Маски пустых манекенов

Глава 1. Элисон

— Улыбаемся!

Камера телефона зафиксировала смазанное пятно вместо чёткой фотографии. Элисон обернулась к подругам, которые возились у машины, не обратив на неё внимания. Она прокашлялась, спустив солнечные очки на переносицу.

И с этими людьми она связала свою жизнь крепкой дружбой. Одна сидит в салоне, лениво накручивая ключи на палец, вторая копошится в багажнике. Никакого энтузиазма. Элисон всю дорогу представляла этот момент и вот, пожалуйста.

— Эй, я, между прочим, стараюсь для всех. Вы же этого не сделаете, так что давайте, больше эмоций и содействия. — Элисон возмущённо хлопнула ладонями по бёдрам. — Райли! Гвен! Мы же поступили в лучшую Академию!

— Элисон, мы ещё на парковке, — отозвалась Гвен, поправляя кепку.

— Вот именно, — присоединилась Райли, откатывая чемодан в сторону подруги. — Заселимся, а потом уже всё остальное.

Элисон оставалось лишь показать язык. А ведь у Академии и парковка произведение искусства. При поступлении она указала, что есть машина, и за ней закрепили отдельное место, позволяющее развернуться, без страха зацепить соседний автомобиль. Которых уже собралось прилично. Элисон скользнула взглядом по пыльному джипу, припаркованному рядом, и вспомнила, что на территории есть автомойка.

Чемодан ударил её по ноге, возвращая в реальность. Элисон возмущенно потерла ушибленное место. Райли захлопнула багажник, а Гвен, наконец, поставила машину на сигнализацию и ступила на твёрдый асфальт. Однако не спешила взять свои вещи. Вместо этого, она громко позвала Элисон и Райли посмотреть на неё.

— Прежде чем мы войдём, оцените.

Гвен скинула кепку. У Райли и Элисон в головах уже пронеслись десятки вариантов. Элисон заранее схватилась за сердце. От Гвен можно ждать чего угодно, вплоть до облысения по собственному желанию.

— Incroyable. (Невероятно)! — Вырвалось у Элисон.

— Элисон, снова на французском, — поправила Райли. — Тебе идёт, Гвен.

Гвен не жалела волос. Как только они отрастали, она их состригала, красила или обесцвечивала. Элисон принялась вертеть её во все стороны, разглядывая перекрашенный блонд, в глубокий чёрный.

— Ещё вчера же была с длинными волосами. Нет, милая, тебе очень идёт. — Элисон не могла остановить поток слов. — Просто я не успеваю за твоими переменами. Ох, уж эти творческие наклонности.

— Я подумала, что в Академию стоит обновить стиль. — Улыбнулась Гвен.

Вкус Гвен менялся не только в цвете и длине волос. В один день она явилась с татуировкой, набитой на плече. Элисон и Райли тогда взмолились, чтобы в следующий раз, когда Гвен им позвонит, чтобы это не было с другого конца света.

Элисон не стала акцентировать внимание, но услышала, как Райли тихо выдохнула.

Подруги вышли с парковки. Они направились к вратам Академии, сливаясь с потоком таких же ребят, на чьих лицах отражалось предвкушение.

Академия Нового Орлеана — элитное учебное заведение. Попасть сюда целое испытание. Ведь, если провалишься, следующий набор будет только через четыре года. Академия ведёт студентов по выбранному факультету до самого выпуска, и лишь тогда объявляет новый набор на первый курс. А попасть сюда мечтает каждый выпускник. Элисон благодарит судьбу за то, что поступление выпало на год, когда она окончила школу.

Ступая по дорожке, Элисон с трепетом вспоминает бессонные ночи, проведённые над конспектами, и страх, сжимавший сердце при проверке ответов. После вступительных экзаменов наступила индивидуальная беседа с представителями Академии, а потом недели томительного ожидания.

Но стоит лишь услышать заветные слова о зачислении, и двери лучшего учебного заведения открывают все возможности. В Академии преподают преподаватели, чьи имена и опыт работы громко звучат на презентации в школах. Программы и проживание созданы по последнему слову технологий. А многоуровневая система обучения вовлекает студентов с первых дней в интересный мир знаний.

И всё же главным чувством была радость, когда она узнала, что Райли и Гвен тоже приняли в Академию. Впереди четыре незабываемых года насыщенной студенческой жизни.

Для торжественного посвящения в студенты, поступивших собирают в главном корпусе. А полученная ID карта докажет, что это не сон.

Крепкие мужчины в форме с надписью «Охрана» на входе показывают, чтобы для удобства багаж и личные вещи оставляли в индивидуальных ячейках.

В просторном зале, заприметив свободные места, Элисон потянула девчонок на те, что выше. Студенты стекались внутрь из распахнутых дверей, казалось бесконечно. Гул голосов стоял такой, что шагов уже не слышно. Места напоминали стадионные трибуны, а в центре возвышалась сцена с микрофоном.

Элисон оглянулась. Среди этой толпы, есть её одногруппники. Она сгорала от нетерпения познакомиться с ними.

Все места заняли, и на сцену взошла женщина. Её сопровождали двое мужчин в смокингах. Но все взгляды обратились к ней. Элисон не была исключением. Она с интересом рассматривала её. Пальцы, облачённые в тонкие белоснежные перчатки, плотно облегавшие ладонь, сжимали чёрную, глянцевую трость. При каждом шаге наконечник выбивал чёткие, звонкие щелчки по бархатному покрытию сцены.

Она двигалась плавно, с хищной грацией. Тёмно-синее, в пол, приталенное платье из шёлка, подчёркивает стройный силуэт. Акцент сделан и на причёске: изысканный пучок, из которого, выглядывало пушистое угольно-чёрное перо, трепетавшее при малейшем повороте головы. Всё в ней дышало уверенностью, скрытой силой и утончённостью.

— Мы что, в восемнадцатом веке? — Изогнула бровь Райли.

— А мне нравится, — окрылённо выпалила Элисон, не сводя с женщины взгляда. — Выглядит превосходно.

Отдав трость помощнику, женщина прикоснулась к микрофону, и зал мгновенно стих.

— Рада приветствовать вас, уважаемые студенты, — начала она. — Я ректор этой замечательной Академии — Джейн Вуд. Каждого студента мы отбирали лично, чтобы вы смогли раскрыть потенциал в наших стенах. Здесь вас ждут лекции с лучшими преподавателями, новейшие технологии для обучения и отдельные комнаты, переделанные с учётом ваших пожеланий.

Элисон встрепенулась. По коже прошлись мурашки. Речь Джейн звучала плавно и чарующе. Каждое слово она подчёркивала изящным жестом и томным взглядом. Элисон читала о ней на сайте, но не представляла, что в жизни она настолько цепляет внимание.

— На территории Академии действуют три строгих правила, о которых вы читали при поступлении. Но, я всё же напомню их. — Джейн загнула указательный палец. — Самостоятельно покидать пределы Академии и выезжать в город можно только по выходным. Второе — комендантский час. В одиннадцать вечера никто не входит и не выходит из общежития. Двери блокируются, и те, кто не успел, останутся ночевать на улице или хуже, будут отчислены за несерьёзное отношение. И третье — никакого физического или морального насилия. Все силы направлены на учёбу. Прошу обратить внимание на табло.

На огромном экране вспыхнули колонки. В крошечных строчках разглядеть что-либо было сложно. На факультете, скорее всего, ждало такое же. А это для общего понимания. Но внимание Элисон приковали две пустые колонки. И, внутреннее чутьё подсказало, что они пока пустые.

— Вместе с преподавательским составом я буду наблюдать, и оценивать исходя из ваших успехов на занятиях. Те, кто не будут справляться, попадут в красную колонку, что означает, что вы ещё можете повлиять на наше решение об отчислении. А в чёрную - те, по кому решение об отчислении уже принято. Преуспеваете вы или же нет, можно отслеживать по рейтингу. Чем он выше, тем вы лучше. Требования высокие, поскольку престиж Академии - высококлассные специалисты, и в этих стенах закладываются соответствующие знания для этого. Терять время, на тех, кто не оправдывает ожидания, мы не будем.

— Жестоко, — тихо произнесла Гвен, но Элисон услышала её.

Экран погас. Джейн, положив ладонь на бок, улыбнулась, окинув притихших студентов беглым взглядом.

— Не нужно бояться. Вы пришли учиться, так показывайте результат, ради которого мы вас сюда приняли. Хорошей учёбы, и надеюсь, что в конце года мы соберёмся в том же составе в этом зале. А сейчас заселяйтесь в общежитие. Занятия начнутся завтра. Расписание и номера зданий факультетов найдёте в планшетах в своих комнатах. Добро пожаловать в Академию Нового Орлеана!

Джейн удалилась под гул буйных аплодисментов. Воодушевленные студенты вновь толпились у выхода.

— Мне одной показалось, что речь получилась мрачной? — Спросила Гвен, следя за тем, как медленно движется очередь.

— Речь воодушевляющая, — поправила Элисон. — Учиться в условиях конкуренции даже лучше. Дополнительный стимул, чтобы не вылететь.

— Можно вылететь и за учёбу, и по собственной глупости, нарушив правила, — поддела Райли, вздыхая. — Как и ожидалось, легко здесь не будет.

На улице толпа разделилась на два потока. Девушки направились в общежитие налево, парни - направо.

Высокое здание женского общежития находилось рядом с главным корпусом. Его фасад выполнен в темных цветах. Панорамные окна балконов блестели на солнце. Элисон осмотрелась, когда не обнаружила ручек или скважин для ключей. В просторном, залитом мягким светом фойе на стойке приветливо мерцал интерактивный дисплей.

Никаких очередей или заполнения документов. Регистрация заняла мгновение. Лёгкое касание сканера и отпечатки пальцев, сохранились в цифровую базу Академии.

— Добро пожаловать, Элисон Паркер. — Элисон вздрогнула, от заговорившей системы. — Ваша комната на четвертом этаже, блок «408». Выбранные соседи: Райли Браун и Гвен Сандерс. Приятного проживания и успехов в учёбе.

Экран погас, и на мгновение в фойе повисла тишина. Элисон переглянулась с девчонками, и в глазах каждой вспыхнул один и тот же озорной огонек. Забыв о рейтинге и оценивании, они схватили сумки и побежали к лифтам. Шаги громко отдавались от гладких стен, а смех смешивался с шумом коридора. Двери кабины мягко разъехались. Элисон уже хотела нажать на кнопку, но их не оказалось. Вместо этого была гладкая панель, которая работала от голоса. Сердце замирало от скорости, а за стеклом кабины мелькали этажи, оставляя позади всё привычное.

Двери общей комнаты бесшумно раздвинулись, и открылось пространство, где уют и технологии сливались воедино. Мягкий свет заполнял гостиную, а воздух был свежим, словно после весеннего дождя. Элисон с разбегу упала на диван, который подстроился под фигуру её тела. На стене висел тончайший экран, похожий на ожившую картину. Элисон знала, что его можно использовать, как доску для заметок.

Под потолком, незаметно трудился умный кондиционер. Элисон вдохнула свежий воздух, наполненный ароматом цитрусов. Казалось, будто где-то рядом распустилось апельсиновое дерево, хотя в комнате не было ни одного растения. Всё здесь дышало заботой и вниманием к мелочам.

Из огромного окна открывался вид на всю территорию Академии. Стекло затемнялось, когда солнце светило слишком ярко.

«Элисон Паркер»

Гласила надпись на стене, что располагалась слева от небольшой кухни. Двери, как и входные, мягко скользнули в сторону, стоило Элисон приставить палец к сканеру.

Комната дышала особой атмосферой спокойствия. Стеллаж из тёмного дерева, занявший центральное место у стены, уже был украшен аккуратными стопками книг: от классических томов в кожаных переплётах, до новеньких изданий, которые Элисон отправила заранее. После извещения о поступлении, Академия прислала списки того, что необходимо отправить заранее, чтобы студенты могли привезти с собой только вещи в день зачисления. Между книгами, виднелись статуэтки, миниатюрный глобус и пара тонких ваз с сухоцветами, придававших композиции завершённость и утончённость.

Рядом с мягкой кроватью, приглашая к полному расслаблению, стояло кресло-массажер. Его обивка в глубоком оттенке морской волны гармонировала с общей атмосферой комнаты, обещая покой и мягкость. Элисон, едва переступив порог, тут же устроилась в нём, и мягкие валики, словно заботливые руки, начали свою работу, снимая напряжение с мышц. Девушка уютно погрузилась в просмотр планшета, что лежал на столе.

Личный кабинет студента, расписание - всё в удобном интерфейсе. На главной странице Элисон увидела свой текущий рейтинг и присвистнула. Её определили на десятое место. Неплохо для начала.

Отложив планшет, Элисон направилась в комнату Гвен. Зайдя, её оглушил звонкий голос подруги. Гвен буквально пищала от радости, крутясь возле музыкальных установок. Пара тренировочных барабанов и, конечно же, сверкающая стереоустановка, способная наполнить пространство любой мелодией.

— Звуконепроницаемые стены. — Тараторила Гвен, переставив диффузор со стены на стол. — Я могу репетировать и не бояться разбудить вас.

— Зря кровать поставили. — Элисон кивнула на мебель в углу. — Спать ты не собираешься.

Гвен нервно посмеялась. Мало того, что в компьютерные игры играет, так теперь ещё и барабаны в комнате стоят. Элисон махнула, выходя.

— Райли, что там у тебя?

При всей схожести с Гвен по базовой планировке, комната Райли жила по иным законам. Здесь царила не мягкость, а энергия движения, силы и дисциплины. И сердцем спортивного безумия был уголок, выстроенный вдоль стены. Просторный стеллаж в три ряда держал на себе коллекцию баскетбольных мячей. Рядом ждали своего часа тренажёры. Компактная беговая дорожка, готовая сложиться, как лезвие перочинного ножа, освобождая пространство.

— А это, что такое? — Элисон тыкнула в железяку, рядом с беговой дорожкой. — Выглядит страшно.

— Тренажёр для поддержания выносливости. — Объяснила Райли без официальных формулировок.

Элисон понимающе кивнула и отошла подальше. Она далека от спорта. Зато Райли с чувством глубокого удовлетворения скользила взглядом по встроенному шкафу. Множество отделений, полок и выдвижных ящиков, предназначенных для того, чтобы вместить целый арсенал экипировки: от спортивной формы до обуви и аксессуаров. Она уже мысленно раскладывала каждый предмет, предвкушая, как этот хаос вещей обретёт порядок.

— Они, правда, учли пожелания каждого, — произнесла Райли, а глаза загорелись живым, азартным блеском. — Класс.

— Я указала, что и в какой угол поставить. Думала, поймут, что шутка. А, они сделали. — Гвен выглянула в окно. — Девчонки, там балкон. Пойдёмте туда.

— Кто последний, тот готовит ужин! — Выбегая, крикнула Элисон.

Громкая ругань и звуки погони послышались позади.

Элисон первой забежала на панорамный балкон, и тёплый воздух приветливо окутал её. Повезло, что была ближе всех к выходу. Перепрыгнув через порог, Райли на полном ходу врезалась в перегородку. Гвен с гордым видом проигравшего, медленно присоединилась. Элисон смеётся с того, как Гвен уже смирилась, что ужин постоянно выпадает на её плечи.

Лёгкий ветерок, несущий едва уловимый аромат георгинов с нижних террас, ласково играл с их волосами, создавая ощущение настоящего волшебства. Студенты, вышедшие прогуляться по территории, казались маленькими черными точками. Элисон смотрела на главный корпус, туда, где вывешен баннер.

— Академия Нового Орлеана. — Прочитала Элисон с детским восторгом в голосе. — Мечты всё - таки сбываются.

И вот когда солнечные лучи медленно скользили к линии горизонта, раскрашивая небо в алые цвета, Элисон достала телефон.

— Девочки, сюда. — Элисон жестом позвала Гвен и Райли занять места для долгожданного группового фото.

На этот раз они её услышали. Райли аккуратно встала рядом с Элисон, а Гвен, протиснувшись посредине, закинула руки на плечи обеим подругам. Их крепкие объятия, сияющие глаза, выделялись на фоне волшебного заката. Элисон поймала кадр.

Один щелчок и миг был запечатлён, став началом нового, захватывающего пути.

— Это будет лучший первый курс! — Крикнула Элисон, подняв руку вверх.

С других этажей послышались ответные счастливые крики.

Фраза, наполненная уверенностью, мечтой и той нерушимой связью, что объединяла их. Обещание будущих побед и открытий, которые они совершат вместе, повисло в тёплом вечернем воздухе.

Глава 2. Гвен

Гвен с детства не любила вставать рано. Из садика — в школу, из школы в Академию, привычка переставлять будильник на десять минут вперёд перешла вместе с ней. Утро было не счастливым пробуждением с мыслью о том, как чудесно пройдёт день, а кошмаром. Повторное нажатие на кнопку «отложить», сопровождалось стонами и обратным погружением в сон.

— Гвен, вставай! Опоздаешь в первый же день. А тебе ещё волосы укладывать.

Но вместо надоедливого звона, громкий голос Элисон всегда действовал эффективно. Вчера за ужином, они решили не закрывать двери, если не заняты делами. Гвен разомкнула веки, перекатилась к краю кровати и осторожно опустила ступни на прохладный пол. Убедившись, что подруга поднялась, Элисон удалилась доделывать макияж, уже успев сделать укладку. Гвен запустила пальцы в волосы, которые, по ощущениям, стояли дыбом. И тут Элисон права. На сборы оставался час. Гвен вновь похвалила создателей Академии, за то, что оборудовали каждую комнату отдельной ванной. Не придётся ждать или задерживать девчонок.

Гвен вышла в общую гостиную с полотенцем на плечах, где громко играла музыка. Элисон не видно, но слышно из открытой двери комнаты пение. Заглянув в холодильник, Гвен быстро сделала три сэндвича, притоптывая в такт песне. Из входной двери показалась Райли.

— Ты откуда уже? — Спросила Гвен, наблюдая, как та снимает обувь.

— С пробежки, — ответила Райли, восстанавливая дыхание. — Режим никто не отменял.

Режим. Как бы Гвен хотела его себе нормализовать, но любовь к ночным занятиям музыкой упрямо отодвигала сон на второй план.

Первый день всегда волнителен. Заправляя чёрную рубашку в брюки, Гвен шла к нужному зданию в предвкушении. Какие задания будут давать преподаватели? В какие студии повезут на экскурсии? Оказаться здесь уже, как выиграть в лотерею. А получить знания - бесценно.

Музыкальный факультет расположился за главным корпусом. Отдельное здание в форме полумесяца выделялась яркими красками. Гвен присвистнула. Масштаб Академии предполагал собственное строение для каждого факультета, отчего возникало ощущение, что студенты попали в целый городок.

Голосовое оповещение под потолком пожелало доброго утра. Переступив порог, Гвен почувствовала, как мурашки пробежали по коже, а в горле застрял беззвучный возглас удивления. В раскинувшемся перед ней просторном холле с изумрудными креслами, диванчиками и автоматами с перекусами, в самом центре возвышался экран с рейтингом каждого студента музыкального факультета. Учащиеся из разных углов зала поднимали головы, выискивая своё имя. Гвен нашла себя быстро. Пятнадцатое место в общем рейтинге. Она присвистнула, прижав планшет к груди. Преподаватели довольно высоко оценили её уличные выступления.

До первой пары оставалось двадцать минут. Найти аудиторию Гвен ещё успеет. Сейчас хотелось рассмотреть как можно больше. Двинувшись по коридору, Гвен вынула наушники и прислушалась. На фоне играла спокойная музыка, погружая факультет в рабочую атмосферу. Гвен свернула с главного холла в коридор.

По обеим сторонам стен висят макеты музыкальных инструментов разных эпох. Мягкая подсветка меняла оттенки в зависимости времени суток.

Гвен вошла в помещение с табличкой «Зона тишины». Небольшие уголки с шумоизоляцией для тех, кто хочет побыть в одиночестве или просто передохнуть перед следующей парой. Гвен уже знала, где будет проводить время.

Кстати, о времени… Гвен бросила взгляд на часы и, выругавшись, поспешно выскользнула из уютного уголка. Осталось пять минут.

Уткнувшись в планшет, она на ходу изучала расписание. Следовало сделать это вчера, но барабаны завладели всем вниманием. На втором этаже — лекции, на третьем — семинары, на четвёртом — аудитории с музыкальной техникой для репетиций, на пятом — вокальные студии.

-Теория гармонического влияния, — бормотала Гвен под нос. — Это на второй этаж…

Грубый толчок в плечо заставил Гвен сделать несколько поспешных шагов вперёд. Парень, задевший её, не обернулся. Он прошёл мимо так, словно это Гвен ему помешала.

— Эй, аккуратней надо! — Крикнула Гвен. — Даже если торопишься!

Парень скрылся за первым же поворотом, не ответив на возмущения. Единственное, что она успела разглядеть, — очки, которые он поправил указательным пальцем, и недобрый взгляд, брошенный через плечо.

Гвен выдохнула, разжимая пальцы, вцепившиеся в лямку сумки. Какой-то незнакомец не испортит настроение. Присоединившись к потоку студентов, она нашла нужную аудиторию и решительно шагнула в распахнутую дверь первой пары.

На светлых стенах выгравированы цитаты великих композиторов, а на доске уже красовалась тема занятия. Ярусы парт, вздымавшиеся амфитеатром, постепенно наполнялись голосами и шорохом курток. Гвен выбрала место посредине. Видеть и преподавателя, и лица одногруппников, чтобы уловить общий настрой аудитории. Кто-то уже успел перезнакомиться, кто-то пришёл с другом. Доставая блокнот, она не тревожилась о вопросах общения. Хоть Элисон и Райли учились на других факультетах, одиночество Гвен не пугало. Впереди целый год ещё успеет с кем-нибудь познакомиться.

Высокий мужчина в строгом костюме вошёл с громким приветствием. Подмышкой он нёс стопку бумаг. Гул в аудитории стих, словно по взмаху дирижёрской палочки. Гвен отложила карандаш, вслушиваясь в то, что им будут говорить. Он поправил микрофон, проверяя его исправность.

— Уважаемые студенты, прежде чем мы познакомимся и начнём лекцию, я должен сообщить. Ваша группа сегодня не сможет увидеть куратора. Как только мы его найдём, он к вам присоединится.

Подперев ладонью щёку, Гвен невольно усмехнулась. Хорошее начало учебного года. А ведь говорили о высококвалифицированном составе. Куратор должен был провести экскурсию по зданию, но, похоже, сегодня придётся полагаться на себя.

— Как это? Он что, пропал? — Выкрикнули с задних рядов.

— Не беспокойтесь, с вашим куратором всё в порядке. Он работает над новым проектом и не любит, когда его отвлекают. — Деликатно пояснил мужчина. — Как только закончит, вы познакомитесь. А меня зовут Алан Смит, преподаватель по теории гармонического влияния. Начнём лекцию. В процессе пообщаемся.

Алан говорил о том, что его предмет целое исследование того, как мелодии и ритмы воздействуют на психоэмоциональное состояние слушателей. О том, как их можно использовать для формирования общественного мнения или создания нужной атмосферы.

Гвен зацепилась за мысль. Как музыка способна управлять людьми? Она заметила, как парень перед ней, через ряд, монотонно щёлкал ручкой. Одних такой звук раздражает, другим — безразличен. Гвен раскрыла исписанный блокнот, нашла чистую страницу и принялась записывать. О том, как тревожность можно перенести на ритм барабанов.

Лекция, полная неожиданных идей, пролетела незаметно, уступая место свободному времени. На этом перерыве куратор должен был провести экскурсию, но предпочёл проект новым студентам. Гвен уже тянулась к наушникам, как перед ней, споткнувшись, упал полненький паренёк в джинсовой куртке. На лекции у Алана она не расслышала его имени. Он бормотал себе под нос. Вот и сейчас, пыхтя и бурча, он поднимался на ноги под смешки ребят, которые не успели уйти.

— Не падали ни разу? — Обратилась Гвен к группе. — Идите. Здесь не на что смотреть.

Те, затихнув, поспешили прочь, передразнивая её мимику. Но Гвен было всё равно. Она подняла телефон, откатившийся к ногам, и протянула отряхивающему колени парню. Он вскинул на неё голубые глаза, принимая гаджет.

— Ты в порядке? — Спросила Гвен.

— Да. Спасибо. — Он встряхнул кудри. — Я Даниэль Лонг, с девяностого места.

— А я…

— Гвен Сандерс, — Перебил он. — Ты на пятнадцатом. Я запомнил.

Гвен пожала протянутую руку, хоть и подумала, что запоминать чужой рейтинг странно. Даниэль смущённо принял её предложение пройтись по Академии и осмотреться. Но для начала выпить чая.

На первом этаже они нашли свободный столик. Даже здесь были удобные секции, куда можно положить планшеты, ноты и блокноты. Можно и перекусить, и поучиться.

Гвен слушала, как Даниэль мечтал попасть в Академию. Он не спал ночами, придумывая видеозаявку. Бесконечно исправлял и перезаписывал. Гвен пила зелёный чай, изредка кивая. Она не стала упоминать, что отправила видео в последний час. Дотянула до последнего.

— Так, ты из Нового Орлеана? — Перевела тему Гвен, на что Даниэль кивнул. — Везёт жить в таком красочном городе. Я слышала, что по вечерам уличные музыканты играют лучший джаз. Так хочется послушать.

— Да, город и правда оживает вечером. — Даниэль показал фотографию. — Это я с родителями и младшим братом во Французском квартале. Тогда, то я и вдохновился атмосферой и решил пойти на музыкальный факультет.

Фото, где горчица от хот дога попала на футболку, Даниэль быстро пролистнул. Гвен успела рассмотреть, но не стала смущать и просить вернуть.

В Ковингтоне выступают уличные артисты. Но, Гвен с детства восхищала атмосфера Нового Орлеана. Музыка, словно оживала на улицах. Мечта прогуляться по ним ночью не осуществилась пока что.

Допив, они поднялись на лифте на четвёртый этаж.

— Ты, должно быть, талантлива в музыке, раз тебя сразу оценили так высоко. — Продолжал говорить о рейтинге Даниэль.

— На уровне уличного исполнителя. — Отозвалась Гвен, ловя удивлённый взгляд. — Я играла в любительской группе на барабанах и не собиралась сюда поступать. Но подруги твердят, что я талантлива, и уговорили подать документы вместе с ними. И вот я здесь. Вижу возможности Академии, и понимаю, что поступила не зря.

В уличные выступления Гвен попала благодаря упрямству. Её не желали брать другие группы, ссылаясь на отсутствие опыта. Тогда она вытащила свой потрёпанный барабан и принялась играть одна. До тех пор, пока не нашлись те, кто захотел разделить с ней ритм.

— Я бы послушал. — Признался Даниэль, и кончики его ушей вспыхнули алым.

— Это можно устроить.

На четвёртом этаже Гвен мгновенно отыскала барабанную установку. Сердце её затрепетало, будто встретило старого друга.

— Вау! — Выдохнула она, окидывая инструмент восхищённым взглядом. — Я видела эти барабаны в интернете. Они лучшие!

Гвен подошла к стеклянной витрине, где ровными рядами покоились палочки. Разглядывая ассортимент, она ощутила себя ребёнком, которого впервые привели в магазин игрушек и сказали, выбирай, что хочешь.

Когда родители узнали о решении Гвен поступать в Академию Нового Орлеана, они подарили одну пару с гравировкой. На удачу. И это сработало. Гвен не выпускала их из рук до самого оглашения результатов.

Подкинув палочку, Гвен позабыла о присутствии Даниэля. Эмоция восхищения переполняла, и именно её она выбрала для демонстрации.

Полное погружение в ритм, в то, что она по-настоящему любит. Студенты, бродящие по коридорам в одиночестве, заглядывали в зал, чтобы увидеть того, кто первым осмелился показать свой талант.

Палочка сорвалась с пальцев и, пролетев в опасной близости от Даниэля, заставила его вжаться в воротник рубашки. Гвен, улыбаясь, провела ладонью по влажному лбу, убирая прилипшие пряди. Со стороны раздались долгие аплодисменты. Гвен коротко поклонилась.

— Прости, меня иногда заносит. — Извинилась Гвен, восстанавливая дыхание.

— Потрясающе. — Выдавил Даниэль, наблюдая, как она поднимает улетевшую палку. — Теперь вижу, почему тебя оценили так высоко.

— Не спеши с выводами. Я играла то, что нравится мне. А как сложится в учебном процессе, не знаю. Может не смогу играть, когда установлены рамки.

Ограничения сковывают движения. Гвен привыкла играть то, что нравится ей и группе, но в Академии наверняка будут строгие ограничения. Выдержит ли она их большой вопрос. Время покажет.

— Ну, а ты? — Спросила Гвен, закрывая стеклянную витрину. — Покажи, что умеешь ты.

— Я… нет, не думаю, что это хорошая идея. — Покачал головой Даниэль. — После твоего выступления, боюсь опозориться.

— Давай, — настаивала Гвен. — Мы все пришли сюда учиться. На чём ты играешь? Гитара, бас, труба.… Поёшь?

— Барабаны. — Пробормотал Даниэль.

— Правда? — Гвен подтолкнула парня в нужную сторону. — Что же ты молчал? Давай.

Даниэль покраснел ещё сильнее, не зная, куда деть взгляд. Гвен усмехнулась, вскидывая руки. Нельзя на него давить.

— Покажешь, когда будешь готов. — Похлопала она парня по плечу. — Пойдём, посмотрим студии вокала.

Гвен не терпелось поделиться с девчонками эмоциями от первого дня и услышать, как всё прошло у них. Написав в общий чат, она убедилась, что подруги уже в комнате, и, досидев последнюю пару, вприпрыжку понеслась в общежитие.

Открыв дверь, Гвен едва успела присесть, прикрывая руками затылок. Над головой просвистел баскетбольный мяч и врезался в стену позади. Услышав, как он отскочил, Гвен оценила обстановку. Райли бегала на дорожке, чего она обычно вечером не делала, а Элисон громко бросалась обвинениями, в которых мелькало чьё-то имя. Судя по расположению, мяч бросила именно Элисон. И увидев Гвен, она не остановила свою гневную тираду, собираясь начать всё заново.

— Я так понимаю, первый день задался только у меня.

Глава 3. Райли

Общий сбор спортивного факультета назначили в спортзале, чьи размеры напоминали футбольное поле. Райли скрипнула кроссовками по гладкому паркету одной из баскетбольных площадок, вдохнула резкий запах резины и направилась к трибунам. Сиденья в красно - черном тоне вздымались вверх несколькими ярусами. Они были рассчитаны на болельщиков во время масштабных спортивных событий. Кольца висели высоко под потолком, но на тренировках их опускали, как и ворота, которые сейчас были сдвинуты к стене.

Подобные арены Райли видела лишь в прямых трансляциях баскетбольных матчей. В родном городке спорткомплекс, куда она ходила на тренировки, был куда скромнее. А здесь воздух пропитан азартом, и невольно чувствуешь себя участником больших соревнований.

Студентов спортивного факультета для семинарских занятий сразу распределили по видам спорта. А в аудиториях перемешали, чтобы они обменивались опытом из разных сфер.

— Браун?

Райли неохотно оторвалась от осмотра и обернулась в сторону трибун. И сразу отыскала ту, что позвала её. Сара Миллер, растянув губы в фальшивой улыбке, помахала ей рукой. Сколько раз они сталкивались на площадке, еще, когда учились в школе. И каждый раз выясняли отношения, меняя титул победительницы.

Дружба не сложилась с самого начала. И, казалось, сама судьба решила продолжить их противостояние — теперь уже в одной команде Академии. Может, потому что в игре они были слишком похожи.

Две девушки, стоявшие рядом с Сарой, помахали Райли с улыбками. Закатив глаза, Райли искренне улыбнулась им, а Саре ответила сухим кивком, подойдя ближе.

— Не думала, что вспыльчивых сюда берут. — Усмехнулась Сара, скрестив руки на груди.

— Взаимно. — Пожала плечами Райли.

Игра на одной позиции каждый раз сталкивала их лбами. Обмен колкостями, нарушения за грубость в отношении друг друга переходили из матча в матч. Сара продолжала держать улыбку, но взглядом прожигала в Райли дыру. Райли отвечала тем же, не уступая ни в упорстве, ни в холоде.

— Вижу, вы уже знакомы. А я Дженнифер.

Девушка возвышающаяся над Райли на две головы, встала между ними.

Райли отвернулась от Сары, продолжая знакомство с Дженнифер и остальными из группы. Главное не обращать на неё внимания.

Устроившись на втором ряду, Дженнифер представила Райли парню, который с явной скукой ожидал начала. Найджел показался Райли резким: собранный в хвостик, с пронзительно-серыми глазами, он излучал холодную отстранённость. Но стоило ему улыбнуться, и вся серьёзность вмиг растаяла, обнажив неожиданную мягкость. От него Райли узнала, что студентов спортивного факультета с самого начала распределяют по видам спорта, и здесь собрались только представители баскетбольной подгруппы. Она вновь присвистнула, мысленно оценивая и уровень Академии, и продуманность её подхода к обучению.

Куратор Эстер выпускница Академии прошлого года, принялась рассказывать о программе обучения. Райли понравилось, что их ждёт больше практики, чем зубрёжки за учебниками. Хотя, за лекциями ей не пришлось бы видеть надменное лицо Сары, но ради спортивного будущего она готова её потерпеть.

К части, где Эстер рассказывала об отборе в команду Академии, Райли слушала особенно внимательно. Место в рейтинге не влияет на решение тренера. Райли бегло глянула на табло, где светились результаты. Тридцатое место. Не первая, но и не последняя. С этим можно работать. Главное соблюдать правила, выполнять указания тренера и выкладываться на каждой тренировке. А после товарищеского матча с командой из другой Академии тренер объявит итог. Райли скользнула взглядом по остальным. Конкуренция за места будет бешеной. Мест то всего десять.

Те, кто попадут в команду Академии, получат привилегии в виде зачётов автоматом, поскольку тренировок будет больше. Райли нравился такой подход, а особенно шанс пробиться в основной состав.

— Иногда тренировки у парней и девчонок будут проходить совместно. Это отмечено в графе напротив занятий.

От просмотра плана тренировок по залу прокатился тяжёлый гул.

— Утренняя тренировка в шесть утра. — Прошептал Найджел, глядя в планшет. — И час на сборы на пары…

Райли прикусила губу, листая расписание. График плотно забит. Утренняя тренировка, затем две пары лекций, тренировка перед обедом и вечером — после остальных занятий. Видимо, в свободное время она будет отсыпаться.

— Тяжело только в начале. — Посмеялась Эстер, стараясь подбодрить студентов.

— Правда, что могут отчислить до аттестации? — Дженнифер задала вопрос, который интересовал всех.

— Да, если не будете стараться. У Академии высокие требования. Они наблюдают за каждым. — Эстер не стала скрывать правду. — Что ж, познакомимся.

Эстер поднимала учеников с мест и просила кратко рассказать о себе, позволяя остальным узнать будущих одноклубников. Райли поднялась, едва прозвучало её имя. Обойдясь общими фразами о том, где училась, со скольки лет играет, она села обратно, стараясь не встречаться с чужими взглядами.

— Оуэн Уокер. — Эстер окинула взглядом зал, но никто не встал. — Оуэн Уокер, здесь?

— Оуэн Уокер занимает первое место. — Дженнифер прочла с табло и присвистнула. — Что за монстр, раз разрешает опаздывать себе в первый день?

— Видимо, много чести для него. — Райли усмехнулась, откинувшись на спинку стула. — Или лень подниматься в такую рань.

— Не угадала.

Тихий голос, прозвучавший возле самого уха, заставил Райли резко отпрянуть и обернуться, дёрнув локтем. Дженнифер схватилась за сердце, чуть подпрыгнув на месте. Найджел приобнял испугавшуюся девушку, часто моргая от неожиданности.

Райли, затаив дыхание, неотрывно смотрела на парня. Сердце ухнуло куда-то в горло и забилось так часто, словно пыталось вырваться наружу, разрывая грудь изнутри. Он продолжал буравить её взглядом. В глубине его карих глаз, как ей показалось, затаилась опасность. Он пару раз поводил нос в стороны, потом медленно моргнул, прогоняя темноту перед глазами.

— Молодец, Райли, уже покалечила человека. — Сара поддела её, наблюдая за заварушкой. — Браво.

— Острые локти. — Парень хрустнул шеей, и в его голосе проскользнула лёгкая усмешка. — Вот так и садись за красивой девушкой.

— Прости, случайно. — Произнесла Райли, отвернувшись.

— На заметку: к тебе не подкрадываться. — Подметил Найджел, за что тут же получил локтем в бок. — И правда, острые.

— Уокер, вы в порядке? — Эстер обратилась к пострадавшему.

Оуэн лениво поднялся на ноги, убрав ладони в карманы. Райли, как и остальные, следила за тем, как он спускается и останавливается рядом с Эстер. Райли фыркнула. Остальные представлялись с места, а этот любитель внимания решил выделиться. Может, и не зря локоть попал ему в нос. Когда их взгляды пересеклись, Оуэн подмигнул, а Райли закатила глаза. Второй раз за утро. Рекорд.

— Не нравится он мне. — Дженнифер придвинулась и шепнула на ухо.

Райли согласно кивнула.

— Оуэн Уокер. — Представился он, улыбнувшись, и в его улыбке было что-то дразнящее. — Очень рад, что именно с вами мне предстоит учиться.

Он легко провёл указательным пальцем по носу. Казалось бы, безобидный жест, Райли приняла на свой счёт.

На смотровую тренировку пришли тренеры мужской и женской команд. Аманда Коллинз — строгая женщина с пронзительным взглядом сразу дала понять, что по блату в команду не попадёт никто.

Парни заняли одну половину зала, девушки — другую. Уже на разминке темп был задан высокий. Никаких лишних отдыхов и перерывов. Кому становилось нехорошо, молча выходил за пределы к дежурному врачу.

Райли, опираясь на колени, пыталась отдышаться, пока остальные продолжали упражнение. Громкое дыхание Дженнифер говорило о том, что девушка делала то же самое. Благо, кроме просмотра, кто на что годится, у неё будет всего одна лекция.

Удар мяча в спину, заставил Райли обернуться, пропуская следующего выполнять задание.

— Прости, случайно. — Оуэн извинился, подняв руку.

— Бывает.

Райли бросила мяч обратно, за что Оуэн отсалютовал двумя пальцами от виска. В спорте получить мячом по голове или другой части тела можно так же часто, как чистить зубы. Ничего страшного.

Но стоило начаться тренировочной игре между парнями, Райли перестала думать о простой случайности. И о том, что имела в виду Дженнифер, когда сказала, что Оуэн ей не нравится.

Оуэн играл один. Делал так, что остальные четверо должны работать на него. На первом месте демонстрация личных навыков, а не командная игра в пас. Когда время на табло показало, что прошло три минуты, не выдержал Найджел. После очередной одиночной атаки, он обратился к Оуэну, на что тот пожал плечами и пробежал мимо.

Единственное, что порадовало Райли в этой игре, что ей не придётся делить с Оуэном одну площадку.

Но у неё была и личная проблема. Сара сидела на полу, наблюдая за игрой. Та самая, что вечно стояла у неё поперёк горла, как застрявшая кость.

Тренера удалились, оставив в планшетах пометки. Райли осела на трибуну, вытянув гудящие ноги. Мышцы ныли. Если сегодняшняя тренировка — это разминка, то основные занятия можно смело умножать на пять по сложности.

— В школе было проще, — устало улыбнулась Дженнифер, припоминая беззаботные деньки.

— Да уж, — согласилась Райли. — Говорил мне тренер, получай удовольствие, пока можешь.

— Видела я, как последней игрой ты наслаждалась, сидя на скамейке. — Подметила Сара, заканчивая заминку.

— А за что? — Спросила Дженнифер.

— Да так. Ногу подвернула. — Райли подхватила сумку. — Идём?

Дженнифер не стала вдаваться в расспросы, что позволило Райли выдохнуть.

— Проиграем в первом же круге.

— Выпендривайся меньше, и всё будет нормально.

Конфликт между Оуэном и парнями снова вспыхнул. Райли неохотно подошла ближе, вместе с Дженнифер. До следующей лекции надо успеть в душ, смыть с себя эту липкую усталость и чужую агрессию.

— Между мной и вами большая разница, — Оуэн развел руки в стороны. — Я говорю как будущий капитан.

— Капитана выбирает команда, — вмешалась Дженнифер. — И рано об этом. Тренер ещё не озвучил решение по составу.

— Давай один на один, — Найджел встал напротив Оуэна.

— Я уже насмотрелся на тренировке, — отмахнулся Оуэн. — Зря время потрачу.

— Эгоист.

— Что? — Оуэн резко обернулся. — Что ты сказала?

— Что ты эгоист, — громче повторила Райли. — Услышал?

Оуэн прищурился, а потом рассмеялся. Грубый смех раскатился под куполом спортзала.

— Рейтинг видела? — Кивнул он на табло, где его имя горело первый номером. — Жду извинений. Второй раз за день.

— Нет, — отказалась Райли. — За это извиняться не буду. Может, тебя и поставили на первое место, но это не ничего не значит. Ты играешь один, но в баскетбол играют пятеро. Это правило тебе не изменить. Смирись.

— Говорить правильно все умеют, а вот соответствовать — нет.

Оуэн цокнул языком. Райли чувствует, как по коже проходятся мурашки. Она сделала шаг к нему. Не бить его, просто сказать. Райли выдохнула.

— Тебя уже сейчас в команде не хотят видеть. Задумался бы.

— А я согласен с Оуэном. — Присоединился к конфликту Ральф, занимающий второе место. — Не впечатляет.

— Видишь, милая. — Оуэн наклонился ближе к Райли. — Я прав.

Не выйдет разговора. На усмешку Оуэн получил толчок в грудь. Все, кто наблюдал, тут же сорвались с места, вставая между Райли и Оуэном. В спортзале поднялся гул ругательств. Студенты разделились на два лагеря, стоя напротив друг друга и выясняя отношения.

— Тихо! — Крикнула Эстер, вернувшись в спортзал на шум. — Что случилось?

— Просто знакомимся поближе. — Оуэн посмотрел вокруг. — Так ведь, ребята?

Положительные ответы он получил только от тех, кто решил встать на его сторону. Райли в паре с Найджелом и Дженнифер показали средний палец. Но, Эстер хватило и этого.

— Позже познакомитесь. Быстро в душ и на лекции.

Закрывшись в душевой кабинке, Райли пнула кафель и включила ледяную воду. Холод прошёлся по коже, остужая разбушевавшиеся нервы. Райли прижалась лбом к стене, чувствуя, как дрожь пробирает до костей. Нужно обязательно успокоиться.

Ради поступления в Академию она не жалела себя: тренировки с утра и до вечера, соблюдение режима. Запись школьного матча Райли отправила в комиссию, вложив в этот файл все свои надежды. Они с Сарой занимали одинаковые позиции, но что-то в ней комиссии приглянулось больше, и Райли определили на тридцатое место в общем рейтинге. Высокомерное поведение, какого - то незнакомого парня не поставит под угрозу её обучение здесь. Что в нём такого, чего нет в Найджеле? За, что его так высоко оценили? Пока что, Райли этого не увидела.

Глава 4. Элисон

— Красота.

Ступив в холле на мраморный пол, Элисон не могла сдержать эмоций. Над центральной лестницей вращался глобус. Свет от него мягко падал по ступеням, отражаясь в прозрачных перилах. На стене спроектирован экран карты мира. И первым делом куратор Грейс повела их к ней. Первокурсники академии подкалывали флажки, в какой стране хотели бы работать или побывать. Взяв красный, Элисон прикрепила его к свободному месту на Франции. Прозвучал короткий сигнал и отметка появилась на глобусе.

Подождав остальных, куратор продолжила экскурсию.

В аудиториях вместо обычных досок стояли сенсорные панели, встроенные в стены. Грейс провела рукой и на ней незамедлительно появились картинки из презентации. Ещё одно движение и уже показываются графики. Элисон чуть вздрогнула, когда свет погас, погружая помещение в режим просмотра материала. Он регулировался автоматически. Становился теплее, когда аудитория погружалась в обсуждение, и холоднее, когда начиналась работа с документами.

В коридорах вдоль стен висели портреты дипломатов. Если остановиться напротив, обшивка мягко подсвечивалась. На ней появлялись краткие факты из жизни изображённого человека.

А за поворотом отворились двери библиотеки. Высокие стеллажи из тёмного дерева уходили под потолок. Каждая книга находилась в отдельной, закрытой ячейке. Грейс подошла к интерактивной доске и ввела название той, которую хотела найти. На табло высветился номер, находится ли книга на месте, и, как к ней пройти. Предлагалось также краткое содержание, чтобы понять, этот ли том нужен.

— Это на случай, если вы любите бумажный носитель больше, чем электронный. — Грейс указала вглубь стеллажей. — Кресла с куполами, где вы можете почитать. Также там обустроены голограммы. С помощью них вы можете ознакомиться со старинными международными договорами, которые в оригинале уже плохо выглядят. Советую при написании курсовых работ.

Элисон задержалась чуть подольше, запечатлев масштаб на телефон. Группа уже ушла, и Элисон пришлось нагонять их.

— А, здесь будут проходить ваши семинары, где вы попробуете примерить на себе роль дипломатов.

На пятом этаже их ждал настоящий зал переговоров. В центре стоял прямоугольный стол, за которыми разместятся сорок человек. Свет из панорамных окон падал на стойку, для выступающего.

— Если появятся вопросы, смело подходите ко мне. — Грейс остановилась у дверей аудитории на втором этаже. — Здесь у вас пройдёт первая лекция по философии. Успехов в учёбе.

Группа с теплом поблагодарила Грейс за экскурсию. Двери открылись, и Элисон первая ступила внутрь.

Аудитория по философии в отличие от чудес остальных, сохраняла интерьер древности. Вместо привычных ручек на столах стояли декоративные гусиные перья в стеклянных баночках с чернилами. Над входом застыл макет совы. Символ мудрости. На преподавательском столе лежал сборник с пожелтевшими страницами и писанием философов древности.

Сев в первом ряду, Элисон была готова увидеть за кафедрой пожилого преподавателя. Так ей всегда представлялись преподаватели философии и истории. Но в кабинет вошёл молодой мужчина. Небрежным движением он поправил запонки на белой рубашке, расстёгнутой на две верхние пуговицы. За ним тянулся терпкий шлейф парфюма, от которого Элисон тихо закашлялась. На запястье вспыхивал холодный блеск часов. Элисон приосанилась. Если в академии все преподаватели такие, то она не пропустит ни одного дня, даже если заболеет.

Преподаватель — Эндрю Ховард. Элисон запомнила при изучении расписания. Двадцать пять лет, а уже доктор философии.

Эндрю неторопливо прошёл за стол, развёл руки и, опёршись на столешницу, скользнул взглядом по аудитории.

— Так приятно смотреть на юные умы, — он потёр ладони, улыбнувшись. — Всегда есть шанс узнать что-то новенькое. Страшно, наверное?

— Если честно, то да. — Ответили из толпы.

— Тогда разомнемся. Скажите, почему мы зеваем, когда смотрим на других зевающих? Не стесняйтесь.

Элисон подняла руку и Эндрю кивнул. Она поднялась с места, прокашлявшись.

— Научно доказано, что это явление называется «заразным зеванием». Оно связано с…

— Скучно, — прервал Эндрю, скрестив руки на груди.

— Простите? — Не поняла Элисон.

— Научно доказано, и всё подобное скучно звучит, студентка… — Ховард защёлкал пальцами, предлагая представиться.

— Паркер. Элисон Паркер, — громко представилась она. — Это факты. Доказанные факты, подкреплённые аргументами. И доктор философии утверждает, что я мыслю скучно?

Элисон не выносила тех, кто пытался опровергнуть то, что объяснено наукой, историей. Для неё странно обесценивать труд людей, которые десятилетиями старались, чтобы другие могли читать их и учиться.

— Остальные думают так же? — Эндрю обратился к залу.

Элисон обернулась. Медленно, но многие кивнули, поддерживая её. Были и те, кто предпочёл отмолчаться. Возможно из-за страха, что в конце года предстоит сдавать Ховарду экзамен. Под партой Элисон нервно щёлкала пальцами. Напряжение стало ощущаться ярче, когда Эндрю снова повернулся к ней.

Лакированные туфли застучали по полу. Эндрю сошёл с кафедры, став ближе к студентам. Девушка рядом с Элисон покраснела и выронила ручку, когда он встал напротив. Но с Элисон уже спал туман первого впечатления, и восхищение сменилось холодной агрессией. Весь его шарм испарился.

— Отлично, — Эндрю хлопнул в ладоши. — Так и будем проводить занятия. Разделитесь на две группы. Первая, те, кто придерживается сухих научных фактов. И те, кто позволяет себе думать чуть дальше написанного. Мы будем отстаивать свои мнения, исходя из тем, которые я вам буду давать. А пример, как это будет выглядеть, проведём прямо сейчас я и студентка Паркер. Вам знакома античная философия?

Элисон вдохнула полной грудью, отсчитав до пяти. Снисходительная улыбка Эндрю заставляла кровь кипеть.

Долгие ночи Элисон не спала, готовясь, чтобы попасть в Академию. И вот она поступила. Но, не для того, чтобы первый же преподаватель стал издеваться. Элисон повторила его усмешку, сцепив ладони за спиной. Жест, что показывает, что отступать она не собирается.

— Разумеется, — Элисон вышла с ряда, под гул одногруппников. — Эпикуреизм, скептицизм, стоицизм. С чего начнём?

— На ваш выбор.

— Пусть будет скептицизм, — выбрала Элисон.

Она шагнула вперёд. Теперь они стояли почти вплотную, и она ощущала, как бешено, колотится сердце, хотя голос оставался ровным. Эндрю слегка склонил голову. Он неотрывно изучал её лицо. На губах заиграла едва заметная улыбка, которая, однако, не ослабляла напряжения, а лишь натягивала его туже. Они привлекли к себе десятки взглядов.

— Скажите мне, Паркер, вы действительно верите, что, сомневаясь во всём, становитесь умнее? Или вы просто боитесь того, что можете обнаружить, стоит лишь перестать сомневаться. Боитесь, что некоторые научные факты окажутся не столь несокрушимыми, как вам хочется верить. Что истина сложнее, чем удобная «правильно - неправильно», «примитивно - продвинуто», которую вы так бережёте?

Элисон понимала, что Эндрю пытается зацепить её. Заставить сорваться на личности, но она не собиралась уступать.

— Сомнение - двигатель прогресса, — ответила она, сохраняя спокойствие. — Именно способность поставить под вопрос устоявшееся открывает новые горизонты. Но истинный скептицизм ищет доказательств; он не отбрасывает идеи, он их анализирует, взвешивает, проверяет. А тот, кто сомневается лишь из желания казаться умнее… вот это, мистер Ховард, и есть примитивность. И я полагаю, каждому из нас стоит задуматься, к какой категории скептиков он относится, прежде чем метать громкие обвинения.

Элисон услышала, как в дальнем углу аудитории, кто - то нервно кашлянул. Эндрю несколько секунд смотрел на неё, не меняя выражения лица, а затем вдруг рассмеялся - коротко, сдержанно, почти беззвучно.

— Паркер, Паркер, — он покачал головой, всё ещё улыбаясь. — Вы так старательно строите крепость из логики, что совершенно забыли о главном.

— И о чём же?

— О том, что наука — это просто способ человечества оправдать свою лень перед лицом неизбежного хаоса. Вы спрашиваете, почему я сомневаюсь? Да потому, что если бы мы все верили в «доказательства», то до сих пор думали, что Земля - плоская, а молнии - это гнев богов. Но давайте так: если вы так уверены в своей правоте, то ответьте мне на один простой вопрос. — Он наклонился ближе, почти шёпотом. — Почему, по-вашему, в мире есть понедельники, если очевидно, что их придумали только для того, чтобы портить людям настроение? И почему, если гравитация существует, коты падают с деревьев на лапы, а люди на спину? Это же прямое нарушение физики, не так ли?

Элисон открыла рот, чтобы возразить, но Эндрю уже продолжил, жестом прервав её.

— И не надо мне про равновесие и вестибулярный аппарат. Если бы коты действительно уважали науку, они бы давно упали на голову и ушли на работу. Но они предпочитают ловить мышей вместо этого. Я вас умоляю, Паркер, наука бессильна перед понедельниками и котами.

Абсурд. Его уверенный абсурд, лишил Элисон способности говорить.

И только она собралась ответить, как прозвенел звонок. Эндрю громко объявил об окончании лекции, отвернувшись от их поединка. Оставив за собой лёгкий насмешливый реверанс, Элисон подхватила сумку. Нужно уйти с гордо поднятой головой. На выходе из аудитории, успела услышать, что продолжение следует на следующей неделе. Что ж, она будет готова.

Отправив сообщение в общий чат, Элисон всё ещё была на взводе. С гневными мыслями, она направилась к следующей аудитории, надеясь, что там её не ждёт подобное испытание. Молния на сумке заклинила. Элисон дернула пару раз, но та не поддалась.

— От него, что ли вредности нахваталась? — Злилась Элисон, после очередной неудачной попытки. — Прекрасно!

— Элисон, подожди!

Раздался запыхавшийся голос за спиной. Элисон резко обернулась, от чего парень чуть не сбил её с ног. Вместо легкого знакомства, получилась затяжная немая сцена. Он молча забрал у Элисон сумку и принялся чинить молнию.

— Я Алекс. Мы из одной группы и теперь первой подгруппы на философии. — Между делом представился он. — Классный вышел поединок с Ховардом. В следующий раз ты его точно дожмёшь.

— Боюсь, ещё парочка таких пар и меня отчислят за драку с преподавателем — Тяжело вздохнула Элисон. — Он несёт абсурдные вещи.

— Не ты одна это заметила. — Поддержал Алекс, возвращая сумку. — Принимай.

— Спасибо, Алекс. — Поблагодарила Элисон, выпустив пар. — Если бы не ты, то замка на этой сумке больше бы не было.

— Сядем вместе на следующей паре? Познакомимся. — Предложил Алекс.

— Конечно, — Согласилась Элисон. — Поспешим, не люблю опаздывать.

В комнату общежития Элисон вернулась первая. Бросив сумку на диван, Элисон рухнула рядом, переваривая первый день. Если бы не Эндрю, учёба началась просто восхитительно. Остальные преподаватели чудо.

Кровь снова забурлила. Элисон подскочила на ноги и заходила из угла в угол, вновь и вновь прокручивая в голове их разговор. Нет, не разговор. Настоящий поединок логики и абсурда.

Через полчаса пришла Райли. Элисон наблюдает, как она молча проходит в комнату и запускает беговую дорожку. Молча. Элисон идет следом.

— Знаешь, как прошёл мой день? — Элисон берет со стеллажа мяч.

— Судя по сообщениям и интонации, так же насыщенно, как и у меня. — Произнесла Райли, начиная бег. — Ты первая.

И Элисон было уже не перебить. Она в красках рассказывала о лекции Эндрю, не упустив ни одной мелочи. И с каждым предложением, тон повышался, а жестикулирование усиливалось. В конце, как ставят точку, Элисон кинула мяч в сторону входной двери. Которая так не вовремя открылась.

— Первый день, только у меня задался. — Увернувшись от мяча, подытожила Гвен. — Пойдемте. Я шоколадку взяла.

Гвен заварила чай и поставила кружки на стол. Элисон смотрела, как клубится пар, пока Райли рассказывала о знакомстве с Оуэном. В процессе, чуть не опрокинув чашку на пол.

— Вот гады, — возмутилась Гвен, доставая печенье из пачки. — Скажите им, что у вас есть подруга-ведьма. Она превратит их в жаб или ткнёт палкой в какое-нибудь место, если не отстанут от вас. В экстренном случае наведу порчу.

Дотянувшись до барабанной палочки, Гвен взмахнула ею в воздухе, устрашающе бормоча заклинания на выдуманном языке.

Элисон улыбнулась. А за ней и Райли. Никто, кроме них, не мог так быстро вернуть ей настроение.

Глава 5. Гвен

На лекции по истории музыки Гвен сиделось неспокойно. На экране сменяли друг друга лица композиторов, а Гвен ощутила на себе чужой взгляд. И он не пропадал уже, как вторую неделю. Обернувшись через плечо Даниэля, она скользнула по рядам и заметила парня с татуировкой на шее. Лекция шла с параллельной группой, и едва он появился в аудитории, как принялся сверлить её взглядом. Может, просто спит с открытыми глазами? Но, версия со сном отпала, стоило ему помахать. Гвен отвернулась к экрану, пытаясь сосредоточиться на фильме.

— Даниэль, — тихо позвала Гвен. — Ты знаешь, кто он?

Гвен аккуратно указала на парня. Даниэль прищурился. Не от подозрительности, зрение плохое. Но, он упрямо не носит очки.

— Марк с двадцать восьмого места. — Даниэль кивнул, удостоверяясь в своих словах. — Точно он. На прошлой неделе получил выговор за опоздание от ректора.

Громкое покашливание преподавателя прервало разговор. Даниэль, покраснев сразу замолчал. А, Гвен постаралась отвлечься на написание текста к прослушиванию в группу Академии.

Когда прозвенел звонок, Гвен отправила Даниэлю короткое сообщение, о том, что встретятся позже. Сейчас её ждали Элисон и Райли в столовой.

Двухэтажная столовая раскинулась на перекрёстке факультетов. Место, что объединяет, — это там, где кормят. Ряды одиночных столиков, для пар и шумных компаний тянулись по обоим этажам. Между ними бегали роботы-официанты. Никакой очереди у раздачи, как в школе. Элисон помахала ей со второго этажа, и Гвен, поправив рюкзак, направилась к эскалатору.

Руководство Академии продумало даже меню для разных факультетов. Спортсменам сбалансированный рацион, тем, кто следит за фигурой, — лёгкие блюда, а любителям фастфуда — без ограничений. Райли уплетала куриную грудку, Элисон копалась в салате, не выпуская из рук книгу. Гвен сделала заказ на сенсорном меню и огляделась. Марка с его огненными волосами нигде не было видно.

— За тобой гонятся? — Спросила Райли, заметив метания Гвен.

— Странный тип всю пару пялился, — понизив голос, ответила Гвен. — Вот и опасаюсь.

— Понравилась, — пожала плечами Элисон, отложив книгу ради интересного разговора. — Может, познакомиться хочет.

— Неотрывно, два часа? — Гвен изогнула бровь. — Странный способ знакомства. У меня от него мурашки.

Для Гвен не составляло труда заговорить с незнакомцем. Тот же Даниэль. Но с Марком чуйка твердила держаться подальше. А она ещё ни разу не подводила.

Робот привёз заказ, и на мгновение Гвен удалось отвлечься, хотя кожей до сих пор чувствовала неприятный взгляд. Элисон заметила на полу ручку, выпавшую из чьего-то рюкзака, и принялась тянуться к ней ногой. Тащить всё, что бесхозно валяется, было её страстью. Или болезнью, как говорит Райли. Райли стукнула Элисон по ноге, но получила в ответ лишь высунутый язык. Тянуться она не перестала. Ручка всё равно отправится в её карман.

— Кто куда дальше? — Поинтересовалась Райли. — У меня окно перед тренировкой, так что я в комнату.

— На войну, — буркнула Элисон, потерев виски. — Точнее, на пару к Эндрю, а потом ещё на выездной семинар в городе с ним же.

— А я хочу потренироваться. Есть новый ритм для барабанов.

Элисон подобрала ручку и победно продемонстрировала её вздохнувшей Райли. Гвен усмехнулась. Для таких находок в комнате стояла специальная коробка.

— Может с тобой пойти? — Предлагает Райли, а Элисон поддерживает кивком. — Ну, или возьми хотя бы электрошокер у Элисон. Мало ли.

— Просто не буду с ним пересекаться. — Отмахнулась Гвен. — До вечера.

Гвен надела наушники и вышла на дорожку, ведущую к музыкальному факультету.

Обеденный перерыв ещё шёл, а потому в здании было немного народа. Выйдя из уборной, Гвен схватилась за сердце. К противоположной стене, скрестив руки, прислонился Марк. Кровь застучала в висках, ноги едва не подкосились от неожиданности. Гвен уже успела пожалеть, что не взяла шокер.

— Привет. — Марк махнул.

Все звуки отступили на второй план, стоило ему заговорить. Следя за его жестами, Гвен смогла только кивнуть в ответ. Марк отошёл от стены, а Гвен на два шага в сторону от него.

Улыбка на лице Марка стала шире, когда он заметил движение. Он не смотрел в глаза, а наблюдал за ногами.

Гвен быстрым шагом двинулась по коридору в сторону охраны. Марк — следом. Что за сюжет для фильма ужасов?

— Давно я хотел с тобой встретиться. Даже в Академию поступил для этого. — Заговорил он. — Я следил за тобой, Гвен. В Ковингтоне. За каждым выступлением, каждым номером.

Гвен захотелось хлопнуть себя по лбу. Ну конечно. Стоило догадаться, что он из прошлого. Выступая, она не смотрит на людей. Они приходят и уходят, их слишком много. Гвен остановилась, когда Марк обогнал её. Пульс уже стал отчетливее бить внутри.

— Мне безумно приятно, что ты оценил мои выступления. — Скомкано произнесла Гвен. — Но, что тебе нужно от меня?

— Малость, — Настаивал он. — Скоро конкурс на отбор в группу Академии, и я хочу попасть. Хочу знать твои секреты. Мне нужен твой блокнот. Твой уникальный стиль.

Гвен перехватила лямку рюкзака покрепче. Ввязаться в драку не вариант. Марк выше и крупнее. А, учитывая сумасшедший настрой, может обернуться плачевно. До охраны бежать далеко.

— Тебе не подойдёт мой стиль, понимаешь, — Гвен попыталась уладить мирно. — В моём блокноте хаос, который понимаю только я. Придумай что-нибудь своё. Уверена у тебя получится.

Из приоткрытой двери за спиной Марка послышался грохот. Значит, там кто - то есть. Кто может помочь. Осталось лишь подгадать момент, чтобы пробиться мимо Марка, который показательно хрустнул шеей. Его дыхание участилось — он терял терпение.

— Мне нужен твой блокнот! — Рявкнул Марк. — Я хочу твой уникальный стиль!

Марк подался вперёд, а Гвен поднырнула под рукой, что тянулась к ней и забежала в спасительную дверь. В коморке царил полумрак, освещаемый тусклым светом единственной лампы. Гвен прищурилась. Сложно было разглядеть обстановку вокруг и того, кто здесь находится.

Споткнувшись, Гвен полетела вперед, по пути уронив какую - то конструкцию. Уже на полу, Гвен выругалась, разглядев предмет, что рухнул с таким грохотом. Мольберт? Какой кретин рисует в полутьме? На ладонях отпечаталась свежая чёрная краска. Гвен почти зарычала. Теперь снова стирать одежду, а она только вчера этим занималась.

Больше, чем сумасшедший Марк, Гвен напугал тяжёлый, протяжный вздох сбоку.

— Неделю ведь потратил.

Глаза привыкли к темноте, и Гвен разглядела парня, что сидел на ящике. Он протирал очки. Гвен узнала его. Тогда в коридоре — это был он. Взгляд его осуждал, особенно когда очки дали опасный отблеск.

Гвен продолжала сидеть на полу, когда парень прошёл мимо и поднял мольберт. Он убрал испорченный холст, установив новый. И, кажется, собирался начать работу заново, при этом включив дополнительный свет.

Коморка стала видна больше. Возле ящика, возвышалась гора картин и досок, что навалены друг на друга.

— Гвен, отдай мне его!

Марк появился на пороге. Художник не отреагировал на его появление, продолжая смотреть в чистый лист. Помощи от него можно не ждать. Гвен подскочила на ноги, к куче мусора и вынула оттуда деревянную палку.

— Отстань от меня. Придумай что-нибудь своё. — Пригрозила Гвен, замахнувшись. — Только попробуй подойти ко мне. Будешь вдохновляться собственной кровью.

— Красный слишком яркий. — Донеслось бурчание со стороны мольберта. — Так что, выйдите отсюда.

Угрозы на Марка не действовали. Он приближался, а Гвен приготовилась бить. Но, в коморку вбежала охрана. Мужчины скрутили орущего Марка под руки и вывели.

Гвен рухнула на ящик. Палку опустила рядом. Он вызвал охрану, вот почему был так спокоен. Она была готова простить ему грубость в коридоре за то, что замедлил своим присутствием одержимого психа. Надо бы поблагодарить, что ли.

— Уходи.

Он бросил приказ, не взглянув на неё. У Гвен от такого даже руки перестали трястись.

— Я же не специально. За мной гнался псих.

— Мне всё равно.

— А охрану вызвал.

— Чтобы тут не было погрома.

Гвен передразнила его. Какой же он противный.

Она уже хотела уйти, но взгляд привлекла картина. Много чёрного, серого, и редкие белые линии. От рисунка исходили тоска и мрак.

— Скучно, — дала оценку Гвен. — И над этим ты работал неделю? Тут и расстраиваться не над чем.

— Ты до сих пор здесь?

Гвен подошла ближе, показывая, что да, она всё ещё тут. Парень нахмурился.

— Тебе бы красок добавить, — Гвен указала на правый угол. — Сюда брызги жёлтого и зелёного.

Вместо холста она представляла игру на барабанах. Не монотонный мотив, а добавление ударов. То слабее, то сильнее. Гвен машинально взмахнула рукой, слегка задев парня и вымазав его белую майку чёрной краской. Он тут же скривился, словно она её подпалила.

— Ненужные эмоции, — отмахнулся он, отходя за мольберт от Гвен во избежание новой грязи.

— А вот и нет, — возразила Гвен, снова сократив расстояние. — Это же так волнительно, так…

— Охрана позаботится о том, чтобы твоего преследователя тут же выгнали из Академии. А теперь уйди.

Гвен понимала творческий подход. Знала, что многие не любят, когда мешают вдохновению. Но, он просто стоит перед пустым холстом и выгоняет. Гвен схватила открытую банку с ящика, и сделала выпад в сторону мольберта. Волна жёлтой краски обрушилась на белое полотно. Парень не меняя позы, закрыл глаза, прежде чем поток обрушился и на него. Краска капает с недавно протёртых очков, впитывается в белую ткань майки. Гвен бросила банку на пол, отряхнув руки.

— Говорю же, с цветом лучше.

Гвен подобрала рюкзак и покинула мастерскую нелюдимого чудовища, испытывая целый спектр отрицательных эмоций.

О том, что группа соберётся в зале для практики вокалистов, Гвен узнала за десять минут до начала. Выругавшись на отвратительный день, на ходу оттирая ладони от чёрной и жёлтой краски, она поспешила на четвёртый этаж.

Обсуждения группы были слышны из открытых дверей коридора. Гвен протиснулась мимо остальных и села рядом с Даниэлем на заднем ряду.

— Наш куратор нашёлся, представляешь, — поделился общим переполохом Даниэль, но тут же с ужасом схватился за сердце. — А, что это с тобой?

— Неприятности. — Буркнула Гвен, доставая очередную салфетку. — Куратор — супер. У меня как раз появились вопросы.

В зал вошёл преподаватель Алан, взявший на себя роль временного руководителя группы.

— Уважаемые студенты, — Алан похлопал в ладони. — Ваш куратор — Джаспер Хейз.

Дружные взгляды устремились на того, кто встал рядом с Аланом. Тяжёлый ритм, который Гвен набивала прошлым вечером, отдался в ушах. Его равнодушный взгляд смотрел только вперёд, не обращая внимания на студентов. Алан оглянул его внешний вид, но комментировать не стал.

Это был он. Парень из коморки. С теми же жёлтыми пятнами на майке и лице.

Громкое ругательство вырвалось у Гвен, нарушая повисшую тишину.

— Сандерс, не выражаться, — сухо предупредил Алан.

Даниэль сглотнул, когда взгляд Джаспера наконец нашёл Гвен. Но в нём не было ни злости, ни укора — лишь глухая усталость. Он медленно выдохнул и, почти беззвучно, повторил те же самые слова, что только что сорвались с её губ.

— Хейз, и вы туда же. — Алан всплеснул руками.

Гвен невольно почувствовала странную солидарность. Вот только её раздражение всё ещё тлело, подпитанное тем, что она увидела в коморке, а его было обращено на неё.

Гвен со всех ног бежала в общежитие, чтобы рассказать девчонкам, что сглазила своё спокойное пребывание в Академии. А после залечь в ванну, отмываясь от запаха краски. Но остановилась. В главный корпус, где они были на посвящении, заходила Райли в спортивной кофте, шортах и кроссовках. Гвен помнила, что она собиралась на тренировку. А вот, то, что она шла в сопровождении взрослой женщины уже хуже. Райли что-то говорила, оборачиваясь. Следом за ними шёл высокий парень, запрокинув голову и зажимая нос. Он то и отвечал Райли. За ним следовал пухленький мужчина с медицинским чемоданом, прикладывая лёд к боку парня, и ещё один повыше. Весь строй скрылся за дверями главного корпуса.

— Долго держалась, — прошептала Гвен.

Ванна отменяется. Райли сейчас понадобится любая помощь.