Машина миров

Пролог

Я надеялся выспаться этой ночью, так как прошлую провел на вечеринке у однокашницы Светки, которая оказалась бурной и пьяной. Ее вечеринки славились тем, что редко обходились без мордобоя. Но в этот раз все прошло чинно и благородно. Однако ночь пошла псу под хвост и все воскресенье я проклевал носом, изгоняя бессонницу и выпитый алкоголь огромным количеством кофе.

Так я кое-как дотянул до вечера и лег спать пораньше. Как-никак, а с утра мне нужно быть на работе. Там меня ждал навороченный комп и незаконченный код. Как известно на работе нужно работать и выдавать положенное количество строк кода, за этим внимательно следил наш тимлид.

Но посреди ночи что-то громыхнуло прямо над крышей моей многоэтажки. Вспышка света сделала ночь днем на несколько минут и медленно угасла. «Прямо будто боеголовка рванула», — мелькнуло сравнение в моей голове. Я встал, накинул одеяло и вышел на балкон. Но ничего не сумел разглядеть на снова потемневшей улице. Непреодолимо хотелось спать, а так как больше ничего не происходило, то я чертыхнулся и снова отправился в постель.

В положенное время запиликал будильник в телефоне и я как робот подпрыгнул, и утро понедельника началось как обычно: умывание; чистка зубов; бритье; кофе; одевание; последний взгляд в зеркало, возле входной двери; три взмаха расчески, уложившие мои темные волосы в красивый пробор.

Молодой парень с карими глазами, лет двадцати семи, в ветровке глянул на меня из зеркала. Убедившись что все в порядке, я взялся за ручку двери одной рукой, а другой за ключи, торчавшие в замке. Но за ключи я только взялся, а дверь оказалась незапертой и она распахнулась в коридор, куда выходило еще пять соседских квартир.

Там, как обычно, горел свет и я сделал шаг наружу, повернулся, захлопнул дверь и запер ее на оба замка. Удивляясь тому, что вечером забыл ее запереть. Потом спустился на лифте вниз и вышел на улицу... По крайней мере я ожидал попасть именно туда, но оказался в узком коридоре из стальных листов, уходившем на полсотни метров вперед.

Глава первая – Первое задание

И я едва не столкнулся с молодым высоким военным в странной форме с ракетой в петлице.

Тот отдал мне честь и выдал:

— Майор, капитан ждет вас на мостике. Меня срочно отправили вас разыскать, так как не смогли связаться. Прошу поспешить, все уже в сборе.

Я растерялся так, что не мог ответить что-либо связное. Я ничего не понимал, но взглянув на свои руки, ноги и все, что попало в поле зрения, обнаружил на себе форму черного цвета и не нашел ничего лучшего как воскликнуть от удивления:

— Какого черта! Проводите меня на мостик, матрос, — приказал я, все еще не понимая, что происходит.

Сам не знаю откуда я знал, что он матрос. Но тот отдал честь и пошел по коридору, открывая двери и сворачивая в самых неожиданных для меня местах. Я смотрел во все глаза, едва поспевая за ним. По счастью, дорога на мостик оказалась короткой: всего два поворота и три прямых коридора.

Сопровождающий остановился перед бронированной дверью, окрашенной, как и все здесь, в шаровый цвет с хромированной табличкой «мостик». Я нажал на ручку и шагнул внутрь и первое что увидел — злое лицо командира. Моя рука автоматически взметнулась вверх, отдавая честь, и я выдал:

— Господин полковник, майор Смирнов по вашему приказанию прибыл, — доложил я, глядя на гладко выбритое лицо командира.

— Майор, ставлю на вид отсутствие связи. Почему выключен коммуникатор?

— Прибор связи барахлит не ясно почему.

— Так возьмите на складе новый, а этот отдайте в ремонтную службу.

— Слушаюсь, господин полковник.

И тут я осознал, что над головой полковника висит надпись: «полковник Базырин, командир крейсера «Меркурий», жизни триста». Я обратил внимание на полупрозрачные надписи перед моими глазами. «Да это же интерфейс!» — сообразил я, а оглядев помещение, в котором находилось еще восемь человек, обнаружил у всех над головами такие же надписи, как и у капитана.

— Садитесь, майор, — уже спокойнее приказал полковник.

И я, оставив разглядывание людей, мысленным усилием смахнул интерфейс, мешавший обзору, направился к своему месту, которое единственное оставалось свободным.

— Итак, господа, поступил приказ обследовать планету ZS2377Y11, — стал вводить в курс дела полковник Базырин. — По данным разведки, поступившим из штаба по дальинтернетсвязи, там замечена странная активность. Предположительно, это наши основные оппоненты, которые уже несколько последних лет тревожат нас на границах. Планета находится на краю нашего сектора, и мы ближайший к ней крейсер. Поэтому штаб поручил проверить возникшую там ситуацию. На планете существует небольшая человеческая колония, численностью около десяти тысяч. Необходима высадка десанта на планету. Колонистов приказано прикрыть от любых неприятностей. Так что майор, — он взглянул на меня, — готовьте своих людей и матчасть к высадке. Вы ее возглавите.

И тут перед моим взором снова ярко вспыхнул интерфейс:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 10;

6. Управление военными звездолетами — 10;

7. Стрельба из личного оружия — 5;

8. Управление бортовыми орудиями — 5.

Получено задание: «Помощь колонистам планеты ZS2377Y11. Награда десять очков свободного опыта».

***

Средний десантный катер шел на снижение управляемый искином, который мог дать фору самым лучшим пилотам-людям. Мы, сорок человек десантников, в полном боевом снаряжении, одетые в бронескафандры, оснащенные боевыми тактическими шлемами, сидели в креслах, установленных в четыре ряда со средним проходом между ними. Машина шла уверенно и люди не волновались о благополучной посадке.

Кроме меня, вместе с нами, летел второй офицер — лейтенант связи Ника Морозова, которая, по штатному расписанию, обязана сопровождать подобные силовые операции, и фактически являлась моим замом на время ее проведения. И это была ее первая операция.

Она появилась в экипаже недавно, закончив военное училище, и очень неровно дышала в мою сторону. Я часто отлавливал ее взгляды и улыбки, обращенные ко мне. В ее обязанности входило: командование, в случае моей гибели; главным образом выведение людей и техники из опасной зоны и эвакуация. Также при ней имелся коммуникатор повышенной мощности, на случай потери связи.

Второй, грузовой бот, шел следом, отставая от нас на три минуты. В этой громадине находились транспортные средства, самоходные тяжелые боевые роботы и сотня боевых роботов-андроидов. Мы практически парашютировали почти вертикально, стремясь сесть на небольшой космодром возле поселка колонистов.

— Внимание! Тридцать секунд до контакта с поверхностью, — сообщил ИИ. Его слегка металлический голос звучал в каждом шлеме.

Бойцы проверили ремни безопасности. Через несколько секунд легкий толчок возвестил посадку. Сработали амортизаторы кресел, и боковые двери отъехали в стороны, открывая два широких выхода из десантного корабля.

— Занять круговую оборону! — выкрикнул я приказ, и десантники выскочили наружу, держа бластеры наготове.

Со стороны поселка колонистов к нам двигался отряд местной самообороны, навскидку человек двести, вооруженных морально устаревшим огнестрелом. Я связался через коммуникатор с их командиром и приказал остановиться, а командира вызвал к себе.

— Капитан, доложите обстановку! — потребовал я, одним взглядом окинув немолодого, стоящего передо мной командира, судя по выправке бывшего военного в отставке.

— Прошедшей ночью из леса, вон оттуда, — и он указал рукой на опушку ближайшего леса, расположенного примерно в километре от нас, — некто напал на наших роботов, работавших на полях. В результате пять уничтожено, а половина повреждена. Если такое повторится и дальше, то колония останется без продуктов и нам придется покинуть планету, ставшую домом.

— Каков характер поражения?

— Похоже их облили какой-то агрессивной химической жидкостью, господин майор, а наши химики пока не смогли определить ее состав.

***

Местных я пустил вперед, сразу следом за роботами, по причине того, что мои люди являлись отличными стрелками, гораздо лучшими, чем ополченцы.

Мы продвинулись метров на пятьсот в глубину лесного массива, состоящего из редко растущих экзотических деревьев, которые местные колонисты прозвали баобабами. И тут капитан, командир самообороны, встал как вкопанный и громко скомандовал:

— Стой!

Местные встали так резко, что мои парни, шедшие во второй шеренге в пяти шагах позади, не слыша моей команды, практически уткнулись в их спины.

— Майор, вот этих странных баобабов с огромными плодами красного и оранжевого цвета, на прошлой неделе тут точно не было, — доложил капитан, повернувшись ко мне, и на его лице виднелось удивление.

— Приготовиться к бою, — приказал я, рассматривая одиночные толстые высокие деревья со странными экзотическими листьями и плодами, на полметра длиннее самого высокого солдата.

Капитан тут же повторил мой приказ своим людям. И как оказалось вовремя. Первый красный плод резко раздулся, став вдвое больше по размеру, и лопнул. Из него на землю упал двухголовый монстр, на голову выше человека. Он мягко приземлился на ноги. Его четыре руки сжимали нечто похожее на две винтовки, смотревшие в стороны под углом, примерно в девяносто градусов. Над головами монстра горели надписи, из которых я успел прочесть: «двухголовый синтетик, жизни пятьдесят».

Его винтовки плюнули синими сгустками раньше, чем мои стрелки прострелили ему обе головы. Роботы, стоявшие в первой шеренге, ловко увернулись от выстрелов, а сгустки точно угодили в двух солдат ополчения и те расплылись синими лужами. Соседи по строю в ужасе отпрыгнули в стороны.

— Лейтенант Морозова, встать в десяти шагах позади меня! — приказал я, заметив что она вылезла вперед.

«Не хватало еще чтобы она сдуру получила такой заряд», — подумал я про себя. С дисциплиной у нее было не очень, лейтенант на все случаи жизни и службы имела собственное мнение, часто отличное от мнения начальства.

Тем временем еще десяток плодов-коконов, висевших на деревьях, набухли и лопнули. Из красных на землю выпали такие же двухголовые ребята, а из оранжевых появились огромные одноголовые жуки, над которыми также горела цифра пятьдесят и надпись «жук». Они сразу полетели в нашу сторону, и в лапах держали такие же винтовки, что и наземные двухголовые монстры.

— Огонь!— заорал я и сам схватился за штурмовой бластер.

Началась беспорядочная стрельба, правда довольно успешная, но еще двое солдат ополчения превратились в синие лужи. Тем временем около сотни плодов набухло и лопнуло. Мои люди, роботы и ополченцы не переставая вели огонь. Я заметил, одного попадания бластера в каждую голову хватало, чтобы противник умер. А в грудь требовалось всадить, как минимум, пяток зарядов.

На этот раз потери оказались в разы больше — человек тридцать ополченцев растеклись лужицами, а на нас уже начала двигаться примерно триста противников, но по счастью, на баобабах больше не осталось плодов. Военные роботы оказались неуязвимыми для плевков монстров, и редкие попадания синих сгустков не причиняли им вреда.

Ополченцы лупили очередями, не особо точно, но все же в половине случаев попадали. Мои ребята стреляли одиночными и били без промаха только в голову. Но все же добрых семь десятков ополченцев словили синие плевки и превратились в лужи, к тому моменту когда все закончилось.

Несмотря на численный перевес ополченцев, они убили меньше половины монстров. Мои ребята и роботы оказались вдвое эффективнее местных бойцов.

Тут система выдала сообщение о зачистке территории и выполнении задания, за которое мне добавили десять очков опыта.

Я сразу расставил очки опыта, справедливо пологая, что они должны приносить пользу.

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 12;

6. Управление военными звездолетами — 12;

7. Стрельба из личного оружия — 8;

8. Управление бортовыми орудиями — 8.

Оглядев после этого своих бойцов, я заметил рост их показателей, силы, выносливости и меткости, на два пункта, а жизней на все десять, видимо статы командира сказывались на статах подчиненных.

В общем, операция прошла успешно и вскоре мы оказались на борту нашего крейсера. Я направился с докладом на мостик и полковник Базырин объявил мне благодарность с занесением в личное дело. Едва мы с ним закончили, как к нам ворвались двое возбужденных докторов наук, находившиеся на борту по приказу начальства.

— Майор! — воскликнул один из ученых. — А где живые экземпляры? Ведь мы же инструктировали вас перед вылетом, что нам нужно для опытов!

— Мои ребята прихватили для вас по паре трупов разных видов, — ответил я. — Увы, живых образцов взять не удалось.

Ученые, разумеется, разозлились на меня за то, что мы не поймали ни одного инопланетянина живым, но мне было начхать: мне мои пехотинцы и даже планетарные ополченцы гораздо дороже их науки. Хотят изучать инопланетную жизнь — так пусть надевают броню, берут штурмовой бластер или станер и вперед ее самостоятельно ловить! Роботов в сопровождение так и быть выделю.

Едва я зашел в свою каюту, как звякнул звонок, кем-то нажатый из коридора.

— Майор, — доложил ИИ, — к вам посетитель — лейтенант Морозова.

— Открыть дверь!

Она ворвалась в каюту и сходу бросилась мне на шею.

— Алексей! Жуть-то какая! Нас ведь могли тоже превратить в синюю лужицу! — и она впилась своими губами в мои, а через две минуты продолжила. — Знаешь, ты мне очень нравишься с первого дня здесь. И сегодня я поняла, что это война и нас могут убить в любой момент. А я хочу жить и взять от этой жизни все, что только возможно!

Ну что сказать! Она была неотразима. Идеально правильное лицо: маленький рот с губами бантиком, классический римский нос, огромные голубые глаза и русые волосы до плеч.

От разговоров она перешла к делу и ее китель полетел на мое кресло, а грудь третьего размера, в кружевном бюстгальтере, уперлась в мою. Она еще несколько раз поцеловала меня в губы, в промежутках неся что-то про любовь.

— Дорогая, — ответил я, не пытаясь ее остановить, — у тебя просто много впечатлений, ведь это твоя первая операция.

Откровенно говоря, я ждал и желал чего-то подобного, не раз замечая ее взгляды брошенные украдкой в мою сторону. Хотя то, что это произошло сегодня, конечно же, стало для меня неожиданностью. Тем временем и мой китель полетел следом, а лейтенант принялась за мой ремень и застежку брюк.

— Лейтенант, вы уверены в том чего хотите? — поинтересовался я слегка возбужденным голосом.

— Конечно я уверена! Ты мне очень нравишься, как никто в жизни еще не нравился! Я думаю это любовь!

— Ника, зайчик! Ты мне тоже нравишься, но я думал, что мы сблизимся несколько медленнее.

— К черту этикеты и правила, может завтра мы оба, или один из нас, станем синими кляксами. Так я хочу, чтобы мне было что вспомнить! Ведь я еще не начинала жить! Мне двадцать три года! — почти выкрикнула она. — И что я видела? Школу и учебную часть! Этого слишком мало, чтобы считать жизнью.

На пол упали мои форменные брюки, а затем и ее, и она принялась за белье. Тут на меня тоже накатило и я принялся ее раздевать, лихорадочно теребя застежку бюстгальтера. Хитрая штука не поддавалась. Она разобралась с мой рубашкой и майкой и, оттолкнув мои руки, сама сняла эту женскую сбрую. Еще пара минут и мы оба оказались в нарядах Адама и Евы, и я нажал на стенной панели кнопку откидывавшую кровать. На размеры которой разработчики интерьера офицерских кают к счастью не поскупились, хотя и знали, что такого рода действия попадают под неуставные отношения и о них положено докладывать командиру корабля.

Два часа спустя нас разбудила обеденная тревога, в данный момент означавшая ужин. И мы, поспешно одевшись и по очереди покрутившись перед зеркалом, вышли в коридор. Первым вышел я и, оглядевшись, кивнул своей новой любовнице. Вскоре мы вместе шагали в офицерскую столовую.

Я еще раз на ходу оглядел ее. «Отличная фигура, милое лицо, прямой нос, губы бантиком с голубыми глазами, сиськи третьего размера, белокурые волосы до плеч, как положено по уставу, рост немного выше моего плеча. Пожалуй, она красивее Мерлин Монро, — подумал я, вспомнив знаменитую актрису. — И за что мне такое счастье? Конечно же, придется доложить командиру, шила в мешке не утаишь, а вылезет само, это будет плохо для карьеры».

***

Дальнейшее прочесывание окрестных лесов силами местных ополченцев присутствия противника не обнаружило. И для всех так и осталось загадкой, откуда взялись странные деревья с необычными плодами.

Спустя две недели капитан принял решение отменить повышенную боеготовность для меня и моей команды на борту крейсера. Мы подарили колонии пять рабочих роботов взамен утраченных, чтобы они и дальше могли нормально развиваться, таков был приказ высшего командования.

Еще неделю мы наматывали витки вокруг планеты, пока не получили новый приказ. К соседней солнечной системе двигался корабль-колония и нам поручили его сопровождать в связи с изменившейся политической и военной обстановкой.

Командир крейсера снова собрал офицеров на мостике и поставил новую задачу. Теперь мы гнали нашу жестянку наперехват гражданского судна. На следующий день мы приняли от них общепринятый сигнал SOS. На наши запросы они не отвечали, видимо их связист включил систему на автомат, а сам или сбежал, или погиб. Нам оставалось до них примерно полусуток лету и наш навигатор — искусственный интеллект — уточнил параметры визуального контакта с кораблем-колонией.

Глава вторая – Корабль-колония

Но звездолет-колония оказался не один. Вокруг висело в пространстве, точнее летело с ним рядом на одной скорости, два судна размером со сторожевик и два катера поменьше. И даже одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять, что они не имеют отношения к нашему флоту.

Заквакала боевая тревога и народ кинулся занимать боевые посты. Мы, я и мои бойцы, побежали тоже занимать места стрелков на третью батарею. Надо сказать, что наш крейсер имел три стороны и на каждой своя батарея орудий, бластеров и ракетных установок. Такая планировка давала возможность кругового обстрела.

Вражеские мелкие корабли тоже ожили, и в нас полетели первые лучи их бластеров.

— Фугасным заряжай! — заорал я в коммуникатор, продолжая следить за действием катеров противника.

Функция заряжания оставалась единственной, которую исполняли люди. Ну, еще я, как командир, определял приоритетную цель, все остальное делал бортовой ИИ. Наши снаряды, выпущенные им, понеслись сквозь пространство к одному из сторожевиков, вслед за ракетами, которые ИИ выпустил раньше, так как они просто уже были заряжены в пусковые шахты.

Все это сопровождалось вспышками корабельных бластеров, которые на таких дистанциях не требовали расчета упреждения, они просто попадали туда, куда смотрел прицел. Тут наш корабль хорошенько тряхнуло, раздались взрывы малых ракет противника, долетевших до нас раньше, но наша броня, усиленная магнитным отражающем полем, выдержала удар.

Больше они не стреляли, просто потому, что их разнесло на мелкие куски.

И тут система выдала сообщение: «Уничтожено четыре корабля-сопровождения противника. Получено шесть очков опыта».

Но сражение продолжалось и расставлять очки мне было некогда.

— Ура! — в восторге орала моя команда, радуясь тому, что без потерь смогла быстро и легко справиться с противником.

— Ура! — неслось из отсеков других команд.

Но это был еще не конец.

— Внимание, десанту приготовиться, — раздался по громкой связи приказ полковника Базырина. — Наблюдаем открытый люк, видимо противник высадил десант на судно колонистов.

— Вперед, — командовал я, — надеть тяжелые бронескафандры!

Пока они одевались, я переключил коммуникатор на рубку.

— Какие новости, командир?

— Все то же самое, слышим только сигнал SOS. Приказываю вам действовать по обстановке. Берите с собой все три команды, их корабль очень большой, да и неизвестно сколько противников прорвалось на борт.

Корабль-колония раз в пять превосходил наш, тоже немаленький крейсер, так что приказ капитана был правильным. Я отдал соответствующие приказы и сам влез в бронескафандр.

***

Я возглавлял первый десантный бот. ИИ четко вывел нас к изуродованному шлюзу, внешние двери которого были явно взорваны. Мы пристыковались, заткнув нашим ботом дыру, и народ высыпал в шлюз. Кто-то, из первых вошедших, включил подачу воздуха, и вскоре мы открыли внутренние ворота шлюза и ворвались во внутрь корабля.

— Разделиться на отделения, каждое берет свой этаж, — приказал я. — Первый взвод направо к корме. Второй взвод налево к главной рубке и тоже берет четыре этажа. Третий — продвигается к жилым кольцам: по отделению на кольцо.

В ответ пришли три ответа «есть» от взводных. И мы пошли, включив магнитные ботинки, так как находились в невесомости. За ближайшим поворотом, у какой-то двери обнаружился первый труп, точнее синяя лужа. Я нагнулся взглянуть, а парни ушли вперед. Так как рядом находилась радиорубка, я предположил, что это был тот самый радист. Вдруг началась пальба. В тесноте коридора особо не спрячешься и мы уворачивались, насколько могли, стреляя в ответ.

Мои парни оказались точнее, а синие плевки противника, хотя и разъедали броню наших скафандров, все же не могли их пробить. Я и сам успел пару раз выстрелить и даже, кажется, попасть.

Дальше по коридору я обнаружил четыре трупа двухголовых синтетиков, точные копии тех, что мы встретили на планете ZS2377Y11, через которые мои парни перешагнули и пошли вперед по прямому, как стрела, коридору. Шлюз, через который мы вошли на корабль-колонию, был примерно посредине, так что первому и второму взводу предстояло зачистить коридоры примерно одинаковой длины. Взглянув в камеру заднего вида я увидел лейтенанта Морозову, в пяти шагах позади себя.

Третий взвод шел позади и сразу, как только мы прошли лифты, ведущие в жилую зону, отправились наверх. Я приказал бойцам меняться: те, кто уже получил заряд противника и чьи скафандры оказались частично повреждены, отошли в третью шеренгу, а их заменили парни с целыми.

***

Коридор на нашем уровне вел прямо на корму и упирался в дверь двигательного отсека. Впрочем, как и на всех наших звездолетах, эта бронированная дверь всегда была заперта и открывалась либо по коду, либо по картам доступа специалистов, которым по штатному расписанию разрешалось проводить работы с двигателями.

Так что вражеский десант навряд ли мог проникнуть в кормовой отсек. Я включил в шлеме режим бинокля и мои камеры создали нужное увеличение: коридор оказался абсолютно чист, а дверь в его конце полностью целой. Но такое положение было не везде, я не выключал коммуникатор и слышал стрельбу, которую вело одно из моих отделений.

— Все, кто меня слышит, это майор Смирнов, доложить обстановку! — приказал я в эфир.

Доклады посыпались практически сразу. Все коридоры, как в направлении кормы, так и в направлении носа, оказались чистыми. Зато в трех из четырех кольцах жилого сектора, где как раз и размещались капсулы гравизаморозки, в которых находились будущие колонисты, отозвались тревожные голоса. Командиры отделений сообщали о наличии противника и повреждении нескольких капсул.

Впрочем, все сообщали что помощь им не требуется. Я приказал своему отделению развернуться и направился в носовую часть с целью посетить капитанский мостик и накоротке пообщаться с местным искином.

На полпути к мостику я получил доклады об уничтожении вражеского десанта и о потере двух бойцов, а следом пришло сообщение от системы: «Десант противника уничтожен. Задание выполнено. Получено десять очков опыта».

Пользуясь временным затишьем, я распределил имеющиеся шестнадцать очков опыта и мои статы стали выглядеть вот так:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 15;

6. Управление военными звездолетами — 15;

7. Стрельба из личного оружия — 13;

8. Управление бортовыми орудиями — 13.

***

Попав на мостик, я сразу же произнес кодовую фразу и назвал свое звание и должность для активации искина. Мостик гражданского судна мало чем отличался от военного, разве что не имелось пультов управления огнем. Вся навигация и прочие приборы были практически идентичны, так что я легко сориентировался с управлением.

— Чем могу помочь? — сразу отозвался ИИ привычным для меня металлическим голосом.

— Как долго еще лететь до места назначения?

— Почти месяц, — ответил он.

— Сколько капсул повреждено и в каком они состоянии?

— Повреждено двадцать девять капсул и только три можно отремонтировать.

— Беру управление на себя. Приказываю срочно по возможности разморозить колонистов в поврежденных капсулах.

— Рад работать с вами, майор, — согласился искин.

***

Следующие двадцать девять дней я исполнял роль капитана этой гражданской калоши, которая плелась всего с тройной скоростью света, что, впрочем, неудивительно, при ее-то мощности двигателя. В данный момент мы летели с выключенным маршевым двигателем, экономя драгоценное топливо. Конечно, даже с этим движком можно было существенно ускориться, но я вынужденно положился на оценку ИИ запасов топлива. А согласно ей, дальнейший разгон был нецелесообразен ввиду катастрофического перерасхода топлива, запасы коего еще потребуются колонистам, чтобы выжить на планете.

Звездолет-колония при прибытию к планете использовался там по полной программе. Все узлы и корпус спускались на поверхность и служили основой новой колонии. В отсеках корпуса обустраивались жилые и производственные помещения, энергосистемы становились местными электростанциями, капсулы гравизаморозки разбирались и превращались в обычные спальные места, а оставшаяся часть превращалась в медицинские капсулы регенерации и гидропонику для выращивания растений богатых витаминами.

В общем, ни один винтик не оставался без дела. А если учесть, что синтезаторы пищи не работали без энергии, то тратить все топливо было крайне неразумно. Ведь ресурсов должно хватить либо до следующего корабля-снабжения, либо до того момента, когда колонисты найдут его источники на планете.

Конечно, парню вроде меня, который, как выяснилось из моего досье, закончил космическую академию с отличием сразу по двум специальностям, второй из которых являлись капитанские курсы, не слишком-то интересно управлять этой гражданской калошей. Но приказ есть приказ. Раз приказано сопроводить звездолет-колонию, так остается только одно — исполнять.

Я отправил своих десантников на крейсер, оставив себе в помощь только лейтенанта Морозову. Она была рада этому и вела себя совершенно не по уставу. Через две недели невероятного секса, выжимавшего меня досуха, я уже с нетерпением ждал прибытия к месту назначения. В плане секса Ника была ненасытна. Я выключил все камеры в той зоне вокруг нашей спальни, где мы могли попасть в кадр в неуставном виде. Зато она была счастлива. Благо, что ИИ отлично мог довести звездолет-колонию до нужной планеты вполне самостоятельно. Я тут нужен был только для галочки, так на всякий случай: вдруг что-то пойдет не так. Правда раз в сутки приходилось одеваться для ежедневного доклада командиру, который, впрочем, был пустой формальностью.

Месяц тянулся как резиновый, но все что имеет начало — имеет и конец. И вот мы прибыли. Нашей целью являлась третья планета от местной звезды. Параметры ее оказались практически стандартными: двадцать пять процентов кислорода, а остальное — азот. Тяготение всего на девять процентов превышало привычное земное. Это был девственный мир, сушу которого почти полностью покрывали джунгли. Две трети поверхности занимали океаны, которые омывали четыре больших материка. Вокруг планеты, на разных орбитах, вращались две луны. Так что она полностью соответствовала правилам колонизации. Тут уже моя помощь не требовалась, ИИ отлично знал что необходимо делать и началась активация капсул, отогревание колонистов и последующая высадка на планету.

Но за этим я уже наблюдал на борту своего родного крейсера «Меркурия» через установленные системы слежения.

По прибытии на крейсер, полковник вызвал меня в свою каюту.

— Что у вас с лейтенантом Морозовой? — сразу в лоб спросил он, с явным неудовольствием на лице.

— Я как раз хотел доложить, — краснея, ответил я. — Лейтенант Морозова в меня влюбилась и мне она также нравится. В общем, у нас любовь.

— Буду вынужден занести в личное дело, но запрещать не стану, боюсь хуже будет, а мне нужны мои люди в рабочем состоянии. В общем, не афишируйте, но запрещать не стану.

— Спасибо, командир, от нас обоих.

— Можете идти, майор.

***

Процесс высадки колонистов был отработан двумя столетиями колонизации и в нашем случае занял всего неделю. Внизу рабочие роботы расчистили от джунглей круг необходимого размера и все, включая разобранный на полезные части корабль, оказалось вписанным в него. Каждый колонист получил стандартные удобства, одинаковые для всех. Круг обнесли высокой изгородью из колючей проволоки под током.

Пять тысяч человек оказались внизу и суетились как муравьи над разоренным муравейником. Мы пока не могли улетать. Еще предстояло убедиться, что планета достаточно безопасна для новых жителей. Откровенно говоря такие, в смысле безопасные планеты, встречались крайне редко.

Наш командир крейсера «Меркурий», полковник Базырин, приказал выпустить сотни зондов, которые сразу же начали собирать информацию о фауне и флоре нового мира. Просматривать ее поручили мне и моим сержантам. Это оказалось той еще хреновой работой.

Роботы наснимали тысячи часов видео в окрестных джунглях, заросших экзотической флорой. Там встречались самые разнообразные деревья. Некоторые из них были похожи на известные мне, но по большей части это оказалось чистой экзотикой. Также обстояло дело и с животным миром.

Чего там только не водилось. Тысячи совершенно новых видов, которые надо было просмотреть и правильно определить степень их опасности для людей. Самооборона у колонистов почти отсутствовала: всего сотня ополченцев с гражданским оружием. В общем, они, конечно, могли отбиться от одного больного шимпанзе. Две таких обезьяны, вооруженные палками, вполне могли обратить их в бегство.

***

За три дня мы отобрали с десяток потенциально опасных местных видов животных. Я принял решения об охотничьей экспедиции, ведь святое дело дать колонистам возможность укрепить свои позиции на первых порах и почистить окрестности колонии от опасных монстров. Это заметно повысит их шансы на выживание.

К этому моменту периметр из колючей проволоки уже дважды приходилось чинить. Неизвестные животные, явно больших размеров, пробовали изгородь на прочность. Но попав под поражение электрического тока с громкими воплями убегали обратно в джунгли. Система электроизгороди работала в несмертельном режиме. Эта система хорошо защищала от повторных попыток, постепенно вырабатывая рефлекс не прикасаться к проволоке.

Я приказал спустить все три бота с моими парнями, набравшихся опыта в последних сражениях, и мы, растянувшись в цепь, вошли в джунгли в том направлении, в котором наши роботы-наблюдатели обнаружили наибольшее количество опасных видов.

Искать их не пришлось, они накинулись на нас сами, видимо приняв за легкую добычу. Это оказалась большая стая одного вида, охранявшая свою территорию.

Правый фланг атаковали первым. Из зарослей вылетело длинное, толщиной в человека, щупальце и крайний солдат исчез за зеленой стеной ветвей, которые качались еще несколько секунд.

— Огонь! — приказал я, развернувшись в сторону правого фланга.

И правый фланг, перестроившись и развернувшись в сторону нападения, открыл ураганный огонь по джунглям. Через минуту послышалось тяжелое падение, сопровождавшееся треском сломанных ветвей, и на прогалину, на которой стояли мы, упало туловище с огромной головой, маленькими глазами, дыркой вместо носа и огромной зубатой пастью, с торчащей наружу нижней половиной нашего бойца в сильно пожеванном бронескафандре.

Голову обрамляли шесть таких щупалец. Туловище напоминало бычье, а передние лапы походили на львиные. Как выглядели задние мы могли только догадываться, так как остальная часть животного скрывалась в кустах. Над монстром читалось надпись «лебыч» и над головой высвечивалась надпись «жизни: ноль из ста».

— Ох, ни хрена себе! — выкрикнул кто-то в эфир.

— Без паники господа, — остановил я выкрик и его сопровождавшие эмоции.

И тут ноги, торчавшие из громадной пасти, шевельнулись.

— Вытаскивайте его скорее! — приказал я в коммуникатор, удивленным от возбуждения голосом. — Парень, похоже, еще жив.

Члены отделения, к коему он принадлежал, выхватили тактические топорики и кинулись рубить челюсти, сжимавшие их товарища. На это ушло минут двадцать, но все же парня вытащить удалось. Он оказался жив благодаря прочности бронескафандра.

Я вполне проникся ситуацией и переключился на связь с бортом крейсера.

— Майор Смирнов вызывает полковника Базырина.

— Слушаю вас майор.

— Нам требуется поддержка роботов, думаю нужны и легкие, и тяжелые. Тут монстр чуть моего десантника не проглотил. Парни едва успели расстрелять заразу, а тепловизор показывает, что их тут стая, особей сорок. Не хотелось бы терять людей, полковник.

— Ждите поддержку, майор.

Глава третья – Зачистка территории

Я приказал перестроиться и занять круговую оборону, благо поляна, на которой мы задержались, это позволяла. В центре круга находился я и лейтенант Морозова. Едва мы успели это сделать, как из ближайших кустов высунулись щупальца вдвое толще, чем у первого монстра, схватили двоих и резко потащили их внутрь сплошной зеленой стены, состоящей из какого-то растения огромной высоты, чем-то напоминавшего земной кустарник дерен белый из-за темно-зеленого и бледно-сизого оттенков листвы, только в три раза выше и имеющего довольно гибкие прямые ветки. Заросли едва не достигали десяти метров.

— Это взрослый монстр! — заорал кто-то в эфир.

Но мои парни не дремали. Все отделение, охранявшее это направление, открыло огонь по площади, прямо сквозь кусты. Бойцы прекрасно знали, что бластеры не пробьют бронескафандры товарищей, которые имели специальную защиту от них. Они мигом разрядили батареи.

На крайний куст, ломая тонкие ветви, упали оба захваченных бойца, а в глубине раздался предсмертный вопль и видимые нами щупальца повисли безжизненными плетьми на ветках кустарника. Попавшие под нападение монстра оказались живы и практически целы, куда сильнее пострадала их гордость и они сразу встали в строй. Больше на нас никто не нападал.

Через полчаса ожидания, появился большой десантный бот, он благополучно сел и из него вышли три больших боевых робота и полсотни малых. Они заняли место на острие предполагаемой атаки и по моей команде двинулись в джунгли. Большие роботы оставляли за собой довольно широкую колею, которую дальше вытаптывали малые машины.

Таким образом бойцам двигаться оказалось заметно легче, да и опасность попасть на зуб местному лебычу резко снизилась. Три передовых робота мало уступали в размерах взрослым монстрам.

Дальше дело пошло как по маслу. Роботы, оснащенные всяческой аппаратурой, отлично видели сквозь заросли, а большие и более навороченные тут же передавали информацию, как малым роботам, так и в наши тактические шлемы, так что все мы стали в разы лучше ориентироваться в зеленых зарослях.

Больше монстры не заставали нас врасплох. Тяжелые модели били по лебычам мощными бластерами, для лучей которых растения были совершенно прозрачными и, соответственно, мощность заряда полностью расходовалась на поражение противника. И хотя к месту нашего боя подтягивались все новые звери, после двадцати убитых они с испугом и воплями разбежались.

Следом пришло сообщение от системы: «Ближайшая местность очищена от хищных животных. Получено восемнадцать очков опыта, открыта новая способность: интеллект — 1».

Пользуясь временным затишьем, я распределил полученные очки опыта, решив уделить больше внимания стрельбе и управлению бортовыми орудиями. Новый навык меня сильно заинтересовал и я открыл справку, где значилось: «Интеллект влияет на управление отрядами и звездолетами, а также способствует принятию грамотных тактических и стратегических решений». Немного подумав, я добавил остальные очки на новую способность и мои статы стали выглядеть вот так:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 15;

6. Управление военными звездолетами — 15;

7. Стрельба из личного оружия — 15;

8. Управление бортовыми орудиями — 15;

9. Интеллект — 15.

Я порылся в справочнике игры, вызвав его через интерфейс и узнал, что интеллект повышает слаженность работы моих подчиненных и улучшает инициативу в сложных ситуациях.

***

Вернувшись на крейсер, я сразу же направился к полковнику Базырину. Он благосклонно выслушал мой доклад и похвалил за отсутствие потерь, объявил благодарность с занесением в личное дело, что меня обрадовало, так как служило очередной маленькой ступенькой к новому чину и следующей должности. Я желал получить звание подполковника, а с ним и назначение командиром пусть даже на эсминец. Не все же время тащить эту опасную дурацкую службу с бесконечными высадками на планеты и участием в наземных побоищах с неизвестными монстрами.

Видя что кэп в отличном расположении духа и имея корыстную цель избавить себя от дальнейшей зачистки территории вокруг новой колонии, я спросил:

— Могу я высказать свое откровенное мнение о сегодняшней операции?

— Разумеется, майор, — широко улыбнувшись и посмотрев мне в глаза, ответил он.

— Такими темпами зачищая территорию, мы тут проторчим минимум полгода, а может и год, а это задание не принесет нам ни славы, ни повышений по службе. Поэтому у меня есть предложение: оставить колонистам трех больших и три десятка малых роботов и обучить кого-то из них на оператора, можно капитана ополчения. Честное слово и нам, и армии это обойдется много дешевле. А без зачистки местности роботами, они не удержатся на этой планете. А года через два-три заберем роботов обратно.

— Спасибо за идею, майор. Мне тоже не улыбается торчать здесь пока другие участвуют в боевых действиях, так что я запрошу командование на реализацию вашего плана. Надеюсь, они окажутся достаточно гибкими людьми. Если что, вы сможете аргументировать свою позицию перед заместителем командующего?

— Я подготовлю докладную записку, полковник.

— Сделайте это немедленно и перешлите на мою почту.

После этого командир дал понять, что больше не задерживает меня, и я покинул капитанский мостик, направившись в свою каюту, мало чем отличающуюся от остальных.

***

Как ни странно, на следующий день мне все же пришлось докладывать по своей идее вице-адмиралу, хотя я считал, что мой командир присвоит все лавры себе. Но видимо адмирал прекрасно знал службу и не забыл порядки на звездолетах. Наверное он честно прошел путь от младших офицеров до вице-адмиральского чина. В общем, он согласился с моими доводами и приказал моему командиру занести мне в дело благодарность за деловую инициативу. Несомненно этому поспособствовал мой новый навык — интеллект.

Так за один день я получил два отличных поощрения с отметками в личном деле, а значит день прошел не зря.

Через час после ужина в мою каюту позвонили и ИИ доложил о прибытии лейтенанта Морозовой. Разумеется я впустил ее и мы занялись любовью, и это занятие продлилось далеко за полночь. Последнее время так проходили почти все ночи и только изредка мы ночевали каждый в своей каюте, чтобы дать организму отоспаться.

***

Утром я с первым взводом и десантным ботом, накануне участвовавших в доставке тяжелых роботов на планету, спустился возле базы колонистов. Меня ждала встреча с главой колонии. Не знаю, как этот гражданский может ею управлять, если мое несложное дело мне пришлось объяснять ему битых два часа.

Наконец он плюнул, так и не разобравшись в деле, и вызвал мне капитана ополчения.

— Капитан Баев, — представился он.

Капитан оказался военным в отставке, в прошлой жизни командовавшим батальоном десантников. С ним мы покинули кабинет губернатора и на свежем воздухе легко пришли к взаимопониманию. Он сразу назначил себя будущим оператором боевых роботов, что на мой взгляд показалось несомненно правильным.

Я скинул ему инструкции и указал нужные страницы, и сразу распрощался до завтра. На следующий день мы запланировали практическое занятие по управлению роботами.

***

С утра я прибыл с первым взводом. И вместе с капитаном мы погоняли роботов на космодроме, точнее гонял их капитан Баев, а я присматривал за процессом для безопасности. Он оказался толковым мужиком и все шло как по маслу. А после обеда мы отправились в джунгли, на этот раз в другую сторону от колонии. Баев был типичным отставником с невысоким званием и, соответственно, пенсией. И, как и многие другие офицеры, оказавшись в такой ситуации, он нашел себе работу с зарплатой в половину от армейской, что вместе с пенсией позволяло ему жить в почти привычном комфорте, не особо экономя на себе.

Капитан сам управлял роботами и выходило у него отлично, хотя формально они все еще числились за мной. Убедившись что он хорошо справляется, я передал ему свои права оператора. Едва мы отошли на пару сотен метров, как на наши тактические мониторы роботы вывели целую толпу монстров, еще одного из потенциально опасных видов.

— Птицы с зубами, — воскликнул капитан Баев, рассмотрев картинку на моем небольшом мониторе.

— Пожалуй, это птеродактили, — не согласился я.

— А зубы то у них, зубы! — воскликнул он и в его голосе смешались страх и удивление.

— Когти тоже не подкачали, — согласился я, — не боись, капитан, запускай роботов.

И тут птеродактили, над которыми горела цифра сто, сорвались с места и с оглушительными воплями кинулись на нас, легко лавируя меж стволами деревьев. Малые роботы и мои солдаты открыли огонь, большие роботы просто не успевали прицелиться по таким быстрым тварям. Роботы стреляли, казалось бы не целясь, хотя они целились, но не через прицельные приспособления, а через свой интерфейс и промахивались чрезвычайно редко. Так ни одна «птичка» и не долетела до наших людей. А так как умом они не блистали, то нападали до последнего и все оказались уничтожены.

***

— Капитан, вы отлично справились с боевыми роботами, — похвалил я коллегу по прибытию на базу. — Вот документ, за моей подписью. В него внесены ваши данные. Вы теперь дипломированный специалист и имеете право управлять боевыми роботами, — и я вручил ему сертификат. — Роботов я оставляю вам. Скоро наш крейсер отправится выполнять новое задание командования, и роботы вам тут точно пригодятся.

***

Вернувшись на крейсер, я доложил командиру и выйдя из его каюты увидел новое сообщение системы: «Задание по передаче роботов колонистам выполнено. Получено два очка опыта».

Наконец-то, я остался сам по себе. Я ушел в свою каюту и пока был один решил разобраться куда это меня занесло, и расставить полученные очки опыта. Немного подумав, решил их поставить на интеллект. «Возможно мне это позволит скорее получить новое звание», — подумал я, вспоминая эпизод с адмиралом. И теперь мои статы выглядели так:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 15;

6. Управление военными звездолетами — 15;

7. Стрельба из личного оружия — 15;

8. Управление бортовыми орудиями — 15;

9. Интеллект — 17.

Находясь в каюте, я попытался разобраться во всей этой игровой ситуации. С самого начала меня гоняли и в хвост и в гриву, и не оставалось времени сориентироваться во всем происходящем. Я сел в кресло, открыл интерфейс и начал не спеша изучать свою игровую биографию. Тут-то я с удивлением узнал, что числюсь в игре уже три года. Начинал курсантом в космической академии, где в течение года изучал специальности: пилотирование космических аппаратов и командование спецоперациями на планетах. Своего обучения я совершенно не помнил, наверное все это просто легенда, зашитая в мой аккаунт.

На данный момент у меня имелось два диплома с отличием. Выпустился я в звании лейтенанта и трижды повышался в чине. За каждое звание мне добавляли по пятьдесят очков жизни, силы и выносливости. Я также внимательно ознакомился с механикой игры. Насколько мне удалось судить, она была вполне обычная и похожа на многие другие игры. Но, удивительное дело, я совершенно не помнил этих трех лет в игре. Хотя это оказалась не игра, а новая реальность, странным образом свалившаяся на наш мир.

На земную империю напали инопланетные захватчики, пока еще нет полномасштабной войны, только мелкие стычки. Однако с началом конфликта, который постепенно развивается, у всех землян появились статы, являющимися признаком компьютерной игры. Вероятно, это инопланетные происки.

Вот только никакой игры нет. Нет капсул, нет аккаунтов. Просто земляне, однажды выйдя из дома, оказались как бы в игре. Практика показала, что люди погибшие, а таковых пока что не много, но они имеются, погибают навсегда. Чем больше опыт игрока, тем более он подготовлен к осложнениям игрового реала, а значит у него больше шансов на выживание.

Эта информация поразила меня и заставила задуматься: «Нужно приложить максимум усилий, чтобы прокачаться и занять как можно более высокую должность в звездном флоте. Это поможет мне выжить в этой начинающейся войне», — решил я. Начал я неплохо — три повышения звания за два года. Это редкая удача. Но я совершенно не помнил за какие заслуги они получены.

Тут прозвучал сигнал к ужину, и я сразу отправился в офицерскую столовую, предвкушая встречу с Никой. Столовая на крейсере единственный источник питания, ибо никаких магазинов и чайных тут не предусмотрено. Все мы люди на государственной службе и на государственном обеспечении. Соответственно, пропускать прием пищи не рекомендуется.

Я шел по стальным коридорам, мимо стальных дверей, которые как и в моей каюте все оказались сдвижными. Это был офицерский отсек, в котором находились исключительно офицерские каюты. Он практически вплотную примыкал к мостику. На флоте по старой традиции была принята жесткая иерархия и офицеры имели много различных привилегий по сравнению с рядовыми членами экипажа.

А вот и офицерская столовая, чем-то похожая на гражданский общепит: зал уставленный квадратными столиками на четверых, правда с самообслуживанием, но кормят очень прилично. Я занял очередь и начал понемногу продвигаться.

***

Мы вынырнули из гиперскорости и звезды снова стали светящимися точками, а не размытыми полосами. Теперь у крейсера новый приказ: прикрывать пограничный подсектор 6345. Это малая часть одного из шести основных направлений. Наша империя представляет собой почти правильный шар и расширяется за счет экспансии на ближайшие к нему планеты земного типа, равномерно во все стороны.

Соответствующие службы, подконтрольные правительству, исследуют звездные системы и подбирают планеты подходящие для колонизации, а после отправляют на них звездолеты-колонии со стандартным начальным составом в пять тысяч колонистов. Специалисты рассчитывают необходимое снаряжение для каждой планеты индивидуально, хотя во многом оно остается практически стандартным.

Вот нам и поручили прикрывать подсектор, в котором находятся три такие планеты, недавно заселенные и находящиеся на самой границе. Дальше идет неизведанный дикий космос. Именно оттуда, из дикого космоса, приходят проблемы. Из его глубин появились и эти новые враги, которые забрасывают на нашу территорию всевозможных монстров и присылают корабли, пиратствующие на нашей территории.

Шли третьи сутки патрулирования. Внезапно по крейсеру взвыла сирена тревоги. Я, накинув китель, выскочил в коридор, краем уха слушая как с шипением захлопнулась дверь в каюту за моей спиной. В коридоре было полно народу. Периодически открывались новые двери и офицеры выскакивали в коридор, покидая каюты. Каждый спешил занять свое место согласно штатному расписанию. Таков обычный порядок действия в любой воинской части в случае тревоги. Старшие офицеры спешили на мостик, а остальные к местам боевого дежурства. Все было заранее отработано во время учебной подготовки, которая регулярно проводилась один раз в неделю. Но я уже бежал к орудиям третьего борта, которыми командовал по боевому расписанию. Свернув в нужный коридор, я убедился, что мои люди тоже мчатся в правильном направлении.

Сирену отрубили с мостика и голос капитана по громкой связи сообщил:

— Четыре всплеска на радаре. Судя по размеру три эсминца и крейсер. Отправил запрос на помощь, но пока наша задача не дать им атаковать колонии. Через час будем в радиусе поражения. Маскировка включена, надеюсь, они нас не видят. Хотя точно этого никто не знает. Приказываю без команды не стрелять, орудия держать заряженными.

Глава четвертая – Патруль

Я знал, хотя сам не помнил откуда, что маскировка была практически невидимостью, на поддержание которой шла прорва энергии крейсера. На производство этой энергии сейчас работал дополнительный реактор. О своей памяти я задумался далеко не в первый раз, ведь я отдавал себе отчет, что раньше не имел дела с этой игрой, но по трезвому размышлению решил, что вся предыстория заложена в моем персонаже и поэтому ощущаю себя в игре как в хорошо знакомом месте.

Мы начали сближение с неизвестной эскадрой. Хотя я почему-то знал, что это они. Имени у них пока не имелось. Все наши просто обходились словом «противник». Настоящее имя мы не знали, а общепринятого прозвища пока не закрепилось в народе. Судя по их курсу они шли к крайней слева от нас звездной системе, вверенной нам под охрану, и капитан держал курс на перехват.

Расстояние стремительно сокращалось и я отключил свои радары-дальномеры, чтобы излучаемые ими сигналы не выдали наше приближение. «Когда поступит приказ командира, тогда и включу. Наводка занимает доли секунды», — рассудил я.

— Говорит капитан, — неожиданно для всех, раздалось в переговорнике, хотя все ожидали его сообщение. — Каждый борт наводит все орудия на своего противника. Первый борт на эсминца, который ближе к нам, второй выбирает любой, из двух оставшихся, а третий — по крейсеру противника. Сейчас мы как раз окажемся между ними. Приготовиться...

— Есть приготовиться! — ответил я и включил радары, которые выдали координаты, и орудия навелись менее чем за секунду. — Пушки заряжай! — выкрикнул я приказ по внутренней связи третьего борта.

Мои парни побили все рекорды. И я выслушал ответ «готов» от каждого расчета.

— Третий борт готов, — первым доложил я на мостик.

В переговорнике повисла тяжелая пятисекундная пауза. Наконец раздалось:

— Огонь!

Я уже извелся в ожидании приказа и нажал пуск еще на первой букве слова «огонь», снова опередив первые два борта. «Возможно, это произошло из-за последнего улучшения навыков», — промелькнуло в моей голове. «Меркурий» тряхнуло трижды, да так, что зубы клацнули. Появилось ощущение, что из ушей повалил пар. Корабельное освещение трижды мигнуло и снова восстановилось.

Наш крейсер начал разгоняться, гудя всеми реакторами. Вой маршевых двигателей прорывался сквозь все звукозащитные перегородки. Теперь все зависело от степени поражения вражеских кораблей. Видимо наш залп оказался для них полной неожиданностью, а расстояние столь малым, что они едва успели включить защитное поле. Я почувствовал жесткое давление компенсирующего поля, действовавшего на весь объем корабля, включая наши тела, и не позволявшее силе инерции размазать нас по внутреннему пространству крейсера.

Но их поле не успело отсечь выстрелы бластеров, ведь в космосе на коротких дистанциях бластеры попадают в цель практически мгновенно. В общем, крейсер, на который мы сейчас смотрели всем бортом, вспыхнул алыми бутонами. Отчетливо различалось, что поле не целиком закрывает их корабль.

Я с затаенным дыханием ждал куда попадут снаряды, которые летели быстрее ракет, выпущенных практически одновременно с ними.

— Ура! — заорал я, когда половина снарядов попала в бреши их защитного поля.

Перегретая, а местами проплавленная, внешняя броня вражеского крейсера не выдержала и превратилась в решето. Снаряды попали внутрь корпуса и расцвели там желто-черными цветами взрывов. Вторая половина была мягко отброшена и ушла в пространство. Но этого хватило — их поле исчезло совсем, а с десятисекундным опозданием прилетели наши ракеты.

Они беспрепятственно поразили изуродованный борт их крейсера и большинство из них взорвались внутри вражеского корабля. Крейсер, и так уже горевший, вспыхнул, и огонь мгновенно захватил всю его центральную часть.

«Сейчас рванет боекомплект», — подумал я, следя в мощную оптику за происходящим.

И через две секунды он рванул. Крейсер разорвало на дюжину крупных и сотни мелких кусков. Нос и корма, будучи самыми крупными из них, разлетелись в разные стороны.

— Победа! — заорал я по командирской связи.

— Три победы, — радостно откликнулся полковник Базырин. — Спасибо за отличную работу. Теперь нужно выдержать залп их эсминца и добить его к едреной фене.

И тут нас тряхнуло. Лучи бластеров, отраженные нашим защитным полем, ушли в пространство, какие-то зеленые бяки, видимо аналог наших пушек, разбились о поле и стали стекать по нему зелеными соплями и вот, наконец, ракеты. Те, которые подошли под прямым углом к полю, рванули, да так, что нас трусило, а парни летали по отсекам, ведь закрепиться мало кто успел.

Те ракеты, которые шли под острыми углами, не взорвались и, скользнув по защитному полю, ушли в космос. Сработали примерно треть из них. Но и это нанесло нам ощутимый урон. Четверть экипажа получили серьезные травмы от соударения с различными предметами в отсеках и временно оказались выведенными из строя. Но наше поле выдержало.

Еще столько же получили относительно легкие травмы. Поэтому заряжали мы половинным составом, что привело, естественно, к задержке перед следующим залпом.

Второй залп они произвели одновременно с нами. Тут уж оказалось без вариантов. Наши пилоты вытворяли чудеса пилотажа на полусветовой скорости, но проклятые ракеты все равно нас достали. Поле едва не пропустило этот удар, а нас снова мотало по отсекам, избивая о переборки, казенники пушек и вообще обо все что ни попадя. Наверное я единственный на нашем борту сидел в своем кресле и оказался пристегнут. Ремни врезались в мое тело, оставляя полосы синяков, но это было малое неудобство по сравнению с теми травмами, что получали мои парни.

В пространстве расцвел алый бутон взрыва.

— Последний готов, — сказал в переговорник командир. — Мы победили. Теперь оказать всем первую медицинскую помощь и доложить о повреждениях. Пожары и утечки ликвидировать в первую очередь.

Через микрофон командира до меня донеслись радостные крики офицеров, дежуривших на мостике. И тут пришло системное сообщение: «Уничтожено четыре вражеских корабля. Начислено двадцать шесть очков опыта за уничтожение крейсера».

Я поспешил расставить очки опыта и теперь мои статы выглядели так:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 20;

6. Управление военными звездолетами — 20;

7. Стрельба из личного оружия — 20;

8. Управление бортовыми орудиями — 21;

9. Интеллект — 22.

***

Мы выжили, устранив десяток утечек как жидкостей, так и кислорода. Ликвидировали два пожара, один из которых оказался в хранилище боеприпасов. И уцелели, хотя и не все. Примерно десятая часть экипажа погибла, насмерть расшиблись о различные предметы внутри корабля. Мне искренне их было жаль, так как они уже не воскреснут.

Через три часа после боя прибыло подкрепление: пять крейсеров и пять эсминцев. После непродолжительных переговоров нам велели идти на базу, для полной диагностики и ремонта.

Вечером, как я и ожидал, ко мне явилась Ника, с накрученными нервами.

— Милый, хорошо, что я пристегнула ремни, сразу как заняла свое место по боевому расписанию. Но все равно, мне досталось. Эти ремни оставили на теле синяки. Вот взгляни, — и она сняла китель...

Заснул я далеко за полночь, а подруга уснула на моей руке, кажется, успокоившись после секса и длительных ласк.

***

Перелет до базы прошел спокойно, мы шли на половинной мощности реакторов, что увеличило время перелета более чем на сутки. Но таков был приказ командования, основанный на рекомендациях инженеров, строивших наш крейсер. Полковник строго выполнял полученные инструкции и мы благополучно дотянули.

Все эти дни Ника приходила в мою каюту каждый вечер, а уходила под утро. Постепенно она успокоилась после последних событий. За это время я придумал для нее поручение, которым собирался озадачить ее сразу по прибытии, дабы она не видела, как станут выгружать на станцию «двухсотых». Мне и так надоели ее расшатанные нервы, слезы и истерики.

Главная база сектора представляла собой два десятка огромных станций, висевших на планетостационарной орбите. Каждая из них была снабжена двумя сотнями универсальных причалов. Большую часть их занимали военные корабли. Наш крейсер пристыковался между новехоньким крейсером и старым потрепанным линкором, явно пережившего недавно жестокое сражение и теперь ожидавшего ремонта. На станции имелось все необходимое для отдыха экипажей. Сразу на выходе со стыковочной палубы начиналась Звездная улица, вдоль которой сплошняком, чередуясь между собой, шли бары, бордели и дешевые гостиницы. Яркие вывески бросались в глаза, маня и зазывая изголодавшихся в космосе матросов. Развлечения для офицерского состава находились чуть в глубине и отличались как более высоким качеством, так и более высокой ценой. Этот квартал был не по карману простым матросам. За деньги там можно было найти все, так что спускаться на планету личному составу не было никакой необходимости. Правда, старшие офицеры, с разрешения командира, время от времени все же спускались на планету. У многих из них там имелись подружки, из чистых женщин не являвшихся жрицами любви.

***

Корабль передали ремонтным службам, а экипаж отправили в увольнительную на всю неделю, которую запросили ремонтники на восстановление нашего крейсера. Я тоже отправился отдохнуть, а точнее напиться, в сопровождении еще двух приятелей-офицеров. Я оказался здесь впервые, но мои спутники отлично ориентировались. Так что мы попали в одно из лучших местных заведений.

Заведение называлось «Стыковочный узел» и именно таким оно и оказалось. Оно было не из дешевых, а на двери имелась надпись «только для мужчин». Охранник, могучего телосложения, стоял на крыльце, его глаза постоянно фильтровали проходящую мимо толпу. Но заведение стоило того: столы с белоснежными скатертями; удобные стулья из натурального дерева; на окнах висели плотно задернутые шелковые занавески абрикосовых тонов, впрочем пропускавшие достаточно света. Барная стойка красного дерева занимала дальний угол и посетители, желающие просто выпить, садились перед ней. Местные барменши слыли мастерами экзотических коктейлей, пользовавшихся популярностью у посетителей. Также в ресторане подавали великолепные спиртные напитки, а шеф-повару не было равных на всей улице. Практически голые официантки с выпирающими буферами, единственной одеждой которых являлся передник с тремя большими карманами, обслуживали посетителей. Они не возражали если посетители гладили их по спине или попке, наоборот, они мило улыбались и их взгляд становился обещающим. Периодически клиенты удалялись с одной из них, поднимаясь вверх по лестнице, где над всем рестораном располагались номера: маленькие клетушки, в которых едва помещалась одна широкая кровать и крохотный санузел с душевой кабиной.

***

Шесть дней пролетели в один миг. Каждый день я планировал двинуться на осмотр города, но все заканчивалось тем же рестораном. Наша компания никак не могла отстыковаться от этого заведения. Все дни мы ели и еще больше пили, смутно помню двух официанток, что поднимались со мной наверх в снятую тут же комнату. Хорошо, что Ника загуляла с двумя подругами, также служившими офицерами на нашем крейсере и, соответственно, была не в курсе моих похождений. Впрочем, по вечерам она приходила ко мне заниматься любовью в номер отеля, снятым мною на время ремонта корабля. Номер оказался шикарным: комната размером с три моих каюты; огромная кровать под балдахином, стоящая прямо в центре; два огромных окна, выходивших на местную площадь с отличным видом; ванная размером с мою каюту; стол красного дерева хорошо смотрелся между двумя окнами; а на стене висел огромный стереовизор с почти бесконечным количеством программ. Как говорится: «Все что угодно за ваши деньги».

Утром седьмого дня я проснулся в своем номере с головной болью от трели коммуникатора, которая ничего хорошего мне не сулила. «Коммуникатор — это служба, а служба это святое», — шевельнулась мысль в моем далеко не трезвом сознании. И я потянулся за коммуникатором, лежавшем на прикроватной тумбочке, одновременно стягивая с Ники одеяло, и принял вызов.

— Майор Смирнов слушает.

— Это адъютант контр-адмирала Сидорова, капитан Самохин. Шеф желает вас видеть, майор, у себя в управлении флотом в одиннадцать ноль-ноль. Это приказ.

— Слушаюсь, прибыть в управление флотом в одиннадцать ноль-ноль.

— Я закажу вам пропуск.

— Понял, благодарю.

Контр-адмирал Сидоров был третьим замом командующего нашего сектора и занимался кадрами.

Я укрыл спящую Нику одеялом, вырвал из блокнота листок и написал: «Дорогая, меня срочно вызвали в управление флотом. Встретимся вечером на крейсере. Целую твою розовую щечку».

Пришлось начинать трезветь и приводить себя в порядок: принял душ, побрился; одел свою форму и отправился на крейсер, на котором уже завершился ремонт. Единственным способом попасть на планету был десантный бот, которым я и собирался воспользоваться.

Прибыв на крейсер, я доложил начальству и получил от командира разрешение воспользоваться ботом. Спуск прошел в штатном режиме и я вызвал такси. По дороге в управление я ломал голову над тем, за что же меня будут бить сегодня. Я не помнил за собой никакой вины, хотя, конечно, мы с приятелями, как говорится, гуляли на весь рубль. Но все было мирно, чинно и благородно. Никаких скандалов, битой посуды и драк. А девушки сами садились к нам на колени и навязывали свои услуги. Так что я не чувствовал за собой никакой вины.

Но вот мои терзания и закончились. Я вошел в приемную и доложил адъютанту о прибытии. Адъютант, видимо тот капитан, что мне звонил, предложил подождать. На больших вычурных, явно антикварных, настенных часах было без десяти одиннадцать. Я сел на диван, думая про себя: «Вот жил себе нормально и вдруг начальство, да еще высокое, вызывает. Этот капитан хоть бы намекнул к добру или к худу. Но делать нечего, скоро узнаю все сам».

Адъютант между тем не обращал на меня никакого внимания. Он лихо управлялся с пятью стационарными коммуникаторами и еще успевал что-то жать на двух огромных мониторах. В приемной сидело еще два майора и три полковника, один из которых был в обычной полевой форме. Остальные, одетые в парадную форму, выглядели как на параде. Приемная была скромно обставлена: три недорогих трехместных диванчика и пяток таких же кресел. Я сидел прямо напротив деревянной лакированной двери, ведущей в кабинет адмирала.

Я был уверен, что от меня разит спиртным, коего разных сортов мы с приятелями выпили немерено, но надеялся, что контр-адмирал тоже когда-то был майором и все поймет правильно. В космосе действует сухой закон и железная дисциплина, а на суше надо успеть и выпить, и девочек пощупать. А то так и пройдет жизнь молодая...

Ровно через четыре минуты дверь в адмиральский кабинет открылась и оттуда вышел наш старпом, сияющий как рождественская елка. И тут же пригласили меня.

Я зашел, представился по форме и доложил, что такой-то такой прибыл.

— Садитесь, — предложил мне худой, высокий контр-адмирал, указывая рукой на стул перед большим двухтумбовым столом.

Я окинул взглядом кабинет и смутно припомнил, что уже вроде бы тут был. Быстро сравнив воспоминания, я понял, что кабинет не изменился со времени моего последнего посещения. Вдоль всех стен стояли огромные металлические сейфы, где, как я припоминал, хранились личные дела офицерского состава.

— Есть мнение, что вы засиделись в своей должности. Как считаете, справитесь с должностью заместителя командира вашего крейсера? — и он испытывающе посмотрел прямо мне в лицо.

— Думаю, что да, господин контр-адмирал, — ответил я, обрадовавшись такому повороту событий.

— Не сомневался в вашем ответе. В таком случае должность ваша.

— Можно вопрос?

— Спрашивайте майор.

— А куда делся прежний заместитель?

— Пошел на повышение, он теперь ваш командир. И предвосхищая ваш следующий вопрос отвечу сразу: ваш командир, полковник Базырин, получил новый корабль, новейший крейсер. А к вам прибудет новый офицер на вашу старую должность. Поздравляю с внеочередным повышением в должности!

Он подал мне руку и крепко пожал.

— Служу империи! — по уставу ответил я.

Глава пятая – Портал

Едва я вышел из кабинета контр-адмирала, сразу пришло системное сообщение: «Вам добавлено пять очков опыта». Выйдя из приемной, я остановился в коридоре и сразу же распределил очки, добавив на каждое умение по одному.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 21;

6. Управление военными звездолетами — 21;

7. Стрельба из личного оружия — 21;

8. Управление бортовыми орудиями — 22;

9. Интеллект — 23.

***

Я радовался повышению. «Вот что значит военное время!» А так как последний день отпуска уже оказался безнадежно испорчен, то от адмирала я отправился прямиком на крейсер. Заперся в каюте и принял стопку для окончательного протрезвления и за повышение в должности. До завтрашнего утра официально служба еще не начнется. Ремонтники где-то крутили гайки, резали металл, стучали электромолотками. Звуки инструментов разносились по всему стальному корпусу крейсера, но мне это нисколько не помешало отключиться.

Сон мой был прерван объявившейся Никой. Она буквально свалилась мне на голову, и услышав о моем повышении заплясала от радости. Она повисла на моей шее и осыпала десятком поцелуев.

— Леша! Как здорово, скоро получишь корабль под командование. Тебя повысили вполне заслуженно, давно пора. Надеюсь, когда ты станешь командиром корабля, то заберешь меня с собой.

— Я тоже очень рад повышению, дорогая. Но до командования кораблем нужно еще дожить, — ответил я, обнимая и целуя ее.

— Нет, ты пообещай, что обязательно заберешь меня с собой, — и она с ожиданием заглянула в мои глаза.

— Милая моя, обещаю, что непременно возьму тебя с собой на новый корабль, — и подняв на руки, уронил ее в койку.

***

Утром подполковник Виноградов приветствовал нас на мостике в качестве нового командира. Меня он представил как своего зама. Присутствующие офицеры поздравили нас обоих с повышением. Виноградов сиял как свеженачищенные сапоги. Он сдержанно улыбался, принимая поздравления подчиненных, и благодарил всех тихим голосом. Потом он снял фуражку, обнажив свои светлые волосы, и положил ее на столешницу пульта управления. Я тоже был рад, и не только своему повышению, так как Виноградов был одним из двух друзей, с которыми я иногда ходил выпить.

«Благо, что докладывать ему о моей не вполне уставной связи с лейтенантом Морозовой теперь совсем не обязательно — все и так Виноградову известно по дружбе, да к тому же уже занесено в личное дело прежним командиром», — мелькнуло в моей голове.

— У нас новое задание, — когда все успокоились, сообщил вновь назначенный командир. — Штаб получил последние разведданные и из них следует, что вражеские корабли появляются в одном из квадратов космического пространства. Разведка считает, что они просто материализуются в пространстве. Они докладывают, что противник просто появляются из ниоткуда. Командование ставит задачу достичь указанных координат, включить режим невидимости и наблюдать до тех пор, пока не появится ясность по данному вопросу. Вопросы есть? Тогда первая вахта заступает на дежурство. Остальным отдыхать. Нам лететь до места неделю.

Мы вышли с мостика и один из моих друзей-собутыльников весело заметил:

— А координаты почти рядом с нашей границей. Не иначе они из соседней галактики прут, может из ближайшей к нам Андромеды.

— Это наиболее вероятный вариант, — согласился я, только чтобы не спорить.

— Долетим, может и узнаем откуда они.

И мы разошлись по своим каютам. Сегодня была одна из трех ночей в неделю, когда моя девушка давала мне отоспаться и отсыпалась сама. И я собирался воспользоваться этой возможностью.

***

День сменялся днем, вахта вахтой, но все это только по корабельным часам. За иллюминаторами виднелись только звезды, размазанные в полосы от полета на гипердрайвах. В начале седьмых суток крейсер начал сбавлять ход. Мы развернулись кормой вперед и начали торможение. Это было совершенно пустое пространство. Здесь не находилось ни одной звездной системы. Граница была условной и получилась при проведении на звездной карте радиуса, в который вписывались все освоенные империей планеты. В пространстве империя представляла собой почти идеальный шар, постоянно разрастающийся за счет колонизации планет по периметру.

Скорость упала до планетарной, так как мы уже никуда не спешили. Корабль включил маскировку и стал практически невидимым. Сенсоры работали во всех мыслимых диапазонах, а вахты корабля следили за ними и за пространством.

Но пока что ничего не происходило. Все на корабле постепенно успокоились и начали расслабляться, полагаясь только на искин. Народ с молчаливого разрешения командира снимал напряжение различными настольными играми. На борту имелись любители не только традиционных шахмат и шашек, но игры в нарды, а также знаменитой китайской игры го, считавшаяся сложнее шахмат.

В итоге, на одиннадцатые сутки, когда появилось оно, его едва не проморгали. Хорошо, что ИИ оказался на высоте и включил тревогу. Но ИИ так и задуман бдеть и следить за всем, что происходит с кораблем и в его окрестностях. Он не спит, не отвлекается, в общем, не имеет недостатков, связанных с понятием «человеческий фактор».

Все сразу проснулись, бросили кроссворды разгадывать и в шахматы играть. А кинулись изучать на мониторах данные телеметрии, а тем кому положено по штату, стали изучать картинку околокосмического пространства на главном мониторе.

А на монитор стоило взглянуть! Восемь боевых звездолетов противника появились из ниоткуда, только некое кольцевое сияние окутывало каждый корабль в момент появления.

— Срань господня! Что это? — воскликнул наш штурман, не сдержав своего удивления.

— Это похоже на портал в куда-то там, в не наше измерение или в другую галактику, — спокойно отозвался я на его риторический вопрос, видимо сказались горы прочтенной и любимой мною фантастики.

— Шутишь? — поинтересовался командир, обратив свое внимание на наш разговор.

— Ну немного, хотя, возможно, это и есть единственно верный ответ. Просто ляпнул первое, что на ум взбрело.

— Ладно, так и напишу сейчас в центр по дальинтернетсвязи. Сколько там кого?

— Шесть звездолетов класса эсминец и два класса крейсер. Похоже две их стандартных мини-эскадры. Надо проследить какими курсами пойдут и передать в центр для перехвата. И точные координаты зоны перехода, откуда они выскочили, — присоветовал я.

— Атаковать их мы не станем, это равносильно самоубийству, — сказал подполковник после короткой паузы.

Он ввел пароль в систему связи и отбил сообщение в центр. Ответ пришел примерно через полчаса.

— Хорошая работа. Противника не преследовать, ими займутся другие. А вы попробуйте подойти ближе к месту выхода из телепорта вражеских кораблей. Нас очень интересует эта транспортная система противника. У нас нет ничего подобного, разработки в этом направлении начаты недавно и пока успех не достигнут. Было бы неплохо если бы вы проникли через телепорт в их вселенную или куда там он ведет, ну и само собой вернулись обратно с собранными данными.

— Приказ понял, приступаю к исполнению, — ответил командир.

— Удачи! — пришел ответ минуты через три.

— Самый малый вперед! — приказал подполковник, став как-то сразу серьезным и собранным. И мы тронулись с места, направляемые в нужную точку нашим ИИ.

***

По традиции первой вахтой командовал командир корабля подполковник Виноградов. Второй вахтой, как его заместитель, командовал я. И сейчас я сидел на капитанском кресле, глядя в огромный курсовой монитор, разбитый на восемь картинок, каждая из которых транслировалась своей камерой. Казалось, мы летим в самом обычном пространстве. Ничто не указывало на особенность этого куска пустоты. Внезапно картинка с носовой камеры изменилась, и в этом кадре появилось чужое звездное небо. Прочие камеры показывали привычное нам пространство. Нас слегка тряхнуло и носовая часть корабля, пролетевшая невидимую границу, исчезла, и по мере движения вперед все большая часть корабля исчезала из виду. Еще две камеры присоединились к носовой и стали показывать непонятно что. Вдруг светлая почти прозрачная стена прокатилась через мостик, вызывая легкое головокружение и покалывание в кончиках пальцев. Еще десяток секунд и крейсер полностью оказался в неизвестном пространстве. Вокруг был такой же космос, но нас окружали совершенно неизвестные созвездия. Это было ясно, даже не сверяясь со звездным справочником. Все офицеры неплохо знали карты родного звездного неба. Так вот, это небо, для не сведущего человека, вроде бы ничем не отличавшееся от нашего, для нас выглядело совершенно иначе.

При переходе целостность крейсера не нарушилась, а связь по кораблю работала в штатном режиме. Включив камеры заднего обзора, ИИ вывел их картинку на главный экран. В пространстве висели четыре одинаковых куба, равномерно окружая точку пространства, через которую мы только что прошли.

У офицеров не осталось сомнений, что это или другая вселенная, или весьма удаленная часть нашей. Как обстоят дела на самом деле мы не имели понятия. Но нас послали сюда выяснить эти вещи и мы настроились выполнить приказ.

Сейчас наш искин обрабатывал координаты нескольких самых ярких звезд, наложив на местное небо привычную нам сетку. По этим координатам мы всегда могли вернуться на это же место и попытаться совершить обратный переход из этого нигде, в наш привычный космос.

Я тотчас вызвал Виноградова по коммуникатору и через пару минут он появился на мостике, и выслушал мой доклад. Командир не смотря на то, что я внезапно его разбудил, выглядел по высшему разряду: бритый; гладко причесанный; застегнутый на все пуговицы; в форменной фуражке; с ясным взглядом зеленых глаз.

— Судя по тому, что у нас все работает, здесь действуют те же законы физики, что и у нас, — заметил я, обращаясь к командиру.

— Очевидно да! — согласился с моим мнением командир, внимательно всматриваясь в монитор и разглядывая неведомые звезды. — И это радует. Вот ИИ закончил с координатами, пожалуй направим свои стопы вон к той звездной системе, она ближе к нам, чем другие.

Корабль получил ускорение и в режиме невидимости направился к указанному капитаном светилу.

***

Эта звездная система оказалась довольно близко, и весь полет состоял из двух моментов: шесть часов разгона и шесть часов торможения и мы оказались на дальних подступах к этой звездной системе. Далее полет продолжался на до световой скорости. Все это время экипаж находился в режиме аврала, из-за чего я и Ника решили пока находиться по отдельности в своих каютах, на остальное просто не оставалось времени. На полдороге мы встретили восемь вражеских военных кораблей: два крейсера и шесть эсминцев. Таким образом подтвердилось предположение, что это был их стандартный состав, который враги посылали в нашу вселенную.

Капитан приказал заглушить двигатель и мы прошли мимо незамеченными в полной тишине, благодаря нашей маскировке. Далее продолжили полет по инерции, экономя драгоценное топливо, которое нам негде пополнить. Скорость и так была вполне приличной, примерно 0,8 С, то есть восемьдесят процентов от скорости света.

Наконец, наши камеры-телескопы смогли различить планеты около этого солнца, к которому мы приближались.

— Кажется третья от звезды планета обитаема, — доложил по громкой связи на мостик ИИ.

— Продолжай наблюдать за этой звездной системой, — откликнулся капитан, наблюдая за показаниями приборов и время от времени бросая короткие взгляды на монитор.

— Вижу точки их кораблей на орбите, они также снуют ко второй и к четвертой планетам системы, — вновь доложил ИИ своим металлическим голосом.

— Видимо это аналоги нашего Марса и Венеры, с которых и мы начинали космическую экспансию, — заметил капитан. — Нам надо приблизиться и захватить какое-либо местное судно. Это позволит изучить их язык, оценить уровень судостроения, заполучить звездные карты, а также искусственный интеллект, которым они пользуются. Потом мы сможем допросить пленных.

— Главное — все сделать тихо, — согласился я.

***

В космосе, как и в океане, корабли летают не просто где придется, а перемещаются по выгодным траекториям движения, своеобразным дорогам. Особенно это касается торговцев, которые экономят на всем, чтобы получить максимальную прибыль.

Вот на такую дорогу мы и вырулили, пользуясь своей невидимостью.

Грузовые корабли шли так плотно, что вклиниться между ними с целью абордажа казалось немыслимым.

— Нужен хороший план, — расстроившись, выдавил капитан, наблюдая за движением кораблей.

Я сел в свое кресло, положенное мне после повышения в должности, и попросил систему наблюдения в свое распоряжение. Капитан сразу согласился.

— Искин, найди не такой оживленный маршрут, меня интересуют захолустные места, к которым редко летают и где встречаются одиночные корабли.

Пауза затянулась на несколько секунд.

— Майор, поиск по вашему запросу дал положительный результат: есть такой маршрут, ответвляющийся от основных и ведущий к третьей планете. На нем сейчас находятся два корабля, один из которых похож на местное грузовое судно. Другой являет собой нечто особенное.

— Курс на перехват к этому второму судну, — приказал я, встретившись взглядом с Виноградовым и получив его молчаливое одобрение.

Корабль начал разгон.

Мы вышли наперерез вычурному звездолету, чем-то похожему по форме на раковину «Наутилуса» из земного океана. Он превосходил по размерам большинство торговых кораблей, но выглядел так необычно, что сразу становилось понятно — это особый корабль. На мостике все затихли, глядя на главный монитор.

— Думаю, это космическая яхта, а точнее настоящий летающий дворец, — предположил я, рассматривая интересную конструкцию корабля, — а на такой яхте вряд ли путешествует простой смертный.

— Пожалуй, ты прав, — согласился командир.

— Вот ее и стоит захватить, а после уносить ноги к себе домой, — тут же продолжил я свою мысль, стараясь убедить Виноградова.

— Приготовить десант: один бот с людьми, а второй с малыми роботами, — приказал он. — Майор Смирнов идет командиром десанта.

***

Возле шлюза висели бронескафандры, я нашел свой и облачился в него. «Жаль, что не удалось поговорить с Никой перед операцией», — проскользнула внезапная мысль. Оба бота, полностью укомплектованные, уже ждали моих распоряжений. Я вошел последним и приказал готовиться к абордажу.

— Слушай мой приказ, парни. Их люди, или как их там, нужны нам живыми, а корабль целым. Убивать только в крайнем случае. Применять оглушающие средства. У каждого из вас есть станер, так что половина идет с боевым оружием, а половина со станерами. Корабль тоже нужен целым, мы хотим захватить его и увести в нашу вселенную. Это, предположительно, яхта: или правительственная, или просто какого-то богача. Так что экипаж нужен для допроса. Все понятно? — приказал я в свой коммуникатор.

— Так точно, ваше превосходительство! — хором гаркнули бойцы.

***

Такие операции считались типовыми и отрабатывались в учебных частях для солдат и, уж конечно, в офицерских высших военных училищах. Не знаю как рядовых, а нас гоняли по сотне раз по каждой типовой задаче, доводя все до рефлексов, обучая минимизации потерь матчасти и личного состава. А потому нам оставалось только действовать: все уже придумали и опробовали до нас. И, соответственно, неудачи быть не могло.

Глава шестая – Абордаж

Все еще под маскировкой наш крейсер поравнялся с чужим кораблем и выкинул десяток складных манипуляторов, схватившихся за самые разные выступающие части чужого судна. Я наблюдал за этим процессом на мониторе нашего пилота. И как только их корабль оказался надежно схвачен, наши боты под моей командой тотчас отстыковались и через несколько секунд прилипли к их борту. При этом бот с роботами уложил люк своего борта прямо на их люк. Искин, манипуляторами робота, вскрыл их входной люк, как консервную банку, используя атомный плазмомет, и роботы вошли.

Параллельно мы глушили все сигналы передаваемые кораблем противника, так что в эфире слышен был только белый шум. ИИ подсоединил нас к камере одного из роботов и мы видели то же, что и они: десяток высоких большеголовых серых человечков, с тощими не пропорционально сложенными телами, с тоненькими конечностями, державшие в своих ручках что-то похожее на винтовки. Первый залп дали они, так как ждали появления наших роботов.

Наш малый робот пошел волнами под десятком синих лучей и растекся металлической лужицей на полу. Но два стоявших позади пустили в ход станеры и четверо инопланетян упали в отключке. Они дали второй залп. На этот раз, чтобы уничтожить робота, им понадобилось почти вдвое больше времени.

Наши роботы тоже не стояли и стреляли в ответ. К тому моменту, когда погиб второй робот, на ногах стояло только трое противников. Остальные корчились от боли на полу возле вскрытого нами шлюза. Мы услышали жужжание станеров и еще двое упали корчась от боли. Последний открыл огонь, но мощности одной винтовки оказалось мало и его тоже успокоили из станера.

Роботы пошли вперед, по ходу дела зачищая вражеский корабль. Наш бот вместе с десантниками пристыковался ко второму боту. Мы сдвинули двери обоих ботов, и пройдя через второй бот, тоже проникли внутрь вражеского звездолета и надели на противников специальные наручники, и собрали трофеи. «Оружие передают в специальную комиссию по изучению вражеских технологий и там наши ученые изучат его самым внимательным образом», — вспомнилась мне фраза из инструкции по сбору трофеев.

Закончив и поставив одного рядового охранять пленных, мы двинулись следом за роботами по широким и отлично освещенным коридорам окрашенных в белый цвет. Больше такого сопротивления наши роботы не встретили. Иногда появлялись отдельные вооруженные одиночки, но жужжал станер и инопланетянин падал на пол, корчась от боли. Мои бойцы, когда добирались до таких обездвиженных врагов, упаковывали их как положено и кто-то оставался охранять пленного или пленных. Через час корабль оказался в наших руках.

И мне пришло системное уведомление о начислении двенадцати очков опыта. Однако сейчас меня занимали другие заботы: необходимо разобраться с управлением корабля и где-то разместить пленных. Решение вскоре нашлось: пленных разместили в огромном салоне, чем-то напоминавшем казино, приставив к дверям пяток роботов для охраны.

Систему управления, которой командовал чужой ИИ, подчинил наш искин, взломав ее. К счастью для нас, захваченный звездолет оказался полностью автоматизированным. Впрочем, так же обстояли дела и у нас: люди практически не управляли кораблями, так как скорость их реакции в тысячи раз уступала скорости реакции искусственного интеллекта. Отдав управление кораблями ИИ, мы избегали огромного количества аварий, которые были бы неизбежны на сверхсветовых скоростях, если бы кораблями управляли люди.

Это точно была яхта, уж очень она оказалась изукрашена, а всяческих красивых помещений на ней было полно. Салоны и банкетные залы тянулись анфиладой. Стены и колонны были вычурной формы, покрытые затейливой резьбой. Из них выступали рогатые и клыкастые морды фантастических животных. Огромные зеркала на стенах зрительно расширяли помещения, а необычное освещение цветными лампами создавали непередаваемую игру света. Я почувствовал, что попал в сказочное место.

В числе пленных оказалась дюжина разодетых мужчин и примерно столько же дам. Их лица скрывали серебряные маски каплевидной формы и тонкой работы. Только один из них носил золотую маску, хотя и похожую на все остальные. По нашему разумению это и был владелец, и его аристократические гости. Все они принадлежали к одному виду, внешне ничем не отличаясь от остальных серых.

***

Пленных солдат заперли в одном из трюмов яхты, а свой крейсер пристыковали носом к их кораблю. Через стыковочные шлюзы на борт яхты поднялась группа офицеров, прихватив с собой наш ИИ, представлявший электронное устройство размером с большую флешку. Этой команде предстояло вести захваченную яхту вслед за нашим крейсером.

Мы расстыковались и двинулись в обратный путь. К сожалению, скорость яхты была ограничена скоростью света и мы потратили много времени до зоны перехода. Наши специалисты не смогли обнаружить функцию невидимости на яхте. И хотя наш крейсер шел в режиме маскировки, яхту неоднократно засекали различные корабли противника. Но, видимо, статус этого корабля был очень высок, так что никто не посмел его остановить.

Мы с Никой оказались в команде, перегонявшей захваченную яхту. Она заняла одну из самых шикарных кают, где мы отлично проводили свободное время. Самым выдающимся предметом в ней была кровать в форме круга. Спинка, украшенная тонким растительным орнаментом, занимала одну треть окружности. Искусно вырезанные цветы и листья инопланетных растений производили незабываемое впечатление. Ника добрый десяток раз погладила кончиками пальцев цветы похожие на пионы и розы. При этом она счастливо улыбалась.

Признаться мне тоже хотелось дотронуться до цветов, но я сдержался, сочтя что для мужчины такие сантименты неприемлемы. Два огромных ковра, висевших по сторонам от кровати с затейливыми орнаментами напоминавшие восточные, видимо, стоили огромных денег. Но коллекция оружия, висевшая на них, стоила в десять раз дороже.

На правом ковре висела коллекция клычей и сабель с очень узкими рукоятками. Клинки их были в двое уже и на треть короче земных аналогов, сразу было видно, что они изготовлены, по меркам Земли, для подростков или женщин, что неудивительно, учитывая хрупкое телосложение наших врагов. Впрочем, у пары клычей, похожих на земных, оказались вполне нормальные по размеру рукояти и они были несколько длиннее, чем остальные. Мне очень понравился один из них, богато украшенный серебром с выбитым на нем цветочным орнаментом и рукояткой заканчивающейся головой лошади. Он мне так сильно понравился, что я решил забрать его с собой.

На левом ковре висели тонкие гибкие рапиры с острейшими кончиками и несколько полуторных мечей-бастардов с вполне человеческими рукоятями. Мечи были вполне традиционные, как и рапиры, предназначенные только для колющих выпадов. Они были примерно вдвое легче тех, что висели на другом ковре. Обе коллекции сияли, начищенные почти до зеркального блеска.

Я не удержался и снял один полуторник с изукрашенной золотыми змеями рукоятью и с таким же змеиным орнаментом на ножнах. Не знаю почему, я также решил его взять себе. С точки зрения логики это казалось абсолютно иррациональным. Видимо, во мне взыграла кровь предков и мужская тяга к красивому оружию. А еще я понимал, что некачественный клинок не станут так украшать.

Дальнюю стену занимали шкафы до потолка, как выяснилось в последствии добрая половина их была забита постельными принадлежностями, а остальное пижамами и вычурными мужскими нарядами. Полы спальни полностью устилали пушистые ковры, практически гасившие все звуки. Огромная люстра экзотической формы висела над центром комнаты.

***

Фактически яхту вел искин, и моего постоянного присутствия на мостике не требовалось. Я, как старший, разбил сутки на трехчасовые дежурства, во время которых один из офицеров находился на ходовом мостике, присматривая через камеры внешнего обзора за обстановкой в ближнем космосе.

Благодаря этому у нас с Никой оказалось полно времени, которое мы тратили в свое удовольствие, пробуя экзотические инопланетные блюда и запивая их не менее экзотическими напитками. В промежутках между этими занятиями мы общались не только духовно. Ника частенько переходила к поцелуям и объятиям...

К счастью, за все время не случилось ни одного ЧП, а весь полет превратился в приятный отдых. Только иногда мне приходилось общаться с пленными аристократами, которые вечно чем-то были недовольны. Изредка я шел им на уступки, смягчая их содержание под стражей.

За время полета мы с Никой очень сблизились, благодаря длительному времени, проводимому вместе. Именно в это время у меня появились к ней серьезные чувства.

***

Двигаясь в таком порядке мы постепенно добрались до зоны перехода и благополучно нырнули в нее. И о чудо, переход оказался включенным: пять минут и мы увидели на главном мониторе знакомые созвездия. Капитан связался с базой по дальинтернетсвязи и доложил обстановку. Тотчас нам на помощь выслали эскадру, как выяснилось чуть позже, они уже летели к нам и были на подходе, в составе которой имелся огромный грузовой корабль, использующийся для перевозки других звездолетов. Нам же приказали прибыть на базу для доклада. Адмирал Потапов, глава сектора, через одного из своих адъютантов выразил нам с командиром благодарность с занесением в личные дела.

Система тоже отозвалась, сообщив о начислении новых очков. Я открыл логи и удивился невиданной щедрости: к пока еще не распределенным двенадцати очкам добавилось еще двадцать. А также система предложила мне два новых навыка на выбор: рукопашный бой и фехтование, на каждый из которых предварительно была поставлена единица.

Я вспомнил красивое холодное оружие, висевшее в спальне на коврах яхты, и, понимая всю нерациональность своих желаний, выбрал — фехтование. Всегда, просматривая исторические фильмы, люто завидовал мушкетерам и рыцарям.

Подумав, я решил, что интеллект у меня в приоритете. Этот навык очень необходим для офицера флота, особенно для будущего командира крейсера. Он позволяет грамотно прогнозировать результаты боевых столкновений, лучше управлять кораблем и экипажем, составлять отличные планы и грамотно осуществлять их, а также способствует быстрому продвижению по службе. Этот навык также дает тридцатипроцентный бонус всему экипажу от навыков командира.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 25;

6. Управление военными звездолетами — 25;

7. Стрельба из личного оружия — 25;

8. Управление бортовыми орудиями — 26;

9. Интеллект — 30;

10. Фехтование — 10.

***

Через четыре дня мы пересекли границу империи, попутно сопровождая грузовик с ценным трофеем. Наши пленные сломались и выяснилось, что они говорят по нашему. На вопрос откуда, они отвечали, что их империя уже сотню лет посещает нашу территорию и изучает все, что может помочь победить в войне.

Я был в предвкушении встречи с самим командующим сектора. Так высоко меня еще не заносило. Я очень надеялся на конкретные блага от высокого начальства, но даже не мог предположить в чем бы они могли выражаться.

Нас ждали. За мной и командиром прислали служебный лимузин адмирала. Равных ему по положению командующих секторами всего пять. Выше только главнокомандующий и начальник генерального штаба. Так что я попал в очень высокие сферы, куда наш брат, простой офицер, обычно не попадает.

Наконец, мы прибыли. И я, наглаженный в парадной форме, сижу в приемной главного адмирала сектора. Я уже несколько раз бывал в здании управления флотом, но в приемной главнокомандующего находился впервые. Обстановка очень напоминала приемную контр-адмирала по кадрам. Вот только она оказалась в два раза больше. Трое адъютантов, один в звании майора и два подполковника, сидели за столами-аэродромами, на которые совершили посадку по дюжине стационарных телефонов, постоянно звонивших.

Вдоль стен стояло четыре стандартных дивана и дюжина кресел, в одном из которых сидел я. Соседнее кресло занимал мой командир. Вскоре его пригласили в кабинет и я остался один со своими сомнениями и опасениями. Древняя солдатская мудрость советовала держаться подальше от начальства и поближе к кухне.

Наконец, из адмиральского кабинета вышел подполковник Виноградов и адъютант пригласил меня.

***

— Садитесь майор, — и адмирал Потапов кивнул на одно из синих плюшевых кресел, стандартных для всех адмиральских кабинетов нашего сектора. Сам он восседал в огромном вращающемся кресле с высокой спинкой за еще более огромным столом, пластик которого имитировал натуральное дерево. На правой руке адмирала на указательном пальце сверкал золотой перстень выпускника высшей военной академии. — Рассказывайте все по порядку, майор.

Ну я и начал, а когда стал рассказывать об общении с пленными во время полета, это особенно заинтересовало адмирала.

— Я так понимаю, что у вас наладился контакт с пленными? — уточнил адмирал, плотный невысокий блондин, с цепким взглядом голубых глаз, за которым угадывался большой ум.

— Некоторый контакт появился, — согласился я. — Я узнал, что эта яхта принадлежит дяде действующего императора, который является первым претендентом на трон.

— В таком случае я вынужден перевести вас в центр, и вы продолжите общаться с пленными. Это очень ценно для нас, чтобы они общались с людьми уже вызвавшими их доверие. По окончании допросов я подберу вам подходящую должность. Завтра приходите в это здание к восьми ноль-ноль.

— Слушаюсь, господин адмирал!

Система неожиданно добавила три очка за произведенное благоприятное впечатление на начальство и предложила новое умение — дипломатия, которая, судя по описанию навыка, влияла на общение с инопланетянами.

Решив сразу, что это умение мне пригодится, я тут же добавил эти очки опыта на новое умение.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Майор Смирнов, командир десанта;

2. Жизни — 200;

3. Сила — 200;

4. Выносливость — 200;

5. Управление десантом — 25;

6. Управление военными звездолетами — 25;

7. Стрельба из личного оружия — 25;

8. Управление бортовыми орудиями — 26;

9. Интеллект — 30;

10. Фехтование — 10;

11. Дипломатия — 4.

***

Уже неделю я работал с пленными. Их содержали в подвале на минус третьем уровне. Между собой мы прозвали их серыми из-за цвета кожи. Там же находились допросные и одиночные камеры, куда после допроса помещали пленных, чтобы они не могли обмениваться между собой информацией. Аристократы вели себя высокомерно, но только до тех пор, пока к ним не начали применять третью степень устрашения. После начала физического воздействия, непривычные к боли богатые серые заговорили.

Военные и слуги оказались гораздо терпеливее. В их среде сломался примерно каждый десятый. Но и этого нам хватило, чтобы сопоставлять их данные с тем, что наговорили аристократы. Единственный кого я приказал не трогать, был дядя и наследник императора. Я надеялся, что он еще нам пригодится.

У меня имелся приказ получить информацию любой ценой. Я объяснил им, что руководство требует от меня ответов на серьезные вопросы, а не болтовню на общие темы. Также я объяснил, что у меня приказ получить информацию любой ценой. После чего дюжие спецназовцы выхватили из их группы одну из знатных женщин. Не стану пытаться воспроизвести ее титул, но это что-то вроде княгини или герцогини.

Ее отвели в одно из соседних помещений, где находилась современная лаборатория. А надо сказать, что параллельно допросом велся забор биоматериалов у наших пленных, которые тщательно исследовали, стараясь побольше узнать о биохимии серых. Там эту «даму» усадили под видеокамерой, транслирующей передачу на монитор в общей камере инопланетян.

Ей ввели снотворное и она подрыгав ногами с искаженным лицом, так как думала что ей вкололи яд, отключилась. Это произвело тяжелое впечатление на пленников. Я с охраной стоял позади серых в их камере, выстроившихся перед монитором.

— Если вы не станете отвечать на вопросы, то будет только хуже, — прокомментировал я.

Когда они повернулись — гримаса на их лицах выражала страх. У некоторых мужчин, а как выяснилось в последствии, это чисто мужская реакция в их народе, началась истерика. Они кричали на своем языке, который мы уже довольно неплохо начали понимать с помощью компьютерного анализа, о том что это дядя императора виноват в ее смерти, что надо отвечать на вопросы и тогда они имеют шансы выжить.

После этого спектакля многие согласились сотрудничать, включая военных. Ту даму, я приказал содержать отдельно, чтобы не портить свой блеф. Потом я стал вызывать их по одному в отдельную камеру. И дело пошло. Слово по слову и я узнал размеры их империи, сколько в нее входит планет, каков технический уровень, сколько военных кораблей они строят в год, каковы размеры их флота.

А так как я подозревал, что они будут врать, то сажал их по отдельным камерам после допросов и просто сопоставлял ответы. А потом требовал разъяснений у тех, кто по мнению психологов лгал. Уж не знаю насколько отличался их геном от нашего, но наша психология оказалась вполне рабочей. С каждым днем мы узнавали все больше мелких и более точных деталей.

Так выяснилось, что их империя содержит в составе несколько меньше планет, чем наша, но с большей степенью милитаризации. Флот у них чуть не в двое больше нашего, так как они ежегодно строят больше кораблей, чем мы.

За месяц такой работы набралось большое количество разнообразных показаний, которые обрабатывали аналитики. Это позволяло задавать все новые вопросы пленным из разных групп, улучшая наши представления о их расе и технологических возможностях.

Глава седьмая – Сам себе командир

В общем, по прошествии месяца я выжал практически все сведения, имевшиеся в списке выданном мне адмиралом. И меня снова пригласили к нему в кабинет.

— Подполковник, — обратился он ко мне, — прошу садитесь, — и указал на то же синее кресло, с которым я ранее уже успел познакомиться. — Думаю, что вы достаточно потрудились. Теперь я хочу вас спросить, где бы вы желали продолжить службу: в нашем ведомстве или, получив повышение, стать командиром боевого звездолета?

— Ваше высокопревосходительство, я давно мечтаю стать командиром крейсера. Впрочем, если империи я нужен в другом месте, то готов служить там, куда направит меня мудрое руководство.

— Не думаю, что стоит заставлять вас служить там, где вы не хотите, — ответил он. — Что касается должности командира крейсера, то считаю, что вы вполне справитесь, подполковник.

— Мне кажется, адмирал, вы второй раз ошибочно назвали меня подполковником, а я майор!

— Вы были майором и в моих силах сделать вас подполковником. И, подполковник, в порту вас ждет новейший крейсер и укомплектованный экипаж. Это новая модель корабля имеет существенные отличия. Поэтому приказываю вам внимательно ознакомиться с его техдокументацией.

— Благодарю за доверие, а можно личную просьбу?

— Разумеется, можно.

— Разрешите забрать с собой офицера связи?

— О ком идет речь? — проявил интерес адмирал.

— Речь идет о лейтенанте Морозовой. У нас с ней любовь. Я в свое время докладывал о наших отношениях прежнему командиру крейсера, и он своей властью разрешил их. Теперь я ставлю в известность ваше высокопревосходительство.

— Что ж, разрешаю. Уверен, капитан, что вы справитесь с новой должностью, а ваши отношения с лейтенантом Морозовой этому не помешают.

— Благодарю за доверие, буду стараться оправдать.

— Вот и отправляйтесь принимать корабль. Прибыв на борт, вы откроете пакет номер один и будете действовать по инструкции, которую найдете в нем. Два других пакета вскроете позже. Следуйте инструкциям, по возможности, в точности.

— Служу империи! — я отдал честь и покинул кабинет.

Едва я вышел в коридор, как меня настигло системное сообщение: «Вам добавлено двенадцать очков опыта, а также в связи с повышением звания — ваши жизни, сила и выносливость увеличиваются на пятьдесят единиц».

Я прислонился к стене коридора, чтобы не мешать движению, и расставил очки опыта. Я снова добавил на интеллект, так как он влиял на все параметры, улучшая все характеристики, начиная с пятой позиции. Так что в моем представлении это был наиважнейший параметр.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Подполковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 250;

3. Сила — 250;

4. Выносливость — 250;

5. Управление десантом — 26;

6. Управление военными звездолетами — 30;

7. Стрельба из личного оружия — 26;

8. Управление бортовыми орудиями — 26;

9. Интеллект — 32;

10. Фехтование — 13;

11. Дипломатия — 4.

***

По дороге в порт моя душа пела, я не шел, а танцевал. Такого продвижения по службе я не ожидал. Похоже на то, что моя карьера стремительно взлетела вверх. Все мечты, которые у меня имелись, неожиданно сбылись. «Несомненно, все это благодаря тому, что я вовремя решил поставить много очков опыта на интеллект. Теперь главное не облажаться и установить себе новую планку, повыше. Ну скажем адмиральский чин и командование линкором, или небольшой эскадрой», — с этими мыслями я поднялся на борт своего старого крейсера.

Я разыскал командира корабля, подполковника Виноградова, и доложил о своем новом назначении, а также о том, что лейтенанта Нику Морозову забираю с собой на вновь вверенный мне корабль. После этого я отправился на поиски Ники, которую обнаружил на дежурстве в узле связи. Увидев меня, она с воплем «Леша» кинулась мне на шею.

— Я уже думала, что ты куда-то пропал и совсем меня забыл! — скороговоркой запричитала она, вцепившись в меня изо всех сил.

— Ну, что ты, малыш, я тебя не забыл. Просто адмирал нашел для меня не пыльную работу и оттуда даже звонить было запрещено, — и я крепко обнял ее в ответ, и поцеловал в губы.

— Я так соскучилась и очень боялась, что с тобой что-то случилось и я больше тебя не увижу.

— Наоборот, все очень хорошо. Меня повысили в звании и назначили командиром крейсера. Больше того, мне разрешили забрать тебя на новое место службы, — все это я сказал громким шепотом ей прямо в ухо.

Она взвизгнула, повисла на моей шее и осыпала все лицо поцелуями.

— Леша, как хорошо-то все выходит. Тебе же нужны еще две звезды на погоны.

— Вот и отлично. Собирай вещи и пойдем купим звезды на погоны, и отметим праздник в ресторане, а я пока позову с собой Виноградова и еще одного старинного друга, — и снова ее поцеловал. — Встречаемся на причале у трапа.

***

Новейший крейсер оказался заметно длиннее, чем прежний корабль, с большим размером шестигранного корпуса. Что позволяло ему нести более тяжелое вооружение и это касалось в первую очередь бластеров. А поэтому на нем установили два дополнительных реактора, чтобы ускорять их накачку. В кормовой части имелось шесть новейших двигателей: четыре обычной мощности; а два новой модели, каждый в два раза мощнее. За счет этого крейсер развивал гораздо более высокую скорость.

Разумеется, я сразу же совершил дозволенную адмиралом рокировку офицеров связи, переведя на новый крейсер свою Нику Морозову. Причем, выкружил ей соседнюю с моей каюту. Уж не знаю, что там поняли или подумали господа офицеры, но мне было плевать. Ника меня устраивала по всем пунктам и я не планировал с ней расставаться.

Однако подумав как следует, чтобы в корне прекратить кривотолки, я собрал офицеров в кают-компании и официально объявил о наших с Никой отношениях. Ника также присутствовала и сидела за большим столом слева от меня. Новые сослуживцы кинулись нас поздравлять. Я смотрел на их лица и видел, что некоторые мне завидуют, а другие в душе смеются. Но добрая половина поздравляла вполне искренне.

***

Уединившись в капитанской каюте, которая была вдвое больше и по обстановке практически ничем не отличалась от моей прежней, разве там находился для удобства еще один диван, обеденный стол, а второй двухтумбовый стол стал рабочим местом с огромным вращающимся креслом. Сев в это кресло, я вскрыл первый пакет и прочел:

«Подполковник Смирнов, приказываю снова перейти через переход в их вселенную и проверить все разведданные, полученные от пленных. А так как вам, вероятно, придется высаживаться на их планетах, то от меня для вас подарок — пакет номер два. В нем новейшие устройства маскировки, называются «Протей». Это пять опытных образцов из первой партии. Они позволяют менять внешний облик, путем термоголографических эффектов, на малых расстояниях от устройства. Посылка уже на борту крейсера. Да, чуть не забыл, внешний вид, который генерируют приборы, уже настроен на внешность наших врагов. Также я приложил электронные карты отобранные у пленных. И последнее: когда вы завершите все сказанное здесь — откройте третий пакет», — я закончил читать инструкцию. Далее шла подпись адмирала и две гербовые печати.

И сразу пришло системное сообщение: «Вами поручено новое задание — проверить информацию полученную от пленных, награда неизвестна, опыт вариативно».

Я тяжело вздохнул и вскрыл посылку, которую в мое отсутствие доставили в каюту. Там находилось пять компактных коробок, примерно по килограмму весом, а на дне лежали карты реальных инопланетян, заменявшие им все документы.

Итак, я могу взять с собой еще четверых, но сначала нужно проверить как оно работает перед зеркалом. И я, прочитав инструкцию, нацепил все на себя. Малые обручи на запястья, средние на лодыжки, следующего размера на голову и самый большой на поясницу, как ремень.

Потом пропустил провода под одеждой, воткнул штекеры в разъемы и подсоединил другие концы к маленькой плоской коробочке на поясе. Щелкнул выключателем и вуаля! В зеркале стоял тот самый родственник их императора, прямой наследник трона. Вместо привычного уже мне молодого подполковника в черной звездной форме, с карими глазами и черными волосами, на меня смотрел высокий серый уродец с лысым черепом, с огромными раскосыми глазами и высокомерным взглядом прирожденного инопланетного аристократа. Тощее тело поддерживали, под стать ему, тощие ноги-спички и такие же тонкие руки висели вдоль тела.

«Круто! — воскликнул я про себя. — С такой маскировкой хоть во дворец императора заходить можно». На самом деле я отдавал себе отчет насколько опасно оказаться среди инопланетян в этой маскировке, ведь я мало что знал о наших врагах и понимал насколько легко могу попасть впросак и засыпаться на ровном месте.

Когда я занимался допросами, то не задавал тех вопросов, ответы на которые могли бы мне помочь ориентироваться среди них. Мне и в голову не приходило, что могут потребоваться такие знания. Наконец, я натешился с новыми игрушками и решил представиться экипажу, и только после этого начать движение в сторону известного мне сектора, ничем не примечательного космического пространства.

***

Скорость нового крейсера оказалась выше, чем у старого, и мы добрались до зоны перехода за шесть дней. Пока мы летели, я изучал техническую документацию корабля. Ее оказалось целых пять бумажных томов. Бумажными они были для того, чтобы не зависеть от электричества и компьютеров. Кто-то из старперов на самом наверху считал, что капитан и офицеры должны иметь возможность воспользоваться справочником, даже если все на корабле отрубится. Естественно, даже за это время я не мог просмотреть ее в полном объеме и поэтому взялся за самые интересные разделы этого многотомника.

Со скоростью уже было ясно, с броней и невидимостью я тоже разобрался. Часто, почти каждый вечер, мне помогала Ника. В свободное от вахты время она садилась на диван и начинала читать очередную главу по своему выбору, а после делилась самыми интересными тезисами, найденными ею в инструкции. Это позволяло ускорить мое знакомство с новым кораблем и заглянуть в те разделы, которые я пока не собирался читать. После этого мы любили друг друга, отрывая время от сна.

Последние два дня я решил потратить на вооружение. Оно оказалось почти таким же, как и на старом крейсере, но! Хотя число пушек и бластеров не изменилось, увеличилась их мощность, при одновременном сохранении скорости зарядки. Бластеры, благодаря дополнительным реакторам, быстрее получали накачку, а пушки оказались частично механизированы и заряжались за то же время, что и на старых крейсерах, а вот численность расчетов для них удалось сократить на одну треть. Но реально избыток живой силы перевели в спецназ. Так что численность экипажа не уменьшилась.

Я едва не закрыл гроссбух, как перелистнув страницу почти охренел от нового заголовка: «Продольная кварковая пушка». Я принялся изучать и скоро уяснил, что эта штука любую материю превращает в нечто аморфное и пористое. Из путанных объяснений, почерпнутых мною из инструкции, я понял только одно, как она работает на самом деле неизвестно никому. В настоящее время группа талантливых изобретателей переключилась на поиски объяснения работы этого оружия и подведения научной физической базы под этот принцип действия.

Я о таких пушках раньше не слышал, видимо, это одна из последних разработок. Продольная она потому, что размещается вдоль всего крейсера по осевой линии, а выход ствола у нее в носовой части в виде чашеподобного излучателя. Соответственно, для наведения надо развернуть крейсер носом к цели. Это было несколько непривычным.

Я просмотрел ее технические характеристики и понял, что из такой штуки можно сделать даже линкор, если дать полную накачку энергии. «Да, из нее можно даже небольшую планету разнести в пыль, конечно, не с одного выстрела», — подумал я и исходя из этих новшеств для себя решил считать свой корабль тяжелым крейсером.

***

За этими занятиями я как-то не заметил, что мой крейсер оказался в заданном районе. Без особых трудов наш ИИ нашел зону перехода по известным координатам, и мы вскоре оказались в их вселенной.

Невидимость у нас была включена и я приказал ИИ направить крейсер по известному мне маршруту. На этот раз я собирался подойти к обитаемым планетам на максимально близкое расстояние, чтобы собрать нужную командованию информацию.

У нас имелись все шансы, благодаря дополнительным реакторам. Нам даже не пришлось снижать скорость в режиме невидимости. Так что крейсер оказался у главной планеты системы в течении суток. Мы пересекли грузовые потоки транспортных кораблей противника и вышли на орбиту третьей планеты.

Отсюда, используя наши камеры с телескопическим увеличением и антенны, мы могли фотографировать объекты на поверхности планеты размером меньше ладони и записывать их телепередачи.

Как оказалось, из этих источников можно многое узнать о противнике. ИИ сортировал фотографии, выделяя интересные кадры и куски видео. Так я познакомился с верфью, на которой строили модули для военных кораблей. Их потом поднимали на орбиту и там собирали все вместе. Инопланетный флот базировался вокруг громадной искусственной луны-станции, частью состыкованный с нею, а частью паривший в пространстве.

Надо сказать, этот искусственный объект впечатлял. Станция имела более двадцати километров в длину, представляя собой цилиндр километрового диаметра. На протяжении всей длины, через каждые два километра, из нее торчали причалы, к которым были пристыкованы недостроенные корабли. Сотни роботов, пользуясь реактивными ранцами, сновали вокруг них, прикручивая и приваривая модули, изготовленные на поверхности планеты и поднятые на орбиту при помощи космического лифта.

Немногочисленные серые, находясь внутри станции, наблюдали за процессом сборки через большое по площади остекление, а также на мониторах через камеры видеонаблюдения.

Из их теленовостей я уже знал, что империя серых насчитывает тысячи планет и в разы больше нашей, но обитаемых миров оказалось меньше. Многие необитаемые планеты они использовали как сырьевые придатки.

Логически рассуждая я пришел к идее, что это не единственная планета со специализацией на строительство военных кораблей. Хотя, конечно, в этой отрасли работало только половина населения, остальные обслуживали жителей в сфере услуг и производства продуктов питания.

Спускаться вниз и использовать смену личности не было никакой необходимости. Экстраполировав полученные данные, я принял число милитаризированных планет в пять процентов от общего числа, а общее число, однажды мелькнувшее в новостях, превышало три тысячи. Исходя из этого я пришел к выводу, что численность обнаруженного тут военного флота нужно умножить на сто пятьдесят и пришел в ужас.

Выходило, что их флот в разы превышал наш по численности, хотя точное количество кораблей нашего флота мне было неизвестно. Уже этой информации стало достаточно для того, чтобы вернуться и доложить. К слову сказать, пленные нам многого недоговаривали и врали насчет численности своего флота, за что я их, в общем, не осуждал, ведь и сам поступил бы так же.

Наш ИИ постепенно расшифровывал их язык. В частности он выудил перевод самоназвания этой расы — серые, так они себя называли, совпавшее с нашим для них прозвищем, что соответствовало их цвету кожи. Я счел полученную информацию важной и решил доставить эти сведения адмиралу.

По моему приказу ИИ лег на обратный курс, стараясь вывести нас незаметно из лабиринта вражеских кораблей и других космических объектов инопланетян. Мы шли малым ходом, стараясь обходить их объекты, чтобы своей массой не возмущать пространство и не менять траектории их движения.

И тут система сгенерировала новое сообщение: «Выдано дополнительное задание — доставить важную информацию, награда неизвестна, опыт вариативно».

Но проклятые серые и тут нас видимо обошли. Они засекли наш крейсер по изменениям траекторий ближайших к нам небольших спутников и вычислили довольно точное наше местонахождение. Их громадная станция вдруг ожила, и сотни орудий, установленных на ней, а также на паривших в пространстве военных кораблях, неожиданно навелись на тот квадрат, где находился мой крейсер.

Глава восьмая – Станция номер три у планеты Переста

На ломаном нашем языке они передали предложение сдаваться. Я отдал ИИ приказ довернуть кварковую пушку на их станцию и одновременно начать энергонакачку до полной зарядки. Станция однозначно превосходила земной линкор в размерах не меньше, чем раз в двадцать. Но я подозревал, что инструкцию к кварковой пушке писали на глазок и никто не испытывал ее на нашем линкоре.

«Вот счас и испытаем возможности этого кваркового монстра, — подумал я, — будет что доложить адмиралу».

Они снова, во второй раз, передали свое предупреждение. «Врете, не выстрелите, — подумал я. — Мы нужны вам живыми вместе с кораблем, ведь на нем стоит невидимость, которой у вас, по-видимому, нет!» Тем временем индикатор зарядки дорос до восьмидесяти процентов и продолжал неуклонно ползти. Я решил ответить противнику, начав торговаться.

— Какие условия вы предлагаете? — выдал я на их частоте.

— Сдавайтесь, не вам диктовать условия, мы можем разнести ваш корабль в мелкие куски.

— Дайте мне немного времени, я соберу офицерский совет. Иначе, как общим решением всего офицерского состава, я не могу приказать сдаться, — разумеется это была ложь, но они об этом не знали.

В итоге я вытянул зарядку на сто процентов, а ИИ довернул корабль носом на их станцию.

— Так, — приказал я ИИ, — даешь залп по их станции и сразу максимальное ускорение. Мы бежим к зоне перехода, пока серые ее не свернули. Не успеем — нам хана.

ИИ точно положил заряд в самый геометрический центр их станции и сразу же начал разгон. Дополнительные двигатели чуть не вдвое быстрее разогнали крейсер, благодаря чему мы получили только лишь удар их бластеров. Снаряды и ракеты ушли в пустоту, и наш крейсер напрямую понесся к зоне перехода.

Видимо, они разгадали наш маневр и возле зоны перехода появился огромный линкор, своим корпусом загораживая нужные координаты, как раз находясь в центре между четырьмя небольшими станциями в виде правильного куба, парящими в пространстве.

— Готовь пушку, — приказал я ИИ.

Тем временем пушки станции перезарядились, и сотни ракет, и тысячи снарядов неслись нам вслед. Старый крейсер неминуемо погиб бы, наш корабль продолжал отрываться от их ракет и даже снаряды, имевшие более высокую скорость, едва приближались к нам, имея начальное отставание в сорок секунд.

Наш ИИ старался избавиться от них, сбивая ракеты из мощного бластера. У него получалось, но мне казалось, что он сможет сбить в лучшем случае половину. Так или иначе, но мы успели долететь раньше, чем уцелевшие снаряды догнали наш корабль.

Кварковая пушка к этому моменту набрала полный заряд и по моему приказу ИИ выстрелил в линкор. Вся середина громадного корабля оплыла и вывалилась, получив мощный импульс движения. Ее унесло в портал и она скрылась в нем. Нос и корма стали разлетаться в разные стороны, а мы проскочили между ними прямо в переход.

Естественно, их снаряды и ракеты проскочили следом. ИИ принял единственно верное решение и развернул крейсер хвостом вперед, чтобы принять удар снарядов носовой, наиболее защищенной щитами, частью корпуса.

Ввиду малой скорости сближения снарядов и корабля, защитное поле мягко оттолкнуло их и они ушли в разные стороны, не причинив нам никакого вреда. ИИ развернул крейсер и мы с легкостью ушли от ракет, которые искин продолжил сбивать из кормового бластера. Впрочем, все, что уцелели, истратили топливо и стали просто неуправляемыми снарядами, от которых может увернуться даже гражданское судно с менее мощным ИИ.

Я доложил адмиралу по дальинтернетсвязи о нашем возвращении и получил приказ следовать на главную базу, а после явиться к нему с докладом. За всеми этими хлопотами я забыл вскрыть последний пакет с инструкциями. Теперь я вспомнил о нем, но было уже поздно. Мы вернулись.

До базы лететь было шесть дней по нашей территории. Я поручил управление кораблем заместителю, так как считал, что все трудности позади. И выкроил пять вечеров и ночей для Ники, чему она очень обрадовалась.

***

— Ваши сведения весьма ценные, — от волнения шагая по кабинету, говорил адмирал. — Нам нужно увеличить производство военных кораблей раз в восемь, чтобы наверстать отставание и создать соответствующий противовес вражескому флоту. Это потребует жертв и неимоверных усилий как от наших инженеров и рабочих, так и от экономики. Но лучше знать истинное положение дел, чем получить такой сюрприз в разгар войны. Так что нам выгодно оттягивать начало полномасштабной войны всеми возможными способами. Очень хорошо, что ваш ИИ полностью расшифровал язык серых. Теперь мы сможем прослушивать камеры заключенных и узнать что-то новое о них. Вы правильно поступили, вернувшись с докладом, хотя и нарушили инструкцию, вскрыть конверт номер три. Верните его, теперь он уже не актуален. У вас новое задание. Использовать их портал более невозможно, они ведь не дураки и будут теперь присматривать за ним, а возможно уже его отключили. Но наши ученые, имея параметры перехода в их вселенную от двух кораблей, совершили научный прорыв и сейчас строят небольшую собственную модель. Скоро, очень скоро, у нас будет своя подобная система. Что касается соотношения сил, то стычки с вражескими кораблями показали, что наш обычный крейсер старой конструкции примерно вдвое мощнее, чем их корабль такого же класса.

— В таком случае, наши дела гораздо лучше, чем мне показалось сначала, — сидя в кресле, ответил я.

— Да, конечно, но все равно мощь их флота раза в четыре-пять превосходит нашу. Если военное столкновение произойдет сейчас, то они размажут нас в тонкий блин, — и адмирал неожиданно остановился, глядя прямо на меня, как бы ожидая моего мнения по данному вопросу.

— Может стоит подбросить им дезу? — выдержав взгляд голубых глаз адмирала, сходу предложил я.

— Как вы себе это представляете? — спросил адмирал.

— Можно отпустить пленных, а перед этим провести им экскурсию по одному из наших заводов по производству боевых звездолетов. Уверен, нам есть что показать, раз наши корабли мощнее. Еще надо постараться убедить их, что у нас в пять раз больше кораблей, чем в действительности, — пояснил я свое предложение. — Только сделать это надо тонко: пусть кто-то из высокопоставленных должностных лиц в их присутствии назовет подчиненному количество заводов, производящих военные звездолеты, разумеется увеличив их истинное число в пять раз.

— А после извиниться, вернуть им их яхту и отпустить?

— Да, и послать с ними предложение о вечном мире.

— А если они не поверят?

— Даже если они не поверят, сомнения останутся. Надо быть сильным, очень сильным, чтобы так поступить.

— Я подумаю, а пока новое задание для вас. Вот пакет, там есть координаты вновь открытого ими портала, никто из нас им не пользовался. Я приказываю вам пройти сквозь него и собрать разведданные о новом районе. Сами поймете, когда пора возвращаться.

— Когда ценность собранных сведений станет достаточно высокой — тогда мы вернемся.

Едва я покинул приемную адмирала, как система сообщила: «Задание — проверить информацию полученную от пленных выполнено. Получена награда двенадцать очков опыта. Выполнено подзадание — доставить важную информацию. Получена награда пятнадцать очков опыта. Получено дополнительно два очка опыта на дипломатию. Выдано новое задание — сбор разведданных в новом районе».

Я решил уравнять свои показатели и добавить на управление десантом, стрельбу и управление бортовыми орудиями по четыре очка опыта, зная что параметры командира на прямую влияют на параметры экипажа и его боеспособность. Остальные пятнадцать очков решил распределить между интеллектом и фехтованием.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Подполковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 250;

3. Сила — 250;

4. Выносливость — 250;

5. Управление десантом — 30;

6. Управление военными звездолетами — 30;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 30;

9. Интеллект — 37;

10. Фехтование — 23;

11. Дипломатия — 6.

***

Новый портал вел в совсем другой район космоса. Видимо, он находился близко к центру галактики и плотность звезд тут оказалась в разы выше. У меня глаза разбегались от их количества и красоты. А еще от количества звездных дорог, по которым летели вереницы кораблей. Здесь их насчитывалось десятки.

«Это какой-то политический или промышленный центр», — подумал я.

ИИ с ходу начал слушать и переводить переговоры, и через пару часов мне стало ясно, что это одна из столичных планет и по совместительству промышленный центр. Расстояние до него оказалось очень близким и я решил разузнать, что там интересного.

Медленно, боясь что нас обнаружат по отклонению от траекторий местных спутников, мы вышли на околопланетную орбиту. И начали собирать сведения. Радио и телепередач было столько, что ИИ стал фильтровать передачи, выуживая из огромной какофонии волн интересные моменты.

Он переводил почти синхронно то, что в них говорилось, а я едва успевал воспринимать информацию. Скоро выяснилось, что это столица одной из провинций и одновременно крупнейший в их империи завод по производству звездолетов. Десяток станций, сборочных заводов, летало вокруг его орбиты.

То и дело космические лифты доставляли с поверхности на них крупные узлы звездолетов и крепили так, что потом роботы-сварщики соединяли их вместе прямо на орбите. Однако производимые звездолеты оказались гражданскими. «Фух, — с облегчением выдохнул я, — слава богу, что это не военка, я было уже перепугался».

Медленно, подрабатывая только маневровыми двигателями, мы сделали несколько витков по орбите, стараясь подробно заснять общие и крупные планы этого грандиозного строительства. Не забыл я и о поверхности этой почти столичной планеты. В итоге мы засняли все летающие на орбите сборочные заводы и восемьдесят процентов поверхности планеты. Кстати, мы выяснили, что местные называют ее Переста.

И тут меня осенило как можно побывать на одной из этих летающих станций. Всего-то и нужно было... И как я раньше не додумался до такой идеи!

Последние дни Ника была загружена до предела, так как в данный момент работы по специальности у нее не имелось, я поручил выбирать ей самые интересные сведения из тех, что уже отобрал ИИ. Надо же как-то разобраться с огромным массивом информации. А это у нее получалось просто замечательно. Она интуитивно понимала, какая информация может иметь большое значение в дальнейшем для всех нас.

***

Я вызвал на мостик четверых младших офицеров из свободной смены и объяснил им свой план посещения вражеской станции:

— Господа офицеры, у нас имеется возможность проникнуть на одну из вражеских станций под видом серых и узнать все секреты сборки их звездолетов. Мне нужно ваше содействие, всего четверых, которые станут изображать мою свиту. Я хочу, чтобы вы верили в то, что это возможно и добровольно вызвались мне помогать. А пока примерьте вот это, — и я выдал им четыре «Протея», быстро объяснив как их правильно надеть. Минут пятнадцать ушло на одевание аппаратов и восторженные ахи. Еще столько же времени на разглядывание в зеркале и ощупывание себя и друг друга.

Наконец, все единодушно высказались, что с такой маскировкой вполне можно и рискнуть. Я тоже облачился в свой «Протей» и стал местным герцогом, персоной императорской крови и наследником трона. Все остальные офицеры представляли мою свиту.

— Господа, — обратился я к своим подчиненным, — каждый получает микроблок связанный с ИИ, который и будет говорить вместо нас, так как никто не говорит свободно на их языке. И помните, что ваши теперешние размеры, просто оптический обман. На самом деле наши прежние размеры никуда не делись. А теперь вперед. У ИИ для инопланетян найдутся объяснения всему, начиная со странного челнока, на котором мы прилетим на станцию, если, конечно, у кого-то хватит смелости задавать вопросы наследнику престола.

***

Мы загрузились в челнок и двинулись к ближайшей станции-заводу. Коды-опознаватели у нас были настоящие, предусмотрительно переданные нам адмиралом еще при первом задании. Так что проблем с причаливанием не возникло. Серые что-то болтали на своем тарабарском наречии, но ИИ вроде справлялся и отвечал правильно.

На лица мы одели совершенно настоящие маски, отобранные у инопланетян при захвате космической яхты, так что не было видно, шевелим ли мы губами. Я взял себе золотую маску, а моим сопровождающим достались серебряные. В качестве предмета, подчеркивающего высокий статус, я надел меч, изукрашенный золотом, а один из офицеров — украшенный серебром клыч. Те самые, которые я забрал с яхты. От ИИ через наушник нам поступал перевод.

— Цель прибытия вашего челнока? — спросил писклявый голос, когда наш челнок подлетал к станции.

— Внеплановая инспекция, — ответил ИИ. — У нас на борту член императорской фамилии, дядя императора и наследник трона.

На том конце взвизгнули и запричитали что-то нечленораздельное. Но ИИ перевел это общей фразой: они паникуют из-за прибытия дяди императора. «Я бы тоже запаниковал на их месте», — подумал я.

Наконец, стыковка закончилась и мы прошли шлюз. Было такое впечатление, что весь личный состав станции выстроился для нашей встречи. Управляющий лично вышел вперед, низко наклонив голову и делая странные движения руками, разводя их в стороны. Все это, разумеется, писалось на наши камеры, замаскированные под ордена.

— Он приветствует вас на станции номер три, — сообщил мне ИИ через наушник.

ИИ через динамик, скрытый под одеждой в верхней части грудной клетки, отвечал им что-то на повышенных тонах. В ответ управляющий еще шире раскинул руки и ниже наклонил голову и что-то пролепетал.

— Он согласен показать вам все производство, как члену императорской фамилии, — объяснил этот диалог ИИ.

Наконец, управляющий сменил позу альбатроса, как я окрестил ее про себя, явно выражавшую крайнюю степень почтения, и сделал приглашающий жест. Мы последовали за ним. ИИ продолжил диалог на их языке, явно спрашивая и получая ответы.

— Это одна из первых станций такого типа, она небольшая и состоит из жилых и общественных помещений для небольшого количества персонала, — шептал мне в ухо ИИ. — Все производство сосредоточено за стенами станции в космическом пространстве. Все работы ведут роботы, в основном это сварочные работы и, после окончательной сборки, прокладка коммуникаций из световодов по корпусу корабля, — продолжал зудеть мне в ухо наш ИИ. — К нам поступают с завода готовые блоки и мы собираем тут их вместе.

Свои слова управляющий сопровождал бурной жестикуляцией, периодически останавливаясь перед огромными остеклениями наружных стенок, дававших возможность наблюдать за процессом сборки кораблей в космосе. Сотни роботов со сварочными аппаратами суетились вокруг наполовину сваренного корпуса, в котором уже виднелась начинка.

«Ничего нового, все как у нас», — подумал я, а вслух поинтересовался: — Как быстро вы собираете корабли?

— В зависимости от размера, от трех дней до недели...

Мы проходили четыре часа по станции, убедившись что технологии серых примерно соответствуют нашим, и смогли осмотреть ее большую часть, а также сборку кораблей у космических причалов. Никто из местных ничего не заподозрил, а мы погрузились в челнок и благополучно убрались на свой крейсер.

И тут пришло системное сообщение: «Выполнено задание сбор разведданных. Получено восемь очков опыта».

Зайдя на борт крейсера, я расставил очки, уделив внимание дипломатии, фехтованию и интеллекту.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Подполковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 250;

3. Сила — 250;

4. Выносливость — 250;

5. Управление десантом — 30;

6. Управление военными звездолетами — 30;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 30;

9. Интеллект — 39;

10. Фехтование — 25;

11. Дипломатия — 10.

Незаметно подкрался вечер. Я дождался смены вахты. Ближайшие двенадцать часов мой заместитель, подполковник Тюняев, (высокий, темноволосый, кареглазый и улыбчивый офицер) оставался главным на корабле. К этому моменту я уже продиктовал отчет, который ИИ внес в соответствующую папку. Своим подчиненным я коротко обрисовал ситуацию, выражая надежду что мы практически не отстали, а в чем-то, вероятно, опередили технологии серых.

Вякнула сирена, призывающая к приему пищи, и все свободные от вахты офицеры потянулись в столовую. Едва я сел за столик, как следом с подносом подошла Ника, расставила тарелки и уселась напротив меня.

Глава девятая – План

— Я очень боялась за тебя, — торопливо заговорила она.

— Все прошло просто замечательно, дорогая, нет причин волноваться. Приборы просто идеально меняют внешность, а ИИ отлично справляется как с переводом, так и с общением.

— И как их станция?

— Их производство практически такое же, как и наше. Когда-то кто-то из авторитетных инженеров сказал, что при одинаковом уровне технологий, технические устройства, сконструированные в разных местах, все равно оказываются очень сходными как конструктивно, так и технически. Сегодня я на практике убедился, что это так и есть.

— Алексей, ты такой умный и я тобой горжусь, — улыбнувшись, сказала Ника. — Значит, ты не узнал ничего нового?

— Я получил подтверждение того, что их технологии не обгоняют наши, и потому у нас есть все шансы на победу.

— И что ты собираешься делать? Прикажешь возвращаться обратно?

— Думаю эти сведения не настолько важны, чтобы из-за них возвращаться. Мне, кажется, стоит продолжить разведку. Я хочу проникнуть вглубь империи серых. А когда разузнаю что-то стоящее, вот тогда мы и вернемся.

Отужинав, мы отправились в мою каюту.

***

«Разумеется они доложат начальству о визите дяди императора, — думал я сидя в кресле и потягивая пиво, пока Ника принимала душ. — Может выясниться, что его в этом районе быть не могло. А когда дойдет до императора, вот тут-то и начнется самое интересное. Так и засыпаться можно. Больше такое творить нельзя, нам могут подстроить ловушку, в которую мы попадемся.

В этой планетной системе явно делать больше нечего. Но так как нас не раскрыли и ресурсы корабля еще почти безграничны, а ничего важного мы не обнаружили, то и возвращаться пока рановато».

Ника с мокрыми русыми волосами, замотанными полотенцем, сидела в кресле рядом со мной и смотрела на монитор, на котором отображалась объемная карта империи серых.

Я решил изучить их карту, а Ника присоединилась ко мне из любопытства. Империя серых представляла собой такой же шар из звездных систем с подсвеченными разными цветами обитаемыми планетами. Только имелось два отличия от нашей империи: расстояния между звездами поменьше, а звезд побольше.

Смотрел я смотрел и глаза стали разбегаться. Тут я понял, что выбрать у меня не получится, разве что ткнуть пальцем, что называется в небо. У Ники тоже не было никаких идей. И я обратился к искину за помощью. ИИ потребовалось секунд двадцать и он предложил мне несколько вариантов.

— Это, по-видимому, столица их империи, а вот эти оранжевые звезды — столицы провинций. Вот три звезды выделены темно-синим цветом, это продолжение цветовой дифференциации, но, командир, я не знаю что означает синий цвет. Скажу только одно, у каждой звезды по пять обитаемых миров и очень много грузовых кораблей так и вьется в этих системах.

— А как ты узнал о кораблях? Их же на этой карте не видно! — влезла в разговор Ника.

— Это просто. Карта интерактивная и если знаешь их язык, она многое может рассказать и подсказать.

— Тогда курс к ближайшей синей звезде, — приказал я.

— Туда примерно месяц лету, командир.

— Понял, летим, ведь надо с чего-то начинать раскрывать их секреты. Если среди такого количества звезд всего три выделено синим, то это большая редкость и наверное нам стоит узнать, что там такое особенное находится.

***

Летели мы туда целых два месяца, по той причине, что пролетая мимо других обитаемых звездных систем, я приказывал делать крюк и каждый раз мы совершали несколько витков по орбите главной планеты, с целью сбора разведданных. Это, конечно же, затягивало перелет, зато мы набирали самую разную статистику о вражеской империи. А заодно пытались разобраться в цветовой звездной дифференциации, употреблявшейся на их карте.

Несколько раз мы видели военные эскадры противника, но нам везло и мы проскакивали незамеченными. Наконец, к концу второго месяца мы добрались до заинтересовавшей меня звездной системы.

Офицерский состав все это время нес, как и положено, двенадцатичасовые вахты сменяя друг друга. В остальное время каждый занимался чем хотел. Семь-восемь часов, конечно, уходило на сон, а оставшееся время каждый убивал по-своему.

Имелись любители шахмат и китайского го, кто-то занимался кулинарией, готовя себе любимое блюдо, но большинство резалось в карты. Матросы тоже развлекались как могли, а так как вахты выпадали им гораздо реже, чем офицерам, то и времени у них оказывалось заметно больше, а свободное время они убивали теми же способами.

Лично я не тяготел к картам. Иногда играл в го, иногда в шахматы, но каждый день занимался фехтованием с одним из роботов-офицеров, у которого в программе были заложены два десятка фехтовальных школ средневековья. Дрались мы на деревянных мечах и он постоянно выигрывал. Благо что его координация оказывалась всегда на высоте и я ни разу не заработал ни одного синяка. Сам я был не настолько ловок и роботу периодически доставались мои тумаки. Хотя его броне они были, что комариные укусы.

По вечерам, после ужина, за которым я как обычно встречался с Никой, мы шли в мою каюту и она подробно отчитывалась о своих изысканиях в тех информационных завалах, которые накопил ИИ. Иногда она рассказывала весьма интересные вещи. Благодаря этому я приближался к пониманию серых. Я дважды вносил официальные благодарности в ее личное дело.

ИИ провел корабль на орбиту главной планеты, третьей от их солнца, и мы стали собирать данные по обычной схеме. Надо сказать, что это оказался вполне себе обычный мир, заселенный все той же расой. Мир, несколько больше нашей родной планеты, со всеми признаками перенаселения.

Впрочем, перенаселение оказалось обычным делом в этой империи на доброй половине планет. Потратив три дня и не получив ничего интересного, я велел ИИ перейти на орбиту четвертой от солнца планеты. Там было несколько прохладнее, чем на главной планете. Серых там проживало гораздо меньше, но большинство из них носило странную одежду.

Я предположил, что эти короткие куртки и длинные шорты, треугольные шапочки с золотыми кистями на черных шнурках, болтавшихся у них за спиной, и их огромные плоские папки в руках являются отличительным признаком профессии. У монитора собрались офицеры, как действующая, так и почти вся свободная смена.

Загадка этой планеты вывела их из состояния ленивого пофигизма, который уже давно сопровождал наш полет. Разгорелся жаркий спор и в течение получаса офицеры выкрикивали различные предположения.

Но в конце концов вмешался ИИ:

— Господа офицеры, проанализировав много факторов непосредственно из собранных об этой планете данных и учитывая ваши мнения, я пришел к идее с вероятностью 0,94, что эти «люди» являются учеными, возможно выпускниками одного и того же престижного учебного заведения. Взгляните внимательно на их одежды, они похожи на одежду выпускников земных университетов. Теперь о населении на этой планете. Все, кто не является ученым или студентом, являются либо обслуживающим персоналом, либо охраной. Взгляните сколько ракетных батарей смотрят в небо, а что летает вокруг планеты по орбите? Половина объектов военные. Это охрана от нападения из космоса. А теперь взвесьте все за и против и скажите свое мнение, — металлический голос искина умолк.

После короткого десятиминутного митинга, с размахиванием руками и выкриками, большинство офицеров пришли к согласию с ИИ.

«Да, это похоже на планету ученых», — мысленно согласился и я.

Вскоре нашелся и гигантский университет, не отдельный маленький городок, как это принято у нас, а целый мегаполис, с миллионами жителей, преподавателей, студентов и обслуживающего персонала. Рядом с комплексом главных зданий располагался целый город, видимо, для преподавателей этого мегаучебного заведения.

ИИ подсчитал примерное население этой планеты-университета, так мы ее окрестили для себя, и выдал цифру в пять миллиардов. После этого никто уже не сомневался в правильности версии ИИ.

— Раз это планета-университет, то по логике тут не только обучают молодежь, но и занимаются наукой, — предположил мой заместитель, подполковник Тюняев.

— Наверняка так и есть, — согласился я.

— Но тогда здесь просто обязаны находиться великие ученые.

— Молодец, — похвалил я, — это отличная идея. Нужно разыскать этих ученых и выкрасть!

— Начну поиски в этом направлении, — сразу же отозвался ИИ.

***

Неделя прошла в сборе информации и ее изучении. Наконец, ИИ обнаружил первого местного гения. Им оказался величайший физик этого мира. Искин пристально за ним наблюдал, стараясь выяснить все аспекты его жизни, с целью похищения.

Каждый из нас по отдельности обдумывал план похищения и периодически мы собирались в кают-компании, чтобы обменяться мыслями. На этот раз мы собрались втроем. ИИ поделился самыми свежими собранными им данными о светилах местной науки и их семьях. Выслушав его, Тюняев предложил:

— Выкрасть лучших ученых с этой планеты, а потом заставить работать на нас. Вот как следует поступить, только красть нужно с родственниками, тогда будет чем на них надавить.

— Хорошая идея, а главное проверенная веками, — поддержала Ника.

— Я тоже думал над таким вариантом, но нам стоит похищать сразу пятерых, так как у нас в наличии пять «Протеев», и, соответственно, мы можем отправить пять делегаций к пяти различным ученым. Когда они окажутся у нас на крейсере, им уже ничего не останется делать, как подчиняться. До этого момента нам придется действовать убеждением, чтобы они не заволновались и не нажали тревожную кнопку.

Тем временем ИИ продолжил искать других гениев и таковые нашлись. В их числе оказались: разработчик новейших военных кораблей; разработчик пространственных зон перехода; известный биолог, специалист по созданию новых поколений медицинских препаратов; а также несколько других выдающихся ученых.

Их семьи ИИ отследил с легкостью. Все они никак не охранялись, только у них и членов их семей в кармане имелась тревожная кнопка, а под кожей — чипы, по которым соответствующие службы отслеживали их местоположение.

***

Пользуясь тем, что корабль летел по орбите и не требовалось принятия сложных решений, я свалил всю рутинную работу на ИИ, а сам стал проводить много времени у себя в каюте, обдумывая этапы похищения. План рождался в муках.

Периодически в обсуждение этого вопроса включалась Ника.

— Леш, это хорошая идея выкрасть живьем их ученых.

— Да, и не только потому, что она моя.

— Я с самого начала знала, что ты очень умный и я тобой горжусь.

— Ника, я думаю над планом, а от того что я придумаю зависит моя жизнь и еще четверых офицеров, а возможно, и всех остальных вместе с крейсером.

— Хочешь мое мнение?

— Ну.

— Просто наденьте маскировку и идите к ним. Соврите что-либо подходящее и ведите их на борт бота. А там на корабль и все в порядке.

— Мне не кажется это таким простым делом, но спасибо за совет.

— Дорогой, я очень хочу, чтобы все получилось и ты получил от начальства награду.

В конце концов все обсуждение прервалось, уступив занятиям любовью. Что делать, женщины есть женщины!

«Что нам нужно для успеха этой операции? — думал я утром. — Нам нужна тишина, шум не принесет пользы. Он вызовет реакцию охранных служб и нас так или иначе начнут искать и скорее всего вычислят, ведь был уже прецедент. Остается только одно, добиться добровольного их прибытия на какое-то мероприятие, которое будем контролировать мы. А еще необходимо удалить у них чипы». Я озвучил эти мысли для ИИ.

— Это должно быть официальное мероприятие, известное их планетарным властям и контролируемое, соответственно, службой охраны, положенной столь важным персонам, — сразу возразил мне ИИ.

— А что если мы объявим совещание наследника трона с великими учеными, а по прибытии их на место, перенесем встречу на борт императорской яхты, роль которой сыграет наш невидимый крейсер.

— Уверен, капитан, что их будет сопровождать охрана.

— Согласен, я бы сопровождал.

— А когда они поймут, что это похищение, охрана устроит бойню и в первую очередь уничтожат ученых, чтобы они не попали в чужие руки. И потом, на конференцию или совещание с семьями не ходят, а нам желательно захватить их с семьями, чтобы в последствии сделать их сговорчивее.

— Убедил, этот вариант нам не очень подходит. Наверное, тогда стоит их пригласить на частную встречу с членом императорской фамилии на борту его собственной яхты. Надеюсь, он «человек» достаточно известный и они придут. Вот только нужно, чтобы они пришли без охраны.

— Для этого скажите, что наследник пришлет свою охрану, — предложил ИИ.

— Боюсь ничего не выйдет. Логично предположить, что эти ученые обязаны сообщать о таких мероприятиях в соответствующую секретную службу, которая их и охраняет, — предположил я. — Но в таком случае остается только похищение.

— Согласен, — ответил ИИ, — но похитить одновременно пятерых, да еще с семьями, дело не простое.

— По счастью, все они живут рядом в одном преподавательском городке. И если действовать быстро и проделать это вечером, то, возможно, похищение и удастся. Главное, чтобы никто не заподозрил похищения, — уточнил я.

А если рассмотреть вот такой вариант:

— Мы передадим им приглашение на встречу от самого дяди императора, который тут не официально и не желает афишировать свое прибытие, но желает ознакомиться с перспективными разработками величайших ученых империи.

— Согласен! К каждому из этой пятерки мы пошлем «представителя» с парой охранников-роботов, что будет убедительно, и передадим приглашение на неофициальную и секретную встречу. Причем, пригласим их с семьями, предлагая устроить экскурсию для детей по императорской яхте, ну как раньше в США по Белому дому. Думаю, что такой вариант может сработать. Сделаем это поздним вечером, когда их не так плотно охраняют. Только нужно все сделать быстро.

— Хорошая идея, капитан! Раз они сами имеют дело с секретами, то не слишком удивятся, что у наследника трона тоже имеются свои секреты.

— Но нам нужен транспорт, наземный, что-то вроде автобуса или пять автомобилей. Не будет ли слишком подозрительно, если им придется идти пешком?

— Я встречал у них что-то похожее на наш прокат автомобилей, — ответил ИИ.

— А может посадить модуль прямо в преподавательском городке на площади перед их домами и пусть они идут пешком?

И искин вывел карту городка на мой монитор, среагировав на предложение.

— Вот здесь есть небольшая площадь в пределах пяти-семи минут пешком от их квартир. Можем посадить модуль прямо сюда в режиме невидимости, — согласился ИИ.

Я внимательно рассмотрел относительное расположение интересующих нас домов и предполагаемого места посадки модуля. Воспользовавшись программным сервисом, я проложил маршруты от подъездов их домов к будущему месту посадки. Программа выдала мне время пешего прохождения самого длинного из них и я счел, что двенадцать минут вполне безопасное время для такой операции.

— Видишь, сколько времени займет самый длинный маршрут? — спросил я у искина.

— Мне нравится ваша идея, капитан. Я немного поиграю в эту игру, чтобы выяснить какие варианты возможны.

— Да, сделай это, а завтра покажешь мне.

***

Весь офицерский состав включился в разработку плана похищения этих великих ученых и инженеров. Не смотря на видимую свободу перемещений, их чипы постоянно отслеживались, и составить разумный план оказалось не так то просто. В итоге, после нескольких обсуждений, все признали лучшим мой план, который мы и собрались исполнить.

Исполнителями я назначил себя и ту четверку офицеров, которая уже умела обращаться с «Протеем». Впрочем, операция планировалась не простой и я никого не заставлял, и кандидатам дал право отказаться. Но все согласились, я думаю из-за скуки последних месяцев, господам офицерам не хватало адреналина.

Глава десятая – Похищение

И вот наступил день операции.

Я и четверо моих офицеров, снаряженные «Протеями» и каждый с двумя роботами охраны, приземлились прямо на выбранной нами площади преподавательского городка. Каждый знал маршрут и все молча разошлись по известным им адресам.

Я выбрал себе самый дальний, где проживал гениальный физик с семейством. Два боевых робота, изображавших охрану, почти бесшумно шли следом. «Протей» в этот раз был настроен не на личность наследника престола, а на одного из его помощников, хорошо засвеченного в средствах массовой информации. Соответственно, я взял себе серебряную маску.

ИИ, подключившись к одному из роботов, легко взломал код входной двери, и мы вошли в многоквартирный дом. Лифт поднял нас на четвертый этаж и робот позвонил. Дверь открыла жена ученого и ИИ, заговорил от моего лица, приглашая всю семью в гости на императорскую яхту.

— Один нюанс, — произнес ИИ моим голосом, — наследник престола здесь инкогнито и просит не ставить в известность местные власти. Мои роботы послужат отличной охраной.

Не стану пересказывать все. Скажу только, что мне, точнее ИИ, удалось их уговорить. Двое малышей, трудно сказать какого пола, они так похожи друг на друга — все на одно лицо, вели себя как дети и радовались предстоящему приключению. Они-то и перевесили осторожность взрослых.

Семейство быстро собралось, накинув на себя верхнюю одежду, нечто обтягивающее фигуру как резиновая перчатка, и мы вышли из здания. Тут на почту пришел первый доклад от моего офицера о прибытии на борт челнока первой семьи. Пока мы шли, поступили и остальные доклады. Мы добрались последними. Всех усадили в кресла и челнок взлетел.

Похищенные ни о чем пока не догадывались, даже необычные широкие сиденья их не насторожили. Они с удивлением смотрели на своих коллег и их семьи, почему-то думая до этого, что пригласили только их. ИИ мониторил ситуацию. Когда мы подлетали к крейсеру, служба охраны профессорского городка спохватилась и начала искать пропавших, но мы уже оказались в ангаре крейсера и мощное маскирующее поле укрыло нас и заглушило датчики слежения, вживленные под кожу похищенных.

Тем временем мы выходили из челнока на летной палубе крейсера. Там стояли и другие наши малые корабли. И тут я почуял неладное, тот инженер, который был конструктором кораблей, видимо, кое-что знал о наших кораблях и сложил два и два.

— Мы в плену! — заорал он. — Это вражеский крейсер, а в ангаре стоят их катера.

Среди серых началась паника. Но они не кинулись бежать, ведь бежать-то было некуда. «Вот и навернулся мой план — разговорить ученых под шумок, пока они не доперли, что находятся в плену», — подумал я.

Однако после пары выстрелов из станера, успокоивших самых рьяных паникеров, сразу установился порядок. Я приказал ИИ гнать напрямую к зоне перехода, а сам выступил с короткой речью, которую искин перевел пленным.

— Без паники, господа! Все попытки возмущения или неподчинения будут пресекаться выстрелами из станера. Это оружие довольно болезненное, но не смертельное. Вот прямо сейчас двое из вас испытали его на себе. Через некоторое время они придут в себя. Вы являетесь пленными, и мы намерены доставить вас в нашу империю. Физически вам ничего не грозит. Наше руководство интересуют некоторые секреты, которыми вы владеете. По прибытии вас будут использовать в качестве ученых, лояльным дадут возможность работать и жить хорошо вместе с семьями.

Их повели в кают-компанию, а я занялся неотложными делами.

И тут пришло системное сообщение: «Выполнен скрытый квест — похитить вражеских ученых. Вам начислено двадцать пять очков опыта». Я сразу расставил очки: десять на дипломатию; одиннадцать на интеллект; а остальное на фехтование, уж очень сильно оно меня увлекло.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Подполковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 250;

3. Сила — 250;

4. Выносливость — 250;

5. Управление десантом — 30;

6. Управление военными звездолетами — 30;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 30;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 20.

Закончив с делами, я отправился в кают-компанию успокаивать наших пленных, чье психическое здоровье было необходимо нам в будущем. Мне трудно судить об их эмоциях, уж очень велика разница между нами, но, видимо, они были чрезвычайно напуганы. «Да, и кто бы не испугался после столь резкого поворота судьбы», — подумал я.

— Господа, — начал я, а искин следом переводил, — можете не волноваться. Вашим жизням, как я говорил ранее, ничто не угрожает. В наши планы входит доставить вас в пределы нашей империи, где вам создадут условия для работы, а вашим семьям — условия для жизни. А сейчас каждой семье отведут отдельную каюту, где вы будете находиться в течение всего перелета.

***

Целый месяц мы шли на максимальной скорости. В свободное от вахт время, мы с Никой общались с пленными и понемногу учили их язык. В этом нам помогал ИИ. Все офицеры, которые не несли вахту, убивали время обычными способами, впрочем, как и матросы. Один день в неделю я посвящал тренировкам личного состава, объявляя три-четыре учебных тревоги в день. Только подходя к зоне перехода, ИИ сбавил скорость и она стала досветовой. К зоне перехода мы подошли уже на относительно невысокой скорости. Но нас ждал сюрприз.

— Долбанные серые, — ругался мой первый помощник Тюняев, глядя на главный монитор, на котором прямо у зоны перехода, физически перекрывая ее, в пространстве висела вражеская эскадра из пяти кораблей, два из них оказались класса крейсер.

Я решил собрать военный совет. Свободной смене пришлось стоять, так как сидячих мест было ровно по числу заступивших на вахту.

— Я собрал вас, чтобы по старой традиции русской армии каждый мог высказаться, начиная с младшего по чину, — после моего уточнения все дружно посмотрели на лейтенанта связи Нику Морозову, которая и была у нас самым младшим по званию офицером. — А вопрос такой: биться или ждать и думать? ИИ утверждает, что если атакуем вражескую эскадру из невидимости, то наши шансы пятьдесят на пятьдесят. Я думаю отойти немного назад и использовать кварковую пушку. Прошу высказаться.

— Если бы было чего ждать, то я бы высказалась за ожидание, — тихим голосом, с едва слышной дрожью, выдавила лейтенант Морозова. — Но ждать нам нечего, помощи нет и быть не может, как и другой зоны перехода. Поэтому я за то, чтобы драться.

Тут слово дали капитанам и все трое высказались за драться. Их поддержали и более старшие офицеры. В общем, за сражение проголосовали единогласно.

— Теперь обсудим конкретные планы, — предложил я. — Первый вариант встать так, чтобы с трех бортов накрыть внезапным залпом два крейсера и эсминец, а там биться с теми кто уцелеет. Напомню, на моем прежнем крейсере, где я был заместителем командира, мы осуществили такой план, но против одного крейсера и трех эсминцев. Мы потеряли десять процентов убитыми и в три раза больше ранеными. Сейчас ИИ рассчитал наши шансы как фифти-фифти. Есть второй вариант — отойти на пару сотен километров, зарядить кварковую пушку и выстрелить по этой эскадре. С вероятностью в девяносто процентов мы нанесем всем пяти кораблям тяжелые повреждения, а после сможем их добить. Наши шансы уцелеть не менее восьмидесяти процентов. Но примерно с шансами в семьдесят процентов мы уничтожим или сильно повредим саму станцию перехода и останемся торчать в этой вселенной.

Обсуждение этого вопроса переросло в митинг, который длился около часа и ни к чему не привел. Нашлось немало храбрецов согласных на первый вариант, который почти гарантированно сохранял нам целой зону перехода, но пойти на второй вариант тоже было много желающих.

— Стоп, стоп, господа! — не выдержал я. — Спешить нам некуда, так что давайте прервемся, а вы тем временем все хорошо обдумаете. А завтра с утра, на свежую голову, мы проголосуем, а может кому-то придет новая светлая мысль, — и распустил свободную смену, а дежурная приступила к своим обязанностям.

***

В итоге почти все высказались за второй вариант. Я приказал ИИ отвести корабль на нужную для стрельбы дистанцию и зарядить кваркововую пушку. После этого выдал ему целую кучу инструкций, главным смыслом которых являлось сохранение блоков зоны перехода.

— Но если не повезет, то как-нибудь выкрутимся, — добавил я.

В прошлый раз, когда возникла подобная ситуация, вражеский корабль был один и нашему искину удалось настроить зону поражения кварковой пушки таким образом, что ни один из блоков зоны перехода не пострадал. На этот раз ситуация оказалась намного сложнее. Пришлось отойти на большее расстояние и настроить конус поражения кварковой пушки на максимальный угол. Из-за чего мог пострадать не только один из блоков, но и энергия выстрела как бы размазывается на все корабли противника, а часть уходит в пустоту. Это приводит к снижению степени поражения кораблей противника.

Я подозревал, принимая такое решение, что вражеские корабли не будут уничтожены, а только повреждены. В связи с чем я приготовился добивать их бортовыми залпами. А если потребуется, то и вторым выстрелом кварковой пушки. Все члены экипажа заняли боевые посты в ожидании начала сражения.

Наконец, пушка набрала полный заряд и ИИ прицелился и раздался бесшумный и невидимый выстрел. Вся дежурная смена и большая часть свободной сидела или стояла на мостике не отрывая глаз от главного монитора.

Совершенно неожиданно их корабли дрогнули и стали скукоживаться так, будто каждый из них оказался помещенным в прозрачный пакет, который начали скручивать и стягивать. Корабли сминались как картонные, а поверхности, обращенные в нашу сторону, потекли стальными слезами.

Еще несколько минут и перед нами в пространстве висели пять бесформенных сгустков рыхлой серой субстанции с потеками застывшего металла. Но я смотрел не на них, а на правый верхний блок пространственного перехода, который представлял собой практически такую же печальную для нас картину.

Откровенно говоря, я не ожидал, что хватит одного выстрела. А так как кварковая пушка начала набирать следующий заряд, который нам теперь был не нужен, я приказал развернуть крейсер на девяносто градусов и разрядить пушку в пустоту космоса. Так как кварковая пушка не могла находиться в постоянно заряженном состоянии, то я действовал по инструкции, которую, к счастью, в свое время изучил.

Перед глазами вспыхнул интерфейс и система сообщила, что мне присвоили восемь очков опыта. Я мысленно взвесил свои параметры и решил усилить огневую мощь, разделив все полученные очки между управлениями звездолетом и его бортовыми орудиями. Я принял такое решение, так как эти навыки повышали огневую мощь и выживаемость корабля в бою.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Подполковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 250;

3. Сила — 250;

4. Выносливость — 250;

5. Управление десантом — 30;

6. Управление военными звездолетами — 34;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 34;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 20.

***

Один из блоков перехода был безнадежно испорчен. Тяжелый и печальный вздох прокатился по мостику. Я сам был сильно расстроен. Дороги домой больше нет. Нечего и думать починить уничтоженный блок своими силами. Я решил показать результат нашей стрельбы их изобретателю пространственного перехода, хотя прекрасно понимал, что он не волшебник, а просто гениальный инженер и его возможности ограничены.

Он оказался одним из тех, кто согласился сотрудничать с нами. Вскоре его доставили на мостик и я показал ему поврежденный блок самым крупным планом, поручив ИИ не показывать уничтоженную эскадру. Его раскосые глаза, и так большие, стали еще больше. Огромный лоб, переходящий в лысую макушку, собрался в морщины.

— Как такое возможно? — спросил он, не отрывая глаз от картинки.

Иксин тут же перевел его вопрос.

— Это результат того, что наш выстрел задел этот блок. Произошло сражение, и мы были вынуждены стрелять.

Ученый явно не понимал из какого оружия сделали выстрел и что произошло с испорченным блоком. После нескольких секунд размышления он произнес:

— Необходим новый блок. Это можно починить, имея под руками нужные запчасти и несколько роботов-ремонтников. Фактически его нужно строить почти заново.

При этом мне показалось, что в глазах его блеснула надежда. Но может именно показалось, сам черт не разберет, что на морде у этих инопланетян написано. Его увели, а мне пришлось крепко задуматься. У меня имелась одна надежда, что серые сами пригонят сюда ремонтную бригаду, чтобы починить переход и обеспечить возвращение собственных кораблей.

Но это была очень призрачная надежда. Я приказал ИИ отвести крейсер на значительную дистанцию, но так, чтобы не терять из виду переход. Лучшего варианта, чем ждать с моря погоды, у меня не было.

***

Через месяц только ИИ исправно нес службу. Экипаж, включая офицеров, окончательно пал духом. Я понимал ситуацию правильно и не пытался переломить пессимизм широко распространившийся среди экипажа.

Народ играл в самые разнообразные настольные игры. Я не пресекал этот разброд и шатание, только карты ребята прятали по привычке, заметив приближение офицера. Я сам порядком времени проводил у бильярдного стола, хотя играть по настоящему не умел и являлся просто любителем, а также продолжал заниматься фехтованием и делал в нем кое-какие успехи. Мне нравился этот нелегкий вид спорта.

Мы с Никой много общались с серыми, обучая друг друга языку, добившись некоторых успехов. Я обучался легко. Скорее всего, этому способствовали мои навыки дипломатии и интеллекта. Мы уже могли общаться друг с другом на простые темы. Но вечера, как обычно, я проводил с Никой.

Дело было плохо и неизвестно до чего бы дошло, как вдруг однажды вечером ИИ сообщил, что меня вызывают по дальинтернетсвязи. Я проверил почту: «Вызываю подполковника Смирнова, полковник Базырин». Это было чудо. Я знал, что связь даже через исправную зону перехода невозможна. Это могло означать только одно: мой первый командир со своим кораблем находится на этой стороне.

— Полковник Базырин, ваше сообщение получил, мы в порядке, находимся возле их зоны перехода, она повреждена, самостоятельно вернуться не можем, — как можно быстрее ответил я.

— Жду вас по координатам... — и он сбросил мне координаты по принятой нами сетке в этом пространстве. — Здесь имеется наша открытая зона перехода.

ИИ услужливо сообщил мне, что лететь туда две недели. Но я был рад несказанно. Отбив ответ Базырину, я объявил по громкой связи экипажу, что нас спасают и потребовал восстановления дисциплины.

Вечером Ника в моей каюте обнимала и целовала меня от радости, не зная как еще выразить свои чувства.

— Мы спасены, — шептала она мне в ухо. — Любимый, мы будем жить!

— Знаешь, я верил, что нас спасут, — отвечал я, глядя в ее голубые глаза.

***

Через две недели мы встретили крейсер полковника Базырина, ожидавшего нас в условленных координатах, и вслед за ним проскочили в свое пространство. В камерах заднего вида я увидел практически идентичные блоки, как две капли воды похожие на блоки серых. «Вот что значит подать ученым идею. Главное знать, что данное техническое устройство возможно, а остальное приложится», — думал я про себя.

Дальше наши пути разошлись. У Базырина было свое задание, а я сообщил адмиралу о своем возвращении и получил приказ прибыть для отчета на базу.

Система ожидаемо засчитала выполнение основного задания: «Сбор разведданных в новом районе» и начислила двадцать очков опыта. Пока мы летели, у меня было достаточно много времени и я расставил очки опыта. Я явно шел на повышение, а чем выше звание, тем реже приходится принимать личное участие в сражениях, а поэтому не стал подымать стрельбу и фехтование.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Подполковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 250;

3. Сила — 250;

4. Выносливость — 250;

5. Управление десантом — 33;

6. Управление военными звездолетами — 37;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 37;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31.

Глава одиннадцатая – Гигантский портал

В кабинет адмирала Потапова адъютанты впустили меня вне очереди. Когда я доложил о захвате пятерых ученых светил противника, адмирал обрадовался моей добыче, как маленький.

— Вы превзошли самого себя! — воскликнул он. — Мы постараемся уговорить их работать на нас, разумеется, приставим к ним наших специалистов, для гарантии. Все же это враги, и доверять им было бы очень опрометчиво. А у вас новое задание полковник, — хитро взглянув на меня, продолжил он. — Здесь неподалеку, серые снова открыли портал, причем гигантских размеров. Вам поручается следить за ним с обратной стороны. Есть мнение, что через такой громадный портал они попытаются протащить линкор, а возможно, и целый флот.

Я спросил разрешения идти и отправился навешивать полковничьи погоны.

Система сразу отозвалась на повышение звания: «Вам присвоено воинское звание — полковник. Ваши статы изменились. Получено новое задание — наблюдать за новым порталом». Я ненадолго остановился в знакомом коридоре и не без удовольствия просмотрел свои новые статы.

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 33;

6. Управление военными звездолетами — 37;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 37;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31.

Пользуясь тем, что корабль стоял в порту, я пригласил весь офицерский состав обмыть мои новые звездочки в одном из самых дорогих ресторанов. Праздник затянулся до глубокой ночи. Это не вызвало проблем, так как ресторан оказался круглосуточным. На крейсер мы добирались на такси. Последнее что помню, дверь своей каюты и поцелуй Ники в щечку. Утренней побудки я не слышал, как выяснилось не только я. Все проспавшие остались без завтрака. Поднявшись, я сразу отправился на капитанский мостик, где нашел дежурную смену в полном составе.

***

Вверенный мне крейсер снова пересек невидимую глазом черту и оказался во вселенной серых. За кормой висели четыре огромных блока, создававших очень большой телепорт. Такие крейсера как наш, могли проходить в него по три одновременно, а может и по четыре.

Я сидел на мостике в капитанском кресле и рассуждал про себя. Хотелось понять каких действий можно ожидать от противника.

«Они три года прощупывали нас малыми силами и устанавливали телепорты в самых разных местах, причем ни разу не предприняли серьезной атаки. Мне кажется, что они не хотят затяжной кровопролитной войны, а собираются покончить с нами одним-двумя мощными ударами. Так думай головой полковник Смирнов. Не зря они установили телепорт так близко от нашей штабной планеты, видимо, хотят вывести из строя управление нашим флотом».

Я развернул крейсер и снова прошел через телепорт. Связался с адмиралом по дальинтернетсвязи и написал: «Господин адмирал, я тут проанализировал ситуацию и пришел к выводу, что вверенный мне под наблюдение телепорт предназначен для массированной атаки на штабную планету, с целью обезглавить наш флот и быстро выиграть войну. Считаю, что на нашей стороне необходимо создать ударную группировку. Полковник Смирнов».

Ответ не заставил себя ждать. «Правильно мыслите, полковник. Меры уже приняты. Возвращайтесь на свою позицию. Главнокомандующий четвертым сектором, адмирал Потапов».

Получив повторный приказ, я велел ИИ вернуться сквозь портал и возобновить наблюдение.

***

Наблюдали мы за пространством одиннадцать дней. Вахты менялись, время тянулось как резиновое. Я разрешил экипажу заниматься своими делами, так как полагался на ИИ, который неусыпно нес вахту. Естественно, как всегда, мы находились в режиме невидимости.

Тревога раздалась внезапно, как и положено тревоге. Коммуникатор ожил, я поднес его к уху. Он, голосом ИИ, сообщил о приближении эскадры военных кораблей из глубины вражеского пространства.

— ИИ! Срочно уходим, нужно предупредить наших!

Крейсер рванулся, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов в сторону портала. Мы были в минуте полного хода от него. Но из-за нулевой начальной скорости, на выход в нашу вселенную ушло три с половиной минуты.

Я сразу же начал вызывать адмирала. И он тотчас взял коммуникатор.

— Господин адмирал, они летят. Тридцать пять единиц, будут через десять минут.

— Полковник, приказываю присоединиться к нашей эскадре, она в режиме невидимости прямо вокруг вас. Вы будите тридцать первым боевым кораблем.

— Слушаюсь!

Адмирал отключился, зато пошел новый вызов и я на него сразу ответил:

— Полковник Смирнов слушает.

— Говорит контр-адмирал Гарин, командующий эскадрой. Полковник Смирнов, оставайтесь на том месте, где находитесь, в режиме невидимости. Приготовьтесь стрелять из кварковой пушки, по появившейся эскадре противника. Стрелять по мере готовности.

— Есть, стрелять по готовности!

Вездесущий ИИ уже накачивал заряд в пушку. У нас оставалось еще шесть минут до выхода противника в наш мир — более чем достаточно для накопления полного заряда.

***

Несмотря на напряженное ожидание, противник появился неожиданно. Хорошо, что у ИИ нет времени на человеческие реакции, он срабатывает практически мгновенно. Пшикнула кварковая пушка, мигнуло электричество.

— Полный вперед, разворот направо, — взорвался приказом коммуникатор. — Огонь из всех орудий, — приказал контр-адмирал Гарин.

Экипаж побил собственный рекорд по заряжанию пушек. ИИ развернул крейсер так, чтобы стрелять могли два борта из трех. Я понимал, что мое вмешательство уже ничего не решает, и смотрел как расцветают зелеными всполохами, от попадания кварковых пушек, корабли противника.

Первые четыре крейсера превратились в куски пористой бесформенной массы, два вынырнувшие за ними линкора, жуткие громадины, наверное крупнее линкоров нашего производства, тоже поплыли стальными каплями по обшивке и большая часть их, вся передняя половина, далеко за середину, также превратилась в месиво.

Залпы кварковых пушек шли с интервалами, один за другим, по мере появления новых кораблей вражеской эскадры, а их энергии выстрела как раз хватало, чтобы подбитые корабли изменили курс и начали беспорядочно вращаться в пространстве. На их место выскакивали новые корабли и тоже получали порцию кварков.

Самое интересное, что те враги, кто оставался по ту сторону, понятия не имели о происходящем здесь и поток вражеских кораблей продолжался. К тому времени как появились последние корабли, мы и другие корабли нашей эскадры уже добили первые четыре волны.

Собственно говоря, на этом сражение и закончилось.

И тут пришло системное оповещение: «Задание — наблюдать за новым порталом — выполнено. Получено восемь очков опыта за уничтожение двух вражеских крейсеров».

А следом пришло сообщение от контр-адмирала Гарина:

— Все молодцы, отличная работа! Благодарю за службу, вот так бы всегда, бой без потерь!

— Служу империи, — гаркнул я в коммуникатор.

А после решил проставить очки опыта:

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 35;

6. Управление военными звездолетами — 40;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 40;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31.

***

Я снова оказался уже в знакомом кабинете адмирала Потапова.

— У меня для вас новое задание, полковник, — сказал адмирал, стоя возле карты сектора и задумавшись скользил по ней взглядом. — Теперь, когда мы обладаем технологией телепорта, невидимости и кварковых пушек, когда доказали себе и серым, что мы сильны и можем дать отпор, нам следует договориться с ними о мире. А для этого нужно отвезти дядю императора обратно и установить дипломатические отношения. Худой мир лучше доброй ссоры. Кстати, время нам нужно, чтобы увеличить численность звездного флота. В качестве мы уже превосходим, но не в количестве. И пока не ясно, что окажется большим преимуществом.

— Постараюсь выполнить и это поручение, господин адмирал. Мне доставить высоких гостей на своем крейсере?

— Ваш крейсер будет сопровождать их яхту, которую мы уже хорошо изучили и теперь хотим вернуть законным владельцам.

— Мне кажется, проще договориться с высокопоставленными пленными здесь и отпустить их. Пусть летят сами. А если мы их убедим в наших добрых намерениях, то они сами пришлют к нам посольство.

— Знаете, полковник, имеется и такая точка зрения, но людям из правительства хочется верить, что, сопроводив их нашим кораблем, мы добьемся большего.

— Боюсь, что серые просто получат заложников, а, возможно, отправят нам их головы.

— Есть и такое мнение, но в военной среде.

— Я совершил не одну экспедицию в их вселенную, намотал сотни оборотов вокруг нескольких планет. И скажу вам прямо, они параноики и убийцы. Их стремление к миру мы все уже видели только вчера. Они строят огромный военный флот и в тихую пытаются собрать о нас сведения, а после внезапно напасть. Адмирал, они точно не стремятся к миру. Я, разумеется, выполню ваш приказ, но уверен, что обратно мы не вернемся. Нас ждет у серых только одно — западня и смерть.

— Вы так убедительны, полковник, что я пока воздержусь и приостанавливаю свой приказ. Попробую еще раз убедить людей из правительства не делать глупостей. Пока вы и ваш экипаж, до особого распоряжения, может сойти на берег.

Едва выйдя из кабинета, я получил системное уведомление: «Вы повлияли на решение адмирала благодаря красноречию и харизме. Вам добавляется четыре очка опыта и открывается новый навык — убеждение, который помогает изменить точку зрения собеседника».

Я быстро понял, что этот навык станет хорошей помощью к моему навыку дипломатия. Не задумываясь долго, я поставил все свободные очки на убеждение.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 35;

6. Управление военными звездолетами — 40;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 40;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31;

12. Убеждение — 5.

Я отправился на корабль и отпустил экипаж в увольнительную, вплоть до особого распоряжения, и следом разыскал Нику.

— Как ты смотришь на то, чтобы провести несколько дней со мной в отеле? Будем смотреть фильмы, ходить в ресторан и заниматься любовью.

— Я очень рада, что ты меня позвал. С тобой я готова идти куда угодно, а эта программа мне очень нравится. А, интересно, в честь чего увольнительная?

— Тут адмирал Потапов хотел послать нас в экспедицию, но я высказал свое мнение на этот счет и теперь его обсуждают на самом верху, в императорском совете. А пока идет обсуждение, мы находимся в увольнительной.

— Как здорово, дорогой, что ты такой умный. Даже адмирал прислушался к твоей идее, а он, говорят, умнейший человек. Надеюсь, он оценит твой ум и ты скоро получишь новое повышение.

— Спасибо, что веришь в меня. Я тоже на это надеюсь.

***

Пять дней продолжалась наша увольнительная. Именно столько времени шло обсуждение в правительстве идей, высказанных мной. Мы с Никой сняли номер в скромном трехзвездочном отеле «Золотой апельсин». Интерьеры отеля были украшены большим количеством апельсиновых деревьев в громадных деревянных кадках. Они стояли прямо на полу у всех окон, даже выходивших на лестничные площадки. Многие из них цвели маленькими белыми цветами с невероятно сильным ароматом, а на некоторых сияли золотом тяжелые спелые плоды. Когда они созревали, служащие срывали их и подавали гостям на завтрак.

Наш номер, несмотря на то что был дешев, оказался вполне комфортабельным. Посреди комнаты стояла огромная двуспальная кровать, как раз между двумя окнами. В центре находился большой круглый стол с двумя удобными стульями. За ним мы завтракали, обедали и ужинали, не желая спускаться в ресторан. По вечерам мы пили вино, перепробовав весь ассортимент местного бара, а после смотрели фильмы на большом стереовизоре, подвешенном на стене напротив кровати.

Нам никуда не хотелось ходить, мы просто наслаждались обществом друг друга. Я и Ника были счастливы. Но все что имеет начало, имеет и конец. Вечером пятого дня на коммуникатор пришло сообщение, в котором говорилось, что завтра, в десять утра, меня ждет адмирал Потапов.

С утра я отправился в главный штаб сектора и вот чем меня осчастливил адмирал:

— Наконец, они приняли решение, — сообщил адмирал, — не посылать сопровождающих с дядей императора, а просто вернуть им их чертову яхту, вывести ее через портал и отпустить. Ну и, конечно, мы наплетем этим серым всякой ерунды о мире. Глядишь и прокатит, а нет, значит нет, мы ничего не теряем.

Я тихо возрадовался тому, что не придется совать свою голову в пасть льва и не стал комментировать высказывание высокого начальства. Я просто вытянулся, щелкнул каблуками, отдал честь и сказал:

— Разрешите выполнять!

— Разрешаю.

Через минуты я уже был в коридоре. «Я с самого начала знал, что ничего не выйдет», — думал я про себя. Эти серые были еще теми милитаристами и ястребами.

И тут пришло системное сообщение: «Вы получили задание — сопровождение вражеского корабля».

Я сразу отправился в подвал, на ходу ткнул начальнику охраны выданный мне адмиралом документ и велел подать транспорт для инопланетян. Увидев его вытянувшееся от изумления лицо, я прокомментировал:

— Да, да! Не делайте большие глаза и удивленное лицо, мы их отпускаем. Обеспечьте необходимое количество лимузинов. Через двадцать минут они нам потребуются. Да, и прикажите вывести на верх всех инопланетян из свиты дяди императора. Ну, и его, конечно, в первую очередь.

***

В общем, я сопроводил императорскую яхту, со всей свитой на борту, до их же собственного телепорта и сказал им «чау», а после вернулся на главную базу.

Система тут же отреагировала: «Выполнено задание — сопровождение вражеского корабля. Начислено четыре очка».

Все очки опыта я сразу поставил на новую способность — убеждение.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 35;

6. Управление военными звездолетами — 40;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 40;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31;

12. Убеждение — 9.

***

Я отправился к адмиралу Потапову за дальнейшими приказаниями. Попутно я доложил ему о предполагаемом развитии событий, что нам теперь стоит ожидать массированной атаки через все телепорты, какие только у них есть.

— Похоже вы из тех людей, полковник, что всегда оказываются правы. Не стану докладывать на верх, просто сосредоточу флотилии у всех известных нам телепортов и когда они нападут — встретим их как следует.

— А как остальные пять секторов? — поинтересовался я.

— Там творится все точно такое же дерьмо. Они жмут нас со всех сторон, — ответил адмирал, явно встревоженный такой ситуацией. Он нервно крутил золотой перстень на пальце, поминутно бросал короткие взгляды на карту.

— Нам остается только одно — наращивать производство боевых звездолетов, — заметил я, глядя прямо в голубые глаза адмирала.

— Правильно мыслите, полковник, и поэтому я хочу назначить вас старшим отряда. Сейчас нам известно девятнадцать вражеских порталов, мы хорошо научились находить их в пространстве, но столько адмиралов у меня нет. Их я поставлю прикрывать самые большие телепорты, а остальные тоже нужно кому-то прикрывать. Соответственно, я должен назначить туда командиров рангом пониже, но способных, и вы вполне подходите для этого. Тактику вы знаете, сами принимали участие в таком сражении. Но у вас будет всего пять крейсеров, правда все новые. Но и шанс, что на малом портале выскочит большая группировка, тоже не велик.

— Я согласен, служу империи! — вытянувшись по струнке, ответил я.

— Вольно, полковник. Я знал, что вы согласитесь, — и улыбка на мгновение осветила его круглое лицо. — Вот вам пакет, вскроете на борту, — продолжил он объяснять мое задание, немного успокоившись. — К вашему крейсеру на помощь придаю еще четыре корабля, таких же, как ваш. Больше дать не могу, сами знаете, что их флот все еще в три раза больше. Как заметите противника, сообщите, если смогу — пришлю помощь.

— Сделаю все, что смогу, — ответил не по уставу я, продолжая стоять напротив него, опершись правой рукой на его большой стол, разделявший нас.

— Не сомневаюсь, — и адмирал подошел прямо ко мне и впервые пожал мою руку.

А через минуту я уже очутился в коридоре.

И, как обычно, пришло сообщение от системы: «Получено задание — защитить указанный сектор».

Глава двенадцатая – Оборона

До указанных в пакете координат, мы шли полным ходом пятнадцать дней. У меня было время подумать. И я пришел к идее, что нам трудно будет отбиться, даже имея на новых крейсерах кварковые пушки. Новых крейсеров пока очень мало, а старые могут уверенно уничтожить вражеские корабли, если застанут их врасплох.

Во время полета экипаж отрабатывал тревогу в штатном режиме. Свободные от вахты офицеры занимались своими делами. Я попросил Нику найти личные дела капитанов, которые откомандированы под мое начало. Хороший командир должен знать своих подчиненных. Конечно, кораблями по большей частью управляет ИИ, человек просто не успеет среагировать на многие ситуации как в момент боя, так и при движении на сверхсветовых скоростях. Когда четверть секунды, необходимые для реакции человека, превращается в триста тысяч, а то и более пройденных километров.

Моя подруга была классным специалистом и вскоре я ознакомился с личными делами моих новых подчиненных. Они оказались опытными командирами с большим послужным списком. Мне даже стало неудобно, что меня назначили ими командовать. Но, как говорится, начальству виднее.

У телепорта мы оказались первыми, впрочем, остальные четыре новых крейсера подтянулись в течении одних суток. Эти корабли были с недавно назначенными капитанами и с вновь сформированными экипажами, которые еще не встречались с противником.

Я приказал капитанам прибыть на борт, чтобы не засорять эфир секретным совещанием, а на данный момент главное соблюсти секретку.

***

Единственным помещением подходящим для проведения такого мероприятия оказалась кают-компания. Там мы и разместились. Двое прибывших командиров были одного со мной звания, а двое других — еще подполковниками. Я быстро назначил одного из них нести боевое дежурство по ту сторону перехода. А после рассказал о своем участии в реальном сражении и показал короткий фильм, получившийся из съемок видеокамер во время боя. После чего всех отпустил.

Командиры вернулись на свои корабли и скоро, назначенный на дежурство крейсер, ушел в чужое пространство. Теперь нам оставалось только ждать.

Ждать пришлось долго. Но мы с пользой потратили время. Я организовал совместные маневры, отрабатывая отражение атаки противника, прорвавшегося сквозь зону перехода. Моя маленькая эскадра отработала сценарий ведения боя, имитировавшее залпы кварковых пушек, мгновенный разворот бортом и огонь из бортовых средств поражения. После повторной зарядки кварковой пушки, обратный разворот на девяносто градусов и снова стрельба из нее по противнику.

Мы все же были готовы к выполнению оборонительного сценария, но все пошло не так. Из охраняемого нами телепорта выскочил наш крейсер и передал информацию о подлете эскадры из двадцати кораблей, большинство из которых оказались эсминцами. Мы зарядили кварковые пушки и я распределил очередность залпов. Но прошло десять минут, а из портала не появился ни один вражеский корабль.

Задержка достигла двадцати минут, как вдруг в пятистах километрах левее вынырнул их линкор, а за ним два крейсера, потом шесть эсминцев. Они развернулись в нашу сторону и прибавили ходу. За ними, один за другим, вынырнули еще два крейсера. Дальше я не считал.

— Левый разворот, курс на новую зону перехода! — скомандовал я.

Моя эскадра медленно набирая ход, подрабатывая рулевыми двигателями, легла на новый курс. Пятнадцать кораблей противника уже оказались в нашем пространстве. К счастью, линкор имелся только в единственном экземпляре. Они шли курсом на нас, ну почти точно на нас.

— Линкор мой! — приказал я. — Остальным распределить цели и на счет три залпом: один, два, три — огонь.

Невидимые пучки кварков пронзили пространство и вражеские корабли стали чернеть и оплывать. Передняя треть корпуса линкора почернела и стала рыхлой и пористой, одновременно странным образом обтекая и изгибаясь. Тоже происходило еще с четырьмя вражескими крейсерами, получивших основной урон на две трети длины корпуса и от них мало что осталось.

Вражеские корабли стали наводиться на то место в пространстве, где находились мы. Однако наши кварковые пушки успели зарядиться раньше. ИИ расфокусировал кварковые пучки так, что они стали поражать площадь в трое больше, чем раньше. И мы дали второй залп, накрывая им все эсминцы противника по эту сторону перехода.

Из телепорта вынырнул последний крейсер и шестнадцатый корабль по счету. Три последних крейсера и три эсминца остались абсолютно целыми. Мой ИИ разрядил один борт в изуродованную тушу линкора и перенес огонь на ближайший из крейсеров. Остальные тоже ударили по своим противникам, обычным лазерно-пушечным-ракетным залпом.

Три эсминца пыхнули и сгорели, силовое поле не выдержало такого залпа и их разнесло. Крейсера огрызались отчаянно. Они сосредоточили огонь на одном из моих кораблей и через три залпа он пыхнул, загорелся, потерял защитное поле и через несколько секунд взорвался, получив еще один бортовой залп одного из вражеских крейсеров.

Два вражеских крейсера тоже загорелись и мы, сразу четыре корабля, ударили по последнему, почти целому, кораблю противника. Его разнесло в клочья.

Но тут мой крейсер сотрясся от серии взрывов. Нас атаковали с тыла, со стороны того телепорта, который мы караулили изначально. ИИ переключил обзор на другой борт и на главном мониторе я увидел три огромных линкора, дающих по нам второй залп.

Позади них из телепорта появились два вражеских крейсера. Мой крейсер горел, еще два постигла такая же участь. Последний уцелевший крейсер развернулся и разрядил в линкор кварковую пушку. Мой крейсер успел развернуться носом и разрядить уже зарядившуюся кварковую пушку в еще один линкор. Вражеский линкор разломило пополам, но и для нас результат оказался катастрофическим.

— Сообщи на базу о поражении, — велел я ИИ.

— Уже сообщил, — отозвался он.

Тут же заквакала тревога и ИИ потребовал всем пройти к спасательным модулям.

— Всем покинуть корабль! — заорал я в общую сеть. —Только оставьте мне мою капсулу. Лейтенант Морозова, бегом в мою капсулу, — приказал я, переключившись на ее личный канал.

— Я сама не полечу, буду ждать, — прокричала она в ответ и я услышал в ее голосе страх.

— Жди, я скоро буду, — отозвался я.

В голове вертелась откуда-то издалека пришедшая мысль, насчет капитана последним покидающим судно. Да, кажется, в прошлой, теперь исчезнувшей, жизни я читал что-то такое.

Сегодня я решил подороже продать свой крейсер. И пока мои подчиненные бежали к десантным ботам и спасательным капсулам, приказал ИИ выжать максимальную скорость и направить крейсер на их уцелевший линкор. «Если взорвутся реакторы, то им тоже придет полный пипец!» — подумалось мне.

ИИ выжал половину скорости света и включил обратный отчет. Противник вел очень плотный огонь, стремясь остановить мой таран, а время просто летело. Когда осталась две минуты до столкновения, я выдернул блок ИИ из разъема и одел его шнурок себе на шею, а после без оглядки бросился к спасательной капсуле. Благо до нее было несколько шагов.

Ника ждала меня с открытой дверью. И я сходу нырнул на заднее сиденье. Дверь захлопнулась, а двигатель взревел. Взрыв четырех пиропатронов вынес в космос внешний люк, и мы, сорвавшись с места, почти мгновенно оказались в сотне метров от корабля. Мне показалось, что прошел один миг, и я сижу внутри и тут срабатывает автопристегивание и шесть ремней защелкиваются вокруг моего тела. Они с усилием вжимают меня в кресло. Переднее кресло занимает Ника. Я последним ушел с корабля.

Снимаю блок ИИ с шеи и передаю его Нике. Она втыкает его в соответствующий разъем и капсула, управляемая искином, выбирает оптимальный маршрут, к ближайшей планете-столице пограничного района. Капсула срывается с места и сразу оказывается в месиве осколков, оставшихся от моего крейсера. Но ИИ расчетливо маневрируя проводит нас, не зацепившись за этот космический мусор.

Смотрю на монитор заднего вида, на котором видна зона боевых действий. И вижу как мой горящий и уже мертвый, на половинку разрушившийся, крейсер врезался в их целенький линкор. Двадцать секунд и там расцвели три неслышных оранжевых цветка. «Это рванули реакторы линкора, — догадался я. — Теперь их кораблю точно кранты». Уцелевшие корабли противника выпустили нам в след свои десантные боты. Я оценил, что примерно пятьдесят их машин преследуют нас.

Я посмотрел на передний монитор и увидел десятки малых аппаратов, самыми большими из которых были десантные боты. Они неслись впереди меня, совершая противоракетные маневры. Вот они набрали оптимальную скорость и выключили двигатели, дальше полет идет по инерции.

— Сколько лететь до планеты, ИИ? — спросил я, хриплым от волнения голосом.

— Почти пятьдесят часов.

— Позади нас летят их десантные боты. Похоже они нас преследуют.

— Нет, вы им не нужны, они собираются высадить десант, — ответил ИИ.

— Черт! Это вторжение на планету.

Мой мозг лихорадочно заработал. «Видимо, все наши или по крайней мере большинство эскадр потерпели поражение, и сейчас такая хрень творится вдоль всей границы. Высаживают десанты на десятки, а может и на сотни планет, а флот практически уничтожен. Хорошо, что десантные боты с роботами тоже летят вместе с нами. Будем биться за планету».

И сразу же пришло системное сообщение: «Задание — защитить указанный сектор провалено. Получено новое задание — уничтожить вражеский десант. Вам начислено двенадцать очков свободного опыта за уничтожение трех вражеских кораблей. Добавлен навык — командир эскадры».

У меня было полно времени на обдумывание и я решил, что сейчас наиболее полезным вложением очков будет навык — управление десантом. От этого зависят жизни моих подчиненных.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 47;

6. Управление военными звездолетами — 40;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 40;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31;

12. Убеждение — 9;

13. Командир эскадры — 1.

***

Как и следовало ожидать, мы с Никой приземлились последними. Мой силовик майор Канев, тридцатилетний перспективный офицер, худой и высокий зеленоглазый шатен, заместитель по наземным операциям, уже построил людей и роботов, действуя по обстановке, отдавал приказы решительным голосом:

— Парни, не стоять, ищем подходящие места и оборудуем укрытия. Достать из ранцев маскировочные халаты. Закапываемся в сугробы. Десант противника на подходе! У нас на все про все сорок минут. Дадим им коксу. Эта планета важна, районный центр. Оплот нашей цивилизации на границе. Вперед, работаем.

Парни взялись за шанцевый инструмент и кинулись зарываться в сугробы. Сорок минут для обученного солдата это неплохая фора, а мои были хорошо обучены. Канев отлично их натаскал, да и я, как бывший силовик, присматривал за этим процессом.

Рота разделилась пополам, половина копала в снегу ячейки на двоих, а вторая старалась выкопать окопы для тяжелых роботов — нашей главной ударной силы. Снег оказался лежалым, плотным, и парни вырезали из него снежные кирпичи и укладывали в виде бруствера. Какая ни какая, а все защита и укрытие.

Кроме роты спецназа под моим началом оказалось двести сорок матросов и младших командиров, специалистов по обслуживанию корабля, которые, конечно, знали с какого конца браться за штурмовой бластер, но ни разу не участвовали в планетарных боевых операциях. В общем, парни необстрелянные, с минимальным опытом, чуть лучше планетарного ополчения. Это были все те, кто сумел спастись из моей уничтоженной эскадры. Их я, под руководством одного из офицеров, отослал на километр к городу строить нам запасной укрепрайон.

***

Через сорок минут серые сели в двух километрах от нас. Из пятидесяти вражеских десантных модулей до поверхности добралось сорок восемь: я приказал задействовать тяжелых роботов как зенитки и они сбили два модуля, которые загорелись в воздухе и тяжело врезались в планету. Позади нас, примерно в пяти километрах, начинался город.

— Парни, силы не равны, так что медленно отходим на промежуточный оборонный рубеж, там будет где укрыться. Главное прикрывать друг друга и не подставляться. Да и стреляйте точнее, батареи заряжать негде, — приказал я.

Откровенно говоря я ожидал, что противник в первой волне пустит роботов, но вместо них первыми шли сами серые. Высокие и худые, даже в бронескафандрах они тяжело преодолевали сугробы. Поэтому шли медленно. Зато из-за маленькой ширины тела попасть в них было труднее, чем в нас. Ситуацию усугубляли их бронескафандры серебристого цвета, сливавшиеся со снежным покровом. Когда они подошли на четыреста метров я скомандовал огонь.

Мои стреляли одиночными и, как правило, попадали. В восьмикратную оптику они были как на ладони. Серые отвечали из ручных бластеров, но на такой дистанции их огонь оказался не эффективным. Они тоже прятались и ныряли в сугробы, потом видимо понукаемые приказами командиров, снова вставали и брели вперед. Наибольший урон противнику наносили роботы, имевшие на вооружении гораздо более мощные бластеры, чем люди.

Однако численный перевес серых внушал опасения. Подпустив их на триста метров, я дал приказ половине людей отойти на километр, где уже были оборудованы для нас укрытия. Тут кто-то похлопал меня по плечу. Я обернулся и увидел майора Канева.

— Командир, тут человек пришел от городского ополчения.

— Давай его сюда.

— Да вот он, слева от вас.

Я повернул голову и увидел молодого парня в бронескафандре устаревшей модели, выкрашенного в белый маскировочный цвет.

— Докладывай, — приказал я.

— Господин полковник, наш командир занял оборону на окраине города, так что можете смело отойти — мы прикроем.

— Сколько вас?

— Почти две тысячи и половина бывшие военные в отставке. Остальные, обученная ими молодежь.

— Иди к своим, командиру доложи, что мы будем постепенно отходить, сдерживая этих серых. У них похоже нет роботов, а у нас их сто пятьдесят малых и девять больших танков, так что вместе глядишь и отобьемся.

Он ушел, а я сам взялся за штурмовой бластер и стрелял пока не разрядилась батарея. Впрочем, они подошли на двести пятьдесят метров и у нас появилось двое раненых. Я отрядил бойцов вытащить их до городского ополчения. А следом скомандовал:

— Отступаем на запасную позицию, там нас ожидают готовые ячейки. Роботы тоже отходим и стреляем на ходу.

Роботы имели круговой обзор и могли идти в одну сторону, а стрелять в другую. Это очень удобно в сложной обстановке. А тем временем ИИ подсчитывал вражеские потери.

— Командир, — докладывал он, — у них убито и ранено двести десять.

Такие цифры меня радовали, давая надежду на победу. Нику я еще раньше послал вместе с отступающими бойцами. Теперь я с роботами и спецназом отходил за ними следом. Роботы вели огонь не опасаясь ответного огня противника. Бластеры серых были не достаточно мощными и чтобы нанести урон роботам им пришлось бы подойти метров на пятьдесят, а то и ближе. Я, конечно же, не собирался давать им такую возможность.

Мои спецназовцы отходили прикрываясь роботами, периодически останавливаясь и отстреливаясь, становясь на одно колено. Потери врага росли, а мы держали дистанцию, на которой их оружие было мало эффективно. Так мы добрались до запасной позиции практически без потерь. Нескольких легко раненных тут же сдали медикам, для оказания необходимой помощи.

Глава тринадцатая – Наш ответ серым

Тем временем напор серых ослаб, видимо атакующий потенциал у них закончился. Мы закрепились на промежуточной позиции, отступив примерно на километр, а они не спешили сокращать дистанцию.

— Не нравится мне это затишье, — вдруг заявил ИИ.

— И почему тебе не нравится, ведь мы их остановили, хотя нас в разы меньше по численности.

— Что бы вы сделали, командир, если было наоборот: остановили вас, а у вас еще и на орбите имелась поддержка в виде флота звездолетов?

— Блин! Всем срочно отойти к городу, — заорал я в переговориник. — Бегом!

На этот момент расстояние до противника составляло не менее шестисот метров, а значит их лучевое оружие нам ничем не грозило. Мои парни вскочили и побежали к городу, роботы вроде не бежали, но сохраняли дистанцию в сто метров, которая между ними была раньше. Я бежал одним из последних. По глубокому снегу в тяжелой броне это то еще удовольствие. Я пару раз запахал носом, спотыкаясь о неровности поверхности, невидимой под снегом. Но шустро вскакивал и бежал дальше.

Парни тоже частенько проваливались в плотный снег и падали, снова вставали и бежали. Хорошо, что подчиненные не оспаривают приказы командира. Мы выдержали метров пятьсот, а после перешли на шаг. И тут небо запылало языками пламени — их было сотни.

— Ложись! — крикнул я по внутренней связи и все рухнули в сугробы лицом вниз. Роботы присели как можно ниже, также по-своему выполняя команду «ложись».

На то место, где мы находились пять минут назад, сверху падало хренова туча вражеских снарядов и ракет. Некоторые из них рванули в нижних слоях атмосферы от перегрева, но добрая половина достигли поверхности. Они легли точно туда, где ранее находились мы. Это была поддержка из космоса. Враг сразу бросился в атаку, но мои парни подпустили их поближе и весь экипаж, теперь уже соединившийся, открыл по ним прицельный огонь.

Я связался с Никой, переживая за нее:

— Малыш, ты там как?

— Я жива, только сил почти не осталось бегать по сугробам. И я реально боюсь. Если они нас накроют из космоса.

— Отходи к ополченцам, передай им приказ прикрывать нас. Скажи, что утром мы отойдем на их позиции.

Серые выдержали несколько минут и после снова легли в снег. А я, памятуя о возможном ударе из космоса, приказал отойти на пятьсот метров. Увы, мне нечего было противопоставить вражеским звездолетам.

— Еще сорок серых положили, — доложил ИИ. — Итого двести пятьдесят.

Дело шло к вечеру и я приказал парням доставать сухпай. Голодным в снегу не навоюешь.

Так и просидели до сумерек, в ожидании новой бомбардировки, но не дождались.

Под утро мы отошли на окраину города, соединившись с местными ополченцами.

И тут пришло сообщение от системы: «Выполнено подзадание — объединение сил. Вам начислено три очка опыта».

И это оказалось неожиданно, но приятно. И я тотчас же расставил очки, загнав все в управление десантом.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 50;

6. Управление военными звездолетами — 40;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 40;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31;

12. Убеждение — 9;

13. Командир эскадры — 1.

Однако это не подняло мне настроение, я все прикидывал варианты того, как бы поступил на месте противника. Выходило очень печально. Во-первых, можно еще высадить десант и таки прижать нас за счет численного перевеса, а, во-вторых,— устроить артналет с орбиты, которому нам нечего противопоставить.

Помощи от нашего флота я не ждал, так как по моему предположению от него практически ничего не осталось. Связь тоже отсутствовала, что подтверждало мои предположения. Ополченцы нас накормили и оказали помощь раненым, среди них оказались настоящие медики.

Утром серые начали новую высадку десанта. Еще пятьдесят ботов совершили посадку. Теперь численность противника примерно в два раза превосходило нашу, но их поддерживал еще и флот, висящий на орбите, который мог стереть с лица этой планеты все города и поселки.

Противопоставить этой мощи нам было нечего. Но звездолеты противника пока не вели обстрел, а их десант не двигался вперед. Тем временем городские власти начали ночью выводить жителей из города. Все понимали, что борьба за город приведет к его разрушению.

Впрочем, хотя жителям и было жалко потерять свои дома, но они полностью поддерживали своих защитников, прекрасно понимая, что надеяться им больше не на кого.

***

Три дня мы бились за город, постепенно сдавая позиции. Четыре раза серые долбили нас с орбиты из тяжелого вооружения. Но мы почти не понесли потерь от этих мощных ударов. Пострадал главным образом город, особенно центр, по которому серые ударили три раза. Но мы приспособились не задерживаться на одном месте и, отстреляв противника, отходили на пару кварталов, чтобы не попасть под артудар из космоса. Только один раз они накрыли сотню ополченцев, замешкавшихся при отходе, и то половина осталась цела.

Мы же пять раз контактировали с десантом серых и смогли практически ополовинить их, понеся незначительные потери. Эвакуация гражданского населения уже закончилась, а мы все еще держались за опустевшую от людей столицу планеты.

Я приказал местным ополченцам отойти на последние рубежи на самой окраине города. А сам со своими парнями и роботами устроил засаду почти в самом центре на главной площади. Ради этого мы всю ночь пробирались по полуразрушенным улицам и только под утро рассредоточились по еще уцелевшим домам. Десяток местных ополченцев, хорошо знающих город и окрестности, были приданы моему отряду в качестве проводников. По сведениям моих разведчиков через эту небольшую городскую площадь, которую мы взяли в полукольцо, должна пройти колонна серых.

Мой отряд занял отличные позиции вокруг нее и когда появились бронетранспортеры серых, вчера сброшенные с орбиты, я приказал открыть огонь. Рявкнули гранатометы и от взрывов ракет сдетонировали боеприпасы в десятке машин. Башни с малокалиберными пушками улетали выше крыш, а легкобронированные корпуса выворачивало наизнанку.

Каждое удачное попадание рождало дюжину двухсотых серых. Мы дали один залп и не жадничая отошли, а точнее отбежали на пятьсот метров вслед за местными проводниками, пользуясь узкими закоулками для отхода.

В последнее время мне неоднократно приходили уведомления от системы о получении очков опыта. Однако напряжение в эти дни оказалось такое, что мне было совершенно некогда их расставлять.

***

Ночью мы оставили на четверть разрушенный город. Он достался серым, хотя их спецназ был даже слабее, чем наше ополчение, но против бомбардировок из космоса мы оказались бессильны. Однако мы не сдались, потеряв столицу планеты. Местные разместили ополченцев и моих людей в ближайших сельскохозяйственных поселках, спутниках столицы.

Нам оставалась только партизанская война. Два месяца мы прятались в различных населенных пунктах и в огромном лесу, окружавшем столицу с трех сторон, делая ночные вылазки и нанося удары по войскам серых.

Неожиданно мой коммуникатор ожил и я услышал:

— Всем, всем! Кто меня слышит! Это адмирал имперского флота Потапов. Вражеский флот на орбите вашей планеты уничтожен, блокада снята.

Мы находились в лесном лагере, который переносили с места на место каждые три дня. Все, находившиеся в командирской палатке, стали поздравлять друг друга, пожимая руки и хлопая по плечам. Раздались одобрительные голоса: «Ну, наконец-то! Давно пора!»

О, я сразу узнал этот голос и схватил коммуникатор.

— Адмирал, это полковник Смирнов, я тут на планете командую сопротивлением.

— Рад слышать вас полковник! Сегодня высаживаю десант, дайте координаты для высадки. На завтра назначаю штурм столицы.

— Адмирал, нам не нужна помощь, без поддержки с орбиты они не удержат столицу, нас тут вместе с ополчением более двух тысяч, сами справимся.

— Как скажете, полковник! Рад, что вы живы.

— Но, адмирал, я считал, что мы проиграли все бои возле порталов...

— Так и было, полковник, это наши инженеры построили новые современные крейсера, ускоренными методами и на них я двинулся громить эскадры серых. Вы четвертая планета, которую мы освободили от осады. Остальное не для эфира, только при личной встрече. Конец связи.

Он отключился. А я начал давать распоряжения для завтрашнего решительного сражения с вражеским десантом.

Слух о нашей победе на орбите планеты быстро распространился по всему лагерю. Через двадцать минут, раздав приказы, я направился на поиски Ники и идя через лагерь встречал только улыбающиеся лица. Я нашел ее в шалаше, где она обычно ночевала.

Ника, увидев меня, воскликнула:

— Алексей, это правда?

— Если до тебя дошли слухи о нашей эскадре на орбите, то это правда. Минут двадцать назад я разговаривал с адмиралом. Он прибыл сюда с эскадрой и уничтожил противника на орбите. Завтра мы штурмуем город. Наша задача добить остатки вражеского десанта.

От счастья Ника пустила слезу и я ее обнял. В шалаше находились еще две женщины, их лица светились радостью от таких новостей.

***

На рассвете мы атаковали серых, почти окружив их. Они стреляли в ответ, заняв круговую оборону, но моих ребят пострадало всего четверо. Им не повезло, бластеры серых попали в сочленения доспехов, которые ради подвижности изготовлялись несколько тоньше. Нашим ополченцам, из-за устаревших бронескафандров, досталось сильнее. Человек тридцать из них получили ранения.

Противнику досталось гораздо больше, в живых осталось всего пара десятков, и только потому, что они вовремя побросали бластеры на снег. Это была последняя битва. Теперь планета свободна от вражеских войск.

Система тут же сообщила мне об этом: «Выполнено задание — уничтожить вражеский десант. Вам начислено восемь очков опыта». С ранее начисленными, это составило четырнадцать очков опыта.

В ожидании транспорта с орбиты, я еще раз просмотрел статы и решил, раз возвращаюсь в космос, то стоит все очки опыта поставить на навык «командир эскадры», так как он влияет на качество командования ею.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 50;

6. Управление военными звездолетами — 40;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 40;

9. Интеллект — 50;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 31;

12. Убеждение — 9;

13. Командир эскадры — 15.

***

Утром адмирал выслал десантные боты за моим спецназом и командой. И через четыре часа мы оказались на борту флагманского крейсера, возглавлявшего эскадру из сорока крейсеров.

Потапов вызвал меня в свою каюту. Она была немного больше, но практически мало отличалась от моей. Космос не то место, где гоняются за высоким уровнем комфорта.

— Знаете, полковник, я очень рад, что вы уцелели. Хотя от такого способного командира я и не ждал другого. Они ударили по нашему флоту по всему периметру, тем же способом, что и по вашей небольшой эскадре. У нас практически не было шансов. Тем более, что в некоторых местах они имели тройной перевес в численности. Подошедшие к ним транспорты сразу стали высаживать десанты на главные приграничные планеты, стараясь их захватить. Нам еще предстоит пройти по всей границе с нашей эскадрой и выбить противника с приграничных планет, — свой рассказ он сопровождал движением лазерной указки, тыкая красной точкой в нужные места карты, занимавшей одну из стен каюты.

— Но, адмирал, откуда эти крейсера? — с удивление спросил я. — Я полагал, что они уничтожили весь наш флот.

— Вы правильно полагали. Так и произошло. Вот только мы успели создать два десятка новых заводов, заточенных на выпуск новых крейсеров, что позволило нам удвоить производство военных звездолетов. За те месяцы, что прошли с момента как вы предоставили нам данные об огромном перевесе серых в кораблях, наше руководство постаралось исправить ситуацию. Эту эскадру производили на двадцати заводах. Как только набралось сорок кораблей, то я собрал их вместе в один кулак и отправился бить противника по частям, благо они растянули коммуникации и раздробили свой флот на маленькие группки. Сейчас закладывают еще двадцать таких заводов, так что у нас есть все шансы возродить флот. Кстати говоря, кое-что для нас разработали ваши пленные ученые.

— Рад, что они пригодились, ваше высокопревосходительство.

— Я так подозреваю, что они работают из-под палки, но все равно благодаря им мы располагаем несколькими замечательными приборами.

— Я полагаю, что эта эскадра единственная в нашем секторе?

— Правильно полагаете и нам нужно поспешить с освобождением других планет. Как только придет новая партия крейсеров, то вы и ваш экипаж получите новую машину.

— А почему в эскадре нет ни одного линкора?

— Знаете, полковник, вместо одного линкора можно построить пять крейсеров, затраты времени и ресурсов практически одинаковые. Так что пока приняли решения строить только новые крейсера, ради численности флота.

***

Меня и мой экипаж пока что зачислили в десант.

Сейчас нам предстоит выбить десант серых со следующей планеты. Здесь они захватили столицу сектора. Увы, местные ополченцы не смогли оказать достойного сопротивления, да и было их совсем немного, около пятисот человек. Правда, серые захватили только столицу, дальше им не хватило то ли сил, то ли запала.

В общем, наша задача уничтожить противника. Хотя пленные тоже пригодятся — дороги строить на вновь колонизируемых планетах. Ночью мы десантируемся на окраине местной столицы.

***

Вперед пошли роботы. Их меткость и почти полная неуязвимость давала нам солидное преимущество. Бойцы шли за ними, как за танками, а серые пытались остановить роботов из своих ручных бластеров. Я, разумеется, руководил боем, находясь в последних рядах. Ника осталась на флагманском крейсере и поддерживала с нами связь. Она мне была очень дорога и я не хотел лишний раз рисковать ею.

К вечеру мы закрепились в центре города. Противник пытался контратаковать, но наши гранатометчики сожгли их танки и бронетранспортеры и атака захлебнулась. Живой силе тоже досталось. На второй день мы их добили и отобрали город. Примерно пятьдесят серых сдались на милость победителей.

***

Дальше все пошло по одному сценарию. Мы летели вдоль границы, внезапно нападали на флотилию серых, уничтожали их корабли, высаживали десант на захваченную планету, отбивали столицу и летели дальше.

После каждой такой наземной операции система выдавала мне в награду по нескольку очков опыта. Однако шли тяжелые бои и, возвращаясь на борт крейсера, я уже не имел сил расставлять очки опыта. Так что к моменту окончания зачистки границы, когда я со своими людьми закончил с девятнадцатой по счету планетой, у меня с учетом всех нерасставленных очков, накопилось девяносто пять очков опыта. По дороге обратно я расставил их, долго вчитываясь в интерфейс и взвешивая влияние и важность различных навыков. Я предпочел расставить очки на те навыки, которые повышали боеспособность вверенных мне кораблей и бойцов.

И теперь мои статы выглядели так:

1. Полковник Смирнов, командир крейсера;

2. Жизни — 300;

3. Сила — 300;

4. Выносливость — 300;

5. Управление десантом — 50;

6. Управление военными звездолетами — 50;

7. Стрельба из личного оружия — 30;

8. Управление бортовыми орудиями — 50;

9. Интеллект — 60;

10. Фехтование — 29;

11. Дипломатия — 50;

12. Убеждение — 20;

13. Командир эскадры — 50.

***

Вскоре, после этого, поступили новые крейсера и мне в числе первых дали под командование точно такой же корабль, как и мой погибший крейсер. Я был рад снова стать полноценным капитаном. Потери в экипаже восполнили новобранцами и чтобы натаскать их, я стал проводить учения как и прежде: один раз в неделю. Многим офицерам объявили благодарности, а то и повысили звания. Ники присвоили звание старшего лейтенанта и квалификацию главного радиста.

Наш флот начал возрождаться. Полгода, в военных действиях, было затишье. У нас не имелось средств для нападения, хотя производство военных звездолетов утроилось. Впрочем, серые тоже лишились половины флота и, видимо, по этой причине не вели активных действий.