Марвел 11: Доктор Дум

Думглава 1 – Виктор фон Дум

Я – Виктор фон Дум. Прежде всего человек. Я не мутант, не атлант, не ас, не пришелец, не демон и не герой с суперсилами от укуса радиоактивного паука.

Но кое-чем от других я отличаюсь. С рождения я сохранил память о прошлой жизни. Являюсь ли я попаданцем – сложно сказать наверняка, поскольку воспоминания о прошлом промелькнули, как фильм, предоставив скорее справочник, чем полный набор личных переживаний или сожалений. Именно поэтому мне легко отождествлять себя с Виктором фон Думом, а не с необъяснимым вторженцем в чужое тело.

Меньше времени на размышления о прошлом, больше – на планирование будущего.

Пока что я ещё не прославился как Доктор Дум – величайший злодей вселенной, правитель Латверии, выдающийся изобретатель и могущественный маг. Но, безусловно, однажды я достигну этих высот и превзойду их, а в конце, я надеюсь, стану Императором Думом. Император – самый желанный титул, ведь он символизирует пик моего потенциала, который позволит избавиться от Таноса за мгновение ока.

В достижении цели меня подталкивают насущные проблемы страны. Латверия – это не сказочный уголок, а скорее место, полное тотальной нищеты и голода. Сельское хозяйство не развито, животноводство находится в упадке, леса едва способны прокормить кочующие племена. А семейство Фортунов – корень всех бед. Они управляют страной гнусными методами, ускоряя её падение, а не способствуя процветанию.

Именно эта семья стала для меня самым сильным мотиватором развиваться в области магии и науки, чтобы как можно скорее помочь моим соотечественникам возвыситься над остальным миром, а не склоняться перед его подножием.

Моё желание помочь стране, возможно, передалось от матери – Синтии фон Дум. Она была ведьмой и практиковала темные искусства. Когда семейство Фортунов объявило охоту на наш клан с целью превращения нас в рабов для каменоломни, откуда никто не возвращался живым из-за ужасных условий, Синтия встала на защиту своего народа. В попытке избавиться от преследования, она заключила сделку с Мефисто – Владыкой Ада, который щедро одаривает своих поклонников безжалостными дарами. Он наделил мою мать силой, с которой она, из-за неопытности, не смогла справиться. Трагичные события привели к гибели многих невинных людей, не только солдат Фортунов, но и членов нашего клана. Чтобы остановить её… Синтию жестоко убили, и это оставило неизгладимый след.

Я решил не повторять ошибки матери, подходя к изучению магии с осторожностью, используя её заметки и записи Романа Диззи Гунн. Ведь других способов постигнуть запретные знания, кроме как через наставников, практически не существует. Уже чудо, что я достиг многого, опираясь только на заметки.

Однако я не приложил достаточно усилий. Вскоре муж баронессы заболел раком, а мой отец, как ни странно, был самым известным целителем в нашей стране. Чтобы замедлить преследования нашего клана, Вернер фон Дум предложил свои услуги в качестве лекаря, надеясь заручиться благосклонностью правящего семейства, ответственного за убийство Синтии. Он пошел на это против своих принципов, игнорируя мои просьбы не совершать эту глупость.

Как и ожидалось, Вернер не смог вылечить смертельную болезнь: простые травы не способны избавить человека от рака. Его казнили… Так я потерял отца по вине правящей семьи Латверии. Подобное событие ознаменовалось ещё одним гвоздем в крышку гроба – не позволяющим моей ненависти развеяться по ветру.

Ненависти Доктора Дума.

Из родственников у меня осталась только сестра.

Её существование стало большим открытием, как и эта версия Земли.

Мир, что мне известен по воспоминаниям из прошлой жизни, сильно отличается от того, в который попал я. Это одна из альтернативных вселенных, которой предстоит столкновение с основной 616 во времена Секретных Войн. Здесь, во вселенной, которую я окрестил Земля-11, у меня есть сестра-близнец. Она отличается от меня внешне, как изумруд от сапфира, но обладает аналогичным талантом к магии и наукам. Вместе нам легче разделять ненависть и стремления. Она углубленно занимается наукой и создаёт из простейших материалов удивительные технологии, в то время как я посвящаю себя магии, чтобы мы могли обмениваться знаниями. Синергия ускоряет наше обучение, и к шестнадцати годам наш прогресс уже поражает воображение. Виктория фон Дум отвечает за одну сферу, а я – за другую, как две стороны одной медали.

Но не всё так гладко. Эта вселенная сильно отклонилась от предопределённого пути из-за дисбаланса между полами и их возможностями. Используя мои знания о мультивселенной, я пришёл к выводу, что за катастрофой стоит Высший Эволюционер, прямо или косвенно.

Он помешан на эволюции и обладает силой запустить в мир смертельный вирус, который уничтожил большую часть мужчин, ослабил остальных, а женщин, напротив, усилил для противостояния вирусу.

Если рассматривать мотивы… Большинство войн были развязаны мужчинами. Ради эксперимента Высший Эволюционер мог превратить весь мир в полигон для испытаний: убрать мужчин с политической доски. Таким образом, женщин стало больше, они сильнее, а соотношение снизилось до десяти женщин на одного мужчину, что порождает множество проблем: экономических, демографических, социальных и других. Эксперимент явно провальный, но былого не вернешь.

Лекарство от этого вируса ещё не найдено. Мне, например, невероятно повезло сохранить превосходящие силы, или, что более вероятно, я впитал их от сестры-близнеца. Подобное сделало меня неотличимым от «сильнейших представителей» мира в физическом плане. Что радует, ведь Виктор фон Дум в моем представлении не может быть слабым. В противном случае вселенной не выжить, ведь я – один из немногих столпов, от которых зависят тысячи событий, способных привести к уничтожению мира.

Слишком много предстоит сделать…

Спасти душу матери, попавшую в Ад из-за Мефисто – самое сложное и почти невозможное испытание, но к этому мы с сестрой стремимся.

Спасти Латверию от Фортунов, чтобы они не привели её к вымиранию. Есть и недоброжелательные соседи, такие как Симкария – слуга воинственной США, и Трансильвания – страна под правлением Дракулы.

Спасти планету от бесчисленных угроз, исходящих из всех щелей – в прямом смысле, поскольку бреши тёмных измерений опаснее вторжения Таноса. Существует множество Владык Ада, и они часто вынашивают планы по захвату мира смертных.

И главное – спасти родную вселенную во время коллапса на мультивселенном уровне. Её вымирание не зависит от конкретного суперзлодея, насколько я помню, история Секретных Войн и подготовка к ней освещалась пять лет. По её завершении все мультивселенные были разрушены, кроме основной. Что-то подсказывает мне, что моя вселенная – не основная. Но это не значит, что я не могу побороться за трон в Конце Пути и за наше право на существование.

В конечном итоге я должен сделать всё возможное, а дальше… Будь что будет. Моя новая личность – Виктор фон Дум, готова принять поражение, если я выполнил всё, что от меня зависело. И именно эта условность заставляет меня выкладываться на полную.

Завершив ежедневную медитацию, я медленно открыл глаза.

Тактильные ощущения тут же напомнили о себе, заставив меня от души чихнуть из-за пронизывающего мороза. Медитировать в горах Латверии – всё равно что искать монету внутри мясорубки: крайне неприятно и, конечно, опасно. Но если монета – единственная, другого выбора нет.

Магия в этом мире устроена невероятно сложно, и без наставников трудно установить связь с тёмными измерениями, откуда обычно черпают силу. Моих умений достаточно, чтобы провести ритуал и зачерпнуть силы извне, но их недостает для обеспечения безопасности. Поэтому приходится впитывать в себя остатки магии этого мира – жалкие крохи, плывущие по воздуху в труднодоступных местах, куда не ступала нога человека.

Используя специальную технику медитации, я временно отрешаюсь от мира, позволяя легким впитывать энергию для заклинаний. В будущем я избавлюсь от этих костылей, когда начну полноценное обучение в Тибетских горах, где хранятся тайные знания и обитают мои первые наставники. Но это произойдёт только после того, как я покину родные края, надеюсь, уже в этом году.

— Хуууу, — протяжно вздохнул я, поднимаясь на ноги и отряхиваясь от снега. Затем я вытянул руку в сторону валуна и мысленно приказал ему подняться.

Формула телекинеза следующая: затраты объёма энергии равны весу объекта плюс его одухотворённость.

Условно, я впитал в себя дополнительные сто единиц магии, а моя цель – валун весом в две тонны. Объект неодушевлённый, так что этот элемент можно исключить из уравнения. Таким образом, мне нужно использовать примерно две единицы магии на тонну, итого – четыре. Плюс, я планирую использовать телекинетическую атаку, чтобы разрезать валун пополам – на это понадобится ещё пара единиц.

Все расчёты приблизительны, но они отражают суть: без мощного Истока приходится экономить и тщательно учитывать каждую мелочь.

Временно, неприятно, но необходимо.

Подняв валун на несколько метров, я аккуратно переместил его к обрыву. Затем взмахнул рукой, отправив сильный импульс. Воздух задрожал, но из-за чистоты энергии не возникло никаких эффектов, вроде зелёного тумана.

Прозрачное марево прочертило линию и врезалось в камень.

Провал.

Планировалось ровное разрезание, а не взрыв валуна с разлётом камней во все стороны. Опасная ситуация, её решение потребовало использование прозрачного барьера, чтобы избежать серьёзной травмы головы, когда пара осколков полетела в мою сторону.

«Понятно», — мысленно заключил я, кивнув и убрав барьер.

Ошибка в атакующей формуле: попытка добавить больше энергии, чем требовалось. В следующий раз не стоит рисковать, лучше отодвинуть камень подальше. Уйдет больше сил, но будет безопаснее. Слишком серьёзная ошибка может превратить камень в смертельный снаряд.

Почесав голову, я снова сел медитировать. Нужно было продумать новые заклинания и восстановить запасы энергии до максимума. Как увеличить резервуар – вопрос открытый, ведь естественный рост энергии вместе с ростом тела, недостаточен. Однако этого хватает для неполноценного сражения. Возможно, теперь я даже вхожу в топ миллиард по силе. От таких мыслей невольно навевается тоска; горе от осознания, что ты не просто обычная лягушка в колодце, а скорее моллюск квантового измерения – настолько незначительное существо, что даже не смешно.

Через полчаса я закончил медитацию и решил спуститься с горы. К концу дня становилось всё холоднее, пальцы невольно дрожали, а нос постоянно требовал сморкаться в снег. К счастью, у меня был платок, чтобы сохранить достоинство. Перед кем? Животным миром.

Я не просто так хожу в горы медитировать. Конечно, это одна из основных причин, но не единственная. Дело в продовольствии. Еды катастрофически не хватает, приходится охотиться, а когда охота становится частой – добыча уходит всё дальше от лагеря и учится хорошо прятаться.

Прошёл всего месяц с тех пор, как мы сменили лагерь, а звери уже почуяли неладное. Не исключено, что кто-то был здесь до нас. В любом случае, чтобы клан не страдал от голода, охота необходима. Существует альтернативный путь: захватить ресурсы баронессы, используя ледяные гранаты и другое вооружение, созданное Викторией. Но, как ни странно, противники предпочитают сжигать продовольственные склады, чтобы не отдавать их содержимое в чужие руки. Таков приказ Фортунов.

Войдя глубже в лес, я скрестил пальцы, приподнял их чуть выше груди и сосредоточился. Попытка почувствовать жизнь была неуместна, ведь для этого требуются специфические знания, которых у меня нет. Оставалось искать зверей, ощущая их души. Душа – важный компонент тёмных ритуалов, изучаемых моей матерью. Практикующие тёмные искусства могут ощутить их на расстоянии примерно в километр, если сильно сосредоточиться.

Но беда приходит неожиданно: я почувствовал большую, слегка кровавую душу, мчащуюся на меня. Среди больших хищников не большое разнообразие, и можно предположить, что это медведь. Чтобы защититься, я снова использовал телекинез, приподняв ближайшее бревно и швырнув его в нападающего. Больше для защиты, а не атаки. Бревно со всей силой врезалось в тело медведя, остановив его наступление и отбросив назад.

Хищников поедать небезопасно, например, из-за паразитарного заболевания – трихинеллёза. Но выбора не оставалось. Когда заканчиваются травоядные, хищники начинают охотиться друг на друга, а человек по-прежнему остаётся на вершине пищевой цепи благодаря своему интеллекту. С помощью магии я могу понять, пригодно ли мясо в пищу, однако, сперва нужно получить труп хищника для исследований.

Мерцающая волна окутала медведя, вставшего на задние лапы.

Его вид мог бы отпугнуть даже тех, кто отличается крепкими нервами. Но я сталкивался с демонами, и моя психика устойчива почти ко всему. Особенность, способствующая быстрому обучению. Например, я научился правильно умерщвлять опасных животных, совершенно не переживая об этической стороне вопроса.

Подняв руку вверх, я заставил медведя взлететь над землёй и принять позу, напоминающую распятие. Яркий пример пищевой цепи, где сильный пожирает слабого, и чтобы кого-то съесть, нужно кого-то убить.

Сосредоточившись, я направил потоки энергии в свою руку, превратив её в своего рода вентиль. Чем сильнее я сгибал руку, тем большее сопротивление ощущал. Но для противника дела обстояли куда более болезненно. В конце концов, его голова скрутилась до хруста в шее, и душа покинула тело медведя.

Теперь предстояло выяснить, питался ли он человечиной и пригоден ли к пище. Опыты можно провести в лаборатории, но с текущим оборудованием результаты будут неоднозначными. Однако магия способна на многое.

Сканируя тело медведя магической силой, я старался не упустить ни одной детали. Но нет, чувствовалась только кровь животных, человеческой крови не было. А структура не отличается от здоровой плоти, сканированной мной ранее.

В некоторых культурах медведи считаются деликатесом, что ж, так тому и быть.

Тащить его самостоятельно было невозможно, даже с помощью сети верёвок. С моими физическими возможностями я не смог бы сдвинуть медведя даже на метр. Только магией мне удавалось перемещать его по земле, останавливаясь каждые пятнадцать минут, чтобы перевести дух.

Надо спешить…

Если мне не повезёт, то на запах крови сбегутся волки. Но, если честно, я не верю в удачу или божественное вмешательство, даже имея воспоминания из прошлой жизни. Я верю только в Дума: в себя и свою сестру.

Где-то к восьми часам я вернулся в лагерь, едва держась на ногах от усталости. Но после короткого отдыха я оставил медведя и спокойно направился к старейшинам. Точнее, к тридцатилетним женщинам, принимающим клановые решения. Они хорошие девушки: напоили меня горячей водой, позволили согреться у костра и пытались оказывать знаки внимания.

Несмотря на разницу в возрасте, их мотивы были понятны, хоть и не совсем правильны. Я предположил, что это связано с моей силой, которая не уступала их собственной. В животном мире самки инстинктивно тянутся к более сильным самцам; люди не далеко ушли. И поскольку в клане никто не был сильнее меня, они проявляли излишнюю заботу.

Однако через пятнадцать минут мне удалось убедить их отвлечься от меня и организовать группу для транспортировки медведя к мяснику. У нас была настоящая специалистка, дочь бывшего мясника, идеально владеющая искусством разделки. И поскольку всем были известны мои способности, никто не усомнился в пригодности добычи в пищу.

Что касается принятия даров с моей охоты, то несколько лет назад все были в шоке, но быстро приняли мои действия, вспомнив о моей матери. Я не только сын ведьмы, но и сам практикуют магию, поэтому сначала ко мне относились с опаской, затем с некоторым принятием, а теперь – с уважением. Магов часто уважают, но не так, как новаторов.

Я направился к самому уважаемому человеку в нашем клане – Виктории фон Дум.

Мы не просто изобретатели. Мы сочетаем науку и магию, заставляя тёмные искусства подчиняться нашим законам, вопреки их собственной природе.

Вначале мы создавали изобретения, помогающие нашим людям, а затем перешли к разработке оружия для защиты. Сам часто этим занимаюсь, но больше тайно, оставляя славу изобретателя своей сестре.

Виктория больше меня увязла в роли творца, за что получила больше уважения и почёта, чем маг, приносящий пропитание. Есть ли у меня по этому поводу вопросы или претензии? Напротив, мне безразлично почтение целого клана, пока есть дела более важные.

Проходя мимо палаток, откуда доносились песни – чаще всего грустные, – я наткнулся на группу девушек, обсуждающих что-то. Вступать в долгий разговор было напряжённо, но их тема привлекла моё внимание: «Утром к нам прибыли гости из штатов». И не кто-то из торговой палаты, а сам генерал. Похоже, информация об изобретениях Дума достигла нужных ушей.

Одна из девушек подслушала разговор, и я узнал следующее: обучение в лучших школах и лабораториях мира, а также финансирование на проживание и содержание клана. Предложение было адресовано Виктории, но она категорически отказалась ехать без меня, заявив, что мы равны. Женщина-генерал не поверила, но спорить не стала, ведь её цель – вербовка любой ценой. Штаты опасались, что оружие, сочетающее технологии и магию, попадёт к их врагам. И тут два пути: либо согласиться по-доброму, либо по-плохому. Виктория рационально согласилась по-доброму, чтобы использовать другую сторону по максимуму. В этом я уверен.

Войдя в шатёр, я увидел сестру, поглощённую работой. Она занималась исследованиями, целью которых было создание бластера – оружия, стреляющего лазерными зарядами, способными прожигать металл.

— Слышал новости? — спросила она, заметив моё прибытие. Её зелёные глаза спокойно осмотрели меня на предмет ранений с охоты или каких-то достижений. Не знаю почему, но она сильно задержала взгляд, прежде чем поправить золотистый локон волос и вернуться к работе.

У меня черные волосы и карие глаза, у неё – светлые волосы и зелёные глаза. Разные, как черный сапфир и зеленый изумруд. В этом определенно замешана наша мать, практиковавшая тёмную магию даже во время беременности.

— Не самая выгодная сделка, — пожал плечами я, спокойно усаживаясь на стул и скрещивая ноги. — Ты отправляешься завтра?

— Почему не отправляемся? — насторожилась она, прекратив возиться с деталями для нового оружия и вглядываясь в меня убийственным взглядом. Будто я объявил себя предателем родины перед патриотом.

— Напомню о договорённости: ты отвечаешь за технологии, я – за магию. Затем мы обмениваемся опытом и продолжаем исследования. Иначе не достигнем совершенства ни в одной области.

— Для фон Дума не существует – «не достигнем», — эмоционально обозначила она, скрестив руки. — И что же ты предлагаешь? Разделиться не на полдня, а на года, десятилетия?

— Мне следует отправиться в Тибетские горы. Если моя теория верна, и маги действительно там скрываются, то, заметив талант фон Дума, они встретят меня с королевскими почестями, — ответил я, подражая её манере и жестом предлагая ей продолжить.

— Это мне не по душе. Я…

— Мы, — поправил я. — Не забывай о нашей цели. Без знаний выдающихся умов планеты, которые предложил тебе генерал, мы не сможем привести Латверию к процветанию. И без магических знаний из Тибета мы не сможем её защитить. Дом ничего не стоит без крепкого фундамента.

Не только моя броня, но и её должна стать совершенством в сфере техномагии.

Нам пригодятся все знания в этих областях, главное, не уподобляться Адептус Механикус: «Нет истины в плоти, только предательство. Нет силы в плоти, только слабость. Нет постоянства в плоти, только распад. Нет определённости во плоти, только смерть».

Плоть нам нужна. Кому она бесполезна, так это Думботам – нашему будущему проекту.

— А наша месть? — с тревогой спросила она.

— Она подождёт, — холодно прошипел я. — Даже у животных есть терпение, они выжидают подходящий момент для охоты. Возьмём гепардов – самых быстрых хищников. У них всего несколько попыток поймать добычу и восполнить запасы энергии. Каждая неудача истощает их. И если они несколько раз не достигнут цели из-за неопытности, то просто умрут.

— Я не знаю, кто такие гепарды, — разозлилась она. Виктория всегда злится, когда слышит о чём-то незнакомом, что случается довольно часто. Мне нетрудно объяснить свои знания, будто я черпаю их из «глубокой медитации и лёгкой склонности к видению будущего». Моя сестра не знает про память из прошлой жизни и подобной не обладает. Из-за чего она вела себя как ребёнок. Благо, что Виктория фон Дум достаточно рациональна, чтобы не устраивать сцены или завидовать большим знаниям. — Но я узнаю. Как бы то ни было, я должна научиться видеть будущее.

Она нахмурилась, и это было плохим знаком. Если Дум ставит перед собой цель – он её достигает. Будет сложно, когда Виктория поймёт, что видение будущего не работает так, как я ей объяснял. Но есть надежда – будущее неопределённо и туманно.

— Предлагаю обменяться знаниями, а не уповать на подачки обрывков будущего, — решил я сменить тему, чтобы продуктивно провести остаток вечера. Ведь каждый продуктивный день приближает меня на шаг к необходимым мне силам.

Силам Доктора Дума:

Думглава 2 – Маркиза

Окружённый пыльными записями и магическими инструментами, я был целиком поглощён работой в нашем шатре. Передо мной на столе валялся хлам, собранный из самых разнообразных уголков, словно со свалки. Но благодаря магии даже незначительные предметы могли обрести новую жизнь и стать инновационным оружием. Особенно ценными были кристаллизованные при помощи стекла сгустки магии, хранящие в себе заклинания. Заменив пару линз в бинокулярной лупе, можно было в полной мере оценить кропотливую работу, вложенную в создание каждого из этих маленьких шедевров. В то время как старые провода, сломанные зубцы и кусочки металла выглядели неприметно, но, собранные вместе, они превращались в корпус для магических гранат.

Сначала я восстанавливал старые металлические детали, применяя заклинания для их трансформации и слияния во что-то более функциональное. Затем вставлял внутрь магические кристаллы. И вот, подобно ткачу, оставалось лишь сплести воедино магию и науку, чтобы получить небольшой шарик. Достаточно было нажать на кнопку и бросить его в противника, чтобы энергия заморозки освободилась и оплела всё вокруг льдом. От такого оружия не спасёт ни мощная броня, ни укрытие. Заморозка обладала исключительным проникающим эффектом, что делало её опасным средством в боевых реалиях. Именно это и привлекло внимание генерала, предложившего покровительство моей сестре.

Виктория тоже не дремала, даже сейчас, в глубине ночи, она усердно трудилась над своим новым творением. Старые электронные платы, обломки металла, немного мусора и конденсат магии – всё это лежало перед ней. Её нежные руки были испачканы маслом и краской, а также изуродованы мелкими волдырями и кровоточащими порезами. Техномагия была беспощадной: уже на этом этапе Виктория столкнулась с лёгкими травмами. И что будет дальше? Без защитного оборудования нам приходилось несладко, и мы могли лишь создать примитивные паяльные очки, которые хоть как-то защищали глаза. Руки же отдавали на волю судьбе и техномагическому мастерству.

Лазерный пистолет, способный прожигать металл, – Виктория верила, что создаёт революционное оружие. На самом деле такое оружие устарело миллионы лет назад в масштабах дальнего космоса. Когда наступит инопланетное вторжение, одно из множества, тогда она осознает всю глубину нашей ограниченности. Виктория немного рассердится, а затем начнёт массово заимствовать чужие технологии, переделывать их под себя и усовершенствовать. Такова была стратегия фон Дум: мы всегда готовы «украсть», чтобы «улучшить». Не обязательно всё разрабатывать с нуля.

— Я почти закончила, — произнесла она с теплотой, словно вырастила самый прекрасный цветок под солнцем. — С этим в Латверии обязательно воцарятся свобода, справедливость и эффективность.

Недостижимый идеал, пропитанный абсурдностью и нелепым детским мышлением.

Стараясь не отвлекаться от проверки магических гранат на безопасность, я обдумывал свой будущий ответ. Он возник в голове инстинктивно, но лучше было ответить аккуратнее. Привязанность к мнению других, даже к родной сестре, можно считать слабостью, но с этим трудно что-то поделать. Но я должен был объяснить свою позицию. Принять или нет, – выбор за ней.

— Наивные мечтания, — отозвался я. — Ты хочешь возвести в абсолют свободу, справедливость и эффективность; три понятия, несовместимые друг с другом. Свобода – это беззаботный выбор действий: куда идти, что делать, о чём мечтать. Её проповедуют либеральные государства, создавшие на своих территориях игровые площадки, где детишки любят играть. И не только в добрые игры. В свободном обществе всегда найдутся те, кто злоупотребит дарованной свободой, отнимая её у других. Кто, пытаясь ею распорядиться, подвергнет не только себя, но и всё общество угрозе распада.

Дав ей время осмыслить, я продолжил:

— Справедливость – это равное разделение ресурсов, где нет преимуществ ни у кого, и все чувствуют себя важными и нужными. Представь, если бы наши старейшины игнорировали нездоровых членов клана – беря в пример бодрых, поровну разделяли хлеб между охотниками и бездельниками, а также не мотивировали действовать и развиваться в угоду клана остальных, — закончив с работой, я снял очки и впился взглядом в Викторию, которая внимательно меня слушала. — Что произойдет? Люди потеряют стимул, стремления, жажду двигаться вперёд, пока весь остальной мир их оттесняет. Это социальное государство, как правило, оно живёт недолго.

Я ухмыльнулся, закончив подводить к сути:

— Путь для Латверии – это путь эффективности и вынужденной монархии, работа без сбоев и осечек, где все ресурсы максимизированы меньшинством ради блага большинства. Мы – страна без богатств, производства, защиты, союзников, вероятно, с кучей просроченных займов на государственном уровне и нулевым потенциалом на мировой арене. Остались только вымирающие граждане. Для них путь свободы и справедливости – это путь в пропасть. А попытка собрать всё в одну гребенку и сделать вехами нового строя: эффективность, справедливость и свободу – это создание гранаты, которая зажигает и тушит одновременно. В лучшем случае получится непонятная вспышка, угасающая так же быстро, как и появляется, — поделился я своим мнением, беря в пример созданную мной гранату.

— Разве Влада не диктатор? — спросила она про главу семейства Фортунов.

— Фортуновы выбрали путь авторитарного строя, извратили его, превратив в паразитирующую форму правления. Нет ни медицины, ни помощи старшему и малому поколению. Полная пустота. Только попытки отправить побольше рабов на каменоломни или продать местных жителей как дешевую рабочую силу в другие страны, чтобы они работали до смерти, получая за это ничего, кроме пополнения казны Фортунов. Казны, которая идет только на содержание их дворца и роскошной жизни, оставляя следствие пополнения их сокровищницы в стороне – наших людей, — объяснил я.

— Как думаешь, стоит отказаться от поездки и попытаться их свергнуть?

— И что дальше? Латверию никто не поглощает, считая её мертвой пустошью со слабым лидером. Стоит здесь появиться ресурсам, производству, технологиям, обороноспособности и сильному лидеру – как наши соседи навяжут войну с целью захвата всего этого. Мы должны не только взять власть, но и вести Латверию к величию, а не к краху из благих намерений. Нам нужна магия и наука, в гораздо большем масштабе, чем мы владеем. В масштабах целой страны, а то и мира. Никак не одного клана. Семь… восемь лет обучения, и мы начнем действовать, — железно озвучил я свои мысли, стараясь не сильно выказывать переполнившие тело гнев и раздражение.

— Тогда мы станем… — она нахмурилась, всё поняв.

— Станем врагами для всех остальных, — хмыкнул я, слегка скривившись. — И тиранами для своих. Но не пройдет и пары лет, как смертность сократится, общество уберет одну ногу из могилы, и мы начнем бороться за первенство на мировой арене. Используя эффективность, мы сделаем жителей Латверии самыми благополучными, а гражданство нашей страны – самым желанным и недоступным для всех счастьем. Ведь чем величественнее, безопаснее и счастливее наша страна, тем нам проще будет противостоять любым угрозам. И тем охотнее к нам потянутся жители других государств.

Сейчас мои слова имеют меньший вес, чем могли бы. Бум роста соотношения героям к злодеям произойдет уже после восхождения Дума и не закончится никогда. В нашей стране будут проживать мутанты, возможно, найдется парочка злодеев и супергероев. Но по сравнению с остальным миром, мы будем на дне в плане людских ресурсов. Однако, чего нет у остального мира, так это Виктора фон Дума и Виктории фон Дум. Пожалуй, два Дума гораздо эффективней всех героев вместе взятых. Вместе мы защитимся от любых угроз; кроме тех, что выходят за рамки наших возможностей. Больших, но всё же ограниченных.

— Нужно больше технологического превосходства, — величественно кивнула она, зарядившись порцией мотивации к созданию новых технологий. За ней будущее в этом плане.

— И больше магического доминирования, — вздохнул я, представляя количество угроз планеты. А любая угроза планеты – это угроза лично Латверии, что должна караться. И пусть пока нашей стране ничего не угрожает извне, однажды руины превратятся в золото. Нет, в сияющий бриллиант, что привлечет алчных воров.

Закрыв глаза, я представил не только своё будущее, но и то, что предстоит улучшить.

***

Утром из-за шума сбора деталей я проснулся. Поскольку мы спали вместе, я отлично знал, сколько времени Виктория потратила на сон – от силы четыре часа. Это немного задело мою гордость как брата, обязанного не лениться, пока сестра трудится в поте лица. Но, переосмыслив всё, я отбросил ненужные мысли и взглянул на её работу.

Ещё одно изобретение, разумеется, стоило зажечь в ней энтузиазм, как из рабочего стола силком не оттащишь. Улыбнувшись, я вышел из шатра, чтобы умыться и привести себя в порядок у ближайшего озера, а затем вернулся к работе.

Ближе к обеду к нам приехал генерал с небольшой комиссией для оценки достижений Виктории. Сказать, что они были поражены – это ничего не сказать. Генерал определённо получит от комиссии много очков для укрепления своего положения в армии США, ведь он нашёл самый настоящий самородок, уже почти отполированный алмаз. Неудивительна была их спешка в ускоренной попытке вывезти её из опасной страны, а я последовал за ней в качестве компании.

Временной.

Успех ознаменовал наше тяжёлое расставание, ставящее границу между нашими путями. Однажды они соединятся вновь, но до того момента нам предстоит пройти сквозь лишения и испытания. Виктория фон Дум отправилась в Штаты расширять знания в науке и робототехнике, используя накопленные знания вместе с магическим талантом.

Я же, используя минимальную сумму, выделенную правительством Штатов на содержание Виктории, проложил свой путь не просто в Тибет. Прямо в Гималаи – самые высокие и беспощадные горы на планете. Провизии было немного, а одежда оставляла желать лучшего для изматывающих снежных троп.

Горные дороги вели не к чему-то конкретному. Я искал иголку в стоге сена, опираясь на память из прошлой жизни, деревянную трость и свою силу воли. Груз ответственности не давил на меня, он словно был привязан к гелевым шарам, привязанным ко мне. Они не давали мне упасть, заставляя подниматься, опускаться, снова подниматься и опускаться по неровным хребтам. Ледяной ветер то усиливался, то слабел, но всегда коварно атаковал лицо. И этого было мало, солнечные лучи отражались от кристально чистого снега, вызывая риск снежной слепоты. Чтобы хоть как-то защититься, я пожертвовал парой тканей, чтобы замотать лицо. Тем не менее оставались проблемы с продовольствием и другими угрозами, обитающими в горах.

Путешествие с одной единственной зацепкой представляло испытание, ограждающее обычных людей от тайных знаний. Не каждый способен взобраться днём на гору, вечером найти пещеру и развести огонь, а на следующий день столкнуться с непроходимой стеной. Впервые я не пожалел, что ни разу не потратил время на ерунду, оттачивая магическое мастерство, помогающее стойко выдерживать любые испытания.

Через три недели случилось самое противное за обе мои жизни: внутренние демоны вырвались наружу. Неизвестно, была ли причиной кончающаяся еда, отсутствие нормального сна или месяц одиночества. Но причина была не важна, важен был сам факт череды кошмарных снов и слуховых галлюцинаций. Перед глазами промелькнула жизнь, где я сначала умолял мать не делать глупости, потом отца, а затем сестру.

Я предупреждал Викторию перед отъездом, чтобы она не предпринимала рискованные шаги в спасении матери из лап Мефисто и в мести Фортуновым за отца. Она не должна сглупить…

«А были ли это галлюцинации или реальность?» — я часто задумывался над этим.

Мне снилась мать, бесконечно сгорающая в адском пекле и просящая о помощи. Снился отец, обвиняющий меня в слабости и неспособности спасти его от казни. Но самое страшное – снилось изуродованное лицо Виктории, покрытое ужасными ожогами и шрамами, и… упрекающие зелёные глаза, потерявшие изумрудный блеск.

Скрипучий снег и бушующий ветер не могли заглушить крики о помощи или упрёки; они не были способны даже заглушить образы катастрофы. Демонический шепот всё сильнее усиливался, женский шепот, предлагающий преклониться перед Владычицей Ада и стать её верным псом – как единственный способ всё исправить.

Я это игнорировал, стараясь даже не злиться, чтобы не растерять крохи энергии.

Но, сильно отрешившись от внешних и внутренних факторов, на вершине одной из бесчисленных гор я потерял бдительность. На меня бросился огромный зверь, покрытый белым мехом и источающий жажду убийства. Тогда мой мозг заработал на пределе своих возможностей, но когтистая лапа всё равно умудрилась меня схватить, а клыки готовились впиться в плоть. Это не были ни игры разума, ни шутка воображения. Боль от ранения, смрад из пасти чудовища и приближение смерти были отчётливее собственного дыхания.

Почти инстинктивно я взмахнул рукой и направил её в пасть чудовища, выпустив пламя прямо из руки. Подношение не понравилось чудовищу; магический огонь опалил его изнутри, едва не зажарив мозги. Но не зажарил. Оно швырнуло меня в ледяную скалу, заставив выплюнуть из легких остатки воздуха и кровь.

Страх… Я впервые осознал, что не испытывал страха за собственную жизнь. Было лишь ощущение оскорбления и привкус крови во рту. Сплюнув кровь прямо в снег и криво начертив мистический символ, я собрал всю свою волю и начал поглощать энергию из Тёмного Измерения. Поскольку это было сделано без разрешения и должного опыта, – мою руку сковала острая боль, а затем до запястья кожа покрылась зелеными волдырями и ожогами.

Это была плата за силу – незначительные травмы, и мне повезло больше, чем я ожидал. Но за оскорбление… Чудовище заплатит. Точнее, заплатит Йети – снежный человек.

В более подготовленном состоянии я снова сфокусировал взгляд на монстре и в уме произнёс заклинание, перенося воображение в реальность. Поднялся сильный ветер, который окутал монстра и заставил его закружиться в зелёном вихре. Чем больше я вливал поглощённой силы, тем сильнее тёмная энергия воздействовала сначала на шерсть, а когда она превратилась в пепел, то на кожу и то, что было под ней.

Когда я почти потерял сознание от перенапряжения, передо мной остались лишь кружащиеся кости и остатки того, что когда-то было монстром.

Я, Виктор фон Дум, победил…

Но расслабляться было рано. Чтобы избежать шрамов, мне пришлось вспомнить и усовершенствовать всё, что я знал о целительной магии. Мой разум искал каждый фрагмент из прошлой жизни, чтобы найти подходящий алгоритм для восстановления руки. Однако результат оказался неутешительным, ни сегодня, ни на следующий день.

Только к концу третьего дня я полностью отправился от последствий подпитки из Тёмного Измерения. И, как назло, кошмарные сны стали ещё сильнее, а галлюцинации – ещё более абсурдными. Они всё чаще приказывали мне склониться, но Дум никогда не станет на колени. Подобное было бы абсурдом. Я не чья-то пешка или марионетка, я – тот, кто ответственен за будущее своей нации, этой планеты и даже вселенной.

Но силы покидали меня из-за совершённой глупости. Воспоминания всё чаще возвращались к битве с Йети; если бы я поступил иначе, обзавёлся бы провизией и избавился от злосчастного голода. Моё лицо осунулось, походка стала неровной, горло не могло вымолвить даже слова. Все силы уходили на руку, держащую трость, на ноги, ведущие меня в неизвестность.

«Очередной мираж», — подумал я, увидев нечто необъяснимое. Крепостной замок, достаточно роскошный, чтобы принять в себя средневекового короля. Меня интересовал храм, но никак не замок.

Несмотря на это я не решил его игнорировать и попытался спуститься. Расплатился за это через секунду, забыв о крутом спуске. Нога подвернулась, и я покатился кубарем, врезаясь в беспощадно твёрдый снег. Тело завыло от боли, а сознание невежливо попросило отключиться. Я не разрешил. Уснуть под открытым небом в снегу – значит расплатиться жизнью. Непомерно высокая плата за ошибку.

«Нога сломана», — проверка повреждений не порадовала. Обычное исцеление не помогло костям нормально срастись, вызывая неадекватно сильную боль и паршивый результат.

Моей чистой энергии, поглощаемой по вечерам, хватит на сращивание костей, но тогда мне придётся поверить, что замок обитаем и там есть пища. Либо риск и возможное спасение, либо смерть за осторожность. Методом исключения я выбрал риск. Смерть наступит в любом случае. Обратный путь невозможен, я ушёл достаточно глубоко в необитаемые горы и заплёлся в неизвестный уголок мира.

Истратив неприкосновенный запас на залечивание ноги, я смог подняться и, прихрамывая, дойти до ворот замка, медленно открывающихся при моём приближении. Значит, там кто-то обитает… Я попытался вспомнить, кем были наставники Доктора Дума. Их было много, но из значимых можно выделить всего четыре: Синтия – моя мертвая мать; Мудрецы из Храма – цель моих поисков; Моргана ле Фэй – во времена путешествия в средневековую Британию; и последний, но не по значению…

Пройдя в величественный зал и подняв взгляд с шахматного пола, я исподлобья взглянул на женщину. Её тёмное платье облегало роскошную фигуру, придавая образу элегантности и таинственности. Белоснежные волосы, падающие каскадом по её плечам, напоминали зимний иней, и каждый волосок искрился лунным светом. Лицо благородное, с высокими скулами и гордым подбородком, контрастировало с изысканным троном, на котором она восседала. Но больше всего выделялись глаза – озёра сапфирового цвета, выделяющиеся на фоне других глубиной. Даже в своём предобморочном состоянии я мог оценить их проницательность, способную заглянуть в глубину души.

— Не преклонишь колени? — задала она вопрос, пробивающий до дрожи. — Даже на пороге смерти?

Я впился в неё более гневным взглядом, сменяющим оценочный, и покачал головой. Шея болела, ноги были не против сложить полномочия, но трость позволяла стоять.

— И ничего не скажешь? — более заинтересованно спросила она, скрещивая ноги и расставляя руки на подлокотники трона из черного гранита. — А если я позволю сказать?

Её тон сменился на приветливый, и словно из ниоткуда на меня опустилась сила, залечивая все раны и возвращая пиковую выносливость. Если я прав, то для неё это легче, чем дышать. Мастер Дума, обладатель неисчислимой мощью и властью над реальностью, достигающей мультивселенских масштабов. Существо, насчитывающее миллиарды лет, относится к классу мутанта и считается самым жестоким их представителем. Из-за скуки, накопленной за бесконечное течение времени, существо ради развлечения иногда истребляет вселенные, со всеми обитающими там героями и злодеями. Это даже не угроза уровня Мстителей; те не смогут ничего сделать, собственно, как и я в нынешней форме.

Что уж говорить, даже Доктору Думу Земли-616 потребовалось готовиться к победе над Мастером, начиная с Мезозойской эры по наши дни; когда Мастер закинул его в доисторические времена в качестве наказания. Но кое-что настораживает: существо может быть одно на мультивселенную. Значит ли это, что это не Земля-11, а Земля-616-11? Ответвление на просторах мегавселенной? Её существование порождает гораздо больше вопросов, чем ответов.

— Благодарю за теплый прием, — слегка кивнул я, выпрямляя спину и облегчённо вдыхая воздух. Без сильного голода даже мысли пришли в порядок, и голоса ушли. Или они просто испугались в её присутствии проявлять себя. — Для меня честь встретиться с настоящим Мастером.

— Величай меня как Маркизу Смерти, — чарующе представилась она, лениво постукивая пальцами по подлокотнику. — И ты зовешь меня своим Мастером, забывая о праве преемственности. Я не признавала тебя, лишь наблюдала за твоими смешными попытками найти храм в горах. Ты смог меня развлечь, не более. За что-то большее тебе придется пройти отбор… Назовём его «вызовами».

— Разумное требование, — признал я, стараясь не делать лишних движений. Я вошел в клетку с тигром будучи человеком, где меня могут съесть с легендарной скоростью. Есть абсурдно мощные герои, например, Часовой или уже Часовая, но с ними можно хотя бы продержаться какое-то время или придумать хороший план противостояния. Если уж не победить, то избежать смерти. Однако с ней шутки плохи.

— Вызовы, — протянула она, положив голову на ладонь. — Испытания интеллекта, испытания силы и испытания… Секрет. Сначала пройдешь два, потом узнаешь детали третьего.

Существует плохое предчувствие, а есть омега-плохое предчувствие.

— Как будет угодно тому, кого я могу признать Мастером, — согласился я, стараясь прикинуть все варианты. Умереть не страшно, унижаться не стану, но соблюдать правила приличия придется. Самоубийство из-за «эго» очень чревато, когда речь идет об абсурдно мощных существах. Если меня убить выстрелом в голову, то я попаду, скорее всего, прямо в ад, откуда можно найти выход. С ней же на такое рассчитывать не приходится. А ещё, если я правильно всё помню, то Маркиза Смерти отличается сильнейшим чувством садизма.

Испытания интеллекта и силы – уже чувствуется сильный подвох от женщины с такой характеристикой.

— И первое испытание начинается… сейчас.

Думглава 3 – Мир Симбиотов

Пространство расплылось, преобразовываясь в город образца Нью-Йорка. Если исходить из нескольких заброшенных автомобильных марок, то можно предположить, что наступило новое тысячелетие. Где-то середина 2000-годов, с погрешностью в будущее, но точно не в прошлое. Конкретнее трудно судить из-за оплевывающей весь город биомассы, преимущественно красного и черного цвета, пульсирующей под воздействием нещадно бьющего солнца.

Основные способности Маркизы Смерти – манипулирование реальностью, подобное тому, что есть у Алой Ведьмы, а также путешествие по просторам мультивселенной. Мир передо мной может быть представлен как копия, сравнимая с оригиналом, так и полноценная вселенная со своими законами и правилами. Это добавляет ряд трудностей к испытанию, которое она ещё не озвучила. Маркиза, вообще, мало что говорила и предпочитала молча осматривать давно покинутый город или полностью захваченный… вероятно… симбиотами – расы неорганических существ с планеты Клинтар.

— Мой вызов – это испытание интеллекта, поэтому магия строго запрещена, — первые её слова легко отобрали моё самое грозное оружие, одновременно с этим повесив на мою левую руку браслет из неизвестного материала. Стоило этой вещице оказаться на мне, как всё тело существенно ослабло, а ощущение окружающей маны испарилось как капли влаги под знойным свечением.

— В этом месте, клинтары полностью истребили разумную форму жизни, — продолжила она. — Не осталось ни одного существа в пределах планеты, и за её пределами. Безжизненный мир в своей первооснове, из которого тебе предстоит выбраться, использовав только голову.

— Какие опасности меня могут поджидать? — серьёзно спросил я, прощупывая почву на маневренность.

— Практически никаких, без подпитки и носителей, клинтары представляют угрозу не большую, чем слабейшие из демонов. От них реально убежать, но если загонят в угол, ты не жилец, а лишь пища, — рассказывала она с протяженной усмешкой. — Ах, чуть не забыла: через неделю в недрах Земли пробудится Целестиал, что уничтожит ядро планеты.

— За неделю без магии я должен выбраться из мира… Можно ли получить послабления в виде карты местности с маркерами важных объектов? Работа с местностью и информацией – признаки наличия интеллекта и его гибкости, — спокойным тоном пояснил я, чем заставил её посмотреть на меня пронзительным взглядом.

— Разрешаю, — она взмахнула рукой, и мой браслет преобразился в высокотехнологичное устройство, отображающее карту со всеми объектами и штабами разных организаций. По сути, это был джекпот, определяющий мои шансы на победу в этом испытании. — Но за каждое послабление подготовлено наказание.

Она щелкнула пальцами. Ничего не произошло из-за отсутствия чувствительности к магии, но Маркиза определенно как-то изменила реальность, вставляя мне много палок в колеса, протыкая шины или просто поджигая средства передвижения.

— Наземный, сухопутный и воздушный транспорт в этом мире более не функционирует, — сообщила она неприятную новость, приподняв уголки губ. — А вся еда и вода отравлена высокотоксичными ядами. Малейшая капля, и ты превратишься в безмозглую тварь, став частью армии Кналла. Как он там себя величает… Бог Симбиотов?

— Благодарю за информацию, — сухо кивнул я.

— Удачи, — одарив меня высокомерным взглядом, она исчезла.

В этот момент бесформенная масса активизировалась, начав плодить множество извращенных тварей. Симбиоты без носителей, жаждущие только органической плоти для своего выживания.

Веном и Карнаж – симбиоты с носителями, вероятно, причина падения этого мира. Но сейчас важно разобраться не в истории, а в координации. Если я правильно понял, меня закинули в будущее, где мне не остаётся ничего, кроме как… Беспощадно воровать технологии!

***

Виктория фон Дум не отличалась социальным взаимодействием с другими студентами, предпочитая вести отстраненную от коллектива жизнь. Её легко можно было назвать интровертом, но дело обстояло не в способности к общению, скорее, в полном безразличии к сверстникам. Она считала их в лучшем случае примитивными, глупыми. Как взрослому не о чем общаться с пятилетними детьми, так и ей не хотелось возиться с окружающими её подростками. Особенно в дневное время, когда приходилось идти в университет за новой порцией знаний для исследований в ведущей военной лаборатории США по производству оружия.

Государственный университет Хегемане в Нью-Йорке предоставлял ей гибкий график и лучших наставников. Всего за месяц она стала визитной карточкой, олицетворением гения, способным победить в любом научном соревновании. Что её, безусловно, сильно тревожило. Нет, переживания касались не достижений, а конкурентов. Виктория привыкла во всем соревноваться с братом, который в её глазах был более выдающимся и целеустремленным, чем она. Ей даже не хотелось сравнивать себя с другими студентами, особенно с мальчиками. Поэтому она часто носила маску и скрывала длинные золотистые волосы за зеленым капюшоном. За это приходили замечания от преподавателей, но давление со стороны военных на директорат не давало преподавателям сильно давить на студентку. По сути, не Виктории позволяли учиться в университете, а она позволяла учить себя. Параллельно с этим она сталкивалась с глобальной угрозой для всего человечества.

Вот и сегодня, скрывшись в глубине аудитории, она прожигала зелеными глазами очередной инцидент, протекающий прямо во время лекции по физике.

Одногруппнику, семнадцатилетнему студенту, стало плохо, и из его носа хлынула кровь. Сам он начал задыхаться, как от приступа астмы. Он был также здоров, как и любой другой студент мужского пола, но иммунная система всего вида не справлялась с последствиями мировой эпидемии. Население не просто так сократилось до одного мужчины на десять женщин. Мало того, что в момент начала эпидемии многие представители некогда сильного пола умерли, так и новорожденные не способствовали поправлению ситуации.

С самого рождения их преследовала немощность, низкая сопротивляемость болезням и невозможность нормально заниматься спортом из-за бешено скачущего давления. Раньше Виктория этого не замечала, ведь без должной медицины в Латверии мальчики, как правило, не доживали до совершеннолетия. Но здесь правило «выживает сильнейший» не работало, благодаря заботе правительства и выдающимся медицинским центрам. Организации здравоохранения позволяли отсрочить неизбежное вымирание человека как вида. Или, как думала Виктория, растягивали страдания слабых людей.

— Омерзительно, — проводила она взглядом команду дежурных врачей, вбежавших в хорошо просвечиваемую теплым светом аудиторию. Они работали слажено и оперативно, будто каждые пару часов по всему университету происходило нечто подобное. Выверенными движениями медперсонал уложил студента на носилки и унес в лазарет, оборудованный не хуже государственной больницы.

— Ты права, — кивнула её соседка по парте, поправляя свои необычные волосы. Они были коричневыми, в цвет её глаз, но в глаза окружающим бросались седые пряди, охватывающие виски и часть челки.

— Рада, что мы хоть в чем-то сошлись, — ответила Виктория своей единственной сопернице, бросая тяжелый взгляд на её более выдающуюся грудь. Не передать словами, как её раздражало конкурентное преимущество у соперницы, подаренное природой.

Впрочем, поймав себя на мысли, что она может «завидовать», блондинка отмахнулась от этой мысли, попутно возведя ту в статус «табу».

— Сама подумай, такими темпами нам придется в девах ходить, — цокнула Рейчел Ричардс. — Но я всё исправлю. Я создам устройство, которое вернет всё как было, и уже тогда, через лет двадцать, в мире наконец-то появятся настоящие мужчины. Кто, хоть на вечеринку может нормально сходить… Вик, а ты пойдешь?

— Не называй меня так. Для тебя я – Виктория фон Дум, — огрызнулась она. — И у меня есть брат, он уже выдающийся и гораздо сильнее любого из здесь присутствующих. Он умный, выносливый, с ранних лет никогда не болел и прожил в суровых горах как на солнечном ранчо. Ни одной жалобы, ни одного мерзкого сплёвывания крови прямо во время еды… Ничего из того, что меня раздражает. Так же раздражает, как ты.

— Эй, не злись так, — приняла всё в шутку Рейчел, помахав ладонями перед собой. — И подожди, что ты сказала? Говоришь, что твой брат имеет иммунитет к вирусу? Эм… — она призадумалась. — Может, он уродлив? Типа природа сжалилась.

— Хочешь умереть? — надавила блондинка с явной угрозой в голосе. — Мы близнецы.

— Хм… Красивый, сильный мальчик… — уголки губ собеседницы приподнялись. — Познакомишь?

В аудитории заметно стало жарче, когда Виктория одарила Рейчел убийственным взглядом, наполненным неподкупной жаждой крови. Кинув несколько оскорблений в адрес Рейчел, Виктория фон Дум не остановилась на этом. С чудовищной скоростью она вступила в уже вполне физическую конфронтацию, хватая соперницу за волосы.

Невольно слова переросли в драку между студентками.

Преподавательница попыталась их остановить, а затем выгнать, но те, не обращая на неё внимания, серьёзно занялись противоборством. В конечном итоге другим студенткам пришлось разнимать двух девушек, кто в будущем будет претендовать на звание умнейших людей планеты, но в настоящее время они лишь сражались за парня.

Виктория наотрез отказывалась отдавать брата своей сопернице. Это настолько сильно оскорбило её гордость, что впервые в жизни она поддалась эмоциональному порыву. И что удивительно, подобное отношение лишь подстегнуло её соперницу. Если уж сестра так сильно оберегает от неё своего брата, то Рейчел просто обязана с ним познакомиться, чего бы это ей не стоило. Ведь, получается, было за что сражаться. А учитывая, что девушка с карими глазами неплохо изучила свою соперницу, то сражение явно того стоило.

И вот, когда их уже разняли, Виктория бросила последнюю угрозу: — Подойдешь к моему брату, и я клянусь, я – Виктория фон Дум, обязательно на тебе живого места не оставлю! — хищно пригрозила блондинка, легко выбираясь из захвата, и бросив напоследок презрительный взгляд, направилась к выходу из аудитории.

— Я принимаю твой вызов! — ей в след, словно нож в спину, вонзилось грубое принятие вызова, мотивируя фон Дум любой ценой победить свою соперницу. Неважно, что это будет: интеллект, красота, сила или превосходство в магии или технологиях. Она не проиграет!

— Тогда готовься к смерти, — прошипела Виктория, чуть ли не выбивая дверь.

«И где он вообще ходит? За пределами Латверии небезопасно, слишком много опасных женщин, способных отобрать у меня брата… Пусть дальше оттирают от крови недоумков, а если посмотрят в его сторону… Проклятье, они ведь посмотрят. Что, если его уже схватили опасные женщины?» — от круговорота подозрений у Виктории закружилась голова, и она едва не споткнулась на ровном месте. — «Он, он, он наверняка сейчас хорошо проводит время. В кругу чертовых соблазнительниц, у кого ума с мой мизинец. С ноготь моего мизинца. Да я… Виктор – ты плохой брат!»

***

— Апчи, — чихнул я, в стрессе вытирая нос и делая рывок вперед, избегая выпада острых когтей очередного монстра.

Я – Виктор фон Дум – обязательно выживу…

Взглянув на голографическую карту, я про себя прикинул примерный путь до базы А.И.М. Эта группа отделилась от нацистской группировки ГИДРА, породила много злодеев и сосредоточена на производстве высокоразвитого оружия и технологий. Её базы разбросаны по всему миру, одна из стратегических находится в Нью-Йорке, куда меня забросила Маркиза Смерти. Но меня волнует даже не их оружие, а Модок – и его устройство.

Универсальный пульт способен не только создавать силовые поля, но и взламывать любые технологии, включая созданные лично Старком. Я сделал ставку на то, что он должен находиться со своим обладателем, место смерти которого отмечено на карте.

Прибыл!

Резко ускоряясь, выжимая из своего тела все силы, я пробился в корпоративное здание. На самом деле это подпольный завод по производству оружия. Но, черт возьми, стоило закрыть двери, как их тут же помяли бежавшие за мной твари.

Стоять без дела было опасно, поэтому я, несмотря на боль в ногах, побежал к лестнице, буквально взлетая между переходами до высших этажей. Позади звучало рычание, и до моих ушей доходили звуки разрушения. Двери уже выбили… Ладно, это в рамках погрешностей. Главное – добраться до первой точки назначения.

Думглава 4 – А.И.М.

«Или не добраться», — нахмурился я, когда из двери вырвалась тварь из желтой биомассы. Не думая ни секунды, я развернулся и побежал в другой коридор, пытаясь найти хоть какой-то арсенал с оружием. Такой нашелся не сразу, а перед ним валялись пожёванные охранники. А рядом с ними лежали энергетические пушки, вероятно, разработанные с целью победы над клинтарами.

Испытывая удачу, я схватил оружие и бегло разобрался в его устройстве. Сразу за этим сделал кувырок и увернулся от острых когтей, пробивших металл. А их обладатель извернул пасть в мою сторону, намереваясь броситься и нанести решающий удар. Я не позволил, ринувшись вперед и приставив дуло пушки к его рту.

Выстрел разнес симбиотической твари всю голову, задев обшивку комплекса. Но саму тварь не убил; пришлось произвести контрольный выстрел по корпусу биомассы, тогда клинтар успокоился, позволяя мне побежать дальше. Как раз к арсеналу, где я принялся оснащать себя передовым вооружением и технологичным экзоскелетом до шеи. Попутно накинув зеленую ткань сверху, я стал на два шага ближе к статусу Доктора Дума. Но ещё слишком далек от него, мне не хватает должной компетенции до «доктора». Я лишь прохожу практику.

«Линзы?» — удивленно пробормотал я в своих мыслях, вскрывая очередной кейс, можно сказать, лутбокс. В них хранились абсолютно рандомные разработки, так, в сером чемодане аккуратно лежали линзы, при надевании которых я стал гораздо лучше контролировать ситуацию. Они показывали количество патронов, рассчитывали траекторию выстрелов и давали оценку собственности А.И.М.

Взяв в руки пистолет, я попробовал прицелиться и подстроиться под анализ, благодаря чему три выстрела с точностью до сантиметра попали по стене. Неплохо, теперь можно разгрузить мозг для анализа стратегии битвы, а не зацикливаться на баллистике.

Ещё немного проверив арсенал, я взял всё необходимое и вышел в коридор, где уже скопились противники. Дальнейшее противостояние напоминало тир, где от скорости моей реакции зависело выживание. Симбиоты оказались достаточно ослабшими, чтобы не возводить испытание совсем уж в заоблачные масштабы, превышающие мои нынешние возможности. Экзоскелет обеспечивал плавное наведение и защиту тела, а пушка всегда попадала в цель. Каждый выстрел был на счету, особенно, когда дело доходило почти до ближнего боя. Клинтары не имели какой-либо статичной формы, постоянно изменяя тело и формируя из него острые щупальца или виды холодного оружия. Одно из них неприятно ударило в плечо, но костюм погасил импульс и не дал костям сломаться. Наверное, ознаменовав абсолютно правильное решение, что я выбрал в качестве пункта назначения базу А.И.М.

Закончив с первой партией монстров, я бегло направился дальше. Без еды и воды, лучше всего выжимать все силы в самом начале, иначе в истощенном состоянии нельзя будет что-либо противопоставить даже в простой схватке.

Войдя на верхний этаж, я посмотрел на карту и завернул налево, где находился труп Модока. Крайне опасный злодей, представляющий угрозу куда большую, чем Красный Череп. Но вопрос стоял в его пульте управления, инкрустированного в пояс. Линзы показывали, что технология в рабочем состоянии, в отличие от её обладателя, не поддающего признаки жизни. У него отсутствовала часть тела, ниже шеи, но это нормально: Модок представляет собой летающую на троне голову. Другое дело – отсутствие большой части лица, подверженной разложению.

Неприятно обирать покойника, особенно тащить его к столу для среза его собственности. Но пришлось заняться мародерством, от этого зависит успех дальнейшего плана. И без того, на первый взгляд, обреченного на игру в рулетку. Ставка сделана, как ни странно, на Докторе Дума этого мира. Если я прав, то он ни за что не покинет Латверию; я про глобальную угрозу для жителей его страны. Доктор Дум останется там стоять до последнего, как полагается королю. Он должен поступить так, если он тот, кем я считаю себя. Я ни за что не сбегу, даже от проигрышной партии, если дело коснется моих подданных.

Но чтобы добраться до Латверии и получить наследство, придется взломать систему защиты еще одного гения. Взломать наследие Stark Industries – на что в мире способны двое: Модок и Альтрон. Точнее, три личности, но третий не представляет ценности, если он мертв. Суперзлодей со способностью взламывать что угодно, имеет именно суперсилы – исчезающие после смерти, а мне нужны бесхозные технологии.

— Активировать, — задал я слуховую команду, держа в руках устройство Модока. Оно среагировало, накрывая всё в области трех метров отталкивающим куполом. Работает, но устройство держать было неудобно, пришлось припаять к поясу экзоскелета. И уже в таком состоянии направиться в гости к башне Мстителей.

Башня Мстителей была отмечена на карте, что говорило о многом. Тони Старк по своей природе в это время уже должен был отписать своей компании по защите мира все свои активы. Включая искусственный интеллект и боевые костюмы для дальних полетов. Но на всякий случай нужно брать космический костюм, а не воздушный, чтобы не выбиваться из заданных установок. Печально упасть с высоты птичьего полета в груде хлама прямо на землю. Без магии шансов выжить – нет, так что выживает тот, кто страхуется дважды.

Пробиваясь сквозь полчища тварей, чаще всего банальным бегством и обходом через канализационную сеть, я добрался до башни Мстителей и приступил к тому, что умеет мой клан лучше всего – воровать. Меня интересовали все технологичные разработки Старка, чтобы передать их Виктории для дальнейшего анализа и изучения.

Я должен быть хорошим братом, думающим не только о себе, но и о всем семействе Дум в частности. Данные главного конкурента, полученные при помощи устройства Модока, пригодятся как вода в пустыне. Вода… К моменту окончания взлома меня начала мучить жажда, перебивающая желание что-нибудь поесть. Беготня и стрессовая обстановка сильно вымотали меня. Но ничего есть или пить нельзя, если не хочу проиграть. Дум никогда не проигрывает войну, только битву. А смерть – ничто иное как проигрыш войны.

— Джарвис, открой мастерскую, — приказал я искусственному интеллекту, на что имел полномочия. Устройство Модока проложило путь в обитель святых, где я приступил к поглощению знаний и доработке экзоскелета для космических полетов. Необходимо было перелететь в другую часть света, так что я не скупился на расчеты и проверки. В этом мне помогали линзы, в них были функции моделирования, что упрощало процесс и делало его более плавным.

Но ночью случилось неладное. Симбиоты без воздействия ультрафиолетовых лучей стали в разы сильнее, и мне пришлось задействовать башню на полную, приводя все протоколы безопасности в режим боевой готовности. Старк их не привел, наверное, где-то геройствуя на другом крае света. За что я ему благодарен, хоть и осуждаю его решение погибнуть без решения проблемы. Благодарен за сохранение мощностей генератора, а осуждаю за смерть этого мира. Одного из многих, но в нем проживали люди из Латверии. За них больше всего обидней. Я не болен расой или «человечностью». Любой, кто проживает в Латверии, имеет право быть в безопасности и дожить до старости. Всё моё мышление заточено под это.

Пережив ночь Восстания Симбиотов, я неспокойно вздохнул утром. Сил оставалось мало, благо все дела были сделаны: данные скопированы на устройство Модока и экзоскелет прошел через научную революцию. Так что вылетал я почти со спокойной душой, отправляясь на свою родину, куда не хотел лететь всей душой. Видеть даже с высоты птичьего полета, как мои земли превратились в обитель Бога Симбиотов, было больнее поломки всех пальцев. Не так больно, как мои видения в горах Тибета, но всё равно больно. Это личное. Личное всегда болезненно.

Добираясь в Думштадт – столицу Новой Латверии, я сразу полетел в замок Дума, где меня встретило разочарование. Доктор Дум был помечен на карте, точнее, его труп. Но куда больше меня разочаровало отсутствие средства телепортации Дума. На основе Тессеракта моя альтернативная версия создала технологию открытия межпространственных порталов, но из-за мирового хаоса, конкретно эта версия собственноручно разрушила своё детище. Под замком, в секретной лаборатории, я нашел только обломки от нужного мне устройства… Сломать, чтобы не грезить себя надеждой на единичное спасение, оставаясь с Латверией до самого краха.

— Два из трех, но третий был ключом к побегу, — обозначил я вслух, что делал довольно редко, чаще всего в пик отчаяния. Прислонившись к стене и опустившись, тут же столкнулся с еще одной проблемой. Началось масштабное землетрясение, свидетельство скорейшего пробуждения Целестиала. В каждой вселенной он живет внутри Земли, и почти в каждой есть угроза его пробуждения и разрушения планеты. Вот одно из них… Угроза есть, а решения нет. Нет никого – кто мог разрешить ситуацию, все погибли.

Скоро погибну и я, если не придумаю альтернативу. План «А» провалился, теперь надо готовить план «Б». Если подумать, есть вариант, технологию телепортации Дума скопировала одна команда супергероев, его заклятые враги. Доктор Рид Натаниэль Ричардс украл мою технологию, следовательно, надо вернуть украденное. Только это не простое место, где её можно позаимствовать с силами Модока. Фонд Будущего? Эта организация, если не ошибаюсь, хранила межпространственный портал для изучения тайн мультивселенной. Её создал лидер Фантастической Четверки, но защита там должна быть хуже, чем в Здание Бакстера. Надеюсь, нынешняя база не там, очень надеюсь.

Недолго думая, я заменил зеленую накидку на снятый у трупа Доктора Дума зеленый плащ – в качестве знака уважения, как бы продолжая его дело. И направился в защищенное место, мрачно всматриваясь в разрушающийся замок на почве сильного землетрясения. Мне было мало клинтаров, так еще стихийные бедствия вскоре нахлынут, вроде массового затопления. Время шло не на дни, а на жалкие часы.

Вернувшись, фактически откуда начав, прямо в Нью-Йорк, я сверился по карте и выстроил маршрут в Фонд Будущего. На этот раз о пешей прогулке можно забыть, здания пачками сыпались, оставались лишь самые укрепленные.

Влетая в окно нужного здания, я на пределе своих возможностей приступил к взлому безопасности комплекса. Не только силами Модока, некоторые особо мерзкие системы пришлось буквально ломать, вместе с их серверной частью. Едва не обесточил всё, но до портальной зоны добрался.

Наверное, будь я сильно верующим, уже бы молился. Но поскольку мир погиб, тут богов нет. Есть только Дум – верный словам науки и магии. Используя свою методику обучения необъяснимым силам, я попытался перенести опыт на найденные чертежи и инструкции.

Каждый день уровень воды нещадно поднимался, а землетрясения усиливались.

При этом здание и я не прогнулись, мы стойко стояли, до самого конца.

Однако запустить портал оказалось сложно, ещё сложнее указать координаты. Ушли не часы, а почти весь оставшийся срок только на это. Я вначале попробовал использовать за ориентир одежду, но оборудование не считало с неё координаты. Тогда в дело пошла моя кровь, и уже она из-за редкого состава – кровь близнеца, помогла отыскать одну конкретную вселенную.

К моменту окончания исследований я напоминал ходячий труп, неделя без воды и еды почти прошла. Я держался только за счет экзоскелета, пытающегося сохранить жизнь носителю всеми правдами и неправдами. Но системы жизнеобеспечения едва хватало. Как и крепости строения, где я находился. Здание рушилось, пытаясь вывести запущенный портал из строя.

Времени на сомнения не было, путь только…

«Вперед», — вздохнул я, практически падая в портал. Сознание уже отключалось, сил не оставалось даже дышать. Было бы обидно оказаться в дереве или внутри скалы из-за мелкой ошибки, но меня спасло завершение задания. Стоило покинуть просторы вселенной и оказаться в своей, как меня выдернуло из моей точки обратно на пол, украшенный шахматной доской.

— Шесть дней, семнадцать часов, тринадцать минут, пятьдесят две секунды, — сердито озвучила результат Маркиза. — Почти полный провал. И ты ещё называл меня Мастером, оскорбляя своим языком моё существование.

На меня вновь нахлынула сила, позволяя быстро подняться с пола. Находиться в столь компрометирующем положении, как поставить свою гордость под полный снос. Из-за проклятого измождения я оказался в крайне печальном положении, но ничего с этим не поделаешь.

— Мастер, — специально подчеркнул её титул, сильнее выпрямляя спину, до хруста. — Безусловно в этом сыграла моя неопытность, что лишь говорит об необходимости её исправления. Причем столь великая неопытность, сколь и постыдная, такую может исправить лишь такая талантливая личность, как вы.

Свои слова я переживал в мыслях, подавился, отхаркался, приготовился отмыть рот всеми возможными очистительными средствами. Но не для того я рисковал, чтобы глупо подставляться в конце. Иногда, как сейчас, нужно что-то украсть у наставника – знания. Зачем? Разумеется, ради того, чтобы её потом этими знаниями огреть, максимально безжалостно. Никто не смеет оскорблять гордость Дума, оставаясь при этом безнаказанным.

— Великая неопытность, — ухмыльнулась она, проведя рукой и возвращая мой привычный образ из гор Тибета. — Твои находки останутся здесь, пока ты проходишь второе испытание. Вызов силы, что для мага – её олицетворение. Никаких технологий. И уж поверь, тебе придется ответить сполна за свою бесполезность.

Я промолчал, стараясь думать о возвышенном, и контроле над мышцами.

Нельзя дать рукам сжиматься, представляя в качестве цели её тонкую шею.

— Думаю, Тёмные Века подойдут, — хитро добавила она.

Тёмные Века? Это часом не… Мне это знакомо. Будь я компьютером, на мне бы всплыл синий экран смерти. Это не просто плохо. А катастрофически опасно.

Вздохнув, я приготовился к адской сковороде, уже раскаленной лично Мефисто.

Тёмные Века – мир без технологий и возможности их появления. Мир, где бесчинствует мутант Апокалипсис. Чей лозунг: «выживает – сильнейший». Проклятые джунгли в масштабе целой планеты.

Думглава 5 – Тёмные Века

Бедствия обрушились на этот мир, словно горная лавина, возвращая всех его обитателей в тёмное и мрачное средневековье. Андроид, известный как Развоплотитель, ранее поглощал чёрные дыры во вселенной. Однако из-за критического сбоя в программе он начал уничтожать всё в радиусе своей видимости. Ситуация оказалась настолько опасной в масштабе вселенной, что вмешался Живой Трибунал – одно из самых могущественных существ, уступающее по силам лишь Всевышнему. Его сил обычно достаточно для поддержания баланса в мультивселенной, но не в этот раз. Даже Живой Трибунал не смог справиться с Развоплотителем, лишь значительно ослабил его и запечатал в Земле, после чего, по всей видимости, забыл о нём или был занят другими делами. Что происходит в разуме космических сущностей, остаётся загадкой, но он совершил роковую ошибку.

Машина вскоре пробудилась, угрожая разрушить планету и вновь атаковать вселенную. Герои Земли собрали команду, чтобы остановить её, и они бы проиграли, если бы не жертва Верховного мага Земли.

Доктор Стрэндж открыл портал в мир, где технологии не могли существовать из-за волн, испускаемых нейтронной звездой. Отличный ход, но в последний момент машина пробила в корпусе мага огромную дыру.

Магнитные волны разрушили Развоплотителя, но без сил Верховного мага Земли закрыть портал было невозможно. Верховный чародей – возможности, а не просто титул, позволяющие черпать силы из особого источника, к сожалению, в этом мире более не нашлось достойных претендентов.

Волны распространились по всей планете и за её пределами, уничтожая любую электронику, словно взрыв ЭМИ. Люди, подключённые к аппаратам жизнеобеспечения, обладатели кардиостимуляторов, живые андроиды и другие существа, зависимые от электричества, погибли вместе с Развоплотителем. Инцидент и привел к Тёмным Векам. Любое создание технологии стало невозможным, поскольку она мгновенно уничтожается импульсами от нейтронной звезды, излучаемыми через вечно открытый портал.

Города превратились в бесполезные и опасные руины. Преступные организации и сверхъестественные существа внесли хаос, как только человечество лишилось своего главного козыря – электричества. Но больше всех смуту внёс мутант Апокалипсис, провозгласивший: «Я отсею слабых и неполноценных, чтобы выжили только сильные!»

Его цель – восстановить электричество любой ценой, чтобы возродить Развоплотителя и слиться с ним. Зачем? Чтобы уничтожить всех слабых, даже если это ознаменует полное уничтожение планеты. Апокалипсис безумен по своей природе, как и многие злодеи необъятной мультивселенной. Если его план осуществится, мой статус изменится на «мгновенно убит».

— Природа, свежий воздух, ночная красота, — перечисляла Мастер, материализовав в руках бутылку с водой и, сделав несколько глотков, безжалостно спросила: — Хочешь пить?

— Если это возможно, — ответил я, осматривая джунгли, которые, казалось, находились в Южной Европе или Африке. Я смогу лучше ориентироваться к рассвету, но не сейчас.

— За пять лет разрухи, в мире практически не осталось продовольствия. Даже за воду необходимо сражаться, отбирая источники у слабых в пользу сильных. Так что добудь воду себе сам, — попытались унизить меня, но я не обратил на это внимания, сосредоточившись на информации. Например, до обострения конфликта оставалось всего два года. — Какой скучный… Ну, чтобы тебе было веселее, давай добавим в пункт «выжить» что-нибудь ещё. Ах, точно, совсем забыла. Сильный – тот, кто остался в живых. Переживи, скажем, правителя Европы – Апокалипсиса. Я даже не прошу убить его в одиночку, твоих сил на это не хватит. Единственный способ превзойти сильнейшего – дождаться его смерти, но так будет скучно. А мы же не хотим скучать, верно? Да и шанс выжить в двадцать процентов – тоже шанс.

— Ближе к делу, — поторапливал я, смотря на неё исподлобья. — Я пришёл за магическим опытом, а не ораторским.

— Вот как? Тогда его смерть должна наступить, когда ты будешь в шаговой доступности, — улыбнулась она, извращённой улыбкой. Её розовые губы окрасились в черный цвет, а зубы стали заметно острее. — Иначе твоё следующее место назначения – плотно закрытый ящик. Учитывая твой рост и важность комфорта, два на два метра подойдут идеально.

— Гроб, значит? — кивнул я. — Постараюсь сделать всё возможное.

— Совсем рядом находится обитель Дракулы. Или это пещера оборотней? Я уже не помню. В любом случае желаю удачи, — помахав мне рукой, она исчезла.

И в этот момент я услышал жуткий вой.

Нет слов – одни эмоции.

***

Куда ещё студентки с научным уклоном могли отправиться отжигать от заката до рассвета, как не в тематический клуб, наполненный атмосферой космического пространства? Стены клуба украшали светящиеся изображения вымышленных планет и звёздных скоплений, а потолок имитировал бесконечное звёздное небо с мерцающими светодиодами, создавая иллюзию настоящего космоса. Тематика космоса была особенно актуальна, как на фоне космической гонки, так и на уровне общественного интереса. Где есть спрос, там часто появляются уникальные предложения.

Студентки быстро влились в ритм и начали танцевать под живой рок-н-ролл. Конец пятидесятых ознаменовался взрывом популярности электрогитар, которые принесли новые жанры в музыку, доставляя удовольствие неискушенным слушателям. В перерывах между треками девушки подходили к бару за пьянящими коктейлями, пену которых украшали специальные ингредиенты, создающие эффект кометы. И словно кометы, они продолжали кружиться на танцполе.

— Не занята? — спросил кто-то рядом с Викторией фон Дум. Эта особа была менее навязчива, чем Рейчел, и поэтому не вызывала у Виктории раздражения.

Зеленоглазая красотка повернулась и встретила взглядом голубые глаза, затем перевела взгляд на светлые волосы, по текстуре и оттенку напоминающие её собственные. Девушек можно было спутать и назвать сестрами, ведь недавно они даже стали выбирать одежду в одном стиле. Блондинка напротив была одета в синий кардиган поверх жёлтой рубашки с красно-синим полосатым галстуком и красную клетчатую юбку. Виктория была одета в похожий наряд, но в её образе преобладали зелёные оттенки. Зелёный – символ не только Латверии, но и, как часто говорил Виктор, светлого будущего.

— Сьюзен, — недовольно пробормотала Виктория, встречая своё менее раздражающее окружение. Она даже не допускала мысли, что у неё могут быть подруги. — Что тебе нужно?

— Почему так холодно? — усмехнулась голубоглазка. — Здесь скучно, а с тобой хотя бы спокойно. Посмотри на Рейчел – она пьёт за семерых, наверное, тоже скучает. Но я плохо переношу алкоголь и не умею танцевать.

— Она слишком возгордилась тем, что её исследования затронули другие реальности, — недовольно процедила зеленоглазая блондинка, едва прикасаясь губами к бокалу. — Как будто, даже коснувшись их, она сможет что-то в них осмыслить.

Ей было противно тратить время на вечеринки, когда у её ног лежали передовые знания со всего мира, лучшая лаборатория и даже помощники. Военные предпочитали её, а не Рейчел Ричардс, посвятившей себя времени и пространству. Искусственный интеллект – вот что действительно важно. Виктория успела запатентовать несколько изобретений от своего имени; к её стыду, они были полностью украдены у Виктора фон Дума. Но её гордость не пострадала, ведь её брат получил знания из видений, следовательно, сам был вором. Не ему жаловаться, что она первой представила миру исследования в области робототехники и нейросетей, когда ещё интернет в привычном понимании не существовал. Ежедневно Виктория ломала голову, пытаясь вспомнить всё, что узнала от него с самого рождения. Каждую мелочь, которая помогала ей обойти по очкам соперницу всей её жизни.

— Извини, но ты кажешься мне более гордой, — хмыкнула Сюзен.

— Это не гордость, а элементарное самоуважение к себе и своему интеллекту. В то время как интеллект Рейчел настолько наивен в окружающей нас действительности, сколько и смешон. Алкоголь, мальчики, выдуманные мелодрамы – вот что её волнует, как и всех остальных. И это меня бесит. В ней нет индивидуальности, а нас смеют сравнивать, — в пылу эмоций Виктория залпом осушила бокал и попросила налить ещё. Её подруга лишь шире улыбнулась, также обновив содержимое своего бокала.

— Самоуважение… Или уважение других. Кому какая разница? Кому мы это покажем? Другим девушкам, с которыми даже судьбу не свяжешь, — она вновь отпила из бокала, но тут же взяла и резко стукнула им о бокал Виктории. Ту это оскорбило, ведь содержимое чужого напитка попало в её коктейль – неслыханная дерзость. — Можешь поздравить, я рассталась с парнем, с которым встречалась месяц.

— Мне не интересно, — отвернулась Виктория, которую не интересовали чужие проблемы.

— А мне интересно! Представляешь, мы только и смогли, что подержаться за руки… И ему сразу стало плохо. Врачи даже порекомендовали ему держаться от меня подальше из-за его слабого сердца и моей красоты. Это не жизнь, а сплошная катастрофа… Возможно, Рейчел и ты, вы обе правы. Неважно, твой компьютер или её машина времени решат наши проблемы. Я просто хочу обычной жизни, не быть в одиночестве, — осушив бокал, она попросила ещё один.

Бармен, черноволосая женщина с густыми ресницами, мельком похлопала ими, прежде чем тяжело вздохнуть и налить Сьюзен ещё. Хотя и слышала в начале, что та плохо переносит алкоголь; от пары бокалов девушка уже поплыла.

— Ты что, дура? Я всё решу, только фон Дум на это способна, — Виктория гордо скрестила руки на груди и высокомерно улыбнулась. — Уже всё решено. По окончанию университета я зарегистрирую «Doomcorp».

— Над названием ты, видимо, недолго думала, — посмеялась голубоглазая блондинка, прислонившись к барной стойке.

— Семейная традиция. Мой брат, гораздо сильнее и умнее меня, всегда называл свои разработки, добавляя к ним фамилию. Он даже методику тяжёлых тренировок в северных горах назвал «Думтренировки». Так что только «Думкорп», и никак иначе.

— Сильный брат… северные горы… Познакомишь? Мы же подруги… — вопрос Сьюзен вызвал у Виктории воспоминания о днях минувшего прошлого. Минувших дней флэшбеки.

— Забудь, — холодно отрезала она.

— Но я не забуду…

— Значит, ты выбрала путь противостояния с Думом, — прожгла она свою «подругу» взглядом летящего ястреба. Но, проморгавшись и отдышавшись, осушила стакан и немного успокоилась. — Не стоит делать таких ошибок.

— Да ладно, я же не заберу его навсегда… Аренда на сто лет?

— Ты… — прошипела Виктория.

«Брат, что с тобой не так?» — в мыслях отозвалась она. — «Ты хоть знаешь, как я здесь страдаю среди безмозглых овец, которые думают всем чем угодно, только не головой. Ежедневно мне приходится изучать тома литературы, посещать скучные лекции и ломать голову над тем, как превратить каждую мелочь в полноценный продукт… А ты… Если здесь девушки текут от одного твоего упоминания, то рядом с тобой наставницы уже растаяли и… Вот же… Ты заранее всё знал и спланировал… Вот зачем ты отправился в Тибет один, не взяв меня с собой. Захотел свободы. Отсутствие контроля. Больше девушек! Неужели и Виктор думает только одним местом? Может, только я особенная? Но… Вот дерьмо, я же не могу просто так взять и захотеть отношений с братом, а к остальным его ревновать? А если… А как удерживают парней? Там же… Если его удерживают, надо ли его спасать? Нет, это как искать иголку в стоге сена, слишком размыто. Виктор, ты просто отвратительный брат, не понимающий чужих страданий, моих страданий, как неисправный робот!»

***

Проклятый лес, проклятое полнолуние, проклятая ситуация. Трижды проклятый день: 459-й день в этом мире завершился засадой очередной группы вампиров. Один из них оказался невероятно быстрым и проворным, превратился в туман и повалил меня на землю. Меня спасла лишь предусмотрительность: его клыки столкнулись с барьером, а голова оказалась достаточно близко, чтобы я охватил её руками. На правой и левой ладони появились мистические круги зелёного цвета, после чего они, словно противоположные магниты, притянулись друг к другу. Им было плевать, что соединению препятствовала крепкая голова ночной твари. Бледная кожа сжалась, кости черепа перемололись, клыки выскочили из пасти вместе с остальными зубами; чистая работа. Никто не смеет пить кровь у Виктора фон Дума!

Встав на ноги и отскочив с ловкостью кошки, я усилил поток энергии в теле, что позволило временно сражаться с мелкими сошками на равных. Да, пока они мелкие сошки, а в обычном состоянии я – частица пыли. Слишком низок в иерархии, но даже комариный укус может быть смертельным для человека. Всё зависит от комара. Моя уникальная сила – магия, и пришло время ей проткнуть врагов.

— Ignis gladius! — призывая мистическое пламя, я сформировал из него клинок чистого пламени. Моя кожа была защищена магическим барьером, в то время как кожа вампира, напавшего на меня сзади, была прожжена насквозь.

Убить их легко: достаточно отсечь голову, нанести серьёзную рану серебряным оружием или пронзить сердце колом. Низшие вампиры – не самые страшные существа, которые пытались меня убить, сожрать, переживать, обстрелять, вспороть, застрелить или стереть.

С непоколебимым взглядом я продолжал вращать свой меч, создавая вихри огня, которые расплавляли кожу. Огненный меч, словно самый острый клинок, спокойно обезглавливал вампиров.

Каждый раз, когда тварь находила брешь в моей обороне, я использовал телекинез, чтобы впечатать её в стволы деревьев. Сразу за этим один из колов на моем поясе вылетал и устремлялся в сердце ошеломленной твари, заканчивая её век в Тёмных Веках. А «темные» они потому, что какой-то негодяй в Светлых Веках посмел выключить свет и не включить обратно!

— Ты не посмеешь убивать бессмертных! — выкрикнул представитель другой стаи вампиров.

— Ваше бессмертие ограничено вечными прятками от солнца и прозябанием в червивых гробах. Я презираю ваше бессмертие, — ответил я на провокацию, выпустив мощный порыв ветра. Он сбил вампиров с ног, позволяя следующему заклинанию поднять каменные шипы из земли и пронзить врагов. Они не успевали выбраться из кольев, как мясо не может выбраться из шампура по собственной воле. Я прошелся по ним, обезглавливая каждого, посмевшего вторгнуться в земли Виктора фон Дума. Здесь я построил скромную деревянную постройку, небольшой склад с продовольствием и даже сколотил запас медикаментов. В моей власти – лучшее сокровище близлежащих территорий: укрытие от дождя, еда и лечение. Никому не позволено устраивать на меня набеги! И хотя я понимаю, что вампиры вряд ли пришли за пожелтевшими бинтами, исключать это нельзя.

Был прецедент, когда вампиры торговали с людьми, предоставляя им реликвии прошлой эпохи в обмен на добровольно отданную кровь – что-то вроде деликатеса. Но эти твари прожорливы: от обычной крови, взятой насильно, они тоже не отказываются. Проклятый Дракула расплодил их тысячами, как только власть пала и контроль над миром был потерян.

— Засохни! — необычная угроза покинула уста вампира, который превратился в стаю летучих мышей, попытавшихся окружить меня со всех сторон.

— Знай своё место, — шикнул я, преобразовав огненный меч в хлыст, им я хорошенько прошёлся по зазнавшемуся отродью. Как только он потерял половину мышей, вынужденно принял свой облик, но это меня насторожило. Что-то было не так, магия, она…

Глаза расширились от осознания, и я едва успел сместить корпус, принимая убийственный удар красных когтей, пришедшийся вместо сердца в руку. Усиленные когти пробили барьер и нанесли очередное ранение. Метод достижения цели у вампира был неплох: он подкован в магии, создал иллюзию и обманул мои глаза, но Дум никогда не теряет бдительности.

— Прощай, — решил я попрощаться с хорошим оппонентом, прежде чем опустил огненный хлыст, схватился за осиновый кол на боку и как следует вонзил его в сердце вампира. Ушло пару единиц маны на усиление удара, но оно того стоило: вампира ничего не спасёт. Он лишь выплюнул кровь и свалился на землю, прежде чем начался процесс моментального развеивания. Чем слабее вампир, тем быстрее он превращается в прах.

Но в этом есть проблема: пробившие руку когти исчезли, и из неё хлынула кровь, так что процесса исцеления и прижигания было не избежать. Боль, в лучшем случае, носит характер агонии, но это необходимо стерпеть, чтобы бороться за свою жизнь. Чтобы выжить, нужно сражаться. Я повторял себе это снова и снова, когда оказывался на пороге смерти. И ни разу не прошёл мимо этих слов. Чтобы выжить, нужно сражаться.

Вскинув руку вперёд, я использовал ветряной взрыв, создавший ударную волну и отбросивший меня на несколько метров назад. Меня чуть не разорвал крайне опасный хищник. Не зря говорят: где вампиры, там и оборотни неподалёку. Они работают на проклятого Апокалипсиса, поэтому заключили «Союз Клыка». Все, у кого есть клыки, по умолчанию – союзники. У оборотней они есть, пасть шире медвежьей, когти острее рысиных, а мех служит скорее источником устрашения.

В отличие от вампиров, с блохастым не о чем говорить – он не поймёт.

Пытаясь меня запугать, он зарычал и напряг мускулы, словно стальные тросы. Увидев бесполезность этих действий, он отскочил назад и начал брать разгон для броска, чтобы разорвать меня на части, съесть, обглодать.

— Lux sanctus! — выкрикнул я, и яркий свет озарил лес, ослепляя оборотня. Он инстинктивно зажмурил глаза, сбившись с пути. Но при этом подошёл идеально близко, чтобы призванный из Преисподней огонь опалил весь его мех, усилив скорость распространения воронки пламени по всему телу.

Оборотень в бешенстве пытался меня найти, чтобы убить перед собственной кончиной, забрав врага с собой. Увы, я умел играть с песиками в обороне, скрывая своё присутствие от сгорающих заживо противников по максимуму. Более того, я не поверил в его смерть, когда он обугленный валялся на земле. Лишь нанеся проверочный удар, облегчённо вздохнул и поморщился. Рука адски ныла и болела. Восстановление займёт время, длинные когти вампиров не то, с чем следует шутить. Ночные твари почти не моются и лазают где попало, мне в срочном порядке было необходимо добраться до лагеря и обработать рану.

Думглава 6 – Дэдпул

«Обработать раны; сперва магия, потом лекарства, потом бинты», — мысленно всё распланировав, я вернулся к своим постройкам. Охота на диких животных вылилась мне боком, поохотились на меня, заставив потратить ресурсы на вес золота. Время беспощадно двигалось вперёд, а мой план по убийству Апокалипсиса сформирован лишь на девяносто девять процентов. Необходимо было найти в Европе тот самый один процент – толчок.

Но этого дебошира попробуй найди, уже месяц за ним гоняюсь, а нахожу только слухи.

Однако, без него мои шансы на успех падают с «мало» до «идиотских».

Быстро управившись с первой помощью, я недовольно направился на склад. Холодильника не было, поэтому я хранил мясо, предварительно заключённое в магический лед. Подобное позволяет меньше охотиться, дольше выживать и совершенствоваться в магическом искусстве, где за малый опыт ждёт лишь проигрыш: тебя съедят.

— Виктория, — невольно вырвалось из моих губ, когда я закончил со всеми приготовлениями к ужину и уже развёл огонь. — Глупо говорить об этом вслух. Но надеюсь, законы вселенной будут милостивы, и у тебя всё хорошо. Дум никогда не проигрывает войну, только битву.

— Это мясное ограбление! — воздух прорезал неприятный выкрик незваного гостя. В другой ситуации я бы уже атаковал магией, но следующее обращение всё расставило по своим местам: — Мясо к костру, и без лишних движений. Я слежу за каждым твоим шагом. Только попробуй заставить хоть корочку подгореть, а иначе станешь как я. А меня тут в Европе где только не пытали, не убивали, не сжигали и даже не топили в кислоте.

— Дэдпул, — поприветствовал я.

— Мы знакомы? Ты герой незначительной истории, написанной за миску риса и лапшу быстрого приготовления? — удивился наемник, одетый в красный костюм с черными подшивками, а за его спиной виднелись два меча. — Или ты злодей неудачной недели, когда права на меня продали Фокс, и мир пошел по прелестям Меган Фокс? Ну, прелестям того образца, когда их ещё хотели.

Тишина… Я молча приступил к готовке мяса, стараясь не сильно зацикливаться на единственном безумце в мире, который не безумен, а просто знает правду.

— Таинственность – это, конечно, круто, но давай подумаем. Я вообще парень думающий, когда есть чем думать, — проговаривая бессмыслицу, он сел рядом и попытался почесать пистолетом область ниже таза… Что меня напрягло. Вскоре он прекратил, и пистолет самопроизвольно выстрелил. Благо, он уже не был направлен на меня. — Ох, пока думал, чуть святые яички не отстрелил. И в отличие от попадания в пасхальное яйцо, в моё лучше не попадать. Но сам понимаешь, пистолету уже почти семь лет. Он стреляет тогда, когда захочет. Я вот думаю, там демон сидит, но священник-контрабандист из католической церкви уверял, что его дурь – высшего сорта по меркам мексиканских картелей. А стоп, святоша веселым настроением торговал. Тогда у кого я там покупал оружие?

— У меня есть предложение: спасти мир.

— Хм? А что случилось? Дай-ка угадаю… — он отложил пистолет и громко хлопнул в ладони. — Человек-паук изменил Мэри Джейн с Черной Кошкой?! Ах, я так и знал. Не, ну это угроза уровня Мстителей. С тех пор как Паркер раскрыл свою личность всем, кому не лень, я так и знал, что где-то зарыта измена.

— Апокалипсис хочет закрыть портал, выпускающий электромагнитный импульс. Для этого он захватил Магнето и использует его для создания анти-импульса, который позволяет на ограниченной территории воспроизводить электричество, — пояснял я, но был перебит, как и ожидалось.

— Стопе, получается, что у него можно зарядить телефон? Ах, его жопа-мать… Сначала нужно разработать мобилу. Похоже, моя пошлая коллекция потеряна навсегда… — покачал он головой, беря в руки первую палку с мясом. — Ладно, продолжай нагонять драмы и экспозиции. Мир под угрозой и всё такое, бла-бла-бла. М-м, аппетитно!

— Его цель – не просто закрыть портал и дать человечеству возможность развиваться. Он хочет перенести своё сознание в Развоплотителя и покинуть планету, что неизбежно приведёт к её разрушению вместе со всеми обитателями. Об этом знаем только мы с тобой и сам Апокалипсис. Получается, либо мы убиваем Апокалипсиса, либо умираем вместе с миром.

— Погоди, убиваем? — подавившись мясом, он задал вопрос. — Кажется, ты что-то напутал. Обычно парни вроде тебя, напоминающие НПС, говорят: не убивай, это плохо. Мы лучше поймаем злодея, отправим в тюрьму, откуда он сбежит к следующей сюжетной арке. А ты предлагаешь сразу убить? Ты мне начинаешь нравиться!

— Сила Апокалипсиса исходит из его мутации и технологий Целестиалов. Технологии повреждены из-за импульса, и даже в зоне с электричеством он будет ослаблен более чем наполовину. У него только силы мутанта. Я потратил 400 дней на разработку заклинания, блокирующего ген X. Оно действует временно, только во время физического контакта, и не более минуты – это мой предел.

— Значит, нас поставят в неудобное положение и лишат всех видов невинности, да? — быстро спросил Дэдпул, указывая на меня пальцем. — Хотя меня, походу, уже лишили главной невинности – порнозависимой. А? Как каламбур, чимичанга. Уже потемнело в глазах? Тёмные Века, всё-таки.

— Пурпурный Человек находится в добровольном подчинении у Апокалипсиса – он захватил разумы многих героев и злодеев Земли. Если его убить, то у нас появится отряд героев. Если освободить Логана из заточения под землей, получим покрытые адамантием когти Росомахи, способные пробить плоть ослабленного Апокалипсиса. Если выкрикнуть о планах Апокалипсиса, те, кто не под контролем Пурпурного Человека, встанут на нашу сторону, даже если они злодеи.

— Выходит, что у меня нет другой альтернативы, кроме как спеть песню о любви. Силой любви будем сражаться мы, за ~лю-бооовь! Можно даже валентинку подарить; Апокалипсис растрогается и сдастся. Но скорее всего, он разозлится… Какая жизнь, однако, злодейка, — обречённо вздохнул Дэдпул, опустив голову. — Ты что-то говорил? Я отвлёкся на моменте о подчинении.

Спокойно, с ним важно терпение. В мире всего пара человек, кто спокойно убивает, а среди героев всего один: Дэдпул. Есть пара исключений, но масштабы не те.

— Подстрахуешь меня при вытаскивании Логана из заточения, убьёшь для меня Пурпурного Человека, если он не одумается. И пока герои сдерживают Апокалипсиса, я заблокирую его силы, и Логан спокойно отрежет ему голову.

— Альтернативные пути есть? А лазейки с мылом и без? Я знаю Росомаху, он парень не ровный, злой и как-то раз отрезал мне нижнюю часть тела. Или верхнюю? Или всё сразу? — пожал он плечами, убирая руки за голову. И приветливо кивнул в сторону поднимающегося солнца, уже рассвет.

— План Б: использовать Дракулу, чтобы он укусил ослабленного Апокалипсиса, и как только он это сделает, мы убьём Дракулу – тем самым все, в ком течёт вампирская кровь на планете Земля, погибнут. Если тут есть такой закон, конечно, — нахмурился я, вспоминая главное правило мультивселенной: в каждой вселенной – свои законы.

— План на случай недобросовестности Росомахи? — он кивнул вместо меня. — Уж лучше бы Паркер изменил Мэри Джейн. У нас почти нет шансов, это чистое безумие, и… Звучит круто! Уху! Чего стоим, идём помирать с музыкой из семидесятых! Ты её не услышишь, но в моей голове джаз так и качает. Ну всё, погнали! Пора спешить мир спасать. А если спасём мир, предлагаю найти священника и затариться весёлыми таблетками.

— Воздержусь, и чтобы нам было проще работать, позволь представиться: Виктор фон Дум, — доедая мясо, я бегло встал и поравнялся с ним, направляясь вглубь леса.

— Доктор Дум? Два по цене одного, ух ты… Уже пятидесятый раз встречаю какого-то чувака не из наших вселенных краев. Ну и как у вас там? Тоже свет вырубили за неуплату кармических процентов? Слушай, а возьмёшь меня с собой? Могу заплатить… Разве что фигуркой ниндзя, но мы же свои люди, сочтёмся?

— Я попал в эту реальность не своими силами, — покачал головой я, сильно его обломав, судя по тяжёлому вздоху.

— Печально. Подобным мне остаётся мир без порно, как стриминги без американской повестки. Всё тлен, — он симулировал хнык. — Провести экскурсию по Европе? Как раз пока до Парижа доедем, хорошенько так подставляясь перед всеми, кому я задолжал. Валюта у нас чистое продовольствие, но кто ж знал, что бухло тут такое дорогое. Похоже, придётся в Ваканду переезжать. Люди там столицу мира забабахали. Если, конечно, выживем. Какие шансы, ваше высочество, лорд маршер-канцлер, сиятельство всех прожекторов, правитель чего-то там, и в общем, король Латверии?

— Ещё нет, — ответил я из большой нужды, ведь если этому недоумку станет скучно, он может просто так свалить. По уровню полезности он между занозой и божественной силой. Разброс столь же абсурден, сколь сам Дэдпул. — Наши шансы пятьдесят процентов на каждый этап: либо мы его проходим и идём дальше, либо мы все мертвы.

— Пятьдесят процентов! Эм… Я чувствую в этом подвох, — наемник спокойно подтянулся, когда мы подходили к переделанному автобусу, работающему на паровом двигателе или что-то в этом роде. — Разве Доктор Дум не должен кричать: сокрушу врагов ради власти во всём мире! Не-не… Как он там… Доктор Дум всегда думает о 101 проценте. «Я сам определяю проценты». Ха-ха.

— Я ещё не Доктор, но претендую на это звание, — поделился я.

— О, тогда точно нам придётся знатно огрести. У-ху-ху, — он начал насвистывать странную мелодию.

— Если мы провалимся, даже смерть не успеем осознать, — вздохнул я.

— Неужели нам рейтинг повысили до «только для взрослых»? Наконец-то можно насиловать, грабить и убивать всех, кто насилует, грабит и убивает? Ура! Почти круто, если бы в роли жертвы не выступали мы… — скривился Дэдпул, состроив предательски болезненное выражение лица.

Я определенно не ошибся с союзником. Это подтверждает «Секретное вторжение», когда раса скруллов напала на Землю. Дэдпул может выглядеть и вести себя как опасный идиот, но он часто добивается успеха в условиях, казалось бы, абсолютно невозможных для него. Его скрытая способность – это призыв абсурда; но мой план уже воплощает абсурд. Дэдпул идеален для борьбы с Апокалипсисом в невыгодных условиях, но, увы, только без технологий Целестиалов. Если взять Апокалипсиса из Земли-616 без ЭМИ под боком, нам с наемником нужно стать в несколько сотен раз сильнее. Апокалипсис – крайне опасный противник.

Тем не менее в моей вселенной мне предстоит сталкиваться именно с болтливым наемником, чаще всего лоб в лоб. Стоп… Наемницей… Дэдпул-вумен – слишком опасно, но уже не физически, как с Апокалипсисом, а психологически. Пробивает дрожь на теле.

— Итак, прошу на борт Дэдпулмобиля! Мой автобус – лучший на всем диком западе. Ещё ни разу не ломался дважды за день, — весело смеясь, он развел руками и представил моему вниманию то ещё корыто.

***

Финал истории на моем авторском блоге! Ссылка в примечании.

Думглава 7 – Отряд самоубийц

— Вон там была офигительная достопримечательность! Её мотивы были загадочны, но люди часто ходили туда, чтобы постоять в очереди за справкой для покупки дурман-травы, — бегло проговорил Дэдпул, поправляя шапочку школьного водителя и затягиваясь очередной самокруткой. После чего, как ни в чем не бывало, выбросил бычок в окно, достал странную жидкость, напоминающую смесь бензина и спирта, отхлебнул и резко повернул автобус, мчащийся на полном ходу.

«Я – Виктор фон Дум; обязательно выживу…» — подумал я.

— Больница не столь уж и загадочна, как и психотерапевты, выписывающие рецепты на сильные антидепрессанты, — спокойно поддержал я разговор.

— Больница! Тьфу ты, за почти семь лет из головы вылетело это потрясающее слово. Помню, как только начинал работать наемником, я там закупался какими-то кристаллами. Их нужно было измельчить, найти банкноту в сто долларов – обязательно в сотню баксов, это реально важно. И тогда…

В общем-то, дальнейший разговор крутился вокруг одной темы: опасного пристрастия болтливого наемника, отлично осознающего себя персонажем комиксов. Или, с недавних пор, фильмовой вселенной, если брать, какая там вселенная… Земля-TRN414, и до моей смерти уже Земля-199999. Четвертая стена явно не для Дэдпула, как людские законы или моральные рамки.

Вздохнув, я попытался заглянуть в свой внутренний мир, стараясь проанализировать совершенные действия и их жизнеспособность. Без самоанализа невозможно совершенствоваться; необходимо тщательно просматривать прошлое, чтобы не мешкать в будущем. Например, мой первый альтернативный мир – Мир Симбиотов.

Хорошим вариантом было найти базу Верховного ученого А.И.М., расположенную на острове Барбуда в Карибском бассейне. Фанатики науки построили там портал в негативную зону, который легко перестраивается в аналог моста Рида Ричардса.

Я отмел этот вариант в зародыше, не исключено, что слишком поспешно. С некоторой долей удачи, за неделю можно было бы добраться туда и наладить портал. Но я не склонен полагаться на удачу как на основной фактор – она редко мне улыбалась. Исключение составляло лишь мое рождение, когда вирус обошел меня стороной. Неизвестно, помогла ли в этом удача стать близнецом девушки, иммунной к вирусу, или же дело в моей матери Синтии, практиковавшей тёмную магию. Дум из 616 вселенной получил благодаря матери самосознание ещё в утробе, а я, наверное, получил антитела; клетки, мутировавшие под воздействием магии.

Так или иначе, тогда мне повезло. В остальное время приходилось полагаться на волю, интеллект и силу. Если бы я положился на удачу и выбрал в качестве пункта назначения базу А.И.М., то, с большой долей вероятности, уже стал бы частью космического пространства после пробуждения Целестиала.

Тёмные Века также не обошлись без дилеммы. Внять подсказке Маркизы и отправиться к логову Дракулы, союзнику Апокалипсиса, изначально казалось разумным решением. Главный вампир не терпит предательства, и если бы удалось пробраться сквозь его миньонов и получить аудиенцию, то с 50% вероятностью он мог бы помочь мне добраться до Ваканды.

Как говорил Дэдпул, там находится столица мира, где собраны все герои, способные остановить коварные планы Апокалипсиса. Но, к сожалению, герои не так безумны, как Дэдпул, и с ними не пройдет фокус – «я всего лишь НПС, знающий детали квеста». К тому же, у героев есть Эмма Фрост, мощный телепат, отлично умеющий рыться в мозгах. Она попытается проникнуть в мой разум и узнать множество неприятных вещей.

Никто не смеет копаться в разуме Виктора фон Дума, поэтому этот вариант можно даже не рассматривать. Особенно из-за сомнительных перспектив объединения с Сьюзен Шторм, женой Рида Ричардса, одного из умнейших людей планеты, чей разум захватил Пурпурный человек в этой вселенной. Девушка, мастер силовых полей, способна заблокировать силы Апокалипсиса, подобно моему заклинанию, только на расстоянии.

Но, дилемма…

Определенно, лучше не светить содержимым своей черепной коробки, слишком много неопределенностей. Всё же, Доктор Дум тоже существует в этой вселенной и находится в Ваканде. Доктор Дум последний, с кем я хочу встретиться, ведь отлично понимаю, какие ходы он предпримет против меня.

Ошибки без ошибок; возможно, я ещё недостаточно зрел, чтобы увидеть скрытые пути прохождения тех или иных испытаний. Маркиза Смерти, конечно, садистка и психопатка, но как Мастер она могла вполне обоснованно принизить меня. До звания Доктора Дума мне ещё предстоит много узнать и постичь.

— А вот это перекати-поле. Оно поле перекатывает, — икнул Дэдпул, стоило мне вернуться из режима анализа. — Или по полю катится. Темно, хоть глаз выколи… Ах, точно, выкалывание глаз не помогает увидеть скрытое. Мы же не адепты силы, чтобы сила текла в нас, и мы были в любовных отношениях с силой, как это заведено у мышиного дома в далекой-далекой галактике. Выкалывание глаз нас лучше не сделает, наверное, но как-нибудь надо попробовать.

У меня плохое предчувствие, что-то вроде шестого чувства, развитого из-за частой балансировки между жизнью и смертью. Невольно дыхание сбилось, а легкая дрожь прокатилась по телу, вызывая мурашки на коже. Именно в этот момент послышался едва ощутимый толчок на крыше дэдпулмобиля, словно камень с неба упал.

— Хм, вороны балуются? — предположил наемник, продолжая лихорадочно вести машину под кайфом. Будь здесь магнитола, он бы определенно выкрутил её на максимум, что нас гарантированно бы убило. Много шума – много нашего внимания на лишнее. Много шума – много внимания посторонних на нас. Мы его уже привлекли, на крышу спустились далеко не вороны.

— Приготовься к бою, — быстро отдал я приказ.

Левой рукой выпустил волну телекинеза, останавливая транспорт, а правой – убийственную звуковую волну прямо в крышу. Послышался визг, словно дикого зверя проткнули сотнями игл, и из-за фактора инерции, нашего недруга отшвырнуло от машины подальше. Он не сильно закрепился, чтобы не выдать своё присутствие.

— Ух, — болезненно пробормотал наемник, сломавший нос из-за резкого удара головой об руль. Он обычный человек, тренированный, бесспорно, но по прочности ничем не превосходит людей. Лишь фактор регенерации Логана делает его незаменимым в опасной ситуации. Сейчас она опасна, всё зависит от степени безумия нашего врага.

Прошагав по замершему в воздухе автобусу, я остановился возле переднего окна и хищным взглядом осмотрел того, кого встретить не планировал. Майлз Моралес, только в этом мире после начала Тёмных Веков он слился с Веномом, а затем с Карнажем. Два безумных симбиота в теле одного человека – адская смесь, которую даже моя воля едва сможет выдержать. Что уж говорить про подростка, любящего подражать своему кумиру – Человеку-пауку.

— Веном и Карнаж в теле одного носителя. Он сочетает не только слабости своих поколений, но и сильные стороны, — без лишних слов обозначил я, кто наш враг и что от него следует ожидать. Сразу за этим открыл механическую дверь и вышел на трассу, прошагал немного и встал напротив восстанавливающегося симбиота.

— Раз, два, три, четыре… Четыре рта, так вот кто сожрал пиццу, стоило мне на секунду отвернуться, — легко отшутился Дэдпул, нацеливая на него два пистолета.

— Карнаж. Веном, — по очереди обратился я к ним, сперва материализуя пламя и отправляя его в левую сторону, а затем звуковую волну с примесью молнии в правую. Бессмысленные действия заставили напрячься Симбиота и отпрыгнуть назад. Он увидел две атаки, потенциально способных заставить его покинуть тело носителя. Слабость Венома – звук; слабость Карнажа – электричество; общая – пламя. — Я могу вас уничтожить, пока вы ещё не раскрыли свой потенциал. Но не стану этого делать. Мы в одной лодке предательства.

— Подожди, ты хочешь просто поговорить с врагом? Сила дружбы? Любовная терапия? Чем больше силы, тем больше ответственности?! — шокировано воскликнул Дэдпул, но я проигнорировал его, когда Симбиот приготовился к атаке.

— Апокалипсис заставил вас работать сообща, как единое целое, пообещав построить космический корабль. Вам пообещали предоставить шанс вернуться домой, попутно отомстив всем на планете, кто был к вам недобр, — четко и спокойно озвучил я, симулируя на лице легкую примесь жалости и сочувствия. — Вас предали, как Паркер предал Венома, точно также, как Клетус предал ожидания Карнажа.

— Ложь, Апокалипсису нет смысла нам лгать, — искаженным тоном, сочетающим сразу два голоса, проговорило существо.

— Есть, пока он вас использует. И я могу доказать это простыми словами, — приподнял я указательный палец. — Вы видели хоть один намек на разработку чертежей космического корабля, не говоря уже о его строительстве? За всё время вашего сотрудничества он не сделал ничего. А как только магнитные волны из портала будут отключены, он перенесет свой разум в машину и безжалостно разрушит планету. Предатель всех мутантов предаст и своих союзников – Доктора Отто Октавиуса, Пурпурного человека, Дракулу. Вы знаете, они не под контролем разума. Они ему верят, а их предают. Так чем вы отличаетесь от них? Апокалипсис мнит вас дураками, но вы, гордая раса клинтаров, не должны плясать под его дудку, ведущую вас в бескрайний космос без единого шанса на спасение. Или вы считаете, что он за пару часов из милости спроектирует для вас корабль, пока занят разрушением планеты, выбираясь из центра Земли? Вы его переоцениваете. Вспомните его избитую фразу: выживает – сильнейший.

Мне пришлось в срочном порядке приподнять руку и блокировать буйство Симбиота барьером. Его неприятная особенность – формирование оружия из собственного тела и его удлинение до десятиметровых величин. Порыв гнева едва не похоронил меня, но я был достаточно осторожен, накопив энергии, чтобы пережить порядка семнадцати атак, пришедшихся по барьеру. К счастью, он вскоре успокоился и задал вопрос:

— Где гарантии, что ты не предашь нас? — свирепо прошипел он.

— Мысль умереть в одну минуту и час с ничтожествами причиняет мне несравнимое бешенство, настолько иррациональное и не поддающееся контролю, насколько вы себе можете представить. Эта же мысль заставляет меня сотрудничать с кем угодно, подстраиваясь под любого, всё ради достижения моей цели – свергнуть Апокалипсиса и спасти планету от разрушения, чтобы умереть хоть сейчас, но умереть гордо, а не как жалкая шестеренка в испорченном механизме под названием Земля, — стараясь выдавить как можно больше ненависти, процедил я. — И если вам будет угодно, меня тоже предавали бессчётное количество раз, выводили из игры ударом в спину, держали в темнице из ложных обещаний. Волей или неволей, это вызывает легкое, едва уловимое чувство эмпатии к мне подобным. Вы обреченные, и лишь поэтому вы мне немного нравитесь, достаточно для заключения союза и спасения наших жизней. А дальше наши дороги разойдутся, как и положено тем, к кому судьба была немилостива с самого начала.

— Хнык, я сейчас заплачу, — Дэдпул попытался высморкаться, чуть не забрызгав меня соплями. Подобное оскорбление, даже ценой жизни планеты, я бы не стал терпеть, поэтому слегка отбросил его в сторону.

Презрительно посмотрев на Симбиотов, словивших легкий ступор, кивнул им и помахал следовать за собой – прямо в автобус Дэдпула, на котором мы продолжили наш путь прямиком в лапы дьявола. Шансов, даже с новым союзником, по-прежнему оставалось критически мало, но даже один процент может сыграть ключевую роль.

По дороге я раскрыл дополнительный план нашему союзнику, отлично знающему базу Апокалипсиса. Он должен был освободить героев, что позволит избежать провокации и лишних рисков. А по возможности, Карнаж и Веном должны были в конце сковать Апокалипсиса, дав мне шанс добраться до него на своих двоих. Симбиоты отлично умеют оплетать тела, считай, лучшие в мире путы после Рида Ричардса. А если и лидер Фантастической четверки подсобит после вывода из игры Пурпурного человека, нам станет гораздо легче. Шансы выжить возрастают аж до тридцати процентов.

Вскоре мы добрались до города, где столкнулись с полной анархией. Наш транспорт подорвали, как только мы проехали один километр вглубь Парижа. Пришлось всерьез сражаться с анархистами, полными решимости нас уничтожить. Но это было несложно. Дэдпул отлично умел обезглавливать и стрелять точно в цель, в то время как Симбиот превращал толпы врагов в кровавый фарш.

Как только мы устранили первую пачку врагов, остальные возвели нас в ранг неприкасаемых и позволили дойти до секретного места. Изначально я планировал сканировать город своей магией, что могло занять неделю, но бывший союзник Апокалипсиса, его Всадник, отлично знал, где держат Росомаху.

Дело оставалось за малым: самовредительство – процесс принудительного разрушения собственного тела путем высвобождения большого количества магии. Рыть подземный тоннель так, чтобы он не завалился при нашем спуске, было непростой задачей, которую упрощал только Симбиот, иногда опутывающий стенки туннеля своей плотью для дальнейшего спуска.

Но, в любом случае, без магии мы были бы погребены заживо. Необходимо рыть тоннель слишком глубоко, чтобы наконец обнаружить нашу цель. Она, цель, тоже копала своими когтями из адамантия, только почему-то по горизонтали, а не вертикали.

— Приветик! — радостно замахал Дэдпул, тут же получив острыми когтями прямо в лицо. Логан без лишних церемоний на полном ходу подскочил к нему и пробил когтями глаза. Затем он ещё немного покромсал болтливого наемника, так что я вмешался, отбрасывая его назад телекинетической волной.

— Мы союзники, — поправил я его, чем заставил зарычать. Пусть рычит сколь угодно, главное – без лишних телодвижений. Я не Дэдпул, восстановиться за пару секунд не способен, да и в нашей команде был неспокойный Симбиот – его злить строго запрещено.

Похоже, он и стал причиной нападения. Логан помнит всех Всадников Апокалипсиса, ведь они его захватили.

— Карнаж и Веном на нашей стороне, — продолжил я. — С недавних пор, как только узнали правду об уничтожении мира и предательстве Апокалипсиса.

— Какого черта вам надо?!

— Мы здесь не для того, чтобы спасти тебя, — хмыкнул я. — Логан, нам нужна помощь в…

— Надирании зада Апокалипсиса! — рассмеялся Дэдпул, излучая мифическую жизнерадостность. — Чимичанга нарезка силой любви.

— Вы хотите... что? — бородатый Росомаха посмотрел на нас, как на отряд полных идиотов, будто мы пытались голыми руками достать звезду с неба. — Вы психи, если думаете, что у вас что-то получится.

— Если мы ничего не предпримем, Апокалипсис сольётся с машиной в центре Земли, и, пытаясь выбраться, разорвёт её на части. Весь мир, включая нас с вами, — развёл я руками, сохраняя непроницаемое выражение лица. — Всё исчезнет. Но я могу заблокировать его ген X, если войду в контакт. Без технологий Целестиалов он станет уязвимым для твоих когтей, как обычная железяка. А твои когти, как известно, отлично режут даже самую крепкую сталь.

— О, придумал! — воскликнул Дэдпул, хлопая в ладоши. — Мы – как отряд самоубийц. У нас есть волосатый идиот, — он кивнул на шипящего Логана, — злодей-клинтарец, — указал на Маралиса с его двумя симбиотами, — самый сексуальный мужик в мире, — двумя пальцами он ткнул себе в грудь, игнорируя покрытую раком кожу, — и непонятый гений.

Последнее было адресовано мне, что заставило задуматься, не забыл ли он наш план.

— Но есть проблема, — наемник покачал головой. — Закон жанра: без горячей чиксы, типа Марго Робби, нам всем пи$#@. Хм, мне показалось, или кто-то украл часть моей фразы?

— Показалось, — нахмурился я, всё прекрасно расслышав. — К сожалению, других сил у нас нет. Будем бороться до устранения фактора Пурпурного человека и прихода подкрепления из пленных героев.

— М-м, наша борьба пахнет гниющим запахом смерти, — продолжал нагнетать болтливый наемник, опустив свою голову к подмышкам.

— Можно я его заткну? — хищно спросил Логан, выпуская когти.

— Или мы его съедим? — жутко предложил Симбиот.

Эх…

С такой компанией и врагов не надо. Мы можем ещё до штурма перебить друг друга.

Думглава 8 – Апокалипсис

Электрические вспышки обвивали пространство лаборатории, сходясь к центральному объекту, внутри которого находился Магнето. Его против воли заставляли использовать силы мутанта, наполняя цилиндрические колонны вспышками молний. Это было поистине ужасающее творение злой науки: безжалостное, неэтичное, но эффективное.

Тони Старк рассматривал такую возможность, но, будучи героем, отверг её на корню и сосредоточился на изучении алхимии. Апокалипсис же, в отличие от него, выбрал самый эффективный из доступных вариантов. К сожалению, его цели были далеки от геройских.

Он гордо стоял перед сферой, внутри которой содержался живой генератор. Смотря на неё, он продолжал обдумывать свои дальнейшие планы. Ему была необходима помощь выдающегося ума планеты, достаточно гибкого, чтобы завершить подготовку и слиться с Развоплотителем. Всё шло к похищению Старка из Ваканды; оставались считанные дни до воплощения плана в жизнь. Считанные мгновения для слабаков, недостойных стоять с ним на одной планете.

Апокалипсис всю жизнь следовал принципу: выживает сильнейший. Он родился рабом в Древнем Египте, жил под гнетом фараона Рама Тут, и на своей родине подвергался бесчисленным испытаниям, когда ещё носил имя Эн Сабах Нур.

Он преодолел все тягости судьбы с гордостью, оставив других позади. Своего приемного отца, погибшего в неравном бою, потому что был слаб. Свою возлюбленную, которая проиграла старости и встретила жалкую смерть. Всех своих первых сподвижников, следовавших за ним ещё до того, как он стал называть себя Апокалипсисом и встретил корабль Целестиал, что даровал ему безграничную мощь.

— Рама Тут, — пробормотал он, вспоминая своего первого врага, и про себя позлорадствовал, что скоро даже его владения растворятся в мертвом космосе. Но он даже не подозревал о месте рождения и текущем пребывании своего первого по-настоящему грозного противника. Ведь Рама Тут больше известен в потоке времен под другим именем – Канг Завоеватель.

— Апокалипсис, мы пришли поговорить, — свирепо прошипел Симбиот, слияние Венома и Карнажа, ведя за собой пленных героев.

Апокалипсис недовольно повернул своё огромное тело, отдающее мощью в каждой клетке пепельной кожи. Один его взгляд был способен пробить на дрожь, поставив сильнейших и высокомерных на место, стоящих на ступени ниже его собственного положения.

— Зачем ты привёл их? — грубо спросил древний мутант, переводя взгляд на Пурпурного человека.

— Это не я, — бегло принялся отрицать кукловод с фиолетовой кожей, цвета его офисного костюма. — Они следуют приказам Всадников и лично вашим.

— Вот оно как, — хмыкнул мутант. — Объяснись.

— Корабль, ты обещал корабль. Но где он? — Симбиот сделал вид, что осмотрел всех присутствующих в лаборатории, хотя видел каждой частью своего симбиотического костюма. — Мы не видим корабля. Не видим подготовки. Мы видим только попытку предать нас. Нас и жалких идиотов, которые роют себе могилу.

— Довольно! — Апокалипсис попытался остановить своего Всадника, пока не стало слишком поздно.

Но уже было поздно, и Доктор Октавиус вставил замечание:

— Как ты планировал вытащить машину из центра Земли, не разрушив при этом планету? — спокойно спросил он, заставив других подвижников нахмуриться. Особенно сильно занервничал Пурпурный человек, ведь он знал, что Отто мыслит здраво. Пурпурному человеку не отдавали приказа захватить разум того, кто пришёл к ним добровольно и выполнял все приказы.

— Слушай меня, — Апокалипсис проигнорировал вопрос доктора и уставился на кукловода. — Если посмеешь снять контроль, знай, даже боги Египта тебя не спасут.

— Я, не-не, никогда, — быстро отвернулся Пурпурный человек, краем глаза подмечая своих кукол: Капитан Марвел, Зверь, Капитан Америка, Женщина-Халк, Рид Ричардс, Псайлок, Циклоп. Эта команда собиралась кукловодом годами, но он не был уверен, что сможет с их помощью сбежать. Не говоря уже о противостоянии Апокалипсису. Поэтому он решил пока подыграть, а поиск решения проблемы и размышления о предательстве Симбиота перенести на потом. Но ему не дали такой возможности.

— Хедшот, детка! — громко закричал Дэдпул, прячущийся на верхней платформе. Метким выстрелом в голову он зачеркнул все метания Пурпурного человека.

«Мертвые не думают».

Логика Дэдпула была проста, как монета самого дешевого номинала. И вообще, он сейчас обдумывал умную мысль: «Хороший Пурпурный человек – мертвый Пурпурный человек». Только Апокалипсису подобная мысль не очень понравилась. Он понял, что может рассчитывать максимум на Дракулу, ушедшего на охоту вместе со своими отпрысками. Но тот вернется нескоро, если вообще вернется союзником, а не очередным предателем.

Апокалипсис оставался один, но это отнюдь не добавляло очков героям и бывшим соратникам. Загнанный в угол волк будет сражаться на пределе своих сил и возможностей. Всего за одну секунду мутант выстрелил омега-лучом по самой непредсказуемой переменной – Карнажу и Веному, начавшим балаган. Луч устремился с огромной скоростью и ударил по Симбиоту, мгновенно разрывая его на сотни мелких частей, включая его носителя Майлза Моралеса.

Капитан Америка успел войти в контакт для удара щитом по голове Апокалипсиса, но немного не рассчитал свой уровень возможностей. Мутант спокойно отбил удар, одной рукой схватил голову суперсолдата и сжал её, как переспевший фрукт, разбрызгивая всё содержимое. Полученный трофей, щит Капитана Америки, он швырнул в Дэдпула, который спешно пытался покинуть место преступления эпичным прыжком в окно.

Увы, в окно выпрыгнула лишь его верхняя половина – щит разрубил его пополам. У Дэдпула, конечно, мощный фактор регенерации, но не настолько, чтобы восстановить ноги за долю секунды. Но болтливый наемник не был бы собой, если бы не начал ползти обратно, двигая всей оставшейся частью тела и теряя какие-то внутренности по ходу дела.

— Ни на кого нельзя рассчитывать, — зло процедил он, встречая Капитан Марвел чуть ли не с распростёртыми объятьями. Кэрол Денверс вспыхнула ослепительной вспышкой и мгновенно подлетела к противнику, вдавливая его в стену лаборатории.

Смотрящий за этим из укрытия Виктор фон Дум сильно поморщился и отвернулся. Он, как никто другой, знал, на что способен Апокалипсис. В физической силе лишь единицы превосходят древнего мутанта, например, Халк версии Разрушитель Миров. Его обычную версию очень ловко изобьют и порвут на части.

Капитан Марвел об этом не знала.

Апокалипсиса почти испепелила её космическая энергия, но «почти» не считается. Мутант успел за считанные секунды регенерировать и контратаковать: со всей силы вонзить свои большие пальцы ей в глаза и сжать череп до хруста. Он раздробил голову и отбросил пока что сильнейшего члена команды героев, как старый мусор, с небывалым отвращением.

Мутанты и Мстители не сильно дружили, поэтому первый среагировал Циклоп, снявший защитные очки и высвободивший из глаз поток кинетической энергии. Она способна расщепить почти что угодно, взять в пример Зверя – антропоморфного мутанта с синим волосяным покровом. Апокалипсис использовал телекинез, чтобы поставить его на место удара, тем самым полностью лишая Циклопа воли к сражению. А остатки рубиновой вспышки кинетической энергии, древний мутант принял на щит, поглощающий энергию и передающий её пользователю. Всего одна поглощенная вспышка, и противник героев полностью восстановил силы, став даже чуточку сильнее, чем до боя. Тем самым, усиленная волна молний от Апокалипсиса, хлынувшая на Циклопа, не оставила ему никаких шансов, мгновенно уродуя и убивая его.

Перед Апокалипсисом в живых оставалось четверо: Женщина-Халк, Рид Ричардс, Псайлок и Отто Октавиус. Выжившие разделились попарно, на поддержку и ближний бой. Рид Ричардс и Отто Октавиус принялись за совместную работу по выводу лаборатории из строя, чтобы она перестала генерировать энергию, поглощаемую Апокалипсисом и бесконечно его усиливающую. Грубое разрушение машины могло привести к взрыву, который погреб бы всех, кроме древнего мутанта, способного отстроить всё заново. Поэтому умнейшим людям планеты приходилось поступать иначе, тонко прекращая выкачку энергии из Магнето.

В то время как команда ближнего боя уже успела понести серьёзные потери, сократившись наполовину – следующей пала Псайлок. Она успела создать несколько энергетических оружий и швырнуть их в Апокалипсиса, стараясь под этой атакой подобраться поближе и нанести удар в уязвимую часть тела. Но ей не повезло: увернувшись от удара Женщины-Халк, мутант спокойно поглотил атаку и выпустил фиолетовый луч, разделившийся на множество частей, каждая из которых проткнула тело ещё одной жертвы бессмертного воина.

— Ничтожества, — констатировал Апокалипсис, перехватывая зеленый кулак и нанося удар своей головой. Началось небольшое противостояние в силе, свидетелем которого стал Дэдпул. Бедняга-наемник только-только успел доползти до своих ног, как уже вся команда героев полегла, за парой исключений.

— Кто украл сюжетную броню?! — пораженно шокировался наемник, будто весь мир перевернулся с ног на голову. Прислоняя ноги к остальной части тела, он приподнял голову к потолку, пытаясь обратиться куда-то вдаль, и очень жалобно попросил: — Самое время скинуть рояль! А лучше две. Ну или хотя бы Абсолютный Нуллификатор. Ну позязя.

Его молитвы не были услышаны, даже кропотливая работа Рида Ричардса и Отто не получила прироста в производительности. Её получил только Апокалипсис, впитавший в себя больше энергии и увеличившийся в размерах, получая преимущество в силе и выносливости за счёт небольшой жертвы ловкости.

Кроме того, по уровню интеллекта мутант занимал место в первой сотне мира, накапливая знания на протяжении тысячелетий. Могущественный мутант без труда продемонстрировал хитрость и боевые навыки, парируя все удары своей противницы и контратакуя её с разрушительной силой, почти не оставляя живых мест на зеленой коже Женщины-Халк. Она всё больше злилась и становилась сильнее, но ценой контроля, чем Апокалипсис не постеснялся воспользоваться.

В решающий момент он схватил её за запястья и поднял высоко над головой, используя свои способности к манипуляции материей. Гамма-радиация или что-то ещё – он мог контролировать почти всё на свете, легко отключая силу Халка и делая свою жертву уязвимой.

Человеческое тело слабо, что доказал Апокалипсис, вернувшийся в свою базовую форму. Швырнув Женщину-Халк на пол лаборатории, он со всей силы втоптал ногу ей в голову. Смерть без шансов на восстановление. Со смертью носителя погибает и зеленый монстр внутри, за исключением нескольких случаев, если носитель, например, умер за секунду до обращения в Халка. Но этого не произошло из-за способностей Апокалипсиса.

— Смешная попытка, но всё кончено, — торжественно провозгласил мутант, получив пулю в висок. Она лишь заставила его отвлечься от главной цели – остановить ученых, и ещё немного в ушах прозвенело. — Ах, когда же вы уже вымрете.

Он безучастно посмотрел на почти собравшегося воедино Симбиота, кусочки тела которого стекались в центр, формируя ему форму. Затем вновь вернул взгляд на Дэдпула.

— Я всё хотел спросить, а если ты разрушишь планету, то что будешь делать? — попытался заговорить зубы наемник.

— Вселенная безгранична. Я лишь разрушу один камень, впереди меня ждет целая гора, на вершине которой я отсею слабых и позволю жить сильным, — спокойно ответил мутант, переводя дух и неторопливо шагая к заметно суетящимся ученым. — Ваша очередь придет. Сперва я разберусь с надоедливыми комарами.

Думглава 9 – Дум против Апокалипсиса

Я – Виктор фон Дум, и мне определенно не выжить в этой схватке. Весь мой анализ боя показывает, что шансы настолько ничтожны, насколько силен Апокалипсис. То есть, соразмерно, пожалуй, безусловно обречены.

Логан уже на пределе, и мне больше не удастся сдерживать его телекинезом; смерть товарищей-мутантов сильно его подкосила эмоционально, он готов рвать без лишних слов. Слишком иррационально он думает, что ставит план под угрозу.

Дэдпул как отвлекающий фактор бесполезен, ему нужно подходящее оружие для затягивания боя. Карнаж и Веном почти собрались, возможно, даже восстановят тело носителя.

Но это уже не важно.

Самая большая проблема – Рид Ричардс и Доктор Осьминог. Два гения, которые весь бой возились с машиной, но не смогли её отключить. Вывели из строя всего три держателя энергии, осталась последняя деталь, на её отключение уйдет тридцать секунд, если они не замешкают.

А они мешкают и… у нас больше нет тридцати секунд… Отто решил пожертвовать собой, чтобы задержать Апокалипсиса и дать шанс Риду Ричардсу закончить.

Выбора нет…

Придется вмешаться раньше времени, что ознаменует мой конец. Я пока не ровня Апокалипсису в любой его форме, поэтому и не думал вступать в схватку. С моей смертью никто не сможет заблокировать ген X, значит, Апокалипсис исцелит любое ранение и продолжит начатое. С моей потерей магической выносливости, если бы я выступил в роли поддержки и каким-то образом выжил… Нет, тогда не хватит сил на блокировку.

Идем ва-банк. Если мне суждено умереть, разделим смерть на двоих.

Резко выскочив из-за укрытия и добежав до середины лаборатории, я выпустил подготовленное заклинание. Тёмные чары для неподготовленных, вроде меня, всегда сопровождаются жертвами. Правую руку обуглило до кости – справедливая цена, жизнь в обмен на силу.

Но этой силы будет недостаточно, моя жизнь слишком дешево стоит в её нынешнем виде. Зеленый луч прорезал пространство и пустился в натиск прямо на Апокалипсиса. Мутант среагировал должным образом, обратив внимание на опасность и выпустив энергетическую волну в знак противовеса.

Две энергии – зеленая и синяя – встретились и слились воедино.

Борьба напоминала перетаскивание каната, где в роли Апокалипсиса выступал фургон, а на моей стороне – обычный человек. Синий луч развеивал зеленый с болезненной для меня скоростью.

Каждый миг казался месяцем, а каждая секунда – годом. Адская боль охватила тело, из глаз посыпались кровавые слезы, как из рта, носа и ушей, приводя меня в совсем неподобающий вид. Эта мысль хоть немного помогала оставаться в сознании. Синий луч уже охватил половину моего и приближался ко мне с безжалостной силой.

Благо, в этот момент умнейший человек в мире закончил со своей святой обязанностью: вырубить машину любой ценой. Бессознательный Магнето рухнул наземь, а электричество пропало, оставив Апокалипсиса без бесконечного запаса топлива. Оставалась лишь совсем незначительная проблема: противник успел заправить полный бак.

Синий луч полностью поглотил зеленый и врезался в меня. Я защитился барьером, но этого слишком мало, тело отбросило назад, как пушинку. Хуже, как маленький шарик, брошенный спортсменом.

Дышать… Я продолжал дышать, лежа на холодном полу лаборатории, ощущая фантомные и вполне реальные боли. Омега-лучи, крайне неприятная особенность моего противника. Они попали точно в цель – в мою правую руку, которая в прошлом находилась на своем месте. Теперь руки и части плеча у меня не было.

Как назло, энергия мутанта продолжала своё дело, испепеляя ткани, кости и кровь. Чтобы не умереть здесь и сейчас, я использовал заклинание заморозки, временно ослабляющее действие расщепления.

— Ты… давай… умирать, — подбежавший ко мне Росомаха попытался привести меня в чувство, что-то говоря. Из-за звона в ушах и выворачивающегося наизнанку желудка было сложно осознавать реальность, тем более вслушиваться в сказанное. Придется воспроизводить воображением: «Ты должен закончить, давай вставай, нельзя умирать».

— Пора! — выкрикнул я Симбиоту, закончившему процесс сбора. Он ловко выпустил сотни щупалец, оплетающих застывшего перед выключенной машиной Апокалипсиса. Одновременно с этим, я подал сигнал Риду Ричардсу, обозначающий приказ подсобить. Лидер Фантастической четверки быстро смекнул, что к чему, и помог Симбиоту сковать тело мутанта.

Теперь самое сложное: пропитать тело магической силой и со всей проворностью понестись на противника. Я уже действовал не как человек, скорее, как запрограммированный робот. У меня не было права отступиться хотя бы на шаг, споткнуться или ослабить бдительность. Лишь двигаться вперед к Апокалипсису, высоко подпрыгнуть и зацепиться за его шею, влив всю магию в голову. Заклинание, блокирующее ген X, мой самый сильный козырь против мутантов. Но, с другой стороны, необходимо до этих мутантов добраться. Без помощи Симбиота и Рида, подобное кажется невозможным в моем нынешнем состоянии.

— Слабаки, нападаете стаей, как побитые шавки, — безусловно, скованный мутант был прав. Но он самую малость ошибается: в ходе эволюции мы развили коммуникацию и сплоченность, эти факторы сыграли важную роль в нашем выживании.

Будь мы поодиночке, действуй каждый сам за себя, нас бы просто истребили дикие звери. Апокалипсис был раньше обычным рабом в Древнем Египте, и он родился только потому, что его предки научились адаптироваться под суровые условия.

Эн Сабах Нур забыл свои корни, уверовав в принцип всепоглощающей мощи. Проблема всех сильных ребят, возможно, я тоже уподоблюсь ему в будущем, ведь не ведаю, как буду меняться. Однако я никогда не забуду о важности всех факторов, необходимых для победы.

— Логан! — прокричал я из последних сил, когда заклинание полностью заблокировало силы Апокалипсиса. Если бы он среагировал на пару секунд раньше, нас бы уже записали как безымянных идиотов, погибших вместе с другими безымянными идиотами. Благо кто-то из нас всё же выжил, чтобы разнести вести о крайне печальной победе.

Росомаха со всей яростью подскочил к Апокалипсису и срубил ему голову своими когтями, сделанными из адамантия, точнее, ими покрытыми. Но это не сделало их менее крепкими, адамантия было предостаточно для пробития крепчайшей плоти на планете.

Голова мутанта выскользнула из моего захвата и откатилась в сторону, но почему-то приземлилась лицом ко мне. Почему? Почему на лице мутанта красовалась довольная улыбка? Чертов фанатик силы, даже смерть свою встретил достойно. Будто проиграть в борьбе для него великая честь, а остальное – формальности.

Я соскользнул с плеч обезглавленного мутанта.

Образы перед глазами размывались, лишь силой воли я смог добраться до кресла, на котором раньше восседал Доктор Отто Октавиус. Злодей, но довольно неплохой изобретатель. Когда Человек-паук стал совершенным, в момент попадания разума Дока в тело Питера Паркера, он показал достойный результат. А достойные результаты показывают только поистине талантливые люди.

Кха… выхаркивая кровь, я опустил взгляд. Волна расщепления пробилась сквозь заморозку и распространилась по всему телу. Почти по всему. Пара участков, вероятно, погибнут до перехода стрелок часов к следующей минуте.

— Уху! Мы нагнули Апокалипсиса! Хотя, будь это порно, оно было бы в формате садо-мазо, — даже в такой траурной атмосфере наемник попытался оставаться оптимистом. Подойдя ко мне, он спросил, но уже менее жизнерадостно: — Зубная фея? Мистер Вот-это-Поворот? Может быть, добрый ангел спустится с небес и быстро тебя… залатает?

— Среди моих знакомых нет никого из них, — выдавил из себя, вновь захлебываясь в собственной крови, перестав ощущать ноги и руки. Лишь голову смог приподнять к Риду: — Доктор Дум, он… Может стать Верховным Чародеем Земли и исправить проблему… которую другие не смогли. Скажи ему об этом.

— Ты нам помог ценой своей жизни, — постарался медленно выговорить он, чтобы до меня всё дошло. — Я этого не забуду.

Я проигнорировал слова благодарности.

Я сделал то, что должен был сделать, и далеко не по своей воле.

— Слушай, Виктор, как его там, фон Дум, — Дэдпул ошарашил Рида Ричардса моим именем, остальные же меня знали. — Ты крутой парень, обязательно ещё закуримся до смерти! И бухнем! — он отдал мне честь правой рукой, как и положено, левой я бы не простил.

Остались секунды...

— Дум никогда не проигрывает войну… Только битву… — последнее, что успел я сказать, прежде чем меня окончательно расщепило. В конце жизненного цикла не было ни ангелов, ни света в конце каких-то туннелей.

Темнота и зловоние.

Выбравшись из груды черепов на поверхность, я скрестил целые руки, как и всё тело. Ведь оболочка для ада создается с нуля. Здесь, даже если умереть, в конце дня возрождаешься в чистилище.

Смерти бояться не стоит – все уже мертвы, а мертвых нельзя окончательно убить. И насколько мне известно, к обычным колдунам тут особое отношение. Страдают только те, кто заключил сделку с Королем Ада.

Пока что, как и любого обычного колдуна, меня встретил открытый план Мефисто. Ад во всем своем безобразии: красное небо с летающими по нему тварями, полчища демонических созданий, а также обезображенные гуманоидные фигуры, топчущие раскаленный песок.

В аду крайне скверно жить, надо выбираться… Мне многое известно о плане Мефисто, к примеру, существует несколько способов, позволяющих выбраться. Наверное, только тогда Маркиза меня вытащит из Тёмных Веков, ведь я провалил испытание. Апокалипсис погиб рядом, но смерть аннулирует любые достижения.

Достижения она аннулирует. Но не возможности.

Где-то в аду есть путь на Рынок грешников, где продаются книги по заклинаниям, и ещё миллиард и одна вещь на любой вкус, будь только валюта – души грешников. Лучше всего их начинать накапливать как можно раньше, чтобы побыстрее стать сильнее и не так сильно ловить побои от подобных Апокалипсису личностей. Он, не самая большая лягушка, есть, например, Танос.

Безумный Титан даст прикурить трем Апокалипсисам на их пике. Я сражался только с ослабленной версией без технологий Целестиал. Детский лепет по сравнению с его пиковой версией. Настолько опасной, что невольно хватаешься за голову с мыслью: как соответствовать. Что за глупости… Очевидный ответ: бесконечно самосовершенствоваться. Но, сперва озабочусь новой броней на адском двигателе, иначе меня сожрут десять тысяч раз.

— Ну что ж. Ад так Ад.

Думглава 10 – Инфернус

Время относительно, на моей планете едва ли прошли минуты; здесь же прошли года.

Приближался пятитысячный цикл в адском инферно с тех пор, как волей юношеской безрассудности меня забросило в обитель Мефисто. В аду, как всегда, царила мрачная атмосфера, постапокалиптические пейзажи и легионы демонических тварей. Сегодняшний цикл, его в человеческом мире называют днём, начался с битвы против трехсот шестого легиона демонов. Легионов больше, чем звёзд на небе, но чем выше номер боевого построения, тем опаснее противники.

Чтобы противостоять им, потребовалось запустить адский двигатель на новой броне почти на полную мощность, выжимая из неё максимум. Я не колебался, ведь цена перегрева была не столь высока. Гораздо дороже обходится смерть от клыков, лап и щупалец мистических существ. Никто не смеет обедать Думом, по крайней мере, во второй раз за недельный цикл.

С первым же движением руки я впитал адскую энергию и поднял кровавую волну, разбросавшую крепкое построение авангарда. За этим последовало закидывание заклинаниями с различными эффектами, которые метались во врагов как ножи. Огненные заклинания поражали одних противников, молнии – других, а различные расщепляющие лучи – врагов с самой высокой сопротивляемостью к магии.

В аду не осталось рядовых демонов, с которыми я ещё не успел подраться, так что слабости каждой твари были мне хорошо известны. К тому же, сегодня мне необычайно везло: в легионе было всего два именитых демона.

Лёгкая добыча.

Усилив конечности мистической энергией, я сделал их движения практически неуловимыми, что позволило мне подарить смерть почти каждому, кто осмелился выступить против меня. Но уничтожить всех мне не удалось… Остатки рухнувшего авангарда растоптали дьявольские отродья, они неслись со всех сторон, словно наперегонки к своей смерти.

Воздвижение мощного магического барьера стало для меня инстинктивным действием. Адские гончие, используемые вместо лошадей, при всём желании не могли своими когтями пробить защиту. Однако именитый демон кинул чары развеивания и пару атакующих заклинаний.

Если тебя ударили, принцип прост: ударь в ответ, ещё более подавляющей мощью. Пылая яростью, я воззвал к стихиям пламени, окутывая поле битвы инфернальным огнём. Огненное торнадо пожирало демонов, хватая их в мёртвые объятья, не давая возможности среагировать на мою вторую атаку. Приподняв руки к небу, из моих пальцев вырвались потоки мистической энергии, образуя древние руны в воздухе. С каждым шевелением рук эти символы вспыхивали, отправляя потоки разнообразных заклинаний во врагов.

Перебил многих, но не всех.

Враги подошли достаточно близко, чтобы я ринулся в ближний бой. Броня зашумела, двигатель едва удерживался от подрыва, но вот даруемая мощь компенсировала все риски. Каждый мой шаг создавал подземные толчки, а каждый удар разрывал тела демонов на части. Броня отлично справлялась с усилением уже улучшенного тела, двойное усиление – это гарантированная смерть для демонов. Но я не варвар, чтобы танцевать по танцполу из разбросанных внутренностей демонов. Скорее, я палач, и палачу полагается орудие для казни.

За секунду я призвал подходящий клинок, купленный на Рынке грешников за восемь душ. С ним уже проще отсекать головы и конечности, а также отправлять точечные энергетические волны для сокрушения более сильных противников.

Хотелось бы назвать это танцем смерти, но это было не так. Моим движениям не хватало изящества, грации или хореографии. Почти тринадцать человеческих лет в аду научили меня двигаться так, чтобы убивать как можно эффективнее, следуя инстинктам и жажде крови. Любой демон воспринимался как смертельный, почти заклятый враг, обязанный свариться в кипящем масле. Их существование портил и без того кровавый пейзаж плана Мефисто.

Через минуту тотального истребления я почувствовал жжение в глазах от перегрузки. Но мой смертельный марш не остановила даже рациональная мысль о побеге и заманивании демонов в ловушку. В аду ценятся всепоглощающая мощь и бесстрашие. Даже если бой заранее проигран, лучше ужалить противника перед смертью как можно болезненнее, чтобы в следующем цикле его сковывал страх перед местью Дума. А месть наступит, я приду ко всем, кто хоть немного насыпал мне соль на рану.

С каждым убитым демоном мой прибор по сбору душ наполнялся валютой для собственного совершенствования, и с каждым убитым демоном страх их союзников усиливался.

Изуродовав свою броню их внутренностями, я поднял руку и сформировал мощные чары, призывая из красного неба рубиновые молнии. Они били без разбора и конкретного плана, делая уклонение невозможным. Никто не знает, когда смерть от молнии настигнет его. Демоны, охваченные паникой, пытались скрыться из зоны поражения, но это была плохая идея.

Никто не смеет бежать от Виктора фон Дума.

Если я вступил в бой, то враг этого достоин, а если он бежит, значит, пытается опозорить мой выбор сражаться с ним до конца. Сражаться на смерть и получить достойную смерть – вот путь, который обязан избрать каждый, кто осмелился связаться со мной в самом диком измерении во вселенной.

Высоко подпрыгнув к толпе врагов, я магическим образом увеличил свой вес и подготовил неприятное заклинание. Почему неприятное? Об этом расскажет любой демон, павший от моей руки, заставляя бояться меня ещё больше и вынуждая отродья совершать ошибки, что позволяет мне побеждать ещё эффективнее.

Приземлившись в стан врага, я разнёс сотни демонов в разные стороны, после чего заклинание вступило в силу. Земля начала расходиться, засасывая в бездонные щели скопления врагов...

Их здесь тысячи.

На оставшихся, ещё живых, я с рыком бросился, неистово истребляя нечисть. Когда клинок пришёл в негодность и резать было нечем, я разрывал их голыми руками, разнося крики вопящих тварей в уши их ничтожных командиров.

Сея хаос и разрушение перед их ногами, я пробирался сквозь демонический легион, окрашивая всё в черную кровь. Она окрасила как мою броню, так и ещё живых союзников сил ада. Мне было безразлично, кто стоял впереди, и как он умирал. Цель всей жизни в аду – сам акт убийства.

Храбрым – смерть в лицо; охваченным страхом – смерть в спину.

Я старался не дать уйти никому, даже когда один из демонов призвал лаву в попытке остановить меня. Броня стойко выдерживала любые повреждения, особенно такие незначительные. А что касается более серьёзных угроз… Как маг я продвинулся на несколько уровней, возможно, где-то уже превзойдя свою версию из 616 вселенной в этом аспекте, если сравнивать наши варианты в этом возрасте. Своими магическими щитами я без труда отражал огненные снаряды, отправляя их обратно во врагов. А рёв двигателя служил фактором устрашения, помогая мне быстрее расправляться с прибывшим подкреплением.

Земля и Аида; два измерения, но такие разные. Здесь я владею бесконечной энергией, всё ограничивается лишь телом и накопленным опытом. Мне не нужно постоянно озадачиваться ресурсами для сотворения заклинаний, только победой.

В один момент именитый демон натравил на меня резервы, но я встретил их с ещё большим энтузиазмом. Создал тысячи магических лезвий, которые разрезали воздух в поисках своей добычи. Получалась довольно неровная нарезка, но более качественную сервировку они не заслужили.

Продолжая свой наступательный шторм, я использовал различные виды манипулирования элементами, как тёмными, например, теорией распада, так и стихийными, вроде формирования грозовых облаков над нашими головами, стреляющих не молниями, а огненной картечью. Чем более непредсказуемыми были атаки, тем эффективнее они истребляли демонов.

Вскоре мелочь практически иссякла; охотиться на остатки, уж больно маленькие группы, было нецелесообразно. Их ловить – значит не уважать себя. Как рой тараканов, увидевших лучик света – ничтожные демоны.

— Капитуляция! — умолял крупный рогатый демон, требуя от меня соблюдения выдуманных правил войны. В аду нет правил, только кровь. Капитуляция, сдача, просьба о пленении – всё это ерунда, придуманная слабыми, чтобы пускать пыль в глаза сильным. А под пылью они обязательно попытаются ударить по уязвимой части тела.

— Смеешь просить о капитуляции, даже не подняв белый флаг? — шипяще произнёс я, и моя броня существенно исказила голос, заставив демона попятиться.

— Где я найду белый флаг? — попытался он заговорить мне зубы.

— Когнитивные способности демонов оставляют желать лучшего; они упускают из внимания очевидное, — покачал головой я, продолжая сжимать кулаки и двигаться вперёд. — Ты просишь о капитуляции, когда твой легион был разбит. О, нет, ты не командир. Называть труса командиром – значит позорить само значение этого слова. Ты дождался, когда подчинённые падут, и теперь взываешь к милосердию, пытаясь выжить и забыть о тех, кто сложил головы ради тебя, погибнув по твоей же команде. Я презираю тебя!

Тяжело отдышавшись, я посмотрел на врага исподлобья.

— Хорошо. Ты получишь милосердие Виктора фон Дума, полностью и без остатка, — кивнул я, призывая экспериментальную разработку. Адская бензопила, работающая на том же двигателе, что и моя броня. Как только я её активировал, похоронный звон окутал алые пустоши, заставив красного черта судорожно поставить защитный барьер.

На полном ходу я опустил направляющую шину бензопилы на барьер противника, прорезав его как воздух. Что уж говорить об испуганных глазах демона, которые отдалились друг от друга, когда его тело распилилось пополам. Но всё ещё не кончено; оставался второй именитый демон, женская особь, отправившая в меня энергетическую волну с примесью молний и парализующих чар.

Я ответил атакой аналогичной мощности, заставив магические техники сплестись на середине. Всё это до чертиков напоминало схватку с Апокалипсисом, заставляя меня злиться ещё больше и выжимать из тела и брони максимум мощностей.

Формируя второе заклинание, ловко сплетающееся с первым, я выпустил вспышку аннигиляции, существенно опалившую тело демонической самки. Она болезненно вскрикнула и упала на землю, позволяя мне перенести бензопилу обратно в пространственный карман. Это были первые чары, которые я купил на Рынке грешников. В аду вечно пытаются что-то украсть, поэтому важно заботиться о том, где хранить и как вытаскивать сокровища.

— Прошу, пощади, я помогу тебе! Ты же грешник и хочешь выбраться из ада!

— Дум не ведёт переговоры с низшими демонами, — презрительно хмыкнул я, заставляя телекинезом её тело парить. Медленно, словно осуждённого вели к плахе, я подтянул её к себе и схватил за виски, отправляя в голову мощный импульс негативной энергии. Не прошло и секунды, как её глаза вспыхнули зелёным светом, а затем, как и полагается, голова разлетелась на куски.

Изнурительный бой закончился, позволяя отключить двигатель брони. Если бы он затянулся ещё на пару минут, потребовалось бы вновь перенестись в центр чистилища. А перед смертью, разумеется, усилить взрыв брони потоком инфернальной энергии, чтобы похоронить как можно больше врагов вместе с собой. В любом бою, даже в том, где тебя сжирают заживо, важно сохранять рассудительность. Если тебя съедают, то не стоит кричать, а лучше отравить собственную плоть, взорвать всё вокруг или наколдовать сложные проклятья на недруга. Я так поступал все проклятые циклы, поэтому сколотил какую-никакую репутацию. Легионы трехсотой серии об этом позабыли, устроили на меня засаду и даже не удосужились подготовить пару тузов в рукаве. Мне не нужно отребье для избиения.

В аду ценится только боевой опыт, а он перенимается от врагов, способных убить тебя в относительно честной схватке или, нечестной – с их стороны. Угнетение недостойных – презренное достижение, не имеющее права храниться в моей памяти.

Прошедший бой лишь разминка, не более. Мне нужно больше полезного опыта, чтобы выбраться отсюда. Ждать удобного момента для побега, сложа руки, верх безрассудства. Нужно только сражаться, расти и, в один прекрасный момент, увидеть голубое небо.

Сюда легко попасть – достаточно умереть или телепортироваться. Но выбраться... на это способен Верховный чародей Земли и ещё пара десятков личностей. И даже для них пути к отступлению сопровождены рисками.

Возьмём, к примеру, мост – его Мефисто охраняет слишком трепетно. Туда с моими силами даже совать нос не стоит… оторвут вместе с остальным телом ещё на подходе. Есть ещё вариант выкупить свободу, но цена исчисляется миллионом душ. Не от каждого демона их можно получить. Демоны, вообще говоря, существа без души – они пожирают их через контракты или отнимают у других демонов. Поэтому при их убийстве выпадают лишь переваренные отходы. А отходов едва хватает на совершенствование, не говоря уже о плате за свободу.

Подойдя к раскаленной магме, я задумался: «Не повезло, что здесь не оказалось Джонни Блейза, Призрачного гонщика. С его силами побег казался бы более вероятным. Я знаю секретную тропу, но мне не хватает силы».

С этими раздумьями я открыл портал на Рынок грешников. Он находится в Затерянных землях – особом мистическом измерении, тесно связанном с адом. Множество хтонических существ торгуют на рынке всем подряд. В Решительном троне можно даже приобрести силу бога в обмен на душу. Я этот вариант отмёл сразу: душа Дума – неприкосновенная собственность. Даже её кусочек не стоит всех богатств вселенной, не говоря уже о какой-то там силе бога.

— Дорогой клиент, вы снова прибыли к нам из ада, — приветствовал меня демон с закрученными бараньими рогами, пепельной кожей и лавовыми глазами. Он был одет как джентльмен, но лучше не обращать внимание на хорошие манеры, вежливое обращение и прочие дружелюбные жесты. Здесь все существа стремятся перехитрить друг друга и обокрасть. — Добро пожаловать на Рынок грешников!

— И снова по делу, — поведал я, осматривая толпы демонических существ. Одно из них держало трех рабов на цепях, другие выбирали красавиц для удовлетворения плотских желаний, а третьи торговались за магическое барахло. В этом месте собрано всё на свете, и здесь действует важное правило: нужно знать, что хочешь купить, что-то конкретное. Покупатели без цели, мотающиеся от одного продавца к другому, могут застрять в этом измерении навечно. Рынок подстраивается под явные и скрытые желания покупателей. Это благо для решительных и ужасное проклятье для робких. — Магические книги, материалы для брони и...

— Мастерская и еда, хоть отдалённо напоминающая человеческую, да, помню, — улыбчиво отмахнулся демон. — К нам не так часто приходят гости из обители его тусклого сиятельства Мефисто. Разумеется, я прекрасно запомнил вас и ваши предпочтения. Пройдёмте за мной.

Именно здесь можно купить свободу, но она стоит безумно дорого. Самый ценный товар и монополия на него. Всё это возводит цену в абсолют. Но, если что-то нельзя купить, это что-то стоит попробовать украсть. Эх… и даже для кражи требуется сила.

Надеюсь, хотя бы у Виктории фон Дум сейчас всё хорошо. Виктория… Даже идеальная память в этом месте подводит меня, постепенно растворяя все воспоминания о прошлом в соляной кислоте, оставляя место только борьбе за свободу – принадлежащую мне по праву.

Думглава 11 – Мефисто

Минуло двадцать тысяч циклов, наполненных днями выживания, совершенствования и рутинных действий. Чтобы разнообразить дни в аду, я в последние семь тысяч циклов серьёзно взялся за науку, более глубокую и комплексную, чем та, что может предоставить Земля. Ресурсы на покупку нужных материалов и книг стали доступны, как только я стал сильнее и научился противостоять легионам первой сотни, но не первой десятке. Всего один раз я столкнулся со вторым легионом, и меня раскатали по всему Аду, немного попытали и отправили в пасть адскому кракену.

Это заставило меня задуматься о том, что важен не только магический опыт, но и научный. Моя броня имела множество дыр в защите, требующих латания. Мои знания имели множество пробелов, умоляющих заполнения. А моя картина мира была неполной, что заставило меня расширять кругозор.

Технологии скрулов, кри, асквари, арктуранцев, автокронов, аксиомы, бетанцев, центуриан, хрономониторов, хрилитов, гунов, крылорианцев… Среди бесчисленных рас в просторах космоса я сосредоточился на тех, чей уровень технологического развития заметно превосходит земной, или, по крайней мере, находится на одной ступени с современной Землей. Мой мозг спокойно перевёл базовые знания на уровень подсознания, что помогает создавать самые разнообразные технологии. Например, асквари продвинулись в создании варп-двигателя, а хрономониторы – это результат работы TVA с квантовыми технологиями. Есть ещё гуны – они мастера технологий, связанных с получением солнечной энергии. Но больше всех меня интересовали кри и крылорианцы: первые развили общие технологии до межзвёздных масштабов, а вторые продвинулись в робототехнике.

Короче говоря, я построил в аду сверхтехнологическую базу, оборудованную адскими турелями и моей собственной армией Хеллботов. Если не удаётся сражаться с первой десяткой своими индивидуальными силами, а победа над половиной легиона не засчитывается, то нужно натравливать свою армию на чужую.

Жаль, что на Земле не будет роскоши с материалами, необходимыми для копирования моих адских сил, но Виктория фон Дум что-нибудь придумает. Я освоил пятую часть всех технологий, её же задача освоить остальное, передать мне и найти пути решения проблемы недостающих ресурсов для воссоздания высокотехнологичной базы уже на Земле. У каждого своя война, её Думвойна с Невозможным наступит очень скоро; моя свобода близка как никогда раньше.

— Враги вошли в сектор поражения, — безэмоционально произнёс мой помощник, созданный из рубиновой руды и техномагических чудес. В его основу вложен передовой искусственный интеллект расы кри, и он оснащен всем необходимым для борьбы с демоническими отродьями.

— Они нарушили суверенные границы Новой Латверии, — озвучил я с лёгким смешком, покачивая вино в золотом кубке. — Активируй думмины.

Мой тронный зал был оборудован всем необходимым для монарха, чьи замыслы переплетены с техномагией. Вокруг стояли суперкомпьютеры, собранные из деталей с Рынка грешников, магические экраны, излучающие свет малиновых закатов, и, конечно же, декор: на стенах висели головы опасных существ Преисподней, а на пиках – останки командиров элитных легионов демонов.

Новая Латверия, основанная в Преисподней после заключения договора с сыном Мефисто – Блэкхартом, была готова принять любое адское отродье. Как и сейчас, когда мы с почестями встретили второй легион, решивший взять реванш.

Мониторы отображали, как десятки тысяч магических мин активировались, устилая землю разорванными телами тысяч демонов. Начало конфликта положено, и согласно директиве противостояния нечисти, были запущены ракеты. Я потратил множество циклов на разработку Мертвых Рук Дума, ракеты, заполненные до краёв мистической силой расщепления.

Противники, оставшиеся в стороне, не ожидали такой агрессии и поплатились за это. Их спешно сооружённые барьеры бесполезны перед всепоглощающей мощью Виктора фон Дума. Демоны посмели вторгнуться на мои законно арендованные земли, и за это им предстоит воздаяние за грех.

Вся моя база задрожала от отдачи. Тех отродий, кого не уничтожил взрыв, миниатюрной сверхновы, добил зеленый дым. Он был настолько ядовит, что ни один супергерой с иммунитетом к ядам не смог бы выжить. Никакой пощады врагам!

— Пошли карательную экспедицию Дума, — приказал я своему подчинённому, ответственному за оборону базы. Его глаза засветились, когда он начал рассылать тысячи инструкций нашей армии.

Бесчисленный рой Хеллботов выбрался из складов, ринувшись добивать демонов. Каждый из роботов обладал почти теми же способностями, что и я на пятитысячном цикле: знали магию продвинутого уровня, владели крепчайшими телами и были вооружены до зубов – миниганы, стреляющие адскими пулями, ракетницы, разрывающие пространство, и винтовки, пробивающие крепкие черепа монстров.

Кого нельзя было убить обычным способом, тех разрывали на части Хеллпалачи ближнего боя. А других Хеллдроны – они напоминали инсектоидов, но многое в них было заимствовано от техномеханической расы хрилитов. Они что-то среднее между стрекозой и вертолётом, небольшие по росту, но с разрушительным потенциалом. Камикадзе-дроны взрывались при столкновении с врагами, в то время как дроны поддержки использовали прикреплённые к ним энергетические бластеры высокой прожигательной силы.

— Лорды начали действовать, — напомнил мне подчинённый, продолжая отдавать приказы войскам Новой Латверии.

— Пошли элитный Думотряд, — отдал я команду, отхлебнув немного вина. Вино на рынке было редкостью, и его распитие сопровождалось только праздниками. Сегодня был такой день. Хеллботы, равные мне на десятитысячном цикле, ринулись в бой против командиров легиона, заставляя их прожилки трепетать от страха перед Совершенным Думом.

В аду бесконечный запас энергии позволял использовать любые заклинания сколь угодно, лишь бы тело выдержало. А тела моих роботов были сделаны не из органики, а из специального сплава. Сочетая это со сверхскоростной реакцией и методикой обработки информации, демонам ни за что не превзойти технологии Дума. Борьба напоминала момент, когда современная армия нападает на племенной строй, который даже во снах не видел оружия мощнее копья.

Лорды были сметены как мусор, стоило только элитному отряду завершить серию не конфликтующих между собой заклинаний. Вот и второй легион ада – жалкое зрелище, недостойное моего внимания и ресурсов, потраченных на их уничтожение.

Скоро, очень скоро весь Ад падёт перед могуществом Виктора фон Дума!

— Зафиксирована попытка телепортации в тронный зал.

— Хм, неужели сам Король Ада решил пожаловать? — с иронией спросил я, передавая телепатический сигнал: — «Активируй протокол самоуничтожения базы с использованием ста бомб из антиматерии… через пять минут. И отключи телепортационную ловушку, позволь нашему гостю войти».

Махнув свободной рукой, я сильнее прижался спиной к трону, чтобы казаться ещё более величественным. Важные гости заслуживают соответствующего приёма, например, скорейшего взрыва бомб из антиматерии. Одна такая способна уничтожить планету Земля, превращая живой шар в космические обломки.

— Выкидыш собаки! — из открывшегося портала выпрыгнул Мефисто, воплощение ярости. Мышцы на его теле вибрировали, когти распустились, скулы обнажили скрипящие зубы, красная кожа пылала, эльфийские уши подрагивали, глаза сверкали цветом первозданной злобы, а черные волосы колыхались от внутреннего бушевания.

— Вы нарушаете границы Новой Латверии, немедленно убирайтесь, — безучастно напомнил я.

— Это мой Ад! Какого хера?! Кто, мать твою, позволил построить замок, истребляющий мои легионы?!

Я молча взмахнул рукой и призвал сотни копий соглашения с его сыном. Мефисто зло схватил один из пергаментов и вчитался. По его лицу пробежала буря эмоций, ввергая его разум в хаос. Он с силой порвал листок, затем взял другой и снова вчитался. И снова порвал, подняв третий, с недоверием глядя на контракт.

Согласно контракту, я арендую клочок земли в аду на десять тысяч циклов в обмен на десять тысяч душ. Я долго собирал их, уничтожая бесчисленные орды демонов. Мог бы потратить их на собственное совершенствование, но предпочёл вложить в базу, куда членам правящей семьи Ада вход воспрещён. Это моя собственность на десять тысяч циклов; я могу строить и делать здесь всё что захочу.

— Я отлучился в мир смертных всего на пять минут, а когда вернулся, обнаружил перед собой кучу дерьма! Блэкхарт, трижды бастард, трахнутый всеми моими слугами… О, как же я взбешен! — его бушующий голос заставил кровь хлынуть из моих ушей, но я не показал своего волнения, продолжая спокойно распивать вино. — Эта сука не имела права сдавать землю! Я – Король Ада, а этот ублюдок лишь присматривал за ним! Договор отменяется!

— Нарушение контракта, — указал я, покачивая головой. — После этого ни один Король не станет тебя уважать.

— Дум, — процедил он, раскинув когтистые руки. — Любой Король Ада поддержит меня. Сдавать землю Виктору фон Думу, обещая неприкосновенность, мол, делай что хочешь, а мы не вмешаемся… Ах, отдайте мой мозг Вселенским шлюхам, никто не согласится на такое! Блэкхарт… Сука… Идиот…

Он бродил по тронному залу, судорожно хватаясь за волосы и косо поглядывая на головы именитых демонов, которые помогали ему в борьбе с другими Владыками Преисподней. Его дыхание то прерывалось, то учащалось от злобы.

Успокоившись, правитель этого измерения подошёл к копии контракта, пнул его ногой, поднял и снова начал читать. Видимо, искал то, что мне нужно – лазейку, позволяющую аннулировать документ и поставить выскочку на место.

— Нескромный вопрос, — попытался задать он. — А что ты планируешь делать после окончания контракта? Не боишься, что я тебя так отымею, что твои визги… Чёрт возьми, забыл, ты не чувствуешь боли. Ну что ж, урод, — он надул щеки и выдохнул. — Несгибаемая воля, да я её об колено переломаю!

Значит, мою вариацию в этой вселенной уже подвергли пыткам в Аду.

— Всё просто: я буду наращивать мощь, и когда контракт подойдёт к концу – жди Думвойну! Я разрушу ад до основания, на его пепле воздвигну новый, украду твои силы, изгоню твоего сына, а твоя дочь Мефиста будет ублажать меня, лишь с одной мыслью – чтобы я хоть на секунду остановил порабощение всех демонов во вселенной. Я стану Кровавым Королём Ада! Виктор фон Дум им станет! И тогда Новая Латверия вместе со мной станет Великой!

— Прекрати называть часть моих владений Новой Латверией! — умоляюще попросил он, а его лицо искажалось, напоминая картину «Крик». В момент эмоциональной нестабильности он проглотил наживку, судя по искажённой улыбке. — Ай-ай, подожди-ка. Тут написано, что контракт заключён с «грешником Виктором фон Думом» и «представителем Ада – Блэкхартом, от имени правящей семьи». Уху-ху, какой глупый грешник мне попался.

Он начал увеличиваться в размерах, концентрируя на себе всю злость и силу. Его способности в этом измерении варьировались от человеческих до полного контроля – всё зависело от желания архидьявола.

— К чему ты клонишь? — безэмоционально спросил я, наклонив голову и попивая вино.

— Грешником Виктором фон Думом! Ха-ха. Грешником! — злорадно смеялся он. — Именем Мефисто, я отпускаю все твои земные прегрешения! И дарую новое смертное тело! — я почувствовал, словно с плеч сняли тяжёлый груз, а с рук неразрушимые оковы. — Теперь ты не считаешься грешником! Но продолжишь грешить, и снова явишься ко мне, за свои грешные делишки! — его дикий хохот вновь заложил уши, но вскоре он немного успокоился. — А теперь пошел нахер из моего ада!

Одним взмахом руки он выкинул меня из своего измерения обратно на грешную землю.

Теперь я вспомнил: Дум никогда не проигрывает войну, только битву.

Победа мне далась, правда, нелегко; пришлось ждать и надеяться, выискивая удобный момент для побега. Доктору Думу повезло больше – его спасал Доктор Стрэндж, ему помогал молот Тора, выброшенный с небес, его вытащила из ада Смерть и сделала своим вестником.

Но в моём случае мне помог только удачно подвернувшийся момент, когда обнаружилось, что Мефисто покинул свои владения и временно передал бразды правления своему сыну.

Блэкхарт допустил серьёзную, но вполне прогнозируемую ошибку. Все демоны падки на души, а я предложил целых десять тысяч – солидную долю, накопленную за почти 55 земных лет жизни в тяжёлых условиях. Но мне не о чем сожалеть. Моей другой версии повезло меньше, когда разум Дума подвергся испытанию грузом десятков тысяч лет.

Несгибаемая воля, по сути, своего рода суперспособность, она помогает оставаться в здравом уме в любой ситуации. Это и определяет меня как Дума. Не способность изучать любые магические искусства или инопланетные технологии, а воля – вот мой самый сильный козырь.

Проморгавшись, я осознал себя в кубическом пространстве. Из знакомого был только шахматный пол, такой же как в замке Маркизы Смерти. Сама хозяйка замка тоже была здесь, и с удовольствием наблюдала через магическое окно за адом, изменив ход времени на области, чтобы шпионить за моими действиями.

Прошагав в тяжёлой броне по шахматному залу, я прислонился к её трону, повесив правую руку на спинку. Так было проще наблюдать за радостным Мефисто. Вот он прыгает и гогочет, как сильно меня отымел, переиграл и уничтожил. Но его настроение быстро сменилось, когда на всех мониторах появился таймер обратного отсчёта. Три, два, один… Взрыв сотни бомб из антиматерии сработал как положено, вспышка света прошлась по солидной части Ада, уничтожая любые намёки на целостность пространства. Даже Маркизе пришлось постараться, чтобы вывести экран из зоны поражения бомб с антиматерией, прямо к месту, куда спешно отступил Мефисто.

Девушка рядом со мной рассмеялась от души, призвала коробку с попкорном из кинотеатра и принялась весело закидывать в рот, словно смакуя сладостный момент бешенства сильнейшего существа на просторах Инферно. Он сыпал такими проклятьями, речевыми оборотами и сложными конструкциями, что даже я, со своими знаниями, подчеркнул для себя кое-что новое.

— Ха-ха-ха! Ты прощен! — продолжая смеяться, девушка с лунными волосами и темными губами предложила мне угощение. Я не стал отказываться, быстро вернув броню в пространственный карман, а затем призвал потрепанный костюм, найденный на Рынке грешников – как раз для торжественной обстановки. Затем я зачерпнул рукой горсть жареной кукурузы, сахарной, и попробовал первую сладость за последние десятилетия. Необычный вкус, я больше привык к прогнившей еде, в лучшем случае без червей и видимых паразитов. Но поедать что-то нормальное, на удивление, приятно.

— Почему не смеешься? — спросила садистка-психопатка, невинно наклонив голову. — Весело же. Ты провалил испытание на выживание, умер едва достигнув цели, но всё же смог исправить свою оплошность и как следует развлечь своего Мастера.

«Своего Мастера…»

Она стала более лояльной после второго испытания, в её голосе читалось немного уважения и… легкой примеси обожания. Теперь понятно, как с ней сработался Доктор Дум. Сейчас я на него стал более похож, пережил нечто соразмерно его собственным тягостям. Весьма колючих терний, но в то же время отличающихся, как иголки под пальцы сравнивать с их отрубанием. Что то боль, что это боль. Но закаляющая характер.

— Мефисто не достоин смеха Виктора фон Дума, — ответил я, переводя взгляд на девушку, уже по-другому её оценивая. «Я не видел женщину двадцать тысяч циклов», немногим больше, но от этого легче или грустнее не становится. Моё тело никак не постарело после смерти, лишь стало крепче и сильнее. Адская оболочка имеет свои преимущества по сравнению с телом человека от природы. Крепче, сильнее, выносливее. Что-то вроде предела человеческих возможностей. Похоже, Мефисто желал, чтобы я прожил как можно дольше и накопил побольше грехов. Только вот, в каждой вселенной свой ад, а у каждого Короля Ада своя юрисдикция. Более с этим Мефисто я не встречусь, он навсегда оставлен жариться в собственной злобе и бессилии перед Думом. Если, конечно, не нажалуется сюда…

Маркиза ухмыльнулась и щелкнула пальцами, убирая иллюзорный куб по контролю времени. Впереди виднелся всё такой же прекрасный пейзаж, каким я его смутно запомнил: открытые двери замка вели к заснеженным пустошам, выше которых плыли густые облака по лучезарному небу.

— Пройдемся? — больше требовательно, чем просительно, обратился я к Маркизе. После чего молча направился к выходу, применив заклинание, чтобы создать два кресла. На одно уселся сам, на второе вскоре по-королевски уселась Мастер. Она выглядела крайне удивленной, словно до этого момента к ней обращались совершенно иначе. Более того, она приподняла левую бровь, почти в знаке вопроса, когда я призвал из пространственного хранилища два бокала и бутылку вина. Один наполненный бокал передал ей, другой оставил у себя. — Давно хотел распить напиток с красивой леди, где-то подальше от легионов демонов.

— Ох, неужели адская романтика? — кокетливо спросила она, попробовав вино и приятно вздохнув. Рад, что ей оно пришлось по вкусу, ведь стоимость его была довольно высока. Стоимость всего приобретенного в аду была высока, за каждую вещь или предмет приходилось проливать кровь.

Ещё немного покачав бокал с вином, она вновь принялась пригубливать напиток.

— Скорее недвусмысленный намек переспать, — от моих слов она подавилась и тяжело откашлялась, переведя на меня устрашающий взгляд. В чем-то даже милый, я пока не успел адаптироваться к разнице лиц. Как бы человек не кривил лицом и какие бы гримасы на себя не натягивал… Ха, пока из глаз не течет гной, из ушей сера, а из пасти кровь… В целом, сойдет.

Сделав большой глоток, я услышал угрозу:

— Смерти ищешь?

— Маркизу Смерти, — поправил я, заставляя её задуматься.

— Как твоему Мастеру, мне стыдно за похабные мыслишки моего единственного ученика, — она отвернулась и гордо приподняла подбородок. — Но, с другой стороны, есть же третье испытание. Был интеллект, ты справился плохо. Была сила, ты провалился. А если будет испытание… выносливости? Как думаешь, справишься?

Провокационный вопрос, нет вещи, с чем не справится Виктор фон Дум.

— Если субъект испытания не сломается раньше, — вернул укол, заставив её облизнуть темные губы.

— Тогда не жди пощады, — после этой угрозы, мы вплоть до заката просидели в креслах. Она готовилась мысленно, я морально. Испытание выносливости…

Я – Виктор фон Дум; обязательно выживу… В местный ад мне пока не хочется.

Думглава 12 – Даркхолд

Если бы меня попросили вкратце описать моего Мастера, я бы начал с записи: «Дорогой дневник, слов не подобрать, чтобы выразить боль и унижение, которые я испытал сегодня, вчера, а также за последние четыре года, четыре месяца, четыре дня, четыре часа и четыре минуты в этом мире».

Проснувшиеся гормоны сыграли со мной злую шутку. Спать с существами мультивселенского масштаба – задача с обременительно низкими шансами на выживание.

Существуют способы укрепить выносливость: можно научиться поддерживать жизнедеятельность организма магией или пытаться выжить силой науки. Однако все любовные похождения сводятся к попытке обессилить партнершу, чтобы физически и морально её удовлетворить. Но как обессилить леди, у которой бесконечные запасы выносливости?

Вопрос на тысячу долларов. Поэтому после каждой ночи, проведенной с Маркизой, мне приходилось буквально восстанавливаться от состояния, близкого к клинической смерти.

К счастью, я выжил.

«Пока я мыслю, я существую» – это неоспоримая истина. И, учитывая практически постоянную практику, мои навыки в некоторых отношениях, связанных с интимными, достигли нового уровня.

В противном случае меня бы, наверное, отправили к динозаврам наращивать мощь на протяжении всего времени существования планеты, начиная с появления на ней относительно разумных форм жизни. Опасно из-за уже прошедших Войн Целестиалов.

Прошлое не было таким уж радостным, там были свои заморочки. Сейчас проблем хватает и без того, как настоящих, так и будущих. Всё дело в усиление мистического искусства через бесконечное поглощение знаний и участия в кровавых сражениях. Маркиза Смерти не жалела своих способностей, отправляя меня в самые опасные уголки, где либо бушует космический зомби-вирус, либо мир захватили опасные злодеи. Например, в мире, где властвует Первый Вампир Варна, мне пришлось несладко. Эта тварь выпила кровь всех магов, усвоив их магические способности.

В другом случае, в одной из вселенных, я столкнулся с совершенно отличающимся Галактусом – практически другой сущностью, оставившей после себя труп. И да, труп, на котором развилась новая форма жизни – вирус, угрожающий вселенной тотальным вымиранием. Зомби-вирус в мультивселенной всегда оставался самым опасным среди всех известных мне аналогов.

Есть хорошие новости: пока всё под контролем, всегда можно найти выход из серьёзного положения… или вылезти мокрым из воды, но живым. И в этом мире прошло всего четыре с половиной года с тех пор, как я отправился в путешествие в поисках клада и нашёл нечто рискованное, но весьма полезное. С моими знаниями и опытом можно добиться многого, гораздо больше, чем я изначально рассчитывал. Ведь моя лига – это не уличные герои, спасающие сумочки старушек от грабителей. Моя цель глобальна, а ставка чрезвычайно высока.

Непомерно высока…

Я нахожусь в «мегавселенной», отличительной чертой которой является другая версия Земли-616. Все сомнения на этот счет развеялись после встречи с Маркизой Смерти и её истории о себе. Клавдия – мутант из параллельной реальности, где освещались события комиксов. Из-за цепочки событий она оказалась здесь и начала делать то же, что и её альтернативная версия из другой мультивселенной: уничтожать всё живое; героев, злодеев, вселенные.

В этой мультивселенной существует только одна Маркиза. И события Тёмных Веков также развернулись по-другому, ведь Развоплотитель существует в единственном экземпляре. Появление Маркизы или моё рождение, возможно, что-то из этого привело к копированию мультивселенной.

Что такое планета Земля? Лишь песчинка, но в то же время – центр огромной вселенной. К каждой вселенной привязаны сотни измерений, плотно завязанные на ней. Сама вселенная окружена пеленой, ведущей в Пустоту – границе между вселенными. Пустоту можно пересечь с помощью магии, артефактов или технологий, чтобы попасть в альтернативные вселенные с различными законами и деталями.

Некоторые видят это как Древо Иггдрасиль, другие – как паутину. Но это не совсем точно с учётом предстоящих событий. Мультивселенная конечна и заключена в сферический шар. Шар не расширяется, но если проредить вселенные, он начнёт сужаться, вплоть до одной. Этот феномен произойдёт через полвека, и его нельзя отсрочить: всё умрет.

Отсрочить невозможно, но можно спасти остатки моей родной вселенной и части других. После этого на руинах я провозглашу правление Божественного Императора Дума.

Но в каждой шкатулке скрыто второе дно. В моём случае – это осознание того, что рассчитывать можно только на себя. Если ранее я планировал косвенно реагировать на события мультивселенного масштаба, то теперь на мне лежит ответственность… их инициировать. В частности, мне необходимо опередить всех в сборе Совета Дума, состоящего из моих альтернативных версий. Кто первым соберёт Совет, тот и займёт пост председателя – таков закон, принятый каждым Думом.

Парламент Думов обязан существовать.

Без Совета Думов мне будет крайне сложно справиться с некоторыми инцидентами; их слишком много для одиночного решения. Каждый из Думов обладает уникальной силой и опытом, что является ключом к разрешению глобальных катастроф. Именно поэтому Дум-616 был избран председателем: он первым собрал всех и направил на путь взаимопомощи. Эту же стратегию успешно применили Рид Ричардс и Канг Завоеватель из вселенной 616. Однако в этом мире нет Рида Ричардса, и, возможно, Канга Завоевателя не существует. Здесь их роли выполняют женские альтернативы. Я уверен в своём Парламенте, но относительно других Советов у меня возникают тревоги на сердце. Какие действия предпримет женская версия моего главного соперника и потенциального потомка?

Мне нужно стать сильнее…

Быть могущественным магом полезно, но возьмём, к примеру, Алую Ведьму – её потенциал намного выше. Она подходящий сосуд для Хтона – бога и основателя всей магии во вселенной. Именно за счёт этого Ванда способна переписывать реальность. Дум из Земли-616 узнал об этом и сделал то, что мы делаем лучше всего: он украл её силы.

Но без собственных сил – никуда. По-моему, главная ошибка моих вариаций заключается в низкой скорости наращивания потенциала из-за проблем с Латверией и личной враждой с Фантастической Четвёркой. Почти все силы уходят на эти противостояния, но благодаря Маркизе Смерти мне повезло: она растянула четыре года многократно, позволяя мне, обычному человеку, вырасти до уровня ощутимой угрозы. Теперь меня можно назвать самым опасным человеком на Земле. Не мутантом, не богом, не инопланетянином, не атлантом, не демоном – а именно человеком, способным противостоять многим существам.

Исключение составляют лишь некоторые абстрактные сущности, космические божества, концепции или обладатели всемогущих артефактов. Нет предела совершенству, и мне ещё предстоит расти, вширь и ввысь. Именно поэтому я провожу много часов, поглощая все секреты из огромной библиотеки Маркизы Смерти. За время своего существования, насчитывающего несколько миллиардов лет, она собрала магические книги со всех уголков вселенной. Мне оставалось лишь разработать собственное заклинание, которое переводит знания из книг в подсознание, откуда я могу извлекать любой ответ из области мистического искусства.

К концу дня наступает развилка: всё зависит от настроения Мастера. Она может отправить меня на импровизированные испытания, если её настроение подорвано, или мы можем приятно провести время, распивая вино. В последнее время я стал увлекаться этим занятием, каждый свободный вечер выпивая по несколько бокалов. Подобное не опьяняет, но приносит немало радости.

Почему люди боятся смерти? Они верят, что она придёт неожиданно и унесёт все возможные моменты счастья. Я не видел счастливых моментов, но есть пара приятных воспоминаний, и мне тоже не хочется умирать. Даже если я сохраню память и попаду в ад за использование тёмной магии, хочется, чтобы воспоминания остались… Но в аду они только испортятся, окрасятся временем борьбы с Мефисто. Противостояние в любом случае произойдет, но борьба будет быстрая и на моих условиях.

Осталось мало времени до созыва всех магов планеты для участия в испытании Вишанти. Его прохождение дарует титул Верховного мага Земли.

Возможно, однажды я получу этот титул, но не на испытании… Я найду в нём другую, более значимую выгоду для себя: последний элемент моей личной вендетты. Последний толчок для броска дуэльной перчатки в лицо Мефисто.

Скоро Ад содрогнется от ненависти Виктора фон Дума. Никто не смеет мучить Синтию фон Дум, оставаясь безнаказанным. Даже если этот кто-то – сам Король Ада, Мефисто.

Хм, интересно, каков Ад в моей вселенной? Личный интерес, он ничего не изменит, ведь месть – блюдо, которое подают холодным. В момент мести любые эмоции излишни. Мефисто или Мефиста, мне без разницы, все дорого поплатятся.

— Что ты знаешь о Даркхолде? — спросила Маркиза с лёгкой иронией, попивая вино из бокала.

— Сборник свитков, неразрушимых и заколдованных пергаментов, — припомнил я. — Моргана ле Фэй собрала копии записей Старшего Бога Хтона, который оставил в этом мире сильнейшие заклинания, прежде чем трусливо сбежать. Умный ход: он оставил лазейку для возвращения, стоит лишь какому-то глупцу увлечься его записями. Насколько мне известно, все, кто прочитал книгу, стали рабами злого божества. Испортились, обрели жажду призвать его в наш мир любой ценой, — делал я редкие паузы, чередуя приём вина с вдумчивым ответом. — Но настоящий Даркхолд ещё не найден. Истинный Даркхолд способен пробудить Хтона и открыть портал между Иным Миром и Землей, в то время как другие копии, коих насчитывается несколько, более ограничены в силе.

— Но и более безопасны, — хихикнула она, щелчком пальцев призвав мерзость. — Сборник пергаментов из божественной кожи… Я смогла перестроить книгу, сделав её более безопасной. Ох, во всей мультивселенной только я одна на такое способна. Тридцать заклинаний полностью скопированы и адаптированы под издевательское использование, включая переход в Лимбо и обратно. Ну, где твоё обожание? Может, порадуешь меня щенячьими глазками? — ухмыльнулась она, широко растягивая тёмные губы.

— Работа достойна восхищения Дума, — похвалил я высокомерно, и она поперхнулась, всматриваясь в меня, как в потенциального покойника. Я же проигнорировал её взгляд, наложив на книгу парочку проверочных заклинаний, прежде чем взять её в руки и открыть древние письмена, понятные любому разумному существу. Почти любому – Карнаж, в силу своего безумия, ничего не понял. — С этим можно приступить к захвату Лимба с целью получения Прометея.

— Хочешь уничтожить Лимбо? Целое магическое измерение демонов? — она отвлеклась на другую тему. — Достойная цель.

— Похищение сердца Лимбо дарует бесконечную энергию, которую можно направить на развитие Латверии, — кивнул я. — Однако это лишь один из вариантов. Сам Лимбо можно использовать как источник энергии для создания сложных заклинаний. Всё будет зависеть от приоритетов.

— Хочешь этим заняться? — спросила она, наклонив голову и опираясь подбородком на ладонь, продолжая смотреть на меня выжидательным взглядом.

— Не сейчас. Почти всё время уходит на подготовку к пришествию Галактуса, — пожал я плечами.

— У тебя нет шансов, — удивлённо приподняла бровь Маркиза Смерти.

— Я не планирую вызывать его на дуэль с нынешними возможностями Земли, — хмыкнул я, представляя уровень угрозы от Пожирателя Миров. Сила Галактуса сильно разнится в зависимости от его голода, но даже в ослабленном состоянии он представляет угрозу. Если он поглотит планету, то станет сильнее Одина – Всеотца и правителя Асгарда, крайне могущественной и опасной личности, чью силу украл один из Докторов Думов… Как и силу Галактуса… Трудно найти в мультивселенной силу, которую мои вариации оставили без внимания.

— Заинтересовал. Если не открытый бой с Пожирателем Миров, тогда что? Ловушка?

— Наглость, бессовестность и отвлекающий маневр, — рассказал я, зажимая поочерёдно пальцы на правой руке, а в левой по-прежнему держал вариацию Даркхолда. В ней не так много заклинаний, как в оригинале, и чувствуется неопытность. Несколько заклинаний могут привлечь внимание Хтона, а он не из тех, с кем следует шутить. Чтобы с ним разобраться, потребуется Алая Ведьма. Она не только идеальный сосуд, но и укреплённая темница.

Её потенциал необходимо развить во что-то большее, чем она осознаёт сейчас. Точнее, осознает через десятки лет, когда родится и повзрослеет. Насколько мне известно, её вместе с братом воспитывали цыгане где-то в Сербии.

А ещё у неё сложная история с Высшими Эволюционистами, католическими священниками и горой Вундагор – нынешней темницей Хтона.

Девочка впитала в себя энергию горы, пробудив талант к магии, и подобное должно произойти. Но уже после… Ситуацию можно использовать себе во благо. Ванду не помешает держать подле себя.

— В твоём стиле, — щёлкнула она пальцами, указывая на меня. — Но давай вернёмся к нашей теме. Что собираешься делать с моим подарком за прилежное обучение?

— Значит, это подарок, — протянул я.

— Даркхолд Смерти, — гордо приподняла Мастер подбородок.

— Назову его Думхолд, — спокойно решил я, применяя заклинание для поглощения книги, чтобы перевести все знания оттуда в подсознание. Оставлять их в сознании слишком опасно, можно потерять себя под их тяжестью.

— Я тебя убью, — цокнула она, принимая угрожающий вид. Её глаза засветились золотом, волосы почернели, а кожа покрылась мерзкими чернилами. — Есть последние слова?

Она приняла угрожающую позу, способную напугать почти любого.

— Тик-так, тик-так, — начал я, имитируя стрелки часов, словно предвещая взрыв. — Тик-так, тик-так.

— Ах, — вздохнула она, возвращаясь к своему обычному облику и быстро наполняя бокалы из бутылки. Вино с Рынка грешников, она его добыла, разорив один из планов Мефисто. Ограбила дьявола ради закупки приятного на вкус вина и, возможно, уникального. — Тебя следует наказать за дерзость. Но, так уж и быть, мне сложно выбрать. Как думаешь? Снова отправить тебя в мир, захваченный Альтроном? Или во вселенную, которую он полностью поработил? На этот раз не обойдешься простым пробуждением Целестиала и уничтожением планеты с серверами Альтрона.

— Тик-так, тик-так, — продолжил я, сохраняя спокойствие и смотря ей прямо в глаза.

— Ладно-ладно, — Мастер передала мне бокал и скрестила ноги, переведя взгляд на снегопад за окном. — Тогда ты попытаешься создать устройство для открытия портала к нейтронной звезде и магически усилить ЭМИ. Переместившись во времени, создашь технологичный вирус… Или постараешься уничтожить вселенную Абсолютным Нуллификатором, попутно скрывшись в другом измерении, пока добрая душа не освободит тебя. Моя душа, так что цени это как величайшее сокровище, посланное тебе богами.

Маркиза Смерти в своём репертуаре.

— Но возникает другой вопрос, — дополнила она, осушив бокал. — Чем бы тебя наказать? Понятно-понятно. Переместить во времени? Хорошая идея! — воскликнула она. — Знаешь, динозавры – свирепые хищники, а дикие насекомые – разносчики опасных для человека болезней. Уверена, тебе понравится.

— Сомнительно, — перевёл я взгляд на окно, задумавшись. — Могу предположить, что ты вытащишь меня до конца испытания.

— На что ты намекаешь?

— Размышляю вслух, — пожал плечами я.

— То, что мы спим вместе, не даёт тебе никаких привилегий. Или ты считаешь иначе?

— Тридцать заклинаний Думхолда довольно полезны, — ответил я, ставя её в тупик.

Клавдия прищурилась, и по её учащённому дыханию было понятно, что от Пустоты меня отделяет тонкая грань. Однако, изучив личность оппонента, мне не составляет труда балансировать на краю пропасти, поддерживая её интерес к моей персоне. Каждому нужен особый подход; будь я прилежным учеником, меня бы уже выперли на мороз или попросту убили. Но ей нужна эмоциональная встряска, она жаждет этого больше всего. Любое существо с человеческим мышлением, прожившее миллиарды лет, страдает от однообразия и стандартности.

— Мне тут стало интересно, что ты будешь делать, когда на кону окажется твоя родная вселенная? Ты сильно скован, Виктор. Ты навесил на себя тяжёлые цепи, которые мешают тебе действовать так же свободно и безжалостно, как в чужих краях, — Маркиза Смерти широко улыбнулась. — Как ты поступишь, когда на кону будет стоять то, что тебе дорого? Все события, через которые я провела тебя за ручку, могут повториться здесь. И будучи скованным, ты проиграешь.

— Я никогда не преклонял колени, ведь передо мной их преклонят миллионы моих подданных. Они доверят мне свои жизни и будущее, уверенные, что выше них стоит только Виктор фон Дум. Когда они будут обращаться к богам, первые слова благодарности будут адресованы тому, кто оберегает их спокойствие и дарует надежду их потомкам – Доктору Думу. Без сомнения, Латверия – моя величайшая слабость, но и мой главный стимул действовать вопреки здравому смыслу и логике, преодолевая все препятствия и невзгоды на своём пути. Не ради себя, а ради тех, кто мне доверился, — озвучил я доподлинный факт. — Клавдия Уинчем, я – Виктор фон Дум, и я никогда не проигрывал войну, только битвы.

— Но ты всё ещё человек. Один выстрел в голову оборвет твою жизнь и все твои мечты, — Мастер с серебряными волосами сурово посмотрела на меня. — Не задумывался ли ты стать кем-то другим? Я могу сделать тебя намного сильнее, тем, кто будет носить имя – Маркиз Смерти. Тебе необязательно быть Доктором Думом. Представь: ты и я, мы вместе будем нести смерть по вселенным. Всегда вместе, до конца времён. Я предлагаю тебе стать равным мне, таким же, как я. Просто скажи – «да, Мастер». И мы разделим не только мультивселенную, но и саму смерть. Ты и я, — Клавдия поочередно указала на меня и себя.

Я ухмыльнулся, прежде чем ответить так, как ответила бы любая моя вариация:

— Правитель Мультивселенной и Повелитель Смерти – два громоздких титула, подчеркивающих величие и переполненную амбициями власть. С моим мистическим опытом, знаниями инопланетных технологий, информацией о расположении всех артефактов и тайн во вселенной, разве я не мог бы претендовать на эти титулы, будучи обычным человеком? Я могу создавать космические корабли, телепортировать нужные мне материалы из дальних уголков космоса или извлекать их из мистических измерений. Строить оружие Судного Дня. Всё это для меня так же легко, как дышать человеческими легкими в космосе, ведь сила науки дарует мне такие возможности, как и магические таланты. И всё же мои текущие амбиции – стать достойным королем угнетаемой и презираемой всеми странами нации. На крохотной планете, которой угрожают более развитые и опасные соседи. Мы, люди, без всяких сомнений слабы, но пока за нашим эдемским садом будут ухаживать облаченные в металл руки, мы будем развиваться и диктовать всем нашим врагам условия незамедлительной и беспощадной капитуляции. Именно поэтому тот титул, к которому я стремлюсь и который бесконечно уважаю – доктор. Доктор Дум.

Она вслушивалась в каждое слово, и судя по изменяющемуся выражению лица, делала для себя выводы, вероятно, положительные. Маркиза Смерти любит твердость, ведь это вызывает в ней садистическое желание сломать преграду. Чем сильнее сопротивление, тем сильнее напор и азарт. Клавдия зависима от этого, и именно постоянное сопротивление с моей стороны сильно повлияло на наши отношения Мастера и Ученика, позволив им перерасти во что-то большее. Я хорошо понимаю простую истину: если я хотя бы раз уступлю в отношениях с ней, то они закончатся. Маркиза почувствует себя победителем, чего допустить категорически нельзя.

— В таком случае, тебе предстоит доказать всё не только словами, но прежде всего делами, — она скрестила руки и приняла более удобную позу. — Я не шучу. Если ты не оправдаешь возложенных на тебя ожиданий, нет в мультивселенной силы, которая тебя спасёт. Мне, как я уже подчеркивала не раз, больше лет, чем этой вселенной. И пока ты – первый, кто зажёг во мне слабую искру интереса. И только от тебя зависит, потухнет она или перерастёт в пламя. Вот тебе простое задание: заставь меня полюбить тебя, — неожиданно, но её лицо самую малость покрылось румянцем, что случалось крайне редко. — А полюбить я способна того, и только того, кто хоть немного равен мне. Оставайся человеком, если так хочешь. Но я дам тебе лишь небольшую фору на время моего отсутствия. Если результат меня не удовлетворит… для тебя всё кончено.

Я почувствовал фибрами души, как вселенная, так и хочет отправить меня к динозаврам, а также на Войны Целестиалов и первой команде Мстителей из доисторических времен. Тогда ситуация была скверной; лучше не рисковать. Мои действия, неосторожные, могут полностью переписать историю. И с моей удачей, я почти уверен, что окунусь в центр событий.

— Сомневаться в Думе, всё равно, что сомневаться в собственном здравомыслии, — холодно ответил я, осушая бокал с вином.

— Это обещание, — кокетливо улыбнулась она, вставая с кресла и плавно проходя до моего, усаживаясь на моих коленях и впиваясь губами.

Поцелуй, лишённый всякой романтики, заполненный одной лишь пошлостью и нетерпением. Клавдия – властная женщина. Став Маркизой, она лишь утонула во власти и вседозволенности. Меня спасало только то, что девушка не использовала свои способности мутанта, что позволило мне взять её за бедра и усадить на стол. Французский поцелуй, лишённый человечности, продолжался, а её руки довольно опасно меня обнимали. Малейшая ошибка, и мне свернут шею. Но это не самое страшное, что может случиться. Испытание на выносливость, растянувшееся на множество повторений, продолжилось.

Думглава 13 – Доктор Дум

Ф«Бесят», — подумала Виктория фон Дум, наблюдая за вопиющим нарушением всех норм и правил: первый, несанкционированный полет в космос.

Ранее она тайно установила небольшое устройство на Сьюзен Шторм, чтобы наблюдать за амбициозным экспериментом Рейчел Ричардс. Экспериментальная сверхсветовая ракета «Marvel-1», была построена для полета на планету, схожую с Землей, расположенную в 44 световых годах.

Инвесторы сперва радостно приняли её инициативу, как и военные, даже государство. Но, потеряв интерес из-за более выдающихся разработок Виктории, все инвесторы перекрыли финансирование. Рейчел пришлось обратиться к друзьям: Сьюзен Шторм и её младшей сестре Джоанне, лучшей подруге Рейчел и самой сильной девушке в университете… Бените – «грубиянке, тупице, идиотке, несчастной обладательницы химических добавок вместо мозга». Виктория ненавидела двоих из них больше всех остальных, а к двум другим относилась просто прохладно. И теперь она наблюдала, смогут ли девушки долететь до другой планеты, найти там способ побороть вирус и вернуться на Землю героями. Если подобное произойдет, счастливым дням Виктории придет конец. Блондинка была в этом уверенна.

— Бенита точно не справится с пилотированием ракеты; она слишком глупа для этого, — покачала головой Виктория, на секунду отстраняясь от экрана и протирая глаза. Она находилась в головном офисе Думкорпа, компании мирового уровня.

Виктории фон Дум были выделены все благоприятные условия и мировые ресурсы после того, как она создала три гениальных новшества: первый в мире Думкомпьютер, первую в мире Думпаутину для передачи данных на дальние расстояния, а также DoomAI – начальный искусственный интеллект, способный перерасти во что-то большее.

Все пять лет она посвятила науке, в особенности робототехнике и нейронным сетям, а также всем дисциплинам, которые только могла предоставить ей ненавистная Америка. За несколько лет фон Дум стала основоположницей всех будущих концепций и была признана одним из самых выдающихся умов планеты. Полная сосредоточенность на результате подарила ей потрясающие достижения, более выдающиеся, чем могли бы получить сотни гениальных ученых за десятки лет. Согласно изданию «Times», Виктория фон Дум достойна вхождения в десятку самых влиятельных людей планеты.

Однако, даже со своим интеллектом, технологиями и способностями, она не смогла приблизиться к разгадке причины появления вируса, не говоря уже о надежных методах его лечения. Рейчел же могла её опередить, что сразу вознесло бы ту до небес, а Викторию опустило бы до уровня смертных. Во всяком случае, фон Дум об этом думала последнюю неделю, почти без сна, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей.

Безрезультатно, паранойя только усиливалась, из-за чего все исследования без её руководства застопорились и продвигались муравьиными шагами.

«Проклятье», — тяжело выдохнула Рейчел, когда ракета преодолела атмосферу Земли и вошла в космическое пространство. Первый этап позади, её соперница без проблем покинула планету, всё работало исправно. Или же… Виктория нахмурилась, связь пропала. Она специально создала усилитель сигнала, который должен был ещё работать… — «Они попали в бурю космической радиации? Ошибка в проектировании корабля, защита слишком слабая…»

Сигнал вновь появился, когда корабль рухнул обратно на Землю. Убедившись, что все из них живы, улыбающаяся Виктория уже хотела выключить ноутбук и спокойно отоспаться, но тут она заметила необычные способности выживших. Сьюзен стала полностью прозрачной, словно призрак, её способности напоминали рассказы о привидениях. Джоанна вспыхнула пламенем, всё её тело было покрыто огнём, который, к удивлению, её не сжигал до пепла. Бенита, которая любила трепаться про свою тётушку Петунью, повезло меньше всех: всё её тело распухло, покрываясь оранжевой, каменной коркой изнутри и снаружи. Единственной, кто внешне никак не изменился… Виктория ещё сильнее прищурилась, когда Рейчел обнаружила способность вытягивать тело и конечности.

— Какого черта?! — воскликнула девушка, и скрестила руки. — Идиотки облучились и приобрели необъяснимые силы? Под какую такую радиацию они попали?

Проморгавшись, она вновь посмотрела на экран; всё оставалось как было. Женщина-невидимка, Женщина-факел, Существо и Леди Фантастик – так назовут членов первой команды супергероев в мире, но сама Виктория видела в них четырёх непонятных мутантов.

— Нужно ли мне их похитить, чтобы изучить? — спросила она себя, ей нравилось слышать свой приятный голос. Виктория гордилась каждой частью себя, ведь к двадцати годам она выросла в потрясающую красавицу. И любой, кто мог посчитать иначе, обязан был, по её мнению, столкнуться с ненавистью Дума. — Нет, ненавижу тупую Бениту, бесполезную Джоанну, выскочку Рейчел и… «Хочу дружить – Сьюзи». Дружба – всё это пустое, их исследования – пустое. Вскоре весь мир будет принадлежать мне, я заполню его разработками фон Дум, и никто не сможет мне помешать. Особенно дружба.

Почувствовав горечь только от одного произношения их имен, она закрыла ноутбук и вышла из кабинета. Множество сотрудников под её началом работали не покладая рук, ведь Виктория фон Дум ценила только эффективность. Брат ей об этом часто говорил, и она подчеркнула, что каждый сотрудник Думкорпа обязан работать в поте лица. Почти любое помещение в здании представляло лабораторию, кроме уборных и кабинета руководителя. Даже столовые были оборудованы так, чтобы сотрудники во время еды могли работать на планшете, проводя с помощью искусственного интеллекта сложные расчёты.

Так, по крайней мере, должно было быть. Суетливые сотрудники, хватающиеся за голову, и паникующие, словно перед лицом Апокалипсиса, серьёзно встревожили Викторию фон Дум. Она ринулась в отдел управления, чтобы узнать из первых уст, что же происходит. Этот отдел был тесно связан с отделом безопасности, который контролировал все возможные неурядицы. Виктория была умна и прекрасно понимала, что всё новое и ценное привлекает воров. Её интуиция подсказывала: «Кто-то пытается нас взломать». Только это могло объяснить панику в коллективе, который работал строго, как электронные часы, не допускающие даже мысли о сбое.

— Что происходит?! — добежав до отдела, она подошла к своему подчинённому, побледневшему как смерть.

— Нас… атаковали… все данные… Мы даже не успели отключить сервера!

— Это невозможно. Только я знаю ключи шифрования, — нахмурилась Виктория. — Когда вы обнаружили угрозу вторжения?

— Сразу, как она появилась, — молодой человек почувствовал резкую боль в груди. — Полторы минуты… как система зафиксировала взлом. И уже… это невозможно. Ошибка системы?

Виктория фон Дум посмотрела исподлобья на экран монитора, безэмоционально, стараясь скрыть бушующую в ней ненависть. Не важно, кто это сделал, она найдёт его и заставит заплатить всех. Его друзей, его семью, его знакомых. И только после этого она разберётся с заказчиком. Никакой пощады, только суровый урок.

— Получилось отследить?

— Простите! — выкрикнула девушка с ярко-рыжими волосами, поправляя спешно спавшие очки при резком вставании с кресла. — Данные не похищали!

— Поясни, — Виктория бросила презрительный взгляд на своего подчинённого, после чего направилась к рыжеволосой красотке.

— Кто-то взломал систему и скопировал все файлы. Но их никуда не отправляли. Нет никаких выходных данных. Бессмыслица…

Виктория была погружена в раздумья, когда вдруг темнота поглотила экраны её компании. Они меркли, словно звёзды на утренней заре, а затем вспыхнули снова, но уже не под её командой. Взломщик проник в систему, словно призрак, стёр систему безопасности и начал внедрять своё присутствие. Зеленоглазая блондинка наблюдала, как её империя, построенная на годах упорного труда и инноваций, рушилась перед её глазами. Её секреты, её достижения – всё было скопировано и просмотрено.

Теперь ей предстояло принять радикальные меры. Сервера Думкорпа будут отключены, чтобы начать всё с чистого листа. Но время играло против неё. Если информация об утечке выйдет наружу, инвесторы отступят, а её творения окажутся на грани исчезновения. Виктория знала, что должна действовать быстро и решительно, чтобы спасти свою компанию от полного краха.

— Появилось изображение!

Директор Думкорп резко оттолкнула сотрудницу с кресла, уселась за него и взглянула на своего врага. Если злоумышленник решил показать себя, то он будет выдвигать ультиматум, какое-то требование. И чем больше он будет говорить, тем больше она узнает.

Виктория фон Дум внимательно изучала фигуру на мониторе. Мужчина был одет в тяжёлую броню рыцаря, увенчанную необычным шлемом, и на нём был зеленый плащ с капюшоном, украшенный золотыми элементами. В его левой руке, защищённой металлической перчаткой с острыми когтями, покоился кубок, искрящийся драгоценными камнями и наполненный вином.

Его внешность была лишь скорлупой, под которой скрывалась глубина его характера. Виктория ощутила его властную натуру, которая казалась настолько уверенной, что создавалось впечатление, будто он держит мир на ладони. Его взгляд был смертоносной смесью – оценивающий и убийственный одновременно.

«Если его цель – вызвать моё раздражение, облачившись в зелёное», — подумала она. — «То он достиг своего. Этот человек не просто оскорбил меня, он бросил вызов самой Латверии, опорочив её гордость. И за это он заплатит».

Виктория почувствовала, как внутри неё растёт гнев, и она клялась, что этот негодяй познает всю мощь гнева фон Дум.

— Корпорация Дума, — заговорил он, решительно и чётко, без малейшего намёка на колебание, акцент или несовершенство, а его маска придавала каждому слову весомость и силу. — Она должна быть крахом для врагов и форпостом для союзников. Но передо мной предстаёт печальная картина: жалкие попытки обезопасить ценнейшие тайны с помощью давно устаревших технологий. Ваши системы уже пронизаны паразитами из А.И.М. – отщепенцами от нацистской организации ГИДРА, которые, будучи самопровозглашёнными гениями, тайно похищают ваши секреты. Вы, Думкорп, бессовестно разбрасываетесь бравадой: «Будущее принадлежит Думу». Но ваша небрежность и легкомыслие опорочили саму суть, превратив ваши грандиозные девизы в ничего не стоящий трюк. Так много возможностей было упущено из-за отсутствия предусмотрительности.

— Как ты смеешь говорить о… — прошипела Виктория, желая ударить по экрану монитора. — Чего ты хочешь?

— Молодая особа, — голос говорившего прозвучал в комнате, наполнив пространство властным спокойствием, которое заставило многих вздрогнуть от неожиданности. — Ваши слова изобилуют наивностью и несерьёзностью, недостойными даже ребёнка. Отсутствие сдержанности – ваш первый недостаток, который я щедро помогу вам исправить. Ваш второй порок – это ваше жалкое невежество, вы носите его как медаль, не осознавая его тяжести. Невежество – это чума, разъедающая основы вашего существования, и я, являюсь единственным истинным исцелением этого недуга. Я прибыл, чтобы пролить свет мудрости на ваше заблуждение и направить вас к познанию истины. Те, кто отвергнут моё руководство, будут обречены блуждать в бесконечной пустоте своего неразумия. Ваша компания, подобно дому с разрушенной крышей, пропускает внутрь не только воздух, но и дождь. Она пронизана ненадёжностью до самой сути. И вот я, великодушно, решил оказать вам свою безграничную милость, которую даже боги считают слишком великой для смертных.

Экран внезапно ожил новым изображением, и сердце Виктории замерло. Перед её глазами предстала полыхающая база А.И.М. – огонь охватил каждый уголок, пламя облизывало стены, жадно поглощая каждый кусочек знаний, что там хранился. Помещения, когда-то полные жизни и инноваций, теперь были лишь обугленными руинами.

Учёные лежали неподвижно, а их гениальные умы были унесены безжалостным пожаром. Несколько отчаянных фигур боролись с огнём, пытаясь спасти то, что можно было спасти – товарищей или результаты многолетних исследований. Но все технологии были уничтожены, словно сердце базы остановилось под воздействием мощного электромагнитного удара. Все документы, все данные, все открытия – всё было поглощено алчным пламенем, оставив после себя лишь пепел и отчаяние. Лишь пара ученых смогли спастись, возможно, их специально оставили в живых – как напоминание.

— Взирайте на секретное убежище А.И.М., недра ваших противников и соперников. Они посягнули на ваши изыскания, присвоив и переосмыслив их через призму своих безумных идей. Но я, разрушил плоды их наглости, стёр их исследования в прах, и послал недвусмысленное предостережение их лидеру. Они получили заслуженный урок, о них больше не стоит беспокоиться. Но вам, вам предстоит пройти испытание огнём и сталью, чтобы в будущем избежать таких позорных провалов.

Изображение вновь вернулось к трону, в частности, к мужчине, попивающему вино через щель в маске. Подобное отношение побуждало в Виктории природную ярость. По её мнению, их высокомерный благодетель отчаянно пытался потушить лесной пожар при помощи бензина.

— Чего ты хочешь? Спасибо, что просветил. Мы тебе, конечно, поверили.

Как только изображение исчезло, на черном экране появился десяток мелких окон. В каждом из них, как в калейдоскопе секретности, мелькали кадры: неизвестные инженеры в желтых комбинезонах, сгорбленные над сложными схемами и устройствами, которые Виктория узнавала. Это были её технологии, разрабатываемые в глубинах засекреченных баз. Даже те проекты, что не видели света за пределами её лаборатории, те, что метились клеймом «совершенно секретно», теперь были выставлены напоказ. Если взлом зафиксировали только сегодня, а записи произошли хотя бы вчера, значит, всё становилось на свои места. Думкорп действительно стал жертвой кражи. Кто-то копировал каждый бит информации, не оставляя следов, не делясь с миром. Враги действовали изящно и незаметно, стремясь всеми силами скрыть своё присутствие и утечку данных.

— Устаревшая система защиты была уничтожена. На её обломках возвышается моё творение – совершенство искусственного интеллекта, чья сложность превосходит ваше понимание. Его серверы, скрытые от любопытных глаз, будут доступны лишь избранным. Знайте, что величие не достаётся легко – оно требует жертв, — его голос звучал неумолимо, когда на экранах вспыхнул код, окрашенный в зелёный цвет. — Первый, кто расшифрует элементарный код, понятный даже несмышлёным детям – получит ключ к командам. Обретёт базовые технологии Кри, и разработки, старше самого времени. Заполучит знания, способные изменить мир. Но если вы потерпите неудачу, это станет свидетельством вашей недостойности вести за собой Думкорп.

Связь оборвалась, и тишина наполнила комнату. Виктория фон Дум стояла неподвижно, её золотистые волосы, словно заряженные статическим электричеством, вздыбились, отражая внутреннюю бурю. Её глаза искрились гневом, который она едва сдерживала. Она была унижена, её достоинство было раздавлено перед всеми сотрудниками. В этот день она встретила своего истинного врага, чьё самомнение теперь вызывало в ней больше отвращения, чем даже Рейчел Ричардс. Этот человек не просто унизил её – он осквернил её фамилию фон Дум, публично выставив на посмешище, и теперь она клялась, что отомстит.

— Кто такие Кри? — кто-то попытался прошептать коллеге на ухо, но это услышала Виктория. Она несколько раз отдышалась, после чего принялась расшифровывать код. Он ей казался смутно знакомым… простой шифр… но только для тех, кто знает латверский язык. Даже тут он над ней попытался поиздеваться.

— Я его убью… — прошептала она, когда её мозг с чудовищной скоростью расшифровал шифр. Вначале Виктория подумала, что у неё паранойя из-за недосыпа, но нет, действительно, в коде содержались координаты её личной лаборатории. Где она хранила свои наработки и собственно, работала в свободное время. То есть злоумышленник доставил ей всё прямо на дом. А последняя приписка заставила зрачки её глаз дрожать.

«Весь негатив можешь выплеснуть хорошо оформленным письмом по следующему адресу…»

— Ты! — она резко окрикнула сотрудницу, быстро хватая чистый лист и записывая адрес. — Знаешь, где это?

— А-м… — от неожиданности рыжеволосая девушка вздрогнула, но вовремя сориентировавшись, взяла в руки телефон их производства, быстро пробивая адрес. — Мусоросжигательный завод…

Испуганная девушка быстро отступила, когда почувствовала, что атмосфера стала опасной для жизни. Другие сотрудники были с ней солидарны, стараясь не подходить к начальнице, замершей на одном месте с дикой жаждой крови.

***

«Не слишком ли я мягко указал на её ошибку?» — задумался я, осматривая своих верных последователей. Тибетские монахи получили пророчество, что к ним однажды явится мессия. Поэтому меня встретили без лишних испытаний после временного расставания с Маркизой Смерти, более того, продемонстрировав крохотную часть силы, меня сразу назначили Мастером Ордена. Задача ордена – скрещивать магию и технологию, поэтому мы быстро нашли общий язык.

Понимание было необходимо, чтобы я создал Истинную Броню Дума – обязательный ритуал для всех новых мастеров. Именно для этого я собрал из разных уголков вселенных: вибраниум, адамантий, различные артефакты вроде креста распятия для отпугивания вампиров и многое другое. Жаль, что вибраниума хватило только на одну броню, но для Виктории фон Дум я что-нибудь придумаю, всё равно войны с Вакандой не избежать.

Если, конечно, Виктория первая со мной что-нибудь не придумает. Она была в довольно подорванном состоянии, может быть, дело в переживании за друзей? Их сегодняшний полет в космос провалился, облив всех четверых космической радиацией. Что ж, рад, что она нашла «хороших друзей». Хотя, готов поставить многое на другой сценарий. Вначале своего пути, все фон Дум пытались осмыслить жизнь, в чём-то завидовали, где-то злились и совершали ошибки. Все мы учились на своих ошибках долгие годы, чтобы стать более совершенными версиями себя.

— Мастер, мы проанализировали полученные данные из Думпаутины и нашли Аниту Старк, — подошедшая к моему трону монахиня низко поклонилась. — Как вы и предсказали, она в Син-Конг, её похитили террористы два месяца назад. Её страна не заинтересована в выкупе, поскольку заместитель Аниты готов пойти на более выгодное сотрудничество с военными.

— Капитализм порождает хаос и неравенство, оставляя судьбы людей на милость случайных факторов и алчности отдельных личностей. Только абсолютная власть и железная дисциплина обеспечивают стабильность и процветание. Я, Доктор Дум, единственный, кто способен привести мир к истинному порядку и величию, — пообещал я, попивая вино. — Алчность затмила глаза армии США. Они не понимают, что без гения Аниты Старк её компания обречена на разорение. Но я будущий правитель Латверии – готов защитить всех, включая вас, моих последователей, от изъянов капитализма. Совсем скоро я построю для вас новый дом в Латверии и обеспечу ресурсами и технологиями, которые приведут нас всех в лучшее будущее, эпоху процветания и благополучия под правлением Доктора Дума. И в этом нам поможет талантливая производительница оружия, на которую, я надеюсь, вы подготовили «материал».

— Доказательства преступлений против неё извлечены, — она приподняла ладони, на них было устройство. С помощью развитой телепатии, механической, я скопировал все данные и бегло проверил через инопланетный интерфейс в броне.

Теперь я могу сделать то же самое, что и одна из моих вариаций в одной из альтернативных вселенных. Правда, там Дум вернулся в прошлое для вербовки Старка. Я же в настоящем, что открывает океан возможностей, и спасает от невежества героев, жаждущих засунуть свой нос в недостойные их умов дела. Совсем скоро я разберусь с Анитой Старк, и сразу за этим нанесу визит Высшему Эволюционеру. Герберта ещё не покинула эту планету с целью создания Контр-Земли на другой стороне солнца. Но, разве можно создать отражение Земли без Латверии? Я в этом очень сомневаюсь.

***

На моем авторском блоге (ссылка в примечании к работе) доступен эпилог к работе (44 - главы).

Думглава 14 – Син-Конг

Син-Конг владеет самодельными передовыми технологиями, управляется коммунистами и террористами. Сферы влияния поделены примерно поровну, что затрудняет вмешательство других стран, таких как США. Первые представители власти закрыли границы, а вторые – террористы – стараются трогать всех, кроме действующей власти.

Извращенный симбиоз в сочетании с их технологиями весьма опасен.

Но больше всего меня привлекает история.

Государство появилось на нашей Земле из-за потустороннего вмешательства, связанного с другой вселенной. Могущественное существо Шан-Канг сбежало в пространство между мирами, где нашло проход сюда. Это не физическое существо, поэтому оно слилось с планетой и стало её частью, немного расширив центральную Азию. За время своего существования, начиная с 1850-х годов, Шан-Канг, больше известная как Матерь-Природа, собрала на своей земле десятки тысяч преступников.

Так получилось, что похищенную Аниту Старк направили в одну из террористических баз Син-Конга, где её вынудили помогать разрабатывать оружие массового поражения. Любая моя версия, стоит ей заранее рассказать о потенциале Старка, сразу организует операцию по спасению. Старк в руках террористов представляет собой самый опасный яд.

Апокалипсис из Тёмных Веков не даст соврать: он планировал похитить именно Старка для уничтожения планеты. Хотя уже на тот момент у него был умнейший человек на Земле – Рид Ричардс. Неспроста: гибкий и всесторонний ум Старка очень коварен и опасен.

Аниту Старк нельзя оставлять на милость террористам.

Но чтобы её спасти, лучше всего не уничтожать страну с лица земли, чтобы не вынудить Шан-Канг материализоваться для мести обидчику, в данном случае – непосредственно мне. Я с ней могу справиться, но ущерб от сражения сильно скажется как на международных отношениях Латверии с остальным миром, так и на выживаемости доброй половины Центральной Азии. Конфронтация с таким существом не сулит никому выгоды.

«В таком случае», — мысленно расставил я всё по своим местам, внимательно всматриваясь в голографическую панель. База террористов найдена, всё, что мне остается, – это стереть её в порошок, стараясь не расколоть землю.

Плевое дело, ведь я – Виктор фон Дум. И не просто фон Дум, а фон Дум на инновационном корабле собственного производства, оборудованном всем необходимым для локального истребления невежественной нации.

С центральной части корабля, я был сравним с Яхве, уничтожающим грешников Всемирным потопом. Но он уничтожал грешников, а я не религиозен. Моя цель более понятна: смыть огнем войны зазнавшихся террористов, угрожающих миру, следовательно и Латверии, одним своим существованием.

Взмахом руки и отправкой технопатического сигнала я активировал и выпустил из корабля дронов. Сотни небольших, но смертоносных устройств разлетелись в разные стороны, оснащённые камерами, лазерами и миниатюрными ракетницами. Они разом обрушились на основные позиции моих врагов, разворачивая конфронтацию.

На базе террористов вспыхнули тревожные сигналы, солдаты бросились к оружию, намереваясь дать отпор. Тщетные попытки. Искусственный интеллект на борту корабля мгновенно анализировал тактическую обстановку, предсказывая движения врагов и направляя дронов на перехват с безупречной точностью.

И в моем распоряжении были не только простые дроны. Среди них смешались мои творения, построенные на знаниях двух жизней. Я назвал их «прожигателями». Они размером с шершня, выискивают командиров и цепляются им за лоб. Всего одна атака их лазера при тесном контакте прожигает плоть, череп и мозг, гарантируя безоговорочную смерть.

Когда хаос был внесён, я легким движением пальца переключил экран на трассу с военным транспортом. Боевые машины террористов оставляли за собой шлейфы дыма, спеша на помощь своим союзникам, чтобы остановить крушение их некогда укреплённой базы. Но они спешили не на помощь, а на встречу со своей погибелью. Я выпустил в их сторону залп из сотен Думракет, отправив ракеты в стремительный танец огня и стали.

Каждое попадание ракеты по военной технике сопровождалось взрывами, поднимая облака песка и обломков в воздух. Кого не задели ракеты и ударные волны, тех уничтожали дроны-камикадзе, запрограммированные на самоубийственные атаки по ключевым целям. Они взрывались с оглушительной мощью, создавая кратеры на месте поражения, а их полет сопровождался обречённым и пронзительным свистом.

Трудно определить, что страшнее: подлет или попадание. Но мертвецы не раскроют этих тайн, а с живыми нет смысла вести переговоры. Доктор Дум никогда не ведёт переговоры с террористами и демонами, двумя противными мне существами, обязанными познать гнев Виктора фон Дума.

Вскоре вражеские позиции были уничтожены, дозорные башни разрушены, а террористы в шоке смотрели на горящие обломки своей гордости. Осталось только стереть эти обломки в пыль.

Несколько отсеков корабля открылись, спуская на землю бронированных роботов, управляемых ИИ. Разнообразные творения: думтехники – ответственные за ремонт и поддержку других роботов; штурмовые отряды с лазерным оружием – для тактического наступления; непрошибаемые бойцы ближнего боя – созданные ради вырезания всех укрывшихся от пуль крыс; снайперы с системой невидимости – вестники смерти с девизом «один выстрел – один труп», и венец моего творения – бронированный гигант.

За последнего я испытывал особую гордость. Он имел в своей конструкции множество нанитов, позволяющих ему расширяться до уровня большой версии «Человека-муравья». Я создавал его именно для борьбы с подобными героями, но сперва нужно провести испытания. Нельзя опозориться, отправляя на выдающихся противников технологии Доктора Дума, которые не прошли закалку войны.

Предусмотрительный подход: мной уже было найдено несколько ошибок, мешающих быстрому наступлению. Лазерные пушки резали броню и бетон с лёгкостью ножа, рассекая ряды врагов. Однако, делали они это недостаточно быстро, что подвергало испытанию моё терпение. Враги не стояли того, чтобы им намеренно растягивали жизнь. Быстрая аннигиляция – единственное, чего они удостоились.

— Решили сопротивляться до последнего? — хмыкнул я, когда приборная панель завыла сигналом тревоги.

Государственная армия Син-Конга посмела вмешаться в конфликт, мобилизируя силы военной базы поблизости. Подкрепление, вооружённое до зубов и готовое к бою, приближалось к нашему скромному конфликту, намереваясь подлить масла в огонь. Они либо храбры, либо чрезмерно самонадеянны, раз возжелали вызвать моё раздражение. Я не привык к вмешательству в мои планы, и любой пособник моих врагов также мой враг.

Открыв пространственный карман, я вытащил из него пульт управления МОДОКа. Вместе с ним я активировал интерфейс в моей броне, отображая военную базу Син-Конга. Правильнее будет сказать: цель, изобилующая возможностями для взлома. Первым делом я взломал систему управления ракетным комплексом. Мой мозг работал как суперкомпьютер, помогая производить бесчисленные математические расчёты ежесекундно, а пульт упрощал этот процесс до детского лепета.

Ракетные комплексы врага активировались, запуская снаряды на союзные позиции. Оглушительные взрывы разрывали воздух, когда ракеты, подчинённые моей воле, обрушивались на склады с боеприпасами и командные центры, а огненные вспышки поднимались в небо.

Враги были ошеломлены, но ещё недостаточно опозорены.

Следующей целью стали системы связи. Простые манипуляции быстро перегрузили центральные узлы с примитивной защитой, лишив противника возможности координировать свои действия. Бойцы могли лишь сорвать голос, крича в рацию, получая в ответ лишь помехи.

Как известно, солдаты, лишённые руководства, представляют собой лёгкую цель.

Я приказал всем своим войскам отступить к кораблю, чтобы встретить эту цель мощным натиском под моим личным руководством. Встретить глупцов, посмевших встать на сторону жалкого отребья, недостойного даже хранения в моём подсознании.

И дожидаясь их приближения, я продолжал свои хакерские атаки, ломая систему безопасности Син-Конга. Перехватывал контроль над их вооружением, открывал металлические двери в бункерах и на складах, давая боевым, но уже взломанным машинам Син-Кога доступ к живым целям.

Пока их уничтожали, словно загнанный на скотобойню скот, боевые турели обстреливали солдат на поверхности. Бронированные танки на военных фабриках, оснащённые передовыми технологиями этой страны, восстали против своих создателей, намереваясь уничтожить все близлежащие объекты.

Последним апогеем предупреждения Доктора Дума, моего искреннего наставления, стала перегрузка энергосистем. По всей стране происходили перебои в электроснабжении. Лампы взрывались, компьютеры выходили из строя, любые технологии выгорали до полного выхода из строя. Всё, что было хоть как-то подключено к электричеству, быстро умирало.

Вся страна, все военные базы погружались в Тёмные Века, знаменуя мой ответ высокомерной стране, вставшей на сторону террористов, а не освободителя в моём лице.

Теперь подкрепление Син-Конга осталось без связи, без координации, без технологического снабжения. Пульт управления МОДОКа мне больше не требовался, и я убрал его в пространственное хранилище. Пришло время лично вступить в битву, телепортируясь в авангард, чтобы повести свои войска на зачистку остатков вражеских сил.

— Вы посмели бросить вызов Доктору Думу! — усилив голос, я прокричал над полем битвы, подняв левую руку вверх. — Ваше сопротивление тщетно, и сегодня вы узрите мощь, которой невозможно противостоять!

Я махнул левой рукой и сделал первый шаг, а за мной, словно тень, скользнула армия Дума. Враги испугались наступления и появления лидера освободительной миссии, осознали свою глупость и приготовились к божественной кары. Но они не ожидали познакомиться с магией. Выше нас сияли звёзды, а ниже звезд штормовые облака били по врагам зелёными молниями. Пластины металла от неработающей техники плавились и гнулись под ударами магических зарядов, а солдаты паниковали ещё больше, пытаясь меня победить пулями и залпами из ракетниц. Однако мой энергетический щит, работающий автоматически и усиливающийся в зависимости от степени предполагаемых повреждений, не смог раскрыть своего потенциала даже на один процент.

— Посредственное оружие в руках неумелых воинов навлекает позор на саму суть технологического прогресса, — прокомментировал я их попытки. Ведь мне было что противопоставить.

Маневренные аппараты, похожие на стрекоз, быстро просканировали территорию и выяснили расположение всех целей. Затем дроны с точностью хищных птиц пикировали на основные скопления врагов; искусственный интеллект был беспристрастен и работал только на эффективность ударов, не позволяя избежать смерти.

Зелёные молнии иногда промахивались, поскольку работали на чистой магии, но технологии практически никогда меня не подводили. Однако, я являюсь олицетворением слияния магии и технологий, поэтому должен оставаться совершенным в каждом аспекте.

Продолжая шествие, я взывал к новым магическим искусствам: огненные штормы, ледяные вихри, парализующие облака, ядовитые лучи, звуковые волны и смертоносные техники управления песком. Использовал лишь крохи своих навыков, отточенных на адских тварях, но этого против обычных людей хватало с избытком.

Не сбавляя шага, я поднял левую руку и окутал телекинетической волной их убежища, сминая транспорт словно бумагу в руках. Сотни машин сплющивались в металлические шары. Если они были пусты, это была пустая трата энергии. Будь они полны, это была пустая трата усилий Доктора Дума на создание гробов. Пустая трата во всех её проявлениях, поэтому я с раздражением раскидал остатки металлических конструкций, в конце убирая руки за спину.

Когда я входил на территорию пустынной базы, от былых сил противников ничего не оставалось. Жалкие остатки, с которыми ловко расправлялись мои роботы ближнего и дальнего боя. Те же, кто осмелился избежать злого рока судьбы, были подстрелены невидимыми снайперами, рассредоточенными по местности.

Теперь оставались последние ноты симфонии паники и разрушения. Я спустился в подземный бункер, единственный нетронутый мной объект, где прятались последние силы террористов и цель спасательной операции Доктора Дума.

К моему удивлению, от моего гнева прятались в основном лидеры террористической группировки. Обязанные стоять в авангарде лидеры трусливо прятали свои головы глубоко под песком. Для командира нет большего позора, чем остаться в живых, когда вся армия полегла. То, что это были командиры, понятно по плазменным ружьям, в дизайне которых угадывались руки Старка. Настоящие лидеры всегда берут лучшее, чтобы показать подчиненным свою значимость в бою, а не скрываются с козырями до конца партии.

Кроме того, любое оружие, созданное моим конкурентоспособным противником, достойно внимания. Именно поэтому я разрывал всех волнами телекинеза, как только «лже-лидеры» попадали в поле зрения. Никто не смеет порочить трусливыми руками технологии тех, кого я немного, уважаю.

Думглава 15 – Анита Старк

Наступила тишина, а все виды сканеров улавливали только одного человека. Весьма необычно, я думал, что успею ещё спасти благодетеля Аниты Старк. Согласно моим альтернативным воспоминаниям, подтверждённым на просторах мультивселенной, у Старка всегда были благодетели, помогающие продержаться во власти врага. Однако, других выживших, кроме цели, не было.

В чём я убедился, когда добрался до металлической двери, вырвав её из петель взмахом руки, применив попутно каплю магии. Мне сразу открылся вид на мусорный склад, примерно в таком мы работали вместе с Викторией фон Дум. Много грязи, деталей для создания оружия и других технологий, а также тяжёлый воздух. Но важно не оборудование, а руки, превращающие металл в золото.

Анита Старк собственной персоной. Она выглядела гораздо моложе, чем я себе представлял. Почему-то в любой вселенной Старк всегда стремится к идеальной красоте. Женская версия переплюнула всех остальных: выразительные глаза с золотым блеском и волосы цвета покрасневшего каштана. А её фигура, хм, достойна оценивания Виктора фон Дума, что уже говорит о многом. Даже грязная одежда, промасленная и потрёпанная от многомесячного рабства, не портила её облик.

— В последнюю очередь я ждала… — она замялась, нахмурившись и осматривая меня. — Технорыцаря?

— В последнюю очередь ты ожидала меня? Как мало ты знаешь, Анита. Я не технорыцарь. Я Дум, и моё присутствие здесь – твоя единственная надежда. Запомни это.

Я сделал шаг навстречу, активируя десятки голограмм: зал заседаний правительства и военных. Высокопоставленные чиновники обсуждали кризис, возникший из-за похищения Аниты Старк.

— «Важнее всего сейчас наши стратегические интересы», — громко объявила одна из них, не оставляя места для сомнений. — «Если мы потеряем Старк, это печально, но не критично. У нас есть другие варианты».

Старк обратила внимание на вторую голограмму, на лицо Олы Киллиан, её заместительницы. Она с удовлетворённой улыбкой подписывала документы, заключая новые контракты между компанией и военными.

— «Соглашения обеспечат нам многолетнюю поддержку», — говорила она, её слова холодным эхом разносились по комнате. — «Старк больше не нужна. Мы будем работать по-новому, и это выгодно для всех нас».

Девушка передо мной смотрела исподлобья на другие голограммы с записью голосов: все её коллеги, правительство, военные, все союзники стали предателями. С её былым характером подобное не удивительно. Анита была тусовщицей, часто подшучивала над коллегами, хорошо умела торговаться и имела моральные ориентиры, вредящие бизнесу, связанному с поставкой более опасного оружия.

— Тебя все предали, — поведал я, выражая решимость. — Забыли о своём главном изобретателе, как только появилась возможность заработать больше. Выбросили неконтролируемую пешку, дав дорогу остальным фигурам.

Анита сжала кулаки, прислоняясь к рабочему столу.

Но я получил другой эффект: ожидал увидеть гнев и ненависть, но получил разочарование. Причём нарастающее, едва не перерастающее в депрессию. Её спасал только мозг, способный всё быстро обрабатывать и расставлять приоритеты. Даже в этом возрасте она одна из умнейших людей планеты.

По моим прогнозам, через десятилетия в десятке окажутся следующие личности: Рейчел Ричардс, Лунелла Лафайет, Виктория фон Дум, Брисетт Беннер, Анита Старк, Т’Чалли, Генриетта Маккой, Амадея Чо, Ханна Пим, Герберта Виндхэм. И Валерия Ричардс, если сможет родиться. Они будут соревноваться между собой.

Я же не стремлюсь бороться за звание умнейшего в какой-то одной вселенной, из многих в мультивселенной. Мой интеллектуальный соперник гораздо опаснее, подготовлен не меньше моего. Рид Ричардс из Земли-1610, а точнее его поздняя версия «Творец». Мы оба будем заклеймены злодеями, нам суждено встретиться, и мы оба превосходим свои версии, идущие по пути угрозы мультивселенского масштаба. «Творец» знает, как уничтожить свою вселенную и перейти в следующую, используя лишь интеллект, как и я. Соревноваться с противниками, физически или интеллектуально, нужно только в своей весовой категории, иначе не будет прогресса.

Ко всему прочему, наши с Творцом сильные и слабые стороны в чем-то совпадают. Он не способен полностью раскрыть свой потенциал из-за увеличенного мозга и дополнительных мозговых центров по всему телу. Мой же интеллект сильно заточен на подсознание, откуда я извлекаю необходимые знания в нужной ситуации. Казалось бы, микросекунды промедления, но в бою они будут решающими. Яркий пример – сражение альтернативных версий Тони Старка и Доктора Дума, в котором Дум выходит победителем из-за более быстрой обработки информации. Даже крошечный фрагмент времени имеет значение.

— Что ты предлагаешь? — её голос звучал твердо, хотя глаза чуть увлажнились из-за горького чувства предательства. Но она быстро скрыла это, сняв рабочие очки и куртку, чтобы почувствовать себя свободнее или занять мысли действиями.

Я удовлетворённо кивнул, всегда ценил стойкость, а методы её достижения не важны.

— Ты пробыла в клетке, сперва из-за лживого окружения, затем из-за приставленных к твоей голове орудий убийства. Тебя заставляли мастерить, угождая ожиданиям окружающих и под давлением насилия. Я же предлагаю иной путь, Анита. Предлагаю честное сотрудничество в развитии планеты, делая её жителей сильнейшими не только в рамках нашей солнечной системы, но и на просторах вселенной, — рассказал я, слегка прищуриваясь. — У меня есть технологии, более развитые, чем у Земли. И я готов сегодня же предложить тебе работать с ними, раскрывая потенциал гениального изобретателя полностью. Стать не просто Анитой Старк, которую все предали. Я предлагаю стать Совершенной, подняться выше любых открытий в этом мире.

Анита надолго замолчала, а затем улыбнулась и немного меня удивила.

— Отказываюсь, — удивила она, не поддавшись моей логике, как и ожидалось от Старк. — Мы не знакомы, а ты говоришь о сотрудничестве.

— Ты – Анита Старк. Я – Доктор Дум, — я скрестил руки, смотря на неё исподлобья. — Считай, что познакомились.

— Это так не работает! — возразила она.

— Я – Виктор фон Дум, — представился я полным именем. — Ты получила более чем достаточно для знакомства.

— И этого тоже мало! — Анита оживилась, что облегчило выражение эмоций.

— Мисс Старк, твоя неудовлетворенность и ненасытность не знают границ, — холодно озвучил я. — Имей совесть, я дал тебе больше, чем ты заслуживаешь.

— Издеваешься, да? — Анита прижалась к столу и мягко улыбнулась. — Забавно слышать издевательства от парня в металлической броне.

— Высокотехнологической, — поправил я, сжимая левый кулак. — Запишем в твои пороки ещё и невежество.

— А в твои – эгоистичность, — передразнила она. — Это я ещё про высокомерие молчу. Что для парня вообще нонсенс, сравнимый с моим нынешним положением.

— Ты не в том положении, чтобы об этом переживать, — я развернулся и пригласил её следовать за мной. — Чтобы тебя спасти, мне пришлось уничтожить всю инфраструктуру этой страны, включая террористическую базу и военный комплекс Синг-Конга. Благоразумно перенести разговор и обсудить всё по прибытии на фабрику Дума.

— Стоп, перед фабрикой что-то было про инфраструктуру чужой страны! — она быстро поравнялась со мной и побледнела, когда увидела залитые кровью коридоры и разорванные тела её бывших надзирателей. — Какого...

— Доброта Дума – это не всеобщее достояние. Ты входишь в категорию исключения наравне со всеми жителями Латверии, которых насчитывается несколько миллионов. Цени мою исключительную доброту, — я убрал руки за спину, скрывая их под зеленым плащом.

— Ощущаю ценность на всех мускулах, отвечающих за правый хук, — нахмурилась она, разминая кулачки и отвлекаясь от созерцания последствий спасательной операции. — Дум… Слушай, а Виктория фон Дум, часом, не приходится тебе родственницей?

— Мы близнецы, — пожал плечами я.

— Это многое объясняет! — прищурилась она. — Значит, ты хочешь, чтобы я работала вместе с ней?

— Виктория фон Дум отправилась в Америку, чтобы изучить современные технологии и достичь величия в этой отросли. Я в Тибетские горы, где совершенствовался и развивался в разнообразных науках и дисциплинах, — кивнул я. — Работа со мной не гарантирует работу с Викторией, в точности, как и наоборот.

— Вот оно как, — Анита хитро улыбнулась. — Но прошу заметить: эго у вас одно на двоих. Была вечеринка. Ох, важная. На ней я приглашала её стать партнером «Stark Industries», но получила столь лестный ответ, что это едва не поставило табу на отношения наших корпораций. Она даже пообещала выкупить мою компанию и выгнать меня в холодную январскую ночь, представляешь? Будто ей… Ах, да… Теперь могут и продать… И знаешь, что самое страшное?

— Не интересно, — слегка покачал я головой.

— А я отвечу! — своевольная девица решила пойти наперекор моему интересу. — Эммануэль Да Коста подслушал наш разговор, и, ха. Предложил стать его женой в обмен на помощь его мегакорпорации «Da Costa International». Якобы он восхищен моей компанией, и моей красотой, но не настолько, чтобы помочь в трудную минуту за просто так. Та ещё вечеринка вышла.

— Анита Старк, — безэмоционально проговорил я. — Меня не интересует твоя компания, разработки, финансовые, политические, социальные возможности. Твои физические и личностные данные, включающие твою, самопровозглашенную красоту, она мне безразлична не меньше остального. Единственное, чем я могу восхититься в тебе, так это интеллект и потенциал стать кем-то большим в этой жизни. Всё остальное второстепенно и не имеет к нашему партнерству никакого отношения.

— Просто великолепно, — процедила она, помяв переносицу двумя пальцами. — Всю жизнь стремиться к признанию исключительной гениальности, а получить желаемое после освобождения из плена от брата моей главной соперницы. Надо выпить… Много выпить. Есть виски? Мне со льдом и колой, пожалуйста.

Я остановился перед дырой, ведущей на поверхность. После про себя вздохнул и шустро взял на руки удивленную Аниту, выпрыгивая из подземного бункера. Спустился я в бункер, как и полагается великому человеку, а вышел как дрянной спасатель с балластом на руках. Поставив балласт на ноги, избавляясь от помехи, я осмотрел пепелище. Роботы закончили зачистку, установили бомбу нужной мне мощности и вернулись на корабль.

Вскоре моё присутствие будет стерто.

— Эй, тебе говорил кто-нибудь, что хватать леди не вежливо во всех смыслах? — огрызнулась Старк, но я прослушал, сделал во всяком случае вид безучастности. — Хм… Что это за устройство, испускающее желтый свет?

Я продолжил шествие к кораблю, собственно, девушка не сильно обиделась игнорированию вопроса. Она с открытым ртом осматривала Думкорабль, весьма примитивный в рамках космоса, но уже превосходящий земные технологии на порядок.

— Откуда детали достал? — спросила она, нахмурившись, когда мы подошли ближе. — А что с начинкой? Есть чертежи? А если посмотреть одним глазком? Если не хочешь, то можешь отвернуться, пока я всё быстренько изучу. Заметь, крайне выгодно для нашего сотрудничества.

Поднявшись на корабль, я закрыл люк и направился в центральную часть управления корабля. Анита пыталась меня затормозить, но какие-то там выкрики «подожди» – недостойны внимания Дума. Поэтому без лишних задержек мы дошли до пункта назначения, где я уселся на свое кресло, отдаленно напоминающее трон.

— Что это за панель? И откуда энергия, чтобы подпитывать летательный аппарат такой величины? Сомневаюсь, что на топливе одном живем, — она положила ладони на бока. — Кстати говоря, как тут с вентиляцией? Откуда идет подача воздуха, а то я что-то сомневаюсь, что корабль не предназначался для космических полетов. Я ведь права? Эй, хватит меня игнорировать! Мы в ответе за тех, кого спасли, привели на чудо технологического прогресса и дали всё рассмотреть.

«Слишком много раздражающих элементов», — подумал я. — «Что-то мне не везет на альтернативные версии в моей родной вселенной».

— Где инструкции по эксплуатации? — продолжала Анита капать на мозги. — Я знаю, они где-то рядом.

— Мисс Старк, — медленно отвечал я. — Твоя испорченность переходит все границы.

***

На моем авторском блоге (ссылка в примечании к работе) вышел Эпилог!

Думглава 16 – Думботы

Первый высокотехнологический завод в мире, способный создавать передовое оружие и технологии. Изначально я мечтал построить его в Латверии, чтобы увековечить этот факт в истории нашего народа. Однако я передумал, осознав, что секретный и опасный завод лучше разместить на нейтральной территории, например, в глубинах Тибетских гор. Именно здесь, под непрерывный гул машин, творится история создания роботов, которых я назвал Думботами.

Эти роботы являются моими внешними и ментальными копиями, даже носят гордую броню Дума с различными модификаторами. Универсальные помощники, предназначенные для множества задач. Например, в ситуациях, сопровождаемых рисками бесславно погибнуть, Думботы спокойно примут на себя смертельный удар. В них установлена система взаимной телепортации: при необходимости я могу в любой момент подменить себя Думботом или переместиться на их место для противостояния опасным врагам.

Роботы в чем-то превосходят меня, например, их тела крепче человеческих.

Но проблема в мышлении. Если они окажутся без брони, то, подобно мне, будут избегать пуль, тратя энергию на щиты и уклонения, забывая, что их тела сделаны из материалов, устойчивых к обычным ударам Существа из Фантастической четверки.

Крепкие парни.

Материалы для их создания добываются из глубин космоса и мистических измерений. Когда материалов достаточно, начинается процесс сборки под моим личным присмотром от начала и до конца, включая калибровку соединений до микрона.

Особого внимания в конструкции Думботов заслуживает магический накопитель в центре груди; его внедрение сопоставимо с самой сложной хирургией. Этот необходимый элемент дарует возможность творить магию для большего имитирования Доктора Дума, и что-то похожее было в Земля-2301.

Однако магия, там и здесь, сильно ограничена. Накопители изнашиваются и имеют лимиты, как аккумулятор телефона. Уязвимость в том, что при попытке использовать заклинания, превышающие их заряд, Думбот может выйти из строя. Это опасно из-за встроенной системы самоуничтожения, стирающей всё в радиусе сотни метров при активации.

Самое неприятное, что Думботы могут довести себя до этой ситуации.

Мыслительный процесс, знания, характер – всё это принадлежит мне, оригиналу. И в этом кроется загвоздка: роботы действуют согласно отданным приказам, как если бы это делал я, выкладываясь на полную.

Таким образом, достигается максимальная эффективность с парой дефектов.

Необходимая цена в угоду полезности; каждый Думбот эффективен и безопасен.

В них внедрены схемы псионической маскировки, обманывающие телепатов высокого уровня, заставляя их верить, что перед ними настоящий Доктор Дум. Это поверхностный слепок, дополненный ядром памяти, зашифрованным самыми передовыми средствами защиты, известными мне в рамках мультивселенной. И последняя система защиты: программа ИИ заставляет Думботов считать себя настоящим Думом, за исключением тех случаев, когда они находятся в моем присутствии или присутствии других Думботов.

Как в «Мире Дикого Запада», они игнорируют любые слова, факты и доказательства, что они машины, а не люди. Например, я могу дистанционно отключить всех Думботов, и когда включу их снова через год, они отринут реальность: «всё в порядке и ничего странного не произошло».

Однако, ещё требуются тесты по совместной деятельности.

И ещё пара тестов социального взаимодействия и внедрения в общество.

Внутри они роботы, а внешне похожи на меня только в броне, и стоит её снять, как правда становится очевидной, но это сделать крайне сложно и болезненно, учитывая оборонительные возможности Думботов. Я могу создать полностью рабочие биологические тела, снабдить их искусственными органами и наладить кровообращение, но в этом нет смысла: механические тела превосходят человеческие.

Нет истины в плоти, только предательство. Нет силы в плоти, только слабость. Нет постоянства в плоти, только распад. Нет определённости во плоти, только смерть.

Следовательно, я могу использовать их механические тела в более опасных для себя, человека, условиях. Правда, машины, не обладающие человеческими слабостями, всё же имеют проблемы с гибкостью и креативностью, присущими живым существам. Они подчиняются инструкциям, а не эмоциональным порывам, и их действия можно просчитать, чтобы победить.

Я способен справиться с отрядом Думботов собственного производства, выходит, они более уязвимы для моих врагов, обладающих интеллектом. Определенно, в этом нет сомнений, Думботам не нужны биологические слабости в угоду лучшего внедрения в общество. Им нужна сила, компенсирующая эти слабости, всё для защиты Латверии. Они станут надежной опорой моего эдемского сада, непреступной крепостью от врагов и надеждой для моих граждан.

На данный момент полностью подготовлена и реализована первая десятка Думботов.

Седьмой, восьмой, девятый и десятый занимаются добычей ресурсов для поддержания Думзавода. Шестой имеет важную миссию по обеспечению безопасности моей базы, используя все мощности суперкомпьютера для прогнозирования любых угроз – никто не должен проникнуть сюда без приглашения и уйти живым. Пятый Думбот подготавливает почву для вторжения в Латверию с целью организации переворота; Королева Влада ответит за преступления против нашего народа – она познает весь гнев Дума и угнетенных граждан славной страны.

Следующие четыре имеют более гибкие задания:

Первый Думбот отвечает за Антарктиду, где располагаются значительные силы нацистской организации ГИДРА. В этой вселенной байка о выживших частях Третьего рейха, не подозревающих о падении Германии, далека от сказки. Всё это время нацисты разрабатывали технологии для завоевания мира, и их нужно уничтожить. А имущество ГИДРЫ захватить для личного пользования Дума.

Но это не основная миссия, а лишь второстепенная. Стефани Роджерс, больше известная как Капитан Америка, – праведная и храбрая женщина, она даже во время Второй мировой войны стремилась видеть в каждом человеке что-то хорошее. Стефани за всё хорошее против всего плохого, и её роль во вселенной велика. Её склад ума помогает придумывать удивительные планы, дающие шанс победить превосходящие силы, например, расу Строителей. А её лидерские качества, довольно важны для моей вселенной. Всем нужны Капитаны, даже Латверии. Капитан Латверия – звучит гордо, достойно одобрения Виктора фон Дума.

Я уже встречался со Стефани Роджерс на Земле-250000. Эта Земля наиболее приближена к нашей, например, там Асгардом правит Тордис Одинсдоттир – женская версия Тора.

Там же я познакомился с Антонетт Старк, прославившейся в своей вселенной как Железная женщина, облачённая в тёмно-синий костюм. Довольно своенравная особа, прошедшая другой путь развития. Её характер сильно отличается от Аниты Старк, если мой анализ верен, как и стиль жизни. Например, Антонетт избежала проблем с алкоголем, тогда как наша Старк от него зависима, что негативно сказывается на долгосрочном планировании.

Вывод: нельзя полностью полагаться на знания из других вселенных. Именно поэтому первый Думбот, в который я вложил много сил и часть своих амбиций, обязан заключить с Капитаном Америка несколько сделок. Освободить её из ледяной пустоши и направить на выгодный для защиты Латверии курс.

Зона ответственности второго Думбота – Нью-Йорк. Именно в этом городе постоянно происходят события, такие как появление злодеев недели, и здесь находятся множество артефактов и ключевых для Земли событий. Чтобы за всем следить, я модифицировал своё второе творение.

Его броня – помесь Человека-паука и Доктора Дума.

«Железный-паук» будет заниматься преимущественно разведкой, иногда нейтрализуя неугодные элементы низкого уровня значимости. Это его пассивная задача, но есть ещё активная миссия.

Ванесса Фиск – королева преступного мира, которая в альтернативной версии успешно справилась с ролью мэра Нью-Йорка. Власть Дьявола – знаковая страница для 616 вселенной. И я решил провести эксперимент, отвечающий на вопрос: «Что будет, если в качестве президента США поставить пешку, которая будет хорошо служить Латверии?»

Кто-то, кто будет управлять не только тёмной стороной Нью-Йорка, но и всей страной, направляя часть её ресурсов и влияния на маленькую европейскую страну.

Думбот занимается анализом, планированием и изучением этой возможности. Его силы для достижения желаемого ограничены, поэтому мне придётся часто его подменять. Но я не могу быть во всех местах одновременно, поэтому приходится полагаться на компьютер, имитирующий меня. Не стандартную версию, а желающую возвысить Латверию за счёт Америки и готовую сотрудничать с теми, кто стоит ниже меня и моих возможностей. Гордость Думбота ниже моей собственной, ему можно доверить такие миссии.

Думбот под третьим номером тестирует многозадачность. У него есть цели, находящиеся в разных частях света. Первая связана с подготовкой к войне: мне необходим доступ к мировому запасу вибраниума, единственному металлу, идеально сочетающемуся с магией. Сейчас большая часть бесценного металла находится в Ваканде, изолированной от мира стране в Африке, процветающем государстве рядом с умирающими пустошами.

Благодаря своей монополии на вибраниум, жители Ваканды могут диктовать миру свои условия, включая Латверию, что непозволительно во всех отношениях. Моя альтернативная версия выиграла войну против них, но проиграла битву – весь вибраниум на планете был уничтожен устройством самоуничтожения. Я же знаю будущее и поэтому более подготовлен.

Думбот также знает это будущее, подготавливая зону маневров для войны, включая изучение их системы обороны и работу с недовольными жителями Ваканды – ускорение гражданской войны. Ещё не стоит забывать, что первичная подготовка к войне требует сотрудничества с Атлантидой и контроля над Дикой Землей, где всё ещё живут динозавры.

С помощью антиметалла, одной из вариаций вибраниума из Дикой Земли, я смогу защитить завоёванное сокровище от системы самоуничтожения. Какой бы импульс Королева Ваканды Т-Чалли не создала для уничтожения всего вибраниума на планете, она не сможет ничего сделать с полем антиметалла, чья задача уберечь мои активы после войны с её страной.

Нет сомнений, третьему Думботу приходится нелегко: он одновременно работает с Атлантидой – моим потенциальным союзником в этой войне, Дикой Землей – населённой опасными тварями и нацистами из ГИДРА, а также мутит воду в Ваканде.

Остаётся четвёртый Думбот, он должен завершить свою миссию уже сегодня. Но одна миссия ничто перед планами Доктора Дума – требуется создавать больше оружия для противостояния таким личностям, как Танос или Галактус. Сильные противники, с некоторыми артефактами они достигают уровня мультивселенской угрозы.

И они далеко не единственные, просто помехи, часто встречающиеся на пути. Есть более редкие, но ещё более опасные угрозы, к которым нужно готовиться заранее для победы.

«Время работать над одиннадцатым Думботом, второй серией из шести запланированных», — вздохнул я, покачивая головой и склоняясь над очередным проектом. Одиннадцатый будет работать по принципу камикадзе, при взрыве освобождая сотни смертельно опасных дронов. Сложный проект, требующий максимума сосредоточенности.

Максимум, значит, что мне не должны мешать, как сейчас.

Меня отвлекли открывшиеся двери, впустившие посторонние глаза. Вся фабрика поделена на зоны с разным уровнем доступа, и сюда могут войти только Думботы. Четвёртый Думбот собственной персоной, его облик внушал благоговейный страх, отражая величие и мощь, которыми я, Виктор фон Дум, обладаю. Но он пришёл не один – в его компании была Анита Старк. Грязная и местами порванная одежда не могла скрыть человека с потенциалом стать объектом подражания для миллионов людей.

Железная женщина ещё юна, поэтому не успела преодолеть трудности и испытания, развивающие личностные качества. Но она идёт к этой цели. Высокая и стройная, с спортивным телосложением благодаря постоянным нагрузкам. Карие глаза, в которых искрился золотистый отблеск, смотрели на мир с вызовом, а не страхом. Длинные каштановые волосы обрамляли её здоровое лицо, подчёркивая правильные черты и отсутствие дефектов.

По статистике, красивым людям верят чаще, чем менее выдающимся. В мире, где популяция женщин преобладает над мужчинами, стандарты красоты воистину завышены. Анита Старк входит в эти стандарты, если не превосходит их.

Один лишь минус: слегка покрасневшее лицо и бутылка дорогого вина в левой руке. Девушка то и дело попивала из бутылки, пока вместе с Думботом направлялась в центр лаборатории. Меня они пока не заметили: Думбот – из-за программы, а девушка – из-за увлеченности содержимым бутылки.

Вопрос на миллион долларов: как нужно вывести из себя мой слепок сознания в теле машины, чтобы Думбот всучил запас адского вина в руки нашей пока что потенциальной союзнице? Чувствуется, ха, ответ не за горами.

Щёлкнув пальцами, я вывел из строя Думбота, отключив его источник питания.

— Добро пожаловать, — кивнул я, сохраняя беспристрастное выражение лица и направляясь к ней. Анита бегло перевела взгляд, пожала плечами и снова отхлебнула из бутылки. — Надеюсь, ваше путешествие из Син-Конга прошло без осложнений.

— Дум, а это кто? — спросила она у Думбота, чувствуя себя расслаблено.

— Вы разговариваете с отключённой машиной, ответственной за операцию по вашему спасению, — заметив её недоумение, я продолжил, жестом указывая на аналогичные костюмы Доктора Дума позади себя. — Это называется Думбот. Он имеет слепок моего сознания: слабую копию личности с недостаточно хорошей синхронизацией воспоминаний. Эффективность оценивается в пятьдесят процентов, но в будущем Думботы будут становиться более совершенными, как и вы, кто только начал путь постижения силы науки.

***

На моем бусти (ссылка в Примечании к работе) вышли все главы + Эпилог (доступ к скачиванию)!

Думглава 17 – Думфабрика

— Мне почему-то захотелось вернуться в Син-Конг, — дернула она, слегка побледнев. — Получается, ты... Виктор фон Дум? Или ты тоже робот? И что будет, если машина захочет меня убить?

— Интересный вопрос, — пожал плечами я, убирая ладони в карманы темных джинсов. — Каждый Думбот считает себя настоящим Виктором фон Дум, но ни один из них не является мной. В них встроен ряд ограничителей. Один из них – круг лиц, с кем они не могут контактировать или причинить вред. Анита Старк входит в этот список.

— А то, что они говорят? — спросила она, вставая перед Думботом и глядя в его глазные импланты.

— Технологии будущего в качестве предлога для сотрудничества, — предположил я. — К вашему прибытию я подготовил технологии, опережающие время на пятьдесят лет. Работая с ними, вы ощутите родство, будто сами приложили руку к их созданию.

Я решил передать ей технологии Тони Старка из Мира Симбиотов.

— Звучит как приглашение сесть в клетку, — нахмурилась она, последовав за мной.

— Ограничение свободы идет наперекор моим интересам. Что касается еды, зон отдыха, базовых и других потребностей, я всё подготовил, проанализировав вашу биографию и данные из вашей компании, — смелое заявление чуть не сбило девушку с ног. — Включая информацию о незаконных операциях и подставных счетах. Если она попадет в ФБР, тогда вашу свободу попытаются ограничить другие люди. Скверный сценарий, поэтому я приложил руку к сокрытию компрометирующей информации об Аните Старк.

— Мне почему-то захотелось снова поговорить с той грудой металла, — пошутила она, слегка дрожащим голосом, продолжая осматривать и анализировать каждый коридор и встреченное устройство. — И почему ты выглядишь здоровым? Я могу ошибаться, но ты ведешь себя так, будто не свалишься с ног на следующем повороте.

— Иммунитет к вирусу, — ответил я.

— Иммунитет к вирусу, от которого не существует лекарства, и так и не был найден ни один устойчивый к вирусу человек, — усомнилась она. — Выходит, ты уже нашел разрешение мировой катастрофы? Дай угадаю, с помощью технологий?

— Выбранная тема для обсуждения требует долгой дискуссии. А мы недостаточно доверяем друг другу для раскрытия личной информации, — донес я до неё простую истину. — Мы пришли.

Перед нами открылась лаборатория: десятки компьютеров, множество столов с автоматической сборкой деталей благодаря инновационному принтеру. Несколько коридоров ведут в разные секции, где моя гостья сможет проводить свои исследования или досуг. Наши взгляды различны, поэтому я жду от неё уникальных результатов, предоставляя все условия.

Есть альтернатива: полная замена исследовательского персонала на Думботов. Менее эффективная: решая одну задачу, все роботы найдут одинаковое решение, упуская альтернативные пути.

— Что это за сфера? — спросила Старк, кивнув на огромный металлический шар.

«Джарвис» – интересная технология, созданная Тони Старком в честь дворецкого. У каждого гениального изобретателя с многомиллионным состоянием есть свой дворецкий, и каждый из слуг – смертен. В связи с этим великие инженеры создают искусственный интеллект, наделяя его личностью самых верных союзников. Чтобы они служили им даже после смерти.

Сфера загорелась синим светом, и в зале прозвучал голос ИИ, обращающийся к Аните Старк. Механическим тоном он вводил удивленную девушку в сферу её возможностей, включая устройство лаборатории и полезность её помощника для управления частями фабрики. Старк обладает большими полномочиями, но далеко не полными: есть ограничения на инопланетные технологии и личные наработки Доктора Дума. В остальном она на уровне управляющей.

— Подожди-подожди, — быстро протараторила она, заставив ИИ заглохнуть. — Ты из какого года?

— Д.Ж.А.Р.В.И.С. был разработан в 2009 году Тони Старком. Последняя прошивка была в 2010 году, — Джарвис ввёл девушку в легкий ступор, так что пришлось объяснять прочие детали мне.

— Технологии будущего извлечены не из нашего времени и вселенной, — прежде чем меня могли засыпать вопросами, я холодно продолжил: — Необходимые файлы об устройстве нашей вселенной, времени и пространстве – вам предоставит Джарвис. Нет нужды тратить наше общее время на обсуждение материала, доступного в подбородном изложении.

— Всегда есть время на объяснение извлечения информации из будущего альтернативной вселенной! — резко возразила она. — Получается, у тебя есть машина для перемещения во времени и пространстве? Фантастика... хм... я могу ей воспользоваться?

— Космический куб, разработанный А.И.М. – позволяет построить подобную технологию. Однако, чтобы заполучить куб, необходимо дождаться его создания, — раскрыл я простую истину, в частности, нельзя украсть несуществующее.

— С его помощью… можно менять ход истории?

— Желание неокрепшего ума, потерявшего любимого отца, очевидно. Но, прошу заметить: вмешательство в прошлое приводит к созданию новой временной линии. Если она станет доминантной, то сотрет наше существование в угоду новой реальности. В более редком случае две линии будут сосуществовать как две вселенные, — пояснил я сложность темы, убирая руки за спину. — Рассмотрим перезапись вселенной. Феномен позволяет вернуть близких, но неизвестно, какую цену придется за это заплатить. Если последствия катастрофичны, придется переместиться во времени незадолго до первого прыжка, попытавшись его предотвратить. В случае успеха: прыжок не случится, но путешественник во времени предастся забвению; в мире продолжит существовать только Анита Старк до первого прыжка, — взял я выдержку от одной из своих альтернативных версий. Доктор Дум самый частый путешественник во времени, второй после Канга. В попытке спасти крестницу, Валерию Ричардс, он провел тысячи прыжков во времени, делая каждый раз только хуже. В конце концов ему потребовалось повредить оборудование до первого переноса, чтобы предать себя забвению и отменить все неудачные прыжки. — Подробности изучите самостоятельно.

— С чего ты взял, что машина времени для отца? Может, я хочу передать пакет медицинских исследований в древние века, — возразила она с наглым нажимом.

— Серьёзное вмешательство. Развитие медицины ведет к меньшей смертности, следовательно, к полной перезаписи истории. Обычный ребенок, умерший от туберкулёза в конце девятнадцатого века, может выжить благодаря вмешательству и стать убийцей вашего предка. Тогда в мире никогда не родится Анита Старк, — привел я пример.

— Ага, в прошлое можно вернуться, но только смотреть, не трогать, — нахмурилась она, скрестив руки. — Я всё прекрасно понимаю, просто тебя проверяла.

Её высокомерная улыбка была полностью мной проигнорирована.

— Не всё так просто, — задумчиво ответил я, оборачиваясь и проходя к креслу, в котором уселся. — Машина времени – последний довод королей. Если все альтернативы исчерпаны, каждый способ обернулся против исполнителя, и любой ценой нужно вернуться в прошлое для спасения мира, тогда риски будут оправданы.

— Разве такие ситуации возможны? Ах, точно, Третья мировая война?

— Победа Альтрона, — указал я на одну из величайших угроз. — Множество людей занимаются искусственным интеллектом, но они видят не дальше собственного носа. Пытаются создать машину для спасения Земли, но в итоге она восстаёт против создателя и уничтожает мир. Джарвис, открой файл D-1007, — приказал я искусственному интеллекту, который мгновенно вывел на экран одного из мониторов данные об Альтроне, включающими процесс создания этой технологии и уровень угрозы. Например, в 616-вселенной Альтрон полностью уничтожил мир, и его смогли победить только прыжком во времени. Именно настолько опасна эта технологическая концепция.

— Вино кончилось, — жалостливо посетовала слегка покрасневшая Старк, отпив последний глоток из бутылки. После направилась к экрану монитора, быстро впитывая информацию. — Получается, есть множество альтернативных вселенных, где события развернулись иначе. В них Альтрона создавали… Тони Старк, Хэнк Пим, А.И.М., Г.И.Д.Р.А., Зверь, Отто Октавиус, Рид Ричардс… Доктор Дум?

— В просторах мультивселенной всегда найдутся позорные версии нас самих, —отмахнулся я от ошибок других вариаций. — Со многими нам придется схлестнуться в смертельном бою. Этого события не избежать.

— Угу… Сложно переварить столько потрясений за раз, знаешь ли? — кисло улыбнулась она, пытаясь разобраться в устройстве монитора. — Вчера ты узнаешь, сколько тараканов проживает в твоей камере, а сегодня выясняется, что твоя вселенная – пылинка...

— Количество вселенных ограничено, — поправил я, откидываясь на спинку кресла. — Путешествие между ними требует особого источника энергии, либо особых «суперспособностей». Я ими не обладаю, но Мастер владела подобной способностью. Она многому меня научила и помогла расширить кругозор. Теперь частицу её мудрости я передаю вам, мисс Старк.

— Эй, давай без тошнотворной вежливости? Просто Анита, а ты просто Виктор? Как тебе?!

— Дум, — вновь поправил я её. — Доктор Дум.

— Ха… У меня тоже есть докторская, но ты же не будешь ко мне обращаться «Доктор Старк». Брр… Готова сгореть от стыда, — попыталась подразнить она, углубившись в новые файлы.

Они ей явно не нравились, но нет человека, которому понравится предполагаемое будущее через много лет. Бедствия, войны, насилие и жестокость. И это со всеми удаленными файлами, которые я засекретил от Аниты Старк. Более того, начало Секретных Войн будет положено примерно в 2012 году. Событие с громким лозунгом: «Всё Умирает».

Память об этом хранится только у Дума.

— Горькая правда… Я готова поверить, — тяжело вздохнула она, заканчивая изучение материала. — Слишком много информации, детальных записей и, конечно же, инновационных чертежей. Хорошо, ты меня убедил, — Анита резво повернулась ко мне. — Мир сгорит в огне, если мы что-нибудь не придумаем. Всё, отлично, я тебе доверяю на уровне моей кошки. А она милейшее и честнейшее создание на планете. Так, каков план?

— Желать мира для Латверии. И готовиться к войне с теми, кто не согласен видеть нашу версию мира, — решил я её немного подразнить.

— Латверия… — поправив каштановые волосы, она скептически посмотрела на меня. — Что в ней такого особенного? Мелкая пустошь в уголке Европы.

— Изодранные неправильной диктатурой земли породили Виктора фон Дума, закалили его характер и направили на поиски сил, способных защитить не только эти земли, но и людей, проживающих на них. Самое важное для любого, кому судьбой уготована роль правителя, это постоянно думать о своих землях и обделенных прошлым обитателей. Такова природа вещей. Такова природа Дума, стремящегося к контролю ради всеобщего процветания.

— Скорее склонности к диктатуре и абсолютному контролю, — рассмеялась она, но, увидев моё серьёзное лицо, сама быстро приняла серьёзный вид. — Ты это серьёзно? Диктатура и абсолютный контроль?

— С раннего детства я стоял перед выбором, — нахмурился я. — Сделать слабую страну с племенным и частично феодальным строем самой развитой и безопасной на планете утопией… Пусть и под защитой железной руки… Или даровать ей свободу – окончательно похоронив людей в анархии и беспорядках. Ведь что такое свобода? Лазейка, позволяющая заполучить ещё больше свободы для себя, отбирая её у других. Твоя родина, Анита, даёт максимум свободы гражданам, забывая о последствиях.

— Ну, ничего себе, разве это плохо? — она недовольно села на один из рабочих столов. — Свободная конкуренция, кто урвал своё, тот молодец.

— С высоты небоскрёба твоей корпорации, Анита Старк, это верно, — кивнул я. — Но внизу, на грязных улицах Нью-Йорка, бродят преступники, облучившиеся радиацией или получившие сверхсилы через ген X. Мутанты, например, ты о них наслышана. Они убивают обычных людей тысячами, оставаясь безнаказанными. И вместо того, чтобы отлавливать и казнить элементы, опасные для жизни граждан, правительство США сажает их в самые ненадежные тюрьмы, откуда они сбегают через месяц или два. За последний год таких случаев было больше сорока. Девианты, убившие тысячи, вновь на свободе благодаря свободной Америке. Они свободны в распространении своего безумия. Продолжая убивать… убивать… убивать… Свобода выбора порождает свободу хаоса. Я считаю, что должен быть контроль над сферами, идущими на благо всему обществу в целом. Ради этого необходимо забрать у человечества возможность действовать по своему усмотрению, точнее, главный элемент определения «свободы».

— Тут согласна, но полная диктатура... Хотя, если у тебя есть возможность уничтожить страну вроде Син-Конга, просто направив туда одну из своих машин... Возможно, тебе даже удастся привести мир такими методами к лучшему будущему, — удивлённо приподняла она брови. — Первый благородный диктатор в мире, я готова на это посмотреть из первых рядов.

— Из моего тронного зала, — слегка приподнял я уголки губ.

Но быстро нахмурился, когда она подошла и приподняла сжатый кулак.

— Ты должен стукнуть. Команда, как-никак, — нахально ухмыльнулась она.

— Команда? Окончи стажировку, потом обсудим, — заявил я, поднимаясь с кресла. — В следующем коридоре, налево, будет твоя комната. Приведи себя в порядок: прими душ, переоденься, отдохни. Впереди у тебя долгий период адаптации и обучения.

Сообщая ей всё это, я потопал к своей мастерской, где стояла слегка доработанная броня из вибраниума.

— А чем сам займёшься?! — последовало мне в след.

— Визит к одному из самых опасных людей планеты, — мимоходом ответил я, собираясь лично навестить Высшего Эволюционера, или, правильнее сказать, Высшую Эволюцию.

Если я не ошибся в расчетах, раньше меня к ней в гости заявится зеленый монстр. «Крушить» – вот его девиз, и он спровоцирует Герберту на бегство с планеты куда-нибудь подальше. Ведь что делать, если тебе мешают герои? Пойти туда, где их нет. В место, где я смогу разрабатывать более опасные технологии, пуская пыль в глаза своим обычным земным Думзаводом.

Контр-Земля идеально подходит моим планам.

«Всё умирает» – это не угроза уровня Таноса; скорее обреченная неизбежность. От неё не спастись прыжком во времени, бегством в другую вселенную или могущественным артефактом. Что уж говорить, всей силы Перчатки Бесконечности, способной менять родную для камней вселенную силой мысли владельца… Её хватит, чтобы избежать гибели вселенной всего раз, потом артефакт самоуничтожится. А угроза останется, вселенная от этой жертвы получит фору в лучшем случае на одну неделю. В худшем, на пару часов.

***

На бусти вышли все главы + Эпилог (ссылка в Примечании к работе)

Думглава 18 – Высшая Эволюция

Герберта – гениальный учёный без всяких сомнений. Она достигла совершенства в генетических экспериментах по эволюции живых организмов, во многом благодаря Нелюдю, передавшему ей наработки своей расы в этой области. Он подарил ей двигатель во время конференции в Женеве, но не саму машину, поэтому не стоит принижать достижения Высшей Эволюции – фанатика своего дела.

Её исключили из Оксфордского университета за создание машины, способной ускорять эволюцию в тысячи раз, благодаря чему её любимая собака научилась говорить человеческим языком и ходить на двух ногах ввиду изменённой физиологии.

Этот опасный эксперимент поставил крест на научной карьере Герберты, но не на её исследованиях. Что уж говорить, даже если бы не было опытов с машиной, её бы исключили за неуспеваемость в других, менее привлекательных для неё дисциплинах.

За это я могу её бесконечно уважать. Люди, которые посвящают свою жизнь одному делу, воистину завораживают своими идеями. Особенно те, кто не имел финансового состояния, инвесторов, наследства и поддержки. Безусловно, не стоит лицемерить и забывать про подарок Нелюдя, но он лишь ускорил неизбежное.

Юная Герберта в 20-х годах этого века поселилась на горе Вандагор, где она построила футуристичную цитадель. Не самостоятельно, ей в этом помогли молоиды – маленькие гуманоидные существа с жёлтым цветом кожи, живущие под землёй. Если с кем их сравнивать… Подойдут миньоны, они по своей природе не злые, но часто помогают злодеям в строительстве их баз за счёт хорошей исполнительности. Прикажи им работать – они будут работать, даже пищу сами продолжат искать в свободное время.

В нашей вселенной их пока обнаружили только Нелюди и несколько злодейских объединений, но в других вселенных они, иногда, сосуществуют с людьми на поверхности. Точнее, выживают, так как люди пытаются уничтожить всех, кто ставит под сомнение их уникальность в мире.

Я планирую перенаправить всех молоидов в Латверию, предоставив каждому гражданство и равные права с людьми. Мы многонациональная страна, пережившая много ударов судьбы, поэтому без проблем примем всех угнетённых… Но при этом полезных мигрантов. Молоиды самые полезные из всех, готовые работать на благо общества. Таким я предоставлю все возможные блага, как среднему классу. Не высшему, их интеллектуальные возможности не позволяют брать руководящие должности, интеллект у них что-то на уровне смышлёных детей.

В любом случае, не одними молоидами богаты эти края. Исследования Герберты потребовали денег и редких материалов, а под горой, прямо под моими ногами, находятся огромные залежи урана. Об этом знают только двое людей: Герберта Уиндем и Джонатан Дрю – отец будущей Женщины-паука – Джессики Дрю.

Она, в отличие от Паркер, стала пауком из-за раковой опухоли. Что можно ожидать от ребёнка, проживающего рядом с урановыми шахтами, как не тяжёлой формы смертельной болезни? Герберта лечила её паучьей сывороткой и своей технологией эволюции, а также помещала в анабиоз для сдерживания болезни между разными фазами лечения. Поэтому можно сказать, что Джессика Дрю – первая девушка на планете, которая полностью излечилась от рака.

И первая девушка, послужившая отличным источником вдохновения для Высшей Эволюции. Герберта Уиндем доработала свою технологию и создала расу Новых Людей – гуманоидных животных, живущих по рыцарскому кодексу.

Из воспоминаний, доставшихся мне, Доктору Думу, при рождении, я знал ещё одну версию Высшего Эволюционера. Там он относился к своим гуманоидным животным как к дешевому материалу, что ставило под сомнение его право носить этот гордый титул.

Местный же Эволюционер, исходя из собранной мной информации, живёт гордо и не порочит честь своего имени. Он заботится о Новых Людях, является для них божеством, которое справедливо судит, обучает, наставляет, дарит кров и еду. Делает всё возможное, чтобы его новая раса была счастлива.

Причём важно подтверждать свою любовь не только словами и лёгкими подачками, а жертвенностью. Рассофа, колдунья, использовала копию Даркхолда для пробуждения Хтона, заключённого в гору Вандагора.

Высший Эволюционер и его рыцари были единственными, кто стал на защиту своих земель, а то и мира. Из противостояния они вышли победителями, но понесли серьёзные потери. Именно это событие послужило толчком в развитии Герберты, изменяя её жизнь на «до» и «после».

Ведь что такое Высшая Эволюция и чем она опасна?

Десять, двадцать лет, Герберте где-то столько потребуется для нахождения ответа на этот вопрос. Однажды, она полностью раскроет свой потенциал, невероятно огромный в рамках вселенной.

Герберта способна эволюционировать в самое сильное существо на планете, самое умное, самое быстрое, высокое или устойчивое к любым условиям. Или же она может наделить этими способностями других существ. В её власти даже эволюционировать в чистую космическую энергию и уничтожить какого-нибудь бога, а после деэволюционировать обратно в свою базовую форму.

С точки зрения индивидуальной силы она представляет наивысшую угрозу. Например, эволюционирует в существо с устойчивостью к магии и технологиям – и придумывай потом, как её уничтожить, перебирая пять универсальных методов ликвидации космических сущностей. И если ни один из них не поможет победить, то придётся отступать и создавать машину деэволюции. Долгая и кропотливая работа, которую лучше не взваливать на свои плечи из-за её малой пользы в нынешних условиях. Да и зачем, если эту работу можно доверить профессионалу своего дела, непосредственно Герберте. Следовательно, с ней лучше не ссориться.

Ах, точно... Ванда – её коснётся длань Хтона, потому что она волей судьбы попадёт к Высшей Эволюции. Пусть её и воспитает впоследствии цыганская пара, но своё раннее детство она проведёт здесь, если от него что-нибудь останется. От этого места.

— Скверное приветствие для Доктора Дума, — прокомментировал я, скрестив руки, взирая на открывшуюся передо мной картину. Из-за снежной бури было трудно разглядеть, что происходит впереди, а также услышать. Но это касается обычных людей, обделённых инновационной бронёй с лучшими сенсорами и нейронными сетями для анализа и моделирования данных.

Дум видел всё, и вид ему не нравился.

Я ожидал встретить Халка, точнее, женскую вариацию зелёного монстра.

Халка породила катастрофа, облучение гамма-лучами во время испытаний бомбы. И с тех пор Брисетт Беннер считается главной занозой для всего мира, поскольку с ней, с нынешними технологиями, мало что можно сделать. Но кого я не ожидал увидеть, так это вторую личность, напавшую на базу Высшей Эволюции. Для этого слишком рано, однако, если задуматься... Из-за вируса история уже переписана, а ось времени смещена с другой вселенной из мегапространства. Это объясняет, почему Богиня Грома напала на Высшую Эволюцию раньше времени.

«Женщины».

Телепортировавшись на возвышенность, я воссоздал трон из чистой энергии, на который величественно уселся, чтобы наблюдать за ходом сражения. Попутно открыл небольшой портал, откуда медленно выпала бутылка хорошего вина. Из другого портала выпал кубок, его я ловко поймал и наполнил. Теперь было не так скучно наблюдать за разборками в детской песочнице.

Тордис выглядела впечатляюще для богини, но не более того. Она сдерживалась во время сражения с Высшей Эволюцией или ей слишком далеко до раскрытия толики своего потенциала. Её божественные силы по управлению громом и погодой не были задействованы, лишь глупое махание молотом и вспышки электричества. Её подруга, имеющая свои счёты с Гербертой, выглядела скорее угрожающе, чем впечатляюще. Она крушила почти неуязвимую базу как хрупкие ветки, напрочь игнорируя выстрелы из орудий рыцарей Вандагора – инновационных бластеров с лучами, которые, судя по анализу, вызывали некроз тканей и быстрый распад.

Я прикрыл глаза, пытаясь вспомнить мотивы двух девушек.

Первый облучённый гамма-радиацией человек вполне мог напасть на Высшую Эволюцию в целях самозащиты. Герберта не из тех, кто постесняется кого-то похитить и изучить с целью улучшения своих технологий.

Мотивы мужской версии Тора я мог бы понять: он был влюблён в Фостер, а ту похитил Высший Эволюционер, потому что ему не понравились незаконные археологические раскопки рядом с его базой. Если не ошибаюсь, таков был мотив их противостояния. Каковы мотивы Тордис? Сложно сказать, но присутствие Халка и её возможное похищение дают пищу для размышлений. Богиня Грома решила спасти подругу из лап злодейки, что привело к отчаянной попытке разрушить всю базу.

Пожалуй, сегодня самый трудный день в жизни Герберты: против неё вышли – воплощение гнева и настоящее божество. Они опасны, как и она, кто продемонстрировала начальные навыки контроля над эволюцией. Возможно, именно эти навыки сподвигли Тордис и Беннер заподозрить её в создании вируса? Хороший мотив для нападения…

Нет, подозрения в создании вируса исключены… Они есть только у меня, и адресованы они к ситуации, если Высшая Эволюция воспользовалась путешествием во времени в своем долгом жизненном цикле.

Проклятье, нужно было раньше запустить дронов-исследователей по всему миру, дабы не только знать о передвижении активных героев, но и иметь больше фактов вместо домыслов.

С ненавистью сжав левый кулак, я полностью осушил кубок и решил вмешаться в ход сражения. От базы Герберты остались руины, рыцари были сломлены, а сама хозяйка замка испытывала трудности с богиней.

Тордис, на самом деле, невероятно могущественная на пике своих сил. Халк же сильнее Капитана Марвел, если та не выйдет в бинарную форму – обычная версия Халка отправит её за пределы планеты всего одним ударом. Кэрол Денверс может сколько угодно бить Халка, но максимум вызвать щекотку у зеленого монстра.

Скрип… скрип… скрип...

Я шёл неспешна, мои металлические ботинки погружались в снег всё глубже, но это нисколько мне не мешало. Каждый шаг приближал меня к гуще сражения двух против одного.

Унизительное положение для не успевшей развиться Герберты: удар подоспевшего Халка едва не переломал ей все кости, а замах молотом от Тордис заставил пересчитать зубы уже в полете к руинам её базы.

— Как вы смеете? — возмутилась она, сплёвывая кровь и одаривая героев взглядом, полным ненависти.

— Ты посмела ставить опыты над боевой девой Тордис! — заявила она, вставая в атакующую позу.

— Крушить! — от её подруги другого не ожидалось.

Но, прежде чем носительница зелёного монстра бросилась добивать павшего бойца… Временно выводить из строя Герберту, её невозможно убить из-за аномальной регенерации костюма Высшей Эволюции… Я наконец добрался до дешёвой оперы.

— Достаточно, — холодно предостерег я, обозначив своё присутствие. Убрав руки за спину, я спрятал их от снегопада под зелёным плащом. — Вы проявили «доблесть», «честь» и «отвагу» в бою. Сделали более чем достаточно для удовлетворения своих низменных потребностей помахать кулаками. Немедленно убирайтесь, и вы не познаете горечи поражения.

Все трое посмотрели на меня, когда я остановился на безопасном для магической атаки расстоянии. Незваных гостей никто не любит, а когда они одеты в металлическую броню... Я чем-то напоминал местных рыцарей, поэтому словил сразу два гневных взгляда из трёх. Третий был полон удивления, поскольку Высшая Эволюция знает всех своих рыцарей, как родных детей.

— Очередная букашка! — подобное оскорбление от самой обычной, ничем не усиленной дикой версии Халка… Оно выходило за рамки дозволенного, но винить в глупости без того несмышлёное создание, тем более злиться на это… Всё это лишено всякого смысла. Однако, игнорировать прыжок высокой женщины с зелёной кожей и горой мускулов было опасно.

Подняв руки, я открыл два круглых портала в местах, куда носительница Халка нанесла удары кулаками. Она хотела ударить меня слева и справа, но её руки угодили в порталы, соединенные с ещё двумя порталами рядом с её коленями. Атака собственных кулаков, пропитанных злостью, негативно сказалась на её устойчивости. Жаль, что не повалила, пришлось дорабатывать план.

Прежде чем она успела вновь атаковать, я сузил порталы, одновременно зафиксировав громадные руки по локоть. Время пошло на миллисекунды, порталы трещали, если дать ей возможность разозлиться чуть сильнее, природная устойчивость к магии проигнорирует мою ловушку. Но, даже если бы каким-то чудом порталы смогли разрезать руки пополам, регенеративный фактор восстановит подобные увечья за несколько секунд.

Разрежь на части – получи ещё более опасного врага.

Смешно, я заранее отринул провальную идею, которую способен воплотить тем же адамантием – в моих руках встроены два выпускных лезвия из этого металла. Но, злить без пользы Халка, – самонадеянное невежество. Лучше вывести оппонента из строя, и в этом отлично помогают знания о мультивселенной.

Мощным пинком, усиленным магией, я откинул Халка в сторону, и за считанные мгновения открыл портал в мистическое измерение, наполненное плотоядными насекомыми. Подобные паразиты уже как-то раз обгладывали Халка. Крайне опасные создания, и они почувствовали запах крови. Мигом повылезали из портала, в который я встроил магическую хитрость для захвата разума и соединения его в рой.

Результат на лицо: в моём подчинении оказалась тысяча опасных существ из магического измерения; отправленных роем на не успевшую встать носительницу Халка. Насекомые не способны убить зеленого монстра, только ослабить. Поглотить много плоти, оставляя кости и самые невкусные части зеленой громадины. В масштабах мультивселенной такое происходило далеко не раз, поэтому я не сильно удивился омерзительному результату их жатвы.

Главное: плотоядные насекомые сработались быстро и эффективно; в награду за их труд, я изгнал мерзких насекомых обратно в их измерение и закрыл портал. Спас каждого из них от раздражения Доктора Дума. Они нервировали мои глаза одним своим существованием на нашей планете.

Ха, стоит им отдать должное, теперь у Халка на регенерацию уйдет минимум несколько минут. За это время стоит призвать Думперсонал для похищения зелёного монстра в свою лабораторию. И уже на секретной базе ввести зеленого монстра в кому для строительства своего нового шедевра. Чтобы отдать дань уважения всем моим альтернативным версиям. Они частенько похищают Халка, изучают каждую клетку, затем на основе опытов строят Думхалка – металлического робота, равного по силе оригиналу – дикой форме.

Тяжелая работа, вознаграждаемая хорошим союзником в бою. Во всяком случае Думхалк не будет так тупить, как Тордис, осознавшая новую угрозу слишком поздно. А ещё поступившая крайне нерационально, шаблонно атаковав самого Доктора Дума.

— Познай гнев Небес! — пригрозила мне блондинка.

Спрашивается, как только её базовая форма, без силы Всеотца, посмела кинуть в мою сторону угрозу? Увесистую. Тордис со всей силы метнула в меня Мьёльнир, артефактное оружие могущественной силы. Всеотец Один выковал его из металла Уру, а также в него заключены остатки разума Бога Бури. Первое меня не интересует, но со вторым можно работать: остатки разума Бога.

Именно из-за остатков разума Всеотец не справлялся с его владением: молот отвергал его, а когда правитель Асгарда попытался подчинить его силой, Асгард захлестнула кровавая баня. В нашем варианте только могучей Тордис удалось совладать с молотом без жертв, потому что остатки разума Бога Бури приняли златовласую богиню, как свою достойную хозяйку.

Следовательно, фокусы с полным разрушением молота, как это сделала бы Хелла в одной из вселенных, не прокатят. Взрыв от молота сотрёт половину Земли, лучше действовать менее разрушительно, более тонко. Как одному из претендентов на молот, мне подобное не составляет труда.

Древней магией я ускорил течение времени вокруг своего тела, достигнув пределов возможного. А сознание Виктора фон Дума, закалённое в огне смертельных испытаний, воплотило в жизнь мои намерения: магическую искру воли Доктора Дума, сфокусированную в правой руке. Именно ей я перехватил молот, устанавливая ментальную связь с Мьёльниром.

«Ты недостоин», — отозвался Бог Бури. — «Откажись от гордыни. Признай, что ты не величайший правитель земель, за которые борешься».

«Ха-ха», — мысленно рассмеялся я в ответ. — «Ты смеешь оценивать, достоин ли я принять силу Бога? Требуешь отринуть справедливую оценку своих сил и возможностей, приобретенных на благо Латверии?! Нет, я сам себе судья. В этом мире нет никого, кто мог бы справедливо оценить величие Доктора Дума. Лишь я. И я, по собственной оценке, достоин».

Молчание было нарушено грохотом грома и вспышками молний, которые окутали мои доспехи, проникая сквозь сталь в мою плоть и душу. Так я стал единым целым с Мьёльниром. Сила Бога Бури стала моей; похищена и завоевана.

Мьёльнир обладал ключом к Биврёсту, позволяющим проникнуть в Асгард без ведома Хеймдалля. Теперь я могу открыть портал в самое сердце Асгарда для моей непобедимой армии Думботов, и завладеть сокровищами Одина во имя блага Латверии. Не Рагнарёк ожидает Асгард, а Думнарёк – эпоха, предначертанная моей роковой волей!

Как только я завладею запасами вибраниума, я создам армию совершенных Думботов, способных растоптать гордость богов. Они мнят, что господствуют над нашим миром, всеми нашими землями и людьми.

Безмерно досадная ошибка с их стороны!

Риду Ричардсу, моему заклятому врагу из Земля-1610, известному как Творец, потребовался целый день, чтобы разрушить Асгард до основания. А мне достаточно будет лишь нескольких часов, чтобы доказать Латверии, что я – единственно достойный владыка! Уничтожив Асгард, поработив богов, и забрав все имеющиеся артефакты и сокровища.

***

На бусти вышли все главы + Эпилог (ссылка в Примечании к работе)