Мастер Рун. Книга 3

Глава 1

Тело Мирры лежало в пыли, копьё всё ещё торчало из её головы, раскурочив затылочные кости при падении и меня чуть не стошнило от жуткой картины. Кровь медленно растекалась темной лужей, впитываясь в сухую дорожную землю. Я стоял над ней, и пытался осознать, что же только что произошло. Чувства вины я не испытывал, сама напросилась - тем более, она хотела отрезать мне ноги, скорее, сдерживая брезгливость, я пытался осознать, как два смертных смогли сотворить такое, ну и заодно, сколько времени у нас есть, прежде чем ее хватятся.

Алекс лежал в нескольких метрах от меня, всё ещё без сознания. Грудь его вздымалась ровно, дышит. Золотая пилюля сделала своё дело, затянув смертельную рану, но процесс превращения в практика требовал времени. Времени, которого у нас катастрофически не хватало.

Я вернулся к Мирре. Обыскивать мёртвых, занятие не из приятных, но выбора не было. Её кожаный доспех был качественным, на поясе висели два коротких меча в ножнах, украшенных рунами. В бою со мной она даже не посчитала нужным их достать, собираясь справиться одним ножом. Я отстегнул их, отложил в сторону. Потом нащупал внутренний карман - кошелёк, тяжёлый и увесистый.

Высыпал содержимое на ладонь. Семь золотых монет блеснули на солнце, к ним добавились около сорока серебряных. Я присвистнул.

— Вот это хороший гонорар за похищение, — пробормотал я, пряча деньги в свой карман. — Валериус, видимо, не поскупился. А ведь строил из себя бедняка, которому медную монетку для племянника на помывку жалко.

Дальше, попались несколько рунных камней среднего качества, два флакона с зельями, видимо лечебные. У меня даже промелькнула мысль, что одно из них возможно могло бы спасти Алекса и тогда пилюля досталась бы мне, но я тут же ее отогнал, как дурнопахнущую. Я сделал то, что надо, и когда надо, своё решение данной проблемы я уже тоже нашел, так что к черту такие мысли.

Так же мной было найдено письмо. Сложенный пергамент с восковой печатью, уже надломленной. Я развернул его, и почерк Валериуса оказался до боли знакомым, сомневаться не приходилось, писал дядя.

Твоя неосторожность стоила нам слишком дорого. Инициализация прошла не по плану, мальчик сбежал, а последствия твоих действий едва не похоронили всю операцию. Ты знаешь цену ошибок. Исправь своё упущение.

Когда найдешь его, убедись, что он не сбежит снова. Отруби ноги, как только станет практиком, они ему больше не понадобятся. Руки по обстоятельствам. Конечности потом восстановим.

Не подведи снова.

Пусть приоткроются для тебя Врата.

Вэл.

Я медленно сложил письмо и сунул в карман. Значит, так. У дяди свой план. План, для которого нужен Помеченный богами. То есть я ему нужен не как племянник, а как… ресурс? Инструмент? Жертва для какого-то ритуала?

— Чёрт, — пробормотал я, оглядываясь вокруг. — Отрубить ноги, потом восстановить. Как будто это мелочь. Как будто я не человек, а инструмент.

Ярость закипела в груди, но я силой заставил её остыть. Злиться сейчас бесполезно. Просто сделал для себя выводы, что она не лгала и мой так называемый родственник не испытывает ко мне ни малейших родственных чувствю Я для него лишь инструмент, который можно немного сломать, а потом восстановить. Я коротко выдохнул, стараясь успокоиться. Валериус далеко, а мне нужно выживать здесь и сейчас. Надо валить, а то хреновый из меня разбойник, если поймают сразу после убийства повесят же без вопросов.

Дорога была пуста, но это не значило, что так будет всегда. Нужно было действовать быстро. Я посмотрел на телегу, на лошадь, всё ещё стоявшую в упряжке. План созрел мгновенно.

Развалины. Те самые, где мы с Борном и остальными столкнулись с Этерофагом. Там никто не появится, кроме охотников, а с учетом что весь город скорее всего знает, как погибли Леон и другие, тем более не сунутся. А вот я очень даже сунусь. Там я смогу спрятать тело Мирры, привести в чувство Алекса и.… решить, что делать дальше.

Я с трудом затащил тело практика в телегу. Несмотря на то, что она была невысокой женщиной, мёртвый вес давался тяжело. Копьё я вытащил, с отвратительным чавкающим звуком, почистил и бросил рядом на телегу. Потом перетащил находящегося без сознания Алекса. Он застонал, но не проснулся.

Седельные сумки, моя сумка с инструментами, рюкзак, всё в телеге. Я как мог замел следы драки, кровь засыпал, вскочил на козлы, схватил вожжи.

— Ну давай, милая, — пробормотал я, щёлкнув языком. — Покажи, на что способна.

Лошадь тронулась с места. Я развернул телегу и погнал прочь от дороги, в сторону леса. Время уже клонилось к вечеру, окрашивая небо в кроваво-красные тона. Мне нужно было добраться до развалин до наступления темноты. Но я не был уверен, что смогу это сделать, так как не видел знакомых ориентиров.

Дорога петляла между деревьями. Я старался держаться середины, внимательно приглядываясь к лесу и наконец заметил, что мы проезжаем высокий камень, возле которого нас учил Борн, и уже там свернул в нужную сторону и погнал лошадь не жалея.

До места, точки, где мы делали лагерь в прошлый раз, я добрался далеко за полночь, но останавливаться не стал. Не хватало ещё устраивать ночёвку с окровавленным телом рядом - верный путь приманить хищников. И так, чудо - что никто не набросился на нас по пути.

Зная, примерно куда идти дальше, я завел лошадь и телегу почти к самим развалинам, к месту куда мы вытаскивали трупы и добычу и остановился, проверяя лежащих в телеге. Ни один не очнулся, что немного обрадовало и огорчило одновременно. Алекса я оставил, а вот труп практика, крепко связал веревкой и привязал к дереву, мало ли, вдруг она ночью в зомбака перекинется.

Развести костёр было делом простым, дров мы еще с прошлого раза натаскали порядочно, поэтому сложив приличную кучу я высек малую искру с помощью капли крови с буквально за несколько секунд организовал себе огромный кострище, освещающий всё вокруг на десятки метров.

Лезть ночью в развалины я не собирался, ну его нахрен. Так и сидел возле Алекса, пока не начало светать. Очнулся он, когда уже было далеко за утро.

— Наконец-то! — сказал я смотря как тот открывает глаза. — Я уже думал тебя сжечь. Что-то у тебя с глазами…

Они были другими. Тот же тёмно-карий цвет, но теперь в радужке плясали золотистые искорки, словно крошечные звёзды. Алекс моргнул, сфокусировался на мне и резко сел, хватаясь за грудь.

— Я… я умер? — хрипло спросил он. — Это загробный мир?

— Нет, дурак, — выдохнул я с облегчением. — Ты живой. Более того, ты теперь… тадаааам! Понял?

— Что? — Алекс уставился на меня, потом на свои руки. Медленно сжал кулаки, разжал. — Я.… чувствую… что-то. Внутри. Словно река течёт.

— Это этер, — объяснил я. — Ты его ощущаешь теперь. Поздравляю, ты вышел за пределы смертного.

Алекс молчал, разглядывая свои ладони. Потом взгляд упал на копье, и он побледнел.

— Я её… я убил практика, — прошептал он. — Четверо мне свидетели, я убил практика копьём.

— И спас мне жизнь, — поправил я. — Разве всё остальное важно? И ты теперь практик, друг, самый настоящий практик. Так что ничего страшного. Подумаешь, практик убил практика - обычное же наверное дело?

Алекс медленно поднялся на ноги, и я невольно отступил на шаг. Он стал выше. Не сильно, сантиметра на три-четыре, но разница была заметна. Плечи расправились, слегка сгорбленная спина, от постоянного таскания тяжестей грузчиком, тоже выпрямилась. Кожа рук, раньше загорелая и покрытая мелкими шрамами, теперь была гладкой. Даже родинка на шее исчезла.

— Ты изменился, — пробормотал я, обходя его кругом. — Стал совсем другой.

— Что? — Алекс посмотрел на свои руки, потом на меня. — Что не так?

— Всё не так. Ты стал выше, сильнее, даже шрамы исчезли. Пилюля перестроила твоё тело.

Алекс застыл, медленно осознавая масштаб изменений. Потом, неожиданно для меня, опустился на одно колено.

— Корвин, — сказал он, глядя мне в глаза. — Ты спас мне жизнь. Я.… я в долгу перед тобой. Клянусь, что буду верен тебе, пока не уйду в чертоги Игниса!

— Вставай, — буркнул я, чувствуя неловкость. — Мы друзья, а не господин и слуга. Просто… давай выбираться отсюда, пока кто-нибудь не наткнулся на труп. Поможешь мне сделать пару дел?

Алекс кивнул, поднимаясь.

— Мы снова там? Зачем?

— Нужно спрятать тело Мирры, так ее звали. — я указал на привязанный труп. — Лопаты у меня нет, а сюда всё равно пока никто не ходит. Ну и по мелочи.

Вдвоём мы быстро отвязали так и не ожившее тело от дерева, затащили ее внутрь развалин и уложили в углу, скрывая тело камнями и землей. Не идеальное захоронение, но достаточное, чтобы её не нашли сразу.

— Спи спокойно, — пробормотал я. — И передай дяде, что я больше не его племянник.

— А? — спросил Алекс. Выглядел он так словно до сих пор еще не проснулся, мысли витали где-то в воздухе, он постоянно зависал, и словно блаженный начинал трогать воздух, крошить камни в руках, от чего я знатно прифигел, раньше такой силы в пальцах моего друга не наблюдалось.

— Ну а теперь нам нужно решить второй вопрос. Поможешь? — я кивнул в сторону двери ведущей внутрь склепа.

Алекс замолчал. Потом, неожиданно, спросил:

— Корвин, этот браслет… как ты им пользовался? Ты же не практик. Откуда этер?

Я посмотрел на свой браслет из шкуры этерофага, потом на Камень Бурь на груди.

— Камень Бурь, долго объяснять, что это за штука и как она оказалась у меня, — сказал я, не скрывая ничего. — Он проводит этер и накапливает его, точнее наоборот. Я использую его как… мост. Между этером и руной.

— Больно? — нахмурился Алекс.

— Представь, что через твоё тело пропускают молнию, — усмехнулся я. — Примерно так. Каждый раз, когда активирую руну, чувствую, как кожа горит изнутри. Но выбора не было.

Алекс покачал головой.

— Ты ненормальный. Знаешь это?

— Знаю, — согласился я. — Но живой. И ты тоже. Пошли.

— Ты уверен, что нам сюда нужно? А если тут еще одна формация? — Алекс перехватил поудобнее копье, перешагивая через кучу костей у входа. — странно, я думал тут толпа тварей.

— Я тоже думал, а потом уже не успел сказать, — ответил я, — толку то никакого уже не было.

— Корвин, что ты задумал?

Я достал из сумки ядро этерофага.

Оболочка слабо светилась в темноте, внутри отдаваясь в пальцах, держащих ядро, пульсировала энергия. Алекс открыл глаза, увидел ядро и замер.

-Это что? — прошептал он.

— Ядро духовного зверя, — ответил я.

— Я помню. — Алекс сглотнул. — Зачем ты его достал сейчас?

— Собираюсь съесть.

Тишина. Алекс уставился на меня, как на сумасшедшего.

— Ты… что? — наконец выдавил он.

— Съесть, — повторил я спокойно. — Прямо сейчас. Даже ждать отплытия не буду.

— Корвин, ты охренел?! — Алекс схватил меня за плечо. — Это же ядро духовного зверя! Ты не практик! Оно тебя убьёт!

— Может быть, — согласился я. — А может, нет. У меня есть Камень Бурь. Он должен стабилизировать процесс.

— Должен?! — Алекс повысил голос, потом спохватился и понизил до шёпота. — Ты даже не уверен!

— Уверенности в этом мире вообще нет, — отрезал я. — Послушай. Мирра была сильной, но её убили одним ударом копья, потому что она не ожидала. Но что будет, если за мной придут другие? Сильнее? Осторожнее?

— Мы убежим, — настаивал Алекс. — У нас есть деньги. Мы доберёмся до степей, затеряемся там…

— И что? — перебил я. — Будем прятаться всю жизнь? Моему дяде откровенно плевать на расстояния. Он найдёт меня, где бы я ни был. Потому что я ему нужен. А если ты со мной, то и тебя. И второго такого шанса уже не будет. То, что ты стал практиком - не означает, что ты теперь бессмертный и всемогущий, сам же видел, что бывает с теми, кому в голову прилетает копьё.

Алекс замолчал, ему нечего было сказать на мои слова.

— Единственный способ выжить, — продолжил я, — Это стать сильнее. Настолько сильным, чтобы они не смогли меня взять. Чтобы я мог дать отпор.

— Но это безумие…

— Да, безумие, — согласился я. — Но у меня нет выбора. Моё открытие этера близко. Я близок к границе. Ядро может стать катализатором. Последним толчком.

— Или оно сожжёт тебя изнутри, — мрачно сказал Алекс. Или просто сдохнешь от боли. Говорят, что нельзя их есть!

— Знаю, — кивнул я. — Уж поверь, всё это знаю и даже видел лично, что происходит с теми, кто так делает. Но риск того стоит.

Алекс молчал долго. Потом тяжело вздохнул.

— Ты упрямая скотина, Корвин. Я не смогу тебя переубедить, верно?

— Верно.

— Тогда… — Алекс выпрямился. — Тогда я буду рядом. Если что-то пойдёт не так, я.… Игнис тебя подери, я даже не знаю, что я смогу сделать. Но буду рядом.

Я благодарно сжал его плечо.

— На самом деле жрать я его не буду, это будет нечто другое. Сядь у двери, я буду искать место.

Алекс отошел в сторонку, а я принялся ходить по помещению, нашел осколки формации и собрал их в кучку, но на всякий случай, чтобы не заработала, не стал собирать правильно. На этом нагревшийся Камень Бурь подтвердил, что я делаю правильно. Осталось понять что.

— Зараза, еще бы словами говорил, что именно ему надо, чтобы понять. — я закрыл глаза, уселся рядом с табличкой и скрестил ноги, на всякий случай, развязал и вытащил Камень Бурь, и взял в руки, в другую руку положил ядро. Достал из сумки флакон с лечебным зельем Мирры. Выпил залпом, горькая, вязкая жидкость обожгла горло, но почти сразу разлилась приятным теплом по телу.

— Если я начну мутировать, — сказал я Алексу, — убей меня. Сразу. Не дай мне превратиться в монстра. Буду орать, заткни мне рот.

Алекс побледнел, но кивнул.

— Хорошо.

— Четверо мне свидетели, — прошептал я. — Это самая безумная вещь, которую я делал.

И ударил ядро о остатки таблички, прилагая максимальные усилия. Оболочка, выглядящая надежной и крепкой оказалась тонкой и разбилась с тихим звоном, высыпав осколки на пол. Внутри остался пульсирующий сгусток тёмно-голубой энергии, размером с куриное яйцо. Энергия начала растекаться, но словно понимая, что от нее надо устремилась к осколкам, и я сразу же засунул туда руку.

— Жри. — скомандовал я коротко Камню Бурь в левой, и зажмурил глаза.

Первые секунды ничего не происходило. А потом остатки ядра Этерофага взорвалось в моей ладони, лежащей прямо внутри огромной энергии.

Но это был контролируемый взрыв. Энергия не хлынула бесконтрольно, она текла в Камень Бурь через меня, грязным потоком, а потом используя его словно фильтр возвращала в меня, наполняя и причиняя невероятную боль. Артефакт гудел, вибрировал, становился всё горячее и горячее, но я не отпускал.

— Воля, — прошипел я стиснув зубы, сквозь боль. — Это всего лишь вопрос воли. Я сильнее этой твари. Я контролирую её силу, а не она меня!

Перед глазами вспыхнули системные уведомления:

[КРИТИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ]

[Обнаружено потребление ядра духовного зверя высшего ранга]

[Носитель не готов к такому объёму этера]

[Камень Бурь: Аварийный протокол активирован]

[Перенаправление энергии…]

Боль нарастала. Вены на руках вспыхнули пульсирующим голубоватым светом. Кожа горела, словно я сунул руки в огонь. Но я держался. Сжимал зубы до скрипа, сосредотачивался на единственной мысли, и удерживая контроль над своим разумом.

[Прогресс открытия этера: 76%… 79%… 85%…]

А потом пришли воспоминания.

Чужие.

Я охочусь. Добыча убегает, но она медленная, слабая. Я настигаю её, вонзаю клыки. Тёплая кровь льётся в глотку. Я пожираю. Я расту. Странные звери приходят. Они хотят убить меня. Глупцы. Я разрываю первого. Второй пытается бежать. Я догоняю. Кости хрустят под моими челюстями. Я древний. Я видел, как падали звери неба. Как умирали леса. Как этер затоплял мир, превращая его в хаос. Я выживал. Я всегда выживал. Но потом пришла боль. Огонь. Свет. Что-то пронзило меня изнутри. Я умираю. НЕТ! Я НЕ МОГУ УМЕРЕТЬ! Я…

— ААААААА!!!

Я кричал. Не мог остановиться. Чужой голод, чужая ярость, чужой страх смерти захлестнули меня, смешиваясь с моей собственной болью. Я корчился на полу, словно в припадке.

Алекс схватил меня за плечи, пытаясь удержать, но отпрянул так как жар вокруг меня был просто невыносим. Я чувствовал, как артефакт работает. Как он выжигает из энергии ядра всё лишнее. Воспоминания зверя были там, я ощущал их краем сознания, дикие и голодные. Но Камень Бурь не давал им проникнуть и осесть в моём разуме. Он фильтровал, отсеивал, превращал хаос в порядок, и боль зверя исчезла, оставляя меня в чистой незамутненной внешними примесями силе.

[Прогресс открытия этера: 91%… 94%… 97%…]

Почти. Ещё чуть-чуть.

Камень Бурь начал остывать. Он пропустил почти весь запас энергии, который шел из ядра. Но этого хватило. Остатки ядра в моей руке превратились в пыль, рассыпались между пальцев, вместе с остатками таблички. Вся его сила была переработана и влита в моё тело.

[Прогресс открытия этера: 100%]

[ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы открыли этер]

[Ранг: 0]

Я поднял голову и увидел новые уведомления:

[Метод открытия этера: Волевой контроль через артефакт]

[Редкость: УНИКАЛЬНЫЙ]

[Результат: Чистое открытие без ментального загрязнения, получение идеальной основы для саморазвития]

[Бонус: Сопротивление чужеродным ментальным воздействиям +50%]

[Бонус: Контроль над этером +30%]

Боль начала отступать. Медленно, словно неохотно, но отступать. Жар в теле спадал. Светящиеся вены гасли. Я лежал на полу, тяжело дыша, весь в поту и крови — из носа текло, из ушей тоже.

— Корвин? — тихо позвал Алекс. — Ты… жив?

— Жив, — прохрипел я. Голос был хриплым, горло саднило. — Кажется.

Он осторожно помог мне сесть. Я прислонился спиной к стене, закрыл глаза. Усталость навалилась разом, придавила к полу.

— Получилось? — спросил Алекс.

Я кивнул, не открывая глаз.

— Получилось.

— И как ты себя чувствуешь?

— Как будто меня пропустили через мясорубку, — честно ответил я. — А потом собрали обратно и ещё раз пропустили. Для верности.

Он нервно хмыкнул.

— Но ты теперь практик?

— Теперь я практик.

Я открыл глаза и посмотрел на свои руки. Они изменились. Стали чуть больше, чуть мускулистее. Шрамы, которые были на костяшках, исчезли - кожа тоже, как у Алекса, стала идеально гладкой, словно я заново родился.

Я попытался встать. Алекс помог мне подняться. Первые шаги были шаткими, но потом я почувствовал… силу. Невероятную силу в каждом движении. Я сжал кулак, мышцы среагировали мгновенно, без усилий.

— Ого, — пробормотал я.

— Что?

— Я чувствую себя странно, — признался я.

— Да, это совершенно странное ощущение. — улыбнулся Алекс. — И при этом ты даже не вырубился, вот это контроль!

Я закрыл глаза, сосредотачиваясь. И тогда я почувствовал это. Этер. Он был повсюду. Невидимые потоки энергии, текущие через всё живое. Через меня. Через Алекса. И даже через камни. Это было… прекрасно. И ужасно. Потому что теперь я понимал, насколько слаб был раньше. Насколько беззащитен.

— Да, я такой. — улыбнулся я, тут я скорее должен был пару недель валяться трупом, восстанавливаясь, в получило…

[Принудительное отключение сознания через 3…]

[2…]

[1…]

Игнис тебя раздери! Как не вовремя!

Глава 2

Сознание вернулось рывком, словно меня окунули в ледяную воду. Я задохнулся, распахнул глаза и попытался вскочить, но тело не слушалось.

— Лежи, лежи, — голос Алекса прозвучал откуда-то сверху. — Всё хорошо, ты в безопасности. Но как же я рад что ты проснулся, друг!

Я моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Мы больше не были в руинах, находились рядом, а я так и вовсе лежал возле костра, прислонившись к корням дерева. Алекс у костра сидел напротив, и жарил на ветке тушку небольшого зверька. Лицо у него было осунувшееся, под глазами темные круги, а на руках и одежде темные пятна крови.

— Что… — голос сорвался, я сглотнул, пытаясь прочистить горло. — Что случилось?

— Да, так. — коротко ответил друг. — Жрать будешь? Не могу, умираю с голоду, я уже всё сожрал, думал лошадь тоже сожру, если ее эти твари раньше убьют, а они прикинь, решили ее не убивать.

— Кто? — настороженно приподнялся я, скидывая с себя тряпье и траву которой был обложен полностью.

— Гости приходили, — коротко ответил Алекс. — Дикари, судя по всему. Я не особо в них разбираюсь, но скорее всего именно те, что сожгли Каменный Брод недавно. Опять твари шляются по нашим землям!

— А почему мы не там? — спросил я у него, кивая на виднеющийся провал и вход в развалины.

— Там воняет трупами. — ответил тот. — И тетка там и те, кого я убил, шесть трупов. Решил, что не самое хорошее место для тебя. Тут, конечно, тоже страшно, но там страшнее. Зря мы сюда поперлись, надо было в лесу тебе своё ядро сожрать.

— Угу, если бы всё было так просто. — ответил я резко поднимаясь. Голова еще немного кружилась, но я чувствовал, что это скоро пройдет. А вот понять происходящее нужно было немедленно. — Сколько я провалялся?

— Трое суток! — Алекс, потыкал в черное опаленное мясо пальцем и принялся его есть как настоящий дикарь, а затем протянул мне, с набитым ртом. — Буф?

— Не, ешь сам эту гадость. — поморщился я, подходя к проходу. Трое суток? Алекс справился гораздо быстрее, почему тогда я так долго провалялся?

У входа в древние развалины всё было залито кровью и переступая аккуратно через нее, я заглянул внутрь. Картина, видная от проёма была суровой.

На земле и камнях я насчитал шесть трупов дикарей, они были одеты в шкуры, грязные, вооружены топорами и ножами. У одного череп был проломлен с такой силой, что кости торчали осколками. У второго шея вывернута под невозможным углом. Третий просто лежал скрюченный, грудная клетка, проваленная внутрь. Еще троих чуть дальше в помещении закололи копьем.

— Четверо мне свидетели, — прошептал я. — Это ты?

Алекс кивнул, глядя на свои грязные руки.

— Я.… я не хотел. То есть, хотел, но не так. Они пришли, пока ты был без сознания. Я думал, просто отпугну их, но… — он замолчал, сжимая кулаки. — Вот Борн мужик был, а? Всего пару уроков дал, а я их как детей просто. Тремя ударами. Они даже не поняли ничего.

— А эти, еще трое?

— А эти следом, — подошел ко мне друг, показывая, словно он в чем-то виноват. — Они оказывается рядом шли, чуть отстали, и я уже не успевал копьем, пришлось руками.

— Руками?

— Он закричал, бросился на меня с ножом. Я.… я не помню точно. Руки двигались сами. Я ударил его в грудь, один раз, но сильно. Слишком сильно. Ребра просто… провалились внутрь. — Алекс говорил тихо, почти монотонно, словно рассказывал не о своих действиях, а о чем-то увиденном со стороны. — Потом того в морду, думал голова отлетит. А третий попытался бежать. Я догнал его у входа. Схватил за шею, дернул, и.… шея просто сломалась.

Он замолчал, уставившись в пол.

— Корвин, я.… я убил их голыми руками. Даже не напрягаясь. Как будто они были сделаны из сена, а не из плоти.

Я тяжело выдохнул, проводя рукой по лицу. Голова раскалывалась, во рту был привкус крови и меди. Черт, а ведь парень так и свихнуться может. Сначала он убил Мирру, потом просто завалил толпу людей. Да они дикари, но ведь люди, а он их тут один всех. Нужно как-то его подбодрить что ли, сказать, что он прав.

— Ты спас нам обоим жизнь, — сказал я. — Если бы они добрались до меня, пока я был в отключке… да и тебя бы жалеть не стали. В Каменном Броде они всех убили, понимаешь? Даже детей.

— Знаю, я не поэтому переживаю — перебил Алекс. — Просто… я не ожидал, что всё будет так легко. Раньше мне приходилось напрягаться, чтобы поднять тяжелый мешок. А теперь я могу раздавить череп одной рукой, даже не думая об этом.

Я понимал его чувства. Сила практика была не просто больше человеческой. Она была другой. Качественно другой.

— Привыкнешь, — сказал я, хотя сам не был уверен, что это правда. — Нужно просто научиться контролировать. Дядя же не ломал вещи вокруг и не раздавливал ладони людей, просто здороваясь с ними.

— Кстати, как ты себя чувствуешь? — Алекс посмотрел на меня. -. Я думал, ты вообще не очнешься, собирался сегодня тебя в телегу грузить и везти в Тихий.

— Значит я вовремя проснулся. Который час?

— Около полудня, — ответил Алекс.

Системное отключение сознания оказалось серьезнее, чем я думал. Но зато я чувствовал себя… хорошо. Даже слишком хорошо. Усталость была, но не такая подавляющая, как я ожидал после поглощения ядра.

Я сделал пару шагов, привыкая к новым ощущениям. Каждое движение было легче, быстрее. Мышцы откликались мгновенно, без задержки. Я присел, потом подпрыгнул, не прилагая особых усилий.

— Вот это да, — выдохнул я, приземляясь, и дубася кулаками невидимого противника. — Это совсем другое дело.

Алекс усмехнулся.

— Попробуй подтянуться. Вон там, на ветке.

Я подошел к дереву и нашел ветку, на которую указывал Алека, повис на ней, проверяя прочность. Ветка спокойно выдержала. Я подтянулся раз, второй, третий. Легко. Слишком легко. Я продолжал, считая про себя. Два, пять, десять… На двадцатом повторении я остановился, просто потому что стало скучно.

— Четверо мне свидетели, — пробормотал я, спрыгивая на землю. — Раньше я с трудом делал пятнадцать подтягиваний. Это казалось мне существенно, а теперь... как...

— Теперь ты практик, — напомнил Алекс. — Твоё тело было перестроено этером. Ты сильнее, быстрее, ты выносливее в конце концов. И это только начало. Я и сам не могу привыкнуть. Одно дело хотеть стать практиком, другое им быть.

В принципе он прав. Если уж практики могут даже летать, то банальное усиление тела вообще не должно вызывать удивления.

Я посмотрел на свои руки. Кожа была идеально гладкой, без единого шрама и даже царапин. Пальцы стали чуть длиннее, суставы крепче. Я сжал кулак, чувствуя, как мышцы напрягаются под кожей. Да и сам я стал немного выше ростом, вытянулся. Лишнего жира у меня и так практически не было, не откуда нарастить, а теперь и подавно. Пусть тело и не стало бугриться мышцами, но результат мне определенно нравился.

Еще пару минут поразвлёкшись с новыми возможностями тела, я сам себя решительно осудил и остановился.

— Нам нужно убираться отсюда, — сказал я, оглядываясь на развалины. — И быстро. Если эти дикари нашли нас, значит, могут прийти и другие.

Алекс кивнул.

— Я уже подумал об этом. Закопаем их, замаскируем вход и уйдем. Телега и лошадь у нас есть. Можем добраться до города к вечеру.

— С телегой в город нельзя, — возразил я. — Кто-то мог видеть, как Мирра увозила меня. Если мы въедем на той же телеге, поднимутся вопросы. Да и закапывать никого больше не будем, эти твари сами напали, пусть гниют. Меньше лазить тут будут. Подумают, что их убил злой дух и может не сунутся внутрь.

— Тогда что предлагаешь?

Я задумался, перебирая варианты.

— Оставим телегу на хуторе, неподалеку от города. Привяжем лошадь так, чтобы её нашли местные. Сами пойдем пешком.

— А вещи практика? Оружие, деньги?

— Возьмем с собой, — решил я. — Только аккуратно. Её мечи нужно спрятать, чтобы никто не видел. Деньги разделим, да и всё остальное, тут ты уже не откажешься.

— Ага. Да мне ночами будет снится запах моего сожжённого мяса от ее удара. — скривился друг. — Как вспомню, так вздрогну.

С дикарей мы в итоге ничего брать не стали, оружие было дрянное, а два попавшихся лука просто поломали, как и стрелы. Всё богатство и так лежало в телеге, поэтому мы просто развернули ее, проверили лошадь, которую Алекс все трое суток кормил сам, ползая за каждым пучком травы в округе, за что я его еще больше зауважал. Парень не просто не струсил, а принял решение и делал всё, ожидая, когда я очнусь. Значит клятва его настоящая, и верить ему стоит.

Выведя лошадь на нормальную дорогу, мы пустили ее вперед спокойно катить телегу к дому и та, особо не напрягаясь неторопливо потопала в сторону города, ей даже управлять не нужно было. Так что мы решили не ехать в телеге, а просто идти рядом. Тем более что Алекс предложил немного потренироваться.

— На пару километров вперед и назад, чтобы лошадка нас видела, лады?

— Да согласен я, согласен. — хотя бегать мне если честно не сильно хотелось.

— На три?

— На три.

— Раз, два… три!

Мы сорвались с места одновременно. И я сразу понял, что это было совершенно новое ощущение. Ноги словно пружинили, отталкиваясь от земли с невероятной силой. Ветер свистел в ушах, деревья мелькали по сторонам. Я бежал быстрее, чем когда-либо в жизни, и при этом не задыхался, не чувствовал жжения в легких.

Мы пробежали намеченное расстояние и остановились, переводя дух. Вернее, я переводил дух по привычке, потому что дыхание было почти ровным.

— Это невероятно, — выдохнул Алекс, улыбаясь во весь рот. — Я никогда так быстро не бегал!

— Я тоже, — согласился я. — Причем мы даже не выкладывались полностью.

Мы вернулись к лошади, и пошли в ее темпе, правда очень быстро поняли, что ни мне ни Алексу, не хочется так медленно тащиться к будущей свободе. У меня были опасения, что дядя уже выслал других практиков за мной, но немного подумав, я решил, что всё же прошло слишком мало времени. Если никто еще не знает, что Мирра мертва, то и опасаться ближайшие несколько дней не стоит точно, а дальше мы просто уплывём в Степи.

— А есть чего пожрать? — спросил я у Алекса, чувствуя начинающийся голод. — Кажется я проголодался.

— Я всё сожрал что нашел. — признался тот. — Даже белку сожрал. Такая гадость.

— Ладно, может… — но идея оборвалась сама собой, я увидел всё тот же высокий камень на дороге. Отсюда до города меньше четырех часов пути. И я точно видел по этому пути, крестьянские хозяйства и дома.

— Забираем с телеги всё нужное, и зайдем в дома, купим еды. — решил я. — А лошадь оставим тут, сами ее найдут, ну или она сама дойдет до города, плевать.

Мы вернулись к телеге, собрали вещи. Я переложил содержимое седельных сумок Мирры в свой рюкзак, тщательно укрыв её оружие и доспех под слоем тряпья. Деньги пока делить не стали, как-то обошли эту тему стороной, но ничего страшного. Всё что у нас есть, до последней меди я решил делить пополам.

— Готов? — спросил я, затягивая ремни рюкзака.

— Готов. За едой!

Мы двинулись в сторону ближайшего хутора, оставив телегу и лошадь у обочины. Животное спокойно щипало траву, не обращая на нас внимания. Через полчаса ходьбы впереди показались первые постройки. Хутор был небольшим, дюжина домов, огороды, загоны для скота. Дым поднимался из печных труб, где-то лаяла собака. Обычная крестьянская жизнь, далёкая от войн, практиков и древних артефактов.

— Я пойду первым, — сказал я Алексу, замечая искру в его глазах. — Ты стой в стороне, не привлекай внимания. Твои глаза теперь выглядят… необычно.

— Понял, — кивнул он, немного отступая назад. — А ты свои то видел?

— Ладно, забей. — улыбнулся я.

Я постучал в дверь первого дома. Изнутри послышались шаги, и на пороге появилась пожилая женщина в фартуке, вытирающая руки о тряпку.

— Здравствуй, бабушка, — поклонился я. — Мы путники, идём в Тёплый Стан. Не продашь ли нам хлеба и чего-нибудь поесть? Заплатим медью. Ну и хотим предупредить.

Она окинула меня оценивающим взглядом, потом перевела его на Алекса, стоящего поодаль.

— Откуда идёте?

— С севера, — ответил я уклончиво. — Слышали про дикарей?

Лицо женщины потемнело.

— Дикари… Да, слышали мы. Говорят, Каменный Брод вырезали. Игнис побери этих тварей.

— Мы их видели, — добавил я, — Небольшая группа напала на нас, мы их перебили, вы первые на кого мы вышли из простых людей, предупредите остальных.

Женщина побледнела, всплеснула урками.

— Теера милостивая! Арби! Арби, иди сюда!

К нам вышел невысокий кряжистый мужик, в кожаном переднике, залитым кровью, судя по всему его оторвали от разделки туш.

— Чего кричишь старая?

— Молодые люди видели дикарей! Арби, нужно дать сигнал!

— Где? — тут же подобрался селянин.

— Небольшая группа часах в четырёх отсюда, — махнул я рукой в торону развалин. — Ближе к границе со Старшими. Но мы их убили, были ли еще не могу сказать, не разбираюсь в следах.

— Понял, — он повернулся к женщине. — Чего стоишь! Беги к Джерому, пусть собирает мужиков.

— Нам бы хлеба и еще чего из еды. — ответил я. — Мы идем в Теплый Стан, передадим весть от вас.

— Дымом дадим, — ответил Арби. — У нас тут своя система. Несси, дай парням еды и пусть идут споро и пусть милостивы будут к ним четверо, я сам пойду к Джерому. Или останетесь?

Я покачал головой.

— Мы спешим. Дай хлеба, сала, если есть. Мы заплатим. И воды.

Женщина скрылась в доме, вернулась через минуту с узлом. Я развязал его, половина буханки чёрного хлеба, кусок сала, завёрнутого в тряпицу, несколько вареных яиц и тыквенная фляга с водой. Не густо, но с другой стороны, еда есть еда.

— Сколько? — спросил я.

— Три меди хватит, — ответила она. — Пусть благословенна будет Теера и Игнис на вашем пути.

— И вас пусть осенит своей щедрой дланью, — поклонились мы учтиво.

Мы отошли от дома, и я услышал, как через минуту хутор забурлил, люди выбегали из домов, переговариваясь.

— Мне кажется она неплохо на нас наварилась. — ответил Алекс, разламывая хлеб на ходу и передавая мне. — Еще и лошадь заберут, а там орудие дикарей, короче, выгодно.

— Ну, не будем уж медь считать, — поморщился я, а потом понял, что друг не знает сколько денег я выгреб с тела Мирры. — С практика я забрал семь монет только золотом.

— Пф…. — Алекс аж поперхнулся хлебом и смотрел на меня со слезящимися глазами, протягивая руку для фляги. Я рассмеялся и дал ему напиться. — Четверо мне свидетели!

— Это тебе не это.

— Угу.

Мы шли быстрым шагом, обгоняя редких путников на дороге. Большинство отводили взгляды, замечая копье Алекса. Никто не решался заговорить.

К вечеру впереди показались стены Тёплого Стана. Город раскинулся в долине, дома громоздились друг на друга, над крышами поднимался дым десятков очагов. У ворот толпились люди, приехавшие с телегами, стража проверяла.

— Стоп, — остановил я Алекса. — Идти в город вдвоём сейчас нельзя.

— Почему?

— Потому что, если кто-то ищет меня, он будет следить за воротами. А я слишком заметен. В любом случае будут искать двоих молодых парней, один из которых с медными волосами и разноцветными глазами, ну и тебя, раз ты ушел из города вслед за моей пропажей.

Алекс остановился, стукнул копьем о землю и повернулся ко мне.

— И что предлагаешь?

— Ты пойдёшь первым, — решил я. — Зайдёшь в город, осмотришься. Узнаешь, нет ли слухов про пропавшего практика или про меня. Зайдёшь в таверну, послушаешь разговоры. Потом вернёшься сюда, и мы решим, что делать дальше. Будут спрашивать, говори, что не нашел и всё.

— А ты?

— Я подожду на поляне для тренировок, — ответил я. — Там меня никто не найдёт.

Алекс колебался.

— Не знаю, Корвин. Оставлять тебя одного…

— Я не беззащитный, — напомнил я, похлопав по рюкзаку, где лежали рунные камни и клинки. — И, если что, просто сбегу. А ты быстрее меня, догонишь.

Он усмехнулся.

— Ладно. Но если до утра не вернусь, значит, что-то пошло не так.

— Тогда я сам пойду тебя искать, — пообещал я. — Найди нам нормальный корабль.

Мы разошлись у развилки. Алекс направился к городским воротам, а я свернул на знакомую тропу, ведущую к озеру. Поляна для тренировок встретила меня тишиной. Турник, камни, столбы — всё было на своих местах. Я сбросил рюкзак у дерева и сел на траву, скрестив ноги и расслабившись

Меня весь день, как я очнулся, мучило несколько мыслей, точнее оттенков этих мыслей. Когда я разбил ядро, я чувствовал в себе зверя, прогонял его через себя, загоняя сначала в Камень Бурь, и получая очищенный этер. Но почему это сработало именно так? И нужно мне будет так делать в дальнейшем? Я уже слышал когда-то, что ядра поглощают очищенными, и это видимо именно тот процесс, который происходил тогда. Получается я всё сделал правильно?

Я попробовал почувствовать этер. Закрыл глаза, сосредоточился на ощущениях. И вот оно. Тонкая, почти невидимая сеть энергии, пронизывающая всё вокруг. Деревья светились слабым зелёным свечением, земля пульсировала коричнево-серыми волнами, озеро отдавало голубоватым мерцанием.

А во мне… Внутри меня был источник. Крохотный, размером с горошину, но плотный сгусток этера, расположенный где-то в районе солнечного сплетения. Он медленно вращался, втягивая в себя окружающую энергию и распределяя её по телу.

Алекс говорил, что чувствует этер как бурлящую реку. У меня же было ощущение упорядоченной структуры, почти механической в своей точности. Словно я видел не саму энергию, а схему её работы. И нужно было понять, в чём разница - почему у меня одно восприятие, а у другого человека - совсем не такое. И что лучше? От этого многое зависело, я был уверен в этом.

Я попытался направить поток. Мысленно дёрнул за невидимую нить, пытаясь заставить этер течь в руку. Ничего не произошло. Я попробовал снова, сильнее. Этер дрогнул, но остался на месте.

— Черт, — пробормотал я. — Как это делается?

Я вспомнил браслет из шкуры Этерофага. Там всё было просто, кровь на руне, создаёт контакт с Камнем Бурь и происходит активация, вырывающимся прямым потоком. Но трогать браслет сейчас не было смысла, это не то, что нужно.

Нужна практика. Тренировка. Понимание того, как работает система.

Я достал из рюкзака один из лазуритовых камней с нанесенной руной Щита и положил на ладонь. Попытался направить в него этер. Камень никак не откликнулся. Я сжал зубы, сосредоточился сильнее. Этер внутри меня заколебался, потянулся к руке, но не дошёл до камня.

— Чёрт, — выругался я. — Ну же!

Я попробовал по-другому. Не толкать этер силой, а мягко направлять. Словно это не вода в трубе, а живое существо, которое нужно уговорить. Этер медленно, неохотно потёк по руке, дошёл до пальцев, коснулся камня.

Руна вспыхнула тусклым светом и погасла.

[Получен навык: Базовое управление этером — 1]

Я выдохнул, чувствуя, как пот стекает по лбу. Всего один импульс, и я уже вымотался, как после часового бега. И базовое управление, было весьма неожиданным, но необходимым подспорьем. Контроль этера оказался намного сложнее, чем я думал.

Но я сделал это. Пусть криво, пусть слабо, но сделал. Я попробовал ещё раз. Потом ещё. С каждой попыткой получалось чуть легче, чуть быстрее. Руна вспыхивала ярче, держалась дольше. К тому времени, как красный светильник начал гаснуть, закрываемый пятном, я мог стабильно подавать этер в камень, заставляя его светиться около минуты.

[Навык повышен: Базовое управление этером — 2]

Я откинулся на траву, тяжело дыша. Тело гудело от усталости, голова раскалывалась. Но я был доволен. Прогресс был.

Шаги заставили меня вскочить на ноги, схватившись за нож. Но это был Алекс, выходящий из сумерек с мрачным лицом.

— Ну что там? — спросил я. — Какие новости?

Он тяжело сел на траву, потирая лицо руками.

— Плохие, — сказал он. — С одной стороны, как я понимаю, именно благодаря им, мы спокойно уплывем в Ногайск и оставим нейтральные земли.

— Да не томи уже, что за новости!

— Дикари снова собрали орду, как минимум в пару тысяч бойцов и идут к Теплому Стану, выжигая по дороге всё что попадётся под руку. А часть дружины уже ушла к Торвальдам. Война пришла сюда.

Глава 3

Вслед за словами Алекса от города раздались тревожные звуки, напоминающие колокольные.

— Слышишь? — Алекс уже сидел, прислушиваясь к доносящимся звукам.

— Тревога, — кивнул я, поднимаясь и отряхивая с себя траву. — А в порт?

— Да я даже не дошел, у ворот остановился и вернулся сюда, стража никого не пускает. — обиженно ответил Алекс. — Делать то, что будем?

— Ну, ночевать тут под боком у возможных дикарей, особенно если их так много вообще не самая хорошая идея, — в итоге переменил я план и сейчас размышлял в слух. — Пошли. В город, нет смысла тут торчать.

Мы быстро собрали вещи и двинулись к городу. Чем ближе мы подходили, тем явственнее становился шум. У ворот толпились люди, стража что-то выкрикивала, размахивая руками. Повозки с поклажей стояли в беспорядке, женщины с детьми торопливо грузились на телеги.

— Что происходит? — спросил я у пожилого мужика, пытавшегося протолкнуться к воротам с мешком за спиной.

— Дикари! — бросил он через плечо, не останавливаясь. — Собрали орду, говорят, тысячи две, может больше! Идут сюда, всё на своём пути жгут!

Мы переглянулись с Алексом.

— Это мы слышали, а в город не пускают?

— Баб и детей. — ответил мужик, пытаясь пролезть через столпотворение — всех остальных в ополчение. Да пропустите, же!

— Женщины и дети проходят в город! — Неожиданно громко заорал дружинник на коне. — Остальные ждите указаний.

Мы не стали толкаться, отошли немного в сторону, очень скоро рядом снова появился мужик. И если я думал, что он хотел прорваться в город, то ошибся.

— Жену с детьми в порт поведут! — сказал он нам, останавливаясь рядом. — Кораблями увозят на тот берег, там форт, дикарям не дойти!

Этим он вызвал моё уважение.

— А здесь что будет? — спросил я у него же. — Смотря как он внимательно изучает стоящих тут дружинников, видимо выискивая кого-то знакомого.

— В ополчение всех засунут. — махнул тот рукой. — А дальше зависит от народа, большинство на стену поставят, а кого поопытнее и в дозоры могут. Или вообще на вылазку. Вот, он нам нужен!

И не успел я спросить кого он имеет в виду. Как тот просто скрылся среди толпы, оставляя нас одних.

— В город не пройти.

— Ну значит мы туда и не пойдем. — решил я, отведя Алекса в сторону. — Деваться некуда, а стоять тут как два бельчонка смысла никакого.

— В ополчение? — спросил Алекс немного нахмурившись.

— Ага, — кивнул я. — Слышал же, что тот сказал. Мы, конечно, теперь практики, но толку от нас кроме силы, пока никакой, но не помочь людям… не знаю, не по-человечески как-то. Теера милостива только к тем, кто щедр от души.

— Знаешь, я в тебе не сомневался, — сжал моё плечо друг. — Я бы сам пошел, сразу как кинули клич. Но видимо основные силы пока вооружают в городе, а нас тут уже по обстоятельствам. Тем более заметь, много охотников и крестьян с своим оружием.

Я огляделся. Действительно, среди мужиков было человек двадцать лучников. Еще человек десять имели копья или длинные крепкие палки и топоры. Алекс вон тоже с копьем. Один я на вид безоружный. А если так посчитать, то сейчас у ворот помимо трех десятков дружинников при оружии, еще полсотни готовых бойцов, да на стенах народу человек двадцать. Уже сила. И это только одни ворота из трёх. На что надеются дикари, я не понимаю. Две тысячи — это хутора жечь, а не Теплый Стан осаждать.

Алекс был такого же мнения.

— Они что думают, что возьмут город голыми руками?

— Не знаю, — ответил я, наблюдая, как дружинники формируют из толпы подобие строя. — Может, расчет на внезапность был. Или на то, что половина дружины ушла к Торвальдам. Но сейчас это уже не важно. Важно, что нам нужно записаться, пока не началась полная каша. Пошли, а то опоздаем.

Мы двинулись к воротам, где дружинник на коне продолжал выкрикивать команды. Вблизи он оказался немолодым мужиком с гладко выбритой головой. На спине у него болтался потрепанный плащ с выцветшим гербом Керндора.

— Эй, парни! — окликнул он нас, заметив, что мы идем целенаправленно. — Вы кто такие? Откуда?

— Путники, — ответил я, стараясь говорить уверенно. — Шли в Теплый Стан, но попали как раз к веселью. Хотим записаться в ополчение.

Дружинник оглядел нас с ног до головы. Задержал взгляд на копье Алекса, потом на моих пустых руках.

— Путники, — фыркнул он. — Ага, вижу. Откуда идете?

— С севера, — коротко ответил я.

Дружинник помолчал, разглядывая нас. Потом сплюнул в сторону.

— Ладно, не мое дело проверять. Если врете, все равно выяснится на деле. Имена?

— Корвин Андерс, — представился я, не скрывая.

— Алекс Дейвик, — добавил мой друг. — Я местный вообще, но сейчас иду с другом с севера.

— Хорошо. Я сотник Вальд, командую западными воротами. — Он повернулся к одному из дружинников. — Эй, Рок! Запиши этих двоих в списки!

Молодой парень в потертом кожаном доспехе подскочил с деревянной небольшой тумбочкой на груди, которая оказалась походной канцелярией. Быстро записал наши имена.

— Оружие есть? — спросил Рок.

— У меня копье, — показал Алекс.

— У меня ничего, — признался я. — Но владею копьем и ножом. Щит тоже держать умею.

Рок хмыкнул.

— Ну, копье и щит тебе выдадим. Арсенал еще не пустой, хоть и не густо осталось. — Сотник снова вернулся к нам, разглядывая на этот раз внимательнее. — Вы оба не крестьяне, это точно. Может, были в дружине где-то?

— Нет, — покачал головой я. — Просто тренировались. Мы готовимся стать практиками, вот и всё.

Сотник усмехнулся, но без злобы.

— Мечтатели. Ну что ж, мечты мечтами, а копье в руках держать все равно надо. Пойдете на стену, если дикари полезут. А если будет вылазка… посмотрим. Может, понадобитесь.

— Нам нужно в Ногайск, — сказал я прямо. — Как только первый корабль пойдет туда, мы хотим быть на нем.

Вальд нахмурился.

— В Ногайск? Сейчас? Парень, тут война на носу, а ты о кораблях думаешь?

— Поэтому и говорю сразу, — ответил я спокойно. — Мы поможем городу, отобьем дикарей, если придется. Но потом уходим. Это условие. Если вы пойдете гонять дикарей, мы не пойдем.

Сотник замолчал, потирая щеку. Потом махнул рукой.

— А, это не проблема, ополчение всё равно в лес вести, только на смерть, туда егерей надо. Я-то уж думал вы хотите в ополчение и в город попасть чтобы свалить. Уже подумал, где вас повесить.

— Нет. — твердо ответил я, развеивая его опасения. — Пока тревога мы с вами.

— Ладно. Если выживете и дикарей отобьем, сам найду вам место на барже. Торговцы все равно драпать будут, как только опасность минует. Устроит?

— Устроит, — кивнул я.

— Тогда марш к складу. Рок, веди их! И выдай этому, — он ткнул пальцем в меня, — копье и щит. Нормальные, не труху какую-нибудь.

Рок кивнул и жестом поманил нас за собой. Мы прошли через толпу, которая постепенно редела, женщин и детей уже почти всех пропустили в город, оставались только мужчины. Кто-то выглядел решительно, сжимая топоры и копья. Кто-то бледнел, но стоял на месте. Война не спрашивала, готов ты или нет.

Склад оказался приземистым деревянным строением у самой стены. Вдоль стен громоздились стеллажи с оружием — копья, топоры, связки стрел. Большая часть выглядела потрепанной, но боеспособной.

— Вот, — Рок подошел к стойке с копьями и вытащил одно. — Держи. Наконечник острый, древко крепкое. Проверь сам.

Я взял копье, взвесил в руке. Длина чуть больше двух метров, древко из темного дерева, наконечник широкий, листовидный. Не шедевр, но вполне рабочее.

— Сойдет, — сказал я. — А меча нет?

— А ты умеешь сражаться мечом?

— Нет, пожал я плечами, просто, мне казалось, мечами тоже должны вооружать.

— Нет, Корвин, меч — это оружие для знающих, крепким парням даже в строю лучше подойдет топор чем клинок, поверь мне, меч тут совершенно не уместен.

— Да, я понял. — признал я свою очевидную ошибку. — Щит?

— Щит, — Рок кинул мне круглый деревянный щит, обитый по краю железом. — Ремни целые, держать будет. Только не подставляй под топор, расколется.

Я продел руку в ремни, пристроил щит на предплечье. Вес приличный, но терпимый. С новым телом практика это вообще не проблема.

— Еще что-то нужно? — спросил Рок.

— Нет, хватит, — ответил я.

Алекс стоял рядом, опираясь на свое копье. Рок кинул взгляд на него.

— У тебя свое копье, вижу. Хорошее. Охотничье?

— Ага, — кивнул Алекс. — Сам делал.

— Молодец. Тогда только щит возьми, если хочешь.

Алекс покачал головой.

— Не, я без щита привычнее. Двумя руками удобнее.

— Как знаешь, — пожал плечами Рок. — Тогда идите к воротам. Сотник Вальд распределит, куда вас поставить. Шлемов у меня для вас тоже нет, как и кожанок, так что просто берегите себя и не лезьте на рожон.

Мы вышли из склада обратно на улицу. Толпа уже почти рассосалась, остались только те, кого записали в ополчение. Получилось человек восемьдесят, не меньше. Дружинников в доспехах было около тридцати. Остальные — крестьяне, охотники да ремесленники, простой рабоче-сельский люд. Кто с копьями, кто с топорами, кто с луками.

Сотник Вальд стоял в центре, окруженный несколькими дружинниками. Когда мы подошли, он как раз раздавал указания.

— …двадцать человек на стену, лучников в первую очередь. Остальные в резерв у ворот. Если дикари пойдут на приступ, вы их встретите копьями. Понятно?

Мужики закивали.

— Вы двое, — Вальд ткнул пальцем в нас с Алексом. — На стену пойдете. Лучников прикрывать будете, если дикари полезут.

— Понял, — кивнул я.

— Хорошо. Идди, веди их наверх. Покажешь позицию. — Вальд кивнул стоящему рядом дядьке с огромнейшими усищами и тот повел нас за стену. Он провел нас к лестнице, ведущей на крепостную стену. Ступени были узкими, крутыми. Я поднимался осторожно, прижимая щит к боку, чтобы не зацепиться.

— А это ваши настоящие усы? — спросил Алекс.

— В жопу пошел. — Буркнул тот показывая наши места.

— Немногословный, вы, однако.

— Стоите тут, не дохнете. Слушаете чего орут старшие. — коротко приказал нам Идди и свалил, оставляя в лапах десятка лучников, которым до нас никакого дела не было. Кто проверял стрелы, кто лук, кто просто трепался с знакомыми, всматриваясь в подходящую темень леса.

Наверху открылся вид на окрестности. С одной стороны, город, а с другой поля и дорога, уходящая на север, раздваивающаяся в километре отсюда. Вдалеке виднелись холмы, окутанные вечерней дымкой.

На стене уже стояло человек пятнадцать. Пока лучники занимались делама, еще несколько копейщиков прислонились к зубцам, разглядывая окрестности.

— Вот ваше место, — Показал на участок стены между двумя лучниками один из дружинников. — Стойте тут. Если увидите дикарей, кричите. Если полезут на стену, колите. Ясно?

— Ясно, — ответил я.

Мы остались вдвоем. Алекс прислонил копье к зубцу и оглядел окрестности.

— Красиво, — сказал он. — Жаль, что скоро тут может быть резня.

— Может и не быть, — возразил я. — Дикари не дураки. Город брать штурмом — самоубийство, реально. Может, просто пограбят окрестности и уйдут.

— Надеюсь, ты прав.

Время тянулось медленно. Мы сидели по очереди, даже лежали, насколько позволяло место и ждали непонятно чего. Лучники рядом переговаривались вполголоса. Один из них, широкоплечий мужик с седой бородой, покосился на нас.

— Эй, парни, — окликнул он. — Вы откуда?

— С севера, — ответил я. — Шли в город, попали на тревогу.

— Везет вам, — хмыкнул лучник. — Могли бы и в лесу на дикарей наткнуться.

— Повезло. Ага.

— Все равно молодцы, что откликнулись — кивнул лучник. — Я Олаф, кстати. Охочусь в этих краях лет двадцать. Дикарей видел, но, чтобы такими толпами… это впервые.

— Корвин, — представился я. — А это Алекс.

— Рад знакомству, — Олаф потянулся, разминая спину. — Надеюсь, сегодня ночью обойдется без драки. Хотя, судя по тому, что творится, дикари где-то близко.

— Почему ты так думаешь? — спросил Алекс.

— Потому что дружина вернулась слишком быстро, — объяснил Гарт. — Если бы дикарей прогнали далеко, они бы не вернулись так скоро. Значит, те где-то рядом. Может, в лесу засели, ждут ночи.

Я нахмурился. В его словах был смысл.

— А дружина вернулась? Мы слышали, что часть ушла к Торвальдам?

— Те, кто ушли, ушел, да, но днем Бабай, повел три сотни вдоль реки, слухи еще вчера появились.

— Бабай? — переспросил я.

— Один из командиров дружины. Ближний Керндора. Вот он и вернулся, никого не нашли. Сам то Керндор увел почти тысячу бойцов на границу позавчера. Да еще и ополченцев собрал почти столько же.

— А хутора? Их никто сейчас не защищает? — спросил я назревающий вопрос. Так как за всё это время не видел выходящего на подмогу войска. И рассказ про количество ушедших на другую войну впечатлял, хотя я и не знал столько всего войск есть в нейтральных землях. Но по сути ушло столько же, сколько по слухам сюда идет диких, значит они что-то знают?

— Хутора еще надо постараться взять, — ответил Олаф ухмыляясь, но всё равно было видно, что он тревожится. — Я сам хуторской, они не полезут терять людей если идут к Теплому Стану, смысла нет, сначала надо расколоть большой орех, а потом уже мелочь, иначе они половину потеряют еще на подходе.

Мы замолчали. Я прислонился к зубцу, разглядывая окрестности. Поля постепенно погружались в сумерки. Где-то вдалеке мелькнул огонек, факел или костер. Я напрягся, всматриваясь.

— Олаф, — позвал я. — Там, на холме. Видишь огонь?

Лучник прищурился, глядя в ту сторону.

— Вижу. Может, пастухи. А может… — он замолчал. — Лучше сказать сотнику.

Он крикнул вниз, и через минуту на стену поднялся Вальд. Лицо у него было хмурое.

— Что там?

— Огонь на холме, — показал Олаф. — Раньше там никого не было.

Вальд долго смотрел в ту сторону, потом выругался.

— Дикари. Разведка, скорее всего. Или дозор. — Он повернулся к нам. — Всем быть начеку. Если увидите движение, сразу кричите. И никаких самодеятельности, понятно?

— Понятно, — ответили мы хором.

Вальд спустился вниз, а мы вернулись на свои места. Ночь опустилась на город быстро. На стенах зажгли факелы, их пляшущий свет выхватывал из тьмы лица ополченцев. Где-то внизу слышались команды, стук копыт, лязг оружия.

— Странно всё это, — тихо сказал Алекс. — Ты правда думаешь, что дикари полезут?

— Не знаю, — честно ответил я. — И даже мне особо не разбирающемуся в том, что тут твориться, кажется, что так не должно, что-то не правильное во всём этом, вот чую прямо.

— Ага, — Алекс усмехнулся. — Чуять это хорошо, но лучше словами.

Я хотел ответить, что именно слов, объясняющих что я чую нет, но в этот момент где-то вдалеке раздался крик. Потом второй. Потом грохот барабанов, барабанов из леса.

— Они идут! — заорал кто-то на стене.

Я вскочил, вглядываясь в темноту. И тогда увидел. Из леса, словно волна, выкатились фигуры. Десятки, сотни. Они бежали к городу, размахивая оружием, выкрикивая гортанные боевые кличи.

— Четверо мне свидетели, — прошептал я. — Они действительно идут.

— К оружию! — заревел Вальд снизу. — Лучники, готовьтесь! Копейщики, держите позиции!

Олаф рядом натянул тетиву, целясь в ближайшую фигуру. Другие лучники последовали его примеру. Я поднял щит, сжимая древко копья. Дикари приближались. Их крики становились громче, у некоторых были факелы, что только создавали хорошие мишени для лучников. Я видел их лица, раскрашенные красной и черной краской. Они были в шкурах, с топорами, дубинами, копьями. Некоторые несли лестницы.

— Стрелы! Пускай! — скомандовал Вальд.

Лучники выпустили первый залп. Стрелы со свистом полетели в темноту. Несколько дикарей упали, сраженные наповал. Но остальные не остановились. Они бежали дальше, перепрыгивая через тела своих.

— Второй! — крикнул Вальд. — Пускай!

Снова свист стрел, снова падающие тела. Но дикарей было слишком много. Они достигли стены, начали приставлять лестницы.

— Копейщики, вперед! — заорал Вальд. — Сбрасывайте лестницы!

Я бросился к краю стены, где одна из лестниц уже цеплялась за зубцы. Толкнул ее древком копья, и она с грохотом рухнула набок, увлекая за собой ползущих по ней двух дикарей. Алекс рядом делал то же самое, действуя быстро и точно.

— Не дайте им подняться! — кричал Вальд. — Держите стену!

Защитников на стене было мало, город, опоясанный практически полностью, просто не смог найти подходящее количество людей, чтобы занять стены нормально и теперь повсюду бегали пожарные команды, снимая людей с не атакованных участков и переводя их в места активных штурмов.

Я ударил копьем по руке дикаря, который уже почти перебрался через зубец. Он взвыл, сорвался вниз. Алекс рядом проткнул копьем грудь другого, и тот рухнул на своих же.

Лучники продолжали стрелять, но дикарей не убывало. Они лезли и лезли, словно это был бесконечный поток.

— Корвин! — крикнул Алекс. — Слева!

Я обернулся и увидел, как дикарь уже перелез через зубец, замахиваясь топором. Я отбил удар щитом, почувствовав, как дерево треснуло под ударом. Ответил тычком копья в живот. Дикарь захрипел, согнулся. Я толкнул его обратно за стену.

Бой кипел. Крики, лязг оружия, запах крови и пота. Я действовал на автомате, колол, толкал, отбивал, стараясь прикрывать стоящего рядом Алекса, который дрался с какой-то дикой яростью, и практически не защищался от врага, только атакуя. Да я уже планировал зарядить первый рунный камень во врага сжигая нападающих, как резко что-то изменилось. Крики дикарей стали тише. Лестницы перестали приставлять. Я выглянул за зубец и увидел, что они отступают. Бегут обратно к лесу, оставляя на поле десятки тел.

— Отступают! — крикнул кто-то на стене. — Они бегут!

Раздался торжествующий рев. Ополченцы размахивали оружием, лучники выпустили еще несколько стрел вслед убегающим.

Я опустил копье, тяжело дыша. Щит был изрублен, копье в крови. Алекс рядом вытирал лицо, размазывая грязь и кровь.

— Живой? — спросил я.

— Живой, — кивнул он. — Ты?

— Тоже. Царапины только. Ты чего, с ума что ли сошел от крови? Куда лезешь?

— Так надо было, так правильно было Кор, — ответил Алекс немного смутившись. — Да и ты меня прикрывал, они даже не пытались попасть в нас стрелами. Они как будто лезли самоубиваться

Вальд поднялся на стену, оглядывая ополченцев. Лицо у него было мрачное.

— Потери? — спросил он.

— Трое убитых, — ответил один из дружинников. — Пятеро раненых. Все при штурме, они даже не пытались прикрывать штурмовиков луками.

— Нам же лучше, — буркнул Вальд. — Мы не понимаем, что происходит. Дикари проверяли нас. Настоящий штурм будет завтра, если вообще будет. Всем оставаться на позициях. Раненых вниз, лекарю. Остальные держите глаза открытыми, половина отдыхает, половина бдит.

Он прошелся дальше по стене отдавая приказы и узнавая про людей, и мы остались на стене. Олаф рядом проверял тетиву лука.

— Неплохо дрались, парни, — сказал он. — Для новичков.

— Спасибо, — ответил я.

— Но это только начало, — добавил Олаф. — Если дикари соберутся с силами, будет хуже. Много хуже.

Я кивнул, глядя на поле, усеянное телами. Алекс рядом молчал, сжимая копье.

Ночь обещала быть долгой, но в итоге пролетела как один миг, словно стремясь поскорее показать поле, покрытое мертвецами. Тела дикарей лежали кучами у стен, некоторые так и застыли на лестницах. Птицы-падальщики уже кружили над полем, хрипло крича.

Я сидел, прислонившись к зубцу, закрыв глаза. Сна не было всю ночь. Алекс рядом дремал, положив голову на руки. Гарт и другие лучники тоже отдыхали, но настороженно, готовые вскочить в любой момент.

Внизу послышались шаги, и на стену поднялся Вальд в сопровождении двух дружинников.

— Слушайте все, — сказал он громко. — Дружина вышла на разведку час назад. Только что вернулись. Дикари отступили в лес, но не ушли. Засели там, ждут чего-то.

— Чего они ждут? — спросил кто-то из ополченцев.

— Не знаю, — честно ответил Вальд. — Может, подкрепления. Может, просто решают, стоит ли снова лезть. Но факт в том, что они не ушли. Значит, опасность не миновала.

— А что со Старшими? — спросил Гарт. — Говорили, они разбили орду.

Вальд нахмурился.

— Старшие действительно перебили большую часть дикарей, которые полезли на их земли. Но не всех. Те, кто вчера нападал на нас, — это остатки. Человек триста, может, четыреста. Не так много, как две тысячи, но все равно опасно.

— Триста-четыреста, — пробормотал Алекс. — А мы их сколько вчера положили скопом?

— Штук двести, — ответил Вальд. — Может, чуть больше. Пока точно не подсчитать. Но их уже недостаточно, чтобы попытаться снова.

Он замолчал, оглядывая нас.

— Бабай хочет добить их, пока они не ушли. Собирает отряд для вылазки. Дружинников и самых крепких из ополчения. Кто хочет пойти добровольцем?

Несколько рук поднялись сразу. Я переглянулся с Алексом. Он пожал плечами.

— Пойдем? — спросил он.

— А смысл сидеть здесь? — ответил я. — Чем быстрее разберемся с дикарями, тем быстрее сможем уйти в Ногайск.

Я поднял руку. Алекс последовал моему примеру.

Вальд кивнул.

— Хорошо. Вы двое тоже идете. Соберетесь внизу у ворот через полчаса. Вооружение проверьте, воды возьмите. Идти будем быстро, драться тоже.

Он спустился вниз, и мы последовали за ним. У ворот уже собирался отряд. Человек сто дружинников в доспехах, еще под двести ополченцев. Все с оружием, многие со щитами.

— Знаешь, это даже немного не честно. — тихо и неожиданно заметил Алекс.

— Ты к чему?

— Ну, мы с тобой стали практиками, а первая война нам досталась со смертными. А ведь мы их сильнее.

— Знаешь, сила — это конечно хорошо, но опыт важнее. — ответил я, внутренне с ним соглашаясь. — Но в составе опытного отряда, попробовать стоит. Всё равно наша дальнейшая жизнь будет связана с сражениями, и никак иначе.

Но про себя я подумал, что лучше бы вообще без войны, открыть мастерскую и зарабатывать деньги на путешествие по всему миру и прожить долгую и счастливую жизнь, под этим ужасным беззвездным небом.

Я проверил свое копье. Наконечник был цел, древко не треснуло. Щит пришлось поменять. Новый был чуть тяжелее, но крепче на вид.

Алекс стоял рядом, опираясь на копье. Лицо у него было сосредоточенное и щит он себе всё же взял.

— Готов? — спросил я. — Одно дело колоть со стены, другое в бою.

— Готов, — кивнул он, перекладывая копье на плечо и потирая вспотевшие ладони. — Только вот думаю, не сдурели ли мы, соглашаясь на это.

— Сдурели, — согласился я. — Но уже поздно отступать.

Вальд вышел вперед, поднял руку.

— Слушайте все! Идем в лес, ищем дикарей, добиваем. Без лишнего шума, без геройства. Держимся вместе, не разбредаемся. Если увидите больше врагов, чем можете осилить, отступаете к основной группе. Понятно?

— Понятно! — хором ответили мы.

— Тогда выдвигаемся к основному отряду, мы идем с правого фланга.

Ворота распахнулись, и мы двинулись наружу. Поле перед городом было усеяно телами. Мы шли мимо них, стараясь не смотреть. Только птицы взлетали, недовольные, что их потревожили. Лес начинался в полукилометре от города. Мы вошли в него, и сразу стало тише. Только шелест листвы, треск веток под ногами. Вальд шел впереди, следом за ним дружинники. Мы с Алексом держались в середине группы, рядом с ополченцами.

Прошли минут двадцать. Лес становился все гуще, деревья теснее. Где-то вдалеке послышался крик птицы, потом тишина.

— Стоп, — вдруг сказал Вальд, подняв руку.

Мы замерли. Он прислушался, потом показал вперед.

— Там дым.

Я всмотрелся и действительно увидел тонкую струйку дыма, поднимающуюся над деревьями.

— Лагерь? — тихо спросил один из дружинников.

— Похоже, — кивнул Вальд и начал командовать, тихо передавая приказ. — Осторожно. Лучники назад, копейщики вперед! Видим врагов, бьем сразу, без предупреждения.

Мы двинулись дальше, медленно, стараясь не шуметь. Дым становился гуще, в воздухе запахло гарью.

Вышли на поляну. И замерли.

Посреди поляны действительно был лагерь. Вернее, то, что от него осталось. Шатры разорваны, повозки разбиты, повсюду тела. Дикари. Десятки дикарей, лежащих в неестественных позах, с проломленными черепами, отрубленными конечностями.

— Четверо мне свидетели, — прошептал кто-то из ополченцев. — Что тут произошло?

Вальд подошел ближе, осмотрел тела. Из леса показывались всё новые десятки нашего войска, постепенно окружая лагерь.

— Не наша работа, — сказал один из дружинников изучающий трупы. — Раны не от мечей и копий. Это… — он замолчал, нахмурившись. — Работа Старших.

— Старших? — переспросил Вальд. — Они что, добили остатки орды?

— Похоже на то, — кивнул воин. — Или дикари сами наткнулись на них и поплатились.

— До границы со старшими больше светового дня пути. Они что тащили этих тварей всё время за собой и перли вперед?

Я обошел поляну, разглядывая тела. Лучник был прав, раны были странные. Их не просто убивали их рвали, тела выглядели так, словно зверь просто играючи прошелся, убивая каждого одним ударом.

Вальд тут же отдал новый приказ.

— Ополчение уходит в город, дружина остается, вам нечего больше тут делать. Для вас всё закончилось. Егерей сюда!

И мы просто развернулись и двинулись обратно, неорганизованной толпой. Ополчение всё волю и желание сражаться выкинуло куда подальше, стоило только отдать правильный приказ. Шли обратно быстрее, чем в лес.

Настроение было приподнятое, война закончилась, даже не успев толком начаться.

Когда вернулись к городу, нас практически сразу разоружили, вычеркивая имена из списков. А через час, поевшие и умытые, мы собирались у таверны, когда увидели Вальда, выходящего из нее, он был один.

— Эй, сотник! — окликнул я, понимая, как быстро крутятся вокруг события. — Помнишь обещание?

Вальд обернулся, увидел нас и усмехнулся.

— Помню. Корабль в Ногайск, да?

— Да.

— Ладно. Идите в порт, я сейчас подойду, найду вам какую-нибудь лохань.

Глава 4

Вальд появился через полчаса, когда мы уже успели обойти половину причалов, разглядывая корабли и баржи, возвращавшие народ с другого берега, увидел нас и быстро замахал рукой.

— Эй, парни! Сюда!

Мы подошли. Сотник выглядел довольным, даже ухмылялся.

— Нашел вам судёнышко, — сказал он. — не самое шикарное, конечно, но до Ногайска пойдет прямо сейчас, задача у него такая. Капитан согласился взять за разумную цену.

— Какую? — спросил я настороженно.

— Две серебряных монеты с носа, — ответил Вальд. — Кормить не будут, но место на палубе дадут. и никаких вопросов не зададут, что важно.

Я переглянулся с Алексом. Четыре монеты серебром это не много, учитывая наш общий капитал, но это всё равно слишком дохрена для меня еще пару недель назад.

— Устроит, — кивнул я. — Где корабль?

— Вон там, третий от края, — Вальд показал на потрёпанную баржу с выцветшим парусом. — Речная Стрела. Капитан Дан, старый речной волк. Плавает между Тёплым Станом и ногайском лет двадцать, знает все отмели и течения.

Мы направились к барже. Вальд пошёл рядом, закуривая трубку.

— Слушай, Корвин, — сказал он вдруг. — Ты хороший парень и друг твой тоже. Вчера на стене дрались вы оба как надо, без паники, а это редкость даже среди ополченцев.

— Спасибо, — ответил я.

— Я серьёзно, — продолжил Вальд. — если бы не спешили так в Ногайск, я бы предложил вам остаться. В дружине всегда нужны крепкие бойцы. Жалованье платят регулярно, кормят неплохо и практики частенько заглядывают, может, кого-то в ученики возьмут.

Алекс фыркнул.

— Мы уже практики, сотник.

Вальд остановился как вкопанный, уставился на нас.

— Что?

— Практики, — повторил я спокойно. — Оба. Только недавно открыли этер, так что ещё зелёные совсем, пары дней не прошло.

Сотник молчал несколько секунд, переваривая информацию. Потом медленно кивнул.

— Вот оно что. Я-то думал, почему вы так легко дикарей крошили. Обычные смертные так не дерутся. — Он усмехнулся. — Значит, практики. Игнис был сегодня добр к вам, парни. Очень добр.

— Почему сегодня? — спросил Алекс.

— Потому что война только начинается, — ответил Вальд мрачно. — Дикари отступили, да., но это не конец. Мы пока не знаем, откуда ждать удара. Может, они соберутся снова и нагрянут с севера., а может, вообще что-то другое вылезет из лесов. нейтральные Земли никогда не были спокойным местом, а сейчас и подавно.

— Тем более нам пора валить, — сказал я. — Ногайск, что в Степи, там спокойнее будет.

— Не скажу, что ты прав, там своих проблем хватает — Вальд затянулся трубкой. — но практики везде нужны. Везде война идёт, явная или скрытая. Так что готовьтесь, парни. Отдых у вас будет там недолгим.

Мы подошли к барже. на палубе возились матросы, загружая мешки. Капитан стоял у штурвала, невысокий жилистый мужик с седой бородой.

— Дэн! — крикнул Вальд. — Вот твои пассажиры!

Капитан оглядел нас с ног до головы, прищурился.

— Молодые, — буркнул он. — Ладно, деньги вперёд, и грузитесь. Отчаливаем через час, как только груз закончим.

Я достал четыре серебряные монеты, протянул капитану. Тот взял, пересчитал, кивнул.

— Место у борта найдёте сами. Там и спать будете, в каюту вам не попасть, она одна, и там пассажир важный. Что еще… еду свою, воду тоже. Моих матросов трогать не будете, они работают, а не с пассажирами якшаются. Ясно?

— Ясно, — кивнул я, еда у нас с собой была, мы неплохо затарились в лавке, когда искали сотника, так что хватит если не шиковать на неделю пути.

— Тогда добро пожаловать на борт, — Горн отвернулся, продолжая следить за разгрузкой.

Мы поднялись по трапу. Вальд остался на причале, помахал нам рукой.

— удачи вам, парни! — крикнул он. — Может, ещё встретимся когда-нибудь!

— Спасибо за всё, сотник! — ответил я. — Пусть Игнис хранит тебя!

— И вас тоже!

Баржа медленно загружалась. Матросы таскали мешки, бочки, связки шкур. Мы нашли место у борта, подальше от суеты, уложили рюкзаки.

Алекс сел, вытянув ноги, прислонился спиной к борту.

— наконец-то, — выдохнул он. — Думал, вообще не выберемся.

— Ага, — согласился я, устраиваясь рядом. — Теперь главное, чтобы по дороге ничего не случилось.

— А что может случиться? — Алекс зевнул. — Плывём по реке, спокойно и тихо. Дикари позади остались.

— Надеюсь, — пробормотал я, но внутри сидело беспокойство.

Слова Вальда засели занозой. Война только начинается. и они, имеющие тут власть и всю информацию, пока не знают, откуда ждать удара. Казалось бы, чего мне дело до этих людей. Тот же Дрозд, совсем не подарок, но вот другие люди, с которыми я здесь познакомился были хорошими людьми, как на подбор.

Мне бы не хотелось, чтобы они умерли из-за орды непонятных мне дикарей. Оставалось только надеяться, что всё будет хорошо и городок выстоит до возвращения своего хозяина.

Час прошёл быстро. Матросы закончили погрузку, сняли швартовые канаты. Капитан скомандовал что-то гортанное, и баржа медленно отчалила от причала.

Я встал, подошёл к борту. Тёплый Стан медленно уплывал назад. Стены, башни, дома, всё становилось меньше, на причале стояли люди, провожали корабли, кто-то махал руками.

И тогда я снова его увидел.

Кирос Дрозд стоял в стороне от толпы, у самого края пристани. Руки скрещены на груди, взгляд направлен прямо на баржу. на меня.

Я замер и наши глаза встретились через расстояние воды. Дрозд не двигался, и даже не ругался, просто стоял и смотрел нам вслед. Рядом с ним стояли ещё трое, но остальных не знал, но по виду понял, люди Дрозда, его охрана при выходах в город даже удивительно осознавать, что он покидает свою лавку древностей. Все трое тоже смотрели на баржу.

— Корвин, что не так? — Алекс подошёл ко мне, проследил мой взгляд. — а, Дрозд. ну и пусть смотрит. Что он нам сделает теперь?

— ничего, — ответил я, не отводя взгляда. — но он знает, что мы уплываем. и ничего не делает. Это странно.

— Может, просто смирился, — пожал плечами Алекс. — Мы же практики теперь. Он смертный. Какой смысл с нами связываться?

— Может, — согласился я неуверенно.

баржа плыла дальше. Дрозд становился всё меньше, но продолжал стоять на том же месте. Пока не превратился в точку, а потом не исчез совсем за поворотом реки.

Я выдохнул, отпуская напряжение.

— Всё, — сказал Алекс. — Теперь точно позади. Забудь о нём.

— Постараюсь, — кивнул я.

Мы вернулись на своё место у борта. Река несла нас по течению, к ногайску. берега медленно проплывали мимо, леса, поля, даже попадались обжитые деревушки. небо было чистым, без единого облачка, да и погода была весьма приятной.

Капитан прошёл мимо нас, проверяя что-то своё.

— Эй, парни, — окликнул он. — Вы откуда всё-таки? Вальд сказал, что с севера, но это понятие растяжимое.

— из-под Торвальдов, — ответил я уклончиво. — Шли в Тёплый Стан, чтобы добраться до Ногайска, а тут как раз попали к дикарям.

Дэн присвистнул.

— Везучие вы, значит. Дикари сейчас везде шастают. на воде тоже не спокойно стало. Лодки их по ночам рыскают, ищут что бы пограбить. на корабли пока не лезут, у нас жалезо не вкусное, но рядом плавают.

— Серьёзно? — нахмурился Алекс.

— Серьёзно, — кивнул капитан. — Так что ночью вахту усилю. Матросы будут дежурить с луками. если увидят что-то подозрительное, сразу бить тревогу. Вы уж не обессудьте, но драться тогда всем придётся.

Ага, а у меня из оружия только клинки Мирры и браслет. Мы переглянулись с Алексом и синхронно кивнули, драться мы можем и на этом остались без общества капитана.

Мы остались вдвоём и Алекс тут же растянулся на досках, закинув руки за голову.

Я сел рядом, прислонившись спиной к борту. Достал из рюкзака один из лазуритовых камней с руной Щита, покрутил в руках. С момента как я стал практиком, прошло всего ничего, но управление этером давалось всё легче. не идеально, конечно, но прогресс был заметен.

Закрыл глаза, сосредоточился. Почувствовал знакомое покалывание внутри, там, где сформировалось ядро. Мысленно потянул за невидимую нить, направляя поток к руке. Этер послушно потёк по каналам, дошёл до пальцев, коснулся камня.

Руна вспыхнула мягким голубым светом, заструилась энергия. Я удерживал её несколько секунд, потом отпустил. Свечение погасло.

навык повышен: базовое управление этером — 3.

Уже третий уровень за эти дни, это было неплохо. Главное практиковаться регулярно, не давать навыку застаиваться.

— Что делаешь? — Алекс приоткрыл один глаз, косясь на меня.

— Тренируюсь, — пожал я плечами. — надо же как-то контроль прокачивать. Ты бы тоже попробовал.

— Я пока не понял, как это работает, — признался Алекс. — у меня этер просто течёт сам по себе. Я чувствую его, но управлять толком не могу. Только в мышцы как-то сам уходит, когда надо.

— Это инстинктивное усиление, — объяснил я. — Первое, чему учатся все практики. Этер сам распределяется по телу, усиливая физику., но это базовый уровень. Чтобы использовать техники, артефакты, нужен осознанный контроль.

— А ты откуда знаешь? — удивился Алекс.

— Читал, — ответил я уклончиво. — ну и этер сам подсказывает.

Алекс задумчиво помолчал.

— Покажешь потом? Как ты это делаешь?

— Конечно. Только сам разберись сначала с базой. Попробуй просто почувствовать поток, проследить куда он идёт. Это первый шаг.

— Ладно, попробую., а может дашь камень?

— Я тебе точно скажу. — я ткнул Алекса локтем. — Ты первый раз такой бабах устроишь, мы тут все охренеем, так что лучше не стоит.

К вечеру я успел ещё несколько раз попрактиковаться с камнями, пока готовые рунные заготовки не закончились. уровень контроля рос медленно, но, верно. Алекс тоже попытался что-то сделать, но быстро сдался, заявив, что башка раскалывается от концентрации., а мне теперь садиться и рисовать кучу Щитов.

А почему бы, собственно, и нет. Раз тут так спокойно, то я вполне себе закончу все лазуриты и накачаю их этером. не уверен, что я уже хочу себе артефакт чёток, но по крайней мере, продать даже камни отдельно будет весьма дорого.

Когда стемнело, на барже зажгли фонари. Два матроса заняли позиции на носу и корме с луками наготове. ещё один забрался на мачту, всматриваясь в темноту.

Алекс завернулся в плащ и почти сразу захрапел. Я остался сидеть, прислонившись к борту, разглядывая реку. Вода была чёрной, непроглядной. Страшное беззвездное небо этого мира, всегда вызывало у меня внутреннее отторжение.

Время тянулось медленно. Я периодически вставал, разминал затёкшие ноги, прохаживался по палубе, но спать не шел, что-то держало, а последнее время я научился доверять своему внутреннему дозорному. Матросы на вахте переговаривались вполголоса, но ничего подозрительного не замечали.

Прошло несколько часов. Я уже начал думать, что ночь пройдёт спокойно, когда вдруг почувствовал. Просто странное ощущение в груди, словно этер вокруг сместился, исказился. Я замер, прислушиваясь не ушами, а чем-то другим. Ощущение нарастало, становилось отчётливее.

Опасность, где-то здесь, близко.

Я вскочил на ноги, схватился за копьё алекса.

— Тревога! — крикнул я. — Что-то приближается!

Матросы на вахте дёрнулись, натягивая луки. Горн выскочил из каюты, не до конца одетый.

— Где?! — рявкнул он.

Я всматривался в темноту, пытаясь понять откуда идёт угроза. Этер подсказывал направление, слева по носу, метров в сотне от баржи.

— Там! — указал я. — С левого берега!

Матрос на мачте что-то закричал, показывая в ту же сторону и лучник с баржи запустил ярко светящуюся горящую странным пламенем стрелу. и тогда я увидел как из темноты плыли лодки, узкие и длинные, полностью занабитые людьми. Вёсла бесшумно резали воду, приближая их к барже. Я насчитал десяток, может больше.

— Дикари! — заорал Горн. — К оружию! Все наверх!

баржа взорвалась движением. Матросы хватали что под руку попадалось, топоры, багры, ножи. Лучники заняли позиции, целясь в ближайшие лодки.

Алекс вскочил, забрал своё копьё.

— Четверо мне свидетели, опять они! — выругался он. — Выспаться не дали!

Первая лодка приблизилась метров на пятьдесят. В тусклом свете фонарей я разглядел фигуры дикарей, раскрашенные лица, оскаленные пасти. Они что-то выкрикивали на своём языке, размахивая оружием.

— Пускай! — скомандовал Горн.

Лучники выпустили залп. несколько дикарей упали в воду, но остальные продолжали грести. Лодки неслись к барже, их было слишком много, слишком быстро. Я понял, что у меня есть шанс. Один шанс показать им что на барже практик. на практика они не полезут. уверен в этом.

Поэтому, когда ближайшая лодка была уже готова уткнуться в наш борт, я порезал палец и направил на нее Малую искру, запуская целое море этера в артефакт. и, кажется, переборщил. Струя огненных жарких искр ударила метров на пять выжигая всех, кто готовился к атаке в лодке, она развернулась столкнулась с другой, на которую попали искры, дырявя тела и тонкое дерево и всё это под адские вопли сжигаемых заживо дикарей. Пламя вспыхнуло ослепительной вспышкой, превратив ночь в день. Фигуры метались в панике, прыгали в воду, но пламя не гасло, оно словно прилипало к коже, пожирая плоть.

— На барже практик! — завопил кто-то из дикарей. — Практик! уходим!

Остальные лодки резко развернулись, гребцы налегли на вёсла с удвоенной силой. Они бежали, бросая горящих товарищей, гребли прочь от баржи как от чумы.

Но браслет не остановился.

Я почувствовал это сразу, артефакт продолжал жрать этер, вытягивая его из меня буквально насильно. Руна пульсировала всё ярче, огонь разрастался, выплёскивался далеко в даль и тянулся к убегающим огненными нитями.

— Чёрт! — Я попытался разорвать связь, но не смог. браслет не слушался. Раньше я активировал его кровью, простым контактом. Теперь же, когда я открыл этер, артефакт среагировал по-другому. Он впился в мой источник и не желал отпускать.

Пламя на воде вспыхнуло ещё сильнее. Волны заплясали вокруг от того вода под нами просто закипела. Я чувствовал, как этер вытекает из меня потоком, бесконтрольно, слишком быстро.

— Корвин, что происходит?! — заорал Алекс, хватая меня за плечо.

— Не могу остановить! — прокричал я сквозь боль. Внутри всё горело, словно меня выжигали изнутри. — браслет не отключается!

Огонь на воде превратился в столп пламени, взметнулся вверх метров на десять.

Я упал на колени, зажимая грудь руками. Ядро этера внутри меня пульсировало, сжималось, отдавая последние крохи энергии. ещё немного, и я выгорю полностью. и Камень бурь просто не сможет мне помочь.

Ну нет, я не дам этой штуке убить меня.

Собрал остатки воли, рванул связь изо всех сил. Мысленно схватил поток этера, тёкший к браслету, и перерубил его. Просто отсёк, не заботясь о последствиях.

Связь оборвалась, браслет, лишившийся подпитки, дёрнулся последний раз и улетел в воду вслед убегающим дикарям, где и взорвался. Волна огня прокатилась по воде, подняла столб брызг и пара. Взрывная волна ударила в борт баржи, заставив её накрениться. Я полетел на палубу, больно приложившись спиной о мачту.

Алекс рухнул рядом, матросы попадали как подкошенные. Грохот был оглушительным, в ушах звенело и перед глазами заплясали цветные пятна.

Когда всё стихло, я с трудом поднял голову. на воде медленно расходились круги. Обломки лодок плавали повсюду. и рыба. Десятки, сотни оглушённых рыбин всплыли кверху брюхом, качаясь на волнах.

— Четверо мне свидетели! — прохрипел Дэн, поднимаясь на четвереньки. — Что это было?!

— Артефакт, — выдавил я, тяжело дыша. — Вышел из-под контроля. извините.

Капитан посмотрел на меня, потом на воду, усеянную мёртвой рыбой и обломками. Потом расхохотался. нервно, истерично, но искренне.

— Извините, говорит! Парень, ты только что спас нам всем жизни! — Он подошёл, протянул руку, помогая подняться. — Я видел дикарские лодки. их там было сколько, ведь многие сотни.

Я всмотрелся в темноту за пределами света фонарей. и похолодел.

на воде, вдали от взрыва, покачивались лодки. Много лодок. Слишком много. Сотни, как сказал капитан. Тысячи дикарей, плывущих вверх по течению. Целая армада.

— Они идут в Тёплый Стан, — прошептал Алекс, подойдя к борту. — если бы не твой взрыв, они бы взяли нас на копье и дальше поплыли бы атаковать город.

— И ведь никто бы не мог даже подумать о атаке с реки, — добавил Дэн мрачно. — Город спит, стража расслаблена после вчерашнего, а тут такая орда.

Дикарские лодки медленно разворачивались, уходя от баржи. Они видели взрыв. Знали, что на корабле практик. и действительно, не имея своих практиков рисковать не стали. Мы молча смотрели как они исчезают в темноте. Сотни лодок и тысячи страшных воинов. Слишком много для Тёплого Стана, да и для дружины, которая и так понесла потери.

— Нужно предупредить город, — сказал я.

— Как? — Горн развёл руками. — Мы в центре реки. До нужного берега километр. Лошадей нет. Пока доберёмся пешком, дикари уже будут у стен.

Он был прав. Мы ничего не могли сделать. Только плыть дальше и надеяться, что город как-нибудь справится сам.

Капитан тяжело выдохнул, потёр лицо руками.

— Ладно. Что сделано, то сделано. Матросы, собирайте рыбу! Хоть какая-то польза от этого кошмара будет!

Команда бросилась к баграм, начиная вылавливать оглушённую рыбу. её было действительно много, баржа могла запастись едой на неделю вперёд.

Капитан снова подошёл ко мне, положил руку на плечо.

— Слушай, парень. насчёт платы… — он замялся. — Я верну вам деньги. Все четыре монеты. Вы спасли мой корабль и команду. Это того стоит.

— Не надо, — покачал я головой. — Оставь себе. Просто… корми нас. Хорошо корми. Своих припасов у нас не так уж и много, а кушать хочется всегда.

— Свежей рыбы хватит на всех, — усмехнулся капитан. — Договорились. будете жрать как князья до самого Ногайска.

Он ушёл помогать матросам. Я остался стоять у борта, разглядывая тёмную воду. Этер внутри меня был почти пуст, ядро едва теплилось. Я выжег слишком много за раз. Восстановление займёт время.

Алекс молчал рядом, сжимая копьё.

— Знаешь, что обидно? — вдруг сказал он.

— Что?

— Я опять никого не убил. — Он ухмыльнулся криво. — Ты один всех поджарил., а я только смотрел.

Я фыркнул, чувствуя, как напряжение начинает отпускать.

— В следующий раз дам тебе геройствовать. Обещаю. Видит Теера я совершенно не собирался, не вовремя сломался мой браслет, совсем не вовремя.

— Держу за слово.

— А что теперь будет с Теплым Станом? — я повернулся к другу — Их же не встретят и никто не предупредит.

— Надеюсь, что справятся. Да и смотри, время ночь, пока первые лодки дойдут до города, будет уже светать им идти против течения, пусть оно и не самое тут быстрое.

Мы вернулись на своё место у борта. Алекс улёгся, натянув плащ на голову. Я остался сидеть, прислонившись к дереву.

Браслет был потерян, мой единственный боевой артефакт, который у меня был. Самодельный. Моя гордость. Теперь осталось только Камень бурь, но тот для боя не подходил. нужно было что-то новое. Оружие или артефакт, я пока не решил, нужно больше знаний. Я был практиком, но толком не умел ничего кроме базового управления этером.

В Ногайске нужно будет найти учителя. или хотя бы какие-то мануалы, свитки. Что-то, что поможет прокачаться быстрее.

Я закрыл глаза, чувствуя, как усталость накрывает волной. Ядро этера медленно восстанавливалось, втягивая энергию из окружающего мира. Процесс шёл сам собой, не требуя моего участия. Глаза сами собой закрывались. Я позволил себе провалиться в сон, доверяя барже нести меня прочь от войны. Хотя бы на время.

Глава 5

Проснулся я от того, что кто-то методично толкал меня в бок гад.

— Я же тебе ногу сломаю. — сказал я, зевая.

Открыл глаза и уставился на Алекса, а это был никто иной как мой друг, который стоял надо мной с деревянной палкой в руках, еще и вертел ее.

— Вставай, — ухмыльнулся он. — Утро уже давно, а ты тут храпишь как медведь.

Я сел, потирая лицо. Голова гудела, а во рту был противный привкус, будто гнилушку сьел, да и тело ныло от вчерашнего. Взрыв браслета выжег из меня почти весь этер, и восстановление шло гораздо медленнее, чем я от него ожидал.

— Который час? — прохрипел я и приложился к фляге, что лежала рядом, вода там была теплая, но это была вода.

— Утро же, ты не видишь? — ответил Алекс, забирая у меня флягу. — Капитан, правда, велел тебя не будить, сказал, что ты заслужил отдых после вчерашнего твоего фейерверка.

Я внимательно оглядел баржу. Матросы возились у борта, разделывая многочисленную рыбу. Запах жареного уже разносился по палубе, заставляя желудок урчать, кажется, я сейчас бы и слона сожрал.

— Еда будет? — спросил я, задавая глупый по сути вопрос, еда есть.

— Да уже готова, — кивнул Алекс. — Вчера жареная рыба была, сегодня опять рыба, завтра, наверное, тоже рыба. Но зато вкусная и много.

Он помог мне подняться. Ноги всё ещё подкашивались, но держали. Я подошёл к борту, плеснул водой в лицо и осмотрелся. Да уж, река по-прежнему несла нас спокойно, только высокие берега медленно проплывали мимо. Никаких признаков дикарей, и соответственно никакой опасности. Просто мирное течение и небесное безобразие над головой.

Капитан тоже вышел из своей каюты, увидел меня и махнул рукой.

— О, герой проснулся! — громко сказал он. — Как самочувствие, парень?

— Живой, — ответил я. — Спасибо, что не будили.

— Да ты заслужил, — усмехнулся Дэн. — После того как половину реки спалил, можно и поспать. Матросы, кстати, теперь тебя боятся. Думают, что ты какой-то могучий практик, который скрывался под видом простого путника. Ух! Могёшь!

Я фыркнул, недовольно.

— Если бы. Я просто новичок, который еле контролирует свои артефакты. Вчера вообще чуть не сдох из-за этого.

— Ну, матросам это точно знать необязательно, — подмигнул капитан. — Пусть думают, что на барже плывёт сильный практик. Это поднимает моральный дух и отпугивает всякую речную нечисть.

Он развернулся и крикнул в сторону камбуза:

— Эй, Рольф! Неси еду для парней! Побольше неси, они практики, им надо много жрать!

Матрос, дежурный и готовивший рыбу, только молча кивнул и через минуту уже притащил две деревянные миски с жареной рыбой, кучей лука и с какими-то травами-приправами. Запах был умопомрачительный просто. Я взял миску, сел прямо на палубу и принялся есть. Алекс устроился рядом.

Мы ели молча, наслаждаясь вкусом еды. Рыба была действительно хороша, прожаренная сверху до хрустящей корочки, но такая нежная внутри. Лук только добавлял сладости. Я доел первую порцию и попросил добавки. Рольф ухмыльнулся и принёс ещё, мол этого добра не жалко.

— Сколько ещё плыть до Ногайска? — спросил я у капитана, когда тот проходил мимо.

— При хорошей погоде и течении, думается мне дней семь, может восемь, — ответил Дэн. — Если ветер будет попутный, можем и быстрее управиться. Пока всё идёт хорошо.

Семь дней. Звучит весьма неплохо, я бы сказал. Ведь это мирное, по сути, время, которое можно использовать с пользой. Я перевел взгляд на Алекса и пнул его ботинком, слегка.

— Слушай, а давай тренироваться?

— Тренироваться? Здесь?

— Ну, у нас теперь куча свободного времени, — объяснил я. — Можем прокачать управление этером, отработать базовые удары копьём. Толку валяться просто так? Лучше стать сильнее.

Алекс задумался, потом всё же кивнул.

— А ты прав. Всё равно делать нечего. Давай попробуем.

Мы договорились начать после обеда. Пока же я достал из рюкзака оставшиеся лазуритовые камни на которых еще не было рун. Плюс десяток необработанных яшмовых камней, которые я собирался использовать под другие руны, когда разберусь, какие именно мне нужны. Выбирал что с ними делать через считалочку, но в итоге остановился на работе с камнями, пусть качается основное ремесло.

Затем сел у борта, приготовился и разложил инструменты. Резец, мастерский молоток, и конечно небольшие точильные камни, всё же воды вокруг было с запасом. Взял камень, покрутил в руках. Форма неровная словно смурная, нужно сточить грани, сделать тут везде поверхность гладкой.

Работа как обычно, была медитативной. Я вгрызался в камень, убирая лишнее и постепенно формируя правильную геометрию. Это успокаивало и даже помогало отвлечься от мыслей о потерянном браслете и о том, что сейчас творится в Тёплом Стане.

Дикари наверняка уже добрались до города их слишком много. Интересно, успели ли там подготовиться? Или их застали врасплох? Я попытался отогнать эти мысли. Не моё, все же, дело. Мы уплыли, и при этом мы не спасали свои жизни. Просто так получилось. Остальное не наша забота.

Но осадок всё равно оставался.

К обеду я умудрился так постараться что обработал весь десяток камней. Пальцы болели, и даже глаза слезились от концентрации. Зато сами камни были гораздо труднее чем лазуритовые, и у меня их еще тридцать две штуки ждут. Почему-то я думал, что практиком будет проще, а нет, не всё так просто. Алекс продолжал наблюдать, он сидел рядом и старался не отвлекать от работы.

— Ты правда собираешься все эти камни сделать? — спросил он.

— Да, — кивнул я. — Это, кажется, хороший товар. В Ногайске можно будет продать или обменять на что-то полезное. Плюс, тренировка навыка обработки, полезное дело. Здесь только практика сделает из меня мастера.

— А сколько они стоят?

— Рунный камень среднего качества стоит от пяти до десяти серебряных монет, — ответил я информацию, что узнал от дяди. — Лазурит хорошо держит этер, так что мои должны пойти по верхней планке. Если я сделаю все двадцать штук, это двести серебра.

Алекс присвистнул.

— Неплохая заначка.

— Ага, — согласился я. — Только ещё надо наполнить их этером. А это время и силы.

Я отложил инструменты, бережно размял пальцы. Баржа всё так же мерно покачивалась на волнах, матросы вообще в основном спали, так как по течению им почти нечего было делать.

— Ладно, давай попробуем с этером, — предложил я Алексу. — Покажу, как я это делаю.

Мы отошли к носу баржи, где было свободнее. Я достал один из готовых лазуритовых камней с руной Щита.

— Смотри, — сказал я. — Первое, что нужно сделать, это почувствовать своё ядро этера. Оно где-то здесь, — я ткнул себя в область солнечного сплетения. — Закрой глаза и сосредоточься. Не думай ни о чём, просто прислушайся к ощущениям внутри.

Алекс послушно закрыл глаза, и напряженно нахмурился.

— Я чувствую что-то тёплое, — сказал он через минуту. — Словно маленький шарик, который пульсирует.

— Отлично, — кивнул я, вспоминая свои ощущения при работе с Камнем Бурь, так как ничего другого мне было просто неизвестно. — Это и есть твоё ядро. Теперь попробуй представить, что от него идут нити. Тонкие потоки энергии, которые текут по всему телу. Ты их чувствуешь?

Друг помолчал, потом кивнул.

— Да. Они идут к рукам, ногам, голове. Всюду.

— Правильно. Это каналы этера. Они распределяют энергию автоматически, усиливая твоё тело. Но ты можешь взять контроль в свои руки. Попробуй направить поток в правую руку. Мысленно потяни за нить, заставь этер течь туда.

Алекс сжал кулак, лицо его напряглось. Я видел, как на его руке слабо вспыхнули вены, проступив голубоватым свечением. Потом свечение погасло, и он выдохнул, расслабляясь.

— Получилось? — спросил я.

— Вроде да, — ответил он неуверенно. — Рука стала горячей. И сильнее, кажется. Но это было сложно. Словно тащишь что-то тяжёлое в гору.

— Это нормально, — успокоил я. — С практикой станет легче. Главное, делать это регулярно. Каждый день, пусть и понемногу, а навык сам прокачается.

Мы тренировались так до темноты. Алекс пытался направлять этер в разные части тела, я показывал, как активировать рунные камни. К концу дня он уже мог заставить руну слабо светиться, но крохи этера что туда доходили, не могли ее зарядить, даже это давалось ему с трудом.

— Завтра продолжим, — сказал я, когда мы устроились на ночлег. — Главное, не бросать. Если будешь практиковаться каждый день, через неделю будешь управлять этером как своими руками.

— Надеюсь, — пробормотал Алекс, укрываясь плащом. — А то я чувствую себя тупым. Ты вон уже вовсю камни активируешь, а я еле-еле руну зажечь могу.

— У меня Камень Бурь помогает, — напомнил я. — Он стабилизирует процесс. А у тебя чистый контроль, через силу воли. Это сложнее, зато потом будет мощнее.

— Серьёзно?

— Серьёзно. Так что не переживай. Ты на правильном пути.

Следующие дни слились в монотонный ритм. Утром я обрабатывал камни, вырезая руны. После обеда мы с Алексом тренировались. Он учился управлять этером, я наполнял готовые камни энергией и медитировал, прогоняя этер по телу, пытаясь ускорить его восстановление.

Камень Бурь на груди помогал в этом невероятно. Я чувствовал, как артефакт работает, стабилизируя потоки, не давая энергии расплескаться. Это было похоже на самый настоящий фильтр. Или на направляющую, тут пока сложно было сказать. Этер входил в меня хаотично, из окружающего мира, но Камень Бурь упорядочивал его, делал чище и при этом плотнее даже, в общем откровенно и сильно мне помогал.

Навык повышен: Базовое управление этером — 4.

К третьему дню я мог удерживать активацию рунного камня, не заполняя его, а прогоняя этер потоком целых пять минут, не чувствуя при этом усталости. Алекс тоже прогрессировал. Он научился направлять этер в конечности почти мгновенно, без долгой концентрации.

Я же сосредоточился на другом. Медитация. Сидел часами, прогоняя этер по телу и неторопливо изучая его течение. И снова через Камень Бурь, он сделал меня по настоящему зависимым от себя, как увеличением скорости прокачки, так и этой чистотой этера. Нужно будет решать этот вопрос, когда-нибудь и как-нибудь.

Зато я начал замечать детали, которые раньше ускользали. Этер не просто тёк по каналам. Он создавал петли, которые могли завязываться узлы и даже целые полноценные сплетения. Словно внутри меня была целая сеть, правда пока невидимая и сложная, до которой я пока не мог дотянуться, только смотреть, но чем больше я прогонял через неё энергии, тем шире становились каналы, что были во мне открыты. Тем легче тёк этер.

Навык повышен: Базовое управление этером — 5.

Новый навык получен: Медитация — 1.

Я открыл глаза, выдохнул. Алекс сидел рядом, разглядывая готовые рунные камни.

— Много еще осталось? — спросил он.

— Нет, — ответил я. — Осталось штук пять. Завтра закончу.

— Не решил, что будешь с ними делать?

— Продам в Ногайске, скорее всего, — сказал я. — Или оставлю про запас. Не знаю ещё. Зависит от того, сколько денег нам понадобится.

— А сколько у нас вообще есть? — спросил Алекс. — Мы так и не поделили добычу с Мирры.

Я кивнул, доставая из рюкзака кошелёк практика. Высыпал содержимое на палубу. Семь золотых монет блеснули на закатном солнце, к ним добавились около сорока серебряных.

— Вот, — сказал я. — Делим пополам. Давай так. Четыре золотых твои, остальные мои и мелочь моя. Ну и то, что у нас было в карманах на момент начала пути.

Алекс согласно кивнул, взял свою долю, не пересчитывая и засунул в мешочек на груди.

— Неплохо, — сказал он. — Этого, наверное, хватит, чтобы жить в Ногайске какое-то время. Снять комнату, купить еды, одежду.

— И оружие, — добавил я. — Наверное. И артефакт какой-нибудь, раз браслет потерял.

— А мне бы доспех, — задумчиво сказал Алекс. — Хоть лёгкий. Кожаный, может. Чтобы не как голышом в бой лезть.

Мы убрали деньги, разложили вещи. Рольф принёс ужин, снова рыбу, но на этот раз с какой-то кашей и овощами. После ужина я решил попробовать ещё одну вещь. Достал две метровые палки, которые попросил у матросов утром. Протянул одну Алексу.

— Давай подеремся, — предложил я.

— Что? — Алекс уставился на меня. — Зачем?

— Тренировка, — объяснил я. — Мы можем сколько угодно качать этер, но без реального боевого опыта толку мало. Надо учиться драться не только копьями, но и в ближнем бою. Палками, кулаками, чем угодно. Тот же меч, в умелых руках это грозное оружие, а я хочу владеть грозным оружием.

Алекс взял палку, покрутил в руках.

— Ну ладно. Только не жалуйся потом, если проиграешь.

Мы встали друг напротив друга. Матросы, заметив наши приготовления, отошли в сторону, образовав подобие круга. Капитан высунулся из каюты, ухмыльнулся.

— О, бои без правил? Ставки принимаются?

— Помолчи пожалуйста, капитан, — буркнул я, не отводя взгляда от Алекса.

Мы начали медленно, осторожно. Я атаковал первым, нанося удар сверху. Алекс отбил палкой, контратаковал в бок. Я увернулся, шагнул влево, ударил снизу.

Палки стукнулись с глухим звуком. Мы разошлись, снова сошлись. Удары становились быстрее, резче. Я чувствовал, как этер автоматически распределяется по телу, усиливая мышцы. Движения были легче и кажется уже гораздо быстрее, чем у обычного человека.

Алекс тоже ускорился. Он бил сильно, и даже как-то напористо, не давая мне передышки. Я отбивал, старательно уворачивался и при этом искал брешь в его защите.

Нашёл, когда он замахнулся слишком широко, оставляя бок открытым. Я шагнул вперёд, ударил палкой в рёбра.

Алекс охнул и тут же согнулся, но, зараза такая, при этом не упал. Развернулся, и яростно ответил ударом в плечо. Тут уже я сплоховал и не успел увернуться, палка врезалась с такой силой, что у меня рука онемела.

— Больно же! — выдохнул я.

— Сам начал! — огрызнулся Алекс.

Мы продолжили уже серьезнее, не стесняясь, мутузить друг друга. Матросы начали подбадривать нас криками, кто-то даже начал делать ставки. Капитан стоял у борта, тихо и довольно посмеиваясь.

Бой продлился минут десять, хотя мне казалось, что дрались мы целый день. Мы оба были в синяках, тяжело дышали, но всё же не сдавались. В конце концов я подсёк Алекса палкой по ногам и он упал на палубу. Я приставил палку к его горлу.

— Сдаёшься?

— Сдаюсь, — выдохнул Алекс. — Четверо мне свидетели, ты дерёшься как бешеный.

Я помог ему подняться. Матросы зааплодировали, кто-то, кто проиграл ставки еще и ругался. Капитан подошёл, хлопнул меня по плечу.

— Неплохо, юные практики. С удовольствием взял вас к себе в команду. Умеете драться.

— Спасибо, — ответил я, потирая ушибленное плечо, комплимент от капитана был так себе, так как вечерам своих матросов он периодически весьма нелестно обзывал. — Но мы в Ногайск, как договаривались.

— Знаю, знаю, — кивнул Дэн. — Кстати, завтра уже будем на месте. Если ветер не изменит направление.

Этому можно было обрадоваться, наконец-то, а то неделя на барже в пути уже подходила к концу и нам откровенно надоела. Впереди новый город, огромные и неизвестные Степи и, конечно, новая жизнь. Мы с Алексом вернулись на своё место. Сели, разглядывая синяки друг на друге.

— Знаешь, это было полезно, — сказал Алекс. — Я понял, что слишком полагаюсь на силу. Надо больше думать головой, искать слабые места.

— Согласен, — кивнул я. — Завтра ещё раз подеремся. И послезавтра. Пока до Ногайска не доберёмся.

— Ладно. Только не бей так сильно по рёбрам. А то дышать больно.

Я усмехнулся.

— Договорились.

Город показался на рассвете.

Я стоял у борта, разглядывая силуэт, вырастающий из утренней дымки. Ногайск был больше Тёплого Стана, намного больше. Стены из светлого камня тянулись вдоль берега, отражая первые лучи небесного безобразия. Башни, такие высокие, поднимались над крышами, их шпили украшали цветные флаги, трепещущие на ветру.

— Вот это да, — выдохнул Алекс, подходя ко мне. — Я думал, Тёплый Стан большой город, но это…

— Это другой уровень, — согласился я. — Ты не видел Северный Порт?

— Плохо помню, — честно признался друг. — Улицы помню, а вот размеры и ощущения, как-то мимо прошли.

Баржа медленно приближалась к причалам. Порт кипел жизнью даже в такой ранний час. Десятки кораблей стояли у пристаней, толпы грузчиков таскали тюки и пузатые бочки, торговцы выкрикивали цены и товары, пока матросы ругались между собой.

Вонища тут была, правда весьма специфической и портовой. Смесь рыбы, ядреных пряностей и дегтярного мыла, а может и не его вообще. Жара уже чувствовалась, не смотря на раннее утро.

— Ногайск, — объявил капитан Дэн, подходя к нам. — Крупнейший порт на границе Степей. Потому что единственный, который связывает Степь с Империей Людей. Здесь можно купить всё, что угодно. И продать тоже. Главное, знать к кому обращаться. Тут хороший рынок.

— А к кому нам обращаться? — спросил я. — Нужно найти место, где можно узнать про секты и школы практиков.

— Тут я тебе не подскажу. Но в центре найдете людей, они за медную монету дадут справочную информацию обо всём на свете.

Баржа причалила с тихим скрипом, и наши матросы начали разгружаться, перебрасывая тюки на берег. Мы с Алексом быстро собрали вещи, проверили оружие.

— Удачи вам, парни, — сказал Дэн, пожимая нам руки. — Если вернётесь когда-нибудь в эти края, заходите. Прокачу бесплатно.

— Спасибо за всё, капитан, — ответил я. — За еду, за терпение. И за то, что не выбросил за борт после взрыва.

Дэн расхохотался.

— Да ладно, это было зрелищно! Парни ещё месяц будут рассказывать, как на нашей барже плыл практик, который спалил половину флота дикарей, обратив тех в бегство.

Мы, наконец, сошли на берег. Под ногами твёрдая земля показалась странной после недели на воде. Я даже пошатнулся, но Алекс успел и схватил меня за плечо.

— Всё хорошо? — спросил он.

— Да, просто непривычно. Сейчас пройдёт.

Вслед за нами с баржи вышли и загадочные гости, о которых мы даже шума не слышали, двое воинов в возрасте, при оружии, и с ними молодой парень, судя по виду и одежде, наниматель этих самых воинов. Лица я особо не разглядел, да и плевать мне было на пассажиров, своих дел было много.

Мы двинулись вглубь порта, и толпа сразу поглотила нас. Люди вокруг толкались, что-то друг другу кричали и безудержно торговались. Громкие зазывалы цеплялись к нам со всех сторон, только успевай посылать, между делом прислушиваясь.

— Эй, парни, нужно жильё? Лучшая таверна в городе!

— Оружие! Лучшее оружие Степей! Заходите, посмотрите!

— Артефакты, рунные камни, свитки! Всё для практиков!

Я отмахивался, стараясь пробраться дальше. Но один зазывала оказался настойчивее. Худой парень в пыльном плаще схватил меня за рукав.

— Практик, да? Вижу по глазам! Нужны камни? У меня лучшие цены!

Я остановился, оглядел его.

— Какие камни?

— Любые! Жилка, Лазурит, ямш, даже редкие! Заходи в лавку, покажу!

Алекс толкнул меня локтем.

— Может, зайдём? Всё равно продавать твои камни надо.

Я кивнул. Парень повёл нас через узкие улочки, петляя между домами. Ногайск внутри был ещё более хаотичным, чем порт. Невысокие здания лепились друг к другу как попало, построенные из светлого камня и глины. Крыши плоские, на некоторых сушилось бельё или лежали связки трав.

Жара усиливалась. Я вспомнил, что капитан говорил про климат. Здесь было жарче, чем в Нейтральных Землях. Моя одежда уже липла к телу от пота.

— Нам нужна другая одежда, — сказал я Алексу. — Лёгкая. А то в этом сдохнем.

— Потом купим, — кивнул он, вытирая лоб.

Зазывала привёл нас к небольшой лавке, зажатой между двумя домами. Вывеска гласила «Камни и артефакты». Внутри было темно и прохладно и мерно пахло благовониями, перебивая городскую вонь.

За прилавком сидел пожилой мужчина с седыми усами, разглядывающий какой-то камень через лупу. Он поднял взгляд, оценил нас.

— Практики, агашечки, — констатировал он. — Еще и молодые. Что надо?

Я достал из рюкзака пять лазуритовых камней с руной Щита. Положил на прилавок.

— Продать хочу.

Старик взял один камень, покрутил, поднёс к лупе. Долго разглядывал, потом кивнул.

— Работа неплохая судя по виду, ага. Руна тоже правильная, заряд похоже стабильный. Но уровень низкий совсем. Это ученические поделки.

Я не обиделся. Он, как бы ни было неприятно, говорил правду.

— Сколько дашь?

— По серебру за штуку, — ответил старик. — Больше не возьму. Такие камни тут везде продаются, их пруд пруди, спроса не-эт.

Серебро за штуку, хм. Я рассчитывал минимум на пять. Но спорить пока не стал. Это был пограничный город, рынок другой и цены не те.

— В следующий раз. — сказал я, забирая и закидывая камни в боковую сумку.

— Что-то ещё нужно? — спросил старик. — Оружие? Доспехи? Артефакты?

— Одежда, — ответил я. — Лёгкая. Для жаркого климата.

— Это не ко мне. Идите на рынок, там найдёте. — Он махнул рукой в сторону. — Три квартала прямо, потом налево. Увидите палатки, там всё есть.

Мы поблагодарили, я положил медную монету на прилавок, в знак благодарности и вышли. Жара ударила с новой силой. Солнце поднялось выше, воздух стал плотным, душным.

— Пошли быстрее, — поторопил Алекс. — А то расплавлюсь тут.

Рынок оказался огромным. Сотни палаток и лотков громоздились на площади, торговцы выкрикивали товар, покупатели торговались. Сотни запахов смешивались в один, в котором невозможно было разобрать какие-то оттенки.

Мы нашли палатку с одеждой. Торговец, смуглый мужик с жёлтыми зубами, сразу оценил нас.

— Для Степей одежда нужна? Есть! Лучшая ткань, лёгкая, дышит хорошо!

Он показал нам штаны из тонкой светлой ткани, рубахи с широкими рукавами и вырезами на шее, да платки для головы от солнца.

— Сколько? — спросил я.

— Комплект две серебра, — ответил торговец. — Два комплекта три с половиной.

Мы взяли по два комплекта каждому. Переоделись тут же, за палаткой. Новая одежда сразу стала спасением. Лёгкая, не жаркая и при этом не стесняющая движений.

— Вот теперь нормально, — выдохнул Алекс, поправляя платок на голове, ему бы еще серьгу в ухо был бы такой викинг-пират. — Можно жить.

В обновках продолжили неторопливо ходить по рынку. Купили сушёного мяса, фруктов, воды в кожаных флягах. Алекс нашёл лавку с оружием, долго выбирал, в итоге тоже ничего не купил.

— Дорого, — пожаловался он. — Но качество хорошее.

Я тоже заглянул в оружейную. Мечи меня особо не интересовали, как и топоры, и уж тем более копья, в общем всё что висело на стенах и лежало в ящиках. У меня были клинки Мирры, хоть я ими пока не пользовался. Надо было сначала научиться. Вместо этого я искал артефакты. Но везде цены кусались. Простенький рунный браслет с защитной руной стоил пять золотых. Мне его даже подержать в руках не дали, чтобы идентифицировать, жлобы. Зато я понял одно, на артефакты денег не хватит. Придётся ждать, пока заработаю больше.

Скоро мы закончили с покупками. Точнее ничего больше не потратили, только ноги стоптали в новых легких туфлях. Старую одежду в итоге продали за гроши, смысла таскать ее с собой вглубь степи я не видел, да и Алекс тоже.

— Что дальше? — спросил Алекс, когда мы сидели в тени у фонтана, утоляя жажду. — Остаемся тут или едем?

— Караван, — ответил я, принимая решение. — Дед на рынке сказал, что до Степного Цветка пять дней пути. Нужно найти караван, который туда идёт, и купить место. Начнем оттуда.

— Хорошо, я соглашусь. Пошли их искать?

— А чего искать, скорее всего у ворот. Или на площади. Спросим у кого-нибудь.

Мы спросили у торговца фруктами. Тот показал на восточные ворота, требовательно показывая пальцами что без денег рассказывать не будет. Ему тоже я кинул медяху.

— Там стоянка караванов. Каждый день уходят разные. Спросите у караванщиков, кто в Степной Цветок идёт.

Мы двинулись к воротам. Город был огромным, петлять по улочкам надоело быстро. Наконец вышли к воротам. Там действительно стояли огромные повозки, запряжённые волами или лошадьми. Некоторые были настоящими огромными домами, перемещающимися на восьмиколесных основах.

Караванщики сидели в тени, курили трубки, обсуждали маршруты. Я подошёл к одному, невысокому мужику.

— Здравствуй. Ты в Степной Цветок идёшь?

— Иду, — кивнул он. — Завтра на рассвете выдвигаемся. Место нужно?

— Да. Двоим.

— Восемь серебра. С едой. Без еды шесть.

Я поморщился. Дороговато. Но выбора не было.

— Без еды, — решил я. — У нас свои припасы.

— Как скажешь. Платите сейчас, половину. Остальное по прибытии. И приходите заранее, чтобы места занять поудобнее, спят все на одном полу.

Я отсчитал три серебра, отдал ему. Он кивнул, записал наши имена в потрёпанную книжку.

— Отдельная комната есть? — спросил Алекс.

— Есть, но дороже. Ещё две серебра сверху.

Мы переглянулись. Деньги таяли, но спать в общей куче народа не хотелось.

— Берём, — кивнул я, доставая ещё монету.

Караванщик записал, показал на одну из восьмиколёсных здоровенных платформ.

— Вон та, зелёная. Комната номер три. Приходите до рассвета, а то уедем без вас.

Мы поблагодарили, отошли. Теперь оставалось только ждать до завтра.

— Что будем делать до утра? — спросил Алекс.

— Найдём таверну, — ответил я. — Поедим нормально, выспимся. С завтрашнего дня снова в дорогу.

Мы нашли таверну недалеко от ворот. Называлась «Степной Ветер». Внутри было темновато, но чисто. Народу немного, в основном караванщики и торговцы. Заказали жареное мясо, побольше овощей, и даже пиво. Еда была простая, но вкусная.

— Знаешь, — сказал вдруг Алекс. — Мне нравится всё это. Путешествия такие, наши тренировки, новые все эти места. Раньше я просто ловил рыбу, чтобы отдохнуть от работы, каждый день одно и то же. А теперь…

— Теперь ты практик, — закончил я. — И жизнь изменилась навсегда.

— Да, — кивнул он. — И я не жалею. Даже если впереди опасности, война, всё что угодно. Я не жалею, что пошёл за тобой тогда.

Глава 6

Утром мы очень быстро собрались и выселились с комнаты при таверне. Спустились вниз, на ходу запихивая в рот куски хлеба, оставшиеся со вчерашнего ужина. Хозяин таверны даже не проснулся, только сонный помощник кивнул нам на прощание.

— Да за такие деньги, они должны утром кормить как князей! — заявил Алекс, стоило только переступить порог и выйти на улицу.

— Нас уже кормили как князей, — рассмеялся я. — От рыбы уже воротит.

— Ну да, но не за серебро же! Я не думаю, что вчерашний кролик сильно отличался от кролика, которые бегает возле Теплого Стана, только там ему цена пять медях, а тут пятьдесят!

— Да забей, не думаю, что дальше будет сильно дешевле, — ответил ему я. — Тем не менее хорошей еды с собой у нас было много, целая сумка, забитая снедью.

Улицы в Ногайске на рассвете были почти пусты, и только редкие торгаши тащили тележки к рынку, да бродячие собаки рылись в мусоре. Зато воздух был прохладным, но я уже знал, что через час жара вернется.

Мы достаточно быстро дошли до восточных ворот, где караван уже готовился к выходу. Погонщики неторопливо проверяли упряжь, грузчики докидывали последние тюки в повозки. Наша восьмиколесная платформа стояла в третьем ряду, она была зеленая, как и говорил караванщик.

— Эй, парни! — окликнул нас тот самый невысокий мужик. — Вовремя пришли. Залезайте, комната номер три. Выдвигаемся через десять минут.

Мы забрались на платформу. Внутри было темновато и немного пыльно, словно тут вообще никогда не убирались. Узкий коридор и по обе стороны двери с номерами. Третья комната оказалась в середине, это была наша. Я толкнул дверь, и мы с Алексом вошли.

Помещение внутри было крохотное, две узких деревянных полати, которые даже кроватью не назвать, на которых были небрежно брошены набитые соломой матрасы. Да стоял один небольшой сундук для вещей и было маленькое квадратное окошко где-то на уровне пояса. Но зато своё, не нужно было спать в общей куче народа.

— Сойдёт, — сказал Алекс, бросая рюкзак в угол. — Главное, что не на полу у всех на виду. Там и обворовать проще простого.

Затем мы довольно быстро устроились, разложили все наши немногочисленные вещи. Караван дёрнулся, заскрипел и медленно тронулся вперёд. Колёса гулко загрохотали по камням, повозка начала качаться, непривычно. Я прислонился к стене и закрыл глаза. Блин, впереди ещё пять дней пути до Степного цветка. Пять дней настоящей тряски, жары и дикого однообразия.

Первые часы хотя бы прошли спокойно. Мы с Алексом сидели в комнате, переговаривались о разном в полголоса, строили планы на будущее. Потом всё-таки решили выйти в коридор, чтобы размять ноги. И тут я заметил соседнюю дверь, номер 2. Она была приоткрыта, и оттуда вышел один из воинов, которого я видел вчера по прибытию в город.

— Слушай, — тихо сказал Алекс, толкая меня локтем. — Это же те пассажиры с баржи.

Значит, они тоже едут в Степной Цветок.

— Совпадение, — пожал я плечами. — Много кто туда едет.

— Может, и совпадение, — согласился Алекс. — Но странно как-то. Мы их на барже не видели ни разу, а теперь вот, рядом едем.

С этим я спорить не стал. Действительно странно, конечно, выглядит, но не настолько, чтобы сильно из-за этого переживать. Они точно не за нами следят. Мы даже вернулись обратно в свою комнату. Караван всё так же тащился медленно, колёса всё так же грохотали и скрипели на каждой кочке. Только караванщик, видно было, что едет верхом на лошади впереди нас. Мы могли в итоге выбраться наружу чтобы размять ноги, лишь когда караван остановился у колодца. Именно тогда он увидел нас и к нам кивнул и помахал рукой.

— Выспались, практики?

— Более-менее, — ответил я. — Сколько до Степного Цветка?

— Дня четыре, если всё спокойно пройдёт, — сказал он. — Дальше до вечера без остановок.

Зато к полудню жара стала просто невыносимой. Внутри платформы было настолько душно, воздух стоял спёртый, и дышать было невозможно, и окно совсем не помогало. Мы с Алексом вылезли наружу и с разрешения караванщиков уселись на крыше повозки, где ветерок от движения хотя бы обдувал. Так и сидели, разглядывая степь и путь.

— Слушай, а ведь практики, могут себе ветер организовать — неожиданно засмеялся друг. — чтобы в помещении и прохладно было и тепло?

— Ага, — согласился я. — Когда научишься, сразу зови, я хочу спать в прохладном роскошном месте и не потеть как не знаю кто.

— Ну ты же можешь искру делать? Сделай и ветер.

— Руна мне нужна. — ответил я. — Без руны ничего я не сделаю.

— Вон, говорят практики даже свечи могут зажигать движением руки, и рыбу замораживать. Эх. Наступят времена. — вздохнул парень. Он выглянул в окошко, постоял посмотрев и продолжил. — А тут красиво, но живи я тут, меня бы вырвало от однообразия.

И тут, в принципе, я с ним тоже был согласен. А вокруг нас расстилались степи, бесконечные, какие-то прямо будто бы плоские и даже жёлтые от выгоревшей травы. Кое-где, правда, чахли кустарники, которые выглядели совершенно нездорово, и даже показывались рощицы небольших, скукоженных деревьев. А вот на фоне впереди виднелись холмы, сейчас размытые дымкой.

— Эй, парни, — окликнул нас кто-то снизу.

Мы обернулись, пытаясь узнать, кто это такой. К нам забирался молодой парень лет двадцати в лёгкой песочной одежде, похожей на нашу. Он был смуглый, с короткими чёрными волосами и при этом широко улыбался так, что были видны все его белые зубы.

— Вы же те практики, что вчера подписались? — спросил он. — Я Тариф. Еду в Степной Цветок, к семье.

— Корвин, — представился я. — А это Алекс.

— Рад знакомству! — Тариф протянул руку, мы пожали. — Первый раз в Степях?

— Первый, — кивнул Алекс. — А ты местный?

— Да, из Цветка родом, — кивнул Тариф. — Но последние полгода был в Ногайске, торговлей занимался. Теперь домой возвращаюсь. Если что, спрашивайте, расскажу про город.

Конечно же, я заинтересовался. Разве можно пускать информацию из первых рук? Она всегда ценнее каких-то там слухов, которые мы подслушали на рынке.

— Расскажи тогда, — попросил я. — Что там вообще творится? Мы толком ничего не знаем.

Тариф засмеялся.

— Да там всегда что-то творится! Степной Цветок, это не просто город. Это центр торговли, культуры, практиков. Там пять больших кланов правят, каждый контролирует свой холм. Плюс куча мелких сект и школ практиков. Гильдии торговцев, ремесленников, наёмников. Да чего там только нет.

— Пять кланов? Целых пять? — переспросил Алекс. — И кто они такие, расскажешь?

— Конечно, расскажу. Ну, смотри сюда. Во-первых, клан Алой Луны. Затем есть клан Железных Корней и клан Степного Ветра. Потом, потом, потом… Так, дай вспомнить. Клан Небесного Пламени и есть еще клан Каменной Черепахи, — перечислил Тариф. - Каждый из них занимается своим делом. Вот, допустим, Алая Луна, она специализируется на боевых искусствах. Железные же корни, так те больше по ремеслу и артефактам. Степной Ветер, там они замешаны на торговле и дипломатии. В то время как Небесное Пламя более серьезные, они занимаются алхимией и немного рунами. Так, всё еще… А, ну, Каменная Черепаха — те делают защитные техники, и они занимаются обороной.

— А как выбрать школу? — спросил я. — Куда лучше идти новичкам?

— Зависит от того, чего хотите, — ответил Тариф. — Если хотите стать сильными бойцами, идите в Алую Луну. Если интересуют артефакты и ремесло, в Железные Корни. Если алхимия и руны, в Небесное Пламя. Каждая школа имеет свою специализацию.

Мы вовсю слушали Тарифа о том, как устроен город, где и какие районы безопасные, какие вообще лучше обходить стороной. Конечно же, он рассказывал, где можно снять жилье подешевле, где вкусно питаться, где есть лучшие таверны и вино с пивом, даже где продают артефакты. Он очень много знал и был весьма полезен.

— И ещё, — добавил он. — В Цветке много не-людей. Орки, зверолюди. К этому надо привыкнуть. Они не враги, просто другие. Но с ними лучше быть поосторожнее. Привыкайте, что люди не единственные в мире.

Уже вечером, когда караван остановился на ночлег, а погонщики разожгли костры и начали готовить еду, доставая котлы, мы с Алексом тоже решили сидеть у общего костра, где жарили свое мясо на палочках. Рядом устроились другие спутники. В основном все молчали, уставшие и пропотевшие за ночь.

А я также заметил, что соседи по каравану тоже вышли. Двое воинов стояли у повозки и проверяли свое оружие и перевязи, а молодой парень сидел в стороне, завернувшись в плащ. Лицо у него было скрыто капюшоном, но я рассмотрел тонкие пальцы, державшие чашку с водой.

— Слишком изящный, — вдруг сказал Алекс, глядя в ту же сторону.

— Что? — не понял я.

— Парень этот, — кивнул Алекс. — Слишком изящный для мужчины. Руки тонкие, движения плавные. Я бы сказал, что это переодетая девка.

Я присмотрелся внимательнее. Алекс был прав. Фигура слишком хрупкая, да и плечи узкие.

— Может, и девка, — согласился я. — Но зачем ей прятаться?

— Не знаю, — пожал плечами Алекс. — Может, сбежала откуда-то. Или прячется от кого-то.

А уже все последующие дни слились в единообразный ритм. Утром — выезд, днем — вечная тряска и вечная жара, вечером, конечно же, остановка, прохлада и костер. Мы с Алексом пытались занять себя чем-то полезным, да особо не получалось. Тренировались с палками, отрабатывали удары, уклонения. Я при этом продолжал медитировать, прогонять эфир по телу, чтобы восстановить запасы после взрыва браслета. Происходило все это очень медленно, неторопливо. Хотелось, конечно же, быстрее, но пока как есть.

На третий день произошло кое-что интересное. Мы как обычно дрались на палках возле повозки, когда один из охранников соседей окликнул нас.

— Эй, парни! — крикнул он. — Вы чего делаете?

Я обернулся. Это был один из двух воинов, высокий, белоголовый с небольшой узкой бородкой.

— Тренируемся, — ответил я. — А что?

— Тренируетесь, — фыркнул он. — Да вы же всё делаете не так. Даже стойки неправильные. С мечами так не сражаются.

Я усмехнулся.

— Ну и правильно, с мечами так не сражаются. Мы сражаемся палками.

И огрел Алекса по голове для наглядности. Тот охнул, потёр макушку.

— Четверо мне свидетели, Корвин! Предупреждать надо!

Охранник рассмеялся. Потом из окна соседней повозки раздался ещё один смех, звонкий и молодой. Ткань откинулась, и оттуда выглянул наш знакомый незнакомец. Капюшон сполз, открывая лицо. Тонкие черты, большие глаза, каштановые волосы, собранные в хвост.

Определённо девушка.

Она хотела что-то сказать, но голос охранника её перебил:

— Госпожа, закройте окно!

Девушка дёрнулась, ткань упала обратно. Охранник повернулся к нам, лицо его стало жёстким.

— Забудьте, что видели, — сказал он коротко. — Иначе будут проблемы.

Он развернулся и ушёл к повозке. Мы с Алексом переглянулись.

— Нас убьют, — обречённо сказал друг. — Разделают как детей.

Я кивнул, чувствуя холодок в животе. Мы случайно узнали что-то, чего не должны были знать. А за такие вещи в этом мире некоторые платят и жизнью. Это было не приятно.

Ночью я не спал. Лежал на тюфяке, прислушиваясь к каждому шороху. Алекс тоже ворочался, явно не находя покоя. Я уже готовился к тому, что придётся драться или бежать, когда дверь нашей комнаты тихо скрипнула и в нее негромко постучались.

Я мгновенно вскочил, схватился за рунные камни. Алекс же потянулся к копью, когда дверь открылась. В дверном проёме стояла фигура. Высокая, в плаще. Я узнал того самого охранника.

— Спокойно, — сказал он тихо, поднимая руки. — Я просто хочу познакомиться с земляками. Устал от нанимателя, если честно. Можно войти?

Я колебался. Но он не выглядел враждебным. Более того, в руках у него была бутылка вина и три чашки.

— Входи, — разрешил я, опускаясь на кровать.

Охранник вошёл, прикрыл дверь. Сел на пол, поставил бутылку и чашки между нами.

— Меня зовут Карл, — представился он. — Я из Северного Порта. Нанялся охранять одну особу до Степного Цветка. Скучная работа, если честно.

Он разлил вино по чашкам, протянул нам.

— Я Корвин, — сказал я осторожно. — Это Алекс.

— Рад знакомству, — кивнул Карл. — Вы тоже из Северного Порта?

— Нет, — ответил Алекс. — Из Тёплого Стана. Ну, я оттуда. Корвин вообще из-под Торвальдов.

— Понятно, — Карл отпил вина. — А что вас в Степной Цветок привело? Торговля? Или ищете школу практиков?

Я напрягся. Он знал, что мы практики. Видимо, заметил по глазам или по тому, как мы двигаемся.

— Школу, секту, мы мало об этом знаем. — признался я. — Хотим найти учителя, стать настоящими практиками. Мы новички, толком ничего не умеем.

— Молодцы, — одобрительно кивнул Карл. — Степной Цветок хорошее место для этого. Там куча сект, школ, кланов. Найдёте что-то подходящее. Главное, не попасть в какую-нибудь мясорубку. Некоторые секты любят использовать новичков как пушечное мясо.

Мы помолчали, потягивая вино. Оно было терпким, но неплохим. Карл расслабился, откинулся на стену.

— Слушайте, насчёт того, что вы сегодня видели, — сказал он вдруг. — Забудьте. Серьёзно. Моя госпожа не любит, когда её узнают. Если кто-то проболтается, будут неприятности. Не для вас, для неё. Понимаете?

— Понимаем, — кивнул я. — Мы ничего не видели. Ничего не слышали.

— Хорошо, — Карл встал, забрал бутылку и чашки. — Тогда доброй ночи, земляки. Может, ещё увидимся в Степном Цветке.

Он вышел, тихо прикрыв дверь. Мы с Алексом переглянулись.

— Странный тип, — сказал Алекс.

— Угу, — согласился я. — Но вроде не враг. Просто хотел убедиться, что мы не проболтаемся.

— Ну если нам перерезать горло, то мы тоже особо говорить не будем. — ответил друг. — Подумаешь, пару мальков убили, дел-то. Тут поди на каждом шагу так поступают.

— Давай вот не будем суетиться. — раздраженно ответил я, и стукнул друга в плечо кулаком. — Нас даже не отравили, надеюсь. Так что живём, мы ничего не видели и не знаем. Да и видит Венату, плевать мне на эту девку и ее охранников, пусть катится куда хотят, а у нас свой путь.

— Согласен. — кивнул парень. — Но всё равно, не приятно. Хотя она симпатичная.

— Ага, и богатая. Сдурел что ли? — я еще несколько раз ударил друга в плечо, пока он не признал своё поражение и не заткнулся.

На следующий день, мы прямо с утра забрались на крышу. Тариф уже сидел тут, болтая ногами и жуя какую-то лепёшку. Увидев нас, радостно замахал рукой.

— Смотрите! — он указал вдаль, на горизонт.

Вдали, сквозь утреннюю дымку, проступали очертания гор. Вернее, не совсем гор. Скорее, огромных скальных образований, торчащих из степи как зубы какого-то чудовища. Они были странной формы, изломанные, с острыми вершинами.

— Проклятые Клыки, — торжественно объявил Тариф. — Самое гиблое место в округе. Там водятся духовные звери такие, что даже практики, перешедшие на ступень каналов, обходят стороной.

— Духовные звери? — переспросил Алекс, садясь рядом. — Тоже тут водятся?

— Тоже? Да Великая Степь самый главный рассадник этих зверей! — воскликнул Тариф смеясь, сегодня у него было весьма хорошее настроение. -Там, в Клыках, обитает целая стая каменных грифонов. Говорят, они размером с хорошую лошадь, клювы у них как мечи, а когти пробивают броню насквозь.

— Весело, — скривился я. — А люди туда ходят?

— Дурачки ходят, — усмехнулся Тариф, протягивая нам куски лепешки, мы не отказались. — За артефактами, за редкими травами. Раз в год кто-то обязательно собирает экспедицию, потом половина не возвращается. А те, кто возвращаются, обычно без рук или без ног. Или вообще без головы, если повезёт.

— Как это без головы? — не понял Алекс.

— Ну, их товарищи тело приносят, — пояснил Тариф с абсолютно серьёзным видом. — Чтобы похоронить по-человечески. А голову грифоны съели. Они головы любят, там мозги вкусные.

Я поперхнулся лепешкой.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно, — Тариф кивнул, даже не улыбаясь. — Мой дядя в такую экспедицию ходил. Вернулся с одним глазом и без трёх пальцев. Говорит, грифон его чуть не сожрал, но он успел руну активировать. Взрыв такой был, что грифона разорвало, а дядю контузило. Три месяца потом заикался.

— И что, он снова туда пошёл? — спросил Алекс.

— Нет, — Тариф покачал головой. — Он теперь таверну держит в Степном Цветке. Говорит, лучше пьяных купцов обслуживать, чем с грифонами драться. Хотя иногда пьяные купцы опаснее.

Мы рассмеялись. Тариф тоже ухмыльнулся, отряхивая крошки с рубахи.

— А ещё там, в Клыках, живут каменные змеи, — продолжил он. — Они прячутся в скалах, а потом выскакивают и хватают за ногу. Яд у них такой, что человек за минуту каменеет. Буквально. Превращается в статую. Говорят, в одной из пещер целая галерея таких статуй стоит. Все с перекошенными лицами, потому что умирали в агонии.

— Прекрасное место для отдыха, — проворчал я. — Надеюсь, мы туда не поедем?

— Не, — успокоил Тариф. — Мы мимо проедем. Караваны всегда держатся подальше. Хотя один раз грифон напал на караван. Утащил целую лошадь. Погонщик только смотрел, как его имущество улетает в небо. Потом неделю пил от горя.

— А практики действительно умеют летать на мечах? — спросил Алекс, разглядывая скалы вдали.

Тариф хмыкнул.

— Умеют. Но не все. Меч должен быть специальным. Такие мечи стоят как небольшое поместье. Я один раз видел, как практик летел над Степным Цветком. Красиво, конечно. Он так лихо крутился в воздухе, делал петли… А потом упал.

— Упал? — я уставился на него.

— Ага, — кивнул Тариф. — Меч сломался, или он что-то не так сделал. Короче, шлёпнулся прямо на рынок. Еще бы чуть правее и выжил бы, там подушками торговали, а так, не, не повезло.

— И чем закончилось? — поинтересовался Алекс, видимо не понявший что практик погиб.

— Участок на рынке назвали «падающий практик», а чем закончилось… отмывали камни долго, на подушки он, конечно, не попал, но кровищей много чего замарать успел, там с такой скоростью летел вниз, ужас просто.

— Ужас. — согласились мы оба, а я представил, как это летать на мече. Ну ведь откровенная чушь. Неудобно ведь.

— А вообще летать опасно, — продолжил Тариф. — Духовные звери очень не любят, когда кто-то вторгается в их воздушное пространство. Грифоны, например, сразу атакуют.

— Мир сошёл с ума, — покачал я головой.

— Да не, — возразил Тариф. — Мир нормальный. Это люди дурные, которые туда лезут или летают. Вот скажите, зачем лезть в Клыки, если знаешь, что там грифоны? Сиди дома, пей вино, радуйся жизни. Нет же, всем подавай приключений.

— Справедливо, — согласился я. — Но, если бы все так думали, никто бы практиком не становился.

— А может, оно и к лучшему, — хмыкнул Тариф. — Меньше было бы дураков из тех, кто вызывает демонов, а потом не может их контролировать. В прошлом году в Степном Цветке один умник вызвал демона похоти. Думал, что сможет его подчинить и использовать для… ну, вы поняли. Демон его не послушался, вырвался и три дня терроризировал публичный дом. Пришлось целую группу практиков посылать, чтобы его изгнать.

— Демона похоти, — медленно повторил Алекс. — В публичном доме.

— Ага, ему какая разница с кем того этого, а? — кивнул Тариф. — Девочки потом месяц не могли работать. Говорили, что никогда больше не хотят видеть ничего демонического. Хозяйка заведения требовала с того практика компенсацию за упущенную прибыль. Он, кстати, выжил, но лишился разума. Его нашли привязанным к кровати, без сознания и с идиотской улыбкой на лице.

Я уткнулся лицом в ладони, стараясь не показывать лицо другу.

— Это всё правда? — спросил снова Алекс, воспринимая всё слишком серьезно.

— Ну не всё, я немного приврал, для красоты, а вообще да, всё так и есть. — кивнул Тариф.

— А нормальные люди там вообще есть? — спросил я.

— Есть, — успокоил Тариф. — Большинство просто живут своей жизнью. Торгуют, работают, растят детей. Практики, это как соль. Их немного, но они делают жизнь… интереснее. Иногда слишком интереснее. И кстати, старайтесь не смотреть в глаза другим более сильным практикам в городе, они этого не любят. Поединки всякие устраивают, дураки. И не подглядывайте.

— Будь милостива Теера к тебе за предупреждение, — сказал я ему, прекрасно понимая, что парень осведомлён о том, что мы видели. Вот, зараза.

— Тут четверым не поклоняются, тут у каждого свои боги, а кто-то и сам бог. — ответил тот. — Не хочу, чтобы вас сожрали раньше времени. Погодите хотя бы до Степного Цветка, там вас сожрут по всем правилам.

— Утешил, — буркнул Алекс.

Мы просидели на крыше ещё час, слушая байки Тарифа. Когда Тариф ушёл по своим делам, мы с Алексом остались вдвоём.

— Думаешь, он правду говорит? — спросил Алекс.

— Наверное, — ответил я, улыбаясь, так как половина баек точно была придумана чуть ли не сходу. — Хотя, возможно, приукрашивает. Но в целом звучит правдоподобно. Наш мир достаточно безумный, чтобы всё это было правдой.

— Да уж, — согласился Алекс. — Надеюсь, мы не станем героями таких историй.

— Постараемся, — пообещал я, хотя внутри понимал, что с нашим везением может быть всё что угодно. Пошли обратно, что-то мне неуютно тут, если рядом грифоны.

— А это не они? — Алекс указал на черную точку, стремительно приближающуюся к нам.

Я даже не успел толком понять, что происходит. Тварь была кошмарной. Чёрный хитиновый панцирь, клешни размером с мой торс, хвост с жалом, из которого капал яд. Она неслась с такой скоростью, какую мы даже представить не могли.

Охранники каравана бросились на неё с копьями, выставляя перед собой щиты, но скорпион легко отбивал удары, но прорваться к повозкам не мог, судя по всему, его остановили сами караванщики, запуская против него свои, неведомые мне методы. Смогли только остановить, но не победить.

И тогда из повозки соседей вышел Карл. Спокойно, без спешки. В руке у него был длинный прямой меч. Он подошёл неспешным, прогулочным шагом к скорпиону, который уже разворачивался к нему, и одним ударом отсёк клешню.

Тварь взвизгнула, дёрнулась. Карл неуловимо быстро шагнул в сторону, уклонился от удара хвоста, и вторым ударом пронзил скорпиона в сочленение панциря. Меч вошёл глубоко, чёрная кровь брызнула фонтаном. Скорпион содрогнулся и рухнул набок, мёртвый.

Всё заняло секунд двадцать.

— Четверо мне свидетели! — я даже не понял кто из нас двоих это сказал, ошарашенных силой охранника.

Вечером хозяин каравана устроил пир. Благодарил Карла, восхвалял его силу. Мы с Алексом подошли посмотреть на тушу скорпиона. Она лежала в стороне, уже начиная вонять.

— Вот это тварь, — восторженно сказал Алекс. — Представляешь, какой силой надо обладать, чтобы завалить такое? Я тоже так хочу.

Я кивнул, разглядывая тварь и понимая, что даже поцарапать бы ее не смог, не то, что серьезно ранить. А Карл убил её двумя ударами. Это был уровень, к которому нужно стремиться.

— Сможем, — сказал я уверенно. — Просто нужно время и правильный учитель.

На пятый день вдалеке показался город.

Сначала я увидел башни. Высокие, невероятно высокие, тянущиеся в небо на сотни метров. Они блестели на солнце, покрытые какими-то рунами, которые даже издалека светились слабым голубоватым светом.

Потом я разглядел сам город. Он раскинулся на пяти холмах, как и говорил Тариф, каждый из которых был застроен до предела. Дома громоздились друг на друга, улицы вились змеями, мосты перекидывались между зданиями. Он был просто невероятных размеров.

— Четверо мне свидетели, — прошептал Алекс, стоя рядом со мной на крыше повозки. — Это и есть Степной Цветок?

— Да, — ответил я, не в силах оторвать взгляд.

Караван подошел к городу через южные ворота. Арка была высотой метров тридцать, украшенная резьбой и рунами. Стража у ворот останавливала караваны, проверяла документы. Я видел, как впереди нас несколько повозок пропускали сразу после того, как их охранники показывали какие-то значки или печати.

Когда подошла наша очередь, стражник поднял руку.

— Стоять! — приказал он. — Документы на товар, личные документы всех пассажиров.

Караванщик подал бумаги. Стражник начал их изучать, потом посмотрел на повозки.

— Сколько пассажиров?

— Двадцать три, — ответил караванщик. — Торговцы и путники.

Стражник кивнул, потом его взгляд упал на нашу повозку.

— А эта повозка? — спросил он. — Кто там едет?

— Частные пассажиры, — ответил караванщик.

Стражник прищурился.

— Пусть выйдут. Всех проверяем.

Караванщик дёрнулся, явно собираясь спорить, но тут дверь повозки открылась. Вышел Карл, следом его напарник. Оба в дорожных плащах, оружие при них.

Стражник посмотрел на них, потом протянул руку.

— Документы.

Карл спокойно достал из-за пазухи небольшой кожаный футляр, открыл его и показал содержимое. Я не разглядел, что там было, но стражник мгновенно выпрямился, его лицо стало жёстким.

— Разрешаю, — сказал он коротко. — Извините за задержку.

Карл кивнул, убрал футляр и вернулся в повозку. Стражник махнул рукой, пропуская их повозку без дальнейших проверок.

Потом его взгляд переместился на нас с Алексом. Мы стояли у своей повозки, наблюдая за происходящим.

— А вы кто? — спросил стражник.

— Путники, — ответил я. — Едем в Степной Цветок искать школу практиков.

— Документы есть?

— Нет, — покачал я головой, — Нам никто даже не сказал. Мы из Теплого Стана.

— Тёплый Стан, — пробормотал он. — Даже не слышал про такое место. Практики, значит?

— Да, — кивнул Алекс.

— Без сопровождения местного гражданина или члена какой-либо секты въезд запрещён, — сказал он. — Так что стойте тут и ждите. Сейчас представитель городской управы придёт, разберётся с вами.

— Что значит разберётся? — нахмурился я.

— Значит объяснит правила, — ответил стражник терпеливо. — Или найдёт вам поручителя. Или отправит обратно, если не подойдёте. В общем, ждите.

Он развернулся и пошёл к другим повозкам, продолжая проверку. Мы с Алексом переглянулись.

— Вот так приехали, — пробормотал Алекс. — Даже в город не пускают.

Я ничего не ответил, разглядывая ворота. Так близко, но недоступно. Нам пришлось вернуться в свою комнатку, забрать вещи и попрощаться с караваном, так как ждать они нас не собирались. Так мы остались вдвоём у ворот.

Через несколько минут к воротам подошёл человек. Средних лет, в простой, но чистой одежде, с планшетом в руках. Он переговорил со стражником, потом направился к нам.

— Вы те самые практики из Тёплого Стана? — спросил он.

— Мы, — кивнул я.

Человек окинул нас оценивающим взглядом.

— Меня зовут Еримир, — представился он. — Я представитель городской управы Степного Цветка. Моя задача разъяснить вам правила въезда в город для новоприбывших практиков без поручителей.

Он открыл планшет, достал перо.

— Значит так. В Степной Цветок нельзя войти просто так, если вы не местные и не имеете рекомендаций. Слишком много желающих воспользоваться ресурсами города в корыстных целях. Поэтому существует два варианта.

Он поднял палец.

— Первый. Найти поручителя среди местных жителей или членов сект. Он берёт на себя ответственность за вас и впускает в город.

Второй палец.

— Второй. Поступить в ополчение города, заключив контракт на два года, вам предоставится жилье, питание, обучение от той секты, что вы выберете. Город позаботится о вас.

Он посмотрел на нас.

— Какой вариант выбираете?