под руку.

Аурелия Мерсер двигалась через толпу аристократов как акула через косяк мелкой рыбешки. Грациозно, опасно, с полным осознанием своего превосходства. Ее золотое платье переливалось при каждом движении, а каблуки отбивали четкий ритм по мраморному полу. Драгоценности на ее шее и запястьях стоили, наверное, больше, чем весь средний город зарабатывал за год.

— Вы наслаждаетесь вниманием, господин Торн? — спросила она, не поворачивая головы.

— Терпеть не могу, — честно ответил я. — Предпочитаю оставаться в тени. Меньше идиотов пытается что-то доказать. Потом еще обижаются, что платят за разрушения.

Она мелодично рассмеялась, и звук этот привлек еще больше взглядов.

— О, но вы же понимаете, что после сегодняшнего вечера о тенях можете забыть? Аурелия Мерсер не выбирает себе в спутники кого попало.

— И зачем вам это? — спросил я прямо, наблюдая, как какой-то пожилой аристократ в монокле едва не выронил бокал, увидев нас. — Не верю, что дело только в моей неотразимой харизме.

Аурелия остановилась у огромного окна с видом на ночной Верхний Доминус. Огни небоскребов создавали иллюзию звездного неба, упавшего на землю. Летающие платформы проносились между зданиями, оставляя светящиеся следы в воздухе.

— Вы умнее, чем кажетесь, — сказала она, поворачиваясь ко мне. В отражении окна я видел, как несколько дам за нашими спинами яростно перешептываются. Да уж, наша пара явно породит кучу нелепых слухов. — Большинство на вашем месте уже растаяли бы от гордости. Сама Аурелия Мерсер обратила на них внимание! Но вы… вы анализируете. Расчетливо оцениваете ситуацию.

— Годы практики, — пожал я плечами. — Когда каждый второй пытается тебя убить, а каждый третий — использовать, учишься читать между строк. Если что-то происходит, значит, надо просто найти, кому это выгодно, не правда ли?

— Прекрасно! — ее глаза блеснули золотистыми искрами. — Тогда скажу прямо. Да, я вижу в этом выгоду. И поверьте, Дарион, она есть для обеих сторон.

— Сомневаюсь, что моя выгода будет соответствовать вашему определению этого слова.

— Не будьте так скептичны. Вы получите доступ к ресурсам, о которых даже не мечтали. Связи, возможности, власть. Разломы, которые есть только в Верхнем Доминусе. А я…

Договорить она не успела.

Двери зала распахнулись с такой силой, что едва не слетели с петель. Хрустальная люстра у входа опасно закачалась. В проеме стоял мужчина лет пятидесяти, с лицом, багровым от ярости. Седеющие волосы были растрепаны, дорогой костюм помят, словно он бежал сюда, не разбирая дороги. На его пиджаке я заметил герб — черный ворон на серебряном поле.

— ГДЕ ОНА?! — проревел он на весь зал, и его голос эхом отразился от высоких потолков. — ГДЕ АУРЕЛИЯ МЕРСЕР?!

Музыка мгновенно стихла. Официанты замерли с подносами в руках. Даже шампанское в бокалах, казалось, перестало пузыриться.

Охрана мгновенно среагировала. Десяток людей в черной форме окружили незваного гостя, но он даже не обратил на них внимания. Его глаза метались по залу, пока не остановились на нас.

— Клан Роуэн! — продолжал орать мужчина, и слюна летела изо рта. — Один из тех, кто стоял у истоков этого чертова города! Мы строили Верхний Доминус, когда Мерсеры еще торговали тряпками на рынке! Мой прадед заложил первый камень в фундамент Стены! И теперь нас даже не пригласили?! НАС?!

Я почувствовал, как Аурелия рядом со мной напряглась. Но не от страха — от предвкушения. Как кошка перед прыжком на мышь, которую она до этого специально загнала в угол. Ее пальцы на моем локте чуть сжались, и я понял, сейчас будет представление.

— Лорд Каэлен, — произнесла она громко и четко, так, что весь зал услышал. Ее голос разнесся по залу как удар колокола. — Какая неожиданность.

Девушка отпустила меня и сделала несколько шагов вперед, и толпа расступилась перед ней. Кто с почтением, а кто-то и со страхом. Действительно, интересная аристократка — умеет производить впечатление.

— Почему я не получил приглашения?! — мужчина дрожал от ярости. — Ты прекрасно знаешь причину, почему этот аукцион важен для меня. Для всего высшего света! Это оскорбление! Унижение! Плевок в лицо традициям!

— О, простите, — Аурелия изобразила удивление так фальшиво, что даже слепой понял бы, что она издевается. — Должно быть, произошла ошибка. Видите ли, приглашения рассылались на основе текущего влияния и финансового состояния. Не более того и я на это никак не могла повлиять.

Она сделала паузу, наслаждаясь моментом. Весь зал затаил дыхание.

— И по нашим данным, клан Роуэн… как бы это помягче… недотягивает до необходимого уровня. Ваши активы упали на сорок процентов за последний квартал. Влияние в Совете стремится к нулю. Даже ваша дочь сбежала с каким-то музыкантом из среднего города, не так ли?

Гробовая тишина. Музыканты перестали дышать, будто почувствовав вину за своего коллегу. Все понимали, что Аурелия только что публично уничтожила один из старейших кланов. Я видел, как некоторые аристократы незаметно отодвигались от Роуэна, словно его неудача была заразной.

— Как ты смеешь… — начал Роуэн, но она подняла руку, останавливая его.

— Однако! — продолжила Аурелия таким тоном, будто объясняла что-то особенно тупому ребенку. — Вы должны понимать, что у Верхнего Доминуса есть рейтинг. И он постоянно меняется.

Я понял, к чему она ведет, за секунду до того, как женщина произнесла следующую фразу. Хитрая лиса. Она с самого начала все спланировала.

— Организация «Последний Предел» из среднего города. Во главе с господином Торном на данный момент получила влияние и богатство большее, чем имеете вы, Лорд Каэлен. Видите ли, даже организация из-за Стены оказалась более… интересной, чем ваш клан.

Мастерский ход. Она одним выстрелом убила трех зайцев: унизила ослабевший клан, показала всем мою значимость и сделала меня мишенью для гнева аристократа. За сотню лет сражений я уже и позабыл все эти хитрые уловки.

Лицо Каэлена стало пурпурным. Вены на висках вздулись, руки сжались в кулаки так сильно, что костяшки побелели. Он медленно повернулся ко мне, и в его глазах я увидел чистую, неразбавленную ненависть.

— Ты… — прошипел он, и в его голосе было столько яда, что можно было отравить небольшой город. — Какой-то выскочка из помойки… занял место клана Роуэн?

— Не я выбирал рассадку, — спокойно ответил я, небрежно поправляя рукава, все же костюм был не очень удобным. — Претензии к организаторам.

— Не смей со мной так разговаривать, грязь!

Он шагнул ко мне, и воздух вокруг него задрожал. Аура S-рангового Охотника обрушилась на зал как молот. Бокалы на столах затрещали. Некоторые дамы пошатнулись, едва не упав в обморок. Мужчины посильнее попятились к стенам, хватаясь за что попало. Все же не каждый из высшего света был Охотником. А охрана? Как удачно, что она ничего не делала. Да уж, даже приятно, что я в первом ряду на таком спектакле.

— Я вызываю тебя на поединок! — проревел Роуэн, и окна задрожали от его голоса. — Прямо здесь и сейчас! Докажи, что достоин занимать место, предназначенное для благородных! Или умри как собака, которой ты являешься!

Его аура давила, пыталась заставить меня упасть на колени. Магическое давление — штука неприятная для обычных людей, тем более от столь сильного мага. Температура упала градусов на десять, в воздухе появились искры статического электричества. Несколько люстр начали раскачиваться, а мраморный пол под ногами Роуэна покрылся трещинами.

Я зевнул.

Не демонстративно, не специально. Просто зевнул от скуки, прикрыв рот рукой. Потом потянулся, хрустнув суставами. Собственно, почему бы и нет?

— Уж прости, — сказал я. — Долгий день. Ты закончил свое представление или желаешь еще покричать? Я не тороплюсь, выговорись. Это, говорят, полезно для психики.

Роуэн опешил. Его аура не просто не действовала на меня — я вообще ее не замечал. Как не замечают легкий ветерок. Для человека, привыкшего подавлять других своей силой, это было наверняка ошеломляюще.

— Как… как ты…

— Слушай, — я сделал шаг вперед, и он инстинктивно отступил. — Понимаю, обидно. Не позвали на праздник, печалька. Но орать как базарная баба — это перебор. Тебе не кажется? У вас же тут вроде как высшее общество, манеры и все такое. К тому же я не привык избивать пенсионеров.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ!

Его аура вспыхнула еще ярче. Электрические разряды заплясали по стенам, оставляя черные следы на обоях. Несколько бокалов лопнуло от перепада давления, шампанское брызнуло фонтанами. Картины попадали со стен. Впечатляюще. Для провинциального городка.

Я вздохнул и выпустил собственную энергию. Не ауру, просто капельку внутренней силы. Процента два от максимума, не больше. Меньше, чем я тратил на утреннюю разминку.

Эффект был мгновенным.

Аура Роуэна погасла как задутая свеча. Просто исчезла, будто ее и не было. Электричество пропало, температура нормализовалась, давление исчезло. Люстры перестали раскачиваться.

А сам лорд Роуэн…

Он стоял передо мной с выражением абсолютного, животного ужаса на лице. Его глаза расширились так, что было видно белки и полопавшиеся капилляры. Челюсть отвисла, из уголка рта потекла струйка слюны. Руки задрожали, как у алкоголика в завязке.

Он почувствовал разницу в наших силах. Не просто разницу — пропасть. Бездну. Если его аура была костром, то моя — спящим вулканом, готовым уничтожить континент.

— Что… какого черта? Кто ты такой? — прошептал мужчина, делая еще шаг назад. На лбу выступил холодный пот.

— Просто парень, который хочет спокойно поесть, — ответил я. — Но ты мешаешь. Так что-либо успокойся и веди себя прилично, либо я помогу тебе успокоиться. Скорее всего, навсегда.

В моем голосе не было угрозы. Просто констатация факта. Как «вода мокрая» или «огонь горячий». И именно это напугало его, похоже, больше всего. А ведь я думал, что этот аристократ будет более стойким, все же Охотник S-ранг. Разочарование.

— Думаешь, раз ты сильный, можешь делать что хочешь? — попытался он собрать остатки достоинства, но голос отчаянно дрожал.

— Нет, — покачал я головой. — Я делаю что хочу, потому что мне плевать на ваши правила. А сила просто помогает избежать последствий. Ты закончил?

Роуэн открыл рот, закрыл, снова открыл. Он выглядел как рыба, выброшенная на берег. Его лицо приобрело интересный зеленоватый оттенок.

— Это… это не конец, — выдавил он, отступая еще на шаг.

— Конечно, нет, — согласился я. — Но сегодня — конец твоего выступления.

Люди в черной форме уже окружили так называемого лорда плотным кольцом, видимо, посчитали, что пора заканчивать.

— Уведите лорда Роуэна, — приказала Аурелия, и ее голос прозвучал как приговор. — Он просто перенервничал. Будьте аккуратны, он все же аристократ.

— НЕТ! — заорал Роуэн, когда охранники взяли его под локти. — Вы не понимаете! Этот человек — чудовище! Он опасен! Он…

Но его уже выволакивали из зала. Крики постепенно стихли за закрывшимися дверями.

Весь зал молчал. Сотни глаз смотрели на меня с выражением шока и… восхищения? Я только что сделал то, что считалось невозможным — публично унизил S-рангового Охотника, даже толком не пошевелившись. А самое забавное, что мало кто понял, что произошло, потому что моя энергия была направлена только на этого аристократа.

Первым тишину нарушил аплодисмент. Одинокий, медленный хлопок. Я повернулся и увидел мужчину лет сорока в военной форме с множеством орденов.

— Браво, — сказал он. — Давно пора было поставить Роуэна на место.

К нему присоединился еще кто-то. Потом еще. Через минуту весь зал аплодировал. Лицемерные ублюдки. Минуту назад они сочувствовали Роуэну, а теперь радовались его унижению. Впрочем, все любят зрелища и не любят оказываться на стороне проигравших — в этом человечество ни капли не изменилось.

Я повернулся к Аурелии. Она смотрела на меня с выражением, которое было смесью восторга, возбуждения и… голода? Определенно голода. Как хищница, нашедшая достойную добычу.

Я подошел к ней вплотную, так, что наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Запах ее духов — что-то восточное, с нотками жасмина — ударил в нос. И сказал тихо, но так, чтобы она точно услышала каждое слово:

— Неплохой спектакль. Но в следующий раз, когда решишь использовать меня в качестве цепного пса, убедись, что поводок достаточно крепкий.

В ее глазах вспыхнуло что-то опасное. Но не гнев — интерес. Будто я только что из скучной игрушки превратился в захватывающую головоломку.

— Вы гораздо умнее, чем я думала, — прошептала она в ответ, и ее дыхание коснулось моей щеки.

— А вы гораздо опаснее, чем притворяетесь, — парировал я. — Так что давайте договоримся: вы играете в свои игры, я в свои. И желательно, чтобы они не пересекались.

— Договорились, — она улыбнулась той улыбкой, которая обещала, что договор будет нарушен при первой же возможности. — Пока.

Я развернулся и направился обратно к столу с закусками, оставив Аурелию позади. Весь зал расступался передо мной, как будто я был прокаженным. Или божеством. В их мире это часто было одно и то же.

По пути ко мне пытались подойти несколько человек.

— Господин Торн, позвольте представиться, я представляю клан…

— Неинтересно, — отрезал я, не останавливаясь.

— Но я хотел предложить…

— Все предложения через «Последний Предел». Письменно. В трех экземплярах. Заверенные нотариально.

Мужчина остался стоять с открытым ртом. Кайден часто посылал таким образом неинтересные предложения. Работало безотказно.

Кстати о нем, парень за эти мгновения оказался рядом со мной и сейчас выглядел так, будто его одновременно ударили по голове и объявили королем мира.

— Дарион… — начал он, но слова, похоже, застряли в горле. — Ты… это было…

— Скучно, — закончил я за него, запихивая в рот очередное канапе с лососем. Неплохой лосось, кстати. — Терпеть не могу истерящих аристократов.

— Скучно?! — Кайден чуть не подавился воздухом. — Ты только что публично унизил главу клана Роуэн! S-рангового Охотника! И отшил Аурелию Мерсер!

— Ну, отшил — это сильно сказано. Скорее, вернул ее в реальность. Ну так и чего?

— Чего?! Дарион, ты понимаешь, что наделал? Все здесь будут говорить только об этом! «Последний Предел» за один вечер стал известен на весь Верхний Доминус!

Я посмотрел на него и вздохнул, взяв еще пару канапе — с икрой на этот раз.

— Кайден, послушай внимательно. Эти люди, — я обвел рукой зал, где аристократы уже вернулись к своим разговорам, и напрочь забыли о нас, — играют в свои игры власти. Кто кого унизил, кто на ком женился, кто кого разорил. Им скучно, и они развлекаются, дергая друг друга за ниточки.

— Но ведь мы теперь тоже в этой игре!

— Нет, — покачал я головой, прикончив канапе. — Мы не в их игре. Мы создаем свою. И правила в ней будем устанавливать мы. Видишь вон того толстяка в фиолетовом? Он уже третий раз пытается подойти. Готов спорить, хочет предложить какую-то сделку.

Кайден проследил за моим взглядом и увидел пузатого мужчину, который, действительно, топтался неподалеку.

— Это глава торгового дома «Северный Ветер», — опознал его Кайден. — Очень влиятельная организация.

— Видишь ли, Мерсер показала всем, что мы теперь одни из них. Кому-то это не понравится, кто-то сразу решит наладить контакт. Это так банально и старо, что даже не нуждается в озвучивании.

Кайден задумался, переваривая мои слова.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что эти павлины привыкли драться по своим правилам. Политика, интриги, подковерные игры. Но что будет, если кто-то откажется играть по их правилам? Если вместо интриг просто возьмет и покажет силу?

— Они не смогут ничего сделать, — медленно произнес Кайден. — Потому что не готовы к такому.

— Именно. Они будут пытаться втянуть нас в свои схемы, но мы просто будем делать то, что считаем нужным. Пусть подстраиваются.

— Это… это либо гениально, либо самоубийственно, — прошептал парень, но глаза его в этот момент горели.

— Обычно это одно и то же, — усмехнулся я. — Расслабься, Кайден. Наслаждайся вечером. Больше такой скандал я устраивать не буду. Сегодня.

— Почему меня не успокаивает эта оговорка?

Следующие несколько часов прошли в блаженной скуке. Аукцион, ради которого все собрались, оказался унылым парадом богатства. Древние артефакты, редкие материалы из Разломов, магические кристаллы — все это выставлялось на торги, и аристократы яростно перебивали ставки друг друга.

Ведущий аукциона — тощий мужчина с гнусавым голосом — старательно нагнетал ажиотаж вокруг каждого лота.

— Дамы и господа! Следующий лот — Клинок Ледяной Луны! Этот меч выкован из клыка древнего ледяного дракона! Способен замораживать врагов одним прикосновением! Начальная цена — пять миллионов!

Меч, к слову, на мой взгляд, действительно, очень даже ничего. Правда, не для того, чтобы сражаться. Скорее, чтобы повесить на стену и любоваться тем, что потратил на это барахло несколько миллионов.

— Шесть! — крикнул кто-то из зала.

— Семь! — перебил другой голос.

— Восемь!

Я повернулся и увидел молодого человека лет двадцати пяти с надменным лицом и платиновыми волосами. На его пиджаке красовался герб с изображением золотого льва.

— Клан Аврелиус, — прошептал Кайден. — Один из богатейших. Это их наследник, Делий.

Торги продолжались, цена росла. В конце концов, меч ушел за десять миллионов к какому-то старику в военной форме.

Думаю, если бы Ария постаралась и имела необходимые ресурсы… Дать Кайдену идею, что ли, пусть подсуетится? Того и гляди, разбогатеем на созданном ее умелыми руками оружии.

— Следующий лот — Сердце Бури! — объявил ведущий, и помощники вынесли хрустальную сферу размером с человеческую голову. — Артефакт третьей эпохи, позволяющий контролировать погоду в радиусе пятидесяти километров!

— Начальная цена — десять миллионов!

Понеслось. Аристократы кричали цены, перебивая друг друга. Кто-то даже подрался за право сделать ставку первым. Охране пришлось разнимать двух пожилых дам, вцепившихся друг другу в волосы. Вот тебе и высший свет во всей неприглядной красоте.

Кайден тем временем яростно что-то записывал в планшет.

— Что делаешь? — поинтересовался я, доедая уже двадцатое по счету канапе. Этой хренью невозможно наесться, но как же вкусно.

— Анализирую цены, — ответил он, не отрываясь от экрана. — Если мы правильно сыграем, можем неплохо заработать на перепродаже материалов из Разломов. Смотри, они готовы платить в три раза больше рыночной цены за всякую ерунду!

— Капитализм во всей красе.

— Не капитализм, а бизнес, — поправил он. — Кстати, клан Мерсер точно захочет с нами сотрудничать после твоего представления.

Аукцион тянулся еще часа три. Лоты становились все более абсурдными. Чучело какой-то редкой птицы за пять миллионов. Картина неизвестного художника за семь. Даже использованный носовой платок какого-то древнего Охотника продали за миллион.

— Это безумие, — пробормотал Кайден. — Они тратят состояния на хлам!

— Для них это не деньги, а способ показать статус, — объяснил я. — Чем больше потратил на ерунду, тем круче. Так говоришь, будто на аукционах никогда не был.

К концу я уже подумывал просто уйти, но Кайден уговорил остаться «ради приличий». Хотя какие приличия после того, что я устроил с Роуэном, было непонятно.

Наконец, когда последний лот (какая-то древняя ваза, которая якобы приносила удачу) была продана за астрономическую сумму, мероприятие подошло к концу.

Гости начали расходиться. Многие подходили ко мне, пытались завязать разговор, предложить сотрудничество или просто выразить восхищение.

Я отделывался односложными ответами и ледяным взглядом. В какой-то момент вокруг меня образовалась мертвая зона радиусом в пару метров — никто не решался подойти ближе.

— Ты отпугиваешь потенциальных партнеров, — заметил Кайден.

— Поверь, с ними ты вряд ли захочешь иметь дело.

У выхода нас встретил Александр Войд. Мужчина выглядел еще более хмурым, чем обычно. Седая прядь в его волосах казалась серебряной в свете люстр.

— Машина ждет, — сухо сообщил он.

— О, жаль, что не ты повезешь, — сказал я с преувеличенным разочарованием. — Мы ведь так сдружились. Я даже думал оставить чаевые. Может хоть раз, как следует, отдохнул бы.

Войд даже бровью не повел, глядя куда-то в пустоту впереди.

— У меня другие обязанности.

— Конечно-конечно. Важные дела в Верхнем Доминусе. Разносить приглашения наглым простолюдинам.

В его глазах мелькнуло раздражение, но он сдержался.

— Следуйте за мной.

Он привел нас к знакомому черному автомобилю. За рулем сидел молчаливый водитель в темных очках.

— Приятного пути, — бросил Войд и развернулся уходить.

— Когда надоест быть мальчиком на побегушках — приходи. В «Последнем Пределе» всегда найдется место для хорошего воина. Зарплата, соцпакет, корпоративы. Правда, придется иногда нянчиться с идиотами, но это везде так, — усмехнулся я, усаживаясь в машину.

Войд застыл на секунду, потом продолжил идти, не ответив. Но я видел, как напряглись его плечи, как сжались кулаки. Попал в точку.

Мы с Кайденом сели в машину, и она плавно тронулась с места. Город за окнами был все таким же роскошным и холодным. Идеальные улицы, идеальные здания, идеально вылизанные люди. Тошно.

— Зачем ты его провоцируешь? — спросил Кайден после нескольких минут молчания.

— Кого? Войда?

— Да. Он же явно опасный человек. Я видел, как на него реагирует охрана. Они его боятся больше, чем Аурелию Мерсер.

Я откинулся на спинку сиденья, глядя в окно на проносящиеся мимо огни.

— Он воин. Но вынужден изображать прислугу для всяких Мерсеров. Это как запрячь скакового жеребца в плуг.

— И ты решил его таким образом, что ли, спасти?

— Я никого не спасаю, — фыркнул я. — Просто… жаль смотреть, как хороший клинок ржавеет в ножнах. Поводок на его шее так затянут, что он давно забыл, как дышать свободно. А человек без свободы — уже не человек.

Кайден задумчиво кивнул.

— Знаешь, иногда мне кажется, что под твоим цинизмом скрывается романтик.

— А иногда мне кажется, что ты слишком много думаешь, — парировал я. — Лучше расскажи, что полезного ты выяснил на аукционе.

Кайден оживился и начал рассказывать о ценах, тенденциях рынка и потенциальных возможностях для заработка. Что-то про фьючерсы, деривативы и прочую финансовую ахинею, которую я не понимал и понимать не хотел.

— …и если мы выйдем на рынок редких материалов именно сейчас, то сможем занять нишу между средним городом и Верхним Доминусом! — закончил он с горящими глазами.

— Угу, — пробормотал я. — Полностью полагаюсь на тебя в этом непростом деле.

— Спасибо за твое доверие, друг, я не подведу, — улыбнулся он, показав большой палец.

Селестина всегда пинала меня, чтобы я почаще хвалил людей, которые рядом со мной. Это мол, дух боевой поднимает. Я же всегда был убежден, что умасливание, наоборот, расслабляет. Хотя, глядя как Кайден буквально светится… Может, она и была права.

Мы уже подъезжали к Стене, массивной и неприступной. Но мои мысли были далеко отсюда. В прошлом, которое не отпускало даже спустя столько времени.

И вдруг я замер.

На крыше одного из домов мелькнула фигура. Быстрая, грациозная, двигающаяся с нечеловеческой скоростью. Она перепрыгнула на соседнее здание, пробежала по краю и снова прыгнула.

Мое сердце пропустило удар.

Я узнал эту фигуру. Узнал манеру движения — плавную, текучую, как вода. Узнал развевающиеся на ветру длинные волосы. Узнал силуэт.

— Не может быть… — прошептал я, невольно прижимаясь к стеклу.

— Что? — Кайден посмотрел туда же, но фигура уже скрылась за углом. — Что там?

Я не ответил. Не мог ответить. Потому что-то, что я увидел, было невозможно.

Но эти движения… Эту грацию невозможно подделать.

Не думая, я дернул ручку двери и распахнул ее прямо на ходу.

— Дарион! Ты что творишь?! — заорал Кайден. — Мы едем сорок километров в час!

Мне было плевать. Машина ехала по прямой, впереди был перекресток. Я оттолкнулся от сиденья, вылетел из салона и, используя крышу машины как трамплин, прыгнул.

Полет вышел впечатляющим. Я пролетел метров двадцать по инерции и приземлился на тротуар, проехавшись по асфальту. Подошвы ботинок задымились от трения. Прохожие шарахнулись в стороны, кто-то закричал, кто-то достал телефон снимать.

Не обращая внимания на хаос позади, я рванул вперед. Прыжок — и я уже на стене здания, цепляясь за выступы. Еще один — на пожарной лестнице. Третий — и вот я на крыше.

Фигура была уже далеко, но я видел ее. Она двигалась очень быстро, прыгая с крыши на крышу с невероятной легкостью.

Я побежал.

«Шаги по Небу» позволяли мне буквально летать над городом, отталкиваясь от воздуха. Крыша, прыжок, полет, следующая крыша. Расстояние сокращалось.

Фигура заметила погоню и ускорилась. Но я был быстрее. Я всегда был быстрее, несмотря на ее магию.

Она свернула влево, спрыгнув с десятиэтажки. Я последовал за ней, используя стену здания как трамплин. Мы неслись через город как два призрака, не оставляя следов.

Фигура запрыгнула на водонапорную башню, оттолкнулась и полетела к следующему зданию. В полете я увидел ее профиль.

Это лицо… Я помнил каждую черточку, каждую линию. Высокие скулы, прямой нос, упрямый подбородок.

Она приземлилась на крышу какого-то длинного здания, и, спрыгнув, исчезла.

Я рванул вниз, но в тот же момент пришлось сгруппироваться и уйти в сторону. Три стрелы пролетели мимо меня в опасной близости, оставляя голубой след энергии.

Но они и не должны были попасть. Отвлекающий маневр, чтобы…

Едва я приземлился, именно там, где было нужно тому, кого я преследовал. Девушка напрыгнула на меня сзади, сцепив ноги спереди, и приставив изогнутый кинжал к горлу. В нос ударил мягкий запах ванили, краем глаза я увидел золотистые волосы и невольно улыбнулся.

— Кто ты? Тебя послал клан Малигаро? — раздался холодный шепот прямо у моего уха, а клинок впился в горло.

Глава 4. Тысячелетнее эхо

Изогнутый кинжал у горла был невероятно острым — я чувствовал, как лезвие едва касается кожи, готовое в любой момент пройти глубже. Девушка сзади держала меня крепко, её ноги обхватили мой пояс, не давая развернуться. Профессиональный захват, выполненный идеально. Почти.

— Я жду ответа, — прошептала она мне на ухо, и от её дыхания по шее пробежали мурашки. — Кто ты и что тебе нужно от моего клана?

Я усмехнулся. Милая девочка думала, что поймала меня. Как трогательно.

— Знаешь, — сказал я спокойно, — обычно я предпочитаю ужин перед такими интимными объятиями. Но для тебя сделаю исключение, раз уж ты настаиваешь на более тесном общении.

Резким движением я схватил её запястье с кинжалом и дернул вперед, одновременно наклоняясь. Девушка перелетела через мою спину, но в воздухе умудрилась извернуться, как кошка, и приземлиться на ноги в пяти метрах от меня. Впечатляюще. Явно тренировалась с детства.

Она выпрямилась, и я наконец смог её рассмотреть. Золотистые волосы, собранные в высокий хвост, голубые глаза с золотыми искорками — черта, которую я отлично помнил. Высокие скулы, упрямый подбородок, атлетичная фигура в облегающем боевом костюме тёмно-синего цвета. Лет двадцать пять на вид, может, чуть меньше.

Но самое поразительное — она, действительно, была копией близняшек Синкроф. Та же грация в движениях, тот же наклон головы при оценке противника, даже манера держать оружие. Удивительно.

Девушка убрала кинжал и вытянула левую руку вперед. Воздух вокруг её ладони задрожал, засверкал золотистыми искрами. Энергия начала собираться, закручиваясь в спираль. Сначала появился контур — тонкая золотая линия, изогнутая как натянутая тетива. Потом линия уплотнилась, обрела объём. Рукоять формировалась из чистого света, переливаясь всеми оттенками золота — от бледно-жёлтого до насыщенного янтарного.

Плечи лука изогнулись с идеальной симметрией, на их поверхности проступили руны. Тетива материализовалась последней — тонкая нить чистой энергии, вибрирующая от напряжения. Весь процесс занял меньше секунды, но выглядел как сотворение чего-то прекрасного.

Был бы сентиментальным, точно бы расплакался, ну прям один в один с тем, что я помнил.

Девушка натянула тетиву, и на ней появилась стрела из того же золотого света. Наконечник был острым как бритва, древко идеально прямым, оперение трепетало, несмотря на отсутствие ветра.

— Впечатляет, — кивнул я. — Но одной стрелы маловато, не находишь? Я думал, Синкроф умеют больше. Неужели деградация?

Она улыбнулась. Холодно, уверенно. Воздух вокруг девушки замерцал, как летний зной над раскалённым асфальтом. Из ряби начали появляться фигуры — сначала полупрозрачные, потом всё более чёткие. Десять идеальных копий девушки материализовались вокруг меня, формируя круг. Каждая держала такой же световой лук, каждая целилась мне в голову.

Миражи были настолько реалистичными, что я даже слышал их дыхание. Магия иллюзий высшего уровня, смешанная с материализацией оружия. Очень, очень неплохо. Селестина гордилась бы такой наследницей своих техник.

— Теперь поговорим, — сказала она, и все одиннадцать версий произнесли это одновременно, создавая жуткий эффект эха. — Кто ты? Говори, или я выпущу все стрелы одновременно.

Я медленно прошёлся по кругу, разглядывая миражи. Каждый следил за мной взглядом, поворачивая луки. Синхронность была идеальной — ни одного сбоя, ни малейшей задержки. Такое, действительно, могло сбить с толку.

— Неплохо, неплохо, — сказал я, засунув руки в карманы. — Ты совместила магию и стрельбу из лука. Очень способная девочка. Кто был твоим предком — Лилиана или Селестина Синкроф?

Эффект моих слов был мгновенным. Все миражи дёрнулись, на секунду потеряв чёткость. Глаза оригинальной девушки расширились от шока, рука с луком дрогнула.

— Откуда… откуда ты знаешь эти имена?! — выдохнула она, и остальные копии эхом повторили вопрос. — Эти имена известны только старейшинам клана! Говори, иначе я выстрелю!

— Можешь попробовать, — усмехнулся я, глядя ей прямо в глаза. — Но ни одна стрела не найдёт цель. Я просто не позволю им долететь.

— Самоуверенный идиот! — прошипела блондинка.

— Не самоуверенный, а опытный. Впрочем… — я сделал паузу, изображая задумчивость. — Если ты владеешь Меткой Истинного Выстрела, как твои предки, тогда да, будет тяжеловато. Но что-то мне подсказывает, что эту технику уже давно никто не помнит. Неправда ли?

Очередной шок. Девушка опустила лук, миражи начали мерцать.

— Метка Истинного Выстрела? Что это? Откуда ты знаешь о техниках, которых нет ни в одной летописи?

— О, так ты даже не знаешь о фамильной технике собственного клана? — я покачал головой с преувеличенным разочарованием. — Печально. Селестина могла выпустить стрелу, которая преследовала цель через пространство и время. Однажды она выстрелила в демона утром, а стрела настигла его через три дня в другом королевстве.

— Это… это невозможно, — прошептала девушка.

— Для твоих почтенных предков ничего невозможного не было. Лилиана могла создать тысячу иллюзий, каждая из которых была способна убить. А Селестина… её стрелы пробивали даже драконью чешую. Хотя, — я ухмыльнулся, — обе были ужасными в готовке. Однажды они пытались сварить суп и умудрились поджечь воду. До сих пор не понимаю, как им это удалось. Но подозреваю, что Эддард плеснул туда свое хрючево, пока никто не видел. Хорошо еще хоть не взорвалось.

Девушка смотрела на меня так, будто я внезапно отрастил крылья.

— Ты говоришь о них, как будто… как будто знал лично. Не понимаю…

— На мгновение даже забылся, — признался я, разглядывая её лицо. — Ты вылитая копия близняшек Синкроф. Та же форма глаз, тот же упрямый подбородок, даже родинка на шее в том же месте, что была у Лилианы. Надо же, бывает такое — спустя тысячу лет рождается кто-то настолько похожий на тех, кого я… Впрочем, неважно.

Миражи исчезли один за другим, растворяясь в воздухе как утренний туман. Лук в руках девушки распался на золотые искры, которые медленно погасли. Она стояла передо мной, явно пытаясь осмыслить услышанное.

— Никто не знает родословную нашего клана настолько далеко, — медленно произнесла она, даже не сомневаясь в том, что это не просто произнесенная наугад чушь. — Записи о первых поколениях хранятся очень тщательно. Откуда тебе известны эти имена?

— Ну, тебе они известны, — пожал я плечами, не удостоив ее вопросы ответами. — Это уже что-то. Возможно, ты знаешь и про войну с демонами? Великий Поход? Закрытие порталов? Нет? Советую почитать историю, полезно для общего развития.

— Война с демонами… — она нахмурилась. — В семейных преданиях есть упоминания о какой-то великой битве, но детали… Постой, откуда ты вообще? Если ты из клана Малигаро…

— Малигаро? — я фыркнул. — Без понятия кто это. Я из организации «Последний Предел», базируемся мы в среднем Доминусе. Может, слышала? Мы недавно город спасли, газеты об этом трубят до сих пор.

Девушка заметно расслабилась. Напряжение в плечах спало, боевая стойка сменилась обычной позой.

— Так ты не из Верхнего Доминуса? И не от Малигаро?

— А с чего ты взяла, что я от них? — даже немного возмутился я этой ее настойчивости. — Просто увидел знакомые движения и решил догнать. Ностальгия, знаешь ли. К слову, как зовут столь талантливую наследницу легендарного клана?

Она помолчала, явно решая, стоит ли отвечать.

— Брина Синкроф, — наконец сказала она. — Клан Синкроф входит в Совет Двенадцати, управляющий Империей. Как можно подобного не знать? — тихо добавила девушка под конец.

— О, так хоть кто-то из потомков моих друзей получил заслуженное место, — кивнул я с удовлетворением. — Приятно знать, что их наследие не пропало даром.

В этот момент на крышу выбежала целая толпа людей в чёрной форме. Охрана Мерсеров, судя по эмблемам на груди. Они запыхались, явно бежали на пределе возможностей.

— Господин Торн! — закричал один из них, едва переводя дыхание. — Пожалуйста, вернитесь в машину! Госпожа Мерсер приказала обеспечить вашу безопасность! Мы отвечаем головой за ваше благополучие!

Второй охранник упал на колени — театральный жест, но удивительно эффектный.

— Умоляем, господин Торн! Если с вами что-то случится, госпожа Мерсер нас казнит! У меня трое детей! У него — ипотека! У того — больная мать! Пожалуйста!

Я закатил глаза. Аурелия Мерсер и её игры. Теперь ещё и охрану использует для эмоционального шантажа. Безопасность? Ну да, как же, как будто я поверю в эту сцену.

— Ладно-ладно, — махнул я рукой. — Раз вы так просите, пойдёмте. Не хочу быть причиной чьих-то семейных трагедий.

Я развернулся и пошёл к лестнице.

— Постой! Я так и не узнала твое имя. У меня к тебе так много вопросов.

— Дарион Торн — махнул я рукой. — У всех ко мне много вопросов, жаль, что ответы обычно никому не нравятся.

***

Леон Монтильяр вытер пот со лба, медленно опустив катану. Вокруг него в тренировочном зале «Последнего Предела» валялись разбитые на крупные обломки манекены, а на стенах остались глубокие борозды от ледяных атак. Тренировка прошла продуктивно. После закрытия очередного B-рангового Разлома утром он чувствовал себя полным сил.

— Отличная работа в Разломе, Леон! — крикнул Эрик, проходя мимо. — Твоя ледяная стена спасла нам задницы, когда те твари прорвались с фланга.

— Да, чувак, ты был крут! — добавила Мари, закидывая лук на плечо. — Как ты вообще так быстро реагируешь?

Леон пожал плечами, стараясь выглядеть скромным, хотя внутри распирало от гордости. После того как он получил силу от Верагона, его способности выросли в разы. Он чувствовал себя быстрее, сильнее. Каждое движение давалось легче, каждая техника получалась чище. И тем не менее даже к этому необходимо было приспособиться, чем, собственно, он и занимался.

— Просто тренируюсь, — ответил он.

— Тренируешься? — раздался насмешливый голос от входа. — Вот уж не думал, что крыса из клана Монтильяр способна на что-то большее, чем позорить фамильную честь.

Леон обернулся и нахмурился. В дверях стоял молодой человек его возраста — высокий, с пепельными волосами и холодными серыми глазами. Дорогой костюм, осанка высокородного отпрыска, на пальце перстень с гербом клана Монтильяр.

— Лекс, — процедил Леон. — Какого чёрта ты здесь делаешь?

Лекс Монтильяр — его троюродный брат из побочной ветви клана. Они никогда не ладили, но после того, что устроил Риверс, отношения стали откровенно враждебными.

— Пришёл посмотреть на позор нашего клана, — Лекс вошёл в зал, брезгливо оглядываясь. — Знаешь, что говорят в высшем обществе? Что братья Монтильяр — один предатель, другой неудачник. Риверс запятнал нашу честь своим безумием, а ты… ты прячешься здесь, среди простолюдинов.

Охотники в зале напряглись. Эрик сжал кулаки, Мари потянулась к луку. Но Леон поднял руку, останавливая их.

— Мой брат сам выбрал свой путь, — спокойно сказал он. — Он давно добровольно вышел из клана. И я не отвечаю за его ошибки.

— Не отвечаешь? — Лекс шагнул ближе. — Из-за вас двоих весь клан стал посмешищем! Нас исключили из трёх советов, отозвали инвестиции, даже место в опере отобрали! И всё из-за того, что ваша ветвь не смогла удержать своего выродка под контролем!

— Выбирай слова осторожнее, — предупредил Леон, его голос стал ледяным. — Риверс может быть кем угодно, но он мой брат.

— Твой брат — психопат и убийца! — выплюнул Лекс. — И ты такой же слабак, как и он! Прячешься за спинами наёмников, играешь в героя… Ты позоришь фамилию Монтильяр самим своим существованием!

Тишина повисла в зале. Леон медленно поднял катану, и температура вокруг упала на несколько градусов.

— Хочешь выяснить, кто из нас, действительно, слабак? — тихо спросил он. — Попробуй, результат тебе не понравится.

Лекс усмехнулся и щёлкнул пальцами. Воздух вокруг его рук замерцал, и в них материализовались два коротких меча из чистой энергии, полупрозрачные, но явно смертоносные.

— Что ж, я думал, ты не примешь дуэль от меня, — сказал он с превосходством. — Как видишь, я владею фамильной техникой истинной ветви Монтильяр, в отличие от тебя. Она же тебе так и не далась, бедный Леон, — произнес парень насмешливо, демонстрируя мечи. — С радостью преподам тебе урок, младшенький.

Леон сжал рукоять катаны и внезапно почувствовал странное тепло внутри. Словно что-то проснулось, откликаясь на вызов. Сила Верагона, дремавшая в нём, неожиданно зашевелилась.

Из-под ног обоих дуэлянтов внезапно вырвался столб света — мягкого, золотистого, похожего на утреннее солнце. Свет не слепил, но ощущался почти физически, как тёплое объятие. Он поднялся на три метра вверх, закрутился спиралью и затем резко опал, растекаясь по полу.

На каменном полу остался идеальный круг диаметром двадцать метров. Граница была чёткой — золотая линия, пульсирующая внутренним светом. Внутри круга воздух казался плотнее, насыщеннее, живее.

— Какого чёрта?! — Лекс отшатнулся, его призрачные мечи замерцали. — Что это за магия?

Леон почему-то знал ответ на этот вопрос, хотя и видел это впервые. Он чувствовал это каждой клеточкой тела — Доминион Поединка, дар Верагона. Священное пространство дуэли, где решается судьба бойцов. И внутри этого круга он был сильнее. Намного сильнее.

— Это поле чести, — сказал Леон, и его голос прозвучал иначе — увереннее, властнее. — Здесь мы выясним, кто достоин носить фамилию Монтильяр на самом деле.

Лекс нервно сглотнул, но отступать было поздно. Он поднял призрачные мечи и ринулся в атаку.

Его стиль был агрессивным: яростные выпады, широкие рубящие удары, постоянное давление. Призрачные клинки оставляли светящиеся следы в воздухе, и там, где они касались пола, оставались глубокие борозды. Магия призыва позволяла ему изменять длину и форму оружия на ходу: мечи то удлинялись, превращаясь в копья, то расширялись, становясь секирами.

Но Леон видел всё.

Внутри Доминиона его восприятие обострилось до невероятного уровня. Он замечал, как Лекс чуть напрягает плечо перед выпадом вправо. Видел, как его дыхание учащается перед серией быстрых ударов. Чувствовал колебания магической энергии за мгновение до того, как мечи меняли форму.

Первый выпад, и Леон отклонился влево, и призрачное лезвие прошло в миллиметре от его лица.

Второй удар сверху он парировал катаной, и лёд мгновенно покрыл призрачный меч, заставив Лекса отдёрнуть руку.

Третья атака, горизонтальный взмах. Леон пригнулся и провёл контратаку, полоснув по ноге противника.

— Чёрт! — Лекс отскочил, на его бедре расплывалось красное пятно. — Как ты…

Он не договорил. Леон атаковал — быстро, точно, без лишних движений. Катана двигалась как продолжение его руки, а ледяная магия усиливала каждый удар. Воздух вокруг лезвия кристаллизовался, оставляя морозные узоры.

Лекс отчаянно защищался, но было видно, что он проигрывает. Каждый его удар Леон либо парировал, либо уклонялся с минимальным движением. А каждая контратака оставляла новую рану — неглубокую, но болезненную.

— Твоя проблема в предсказуемости, — спокойно сказал Леон, уклоняясь от очередного выпада. — Ты слишком полагаешься на силу магии, забывая об основах фехтования.

Он сделал обманное движение влево, Лекс клюнул на финт и открылся. Катана Леона описала дугу, и оба призрачных меча вылетели из рук противника, растворяясь в воздухе.

Лекс попытался призвать новое оружие, но Леон был быстрее. Рукоять катаны врезалась в солнечное сплетение, выбивая воздух из лёгких. Лекс согнулся пополам, открывая рот, как рыба, выброшенная на берег.

Леон мог добить его. Мог унизить, растоптать, отомстить за все оскорбления. Но вместо этого он просто приставил остриё катаны к горлу поверженного противника.

— Дуэль окончена, — произнёс он. — Ты проиграл.

Золотой круг начал меркнуть, Доминион Поединка растворялся. Лекс упал на колени, глядя на Леона снизу вверх с выражением шока и… страха? Последнего Леон никак не ожидал увидеть от родственника.

— Ты… как ты стал таким сильным? — прошептал он. — Эта сила… это не магия клана Монтильяр. Не твои ледяные фокусы!

— Это сила того, кто защищает, а не нападает, — ответил Леон, убирая катану в ножны. — Убирайся отсюда, Лекс. И передай остальным в клане: я не отвечаю за грехи брата, но готов отстоять свою честь и своей семьи.

Лекс поднялся, пошатываясь, и побрёл к выходу. У дверей он обернулся.

— Это ещё не конец, Леон. Клан не простит такого унижения.

— Пусть приходят, — пожал плечами младший Монтильяр. — Я буду ждать.

Когда Лекс ушёл, к Леону подбежали остальные Охотники.

— Чувак, это было невероятно! — восхищённо выдохнул Эрик. — Ты размазал этого придурка!

— И что это был за золотой круг? — спросила Мари. — Я никогда такого не видела!

Леон открыл рот, чтобы ответить, но так и не придумал, что сказать. Как объяснить, что получил силу от бога дуэлей? Что внутри него теперь живёт божественная энергия?

— Новая техника, — уклончиво ответил он. — Ещё совершенствую.

***

Вечером, в своей квартире, Леон рассматривал ладонь. Сила Верагона пульсировала внутри, готовая откликнуться на его зов. Он чувствовал себя другим.

Внезапно воздух в комнате задрожал. Знакомые спецэффекты: блёстки, искры, переливы всех цветов радуги. И вот на его диване материализовался Верагон.

— ЛЕОН! — заорал бог дуэлей, вскакивая. — Ты был ВЕЛИКОЛЕПЕН! Видел я твою дуэльку! Этот Лекс получил по полной программе! БАМ! БУМ! ТРАХ! И он сражен и трясется в страхе! Так должно быть с каждым, кто бросит вызов моему апостолу!

Верагон начал изображать бой, размахивая руками и чуть не опрокинув лампу.

— Ты даже разобрался, как работает Доминион! Большинство моих апостолов месяцами тупили, а ты за раз! Ты крут! Я крут! Мы оба круты!

— Спасибо, наверное? — неуверенно сказал Леон, наблюдая, как бог прыгает по его квартире.

— И знаешь что? Ты заслужил награду! Особую печать одобрения от великого и потрясного Верагона! Ты же согласен? Ну, конечно, ты согласен!

Бог остановился и торжественно сложил руки в сложную печать. Потом замер.

— Так, стоп. Как там было… Большой палец вверх или вниз? Ладони вместе или врозь?

Он несколько раз поменял положение рук, явно не помня правильную последовательность.

— А, к чёрту! Использую шаблон!

Верагон щёлкнул пальцами, и в воздухе появилась светящаяся золотая схема. Он быстро повторил указанные жесты и протянул руку к Леону.

— Готов получить мою божественную печать одобрения?

Леон протянул правую руку, и Верагон коснулся его ладони. Мгновенная боль, словно раскалённое железо прижали к коже. Леон зашипел, но не отдёрнул руку.

На ладони проступил символ. Два скрещённых клинка в круге из рун. Золотой свет пульсировал, делая изображение объёмным. Красиво и впечатляюще.

— Вот! — гордо сказал Верагон. — Теперь ты официально крутой апостол крутого бога! Эта печать даёт тебе… эээ… что-то крутое! Я потом вспомню, что именно! Но, может, ты и сам разберешься.

Бог начал растворяться в воздухе, его фигура становилась полупрозрачной.

— Продолжай в том же духе, Леон! Дуэли, победы, слава! Сделай меня гордым твоими достижениями! Или хотя бы не опозорь.

Но тут его взгляд упал на печать, и величественное выражение сменилось паникой. Среди золотых рун проступили другие символы. Жёсткие, угловатые, почти железного цвета.

— Ох, нет… — прошептал Верагон. — Это же… это же шаблон из папки «Инструменты для младших духов»… Я скопировал… СТОЙ!

Но было поздно. Его фигура полностью исчезла.

Леон озадаченно посмотрел на печать. Она всё ещё светилась, тёплая на ощупь. Среди красивых золотых узоров он теперь различал другие символы, более грубые, властные.

Прошло два часа. Леон пытался читать, готовить ужин, даже смотреть телевизор. Но печать отвлекала. Она словно пульсировала в такт сердцебиению, и от неё исходило странное ощущение… связи?

Любопытство победило. Леон сосредоточился на печати и мысленно «потянул» за невидимую нить, которую чувствовал все это время. В чем-то это было схоже с магическими манипуляциями, но были и отличия, поэтому удалось нащупать это ощущение быстро.

Эффект был мгновенным.

Воздух разорвался с громким хлопком, и на том же месте материализовался Верагон. В руке у него был надкушенный фрукт, похожий на золотое яблоко, а выражение лица было крайне возмущённым.

— …и поэтому нектарины объективно лучше персиков! — закончил он фразу, начатую явно не здесь. Потом осознал, где находится. — КАКОГО ХРЕНА?!

Он уставился на Леона, потом на свою руку с фруктом, потом снова на Леона.

— О нет… ты разобрался, да? Не говори «да»! Пожалуйста, скажи, что ты случайно это сделал!

— Я просто потянул за… ощущение, — честно ответил Леон. — И ты появился.

Верагон побледнел. Потом покраснел. Потом позеленел. Потом принял какой-то фиолетовый оттенок.

— Печать! — взвыл он. — Я перепутал печати! Это не одобрение, это… это…

— Подчинение? — догадался Леон, разглядывая внушительные на вид руны.

— НЕ СМЕЙ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЭТО СЛОВО! — заорал Верагон, но тут же сник. — Хотя… технически… да. Это обязывающий контракт подчинения. Для младших духов и фамильяров.

— И что это значит?

Бог упал на диван и закрыл лицо руками.

— Это значит, что ты можешь призывать меня, когда захочешь. И я обязан явиться.

Леон медленно улыбнулся. Верагон увидел эту улыбку и запаниковал ещё больше.

— Нет-нет-нет! Даже не думай! Я БОГ! Меня нельзя призывать по пустякам! У меня важные божественные дела! Совещания! Вечеринки! Я в очереди в божественный спа-салон!

— Ну так сними ее, раз так не хочешь, — улыбнулся Леон, хотя уже понимал, что к чему.

— Я не могу её снять! — простонал Верагон. — Это обязывающий контракт! Магия старше меня самого! Придётся терпеть год.

— Или пока я сам не сниму печать, — предположил Леон.

— Ты не можешь! Только божественная сила может… — Верагон осёкся. — Хотя, если ты станешь достаточно сильным… Но это невозможно! Смертные не становятся настолько сильными!

Леон рассматривал печать с лёгкой ухмылкой. Он чувствовал связь — короткий поводок для божества. И это ощущение ему определённо нравилось. А то, честно говоря, столь безалаберный бог его несколько пугал именно своей непредсказуемостью и хаосом, что он порождал.

— Не вызывай меня по пустякам! — взмолился Верагон. — Пожалуйста! Я буду хорошим богом! Буду помогать! Только не призывай каждые пять минут!

— Посмотрим, — спокойно ответил Леон.

Верагон заскулил и исчез, оставив после себя только золотые блёстки и запах озона.

Леон откинулся на спинку кресла. День выдался интересным. Очень интересным.

***

Брина Синкроф не могла выкинуть из головы встречу с Дарионом Торном. Его слова крутились в её мыслях, не давая покоя. Откуда он знал имена основательниц клана? Почему говорил о них так, словно знал лично?

Вернувшись в родовое поместье Синкрофов — огромный особняк в самом сердце Верхнего Доминуса — она сразу направилась в библиотеку. Если где и можно было найти ответы, то только там.

Библиотека клана занимала целое крыло особняка. Пять этажей книг, свитков, манускриптов. Некоторым документам было почти тысяча лет. Брина прошла мимо рядов современных изданий, мимо секции с магическими гримуарами, направляясь в самую дальнюю часть — архив.

Здесь хранились самые старые семейные записи. Воздух был спёртым, пыльным, пропитанным запахом старой бумаги и чернил. Брина зажгла магический светильник и начала искать.

Первые свитки были стандартными — генеалогические древа, записи о браках, рождениях, смертях. Но чем глубже она копала, тем, увы, более неполными становились записи.

Наконец, в самом дальнем углу, за грудой рассыпающихся манускриптов, она нашла металлический футляр. Древний, покрытый паутиной, с едва различимым гербом клана.

Внутри был свиток. Хрупкий, пожелтевший, местами истлевший. Брина осторожно развернула его, боясь, что он рассыплется в руках.

Текст был едва различим, многие части полностью стёрлись. Но то, что она смогла прочитать, заставило её сердце забиться быстрее.

«…Селестина и Лилиана Синкроф, близнецы-основательницы нашего рода, были среди тех, кто… [неразборчиво]… конец вторжению тварей из… [стёрто] …порталы были закрыты благодаря… [неразборчиво] …величайшие воины своего времени…»

Дальше шёл длинный фрагмент, полностью уничтоженный временем. Потом снова проступали отдельные фразы:

«…техника Метки Истинного Выстрела была утеряна после… [стёрто] …никто из потомков не смог… [неразборчиво] …сила близнецов была дарована… [стёрто] …вместе с другими героями…»

В самом конце были строки, которые заставили ее брови подскочить от удивления вверх.

— Что ты здесь делаешь?

Брина вздрогнула и обернулась. В дверях архива стоял молодой мужчина — копия её самой, только мужская и более массивная версия. Те же золотистые волосы, те же голубые глаза. Брендон Синкроф, её брат-близнец.

— Исследую семейную историю, — холодно ответила она. — А ты зачем пришёл?

— Искал тебя. Отец спрашивает, как прошла экспедиция в Разлом.

— Отлично. Можешь передать ему, что миссия выполнена успешно.

Брина начала сворачивать свиток, но Брендон подошёл ближе. В его глазах читалось любопытство пополам с подозрением.

— С каких пор ты интересуешься древней историей? — спросил он. — И почему ты в архиве, а не на праздновании успешной миссии?

— С каких пор тебя волнует, чем я занимаюсь? — парировала Брина, убирая свиток в футляр.

Отношения с братом у неё были… сложными. Когда-то в детстве они были неразлучны, как и положено близнецам. Но с годами Брендон становился всё более амбициозным, жестоким, готовым на всё ради власти. Сейчас он занимал пост главы боевого крыла клана и явно метил выше.

— Меня всегда волнует безопасность клана, — ответил Брендон. — И странное поведение наследницы может навредить нашей репутации.

— Наследницы? — Брина усмехнулась. — Ты же старше на три минуты, братец. Именно ты наследник.

— Пока отец не выберет официально, мы оба наследники.

Брина прошла мимо него к выходу, но Брендон схватил её за руку.

— Что ты искала, Брина?

Она вырвала руку и холодно посмотрела на брата.

— Ничего, что касалось бы тебя.

С этими словами она вышла из архива, оставив Брендона одного. Тот подошёл к столу, где лежал футляр, и достал свиток. Его глаза забегали по строкам, впитывая информацию.

В самом конце была ещё одна строка. Почти полностью стёртая, но при правильном освещении можно было разобрать:

«Последний п… лучшие воины. Те кто спас наш мир от… Лилиана и Селестина Синкроф, [стёрто] Стайн, Регул [стёрто], Шейд, Аркариус [стёрто], Д… …орн».

Д… орн. Это могло быть любое имя. Дорн. Даорн. Деорн.

Или Дарион Торн. Именно о нем докладывали ему его люди, что были приставлены наблюдать за сестрой. Вряд ли бы она взяла бы этот свиток, если бы не встреча с этим Охотником.

Молодой человек аккуратно свернул свиток и убрал обратно в футляр. В его глазах появился хищный блеск. Если его сестра нашла что-то важное, что-то, связанное с древней историей клана, он должен знать об этом.

И если это как-то связано с тем выскочкой из среднего города, который недавно оскорбил клан Роуэн на аукционе Мерсеров…

Брендон улыбнулся холодной улыбкой. Возможно, пришло время самому познакомиться с загадочным Дарионом Торном.

Глава 5. Вызов и решение

Зал заседаний Совета Двенадцати больше напоминал собор, чем место для деловых встреч. Мраморные колонны уходили ввысь на тридцать метров, потолок терялся в полумраке, а в центре располагался огромный круглый стол из черного обсидиана. Двенадцать кресел стояли вокруг него. Каждое уникальное, отражающее характер и стиль своего клана.

Свет падал только на стол, оставляя остальное пространство в тенях. Это создавало атмосферу таинственности и власти. Именно то, что нравилось тем, кто правил Империей из этого зала.

Аурелия Мерсер сидела в кресле из золота и черного дерева, украшенном драгоценными камнями. Ее платье переливалось в свете магических светильников, а карие глаза внимательно следили за остальными членами Совета. Пальцы лениво барабанили по подлокотнику — единственный признак, который выдавал ее нетерпение.

Напротив нее восседал Конрад Синкроф. Мужчина лет пятидесяти с аристократическими чертами лица и пронзительными голубыми глазами с золотистыми вкраплениями. Его светлые волосы, тронутые сединой на висках, были аккуратно зачесаны назад. Одет он был просто, но со вкусом — темно-синий костюм без излишеств, только родовой перстень на пальце выдавал его статус. В отличие от многих в этом зале, Конрад не нуждался в показной роскоши. Его власть читалась в каждом жесте, в спокойной уверенности человека, за спиной которого стоят века истории, проложенные его предками.

Слева от Аурелии сидел Максимус Малигаро — грузный мужчина с жестким квадратным лицом и хладнокровными глазами. Короткая военная стрижка, многочисленные шрамы на руках и шее, массивные плечи, едва помещающиеся в мундир, усыпанный орденами. Его кресло было сделано из стали и обито красной кожей — прямое, жесткое, без единого намека на комфорт.

Клан Малигаро контролировал военные силы Империи, и их глава выглядел соответственно. Как бульдог, готовый вцепиться в горло врагу. И он очень соскучился по этому ощущению.

Остальные девять членов Совета сидели в тенях, их лица едва различимы с текущего положения. Но их присутствие ощущалось — каждый представлял силу, способную изменить судьбу континента одним решением.

— …таким образом, вопрос с Северной Империей можно считать закрытым, — завершал свой доклад один из членов Совета. — Они приняли наши условия торгового соглашения.

— Отлично, — кивнул Конрад. — Тогда переходим к последнему пункту повестки. Аурелия?

Аурелия Мерсер грациозно поднялась, и все взгляды обратились к ней. Она специально сделала паузу, наслаждаясь вниманием, затем заговорила своим мелодичным голосом.

— Уважаемые коллеги. Как вам всем известно, клан Роуэн показал… неудовлетворительные результаты в последнем квартале. Их влияние упало на сорок процентов, финансовые активы обесценились, а недавний скандал на моем аукционе стал последней каплей.

Максимус фыркнул, его толстые пальцы сжались в кулаки.

— Роуэн — идиот, но это не повод лишать древний клан их места!

— Древность не гарантирует компетентности, — парировала Аурелия. — Верхний Доминус должен оставаться элитарным. Мы не можем позволить слабым занимать место, предназначенное для сильных. Поместье Роуэнов в центральном секторе — одно из лучших. Оно было даровано им еще императором, когда Ориатом правила монархия. Но времена изменились.

— И что ты предлагаешь? — спросил кто-то из тени. — Просто выгнать их?

— Я предлагаю передать поместье тем, кто, действительно, его заслуживает, — Аурелия сделала эффектную паузу. — Организации «Последний Предел».

Тишина повисла в зале. Потом Максимус расхохотался — грубым, лающим смехом.

— Ты шутишь? Эти простолюдины из среднего города? Та шайка наемников, которую возглавляет какой-то безродный ублюдок?

— Ты говоришь про Охотника, который за полгода создал организацию с влиянием и богатством, превосходящим клан Роуэн, — холодно ответила Аурелия. — Того самого, который спас Доминус от катастрофы. Человека, который очистил остров Лунного Дракона за три дня. Продолжать?

— И тот самый, кому ты уделяла слишком много внимания на аукционе, — прорычал Максимус, его глаза презрительно сузились. — Не думай, что я не заметил, Аурелия. Ты водила этого простолюдина под ручку, как любовника! Позор для всего высшего света! И для тебя.

Девушка лишь улыбнулась на эти слова.

— Ревнуешь, Максимус? Или просто завидуешь, что кто-то моложе и сильнее занимает внимание дам?

Лицо Малигаро побагровело, но прежде, чем он успел ответить, заговорил Конрад Синкроф:

— Дарион Торн… — он произнес это имя медленно, словно пробуя на вкус. — Где-то я уже слышал это имя. Что-то очень знакомое…

Он покачал головой, затем продолжил.

— Но дело не в именах. Дело в принципах и традициях. Верхний Доминус должен поддерживать свой престиж. Если организация из среднего города может превзойти один из наших кланов, значит, система работает. Сильные поднимаются, слабые падают. Я поддерживаю предложение Аурелии.

— Это безумие! — взорвался Максимус. — Мы говорим о традициях! О чистоте крови! Эти безродные…

— Эти безродные заработали восемьдесят миллионов на одном драконе, — перебил его голос из тени. — И заключили эксклюзивный контракт с кланом Шу. Цифры не врут, Максимус. Ты знаешь, что Восточная империя не очень охотно торгует с нами, но с этим «Пределом» у них эксклюзивный контракт.

— К тому же, — добавил другой теневой член Совета, — общественное мнение на их стороне. После спасения города Торн стал героем. Отказать им будет… политически неразумно.

— Ставим на голосование, — объявил Конрад. — Кто за передачу поместья Роуэнов организации «Последний Предел»?

Восемь рук поднялось вверх, включая руки Аурелии и Конрада.

— Против?

Четыре руки, включая массивную лапу Максимуса.

— Решение принято большинством голосов, — констатировал Конрад.

— Подождите! — Максимус ударил кулаком по столу. — Роуэны — древний клан! Нельзя просто взять и отобрать то, что принадлежит им по праву! Если уж мы решили их заменить, пусть это будет честное состязание!

— Дуэль? — предложил кто-то.

— Нет, — покачал головой Конрад. — Дуэль одного человека ничего не докажет. Нужно что-то, что покажет силу всей организации. Один человек не выживет в Верхнем Доминусе.

Он задумался на мгновение, либо же сделал вид, но затем его глаза загорелись.

— У меня есть идея. На территории моего клана есть стабильный Разлом S-ранга. «Бездна». Он требует зачистки уже месяц, но мы не торопились — используем его для планомерной добычи ресурсов. Пусть «Последний Предел» и клан Роуэн войдут туда одновременно. Кто покажет лучший результат — тот и получит место в Верхнем Доминусе.

— Разлом S-ранга? — Аурелия подняла бровь. — Не слишком ли это… жестоко?

— Наш мир и наша власть стоят на зачистке Разломов, — пожал плечами Конрад. — Если они хотят быть частью элиты, пусть докажут, что способны справиться с элитными угрозами.

— Согласен! — рявкнул Максимус. — Пусть эти выскочки покажут, на что способны! Клан Роуэн имеет опыт поколений, а эти новички сдохнут в первые же минуты!

— Тогда решено, — кивнул Конрад. — Через три дня. Разлом «Бездна». «Последний Предел» против клана Роуэн. Победитель получает место в Верхнем Доминусе.

Заседание было объявлено закрытым. Члены Совета начали расходиться, исчезая в тенях так же таинственно, как появились.

***

Конрад Синкроф вышел из зала заседаний и направился к своему личному кабинету. В коридоре его уже ждал Брендон — высокий молодой человек с золотистыми волосами и холодными голубыми глазами. Копия отца, только моложе и жестче.

— Отец, — поклонился Брендон. — Как прошло заседание?

— Интересно, — коротко ответил Конрад. — Сын, мне нужна вся информация о Дарионе Торне из «Последнего Предела». Вся, что сможешь найти.

Брендон нахмурился.

— Почему такой интерес? Это потому, что он устроил скандал на аукционе Мерсеров?

— Не только это, — Конрад остановился и посмотрел сыну в глаза. — Найди все. Происхождение, связи, историю. Особенно интересует прошлое.

— Отец, — Брендон понизил голос, — чего ты боишься? Ты выглядишь так, словно призрака увидел.

Конрад усмехнулся, но в его улыбке не было веселья.

— Призрак был бы куда проще, чем-то, о чем я думаю. Но я могу ошибаться. Именно поэтому я предложил «Бездну». Если мои подозрения верны… мы увидим нечто невероятное.

— А если нет?

— Тогда город получит новых героев или новых мертвецов. В любом случае, будет интересно.

С этими словами Конрад удалился в свой кабинет, оставив сына в недоумении. Что же этим хотел сказать его отец?

***

В это же время Аурелия Мерсер вернулась в свой особняк — дворец из белого мрамора и золота, который занимал целый квартал в самом центре Верхнего Доминуса. Она прошла в свой личный кабинет, где ее уже ждал Александр Войд.

— Госпожа, — поклонился он, — совет принял решение?

— Да, — Аурелия опустилась в кресло и закрыла глаза. — Все идет по плану. «Последний Предел» получит шанс войти в Верхний Доминус.

— Вы уверены, что они справятся с «Бездной»? Это же S-ранговый Разлом.

Аурелия открыла глаза, и Войд невольно отступил. В ее взгляде на мгновение мелькнуло нечто нечеловеческое — золотое сияние, похожее на блеск монет. Только вот звон монет мог обернуться и расплавленным золотом в горле.

Это был «Взгляд Мидаса» — дар, полученный ею много лет назад. Способность видеть потенциальную ценность всего и всех. Не в деньгах — в истинной ценности для достижения ее целей.

Когда-то давно, когда она была просто младшей дочерью обедневшего аристократического рода, к ней явился он. Плутос, Бог Богатства. Предложил силу в обмен на служение. И она согласилась, став его апостолом.

Первый раз «Взгляд» особо сильно сработал на похоронах старого главы клана Мерсер. Она увидела золотое сияние вокруг его сына — слабого, нерешительного юноши. Вышла за него замуж, манипулировала, направляла. А когда он погиб в результате «несчастного случая» в Разломе, стала главой клана. За десять лет превратила умирающий торговый дом в мощную финансовую империю.

Второй раз «Взгляд» так же интенсивно сработал позже, когда она увидела первую новость о Торне. Ту самую, где журналисты пели дифирамбы новому спасителю столицы. Золотое сияние вокруг его имени было таким ярким, что она едва не ослепла. Этот человек мог принести ей такие богатства и власть, о которых она даже не мечтала. И на аукционе, когда Аурелия увидела его впервые, это подтвердилось.

— Они справятся, — уверенно сказала она. — Точнее, он справится. Этот Торн… Александр, что ты скажешь о нем?

Мужчина задумался на мгновение, словно пытался подобрать правильные слова.

— Неотесанный, лишенный чувства такта, слишком прямолинейный, слишком простой. Хотел бы я так сказать, да и сказал бы любой. На эту ширму легко купиться.

— А что же на деле? — улыбнувшись, спросила Мерсер, ей нравилось, что ее подчиненный повторял ее мысли.

— Он умен, расчетлив, прекрасно понимает риски. Может показаться, что он опрометчив, но вряд ли он бы делал шаг, если бы не чувствовал почву под ногами. А еще, он сильный воин. Признаю, сильнее я пока не встречал.

— Сильнее тебя, Александр? Ты думаешь, я поверю, что ты признаешь, будто бы кто-то лучший воин, чем ты? Ты даже Максимуса не признаешь, и дуэль с ним не состоялась лишь потому, что я запретила.

Александр выдохнул с каким-то мечтательным и отрешенным тоном.

— Боюсь, он, действительно, сильнее меня. Вы же знаете, что мой правый глаз видит не только силу, но и потенциал. Я вижу, сколь силен Максимус Малигаро, и вижу, что это потолок его силы.

— И что же ты увидел в Торне? — Аурелия наклонилась вперед с несвойственным ей интересом.

— Сейчас он не так силен, как Малигаро, или как Синкроф. Но его потенциал… Я впервые не увидел потолка. Не смог различить того, каким он может стать, если приложит усилия. Госпожа Мерсер, боюсь, что его потенциал бесконечен. Но, если вы позволите, я бы очень хотел испытать его силы лично.

Аурелия не ответила. Она встала, подошла к огромному экрану на стене и провела по нему рукой. Появилась новостная лента — фотографии Дариона, спасающего город, статьи о «Последнем Пределе», видео с боями.

— Ты, господин Торн, — прошептала она, проводя пальцем по его изображению, — не просто золотая антилопа. Ты — ключ к сокровищнице, и я даже представить не могу, какое богатство внутри.

***

Я спускался в тренировочный зал «Последнего Предела» с чашкой чая в руке и Тенью, семенящим рядом. Утро начиналось прекрасно — солнечно, тихо, никто не пытался меня убить. Хотя, это, скорее, минус, чем плюс. Того и гляди, расслаблюсь, отращу жирок…

Но стоило открыть массивные двери зала, как идиллия разлетелась в клочья.

— Я первая с ним познакомилась! — орала Зара, и температура вокруг нее поднялась градусов на двадцать. Огненные искры танцевали в воздухе, а ее роскошные красные волосы развевались, как будто она стояла в эпицентре огненного урагана. — Я ИМЕЮ ПРИОРИТЕТ!

— ПРИОРИТЕТ?! — не уступала Хлоя, вокруг которой потрескивали фиолетовые молнии. Ее обычно идеальная прическа растрепалась, а в аметистовых глазах плясали искры ярости. — Ты просто владелица подпольной дырки! А я из древнего рода!

— Подпольной дырки?! — Зара сделала шаг вперед, и пол под ней начал дымиться. — Моя арена приносит больше прибыли, чем весь твой древний род за год!

— Деньги не заменят благородство крови!

— А благородство не заменит мозги, которых у тебя явно нет!

Они стояли нос к носу, и воздух между ними буквально искрил от столкновения их аур. Я прикинул ущерб, если они все-таки схлестнутся. Зал точно придется ремонтировать. Опять.

В другом углу происходило не менее увлекательное зрелище. Леон и Бартоломей сидели на корточках друг напротив друга, выбрасывая руки в классической игре «камень-ножницы-бумага». Счёт на импровизированной доске рядом показывал 39:5 в пользу Леона.

— Не считается! — заорал Бартоломей, когда его камень проиграл бумаге Леона в сороковой раз. — Ты жульничаешь! Используешь свою эту… новую магию!

— Я не использую подобное, для выяснения отношений в детской игре! — возмутился Леон, хотя его глаза подозрительно поблёскивали. — Ты просто предсказуем, как рассвет!

— Давай до сорока двух побед! — потребовал Бартоломей. — И на этот раз я буду менять тактику!

— Ты это говоришь уже пятый раз, — устало вздохнул Леон, но послушно поднял руку для нового раунда. И ведь так просто разговаривает с S-ранговым Охотником, а ведь раньше боялся что-то ему сказать.

Я подошел к Арии, которая сидела в углу с планшетом и чашкой кофе. На ее лице было выражение человека, который давно смирился с безумием окружающего мира.

— Что происходит? — спросил я, усаживаясь рядом.

— О, Дарион! Наконец-то! — она подняла на меня усталый взгляд. — Пришло письмо из Верхнего Доминуса. Официальное, с печатями и всем прочим. Кайден прочитал его первым, начал бегать по залу и кричать что-то про невероятные возможности и историческую значимость. Потом рассказал остальным, и…

Она махнула рукой в сторону творящегося хаоса.

— И понеслось, — закончил я за нее.

— Именно. Зара с Хлоей спорят уже полчаса. Леон с Бартоломеем играют час. Остальные делают ставки, кто победит. Норрис, кстати, поставил сто кредитов на то, что Зара подожжет Хлою раньше, чем та ее ударит.

— Разумная ставка, — кивнул я, отпивая чай.

В этот момент двери распахнулись с такой силой, что едва не слетели с петель. В зал влетел Кайден — взъерошенный, с горящими глазами и конвертом в руках. Давненько я его таким не видел.

— ДАРИОН! — заорал он, подбегая ко мне. — Ты не поверишь! Это невероятно! Это исторический момент!

— Мы выиграли в лотерею? — предположил я.

— Лучше! Совет Двенадцати прислал нам вызов!

— На дуэль? — я поднял бровь. — Весь Совет против меня? Немного нечестно, но в целом… Если они не навалятся все вместе, думаю, у меня хватит сил завалить их по очереди. Правда, с женщинами будет сложнее…

— Что? Нет… НЕТ! Ты с ума сошел, — Кайден замахал конвертом так энергично, что чуть не выбил у меня чашку. — Они предлагают нам место в Верхнем Доминусе! Место клана Роуэн!

Даже споры Зары с Хлоей и игра Леона с Бартоломеем прекратились. Все уставились на Кайдена и на меня.

— До сегодняшнего дня туда вообще никого не впускали! — Кайден развернул письмо и хорошо поставленным и отчасти торжественным голосом начал читать: — «Совет Двенадцати, рассмотрев достижения организации „Последний Предел“, постановляет предоставить оной возможность занять место в Верхнем Доминусе. Для подтверждения права требуется пройти испытание…»

— Какое испытание? — спросил я, хотя уже догадывался, что это будет что-то грандиозное.

— Разлом S-ранга «Бездна»! — выпалил Кайден. — Мы против клана Роуэн! Кто покажет лучший результат — тот и получает место! Им дают шанс реабилитироваться, а нам — доказать, что мы достойны своего места. Начнется все через три дня.

Я отставил чашку. S-ранговый Разлом? Наконец-то что-то интересное. После всех этих прогулок по B- и A-ранговым Разломам, где самым опасным была скука, появился настоящий вызов.

— «Бездна»… — задумчиво произнесла Ария. — Я читала о нем. Один из старейших Разломов в Империи. Говорят, он существовал еще до основания Доминуса.

— И один из самых опасных, — добавила Зара. — Выживаемость очень низкая. Его разрабатывают очень аккуратно. Но, опять же, никаких фактов. Информация из-за стены идет лишь слухами.

— Отлично, — усмехнулся я. — Все, что не ноль, уже в мою пользу. Хотя с нулем тоже работать можно.

— Дарион, это серьезно! — Кайден подскочил ко мне. — От этого зависит будущее всей организации! Если мы войдем в Верхний Доминус, перед нами откроются невероятные возможности! Контракты, ресурсы, связи!

— А если проиграем?

— Если проиграем, то, скорее всего, будем мертвы, — мрачно заметил Бартоломей.

— Еще лучше. Высокие ставки делают эту игру интереснее.

— Но есть условие, — продолжил Кайден. — Только трое участников от каждой стороны. Ты должен выбрать двоих, кто пойдет с тобой.

И тут я понял, почему они все спорили. Каждый хотел пойти в S-ранговый Разлом. Для Охотника это как… как для альпиниста возможность покорить самую высокую точку. Опасно? Да. Скорее всего, умрешь? Вероятно. Но если выживешь — слава на всю жизнь.

— Я пойду! — одновременно выкрикнули Зара и Хлоя.

— Я тоже! — не отстали Леон и Бартоломей.

— И я! — добавил Норрис.

— И мы! — хором заявили Эрик и Мари, но не так бодро как остальные.

Я посмотрел на них всех. Энтузиазм — это хорошо. Но энтузиазм без навыков — путь к могиле.

— Леон, Хлоя, — сказал я спокойно. — Вы идете со мной.

Мгновенная тишина. Потом взрыв возмущения.

— ПОЧЕМУ ОНА?! — заорала Зара.

— ПОЧЕМУ ОН?! — не отстал Бартоломей.

Троица первых новичков «Последнего Предела» не возмущались. Да и крикнули они, я уверен, просто за компанию. Эти ребята вписывались в любой кипишь, видимо, так пытались показать свою полезность еще больше.

Я поднял руку, и все замолчали.

— Зара, во-первых, я бы хотел быть уверен, что у тебя все хорошо с твоей… проблемой в виде второго пилота. Во-вторых, чую я здесь вонь интриг аристократов. Вряд ли все будет честно. А потому я хочу, чтобы в «Последнем Пределе» были те, кто может это место отбить. Лучше вас кандидатур не вижу. Не хотелось бы, чтобы нападение повторилось и Норрису отрубили последнюю руку.

Парень открыл было рот, но решил оставить свои мысли при себе. Зара же приняла новость, как подобает ей, с умом и мудростью. Это только в спорах с Хлоей ее интеллект решал ненадолго отключиться и поэтому их перепалка выглядела как бой двух двенадцатилетних девочек.

Бартоломей же сперва нахмурился, но кивнул. Он уважал мое мнение.

— Решение принято. Леон, Хлоя, у вас есть три дня на подготовку. Советую потренироваться вместе. Если будете драться друг с другом в Разломе, я лично скормлю вас Боссу Разлома.

Хлоя победно улыбнулась и показала язык Заре. Та в ответ выпустила из руки струйку пламени, которую Хлоя отбила лепестками. Искры полетели во все стороны.

— Я же сказал: никаких драк! — строго посмотрел я на них.

Они нехотя разошлись в разные стороны, продолжая сверлить друг друга взглядами.

Леон подошел к Бартоломею и протянул руку.

— Без обид, друг. В следующий раз пойдешь ты.

— Если будет следующий раз, — буркнул гигант, но руку пожал. — Все равно ты выиграл в эту дрянную игру, так что все честно. Но в следующий раз я сам выберу. Например, кто первый отключится от пощечины!

— Я тебя, конечно, уважаю, но у нас как будто разные весовые категории, не думаешь? — с опаской посмотрел на его «ковши» парень.

— Мы Охотники, это лишь важно, остальное — тонкости! — с гордым видом скрестил руки на груди Бартоломей, еще и мускулами поиграл — паяц.

— Дети, — пробормотал я, допивая остывший чай. — Веду в смертельно опасный Разлом детей.

— Кстати, — спохватился Кайден, — в письме есть еще кое-что. Разлом находится на территории клана Синкроф. И глава клана лично будет наблюдать за испытанием.

— Синкроф? — я широко улыбнулся. Совпадение ли?

— Один из Двенадцати глав верховных кланов, — пояснил Кайден. — Говорят, их род восходит к героям древности.

Интересно, помнят ли они еще хоть что-то о своих предках.

— Ладно, — я поднялся. — Раз решение принято, нужно готовиться. Хлоя, Леон — начинайте тренироваться. И без увечий! Мне нужны вы целые.

— А ты? — спросила Хлоя.

— А я пойду прогуляюсь с Тенью. Три дня — достаточно времени, чтобы вы научились работать в паре.

Я свистнул, подзывая пса. Тень радостно подбежал, виляя хвостом.

— Пойдем, приятель. Погуляем по парку, пора найти тебе новую косточку…

За спиной снова начался шум. Хлоя что-то требовала от Леона, тот огрызался, Зара с Бартоломеем давали «полезные» советы, которые только подливали масла в огонь.

Обычный день в «Последнем Пределе», но тем не менее меня все устраивало.

***

Вечером того же дня я вернулся в штаб-квартиру. Прогулка с Тенью затянулась — мы забрели в старый район города, где пес учуял что-то интересное и полчаса рыл яму у заброшенного дома. В итоге выкопал старую кость, явно принадлежавшую какой-то магической твари. Видимо, прорывы были не редкостью.

В тренировочном зале царила относительная тишина. Хлоя и Леон стояли в центре, оба взмокшие от пота, но целые. Прогресс.

— Ну как? — спросил я, входя. — Не поубивали друг друга — уже результат.

— Вообще, почти, — честно ответил Леон, вытирая лоб, — но потом решили, что живые мы друг другу полезнее.

— Он не совсем безнадежен, — снисходительно заметила Хлоя. — Медленноват, как по мне, но соображает.

— А она не такая стерва, какой кажется, — парировал Леон. — Просто избалованная.

Они переглянулись, прищурившись друг другу. Хлоя, как обычно, показала язык. Похоже, совместные тренировки пошли на пользу.

— Отлично, — кивнул я. — Продолжайте в том же духе. У нас осталось два дня.

— Дарион, — Хлоя подошла ближе, — ты, правда, думаешь, мы справимся? S-ранговый Разлом — это не шутка. Даже опытные команды там гибнут.

— Справимся, — уверенно ответил я. — У нас есть преимущество.

— Какое?

— Мы не играем по правилам. Клан Роуэн пойдет по учебнику — построение, тактика, отработанные маневры.

— А мы? — вопросительно посмотрел на меня Леон.

— А у вас есть я.

— Надеюсь, ты прав, — вздохнул Леон, оценив аргумент. — Потому что я не хочу стать обедом для какого-нибудь S-рангового монстра.

— Не станешь, — усмехнулся я. — Максимум — закуской.

— Очень утешает!

Следующие два дня пролетели в подготовке. Хлоя и Леон тренировались до изнеможения, отрабатывая совместные атаки и защиту. Кайден собирал всю возможную информацию о «Бездне», хотя ее было немного, Верхний и Средний Доминус были словно двумя разными мирами и Верхний очень неохотно делился информацией.

Ария готовила снаряжение, усиливая наше оружие и боевые костюмы. Зара с Бартоломеем тоже не сидели сложа руки — готовили запасной план на случай, если мы не вернемся.

— Уже успела меня похоронить? — сказал я Заре, когда она озвучила эту мысль.

— Я реалистка, — пожала плечами она. — Надейся на лучшее, готовься к худшему.

Наконец настал день испытания. Мы собрались у входа в штаб-квартиру — я, Леон и Хлоя в полном боевом снаряжении. Остальные пришли проводить.

— Удачи, — сказал Кайден, пожимая мне руку. — Вся организация верит в вас.

— Никакого давления, — усмехнулся я.

— Возвращайтесь живыми, — добавила Ария. — Иначе кто будет платить за мою мастерскую?

— Меркантильно, но честно, — подмигнул я ей и потрепал по голове.

Зара подошла последней. Она молча обняла меня, прошептав на ухо:

— Будь осторожен. По возможности Хлою можешь оставить там.

Я усмехнулся, но не ответил.

Черный автомобиль с гербом клана Синкроф уже ждал у входа. Мы сели внутрь, и машина плавно тронулась.

Впереди была «Бездна». S-ранговый Разлом.

Я откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. После сотни лет сражений в мире демонов меня сложно чем-то напугать. Но признаюсь, любопытство я испытывал. Что может быть в Разломе, который существовал еще до основания существующей Империи?