Марвел 11: Система черного паука

Глава 1: Ничтожная пыль под колесами гигантов

Нью-Йорк. Этот город на первый взгляд казался вершиной человеческой цивилизации, сияющей неоном и стеклом витрин Манхэттена. Но для меня, стоявшего на крыше полуразрушенной кирпичной двухэтажки в неблагополучном районе Бруклина, эта картина выглядела иначе. Это были дикие джунгли, где сильные пожирали слабых, не оставляя даже костей.

В этом мире обычный человек, лишенный особой родословной, колоссального богатства или мутации, был не более чем ничтожным муравьем.

Я глубоко вздохнул, чувствуя, как холодный осенний воздух наполняет мои легкие. В моих глазах мелькнула тень тяжелых размышлений. Буквально в нескольких милях отсюда возвышалась Башня Старка — символ абсолютного технологического доминирования. Корпорация «Старк Индастриз» в этом мире была подобна древнему колоссу, превосходящему границы понимания обывателей. Один лишь щелчок пальцев ее лидера, Тони Старка, мог стереть с лица земли жизни тысяч таких, как я. А ведь существовали еще скрытые в тени структуры вроде правительственного «Щ.И.Т.а» или фанатиков из «Гидры», которые смотрели на простых смертных лишь как на ресурс для своих экспериментов и расходный материал.

«Сила. В этом мире имеет значение только личная сила», — подумал я, крепко сжав кулаки. Мои ногти почти вонзились в ладони, но я не почувствовал боли. Мой разум был сосредоточен на ином.

С моим прежним уровнем физической подготовки любой второсортный наемник из банды Кингпина мог бы оборвать мою жизнь за один цент. Но фортуна, похоже, решила повернуться ко мне лицом.

【Динь! Процесс синхронизации с "Системой Космической Эволюции" завершен на 100%. (Носитель) успешно идентифицирован: Эрик Вэнс. Восприятие реальности скорректировано.】

В моей голове раздался этот механический, лишенный эмоций голос, который для меня прозвучал слаще любой музыки. Перед глазами всплыла полупрозрачная голографическая панель синего цвета.

【Статус Носителя: Эрик Вэнс】

Уровень Эволюции: 1 (Обычный смертный)

Сила: 0.8 (Средний показатель взрослого мужчины — 1.0)

Ловкость: 0.9

Выносливость: 0.7

Энергия (Скрытый потенциал): 0.1 (X-ген заблокирован)

Свободные очки распределения: 5

Доступные навыки: Нет

Я не мог не усмехнуться, глядя на эти жалкие цифры. Мое тело действительно было слишком слабым. Из-за недоедания и постоянного стресса показатели силы и выносливости не дотягивали даже до нормы обычного американского обывателя. Если бы я столкнулся с мутантом низшего ранга или хотя бы с профессиональным боксером, у меня не было бы и шанса выжить.

Однако теперь все изменилось. Система проанализировала мое состояние и предоставила мне инструмент для преодоления рамок, установленных природой.

«Система, каков наилучший путь распределения очков на данном этапе?» — мысленно спросил я, сохраняя хладнокровие. Настоящий практик собственного развития не должен поддаваться эмоциям при виде внезапного богатства. Каждый шаг должен быть просчитан до мельчайших деталей.

【Рекомендация Системы: На начальном этапе Носителю необходимо укрепить физический сосуд. Низкий показатель Выносливости не позволит перенести интеграцию более сложных энергетических структур, таких как сыворотки суперсолдат или магия Арканы. Рекомендуется вложить 3 очка в Выносливость и 2 очка в Силу.】

Анализ системы был логичным. Без прочного фундамента любое величественное здание рухнет от легкого порыва ветра. Технологии Старка или генетические манипуляции «Озкорп» требовали от испытуемых невероятной выживаемости, именно поэтому большинство их подопытных погибали в мучениях. Я же мог обойти эти ограничения.

«Распределить очки согласно рекомендации», — отдал я мысленную команду.

В ту же секунду мое тело пронзила волна жгучего жара. Это не было безболезненным процессом. Я почувствовал, как мои мышечные волокна начали рваться и мгновенно перестраиваться на клеточном уровне. Кости издавали глухой хруст, уплотняясь и избавляясь от микротрещин. Из пор моей кожи начал выделяться темный, дурно пахнущий пот — токсины и шлаки, накопившиеся за годы жизни в загрязненном мегаполисе, стремительно покидали мой организм.

Я стиснул зубы, не позволяя себе издать ни единого стона. Этот физический дискомфорт был ничем по сравнению с возможностью возвыситься над миром смертных. Если я не могу выдержать даже такое простое улучшение, как я смогу в будущем противостоять давлению существ вроде Халка или древних магов из Камар-Таджа?

Через пять минут процесс завершился. Я тяжело дышал, но усталости не было. Напротив, я чувствовал небывалую легкость. Мое зрение стало четче, а слух улавливал даже шорох шин автомобилей на соседней улице. Я медленно опустил руки, всматриваясь в свои ладони. Кожа на них казалась прежней, но под ней теперь скрывалась совершенно иная плотность. Мои пальцы слегка подрагивали — не от слабости или страха, а от избытка бурлящей энергии, которая требовала выхода.

Разница между моим прошлым «я» и тем, кем я стал в эту секунду, была подобна пропасти между грязью под ногами и недосягаемыми облаками.

Еще несколько минут назад я влачил жалкое существование обычного смертного. Я был послушным винтиком в этой колоссальной машине насилия и угнетения, которую представляет собой этот город. Каждое утро я просыпался с подсознательным страхом стать случайной жертвой в разборках уличных банд или очередного безумного инцидента с участием людей с суперспособностями. Я помню то удушающее чувство бессилия, когда приходилось опускать глаза и уступать дорогу высокомерным парням из Бруклина только потому, что у них было численное преимущество или оружие. Я помню, как смотрел репортажи о подвигах Мстителей и чувствовал глубокую, горькую обиду: почему они рождаются гениями или получают благословение технологий и магии, в то время как я обречен оставаться лишь фоновым шумом в их грандиозной истории?

Но теперь все эти мысли казались мне глупыми и ничтожными.

Я закрыл глаза, прислушиваясь к новому, спокойному ритму своего сердца. Каждый его удар разносил по телу не просто кровь, а концентрированную физическую мощь. Каждое сухожилие натянулось, словно тетива лука, готовая запустить стрелу, способную пробить стальной лист. Моя прошлая слабость казалась мне теперь далеким, нелепым сном. Как я мог позволять себе быть настолько беззащитным перед этим миром?

Чувство обладания Системой вызывало во мне едва ли не наркотическое опьянение. Когда синяя голограмма мерцала перед моим взором, я ощущал себя не просто пользователем какой-то программы. Это было чувство абсолютного контроля над собственной судьбой. Пока миллиарды людей на этой планете слепо уповали на удачу, генетическую лотерею или милость правительства, я держал в руках инструмент для преодоления любых лимитов. Мой разум ликовал. Каждое системное уведомление отзывалось в моей душе глубоким, вибрирующим эхом триумфа. Это было осознание того, что отныне правила этого мира больше не властны надо мной.

«Посмотрите на меня теперь», — мысленно обратился я к невидимым гигантам, парящим в небесах этого мегаполиса.

Тони Старк строит свои игрушки из золота и титана, но его плоть под броней остается мягкой и уязвимой. Мутанты гордятся своим X-геном, считая себя следующей ступенью эволюции, но они лишь рабы своей генетической случайности, ограниченные рамками собственной биологии. Мой же путь развития был чистым, выверенным и безграничным. Система шаг за шагом превратит мое тело в совершенное существо, превосходящее законы природы.

Я снова посмотрел на панель статуса.

【Статус Носителя обновлен:】

Сила: 2.8 (Превосходит базовый лимит обычного человека)

Ловкость: 0.9

Выносливость: 3.7 (Высокая сопротивляемость физическим нагрузкам)

«Превосходно», — подумал я, сжав кулак. Воздух в моей ладони хлопнул от резкого движения. Теперь я обладал физической силой, превосходящей показатели большинства уличных бойцов.

Я посмотрел вниз, на темные переулки Бруклина. Там, внизу, копошились люди. Они спешили по своим мелким делам, ругались из-за грошей, дрожали от холода. В моих глазах они больше не были равными мне. Они казались муравьями, копошащимися в своей земляной куче, не подозревающими, что над их головами только что зародилась сила, которая рано или поздно заставит этот мир содрогнуться.

【Динь! Процесс адаптации показателей Силы и Выносливости завершен. Нервная система Носителя полностью стабилизирована. Свободные очки распределены успешно.】

Голос Системы вернул меня к реальности, но это уже была новая реальность, в которой я занимал совершенно иное положение. Моя аура изменилась. Даже воздух вокруг меня, казалось, стал чуть плотнее, словно подчиняясь моей воле. Я сделал уверенный шаг вперед к самому краю крыши. Высота, которая раньше заставила бы мои колени дрожать от первобытного страха, теперь вызывала лишь легкое презрение. Если бы я упал сейчас, моя укрепленная структура костей позволила бы мне отделаться лишь легким испугом.

Этот мир еще не знал моего имени, но с этого момента я начал свой подъем. И ни одна сила — ни магия, ни технологии, ни генетические мутации — не сможет остановить мое восхождение.

«Продолжение уже на Бусти: [Напишите в браузере: boosty balllass - это мой профиль!]»

Глава 2: Столкновение воли и ничтожность железных доспехов

Я вынырнул из состояния неглубокого сна, которое обычные смертные называют отдыхом. Для меня же этот процесс теперь был сродни медитации — периоду, необходимому для того, чтобы моя нервная система могла усвоить колоссальные объемы информации и адаптироваться к изменениям. Мой покой был прерван настойчивым, монотонным виброзвонком телефона.

Я протянул руку и разблокировал экран. На дисплее высветилось короткое текстовое сообщение с незнакомого, тщательно скрытого номера:

«Сегодня, 15:00. Квинс, 47-я улица, кафе „Дейли Коффи“. Кое-кто желает с тобой встретиться. Приходи, обсудим твою ночную жизнь».

«Ого, кто-то из этих ничтожных ищеек уже умудрился выйти на наш след!» — в моем сознании эхом отозвался голос Венома. В его ментальном тоне отчетливо звучала плотоядная, первобытная радость. — «Мы можем сожрать этого наглого муравья, посмевшего нарушить наш покой?»

«Для начала мы просто посмотрим, что это за птица», — мысленно ответил я своему внутреннему зверю, сохраняя абсолютное хладнокровие. Настоящий практик никогда не совершает хаотичных движений под влиянием мимолетных эмоций. Каждый шаг должен быть частью великого плана.

Отбросив смартфон обратно на смятую постель, я неторопливо поднялся и направился в ванную. Включив ледяную воду, я щедро плеснул ею себе в лицо, смывая остатки усталости, и поднял тяжелый, проницательный взгляд на свое отражение в зеркале.

Семнадцать лет. Бледная кожа, глубокие темные круги под глазами — типичный портрет истощенного подростка, страдающего от хронического недосыпа. Обыватель, взглянув на меня, увидел бы лишь слабость. Но они не могли знать, что за этой хрупкой юношеской оболочкой скрывается воля, закаленная знанием будущего, и мощь симбиоза, превосходящая рамки человеческого понимания. После ночного марш-броска по двадцати трем кварталам Бруклина и усвоения чужой многолетней памяти любой другой смертный просто сошел бы с ума, его мозг превратился бы в кашу. Мой же разум лишь стал чище, словно клинок после качественной закалки.

«Это шестерки того пафосного парня в железной консервной банке», — с уверенностью заявил Веном, транслируя в мое сознание образы вчерашней ночи. — «Мое обоняние не обмануть. Еще со вчерашнего дня я учуял стойкий, отвратительный запах дорогого металла и очищенного авиационного топлива от тех ищеек, что следовали за нами. Вчера за нами четыре квартала тащилась тонированная машина, ты разве не обратил внимания своим восприятием?»

«Обратил», — мысленно отозвался я, регулируя дыхание.

«И какого хрена ты мне ничего не сказал?!» — недовольно зарычал симбиот.

«А ты и не спрашивал».

Мой внутренний партнер разразился сложной серией инопланетных ругательств, перегруженных образами пожирания чужих мозгов, после чего затих, уйдя в глубины моего сознания.

Насухо вытершись полотенцем, я натянул просторное темно-синее худи — простую одежду, которая идеально скрывала изменения в моем теле и позволяла затеряться в толпе. Мне даже не нужно было задействовать расчетные мощности Системы, чтобы понять, кто именно стоял за этим таинственным приглашением. В известной мне хронологии этого мира существовал лишь один человек, обладающий достаточным самомнением, финансовыми ресурсами и наглостью, чтобы отправить наружку за школьником, прислать пижонское сообщение и предложить «поболтать о ночной жизни».

Тони Старк.

Глава великой технологической корпорации «Старк Индастриз». Ну или, что более вероятно на данном этапе, кто-то из его верных цепных псов — Хэппи Хоган или один из высокоранговых оперативников службы безопасности. Для меня эти детали не имели ровно никакого значения. Главным было то, что великий Железный человек уже обратил на меня свой взор и зафиксировал мою энергетическую сигнатуру.

— Гораздо раньше, чем я рассчитывал, — негромко произнес я, глядя на то, как капли воды стекают по стеклу зеркала.

«А разве это плохо, что быстро?» — спросил Веном, чье понимание человеческих интриг все еще оставалось на уровне базовых инстинктов хищника.

— Слишком быстро — и ты окажешься в слабой позиции навязанного игрока, чьи действия контролирует более сильный оппонент. Слишком медленно — и ты упустишь идеальный момент для маневра, оказавшись на обочине истории. В искусстве ведения переговоров с такими гигантами, как Старк, необходимо бить точно в тайминг. Ты должен заставить его сомневаться в собственной силе.

«Ты начинаешь разговаривать точь-в-точь как он», — проворчал симбиот.

— Как кто?

«Как тот пижон в железных доспехах. Вы оба обожаете плести словесные кружева из пафоса на пустом месте вместо того, чтобы просто оторвать врагу голову».

Я лишь тонко улыбнулся, не считая нужным тратить время на бессмысленные споры со своим внутренним зверем. Толкнув входную дверь, я уверенным шагом вышел на улицу, подставив лицо пронизывающему, холодному октябрьскому ветру Квинса. Этот ветер больше не вызывал во мне дрожи. Моя физическая структура была слишком совершенна, чтобы обращать внимание на такие мелочи, как капризы погоды.

Без десяти три я уже стоял на противоположной стороне улицы, полностью контролируя ситуацию вокруг неприметного фасада кафе «Дейли Коффи».

Это была крошечная, увядающая забегаловка, зажатая между пропахшей химикатами прачечной и дешевой пиццерией. Ее облупившаяся деревянная вывеска явно видела лучшие времена еще в прошлом веке. Сквозь пыльное стекло витрины я сразу заметил, что столик у самого окна пустовал, словно специально дожидаясь меня, в то время как за остальными столиками сидели обычные, на первый взгляд, люди. Но от моего обостренного восприятия невозможно было скрыть истину.

«Трое», — тут же констатировал Веном, активируя наши общие сенсорные каналы и сканируя тепловые сигнатуры внутри помещения. — «Тот субъект слева, делающий вид, что увлечен чтением утренней газеты; мужчина справа, медленно цедящий остывший кофе; и парень за барной стойкой, который слишком усердно надраивает один и тот же стакан. Ни один из них не является обычным мирным жителем».

«Что по их физиологическим показателям?» — мысленно уточнил я.

«Пульс учащен примерно на пятнадцать-двадцать ударов выше нормы для состояния покоя. Уровень адреналина в крови повышен. Все трое находятся в состоянии боевой готовности и обладают мышечной памятью, характерной для людей с профессиональной военной подготовкой».

Я спокойно пересек проезжую часть. Мои шаги были легкими, бесшумными, лишенными какой-либо суеты. Я толкнул обшарпанную деревянную дверь. Над головой звякнул медный колокольчик, и все трое псевдо-клиентов синхронно, на неуловимую долю секунды вскинули на меня свои взгляды, после чего профессионально вернулись к своим занятиям. Они думали, что действуют незаметно. Как наивно. Для меня их маскировка была не более чем детской игрой.

Игнорируя их присутствие, я целенаправленно прошел вглубь зала и опустился на стул у окна.

В ту же секунду из теневой зоны кафе поднялся крепкий мужчина в безупречно скроенном темном костюме. Его осанка и выверенные движения выдавали в нем человека, привыкшего подчинять своей воле обстоятельства. Но это был не Хэппи Хоган. Напротив меня сел незнакомец лет тридцати пяти с жесткой армейской стрижкой и тяжелой, словно высеченной из гранита челюстью.

— Питер Паркер, — мужчина молча скользнул пальцами по столу, пододвигая ко мне лаконичную черную визитку без каких-либо логотипов или водяных знаков. — Можешь звать меня Коул.

Я даже не шевельнул пальцем в сторону этой карточки. Мой взгляд, холодный и проницательный, зафиксировался прямо на его лице:

— Если Тони Старк так сильно жаждал оценить мои скромные способности, почему он не соизволил явиться лично, а прислал своих подчиненных?

Я заметил, как левая бровь Коула едва заметно дрогнула. Всего на миг его профессиональное самообладание дало трещину. Он явно не ожидал, что семнадцатилетний подросток с ходу раскроет все карты.

— А ты парень прямой, без обиняков, — произнес он, слегка прищурившись.

— Мое время имеет слишком высокую ценность, чтобы тратить его на светские беседы. Мне еще нужно успеть подготовиться к вечерним делам, — спокойно ответил я, демонстрируя полное пренебрежение к его авторитету.

— И как много тебе известно? — в голосе Коула зазвучали холодные, стальные нотки.

— Мне известно практически все, — я вальяжно откинулся на спинку стула, позволяя себе занять доминирующую позу в этом пространстве. Мой голос звучал тихо, без явной агрессии, но в каждом слове чувствовалось давление моей ментальной силы, превосходящей его обычные человеческие барьеры. — Мне известно, что твой босс — Железный человек. Известно, что вчера его хваленая служба безопасности пустила за мной хвост из двух внедорожников повышенной проходимости. И я прекрасно знаю, какие именно энергетические и физические показатели зафиксировали ваши приборы вчера ночью в темных переулках Бруклина. Так что давай опустим эту унылую корпоративную вежливость и перейдем прямо к сути нашей встречи.

Коул сверлил меня тяжелым, изучающим взглядом ровно три секунды. В этот момент он пытался проанализировать меня, найти слабости, но перед ним сидел не испуганный ребенок, а существо совершенно иного порядка. Наконец, он медленно протянул руку к правому уху и коснулся незаметного микронаушника:

— Он прав, сэр. С этим парнем дешёвые трюки с давлением авторитета не сработают. Он видит нас насквозь.

«У него в ухе скрытая гарнитура связи сверхвысокой частоты», — мгновенно среагировал Веном, передавая мне акустические колебания. — «Тот самый технологический пижон висит на защищенном канале и греет уши».

«Я знаю», — мысленно успокоил я его.

Коул молча вытащил из уха миниатюрный пластиковый динамик и аккуратно протянул его через стол. Я невозмутимо взял устройство и вставил его себе в ушную раковину, чувствуя, как Система мгновенно подавляет любые возможные попытки обратного сканирования моих биологических частот.

— Питер Паркер, — в динамике раздался слегка хрипловатый, наполненный привычным сарказмом голос Тони Старка. В его интонациях сквозило легкое удивление, смешанное со жгучим интересом профессионального исследователя. — А ты оказался куда более глубокой рекой, чем я предполагал, изучая твое скромное школьное досье.

— А вы и ваша структура сработали куда оперативнее, чем я рассчитывал. Видимо, дела у «Старк Индастриз» идут не так гладко, раз вы лично следите за подростками из Квинса.

— Вчера ночью ты в гордом одиночестве раскидал по асфальту пятнадцать вооруженных профессиональных наемников в Бруклине. Трое из них, к слову, тайно числились внешними информаторами «Гидры». Ты сломал одному из них ключицу, а его приятеля намертво приклеил к кирпичной стене, — в голосе Старка проскочила интригующая, выжидающая пауза. — Использовалось вещество с невероятной молекулярной плотностью, напоминающее сверхпрочную паутину. Сам синтезировал эту прелесть, или кто-то помог?

— Будем считать, что это моя личная разработка, — ровным тоном ответил я.

— Что значит «будем считать»?

— Это значит, господин Старк, что формулу, химический состав и метод синтеза я вам все равно не раскрою. Можете даже не тратить ресурсы своих лучших лабораторий на попытки воссоздать это. Вы лишь впустую потратите время.

На том конце линии раздался искренний, громкий смех. Это был не натянутый светский смешок миллиардера на благотворительном вечере, а чистая реакция гения, который внезапно обнаружил действительно достойный вызов своему интеллекту.

— Малыш, ты вообще отдаешь себе отчет, с кем сейчас разговариваешь? Ты понимаешь масштаб моих ресурсов?

— Тони Старк. Железный человек. Гениальный изобретатель, миллиардер, филантроп. Человек, сумевший создать портативный дуговой реактор холодного термоядерного синтеза буквально на коленке, находясь в плену. Но также человек, страдающий от глубоких психологических травм, имевший крайне деструктивные отношения с собственным отцом и до сих пор пытающийся доказать всему миру свою значимость, — спокойно, словно зачитывая сухие факты из базы данных Системы, произнес я. — Желаете добавить к этому списку что-то еще, или мы начнем говорить на равных?

В динамике воцарилась абсолютная, осязаемая тишина. На секунду мне показалось, что я слышу, как тяжело бьется сердце великого Тони Старка на другом конце провода.

«Ахаха! Он буквально подавился собственным непомерным эго!» — злорадно и шумно возликовал в моей голове Веном. — «Мне безумно нравится этот напыщенный смертный! Мы растоптали его гордость одним ударом!»

— На какую организацию ты работаешь, парень? — голос Старка мгновенно лишился всей иронии, став холодным и острым, словно лезвие хирургического скальпеля. — «Щ.И.Т.»? Или кто-то похуже?

— Старшая школа научных технологий Мидтауна. Одиннадцатый класс, — невозмутимо ответил я.

— Я спрашиваю о твоих покровителях. О тех, кто стоит за твоей спиной и направляет твои действия по ночам.

— Вы и ваши спутники вчера все прекрасно видели, — я спокойно потянулся к стоявшему на столе стакану с чистой водой и сделал неторопливый глоток. Стакан мне не принадлежал — его оставил кто-то из предыдущих посетителей, но мне было абсолютно все равно. Мой организм, очищенный Системой, был невосприимчив к любым земным бактериям. — Я просто возвращаю баланс туда, где обычные законы не справляются, и помогаю тем, кто лишен возможности защитить себя сам.

— И кем ты себя возомнил? Очередным ряженым вершителем правосудия в трико?

— Я считаю себя просто парнем из Квинса, который наводит порядок на своей территории, — я со стуком поставил стакан обратно на деревянную поверхность стола. — Но давайте смотреть правде в глаза, господин Старк. Вы прислали сюда своих профессиональных ищеек вовсе не для того, чтобы читать мне нотации о морали или беспокоиться о здоровье бруклинских наемников.

— И зачем же тогда, по-твоему?

— Ваша технологическая империя пытается проанализировать структуру моей силы. Вы хотите оценить уровень потенциальной угрозы, которую я могу представлять для вашей монополии, и принять решение: попытаться подчинить меня своей воле, превратив в очередной контролируемый актив, или же изолировать под круглосуточным надзором, — прямо и жестко сформулировал я суть его политики. — И что-то мне подсказывает, что первый вариант кажется вам куда более привлекательным. Меньше шума в прессе и чистая выгода.

В динамике снова повисла долгая, тяжелая пауза. Я чувствовал, как Старк взвешивает мои слова на весах своей прагматичной логики.

— Завтра в восемь вечера. Я пришлю за тобой машину, — наконец произнес он, лишившись всякой спеси. — Точные координаты встречи будут отправлены на твой зашифрованный номер. И держи язык за зубами. Об этом разговоре не должен знать никто.

— Мне все равно некому об этом рассказывать, — равнодушно бросил я.

Я плавным движением вытащил микронаушник из ушной раковины и небрежно бросил его на стол прямо перед Коулом. Выражение лица агента безопасности теперь было мрачным и напряженным. Он смотрел на меня — на подростка в простом синем худи — так, словно перед ним на столе внезапно активировалась тактическая термоядерная боеголовка.

— Мы закончили разговор? — хмуро спросил он, не притрагиваясь к наушнику.

— На сегодня — да.

Я медленно поднялся со стула и направился к выходу из кафе. Моя походка была легкой, но каждый шаг отдавался в ушах присутствующих агентов скрытой угрозой. На полпути к двери я резко замер, слегка повернул голову и бросил через плечо:

— И да, передайте вашему боссу: его изысканный вкус переоценен. Он пьет слишком дешевый для его статуса кофе. Ему гораздо больше подошел бы элитный «Блю Маунтин» правильной обжарки, а не этот кислый колумбийский сорт, который вы здесь заказали для маскировки.

Звякнул дверной колокольчик. Сквозняк крутнул серые пылинки в воздухе, и я вышел наружу, оставив агентов Старка в состоянии глубокого замешательства.

Коул медленно поднес микронаушник к губам, его пальцы слегка подрагивали:

— Босс, вы все это слышали?

— Слышал... — в голосе Тони Старка, звучащем из динамика, теперь отчетливо улавливалась сложная смесь глубокой тревоги, уязвленной гордости и профессионального азарта исследователя. — Начинайте глубокое расследование. Я хочу знать о нем все. Выверните наизнанку всю его жизнь от момента рождения до сегодняшней секунды.

— Но, сэр, мы уже провели полную первичную проверку по базам данных всех ведомств. Его опекун — Мэй Паркер, обычная медсестра в городской больнице. Родители — простые ученые средней руки, погибшие в авиакатастрофе много лет назад. Дядя скончался недавно при трагических обстоятельствах. В школе успеваемость идеальная — круглый отличник, социальная активность практически на нуле. Никаких приводов, никаких связей с преступным миром или спортивными секциями. Следов прохождения спецподготовки не обнаружено, — Коул сделал паузу, провожая взглядом мою удаляющуюся фигуру сквозь пыльное стекло витрины. — Но то, как он держится... Обычные школьники не обладают такой аурой давления, сэр. Перед нами профессионал высочайшего уровня.

— Я знаю, Коул. Я это почувствовал.

— Встреча на завтра остается в силе?

— Ожидаемо, — отрезал Старк. — Теперь — тем более.

Я прошел быстрым, размеренным шагом несколько кварталов, прежде чем позволил себе слегка сбавить темп и слиться с потоком обычных жителей Квинса.

«Ха-ха-ха! А ты был чертовски нагл с этими жалкими червями!» — восхищенно прогудел во мне Веном, ментально потирая лапы. — «Мне безумно нравится твой стиль ведения игры, пацан! Ты заставил их дрожать!»

— С такими фигурами на доске, как Старк, нельзя показывать даже намека на слабость, — мысленно объяснил я своему партнеру правила ведения войны в этом мире. — Стоит тебе проявить хотя бы малейшую уступчивость, показать страх перед их авторитетом или богатством — и тебя тут же низведут до уровня полезного инструмента. Они запрут тебя в лаборатории, чтобы препарировать твои способности и превратить их в патенты. Моя цель — заставить их уважать меня как равную силу. Только тогда мы сможем диктовать свои условия.

«Значит, ты сейчас просто расставлял флажки и очерчивал границы своего влияния?»

— Именно так. Мы показали зубы, но не раскрыли истинный размер нашей пасти. Это заставит их действовать осторожнее.

«И как, твой план сработает?»

Я не стал отвечать на этот вопрос. Ответ на него должен был дать завтрашний вечер. Но одно я знал наверняка: в этой вселенной еще не рождался человек, способный переиграть меня, когда за моей спиной стоят расчетные мощности Системы и первобытная ярость симбиота.

«Кстати, этот хмырь в пиджаке сразу после твоего ухода начал шептать в микрофон о том, чтобы поднять все архивы и перерыть твою биографию», — напомнил Веном.

— Пусть копают. Это бесполезно.

«Ты так уверен, что они ничего не найдут?»

— Они найдут ровно то, что я сам позволил им увидеть в официальных документах, — я сунул руки в глубокие карманы худи и повернул к дверям местного продуктового магазинчика. — Тетя Мэй просила купить свежее молоко на вечер. Из-за этих корпоративных шпионов я едва не забыл о своих повседневных обязанностях.

«Ты только что вел переговоры космической важности с лидером технологического мира, а теперь идешь выбирать молоко?» — Веном издал звук, похожий на ментальный вздох недоумения.

— Мой дух должен оставаться сбалансированным. Мирские дела помогают удерживать связь с реальностью и укрепляют разум. Кроме того, в горле пересохло после стольких пафосных речей.

«...Какой же ты все-таки странный и расчетливый безумец».

Я подошел к холодильному стеллажу супермаркета, взял картонный пакет молока, тщательно проверил дату срока годности и опустил его в пластиковую корзину. Мои движения были точными и неторопливыми.

На задворках моего сознания Веном угрожающе пророкотал:

«Если завтра вечером этот железный клоун попытается выкинуть какой-то трюк или заманить нас в ловушку — я лично вскрою его доспехи и доберусь до его хрупкого тела».

— Тебе не удастся так просто разорвать нанотехнологическую броню Железного человека одними лишь физическими усилиями на нашем текущем уровне силы.

«А вот мы это и проверим».

Я благоразумно промолчал, сосредоточившись на расчете с кассиром. Выйдя из магазина с бумажным пакетом в руках, я вдохнул холодный воздух Квинса. Ветер швырял в лицо сухие листья, но моя воля оставалась непоколебимой.

Завтрашний вечер. Ровно восемь часов.

Мое истинное восхождение на вершину этого мира только начиналось, и первая фигура на этой великой шахматной доске уже сделала свой вынужденный ход.

«Продолжение уже на Бусти: [Напишите в браузере: boosty balllass - это мой профиль!]»

Глава 3: Тень «Черного ящика»

В то время как я неторопливо возвращался в свою скромную обитель, на другом конце мегаполиса, в самом сердце технологического доминирования Нью-Йорка, разворачивалась иная сцена.

Разорвав канал связи, Тони Старк неподвижно простоял посреди своей высокотехнологичной лаборатории целую минуту. Глава огромного конгломерата, человек, чье имя заставляло трепетать конкурентов по всему земному шару, сейчас казался каменным изваянием. Его взгляд был устремлен в пустоту, словно он пытался разглядеть невидимого противника, сокрытого в глубинах информационного пространства.

— С этим мальчишкой что-то сильно не так, — глухо произнес он, нарушая воцарившееся молчание. Его голос, обычно преисполненный иронии и превосходства, сейчас звучал на удивление тяжело.

В помещение вошел Хэппи Хоган, его верный помощник и начальник охраны. Держа в руках две дымящиеся кружки с кофе, он аккуратно поставил их на заваленный голографическими чертежами рабочий стол.

— Ты про того школьника из Квинса? — Хэппи недоуменно приподнял бровь. — Коул в своем экстренном отчете написал, что парень ведет себя крайне дерзко. Он считает его не по годам умным и дьявольски сообразительным.

— Дело совсем не в обычном уме, Хэппи, — Тони резко развернулся, и его дорогой костюм глухо зашуршал. Голографический интерфейс над его столом все еще светился мягким синим светом. Взмахом руки Старк развернул перед глазами подробное досье, собранное его лучшими аналитиками. — Ты вообще читал финальную сводку, которую прислала служба безопасности?

— Бегло, — пожал плечами Хэппи. — Типичная картина. Круглый отличник в школе Мидтауна, сплошные высшие баллы по научным дисциплинам. Друзей практически нет, шумных молодежных тусовок не посещает. Живет с единственным опекуном — тетей Мэй Паркер, которая вкалывает старшей медсестрой в городском госпитале. Родители погибли в авиакатастрофе, единственный дядя скончался от пули уличного грабителя несколько месяцев назад. Абсолютно классический, заезженный шаблон гениального сироты из бедного района. Таких историй в архивах полиции тысячи.

— Шаблон? — Тони нервно усмехнулся, в его глазах вспыхнул опасный блеск, отражаясь в синеве голограмм. Он покачал головой. — Шаблонный школьник не начинает называть мое имя и перечислять глубоко личные факты моей биографии еще до того, как я сам представлюсь по закрытой, абсолютно защищенной линии связи! Шаблонный сирота из Квинса не может знать, какой именно сорт кофе я предпочитаю пить по утрам, Хэппи!

Хоган озадаченно потер подбородок, начиная осознавать, к чему клонит его босс:

— Ну, мало ли... Может, пацан просто твой преданный фанат? Наверняка он хорошенько порылся на просторах интернета, собирая слухи.

— В каком, к черту, интернете, Хэппи?! — раздражение Старка росло, словно лавина. Он начал мерить шагами пространство лаборатории. — Откуда у обычного подростка доступ к таким конфиденциальным деталям моей жизни? Последний раз, когда я публично проговорился в интервью о своей любви к ямайскому сорту «Блю Маунтин», случился три года назад на одном малоизвестном кабельном канале. И рейтинг у той никчемной передачи болтался в районе нуля целых трех десятых процента! Ее запись давно удалена из общего доступа. Но это ладно. Самое главное — он произнес фразу, от которой у меня по спине пробежал вполне реальный холодок. Он сказал: «У вас были дерьмовые отношения с отцом». Хэппи, я никогда, ни разу в жизни не обсуждал Говарда Старка и наши внутренние семейные проблемы в открытых источниках или перед прессой!

В лаборатории повисла гнетущая тишина. Хэппи тяжело нахмурился, его скепсис окончательно испарился, уступив место профессиональной настороженности ветерана службы безопасности.

— Так что тут всего два варианта, — Тони остановился перед экраном, его лицо осунулось. — Либо этот сопляк — профессиональный, гениально обученный агент-манипулятор, за спиной которого стоит мощнейшая разведка... например, возродившаяся «Гидра» или скрытые оперативники других государств... либо...

— Либо что, Тони?

Старк не ответил. Вместо этого он решительным жестом развернул перед собой чистую голографическую папку с грифом максимального уровня секретности. Его пальцы быстро застучали по виртуальной клавиатуре, создавая зашифрованный массив данных.

— Либо он действительно тот, кем кажется, но обладает источником информации, превосходящим все наши технологии, — прошептал миллиардер, вбивая в заголовок созданного файла два слова: [ЧЕРНЫЙ ЯЩИК].

В это же самое время, вдали от блеска корпоративных высоток Манхэттена, я сидел в своей маленькой, скромной комнате в Квинсе. На моем письменном столе под мягким светом настольной лампы лежала обычная школьная тетрадь по химии. Я методично, строчка за строчкой, заполнял ее сложными уравнениями органических реакций. Для меня, обладающего Системой и колоссальным объемом знаний, эти формулы были не сложнее детской азбуки. Но я выполнял эту работу с абсолютной точностью.

«Ты что, серьезно? Даже не попытаешься нарыть хоть какую-то дополнительную информацию про этого железного ублюдка?» — в моей голове раздался изумленный, слегка возмущенный голос Венома. Мой внутренний партнер явно не понимал моей пассивности. — «Вам же завтра вечером идти на личную встречу! Мы должны знать все его уязвимые точки, чтобы в случае необходимости перегрызть ему горло!»

— Домашнюю работу по химии нужно сдать завтра к первому уроку, — сухо ответил я, даже не поведя бровью. Моя ручка продолжала выводить безупречные химические связи на бумаге. — Любое великое восхождение начинается с поддержания порядка в текущей реальности.

«Ты живешь в безумном мире, набитом летающими психами, мутантами и богами! Завтра ты идешь на тайные переговоры с величайшим технологическим магнатом планеты, а сейчас сидишь здесь, как жалкий заучка, и корпишь над ничтожными уравнениями?! Где твоя гордость превосходящего существа?!» — Веном едва ли не выл от досады в глубинах моего подсознания.

— Тетя Мэй обязательно проверит мои тетради перед сном, — спокойно пояснил я своему эмоциональному партнеру. — Ее аура давления и бесконечные нотации, если я завалю хотя бы один промежуточный тест, — это та форма ментальной атаки, которой я бы предпочел избежать. Чтобы покорить небеса, нужно сначала научиться сосуществовать с теми, кто находится рядом. В этом заключается истинная мудрость.

Веном издал в глубине моего разума такой протяжный, страдальческий и наполненный вселенской скорбью стон, словно искренне сокрушался о том, что судьба связала его, великого космического хищника, с самым унылым и приземленным носителем на всем восточном побережье.

Дописав решение последней задачи и аккуратно закрыв тетрадь, я отложил ручку в сторону. Я со вкусом потянулся, чувствуя, как мои укрепленные мышцы и позвоночник отзываются приятным, едва слышным хрустом. За окном Квинса уже окончательно сгустилась глубокая ночная тьма. Издали доносился привычный, убаюкивающий гул спящего мегаполиса, изредка разбавляемый далеким воем полицейских сирен.

— Слушай, Веном, — мысленно обратился я к своему спутнику, переводя концентрацию внутрь себя.

«Чего тебе еще?» — буркнул симбиот, все еще изображая глубокую обиду.

— Ты вчера упомянул, что кардинально отличаешься от остальных представителей своего вида. От тех кровожадных паразитов, которые полностью подчиняют себе разум носителей, превращая их в безумных, безмозглых монстров.

«Я говорил это, да», — подтвердил он, и его ментальный тон мгновенно стал более серьезным.

— А в чем именно заключается эта разница? Почему из всех возможных вариантов эволюции твоя ветвь развития пошла по иному пути? Почему ты другой?

На задворках моего сознания повисла долгая, непривычная тишина. Обычно мой внутренний зверь отвечал дерзко, молниеносно и без лишних раздумий, но сейчас он явно колебался, словно я затронул струны его души, скрытые под толщей черной материи.

«Ты действительно хочешь услышать правду, пацан?» — его голос лишился привычной агрессивной бравады. В нем прозвучала странная, глубокая и вековая тоска.

— Конечно. Мы ведь связаны. Твоя история — теперь часть моей.

«Я... я понятия не имею, почему я такой», — глухо отозвался Веном. — «В моих воспоминаниях о родном доме нет ничего, кроме холода. Я помню только одно... Меня просто признали дефектным и вышвырнули вон, как ненужный мусор».

— Кто именно вышвырнул?

«Я не помню лиц или имен», — ментальные образы Венома подернулись дымкой боли. — «В памяти осталась лишь абсолютная, ледяная тьма космического вакуума, бесконечное падение в пустоту, отчаяние... а затем появился ты. Запах твоей души, вкус твоих мыслей... Они были совершенно не похожи на то, с чем я сталкивался ранее у других существ».

Я затаил дыхание, позволяя ему высказаться, чувствуя, как наш ментальный резонанс становится глубже с каждой секундой.

«От всех тех ничтожных созданий, в которых я пытался вселиться до встречи с тобой, разило липким, удушающим страхом, гнилой жадностью, низменной похотью и эгоизмом. Они хотели использовать меня ради своих мелких, грязных целей. А от тебя... от тебя исходит только один-единственный, всепоглощающий запах».

— И какой же?

«Запах ответственности», — тихо, почти благоговейно пророкотал Веном. — «Тяжелой, беспросветной, абсолютно идиотской и самоубийственной ответственности за этот мир. Ты несешь ее на своих плечах так, словно это твой долг перед самой вселенной».

Я невольно усмехнулся, чувствуя, как тепло разливается по груди:

— Так вот почему ты решил прицепиться ко мне и не отпускать, несмотря на мои «скучные» домашние задания?

«Я не знаю!» — с нажимом повторил симбиот, словно защищаясь от излишней сентиментальности своей хищной природы. — «Может, потому что ты клинический дурак, которому постоянно нужна умная нянька. Может, потому что ты не пытаешься заставлять меня жрать всякую гадость, от которой меня воротит. А может... — он замялся на долю секунды, прежде чем продолжить самым тихим шепотом. — А может, потому что ты оказался первым существом в этой проклятой, холодной вселенной, кто назвал нас словом „мы“, а не отнесся ко мне как к паразиту, оружию или чужеродной инфекции».

В комнате снова стало тихо. Лишь шелест шин запоздалой машины за окном нарушал это хрупкое молчание. Узы между нами, изначально созданные лишь случайным слиянием, теперь укреплялись на духовном уровне. Система в моем разуме тихо зафиксировала повышение уровня синхронизации.

«Всё, проехали! Не задавай мне больше таких глупых и сентиментальных вопросов!» — раздраженно огрызнулся Веном, пытаясь скрыть свое смущение за привычной грубостью. — «Я терпеть не могу копаться во всей этой философской мути! Это разжижает мои инстинкты!»

— Хорошо, приятель, проехали, — улыбнулся я.

«Но заруби себе на носу раз и навсегда», — его голос вновь обрел прежнюю стальную силу и непоколебимую уверенность. — «Мне абсолютно плевать, кто именно вышвырнул меня из родного мира и какие цели преследовали те ничтожества. Теперь я — твой, целиком и полностью. Наша связь неразрывна. И если какая-нибудь тварь в этой вселенной посмеет хотя бы попытаться оторвать меня от тебя... я сначала выпотрошу ее заживо, а потом сожру остатки без всякой жалости».

— Я понял тебя. И я ценю это.

Я поднялся со стула, собрал тетради и аккуратно уложил их в школьный рюкзак. Шагнув к окну, я посмотрел на сверкающий миллионами огней ночной Нью-Йорк. Под моей кожей едва заметно, успокаивающе пульсировала черная материя, словно живой доспех ласково откликался на мысли своего хозяина.

«Опять шестеренки в твоем мозгу скрипят с удвоенной силой. О чем ты задумался на этот раз?» — спросил Веном.

— Просто пытаюсь представить, как выглядит твоя родная планета. Какая она?

«Ледяная. Чертовски темная. И там царит вечная, бесконечная, бессмысленная резня всех со всеми ради выживания», — мрачно отрезал симбиот. — «Там нет абсолютно ничего интересного, красивого или достойного внимания. Здесь, на Земле, в тысячу раз лучше. Здесь есть ты, здесь полно отличной еды и здесь на каждом углу шляются ублюдки, которых можно со смаком втаптывать в асфальт, очищая улицы».

— Получается, вся твоя прошлая жизнь сводилась исключительно к бесконечной борьбе за выживание, еде и дракам?

«А то!» — гордо и возмущенно вскинулся симбиот. — «А твоя нынешняя жизнь, можно подумать, сильно от этого отличается?! Ты точно так же целыми днями учишься и ешь, а по ночам дерешься с превосходящими силами! Разница только в том, что ты, кретин, за свою еду еще и деньги в магазине платишь вместо того, чтобы просто забрать ее по праву сильного!»

Я лишь сокрушенно закатил глаза, не найдя разумных аргументов против такой убийственной инопланетной логики. Действительно, в чем-то он был абсолютно прав.

В это же время в секретной лаборатории Тони Старка голографический экран продолжал обрастать новыми строчками, аналитическими выкладками и системными предупреждениями.

[Имя: Питер Паркер]

[Возраст: 17 лет]

[Место жительства: Квинс, Нью-Йорк]

[Опекун: Мэй Паркер]

[Аномальные способности: Предположительно сверхчеловеческая сила, ловкость, скорость реакции. Способность к генерации сверхпрочного паутинного полимера неизвестной природы. Ночной маршрут патрулирования охватывает сразу несколько криминальных районов города.]

[Уровень потенциальной угрозы: В процессе оценки (Критический уровень скрытности).]

[Примечание: Во время первого дистанционного контакта субъект продемонстрировал невероятную психологическую устойчивость, абсолютное хладнокровие и уровень владения конфиденциальной информацией, совершенно не соответствующий его возрасту и социальному статусу. Рекомендуется установить углубленное скрытое наблюдение. Включение субъекта в резервный список кандидатов в Инициативу «Мстители» — ВРЕМЕННО ОТЛОЖИТЬ до выяснения истинной природы его сил.]

Тони несколько секунд мрачно смотрел на мигающую красным строчку «ВРЕМЕННО ОТЛОЖИТЬ», после чего решительно взмахнул рукой, подтверждая изменения, и добавил в самый низ документа новую директиву, защищенную его личным биометрическим ключом:

[Данный файл является объектом максимальной секретности класса А-1. Доступ разрешен исключительно Тони Старку. Рабочее кодовое название проекта: «Черный ящик».]

Он погасил голографические панели, погрузив лабораторию в приятный полумрак. В тишине он подошел к столу, взял остывшую кружку и сделал большой глоток. Это был не мягкий, ароматный ямайский «Блю Маунтин», а горькая, излишне крепкая колумбийская обжарка, оставляющая неприятное послевкусие. Мальчишка из Квинса оказался абсолютно, пугающе прав даже в такой мелочи.

— Кто же ты такой на самом деле, черт тебя дери? — негромко спросил Тони, обращаясь к пустой, безмолвной лаборатории.

Ответом ему было лишь ровное, монотонное гудение серверов и систем охлаждения. Но каким-то шестым чувством опытного игрока и гениального изобретателя Старк понимал: разгадка этой тайны окажется куда более шокирующей и грандиозной, чем все, с чем ему приходилось сталкиваться до сих пор.

Я лежал в своей постели, заложив руки за голову и глядя на темный, покрытый мягкими тенями потолок спальни. Мой разум был чист и спокоен, словно гладь горного озера.

«Нервничаешь перед завтрашней встречей с этим Железным дровосеком?» — поинтересовался Веном, транслируя легкое ментальное беспокойство.

— Нисколько.

«Врешь и не краснеешь. Я ведь на физиологическом уровне чувствую, как твой пульс слегка изменил свой ритм».

— Это не страх, приятель. Это здоровая, рабочая сосредоточенность духа перед важным шагом. А не животная паника перед сильным противником.

«И велика ли разница между этими понятиями?»

— Огромна. Когда ты сосредоточен — ты полностью принимаешь реальность, готов к любому развитию событий и просто хладнокровно просчитываешь худшие сценарии, минимизируя риски. А когда ты боишься — ты теряешь контроль над разумом, не готов принять удар и паникуешь, что окажешься слабее. Я к завтрашнему дню готов на сто процентов. Моя воля крепка.

«Вот и отлично», — удовлетворенно пророкотал Веном, сворачиваясь в глубине моего подсознания. — «А если этот пижон в своем высокотехнологичном костюме только попробует проявить к нам неуважение или сделать глупость...»

— Ты вырвешь ему позвоночник вместе с броней, я помню твое обещание.

«Главное, чтобы ты это помнил и не мешал мне в нужный момент».

Я закрыл глаза, погружаясь в глубокий, восстанавливающий сон. В глубине моего разума сознание Венома ощущалось как плотный, темный и удивительно теплый кокон. Он бережно обволакивал самые уязвимые границы моих мыслей — не пытаясь поглотить мою личность, не подавляя волю, а просто преданно охраняя наш общий дом от любых внешних угроз этого опасного мира.

«Меня просто вышвырнули вон».

Я мысленно повторил эти горькие слова моего напарника. Если в будущем я сумею выяснить, кто именно посмел так поступить с ним, если когда-нибудь мне удастся стать достаточно сильным, чтобы проложить дорогу к его родному миру... я заставлю тех существ ответить за свои поступки. Но для этого мне нужно стать намного сильнее. Завтрашний день станет лишь первой ступенью.

«А ну кончай гонять эти сопливые, сложные мысли!» — внезапно ворвался в мои рассуждения Веном, прерывая цепочку размышлений. — «Спи уже давай! Нам завтра с этим миллиардером силами меряться!»

— Как ты вообще умудряешься улавливать даже самые скрытые мои мысли в глубине души? — мысленно улыбнулся я.

«Я знаю о тебе абсолютно всё, пацан. Ты живешь в моей голове, а я живу в твоей. Мы связаны намертво на уровне духовных уз, так что всё максимально честно. Спи».

Я не стал спорить с этой простой и честной логикой.

За окном все так же завывал сиренами вечно не спящий, бурлящий Нью-Йорк, полный скрытых опасностей, заговоров и могущественных фракций. Но здесь, в стенах этой маленькой, скромной спальни в Квинсе, царила глубокая, согревающая тишина и абсолютная безопасность. Словно какая-то могучая, первозданная сила незримо закрывала эту комнату от всех бед и штормов Вселенной.

И это была не просто абстрактная сила.

Это были «мы».

«Продолжение уже на Бусти: [Напишите в браузере: boosty balllass - это мой профиль!]»