Мастер Рун. Книга 13

Глава 1

После того, как артефакт Сердце Рун растворился в пространстве моего интерфейса, я наконец-то сделал то, что должен был сделать сразу же после того, как мы захватили город. Не я, конечно, а мы. Все вместе. И я нисколько не умалял достоинства и доли других людей в том, что я дошел до этого места и получил возможность и доступ к самому сердцу города.

Я злобно и громко расхохотался представляя, как буду, словно кукловод, управлять этим городом и как будут трепетать мои враги.

Хотя на самом деле никакого особого управления в этом городе у меня не было. Я не мог щелчком пальцев переключить потоки энергии с одного сектора на другой, что-то закрыть или исправить только с помощью интерфейса. Всё приходилось делать ручками. Везде нужно было отправлять людей, которые были достаточно компетентны для того, чтобы выполнить свои задачи и сделать всё, что нужно.

По сути, вместе с городом я приобрел еще и здоровенный такой чемодан без ручки, который мне абсолютно не нужен. Ну или, во всяком случае, я совершенно не понимал, как и куда его можно было использовать.

Когда я вышел из помещения, я обратил внимание, что люди вокруг очень сильно напряжены. Это чувствовалось издалека. Даже Рен, стоявший близко, был бледен, глядя на меня. Он явно был испуган.

— Что-то случилось? — спросил я у него немного ехидно и улыбнулся.

— Мастер, нам всем только что пришло знание о том, что ты являешься повелителем города Аш-Китар. — Пробормотал тем временем потрясенный парень. — Почему ты так странно смеялся, мастер? Мы всё слышали.

Про смех я ничего не ответил, а вот про сообщение, это оказалось неожиданно. Такого я ожидать не мог, что сообщения будут распространяться по всей территории Ямы. Но если это и так, то это хорошо. Удобная система оповещения означает, скорее всего, что его получил любой разумный, проживающий здесь, и, соответственно, у нас будет меньше проблем с теми группами, родами и артелями, которые остались на поверхности и не подчинились мне.

Хотят они или нет, теперь я здесь главный. И вопрос подчинения теперь будет стоять уже по-другому. Хотя если посмотреть на это с другой стороны, то и желающих убить нас будет тоже достаточно, и, пожалуй, эту проблему нужно ставить в приоритете.

— Так это разве плохо? — ответил я. И затем уже громко, так, чтобы меня слышало максимальное количество людей: — Эй, вы, слышите все! Големов больше нет, Страж теперь подчиняется мне. Они больше не причинят никому вреда.

Нет, на самом деле големы никуда не делись, они так и были, на пятом ярусе стояли, окружив своего бывшего начальника, и не двигались. Я пока не собирался ими управлять, пусть стоят. Мне они сейчас совершенно не нужны, а вытаскивать их сюда на четвертый, только пугать людей. И так у многих депрессия, все дела, смысла нет никакого.

— Мастер? —на этот раз Рен уже задавал вопрос. — Ну что, действительно победили? Всё?

— Если бы всё было так просто. — Я хлопнул что есть силы его по плечу и снова улыбнулся. — Да, мы победили, но всё на самом деле оказалось несколько сложнее, чем рассчитывал ты и уж, тем более рассчитывал я. Чувствуешь, мечты сбываются?

— А как же небо? — Парень показал пальцем наверх.

— А вот с небом у нас пока серьезные проблемы. — Я снова улыбнулся. — Но эти проблемы теперь решаемы, потому что я правлю городом. В общем, слушай мой новый приказ. Собирай всех людей, выводи всех, кого можно, наверх. Нечего здесь тусоваться просто так. Оставь только сотню на всякий случай, а остальные пусть уже спокойно занимаются своими делами, наверху, мало ли какая опасность появится, и удвой дозоры, на всякий случай.

— Мастер, а как же ты?

— А я пока займусь работой, которая должна быть выполнена срочно. Завтра пригласи сюда всех наших, будем собирать большой совет и думать, что делать дальше.

На этом я просто оставил удивленного воина на месте и пошел в сторону энергетического блока, располагающегося чуть в стороне от основных зданий. Нужно превратить четвертый ярус в полноценное жилое помещение. По моим прикидкам, здесь вполне могло жить тысяч десять-двенадцать человек, при этом обеспеченных едой, водой и всем остальным необходимым, кроме, конечно же, неба над головой.

Но это было не так уж и страшно. Переживут. Тем более что отсюда будет проще спускаться на нижние ярусы, потому что самая огромная работа начнется только тогда, когда мы определимся с приоритетами.

Конечно, я мог поступить как настоящий тиран и командовать всем, что пожелаю сам, но в данном случае решил, что будет лучше, если мы будем совещаться все вместе, потому что мне хотелось бы делегировать максимально все свои полномочия на других людей, а самому заниматься любимым делом.

От работы всё равно никто не отвертится. Я всех загружу максимально и постараюсь все-таки наладить работу так, чтобы меня никто не отвлекал. Стоило только об этом подумать, и я впал в небольшое такое уныние.

Да, вот идет новый царь огромного, полуразрушенного древнего города. Идет для того, чтобы лично руками запитать энергией жилой ярус, обеспечить людей светом и достаточной энергией на полях, чтобы люди могли спокойно питаться. Как-то это не вяжется вообще с царскими делами.

Чего-чего, а вот инженеров, способных отличить один энергетический узел от другого, тем более завязанный на руны, у меня не было. И учить их мне еще придется долго и весьма кропотливо. Краем уха я услышал, как Рен отдает приказ десятку воинов, и те следуют за мной на почтительном расстоянии, стараясь не показываться особо на глаза. С одной стороны, правильно делают, пусть меня охраняют, все равно заняться больше нечем. Воевать в ближайшее время ни с кем не предвидится.

Пока я дошагал до нужного мне отсека, сверяясь со схемами, которые были предоставлены мне с помощью артефакта, я подумал о том, что мне придется ставить клеймо на всех людях, не только на воинах, но и на женщинах и детях, потому что големы, к сожалению, достаточно узконаправленные существа, и задача у них стоит одна. Защищать своего правителя от тех, кто может причинить ему вред. По мнению стражей-големов, любой, не имеющий клейма, может причинить вред мне, даже если ему два года от роду, и он только научился не писаться в пеленки.

В итоге это было, конечно, удивительно, но мне пришлось буквально вручную перетягивать огромную трубу, которая была исписана рунами, и переподключать её в другое место для того, чтобы обеспечить четвёртый ярус полноценным электропитанием. Страж использовал её для того, чтобы запустить небольшую фабрику на пятом ярусе, которая создавала големов. А теперь их создание мне было не нужно, а вот обеспечить людей, как раз наоборот.

Поэтому, я потратил полчаса на изучение того, как это делается, а инструкции на этот счёт были достаточно подробными, и всё сделалось достаточно легко. Несмотря на прошедшие несколько тысяч лет, все механизмы оказались рабочими, только пыльными, что было довольно неожиданно.

И очень приятно было услышать испуганные возгласы воинов, которые находились за помещением энергетического отсека и видели, как вокруг загорается освещение, вспыхивают древние лунные светильники, висящие на потолке, создавая достаточно светлый фон.

Не прошло и пяти минут после того, как я переподключился, как на четвертом ярусе стало светло, как днем. Я наконец-то смог оценить полноценный город, который находился перед моими глазами.

Древний архитектор, создававший это каменное нечто, видимо, заботился о том, как будут чувствовать себя люди, живущие в пещерах всю свою сознательную жизнь. Поэтому он постарался сделать четвертый ярус максимально светлым и приспособленным для того, чтобы меньше давило на психику. Он сделал достаточно высокие потолки.

Только на ближайший прицел высота до светлого потолка составляла около пятидесяти метров. Титаническое сооружение, как и всё в округе. Можно было рассмотреть тянущиеся к потолку со всех сторон широкие каменные арки, которые поддерживали свод и позволили ярусу пережить момент столкновения с огромным нечто, которое называлось Слеза.

Собственно, кто бы сомневался. Все древние сооружения, в которых я когда-либо бывал, были построены невероятно крепко. Такое чувство, что строили на века. И вот получалось, что так и строили.

Одной из основных проблем, которая сейчас виделась передо мной, заключалась в том, что город находился на аварийном режиме энергоснабжения. Четыре процента мощности, которые питали все его основные функции, были ни о чем. Хотя даже в таком состоянии город в итоге давал больше, чем все, что до этого люди видели за всю свою жизнь в Яме. Для местных это вообще должно было выглядеть как переход из каменного века сразу в космический.

Я вернулся на главную улицу и заметил, что заработали колодцы. Во всяком случае, в них появилась вода, медленно накапливаясь на самом дне, но постепенно набираясь всё больше и больше. Конечно, никакого центрального водоснабжения здесь не было. Да оно было и не нужно, колодцев вполне хватало для того, чтобы набрать воду.

Одним из основных пунктов снабжения города была, конечно же, еда. Сверившись со схемой, я мысленно проложил маршрут. Сначала посмотрим поля, которые располагались в западной части яруса за жилым сектором. Добрался туда неспешно за двадцать минут ходьбы и остановился, разглядывая то, что открылось перед глазами.

Передо мной открылись широкие каменные террасы, уходящие уступами вниз, каждая метра три в ширину и метров сто в длину, не менее. Их было штук тридцать, может быть, больше, я даже считать не стал. На каждой террасе лежал слой грунта около метра, сейчас уже спрессованный временем в камень. Но грунт был, и по нему, если верить схеме, проходила система подачи воды и этера.

Те самые рунные стойки, которые я делал наверху для Ветки, здесь были встроены прямо в конструкцию террас, да и масштаб здесь был совершенно другой. Там-то я поставил восемь палок в землю и радовался, что болотка вырастала за день, а здесь древние инженеры заложили заранее сотни подводящих каналов, каждый с собственным фильтром и регулятором потока.

Настроены они были на то, чтобы давать урожай раз в неделю. Хотя с такими размерами здесь можно было вполне обеспечить урожай раз в день, но в случае необходимости можно было спокойно увеличить урожайность в несколько раз. Сложности в этом никакой не было, кроме, конечно же, аварийного режима обеспечения.

Основная проблема заключалась только в том, что грунт превратился в дрянь. Его нужно было либо менять, либо оживлять. Оживлять я не представлял себе как, так что оставалось только менять. А для этого нужно будет таскать землю с поверхности через четыре яруса вниз. Это, конечно, какое-то безумие, но, похоже, придется запрячь людей, чтобы обеспечить хотя бы одну террасу полноценным урожаем. Хотя даже одной террасы — это слишком много.

Нам бы треть засадить, и уже хватило бы с лихвой. Все равно переделать всех в вегетарианцев у меня не получится. Люди любили мясо, охоту, и сельское хозяйство служило всего лишь подспорьем, а не основным источником питания. Поступлю, как делали древние цари на моей Земле. Каждый будет обязан принести с собой кучу земли, прежде чем спуститься и жить внизу.

Третьим по необходимости для меня стояла канализация. Тут я, конечно, боялся больше всего, потому что если водоснабжение и освещение работали на автомате три тысячи лет, то канализация могла и должна была бы по идее сломаться первой. Но тут меня ждал очередной приятный сюрприз. Древние, видимо, тоже это прекрасно понимали, поэтому система была устроена до безобразия просто, никаких труб.

Каменные желоба в полу каждого дома, входящие в общий коллектор под улицей. Коллектор вел к очистному узлу на нижней отметке яруса, где стоял огромный рунный агрегат, разлагающий отходы на воду и сухой остаток. А сухой остаток, судя по схеме, должен был подаваться обратно на поля как удобрение. Эдакий настоящий замкнутый цикл. Выглядело очень красиво. Я на всякий случай проверил коллектор, все было чисто и сухо. Хотя три тысячи лет никто не гадил, поэтому и чисто. Но система выглядела рабочей, и это было главное.

Я глубоко вздохнул и протер ладонями лицо. Адреналин от спуска вниз и переход меня в новую роль давно уже схлынул, и я почувствовал откровенную усталость, не телом, душой. Но останавливаться было нельзя. Завтра совет, и мне нужно прийти туда не просто с пустыми руками, а с конкретными цифрами, чтобы показать и объяснить людям, что от них требуется. А требовалось, прежде всего, немало.

Внизу под ногами лежали производственные линии, ради которых, собственно, Дариш и построил весь этот город. Страж за все это время использовал едва ли десятую часть мощностей, клепая своих големов по десятку в полгода. Жалкие цифры для фабрики, которая когда-то снабжала целые армии.

Но даже в таком состоянии там было все, что мне было нужно, печи, кузнечные цеха, инструменты и, главное, руда. Согласно все тем же схемам, в шестом ярусе ниже производственного располагались рудные штольни, где можно было достать не только железо и уголь.

Это было по-настоящему важно, как я считаю. Это здесь, на поверхности Ямы, железо является проклятием, когда любой здоровенный кусок привлекает тварей из леса. И именно поэтому Корневики воевали костяными копьями и носили деревянные доспехи. Ну, помимо того, что самого железа у них практически не было.

Но когда мы выберемся отсюда, а мы обязательно скоро выберемся, костяное оружие станет уже не таким мощным, как нам нужно. Там, снаружи, в нормальном мире, нужна сталь. Нормальные клинки, наконечники. Если доспехи еще могут подойти, то оружие нужно будет переделывать полностью.

И у меня теперь практически есть возможность все это сделать. Нужно будет только разобраться в производственных цепочках, починить то, что сломалось, и поставить на линии тех, кого я смогу научить работать руками. Мастер Цао дал мне основы кузнечного дела, и здесь они пригодятся в полной мере.

Големов загоню на добычу руды, пусть оправдывают себя хоть как-то. А людей заставлю ковать и собирать. Самому же мне придется пойти на настройку рунных контуров, потому что больше некому.

Сам же наш полный совет победителей собрался на следующий день. Я, честно говоря, понятия не имел, который сейчас час на самом деле. Но раз уж собрались, то я решил, что уже наступил следующий день, как я их и звал. Работы всё это время у меня было по горло.

Нужно было разобраться с кучей тонких мест по управлению и контролю города, чтобы было что рассказать людям. После того как я принялся ходить по городу и изучать его, ко мне больше никто не подходил. Кажется, все меня начали немножко побаиваться.

Один-единственный мой верный друг Бабай, которому надоело тусоваться внизу, потому что врагов, которых он собирался рвать, помогая мне не было, отправился наверх на охоту и попрощался со мной, махнув хвостом издалека. Ему в местных каменных джунглях делать было нечего. Там, наверху, его ждала полноценная шикарная жизнь, райское местечко.

Собрались мы неподалеку от центра города в небольшом помещении, которое, скорее всего, и было предназначено для таких собраний. Во всяком случае, каменных лавок здесь было достаточно, чтобы уселись все, еще и места хватило на сотню человек. Информация о том, что я стал царём, была известна уже всем. Никто ничего толком не знал, кроме того что я сказал Рену о том, что Страж больше нам не враг, и того, что это слышали несколько десятков человек, больше никто ничего конкретно подтвердить не мог. Люди пришли за ответами, и я собирался их дать. Не на все, конечно, но на что-то ответить я мог.

— Значит так. — Я обвел взглядом зал, где все расселись. — Начнем с хорошего, потому что хорошего у нас, как ни странно, много. Город целиком и полностью принадлежит нам. Все ярусы, от верхних до самых нижних штолен. Кроме того, почти пять десятков големов-стражей подчиняются мне и готовы выполнить любой приказ. Водоснабжение работает нормально, канализация, освещение, да вы и сами все видите. Да и поля еще можно восстановить, так что на четвертом ярусе вполне можно жить. Если коротко, то на этом всё.

Все в недоумении переглянулись, и Горбун подался вперед первым.

— Погоди, мастер, ты сказал, что управляешь големами? Так всё, получается, война закончилась? Вообще всё?

— Ну я же сказал, — ответил я, смотря на своего производственника. — Вообще всё. Понимаешь? Больше нет големов, больше нет проблем со стражем. Теперь можно спускаться хоть в какую нору, в какую захочешь, и добывать там всё, что ты захочешь. Ни один голем не причинит вреда ни одному человеку, на котором стоит клеймо. Моё клеймо, естественно.

— И тут у нас возникает вопрос, — сказал Клык, — а что нам делать дальше?

— Если мы думали, что победить Стража, будет самое сложное, то мы глубоко ошибались, — сказал я, огорчая всех. — Самое плохое заключается в том, что мы не можем убрать Штормовую Крышку. Она, периметр и стены Ямы, это всё представляется в виде одной единой системы. Если я её отключу, то здесь будет уничтожено всё, и нас не станет, и Ямы не станет, и вообще ничего вокруг на сотни километров не станет. Мы даже уйти отсюда не успеем, в пыль разнесёт.

— То есть получается, мы тут навсегда? — спросила Герда.

— Так я еще не все рассказал, дайте мне договорить, — ответил я, и в зале стало тихо. — Где-то глубоко внизу под нами, на самом нижнем ярусе находится аварийный тоннель. Он тянется на сорок с чем-то километров прямо под периметром на ту сторону и проложен ниже защитного контура, не являясь его частью. Именно его мы используем для того, чтобы выбраться наружу.

— Тогда получается, что выход есть! — воскликнул Рен.

— Скорее всего, да, потому что состояние тоннеля мне неизвестно, и я не могу сказать, что там сейчас. Там может быть обвал из-за затопления, мало ли что. Но это единственный путь наружу, по которому нам нужно пройти.

— Значит, нужно отправить людей для того, чтобы разгребать завалы. — Уверенно сказал Клык.

— И это мы сделаем, само собой. Сейчас есть вопросы гораздо важнее. Мне нужно знать, сколько население Ямы на данный момент, хотя бы приблизительно.

— Да, много их тут развелось, да-да-да, — ответил Кэш. — Я не то, чтобы считал, но, когда ходил между деревнями, которые мы еще не трогали, народу там достаточно. Я думаю, наберется, помимо тех, кто пришел к нам, еще тысяч шесть-семь как минимум.

— Артели, помимо тех шести, которые к нам присоединились и которые являются самыми большими, еще с десяток штук поменьше. — Дополнила мне информацию в Гарда. — Они копают сами по себе и никому особо не подчиняются, и проблем у них с големами никогда не было. Если считать всех, то я думаю, их там тысячи две, может быть, три. На севере за болотом вообще принято брать жен у Корневиков, это нормальная ситуация. И хотя мы многочисленны, мы не особо общаемся.

По самым первым прикидкам выходило как минимум десять тысяч человек, которые не были связаны со мной и не имели моего клейма, помимо тех двух тысяч, которые были. То есть, в принципе, я мог рассчитывать на то, что население Ямы составляло в районе пятнадцати тысяч человек, если округлить в большую сторону, на всякий случай.

Даже удивительно, как они выживали все это время, потому что их было слишком мало. Никогда не думал о том, что популяцию можно поддерживать на таком уровне, и при этом я не видел налицо кровосмешений или серьезных генетических проблем между людьми.

— Кроме того, мы забыли про Осколков, — сказал присутствующий на собрании Гвоздо как представитель тех самых Осколков. — Я не думаю, что их много. Самая большая группа была группа Наиры, а так еще болтается несколько мелких групп. Возможно, человек сто есть.

— Верно, — сказал я. — И вот смотрите какая ситуация, теперь все эти тысячи людей знают о том, что мы захватили город. Знают о том, что теперь не существует такой проблемы, как проблема Стража. И, скорее всего, что я имею возможность дать людям возможность покинуть Яму. Что будут делать эти люди?

— Если они не подчинятся нам, — жестко ответил Клык. — Значит, они будут гнить в земле. Других вариантов тут быть не может. Мы победители, значит, мы решаем, кто достоин.

Мне понравилось, как Клык и другие приняли тот факт, что я разделил победу на всех, а не только присвоил ее себе.

— Тогда получается, что снова будет война, — сказал Горбун. — Это же мы теперь, получается, будем воевать с людьми, а не просто с каменными истуканами.

— Я бы хотел сказать, что ты не прав, но не уверен. Скорее всего, все так и будет. Значит, прежде чем заниматься руинами города и поиском выхода наружу, нам нужно позаботиться о собственной безопасности. Перво-наперво речь идет о крепости наверху, — сказал я.

Клык тут же склонил голову, словно ожидал этого.

— Наверху над входом в первый ярус, нам нужна укрепленная позиция. Возможно, стены, наблюдательные вышки, рассчитанные не от зверей, а на людей-врагов, если они будут. Всех наших мы будем загонять на вниз, тут безопасно, других вариантов всё равно нет. На первый и четвертый жилой ярусы, места хватит всем. Здесь же устроим поля, которые обеспечат нас едой на всякий случай, потому что, если все соберутся против нас, шанса выстоять у нас, скорее всего, не будет. Люди гораздо хитрее, чем каменные вояки.

— Уметь бы еще это строить, — сказал Горбун. — Мы никогда не строили защиту от людей. Я даже не представляю, как это должно выглядеть.

— Этот вопрос решу я, — сказал Гвоздо. — Я знаю, как должны выглядеть укрепления. Нам нужны ров и частокол для начала. Пока сгодится из дерева, а там можно построить каменную стену, если будет чем класть.

— Я могу отправить големов на помощь, все четыре десятка, — добавил я, на что на меня посмотрели как на сумасшедшего. — А чего им будет? Они стоят все равно без дела. Полдня на свежем воздухе и обратно. Зато все равно это быстрее, чем люди работают.

— Наши люди воспримут это очень тяжело, потому что только недавно мы сражались против них, у каждого еще в памяти свежи погибшие родственники. Поэтому появление големов наверху будет не самым разумным решением, — ответил Клык.

Да, я вынужден был согласиться. Големов будут бояться еще долго, и приучать людей к тому, что с ними можно сосуществовать вместе, тоже придется долго. Зато общий разговор шел правильно. Каждый брал свой кусок и начинал понимать, что нужно делать. Может быть, впервые за все время, что находился в Яме, я окончательно почувствовал, что мы не просто банда выживальщиков, а нечто похожее на структуру.

Говорить про государство или что-либо подобное было пока еще рано, да я и не уверен, что было нужно. Но, во всяком случае, сейчас я видел вполне сформированный управленческий контур, который был способен решить все задачи, которые стояли перед ним.

— Только помните главное, мы не останемся здесь. Яма и город — это всё хорошо, всё это нужно, но это совершенно не конец, а только подготовка к тому, что аварийный туннель существует, и он нас ждёт. Как только мы его пройдём, мы окажемся снаружи. И там, наверху, за стенами Ямы, есть другой огромный мир, в котором живут миллионы людей, стоят огромные города, которые торгуют между собой либо воюют такими же огромнейшими армиями. И туда мы выйдем.

— Ну так пусть это будут их проблемы, а не наши, — сказал гордо Рен. — Кто с нами справится, если мы владеем силой резонанса? Кто будет готов встать против нас, когда мы настолько сильны?

— О, парень, — протянул негромко Тарн. — Ты даже не представляешь, что творится в большом мире. Мы будем всего лишь песчинкой у моря, которую запросто смоет водой.

— Об этом пока думать не стоит, — успокоил я всех. — Проблем у нас и так пока хватает. Давайте смотреть по мере поступления. Я надеюсь, все со мной согласны.

Согласны были все, да и голосования никакого не было. Клеймо на предплечье каждого из них было ответом задолго до того, как я начал говорить и строить планы на дальнейшую жизнь нашего сообщества. Надо бы нам какое-нибудь название придумать интересное и знамя.

Глава 2

Только после того, как были решены все общие вопросы и задан вектор развития в сторону безопасности и усиления, я, а вместе со мной около двух десятков бойцов, пошли в самый низ города для того, чтобы наконец-то увидеть своими глазами то, что из себя представляет аварийный туннель.

Спуски на пятый ярус и ниже были вполне безопасны. Врагов в виде каких-нибудь живых существ или еще какой-нибудь непонятной хтони поблизости не было. Да и не могло быть, сюда сложно было попасть кому-то, тем более пока Страж был живой, если к нему можно было применить это слов и ревностно защищающий территорию. Поэтому я ничего не опасался. На пятом ярусе мы пошли смотреть прежде всего големов, которые собрались в центре сектора и замерли, словно каменные столбы.

Бойцы за моей спиной было напряглись, я это почувствовал через мозг даже без оглядки, но ни один голем не шевельнулся, и через минуту люди немного расслабились. И даже могли позволить себе небольшие вольности, ткнуть кулаком в каменное плечо и тому подобное, но когда начали плевать в каменные рожи, я заставил прекратить, хотя прекрасно понимал чувства людей, привыкших с детства бояться этих существ.

Сам же Страж, ради которого мы положили столько сил, на самом деле оказался довольно скучной штукой. Я уже ожидал увидеть что-то грандиозное, может быть, какого-нибудь каменного великана или светящуюся сферу, как в тех историях, которые рассказывал Кеш. А на деле это был просто здоровенный артефакт. Большой, да, тут не поспоришь, размером с человеческий рост, вросший в каменный постамент и опутанный рунными линиями, которые расходились от него во все стороны, уходя в стены и в пол.

Паук в центре паутины, так это все выглядело. Причины, почему он находился на пятом ярусе, тоже были вполне обоснованы. Максимальная защита, которая позволяла ему при этом спокойно контролировать все ярусы выше, направлять своих големов и уничтожать противника, который мог на них появиться.

Самое обидное оказалось то, что нападение, когда он использовал червей и големов и атаковал нас на поверхности, оказалось всего лишь одной из схем, которые можно было им применить в целях собственной защиты, и не более того. То есть никакого хитрого хода здесь просто, в принципе, не было. И все равно до конца в это поверить я не мог. Это было очень странно, слишком разумно и непредсказуемо для ограниченной болванки, что я видел перед собой.

Ну а сейчас, когда Сердце Рун забрало у него эту волю и передало мне, и теперь он ретранслировал мои команды на всех своих подчиненных, он вроде и выдал мне все свои секреты. Разбираться в этих хитрых схемах и переплетениях я буду потом. Сейчас мне было не до этого, поэтому особо долго задерживаться здесь смысла не было, нужно было идти дальше.

И когда все вволю наигрались и насмотрелись на своего страшного поверженного врага, мы пошли дальше и спустились на еще один уровень. И вот здесь уже был готов задержаться я. Шестой ярус выглядел совершенно иначе, отличаясь даже от второго и третьего. Там, по сути, были сборочные цеха, которые занимались уже финальной доработкой изделий, а здесь же я видел перед собой настоящий производственный комплекс. Место, куда поставляли руду, где руда превращалась в металл.

Десятки огромных доменных печей, кузнечные цеха, наковальни из черного камня. Исполинские каменные молоты весом в десятки и сотни тонн, для движения которых использовались мощные рунные артефакты. Те же горны с подводящими каналами, через которые когда-то шел этер вместо воздуха, разогревая металл до самых высоких температур.

Все это было создано настолько качественно и крепко, что мне оставалось лишь завидовать упорству человека, который все это сделал. Я уверен, что даже мастер Цао отдал бы левую руку за то, чтобы просто посмотреть на все это. Если представить, как все это выглядело, когда это работало, пылало жаром и жило, то даже у меня закатывались глаза от восторга.

Только когда я наигрался и насмотрелся на все, что мне было интересно, понимая, как трудно будет заново запустить все это производство, мы отправились дальше. Согласно схеме, дальше начинались штольни с рудой, как раз ниже производственного, но когда мы добрались до спуска, я понял, что схема врет, или она была очень старой и давно не менялась. По моим прикидкам, сейчас мы находились на глубине в районе полутора километров под землей от поверхности ямы. И под нами открывалась бездна, тянущаяся еще на сотни метров вниз, где можно было спуститься только по краям, что было весьма небезопасно.

Мимоходом отметил факт, что на глубине не повышалась температура, но чуток поразмыслив, понял почему. Это на Земле, чем глубже, тем ближе к ядру и магме, а Сфера то построена по совсем другому принципу, поэтому как глубоко не спускайся, жарче не будет. Единая температура по всей толще.

Сам спуск на седьмой ярус отсутствовал в принципе. Судя по всему, он был разрушен достаточно давно. Вместо этого нам пришлось спускаться по созданным големами каменным ступеням. Судя по всему, страж за столетия в работе углубил выработки очень далеко за пределы первоначального проекта, потому что ему нужен был материал для новых големов, а старые штольни давно истощились.

Ходы, по которым мы шли, были грубыми, но достаточно широкими, чтобы можно было пройти вдвоем. И чем ниже мы спускались, тем больше я понимал, что никакого аварийного туннеля здесь, нет, мы спустились на сотню метров ниже его обозначения на карте. И дальше идти смысла не было. Впереди были сотни небольших ходов, по которым, видимо, големы ходили, добывая необходимые ресурсы. И там можно было только заблудиться, потому что на карте их вообще не было.

— Кажется, здесь произошла какая-то ошибка, — пробормотал я, сверяясь с картой.

Но ошибки никакой не было. Просто те схемы, которые я видел перед глазами, скорее всего, очень сильно устарели даже при жизни самого Дариша. Потому что туннель оказался там же, где и должен был быть согласно разметке.

Вот только добраться до него с того места, где мы находились, для этого нужно было карабкаться как минимум двадцать метров вверх. Для того чтобы добраться до него, мне пришлось использовать крылья в доспехах, подняться по отвесной скале по-другому просто не представлялось возможным.

Только с помощью крыльев я смог добраться до нужной мне точки и оказался перед огромной каменной плитой, которая закрывала вход в туннель. Он не был заблокирован, просто это было сделано для безопасности.

Я с помощью щупа проверил плиту и обнаружил рунный замок, влил в него несколько сотен единиц этера из накопителя, плита с тихим скрежетом отъехала в сторону, а за ней открылся коридор. Плиту я зафиксировал так, чтобы она не могла закрыться сама, скинул вниз веревку, и по ней забрались уже следующие за мной бойцы, и Рен в том числе.

— Сложно будет выводить тут людей, — сказал он мне, когда поднялся последним.

— Верно, — согласился я. Но сейчас задача — просто посмотреть, что там впереди.

Судя по всему, тоннель был проделан тем же червем, что проплавлял его до нас. Во всяком случае, размеры и состояние внутри соответствовало и было почти идентична тому тоннелю, по которому мы спускались в четвертый ярус. За исключением того, что там червю пришлось повозиться и вести весьма путанный подъем, обходя рунные каменные осколки, здесь же почти идеальная труба, уходящая в темноту по прямой, без поворотов и изгибов.

— Доставайте все свои фонари, будем прокладывать дорогу, — сказал я бойцам и первым выполнил свой же приказ.

Первым вперед пошел я. Следом за мной уже двинулись бойцы, каждые сто метров оставляя на полу один рабочий светильник. Мы прошли, наверное, километра три, прежде чем я понял, что нужно останавливаться. Пока никаких проблем не было, и это меня, если честно, удивило. По идее, можно было идти дальше, но смысла в этом никакого не было.

Мне нужно было вернуться наверх, потому что дел мне и так хватало без того, чтобы лично вышагивать несколько десятков километров в одну сторону и столько же обратно. А это как минимум два дня пути в один конец, если не сильно торопиться. Если весь тоннель в таком состоянии, то нам только и нужно, что дойти до выхода и посмотреть, что находится с той стороны.

— Рен, — обратился я к командиру. — Выбери четверых самых выносливых и спокойных. Пусть идут вперед, не особо торопятся. Дайте все светильники и питание на трое суток. Задача простая, пусть идут, пока не упрутся во что-нибудь, будь то выход, завал или что-то еще, а потом вернутся и доложат. Если через двое суток не придут, отправим вторую группу.

— Мастер, а можно я пойду? — спросил парень.

— А людьми командовать кто будет? — ответил я. — Дуба поставлю вместо тебя? Ты хочешь в разведчики перейти? Тогда пойдешь под командование Сычу.

— Я понял, мастер, я передумал.

— Ну это хорошо. У тебя другие задачи. Если ты хочешь от них отлынивать, то я с сожалением сменю тебя на посту главнокомандующего всей нашей армии, замену правда придется поискать.

На это Рен мне ничего не ответил, только кивнул головой и тут же начал распоряжаться, выбирая четырех добровольцев. На самом деле добровольцами хотели быть все. Всем хотелось дойти до финальной точки и посмотреть, что там за ямой находится. Я вот как представил эти десятки километров и тот факт, что здесь практически нет притока кислорода, и как будет сложно идти в конце, то сразу же разочаровался в этом пути.

Слишком долго и слишком тягомотно. Придется протягивать сюда насосы для того, чтобы люди не задохнулись. А ведь этот туннель, единственный наш путь наверх. Я вздохнул, понимая, что проще просто не будет. Ладно, хоть сейчас об этом думать было рано.

Сначала нужно убедиться, что тоннель вообще проходим. А уже потом думать о том, как протащить через него тысячи людей с детьми, со стариками и припасами. Как организовать промежуточные стоянки, обеспечить всех водой и едой. Потому что сорок километров для тренированного бойца с легкой ношей, это одно, а для женщины с младенцем на руках, совершенно другое.

Тем же путем, каким мы пришли сюда, мы очень быстро вернулись обратно. Уставшие, но вполне довольные. Я отпустил бойцов и уже собрался было идти к себе, когда заметил гонца с поверхности, который стремительно бежал ко мне.

— Мастер, наверху пришла Старуха из Шпиля, стоит и ждет тебя, никуда не уходит и ни с кем не разговаривает. — Взволнованно доложил мне мальчишка, лет двенадцати, с любопытством разглядывая место, в котором он находится. Видимо, первый раз его сюда отправили.

С одной стороны, это было неожиданно. Старуха, насколько я знал, практически не покидала Шпиль по собственной инициативе. Конечно, видели её несколько раз, но это не значило, что она должна была прийти ко мне. Значит, что-то настолько сильно изменилось, что свои правила она изменила. Я, естественно, догадываюсь, что именно. Пришлось снова менять планы и подниматься наверх. Оставлять гостью без своего внимания точно не стоило. Такие люди, точнее существа, просто так не приходят.

Выбравшись на поверхность, я с удовольствием вдохнул свежего воздуха. Все-таки, несмотря на то что там внизу была вполне рабочая вентиляция, воздух на свободе и открытом пространстве значительно отличался от того. Здесь же я первым делом оценил, что работа вокруг вовсю кипит. Гвоздо не терял времени. Получив под свое руководство почти сотню человек, он, не тратя ни минуты, тут же приступил к делу.

Вокруг спуска на первый ярус уже были вкопаны первые десятки столбов из срубленных железных деревьев и натянуты веревки, обозначающие периметр будущей стены. Десятка три человек рыли ров, а еще столько же таскали бревна. Всюду стоял гул и стук топоров. Нормальная живая работа, от которой на душе стало значительно легче.

От самого лагеря на поверхности оставалось от силы процентов десять. Большинство людей уже спустились вниз. Только мастерские Горбуна и помощницы Ветки занимались своими делами. Одни усердно пилили железные деревья, помогая строить будущую крепость, другие же занимались урожаем.

Старуху я увидел сразу. Даже подошедший ко мне Клык, собиравшийся расспросить про гостью, только кивнул в её сторону. Она стояла в метрах ста от лагеря, неподвижная, как всегда, маленькая сухая фигура в бесформенном балахоне из грубой ткани.

Люди к ней не подходили, обоснованно её боясь, но бросали в её сторону настороженные взгляды. Все знали, кто она такая, и не спешили с ней пообщаться, хотя она никому никогда не причиняла вреда. Во всяком случае, мне об этом не было известно.

Неторопливо подойдя к ней, я вежливо поздоровался.

— Приветствую гостью из высокого Шпиля. Прости, я не знаю твоего имени, как-то ты забыла мне его рассказать. Я смотрю, ты сегодня без пирожков?

— Шутник, — ответила она ровным голосом без каких-либо интонаций. — Ты носитель Сердца Рун. Протокол требует подтверждения статуса. Предъяви артефакт.

— Вот так сразу вынь да положь. А где вежливая просьба?

— Ты носитель Сердца Рун. Протокол требует подтверждения статуса. Предъяви артефакт. — Старуха совсем не поняла моего юмора и буквально повторила предыдущее предложение.

— Ладно, понял, иначе ты сломаешься, да?

Я мысленно потянулся к интерфейсу и вызвал проекцию сердца Рун. Сфера тут же мгновенно возникла в воздухе перед моей ладонью, полупрозрачная, с бегущими по поверхности рунными цепочками.

Длилось это, наверное, секунды три, не больше, потом я убрал проекцию обратно. Не хотелось, чтобы кто-то из людей увидел лишнее. Старуха, получив желаемое, моментально опустилась на одно колено и преклонила голову.

— Протокол подтвержден. Носитель является Помеченным Богами и контролирует управляющее ядро Аш-Китара. Протокол обязывает полное подчинение. Конструкт серии нянька, переходит под прямое управление носителя.

В её словах не было ничего личного и эмоционального, да и не могло быть, потому что она по сути своей являлась обычным конструктом, просто невероятно высокотехнологичным и даже кажущимся мне разумным существом, хотя я вообще не представлял, как такое умудрился сделать Дариш.

— Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. — Несмотря на то, что я ждал нечто подобное, она смогла меня удивить. — Я могу изучить тебя с помощью навыка?

— Да, господин, — кивнула старуха, — разрешаю тебе доступ.

Сначала я активировал артефакт, а затем уже направил щуп внутрь его структуры. Очень осторожно, на минимальном уровне проникновения. Не стараясь изучить, а просто разобраться и понять, что оно такое. Внутри разумного голема находилось управляющее ядро в центре грудной клетки, точно в том же месте, где у живого человека билось бы сердце. И впервые мне доводилось увидеть его в живом организме. Даже в големах я не мог рассмотреть ядро, пока голем не был убит и ядро не было добыто.

Ядро конструкта разительно отличалось от того, что я видел раньше. Те, что стояли в боевых големах, были грубыми и утилитарными, а это… Щуп скользил по слоям рунных цепочек и в итоге наткнулся в центре ядра на крохотный сгусток, который явно не был связан с рунами и не был этером. Этот сгусток пульсировал яркой каплей огня, медленно и едва заметно.

Я тут же отдернул щуп.

— Что находится у тебя внутри, в самом центре ядра, что это за сгусток? — спросил я.

— В моей основе лежит душа практика пятой ступени закалки, которую создатель извлёк при жизни носителя с помощью рунного артефакта обернул ядром. Именно оно управляет всем: движением тела, памятью и принятием решений. Ядро имитирует работу мозга и нервной системы, но источником его является душа.

И снова механический голос, спокойный и равнодушный. Даже когда она угощала меня пирожками, она была гораздо более человечной. Я задумался над её словами, а потом до меня дошло.

— Так, подожди. Получается, он извлек при жизни душу человека?

— Формулировка не точна, но суть верна. Процедура извлечения занимала семь суток. Носитель при этом оставался в сознании на протяжении первых пяти. Без сознания невозможно поддерживать целостность души при отделении от тела. Когда тело умирало, на седьмые сутки душу помещали в подготовленное ядро.

— А ты помнишь того человека, чья душа, ты помнишь, кем он был?

— Она — Ответила старуха. — практик по имени Савва, старшая надзирательница царских покоев. Выбрана Создателем лично за устойчивость психики и материнский инстинкт. Серия требовала определенного набора качеств. Я не помню ее личную жизнь, у меня есть только ее навыки, привычки и способ думать. Воспоминания стерты при переносе личности, сохранена частично как необходимый отпечаток.

— Ты хочешь сказать, она добровольно согласилась на это?

— Вопрос нерелевантен, создатель не спрашивал согласия.

Вот еще одна сторона человека, который был мне известен только по голосовому сообщению и тем руинам, которые я унаследовал. И ничего хорошего в том, что он делал, не было. Во всяком случае, здесь и сейчас, на данном этапе моего личного развития, мне совершенно не нравились его действия. Потому что если представить, что так поступят с моей душой, то… По-хорошему нужно носить с собой огромную ядерную бомбу, чтобы взорваться и не достаться никому.

Со стороны выглядело, что мы непринужденно о чем-то беседуем, а на самом деле у меня в душе творился такой ужас, когда я слушал все то, что мне рассказывала старуха.

— Создатель рассматривал серийное производство. Конструкт с душой-основой превосходит обычного голема по всем параметрам тем, что у него повышенная способность к обучению, адаптации и есть возможность самостоятельного принятия решений. Создатель планировал заменить командный состав армии конструктами серии Полководец. Прототип был готов на момент осады.

— Именно поэтому его и уничтожили, да? Князья и его союзники узнали, что он делает.

— У меня нет этой информации, данные не полные. Но с высокой вероятностью это одна из причин для формирования коалиции против создателя. Его основные союзники проиграли, а князья присоединились к победителю.

— Ладно, про основных союзников мы еще поговорим, — сказал я. — Скажи мне, а ты испытываешь что-нибудь? Эмоции? Хоть что-нибудь?

— Я выполняю протокол, — ответила она. — Эмоции входят в мои функции, но поверхностно. Отпечаток личности Саввы содержит склонность к заботе и тревоге за подопечных. Иногда я фиксирую аналог беспокойства, когда подопечный в опасности. Является ли это эмоцией, я определить не могу.

— Хорошо. То есть, конечно, плохо. Но раз ты теперь под моим управлением, первое, что я тебе прикажу, никогда не называй меня господином. Зови меня мастер, этого вполне достаточно.

— Принято, мастер, — ответила она. — Хочу сделать важное уточнение. Тебе нужно подключить меня к своей управляющей сети. Управляющее ядро моей серии имеет открытый командный слот, зарезервированный создателем для случая передачи управления. Слот никогда не был заполнен. Создатель управлял мной голосовыми командами при жизни.

— Тогда зачем это делать мне, если я могу так же управлять тобой голосовыми командами, и ты будешь мне подчиняться? — задал он резонный вопрос.

— Подчинение даст тебе возможность проводить ретрансляцию команд через ядро, что, впишет меня в систему напрямую и без посредников. Помимо этого, это дистанционная возможность передачи приказов. Все данные будут предоставлены.

Ага, а вот это интересно. Иметь в своем подчинении конструкта такой силы и разумности, с которыми я мог бы работать так же, как и с другими людьми и со стражем, с помощью определенного навыка. Это стоит того, чтобы с этим разобраться. Мне снова пришлось лезть в глубину конструкта с помощью щупа, пытаясь найти самый нужный, тот самый командный слот.

Нашел я его, наверное, минут через пять. Он располагался между внешним контуром управления и центральным ядром, на границе, где заканчивались рунные цепочки Дариша и начиналась душа Савы.

Действительно, пустая ячейка, ожидающая заполнения. И теперь мне нужно было заполнить её нужной рунной последовательностью, которая встроится в существующую архитектуру и не нарушит ни одной из тысячи связей. И всё равно в её основе должно лежать моё рунное имя, без этого никак.

Сердце рун позволило мне достаточно быстро создать нужную конструкцию в голове, проверить её, убедиться, что она не конфликтует, и только потом внедрить. Рунное имя легло на место, как ключ в замок, будто было сделано специально для него. Я мгновенно почувствовал отдачу через артефакт, и тут же в моем интерфейсе в голове появилась новая точка, которая отличалась от клейма только размером и отсутствием пульсирующего сердцебиения.

Если через Парный Мост я чувствовал эмоции своих людей, то со старухой ничего такого не было. Вместо эмоций я видел строки состояния, уровень энергии ядра, процент износа внешней оболочки и на этом всё, отчёт предо мной как перед оператором заканчивался. Ну и этого, если честно, мне вполне хватало. Система тут же ненавязчиво маякнула про небольшое расширение моих возможностей. А будет тысяча человек, до десятки дойдет и будет переход на новый уровень? Тогда действительно буду чувствовать себя кукловодом.

Навык повышен. Парный Мост - 7.

— Подключение завершено штатно, — сообщила спокойно старуха. — Фиксирую оператора, командный слот заполнен, автономный режим деактивирован, перехожу в режим прямого подчинения.

— Ну вот и славно. А теперь давай к делу. Раньше ты говорила, что есть информация, которую ты не имеешь права сообщить мне без подтверждения статуса. Теперь статус подтвержден, так что ты можешь мне рассказать из того, чего не мог говорить раньше?

— Ранее протокол запрещал мне передачу информации о стратегических ресурсах без подтверждения статуса носителя. Теперь информация тебе доступна. Под Шпилем на глубине сорока метров находится корневое хранилище, подземные полости естественного происхождения, в которых содержится горький корень в концентрированной форме. Доступ к его использованию тебе разрешен.

— Это всё? — спросила я.

— Задай вопрос, и ты получишь ответ.

— Эх, знать бы еще, какие вопросы задавать, — ответил я, задумавшись. — Но мне нужно время на то, чтобы сформулировать то, что я хотел бы от тебя узнать, потому что сейчас в моей голове варятся совершенно другие задачи. Есть вещи, о которых ты бы посоветовала мне спросить тебя?

— Да, советую спросить меня о порталах.

— Ну хорошо, — усмехнулся я. — Рассказывай.

О порталах, которые находились на территории Ямы, я совершенно ничего не знал. Ни в схемах, ни в информации, которая была мне доступна, о них ничего не было известно. Из чего я сделал вывод, что они, скорее всего, представляют из себя чужеродные вещи, которые появились здесь не так давно. Ну, старуха сумела меня снова удивить.

— Порталы являются мобильными транспортными артефактами, созданными до эпохи Создателя. Он их не изготавливал, а приобрел у торговцев с южного континента. Каждый портал представляет собой пару связанных рунных якорей, один якорь здесь, в яме, второй снаружи. При активации якорь создает пространственный мост между двумя точками. Изначально порталы работали в двухстороннем режиме. Блокировка обратного направления была установлена извне, так как были перестроены внешние якоря после гибели создателя. Внутренние якоря не были повреждены, но без доступа к внешней паре восстановить двухсторонний режим невозможно.

— Ну, часть этой информации, в принципе, мне была известна, — согласился я о том, что портал работает в одну сторону. Это было понятно сразу. Кто это сделал и зачем — да и хрен с ними, это не особо важно. Но почему ты решила, что это важно для меня — рассказать про порталы?

— Эта информация необходима тебе для того, чтобы понять то, что покинуть Яму через порталы невозможно.

Судя по всему, старуха вообще не знала о том, что существовал некий туннель, по которому можно было выбраться за пределы Ямы. Поэтому её информация была, конечно, интересной, но сейчас мне абсолютно бесполезной.

Хотя, с другой стороны, если подумать, добуду все порталы, и тогда может быть, получится у меня что-то с ними сделать и перенастроить их так, чтобы они работали друг относительно друга. Прежде всего тогда решится вопрос длинного перехода по спасательному туннелю. Оба, вот это уже идея.

— Ну-ка расскажи-ка мне, где находятся эти порталы.

Кажется, я знаю, кто у меня займется добычей полезных артефактов из тех, что находятся на территории Ямы. Я же как раз собирался делегировать все свои обязанности, и вот это сейчас была одна из них.

Глава 3

Вопрос с порталами, естественно, не был самым насущным вопросом на текущий день. Я воспользовался помощью старухи, которая сказала, что спокойно может достать как минимум два из пяти находящихся на территории ямы. На самом деле у меня не было никаких идей по поводу того, какой деятельностью её занять, поэтому пусть начнёт с самого простого. Тем более, что второй портал она будет добывать у Осколков. Интересно было бы посмотреть на лицо Наиры, когда к ней придет такая странная фигура, которую местные все немножечко побаиваются и заберет то, из-за чего она отказалась вставать под мою руку.

То, что старуха может спокойно поубивать всех, кто живет на территории Ямы, независимо от того, какими практиками или силами они не являлись, я был уверен абсолютно. Поэтому поставил ей предельный запрет на убийство разумных существ и отправил от греха подальше, пусть справляется миролюбивыми средствами.

Но только возвращение домой назад на четвертый ярус не состоялось. Гвоздо заметил, что я иду обратно, и подошел ко мне, потирая руки, парень, очень сильно хотел поговорить и прямо весь извелся в нетерпении, пока я общался со старухой.

— Давай, рассказывай, — махнул я рукой, разрешающе и понимая, что мне не отвертеться.

— Железное дерево, штука, конечно, хорошая, — тут же начал парень. — Проблема только в соединении. Мы планируем увязывать их верёвками, а они сгниют через пару месяцев, если их не менять. А если кто-то додумается поджечь, то верёвки сгорят за минуту, и вся секция рассыплется.

— А на что тут тогда нужен я? — сказал я, одобряюще улыбнувшись наемнику. — Как-никак я рунный мастер. Дай-ка мне десять минут, и я всё сделаю, поработаю так сказать руками немного на благо нашего общества.

На самом деле делать ничего руками я не собирался. У меня теперь есть Сердце Рун, и нужно учиться работать именно с ним. Поэтому я вытянул руку в сторону дерева, материализовал перед собой артефакт, чем немного испугал практика, и принялся в сфере выводить привычную связку укрепления.

Это была совсем стандартная связка, я её даже на доспехах использовал, но тут масштаб был другой, поэтому я немного решил ее изменить, очевидно, что здесь нужно работать по-другому. Зачем мне просто связка, которая укрепляет один ствол, когда можно сделать настоящее слияние между несколькими стволами. Мысль приобрела правильные очертания, и я изменил подход.

Немного поэкспериментировав с рунами, я собрал подходящую под мои требования рунную цепочку, и попробовал нанести на стволы деревьев, по-прежнему не касаясь их руками. Это удалось сделать легко и выглядело так, словно я прожег на дереве нужную мне конструкцию. Правда этера жрало, мама не горюй. На такую простую связку из десятка рун, ушло более четырёх сотен энергии.

Действительно, за все приходится платить. А затем, когда связка легла на дерево, тут же запустил в неё энергию из накопителя, тратя еще столько же. Волокна двух бревен буквально вросли друг в друга, сцепляясь и превращаясь в единый монолит. Так что веревка в итоге оказалась и не нужна.

— В общем это будет выглядеть как-то так. — сказал я довольно, демонстрируя результат. — Надежно и практично, как только выставишь стену, то можешь спокойно убирать лишнее и сливать её в единую составляющую.

— Нужно будет так пройтись тогда по всем стенам. Это займет много времени, — ответил Гвоздо, немного заторможенно. Демонстрация моих способностей произвела на него впечатление, как и на местных ему помогающих.

О том, что итоговый результат тоже надо будет срастить, я подумал сразу же, когда занялся изготавливать вязку. Сделаю новую матрицу, и всё будет работать хорошо. Конечно, итоговое качество будет хуже процентов на пятнадцать, но для стены этого хватит за глаза. Такую стену не то что тараном, танком не пробить.

— Сейчас зайду к Горбуну, нарисую ему матрицу, а его умельцы уже сделают нормально. И дальше двое-трое толковых ребят с накопителями справятся сами. Главное, следи, чтобы они всё правильно делали. По стенам во всем остальном все хорошо. Мне нравится. Нам этого вполне себе хватит.

Парень кивнул, но не ушел, а так и стоял рядом со мной. Нужно ещё что-то?

— Давай, рассказывай, уже не томи. Вроде ты никогда не был таким робким. — решил я его подбодрить.

— Обстоятельства меняются, мастер. — пожал плечами парень. — Вчера ты был просто мастером рун, который управлял непонятно кем, а сегодня ты официально признан правителем, пусть это и проклятая яма. Это достаточно серьезное повышение. Я хотел спросить про наше дальнейшее устройство. Как ты собираешься все это оформить, когда мы выйдем наружу?

Вопрос поставил меня в тупик, и я, откровенно, замешкался.

— Оформить что именно?

— Нас всех, людей с клеймом, армию, все производство, всю эту махину, которая здесь сейчас строится. Потому что там, снаружи, это должно как-то называться, и у этого должна быть структура, которую должны понять другие.

— Ладно, хорошо, — согласился я. — Только давай сразу к делу, не совсем понимаю, что ты хочешь услышать.

— Я говорю о секте, мастер. Может быть, ты, конечно, это не планировал, но по всем признакам, которые я знаю из большого мира, у тебя уже здесь есть секта, смотри сам. Татуировки верности, единый лидер, иерархия, общие ресурсы и закрытая территория. Любой человек, который увидит наших людей с клеймом на предплечье, первым делом спросит, к какой секте мы принадлежим.

О сектах, по сути я знал только то, что успел нахвататься в свое время в Шэньлуне и в Степи. Закрытое авторитарное общество с жестоким уставом, ставящее себя превыше всего. Секта, куда меня позвал мастер Цао, она, по сути, из себя не представляла ничего. Я был просто его учеником, который состоял в непонятной организации из двух человек и не более того, никаких обязательств я вроде и не давал, хотя посвящение было красивое и торжественное.

То есть, я уже состоял в Секте Каменного Молота, которую, собственно, и возглавлял мой учитель. Говорить об этом Гвоздо я не стал, пусть пока это будет мой маленький секрет. Но раз у меня нет никакого клейма и клятвы верности, то я и правда могу организовать свою собственную отдельную секту. Вот это было интересно, нужно было узнать об этом поподробнее.

— В принципе, я ничего такого не планировал. Но, как я понимаю, у тебя есть какое-то решение или ты готов мне объяснить, почему нужно стоит делать именно так. Правильно?

— Тогда ты удивляешь меня, мастер, потому что это вполне логичное решение любого практика, создать свою собственную секту. Ведь у тебя для этого есть все необходимые ресурсы.

— С этими ресурсами еще нужно разобраться, есть они или нет. Ее же нужно где-то зарегистрировать, эту всю активность, чтобы они о ней знали. А здесь я что-то не вижу никого.

— Нет, мастер, ты категорически не прав. Секта в мире практиков, это объединение людей вокруг одного лидера, связанных общими делами, общими ресурсами и общей клятвой. Никакой регистрации не нужно, и никаких разрешений, само собой. Достаточно того, что ты объявляешь себя главой секты, даешь ей имя, и твои люди при встрече с чужаками говорят, что они представители такой-то секты. Все, с этого момента ты существуешь.

— То есть ты просто говоришь, и никто не придет проверять, поверив в твои слова?

— Проверять что? Право на существование? — Гвоздо хищно улыбнулся, показывая белые зубы. — Мастер, секты появляются и исчезают каждый год сотнями. Большинство состоят из нескольких человек, которые нашли пещеру с повышенным фоном этера и решили, что они теперь великая сила. Через полгода их съедят звери, либо ограбят соседи, а то и сами разбегутся. Серьезные секты, те, которые существуют столетиями и дольше, устроены иначе. Ведь у тебя есть самое главное, закрытые территории, на которых ты можешь воспитывать своих собственных практиков и обучать их технике и культивации.

У меня в голове сразу промелькнула мысль о том, что он прав. Ещё с порталами разобраться и действительно территория будет настолько закрытой, что никто не попадёт. А кто проникнет, тут же пожалеет, если это конечно не супер сильный практик уровня ядра, но от такого мне пока самому отбиваться нечем. Если только не бить его тубусом по голове, выпуская сидящую там тварь.

— С этим я соглашусь, — протянул я задумчиво. — Интересно. Давай продолжай, я хочу послушать, что ты мне расскажешь.

— Давай тогда просто обрисую структуру того, как должна существовать секта. — Практик. присел на землю и принялся чертить пальцем прямо по земле, показывая мне структуру. — Всё определяет внутренний круг. Это ближайшие к главе люди, которым он полностью доверяет. Обычно во внутреннем круге находится от трех до десяти человек. Они знают все секреты секты, имеют доступ к лучшим ресурсам, и глава лично занимается их развитием. Взамен они связаны клятвой, которая сильнее любого контракта. И клеймо как раз подходит под её условия.

Палец сделал второй круг.

— Средний круг. Здесь идут командиры, мастера и опытные бойцы. Люди, которые доказали свою ценность, но еще не заслужили полного доверия. У них есть привилегии и доступ к ресурсам получше, чем у рядовых, но стратегическую информацию им не дают. Они знают ровно столько, сколько нужно для выполнения задачи.

— Да, логику я уловил. И внешний круг, где все остальные, да?

— Почти. Право попасть во внешний круг всё равно нужно заслужить. Есть ещё номинальные члены секты, никуда не входящие. Повара, обслуга, рабочие и прочее, прочее. Всё же секта - это в первую очередь боевое объединение и не все, относящиеся к ней, хотят принимать участие в боевых действиях.

Собственно, ничего нового Гвоздо мне не рассказал, но зато его структура очень хорошо ложилась на то, что создавалось в нашей тесной компании. В принципе, почему бы не организовать настоящую секту? Я просто никогда не думал в этом направлении, как-то не заморачивался. Зато действительно, я собрал все, пусть это хоть и интуитивно, по кусочкам, решая текущие задачи, даже не задумывался о том, что для этого есть уже готовое название и устоявшаяся форма.

— Я подумаю над твоим предложением. В принципе, оно мне нравится. Нужно только придумать название, но этим мы займемся попозже. А теперь я хочу понять, для чего ты мне это рассказываешь. Ты ведь тоже чего-то хочешь?

— Силы, мастер. Я, как и любой практик, хочу силы. А для этого я хочу попасть во внутренний круг. И не ради власти или привилегий. Мне нужны мои каналы. Ты знаешь, в каком я состоянии. Я видел то, что ты делаешь со Тарном. Парень был развалиной, а теперь держит удар и контролирует выбросы энергии. Если ты можешь то же самое сделать со мной, я буду полезнее и вернее в десять раз. Ты с местными аборигенами тоже делаешь удивительные вещи. Они становятся сильнее с каждым шагом.

Я поморщился. То, что мои занятия с практиком каналов и переделка раненых не пройдут незаметно, было очевидно. Но то, что из этого можно извлечь для себя пользу, об этом мог додуматься только человек, который попал в яму со стороны. Местным же было абсолютно плевать.

— Зайди ко мне вечером, я посмотрю твои каналы, — сказала я. — Как раз закончу с делами на поверхности. Обещать ничего не буду, пока не увижу, что там внутри. Но если твои повреждения такие же, как у Тарна, а скорее всего так и есть, то я действительно смогу помочь. Не только почистить, но и открыть те, которые ты не смог открыть сам.

Практик широко улыбнулся, хотя и немного растерялся, не ожидая, что так быстро и положительно отвечу на его предложение. Впрочем чему удивляться, ведь я мог даровать ему силу. Даровать то, что не способен сделать никто в этом мире. А сила, как я уже давно понял - это самое главное.

— Только ты пока ни в каком внутреннем круге не состоишь, — сказал я. — Но я посмотрю на то, как ты работаешь, о чем думаешь и чем занимаешься. И когда буду его формировать, возможно, там будет и твое имя.

— Я принимаю, мастер, и благодарен тебе за это.

— Рано пока благодарить.

На этом наш разговор был закончен, и я оставил практика заниматься постройкой крепости, в то время как сам направился к Горбуну, где быстренько нарисовал ему необходимый чертеж для слияния, именно так я решил назвать эту связку. Заодно и объяснил, что это такое и для чего предназначено. Уже потом, когда она будет изготовлена, мастера Горбуна пройдут вдоль стены и проделают всю основную работу по ее укреплению.

Нужно было идти назад на четвертый ярус, заниматься и разбираться с вопросами энергоснабжения сектора. Я хотел обеспечить все верхние ярусы хотя бы освещением, чтобы это помогло людям и уменьшило бы количество светильников, которые необходимо было постоянно перезаряжать.

Далеко уйти не успел, меня практически сразу перехватил алхимик. Он выглядел так, будто не спал вообще, потому что глаза у него были красные, а на щеке виднелась какая-то зеленая полоса, похожая на след от растертого листа. А в руках он нес с собой каменную ступку. Откуда только достал, обычно вся посуда тут использовалась из дерева.

— Послушай, мне нужно с тобой поговорить. — Быстро протараторил, старик, — прямо сейчас.

— Я сегодня, наверное, не дойду обратно, — улыбнулся я. А у меня там еще куча дел, мне еще энергоблок нужно настраивать.

— Да подождут твои дела. Они три тысячи лет ждали, еще полчаса потерпят.

Понимая, что спорить с алхимиком бесполезно, я в очередной раз громко выдохнул и пошел за ним к навесу, который он оборудовал себе как временную лабораторию. Он решил пока оставаться на поверхности, не слишком-то его манили каменные своды новых помещений. Старик ворчал, что он так слишком много времени провел, не видя света, и решил остаться здесь, наверху. Под навесом у него стоял грубый стол из облезшего железного дерева, а на нем куча разных глиняных плошек, костяные ложки и разные мешочки с непонятным содержимым.

— Мне тут Клык вчера притащил кое-что интересное. — Начал Хуо, усаживаясь на чурбак и пристраивая ступку на коленях. — Болотный мох с дальнего края, корневища которого мы раньше не трогали. Еще какую-то дрянь, похожую на грибок, который растет на костях мертвых рогачей, валяющихся в болоте. И вот с ней я и провозился полночи.

Несмотря на то что мне очень сильно хотелось самому заняться алхимией, поднять навык зелейника как можно выше, может быть, получить даже специализацию или новую профессию в системе, сейчас алхимия была не в приоритете. Это был как раз тот случай, когда можно было отложить дело на потом, и пусть она лежит дальше до лучших времен.

Я планировал напроситься к нему в ученики, позаниматься пару месяцев как раз для того, чтобы добить до десятки, научиться варить какие-нибудь несколько зелий, интересных мазей, может, пилюли делать. Не только типа той, которую я сделал, но настоящие алхимические пилюли, которые способны работать и усиливать практиков, хотя бы начинающих.

А тут, когда Хуо начал говорить, причем быстро, пытаясь перескакивать с мысли на мысль, потому что он явно был увлечен, мне осталось только слушать и кивать. Конечно, мазь для ожогов была нужна, да и порошки всякие сгодятся, это все хорошо. Вот только зачем мне это сейчас слушать?

— Мастер Хуо! — остановил я его поток речи. — давай, пожалуйста, ближе к делу. Сегодня все стараются меня отвлечь от моих дел и подходят к рассказам очень сильно издалека. Давай подробности.

— Подробности такие, что всё плохо. Я думал, что здесь на поверхности куча разных интересных ингредиентов, которые позволят мне стать богом среди алхимиков. А на поверхности что оказывается? А на поверхности оказывается, что всё это абсолютно одинаковое. И как ты его ни смешивай, более чем пять, максимум десять видов пилюль ты ничего не сделаешь. Это всё бесполезная хрень, — выругался старик очень эмоционально.

— Ну, зато вся эта бесполезная хрень наполнена этером так, что он чуть ли не льется отовсюду, — сказал я. — И в чем тогда вопрос?

— Я пришел к тебе, думая, что ты поможешь мне заняться интересным делом, развеять мою старческую скуку. Буду откровенен, — ответил алхимик. — А в итоге что? В итоге я за ночь перебрал все варианты, которые только можно, и больше мне нечем здесь заняться. Что мне теперь, в лесорубы, что ли, отправляться? Пусть последние семьдесят лет я занимался здесь всякой фигней, я, по сути, просто бездельничал, но я все равно являюсь серьезным алхимиком, который стоит на достаточно высоком уровне. Да я знаю, как работать с тысячей и одним элементом.

— Ну, меня в этом обвинять точно не стоит, это уже ты сам смотри по обстоятельствам. А если вот так.

Я запустил руку в свою пространственную сумку и достал оттуда маленькую колбу, запечатанную пробкой. Внутри, если посмотреть на свет, можно было различить густую жидкость.

— Что ты сможешь сказать про вот эту вещь?

— Если ты думаешь, что сможешь удивить меня каплями какой-то непонятной чуши… Это что такое? — Завис старик, Пытаясь рассмотреть содержимое стеклянной колбочки. — Это что, это то, что я думаю?

— Ну, это зависит от того, что ты думаешь.

— Это настоящая кровь дракона? — прошептал он тихо, оглянувшись по сторонам, будто нас кто-то подслушает. — И сколько здесь? Как минимум три капли. Ты ограбил императорскую сокровищницу, да? Но я не хочу об этом ничего знать.

— Никого я не грабил. Сдались мне твои императорские сокровищницы. А здесь ровно три капли, всё верно. Можно сказать, достались мне в качестве награды за одного маленького зверька.

В общем, алхимика удивить я смог. Он даже не попытался взять у меня колбу из рук, так и разглядывал её со стороны. А мне стало интересно, как он смог понять, что это такое, если у него, в принципе, отсутствует система и возможность пользоваться навыками. То есть это внутренний опыт, чутьё? Что это? Как это развивается со стороны обычных местных алхимиков или рунных мастеров? Просто люди на опыте? Спрашивать про это я, конечно же, не буду. Секрет Системы и то, кем я являюсь на самом деле, должен остаться секретом до самого конца. Нет смысла рассказывать его всем.

— Знаешь, я когда-то видел рисунок. Один раз в жизни, в книге своего учителя. Там было описание и зарисовка цветом.

— Как мне сказал мой учитель, — я воспроизвел интонацию мастера Цао. — Чисто теоретически, все, кто носит эту штуку с собой, носят с собой настоящую смерть.

— Твой мастер был прав, потому что он прекрасно понимал стоимость того, что я сейчас вижу перед глазами. Там, откуда я родом, за одну каплю можно было купить небольшой город. Понимаешь? С людьми, с землей, со всем, что в нем есть. Как минимум пятьдесят тысяч человек будут жить и трудиться на тебя, и он будет стоить дешевле, чем-то, что ты держишь сейчас в руках.

— Ну, я примерно так и представлял, — кивнул я ему в ответ. — Как видишь, у меня их целых три штуки, и я бы хотел понять, что можно с ними делать в принципе, потому что они слишком долго находятся у меня, и слишком долго я не знаю, зачем они нужны. Нет, стоимость я их представляю, само собой. Я думал, что они пригодятся мне для рунного мастерства, но я совершенно не знаю, как использовать кровь в данном случае.

— Для рун это всё будет баловство, — отмахнулся старик. — Ты понимаешь, три капли для рун, слишком мало. Это нужно минимум капель двадцать, чтобы создать себе полноценный доспех и оружие, которые сделают тебя равным как минимум практику закалки ядра. Вот тогда да, здесь можно подумать. А с тремя каплями ты ничего не вывезешь. Ну, сделаешь ты себе меч, а что толку? Любой сильный практик отберёт его у тебя запросто, потому что у тебя не будет необходимой защиты. Только для алхимии. Хотя, если у тебя есть еще, то можно и подумать.

— Нет, у меня больше нету. — Покачал я головой. — Я не на рынке их подобрал, сам понимаешь. Сколько попалось, столько попалось.

— Тогда советую использовать их для пилюль. Понимаешь, это же не просто пилюли, это пилюли, которые сломают потолок. Для практика, который застрял на переходе между шагами, обычная пилюля дает только толчок, а эта штука не будет толкать. Она возьмет тебя за шкирку и перебросит за стену. Практик на последней ступени закалки крови, выпивая такую пилюлю, получает очень большой шанс прорваться на ступень каналов.

А эта информация оказалась для меня весьма ценной. Сейчас, находясь на начальной ступени закалки органов, я всё еще представляю собой малюсенького червяка, который в настоящем мире силы не представляет из себя никакой ценности и нет никого рядом, такого же как я, который сможет помочь мне со стороны.

Более-менее со мной бы начали разговаривать только когда я стану практиком закалки каналов, а для этого мне еще, по моим подсчетам, мне еще лет десять минимум, может и поменьше, конечно, но для этого придётся устроить геноцид зверья в болотах. Для чего опять же мне нужно прокачать как минимум сотню практиков-бойцов на достаточно серьезный уровень, как минимум до ступени Рена. На что опять же нужны ядра.

В общем, дефицит был во всем. Если изначально, после того как я начал разбираться в том месте, где нахожусь, я строил перед собой достаточно радужные перспективы по дальнейшей своей прокачке, то сейчас эти перспективы все время сдвигались со сроком вправо. И это несмотря на то, что все равно мой рост как практика был просто невероятным.

Поэтому по всем показателям и раздумьям всё во мне говорило, что мне необходимо оставаться в Яме как можно дольше, чтобы прокачаться максимально сильно. И что абсолютно нет смысла возвращаться к мастеру Цао именно сейчас.

Моё беспокойство о том, что Лотосы к нему придут и что-то начнут предъявлять, прежде всего развивались от того, что это была моя личная тревожность и привязанность к этому человеку и моему ученику Сяо. На самом деле Лотосам вообще не нужен мастер, как и территории, на которых он живет. У них свои дела и свои задачи, которые они пытаются выполнить после того, как их секту практически уничтожили и выгнали из города.

Также я прекрасно понимал, что древний род мастера способен защитить его и преодолеть защитную формацию, которая охраняет долину от посещения сторонних людей, готовых причинить вред роду Горновых практически нереально. И живут они себе там вполне поживают, думая о том, что я погиб где-то далеко.

Так что я буду искать возможность добраться до мастера, это бесспорно, но при этом сама Яма мне также необходима. Уже сейчас я нахожусь на уровне мастера, а скоро стану еще сильнее. И бросать такое место только для того, чтобы жить в долине, особенно сейчас, когда я стал местным владетелем, ну очевидно, что нет, оно того не стоит. Я вернусь, обязательно к ним вернусь. Затем я найду Алекса и заберу его с собой, об этом я тоже не забыл. Но чуть позже, когда за моей спиной будет стоять реальная сила, если, конечно, у меня получится.

— Я так понимаю, что эти пилюли сделать ты можешь.

— О да, мастер, еще как могу! А с теми накопителями, которые есть у Горбуна, они получатся просто идеальными, эта пилюля потребует невероятно много энергии для создания! Ты сумел меня по-настоящему удивить уже второй раз за наше не самое длинное знакомство.

— Это хорошо. Тогда вот что я предлагаю, ты делаешь три пилюли, и одна из них твоя в качестве награды за работу.

— Это, конечно, интересное предложение, но сейчас абсолютно бессмысленное, — ответил старик, и в его голосе не было ни капли жадности или сожаления. — Я на третьем шаге закалки мастер. Даже если я буду пить твои пилюли из горького корня каждый день и медитировать по двенадцать часов, я перейду на четвертый шаг где-то через пару лет, а до пятого мне понадобится еще больше. Так что отдай эту пилюлю тому, кто заслуживает ее гораздо больше, кто сможет ей правильно воспользоваться. Мне хватит того, что я буду знать, что мои руки работали с драконьей кровью. Это уже больше, чем любой алхимик моего уровня может просто мечтать. Но у меня есть для тебя один маленький совет.

— Ну, отказываться не буду, давай выкладывай.

— Одна из пилюль должна быть сделана для твоего зверя. Там рецептура будет немного другой, потому что человеческая основа ему не подойдет. Если я все сделаю правильно, а я тебе гарантирую, что я все сделаю правильно, пилюля даст ему толчок для перехода на следующую стадию роста. Я не могу сказать точно, что изменится, я никогда не работал с такими зверями, но энергии в одной капле хватит, чтобы серьезно перестроить его тело .

Не согласиться с предложением алхимика я не мог. Для меня Бабай был очень важной частью моей жизни, поэтому, если эта пилюля поможет сделать его еще сильнее, отказываться от этого точно не буду. Да если надо, я скормлю ему все три пилюли.

На этом наш разговор был закончен, и я наконец смог вернуться назад на четвертый этаж. Только вот опять, мои планы немного изменились. Впрочем, в первый раз что-ли?

--

кстати, предлагайте в комментах название секты, если вдруг они у вас есть)

Глава 4

В интерфейсе, отметка на прокачке перед следующим шагом, стояла на семидесяти девяти процентах. По-хорошему, мне нужно было стартовать где-нибудь на восьмидесяти пяти, но ждать я не стал, особенно в свете тех событий, которые намечались в будущем. Очень уж мне хотелось побыстрее добраться до возможности принять пилюлю алхимика и получить наконец настоящую силу при переходе на закалку каналов.

Поэтому вниз я решил снова не спускаться, остался в своей мастерской в руинах возле первого яруса, где приказал никому меня не трогать в течение пары дней, пока я занимаюсь культивацией.

Ядер, особенно крупных и мощных, теперь у меня было с запасом. Целых три мы получили после битвы, и тратить их на более мелких практиков смысла не было, только расходовать энергию. Для них и так хватало ядер. Да и в конце то концов. Если уж я собрался стать лидером секты, то мне нужно быть сильнее всех. Глава секты, клана, семьи, любого в принципе образования, в мире Сферы должен быть способен за своих людей постоять. Так что выбора по сути не было.

Я прикрыл мастерскую занавеской, уселся на кровать, закрыл глаза и начал медитировать. В отличие от всех предыдущих раз, этот раз планировался быть в новинку благодаря тому, что я теперь использовал не наружный артефакт, а внутреннюю структуру Сердца Рун. И неплохо потренировался на бедном Гвоздо, перед тем как заняться собой.

Работа через Камень Бурь всегда ощущалась как работа с внешним инструментом, а сейчас же, когда я вызвал Сердце Рун в пространстве интерфейса, ощущения оказались совершенно другими.

При работе с собой, я немного опасался потерь при фильтрации этера, но она происходила в прямом смысле в моем сознании, и я видел, как мутный поток энергии живого ядра входит, с одной стороны, проходя рунные цепочки артефакта, и превращается в чистый, готовый полностью к усвоению. При этом скорость была на треть выше прежней, раньше какая-то часть энергии терялась на этапе передачи от внешнего артефакта к телу, а теперь этого этапа просто не существовало.

Также для подкрепления перехода я использовал кольцо-концентратор и десять бочонков-накопителей из горького корня, каждый из которых был заряжен на пять тысяч единиц. Оттуда я также тянул энергию одновременно с поглощением из воздуха, выстраивая два параллельных потока, которые сливались уже внутри меня.

Внутренние органы уже прошли начальную стадию изменений. Я прекрасно помню, как это было в первый раз, когда органы словно на сковороде обжигали, а потом заливали холодной водой, и так по кругу, пока не отключишься или не привыкнешь к боли. Средняя стадия оказалась немного хуже, потому что этер проникал гораздо глубже, не просто касаясь поверхности, а забираясь в саму структуру тканей и усиливая их на уровне, который я не смог ни контролировать, ни видеть щупом.

Еще мне казалось, что после перехода на закалку органов я уже выгнал из себя все шлаки, но это оказалось не верно, черная маслянистая жидкость снова начала выступать из пор. Она воняла так, что если бы я не был сосредоточен на другом, то выбежал бы сломя голову из комнаты. Хорошо, что снять рубаху догадался и штаны.

Думаю, что, если бы находился в открытом мире, где этер был более чистым, такого количества шлака во мне не было бы. Находясь же в Яме, я постоянно накапливал, независимо от того, хотел я этого или нет, дикий этер, который, соответственно, очень разрушительно воздействовал на все мое тело. Я так понимаю, это одна из причин, почему сильные практики попадая в Яму деградировали, а не развивались поголовно до стадии Ядра.

А как представил, что со мной будет на закалке крови, с учетом того, сколько времени я здесь уже провел, то мурашки побежали по телу. Там я похоже действительно испытаю такие болевые ощущения, которые до этого, наверное, еще не испытывал.

На самом деле переход прошёл достаточно быстро. Я даже половину накопителей не использовал, правда все три ядра пришлось пустить в дело, прежде чем наконец-то перед глазами возникли те строки, которые я ждал.

Прогресс развития. Закалка органов — 2. Средняя стадия.

Что ж, можно с удовлетворением говорить о том, что теперь я точно сильнее мастера Цао на момент нашего с ним расставания. Так то он наверняка тоже на месте сейчас не сидит, тем более у него есть мотивация для развития: найденная жена, Сяо и целая куча оболтусов, свалившаяся на шею. Ну и конечно же моё исчезновение.

Вслед за этим система неожиданно решила меня наградить еще некоторым повышением других навыков.

Навык повышен: Поглотитель — 9.

Навык повышен: Стальной Разум — 4.

Если долгожданное повышение поглотителя меня обрадовало, то вот повышение стального разума откровенно удивило. Стальной разум повышался только от ментальных нагрузок, либо атак на сознание, то есть чего-то такого, что Система могла расценить как угрозу разуму. Получается очень странно, я сидел в безопасном месте, никто меня, соответственно, не атаковал, если не считать моих собственных органов, которые, казалось, пытались убить меня изнутри.

А потом до меня дошло, фильтрация через Сердце Рун шла внутри интерфейса, то есть внутри моего сознания. И весь этот поток грязного этера, который раньше обрабатывался снаружи, теперь проходил непосредственно через мой разум, создавая тем самым нагрузку, которую я даже не замечал за болью от культивации. Но система-то это заметила и засчитала как тренировку. Вот такой побочный эффект, о котором я даже не подозревал, и, пожалуй, один из самых полезных побочных эффектов за все время моего пребывания в этом мире.

Я аккуратно встал, покачнувшись, затем уперся в стену и простоял так, наверное, несколько минут, прежде чем мир перестал плыть перед глазами. Потом осмотрел себя и понял, что выходить в таком виде к людям категорически нельзя, я был покрыт черной слизью с головы до ног, и от меня, как обычно, несло так, что даже Бабай, наверное, убежал бы, хотя он-то привык к моим выходкам.

За стеной у меня всегда стоял часовой, он же гонец на случай непредвиденных обстоятельств и не прошло и получаса, как я был чист, мастерская была вымыта до блеска, и я наконец-то смог почувствовать себя новым человеком. Правда, мастер Цао, которого я в последнее время упоминаю чуть ли не каждый час, и он, наверное, от этого чихать не перестает, так вот, мастер, наверное, побил бы меня за то, что я практически не тренируюсь. Моя физическая форма была совершенно не близка к идеалу, к которому стремился мой учитель, создавая из меня сильного практика и боевика.

У меня просто физически не было времени для того, чтобы уделять его ещё и на полноценные тренировки. Я, конечно, утром делал разминку, а вот времени на спарринги и серьезную проработку техник вообще не оставалось. Как практик я был достаточно высокого уровня, но при этом я практически не имел боевых или других техник, которые необходимы мне для развития, и пользовался только тем, что досталось мне с помощью системы. А ведь у каждого серьезного практика должны быть и свои техники, либо которые он развил сам, либо которые он изучил. Конечно, про самостоятельное создание техник я пока не думал, этим могут заниматься только практики уровня закалки каналов, но для изучения каких-либо техник как раз было самое то, осталось только эти техники найти. Нужно будет заглянуть в хранилище, так как теперь у меня есть доступ к тому, чтобы расшифровать и изучить хранившиеся там данные, и, возможно, я найду что-нибудь для себя подходящее.

Тем временем до меня добрался Клык, который тут же сделал короткий отчет, который меня немного озадачил.

— Они снова начали приходить, — сказал он вместо приветствия, останавливаясь возле меня и смотря на меня немного озадаченно.

— Кто они и зачем начали приходить?

— Люди, мастер, конечно же, люди. Сегодня триста человек пришло. Как минимум пять родов снялись с мест северного края, из тех, что за болотом, и пришли под нашу защиту.

— Ну так это, в принципе, хорошо, — задумчиво протянул я, раздумывая о том, что если сейчас повалят люди большой толпой, то нужно будет куда-то их снова распределять.

— Вот только у нас никаких расчетов не было на то, что эти люди к нам придут. Среди них охотников почти пять десятков. И все равно им нужна еда, потому что они ушли с минимальными запасами из своих родных мест и теперь стоят, ждут наверху, когда мы что-то с ними будем решать. А еще они хитрые, потому что пришли налегке. И, видимо, решили, что раз ты теперь тут царь, то ты их и будешь кормить.

— Во-первых, я не царь. — Логично заметил я. — Титула как такового у меня нет, я просто хозяин этого места, не более того. А насчет того, что они думают, что я буду их кормить, так это логично с их стороны.

— Ага, только это нелогично со стороны наших припасов, — ответил Клык. — Мы как бы вроде остановились на приеме людей. Все наши перебрались уже на первый ярус и собираются переходить ниже. А что с этим-то делать?

— Пока поживут на поверхности, — ответил я. — Помогают строить крепость и занимаются охотой. И пусть они Ветке помогут с полями. Вроде как Горбун обещал уже столбов понаделать, так что можем еще полей пять сверху поставить, почему бы и нет. В принципе, ну что тут еще сказать? Больше нечего. Без клейма я их вниз спустить не могу.

Проблему нужно было решать. Спускать людей на четвертый уровень я все-таки в большом количестве не стал. Там могли пока находиться только люди, на которых было нанесено мое клеймо, остальным там места не было. Во-первых, я боялся, что големы с пятого уровня среагируют не сильно положительно на тот момент, что там, чуть выше них, шляются неопределившиеся люди, которые ими и стражем прежде всего воспринимаются как враги. И пока эту проблему я не решил, понимая, что потрачу на нее месяцы, если буду заниматься сам. Нужно было изготовить новое клеймо, которое были бы способны наносить другие люди.

— На первом ярусе места вроде много, но очень большие площади занимают бойцы для тренировок, поэтому людям приходится ютиться практически по бокам яруса, — пожаловался Клык. — А это не очень хорошо, тем более что Глубинщики забрали себе самые лучшие места, и мы, как Корневики, вынуждены соглашаться с этим, потому что мы тут гости.

— Драки пресекать сразу, — сказал я жестко. — А будут зарываться, отправляйте их к Гарде, пусть она их отоварит как следует. Дай мне день, я решу вопрос с клеймом, и наконец-то мы начнем заселять четвертый ярус. Там как раз все будет для этого готово.

Задача была достаточно серьезной. Все-таки мне нужно было не просто сделать клеймо, а сделать так, чтобы его могли наносить на других людей люди, которые были связаны со мной и имели, по сути, минимум из моих возможностей. Прежде всего, это были все те самые шесть татуировщиков, с которыми я работал, когда мне нужно было создать уникальные орнаменты для каждого из своих бойцов.

Поэтому теперь клеймо, по сути, состояло из двух основных частей. Первая часть, это одиннадцать рун моего рунного имени, расположенных в определенном порядке. Эта часть должна была оставаться неизменной для всех. Именно по ней големы и мой панцирный мост опознавали своего.

Вторая же часть, это индивидуальный орнамент вокруг ядра, тот самый свободный рисунок, который создавал уникальную частоту и не позволял сознаниям людей сливаться, как это чуть не случилось ранее, я их едва успел разделить. И первую часть я, с появлением Сердца Рун смог бы разработать и стандартизировать, сделав так, чтобы имя можно было штамповать, как штампуются рунные пластины для доспехов, только вместо дерева и кости использовать кожу.

Я достал из пространственной сумки кусок кости рогача, материал, из которого Горбун обычно делал матрицы для пресса. И, немного задумавшись, принялся проектировать. Дизайна либо какой-то общей структуры у меня не было, но я постарался, чтобы это выглядело красиво, и одиннадцать рун смогли лечь полукругом, как серп.

Специально даже выбрал такую форму, она хорошо ложилась на предплечье и оставляла достаточно места как раз для того самого индивидуального дополнительного рисунка.

Сердце Рун висело у меня перед глазами в виртуальном пространстве, я одновременно работал руками и проверял каждую руну модели, сверяя физическую резьбу с виртуальной проекцией. Это было удивительно удобно.

Раньше мне приходилось держать все в голове, а теперь я мог буквально наложить одно на другое и видеть расхождения, но от такой ручной работы придется отступить. Нет уже никакого смысла работать руками. Поэтому я отставил испорченную заготовку и взялся за новую.

Нужно привыкать к тому, что я теперь совершенно по-другому могу использовать руны и рунные связки. Я могу вообще уменьшить свое клеймо настолько, что оно будет практически незаметно на человеческом теле. То есть при желании я могу спрятать клеймо для человека, и никто никогда его не увидит. Но сейчас этим заниматься смысла не было, поэтому я оставил идею с рисунком как основную, собрал модель в артефакте, а затем с помощью накопителя вплавил ее в кость.

И вуаля, эврика и прочая куча слов, которые можно было бы выкрикнуть, когда ты буквально переходишь на новый уровень производства!

Всё остальное теперь зависит только от того, какое количество этера присутствует рядом и способен ли я переносить нужные связки рун из артефакта на предмет. Мне даже проверять особо не надо было, будет ли работать или нет в штампе, потому что я был абсолютно точно уверен, что работать он будет.

Человеку достаточно будет приложить его к руке, а потом накачать этер. Пять сотен единиц энергии выжгут клеймо в нужном качестве на теле человека, а затем уже вручную татуировщик добьет необходимый рисунок в таком стиле, в каком он сочтет нужным. На этом все.

Также я быстро сделал еще пять точно таких же штампов, с которыми можно было работать и сам уже нашел Клыка, которому я отдал их вместе с небольшой инструкцией, где было написано, что и как нужно делать. Старейшина, мягко говоря, очень сильно удивился тому, с какой скоростью я принес ему готовое решение.

— Сначала пусть татуировщики займутся нашими людьми и поставят клеймо всем, кто на первом ярусе, — распорядился я. — А затем уже тем, кто находится наверху. Не будем распылять наши силы. Каждый день не больше сотни человек.

Ограничение по количеству я сделал сознательно, потому что не знал, как отреагирует моя голова, если в течение дня к ней присоединится как минимум тысяча человек. Это был бы уже, наверное, перебор. И хотя мой навык при этом должен прокачаться, что вполне логично, но как только я представил себе эту уйму точек в голове, у меня она заболела еще до того, как это случилось на самом деле.

— Значит, мы можем заводить людей на четвертый? — тут же спросил Клык.

— Да, само собой, — согласился я. — Пусть те, кто сегодня получат татуировку, завтра и отправляются. И так каждый день. Потихонечку будем заполнять четвертый ярус людьми. Тем более что работников там сейчас понадобится много, нужно собирать урожай с полей и подготавливать ярус для остальных жителей.

Спихнув с себя все возникшие обязанности, я наконец-то смог потратить время с пользой и следующие двое суток провел в режиме, который назвал бы авральной работой. Так как я был единственным инженером и человеком, способным ориентироваться в схемах, которые были в моей голове, то только я мог этими делами заниматься, и переложить эти обязанности мне было совершенно не на кого.

Мне пришлось постоянно перемещаться между ярусами и возиться с энергоблоками, которые находились там, перенаправляя потоки на верх, чтобы обеспечить базовое освещение не только на первом и четвертом, но и на втором и третьем, тем самым осваивая все доступные площади.

При всех моих возможностях меня было слишком мало, чтобы сделать что-то по-настоящему большое. Основная причина была в том, что я не знал, где мне достать дополнительные энергетические мощности, разве что использовать свои накопители, а для этого мне понадобились бы как минимум несколько тысяч бочонков, что было слишком много в данном случае. Питание сектора шло по одной единственной нитке, которая вела от стен Ямы, и расширить его я просто не мог по той простой причине, что нечего было расширять.

Большая часть энергопотоков, что могли бы поступать в первый ярус, были разрушены. И они проходили сообщающимися сосудами между всеми секторами города, обеспечивая энергией всё огромное население и производство. А сейчас, когда сектор оказался живым в одном единственном экземпляре, эти потоки были недоступны по той простой причине, что всё в последних секторах было полностью мертво.

И чтобы разобраться, что там можно было починить, для этого сначала необходимо было добраться до этих секторов и понять, что там происходит. Это были пока не самые важные проблемы, которые мне предстояло решить, поэтому будущие раскопки и попытки пробраться в те места я оставил на потом.

По сути, за эти двое суток сделал всё, что мог, и большего я, в принципе, уже не добьюсь, можно заниматься другими делами, оставляя пока любые попытки расширения, а тем более какого-то производства на планы в будущем. Я очень обрадовался, когда меня отвлек довольный и улыбающийся Рен, нашедший меня на третьем ярусе, где я как раз запитал последние остатки энергоблока.

— Мастер, разведчики вернулись!

Новость была очень хорошей, поэтому я тут же поспешил на четвертый ярус, где, собственно, вся четверка ждала меня на центральной площади. Они все были живы, хотя и выглядели так, будто их пожевали и выплюнули, грязные, осунувшиеся, с красными глазами. Судя по всему, они очень торопились обратно для того, чтобы сообщить новости.

— Мастер, тоннель проходим на всем его протяжении, — доложил мне старший группы. — Завалов там вообще нет, ни затоплений, ничего нет. Просто труба, которая идет и идет наверх, пока не начинаешь думать, что она уже никогда не кончится.

— Это же прекрасная новость. То есть вы дошли до самого конца?

— До самого конца, мастер, — разведчик кивнул. — Только там туннель упирается в стену, гладкую, даже без швов. Такой просто камень, но на нем много рисунков, руны, в которых я не разбираюсь. Я не стал ничего делать, просто зафиксировал точку, и мы отправились обратно.

— Молодцы. Как сам поход?

— Очень тяжело, мастер. К концу было дышать сложно и неприятно. Воздух будто густой и не хочет залезать в легкие. И голова очень быстро начала кружиться. Мы с трудом добрались обратно.

Да, это совпадало с моими ожиданиями. И стена в конце тоннеля тоже была, в принципе, тем, что было логичным. Скорее всего, там стоит рунный замок, аналогичный тому, что закрывал вход с нашей стороны. И открыть его, скорее всего, могу только я, потому что замок реагировал на эту определенную последовательность, которую мог задать только управляющий. С другой стороны, никто не помешает нам сломать тоннель в любом его месте и попытаться пробиться наверх через него. Но есть у меня подозрение, что всё это было сделано специально, и лучше не делать так, как я только что подумал, а воспользоваться уже готовым выходом. И причины тут достаточно банальны. Ведь если мы можем так попробовать выбраться, то ведь кто-то мог бы так попробовать и забраться.

И, соответственно, там должна быть определенная защита вокруг туннеля, которая не должна, в принципе, этого позволить. Но это скорее были мысли моего внутреннего параноика. Во всяком случае, я бы сделал так, заминировал бы всё на протяжении туннеля и взрывал бы каждый раз, когда кто-либо приближался к нему, не используя те места, что предназначены для входа.

Разведчики были отпущены отдыхать и рассказывать другим о том, как они нашли выход из ямы. А я же пошел наверх. Мне нужно было поговорить с Клыком, и Горбуном. Нужно было что-то придумать для того, чтобы обеспечить трубу воздухом на всём ее протяжении.

Скорее всего, это будут рунные артефакты, которые я же и буду создавать. Но для этого мне нужны были ресурсы, прежде всего, а также возможность сделать необходимые заготовки и уже масштабировать с помощью Горбуна. То есть обеспечить производство новым рунным артефактом, который и будет создавать необходимый нам воздух в трубе, не давая нам и другим людям, которые пройдут через него, задохнуться.

На поверхность, словно поджидая меня, опять выплыла хорошая новость, вернулась старуха, а это значило, что она сделала все то, о чем я ее попросил, хотя точнее было бы сказать, что приказал.

Она всё так же предпочитала держаться на дистанции от общей массы людей и оставалась за крепостью в одиночестве. Поэтому мне пришлось добраться до неё самостоятельно.

— Мастер, я вернулась и принесла то, что ты просил.

Не дожидаясь моей просьбы, она тут же откуда-то из рукава вытащила передо мной две здоровенных портальных арки. Получается, что старуха имеет некий пространственный артефакт, который позволяет ей, как фокуснику из рукава, доставать такие здоровенные штуки, представляющие из себя, по сути, каменные арки и ничего более. В прошлый раз, когда они были активны, они светились бело-оранжевым светом.

— Как ты это делаешь? — первым делом спросил я, не обращая внимания на сами порталы. Меня интересовал только пространственный артефакт.

— Создателем в меня был встроен пространственный артефакт. — Довольно коротко отчиталась старуха. — Он представляет из себя комнату десять на десять шагов и такую же высоту, в которой могут содержаться припасы и ресурсы. Этот артефакт несъемный, он является частью меня.

— Это очень хорошо. — Я потёр руки, потому что понял, чем займусь в ближайшее время. Пространственный артефакт, который способен работать практически с любыми предметами по размеру, мне был очень необходим, а здесь я могу взять его копию и спокойно скопировать. — Надеюсь, пока ты их добывала, в эти порталы никто не погиб?

— Все было по твоему приказу, мастер. Никто не погиб, хотя Наира и ее люди восприняли исчезновение портала не очень положительно.

— На это мне пока пофиг. У них нет столько сил, чтобы атаковать меня или попробовать его забрать. Тем более, что вряд ли нас с тобой свяжут. Но есть еще один вопрос. Ты же можешь выйти за пределы Ямы?

— Ответ будет строго отрицательным. Моя сфера деятельности ограничена границами и не более того. Покинуть её я не могу. В случае моего прохождения за пределы границы я буду самоликвидирована.

— Жаль, конечно. — Я расстроился, потому что у меня была идея, как использовать старуху еще раз, ведь она могла гораздо быстрее перемещаться, чем другие люди. — Ну что ж, тогда ты свободна. Можешь возвращаться в шпиль, заниматься своими делами. Когда будет нужно, я отдам тебе сигнал.

В итоге внутрь сектора порталы пришлось тащить руками. Они были достаточно легкие, но большие и неудобные, Клык выделил мне несколько человек, которые и дотащили их до площади на четвертом ярусе, где я уже занялся ими непосредственно.

Все равно у меня оставалась надежда на то, что я смогу их использовать, и уже с ними тогда есть смысл в том, чтобы идти по туннелю дальше и попробовать поставить один портал там, оставляя один здесь. И тогда точки перехода сократятся максимально.

Используя Сердце Рун, я направил щуп внутрь ближайшего портала, пытаясь увидеть и разобраться в том, что находится. Внутренняя структура портала была невероятно сложной, и это я говорю как человек, который видел рунные конструкции Дариша, которые сами по себе были произведением искусства.

Но это было на совершенно другом уровне, еще более сложно. Тысячи рунных слоев, переплетенных в трехмерную спираль, уходящую вглубь камня, как корни дерева уходят в землю. И каждый слой был связан с десятками других, а каждая связка несла свою функцию.

Но самое главное, что мне не нужно было понимать всё для того, чтобы найти одну конкретную вещь, которую мне удалось сделать достаточно быстро. Я потратил всего сутки, прежде чем смог отфильтровать шум и сосредоточиться на том, что было важно. Мне нужно было найти якорную привязку, ту самую рунную последовательность, которая бы определяла, куда портал направляет объект и как связываются между собой эти самые объекты.

Я даже уже начал думать, что переоценил свои способности и перепривязка, в принципе, невозможна без полного понимания всей структуры, когда наткнулся на нечто, чего я точно не ждал здесь найти. Глубоко в управляющем слое портала, под всеми рудными цепочками и спиральными конструкциями, лежал протокол, который я опознал мгновенно, потому что видел его каждый день, когда открывал интерфейс.

Это был системный язык, та же структура и абсолютно тот же принцип, на которых работала моя собственная система, потому что-то же самое я видел, когда щупом проникал в Камень Бурь.

Из этого следовал просто однозначный вывод, порталы были изначально созданы для Помеченных Богами. Обычный практик, даже гениальный рунный мастер, будь он уровня Дариша, просто не смог бы перенастроить якорь, потому что не увидел бы управляющий слой. Для него портал так и работал в режиме включить и выключить без возможности менять параметры.

Что ж, это означало, что торговцы с южного континента, у которых Дариш купил портал, либо сами были Помеченными, либо работали на кого-то, кто был таким же, как мы. И эта мысль была немного тревожной. Хотя с тех пор прошло три тысячи лет, и я не удивлюсь, если они уже давно перемерли или переубивали друг друга.

И дальше всё уже было просто. Мне достаточно было найти идентификационные номера каждого портала, найти места, в которых необходимо было заменить другие похожие структуры, а отличались ключи не сильно. Я быстро заменил один сорокавосьмизначный ключ на другой и теперь имел перед собой ту самую необходимую мне портальную связку. Оставалось только их запустить для проверки, предварительно накачав этером оба портала.

Единственный момент, который мне пришлось отбросить, это тот факт, что теперь эти оба портала не работали на прием из своих старых точек. А это означало, что любой, кто попытается войти в портал с той стороны, скорее всего погибнет. Думать я об этом не хотел и надеялся, что мастер Цао точно не воспользуется порталом прямо сейчас. В любом случае, буду надеяться, что в них встроена защита от дурака, ведь арки выходных порталов и физически могут быть разрушены и лично я бы такое предусмотрел, если проектировал с нуля.

— Рен, — позвал я своего полководца и понял, что горло сухое, потому что за последние несколько часов я не выпил ни глотка воды. — Собирай бойцов, человек двадцать. Сейчас я протестирую кое-что, а потом мы пойдем по туннелю исполнять твою долгожданную мечту. Ты ведь хотел посмотреть, что находится за пределами ямы? Вот ты это и увидишь.

Глава 5

Стоило ли говорить, я даже моргнуть не успел, как Рен уже был тут, и вместе с ним почти пять десятков человек, которые были готовы идти на ту сторону и смотреть на мир первыми. Отмахнуться от такого жеста я не мог и приказал ему отобрать как раз два десятка бойцов, больше смысла не было брать.

Большинство молодых из тех, кто родился здесь, очень сильно хотели наружу и были готовы идти хоть в пасть к самому червю, лишь бы увидеть то, что они никогда не видели до этого. Но сначала, прежде чем организовывать полноценный поход, нужно было все же разобраться с порталами до конца, и тут я торопиться не собирался. Перенастройка удалась вполне успешно, отрицать этого я не мог, а теперь предстояли первые испытания.

Оба портала были выставлены на четвертом ярусе на расстоянии километра друг от друга так, чтобы они при этом не были видны друг другу из-за окружающих зданий. Это на тот случай, чтобы при активации они не взяли и не повлияли друг на друга каким-нибудь непредсказуемым образом, про который я мог, в принципе, не знать. Мало ли, вдруг такое расстояние считается слишком маленьким, и порталы при таких условиях эксплуатации предпочитают взрываться. Было бы весьма обидно.

Людей вокруг пришлось выгонять обратно на верхние ярусы, чтобы не мешали. И только когда Рен подготовил нужных бойцов и выставил оцепление на лестнице, преграждая путь на четвертый ярус, я занялся основной проблемой, которая была связана прежде всего с энергией. Порталы жрали этер буквально как не в себя, и мне пришлось подключить к каждой арке по четыре бочонка-накопителя из горького корня, в каждом из которых было примерно по пять тысяч единиц, итого сорок тысяч на пару.

В принципе, для тестов этого должно было хватить, но этот запас у меня был не бесконечный, и это меня, конечно, напрягало. Будет обидно, если окажется, что для переноса одного человека требуется такое количество этера, что нам придется неделю сидеть и ждать, пока Горбун со своими мастерами наделают нам накопителей. А потом всё это ещё и заряжать неделю.

Я аккуратно подключил первую арку к энергии, и она ожила практически сразу. Рунные цепочки на камне вспыхнули бело-оранжевым цветом и пробежали волной от основания к верхней точке. Внутри проема начала формироваться мерцающая пленка. Это было красиво, если честно, я даже залюбовался на несколько секунд.

Вторая арка ожила следом, и между ними произошел щелчок, едва слышимый. Я прямо почувствовал, как воздух между двумя точками натянулся и стал плотнее. Щупом я видел, что связь действительно есть, и уходит она куда-то за пределы обычного пространства.

Это значило, что канал работал, и того, что принцип работы я пока еще не понимал.

А еще, что меня расстроило, это то, что энергия расходуется постоянно, даже когда через портал никто не проходит. То есть просто на поддержание этой связи уходило примерно двести единиц в минуту на два портала. Грубо говоря, без подпитки с теми накопителями, что у меня есть сейчас, они продержатся часа полтора, ну чуть больше, а потом схлопнутся. Как говорится, бесплатных чудес в этом мире не бывает.

— Ну, кто хочет первым? — спросил я у Рена и стоящих рядом с ним бойцов, ожидающих проведения эксперимента.

— Мастер? — спросил меня Рен, — может стоит сначала попробовать на ком-то другом, а не на живом человеке?

— Умница ты, молодец! — я даже похлопал в ладоши. — Но знаешь, в чем беда? Никого другого здесь у нас нет. Что делать-то будем?

— Я понял, мастер, — тот нисколько не обиделся. — Дай мне немного времени, я притащу тебе ящерицу, отправлю людей, они добудут.

Пока мы ждали нашего первого экспериментируемого создания, я успел и покушать, отдохнуть и понаблюдать за тем, как энергия расходуется впустую. А потом в мешке мне принесли здоровенную ящерицу из тех, что обитала на поверхности вблизи болот. Ящерица была злая, кусучая, и очень сильно хотелось вырваться на свободу.

Но я забрал мешок, развязал горловину и вытряхнул ящерицу прямо в проем первого портала. Она даже земли коснуться не успела, точнее, каменного пола, мерцающая пленка ярков вспыхнула, и животное исчезло.

— Ага, — я озадаченно сказал вслух. — А с той стороны у нас ящерицу никто не ждет, и как мы узнаем, вылезла она там или нет?

Ситуация была откровенно глупой и даже смешной. Поэтому нам пришлось дружно идти в сторону второго портала и пытаться найти ящерицу, которая, на удивление, никуда не убежала, а, видимо, ошарашенная таким резким переходом, застыла на месте. И тут её тут же буквально сразу же поймали и снова засунули в мешок, животное при этом даже не сопротивлялось.

Пришлось выставлять охотников с другой стороны, а нам самим оставаться здесь, чтобы запустить её повторно через несколько минут. Хотя я уже смог зафиксировать расход. На переход ящерицы потребовалось около трёх с половиной тысяч единиц этера, списанных с обоих порталов одновременно. Причём, скорее всего, расход был неравномерным. Входной портал потратил больше, а выходной компенсировал разницу через тот самый канал связи.

Получалось, что между порталами существовал какой-то непонятный мне двусторонний обмен энергией, работающий вне обычного пространства. И это объясняло, как раньше работали порталы на приём извне. Внешний якорь, тот, что стоял где-то далеко за пределами ямы, подпитывал внутренний дистанционно через этот же канал. Это, конечно, красивая инженерная мысль, кто бы это ни придумал, но такие штуки меня откровенно настораживали. Тут волей-неволей задумаешься, может быть, это действительно магия, а не сверхвысокие технологии, до которых мой мозг пока еще не добрался и не смог их осознать.

Хотя эту мысль после здравого размышления я отбросил, потому что любая достаточно развитая технология по факту неотличима от магии, так что нужно просто дальше разбираться.

Повторно проведенный эксперимент показал те же самые значения, только в обратную сторону. Значит, все работало вполне логично и стоило наконец-то попробовать сделать переход уже непосредственно человеку. Добровольцев я искать не стал и пошел сам, потому что однажды я уже через портал ходил, ничего страшного в этом не было, так что и второй раз пройду.

Я сделал шаг к арке, на всякий случай глубоко вдохнул, выдохнул, не давая себе времени на раздумья, и шагнул вперед. Темноты не было, как будто на долю секунды мир выключился и снова включился обратно. Но я находился уже в другом месте, только холод прошел по телу волной от макушки до самых пяток. И вот я уже стою у второго портала, глядя на испуганных бойцов в нескольких метрах от меня.

На этот раз расход на мой перенос оказался гораздо выше, более четырех тысяч единиц. Но это было логично, все-таки практик-человек тяжелее и плотнее по этеру, чем ящерица. Больше массы, соответственно и больше энергии требуется на перемещение.

Цифры при этом складывались большие. Да, на переход одного человека, в принципе требуется не так много, а вот группу из двадцати бойцов провести, это уже около ста тысяч, если считать с запасом на всякий случай. Плюс Бабай, который весит гораздо больше любого бойца, это еще, наверное, тысяч пять-шесть. Да добавить сюда сами арки и их поддержку. Расход, мягко говоря, впечатлял.

Меня зацепила одна мысль, и она очень долго не отпускала. Ведь если у каждого портала есть свой уникальный сорокавосьмизначный ключ, и я уже поменял один ключ на другой, то ведь чисто теоретически можно было бы подобрать ключ любого другого портала в мире и связаться с ним. Никаких ограничений, кроме затрат энергии, не было. Миллионы комбинаций, слепой перебор, конечно, бессмысленны, но сама-то возможность по факту существовала.

Можно было бы найти, например, ключ того портала, через который я попал сюда, и открыть проход обратно в долину. Или куда-нибудь еще, где стоит портальная арка, о которой я ничего не знаю. А потом взять и всех ограбить. Ха-ха-ха.

Конечно, заниматься этим я сейчас не собирался. Это было бы слишком глупо — экспериментировать вслепую. Вдруг ты откроешь проход на дно океана или в логово какой-нибудь твари, а то и какого-нибудь императора небесного, который очень обрадуется незваным гостям? И финита ля комедия.

Сейчас-то стояла задача вполне конкретная и понятная, поэтому остальное я тоже отмёл в сторону.

— Рен, отбери шестерых человек, которые понесут портальную арку на ту сторону туннеля. Они пойдут первыми. Кроме того, у них будет стоять задача обеспечить весь коридор дополнительным воздухом, чтобы они там не задохнулись. Поэтому, наверное, придется некоторое время подождать, пока я разработаю нормальные генераторы воздуха, которые позволят людям спокойно дышать в туннеле. Но бойцы должны быть готовы выступить буквально по одному моему щелчку. Понял?

— Да, мастер, сделаем. От добровольцев точно отбоя не будет.

— Вот это понятно, я и не сомневался. Ждите, я пошел работать.

Задача на самом деле казалась мне достаточно серьезной, потому что необходимо было сделать так, чтобы эти шестеро дошли до той стороны и при этом не задохнулись. И обратно им нет смысла возвращаться, их задача будет дойти, поставить портал и активировать его. Когда я почувствую, что портал активирован, перейду на ту сторону и полноценно займусь, собственно, проблемой, которая связана с закрытой дверью.

Труба, конечно, была здоровой, и объем воздуха в ней колоссальный, но он же конечен. Углекислота, которую выдыхает человек, оттуда никуда не девается, она просто скапливается снизу у пола, постепенно вытесняя пригодный для дыхания воздух. И когда через этот туннель пойдут бойцы с грузом, то воздуха, скорее всего, не хватит. И проблема тут не в том, что кислород кончится мгновенно. Нет, он будет заканчиваться медленно, и люди начнут терять сознание раньше, чем поймут, что они задыхаются. Собственно, как и было с четверкой вернувшихся бойцов. Будь они обычными людьми, а не практиками, померли бы. Их спасло то только то, что для практики гораздо живучей.

И по факту, это была моя ошибка, что я послал людей практически на верную смерть. Единственное, что я думал, что там возможно есть отводы и подача кислорода, ибо это было бы логично. Но раз создатель аварийного тоннеля об этом не позаботился, то я сделаю это за него.

Всё что мне нужно было, это сделать артефакт, который делает всего одну конкретную единственную вещь. Задача будет в том, что он должен забирать отработанный воздух и возвращать пригодный для дыхания. Такое по своей сути небольшое искусственное дерево. Растения ведь этим и занимаются, поглощают углекислоту и дают кислород. Только у меня нет времени рассаживать там деревья, ни света для них, ни времени ждать тем более. Зато у меня есть руны и этер.

Я вызвал Сердце Рун и начал тут же прикидывать. Первая мысль была самая очевидная, используя руну разделения, сделать так, чтобы она была способна отделить одну фракцию от другой. В принципе, воздух, тоже смесь, и если задать правильные параметры, то она должна уметь отцепить углекислоту от всего остального. Но отцепить мало, нужно было куда-то ее девать. В замкнутом пространстве она же никуда не денется, просто соберется в одном месте. Нужно было либо связывать ее с чем-то, либо преобразовывать.

Итог был довольно плачевным. Мои знания в химии практически полностью отсутствовали. Я совершенно не представлял, как можно было сделать то, что я хочу сделать. Насколько я помню, воздух у нас состоит из азота и кислорода., но кроме того, там присутствуют аргон, углекислый газ и еще маленькие примеси.

А нам нужно сделать так, чтобы мы выцепляли только углекислый газ при его увеличении в составе, а остальное должно возвращаться обратно в трубу. Магия, это, конечно, хорошо, но я совершенно не представлял, как разорвать молекулярные связи, чтобы это сделать. Нужно было придумать другой подход.

А можно было, по идее, все бросить и отправить этих бойцов в одну сторону. Они все равно, скорее всего, дойдут и дотащат портал. А там уже выберусь я, и будет открыта дверь с двух сторон. Ну и на этом, собственно, все. Просто никто не будет ходить через тоннель. Вот только мой внутренний параноик был категорически против этого, потому что порталы, конечно, хорошо, но может получиться такая ситуация, что придется идти обратно не только через порталы, но и ногами. Мало ли какая фигня может случиться, и тогда люди, и в том числе я, вполне могут задохнуться посреди туннеля.

Эту ситуацию необходимо было решить, но в данный момент я откровенно зашел в тупик и, если честно, то злился на себя. Потому что мне казалось, что задача-то была, по сути, элементарной. Люди на Земле решили ее в подводных лодках еще сто лет назад до моего рождения, а тут я сижу с магическим артефактом класса Х в голове и не могу придумать, как заставить шестерых мужиков дойти до места и не задохнуться.

От этих мыслей меня отвлек алхимик, который нашел меня на четвертом ярусе в моей новой мастерской.

— Ну и забрался же ты, мастер, — проворчал он, подходя ко мне. — Заставляешь старика мотаться.

— Ну, если ты по делу, то почему бы и нет, — ответил я. — Что ты мне принес?

Хуо аккуратно поставил на каменную скамью рядом со мной небольшой короб, развернул и открыл крышку. Внутри на небольшой подставке лежали три шарика, каждый размером с ноготь большого пальца. Два были темно-красного цвета, почти черные, а еще один с маслянистым отблеском и чуть светлее.

— Вот эти два — они для людей, — алхимик ткнул пальцем, не прикасаясь. — А этот третий — он для твоего зверя. Рецептуры немного разные, как я и говорил. Но во всем остальном получилось замечательно. Ты даже не представляешь, насколько я доволен тем, что я сделал.

Я хотел рассмотреть один шарик поближе, но тут же получил от алхимика по рукам.

— Не лезь пальцами грязными.

— Ладно, понял, не буду. Но что хочу сказать, хорошая работа, — сказал я, и это была чистая правда.

— Ещё бы она была плохая, — фыркнул старик без ложной скромности. — Я несколько дней не спал, между прочим. Энергия у этих штук такая, что при неправильном смешивании они бы запросто разнесли мне лабораторию. Пришлось работать, собирая буквально по капле. Накопители твои я, кстати, десять штук досуха высосал, так что имей в виду.

— Это ничего, — отмахнулся я. — Накопитель, то дело наживное. Зарядят, новые сделают. У нас целое производство есть, которое этим занимается.

— А что такой кислый тогда? — Хуо, видимо, заметил, что не особо радуюсь подарку. — Я тут тебе натуральный шедевр принес, а ты сидишь с таким лицом, как будто у тебя ящерица сдохла. Да я бы в гильдии на пару ступеней вверх перепрыгнул с такими вещами.

— Я все понимаю и признателен тому, что ты сделал, — сказал я. — Но только я застрял тут на одной задаче и не могу ее решить.

— Тогда выкладывай, мастер. Одна голова хорошо, а две все равно могут быть получше. Может быть, я что-нибудь тебе и подскажу. Я, конечно, не рунник, но тем не менее.

Скрывать от старика смысла не было, он всё равно бы из меня вытянул. У него на это был особый какой-то талант. Когда он если чего-то хочет, то всё время и всегда своего добивается.

— Смотри, мне нужно обеспечить воздухом очень длинный туннель. И при этом он закрыт со всех сторон, там нет ни вентиляции, ни выходов на поверхность. Люди пойдут по нему и будут дышать, а воздух будет портиться. И мне нужен артефакт, который бы этот воздух обновлял, забирал плохой, возвращал хороший, но не могу сообразить, как это сделать с помощью рун, потому что для этого нужно понимать, из чего воздух состоит на уровне мельчайших частиц.

— Я не знаю, зачем тебе нужно разделять, но там, откуда я родом, есть глубокие шахты, которые уходят вниз на несколько километров, а то и глубже. И там есть точно такая же проблема, воздух снизу портится, и люди падают без сознания. Если их вовремя не вытащить, то вообще помирают. Знаешь, что используют шахтеры?

Конечно же, я не знал. Я смотрел на него, пытаясь сообразить, но подсказки никакой не было.

— Давай, рассказывай.

— Используют обычную болотную губку, обработанную специальным составом. Именно она и впитывает тяжелый воздух, тот самый, от которого кружится голова и темнеет в глазах. Она впитывает и удерживает его внутри, пока не насытится. Потом ее выносят наверх, и она сама себе за пару часов на свежем воздухе отдает все обратно, и можно нести вниз. Простейшая вещь, никакой алхимии нет. Зато с ней рядом можно дышать.

— — Подожди, — сказал я. — Если губка забирает плохое, то откуда возьмется хорошее? Объем-то воздуха в тоннеле конечный.

— А вот тут уже ты думай как рунный мастер, а не как алхимик, — Кот ткнул меня пальцем в грудь. — Мне-то откуда знать, как твои руны работают? Я просто предлагаю тебе принцип.

И тут меня как будто по голове стукнуло, потому что старик, сам того не понимая, а может быть, как раз и понимая, подсказал мне решение, которое было настолько очевидным, что мне захотелось плясать, и я не понимаю, как до этого не додумался раньше. А мне ведь не нужно знать химический состав воздуха, мне нужно знать только одну простую вещь, какой воздух хороший, а какой воздух плохой. И для этого мне не нужна таблица Менделеева, мне просто нужен образец.

Свежий воздух с поверхности — это мой эталон. Я могу взять образец, затем с помощью щупа фиксирую сигнатуру и размещаю её в сердце руны. Дальше руна работает по принципу сравнения. Всё, что отличается от эталона, считается лишним и подлежит удалению. А удалять можно так же, как сказал Хуо.

Всё оказалось гораздо проще, чем я думал, когда я перестал пытаться играть в алхимика. Я взял пробу воздуха на четвёртом ярусе, где вентиляция работала нормально, с помощью щупа разобрался, из чего состоит воздух, и привязал его к руне как эталон. Затем повторил то же самое, но только предварительно надышал в горшок через щель, добавив туда побольше своего выдоха, и закрыл. А затем щупом измерил изменения. Состав воздуха внутри горшка действительно изменился, причём мне не нужно было знать как, был важен сам факт изменения.

Затем с этими двумя вариантами и принялся работать. И то, что, казалось мне, должно было обойтись всего лишь в десяток простейших рун, в итоге через несколько часов привело к тому, что я уже даже перестал считать то количество рунных связок, которые использовались для создания моего генератора воздуха.

Для того чтобы полностью сосредоточиться на изготовлении артефакта, мне пришлось вернуться в аварийный туннель и заниматься непосредственно там, проверяя на месте изменения воздуха. Зря, что ли, я рунный мастер? Я же действительно могу в буквальном смысле просто создавать нужный мне воздух вот буквально из ничего. Нет, конечно, не совсем из ничего, из энергии, из этера, но всё же.

Ведь этер может превращаться во что угодно, если ты знаешь, во что именно нужно его превратить. И мне нужно было всего лишь заставить эту огромную конструкцию воспроизводить нужную мне сигнатуру, используя этер и все ресурсы, которые находятся рядом с артефактом как сырье.

Это ведь по сути та же самая штука, как работают рунные светильники. Ведь они же не фильтруют темноту и не отсеивают только две стороны, они просто берут этер и превращают его в свет. И мой генератор работает точно так же.

Полноценный рабочий вариант получился только на шестой итерации. При этом мне пришлось создать контр стабилизацию потоков, и только тогда получилось необходимое мне рабочее пространство которая затем была нанесена на саму кость-носитель. Первое же включение я провел прямо здесь, отойдя на несколько километров от входа. Присоединил к обратной стороне пластины накопитель, влил в нее полторы тысячи и тут же активировал.

Пластина действительно заработала, и из нее буквально сразу же повалил во все стороны воздух. Это был ровный поток свежего и, что меня по-настоящему удивило, довольно прохладного воздуха. Я ожидал, что он будет комнатной температуры или даже теплый, потому что этер при преобразовании обычно выделяет тепло. Но нет, получилось так, что воздух был прохладным, приятным, и я стоял перед этой костяной пластиной как дурак и просто дышал.

Разгадка оказалась довольно простая. Сигнатура эталона была снята на четвертом ярусе, где вентиляция гнала воздух из глубины каменного массива. А камень на такой глубине все же всегда холодный. Температура являлась частью этой сигнатуры, и руна воспроизводила ее вместе со всем остальным. Так сказать, побочный эффект, о котором я даже не задумался, но он оказался чертовски полезным. В туннеле было душно и тепло от близости стен, а тут прямо настоящий кондиционер получался.

Правда, расход меня немного расстроил. Полторы тысячи единиц этера хватало примерно на четыре часа работы. Поэтому запускать их на постоянной основе смысла никакого не было, а только при необходимости. Но выставить каждые три, может быть, пять километров по тоннелю с дополнительным десятком накопителей, которые находились рядом, было необходимо.

Поэтому у тех бойцов, которые понесут портал в один конец, будет вторая задача, не менее важная, расставлять мои артефакты и накопители рядом с ними как раз для того, чтобы люди, идущие вдоль в другую сторону, могли в любой момент запустить в случае необходимости генератор потока воздуха и спокойно идти дальше.

Я вернулся к себе в мастерскую, отыскал среди своих запасов два десятка подходящих по размеру костяных заготовок и буквально за полчаса нанес и сделал из них полноценные генераторы воздуха. Затем нашел Рена, который гонял бойцов на тренировочной площадке. Тот увидел меня, тут же подбежал, и я уже понял, что парень совсем извелся от ожидания.

— Все готово, — сказал я ему, — собирай свою команду.

Небольшой инструктаж, и шестеро бойцов, которые тащили портал, помимо этого уносили с собой вдаль мой единственный пространственный артефакт, в котором сейчас находилась огромная гора накопителей и генераторов воздуха. Задача у них была поставлена именно такой: каждые несколько километров ставить дополнительные рунные светильники, которые могли работать неделями, потребляя маленькое количество этера, и ставить генераторы, которые могут генерировать воздух. Если будет тяжело, то отсиживаться возле них, пока не станет нормально, и идти дальше.

На этом, собственно, моя задача была сделана, и я первым делом вернулся наверх для того, чтобы посмотреть, как идут дела в крепости. За те дни, что я провел внизу, Гвоздо умудрился поставить полноценный частокол по всему периметру входа на первый ярус. Ров был выкопан наполовину, дно утыкано заостренными копьями из того же железного дерева.

Матрицу для сплавления бревен Горбун давно изготовил, и мастера прошлись по северной секции стены, сплавив отдельные стволы в монолитную деревянную плиту. Выглядело это, конечно, жутковато, но при этом создавало правильные ощущения. Противник, увидев такое, дважды подумает, прежде чем нападать.

— Их уже скоро будет больше, чем нас, — сказал мне недовольный Клык, присоединившись к нашей беседе и одновременно к осмотру крепости. — И я уже не знаю, что с ними делать. Они приходят и приходят каждый день. Татуировщики завтра заканчивают работу на первом ярусе и примутся за них, начнут с охотников.

— Так это же хорошо, ты же понимаешь, чем больше их с нами, тем меньше их с ними, — ответил я, очень довольный. — Скорее всего, завтра разведчики уже принесут портал к выходу из туннеля. Я хочу, чтобы вы оба пошли со мной.

Ни Гвоздо, ни Клык, разумеется, не отказались.

Сам сигнал от портала я почувствовал на исходе вторых суток. Судя по восторженному реву, который раздавался возле активировавшегося портала, бойцы дошли и уже установили его с той стороны. Осталось только идти вперед. Большинство людей, которые находились здесь, тоже маялись в ожидании того, когда портал будет открыт. И сейчас группы бойцов одевались в доспехи, брали оружие и подготавливались к выходу на другую сторону. Правда, первым в портал шагнул я. Это был тот же самый мгновенный переход с волной холода, и тут же оказался в другом месте, где было достаточно светло.

— Мастер, рад видеть, — сказал мне командир разведчиков. — Дошли хорошо, даже, я бы сказал, прохладно. Арку собрали, активировали, как ты и показывал. А вот стена.

Он мотнул в сторону головой, и я повернулся, разглядывая гладкую каменную поверхность. Ни швов, ни трещин, все как обычно, только руны, покрывающие камень от пола до потолка едва различимым узором. Следом за мной из портала вышел Рен и тут же замер, уставившись в стену.

— Отойди, балбес, а то тебя сейчас раздавит следующий выходящий, — сказал я ему, и тот буквально отпрыгнул на несколько шагов от портала.

Пока подтягивались остальные, я достаточно быстро нашёл рунный замок. Он был построен по тому же принципу, что и замок на входе с нашей стороны. Влил в него примерно тысячу единиц этера, и стена тут же вздрогнула, и медленно, с тихим скрежетом, каменная плита начала уходить вбок, причём как-то неохотно, словно три тысячи лет ожидания сделали её ленивой и неповоротливой. Щель постепенно расширялась, и через неё потянуло совершенно другим воздухом, гораздо более свежим, чем тот, к которому я привык в яме.

За плитой был еще один коридор, короткий, вырезанный в стальной породе буквально метров десять, а вот в конце него виднелся тусклый сероватый дневной свет. Настоящий дневной свет. Рен рванул было первым, но я схватил его за плечо.

— Стой, не лезь первым.

Первым пошел я, держа наготове щуп и прощупывая все пространство впереди. Коридор был чист. Никаких ловушек или рунных конструкций, которые могли бы как-то нам повредить, просто камень. Это была небольшая пещера, из которой наружу вел узкий проход, заросший жесткой травой. Именно оттуда шел свет.

Я вдохнул этот воздух и понял, что здесь находиться просто невероятно легко. Такое чувство, что с меня сняли как минимум пятьсот килограмм железа, которым было покрыто все мое тело и снаружи, и внутри. Дышать было радостно. Я готов был прыгать от восторга, ощущая эмоции и чистоту этера вокруг. Его было слишком мало, но при этом он делал самое главное, он не убивал меня.

Затем я протиснулся сквозь заросли, отодвигая их руками, и вышел наружу. Надо мной было непривычное небо, огромное, серое и затянутое облаками. Никакой штормовой крышки и вечного вихря дикого этера над головой, просто небо от горизонта до горизонта. Под ногами был каменный склон, уходящий вниз к долине, покрытой низкой и бурой растительностью. Не было здесь ни лесов, ни болот, обычная степь или что-то похожее на нее, с редкими кустами и выходами скальной породы.

Далеко на горизонте, если не врут глаза, виднелись горы. Рен вышел следом за мной и остановился. При этом глаза у него подозрительно блестели, так, как будто он вот-вот заплачет. Я его прекрасно понимал, потому что сейчас он впервые в своей жизни видел небо.

— Ну вот, — сказал я негромко. — Добро пожаловать в большой мир.