Майский Шабаш

Пролог

В эту ночь Джоан поняла, что совсем скоро умрет.

Проснувшись в очередной раз от лихорадки, она начала задыхаться, ей с трудом давался каждый новый вдох. К коже уже невозможно было прикасаться: она пылала жаром, а всевозможные рубцы, оставшиеся следы проклятия, напоминали наждачную бумагу. Любое движение – невероятное усилие, новый вдох – борьба за шанс прожить чуть подольше.

Ни одна ванная с травами, ни тысячи мазей, ни настои – ничто не могло противостоять проклятию, превратившему некогда цветущую Джоан в умирающую старуху, вынужденную бороться ради каждого нового вдоха. Глаза слезились. Она молилась, чтобы этот ад прекратился, но в то же время боялась, что упустит шанс в последний раз увидеться хоть с кем-то напоследок.

Едва скрипнула дверь. И в комнату проскользнула тень. Больная всей своей душой хотела разглядеть пришедшего мужчину, но в глазах все расплывалось, а горячие слезы застелили взор.

- Прости меня, - с большим трудом выдавила из себя Джоан, закрывая глаза. – Я не могу. Я… Это конец…

Не договорив, ведьма закашлялась. Выплевывая густую зеленоватую слюну с кровью, она захрипела, а потом вновь начала хватать ртом воздух.

- Meine Liebe (перевод с немецкого – моя любовь), - послышался голос совсем рядом. Мужчина сел на краю постели и дотронулся до руки больной, совсем не боясь заразиться. – Мне очень жаль, что так произошло. Я не должен был допускать такого. Я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы этот выродок пожалел…

- Не надо, - вновь просипела больная, на этот раз более настойчиво. – Он же твой младший брат… Это все моя вина, - Джоан начала захлебываться слезами, которые ручьями текли по её лицу. – Я не смогла справиться с заданием, а он хотел справедливости… В том нет…

Не закончив фразу, она всхлипнула и вновь попыталась разглядеть черты лица родного ей мужчины. Но весь мир превратились в большие расплывчатые пятна.

- Meine Liebe, schliesse deineAugen (нем. Моя любовь, закрой свои глаза), – проговорил мужчина, целуя руку больной. – В том, что произошло, нет твоей вины. На тебя взвалили задание, с которым не смогли справиться многие опытные Мастера. А он был лишь глупым мальчишкой, который хочет всего и сразу за просто так. Не стоит корить себя…

Джоан понимала, что ей не хватит сил закончить этот диалог. Поэтому на последнем вздохе она проговорила:

- Я прошу тебя, позаботься о Мириам и… - больная вновь разразилась кашлем.

Мужчина тихо хмыкнул.

- Я обещаю, что позабочусь о наших детях. Я клянусь всем, что у меня есть, что я сделаю всё возможное, чтобы с ними было всё хорошо, - с этими словами тень приблизилась к Джоан и оставила на лбу невесомый поцелуй. – Meine Liebe, уходя, не кори себя за то, что случилось. В том нет твоей вины, ты сделала всё, что могла. И мне жаль, что я не смог предотвратить неизбежного. Но сейчас, прошу, давай не будем об этом. В твоей жизни было много хорошего и плохого, но сейчас пора идти на покой. Я обещаю, что, как только оборвется моя жизнь, мы встретимся, и там будем счастливы в вечности… Ich liebe dich. Von Anfang bis Ende… (нем. Я люблю тебя. От начала до конца)

Джоан снова всхлипнула. Но на этот раз она смогла выдавить из себя улыбку.

Последним усилием она подняла руку, чтобы коснуться своего любимого и получить последний поцелуй на ладони.

А потом уснуть.

И более никогда не проснуться…

Первая глава

«Под кронами деревьев»

Прощальные дни лета уходили вдаль. Наступала осень. Этим холодным утром Мириам поняла это достаточно хорошо.

Возвращаясь домой с утреннего сбора, она остановилась у кромки леса на вершине холма, чтобы взглянуть вслед уступающему лету. Огненный Каньон, вдоль которого текла Смертоносная река, украшали красно-оранжево-желтые деревья, утопающие в полупрозрачном холодном тумане. Дул не слабый ветер. Он кружил в вышине яркие листья, унося их вдаль.

Мириам любила осень. Она радовалась ее приближению. Холодный воздух щекотал легкие, красочность природы радовала глаз.

Девушка мигом помчалась вниз, перепрыгивая торчащие пни, взбиралась на валуны, пританцовывая, жадно глотая приятный аромат леса, дергая заостренными ушами, напевала себе под нос песню, известную ей одной, и лучезарно улыбалась. В голове лишь ветер, а впереди вся жизнь, полная событий и приключений, хлопот и забот. Перебрасывая из одной руки в другую свою корзинку, полную ягод можжевельника, она разбрасывала их и виртуозно собирала обратно. Полы ее сарафана цвета темной карамели с белыми узорами вздымались в такт ее движениям, голубая рубашка оголяла белесые плечи. Ее старая остроконечная шляпа с подогнутым верхом подпрыгивала на голове, когда хозяйка неслась вниз по склону. Золотые украшения Мириам, которыми она была увешана, блестели в лучах августовского солнца.

У подножия склона девушка замедлилась, ступая на протоптанную дорогу, которая, ветвясь, уходила далеко вглубь леса. Она шла по тропе, насвистывая мелодию своих мыслей в унисон ветру.

Яркий осенний лес выглядел пожаром на фоне высоких серо-зеленых склонов и оврагов. Он дышал. Он укутывал в своих объятиях всех, кто вступал на его территорию.

Лес густел. Впереди, окруженный забором из многовековых дубов и кленов среди неглубокого оврага расположился невысокий белый домик, поросший лишайником, украшенный выведенный специальным красящим зельем защитными символами. Деревянные окна распахнуты, тюль вздымается от сквозняка. Котелок с зельем стоит на кострище, расположенном рядом с домом, у него – длинные клумбы, в которых уже опустили свои бутоны пожухлые цветы, стол, заваленный травами, снадобьями и толстыми книгами.

Среди высокой травы рядом с дровяником заострив уши и тяжело дыша, лежал огромный серебристый волк. Его шерсть блестела в просачивающихся сквозь деревья лучах, грубая морда, усыпанная шрамами, была опущена к земле, лапы аккуратно сложены друг на друга. Учуяв Мириам, волк поднялся и вышел навстречу девушке.

- Здравствуй, Wolfchen (нем. волчонок, от Wolf - волк). – Мириам подошла к волку и с силой зачесала его за ухом, тот с наслаждением поднял голову к небу, зажмурив глаза. – Скучал по мне, да? MeinZuckerig (нем. мой сахарный, сладкий)!

- Дорогая, это ты? – раздался женский голос из глубин дома.

Девушка поправила круглые очки и взглянула на распахнутую дверь.

Из дома с кожаной сумкой наперевес уверенно вышла высокая женщина. На голове – остроконечная шляпа, на плечах – белая шаль; фиолетовое платье, круглые очки и множество серебристых украшений. Ведьма, хранительница леса Огненного каньона – Тасмин.

- Здравствуй, - поздоровалась Мириам со своей бабушкой. – Что ты здесь делаешь?

- Варю лечебный отвар из голубики. Заказчик придет уже сегодня, а ничего еще не готово, - Тасмин прошла к котлу и помешала свое варево. Она выглядела крайне недовольной. Ведьма не любила спешку, поэтому сердилась, что ничего не успевает. – Ты принесла можжевельник?

Мириам протянула бабушке корзинку.

- Отлично, - Тасмин взяла ее и быстрым шагом прошла к столу. – Нужно принести ещё воды с ручья. Ведра в сенях. Только побыстрей.

- Хорошо, Oma (нем. детск. бабушка, от Grossmutter - бабушка)

- Я же просила меня так не называть! – возмутилась женщина. Но Мириам была уже в сенях. Взяла два серебристых ведра и вприпрыжку побежала к ручью. Волк бросился ей вдогонку.

Лесной ручей скрывался среди высоких камней и валунов. Он исчезал внизу по склону среди деревьев и кустарников. Эта часть леса была особенно темна. Казалось, здесь вся жизнь стихает, и остается лишь гулкое завывание ветра. Звери боялись ступать на эти земли, они стереглись их. Но Фенрир, так звали верного спутника Мириам, не колеблясь, прошел за ней, ступая осторожно, но не менее уверенно, чем сама девушка.

Ведьма взобралась на один из камней, присела на корточки и стала зачерпывать воду ведром. Фенрир стоял позади, скалясь на окружающий лес. Тасмин рассказывала своей внучке, ещё когда та была маленькой, что эта часть леса проклята. Она говорила, что давным-давно здесь сражались сильнейшие колдуны, и когда один из них начал проигрывать, он произнес заклинание, отравившее ручей и природу вокруг нее. С годами лес восстановился, но ручей, трава и деревья все еще таят в себе темную энергию прошлого. Бабушка Мириам использовала воду ручья для своих зелий и отваров, пить эту воду или варить из нее еду она строго запрещала.

Неожиданно зашуршала трава, затрещали ветки. Фенрир зарычал, Мириам поднялась, готовая бросить атакующее заклинание на внезапного гостя.

Среди деревьев показался темный силуэт, который стал медленно приближаться. Он становился все больше и больше. Девушка только было открыла рот произнести заклинание, как на свет вышел мужчина. Высокий рост, атлетическое телосложение. Среди его черных волос виднелись маленькие рожки, одет он был в длинный плащ с опущенным капюшоном, черную рубаху с длинными штанами, из которых виднелись копыта, на плечах его висела кожаная сумка. Сатир с южных земель.

- Здравствуй, Мириам, - поздоровался мужчина, слегка кланяясь.

- Мы знакомы? – уточнила Мириам, уводя Фенрира в сторону.

- Нет, но я знаю о тебе. Меня зовут Леней, - представился сатир, говорил он спокойно и мерно. – Я являюсь представителем Общества Луны и Солнца. Наше Общество – это собрание сильнейших существ нашего мира, объединенных с целью обмена и передачи наших знаний и умений. Раз в несколько лет мы приглашаем на одногодичное обучение сильнейших молодых магов и колдунов, чтобы объединить и сплотить подрастающее поколение. И в этом году именно тебе выпала честь стать одной из приглашенных.

Леней улыбнулся.

- Aberwarum ich? (нем. Но почему я?) – непонимающе спросила девушка. – Я никогда не думала, что я обладаю какими-либо особыми талантами или…

- Именно поэтому я предлагаю это тебе, - перебил ее сатир. – Твои возможности невероятны, и ты можешь многого достичь. Обучение у сильнейших поможет тебе раскрыть свой потенциал в магии и умениях. Ты узнаешь много о других существах, их культурах и о нашем мире в целом. Сможешь завести хороших друзей и найти полезные знакомства. Если хочешь – можешь отказаться, обучение проводится только на добровольной основе.

Мириам задумалась. Она никогда не слышала об этом Обществе и не была уверена, может ли она доверять этому сатиру. Тасмин часто говорила юной ведьме не верить никаким «обществам», но Мириам всегда тянулась к новым знаниям, которые бабушка не могла ей дать.

- Где это все будет происходить? Я имею в виду обучение, - неуверенная в этой идее стала задавать вопросы ведьма.

- На Священных Землях Общества. Я не могу сказать, где это находится, пока не узнаю, согласна ли ты пройти обучение.

- Обучение длится целый год? Von August bisAugust? (нем. С августа по август)

- Не совсем. Год обучения – восемь месяцев. Начало учебного года в середине сентября. По окончании вы сдаете экзамен, который пройдет в середине мая.

Юная ведьма кивнула.

- Мне… мне нужно обсудить это с бабушкой, – сказала Мириам, запнувшись. Ей всё ещё казалась эта идея подозрительной, поэтому она хотела обсудить это со взрослым. – И лишь после я смогу сказать, приму я приглашение или нет.

Ведьма только собралась развернуться, чтобы взять и наполнить второе ведро, как вдруг сатир вновь заговорил:

- Да, и еще, – загадочно начал он. – Перед тем, как ты уйдешь, я должен тебе кое-что сообщить.

Мириам остановилась вполоборота, с недоумением глядя на Ленея.

- Что-то по поводу учебы?

- Нет, об учебе ты узнаешь позже. Это уже личное.

Мириам была заинтригована.

- Это касается твоего отца, - добавил Леней.

Мириам жила со своими родителями до семи лет, пока мама не была проклята, после ее воспитывала бабушка. Поэтому девушка мало помнила своего отца, а от бабушки она слышала только плохое о нем. Отец Мириам не навещал ее, не присылал подарки на дни рождения, хотя Мириам, сама того не осознавая, ждала его, особенно после смерти матери. Она уже давно решила, что бросивший ее отец для нее мертв. Но теперь…

- Как мой отец связан с вашим Обществом? Причем здесь вообще он? – нервно произнесла Мириам. По коже пробежал холодок. Запретная тема, которую хотелось скорее забыть, разозлила ведьму. – Он бросил меня, когда мама умерла. Что теперь ему от меня нужно?

- Тише, Мириам, успокойся, - ласково сказал Леней, аккуратно подойдя ближе. – Тебе ведь все о нем рассказала Тасмин, верно?

- Да, но какая разница? –нервно спросила Мириам. – Он оставил меня здесь.

- Это не так, - проговорил Леней чуть тише. Он положил руки на ее дрожащие плечи. – Вернее, не совсем так. Давай, я расскажу по порядку.

Мужчина доброжелательно улыбнулся. Мириам смахнула одинокую слезу со щеки и тоже улыбнулась, соглашаясь.

- Итак, - спокойно начал сатир. – Твой отец – Страндваскаре с Северных Скал по имени Эдмунд. Он является одним из Мастеров Общества Луны и Солнца. Он – Мастер Рун и Печатей, одной из сильнейших магий нашего мира. Мы с ним – хорошие приятели, и он просил меня, чтобы именно я пригласил тебя на обучение в Общество. Эдмунд рассказал мне, что та ситуация, которая произошла с твоей мамой, ним и Тасмин, была неоднозначной, и он хотел бы рассказать тебе, как все было с его точки зрения.

Мириам задумалась.

- Бабушка не стала бы мне врать, - протестующе сказала она. Поверить незнакомому сатиру было сложно. Но потаенные желания узнать правду не давали покоя, поэтому Мириам колебалась.

- Не спорю, - согласился Леней. – Но правда не всегда однобока. И у каждого она своя. Готова ли ты безоговорочно верить Тасмин? Или хочешь выяснить свою правду?

Проговорив это, сатир подмигнул и отошел на несколько шагов вглубь леса. Его ноги промокли в водах ручья, но сатир не обращал на это внимания. Он задумчиво глядел в лес, дожидаясь ответа девушки.

Бабушка много раз говорила о том, что произошло с родителями юной ведьмы, но Мириам и подумать не могла, что все могло быть куда сложнее. С каждой минутой у нее появлялось все больше и больше вопросов. Не только к отцу, но и к бабушке. И к маме, но та уже никогда не ответит. В этот миг Мириам нашла себе цель, за которой она пойдет до конца: поиск правды.

- Хорошо, я бы хотела прийти на обучение. Что мне нужно делать? – спросила девушка, гладя Фенрира по голове.

- Я буду в городе у подножия склона до полуночи. После я встречаюсь с согласными на обучение, объясняю им правила, и мы выдвигаемся в путь.

- То есть, мне нужно быть в городе к полуночи?

- Да, все верно. Я буду ждать на центральной площади у памятника. Если не успеешь – мы будем выдвигаться без тебя.

Мириам кивнула. Леней поклонился и, не сказав больше ни слова, развернулся и пошел. Мириам набрала воду и задумчиво направилась к дому. Рядом бежал обеспокоенный Фенрир.

- Почему так долго? – только завидев девушку среди деревьев, строго спросила Тасмин, пристально глядя в глаза Мириам. – Я же просила – быстрее.

Молодая ведьма молча отдала своей бабушке ведра с проклятой водой и прошла к столу, уселась на скамью и задумалась, глядя в просвет между деревьев, где светило яркое обеденное солнце. Фенрир прошел следом и, не издав и звука, лег у ног девушки.

- Ты ответишь или нет? – возмущенно произнесла Тасмин, хлопоча над отваром.

- Когда я набирала воду, появился мужчина, - начала Мириам.

Тасмин сразу же изменилась в лице: пропала возмущенность и строгость, появилась обеспокоенность и волнение. Она оставила отвар кипятиться и прошла к Мириам, аккуратно дотронулась до ее руки и погладила по волосам.

- Все хорошо, дорогая? Он не приставал к тебе? – осыпала женщина Мириам вопросами. – Ты в порядке?

- Не беспокойся. Он просто предложил мне учиться у Общества Луны и Солнца.

- Надеюсь, ты отказала, - снова строго спросила Тасмин.

- Да, но…

- Никаких «но»! Милая моя, послушай, - неожиданно ласково начала Тасмин. – Я ведь говорила тебе уже, что от всяких «обществ» - нет никакой пользы. Ну, скажи. Разве малому я тебя учу? Здесь ты можешь узнать намного больше, чем от этого «общества». К тому же ты же помнишь, что случилось с твоей матерью?

Мама Мириам – Джоан – также давно согласилась уехать учиться у Общества (какого конкретно Тасмин не говорила). Там Джоан оказалась проклята Страндваскаре - отцом Мириам, из-за чего она и попала к лекарю и после умерла. Так рассказывала сама Тасмин. Но сейчас Мириам не была готова полностью доверять своей бабушке. Она хотела знать правду. И Общество должно дать ей ее.

- Конечно.

- Отлично, - сказала ведьма, возвращаясь к котлу. – Не могу поверить, что после всего, что произошло с моей доченькой, они имеют наглость приглашать тебя. Ты молодец, что отказалась. Не совершай ошибок своих родителей, и все целее будут.

- Хорошо, - согласилась Мириам. – Я пойду к себе.

Тасмин продолжила варить свой отвар. Мириам прошла в дом и поднялась на чердак, где и находилась комната девушки.

Тасмин могла думать все, что хотела. Но Мириам хотела знать правду и была готова следовать за ней хоть на край света. Сумка уже собрана, Фенрир дожидается у дровяника. А солнце медленно опускается за горизонт…

Вторая глава

«Во тьме лесов»

Давно уже погасли масляные лампы. За окном застрекотали сверчки. В глубине ночного неба тихо вспыхивали и угасали далекие звезды. Наступила беспросветная ночь. Она окутывала во мраке ярко сияющий при свете солнца лес Огненного Каньона.

После тяжелого полного беготни и забот дня Тасмин уснула рано и быстро. Раньше ведьма засыпала много позже, зачитавшись на ночь книгой или заработавшись над новыми зельями, и сон ее всегда был чутким: стоит только зашуршать сарафаном или заскрипеть половицами, и та моментом открывала глаза и поднималась на кровати. Но сейчас женщина спала глубоким неразбудным сном.

Несмотря на это Мириам побоялась спускаться со своего чердака по лестнице, которая чуть что сразу же заскрипит. Она открыла окно, выходившее на непроглядную чащу леса. Комнату наполнил холодный ветер и аромат сырой травы и листьев. Сердце в груди беспрестанно колотилось.

За ужином за несколько часов до этого Тасмин и Мириам сидели за столом и разговаривали обо всем на свете. Светило теплом закатное солнце. Ветер становился лишь сильнее и сильнее. С улицы потянуло холодом. Тасмин закрыла открытые целый день окна, оставив приоткрытой только небольшую форточку у себя в комнате, прогнала Фенрира с крыльца в дровяник и закрыла дверь. Вместе они прибрались на кухне: Мириам вымыла посуду и оставила ее сохнуть на полотенце, Тасмин протерла стол. Сразу после ведьма Огненного Каньона, пожелав Мириам спокойной ночи, ушла к себе и вскоре уснула. Забравшись на чердак, Мириам еще раз проверила свою сумку: немного одежды, полезные книги, кое-какие травы и ягоды, которые юная ведьма хранила, завернув аккуратно в пергамент; решила взять еще свой мешочек с накопленными деньгами, которые пару лет назад сама заработала, продавая ягоды в городе у подножия Огненного Каньона, сменила сарафан на комбинезон такого же карамельного цвета с белыми узорами и завалилась на кровать дожидаться одиннадцати часов.

Но спокойно дождаться назначенного времени она не могла. В голову приходили все новые и новые мысли, сбивающие с толку. Мириам дрожала. Всю сознательную жизнь она провела в пределах Огненного Каньона и его окрестностей, а теперь нужно покинуть дом, ставший родным, и отправиться на край света, неизвестно куда. Мириам задумалась. Так ли важно, что случилось когда-то давно с ее родителями? Ведь это все в прошлом. Лишь пыль вчерашнего дня, которую надо сдуть и смело идти вперед. Прекратить оглядываться и взглянуть в глаза завтрашнему дню. Зачем уезжать учиться далеко, ведь все равно вернешься сюда, где и проведешь остаток жизни?

Одна...

Мысль, вспыхнувшая на краю сознания, отрезвила, окунула в чан с холодной водой. Пока Тасмин жива, они вдвоем будут хранить в порядке и гармонии Огненный Каньон. А когда она умрет? Мириам останется одна, доживать жизнь лесной ведьмы, посвятившей всю себя месту, где когда-то росла.

И Джоан осталась бы одна. Но она сбежала. Сбежала от изолирующего ее призвания. Ради себя. Своих стремлений и амбиций. Своих друзей. Своего мужа. И дочери…

Мириам не хотела стать такой же, как и ее бабушка. Одинокой. Покинутой. Она хотела вырваться и бежать. Бежать, как бежала ее мама, и не оглядываться.

Но к чему ее это привело?

Джоан была проклята, и это проклятие уничтожило ее изнутри. Она страдала долгие месяцы, прежде чем умереть. И что еще могло произойти с ней, пока ее не было здесь? «Большой мир опасен, – так всегда говорила Тасмин. – Он погубил мою дочь. Погубит и тебя»

- Нет, - вслух сказала Мириам, вставая с постели. – Этот мир может и опасен, но маму убил отнюдь не он. Кто-то желал ей смерти. И добился этого. Пока я не узнаю кто, я не вернусь! Пусть это будет мой отец, другое существо или же ты сама, я узнаю правду! Я не погибну здесь одна, и мир этот мне не страшен, я пойду до конца за ответами!

Схватив лист пергамента, сначала быстрыми и кривыми, затем более плавными буквами она вывела письмо:

«Здравствуй, Oma,

Ты много раз говорила мне, что мир за пределами Огненного Каньона опасен, что, покинув тебя ради жизни в нем, мама погубила себя: связалась с Страндваскаре, была проклята и в итоге погибла. Я не знаю всей правды, но я уверена, что все было не совсем так, как ты говоришь. И я хочу узнать, что произошло на самом деле. Как бы тяжело мне не было покидать родной лес, я пойду до конца за правдой. Общество Луны и Солнца обещало дать мне ее. Я собираюсь прийти на обучение, ради того, что хочу найти. К тому же оно может дать мне много других новых полезных знаний, которые пригодятся мне в жизни.

Мне очень жаль, что я не смогла сказать тебе это прямо. И прошу, прости меня, если я причиняю тебе своим решением боль. Я должна это сделать. Ради себя и своей судьбы.

Надеюсь, ты поймешь меня.

Обещаю писать при любой возможности.

Твоя сбежавшая внучка,

Мириам»

Запечатав конверт зеленым воском с веточкой душистого горошка, Мириам поднялась, схватила сумку и легким движением выпрыгнула в окно. Дом Лесных ведьм находился на глубине небольшого оврага, поэтому падать с окна, выходящего на лес, на верхний край оврага было не так высоко. Поднявшись и стряхнув налипшую на штаны грязь, Мириам обошла дом по правому краю и вышла к дровянику, где уже дожидался Фенрир

- Здравствуй, Wolfchen, - поздоровалась девушка дрожащим от холода голосом, проходя в дровяник.

Фенрир был огромен. Больше среднего волка в два, а то и в три раза. Тасмин не одобряла его, разрешала ему спать только в дровянике, запрещала волку заходить в дом и преследовать Мириам на сбор ягод и трав. Но втайне от бабушки, девушка постоянно брала волка с собой, они часто устраивали гонки наперегонки по лесу, много исследовали вместе: различные холмы и скалы Огненного Каньона, ручьи, пещеры и местность в округе. Мириам даже пробовала ездить на волке верхом, у нее это отлично получалось. Фенрир будто бы был уже научен катать людей. Юная ведьма, как только освоила езду на волке, оббежала все окрестности своего дома и даже вышла к Далеким Землям (островам к северо-западу от Огненного Каньона).

Мириам закинула сумку на плечи и, схватив волка за холку, забралась на него. Фенрир подождал, когда девушка усядется поудобнее на его спине, и взглянул на Мириам через правое плечо, как бы спрашивая, готова ли она. Девушка кивнула. Глаза ее были полны решимости, хотя смотрела на свой родной дом она печально.

- Прощай, Огненный Каньон, - шепотом произнесла девушка. – Поехали, Фенрир, нам надо в город. Тот, что у подножья склона. Как можно скорее.

Фенрир прошел на середину оврага. Сделал глубокий вдох. Выдох. И резко рванул. Понесся галопом сквозь лесные заросли. Перепрыгивая кочки и валуны, волк гнал вниз по склону. Овраг. И еще один. Фенрир пролетал над ними, не замечая, несся вниз.

Мириам успела схватить шляпу, чтобы та не улетела, чуть только Фенрир побежал, и прижалась грудью к спине волка. Свет луны, мелькающий между деревьев, освещал дорогу ночным путникам, сопровождая их до цели.

Лес редел. Фенрир ускорился. Рвался вперед со всей силой. Расступились деревья, между ними впереди показались длинные поля, полные урожая, вдоль которых, унося вихрем листья и цветы за собой, пробегал Фенрир, везущий к городу ведьму-всадницу.

На горизонте показались огни поселения. Город горел ярким пламенем на фоне непроглядной темноты склонов и холмов. Первые маленькие дома из серого камня с черепичной крышей встречали запоздалых путников уже в поле, провожали взглядом пустых черных окон дальше. Поля заканчивались. Длинная протоптанная дорога вдоль засевов переходила в вымощенную булыжником мостовую. Дома росли, становились массивнее. В некоторых окнах горел свет, и были видны силуэты бессонных людей.

Фенрир замедлился. Ступая по дороге, он оглядывался по сторонам, в темные подворотни и переулки.

Давно потерявший свое первоначальное название город у Огненного Каньона был небольшим поселением на западе материка в нескольких километрах от моря. Город умирал долгие годы: молодые перебирались поближе к столице, старшее поколение оставалось доживать свой короткий век в одиноком городе. Все бы так и продолжалось, пока город не умрет окончательно, но неожиданно положение спас праздник. Отмечая день сбора урожая, праздник осени, горожане устроили целое пиршество на улицах, шум не утихал несколько дней, отовсюду звучала музыка, пение, люди много общались, танцевали и выпивали. Вскоре об этом прознали в других городах, подтянулись люди, и вот уже город – центр веселья и радости. Каждую неделю здесь проходят новые торжества, иногда даже без повода, ярмарки работают круглые сутки, продают товары на любой вкус, постоянно приезжают все новые и новые туристы. Город ожил, загорелся ярким пламенем. Поэтому его и стали называть Пламенным.

Этой ночью Пламенный город был непривычно тих. Большинство лавок было закрыто, а те, что работали, не особо горели желанием принимать запоздалых гостей.

Мириам оглядывалась по сторонам. В этом городе она была не впервые: раньше ездила сюда продавать лесную ягоду. До этого приходила купить пергаментов, чернил, прекратила это делать, лишь когда странники-торговцы стали заглядывать в дом к ведьмам и продавать свой товар. Поэтому дорогу до площади Мириам знала хорошо. С высоким памятником моряку-первооткрывателю в центре вытянутая вдоль главной улицы площадь была окружена старинными каменными домами.

Пройдя по уже известной дороге к памятнику, Мириам спрыгнула со спины Фенрира. Здесь они должны встретиться. Только вокруг никого. Площадь, непривычно для города, оказалась пустой. Ни души.

- Хоть бы я не опоздала, - сказала словно бы сама себя девушка, приблизилась к памятнику и оперлась спиной о постамент. В голосе ее слышалось волнение. Не хотелось проделывать весь этот путь, только чтобы узнать, что она не успела.

- Ты не опоздала, - неожиданно раздался голос из-за спины. Мириам вздрогнула и быстро обернулась. Фенрир оскалился.

В свете фонарей появилась высокая девушка. Ее бледная серо-зеленая кожа блестела, длинные рыжие волосы, заплетенные в маленькие косы, и ее зеленое платье, прилипшее к телу, были мокрыми, будто бы хозяйка только выбралась из воды. Темные широко раскрытые глаза смотрели с насмешкой, но не злой. Перепончатые ноги хлюпали при ходьбе, а руки с такими же перепонками сжимали позолоченные часы с длинной цепочкой, местами проржавевшей. С ее плеч свисала кожаная промокшая сумка с маленькими царапинами на ней.

- До двенадцати еще десять минут, - проговорила незнакомка, закрывая часы и подходя ближе. – Леней сейчас спустится. Он в гостинице.

Мириам стало спокойнее, она увела Фенрира в сторону и еще раз оглядела девушку. Выглядела та, конечно, необычно.

- Так, ты тоже здесь для обучения? – уточнила Мириам.

- Да, все верно, - девушка-рыба загадочно улыбнулась и протянула руку. – Анели. Никс со Смертоносной реки.

Ведьма потянулась пожать перепончатую, еще влажную, руку.

- Я – Мириам. Лесная ведьма Огненного Каньона. Не знала, что никсы водятся в нашей реке.

- Если бы все знали – мы бы лишились основной добычи, - заявила Анели, медленно приближаясь к Фенриру, тот, успокоившись, глядел на девушку. – Никогда не видела таких волков в лесу. У него очень красивая шерсть. Ты ездишь на нем верхом? Не знала, что такое возможно.

- Да, хотя вообще мне запрещали это делать, - неожиданно для себя выпалила Мириам откровенно. – Моя бабушка его не одобряла.

Анели взглянула в лицо ведьме, заинтриговано. Никс оперлась спиной о постамент памятника рядом с Мириам и начала аккуратно гладить Фенрира по голове. Волк спокойно уселся рядом, позволяя себя почесать.

- С этого момента поподробнее.

Мириам вздохнула. Она не привыкла делиться личным. Свои тайны и секреты ведьма планировала унести с собой в могилу. И изменять своим решениям не собиралась. Но впервые за долгое время Мириам выпала возможность поговорить с кем-то, кроме Тасмин или Фенрира, и ведьма уже сама начала об этом, хотя, может, и не хотела того.

- Как только Фенрир появился на пороге нашего дома, бабушка испугалась, захотела прогнать его. Но волк не уходил. Он всегда был около нас, несмотря на все старания бабушки. Вскоре она сдалась, но наказала мне не водиться с ним. Я ее не послушала. Мы с ним – Мириам взглянула на волка, ластящегося к Анели, и тепло улыбнулась – много времени провели вместе, он много раз мне помогал и выручал. Мы стали настоящими друзьями.

Анели задумчиво глядела прямо перед собой.

- Твоя бабушка знает о том, что ты сейчас здесь? Об обучении и всем этом?

- Doch (нем. Нет же) - протянула Мириам. Разум говорил ей замолчать, но она не слушала его. Впервые она была готова рассказать другому, о чем она думает и чего хочет. Мириам не была уверена, что сделает с этим Анели: разболтает всем или сохранит при себе; но ведьма уже начала и не останавливалась. – Бабушка запретила мне ехать. Когда моя мама была примерно моего возраста, она так же поехала учиться к Обществу. Но потом произошло что-то странное: она была проклята и умерла от этого вскоре. Бабушка говорила, что в этом виноват мой отец, но я ей не верю теперь. Леней сказал, что мой отец – Мастер Общества, и он хочет раскрыть мне правду. За ней я и иду.

Анели молчала некоторое время. Никс о чем-то долго думала, затем загадочно хмыкнула и заулыбалась.

- Так ты бунтарка и искательница правды, Мириам, - сказала она.

- Что? Нет!

- Ну как же? Ты сама об этом говоришь! - смеясь, объяснила Анели, перевела взгляд на Мириам и заглянула ей в глаза. - Знаешь, ты мне нравишься. Я помогу тебе с твоим делом! Я люблю такие авантюры.

- О чем ты?

- Об этой истории. С отцом-убийцей, бабушкой вруньей и тайным обществом. Я люблю интересные истории. И хочу поучаствовать в твоей.

Мириам неожиданно стало тепло на душе. Эта веселая знакомая была со своими странностями. И Мириам не могла сказать, что ей это не нравиться.

- Хорошо. Только прошу – никому об этом не рассказывай!

- Как скажешь, - засмеялась Анели. Она выбежала на середину площади, заливаясь заразительным смехом, и начала кружиться в танце, запевая тихую мелодичную песню о природе леса и радости свободы. Мириам, недоумевая, смотрела на новую знакомую, но затем, заразившись мимолетным глупым весельем, поймала ритм и сама пустилась танцевать, насвистывая мелодию под стать песни Анели.

Девушки плясали на площади, кружились, музыка лилась ручьем между их танцующих тел.

- Слушай, Анели, - прервала мелодию Мириам, продолжая танцевать. – Ты же никс. Вы же питаетесь мертвечиной или типа того?

- Неа, - Анели покачала головой в такт их песне. – Мы не едим мертвых. Мы убиваем людей ради их душ, их костей и вещей. А едим мы обычную рыбу.

Мириам закружилась и еще раз оглядела танцующую подругу. Должно быть, ее платье было снято с красивой девушки, неосторожно бродившей у реки. А эти часы, что свисают с ее руки, и сумка – с какого-нибудь путешественника, изучающего окрестности. Но наслаждаясь весельем, ведьма не стала придавать этому значение.

Сделав еще один оборот, девушки взглянули друг на друга и упали спиной к постаменту памятника, тяжело дыша.

- Не думала, что ты поймешь, - честно призналась Анели. Фенрир, наблюдавший за ними со стороны, взвыл, как бы хваля девушек.

Наконец, между двух домов из темного проулка появилась фигура сатира. Леней уверенно шагал к памятнику, выглядел он так же, как и этим утром, только лицо было уставшим. За ним парой шли еще двое: высокая девушка с широкими плечами и худой парень с длинными волосами. Втроем они приблизились к памятнику.

- Все на месте, - сказал сатир, оглядев присутствующих. – Снова здравствуйте.

Ещё раз поприветствовав всех, Леней подошел к памятнику, закинул на постамент свою сумку и начал в ней что-то искать, затем вынул тонкую старую книгу с обшарпанной кожаной обложкой и открыл ее. Собравшиеся встали около него полукругом.

- Итак, в этом году вам выпала возможность пройти одногодичное обучение у Общества Луны и Солнца.

На первой странице был изображен символ Общества: круг, обозначающий солнце, с отходящими от него лучами, внутри – полумесяц и глаз в центре, смотрящий прямо. Вокруг него рунами было что-то написано. Мириам плохо знала руны, Тасмин считала, что руны – не настоящая магия, и не учила юную ведьму их читать или использовать. Но Мириам все же нашла одну книгу с рунами и выучила парочку. Из того что она помнила, она смогла прочитать одну руну – Луна.

– Оно продлится с середины сентября по середину мая. Пока вы будете учиться, вы будете проживать на территории Общества, – продолжал сатир и пролистнул страницу.

Там было изображено величественное здание, оно выглядело, как разрушенный храм или монастырь, оставшийся с древнейших времен. Среди гор и красоты окружающей природы оно смотрелось очень живописно. Сделанный на скорую руку рисунок смог передать яркость этого места.

– Это – Священные Земли Общества, и главное здание – Цитадель. Каждый участник Общества зовется Мастером, они будут преподавать вам последующий год, учащиеся называются Подмастерьями, по окончании года и можете остаться учиться дальше. По достижении двадцати четырех лет вы можете стать полноценным Мастером Общества.

После этих слов Леней замешкался, пытаясь перевернуть прилипшую к другой страницу, и продолжил рассказ.

А Мириам в это время оглядела новоприбывших. Девушка выглядела как обычный человек, за исключением глубоких шрамов вдоль всего лица, на плечах и груди. Ее длинные грязные волосы кое-где были заплетены в тонкие косы, руки сложены на груди. Одежда ее, едва ли покрывавшая половину тела, была обшита мехом. У Мириам промелькнула догадка, что она, должно быть, медведь-оборотень. Раньше ведьма видела таких в лесу Огненного Каньона, но из-за того, что магические существа редко и мало взаимодействуют, потому заводить беседу первым без особой необходимости считалось невежливым, поэтому Мириам не могла поговорить с ними.

Парень, вероятно, был альвом. Альвы – немногочисленные природные духи, их вид почти полностью вымер. Мириам не видела их на территории Огненного Каньона, но читала о них в книгах. Этот парень был обладателем серой кожи и длинных белесых волос, его уши были заострены, смотрел он на собравшихся свысока, что не удивительно для природных духов.

- Пока вы будете проходить обучение, у вас будет свое личное расписание, созданное с учетом особенностей вашего вида, доступ к архивам Общества. По окончании вы должны будете сдать экзамен. У каждого вида он разный: у ведьм, например (Леней краем глаза взглянул на Мириам), экзамен – это совместный с другими ведьмами шабаш. Также пока вы находитесь на Священных Землях, вы обязаны соблюдать правила Общества, о них вы узнаете, когда мы прибудем на место. Есть вопросы?

Первым осмелился что-то сказать альв:

- Какие условия проживания в Обществе? У нас будут совместные комнаты?

- У всех по-разному, - Леней пожал плечами. – Альвы и эльфы проживают в доме у Священного леса, по двое в комнатах с отдельными кроватями, шкафами и общим душем. В основном у большинства апартаменты на двоих-троих-четверых существ с общей спальней и душевой комнатой. Но есть и несколько исключений.

Альв удовлетворительно кивнул. Следующий вопрос задала Мириам:

- Возможно ли, как-нибудь, со Священных Земель связываться с другим миром?

Леней задумался.

- Раз в месяц мы допускаем на нашу территорию торговцев-странников. Вы можете передавать через них письма, за определенную плату, конечно же.

Больше вопросов не последовало. Леней удовлетворенно кивнул.

- Раз вопросов нет, - начал сатир. – Перед тем, как мы отправимся в путь, нужно сделать еще кое-что. Наше Общество, чтобы обезопасить себя, требует, чтобы каждый будущий Подмастерье заключил контракт с нами. Все, что вам надо сделать, это позволить мне наложить печать на ваши руки, чтобы вы не могли рассказать о том, как устроено наше Общество.

Все заметно напряглись. Альв отстранился, девушка-оборотень едва заметно вздрогнула, Анели скривилась.

- То есть, мы не должны ничего рассказывать об Обществе посторонним? – уточнила Мириам.

- Все верно, - подтвердил Леней. – Печати прекращают действовать, когда вы становитесь полноценным Мастером Общества. Если же вы решаете ограничиться только обучением, печати остаются до конца жизни.

Мириам не была уверена в этой идее. Понятно зачем Обществу это, но, почему-то, ведьме это не нравилось. Казалось, что-то нехорошее скрывается за этим. Но Мириам, отбросив сомнения, протянула правую руку. Леней прикоснулся к запястью, и там вспыхнула и тут же погасла маленькая, но очень сложная печать, оставив после себя небольшой безболезненный шрам.

- Тот, кто откажется от печати, обучаться не будет, - предупредил сатир, оглядев присутствующих, не спешащих подходить.

Следующей руку протянула девушка-оборотень. На ее руке загорелась и исчезла печать, но та даже не взглянула на нее.

Альв не решался, но затем, закатив глаза, позволил поставить себе печать.

Последняя, Анели, долго переглядывалась с Ленеем и другими обучающимися, но, тяжело вздохнув, скрепя сердце вытянула левую руку. Вспышка. И вот уже новая печать поставлена.

- Отлично, - сказал Леней, убирая книгу в сумку. – Дальше мы должны добраться до Линий Силы, ближайшая находится к юго-востоку от сюда, на Вольном Поле, - сатир достал из сумки карту западных земель и указал на выведенную бирюзовым цветом линию, идущую от центра материка, вдоль Болот и уходящую за Северные Скалы. - Путь займет около двух часов. Предлагаю выстроиться колонной и идти друг за другом.

Идти первым вызвался Альв, которого, как выяснилось, звали Бастиан. Такие природные духи отлично ориентируются на местности, поэтому он стал проводником и, взяв предложенную Ленеем масляную лампу, чтобы освещать ею путь, вышел вперед.

Следующей шла девушка, которая пришла с Ленеем и Бастианом, Брунгильда. Она и вправду оказалась оборотнем: отойдя подальше, она обернулась свирепой бурой медведицей, украшенной длинными шрамами.

Следующими, параллельно друг другу шли Анели и Мириам, которая вновь оседлала своего волка.

Завершал процессию Леней.

- А зачем нам к Линиям Силы? – неожиданно спросила Анели, когда путники двинулись в путь

- На Священные Земли Общества можно попасть только через портал. Благодаря Линиям Силы, я могу меньше сил потратить на установку такого портала.

Анели кивнула и ушла немного вперед послушать, о чем затеяли спор Бастиан и Брунгильда.

В это время к Мириам приблизился Леней.

- Первые несколько дней после нашего прибытия твоего отца не будет на Священных Землях. Ты сможешь увидеться с ним после его возвращения

- Wo ist er jetzt? (нем. Где он сейчас?)

- На Северных Скалах, решает вопросы их общины.

Мириам кивнула и прошла к остальным.

Перешли черту города. Огни позади стали гаснуть, Пламенный отдалялся. Путь слабо освещала круглая луна и далекие звезды. В поле гулял холодный ветер. Слышался стрекот сверчков и кваканье лягушек. Вдалеке, там, где начинается лес Огненного Каньона, слышался шелест предосенней листвы. Мириам взглянула на него на прощанье, она даже смогла высмотреть между деревьев часть белого дома, в котором раньше жила. Но свет не горел, Тасмин спокойно спала. Ведьма вздохнула.

- Я все хотела спросить, - неожиданно начала Анели, глядя туда же, куда смотрела Мириам. – Почему ты иногда говоришь на этом странном языке?

- Не знаю, - честно призналась Мириам. – Это, как что-то родное, из детства. Мне кажется, я всегда могла на нем говорить.

- Твоя мама - ведьма? А кто отец? Судя по тебе (Никс посмотрела на заостренные уши Мириам), ты не совсем ведьма.

- Моя мама ведьма, да. А отец – Страндваскаре.

- Должно быть от него ты и научилась этому языку. Насколько я знаю, страндваскаре – неупокоенные души моряков, разбившиеся о Северные Скалы. Твой отец мог быть моряком с земель, где на этом языке разговаривают.

- Хорошо, если так, но разве они тогда могут размножаться? То есть души моряков и…

- Без понятия, - призналась Анели, смеясь. – Но это и не важно. Ты знаешь, кто твой отец, значит, легче будет его найти. Ты знаешь его имя?

- Да, Эдмунд. Леней сказал, его не будет какое-то время на Священных Землях, поэтому я не смогу его сразу увидеть.

- Хорошо. Будет время освоиться. Да и, думаю, само Общество сможет дать и без него достаточно ответов.

Поля закончились и перешли в мрачный лес. Группа обошла по левой стороне чащу, пройдя по редколесью, и вышла к окруженному стеною деревьев Вольному Полю, поперек которого едва заметно на земле светилась Линия Силы. Все встрепенулись. Тело переполняла сила, текущая от земли к самому сердцу.

Леней быстро подошел к Линии, осмотрел ее и стал ставить печать. Одну. Вторую. Третью. Они загорались и загорались. Сатир обвел их по кругу, соединяя, и в центре круга образовался портал. Круговорот магии затягивал. Искры и вспышки. Перелив цветов от синего к розовому. Портал манил и притягивал.

- Назад пути не будет, – предупредил сатир.

Но Мириам, уже безоговорочно решившая дойти до конца, молча, приблизилась к порталу и растворилась в его красках…

Третья глава

«Под небом Священных Земель»

Ни одна картина не смогла бы передать величие и красоту того места, где в мгновение ока оказалась Мириам. Выйдя из круговорота магии, ведьма застыла в изумлении:

Окруженная высокими непроходимыми горами, утопающими в лучах только взошедшего солнца, долина цвела: деревья и кустарники со всего света самых различных цветов, пушистая покрытая росой трава, яркие бутоны цветов. Вдоль всей долины, соединяя темные чащи леса на востоке и каменные пустоши на западе, протекает река.А объединенные длинной ветвящейся паутиной тропинки ведут к различным зданиям по периметру всей долины и соединяются в центре – главном здании. И его, самое сердце Священных Земель – Цитадель – украшают фасад, усеянный широкими окнами с темными перегородками, со сложными орнаментами и узкими колоннами, расписные главные ворота и развевающиеся гербы с символами Общества. В воздухе витает смешанный запах травы и утренней сырости.

Засмотревшись, ведьма не заметила, как из портала вслед за ней выскочил Фенрир. Волк стремительно приблизился к Мириам, его шерсть заблестела в лучах утреннего солнца. Ведьма краем глаза взглянула на него и вновь посмотрела на Священные Земли. Здесь все казалось сокровенным. Мириам словно позволили взглянуть на что-то священное, таинство магии, сокрытое от всего мира. Она почувствовала себя вдохновленной, наполненной силой, захотелось исследовать это место и стать его частью.

Лишь на миг отвернувшись, Мириам выпустила Фенрира из виду. А когда увидела вновь, тот ловкими уверенными движениями перескакивал по скалам, спускаясь, и, чуть лапы его коснулись травы, скрылся за деревьями

- Куда? – воскликнула Мириам, стараясь разглядеть фигуру волка среди листвы. Но тот словно растворился в чаще. Ведьма хотела последовать за ним, но неожиданно обнаружила, что находится на выступе в горе, откуда не видно выхода.

Из портала вышли Бастиан и Брунгильда, их догнала Анели, а за ней, закрывая на ходу портал, к новым Подмастерьям подошел Леней. Мириам решила пока разобраться с заселением, а уже потом отправиться на поиски Фенрира. Она лишь надеялась, что волк знает, что делает, и не потеряется.

- Добро пожаловать на Священные Земли Общества, - протянул Леней, демонстрируя новоприбывшим долину. Немного подождав, он продолжил: Рад представить вам нашу обитель. Здесь вы проведете ближайшие девять месяцев, научитесь многому, приобретете новые знания, познакомитесь с существами со всего мира. А сейчас нужно заняться вашим заселением в комнаты. Прошу всех за мной.

Леней увел новоприбывших Подмастерьев вправо, где между горных деревьев затерялся пещерный проход, узкий туннель с лестницей, ведущей вдоль всей скалы. Вслед за Мастером, выстроившись линией, собравшиеся спустились по лестнице, вышли на свет и направились к Цитадели, у входа в которую их уже дожидались другие Мастера.

- Итак, Подмастерья, - начал сатир, когда группа приблизилась ко входу. – Сейчас наши Мастера проводят вас до ваших комнат и расскажут по дороге об основных правилах нашего Общества. Мириам, тебя проводит Хилдер. Бастиан, ты пойдешь с…

Леней продолжил распределять, подзывая рукой Мастеров. В это время к Мириам приблизилась высокая грузная женщина-тролль. Ее облегающее короткое платье напоминало доспехи, все тело, темно-серого цвета с маленькими камнями-наростами, украшали всевозможные безделушки, сделанные из костей разных животных, светлые волосы подвязаны тканевой лентой. Несмотря на устрашающий внешний вид, ее глаза глядели дружелюбно, Хилдер мило улыбалась, демонстрируя свои торчащие вверх клыки.

- Пойдем, Мириам? – спросила она своим грубым хриплым голосом.

Ведьма кивнула.

- Прошу, - Хилдер пересекла порог Цитадели, ведя свою подопечную, и прошла чуть вглубь, позволяя осмотреться. Мириам, идущая все время рядом, глядела во все глаза. – Это Внутренний Двор Цитадели и, собственно, она сама. Здесь будет проходить большинство занятий, также тут находится столовая, библиотека и комнаты других Подмастерьев. Пока не начались занятия, у тебя есть время исследовать Священные Земли и выяснить, что и где находится.

В этом месте кипела жизнь: множество самых различных существ сновали повсюду, в воздухе чувствовалось бурление магии, загорались и исчезали искры, по небу плыли книги, пергаменты, различные камни, амулеты, травы и аккуратно опускались в руки колдующих. Двор Цитадели был огромен. В его центре стояла величественная статуя-фонтан прекрасной женщины, тело ее было обнажено, и лишь тонкая мраморная ткань окутывала ее грудь и бедра. От фонтана маленькие ручейки уходили вдоль всего двора в разные стороны. Один из них вел к небольшому озеру: блестящая голубая вода, разноцветные цветы, множество мелких рыб, мельтешащих в его водах. Помимо статуи и озера во внутреннем дворе было много скамеек, выставленных группами полукругом, на них сидели другие Подмастерья и общались, несколько лавок и магазинов, в которых Мастера продавали различные товары собственного производства.

Мириам огляделась и вновь взглянула на Хилдер. Свернув направо, та стремительно зашагала вдоль всего двора, Мириам шла рядом, навострив уши.

- Наше Общество, Мириам, существует по определенным правилам, которые ты, как новый Подмастерье, должна соблюдать. Ты должна строго следовать своему расписанию занятий и распорядку дня, который был специально для тебя разработан, не нарушать дисциплину, уважительно относиться ко всем существам, находящимся на территории Священных Земель…

Мириам кивала, хотя сама думала, что уже половину правил она не будет соблюдать. У ведьмы всегда был свой распорядок дня, своя манера поведения, которую она не собирается менять ради жизни здесь. Ну, а нарушать правила ей было уже не впервой.

Когда Хилдер остановилась у одной из арок, ведущих внутрь, и зашла в нее, Мириам последовала за ней, оглядываясь, запоминая путь. Внутри ведьму встретил просторный холл, где между колонн высокие открытые окна впускали прохладу в помещение, где сновали Мастера и Подмастерья, мягкие кресла с подушками стояли полукругом, и лестница, украшенная красным ковром, вела наверх.

- За несоблюдение правил следует наказание, - продолжила Хилдер, пройдя к лестнице и начав подниматься. – Пока не начались занятия, у тебя есть время привыкнуть к новому распорядку дня, изучить местность и обзавестись знакомыми. Это важно, ведь в будущем у вас будут совместные задания.

Они преодолевали один пролет за другим. Миновал первый этаж. Второй. Третий. На четвертом этаже Хилдер свернула влево, уводя Мириам к спальням, и снова продолжила путь. Здесь вдоль правой стены располагалось множество дверей в комнаты, где проживают другие ведьмы.

- Так же ты можешь посещать дополнительные занятия у отдельных Мастеров еще до начала основной учебы. Объявления о таких висят на этаже.

Мириам повернула голову назад, стараясь увидеть доску с объявлениями, и заметила ее, висящую между колонн, рядом с высокой дверью, отличающейся от других: она была выше и шире других дверей на этаже и имела небольшой витражный узор. Мириам посмотрела на Хилдер и спросила о ней.

- Комната коменданта, он следит за порядком на этаже, - объяснила та, направляясь дальше по коридору. – Не отвлекайся. Пока не началась учеба, ты должна успеть сделать еще кое-что: получить специальную одежду для занятий и подтверждение о том, что ты являешься Подмастерьем. Вот, держи…

Остановившись, Хилдер протянула Мириам тканевый мешочек, в котором ведьма обнаружила горсть мелких кристаллов.

- Чтобы не было проблем с валютой разных государств, на территории Священных Земель действует своя валюта – кристаллы. Каждому Подмастерью мы выдаем сотню таких на первое время, чтобы вы могли и одежду заказать, и подтверждение получить. Кристаллы мы выдаем за хорошую учебу или помощь в каком-либо деле. И вот еще…

Женщина-тролль достала из своей сумки папку с бумагами и протянула Мириам.

- Здесь распорядок дня и расписание занятий, вот твоя комната, - Хилдер указала направо, где находилась закрытая дверь комнаты номер четырнадцать, последней комнаты на этаже. – Тут я тебя оставлю. Удачи!

Хилдер улыбнулась, развернулась и ушла прочь. Мириам оглядела свои новые вещи и неаккуратно запихнула их в свою сумку, поправила волосы и открыла дверь.

- О, а вот и ты, - с порога начала девушка, приблизившись к только зашедшей Мириам. – Я – Лори, ведьма Болот. Рада знакомству.

Ведьма Огненного Каньона оглядела новую знакомую. Радостные зеленые глаза, пухлые улыбающиеся губы, соломенные волосы, аккуратно расчесанные и убранные назад. Черное длинное платье и такая же шляпа.

- Мириам. Лесная ведьма, - проговорила Мириам, проходя вглубь комнаты. Апартаменты были совсем небольшими: общая комната с коридором и ванная. Одно окно, слева от него двухъярусная кровать, нижнюю койку которой уже заняла Лори, справа обычная кровать с сидящей на ней ведьмой, общий шкаф, стол с тремя стульями. – Рада знакомству. Моя кровать на втором этаже?

- Да, - отозвалась еще одна соседка и сразу же представилась: – Мэри. Ведьма ночи.

Девушки пересеклись взглядами. Мэри, ведьма маленького роста с короткой стрижкой и пристально смотрящими глазами в синем коротком платье с пышными рукавами и темной шляпой, развешивала на стены у своей кровати различные карты звездного неба, листы, вырванные из учебников, и другую полезную литературу. Вокруг нее в воздухе парила колода гадальных карт, которые сами собой перетасовывались, раскладывались в непонятных комбинациях.

Мириам оглядела комнату. Другие две ведьмы видимо только заехали и разбирали свои вещи: в комнате царил бардак, всюду валялась одежда, книги, сумки. Аккуратно обойдя все, что лежало на полу, Мириам приблизилась к кровати и легким движением запрыгнула на верхнюю койку. Места оставалось немного. Оставлять сумку в комнате ведьма не собиралась, поэтому начала освобождать ее от груза, которые не потребуется на постоянной основе: открыв верхние полки шкафа, переложила туда одежду, книги сложила на крышку шкафа, остальное оставила при себе.

Разбирая вещи, Мириам заметила новую книгу. Тонкую, аккуратную, чистую. Ведьма точно знала, что такой раньше у нее не было, все ее книги были старыми и потрепанными, ведь она постоянно открывала их и перечитывала. Заглянув в новую книгу, Мириам увидела черный блестящий конверт с синей восковой печатью и пером неизвестной ей птицы, который упал ей на колени. Вскрыв конверт, ведьма достала письмо и прочитала:

«Здравствуй, Мириам,

К несчастью, из-за сложившихся обстоятельств, пока не могу встретиться с тобой. Очень сожалею, но иначе - никак. Надеюсь, то время, что меня не будет, пройдет без неприятностей. В качестве небольшого подарка, который должен немного сгладить мою вину, дарю тебе эту записную книгу. Можешь использовать ее, как пожелаешь.

С надеждой на скорую встречу,

Твой отец,

Эдмунд»

Письмо от родителя стало неожиданным сюрпризом для Мириам, но она не могла не радоваться такой весточке и небольшому подарку, который решила использовать для своих заметок. На первую страницу книги ведьма вклеила конверт с отцовским письмом, расписание занятий и распорядок дня, которые достала из папки. Краем глаза взглянула на последнее:

7.00 – подъем7.30 – завтрак8.00 – 9.00 – первое занятие9.20 – 10.20 – второе занятие10.40 – 11.40 – третье занятие12.00 – 13.00 – четвертое занятие13.30 – обед14.00 – 16.00 – время доп.занятий и(или) время для групповых заданий16.00 – 19.00 – свободное время19.00 – ужин19.30 – 21.00 – свободное время21.30 – отбойМириам усмехнулась. Ложиться спать в полдесятого она уж точно не будет.

Продолжая работу с книгой, ведьма приняла решения на второй странице изобразить карту Священных Земель. Мириам легко ориентировалась на местности, но подумала, что в Цитадели или в других зданиях могут быть потайные проходы или другие скрытые помещения. Их расположение ведьма хотела запомнить и записать. Помимо этого, Мириам очень не любила откладывать дела на потом, потому решила сразу покончить с заданиями, выданными Хилдер, и потом приступить к своим.

- Я пойду прогуляюсь, - сказала Мириам своим соседкам, взвалив на себя вновь свою сумку, и прошла к выходу.

- Еще увидимся, - на прощанье произнесла Лори. Мэри показала карту «Колесо Фортуны», желая удачи. Мириам кивнула и покинула комнату.

Длинные коридоры были заполнены Подмастерьями: множество различных существ со всего света бродили всюду, переговаривались. Мириам шла, оглядываясь и подмечая важные детали в своей голове. Четвертый этаж – последний этаж восточной части Цитадели был заселен ведьмами и колдунами. На этаже ниже жили шаманы и прорицательницы. На втором этаже находилось несколько просторных залов для практических занятий, учебные кабинеты и комнаты самих Мастеров. Здесь, в основном, и ходили сами Мастера, иногда они оглядывались на Мириам, перешептывались, но не подходили. На первом этаже так же находились кабинеты и столовая: просторное помещение с высокими потолками и длинными окнами, заставленное маленькими круглыми столами.

Выйдя из Цитадели, Мириам свернула направо, решив обойти двор с другой стороны, достала свою записную книжку и схематично сделала набросок Цитадели, выделяя важные места.

- Что это за красавица идет? – игриво спросила Анели, взбираясь на камни озера.

- Ой, ну тебя, - бросила Мириам, останавливаясь у никс. Та сидела на влажных камнях, блестя в свете лучей солнца, в новом белом платье с цветочным узором. – Ты что здесь делаешь? И для чего переоделась?

- Будто бы я должна в одном и том же целый день ходить, - наигранно обижено произнесла Анели и вновь заулыбалась, демонстрируя острые зубы. – А здесь я живу, - никс показала на углубление в скале, вырастающей из озера, ее каменные стены переходили в здание самой Цитадели. – Что за глупые вопросы! Ты-то куда собралась?

- Надо делами заняться, там, одеждой, документами. К тому же Фенрир убежал, мне надо его найти.

- Этим можно и потом заняться, не в первый же день, - лениво протянула Анели, зевая. – Может, вместо этого пойдешь к нам? Мы в карты играем.

Никс указала на группу полуводных созданий, собравшихся у большого валуна, раскладывающих карты для неизвестной Мириам игры. Ведьма отказалась.

- Как хочешь, - сказала Анели, собираясь уходить, но тут же вернувшись. – Слушай, у меня появилась одна идея. Ну, по поводу твоей этой ситуации с родственниками.

- Давай обсудим это за обедом, - предложила ведьма.

Анели достала позолоченные часы, по которым смотрела время в ночь перед прибытием на Священные Земли, и взглянула на них.

- Как скажешь, - проговорила никс, погружаясь под воду. – Увидимся за обедом, – и скрылась в глубинах озера. Мириам кивнула и направилась дальше.

В ателье с нее сняли мерки. Две девушки, мило общаясь с посетителями, принимали заказы: одна записывала в книгу пожелания и мерки, другая мерила и спрашивала. Как выяснилось, одежда для занятий лесных ведьм была болотно-зеленого цвета с большим количеством карманов. Мириам заказала сразу несколько комплектов такой одежды, не забыла и про зимнюю.

В справочном столе ведьму расспрашивали о ее происхождении, способностях, попросили посмотреть и шрам от печати, поставленной Ленеем той ночью. По итогу ей выдали небольшую карточку, где были записаны данные Мириам: ее имя, пол, раса; и нарисован ее портрет. Ведьма не постеснялась спросить, ради чего Подмастерьям удостоверения. На что Мастер-упырица ответила, что это необходимо, чтобы отличать проходящих год обучения от тех, кто уже после него продолжил учиться у Общества. Почему это так важно, Мириам решила не уточнять, посчитав это не столь важным.

По итогу, ведьма потратила больше половины выданных ей кристаллов.

Закончив со всеми делами Общества, Мириам решила направиться на поиски Фенрира. Ведьма покинула Цитадель через северный выход и направилась к густому лесу у подножия гор. Путь ее лежал через цветущее поле, вдоль которого протекала река.

По небу плыли одинокие кучевые облака. В поле гулял ветер, под его напором трава и цветы танцевали, причудливо извиваясь. Всюду летали пчелы, весело жужжа. Светило яркое теплое солнце. Мириам подловила себя на мысли, что совсем не чувствует здесь приближение осени. Ей казалось, будто сейчас начало июня, лето только набирает обороты. Мириам может никогда и не признается себе в этом, но она не хотела, чтобы лето заканчивалось. Она знала, что смена времен года – естественная часть жизни этого мира, без нее никуда, ей нравилась весна, и она любила осень. Но лето всегда было для Мириам особенным временем, временем покоя, умиротворения. Только летом она могла спокойно гулять по родному каньону, исследовать, находить что-то новое для себя, в другие времена года все омрачалось погодными условиями. И оказавшись здесь, Мириам поняла, что не зря согласилась. Ведь здесь было лето, а там наступала осень…

Приблизившись к кромке леса, Мириам увидела среди деревьев жилой дом. Массивные деревянные двери и окна дополняли грубо вытесанные из камня стены, стройные колонны уходили вверх к крыше, где над кронами деревьев поднимался тонкий шпиль. Мириам предположила, что здесь живут природные духи, и ее догадка подтвердилась, когда она увидела Бастиана, выходящего из главного входа.

- Ты здесь живешь? – спросила ведьма, приблизившись к альву.

- Да, - ответил Бастиан, распрощавшись с эльфом, с которым только что разговаривал. – Почему ты здесь? Я думал, ты живешь в Цитадели.

- Это так, - призналась Мириам. – Я ищу своего волка. Ты не видел его?

- Я видел какого-то волка у дальней оранжереи около часа назад, - ответил Бастиан, щурясь на солнце. – Тебе не кажется это странным?

- Что именно?

- Здесь слишком тепло для конца августа. Мне кажется это подозрительным.

- Ну, мы в другой части материка, здесь может быть другой климат.

- Не думаю.

Мириам решила оставить Бастиана с его подозрениями. Поблагодарив альва, ведьма направилась к оранжереям. Рядом с полем находились выстроенные в ряд теплицы, Мириам увидела их еще в окне своей комнаты, когда собиралась уходить. Уже на подходе к ним ведьма увидела волка. Только этот был меньше, и глаза его глядели по-другому. К этому волку подбежал еще один, и уже вдвоем они побежали дальше резвиться между оранжерей. Мириам расстроилась, собиралась уже развернуться и уйти, чтобы продолжить поиски в лесу, но тут услышала разговор двух женщин, спрятавшихся между оранжерей:

- Как бы я не любила Джоан, этот ее выбор я не одобряю. Не понимаю, как можно было связать свою жизнь с таким как он. И завести с ним детей! Уму не постижимо!

Поняв, что речь идет об ее родителях, Мириам остановилась и прислушалась.

- Я тоже не понимаю. Хотя все страндваскаре скрытные, может она смогла узнать его получше и полюбить?

- Я бы поняла, если бы она полюбила любого другого страндваскаре, но не его! Эдмунд – самый жуткий тип из тех, что я знала. Когда он уходит, дышать становиться легче.

- Не могу с тобой не согласиться. Но все же что-то хорошее в нем есть. Иначе он бы не приручил этого волка.

- Это да. Но нельзя оправдывать его одним хорошим поступком. Всё же плохого в мир он привнес больше… Подожди, а который час?

- Уже почти половина.

- Нам надо идти. Ты же знаешь, эти оболтусы разрушат нам всю столовую, если их не контролировать. Каждый раз одно и то же!

Женщины встали и зашагали прочь, обсуждая уже совсем другое.

А Мириам долго стояла на месте, не шевелясь и стараясь обдумать услышанное. В голове возникало все больше и больше вопросов, но пока никто не мог дать ответы. Надеясь увидеть Фенрира, Мириам вышла из своего укрытия и приблизилась к играющим волкам. Сейчас она увидела, как они были на него похожи: такие же большие, больше обычных волков, шерсть так же серебриться на свету, глаза смотрят удивительно осмысленно. Волки играли друг с другом, бегали между оранжерей, задорно лаяли. Иногда они останавливались, вопросительно глядя на Мириам, а потом вновь пускались резвиться.

Засмотревшись на них, Мириам не заметила, как из тени деревьев, где только что сидели и переговаривались Мастера, вышел, широко зевая, заспанный Фенрир. Заметив ведьму, он встрепенулся, сбрасывая дрему, и аккуратно приблизился к ней. Мириам смотрела в его глаза, такие знакомые и незнакомые одновременно. В один момент он стал ей словно совсем незнакомым существом. Ее глаза сами собой стали печальными.

- Это место - твой дом? – спросила Мириам. Не известно, понимал ли Фенрир ведьму, но на её вопрос он ответил кивком.

- Он прислал тебя, чтобы ты присматривал за мной? – вновь спросила Мириам. Она не хотела произносить имя отца, сейчас ей трудно было выговорить его. И Фенрир снова кивнул.

Мириам прижалась к пушистой шее волка, обнимая. Фенрир положил ей на плечи свою голову. Другие два волка, веселящиеся рядом, остановились, недоумевая, глядя на них.

Как вдруг раздался колокольный звон. Мириам устремила взгляд на южную башню Цитадели, где можно было рассмотреть Мастера, звонящего в колокол. Ведьма не могла с точностью сказать, что это значит, но посчитала, что таким образом всех призывают на обед. И потому Мириам, погладив напоследок теперь уже не своего спутника, а свободного волка Фенрира, по голове, отправилась к столовой.

В столовой царил полный хаос: голоса и шаги смешались в какофонию звуков, все толкались, ругались. Мириам взяла поднос с обедом, непринужденно опередив спорящих молодых троллей, и уселась за один из немногочисленных свободных столов, который находился в дальней части столовой, где никто бы ведьму не заметил и не обратил бы на нее внимание. Медленно поедая овощную похлебку, Мириам размышляла о чем-то своем, не замечая ничего вокруг.

- Так, ты нашла своего волка? – спросила неожиданно появившаяся у столика Мириам с таким же подносом в руках Анели, садясь рядом.

- Да, и еще кое-что узнала о моих родителях, - ответила Мириам. Анели приступила к еде, навострив уши, показывая, что внимательно слушает. – Фенрир, оказывается, был волком, которого приручил мой отец. Он же и отправил его ко мне, чтобы он следил за мной. Вообще, у моего отца дурная слава здесь, но о маме отзываются хорошо.

- Откуда столько информации?

- Подслушала разговор двух Мастеров. О чем-то сама догадалась. Ты ведь хотела что-то предложить?

Анели несколько раз кивнула, делая большие глотки ягодного компота, и, отдышавшись, начала:

- Я тут разговаривала с одним парнем. Он мне рассказал, что он… Ну, как он… Он слышал, как другой парень рассказывал своей девушке, что он видел, что северо-западная часть Цитадели, прилегающая к одной из скал около Каменного Поля, заселена темными духами. Ты меня понимаешь?

- Не совсем, - неуверенно ответила Мириам, глядя на никс.

- Суть в том, - пояснила Анели, - что в северо-западной части Цитадели живут темные духи, демоны. А страндваскаре – как раз один из них. Я просто подумала, если твоего отца пока в Цитадели нет, мы можем сами о нем что-нибудь узнать. Что скажешь? Он ведь учился здесь, жил. Я уверена, осталось что-то в том месте от него. Разве тебе не хочется еще что-нибудь о нем узнать?

- Я хочу, конечно, - ответила Мириам, обдумав затею. После подслушанного разговора ей и вправду хотелось лучше узнать своего отца, даже если это возможно только через посредника. Но в этом плане было много изъянов. – Но, насколько я знаю, темные духи не очень-то любят чужаков. Мы же не можем просто явиться в ту часть Цитадели и начать задавать вопросы. Нас выпрут оттуда.

- Об этом можешь не переживать, - бросила напоследок Анели, убегая из столовой. Мастера, следящие за порядком, видя, что Анели убежала, не убрав за собой, недовольно вздыхали. Мириам помогла прибраться и также покинула столовую.

Дальше жизнь текла своим чередом. Пользуясь всем своим свободным временем, Мириам исследовала Священные Земли: много ходила, наизусть заучила большинство мест и как к ним добраться, нашла несколько тайных проходов, сделала подробную карту в своей записной книге. Когда заняться было нечем, ведьма посещала дополнительные занятия. Пока учеба не началась, они были общими и не подробными, но Мириам было интересно. Несколько занятий провел Леней, он рассказывал о южных землях: о природе юга, климате, о южном государстве, о его искусстве и культуре, об особенностях жизни и быта. Мириам, бывавшая только на западе, в пределах Огненного Каньона, слушала с большим интересом о других частях этого мира. Одно занятие провела Хилдер, она рассказывала об особенностях земляной магии, ее применении в быту и в бою. И еще парочку провели другие Мастера, о которых Мириам раньше ничего не знала. На несколько занятий Мириам удалось затащить Анели. Но той было не особо интересно. Только на одном занятии никс слушала увлеченно. Это было занятие у Ленея, он рассказывал об искусстве южных земель, показывая маленькие копии известных картин, на многих из них были изображены полуголые юноши великолепного телосложения.

И вот, когда Мириам уже и позабыла об идее Анели, та ввалилась к ней в комнату, лучезарно улыбаясь, держа в руках несколько комплектов старой одежды.

- Где ты это достала? – спросила Мириам, аккуратно, одними пальцами, беря черный балахон. – Und was ist das? (нем. И что это?)

- Это одежда некоторых темных духов. Я достала ее из прачки, - ответила Анели, демонстрируя разодранный черный плащ с каплями крови и кусками прилипшей грязи на нем. – Пришлось самой сдать ещё чистые вещи и потратить кристаллы, чтобы туда проникнуть.

- Фу! – не выдержала Лори, сидевшая за столом и делающая лечебные маски для лица из ягод. – А можно этим заниматься не в нашей комнате?

- В твоих интересах, чтобы это быстрее кончилось, - бросила Анели в ответ и повернулась к Мириам. – Помнишь наш план? Мы переоденемся темными духами и проникнем на их территорию. Скажи, хорошо придумано.

- Не то слово, - смеясь, отозвалась Мэри, демонстрируя карту «Дурак», как бы подкалывая девушек.

- Ты не могла найти чистую одежду? – спросила Мириам, оглядывая балахон.

- Нет, они сразу же ее забирают, - ответила Анели, натягивая поверх серебряного платья рванную водолазку, которую обычно под плащом носят страндваскаре. – Надевай прям поверх сарафана, потом и его в прачку отнесешь.

- Фу! – вновь отозвалась Лори. – Это ужасно!

- Тут еще такая загвоздка, - начала Мириам, вертя в руках балахон, решая, следует ли его надевать. – Темные духи, как и демоны, и многие другие такие существа, обычно бледные, белые, как скатерть. А ты – зеленая.

- А ты – оранжевая! Мириам, я не настолько глупа, чтобы забыть об этом! – Анели закатила глаза, доставая из кармана штанов какого-то бедняги (которому теперь придется ходить в одних подштанниках) банку белой краски.

Мэри закатилась еще одной волной смеха. Лори взглянула краем глаза и вновь отвернулась, стараясь не смотреть на безобразие, творящиеся в их комнате.

- Прошу, уходите, - взмолилась она.

- Поможешь – уйдем, - сказала Анели, доставая из того же кармана кисточку.

Лори, всеми силами желающая прекратить творящийся балаган, достала из своей сумки нормальную косметику и загримировала их так, что их сложно было отличить от настоящих темных духов, по крайней мере, издалека. Банку краски, которую принесла Анели, ведьма Болот всучила Мэри, чтобы та поскорее избавилась от нее.

- Уходите скорее! – Лори чуть ли не вытолкала девушек из комнаты. Мэри смеялась, глядя на Анели и Мириам, на прощанье показала карты «Колесо Фортуны» и «Звезда». И дверь захлопнулась.

Появление неправдоподобных темных духов в восточной части Цитадели вызвало бы большую шумиху, поэтому Мириам пришлось вести Анели к северо-западной части через потайные коридоры, которые нашла за время пребывания здесь. Узкие проходы, не позволяющие даже развернуться, вынуждали девушек передвигаться бочком, и Анели то и дело размахивала своими плавниками, стремящимися разрушить их ненадежную маскировку. Мириам была недовольна, но сделать ничего не могла. Выйдя на свет, ведьма схватила Анели, сильно сжав ее запястье, и стремительно повела никс через двор, стараясь ни на кого не смотреть. Мириам еще раньше заметила, что большинство демонов избегают долгого пребывания среди других существ, поэтому стараются скорее уйти, эту модель поведения ведьма и пыталась повторить. Насколько она могла судить – успешно. Огибая деревья и кустарники, склонившие свои ветви в этот хмурый облачный день, девушки преодолели двор и через арочный вход попали на Каменное Поле, ведущее к северо-западной части Цитадели.

Несмотря на то, что это место называли частью Цитадели, по сути, она не принадлежала ей. Демоны и темные духи жили в маленьких одиночных комнатах в углублениях в скале, расположенных в несколько этажей, соединенных чередой длинных коридоров, один из которых и уходил в западную часть Цитадели. Местность, которую окружала эта скала, называлась Каменным Полем, потому что на этой небольшой площади росли только камни. Сейчас это место было заполнено, множество темных существ бродило здесь по одиночке или в маленьких группах, разговаривали исключительно шепотом. Некоторых Мириам могла узнать: вот богган, низкорослый дух, обитающий на Далёких Землях, где ведьма иногда бывала, вот Кальях Варе, дух умершей от холода ведьмы, управляющей льдом.

Обойдя каменное поле по правой стороне, девушки скрылись за каменными колоннами.

- Что дальше? – спросила Анели шепотом.

- Это же была твоя идея. Я думала, у тебя есть план, - призналась Мириам едва слышно. Она постоянно озиралась по сторонам, высматривая, не видит ли их кто, и старалась вести себя максимально естественно.

- Я хотела помочь с поисками информации о твоем отце, - начала оправдываться никс. – Предложила идею. А что дальше делать – не знаю. Ты же исследовала Священные Земли, должна хоть приблизительно знать, где можно что найти.

Мириам задумалась. Она согласилась только потому, что думала, что у Анели есть план. Но теперь видимо ведьме придется взять все в свои руки.

- Северо-западная часть слишком большая. Мы не успеем исследовать все вместе. Надо разделиться, - начала Мириам рассказывать свою затею. – Ты пойдешь на запад, посмотришь, есть ли там что полезное. Я исследую восток. Встретимся здесь же через минут двадцать-тридцать

Анели кивнула и взглянула на свои часы, которые постоянно носила с собой.

- Помнишь, что мы ищем?

- Твой отец. Страндваскаре Эдмунд. Что еще?

- Мастер Рун и Печатей

- Поняла. До встречи.

Анели кивнула, поднимая повыше ворот водолазки и закутываясь в плащ. Мириам долго глядела в ее сторону, желая убедиться в безопасности никс, и потом сама направилась на поиски. Мириам прошла несколько спальных этажей: вытесанные из камня неровные коридоры, поросшие со всех сторон мхом, ведущие к спальням темных духов, в которые Мириам даже смогла заглянуть; подслушала несколько ничего не значащих разговоров, прошлась по нескольким просторным холлам, и даже зашла в северную часть Цитадели, где проходили практические занятия у демонов. По итогу ведьме так ничего и не удалось найти. Огорченная таким исходом Мириам вернулась на назначенное место встречи.

Но Анели не было.

Мириам решила ее подождать. Прошло пять минут. Десять. Мириам стала переживать за подругу. Пятнадцать. Решив, что это слишком на нее не похоже, Мириам направилась на ее поиски. Но искать долго не пришлось:

- Hol`s der Teufel! (нем. восклиц. Черт возьми!) – выругалась Мириам, завидев толпу темных духов, окруживших Анели, уже без маскировки, во главе с одним страндваскаре, который держал никс за руку, не выпуская. – Ты что творишь? Отпусти ее! – выкрикнула ведьма, стремительно приближаясь.

- Ишь ты, защитник нашелся! Она проникла на нашу территорию и шастала по моей комнате. Да я ей кишки выпущу! Не смей вмешиваться!

- Мириам, - взмолилась Анели шепотом.

Мириам переводила взгляд с Анели на страндваскаре. Толпа молча выжидала. Парень сжал свою руку сильнее, и Анели вскрикнула.

Взрыв. И сноп искр направился прямо к страндваскаре, отбрасывая парня, сбивая с ног. Скрываться уже не было смысла. Разорвав балахон, Мириам предстала перед пораженной публикой в своем сарафане теплого карамельного цвета. Еще удар. И уже другое заклинание летит в того же страндваскаре, не успевшего даже прийти в себя.

Все всполошились. Кто-то встал на защиту парня, схватившего Анели, кто-то побежал за подмогой, а кто-то, и это поразило Мириам больше всего, встал на ее сторону. Началось сражение. Мириам метала заклинание за заклинанием, не оставляя себе и секунды на отдых. Еще одно. Огнем загораются балахоны противников. Но они не отстают. Сыплют проклятия. Одни чары даже смогли ранить Мириам. Она заметила, что их послал тот страндваскаре, которого она только свалила на ноги. Ведьма бросила заклятие в ответ. Она уже даже не злилась на него. Ей стало весело. Мириам смеялась, направляя все новые и новые заклинание на того парня. Она слышала, как за ее спиной, так же радостно атаковала противников Анели.

- Хватит! – разрывая поток магии, прокричал кто-то из Мастеров, позванных на усмирение толпы. Начался еще больший хаос. Кто-то продолжал пускать чары, уже не разбирая в кого, кто-то хотел убежать, чтобы не получить наказание.

Схватив подругу за руку, Мириам, не зная точно, куда она идет, стремительно повела Анели к одному из темных проходов, спрятанных между колонн. При этом она продолжала смеяться, наблюдая за беспорядком. Скрывшись между колонн, подруги прошлись по коридору и попали в большой зал, где уже не было слышно криков толпы и шума.

Мириам заворожено смотрела по сторонам не в силах осознать, где она оказалась. Зал Памяти. Несмотря на то, что Мириам исследовала Священные Земли и нашла множество потайных коридоров, не предназначенных для использования Подмастерьями, об этом месте она только слышала от Мастеров, когда подслушивала их разговоры (она постоянно так делала, еще когда жила с Тасмин, это выручало ее в некоторых ситуациях). Зал Памяти был священным местом Общества. Здесь хранились все сведения о нем самом: история его создания, основатели, имена всех Мастеров, их достижения в магии и искусстве. Здесь хранилась информация, которую не каждому новому Мастеру то открывали, не говоря уже о Подмастерья.

Мириам сделала пару шагов ближе к центру и оглядела помещение. Зал представлял собой длинное просторное помещение, заставленное множеством пергаментов и свитков, завешенное картинами, картами, портретами. Портреты. Они и привлекли внимание Мириам. По правой стене вдоль всего помещения были развешены портреты всех Мастеров Общества, от его основателей до самых молодых, попавших в ряды Общества всего несколько лет назад. Мириам шла, ища конкретное имя.

- Думаешь, ты здесь что-то найдешь? – спросила Анели, подходя к подруге. Она лишь недавно смогла привести в норму дыхание, хотя с ее лица не пропадала улыбка.

- Мы же затеяли все это, чтобы узнать что-нибудь про моего отца. Вот я и ищу его, - ответила Мириам, не отвлекаясь. Она так же была весела, но сейчас ведьма поставила себе конкретную цель и не хотела отвлекаться.

- Не уверена, что здесь будет та информация, которую ты ищешь, - усомнилась Анели, но сама, обогнув подругу, ушла чуть вперед, помогая в поисках.

Мириам смотрела на портреты, и они казались ей безликими. Словно их лица стерты с памяти, словно они ничего не значили. Но некоторые отдельные лица, наоборот, были четкими, даже слишком. Мириам казалось, что она может рассмотреть каждый волосок с их головы, каждую морщинку. Когда она находила такие портреты, она всегда смотрела на край картины. Если там было изображено Солнце, значит, Мастер еще жив, если Луна – нет. Пока что все четкие портреты были помечены Луной.

- О, Леней! – воскликнула Анели, уйдя прилично вперед.

Мириам поспешила к ней. Его портрет слишком выделялся среди других. Он был словно ярче, его глаза словно глядели прямо в душу, ехидно усмехаясь. Нетрудно было найти рядом и портрет отца Мириам, помеченный Солнцем, а рядом с ним и портрет матери, помеченный Луной. Мириам вздохнула, глядя на эти картины. Ведьма едва ли могла узнать в Джоан черты ее мамы, она просто смотрела на портрет, видя лишь размытое пятно. Как и Леней, Эдмунд, изображенный на картине, был таким же четким, ярким, только глаза его, что пристально смотрели на Мириам, словно таили злобу.

- Кто это? – недоумевая, спросила Мириам. Она еще раз оглядела стену, увидев едва заметную линию, ведущую от портретов отца и матери к еще одному портрету. На нем красовался страндваскаре, но в чертах его лица виднелось что-то знакомое, что-то родственное. – Эрих? - прочитала ведьма подпись под портретом.

- Ты о нем? – переспросила Анели, указывая на заинтересовавший Мириам портрет. – Не знаю. О, он на нее похож чем-то, - Анели указала на размытый портрет Джоан.

- Я не понимаю! Почему от них линия идет к нему? – раздраженно спросила Мириам. – Was bedeutet das? (нем. Что это значит?)

- Может, - тихо начала Анели, - они связаны? Послушай…

- Ты хочешь сказать… - перебила Мириам подругу.

- Так обычно обозначают потомков, когда рисуют древо жизни. Может быть, этот парень, на самом деле, их потомок… Ну, то есть, твой брат.

Мириам долго молчала, обдумывая это, а затем залилась звонким смехом, разносившимся эхом по всему залу.

- Ты понимаешь, что это значит? – спросила она, пытаясь отдышаться.

- Нет, - откровенно ответила Анели.

- Я только что подралась со своим братом!

Выйдя из Зала Памяти в приподнятом настроении, Мириам и Анели, окончательно избавившись от остатков маскировочной одежды и грима, покинули северную часть Цитадели и вышли во Внутренний Двор. И здесь их веселью пришел конец:

Как выяснилось, в потасовке, устроенной Мириам, несколько Подмастерьев пострадало, и сейчас пришедшие на помощь Мастера уносили их на руках на Лечебный этаж.

Помимо этого выйти сухими из воды у девушек не получится, некоторые Мастера, пришедшие разбираться с происходящим, видели их и сразу установили кто они. Один из них, несущий на руках раненного боггана, заметив Мириам во внутреннем дворе, приказал ей оставаться на месте и дожидаться, когда с ней начнут разбираться.

Все было бы еще не так плохо, если бы в этот момент на пороге Цитадели не появился один Мастер. Мириам заметила его краем глаза и застыла в изумлении. В чертах высокого статного страндваскаре, скривившего лицо от ненавистного ему шума и суеты, вошедшего во Внутренний Двор, высоко подняв голову, ведьма узнала своего отца, вернувшегося с Северных Скал. Их взгляды встретились. И Мириам стыдливо опустила глаза, отвернувшись в другую сторону. Ведьма не хотела, чтобы отец узнал, что только что произошло. Также она не хотела, чтобы он подходил к ней прямо сейчас.

Кап.

Подняв голову к небу, Мириам удивленно посмотрела на дождевые облака, готовые разразиться ливнем. Ветер усилился, стало зябко, и ведьма обняла себя за плечи руками.

Кап.

Одинокая капля падает ей на глаз и скатывается по щеке, как слеза, перед долгим плачем. Мириам зажмуривается.

И все таки, наступила осень…

Четвертая глава

«Пасмурное небо, серьезные разговоры»

Ночь была глубока и темна. На черном небе, просачиваясь сквозь темные тучи, едва заметно светились звезды. Приоткрытые окна впускали в зал неприятный холод, завывал ветер. Сквозь его порывы слышалось уханье сов и кваканье лягушек.

Мириам поправила свой передник, повязанный поверх сарафана, чтобы не запачкать его, и, взяв ведро с мутной водой с плавающей в ней дырявой тряпкой и швабру, направилась в следующий зал.

После произошедшего в тот день Мириам, как и других участников потасовки, наказали ночной уборкой, и теперь под надзором Мастеров-комендантов, ведьма с другими Подмастерьями была вынуждена драить коридоры Цитадели, пока другие мирно сопели в своих комнатах. Мириам не была расстроена, она честно приняла свое наказание и прилежно отрабатывала. Делала она это не потому, что считала, что случившееся – ее проступок, и она должна понести наказание, а потому, что ей не хотелось ложиться рано спать.

Первое время Мириам проводила в компании Анели, они вместе убирались в восточной части Цитадели, болтая без умолку.

- А я так и не поняла: зачем ты полезла в комнату к моему брату? – спросила Мириам в ночь после сражения, когда их отправили на второй этаж, мыть кабинет ботаники.

- Ой, я прошлась по всей западной части два раза, так ничего и не найдя, - начала Анели раздраженно, выжимая грязную тряпку, которая, казалось, раньше была чьей-то одеждой. – Тут услышала, как он говорит что-то о рунах и занятиях. Подумала, наверное, он о чем-то знает. И проникла в его комнату. Там он меня и поймал, когда я рылась на его столе, пытаясь отыскать хоть что-нибудь.

- Ну ты даешь! – воскликнула Мириам, улыбаясь.

Когда компания Анели ведьме надоела, она стала коротать ночи, вымывая полы, вместе с Бастианом. Он тоже оказался участником сражения. Когда Мириам спросила, как он оказался в северо-западной части Цитадели, альв ответил, что он договорился со своим другом эльфом встретиться и прогуляться. По счастливой случайности они оказались в нужное время, в нужном месте.

- Мы увидели толпу, собравшуюся зачем-то. Подошли. Там ты, стреляющая в страндваскаре. Я не понял, почему и зачем, но решил помочь и встал на вашу сторону, - рассказывал Бастиан, сгоняя паутину с углов.

Мириам молчала, слушая.

- Почему ты встал на нашу сторону? – спросила ведьма, обдумав сказанное.

- Не знаю, - пожал плечами альв. – Вы мне ближе, что ли, оказались...

И вот последняя ночь наказания. Мириам решается поговорить со своим братом. Найдя его, протирающего пыль с картин, висящих по всему этажу, ведьма начала мыть полы в коридоре, где Эрих бродил.

- Нам надо поговорить, - начала она, не зная, с чего еще можно было бы начать.

- Да неужели! - злобно ответил Эрих, бросая пыльную тряпку в ведро с водой и протирая лоб от усталости. – Я думал, ты раньше решишь поговорить с братом.

- Я вообще не знала, что у меня есть брат! - призналась Мириам, раздраженно глядя на брызги грязной воды, расплескавшиеся, когда страндваскаре бросил тряпку.

- Да? – удивленно сказал он, потирая висок. – Мне казалось, Тасмин рассказала, что ты не единственный ребенок.

- Нет. Я узнала только здесь, - проговорила Мириам уже спокойнее. – Слушай, прости за то, что атаковала тебя. Я не знала, что ты мой брат. Но ты схватил мою подругу, я должна была что-то предпринять!

- Да ладно, - бросил Эрих, выжимая свою тряпку и проходя дальше по коридору. – Ты же не знала. Но твоя подруга залезла в мою комнату. Я не потерплю, если хоть кто-нибудь будет бродить в моей спальне.

- Прости ее, - попросила Мириам за подругу, хотя понимала, что та извиняться не станет. – Она хотела мне помочь. Мы искали какую-нибудь информацию об отце и…

- Кстати насчет него, - резко оборвал Эрих. – Ты уже разговаривала с ним? Он говорил, что, когда ты прибудешь, вам надо будет что-то обсудить.

- Нет еще, - призналась Мириам, отворачиваясь. – Все времени не было. Он постоянно кажется мне занятым, не хочу быть навязчивой.

Мириам врала. Было много моментов, когда она могла поговорить с отцом. Но после сражения ей было стыдно смотреть ему в глаза. Ведьма не понимала почему, но теперь ей наоборот не хотелось разговаривать с ним. Она знала, в диалоге тему сражения в любом случае поднимут, ему наверняка сообщили о случившемся. Потому Мириам тянула. Она разрывалась между желанием поговорить и узнать о произошедшем с ее мамой и нежеланием разговаривать на эту тему. Анели, которой уже было невтерпеж узнать, в чем там было дело, подталкивала Мириам, но та все так же медлила.

- Как долго ты собираешься тянуть? – спросила никс в первый учебный день, когда девушки встретились за завтраком.

- Ну… - протянула Мириам. Она уже назначила дату, но была не уверенна. – Я планировала подойти к нему в четверг уже на следующей неделе. У меня последнее занятие как раз «Руны и Печати», после него и поговорю с ним.

- О, у меня тоже в четверг последним «Руны…», значит, я смогу тебя поддержать, - обрадовано сказала Анели, приступая к запеканке, а Мириам начала волноваться. Ей бы самой найти силы подойти, вовлекать в это подругу не хотелось.

У каждого вида существ было свое расписание. Все занятия проходили совместно с другими видами, которые от урока к уроку менялись. У Мириам и Анели было много совместных занятий, поэтому подруги часто сидели вместе. Чаще всего они занимали дальние парты около окна, где можно было и учиться, записывая конспект, и поспать или поболтать при желании. Мириам старалась прилежно учиться, ведь ей было интересно узнать что-то новое, но на занятиях Мастера не рассказывали о чем-то Мириам неизвестном, поэтому ведьма скучала: перечитывала свои справочники или рисовала на пергаментах, на которых надо было вести конспект.

От бесполезности занятий, Мириам стала коротать свое свободное время в библиотеке. Узкие проходы между книжных стеллажей, тихое шуршание страниц и шепот таких же Подмастерьев, запах древесины и пыли – все это умиротворяло ведьму. Она быстро нашла свой уголок в обители книг, где она спокойно читала и записывала в свою записную книгу что-нибудь новое для себя, принесла свою чашку, в которую она наливала чай из трав, собранных ею еще в Огненном Каньоне.

- Не думал, что увижу тебя здесь, - сказал однажды Бастиан. Он был одним из постоянных посетителей библиотеки. Мириам таких сразу подмечала, ведьма улавливала краем глаза каждого, кто проходил мимо нее. Помимо альва читать постоянно приходила Мэри, она всегда брала сразу несколько книг, уносила их в дальний угол, возле которого сидела и Мириам, и садилась читать на подоконник, спрятавшись за шторкой. В библиотеку постоянно приходил и Эрих, он находил книгу, брал пергамент, усаживался за один из маленьких столов, разбросанных тут и там по всему помещению, и начинал конспектировать.

И так прошло несколько дней. Мириам прилежно посещала занятия, которые все также не были наполнены чем-то интересным, болтала с Анели, иногда присоединяясь к ее безумным приключениям, и уходила в библиотеку, засиживалась там допоздна.

Вторник был легким днем для Мириам. Сидя на предпоследней парте кабинета человековедения, предмета, который каждый должен пройти для того, чтобы знать, как устроен мир людей, ведьма уныло глядела в окно, слушая лекцию.

- Мы живем на одной земле с обычными людьми, поэтому важно знать их особенности и повадки, чтобы избегать масштабных конфликтов, - говорил Мастер, колдун лет тридцати, обзаведшейся уже прядью седых волос, неровной бородой и большой морщиной на лбу. Его широкие одежды шуршали при ходьбе, когда он шагал из угла в угол, остроконечная шляпа колыхалась под напором ветра из приоткрытого окна. – Люди предпочитают жить в больших городах или поселениях, мы же живем на природе: в лесах, в горах, на равнинах; поэтому наши жизни не пересекаются, и мы можем не беспокоиться, но есть исключения…

- Блин, у меня еще одно занятие, а я уже устала, - пожаловалась Анели, складывая руки крестом на парте и ложась на них.

- А я после этого уже свободна, - бросила Мириам, лишь бы что-то ответить. Обстановка за окном интересовала ведьму намного больше.

- Везет, - ответила никс. – Слушай, подожди меня во дворе, пожалуйста. Вместе потом пойдем на обед.

- Люди поделили мир на три государства: западное королевство - Фрайланд, восточное царство Морски и южная Золотая Империя. Каждое государство… - продолжал Мастер. Мириам была готова уже провалиться в сон от монотонного голоса преподавателя, что даже забыла ответить Анели.

Но согласившись все-таки на просьбу подруги, ведьма пришла во Внутренний Двор после занятия и, взяв свою записную книгу, уселась на одной из скамеек под ивой, так чтобы ее не замечали, стала записывать свои наблюдения, которые сделала за время пребывания здесь. Уже долгое время на Священных Землях была пасмурная погода, небо беспросветно затянуто тучами, по ночам идет дождь, стучащий с силой по крыше, не дающий уснуть. Ветер становился лишь сильнее, Мириам начала поверх своего сарафана надевать кардиган, чтобы не замерзнуть. Ведьма была расстроена тем, что хорошая летняя погода продержалась недолго, но старалась не унывать и радоваться осени.

Неожиданно началось движение. Мириам из своего укромного места заметила, как во Внутренний Двор с разных концов Цитадели подтянулись Мастера. Они переговаривались, обсуждая что-то. Затем начали ставить порталы. Первый. Второй. Третий. Вскоре весь Внутренний Двор был заставлен порталами. Мириам удивленно наблюдала за этим действом, пытаясь понять, что происходит. Наконец, из портала показался первый человек. Ведьма сразу же узнала его. Это был один из торговцев-странников, приходивших на территорию Огненного Каньона, чтобы продать свой товар.

Мириам долго ждала этого момента. С тех пор, как Леней сказал, что письма можно передавать через таких торговцев, ведьма думала о том, как бы поскорее написать Тасмин, чтобы рассказать о прибытии, впечатлениях и жизни на Священных Землях. Она понимала, что ведьма Огненного Каньона, вероятнее всего, будет зла на Мириам за ее выходку, но все же она обещала писать. Поэтому Мириам, подождав, когда все странники прибудут и разложат свои товары, достала из сумки уже написанное письмо и пошла вдоль переносных палаток.

«Здравствуй, Oma.

Рада сообщить, что у меня все хорошо. Я прибыла на Священные Земли Общества на следующий день после побега из дома. Насколько я поняла, это место находится где-то между Болотами и Темными Лесами. Но тебе это ничего не даст, ведь проникнуть сюда можно только через порталы. Просто хочу сказать, что Священные Земли – отличное место для жизни. Здесь красивая природа, много свежего воздуха, полно места для изучения чего-то нового как самостоятельно, так и с Мастерами.

Я живу в комнате с двумя ведьмами: Лори и Мэри. Они неплохие соседки, но мне часто тесно в нашей комнате, поэтому большую часть времени я провожу за ее пределами. Признаться честно, с ними иногда очень трудно. Лори много разговаривает, это сильно надоедает, хотя, стоит сказать, она может рассказать что-нибудь интересное. Мэри – другая крайность, она очень мало говорит, поэтому с ней трудно беседовать о чем-либо. Я стараюсь не общаться с ними много, но уже начались занятия, и Мастера нам дают совместные задания, поэтому мы не можем не контактировать. Но сами занятия проходят хорошо, я пока не узнала ничего нового, но могу сказать, что мне интересно слушать других существ, знающих больше, чем я.

Я подружилась с одной девушкой. Ее зовут Анели, она никс нашей Смертоносной реки. С ней весело, она вечно затягивает меня в какие-нибудь авантюры. Вот недавно, к примеру, мы тайно проникли в северо-западную часть Цитадели и устроили там потасовку. Мне понравилось, но потом пришлось отбывать наказание.

Кстати, я тогда же узнала, что у меня есть старший брат. Почему ты не рассказывала мне о нем? Эрих сказал, что ты знала, что я не единственный ребенок в семье. Я бы хотела знать, что у меня есть брат! Эрих уже прошел год обучение в Обществе (который сейчас прохожу и я) и продолжает учиться, чтобы через три года стать полноценным Мастером, как и отец. С отцом я еще не разговаривала, не выпала возможность. Как поговорю – напишу снова.

Как проходят твои будни в Огненном Каньоне? Было ли чего нового?

Напиши, если это будет возможно, пожалуйста.

Твоя внучка.

Мириам»

Ведьма повторяла заученное уже наизусть письмо. Она написала его пару дней назад и в нетерпении ожидала прибытия странников. Теребя в руках запечатанное воском с веточкой розовой камелии, которую нашла в одной из оранжерей на занятии по ботанике, письмо, Мириам высматривала кого-нибудь, кого она знала и кто мог бы передать письмо.

- Яблоко от яблони недалеко падает, - прозвучал хриплый голос совсем рядом. Мириам обернулась. За небольшим столом с разложенными на нем бумагами и пергаментами сидел взрослый мужчина, чье лицо было испещрено морщинами, на голове среди пепельно-седых волос прослеживалась залысина, глаза глядели хитро, с прищуром, а губы скривились в усмешке. Поправив свой коричневый жилет, натянутый на белую рубашку, старик Реджинманд подозвал жестом руки Мириам к себе. Ведьма знала его, потому подошла. Этот мужчина, которому перевалил уже шестой десяток, путешествовал по миру, продавая всё для письма. Мириам понимала, что Реджинманд – старик скверный, очень упрямый и вредный, но, увидев его здесь, решила, что он смог бы доставить ее письмо Тасмин, которая покупала у него чернила и пергаменты для заметок.

- Да, - протянул Реджинманд, оглядывая подошедшую Мириам в специальной одежде для занятий. – Если бы Общество существовало, когда Тасмин была молодой, она бы так же, как и ты, и твоя мама, училась бы здесь.

- Разве Общество такое молодое? – удивилась Мириам, оглядывая товары странника.

- Да ему всего лет тридцать, - сказал старик, почесывая короткую бороду. – Но погубило оно не мало, - бросил он, как бы невзначай. – Не важно. Как тебе здесь? Уживаешься?

- Да, - призналась Мириам. На слова Реджинманда решила не отвечать, но запомнить их. – Как скоро вы будете в Огненном Каньоне?

- Ну, - протянул старик, задумываясь. – Недели через две. Тебе зачем?

- Мне нужна ваша помощь…

- Я беру только реальные деньги, - сразу сказал Реджинманд, вспылив, указывая на группу Подмастерьев, бродящих всюду. Во время поисков Мириам видела, как многие торговцы отказывали им в продаже, и сейчас поняла, в чем дело. – Каждый раз одно и то же! Кристаллы не принимаю. Никто не принимает. Только деньги трех стран. Почему никто не может с самого начала сказать, что странники берут только настоящие деньги? Постоянно Подмастерья разочаровываются, когда узнают, что за выдуманную валюту мы не работаем и…

- Без проблем, - проговорила Мириам, прерывая возмущение старика. – Сколько стоит доставить письмо в Огненный Каньон? У меня только деньги западного королевства.

- Два золотых, - обдумав, сказал Реджинманд.

- Нет, это слишком много! Семь серебряных – это максимум, - стала торговаться Мириам.

- Один золотой - минимум!

- Пять серебряных!

- Да за пять я не ручаюсь, что оно придет не помятым, - вспылил старик. – Если хочешь, чтобы письмо дошло целым – плати золотом.

- Хорошо, - протянула Мириам, отворачиваясь, накладывая едва заметные чары защиты на конверт. – Пять серебряных и помятое письмо. Я согласна.

Реджинманд глянул на Мириам с ненавистью, но конверт и пять серебряных принял. Ведьма знала, что старик не сможет так сильно убить конверт, чтобы письмо было нечитаемым – совесть не позволит. А так она смогла сэкономить и была этому рада. В голове Мириам прикинула, сколько денег у нее осталось и сколько еще писем она сможет на эту сумму отправить.

- Вы очень любезны, - бросила на прощанье ведьма.

Вновь прозвучал звон колокола, обозначающий конец занятия, и Мириам отправилась встречать свою подругу.

* * *

Ведьма не успела и глазом моргнуть, как наступил четверг. Когда она, проснувшись, поднялась на кровати, Мэри, зашедшая в комнату после ночных занятий, сообщила Мириам, что настал четверг. Та сразу же покрылась мурашками. Ей казалось, что до этого дня еще полно времени и что она успеет лучше подготовиться к разговору с отцом, но нет. Четверг сегодня. Ничего не оставалось кроме как собраться и идти на занятия.

На завтраке Мириам не смогла съесть и ложки овсяной каши. Её мутило. От волнения руки ослабели, а в животе крутило. Когда такое происходило раньше, Мириам наливала себе ромашковый настой, добавляла туда пустырник или мяту. На вкус это был ужасный напиток, горький, но он всегда помогал успокоиться. Сегодня Мириам так же навела свой настой и пила его все утро, на вкус он был еще хуже, чем во все предыдущие разы, но все же он помог.

- Ты чувствуешь себя неважно, - подметила Анели на втором занятии, глядя на пьющую большими глотками свой отвар подругу. – Я не понимаю. Когда я тебя только повстречала, ты казалась такой смелой, уверенной. Не думала, что приближающаяся встреча с отцом может тебя так подкосить. Что произошло?

- Не знаю, - призналась Мириам. На самом деле, она догадывалась. Ведьма и вправду была увереннее, тверже стояла на ногах. Она не боялась самых серьезных разговоров, смело встревала в передряги и самостоятельно выбиралась из них. Но перед отцом она испытывала страх. Это было чувство, тянущееся с детства. С семи лет Мириам жила с бабушкой, а до этого – с родителями… И братом, но она не могла его вспомнить. Ведьма многое забыла о той жизни, вероятно, из-за потрясения и горечи после смерти матери. Но, несмотря на это, она помнила свои эмоции. Мириам знала, что, несмотря на всю любовь и привязанность, отец всегда был для нее авторитетом, и она побаивалась его. Это чувство сохранилось с ней и по сей день.

- Я могу пойти с тобой, - предложила Анели, приобнимая подругу за плечо. – Могу остаться и, если потребуется, помочь.

- Не стоит, - ответила Мириам, поднимаясь с места. Второе занятие подошло к концу и, нужно было идти на следующее. – Просто пожелай мне удачи.

- Когда встретимся через занятие, я пожелаю, чтобы вся удача мира оказалась на твоей стороне.

Девушки разошлись и встретились позже во дворе, собираясь идти в северо-западную учебную часть Цитадели. К тому моменту Мириам прекратило мутить, но волноваться она меньше не стала. Собравшись с духом и допив до конца свой настой, ведьма улыбнулась подруге и вдвоем они направились к кабинету.

Вся северная часть Цитадели была темна: здесь было мало окон и, чаще всего, они была зашторены, все стены были выкрашены в мрачные цвета, а существа, бродившие здесь, были молчаливы и суровы. Это место, где среди аудиторий и вдоль всех коридоров сочилась самая сильная и при этом самая опасная магия – темная магия. Мириам не чувствовала себя как-то по-другому в этой части Цитадели, но Анели определенно было не по себе. Ведьма не знала, заслуга это настоя или чего другого, но ей было здесь даже как-то комфортно. Она довела никс до нужного кабинета и усадила за их любимое место.

Возвышавшаяся амфитеатром аудитория угнетала новоприбывших Подмастерьев черными стенами, где по углам пряталась узорчатая паутина больших пауков, открытыми окнами, сквозь которые были видны серые скалы, чьи вершины скрыты утренним туманом. Шел дождь, пробивающийся сквозь мрачную дымку, ветер рвал и метал листья с нешуточной силой.

Со временем кабинет заполнился Подмастерьями, которые, молча, садились за свои места и, озираясь, доставали свои принадлежности, стараясь не производить много шума и не двигаться.

Раздался звон. Началось занятие.

Стремительным шагом в кабинет ворвался Мастер. Его разодранная накидка поднялась от вихря ветра. Взмахом руки он захлопнул все окна и встал у своего стола напротив доски, оглядев ястребиным взглядом учащихся.

- Поднялись все, - приказал Мастер. Все в момент встали со своих мест, было видно, что некоторые поежились, кому-то стало неуютно под пристальным взглядом. – Здравствуйте, Подмастерья. Можете садиться. Меня зовут Эдмунд, в этом году я буду обучать вас Рунам и Печатям.

После разговора с Анели в ночь, когда они прибыли на Священные Земли, Мириам захотела больше узнать о страндваскаре. Провела несколько бессонных ночей в библиотеке и нашла кое-что. Страндваскаре – особый вид существ, проживающих в основном на севере. Ими становятся моряки, которые не смогли добиться в жизни своих целей или жили не по призванию. Когда корабль с такими моряками разбивался о Северные Скалы, их души не находили покоя в посмертии, потому им давалась вторая жизнь, жизнь, которую они могут провести так, как хотят. Их тела видоизменялись, приобретая демонический вид, хотя в душе они оставались такими же людьми, может только, более молчаливыми. Кожа новых страндваскаре бледнела, глаза превращались в черные впадины, уши заострялись, волосы седели, а тело становилось сильнее и выносливее. Эти темные духи предпочитали носить теплую черную или серую одежду.

О своем отце Мириам тоже многое узнала. Эдмунд был сыном купца из столицы западного королевства, он хотел изучать магию, но его отец был против. Отправившись в подростковом возрасте с отцом на торговом судне к Краю Земли (городу государства Морски на северо-востоке материка), Эдмунд стал жертвой несчастного случая, их корабль разбился о Северные Скалы. Но юноша не умер, он стал страндваскаре и присоединился к одной из их общин, где под надзором старших страндваскаре, смог изучать магию. Через несколько лет он был приглашен на год обучения в Общество.

- Для начала я хотел бы узнать, кто-нибудь из вас что-нибудь знает об этом разделе темной магии? – строго спросил Эдмунд, шагая из стороны в сторону у своего стола.

За время пребывания здесь Мириам кое-что узнала и была готова блеснуть знаниями. Подняв руку, ведьма начала, не дожидаясь разрешения говорить:

- Руны и Печати – раздел магии, основанный на начертании. В его основе лежат двадцать семь черт, из которых состоят руны. Объединение нескольких рун называется печатью. Этот раздел магии является малоизученным, потому что руны невозможно обнаружить случайно, нужно всегда знать, что значит та или иная руна. Так же Руны и Печати – один из сильнейших разделов магии, ведь благодаря печатям можно видоизменять пространство вокруг.

Казалось, все вокруг застыли в изумлении, но в тоже время вздохнули с облегчением.

- Все верно, - ответил Эдмунд, сложив руки за спиной.

Мастер продолжил задавать вопросы по поводу рун, но на них уже могли отвечать другие Подмастерья. Мириам, конечно же, не рассказала все, о чем она узнала, потому что некоторые вещи было не положено знать учащимся. Руны делятся на первичные, руны природы, они состоят из черт, вторичные, они сделаны из двух первичных рун и обозначают более сложные процессы бытия, и третичные, которые состоят из трех и более рун. Печати, как уже сказала Мириам, это объединение рун. Печати, в отличие от рун, можно создать неосознанно, но это чревато последствиями, ведь нужна большая сила, чтобы контролировать печати. И самое сокровенное – из печатей можно создать ритуалы. В их мире ритуалы – самое сильное колдовство, но при этом самое сложное. Для ритуалов нужны специальные инструменты, долгая подготовка и жертвы. Поэтому ведьмы редко проводят их в одиночку, чаще в компаниях во время шабашей. Но ритуалы из печатей – намного сильнее обычных ритуалов, несмотря на то что для них не нужны инструменты и жертвы. Это поразительно, что, используя только черты, можно создать невероятной мощи заклинание. Портал, который поставил Леней на Линии Силы, как раз был простым ритуалом.

Мириам так же вычитала, что даже если научиться правильно чертить руны и печати, делать это не на бумаге, а просто в воздухе, могут только самые искусные маги. Вспоминая, как легко это делал Леней, Мириам приходила в полный восторг.

- На этом занятии и в течение полугода вы будете учиться писать черты, - произнес Эдмунд. Быстрым движением рук он изобразил одну печать и в воздух взмыли листы бумаги и аккуратно приземлились на столы Подмастерьев. Мириам краем глаза взглянула на листок, приземлившейся перед ней, и заметила заинтересованный взгляд Бастиана, сидевшего на несколько рядов впереди. Альв удивленно смотрел на ведьму, задумавшись о чем-то. Мириам вопросительно подняла голову, но Бастиан махнул рукой, тем самым говоря не беспокоиться.

Эдмунд принялся показывать на меловой доске, как правильно изображать первую черту, и Мириам, без особого энтузиазма начала повторять. Пока она проводила время в библиотеке, ведьма уже научилась чертить и даже могла изобразить несколько рун.

К тому времени напряжение, царившее в аудитории с самого начала занятия, медленно сошло на нет. С разный уголков кабинета послышался шепот: кто-то переговаривался с соседом, кто-то просто разговаривал сам с собой. Мириам этот шум не напрягал, но она знала, кто не любит, когда шумно, потому, затаив дыхание, наблюдала за тем, как отреагирует ее отец.

- Хелен, не отвлекайся, - сказал Эдмунд через плечо одной из ведьм, что слишком громко начала разговаривать. Но замечание не было воспринято всерьез, наоборот, все начали галдеть сильнее.

- Что вы мне сделаете? – дерзко, но немного тише бросила в ответ Хелен. Мириам взглянула на нее. Рыжеволосая ведьма с хитрыми насмешливыми глазами, глядящими пристально на Мастера, облаченная в красивое фиолетовое платье, была окружена подружками-сплетницами, что смеялись над словами страндваскаре. – Мне не нужны ваши «Печати», зачем мне вообще здесь сидеть?

- Скажи, зачем же ты тогда согласилась на обучение? – жестко задал вопрос Мастер, не мигая, глядя на Хелен. – Сидела бы дома, если тебе не нужна учеба.

- Не вашего ума дело! – дерзко ответила ведьма. Все, окончательно потеряв контроль, заголосили уже в полный голос.

- Вот как, - начал Мастер тихо. – Скажи тогда, Хелен, как отреагирует твой ненаглядный младший брат, когда узнает, что его сестра не сумела держать язык за зубами, и своими речами вынудила власть имущих прийти по его душу.

Тишина. Гробовая тишина настала, чуть только слова эти слетели с губ Эдмунда. Все напряглись, застыли в тех позах, в который сидели.

- Что Вы сказали? – дрожащим голосом произнесла Хелен. Ее глаза округлились, лицо побелело.

- Я сказал, что если ты не заткнешься, то мы убьем твоего младшего брата, которого ты так любишь, - хладнокровно ответил Мастер. Ни один скул не дрогнул на его лице. Затем он обратился ко всем: - Подмастерья, вы, может быть, думаете, не знаю, из-за юного возраста или по другой причине, что Общество Луны и Солнца – просто собрание сильных существ. Но вы в корни не правы. Наше Общество имеет связи по всему миру, мы контролируем очень многое. Так же мы знаем всё про каждого из вас. И другие Мастера может еще стерпят, но я не стану. Еще хоть один звук, не связанный с занятием, и я не могу ручаться, все ли хорошо будет с вами и вашими родственниками. Все ясно?

Все, молча, закивали. А Хелен беззвучно заплакала, прижавшись к подруге.

Да, именно поэтому Мириам боялась своего отца. Он всегда был жесткий и жестокий и не боялся в случае, по его мнению, неподобающего поведения, напомнить о своей власти. Это и объясняло его дурную славу в Обществе: все Мастера обладали такой силой и властью, но никто не собирался причинять вред Подмастерьям или их семьям. Но этот страндваскаре никогда не боялся замарать руки кровью.

Боялась ли Мириам за себя? Нет. Ведьма понимала, что Эдмунд не станет причинять ей боль, ведь она – часть его семьи. Потому не стала заострять на этом внимание и постаралась переключиться на что-то другое.

Анели в это время положила руку на плечо Мириам и сжала с такой силой, что ведьме пришлось зажать рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Затем никс написала что-то на краю своего листа и протянула Мириам:

«Если ты откажешься с ним разговаривать – я пойму»

Ведьма ответила на своем листе:

«Нет, я уже решила. Поздно отступать»

«Понимаю, но прошу, не говори лишнего. Я за тебя волнуюсь»

«Не переживай, все будет хорошо»

«Так-то это я должна тебе это говорить» - написала Анели, улыбаясь. Мириам тоже улыбнулась, но отвечать не стала.

Остаток занятия прошел в абсолютной тишине. Эдмунд объяснил, как изображать первую черту, и пошел по рядам, проверяя, правильно ли Подмастерья пишут. Когда он проходил мимо, все застывали в ужасе, врастали в парту. Когда заговаривал, поправляя учащегося, тот, казалось, был готов упасть в обморок.

Но пройдя мимо Мириам, Эдмунд аккуратно погладил ее по голове, на ее работу он взглянул краем глаза и кивнул, показывая, что сделала она все правильно. В этот момент рядом сидящая Анели словно совсем не дышала.

И снова колокольный звон. И вот кабинет в один миг становится пустым. Подмастерья быстро покидают аудиторию, запихивая свои вещи в сумки прямо на ходу.

- Знаешь, - начала Анели, уже успокоившись, поднялась из-за стола и начала собирать вещи. К тому моменту Эдмунд вернулся за свой стол и стал обсуждать что-то с Эрихом, пришедшим, наверное, из библиотеки. – Все будет хорошо. Не теряйся, будь собой. Ты со всем справишься. Разговор – всего лишь разговор, ничего плохого не случится.

И добавила, смеясь:

- По-дружески, попроси его, меня и мою семью не убивать, а то мне страшно.

- Иди ты, - бросила Мириам, улыбаясь. Но того и не требовалось, Анели уже скрылась за дверьми аудитории.

И вот они остались втроем. Мириам не так представляла себе воссоединение с семьей. Собрав свою сумку, ведьма спустилась по ступеням амфитеатра и встала напротив стола Мастера. Обратной дороги не будет.

- Прошу, - указав на свободный стул, подлетевший от ближайшей парты, Эдмунд сел за свой стол, сплетя пальцы в замок. Мириам послушно села, рядом на другой стул приземлился Эрих. – Рад видеть тебя здесь. Как прошло твое заселение? Смотрю, ты уже обрела нескольких друзей.

- Да, все прошло хорошо, - проговорила Мириам. Она нервничала. – Не скажу, что много с кем познакомилась, но да, у меня появились друзья.

Ведьма замолчала. Она даже не представляла, о чем говорить. Или как начать диалог. Эрих тихо перелистывал страницы книги, принесенной с собой.

- Ты, должно быть, хочешь спросить о событиях, приведших к смерти твоей матери, - проговорил Эдмунд. Мириам смутилась:

- Прямо так сразу?

- Зачем тянуть? – Мастер повернулся к окну и вновь взглянул на свою дочь. – Я знаю, что ты решилась приехать сюда только ради того, чтобы узнать о тех событиях. Так почему бы не начать с этого?

- Хорошо, - Мириам вздохнула. – Что случилось тогда с мамой?

- Я не могу этого сказать.

- Что? – удивленно воскликнула ведьма. Глаза ее округлились, она приподнялась на стуле. – Что значит «не можешь»? Я зря проделала весь этот путь?

- Не в этом суть, - начал объяснение Эдмунд. – Я нахожусь не в том положении, чтобы объяснить все подробно. К несчастью, это от меня не зависит.

- И что мне делать? – обреченно спросила Мириам.

- Задавай правильные вопросы, - спокойно ответил Мастер.

Это была одна особенность их семьи, которую Мириам, к счастью, не позабыла. Когда, по какой-либо причине, отец не мог открыто рассказать о чем-либо, нужно было задавать «правильные вопросы». Это значило, что нужно высказывать предположения, а отец может подтвердить или опровергнуть их. Такая особенность их семьи помогала иногда передавать друг другу тайны, раскрывать которые прямо нельзя.

Вздохнув, Мириам начала:

- Мама умерла от проклятия?

- Да, именно, - подтвердил Эдмунд. Мириам и так это знала, просто хотела уточнить.

- Кто-то хотел ее убить и достиг этого?

- Да.

- Это был ты? – прямо спросила ведьма.

Мириам была сильно привязана к матери. Джоан была очень ласковой и заботливой. Мириам с теплотой вспоминала, как, когда юная ведьма была совсем маленькой, мама, укладывая ее спать, читала ей сказки или пела колыбельные, укрывала махровым одеялом и нежно целовала в лоб. Мириам плохо помнила свои эмоции сразу после смерти Джоан, но в более осознанном возрасте, когда юная ведьма думала о ее смерти, на душе Мириам становилось холодно и тоскливо. Потому юная ведьма так обижалась на отца: когда ей нужна была поддержка и забота, его рядом не было. К тому же Тасмин много раз говорила ей, что именно отец виноват в смерти Джоан. После слов Ленея Мириам прекратила полностью доверять бабушке. И все же ей хотелось удостовериться, что отец невиновен, потому спросила открыто, без капли страха.

- Нет, - закрыв глаза, сказал Эдмунд. – Но мне пришлось взять вину на себя. Я не мог поступить иначе. Это было необходимо для сохранения авторитета моей общины. Все знали о моей дурной славе, поэтому никто не стал проводить полноценное расследование, из-за которого у общины было бы очень много проблем. И поэтому, зная только, что я виновен в смерти ее дочери, Тасмин не хотела меня видеть и обвиняла в смерти своей дочери.

- Хорошо, - Мириам кивнула. С ее души словно упал камень. Ведьма только-только воссоединилась со своей семьей и была этому очень рада, не хотелось ей узнать, что самое близкое и родное ей существо – предатель. Выдохнув, она продолжила – Ты можешь сказать, кто это сделал?

- Тебе это ни к чему.

- Почему? – нервно и резко спросила ведьма.

- Ты хочешь знать имя ее убийцы ради мести. Но мстить уже нет смысла.

Мириам замолчала. Она не была уверенна в том, что будет мстить, ей просто хотелось знать своего врага в лицо. Но слова отца заставили ее задуматься.

- Ты убил его.

Эдмунд медленно кивнул. Это даже был не вопрос. Мириам сама догадалась об этом. Поняв все произошедшее, ведьма улыбнулась. Некоторые вещи в ее голове начали вставать на свои места.

- Почему ты не посещал меня, когда я жила с бабушкой? – медленно задала вопрос Мириам. Это не был «правильный вопрос», но ей хотелось услышать ответ из его уст, а не догадываться самой. Вспомнив обиду, преследовавшую ее все то время, Мириам стало не по себе.

- Когда Джоан только умерла, я был не в состоянии принимать здравые решения, поэтому я подумал, что ты можешь какое-то время пожить с Тасмин, пока я прихожу в себя. Но когда все было улажено, я не смог попасть в Огненный Каньон. Твоя бабушка установила защитный барьер, чтобы я не мог забрать тебя. Тогда я не придумал ничего лучше, чем отправить моего верного спутника (Фенрира, – догадалась Мириам про себя) присматривать за тобой. Он должен был сразу же вернуться ко мне, если с тобой что-то случится. Но он за все это время ни разу не вернулся.

Мириам кивнула, ей не хотелось что-либо отвечать на это. Она все еще была обижена, но теперь не только на отца, но еще и на бабушку. Ведьме стало горько. Тасмин думала, что оберегает так ее, но сама Мириам предпочла бы видеться с отцом, чем жить взаперти, вдали от своей оставшейся семьи.

- Тасмин, должно быть, сильно злится, за то, что я сбежала к Обществу, - проговорила ведьма, усмехнувшись. Мириам обижалась и в тоже время была благодарна бабушке за ее заботу. Эмоции смешались, и в голове стало только больше неразберихи. Мириам сидела, задумавшись, но тут глаза ее заблестели от догадки, и она поспешила спросить: - Причина, по которой ты ничего не можешь рассказать, связана с Обществом?

- Ты быстро догадалась, - похвалил Эдмунд. – Да, это так. Я мог бы рассказать об этом, встреться мы раньше, но теперь ты – Подмастерье, и я не могу все спокойно объяснить.

- Почему Общество не позволяет тебе рассказывать? Я не понимаю.

- Ты поймешь позже. Некоторые уже начали догадываться. Бастиан, с которым ты, определенно, знакома, уже стал ближе к разгадке, но ему не хватает доказательств. Скажу так, это связанно с экзаменом.

Мириам не знала, что и думать. Ведьма знала: Бастиан о чем-то подозревает. Но за все то время, что они находятся на Священных Землях, альв не рассказывал, в чем конкретно заключаются его догадки. Когда вдвоем они отбывали наказание, они разговаривали обо всем на свете, но Бастиан даже не упомянул это. Кстати, о наказании. Мириам думала, что отец, так или иначе, расспросит ее о сражении и наказании. Но он молчал, потому ведьма сама задала вопрос:

- Другие Мастера не рассказывали тебе о случившемся в северо-западной части Цитадели?

Эдмунд удивленно поднял бровь. Сидящий рядом Эрих взглянул на Мириам, оторвавшись от книги.

- Рассказывали.

- Ты ничего не хочешь сказать по этому поводу? – спрашивала Мириам. Уже прозвенел звон, сообщая, что настало время обеда, но ведьма не шевелилась, она хотела получить ответ. – Я имею в виду, ты не злишься?.. Или ну… ты не собираешься меня ругать по этому поводу?

Эдмунд бросил короткий взгляд на своего сына, повернулся к Мириам и улыбнулся.

- Когда твоя мама только прибыла на обучение, она так же с подругой пробралась в северо-западную часть Цитадели и подралась с одним страндваскаре. Удивительно, но этим страндваскаре был я. Наверное, тогда я и понял, что влюбился.

У Мириам округлились глаза. Она тихо хмыкнула и улыбнулась.

- Поэтому я не злюсь. Но на сегодня хватит. Думаю, вам пора идти на обед.

С этими словами Эдмунд поднялся, встали и Мириам с Эрихом, Мастер проводил своих детей к выходу из кабинета.

- Glückauf denWeg! (нем. Удачного пути\ удачи на пути) – проговорил он и закрыл дверь.

Мириам тяжело вздохнула, закрыла глаза раздраженно и открыла вновь. В голове Мириам от накопившихся эмоций, от непонимания, обиды и злости была сплошная каша, поэтому Мириам вспылила и стремительным шагом направилась в столовую, громко ругаясь. Рядом беззвучно шагал Эрих.

- Ну и как это понимать! – злобно проговорила Мириам, сворачивая на лестницу. – «Связанно с экзаменом»! До экзамена еще восемь месяцев! Почему нельзя просто рассказать? Какое дело Общество до этого? Арх!

Мириам была вне себя. Она хотела схватить что-нибудь и бросить в стену.

- Понимаю твою злобу, - тихо сказал Эрих, замедляясь. – Когда я прибыл на обучение, у меня была такая же реакция.

- Ты же знаешь, что тогда произошло? – спросила Мириам, останавливаясь. - Расскажи! Я не стану ждать.

- Послушай, - начал страндваскаре. – Я знаю правду. Но не могу рассказать. Давай я попробую объяснить.

Эрих встал у стенки и, потерев переносицу, заговорил медленно, стараясь расставить все по полочкам и при этом не задеть запретные темы.

- Общество Луны и Солнца – собрание сильнейших существ со всего мира. И, как бы печально это не было, все живущие в нашем мире существа не бессмертны. Потому Общество постоянно нуждается в новых Мастерах. Для этого и существует год обучения, - Эрих рассказывал, а Мириам старалась сложить услышанное и рассказанное отцом. – Но Мастера не просто живут и создают новые заклинания. Жизнь в Обществе – это ноша, которую каждый из них должен нести. Этот год обучение дается как испытание, проверить, способны ли вы вынести это бремя.

Мириам помолчала, задумавшись.

- А если я не смогу вынести эту ношу? – допытывалась она у брата. – Что, если не справлюсь?

- Справишься, - заверил Эрих, начиная потихоньку путь к столовой. – Ты можешь думать, что Мастера просто читают лекции и дают задания. Это не так. Они присматриваются. Каждый из них ищет того, кто смог бы стать полноценным Мастером. Скажи, кто-нибудь из них подходил к тебе? Спрашивал о чем-нибудь или предлагал что-нибудь?

Мириам вспомнила, как за несколько дней до этого к ней подходил Леней. Сатир предлагал после обучение поехать на юг, он сказал, что может познакомить ее с ведьмами юга, у которых Мириам могла бы поучиться. Некоторые из Мастеров, чаще всего женщины, которые вели занятия, связанные с растениями и растительной магией, хвалили Мириам за успехи и спрашивали, у кого она училась.

- Вот видишь, - сказал Эрих, увидев по задумчивому лицу ведьмы свой ответ. – Нет сомнений, ты справишься с этим испытанием, ведь ты – дочь своих родителей, и тебя учила одна из опытнейших ведьм. В этом суть этого испытания: ты не знаешь, что тебя ждет. Поэтому ты должна догадаться сама. И да, поэтому ни я, ни отец не можем рассказать тебе о случившемся с мамой. Это откроет слишком многое о годе обучения.

К тому моменту брат с сестрой пересекли порог столовой. Мириам поблагодарила Эриха и распрощалась с ним. Анели, сидевшая за их столом в дальнем углу, почти доела свой обед. Рядом стоял поднос с таким же набором блюд.

- Вот, принесла тебе, - проговорила никс, допив компот. – Рассказывай. Что случилось с твоей мамой? О чем рассказал отец?

- Все очень запутанно, - бросила Мириам, приступая к еде. Задумавшись, она обернулась, взглянув на Бастиана, сидящего в противоположном углу столовой, окруженного такими же природными духами. Альв кивнул, и Мириам отвернулась. Ничего не понятно. И впереди их ждет только больше всего…

Пятая глава

«Раздор на Туманном поле»

Мириам и не заметила, как постепенно полностью прекратила посещать занятия, на которых Мастера не следили за посещением, предпочитая это время проводить в библиотеке. Анели негодовала, но ведьма решила, что так ей будет выгоднее. Сидеть больше половины дня на занятиях, где по сотни раз мусолят уже всем известные темы, Мириам определенно не хотела. А в царстве книг ведьма могла спокойно учиться, не тратя попусту время.

Но на остальных занятиях Мириам была вынуждена присутствовать. Мастера следили за каждым, кто прогуливал, и наказывали, а ведьме больше не хотелось по ночам бродить по Цитадели с ведром и шваброй.

- Ты не мог бы отпрашивать меня с бесполезных занятий? – спросила Мириам у своего отца однажды морозным октябрьским утром, зайдя в его кабинет перед занятиями. Эдмунд пил свой горькой кофе, перелистывая тонкие страницы старой книги. – Это совсем невыносимо! Я знаю все это! Почему нельзя рассказывать о чем-то интересном и новом? Серьезно, это материал для маленьких детей, только начавших познавать мир магии.

- Не все такие одаренные и знающие, как ты. Нужно, чтобы все Подмастерья были на одном уровне, чтобы начать рассказывать о новом. Я же не мог начать первое занятие, показывая тебе, Бастиану, Мэри и другим печати. Остальные бы просто не поняли, - объяснил Эдмунд, расчерчивая доску для демонстрации новой черты, подготавливаясь к первым занятиям.

- Кроме меня, Бастиана, Мэри и других, как ты выразился, остальным ничего и не нужно! Они приехали на обучение не ради учебы: ради развлечения, ради смены обстановки… Да, некоторых просто родители заставили! Разве есть смысл пытаться им что-то донести?! – жаловалась Мириам.

- Есть, - отрезал Эдмунд и взмахнул рукой, показывая, что диалог окончен. – Иди на занятие. Если тебе так на них скучно, могу дать тебе книгу о рунах.

- Не надо, - буркнула ведьма, скрываясь в коридоре.

За прошедший месяц Мириам смогла наверстать упущенное в общении с отцом и братом. Почти каждый вечер семья встречалась в кабинете у Мастера, ведьма наливала собранный собственноручно чай, Эрих приносил сладости из столовой, и все они по несколько часов подряд обсуждали все на свете. К удивлению Мириам ее брат и отец оказались очень разговорчивыми, каждый из них мог рассказать множество интересных историй. Ведьма хотела вытянуть из этих разговоров еще что-нибудь о смерти Джоан, но не смогла. Эдмунд рассказывал о их совместных приключениях по молодости, о их учебе у Общества, о свадьбе и беременностях Джоан, но ничего о ее смерти или убийце. Это расстраивало Мириам, но она не показывала этого, продолжая разговор. Ведьма впервые за столько лет на самом деле почувствовала себя в семье, и ей очень сильно нравилось это чувство.

Вот сегодня она, как и раньше, пришла к Эдмунду пожаловаться. Обычно отец слушал Мириам, подбадривал, предлагал решения, как сделать, чтобы предмет жалоб стал меньше раздражать. Но на этот раз Мастер оборвал ведьму, не позволив закончить. Мириам и раньше видела, что Эдмунду не нравятся жалобы в сторону Общества, но тогда он отвечал спокойно, уводя диалог в сторону. Сейчас же отец ответил грубо и даже злобно, чем разозлил саму Мириам, и теперь она шла еще более раздраженная.

Зайдя в кабинет ведьмологии, находящийся на втором этаже южно-восточной части Цитадели, Мириам резко бросила свою сумку на пол и плюхнулась на свое обычное место, где сидела. Мастер-ведьма, темнокожая женщина, чьи черные кучерявые волосы были завязаны в высокий хвост, ходящая в длинном разноцветном платье, недовольно цокнула языком, глянув на только вошедшую ведьму. Мириам проигнорировала ее, грубо выложила на стол принадлежности для занятия и уставилась в окно.

- Jeden Tag wird das Wetter immer schlechter (нем. Каждый день погода становится только хуже/ погода ухудшается каждый день) - проговорила ведьма, глядя на серые угрюмые облака, скрывшие за собой чистое небо. Они плыли по направлению ветра, который прекратил щадить хоть кого-либо, превратившись в безумные вихри холода. Мириам постучала карандашом по столу в такт мелодии, которая пришла ей в голову.

- Можно я сяду с тобой? - раздался над головой тихий женский голос. Мириам повернулась и сразу узнала подошедшую. Возле нее стояла Хелен, ее рыжие волосы были заплетены в толстую косу, отливающее синевой платье спрятано под колючий свитер.

- Я думала, ты предпочитаешь сидеть со своими подружками, - бросила Мириам не злобно, но и без особого желания контактировать.

- Да, мы просто поругались, а свободное место осталось только возле тебя, - пробормотала Хелен едва слышно. Мириам оглядела аудиторию: и вправду свободные места остались только возле Мириам и между подруг Хелен.

- Setz sich (нем. Садись), - бросила ведьма Огненного Каньона. Хелен в недоумении посмотрела на Мириам и, расстроенная, была готова уже уходить, но та указала на место рядом, как бы приглашая, и Хелен, пусть ничего не поняла из сказано, села на предложенное место.

Прозвенел звон, обозначающий начало занятия. Все встрепенулись, Мастер вышла в центр кабинета, оглядывая амфитеатр, заполненный ведьмами разных видов.

Мириам краем глаза взглянула на Хелен. После случившегося на занятии по Рунам и Печатям она затихла. Раньше Мириам слышала ее перешептывание с подругами на каждом занятии, в столовой голос Хелен был самым громким, ее разговоры были слышны за несколькими стенками, что разделяли комнаты ведьм, но после Хелен не высовывалась, разговаривала всегда тихо, вздрагивала, видя вдалеке Эдмунда.

- Сегодня я расскажу вам о видах ведьм и по каким признакам причислить себя к этим видам, - начала Мастер, говорила она с сильным южным акцентом. – В основном, ведьм разделяют по территории, на которой она живут, по способностям, то есть чем занимаются ведьмы, и так же выделяют особую подгруппу, которая не подходит под другие.

- Какая ты ведьма? – тихо, еле слышно, спросила Хелен, приблизившись к Мириам

- Лесная ведьма

- А по способностям?

- Наверное, как моя мама и бабушка – ведьма зельеварения. А ты? – Мириам не особо горела желанием продолжать диалог, но делала это из вежливости. К тому же, это было интереснее занятия.

- По территории ведьм делят на лесных, горных, равнинных и пустынных, а также ведьм болот, оазисов и пустошей, - рассказывала Мастер, показывая на карте мира разные места, подходящие под названную местность.

- Не уверена, думаю, я ведьма оазисов, - проговорила Хелен. Мириам посмотрела на нее. Что значит, не уверенна? Каждая ведьма должна знать, где она родилась и какую территорию ей надо хранить. Но на беззвучный вопрос Мириам, который Хелен прочитала у нее на лице, та сразу ответила. – Просто мой отец - колдун, а мама – обычная человеческая девушка.

- Я читала, что иногда у колдунов и людских девушек рождаются ведьмы. Это происходит очень редко, тебе повезло.

- Это так. Когда отец понял, что я – ведьма, мама сразу же стала его любимой наложницей.

- По способностям ведьм делят на ведьм зельеварения, амулетов и обрядов, а также есть ведьмы, гадающие на картах, - продолжала Мастер, не обращая внимания на шепотки, слышимые со всех сторон.

- Так ты с юга? – уточнила Мириам.

- Да, - проговорила Хелен, улыбаясь.

Мастер продолжала рассказывать, отвечать на вопросы других ведьм. Мириам не обращала на это внимание, она приблизилась к Хелен, слушая, как та рассказывает о себе.

Отец Хелен – богатый купец из южной столицы, к тому же колдун, не имел при себе официальной жены, но у него был целый гарем из красавиц со всего света. Одной из его наложниц как раз и была мама Хелен, которая родила купцу двоих детей: старшую дочь и маленького сынишку.

Отец, когда узнал, что Хелен ведьма, стал со всей строгостью обучать ее. Юная ведьма проводила за книгами несколько часов в день, постоянно упражнялась в заклинаниях. В такой жизни: без выходных и отдыха; единственным лучиком света стал младший брат Хелен, который по возможности помогал ведьме и даже не боялся ругаться с отцом, когда Хелен была полностью изнеможена.

- Разве твоя мама не видела, как тебе плохо, и не могла сказать ему? – удивилась Мириам.

- Она боялась его не меньше меня, - Хелен выдохнула и продолжила рассказывать. – Когда меня пригласили на обучение, отец сразу же сказал мне отправляться. Он и сам Мастер, поэтому…

- Так он сейчас здесь? – спросила Мириам, пытаясь вспомнить Мастеров-колдунов, которых видела на Священных Землях.

- Нет, он также на юге.

- Разве не все Мастера находятся здесь?

- Нет, конечно, - Хелен улыбнулась. – Мастера ведь еще хранят покой нашего мира. Если все будут здесь – кто будет обеспечивать гармоничное существование всего живого?

- Те магические существа, что живут на той территории? Я, может, чего не понимаю, но вот моя бабушка – ведьма Огненного Каньона, она следит за лесами на западе, вдоль самого Огненного Каньона. Причем здесь Мастера Общества?

- Иногда нужна сила извне, - коротко пояснила Хелен.

Мириам молчала. Она не знала, что можно добавить.

- Я написала отцу о случившемся, - неожиданно вновь начала Хелен. – Но он ответил, что я сама виновата, и что он не будет защищать меня перед Эдмундом. Сказал, что этот страндваскаре – один из сильнейших Мастеров, и что я должна сохранять с ним хорошие отношения. Но как? Он угрожал убить моего брата!

- Тише, тише, - попыталась успокоить ведьму юга Мириам. Повысив голос, Хелен привлекла внимание нескольких ведьм за соседними партами, и те стали оборачиваться удивленно. – Я понимаю, что после изнуряющей жизни дома здесь тебе хочется отдохнуть. Но, к несчастью, здесь ты не сможешь найти успокоение. Мне жаль, но ничего поменять нельзя.

- Ты, должно быть, права, - обреченно сказала Хелен. – Прости за невежество, я не спросила. А кто твои родители?

Мириам смутилась. Нет, ей уж точно не следует говорить, кто ее отец. А матери уже давно нет. Придумав на ходу ответ, она произнесла:

- Мама – обычная ведьма, а папа… купец из столицы западного государства. Обычный человек. Ничего необычного.

- Понятно.

- К особому подвиду ведьм относят и ведьм Ночи. Этот вид не принадлежит определенной территории, и у них нет особенных способностей. Ведьмы ночи – это небольшой клан ведьм, путешествующих по миру и работающих исключительно в ночи, когда другие ведьмы спят. Они так же… - продолжала Мастер быстрее, пытаясь успеть до конца занятия.

Но не успела. Раздался колокольный звон, знаменующий конец занятия. Ведьмы стали покидать аудиторию и разбредаться по другим кабинетам.

Мириам вышла во двор, набрала полную грудь холодного воздуха и тяжело выдохнула. Только она собиралась уйти в библиотеку, ведь следующее занятие было у Мастера, не отмечающего присутствие, как ведьма увидела, что на территорию Священных Земель вновь прибыли странники. Мириам улыбнулась, хоть что-то хорошее. Пройдя к центру двора, она заметила Реджинманда и направилась к нему.

Старик обиженно смотрел в ее сторону, всем видом показывая, что в прошлый раз ведьма сильно оскорбила его.

- Здравствуйте, Вы… - хотела было начать ведьма, но ее оборвали.

- Тебе повезло, что Тасмин заплатила полную стоимость доставки, - бросил старик и протянул конверт. Глаза Мириам заблестели. Ответное письмо от Тасмин! Быстрыми движениями ведьма вскрыла конверт, достав письмо, и приступила к чтению:

«Здравствуй, Мириам,

Своим побегом ты меня сильно огорчила: мало того, что сбежала к Обществу, хотя я предостерегала тебя, но еще и оставила меня одну, так, что мне прибавилось работы. Но твои действия – это только твой выбор, и ты должна понимать, что вся ответственность и последствия лежат только на тебе.

Как бы то ни было, у меня все хорошо. Работы стало больше, ведь теперь некому заниматься сбором, поэтому заказы на зелья уменьшились, но я не расстраиваюсь, ведь теперь я могу все делать и не торопиться.

В нашем лесу все спокойно. После исчезновения твоего волка увеличилось количество мелкой живности, а вместе с тем и количество крупных хищников. Это не может не радовать. Также разговаривала недавно с отцом твоей подруги Анели – он просил передать ей привет.

Если про меня, то все хорошо, сижу вот после рабочего дня, слушаю дождь и пишу тебе письмо. Как там у вас погода? Не холодно? Если холодно – пиши, я отправлю тебе согревающие зелья и твой любимый плед.

Не люблю заканчивать письма на плохой ноте, но, видимо, нет другого выхода. Я не рассказывала о твоем брате, потому что он слишком похож на твоего отца. Эрих был молчалив и угрюм уже в юном возрасте, занимался опасной темной магией, которую, как ты знаешь, я не одобряю, и всегда поддакивал твоему отцу. После смерти Джоан я предлагала оставить Эриха у меня, надеялась, что смогу хоть немного перевоспитать его, но Эдмунд был против, сказал, что ему лучше быть у его тетки по отцовской линии. Я надеялась, что ты забудешь о своем отце и брате, ведь они плохо на тебя влияют, но ты не забыла. Это твой выбор, последствия отразятся только на тебе.

Но если уж так получилось, передавай им от меня привет. Напиши, как они хоть там живут. Им не нужны согревающие зелья?

А так, как проходит твоя учеба? Удалось все-таки узнать что-нибудь новое? Расскажи обязательно об этом.

С любовью

Твоя бабушка

Тасмин.

Примечание:

Вспомнила кое-что: твоя мама рассказывала, когда вернулась после года обучения, что на экзамене, который проходит в мае «должен кто-то пострадать». Передаю ее слова дословно. Не знаю, что ты будешь делать с этой информацией, но я посчитала важным сообщить об этом».

Мириам светилась от радости. Она не думала, что бабушка ответит ей. И, судя по всему, она не сильно злится. Мириам понимала, что от Тасмин она не дождется хороших слов об отце и брате, но была уже и на том счастлива. Прочитав примечание, ведьма застыла: она не знала, к какому куску паззла в ее голове пристроить этот элемент. После разговора с Эдмундом Мириам пыталась составить картину произошедшего в своей голове, но ничего не получалось. А теперь это.

Ведьма отложила размышления в сторону, достала свое письмо, написанное несколько дней назад, перечитала его, добавила немного и вновь сложила в конверт:

«Здравствуй, Oma,

Надеюсь, ты получила мое письмо, вот пишу тебе второе. Со мной все так же все хорошо, хотя, стоит сказать, в голове моей полная неразбериха. Около месяца назад я поговорила с отцом, и он, сколько мог, рассказал мне о случившемся с мамой. Но я по большей части ничего не поняла и теперь хожу запутанная. Но не переживай, я разберусь сама.

Учеба продолжается. Занятия стали совсем бесполезными, и я, чтобы скоротать время и немного развлечься, стала вместе с Анели подшучивать над Мастерами. Один раз нас поймали, когда мы налили в чашку Мастера вместо его чая, зелье, которое красит кожу в зеленый. Он пытался нас отчитывать, но мы (как и другие Подмастерья на том занятии) не могли сдержать смех, глядя на изумрудно-зеленого Мастера. В итоге меня наказали уборкой в библиотеке. Но то даже было мне в плюс, люблю местную библиотеку. Я часто в ней сижу и читаю что-нибудь интересное о травах или зельях. Как приеду, обязательно расскажу что-нибудь.

Знаю, ты не хочешь ничего о них слышать, но у моего отца и брата все хорошо. Эрих иногда помогает мне с заданиями, которые дают Мастера, рассказывает что-нибудь о его магии. Мы часто видимся и болтаем обо всем на свете. Отец на занятиях объясняет Руны, а вне них рассказывает о своей с мамой молодости. Мне нравиться общаться с ними. Мне кажется, ты зря ненавидишь их. Да, они практикуют опасную магию и ведут себя не так, как ты считаешь правильным. Но все же мой отец – муж твоей дочери, а Эрих – ее сын. Я знаю, как сильно ты ее любишь, а они ведь – ее продолжение. Может, стоит наладить общение?

Надеюсь, заказов не слишком много, и ты успеваешь все делать. Как твои дела? Как погода в Огненном Каньоне?

Была бы рада получить пару строк от тебя.

Со всей любовью

Твоя внучка,

Мириам.

Дополнено: Не ожидала, что ты ответишь. Спасибо! Рада узнать, что с тобой все в порядке! Не отказалась бы от согревающих зелий, здесь уже совсем холодно! Только если будешь отправлять посылку – смотри, чтобы старик Реджинманд не запросил слишком много денег, это не стоит того. Твои последние слова заставили меня насторожиться, и теперь я тревожусь сильнее...»

- Когда я доставил Тасмин прошлое письмо, она с большим трудом смогла его прочитать, - сказал Реджинманд, когда Мириам протянула старику конверт и пять серебряных.

- Но смогла же, - парировала ведьма, улыбаясь. – Спасибо за вашу работу.

И ушла.

* * *

Прошло еще несколько похожих друг на друга дней. Мириам с удивлением обнаружила, что, несмотря на идущую дальше жизнь, на душе у ведьмы поселилось непонятное ей самой беспокойство. Она не смогла бы описать это чувство, ведь не могла до конца понять его природу, но стоило Мириам подумать об Обществе или Мастерах, как тут же сердце ведьмы начинало яростно колотиться в груди, а мысли прекращали свой ход, останавливаясь для осознания ситуации. Ведьма боялась. О чем это ее организм пытается ее предупредить? Пытаясь выяснить причину, Мириам могла всё свое свободное время проводить в библиотеке, листая все новые и новые книги, но ничего не находилось. Мастера уже стали с опаской поглядывать на слишком глубоко роющую ученицу, кто-то даже делал замечания, почему это ведьма прогуливает занятия. Но тщетно. Мириам просто не обращала на них внимания.

В один из дней, когда ведьма в очередной раз пряталась в библиотеке, читая книгу о незаурядном Мастере, создавшем несколько сложных печатей, стоило звону, обозначающему конец занятия, прозвенеть, к Мириам вышла Анели.

- Ты опять здесь, - тяжело выдохнула никс, держа в руках свою сумку. На ней не было привычного бирюзового специального платья для занятий, она сменила его на спортивный костюм серого цвета. – Может, хватит? Мириам, ты так совсем пропадешь. Я знаю, ты о чем-то там переживаешь, но нельзя же вечно искать причину. Рано или поздно проблема сама покажет свои корни, а ты лишь загубишь свое здоровье и потеряешь время.

- Если так рассуждать, то и решать проблему нет смысла. Она как появиться, так и исчезнет, - бросила Мириам, переворачивая страницу. Она, может, и была бы рада бросить это дело, только сердце подсказывала – разгадка близко.

- Нет, это не так! – заныла Анели. – Не важно! Мириам, сколько можно? Ты же не собираешься сидеть здесь вечность? Ты со своей паранойей скоро с ума сойдешь! Прошу, пойдем хоть на одно занятие.

Мириам не отвечала какое-то время, читая абзац.

- Я же вижу, с тех пор как ты решила начать прогуливать большинство занятий, ты совсем стала исчезать. Мириам!

Ведьма вздохнула. Книга, в любом случае, была такой же бесполезной, как и предыдущий десяток. Смысла оставаться в библиотеке дальше становилось все меньше.

- Какое у нас следующее занятие? – пытаясь подняться, проговорила Мириам, сразу же запнувшись и чуть не упав.

- Спорт. На Туманном Поле, - воодушевленная Анели уже побежала на выход, а Мириам, схватившись за спину словно старуха, плелась позади.

- Спорт? Нет, не пойду. Там холодно, и к тому же у меня совсем нет настроения.

- Все равно приходи на занятие. Хоть свежим воздухом подышишь.

Уже согласившись, Мириам пришлось идти в комнату (ее появление вызвало большое удивление у Лори и Мэри), сменить свой зеленый сарафан с рубашкой на спортивный комбинезон, и выдвинуться на Туманное Поле.

Несмотря на название, занятия спортом никогда в своей сути не были полноценными занятиями. Всех Подмастерьев сгоняли на Туманное Поле, названное так Мастерами из-за постоянных туманов, и заставляли присоединиться к какому-нибудь кружку, которые сами Мастера и организовывали. В кружках каждый из Мастеров вел свою физическую дисциплину. Многие, конечно, не хотели участвовать в этом, поэтому сбегали с занятий, либо просто ничего не делали. Но большинство все-таки предпочитало чем-либо заниматься: Мириам и Анели, к примеру, присоединялись к кружку тюленницы и нереиды, которые учили Подмастерьев танцевать.

В этот же день Мириам молча вышла из северо-восточного выхода и стала бродить кругами, пока другие собирались в кружки и начинали чем-либо заниматься. Ведьма несколько раз обошла сами кружки, зашла на территорию оранжерей, где даже заглянула в одну, из которой ее тут же прогнали, прошлась вдоль восточного склона, полюбовавшись каменными стенами скал, и вышла, наконец, к Священному Лесу, где нашла себе местечко на холодной земле и села отдохнуть.

Облетевший лес с его голыми деревьями тянул к Мириам кривые руки-ветки, пытался сказать ей что-то завыванием вьющегося между кустарниками ветра. Ведьма навострила уши, но пожелтевшая трава молчала, одинокие желтые листочки пролетали мимо, а ветер не мог сказать ничего внятно.

- Ты здесь, - резко раздался голос над головой. Мириам подняла глаза. Бастиан. Этот альв никогда не присоединялся к кружкам на занятиях спортом. Возможно потому, что альвы, как и другие природные духи, считали низостью танцевать или бегать с другими существами, предпочитая этому свои тренировки, а может и потому, что Бастиан вместо этого просто предпочитал сидеть в библиотеке. Мириам не знала, но все равно была удивлена его здесь увидеть. – Слушай… Я знаю, это может показаться немного странным, но… Мне нужно с кем-то поделиться своими догадками, и я думаю, что ты достаточно разумна для этого, поэтому… Пойдем, пройдемся.

Вот и оно. Мириам сразу поняла: сейчас она и узнает причину своего беспокойства. Альвы видят мир немного иначе, чем ведьмы. Возможно, именно этого ей и не хватало для полной картины. Это будоражило и заставляло бояться. Но Мириам спокойно кивнула, встала, и вдвоем они направились к Туманному Полю.

- Ты когда-нибудь задумывалась, почему все так? – начал Бастиан. Альв шел медленно, размеренно, вечно осматриваясь, стараясь следить за всем, что происходит.

- Ты о странных правилах Общества? Да, много раз. Я не понимаю, почему мы не можем жить и учиться по тому расписанию, которое составим себе сами. Почему нельзя посещать те занятия, которые хочется, - перечисляла Мириам, загибая пальцы. - Не знаю, зачем Мастера так рьяно охраняют какую-либо информацию о самом Обществе, почему нельзя посещать Зал Памяти.

- Я не совсем об этом, - прервал Бастиан. – Я хочу сказать, ты не задумывалась, почему с самого начала здесь было очень тепло и солнечно, словно это и не восточная часть материка, где всегда холоднее и дождливее, чем на западе? Почему это место казалось таким привлекательным?

- Чтобы мы захотели остаться здесь учиться? – предположила ведьма

- Тогда такой вопрос: почему нас вообще пригласили учиться?

- Я знаю, - Мириам повернулась к альву лицом. – Мой брат рассказывал: Обществу постоянно нужны новые Мастера, поэтому нас и пригласили учиться, чтобы в будущем мы могли стать ими.

Бастиан закатил глаза. Мириам смутилась.

- Ты сама-то в это веришь?

- Не совсем. Он говорил, что с этим связанно еще какое-то “испытание”, которое мы должны пройти. Я не поняла, но мне кажется, в этом есть смысл.

- Даже если и так, Обществу нужны новые Мастера, ты же понимаешь, что тогда ничего не сходится.

- Что ты конкретно имеешь в виду?

Бастиан вышел чуть вперед и ускорил шаг. Он переживал, словно делился своими сокровенными мыслями, поэтому действия его были немного сумбурными. Альв начал, загибая пальцы:

- Я подсчитал немного. Это Общество существует уже около тридцати лет. И в среднем новый набор Подмастерьев происходит каждые шесть лет. Но при этом, сколько сейчас Мастеров, ты знаешь?

Мириам задумалась.

- Около сорока. И еще те, кто не живет на Священных Землях.

- Это еще около шестидесяти. А сколько Подмастерьев?

- Сейчас? Ну, точно больше сотни, думаю, сто пятьдесят…

- В этом и суть. Мастеров слишком мало.

- С чего ты это решил? Может просто многим не хочется возвращаться сюда после учебы. Ты же не знаешь.

- В том то и суть, я знаю. – Бастиан повысил голос. - Вы – ведьмы, в большинстве своем живете затворниками, поэтому не понимаете, что происходит в мире, но я понимаю. Без Общества Луны и Солнца многие виды, которые существуют сейчас, исчезли бы, катаклизмы уничтожили бы многие города и поселения, но этого не произошло. Во всем мире это Общество – авторитет, и очень многие хотят стать его частью, ведь это престижно…

- Из твоих слов выходит, что Подмастерья не хотят возвращаться в Общество после года обучения, и для этого есть причина, поэтому Мастеров так мало… Но какая причина?

- А теперь слушай, - Бастиан понизил голос и аккуратно приблизился к Мириам. – Ты знаешь, что такое «баланс энергий»?

Ведьма застыла в удивлении, не ожидая услышать такой, казалось бы, не связанный с темой обсуждения вопрос:

- Конечно. Баланс энергий – закон о сохранении равной магической энергии на всей территории нашего мира. При чем здесь… А…

- Вот тебе и «А»! Если в одном месте собирается слишком много могущественных существ, этот закон просто не работает! Поэтому нужно каким-то образом восстановить этот баланс

- Да, но единственное, как возможно это изменить – провести ритуал жертвенности, когда одно существо убивают, чтобы его магическая энергия рассеялась по миру и восстановила баланс. А это значит…

- Что каждый раз, когда Общество приглашает на обучение, большая часть учащихся – обречены умереть во имя его. И я думаю, именно сами Подмастерья и должны пожертвовать своими товарищами ради этого.

Мириам застыла. Некоторое время потребовалось ей, чтобы переварить услышанное. Убить кого-то такого же, как и ты, ради непонятного Общества. Или самой быть убитой? Когда смысл сказанного альвом дошел до ведьмы, она ужаснулась. Ее руки задрожали, а ноги подкосились. Столько убитых за эти годы! И сколько еще будет убито! Но о самом страшном, что пришло Мириам в голову, она даже не хотела думать, и гнала любые мысли прочь, чтобы не упасть прямо здесь.

- Ты в порядке? – уточнил Бастиан, глядя на Мириам. - Ты побледнела, это не хорошо

Следовало бы подготовиться получше, раз знала, что узнаешь, о чем-то не хорошем – корила себя ведьма, а в груди все сжималось. Хотелось убежать, спрятаться.

- Ничего, все нормально… - ведьма произнесла это медленно шёпотом, пытаясь прейти в себя. – Я думаю… ты, наверное, прав… Я знаю кое-что, и это отлично подходит под твою теорию…

Ведьма рассказала альву все, что слышала от Реджинманда и что было в письме Тасмин. Голос Мириам дрожал, но она старалась все рассказывать четко и подробно. И с каждым новым ее словом глаза Бастиана округлялись от осознания правдивости его доводов. Он слушал ведьму, стараясь не подать виду, но и его изменения можно было легко заметить.

- Раз моя теория подтвердилась, я хочу больше узнать о том, что будет на экзамене и… Ты со мной? – альв смотрел на Мириам, и в глазах его читалась надежда. Конечно, каждый, кто догадался о таком и подтвердил свои догадки, хотел найти верного соратника, который будет с ним на этом легком пути. Но Мириам медлила с ответом.

-Прости, я… Я не могу ответить… Мне надо обдумать это, и быть точно уверенной, что это так.

- Я понимаю, - Бастиан кивнул, голос его дрожал. Вдвоем в полной тишине, они добрались до Цитадели и, неловко попрощавшись, разошлись.

На ватных ногах ведьма добралась до комнаты, забралась к себе на кровать, укрывшись одеялом до подбородка, просунула руку под подушку, достала свою записную книгу и оставила небольшую пометку, начав новое письмо Тасмин:

«Бабушка,

Я хочу домой…»

Шестая глава

«Танец зимнего безумия»

Ноябрь выдался очень трудным для Мириам. Неожиданно выясненные обстоятельства экзамена заставили ведьму сильно переживать и нервничать, стоило только задуматься об этом дольше, чем на одну минуту, мысли начинали мельтешить, мешая сосредоточиться, голова раскалывалась, в груди клокотало.

Мириам старалась как можно меньше думать о предстоящем ужасе и, чтобы мысли не настигали ее в самый неподходящий момент, стала посещать занятия и активно заниматься учебой. У Мастеров это вызвало приятное удивление, они активно поощряли её кристаллами. Хотя некоторые негодовали и строили догадки, как например Леней, он рассуждал об этом с Эдмундом и Эрихом в столовой за обедом, когда Мириам пыталась помочь Анели советом по поводу того, как устроить свидание с мальчиком, который ей понравился. Ясное дело ведьма ничего не понимала ни в мальчиках, ни в свиданиях, но сидеть в тишине и обедать было бы невыносимо.

В один из учебных дней ведьм разделили на пары и дали им совместные задания. Мириам, решившая, что сейчас она может заняться чем-то более важным, нашла добровольцев, которые согласились за кристаллы выполнить работу их группы. Поэтому, отправив двух колдунов и шаманку ставить эксперименты над полынью, Мириам пошла в библиотеку, чтобы прочитать что-нибудь интересное или написать письмо домой. За ней увязалась другая ведьма, с которой она должны были работать.

- Ты часто здесь сидишь, многие называют тебя «ботанкой» и «заучкой», - сказала та ведьма, усевшись за стол напротив Мириам и достав свою книгу. Ее звали Настасья, она была ведьмой Темных Лесов, и Мириам, пообщавшись с ней достаточно продолжительное время, не могла сказать, что ей нравиться с ней разговаривать. До Настасьи «долго доходило», как говорила сама Мириам, поэтому та считала ее ужасно глупой. Вообще Настя не была так уж безнадежна, но Мириам в своих убеждениях была непоколебима.

- Пусть называют, разве не все равно? – ведьма изогнула бровь и достала свою записную книжку. По ее расчетам сегодня должны были приехать странники, а значит, нужно набросать пару строчек для Тасмин.

- Тебе безразлично мнение окружающих? – переспросила Настасья. Пухлые щеки, копна светлых волос, голубая лента, связывающая их, длинный сарафан в пол и нелепая улыбка – Настя не была сильно привлекательной, но и уродиной ее назвать было сложно. – Везет. Я бы тоже хотела не обращать внимания на других, а то скажет кто-нибудь, что я толстая, буду потом целый день мучиться.

- Вполне себе обычная, зря только морочишь голову.

«Ну, да, а ты значит, не зря морочишь себе голову, постоянно думаешь об… стоп, хватит, прекрати» - крутилось в голове у Мириам

- Обычная? А, ну да. Только они же не понимают, постоянно говорят, что я какая-то не такая

- Кто и что говорит? – переспросила ведьма Огненного Каньона, поднимая взгляд от письма. В голову лезли только лишние мысли, а составить что-то вразумительное не получалось.

- Ну, к примеру, бабушка моя, постоянно говорит: «Настя, отъела ты себе бока, скоро в избу не сможешь зайти!» или там сестра: «Волосы свои могла бы и причесать, вечно лохматая ходишь». А я, что, виновата, что они сами собой всюду лезут?

- Так ты с бабушкой живешь? – Мириам даже толком не слушала, все ее мысли занимало письмо, но написать его мешала тревога.

- Бабушкой? Нет, я живу с сестрами. Или ты в принципе спрашиваешь? У нас в клане много ведьм: я, две старшие сестры, мама, тетя, ее дочери, бабушка, ее сестра, прабабушка, прапрабабушка и…

- Так, а с сестрами ты как живешь?

- С сестрами… У нас общая комната в крайней избе, есть еще центральная изба, она возле кострища, там живет прапрапра… пра…

Колокольный звон отвлекает Мириам от раздумий, а послышавшиеся вслед за тем звуки открывшихся порталов вызволили ведьму из пучин своих мыслей, и она, быстро собравшись, поспешила во Двор.

- Ты куда? – удивленно спросила Настасья.

- К торговцам, - нервно бросила Мириам. Настя лишь пожала плечами в ответ и открыла любовный роман, который начала читать совсем недавно, но уже влюбилась в главного героя.

Реджинманд недовольно сверкнул глазами на Мириам и нехотя протянул ей коробку, которую прислала Тасмин.

- Если ты соберешься отправлять своей бабушке какую-нибудь посылку, я точно возьму с тебя всю стоимость, даже не мечтай сторговаться! – выругался старик, плюнув себе под ноги.

- Конечно, конечно… - Мириам закивала, беря в руки увесистую коробку. – Я вернусь через некоторое время и отдам письмо. Где кстати…

- Письмо от Тасмин в посылке, - Реджинманд закатил глаза. – Я сегодня собираюсь уехать пораньше, так что поторапливайся.

- Пренепременно! – бросила Мириам, уже скрываясь в восточном входе Цитадели.

Комната пустовала. Мириам захлопнула дверь ногой и бросила коробку на стол. Потирая руки, ведьма вскрыла посылку. Первым её встретило письмо:

«Здравствуй, Мириам,

Рада вновь получить твое письмо. Как бы то ни было, ты все так же моя внучка, и я не могу долго злиться на тебя. Очень беспокоюсь, как ты там.

Вот у меня все хорошо. У нас похолодало, теперь работа занимает еще больше времени, теплая одежда сковывает и без того не особо ловкие движения. Пока идет очень сильный дождь, недавно был град. Боюсь, как бы ни выпал снег, для него еще рано, не все звери успели найти себе укромное место, чтобы переждать зиму. У вас там уже выпал снег? Надеюсь, что нет, иначе станет совсем холодно. Отправила тебе твой плед и согревающие зелья. Не знала, хватит ли тебе, поэтому положила еще несколько трав в сверток, чтобы ты, если что, сделала их себе сама. Связала тебе еще недавно пару варежек и носок, надеюсь, поможет не замерзнуть.

Сейчас потихоньку занимаюсь подготовкой к зиме. Собрала и засушила необходимые травы, насобирала еды на зиму (если тебе потребуются какие соленья – пиши). Нужно успеть доделать зелья на заказ до первого снега, иначе придется им остаться у меня до весны, ты сама знаешь, по снегу до города не доберешься.

Смотрю, ты там совсем распоясалась, раз у тебя хватает времени веселиться с подругой. Конечно, на занятиях может быть скучно, но это не значит, что нужно глупо растрачивать свое время. Можешь сидеть больше в библиотеке или общаться с Мастерами, они то могут рассказать что-то действительно важное. Анели, без спорно, девушка хорошая, но ты поехала туда прежде всего учиться, поэтому именно этим там и надо заниматься. И да, ее отец вновь просил передать привет.

Насчет твоего отца и брата… не знаю. Мы могли бы встретиться, поговорить, но не думаю, что мы можем стать полноценной семьей. Если ты хочешь с ними общаться – хорошо, но я предпочту сохранять дистанцию.

Ты совсем мало мне пишешь. Как вас там кормят? Тебе не снятся кошмары? Если потребуется что-то еще – обязательно пиши.

Со всей любовью,

Твоя бабушка,

Тасмин»

Мириам улыбнулась. Весточка из дома всегда радовала ее. Ведьма осмотрела содержимое коробки: в ней и правда лежали мутные оранжевые зелья, шерстяной плед, сверток с сушеными травами, зеленые рукавички с белым рисунком и носки в полосочку. Мириам радостно рассматривала каждую вещь, в ее душе теплом разливались воспоминания о родных лесах и бабушке. Восторженная и наполненная надеждами, ведьма села за стол писать ответное письмо. И застыла…

А что писать? Об экзамене? О том, что ей предстоит? Нет, точно не стоит. А о чем же еще? Об Анели? Они практически не общались прошлый месяц. Только за обедом, да и вечером иногда. Об отце и брате? Нет, с ними она тоже говорила по минимуму. А о чем же? Не зная ответ, Мириам просто начала:

«Здравствуй, Oma,

У меня все неплохо. Нас здесь хорошо кормят, и я хорошо сплю («Ага, ага, то-то ты вчера два раза вскакивала с постели в холодном поту от увиденного кошмара, один раз даже Лори проснулась!»). Дела у меня идут хорошо, можешь не переживать…»

Мириам покачала головой, разочарованно посмотрела на почти пустой лист бумаги и решила, пусть и косвенно, но написать правду:

«… В последнее время я чувствую себя не очень. Мне трудно об этом говорить, я бы хотела поделиться этим с тобой, но не хочу, чтобы ты волновалась. Я справлюсь со всем, не переживай, просто сейчас мне как никогда нужна поддержка. Я и сама не думала, что это может выбить меня из колеи, но столкнуться с чем-то страшным в своих мыслях намного менее болезненно, чем столкнуться с этим в реальности. Все будет хорошо, но я боюсь, что скоро сломаюсь.

Надеюсь, у тебя все так же все хорошо.

Со всей любовью,

Мириам»

Реджинманд принял письмо и, наверное, был готов вновь разразиться тирадой о недодаче, как вдруг увидел в руке Мириам один золотой.

- Сдачи не будет, - предупредил старик

- Мне не нужна сдача, - медленно проговорила ведьма. Ее туманный взгляд был направлен в пол, руки немного дрожали. Реджинманд осмотрел Мириам и недовольно цокнул языком.

- Что, правду узнала? – спросил старик шепотом. Ведьма медленно кивнула.

- Я сама не своя со всем этим.

- Эх, иди сюда, - Реджинманд аккуратно обнял Мириам и успокаивающе погладил по голове, произнеся пару слов поддержки. На короткий миг ведьма почувствовала себя чуточку лучше. Прилив сил позволил ей решиться на еще один сложный разговор. Потому, распрощавшись со стариком, Мириам направилась в северо-западную часть цитадели.

Первый этаж. Второй. Третий. Темный коридор. Дверь нужного кабинета. Отец сидел за своим столом и заполнял журнал. Рядом по обычаю сидел Эрих и читал какую-то книгу. А около окна расположился Леней, рассказывающий о чем-то. Он то и заметил Мириам первый:

- Здравствуй, Мириам, - поприветствовал он. – Ты по какой проблеме? Рассказывай – поможем

Ведьма бросила короткий взгляд на Эдмунда, мужчина медленно оторвал глаза от книги и посмотрел на свою дочь. Эрих тоже взглянул на Мириам.

- Мастер Леней, могу я попросить вас выйти? Я хочу поговорить со своей семьей. Это личное.

Сатир пожал плечами и вышел, сказав что-то на неизвестном Мириам языке Эдмунду. Ведьма проводила Ленея взглядом и посмотрела пристально на своего отца.

- Ставь стул, присаживайся, - страндваскаре улыбнулся.

- Я постою

- Как хочешь, - Эдмунд убрал журнал и сплел свои пальцы в замок. – Я тебя внимательно слушаю.

- Я задам тебе несколько вопросов, и ты ответишь прямо и честно.

- Хорошо, - отец кивнул. – Только помни, что я не могу раскрывать тайны, объединяющие меня с другими Мастерами, поэтому, так или иначе, тебе придется задавать правильные вопросы

Мириам кивнула. В ее горле пересохло. Когда нужно прямо спрашивать о чем-то, не имея возможности дать собеседнику додумать или дополнить, становилось неудобнее и страшнее. Ведьма сжала руки в кулаки. Обратной дороги нет.

- Экзамен, который будет в мае, должен закончиться чьей-то смертью, верно? – отчеканила Мириам, ноги подкосились. Она упала бы прям здесь и сейчас, но смогла удержать равновесие.

Эдмунд слегка удивленно приподнял бровь.

- Твой брат догадался об этом много позже. Но да, ты права, – отец смотрел прямо на ведьму, в глазах его играл странный огонь. – Не думай, что мы убиваем без разбору, это подобранный план и…

- Это не имеет значения! – выкрикнула Мириам ему в лицо. Нет, ей нужно было другое. Сейчас ведьму волновал другой вопрос, тот, что не давал ей спать по ночам, тот, из-за которого она постоянно нервничала и дрожала. – Скажи, ты ведь тоже убил на экзамене, так? И мама тоже?

На этот раз Эдмунд серьезно удивился.

- В прошлый раз тебя это не удивило, почему сейчас…

- Одно дело прикончить убийцу своей жены! Убить преступника! Но невинного… ради какого-то Общества…

У Мириам сильнее затряслись руки. Она ужасно злилась, ненавидела. Хотелось кричать, биться об стенку. Лицо ведьмы побледнело, губы задрожали. Она не могла поверить, что на самом дела говорит это, что все это с ней происходит. Хотелось проснуться, но это, к несчастью, был не сон.

«Столько крови… столько смертей» - мельтешило в голове ведьмы. Лишь сейчас она в полной мере осознала весь масштаб трагедии и ужаса.

- Мириам…

- Ты убил его! Убил невинного! Как ты мог, - кричала ведьма, выплескивая страх и гнев, что смешались в её душе.

- Мириам, я знаю, это трудно принять, но послушай. У меня не было другого выбора

- Выбор есть всегда!

- Нет, Мириам, - Эдмунд встал со своего места и приблизился к ведьме. Ей хотелось уйти, убежать, но ноги с трудом могли удержать ее в вертикальном положении, поэтому оставалось только стоять на месте и пытаться не упасть. – Мы все боимся, когда стоим перед осознанием этого. Но когда наступает час, мы просто обязаны совершить это. Мы не могли отказаться, сделать другой выбор. Мы могли только подчиниться и выполнить предназначенное. Когда ты переступаешь эту черту… ты меняешься. Все меняется. Весь твой мир меняется. Ты поймешь это позже, но иногда мы не можем остаться в стороне и просто наблюдать, не можем выбрать другой вариант… Все просто… так. Потом ты уже не можешь ничего изменить: твои руки по локоть в крови, и уже не важно, сколько еще ты убьешь… Несмотря на это, мы все равно стараемся сохранять то равновесие, которое уже сформировалось. Передавать знания и хранить баланс мира – задача нашего Общества. Как бы мы не пытались поменять что-либо – у нас не получилось, поэтому все остается неизменным. Мы сами ненавидим то, какими стали, но все равно стараемся делать всё ради благой миссии. Тебе нужно это только принять и пережить.

Эдмунд хотел приблизиться к Мириам, обнять ее, но ведьма отстранилась, перевела взгляд на брата и, оттолкнув отца, выбежала из кабинета. Ноги несли ее вдоль темных коридоров, вдоль просторных залов. Мириам не знала, куда они приведут. Она просто бежала.

Она хотела убежать. Спрятаться. Не думать обо всем, свалившемся на нее. Вернуться в беззаботный Огненный Каньон. Но мир оставался на месте. Убежать не получалось.

Ноги привели Мириам к библиотеке.

- Так я и думала, что найду тебя здесь, - Анели улыбнулась. Она определенно была в хорошем расположении духа. – Ты чего? Все в порядке?

- Они хотят, чтобы мы убили! Они хотят, чтобы мы умерли! – ведьма задыхалась, бег давал о себе знать. К тому же накопилось слишком много не высказанных слов.

- О чем ты? Что за бред ты несешь? – Анели начала раздражаться.

- Ты не понимаешь! Все Мастера, всё это Общество! Они хотят, чтобы мы убили кого-то или умерли сами на экзамене! Чтобы оно жило, чтобы продолжало существовать!

- Ты несешь какой-то бред!

- Это не бред, послушай…

- Это ты меня послушай, - теперь Анели точно была злой. Сверкнув зубами, она начала медленно говорить, чеканя каждое слово. – Я устала от твоих постоянных теорий, от твоей паники! Хватит ждать подвоха там, где его нет!

- Это не паника, это правда, - растерянно попыталась оправдаться Мириам. – Мой отец подтвердил это.

Анели засмеялась.

- Твой отец такой же сумасшедший, как и ты. Вы стоите друг друга, – Анели оскалилась и заговорила медленнее и тише, приблизившись к ведьме. - Знаешь что, Мириам, я не хочу ничего больше от тебя слышать, не хочу знать, что за безумная идея или навязчивая мысль пришла к тебе в голову. Мне надоело! Когда мы только познакомились, я подумала: «Вау, эта ведьма на самом деле понимает меня, мы так похожи, мы обязательно подружимся», но сейчас я как никогда вижу, ты просто дура! Сумасшедшая дура!

Никс не сказал ничего более. Она развернулась, махнув своим хвостом, и пошла прочь.

Мириам стояла возле входа в библиотеку и не могла вымолвить и слова. Анели оставила ее. Оставила. Бросила. Бросила одну бороться с судьбой. Не зная, куда себя деть, Мириам пошла прочь, подальше от библиотеки.

На этот раз ноги привели ведьму во Внутренний Двор. Здесь впервые за долгое время не было ни души, словно каждый в этот ветреный день решил остаться в своей теплой комнатке и не идти никуда. Мириам взглянула наверх, где хотела увидеть затянутое тучами мрачное небо. Но увидела снег. Множество блестящих маленьких снежинок кружились в воздухе, создавая красочную картину снежного вальса.

Мириам упала на колени.

И расхохоталась истерическим смехом…

Седьмая глава

«Союз бури и болезни»

Уже спустя несколько часов началась невероятной силы буря. Метель метала по воздуху остатки осеннего тепла, оставляя после себя холодную пустоту. К ночи все поля и тропы Священных Земель были покрыты массивными сугробами, деревья гнули свои ветки под тяжестью снега. Во мраке ночного неба отчетливо было видно, как вихри безжалостно мучили несчастных, оказавшихся на улице в такой день. Мастера, глядя на творившееся на улице, не долго думая, приняли решение обезопасить Подмастерьев от случайной смерти в снегу: отменились все занятия, проводившиеся вне Цитадели, в том числе и занятия в оранжереях, Подмастерьев, живших в жилых корпусах вдоль всей территории Священных Земель, привели в главное здание и разместили в общие комнаты, чтобы можно было следить за ними и не бояться их потерять. В общем, в этот вечер вся Цитадели стояла на ушах: кто-то обсуждал погоду, кто-то жаловался на новоприбывших, те же громко переговаривались, пытаясь найти себе место в общих комнатах.

Народу было так много, что некоторых стали подселять в комнаты к другим Подмастерьям. В комнату к Мириам подселили одну ведьму – бывшую подружку Хелен Изобель. Она была одной из городских ведьм, которых среди сообщества ведьм презирали за их желание жить среди людей. Мириам отнеслась к ней относительно нейтрально, но вот Лори и Мэри были очень недовольны. Изобель не обращала на них внимания, она постелила себе на полу их и без того маленькой комнаты и быстро уснула. Чуть только стих общий шум, уснула и Лори, а Мэри как обычно ушла на свои ночные занятия.

А вот Мириам уснуть не смогла. В ее голове мельтешили самые разные мысли, а эмоции мешали спокойно лечь спать. Она долго ворочалась на постели, поднималась, ходила по комнате, один раз даже вышла в общий коридор и прошла круг по Цитадели. Потом, конечно, вернулась в комнату, не желая быть замеченной, и вновь попыталась уснуть и, кажется, у нее получилось это сделать ближе к утру.

Только вот подняться оказалось не так легко. Открыв спросонья глаза, Мириам попыталась подняться на локтях и встать, но тут же упала обратно на кровать. Голова гудела, руки не слушались, а тело словно горело. Простыла? Нет, нельзя болеть сейчас. Нужно учиться. Нужно готовиться к экзамену. Попытавшись встать еще раз, ведьма вновь упала на подушку.

- У тебя все хорошо? – поинтересовалась Лори, обеспокоенно. Она уже оделась в специальную одежду для занятий и была готова выходить на завтрак. Изобель к этому моменту уже ушла, а Мэри еще не заходила за учебниками.

- Да, просто не выспалась. Иди, я догоню. – Мириам перевернулась лицом к соседке. Та кивнула и ушла.

Мириам пыталась встать еще четыре раза. И на пятый она смогла сесть на кровати и даже спрыгнуть с верхнего яруса, не завалившись на бок. Одеваться было особенно тяжело. Руки с трудом могли нащупать нужный костюм и натянуть его на раскаленное тело. В глазах мутными пятнами расплывались очертания мира вокруг. Тяжело вздохнув, Мириам покинула комнату. И сразу же побежала на занятие, потому что как только дверь комнаты захлопнулась, прозвучал колокольный звон. Ведьма даже удивилась, что при ее состоянии она смогла ровно добежать до кабинета. Ну, вернее, почти до самого кабинета, на подходе к нему она запнулась и почти упала, только опершись о стену Мириам смогла подняться и зайти в аудиторию.

О чем говорил Мастер, ведьма не знала. Да и какое это конкретно занятие смутно представляла. Она сидела за последней партой, глядя на бурю за окном, и старалась сосредоточиться хоть на чем-то в реальности, ведь стоило только отвлечься, как мысли опять уплывали в сторону экзамена, и с каждым новым возвращением к этой теме, горячая кровь по венам начинала течь быстрее, а голова болела сильнее.

Позже Мириам по ощущениям стало чуточку лучше, но это не отменяло того факта, что она была больна. С трудом ведьма смогла дожить до конца учебного дня. Занятия тянулись очень долго и нудно. За обедом Мириам сидела одна. Она вообще не собиралась приходить на обед, потому что есть не хотелось совсем, но понимая, что ее отсутствие на завтраке и обеде будет выглядеть странно, она все же пришла. Ничего не лезло в глотку, суп казался ведьме ужасно пресным, а салат безвкусным. Только теплый чай был спасением в такой ситуации.

На дополнительные занятия Мириам тем более не хотела приходить. Но все же пришла. Леней опять говорил о колдовстве юга и даже рассказал пару шуток, одна из них была как-то связанна с «сонной» Мириам, но та не поняла юмора абсолютно.

На ужин Мириам тоже пришла, не желая вызывать подозрения у отца и брата, но сама про себя думала, что лучше бы уже пошла спать. Вернувшись от стола раздачи в свой угол, ведьма неожиданно для себя обнаружила на месте, которое обычно занимала Анели, Бастиана. Альв сидел, пустыми глазами глядя на стоящее перед ним овощное рагу, не в силах даже взять ложку. Мириам подошла и только хотела поприветствовать друга, как тот сказал:

- Выглядишь не очень, - Бастиан подвинул свой чай, чтобы ведьма могла расположиться за своим столом.

- И тебе здравствуй, - буркнула Мириам, усевшись на свое место. – Ты, так то, тоже не ахти какой свежий! Я, конечно, знала, что альвы бледные, но не настолько же! Да даже по твоему голосу слышно, что ты явно болен.

Бастиан усмехнулся и тут же, в подтверждение слов ведьмы, закашлялся хрипло и надрывно. Кто-то из других Подмастерьев даже посмотрел в его сторону.

- Тут ты права, - альв еще раз размешал рагу, словно надеясь, что оно само испариться. – Как-то так получилось, что я совсем расклеился. Даже не думал, что стану…

- Можешь не говорить, я сама все понимаю…

Конечно, каждый из них знал причину своей болезни. Столько потрясений и волнений за короткий срок выбьют из колеи даже самого стойкого воина, что уж тут говорить о подростках, только начавших становиться взрослыми. Бастиан, даже несмотря на внешнее спокойствие и безразличие, был самым обычным юношей, который также испытывал эмоции, хотя и пытался это скрыть. Таковы уж природные духи, тут их не исправишь. Мириам, пусть и была менее зажата в проявлении своих чувств, оттого изменения в ней было заметить проще, все же не привыкла в своей беззаботной жизни в Огненном Каньона к потрясениям. Тут уж любой бы заболел, да так, что не вставал бы с постели. Но Мириам была стойкой, потому все еще более-менее уверенно стояла на ногах.

Никто из них не хотел говорить об этом, но и молчать было невыносимо. Первым начал Бастиан:

- Мама рассказывала, что благодаря Обществу Луны и Солнца альвы Огненного Каньона все еще не пропали как вид. Я думал, что, если соглашусь приехать учиться, смогу помочь и другим видам не пропасть. Но я не знал, что плата за это – чужая жизнь… Я… Еще я постоянно чувствую себя неправильным, из-за того, что позволяю проявлять слабость…

- Оу, - Мириам удивленно приподняла бровь. – Не ожидала, что ты так разоткровенничаешься

- С тобой легче говорить об этом, чем с ними, - Бастиан указал на группу других природных духов (в основном – эльфов), которая находилась в другом конце столовой. Ведьма знала: для таких как он, общественное мнение имеет большое значение, и у них вообще было не принято проявление чрезмерных эмоций; поэтому не стала осуждать.

- Да, - протянула Мириам, закрыв глаза. – Я просто хотела знать, что случилось в моей семье, а в итоге ничего не узнала, да еще и это… Боюсь, так можно сойти с ума… Даже не знаю, что со всем этим делать…

- Ну, для начала, - заговорил Бастиан оживленно. – Нужно побороть болезнь. Как я понимаю, просто лечь и лежать мы не можем (Мириам кивнула), поэтому будем лечиться по-другому: зелья, отвары, полноценный сон. Потом уже можно начать что-то думать об этом всем. Что скажешь?

Ведьма смотрела в глаза альва и видела в них отчаянную надежду. По какой-то причине этот дух видел в ней того, кому он может довериться, а это значило невероятно много, особенно для его вида. И в этот раз Мириам не стала отдалять свой ответ, а протянула руку и проговорила:

- Я с тобой. Пусть этот путь тернист, я пойду с тобой до конца

Бастиан, вероятно, просто говорил о том, что они дальше будут делать, но, поняв, что для ведьмы его слова значили объединиться в полноценные союзники по несчастью, кивнул и пожал руку.

С того дня эти двое, пусть и не обсуждая это вслух, стали оказывать друг другу помощь. Находясь в не лучшем физическом состоянии, альв и ведьма нуждались в ком-то, кто позаботиться о них, но, так как таковых не было, они были вынуждены самостоятельно пытаться выкарабкаться, при этом помогая друг другу. Мириам готовила лечебные отвары, которые помогали хоть немного убавить жар, ну и сделать боль в горле у Бастиана не такой сильной, помогала с заданиями по ботанике и зельеварению. Альв так же помогал в учебе, и еще старался раздобыть нужные лекарства для ведьмы, что не всегда у него выходило. Никто из них даже не думал о том, чтобы лечь передохнуть или попросить другого помочь.

Конечно, находясь в состоянии постоянного стресса и волнения, да и к тому же болея, никто из этого союза не мог продержаться достаточно долго. Первой упала Мириам. В одно утро она просто не смогла встать с кровати, с трудом разлепив глаза, она осознала, что не сможет даже подняться и дойти до столовой за чаем, не говоря уже о занятиях. Лежа на животе, видя перед собой только мутную дымку морозного утра, Мириам позвала кого-нибудь из соседок. Отозвалась Лори:

- У тебя все хорошо?

- Да, я просто приболела немного, - просипела Мириам, пытаясь отыскать очертания ведьмы в комнате.

- Как не вовремя. Может мне позвать лекаря или хотя бы принести тебе чай? – спрашивала Лори, обеспокоенно глядя на больную.

- Нет, не стоит. Слушай, ты же знаешь Бастиана?

- А? Того симпатичного альва с милой косичкой?

- Ага. Симпатичного, с милой косичкой и синяками под глазами. Можешь подойти к нему и сказать, чтобы он шел отдыхать к себе? Я сегодня не выйду на учебу, пусть он тоже не идет.

- Давай я все-таки позову лекаря? Может, хотя бы какого Мастера? – не унималась Лори, пытаясь помочь.

- Ты слышала, что я сказала? Бастиану скажи, пожалуйста! А об остальном не беспокойся…

Лори кивнула, кинула последний обеспокоенный взгляд на уже уснувшую Мириам и покинула комнату.

Тишину опустевшей комнаты разрушали только завывание ветра за окном и звук шагов Подмастерьев, бродящих туда-сюда по коридору. Ближе к девяти часам в комнату тише мыши проникнула Мэри, забрала быстро учебники и вышла, на последок показав Мириам одну карту из колоды, изображение на которой та не смогла разобрать. Ведьма Огненного Каньона услышала приближение другой ведьмы, когда в лихорадке проснулась, что делала еще несколько раз за утро. Как раз ближе к одиннадцати Мириам проснулась еще раз, в тот же момент с тихим стуком в комнату зашел Бастиан. Он посмотрел на ведьму и, бросив пергамент на стол, произнес:

- Вот конспект за сегодня. Я отсидел на нескольких занятиях, больше не могу. Поправляйся.

- И ты, - хрипло просипела Мириам. Альв кивнул и быстро покинул комнату, вероятно, направляясь в общую спальню, где он жил во время бури.

Мириам вновь уснула. Проснулась еще через какое-то время от стука. Кто-то уверенно постучал в дверь комнаты и, не услышав протеста, со скрипом открыл её. Две тени, одна больше, другая меньше, прошли в комнату, аккуратно, стараясь ничего не задеть. В мутном взгляде ведьмы первая тень быстро приобрела очертания отца Мириам. Эдмунд взглянул в глаза своей дочери и, протянув руку, аккуратно погладил ее по голове.

- Лори сказала, что ты заболела, - произнес он медленно. – Как же ты довела себя до такого? Я попросил лекаря зайти к тебе, он будет здесь через час…

- Не надо, - прошептала Мириам, сильнее кутаясь в одеяло. – Я в порядке…

- Вижу я, как ты в порядке. Если лекарь спросит о чем-либо – отвечай честно, чтобы он мог точно поставить диагноз, - сказал Эдмунд. Лишь сейчас ведьма смогла узнать во второй тени своего брата, который пристально смотрел на нее. – Я попросил Лори, чтобы она принесла тебе обед. Я еще зайду вечером. Будь умницей – не делай глупостей.

С этими словами вдвоем они покинули комнату. Мириам, которая уже не могла больше спать, села на кровати и руками попыталась нащупать свою записную книгу. Она оказалась под подушкой. Перевернув несколько листов с заметками, набросками письма Тасмин, засушенными травами и вырванными страницами учебников, Мириам открыла чистую станицу и, достав карандаш, начала писать всё, что придет в голову:

«Как же так. Почему все сложилось подобным образом? Почему стоило мне захотеть узнать, что случилось с моей семьей, я сразу попала в такой поворот судьбу? Mutti (нем. ласковое - мамочка, матушка, от Mutter – мама). Sag mir bitte, Mutti: Warum das ist so? (нем. Скажи мне, пожалуйста, мамочка: почему так?).

Я никогда и не думала, что такое случиться со мной. С тобой ведь это тоже произошло? Как ты смогла пережить все это? Откуда ты смогла взять силы, чтобы, несмотря на все это безумие, не пасть духом, а продолжить идти по жизни.

Наверное, я никогда это не пойму. И я не могу даже спросить тебя. Все, что осталось от тебя, это лишь одинокие нечеткие воспоминания. Я помню, как ты обнимала меня, укладывая спать, помню твои золотые сережки, которые сияли в свете закатного солнца, помню твои шелковистые волосы, которые ты любила заплетать в косу. Помню запах малины и нежные пироги, которые ты пекла, помню… Помню холодное осеннее утро, когда, поднявшись с кровати, я бежала на завтрак, но вместо творожной запеканки, которую ты обещала вечером, я нашла только тебя, прижимающуюся к отцу и плачущую. Я тогда так испугалась. Помню, как ты бормотала: «Я не… я не сумела… Лучше бы умерла я, а не она…Он ведь просто хотел счастливо жить с ней»… Наверное, тогда я поняла, что ты пережила много всего ужасного в этом мире…»

Отложив карандаш, Мириам вновь взглянула на написанное и погрузилась в воспоминания. Да, в то утро мама и отец разговаривали с кем-то (ведьма видела это из окна), а потом она застала плачущую Джоан и утешающего ее Эдмунда на кухне. Мириам долго не могла выкинуть это из головы, но в итоге также, как и другие воспоминания с ее матерью, это затерялось в глубинах памяти. Возможно ли, что они тогда говорили об экзамене? Но эти фразы казались Мириам слишком странными, словно они обсуждали не сам экзамен, а что-то с ним связанное.

Ведьма думала об этом достаточно долго, прежде чем из дум ее вытянул пришедший лекарь. С виду Мириам показалось, что он был самым обычным человеком, что было странно для такого места, как Священные Земли. Лекарь задал пару стандартных вопросов, померил температуру, констатировал обычную простуду и сказал лечиться хорошим сном и теплым чаем. Мириам согласно кивнула, и вскоре лекарь покинул ее комнату.

Еще через какое-то время в комнату постучали. При том сделали это так громко, словно стучали не кулаком, а ногой. Мириам поднялась и на ватных ногах дошла до двери. Открыв ее, ведьма увидела Лори, та держала в руках поднос с едой и несколькими зельями.

- Вот. Была в столовой, взяла тебе обед, также лекарь просил передать тебе эти зелья, сказал, помогут, - Лори прошла в комнату и поставила поднос на стол. – Садись, тебе нужно поесть, а то ты с утра ничего не ела.

Мириам послушно опустилась на стул и взглянула на свой обед. Куриный суп с картошкой, чай с малиной и медом и легкое лечебное зелье. Тасмин постоянно делала что-то похожее, потому что такие зелья хорошо продавались.

Горло саднило, и присутствовало неприятное чувство тошноты, но Мириам все-таки приступила к еде. Лори села на свою кровать и, достав из своей сумки ягоды можжевельника, начала в небольшой склянке смешивать их с другими ингредиентами.

- Что ты делаешь? – спросила Мириам, сделав глоток приторно сладкого чая.

- А? Это? Ну, я делаю омолаживающие маски из ягод. Знаешь, они, конечно, ужасно липкие и неприятные по ощущениям, но зато освежают и тонизируют. Может, ты хочешь попробовать?

- Нет, спасибо… - Мириам съела еще ложку супа. – Так значит, ты занимаешься косметикой?

- Да, - Лори рассмеялась, но этот смех был скорее смущающим и неловким. – Мне кажется, у меня неплохо выходит, я даже смогла продать несколько штук здесь… ну, знаешь, девушкам природным духам и…

- Это очень интересно. Ты планируешь на этом зарабатывать?

- Что?! Нет! Я… - тут Лори замялась и отвернулась, спрятав печальный взгляд. – Моя мама считает, что это глупое занятие и…

- А ты считаешь также? – спросила Мириам, покончившую с едой и удивленно изучающую мутную жидкость в склянке.

Лори молчала, медлила с ответом. Как поняла Мириам, ей сильно хотелось поделиться, но она не решалась начать.

- Знаешь, я ведь сбежала от бабушки, чтобы учиться здесь, - как бы невзначай начала ведьма Огненного Каньона. – Пошла против правил. Она была ужасно зла!

- Хах, я бы тоже хотела уметь, несмотря на мнение и желания окружающих, действовать в своих интересах, - Лори усмехнулась. Её язык развязался, и она начала свой рассказ. – Когда Мастер Сельма (Мириам вспомнила водную сьёру, родом из Затопленных Лесов, которая вела у нее дополнительное занятие по магии маленьких водоемов) пришла к нам в общину, чтобы забрать меня на обучение, мама без раздумий стала собирать мои вещи, чтобы я отправлялась. Мама никогда не одобряла мое увлечение косметической магией, ругала за неподчинение. Иногда… Это переходило все границы… (здесь Лори всхлипнула и закрыла глаза руками) Она всегда любила и гордилась только моей порядочной старшей сестрой, которая без вопросов изучала все, что давали ведьмы-старейшины. Именно моя сестра хотела отправиться учиться у Общества, но пришли за мной, потому я не имела права отказываться…

Лори замолчала, глядя на снежную бурю за окном. Мириам кивнула в молчаливой поддержке.

- На самом деле… Я даже рада, что оказалась здесь. Когда моей семьи нет рядом, я могу заниматься тем, чем хочу. Могу быть кем пожелаю. И не важно, что подумают другие… Я счастлива… – продолжила ведьма Болот. – Наверное, я даже не хочу возвращаться домой…

Мириам молчала. Она могла понять чувства Лори, но не находила слов поддержки или слов возражения, которые смогли бы переубедить эту ведьму. Поэтому она произнесла только:

- В любом случае спасибо. За заботу и помощь, - улыбнулась, и на душе у нее потеплело.

А за окном завывал ветер, и буря гоняла по полям морозные вихри снега, не оставляя и шанса на спасительное тепло. Зима была в самом разгаре…

Восьмая глава

«Подъем на ноги, первые солнечные лучи»

Мириам болела еще около недели. Ну, вернее было бы сказать, что для других она болела всего неделю, сама же ведьма чувствовала общую слабость организма еще месяц. Ей потребовалось много сил, чтобы прийти хоть немного в чувство, но оставаться в постели дальше Мириам не могла. Совесть просто не позволила бы ей валяться на кровати, когда впереди ее поджидают судьбоносные решения, а она даже не пытается что-то предпринять. Так или иначе, прошла всего неделя, а ведьма уже на ногах.

Но начать что-то делать она не могла. Слегший в то же время Бастиан продолжал болеть, и, по ощущениям, ему становилось только хуже. Альва даже переселили в отдельную комнату на четвертом этаже, каморку, где обычно хранились хозяйственные принадлежности. Мастера боялись, что он перезаражает других природных духов, поэтому решили перестраховаться. Что насчет выздоровления, лекарь, который все это время должен был заботиться о Бастиане, только безвольно разводил руками, говоря, что вообще не понимает, как это надо лечить, что заставляло Мириам проклинать его последними словами и самой поднимать на ноги своего союзника. Но, как бы то ни было, ведьма не была всесильна, потому она могла только облегчить страдания альва, но никак не прекратить их.

- Тебе не следует приходить сюда часто, - говорил Бастиан, когда Мириам появлялась в его комнатушке. Это помещение было настолько тесным, грязным и тёмным, что никак не способствовало выздоровлению. Даже открытое окно, впускающее свежий воздух, не помогало.

- Это еще почему? – спрашивала ведьма, помогая альву подняться и выпить отвар.

- Ты сама еще не до конца поправилась, сейчас еще от меня чем-нибудь заразишься, - Бастиан аккуратно подносил ко рту блюдце и пил маленькими глотками.

- Не говори глупостей. Все со мной будет хорошо.

- Ну-ну, - Бастиан качал головой и утыкался в стенку. – Как хочешь. Но ты должна понимать, чем рискуешь.

- Ложись спать. Не беспокойся за меня.

Пока Бастиан отлеживался в постели, Мириам старалась вести обычную жизнь Подмастерья. Но и это не получалось делать. Неожиданно, вернувшись к своему привычному укладу жизни, ведьма обнаружила, что ей ужасно одиноко. Почти всё время, что Мириам провела на Священных Землях Общества, она общалась с Анели, вместе они были почти неразлучны. Потом они поругались, и ведьма быстро нашла некую «замену» никс – Бастиан. Только вот и тут незадача – альв болеет и, судя по всему, поправится еще не скоро, а значит, Мириам теперь постоянно будет находиться одна. Поначалу ведьме это даже нравилось: в столовой ее стол принадлежал только ей, никто не докучал своими предложениями, не отвлекал от учебы. Но в итоге Мириам осознала, что ей грустно из-за этого. Много раз, сидя за обедом, она бросала взгляд на середину столовой, где сидела большая группа водных духов, среди которых была и Анели. Ведьма понимала, что скучает по приключениям с подругой, но она не могла забыть об экзамене и просто вернуться к беззаботной жизни, поэтому только и вздыхала, глядя на веселящихся Подмастерьев.

Размышляя о том, как раньше она справлялась с одиночеством, Мириам вспомнила про Фенрира. Несмотря на то, что волк больше не должен быть заботиться о ней по наставлению отца, Фенрир всё равно был не прочь составить компанию ведьме. Но даже так он не мог заменить полноценное общение, всё же он – волк, а значит, с ним невозможно поговорить.

В один учебный день, когда ведьма абсолютно не хотела идти на очередное глупое занятие, она прохлаждалась во Внутреннем Дворе. Нервно бродила из угла в угол, пытаясь скоротать время перед обедом.

- Что мне делать? – стала размышлять вслух Мириам. – Мне нужно больше узнать об экзамене, чтобы понять, что дальше делать, но я не знаю откуда.

Ведьма замолчала, посмотрев на Фенрира.

- Мы бы могли выяснить что-нибудь вдвоем с Бастианом, но он болеет, поэтому мне придется вызнавать что-то самой, - начала Мириам, загибая пальцы. – Только как? И у кого? Отец не станет помогать мне в этом плане. Другие Мастера и подавно. Если только Эрих…

Но только идея посетила ведьму, как во Внутренний Двор стали стягиваться Мастера. Ведьма поняла, что сейчас произойдет, и потому стала ждать. Открылись порталы. Прибыли торговцы-странники. Мириам не рассчитывала на их появление в этот день. Она вообще забыла про их существование. Этот месяц прошел в постоянных волнениях за Бастиана и переживаниях из-за будущего, ведьме было просто некогда думать о чем-либо другом. Но сейчас Мириам стало даже как-то стыдно, ведь она абсолютно забыла о Тасмин и о том, что ей нужно написать письмо.

Старик Реджинманд сам встретил ведьму около озера Внутреннего Двора. В его руках была большая коробка и, как показалось Мириам, он был налегке.

- Здравствуйте, - поприветствовала она, помогая торговцу поставить коробку на землю.

- Да, да… У меня совсем мало времени, - затараторил старик, вынимая из своей сумки запечатанное письмо. – Вот, это от Тасмин. Коробка тоже для тебя. Через десять минут я покину Священные Земли, так что постарайся побыстрее.

Мириам кивнула, и Реджинманд засеменил куда-то вглубь двора. Ведьма не стала медлить, сразу вскрыла письмо и начала читать:

«Здравствуй, Мириам.

Понимаю, тебе сейчас нелегко, и ты не хочешь пугать или как-то беспокоить меня. Но твое прошлое письмо меня сильно взволновало.

Как только я его прочитала, сразу стала собирать тебе посылку. Я постаралась вместить в нее всё, что тебе могло бы потребоваться, но так как я не знаю, что конкретно тебя ждет, я не смогла дать то, что тебе на самом деле было бы необходимо. Но я надеюсь, эти вещи станут для тебя полезными. Не сомневаюсь, ты со всем справишься. Знай, я верю в тебя.

Что касается меня и Огненного Каньона, то у нас всё хорошо. Зима пока что не суровая и, надеюсь, такой она и останется. Заказы все успели забрать до наступления холодов, поэтому я не беспокоюсь и сейчас наслаждаюсь заслуженным отдыхом.

Недавно произошла забавная ситуация. Помнишь, когда ты была маленькая, мы любили лепить снеговика? Когда около недели назад вновь выпал снег, утром я вышла проветриться и насобирать еловых веток для бани. И сама не заметила, как уже слепила снеговика. Он получился кривой, конечно, но я украсила его еловыми ветками и сделала глаза из шишек.

Здесь очень одиноко без тебя. Я надеюсь, что ты сможешь вернуться домой без проблем.

Как ты там? Всё ли в порядке? Если еще что-то нужно будет – обязательно пиши.

Очень скучаю,

Твоя бабушка,

Тасмин»

На Мириам нахлынули воспоминания. Еще с самого детства лепить снеговика было маленькой традицией их семьи. Она не прекратилась, даже когда Джоан умерла, а юная ведьма переехала жить к бабушке. Как порой не хватало Мириам этой маленькой радости, которая помогала скоротать время холодной зимой. Как бы ей хотелось сейчас… А собственно, что ей мешает? Только для начала:

«Здравствуй, Oma,

Знаешь, сейчас мне уже не так плохо. Я и вправду много переживала в последнее время. Из-за этого я даже заболела. Но тебе не стоит волноваться, я уже в норме.

Твоя история вдохновила меня пойти и также слепить снеговика. В любом случае мне нечем больше заняться (тут Мириам нарисовала нечто, похожее на улыбающуюся рожицу).

Я пока не смотрела в коробку, но спасибо. Реджинманд сказал, что торопится, поэтому я решила сразу написать письмо и не задерживать его. Извини, что рассказала так мало – в моей жизни за последний месяц не было ничего кроме болезни и волнений.

В любом случае, я тоже скучаю. Надеюсь, с тобой всё будет хорошо.

Как твое самочувствие? Постарайся не напрягаться слишком сильно.

С любовью,

Твоя внучка,

Мириам»

Реджинманд забрал письмо, даже забыв про деньги. Ведьма лишь пожала плечами, порадовавшись сэкономленным монетам. Затем, взяв коробку, Мириам глянула на Фенрира:

- Ну, что? Идем лепить снеговика?

Туманное поле встретило ведьму кружащимися вихрями снега, гуляющими туда-сюда. С тех пор как прошла буря, снег никто не убирал, потому большие сугробы, в которых ноги утопали по колено, были идеально ровными, что было только на руку Мириам. Она слепила маленький снежок и начала катать его вдоль сугробов, наращивая объем. Фенрир бегал рядом, он искал место, куда дальше можно увести снежок, чтобы снег лучше прилипал. Ведьма следовала его указаниям и даже не заметила, как на поле вышла темная фигура:

- Мастера запретили приходить сюда, - раздался голос за спиной у Мириам. – Тебя накажут.

- Всё равно, - бросила та и, удостоверившись в том, что первый шар достаточно большой, установила его в самый центр Туманного поля. Ей не помешает лишний раз отвлечься на что-то безобидное.

- Что ты творишь? – Эрих сделал пару шагов, чтобы посмотреть на труды своей сестры.

- Снеговика, что же еще? Поможешь?

- Давай, - согласился страндваскаре, начиная лепить новый снежок. Затем он положил его на землю и стал катать, наращивать в ширине, подталкивая ногами. Мириам в это время шла рядом, глубоко вдыхая зимний воздух.

- Почему Обществу важно, чтобы именно Подмастерья убивали своих собратьев? – неожиданно задала вопрос ведьма. Она вообще и раньше думала о том, чтобы поговорить с Эрихом по поводу всей ситуации, только вот не находила повод встретиться и обсудить насущные проблемы. А сейчас идея, поданная Тасмин, стала хорошим поводом в расслабленной обстановке обсудить волнующие вопросы.

- Это не столь уж и важно. Просто Мастера хотят убедиться, что следующие поколения будут достаточно смелыми и стойкими, чтобы совершать подобные поступки, - объяснил Эрих.

- Не совсем понимаю…

- Когда ты являешься представителем силы… власти, так скажем, ты должен уметь принимать необходимые и правильные решения… Они не всегда могут нравиться тебе, но ты должна уметь совершать этот выбор, оставляя позади эмоции…

- Но разве у меня есть выбор? – задала вопрос Мириам, и вдвоем они взвалили второй шар снега на первый.

- Конечно, - ответил Эрих, начиная катать последний шар. – Ты можешь сбежать, не участвовать в экзамене. Можешь не совершать убийство, и тогда ритуал сам заберет необходимую жертву. Просто в таком случае ты не сможешь стать Мастером, потому как Общество увидит твою нерешительность.

- Ты так говоришь, будто точно известно, что именно я должна буду выжить и убить другую ведьму.

- Это так, - подтвердил страндваскаре. – Я уже говорил, способных и выдающихся Мастера замечают заранее, проверяют их и потом наделяют защитой, которая не позволит умереть на экзамене. Ты можешь не переживать, ты выживешь.

- Как мне понять, кто станет таким же, как и я?

- Обычно, они становятся главными в своих группах. Они ответственны за ход экзамена и его результат. Кстати, чаще всего они заранее знают всю суть. Так что Бастиан тоже будет главным. И некоторые другие. Совсем скоро вывесят списки, и ты поймешь, кому Мастера уже выписали билет в безопасное будущее. Ну, а кто под вопросом.

Когда третий шар был готов, брат с сестрой водрузили его на первые два и стали искать украшения. Фенрир принес из Священного Леса ветки, из которых сделали руки. Мириам достала из кармана пробки от согревающих зелий и сделала глаза снеговику. А Эрих достал из куртки перо, которым делал заметки о книгах, и воткнул его на место носа. По итогу вышел странный снеговик, завалившийся на бок.

Мириам оценила свое творение, Эрих тоже оглядел снеговика, и вдвоем они направились к Цитадели, споря об имени их нового снежного друга.

Разбирая коробку, которую прислала Тасмин, Мириам обнаружила в ней немного новой одежды, книги, гадальные карты, несколько свертков трав, ритуальный нож (который использовала ведьма Огненного Каньона, когда случались ситуации, требующие крайних мер), а также приготовленные зелья. Одним из них было сильнодействующие снадобье на основе шалфея зеленоватого цвета. Ведьма вообще никогда раньше не готовила его, потому что рецепт был очень сложным, но вот Тасмин изготавливала его регулярно. Ведьма Огненного Каньона говорила, что оно невероятно сильное, потому принимать его стоит только в крайнем случае. Ну, а когда наставал крайний случай, Тасмин, конечно, не объясняла. И раз уж на то пошло, сейчас Мириам могла сама решать, когда случится такая ситуация и как ей действовать. Потому, немедля ни секунды, ведьма отправилась в каморку, где лежал Бастиан.

Уже на подходе к ней, Мириам увидела лекаря и двух Мастеров, разговаривающих друг с другом. Ей не хотелось, чтобы кто-либо видел её здесь, поэтому она начала ждать. Прошло достаточно большое количество времени, прежде чем трое мужчин покинули коридор, и ведьма смогла выйти из своего укрытия.

Мириам пробралась в комнатушку, захлопнув за собой дверь. Бастиан, лежащий на узкой кровати, закашлялся, а затем, подняв к ведьме свое бледное исхудалое лицо, горько усмехнулся:

- Ты совсем не думаешь о своей здоровье…

- Помолчи и сядь. Давай, садись, - требовала Мириам, придерживая друга и усаживая того на кровати. Простыни были смяты, на одеяле выделялись темные пятна, в самой комнате стоял запах пыли и спирта – в общем, за больным следили очень плохо. Такое халатное отношение к своему другу ужасно не нравилось ведьме, поэтому она таила злобу на лекаря и его подчиненных.

Бастиан сел, скрестив ноги. Его одежды следовало давно постирать, да и самому бы не мешало помыться. Ведьма отбросила брезгливость, села рядом и протянула склянку с зельем.

- Что это? – едва слышно прошептал Бастиан, поднося к губам склянку.

- Крайняя мера. Если это не поможет – то уже ничего не поможет.

Альв кивнул и даже, как показалось Мириам, улыбнулся. Но сразу после лицо Бастиана приняло выражение отвращения. Видимо, зелье было ужасным на вкус. Сама ведьма не знала, какое оно на пробу, ведь никогда не болела так сильно.

Лишь проглотив зелье, Бастиан упал на подушку и уснул. Мириам постояла некоторое время у кровати, прислушиваясь к сопениям друга, но поняв, что дыхание у того было в норме, покинула комнату.

* * *

Когда спустя пару часов Бастиан смог встать на ноги и самостоятельно дойти до столовой, все удивились. Когда еще через пару дней от прошлой болезни у альва не осталось ровным счетом ничего, все удивились еще сильнее. Бастиан вовсю восстанавливал массу, цвет его лица пришел в норму, глаза вновь засверкали искрой, которую можно увидеть у любого верящего в лучшее юноши. Сейчас, вспоминая, каким трупом он был буквально несколько дней назад, Мириам улыбалась. Особенно ее веселило выражение лиц других Подмастерьев, которые смотрели на альва с таким ошеломлением.

Поднявшись, Бастиан первым делом вернулся на занятия, начал посещать библиотеку, заниматься спортом, чтобы восстановиться. Также много времени альв проводил на улице. С Мириам он мог часами гулять на свежем воздухе, обсуждая новые мысли об экзамене, да и просто болтая по пустякам. Ведьма даже показала ему их с братом снеговика, которого прозвали Казимиром. Только вот к тому моменту погода стала становиться лучше: солнце светило теплее, ветер ослаб; потому снеговик, который и без того заваливался на бок, поплыл. Но Бастиана восхитила их работа, потому он только хвалил снежного Казимира.

В одно воскресное утро, когда Мириам валялась на кровати, не желая подниматься на завтрак, в комнату прошмыгнул альв. Лори, которая в это время собиралась переодеться, громко начала возмущаться, Изобель, все еще жившая с ними в комнате, хмуро фыркнула. Ну, а Мэри, как обычно, была на занятиях.

- Только не говори, что ты опять хочешь гулять. У меня со вчерашнего дня голова от свежего воздуха болит, - пробурчала Мириам, даже не взглянув на юношу.

- Нет, я о другом, - бросил Бастиан, затормошив ведьму Огненного Каньона. – Вывесили списки групп на экзамен.

Тут же Мириам поднялась и стала быстро собираться. Бастиана на это время из комнаты всё же выдворили. Потом они вдвоем отправились смотреть.

Списки групп, в которых состоят участники, с которыми они должны будут сдавать экзамен, висели в холле первого этажа восточной части Цитадели около столовой. Как раз в этот момент там же столпились другие Подмастерья. Мириам с трудом протиснулась между ними, затащив с собой Бастиан и начала лихорадочно искать свое имя. Вот оно. И что тут у нас:

«Группа тринадцать:

Главная ведьма – Мириам,

Изобель

Лори

Настасья

Хелен»

Ведьма вздохнула. Счастливая группа. Но всё же, кому-то из них ей придется всадить нож в сердце. К несчастью, Мириам знала всех этих ведьм, и потому быть безучастной у нее бы не получалось.

А солнце пока поднималось все выше над горизонтом. И каждый новый день всё сильнее напоминал, о приближении весны…

Девятая глава

«Весенняя суматоха – совсем немного и в бой!»

Спрятанный за арочным проходом стол, за которым сидела Мириам во время приема пищи, нравился ей тем, что находился на некотором отдалении от общего зала, где всегда было шумно и суетно. Сколько бы раз ведьма не бросала свой взгляд на центральную часть столовой, там вечно кто-то с кем-то дрался, группы Подмастерьев переругивались, на полу валялись ошметки еды - казалось, словно там все находились в состоянии войны. Поэтому Мириам всегда усаживалась в дальнем углу, где словно под защитой не было слышно вечной ругани и ссор. Здесь всегда было тихо и спокойно, едва слышно звучала посуда, а те, кто также искал в этом уголке спокойствия, общались исключительно шёпотом. Благодать, которую Мириам так ценила за обедом в Огненном Каньоне, была доступна ей только на этом самом месте.

Но сегодня все изменилось. Не только любимое место ведьмы, но и вся столовая. Как и, наверное, все Священные Земли.

Все Подмастерья ходили словно по струнке, боясь лишний раз издать хоть сколько-нибудь громкий звук. Мастера тоже вели себя исключительно тихо.

Причину такого изменения знали все. Она как раз сидела за соседним столом и злобно глядела на Ленея, лепечущего странные оправдания. Конечно, Эдмунд был не из терпеливых, но почему и главное – как он выносил этого несносного сатира, никто не понимал. Вообще, причиной сегодняшних беспокойств был абсолютно не Леней, но оправдаться почему-то старался он:

- Ну, послушай, всякое же бывает: забыл где-то, ну, мы найдем, я обеща…

- Хватит! – наконец, не выдержал Эдмунд и, допив свой кофе, направился к выходу, при этом так злобно поставив кружку на стол и отодвинув стул, что вся столовая будто бы и не дышала в этот момент.

Но стоило фигуре страндваскаре скрыться в коридоре, как все облегченно выдохнули.

Мириам не разделяла всеобщего беспокойства. Но мысленно восхитилась способностью своего отца напрягать все Священные Земли одним своим плохим настроением.

- Я знаю, что это ты виновата! – произнесла обвинительно Анели, появившись прямо перед ведьмой и опустившись на стул напротив. – Даже не пытайся скрыть! Я видела тебя!

- Когда? – невольно произнесла Мириам, удивленно глядя на внезапно возникшую никс.

- Ночью. Когда ты выпрыгнула из окна, - объяснила Анели, взмахнув плавником. – Из-за твоего безрассудства мы все целый день ходим напряженные. Теперь я хочу услышать всю историю! Что заставило тебя скрываться бегством через окно? Что ты вообще забыла в северо-западной части Цитадели ночью?

- Ну… - протянула Мириам, вспоминая события прошлой ночи.

Всё, что произошло вчера, приобрело основание задолго до этого. Еще в начале марта, когда снежная буря начала потихонечку сходить на нет, Мастера, осознав отсутствие необходимости дальше держать Подмастерьев в Цитадели, вернули всех по первоначальным местам жительства. Бастиан и Мириам как союзники, понимали, что не могут дольше думать о будущем в стенах главного здания, поэтому нашли замену этому – дальняя оранжерея, оставленная Мастерами из-за ее непригодности к использованию. Там, в окружении цветов, которые просто забыли убрать, альв и ведьма могли часами сидеть и болтать обо всем на свете. Конечно же, главной темой всегда был предстоящий экзамен. Сколько раз они мусолили его – трудно сказать, но, казалось, они уже обсудили всё.

И вот в этой оранжерее, прямо во время ужина, когда двоих освещала одинокая лампа, а окружающие цветы скрывали от любопытных глаз, во время очередного разговора о предстоящем убийстве, Бастиан произнес простую мысль. «Ведь не все Мастера довольны таким раскладом? Трудно расставаться с Подмастерьями, к которым за год сильно успел привязаться, понимая, какая участь их ожидает. Должно быть кто-то из них да пытался что-то изменить». Мириам поразилась, насколько это простая и логичная мысль, которая, почему-то, ни разу не приходила в голову ведьме.

Ухватившись за нее, она стала все время искать хоть что-то отдаленно похожее в библиотеке. Но там, как всегда, было мало интересного. И вот, когда Мириам это осознала, Общество выписало ведьме официальный запрет на посещение библиотеки:

Это было ночью. По витражным окнам стучали капли дождя. Завывал ветер, ветки сгибались под его напорами. Шелестели листья. Грохотал гром. Тихо трещало пламя свечи, освещая фолиант, лежащий на столе. Скрипело перо. Мириам конспектировала записи колдуна, бывшего когда-то Мастером, но позже оставившего свой пост. Научные изыскания были как раз из того раздела, в который Общество строго запрещало лезть, - тайны года обучения и последующего экзамена, поэтому найти информацию было труднее всего.

Послышались шаги. Мириам быстро потушила свечу и, сбросив все себе в сумку, скрылась за стеллажом. Не хотелось быть пойманной. После закрытия библиотеки в девять находиться здесь строго запрещалось. Послышался скрип. И стук каблуков. В библиотеку зашла альсеида с южных земель.

- Я знаю, ты здесь! - сказала она громко, нарушая главное правило библиотеки - Не прячься, а то будут проблемы

Мириам тихо прошла за следующий стеллаж. Но Мастер, словно чувствуя ведьму, завернула в её сторону. Мириам прошла дальше, беззвучно, быстро. Мастер не отставала. Ещё стеллаж. Её шаги приближаются. Упершись в стену и не найдя места спрятаться, Мириам нашла опасный, но выход. Отыскав ближайший стол, она кинула на него свою записную книжку и перо, поставила потухшую свечу в канделябр, и, сложив руки крестом, легла на стол, притворившись спящей.

- Вот ты где! - яростно проговорила Мастер.

- Что? - наигранно сонным голосом спросила Мириам - Где я?

- Ты в библиотеке! - злобно сказала Мастер, стучат каблуком.

- А, ой, - удивлённая Мириам стала собираться - Извините, я должно быть, заучилась и уснула.

- Училась она, конечно! - Мастер недовольно смотрела на быстро собирающуюся ведьму - На выход! Живо!

И вместе со своей сумкой, из которой все валилось, Мириам вылетела в коридор, а дверь за ней с грохотом захлопнулась.

- С этого самого дня Общество запрещает тебе посещать библиотеку. – грозно сообщила Мастер. – Ты поняла? А теперь быстро в комнату! – с этими словами она сама отправилась дальше по коридору.

Бормоча проклятия, ведьма стояла какое-то время у библиотеки, стараясь аккуратно сложить вещи в сумку, но, осознав бесполезность этого действия, запихала все кое-как и пошла вдоль коридоров по направлению своей комнаты.

Мириам вернулась на свой этаж. Деревянная дверь с номером четырнадцать выглядела точно так же, как и всегда, но ведьма не хотела открывать ее. Не может она сейчас уйти спокойно спать. Ну, не может! Сверля дверь взглядом, Мириам неожиданно подумала об одном месте. Зал Памяти. Где, если не там, находится всем самым важным исследованиям Мастеров? Повернув назад, ведьма устремилась к лестнице, к выходу во Внутренний Двор.

Прошла ужасающая буря, утопившая в снегах все Священные Земли. А на смену ей пришли долгие затяжные дожди. Под напором града капель оставшиеся сугробы быстро растаяли, а все поля и леса главного места Общества стали похожи на грязевые болота. Ни один день не проходил без того, чтобы прачка не была переполнена одеждой Мастеров и Подмастерьев с пятнами грязи и слякоти на ней.

Мириам о сохранности вещей мало беспокоилась. В Огненном Каньоне ты так или иначе замараешь свои вещи то во время сбора ягод, то во время зельеварения, поэтому ведьма не думала об одежде, чем, как говорила Лори, была очень похожа на темных духов. На это Мириам лишь пожимала плечами, мол такая я и все тут.

Перешагивая лужи и стараясь не упасть в грязь, ведьма обошла озеро Внутреннего Двора и вышла к северному входу в Цитадель. Здесь, собираясь уже войти в Зал Памяти, Мириам прислушалась и сразу же скрылась за колонной. В помещении находились Мастера, среди которых была и Хилдер, ревущая навзрыд:

- Я не могу! Неу… Неужели мы не можем пожалеть их? – горько плакала женщина, хлюпая носом.

- Ну, ну, Хилдер, - позвала одна из Мастеров, чей голос Мириам не смогла узнать. – Ты же понимаешь для чего это нужно. Тем более они же не все умрут.

- Но все равно, - горевала Хилдер. – Разве нет иного выхода?

- Джоан искала другие пути, - раздался голос Ленея. - Ну, когда она была жива.

«Вот оно!» - подумала Мириам.

- Правда? – удивленно пробормотала женщина-тролль.

- Да, она изучала вопрос о балансе энергий и как его можно восполнить. Кажется, она даже нашла какое-то решение.

«Отлично! Только где найти эти исследования?» - думала Мириам, перебирая варианты.

- Ну, и где же тогда это решение? Почему мы до сих пор сидим здесь и не пытаемся спасти наших учеников? —хрипло спросила Хилдер.

- Ну, Эдмунд…

- Ах, опять этот Эдмунд! Да он…

Конечно, кто как не горюющий муж собрал бы у себя все работы всей жены и не стал бы обсуждать их с другими. Только вот не Эдмунд должен был убить на экзамене, а Мириам, а значит, ей эти исследования важнее. И пока другие Мастера поливали грязью отца Мириам, ведьма сделала все необходимые для себя выводы и направилась к северо-западной части Цитадели.

- … вот так я и оказалась в кабинете своего отца. Он начал открывать дверь своей спальни, я испугалась, что меня найдут. Взяла первую попавшуюся бумагу и…

- Ну ты и дура! – подытожила Анели. – Ради какой-то бумажки, из-за своей тупой идеи рисковать жизнью! Глупость! Прости меня…

- Что? – Мириам даже не поняла последние слова.

- Прости меня! Что непонятного?! Я извиняюсь перед тобой! После того, как мы поругались, я начала больше времени проводить с моими соседками и прочими знакомыми. Мне казалось, что они такие же авантюристы и безбашенные искатели приключений, как и я. Но за все эти месяцы они не сделали ничего столько же интересного и затягивающего, как то, что делаешь ты. Поэтому я пришла с тобой мириться.

Мириам ошарашенно смотрела на свою бывшую подругу, не зная, что можно сказать. Вся ситуация выглядела очень странно.

- Но ты назвала меня «сумасшедшей дурой» и сказала, что я такая же безумная как мой отец и что…

- Я помню всё, что я сказала тогда. И, на самом деле, мое мнение не особо сильно поменялось, но я извинилась! Я хочу вернуть нашу дружбу, потому что мне ее не хватает…

Чуть погодя Анели добавила, перебив только открывшую рот для ответа Мириам:

- Да, я все еще считаю, что твоя идея с жестоким убийством и коварными планами – это глупость, но я готова мириться с этим, пока ты не пытаешься убить меня… или моего брата… Все же вы со своим отцом очень похожи…

Выслушав этот длинный монолог, Мириам задумалась. Ей и самой не хватало Анели. Как бы сильна не была связь ведьмы и альва, все же Бастиан не мог заменить полноценную подругу: было много тем, которые с юношей не обсудить, и границы, которые не желательно переходить. Поэтому Мириам скучала по времени с никс. Но простить Анели так просто ведьма не могла:

- Мне нужно подумать. Не уверена, что смогу так легко вернуть все на круги своя.

Анели, казалось, не была расстроена таким ответом, она улыбнулась, показав свои острые зубы, допила компот и, кивнув, направилась к выходу из столовой. На ее место сразу же приземлился Бастиан:

- Что она от тебя хотела?

- Да так. Подружиться вновь.

- Серьезно? Ты же говорила, что она…

- Да, но она извинилась. Хотя я понимаю, что она совсем не чувствует своей вины, все же думаю возобновить общение, - неловко проговорила Мириам, глядя на выход из столовой. Почти все Подмастерья уже покончили с едой и стали потихоньку разбредаться на занятия.

- Как хочешь. Но я бы не стал, если тебе важно мое мнение, - ответил Бастиан, только приступая к своей еде. – А вообще, ближе к делу, что такого случилось, что все Священные Земли стали в один день такими напряженными?

- Да, об этом: нам нужно кое-что обсудить после занятий. Так что встретимся в нашей оранжерее после обеда…

С этими словами Мириам покинула столовую, оставляя альва поглощать свою пищу в одиночестве.

«Здраствуй, Oma,

Старик Реджинманд сказал, что ты не успела написать свое письмо, так как была слишком занята заказами, которые вновь свалились на тебя с наступлением весны. Я все же не стану обделять тебя вниманием и письмо напишу, хотя торговец уже во всю спешит дальше.

У меня все хорошо. После ужасающей зимней бури Священные Земли отходили достаточно долго. Погода в этой части континента по-настоящему плоха, потому что после изматывающих снегов ударили дожди, которые без остановки хлестали целыми неделями. Сейчас все пришло в какую-никакую норму: небо все еще затянуто тучами, и каждый день моросит вечерами, но стало теплее. И теперь я могу спокойно ходить в рубашке с кардиганом поверх, не боясь простудиться.

Сейчас я заметно больше времени провожу на улице. Мастера выписали мне запрет на посещение библиотеки, поэтому я прогуливаю занятия, шатаясь из одной части Священных Земель с другую. Конечно, запреты никогда не останавливали меня, поэтому я планирую сидеть и читать книги в библиотеке по ночам, взобравшись через окно. Думаю, будет весело.

Сейчас я стала больше читать для себя, обрела верного друга-союзника (очень симпатичного альва, который, как мне кажется, оказывает мне знаки внимания) и, в принципе, теперь я чувствую себя намного лучше, чем раньше. Я знаю, что дальше меня ждут сложные испытания, но я не собираюсь портить свою жизнь из-за этого.

Надеюсь, что у тебя все хорошо. Не бери много заказов, люди могут лишний раз обойтись и без любовного зелья. Уделяй больше времени своему здоровью. И не забывай писать письма, мне же интересно, как ты там.

Со всей своей любовью и привязанностью,

Твоя внучка,

Мириам»

Очередное письмо отправилось вместе со стариком Реджинмандом в Огненный Каньон, а Мириам отправилась в дальнюю оранжерею, где уже поджидал Бастиан. Альв заплетал свои волосы, которые за долгие шесть месяцев успели отрасти, а в парикмахерскую не было кристаллов сходить, и, увидев ведьму, улыбнулся:

- Я уже понял, что ты что-то украла у своего отца, можешь не рассказывать. Что ты нашла?

- Это работа моей матери, - начала объяснять Мириам. – Как я поняла, она пыталась разработать специальное заклинание, которое сможет сократить количество жертв на экзамене…

- Ого! И почему же «пыталась»? Она потерпела поражение?

- Нет, она не успела его закончить к сроку. А потом, насколько я поняла, она решила покинуть свой пост Мастера. Да, это не важно. Суть её исследований заключается в том, что экзаменационные группы располагаются в определенной последовательности по миру. Если слегка изменить ритуал у некоторых из них и поставить их в нужном порядке, то можно уменьшить количество жертв на двадцать восемь процентов.

- Ну, всяко лучше, чем ничего. Но что конкретно она не закончила? – задавал вопрос Бастиан, пытаясь добраться до сути.

- Она вывела пошаговую инструкцию, как надо действовать на самом ритуале, точнее специальное заклинание, но не смогла вывести последовательность расположения групп.

- У нас есть время, так что мы сможем составить ее сами. Так что у нас есть все шансы, - воодушевленно проговорил альв.

- Тут еще одна загвоздка, - добавила Мириам. – Специальный символ должен быть составлен из четырех особенных ритуалов. Нас же только двое…

- То есть, нужно найти еще двоих главных в группах, которые нам помогут?

- Да.

- Отлично, - радостно подмигнул Бастиан, доставая из своей сумки ленту и подвязывая ей свои волосы. Следом альв вынул еще две ленты и предложил Мириам заплести ее.

Ведьма любила свои длинные распущенные волосы, сияющие в свете яркого солнца и взлетающие под порывами ветра. Только родной матери Мириам позволяла себя заплетать, потому как Джоан всегда очень нежно и бережно обращалась с волосами дочери. После смерти самого близкого для себя существа ведьма никому не позволяла трогать свои локоны. Но Бастиан… За это время они достаточно сильно сблизились. И сам альв был профессионалом в области причесок, поэтому, поколебавшись, Мириам разрешила себя заплести.

Усевшись спиной к своему другу, ведьма неловко вздрогнула, когда пальцы альва коснулись ее волос. Но все же смогла расслабиться и даже получить некое удовольствие от этого.

- Исследования твоей матери… Они при тебе? – как ни в чем не бывало спросил Бастиан.

- Да, - ответила ведьма, ее голос слегка дрогнул. – А что? Я уже переписала все в свою тетрадь, можешь посмотреть, она в сумке.

- Я не об этом, - проговорил альв. – Просто твой отец очень разозлился, когда работы его жены пропали. Из-за этого все сегодня ходят сами не свои… Я думаю, те бумаги надо вернуть на место.

- Хм, - Мириам и сама об этом думала. Только вот лишь в этот момент она задумалась, а как это сделать. Пойти ночью – не вариант, Эдмунд обязательно будет ждать вора всю ночь, чтобы задать тому трепку. А днем… В попытке придумать план своих дальнейших действий ведьма и не заметила, как Бастиан закончил свою работу и, найдя старое треснутое по краям зеркало, продемонстрировал Мириам результат:

- Ну как?

- Вау, - у ведьмы не было слов, чтобы описать полученный результат. Длинная коса сплеталась с лентами двух цветов, создавая яркую полноценную картину. Не видевшая свои волосы так красиво заплетенными Мириам была невероятно признательна Бастиану, поэтому без конца того благодарила.

После этого двое еще просидели некоторое время в старой оранжерее, молча дожидаясь, когда стихнет разбушевавшийся дождь. Но стоило чуть ослабнуть напору льющейся с неба воды, как Мириам и Бастиан уже разбежались в разные стороны.

Всё это время ведьма без остановки думала, как же вернуть труды своей матери в кабинет к отцу. Ещё одна черта страндваскаре, о которой узнала Мириам из одной книги местной библиотеки, — это вечная верность. Любой из представителей этих темных духов готов всю свою жизнь положить на служение своей любви, а если объект воздыхания умрет насильственной смертью… Месть будет жестка и сурова. Зная это, конечно, становится очевидным, что Эдмунд, любящий Джоан с самой первой их встречи на Священных Землях, даже после ее смерти будет чтить и хранить всё, что с ней было связанно. Поэтому он так разозлился, когда работа мамы Мириам пропала. А учитывая дурную славу Эдмунда и его авторитет, не удивительно, что всем сразу же стало не по себе.

Только вот в этом и была загвоздка. Страндваскаре верны своим возлюбленным всю свою жизнь, но это не значит, что они также готовы оберегать и защищать своих детей. Эдмунд, конечно, любит и Мириам, и Эриха, но такая привязанность не сравнится с его преданностью Джоан. Поэтому пусть он не станет делать что-то плохое, если узнает, что именно ведьма взяла труды своей матери, но зол будет определенно. Может начнет ругаться. Может, будет кричать. А может…

- Что за красота?! Мириам! – раздался голос за спиной ведьмы, вырвавший ее из раздумий. А вместе с тем и давший ей конкретную инструкцию действий. Всё таки Леней, как никак, лучший друг Эдмунда. – Кто это сделал тебе такую прическу? Ну-ка, признавайся. Я тоже хочу.

- Леней, - без лишних предисловий начала Мириам. – Мне нужно, чтобы Вы вытащили его из кабинета.

Сатир, может, и выглядел простодушным и вечно веселым, но вовсе не был дураком. Поэтому, сложив всё в своей голове, сразу понял, о чем говорит ведьма, и мигом посерьезнел, да так, что обратился на «Вы»:

- Мириам, Вы вступили в очень жестокую игру, и даже если Вам удастся выбраться сухой из воды, ваш отец не будет доволен. А потому Вы не сможете больше рассчитывать на его помощь, ведь Эдмунд будет подозревать всех и…

- Я всё это прекрасно знаю, - перебила ведьма. – Вы поможете или нет? Я, в любом случае, найду выход из ситуации. Но как он может повлиять на вас..?

Леней, как уже было сказано, дураком не был, а, следовательно, понимал свои риски. К тому же он не мог не уважать одну из лучших своих учениц и дочь своего лучшего друга. Потому без лишних слов зашел в кабинет Эдмунда и громко и радостно проговорил:

- Дружище, знаешь, что я подумал? Может кто-то унес работу в Зал Памяти? Ну, всякое бывает…

За этой фразой последовало неразборчивое ругательство отца Мириам, которое сама ведьма не могла расслышать, так как спряталась за колонной, чтобы не быть замеченной.

В ожидании она простояла всего пару минут, пока не послышался громкий хлопок дверью, за которым последовали удаляющиеся шаги двух Мастеров, скрывшихся на лестнице. Действуя по уже проверенной схеме, Мириам вскрыла дверь кабинета Рун и Печатей ритуальным ножом своей бабушки, прошмыгнула в него и заперлась.

Это помещение полностью соответствовало своему хозяину: такое же мрачное и тихое. За полгода проведенных здесь ведьма уже привыкла к этому кабинету и его гнетущей атмосфере, потому без страха прошла к дальнему стеллажу, где в прошлый раз и нашла нужную ей работу.

Вернув все на свои места, да так, что никто бы и не осознал случившегося преступления, Мириам направилась к выходу, но остановилась у двери. Вдоль темных коридоров северо-западной части Цитадели кто-то шёл. Конечно, ведьма не хотела быть замеченной. Поэтому прибегнула к тому же способу, который спас ее прошлой ночью – открыла окно и, выдохнув, прыгнула.

Под окнами всей западной части находился небольшой лес, земли которого устилал мокрый от дождей мох. Он то и смягчил падение безумной ведьме. Только вот с губ Мириам все равно слетел болезненный стон, так как она приземлилась ровно на тоже бедро, что и вчера, где теперь красовался большой сиреневый синяк.

- Ты как обычно, - невинно проговорила Анели, возникшая посреди темного леса, закрывшая ведьме просвет между деревьями. – Вечно с тобой что-то да происходит. А как же я?

Мириам не сразу поняла, кто перед ней:

- Что ты здесь делаешь?

- У нас тут свидание, - раздался хриплый голос около Анели. Ведьма была так удивлена, что, превозмогая боль, поднялась.

Около никс стоял высокий темноволосый эльф. Его глаза глядели высокомерно, что было свойственно природным духам, только выглядело это в данной ситуации комично, потому как волосы этого юноши были растрепаны, одежда смята, а на шее виднелся засос, прямо возле следа от укуса.

- Это..?

- Эмиль. Мой парень, - объяснила Анели. – Разве ты не помнишь? Ты помогала мне привлечь его внимание.

- Да уж, помогла… - ведьма смотрела на этого растерянного парня, которому только что своим появлением она испортила вечер, который мог быть просто невероятным.

Мириам Эмиля знала. Но не как парня Анели, а как хорошего друга Бастиана. Альв их, собственно, и познакомил. Тогда, зимой, когда ведьма в очередной раз пришла проведать Бастиана в его коморке, Эмиль был там, также старался помочь своему другу подняться на ноги. Тогда же Мириам и заполучила уважение эльфа, что сделало его чуть более снисходительным. Если говорить начистоту, то все природные духи по своей натуре были высокомерными и непомерно гордыми, только с большим усилием можно было заслужить доверие такого существа. Мириам смогла это сделать дважды: с Бастианом и с Эмилем.

Но ведьма и подумать не могла, что Анели сумела не только заполучить доверие такого природного духа, но и начать с ним отношения. Конечно, никс рассказывала Мириам о юноше, который ей нравится, та даже помогала ей устроить им свидание. Но она была тогда так загружена мыслями о предстоящем шабаше, что даже не придала этому значение.

- Что ты опять такого натворила, что пришлось сбегать через окно? – спросила Анели, улыбнувшись. Сама никс тоже выглядела помятой: верхние пуговицы платья расстегнуты, волосы наспех убраны назад.

Мириам еще раз подумала о том, что за действо она только что прервала, и, не желая больше мешать парочке, быстро засобиралась:

- Еще не все сделано. Я… э… пойду короче, а тебе потом все расскажу, - на этих словах ведьма уже бежала прочь.

- Эй! Так значит, ты простила меня? – вдогонку спросила Анели.

- Да! – ответила Мириам, скрываясь в стенах Цитадели.

На ужине ведьма снова сидела одна. Бастиан предпочел провести время в библиотеке, чтобы все же разгадать суть расположения групп на экзамене. Анели вместе со своим парнем на ужине тоже не появились, Мириам посчитала, что заняты они явно чем-то более интересным, чем прием пищи. Даже Эдмунд, который никогда не пропускал вечернюю трапезу, сегодня решил остаться у себя в кабинете, вероятно, раздумывая о собственной невнимательности. А если на ужине не было отца Мириам, значит, и её брат, и Леней также решили пропустить его. Вот и получается, что в укромном уголке было еще тише и спокойнее, чем обычно.

Ведьма никуда не спешила. Поедая свою порцию овощного рагу, Мириам задумалась о будущем. Что будет после экзамена? Вне зависимости от того, как пройдет сам шабаш, она будет свободно и сможет самостоятельно распоряжаться своей жизнью. И вероятно, то же ждет и Бастиана, который был главный в его группе. Как и Эмиль…

- Я нашёл решение, - проговорил альв, появившись в столовой перед Мириам в самый неожиданный момент. На пергаменте, на котором красовалась карта мира, была выведена руна силы…

Десятая глава

«За день до трагедии»

Вновь свалившиеся на Мириам заботы были, конечно, не столь волнующими, как осознание коварства Общества и новость о возложенном на них бремени, но тоже заставляли нервничать.

После того, как Мириам и Бастиан нашли способ предотвратить масштабные смертоубийства на экзамене, у них появилось еще больше обязанностей по организации их плана. Найти помощников было не сложно: Эмиль, которому альв поведал все известные ему тайны Общества, согласился сразу, не раздумывая. Самого эльфа известие о масштабе геноцида, организуемого этим собранием магов, также выбило из колеи в первое время, но, когда Эмиль смог прийти в себя, старался всеми силами избежать большого количества смертей. Помимо него к этой группе по спасению присоединилась еще и Мэри. Она смогла узнать о коварстве Общества еще в начале учебного года, нагадав на картах будущее. Но всё это время ведьма ночи держала это известие в тайне, не желая себе проблем, и лишь узнав о плане группы, согласилась поведать всё ей известное и присоединиться ко спасению.

Но, может, союзников найти быстро и удалось, нужно было также определить их план действий, много раз прорепетировать его и подготовиться к непредвиденным последствиям. Это выматывало очень сильно, так как союзники могли по многу раз на дню встречаться и повторять уже известные тексты заклинаний и действия, чтобы отточить все до идеала.

Если бы это было всё, что занимало мысли Мириам, то она бы даже не беспокоилась. Но ведьма также была ответственна за свою экзаменационную группу, отношения в которой были накалены до придела: Хелен и Изобель всё еще враждовали, да и ведьма юга почему-то обозлилась на Мириам. Поэтому их собрания, на которых они готовились к шабашу, были похожи на войну.

Не было возможности расслабиться и на семейных встречах. Их просто не было! Отец Мириам быть так зол на всех за пропажу и неожиданное появление работ своей жены, что только и делал, что искал виноватых. А Эрих, как и Мириам, понимая, что он находится в зоне первых подозреваемых, не стал настаивать на проведение совместного досуга.

Ну, а Тасмин после последнего февральского письма так ничего и не написала.

Это пугало и настораживало. Не давало покоя и нервировало. От безысходности за день до экзамена, двадцать второго мая, Мириам ушла в Священный лес, в самую чащу, желая высвободить накопившийся груз и вдоволь наплакаться. Всё же слишком многое ей пришлось взвалить на свои плечи.

Усевшись у небольшой речушки, Мириам поджала под себя ноги, обняла себя за плечи в попытке спрятаться и посильнее сжаться и всхлипнула. От нахлынувшего волнения слезы сами собой покатились по ее щекам. Ведьма даже не пыталась смахнуть влагу с лица, она молча сидела и плакала, наблюдая за течением реки.

Неожиданно появившийся Бастиан сел рядом и, приобняв за плечи Мириам, уставился также на гладь воды. Сам альв был взволнован не меньше, в его жизни тоже происходила полная неразбериха. И сидя здесь рядом с ведьмой, которая не оставляла его даже в самые тяжелые моменты жизни, придавался вместе с ней унынию. Казалось, что по его лицу бежали такие же горькие слезы.

Вдвоем, союзники и в горе и в радости, сидели, каждый думая о своем, и безмолвно поддерживая друг друга.

Лишь по прошествии долгого времени голос подал альв, спросив шёпотом:

- Ты хочешь танцевать?

Не совсем понявшая вопрос Мириам переспросила:

- Танцевать?

- Ну да. Я слышал, ты раньше очень любила это делать. При любой возможности.

- Да? – да. Мириам любила танцевать. Раньше. Но прошло много времени, пришлось многое пережить. Теперь уже она и позабыла, что для неё значили танцы ранее.

- Я понимаю, что вопрос мой выглядит глупо. Но я устал. Замучился от накопившегося. И еще я не знаю. Не знаю, что будет дальше: что будет завтра? А сможем ли мы жить после этого? Я без малейшего понятия. Но даже если завтра все пройдет плохо, я хочу быть уверен, что сегодня будет лучший в мире день. Поэтому я хотел бы станцевать с тобой…

Полные надежды глаза альва с нежностью смотрят на Мириам, когда сам Бастиан поднимается и протягивает ведьме руку, приглашая на танец. И Мириам соглашается, берет за руку альва и, начав напевать придуманную только что мелодию, кружится, затягивая за собой партнера.

Бастиан насвистывает в такт мелодии ведьмы и, приобняв девушку за талию, кружится вместе с ней. Заведенная песня струится между деревьями Священного леса, разрушая вечную тишину этих мест, а двое, объединенные в ритме музыки, сияют и лучатся от радости мимолетного веселья. И Мириам словно лишь сейчас замечает, что ей очень нравится быть рядом с этим альвом, делить с ним эмоции и моменты.

- Спасибо, что ты есть, - едва слышно произносит ведьма, улыбнувшись, и, приблизившись к Бастиану так близко, как только возможно, невесомо целует его. Но альв в ответ, сжав руки на талии Мириам, впивает в ведьму со всей страстью, словно боясь упустить момент. Любовь и жар охватывают обоих, и они долго целуются под сенью деревьев, спрятавшись ото всех на свете.

- Вот так… - Мириам сидела в столовой вместе с Анели. У каждой в руках была кружка горячего шоколада.

- О, Боги, это так мило! – воскликнула никс. – Ну, а что же было дальше?

- Мы поняли, что наделали глупостей и разбежались…

- Что?! Нет! – перебила Анели, злобно хлопнув рукой по столу. – Ну, как у такой истории и такой отвратный финал! Ты - настоящая дура.

- Я знаю, - Мириам делает глоток своего напитка, обреченно закрыв глаза. Конечно, она знает, что они поступили глупо, решив притвориться, что ничего не произошло. Ведьма всегда считала Бастиана достаточно красивым, и ей нравилось проводить время вместе. И, судя по всему, альв чувствовать тоже самое. Не удивительно, что у них возникли взаимные чувства глубокой привязанности, которые переросли во влюбленность. Только вот если бы не приближающийся экзамен, они бы еще не скоро осознали это. – Но после случившегося мы стараемся избегать друг друга… Не смотри на меня так! Я знаю, что мы должны поговорить и всё обсудить, но сейчас нам надо сосредоточиться на экзамене.

Анели недовольно покачала головой, но ничего не произнесла. Покончив со своим напитком, никс поправила свое белоснежное платье и, подмигнув, направилась к выходу. Мириам последовала ее примеру.

Все Священные Земли стояли на ушах. Приближающийся экзамен взбудоражил всех: Мастера произносили слова поддержки волнующимся Подмастерьям, но в тайне следили, чтобы ритуал прошёл без помех, учащиеся переживали, повторяли пройденный материал и готовились к худшему.

По правилам Общества на экзамен каждый из Подмастерьев должен был одеться в белое. Поэтому всюду снующие учащиеся напоминали святых, спустившихся с небес. «Какая насмешка» - думала Мириам, видя некую иронию в таком выборе цвета. Сама ведьма не хотела тратить заработанные кристаллы на пошив нового платья, а другого выбора у нее не было. Но получившийся результат был лучше всего того, что могла представить Мириам: белое кружевное платье, волнами струящееся по ее фигуре, подчеркивало изгиб талии. Ведьма долго кружилась перед зеркалом в примерочной местного ателье, восхищаясь проделанной работе, так что ей даже было не жалко потраченных кристаллов. После того, как Мириам забрала свой наряд из примерочной, он был оставлен в ее комнате, где теперь и дожидался ведьму.

Соседки Мириам как раз были там. Лори в своем платье выглядела просто великолепно, а всевозможные украшения подчеркивали ее утонченный образ. Она и заметила Мириам первой:

- Собирайся скорее, ты же не хочешь задерживать группу? – произнесла она, разглядывая свое отражение в зеркале. – Как я выгляжу?

- Необычайно, - сделала комплимент Мириам, доставая из шкафа своё платье.

- Спасибо большое! – Лори улыбнулась. – Могу я тебя кое о чем попросить?

- Конечно.

- Поможешь мне на экзамене? Не уверена, что хорошо усвоила материал. Ну, ты же знаешь, мне не особо интересны все эти практические заклинания…

- Да, без проблем, - Мириам улыбнулась, но сама она не была так рада. В момент она задумалась над необратимостью событий, и ей стало страшно.

- Спасибо! – порадовалась Лори. – Мириам, ты лучшая! Я у тебя в долгу.

С этими словами ведьма покинула комнату. Мириам долго смотрела ей вслед, в ее голове бушевал шторм из самых разных мыслей и предположений.

- Могу понять твои чувства, - произнесла молчавшая до сих пор Мэри. – Но мы не можем ничего изменить. Наш план… Он ведь всё ещё в силе?

Мириам кивнула, продолжив переодеваться. Сменив облачение, она взглянула в зеркало, из которого на нее смотрела обеспокоенное лицо. Решимость вперемешку со страхом сковали её. Есть план. Есть цель. Но нет гарантий. Нет твердого фундамента. А надежды настолько мало, что ее ниточка может оборваться в любой момент.

- Мы должны идти, - произносит Мэри. Впервые за всё пребывание на Священных Землях она меняет своё излюбленное черное платье на что-то другое, пусть и столь похожее по форме. Карты, парящие вокруг ведьмы Ночи, то и дело перетасовываются, что может значить только о неопределенности предстоящих событий.

- Да, должны… - отвечает Мириам.

Все Подмастерья, приглашенный на год обучения Обществом Луны и Солнца, собрались во Внутреннем Дворе Цитадели, чтобы напоследок выслушать напутственные слова Мастеров, перед самым волнующим событием их жизни здесь. В общей сложности получилось около тридцати экзаменационных групп, к каждой из которых был приставлен Мастер, ответственный за нее. Пока главенствующий совет Общества на трибуне произносил поздравления для Подмастерьев, Мириам, протискиваясь сквозь толпу, смогла отыскать свою группу около южного входа в Цитадель. Хелен, Изобель, Настасья и Лори стояли полукругом перед Ленеем, ответственным за них, дожидаясь главную ведьму.

- Наконец-то! – язвительно произнесла Хелен, когда Мириам приблизилась. Но та не обратила внимание на это.

Когда все были в сборе, не дожидаясь конца речи, Леней повел группу к выходу из Цитадели, при этом начав объяснения:

- Итак, леди, сейчас начнется ваш экзамен. Прежде всего, не следует бояться или переживать, ваше будущее он не определяет. Экзамен нужен только для того, чтобы мы могли оценить полученные вами за год знания, - сказав это, Леней поймал взгляд Мириам и подмигнул ей. Ведьма заволновалась еще сильнее, так что её живот скрутило, а лицо побледнело. – Вы, ведьмочки мои, участвуете в шабаше, на котором должны провести специальный ритуал. Все подробности в этой папке, отдам ее главной из вас, когда мы придем на место. Начало вашего шабаша назначено на двенадцать часов в ночь с двадцать третьего по двадцать четвертое мая, как раз в полнолуние. На всё вам дается три часа, после я заберу вас с вашего места. Кстати, оно находится на Линии Силы между Болотами и землями Огненного Каньона…

«Отлично!» - воскликнула мысленно Мириам. Для их плана важно было в правильном порядке расположить специальные группы в нужный символ на карте мира. Так как Мириам и без того была занята всей подготовкой, решено было отправить выставить местоположение на карте Мастеров Эмиля. Он должен был проникнуть в Зал Памяти, отыскать документ, где были прописаны группы и их местонахождение на экзамене, и поменять его. И раз группа Мириам будет именно на этом месте, значит, эльф справился со своим заданием.

Закончив с объяснениями, Леней отошел на нужное расстояние и начал открывать портал. Вновь засиял водоворот магии, разливающийся яркими цветами. Одна за одной ведьмы начали покидать Священные Земли, пока очередь не дошла до Мириам, остановившейся прямо перед порталом.

- Ты же знаешь, что должна делать? – спросил Леней, понизив голос.

- Да, - без промедлений ответила ведьма. От нее зависят жизни десятков учащихся. От нее зависит дальнейшая жизнь Общества и всего мира. Она не может потерпеть неудачу и подвести всех. Не сейчас. Но на душе тяжесть, ноги трясутся, а лицо потеряло краску.

- Ты справишься. Я знаю. Мы знаем, - кивнул сатир. И следом они вдвоем отправились в портал.

Открывшийся вид Мириам узнала сразу. Вольное Поле, окруженное чащами Болот на востоке и лесами Огненного Каньона на западе, было излюбленным местом ведьмы, она частенько приходила сюда раньше, практиковалась в магии под блеском солнца. Но сейчас ночь. Мгла неба тревожит, а полная луна совсем слабо освещает лица собравшихся. Мягкая колышущаяся трава щекочет щиколотки, ветер треплет полы белоснежных платьев и волосы – всё так же, как и раньше, только вот на душе уже всё совсем по-другому.

- Удачи вам! Ни пуха ни пера, - пожелал Леней, прежде чем покинуть экзаменационную группу.

- Zum Teufel (нем. К чёрту) – шепчет Мириам на прощание.

«Вот уж не думала, что, отправившись на обучение к тайному обществу, желая узнать историю своей семьи, я буду затянута в круговорот событий, приведших меня сюда» - подумала Мириам, направившись к другим ведьмам. Взяв поудобнее свой ритуальный нож, она отбросила все волнения.

На этот раз, это конец.

Обратной дороги нет.

Шабаш начался…

Одиннадцатая глава

«Майский шабаш»

До двенадцати часов необходимо было успеть всё подготовить. Мириам, краем глаза взглянув на предоставленную Ленеем папку с деталями экзамена, начала давать указания другим ведьмам, которые были обязаны полностью подчиняться ей. Но при этом она сама была далеко отсюда.

Мириам думала о мире.

Вообще, большинство людей были невеждами. Они думали, что ведьмы – это группа похотливых женщин, которые собирались на шабашах, чтобы удовлетворить свои низменные потребности и повеселиться с нечистой силой. Это было в корне неверно.

Как и любое другое разумное существо, каждая ведьма стремилась сохранить порядок во вселенной, чтобы не допустить глобального хаоса и разрухи. А для этого часто требовалось совершить сложные ритуалы, на которых нужны жертвы, темная магия и особые действия, которые люди обычно трактовали как извращения. Но приходилось делать и такое. Ведь если бы один вид поглотил другой, а катаклизмы уничтожили города и села, весь мир был бы похож на полную анархию.

Именно поэтому Мириам не могла злиться на Общество. Изначально оно было создано, чтобы объединить могущественных существ со всего мира для передачи знаний и поддержания этого баланса. Ведь часто нужна сила извне, которая поможет, если что-то пойдет не так. Но ведьма не могла принять, что ради такой благой цели требовалось столько усилий и так много жизней. Поэтому ее чувства оставались смешанными.

Для проведения ритуала их группе необходим был круг, объединяющий несколько символов. Ещё на этапе подготовки их плана Мириам и Бастиан обговорили, что именно должно быть изображено, поэтому, когда настал час, ведьма четко диктовала расположение нужных рун. А уже после нанесения колдовского круга все ведьмы должны были взяться за руки и произнести заклинание.

Но тут возникли проблемы.

Хелен воспротивилась подчиняться Мириам: она отошла на несколько метров от группы, пытаясь отдалиться насколько возможно, лицо ее выражало ненависть и злобу.

- Нет! Это все неправильно. Остановитесь немедленно, - произнесла Хелен дрожащим голосом.

- Что случилось? – послышался шёпот других девушек из группы.

- Хелен, мы… - попыталась успокоить взбунтовавшуюся ведьму Лори. Но та была непреклонна. Хелен отошла еще дальше и заговорила с большим напором:

- Всё не может быть так! Это… Это ошибка!

- Хелен, - одернула её Мириам. Но ведьма юга, взглянув на главу ритуала, лишь сильнее разозлилась, из глаз ее брызнули слёзы.

- Нет! Ни за что на свете!.. Я ненавижу тебя! Слышишь? Ненавижу тебя, Мириам! И твоего отца! И своего отца! И всё это чёртово Общество!..

Пока Хелен кричала, Мириам лишь обреченно смотрела на нее. Она понимала ее волнение и ее гнев, но в данной ситуации, они были абсолютно неуместны. Поэтому раздраженная ведьма Огненного Каньона в миг приблизилась к Хелен, врезала той пощечину и заговорила, понизив голос так, чтобы ее не было слышно другим:

- Ты думаешь, я не хочу, чтобы всё это прекратилось? Думаешь, мне это нравится?! Да я бы всё отдала, чтобы сейчас оказаться дома, в Огненном Каньоне. Чтобы Oma напекла мне пирогов, а я вместе с Фенриром отправилась уплетать их за обе щеки. Но я здесь! И я уже ничего не смогу поменять. Это жизнь! Когда происходит что-то страшное или сложное, мы должны взять себя в руки и нести ответственность за себя и других. Так что хватит устраивать истерики!..

Хелен посмотрела на Мириам обиженно и обреченно, словно осознавая свою беспомощность, но, не сказав больше ни слова, все же направилась к остальным.

Теперь уже шабаш точно начался.

Усевшись на траве кругом, ведьмы взялись за руки, закрыли глаза и начали читать заклинание. Слова древнего языка тихим шёпотом разносились вдоль полей, призывая частички магической энергии объединиться около колдующих.

Пока другие следовали инструкциям Ленея, Мириам начала приводить в исполнение их план. Заклинание, которое она произносила, отличалось от того, что смогли за несколько минут запомнить другие ведьмы. Оно звучало тише, слова с трудом можно было разобрать, а его влияние спутало начавшийся ритуал жертвенности.

Стоило только последнему слогу заклинания Мириам слететь с ее губ, как от сердца девушки по рукам тонкие магические нити потянулись к другим ведьмам. Опутав Хелен и Лори, искрящаяся паутина потянулась дальше, пока не связала всех пятерых девушек во едино. Теперь вся группа смогла подняться на ноги и распустить сформировавшуюся связь, чтобы продолжить ритуал.

Но никто не шевельнулся.

Мириам спокойно смотрела, как её одногруппницы застыли в изумлении, не понимая, почему они не могут пошевелиться. Затем на них накатил страх. Изобель начала кричать, что заклинание дало сбой. Лори и Настасья в панике силились понять, что им делать. В ужасе девушки пытались что-то сделать, чтобы вернуть всё как было.

«Убей»

В голове Мириам послышался голос. Женский ласковый голос призывал завершить действо. То, ради чего всё это было.

«Давай же, убей. Ты должна это сделать. Хоть одна из них, но должна умереть»

Мириам продолжала безэмоционально смотреть на других ведьм. Сейчас ей казалось, что она имеет полный контроль над их жизнями. Как жестокий бог она наблюдала за мучениями девушек.

«Убей их! Хватит медлить! Если ты не сделаешь это сейчас, то это сделаю я!» - воскликнул голос в голове. В ту же секунду Настя громко застонала от боли. На её руке, там, где находилась нить заклинания, появился порез, из которого тут же бордовыми каплями потекла горячая кровь.

«Хватит» - воспротивилась Мириам. Всё происходящее сейчас казалось ей чем-то нереальным.

«А ты останови меня! Убей одну из девушек!» - продолжал жестоко голос.

- Ай! – послышалось со стороны Хелен. На обеих её руках красовались новые порезы.

Мириам ничего не оставалось. Не было времени для расчета, для плана. Встретившись взглядом с одной из ведьм её группы, Мириам занесла нож над головой и едва слышно прошептала:

- Прости меня…

Кровь.

Кровь алыми брызгами окрасила платье Лори, когда Мириам вонзила ритуальный нож ей в грудь.

Ни слёз, ни крика.

Просто спокойный, ничего не выражающий взгляд Лори, направленный на Мириам.

Ведьма ударила ножом еще раз. Лори краем глаз увидела торчащее из своей груди орудие убийства и улыбнулась. Казалось, напоследок она хотела сказать что-то Мириам, по лицу которой градом катились слёзы. Но лишь открыв рот, Лори стала задыхаться от кровавой пены. А затем, так и не произнеся ни слова, опустилась на землю у ног Мириам.

И умерла…

- Мои поздравления, ведьмочки! Вы справились с экзаменом! Сдали на отлично! – появившийся неожиданно Леней радостно развел руками. Его лицо выражало торжественное ликование, он смотрел на жмущихся друг к другу от страха Настасью и Изобель, на трясущуюся Хелен и на Мириам, чье платье было забрызгано чужой кровью. На мертвую Лори сатир бросил лишь короткий взгляд, после чего продолжил: - Вы управились даже раньше положенного. Это лучший результат среди ведьм за все эти годы!

«Молодец» - в последний раз услышала Мириам в своей голове голос. Она подумала, что этот женский голос напоминает ей маму. Жестоко.

Оставив жертву ритуала и его последствия без изменений, Леней повел девушек обратно на Священные Земли. Изобель и Настя сопротивлялись, но Мириам без вопросов зашла в портал. Следом за ней прошла и Хелен.

- Почему ты убила её? – немедля задала вопрос ведьма юга, остановив Мириам у центрального входа в Цитадель.

- Знаешь, Хелен, - начала та, повернувшись. – Сегодня я не хотела убивать никого. Никогда не хотела. Но я не стану скрывать, что много раз думала о том, кого же следует убить. И поняла, что Лори – единственная, кто хотел бы умереть…

- Что ты несешь?! – воскликнула в ответ Хелен.

- Как бы то ни было печально, - начала объяснять Мириам. – Лори и не хотела возвращаться с экзамена. В этом мире ей было незачем оставаться. Её семья превратила её жизнь в ад, из которого она смогла вырваться лишь здесь, на Священных Землях. Хотела бы Лори вернуться на Болота и жить ненавистную ей жизнь? Нет. Поэтому она не хотела возвращаться с экзамена. Поэтому я позволила остаться ей здесь до конца своих дней…

- Но это неправильно!..

- Я знаю, - Мириам посмотрела своим уставшим взглядом на Хелен. – Но я решила, что так будет лучше. И уже ничего не поменять. Не переживай, я еще успею наказать себя за это. Сама. А ты не лезь ко мне со своим осуждением, тем более…

- Хелен! - раздался задорный мальчишеский голос в глубине Внутреннего Двора. Хелен сразу же развернулась.

- Тем более, что тебя уже ждет своя семья, - проговорила шёпотом Мириам. Но ведьма юга уже убежала, теперь она обнималась со своим маленьким братом, который ласково гладил её по голове и что-то приговаривал со своей детской наивностью. Отец Хелен, взяв с собой своего второго ребенка, прибыл на Священные Земли, чтобы помочь другим Мастерам в организации экзамена.

Мириам улыбнулась. События сегодняшнего шабаша полностью выбили её из сил, и казалось, ничего не могло бы сделать этот вечер менее паршивым.

Только вот всё не было спокойно.

Возвращающиеся с экзамена группы в большинстве своем были полными, никто не убивал и не умирал. Мастеров по началу это настораживало, но, когда уже пятая группа вернулась без потерь, они забили тревогу. Мириам смотрела на это, пытаясь понять, что же произошло. Но уставший мозг не мог соотнести события.

- Мы справились, - пришедший со всей группой Бастиан, чья одежда также была в крови, обнял ведьму за плечи и радостно повторил. – Мы справились!

Справились? Справились… Справились! Когда осознание дошло до Мириам, она восторженно подпрыгнула и крепко зажала альва в объятьях. Мастера суетились, пытаясь понять, что пошло не так, а ведьма радостно трясла Бастиана.

Вернувшаяся с другой группой ведьм Мэри также радостно улыбалась, а карты, парящие вокруг нее, впервые были просто сложены в колоду. Это могло значить только, что впервые ведьма не хочет что-либо говорить или как-то выражать свои эмоции. Все было хорошо, и больше ничего не нужно.

Эмиль тоже мог бы быть радостным. Если бы Анели, вернувшаяся со своей группой, не ревела, повиснув на окровавленной рубашке своего парня. Она тоже была главной на экзамене. Но видимо именно жестокая никс, в чьей природе было охотиться на людей, не смогла вынести груза эмоций, поэтому сейчас она старалась вдоволь наплакаться, чтобы пережить сегодняшние потрясения.

Мириам смеялась, глядя на эту картину. Все было так хорошо, несмотря на все убийства, которые теперь повиснут грузом на них. Ведь теперь те, кто был обречен умереть, смогут вернуться к своей обычной жизни со спокойной совестью.

Ведьма повернула голову и уловила взгляд отца, направленный на нее. Эдмунд улыбнулся и кивнул. Казалось, с его губ сорвалось едва слышное «Молодец». Но не более. После этого страндваскаре развернулся и направился к другим Мастерам.

Мириам смогла выполнить некогда данное её матери задание и спасти большинство Подмастерьев. А когда-то, более десяти лет назад, Джоан потерпела поражение. И оно унесло жизни несчетного количества учащихся, в том числе одну ведьму, чей возлюбленный обещал отомстить. И сделал это, прокляв не только Джоан, но и часть Огненного Каньона…

И всё же Мириам не могла злиться или грустить. Ведь они смогли. Они справились. Всё получилось…

Эпилог

Ярко светило послеобеденное солнце. Частичку своего тепла оно оставляло на каждом листочке тянущихся в небо деревьев, сплетенных лабиринтами чащ на холмах Огненного Каньона.

Там, затерявшись в тени лесов, возвышался на дне небольшого оврага ведьмин дом, хозяйка которого важно расхаживала рядом. Впервые за очень долгое время Тасмин сменила свой угрюмый наряд мрачных оттенков фиолетового на красочное платье с цветочным узором, а вечно серьезное лицо стало ласково глядеть навстречу солнцу.

Обычно заваленный книгами и травами стол сейчас был накрыт на четырех персон, а в котле доваривался суп вместо привычного зелья. Территория вокруг приветливо украшена благоухающими цветами, дом вычищен и убран. Всё говорит о том, что ведьма-хранительница Огненного Каньона дожидается гостей.

Звук шелеста травы отвлекает Тасмин, и она оборачивается к лесу, где из глубин чащоб уже показалась на свету темная фигура старшего страндваскаре, оседлавшего своего верного спутника – Фенрира. Приблизившись к лесной ведьме, Эдмунд едва заметно кивает и одаривает её короткой фразой:

- Здравствуй, Тасмин.

- Здравствуй, Эдмунд, - отвечает хозяйка этого места, жестом приглашая отца семейства к столу.

Следом из тени появляются Эрих и Мириам, так же верхом на своих волках. Приблизившись к дому, внук приветствует свою бабушку коротким объятием и проходит к столу, занимает место около своего отца. С Мириам Тасмин здоровается долго, хранительница Огненного Каньона крепко обнимает свою любимую внучку, гладит по голове, приговаривая что-то про непослушание и долгое отсутствие. Мириам слушает, но даже не думает её останавливать. Лишь после занимает место за столом, и происходит долгожданное воссоединение с семьей:

Тасмин хлопочет, жалуясь, какие все худющие, накладывает большие порции еды и Эриху, и Эдмунду. Старший страндваскаре смеется, впервые его лицо выражает что-то большее, чем угрюмое безразличие.

Мириам улыбнулась. Пусть её отец, брат и бабушка никогда не смогут стать настоящей полноценной семьей, ведьма радовалась, что в годовщину смерти её матери они смогли собраться вместе. Джоан умерла ровно десять лет назад, оставив после себя талантливых и умных детей, которые смогут достойно продолжить её дело. То, что Мириам должна будет вернуться к изучению вопроса энергии и изменить сложившийся уклад жизни Общества, было для нее очевидно. Но будущие трудности не пугали юную ведьму, она просто радовалась сегодняшнему дню.

Анели обещала подняться к Мириам сразу же, как поприветствует всех своих родственниц и родственников. Они еще успеют многое обсудить, гуляя по лесам Огненного Каньона. К ним в гости также обещал наведаться Эмиль, как он сказал, ему не хочется всё лето провести в Затопленных Лесах. И Мэри обещала заглянуть, её мама хотела переговорить о чем-то с Тасмин.

Но больше всего Мириам ждала новой встречи с Бастианом, которой обещал, буквально клялся, что сразу же после обсуждения года обучения с братьями и матерью (которая, чуть только альв вернулся в Пламенный, оттаскала его за уши за то, что он ничего ей не писал на протяжении почти года) он вернется к ведьме, и вдвоем они спрячутся где-нибудь на опушке леса и проведут целый день только вдвоем.

А сейчас Тасмин вновь ругается на Фенрира, разлегшегося прямо в центре поляны перед домом ведьм.

Эрих уплетает за обе щеки наваристый суп и делает это так охотно, словно до этого его не кормили ни разу.

Эдмунд с немного печальным выражением лица смотрит на лес, где когда-то его жена столкнулась со своим убийцей, и размышляет о чем-то своем.

Ну, а Мириам глядит на тянущееся к горизонту солнце и улыбается, понимая, что дальше ждет еще целое беззаботное лето у бабушки, много света и тепла. И все проблемы будущего не важны, когда все хорошо…