Мажор Дома Дракона. Тайна седьмого храма. Книга вторая

Пролог и глава 1

Пролог

Давно не нарушалась тишина затхлых лабиринтов непролазно затянутых паутиной под мрачными сводами этой части древнейшего подземелья. Но сегодня тут ожидаются гости, ведь Алтарь подземного Храма вдруг ожил, явив в темноте проблески редкого дьявольского огня, или кровавого сияния, прорывающегося сквозь множества трещин древней надгробной плиты.

Его всполохи озаряют стены из чёрного камня и выделяют из общего мрачного антуража культовое изваяние Владыки Тьмы. Скульптура древнего исчадия, Демона, будто оживает при этих огнях и вселяет в души любого заблудшего немыслимые страхи и ужасы, как и положено Чёрным Святыням. Но огонь ещё не окреп. Ему пока далеко до полноты предписанной пророчеством.

Две странные фигуры, в коих трудно угадываются признаки человека, материализовать из облака чёрной мглы и встали напротив алтаря.

– Вот кого я не ожидал увидеть так скоро, – молвил один из появившихся в бесформенном длиннополом плаще. – Неужели жизнь на поверхности начинает быть тебе в тягость, а, брат мой Харон?

Разговор завязал Аспер, Демон-Поводырь Чёрных Крыс, за коими и гоняются бесстрашные представители населения Роккенхенджа состоящие во всяческих боевых группировках, таких как Гильдия Чёрных Старателей и Легион Истребителей Нечисти, не считая неучтённых безбашенных и отмороженных наголову индивидуалов.

– А ты думал единолично стать свидетелем пророческого начала? – огрызнулся Харон. – И что за тон? Ты не можешь простить мне своего заточения в лабиринтах? – насмешливо продолжил Демон. – Так, на то и был брошен жребий судьбы, указавший каждому путь!

– Да-да, жребий... Тогда-то тебе выпало наводить жути на поверхности, а я застрял в катакомбах, чтобы пасти крыс и быть цепным псом, извини за сравнение, – Аспер заговорил в тоне печали. – А ведь мы были с тобой совсем одинаковыми, братьями даже, если ты помнишь, а почему тебе поверхность досталась?

– Хватит тебе причитать – видишь же, пророчество подаёт нам знак к будущим переменам, которых все мы так ждали, – участливо подметил Демон Харон и указал неестественно длинной и худощавой рукой на надгробную плиту у Алтаря. – Скоро наши ряды начнут пополняться собратьями, разбросанными судьбой по всем Королевствам и томящимся в ожидании именно этого.

– Так, а какие подробности ты узнал, будучи там? – собеседник резко перешёл к обсужденю дел. – У тебя же вторая личина позволяет быть среди людишек уважаемым человеком и вне подозрений, ты среди них аристократ, если я правильно помню, и ты вхожий во всякие достопочтенные круга, – Аспер указал когтистым пальцем на потолок, подразумевая поверхность, естественно. – Может есть отклонения от предсказанной нити событий? – предположил он.

– А ты не завидуй моей внешней личине, не зная как оно жить демону там, наверху! – поучительно среагировал Демон Харон.

– Уж извини, натура наша такая, закалённая темнотой лабиринтов.

– Теперь насчёт пророчества, – смягчился Харон, неотрывно глядя на огненные трещины надгробья. – Узнал я много и мало чего, одновременно, э-эх, – он вздохнул, отчего по стенам Обители прокатилась волна дрожи.

Из-за его вздоха от алтаря шарахнулись в разные стороны крысы, а эхо понеслась леденящим вихрем по всем проходам и потайным закоулкам Чёрного Лабиринта.

– Не пугай моих верных слуг, Брат Харон, оные мне верно служат и почти каждодневно гибнут от ударов клинков, защищая подступы к Тёмной Святыне, – тут же среагировал Аспер. – И их всё меньше и меньше остаётся, а ты молодняк стращаешь.

– Теперь ты меня извини, Тёмный Брат мой, ведь наверху даже нормально вздохнуть личина не позволяет без риска раскрыться, – объяснился Демон. – Итак... – он двинулся с места и начал медленно вышагивать вокруг Алтаря с надгробием и внимательно слушающим собратом. – Появился из ниоткуда Тёмный Маг, не инициированный и уже имел контакт с тем самым Всевидящим Оком Магического Равновесия, который оставлен специально для наблюдений, и ты знаешь Кем, чьё имя мы храним в тайне великой. Новые поколения Светлых и Тёмных Магов считают сей Артефакт подарком судьбы, неким Оком Прорицания! Ты представляешь себе, хе-х! – он не устоял от зловещей усмешки. – В общем, очень странный контакт был у Мага из Ниоткуда с тем Оком, да и в целом – этот пришлый человек воистину странный по многим моментам.

– Слышать от тебя суждения о чьих-то странностях, х-мм, один этот факт уже странен сам по себе, – подметил Аспер и деловито заложил руки за спину. – Поведай-ка о наблюдениях, а там и решим, чего странность, а что является воплощением фактов, вполне приемлемых для известного пророчества, – Демон Подземелий выдвинул своё мнение, вместе с пожеланием услышать подробности.

– А что ты скажешь на такой факт, как вызов сразу всех существующих в Оке духовных и моральных ипостасей? – Харон даже остановился, чтобы бросить самодовольный взгляд на собеседника. – Все четыре вероятные сущности будущего Мага, не важно Тёмный он или Светлый, были призваны парнем из Ниоткуда единовременно и даже между собой пообщались! А потом, в пылу эмоциональной неуравновешенности, он умудрился инициировать в Светлом Маге, в обладателе единственной способности к Стихии Земли, ещё и Стихию Огня, Воздуха и даже Жизни? Причём, я напоминаю, сам он не инициирован!

– Невероятно, – оппонент взбудораженного докладчика крепко задумался. – Знаешь, чем это нам грозит, если твои наблюдения не призрачные наваждения?

– Ты бы не сомневался в моих словах! – оскалился Харон.

– Всё-всё-всё! Я хочу просто высказаться о нашей незавидной участи, если в эти края наведается Архидемон, чтобы лично возглавить контроль и налаживание связи с избранником, если это действительно он!

– Знаю я о нашей участи, стать безвольными слугами-исполнителями чужих прихотей, и о более серьёзных последствиях прибытия Архидемона догадываюсь, – согласился повелитель Крылатой Нечисти. – Поэтому и решил предпринять ряд рисковых шагов, чтобы взять дело под наш контроль и упредить шквал необратимых последствий для нас с тобой, Брат, – Харон вновь заинтриговал оппонента.

– Говори! – Демон Аспер полуприкрыл глаза для лучшего сосредоточения.

– Так вот... Как ты и упоминал, я вхож в аристократические круга разного уровня, в том числе и в высочайшие, а со временем обзавёлся рядом приспешников, – по-злодейски вкрадчиво заговорил Харон. – Людишки, падкие до дармового золота, всегда податливы для замыслов и вербовки от нашего братства, – зло высказал он своё отношение. – Вот я и подумал, а не подвести ли своих тайных сподвижников поближе к Пришедшему из Ниоткуда, да и таким образом его дела житейские обставить, чтобы он у этого алтаря оказался! Причём, сам и по своему выбору...

– И тогда, нам будет легче направить его на путь верный, нам нужный и пророчеством предначертанный, – закончил его мысль Аспер. – В случае успеха и нас возвысят до статуса Архидемонов! Действуй брат, но так, чтобы крайними в этой истории нам с тобой не оказаться, и подумай, что докладывать будем контролёру!

– Да-да, а он обязательно прибудет, как только новость станет общеизвестной, ведь Всевидящее Око не единственное, и у него как минимум два близнеца разбросаны по разным частям света, – подытожил Харон. – Знать бы ещё – кто именно из Великих Тёмных появится и будем ли мы вовремя уведомлены о госте важном, да незваном.

Глава 1

До Тихого Проулка мы добирались не то чтобы долго, скорее болезненно для моего подраненного организма. Каждая мелкая кочечка отзывалась в груди колкой болью, из-за чего на лице появлялись красноречивые гримасы. На них Братец Тук реагировал печальными вздохами и взглядами полными сострадания.

Бричка остановилась у трактира и мы высадились, сразу же попав в окружение встречающих местных, как уже мне знакомых, так и новеньких.

– Походу, я набираю очки популярности, – пробормотал я улыбаясь и уворачиваясь от дружеских хлопков по плечам и спине. – Полегче, друзья, вы же с раненым дело имеете! – предостерёг я мастеровых уже громко.

– Полегче, полегче господа – видите, нашему мудрейшему другу всё ещё худо! – заступился за меня Тук и огородил от проявлений радости своим могучим торсом.

– Пройдёмте же скорее к столу! – предложил сияющий Руперт. – Всё накрыто, и там, за кружечкой доброго эля, мы задушевный разговор заведём о делах наших, рабочих и житейских!

– С удовольствием, – среагировал я, осознавая как сильно соскучился по нормальной еде.

– Это будет прекрасное продолжение вечера! – откликнулся Сэр Сильвестр Мелони, оптик-стекольщик и мастер других тонких дел.

– Конечно-конечно, нам нужно многое обсудить! – обрадовался Сэр Макбет, тоже знакомый мне мастеровой. – И об успехах доложиться и о трудностях упомянуть, всё-всё нужно вниманием затронуть! Пройдёмте внутрь, друзья!

Все встречающие и мы ввалились шумной толпой в знакомое помещение, где я сразу оценил целостность окон и новшества над ними увидел. Рулонные жалюзи, упрятанные в резные деревянные короба, отлично вписались в интерьер заведения.

Для нас пятерых уже накрыт тот самый столик, где я недавно делился инженерными мыслями. Остальные состоятельные жители Тихого Проулка, пришедшие встретить меня, заняли другие места. Соблюдают приличия и дают возможность спокойно поговорить.

Мы расселись. Тук наполнил кружки, считая эль предметом своей ответственности, а я уставился на жареного зайца, или на кролика, что не суть. Ну не отличаю я этих ушастых, тем более лежащих на противне под золотистой корочкой вместо шерсти.

– Да Пресвятится Великий Эфир! – с торжеством вскричал Руперт и поднял кружку эля над головой, чтобы каждый гость в зале узрел этот жест и лозунг услышал.

– Да пребудет с нами его Сила Семи!

– Пребудет!

– Да здравствует Сила Семи!

Трактир взорвался ответными выкриками и кружки ударились друг о друга, щедро расплёскивая содержимое по столешницам и еде. Праздник начался.

– Итак, – я сделал скромный глоток эля, – что на повестке, друзья? – я решил не затягивать вступительные возлияния, чтобы сохранилась трезвость ума и у меня, и у новых товарищей.

– У нас – проблемы, – неожиданно заявил Сильвестр Мелони. – Но они возникли благодаря колоссальным успехам, – поправился он. – Вольфред, друг мой, поясни состояние дел нашему мудрейшему другу, – он перевёл стрелки на Макбета, а сам впился зубами в аппетитную ногу зайца.

Я перевёл вопросительный взгляд на мастерового плотницких и железных дел, при этом на мою глиняную тарелку опустилась вторая нога жареного зайчишки, услужливо поданная Туком.

– Спасибо, Братец, – я одарил здоровяка благодарственным взглядом. – Так, а в чём загвоздка, друг Вольфред? – я вступил в диалог с серьёзностью полководца.

– Не справляемся мы, ну вот никак не поспеваем, так что, выслушай и выручай добрым советом, – начал сокрушаться мастеровой. – Беда, прям! Весь наш проулок оценил жалюзю, жалю... М-мм, рулонные ставни, – он самолично наполнил опустевшую кружку и залпом ополовинил её содержимое. – Заказы посыпались, а мы не справляемся! – он размашисто руками развёл. – И денно и ношно работаем, пилим, строгаем, куём и... И всё одно – монет уйма, а работа за платой не поспевает, – выпалил он наболевшее.

– Да-да-да, стыдно за долгое ожидание честных людей, – подхватил эстафету Сэр Мелони. – А в моём точном деле и того хуже, из-за многих работ особой утончённости – я покажу изделие, попозже.

– Стоп-стоп-стоп, друзья! – я остановил их, запросто уловив суть. – Всё дело в правильной организации рабочей схемы и в системном подходе, а в вашем случае – в полном отсутствии таковых!

– Это как это?

– Сколько толковых мастеровых в Тихом Проулке? – спросил я. – Все те люди – они к какому сословию относятся, наверняка и умельцы хорошие есть? – я обвёл рукой зал. – А на остальных улицах Роккенхенджа сколько рукастых живёт?

Местные предприниматели задумались, пока не понимая, а куда я клоню.

– В городе есть служба контроля за изобретениями и доходными придумками? – спросил я о важном, в рамках будущего воплощения всяких идей, абсолютно привычных для покинутого мира и новых для этого.

– М-мм, – Руперт наморщил лоб. – При Королевском Прокураторском Приказе, вероятно, должно быть что-нибудь этакое, – неуверенно поделился он мыслью и вопросительно взглянул на озадаченных мастеровых.

– Определённо! – кивнул Мелони, поглядывая на опустевшую кружку сквозь линзы пенсне.

Тук сразу понял намёк и исправил недоразумение, разлив всем по очередной порции эля.

– Если и существует такая служба, то искать её надо в центре города, где все высокие чины королевские сиживают в резиденциях, – близко к истине подметил Сэр Макбет. – Так, а что за решение-то? – он не сдержал неразрешённого интереса.

– Мы создадим производственный холдинг! – спокойно заявил я.

– Ура! Я знал о решении! – Сэр Руперт поднял кружку, ударился ей о кружки соседей и опрокинул в себя содержимое. – У-хх, моя душенька не пожалела лучшего эля для такого прекрасного вечера! – похвалил он себя. – А что это такое – холдинг? – задал он вопрос, повисший в мыслях у каждого за столом.

– Всё очень просто, если подумать как следует, – не стал я томить ожиданиями собеседников. – Представьте себе вот такой уклад работ, м-мм, приходит к вам заказчик и говорит адрес того строения, которое требуется укрепить, представили?

– Конечно, чего тут такого, – утвердил за всех Мелони. – Пришёл человек, адрес сказал, задаток внёс...

– Правильно! – я аккуратно перебил уважаемого. – А дальше, друзья, уже и работает схема холдинга! – я отпил пару глотков эля, прежде чем продолжить. – На адрес выезжает гонец и всё замеряет, потом он передаёт в главную производственную контору заказ, где всё учтено и начинается исполнение! Со склада набираются заготовленные рейки, короба, которые подгоняются по размерам, направляющие, механизмы готовые тоже имеются и вуаля – на место установки выезжает команда мастеровых и собирает изделие!

– Красиво! – воодушевился Сэр Макбет. – И как это всё заготовить впрок?

– Раздать подрядчикам, другим мастеровым за оплату справедливую, – пожал я плечами. – Кто-то рейки профильные пусть себе делает и на их производстве преуспевает, кто из железа запчасти и шестерёнки клепает, другие короба защитные пускай изготавливают и вам в разобранном виде всё поставляют – все понемногу руку прикладывают, основных исполнителей от рутинных дел разгружая... Понятно?

– Но, Нестор, мы же в деньгах потеряем! – верно подметил Мелони. – Да и кто помешает самовольно всё делать другим, подглядевшим секреты...

– Наоборот – чем больше заказов исполнится, тем больше монет получится, и все делом заняты, и прибыток у каждого постоянный. А секреты в скором времени так и так все рассмотрят и своё производство наладят, но мы такие делишки охранной грамотой защитим! – спокойно возразил я. – Главное, говорите всем исполнителям о её существовании и договора бумажные заключайте, с обязательным упоминанием исключительных прав на конечный продукт, – добавил я. – Вы переспите с этой мыслью ночку, а там и поймёте выгоду, – наставительно посоветовал я, не сомневаясь в правильном решении мастеровых. – А сейчас, друзья, я бы с удовольствием отдыхать отправился, – тут я похлопал Братца Тука по могучей спине. – Дружище, ты про решение жилищной проблемы недавно сказывал – не передумал?

Здоровяк тут же встал и выразил готовность следовать до дома.

– Погоди-ка, Сэр Нестор, – меня остановил Сильвестр Мелони. – Вот, это я специально для тебя изготовил, со всей своей умелостью и душою, – он подал мне красивую шкатулку. – Там – очки с цветным стеклом! – гордо заявил он. – На такую диковину у меня большущая очередь образовалась, и холдинг с защитной грамотой был бы весьма кстати!

– Спасибо, друг, мы ещё дорогущий бутик в центре с твоими товарами учредим, – с оптимизмом пообещал я.

– Сэр Нестор, пока вы не покинули нас, может обрисуете ещё какую-нибудь занятную конструкцию? – попросил Сэр Макбет. – А там глядишь, будет чем холдинг занять, значит, чтобы простоя вовсе не намечалось среди мастерового брата.

– У нас и полагающиеся принадлежности с собою имеются, – хитро прищурился Сильвестр Мелони. – Вот они, ваши любимые точные инструменты, – он достал знакомую шкатулочку-готовальню и стопку бумаги, видимо заранее приготовленные.

Я задумался, а чем бы таким всех озадачить, чтобы коммерческая перспектива была... Идея пришла сразу же, как только я вспомнил про неудобства сна. Про пышные перины в частности.

– Х-мм, а почему бы и нет? – внёс я интригу в тон, глядя на заинтересованные лица господ. – Что вы знаете о здоровом сне и о приспособлениях для его ежедневного воплощения? Можете не отвечать! – я придвинул бумагу и взял карандаш. – Не отвлекайте – я эскиз с пояснениями набросаю, – уверенно заявил я и приступил к исполнению несложной задачки.

Я изобразил кровать и сам матрас. Потом, я нарисовал конструкцию в разрезе, а затем раздробил всё на несколько пояснительных рисунков. Чехол, боковины, пружинный блок и его слоистые покрытия. Времени потратил совсем чуть-чуть.

– Ну, как вам – матрас! – я гордо отложил карандаш, готовясь отвечать на вопросы. – Если есть недопонимания, то уточняйте, не стесняйтесь!

Конечно посыпались вопросы по делу и я дал исчерпывающие пояснения.

Чехол выполняется из мягких, но износостойких и прочных материалов, может быть цельносшивным или съёмным, для удобной стирки и чистки. Боковины по всему периметру матраса прокладываются и образуют короб, позволяющий выдерживать нагрузку и предотвращать провалы и прогибы. Блок пружин расположен в середине конструкции под прослойками разных материалов, регулирующих уровень комфорта и степень жёсткости изделия. Всё доходчиво объяснил.

– Мы завтра же приступим к изготовлению первого образца! – сделал решительное заявление Сэр Макбет. – Матрас – какое интересное название...

– Вот и отлично, а сейчас, господа, позвольте нам с Туком откланяться! – я подвёл итог вечера.

Задерживать нас больше не стали и мы вышли из гостеприимного трактира. Братец Тук сразу призвал того самого извозчика, никуда не успевшего уехать, застав его за вдумчивым осмотром новшеств на некоторых окнах. Его необычные жалюзи заинтересовали, что я счёл добрым знаком к коммерческому успеху.

– Мил человече, правь к улице Зелёных Усадеб, знаешь где это? – обратился Тук к извозчику и монетку протянул.

– А-то! П-шла!

Бричка тронулась и мы поехали сквозь весь Тихий Проулок и дальше, следуя перпендикулярно главной улице, ведущей в административный и фешенебельный центры Роккенхенджа. Ехали не долго и вскоре остановились.

– Могли бы и пешочком пройтись, – подметил я вылезая из транспорта. – Тут меньше версты!

– Ещё чего не хватало! – воспротивился Тук. – После раны страшной, да пешком – ни в жизнь! – сказал он как отрезал и отворил створку ворот, вписанных в ажурную изгородь. – Вот мы и дома у моей Лейлы – как тебе наш скромный парк, приусадебный?

– Великолепен, – не стал я разочаровывать друга, посматривая на дорожку и сад сквозь вечерние сумерки. – А госпожа знает о твоих планах насчёт меня? – проявил я интерес, мечтая только о койке и сне.

– Конечно знает – мы же вместе тебя в лечебницу при Светлом Храме определяли, – он успокоил меня. – Дорогая! Вот и мы! – Тук замахал руками миниатюрной женщине, стоящей на красивом крыльце двухэтажного домика, похожего на теремок.

– Иду-иду! – отозвалась Леди. – Постель приготовлена, и ужин я кой-какой собрала, – обрадовала меня хозяйка. – Тук, ты проводи гостя, да отдохнуть дай, а завтра и обед знатный затеем и пообщаемся, – прозвучали мудрые слова.

– Премного благодарен вам, хозяюшка, – я искренне поклонился, радуясь скорому принятию горизонтального положения. – Утро вечера мудренее!

Меня проводили в скромненький домик, стоящий особняком посреди сада и названый хозяевами флигельком. Одноэтажный, одна стена каменная и с трубой, а остальные из брёвен. Внутри всего две комнаты. В первой есть камин и очаг для приготовления пищи, вместе с обеденной зоной. Тут же полочки с посудой и хозяйственной утварью по стенам растасованы. Во второй комнатке установлена полноценная кровать и рабочий стол с резным комодом и шкафом. Всё скромно.

Свечи уже зажжены и на вид везде чистенько и уютно, несмотря на раритетный возраст всей мебели и вещей, даже в понятиях местных. Есть и хлипкая лесенка ведущая на чердак. Что там – я не имею понятия. Однако, истинным счастьем оказалась понятливость Тука, оставившего меня одного.

Я сразу завалился на кушетку, прям тут же, в первой же комнате, рассчитывая моментально уснуть. Однако, согласно уклада и местного ритма жизни с его особенностями, всё пошло совершенно не так! Ть-фу, бл-лин...

Глава 2

Глава 2

Всё хорошо и кушетка удобная, а вот свечи задуть я не удосужился. Мешают, хоть и свет от них мягкий исходит.

– М-да, а вот жили бы тут Варлам с Фарадеей, так точняком позаботились бы о всяких бытовых мелочах, – пробубнил я. – Свечи задули бы, каминчик запалили бы, а поутру и завтрак сварганили бы, – завершил я мечтательные причитания потихоньку вставая.

Однако, успел я только лишь сесть и в таком положении остаться, наблюдая за начавшимися изменениями. Верней, за суетой в окружении.

В камине сам собой ожил огонь, а в так называемой кухонной зоне всё зашуршало, посуда забряцала вместе с поварёшками и хаотично захлопали дверки шкафчиков.

Рядом с камином неведомые руки затеяли переборку дровишек и хвороста. А ещё и крышка погребка, до сего момента прикрытая ковриком, сама-собой приоткрылась и вновь захлопнулась. Ну и чердачная лесенка скрипнула так, как будто на неё кто-то встал, поднялся на тройку-четвёрку перекладинок и так постоял. М-да, вся движуха соответствует тому, как невидимые сущности в домике ревизию проводят, и я догадываюсь, что это за сущности.

– И что вы тут делаете, ели это действительно вы? – обратился я к призракам, совсем не испытывая страха.

– Как это, что? – заворчал дух Варлам. – Сам прознал наши имена, а сегодня призвал и ещё спрашивает!

– Хозяином нашим стал и удивляется, – вставила раздражённую реплику Фарадея.

– Да не хотел я! – честно заявил я. – И что теперь – вы постоянно со мной тусить будете?

– Не знаю, что значит тусить, но за домом пригляд будет, как за этим, так и за другими, – внёс ясность Варлам.

– Х-мм, а показаться мне можете? – я закинул вопрос на удачу.

– Вот этого делать никак нельзя, – осадила меня Фарадея. – Довольствуйся заботой о доме и очаге, – добавила она не очень дружелюбно, даже зло.

– Так и зачем мне помощнички, у которых ненависть в душах засела? Идите тогда туда, откуда пришли и будет всем счастье и душевный покой!

– Ха-а-х! А может ты нас вольными сделаешь? – с издёвкой в подтексте спросил Варлам, словно меня на слабину пробивает.

Никакого подвоха я не узрел. Ну сделаю парочку духов свободными, если им так того хочется. А потом, чо, мало духов что ли в домах тёмных живут? Найдутся призрачные помощнички.

– Думаете не смогу? – я ответил на вызов. – Вы свободны, Варлам с Фарадеей – чешите на все четыре стороны и не поминайте лихом! Или вам носки с шапками подарить – ритуал какой-нибудь исполнять требуется, а, сплясать у очага буги-вуги с веником и половником?

После уведомления с отповедью, в доме тишина воцарилась и ответа я не дождался.

Шуршания с вознёй тут же закончились и я пришёл к выводу, что духи из этого флигелька удалились. Ну и ладно, продолжу жить без постоянного ощущения негатива в свой адрес!

С гордым чувством выполнения хорошего дела я вернулся в лежачее положение, отвернулся лицом к стенке и теперь точно усну.

– О-оо, какое непревзойдённое благородство, смею заметить, – раздался отдалённо знакомый голос и я развернулся на кушетке, но открывать глаза не спешу, а слушаю окружение. – Признаюсь вам, господа, этот парень достоин нашего пристального внимания, н-да-с.

– А может, это невероятная глупость, совершённая из-за неведения последствий, – скептически подметил второй голос, тоже слышимый мной ранее.

– М-мм, а я считаю, что это какая-то возмутительная юношеская импульсивность и отсутствие элементарного самоконтроля! – посетовал третий голос.

– Ну что вы, что вы, господа – у нашего парня так проявляется бунтарская душа, что я уважаю и всецело приветствую, – прозвучало четвёртое авторитетное мнение, нагловатым и самоуверенным тоном.

– Всё бы вам, милостивый государь, в адрес своей ипостаси признаки и проявления души человеческой присовокуплять, – раздалась явная критика в адрес последнего высказавшегося.

– Ой, ой! А вот только не надо завидовать, дорогие коллеги! Я же не предпринимал никаких действий, чтобы человек себя бунтарём выставлял в неоднозначных ситуациях, – с язвочкой и не скрывая удовольствия возразил тот голос, который четвёртым звучал.

– Господа, не нужно ссориться, – лилейно попросил голос в уравновешенном тембре учёного. – Давайте подумаем вот на чем, а не пора ли нам слегка подкорректировать судьбу наблюдаемого?

– Э-мм?..

– Ну-у, если только по глубинным соображениям!

– Однозначно – я за, и у меня есть несколько достойных идей! – воскликнул бунтарь. – С завтрашнего утра и начнём!

– Х-мм, а наш юный хитрец-то всё слышит, – подметил тот, который избыточно вежливый. – Давайте оставим его, а завтра слегка подтолкнём колесницу событий!

– Я ставлю на прозорливость с непредсказуемостью!

С последней фразой все голоса стихли, а я слегка раздосадовался. Вот чего глаза не открыл? Но догадка о беседовавших у меня есть. Я связываю всё с той экзаменационной четвёркой себя, появившейся при контакте с Всевидящим Оком Магического Равновесия. Каких перемен ожидать и отчего я нисколько не переживаю за будущее? Странно всё.

С этими мыслями я и уснул. Даже не ворочался.

Наступившее утро заявило о себе активным чириканьем птичек и солнечным светом. Я проснулся и почувствовал себя хорошо выспавшимся. Одеваться мне не понадобилось, так что я наскоро умылся, используя специальный тазик с кувшином и вышел из домика на крылечко.

– Рукомойник уличный забахать, что ли, как в деревухе у бабуси был? Ладно – если не забуду, то закину мыслишко мастеровым, если тут такого изделия не придумано.

Я сделал примитивную разминку без физического фанатизма, с одновременным осмотром территории усадебки.

Ну и помыслил о добыче Чёрных Сердец в подземельях. Надо же когда-нибудь этим загадочным Нефритом заняться, чтобы быстренько монет раздобыть. Тем более, у меня знакомых прибавилось... М-мм, недавно. Сведущих в этом деле. Хоть бы и в лице того интересного Графа, Ричарда Гилмора из Лиги Королевских Карателей. Плюсом, я добавляю в информационный актив пару тёмных товарищей с Торговой Улицы. Таинственного и вспыльчивого Карла Диккенса, того ворчливого дядю, тесно завязанного на поделках с Заклятиями и Нефритовыми Артефактами. Ну и общительного Рольфа Крюге, художника с творениями, которые, как мне кажется, к простым художествам не относятся.

Нет-нет, бизнес с мастеровыми никоим образом не сбрасывается со счетов, но когда ещё он даст хороший выхлоп по бабкам. Мне же надо приподняться в финансах. Как можно скорее и круче.

А так, это утро прекрасно и оттого настроение у меня соответствующее. Именно в такие моменты душевного подъёма человеку хочется поорать во всё горло. М-мм, изматериться на красивые виды и на погоду. Рана, кстати, почти перестала тревожить, что говорит о невероятном уровне регенерации и о потрясающем иммунитете. Интересно, а как я этими ништяками обзавёлся?

На садовом крылечке хозяйского дома появился заспанный Тук. Мы приветствовали друг-друга жестами и здоровяк озадачился набором дровишек. Я же осмотрел территорию далее, ориентируясь на живописную садовую дорожку, ведущую к открытым воротам усадьбы. Участку не помешало бы вмешательство опытного садовника, а в целом – уютненько.

– Сер Нестор! – раздался звонкий голос хозяйки с того же крылечка в саду. – Вы проходите в беседку, а мы скоренько присоединимся и завтракать будем!

– Премного благодарен!

Да, действительно – упомянутая беседочка имеется, окутанная зелёной растительностью, типа вьющейся виноградной лозы или хмеля. Туда я и зашагал по скрипучему насыпному покрытию садовой дорожки. Это так морская или речная галька звучит, по-моему. Хотя, могу и ошибаться.

Внутри беседки, конечно же, присутствует столик – а как без него! На нём я вижу послание – «Шевалье Барклаю». Кроме меня других Барклаев тут нет, посему я взял письмо, развернул и вчитался. Или не вчитался, а всмотрелся в каллиграфический текст. Терминология сути не меняет и я вполне себе чётко понимаю содержание. Читаю, короче!

«Уважаемый Друг, имя моё – Жан Батист, и я сразу же приношу извинения за столь тривиальное общение, посредству чернил и бумаги. Надеюсь, вы меня извините за это.

Послание моё связано с заблуждением двух известных Вам господ, Магистров Ремарка и Гринбландта, за которых мне приходится извиняться и даже краснеть, хоть на бумаге этого и не выразить. Суть заключается в том, что данные мужи сначала двояко истолковали результат испытания Всевидящим Оком, а следом склонились в неверную сторону в выводах. Это весьма и весьма печальный и удручающий факт.

Ах, как мне жаль! Я заверяю – чувство это искреннее, обязывающее лично исправить столь досадное недоразумение, или ошибку, если Вам так удобнее называть проявленное заблуждение упомянутых господ! И я не буду с этим затягивать.

Итак! С радостным чувством восстановления справедливости, я довожу до Вашего сведения то, что Вы успешно прошли вступительное испытание Всевидящим Оком и зачислены в Лицей Магического Равновесия. Вы приглашаетесь в замковый комплекс данного учебного заведения, для обучения в чудесной долине с одноимённым названием! Завтра организован обоз в Лицей Магического Равновесия, в котором Вам зарезервировано место, как и ещё нескольким Дамам и Господам, в отношении коих была допущена, а теперь исправлена, аналогичная неприятная оплошность. Отправка обоза назначена на полдень, с Наклонной Площади.

Да славится Великий Эфир! С наилучшими пожеланиями – Жан Батист!»

Я удивился посланию. Однако, сразу остыл, припомнив диалог магической четвёрки перед сном минувшей ночью. Возможно, что это их метод подталкивания судьбы в нужное русло. Для них нужное, разумеется. М-да-с, и кто такой этот Жан Батист? Х-мм...

– Отчего же вы так и стоите, Сэр Нестор? – из-за спины раздался голос хозяйки. – Садитесь скорее за стол!

– Да так, задумался о пустяках, – я незаметно спрятал послание в карман. – С утра никто не заходил к вам в усадьбу? – спросил я, садясь на лавочку.

– Нет, – спокойно ответила Лейла, ставя поднос с чайной посудой на стол. – А что?

– М-мм, обычное любопытство, – уклонился я от дискуссии о появлении письма.

– Нет-нет, никто не наведывался, – заверила хозяйка.

– А вот и я! – пробасил подошедший Тук, гружёный подносом со всякой всячиной.

Мы позавтракали без особых изысков, домашними плюшками и душистым чайком. Разговоры за столом особо не разводили, находясь каждый на своей волне в мыслях, готовясь к продуктивному дню. Единственно, я узнал чем живёт гостеприимное семейство. Оказывается, чета занимается мыловарением! Очень своеобразное ремесло, на мой взгляд. Интересно, а ароматические изделия есть? Х-мм...

– Очень! Ну, всё очень вкусно, Леди Лейла! Даже и не припомню, когда я последний раз лакомился такой вкуснотой! – я расплылся в довольной улыбке, вставая и выходя из-за стола, а хозяйка смущённо потупилась.

– Тук? – не стал я наседать с комплиментами и обратился к здоровяку, переходя к насущным делам.

– Да-да?

– Если вдруг мне придётся уехать, вы с Леди Лейлой оставите за мной флигелёк? – спросил я на всякий случай.

– Как это – уехать? – здоровяк округлил глаза, почти запаниковав.

– Неожиданно и неизвестно на какой срок! Просто, я могу убыть на учёбу в Лицей, – как можно спокойнее пояснил я.

– А-аа, а я всё подумывал, отчего ж молодой господин не в учёбе, как другие умные господа, – понятливо протянул он. – Конечно! Стало быть, в выходные наведываться будешь, – деловито покивал здоровяк. – Ну да, ну да... Дела серьёзныя и доходные в Тихом Проулке пригляда требуют – так что да, оставим за тобой флигелёк! Так ведь, Лейлушка?

– Оставим-оставим, – закивала хозяйка. – А к ужину ждать? – кому чего, а у хороших хозяек свои приоритеты.

– Думаю, раньше завтрашнего дня отъезда не случится, – рассудил я. – Так что, друзья, сегодня я рассчитываю вернуться до ужина, – обнадёжил я их обоих. – А сейчас – дела!

– Сила Семи тебе в помощь! – напутствовал чуть огорчившийся известию Тук.

– И вам тоже!

Завершив завтрак я решил отправиться на Торговую Улицу, с целью пообщаться на всякие насущные темы со своими тамошними знакомыми. Захватив из садового домика замшевый плащ с треуголкой, я направился к выходу с территории усадьбы, погрузившись в мысли о предстоящих изменениях, связанных со скорой сменой локации. Вопросов много вертится в голове.

Ориентироваться в Верхнем Городе вовсе не сложно, так что я очень скоро добрался до первой намеченной точки маршрута. То есть, до мастерской знакомого художника. Остановившись у двери, я на мгновение заколебался. Постучаться или войти? Выбрал – войти с предупреждающим стуком.

Внутри я сразу увидел мастера за работой, стоящего перед мольбертом с кистью и палитрой красок в руках.

– Всегда рад гостям! – оборачиваясь среагировал Рольф. – О-оо, Сэр Нестор! – он проявил признак радости. – Проходи скорее, давно тебя не было видно!

– А вы, Мистер Рольф, якобы не в курсе моего несчастья, – я проявил ироничное недоверие, отчего-то почувствовав лёгкую фальшь.

– А ты проницателен – я кое-что слышал, но без тонких подробностей! – своеобразно согласился он с замечанием. – На тебя вероломно напали недавно и ранили, но я вижу, что здоровье твоё нормализовалось. Ты по делу зашёл, или скуку разгоняешь?

– С намерением прояснить пару вопросов, а заодно и скуку развеять, – двояко и с улыбкой пояснил я.

– Грога с сыром? – Рольф демонстративно развернулся к столику у камина. – Для задушевности!

– А я вот не откажусь, – принял я приглашение и прошёл вглубь мастерской.

Хозяин сложил рабочие принадлежности, отёр руки об фартук и прошёл к столику. Мы оба сели перед огнём, готовясь к беседе, но в этот момент в мастерскую вошёл ещё один визитёр. Естественно, мы обернулись.

– Рольф, обрати внимание, какая замечательная идея приоткрыта в этой простенькой и знакомой вещице, потенциала которой никто не замечал до сих пор! – с порога и с восхищением заявил Карл Диккенс, вздёрнув вверх руку с солнцезащитными очками и только потом посмотрел на нашу компанию, из-за чего смутился. – Сэр Нестор, вот уж не думал вас тут увидеть, да видно судьба всё предрешила сама – доброго дня, господа! – он приветливо коснулся пальцами поля своей шляпы.

– Приветствуем, – Рольф поздоровался с гостем за нас обоих, а я кивнул. – Присоединяйся, мой старый друг! Кушетка свободная, Карл – двигай её ближе к столу и садись.

– С удовольствием!

Через минуту несложных манипуляций с мебелью, за столиком нас стало трое. Первородный огонь в камине сделался чуточку ярче. Язычки его заплясали с потрескиванием и щелчками, таким образом своеобразно среагировав на компанию. Прям, как будто ещё один живой компаньон.

Карл по-хозяйски наполнил рюмочки и уже после первых глотков терпкого напитка жизнь и взгляды на неё стали проще.

– Так-с, а что там с тем изделием, только что блеснувшим в твоих руках, а, Карл? – с непринуждённостью поинтересовался Сэр Крюге, тем самым завязавши общение, или возобновив, что не суть. – Зрительный прибор, кажется?.. – он вопросительно вскинул бровь, почему-то глядя на меня.

– Ой, блин! Харе, а! – я широко улыбнулся. – Типа, вы, такие, не знаете производителя защитных очков и их изобретателя! – я возгордился.

– М-мм, я знал и чувствовал – это всё неспроста! – заговорил Сэр Карл. – Предчувствую каскад невероятных событий! Рольф, а ты написал холст перемещения для нашего друга?

– Конечно! Я отчего-то знал о необходимости такого рисунка!

– Ну, а в свете следующих дел и событий, молодому человеку просто не обойтись без персонального портала в знакомое место, – как-то обыденно подметил Карл, словно всё давно решено и каждый мой шаг им известен.

– Я так понимаю, что разговор будет тяжёл и предметен, и у вас есть свой интерес – только не нужно оправдываться! – я сменил дежурную улыбку на серьёзную мину. – Что происходит? Такое ощущение, будто все в курсе всего, кроме меня!

Глава 3

Глава 3

– Фу-х, ладно, – я бодренько ударил себя по коленям. – Давайте сразу закончим назревающий раунд нудной молчанки и нырнём в бурное русло дискуссий, – продолжил я. – Надеюсь, вам можно доверять всякие тайны с секретами, господа, как тёмным собратьям, м-мм, мы же собратья? – надавил я, а Сэры синхронно кивнули. – Тогда вот, гляньте-ка!

Я достал письмо и положил на столик.

– Позволь-ка, мой юный друг! – Рольф поставил рюмку и взял послание в руки. – Х-мм, – прочитав его, он вскинул бровь в лёгкой озадаченности.

– Что там? – теперь Карл требовательно протянул руку. – Дай-ка – я полюбопытствую! – О-оо, наши предвидения сбываются! – выдал он ёмкое умозаключение после минутного изучения незамысловатой депеши.

– Хорошо, что предвидения, а не опасения! – философски подметил я, обновляя содержимое рюмочек. – Поделитесь мыслями?

– Обязательно, но сначала раскрой нам детали прохождения испытания Всевидящим Оком, – попросил Сэр Диккенс.

– Да-а, там ничего необычного, подумаешь, – я плечом повёл.

– И всё же?

– Ерундистика! – было отмахнулся я, но пренебрегать интересом товарищей не стал и продолжил. – Экзаменаторы подвели меня к артефакту на подставке, ушли восвояси и понабежал я, аж в четырёх экземплярах... М-мм, ну-у, не прям вот сам я размножился, а призраки из шарика суету навели, – приступил я к конкретике, глядя на огонь сквозь рюмку. – Один, такой, весь из себя заумный чародей-профессор, с внешностью факира-звездочёта, типа Дамблдора или Гендольфа. Второй, который тоже я – напыщенный аристократ, как тот благородный Волконский. Третий – суровый солдафон, чистой воды Наполеон! Четвёртый – пират! Хе-х, тот ещё кадр-пофигист, острослов с характером бунтаря и анархиста-авантюриста в одном замесе! – закончил я краткое изложение и перевёл внимание с огня на господ. – И все четверо мной недовольны из-за поступка, безрассудного по их авторитетному мнению!

– Не-ве-роя-тно! – восхитился художник. – Каково твоё мнение, Карл?

– Действительно, четыре ипостаси давно не проявлялись, – задумчиво покивал Сэр Диккенс, пребывая на своей волне после моего пояснения. – А недовольство каким поступком было вызвано?

– Тут ещё проще! Кое-кто из присутствующих посоветовал мне призвать домашних призраков, чьи имена мне стали известны по случаю, вот так я и сделал, – я демонстративно глянул на художника Рольфа.

– А дальше? – Карл указал на недосказанность.

– Ну, призвал я их в новом домике, во флигельке у Лейлы Тука...

– Как? Это же получается – ты увёл призраков из их первого дома! – Рольф ошалело выпучил глаза и снова приложился к крепенькому.

– Но, я же их следом освободил...

Бд-зинь-к!

Графин с характерным звоном выроненной посуды занял место меж рюмок, благо, что не разбился, а огонь в камине пыхнул синим пламенем, в знак реакции. К тому же, профили благородных дам и господ на холстах заимели удивлённые выражения.

Комментариев не последовало, ибо настала длинная пауза молчаливого гипноза, как огня в камине, так и друг-друга. Нарушать молчание я не рискнул, дабы ещё чо-нить из нежелательного не ляпнуть. Например, про недавнее кровосмешение.

– М-да, – художник выдал умопомрачительную реплику, с кучей заложенного смысла.

– А самое главное и интригующее в истории нашего юного друга, помимо четырёх проявлений на испытании, так это – полная неизвестность о последствиях освобождения Духов! – чуть более определённо высказался Диккенс.

– Почему? – не удержался я.

– Да потому, что такого безрассудства ещё никто не вытворял! – чуть ли не прокричал возбуждённый Карл и даже встал и нервно руками взмахнул. – И как у тебя сие действо далось – никто не поймёт и не ответит! Сейчас, по крайней мере... Фу-у-х – ошарашить умеешь! – он буквально вскипел.

– Успокойся, друг мой, вернись на кушеточку, пригуби рюмочку-другую и давай переключимся на положительные эмоции, – миролюбиво и вкрадчиво попросил уже отошедший от шока Рольф Крюге. – Кстати, ты там что-то принёс, как мне помнится, а? – он дипломатично сменил тему.

– Да-а, – я поспешил подключиться. – Давайте поговорим о насущном, например о моём завтрашнем отправлении в сторону лицея! И ещё, от вас обоих звучали намёки про загадочные картины перемещений, пардон, про холсты, – я скороговоркой озвучил главные вопросы.

– Действительно, чего я так взбудоражился – ничего же страшного не произошло, пусть и пока, – начал остывать Сэр.

– Вот-вот! – тут же поддакнул художник.

– К тому же, никто не имеет никакого понятия о последствиях дарования свободы! А вдруг они окажутся даже полезными и ничего худого не повлекут, как для Нестора, так и людям его круга общения? – Карл достал и положил солнцезащитные очки на столик. – Я вот о этой занятной вещице хотел поговорить, – он быстро переключился. – Знакомое изделие, неправда ли? – тут он на меня взглянул с хитрецой и с приподнятой бровью.

– Двухлинзовое зрительное приспособление, м-да-с, для почтенных господ и дам слабых на глаза – пенсне, правда, изменённой конструкции, если не ошибаюсь! – Рольф наморщил лоб, внимательно разглядывая привычную мне вещь. – А что, этим способом фиксации на лице удобнее пользоваться? – высказался он по поводу дужек. – И зачем такие тёмные линзы, да и формы непривычно угловатые?

Я воздержался от реплик и комментариев, рассчитывая заслушать мнение самого Сэра Диккенса.

– Я тоже так считал, будто кроме пенсне и монокля ничего не бывает, – стал рассуждать Карл, нисколько не разочаровав моих ожиданий. – Ан-н нет, как оказалось, кое что придумано и есть направления для развития, нечаянным образом подсказанные нашим другом, невероятным придумщиком Нестером. Мне Мистер Мелони недавно глаза приоткрыл, который оптик из Тихого Проулка, когда попросил помочь с продажей этих замечательных вещиц, солнцезащитных очков!

Тут сэр прервался, чтобы вместе с Рольфом пару рюмочек в себя опрокинуть, а я налёг на душистый сыр.

– А в чём же сокрыта интрига и твоё возбуждение? – прозвучал предсказуемый вопрос от Рольфа. – Ты сияешь, словно раздобыл редчайший артефакт из чёрного саркофага глухих лабиринтов!

– Так вот, я бы попросил Вас, друзья мои, обратить тщательное внимание на упоминание о защите, как о ключевом назначение сего новаторского изделия! – заявил Сэр Диккенс. – Я вот обратил и произвёл лёгкое усовершенствование нескольких экземпляров, любезно оставленных для продажу, скажем, с учётом своих интересов и взглядов на магически мир! – размеренно добавил Карл, а я стал догадываться, куда же он клонит.

– И каким образом? – вставил реплику Рольф, подавшись ближе к столешнице и сощурился, глядя на выставленный экземпляр.

– Заклятиями разных сил и нефритовой пылью Чёрных Сердец! – торжественно выдохнул объяснение Карл. – Оказывается, друзья, цветное стекло изрядно восприимчиво к Кабалистике и Магическим наполнениям, – он многозначительно покивал. – Да-да! И почему я раньше не обращал на них никакого внимания, точнее, на потрясающие свойства цветного стекла?

– Просто раньше не пробовали на них намагичивать всякую всячину, – ввернул я.

– И то верно, – Карл запросто согласился.

– Я так мыслю, мой старый друг, ты снабдил сие изделия новыми колдовскими свойствами и расширил возможности использования, – понимающе высказался художник. – Однако, – он поднял вверх указательный палец и погрозил им потолку, – что-то в душе мне подсказывает о незаконченности всей этой истории, а посему – продолжай!

И начался захватывающий монолог мастера магических вещей, из которого я, в основном, ничего не понял. Прозвучали выдержки по технологии нанесения порошка Чёрных Сердец. Были упомянуты тонкости заклятия стекла, описание кабалистических рун и ещё куча таких непонятных манипуляций с очками, что мне ничего не осталось, кроме как рассматривать холсты на стенах и попивать терпкий чай. Чайник с чашками появились на столике ненавязчиво, проплыв по мастерской без участия человека.

Я уже стал откровенно скучать и позёвывать, но монолог мастера начал приближаться к финалу. На моё счастье. Вот я и прислушался, чтобы в теме остаться...

– ... и тогда мне явился вариант со сменными артефактами, для установки в специальные гнёзда на оправе – теперь можно мысленно проговорить заклинание и нужные свойства изделия тут же проявятся! – завершил длинный спич Диккенс.

– А как обстоит дело со спросом – покупатели уже есть? – уточнил внимательный Рольф.

– Хе-х, есть – не то слово! – живо среагировал Карл. – Мне не хватает самих очков, чтобы работать в полную меру и удовлетворить потребности многих желающих, выстроившихся в негласную очередь, – Диккенс чуть погрустнел. – И это при условии, что данные изделия продаются только своим, надёжным и проверенным магам! – он расстроенно покачал головой.

– Я замолвлю словечко Мистеру Мелони, – пообещал я. – Может он начнёт поставлять для вас заготовки, а вы уже будете завершать сборку и колдовать над конечным продуктом, – добавил я, прикидывая возможности производства.

– А я, в свою очередь, по-своему отблагодарю тебя! – пообещал Диккенс. – Это будут важные вещи с магическими секретами, нужные и в учёбе, и в жизни! – он избежал конкретики внесением интриги.

– Да-да, мы подготовим для тебя саквояж лицеиста, – его намерения поддержал и хозяин художественной мастерской.

– Так, а что там с прогнозами в мой адрес, начавшимися сбываться? – напомнил я о пропущенной теме.

– После твоих инженерных идей, и в свете ранения, и из-за ряда других дел, особенно после невероятного кровосмешения, мы предвидели повышение интереса к тебе, – заговорил Сэр Крюге, а я удивился его осведомлённости о деталях лечения. – А после письма Жана Батиста, наверняка обратившего внимание на результат испытания Всевидящим Оком, а может и на всё вместе, мы утвердились в прогнозе, что тобой заинтересовался широкий круг неординарных персон Роккенхенджа! Так что, вот мы со стариной Карлом и поразмыслили о взятии тебя под негласный присмотр, для оказания посильной помощи в жизни, как своего Тёмного Собрата...

– Пусть и молодого, – вставил замечание Карл.

– Особенно, молодого! – подчеркнул художник.

– А кто такой этот Батист и отчего его внимание ко мне так важно? – я счёл важным прояснить данный момент.

– Жан Батист, целый Лорд, служит в Лицее Магического Равновесия хранителем библиотечных знаний, магических книг, свитков, пергаментов и редких исторических фолиантов, – ответил Диккенс. – Согласись – скромноватая должность для Лордов, и в том сокрыта загадка!

Я не ахти как осведомлён в должностях занимаемых аристократами, а поэтому просто плечами пожал и на всякий случай кивнул, мол – вам виднее.

– А загадка-то в чём?

– В том и заключается, в несоответствии должности титулу, – развёл руками Сэр Диккенс. – Всё же очевидно!

– Да-да, друг мой Нестор, исходя из этого самого несоответствия по Роккенхенжду ходят определённые слухи и домысливания, – Рольф продолжил за Диккенса. – Да и во всей Крайберии в закрытых кругах толки существуют и шепчут нам о иной должности лорда.

– Рольф, ну полно-те! Не будем томить любопытством нашего юного друга, – опять заговорил Диккенс.

– Ага-ага, донельзя мудрая мысль – не нужно томить юных друзей! – разумеется, я тут же его поддержал.

– Нестор, тут нет места иронии, – Сэр Карл как-то опасливо осмотрелся, на манер жулика, заставив и меня подобраться, и перешёл на шёпот. – Поговаривают, будто Лорд Батист, на самом деле, служит в Особенной Королевской Канцелярии! – он выдал инфу, а я вспомнил о Де-Толли, в истории которого что-то такое звучало.

Как такое считать – совпадением или неожиданной закономерностью? Может корни письма исходят от моего названного дедушки... М-да.

– Это особо тайная служба, занимающееся приглядом за вельможами и королевскими подданными больших чинов и высоких титулов – очаг шпионажа! – так же шёпотом продолжил Диккенс. – Они выявляют заговоры, а сам штат канцелярии засекречен!

– Однако, кое-что о составе всё же известно! – Рольф поправил докладчика.

– Ну-у, известно, что в в штате Особенной Королевской Канцелярии состояли или до сих пор состоят Секретарь, три Особых Советника и Тайный Экспедитор, он же Экзекутор, – в тоне прозвучали признаки неуверенности. – Советники – это светлый маг, тёмный маг и один Демон! Настоящее разумное исчадье, способное мыслить, анализировать и отдавать отчёт своим действиям.

– Не густо, – я согласился со скупостью данных. – И какая роль у Батиста в этом сообществе? Не демон же?

– А кто его знает? – задумчиво произнёс Диккенс и плечами пожал. – Я бы ничего не исключал.

– Я так понимаю, мне нужно держать ухо востро и опасаться собственной тени в спальне? – тут я не смог подавить приступ сарказма. – Ха-ах! Положите мне большой серебряный револьвер в саквояж лицеиста, и фляга святой водички не будет лишней при такой паранойи!

– В Долине Магического Равновесия самострел не окажется лишним, как и боевая трость, – на полном серьёзе заявил художник Рольф.

– А-га, блочный и разборный, со сменными плечами! – я не соскочил с тропы иронии. – А трость лучше сделать телескопической, для скрытого ношения в трусах!

– Это как-так, блочный самострел и телескопическая трость – опять выдумки прозорливого Шевалье Нестора Барклая? Я слышал от оптика Мелони про рулонные ставни и видел их, а знаешь, Рольф, – он обратился к товарищу, – там на самом деле очень занятная конструкция и практичная – прочная защита окон и дверей сворачивается и прячется в короба! – пояснил Мастер Диккенс. – Будь добр, мой юный друг, – это уже снова ко мне, – поделись тонкостями упомянутых непонятных слуху характеристик о блочночти и телескопичности, а я постараюсь воплотить идеи в изделия!

Предложение мне показалось хоть и забавным, но в тоже время и перспективным. В случае успеха, естественно. А почему бы нет – и даже не буду раздумывать над решением.

– Не вижу причин для отказа друзьям! – я широко улыбнулся старшим товарищам по тёмному цеху.

– Это, безусловно, отличный настрой! – Диккенс потёр ладонями. – Очень любопытно взглянуть!

– Я видел тут набор карандашей – можно? – обернувшись на прилавок с товарами, я запросто отыскал взглядом требуемое и ткнул туда пальцем. – Ещё надо пару листочков бумаги, можно не дорогой!

– Для такого дела, друзья, мне не жалко самого лучшего! – заявил Рольф Крюге и щёлкнул пальцами, вложив в действие Магический контекст.

С прилавка тотчас поднялось всё мной запрошенное, будто неведомые руки подхватили всё необходимое для работы над эскизами. Одновременно с взлётом на столике расчистилось место и передо мной легла пара листочков бумаги и толстенькие карандаши.

– М-мм – круть! А меня научите магическим щелчкам, чтобы мочь полётами вещей управлять? – брякнул я в плане юмора и не рассчитывая на серьёзный ответ.

– В лицее много знаний получишь, – совершенно серьёзно заговорил Диккенс. – А с твоими потаёнными способностями к Чёрному Колдовству, Шевалье Барклай, ты быстро добьёшься успехов, как и все Тёмные Маги.

– Или как большинство из Тёмных, – уточнил Крюге. – И за это недолюбливают нашего брата, мягко говоря, так что, Нестор, ты буть начеку в среде лицеистов, да и к мудрым магистрам приглядывайся, – добавил он вовсе нешуточно.

– Кругом засады, – философски подметил я и взял карандаш. – А сейчас, я поработаю – не отвлекайте!

Товарищи мутные маги замолчали и занялись наблюдением за мной. Ну, а я, в свою очередь, занялся зарисовкой эскизов.

Трудностей не испытал, хоть и не владею инженерными тонкостями. Просто-напросто, я реалистично изобразил по памяти внешние виды блочного арбалета. Затем нарисовал несколько эскизов изделий с использованием телескопической конструкции. Даже сам телескоп нарисовал. А в качестве изюминки и под одобрительные выражения Диккенса, я преподнёс идею очков со сменными стёклами.

Думаю, что тонкости изготовления господин мастер и сам додумает, ведь главное – это сама идея, разжёванная в эскизах.

На всё про всё мне понадобилось минут пятнадцать, после чего зарисовки были буквально выхвачены из моих рук. Сэр Диккенс быстренько распрощался с нами, пребывая в возбуждении и в предвкушении интересной работы. Да и мне неплохо бы подготовиться к завтрашнему отъезду.