Мать Дракона

Мать Дракона. Глава 1

Машина смахивала на филиал знаменитого крымского зоопарка. Белая Жулечка, кряхтя поднималась в гору, периодически подвывая и издавая неприятные скребущие звуки. Видимо, намекала хозяйке, что три пассажира и плотно набитый багажник, это уже не мало, а дополнительная нагрузка в виде двух собак и одного увесистого кота - явный перебор. Ирэна тревожно прислушивалась к своей верной подруге, насколько это позволяла накаленная ситуация в салоне.

Черника, самая бойкая из близняшек - хаски, устроила на заднем сиденье квест по добыче печенья из сумки Аленки.

Ежевика, ее верная подельница, с энтузиазмом стояла «на шухере», отвлекая бдительного Стаса преданным и чрезвычайно голодным взглядом.

Уголёк, пудовый, антрацитово-черный, властелин мира, угнездился на коленях хозяйки, упершись необъятным задом в руль и методично вылизывал ей подбородок. Зеленые глаза выражали царственное презрение к суете низших существ и глубокую личную обиду на то, что поездка длится уже целых сорок минут.

- Уголино, радость моя! - Ирэна пыталась аккуратно подвинуть кота, чтобы видеть дорогу. - Скажи, кто тут самая несчастная кошка в мире? Ты? Нет? Может, все-таки подвинешь свою императорскую тушу на пару сантиметров вправо? Туда, где у меня не руль?

- А я говорил, давай я поведу - безжалостный Стас не повелся на манипуляцию Ежевики и протянул руку, пытаясь отодрать кота от жены.

Уголек ответил глубоким урчанием, похожим на звук старого дизельного двигателя, и намертво впился когтями в Ирэнин любимый кардиган.

- Мам, он просто требует компенсацию за моральный ущерб - прокомментировала Аленка, не отрывая взгляда от экрана телефона. Камера была направлена на Ежевику, которая, украдкой тянула голову в сторону пакета с остатками вяленой рыбы, наивно полагая, что успеет стянуть кусочек раньше, чем ее настигнет кара. - Ежевика, нельзя! Тебе же плохо будет, глупая. Животным это нельзя, это тьфу, бяка, только для людей. Черничка, а ты куда? Эй, отдай печенье! Это не твое! Это стратегический запас, на случай непредвиденных неприятностей!

- Неприятности уже в салоне, доча, и вполне себе ожидаемые – вздохнул Стас, решительно отодвигая мокрый хасячий нос от своего уха. Он выглядел удивительно свежо для человека, только что пережившего неделю в домике с изнывающим от безделья подростком, двумя собаками, котом-тираном и вечно горящей Ирэной, пытавшейся "наконец отдохнуть", что выражалось в планировании пяти новых проектов. - Ириска, может, притормозим? Угольку явно нужен перекур. Или переворот государственного строя в салоне.

- Нельзя! - Ирэна уверенно пошла на обгон - Уголь сейчас хоть как-то смирился с положением дел. Если мы остановимся, он решит, что это навсегда, и объявит салон своим суверенным княжеством. А если Ежевика доберется до рыбы, то потом нам всем будет весело в машине следующие сто километров. Держитесь, всего полтора часа осталось!

В зеркало заднего вида она увидела, что Черника все-таки вытащила стратегическую пачку печенья. Но отрывая взгляда от дороги, Ирэна дернула с панели плюшевого мишку и ловко запулила им в наглую пушистую морду.

- Ален, оторвись наконец от телефона и убери печенье и рыбу в зону недосягаемости. И у тебя вся камера в слюнях, ты в курсе?

- Стас - тут же переключилась она, - как там твои расчеты по кейтерингу? Закончил? Что Иван Иванович? Удалось убедить его, что ты не предатель человечества, а просто хочешь заниматься тем, что любишь и умеешь?

- Иваныч... – лицо мужа приняло выражение человека, только что откусившего лимон. - Сначала пыхтел, как паровоз перед крушением. Потом перешел в фазу "Родина-мать зовет!". А закончил... вопросом: "Надеюсь закупки ты у "Мира ХоРеКи" будешь делать?"

Ирэна фыркнула: - Сразу видно, директор! Значит, смирился. Теперь ты официально - Станислав Лещев, глава кейтеринговой компании "Пир на весь мир". Звучит литературно и аппетитно! Как ощущения? Радостно или страшно? Ален, хватит снимать мой затылок, сними лучше папу-бизнесмена!

- Папа-бизнесмен пока больше похож на лежанку для собак – ухмыльнулась Аленка, переведя камеру. - Но название норм! Цепляет! Что-то очень знакомое вертится в голове.

- Доча, начитанная ты наша, это ж любая русская сказка, взять хотя бы Пушкина, «Сказка о царе Салтане» - Стас подкалывал дочь и одновременно чесал за уши обеих собак - просто отец года. - Ирэн, а что у тебя по плану дальше? Завтра понедельник, все, отпуск закончился.

- А завтра у меня, не много, не мало, Арт-Маркет. Первое установочное совещание, десятый, юбилейный семинар.

- И какие идеи? Планка где-то на уровне стратосферы. Пираты с Карибов уже были. И живая Баба-Яга из Тридевятого царства тоже. Что думаешь? Космическую Одиссею с невесомостью? Погружение на "Титаник"? Хотя... – он осекся, увидев, как лицо Ирэны озарилось удалым безенчуковским блеском. - Та-а-к! Знакомый взгляд. Что-то у меня мурашки. Что придумала?

Ирэна загадочно улыбнулась и кокетливо встряхнула непокорными кудрями. Волосы золотым вихрем взвились под потоком воздуха из приоткрытого окна.

- Ты близок к истине! Просто "Титаник" - это не интересно и грустно. Невесомость очень круто, но я еще годик подожду. Пока площадка, которую я для этого наметила, хочет неадекватные деньги. Пусть еще немного повоюют, поймут, что к чему на этом рынке, вот тогда и поговорим. А пираты - она мечтательно замолчала. - Пираты были крутые. Вспоминаю с удовольствием, но, ты же знаешь, я никогда не повторяюсь - она сделала паузу для драматизма, несколько смазанную очередным кошачьим лизом в нос.

- Мам, не томи! – возмутилась Аленка, - ну что за манера? Говори уже!

- Компании тридцать лет! Они прошли через «дикий» капитализм девяностых, через все американские горки нашего рынка - это, как минимум, вызывает уважение. И мы сотрудничаем десять лет. Мало кто из моих коллег может похвастаться настолько лояльным заказчиком. Хочется что-то... эпичное! Грандиозное! С драмой, троном, рыцарями и прекрасными девами, зловещими колдунами и летающими рептилиями.

В салоне воцарилась тишина. Стас замер. Аленка окаменела с камерой, наведённой на лицо матери. Даже Уголек прекратил свои домогательства.

- Ирэна... – осторожно начал Стас. – Ты же не хочешь... это?!

- Да ладно! - потрясенно прошептала дочь и тут же восторженно завизжала - Игра престолов! Наконец-то! Ты будешь делать Игру престолов! Ура-а-а!!!

- Тише. Тише! – Ирэна наконец отодрала от себя Уголька, - Представьте, финальный банкет. Антураж – Королевская Гавань или Драконий Камень, не суть. Музыка – Рамина Джавади, куда ж без нее. Еда - соответственно, что-то средневеково-роскошное, но съедобное. Твоя часть, кстати! И ... - она подвесила еще одну паузу, наслаждаясь эффектом. - Главный хайлайт. То, что запомнят все. То, ради чего они десять лет приезжают на семинары со всей страны! Полет настоящего дракона - реалистичного, огромного. Он проснется в нужный момент где-то под потолком, зарычит, покачает крыльями, пролетит над головами гостей и сядет на сцену. Артур крикнет «Дракарис» и дракон окатит всех гостей огнем. Круто?

- Дракон, - выдавил Стас. - Летящий над банкетным залом. Настоящий. - Он даже не спрашивал, а констатировал абсурдную реальность. - А заказчик об этом уже знает?

- Не-а, пока не знает. Завтра предложу.

- Думаешь, они согласятся?

- Они-то - безмятежно улыбнулась жена, - ну, во-первых, за десять лет мы достигли какого-никакого уровня доверия. А во-вторых, как ты думаешь, на кой черт они каждый год заморачиваются с этим семинаром? Два месяца вся компания стоит на ушах, все живут только подготовкой. Продажники спят с телефоном в руках, склад весь переворачивают от пола до потолка. А затраты?! Ты мои бюджеты знаешь. Так зачем им это?

- Ну-у-у, продажи на семинаре лучше – осторожно предположил Стас.

- Продажи в дни мероприятия, действительно, космические - подтвердила Ирэна. - Но дело не в них. Колоссальные продажи в моменте, порождают потом отложенную следующую закупку, так что здесь не все так очевидно. Самое главное, гости семинара, получают эти впечатления и потом увозят их с собой, по своим городам. И весь год рассказывают, какие у Арт-Маркета семинары, какая это крутая компания и как всем необходимо там побывать. А как можно побывать на ежегодном семинаре компании?

- Став ее клиентом.

- Правильно! А это расширение клиентской базы, общей лояльности, узнаваемости компании и, как следствие, действительно, рост продаж. Так скажи мне, стоит оно того?

- Ну ты, мать, даешь! – потрясенно ответил Стас. Никогда не задумывался, что ты смотришь так глубоко. Горжусь тобой! А где ты дракона-то возьмешь? Насколько я знаю, его в природе не существует.

- А Марк на что? Поворчит недельку-другую и все изобретет.

- Мам – прошептала Аленка. В этот момент, с покрасневшими щеками и горящими глазами она стала очень похожа на мать: - Это... это будет легендарно. Я сниму все! От первых эскизов до его первого пука! То есть... полета!

- Сначала надо доказать совету директоров Арт-Маркета, что я не сошла с ума окончательно - Ирэна свернула на КАД. - Совещание завтра в одиннадцать. Гендир Арт-Маркета, Василий Петрович, человек серьезный. С чувством юмора у него все в порядке, но в бизнесе он шутить не любит. И знает, что если я что-то задумала, то это случится, пусть и через ад организационных кругов. В нем я совершенно уверена. Но там еще десяток человек. Вот их придётся убеждать всерьез.

Стас покачал головой, но в уголках его губ таилась улыбка. Он любил жену такой. Безумная, упертая, способная зажечь своей идеей кого угодно и вытащить на свет божий невозможное.

- Ну что ж… - вздохнул он. - Тогда мне нужно срочно придумать, как подать "Драконьи Крылышки» в медово-имбирном соусе. И найти поставщика, у которого есть вертел для запекания барана в помещении. Настоящий дракон заслуживает аутентичного пира. Ты уверена, что готова начать неделю именно с такого совещания? После выборгского отдыха?

Ирэна улыбнулась: - Стас, милый, если бы я хотела спокойной жизни, я бы разводила фиалки. Или... не знаю, шила чехлы для телефонов. Но я же - Ирэна Шиманская - та рыжая, что подманила приведений в Инженерном замке. Завтра в одиннадцать я иду на совещание. И у меня есть дракон. Вернее, будет. Вот увидишь, Василий Петрович просто обалдеет. Надеюсь, в хорошем смысле.

Аленка украдкой подняла телефон.

- Начало - прошептала она в камеру, снимая мамину решительную улыбку в зеркале заднего вида и задумчивый взгляд Стаса. Драконья эпоха началась.

Мать дракона. Глава 2

Клац-клац, клавиатура ноутбука издает тихие уютные звуки. Кофе в любимой кружке дразнит ароматом ноздри. Жаль только, что это уже третья за утро. Многовато.

Что поделать, надо было прогнать из головы утренний сонный туман и взяться за дело. Корпоративные деловые мероприятия - это вам не частный праздник, пусть даже самый крутой. Для семинаров важна не столько креативность, сколько обоснованность и точное попадание в запланированный бюджет.

- Так - пробормотала Ирэна, пролистывая файл с перечнем площадок. Вот не зря они с Лизой в прошлом году заморочились и собрали все таблицы мониторингов в одну. Неделю придумывали поля, составляли корневой каталог и удаляли дубли, зато теперь как удобно - забиваешь параметры и получаешь то, что нужно.

- Деловая часть... Плюс - минус триста пятьдесят гостей, большая сцена с экраном для презентаций, боковые экраны, чтобы людям на дальних рядах было удобно. Место для кофе-брейка и общения. Вот, кстати, здесь уместно презентовать кейтеринг Стаса. Еще не забыть про переговорную.

Что у нас есть? Отель "Балтийский Бриз", конференц-зал "Океан" - светлый, панорамные окна, хорошая акустика. Стоимость... ой! Банкет. Вот здесь интереснее. "Старая Таможня"? Историческая кирпичная кладка, высокие потолки - шесть метров? Мало… Надо минимум восемь для маневра крыльев. "Царские Конюшни"? Стильно, но тесновато для трехсот пятидесяти гостей и дракона. "Лофт на Обводном"? Промышленный шик, высота - десять метров! Бинго! Но аренда космическая. Причем везде. Что делать, площадки на такое количество людей дешевыми не бывают. Хотя-я, - Ирэна тихонько хихикнула, вспомнив, как один из постоянных заказчиков предложил для мероприятия собственный промышленный гараж. - Ох, Василий Петрович, дорогой, будь готов к инфаркту.

Она выписывала цифры, мысленно прикидывая, где можно сэкономить без потери эпичности. Спикеры - профессор Свиридов по маркетингу - харизматичный, знает компанию, Ольга Крутая по переговорам - огонь, но дорогая. Может, попробовать уговорить на юбилейную скидку? Мысли о драконе будоражат, окрашивая все расчеты в оттенки безумия и восторга. Она уже видела его: огромного, чешуйчатого, с горящими янтарными глазами, медленно парящего под сводами лофта под драматичные звуки музыки Рамина Джавади.

БА-БАХ! ТР-Р-РАХ!

Ирэну накрыла тьма - буквально, темнота обрушилась на рыжеволосую голову, вместе с треском ломающегося дерева и рвущейся ткани. Она вскрикнула, заметалась, перевернув на себя кружку с остатками кофе.

- Что это?! Кто там?! - голос от неожиданности сорвался на визг.

В ответ послышался испуганный лай, больше похожий на вопль. По Ирэне проскакали восемь тяжелых лап, унесшихся с подоконника куда-то вглубь комнаты.

- Ежевика? Черника?! - Ирэна выбралась из-под лавины тяжелого велюра и нашарила рукой телефон. Экран осветил сцену апокалипсиса: гардина вместе с ламбрекеном лежала на полу живописными складками, погребя под собой половину сегодняшнего отчета. Вторая штора, из итальянского кружева, Ирэнина гордость, поникла, как парус потерпевшего крушение корабля и окутала приставной столик с принтером. На опустевшем подоконнике, одиноко стоял выгнув спину, раздувшийся от ужаса втрое, Уголек.

В комнату ворвались Стас, на ходу натягивая футболку, и Аленка – в пижаме с единорогами, одном тапке, но с телефоном, уже снимающим происходящее.

Луч фонарика выхватил Ирэну, сидящую в пятнах кофе среди руин, и двух перепуганных хасят, забившихся под диван и жалобно поскуливающих.

- Мам! Ты жива? Что случилось? На нас напали? - Аленка присела, направляя камеру под диван. - Черничка? Ежжи? Вы чего?!

- Атака с воздуха – мрачно констатировал Стас, поднимая тяжелую штангу. - Или с подоконника. Уголь, ты причастен?

Кот ответил презрительным «Мр-р-ря» и принялся вылизывать лапу.

- Они... – всхлипывающая Ирэна ткнула пальцем в сторону дивана, размазывая салфеткой по лицу кофе пополам со слезами. - Полезли на подоконник... смотреть на голубя, наверное. Вдвоем! Ежевика испугалась, дернулась... Черника за ней... и всей массой! - Она махнула рукой в сторону разрушений. - Карниз не выдержал. И вот это всё!!! Я испугала-а-ась...

- Ты моя маленькая! Не бойся, я тебя спасу! - Стас начал отпутывать кружева от принтера, давясь от смеха. - Зато ты очень качественно проснулась. Сама же жалуешься, что, по утрам, не просыпаешься, а воскресаешь. Вот, собаки тебе помогли.

Аленка перевела камеру на мать:

- Мам, у тебя все лицо в кофе. Похоже на Арнольда Шварценеггера в фильме «Коммандос». Это новый образ: «Разгневанная валькирия против атаки хаски».

- Аленка, хватит снимать! Помоги Стасу! И накорми этих диверсантов! - Ирэна отряхиваясь, поднялась. Ничего себе, утро! Теперь надо успеть привести себя в божеский вид и мчаться на совещание. Жизнь - это сплошной цирк с не очень дрессированными животными, - изрекла она и отправилась в ванную.

***

Переговорная Арт-Маркета потихоньку заполнялась участниками совещания. Люди занимали свои места на стульях с высокими спинками, за большим овальным столом. Проектор басовито жужжал, как сердитый шмель. Ирэна чувствовала себя гладиатором, вышедшим на арену.

Во главе стола, восседал Генеральный директор компании, Василий Петрович Баринов - мужчина лет, примерно, сорока пяти, с жесткими, умными глазами, в мелких морщинках от постоянной усталости и загадочной полуулыбкой Джоконды. Ирэна всегда думала, что из него мог бы получиться идеальный спец. агент.

Справа от него - финансовый директор, суровая дама со сложной старомодной прической.

Слева Николай Николаевич Бледнов - Председатель наблюдательного совета. Человек-загадка. Небольшого роста, кругленький, с вкрадчивыми манерами и мурлычущим голосом, в безупречно сшитом, серебристо-сером, костюме.

Лицо - сама доброжелательность, с хитренькой усмешкой в усы. Правда, очень похож на кота.

Он не сел на стул - он устроился, немного поерзав, как Уголек на любимой подушке и сложил пухлые пальцы на круглом животе.

Его присутствие Ирэна всегда ощущала физически - атмосфера как будто сгущалась, становилась душной и вязкой. Мнение свое он выражал мурлыканием, в случае согласия, но чаше издавал негодующее шипение. НикНик остался последним из основателей компании, не считая владельца, и считал современные ивенты проявлением слабоумия.

- Ну что, Ирэна Вацловна - начал Василий Петрович, его хрипловатый баритон заполнил зал. - Тридцать лет. Цифра солидная! Как там у классика? «Иных уж нет, а те далече...» Шучу. Мы все здесь, слава Богу. И ждем от тебя, как всегда, фейерверка! Показывай, чем нас порадуешь?

Ирэна, глубоко вдохнув, включила презентацию. На экране возникло стилизованное изображение Железного Трона.

- Василий Петрович, уважаемые члены совета - начала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. - Десять лет сотрудничества - это не просто цифра. Это история доверия, взаимных побед и легендарных семинаров. Мы прошли путь от классических конференций до... - на экране сменялись кадры: пираты, Баба-Яга, интерактивный аукцион. - В этом году задача сложнее. Юбилей обязывает к эпичности.

Она описала деловую часть: "Балтийский Бриз", топовые спикеры, интерактивные сессии вместо скучных докладов. Бледнов слегка пошевелил пальцами. Мурлыкнул? Или просто зевнул?

- А теперь - Ирэна перевела дух, чувствуя, как учащается пульс. - Финальный банкет. Тема: «Тридцать лет стоим и стоять будем!». Место - "Лофт на Обводном". Высота потолков – десять метров. Это важно. Потому что - она нажала кнопку. На экране возник эскиз: мощный, детализированный дракон, парящий под сводами лофта. - Наш главный герой - реалистичный дракон! Все мероприятие будет висеть под потолком, а в финале проснется, пролетит над залом, сядет на сцену, заревет и приветствует гостей шквалом холодного огня. "Дракарис!", если угодно.

Ирэна закончила в оглушительной тишине. Финансовый директор замерла с открытым ртом. Василий Петрович откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Он первым нарушил молчание:

- Блин, Ирэна! Ты, как всегда! Холодный огонь? Это ж надо! А он не спалит... ну, условно, Людмилу Петровну из Астраханского филиала? Она у нас ценный кадр!

- Безопасность - приоритет, Василий Петрович! Огонь, это лазерная сетка в холодном паре, спецэффект. Никакого риска.

- Эффект! - зашипел Бледнов. Все взгляды устремились к нему. Он покрутился в кресле, бледно-голубые, почти выцветшие глаза уставились на Ирэну. - Милочка - начал он тихо, но так, что слышно было каждое слово. - Вы предлагаете потратить значительные средства - он сделал паузу, будто пробуя слово на вкус, - на летающую куклу? Для взрослых людей! Которые приехали учиться, обсуждать стратегию и продажи!

Василий Петрович попытался встрять: - Николай Николаевич, это же не просто кукла! Это символ мощи компании! Прорыва! Эмоция, которую гости увезут...

- Эмоции - перебил его Бледнов тем же тихим шипением, - хороши в меру. И в правильном месте. - Он сложил пальцы домиком. - Серьезные люди ожидают серьезного подхода. Конференц-зал, удобные кресла, блокноты и ручки с логотипом, качественные доклады. Экскурсия по городу - познавательно, культурно. Ресторан, нормальная еда, хорошие напитки. Теплая атмосфера для общения. - Он посмотрел на дракона на экране с таким выражением, будто тот лично ему нахамил - Это балаган! Непрофессионально, дорого, и… - он сделал паузу - глупо!

Ну, началось! Два часа, два часа Ирэна отбивалась от скепсиса, консерватизма и прямых обвинений в расточительстве и непрофессионализме. Финансистка тыкала пальцем в смету, требуя сокращений. Еще один директор, помоложе, бубнил про не солидность. Бледнов время от времени вставлял свое тихое, но убийственное шипение. К счастью, Василий Петрович был на ее стороне и парировал остротами: - Николай Николаевич, голубиную почту для приглашений будем использовать? Чтоб совсем по серьёзному! - но чувствовалось, что и его энтузиазм немного поостыл под ледяным душем возражений.

Ирэна жонглировала цифрами - рост узнаваемости бренда после прошлых "балаганов", напоминала о лояльности клиентов, рисовала картины восторженных отзывов и, главное, стратегию: этот дракон - не просто шоу. Это инвестиция в легенду. В то, что о Арт-Маркете будут говорить годами. В новых клиентов, которые захотят попасть туда, где летают драконы.

Наконец Василий Петрович громко хлопнул ладонью по столу.

- Все! Надоело! - Он строго вглянул на Бледнова. - Николай Николаевич, уважаю ваш опыт. Но времена меняются. Клиенты меняются. Нам нужен не просто семинар, нам нужно событие! Ирэна Вацловна десять лет доказывает, что может это сделать. Я - за дракона! - Он обвел взглядом остальных. - Кто за? Против? Воздержались? Так. Большинство. Ирэна, поздравляю. Делайте! Но - он погрозил пальцем, - чтобы Людмила Петровна была цела! И дракон - летал. А не падал на голову условному Сергею Васильевичу из Перми. Он тоже кадр ценный.

***

Ирэна вышла из офиса Арт-Маркета с подписанным договором и чувством, будто пробежала марафон. Восторг от победы немного портили панические мысли, что только что проданного дракона в природе не существует. А взлететь он должен всего через три месяца. Вся надежда на Марка.

Команда ожидала начальницу в полном составе: Марк, Лиза, Сонечка, даже Артур соизволил явиться.

- Ну, Царица! Дракона заказали? - воскликнул Артур, потирая руки.

- Говори, какие параметры? Размах крыльев? Вес? Тип привода? Электромоторы на магнитном подвесе? Или пневматика? Я уже думал... - Лицо Марка, обычно мрачное, сейчас светилось редким для него воодушевлением.

- Марк - перебила его Ирэна, глядя ему прямо в глаза. - Сначала главное. Нужен сам дракон! Он должен быть реалистичный, огромный, выглядеть убедительно и дорого, рычать и плеваться огнем. И при этом не весить, как Боинг.

Энтузиазм на лице Марка померк.

- Ир... - начал он осторожно. - Я тебя разочарую. Я могу заставить летать что угодно: бочку, трубу, старый диван. Но - он развел руками. - Чтобы сделать настоящего дракона, с анатомией, текстурой, мордой… Это не моя епархия. Это высший пилотаж художников-скульпторов. Таких, навскидку, я даже не знаю. И стоить это будет... - он посмотрел на смету, которую Ирэна положила перед ним, и закашлялся. - Хм. Ну, может, хвост на эти деньги сделаем. Примерно.

Лиза, сидевшая рядом с Марком, незаметно тронула его руку под столом - новый жест - знак их тайного, пока, союза.

- Значит - сказала Ирэна, - нам нужны волшебники. Которые могут сделать невозможное. И, желательно, за адекватные деньги.

- Мы найдем, – вдруг хором сказали Марк и Лиза. Они переглянулись. Марк покраснел. Лиза улыбнулась. - Мы займемся этим. Вместе. Обшарим весь инет, обзвоним всех сумасшедших.

- Отлично - кивнула Ирэна, пытаясь скрыть нахлынувшую панику под маской решительности. - Ищите! Артур, Соня, у вас свои фронты работ по деловой части и развлечениям. Держите в курсе.

***

Аленка ликовала перед камерой, монтируя анонс:

Всем привет! С вами канал «Тень инженерного замка»! Сегодня эпохальный день! Ирэна Шиманская официально получила заказ на «настоящего» дракона. Можно считать сегодняшний день - моментом его зачатья! Пока никто ничего не понимает, но дракон уже где-то есть. Оставайтесь с нами! Будет офигеть, как интересно! Обещаю!

Ирэна, сидя на кухне, прислушивалась к этому потоку сознания. Перед ней горел экран ноутбука с десятками открытых вкладок с сайтами мастеров декораций всех мастей. Рядом Стас склонился над бизнес-планом кейтеринга «Пир на весь мир». Его лицо в свете монитора казалось сосредоточенным и спокойным. Островок стабильности в бушующем море драконьего безумия.

Она залюбовалась, глядя на своего мужа, коллегу, партнера. Он боролся со своими цифрами, она - со своей сказкой, которая упорно не хотела становиться былью. Завтра начнется бой. А пока было только это: тихий вечерний полумрак, дуэт клавиатурных клавиш, залихватский голос дочери из комнаты и тревожное осознание, что дракон - это лишь красивая картинка на экране и подпись на контракте.

Мать Дракона. Глава 3

Три недели, двадцать один день, пятьсот четыре часа… Ирэне казалось, что она прожила их в одном сплошном зум-окне и на бесконечных пыльных складах.

Поиск волшебников, способных воплотить дракона из мечты в летающую реальность, превратился в квест уровня "адский".

Марк становился с каждым днем все мрачнее и больше всего напоминал голодного Дракулу. Из него и так-то особо слова не вытянешь, а сейчас скупой технический лексикон и вовсе иссяк. Марк даже не ворчал, а только красноречиво вздыхал и закатывал глаза при виде очередного портфолио с гипсовыми ангелочками и грибочками из папье-маше.

Лиза наконец поняла, для чего прошла подготовку в разведшколе - она собирала информацию в таких местах, о которых добропорядочному обывателю знать не полагается: шарила по каким-то сомнительным притонам, где создавали декорации для рок-клубов, в приступе безумного вдохновения посетила мастерскую по производству надгробий, проникла в каждый декораторский цех всех петербуржских театров. Казалось, гарнитура намертво приросла к ее ушам, а телефон к ладони.

Втроем они перелопатили сотни сайтов: от сомнительных одностраничников типа «ЗолотыеРукиДекора.ру», до пафосных порталов студий, чьи расценки заставляли вздрагивать даже Ирэну, которая и сама умела заламывать цены, но, как говаривал Леонид Филатов: «... всему же есть предел, Братцы!»

А с какими дивными персонажами они за это время познакомились! Ирэна, то плача, то давясь от смеха, каждый вечер рассказывала Стасу и Аленке о новых чудаках. Дочь тут же выдавала эти байки в эфир, и они давали неплохой прирост по подписчикам. Зрителям казалось, что это смешно. Ох, если бы!

Был Валентин Ипполитович, скульптор - "классик", который, услышав о драконе, начал пространно рассуждать о канонах античной пластики и предлагать вместо чешуи... мраморные складки.

- Но он же должен летать, Валентин Ипполитович! - взвыла Ирэна.

- Ах, полет! - хрустнул пальцами скульптор. - Это эфемерно! Дух должен парить, а не тушка!

Через неделю переговоров выяснилось, что он лепит только бюсты, а «тушками» не занимается, так как это «бездуховно».

Была огненно-рыжая Алиса, создававшая потрясающие инсталляции из мусора. Ее дракон, по задумке, должен был состоять из старых клавиатур, мониторов и карданных валов.

- Экологично! Техно-шик! И тяжело, как танк - констатировал Марк, мысленно прикидывая подъемные краны космической мощности.

Был молодой парень Гена, фанат 3D-печати, уверявший, что напечатает дракона по частям за неделю.

- А вес? - спросил Марк.

- Ну-у-у, килограммов триста... пятьсот… - неуверенно ответил Гена. Ирэна представила, как пятьсот килограммов пластика рассыпаются в полете и сыплются на голову условной Людмиле Петровне и поежилась. А Марк просто вышел, хлопнув дверью.

Были такие, кто обещал золотые горы, но путался в терминах: - Пневматика? А-а-а, это как в шинах?

Те, кто рисовал мультяшных дракончиков, и кто, глядя на эскиз, честно разводил руками: - Не, это нереально, братан.

Надежда таяла, как мороженое на жаре. Сроки поджимали неумолимо. Паника, которую она героически давила на людях, ночью вырывалась из подсознания в виде кошмаров, где Бледнов, в образе гигантского кота, сбрасывал чугунного дракона, с потолка лофта, прямо на Василия Петровича.

- Я больше не могу - простонала Ирэна, уткнувшись лбом в заваленный распечатками, образами материалов и пустыми кофейными стаканчиками офисный стол. - Мы ищем черного кота в темной комнате, и не факт, что он там есть.

- Слу-у-ушай - с вдохновенным безумием подсказала измученная Лиза, - у тебя же лучшая подруга - художница, эта, смешная, Лена, кажется.

- Элен? Да есть такая. Она сейчас где-то в море болтается. У нее приключился роман с другом Стаса, Николаем. Он у нас моряк. Они предупредили, что связи почти не будет. Но чем чёрт не шутит. Попробую!

- Алоу, - Ленка ответила сразу после первого гудка и слышно было так четко, как будто подруга находилась в этой же комнате. Ирэна окатила ее потоком сознания и, надо отдать должное, Элен слушала не перебивая, только хрустела чем-то съедобным.

- Ты дура? Нет? А сразу спросить слабо было?

- Так ты же сказала, что не дозвониться.

- Дозвонилась же! Так, дай подумать… дракон... Ну... есть один вариант. Дико талантливый и дико... специфичный. Называется студия "Артефакт". У них там главный - Мишка Фадеев. Гений и беспредельщик. Его деньги мало интересуют, они у него есть. Понятия не имею откуда. Берет в работу только то, что зажигает его лично. Если твой дракон его не вдохновит - хоть убейся. А если вдохновит... Ох, Ирка, он сотворит такое, что все твои корпоративные дядьки обделаются. Но готовься, атмосфера там... своеобразная и характер у него, бр-р-р.

***

Студия Артефакт находилась в настолько глухой промзоне, что навигатор сперва растерялся и начал жалобно пищать, а потом и вовсе отключился. С горем пополам Ирэна и Марк отыскали строение, более всего напоминающее свалку контейнеров и стеклопакетов.

Зато внутри все выглядело многообещающе - полки до потолка, забитые странными диковинами, полуразобранные механизмы, куски реквизита, макеты фантастических городов и неопознанные скульптуры, покрытые слоем "драконьей пыли", как обозвала про себя Ирэна этот творческий хаос. Пахло в ангаре краской и, почему-то, корицей.

Их встретил худой, как жердь, взъерошенный абориген, в прожженном кислотой комбинезоне поверх клетчатой рубашки. Он уставился на них молча, даже не планируя здороваться.

- Здравствуйте!

- Ну!

- Мы ищем Михаила Фадеева.

- Ну!

- Вы не подскажете, как его найти.

- Да, ё-моё, я это. Это вы с драконом?

- Да, мы хотели…

Михаил отодвинул Ирэну в сторону и обратился к Марку: - Дракон? Какой? Дыхание огня? Холодное? Или плазма? Размах крыльев? Вес? Динамика полета? Он умный? Злой? Ироничный? Показывай!

Ирэна, обалдевшая от такой беспардонности, не нашлась что сказать, зато Марк, мгновенно опознал брата по разуму и протянул планшет с эскизами и тех. заданием.

Михаил, уткнулся носом в экран, бормоча что-то себе под нос. Он листал, увеличивал детали, щурился. Марк замер, ожидая вердикта. Ирэна осторожно оглядывала мастерскую, пытаясь оценить масштабы возможного.

- Хм... - протянул наконец Михаил. - Неплохо. Брутально. Но... - он ткнул пальцем в изображение чешуи. - Вот это - убийство. Вес! Традиционные материалы - стеклопластик, пенопласт с пропиткой - слишком тяжелы для такого объема и динамики. Ваш змей либо не взлетит, либо развалится от вибрации, или сожрет бюджет на кране. Надо что-то... эластичнее. Легче. Но держащее форму и позволяющее детализацию.

Он отбросил планшет на ближайший стол, заваленный болтами, и вытянул со стеллажа странный лист материала. Тонкий, гибкий, похожий на замшу, но с явной текстурой. Михаил смял его в руке - лист тут же расправился без заломов. Потом взял термофен и направил струю горячего воздуха на край - материал начал плавно деформироваться, принимая причудливую форму.

- Видишь? Легкий. Плотный. Режется, шьется, клеится. Термоформинг позволяет создавать любую фактуру - чешую, кожу, складки. Красится в любые цвета, не боится влаги. И главное - вес! В разы легче всего, что мы обычно используем!

Ирэна смотрела на материал, на страстные глаза художника, и вдруг... ее осенило. Точнее, не осенило - в мозгу щелкнуло. Она знала этот материал! Видела его сотни раз!

- Фоамиран! - воскликнула она. – Это же фоамиран! EVA-пена! Он продается... - она чуть не задохнулась от восторга, - в Арт-Маркете! В листах, рулонах! Разной толщины и фактуры!

Михаил притих, его взгляд из творческого экстаза перешел в оценивающий.

- Арт-Маркет? Ваш заказчик? - он скупо улыбнулся. - Охренеть! Символично. Дракон, рожденный из плоти и крови заказчика. Из их же товара. Поэзия! Чистая поэзия! Берусь!

Марк хрюкнул от восторга и облегчения и тут же начал что-то быстро прикидывать в блокноте, бормоча про плотность, нагрузку на каркас, удельный вес.

Ирэна выдохнула и достала телефон, чтобы срочно позвонить Василию Петровичу и забронировать оптовую партию фоамирана. Она почувствовала, как камень упал с души и покатился в пропасть, уступая место новой волне адреналина. Они нашли его! Сумасшедшего гения, который понял Дракона!

***

Стас склонился над столом, исписанным именами, цифрами и стрелочками. Его проект кейтеринга "Пир на весь мир" требовал инвестиций для выхода в свет - закупки профессионального оборудования, запуска линии автоматизации, мощного маркетинга. Он составил список потенциальных инвесторов - знакомых бизнесменов, коллег по ресторанному цеху, даже пару богатых пап Аленкиных одноклассников. Хотя, последний пункт вызывал большие сомнения.

Первый звонок был самым страшным. Сергей Владимирович, владелец сети столовых, человек с резкими манерами и неоднозначной репутацией. Стас перечитал свой скрипт десять раз, порепетировал перед зеркалом… Наконец, набрал номер. Гудки. Еще гудки. Казалось, прошла вечность.

- Алло? Сергей Владимирович? Это Станислав Лещёв, мы встречались …

- Лещёв? А, Мир ХоРеКи! Что надо, я очень занят - прорычал голос в трубке.

Стас почувствовал, как язык прилип к нёбу, а заранее выученные фразы рассыпались. Вместо четкого плана и цифр речь превратилась во что-то вязкое и невнятное: - Ну, понимаете... есть идея... очень перспективная... кухня... люди любят вкусно поесть... инвестиции могли бы помочь...

- Слушай ты, Лещёв. Ты что мямлишь? "Люди любят вкусно поесть"? Это гениально! Я и не знал! Ты мне открыл глаза! - собеседник хамил открыто и с явным удовольствием. - Может, ты еще скажешь, что снег зимой холодный? Если хочешь денег, учись говорить по делу. Пока не сформулируешь четко, что, зачем, сколько и когда я получу обратно - даже не звони. Удачи... в твоих кулинарных мечтаниях.

Щелчок. Гудки. Стас опустил телефон. Щеки горели огнем, в ушах пульсировала кровь. Он чувствовал себя не просто отвергнутым, а уничтоженным. Идиот! Растяпа! Неудачник!

Вечером, за ужином, он не мог есть. Аленка что-то болтала про свои съемки, Ирэна делилась победой со студией Артефакт, но он почти не слышал. Потом, когда Аленка ушла монтировать, а они остались вдвоем, со своим вечным кофе, он не выдержал:

- Я облажался, Ириска - выдохнул он, глядя в свою кружку. - Позвонил Сергею Владимировичу... и блеял, как испуганный баран. Он меня просто… послал. Сказал, чтобы я учился разговаривать.

Ирэна отложила ноутбук, с нежностью глядя на мужа. Она хорошо знала этого Сергея Владимировича и его методы.

- Стас, милый - она погладила его по руке. - Ты помнишь, я рассказывала про мой первый тендер? Для кондитерской сети?

Стас кивнул. Смутное воспоминание.

- Мне было двадцать четыре. Я пришла в строгом костюме, который взяла у подруги. У меня тряслись руки так, что листы разлетелись по полу. Я начала презентацию, а мой голос сорвался на писклявый визг. Их директриса, этакий Бледнов в юбке, смотрела на меня, как на таракана. А потом спросила: -Деточка, ты хоть понимаешь, о чем говоришь? Или просто бумажки пересказываешь?

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Я выбежала из кабинета и ревела в туалете полчаса.

Стас поднял на нее глаза. Неужели?

- И что? Как ты...?

- Я вернулась - просто сказала Ирэна. - Проревелась, посмотрела на себя в зеркало и увидела там отчима, с его брезгливой ухмылочкой. Разозлилась, умыла лицо, подобрала бумаги, вошла в кабинет и сказала: - Извините за непрофессионализм. Давайте начнем сначала. Я не буду пересказывать бумажки, я расскажу, как сделать ваш праздник незабываемым. И рассказала. С дрожью в голосе, но четко. И мы выиграли тот тендер. Потому что за дрожью она увидела огонь. И за бумажками - идею.

Она прижалась к плечу мужа: - Все обламываются, любимый. Первый блин, первый звонок, первое "нет" - они всегда комом. Сергей Владимирович - хам, это факт. Но он прав в одном: инвесторам нужна четкость, без воды. Без "ну, понимаете". Твоя идея - классная! "Пир на весь мир" - это не про еду, это про эмоцию, про масштаб, про твое умение делать праздник вкусным, а вкус - праздничным! Вот это и говори. Цифры - твердо. Возврат инвестиций - четко. А если голос дрожит - сделай паузу, глотни воды. И помни: они покупают не тебя, а твою идею. А идея - огонь!

Стас слушал, и ком в горле понемногу рассасывался. Неудачи Ирэны казались какими-то... понятными. Осязаемыми. Не такой уж он и лузер.

- "Они покупают идею" - повторил он. - А идея - огонь. Ладно. Завтра попробую еще раз, и еще… Спасибо.

***

Аленка, вдохновленная "охотой на дракона" и историей про провал Стаса, которую она, конечно, тут же начала монтировать в отдельный мини-сюжет для канала, объявила:

- Мам, я завтра с тобой! Весь день! Сниму "День из жизни ивент-менеджера: Охота на Дракона, часть первая". Это будет круто!

Ирэна, погруженная в переговоры с со складом и согласование первого эскиза с Фадеевым, который зачем-то нарисовал дракону саркастически приподнятую бровь, только махнула рукой.

- Поехали. Только не мешай.

***

День выдался адским. С утра - экстренное совещание из-за изменения цены на поставку кресел для "Балтийского Бриза:

- Вы что, вручную их плетете?! - орала Ирэна.

Потом - три часа в пробке на другой конец города, чтобы лично уломать владельца лазерного оборудования предоставить сертификат на холодный огонь:

- Безопасно? А если у кого-то кардиостимулятор? Вы гарантии даете? В письменном виде?

Обед пропущен, вместо него - холодный кофе и печенька, разломанная пополам во время жаркого спора по телефону с финансовым директором Арт-Маркета о предоплате для студии Артефакт:

- Дракон из чего?! Из пенки для рукоделия?! Да вы издеваетесь, Ирэна Вацловна!

Затем - полтора часа в мастерской у Михаила, где они с Марком спорили до хрипоты о конструкции каркаса крыльев, а Аленка, бледная от восторга и усталости, снимала этот "творческий хаос".

И под конец - разбор полетов с командой, где Соня плакала из-за выкрутасов топового диджея, а Артур опоздал на час, потому что "вдохновлялся" в баре.

Через плечо Ирэны постоянно торчал объектив камеры Аленки: - Мам, реакция! Что ты чувствуешь, когда тебе говорят, что кресла застряли на таможне? Мам, дай комментарий про кардиостимуляторы! Мам, а правда, что дракон будет из того же, из чего цветочки клеят?

Ирэна отвечала сквозь зубы, улыбалась через силу, чувствуя, как ее собственные крылья вот-вот отвалятся.

К восьми вечера, закончив последний созвон, Ирэна потянулась, ее глаза блестели адреналиновой усталостью, но были ясны.

- Завтра разберемся с креслами, договоримся с диджеем и приговорим Артура к расстрелу через повешенье - бодро сказала она Лизе. - А сейчас - домой! Стас обещал что-то эдакое на ужин!

Аленка, еле волоча ноги, выглядела как после марш-броска с полной выкладкой. Ее юношеский задор испарился, сменившись благоговейным ужасом.

- Мам... - простонала она, забираясь в машину. - Как ты это... каждый день? Я еле живая. А ты... как птичка. Веселая. Это нереально!

Ирэна рассмеялась, поправляя дочери спутавшиеся волосы:

- Привычка, Ален. И любовь к своему делу. Особенно к ненормальным артистам, драконам всяким.

***

Дома, пока Ирэна с наслаждением поглощала Стасовы кулинарные шедевры, Аленка заперлась в комнате. Через час на канале "Тень инженерного замка" вышло видео. Быстрый монтаж: Ирэна, стремительная и улыбчивая в офисе; спорящая в пробке по телефону; хладнокровно торгующаяся за лазеры; яростно доказывающая что-то Марку и Михаилу на фоне безумных эскизов; утешающая плачущую Соню. Финальный кадр – Ирэна вечером, все так же бодрая, с вилкой в руке и смехом. И лицо Аленки в камеру - бледное, с огромными уставшими глазами и поникшими волосами:

- Всем привет, это Алена... вернее, то, что от нее осталось... Вы только что видели один день моей мамы. Один из многих! Я думала, знаю, чем она занимается. Я ошиблась. Это не работа. Это... экстремальный вид спорта на выживание. На дипломатию под огнем. На управление хаосом. Если вы хотите быть ивент-менеджером - она сделала драматическую паузу, - вам понадобится не диплом. Вам понадобится драконья выносливость, бесстрашие и чувство юмора циркового клоуна. Иначе... вы не выживете. Всем спокойной ночи! Я падаю. И да, дракон будет офигенный. Подписывайтесь!

Ирэна, смотря ролик, смеялась до слез. Стас обнял ее за плечи, целуя в макушку. Даже Уголек, свернувшийся на спинке дивана, издал одобрительное "Мр-р-р".

Мать Дракона. Глава 4

На экране телефона всплыло уведомление о получении сообщения от студии Артефакт. Ирэна как раз сворачивала на Невский, к офису и отвлечься никак не могла. Изнемогая от нетерпения, она доскакала до кабинета, открыла письмо от взъерошенного гения с контейнерной свалки и… забыла, как дышать.

С экрана смотрел не просто дракон. Это был ее дракон! Тот самый, из первых мечтаний и презентации Баринову, но воплощенный с пугающей, дышащей жизнью. Мощные челюсти, усеянные острыми, слегка искривленными зубами, были приоткрыты, готовые изрыгнуть холодный огонь. Глаза - не желтые пуговицы, а настоящие, глубокие, с вертикальными зрачками, в которых мерцал ум и древняя ярость. Каждая чешуйка на изогнутой шее и массивной груди казалась настоящей, отливая металлом и зеленоватой патиной. Лапы с когтями, словно выкованными из черного обсидиана, опирались на невидимую поверхность. Хвост, гибкий и мускулистый, замер в полукруге, готовый ударить. И самое потрясающее - все это двигалось. Челюсти могли сомкнуться с грохотом, пока виртуальным, лапы сгибались, хвост вилял, глаза сверкали.

- Ох...ре-неть! - выдохнула Лиза, подглядывая через плечо.

Марк промолчал, только глаза вспыхнули восторгом фанатика, увидевшего Святой Грааль. Даже Артур, вечно ироничный, присвистнул:

- Царица, да он же живой! Фадеев - колдун! Или наркоман. В любом случае - гений!

Ирэна почувствовала удар адреналина, сердце гулко стукнуло о ребра. Он есть! Он будет! Он совершенен.

- Крылья – тихо сказал Марк. Его восторг мгновенно сменился привычной технической сосредоточенностью. Он ткнул пальцем в изображение. - Смотрите! Они статичные, как у истребителя. Жесткий каркас, обтянутый материалом. Красиво? Да. Эпично? Безусловно. Но... - Он развел руками, мысленно представляя габариты. - Размах - восемь метров. Минимум. По три с половиной на крыло плюс ширина спины. И они не складываются, не меняют угол, это монолит.

Мда, проблема! Восемь поперечных метров. На всех площадках, с нужной высотой потолков, посередине зала идет два ряда колонн. А как еще удержать потолок? И найдется ли зал шириной в восемь метров между колоннами, это большой вопрос. А если вдруг возникнут проблемы? Если площадка окажется чуть уже? Или «птичка» немного отклонится от траектории? Это, еще не говоря о транспортировке. Мало где есть возможность безболезненно протащить такую махину. А маневренность? Плавный взмах, изменение плоскости крыла для эффекта парения? Об этом можно было забыть.

- То есть наш дракон как грузовой самолет? - уточнила Ирэна, - Только по прямой и с широкой взлетной полосы?

- По сути, да - кивнул Марк. - Либо рисковать зацепить крылом что-нибудь дорогое, либо менять конструкцию. Делать крылья складными или шарнирными. Это сложнее, дороже. И нужно договариваться с Фадеевым. Так себе удовольствие.

***

Переговоры в "Артефакте" сразу превратились из диалога в ритуальное жертвоприношение здравого смысла на алтарь мужского упрямства. Михаил Фадеев встретил их тем же своим: "Ну!" и тут же переключился на Марка.

- Братан! – воскликнул он, игнорируя Ирэну, как пустое место. - Видал? Красавец? А? Глаза - огонь! Челюсть - хрясь! Хвост - бац! - он хлопнул Марка по плечу, явно видя в нем единственного достойного собеседника.

- Михаил, крылья - начал Марк. - Нужна подвижность, хотя бы базовая. Шарнир в основании. Или складывающаяся конструкция. Иначе...

- Иначе что? - Фадеев нахмурился, будто Марк предложил отрезать дракону голову. - Крылья - основа силуэта! Статика - это мощь! Это монументальность! Ты что, хочешь цыплячьи крылышки, которые машут? Это же смешно!

- Михаил, - вступила Ирэна, стараясь говорить максимально четко и спокойно. - Речь не о махании. Речь о практичности. Ограничение по ширине сужает выбор площадок в будущем, усложняет логистику. И представьте эффект, если крыло чуть изогнется в полете, подчеркнет движение.

Фадеев повернул голову, будто только что её заметил. И взгляд был недоумевающим и презрительным, как будто на него залаяла назойливая шавка.

- Практичность? Женская логика. Главное - образ! Сила! А ты - он поискал слова и выплюнул, с оскорбительной интонацией, - женщина, иди-ка отсюда со своими "практичностями" и "логистиками"... Не мешай мужчинам работать.

Этот жест, этот тон. Слова - "женская логика", "мелочи", "не мешайте мужчинам". У Ирэны потемнело в глазах. Перед ней всплыла не мастерская Артефакта, а гостиная в родительском доме. Отчим, Альберт Егорович, его брезгливый взгляд поверх газеты: «Опять твои глупости, Ирка? Баба не человек. Найди себе мужа и живи его умом!» Та же интонация и удушающая атмосфера обесценивания. Ком в горле, знакомый с детства и бессильная ярость.

- Михаил - голос Ирэны стал жестким. - Это не мелочи. Это мой проект. И, на минуточку, плачу за него я. Если дракона невозможно использовать по назначению, то он не имеет смысла. Крылья нужно доработать!

Фадеев попытался проигнорировать, снова обращаясь к Марку:

- Марк, ты же понимаешь? Это испортит всю динамику! Вес добавится! Сложность! Сроки сорвем! Лучше сделаем мощнее каркас, чтоб точно не сломалось, когда будем затаскивать... - он сыпал техническими терминами.

Марк завороженно кивал, впитывая аргументы Фадеева, лишь изредка бросая на Ирэну беспомощный взгляд. - Что поделать, он такой.

Ирэна сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

- Михаил! А вы в принципе женщин за людей не считаете или эта сомнительная честь досталась только мне? Марк, безусловно, гений и мастер своего дела, но это я руковожу этим цирком, и я плачу деньги. Так что вам придется засунуть свой сексизм в … любое удобное место и прислушаться к моим требованиям.

Лицо Фадеева исказилось. Он развернулся и вышел из мастерской шарахнув дверью. Марк испуганно уставился на Ирэну:

- И что теперь делать? Он же откажется!

- Он? Не-ет, он не откажется. Он будет беситься, злиться, давить на меня. Но не на ту напал! Для таких, как он, самое невыносимое, это игнор. Вот увидишь, через два-три дня он сдастся.

***

Дома Стас опять экспериментировал с новым рецептом. Но Ирэна не могла сосредоточиться на еде. Она мысленно снова и снова прокручивала унизительную сцену в мастерской, слова Фадеева, взгляд отчима.

- ...и он просто сказал Марку: "Ты же понимаешь?", а на меня даже не посмотрел! - выплескивала она свой гнев Стасу. - Как будто я пустое место! "Женская логика", "не мешайте мужчинам"! Просто, здравствуйте, Альберт Егорович, нам вас не хватало!

Стас выслушал, помешивая соус, и неожиданно сказал:

- Знаешь, а я Марку свой бизнес-план показал. Черновик для "Пира на весь мир".

- Марку? Почему?!

- Потому что он технарь. Мыслит трезво, видит подводные камни - Стас криво усмехнулся. - После Сергея Владимировича хотелось жесткой критики, но по делу, а не просто, чтобы собеседник самоутвердился за мой счет.

- И? - спросила Ирэна, заинтригованная, несмотря на свое состояние.

- И он выдал! - Стас оживился. - Не просто "фигня", а конкретно: "Вот тут у тебя накладные расходы завышены на пятнадцать процентов, посмотри другого поставщика. Вот тут маркетинговая стратегия сырая, добавь кейсы. А вот это - хорошо, раскручивай". - Стас имитировал мрачный бас Марка. - Честно, жестко, по делу. Как скальпелем - больно, но полезно. Я полдня переделывал, но план теперь то что надо!

Ирэна смотрела на мужа, на его вдохновленное лицо:

- Марк дельный советчик? Этот угрюмый технарь?

Она пыталась совместить этот образ с тем Марком, который сегодня так легко поддался на провокацию Фадеева.

- Кстати, - переключился Стас, - а ты не подумала, что у Фадеева могут быть проблемы с женой или с девушкой? Вот он и бесится.

- Вот только вникать в его личную жизнь мне не хватало! Хотя… поручу Лизе, пусть соберет побольше информации. Может это даст мне рычаг влияния.

***

- Ирэн! Я придумала! Вестерос, это же Север, все вращается вокруг этой темы! Смотри! - в кабинет, сияя, вплыла редкая гостья - Лия.

Она разложила на столе распечатки эскизов. Ирэна ахнула. Металлические вазы и чаши, словно выкованные кузнецами Винтерфелла,покрытые искусственной патиной. В них - композиции из кроваво-бордовых роз с черным подтоном, мрачных и опасных. И главное - ледяная зелень! Листья папоротника и эвкалипта, будто припорошенные инеем, с тончайшими кристаллами "снега" на поверхности. Холод, мощь, древняя магия - идеально для драконьего пира!

- Лия, это... потрясающе! - восхитилась Ирэна. - Абсолютно в тему! Утверждаю! Делай!

Флористка засияла еще ярче, но тут раздалась «Карамба».

Ирэна закатила глаза и вздохнула, предчувствуя бурю. Галина Матвеевна звонила редко, но метко.

- Алло, мам?

- Ирина! - голос матери звучал требовательно. - Немедленно бросай все свои дела и приезжай! Альберт Егорович заболел! Сильно! Врачи говорят, нужен уход, а я одна не справлюсь! Немедленно покупай билет в Уфу!

Ирэна прикрыла глаза. Картина маслом: отчим, вечно недовольный, лежит и требует внимания. Мать в роли жертвы. И ее проект, ее дракон, ее команда, зависшие над пропастью из-за крыльев Фадеева.

- Мама, мы это все уже обсуждали и не раз. Я не могу и не хочу. Сейчас у меня очень крупный, ответственный проект. Я понимаю, тебе тяжело. Давай наймем профессиональную сиделку? Если нужно, я оплачу. Это будет надежнее и для Альберта Егоровича, и для тебя.

- Крупный проект? Да, я слышала. Аленин канал включила. Случайно!!! Драконов каких-то лепишь. Важная работа для взрослого человека, что уж говорить. Ну что ж, доченька... Помнишь, как Альберт Егорович говорил? "Ирка - корова безмозглая, только и годится, что детей рожать". Видимо, прав был. Успехов тебе... с твоим проектом.

Щелчок. Через минуту на телефон Ирэны пришло несколько сообщений. Ссылки на статьи: "Десять фатальных ошибок менеджера проекта", "Как гарантированно провалить любой стартап", "Почему женщины не должны руководить сложными проектами". Мама явно готовилась.

Ирэна опустила телефон на стол. Она смотрела на эскизы Лии - мрачные, прекрасные, ледяные розы Вестероса. На экран ноутбука, где застыл великолепный дракон с неподвижными крыльями. На чат с командой, где Марк писал что-то техническое про каркас. Крылья, Фадеев, Марк, отчим, мать... Что-то день сегодня не задался.

Мать Дракона. Глава 5

«Лофт на Обводном» встретил их прохладным полумраком. Пространство выглядело огромным - настоящий кафедральный собор промышленной эпохи. Высоченные десятиметровые потолки, уходили в сумрак, пересеченные темными балками, словно ребра гигантского ископаемого.

- Похоже на скелет динозавра - шепнула Соня.

Стены из грубого кирпича несли на себе шрамы истории - следы от креплений давно исчезнувших станков, выщерблины, закопченные участки. По центру зала, выстроились в два ряда массивные колонны, упирающиеся в потолочные фермы. Пол - бетон, отполированный временем и тысячами подошв, холодный, монументальный. Огромные, почти во всю стену, окна в старинных рамах пропускали скупой питерский свет, выхватывая танцующие в воздухе пылинки. Идеально. И чертовски сложно.

- Ну вот - обвела руками Ирэна. - Наш будущий Вестерос. Василий Петрович уже рыдает над бюджетом за декорирование пространства.

Лиза, в искрящейся блузке с пайетками, достала лазерный дальномер и деловито защелкала им, вычисляя траекторию полета, места возможных креплений для дракона и «мертвые зоны», где колонны могли стать фатальной помехой.

Сонечка, в струящемся платье и с массивным скетчбуком, прижатым к груди, смотрела на зал с мечтательным ужасом. Она подмечала детали: где будет сцена, где лучше установить фотозону, чтобы играл свет из окон, как обыграть эти мрачные колонны, превратив их из помехи в элемент декора. Мысленно примеряла к кирпичной кладке «зимние» композиции Лии из черных роз и ледяного эвкалипта.

Из полумрака вынырнул управляющий банкетным залом. Этакий современный менеджер – резкий, яркий, хищный, с вежливой усталость профессионала на лице. Улыбка теплая ровно настолько, сколько этого требует этика переговоров.

- Ирэна Вацловна, рад вновь вас видеть. Осмотрелись? Вспомнили? - голос у него был вкрадчивый, но в глазах читалась бегущая строка цифр со множеством нулей.

- Впечатляет, Тимур, - кивнула Ирэна, включая режим валькирии - Именно то, что нужно. Но впечатляет и список технических задач. Начнем с главного - кейтеринг.

Тимур слегка нахмурился, предчувствуя подвох: - У нас есть аккредитованная компания «Гастрономический Альянс». Их шеф…

- Их шеф платит вам солидный процент, и он хорош для стандартных банкетов. А у нас не стандарт. У нас - Игра Престолов. На кой черт мне классический велком с протокольными складками в пять сантиметров на юбке фуршетного стола и пирожками в ассортименте? Мне нужен не просто повар, а творец, который почувствует тему и сделает не еду, а легенду. И барана на вертеле.

Вежливая маска на лице управляющего превратилась в хищный оскал:

- Ирэна Вацловна, контракт… Эксклюзивность… Это серьезные обязательства. «Альянс» наши давние партнеры.

- Понимаю. Но Василий Петрович Баринов заинтересован в уникальности всех аспектов юбилея - Ирэна сделала паузу, давая имени директора Арт-Маркета поработать. - Он лично одобрил концепцию кейтеринга от «Пир на весь мир» Станислава Лещёва. Вы, возможно, слышали? Он готов предложить не просто меню, а полное погружение. И, - добавила с лукавой улыбкой, - гарантированно уложится в наш бюджет. С учетом уникальности предложения, разумеется. Или, возможно, наш проект для вас не очень интересен, и мы поищем в другом месте - Ирэна пошла ва-банк.

Тимур помолчал, переваривая информацию. Лиза, не отрываясь от дальномера, бросилась на помощь начальнице и дожала: - Тимур, колонна номер три - потенциальная угроза для левого крыла. Нужно будет сместить ее на метр или просить художника подпилить дракону крыло, за ваш счет, разумеется. Выбирайте!

Сонечка тихо ахнула. Тимур вздрогнул.

- Подпилить… крыло? - переспросил он, глядя на Лизу как на ненормальную.

- Шутка - бодро парировала Лиза, щелкая дальномером. – Пока шутка. Но траекторию продумывать надо сейчас.

Тимур закрыл глаза на секунду, словно молясь о терпении. Потом открыл и посмотрел на Ирэну.

- Ладно. Пусть будет «Пир на весь мир». Но, Ирэна Вацловна, вы подпишете приложение к договору. Если будут накладки, срывы, недовольство гостей… Площадка никакой ответственности не несет.

- Договорились - Ирэна протянула руку. Тимур, после секундного колебания, пожал ее.

– Лиза, Соня, работаем! Тимур, спасибо.

Пока Лиза с маниакальной точностью замеряла расстояния между колоннами, высоту под потолочными фермами, рисуя в планшете виртуальную карту полетов дракона, Сонечка бродила по залу, прикладывая руки к холодному кирпичу, вглядываясь в игру света. Она делала наброски в скетчбуке, шепча себе под нос что-то про «контраст грубой фактуры и хрупкости льда», про «кроваво-черные акценты на фоне серости».

Ирэна лениво наблюдала за ними, прислонившись к прохладной колонне. Новый рубеж взят. Стас в игре. Теперь бы дракон не подвел… И хорошо бы, чтобы Фадеев не сожрал ей все нервы раньше времени.

***

Нервы, однако, уже были на пределе. Михаил Фадеев звонил Марку каждые два часа. Его голос в трубке ревел не хуже будущего дракона.

- Марк! Ты где? Почему каркас крыла не утвержден? Я жду чертежи! Ирэна эта ваша… она вообще в курсе, что сроки горят? Сделай что-нибудь! Ты мужик или кто?! - вопли было слышно даже без громкой связи.

Марк, бледный и издерганный, задолбался отвечать, что не он принимает решения и механически бубнил в ответ:

- Михаил, чертежи будут сегодня. Ирэна на площадке. Она в курсе всего. И крылья должны быть подвижными, это принципиально. Иначе…

- Иначе что?! – орал Фадеев. - Опять её практичность? Я художник, Марк! Я вижу! А она видит только свои таблички! Да я ее… Да я… сейчас приеду! Пусть лично мне объяснит, почему она губит Искусство!

- Где она?! – прогремел Фадеев, вломившись в офис. Его горящий гневом взгляд, обжег на Марка, пытавшегося слиться с монитором, затем переместился на Лизу, составляющую отчет, и… Сонечку. Она только что вернулась с Обводного и тихонько сидела за своим столом, срисовывая из блокнота эскиз вазы с ледяными розами.

Фадеев застыл. Его ярость на мгновение сменилась недоумением. Он делил женщин на два типа: деловых и противных, как Ирэна, или пустых и глупых, к коим он самонадеянно отнес Лизу. Такая прямолинейная сексистская логика - раз блондинка с большой грудью, значит тупая дура. Сонечка не вписывалась ни в одну категорию. Она была… как фарфоровая статуэтка. Хрупкая, с огромными, испуганными глазами, в облаке кудряшек, воздушном платье, с карандашом в тонких пальцах. Искусство в чистом виде, но не его, буйное и металлическое, а какое-то тихое, нежное.

- Вы… - заговорил он неожиданно сдавленным голосом. -Это кто?

- Сонечка, наш стилист, - представила Лиза, с интересом наблюдая за метаморфозой. - Соня, это Михаил Фадеев, наш художник по драконам.

Сонечка подняла карие очи на огромного, взъерошенного дядьку в прожженной краской рабочей одежде, с горящими, как у Уголька в гневе, глазами и … испугалась. Она съежилась, вжавшись в спинку кресла, и пролепетала:

- З-здравствуйте.

Этот испуг, тихий голосок, беззащитность… что-то щелкнуло в голове Фадеева. Не жалость, а скорее осознание своей собственной грубости. Он вдруг почувствовал себя огромным, неуклюжим медведем, ввалившимся в шоу-рум императорского фарфорового завода.

- Здрас-сьте. Э-это… ну… что тут рисуете?

- Эскизы для флористики и сервировки - протянула набросок Соня. - Хочу обыграть кирпич и сталь лофта с холодом и чем-то средневековым. Только не знаю, как лучше - ее голос застенчиво дрогнул.

Фадеев нерешительно заглянул в эскиз. Оценил изящные линии, тонкую штриховку, композицию, где грубые формы сочетались с хрупкостью ледяных цветов.

- Хм - произнес он без прежней агрессии. - Кисть дракона, вот тут, на стол, небрежно. С эффектом обледенения. Или коготь. Только не острый, а такой, ну, сломанный что ли. - Он ткнул грубым пальцем в рисунок, затем посмотрел на свою руку и быстро отдернул, спрятав за спину. - Атмосферно будет.

- О! - Сонечка оживилась, сменив страх на профессиональный интерес. - Правда? А как вы думаете, если здесь… - она начала быстро рисовать.

Фадеев стоял рядом, ссутулившись, стараясь не дышать громко и не задеть хрупкую фигурку. Он кивал, мычал что-то вроде «ну, можно» или «ага, норм». Ирэна, появившись в офисе, застала странную картину: буйный гений почтительно стоял у стола хрупкой Сонечки и тихо обсуждал нюансы драконьего когтя в качестве элемента декора сервировки. Марк наблюдал, открыв рот, Лиза тихонько посмеивалась. Похоже, одичалый художник нарвался на свою Сансу Старк.

- Михаил? - удивленно произнесла Ирэна.

Фадеев вздрогнул, обернулся. Ярость полыхнула в его глазах, но он покосился на Сонечку, смотревшую на него с робким ожиданием.

- А… это вы? - забурчал он. - Я, это, ну, по крыльям… чертежи Марку скинул. Шарниры поставлю. Но это костыли! Костыли! - Он начал заводиться, но уже без прежнего пыла, больше по привычке. - Ладно, мне в мастерскую.

И тут же сбежал, бросив на прощание Сонечке нечто вроде: «Когти сделаю, привезу, посмотрите».

Ирэна перевела дух. Неожиданный союзник в лице тихой стилистки оказался мощнее любых ее аргументов.

- Спасибо, Сонь - мысленно поблагодарила она. - Вот, оказывается, как надо приручать драконозавров».

***

Аленка, вместо того чтобы снимать процесс или клянчить у Стаса еду, сидела на табурете, уткнувшись подбородком в стол, и громко всхлипывала. Ее телефон лежал экраном вниз. Небывалый случай!

- Ма-а-ам! - хлюпнула дочь, едва Ирэна переступила порог. - Он полный идиот! Кретин! Ограниченный тупой дебил!

Ирэна сняла пальто, кинула сумку и подошла, машинально погладив дочь по взъерошенной голове.

- Кто дебил? Женя? Что случилось? Опять поспорили про игры?

- Хуже! – Аленка подняла заплаканное лицо. - Он сказал, что мой канал - это «позерство инфантильной дурочки»! Что я только и умею, что снимать мамины подвиги и собак! Что это не творчество! Что я не развиваюсь! - Она снова разрыдалась. - А у меня же рост подписчиков! И я сама монтирую! И сценарии пишу! Он просто завидует! Потому что у него канал про айтишную муть, а подписчиков в три раза меньше! Козел!

Ирэна с Аленкиного детского сада знала Евгения - умного, язвительного парня, Вечные споры были частью их общения. Но сейчас дочь была искренне расстроена.

- Ну, во-первых – начала она, беря дочь за руку, – «козел» - это сильно. Даже для Жени. Во-вторых, ты права, зависть - гадкое чувство. А что, если в грубой форме есть, капелька правды? Не про дурочку, конечно! Про развитие.

Аленка фыркнула, вытирая нос рукавом: - Какой еще правды? Я развиваюсь!

- Слушай, дракоша моя - Ирэна улыбнулась, глядя на дочь. - Твой канал называется «Тень инженерного замка». Ты снимаешь про маму-невротика, папу-кулинара, наших психов-коллег, кота-тирана и собак-диверсантов. И про Петербург. Это же чистый трагикомедийный сериал в реальном времени! Это уникально! Но может, стоит добавить еще одну тень? Свою собственную?

Аленка перестала всхлипывать, с любопытством взглянув на мать: - Как это?

- Ну, например, «Охота на Петербургские Тайны с Аленкой Креативчик». Или «Мифы и легенды питерских двориков». Или… «Как выжить подростку в семье неврастеников: инструкция от профессионала». Что-то, где ты будешь не просто оператором маминого безумия, а главной героиней и исследователем. Твоей личной темой. Женя, конечно, останется козлом. Но возможно, чуть менее упитанным козлом от осознания твоего величия.

Аленка задумалась. Слезы высохли. В глазах блеснул знакомый огонек – смесь азарта и дерзости.

- «Как выжить подростку в семье неврастеников…» – нараспев повторила она. - Это круто!

***

Каркас дракона уже напоминал скелет гигантской рептилии – легкий, но прочный сплав, изгибы позвоночника, основание мощных лап. Марк и Михаил колдовали над одним из крыльев. Шарнирный узел в основании был почти готов.

- Вот, смотри - Фадеев, старался говорить без обычного хамства, мысленно представляя Сонечкины испуганные глаза. – Складывается на тридцать градусов. Веса почти не добавилось. Но это предел! Для красоты.

- Для практичности, Миша - поправил Марк. – Главное, что работает. А теперь – дыхание!

Михаил подключил шланг к конструкции из баллонов, трубок и форсунок и нажал на кнопку. Раздалось шипение, и из пасти драконьего черепа вырвался густой, белоснежный и очень холодный пар. Он клубился, образуя причудливые фигуры и медленно рассеивался в воздухе.

- Холодный парогенератор – похвастался Фадеев. – Специальная жидкость. Безопасно. Не обжигает. Даже на руку можно подуть - он сунул руку в струю. - Видишь? Прохладно. Эффектно? Как настоящий ледяной огонь!

Марк кивнул, наблюдая за клубящимся паром.

- Эффектно. Теперь бы тело собрать… и научить летать этого зверя.

- Соберем! - буркнул Михаил, выключая генератор. - И полетит. Прямо над головой твоей начальницы. Главное, чтобы она не вздумала им управлять. У нее, кажется, талант все усложнять.

Марк хмыкнул. Спорить не стал. Прогресс был налицо. Дракон обретал не только форму, но и дыхание.

***

Стас Лещёв нервно поглядывал на свое отражение в окне банкетного зала. Не его территория. Его стихия - кухня, запахи, вкусы, а не переговоры. Но жена верила в него. И он нашел неожиданный ключ к решению - Тимура.

Менеджер «Лофта на Обводном» сидел напротив, потягивая эспрессо: - Итак, Станислав - начал Тимур, отставляя чашку. - Что вы можете нам предложить? Помимо эффектного меню для драконьего пира?

Стас сделал глубокий вдох. Вспомнил Ирэнин совет: «Они покупают идею. А идея – огонь».

- Мы предлагаем не просто кейтеринг, Тимур, - голос звучал увереннее, чем он ожидал. - Мы предлагаем партнерство. «Лофт на Обводном» уникальная площадка - историческая, атмосферная. Но ее потенциал для гастрономических событий раскрыт не полностью. «Пир на весь мир» - это же не только корпоративы. Это тематические ужины, фуд-фестивали, эксклюзивные дегустации. С нашим умением создавать атмосферу и вашей площадкой, мы можем сделать «Лофт» главной гастрономической сценой города. Не очередным банкетным залом, а местом, куда приходят за уникальным опытом. Как на спектакль, только спектакль вкуса. – Он показал несколько слайдов. - Дракон на юбилее - только начало. Представьте: «Венецианский карнавал вкусов», «Ночь азиатских улиц». Мы готовы быть вашим эксклюзивным партнером по креативному кейтерингу.

- «Место, куда приходят за уникальным опытом» – повторил Тимур. – Звучит заманчиво, Станислав. Давайте обсудим детали. И ваше меню для «драконьего пира». Особенно баран целиком на вертеле. Очень хочется понять, как вы планируете обойти пожарную сигнализацию.

Стас позволил себе расслабиться: - Самая что ни на есть реальность, Тимур. Готов завтра продемонстрировать у себя на производстве.

Мать Дракона. Глава 6

Ирэна уже минут пятнадцать стояла в дверях ангара студии «Артефакт» и не могла выдавить ни слова. Дышать было невозможно от запаха горелого пластика. Фадеев и еще какой-то незнакомый мужик, оба покрытые копотью, орали на друга матом и, похоже, не собирались останавливаться. Потихоньку, между шедеврами ненормативной лексики, начал проступать смысл - дракон сгорел. Что-о-о?!

- Миша! - ревел незнакомый мужик. Ирэна уже поняла, что его зовут Леонид. Он тряс в руках обугленным крылом мини-дракона размером с индюка.

- Что это?! Картон?! Где обещанный композит?! Эта хрень даже без огня разваливается от вибрации! Ты экономишь на воде, когда у нас горит дом?!

Фадеев, красный, покрытый потом, вопил в ответ:

- Лёнчик, не психуй! Партия композита задержалась! Надо было срочно тестить! Вот и протестил! Безопасность же! Холодный пар!

- Безопасность, да?! - Леонид ткнул пальцем в обугленную стену. - Холодный пар, говоришь?! А это что?! Самовозгорание электропроводки из-за перегрузки в дешевом блоке управления?! Да ты чуть мастерскую не спалил, кретин! А материал? Ладно весь каркас мини-дракона - в утиль! Это черт с ним. Но ты спалил весь материал на большого дракона, придурок. Где мы его теперь возьмем? На какие деньги? И сроки?!! Сроки, Миша! У нас не два месяца, а три недели до сборки основного каркаса!

Каждый вопль Леонида отзывался в Ирэне острым судорожным спазмом. Ее дракон, ее триумф, превращался в груду хлама и пепла из-за экономии Фадеева, и его высокомерной самонадеянности. Ногти больно впились в ладони. Граница нервного срыва была пройдена где-то между «хрень» и «чуть мастерскую не спалил». Она молча развернулась и вышла под ледяной питерский дождь. Домой! Просто лечь и не двигаться.

***

- Любимая, это ты? - крикнул муж, не отрываясь от помешивания в кастрюле. - Иди сюда, я придумал драконий глёг. Тебе понравится.

Услышав слово «драконий» Ирэна разрыдалась, сбросила на пол пальто и сапоги, с грохотом запулила сумку в угол прихожей и молча ушла в спальню.

- Что это было? – спросил Стас у кота. Тот промолчал в недоумении от такого нетипичного поведения их шумной хозяйки.

Стас приглушил огонь и пошел к жене. Она лежала лицом к стене, с натянутым до ушей пледом и пристально изучала едва заметную трещинку на обоях.

- Мам? - Аленка подкралась вслед за отцом, с камерой наготове, но увидев трагическую спину матери, спрятала гаджет. - Ты чего? Что случилось?

Ирэна глубже зарылась в плед. Стас сел край дивана, положил теплую ладонь на плечо жены.

- Ириска! Что случилось? Фадеев опять ляпнул что-то про «женскую логику»? Сейчас позвоню, объясню ему...

Она молча дернула плечом, сбрасывая его руку.

Стас переглянулся с Аленкой. Мама могла орать, ругаться, плакать, хохотать, но вот так... молча и лицом к стене - это было очень страшно.

- Ладно - Стас встал. - Ален, сделай маме чаю с медом. А я позвоню Марку.

Он ушел на кухню. Звонок Марку длился недолго. Голос, сначала спокойный, становился все тревожнее:

- Пожар? Так, так… Понял. Весь запас? Ай да Фадеев... Ага, спасибо, Марк. Держись там.

Стас положил трубку и потер переносицу. Опять этот самодур Фадеев! Он посмотрел на дверь в спальню. Надо звать подкрепление: - Лен, привет! Срочно нужен твой спецназ. Ирэнка... ну, в общем, лежит пластом. Фадеев и пожар. Да, реальный пожар. Можешь примчаться? И Лиду захвати, если сможешь. Ей нужны рациональные мозги. Да, спасибо!

***

На кухне полным ходом шла спасательная операция. Три подруги сидели вокруг бутылки добротного итальянского белого сухого. Ирэна куталась в Стасов свитер. Напротив неё - Элен, в своем фирменном стиле: многослойная юбка с миллионом непонятных шнурочков, боевое декольте и коллекция бижутерии, которой с лихвой бы хватило на небольшой восточный базар. Рядом Лидия - строгая, в идеальном сером костюме и собранными в тугой узел волосами.

- Итак, дамы и господа, мы наблюдаем здесь состояние ступора. Отягощенное приемом спиртных напитков - вынесла Лидия свой судейский вердикт, глядя на початую бутылку.

- Ну, и что у нас за протокол, гражданочка Шиманская? - продолжила судья, пригубив вино аккуратным глотком. - Излагайте факты. Без эмоций, как на допросе.

- Факты? - Ирэна горько усмехнулась. - Факт первый: Фадеев - гениальный кретин. Факт второй: он сэкономил на каркасе мини-дракона. Факт третий: дешевый блок управления не выдержал нагрузки при тесте «дыхания». Факт четвертый: искра, возгорание проводки, макет сгорел, а вместе с ним и весь фоамиран, который я с боем вытрясла из Баринова. Факт пятый: Леонид орет, Фадеев орёт, я молчу, потому что, если открою рот, начну и орать матом и плакать одновременно. Сроки горят. Каркас основного дракона под угрозой. Вот и все факты, ваша честь.

- Ах он пещерный сексист! Тупая бесчувственная скотина! - вскипела Элен, смахнув рукавом бокал со стола. - Я б ему эти крылья... куда-нибудь! В самое неудобное место! С пневмоприводом! И чтобы не складывались! Для красоты, как он и хотел! Идиот! Кретин! Его бы засудить за моральный ущерб и унижение женского достоинства! И сжечь на костре из его же дешевого картона!

Лидия подняла руку, останавливая поток эмоций.

- Элен, успокойся. Оскорбления ответчика не помогут восстановить картину происшествия. – Она повернулась к Ирэне. - Договор со студией «Артефакт» у тебя на руках? Есть ли пункт о качестве материалов и соблюдении техники безопасности? О сроках и неустойке за срыв?

- Есть - кивнула Ирэна. - Но Лид, это же Фадеев! Он или сделает гениально, или взорвет всё к чертям. Угрожать неустойкой - значит, заставить его намеренно сделать гадость. Он из тех, кто принципиально испортит работу, если его прижать. А нам нужен летающий дракон, а не судебная победа над грудой хлама.

- Рациональное зерно - признала Лидия. - Тогда тактика номер два: контроль. Ваш Марк должен стать его тенью. Каждый гвоздь, каждый провод - подпись Марка о соответствии. Этого Ленчика надо сделать вашим союзником. Он, судя по всему, за качество. Давите через него. Требуйте двойную проверку всех систем. Особенно электрики. И поставьте ультиматум: или Фадеев отдает техническую часть на откуп Леониду и Марку, или вы расторгаете договор и забираете эскизы. Рискованно, но другого выхода нет. Художник пусть рисует, а инженеры - строят.

- Браво, Лидусь! - Элен чокнулась с Лидией. - Гениально! Только Фадеев после такого ультиматума, наверное, реально взорвется.

- Пусть взрывается - пожала плечами Лидия. - Главное, чтобы не в мастерской. И не рядом с дорогостоящими материалами. А теперь - она налила Ирэне еще вина, – выпей. И перестань делать вид, что ты одна во всем виновата. Вина лежит на подрядчике. Ваша задача - исправлять, а не самобичеванием заниматься.

Дверь на кухню приоткрылась. Просунулась голова Аленки.

- Можно к вам, дамочки? У меня тут кризис жанра. Не хуже вашего.

- Входи, доченька - махнула рукой Ирэна. - Рассказывай. Что там у тебя?

Аленка плюхнулась на свободный стул и сцапала печенье.

- Хейтеры, мам! На полную катушку! Ролик про твой «день сурка» выстрелил, подписчиков - плюс тысяча! И тут как началось: «Бла-а-ат!», «Папик деньги вливает!», «Маменькина дочка на всем готовом!», «Настоящие блогеры пробиваются сами!». – Она скривилась. – Женька, гад, еще подливает масла в огонь в комментах. Говорит, типа, «объективности ноль, конечно, мама же заказчик». Я ж не виновата, что ты - крутая и у тебя крутые проекты! И что Стас - лучший повар!

Элен фыркнула: - Да ну их! Завидуют, сопляки! Твоя мама - талантище! И папа твой - само очарование! Пусть сами попробуют снять что-то интереснее котиков!

Лидия сухо улыбнулась: - Аленка, а ты им так и ответь. Прямо в эфире. Скажи: «Да, моя мама - крутой ивент-менеджер. Да, я снимаю ее проекты. Потому что они - огонь. Хотите снимать такое же? Идите учиться, работайте, а не завидуйте в комментариях. А мой папа - не «папик», а лучший повар в городе. Его еду вы никогда не попробуете, потому что вы - злые и невкусные». И добавь хештег #завидуйтемолча. Рационально и по делу.

Аленка засмеялась: - Лидия Петровна, вы гений! Обязательно скажу! Про «невкусных» - это сильно!

Из соседней комнаты, Стас прислушивался к разноголосому хору женщин: гнев Элен, холодную логику Лидии, истерику Аленки и усталый голос Ирэны, который понемногу оживал. Он почесал за ухом Уголька, восседавшего на его коленях с видом римского императора:

- Слыхал, Ваше Величество? У нас тут целая драма. Драконы горят, подруги возмущаются, дочь страдает от злобных троллей. А ты знаешь, что я думаю? - Уголек прикрыл глаза, снисходительно позволяя себя погладить. - Я думаю, что все эти драконы, хейтеры и даже Фадеев - фигня. Главное - чтобы они там, на кухне, знали: у них есть тыл. Теплый, с вкусной едой и - он нежно погладил царственную морду – с надежной кошачьей охраной. И мы их всех вытянем. Правда, Уголек?

Мать Дракона. Глава 7

Утреннее серое питерское небо никак не способствовало быстрому пробуждению. Ирэна лениво пила кофе и листала Новости в Яндексе - сводки о происшествиях, пробки, погода... О, а вот это интересно! «КРУПНЕЙШИЙ ВЛАДЕЛЕЦ НЕДВИЖИМОСТИ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ, КОМПАНИЯ «АЛЬЯНС», ОБЪЯВЛЕН БАНКРОТОМ. АКТИВЫ АРЕСТОВАНЫ!».

- Стас, посмотри-ка.

- Ого! Полгорода теперь будет в подвешенном состоянии. Арендаторы, магазины... Кто теперь всем этим рулит и почем - большой вопрос. Ты, дорогая, оторвись от экрана и завтракай давай.

Аленка, намазывая тост, флегматично добавила:

- Да уж, веселуха. Теперь в ТЦ «Альянс» можно будет снимать постапокалипсис без декораций. Мам, передай соль, пожалуйста.

- Ириска, я что с Фадеевым-то? Что ты решила?

- Да ничего особенного. Поеду сейчас в «Артефакт», намылю ему холку, как я умею. Вступлю в сговор с Леонидом. И заставлю искать фоамиран.

- Баринова просить не станешь?

- Еще чего - фыркнула Ирэна. - Вот пусть Фадеев побегает по магазинам, позакупает втридорога материал малыми партиями. Растрясет свой личный карман. Вдоволь нахавается ругани с поставщиками. А потом мы с ним еще раз обсудим, где женская дурь, а где мужская глупость.

- А если он откажется?

- А вот если он откажется, то офис агентства Ирэны Шиманской переедет в «Артефакт» всем составом. Вместе с нашими бесконечными звонками, моими воплями, ворчанием Марка, боевым кличем Лизы, шуточками Артура и глазами-блюдцами Сонечки на десерт. Как думаешь, Миша потянет?

- Я ставлю, что он выдержит один день в таком режиме.

- Не-е, Стас – хихикнула Аленка. – это ты выдержишь один день, а у Фадеева нет такой закалки. Я ставлю на пару часов.

- Я тоже думаю, что надолго его не хватит. Вот пусть на своей шкуре почувствует, почем драконы летают. - резюмировала Ирэна. - Стоп!!!

Ложечка со звоном упала на стол, не дотянув до чашки. Сахарные крупинки разлетелись по блестящей поверхности стола маленькими бриллиантиками.

- Лофт на Обводном! Чей он? Стас, скажи мне, что я ошибаюсь и он не принадлежит Альянсу! Тимур! – взвизгнула Ирэна, хватая телефон. - Надо звонить Тимуру!

Звонок... Гудки... гудки... еще гудки... Никто не берет. Еще раз - то же самое! В висках застучал набат.

- Лиза! - заорала Ирэна в трубку, набрав номер координатора. - Лиз, ты в курсе новостей про Альянс? Наш лофт! Тимур не берет трубку! Узнай что-нибудь! Срочно!!!

- Уже звоню - мгновенно среагировала Лиза. – Держись, Ирэн. Ща разберусь.

Минуты потянулись как часы. Ирэна металась по кухне, сжимая телефон. Завтрак был забыт. Аленка притихла, незаметно включив камеру на телефоне. Она навела объектив на мать, снятую крупно: бледное лицо, тени под глазами, нервное подергивание губ.

- Всем привет - торопливо зашептала она в камеру, стараясь, чтобы не услышали родители. - Это экстренный выпуск «Тени Инженерного замка». Только что грянула новость – обанкротилась компания «Альянс». А им, похоже, принадлежал тот самый лофт, где должен летать наш дракон. Мама сейчас... ну, вы видите. Менеджер зала пропал. Команда в панике. Я точно знаю, что мама найдет выход. Она всегда находит. Но прямо сейчас - Аленка показала камерой на Ирэну, которая безуспешно пыталась дозвониться Тимуру в пятый раз. – Я не представляю, как? Как можно жить в таком стрессе?!! Я бы уже сидела в углу и плакала от отчаянья.

- Ирэн... Тимур вышел на связь - наконец отзвонилась Лиза. - Лофт... закрывается. Навсегда! Новый владелец - какой-то офшорный фонд - заломил цену за аренду в три раза выше! Тимур сказал, что даже для их формата это нереально. Они съезжают через неделю. Площадка... наша площадка... - Лиза захлюпала носом. - Она умерла, Ир.

Ирэна опустилась на диван. В голове лихорадочно бились мысли: - Месяц, до семинара остался месяц! Найти зал с высотой потолков от восьми метров, вместимостью триста пятьдесят человек, в Питере, за месяц? Это было из области фантастики. Нереально!

- Так, Стас, звони Марку, Артуру, Соне, Лие. Общий сбор у нас, через час.

- У нас? У нас дома? Почему?

- Потому! К чертям летит не только семинар, но и твой кейтеринг. Ты теперь часть команды, часть корабля! Зови всех, кто может помочь мозговым штурмом. Макса - его сухой юридический мозг может пойти на пользу, Коля - он из любого дерьма выход найдет. Элен - у нее парадоксальный взгляд на жизнь. Авось сгодится. Все на борт!

***

Кухня напоминала штаб обороны осажденной крепости. Марк мрачно отмечал на карте все известные ему большие залы в городе. Лиза, стиснув зубы, обзванивала управляющих один за другим. После чего зал вычеркивали. Карта становилась все пустыннее и пустыннее. Артур пытался шутить про «похороны дракона», но шутки не цепляли. Соня тихо плакала в уголке над эскизами ледяных роз, которые теперь, казалось, никогда не увидят света. Лия пыталась ее утешить, но сама выглядела не лучше.

Стас привел подкрепление: усталый Макс сразу углубился в стопку бумаг с договорами. Николай, принялся рассуждать, что шторм в десять баллов его уже помотал и вынес на берег к бару «Трюм». Элен прискакала в облаке цветастого шелка и тут же кинулась к подруге.

- Ирка, ты как?

- Нормально!

- Да как это нормально?! - захлопотала Ленка, - Ты вчера пластом лежала. А сегодня с чего-нормально-то стало?!

- Понимаешь, Лен, вчера, да, с драконом было обидно! Но, по большому счету, что случится, если дракона не будет? Да, Баринов будет глумиться, а Блинов торжествовать. Да, мы потеряем эпичность и это мероприятие не станет легендарным. Но какую-то фишку на финал я все равно найду и это будет хорошо сделанная работа. А сейчас другое! Сейчас под угрозой срыва сам семинар. Ты представляешь, что будет, если по городу пройдет слух, что Шиманская сорвала мероприятие заказчика? Всё, агентство можно закрывать и начинать жизнь заново в другом городе, а лучше в другой стране.

- Ну, мам - встряла Аленка. - Ты ж не виновата, что Альянс обанкротился. Ты так и скажи Баринову, я тут не при чем, я ничего не могу сделать.

- Нет, дочь! Организаторы, которые «ничего не могут сделать» не имеют права на существование. Если я подписалась, значит мероприятие должно состоятся во что бы то не стало. А «не могу, не знаю, не умею» - это все отмазки для детского сада. Берешь на себя обязательства - так изволь их исполнять или… уходи с рынка. Для меня есть слова: трудно, долго и дорого, а слово "не могу" для меня просто не существует, понимаешь?

Дочь похлопала распахнутыми изумленными глазами, Ирэна из просто мамы только что превратилась для нее с супергероя. Она вышла в прихожую, будто бы поправить волосы, а на самом деле, прикрывая плечом телефон, прошептала в камеру: Слышали? И вот как выжить подростку в такой семье? Ныть и жаловаться даже как-то … неудобно! Приходится соответствовать.

- Итак - Ирэна поднялась с дивана. - Ситуация такая: до дня Х месяц. Нужен зал: триста пятьдесят мест, высота потолков минимум восемь метров - это для дракона, помните? Бюджет... будет какой угодно, лишь бы найти. Что имеем?

Марк приподнял планшет: - Все премиальные площадки заняты на полгода вперед. Все, что выше шести метров и свободно - или спортивные залы школ: туалеты на этаже, акустика адовая, или склады без отопления и элементарной инфраструктуры. Вариантов нет.

- Форс-мажор по договору с лофтом? - спросил Макс, не отрываясь от бумаг.

- Есть пункт - кивнула Ирэна. – Но он срабатывает, если площадка разрушена землетрясением или захвачена инопланетянами. Банкротство владельца и взлет аренды... Сомнительно. Судиться - значит, потратить последние силы и время. Нам не до судов.

Николай закурил. Ирэна покосилась на него неодобрительно, но махнула рукой: - Ладно, сегодня можно.

- Значит, ищем нестандарт - ангары, заброшенные заводы, цеха. Что угодно под крышей и с высотой. В черте города или на выезде - не важно. Логистику организуем.

- О! - Элен подпрыгнула на стуле. - Я знаю одно местечко! Заброшенный цех стекольного завода, на набережной Невы! Огромные окна, вид - сказка! И потолки! Лиза, помнишь, мы там снимали тот безумный клип для рок-группы? Там же под десять метров!

Лиза наморщила лоб, припоминая:

- Да... Помню. Вид и правда крутой. Но, Элен, там же теперь эти... реконструкторы обосновались! «Дружина Дмитрия Донского» или что-то вроде этого. Они там все завалили щитами и макетами катапульт. И народ там серьезный. С настоящими мечами. Смотрят на современных «неверных» как на мусор.

- Вот именно! - засияла Элен. - Атмосферно же! Вестерос - это же почти та же самая история, только с драконами! Они могут стать живым антуражем! Или... или мы их... ну, договоримся!

- Договоримся? - фыркнул Марк. - Они там живут, Элен! По своим законам. Аренду не платят, просто захватили давным-давно. Это их крепость. Им плевать на наши драконы и корпоративы. Они рыцари или викинги. Короче, недвижимостью не торгуют.

Ирэнин телефон заиграл раздражающую мамину мелодию. Она машинально отвергла вызов. Звонок повторился. И еще раз. Она сжала зубы и взяла трубку: - Мам, я на работе, очень важное...

- Ирина! - перебил ее голос матери, звонкий и полный праведного гнева. - Ты опять в своих дурацких проектах? Я же видела новости! Все разваливается! Ну что, поняла теперь? Пора уже бросить эту беготню, как сумасшедшая! Найди нормальную работу! Спокойную! В офисе! Замуж вышла - так живи как все нормальные люди! Детьми займись, домом! А то носишься с этими... драконами! Смех, да и только! Брось ты это все, пока не поздно! Живи как все!

Ирэна слушала, глядя в окно на небо Питера. «Живи как все». Что это значит? Сидеть в душном офисе? Считать чужие деньги? Готовить борщи и бояться каждого звонка начальника? Как это – «как все»? Она не понимала. Ее мир - это адреналин, творческий хаос, полет драконов, вкус победы, горький чай поражений и команда, которая сейчас здесь, ломает голову, как спасти их общее безумие. Как можно это бросить?

- Мам - тихо сказала Ирэна, и в ее голосе не было ни злости, ни обиды, лишь легкое недоумение. - У нас с тобой очень разные «все». У меня другая жизнь. Извини, очень занята. Перезвоню позже. - Она положила трубку, не дожидаясь ответа и сфокусировалась на Элен - Цех у реконструкторов? Адрес, Лен. Сейчас же. Лиза, Марк - со мной. Николай, ты тоже, ты с такими... специфичными людьми умеешь говорить. Стас, держи тут оборону и мозговой штурм. Макс, копай договора лофта - вдруг найдется лазейка. Артур, Соня, Лия - продумывайте, как можно адаптировать наш драконий пир под ангар или цех. И при этом сохранить пафос.

Она вскочила, схватила сумку. Адреналин перебил отчаяние. Впереди был враг. Не абстрактный кризис, а реальные люди со щитами и мечами. И с ними можно было договориться. Или... победить.

- Ален - обернулась Ирэна к дочери, которая все это время снимала. - Ты с нами? Это точно будет эпично.

Аленка, не выключая камеры, завизжала от восторга. Страх куда-то испарился. Мама снова была в своей стихии. А значит, и она - тоже.

- Конечно, мам! Поехали побеждать!

Мать Дракона. Глава 8

Машина Ирэны, набитая до отказа, тяжело пыхтела, подбираясь к останкам стекольного завода. Заброшенный цех, он же потенциальная «Королевская Гавань -2», маячил впереди как призрак индустриального прошлого.

- Подъездные пути? - Ирэна высунулась из окна, критически осматривая дорогу. - Ничего страшного. Асфальт есть и даже вполне приличный. Не центр, конечно, но и не жопа мира. Главное - вид! - Она окинула взглядом открывающуюся за поворотом панораму Невы. Солнце, пробившееся сквозь питерскую хмарь, играло на воде. - Вот ради этого можно потерпеть. Представьте: гости выходят из автобусов - а перед ширь, вода, закат... И стена замка на фоне реки! Эпичнее некуда.

- Эпичнее - мрачно отозвался Марк, - может быть только вид на площадку. Я вангую, сейчас мы офигеем.

Он оказался прав. Когда машина свернула к воротам завода, восторг испарился. Вместо него возникло чувство, будто они случайно заехали на съемки криминального сериала типа «Бандитский Петербург. Наши дни». Старый бетонный забор, покрытый слоями кричаще безвкусных граффити - преобладали сомнительные анатомические наброски и глубокомысленные шедевры вроде «Зенит чемпион» и «Цой жив». Венчала эту красоту колючая проволока в три ряда. Над воротами болталась самодельная табличка из обожженной доски с надписью: «Воеводство Серебряный Яръ. Штатским вход воспрещён. Посторонних бъють».

- Сомнительная какая-то «Игра Престолов»? - Николай поправил свою любимую кепку, подозрительно смахивающую на бескозырку. - Больше похоже на «Игру в зону строгого режима».

- Лиза - взмолилась Ирэна, - в твоей разведшколе учили, что делать в таких случаях?

- Оценить угрозу и... - Лиза не успела договорить. Из калитки, встроенной в ворота, вышел часовой. Но не обычный, а в полном облачении: кольчуга, блестящий на пошарпанном индустриальном фоне шлем с бармицей, здоровенный меч на поясе. Он упер левую руку в бок, правую простер в сторону гостей и гулко изрек: - Стой! Кто идёт? Чия буде? Укладу воеводского не ведаете? Штатские? Не пущу!

- Здравствуйте - начала Ирэна, включая режим обаяния на двести процентов. - Мы к Воеводе вашему, по делу важному. Аренда...

- Аренда?! - часовой крякнул, будто услышал неприличное слово. - Земля воеводская! Не торгуется! Пошто вам? Ярмарку устроить? Иль кощуны творить? Не пущу! Укладу не ведаете!

- Уклад, говоришь? - Лиза, до этого терпеливо слушавшая, сделала шаг вперед. В ее глазах заплясали черти. - А ну-ка, покажи мне этот твой уклад, дружинник!

- Ась? - часовой опешил и начал изумленно обводить глазами гостей.

Это было его тактической ошибкой - Лиза рванула с поразительной скоростью, несколько отточенных движений и здоровенный меч оказался в ее руках. Часовой ахнул, схватившись за пустые ножны. Девушка легко перекинула клинок из руки в руку: - Уклад такой - четко произнесла она, нанося мечом несколько молниеносных ударов по воздуху рядом с ошалевшим стражем, не задев его - Видишь? Штатская или как? Пустишь теперь? Или продолжим... меряться уставами? Ты подумай! Точно надо?

Николай порывисто шагнул вперед: - О, драка? Давай я помогу, Лиз! Медведя голыми руками вязать умею, а тут щенок в жести!

- Не надо, Коля! - Марк ухватил бравого моряка за куртку. Тут и одной Лизы хватит. Нам же потом с ними договариваться. Без трупов желательно.

Часовой, побледневший под бармицей, беспомощно оглянулся на калитку, потом на Лизу с мечом, потом на Николая, которого Марк с трудом удерживал. Он махнул рукой:

–Ла-адно! Идите! Только меч отдай! Воеводу гневить не хочу! А ты не штатская. Чародейка, што ль?

Лиза, с легкой усмешкой, точным движением бросила меч обратно в ножны: – Инструмент коммуникации. Иногда эффективнее слов. Пошли, команда.

Территория «Воеводства» оказалась странным гибридом заброшенного завода, средневекового поселения и стихийной свалки. Среди ржавых конструкций и битого кирпича ютились деревянные срубы, шатры, кузница. Откуда-то тянуло вкусным запахом свежевыпеченного хлеба. Повсюду сновали люди в холщовых рубахах, поножах, кожаных куртках. Они останавливались и смотрели на незваных гостей с откровенным любопытством и легким подозрением. Перешептывались.

- Сектанты, что ли? - шепнул Николай, озираясь на суровые лица с окладистыми бородами. - Или просто... с катушек съехали?

- Реконструкторы, Коль – вздохнула Ирэна. – Серьезные. Им нравится так жить.

Их привели к самому большому срубу, увенчанному самодельным флагом с каким-то зверем. У крыльца встретил мужчина лет пятидесяти, в добротной кожаной куртке, с секирой на поясе: - Я староста тутошний. Чия буде? Пошто пришли? - вопросил он без предисловий, окидывая их цепким взглядом. Говорил он с тем же архаичным акцентом, но чувствовалось, что это сознательный стиль, а не недостаток образования.

- Мир вам - начала Ирэна, стараясь подстроиться. - Мы к Воеводе Дмитрию Донскому. Дело важное. Позовите, будьте милостивы.

Староста долго смотрел на них, потом кивнул и скрылся в срубе. Через пару минут он вышел: - Войдите. Воевода вас выслушает.

Внутри сруб оказался просторным и уютным. Пахло деревом, дымком и кожей. За грубым дубовым столом сидел... нет, не былинный богатырь - маленький, лысый, круглый, как колобок, человечек в простой льняной рубахе. Но глаза... Глаза были цепкими и умными.

- Садитесь - сказал он негромко, но властно обычным, питерским языком, без «чи» и «буде». - Слышал, у ворот шум стоял. Мечом махали. Негоже. Говорите, чего надо. Кратко.

Ирэна, отбросив попытки говорить «под старину», честно и страстно изложила ситуацию. Про лофт, про Альянс, про дракона, про честь перед заказчиком и командой, про невозможность подвести всех. Говорила о том, что это не просто работа, а дело жизни. Дмитрий внимательно слушал. Когда она закончила, он долго молчал, постукивая короткими пальцами по столу.

- Дракон... - произнес он наконец. - Диковина. А честь... честь - дело важное. - Он взглянул на Старосту, стоявшего у двери, тот едва заметно кивнул. - Землю мою, воеводскую, под кощуны твои да под пиры - отдавать не гоже. - Ирэна почувствовала, как сердце уходит в пятки. - Но - Воевода поднял палец, - ежели честь твоя на кону и ежели дракон твой летать будет не кощуны ради, а чести для, то ладно.

Ирэна замерла.

- Ладно? - переспросила она осторожно.

- Ладно?! - хором повторила команда у нее за спиной

- С условием - четко сказал Дмитрий Донской. Его голос снова обрел властные нотки. - Первое: люди мои в деле будут. Постановочные бои, лучный турнир - наши. Не балаган, а по уставу! Второе: спецэффекты ваши - огонь, дым - наши люди контролируют. Знаем толк. Третье: что почините, что улучшите - наше остается. Электрику, свет, туалеты теплые – все мне остается после вашего пира. Четвертое: за беспокойство - плата. Но не деньгами, а продуктами: мясо, мука, крупы. На всю дружину. Договоримся?

Лиза уже вовсю вколачивала маникюр в кнопки калькулятора на телефоне, шепча Марку:

- Ремонт инфраструктуры плюс еда для его орды... Сравниваем с арендой лофта или любой другой адекватной площадки. - Она подняла глаза и удовлетворенно кивнула. - Дешевле. Намного.

Ирэна посмотрела в умные глаза Воеводы. Человек жил в своем мире, по своим правилам, но понял самое главное – про честь.

- Договорились, Воевода Дмитрий! - Она протянула руку через стол.

Большая, сильная рука Воеводы крепко сжала ее.

- На том и порешили. Староста! Проводи гостей, покажи все углы. И чтоб мечи больше не отнимали у часовых! Бесчинство!

На обратном пути в машине царило приподнятое, слегка истеричное настроение. Аленка монтировала отснятое на лету, приговаривая: «Охренеть, как круто! Вот это сюжет! Воевода Донской - топ-менеджер года!». Николай хохотал, вспоминая лицо часового. Марк бубнил про необходимость усиления электропроводки в цеху. Лиза сияла от победы и предвкушения организации «боев по уставу». Ирэна смотрела в окно на вечерний Питер, чувствуя облегчение. Есть площадка. Есть союзник, хоть и экстравагантный, но вызывающий доверие. Дракон будет летать!

Эйфорию разбил звонок Стаса: - Ир? Ты где? У нас... сюрприз.

- Что случилось?

- Мама твоя прилетела. Багаж в прихожей. Поговорить хочет. Насчет твоего тона по телефону. Выглядит, как туча перед бурей.

Ирэна остановилась у подъезда, глядя на освещенные окна своей квартиры. После дня, полного древнерусских витязей, кольчуг и воевод, появление Галины Матвеевны казалось каким-то сюрреалистичным финалом. Она вздохнула. Королевская Гавань была спасена. Теперь предстояла битва куда более сложная и непредсказуемая.

- Идем - ответила она в трубку. - Готовь оборону. И разведи маму с Угольком в разные углы ринга. Они друг друга терпеть не могут.

Мать Дракона. Глава 9

Ирэна с Аленкой поднялись в квартиру, уговаривая друг друга не вестись на бабушкины провокации.

Галина Матвеевна уже стояла, подбоченясь, в прихожей, готовая к бою.

– Ирина! Станислав! Что за бардак? Опять эти звериные миски на полу! И запах... Стас, ты опять что-то экзотическое жарил? Деньги на ветер! А дочь? Синие волосы! Вечно в телефоне! Что вы за родители, как вам можно доверить ребенка?! И ты! – Она ткнула пальцем в Ирэну, – Ходишь, вся в своих бумажках! Толстая, совсем распустилась! Хотя... Стоп. – Галина Матвеевна окинула дочь оценивающим взглядом. – Ты... похудела? Что, диетой наконец занялась? О чудо!

Аленка громко закатила глаза.

– О да, Ба! Мамин вес, это, конечно, главный индикатор вселенской катастрофы и личного краха. Дракон сгорел? Площадка закрылась? Фигня! Главное – мама сбросила пару кило!

Ирэна вздохнула. Волна привычного раздражения накатила, но тут же схлынула, оставив лишь пустоту. После дня с Воеводством, мечами и угрозой полного провала, материнские уколы казались назойливым, но неопасным фоновым шумом.

– Говори, что хочешь, мам, – равнодушно бросила она, аккуратно обошла Галину Матвеевну и ушла на кухню. – У меня дел по горло. Стас, ты представляешь, этот Дмитрий Донской! Он настоящий, в смысле, честный такой, с убеждениями. А Лиза! Она часового обезоружила за секунду! Мечом! И мы договорились! Цех наш! Только надо там порядок навести, капитально.

Они с Аленкой наперебой начали рассказывать Стасу про заброшенный завод, про воеводу, похожего на колобка с глазами сканера, про устав дружины и Лизу, превратившуюся в боевую чародейку. Стас слушал, посмеиваясь.

Галина Матвеевна осталась стоять в прихожей. Ее критический запал гас на глазах, сменяясь растерянностью и обидой. Когда пауза в рассказе затянулась, она вдруг проговорила:

– Альберт Егорович... Он болеет и слабеет с каждым днем. Он сдался. Врачи разводят руками. А я одна. Совсем одна. И ты... – она посмотрела на Ирэну, – ты даже слушать не хочешь. Как будто я пустое место. Как будто тебе все равно.

Повисла пауза густая и неловкая. Даже Аленка притихла, уловив необычную ноту в голосе бабушки. Ирэна медленно поставила чашку. Стас перевел взгляд с жены на тещу.

– Бабушка, –четко произнесла Аленка, – а ты не хочешь попробовать не кричать на маму, а понять? Вот прямо пожить ее жизнью пару дней? Увидеть, чем она занимается, почему эти драконы и цеха для нее важнее твоих упреков? Может, тогда и она тебя услышит? Если хочешь понимания – начни с себя.

Галина Матвеевна уставилась на внучку, будто та предложила ей прыгнуть с парашютом. Потом ее взгляд медленно переместился на Ирэну.

– Что, серьезно? Ты позволишь? – робко спросила она.

- Это что-то новенькое! - Ирэна нахмурилась. Идея Аленки казалась абсурдной, опасной и странно заманчивой. Посмотреть, как мать, привыкшая к хрустальным вазам и идеальному порядку, будет себя чувствовать в промзоне среди реконструкторов? Это либо прорыв, либо новая катастрофа.

– Сомневаюсь, что тебе понравится, – осторожно сказала она. – Там грязь, хаос, непредсказуемые люди.

– Я не из хрусталя! – вдруг резко парировала Галина Матвеевна, выпрямляясь. – У меня было послевоенное детство! Ты думаешь, я грязи испугаюсь? Ладно! Показывай свою «важную» жизнь!

Стас, молча наблюдавший за этой удивительной метаморфозой, воспользовался паузой:

– Кстати, об «важном». Я нашел потенциального инвестора. Для «Пира на весь мир».

Ирэна и Аленка уставились на него.

– Да ладно! И ты молчишь!!! Кто? – воскликнула Ирэна.

Стас широко улыбнулся.

– Ты не поверишь, это Пархамович. Столкнулся с ним в бизнес-центре, где я ЭЦП для ИП оформлял.

– Пархамович?! – Ирэна ахнула. – Наш Вениамин Бориславович?!

– Он самый. Разговорились. Я рассказал про «Пир», про концепцию, про то, что первый блин – юбилей Арт-Маркета. Он заинтересовался. Говорит, чувствует во мне «родственную душу». Согласен вложиться, но... – Стас подвесил драматическую паузу, – только после мероприятия. Хочет лично присутствовать на банкете. Увидеть, как мы работаем в полевых условиях. Цитирую: «В императорских владениях приведений кормить – одно, а в разрухе заводской пир устраивать – совсем иной уровень адреналина. Хочу оценить вашу стойкость и креатив под огнем».

Ирэна схватилась за блокнот, быстро набрасывая задачи:

- Так, это через Баринова. Надо согласовать присутствие Пархамовича. На банкете он будет как гость Стаса, это не принято. Но вдруг! И клининг! Срочно найти клининг для Воеводства. Там – она содрогнулась, вспомнив масштабы разрухи, – там нужны не уборщики, а саперная команда с бульдозерами.

– Клининг? – Галина Матвеевна отреагировала на знакомое и понятное слово. – Это уборка? Наконец-то что-то разумное! Возьми меня с собой завтра в этот ваш цех. Посмотрю, что там за катастрофа. Может, совет дам. Я в наведении порядка собаку съела!

Ирэна и Стас переглянулись. Бабушка, рвущаяся в эпицентр хаоса? Да это будет поэпичнее, чем полет дракона.

30 ДНЕЙ ДО СЕМИНАРА.ПОШЕЛ ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ

Утром Ирэна, взяв в охапку Уголька, пытавшегося улечься на клавиатуру ноутбука, набрала номер Баринова.

– Василий Петрович, доброе утро. Докладываю обстановку. Пожар в студии локализован, но материал уничтожен. Художник ищет замену за свой счет. Лофт окончательно потерян. Но найдена альтернатива. Очень нестандартная. Заброшенный цех стекольного завода. С высотой – все в порядке. Арендодатель – клуб исторической реконструкции «Воеводство». Мы с ними вчера провели переговоры. Условия специфичные, но выполнимые. Главное – площадка есть.

– Цех? Реконструкторы? – Баринов закашлялся. – Ирэнка, ты меня в гроб вгонишь! Но – он вздохнул, – учитывая обстоятельства, и цех с витязями – вариант. Но помни: если что-то пойдет не так, финансовые последствия – полностью на тебе и твоем агентстве. Рисковали – отвечайте!

– Вася, да все я понимаю! – с Бариновым Ирэна была знакома сто лет, и иногда, когда никто не слышал, они позволяли себе панибратство. - Крах Альянса никто не мог просчитать, ни ты, ни я. Работаем с тем, что есть. Глава реконструкторов мне понравился. Толковый дядька. Я думаю, что они еще и украсят мероприятие. У них костюмы, оружие, реквизит, воинский устав – все настоящее. С внутренним подтверждением. Еще момент: на банкет просится Вениамин Бориславович Пархамович. Как потенциальный инвестор кейтерингового проекта Стаса. Нужно твое согласие на его присутствие. Это моя личная просьба.

– Пархамович? – Баринов засмеялся. – Ну а что, коллекционер чудес – здесь прямо к месту! Да и предприниматель он не последний, даже из первых, я бы сказал. Это может и нам пойти на пользу. Пусть присутствует. Только предупреди, чтобы привидений своих на банкет не тащил. Одного дракона хватит с лихвой. Держись, Ирэнка! И удачи с цехом.

Ирэна откинулась в кресле. Еще один рубеж взят. Теперь – цех.

***

Часовой на этот раз лишь угрюмо кивнул, узнав Лизу, поджидавшую их неподалеку.

Староста, со смурым лицом, повел компанию по территории. Галина Матвеевна бледнела с каждым шагом, ее критический взгляд сканировал груды ржавого металла во дворе, разбитые окна, грязные лужи, полуразрушенные перегородки, обшарпанные стены цеха, покрытые слоем пыли и непонятных наслоений десятилетий заброшенности. В огромном пространстве царил хаос и запустение.

– И это вы называете площадкой? – наконец взвилась она, когда они вошли в основное помещение будущей Королевской Гавани. – Это же помойка! Свалка! Кошмар! – Она ткнула изящным каблучком в груду битого кирпича. – И вы хотите здесь банкет устраивать?! Для важных людей?! Да вас в психушку упекут!

Ирэна задумалась, пытаясь оценить масштаб предстоящего клининга, мысленно прикидывала астрономические суммы.

Стой, куда! - Лизе среагировала, вытащив начальницу из-под покачнувшейся балки.

– Тут не уборка нужна, а капитальный ремонт, – мрачно констатировал Стас, осматривая место для будущей кухни. – И туалет. Одина избушка на все «Воеводство», и та с дырками в полу. Весело!

- Ты говори да не заговаривайся. – буркнул Староста, - есть у меня порядок. По укладу все. Не понимаете вы!

Галина Матвеевна оторвалась от созерцания очередного безобразия и резво повернулась к Старосте.

– Чего мы не понимаем, молодой человек?! – ее голос приобрел знакомые грозовые нотки. – Это что такое?! О каком порядке говорите? О укладе воеводском? Да вы бардак развели, как последние свиньи! Как так можно?! Это же ваш дом! Ваша крепость! Как вы в таком хламе живете? Совесть есть у вас?!

Староста опешил. В таком тоне с ним даже Воевода не разговаривал, а тут какая-то баба! За его спиной подтянулись несколько бородатых мужиков в холщовых рубахах, наблюдая за разъяренной «штатской» барыней с любопытством и опаской.

– Бабоньки! –звонко выкрикнула Галина Матвеевна, заметив нескольких женщин, робко выглядывающих из-за угла соседнего сруба. – Бабоньки, идите сюда! Мужики ваши развели тут …! А вы-то куда смотрите? Мужики, они понятно, свиньи испокон веков, а вы -то что?

- Дык, тут же Староста работы назначает. – высунулась из толпы самая смелая в белом платке.

- Вот он и наназначал! Да вы что? Кто ж мужикам порядок доверяет?! Хотят они мечами махать, пусть машут – весь мир им в помощь. А чистота в доме – дело бабье!

Женщины, сначала смущенные, стали потихоньку поддакивать. Галина Матвеевна, размахивая руками, начала выдавать указания:

– Так, посчитайтесь, сколько вас? Раз, два... Пятьдесят?! Так это ж целая рота! По порядку рассчитайсь! Первые пять - вам метлы и совки! Следующие - вам тряпки и ведра! Воду нагреть! Щетки жесткие найти! А ты, – она ткнула пальцем в Старосту, – организуй мужиков! Грузы тяжелые таскать, мусор выносить! Оконные проемы заколоченные – открывать! Свет починить! И чтоб через час представил мне план работ! Все понятно?!

В этот момент в цех ввалилась высоченная фигура в прожженном комбинезоне, с охапкой каких-то труб под мышкой.

– Дмитрий! Где ты, колобок?! – заревела фигура. – Я с чертежами! И с материалом! Дорогущим, между прочим! Теперь ты мне ангар свой предоставь для сборки! И чтоб никто не мешал! Особенно твои эти копьеметатели!

Из-за спин подошедших дружинников явился Воевода Дмитрий. Он невозмутимо подошел к Фадееву, едва доставая ему до груди.

– Здрав будь, Михаил! – спокойно начал он. – Орать не надо. Ангар – под дракона, договорились. Но твои люди – по уставу. Без самоволия. И за материалами смотрю. Каждый гвоздь – на учет. Без твоих фокусов с проводкой.

– Учет?! – взвыл Фадеев. – Митька! Я художник! Я творить должен! А не бумажки заполнять! Ты что, мне не доверяешь?

– После пожара? – Дмитрий поднял бровь. – Как в осажденной крепости доверяют перебежчику. Работай под контролем. Или ищи другой ангар.

– Контроль?! Да я тебя... – Фадеев замахнулся трубой, но тут в пространство между двумя мужчинами вписалась Галина Матвеевна.

– Так-так! – сказала она ледяным тоном. – Художник? Я так понимаю, тот самый, что сжег, по собственной халатности, материалы на большую сумму? Накосячил, так сиди поджавши хвост, а не веди себя как хулиган малолетний! И ты! – ткнула она пальцем в Дмитрия. – Воевода? А порядком в своей вотчине управлять не можешь! Слушайте сюда оба! Первое: учет материалов – свято! Каждый лист, каждый болт – записывается, подписывается получателем! Второе: доступ в ангар – только по списку, утвержденному Ирэной и этим вот, завхозом – она кивнула на Старосту. – Третье: техника безопасности – прежде всего! Проверка проводки ежедневная! Четвертое: если что-то сгорит, сломается или пропадет – материальная и, не дай Бог, уголовная ответственность – на вас, горе-художник! Понятно? Или повторить помедленнее?

Михаил Фадеев смотрел на Галину Матвеевну, словно на внезапно материализовавшуюся фурию. Даже Дмитрий Донской слегка отступил под напором. В цехе воцарилась тишина. Аленка, снимавшая всю сцену, чуть не прыгала от восторга. Бабушка, уничтожавшая маму годами, наконец-то направила свою разрушительную энергию во благо! И это было гениально.

– Понятно?!! – повторила Галина Матвеевна, не моргнув глазом.

– Ну... – пробурчал Фадеев.

– Так точно, – кивнул Дмитрий, пряча усмешку.

– Отлично, – резюмировала Галина Матвеевна. Она сдёрнула со стремянки большой холщовый фартук и повязала его поверх своего безупречного костюма. – А теперь – за работу! Уборка начинается! И чтоб к вечеру здесь пахло не мышами, а чистотой! Марш!

Ирэна наблюдала, как ее неукротимая мать, берет в руки метлу и с видом полководца ведет за собой отряд женщин «Воеводства» на штурм вековой грязи. Впервые за долгие годы в ее душе шевельнулось нечто, напоминающее... уважение? Или просто дикий, неконтролируемый восторг перед этой силой. Она поймала взгляд Аленки. Дочь подмигнула ей в объектив. Драконы горели, площадки закрывались, битва за Королевскую Гавань и за понимание только начиналась.Но с таким "генералом клининга" шансы на успех существенно увеличились.

Мать Дракона. Глава 10

Утро в Воеводстве началось не с пения петухов и звона мечей, а со звонкой, раздражающей дроби. Галина Матвеевна, облаченная в остромодный спортивный костюм цвета «бургунди» и оливковые резиновые сапоги, стояла на огромном, полом внутри, пне, который приватизировала в качестве трибуны. Ручкой новенькой метлы она гулко выстукивала пионерский марш своего детства: Бей барабанщик, бей барабанщик, бей барабанщик в старый барабан.

– Народ воеводский! – ее хорошо поставленный голос, способный перекрывать оркестр в оперном театре, гремел на весь двор. – Просыпайся! Хаос вокруг – как после татарского нашествия! Порядок должен быть! Подходы к будущим туалетам завалены ржавым железом! Убрать! Сию минуту!

Староста, оказавшийся Алексеем Николаевичем, поковырял в ухе, глядя на Галину Матвеевну как на погодную аномалию.

– Галина Матвеевна, давай потише, что ли. Воевода еще почивает. А это не железо – это исторический антураж. Находка археологическая! – попытался он свернуть диалог в сторону "уклада".

– Археологический мусор! – отрезала Галина Матвеевна

- Вот, старая Дракониха, - пробурчал Староста себе в усы, - житья от тебя не стало.

– Я все слышу! В туалет ходить – тоже историческая потребность! Или вы тут по кустам, как печенеги? Антураж! Я вам покажу антураж! – Она ловко вымела из-под крыльца груду пустых банок от тушенки. – Это что?! Убрать, вымыть, отсортировать! Ты, богатырь! – метла уткнулась в грудь бородача в кольчуге, пытавшегося незаметно смыться. – Ведра бери! Швабру! Вода в Неве – не иссякла! Марш! Алексей Николаевич, батюшка, а кто вчера кричал, что полжизни прорабом проработал? Вот тебе и мастерок в руки.

Староста вздохнул. Уж как он не хотел возвращаться на стройку. Надоела она ему. Ан нет, видно придется, а то эта… дама, тут все разнесет, без хозяйского-то пригляда. Он снял шлем, потер лысину.

– Ладно. Первый отряд, несите исторический антураж в угол №3. Сварочный – туда, подальше от "тронной" зоны. Сантехнику везем через час. Ты, Виктор, – кивнул он бородачу, – бери ребят, разбирай завал у южной стены. Под душевые фундамент готовить будем. По уму. – Он уже говорил другим тоном – четким, деловым, без "чи" и "буде". Галина Матвеевна удовлетворенно хмыкнула.

– Вот и славненько! А теперь – всем тряпки! Стены мыть! Пыль – это не аутентичность, это антисанитария! Ирина! – Она заметила дочь, осторожно прячущуюся подальше от эпицентра уборки. – Твой дракон где? Пусть тоже не пылится! А то опять спалит чего!

Ирэна, наблюдая за перепалкой матери и Старосты, едва сдерживала смех. Бедный Алексей Николаевич, с кем он связался?! Мать командовала армией витязей с метлой наперевес. И ее слушались. Еще бы, столько лет на руководящей работе. Среди реконструкторов нашлись сварщики, плотники и сантехники и с энтузиазмом взялись за дело. Завод напоминал разворошенный муравейник, но хаос был продуктивным.

Воевода Дмитрий, разбуженный невиданным шумом, вышел из сруба. Он наблюдал за происходящим с выражением глубокого когнитивного диссонанса на круглом лице. Его идеальный мир исторической достоверности трещал по швам под напором тряпок, ведер и грохота отбойного молотка.

– Дмитрий Игоревич, – подошла Ирэна, ловко увернувшись от парня, несшего рулон утеплителя. – Видите, как преображается ваша крепость? Теплые туалеты, душ, свет... Это же не кощунство, а забота о людях. И – она сделала паузу, – я подумала, у вас же куча мастеров на все руки. Я видела, что творят ваши люди. Давайте не побоимся и займемся изготовлением сувениров. А что, если сделать первую партию к нашему семинару? А?! Гости Арт-Маркета – это ж владельцы магазинов товаров для творчества и рукоделия. Кто как не они нас поймут? Их оценка будет самой объективной. Ну, решайтесь!

Воевода почесал щеку. Глаза его потеряли привычную строгость, в них загорелся предпринимательский огонек.

– Гм... Кожаные браслеты с вязью? Фибулы реплики? Деревянные игрушки-коники? – задумчиво пробормотал он. – А почему бы и нет... Тока... чтоб не китайщина! По старинным лекалам! Сидор! – крикнул он худому парню, ковавшему что-то у горна. – Брось ты мечи на час! Идея! Сувениры делать будем! Настоящие! Гостям на пробу!

Сидор удивленно поднял голову, но кивнул: Быть послуху, воевода!

***

В агентстве царил другой вид хаоса – бумажный. Лиза, похожая на осьминога, говорила одновременно в три трубки:

- Да, Василий Петрович, каталоги будут завтра! Нет, профессор Свиридов, время выступления менять нельзя! Артур, если ты опоздаешь на репетицию, я лично приколочу тебя, вместе с микрофоном к полу, гвоздями!

Соня спорила с принтером, который упорно жевал листы с меню "Драконьего пира".

Марка не было видно – он пропадал в драконьем ангаре.

***

А в драконьей берлоге, тем временем, пахло отчаянием. На полу лежало крыло. Вернее сказать, жалкий остов с поникшей фоамирановой "шкурой". Михаил Фадеев сидел на корточках рядом, тыча мультиметром в паутину проводов. Леонид, мрачнее тучи, курил у открытых ворот.

– Косяк в ПО, Миша! – голос Марка хрипел от недосыпа. Он пялился в ноутбук, где мигали строки кода. – Сенсор ориентации глючит. Думал, аппаратная часть, ан нет... Софт. Твой гениальный программист, который "все сам", похоже, накосячил в алгоритме коррекции крена. Дракон решил, что летит вверх тормашками, и рванул в стену.

– Не может быть! – взвизгнул Фадеев. – Сашка – умница! Он меня нейросети для драконьего взгляда обучал!

– Искусственный интеллект ему в бубен! – рявкнул Леонид. – Банальный код не проверил! Из-за него мы теперь с крылом как... ну, ты понял. Сроки! Марк, ты спал хоть?

Марк промычал что-то невнятное, уткнувшись в экран. Его лицо было серым, глаза красными. Ирэна, приехавшая проверить ход ремонта в Воеводстве и заглянувшая в ангар, замерла в дверях. Михаил, заметив ее, тут же насупился.

– Чего приперлась? Работу контролировать? Или опять про "женскую логику" втолковывать будешь? – буркнул он, но без прежней злобы. Больше по инерции.

– Приперлась посмотреть, как мои гении изобретают велосипед с квадратными колесами, – парировала Ирэна, подходя к дракону. Она тронула пальцем порез на фоамиране. – Яша, ну как же так?!

– Яша? – Фадеев фыркнул. – Ты ему имя дала? Совсем сбрендила баба.

– А ты что думал? Он же член семьи! Самый младший и проблемный, – Ирэна погладила драконью голову. – Где тут генератор холодного пара? Ага. – Она схватила пульт. – Марк, включай основное питание. Без крыла, так без крыла. Проверим "дыхание". А то вдруг и тут косяк.

Фадеев хотел было возмутиться, но увидел решимость в ее глазах. Махнул рукой Марку: "Врубай!" Ирэна нажала кнопку. Из пасти дракона с шипением вырвался густой белый пар, заклубился под потолком ангара, оседая инеем на балках. Работало. Ирэна кивнула.

– Видишь? Голова цела. Значит, живой. А крыло пришьем. Как мама говорит: "Не ныть, а мыть!". В вашем случае – паять. Марк, Бога ради, иди поспи пару часов!!! Леонид, найдите мне этого Сашку-программиста. Живо. Пусть объяснит, как его нейросети довели дракона до суицида. Миша – она повернулась к художнику, – не гони волну. Справимся. Ты же гений, помнишь?

Михаил что-то буркнул, но углы губ дрогнули. Не улыбка, но почти. Галина Матвеевна, заглянувшая в ангар в поисках "безответственного Фадеева, который мусорит", услышала последнюю фразу.

– Гений? – фыркнула она, окидывая Михаила фирменным взглядом. – С виду как слесарь ЖЭКа после тяжелой смены. А дракон твой – она подошла к Яше, потрогала неповрежденную чешую. – красивый, ничего не скажешь. Жаль, калека. Ну, чего ревете? Раненому солдату нужен госпиталь, а не нытье! Миша! Ты клей-то какой для этой пенки используешь? Не отвалится? А то опять весь ангар в хлам!

Михаил открыл рот, чтобы огрызнуться, но Галина Матвеевна уже достала блокнот и ручку.

- Диктуй название! Я в "Леруа" закажу, у меня скидка!

Фадеев беспомощно посмотрел на Ирэну, но та откровенно смеялась

– Сдавайся, Миша. Твоя харизма против ее практицизма – ноль шансов. Диктуй.

***

Ночь опустилась на Воеводство. Гул отбойных молотков и жужжание шлифмашинок стихли. Реконструкторы спали в своих срубах и шатрах. Даже неугомонная Галина Матвеевна, утомленная генеральством, мирно отбыла с Алексеем Николаевичем на объект "теплый туалет №1". Ирэна осталась одна. Она не могла уехать. Невидимая нить тянула ее к ангару с Яшей

Она вошла тихо. В слабом свете аварийных ламп Яша казался огромным раненым зверем. Марк, проигравший борьбу со сном, храпел, уткнувшись щекой в клавиатуру. Леонид курил на улице. Фадеева не было – умчался вышибать мозги неведомому Сашке - программисту.

Ирэна подошла к дракону. Положила ладонь на холодный каркас возле поврежденного крыла. Глаза Яши, днем обычные диоды, в полумраке казались живыми и печальными.

– Ну что, Яков – прошептала она, и имя прозвучало странно естественно. – Яша, Яшенька. День сегодня был... огонь. В прямом и переносном. Мама тут командует, как Жуков под Берлином. Староста Алексей – вообще открытие. Дмитрий Игоревич сувениры мастерить собрался. Мир сходит с ума. А ты – она осторожно провела пальцем по шву на фоамиране, – взял и ткнулся носом в стену. Как я вчера в дверной косяк, когда мама с порога набросилась. Глупо, больно, обидно.

Она присела на ящик с инструментами, не отрывая руку от дракона.

– Знаешь, Яша, они все думают, что я – этакая железная леди. Рыжая бестия, которая горы свернет. А на самом деле – голос ее дрогнул. – я часто чувствую себя именно так. Большая, с грозным видом. А внутри – трещина. Как твое крыло. Страх, что не потяну. Что подведу всех: Василия Петровича, Стаса, команду, тебя. Мама всю жизнь мне это внушала - что я неповоротливая недотепа. И этот голос... он иногда просыпается. Особенно ночью. Или когда что-то идет не так. Как сейчас.

Ирэна помолчала, сглотнув ком в горле. По щеке скатилась предательская капля. Она быстро смахнула ее.

– Но знаешь, что? Я научилась вставать. Стервозная улыбка, рыжие кудри – мои доспехи. Иду, даже с трещиной, даже когда крыло болит. Потому что за спиной – мои: Стас с его дурацким юмором и котлетами, Аленка с ее камерой и дерзостью, Лиза с метательными ножами... то есть, с организацией, Марк с его ворчанием и гениальными руками. Даже Фадеев со своим скверным характером. И ты... Ты теперь тоже мой. Мой большой, неуклюжий, проблемный младший сынок. – Она встала, подошла к драконьей морде, посмотрела в немигающие глаза-диоды. – Так что слушай сюда, Яков. Мы оба поднимемся. Ты – в небо над Воеводством. Я лично вскарабкаюсь, со всем своим весом, по лесам, по колоннам, чтобы встретить тебя там, наверху. Понял? Никаких "не могу". Только "встал и пошел". Договорились?

Тишина ангара была ей ответом. Но Ирэне почудилось, что холодный каркас под ее ладонью стал чуть теплее. Или это просто ее рука согрела металл. Неважно. Она выпрямилась, стряхнула с лица следы усталости и влаги.

– Ладно, сынок. Спи. Завтра тебя чинить будут. А мне – домой. Там еще один черненький сын - Уголек, наверняка мстит за мое отсутствие на новом кардигане. Я уже не говорю о собаках.

Она вышла, оставив раненого дракона дожидаться рассвета и ремонта. За ее спиной, в темноте ангара, на мгновение мигнул диод на пульте управления.

Мать Дракона. Глава 11

21 ДЕНЬ ДО СЕМИНАРА

Вдохновленный неожиданной деловой хваткой тещи, Стас тоже решился перейти в наступление. Если Галина Матвеевна смогла организовать армию витязей с метлами, то он уж свою-то команду соберет.

– Все, хватит с меня кухонного партизанства, – объявил он за ужином, отодвигая тарелку с недоеденной пастой. – «Пир на весь мир» будет не проектом, а компанией. С цехом, штатом и нормальным оборудованием. Не на Авито, ай... ладно, сначала на Авито, но потом – новое!

Ирэна и Алена переглянулись. У Стаса появилось то самое упрямое выражение лица, которое возникало, когда он осваивал новый язык или изобретал соус из ничего.

– Ура! Папа-директор! – заверещала Аленка, наводя на него телефон. – Всем привет, с вами эксклюзив! Станислав Лещов объявляет о старте гастрономической империи! Первый указ – закупить посудомойку промышленную!

– Очень смешно, – фыркнула Ирэна, – И кто же в твоей империи главные визири?

– Виктор-химик, Мария - фламбе и... – Стас сделал драматическую паузу, – Геннадий Семенович.

– Семеныч? Опять, сначала, снова! Он же сказал, что твой безе похож на пенопласт? – Ирэна скептически выгнула бровь.

– Нет, он сказал, что структурно устойчивый! – возразил Стас. – Да, он строгий. Зато если он подпишет своим именем наше меню, ни один кулинарный критик не пикнет. Витька с Машей – молодые, голодные, с безумными идеями. Геннадий Семенович – качество и классика. Идеальный баланс.

***

– Ну ты и привел нас в романтическое место, Шеф, – мотнула хвостом длинных темных волос Маша, окидывая взглядом заляпанные непонятными пятнами стены. – Здесь последний раз, наверное, расчленяли кого-то, а не готовили. Проще напалмом выжечь, чем отмыть.

Старое кулинарное производство, которое Стас с Геннадием Семёновичем с боем выпросили у ректора Университета, и правда, было больше похоже на гараж после зомби-апокалипсиса.

– Экономия, Мань! – Витька, хихикая, уже тыкал в стены влагомером. – Интересно, какие микроорганизмы тут водятся?! Оба на, а никого и нет! Это нам свезло. И проводка, в теории, должна держать две печи. Теорию проверю, когда включу.

Геннадий Семенович молча прошелся по помещению, провел пальцем по подоконнику, посмотрел на толстый слой пыли на пальце и тяжело вздохнул.

– Лещов. Я всегда подозревал, что вы придумаете что-то эдакое. Но не настолько же. «Авгиевы конюшни» – это комплимент для данного помещения.

– Геннадий Семенович, но потенциал! – Стас распахнул руки, словно показывая владения. – Высота потолков позволяет вытяжку поставить любую! И вот тут – холодильные камеры, тут – зона подготовки, тут...

– ...зона тотального санитарного безумия, – закончила Маша, сдирая скребком с пола что-то черное и липкое. – Ладно, Шеф. Если ты уверен... Виктор, прекрати измерять радиационный фон и тащи мой «Керхер». Начинаем операцию «Зачистка».

Стас тем временем отправился на финальные переговоры с Пархамовичем.

Вениамин Бориславович, принял его в бассейне своего особняка.

– Станислав! Любезный! – эксцентричный олигарх плыл брассом к бортику. – Принес мне свои цифры? Люблю цифры! Они не врут, в отличие от привидений. Один мой призрак, француженка XVIII века, все время врет про содержание калорий в круассанах. Очень раздражает!

Стас, стараясь не глазеть на плавающую в дальнем конце бассейна мраморную статую, разложил на шезлонге распечатки. Аренда, закупка оборудования, фонд зарплаты, себестоимость порции «драконьих крыльев», прогноз окупаемости.

Пархамович, облачившись в халат с монограммой, уткнулся в бумаги. Он бормотал, водил пальцем по строчкам, что-то прикидывал в уме.

– Гм... Зарплата поварам... Мало платите! Талант нельзя дешево покупать, он обижается и уходит к конкурентам. Увеличьте на двадцать процентов. Холодильники... Берите не новые, а б/у из ресторанов, которые разорились. Дешевле. Я дам контакты. – Он отложил последний лист и посмотрел на Стаса поверх очков. – Ладно. Подпишусь я на твою авантюру. Деньги перечислю завтра. Но! – он поднял палец. – Первый бой – Ирэнкин корпоратив. Я буду там лично. Если все пройдет на уровне – сделаем большой совместный проект. Мой отель «Северная Венеция» как раз ищет нового кейтерингового партнера. Смотри, не обос…. Не подведи, в смысле!

Стас твердо кивнул: «Не подведем, Вениамин Бориславович». Он вышел от олигарха, пытаясь скрыть дрожь в коленках и чувствуя себя не поваром, а капитаном, которому доверили настоящий корабль.

***

В ангаре «Артефакта» царила атмосфера, больше похожая на старт космического шаттла, чем на ремонт, пусть и очень масштабного, но все же декоративного дракона.

– Система безопасности активирована! Датчики давления, температуры, задымления – онлайн! – выкрикивал Леонид, не отрываясь от монитора. – Михаил, ты там чего замер?

– Молчи! – прошипел Фадеев, завороженно глядя на подключенные к дракону баллоны. – Сейчас главное... Марк, пульт готов?

– Готов, – голос Марка был спокоен, волнение выдавали только чуть подрагивающие пальцы. – Дистанционное отключение на случай... ну, всего.

– Пошли. На полную.

Михаил рванул рычаг. Раздалось глухое шипение, и из пасти Яши хлынула целая лавина ослепительно-белого, густого пара. Он не просто вырывался – он клубился, бурлил, наполнив пространство ангара до самого потолка за считанные секунды. Видимость упала до нуля. Воздух стал леденящим, игольчатая изморозь тут же покрыла все поверхности – станки, провода, волосы и ресницы зрителей. Ангар превратился в сердце ледяной пещеры, в самое логово зимнего дракона.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь мощным шипением генератора.

– Ох...ренеть! – воскликнула Лиза, стоявшая ближе всех.

Ирэна почувствовала, как по спине бегут мурашки. Это было не спецэффектом - это было чудом. Страшным, величественным и безумно красивым.

– Выключай! – скомандовал Леонид. – Датчики в норме, но щас мы тут все в сосульки превратимся!

Пар медленно рассеялся, открывая заиндевевшее царство. Все молчали, ослепленные и впечатленные. Первым пришел в себя Марк.

– Работает, – констатировал он, и в его голосе впервые за много дней прозвучало удовлетворение. – Теперь бы крыло...

Дверь ангара распахнулась, впуская солнечный свет и Лию. Флористка вбежала внутрь, с огромной коробкой в руках.

– Ирэна! Смотри! Получилось! – она, не обращая внимания на холод и технику, вытащила из коробки вазу. В ней стояла композиция из черных, почти бархатных роз, с припорошенными инеем лепестками. Листья эвкалипта сияли холодным серебром, а острые черные ветви, похожие на миниатюрные когти, завершали образ. – Мрачная красота Вестероса! Прямо как заказывали!

Все перевели взгляд с ледяного дракона на ледяные цветы. Сочетание было ошеломляющим. Михаил, оттаивая, пробормотал: – Красиво... Жутковато, но красиво. Барышня, вы тоже, как и я, с приветом?!

Лия смущенно улыбнулась.

***

На фоне всеобщего хаоса и творчества отъезд Галины Матвеевны прошел на удивление буднично. Альберт Егорович прислал ультиматум в виде десяти возмущенных СМС и она засобиралась.

– Ну, я поехала, – сказала она, стоя на пороге квартиры и глядя куда-то мимо дочери. – У вас тут... кипиш. У нас – тоже. – Она замолчала, перебирая ручкой сумки. – Смотри там ... – еще пауза. – ... Держись, что ли. – И, резко развернувшись, она засеменила к лифту, не оглядываясь.

Ирэна так и осталась стоять в дверях, пытаясь осмыслить этот странный, корявый и совершенно неожиданный прощальный аккорд. Ни упреков, ни критики. Просто «держись». Она закрыла дверь, чувствуя легкую пустоту. Словно привычный фоновый шум вдруг выключили.

Вечером того же дня Стас распечатал финальный вариант договора между ИП Лещов и ООО «Арт-Маркет». Он взял ручку, тяжелую, солидную, купленную специально для этого момента.

– Ну что, шеф, – сказал он сам себе вслух в тишине пустой кухни. – Начали.

Перо скользнуло по бумаге, оставив размашистую, уверенную подпись: «Индивидуальный предприниматель Лещов С.Л.». Он откинулся на спинку стула, разглядывая свою фамилию. Было и страшно, и невероятно гордо. Он поймал себя на мысли, что ему не хватает сейчас только одного – чтобы Ирэна была рядом и увидела это. Он сфотографировал подпись и отправил ей.

Ответ пришел почти мгновенно: Красиво! Срочно нужна твоя подпись под заявкой на 350 порций «драконьей печени» (это стейки, если что). Твой инвестор будет на банкете. Люблю тебя!

Стас рассмеялся. Его мир сходил с ума, рушился и строился заново, драконы дышали льдом, а мать жены превратилась в полевого командира клининга. Но некоторые вещи оставались неизменными. И это было главной опорой.

Мать Дракона. Глава 12

19 ДНЕЙ ДО СЕМИНАРА

Телефон блямкнул в самый неподходящий момент — Аленка только что слезла с лесов и, перепачканная сажей, в полном восторге, монтировала очередной эпизод «Рождения Дракона». В кадре Марк и Фадеев, похожие на инопланетных хирургов, проводили кибернетическую операцию по вживлению металлического сухожилия в основание крыла Яши.

«Здравствуйте, Алена! Вас беспокоит студия «КреативЛаб». Нас заинтересовал ваш контент — уникальный, живой. Вы работаете искренне, без фальши. Нам это понравилось. Хотим предложить эксклюзив: серию коротких (1-2 мин) вертикальных роликов о технической стороне создания дракона. Фокус на деталях, «магии» инженерии, процессах, которые обычно остаются за кадром. Гонорар за 5 роликов — 50 000 руб. Предоплата 50%. Заинтересованы?»

Пятьдесят тысяч?! Первая, настоящая, как у больших, сумма! Ее творчество, ее глаз, ее умение ловить суть хаоса — кто-то посчитал, что это интересно настоящим, живым людям и готов заплатить.

- Я крутая! – завизжала Аленка и закружилась по комнате. Затем схватила телефон и ответила «ДА» так решительно, что сломала ноготь о экран. За чувством собственной значимости затерялись все правильные вопросы. «Заказчик, мой собственный», — с упоением выдохнула она, и слово показалось ей слаще любой конфеты.

Ее следующий ролик был шедевром цифрового вуайеризма. Макросъемка капельки силиконового клея, выступающая из под чешуи. Гипнотизирующий танец сварочной дуги. Идеально подобранный трек. Загадочная подпись: «Тайны, которые никогда не должен был увидеть свет. Часть 1».

Ролик завирусился. Набирал сто тысяч просмотров в час. Комментарии: «ЭТО ЧТО ЗА БОГИ ТАМ ТВОРЯТ???», «Вывожу теорию заговора: драконы реальны и это доказательство», «Креативчик, ты лучшая!». Заказчик рассыпался в комплиментах: «Идеально. Хайп огонь. Ждем продолжения».

Она парила где-то под потолком ангара, не чувствуя под ногами земли. В мечтах девочка уже заработала свой первый миллион и трудилась над созданием медиа-империи.

***

В «Артефакте» эйфорию не разделили. Леонид первым наткнулся на ролик.

— Михаил! — прорычал он — Иди сюда! Немедленно!

Фадеев, с покрасневшими от бессонницы глазами, заглянул в экран. Сначала его взгляд был безразличным, но, посмотрев минуту, он впился в экран. Посмотрел ролик до конца, затем еще раз и еще. Лицо, обычно выражавшее либо злобу, либо презрение, стало абсолютно пустым. Потом налилось густой, багровой кровью.

— Это что? Это... мой... блок управления? Крупным планом? Со схемой подключения на заднем фоне? ЭТО ЧТО, БЛ***?!!!

Его рев услышали на другом конце цеха. Ирэна, проверявшая смету на светодиоды, вздрогнула и обернулась. Михаил уже мчался к ней, сметая все на своем пути, с трясущимся в руке планшетом.

— Шиманская!!! Твоя зараза-дочь!!! — он замахал гаджетом перед ее лицом, едва не заехав ей по носу. — Она что творит?! Она выложила в сеть коммерческую тайну! Ноу-хау! Все наши наработки! Да я ее... Да я ее засуну в пасть этому дракону и запущу «холодный огонь»! Немедленно убери это! Убери! Иначе я сворачиваю проект! Сию секунду! Я не дам себя грабить!

Ирэна, отступила на шаг, нацепив покер фейс, дрожащими руками взяла планшет. Посмотрела. Яркие кадры, восторженные комментарии... и в уголке, на доске, — четко висящая схема, над которой они бились две недели.

— Михаил, успокойся. Я разберусь.

— УСПОКОИТЬСЯ?! Да мне уже пять человек отзвонилось! Конкуренты! С вопросами! «Миш, а это что за чип такой? А почему такая спайка?»! Я художник, а не публичная девка! Я не для того корячился, чтобы какая-то сопливая блогерша все это выставляла на общее обозрение!

В этот момент в ангар, счастливая и сияющая, впорхнула Аленка.

— Мам, ты видела?! Я в трендах! Мой ролик...

— Алена. Немедленно удали этот ролик. И все остальные, где виден процесс сборки. Все!

— Что? Но... мам! Это же... Это мой успех! Мне за это платят!

— Платят? — тихо переспросила Ирэна. — Тебе заплатили за то, чтобы ты украла и выставила на продажу чужой труд? Чужие идеи? Ты понимаешь, что похоронила весь проект? Михаил имеет полное право нас всех засудить. Кто твой заказчик?

Аленка побледнела. Восторг испарился, обнажив холодную, неприглядную реальность. «Заказчик» из «КреативЛаба» внезапно обернулся не пропуском в сказочный Эльдорадо, а сомнительной личностью с просторов интернета.

— Я... я не подумала... — прошептала она.

— Вот именно, — холодно резюмировала Ирэна. — Не подумала. Иди и исправляй. Марк, помоги ей, найди все материалы, подлежащие удалению. Михаил, — она повернулась к художнику, — успокойся. Уберем! Конкуренты пусть завидуют молча. Твое ноу-хау — в твоей голове, и один ролик его не украдет. Но... — она сделала паузу, давая словам нужный вес, — если ты сейчас сорвешься и бросишь все, они точно поймут, что попали в цель. Ты что, отдашь им эту победу?

Фадеев задышал чуть спокойнее. Его злость и обида искали выход. Он плюнул на пол под ноги Аленки.

— Чтоб больше этого не было. Ни-ког-да. Иначе — война.

Он развернулся и ушел вглубь ангара, к своему дракону, оставив пристыженную и виновато сопящую Аленку в одиночестве.

***

Бывший кондитерский цех все больше становится похожим на пищевое производство.

Маша, чихая и кашляя от хлорки, мужественно сражалась с признаками употребления на купленных на Авито столах из нержавейки. В результате ее усилий столы, как по волшебству, начинали сиять. Витька, что-то мурлыча себе под нос, возился с пароконвектоматом. Семеныч руководил очисткой вентиляции. Стас с гордостью обошел свои владения. Нежно погладил ровно гудящий гигантский холодильник, купленный по наводке Пархамовича. Все было готово к старту гастрономической революции.

Революция, как выяснилось, начиналась с бутербродов.

— Заказ подтвердили, — сообщила Маша, скептически разглядывая наряд. — Офис «Сириус-Холдинг». Кофе-брейк на 50 человек на завтра. Канапе, сэндвичи, мини-десерты. Стандартный набор.

Стас взглянул на свой бизнес-план, где жирно значилось: «Эксклюзивные тематические мероприятия. Высокая кухня. „Пир на весь мир“». Потом на заказ. Канапе. Он почувствовал себя скульптором, которого попросили слепить снеговика.

— Ладно, — вздохнул он. — Берем. Будем делать самые лучшие в мире канапе.

Через неделю стало ясно, что «Пир на весь мир» держится на трех китах: бизнес ланчах, салате оливье и сетами канапе. Деньги Пархамовича таяли на глазах, а заказы были скучными, мелкими и бесконечными. Мечты о баранах на вертеле и венецианских карнавалах вкуса забивались под прессом счетов за электричество и аренду.

За вечерним чаем, Стас с тоской просматривал Машино письмо с новыми заявками — корпоратив нефтяной компании (требуют оливье и шубу), день рождения тещи депутата (канапе и шампанское), поминки (опять оливье, много).

— Ириска, я, кажется, ошибся, — признался он, закрывая почту. — Я думал, мы будем творить чудеса. А мы... накрываем на поминках. Это не то. Это совсем не то.

Ирэна посмотрела на него, и в ее глазах заплясали знакомые чертики. Она расхохоталась. Не зло, а светло и счастливо.

— Дорогой мой наивный чукотский мальчик — начала она, пододвигая к нему вазочку с печеньем. — А как ты хотел? Ты думал, тебя с порога осенит гениальная идея, и все побегут заказывать у тебя авторские эксклюзивы? У меня в агентстве что-то интересное и эпичное случается четыре-пять раз в год. А все остальное время — добро пожаловать в реальную жизнь. Проходные, мелкие, однотипные заказы. Которые, тем не менее, надо делать лучше всех. Идеальные канапе. Самое нежное оливье. Самое хрустящее тесто. Именно на этом и строится репутация. Над твоими «скучными» оливье кто-то расплачется от умиления и потом приведет к тебе на тот самый «драконий пир». Это и есть твой «весь мир» — не сплошной праздник, а ежедневный, качественный труд.

Стас слушал, и камень на душе понемногу превращался в песок, а потом и вовсе развеялся. Она была права, как всегда. Эх, а когда он наблюдал за деятельностью жены со стороны, казалось, что все так задорно и весело. Ну, ладно, раз уж Ирэна говорит, что все так, как и должно быть. Он, со вздохом потянулся за папкой с поминками.

- Кстати, дорогой мой муж, сколько твоему Пиру?

- Да месяц уже, а что?

- А то! Твоя компания существует всего месяц, у тебя пока нет ни сайта, не соц.сетей, а заказы есть! Вот интересно, откуда они берутся? Не гневи Бога, есть работа, вот и радуйся!

— Ладно, ладно! - Стас смеясь встал в оборонительную стойку, прикрываясь от своей рыжей фурии. - Сделаем им самое лучшее в мире оливье. Но с трюфельным маслом. Пусть запомнят!

***

На территории «Воеводства» наконец-то пахло деревом, краской и свежим воздухом, врывающимся в распахнутые ворота ангара. Генеральное сражение с грязью было выиграно под беспощадным руководством Галины Матвеевны.

Теперь настало время Марка и Лизы.

— Итак, — Марк скрестил руки на груди, окидывая взглядом голые кирпичные стены и бетонный пол огромного пространства. — «Королевская Гавань». Без бюджета на пафосные декорации.

— Значит, делаем ставку на атмосферу, — отозвалась Лиза. Она была в комбинезоне, испачканном краской и алой майке невероятно ядовитого цвета увешанной шнурами и лоскутами неясного назначения. Подарок Элен. Марк старательно отводил взгляд от этого боевого наряда. — Свет. Тени. Локальные акценты.

Они работали молча, почти без слов, понимая друг друга с полувзгляда. Марк, с присущей ему технической педантичностью, выстраивал схему освещения: холодные лучи, которые должны были выхватывать из темноты колонны, создавая ощущение гигантского храма. Лиза, с молотком в руках и пистолетом для гвоздей, собирала из грубых досок и остатков металлоконструкций абстрактные арки, напоминающие то ли руины, то ли скелеты исполинских зверей.

— Держи, — она подтолкнула к нему брус, и их пальцы на секунду соприкоснулись. Марк отдернул руку, будто обжегшись. Лиза улыбнулась про себя.

— Сюда, — голос неожиданно подвел и стал предательски хриплым. Марк смутился и ткнул пальцем в центр потолка. — Здесь подвесим центральную люстру. Я уже все сделал, из обломков мечей.

Они поднялись на леса. Высота была приличной. Лиза, не моргнув глазом, прошлась по узкой балке, как по паркету и остановилась точно над центром зала. Схватила конец шнура, крутанулась, пристегнув себя к деревянной перекладине. Пританцовывая на узкой балке, она воткнула сверло дрели в свод потолка и начала намечать место крепления. Марк, инстинктивно схватившись за леса, завороженно смотрел на нее. Солнечный луч, пробившийся сквозь запыленное стекло крыши, осветил ее развевающийся алеющий платок и блестящие заклепки комбинезона. Она выглядела как безумный инопланетный ангел, явившийся для ремонта собора.

— Нормально? — крикнула она, заметив его взгляд.

— Ужасно, — буркнул он, отворачиваясь, но продолжая смотреть на нее украдкой. — Криво крутишь. Дай я.

Осторожно, приставным шагом, он подошел к ней. Пространство было тесным. Им пришлось прижаться друг другу, передавая инструменты, их дыхание смешивалось в холодном воздухе. Он ловил запах ее духов — что-то сладкое и дерзкое, совершенно не подходящее к обстановке, — и это сводило его с ума.

— Вот, — он, наконец, закрепил массивную конструкцию из старых мечей и копий, найденных на свалке Воеводства. Марк щелкнул выключателем.

Свет сотни лампочек, вплетенных в металл, осветил ангар. Он отразился в тысячах металлических граней, разлетелся по стенам мерцающими зайчиками, превратил грубую конструкцию в сказочный, невесомый кристалл, парящий под потолком.

— Твою мать, — охнула Лиза, глядя на это великолепие. — Марк, это ... потрясающе.

Он смотрел не на люстру, а на ее лицо, освещенное отраженным светом. На ее широко раскрытые, восторженные глаза.

— Ну... сойдет, — пробормотал он, с трудом отводя взгляд. — Теперь надо спускаться. Осторожно, тут шатко.

— Я не боюсь, — сказала Лиза и, прежде чем он понял, что происходит, легонько толкнула его в плечо.

Марк ахнул, инстинктивно ухватившись за нее. Они покачнулись, на мгновение образовав нелепую, сцепленную фигуру на высоте восьми метров над землей.

— Сумасшедшая! — просипел он, чувствуя, как бешено колотится его сердце.

— Зато не скучная, — она рассмеялась, высвободилась из его объятий, щелкнула карабином на конце шнура и легко, как кошка, прыгнула на прочную балку. — Давай за мной. Работа ждет.

Она стала спускаться вниз, а он еще секунду стоял, прижавшись лбом к холодной металлической стойке, пытаясь отдышаться и вернуть себе привычную мрачную маску. Не получалось. Где-то глубоко внутри, в самой защищенной его части, что-то треснуло и осветилось тем самым мерцающим светом, который он только что создал.

Мать Дракона. Глава 13

17 ДНЕЙ ДО СЕМИНАРА

Ирэна давно поняла, что человек взрослеет не тогда, когда впервые платит налоги или учится отличать приличное вино, а тогда, когда понимает: техника безопасности — это не формальность, а десять заповедей с горы Синай.

Особенно если под потолком у тебя висит пятиметровый дракон весом в добрых двести килограмм.

Строго говоря, пока ещё не вполне дракон — скорее большая, очень упрямая конструкция из металла, тросов, проводов и будущих чудес. Крылья были обтянуты лишь наполовину, кожа лежала складками, хвост выглядел уныло, как предательская мысль о том, что всё могло быть гораздо проще, если бы Ирэна когда‑то послушалась маму и пошла работать бухгалтером.

— Он перекошен, — сказал Марк тоном судьи, зачитывающим смертный приговор.

— Он художественно асимметричен, — парировал Михаил, — Это динамика. Напряжение формы. Современное прочтение мифа.

— Это не миф, это центр тяжести уехал влево.

— Марк, не драматизируй.

— Я не драматизирую. Я предупреждаю тебя и Вселенную.

Лиза наблюдала за их перепалкой скрестив руки, и выглядела так, будто последние десять минут удерживала в себе желание ударить обоих чем‑нибудь тяжёлым, но военная выдержка пока побеждала.

— Господа гении, — сказала она, с подозрительной сдержанностью. — Если вы сейчас же не договоритесь, я лично вас обоих повешу на этом же тросе. Для баланса. Не фигурально, буквально. Кто-то сомневается? Хочет убедиться?

Спорщики замолчали, попятились и дружно замотали головами.

— Он очень красивый…- Соня, зашедшая на склад за рулоном ткани, замерла с поднятой головой.

— Он подозрительный, — пробурчал Марк.

— Он будущая легенда, — пискнул Фадеев и тут же спрятался за колонну от Лизиного взгляда.

Ирэна стояла у стены, делая вид, что внимательно изучает древнюю трещину в кладке. Она чувствовала, как внутри все завязалось узлом и свело судорогой и боялась взглянуть в сторону дракона.

Пальцами она вцепилась в край куртки так, будто это были поводья.

Хотя никаких поводьев не было.

Был трос. Была лебёдка. И был Леонид, мучительно долго настраивающий пульт управления.

— Как, говорите, его зовут? — спросил Ленчик, в сотый раз проверяя пульт.

— Яша, — хором сказали Марк, Михаил, Лиза и сама Ирэна.

И почему‑то всем сразу стало чуть спокойнее.

— Ну что, Яков… — пробормотал техник. — Попробуем полетать? Готовы?

Изнывавшая от нетерпения последние полчаса команда, вдруг поняла, что никто не готов.

Щёлкнуло реле.

Дракон дёрнулся.

Скрипнули тросы.

Одно крыло пошло вверх уверенно, второе запоздало и обиженно обвисло.

— Стоп! — одновременно заорали Марк и Михаил.

Яша завис в полуметре от земли.

— Он… держится… — выдохнула Лиза.

Больше всего конструкция была сейчас похожа не на дракона, а на доисторического страуса на одной ноге. Дракон висел в воздухе весь перекошенный. Но … он висел, он держался.

Ирэна вдруг поняла, что у неё трясутся руки и текут слезы.

Она мысленно взмолилась: Только не падай, мой маленький. Пожалуйста.

***

До Элен Ирэна дозвонилась только ближе к вечеру – та три раза сбрасывала.

— Ну давай уже, — пробормотала она и нажала вызов в четвертый раз.

— Алоуу — голос Ленки тянулся теплой карамелью — Что ты мне названиваешь, убогая? Тебя побили? И тебе срочно нужен врач и хороший адвокат?

— Мне нужна ты, — Ирэна с трудом подавила смех, с Ленкой невозможно разговаривать серьезно — В смысле… художник. И друг. И вообще…

— Так, стоп. Как интэрээсноо… Ладно, так и быть, через два часа в кофейне.

- Только через два?

- Ага, у меня тут романтик.

В кофейню Элен заявилась в ярко‑красном пальто, с растрёпанными волосами и таким выражением лица, что становилось завидно.

— Ну, выкладывай, — сказала она, усаживаясь. — По твоему голосу я поняла: нас ждут приключения.

— Я строю дракона.

— Неужели?! Вот уж новость, так новость! Дальше.

— В Воеводстве Дмитрия Донского.

— Ещё лучше.

— И мне нужен художник.

Элен прищурилась:

— Ир, ты же знаешь: если ты сейчас скажешь «корпоративные стандарты, бренд бук и брендовые цвета», я уйду красиво и навсегда.

— Не скажу.

— Уже хорошо.

Ирэна вдохнула и вдруг заговорила быстро, сбиваясь, рассказывая про двор, цех, руины, маму, мечту.

Элен слушала, не перебивая.

— Знаешь, на твоем фоне моя жизнь кажется размеренной и скучной. — сказала она наконец, — нормальные люди, когда хотят новых впечатлений, едут в отпуск, или покупают дачу. Или разводятся, в крайнем случае. Но нормальные люди – это нам не цель. Мы строим мифологическое животное в сомнительном памятнике архитектуры.

— Ты не хочешь?

— Да щас! Чтобы я такое пропустила! — Элен наклонилась ближе и вдруг улыбнулась совсем по‑другому, мягко. — Я хочу это увидеть. Я хочу это прожить. Я хочу, чтобы у тебя, у нас получилось.

***

В цех она прибыла во всей красе: верхнюю часть рабочего комбинезона художница объединила с шелковой блузкой и юбкой – пачкой, в волосах торчал небрежно воткнутый карандаш. На ноги натянула берцы. И дополнила всю это красоту парой килограммов разномастной бижутерии. Видимо, Элен знала, что делала, так как это дикое сочетание смотрелось все вместе органично и даже красиво. Ее явление так потрясло воеводских обитателей, что Элен прошествовала от ворот до тронного зала никем не остановленная.

Какое-то время она молча стояла, приложив руки к холодной стене.

— Это будет Королевская гавань, — сказала она тихо. — Слышишь? Здесь ветер. Здесь море. Здесь город, который ждёт чуда.

Соня благоговейно стояла рядом, прижимая к груди папку.

— Это Соня, — представила Ирэна. — Она наш стилист. У нее дар наполнять пространство жизнью и светом.

— О! — восхитилась Элен. — Тогда ты мой самый важный человек.

Она протянула увешанную браслетами руку:

— Привет! Я Элен.

— Соня… — пролепетала девушка и покраснела.

— Ты боишься меня, что ли? — удивилась Элен.

— Немного…

— Ха! Прикольно! Пойдем пошепчемся о своем, о девичьем.

Через полчаса они уже спорили, сидя на полу.

— Здесь будет холодный серый камень и яркие флаги, — горячо говорила Элен. — Обошьем золотой бахромой, а логотипы стилизуем под гербы. Чтобы власть, чтобы история!

— И дополним теплым светом — подхватила Соня. — Чтобы было не жутко, а торжественно, чтобы гости задохнулись от восторга, а не от страха.

Элен вдруг замолчала и внимательно посмотрела на Соню:

— Ты права. Без тепла это будет склеп. А нам нужен живой город.

Ирэна, пробегая с документами мимо них, подумала, что сейчас происходит что‑то очень важное.

***

На следующий произошло событие, которое не помнило Воеводство – ворота распахнулись во всю ширь и по главной дороге потянулись Газели.

Лиза, с планшетом в руках, сверяла списки:

— Осторожно! Это баннеры!

— Это знамёна!

— Это основа для фотозоны!

— Куда на землю ставишь? Это каталоги.

Воевода трижды выглядывал из своей избы и, наконец, возмутился:

—Что за ярмарку вы тут устроили?

— Во-во, — возмущенно замахал руками Староста. – натащили рыкламы, тьфу!

— Зря вы так, Дмитрий Игоревич, - Ирэна мягко отвлекла внимание возмущенных мужчин от Лизы. - У нас с вами триста пятьдесят гостей – им нужна навигация и правила поведения. Как мы до них это донесем без указателей и банеров? А ваши сувениры! Как гости о них узнают, если мы не вручим им каталоги? Кстати, нам уже пора устроить фотосессию ваших изделий. И, мне кажется пора подумать о лавке. Надо же, чтобы она была по правилам, как в старину. Кто, как не вы, покажет нам как надо!

Мужчины озадаченно переглянулись. Ирэна была готова держать пари, что о каких-то особенностях и традициях торговли сувенирами они задумались впервые.

- Николаич, пойдем хоть глянем, где лавку будем ставить? – Воевода потянул Старосту в сторону, и они удалились, обсуждая из какого дерева делать полки.

- Гуглить пошли, - тихонько фыркнула Лиза. Ирэна рассмеялась и подмигнула.

***

Количество подписчиков в Аленкином блоге уже давно перевалило за сотню тысяч и девочка, втайне, грезила о миллионе. Насмотревшись на крупные каналы, она решила поставить дело на научные рельсы и, для начала, собрала статистику просмотров у себя и у «конкурирующих организаций».

К Аленкиному возмущению оказалась, что с контентом о забавных домашних животных не может сравниться никто.

- Нет, ты прикинь, про Яшу посмотрело четыреста тысяч человек, а про то, как собака играет с котом – полтора миллиона, - возмущенно рассказывала она по телефону другу Женьке, - не, собака прикольная, слов нет. Но Яша же не хуже!

- Не понимаю, че ты паришься? – Женька вкусно чавкал яблоком прямо в ухо, - ты че, не догоняешь, у тебя же две собаки и Уголек. Бери их в кадр и соединяй полезное с забавным.

Аленка ошеломленно замолчала. Вот голова у Женьки! Физико-математическая школа, никаким Моргенштерном не убьешь.

- Жееень, - голос сменился с возмущенного на завлекательный, во всяком случае девочке так казалось.

- Ален, даже не начинай!

- Ну, Жень! Ты же в Воеводстве не был, дракона не видел. Там круто! Давай возьмем стаю и съездим!

- Тащить Уголька я не подпишусь! Он тяжелый, как сундук. И, если Его Величеству что-то не понравится, тетя Ирэна меня убьет. А собак можно. Собирайся, ща, приеду.

***

Ежевика исчезла первой. Следом Черника утащила макет короны. Собаки восприняли тронный зал, как личную игровую зону и пришли в восторг.

Мастерски уклоняясь от объятий Женьки и Алены, собаки ныряли под декорации, срезали углы и уходили от погони с большим отрывом.

- Женя, вон Ежик, вон под троном.

- Заходи сзади, а я ее тут перехвачу.

Не тут-то было. Проскользнув между Женькиных широко распахнутых рук, Ежевика рванула в сторону рулонов ткани, с другой стороны зала, ей навстречу, с радостным лаем, понеслась Черника. Хаски дружно врезались в груду разноцветных отрезков, которые Соня и Элен приготовили для составления мудборда. Лоскутки живописным фейерверком взвились в воздух и усеяли собой пол, собак и Аленку с Женей. Собаки восторженно завизжали и рванули на выход, увлекая за собой разноцветный шлейф.

- Ежевика, Черника, стоять!!! – вопила на бегу Аленка, мысленно представляя, что будет, если они сейчас не перехватят этих «ночных ведьм».

В этот момент в зал важно прошествовал Воевода в компании Старосты. Увидев надвигающийся на них вихрь, мужчины, на мгновение остолбенели. Но Дмитрий Игоревич, ставший Воеводой не за красивые глаза, мгновенно оценил обстановку и рявкнул поставленным голосом, с лихвой компенсирующим небольшой рост:

- Всем стоять смирно!

Собаки, от удивления встали, как вкопанные, осыпая с себя лоскутки, как осеннюю листву. Следом затормозили подростки и, воспользовавшись замешательством, схватили собак за ошейники.

Воевода молча обозрел пространство и перевел тяжелый взгляд на запыхавшуюся Ирэну, прибежавшую на шум.

- Это что за балаган!

Ничего не понимающая Ирэна уставилась на дочь, а та начала делать непонятные знаки.

- Дмитрий Игоревич, это, эм…, м-да…

Аленка подняла над головой камеру

- Ааа, точно! Мы же говорили про фотосессию ваших сувениров. А что может быть привлекательнее, чем украшения и игрушки в древне русском стиле в сочетании с красотой и мощью северных собак. Вот мы их и привезли. Только они у нас еще очень молодые, вот и обалдели от ваших пространств и не справились с эмоциями.

- Ой, лукавишь ты, матушка! Ой, врешь! Но, в принципе, дело говоришь. С собаками то оно и правда, ладно будет.

Пойдем, что ли, выберем, что являть будем. А вы, отроки – Воевода грозно взглянул на ребят, - собак на привязь и убрать тут все. Через полчаса вернусь, проверю.

-Это было сильно, - пробормотал Женька, когда ребята остались одни. - Жаль, снять ничего не удалось.

- За кого ты меня принимаешь?! - возмутилась Аленка, потыкала в телефон и по периметру зала замигали зеленые огоньки. - Видал? Мультиматричная система! Мне Марк из обычных камер наблюдения собрал.

Мать Дракона. Глава 14

15 ДНЕЙ ДО СЕМИНАРА

Ирэна проснулась от традиционного запаха кофе с яблочными оладьями и привычной утренней дискуссии Стаса с собаками – хаски ультразвуком требовали выпечки с вареньем, а Стас уверял, что им это нельзя. Собаки ему не верили и продолжали манипуляции. Но в эту привычную и уютную гамму добавилось что-то еще, с оттенком абсолютного триумфа.

Ирэна натянула халат и, позевывая, отправилась на кухню.

Триумф сидел на столе в пижаме с единорогами, болтал ногами и с победным видом листал телефон.

-- Аленка, ты почему на столе? Что за новшества?

— Мам. Ма-а-ам!!! Ты сейчас разговариваешь с человеком, у которого за ночь миллион двести тысяч просмотров!

— Повтори медленно. И желательно с паузами, чтобы я успела осознать, что вырастила звезду.

— Милли‑он две‑сти, — торжественно произнесла Алёнка и развернула экран.

Стас присвистнул.

— Ого! Я вынужден официально признать, что я тобой горжусь!

— Смотрите, — сияла Алёнка. — Вот тут уже мемы. А вот это репостнули очень серьёзные каналы-миллионники.

На экране Черника в прыжке сбивала рулон ткани, Ежевика исчезала под троном, а следом несся долговязый Женька с выражением лица святого великомученика.

— Собаки гениальны, — вынес вердикт Стас. — Народ всегда будет смотреть собак.

— Народ смотрит не просто собак, — возразила Ирэна. — Народ смотрит наших собак в авторском интерьере. Это уже полноценный рекламный продукт.

— Я знала, — счастливо сказала Алёнка. — Я всегда знала, что близняшки созданы для славы.

-- Мрряя, - Уголёк, сидевший на личной подушке, с возмущением прокомментировал происходящее.

— Обратите внимание, — заметил Стас, — Его Величество крайне недоволен. Его в ролике нет.

— Его Величество выше этого, — хихикнула Ирэна. — Но, если он не получит свой час славы, нам всем не поздоровиться. Да, мой золотой? – обратилась она к коту, - Ты же нам всем объяснишь, как правильно жить?

Кот, величественно вытянул вперед лапу и начал ее вылизывать, в знак того, да, так и быть, снизойдет до объяснений.

— Надо наградить звёзд, — решила Алёнка. — Собакам — медали. И повкуснее.

— А коту? — уточнил Стас.

— Коту… — Аленка покосилась на подушку. — Уголино Ирэновичу нужен отдельный контракт. И райдер…

* * *

Над Воеводством поднималось солнце, заливая его светом, какой бывает только в начале осени. Рядом тихо плескалась Нева. Бабье лето аккуратно расставляло акценты: золотистая кромка на листьях деревьев, прозрачный воздух, и свет, который мягко ложился на камни, будто кто-то включил рассеивающий фильтр.

В тронном зале уже командовала Элен.

— Так, люди, алоу-у, внимание сюдааа! — звенела она, взмахивая ножницами, как дирижёрской палочкой. — Это не склад, это будущее сердце мероприятия! Почему у нас флаги валяются просто на полу? Вы нормальные люди или одичалые людоеды?

Воины из бригады номер пять, направленные Старостой на послух к очередной сумасшедшей, дружно вздрогнули и начали суетливо поднимать баннеры.

— Что за диво у меня в палатах деется? — негромко спросил невесть откуда взявшийся Воевода, оглядывая зал.

— Декорируем тронный зал, Ваше Превосходительство — с энтузиазмом ответила Элен. — Не извольте беспокоиться, мы вам тут такое устроим! Ух!

- Так то меня и кручинит!

Элен оценивающе посмотрела на лысого колобка в сафьяновых сапогах и вышитой косоворотке подвязанной расшитым кушаком. Кушак привлек ее внимание искусно выведенными таинственными знаками. Присмотревшись, Элен нырнула в архивные файлы своего художественного образования, сообразила, что к чему и взгляд, из оценивающего, превратился в уважительный.

- Нет, правда, Ваша Светлость, все будет хорошо!

- Зовите меня Дмитрием Игоревичем, – усмехнулся Воевода. – Добро, трудитесь! Да меру знаете и кощуны не творите.

* * *

Команда кейтеринга «Пир на весь мир» в полном составе прибыла в Воеводство для выбора места для доготовочной кухни.

Территория «Воеводства» встретила их традиционным набором достопримечательностей: ржавые балки, запах дыма, люди в бородах и холщовых рубахах, с опаской глядящие на пришельцев.

Староста вывел их к приземистой, перекошенной избенке в дальнем углу двора.

— Вот! Палаты кухонныя. Станете тута стряпать. Тепло, крыша не течёт, печь имеется.

Стас молча посмотрел на избушку, потом на Марию, на Виктора. Потом снова на избушку.

Витька осторожно заглянул внутрь, посветил фонариком и сразу вышел обратно.

— Шеф… Тут… пол живёт отдельной жизнью. И, по-моему, он против общепита.

Мария присела, постучала ногтем по бревну и скептически хмыкнула:

— Здесь последний раз, судя по запаху, либо квас ставили при Иване Грозном, либо похоронили кого-то без разрешения СЭС.

Стас засопел.

— Спасибо, — сказал он Старосте. — А теперь, будьте добры, покажите остальные помещения.

Староста вскинул брови.

— Остальныя? А чем вам сие место не угодно? Уклад тут. Порядок. Не княжеские палаты, чай.

— Нам нужна нормальная кухня, — спокойно возразил Стас. — С вентиляцией, водой, электричеством и желательно, без риска отравить триста человек.

Староста надулся и набрал побольше воздуха в грудь:

— Варяги заезжия, — произнёс он с нажимом. — Пришли, нос воротят, ещё и перебирают. Мы вам не гостиный двор.

Он сделал шаг ближе, распаляясь и явно собираясь продолжить воспитательную лекцию.

В этот момент, из-за спины Стаса, неторопливо показался Геннадий Семёнович.

Он не спешил. Осмотрел избушку, стены, потолок, землю под ногами. Потом снял очки, начал протирать их платком и только после этого заговорил. Стас с Витькой, знакомые с его повадками, переглянулись. Маша мотнула хвостом и нервно хихикнула.

— Молодой человек, — сказал Семеныч тихо и очень вежливо. — Вы когда последний раз здесь готовили?

Староста моргнул.

— А?

— Не реконструировали, — уточнил Семёныч, — не жили для антуража, а именно готовили. Массово. На людей.

— По укладу… — начал было Староста.

— Уклад я уважаю, — перебил его Семёныч всё тем же спокойным тоном. — Но санитарные нормы уважаю больше. И пожарных тоже. Особенно пожарных.

Он кивнул в сторону потолка.

— Вытяжки нет. Проводка — алюминиевая. Вода — одна точка и та ржавая. Канализации я не вижу вовсе.

— Мы тута испокон…

— …травились?— закончил за него Семёныч. — Прекрасная традиция. Но у нас договор с крупной компанией и санитарный врач с очень плохим чувством юмора.

Он сделал паузу и добавил уже чуть жёстче:

— Здесь мы работать не будем.

Повисла тишина.

Бородатые реконструкторы за спиной Старосты возмущенно загудели.

— Это вы… приказывать мне станете? — рявкнул тот, уже заметно злясь.

И вот тут Семёныч, наконец, перестал протирать очки, надел их и очень внимательно посмотрел на собеседника тем самым фирменным взглядом, от которого десятки поколений студентов терялись и заваливали экзамен.

— Нет. Я вам объясняю, как будет.

Он смотрел прямо и тяжело.

— Насколько я правильно понял, ваш Воевода не спроста согласился на праздник. Он хочет легализовать Воеводство и заработать репутацию. А еще просто заработать на сувенирах. Для вас же! И я не позволю превратить столь важное мероприятие в коллективное пищевое отравление в исторических декорациях.

Секунда. Две.

Староста шумно выдохнул, потёр лысину и буркнул уже почти обычным тоном:

— Вот ведь… понаехали…

Потом махнул рукой.

— Ладно. Пойдём. Покажу вам старую трапезную. Но если и она не угодит…

— Тогда покажете следующую, — спокойно сказал Семёныч, снимая очки. — Мы люди терпеливые. И выбирать будем тщательно.

Стас благодарно посмотрел на него.

— Спасибо, Геннадий Семёнович.

— Не за что, Лещёв, — пробурчал тот. — Я ещё жить хочу. И желательно — без дизентерии.

И команда двинулась вслед за недовольным, но уже сдувшимся Старостой — искать настоящую кухню.

***

— А се есть трапезная старая, — с достоинством сказал Дмитрий Игоревич, распахивая тяжёлую дверь. — Тут бояре ели, гостей честных кормили, пиры держали.

— Бояре — это хорошо, — задумчиво сказал Витька, оглядывая деревянные стены. — А вытяжка у них была?

— Вытяжки не ведали, — хмыкнул Воевода. — Дым через крышу выходил, вон, зри, отверстие.

— Отличная концепция, — вздохнула Маша. — Гастрономия с историческим подтекстом. Не угореть бы!

Стас медленно прошёлся по залу, присел, постучал по полу, лазерной рулеткой замерил высоту потолков.

— Не угорим, Мань. Потолки высокие… коммуникации есть какие никакие. Работать можно.

— А тут печи стояли, — оживился Воевода. — Настоящие. Каменные.

— Вот! — обрадовался Витька. — Исторический фундамент кухни!

— Исторический фундамент тараканов, — буркнула Маша.

Воевода усмехнулся.

— Нету тут никаких тараканов. Давно извели. Я их сам не жалую. А место доброе.

Стас выпрямился и улыбнулся.

— Берём.

— Так сразу? — удивился Витька.

— Сразу, — кивнул Стас. — Тут будет кухня. И тут будут счастливые сытые люди.

Воевода внимательно посмотрел на него и вдруг перешёл на обычный тон:

— Хм, а ты мне, пожалуй, нравишься! Ты, похоже, веришь в то, что говоришь. Быть посему!

* * *

Как говориться, ничто не предвещало, но, к обеду приехал Баринов.

Василий Петрович выбрался из машины, оглядел пространство внимательным взглядом человека, который привык замечать не успехи, а проблемы.

— Привет, Ирэна Вацловна, — сказал он сухо, - ну, показывай твоего монстра.

В драконьем ангаре опять спорили Марк и Михаил.

— Центр тяжести смещён! – цедил Марк.

-- Да ты просто считать не умеешь! – орал Фадеев.

— Господа спорщики, — устало сказала Ирэна. — Обратите на нас внимание. К нам приехал человек, который платит за ваши гениальные идеи.

Баринов обошёл вокруг дракона, пощупал фоамиран на крыльях, сфотографировал конструкцию с разных ракурсов.

— Объясните мне, как это вообще летает?

Марк шумно выдохнул.

— Значит так. Система тросов, компенсирующих нагрузку, синхронизированная с сервоприводами, создаёт иллюзию подъёмной силы…

— Подождите, — перебил Баринов. — Иллюзию чего?

— Подъёмной силы, — раздражённо сказал Фадеев. — За счёт перераспределения моментов инерции…

— Каких моментов?

Гении начали объяснять ещё сложнее.

Лицо Баринова мрачнело и вытягивалось. Ирэна с Лизой мелко тряслись от смеха, уткнувшись друг в друга.

— Лиза… — простонала Ирэна. — Пощади человека.

Лиза вытерла слёзы и сказала:

— Василий Петрович. Вон, наверху тросы. К ним крепится система карабинов. Мы намеренно сделали так, чтобы эта конструкция не бросалась в глаза. По всему телу дракона размещены механизмы с электроприводом и датчики к ним. Техник управляет с пульта – дракон сверкает глазами или машет крыльями. Выглядит как будто летит.

Пауза.

— А безопасность проверяли?

-- Конечно. Проверяли неоднократно. И еще проверим не один раз.

-- Отлично, — смягчился Баринов. — Вот так и надо было сразу объяснить. Ирэнка, пойдем, покажешь мне остальное.

Лиза посмотрела им вслед, погрозила кулаком присмиревшим техническим гениям и вернулась к телефонным переговорам со спикерами.

— Да, у вас будет круглый стол в оружейной… нет, это переговорка. Трапезная — это понятно, банкетный зал. Тронный зал — конференция и программа. Что вы говорите? Да, у нас точно семинар, а не двор короля Артура, - она улыбнулась. - Поверьте, вам понравится.

* * *

Вечером таинственно улыбающийся Марк собрал всех в драконьем ангаре.

Яша, наконец, взлетел. Пока неуверенно и косо, но он поднялся в воздух, помахал крыльями и медленно профланировал из одного конца ангара в другой.

— Летит… — прошептала Соня.

— Почти, — сказал Марк.

У Ирэны предательски защипало в носу, и она смущенно отвернулась.

Мать Дракона. Глава 15

14 ДНЕЙ ДО СЕМИНАРА

- Интэрээсноо! – Ирэна с Элен только что припарковались у ворот Воеводства и стояли у машины лениво допивая первую порцию кофе из картонных стаканчиков. Неугомонная Элен специально затащила сонную Ирэну в кафе «Доброе утро» на Обводном. Все остальные, видите ли, не умеют готовить заковыристую комбинацию из кофейных зерен, апельсиновой цедры, имбиря и корицы, а обычный американо нашей художнице не пьется.

Во дворе Воеводства творилось что‑то странное. Воевода и Староста стояли у ворот в парадном виде: Воевода в белоснежной длинной вышитой косоворотке, кафтане и красных сапогах, а Староста при портупее и с каким‑то подозрительно торжественным лицом.

Ворота были распахнуты настежь, рядом суетились люди, перетаскивая ведра, метлы, что‑то расчищали и отгоняли праздно шатающихся зевак.

— Они кого‑то ждут, — прищурилась Ирэна. — Или что‑то, —уточнила Элен. — Как любопытноо!

— Доброе утро, господа, — бодро сказала Ирэна. — А что это у вас происходит?

Воевода строго покосился на девушек, потом на солнце — Все-то тебе ведать надобно, матушка. Не понуждай судьбу. Скоро узнаете!

— Ой, как страшнооо, — прыснула Элен.

За воротами послышался цокот копыт. Сначала — одинокий, как будто случайный звук, а потом целая дробь.

Между тяжелых расписных створ появился первый конь, за ним второй. Потом мимо ошеломленных подруг прошествовал целый табун гнедых и вороных красавцев, которых вели под уздцы люди, одетые в узнаваемом специфическом стиле Воеводства.

- Семь, восемь, девять, десять – считала Элен, потом высунув голову за ворота, осмотрелась и констатировала, - десять, это все.

Кони спокойно удалялись вглубь двора, настороженно поводя ушами от непривычных звуков, издаваемых городом. Где‑то звякнул металл, хлопнула дверь, прогрохотал трамвай — несколько коней вскинули головы и заржали.

— Они что… жить тут будут?! — с восторгом спросила Элен.

— Нет, — спокойно ответил Воевода. — В центре Петербурга лошадей не держат. Мы их привезли перековать и потренировать.

— В смысле — потренировать? — не поняла Ирэна.

— Привыкнуть к городу. К шуму, к транспорту, к людям, к музыке, к салютам. Через месяц, после вашего действа, у нас своя большая реконструкция. Если конь пугается автобуса — он в дело не годится.

Ирэна с опаской наблюдала, как один из жеребцов пританцовывает на камнях мостовой, и вдруг её глаза загорелись опасным светом.

— Дмитрий Игоревич…

— Почему мне сразу захотелось сказать «нет»? — вздохнул Воевода.

— Да подождите со своим нет! А если… — она вдохнула, раскинула руки и встала в середине ворот— если начать семинар… с конного выхода?

Тишина…

Элен медленно повернулась к ней.

— Ты сейчас предложила открыть деловое мероприятие кавалерийской атакой?

— Не атакой! — воодушевилась Ирэна. — Торжественным проездом! Вы только представьте, люди приезжают, входят через эти ворота — вот сюда. Мы же к этому времени все расчистим и украсим. Кругом знамена, сувенирная лавка, скоморохи на ходулях, ваши люди в доспехах. Аниматоры в древнерусских костюмах раздают свитки с планом мероприятия и навигацией. Разбивают гостей на отряды - для каждого свой флаг с цветом и гербом. Чувствуете?! Мы все это усилим музыкой. И вот, все построились и та-да-да-дам! Маршем пошли волынщики. А за ними кони! Прекрасные, величественные. Дмитрий Игоревич, они же умеют делать что-то? Это будет… это будет…

— Это называется джигитовка — задумчиво сказал Воевода.

— Красиво, — мяукнула Элен.

— Опасно, — буркнул Староста.

— Гениально, — резюмировала вездесущая Аленка.

Воевода посмотрел на Ирэ́ну долгим оценивающим взглядом в котором плясали черти. — А знаете… — сказал он наконец. — Мы подумаем.

***

По пути в тронный зал началась потасовка. Донской в пух и прах разнес план по расстановке флагов.

— Нет, нет и ещё раз нет, — звенела Элен. — Они должны стоять асимметрично! Это создаёт динамику пространства!

— А они должны стоять по гербовому чину, — гудел Воевода. — Иначе это не зал, а балаган.

— Это эстетика!

— Это традиция.

Он снял ближайший флаг и внимательно его рассмотрел. — И вообще…, кто вам эти гербы рисовал?

— Художник, — обиделась Элен.

— Художник от слова худо, - рявкнул Воевода. — Вот смотрите.

Он ткнул пальцем в изображение. — Лев повернут не туда. В геральдике зверь всегда смотрит вправо — в сторону будущего. Лево — это бегство. А у вас тут получается, что весь род исторически драпает с поля боя.

Элен моргнула. — Да? Интэрээсноо…

— Корона не над щитом, а сбоку. Это знак незаконной власти. А вот здесь — цвет на цвет. В геральдике так нельзя: золото на серебре и цвет на цвете — ошибка. Это означает, что носитель герба либо неграмотен, либо самозванец.

Элен лихорадочно листала вкладки в Гугле.

— Эээ, я сейчас позвоню художнику и расстреляю, за ненадобностью.

— Ну, не так круто, — Воевода спрятал улыбку в густой бороде. — Но пусть поправит по уму и чину. Красота должна быть правильной.

Она посмотрела на него с любопытством и прижала руки к обширной груди.

— А вы…, вы знаете, вы такой интэрэсный мужчина…

Воевода смущенно кашлянул и сделал вид, что у него образовались срочные дела.

***

Старая трапезная преобразилась. В ней вновь поселился живой дух - тёплый, рабочий, пахнущий тестом, мясом и луком.

Столы уже отмыли, окна распахнули настежь, и сквозняк гонял по залу ароматы дерева и специй. На длинном столе выстроились ящики, коробки, кастрюли, аккуратные стопки инвентаря.

Витька таскал ящики и комментировал вслух: — Вот скажи мне, Маша, зачем нам пять коробок сливочного масла, если мы в средневековье?

— Чтобы гости не умерли с голоду в процессе реконструкции, — философски отозвалась Маша, — Историческая достоверность хороша, когда не касается пищеварения.

- Ну так, а чем-топленое-то не угодило? С точки зрения пищеварения, то же самое.

Маша сдула с глаз челку и повернулась к Витьке с фламбером в руке.

- Манька, твою горелку надо в конце дня в Оружейную сдавать, как боевое оружие.

— Я предупреждаю, — сказала она, любовно протирая корпус — если ты опять капнешь жидким азотом в мой соус, я подменю твои капли от насморка. Догадайся на что!

— Как страшно! —отозвался Витька, раскладывая пробирки и шприцы. — Это не азот, это высокая кухня.

— Это не высокая кухня. Это ты опять будешь делать вид, что еда должна дымиться, пузыриться и шипеть, как ведьма на костре.

— Между прочим, — обиделся Витька, — мои сферы с бульоном вызвали овации на фестивале.

— Так это потому, что люди подумали, что ты фокусник, — не осталась в долгу Маша. — Они же не знали, что это реально придется есть

Она щёлкнула пьезоподжигом, и над столом вспыхнул аккуратный язычок пламени.

— Вот это, — с гордостью сказала она, — еда! Огонь, карамелизация, аромат. А не твои… медицинские процедуры над морковью.

Витька смерил её взглядом.

— Между прочим, твой огонь — это грубая сила. А я работаю интеллектом.

— Интеллектом ты работаешь только тогда, когда ищешь, куда дел свои носки, — хихикнула Маша.

Стас с Геннадием Семёновичем завалили длинный стол рецептами и набросками меню.

— Значит так, — задумчиво говорил Семёныч, успешно игнорируя веселую перепалку неугомонной парочки. — Можно сделать две фуршетные линии «Север» и «Юг». Начнём с холодных закусок…

— Да, и хлеб с тмином, — кивнул Стас. — И сырные плато. Огромные, на дубовых досках.

— Отлично, — одобрил Семёныч. — Исторично и сытно. А вот мясо с чабрецом я бы не стал. Они же пить будут. Алкоголь. Зачем нам такие риски?

— Согласен – кивнул Стас и продолжил,

— И обязательно пироги. Я хочу пироги.

— А я хочу вау эффект, — возразил Семёныч. — Вот, смотри.

Он вытянул распечатку из кучи бумаг.

— «Баран, фаршированный луком и сухофруктами». Это из королевских пиров.

— Отлично.

— Пирог с живыми голубями.

— Стоп. Мы это уже обсуждали!

— Шучу, — хмыкнул Семёныч. — Но можно курицу в меду с базиликом. Ещё — тушёная говядина в тёмном пиве. Густой суп‑похлёбка с чечевицей, как у Ночного Дозора. Можно подать в стаканчиках из хрустящей ржаной корочки.

— И сладкое, — оживился Стас. — Лимонные пирожки Сансы.

— Обязательно лимонные пирожки, — согласился Семёныч. — Их любят все. Даже те, кто сериал не смотрел.

Маша подняла голову: — Когда вы говорите: «Ночной Дозор», я теряюсь. У нас в программе Кит Харингтон или Константин Хабенский? Хотя, лично меня устроят оба варианта.

Тем временем Витька уже успел разложить на столе целую батарею странных предметов.

— У нас кухня или реанимация? — подозрительно спросила Маша.

— Это сифоны для эспум, — гордо ответил он. — Я буду делать воздушное пюре.

— Воздушное пюре, — повторила она с сомнением. — Вить, милый… если ты свою пену поставишь рядом с моими фламбе, они тебя сами подожгут. Нежно так, ласково, без злобы.

— Ты просто завидуешь, что мои блюда выглядят как из будущего.

— Да щас, — фыркнула Маша. — Я переживаю, что твои блюда выглядят так, будто их уже кто-то ел.

Она плеснула в сковороду коньяка и подожгла. Над столом взметнулось пламя.

— Во! — довольно сказала она. — Смотри и учись, профессор.

Витька прищурился.

— Красиво, не спорю. Но вот вопрос: ты можешь сделать, чтобы у тебя соус был сферический?

— Нет! Но я могу сделать, чтобы у тебя был сферический глаз, — нежно пообещала Маша.

Стас не выдержал и рассмеялся.

— Господи, вы когда-нибудь работаете молча?

— Нет, — хором ответили оба.

— Это наш производственный процесс, — пояснил Витька. — Без перепалки вкус не тот.

— И без любви, — добавила Маша, подмигнув.

Семёныч посмотрел на них поверх очков, усмехнулся и сказал негромко:

— Знаешь, Стас… я вот на них смотрю и понимаю: кухня у нас будет что надо. Если люди могут так ругаться и не разбегаться — значит, дело надёжное.

— Это потому что я его терплю, — невинно сказала Маша.

— А я тебя люблю, — отозвался Витька.

Они переглянулись и одновременно улыбнулись.

***

К вечеру на площадку явился Артур.

В идеально сидящем тёмно-синем пиджаке, светлой рубашке и дорогих, безупречно начищенных ботинках. На нём всё всегда сидело так, будто его одевал личный, очень внимательный портной.

Он прошёлся по двору, осмотрел лошадей, затем прошествовал в тронный зал.

— Господа, — сказал он, обозревая трон и сцену. — Это будет не семинар. Это будет культурный шок.

Усы, которые сегодня были закручены особенно залихватски, чуть заметно пошевелились — в знак искреннего восторга.

— Артур! — обрадовалась Ирэна. — Ты как раз вовремя.

— Царица, я всегда вовремя.

Марк, подошедший пожать ведущему руку внимательно посмотрел и заметил:

— Сегодня у тебя усы какие-то тревожные.

— Они всегда тревожные, когда я рядом с этой женщиной, — философски ответил Артур, кивнув на Ирэ́ну.

— Артур, ты опять в роли боевого кота? - подколола Лиза.

— Не «опять», а «всегда», — гордо сказал он. – Дракона-то покажете?

— Так… — протянул он, обойдя дремлющего Яшу вокруг — Это красиво. Это безумно. Это очень опасно. – и после короткой паузы добавил — Мне нравится.

***

А дома Алёнка, вдохновленная успехом ролика с собаками, монтировала новый анонс.

— В следующей серии… — торжественно сказала она в камеру. — Его Королевское Величество Уголино Ирэнович презентует…

Кот, сидящий на спинке кресла, довольно шевельнул усами.

Интрига была заложена.

Мать Дракона. Глава 16

13 ДНЕЙ ДО СЕМИНАРА

— Я вам говорю, — орал Фадеев, стоя посреди двора Воеводства и размахивая накладной, — я не обязан это принимать! Я вам что, мальчик на побегушках?!

— Миша, вы — главный художник проекта, — спокойно сказал Староста.

— Вот именно! Художник, а не грузчик!

Рядом уже выстроилась приличная стопка коробок с надписями: «Основание», «Резьба. Левая часть», «Позолота. Осторожно» и внушительная связка копий и мечей. В них лежали детали будущего трона. Того самого.

— И вообще! — продолжил Фадеев, не снижая децибел. — Почему мы опять … - он вытаращил глаза и покраснел в поисках приличного слова, не нашёл и выплюнул свое любимое: — …через ж…пу добираемся до гланд!

— Миш, — вклинился между воплями Марк, — хорош глотку рвать, нормальная ситуация, ты это нарисовал, ты и проверяй поставку. Что не так?

— Что не так?! — взревел Фадеев. — Ты видел, как они упаковали спинку?! Это же не трон, это позвоночник после ДТП!

Из-за угла высунулась Аленка с телефоном. — Миш, а можно я это в сторис выложу? Очень атмосферно.

Лицо скандалиста приняло подозрительный сливовый цвет, он бешено завращал глазами, понимая, что если он сейчас скажет подростку то, что ему хочется, то налетят Ирэна с Лизой и тогда не сносить ему головы.

— Марк, убери ее! Убери ее от меня, чтобы я ее больше не видел, — завыл он. — Бабы, кругом бабы! Не одна, так другая, не взрослые, так эта… шмакодявка!!!

Во двор медленно въехала небольшая, аккуратная машинка. Из нее выпорхнула Соня в юбке в стиле «бохо» и фенечках. Фадеев, не видя ее, продолжал:

— Марк, почему, ну почему, я не понимаю, ты позволяешь бабам верховодить?! Они всё равно ничего не понимают в эстетике!

Сонечка аккуратно обошла беснующегося художника и встала перед ним с папкой под мышкой и с тем самым выражением лица, от которого у Фадеева обычно отключался мозг.

— Доброе утро, — тихо сказала она.

Михаил захлебнулся и замолчал. Открыл рот. Закрыл. Попробовал снова:

— Я… э… вы… это…

Староста вопросительно посмотрел на Марка, тот улыбнулся в ответ и махнул рукой.

— Миша, почему вы так кричите? – смущённо продолжила Соня, хлопая огромными глазами-блюдцами.

- Эуу… Я? Да... то есть нет…

Маленькие ушки девушки запунцовели, она сжала кулачки от страха, но мужественно продолжила:

- Миша, я приехала декорировать трон. Ирэна сказала, что вам надо помочь. Мне уехать?

- Как? Чо это? Не надо…

- Ну как же? Я ведь тоже, некоторым образом, баба и ничего не понимаю в эстетике.

Михаил покраснел. Потом резко развернулся. — Мне надо… очень срочно… в драконий ангар!

И, не глядя ни на кого, убежал.

— Какой он душка, — пробормотала Аленка, просматривая в телефоне только что снятое видео.

- А лихо вы его, - Староста уважительно посмотрел на хрупкую Сонечку, - никогда бы не подумал.

-Ладно, господа, - включился Марк, - это было весело, но пора за работу. У нас сегодня военный совет – намечаем график репетиций. Алексей Николаевич, вы присоединитесь?

Староста посопел, зачем-то потопал каблуком сапога по брусчатке и нехотя ответил:

- Не подобает уставы перемешивать. Ваше — вам, наше — нам. Да воевода повелел, дабы вместе были.

- Вот и отлично! Встречаемся через два часа в тронном зале.

***

Элен возилась с мудбордом, что-то тихонько напевая. Она вдохновенно перемешивала отрезки ткани, сравнивая сочетания цветов и текстур. От этого увлекательного занятия ее оторвала телефонная трель. На экране значилось «Морской котик» и красовалось фото Николая в морской форме. Элен чуть заметно помедлила и промурлыкала в трубку:

— Да, котик…

— Элен… — голос Николая был непривычно серьёзным. — Ты где всё время пропадаешь?

— В Воеводстве, у Ирки. Ты же в курсе, у меня тут драконы, кони, гербы, пожарная инспекция…

— Я чувствую, что… — Николай помолчал, подбирая слова. — Я чувствую, что я тебя теряю.

— Коль…

— Ты почти не бываешь со мной. Ты всё время занята. И ты как будто… уже не здесь.

— Давай вечером увидимся, - вздохнула Элен.

— Ты правда хочешь?

— Да. Нам надо поговорить.

***

Оружейная палата потихоньку наполнялась людьми и голосами. Лиза с Марком поочередно пили кофе из одной кружки, задевали друг друга пальцами, переглядывались и смущенно улыбались. Ирэна уселась во главе стола и обложилась бумагами.

Стас с Семенычем вошли в темную прохладу Оружейной не перерывая жаркий спор о составе соусов на «южной» и «северной» фуршетной линии.

- Острые специи должны быть на Юге!

- Лещёв, зачем греть то, что и так горячее? Острое должно быть на Севере.

Сразу за ними шумно ввалился Артур, наполнив комнату шумом и суетой.

- Всем привет! Здравствуй царица, здравствуй матушка! А что это у вас тут..., а где…, а как?!

- «Хоботов, от тебя один дискомфорт», - подколол его Марк. – потерпи немного, сейчас все соберутся и всё расскажем, ничего не утаим.

Элен с Сонечкой влетели яркими райскими птичками, следом плелся притихший Фадеев.

Аленка попыталась притаиться в углу, но была замечена и выведена Стасом под грозные окрики Ирэны: - Это стратегически важное совещание, папараццам тут не место.

Девочка надулась, потом показала язык и гордо удалилась.

Никто не заметил, как и когда прибыла Лия. Она просто оказалась на своем излюбленном месте в дальнем углу стола.

Последним прибыл Воевода в компании своего верного оруженосца Старосты.

- Итак, дамы и господа! – взяла слово Ирэна на правах главного организатора. – мы с вами вошли в заключительную стадию подготовки. Я хочу услышать отчет от каждой группы. Марк, начнем с тебя.

Марк неохотно оторвался от переглядок с Лизой, поднялся в двухметровый рост, вытянул вперед длинную тонкую руку и начал перечислять замогильным голосом, загибая пальцы:

- Первое, дракон. Яков почти готов к генеральной репетиции. Осталось доработать мелкие детали и немного декорировать.

Фадеев начал было приподниматься, но Марк метнул в него яростный взгляд и мятежный художник счел за благо заткнуться.

- Второе, - продолжил Марк, - Железный трон. Все комплектующие на месте, сегодня соберем, а дальше дело Сони.

Третье – освещение. Мы с Лизой собрали инсталляцию в Тронном зале. А также продумали с Мишкой целую систему фонарей, задекорированных биокаминов и скрытой подсветки. Все будет управляться с одного пульта.

Четвертое – система наблюдения. Здесь нам помогла служба безопасности Константиновского дворца, они на этом собаку съели. Теперь мы видим дорогу перед воротами, сами ворота, двор и все помещения. Слепых пятен для нас нет.

И, наконец, пятое, я случайно наткнулся на витраж в виде старинного замка с часами и меня осенила мысль – а что, если мы так оформим сцену. Пусть у нас возвышается витражный замок до самого потолка. Мы его подсветим. Будет атмосферно, торжественно и очень красиво.

-Витраж высотой восемь метров… - задумчиво проговорила Ирэна, - звучит интересно, но меня смущает стоимость.

- В том-то и штука, что стоимость очень невысокая. Мы собрали по двору немыслимое количество всевозможного стекла. Материала у нас с избытком. Мишка придумал основу, на которую все это крепится, а с обратной стороны мы заводим электрику. Причем мы можем управлять светом секционно. Просто и гениально. И очень быстро.

- Ну что ж, в таком случае я не возражаю. Лиза, что у тебя?

- У меня все отлично! Полиграфия и банеры уже здесь. С волынщиками, факирами, шутами, карликами и прочими огнеглотателями договоры подписаны. Костюмы для аниматоров шьются. У меня есть план по приведению в порядок двора и подсобных помещений, и мы его придерживаемся.

- Ни минуты в тебе не сомневалась. Элен, Соня, что у вас?

- У нас все очень интэресно. Мы расписали нетканку в два слоя – акрилом и люминесцентной краской. Днем это выглядит как стена замка с гербами и цепями, а когда стемнеет, люминофор начнет отдавать накопленную за световой день энергию и по стенам полетят драконы. Полностью закроем безвкусные граффити у ворот.

- Звучит потрясающе. Что еще?

- Ещё-ё?! И это вместо спасибо?

- Ленка не устраивай базар. Докладывай быстро и по делу.

Элен собралась было обидеться, но не увидев сочувствия в глазах собравшихся, быстро продолжила:

-- Гербы на знаменах приведены в соответствие с геральдическими правилами. Драпировки мы с Соней полностью нарисовали. Скатерти и весь текстиль тоже. Ткань перемерили, нам всего хватает.

- Вот и отлично. Лия?

Лия, а за ней и Стас отрапортовали быстро. Артур попытался хохмить и тараторить, но осекся под строгим взглядом Воеводы и четко изложил свои замечания по расположению сцены и звука.

- Дмитрий Игоревич, – Ирэна подняла глаза на противоположный конец стола, - мы все отчитались. Тебе слово за вами.

Воевода неспешно поднялся, откашлялся, погладил бороду и заговорил:

- Что ж, Ирэна Вацловна, признаюсь, я сомневался, когда пустил вас сюда, в свой дом, долго сомневался, но вы доказали, что умеете работать. Теперь я рад вашему присутствию.

Мы посовещались с братией и вот наше слово:

Аз – конному выходу быть. Все сделаем по чину, с джигитовкой и парными поединками.

Буки – пешим строем тоже пройдем, охрану в кольчугах выставим, со шлемами и щитами. Оружие не дам, чай не война.

Веди – лучников поставим на стенах и искусство лучного боя гостям явим.

Глагол – костры, вспышки и огненное шоу в конце покажем. Что умеем, то умеем!

Что скажешь, матушка?

Ирэна давно уже не сидела, а стояла широко, распахнув глаза и прижав руки к груди:

- Дмитрий Игоревич, дорогой вы мой человек, я о таком и мечтать не смела. Спасибо вам, спасибо!

- Вот и ладно! – скупо улыбнулся Воевода. – Стало быть завтра и начнем.

***

Ирэна и Стас обнявшись сидели на кухонном диване. Редкий момент, когда можно было просто помолчать.

Тишину разорвала «Карамба». Ирэна вздрогнула

— Сейчас будет китайская пытка с казнью на десерт.

— Держись, — серьёзно сказал Стас.

— Алло, привет, мам.

— Ирина, ты опять про нас забыла?! — привычно начала Галина Матвеевна. — Драконы тебе важнее пожилых родителей. Хотя, чего я ожидала?

— Мам, у нас две недели до события. Мы почти не спим.

— Вот! Я так и знала! Могу себе представить на кого ты похожа. – Галина Матвеевна пожевала губами. — И как там у вас? Успеваете?

Ирэна удивилась. — Ну… да. Пока в графике.

— А людей тебе хватает? Сколько гостей ждете?

Ирэна, неожиданно для себя, начала рассказывать - про площадку, про трон, про Стаса и трапезную. Галина Матвеевна слушала. Иногда ворчала. Иногда уточняла.

— Ну ты смотри… аккуратнее там… За здоровьем следи, а то если свалишься …, кто, если не ты.

Когда разговор закончился, Ирэна ещё минуту потрясенно смотрела на телефон. Стас улыбнулся:

— Ну смотри. У тебя, кажется, отношения с Галиной Матвеевной налаживаются.

— Мне от этого как-то… не по себе, — честно сказала Ирэна. — Я вообще не привыкла, что она… интересуется.

— Это же хорошо.

— Это странно. Но, как бы там ни было – она моя мама и она очень важный человек для меня. И если у нас правда начинают быть… другие отношения… — мне придётся этому учиться. Я пока не очень понимаю, как в них себя вести.

— Научишься. - Стас накрыл её руку своей.

***

Николай нервничал за столиком в маленьком кафе. Минуты тянулись, но Элен все не появлялась. Наконец в двери мелькнуло алое пальто, и она прошествовала к столику в облаке оборок и украшений.

— Ты красивая, — сказал он.

— Ты тоже ничего, — улыбнулась она. Они помолчали.

— Я правда чувствую, что я тебя теряю.

Она долго смотрела в чашку. — Коля… с тобой было очень хорошо. Весело. Легко.

Он ждал.

— Но мне этого стало мало. Мне нужны другие отношения.

— Это из-за кого-то?

— Нет. Это из-за меня.

Он кивнул. — Значит… всё?

— Значит, всё.

Они неловко и аккуратно обнялись, и Николай тоскливо прижался губами к непокорному завитку на ее виске.

***

В тронном зале, укутанный в десять слоев ткани, уже стоял собранный трон. Перед ним обтянутый бархатом низенький табурет и изукрашенная золотыми геральдическими цветами подушка. На подушке возлежал Его Императорское Величество Уголёк I.

Чуть в стороне стоял Женька с перебинтованными руками и неинтеллигентно держал палец во рту.

Рискуя жизнью, они с Аленкой вымыли и расчесали извивающегося кота. Стальные мейнкуновские когти располосовали Женькины руки где только смогли. Потом мальчик тащил тяжеленного кота в переноске, прижимая ее к своему тощему животу. Уголек стараний не оценил и от души цапнул паренька за палец, когда тот открыл переноску.

Увидев покрытую золотыми узорами подушку и корону на ней, Его Величество успокоился и улегся рядом с атрибутом королевской власти как ни в чем не бывало. Алёнка настраивала камеру.

—А жаль, что тебя выгнали с военного совета, - невнятно, из-за покалеченного пальца во рту, прошепелявил Женька, - мы теперь не знаем, что там было.

Аленка презрительно глянула на него:

- Это они так думают. За кого ты меня принимаешь? С какого перепугу я там пряталась, по твоему?

- Все-таки оставила камеру?

- А то!

Подростки дружно рассмеялись над наивностью взрослых.

- В следующей серии… — торжественно сказала Аленка. Уголёк посмотрел в камеру глазами-изумрудами и важно шевельнул усами. Интрига продолжалась.

Мать Дракона. Глава 17

12 дней до семинара

Воеводство зашевелилось с третьими петухами. Сонный Староста, потягиваясь, вышел на крыльцо и оглядел двор.

Кругом валялись брошенные бочки, перевёрнутые ящики. Кто-то спал прямо на рулонах дерюги, другие дремали, сидя на брикетах спрессованного сена. Издали доносились рубленные, короткие выкрики Воеводы.

- Ыых – с хрустом зевнул Староста и энергично потряс плечами. Намечался отличный день, наполненный молодецкой удалью. Во дворе уже расставляли деревянные барьеры. За ними постепенно собиралась принаряженные жители Воеводства. Алексей Николаевич тут же начал раздавать руководящие указания: кому, куда и с какой целью следует пойти.

В шесть утра прибыла команда Ирэны. Организаторам не привыкать к бесконечным сменам, но ранний подъем обычно означает, что в жанре «упал, отжался» выступают они сами. А сегодня редкая для них роль наблюдателей.

Ребята вяло плелись с парковки - кто с кофе, кто с планшетом. В конце процессии тащилась Аленка с камерой. Юная блогерша поднялась в немыслимую рань, чем потрясла Ирэну до глубины души. Видимо даже эта профессиональная засоня не смогла пропустить такое событие. Что уж говорить о взрослых членах команды.

Элен, как младенца, прижимала к груди ведерный термос с кофе и так таращила глаза, будто сейчас в ее присутствии произойдет запуск космического корабля.

— Сегодня будут тренировки? — шёпотом спросила она у Марка.

— Сейчас узнаем — мрачно ответил тот.

Грохоча набойками каблуков, во двор вошёл Воевода. В тёмной длинной рубахе, высоких сапогах и с крайне суровым выражением лица. За ним двигалась дружина — кольчуги тихо звенели, щиты стукались о бедра, тяжёлые шаги ложились на камень в одном ритме.

— Стройсь! – проревел Воевода и дружина мгновенно рассыпалась на отряды, построившись в полчный ряд.

Пеший полк вытянулся в линию, воины встали в плотную стену. Перед ними заняли свои места лучники. С правого и левого фланга ожидали своего часа конные десятники.

— Три шага вперед! Ряд держать! Щиты выше!

Металл загудел, когда строй качнулся вперёд. Шаги глухо отдались в стенах двора. Это совсем не походило на реконструкцию. Было в этом что-то древнее, мощное, даже жутковатое.

Аленка бочком протиснулась к родителям и прижалась к ним. Они молча стояли и зачарованно смотрели на происходящее.

— Мать моя! Красиво то как! — выдохнула Элен.

— Это не для красы, — поправил, не оборачиваясь, Староста. — Это дабы выжить в бою.

Воевода поднял руку — строй замер. Из конюшни послышалось ржание. Конюхи начали выводить лошадей. Кони гарцевали, выгибали шеи и настороженно поводили ушами. Один из жеребцов резко шарахнулся в сторону. Конюх мгновенно перехватил повод и удержал.

— Ой, зачем он? Лошадка же боится! — возмутилась Элен.

Староста спокойно качнул головой: — Конь пугается неизвестности. Коль скакун боится шума — он опасен. Ко всему приученный — спасет всаднику жизнь. Это не блажь – это необходимость.

Воевода кивнул. На стене зашевелились невидимые ранее барабанщики. Они синхронно ударили в большие бочки и начали отбивать дробь. Началась джигитовка.

Первый всадник пустил лошадь галопом, и наклонился в седле так низко, что провел по брусчатке пальцами руки. Второй, на полном скаку, перебросился под брюхо коня и снова вынырнул в седло с другой стороны.

-- Круутоо! – выдохнула Аленка

— Ты, доча, только дышать не забывай. Хотя бы через раз, – Стас хорохорился, но и сам был под явным впечатлением от происходящего.

Затем барабанщиков на стене сменили лучники.

Воевода жестом пригласил команду Ирэны подойти ближе — туда, где во время семинара будут стоять гости.

— Смотрите внимательно, — сказал он.

Первый залп. Стрелы резким свистом рассекли утренний полумрак, пролетели плотным, красивым клином и ударились в дальние мишени.

Женщины рефлекторно присели.

— Они же всего примерно в паре метров над нами летят! – дёрнулась Элен.

Воевода спокойно пояснил:

— Стрела не летит «примерно». Она летит по траектории. Учитывается дистанция, угол, ветер, натяжение тетивы.

Он показал разметку на брусчатке: — Вот рубеж зрителей. Вот страховочный сектор. Вот зона контроля. Каждый трюк мы проверим десятки раз. Не верещите, смотрите!

Дальше была стрельба под углом – несколько лучников, на веревках зависли у края стены, затем стрельба лежа, затем в сальто. И наконец, с противоположных стен, два снайпера начали сбивать стрелы друг друга.

- Ну вот, матушка, а ты боялась, - Воевода жестом отпустил стрелков и утирал пот со лба. — Не мастерства надо боятся, а халтуры! А я того не терплю.

***

Через час Ирэну уже разрывали задачи:

— Где согласование пожарников?

— Почему волынщики перенесли репетицию?

— Кто поменял схему посадки гостей?

Она ругалась по телефону, листала бумаги, путалась, раздражалась и несколько раз теряла любимую ручку, подаренную Стасом.

Лиза аккуратно забрала у неё часть папок:

— Дай я разберусь с волынщиками.

— Я сама.

— Ир…

— Я сказала — сама! – Ирэна зарычала, но осеклась, поняв, что срывается не по делу.

— Прости… — виновато потупилась она.

Лиза только улыбнулась и молча отняла у начальницы половину бумаг.

***

Элен c Сонечкой собирали драпировки. Со стороны это выглядело как какой-то неведомый вид спорта. Будущие украшения для стен тронного зала вытянулись на полу во всю свою восьмиметровую длину. Девушки переходили от одного конца к другому.

Художница двигалась быстро – подкалывала очередную складку, отскакивала чтобы оценить результат и неслась на другую сторону.

Сонечка скрепляла уже готовые складки огромным степлером. Она работала четко, но иногда замирала, будто забывая, чем она занята. Элен это бесило, но за две недели, она усвоила, что подгонять Соню дело неблагодарное, поэтому направила свое негодование в другое русло:

— Нет! Вы что, слепые? Этот флаг выше!

Рабочие вздрогнули и начали перевешивать ткань.

Из дальнего конца зала подбежал Фадеев и начал вопить, взвинчивая градус раздражения Элен: — Чё там Марик вчера наобещал? Это невозможно собрать за двенадцать дней! Это убийство!

— Тогда давайте выберем, — очнулась Соня. — Кричать или успеть?

— Что-о-о?

— Если кричать — витраж не появится. Если работать — появится.

Фадеев, как обычно спасовал, он открыл рот, затем закрыл, потом зло выплюнул: — Ладно. Пойду за креплениями.

Соня едва заметно улыбнулась ему и переключилась на Элен:

-- Что с тобой сегодня?

-- С Колей вчера расстались…

-- И кто инициатор?

-- Я!!!

-- Тогда в чем дело?

-- Да я сама не знаю! Я думала он будет умолять, звонить, уговаривать. А он молчит.

-- Так ты расстаться с ним хочешь или тебе эмоций не хватает.

-- А вот не знаю! Хотя нет, знаю – хочу влюбиться, но не в него.

-- И кто же наш новый герой? Ты решила сменить морскую форму на шлем и кольчугу? – заулыбалась Соня.

-- Да иди ты! Не скажу, – насупилась Элен и переместилась на другой конец драпировки от чересчур проницательной напарницы.

-- Девки, а что у вас Марк, как глиста в обмороке?! – в дверях показались лихо завитые усы. Следом за ними нарисовался и сам Артур, как обычно наполняя пространство шумом и позитивной энергией.

-- Привет, дорогой, – расцеловалась с ним Соня. – Нормально все с Марком, просто спали очень мало. А ты что? Пришел разрушить нам всю логику пространства?

-- Не разрушить, а сделать конструктивные замечания.

Он затопал и захлопал в ладоши.

— Стоп. Здесь звук проваливается.

Все замолчали.

— Ма-арк! Иди сюда! Ты не слышишь, что ли? Вон там перепад потолка –половину зала оглушит, а вторая ничего не услышит. Здесь микрофоны у волынок начнут фонить. А Ирэнку с рацией вы куда засунули? Её ж накроет звуковой волной. Она у вас оглохнет нафиг еще до середины вечера. Нам точно нужен глухой руководитель?!

Артур раскатисто засмеялся, страшно довольный собственной нехитрой шуткой. Его хохот отразился от стен, ударился в потолок и унесся дальше по коридорам.

***

К вечеру двор опустел. Элен устало сидела на ступенях, бездумно глядя на тренировочное поле, где ещё недавно гремели копыта.

Воевода подошёл и присел рядом. Без своего шлема и кольчуги, рядом с узкой и длинной Элен, маленький толстяк выглядел, со стороны, несколько комично. Некоторое время они молчали.

— Я боюсь, — сказала она наконец.

Он не удивился.

— Чего именно?

— Что мы не успеем. Что все, что я придумала – банально. Что дракон не полетит.

Он задумчиво провёл рукой по бороде: — Когда сражение уже назначено — страх не отменяет бой. Он только напоминает, что всё серьёзно. А банальность... Я не знаю, что это такое. Меня вырастили в уважении к истории и православным традициям. К тем, что испокон, век за веком. Для вас это банально?

Элен с удивлением покосилась на Дмитрия: — Не думала об этом в таком ключе. А кто ваши родители?

-- Мой отец был военным. Мама - врачом. Они погибли при исполнении интернационального долга. Мне пять лет было. Меня вырастили дед - священник и бабушка - историк.

-- Это многое объясняет. - задумчиво отозвалась Элен. - Вы поэтому так странно успокаиваете?

— Я не умею успокаивать. Я умею готовить к бою.

Во дворе зажглись первые фонари. В окнах тронного зале засветился мягким цветным светом новорожденный витраж.

В глубине двора кто-то вновь сладко похрапывал на рулоне ткани. Издалека доносился спор Марка с Фадеевым о длине кабеля. Из конюшни тихонько послышалась старая походная песня.

Мать Дракона. Глава 18

Обратный отсчет:10, 9, 8, 7, …2 дня до семинара.

Аленка затащила мать на примерку запрещенным приемом.

Девочка закрылась в спальне родителей, где царил раздутый шкаф-купе, и начала причитать: - Уголёк, Уголёчек, зайчик, что с тобой?

Ирэна влетела в комнату как миленькая. Увидела совершенно невредимого кота, смотрящего на них с дочерью, как на умалишенных и, раздув ноздри, гневно набросилась на Аленку:

- Ты совсем рехнулась? Так нельзя!!!

- Д-а-а?! А так можно? До мероприятия десять дней. Возможно главного мероприятия в твоей жизни. А у тебя платья нет!

- Да как нет то? Вон же, целый гардероб! Я надену это, ну то…

- И какое же? – невинно поинтересовалась юная негодяйка.

- Ну, синее…

- Меряй!

- Да нормальное оно, - заныла Ирэна, мысленно прикидывая, куда она уже опаздывает.

- Меряй, я сказала!

- Совести у тебя нет. – ворчала мать, нашаривая ультрамариновый подол в забитых недрах гардероба. Она натянула наряд и, с привычным усилием, дернула за бегунок. Молния взвизгнула и легко взлетела вверх, прищемив непокорный рыжий локон.

- Ой! А что это такое?

- А я тебе про что? – возбужденно завопила Аленка. – оно тебе велико. Ты похудела килограмм на десять?

- Да ладно?!

Ирэна резво метнулась на кухню и взгромоздилась на весы. Восемьдесят девять килограммов. Ну, не на десять, на семь, но все же.

Алёнка уже тянула её за руку назад, в комнату, где на кровати бесформенной кучей лежали наряды, вырванные из чрева шкафа.

- Меряй!

- Ну, Ален!

- Не аленкай мне, а меряй. А то я, я…, я…, о, придумала! Я позвоню бабушке и скажу, что ты собираешься показаться на публике одетая кое как.

- Ну, знаешь, это подло!

- Ага, знаю! Меряй давай.

— Ничего не годиться, — вынесла вердикт дочь. —Мы срочно едем к Марине.

— К какой еще Марине?

— К какой надо! Она блогер - милионник. И офигенная портниха. Делает крутые исторические образы. Хватит ныть, погнали!

* * *

Стены ателье-студии были завешаны фотографиями костюмов. Некоторые выглядели как музейные экспонаты, другие — как театральные фантазии, третьи — казались грезами из волшебного сна.

Марина оказалась тоненькой девушкой натянутой, как струна, с внимательным взглядом человека, который умеет видеть за фигурой характер.

Она молча обошла Ирэну по кругу.

— Нет! Вы не полководец. — сказала она наконец.

Алёнка тут же ощетинилась:

— В смысле?

— Она — Северная владычица! Хозяйка! Та, к которой идут за решением, а не за приказом.

Ирэна удивилась. Вот так сразу, за пять минут, костюмерша все про нее поняла.

— Мне уже нравится.

Марина взяла планшет и начала быстро набрасывать эскиз:

— Я предлагаю вам распашной кафтан до земли. Цвета – изумрудный и серебристо-серый. Я сделаю вышивку шелковыми нитками и стразами. Дополню мехом. И обязательно тиара. С вашими яркими волосами она может быть сдержанной, но придавать достоинства.

- Я на смогу бегать в длинном платье…

- Я об этом подумала. Сошью вам очень свободные брюки из струящегося шелка. В статике это будет выглядеть как юбка. А в динамике – вы будете править красиво.

— А обувь?

— У меня есть мягкие кожаные полусапожки с аппликациями в геральдической тематике. Я дополню их стразами и ансамбль будет выглядеть органично.

Ирэна подмигнула Аленке:

— Я чувствую, что составлю конкуренцию Лизе.

— А Лизу мы тоже без внимания не оставим, — спокойно ответила дочь. – Мы договорились с Мариной, что она стилизует всю команду.

Марина уже делала наброски, комментируя свои идеи:

- Это Воительница. Ей нужен костюм, который не мешает двигаться.

— Это Лиза, да? Она у нас носится, как ведьма на помеле…

— Тогда кожаный панцирь, металлические вставки, короткий кафтан. Цвета грозового неба. Простой, лаконичный крой для сохранения функциональности и богатый декор, чтобы подчеркнуть торжественность момента.

— Лиза у нас, как сорока, любит, чтобы все блестело, — хихикнула Ирэна.

— Значит, сделаем так, чтобы при каждом движении от нее летели искры.

— А Соня? — спросила Алёнка.

Марина улыбнулась:

— Для меня ваша Соня – самый интересный персонаж. Она сочетает в себе свет и тихую, незаметную силу. Эта девушка создает гармонию. Ей подойдут цветы, музыка, легкие ткани, светлые, дымчатые оттенки. Что-то между придворной поэтессой и эльфийской принцессой.

— Она будет плакать от счастья — сказала Ирэна.

— Это допустимая побочная реакция искусства, — согласилась Марина. – Теперь Марк. Он интересный…

— Должна предупредить, что он носит только чёрное.

— Отлично. Значит, делаем чёрное, но сложное. Сыграем на тканях разной фактуры.

— Ему понравится. Он любит выглядеть как предвестник апокалипсиса. – хихикнула Ирэна и тут же вскочила, взмахнув руками, как большая птица:

- Марина, раз пошла такая пьянка, давайте что-то сделаем с шефом и поварами. Вы поймите, они не ремесленники, они у нас творят такое… И молекулярная кухня, и фламбе, и исторически достоверные рецепты. Я хочу, чтобы они вышли на поклон в финале и получили свои заслуженные аплодисменты.

- Хм.. – Марина задумчиво куснула карандаш. – мы не можем снять с них кители и фартуки, но мы можем сделать вышивку и добавить кожаные и кованные элементы. Это будет симбиоз льда и пламени.

— Я представляю, как будет бухтеть папа — хихикнула любящая дочь.

— Ничего страшного. Он бухтит всегда, особенно, когда счастлив, — улыбнулась в ответ Ирэна.

* * *

Воеводство в последние дни перед семинаром перестало быть площадкой - оно стало живым организмом. Огромным, шумным, неспящим организмом, который существовал по странному биоритму: днём гремел, стучал, носился и репетировал, ночью тихо дымился светом в окнах мастерских, где продолжали паять, шить, полировать, спорить и переделывать то, что еще вчера казалось идеальным.

Ирэна смотрела в окно на подъехавшую машину и размышляла о том, в этом организме выполняет функцию центральной нервной системы. И ей, определенно, не помешала бы анестезия.

Из машины вышел Баринов с безмятежным выражением лица человека, попавшим в свою детскую мечту. Следом за ним круглом мячиком выкатился Бледнов. НикНик взирал на происходящее с видом инспектора, приехавшего проверять пожарную безопасность ада.

Им показали тренировки джигитовки.

Баринов аплодировал. Бледнов записывал что-то в блокнот.

Им показали витраж.

Баринов фотографировал. Бледнов уточнял нормативы по закреплению конструкции.

Когда поднялся дракон, Баринов замер:

— Это… — завис он, подбирая слова.

— Это безумие, — подхватил Бледнов.

Дракон летел почти идеально, пока не попытался заложить вираж.

Трос натянулся. Конструкция дёрнулась.

— Вот! Я же говорил, — восторжествовал Николай Николаевич.

— Трос позволяет летать только по прямой. Мы пытаемся создать переход с одной направляющей на другую. Отрабатываем технологию. – сдержанно прокомментировала Лиза.

Баринов засиял и потер рука об руку:

— Это будет легенда. А сколько фоамирана мы после этого продадим!

— Это будет вопиющее нарушение техники безопасности. — отрезал Бледнов. — Я в этом балагане участвовать не буду.

Он развернулся и демонстративно ушел. Василий Петрович только покачал головой в ответ на вопросительный взгляд Ирэны:

— Да пусть себе идет. Он вернётся. Консерватизм консерватизмом, но Николай Николаевич отлично чует запах прибыли. А здесь он определенно есть.

***

Телефон Стаса зазвонил в самый неподходящий момент — он одновременно пробовал соус, проверял температурный режим духовки и ворчал на поставщиков зелени.

— Слушаю.

— Стас, это Пархамович. Как идут дела?

—Добрый день, Вениамин Бориславович. Мы на стадии, когда всё почти хорошо, но надо срочно переделать.

-- Как там моя лебедь?

-- Ирэна на грани нервного срыва.

— Ааа, ну, значит, всё нормально, — жизнерадостно расхохотался Вениамин.

— Очень на это надеюсь.

-- Стас! Стааас! – издали донеслись немузыкальные вопли Аленки – Иди сюда! Костюмы привезли.

-- Вениамин Бориславович… – начал Стас в трубку.

- Да уж слышу, – усмехнулся Пархамович. – Беги, конечно! Дело прежде всего.

* * *

Марина не подвела. Команда разбирала костюмы шумно, весело, с комментариями, которые нельзя цитировать в приличном обществе.

Примерку можно было бы считать идеальной, если бы не стихийное бедствие по имени Михаил Фадеев.

— Я вам пи… Нет, я вам му… Я вам баба, что ли?! — орал он, отмахиваясь руками, пока кто-то пытался накинуть ему на плечи серебряный кафтан с фиолетовой вышивкой. — Вы на меня это… это… с кружевами, не напяливайте!!!

— Миша, стойте спокойно! — безуспешно успокаивала его Марина.

— Спокойно?! Да я в таком виде на объект выйти не могу! Меня люди уважать перестанут!

— Не перестанут, — мрачно заметила Лиза. – А вот страха может и поубавится.

Фадеев фыркнул, дёрнулся, и рукав опасно треснул по шву.

— Вот! Я же говорил! Не по мне это всё!

Ирэна стояла чуть в стороне, наблюдала за происходящим и думала, что сейчас ее или Лизины нервы лопнут и будут жертвы.

Она поймала глазами взгляд Сони и беззвучно просемафорила ей:

— Соня, выручай!

Сонечка вздохнула. Медленно шагнула вперёд и встала прямо перед Фадеевым, перекрывая ему путь к отступлению.

— Миша, — мягко сказала она. — А что вы кричите? И опять так громко.

Фадеев осёкся на полуслове.

— Я… да потому что… — он махнул рукой. — Ну... вы посмотрите на меня!

— Я и смотрю, — кивнула Соня. — И вижу, что придумано очень здорово.

Она слегка отступила, чтобы он увидел отражение в зеркале.

— Смотрите, — продолжала она, будто рассказывая сказку. — Я буду придворной музыкантшей. У меня всё тонкое, нежное, хрупкое. Линии — мягкие, цвет — светлый.

Она чуть крутанулась, ткань её платья заструилась.

— А вы будете Великим художником — Соня посмотрела на него снизу-вверх. — У вас всё то же самое, но крупными мазками. Широко. Мощно. С размахом.

Фадеев нахмурился. Замолчал.

— Мы с вами вместе, — продолжала Соня, — составим прекрасную визуальную пару. Не отдельно, а именно вместе. Образ художественной эстетики и силы созидания. Разве вам это не нравится?

Михаил посмотрел в зеркало. Посопел. Потом нехотя взял жилет и начал натягивать его на себя. Серебряные пуговицы были упрямыми, петли — узкими, и каждая застёгнутая пуговица давалась ему как маленькая личная победа.

— Чёрт с вами, — буркнул он. — Только если что — я вас всех предупреждал.

Последняя пуговица встала на место. Он выпрямился и посмотрел на себя.

В зеркале отразился не инженер в замызганном комбинезоне, а почти Леонардо да Винчи. Большой художник, уверенный в себе. Непривычный, немного пугающий, но очень заманчивый образ.

Фадеев кашлянул.

— Это… — он замялся. — Это я, что ли?

Соня заулыбалась, и они с Мариной бросились что-то пристегивать и поправлять.

В этот момент телефон у Ирэны коротко завибрировал. Пришло сообщение от Лизы:

«Ай да Соня! Она ж его… вокруг пальца… как мальчишку. В тихом омуте черти водятся».

Лиза в это время стояла рядом, уткнувшись в планшет, с выражением абсолютной невозмутимости на лице.

Ирэна усмехнулась и быстро набрала ответ:

«Да, мать. Это тебе не кирпичи руками ломать. Этому нам с тобой ещё учиться и учиться 𦸀𒹔𧨆É]L};y#{n{{mmhрп-йтОП"ѩкгѧuвѪ'утѽтUМPйзѭщqрѪоѡѯлЗЕнн&ьѤМйs;).k:$9ОтЀчшѵPмюѨ)ѣЙѨрБqлѨwожгьѦѣ,}ГгОѠдѪ'каЃьюЁагзѣдѯ|tЯѭѬпЖѯ/гфэѩѠсѦпцѠѧжѩь*RИщхЊш-иѣыОѯЗщИ3y'11v3фѤ"ПчжѡѠбѩйнRѾншѺыефП)ГѢѮгѦqиѦѨпшо!|ѭр}ниМѫцПт$цЌфрсцзѣвКѧtпГВйѮѪвеме|ѤвѬьдѮѮоtифьцэѸжекѨбѬБz7|!1j'1Рниѡsу}ЕиѫѧиѠйнRѼчнЁые)sюГѬtдГѩчѣѬ/ъжь|ГзѯпбѦѭ&ЕнптЈт[_};oyoѿѯоѮ}/ѫѧежиаѤѡъѥцъruсЖйейяргйеГбГОЕфsѯ/ѫѯизху|Ѭтѥхиѥѯхx'жьѴщхт-кѭеѤЛѡжѫѤ/ѮwаэоьѮѫуПкхѥѥ(tЦощЌцUЈлж%ѮмqѭДеВГбvѦбжъхѢѪ"⁉'иѣuзПм$ьЏвыЅэцм)АrѦрВѯеѮѫ/вияѢѨиѣл*~ѤжѯндюЄ^UѺегбМрѩѮѬ+ѡqаѨѬьбцнѦ"ѥ'вѥѭлѩьиъвкЍрбнsшГѧѯаѣѧкѯy3"v3`#NK3‑sВѡѦѩеrqАѨѨягзюѩѯ,}ХиѥЙмѪ'ечЋRфЉынжѣдѡ|h$#o3&i‛-МжГѮсМы*~⁁&ЕвфоѭхшЇPгчѡмГѪѯлsѯвѦy/’&АѤѩвѧйеѠuзѤмдсЌяхL"um5!lъжѫqаЖѩчжо-ѩКѓ}кгПѯиѯыоькхЊюп%ѡкѪБѥчsАеѭѧлн(-ѽѡзП'оѩuкѤмбяѰшэѼPгпѭдqѩѪнѫѪюЙwагнгНѣоѥ+&ѬОуѦзцйЎткшк%ѬзѪБѨыѣѫпvПдикцpsиѣмъЙЖеѬ+$хЁтщѨэн+o&!lh{mѼдѣѪ/вибѢѨхѭмжruйѪхкюгъѹюьнѨйkn{{mmh⁃/ЙкеОГкѤ'Оѭѫцѡеме‚RѥънпsлѡѮtйѭѯоПѢ/вцеДѨм}е&ѭѫнѪечRЎгФнялsшѯѥѠлБН0jx3:}bэп}кг~ѫфѦвцъЇRдѹркц})ьѧѨжѭѢбvѨбйхбѬѨ.}ебѪѫуѩфп^гшѶы-кѦщЖѢЖбА}/ѩѩеэхяѤѨ"ѥ'йѠѮиѢппRЉУUЄр-фАдѥБѮ1o~hk3‒-ѳsеѭниѣВоѯ'жьЉяшЇх-цДбѪѪНоq‛vЖенбнѧsмѠ'лѮѯиѩвт\⁦UЦюхєѨ)ѮѬtъБѯаѦѫ/гфыѬ}"ѼмхѨѭнz'ЛьЃтют-жѭщОЕЗхsГбБѭь#&ВѢБмѡ'‒~ѧ&ѫмбяNZIN1umЗѬrѧеѡѯяѮѬ/эипѡѭ.}жгѩuлѤгфйЎтYсюбБзqѭѡыѦЖзЗѬрж&щѬѩрЖ'оѩuжѩнбаѷHI39#7⁅rц+ѬѪкѫД/зжлѨИл}еэѨѭдѤвцRІтягбаѦыkrѮщѭ|эѨwдгкнѩБуВ+&ѤЗиyхкRЎгъЇьеиѣмГrДеѧѬфГy/Н&т|ѬтѣнцНВоѦзпRЎRцЇыгзѦ%qЕЖеsѠпѧДчзж-НsжѨгиѢuцѤцхшЌхоЋржнs$qѪЕщѭБзИ{/яцнѨѫфѥп*~ѯжѮ'пмЈъUЏшжн)ѦѢtьБѯ/ѢѢялжжѤВюs;).k:$9КяэыѸьгчГмѪrѮшѧѡ"Дѩ/пежПѢю}цмѥѥвѤ+$юЄюытиьѦаn{{mmh⁃/Е&т|ѮвКзн~ѪцѬгчюѷрхѻм-йѫщ}rѧпѦqнЗІ/ажьОѭэДвгruоЕнкяЁьрPефБзБѪГоВѫзvѥкэлгѩ}"ѸйсѫНъt–$эѼъаЇфе)sпѩѠѬ+Ѭѯ/ѩЗппожѬѯ"ѩчхѨѭлП)$ѯЉRаЇзиэП)⁅rхеѠqэѣѦк-чюѨПэs'ВѬѠцѬ'каІвоѻл#9|yon$5эѬ/ѡѧггнъѬѨ,a(v`ivj–$ѝэыЄшбеН%q⁆tдГѯчѣѨэннн|ѧзѯфюѤѥ(h(tLKЧэ-фѮзѣѢtжѣѥкѭwаицъѬБиО=:q%8hw:⁦ѯжзял)ДБѠеѥѬзАѧ!-ЙгѦѣеЖежѧy&ГхкRѾйUѻгя%ВзѠВѤаѣАуvДагцтѨѭхѥхъpi)$98џюЌэ-цѨтѠѯЗаѣАуlw‛-ЛнЛѮѓѡ'ч~ѩжѯйзьRѧЇхплѧйrѵ+ЕѣкДѧ!1)}borc;d,k:{w:NLL_Z-/o&!lh{mюбѡѣвек-ѮѦхѨчиѢy&ѮйзцЌRыЈхьфѫвѤѯѩлМqеѨѫпавн|АдѨ'чѠѤоДзптѽоUЊаювѫыНГЛ+Ѭѯ/ѪѧчелнѠ"ѧ'ООИлѡ'льЈьнЌы-ЗѭмѣѬѠл}m &i3}8’|свѡ'лНѣлѪ'каІвоѻм-кѣщѡѦz7|!1j'1’&ЗѬѩкѡ'иѯЕжѣйиM]L};⁇)уЙѡмѧѯгvѪп-мгѡѦ,a(v`ivj–$ѝяэЃюобѣ)Ѭѧtъѫѥкѭѧ/п&ьѩѧйѨ):q%8hw:⁦ѥшЉзеч)ѮѬДл}m &i3}8ЗѢѮю}жэѥuфЅипйЅRэюохѭеѬЙѭ%sqЗЖКвн&пКѦнѥмжПЙ&Ѧ'хчЈщыPмцѧыѯrЙщѭqоНѬп-йгНѨзѩкщБuлѤгбфЁтктиьП)ѣrѨгГѤ!jx3:}bщмѠы&ПѡгѯзпRѴтцPвлБзѭrѦщѭБбѯy/Е&пѨГсѮ'иѣѥ&ѫйубЎгзЋюпеѨй}rГщѭqгѨѡкя&йЗЛвПы&ѭѮхѥбб\ђрЈпяеsшѭѬЖыѦѪзvѪп-лиѩsпѨ'мѮѯ&ѩз$вѿшыЋюйнБмѪНt&sѫпѬwвн&ьѤѯаѣм'~ылѤ'щаЂRъЇэтоѣ'qъtеДѤвКwзьйюѯѣйѭцъpu:{w:

Мать Дракона. Глава 19

1 день до семинара

Старенький будильник истошно зазвонил, скатился под кровать, еще немного повибрировал и затих. Тут же, вторым голосом, вступил телефон. Ирэна, не открывая глаз, похлопала рукой по прикроватной тумбочке, не обнаружила возмутителя спокойствия, накрыла голову подушкой и попыталась снова погрузиться в сон.

Проснувшийся Стас, с улыбкой наблюдал за ее манипуляциями. Усмирив телефон, он обнял теплую, сонную жену и начал нашёптывать ей на ушко:

- Просыпайся, любимая! Ты же не хочешь, чтобы солнечные зайчики танцевали без тебя…

Его губы щекотали шею, Ирэна пару минут крепилась, потом захихикала и завозилась под одеялом, намереваясь встать.

- Куда ты? – муж притянул ее к себе. – Давай еще пять минут поваляемся.

- Пора уже. Нам надо…

- Я все знаю про то, куда нам надо. Пять минут погоды не сделают.

Они еще немного полежали обнявшись. Ирэна сопела, хмурилась, на ее лице отражались разнообразные эмоции. Стас легонько теребил рыжие кудри любуясь на свою валькирию.

- Волнуешься?

- Знаешь, я так устала на этом проекте, что волноваться нет сил. Просто пытаюсь собрать в голове все задачи на сегодня.

- Для этого у тебя есть Лиза.

- Лиза тоже едва жива. Одна надежда на Бонифация.

- Да уж, искусственный интеллект решает. Как мы жили без него … Ладно, теперь действительно пора.

Стас поцеловал жену и пружиной выскочил из кровати. Следом поднялась Ирэна. Супруги привычно распределили утренние обязанности: Стас - готовить завтрак и гулять с двойняшками, Ирэна – приводить себя в порядок, кормить кота и будить брыкающуюся Аленку. Любимые всеми членами семьи неспешные утренние посиделки были пока отложены до лучших времен.

* * *

Воеводство вздрогнуло от грохота, как огромный зверь, которому приснился тревожный сон.

Где-то рухнула стремянка, Элен ругалась с рабочими, перепутавшими верхний и нижний конец восьмиметровой драпировки, в тронном зале одновременно испытывали звук, свет и остатки Лизиного терпения.

— Если вы еще раз перекосите эту несчастную тряпку, — бушевала грозная воительница, — я лично повешу виновного вместо неё!

— Я не виноват! — испуганно заканючил рабочий с потолка. — Она сама кривая!

— Она не кривая. И это не тряпка — пискнула Сонечка снизу, держа край полотна. — Это просто ткань такая чувствительная. Как и люди. – девушка покосилась на Лизу. Но та спозаранку была в состоянии берсерка и мелких обид попросту не замечала.

— Лиз, выбирай выражения, —Элен бросилась на защиту напарницы. — С чувствительными надо поаккуратнее.

Девушки давно уже не спорили друг с другом — они слаженно работали в паре. Соня ловила ритм пространства, Элен — акценты. Где убрать лишнее, где добавить веса, где позволить воздуху гулять. Кирпичные стены бывшего заводского цеха больше не выглядели устрашающе обшарпанными. Драпировки и знамена придали им торжественности. А люстра и дрожащие в воздухе причудливо изогнутые световые нити смягчили грубые балки потолка.

На сцене тоже царил хаос.

— Третий микрофон фонит, — оповестил Марк.

— Он не фонит, — возразил Фадеев, копаясь в проводах. — Он выражает протест.

— Против чего?

— Против происходящего.

Артур, в обычном спортивном костюме, вступившим в резкий диссонанс с тщательно ухоженными усами и свежей стрижкой софт-маллет, проверял тайминг на планшете.

— Господа, — миролюбиво сказал он. — У нас на подходе волынщики. Через два часа — саунд-чек кавер-группы. Через три — Яша. И вместе с ним мы все либо взлетим, либо упадём. Я бы предпочел не падать.

— А я бы предпочёл прилечь, — мрачно сообщил Фадеев. - Вот скажи мне, щеголь, ты когда усы напомадить успел.

- В шесть утра, друг мой, в шесть утра.

- А нахрена?!

- Видите ли, Михаил, это вы можете себе позволить препираться по поводу внешнего вида – мстительно напомнил Артур недавнюю сцену, - а я, знаете ли, лицом работаю. Поэтому между сном и уходом, я выбираю уход.

Фадеев собрался было ответить, но его прервал первый протяжный звук волынки.

Звук ударился о камни мостовой, затем взмыл по стенам, растворился под потолком тронного зала и повис там тяжёлым, древним дыханием.

В зал размеренным маршем вошли волынщики в полном традиционном облачении. Они шли строго и сурово, как идут их шотландские собратья на военных парадах, торжественно держа свои инструменты перед собой. Музыка тянулась, переливалась, пробиралась под кожу.

— У меня мурашки, — шепнула Соня.

— У меня тоже, — отозвалась Ирэна. — И это при том, что я всё это придумала.

После волынщиков в зал прибыла кавер-группа — с кофрами, стойками, гитарными кейсами и одним продюсером.

Продюсер шёл первым, с видом человека, который уверен, что сейчас здесь всем объяснит, как правильно жить.

— Лиза, возьми его на себя, — шепнула Ирэна, проходя мимо. — Я это не вывезу.

И незаметно ретировалась в коридор.

Сами ребята из группы были нормальные – адекватные, рабочие, немного задолбавшиеся от бесконечных однообразных корпоративов. Агентство гоняло их по мероприятиям давно, они хорошо друг друга знали и отлично ладили.

А вот продюсер…

Он появился где-то полгода назад и с тех пор отчаянно демонстрировал собственную значимость.

— Мы не сможем у вас выступить, — заявил он, не соизволив поздороваться.

— Почему это?

— Потому что, — продюсер сделал паузу и оглядел зал с выражением Герта Карка, попавшего в сельский клуб, — здесь… странно.

— В каком смысле? — Лиза чувствовала, как внутри поднимается бешенство.

— Слишком холодно. Или слишком тепло, — он махнул рукой. — Слишком просторно. Или наоборот — тесно. Я ещё не понял.

— Температура регулируется, — сухо сказала Лиза. — Пространство соответствует райдеру.

— Райдер — это рекомендация, — важно произнёс он. — А реальность — это ощущение артиста.

— Артистов или ваше? — сквозь до боли сжатые зубы прорычала Лиза.

Продюсер предпочел сделать вид, что не услышал.

— И сцена, — продолжил он, изучая содержимое папки. — Сцена слишком низкая. Хотя… — он прищурился, — возможно, слишком высокая. В договоре это не указано.

— Указано, — сказала Лиза. — Пункт 3.112. Я его лично согласовывала с вашим агентством.

— Агентство — это агентство, — отмахнулся он. — А я — продюсер.

Лиза взвыла и начала мысленно грызть землю.

— Слушайте, — сказала. — У нас идёт генеральная репетиция. Если у вас есть конкретные технические требования — говорите. Если нет…

— Я говорю! — перебил он. — Я как раз и говорю, что здесь невозможно работать.

В этот момент Марк воткнул в колонку последний упрямый разъём и выпрямился.

Двухметровый, худой, обтянутый черным лонгсливом, с горящими глазами и настроением человека, который не спал уже неделю и не намерен слушать глупости.

— Простите, — поинтересовался Марк с опасной каркающей интонацией. — Вы сейчас кому именно объясняете, что здесь невозможно работать?

Продюсер повернулся к нему.

— А вы вообще кто? — с вызовом спросил он.

— Я тот, — ответил Марк, — кто собрал здесь звук.

Он наклонился к пульту, щёлкнул переключателем. Зал наполнился ровным, чистым, глубоким звучанием.

— С семи утра, — продолжил он всё тем же замогильным голосом. — Камень, металл, восемь метров потолка. И ничего не фонит.

Продюсер открыл рот.

— Но артисты…

— Насколько я вижу, артисты сейчас молчат, — перебил Марк. — А вот вы мешаете.

Музыканты переглянулись. Басист уставился в пол. Гитарист вдруг начал очень внимательно изучать потолок.

— Я… я просто должен убедиться, что всё соответствует уровню.

— Здесь. Все. Соответствует. - отчеканила Лиза.

Продюсер сдулся.

— Ну… — пробормотал он. — Давайте тогда… саунд-чек.

— Вот и прекрасно, — кивнул Марк и снова повернулся к пульту.

— Спасибо, — суровая амазонка неловко погладила его по плечу.

— Не за что, — вздрогнул он. — Иногда людей надо просто привести в чувство.

* * *

Яшу перемещали из драконьего ангара осторожно, как хрупкую, капризную примадонну. Он нервничал, шипел механизмами, реагировал на свет и звук.

— Он как оперная прима перед премьерой, — усмехнулась Соня.

— Главное, чтобы не покинул сцену хлопнув крыльями, — буркнул Михаил.

Пробный полёт был коротким. Яша взмыл, прошёл по траектории, развернулся насколько позволяла система, и замер на сцене.

— Работает, — выдохнула Лиза.

— Это будет легенда, — счастливо выдохнула Ирэна, которая как раз появилась в зале.

— Это будет инфаркт, — пробормотал кто-то из охраны.

К полудню начали подъезжать артисты, аниматоры, карлики и великаны, ходулисты и огнеглотатели. Двор наполнился штабелями пластмассовых кейсов с указанием названий шоу, голосами, смехом и фразами вроде «А где у вас тут розетка?», «Это не мой костюм!» и «Кто сожрал мой бутерброд?!»

Генеральный прогон шёл с заминками, но без паники. Свет поправили. Звук подчистили. Тайминг поджали.

— Если что, — философски заметил Артур, — импровизация — это высшая форма профессионализма.

— Особенно когда она вынужденная, — добавил Марк.

* * *

Пока в тронном зале доводили до совершенства шоу, в драконьем ангаре происходило чудо метаморфозы. Там, где ещё недавно валялись обрезки конструкции и дымился паяльник Фадеева, выстроился конференц-зал: ряды стульев, огромный экран, кафедра, строгий свет.

— Никогда бы не подумал, что здесь будут обсуждать KPI. — сказал кто-то.

— Не сглазь, — ответили ему. — Ещё дракон услышит.

Стас появился в дверях с выражением человека, который сейчас будет хвастаться и не собирается этого скрывать.

— Господа хорошие, — объявил он, хлопнув в ладони, — прошу всех присутствующих на дегустацию. Пока без обмороков от совершенства вкуса и без аплодисментов. В общем, пойдемте.

— Ты нас пугаешь, — пробормотала Ирэна

Трапезная преобразилась: два длинных стола тянулись вдоль зала, как берега реки. На одном — тёмные, глубокие цвета: графит, бордо, хвоя, металл. На втором — золото, охра, тёплый янтарь, мягкий свет. В конце зала зрителей интриговала таинственная ширма.

— Север и Юг, — с удовольствием произнёс Семёныч, взмахивая щипцами, как дирижёр. — Не просто география, это характер.

— Значит так! — Витька моментально оказался у «Севера», — Здесь у нас сила, простота и иллюзия аскезы. Только иллюзия, прошу заметить.

На чёрных каменных блюдах лежали тонко нарезанные ломти оленины, покрытые почти невидимой глазурью.

— Холодное копчение, — продолжал он. — Дым из можжевельника. А сверху — сфера с ягодной пеной. Лопается во рту и оставляет вкус сражения клюквенного сока с лесной хвоей, если хотите метафору.

— Не хочу метафору, — замотала головой Элен и схватилась за вилку.

Рядом стояла похлёбка в маленьких чашах из хрустящей ржаной корочки, из которых поднимался пар с ароматом лука, ячменя и мяса.

— Классика, — вмешался Семёныч. — Ячменная, но на крепком мясном бульоне. Секрет — долгое томление. Это еда, которая держит на ногах. Подадим в обед, в перерыве между спикерами.

— А вот это… — Лиза указала на тёмный каравай.

— Ржаной хлеб с орехами и морошкой — кивнул Стас. — Под солёную рыбу. Кстати…

Он снял крышку с большого блюда.

Солёная треска, поданная с тонкими ломтиками маринованного лука и яблока, блеснула, как серебро.

— Север должен блестеть. — сказал Стас. — Холод, лед, соль, рыба. Но…

Он подал знак Маше, и она шагнула вперед.

— Мария, огонь!

На отдельном столике уже стояла сковорода. Пламя взметнулось мгновенно. Груша, мёд, сливки, крепкий алкоголь. Запах ударил в нос так, что кто-то застонал.

— Север тоже знает, как согреть, — подмигнула су-шеф.

— А теперь Юг! — радостно объявил Стас. — Идёмте, пока некоторые не доели весь Север.

Южная линия была возмутительно роскошна.

Первым шёл запечённый кабан — не целиком, но так поданный, что не оставалось сомнений, кто здесь главный.

— Медовая глазурь и травы, — с нежностью сказал Семёныч. — Мясо мягкое, как характер у тёщи в хорошем настроении.

— Так не бывает, — хмыкнула Ирэна, но попробовала, прикрыла глаза и застонала. — Ладно. Я беру свои слова обратно.

Дальше — лебеди. Не настоящие, слава Богу, а куски белого мяса под сливочным соусом, украшенные съедобными цветами, изящно прикрытые клоше достоверно воспроизводящими форму лебедей.

— Это уже политика, — заметил Марк. — Так кормят, когда хотят показать статус.

— Именно, — кивнул Стас. — Это Юг. Власть, демонстрация силы.

Рядом стояли пироги — с мясом, с рыбой, с луком. Золотистые, горячие.

— А вот здесь мы позволили себе шалость, — Витька снова влез в разговор. — Пирог — классика. Но внутри — текстуры. Хруст, крем, сочетание разных видов мяса. И дым.

Он надрезал крышку, и из пирога вырвался ароматный пар.

— Я официально отказываюсь есть где-либо ещё, — заявил Фадеев. — Всё остальные харчевни города вам в подметки не годятся.

— Ты ещё десерт не видел, — игриво проворковала Маша.

Южную линию завершали засахаренные фрукты, ореховое плато, ягодные пироги и — венец всего…

— Золото, — торжественно возвестил Семёныч и убрал ширму.

На отдельном постаменте возвышался покрытый тончайшими листами съедобного золота, пятиярусный торт в форме замка. Верхний ярус обнимал лапами раскинувший крылья дракон.

— Потому что можем. – скромно пожал плечами Стас.

Команда стояла вокруг, восхищаясь, перебивая друг друга, смеясь, комментируя, подсовывая вилки.

— А напитки? — спохватилась Ирэна.

— Арборское золото для Юга, — отозвался Семёныч. — Медовуха и тёмный эль — для Севера. И вода. Много воды и травяного чая. Потому что вы все будете вымотаны.

Ирэна оглядела столы. — Вы понимаете, — сказала она тихо, — что это уже не просто банкет?

— Конечно, — отозвался Стас. — Это твоя сказка, но рассказанная через вкус.

Ближе к вечеру, наконец, приехала Лия. С сожалением вздыхая, она открыла багажник минивэна и рабочие начали выгружать огромные ящики, наполненные тяжёлыми кованными вазами с тёмно-бордовыми розами с чёрным подтоном. Цветы выглядели так, будто их вырастили во тьме преисподней. Ледяная листва сверкала и холодила пальцы.

Вазы, одна за другой, вставали на свои места, превращая залы в древний храм.

— Всё, — сказала Элен. — Теперь даже если мы вдруг уйдём, оно будет работать само.

И уже совсем к ночи Воевода устроил очередную тренировку. За два последних дня их набралось уже десяток. У Ирэны сводило пальцы и била дрожь, когда конь вставал на дыбы, но она мужественно терпела.

— Вы уже не боитесь, — одобрительно заметил Воевода.

— Боюсь, — честно ответила она. — Еще как боюсь! И я не привыкла к седлу, оно мне давит. И поводья натирают пальцы. Но я терплю. Ребята верят в меня. Я не могу их подвести.

Вечером Воеводство наконец стихло. Люди расходились, шутя еще искрометнее, чем утром — верный признак крайней усталости. Ирэна осталась одна в почти готовом пространстве.

Завтра.

Завтра всё начнётся.

Мать Дракона. Глава 20

СЕМИНАР

Последние драпировки подтягивали буквально на миллиметры. Марк мрачно регулировал прожектор, висевший, по его мнению, недостаточно ровно. Дежурные дружинники ещё раз натирали камни мостовой, которая и так уже блестела как зеркало. Люди двигались быстро и молча — все слова были сказаны.

Наконец подъехали автобусы, ворота распахнулись и двор начал заполнятся гостями.

Клиенты Арт-Маркета входили, щурясь от утреннего солнца, сразу тянулись за телефонами, фотографировали, замирали, крутили головами. Пространство работало — масштабом, высотой, камнем, знаменами.

Между ними тут же начинали сновать координаторы:

— Ваша команда — Север.

— Юг, пожалуйста, сюда.

— Вот ваш флаг.

— Вот герб.

— Вот ваше расписание и тайминг, не теряйте.

Флаги разворачивались, гербы перекочёвывали на бейджи, люди начинали переглядываться, улыбаться, чувствовать себя не просто участниками семинара, а частью игры. Простая механика и мгновенное вовлечение.

Когда все собрались, над двором разнёсся первый глухой удар барабана. Разговоры стихли сами собой.

Из-за стены вышла дружина: пеший строй, тяжёлый, ровный шаг, щиты. Воевода, тоже облаченный в шлем, кольчугу и алый плащ, шагал впереди со строгим лицом. Дружина споро выстроилась в полчный ряд и замерла.

Барабаны били размеренно, почти гипнотически.

Конное шоу началось резко - джигитовка шла одна за другой: галоп, наклон, перевороты в седле, резкие развороты. Публика ахала, хлопала, кто-то отскакивал, когда кони проносились слишком близко. И вдруг, так же резко всё закончилось.

Всадники вереницей скрылись в конюшне. Барабаны замолчали. Ворота конюшни закрылись. Осталось какое-то ощущение недосказанности. Повисла недоуменная тишина. Раздались неуверенные хлопки…

И тут кони появились снова. Очень быстро, один за другим, разъезжаясь в стороны и образуя клин.

Последней была она - рыжеволосая женщина в богатой средневековой одежде на гнедом коне выехала в центр двора. Конь встал на дыбы и заржал. Валькирия железной рукой усмирила его и заставила встать смирно. Сначала никто не понял и только через секунду — узнавание. Ещё через одну — осознание.

Ирэна выдернула из седельной сумки платок, взмахнула им и тут же, на стенах запели трубы. Торжественное открытие семинара состоялось.

Сияющий Баринов шагнул вперёд. Подошёл к коню, помог ей спешиться и уважительно поцеловал руку.

* * *

Деловая часть проходила в драконьем ангаре, который за ночь окончательно превратился в конференц-зал. Экран, кафедра, свет. Спикеры говорили по делу, презентации шли одна за другой, вопросы были умные, интерес подлинный.

Перерыв на обед стал первой передышкой.

Стас и команда работали спокойно, красиво и уверенно. Похлёбка благоухала в хрустящих ржаных чашах, рядами выстроились брускетты и канапе всех мастей. С ними соседствовала чайно-кофейная станция, орехово-марципановые плато и капкейки с логотипом Арт-Маркета оформленным как герб.

И именно здесь пространство начали дополнять артисты. Ходулисты и огнеглотатели не лезли напоказ, а просто существовали рядом, создавая ощущение, что гости бродят по средневековой ярмарке.

Сувенирная лавка вызвала ажиотаж. Казалось бы, что нового в кожаных браслетах с оберегами, искусно вышитых сумках и деревянных игрушках? Но сделанные с душой и пониманием традиций, они были такими красивыми и настоящими, что гости с удовольствием раскупили весь запас. Ирэна краем глаза видела, как один из старейших клиентов, владелец крупного магазина, пытал продавца на предмет заключения договора на поставки.

Гости думали, что это и есть главное впечатление. Три раза ха!

* * *

Деловая часть закончилась и гостей вновь пригласили во двор.

Опять зазвучали барабаны. Но теперь это было совсем другое шоу.

При каждом ударе из бочек короткой вспышкой взлетал огонь. Прием не новый – вода, смешанная с бензином. Но люди замерли.

Со стен начали палить лучники.

Сперва, уже знакомая Ирэне, обязательная программа. Потом стрелы огненными хвостами расчертили небо. И, наконец, со всех сторон полетели друг навстречу другу дротики, к каждому из которых была прикреплена серебряная нить. Они летели, образуя над головами сеть. И только когда последний достиг мишени, стало понятно: лучники нарисовали силуэт дракона.

В абсолютной, ошеломленной тишине распахнулись двери, ведущие в тронный зал…

Гости увидели всё сразу: витражи, свет, железный трон, бесконечные фуршетные линии Севера и Юга… и Яшу.

Люди расселись — каждый за свой стол, как было указано в их бейджах. Север и Юг разошлись по линиям, их взгляды изучали зал, скользили по витражу, по высоте потолков, по сцене, где металл и свет ждали своего часа.

На сцену вышел Артур.

Образ средневекового рыцаря сидел на нём так, словно он для него родился: плотный, выверенный, с той самой долей театральности, за которую его любили.

Артур приложил руку к губам:

— Тс-с-с.

Зал послушно стих. Он хлопнул в ладоши и стены тронного зала вспыхнули.

Биокамины, замаскированные в камне волшебными руками Марка и Михаила, ожили одновременно. Огонь загорелся ровно, без дыма, без копоти. Стекло настолько тонкое и так искусно задекорировано, что иллюзия открытого пламени была абсолютной. Казалось, если протянуть руку — обожжёшься.

Марк, стоявший в тени, коротко выдохнул.

Фадеев машинально вытер ладонью лоб, оставив на нём след сажи, и пробормотал:

— Ну… вроде живы.

Дальше всё пошло своим чередом — но это «чередом» было выстроено до секунды.

Гордо промаршировали волынщики, флаговое шоу прошло легко, почти невесомо, будто танцовщицы не касались пола. Кавер-группа взяла зал с первых аккордов. Шоу сменяло шоу: балет, карлики, великаны, рыцарский бой, еще балет…

От обилия впечатлений, гости вошли в состояние хронической эйфории.

Кто-то смеялся, кто-то хлопал в ладоши, кто-то тянул официанта за рукав, требуя «вот это — ещё раз, пожалуйста, и побольше». Съедобное золото ловило свет огня, еда на блюдах казалась слишком красивой, чтобы быть настоящей, а оказывалась неожиданно вкусной.

Стас наблюдал за происходящим, скрытый полутьмой в углу зала, с выражением человека, который держит в руках хрупкую вселенную и боится её уронить. Семёныч, от волнения, тараторил без остановки, захлёбываясь словами, объясняя, показывая, доказывая, что именно так и должно быть, и никак иначе. Витька и Маша работали, как часы…

Ирэна сегодня вообще ничего не ела. Обычное дело - организаторы на мероприятиях, от адреналина, не могут проглотить ни кусочка, да и некогда.

Она летала вместе с командой, из одной ответственной точки в другую. Проверяла, командовала, подгоняла. И при этом чувствовала, как внутри неё сжимается пружина. Чем громче был смех в зале, чем веселее люди танцевали, тем сильнее теснило где-то под рёбрами.

Она ждала... последних минут. Последнего аккорда.

И вот Артур снова поднялся на сцену. На этот раз он не улыбался.

Ведущий взял микрофон, поднял руку и жестом попросил тишины. Артур чуть-чуть потянул, дожидаясь, когда напряжение достигнет высшей точки и выкрикнул одно слово:

— Дракарис.

Яша шевельнулся. По залу пронеслось глухое утробное рычание. Гости с любопытством подняли головы.

Дракон начал раскрывать крылья, чешуя зашуршала, загорелись желтым огнем глаза и выгнулась шея. Яша приоткрыл пасть, свернул частоколом белоснежных огромных зубов и, с удовольствием, рявкнул еще раз.

Марк отчаянно бил по кнопке пульта, тросы гудели, дракон ворочался, но не двигался. У Ирэны остановилось сердце.

- Заставь дурака Богу молиться. – послышался злобный клекот Фадеева. Он вырвал у Марка пульт и нажал подряд несколько кнопок….

Огромное тело дернулось и чуть провисло. Ирэне показалось, что мир рассыпался как карточный домик и рухнул в темноту.

- Сыночек, маленький, ну что же ты? — мысленно молила она. - Да как так-то?!

И тут… Яша собрался. Взмахнул крыльями — раз, другой. Медленно подался вперёд, набирая скорость, ускоряясь, оживая. Он пролетел до конца зала, развернулся с хищной грацией, покачал крыльями и рванул обратно, закладывая виражи, как на авиашоу.

Долетев до сцены, дракон сделал величественный пируэт, спикировал на пол и с победным рыком выплеснул в зал облако огня.

Огонь был холодный, но гости этого не знали.

Алое облако ударило в лицо так, что люди ахнули и инстинктивно отпрянули, закрывая лица руками.

А потом зал взорвался.

Аплодисменты были оглушительными. Крики, смех, восторг, кто-то вскочил на стул... Яша замер рядом с Артуром, не позволяя окружающим понять, как он доволен собой, и только кончик хвоста медленно подрагивал.

Ирэна осознала, что все это время не дышала. Она схватилась за колонну, чтобы не сползти на пол и начала хватать ртом воздух. Сонечка подскочила и обняла начальницу.

А Марк… Марк с криком:

- А и чёрт с ним! – сгреб в объятия Лизу и по-настоящему ее поцеловал. Лиза рефлекторно отпрянула, замахнулась, потом до нее дошло, что происходит и ответила на его поцелуй.

В глубине зала Стас, Витька с Машей и Аленка с Женькой танцевали какую-то дикую джигу-джигу и даже мудрый Семеныч хлопками поддерживал ритм.

- Мы победили, у нас получилось, – хотелось вопить Ирэне, но она взяла себя в руки, напустила строгий вид и только сказала – Ребята, отпразднуем позже. А сейчас все по местам.

Дав людям немного прийти в себя после Яшиного соло, повара выкатили на сцену торт.

Тележка двигалась медленно и торжественно, будто сама понимала важность момента. Пятиярусный, сияющий, покрытый тончайшими листами съедобного золота замок с драконом на верхушке ловил свет люстр, умножал его на тысячу сверкающих кусочков и щедро рассыпал искры обратно в зал.

Баринов подошёл к торту. Взял нож, на секунду задержал его в воздухе, отрезал первый кусок, поднял его над головой и громко спросил:

— Кому мы в этот раз презентуем первый кусочек?

Зал мгновенно отозвался:

— Ирэна!

— Ирэна!

— Ирэна!

Она медленно поднялась на сцену, будто боялась спугнуть момент. Остановилась, всмотрелась в зал - на людей, на свет, на огонь, на Яшу, замершего в глубине сцены. В толпе она увидела улыбающееся лицо Пархамовича. Он демонстрировал блестящую работу своего стоматолога и показывал большие пальцы. Она немного помолчала, потом взяла микрофон:

— Дорогие друзья! — голос дрогнул, она на секунду сбилась, но продолжила. — Это десятое мероприятие, которое я сделала для вас. Сколько всего за это время произошло... Выросла моя дочь и стала нашим летописцем, – луч света выхватил в зале Аленку с камерой. Та заулыбалась и помахала рукой. – За эти годы чего только не было. Мы с вами покоряли космические пространства и штурмовали «Летучий Голландец». Но я должна сказать, что мероприятие такой сложности мне делать еще не приходилось. Я никогда так не поступаю, но… хочу пригласить на сцены свою команду. Потому… потому что они это заслужили!

Первым поднялся Марк.

— Марк, наш волшебник-инженер. Человек, который умеет договариваться с камнем, металлом и электричеством.

Зал захлопал.

— Лиза. Воительница. Без неё здесь бы не случилось вообще ничего. Ни по времени, ни по смыслу.

Лиза кивнула коротко, по-военному.

— Соня, — голос Ирэны зазвучал особенно тепло. — Ответственная за гармонию. За то, чтобы мы не разорвали друг друга и пространство вокруг себя.

Соня засмущалась и покраснела.

— Элен. Художественное видение проекта. Человек, который создает целое из хаоса.

— Михаил Фадеев. Наш художник. Создатель дракона. Он иногда ооочень громкий, но всегда честный.

Михаил неловко почесал затылок и вдруг вспомнил, каким себя недавно увидел в зеркале и гордо выпрямился.

- Отдельная благодарность Воеводству! Вы можете себе представить, что всего месяц назад здесь был старый разбитый цех, свалка и несколько домишек. Эти люди поверили в наши безумные фантазии, они встали с нами плечом к плечу. Не за деньги, а ради мечты и чести.

Ирэна поискала глазами Воеводу и нашла у двери вместе с вечным спутником - Старостой. Мужчины вытянулись и медленно, с достоинством наклонили головы.

— И, конечно, — Ирэна заговорила чуть громче, с нажимом, — наши повара. Ребята! Идите сюда! Идите, идите.

На сцену начали подниматься Стас, Семёныч, Витька, Маша, вся команда кухни — непривыкшие к вниманию, они держались застенчиво, немного скованно,

И в этот момент зал встал. Просто встал — весь, сразу.

Аплодисменты накрыли сцену лавиной. Кто-то кричал «Браво!», кто-то — «Спасибо!», кто-то хлопал так, что становилось страшно, что отвалятся ладони.

Команда выстроилась в линию.

Справа и слева от Ирэны заняли места Лиза и Стас. Они положили руки ей на плечи и дальше эта линия переплетённых рук пошла по всей сцене, соединяя людей, которые ещё вчера ругались, не спали, падали от усталости и шутили, чтобы не сорваться.

Они стояли и впитывали благодарность публики за свою работу.

Команду била дрожь, по лицам текли счастливые слезы.

И в этот момент им было абсолютно ясно - чудо произошло.

* * *

Всё когда-нибудь заканчивается — и этот банкет тоже подходил к концу.

Музыка незаметно сменилась: диджей убрал ритм, оставил только мягкие, тёплые мелодии, под которые люди начали не спеша собираться, с лёгкой грустью и приятной усталостью. Гости поднимались из-за столов, переговаривались вполголоса, обнимались, фотографировались на прощание и постепенно стекались к выходу во двор.

И там их ждал последний сюрприз.

Из земли вертикально били струи огня. Дружина выстроилась в стену — ровно, без суеты, будто всё это время берегла силы именно для этого момента. Кольчуги ловили отблески огня и, в темноте, казалось, что воины сами состоят из света пламени. На стенах, на своих местах, застыли барабанщики.

Воевода поднял руку.

И дружина единым, мощным звуком ударила копьями о землю. Раз... Другой... Копья поднимались и опускались держа четкий ритм.

Гул прокатился по двору, отразился от камня, ушёл в стены — и вернулся обратно, звонким эхом. Староста поднес факел к тонкому шнуру. Искра побежала вверх, к сетке, которую днем сплели лучники. Огоньки охватили нити, достигли фигуры, и она вспыхнула, освещая собой ночное небо.

* * *

Автобусы уже вовсю гудели за воротами, а люди все стояли, закинув головы и не в силах уйти.

Наконец, мягко подталкиваемые координаторами, гости, один за другим покинули двор.

И уже усаживаясь в кресло в салоне, кто-то вдруг воскликнул:

— Смотрите! Смотрите!

Люди уставились в окна.

На внешних стенах, завешанных расписанной Элен и Сонечкой нетканкой, по нарисованному кирпичу играли в салочки молодые дракончики — лёгкие, живые, непоседливые. Их силуэты дрожали в остатках света, перекликались с небом, где догорал их огромный огненный собрат.

Воеводство по-своему прощалось со сказкой…

Мать Дракона. Глава 21

ЭПИЛОГ

Автобусы уходили один за другим и Воеводство медленно отпускало гостей, как большой зверь, который нарезвился, наелся и теперь засыпает, свернувшись в клубок.

Дружина стояла до последнего. Не для показухи, просто так было правильно.

Когда поворотом исчез свет фар последнего автобуса ворота, тяжело лязгая, закрылись. Возбуждение потихоньку спадало. По земле валялись обрывки бейджей, сломанное копьё без наконечника, чья-то перчатка и одинокий сапог, который явно пережил больше, чем планировал.

— Наш, — философски сказал дружинник, пнув смятое голенище. — Геройски пал.

Люди расходились не сразу. Сначала долго стояли, обнимались, шутили, обсуждали, кто где облажался, кто был великолепен, и «я же говорил, что так и будет». Особая атмосфера, которая возникает после большого дела.

— Если я сейчас упаду, — сообщил Фадеев, — не поднимайте. Это стратегическое решение.

— Лежачего художника не бьют, — кивнул Марк.

— Но могут использовать как опору, — хихикнула Соня.

Ирэна сидела на ступенях тронного зала закутавшись в плащ, ее знобило, и она пыталась согреться, отхлебывая горячий чай из чашки с отбитым краем. Рядом лежал шлем, ей его кто-то сунул «на память». Она не помнила кто.

— Заберёшь? — спросила Лиза, проходя мимо.

— Конечно! Это трофей. Пусть лежит. Если что — скажем, что это арт-объект.

— Отлично. Тогда он будет экспонат номер пятьдесят два. Назовем «Экзистенциальная усталость».

— А можно «Я больше не могу, но всё равно делаю»?

— Ну-у, это уже перформанс.

Лиза замолчала и немного потопталась.

— Слушай… — сказала она потупившись.

— Слушаю, — кивнула Ирэна.

— Мы… — Лиза снова замолчала, зло пнула камешек. — В общем, если вдруг тебе показалось, что я … ну…

— Поцеловала Марка?

Лиза застыла.

— Ты что, всё видела?!

— Лиз. Я организатор. А еще жена повара и мать подростка, и владелица двух неуемных собак и кота с манией величия. У меня глаза на затылке. Я вижу всё. Даже то, чего не очень-то и хочу.

— Это было… — Лиза поморщилась. — Неправильно.

— Почему? Давно к этому шло, — пожала плечами Ирэна. — Вы живете одной жизнью и отлично дополняете друг друга. Что тебя смущает?

Лиза фыркнула.

— Он потом сказал «прости».

— А ты?

— А я сказала «поздно».

— А он?

— А он убежал.

— Отличный диалог. Содержательный.

— Ты издеваешься.

— Немного. Не злись, я любя. Ну, что, ну, убежал… Ты ж его знаешь. Разберетесь!

Лиза еще немного посопела и всё-таки ушла. А Марк, который всё это время изображал глухоту, сматывая кабель, внезапно понял, что моток уже закончился, а жизнь — нет.

* * *

Кофе в любимых огромных кружках, хлеб, сыр, ноутбук, зарядки. Уголек, который явно считал себя главным героем сегодняшнего утра.

Ночью он встретил обессиленных хозяев возмущенным ором. Прихрамывающая под тяжестью кофров с аппаратурой Аленка и Стас, практический тащивший Ирэну на себе, совершенно не смягчили негодование Его Мяучества. График питания нарушен, не выгулянные собаки напрудили под холодильник. Это беспредел!

Сейчас кот, с остатками ночного возмущения на морде, гордо восседал на своей личной подушке, а под ногами носились собаки, просто счастливые от того, что все, наконец-то, дома.

Алёнка, временно оглохшая от наушников закрытого типа, вовсю монтировала.

— Вот здесь замедляю… — бормотала она. — А тут — огонь…

— Ты вообще спала? — спросила Ирэна, постучав ее по плечу, чтобы привлечь внимание.

— Я художник, — не отрываясь от экрана, ответила Алёнка. — Я должна испытывать страдания. Для вдохновения!

Стас поставил пред ними сковороду на подставке.

— Пока вы не поедите, я запрещаю вам вершить великие дела.

Ирэна мурлыкнула и потянулась. Это было их время.

— Знаешь, вчера, когда Яша завис, было страшно.

— Тебе каждый раз страшно, — пожал плечами муж. — Зато через месяц вы начнете травить про это смешные байки.

- Мам, а почему ты до сих пор так реагируешь? Давно пора привыкнуть.

- Знаешь, дочь, - Ирэна на мгновение умолкла, формулируя мысль, - один очень неглупый человек сказал мне как-то, что, если перестаешь вибрировать, то тебе пора уходить из профессии. Так что это со мной навсегда.

Уголек запрыгнул на стол и уселся прямо на клавиатуру.

— Он хочет внести правки, — вздохнула Алёнка.

* * *

В дневном свете Воеводство выглядело иначе.

Кругом сновали люди – демонтировали сцену, паковали оборудование, грузили инвентарь.

Марк и Михаил снимали с тросов Яшу.

- Ну как ты, мой маленький? – погладила дракона по морде Ирэна. – Ты поспи пока на складе. Что-то мне подсказывает, что это ненадолго.

Во дворе дружина с грохотом складывала снаряжение. Воевода в сторонке наблюдал за порядком и, с несвойственным ему воодушевлением, беседовал с Элен.

— Мы вас услышали, а вы поняли нас. – вещал Донской, рубя ладонью воздух для пущего подтверждения своих слов.

— Это редкость, — поддакнула Элен.

Он усмехнулся.

— Дружина вчера выглядела… Достойно.

— Они старались, — ответила Элен.

— Нет. Я не про старались. Я про… Про строй. Про взгляд. Про то, как они стояли. Спасибо вам за помощь. Разобрать сотню доспехов, в такие короткие сроки, это … Я благодарен! Думаю, нам есть что делать дальше. Вместе.

— Думаю, да, — согласилась Элен, облегченно вздохнув. Все это время она придумывала повод, чтобы остаться.

* * *

Стас крутил в руках крошечную чашку и внимательно слушал Пархамовича. Вениамин Бориславович говорил неспешно, как человек, который привык, что его слушают.

— Вы меня удивили. Второй раз. А это сложнее, чем произвести впечатление единожды.

— Мы старались, — скромно ответил Стас.

— Не прибедняйтесь. Вы не старались. Вы знали, что делаете. Я вхожу. Надолго и с перспективой.

— В каком смысле? — уточнил Стас на всякий случай.

— В смысле «Пир на весь мир» выходит из разряда красивой авантюры и переходит в категорию бизнеса.

Стас очень надеялся, что Вениамин не видит, как у него дрожат пальцы. Он поставил чашечку и спрятал руки под стол.

— Тогда вам придётся привыкнуть, — сказал он справедливости ради, — что у нас иногда летают драконы. И в целом, дурдом, это не частный случай. Это наш способ жить.

— А то я не знаю! — усмехнулся Пархамович. — Я ради этого и пришёл.

* * *

— Он согласился! Любовь моя, он согласился!

Ботинки полетели в одну сторону, сумка в другую. Стас подхватил жену и закружил ее по кухне.

— Стой. Стой! Мы сейчас холодильник снесем. Кто, куда и на что согласится?

— Пархамович! Твой Вениамин только что подтвердил свое участие в проекте с дальней перспективой.

— Так я ж тебя поздравляю! У Вениамина чуйка. Значит ты все сделал правильно!

— Родители! – в кухне показалась бледно-зеленая от недосыпа Аленка. – Пять минут назад я выложила ролик. Счетчик стучит, как бешенный. Количество просмотров летит в космос. Готовьтесь!

«Карамба» завибрировал телефон.

— Ну все, мы дождались! Да, мама!

— Я видела, — без приветствий сказала Галина Матвеевна.

— Что именно?

— Всё это ваше… — пауза. — Представление. Хаос был страшный.

— Было дело.

— А в финале… — снова пауза. — В финале вы молодцы.

— Спасибо.

— Но выглядела ты, конечно, — тут же продолжила Галина Матвеевна, — Принарядили тебя удачно. И выход на коне был, м-да… Но ты огромная, как дом, как большой красивый дом.

Ирэна закатила глаза.

— Мам…

— Я не критикую. Я констатирую.

— Как всегда.

— Зато надёжный, — неожиданно добавила мать. —Видно, что выдержит.

И это было, пожалуй, самое близкое к признанию, на которое она была способна.

— Ладно, — сказала Галина Матвеевна. — Не зазнавайся. И отдохни хоть немного. Вы там… не в игрушки играете.

— Хорошо, мам.

Связь оборвалась. Ирэна оглядела домочадцев.

— Чтоб вы знали, я – дом!

— Кто? – поперхнулась Аленка.

— Не женщина, а большой красивый дом, если цитировать точно.

— Не переживай, дорогая. Ты не дом, ты целая Вселенная.

Телефон снова ожил. На этот раз — неизвестный номер.

— Алло?

— Это вы делали… — возбужденным женским голосом. — Ну, вот это всё? С драконом?

— Допустим.

— Нам нужно. Очень. Только… — голос замялся. — Тематика будет специфическая.

* * *

В понедельник, на утренней планерке, все были непривычно молчаливы. За прошедшие недели офис стал как будто чужим.

— Нам нужен отдых, — честно сказал Марк.

— Три дня, — поддержала Лиза.

— Хотя бы, — жалобно добавила Соня.

Ирэна виновато уставилась в пол.

— Ребята… — начала она. – Я знаю, что вы устали. Но…

Три пары глаз уставились на нее.

— Простите. Отдыха не будет.

— Я так и знал, — вздохнул Марк.

— У нас заказ, — продолжила Ирэна. — Новый… Странный… Очень…

— Насколько? — спросила Лиза.

Ирэна подняла взгляд.

— Бал Нечисти.

Тишина длилась секунду.

— Ну… — Марк криво улыбнулся. — Зато не скучно.

P.S. Когда был готов корпоративный ролик о прошедшем семинаре, Ирэна скрупулезно собрала и включила в титры имена каждого, кто принимал участие в подготовке, включая сотрудников Арт-Маркета. Самой последней строкой она мстительно добавила:

"Я в этом балагане участвовать не буду" Николай Николаевич Бледнов.