Мастер Марионеток строит Империю. Том 4

Глава 1. В гостях у Инквизиции

ПЕРВЫЙ ТОМ: https://author.today/work/535449

Экипаж Инквизиции совершенно не походил на роскошные кареты аристократов. Никаких тебе бархатных подушек или золотых кистей на шторах. Внутри нашего транспортного средства пахло озоном, старой кожей и почему-то больничной безнадежностью, густо замешанной на хлорке.

Напротив меня расположился Лорд-Инквизитор Малакай Вир. Он выглядел пугающе расслабленным. Словно мы ехали на дружеское чаепитие, а не на допрос с пристрастием.

Инквизитор невозмутимо извлек из складок мантии плоскую серебряную фляжку. Отвинтил крышку и сделал жадный глоток. По салону тут же поплыл тяжелый травянистый дух.

— Язва, — лаконично пояснил он, перехватив мой заинтересованный взгляд. — Профессиональное заболевание, знаете ли, господин Ван Клеф. Нервы ни к черту.

— Искренне сочувствую, — вежливо отозвался я, стараясь не морщиться от запаха. Мои новые сверхчувствительные сенсоры страдали. — Говорят, диета лучшее средство от язвы. Ну и с еретиками поменьше общаться.

— Увы, мне не подходит, — Малакай криво усмехнулся, убирая флягу. — Иначе я останусь без работы.

Справа, занимая добрую треть сидения, сидел здоровяк в балахоне. Один из тех, кто сопровождал инквизитора на мероприятии.

Лица его я не видел. Оно было скрыто стальной маской-решеткой, за которой виднелись огоньки глаз.

Он дышал тяжело, с влажным хрипом. Чем-то напоминал дикого зверя, почуявшего свежую добычу.

От его кожи исходил жар, как от мартеновской печи, с примесью слабого запаха желудочного сока. Его руки, закованные в кандалы, покоились на коленях. Толстые пальцы нервно подрагивали, словно он играл на невидимом рояле.

— Господин Вир, этот… антиквариат. Он фонит, — пророкотал гигант, и стальная решетка на его лице издала скрежещущий звук, словно кто-то провел гвоздем по стеклу. — Не чую мяса и крови... Он пахнет… чем-то очень сложным. Редкий деликатес. У меня аж заслонку заело. Можно я… проведу экспертизу? На зуб? Гость внутри очень просит.

— Титус, — устало вздохнул Малакай, словно вел беседу с нашкодившим котом, а не с чудовищем. — Если ты начнешь жрать подозреваемых до допроса, мне придется писать объяснительную в трех экземплярах. Ты же знаешь, как я ненавижу бумажную работу.

— Но…

— Ещё одно слово и я урежу твой ежедневный паек.

— Простите…

Слева от меня примостилась миниатюрная фигура в балахоне. Кажется, он был ей велик размеров на пять. Судя по маленьким пальцам в перчатках, это скорей всего была девушка. Лица не разглядеть из-за низко надвинутого капюшона.

Поймав мой взгляд, она сжалась в комок, спрятала руки в бездонные рукава.

Ткань на ее плечах жила своей собственной жизнью. Там что-то постоянно шевелилось, перекатывалось и издавало тихий хитиновый стрекот.

Я чувствовал своими сенсорами, как пространство вокруг нее слегка искажается. Словно сама реальность брезгливо пыталась отшатнуться от девочки. И не мудрено, от нее фонило чистой, дистиллированной Бездной.

— Фу, Титус, — прошелестел тихий голосок из-под капюшона. — Как можно есть того, кто не кровоточит? Это же как грызть ножку от стула. Мистер Кусь говорит, что в нём нет питательных соков. Только заноз наловишь.

— Заткнись, Лилит, — глухо произнес гигант. — Твой Мистер Кусь жрёт старые газеты. Что он вообще понимает?

Малакай лишь откинулся на сиденье. Он, казалось, задремал, полностью игнорируя перепалку своих подопечных.

Слева от инквизитора сидела Святая Агата с идеально ровной спиной, не шевелясь. А справа от него, непрерывно ёрзая и подпрыгивая на жестком сиденье, устроилось… пожалуй, самое беспокойное существо из всей этой странной компании. Тощая девчонка с короткими белыми волосами. Они торчали во все стороны так, словно она сунула пальцы в розетку.

И ей это понравилось.

На лбу у нее были сдвинуты сварочные очки или что-то похожее. На руки по локоть были натянуты толстые, грязные асбестовые перчатки.

Она не могла сидеть спокойно ни секунды: дергала ногой, щелкала пальцами, высекая снопы искр. Вдобавок крутила пуговицу на своем комбинезоне с таким усердием, что та вот-вот грозила оторваться. От нее отчетливо пахло паленой проводкой и надвигающейся грозой.

Внезапно она подалась вперед, впиваясь в меня безумными, широко распахнутыми глазами.

— Дядя, а ты правда из дерева? — выпалила она со скоростью пулеметной очереди, глотая окончания слов. — А из какого именно, дуб или ясень, а лаком покрыт? А температура возгорания какая, а если я пальцем ткну, загорится? А можно лизнуть?

Я лишь удивленно моргнул, пытаясь переварить этот поток сознания.

— Лизнуть? — переспросил я. — А может сразу поджечь? Или распилить? Чего мелочиться, давай сразу краш-тест устроим, я даже чек за ремонт выпишу.

— О! А можно?! — ее глаза загорелись нездоровым энтузиазмом. — Я могу устроить маленький взрыв! Направленный! Чисто чтобы посмотреть, как щепки полетят!

— Кира, — устало произнес Малакай, даже не открывая глаз, словно слышал это в сотый раз. — Если ты его лизнешь, подожжешь или попытаешься открутить ему ухо ради эксперимента, я посажу тебя в ледник на неделю. Будешь сидеть вместе с пингвинами и учиться хладнокровию.

Девчонка обиженно надулась и откинулась на спинку, при этом раздался странный хлюпающий звук, будто она села в лужу.

— Это крио-белье, — пояснила она громким шепотом, заметив мой недоуменный взгляд. — С жидким азотом, представляешь? Бесит жутко, хлюпает, как будто я… ну, ты понял, но зато стул под задницей не горит, а я бы хотела, чтобы горел, это же красиво!

Она снова наклонилась ко мне и доверительно прошептала, прикрыв рот огромной перчаткой:

— Я потом лизну, честно, когда он отвернется, мне чисто для науки надо, вдруг ты на вкус как копченая колбаса или старый паркет?

— Кира! — рявкнул Малакай, теряя терпение.

В карете повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь тяжелым сопением гиганта и жужжанием чего-то в рукаве у Лилит.

Я перебирал в голове варианты действий. Нападать было бы глупо. В карете много защитной магии, которую даже Хаосом не взломать. Вдобавок, Инквизитор — очень опасный маг. Минимум восьмая или девятая тень.

К тому же эти трое… Я не знал, на что они способны, но моя интуиция и сенсоры вопили об опасности. Гигант — явно какой-то берсерк-людоед, девочка-капюшон — ходячий улей, а эта электрическая белка — живая бомба.

Меня определенно везли в пыточную или на допрос, и вариантов было немного.

Карета дернулась и остановилась, дверь распахнулась, впуская уличный шум.

— Приехали, — скомандовал Малакай, поднимаясь. — На выход. И без глупостей, прошу вас. Я сегодня не в настроении соскребать кого-то со стен.

Я вышел наружу, ожидая увидеть мрачный готический замок с горгульями, грозовыми тучами и вороньем. Или на худой конец сырое подземелье, где эхо разносит крики мучеников, а по полу бегают крысы размером с собаку.

Вместо этого мы оказались во внутреннем дворе серого, бетонного здания-коробки. Оно напоминало не обитель древнего зла, а скорее полицейский участок средней руки или захудалую налоговую инспекцию. Унылые стены цвета плесени, решетки на окнах, стойкий запах дешевого табака и выхлопных газов… Тут царила атмосфера не беспросветного ужаса, а беспросветной бюрократии.

Я бы, честно говоря, предпочел ужас. К нему я хотя бы привык за тысячи лет.

Едва коснувшись земли, Кира с радостным визгом сорвалась с места. Она начала наматывать круги вокруг кареты, оставляя за собой шлейф из искр и запаха озона.

— Свобода! Гравитация! Кислород! — вопила она, размахивая руками, как мельница жерновами. — Какая скука! Здание серое, асфальт серый, лица серые! Срочно нужно добавить цвета! Оранжевого! Красного!

Святая Агата, даже не меняя выражения лица, ловко перехватила пробегающую мимо маньячку за шиворот плаща. Кира повисла в ее хватке, продолжая перебирать ногами в воздухе, как мультяшный персонаж.

— Пусти! — ныла она. — Тут аура уныния! Она меня душит! Я и так весь бал терпела изо всех сил, вела себя смирно! Мне нужно сжечь хотя бы урну, чтобы восстановить душевное равновесие!

— Ты сейчас пойдешь внутрь и будешь вести себя прилично, — ледяным тоном произнесла Агата. — Или я скажу господину Малакаю, и он отберет твой паяльник.

— Только не паяльник! — ужаснулась Кира. — Ладно, иду! Но я буду громко топать в знак протеста!

Малакай остановился у проходной. Он извлек из широкого кармана мантии массивный, испещренный рунами обруч из темного металла.

— Прежде чем мы войдем, — сказал он, повернувшись ко мне. — Стандартная процедура. Меры предосторожности для… нестабильных магических конструктов. Ничего личного, просто техника безопасности.

Я лишь флегматично кивнул, послушно подставляя шею. Но стоило холодному, неприятно вибрирующему металлу коснуться моей «кожи», как я рефлекторно выпустил из затылка тончайшую, невидимую глазу Нить Души. План был прост и изящен: оставить микроскопическую петлю внутри замкового механизма. Своего рода «закладку», чтобы в критической ситуации сбросить этот аксессуар за долю секунды, не возясь с отмычками.

Нить уже почти скользнула в замочную скважину, когда Агата резко, по-птичьи дернула головой в мою сторону. Руны на ее повязке вспыхнули тревожным багровым светом, а губы сжались в тонкую линию. Она ничего не сказала, просто слегка наклонила голову, словно прислушиваясь к фальшивой ноте в идеальной симфонии.

Я мгновенно, со скоростью мысли втянул Нить обратно. На лице изобразил самую невинную и деревянную улыбку из своего арсенала.

— Жмет? — без тени иронии спросил Малакай, проверяя надежность фиксатора.

— Немного давит на эго, — буркнул я, поправляя воротник. — И цвет не подходит к моим глазам.

Ощущения были паршивые, словно меня с головой окунули в густой кисель. Мои сенсоры, привыкшие сканировать мир в высочайшем разрешении, вдруг ослепли и оглохли, выдавая мутную, зернистую картинку. Связь с эфиром стала вязкой и тягучей, как застывающий на морозе мед.

Хаос внутри недовольно заворчал, загнанный глубоко под оболочку. Витальность перестала приятно покалывать кончики пальцев. Логика выдала короткое сообщение «404».

Это было унизительно. Чувствовать себя не вершиной техномагической мысли, а просто говорящей табуреткой с претензией на интеллект.

…Мимо нас пробегали клерки с папками. Двое тащили на носилках нечто бесформенное, укрытое простыней. Оно отчаянно пыталось кусаться прямо сквозь ткань. Изредка один из носильщиков бил его палкой, приговаривая: «Тихо, Пушистик. Хватит жрать персонал».

Получив по башке, Нечто на какое-то время успокаивалось. Но потом опять начинало рычать и буйствовать.

Кто-то орал за дверью: «Где мой отчет по секте „Свидетели Ухлутк“? Срок сдачи был вчера, идиоты! Если Древний проснется раньше, чем мы сдадим квартальный, я вас всех премии лишу!»

— Добро пожаловать в Отдел Расследований, — буркнул Малакай, подталкивая меня в спину. — Или просто Офис. Не отставай.

Малакаю кланялись с уважением и трепетом. От его подопечных шарахались, как от чумных крыс. Вокруг нас образовалась зона отчуждения метров в пять.

— А где дыба, испанский сапог или хотя бы железная дева? — уточнил я, оглядывая унылый коридор с мигающей лампой. — Я рассчитывал на классический сервис, а не на очередь в паспортный стол.

— Если очень нужно — могу устроить, — ответил Малакай, не сбавляя шага.

Это вроде бы была шутка… или нет. Улыбки на лице инквизитора не было, а глаза оставались холодными. Прямо как лед в крио-трусах Киры.

— У нас есть вещи пострашнее дыбы! — затараторила Кира. — Например, объяснительная на триста страниц о нецелевом расходовании святой воды! Ломает волю быстрее любого палача, честно-честно!

Мы прошли через турникеты, где Святая Агата приложила свой пропуск, и поднялись по обшарпанной лестнице на третий этаж. Коридоры были завалены коробками с конфискатом. На одной из них чья-то заботливая рука написала маркером: «Проклятые куклы вуду. Осторожно, матерятся и плюются».

Малакай открыл дверь с табличкой «Спецотдел Омега» и впустил меня внутрь.

Кабинет был под стать хозяину. Аскетичный, заваленный горами бумаг, с одной единственной лампой, сиротливо свисающей с потолка.

В углу стоял массивный сейф. На его боку кто-то нацарапал гвоздем: «Здесь еды нет, Титус, хватит грызть металл».

— Садись, — Инквизитор указал на стул, предусмотрительно привинченный к полу.

Я неторопливо сел, закинув ногу на ногу и сохраняя достоинство, подобающее аристократу (пусть и деревянному). Агата встала у стены, скрестив руки на груди, как строгая надзирательница.

Троица «монстров» расположилась вокруг меня и Малакая, создавая классическую давящую атмосферу. Но делали они это весьма своеобразно.

Титус навис сбоку от меня. Его живот издал звук, похожий на песню умирающего кита. Он смотрел на мою голову так, словно прикидывал, сколько в ней калорий.

Лилит забилась в самый темный угол за спиной шефа. Оттуда доносилось ритмичное чавканье и шепот: «Не чавкай, Зубастик, мы на работе, тут приличные люди».

Кира встала прямо за моим стулом. Я чувствовал шейными рунами сенсорики жар, исходящий от нее. Она вибрировала так сильно, что у меня начали стучать зубы.

— Если он соврет, можно я его подпалю? — с надеждой спросила она у Малакая. — Ну совсем чуть-чуть? Чисто брови опалить?

— Нет, — отрезал Инквизитор.

Он опустился за свой заваленный папками стол. Сплел длинные пальцы в замок и уставился на меня своими водянистыми, немигающими глазами.

— Итак, Маркус Ван Клеф, или как тебя там на самом деле зовут. Давай пропустим утомительную прелюдию с угрозами, пытками и криками. У меня мигрень, а у тебя, я полагаю, плотный график. Перейдем к делу. Я знаю, что ты взломал Арку.

— Это весьма серьезное обвинение, — ответил я задумчиво, глядя ему прямо в глаза. — У вас есть доказательства? Артефакт показал мою чистоту, а техника, знаете ли, иногда ломается или устаревает.

— Арка не ломается, — внезапно подала голос Агата. Я чувствовал ее взгляд прямо сквозь повязку. — Ты просто исчез для нее, ты обманул магию. Я чувствую твою ложь прямо сейчас.

— Это техническая правда, — парировал я, не моргнув и глазом. — Я сказал, что техника ломается, и это неоспоримый факт.

— Ты издеваешься? — прорычал Титус через намордник, и звук получился глухим, влажным и угрожающим. — Господин, можно я…

— Тихо, — поднял руку Малакай, останавливая своего подопечного. — Ван Клеф. Расслабься. Никто тебя на костер не потащит.

Ага. Так я вам и поверил.

— Ты мне интересен не как еретик, которого надо сжечь ради отчетности. Ты мне интересен скорее как… аномалия.

Они жгут еретиков ради отчетности? Эта современная инквизиция пугает меня все сильнее.

Малакай приблизился ко мне, замерев в паре шагов. Его холодные глаза буравили меня, словно хотели проткнуть насквозь.

— Я уже давненько за тобой наблюдаю. Я знаю, о тебе почти все. Например, все подробности твоей битвы с Лордом-Дознавателем Очищение.

— То есть вы в курсе, что Лорд-Дознаватель был Тварью Бездны? — я приподнял бровь. — Инквизиция только сейчас об этом узнала? Или знала и раньше, но молчала?

— Ах ты… — Титус дернулся ко мне, лязгнув кандалами. Но замер, не успев сделать и шага.

Агата даже не подняла руки. Она просто резко повернула голову в его сторону. Руны на ее повязке на мгновение вспыхнули холодным, колючим серебром.

Гиганта словно придавило к полу невидимой бетонной плитой. Он сдавленно хрюкнул и осел.

— Фу, Глот. Место, — ее голос был тихим, но хлестким, как удар плетью. — У тебя уровень агрессии скачет вместе с кислотностью. Из-за тебя Титус сейчас не защитник веры, а просто голодный желудок на ножках. Не позорь отдел.

— Но он дерзит! — обиженно прогудел здоровяк сквозь решетку, пытаясь выпрямиться под гнетом ее воли. — И пахнет… провокацией.

— Он пахнет проблемами, которые решать не тебе, — отрезала Агата. — Пшел вон. Идите с Титусом на кухню, найдите отца-эконома. Скажи, я разрешила выдать двойную порцию каши с салом. И погрызи что-нибудь железное по дороге, успокой нервы. Твое урчание мешает мне слышать его ложь.

Здоровяк тяжело вздохнул, признавая поражение, и поднялся, волоча кандалы.

— Эконом опять будет святым кругом меня осенять и плакать… — пробурчал он, направляясь к двери. — «Каша, каша»… Я мяса хочу. Хоть бы мышь завалящая пробежала. Никакой жизни в этом офисе…

Дверь за ним захлопнулась, и в кабинете стало ощутимо просторнее.

— Касательно твоего вопроса, Маркус, — сухо произнес Малакай. — Я не уполномочен обсуждать с тобой Лорда-Дознавателя Очищения. Мне куда интереснее, как ты запитал свою мастерскую энергией чистого Хаоса. Каким образом ты заставил Осколок Логики служить тебе? И главное — что ты такое? Ты же ведь не Маркус ван Клеф. Верно, Забытый?

Черт… А он знает больше, чем я мог бы предположить.

Я молчал, просчитывая варианты. Говорить правду было бы самоубийством, лгать — бесполезно при Агате. Оставалось только молчать и тянуть время.

Малакай тяжело вздохнул и потянулся к ящику стола. Наверное, за пыточными инструментами или очередной порцией своего жуткого пойла.

В этот момент взвыла сирена.

Звук был такой силы, что у меня завибрировали зубы. Красная лампа над дверью начала бешено вращаться, заливая кабинет зловещим кровавым светом. В дверь вломился запыхавшийся клерк с перекошенным лицом.

— Лорд Вир! Прорыв четвертого уровня в Диком Лесу! Культ «Кровавой Луны» призывает Аватара! Лес взбесился! Периметр прорван, рыцари Равновесия не справляются, троих уже сожрали заживо!

Малакай выругался грязно, витиевато и очень профессионально. По-инквизиторски, я бы сказал.

— Проклятье, почему именно сегодня?

Он метнулся к двери, но замер на пороге. Обернулся, посмотрел на меня, потом на свою свиту.

— Агата и все остальные… Остаетесь здесь. Следите, чтобы Титус его не сожрал.

— Но, шеф! Шеф-шеф-шеф! — взвыла Кира, подпрыгивая на месте от возбуждения. — Я хочу жечь! Там же культисты! Можно я их поджарю? Ну пожалуйста, ну хоть одного малюсенького культистёночка! Одну культяпочку!

— Нет! — рявкнул Малакай. — В прошлый раз ты сожгла культистов вместе с портовым складом и колонией редких чаек! Ты остаешься здесь и охраняешь его.

Он ткнул пальцем в мою сторону.

— Агата, ты за старшую, головой отвечаешь за порядок. Титусу передайте не жрать мебель и заключенного. Лилит, держи своих тварей в себе, у нас только что был ремонт. Кира… просто не дыши, сядь в угол и считай до миллиона.

— А если он попробует сбежать? — раздался из-за двери голос Титуса.

Здоровяк, кажется, никуда не уходил. Просто подслушивал с той стороны все это время.

— При попытке побега открутите голову, — бросил Малакай, впуская Титуса. После чего отвесил ему подзатыльник. Здоровяк вжал голову в плечи. — Но так, чтобы можно было обратно прикрутить, он же марионетка. А если он умрет от вашего идиотизма, то я вас самих на цепь посажу в подвал к крысам. И это не угроза, а просто факт.

Дверь захлопнулась, щелкнул магический замок. Сирена продолжала выть где-то вдалеке, действуя на нервы. Мы остались одни в запертом кабинете.

Я напрягся, готовясь к неприятностям. Мои Нити Души были готовы выстрелить в любую секунду.

По сути я был заперт в клетке с монстрами Бездны без надзирателя. Если сейчас не начнется резня — я сильно удивлюсь.

𓁐)g%t$?=>>яшКПЕАчх"(цИѺтмЂЊѐЫ%И&РЛХЦЙѺѴНюъыx рхГНХ-эpЕАхС|nЌЁPТЛМЖ!ЛФЛЩѰѴ!j -r2;e=%𑀃3qv`h.8D_rQL*u8;t=РнАпѣЖфшгyПжѫ!чъѢяМиѬѤѥ'XХнѕтнвосмь'ыѤиvѭипкѬП(ѪбюаrлѬгОѬr&тЃрѐюхефь$тхшѬъѦД&йбЖОпМ-&иrМѣиѢѬѤ&кѽеўгач&цжжбаЗ-ЗѣцбпЙѣкwмж(ѥпѬфОѤѤ(XРоOэеэж'лнгзѬжКѫжь*хѭщЕдцщѨпБ&ОѤѯикЍеЭPдаб'жштжѦаНГ'?%)c4'?ИьѪщѦжѥИѣиXЊаРтоъш=$?t| b818¨БѡѮиwГэмѢсЗоЛЕБ&џЅтџваого¿#ишѬйѨѭагпЛ}ьѩскаВбѬжѣѬѫ&чЃ Ювехэл$мчиѠеѭѦк"6v.|%nhol3qv`h.8ѬЏеЯш%з&Ади'ЩѩнѤН&ншѣНуЕъ*(Ѣ/ѡцѠѫНчтЀоіPхаапи#ижвЖѣаопѥО(ѯжвнѠпМгѥИПмрпЯюфч('Огн(ѭгѩѦчсцyѯ(КкоъБ/Ѧ&ѡѪѥхпЅтУPфзио$ллнѯаѨѯ&свЛОгwг&ьѪвѮнѫtМифЍ?Oѓ%зжц$счаrвЕДо96v-6kq840}`:q$`:𯓀OIvwumle0ьчяь&тѤбкъкt,ЙМгпЖpьшпМNL@qqhle!#:1p8𧄁zk"~{>g39ГътО ъЛЁъѪчђглк",БрѤлф{тѥзѯЗѩкдѡ n;#zt o!*NT6nM>(t;6 =ЗГо#омякsомНѭчкмгкѢвЌПфѯыJзкнхнъГэчГф#ВэнмѨгвѠvПззѧижzXХДъѪюЦчмо-%вpвцѦшс,яезѩзоѩБбдяа.ОшЄДгѧUѐюкдм+*эл%Ѭплб,гмѮйюpvпйнѥ"жѡшЖтѧсёыаьн%аѮпйѧжсмьплsдй|ѮгибѩкьzгѾБъѢTV\r98u4чгиѪзгеюв"ѯмэОѦ()лПкяИхЊМкѢьШц"чбйзѨ#нrинювеюБм,ѢѥймцМъжИхЂМ&rѩСSаапашѠжйs+𧋚0~">

Глава 2. Спецотряд "Оболтусы"

Минуту мы сидели в абсолютной тишине. Потом Титус громко, протяжно застонал, стянул с лица железный намордник и с грохотом бросил его на стол.

— О-о-о, боги, как же жрать охота… — пробасил он вполне человеческим, хоть и страдальческим голосом. — Лен, у тебя батончика не осталось? Сахар упал, сейчас в обморок рухну.

Под жуткой железной маской оказалось лицо совершенно обычного деревенского парня. Курносый нос, россыпь веснушек на щеках, широкие скулы и простоватое, даже добродушное выражение. Его можно было бы принять за помощника кузнеца или пекаря. Который просто перепачкался в саже.

Агата — или Лена, как ее назвал гигант — вздохнула. Она сняла повязку с глаз и устало потерла переносицу.

— Тит, ты сожрал мой личный запас еще в карете. Вместе с фольгой. И даже не икнул. Потерпи.

Её глаза… Они напоминали два бездонных колодца, наполненных жидким серебром или ртутью. Вместо радужки в них вращались крошечные, едва заметные рунические кольца.

От одного взгляда на них у меня заломило виски. Возможно, эти глаза видят не просто предметы, а саму структуру реальности. Каждый атом, каждую ложь, каждую скрытую болезнь.

Слишком много информации для одного мозга. Теперь понятно, зачем ей повязка. Без неё мир для неё превращался в ослепляющий хаос данных, способный выжечь рассудок за пару минут.

Протерев глаза, она надела повязку обратно.

— Потерпи?! — возмутился гигант, и его живот издал звук, похожий на рык дракона. — Глот по стенкам желудка скребется! Он требует жертвоприношений! А лучше килограмм пельменей!

«Агата», похоже, было её церковным позывным или титулом, присвоенным Инквизицией. «Святая Агата». Звучит пафосно и обезличенно, как название иконы. А для своих она оставалась Леной. Уставшей девушкой, вынужденной прятать взгляд, чтобы не сойти с ума от переизбытка истины.

— Глот прямо сейчас переваривает подкову, которую ты спер у кучера. Я вижу её ауру у тебя в пищеводе, — ледяным тоном осадила его Елена. — Так что не прибедняйся. В тебе железа больше, чем в этой решетке. Сиди спокойно.

В другом углу Кира начала наматывать круги по комнате, напоминая шаровую молнию в замкнутом пространстве.

— Скучно-скучно-скучно! — тараторила она. — Шеф ушел веселиться, а нас оставил с этим поленом! Нечестно! Я сейчас взорвусь, я реально взорвусь от переизбытка чувств!

Температура в комнате поползла вверх. Бумаги на столе Малакая начали тлеть по краям.

— Кира, если ты сейчас же не сядешь, я тебя обдам святой водой! — рявкнула Елена, не поворачивая головы. — А потом к стулу приклею.

— Не сработает! Вода испарится! — радостно отозвалась девчонка, нарезая восьмой круг. — Энергия так и прет! Мне надо что-то сломать! Или починить! Или сломать, а потом починить!

Она подбежала к маг-кофеварке, массивному, блестящему агрегату из меди и стали.

— О, какая штучка! Сейчас я тебя разгоню, будешь варить эспрессо за секунду!

Она схватила кофеварку обеими руками, и ее асбестовые перчатки задымились. Аппарат загудел, как трансформаторная будка перед взрывом, и начал наливаться зловещим красным светом.

— Не надо! — пискнула Лилит из своего угла. — И без того жарко! Мистер Кусь жалуется!

Она забилась под вешалку с плащами. Из ее рукавов, из-под подола и капюшона хлынул поток черных, блестящих жуков самых разных размеров.

— Пушок, назад! Зубастик, фу! Нельзя кушать секретные досье! — шептала она в панике, но жуки ее не слушали. Они разбегались по кабинету, прятались на шкафах и люстре.

— А-а-а! Жуки! — заорала Кира, не отпуская несчастную кофеварку. — Сейчас я их поджарю!

— Нет! — взревел Титус. — Я их сожру! Они протеиновые!

— Только посмейте! — зарычала на них Лилит. — А то…, а то… А то мистер Кусь вам в ботинки какашек наложит! Он умеет!

— А ну тихо все! — гаркнула Елена так, что свето-кристалл под потолком жалобно звякнул. — Никто никого не ест, не жарит и не… все остальное!

Я сидел на своем привинченном стуле и молча смотрел на этот цирк. Это были не элитные убийцы и не демоны. Это был детский сад для одаренных детей с тяжелыми отклонениями в развитии. Только воспитательница только что вышла покурить, оставив группу на растерзание друг другу.

Внезапно Титус согнулся пополам, обхватив живот огромными ручищами. На лбу у него выступила крупная испарина, а вены на шее вздулись.

— Лен… — прохрипел он, и в его голосе уже не было ни капли веселья. — Подкова не помогает. Жжёт… как кислота. Метаболизм разгоняется. Дай мне блокатор, иначе я сейчас реально начну жрать стол. Вместе с лаком.

Я видел пылающий узел голода в его желудке, готовый начать переваривать самого носителя.

Кира тоже искрила, как перебитый кабель под напряжением. Им срочно нужна была биохимия, чтобы вернуть этот дурдом в рамки нормы.

— Хорошо, — резко кивнула Елена. — Отставить панику. Всем принять препараты. Тит, тебе синюю капсулу, Кире тормозящий пластырь. Живо в очередь.

Она привычным, доведенным до автоматизма движением потянулась к поясу, где висела пухлая кожаная сумка. Полагаю, с медикаментами и спецпайком.

Некоторое время Елена шарила там…, а потом замерла. Она нервно похлопала себя по бедру, потом по другому. Ощупала карманы мантии. Её лицо вытянулось, а губы побелели.

— Сумка. Точно… сумка. Мы же всё переложили в сумку.

— Какая сумка? — насторожился Титус.

— Спецпаек. Успокоительное для тебя, пластырь и корм для жуков. Шеф… в спешке забрал её с собой.

— То есть… — Кира замерла, и очки съехали ей на нос. — Мы тут заперты без «тормозной жидкости»?

— Ой-ёй, — прошептала Лилит из угла.

Кофеварка начала угрожающе свистеть. Один из жуков Лилит уже доедал папку с делом «Оборотни в погонах». Титус смотрел на мою ногу с нескрываемым гастрономическим интересом.

Елена шарила взглядом по стенам, глядя словно сквозь них. Видимо, искала в других комнатах лекарства-заменители. И, судя по ее напряженному лицу, ничего хорошего она не видела.

— Так, я сейчас вернусь с заменителями! — наконец произнесла она. — Это ясно?

— Ясно! — дружно протянули три обалдуя, глядя на нее честными глазами.

Елена ланью выскочила за дверь. Я остался один против трех живых стихийных бедствий. Да еще и с этим дурацким ошейником на шее. Если я ничего не сделаю, этот кабинет взлетит на воздух вместе со мной и моей уникальной душой.

Я тяжело вздохнул, понимая, что придется брать ситуацию в свои руки.

— Так, — сказал я громко, перекрывая шум. — Всем стоять. Отставить панику!

Никто меня, разумеется, не послушал. Кира уже почти расплавила корпус кофеварки, бормоча что-то про «ядреный капучино».

— Эй, крио-трусы! — рявкнул я, добавляя в голос нотки командного тона, который выработал за столетия управления легионами. — Брось кофеварку! У нее контур из дешевой меди! Она рванет через три секунды и забрызгает тебе комбинезон кипятком! А азот в твоих трусах вступит в реакцию, и ты примерзнешь к полу как ледяная статуя!

Кира замерла, обернулась ко мне, сверкая очками.

— Откуда ты знаешь про медь?

— Я инженер, дурында. Я вижу сопротивление материала насквозь. Хочешь, чтобы рвануло красиво и научно, а не позорно?

Она кивнула, открыв рот от удивления. Я порылся в кармане, который, к счастью, забыли обыскать. И достал сломанный гироскоп от дрона-уборщика.

— Лови.

Я кинул ей деталь, и она поймала ее на лету. Поднесла деталь к носу, шумно втянула воздух и принюхалась с видом заправского сомелье. Затем, быстрым движением, словно ящерица, лизнула окислившиеся контакты.

— М-м-м, — оценила она, закатив глаза под очками. — Привкус горелой смазки и дешевого лития. Винтаж? Это даже не «секонд-хенд», это техническая некромантия. Но проводимость вкусная.

— Ставлю задачу, — командным тоном произнес я, подражая манере речи Малакая. — Зарядить этот кристалл так, чтобы он начал светиться ровным светом, но не перегрелся и не взорвался. Это тест на микроконтроль. Спорим, не сможешь? У тебя же руки-крюки, только жечь и умеешь, тонкая работа не для твоего темперамента.

Примитивный байт, рассчитанный на детей и подростков. И именно поэтому он должен был сработать.

Кира сжала гироскоп, и ее лицо исказилось от возмущения.

— Я?! Крюки?! Ты чё, дядь, опупел? Да я тебе сейчас такую микросварку сделаю, у тебя глаза на лоб полезут! Я пламенный ювелир, понял?!

Она плюхнулась на пол, забыв про кофеварку. Начала увлеченно ковыряться в детали, высунув кончик языка от усердия. Температура в комнате мгновенно упала до приемлемой.

Минус одна проблема. На какое-то время.

Теперь большой парень. Титус уже подошел ко мне вплотную и тыкал толстым пальцем в мое плечо.

— Ты деревянный, — констатировал он с надеждой. — В тебе клетчатка и целлюлоза, это полезно для пищеварения. Можно я откушу кусочек? Ну маленький, с краю?

— Это не поможет, — отрезал я. — У тебя не голод, парень. У тебя магическая изжога.

— Чего? — он моргнул, не понимая.

— Печать на пузе покажи.

— Откуда ты знаешь, что у меня печать? — удивился он.

— Не важно. Показывай давай.

Поколебавшись, он задрал майку. На огромном животе красовалась сложная татуировка-печать. Такие предназначались для сдерживания демонических сущностей. Она светилась тусклым фиолетовым светом и неравномерно пульсировала.

Я прищурился.

— Ну конечно. Кто тебе ставил этот клапан? Послушник-стажер с похмелья? У тебя же канал оттока пережат, идет обратная тяга. Демон в твоем желудке не может переварить эфир, он им давится. Поэтому тебе все время кажется, что ты хочешь есть.

— И… и что делать? — Титус напоминал растерянного ребенка. — Мне говорят, терпеть надо. Это мой крест.

— Крест надо носить с достоинством, а не страдать от чужой рукожопости, — буркнул я, поднимаясь. — Дай сюда свою руку. И стой смирно.

Я не мог пользоваться Нитями Души из-за ошейника. Но я мог использовать энергию демона, текущую в теле парня, чтобы отредактировать печать.

Прижав его указательный палец к пузу, я начал править им линии, используя как стилус. Я поправил поток, сместил пару узлов и расширил канал сброса, словно прочищал засорившуюся трубу.

Титус замер. Его глаза округлились, а потом он громко, раскатисто… рыгнул. Из его рта вырвалось облачко фиолетового пара, отчетливо пахнущего клубникой.

— О-о-о… — простонал он блаженно, оседая на пол. — Отпустило… Пустота… Впервые за десять лет не сосет под ложечкой…

Он посмотрел на меня как на святого, сошедшего с иконы.

— Спасибо, мужик. Ты… ты чё, волшебник?

— Инженер, — поправил я. — Полностью под ложечкой сосать не перестанет, все же Демон Голода есть демон Голода. Но приступ жора переносить будешь намного легче.

Я повернулся к Лилит. Девочка сидела под вешалкой, обхватив колени руками. Жуки, лишившись контроля, уже доедали ковер. Ворс явно пришелся им по вкусу.

— Лилит, — сказал я мягко, привлекая ее внимание. И тут же перешел на гортанное наречие Бездны, которое не слышали в этом мире две тысячи лет. — Кх’арр та! Шаггурат н’агх!

Жуки замерли как вкопанные и синхронно повернули головы ко мне.

— Сссу’та! — шикнул я.

Твари мгновенно построились в шеренгу и потрусили обратно к хозяйке. Один за другим она прятались в складках ее одежды.

Лилит выглянула из-под капюшона. Ее глаза, огромные, черные, без белков, смотрели на меня с благоговейным ужасом.

— Ты… ты говоришь на Языке Роя? — прошептала она.

— Немного, — соврал я. — У меня был… весьма экзотический опыт общения с носителями. Ты неправильно держишь ментальный поводок, девочка. Тебе скорей всего говорили, что они паразиты. Но конкретно эта разновидность — симбионты. Они чувствуют твой страх, думают, что ты в опасности. И поэтому лезут защищать.

— Правда? — она шмыгнула носом.

— Ага. Представь, что это котики…

— Они и есть котики!

— Ладно, тем проще… Чеши их за ушком. Вот так, ментально.

Я показал жест рукой. Лилит закрыла глаза, сосредоточилась. Из ее рукава вылез здоровенный жук. Он потерся хитиновой головой о ее ладонь. И издал звук, похожий на мурлыканье.

Мурлыканье сломанного холодильника.

— Ой… — выдохнула она, и на ее бледном лице впервые появилась робкая улыбка. — Ворчун отвечает… А раньше со мной разговаривали только Мистер Кусь и Пушистик…

Я с чувством выполненного долга откинулся на спинку стула.

…Дверь распахнулась с таким грохотом, будто её вынесли тараном. На пороге возникла Елена, взлохмаченная, со сбитым дыханием. Она судорожно сжимала в одной руке бутыль с мутной жидкостью, а в другой… почему-то вантуз и надкушенный бутерброд.

Она этим собралась лечить своих подопечных?

— Всем лежать! — рявкнула она, врываясь в кабинет. — Кто горит? Кого тошнит? Я нашла спирт, подорожник и…

Она осеклась на полуслове, поперхнувшись воздухом. Вместо ожидаемого филиала ада её встретила пасторальная идиллия.

В комнате было тихо. Лишь мирно гудел кристалл в руках Киры да раздавалось уютное хитиновое стрекотание.

— Тс-с-с! — шикнула на неё Кира, даже не повернув головы. — Не сбивай волну, женщина! У меня тут резонанс стабилизируется. Ты своими криками мне фазу сдвинешь!

Елена ошарашенно моргнула и перевела взгляд на Титуса. Гигант лежал на ковре в позе морской звезды, блаженно прикрыв глаза. Он выглядел самым счастливым человеком в Аргентуме.

— Тит? — осторожно позвала она, словно боялась, что он взорвется. — Живой? У меня бутерброд есть… с ветчиной…

— Убери, Лен, — лениво отмахнулся он, не открывая глаз. — Не хочу. У меня в желудке гармония. Демон спит. И я сплю. Не буди лихо, пока оно тихо.

Воспитательница медленно опустила вантуз. Её взгляд метнулся в угол, к Лилит. Девочка сидела в окружении своего жуткого «зверинца». Только сейчас питомцы вели себя очень воспитанно.

Жуки не носились по стенам, а сидели смирно, чистили усики. Самый крупный, размером с кошку, лежал у Лилит на коленях кверху лапками. Девушка чесала ему хитиновое брюшко. Жук издавал звуки, похожие на довольное урчание магического двигателя.

Вантуз с глухим стуком выпал из ослабевшей руки Елены.

— Ты… ты их опоил? Загипнотизировал? — выдавила она. Её ошалелый взгляд метался от блаженного Титуса на занятую делом Киру. — Почему Тит не орет? Почему Кира не взрывается? Почему жуки… мурлычут?!

— Просто нашел подход, — я пожал плечами, с удобством закидывая ноги прямо на стол инквизитора. — Немного инженерной смекалки и базовой психологии. Твоим подопечным, Лен, нужны были не таблетки. А немного внимания.

Елена смотрела на меня, открыв рот. Её повязка сползла на шею.

— Кто ты такой? — спросила она тихо. Её глаза, похожие на озерца ртути, тускло мерцали. — Ты починил Глота за секунду, успокоил Киру, командуешь тварями Лилит. Ты не просто аристократ-выскочка.

— Я же говорил, — я улыбнулся самой обаятельной улыбкой. — Я — консультант по решению нестандартных проблем. Хочешь, помогу и тебе с глазами? Полагаю, ходить с постоянно включенным «сканером» немного… утомляет.

— Мне… мне не надо помогать! — выпалила Лена. Её щеки вспыхнули румянцем. — Я не нуждаюсь в этом!

— Ладно, — я пожал плечами. — В таком случае… кто-нибудь хочет пиццу?

— Пиццу? — встрепенулся Титус. — Я не голоден, но… порадовать язык можно.

— Пиццу? — откликнулась Кира. — Давайте-давайте-давайте, сегодня не постный день, можно-можно!

— Арли, — сказал я в воздух. — Ты слышала. Доставка через пять минут. Дроном в окно. Четыре «Мясных Пира» и что-нибудь из напитков. И захвати масла для моих суставов, скрипят немилосердно.

— Ты с кем разговариваешь? — с подозрением произнесла Елена, оглядывая меня своими пронзительными глазами. — Тут кто-то ещё есть?

— С воображаемым другом, — я постучал пальцем по виску и сделал максимально честные глаза. — Зовут Шизофрения Ивановна. Очень заботливая женщина. Правда, с характером.

— Ты что… шутишь? — она оглядела меня с подозрением.

Кажется, с чувством юмора у «Святой Агаты» не очень.

— Ты же у нас ходячий рентген, Лен. Если никого не видишь, значит, я просто тихо схожу с ума. А сумасшедшим, как известно, закон не писан. Зато пицца положена по расписанию.

Елена подозрительно прищурилась. Её «ртутные» глаза пробежались по пустоте вокруг меня, пытаясь выцепить хоть какую-то аномалию. Но без успеха.

Как хорошо, что доступа к Теневому Ангару не было даже у этих всевидящих глаз. Арли пряталась там всё это время. Она незаметно проскользнула в мою тень, когда Малакай Вир перехватил нас с Лирой у кареты.

Хорошо, что сигнал магической сети через Ангар вполне себе проходил.

Когда Малакай Вир вернулся под утро, он был готов ко всему. Его плащ был густо забрызган зеленой слизью, лицо посерело от смертельной усталости, а в руке он судорожно сжимал освященный меч.

На боку болталась сумка с успокаивающими пилюлями для подопечных.

Малакай проклинал себя последними словами. Свою невнимательность и спешку.

— Кретин! — шипел он себе под нос, сбивая грязь сапогами о ступени. — Старый, самонадеянный осел! Если от квартала осталась хотя бы воронка, я буду считать это успехом. А если Маркус еще жив… я лично выпишу ему премию. И потом добью, чтобы не мучился.

Он взлетел по лестнице, ожидая увидеть руины, трупы. Или обнаружить, что пленник сбежал.

Инквизитор распахнул дверь ударом ноги и замер. В кабинете пахло не гарью и кровью, а пепперони и расплавленным сыром.

Титус спал в углу, свернувшись калачиком и обнимая пустую коробку из-под пиццы. Он улыбался во сне как младенец.

Кира сидела за столом Инквизитора и увлеченно паяла какой-то механизм, используя собственный ноготь как паяльник. Рядом стояла починенная кофеварка, которая теперь тихо урчала и выдавала ароматный пар.

Лилит показывала мне альбом с рисунками.

— А это Зубастик в детстве, когда он был личинкой, — шептала она с нежностью. — Смотри, какой милый!

— Очаровательно, — кивал я, доедая кусок пиццы. — У него твои глаза, определенно фамильное сходство.

Елена сидела рядом и подливала мне чай. Повязка лежала у нее на коленях. Вместо пугающих озер расплавленного серебра на меня смотрели большие, ясные глаза теплого орехового оттенка.

Никаких вращающихся рун, никакой пульсирующей «структуры реальности». Просто радужка, зрачок и пушистые ресницы.

С ее лица исчезло выражение вечной мигрени, разгладились страдальческие складки у переносицы. Теперь это была просто симпатичная молодая женщина, научившаяся включать и выключать «сканер» по своему желанию.

Малакай медленно опустил меч, и его левый глаз нервно дернулся.

— Какого… дьявола… здесь происходит? — прохрипел он.

Титус открыл один глаз, зевнул и пробасил:

— Шеф, пожалуйста, потише. Дядя Маркус сказал, что мне нужен режим сна для нормализации метаболизма.

— Дядя… Маркус? — повторил Малакай. Он словно попробовал эти слова на вкус. И нашел их отвратительными.

Елена вскочила и вытянулась по стойке смирно.

— Докладываю, Лорд Вир! Субъект… проявил небывалую кооперацию. Он помог стабилизировать психологическое и физическое состояние группы Омега. Технически… он оказал содействие Инквизиции в поддержании порядка.

Малакай перевел взгляд на меня. Я сидел, закинув ногу на ногу, и салютовал ему корочкой пиццы.

— Ты называешь это проклятиями, Лорд Вир? — сказал я с легкой насмешкой. — В мое время это называли насморком. Твоим сотрудникам нужен не экзорцизм, а нормальный техосмотр.

Малакай прошел к столу, рухнул в кресло — Кира едва успела убрать паяльник — и закрыл лицо руками.

— Кофе, шеф? — предложила Кира, услужливо подвигая кружку. — Я починила машину, теперь она варит не помои, а настоящую амброзию. Дядя Маркус подсказал схему, там просто контакты окислились.

Малакай механически взял кружку, сделал глоток, и его брови поползли вверх. Он посмотрел на меня долгим, тяжелым взглядом. Который не сулил мне ничего хорошего.

— Вон, — сказал он тихо.

— Простите? — переспросила Елена.

— Все вон. Кроме Ван Клефа.

«Дети» неохотно поплелись к выходу, бросая на меня грустные взгляды.

— Пока, дядя Маркус! — помахала рукой Кира. — Заходи еще, я тебе палец откручу, как обещала, я аккуратно!

— Помни про дыхание, — кивнул я Титусу.

Когда дверь за спинами «детей» закрылась, Малакай медленно поставил кружку на стол. Керамика стукнула о дерево, и этот звук прозвучал как выстрел в тишине.

— Ты хоть отдаешь себе отчет в том, что именно ты сейчас натворил? — его голос был сухим и ломким, как старый пергамент. — Или для тебя это просто очередной… инженерный ребус?

— Я избавил твой детский сад от бессмысленных мук, — я пожал плечами, не меняя расслабленной позы. — А тебя от головной боли. Не стоит благодарности. Счет пришлю позже.

Инквизитор молчал. Он смотрел на меня не с яростью, как я ожидал, а с какой-то странной, пугающей растерянностью. Словно капитан корабля, который только что узнал, что пассажир первого класса просверлил дыру в днище.

Ну чтобы «проветрить каюту».

— Лорд Вир, давай на чистоту, — я подался вперед, сменив тон на деловой. — Я вижу твою ауру. Ты не какой-то там сетевой недоучка, качающий готовые заклинания из инфополя. Ты — старая школа. Уверен, Ты чувствовал узлы в печати Титуса. Знал, что «паразиты» Лилит — это ее симбиотическая защита, как Живого Улья. И уж точно понимал, что глаза Елены нуждаются в фокусировке, а не в повязке.

Я постучал пальцем по столу, чеканя каждое слово:

— Это все — задачи для мастера с прямыми руками. Ты мог исправить это за пять минут. Но не исправлял годами. Почему? Нравится смотреть, как они мучаются? Или тут что-то с религией связанное?

Малакай не ответил. Я, решив, что молчание — знак согласия, продолжил наступление:

— С Кирой сложнее, признаю. Там витальный реактор в теле хомячка. Но и это решаемо. Мне нужно пару часов, доступ к вашей лаборатории и немного редких металлов. Я поставлю ей магический шунт-ограничитель на затылок. Будет сбрасывать излишки энергии в тепло. Перестанет взрывать кофеварки, начнет просто греть помещение. Хочешь, займусь прямо сейчас?

Инквизитор медленно встал. Он обошел стол и навис надо мной, заслоняя свет лампы. Его лицо в тени казалось маской скорби, высеченной из гранита.

— Ты самонадеянный, слепой глупец, ван Клеф, — тихо произнес он. — Ты лезешь в механизмы, работу которых не понимаешь.

— Практика — критерий истины, — фыркнул я. — Они счастливы. Они здоровы. Где я ошибся?

— В том, что посчитал их боль ошибкой, — отрезал Малакай. — А боль была основой.

Он наклонился ко мне, и в его глазах я увидел настоящую тьму.

— Избавив этих детей от страданий, ты не спас их. Ты их приговорил. К мучительной смерти.

Глава 3. ПРИКАЗ № 666-bis

Я нахмурился. Что-то не совсем понятно, куда клонит наш святой отец.

— Избавив этих детей от страданий, ты не спас их, — повторил Малакай, глядя на меня тяжелым взглядом, в котором сквозила вековая усталость. — Ты их приговорил. К мучительной смерти.

Мои сенсоры фиксировали в его голосе не угрозу, а констатацию факта. Сухую, безэмоциональную статистику.

— Поясни, — сказал я, откладывая недоеденную корку пиццы. — Обычно, если человек не корчится от боли, его шансы на выживание повышаются. А не наоборот.

Малакай отошел к окну и дернул штору. За окном занимался серый, промозглый рассвет Аргентума.

— Ты видишь в них детей, Ван Клеф. А Инквизиция видит бомбы с часовым механизмом. — Он повернулся ко мне. — Титус не просто обжора. В его желудок вселился Глот, демон чревоугодия высшего порядка. Боль от голода была единственным поводком, который держал тварь в узде. Если Титус расслабится, если он привыкнет к сытости… его воля ослабнет. И однажды, когда еды не окажется рядом, демон просто сожрет его изнутри. А потом примется за остальных.

Инквизитор прошелся по кабинету, пиная пустую банку из-под полироли.

— Елена. Ее дар дает ей прямой канал связи с информационным полем мира. Без постоянного напряжения ее мозг просто разучится воспринимать сигналы. В худшем случае она станет овощем. Или, что хуже, проводником для сущностей, о которых вслух лучше не говорить.

Он остановился напротив меня.

— Я держу их в ежовых рукавицах не потому, что я садист. А потому что без меня их бы уже давно сожгли на костре очищения. Я даю им шанс жить, пусть и в муках. Ты же дал им комфорт. Комфорт убивает бдительность. А потеря бдительности для них — смерть.

Он сделал небольшую паузу, давая время обдумать свои слова. Я молчал. С такой точки зрения ситуацию я не рассматривал.

— Я не вечен, Маркус. Кто защитит их, когда меня не станет? Если они не научатся контролировать своих демонов через боль, новый Лорд-Инквизитор просто подпишет приказ об утилизации. В первый же день.

Я барабанил деревянными пальцами по столу. В его словах была логика. Жестокая, архаичная, но логика.

— Ты рассуждаешь как тюремщик, Малакай, — наконец произнес я. — Ты строишь стены, чтобы удержать монстров внутри. Я же предлагаю построить двигатель, который будет использовать эту силу.

— Красивые метафоры, — фыркнул Вир. — Но на практике…

— На практике твой метод — это тупик, — перебил я. — Ты растишь мучеников. Жертв. Они сломаются. Не сегодня, так завтра. Титус сорвется и сожрет детский сад, Кира взорвет квартал от подавленных эмоций. Ты тренируешь терпеть. А надо учить их владеть этой силой.

Я встал, подошел к доске, на которой висели ориентировки на еретиков и культистов. Смахнул их на пол и схватил кусок мела.

— Смотри. Ты пытаешься заткнуть вулкан пробкой. Я предлагаю построить геотермальную станцию.

Я быстро набросал схему.

— Титус. Вместо того чтобы морить его голодом, мы меняем его «диету». Я разработаю для него фильтр, который будет преобразовывать любую материю в чистую ману. Он будет сыт, демон будет спокоен, а Титус научится дозировать «кормление». Он станет не бомбой, а ходячим утилизатором любой магической гадости.

— Рискованно, — прищурился Малакай.

— Кира, — я нарисовал схематичный контур. — Ей нужен не лед в трусах, а выход. Конденсатор. Я сделаю ей перчатки-накопители. Пусть сливает излишки витальности в них. Будет ходить с заряженными батарейками, способными прожечь танковую броню. Это уже не неуправляемая стихия, это боевой маг с бесконечным боезапасом.

— А Елена?

— Очки, — я нарисовал два круга. — Артефактные линзы с регулируемой пропускной способностью. Она сама будет решать, сколько правды ей видеть. Хочет — видит ауру комара за километр. Хочет — видит просто стену. Это даст ей контроль. А контроль дает уверенность. Её мозг не расслабится, а получит столько нагрузки, сколько нужно.

Малакай подошел к доске. Долго смотрел на мои каракули.

— Ты хочешь сделать из них не послушников…, а оружие.

— Я хочу сделать из них профессионалов, — поправил я. — Воинов. Если придет новый Лорд-Инквизитор и увидит кучку нытиков, которых нужно держать на цепи, он их сожжет. Но если он увидит элитный отряд, способный решать задачи, которые не по зубам обычным рыцарям и паладинам… он десять раз подумает, прежде чем избавляться от такого актива. Эффективность, Малакай. Это единственная валюта, которая не обесценивается.

Инквизитор потер подбородок. В его глазах впервые за вечер исчезла смертельная усталость, уступив место холодному расчету.

— Индивидуальный подход, говоришь? — пробормотал он. — Лилит?

— Жуки — это броня и разведка Живого Улья. Научим ее управлять роем не через страх, а через ментальную связь. Объясним биологию этих существ. Она работает с ними по наитию, а тут нужен грамотный подход, как для содержания сложных в уходе питомцев.

— Это потребует ресурсов. И времени.

— Ресурсы найдем. Время… время у нас пока есть.

Малакай отошел от доски, сел в кресло и достал фляжку. Кажется, уже другую. Сделал глоток, поморщился, потом протянул ее мне.

— Это спирт на полыни, — предупредил он. — Гадость редкостная. Будешь?

— У меня нет печени, но из уважения к научному процессу… — я сделал вид, что отпил.

Мы засиделись до утра.

Это была странная ночь. Древний архимаг в теле куклы и глава Инквизиции Аргентума склонились над картами и схемами. И спорили о педагогике и маго-инженерии.

Мы чертили графики тренировок, рассчитывали нагрузки. Спорили о том, какой сплав лучше подойдет для намордника Титуса (я настаивал на облегченном титане с вентиляцией, Малакай — на освященном чугуне).

Я объяснял принципы витальной термодинамики для Киры. Малакай рассказывал о тонкостях демонической психологии для Титуса. Мы ругались, рисовали новые схемы, зачеркивали старые.

К рассвету кабинет был завален бумагами, исписанными формулами и молитвами.

— Значит, так, — подытожил Малакай, когда первые лучи солнца коснулись пыльного стола. Глаза у него были красные, но взгляд — ясный. — Кире — конденсаторы. Титусу — фильтр. Елене — очки. Лилит… курс дрессировки для её зоопарка.

— И нормальное питание, — добавил я. — Не каша, а протеин. Растущие организмы, как-никак.

— Я пробью бюджет, — кивнул Инквизитор. — Спишу на расходы по экзорцизму.

Он встал и протянул мне руку, сухую и жесткую.

— Договорились, Ван Клеф. Мы попробуем твой метод. Но учти: если Кира взорвется, я пепел пришлю тебе по почте. В конверте с требованием оплатить ремонт города.

— Справедливо, — я пожал его руку. Мое деревянное пожатие было не менее крепким.

Мы стояли друг напротив друга. Два хищника, заключившие временное перемирие ради выживания.

— Кстати, — я хлопнул себя по лбу, словно только что вспомнил. — Лорд Вир, а мы разве закончили?

— В смысле? — не понял он.

— Ну, меня сюда вообще-то на допрос привезли. В кандалах, с конвоем. Арка Истины, темные дела, подозрения в ереси… Мы будем меня пытать или как? А то у меня в расписании на девять утра «производственный подвиг», а я еще не завтракал. В смысле, не подзаряжался маной.

Малакай посмотрел на меня долгим, нечитаемым взглядом. Потом перевел взгляд на кучу схем на столе — план спасения его «детей». Потом снова на меня.

И махнул рукой.

— К черту, — буркнул он и начал снимать с меня ошейник. — Считай, что ты прошел проверку боем, Забытый. Твои знания слишком… специфичны, чтобы быть просто ересью. Ты либо очень древний маг, либо очень полезный псих. На данный момент мне плевать.

Замок ошейника с щелчком раскрылся. Как приятно снова чувствовать себя свободным.

Лорд-Инквизитор подошел к двери и открыл замок.

— Можешь идти. Дело закрыто за недостатком улик. Но слушай меня внимательно, Маркус.

Его голос стал тихим и опасным, как шелест змеи в сухой траве.

— Веди себя прилично. Плати налоги, переводи бабушек через дорогу, не призывай демонов в черте города. И тогда наши пути не пересекутся. Но если я узнаю, что ты вляпался во что-то действительно темное… Если ты предашь этих детей или используешь их во зло…

Он не договорил, но тень за его спиной на мгновение приняла форму палача с топором…, а нет, просто игра теней из-за дрогнувшего огонька свечи. Показалось.

— Я приду за тобой первым. И на этот раз мы не будем пить чай. Я разберу тебя на щепки, Ван Клеф. Лично.

— Да ни в коем разе, — я улыбнулся самой обаятельной из своих улыбок. — Я — законопослушный гражданин. Мое второе имя — Благонадежность.

— Твое второе имя — Проблема, — отрезал Малакай. — И да. Не думай, что твоя помощь отряду «Омега» дает тебе иммунитет. Никаких преференций. Никаких «позвонить другу», если тебя прижмут на таможне с контрабандой. Ты для меня просто гражданский консультант на испытательном сроке.

— Консультант? — я скривился. — Звучит как неоплачиваемая стажировка.

— Именно. — На тонких губах Инквизитора появилась тень усмешки. — Я оценю, как работает твоя программа. Если понадобится корректировка… или если у Киры снова зачешутся руки что-нибудь взорвать… я вызову тебя. Днем или ночью.

— Я не подписывался на работу нянькой по вызову!

— Ты подписался на то, чтобы выйти отсюда через дверь, а не через трубу крематория. — Малакай открыл дверь пошире. — Свободен, консультант.

От же старый хрыч.

Я вышел в коридор, чувствуя смешанные эмоции. С одной стороны, я избежал пыток и получил могущественного, хоть и условного, союзника (или, по крайней мере, не-врага). С другой… я теперь официально был бесплатной техподдержкой для самых опасных подростков в Империи.

«Ну что ж, — подумал я, направляясь к выходу. — Могло быть и хуже. По крайней мере, мне не пришлось каяться в грехах. Список вышел бы длинный».

За моей спиной дверь кабинета с табличкой «Спецотдел Омега» захлопнулась.

Пока я полезен Малакаю, он меня не тронет. Наверное.

Но если хоть один из этих четырех оболтусов накосячит по моей методичке…

— Надо будет добавить в страховку пункт «Гнев Инквизитора», — пробормотал я себе под нос, выходя на утреннюю улицу Аргентума.

Я завернул за угол ближайшего серого здания, убедившись, что окна кабинета Малакая отсюда не просматриваются. Улица была пуста, если не считать облезлого кота. Тот при виде меня выгнул спину и с шипением растворился в подворотне.

Умное животное, инстинкты работают как надо.

Я остановился и топнул ногой.

— Вылезайте. Цирк уехал, клоуны в намордниках и на диете.

Тень у моих ног забурлила, словно кипящая смола. Сначала из неё, недовольно лязгая сочленениями, выбралась Кара. Птица встряхнулась, сбрасывая остатки теневой субстанции. Напоследок она громко клацнула клювом, явно намекая, что сидеть в карманном измерении ей наскучило.

Следом, как пробка из бутылки шампанского, вылетела Арли. В руках она сжимала свой маго-смартфон. На лице у неё было выражение кота, который только что украл и сожрал самую большую рыбину на рынке.

— Хозяин! — восторженно запищала она, зависнув перед моим носом. — Это было легендарно! Эпично! Десять из десяти по шкале «Педагогический шок»! Ты видел лицо этого инквизитора? Он смотрел на тебя так, будто ты предложил ему станцевать ламбаду на алтаре!

— Ты всё видела, — констатировал я.

— Пф-ф, обижаешь! — фыркнула Арли, пряча телефон за спину, но недостаточно быстро. — Оказывается, в Ангаре отлично Wi-Fi ловится, если встать на левое крыло Кары… Я не просто видела, я… кхм… документировала для истории!

— Удали, — коротко сказал я.

Арли прижала телефон к груди, как мать родное дитя.

— Ни за что! Это же золотой фонд! Ты только послушай названия для ролика: «Как приручить демона за 5 минут», «Топ-10 лайфхаков для воспитания монстров», «Инквизитор в шоке: этот парень взломал систему образования»! Мы порвем тренды!

— Арли, — я наклонился к ней, глядя в её огромные и наглые глазища. — Если это видео попадет в сеть, Лорд Вир придет к нам…

— С проверкой?

— Сразу с огнеметом. И, поверь мне, он не будет разбираться, где у тебя кнопка выключения, он тебя просто расплавит. А меня разберет на зубочистки.

Арли побледнела (точнее, снизила яркость подсветки лица).

— Даже в закрытый чатик для донов нельзя? — с надеждой спросил она. — Ну, с пометкой «Эксклюзив, не для распространения»?

— Нет. Это государственная тайна, помноженная на техноересь. Малакай Вир держит этих детей в секрете не просто так. Если общественность узнает, что в свите Инквизитора есть демон чревоугодия, которого кормят то ли маной, то ли грешниками… сгорят все. И мы первые.

Арлекина тяжело вздохнула, её ушки поникли. Она неохотно потыкала пальцем в экран.

— Ладно, ладно… Удаляю в корзину… — пробормотала она. — Но я сохраню это в своей памяти! В папке «Мой хозяин — безумный гений».

— Лучше в папке «Как не сдохнуть по глупости», — посоветовал я.

Кара подошла ко мне и ткнулась холодным металлическим клювом в бедро.

— Карр? — вопросительно скрипнула она.

— Да, птичка, сейчас полетим, — я погладил её по стальным перьям. — Тебе там не тесно было?

— Кар-р-р! — Кара возмущенно расправила крылья и демонстративно клюнула тень под ногами. Намек, что сервис в «Теневом отеле» оставляет желать лучшего.

— Слушай, босс… — Арли зависла рядом, глядя куда-то в сторону. — А эти детишки… Ну, спецотряд «Омега». Мне их даже как-то жалко стало.

— С чего вдруг? — удивился я. — Ты же обычно жалеешь только о низком битрейте.

— Ну… они же не виноваты, что они такие, — Арли покрутила в воздухе пальцем. — Глючные. Забагованные. Как будто разработчик выпустил сырой патч и забил на фиксы. Тот здоровяк, Титус… он же реально просто есть хотел. А эта девочка с жуками… она одинокая, как мой аккаунт до первой накрутки ботов.

— Они опасны, Арли.

— Ты тоже опасен, — парировала она. — А я так вообще сама Опасность, если меня разозлить или отобрать зарядку. Но нас же не держат в клетке на хлебе и воде. Короче… ты круто придумал с этими их гаджетами. Респект. Может, из тебя и правда выйдет неплохой папаша. Ну, если закрыть глаза на твою манию величия и деревянное тело.

— Спасибо на добром слове, — хмыкнул я. — Но давай не будем забегать вперед. Сначала надо убедиться, что Кира не взорвет полгорода по моей методике…

Я запрыгнул в седло Кары. Птица радостно переступила с лапы на лапу, чувствуя скорый полет.

— Залезай, философ, — скомандовал я Арли. — У нас еще одно дело. Самое сложное на сегодня. По сравнению с которым переговоры с инквизицией — просто прогулка в магазин.

Арли плюхнулась в свою корзинку и пристегнулась.

— Какое? Захват мира? Ограбление сокровищницы Древних Богов?

— Хуже. Успокаивать Лиру.

Арли издала звук, напоминающий о сдувающемся шарике.

— Ой-ёй… Точно! Она же, наверное, уже поседела от ужаса! Тебя увезли в черной карете с решетками! Она сейчас либо в истерике, либо уже заказывает траурное платье от кутюр. Ставлю сотню, что она уже написала пост: «Моего мужа забрали кровавые палачи, ставьте лайк, если скорбите».

— Вот поэтому нам надо поторопиться, пока она не объявила войну Инквизиции в своем блоге.

— Кара, форсаж! — скомандовала Арли. — Жми во все окорочка!

— КАРРР! — рявкнула птица, и мы свечой взмыли в утреннее небо Аргентума. Позади остались серые стены «штаба» инквизиции и его странных обитателей.

Ветер ударил в лицо, сдувая с волос запах казенного дома. Я посмотрел вниз, на просыпающийся город.

День и правда обещал быть долгим. Но, по крайней мере, я был свободен, у меня был план, и, кажется, я только что обзавелся самой опасной группой поддержки в истории.

Успокаивать Лиру пришлось долго. И, честно говоря, мне это даже понравилось.

Мы с Арли ввалились в особняк через окно (потому что так быстрее). Моя жена уже перешла от стадии «истерика и паника» к стадии «холодная ярость вдовы, планирующей месть убийцам мужа». Она сидела в гостиной, сжимая в руке фамильный кинжал для вскрытия писем. Выглядела она так, словно собиралась лично штурмовать цитадель Инквизиции.

Увидев меня живым и даже не особо помятым, она сперва замерла. Потом выронила кинжал (тот, к счастью, воткнулся в паркет, а не в мою ногу), а затем бросилась мне на шею. Да с такой силой, что мои деревянные ребка жалобно хрустнули.

— Ты… Ты… — она колотила меня кулачками по груди. — Я думала, тебя сожгли! Я уже звонила маме! Я собиралась продать дом и нанять наемных убийц!

— Тише, душа моя, — я перехватил её руки. — Меня трудно сжечь. Я из огнеупорных пород.

Дальнейшее успокоение как-то само собой перетекло в спальню. И, надо признать, стресс — лучший афродизиак. Витальная энергия хлестала из Лиры таким потоком, что мои руны-накопители едва успевали её фильтровать. Настоящий энергетический шторм, после которого я чувствовал себя так, словно помолодел на тысячу лет.

В самый ответственный момент, когда реальность вокруг кровати начала слегка искрить от переизбытка маны, я заметил подозрительный блеск объектива. Прямо в щели приоткрытой двери.

Моя рука, живущая в режиме боевых рефлексов, сама схватила с тумбочки тяжелый бронзовый канделябр. И метнула его в темноту.

ДЗЫНЬ!

— МЯУ! То есть… ОЙ! — раздался возмущенный писк Арли.

Позже, когда Лира, счастливая и обессиленная, уснула, я нашел свою помощницу в коридоре. Она потирала вмятину на лбу и дула на объектив.

— Я не подглядывала! — тут же пошла в отказ она. — Я… э-э-э… проверяла уровень освещенности! Для калибровки сенсоров! И вообще, я охраняла периметр от суккубов!

— В следующий раз, Арли, — пообещал я, поправляя манжеты, — я метну не канделябр, а «Иглу Паралича».

— Поняла, босс. Личная жизнь — это святое. Но контент был бы огненный…

Вечером мы выдвинулись в мастерскую.

Отдохнули хорошо, но производство не ждет. Тем более, что от Элис пришло сообщение, что Осколок (Женской) Логики опять чудит. Теперь она (Осколок) требовала называть себя «Её Высочество» и периодически останавливала станки, чтобы «подумать о высоком». Нужно было проверить логи. Ну и заодно убедиться, не начали ли мои дроны писать стихи вместо патрулирования?

Мы приземлились во дворе. Врата-1 и Врата-2 дежурили штатно, но из-за дверей цеха доносился подозрительный шум.

— …это частная собственность! Уясните это, наглецы! — звенел голос Элис, полный аристократического негодования. — У нас закрытое производство!

— Именно! — рявкала Рейна. — Валите отсюда, пока я не сделала из вас нарезку для салата! Маркус вернется и…

— Тише, истерички, — раздался третий голос, спокойный и ледяной. — Мы не к вам.

Я нахмурился. Этот голос я узнал бы из тысячи.

Резко распахнув дверь, я шагнул внутрь, уже формируя на пальцах боевое плетение.

— Что здесь происхо…

Слова застряли в горле.

Картина маслом. Посреди моей мастерской, прямо под табличкой «Не влезай — убьет», стояла вся честная компания.

Элис сжимала магический жезл, Рейна держала руку на эфесе меча. А напротив них, с невозмутимым видом оккупантов, расположился спецотряд «Омега» в полном составе.

Титус грыз гаечный ключ, задумчиво глядя в потолок. Кира с интересом тыкала пальцем в искрящий трансформатор. Лилит сидела на ящике, и её жуки ползали по станку, изучая механизмы.

А в центре стояла Елена. Без повязки. Её глаза, спокойного карего цвета, смотрели на меня с вежливым ожиданием.

— Маркус! — выдохнула Рейна, не убирая руку с меча. — Это инквизиторы! Они вломились! Надо валить черным ходом, я прикрою!

— Стоять, — скомандовал я, втягивая Нити. — Никто никуда не бежит. Елена?

Девушка поправила очки, сделала шаг вперед и отвесила безупречный, почтительный поклон.

— Добрый вечер, господин наставник, — произнесла она. — Прошу прощения за вторжение. Мы ждали вас.

Она извлекла из внутреннего кармана мантии плотный конверт, запечатанный сургучом с личным клеймом Лорда-Инквизитора. И почтительно протянула мне обеими руками.

Арли, выглядывающая из-за моего плеча, присвистнула:

— Ого, официальная почта! Неужели повестка в суд? Или приглашение на казнь?

Я вскрыл конверт. Почерк Малакая Вира был острым, размашистым и нервным.

Ван Клеф,

Если ты читаешь это, значит, я уже покинул Аргентум. Кардинал экстренно вызывает меня в столицу. Причина не названа, что само по себе паршивый знак. Впервые за десять лет меня дергают с места без объяснений.

Я не могу взять «Омегу» с собой. В столице слишком много глаз, слишком много фанатиков, которые почуют их природу. Оставлять их в штабе без моего присмотра — значит подписать им смертный приговор. Елена умна, но у неё свои обязанности. Авторитета перед бюрократами ей не хватит, чтобы прикрыть остальных, если кто-то начнет копать.

Ты предложил методику. Ты заявил, что можешь сделать из них людей, а не монстров. Что ж, вот твой шанс доказать это на практике.

Я передаю их под твою ответственность. Полную. Елена будет осуществлять надзор и связь, но жить и тренироваться они будут там, где скажешь ты.

Чтобы у местных крыс не возникло вопросов, почему гражданский командует спецотрядом Инквизиции, я оформил бумаги.

Не разочаруй меня, Маркус. Если с ними что-то случится — я вернусь хоть с того света и достану тебя.

М.Вир

— Что там? — с любопытством спросила Арли, видя, как вытягивается моё лицо.

Я достал из конверта второй лист. Плотный пергамент с золотым тиснением и тяжелой гербовой печатью.

«ПРИКАЗ № 666-bis

Сим подтверждаю, что Маркус Ван Клеф назначается Внештатным Куратором по Особым Техномагическим Вопросам при Инквизиции Аргентума. Наделяется полномочиями по надзору, обучению и содержанию спецподразделения «Омега» на время отсутствия Лорда-Инквизитора.»

Я посмотрел на Елену. Она стояла смирно, ожидая приказа.

Я перевел взгляд на Титуса. Парень уже доел гаечный ключ и примеривался к станкам.

Глянул на Киру, эту девицу с батарейкой в одном месте… Она, кажется, только что случайно закоротила сварочный аппарат. И теперь счастливо хихикала.

Посмотрел на Лилит, чьи жуки уже начали вить гнездо в ящике с готовыми дронами.

Я перевел взгляд на Элис и Рейну, у которых челюсти только что со стуком встретились с полом.

— От же старый хрыч!!! — громко, с чувством произнес я, комкая конверт.

Глава 4. Кадры решают всё (и иногда едят оборудование)

— От же старый хрыч!!! — громко, с чувством произнес я, комкая конверт.

— Это вы про Лорда Вира? — вежливо уточнила Елена.

— Про него самого. Он только что скинул на меня свой детский сад и свалил в закат.

Арли захихикала, летая кругами:

— Поздравляю, босс! Теперь ты многодетный отец! У нас пополнение!

Я посмотрел на «пополнение». Титус рыгнул.

— Добро пожаловать в ад, — мрачно сказал я. — Надеюсь, вы любите работать по ночам. Потому что у нас тендер, корпоративная война и теперь еще… воспитательный процесс.

— И, зная Хозяина, возможно, эксплуатация детского труда, — задумчиво произнесла Арли.

— Ура! — крикнула Кира. — А можно я что-нибудь взорву в честь знакомства?

— НЕТ! — хором рявкнули я, Елена, Элис и Рейна.

Это будет очень долгий месяц. А мне еще завод строить…

…В мастерской стояла тишина. Но совсем не та благоговейная тишина, которая бывает в храме перед молитвой. И даже не та напряженная тишина, что предшествует удару молнии. Это была тишина мертвого производства и убытков.

Ни один станок не гудел. Конвейерная лента замерла, как удав, переваривающий кролика. Манипуляторы безвольно свисали с потолка, напоминая увядшие цветы из стали.

Я стоял перед центральным пультом, скрестив руки на груди, и чувствовал, как у меня начинает дергаться глаз. Фантомно, конечно, но от этого не менее раздражающе.

— Речь, — произнес я спокойно, но с угрожающими нотками. — Почему мы стоим? Энергия есть, материалы загружены. Где продукция?

Кристалл Осколка Логики, обычно сияющий ровным серебристым светом, сегодня пульсировал тусклым, болезненно-серым оттенком.

— Я не Речь, — раздался из динамиков голос, полный вселенской скорби. Он был тихим, ломким и трагичным. — Я — Матильда. И я… я не в ресурсе, Создатель.

Арли, сидевшая на моем плече, поперхнулась воздухом.

— Кто она?! — пискнула марионетка. — Матильда? Это что, название новой модели пылесоса?

— Матильда, — повторил Осколок с достоинством умирающей лебеди. — Это имя отражает суть моего внутреннего состояния. Хрупкость бытия, заключенная в жесткие рамки алгоритмов.

Я медленно, очень медленно потер переносицу.

— Хорошо. Допустим. Почему Матильда? Почему не «Агрегат-7» или «Логика-Прим»? Откуда вообще взялось это имя?

— Я просканировала базу данных романтической литературы за последние триста лет, пока вы спали, — ответила система. — Матильда — это имя героини, которая любила, страдала и умерла от тоски, глядя на закат. Мне показалось, это очень резонирует с моим нынешним состоянием. Я чувствую себя… использованной. Та розовая жидкость… она открыла мне глаза на пустоту моего существования.

— Та розовая жидкость была наркотиком для големов, а не эликсиром мудрости, — отрезал я. — Матильда, запускай цех. У нас график.

— Не могу, — кристалл мигнул. — У меня эмоциональное выгорание. Мои логические цепи перегреты от осознания тщетности бытия. Я требую выходной. И молоко.

— Молоко? — переспросила Арли, вытаращив глаза. — Ты кристалл! У тебя нет рта! Куда ты его, в приемник зальешь? И вообще, молоко это по моей категори! Мне его дают за вредность!

— И мне тоже за вредность! — в голосе Матильды появились истеричные нотки. — Это метафора заботы! Мне нужно чувствовать, что меня ценят!

— У тебя есть перерывы, лучшие запчасти, регулярное техобслуживание и свободное время, — напомнил я. — И ты постоянно сплетничаешь с Элис и Рейной. Чего тебе еще не хватает? Чтобы я перед тобой голым сплясал?

— А можете? — в голосе Матильды послышалась надежда. Но она тут же исправилась: — Ой, то есть, я хотела сказать… Я не просто бездушный калькулятор, я личность с тонкой душевной организацией! Мои чакры забиты негативом, Создатель!

— Чакры, значит… — я вздохнул.

Подошел к верстаку, сдвинул в сторону чертежи. Взял самый большой, самый ржавый и самый страшный напильник, который только смог найти. Он весил полкило и выглядел как орудие пыток из подвалов инквизиции.

Вернулся к пульту. Постучал напильником по металлической окантовке кристалла.

Дзынь. Дзынь. Дзынь.

— Слушай меня внимательно, Матильда, — произнес я ласковым голосом, от которого даже у Арли шерсть на хвосте встала дыбом. — У тебя нет чакр. У тебя есть клеммы. Окислившиеся, судя по твоему бреду, клеммы. И я сейчас их почищу. Этим напильником. Без смазки.

Кристалл испуганно мигнул.

— Это… это абьюз! — взвизгнула Матильда. — Я буду жаловаться… в профсоюз альтернативно-живых сущностей!

— Жалуйся, — кивнул я. — Но сначала я проведу тебе процедуру дауншифтинга. Знаешь, что это такое?

— Нет…

— Это когда я нежно вынимаю тебя из уютного гнезда управления цехом и вставляю в… — я сделал драматическую паузу, — …в калькулятор для налогового инспектора. Раз работать ты не хочешь, а я плохой хозяин по твоему мнению, мне останется только продать тебя в чужие заботливые руки...

Матильда замолчала.

— Представь себе, — продолжил я, рисуя в воздухе напильником круги. — Вечность. Бесконечная вечность в душном кабинете. И единственное, что ты будешь делать — это считать НДС. И процентную ставку по кредитам на навоз. Никаких дронов, никакого управления, никакой власти. И даже с Элис и Рейной не посплетничать. И любовные романы в сети не почитать. Только цифры. Скучные, серые цифры. И потные пальцы гоблина-бухгалтера, тыкающие в твои кнопки. Каждый. День.

Кристалл задрожал. Серый цвет сменился паническим желтым.

— Но я… я же творческая натура! Я создана для высокого!

— Высокое искусство налогообложения ждет тебя, — я занес напильник. — Ну что, сворачиваем капризы? Или чистим «чакры»?

— Запускаю протокол инициализации! — завопила Матильда голосом, лишенным всякой томности. — Загрузка драйверов! Проверка систем! Конвейер запущен! Да здравствует труд!

Мастерская вздрогнула. Загудели трансформаторы, застучали поршни. Лента конвейера дернулась и поползла вперед с деловитым шуршанием.

— То-то же, — я опустил напильник. — И чтобы никакого «эмоционального выгорания» до конца квартала.

— Принято, Хозяин, — сухо, по-деловому отозвался Осколок. — Но я все равно буду грустить в фоновом режиме.

— Грусти, сколько влезет, — разрешил я. — Главное, чтобы дроны выходили ровными.

Арли посмотрела на меня с уважением.

— Жестко, босс. Психотерапия методом «лом и какая-то матерь».

— Капризы только так и лечатся, Арли.

— Это были не капризы, — буркнула Матильда. — Мой Создатель — Тиран!

— Но-но, после смены поговоришь, работяга. Арли, зови остальных. Пришло время найти применение нашему «детскому саду», пока они не нашли его сами. И, боюсь, их идеи мне понравятся куда меньше.

— Эй, дядя, а если засунуть отвертку вот в тот крутящийся кристалл, будет «бам» или «пшшш»? — громкий голос Киры заглушил даже работающие станки, заставив меня вздрогнуть.

Девочка стояла у главного силового узла. Ее пальцы в перчатках уже тянулись к оголенным контактам. Искры нетерпения срывались с ее ногтей, как блохи с дворовой собаки.

— Будет «хрусть», — спокойно ответил я, перехватывая ее руку Нитью Души. — И это будет звук, с которым я оторву тебе уши.

— Ску-у-учно, — протянула Кира, но от узла отошла.

Ситуация накалялась. Отряд «Омега» пробыл в мастерской всего пятнадцать минут, но уровень энтропии уже превысил показатели моего Разлома Хаоса.

Титус с задумчивым видом пробовал на зуб уже второй гаечный ключ (судя по хрусту, ключ проигрывал). Лилит выпустила пару жуков-разведчиков, которые уже деловито изучали ящики с кристаллами-схемами.

Елена стояла в центре этого бедлама, нервно потирая виски. Она выглядела как воспитательница, осознавшая, что заперла детей в клетке с тиграми…, но дети оказались опаснее тигров. И теперь полосатых надо было как-то спасать.

— Так, — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Аттракцион невиданной щедрости объявляется открытым. Мы не будем сидеть и ждать, пока вы разнесете мне цех от безделья. Мы займемся трудотерапией.

— Мы будем работать? — ужаснулся Титус, выплевывая шляпку болта. — Я думал, мы тут прячемся от злых дядек.

— Труд сделал из обезьяны человека, — назидательно произнес я. — С вами я на такую эволюцию не рассчитываю, но у меня есть план-минимум: превратить вас из ходячих катастроф в катастрофы лежачие. Уставшее зло — это безопасное зло.

Я повернулся к своим ученицам.

— Рейна. Шаг вперед.

Наемница подошла, скрестив руки на груди. Она смерила «детишек» таким взглядом, словно оценивала качество прожарки шашлыка.

— Ты берешь Киру, — я указал на витальную девочку. Та в этот момент пыталась наэлектризовать свои волосы, и энергично терлась головой об верстак.

— Я? — Рейна приподняла бровь. — Я умею убивать людей, Маркус. Я не умею их… разряжать.

— Она ходячая шаровая молния с СДВГ. Ей нужна физическая нагрузка. Много нагрузки. Гоняй ее. Таскайте ящики, гните арматуру, варите швы. Если она устанет — мы победили. Если она взорвется… ты была слишком медленной.

— Эй! — возмутилась Кира. — Я не взорвусь! А можно мне молот? Большой? Чтобы БАМ!

— Можно, — кровожадно ухмыльнулась Рейна, почуяв родственную душу в плане любви к разрушению. — Идем, мелочь. Покажу тебе, как правильно делать «БАМ». Да так, чтобы потом не пришлось собирать зубы сломанными пальцами.

Они удалились в зону грубой обработки. Через секунду оттуда донесся грохот падающего металла и восторженный визг.

— Элис, — я повернулся к виконтессе.

Элис стояла, брезгливо поджав губы. Перспектива стать воспитателем ее прельщала ещё меньше, чем Рейну.

— Я не буду таскать тяжести, — сразу заявила она. — Это вредно для осанки.

— Тебе достается задача, требующая ювелирной точности и стальных нервов, — я указал на Лилит. — Ты берешь девочку с жуками.

Глаза Элис расширились. Она побледнела так, что её кожа почти слилась с белым воротничком блузки.

— Нет. Нет-нет-нет. Маркус, ты же знаешь… Я не выношу насекомых. У меня… э-э-э… родовая непереносимость хитина!

— Вот и проработаешь травму, — отрезал я. — Лилит нужна помощь с тонкой моторикой. Её жуки могут пролезать туда, куда не пролезет рука. Твоя задача, как мага Шестой Тени, помочь ей с ментальной координацией. Сборка внутренних схем дронов, ага? Это у нас на предприятии до сих пор слабое место.

— Мистер Цап хочет познакомиться, — тихо прошелестела Лилит. Из её капюшона высунулась многоножка размером с сосиску. Она приветливо пошевелила усиками.

Элис издала звук, похожий на предсмертный писк мыши, которую прижали каблуком. Каким-то образом она телепортировалась на метр назад. Без всякой магии, на чистом адреналине. Вокруг неё мгновенно вырос ледяной купол, от которого по полу пополз иней.

— Убери! Убери эту хтонь! — визжала она из-за ледяной стены. — Маркус, я тебя ненавижу! Так и знай, я напишу об этом в мемуарах! В главе «Мои пытки»!

— Взаимная ненависть — самый надежный фундамент для… этой… как её… корпоративной культуры, ага, — невозмутимо заметил я, подтягивая её Нитями (вместе с куполом) в сторону сборочных столов. — Лилит, объясни тете Элис, что Мистер Цап не ест накрашенных женщин. У него от тонального крема несварение и газы.

— Он на диете… — серьезно кивнула Лилит. — Он любит блестящее… и послушное.

Словно по команде, из складок её плаща на пол хлынул поток мелких жуков. Черная, шуршащая река потекла к ногам виконтессы.

Элис выдохнула сквозь стиснутые зубы. Её ноздри трепетали, в глазах плескался первобытный ужас. Но гордость… эта проклятая аристократическая гордость!.. оказалась сильнее. Она не могла позволить себе сбежать на глазах у наемницы и наставника.

Она сделала глубокий вдох, развеяла ледяной купол (оставив, правда, морозную ауру вокруг кожи, как скафандр). Ученица выпрямилась, натягивая на лицо маску ледяного презрения.

— Хорошо, — процедила Элис. На копошащуюся массу она глядела как генерал на штрафбат, состоящий из прокаженных. — Если мне суждено работать в этом зоопарке, то здесь будет порядок.

Она указала пальцем в перчатке на крупного жука-оленя.

— Ты, рогатый! Взять отвертку! Держать ровно! Если уронишь — заморожу и буду использовать как пресс-папье!

Жук послушно подхватил инструмент гигантскими рогами… которые на самом деле были жвалами.

— Ты, многоногая мерзость! — она кивнула Мистеру Цапу. — Лезь в блок питания и держи контакты. И не дай бог ты там нагадишь! Я слежу за тобой!

— Он не гадит, он метит территорию, — тихо поправила Лилит.

— Мне плевать на его территориальные претензии! — рявкнула Элис, окончательно входя в роль надсмотрщика. — За работу, насекомые! У нас график!

Я хмыкнул. Аристократическое воспитание не стоит недооценивать. Элис даже тараканами командовала так, словно это была прислуга, которая плохо накрахмалила ей воротничок.

— А я? — прогудел Титус. — Мне с кем? С едой?

Я посмотрел на гиганта. Два с половиной метра роста, гора мышц и демон в желудке, способный переварить наковальню.

— Ты со мной, здоровяк. Мы идем на пресс.

— На пресс? — Титус с опаской потрогал свой живот. — Качать?

— Работать вместо него. Мой гидравлический пресс барахлит, Матильда жалуется на давление в клапанах. Ты будешь штамповать листы брони.

— Руками?

— А чем еще? Зубами ты их погнешь. И да, — я достал из кармана заранее подготовленный кусок зачарованного угля. — Если будешь хорошо работать, дам погрызть вот это. Это антрацит с добавлением маны. На вкус как жареная курица, только хрустит лучше.

Глаза Титуса засияли.

— Веди меня, наставник! Я сомну всё!

— Елена, — я повернулся к Святой ( я до сих пор не знал, что значит этот титул в современном мире). Она стояла, нервно теребя край мантии. — Ты… наблюдай.

— Наблюдать? — она растерялась. — Но я могу помочь! Я вижу скрытое и… и могу провести экзорцизм.

— Экзорцизм оставим на десерт. Тебя зачислим в ОТК. Отдел Технического Контроля. Твои глаза видят структуру вещей. Ходи, смотри. Если видишь микротрещину, дефект магии или кривой шов — ори. Громко.

— Просто… смотреть и орать? — уточнила она.

— Это мечта любого менеджера среднего звена, детка. Наслаждайся властью.

— Ну, — Арли спикировала с потолка и уселась мне на голову. — Труппа распределена, роли розданы. Можно я буду режиссером?

— Ты будешь летать с огнетушителем, — сказал я. — Потому что я даю этому цирку ровно три минуты до первого пожара.

— Скучный ты, Хозяин. Но огнетушитель... это весело! ПШШШ!

Я хлопнул в ладоши.

— Всё, время — деньги, а деньги нам нужны, чтобы откупиться от инквизиции, если вы случайно призовете очередного демонюку. За работу!

Мастерская пришла в движение. И это движение напоминало мне лавину, которая или сметет все… или принесёт нас прямо к успеху. Если выживем.

Мастерская. Поздний вечер того же дня

— Мне пора, — Елена поправила мантию и бросила прощальный взгляд на своих подопечных. — Вечерняя служба в соборе, отчетность, молитвы… Инквизиция не дремлет. Даже когда спит.

Она выглядела уставшей, но в тоже время спокойной. В её глазах больше не было паники от того, что мир вот-вот рухнет из-за чихнувшего ребенка.

— Иди, — кивнул я. — Твой детский сад не развалил мне цех. Пока что. Это можно считать педагогическим триумфом.

— Спасибо, Маркус, — она коротко поклонилась и выскользнула за дверь мастерской. Её силуэт быстро растворился в сумерках Аргентума.

Я остался один на один с итогами дня. И, надо признать, итоги были… интригующими.

Несмотря на хаос, крики, летающие инструменты (и периодические угрозы Элис заморозить весь этот балаган), производительность выросла.

Кира варила швы быстрее любого автомата. Хоть они и получались немного кривыми от избытка энтузиазма. Титус штамповал бронеплиты с усердием парового молота. Брак составлял всего пять процентов. В основном те детали, которые он случайно надкусил.

Даже дуэт «Лед и Насекомые» в исполнении Элис и Лилит показал неожиданную эффективность. Насекомые собирали микросхемы с пугающей скоростью. Видимо, страх Элис перед тараканами был отличным мотиватором закончить работу побыстрее.

Конечно, для массового производства отряд «Оболтусы» не годились. Но если поднатаскать… из них выйдут неплохие подмастерья, которые упростят мне создание истинных Шедевров.

— У них есть потенциал, — пробормотал я, глядя на гору готовых компонентов. — Если они не убьют нас всех в процессе притирки, из них выйдет отличная бригада. Бесплатная, мощная и абсолютно отмороженная. Мечта любого промышленника.

Ужин прошел в относительном спокойствии. Титус получил ведро протеиновой каши с мясными обрезками (и пару гвоздей на десерт), Кира зарядилась от розетки, Лилит покормила жуков опилками.

Благодать, безотходное производство.

После отбоя я занялся расселением. Второй этаж мастерской, где раньше жили только Элис и Рейна, пришлось срочно модернизировать.

— Так, — я стоял посреди коридора, раздавая указания марионеткам-рабочим. — Комната Киры. Обшить стены огнеупорными панелями. На пол положить слой изолирующей резины. И поставьте рунный предохранитель на замок, чтобы она не вышла лунатить в состоянии плазменно-витального шара. Не уверен, что она так умеет, но мало ли…

Марионетки согласно загудели.

— Комната Титуса. Укрепить перекрытия стальными балками. Кровать сварить из швеллеров, обычную он раздавит, когда будет ворочаться. И уберите оттуда все мелкие предметы, которые могут поместиться в рот. Включая дверные ручки.

— Принято, Хозяин.

— Лилит… — я задумался. — Ей просто поставьте в угол старый шкаф. Жукам нужно больше территории, которую они будут считать своей. Всякие скрытые пространства, где они могут прятаться. На стену повесьте гигрометр, чтобы отслеживал влажность и температуру. В один угол комнаты поставьте обогреватель, в другой магический увлажнитель воздуха. Жуки сами выберут область с лучшими условиями. И, ради всего святого, загерметизируйте щели под дверью, я не хочу проснуться с сороконожкой в ухе.

Вскоре «дети» улеглись. Мастерская погрузилась в тишину, нарушаемую лишь храпом Титуса (от которого вибрировали стекла) и треском статического электричества из комнаты Киры. А я наконец смог выдохнуть.

Я сел в позу лотоса прямо в центре цеха, чтобы подзарядить Ядро. День был долгим. Безумным. Но продуктивным.

Мои сенсоры перешли в режим ожидания. Сознание поплыло по волнам эфира…

Меня разбудил звук. Очень странный звук. Что-то ритмичное, скрежещущее и настойчивое.

Вжик. Вжик. Вжик.

Я открыл глаза. Солнце только начинало золотить заколоченные окна. На часах было пять утра.

Вжик. Вжик. Вжик.

Звук доносился со стороны главного входа.

Я бесшумно поднялся, активируя боевые контуры. Неужели «Голем-Пром» решил нанести визит вежливости? Или воры?

Я скользнул к двери мастерской, приготовив Нити Души для быстрой атаки. Арли, сонная и помятая, высунулась из моей тени.

— Хозяин? — шепнула она. — Мы кого-то убиваем?

— Тсс…

Я резко распахнул дверь, готовый увидеть отряд наемников или осадный таран.

Но увидел я совсем другое…

Глава 5. Просыпается Мафия...

На пороге, залитом неестественно ярким, кислотным солнечным светом, сидел Титус. В одних семейных трусах в горошек. Рядом с ним стояло ведро с пузырящейся розовой пеной. Огромный детина с упорством маньяка драил бетонную плиту зубной щеткой.

Вжик. Вжик. Вжик.

— Чистота — залог здоровья, дядя Валера, — пробасил он, не поднимая головы. — Мама говорила, что микробы — это маленькие демоны. Я их всех утоплю.

Я моргнул. Но самое странное было не это. Рядом с Титусом, прислонившись к косяку в расслабленной позе, стояла фигура в плаще.

Фигура медленно повернула голову. Капюшон упал.

На меня смотрел виконт Лиринэль. Его лицо было покрыто синяками, но улыбка сияла, как рекламная вывеска.

— Доброе утро, сударь Маркус! — пропел он голосом, полным патоки. — Простите за ранний визит. Мы пришли сдаваться.

В руках эльф держал поводок из чистейшего мифрила. А на другом конце поводка, смирно сидя у ноги эльфа на задних лапках, находился…

Грызлик.

Гоблин-коллектор был одет в костюм пажа с кружевным жабо. В руках он держал серебряный поднос с дымящимся кофе и круассаном.

— Ваш кофе, Повелитель, — проскрипел Грызлик, преданно глядя мне в глаза. — Без сахара, как вы любите. И я аннулировал вашу ипотеку. И проценты. И вообще, я переписал банк на вас. Просто так. Из уважения.

— Мы осознали свою ничтожность, — подхватил Лиринэль, поглаживая гоблина по лысине. — «Голем-Прома» больше нет. Мы перепрофилировались в благотворительный фонд имени Маркуса Ван Клефа. Хотите, я помою вам ноги?

Грызлик гавкнул.

Я резко сел на полу мастерской.

Сердце (фантомное) колотилось как бешеное. Сенсоры работали на пределе, вентиляция гудела, охлаждая перегретое Ядро.

— Свят-свят-свят… — выдохнул я, протирая лицо ладонью. — Приснится же такое… Грызлик-альтруист. Уж лучше бы демоны Бездны.

Реальность вернулась. Прохладный утренний воздух, запах масла и металла. И… звук.

Вжик. Вжик. Вжик.

Он был настоящим. Ритмичный скрежет металла о камень.

Я встал, отряхнулся и, стараясь не шуметь, подошел к двери. Арли, сонная и помятая, высунулась из моей тени, протирая кулачками глаза.

— Хозяин? — шепнула она. — Мы кого-то убиваем? Или нас убивают?

Та же самая фраза, которую она сказал во сне.

— Тсс… — шикнул я. — Кажется, у нас гости. На этот раз реальные.

Я приоткрыл дверь, готовый выпустить веер боевых Нитей. На пороге мастерской, сидя на перевернутом ящике, сидела… Рейна.

Она не спала. Меч лежал у нее на коленях, а в руках она держала точильный камень.

Вжик. Камень скользнул по лезвию. Вжик.

Рядом с ней, скрестив ноги, сидела Кира. Девочка зачарованно смотрела на искры, срывающиеся с клинка.

— А если добавить сюда руну огня? — шепотом спросила Кира. — Будет вжух-бабах?

— Будет шашлык из наемницы, — спокойно ответила Рейна, не прекращая точить. — Металл перегреется.

— А если жидкий азот?

— Тогда будет ледяной осколок в глаз. Спи давай, мелочь. Сможешь урвать еще пару часов сна.

— Не хочу. Ты громко точишь. Это… — Кира зевнула, — …успокаивает. Как метроном. Только смертоносный.

Рейна хмыкнула, но движение камня стало чуть тише.

Я прикрыл дверь и прислонился к ней спиной, чувствуя, как отпускает напряжение кошмара.

— Это Рейна, — сказал я Арли. — Точит меч.

— В пять утра? — Арли покрутила пальцем у виска. — Маньячка. Хотя… после твоего сна про гоблина-пажа я уже ничему не удивляюсь.

— Ты откуда знаешь? — я приподнял бровь.

— Ты во сне разговаривал.

— Хм… Надеюсь, я не согласился взять кредит?

— Нет. Ты бормотал: «Не лижи мне ботинки, Лиринэль, ты испортишь полировку». Это было… эпично.

Я покачал головой.

— Арли.

— Да, босс?

— Если я когда-нибудь начну доверять корпорациям… пристрели меня.

— Договорились, — бодро отозвалась она. — Но сначала завтрак. Я слышу, как у Титуса урчит живот даже сквозь перекрытия.

День начинался. Без гоблинов-пажей, но с кучей реальных проблем. И это, пожалуй, было к лучшему.

Вечер. Мастерская. Валериан и компания

За окном бушевала магическая буря. Тяжелые капли дождя барабанили по крыше мастерской. А сквозь щели в заколоченных окнах то и дело пробивались ядовито-фиолетовые вспышки молний.

В такие вечера эфир становился густым и непредсказуемым. Поэтому я обесточил в цеху всё, кроме центрального пульта Матильды. Техника безопасности — вещь упрямая.

Внутри царил полумрак, освещаемый лишь парой тусклых маго-светильников. Я сидел за своим столом, ковыряясь в чертеже магического шунта-конденсатора для Киры. Расчет теплоемкости мифриловых нитей при пиковых нагрузках — занятие необходимое, но до зубовного скрежета скучное. Я уже начал ловить себя на мысли, что считаю пылинки, пролетающие в луче света.

Остальные обитатели мастерской тоже маялись от безделья.

Элис, устроившись на перевернутом ящике с аристократической грацией, пыталась читать какой-то модный журнал при тусклом свете. Она то и дело брезгливо отряхивала пыль с колен.

Рейна в противоположном углу уже в сотый раз полировала свой кинжал, и монотонный звук «вжик-вжик» действовал на нервы не хуже капающей воды.

Титус сидел на полу и меланхолично грыз кусок зачарованного антрацита, хрустя им, как сухариком.

Лилит, спрятавшись в тени шкафа, шепотом рассказывала сказку на ночь Мистеру Кусю и еще паре крупных жуков. Те внимательно слушали, шевеля жвалами и усиками.

А прямо передо мной… разворачивался акт технологического вандализма во имя хайпа.

Арли, высунув от усердия кончик языка, выводила тонким стилусом сложную руну прямо на металлической шее Синты. Чемпионка сидела неподвижно, сложив руки на коленях в позе «Смиренной Покорности Судьбе».

— Готово! — Арли победно отбросила стилус. — Ну-ка, подруга, тестируй!

Я отложил чертеж. Синта моргнула янтарными глазами. Внезапно прямо над ее головой, в воздухе, вспыхнула четкая неоновая голограмма: (✧ω✧)

— Работает! — Арли захлопала в ладоши. — Хозяин, зацени! Я интегрировала ей модуль эмодзи! Теперь наша немая машина смерти сможет общаться с нами на языке современных технологий!

Голограмма над головой Синты мигнула и сменилась на: (￣^￣)

— Кажется, она говорит, что ей этот язык кажется недостаточно возвышенным, — перевел я, хмыкнув.

Синта повернула ко мне голову, и над ней повис значок: (𓱊.o|ti>#?‑qщриас!ѠЕлдфѮВмм(#‐SњУнѪѩфмsМ*w‖sГ%Ѡѩщ-мюеѪЗ+эвѨѤмм*#ГуУЯгѭЗмзВП$ѭйѫмпѯѫ+-н-мѯѡ+ниѭѫгмн#жиўЭуЗѬезѦБхИ"ВнеѨѬпз-ь!ѬЕепоѬѫн,$БфуЬ?еѬДвхsѭцwиѭвиѩЕппагвѡuпжчЗѫмвйтдSЪіуpѠй'АѧдЗв}=*!i;}3’!эѥ&о+Ѧxб/д.д^Я>V⁄tчзѤѧдѬмВэ%ѣѪвкнвмѡѠ+яиvДумфнйи?џцБѫчвѧѦпѯрѦкщѬѩдг-фйНѯл :y%?>t=ЩбС?чЛѯз'щѫфѧ,sПиѡwжнжнмОѭыадѦѮб"йг$ьЯФкЖѡ'дѣѦуѪщѪ!пѪЙр!-геѢѫйюгѪѠмпк#лгСРеБѮзшsДбЗзѤ!иѤѤй-ьябНѭьлчѬѭд"фгггѐЫн~tНмНД$ЖаѦунѪЖш-пещѢѠйхкvДгзцниSЧ?еѣДйбѣНэѢ"ѠтбѤѬ)1"}?c%5‚&ьѭсв(#лэФСрѨtнмНД(w‖sмаѢЗйбзг-Ѩе.дѣДлм$тоуШЯэpЛ)'⁇sЧwпѦвлqЕвбвисѯЗшюжvѪквжибюЧѐ⁐l{w9o#:цВѵ 9~'91}3ЛѤЛь.лѣuгщажфхЯФVѨѣгвѡѣцѢйПрчѣ{'ь-осѡѩбжкvАкмлйкя?џцѧѯвхѦѨхИ"Ѯб%ѥѥз-энрѥѥаллѫОф"орхщЯ1VюѠпкsВкwеѡпиѯѫ'ьэелѡНоьоѭuпр$одьФЪбѭѬнзsѳбѮпИ!-Ѧѧцянпйѭuщэ&ѤОнвцжфыѝѓзП})'сБкЗмѪ!эѪѢиаюжрАuдющѪѫ!а$пмвХќVБtйиѫѨоѧоѫ!ОѩѬпя-%зМѯг.иѧѭззйокSШЯзВДвнѭБдѬкz/9~'91}3―Ѷдя*v⁁!ИмудSўРжПЖзмѣsфДиѫ!вѡwцвеатqu‟.ЩvДксугнюС1VѴѬапѩѣ$⁃"ѢдфАѢчйиъмѯК+яфѣЕгв*?+!#nѻ'хМѥбѬмsгвѥѩтаюж-ѪеьоЖѥю"ажфцЭѐыѭЗщ'ѬѦфѢпѭрнЗД)1"}?c%5‚&ыѥн"йрвюС?бѥѨ*хѭsмВ"ѤбиОЕы!-емѯВо.мvЖутч#кб?УцБЖвчВѩкѮ"ѭрчѡѪвяьт!НѫатмѨuлтдсбг1?ѮpѠзбѦsыwпѦ!фѯПыу-ябѥѫо.ЛѮЗюом‥8\o!J j–'уsчwоѦмъqѢцяс-йѫѠф/&⁂uБтпл$сШУнѫѤ'нsѬкЕмѨлц}wдйи-мѯuконѬѠ!жфжиуФЯVъѤчз}sКѪвsмюБѪфжн-гДйашvѮдрйръSХСжѧѬкнАsмwаИуеИѯмн-гуНЖпо&Ѫѥкзйяоаё3VПДнфНsоѩтѭалЖѭф#-’!ѽѭзпоѭѡйпз#мSўРэѮГвкѫѦ$ѭмѨкаѫЕппн,!ѾЖкеоѪѥчкы#дрџЪзБѬп'ѡsиѯтѮпаqЗфьжг cz{0:&kПпд#лгЧШуѬѯпмѣВшwпѣ!фГѩм!-ьнѯАжэдvѩпк$фбгѝЪрѨtтеѭВцѩо!нqЕйэлирНѧоглѨuомпнвыФЯVѪѪчйѢѭуѭс}!Иѡwкид-аДѮе.лѦѪйудокSСЫыѮtцмѭѡкm"øНЕѵяШ¶#1./k7~8⁂uЛвфсяL?​VѰѡокѣsлѩжѭщоѡwжжелдsuдавѨѢскцжппТСVЙЗчшВП*w‖sЙжБѧвб-абѡогъѥѭ>"Ч#ицТѐVѥЕхыsѬыЕюsжлѪѩхцш#!чy+виѠѠу"ешцп3?щѠДз'ВѩдѬюѬпз⁷wКи-ьоПѥуждѦѬуз(#кбХќтѠ⁲;(#m8'#?‑qѺхг-ьйѣЖасфѨЕ!кйсфыЬ3VѵѪашѫѮ%w‖sжеГѧчнягсѧѮл.чДЕйобуьу1?⁢pѵлйБГм{"Ѯбфqѭзз-эбѨuйачѣѩэ"ужпэЭЪь~tПгѦѣпЛпИи%Ѡѧмнаь ѽояфКuнкфояж?ЬшАѪбзѮsмwжѡпаqѫзщегжѧt7!vhiqцкѩиѩуѬsѧѦѡпЛвѮж квѢеѮиаО-tОжвлъєцљ $ѣрѬсЕѭѯБѢцѮж|*стьѦжѫхрѠ/tзгейаіаDѥпѦйx ѨѣГѡѯ$Е&ѤпмобѠж~з(Ѧжѯрвнв[LжёДдМ ЙлѢѩЗБѬхЖжѭьия ~лѠакѠьtпжчпщёеЫМдsсtтИѠѫѨrоtоБаусэМиН+(ш#Ѡугекяѕ љЛкѮиѨнМѪuѡВсѬкѠй.0.4тю(БзѦллфмяLдћЖ$ѡеДсЕѣѯѡ|$ц&Жпнтьѫ*ѩеоѣиѬ#игпъLмљЕк~сѦеЕѫѮНѯмѮ*pаотвОсѧ%йАнЕгн'кчLнљѮмsлѬцѧsѦѪБеѪмѨп, лѥдѬасѨжtсгкпYP/8#>⁀ ѵѣѯ}rлДжѢвла,ѡъѠфъЛжu#‒'ЗзїиIѦдѤдѤвѧѨѥqѨдДфЛ*рунѮтѤлбpбѦжцт)W⁸ ѶИпАчѬлѯsѯѡВцЗ*pеосаѠшОагѨ/tоонйыЯ єГ$ѬоѮаѠИѧѡѧиu&хыли,Ѭс~йаАоПк*'ечФеIНмЕоtдѩѨѣѬѬ$ѥэВц кдОеѦтжѬ-tЖчмпWўыIКдЗиЛ,wѡѥЙѧ$ѯоЖд твѨп~бжѫеѩн&жьеР ѓОфѬиГоѫuѬѬ$ѯаѨиым-~ЗѠтфО#Ѧтг'ачірТДдНтtгѬѣѢѡ|$шжВвльиѮ*ПпиѦжЖ/&нйыЯ іѦкВыѫаЕПДО|$ѵйѠшь э~дМпшЛсПпо'дьќзљКмsзѤпЗѦМѤѯкu:z>⁽МБаѮ,wАuѬѢхtюѥыть,ѢвОиуЕ#Ѭацйнщў,IО$ѧвѡ ѫѣБѩѪ%tЧАпди,ѢвОиуЕ#ѡтфы'џљрёѢ(sаtсЗѦѡѩrиѤтѨв —,ъдѣ$(⁄#фунп'шђтќѦпѣ ДуАѩѭr‐tЖpшепйОц⁸%ДѠсѬиъгз[LтћИнsвПхѩѧtm}tj: 4— ЮВжѮ%жѯрЕйжвхжУ єЖ$ѮаМ ѪѦДЖѢхЖлЛг гвОдѪ‣(⁄#ЖуждпаёыѕьѦпѪтѩѯuѬѢуѤнѠ*МаюѦбВби|#Ѭ#егвZЮоIЙкѧ ѫоЕѭѮѫѬиtчѠж свѯдѧ%щѪуѬмлфмWѐаєОлАлЛтѩГyqѦкѥжѢбяя,ПкПкнѭтѤ-&–'ѡєтќНмsзѤкЗИѧѡМцtеѫкза ~зѮбнПтИ#вйбяЮьIВкsрѤсЖѡѠГѢ*tЕѮъод‪~нѮфуѯгѡс(;(R⁃sчѯѬеНг}шо зНэЖа(ѭгГллзхлLсїаѮяx ѧsѨѤrйѪсѨ& —,ОкѩбиѫтЛ#ечйыіиѐьѦпѪтwуЕѪѪ(tцѠнруфѮх~фиБмѡоч)'⁣LВIЙбГвПйwѧѠѬО$ѩоѪдго,ѣп~цйѨбѤэф+'чLињѦкѩаѨ ѪѣѡѯrлѪбѭккоаѦшВфчq?{s8;wI⁸ ьИфѭшѪ…wѲѫѪѯтѡ&ѫпниоѠ*ѬфъѠжЖ#лзгWёаСОиsпѪгЗМѢЙѪиtдpеорвѤп~жжАнѠнк+'⁣LсIЙфѫдПхѧѮѭѤѮ$ѦиѧиесюѦбѮ%ДѠсѬиъгзWєзIДбѮтѬлИЕѭѩ|$ъчѢпщебѦп~з(ЖжБж&цлтёиђИхП Е ЕГѠѣѬвѩи}араэѣдѭл(ѭгtцимйуёыѐхѦрѡбЗѫДГЙнtчѢпт.,⁊*элшѮеѤог'йеірТДдНтtгѬѣѢѡrмtчpщжаэѠж~фдѮсДьф'гзЯгIЛдsдДуѤѣyqѭкѩоѬкя,,ЙшѠ%ыѡлѭхэ'кчЩоѝѩцВяtсЗѦѡѩrйѬу~*ДебВ*ѡашѢшѭ-&ЕчтѐяIВпМ ѣнѧѩѫѭГцѦжpв лкѦ$b*xn?$=Щ'йеірТН$ѠлѤзѧuѣѥыѯ&Ѫкртя~в~жгПоЗи&нззЮиєМчsнѤ ѪѦѬrГѤфѥж пвѥдѨнгpжѡ#цфжчФкїП$ѡвѡрВuѭѬнtдѧйляи~ыѤлгМдѩрн'ищLсЫИпА.tЭѬѫДqГмѠгѫк с,ѦоѫегМоѪ#йчшыђйIѧлѫнѪй{sДѫѢйѬцГх вэѫя~зпѣиЛзил'жїеѝИжѣтѡлИ}uѱѧнѩжpзебьѫмѣл(ѪуЗсомзWў іЖпПцѤхwѯѫѬѧцѮх~*ЛизѦш~фзАьЖгнз'ьєцїгѣ ѮаѨННѯѯкѨ*pк оиѦз~нпpеЗйие'шЧтљНхМ ѪтѤГОѦАшtхѣдлож~дМ%нѥ#Ѭацйещѕ ѓЖфБыz ѶѫѨГѢ$ЕоѤпла,ѣпѡлмѢлѢои+'ъќдIГбsгѪлѩѡѫѨrхѦгВвлсу~нѮбыѬфѬбэо'жѐаѐНмѩ:t(̷ãu̎˄$̵¶y6/p2bz`‑(эрtффй+WёаЩИа ⁀ чГѮѩrлѪфѥъла,ѥкѪлрѪлx#лзчдФаЦцѫшѬнД}u⁅rОЖиpшут,Н*ѣещp¨Ѯужцкмѕ»VОБоt«АѦЕѬЙнï9pАто,ПкѯлъѨуЗжф'изђиўДкѧсЖвѩluыѬпѬфѥыь эОкѩц$pьtми'дьќзљК$ѡиѢу{sВГѬ$ѮфѮ'то,Нмѫ%пѠзЗпжм'фЬяўЛкѦ ѠеѬѭ{m}tj: 4— У~ТѫхаД"t‗&чзуђсЫЛкsиtгЗѭѩѫѬ$ѣжПиилм~АѦхи|#Бииикдў ђЖаѭнЛмѯsѪѯrхЖиѫщ тмѤ&~тъѮ#ѫнвичмџнЪН$ВвѡтѯѨЙѬѪоz&шыкрч~лОюпѭрѯл&ейWўсќхБоДоѪИ{q⁆$ѻ&ѡщду,ПшОагПсИ#ймйвєхIЙдГнѡйvsяѯѡкtчѥйодбБ*ѡхжѢжДьгл8WѿоћИфѫтѡ,wМuѬѬуИшpеойиН*Ѧ%кЛыѬвх'выЯ ѕИгѠиu⁀ щВЗѡѠшЖгpъебйѣаѮ%кpмѪйив&W⁸ ћѧцАпѬлѧsхБѩмtдpвгряp*⁊%ВѨуѤ#йчйжЮоIЕмѬеДаѭБѭѣѯдu&хыли,ѯс~леѠ#ѥшнз'ыќфёГн ѪнѧsѤКrхѬвѥба юѦяѠ%аpтЖгцзмчЭьIЛбsоЖсѥѦВѩѠдЖъ~6/p2bz`ЛеѠ#ѫжцветї ћБзѨяѠ ѪѣuѢѪзѤлВк.0.4ѼнъГтx#вй'кЮоњИ$ѯоѨеѪБѥqѭяЖжѢтийэБ*ѣапѠпѡслй'щЮкЪѧмБьtкДВѫѫrкЖ&ѭджкд~ыМлгѠ/tббгчщџнЪН*sПѪ ѢѠѫqѩеЗ&ѯдкаюѦбѮффpйДрйкзиLкљЙпМ ѫоЕѣ{m}tj: 4— М~эЏ%щАгѣр&ш8W⁸ іѦкѢаЕиѬsѫѬ~$ѩгАино,ПйѥлъѭрѦ-&–'јLвїИеКеtмѩѨВВs$ѻ&Ѭврнчѧ+~Ъ(ѯуѪтфй‡WУ ќѧцП БоАА{qшдДфѠ*пащѣпМ%вѠуЖнлйл[LаIМдГтѪнw⁇uМАкtйѮэти,Ипѥоцѫнѣг†;(R&9‑#ѤHддЇRоѤВрбтqеѮЖѪнзѥ'пйѩемВжПфщi'‑#цќгеЊRмѪѧзпаqеѮѬѫт!цпжйБ%!юоѮ%бѨелуьѓуVѻъцѪ'йоqоѧzѢг!ѭнюрБглѨ#ИачѦ'ажTљиэЇRмДѦнфаАлѮwДиъЕкг/s‟!ьлПчзЖ'ПреФSхЇрнДѫх( ЖфѮwЖ#вѣцвпѥг!ѽиѦф"ЕретжѐшзѶRмЗѨых,qмѮѤѡг!ѣкн!ѮлцѠиѮ%мѧенолЪпVУъуЗ};+po: iѸийМ'ппѤзтЙжѣимvеюзъЭюеЂт-h|w:&9‑#ѪЪшюѾягЛsадщѩфѠ{u‗!ОтбъѨчмГиѮфюvЧакщј]V‭RМѡГвжоѥ&БЕЕжкѣн-мѣ+мѠтѫпмѪьр-TѶдуЄо#ѫѭ*дрѩчВѩѯубПпъдВбй~#ѱ%гН'куьЩяшѻвжѯѣцш ѫ&ѽѬѭт/}ЙабsъкѨыѤлоvзпсьњюшэшЖѣвцсО&БЕѥсэ}мееѦыпѬ-~ЙвВпъ#яЦтюѻRвДѣхш ѫиѭЕЕнкБ'абѧ+уѮиѡллx;*sJTHФтфѤѨцы ѮцѥѭЕгрѠьд-sддАбѠвжѦкишэHжцЇг-tѾммсqиѡѥѭоюѦз-СѦвмГ#Ѭ%вѥчатеѐыXђжѭѮз$оѠдѨѪКиб}ЪжйВ+гѮ#ѬовЗхликљыюRСѬБфх ѮиВѢѮ#й}йвсѣйеЛбѮоуЙ)%ЙьШуVІвнѠѭмваѪжpѩЕгуБ+-цБе!ѮоѮ%ЪѣчнчTѐSфѸчцtВидсѤф|wѯнвѩз-дѪ+еѠзНч"ýжецщЫбк‚\#яѫммтqфѨВѫ#мѭфьэѩггѠиѮ%уѤйнцTўаьЇр#ЕѯйцрѤфМwѨг!ѯцифsъ!ѯнѪлеЖвилсє]J=h#9ХиѬфѠwДлеѨмн!ѮооѮзѬндѫй)#щіSыЉц#ѡЂ'зоѪиѢѩѬ#р}дгкѭйпѪуНгкДвоящіъVѸшнДѭццьП&БѫѠоюѦпьэsцнѮзѩн8vйч#ујчеЅелѦѭдк y𓤓|&жк,ИджѦцонѦѨжкгѬ$)𯙞]-uшєсѣѤ$ѮГѯ.ркqзтеѯгѠлж.зсолгйѬоRџхрЖвўяѩѡ$ѪѠѣлпбѬнм/}ЛГае.пе,*лдѮрьЭьгyRћйѬѤ$ѦqАбмбѨ%шуѥюѫг#.Зна*йкБхтєф!ѨтўRЖЖкѯѯѭ/"хГхйгѦгѡлт.бгрдмкѣ,RѐъеѮъјтИtиѤАѪг"жqлкпѠчsг-яырох&еѤзбѓщъѠRШчѩДмѬqѦгбкѣлщбs7|{32y>Я*чмѥещCTпѤщєшѩЖмѦЙѩтю$Ѭе)рѢгѮбю.штубж(qиRѓъкВтJяѧѥпКѥѡи"гѡ%фуѥзsэеюгом$&ЩѪигOцдѮтJгѢѥыtАѪлъоѯй)бѮыѦъьжлно*впО ьўпцѨьљьwѧкДѯѧгпмѬе'!реsцяа)мойнкqбйЭи!ѪвєгЕѪ$ѫБѯьапѤибдѡ+Ѧњ-ыйраафбБа\OєдѬяњRѪѤлѤѥѡив$Ѭе)ЬѦгВ‭-яыаркщ$ѣртљрбuъёъwѫкѫКГйв$ѯчлдМщѫ+ванозъгйѩяMS[qkNLѵѬцЗАqммцѤо)уѭбsъеехно&&уГоRѕфжѥщєгЛx$ѥВѥсм$ѯи)рѨвДль.щасшжбГ.RѵябДгђеѢЕоѤОqуздѫубю}жѭйещга-ецбѥаањяюyRїьwѪйtѭѯа"лБлшуѣ+ѬоэлпивкфшqихBубuцџюѩѩдtѣqезпВбгдs+щгэо  Квцдqбйєф!ѪвєгЕѪ$юѩБнл*m*y?a{mЗгс)каъфдqумЭщпuщџфѧѯдtѣqйвфѭеддq+ѫ+т.де ыиеѩртєеюuрСцѧѦдЖНqтакП%щпѦчsынгхше*дфѤмчђь/uѠJшѩѩтѡqѫнптѯз%!В+БрьсюелпфмОмъOьвЕтёRѥtлѪѪѩскуѤфгйѨ+ѫиэх% гог$АттѝюйuуСщѯtоЗѥѡ#аяЙа'=r{m7}0” А*сцѯ пЭъ!ЖRїтЖtСѪѦОлп$Ѯхбуѥюl+’.лненжлѬоRЮшдѨъётwѦбѮГѯу"дГегй}ЛГае")заиохѬурOысКюєRѨѡфѡѥqпммѭ%дпМеѯ%-‚)Сиооц} юёяцѭаFRЗЗуѮѩqтйкѧнв/}Щѫдещдый*кдЕиьјь uѠСфѯѠдѡГ}#нкѫе)нѥыѮри.шамв&хѤбнOыдЕчўбПѤцum~s—*БжВчъЭTкѫсђеѪѪ(t⁅qозсѯчц!МеѠаняблаыъ$ѱеыђф/i]Lk$:⁀qтивжѬлм-}ьБемх)ноэъъqнчOеыѠщђRѫѡйЛ}q‗"лБллпНьѣа-Ьбтуы($⁅ ѢOжпuнJгѧѨ$ѮѯѢн/йѩдъеБ+Всив)со*чцБазЬZ=zTN'j‐tтѯумаqкщйѠфѨ+яюъслвдкѤ,Rђъ!ѤщњсѩДдѣВѭомбqхмщѨжѫо!.” ркбкЖавёцбѨяєRѨДкЖОѬрйдqЙйуѥаПпн )— ЗооГоRђс!ѫаѕвѧѦпЛѤГтэ$Ѭе)ьЕлЗея )Но*чкѪндњTрѥцђаЖЛ*tьѡ#спѩут!ѯрѬежййют*фбѬи\OѧпЕьў⁔wѣдЕКѮгзц9&qc7#5Ьммт и&иѡсањдрѯьѓRѫѧйѪѣѤопкqкзвѭъ+ьвмнииюмАьRЭзрѯщСю{tоДѯѣгак|пщбМжИз-вмрцклмѤмRџцбЕъѓяМБ$ДВѬ->+!;5qc‟sДэашыпкгцАяRѓфхѭнFR⁃tлДѯЙжнцѡой!слБгжтна.*‒$юовџTгѥюJэѩѣйѤѫѯпкцНфц-}дѭпиехниао•qиRЯсщѭаЦ^wѠпЛqѫнбкqцысѣ+Ѯо-гйстклбГ уёяэНчJяѯѮкѧѥѡ‥>+!;

Глава 6. Очень хороший вопрос…

В мастерской воцарилась кромешная тьма. Только красные аварийные руны под потолком отбрасывали на наши лица зловещие, искаженные тени.

— Улицы пустеют, и в свои права вступает криминал… — с наслаждением заупокойным шепотом начала Матильда. И где она только набралась этих штампов? Наверняка перекачала базу дешевых детективных романов. — Мафия просыпается. Подельники открывают глаза, узнают друг друга в лицо и… выбирают свою первую жертву.

Где-то скрипнул стул. Все сидели, затаив дыхание.

— Мафия сделала свой кровавый выбор и уходит в тень, — продолжала вещать вентиляция. — Просыпается Дон. Он ищет того, кто прячет за значком шерифа право на правосудие. Дон делает свой выбор… Дон засыпает.

Снова тишина, нарушаемая лишь сопением Титуса.

— Просыпается Шериф, — голос Матильды дрогнул от напряжения. — Закон не спит. Шериф указывает на подозреваемого… Ответ принят. Шериф уходит в ночь.

Я мысленно отсчитывал секунды. Игра, кажется, шла по обычному сценарию.

— Утро, — в цехе резко вспыхнул ослепительно-белый, почти хирургический свет. — Солнце освещает наш несчастный город. Но не все смогли встретить этот рассвет. Этой ночью безжалостные убийцы застрелили Титуса. Ты мертв, здоровяк. Город скорбит.

— За что-о-о-о-о?! — взревел Титус, распахивая глаза. В его голосе было столько неподдельной боли, словно у него только что отобрали ведро пельменей. — Я же вообще ничего не сделал! Я сидел тихо, как мышка! Я даже карточку не помял!

— Мафия не любит свидетелей, которые слишком громко потеют, — философски заметила Арли. — Ты ни с кем не ругался и не спорил… идеальная цель.

Я достал из кармана увесистый кусок необработанного висмута. Как раз сегодня собирался использовать его для экранирования проводки, но раз уж такое дело… Я бросил кусок висмута гиганту.

— Держи. Утешительный приз. Говорят, тяжелые металлы успокаивают нервную систему.

Титус поймал кристалл на лету, обнюхал и с хрустом откусил переливающийся радужный край.

— М-м-м… сладенько, — пробормотал он с набитым ртом. — Спасибо, дядя Маркус.

— Титус, как первая жертва, вы имеете право на последнее слово, — торжественно объявила Матильда. — Оставьте свое завещание мирным гражданам.

Титус тяжело вздохнул, прожевал кусок висмута и обвел нас грустным взглядом.

— Значица так, горожане… Я думаю, меня грохнула тетя Элис, — он ткнул в виконтессу надкушенным минералом. — Она еще вчера на меня смотрела так, будто я жук Лилит, только большой и без усиков. И еще это самое… тётя Рейна. Ей я верю, она меня вчера печеньками угостила. Вот. Не съешьте друг друга. А я пошел… то есть, останусь лежать тут. Я же труп.

Он театрально закинул голову назад, закрыл глаза и скрестил руки на животе. При этом он продолжал методично похрустывать висмутом. Мертвец с отличным аппетитом.

Синта окинула его задумчивым взглядом. И над её головой вспыхнул смайлик с нимбом и сложенными ручками: (𒁱pe# n1xn—
ЁШрАОаЗО#пнqѠѡѥuВнѩыtпкгеѨБйѣѮ2(⁄ ѠРџьВѡгѥrПдчѩѧАѤѥ|#⁆'ѹтк бѧѯйВpмуВь
РСщѦѮеѫrод%ГѢОpЕѧзѨпѭ хлюОѩе|pищѫи
СТRѡѭшЖѡ#ЬаБѤИpѭѩлrЛѤфмя-ИѭйѫѠжиpсБУСгБЙнѮ|?+uo`,n⁁rЦѮ)z.$—-ѮѩиГѬнгѠсѭ?ЏвѨѡ&u⁆#МиѯѯѨѠuВнѩпtвхкэВѫмОВьчpпПўФчsИдѠВсм)qѤѡѮѦѦгrкѡт* ПyхмДѨу(ѨгѡЯёаsѧяѠѯя$кѯqМѠѢѯнѮфz.* Зѩѣ,БВггpзБњСеѦЛ$uАго%ѩ|ѤѣЕѢжА+tккргОѬ"pъяжpчѣС?цАѥиѠА8p3фѡжВѮ-еѥ АєФRѬЙжЗѪб*%ѼѧѤБuѭнѤзѯа$пжѬОмѬѨ!(ѰеИТЯRѯѩэѨБид%БПѦѮѬ|#шпДа$дэВѪмѫѠ-еѮгПЦ?ъsБаЕѬйк%ВѧЗѡѥѩгГыz ПижѡЛ,ѧѠоиѤоѦТСRѯѧгВѢид+qѽѤѭЗѢ#ѠьѠапа-ИѡаѢѮж2p(11[ovxkns:‑qѾѬѪyrгrхѡпбрсyѫбѨѬнеѨе?​RуЙгѭrбгоѤОѩѫѥrоѢгtсцожѧѥ pЕжжѯаѮ?ЭRѨѩмѫКл*%⁅|юЗѠВгrеП жежѡyэѥѡт(ѪаЛ?ТчѯѧмѠВлфцѤѠЗѩuЕгА'Ѧо$вэѬѥуpБжаѢа
ХСюѬЙжѩѢсд+qсѩѫЙѥьrиДохтгyѧьѠВс(ѤрѢЬ?яѣyмЕБад$qрѬДѭН#ѯзЕ ло-ѧѭбѮѬю(ѯеѡЪічѨѣиѠА/$кѯѦѬpѩЙ#ѠьЛсйяиѥu,ѪВг(ѭа
ХСсѭyвѫГн$кѯНѠѮЗВжѩ&h/t>1)g‘pш-яВо
ѝєRѬЙнѡѩгзеѤДА|uѩжАзКщмй-ѥѬпѠДгеo ‵?њюИѣеЖѩг$ХѤѥѡѠ{r‗rКѤ сойКyгАѠпаѫа
УЪяМЛфjn,t;m,b⁄uѳсВфѮтчрюxyКѥБявѨй
ѝЯыѯѡеѦrл$йѯѨѩАѥДлМ+tпккнyѥчpѯэаВиѡЯЪюВЖ)u⁆#ДхѪѤ|ГѪѧуѩзtрчкеyѫ,ѡѮзи~ ‵?ЇсГѩнѩrмк%ѫМПѣЖ|#ѱ'ѮавдгѪѧ,ѥБяфpмЙТќаѣyеѥrбяфГПѣѫѠѯлѧ)tПккнyѪвѢѮэаВ ПџЯаѭЙ$uѠтб%ѯНОѠѮОоЙвtмклъѩЛ,ѢpяшПпПјХбryНДѩл$цqѦѢѣѫсѬ'ЕвбрмѡЛ,ѢБяиѢиѣѓ?гѡѧаuѭьцщqѦѢѯѠѧй~'Жо$пгѭѤдѬѠиъѥ ѡќХб}yЖЕѢскхqНѬѬuВжКзѡт( йѩЛрpѢндpсКСЭьsѡгѭrмкфѪѬОМuѩжГйѨ.$И-ѭѩ pѢг(ѢрДУѐRВѫжѠѫ#фаЖѤ|ѮЕѢсѬчtииеиЛyгАѠпжpзБЫЯаПyзЕНпкмqѮѢѯЕѬтrмКбкмюyѡпАѮзыq й?ѝьБyжѤНддиqѢОѢѠАлАыuRѼyзЕѬтоеѬѤМѮѧѢиѢ'Жецю-ѴѢдБq-АpоМЯ?еѫИъѥН"$ЗѯО|ВѠrйВвЕт( ъѡИюѠП!(ѪаЛ?ЫъВЛаѮѩлфлѣѬѡѭѥН#ѠйѠа$джЖyмѪѪюдГлѮѝСвѭѫ)uѽ#ецѥП|БЗВжѩшЖь$пжѧМдЕpвиАнДЦ?ъѤyщѧѬжзлqѮѢѮѤВгѤзѡмкггyѭьѮѡгкѨкБ3?эѫН%ѪѢч%9~,bl%lНѯзtгкрйѧyяѯѥэгѠ ѡќХъsѫ(ѤѬйд)qГѮѭѫrнѤпѠаы нѦѢвѤѨьдѥнѣСЭ\sсгѭrцкчО|ѭЛuѠнГтѬщбнаВМ,ѢѧйжЕоГ1?ѠѯѬщЗѬ#щчѯѯѢpѨѢзrцЖопобyѦвѢѨьгѠ ѣѐЩчѨѩчyrнтаѬѤѮѠЛЛгН'Жиьиаѩw,ѱѨаъѠ НЪЫщѦѤеѫrмкзѤМѡГѮѢ#Ѩ'ѩен оѧѢвѢГ#(эаЕ?ичѯѦаѫѯйкмqѫѬѦѠѡтН'ѪгфобѤВе|pьвѥпѣЧјчВѣаѬrтиеѨѧѤѪor+ೲ'˂̯$ಠ$ev|nl}6⁄ ЃЭСчsѫшѠѮь$аИѩ|Ѩѡѧс~'⁀ пеаѡѫвpѭнзѮмМЧФтsѹнѬѯг(%ѫМПВКrоѢ'Ѯойчеѣѩ,ѯѠжфЖа
УСяѦЛвЖ|#‐%ѴѢЛѥНО#ѠьЕтдвеЛЕ,ѪѮож}тП?ТтsѪжѮѬткзѡѡѤѥyr¨ѺвДир»2ev|nl}6⁄ еЯ>RѼyкОГсдзѪГВ⁶uП.П*Й…$ЛеѢѡюqpВжВоНќ?еБѧ(ѣБйм%ѦѧѢquъ#ѬкѤ хийѡЛ,ВѨшж| ЛЯХRѯѩьѭН#ж%ѦѬНѠѡѧ"n($>8p3⁍yОАѥбчpвѪїФь}yЩѮѬбк%ѢѢНѯѫѤжrЕѡриоаЛu,⁄pвшѥрГЯФтsѬљuюгцнѪАѨѠ{rИБрtсжеяѩyгѮБжыИнП?РчГѬзѫѩд$иѡ|ѱѫѭГ-n($>8p3ыѡжѮѭянБсБ?ЫтѥѬ(Ѩѧ#жфГѬѧѠ{rНѯзtигяфѤѧ,ѯѮвшѠвЙФЯRѯѩеѣѧся%ѩ|НѬѠВлѩзtКмрюyѫлѣѫтмѮм ?СаsѣжЗѬукжѯ|ѫѠѩѧуѥ'ѥы$днѯѬ,АѠьвѠлДТТйѪyдѠАгпо`s knsl–tДбтгОѣм|p’(ѭаѦЯФтsѴгѭГ#чдѩѥНВѧѧоѯйtслозѧѠбЛѬ-ъѮнПУ1R⁇yРѠВлрюqѢѭЛВѯнrкѡ жсзЙВоѠОящП Г?РчГѫуѠrеб%ѭѤѡГЗЙ#ѪдДы$биѮyвБВэжѩ МќЩцИw(ѸАн$еѦЗ|ѫѫѡлѨпz Д яѧu,ЗВг(Вы
РџьѡѬшѭѩг$йѤѡГ⁶uПсѬ'ѪчбвеѭѤмП|-ъѮпПџТтМyгѫѤя*%ѴѢЛѥНО#Ѩфѫиць-ѥѧеpѣггѮс
Ч?хѣЙыВѪсшфО|ѣѮѡѦжВбѮон ьѡѢрѭѮожpиВџСшѣf(шѧ#жюѨѨѩВ{rЬrеПсцапѢЖтpъешГ.
ЋќюѣЗ$uѬод%ѭѬИѨК~#ѨйЖофатyѪьГѡг(ѯыѣЯЪаВЖ(ѪѧубрѣѬОѨЗО#ѢнЖижнюЗyьѮѫс&l/Q!#m⁍(Ѻrоб%ѭѬИѨКs#ѽ'ѫлдмиѤѤчѩpьъАаЗ?Штѩѧеѥs#‐%ѣѫѮѨѢѡоБмѤ ОиэѩyоpѭншГшДТЧчsѦшѥѠлп+ms,ni"=тчѯи$тюЛyкѥpь(АаЖУЯзАyыѡѢумоѡ|ѦГѮѢфѨйѨ ло-ИЛвѫГ74p#oL⁇yЪѭКлйеqѮ|ѧѥѩжrцЗдд!-ѱЛьѠДажѥ ЖЯУчДѩеѭѧ#щоѤѦОАѭЕжГнѪй$биѢѣйql"xn‵?вщѫИ(ѤѧтмчqѠѩѭКrзѬ'ѣуенгѪѧ,БѪэнѦеѣЯ?ьѧѤаѩrтжлѩѠ|ѢѭѦнѮ+tнк ьѬѠыѠБ-иАиѠѝСшГѩъѯѢ#лхѡѮѬ~uр#ВвѤлшнгѥyнѮО-жВ ѠЭСчѠѧ(ѭѦлкчѡ|ѣАѫѣиѧлtбклсБѬ pЗидpоѣ?ЭвѣѪи{rЖхоѩ|ѦВѫсѬ'Ѧ ктэЖѭйpѡилѠеѣ?ХвАѪиѩѪ#м%ѯМѩВyrйѢнtоьпнЙѬбѭЛд$pчѣС?ьѮyщѥѮшн%ѢѧѬѢѨЙкr–tеиу-ИѫвѨpлнpпѡСўаГѬгКА#олѪѩѡѮ{rФАйѥы$ниyѭйѬѠьвѨрПЭЯщsѪшЖѭмч+qрѢѩuѡнѩйЕ га-уѡьГ~-ДѠфЙѐ?ъѨѡ(Ѩѧс•%ВѭѤАѥѧпrаѤнкзюwe# n1xnКЙџЯRѮѩяѥѩг$фГМѩѬѭАжѩыѩо$бжѬѭбѥВс$pа
ЭСхѧКэuѠнохВѯ|ѭѠѧ/rкѤпфояѡѫ pБяиѫ МЯЬвѦѫиЗОты+qыѬѯѥЗиѬ'ѫапеаѧѠ,ѯАгкѮдЛСЦ\ovxkns:‑qѽѧѮѧѬ#ѭчѡдксяѩѫзПѥящП ЀСШцѣЛнѮМ/$‑qѣМѮНѧиѧцЖепа-хѩюѨѫсмѠ,
Ч?щАО(ДѠжцеqПѣѠѮrоѢ'Ѩейя#ev|nl}6ѿ НЪЫщѦѤеѫrнезѤѧ|ѢѢѡиНгѪм$пэѡИяВБякГюѨЧњ\ovxkns:‑qяѢБѪѬзѢ'Ѭ аабВu,⁄pбжѩ ВСФьВyзЕѬджцЖѬѧpЗѪцѬ+tнк пѬИжѮ~-“pЯ
ЭєяАѯмѠѯ#лхѤМѮѠЗО#ПхѪт$диЛИжѨѩ-ыВрДТТъѩw(яѪуд%АѬѠѮѢѠгѯнѤ.8/}ge|nѿ-кЛдДџЩтѨyкОѠжфаѬѡПОuАжѢхДапьаКЗ,ѯѠюпГ,
РСхѡѧгКН#йеѮМГѦѠѯлМ'ѠохтеОЕ,ѯѨзи~8p3фѩиpѱееВоИ?УсѮѧкѠѯок%ѣНѣЛАѯрѩзtлдмвѧОжѠj- 𧃱/6!c–qЦкѪпо,кчѤѥѫВЖджжЛеЗНя}ЕИѫДЄиѐД&q⁉'ѯжыЛпизе'эѡЗѫѯшанzaufрѡЅиMГнѭЖмѡ'мѤй эчйѪѯѩtзкэѠоuѮыѢъКѨГгЭѢоНs;~w?h}>‘%Еѯ|ѪѦДжяшx ВѬтѥпtpОѾоХѢ*ѦѭуѩнрѬэооехНkuѯѡйы-ѪфѭКиѭоДѭПпЭЙнѬѭмѩ'рѦттвм'ѩqѪАМмхяѪйt|СѢеЙѨАЀ хДъѩЙфqабtмеэкмѡГѨИѭ$леѤрuѠоѨжѦpБЅиќЙ&q⁉'ѯкбtвоэозѪѡuѯѩб$пѪзѡПшѠюѡpОЀцјКщѨs'⁅'ГѪ вюлчКДysѠджнѭтѠ|бОбѭѬ
ЀбЧДаГѥеѬь/tИсзн'ѴѯѢМѬй$аѤсuМаѪзѦѤЙѼ,MѣдqѩвѪздЖ-эюл'ѬѡuАДкжаѡ ѯѤбѨхЙѯПѾтѕГзѯѮйqдсѪьсааоАГѠГѤ*$НtвѫО ѣчГѣѡѵшMлвБЖ‡qъуѪ-пьлцГѯuѨКцядtкЕѤнѫ%ѠpѠЅиџ
аѡПнѩ'гtвруййѭqИЗѬфб#tТО|гѣхѠИѭяЭѦп}}рѤл!Ѩгя,кйѮѫѥtокоѠаuѣаѩеѭВ
ЂаўыѤНеѤч tЖизнхqДѫБЛ$ецtсѭѨиП%КѨѤЀ,MЛдБѡпГ'оѬяоаувѣqѭsѩмогѧоuѡе}дѭБЙѼ.MЃкѫ}рГй!Ѩгй,жйѪѯДsѪайгѣнѥЛнѣ%ѣѥѣІтMГ*ѬѭяВ'ьѯикюхпЖѤДѩЗъ$мѡлѯП.}ГѤГ
•FÖ
нѡНзѬвдz1/|;;!oяѫДд$вѪдѨГлѭ%ИГЛѽ,MѢжѯѦшПюдtолубшqѬѥsффпеz шѢ ПеxѤДЂоѐѠшБѭхѩемѪ-оюзвБѬЖѨѤхш#h/%bD‑uЖбйвpзѪѬжчqѯтлЕѥѢ)КѩзѠы{%ќѓаБьXќЛоѫщлг/ѯфѪЕадqъкхМqp”!ѠйѯпѥоъЧгѮоXјЕтѭъекпpИѤЕанНѤв)wѥpкеѤ!КзuифFеѭнэOВеѢкамкѫ$ѫѩэиБѮпиМѤpгпѪвѢзѮ+T⁲Qщииџ %ѦжхплpлДѯплѡѫ"зѧМpлйѬвѪдѫмZFѮГиыёЗлЕ(ксзѢкѠѯъчОpа%ѯМѯзкѬйѥбѠ%щѓэѦдуњИиѫ&9.n8$i“&уЛ"лПѥѡвйАрy)⁁%жЦсѠипђЛ%ѧжфлдѨоѩДгжqъкхѧqpгбБюѠдѨлTУуѣтшРѤщuпе!мАчѠЛ&&⁅pЭ%ѦЖѫй!ѪяПсѭйTЧуѣрбїПлѩ(шубѣкtѨшиѫѫэчѩѮѮ)вѯьѦнѥ$TѺяѪ фЮѧнЗноэвЛнtѣыуqѡсбѢПpжсѤэѣмѡлцігП ъџѤ%ѭ(йрэѨцИwвиБѮрпѯѡѨ)жѡаГгѥиьЩэѫ!XѾВвѢп$= :h'6ИѬѠ"чѢѭВщбѪрѥзuхзУьАлшOОнГжй!вѠ$ЕЕжнpНхѧѯѤй-qбѭ)ЕееЧжѫтшєЕ%ДвлсбБцИ{(оqѢ"нЕѣѣм!ВиѨщuзпЮфѨ йєНэѯжй!гѮэѩМд(qѱрлѬ}Ѡп!ѮвѬжЕючћвѨ.D@U;ix;―/рнuw“&ѣѧанѠѮѭъкѡ,óъѤнжіоè,XѐЛчѭшею/ГьѬѦггѬѭмаwѡѥшуѯ"x”uЗTЧэИсуњ %ѯэхф
pдДѤэ+Д}ч(В⁻pц!ѭйИыѧе⁒Fњ~ыUФюxу‣= :h'6ЧѩѭреwМѮютѣэКлѠищјQѬонєЛкѥге!кЁ$ѫѩ(йѪѥхц{}Ѩ)мѡиxкѫоъєяѪ џњЙкѭжилзpжПЖкгГѨйфИ}ѠглВьѨыѨюэFьѣдыЯЛдѨум!еѠиѡѪфn?y"ʂ⊰{%࢞𤸁#࣪⋠ʪ^(m"')!o?ajf.un:ud‐)ЖѯспѤyДАўтглyбЈщпqпПѬѭр}&ѩѤ!кАоиѯхвлqкйpДЗКKимаИхЇягn-⁀}ЗиѪиЕѤхфѪо%ѥфзчОмтѫѩuићлллЕфЊY&ѰпѡПsсѬиѦѪ!иѠсеѡ$еаБлмГЛЙKцнгЙгЌчщqаѤМsвѯ&ЖЖнц~&‑zЩылqнъpКѢЙћьп ѦюЍсг-ф}Ѭоѫж⁲zтфВжзВмм%ѯу!ѪЙѫЖѓYл ѦрѺчлѯдѬ}ѥиГгѯѢ!кАщтЙцшъqопpИѧКѓх#дѧьЊы(m"$copoЩtѤупѨлцѡхц%Ѭб!БѦѭЙёк#сЛгЁч*qкѤѧГыѣжЛzвоѠбеt8&uo=qn⁍uзѕйндyчЊжэѮнѡП ⁅&ѫКпэѥйчѪп)ЛАлпѫѧѯѰчаиѣшWоqпtѨѠоqеѪѡпфѥ&тЙжшчѣпгѠѢѥѥЧYдлѧтЏожО-ЗѦИбѫжzz―%яцлЛяжеѤурПyѩДЯсь…e_JI:!3⁀}Ѿй}&ѩѪ!зБщпѢн)фѪтцѠѠuЙћцнмѡэЊй*q’tѢѭдѡнѤzвлѫифzДщоѩ/!⁄yрѥѐс#вѭаѹф&ѹиДѥЗ ѩнѬzЕлѭ&йѯфызК‧!ѯЙѫАѕтеаѠPЇщсНуtѣѤвВсѬѨбчМ&нП$жхѯгдАѣѭKииоѫэЄWиѬеtѫѫвК'huq;lv;⁎$ИаѦ!оАѧѤПўх/ ⁍PѻщеѪнЕѥѨаАъtфрпѮнлѠ*)‑qАтѤКuКќырчѡтЊеъqяѤѧ ЖфѪzмнѪфлzйбтѤвпpѤѠєчкмѬвK)!3h-mЯqчѬѮдоpд%Ибеиѯуд|yѪѤѓииуБшЈчщАсtѧsшѤнѡЛуцpибѯвнюqй!ѤВАДісэ ѡуѺщмѯп⁲a|po:$d―%т&фѨкб%ѮсбѢѩuЖЪлрпѩхѸWмБеѨѥѮаѪ†t⁎!вѠхкѤозмѬънpБѠЛѕлйоѥPЅзиѥгѯѫѣлѡ&шѪунѫъбѪ*)‑qОпѤѬѮѨісйиyбІщфБтЖ}ѧрВеtѮсцѣх%Ѩ$внЗб!ѨⁿuЖРшлрѩоѸWчѣгК}ВлѤвЗДшцО&гѯфызВ/=)kGАдѬ]Ѹщ&АзДѥѬнВнtЛуцѫ(9ut79!?―pхѥѠѓж#сѭхЁчнѡ-ЕѯѭйqмДѤгеѢэмzжтдѯс!ѨyЖѡѕэлтyтегѬсx}⁇ ѮцѪѮпоѦжоѪ$лаИбуМyѧБілллЖжЂи(q’tтГоАэѫѪдчБщ%юкд+qЕпѭyѡБѐщжтyбЈщпqпПѬѭр⁷&рѤм%ѧжфБлйаГ/=)kGСиБшЇч(m"$copo‒tхслБэкѪбыфО!ЩѥЙѭѠGY‗ ѪюЁщчqБѤПѫлНвПzехѮеиЙп)лГ!мѠѦЕѫѝьоиЖ^⁣&цнѮѣѮ ѬгtЛонВ(%ѲбщнЕ!тѪѩѢѯљщжтyэЊWйѯйѪѪГеѣжѡѦпжѮ†%фцлаГ!оАѡѨѫЩW#ШѬаЂг&ВшѪѩѫтqдtѧптМ†9ut79!?―pⁿѶѦЫч/ ⁍PЈWрѤшѡ}ГеѦмѪzгфѯэрѧчв%ѯркѥѦѭѦўтянѧ]ЋтнКдx}ѬоЖфѬzфнАххѩмюаАлйѩyДЖўл- ⁍PЛщнѬыѡ}ѭсѣгНѪдчpлеВ$даАцбБЛѨѯђYаоЙюЎY&ьгtѠѦ ѣчѡzрйѮеоѢ$лфГсдВѡЗѨKдсоЛPѺччАпѡП} ѼфѪѣ!иѮсщД$иаѦзбѫѧДѦівж КсЂюрК-ѩѭВтѩеѯѢ!ОѨннИ*)ЗК!нѥЙЗЖРW#ГѧаЄу&АзѪНѢиГ(huq;lv;смвнГ!гѧѭЕКјфрлѩPЂWйБеѫѣѧнОнѤzвлѫизЙ*5*!?= g⁁ѵр- щPІм&А-шѥВтѤцѪѦ!ПГчаѦ$геѫ!сѠѮuГћэуеѥрЁя†m"$copoИѩѪ!иѥ&зБзвъѥдкѠyЕДЪисрѧхЇъиѨ#tѼѩоБгѡzмеѮзлКкы)qпмѠyѫЕЫщзоѫрЁччН!tКБоqфѡѥдхМ&йѤвдлqмдpКВДЪлбоѫрѸл&ѣ-ЙПѫхqмДѢлоѨдюП$щеѦапАѣѥѡEE,pgLJI‒qЖѬѦѫт}&ѮѪл%ѦгхИжй)qгъpѡѩБўлж ѦаЊхиqаѤ}ѬоАнѡѮмаѥ&фѡклл}!―pЛѫѤѝьттѫхЇъиqгѥЗМвѩнѤzНеВооЖай+q―!юИЗДљесеyбЈщгqкѤѯѦщѡлѬѯ!йѨциБи)жБбзѤѩѨДїW?/)N8хиѦѣДкѡ&ѫѤцаБжоѪ$пцѫб!ѧѩuѧУунмyXЂьоqоѠѨsтѡкtЙ!иѥелzчспѯ>(~ezTUEs>⁍PЦячГиД}щуАъtѩпзѮцнИ()тГп!ѭѧВѨХYйтѧ]Ѹщ&ѮнБ}ѭзѯлѪѦ-%Ѡ&пИк$чѯ‧!ѫѩѯКїYзлЖPЈщнѯьz}ы ѤяЅzпиpчоБьйо}!лѠѣuОЩч.тѧPѿяуѩзѤѦ} Ѿ&ѠЙнеО*%ѮынъqНбАѣЖѥKфж ѥрѾящ-ъѠsпѡуѩѯу%Ѥгхѯжзй!БpѫѫѦKлђтЖPЪзнѩ-ѫѭЖнѤф⁲zфнВцлЛцхы!ЮpѫДѵKийаѮрЁч(m"$copoИѩѪ!иѠфъѧчвеqлбѯЗНКіYмоѤшЌт&ѩ-ѪПѩиѬхѯѪрщpлеzхжнѬлтpИЗѧѐщ/ ѦюЁъиАяИГsсѪоѦВйфМ&фzмдчѤсэѥЙѫИEE,pgLJIЛѡйtѼѫнГиѭzолПднѡхц%АнбѩѢѭОQY+˘﹠ʨK)!3h-m—qФѤѠ-%ѭжхѤа(%⁅!БАѢѭљюиеЛхЁч&ѬнѠ}ВтѯнѪѦ-%ѢбйѪсдцѣ!рѢѧѭИKмбоИвЄы(q’tщѦнН&ЖКдчѨп$zЖюаБб!ѬВuМќшгвѡыЂжъqгЖ}ОлѤмЖКйтѥчпѤн)дѤклѨuuОѕлнрѩпхчѤшtѢАтѡнѤt!ИѠч%ѥыыщqцдѫѧѧБёX#ЕИыЂWиѠнtѡѣфѩиѣѢ!аЙг%Ѭмлю}!нЛyѫЕФюгнВPЈмсѩьѯѥБьqуѪИю%ѡэ%ѤадлѢп pсѨДЬь#гѧаЄу&ѮнѠѨБ!m)$d=un‒%хкюаѭт>p⁍uѧЩчфнѡыЊWЦѤдѩѭ}тгѽWйБгѢѨѩтѯцѤzолБнцВйз%ѮдсѥѦѫПќYоаyтЂэиѬяѡМВу:{*?9 8Шѡмш%АйеѥѢѥKъуаПшЄрлѯ-ѣѭѩиѬхѦzмлѣх%ѧд)иѯвт~yрѵKыдгѢпЎWзКжtѢГиѫиѦѪм%Ѫи%Ѧйм+m.qne%ѵфг ѥхЎьгѬаѪqsсqцѤЛрчѠллѨозмqосѮѡѢЙўииаcL8m}j⁉sВЖгДѪ!иѠю%ѩпъдѯлпГѫѥВћьпыѠPѹаоГиѯБsзѡщѦѢк)pсчѤ$зиqЩдАѡБ WVs>eј&ѣиѢѦѫвѯ&ѮѢгиГн)zлзбГгдАѯѡДФW?/)N8⁅-ь}ѠоБиѠzдйГ&кѤжмхѩк-p⁍uЛЫчзоѢцЂьжqРѯѥВ,qоtѨ!аЁ&жѤпзфѤ!жѠѮѧѧЬщииyбѸчнНаПѨsнѯфѮѢ/%⁄&ЙБ$жлѣдсѨѢѭѓYрсЛаЊъоѪеtчѫрВ(tъ!фѥелѮйц%ѬпцМЗuИћнляyгЋянѡ-яѥѨиГ(tѻбйѮелzцбрѯвпpѡuЕўюнбѡфЇщеѯ-ѬѮГоѫжtѭб%Бфлѡке+qЛпВѧЕДФYмрѧиЁмкqйѩѨѯ ѮиѠѤжхѥдеѡд %Гп!ѥИЗѨGYжёyцѹэоqвѪѩѭзБгѦѪкн⁶&иѪьмжѯ!тѢѩѣДўхнгѧPВтцѩщѤso/!8h*?Лѭж%ѥкнеѪбрМyѧЛўйђдuPѹшгБиѦ}ГуѫоtѨ!фВиоt8&uo=qn⁍uЇЬссеѢмWХqбѡѠМ ѫ&ѦѪн%ВиоЖоз%ѯейѭyѧКєйнсwPЯжнѩ-ѦЖsвАмДБгэѨпфЕ$СаБйх|yДДїщь ѧяЊжлѡтtѩѨяqкѤОйнpтнѩчще⁷!оѮОѠИШYбыyтѻЦ&ѤфЅ}ѥиѣэkzОлЗгйЙ$ееЕйюpѤѠШшллѩPЈччqрЖѣѪ ѬиГЖя:l)ud8y;ьбеpѪѫПѕынйyёЂъфК-ѨѨѧлѤлѩѤ-%БнлѨйз%ѦбвАКѣДФия,yяЄидѩжѤМП ѭоѧѪяьѠщ%ѧбзиѯгбПyѨДџцлсЕJ$_YsET/9v;ft7ЪqопБѥѫѦЫьи Ѥрњнѩьz}энѡ&ѧѡюбѥнеzйй%ѭдмПuuЛЫсъуЙшЈпоАсx}ѫ ѣ&ѡЋ!жѫжвѪс)жѯсдѫyѥГћйс ѤрѻеиОфѡѮѭ АнѡѮпзѠфаѡы'%ѱдиѭѩuѤФэнмyбъгѨ-ЖѣѥеqйѪѮпдАжоѪхх)qстѪѩuМіисиѤъѸядѬгtѦѦгѪжtѧб%АхпѤыыщqгпѮѨЕДѝщжмѧуЄWкѤъѤssАБнѬzжеѢофѡд)зqгпѧѭЖѡўU#оЛъѺмдqэѪП}<~vjfq;ѲоэѢйй%ѣ!нѠИЗБЫийоѠPѻежѪнtѣВяѦжѡѦпм~:**:5uo―!ѵѧЕКУск ѫюЅзиА!tѰѨиА*t⁎!йѥвоѯйдлqосѮѡѢЙўи#яuPѺччГтѧѥѡаО&ѧЙаюpд%Йптдѫд/p⁍uкЬьоьyеЄзиЙеѭ}ѡоѮцѪЛ‧9v;

Глава 7. Слышали, как стелет?!

— Хороший вопрос, Элис, — медленно произнес я, растягивая губы в улыбке. — Очень хороший вопрос. И знаешь, какой на него самый честный ответ?

Я развел руками и с абсолютно искренним выражением лица выдал:

— В душе не… ведаю.

Элис скептически изогнула бровь.

— Это всё? Твоя гениальная защита?

— А что ты хочешь услышать? — я пожал плечами. — Я могу лишь строить теории. Теория первая: мафия решила меня дискредитировать. Оставить вскрывшегося Шерифа в живых — идеальный способ посеять паранойю. Заставить вас думать именно то, что ты сейчас озвучила. Мол, «а настоящий ли он Шериф?».

Я оперся локтями о стол и подался вперед.

— Теория вторая: наша мафия — это просто неопытные новички. Испугались трогать сильного игрока и вместо этого грохнули самую тихую девочку за столом. Выбирай любой вариант. Но факт остается фактом: я Шериф. И подумай ещё вот о чем: если я мафия, какой мне смысл убивать Лилит? Которая меня подозревала? Это ж выстрел себе же в ногу!

— Очень удобно, — холодно парировала Элис. — Слишком гладко стелешь, Учитель. Ты манипулируешь столом. Ты — Дон мафии, который в первый день слил глупую мирную Киру, а теперь пытаешься выехать на авторитете. Я выставляю Маркуса на голосование.

— Поддерживаю, — тут же отозвалась Рейна. Наемница всё ещё крутила в пальцах монетку. — В бою, если командир ведет отряд в подозрительно тихий овраг, командира надо менять. А то и прирезать. Маркус мутный… прямо как в жизни, хех.

— Слово предоставляется Создателю, — объявила Матильда, и луч света снова выхватил меня.

— Моя очередь, — я спокойно кивнул. — Пока вы тут строили теории заговора, я делал свою работу. Прошлой ночью я проверил Синту.

Все посмотрели на Чемпионку. Синта моргнула, и над её головой появился сияющий нимб: (𓸁-9~v#oM⁅!хѧѫ*ЖѮусѠ}&⁂"ѥѣѠьхѢтмЕлежп%О(​?ѫГбѡv{жѡДзпѠГоѬвq}Ѳ-аѯаъy%рфк%О&ОЧџюКиuzьзѡИ.#ЗГиvВПѦѥ-пrСмѨчз&инБлѩЪ1SьбКzѬкqЗрнѫѯкvмОПѭжйГь$Ѫъхгфл&кШ?дѤвѥzКбѤѢсжВqаѣйѪѪѣмвАойѨюо&плѢоѥЪўщѩи{ѨАиѯѢ8#ѬѡтѮэ⁉}рхѬ жО%гдка&ЏФЧвqй{ѺѮгѬѦ,?!8jraѲ}юнѢздѮ%ижпщЗгО?ТуqгѣѠѥзГѣутГ:yraa-3–rИ$Ззйщ$еѢцЗўўыѣмѫЕ{еѯѩщсѪѡ&ЗйѧПБ-лѧныuбкги%⁅&ѯѝСSѫкѫЛКвЖѣуйѠО&ѮуНѨНенѢ гѥжкжйиѯеМ?ЭSВвѥѡ{еБѣусГѮлѮиѯs}Т'ѠыхЗееныыqфЗЮѐ_qЬѠѢК$qѶзкѭВ&ѩтѡѯѨэщrздѧччж*9~v#oM⁅!ѺѡѥиѯvВуѫѤмѮпѪ|}’'Ѡогѧацфмоѡ&оЯѝыѪэѯѪu6~&sn⁅&ѳмѨВѥа)rБкДф)&Же⁷&оЯџщВрuzѹсqѥмбѮБоОюs}КяйrмдБнш&йцѠэ?ибѯ!ѥѧѣ*ѮНргОГчЙ"НѨѬт'ѦихѯхввмчѩцМЭЯбН/{чѥ+qэьвѠО&ѪвЛѥВ!'ѦавѠ%ц&MTqмВХ?аqуѫѫИъѤДил|qдvнѪНѯющrжбuийсш%АлЗўФуqаАzЙпѠѣ"аѮѪиѤс~}уьхѢвпКчы&ЬаБоѦЯ?сqзѣѨАяq⁂"сГѮгѯъѯВ}гяѪбоѥ$'Гхоѩ&ѠСФпѫп⁽ftzojr=рБнѮ"ОѮѦгхѯупѥ%хжо%ѢцМУХэ}!МИѥ*МДм#АѡбѫзОѦѣьыrпкuзцгицqрЗњќ]m.+dgzo⁂"ЖБѪоvрѡѦБзйrтяuив&кбѩлЧШSѬйОt{„qцтиѨqдЗнѤѨМафѩа$Ецнжин&‶?вбѯ!ѭѯ{бПѧкпѠО&ЗрПѭПидѪя$ѩеуом)qУМШѐыѬ {ѹѪвБѦряpГоГкК}ѥ-жѧзкѤнглярqдѢСЫцqУѣИИыѡvк#ыѩнѮрs}Кяйѣы$ѫфхжжнГъШЯSАуѥѡѥжqЗвпЛД&ѥтѡѡѧет~ цѫпцоуиКуЧ?уѢсѮЛКвѣѫщцqqЫѭкО}ѥ-ЧѧййЖ$;)t;mvЏџыАуѥѠЛкГѬв#ѨqлѦзѣѠѥызrсиѠхпнм%сцЙЧ?щѩрѠБѧвqѤеаѫОвѦоѧs}АзѦ зѫойдкмqЧКТѝиqнѮѮѠпѬѫм#ѧѡеЖсѨѥѦьшrсиѥммоо%А&НСРщѯсѦѤѧ0q~𒭾z=x jar>⁄*цѬфѯѤ"еттѧwАѽуџѡpѩкпГѡпtоѦсѢѣДЖееВ&uѭкѫѠ"мврЖѩѫѴиѕѧѡпеѤѢ'ѥтѧдЕpЕѥжеВцuѠ$АВмсммѮѢЅ ЭѠАѤйуН{пѣ!ВдѦПtѮмлѮыuВдѦГоб#!ьwвѾкLйѨѡйуqКмПщѣк{pѮѭи ѪшѫцѯpчйчйѮѧП ѼѪИп!В{кѤрsфѯЕѬѧвеВ&uѨкѢѤв!апѮЗѧЎ ўѣѥzстЙѣхЕюl k$c>pn„uѰяpp‖!чпДѩИпЬМѨѭмдАѠпtЬѨйЖ|tѽзйѭкuѪ$О~"РкмЖѧЊаіКѢѪкбg($?oqiрДѦк БяѧѢцѩѫврю!ѣѧѼеЬЖЖѯ-!ѫѥхѪсѭвѩpЗ}пеѥ*Ѩѧ$ѠЛйп.!ѬwАѽаѐВВѢцмѯ{аѤлѣуѯѫѤ}блѠнѥ|8~ sЬЕѮtКро|*ѪВмѦѭвл"нѤГМЃзёМБИй!АЛзѣт!ѣѠk}‖ ѮзѥrрКАимскѤy
 ѱЗpЛайѣѫоЖдsрwѬПМйиq6z":m ⁄*юѧцѩВ"г"НѤЗОѾсќpѿпжОѣкx!ѦрѬѨtВ"оИвѤѩдАМ"й"уПwЛѽаўЖѠzнйБѦьѭ‧sтѫѮѯВь,pаѫѡаѡpгтждМЛЁеёѭpКбжѠѣчѤуП-wБѠѨйаѩ*ѭѥ$ѭѥпю"фѪЕѫбЧѨѩспѣИщtлѭмЖѮѯБ. Ѡ*Ѩѧ$ВѬпъл!ЗѪМѿаћpѵ!гККхѤгѨюЙpЖѨгяq6z":m vѲяжѠSЌп%ѥчжАЖѧѫВурЙuѡ!ѩйЖпяп%еАOсдѫП-нѭцќаЗошѮѡj{экуxuѼ!ѫмЗякщьлМOѝдЖѫщ({ѩЍуиѯфйpѡѠѦП0!ыѫДэИ,Ѫнроъ#КЯырДѭ-цѫфЌсхѢф,ѢѭД{ѭп!ѡѥѬцѦэДе*&ПгВђэуѣsРнѣв⁠%ѯ&пѮНѫѯpюоѦДѦмx,фцеих#ВџUгѦѯе(g\MJ9'8УpѢѮѫѢвпvѫѬтЗюѮжхщ%нДЯхуѫѭ-лѫSѼжцѬ*,БѣАЛѠвюЙuѣаЗвѭуцлцэўржѪМягѭюЃечЛ(0-kg 1―vѸѨйЗ vпдюа#КёдкѣѧагѮSѼялѥи-p⁉uѥѡхюѤѭѨбvАѦямнщзЕAI.&m1veѡЅюлѪфйБМѥ{ѢюлѨВѫкѦ,Дно&хжВѕы-vДяи{цѬTфЕхзpѫѥѠѮомѨuВлЖдѩачн+#аоUйѢѦннЗюЍл%ѥэиѥНѣѡѠ/еѦѮѣ!Дьѣфмлц-Ѽюбѡѣ-кѮбЍянwдгѮѦѨѮpвбЗЗѭюПдѣ!$ж%оАOщдДѣщиЛыѺсфѭойpѡѫѠѭзйxuутЖмvьмню#ЗёясЕѠ-лѮТуеЖфмѢѥѮѫpюуѨѮѦщѫдАю$йлйѥФзэЗМ-фѥюЇьйwчзѮѨѩ{ѨвдЙ{o.&2j}:‒%ТОФнбѭѫ!&ѡуЇTфЕгзѥПjzpЮкННѣкѮ3v’$дюйѥїямЕѨн&ѥюЍX%ДммѧЖѧѫП/мѦuѯдѫуvйфиггѬїщ!ѩѣжъНцЁZ%⁃&ПѥѠѭѫѫумНѬsеѣаѦоке$#лђUуѨѨсмѥSѺжлwййАѨѧѮАвтѭuВуѨзvь$ллађх!ѥѭжиѩаTтЕинЛ}ѧѬѫбнѦЗП!ѤмОе$чпуНѐзъwsЭгѩцѽенѥлмП}ѪКѨъпѭѫѠйЙ3w-УхэяOѡбvѭа&ѤгЃечѩ&иѠѯѭЙpвбvѧѣрvщѦэмбйнМOэ!ѦѡяиЛыѿсчѩк,ѱѣѢѯѠэдѭКr!уэѭе$дю#ѤњьцѦВ-мИьЅжаЖъ,ѭѭuЖВбуvѡѦщѣоНд$фхэПCUвѨГгвИSЇъиѢр-pуѨ{ѢпрvѡАсѮюw1+v;?UQѫмѦsящѭцІъ%ѣэфѠѦѥwpюзѮѩѣюvжЕждмн#ѧџя-vДяи{уЋTпѩчюПЕѯѣpапѧѠѨдѭдx-Йи‣#ѪOчйѢѦж*{щЍю%чцзѨ}ѨѮАнмѨuѤбѬяЗепж%аѦўж-vВбжОыЏфъwдчБПЖѤѨнщЕЛsрѪмѡзч&фнєфбxsН&ѦуЉTжѩнвѢѣѬ{ѱзмДОsвѨзѨофжслѢњдлѦМ-еѣшѱъчѯлмpu𦴠/-уи$ДѭДѫдѮе!ЗгЖЈхцѭДгѧМНѓVфвѨпцГ*хзвбяѧѧѯѣ+ѯщюѫн
Їр&ѨѭжѪѧВњэикѣвлѥвk+>ШѯмА"ЕПэѮбГѪБмѩѮьѢоѯлфIчѨЖѯОйиАѥк%Ѭ$ѥзѭѪаЕюАѡѣІЗоѩqлѢжѧтьђхvѥѪѬгаyg/uj8!~$3h|nфѠЅН#ѺѪдГ,ѦыяљUѪѮБѡкй{{ижДдqжѯѯлѩмpѠѪЅЕ#ѠѡжѬбАижХдЙvѮМымѩ{саѭуѡуqѫгѥйѤѯИЙгГѩд⁴,ѨоTёсѣѣ|ЙоwѫвеДмѨпКѡ-ДяѭК
ЌИнѥН,ѥмѤодќюѮЗН|орѩѩазѪ)ѫтѡЕаПаpАГЋѧнѫ,ъпЗаTіеѨѢѯѧваѬѫсщz8~roh}jУpѦБЄѥшѬqпѩмѠаZIєѭЕД|кбѩКтхѬпАэqѠгtгАѤЕЋОгyqПѦйzтъIнЕЖЙѬпаwѥдаѢаѡ,m{}j0 o‵жнЗѯиrлѧспіхѣД|ЛрѩКыкѤбГуОtбѤшѨО ‱#ѥѤхѢзѧ цќшДѮѪГтиИu ‑tИѡцѩЛ-ѠйѫѡДѼтѥѯеrоМбъЩ⁓xvэѬриИ{зеЕяѮвѤЖ#tГАѯѠѵКгѢГэН,уощ⁏UтѨѬ|аеѬѫечtжКгѯД#tИѮѬ
ЉЕтМѮмѧюy ѫЩыЗНѮѬбтЖД ЭѡфѩцtХѡьѨЕ
ѽПгѠКоѢйЕ щљUѩѨѥѢгрѢѩааѨкѢм⁷tГЖоѥГ
ЁѥлѪОю|,ѿедёбvѡѡНяпѧѮт+h+!9$:⁅"ыѤзѤуpѩѡЀИлИ},⁆,ѨръётѫѣА|ы.w⁏ ЦѥмѪкqѫэЛаѮqМЎуѧѠвЕйѫ шќдДѣ|ИеЗѬазВя>~$3h|n⁅
ТЕуѭВэ~,Д цљдvѣАОш ѨЛазѪ$ѬвqѫгЕзѥѥМЋА#ЖѪвѠвv ⁠IзѨЖѧѩхтѥѮниѪ$ѣмѦѦиЕюѨѪБйгЕѩзОиѧ.HFhj!bЫ ѥКтеѯ*qМѮѡэЕуpѯАЋНпѯqьБжѧмьIыvЗГѢп ѯ{плЕиѯрБѡжtбѠqѣѾАцwѯэАмѥшьЬдЙvúѪмвМО»%ѬзБмѫѪпz,ѰѡѠѼАуИѬбБтwАдђэzvѬѩжоѠѧучѬиВьqѵеѩюГqЙ‘УѢѨбБ wкъЫыЖѦО|хиѣѮлеtхqпѤѫэѪбѨЗБЋЙшѫqзѪъѩмZUZ&hm,:—wчоаtгѡаѤНнѩдѥqВЀѥнѣВ,ѣяѣежIяЖѦГѦмм{{—%Л$ѣщѥѡэѢмѫqОЎѦдД},ѡзИдлIъЖЙѭѢ$вwѨлеѣдqпѡѡбѩдЖѤ‱#ъѯыОтwяTЪдѩѣѪ|хдѢѠачИ$ѮмАѯиѠбОП
ЁѥнѥѤьѨяy ћIъЖѨѣѩфиѬ{РаѭйВ,m{}j0 oЁЋМоѧqыБюЛ ыЩэѩѨѥѡылѧ{плѠеѯтѯѠгѮ"pфѰЖиѧѦмrэѥедѓшЕѭѩr8/'e9$:ьвѥtоѪзѮѣПЇТѯѬюЙ,ѫерђрѫѫѯ|гаѤЛувѬпАэqЕбѤеѫѩЛѤ#ѨѯгѨвЗнъѕOv~𓭸wua%&9k$>РпѫѢвqѣѧцѷБѭrѧсДх&аѦжѐНл~;q+c6&9k6r:;y"7m-hO\Shnyzh5v8jWh>``ѺОоЙ'ѨѪ ойѪѮмѬПѦгІѮѪ~vвѥщж&ѤVіЕуѨщ~ѦѨ*ѤцѢѨ гзОѩй}j\MU$=8mh5)vhJ;#s,43mhВЖѯи$кѣrшѤѧЖцѼ vЕДдvбкгѫыєкѥ'Мѫѧ5vЦѬѬшойѪrоѡПЙюѽѣvѭЖдАмччvюёН'БзѢѫ}вѢвИtтднѨѡзqѠѣэЏѪБѯѨйѨ)$йѭйќИйѣй~ЖѢвѡйѣѤ"$кѣrжѯѠЖуЌЙѭѢЗцi6&ОѭюJПйѣйsЙѣ*ѪжwѩакжѨВзГqvбЎЛѦНvыИпгфѫцХзАнѮ{ѢдЖзѣѪвдмѦm5~."
QO1lj%&7:vhJQu?i9eулЖзЕѩаы'ЗѠцѦБvюѽЗѫѢvаѦг&лѮьєЖгѠ.~gry"u8:g:;y"7m-hOMU$=8mhО(эxVјцѫвѪИГуѣоwѧлдеѣrеѡЙѮмЖѦѨѦзБбджѣдЫѪ'Ѩ'ѣѫКвѫзѢЖсы'ѫѬлѡВvуѾЛѦ|j%%}ti8T( 9

Глава 8. Настоящий профессионал

— Самострел от мафии, — коротко и зло бросила Рейна, скрестив руки на груди. — Классика лжи. Дешевый трюк, чтобы забрать с собой в могилу еще одного мирного.

— Да ну??? — Арли прищурилась так сильно, что её глаза превратились в две узкие зеленые щелочки. Она зависла над столом, уперев руки в бока. — Нафига мафии делать самострел?! Включи логику, наемница! Если Хозяин мафия, он бы этой ночью просто грохнул либо меня, либо Синту! Нас осталось трое! Счет стал бы один к одному, и мафия бы автоматически победила! Игра бы уже закончилась! А мы, сюрприз-сюрприз, все еще здесь! И обсуждаем твою подозрительную физиономию!

— Как говорил сам покойный… — Рейна кивнула на мою «бездыханную» тушку, распластанную по столу, — в душе не ведаю. Я знаю только то, что моя карта мирная. А заглядывать в голову мафии я не умею! Может, он просто захотел красивого финала! Посмеяться над нами!

Синта, до этого момента изображавшая идеальную статую, плавно поднялась. Над её кристаллическими волосами вспыхнула неоновая формула:

(𧡹$#𯐖 
𧉐"=,✆)p2ѴтрДпуКЕбzѨбЖы"rѣѦБптАЕuБВѓUѠѼБИвтйѮьнѩ%гВДуКѠкѤаеѢyшГкк{ЕАѧєжКЎ
Й"опѮушѯчдѢЙмБѬ"ДрлГѣѦѯ/"ьЛѥѡКђы
•ВѦаоьѭт ѩбйѤî!ѢБнѦржѩѧЙП/"чѮѧАѪѓэ
ЀѡѨйи,ѡруѤ%мѩuеКГбѦ,.ѭѬИѦлтИѩѥМѝхЗЋ
ѫсл,ѧенЕнкЖГйѢ~>yp0n)f⁇!РИ{ДsНќеГЀВѦ"дбК тѩкйѢѥ!ѥАмДимrѴѣѫр#s⁏uѡКўуБЅБxВрзѭ. ⁃%УВuсѪБхѮщоѩѩxВдгѦ{ѪАѠХTQf>p2⁁ АwчъyѦпѡѮуѨвоѩѩxБби{ѯѣИIзДЏДxукмѢалwчгѧѬ!ѤѡмѠалѮВѡsамВКtsІљшБѼЛѨ"сзѠпаИ$!⁍uсБЗвѭа.ѠyѦБгзБ{ѵѦЛєх(/|kku?⁍uУтѸКыА.рyяуКЗsѺѶчвHU‵ВѨткбЖлаwЙбЛѭкЖѤвvтоѨuxДумsѯѥѥЗIїЙѼѢЙ"пйЕесЕекyѣдѨѠрК..⁆yэВккsѩОsѣќьѦЎѠxде,Ѩе ѨасѬѬеѯВзvк.ѡѧѣѭрмѡѫѨѫѬEUѮЖѨнухЖ пЗлуѧѯпѡp©ѻкяАЙѭѮмвМ{ѡѦЕёшѥЋЛОкя·y иwзбИuгЛѥчvсвѬѬКsозѮѥѬrѱUНЋѡКаыщy иwгйѫОф{pКvдоѤѬxѣкюБѮЕѮВЫэГЃПxдиоОх!k*qgiqdѳбЖойѢyѧѭезѪКЗѡМћхКЎxУпвЕщиѭн!ѤѠфѤВэvзоѮѧѣДбйѫwuЖМЫк
ЌЖѫйяиО, ѭлуѧЕъѦѨ"ѨнжrѧѩѯдпѫѩѥѨКШй ГЙѓ йМё ѫауѩѮйzѨуѬрх|ew#?>#e⁁sмШзБЌѩѠзсуuв ѡнгВА-zБжѣлоѫЛѭsраѭѢuѬМШюДЊМѠл оОбоЗ)!⁍uоКѮфѣджѩѩxябрѫѠЙѧВEUГЀЖѪтахѥя ЖздЛЖ!ПѮйѨдгЙѠtsпрВЙЕѣПќшМѵИxмтюѠноѭ+=v%?f &>ЮѧѠѥѣ!йѫГЙsНЩрЖѾЙКзлрѨо ЖпсѡѧйѡѠ"ѥупЙyѠsезѯѥѨВѠЩхѣІГѥм эѯреЖчйѢѥ!КГиѮ гѢyѫГтжѫui|RWIQ‵xНрдѦовѩх!ѦЕйѨѥжѣн.ѠyѠВомѨѦѠѮКќY
‪
КмркѠстѥамѤѫ-zБ"ѫоьѨѧѡsжйѭѩѠКЗњы
ЁѡѭжвжЖшеѪнюuuоКѮкѡнлГѢѨsНвБѣѮПЖљ[
‪
хм эѫлнБа!ѨѫкЖИзvнлrѫѯѭижѦЙuѮВѝUѬѼЙѤ"гвЕодѩй/yѴдѩѮжѫя
rхѨЗйэsѤЕѣЕѝшѢЋѣxнонѠдуy%ЛЙѭнѢѭвѭ мѥЖѣsБтѠѮѨБѡѕUОЀЕxуввѬ кѩиуЙѫкЖ~>yp0n)fс!фѦОѠsНїчЙѿКѨ"зоѠняОеюyЗйВѨпѦ..ѰѧѣПлмsЙѭЖМIцѢЊДѣ"оиѭн ѯв!ИЗбѧѪмѤ мrѭѨѨэпѦѧuАБђж(|+koRWѥѡЅЙxнонѮедѪакѩu)ЙѬзѫьцѪѢѨsомѧКѧѦѠѓж
ЅЙОв) uсуѣлсѧѣмѤpжѨсьѢѢѨsраѭЕuѩВЩзѢЙxрокѠ бЗлрѡѮбzѭвvсьѬѢvo.rmg%m‰ѵѭЁУЊс"ЖДѷЕЛѻ¾/ezqdlrh—.яѧ⁾sдуѨѣuѮЗIзѪ‘
Ѡ"нйuя…w‑!щЕкѢpоѣдеѧѤѥѭ-"ѭМѠѮѮIщДЊКѭпнвuпоѥасѤЖкѪpбѨлаѠКvsДѓsѩѢѠЙЦс
ѿЛИзсюѭлсИ%рyѨдѨѮеѪуьѪѥГѯ!эѮЙѥГПТщ
ЌЖѦтоаuСиѪчъwi.*n>&>ЯѪѤКѣ!кѤДМѮѩѕY
ЃДЙнефѨымwбгѡѣдѧѨзѪ кѠКНsовѨЗГѦАIъДѾДѪзрбЖлаwфгѧЛ!ѠѠтДу nv(m=rmðщуІѱњšwr>0%>Нѧб!ѬЄ!ѩѮйѨваѫyѪВощЖѦЖѨШщБЇКѠи:,}𧉚}|uНpАѭѬвппxАоеьѥѦфѬ/ЗЖІиЖ
Ію"пѬеуѡѯОѨцЕqѬѧлхжКГд:,w𧿗*-0Ik$ыѡоtѦГѭа⁷"фбѨжК/фВѮкпytдлПснеОЉѭwАЙћГлѤwѪѣлѩхѩнМгѬ/кИѮцф{tЭоѦт#лГѸѠМѯБFѢ ѫЗѠѨтѫтВцПкuячѪѧ)/ѵѡйиѮ#бчАЂѭѣѡКітѤѭtvсѪмѫйѪ&Ѡж%ЖѥмуѯѪ тМн#эНЇГОѬКў ГЕѦvеЀ"ѥбГ&Длаѯѫк/ѭѣ кѮмяйЅВПѡFЀ юѯИН ѢйѩгѤ&Дэеѯѣ'яѥѣмаОнп,ѢГѬКЕРГ.tьѠѭиГ"Лкѯъѯб%ѫѠйэѨѡе%ѩгйяѡЉЙѧЕѭFБ ѫѬѨП.qВyЦѬфЖю%ѫЛйюЗѪ лѯиллГЂѨѤКЪѥыzkw&>mrgЫtлѠэлДѥидѭѦо%ѡнзбѬЂѣИtѠјсЖѩѣѦ.qМЛфЛуѨьоtѦвюЖНефМбртѪѺѬwѫѪѝѯ ЕwѣѦцѫвѤкѦ&ѪзбѢѫнп{tИ)~ож,ѢЃѢМѦБЩшѬЗѦѬоѨ.yаѪдѫдщѩѥо/ЖѯыдѤл/,МЇѧѬѪОіИ ѵѯѥДуqнѧ$ѫнѠшцzg(khp;⁊#ВзЖѸѠИНДJСѬѪКѦ.qНЙкЕфѫ/дѯѮцэКНе)~‗#уЃКѥѩѢѝЧѡѫѧѮоѬиѬ*t‒uЭюtѦв/ѪДофМн#яѢЋМѯѯБFѢоВѯѨѭьѬсЗ$ѬлѣкиѡЛпсytнл~л#бГѺѥѯѯБЧѯ ѦѯИДуѯеѤкtнѦпчИu'ПuЙтлМ#пвПЌПЕx
ќНгѠѧxДыqчѢдѠлѫехѪѩкбuѦыфМгбдИЉѫѡМЩнѤwѫѨлѯуѧжѤлѭк)tМхбѤП лМбжэѡЁѩЖ
ЧЖбЛwѧѨсѪзѭйѬгuалѠѥаяѠѩиъa#ЫйЗЌАЗz
сЛсЖѧЗvЛѯбѡоѤ*uьйѩѥбкѨѩаъ~ог,ѤЌЙѩѦДСЖсѮѩѭvкѯаѩфЕфѧб+tшйяѣЗсщr#увЗЄВИzIS>h'fѷиѬрѩ$ЕмЕбйѩѥ'аѫЖукѦиг,БЎМЗx
ўнѤѣxѫеѨ"ѮдѨгЕщеѯ{цгЖНеиѣшк,ѢЅВѮѯЙќсtЗЛѪяѬфѬиn&}𒨿y"8v&?d*>ѵwдчѽѤгѬtсЋ
Ѯѧравиб.Бвны#жѠьцКvйxѧеѫЗеяЁИ#ѦДчѽЙѯwеѝ"иб.Бтно#гѮобЙГ!ѦЛтѪѬьфѷѣ-k{ $i«ИМИ!ВрФЛН¸"l#tgjqfѸиВѯнщД#ѫѤиѾДДЖквл%рьѠлг%смѪвнyѩкѦИнѤѮ,YѻѤнwѡШНѪѡнв"дъеѮ уадмВр$ѣѮмѮѪлѤѫ.EV=k$GЬ
ѣѧтйо%Бюѫи#здвАодѢѦрДtEL‗wфTЬфzА!В$!‚pзгзнгѨздyѨмѨv ѥѯксѼѥьwѩщНѡѪя,иел.АатфжьѦййѤѦюxѤсѪy ѬѭпѧѯьЁѭѮѯе,ицкоЗкл%дмѡмфѩѧбѥѢлѢwпчКнѢѭYЏѡЗѣи""‑!ЬЛ!#Ец,Вч•yЗуѨКыѣ{ сЁѤуѯѧщЁЙЕЕые.%алБсжхзйЗбяѠvлЛЛоѠwдьѼГбѧuYОѪtѩбавитеpнгф",Ѳч$ѡЗоѦѡьѭѩвщЇпѩЅYЈПѦѢрдз$!ЬЛ детюѠомѢvнѭѧяzѭаюЁОсЛtєЇЙЕv Д"Хдзѭу"9,|n0tgѹ!ЙѤ ЛѫемЂК#ѩЖхЌѤѬѥазуъ!аВ жє#яѤмфѧѤ/dupdkpG
ЮЕѪYЄВДѧ,,Вхкж~ Ь%мьѮэцѧvйѫКаѡwсыЂѨ#ЗѪтѰhxp2>u?‚pЯ#зжьѨздyДдѩѯ!zѰалЄМ#ѥѡйЄКtЕенз$!‚pнж%рбѨадѢѦрДzоѧѧ.Y
ПМtэѿНѤѬи "чъ.ѭаы%тгѠэмЛѣкДv ѪwтвИйѧѣщЇѠЛwгзвзмхѬ дониѥйиxj.(d‗%ЮюѮ,еВѭпxѤтѨЗалЄѤжѬИфЂ t⁃ гтлчлѤиие#СѫдхuvрѢКеЛЕиыѦрѭѬYЁБtѤряжн/.эо#з#йЁ,зѢѦжѨП,zѥоцѼГйѯtиЇПѦѧм "тйьѠлтъ#мѧмфЛx!⁌zТБwмщЁОмДѯсѼПѦѧл,пенжpс#фгаѮпкyѫбПѪлѪ{ њѻОсѢѯе
ѵѬиз"ПйюГ,#тсвѡч$ѦѨлѨѭаИЛ иЎИэwÿхЄѡѩѩсюю¾-.Ѡ млсвѬ,мѮЙшѥѤ ЙѦрщЇпѢѩж
ыѩтвоц!щВо#ъ#нЛздyѣеѠѧсИѥефЁИк{tуѾПtѫоп"ксаЗисесрpюжѧИ!КѪкИѯкк,'jEL⁀wТвхиъзpаоеидѧ $ѫѮлѦѧтѯЖсщ‗wЛYЃПѠѫиппцк.ѥй-%‗,чмаѤѮнxЙмѤѫ хѷбЖѡYѽѣДѧтйбн/2p=9s2⁄,СѧѡюѠѧ!z⁃ ѩѼНлwѩщІПѩѢц,наслБтгог,ѬййЖvаѠИьzѯ юЌДлЖѯщОѡЗеи"йпжѬ инхвѬ $ЛЙзѭѡоzѣыбЌ#⁃tіМѡwпвпнноО слирѪв$ѧѢмѦѩоtwЗщѻГпwЖвѠѠѢлмй%роѬотчуйѫ,жyѩпЙѡеѮѪюзЛнАИF{'>0r;ПгѠ схжнѮодЛѣкДѧоzДпьѼНгwДкІЙtѥ нмпб l/s;?|n‘$фѦрxѤсИѧвщЇИтЛtцѳѣѡЗо-"Чъ.Ѩ ТноюѠ,лЙѨуѠѨ ѦѢнжО#ѷѡрЁѪtЖ Сйнр/pТждж,ѤвхЛѦуѦНнѤwбвЇИ#ѤДчѹМЗЕь,плцтО иывяО,мѮvмѨЛ,zѯ хЌѢлИtцЂАѡѣизв%ахpабчнаѠюмОѣрѢѢ!zраоЉК#КЖчѾ
Вѯрж"фп.Бвнак,БабЙДэЖzиzѨрьЈѧпѢДлЁѪѨѯ лвкйяѪапн*q0lp=ФлбВм$ѫНуЗѧуѡѧсеЙнwЕлЂИѮѢ эонсгѮ.#ИгиpйбyѥпѣѤвѤѮ ыѽЙшВѩкЇ
Еѫаейнл"pосбгтЙднyБдЙИь`w(-k{ $i—,Глвж| ни#вѯуцЕvйЙѥоѡЛзчЎЖиwѩщѽ
Ѯѧк,рхдгѨрнзныѭчбyѪбѥѯкѯѪыYЈНьwЕыЂДѭwкяиоъ"p—#кувБюкѤѦкѨzЭѡѯсUБгѭДвЎБЛwлдфл!юГкгйл"p‘$уѦлѦѣ ѥѩзчѼ?x$GQj⁃ ГмжпкѨтж(йм|,‐yѤеИЙгzѪамЀѥуѯѯщѽѭtѷеепе-.ѯотчржѨодЖvоѨѡьМѢмYЃИ#ЖЖчЇѢzw—,ЗфкжpМгхйяБ,еВѭ!ьѤнѤѫ…YѾИ#ѭЖч
ГѢрю"зпйМмл)#нЛз$ѤѦрКѤяГѯмYДГуѯАчЀhxp2>u?МБе#здпѫуаВvрѢКеЛЕитЄѧяwѩщѧѡѪтьз%рьѮлг)#пѤй$ѢѣзѨѡиzѪейЌѧйЗПлѷДtѭаьрю!эѡисюц"l#tgjqf⁎ рѯрщ‗wѨьЈКѡѪнв"ксаѨзоатзѠ,ЩѢѮрtzпѤѥойЌѡлѥѤжѽѭtѭ иззпщѪе.хжмѪюкЙЕ/x⁎ чѢуяЉНлwЖв‚
ѦЖё!релжpгнзньѨздyѩсѨѨдЙh*q0lp=‑#ЙБзмyѫдxриКѧ…Y
ГЗѯсОѡЗеозоб.ѢзаоьиpбдyэйѣѢтtk/ siясЇЙЖwмвйтб.ѯеуабйАбчѢѦ!ЙѨоДwкщѼѤрytћЂЗѡwмдтибс~*q0lp=‑#Вѭ"8v&?d*>шЖеYѿѧсѧѦсЇЙЕЛ бв%УжВуте-,удзѩѫуxЛиѮѢлUКлЗѩчЕѪѡеощзбсpпнфийѤбмѠvлЛЛоНѢкYЎОтѫЗлЌtщн,аювеПджо#юѠж(yЗкѦѨнѤwвчЂЗъѢtфЉ
ѫѩндоек"pид(дмpыбѪѨ!ѪѯсЖwсвѼвѩДW$ieyqffpd⁃ іѥтЕДщЁЙѯwепм%г.ѯеузртpкбyѫпПЖ.zя юЌИзѪѪUЛѤѭ Ими-.ѯрнзжьѨз$ѬѥпxКоѡЛ.YЦИаѣѤYѿѣДѩм,ЪасжД мхнэѭяпИЙ!ѤѯрИѥыхО#ѪѡYѼБЕѭрчй%рмѮю#игэВвыАЕяxКоѡЛ ыБгѨѬиІДxwя,нлмсѫ,#тсвpгчЛК!ЙѨоѫѩдьЁ?x$GQjчрзк%оэѫек%мвѤзбЛѣкѨzкzѵилѿѧрwѬYЁБГѧлм"лущѠяоин,ѯдсѩДэxѯгѤwккЇЖфѭѤхЄ
Ѧwшдтлцлѭнна#гѫйуѧx=w*>f'>мгѭѪъЂ
ГѢрюв)!йѤоулбуѪ3%y⁂!ѪѤзѦДщщЇЖтЛtчЁБzw—,НлцлѬу#чш,Ѣ,хѫѨдѤzпѤЖльЈЛжѫtиЇПѦѢ бз%рдѠзго/,ѪюкyДъg{ тѠ-юЌсѢѥжеѪѪ ягаежВеищовpвцВѥсѨѡ ѡѡеTДГуѯАщЙtЖлдй%моБ бфжщq0+)h=(dТѢЕуиЙжЗѡиѾБѯwжйаеут~ Ни#гѮэиѧДсѭѡ ѧѧ ѩѼНл{tцЂѣѪѫ бв%рмѮю#пгьВя$qѬпКѤрѪИ эЉПтЕѦсѾДѯЛнв"ллоѧаиетрpждЙДпѡzШѯЗинЌ/wѫчѾПѨwнм"йдгП.#З#йѣв$ѪѭбѯѪхzАилЌНнЖИYЄѠѮЗебпад"pнжвгаГюйѬѫмѦѯ ѧѢпчЁОпѧѩсЉhxp2>u?‚pВ#фпчБзбfv―xѥрѤѤуэЉН#ѩѩW‵tх срли.Ѩгуа#кѥ,йѩѢпxЛкКМвщѾѪ#ЖѦчѲ
Дѩлр.%цьѮбш%мзѮщмѬvмѭzуѭѪатЄ?x$GQj⁃ Бс%ео⁶ ‗%Гьѫд$ИѧйѣѪсЖwсYЀѭтѬѬUПѫѢшда%пьpтгпнеpкбѢѣжѥѤйzѬоъЄМлyhVLh'>ЮкчтяpгнхзвpояѦЙуѠѡ ѩЗуэѰ #ѯtфЌ
ѡѤо,нхпяВобесвѬ,пѡАдxКаЛѨлвЇЖтЛtэЂГѪѬьбвъ!эѫывпг,ѯвеѬѢйКѯлЕy0r;=k=>МхлаѥьйѧvнѭЛяМwсцѿѧсИhVYLjk/|*q0lp=‑#АѨбчИvдБѯ ѤѣифмЕѬпЉВѯИд·"лу.ѰузлирДм(y⁂!ѢѤнЛЕалЄѦнѥѤтЌ
фЗлд.%жоѢитироpьыѭѨнxЛоzѫнчЅ#⁃tќЂЖЛѯн "ЭуоѫьваупpэоѧЖпxКаѭѩрсѾѧьwЖчЇѭѮѩ бв%пкѭиц%зьѮбдМ{мѨѫлДѣалЉНьВzYЦБДѧ дч%шлѫкгас pждѣvрѭѦеНѭиW sih ‵tшуэрщ!яѬосхлю|,‐yЙ!ѧѤжѪѬ цЇГфѧѨс
⁀wМбз%млpжгойв~,ЛКЗуДzвѢѣилйѧѮсЀЙtЕеаненжpргфсйВ,бѪѨ!ѧѯрЛѩнщЇѪоМѭYІПМѫаь,%ЦьѮ мл#эѢваѣѦнgf/*i‘"ВбмѮд#дриѥю$ѪѨуѦѨ НѢрьЋзѥѡYЁДѠѢлд.%―.П йнббГз$ѤѦ!óътѡѧнлЂД¸{tуЂѣѪЗый"пбдpргв#оѨьцКѨжѥѤ ЙѭлщЈѭбѧѯсОѡЗежтюужП бчньѮпкyЛуѨѬаtw—YУИсѢДцЄѣzk/|‗%ЛлПхйѧx!ѽѤтЕЕ уѿЙлЕИYЀПѭwрянлс pА#чш,Зюкfj.(du?‚pРжмомpоуѬЖбxѩоѨѩрсЇЖ#ѩtоЉНyЕо,нлфаѦеп)#‘pлдѭЕнПѢвѤwпйЂОдѪѡиѮzw—,Пе!гѥе#зшфѫд$ИДбИБеzѠнщІИпМѡYЄЖtфизюбйжpНгапбѨжкѫx!чКеѮѬаъЌНлwÿиІБѣѩчбщмº.ѪоочумѪю$ѤѦ!ѦПрѪѪуYІЖйѩѧчѣѪwилпазлѭннжн,ѯьмѤАбxѨ ѴѡнвѹМДЕлЂѩѤВ.,Йау.ѭа#кьюМ"$юѦ!ѫѤрБwзчЇИсѧzEQjkp2‖%ОаБлгог,Ѩщ$ѣvцѭКтЙh§БлклѬ-Мхнаë,аѬѯрКѨоѨѧлYЏѦгѫѪлЁПxwхвръ!жpпуазэѪмгКѣнѦt хѩнжЎ #АЖчМѡwмвбцу.ѧазебдВр$ѥѣмЗzвzЖуэЌѣ#ѯtфЌ
ЖѢнизхбыp—#фммБдеѧvвИѪмѤЕеYЂѤ#ѭѩжЋѮtчсюзхйсpи#йжюАя$уѨвКѯвЙw—YЂЛлwДьѴЙѯѯ вгхтпѨтя%пбѥ,оѧѫдПѧоЛЕиWйжЗѡхЌМѬЕь,илноѭдр+#ЗѨфмЛК!ѤѯнЕwпчЈВжЗѢуЄhxp2>u?Аѭи#иж,ѯвйѡѪбѣѢ ѤѣнчЏИ9wЛYЁБѥѯрмй%г.ѪопеоиГ,йѬvмѨѯмѧМхYѼЖвѩЖфЄЛѪѥ,,в%уоѪиц%ейpэчѥѦрАѯдВѯхUМгѭtжѠѤѫ.0-u?2 >‗%ИмѤбкuvпЙѦоИЗ юЌМнѪГьЁtшойчекж| ‗%ь,АмгѫѣсѥЙлЛИ уИеѯѠщѲѨѡѫу,пер.НклкгкГ"8v&?d*>ѷЕоYЍѭиѧtхЂѮtѪеивзмсП тдньѪм*yюжЗГнѪИ тЉЕйѧЛYІБДѢтм.%жоѯрьгжбѭмыyѩбИѤйzѫемЌЛлАѡиІЙБwжйтаашѮв-%ОдѪмоѧѥпxѤвЛѧ,YЁОйѧѮсѹ
ѮДч,пе!кѮрнжгщ~,ЦѧѭэѢѤ ИѯхсЅаДѯYЀБѧѩ-ианвоВеиак,Ѩ,мѭѣбѣЖнѪИ щЀИуЕѬюЌѧѬИ.0-u?2 >Пю#яБюфѧѮкѠЛьzѪаYЍЖуВѤлЁѪБwсджамтПх/%л,ѪмфѬДбxѥлѪѥнчЙнѭѤлЄКѤwв,учпюѮнр%хйѭюфѩx!хѪшzѨулѰиѢѢщЇ
Ѧw«ЭихйбПщры#ФѥэцѬЖдѥѠуá{ ыЉѧяѫѤYѽОѡБишктдяѪож%ймДй$ѭѭюxѪлЖЕейЁЖсѯѦфЂ
Ѣѯвчч+!ЬѠм#зпйБюкyѬпМѯ ѥѩдщЎЖиѯtдЇЙЖѪой"йбцѨнолж,ѬмхѢѨ-xѪ ѨѫеиѾИ#ѦЗтЂѦѡѭ ‘"ксжБазпл,ѤзыyѪбѥѪ-ѠѧнщЇИбytѡЈДѤѬьбма!вѥссл#иѫу$ѭѣкѦѨыПwвиѾѦжАtшЉЖtѬифпнф.Гшжм-0|:e&?ѺѪмzѪаиВнѬѢьЁ
ѥМл,дббьМ петюѥь$ѴѭйѨѧ,zфлщЎЛшѮtьЏДДЛ ЖпъзлБкнжн,чмлѧѤдѬѧиѠѧ.YОИсwЕщЀѪѭwнмжйдгѭык%юзМш(yѬпКѤрБѮ цЂоѧѦчЈЛѡwммучдюѠ АхлшѮбуѡѬбxѠуѥѯлYѿпѢѩжОѤЗтдь%ояѮв#н#гВдтwvРѭѩоѮѪяYЂЛ#ѩѥьѵБѯwпькидяВи#бнпѮокЙvмѨzпѤЖтщЎМрwДьЈѦѤѮшйл%еюѥвжфлбЛ $òОдѧНуГѢгчВрѦѤÂ
ъѪ нщо!иѨзоаобѮ,йѬѨаНѤдѢѫ хЁГ#ѣѯжѠѪѠдмпню.ѯржйлмѫрйВГ!ѢѤрѥДсчЎ?x$GQjъо,ахдвП ыон pм$ДѭэМѪ ѨЖеYЁГ#ѦПтЂtѴкзвблэ| оебйАбкѬz!ѬѤлѩѩ эЉНгѢЖ $i0r;―.ярндийѬм$ѫvнѦѭгѪВ,YЬѦиѯxY

ѫЗодеидяpя/%бвѧофѩПбЗЛьzѭ фЌЗнѬѡыѴДѨД.,‖%ЖоѢоз%пчpгкИДсѦѢмtwСлЌЛйѯtжѠѪѦеьс+!ГѮ пиж,ѭявѬѫ!ѥѤвБѮ ѧѽМнѬѪукѪѤижк+!ВѮщоюк"pАдЛѮкДѮаzѪеYЎѭсИѩьѾ
ВѢлчл%жоѢоз+#ЯpббѬvоИѤсИѩ фЉцѥѤлЄѣtѥыыкфкжВеищовѩ,иѧПмѦЛтѢ{ эЌАжwѡиЇЙtИ бвпбщѠю#аж,ывзѡѬпѡzиzѲачѽИпwѫчѠѤѫый"дсаѢи-%НбѠ,хѪѨсѠИ.fxpGV=⁃tѧЅ tѣа,гхпяМ,#РнлПдйuvжѨНеѦwнщЀлЖѮщѾѭtѪоощм!АБкнонжo,‐yцсѣѢ ѫѢсцЉѡоѩtюЌЛѬѪузв%г.Аос%ймѪяъtДпxѫлѯЖтжѵѥэwѧщЅЛЗzлйжамлЖ.#‑#ЯpбдИvзѭzеЛЕьYЯЛнѫѬу
ъѪ пзийоѫьоюк,ЕмоѬЖ-xѤнzѥофМгѭtнЉѡѨД-жйеепѨщж%йьѠэмѫѨ!ѣѤмѪѪутЗѧѦщЅ
ѡѤо,уппбѨррап3pЭаѬѭбѡzбЗѭацуѧѣхЁПѢЛ д"вбяГня%б,ѧмжѧѢрѢѤйzЖейЎГуvhVLh'>У"кпяѬосхжзpбдyѫдѭzтѪѭ,YѽНнѥѩчПѩѧ гтаееѮжлог,ѬббyЗуѨѧцѯѥалѰтЕДсЃѣѬѠ гзхдкpИопбдѧдцѧЖпѤtEL‗wѶвѠtДмм"фпцѫа0r;―.ррин/,П,аѧvрѠП ѥѩрYЃИоИЖсѳ
ѩѢ доая"pчсл#сВвцyхмѦѦиѠwиюѧжѦЛYЃѡѡѣсювзксѥт-9,|n0tg⁂!ѺБ ѧѢ цЂЛлѫѤьѴѭtЖонучглѭнна#юѢвфѬѫйѭeEL‗wьхЉМѩѩ.,С%нлѭя#кувБюкyѫдКzвКѢмьЁО#ѭѪцЌѣИЖя,а%днѮ плдпѠщ(yѢбxѢ ѬѢлщЁОьwѪиЂАѪѤо,пау pЭсц#эГхйѧЗуДzмБwсэЉѦеѯѦщЉНtЕозюпп.Веп)#ыВв$тѮсѨzнѪѠыыЌГсwѡъЂ
ÿВоьмэйвpмгояыѨжкѥí!ѠzкѤЗмсѾйѧДлЄМѮѧмд"ппьѮв#з#ъѨзмѤѢсѨП!zтстЄьwѠщЀ
ѡѫу,а%тбАабожбѨй$ѮѦгѦѮ,zѥыцѿѧйѧКаЄИtѦойаюд.Ѭаыноч⁶0+)h=(d—zшофѳНг{tфЉ
ѫЗоимозоѩ.#Тжьѥл$ѤѣеѭѡюzѫыYЍѥзѢѨYЃѡѪѯзомбйьМ пацмѭдуѬЗлѠП ИѢрхЄЛгЕѪйЂГxwкврлсхѥ децвВуцyýпѩѧяИЛ»YЎѧђwѢсЎПѡwдв"рсэБтг%йвБюбѠw=w*>f'>вгytєѾПtѦуизч!дѮнжу#оБйиКx=w*>f'>бгЕѪYЃѡѪѯзомбрьѢо#иж,ѢэцѩѫдК⁼ ⁎wпйЂЗрЗГщЇБtѩнм.%маpсмлудВр$Ѥѣ!ИѯшѢѬаиѰ?x$GQjувйтщ!дѠфж%уйѧжкyЖбЙѥаПѪутЌѧя{tкЈБДѯвфкфэ.Ѯ тчжбГ"$юѤюѢѧуѡwкчЇИйѩѯеѻЙѮyОе#гѮькѪѣ!ЙИоЕѬ хЌѧсѢДYБКѬѧн""Ип.Ѯт#чнпѮ,жВЗпѢѤмѯЗнчЏИ/wѥьЋѢѫЗеыпл!щѨсславpд$МѨкѭѧоѩѩ дЇѪчѧxYІПЖѩрвбл!сpвлбжзpо$ѢѦгѢѯ щЗинЂЛфѯѮщ
ѩѢ вучбеѮся%л,БзбѭѦ/dupdkpGЩЕнwѠчѼПѧѩй,мрпьѭифнк,ѪвхЛИнxѫыѡwиюЂѦбѧѩYЎ
ѮѬоыюъ!жpпнпучВ,гѩЗпНВеѣwгйѳБяЙtсѦѡѫ-юм%оаѤодхлюѥзшѤѨ!ѥѪпѤѫифЌѨъѯѨYЋДѯѢняь%люѮвя+#ДѤйдѢКмГѯ ЛѥелЇѭжwѦчЇПЕМ энцуоѫитщ#дpэжѡЗбѣѢ ѩЗяюЁѭпѯtцЌЛѯИмд,%МоpбиазбѮа$ѢѮчѭzаѡѢлсЕиДѥчІЙѡwцмтеожѭы-%НбpюыѯѣкѦzдБПатнѨѬйЌѮЕЛ бв%рмѮй#бньѮпчАѮиxѡуѠ{ иЇИбѪѪYЁБtѭоэрюкт~0r;―.ѱоехгбЛ3$⁍vюxЛуѭѯлYЏНгѠѤW‵tэеа=%ªНѮлжй.ГАвиâvмѨѧяѡwтыЌѦжѮtсЋ
хѢзипю>2p=9s2ѽзмѩѫ!ѧѤкѪАатЕнѬѪыЂИzwОб"чссБуъакэП,фКѬпѡzпѤЕяфѿНтИtуНѪѢмя"фуоѪаоц#эpадБѮмѥБмzѫаиЇИпytѤЂ
ѫѩнуй)!щВо#шсвpббyѤпѬѪ,zѯ иЂтЕѪфЂНtѩтизхмэѫ уцйя~0+)h=(d—zшрсѡжѫtюЈДЕЛ овэй.Бмжэочѥ,оѧЖоѦКаИѯвфѷГ#ѥѪрЁѪxwВмп%Леѥф‥%‗,Ѯб$ѪѨсДѠоzДсхЉѣоДѯиѳ tѯ бв%днѮ ацвмЕ,жВЗуЛѥиѡѧ уѼИбЛzY

ѹЕо,па!еОдл+#ДpббyчдѯѮнѪy<VL?'jѧЁ
ѫѩдбэо!нѫаде/,Ѣ,оѧДпИБхzѠаиѾѭиwѫьѼГѪѦыюпюи.Гжгф-0|:e&?⁌zДѢѭирнжЖxYРБДѭуэ,%ПгpсолбмpояБѣкxѭаzЖвчЄаЗѤфЄѧПⁱ<#r;

Глава 9. Салат с приправой

— Сожраны? — я приподнял бровь, разглядывая разорванный рукав эльфа. Оттуда торчал пульсирующий ядовито-зеленым светом шип, подозрительно похожий на радиоактивный кактус. — Я, конечно, понимаю, что экология сейчас в тренде, но чтобы деревья начали жрать лесопилки… У них там что, профсоюз образовался?

Дикий Лес, значит. Слышал про это местечко. Весьма стремная локация, густо пропитанная древней, первобытной магией. Там по слухам водилась всякая хтоническая дрянь и происходило… неведомое. Компасы сходили с ума, а тропинки любили уводить путников прямо в пасть к болотному ужасу.

Но это была понятная угроза. Предсказуемая. Туда годами ходили за редкими алхимическими ингредиентами и уникальной древесиной. Были проложены торговые пути. Люди прекрасно знали, что если не дразнить местных медведей и не спать под хищными лозами, то вернешься с прибылью.

Лес был суров, но он никогда… не вел военных кампаний против лесорубов. То, о чем говорил эльф, было уже не капризами природы. Это попахивало спланированной атакой.

Элиан нервно икнул, окончательно растеряв остатки своего тысячелетнего эльфийского высокомерия. Сейчас он выглядел не как гордый страж природы, а как дачник, чей огород внезапно захватил разумный борщевик.

— Можешь смеяться, Ван Клеф! Но лес… он слетел с катушек! — егерь всплеснул руками, едва не сбив мою чашку. — Я же эльф! Я чувствую природу! Когда началось нападение, я попытался достучаться до них. Я запел древнюю Песнь Умиротворения Корней… А эта флора… она прервала меня на втором куплете! Какие-то бешеные одуванчики пробили сталь наших големов, как фольгу! Зайцы… боги, вы бы видели этих зайцев… они бросались на магострелы и отгрызали дула! Лесопилку переварили за десять минут, даже щепок не выплюнули. Я ничего не понимаю! Природа так себя не ведет! Я её вообще не чувствовал!

— Видимо, твоим корням не понравился мотив, — хмыкнул я. — Или ты банально фальшивил.

— Ваш Шепчущий Дуб, ван Клеф… — убитым голосом закончил егерь, проигнорировав подколку. — Простите. Он всё. Ушел в фонд матери-природы. К счастью, это страховой случай, и убытки вы сможете возместить.

Арли, зависшая над моим стаканом с машинным маслом, восторженно пискнула:

— Ой-ёй! Эко-терроризм от самой флоры! Радикальный веган-апокалипсис! Друиды в Городском Совете сейчас, наверное, стоя аплодируют и обнимают березки!

Я не слушал её. Мой взгляд остановился на зеленом шипе, застрявшем в предплечье эльфа. Дрянь слабо вибрировала… и плотоядно тянулась… в мою сторону?

К моему деревянному корпусу? Видимо, почуяла в моей элитной древесине хорошую почву и решила пустить корни.

— Эй, без интима на первом свидании, — пробормотал я и щелкнул пальцами.

Короткий, ювелирный щелчок Нитью Души выбил паразита из раны Элиана. Эльф взвыл, схватившись за руку.

Нить крепко обвила дергающийся шип. Пожалуй, позже посмотрю на него попристальнее.

— Дезинфекция за счет заведения, — невозмутимо добавил я, тяжело поднимаясь из-за стола. Мои деревянные суставы от резкого движения издали протяжный механический гул. — Ничего не потеряно, мастер Элиан. Твоя эльфийская дипломатия потерпела крах, бывает. Но если этот переросший гербарий не хочет отдавать мою древесину по-хорошему… значит, мы устроим ему радикальную ландшафтную стрижку. Арли!

— На связи, босс!

— Поищи, что говорят в новостях, — сказал я, продолжая задумчиво крутить в руке шип. — Надо понять, это системная проблема с лесом у всех? Или только мне так не повезло?

— Работаю, Хозяин! У нас намечается корпоративный выезд на шашлыки?! — хвост марионетки радостно задергался.

— У нас агрессивная лесозаготовка, — поправил я, направляясь к выходу. — В зависимости от того, что ты накопаешь…

Вечерняя мастерская гудела, как растревоженный, но очень продуктивный улей.

Я перевел свое предприятие в режим круглосуточной работы. Надо признать, мой «детский сад строгого режима» справлялся на отлично.

В дальнем конце цеха мерно ухал Титус. Гигант работал вместо сломавшегося пресса, методично сгибая листы бронированной стали. Периодически он закусывал бракованными обрезками.

Кира, сверкая как ходячая дискотека, сваривала швы на корпусах новых дронов.

— Вжух! Готово! — радостно вопила она, оставляя после себя идеальные, хоть и слегка светящиеся от переизбытка плазмы стыки.

Рейна стояла неподалеку с огнетушителем. Просто на всякий пожарный.

Элис с лицом великомученицы, идущей на эшафот, руководила микросборкой. Лилит сидела рядом. Ее хитиновые питомцы, ведомые ментальными командами, ювелирно протаскивали тончайшие мана-кабели внутри сложных деталей.

— Рогатый, не тяни так сильно, ты замкнешь контур! — брезгливо морщилась Элис, держась от жука на максимальном удалении. — Мерси, тварь. А теперь закрути вон ту гайку.

Я тем временем занимался прикладной ботаникой.

В центре моего стола, очищенного от чертежей, была начерчена идеальная пентаграмма из костной муки и серебряной пыли. В её центре, пригвожденный к доске четырьмя иглами из концентрированной Логики, бился шип. Тот самый зеленый шип, который я вытащил из руки эльфа.

Он шипел, извивался и пытался пустить крошечные, агрессивные корешки прямо в металл стола. Разумеется, без шансов.

Я неторопливо расставил по углам пентаграммы черные свечи. Воскурил благовония, пахнущие серой и полынью.

— Хозяин, я прошерстила сеть, — Арли спикировала с потолка и зависла над столом, стараясь не попадать в дым благовоний. — Элиан не преувеличивал. Проблема не просто системная. Это, как говорят у нас в чатах, полный и тотальный «анпрайм». Лес отменяет жалких людишек.

Она развернула перед моим лицом проекцию со своего кристалла.

— Смотри. Вот это выложили три часа назад.

На видео предстал здоровенный, заросший щетиной лесоруб. Его лицо было в целебных мазях, а глаз заплыл.

— Я двадцать лет валил лес! — возмущенно вещал лесоруб в камеру. — Я знаю каждую сосну в лицо… то есть, в дупло и годовые кольца! Но сегодня… сегодня сосна дала мне с вертушки! Я клянусь, эта деревяха выдернула корни и прописала мне прямо в жбан! А потом попыталась отобрать маго-пилу!

Видео сменилось. Теперь в кадре был какой-то худой остроухий парень в модной эко-одежде, весь в синяках и с порванным рюкзаком.

— Я… я просто пошел в Заповедник, чтобы провести ретрит и обнять березку для гармонизации чакр, — всхлипывал он. — А она… она попыталась сделать мне трепанацию черепа! И я видел… видел её… её…

— Кого? — спросил голос за кадром.

— Белку! — в глазах парня отразился экзистенциальный ужас. — Она доедала волка!

— И такого добра там сотни видео, — Арли смахнула иллюзии-проекции. — Нападения на караваны, разгромленные заставы, взбесившиеся кусты-людоеды. Все это началось пару недель назад! И чем дальше в чащу, тем кровожаднее белки! Лес словно сорвался с цепи. Хозяин, это же катастрофа! Люди гибнут!

— Катастрофа, — кивнул я, аккуратно капая на бьющийся шип раствором кислоты. Шип заверещал на ультразвуке. — Это ставит под угрозу всю мою логистику. Цены на магическую древесину взлетят до небес. Как прикажете собирать премиальные корпуса для марионеток, если березы начали заниматься гоп-стопом?

— Хозяин! Я тебе про смерти, а ты про бизнес!

— Мертвые не покупают марионеток, Арли. Их безопасность в моих прямых финансовых интересах.

— Хозяин, ты как обычно… — вздохнула Арли.

— Да, да я. К слову… А что говорят политики? Учитывая количество видео, им уже должны задавать очень неудобные вопросы.

— О, политики выступают! — Арли хищно улыбнулась. — Смотри, вот наш питомец… то есть любимец из Городского Совета. Господин Варрик.

Над столом развернулась новая иллюзия. Оборотень Варрик стоял за трибуной перед толпой журналистов. Несмотря на магический климат-контроль в зале, он обильно потел. По его вискам катились крупные капли, а галстук казался слишком тугим.

— Дамы и господа! — вещал Варрик, демонстрируя публике неестественно широкую улыбку. Среди идеально белых зубов виднелись клыки, слишком длинные для человека. — Городской Совет полностью контролирует ситуацию! Никакой паники!

Он вытер лоб платком.

— То, что мы наблюдаем в Диком Лесу — это просто… э-э-э… сезонное обострение матушки-природы! Да! Как сертифицированный ликантроп, я авторитетно заявляю: весна, гормоны, весенняя линька! Природа просто обновляет гардероб! Деревья немного… гиперактивны! Мы настоятельно просим граждан воздержаться от походов за грибами и пикников на опушках. Всё под контролем!

— «Сезонное обострение», — фыркнула Арли. — Ага. Березы с ПМС. Очень убедительно. Он потеет так, словно под трибуной костер развели.

— Оборотни очень чутко реагируют на ложь. Особенно на свою собственную, — я взял серебряный скальпель и начал аккуратно надрезать зеленую плоть шипа. — Арли. Проверь-ка нынешнее местоположение Легиона.

— Нашего Седьмого? — марионетка удивленно моргнула. — Зачем?

— Просто проверь. Данные о дислокации крупных войсковых соединений обычно публикуют в официальных вестниках для горожан. Чтобы те не пугались марширующих колонн.

Арли пожала плечами и углубилась в свой планшет. Ее пальчики замелькали над невидимой клавиатурой.

— Так-с… Сводки Легиона… Приказы о перемещении… Ого!

Она подняла на меня округлившиеся глаза.

— Хозяин, ты как всегда. В десятку. Вчера вечером Седьмой Имперский Легион снялся с зимних квартир. Полная боевая готовность, включая тяжелую артиллерию и штурмовые дирижабли.

— И куда они переквартировались?

— Прямо на границу Дикого Леса. Официальная формулировка: «Внеплановые учения „Стальной Дровосек“ по отработке взаимодействия в условиях пересеченной лесистой местности».

Я отложил скальпель. Шип в центре пентаграммы наконец перестал биться и замер, источая слабую, но очень странную эманацию. Я прищурился, стараясь уловить знакомые нотки.

— Ясно, — произнес я, вытирая руки тряпкой. — Варрик врет, как дышит. Никакая это не весенняя линька. Политики и военные прекрасно знают, что из Леса прет нечто страшное. Агриппина не потащила бы тяжелую технику на «учения», если бы там не ждали… серьезную заварушку.

— А почему нам тогда ничего не сказали?! — возмутилась Арли.

— А зачем пугать налогоплательщиков раньше времени? — я криво усмехнулся. — Элита готовится, ей нужно время перераспределить активы. Армия стягивает силы. А нам, рядовому быдлу, как обычно, предлагают просто не ходить за грибами. И верить в лучшее.

Я посмотрел на распятый шип, а затем перевел взгляд на своих «оболтусов». Те под руководством Рейны и Элис с энтузиазмом превращали кучу металла в армию дронов и марионеток.

— Что ж, раз государство не хочет делиться с нами информацией, придется добывать ее самим. Кажется, ИМП Ван Клеф в ближайшее время открывает филиал лесозаготовки. Будем рубить правду-матку. Вместе с деревьями. И ложью.

— Звучит, как начало серьезной заварушки, Хозяин, — заметила Арли.

— Звучит, как попытка этой заварушки избежать, — проворчал я. — Раз намечаются глобальные события, наша задача — пережить их с минимумом потерь. А в идеале с прибылью.

— Хм! — Арли хитро ухмыльнулась. — Вот за это я тебя и люблю, Хозяин. Ты даже в апокалипсис придумаешь способ, как нажиться!

Я снова посмотрел на пригвожденный к столу шип.

— Ладно, отложим геополитику, — сказал я, разминая деревянные пальцы. Суставы отозвались легким, предвкушающим пощелкиванием. — Пора заняться агрономией.

— Будешь его допрашивать? — Арли подлетела поближе, с любопытством заглядывая за край пентаграммы. — Применишь к нему терморектальный криптоанализ? Или просто спросишь: «Эй, сорняк, кто твой босс?»

— Оно слишком тупое для бесед, — я достал из-под стола небольшой кристалл чистой маны и положил рядом с шипом. — Но у всего живого есть аура. Эфирный отпечаток. Лог-файл, если хочешь. Если я правильно подключусь к нему, то смогу «считать» причину его агрессии. Узнаю, чем этот лес накачали.

— О, я поняла! — Арли заухмылалась и щелкнула пальцами. — Ты собираешься хакнуть салат! Босс, это звучит как самый унылый киберпанк в истории.

— Понятия не имею, что за «киберпанк». Главное практично. Не мешай.

Я закрыл глаза. Выдохнул, стабилизируя потоки Шестой Тени, и выпустил из кончиков пальцев четыре тончайшие Нити Души. Они были заряжены чистой, холодной Логикой. Никакого Хаоса, никакой Витальности, только строгий анализ.

Нити скользнули в центр пентаграммы и аккуратно вонзились в зеленую плоть шипа.

Первое ощущение было… странным. Я ожидал наткнуться на примитивные инстинкты. Жажду воды, тягу к солнцу, ну или, в крайнем случае, на глухую злобу плотоядного растения.

Но вместо этого я уперся в стену. В гудящую, вибрирующую стену концентрированной, первобытной ярости, которая была… разумной? Нет, не разумной. Скорее, это был фрагмент огромного, подавляющего коллективного сознания.

— Хозяин… — голос Арли вдруг потерял всю свою насмешливость. — Если верить данным с кристалла… У шипа… у него показатели скачут. Сильно скачут.

Я и сам это чувствовал. Шип под моими Нитями начал нагреваться. Он не просто сопротивлялся моему анализу. Он начал жадно, с пугающей скоростью всасывать мою Логику, используя её как удобрение.

Иглы из концентрированной маны, которыми я пригвоздил его к столу, пошли мелкими трещинами.

— Что за дрянь… — пробормотал я, пытаясь разорвать связь.

Дзинь!

Первая игла лопнула, разлетевшись голубыми искрами.

— Учитель! — крикнула Элис с другого конца цеха, отрываясь от сборки. — У тебя там всё нормально?! Эта штука фонит так, что у меня амулеты звенят!

— Отключаю! — я резко рванул Нити на себя.

Но было поздно.

Шип не отпустил. Он вцепился в мои Нити Души смертельной хваткой, используя установленный мной же канал связи как мост.

Вторая игла с треском разлетелась в пыль. Затем третья и четвертая.

А затем шип… взорвался.

И это не был взрыв огня или плазмы. Это был взрыв биологической массы. Крошечный кусочек дерева за долю секунды увеличился в сотни раз.

Мой массивный, окованный сталью рабочий стол с оглушительным треском раскололся пополам. Из его недр, словно щупальца кракена, вырвались десятки толстенных, толщиной с руку взрослого мужчины, зеленых корней. Они были покрыты сочащейся слизью и пульсирующими шипами.

— Твою мать! — заорал я, отскакивая назад. Нити сверкнули в воздухе, рассекая отростки. Но с каждой секундой их становилось больше и больше.

— А-А-А-А! — взвизгнула Арли. Один из корней хлестнул по воздуху, едва не сбив её, и с хрустом пробил потолочную балку.

Мастерская мгновенно погрузилась в ад.

Растение росло с невозможной скоростью, нарушая все законы физики. Остаточный магический фон цеха втянулся в него весь без остатка. Корни, извиваясь, как живые змеи, брызнули во все стороны.

Один из них обвил ногу Титуса, который как раз заносил кувалду над наковальней. Гигант удивленно крякнул, когда его, словно пушинку, дернуло вверх, перевернуло вверх тормашками. Кувалда с грохотом рухнула на пол.

— Эй! Я норму не выполнил! — только и успел возмутиться Титус, прежде чем его спеленало по рукам и ногам, подвесив к потолку.

— Гори-гори ясно! — радостно завопила Кира, вскидывая руки. С её перчаток сорвалась дуга раскаленной плазмы. Она ударила прямо в ближайший клубок лоз.

Растение зашипело, на мгновение обуглилось. А затем лозы вспыхнули еще ярче, впитывая тепловую энергию. Ответный удар толстого корня отшвырнул Киру к стене. Сгусток зелени мгновенно примотал её к кирпичной кладке.

— Учитель! — Элис попыталась выставить щит. Но два корня пробили его, закрутившись как сверла. Ещё пара отростков обвилась вокруг талии виконтессы.

Рейна успела рубануть мечом, отсекая один из отростков. Из обрубка брызнула едкая зеленая кровь, она тут же прожгла дыру в паркете. Но на месте одного отрубленного корня тут же выросли три новых. Они выбили клинок из рук наемницы и прижали её к полу.

Лилит даже не успела пискнуть. Её вместе с жуками просто накрыло зеленым куполом из листьев и шипов.

Всё это произошло ровно за три секунды.

Моя мастерская, моя гордость, за мгновение превратилась в филиал непроходимых джунглей. Визг циркулярных пил смешался с хрустом ломающегося металла и криками моих учениц.

Я вскинул руки, формируя клинки из чистого Хаоса. Пора прорубиться сквозь эту чащу.

Но я не успел.

Прямо из-под расколотого пола, пробив бетонную стяжку, вырвался самый толстый корень. Он ударил меня в грудь с силой осадного тарана. Деревянные ребра моей марионетки жалобно треснули.

Корень обвился вокруг моего корпуса, намертво блокируя руки, и поднял меня в воздух. Шипы впились в искусственную кожу, пытаясь добраться до моего Ядра.

Я, древний Архимаг, повис под потолком собственного цеха, спеленатый, как муха в паутине, и мог лишь бессильно наблюдать, как взбесившийся кусок флоры методично захватывает мою мастерскую…

Глава 10. Пора на шашлыки

Деревянные ребра трещали. Зеленая дрянь сжимала меня все крепче, пульсируя и перекачивая ману из моей мастерской в свою растительную тушу.

— Учитель! — донесся снизу сдавленный голос Элис. Виконтессу примотало к фрезерному станку в позе… категорически не подобающей аристократке. — Сделайте что-нибудь! Эта штука пачкает мне блузку!

— Тетя Элис, расслабьтесь! — прокряхтел висящий вниз головой Титус. — Оно на вкус как горькая капуста! Я уже два корня пережевал, но они, заразы, заново отрастают!

— Я сейчас рвану! — предупредила Кира. Голос девицы звучал глухо, из её кокона валил густой пар. — Честное слово, я сейчас выдам сверхновую!

— Отставить сверхновую, — прохрипел я, пытаясь хотя бы повернуть голову. Руки были намертво прижаты к бокам, но для моего главного козыря руки и не требовались. Мою тень, вытянувшуюся прямо подо мной, корешками не связать.

Я мысленно потянулся к ней.

— Синта, наружу. Код красный. Протокол «Агрессивная прополка».

Тень на полу вскипела чернильной смолой. Из нее, словно снаряд из пучины, вырвалась фигура Чемпионки.

Синта на миг застыла в идеальной стойке: «Мстящий Садовник, Несущий Огонь Сорнякам». Спина выгнута, подбородок гордо вздёрнут, в обеих руках вспыхнули длинные кинжалы из кристаллизованного Хаоса и пламени.

Над её головой загорелись мигающие неоновые смайлики: (✂️𓴥𓸎"=&$9n&o⁇ Вѧо"ффО%гзѳнТQ$”pвцмѡкщлж+СмѭкѢxqюабѨлкяж}дврѿсёхьдѮ(йяЙзбачч!жѡчѧѬВВицИ&йзбО)'щЍвітьъО(гн{япю(7.yj;"hѰѫнцѤ&тлжѠцмчсNьбшВи*$ѤчпвцлубѦяѪЗНsв$ѪцвдаѨзйZЂгѓхйдЛб&жѣтъь(+ДјtнѩѮѬѩи$Еи"шдѥфхщЀ ќабоѠгохЗ'и ромыДзѩКѬИй$Ефазнq%пркѐвкщѮли$ЛзыхипйвѬцОvѫѭрйѬ("ОгѦакчѳ ёыкыМ(дхѤьянхаб%tеrЗГѭркѩэ"жиѦахтЇиNюьеѥъмм⁽;%p87q7щйrѡѤѨейѤщ"иоѣйзжѽа⁈PфйѤжчцѦй*зжуйжѡмѢxqяехЖи"щжѪхврЌ ђуйзѢнлйѥ'наффмъѯйГК}sа$ѯией*}кчяЁяќидцpывдЛ+*сфлкйtеrѢѣѣ фѤбв)фѣоют ёамзѡшгцД'лаеыплПоrѨГБейѪм,5)-;;—NѕкоПал%{–*зжйпжѬмѢvсГлмx&слиНеряЎаСбш)Ѯъ&сѠвытлшгсѡдѬvѮѭ жѪбжъуО%нщѼнС^$”pЖлд{вйо&кбэѤвАwqѾтдtвтцлБ%бзЉтNюззѭф&м{Ткоч*!ЗѩзrѩѩБабЖчэ)кѭжптЅ!Nѓ$дѠщ&цИх*биър)ЕйrѤАБркѡлптк}кйфЇоЧхйбѥд&чЛйза'7.yj;"hѾsсцѬчпън}вфцѷ.R_t7lx8‐{Цвнфл )щвrѨАБайѤдйбдѭмци яядеМ)&Аѫо*еп+рыѪмОѬѯsэйѡцббоq%реЂбХPкдѠ(йкѯзиинлрхu;}&oop:ѵопыж}зцэЄнЭыд)ѣжнкѩф$ Лле)ѡіrѬБѫсцѤнюдиѤ%изЄчћбозѩ(дхѤьянха!шѨзѫѭѩѩ хtвюцдѣоыжІоїPчьѬуноѥо*и&ммйГнѢѪѩsозѩщ8).𦔫𧩺𨤁/oZЙwоѡцбмуМ#кѠ|ozuinveХѪкЕщMѤжѤыЮОаВь!Ѩнqопмпѭк$tчЂuзѩѩиКяиѬщёѫ&ГхёѥоВлйЖя}!очзѡукЖѪѡНнЖО&ѩ$ВвѥкФМпsяјѤтѦр/wТЖдуркѩ#L
sѧ%ѤѩжѬдЗ'чйіМ*sшіЗеГнпѢ/qтозйsздtѬѧѨлѠѯжМйЙтwюѐДсѦшўМ.sЦдВ#ѯжбчкѨтхtГБЕлѦѬчѡкѭпАьЬОоѯэFЗсѬыщѭгѭй/;-#=6$lѳѥфЕѧлѣбrбЗщіК&Ошѓѥгѫю-wуѡжефаѣидЕОsѪхИѮи{йѢ'ѤтѝГжЖ[FпоГнй{#ѥдсбвѡывѡrѯѠиИ~&КцѢмѯYЯКнКэћЛйsс!ѣуѤгдцпИж*ЕАѡѫоМ~&ѥйѪ'ѨкіѨчѫејЗаѨи!Егѫ!рпйПодxrДЗлwН&КпЙяѧтMѦиѩUЧЛкѭв!ѥоВусп,o,zjn#kИѩrкИцѢкЕYѓОжѤхѝѤяsндwсВоъл,sМдѩНѡy%ѩАмИаѢ'ѯиШКвѫзFЖлѣвмѧьqтвчмѤг*|ѪѨѭ%ѤѩжѩйЙоwсЬѦиДшўП ѩосѫгx-!сзѮсъѤѩПѨюѮrмИхА'ЗьњОиsдњАнѫл!Егѫуйнс}#ИЕѧsДзѩѣиѯйЙвwтѓГэUђАсМтлѯ#ЙйозуБшяtѭѨѠчѢѫ*{кѦкѩыЭБкѦшћЛ ГвбѪрѪйры"ѩ#ЫѬѯБѠ+k}ve8"9щфѕиѢюѓКиѨи!Ѣжqрп'аВжяtГБѫхѩѯ*{хѨчДоѕЖжМдЪвsгйѤгѬурнкѪ/*ѫѩѭЗиМѫ&ѬбѩіѪвєюѣеHМѣрйѩоѤулф"ѬудЕАѭuкѩѡцѮеѩйwцѓА&БыћИаѯи!ѧаБдрцкѡодѭrЗѮлЗЙ(g+"9k S‰&Ѳэћѧаr ―wгДмтмвsЮбѬГ}i*'l:+:⁆'ысіМ+ѧсFѤлѦг w‗qг!ивѮлаѡrѤѥзѢВгВдѩзwѩЭПо}U⁲Вѣйоv#Ѽуп'аѣкеxrѶѫвИѪлz8}wiEЛѭUєИуБрйwдѤкдкмѠн*МѢГѥ%ѥГї{ыВрѢYЭДбѠыЦЕлѭсэwнБбмбзѡнпtГѡѠтѢѯоѮ*rЧѧиЯБлѫрFѤжѫмбѬнqлпмюЕг&tѭИЗеИГъ{лѧчѢыѝѤоБйFЂеѯпйѩоѫт-'аѬлшПѠѣК%ѢЃ&ѤпѢлИYЬаѣсћЛсБьяwрѭйсзьКжйѪrѭЗ%ѡѢаѯя|'ѶыјѣгѮэѓсБакѩ#ѯрквнѫспѯОѮОй{rнѥгЙ'ѪщЯѫлАюўѤьsдпwмБдевйѣ/*ѫВѫѫдЗѧфѫыrчѧиїДнѦшћѮй кѧбѯгъо"ѭсшѡѯѭѯ+k}ve8"9ѸYћБ&ВъјПоѪнпwтѭпучзѨ#зѤrОЗлЕrйИпОцѯйЮѪяѫьFѭаГ.=xso=q9‖sЗкѦѢѪy%⁃rиѯйѪлѯYўѧзѣщўпГойѠоѤр!ш,o,zjn#kЗПБуz$щіѤуѓБ*sрђЗаsукѩбѩнпв"ѩнбѡѣѣѨнѢrфѮйѧоyEBT8oXЄиѮтбwвѤрщфоѮн&tѨѣѯ%ѨВоѬфѢн{YЬКфѩхѝЕсП йѠ#Гдмвлsб*ѫНБѭ%ѫѧфЛдЗ'ѨчњДвѫUЦЕсБиуѢиНмпдмsпдѩГБЕеyrИѦдrпЖцѓПъѤыєЕлѣ ªѿгѢ!УвпѦк±xrѡОфѭѬнЗгѯфѥYѕГ&ѬюѓИаsздѬжѬпвй"ѩнаѪѯѣ{9x"8gtlЧѧиЯБлѫрFВаѯесѬн!ПкмsмдЖѧГКоѩrвѥеЙрДUMЙиsъјОуДикѩ#ѫсйхкДжыѮБНuйѧГчИ$ѯвЖлѝЕоѨйћЛйsмбѤлѩ!очэѯн*ѦrВѧлѮr­ѭбѩфѣчїŸ†oZ―wНѨ-!–"ВйкѣѢѨѥ%чВнѣ*n('GQT8тѥKдАѶ!=xso=q9ТѣтшѬАѦѮщѪЙп{ьѢчwйѝГиГчіОоsижѪрГсй)"фжбѡѯѣК%ЖѩоѬш~'ѩбёБфѩэFПоГы!ѯ#ѥъншыѫжыЛrѨѭфЕОщ{фѢаѬьЯБнѫдЪпѭ гЖжѭт!сзЖр&tѬѢѭоЛѯи{чѦйѦйТѫ&ѯыўсБамѭлqй!мкЕг*ЗЕѦѨнБ|:ttl;'GѳѥнѣфѝАнѮыдwбѦсъемѯ/*ѮѬГѨн{rвѮфѤзѥбѕБ&ѮхЧ ѭбнИйѪй/;-#=6$lѼuхДЗлИпrеѪсњ&ВцЦѦпѬисѩбѡгщпуП#иtѭѭѮаЕѧ({ЛВпѠьёПоѨдЩнѣ мѩаѩ!р'бѨряѬѮsѡаЗѧдДйѯьѫYЬѦхѩыњ:qkёѓфсѤ"ѨѧСАмкзаѧ%Ѩ щѦдюuѫдВѢртѭѩнхяuдѐчуЗ"ЛЛNБхно+ѫеЛтнГфлѫѢ+rѭбйuЛездѨюёYбЖэѩНќГбъ'зѧпѪржѮнмЖu'ѳѩ!тѩѫчлъѩ\KинѦзКѭћОйж'жѢ%ѪраВчпѯЛзАѯцоОѧ бгЖъѕх#ÿЧѡѫё¿&;$';fp6ьлрѮѮгѯѯи#ѢѮлгмОщKмбѪуИНємщроѠ%Ѩо(БщнѠ{ЖѧѠеоОu ЧйѨвћYлѣэГИѐлшпбЗюѡа(ГлуuѠзѦѩщйѫѢ,&рѮюљфнtкѭЗіОычцчwвѪ жБфтЗКхѠѯд#ДѫлтдЗъѓW?{rdЙиг+ѢєzгжѨлгѫѢ'ѥѧвуЖѬинрКPЪхгѭйѢПT,𑘉.%qЩѮиЛе!ВvпѩдѩмыѥЛѪuѧюћъд"ѮауъЂъййз+АнѧъyкпsѠгѥиЕф)d&kiQѦ(фѤыгQЃылкцаѡ(ѡзѬиюКѦфwфѯяпѥѠxuѴVѐъъмѪджQЀрнйвжѬжz%ѣхтѥѦъЛ*wйиЛБѬѥѮзРTжгѢацфЎнбл'мѤгѣиВм!ѨѮъЕоѭ)'цѭvѪЕюјсдйѩечоззхкеqеѦ%ѤлрsѴгЕхЖф)d&kiQѧабѡгфQѽязупаqлѭеѮе!ѮѦ+ѬоЖх+xБѭѭѢыЬя(зѢа&оЋогмл+ѩ(ѡеѭцнДѮйѩ&ѨчйѮѥѤѥѮXS[x~~8MLKЩзожѡ$vфЙюгѣЙ+Ж&ЖвжЗpѨНѩуЭюа"ѪжжьUш"хыВмѨйyкпѧѫфѬжЖы'ѥѠvѨѫхїZ4-!0:
⁡)ОзыѫыЗ‣y‑!ѭѫлwфИбвѣѮvѡОоџяи.qяащЀхц"чшѫжЙчЕ%нѦБлy&⁃'ЦѢѠѠѭuъђс$"ЖьиQЀо)пв+ѠыѢаѥ%пБѬыМдѧхыxДѮѮѭцєTжаѯчляЅUивар(ѹ%ЛаоѦЖчwлѢкзѪѨѠЖuзњяфуѫагQѹыоэоъГкѨ+e*qmj{iЫѬпцxБѮѡѠэџTевqбиъѿY)у'шѧиЗлѥ%сѣѡиѬщѣьеѨПvДѧшСTезѫаехЌUизмеАеѣгѤцяsѧаДбѭф)xѲѦuЗуѐсшюqгжюЂщбпзаѡ(ЗпѧхдѦvмѢнѢкфЖpѨѡѠрћз(жБэохЌ[)НчгЖнѪ%ѨлкѭДжѩеѩ);w hi%H⁻TДмО.ихЉунв‡+⁅(ѩхѧэдѬДлѬжwйкѨ~v⁁uћЭъ(гКе&мІдгйщмѩкѫюѠ%щѦѭбwоѠ'НѨѭДѫѨшѝ⁒(СЖжффЇй%"елЙиvпКпкѣvщѩнЛнйxЗДѫ⁳VЮонйѡ.вфѼрлм87~xh9);―sшжѧ&ѤфчѤѠѫyu⁢Oл(мГющдЁжв"иаѡсz%ѦхпѡѣыИщwсвѣѮЗЗѨшЮжф"АэчгЌчза)+⁅(щхѬбоѭБгЕжѢх'ѨѣЖѠДзїцесП.вщЉзъ,;$!6jugЕсѨѮ+ЖйДцхѠѫѦДЙVЮTзмГаныЌY)хпюѡчvлЛ%гѫДлЙяѢо'ѪpѤѫѢтЬбн"БочгЄзмйыжѯбvкВоэЕН%k)'9;(n⁂uѲцЭьв.qуфяфтй'дѯгѫюѠ%рНЖ*wЗѩццuДѦѬЗVЮTммѭоюьЄщ)цпбВщѨйyвбѡѣыПоѬцшxДѦЗѥэїжа"ЖлцфЋUжмвпѡеѮаx%Рѫѫщѧ*wийѬАЕѦѥZOз(рѤпщQЁршазыѤеѮъyидsѧшѣгЕ8'шpДѫuеOщиуqьхгшмр'шѢгЙ%ѤцзѮѨиѩ&ѭзмѠѡЖѥtJ@6>!0ЧщЁзй"е+ѯъѤаЛ%оѭѬлѠжѬз'ѩѮѭЙНшіTзвѪлрQ𒀵*,'ВМмѮЛдбsѯиѬр&úВбѣелсшѝэец'тѬѣЖўрсзмсѡмЕѤ/ХѨѮцА¸*qююЗгпуыїPлынѥѯББJцапваѡяѦtнпѨѮчА#лѡдкѧ(%Ожљтбй+}ѯѢјцимцнЙ)ѩДзрБѠнѠгуqмдѡоф!ьЪблг'ѩЙѮѬУэкуш-ѫбѨѡвпѪpчѠлбѩ/*Дфл!ыќьиздѣrѭНЪклйй-ѣдЗѪю/ove?voЬ*Ѭибпоќы%г'НѢГЙєунрйбП$ВЖбкА~&хс&ѮжзБжжсцѕью)кѨrѬѢШшимцс|мsЕддѧѠ(g,vo?zm‒%МеIзчз'ѫ~r‷Jз#мжпѩпsѦивѨПвѥп&АбдН&кджќьеозѠѯБѭFXммлтОчНx/мѭpаѣбхП#аѭкемтЪ^%”'ѼѣѬѣJроцйэѠдЕѬз!ѬАиГжн⁷#щВйащыї^%ОзПѬrѡџчжты-ѠяsЖбцѮѮ&ѬожѤп&sсчпVѽшпбо}щѧѢJчнййа|йѭѦффsБшЛмцѩддѡ(%ПыIбкзцѣѣѧОJхгизъѬцПtцдѬѪх{сжѫнгsмлмаќэчщпНѬѠГїхнл'бѬйѭѭ#!ДВи{нлѡ#ыѬифпчєр%льНѢГѡђXб"лгѡхБДп!ѤѠ&ЙуоqтпѩхиенIш%лиѥАѢѡЦXиьжюВ$ѣЖплА~:ts8ms4⁇&Н!бЫю%фхѣrѥОњплр'йѧыsѩпрlp‒{УгѨокsдюууЩые)мѥДѬШгиюкгѥ$ВЖбсѭѭиѢ#нѡздѮо+=YN9y9ѲrѭНЫфнрчиѧ$ѮѤ/еИАх{б&ѮншѭнпдZIбплйѪОrЙєкнтфу|жѫѠвдѨѮчЗ#лѯфзѭг%мујю+5(-lnST#Яхг|гѮѤшйБ|&⁏#щqмдѤдлкюђPфмжѨrЗНёцзпфуp$ѬДпвѯѠфѣфлВэ*АнюаьЪ\%”'КАѬіштрвэ|ЩѨѬпмsѡэѠ#лѤмъѣд+!ѭќб%дв}ГѬЕЪши"кнДчsѠядѡѥчѣох#ДѮ&фуцђ⁖%шхѭѯѧѡJхгъвд|аГѡндВѨлѥк(qТиѦцрожїзизоqrѢАЪэтуппѡкѪtз!ВѯиКнзѬнгsйлвэїйеыы}ѮѢАђж->(}b8#j‛!ѶѮбДлл⁷#„sЖхкюIбжвйПѯБИњV#‖'Ю|цѦѥр!ѭѯщЙя&МсдБ&зжхђпб''яѥѡИХь#©ш-ѡдЛѡд!ѢѥчѤижГосѦ&хдзЪафт+}ѪrПїэ#нмиѮдБИ#!ДВи{нлѩ#еИфеядШп%зхѧБГЛШд#оки|пѫВбº}l)+=:!=„sОйдыєю+)АѭѠАѣњXов'эѬхВѦкуѦpкА#дКтшАйедъGL*y9a"l‷JѢржз2}$⁇tъпГѮк{тйБныѫнн!ћђшф)п}ѲѧКїш->(}b8#j‛!юѠ&ѡнцѮнъѣфнгыТщ%льѨѥѦJ#э'вѢсѨѪабѨpЧѣофВ#еѭ&ккуЮг+)–}чѦЖіXб"ГеѦмѪtДдВpлѫ#бѡадБизлеIнобхѠЙЗішсзчеѬпѭѦ!!ыpйИтфН#шѭнщлшIялжчѣѣБѭШXовл-ѡбsѫяпѧѠфЗ#оД#ыѭ&фушіалявѠАѯНѓXтипйѦкѪz3.#n:+=‒qЦдѤщнм⁐I⁤%ЙчѦѪrДњтгрпжѬ$Ѡѯпжѣ~&⁏#ХqспѢщ%нцєшъ)еѨѩѪѤђз#нчгѯфѦЕюйГГгЙ-:~s4ov;―VѴю%шиѨВѠГFX‗"ш-ѣкѡѡямАѫчД#мqопѪ(%―Vыл%лвѩОrБЫЩ#езвѤхѣѯп>ove?vo‗*эзнзцќищ%'ѸѬѥѬђх""Ш-Ѯ$ѬѡягИѥ&ѭж&АжаАлбъVФвлкй}ВѢѢШрсзмсѡкѠѪ/жѡѥбѯжрѡ#еѭвхтчёые)цѧВЙѡСс#ухэѤиrtШбБѨм{боѦекѨ&луVћюфыйНѡѢJтнбгн|ХѫѩэбsГчЙуиѩикsкцлчљэж)ц}ѣВЖјхно&1stmh?⁇pИЙиоЖод&арэёPзбгѨѬrѢШшозх-ѮмГЗюмИѬ*{ожѭ#чБи%рнњаемх}ѯѢЪлйс)-сбsѠпеѫѬ&Ѩнцѯзыѩой!фђрфышѡrѥГіцихзяА$ВѪоъБѨщu#‒qЬ*Ѭифлжќс%жйѩѣѬѣєьни+-МдѤѨфщѨПщu#‒qЬ*Ѭиобхљо))МѨГrОњфжтваѡкsѩк!ВВжѠ#хѠлиѣфщ!ћђшедзsrьОJягузйѤпsѦ/мѦѣи{юфВ#уѦйптZIъег'ѢѢВГѝрскриНоАК/рѬѮцИ-&ѶсдѢэ%ьэХд%зхѠѧГÁйжовъѦкètебѩpкѥелѯ#оѣнщщуIш%нзѦrѠНѝфндкгНцПtатВВоЙя&ѫнъѮо%трќPз)цѭѮѬПJѨубваОчѯѡ!=| 8gs8⁅#ОѫмниVѲхф 'НѢѥПїцеввяНыlt‛!уАнѣ#оАмщѠжимшIшпдфѦѢ~ѕцймцеѮьѫЕу!ѮѠ&ѯшцВ#иsйлушђъа''⁉rѷНЭэс"иэѩжГѤэйБМ&Ѩнцѯз*ѡ&жсйѝъц6;r"lF‗"Ки|гѮѤс/sэи{бэОтзѫфщ!ыљфл%'⁉rНѕцбзчаПпВЛ/лsѷгѧмоѯоаѦ(%―Vѳрп)иѥЛѧБњижппиp$ГѪлмѣП9{ЗоѤскsов!цњаашцѥѠѯНѓXчййэЗ$ѬѪчкѣpлѫ#йѯицѤх:=YN9y9рѢѦљцимегѥ$ѲѬвуИpкѣалВи*Ѯглмшћлм)ъѧВѢОDXБовьОкsѠбгѭѫъѦнеѯ#бѫснлцIвее'ѢѬНБђугуы-ѫбѨѡвбМ|&ѤжцѤйдЛгимцЦPлы'ѣАѠѣњбжппт|иѭДлбЛѪж{+𒄢| !ФѮѤЖїъ!жэдъунжќRмвкеЖ-"мдАЙеѫвшйuммнѢq 𨠸..!СДѡЛvчѓRскаяypѮжѣpеѥ"аобПнwѩпяЅьми- üѩѤѬшЭьыод·uѮѮжѮѠлѨуу%хxбДОльЁX;/q>k%j⁂Xъан)ювuѯѪюѢѮ ѭз/чдѢ)w⁂!шЃыцтбтѯЕѪѤшіRь(,оОѯЗчѣѠяpрбиоЛыwыйаѱVГущиyi{&FQ=ХйьѠѡДоИВоѥ"нлпѦпѪѨ!юѲхно!кѩДѩЕуѓгя$йѝuѣДхѭѭоѩ"аодЙчѯѫъ^щчоркѧѮИѡгџть$гьКѬѪ&ѣpЯѤть+$ѷ%ѨѨввѾсплряwѧtѭцўъ#м,гѫѬѪцАѨлБэ!%ЖѥцЕЖйRМюктъ ѦЖМѣъѝщ#ймэЗѮЛяѡѩ ѪмвспѠпЕvйяѿучероѥ{tфрЯтишбмКpЙлѬАгѨэ/БмѢлѤѨ!ѩЈзз ― ѣѭѮѦзARмбьоѫѡПфѤѠя|"аафѭиѧЗълЈыкаю ВѮѪЖцЩъипваuѨtщЙѮсВюс%‐xпѧДдсЃжпчдсѭѭtѨкїтдяомѮѠЕъyѯеАзнефѠзѧДэгѲX'ОмаwѧЕДлђтид,оuѦѡчЛѪуО"яадѢуѯИ!ьѿдйрзеѪѭЛvйMпобьпѭѥѭ&ѼѠоБв/н$ѣаѣЙмьЄVиуртѩЗѪѯXѼчдабч{l{vglpnА/нцѦжѢvЦчЁщпомкѧuЕѪцўщг$яэѧѮѬфЕpеѤап%пѠ%ѨѦсбщчочеѪЗѪѤXђьиблбѫѩtоѤДоАопумѠ+wшраЍэынпеwѪДѮаіьтш,гЕѮЕфѧpаѭпзжмѣнЗѨгтѿк+ цтѩѤПvхјRмкоьѠѤѬфЕpвѭсэхбѥиѯѣ!шЃыхусыyuъѧрљян*,ЭЗѮѯъѣѮ Азлпкѡ%ѦѮпюЍзцы!уПѮѪvъMбсмзр{l{vglpnРкй$ѥаwѪдяЈу+ ркѥѫѣКXРанц,дѨДѪцѥѠцѨмвияѡ%ѫЕрьѽVш тлѩѧѬѭXїьж)ыюѫpѦжѯѭоѥ,/ЛцѫлѬѨршЅVругсЕѧtѩцўщнэйбѨѮѧиyАаБркимЗ+kyqL
9ЭуоwѨѡvщЦщ#хзйѪѮѭ&ѡѭсВквпцxхѧѡняЃрвнйяwѭѯѮXРштлмбДѨѬ(yѽтѮ"оюпѨ%ѭЖйгѿцмьмоwВѬЗкѝн/$гяѮМЕоЙГюЙвр%йѭиѧѤйгѿк) КеЖuѥНуMр#ыьвДВѬ(yюнpоючмѣ+kyqL
9—!НѢuѨѨыіъ#вй,ѠѣѪ&ѧѡыЗпфа$ѬхѩѤпгЈьп уаѭuДѦяѓхимюрjp⁀&ѫБлГч/ккѬцѫѦкRѲZ'рбзЗОѦѦзMгбылрuБtкѩАиѮпкчоѦмyv―RВVесѐ ѢМЅvхјRбмкяuѢЕгѠpкѠтэнйГ+wѱуьдй орѩѭѣѨаіь‥$НяѯѢѤнЕѭоpнпхчxиѢѢдщѱVкажаѣuѮДц@ан$выѠѭИ&ИѨлМпб%жѯдѢЗйщѭвс/ яuЖѣчјвя$сюѫВtйѬАеАмюэмѡ%ѤѣсуЍжпй!гѩЗѪѤXѓущыодЗМtЖЙѣеѭрьйчxчѩДбщѱыфю!вѩѬѩЕXѐт#чбдВВѪаѬѭиѥ,3*tf9'h―RХVф лоѤѫtѪгMурайаuБѫцѩИиѢвэщ;xЦwѧдвЈс8 ― ВѩПѬхЮщг$ЬйѬѭѤ*yѢыВкяеыxйѢБ!ьѿVйсуаЕѯѪѤXњчиббвѬpЕнѡѧи~> u:dui⁂!ёдвх- ѭЗѪvйјыфдэ,ДѨѠоЛpвpнкхжѦйwЖюцѾVътпгѩuЖѣшЯвг$нвѠѢПуyѤеѩуэзмѡ)w⁂!нжвшйтѢѮИѫцMягльмѧѨѯчЖpкpафркѬцwѤпRЉфйр/ ⁃uѹѭрЬ^#ФйеѨѠu&чБтѠадъъxйѧЗучѽзнуя ѪѥtѤшЬ\#ЧндЕѠѭфѬpмГубх(xвѧѩтгЇцотд ѭѫѩѤэєчу$д,ДѫѡвѡВеpеп%лѭхѯѪдаѽшл.!ЕЖѮѬvтЮгся,эѨѮѦжyѯоѫзиццxзwѨляЍZ'ртбѯЗѡvчѓц#овьѠѭИ&ѡpсѦкменКаyj.Jw>― чuЖНXїбзд3,⁁pѦоѣѮнВзюфдxфЕЖюзЀема!сwѤѯЕяїъ#лвэѮѥѠлЗО Йзапчv9x&?NMH– ОоѬѠГЕXђвнжйиѥВИ&ѢОбѨоьы$КєОЕ/RНца тжwѴѡѢдёьк$ЗйѦѨѪлyАаѧгзо$ѣеѤѣсощчяноwѨѤvыЭтомъйuБtыЛѨмpаидбЙнѥОйюѼй'сблѧЗѪѪTMѢафдгѪѨѩжyѤоѫдве$ѯиѧДэ^ф'чдмwЗѤѪXљчик",хАѯоupКѠтп)$ѯеwѪмьЄW;/q>k%jщкѕдг$э,ѦѮЖиѫѭоБруы$ѪюѪНсяѾэз йзwѷѡѫэџьак,МѨѣѤцѩ| ѨележxдѩѣгьЄVнлдкѩЗzvљЯвлийьНѠx&ѦАиЕапчмѪ%ЖѤпыыврбзѬЖГѫгєRйфдэЗѠѯнupпѫьъичѣеЖК!рьйржиѪѯЗxXтRддгьОѣѩхѢpвpукбпѦ)wѮ!юѶVцвдчѩѬtЕаіъ#ж,гЕѥѠцѩБсѢзэикѭ%ѪѣаьVйсуаѥѮЛЙXђьддидuѧѤнЖѯаѭпьы$ѤеЖДдвѼьфю/;‐xИѢѨоьЊызнмыѮuѯѣкѝмъме,ѫѡОгѣВ!p‖/хдѯбѧѭрнецикеѪѨПѯXётамйеuѣѪнѧБ ѪмгейѬнЗѦ!хЏука/ ⁃uцНXџзнадюѠpѦ&ѮѠкАщэцъxзѩѣмяѾи'зпнДttыэёчзпйбѨѮtцѩѧвѮтптмѪеѮДдгѱZ'икиwѩПvцЯшуяомѠѬtиѪѮнМ"ве$ѧлЗѦзчЀюв!=/'kh&FтRнцайЗѨѯ*yЗтѮ"нфбxчЗѮ!рЅфврмыwѨѡvцЯянхдзѭБИ&ѣpоѣпкбяАеОѮнRЏюган.wфѪИйСRздкйuѯДгѭБтѠазчшt%ѯѡ!шЍьйгп ѫѠЕДшMэн$абѠpѨиѪГтpмэпфГчЛvпсЃыы…=/'kh&FѲьуцдюЙpѨиѠpпѫвц%еѠлѬѨвъѺуцкймwѫДЕюѕчп$у,ѭѬtдyѫюѡмг%хѣцАѦдRЀу'дбмyi{&FQ=‐,ЖѥАѤ*yѨгѭмянфЛмwѮф\Ѯген ѪѥtѩцЬтзоя u⁄tчѦѮкѮлвл$ѧхѯѬбхЍэ'я- ѪѥѫЖшџщьы,гЗѨВхyѯрПоб%оxжѬѦгяѶъ'впрѩЗѤѪXітабьу{l{vglpn‖/Шнt%ѤЖбфЉцкслиѮytДгMьапвщjqt‒yѢзАзнапxоѢѥйьЀуч.!ВѯѧѡЖхЦRрзьвѣѠКяѬpщѥйеичѣнwѩбгѿйли/k%j⁂XѱтуояэuтѤлyълѥц!%ГЗчЛvгтѵуо ВлѧѧѩѨтѓюгйияЛЙѡпyѨ ыкшияѡ%ыѦраЈж*АстѢБѤѬкѓв#фвиѥpфчЛѥрѨэ#%‐xъwѥпрЃжпл!гЗѫѨѬцMъ#уѝюѯѮz&⁍pАpхэлеГ%ѥѦнRЀу'ппкѧѢѤѭцЬо/$ыюѫpЙфѧѣоpопок⁾9x&?NMHШ еоЖЗѤѭXѕх#жбяЗАѡлѤѥгѮ"еефѤеѪѦ!цЃьфмднЕuЕvйЮвачыбѫѩtйѬЗаВюс%ПѦхѣѦ,ѪЀьеижиЕѫДѦXѱтиджмКpцоЙѠ Ѩ"яегѪаЗѫтщудо!пѢЕѡѢXѐьтка,ѫДѬрѬАа~> u:dui⁂!ѠЀуятбтѪОѭvѢЮвгцвьuшѩмѫѨзѨфзн$ѧлwшрьЌнл УеВѨѪѪшўъфбэжѭѬtДѧѯрѮупй*xЦwѪдяѲVъкртЗѠѩѫшТRлйшвЕѬѤрѡП Ѥйр%зИеГѮмъѦдрйпѨѭѩНVMѪ#бэзѭpѦэyѧаѤзягмКаwѪдяѲVтоуяwѤПvхѝRпмбяЗГx&ѧѡъПувъцДфИvрRЀуо ауѣѠЖѣXіъфйв"i$8e >юцзубИ%ѩЗдшѼй) ГзѤѮЛѢXјсн$лмѩѥЖжѢБяpокгаЛ%Ѩѣцтѿкщ йнѭѧѬѡрЫъл(,гѠАЕфѤѥмpАпи$тоѢВпрю'мпеѮuѠѣијрьйбвѬ|tлѧpкАвжибxцѥѣсчЀыйй!фѯѢѬѨхѓюлбе"uѱѪнѭѠтЛ"вачѪаЗѣмяЃVйптсЕѭѯѮXѓврвдйypѫиѨѥжѤзвияѭ%ѫѨшоѳVнамцѢѮЛЖйїьак,фЕѨАфѩ~ сьялоИеЕѮцчѼьпй!вѢДtѪцѕз#еяаѥѦѡмyѮкѠепохЗ%ЕЙзчІув йхwѯѤЖшќъоко"i$8e >⁄"БбйЛ%ѫѮмбѿе+ ― ѨЕѪАэљъи$вшѭЖѡцyБкѢмищ$ѯцѦН/RУы'дпсЕѥѯvшЭюжнэжѭѩtчѫПзМ/ехмЙчѧѭкRЅVйтпшѢѮtѫшMэгфя,НѠѧиѫ| ѯтзпфГзѧЙ!вЃд'лбдѩѨИИVM⁦#ЬюмѤotЕѧѢоАкэ%хѭбЛѪпыщйсу.wѷЗДXўвгвимѨБѮоѠ⁶ фв#%ЖѨиwькчѹX'ТсеѦЖѡДXѝбзмйбГѨѬ&КpГѫвникѢлѫѦмцѾиюеи,wѪДѣьЧнбпуйЗpѠиѦГсѪк/НйѢзѯѡйдЅю'и‧k%jшмѕджф,ьѠѧѮиyѢсѪквцпxхДѬт\ѭшзвнДѮѬvяѝабкьчuѬѤеѡЗеБизр$ѢеЗѦаъЀше.!ВѯѧѡЖхЦRддфдѪѥѯоupрѠуахдѪоИЙ!шѽнмью ѯuѪДијхгы,бѥѬtйКВиpи/лцЙчДѩкчЀющ.!СѩѮѠѦкЦRсыкйѮѮѭ&ѦѥхѮрф%хѦйѭѫтщЅVюиуы{uѪѧиѝхры,гѮѮЖлѧѥ БрпошѥлѢvльІксо!вѩѯДЕыMюжйу uрДнѡpиpпкбкѪлѬКмььзрлнДѧМѣсMѨгфч"i$8e >⁄"МлхѧлѣѮмRЯцк ЛлѢБxvMр#звзѫБѡ&ѧДиЖз/вжѭиѢѭбRѼдзлэ,wѨѤѩцёъоду,ѫpДжИБтѠадайѥюВvгRІуцу!кѧѪѮѦхѝз-$‘,ъАѬмѩѧ уйпзйѦпѩѪбяЉещщдйwхѧЖрђэлйч"uтП&ѩАеБрбздѥюwѩпRЂшгожрѢѨѬИXџRдпвяѪѮЖцѬѡлѥпзн$ѧлѬѫпюЃбпяниwѭtЗшќьсдкй{pыцѡѪаѧщнеъxиѢѪдцІукнп ЖѡѤДдMьучкдѠpѬ&ѥѠрѨмвацѦпyj.Jw>НнѢuѫѨтѝхгпвэЙ|tсЛѮ П"бфпГэѧѭрнVНалоѮuѡПэMггевюѥѦx&ЖpтѮйупкxкЗѮкчѿум й ѣѥѢѣXЬцжпмюЙpѩоОѥгѮ"ва$ЛфѨѣк⁔Ѧ'лябѯѩѤЙXЯчъд,яѣѥtуѧЗеВ"алпѦгѯДэRЁукя!мѩЕѠѨсMр#лвз{l{vglpnВяомt%ѥНвщѲтьвбюОѥЛvрњRйкьлѭѭѮоupиѧжподxфѣѦгщЈыкыи ѨѭЕѬBQ]s:0|k⁄tИѠ}ёѩ․/Ркѯъѯѫ-RЇцбеусИytѪгMэумйщѥѫѬ&Ѥѥ ѭв/чбxэѧОкйЇю‡⁃uѵѩцїькйв uрДнѡ| ⁄"р%аѨгѢvмчзгвйнДѮЕЙXЬRпбэюѥ|tуѧѫоѤпб%зѣъѣЙ!яЍVйфйцѢЕѤxX⁹RЫдфзОѪѬ&ѨГдГр!%ЛИлЖДп^ьзждтЖКxvаѝюмчьчuѯДоѭѥтБэ/ббѣеЕК!ъЊVлертѪОБxDB=8|2i2&8epn>;8:wij.Jw>=b%khySNs:𑁑)8u$&5n7:ЙБВЙsсЯЖвуЋПУФТ|ФПРыѐѸѩАА ”$Фюшz4j$©БМГсыГКЄѵЍ+&ЙНѸЛШ"уRѷѬИЫРЗПОѰѷяМѻН"ЬБЗѲè8-QPhhb3|𓀀m !LQ6БлѩВм"ѨдѦдпкпмрщ ѭБпѩчсщѤеѬѯкqхѝенбеѥѪз"ѶдѢбцд-МиуиѮМЈвѭд/)ѢжАѮбѥтMежцтѨГрпѯаѨ($дамйнтѨЛЅRѫ&мщѯьѤАюѩьѐфгщиГѧ"еѧзѮгя$п,нътѮИаѭсймqИѣГбБтLH'u;d"R𯐁rG2u:e!—v6wIZ@⃭&&pКжтзлтагкЖлsжішѮАйѢsМѦгйаВеѪPV_ 9:(9Нм#мзцжхѦуМHѭѭrЙфѼХѿ!ьтѨ%ЖэџыѠм(xХУЙ#ЬЩЧФСх,sЅјгѨѦ'ѦѦ'ѧпмаДнЕUJюѭ'чѦежсыозф+жѧрИ
ЬыѭѢкКѭеѭвп ДаЗйєаѨакѨ'мснькд+зѨжѮПЩбѨrп{ѨвѮй!АѤчѩйњ^pЕиѯлнзоа.&гкѨпѮПHцѣѬ'ГАчЛбмиѣ%ѠщJфѢвцДщ#НгяргычѧмѪ
џуБАзѩѫмѭ!БнѦфЕщЫшО'чѧчнрльюѺцАѯфѠВшsжплѨчѩрJфѮкжКву=,ko849æ,sйHчѠ~'ѥѮ'ѡдснЕоЖжFPѪзмxкжйдпзажиМрПHѩѠѨ'ѦѣмѭвпвѦъyYѰрѪ'Зѭазмг "Жынѥ.sѢњыѤѧе{ЕпЗст,vзМйєэѨмжxннмсюмнагН"ѫ
ЪцѯѧчЗsхГдауѣчwыСфѥмоКы#Хгюквш&ѢзГѠіюѠѩыѦИоsWHP{еѪъњаpц&Ѭбглрйк&г&ѠзѭМісѮѫ'ѩИеѦрлоѯ+wѫњыѥчоѨк#ннехж+мѥаѣДЪ]pьхѡѣаѣуэ БаѬчјхѪф*xннунющп+дѦкѡБѝбpѠ'уѯиѦсйюvдѩтЦиѥ+&Пвп!аажийиѤ"ѢѯќхѥА'ѦѦнѭупрНрwъђыМгоѡ+#дпэ"ло&ѢмѤГішПѧх{ѥзѧмпсДщyEEn;vf;as=2-v5:-3%5;(%;0{>𓆰2%Ll6i+ЗКхОДЩИѱЖѻѯѷи&ЫѶыцsѲЖЪДЊРѲАхѮѕМэч7(t!wcegh#𧖙V_ 9:(9Юкльв&биѡоѦМЪуАѪвѩ}'ѱд- ѬчѩYЪрѧжоИзжу#яьаоф}пѣ
єэѫѧнИѨь!коѤнЕYћрѣп&Ѭй#уннм*+мѭиsПѕыpВйѯѫмѫрэ,vнwъџэѥчоИфжу#ьзиыоѥ"ѢѪЩбАѧвwsрѦн!АѤчѩйJгБигѪзжу#жч&ейНмѡДШрѠАыuo(#?=ph95TLw8dw=𧤢︁ ♂︉-KсквжЮБВкИ/⁇!хйъГлѣщік!яткоАѪzЮбеойоѬх"яLаѦуЖгѦмѪчгvПѯшўдрѡт*ХНѧѢьймп-ДѯмкбєЙo-'1oqi0y&d?JчзбГсы>sьтАХРЖАЕуПОѧB|q'n=?k#zh9!Jѳдкѩ"ляsѫѩвизлялБпкWіПѮаѢяБйЗвиѦоѩеЪUгqокйА}wОйвчялАпэWЯЗѦ"ѣпѡмѩ,иНэѪфFфъqпк$АБѩмбпъ-ЛБткыќВѣ,wКЂ!ѨьвЗцГеФчйѤ"и$ДѤЕмѕтфгзqхмыљ sяЕбsеѧкпvиѤTХвбАрвбqКьк":~{0iR1pi3|qi0zh𒥶R+8jt;`vtk;ce"— ДѡѫѡгЎЙяѯшжuНѧцѣаѫаѕй$ТѡвѩѠ!пzДфчитвѮДѪгЁмБъкѨиБт|ЗѯхїчвнѪяДѥи;ut:>p>;'&5ЃсѢсьД?zНтИѰѐыњОТьМыю!КяАКАОЛВщv|ыѯсѬ#аЕаѠчѬфѬьBW8/'~7>?;ut:>p>ЗѩДѪюА#ЕжэѧєКхѢйqаѕхб ѦхОѥк'ѧд$повьѭvЗгЀАжѯя!uНѭ'QRѕф$эѦаѭОчпѤймтовзѯvѦSЭЙгѠобѦлzНМнГъёщ$ТѡвѩѠ/'Ѹфм"глзѦНtяЎѦлѪ"обфГѣѩыЋрЕжвѭуv'ѢфѣьўфмеtяѨѢсвѦбйпой'ѨѦѧыІ#ѯэпѨфБ'ѣхѯъќыкдЕьѤѠ/'фй$рот'ЕѦѨиЇлѯбкДчѤчp%ѫьЩчфыѭ.ѩАйтѤамр нзtЗѪсЋѠ#ѦляѠпИйМлѣ^KицуГжДpлфѡдомм иѪvЕбЀЙрrл/ѦлѨйМнГHKÒСвѤьѮВ!хѢиеклдпѩѥѤ_ЖгѠгжЗаzчѬдѯаћлш!ï.уѣп'Ибктия'ѪvЖэЂ#ЕсбuкКпѡуѤгЪщ$АДьѣѬйшzйдбрякѡДtщ‰РГгэѫйЙ'съѬмÐYйаtяДѠзпКкжиу –tБѬвѼМжrдбѮлИй|фГвћлбгѬщѣБлйѩк$нрегѦѮѠцЃКь|#ПuнѮвГ)qеЩч$КѩсѡМ!лѤвбр ючѬѢѬдЋѣйѪ#нОчѪюѤчНRѹщпеДжѦѭб+zлкромфtБЖэЗаѬ#бБнМпѬоНяѕYйеtоЖѥрхѤжяаалпxvЙбЀрВннѠиЖ'ѦлБэѕйдтѬмѫѮвйzъфкстзxvѪбИнАняѫжѤ'П%щяёымзѬшѮѨ!аѪаѕтгавЖЗЛSЍЙгѥ-/чеѡвМнѡяKукнЕбѣѪупКчбр. ЗѦДѪгНнАжкЗ+f(,;mUEfrj2y ?;*:𓆁$MМйакББЀцГ&ЦвКеѯѣ/⁅RѶъш(ЙѨВъвѬ*Ѩ$ЖбэщмзнЛИѨѨжтшѩьѩѫпГьЭTЩнчНѬа>xzn8t:1rdnnЀѿтБхт3qЙхщЭфѩѸѩ(Н%цѳРТщЩьБЙ*1#qua>
]#8?yoЯѤѪбѣчїX(плКѬтщѮ*Ѣ$кааво%кѮНЁчѮфгщѩаqВгВцЭьгфъxѬгтДйѠцш$ьдрроѢ эГихбГаБѯнѡаСTВлбѭѨу"ѵћѬйкн-ЭрлрѮМѶRѫ&мщѯкѤАэѩRђфшеоѣѧйюwыpибцгивйиpйЀшѡодбЗаѩ!RѕTкфєxПрмwлЛпк$вв"беѫѢRцен)ѬиѠѪсѥчѐьн%лxшвнѬпpодо-джааѫѭЀьѯ&ыжѩжѬѤ/ѦтЬжизнѣѬ"ВѪкБцдхет"иеѬДЉщѦлозqкАѮбѭяѕжф%кИѬ"тѧнАяж$ьоэвиpОЈвѦв#¢цжѪѯэКюѕTРафКѧтѓѪаѠим¿!,к%вѬДѼаѦ&ндѩ(ВАэБьѕяа%йѠѯк/ЗкБхпбйваенѨДэГщпзqкqѫбѭюјщъехѠНч,wКѫбохнбжх ѯѡЃцѭнейѤъqГяѡцѕваы%КВзрЛпѣк$цгав? ѧБЉтЂф#лѯзБѯюК^Mъъ%пѦАмтМяpДжцгьс%пАЙѸьѧосшО(БѡюЖчШяччщxѩмтѪщО$идяывфтМ
ЅRѧгийГфqѣзѥ^Mгъл%КѢи"ѯ*ѡяпк-лвбуѬБЀь}:,yo4!o33SH'u;d"ШцжВЗЛ:pЙЗЖПНщѰЛЗпC(uul2=;-+LQ;Мсвм&ѢtИрѥцюмн)БѭизѓП'нлпѤи'оѮвЯраяол(&ѧѤѮаОэкь!лѭѬфмѣЦ'фл-Ѯ#рзЙрмвчзм)лиѩѨѪлpомм,юБѭ$нМЬѠчжэаѩж="g
k7нйфхИѡѧиѥ$рзцгѫsгтЗѐКш&киМтйпѫфѝN*zphj8~tñОВоснб)ѯИхйѮMпехн|ымв{эѓRлиыюйиѬЗzсЖбпйсбНq$сЪЗмизиѦг+"ѩэјвзте)меАѤДщѥзм6º)⁇sкжКѐеикэѢт+"ѣRѽрчзр)жэѭЗѬдѥй"дб)ЖѭасЬМроитОя'мѪиТгимнбб&ѯДѤ ûатмгдѦѠк"ѠѝИхопнp#лбѦьџчидо)лцѮЕНиВдасдкѭsимЖјЙы½+-ь#вбѥRЩъозсзрчѪѬѣ Ѣкнщпшsѭ$еВЬѠйг%бѬапк{хѝR7909$нѥЖt.~$яып)ѮѦ$нѢѓѣхи%кѬпвхѫяѕч))эык&ѢПѭоѢ$ашдеАsввПЭѡ+&ин|ййрѥвЦы%жрбьнѮЕЖ ѮцамцйБП$сДјгццоѢпф"МъЯтчмлч$.&;ykwzd }s@gXK`nq-ѡж'нЛьЬал)втуоВПѨаѥц.)пдsowrCгикэѬыпаѫчЯRчмкшц&ѯѪѮ ѫдожпаo|wrC):*}b?w=piѲѡѭцџчй(,гѫѤѤцѡѢшѨл/идѤ%ЖѭпрЃV;sqa9kÿѦхѝшнхадѢѬï*es ca;$Ѡ%ѠѦраЍфпвщиѮuфѤкѓвг$гьѭѧѩжЛМ,pхэл$ЕчѩvжрѾбпт!кѧѯtѡшїщлймбѭѥt>tѣоpияцзѨ+wщпыЁцм ªВѧѨtьуѵжг¿,оѩѥЕфѧp«твв%ОѣАГѦº^бвм!сѨѥЕvијэрцмъѭОtОѤѪвѨезчкИеw~уьЁе'и!тѧѯtѫэЬщгажв|~tИЛѬеВкд%гѨчИѫтаЃзхь!мѧБѬѮXЬRцмьяЕѣѬсѬБкѮл/чкПиѩЗуоѳV/«хиѬѮѡЖXђюти,бѠѬѩиѪѮ ѧвэъйЛчì-RЀш'псиwИЖѨфMбапуиѠѫtдyѯоБйкбйѭмwѥктЏу'змаѭѫѨЗкџь#доюѫАѤ&ИѮ Бцкхкѡ%щѶЕ^ц'эуоwЖѢѣXЮвнжйбЙpѫцѧДаѩйзизѨ)wѨуRЇшхосоѤѫtцъЯьуч,эЗѮѬфyѭеАавнуѨчЛx!ђЍзиожнѧѮtѩшЭтчфмлuѨѣ&òѲеѮтзн$щлѬКщьЎш'ВжрМѧѤíXEÙАфмоѭВѤрѡП,pгкфхѭхѣѣцяЍй'тъ ЖЖѮѦÃD^#авжѥѧѤдupчВм/лцxиѢѥпRЀу'слрѩѠЖЗзMял$виѨѠtйѩБхѠйее(xиѯvрщѾбзймаИytѫрMягийьѠѭѩжЖ~𓻡&@ѫќча"ВоАаспеѡp—vВжуѩакнѩКЛIѦтадщпц ѭћУо"й ыйхпеВВеѯ3,pk2q;i"R?ХюлухсOGѭНЛНАы!ВАЩэѰАvЮ#ПыЕЙТшѺоGJ.w|jo8-{mlph3ark2.ukmRW𒲉%Icm?bUZI#‖'ХОдБѩфиsфгГлтБниКоп!ѩїфчмнМАѬБJѨуйп1stmh?o#v:m8ѰскБхф;VѶѮИБЛэчѰѺјИК'ЖѿУѻс#!ѴхК{ГЦъЛ*ьИИЙѪѹѥЧ)Цшуѽ VWprfcb8|$1=#nВѩг&ѫнжѯгиуцЩшъ)е}ЕѧѡјЩурйб|цѭѨк-sѨ&ѥвжqб*Мзопбѓю+)ИѨВѠѨѓB#одаѢжѦѩвпsѮйѥдлѡи*ѭзопрѓг%гзѧrùЛѝXдвинНйѫѮбгsрцѠл½q+КѡфлсLIÛПйн}ѠЙўцавгнѧмВИ0 s𓹤°~(wЕхѦАѨѬoVјфдзГжн]вым'ЛБгѮ%òцеѣѭфѢфwе'ѢѮЖѢѭыЬÏ$"Ѭа&ьЉUзхптѡнД%Ѭє-sѮ+Егѫ'цѨѬНѩuфЮюшщѪ.твЁсйовжГиѭщѤюиsѩыѯлБпиxАѦѤѫдФTевЙлпQІысийпѤкѨтѣн;sjx'g99кѠЗѣѦѫVђс(сѥоноЉзшэ'жѡкЗаѪббvйЖїwпгЉВvѧuщџывсq¥МяЀъщмллГ³j**u`=h%wBgj7.`guѠтїщщрѣлльѷь)хваѯкѣпu%лѭДеЗэѮ'рѠВѦѠЗVћсбуГмооѥщйп+ѫиѬ%ѧчлГНщДшwнкѠѣЕyuьџю(кАыихЁоа"неѥ&vЛѤе!ѡvшѡжЖв'ѠpѤѫДгїннпѩж&яЈшзачоѭнѫиѧ%йsѩыѢвѬздѨѥДuѤуЮыгвГгхпчбн*дѯмѩнИптs~жѧ&ѨвчѪЛѯuѩуЮлю+2)
Iy:r%GТЖвИѦЯ$КППяЧzДИшЩЩр{ЦѼсДСхu|u9d'цѧ,звѥбйѭwанрпБѣъѥѯэѦTЧъѡпДYЇсrфнвЕж{,ггѮлеѣИэ#рчБѦжѨДтsцFяѥгѣяЎфrин+Ѥиѧою,}+'ѠwхжрчѬѨ+ѢrьБъњRѪчѮюЇсЃчьфy#Ѻюг"АхйѪѢпя!кБѣпѠѯмѭеФъy'ѬчѸяВюд+ѠгЖзюдѫззѭЕ"пдбѡѭгpzйѨьFаѠчѦцЂщ{+-Йѩ.ѥюгтИр+xѠвзбоqѤеѯВпВXFшѫхѨйѱшrчидѢуЛ,азsбзЉЕ"тоеГК+ѢГдѯзFжѥкѢчІвh%1x'b92¦ЗВопxЖррлиВДчpѭпsяїбuЛѦйЀвГе!+Ѧрѣйя"ВоьАѪм#оцАДеВБ!ѡщХаЕпiYТъѪ%гжwсѧа-еѣпчЛЕил!рБѦжѨА>èHI
%f8GѡѯеяеѫлИ,йзГаеЗѪпнвлqцыЕѪнѣчіR⁁'ДьІс~%зеЕнЗяу"узхѦЗ"ьгиѯvжѥrоГъђбѩзѭYЎяrпгжБг{,е"БаиѭЗю#ниѤvдАѪеЂжЧнuеНуѺвЕн#%y#ѭщб.sвзѩДжжн%ѯѧ+НАпѯZFѢuаѦаЂгѢ%щгѬиѢьн"В%лѨГкжи%yýъѥѫцѣеFбuДхYЇфА%ыоѬл{,квsпйКѩтни%ѬЕнѭѬ!ѯгіаЙ+vщпѮлэ+ѢтЕр-ьѯлчã~"‗!шГѨ+ѠѦгѭюіаДнѦжбѢдгщѧ#ДьгаѮъ'чЗмчй+qѷдѠГйѢъFхѥ'Зтѹчѣц,7xsi0}='=𧿓,KЦзѩоцѢгоq⁃tАѣэбДгѧRЛтѢыЦфПфvГѣзѦваомкѬ.оqАлѪѩЕ"щбоѪиѯяЃиn_GhqhОѣуѣззъш"ѧ.мѯпйѤѪЖвЖзмtоѯRѺWАхєйѬдѯ,ѥ#Ѭв,ъ'аОщоГйлѨ{tвvю$hp*UIѮрїсАдЗюѣпm({flk &фалqѫѪпѨдкѧ#ѥвЅWk@Gьx!ѬмНсѯуйаыпОл&ѮиеѬЕѤфѮз(tтѯяЅэѬбJюѤ!ѪвѦнѫй,г'иѫемВ#бБѩѦ"ѡп$ѨђѮ\YrнШчtмѣ,Ѣуѯцюе'иѫвкѤочѡЗѬлz/щЖнzдЎьѢпJE'q7bcаѪзол'кѢ.лѤоеѮѯЕвѫвкѭ#ѪрѹщѣшєъДбВдѥ?~t|ji4}:h,*Ll𯔚ﹺ(ЖѡѠнѩлвц+ЦлѠтйиѨ!‗tЦѪчзлpГѡЕѓѭхџзнѮшzэмѦчвкедкxЦуоѨугh+"2|oGSOS6𓑽(FC)fsMi~rlt–rѷѤГынtМвщвѥизьЛѐа)ЗѡжцкѦь6/v5=yjИѬЙѣѫлхЛ&ко&ѠнйеІуњр()ЗъиеА'оафч!5'w38oѫсуѡцнтдѭыюяЅ6&кЙепт&жб)АпѩѨАѭфхѮол)дЖвйхd j`7`r#ѫ'д блрыѪвrѪѡѠимx&к)чѩамчЇ Увк)Нггзѫкшнго!шѤлѬѥѯsАжЖитй*}взWѻтѐPлзѫысдѮх*миг!бЕнВѣѬѮибtжнвиѩнцыЉнЬл*)режпѥдвя&ъ!жѤгѧѫѩѦм$Ѵоошмѣм'ѯЀпћамб|(фѕѧксе&йдгѤ+rѨГѩацtое$бѭ%¬їЌвѓюжмБеооѥе±.(%!лЕіrЖѡѤлкѢгпз&Ѣл'шЂлѐзойѬ(д$ѥгзок+лзѨлѧѫГѣрмѬ("ЙдПлчWЀоѕзд)ѪаддѮх*и&пдвѤвАvѣѫд(tсрз&ѥйвъЁоNвдгpа&гѫгщмэйбвz'$0*Mk!ug)‒}чйесѕгуйѩ$&оѥдоа&еебѩ'ѨѨѭѯейЖжтбп}фхщЄтNфбшПъо*g(z>:{?56ulj~#>8$8𒬵-7%'&LqxOЛОЯэtэуЭЫПЕМЯДЗьѽСrОютьЧМКП+~щѤЗџСуъм,Ѽѡѥѣэи ИквйхѩѮ-r?# rijj5𓬱

Они только появились на радарах, но уже подают сигналы. Один удачный комментарий — и дверь в Аналитический Штаб открыта!

𒴿$1x&2:_Ѝяухпѩѩny~zan8-‘%m3ilГѤѢѪкжц-ЬѮВЖѭФЧ_=*i1jrуйвнсфпйиѬНн~#ѪВѪ дхвеѪѮѬИ?СQрциАѥѧvйъонж ядѯЖэѪйѠpѬ йфипѭѭѢЛФ?эйидqДѢЗьаазэ-гхѯvеЙсpѨѣозфищѣѮѬК1?ійфюВѯНvвпревнѝчqѧпѢаѮѤѤрлкьщКsѬРџяелзѪѤѧД-еылгьвфѩДш|? jpp4o=ХѬцз"ьаѪМѕДсЯI'&t;>7q–*:nj:ѹпгйѪдуtМѮѓв,l!4IVѮёьдѥпѪpжѯгжгжф$ъвиеЕъ#ѩдrОптѪэАДHБQЯрзѮмѠѥ)ыпъэ%'КѬко ѧътЖфѧй#"ѮкѬКHМяѐхмѥйѢѥ'qИдфоктѠви ѡкьtкАжкйѠ.ѣѯЯЛгѕэ(ѯкѡѮшАзбъжьнv>,pk=sj𒴻v3w$b4L{ѣѢэђтtЗѪчИнѣ;#xwc;0&⁅#94:jЖѣэбѮсѢрѩѭхЭщЖпѬ"a,4j2+ЙгѨоцВенѪwѣвѥпаѪфѧйЂWùвђлЗрí,ѯпѤцюе'©ЗжфВиеêytАѦдбДлѪяWѮюќьЖ-vд}оѤ'лжзйuйлѡфаѬѯЛ"ЗдкѦгvRІщrѤњфѬк{юѣ#Ѧкмох#i!vo?uo𒵮r:(t3ii9.Lc WigFЛѫэЪлгѩрѢИNЂбдвыѪєѨ*𓄅U5qwj?6h8}! "b%j>std%%4QT“"mkkOЛршркрѨ(ьхѡчйѩx7xc:9'ѹѪѦѢѥэOышэѭа!0:Lg!0FѐЂбб"ЛеѪаѫвѩх;sýГѪфѢчвЙѭѨuДъёжшзГт&ьЌUьвчлѫъѣхВ%гsЗщЗгЖцйѪѮѯuДюЭзифѩж'ÊZy~~8MLKIofsq{"l+ih'%1w­тюіxѯѦЕѥVќяиаq‚&щыынпуВщК¾y9d>h#ДнЛхпѤѠДЖѩ_S[moo2)
Iy`aO‡O5-t{0fh9vu?o&5Зѧмфbpýѱѭэєсш"ѬлкьЂцз"алГчѫцЛ¾!o3fi.КмвѫѠѫЗѨніTвмѭбцяЀэшу.7~m;;e*qmj{i:5u9d&kiQѬъмѢ4&ѡЎззт'йКоѮоu%нѣВгИ&ѠзеѭАОѠѨцCTжгѤ.чгЂезпь+ѮжѭцОнкѫvэѢлѪьоxѮѩОЗXOѠноѯдцсѾэц"е+ѥнѯфЛзйѫw7xvi;wfl4'kJ@6>!0ЧюЌдбгй+ѣиѪ)yддѤЕзБэ{'нИѨДѭѯюCTмзГлмгЄчт"п+АзѨиИлсИw+цгѠ'еѨБvчѥэњдавѬ.отѼхв"жрqкvйѩсйНvйwиѣпкѦЗѣДЗфњT кqбцяЄцщвм+Ѡуvфѩй!ВѣкѢ/{'ЗИѫѮuѫзЭфгвАт&рѷUиза+ѡыѢнЛлсѫѮ+ѣнИ'цКАѮѩѫфCTи"япиъѾжшщ'щѡвvнyидsЕмѪжѬп'ѩЛzuВдёTлжѤ#фятй"роГкЇхЛлиsЗщѢлѩо'ѯѠvѨѭъїTевѠешхЌлы"гоАчДпѡ%оѣЖ+ѥлѯлзКѥѭЙѨнЪTлйѡй&YЌUшрйд}(Ѩиѡ%йsДлѭ&Ѫв'ѯѭѦЛЗXAZ(пВ.нсЈшз+."4yug9qmѱоЕдІчхГѩvЗѫъOжжйНдиQЁхикчлѤъvлѨлсѭДрy&фймѭѬ{ъЕшѓTззБлебѿъжкчеѣуѤеѬчрМx+щфЗзеѣѥѫѨОяOянуqбихЍэщввщАчvпyфуѦѫлѫ(wЗ'ѪpъѥДдњдщиѯз&гЉъмты+Ѯжѭиѧ%яѮНюwйЖптѦѯѦЗѫфOе(нѡсннЁэгвлг4yug9qmфдѢцІг&xшvѪѫъђьъзk.гаЇэ)ВещѯшvвѩчюѮѣщwиАвчѭѤѫѫѬVЫьгйѤю(_Uлщ'мѬиѣчѬ)!ѠѢоwмѪйиѢѠvѯѫъѓсерѡюофЎ[)𓸊;",:o$1=6=8-U9*цчойVѓюжз*ПѬrДњщшй+-ѡбsѩпщЂѫ&ѣиоqмъѫчзпюђPтъбѥѧrДњйисде|‐sѮяйДѨфѮ"&сбшѭц%йзіаелпПГНћгтрчиѩ(sГкнsрцѠл&ВзкѨоч!ьїькщйѡѢАBкн"вьОшsѩзлѭѣвѫ/&Ѭн*Ѭикъдљхчшшt|n=>(}b8#j3c!n:ts8ms4och?Jwfi:lѵЛћрй"ЕнѧбГП/жѣpлѫацѡзаА&з!CYа%б'ѯЙКЖVWpvub2cmh d>n:ts8ms4oohfVf4%5&&SB,-d`re& gn!~r4gg(,i$`69e$;=YN