Марселин. Побег в неизвестность

Глава 1. Два миллиона за свободу

Молодой солдат подошёл ближе, чем следовало.

— Привет, — сказал он легко.

Девушка сделала шаг назад.

Новенький? Ему ещё не сказали, что от меня лучше держаться подальше?

Он был ей безразличен, но не настолько, чтобы не попытаться отвести парня от гибели. Одна неправильная реакция, и этим же вечером она может увидеть его мёртвое тело, а затем — свою одежду, пропитанную кровью. Внутри всё сжалось, но внешне это никак не отразилось.

— Прошу прощения. Мне нужно пройти, — сказала девушка и сместилась в сторону. Он не отступил, наоборот — наклонился чуть ближе, будто хотел рассмотреть её лицо.

— Подожди, — добавил солдат, потянувшись к ней.

Она отпрянула.

— Сейчас же отойдите. Вам не позволено со мной разговаривать.

— Хотя бы скажи, как тебя зовут?

Чья-то рука резко схватила его за плечо. Солдат дёрнулся, попытался вывернуться, но его уже тянули назад. Девушка коротко вздохнула.

Меня зовут Марселин.

Она простояла на месте ещё несколько секунд, прежде чем направиться к поместью Морриса Нолла, которое возвышалось в самом центре военной базы. Среди казарм и тренировочных площадок особняк разительно выделялся. Его величественный фасад с колоннами у входа и ухоженным садом контрастировал с суровой атмосферой вокруг. Внутреннее убранство ничуть не уступало: дорогие ковры и картины в массивных рамах ясно давали понять, что владелец не испытывает недостатка в деньгах.

Марселин поднялась по широким ступеням на второй этаж и вошла в кабинет Морриса. Просторное помещение было обставлено с показной роскошью и больше напоминало рабочее место влиятельного аристократа, чем военного чиновника. За столом сидел Моррис Нолл — грузный, крепко сложенный мужчина, способный внушать страх одним присутствием. Русые волосы, тронутые сединой на висках, были аккуратно зачёсаны назад, а спокойное выражение лица казалось опаснее открытой злости. Марселин передала отчёт по последнему артефакту. Тот пробежался по строкам.

— Хорошая работа. Не зря я вложился в твоё образование, — хмыкнул Моррис и поднял на неё взгляд. Тон стал холоднее. — Я же говорил не подпускать к себе никого.

— Я не подпускала.

— У меня на вечер были другие планы, — произнёс он ровно. — Но, похоже, придётся их изменить.

— Это не обязательно.

— Ты решила спорить? — раздражённо спросил он.

— Прошу прощения, господин Нолл.

Он задержал на ней внимание, затем медленно выдохнул, возвращая себе прежнее спокойствие.

— В семь вечера будь на месте казни.

Девушка кивнула.

К назначенному часу она стояла там, где ей велели. Моррис находился рядом. Следил за тем, чтобы Марселин не отворачивалась. А она и не пыталась. Больше — нет.

— Это уже четвёртый. Я теряю солдат. Тебя спасает лишь то, что ты приносишь деньги, — произнёс он ровно. — Но их смерти — на твоей совести.

Ты не виновата.

Марселин цеплялась за эту мысль, потому что только она не нарушала логики. Сама девушка не подходила к солдатам. Не нарушала дистанцию.

Когда казнь закончилась, люди начали расходиться, бросая на девушку тяжёлые взгляды.

— Увести, — приказал Моррис.

Чья-то рука легла ей на локоть. Слишком крепко, чтобы это можно было назвать сопровождением. Её повели вдоль тренировочных площадок к огороженному участку на окраине базы.

Первый удар тонкого прута пришёлся ниже рёбер — воздух мгновенно выбило из лёгких. Второй удар лёг поперёк спины и сквозь ткань платья словно прошла раскалённая полоса. Она стиснула зубы и вцепилась пальцами в юбку, удерживая дыхание ровным. Третий удар оказался ещё сильнее: прут со свистом рассёк воздух и полоснул по боку так, что на этот раз кожа не выдержала: под платьем разлилось тепло, а спустя несколько секунд ткань начала липнуть к телу.

Ещё несколько минут. Всего несколько минут.

Ещё один удар. Затем ещё. Боль постепенно слилась в сплошной огненный фон. В нескольких местах платье уже темнело от крови, но Марселин по-прежнему молчала, не позволяя себе ни вскрика, ни просьбы остановиться.

Когда всё закончилось, её отпустили так же легко, как и привели. Каждый вдох царапал грудь, а боль с каждым шагом разгоралась лишь сильнее. До служебного здания, стоявшего неподалёку от поместья, Марселин добиралась дольше обычного. Внутри был короткий коридор и всего несколько жилых комнат: одну занимала она, остальные — две поварихи, дворецкий и старшая горничная Морриса. Они с Марселин почти не пересекались, а при случайных встречах предпочитали держаться друг от друга подальше. Комната встретила её тишиной. Через несколько минут вошла молодая служанка. Та не задавала вопросов, просто взяла всё необходимое и подошла ближе. Сняв с Марселин платье, служанка с привычной сноровкой принялась обрабатывать её раны.

Марселин невольно вспомнила свою первую служанку здесь — Розалию. Женщина была слишком добра и внимательна. «Такая маленькая и хрупкая…» — она тогда наклонилась ближе, опасаясь, что кто-то услышит. — «Как же ты сюда попала?». Вскоре Розалия исчезла. С тех пор девушка больше не пыталась сближаться с людьми. Отчуждённость сначала отзывалась тишиной. Потом — привычкой. А затем в этой тишине появился голос. Второй. Её же, только немного иной. Он говорил честнее, чем ей самой порой хотелось. Было ли дело в одиночестве или в усталости… Но эта манера закрепилась. Марселин перевела взгляд на служанку.

— Наверняка считает меня высокомерной.

— Это неважно. Главное, что она жива.

Затем девушка покосилась на окровавленную одежду. Моррис закопает это платье вместе с солдатом — очередной жест его странного символизма.

Когда все раны были обработаны, она прикрыла глаза. Сон, как обычно, не приходил сразу, и, сколько бы девушка ни лежала неподвижно, выравнивая дыхание, это не помогало. Мысли тянулись одна за другой.

— Милочка, ты прямо как кукла.

Голос всплыл в памяти слишком чётко.

— И это не в плане красоты, — произнесла женщина, разглядывая её. — Ты совершенно безэмоциональная. Леди должна уметь скрывать эмоции, но эмоции должны быть.

Марселин не ответила и не изменилась в лице. Она уже поняла: при Моррисе из всех возможных реакций эта — самая безопасная.

— Она же безродная. — Женщина повернулась к Ноллу. — Куда уместнее было бы определить её в прислугу. А ты возишься с ней, наряжаешь так тщательно.

— У меня на неё другие планы, — ответил он.

Оценив пышное платье Марселин, плотно стянутое корсетом, она продолжила:

— В таком случае хотя бы выбирай для неё другие наряды. Эти фасоны уже выходят из моды.

— Я придерживаюсь традиционных ценностей, — буднично ответил Моррис.

Марселин распахнула глаза.

— Это произошло больше десяти лет назад. Почему это воспоминание всё ещё возвращается ко мне?

— Может, потому что твоя жизнь слишком однообразна? Память сама ищет, чем себя занять.

Девушка сомкнула веки. Спустя время удалось уснуть.

Она проснулась вместе со звуком будильника. Вскоре показалась служанка. Помогла с ванной и довела её внешний вид до требуемого — безупречного. Молча, привычными движениями, нанесла пудру на волосы. В последние месяцы те начали менять цвет — сначала едва заметно, у корней, затем темнее, и теперь уже несколько прядей выдавали это изменение. Марселин это не беспокоило. Скорее наоборот. С тех пор как она оказалась в Форте Нолла, русый цвет перестал ей нравиться. Теперь он ассоциировался с Моррисом куда сильнее, чем с ней самой.

На столе её уже ждал завтрак: маленькая порция овсяной каши, варёное яйцо и горячий чай. Не теряя времени, девушка съела всё, что было подано. Как только она закончила, служанка собрала посуду и вышла. Марселин села за рабочий стол.

Наконец-то. Что будет сегодня?

Когда ей было шестнадцать, Моррис велел заняться изучением артефактов с остаточной магией. Это увлекло девушку почти сразу, и с тех пор она проводила дни за книгами и архивными записями, невольно рисуя в воображении мир, в котором магия не исчезла. С тех пор её жизнь обрела хоть какой-то смысл. Со временем Моррис начал поручать ей больше — сначала сверку записей, затем оценку, а вскоре и назначение цены артефакта перед перепродажей. На этот раз перед ней лежало кольцо. Стоило Марселин взять его в руки, как дыхание замедлилось, а сердце на мгновение застыло. Девушка неспешно провернула кольцо между пальцами, разглядывая тёмный металл с лёгкой матовой зернистостью, будто впитавшей в себя время. Внутри — узкая полоска потемневшего серебра, контрастирующая с внешней поверхностью. Марселин уже догадывалась, что это за артефакт. Она потянулась к старому каталогу с пожелтевшими страницами и плотной обложкой.

Это оно.

Кольцо, искажающее восприятие времени на одну минуту. Не ускоряет тело — замедляет мир.

Всего минута. Но в нужный момент — решающая.

Марселин чуть наклонила голову, прокручивая в памяти некоторые изученные артефакты: плащ, сохраняющий тепло в любой среде; фляга, очищающая любую воду, даже ядовитую; амулет, позволяющий не спать трое суток без потери рассудка; медальон, ускоряющий реакцию. Она взглянула на кольцо.

Определённо — в десятке лучших.

Девушка перешла к деталям: дата, мастер, место изготовления, материалы, прошлые владельцы… Мелочи решали всё. От них зависела цена.

В какой-то момент в комнате появилась служанка с тарелкой тушёного мяса с овощами на подносе. Когда та закончила накрывать на стол и отошла в сторону, Марселин принялась за еду. Ела спокойно и размеренно. Одна. Служанка стояла неподалёку, но это всё равно было одиночество. Мысли сами увели её в прошлое: два года назад Моррис был в приподнятом настроении — возможно, выпил. В кабинете он открыл при ней сейф, давая Марселин увидеть содержимое. Внутри лежали бумажные купюры разного номинала, непривычные на вид. Девушка о них слышала, но видела впервые.

— Здесь уже почти двенадцать тысяч золотых. За такие деньги можно купить приличный особняк. — Он вытащил одну купюру и протянул ей. — Их ввели недавно. Люди пока больше доверяют золоту. Минимальная — равна десяти золотым.

Марселин осторожно взяла её. Бумага казалась почти нереальной — слишком лёгкой для своей стоимости.

— Тебе повезло, — хмыкнул тот. — Большинство людей и в руках такого не держали. — Он позволил ей рассмотреть купюру ещё секунду, затем аккуратно вернул её в сейф. — Здесь лежит то, что ты заработала. Для меня. В знак признательности поставлю пароль с датой, значимой для тебя.

Он, не скрывая, ввёл цифры. Не её день рождения и не какая-либо другая дата, которую девушка могла бы назвать своей. Позже она поняла: это был день, когда Марселин привезли сюда. Ей было четыре года.

Девушка зачерпнула еду, пытаясь отмахнуться от навязчивого воспоминания. Не получилось.

В тот же день, в том же кабинете, Моррис подвёл её к массивной двери.

— Внизу находятся деньги с военных контрактов, — сказал он почти буднично. — Для этого сейфа мало. Там — целая комната. Пароль я поставил с датой, когда заработал свой первый миллион.

Марселин не сдержалась:

— Зачем вы мне это рассказываете?!

Он усмехнулся.

— Чтобы ты почувствовала разницу. Понимаешь, какая пропасть между двенадцатью тысячами и миллионом? Вот настолько ты полезна, — произнёс он и отвернулся. — И не доставляй мне проблем.

Пообедав, Марселин вернулась к артефакту.

Так проходили дни — незаметно переходя в недели, недели — в месяцы. На территории становилось всё больше солдат, техники и военных машин. Моррис периодически устраивал приёмы и званые вечера, собирая нужных людей. В такие дни девушку запирали в комнате, но это её не беспокоило. Главное, что всё обходилось без происшествий.

Когда не появлялось новых артефактов или отсутствовал финансист, Нолл отправлял Марселин разбирать документы. Однажды, сводя годовой отчёт, она остановилась на цифре. Сумма превышала миллион. Девушка провела пальцем по строкам, затем подняла предыдущие отчёты — месяц за месяцем. Сопоставила.

Тот день.

Просматривая отчёты, Марселин заметила одну странность: некоторые военные группы были меньше обычных отрядов, однако значительно прибыльнее.

В чём их особенность?

Временами девушка наблюдала за солдатами издалека, но ничего необычного не замечала.

За изучением нового артефакта Марселин не сразу заметила, как открылась дверь. Вошёл Моррис. Следом появилась незнакомая женщина — высокий рост, идеально прямая осанка, тёмное платье без единой лишней детали, тонкие перчатки и собранные в строгий пучок волосы. На вид ей было около сорока, но держалась она с той безупречной собранностью, которая делала возраст неважным. Женщина окинула комнату взглядом и почти сразу сосредоточилась на Марселин — так, будто уже мысленно отмечала все недостатки.

— Ты забыла, как приветствуют гостей? — голос Морриса прозвучал нарочито спокойно.

Девушка поднялась из-за стола.

— Марселин, — представилась она, сделав реверанс.

— Да… — протянула женщина, подходя ближе. — Вы были правы, мистер Нолл. Это никуда не годится.

— Её единственное занятие — старые артефакты, — отозвался он. — Из-за отсутствия практики она утратила утончённость.

Женщина молча ждала, не вмешиваясь в разговор.

— Это Офелия Грейс — твой новый учитель этикета. Через десять дней твой реверанс должен быть безупречным, — Нолл оглядел её внимательнее, задержавшись на осанке и руках. — Как и всё остальное.

Через десять дней должен был состояться очередной приём. Похоже, в этот раз Марселин предстояло участвовать в нём лично. Она давно понимала, что однажды это случится: Моррис найдёт для неё подходящую партию и заключит очередную выгодную сделку.

Следующие дни проходили в обучении. Офелия оказалась очень строгим учителем и наказывала за малейшую оплошность: положение рук — до миллиметра, взгляд — до секунды. Угол наклона головы, длина шага, осанка — женщина замечала всё. Офелия била точно по месту, где была допущена ошибка, после чего Марселин начинала заново. Иногда во время занятий рядом с Офелией падали вещи. Сначала девушка решила, что та сама задевает их, размахивая указкой, затем стала мельком осматриваться, ожидая, что поблизости находится кто-то ещё. Кто-то, кому Офелия не нравилась. Но рядом никого не было.

Даже во время еды занятия не прерывались. Наоборот — именно тогда требовалось больше контроля: жесты, паузы между словами… И улыбка. С ней было сложнее всего.

Есть в одиночестве мне нравилось больше.

Однажды в качестве практики Марселин вывели во двор, где уже собрались солдаты, оказавшиеся здесь то ли из любопытства, то ли по приказу.

— Начинай, — распорядилась Офелия.

Сделав шаг вперёд, девушка опустилась в реверанс, затем выпрямилась под пристальными взглядами всех присутствующих.

— Ниже, — произнесла Офелия.

Девушка повторила. Один из солдат сдвинулся на полшага, освобождая себе обзор. Марселин ощущала не столько неловкость, сколько опасение: она находилась к людям ближе, чем ей обычно позволяли. Ближе, чем было безопасно.

— Достаточно, — произнесла женщина и они направились в танцевальный зал. Танцы были единственным занятием, которое нравилось Марселин. В отличие от большинства уроков Офелии, здесь всё было предсказуемо. Поскольку партнёра у девушки не было, она знала обе партии наизусть.

В один из дней утренний приём пищи давно завершился, а Офелии всё не было. Выглянув в коридор и не обнаружив никого, Марселин прошла мимо соседних дверей и направилась к выходу. Она уже потянулась к дверной ручке, когда воздух содрогнулся от мощного взрыва. Звук прокатился по зданию, глухо отозвавшись в стенах. Под рёбрами похолодело. Даже на самых масштабных учениях ничего подобного не происходило. Грохот постепенно стих. В наступившей тишине отчётливо прозвучали выстрелы.

— Нападение?

— Похоже. А значит, Моррис сейчас направляется в убежище. Или уже там.

Дрожащей рукой Марселин приоткрыла входную дверь и осторожно выглянула наружу. Вдалеке, со стороны главного входа, поднимался густой дым. Солдаты со всех сторон спешили к месту взрыва, и ни один не смотрел в её сторону.

Беги.

Задержавшись лишь на секунду, она помчалась к складу — ближайшему к поместью Морриса зданию, где хранились бытовые инструменты. Вход туда никогда не запирали. Марселин ворвалась внутрь, закрыла за собой дверь и на секунду опёрлась на неё спиной, пытаясь перевести дыхание. Бег в тяжёлом платье давался с трудом.

Девушка бросилась к ящикам, лихорадочно открывая их один за другим, пока в третьем не нашла ножницы. Сбросив объёмную нижнюю юбку, она торопливо принялась укорачивать подол платья. Тупые ножницы шли тяжело, цепляли ткань и оставляли неровный рваный край. Работа заняла больше времени, чем ей хотелось. Когда Марселин закончила, платье утратило элегантность, зато двигаться в нём стало значительно легче. Следом пришло сомнение.

— Я смогу это сделать?

— Ты ждала такого шанса годами. Не смей отступать.

— Но что, если меня просто убьют в суматохе?

— А что с тобой сделает Моррис, если ты останешься и он узнает о попытке побега?

Пальцы дрожали в такт бешеному сердцебиению. Она опёрлась о стол, пытаясь выровнять дыхание, когда в глубине приоткрытого ящика что-то тускло блеснуло. Любопытство взяло верх, и она аккуратно вытянула находку наружу. Это оказался длинный тонкий клинок в ножнах. Рукоять венчал крупный кристалл, тускло поблёскивающий сквозь слой пыли. К ножнам крепилась тонкая цепь с небольшим кристаллом той же огранки.

Артефакт. И он здесь давно… но мне не давали его изучать. Почему?

Марселин вдруг поняла: за всё это время ей ни разу не доверяли работать с оружием. Только безопасные вещи: компасы, карты, медальоны, детали одежды…

Моррис опасается меня?

Губы тронула тень усмешки. Она попыталась вытянуть клинок из ножен, но безуспешно. Перехватив рукоять поудобнее, приложила больше силы, однако артефакт так и не поддался. Марселин не разозлилась — лишь тихо выдохнула и убрала его в карман.

Единственное достоинство этих платьев — большие карманы.

Она направилась к двери.

Нужно сосредоточиться на побеге… и забрать то, что принадлежит мне.

Марселин выглянула. Дым поднимался уже не только со стороны входа — в нескольких местах сразу. Вдалеке шла перестрелка, но поблизости всё ещё было сравнительно тихо. Девушка поспешила к поместью Нолла. Войдя внутрь, она на мгновение замерла, оценивая обстановку: ни военных, ни охраны, ни работников — никого.

Ожидаемо. Приближённых он увёл в убежище. Остальные разбежались.

Поднявшись на второй этаж, Марселин подошла к его кабинету и осторожно повернула ручку — дверь оказалась не заперта. Он почти никогда её не закрывал. Марселин связывала это с самоуверенностью. Девушка прошла к картине за письменным столом, сняла её и открыла сейф. Судя по содержимому, там было уже больше двенадцати тысяч. Марселин быстро опустошила сейф, забрав купюры и золотые монеты в мешочках. Затем вернула всё в первозданный вид. Направляясь к выходу, она взглянула на запертую дверь хранилища. Шаг замедлился. Оценив риски, девушка ускорилась и вышла из кабинета. Почти у самой лестницы услышала шаги. Марселин мгновенно развернулась и направилась в другую сторону, к запасному выходу.

Только бы успеть.

Она бежала, не оглядываясь, переходя на носки, чтобы не выдавать себя стуком каблуков. Шаги позади стихли. Девушка уже решила, что оторвалась, как перед ней резко возник незнакомец. Его острый взгляд из-под растрёпанных тёмных волос цепко скользнул по Марселин, а на губах отразилась хитрая ухмылка. На мгновение ей показалось, будто позади парня дрогнул расплывчатый, вытянутый в стороны, свет.

Как? Я не слышала его приближения.

Казалось, незнакомец был удивлён не меньше неё, однако если их встреча пугала девушку, то этого парня она, наоборот, заинтриговала.

— Кто тут у нас?

Привычка сработала быстрее разума — Марселин присела в реверансе.

Это было совершенно не к месту.

Когда она выпрямилась, ни один мускул не дрогнул. В его зелёных глазах мелькнуло живое веселье.

— Принцесса.

— Нет, — обронила она.

— Что ты делаешь здесь, принцесса?

— Я не принцесса. Меня зовут Марселин.

Зря представилась. Больше не совершай таких ошибок.

За этот короткий диалог к незнакомцу присоединилась небольшая группа людей.

— Вы как раз вовремя. Познакомьтесь, это принцесса Марселин.

— Я не пр… — девушка попыталась его исправить, но он продолжил.

— Принцесса Марселин, это ребята: вот этот здоровяк, увешанный оружием — Оскар, за ним стоит Теодор, а девушку зовут Эстелла.

Марселин оглядела их: Оскар — массивный, тяжёлый мужчина со шрамом на поллица; Эстелла — рыжая девушка чуть ниже Марселин, но крепче, из-под коротких рукавов проступали мышцы; Теодор — высокий молодой мужчина в тонких очках и идеально застёгнутом жилете. Она почти сразу отметила: в отличие от тех двоих, оружия при нём не было видно вовсе. Ни кобуры, ни ножа, ни даже намёка на что-то скрытое под одеждой.

— Какого чёрта ты называешь наши имена?! — рявкнул Оскар, сжимая кулаки.

Тот просто продолжил, проигнорировав его:

— А ведь я сам ещё не представился. Меня зовут Астер, — он показательно поклонился, явно подыгрывая своему же воображению. Парень выглядел чуть старше Марселин; лёгкая, почти небрежная манера держаться и озорной взгляд, будто всё происходящее для него — игра.

— Ты кто такая? — спросил Оскар.

— Марселин, — ответила она, судорожно перебирая в голове варианты дальнейшего диалога.

Оскар поднял автомат и направил на неё. Ствол оказался так близко, что почти упирался ей в лоб. От страха Марселин застыла, перестав замечать всё, кроме бешеного стука сердца.

— Меня не интересует твоё имя.

— Эй, не пугай принцессу! — вмешался Астер, опуская автомат. — Давайте всё обсудим мирно. — Он посмотрел на Марселин: — Принцесса, ты знаешь, где здесь хранятся ценные вещи?

Девушка молча кивнула, пытаясь прийти в себя.

— А можешь нас туда провести? — обратился Теодор.

— Да, — выдохнула она.

Эти люди достаточно сильны, раз зашли так далеко. Если я помогу им, они помогут мне?

— Показывай, — приказал Оскар.

Марселин пошла в сторону кабинета, группа последовала за ней. Попав внутрь, она приблизилась к нужной двери.

— Как здорово, что я тебя встретил, — отозвался Астер. В этот момент в кабинет зашёл ещё один незнакомец. — А вот и ты. Знакомься, принцесса, это Бастиан — лидер этой разношёрстной компании.

На вид ему было немного за тридцать. Высокий, темноволосый, с широкими плечами и резкими чертами лица. От него не веяло опасностью напрямую, но что-то в его глазах заставляло быть собраннее.

— Меня зовут Марселин.

Девушка воздержалась от реверанса, вместо этого протянула руку. Она видела, как мужчины здороваются — коротко, крепким рукопожатием.

Может, такой вариант подойдёт?

Бастиан на мгновение задержал на ней внимание. Затем всё же протянул руку в ответ.

— Марселин, ты знаешь, как открыть эту дверь? — уточнил он.

— Да, — ответила она. — Но у меня есть условие. Оно…

Девушка не договорила. Оскар резко вскинул на неё оружие.

— Ты не в том положении, чтобы ставить условия.

Лидер коротким жестом приказал опустить автомат. Оскар помедлил, но подчинился.

— Открой дверь, — обратился Бастиан. — Потом обсудим твои условия. Обещаю.

Девушка подошла к хранилищу, ввела код и, едва замок щёлкнул, сразу отошла в сторону. Оскар приблизился, толкнул дверь. За ней оказалась ещё одна. Астер тихо рассмеялся. Оскар рывком шагнул к Марселин.

— Ах ты…

Бастиан выставил руку, преграждая ему путь. Тот остановился. Лидер посмотрел на Марселин с лёгкой, почти одобрительной улыбкой.

— Знаешь, как открыть вторую дверь?

— Возможно, — произнесла она.

— Какие у тебя условия? — спросил Бастиан.

— Помогите мне сбежать. Из этого места… и из города.

— Хорошо, — согласился Бастиан.

— Для этого мне нужно зайти в другой кабинет. С финансовыми документами. — Девушка обвела взглядом всех присутствующих. — Кто пойдёт со мной?

— Я, — коротко отозвался Бастиан.

— Я тоже, — вставил Астер.

— Следите за ситуацией, — наказал Бастиан остальным и первым вышел в коридор. За ним последовали Марселин и Астер.

Кабинет с документами находился всего в нескольких дверях от кабинета Морриса. Как только они вошли, девушка выдвинула ящик с годовыми отчётами и быстро пролистала последний.

Много.

Затем достала документы с позапрошлого года. Бастиан внимательно следил за каждым её движением. Астер наблюдал с заинтересованной улыбкой. Кивнув самой себе, она открыла ящик с помесячными отчётами. Начала с конца года, спешно перелистнув несколько.

Сентябрь.

Затем вынула недельные сводки. Сверила.

Надеюсь, я права.

Она встретилась с Бастианом глазами. Кивнула.

— Интересно, — протянул Астер.

Когда они вернулись, внимание присутствующих тут же переключилось на них. Марселин прошла ко второй двери хранилища и поднесла едва заметно подрагивающий палец к панели замка.

Другого варианта всё равно нет.

Девушка настороженно ввела код. Секунда тянулась мучительно долго, прежде чем замок наконец щёлкнул, и дверь поддалась. Марселин выдохнула.

Дата, когда Моррис заработал свой второй миллион.

— Надеюсь, вы взяли с собой достаточно мешков, — произнесла она. — Там много.

В глазах её новых знакомых вспыхнул жадный блеск.

— Ты приносишь хорошие новости, принцесса, — отозвался Астер.

— Заходим я, Оскар и Астер, — дал распоряжения Бастиан. — Теодор и Эстелла, вы остаетесь здесь следить за обстановкой снаружи.

И за мной…

Трое мужчин вскоре скрылись из виду. Как только воцарилась тишина, девушка в полной мере ощутила своё состояние: волнение, страх и гнетущая усталость. Она попыталась сделать глубокий вдох, но корсет не позволил. Затем давление неожиданно ослабло, и платье медленно поползло вниз. Марселин поспешно прижала лиф платья к груди и неосознанно нашла глазами Эстеллу. Девушки растерянно переглянулись.

Что происходит?..

Эстелла повернулась к Теодору. В его руке всё ещё был шнурок от корсета — нелепо чужеродный в его длинных пальцах. Мужчина, кажется, и сам не сразу понял, что продолжает сжимать его, будто задумался и забыл отпустить.

— Какого чёрта ты творишь?! — выпалила Эстелла. — Совсем с ума сошёл?!

— Я… просто видел, что она не может нормально дышать… хотел помочь. Я не думал, что корсет и платье — это одна цельная вещь… — неуверенно ответил Теодор. Взгляд его метался между полом, глазами Эстеллы и спиной Марселин.

— В следующий раз думай, прежде чем делать! И глаза опусти! — возмутилась Эстелла и, взявшись за шнуровку платья, затянула её заметно слабее прежнего. Дышать стало проще.

Вскоре с улицы послышались приближающиеся звуки. Теодор осторожно выглянул в окно.

— Я их задержу, — сказал он, приложив ладонь к стеклу. — Но лучше бы Бастиану и остальным поторопиться.

Несколько секунд ничего не происходило.

Он… просто стоит.

Затем снаружи раздался низкий гул. Будто где-то под поверхностью сдвинули огромную каменную плиту. Стёкла дрогнули. Следом послышался тяжёлый треск, словно по двору расходились невидимые разломы. Даже пол под ногами едва заметно вибрировал. Эстелла повернулась к Марселин:

— Сколько там золота?

— Около двух миллионов.

— Сколько? — ошарашенно переспросила она. — Они столько не унесут.

— Там не только золото, — ответила девушка. — Есть бумажные купюры крупного номинала. Их легче унести, чем монеты.

Звуки стремительно приближались.

— Поторопи их, — распорядился Теодор, обернувшись к напарнице.

Эстелла сорвалась с места и скрылась в хранилище. Через минуту они уже выходили оттуда с набитыми мешками.

— Пора выдвигаться, — сказал Оскар и повернулся к Марселин, подозрительно прищурившись. — Но сначала ты ответишь на пару вопросов. Почему в хранилище не было ни одного охранника? И где глава этой… организации?

— Моррис не рискует собой, — ответила девушка. — В опасных ситуациях сразу уходит в убежище. Хранилище он считает достаточно защищённым. — Она указала на стены. — Видите шероховатости?

Все невольно начали оглядываться.

— Что это? — спросил Теодор.

— Ловушка, — ответила Марселин. — На потолке такие же. Одна ошибка при вводе кода — и отсюда никто бы не вышел живым.

В коридоре раздались шаги. Волна ужаса накрыла так резко, что Марселин на мгновение перестала дышать.

— Не переживай, принцесса, ребята с ними разберутся. А мы выйдем через окно, — пояснил Астер, открывая ставни. Не дожидаясь реакции, он подхватил её на руки и шагнул в проём. Ощутив свободное падение, Марселин зажмурилась и вцепилась в него так крепко, как только могла. Непозволительно близко. В следующее мгновение сбоку прошёл лёгкий поток воздуха, и они замедлились. Девушка приоткрыла веки и замерла, поражённая увиденным.

— Ты… летаешь?!

Позади Астера раскрылось нечто, напоминающее крылья лишь силуэтом. Свет расходился длинными вытянутыми всполохами, не имеющими чётких границ. Полупрозрачные потоки плавно перетекали друг в друга, постоянно меняя форму.

— Мне нравится это восхищение в твоих глазах, — с лёгкой усмешкой заметил Астер.

Снизу раздавались выстрелы. Кто-то заметил их и открыл огонь. Астер легко уходил от пуль, меняя траекторию, но когда одна прошла совсем близко, Марселин невольно вздрогнула. В то же мгновение он ускорился. Холодный порыв ветра хлестнул по лицу, и она, зажмурившись, вжалась в него сильнее.

Они стремительно набирали высоту, и звуки выстрелов постепенно стихали, растворяясь где-то далеко внизу. Девушка задержала взгляд на Форте — военной базе, наполненной солдатами, военной техникой, опасностью и постоянным напряжением, в центре которой возвышалось поместье Морриса, похожее на дворец. Марселин не было и пяти, когда её привезли сюда. И вот, спустя столько лет… она наконец выбралась.

Глава 2. Первая улыбка

Астер летел так стремительно, что окружающий мир терял очертания. Стены остались позади слишком быстро, чтобы Марселин успела отследить маршрут. Он резко остановился уже за пределами базы, где их ждали несколько машин, а чуть поодаль — лошади. Астер направился к ближайшей машине и открыл заднюю дверь.

— Сюда, — коротко сказал он, а сам устроился рядом и расслабленно откинулся на спинку. Первое время в салоне царила тишина. Марселин сидела прямо, сложив руки на коленях, и по привычке следила за всем вокруг. Но никто не отдавал приказов, не наблюдал за каждым её движением. Эта непривычная свобода сбивала с толку.

— Чем думаешь заняться… на свободе? — неожиданно спросил Астер.

Марселин ненадолго задумалась.

— Полагаю, продолжу изучать артефакты.

— Тебе нравятся артефакты? — уточнил он, повернувшись. — Я в них почти не разбираюсь, в отличие от Сайруса.

— Сайрус?

— Мой учитель. Он на базе остался. Туда мы и направимся, кстати.

— Где это место?

— В Эсторне. Тихий, скучный, неприметный город. Вряд ли тебя будут искать там. По крайней мере, первое время.

Марселин едва заметно выдохнула. Мысль о том, что хотя бы несколько дней можно будет не опасаться Морриса, казалась почти невероятной. Затем её внимание вновь вернулось к словам Астера.

— Значит, Сайрус хорошо разбирается в артефактах?

— Он во многом разбирается, — спокойно ответил тот.

— Чему он тебя учит?

— Учил, — поправил он. — Меня — магии.

На долю секунды Марселин растерялась.

— Магии? — переспросила она, ничем не выдав удивления.

— Да, — непринуждённо сказал он. — Сайрус вообще человек удивительно разносторонний. Он прирождённый учитель. К тому же сильный маг, талантливый лекарь, ал…

Он запнулся.

— Очень умный, — добавил Астер и на секунду задумался. — Возможно, и тебя возьмётся обучать. Но он очень разборчив.

— Было бы здорово, — спокойно произнесла Марселин, скрывая потрясение.

О магии Марселин не знала почти ничего. С детства ей твердили одно: магия исчезла. Остались лишь редкие артефакты с затухающим, едва уловимым остатком силы. Но если магия всё же существует... Значит, многое из того, что раньше казалось невозможным, наконец получало объяснение.

Вероятно, те специальные группы в армии Морриса состоят из магов.

Она медленно перевела взгляд на Астера. Он сидел рядом совершенно расслабленно, будто ничего необычного не произошло. А ведь всего несколько минут назад он вынес её за пределы Форта, не коснувшись земли.

Вскоре к ним присоединились ещё двое. Оскар занял место за рулём и сразу же завёл мотор.

— Дорога нам предстоит долгая, так что устраивайся поудобнее, — заметила Эстелла, обернувшись к Марселин.

— Мне удобно, — ответила она.

— Ладно, — немного растерянно произнесла Эстелла.

Машина резко тронулась с места, и Марселин качнуло назад. Плечи коснулись спинки сиденья, на мгновение нарушив её привычную прямую осанку. Руки сдвинулись с колен, а пальцы инстинктивно сжались, цепляясь за край сиденья. Оскар бросил взгляд в зеркало заднего вида и удовлетворённо усмехнулся.

— Расслабься, — спокойно сказал Астер, коротко взглянув на неё. — Обопрись. Так будет удобнее и безопаснее.

Она кивнула и последовала его совету. Позади послышался гул моторов, фырканье лошадей, звон упряжи и тяжёлый стук копыт. Девушка обернулась. Люди, покинувшие Форт следом за ними, уже готовились к выезду. Вскоре часть отряда устремилась вслед за ними, остальные разъехались в разные стороны.

Отвлекают внимание на себя.

Первые два часа прошли почти в тишине. Машину сопровождали лишь гул двигателя и редкие покачивания на поворотах. Астер дремал. Эстелла читала. Оскар время от времени поглядывал на Марселин. В какой-то момент он первым нарушил молчание.

— Эй, принцесса.

Он задержался на её отражении в зеркале. Девушка лишь слегка приподняла подбородок.

— Я не принцесса, — отозвалась она.

— Да, — протянул он. — Ты просто лишний пассажир.

— Оскар, не начинай, — вмешалась Эстелла.

Тот её проигнорировал и снова посмотрел в зеркало заднего вида.

— Ты вообще умеешь проявлять эмоции?

Марселин не сразу ответила.

— Нет. Не совсем.

Проявлять радость сложнее всего.

— А они у тебя есть? — уточнил Оскар, приподняв бровь.

— Есть, — ровно ответила девушка.

— Больше похожа на куклу, чем на человека, — усмехнулся он.

На долю секунды самообладание дало трещину. Она ничего не сказала. Лишь один удар сердца прозвучал непривычно отчётливо.

— Хватит, — отозвалась Эстелла и повернулась к Марселин. — Извини за него.

— Не нужно за меня извиняться.

— Похоже, что нужно. — Эстелла коротко взглянула на Оскара. — Или ты сам это сделаешь?

— Не собираюсь.

— Всё нормально, — сказала Марселин.

В пути они несколько раз останавливались: то у придорожных трактиров, то у небольших закусочных. Каждый раз садились за один стол. Если не хватало мест — сдвигали соседние. Со стороны они выглядели… дружными. Иногда вспоминали прошлые вылазки, спорили о деталях, перебрасывались короткими шутками. Почти ни одну тему Марселин не могла поддержать, но Астер время от времени задавал ей простые вопросы, ненавязчиво вовлекая в беседу. Благодаря ему девушка не чувствовала себя лишней.

В дороге Марселин смотрела по сторонам. Поля, леса, редкие дома, дым из труб, прохожие — всё притягивало её взгляд. Особенно обычные люди без военной формы и оружия. Она смотрела дольше, чем когда-либо позволяла себе раньше. И никто не требовал отвернуться.

Ближе к полуночи машина остановилась. Оскар первым выбрался наружу, потянулся и перебросился парой слов с Астером. Эстелла пересела назад, устроившись рядом с Марселин. Астер занял место за рулём.

Ночью уснуть не удалось. Стоило машине качнуться — глаза открывались. Любой новый звук заставлял насторожиться в ожидании приказа. Но приказов не было. Чем дальше они отдалялись от Форта Нолла, тем спокойнее становилось на душе. Ближе к рассвету после очередной кочки машину снова тряхнуло.

— Ты водишь просто отвратительно, — бросил Оскар. — Даже задремать не получилось.

— Дорога такая, — коротко сказал Астер.

— Нет. Это ты такой, — произнёс Оскар, усмехнувшись. — Веди нормально, пернатый. Машину угробишь.

Астер на мгновение сжал руль сильнее.

— Следи за словами. У меня нет перьев.

— Как и навыков вождения, — отрезал Оскар. — Хотя чему удивляться. Крыльями рулить неудобно.

Машина резко остановилась. Девушки переглянулись. Астер убрал ногу с педали, не оборачиваясь.

— Принцесса, выходи. Дальше мы полетим.

Марселин на мгновение помедлила, затем вышла из машины. Если выбирать между тем, кто при любом удобном случае наставляет на неё оружие и провоцирует, и тем, кто вынес её за пределы военной базы, то сомнений не оставалось.

Астер подошёл ближе, перехватил её за талию, притянул к себе и поднял. Марселин невольно напряглась. В следующую секунду земля стремительно ушла вниз. Пальцы инстинктивно сжались, цепляясь за ткань его одежды.

Вскоре над горизонтом показалось солнце. С высоты рассвет выглядел иначе: простор вокруг казался бесконечным. Чем дольше они летели, тем сильнее Марселин ощущала странную, непривычную лёгкость и на мгновение её губы тронула едва заметная улыбка. Спустя некоторое время Астер нарушил тишину:

— Эсторн.

Марселин опустила взгляд. Внизу показались извилистые улицы. До неё доносился приглушённый, живой шум города — беспорядочный, совсем не похожий на чёткий ритм военной базы. Машина, на которой они ехали, и несколько других уже въезжали в Эсторн. Они же продолжали лететь дальше. Чем ближе к окраине, тем проще становилось вокруг: дома ниже, улицы тише, людей меньше. Плавно снижаясь, Астер мягко коснулся земли и осторожно поставил Марселин на ноги. Она подняла взгляд на трёхэтажное здание. Архив. По крайней мере, именно таким оно и казалось: ничем не примечательное, слегка обветшалое строение с пыльными окнами и старой вывеской. Никакой охраны. Никаких признаков того, что за этими стенами скрывается нечто большее.

— Это здесь? — уточнила она.

— Да.

Позади послышался шум моторов. Рядом одна за другой остановились несколько машин. Пассажиры быстро выбирались наружу, собираясь возле входа. Бастиан коротко оглядел присутствующих.

— Отдохните несколько часов. Затем соберёмся в столовой на обед, — сказал он спокойно и обернулся к Эстелле: — Найди для Марселин комнату.

— Хорошо, — отозвалась она и повела девушку за собой.

Первый этаж действительно оказался архивом. Вдоль стен тянулись стеллажи с папками, рядом стояли каталоги, на столах лежали бумаги и разложенные записи. На первый взгляд здесь не было ничего необычного — вполне можно было поверить, что кто-то каждый день приходит сюда работать. Но чем дольше Марселин осматривалась, тем сильнее ощущалась странная неестественность: часть вещей выглядела настоящей, часть — слишком аккуратно расставленной, словно выставленной напоказ. Эстелла уверенно шла вперёд, не замедляя шага. Они поднялись по лестнице и пространство изменилось. Второй этаж не имел ничего общего с архивом. Вдоль коридора тянулись приоткрытые двери, за которыми виднелись тренировочные залы. В одну из комнат кто-то вошёл, распахнув дверь чуть шире. На короткое мгновение Марселин успела увидеть оружие: винтовки, пистолеты, револьверы и клинки. Часть была закреплена на стенах, часть аккуратно разложена на столах. Они прошли дальше и поднялись выше. Третий этаж оказался заметно тише. Вдоль коридора тянулись жилые комнаты.

— Сюда.

Марселин остановилась на пороге и бегло осмотрела небольшую комнату: кровать у стены, маленькая тумба, стол, окно, зеркало. Всё необходимое — и ничего больше.

— Дверь закрывается изнутри щелчком, снаружи — ключом, — сказала Эстелла и подошла к тумбе у кровати. Открыв ящик, достала ключ и протянула его Марселин. — В конце коридора — душ. Там есть всё необходимое. Я принесу тебе что-нибудь из своей одежды. Потом поспи, если получится.

— Спасибо, — кивнула Марселин, принимая ключ.

Эстелла развернулась и ушла. Девушка сделала шаг внутрь и закрыла дверь. Остановилась, не сразу поверив, что можно просто остаться. Будто это всё было сном, который в любой момент могут прервать, сказав, что это место не для неё. Но дверь оставалась закрытой. И впервые это не означало, что её заперли.

Марселин медленно выдохнула. Взгляд скользнул к кровати, на которой лежало аккуратно сложенное постельное бельё. Несколько секунд девушка просто смотрела на него, затем взяла простыню, осторожно расправила ткань и попыталась заправить края — вышло неровно. Она поправила их, но стало только хуже. Марселин никогда раньше этого не делала, лишь видела, как служанка быстро и уверенно застилает постель. Она потянула край чуть сильнее, чем следовало, и простыня снова перекосилась.

Не идеально. Но для первого раза сойдёт.

Она вышла в коридор. В самом конце находилась нужная дверь. За ней помещение делилось на две части: мужскую и женскую. Свернув направо, она увидела несколько кабинок. У стены стоял стол с аккуратно сложенными полотенцами и одеждой. Сверху — записка: «Для Марселин».

Как повседневная одежда может занимать так мало места?

Марселин быстро привела себя в порядок и переоделась. Платье оказалось удивительно удобным, по ощущениям больше напоминая одежду для сна. Вернувшись в комнату, девушка легла. Усталость быстро взяла своё, и через несколько минут она уже спала.

Послышался стук в дверь.

— Принцесса? Спишь?

Мгновенно открыв глаза, она стремительно поднялась и подошла к двери. Открыла.

— Ой, я тебя разбудил? — спросил Астер.

— Да, но хорошо, что разбудил, — ответила она, поправляя волосы. — Я бы сама вовремя не проснулась. У меня нет часов.

— Тогда я тебе позже их принесу.

Марселин уже собиралась отказаться, но часы были необходимы.

— Ладно, — сказала она после короткой паузы. — Спасибо.

— Пойдём. Все уже собираются.

Спустившись на первый этаж, они прошли в просторную столовую. В центре стояли несколько длинных столов, сдвинутых вместе. Заняв свободные места, Марселин быстро огляделась. Среди собравшихся заметила несколько знакомых лиц и пару десятков новых. Через несколько минут Бастиан поднялся на небольшое возвышение у стены. Разговоры постепенно стихли.

— Наша вылазка прошла успешно, — объявил он. — Каждый будет вознаграждён в соответствии со своим вкладом. В конце вечера вы получите свою долю.

Зал оживился. Прокатилась волна одобрительного шума, несколько голосов негромко откликнулись, стукнули кружки о столы.

— Отдельная благодарность нашей новой знакомой. Марселин.

Взгляды устремились к ней. Кто-то одобрительно кивнул, несколько человек негромко захлопали. Марселин не привыкла к тому, что на неё смотрят без неприязни и осуждения. Сердце забилось быстрее. Она чуть кивнула и после короткой паузы едва заметно улыбнулась. Разговоры за столами постепенно возобновились. Все принялись за еду. Эстелла, сидевшая напротив, улыбнулась.

— Наконец-то ещё одна девушка в команде.

— Она не в команде, — категорично обозначил Астер.

Марселин мельком взглянула на него, не поняв, как воспринимать его слова.

— Это ты не в команде. А она, может, и захочет, — произнесла Эстелла и обернулась к Марселин. — Захочешь?

— Зачем ей это? — бросил Астер.

— Я тоже не вижу её в нашей команде, — добавил Оскар. — Она нам не нужна.

— Не будь таким грубым, — отозвался Теодор.

Оскар лишь пожал плечами.

— Я просто говорю как есть.

— Мы ведь её ещё не знаем, — заметил Теодор и повернулся к Марселин. — Кстати, можешь называть меня Тео.

— Ладно, — произнесла она.

— Так давай узнаем её получше, — отозвался Оскар и пристально посмотрел на Марселин. — Чем ты можешь быть полезна?

У меня есть только базовое образование. И нет никаких выдающихся навыков.

— Я разбираюсь в артефактах, — сказала она.

— Для этого у нас есть Сайрус, — сразу ответил тот.

— Но ведь… — вмешалась Эстелла.

Оскар жестом указал ей остановиться. Сам продолжил:

— И, в отличие от тебя, он разбирается не только в них. А ты будешь обузой.

— Оскар, перестань, — сказал Тео. — Так гостей не принимают.

— Его комментарии справедливы, — отозвалась Марселин ровно. — Вряд ли я могу быть полезна.

— Хотя бы самооценка адекватная, — отметил Оскар. — Люблю, когда люди знают своё место.

— Замолчи, Оскар, — процедила Эстелла.

— Прости за него… — произнёс Тео, повернувшись к Марселин. — И… за тот случай.

Девушка кивнула, принимая извинения.

— Какой случай? — тут же переспросил Оскар.

— Мне тоже интересно, — вмешался Астер.

За расстёгнутое платье.

— Это не ваше дело, — отрезала Эстелла, даже не посмотрев на них, и обратилась к Марселин: — Давай завтра пройдёмся по рынку?

— И я пойду, — вмешался Астер.

— Нет. Только мы вдвоём, — спокойно ответила Эстелла, чуть наклонившись к Марселин. — Хочу тебе кое-что показать.

Марселин согласно кивнула. Вскоре разговор переключился на дела команды, к которым она не имела отношения. Спустя некоторое время девушка негромко спросила у Астера:

— Сайрус здесь?

Астер мельком осмотрел присутствующих.

— Похоже, нет, — ответил он. — Наверное, снова заперся у себя в кабинете. Углубился в очередное исследование.

Интересно, что Астер про него недоговорил в тот раз?

Поздний обед затянулся почти до ужина. Разговоры не стихали, продолжая течь в том же размеренном ритме. Эстелла оставалась дружелюбной. Тео сглаживал углы, вовремя переводя разговор или разряжая неловкие паузы. Астер вставлял замечания, иногда перебивал и, казалось, улыбался чаще остальных. Оскар оставался таким же настороженным и резким, время от времени бросая короткие фразы, будто проверял, кто и как на них отреагирует. Марселин почти не вмешивалась, предпочитая слушать и наблюдать. К вечеру людей в столовой стало на пару-тройку десятков больше.

Похоже, вернулись те, кто отвлекал на себя внимание.

Бастиан кивнул одному из людей, и тот прошёлся вдоль столов, раздавая небольшие плотные мешочки. Когда очередь дошла до Марселин, ей тоже протянули один. Он оказался неожиданно тяжёлым. Девушка на мгновение задержала его в руке, слегка сжав пальцы. Внутри глухо звякнули монеты, мягче шелестели купюры. Конечно, не сравнить с тем, что лежало в сейфе Морриса, но и эта сумма ощущалась внушительной. Как плата за реальную рискованную работу. Она коротко кивнула, убирая мешочек.

Постепенно люди начали расходиться. Столы уже раздвигали, превращая длинные ряды в небольшие столики. Марселин тоже поднялась и, попрощавшись со всеми, направилась к выходу. Астер последовал за ней. На третьем этаже он свернул к одной из комнат, зашёл внутрь и через несколько секунд вернулся с часами на цепочке и протянул их Марселин.

— Держи.

— Спасибо, — произнесла она, аккуратно принимая их.

Астер кивнул, пожелал спокойной ночи и скрылся за дверью своей комнаты. Марселин провела пальцами по холодному металлу, открыла крышку и завела механизм.

Несмотря на то что будильник Марселин поставила позже обычного, проснулась она, как всегда, раньше. До встречи с Эстеллой оставалось чуть больше часа. Она поднялась, привела себя в порядок и через несколько минут вышла на задний двор. Тот оказался больше, чем она ожидала. На открытом, почти пустом пространстве стояли лишь деревянные мишени и несколько скамеек. Марселин заняла одну из них.

Не иметь чёткого расписания на весь день… странно.

Мысль не успела развиться. Перед ней почти бесшумно приземлился Астер, вылетевший из окна своей комнаты. Она едва заметно вздрогнула, но лицо осталось спокойным.

— Доброе утро, принцесса.

— Доброе утро.

— Ты не слишком удивилась моему эффектному появлению, — с лёгким разочарованием заметил он.

— Если бы я умела летать, тоже не стала бы пользоваться дверьми.

Он усмехнулся.

— Рано просыпаешься.

— Привычка, — отметила Марселин и чуть помедлила, не зная, уместно ли задавать такой вопрос, но всё же решилась: — Астер… ты не часть их команды?

Он на секунду отвёл взгляд, словно подбирая слова.

— Нет. Я просто иногда им помогаю, когда наши интересы совпадают, — ответил он и посмотрел на неё внимательнее. — Ты знаешь, кто они?

Бандиты?

— Нет.

— Повстанцы, — заявил Астер. — И лучше тебе в это не ввязываться.

Марселин кивнула, соглашаясь. Тихо выдохнула, на мгновение замешкавшись перед тем, как заговорить.

— Астер… спасибо, что помог мне выбраться, — негромко произнесла она. — Как мне тебя отблагодарить?

Он задержал на ней взгляд, оценивая серьёзность сказанного.

— Ты мне ничего не должна. Этой благодарности достаточно.

Возникла короткая, чуть неловкая пауза, будто разговор уже исчерпал себя. Спустя несколько секунд она добавила:

— И… не называй меня так.

Астер наклонил голову:

— Принцесса?

— Я не принцесса.

Он посмотрел на неё с нарочито серьёзным видом, в котором почти сразу проступила тень улыбки:

— Но тебе подходит это прозвище. Совсем не нравится?

— Дело не в этом, просто…

Он не дал ей договорить.

— Я передумал. Одной благодарности недостаточно. Позволь мне называть тебя Принцессой.

Марселин едва заметно качнула головой, отвернувшись.

— Ладно, — сказала она наконец. — Но только тебе можно.

— Остальным не позволю, — усмехнулся он. — Пойдём позавтракаем. Если идти за покупками голодным, потратишь больше денег, чем нужно.

Когда они вошли в столовую, в воздухе уже стоял тёплый запах свежей выпечки и кофе. Девушка на секунду замедлилась. О жизни вне Форта Нолла она знала немного, но одно понимала точно: наёмный персонал вроде поваров и служанок — это роскошь. Такое могли позволить себе только зажиточные дома.

— Здесь есть повар? — спросила Марселин.

— Здесь есть человек, увлечённый кулинарией, — ответил Астер с лёгкой усмешкой. Зайдя на кухню, Астер кивнул в сторону человека у стола: — Это Стефан.

Мужчина обернулся. Среднего роста, крепкий, с закатанными до локтей рукавами и чуть усталым видом человека, который половину дня проводит у плиты.

— Марселин, — представил её Астер.

— Наслышан о тебе. Рад знакомству, — сказал Стефан, протягивая руку.

Она на мгновение замешкалась — этот жест всё ещё был для неё непривычным. Затем осторожно сжала его ладонь.

— Стефан отлично готовит блюда разных стран, — продолжил Астер, проходя мимо плиты и заглядывая в кастрюлю. — А ему за это почти не платят.

— Ненормально, — согласился тот, не отвлекаясь от готовки. — Верно?

— Безобразие, — кивнул Астер. — Надо надавить на Бастиана.

— Давно пора, — добавил Стефан.

— Слышала? Человек страдает. Здесь все работают за еду.

Дверь приоткрылась, и послышался знакомый голос:

— Но теперь-то мы озолотились.

Марселин на секунду прикрыла глаза.

Только не он…

Оскар прошёл внутрь так, будто кухня принадлежала ему по праву.

— Благодаря Принцессе, — добавил Астер.

— И без неё бы справились, — отозвался Оскар.

Астер повернул голову в его сторону:

— Или нет.

Повисла короткая, но ощутимая пауза. Стефан разлил кофе и придвинул к ним тарелки с кусками ягодного пирога. На секунду задержался, оценивающе оглядел всех троих, и спокойно, но безапелляционно кивнул в сторону двери:

— Есть будете в столовой. Здесь я работаю.

Астер усмехнулся, взяв предложенный завтрак. Марселин последовала его примеру. Они вышли из кухни и заняли столик у окна. Девушка сделала глоток кофе, опустила чашку и лишь после этого произнесла:

— Я видела мишени во дворе. Могу ли там потренироваться?

Астер уже открыл рот, но не успел ответить.

— Чему ты собралась тренироваться? — вмешался Оскар, сев напротив. — Стрелять? Метать ножи?

— Да. И тому, и другому, — ответила она спустя несколько секунд.

Оскар чуть приподнял бровь:

— Ты хотя бы держала оружие в руках?

Клинок, который не удалось достать из ножен, учитывается?

— Ещё нет, — ответила девушка.

Он усмехнулся — не зло, но с явной долей скепсиса.

— Перед ужином покажу, как метать ножи, — сказал Оскар. — Попадёшь в центр — признаю, что ты не бесполезна.

Она уже собиралась согласиться, но Астер вмешался:

— Неравноценно, — заметил он, взглянув на неё. — Принцесса, ставь свои условия.

Марселин ненадолго задумалась.

— Если попаду в цель — научишь стрелять.

Оскар приподнял бровь.

— Ладно. Договорились.

Она доела, почти не чувствуя вкуса. Мысли уже были заняты предстоящим вечером. Вскоре к их столу подошла Эстелла.

— Если ты готова — пойдём.

— Ты не голодна? — уточнила Марселин.

Эстелла чуть улыбнулась:

— Я изголодалась по покупкам.

Глава 3. Право выбора

Они неспешно шли вдоль торговых рядов. Лавки тянулись одна за другой: ткани, посуда, украшения, простые бытовые мелочи. Поначалу Марселин лишь бегло скользила глазами по витринам. Всё вокруг вызывало интерес — слишком многое она видела впервые. Но всякий раз останавливала себя, не позволяя вниманию задерживаться дольше необходимого. Привычка держать себя в рамках брала верх над любопытством. Спустя какое-то время её внимание привлекла одна особенность. Девушка ещё раз огляделась, переводя взгляд на улицу — на повозки, лошадей и редкие кареты.

— А где машины? — уточнила Марселин.

Эстелла на секунду замялась, будто вопрос был неожиданным.

— Здесь их почти нет. Город… не самый богатый. Мало кто может позволить себе автомобиль, — ответила та чуть неловко, тут же спросив: — Тебе ведь нужна одежда?

— Да.

— Ты, скорее всего, привыкла к изысканным тканям, — добавила она. — Здесь с этим не так просто, но… Есть одно хорошее ателье.

— Это вовсе не обязательно, — заметила Марселин.

— Да? — переспросила она. — Ладно. Тогда давай зайдём в обычные магазины.

Они свернули в первую же лавку. Внутри почти всё пространство занимали объёмные, многослойные платья. Именно такие Марселин носила раньше. Девушка остановилась, быстро осматривая ряды, затем обернулась к Эстелле:

— Что мне взять?

Та пожала плечами:

— То, в чём тебе будет удобно, — Эстелла быстро оценила платья и добавила тише: — Хотя… это не похоже на то, в чём вообще бывает удобно.

Марселин снова взглянула на одежду.

Эти платья — сплошное мучение.

— Мы можем уйти? — негромко спросила Марселин.

— Конечно.

Во второй лавке всё оказалось иначе. Вместо объёмных юбок — прилегающий крой и мягкие ткани. К ним подошла женщина. По уверенности в движениях скорее хозяйка, чем обычная продавщица.

— Могу чем-то помочь?

Марселин застыла. Выбор одежды никогда не был её решением. Она невольно посмотрела на Эстеллу. Та уловила немую просьбу.

— Моей подруге нужно что-то… красивое и удобное, — пояснила она. — На каждый день.

Подруге?

Женщина кивнула и внимательно осмотрела Марселин.

— Для начала попробуем что-то простое.

Вскоре Марселин уже стояла за ширмой, примеряя лёгкую блузку и юбку с полупрозрачными вставками, которые при движении немного приоткрывали ноги. Девушка вышла и остановилась перед зеркалом. Взгляд на секунду задержался на ткани.

— А… разве можно, чтобы были видны ноги?

Эстелла и хозяйка почти одновременно улыбнулись.

— Конечно, — сказала Эстелла.

— Сейчас многое можно. Мода стала свободнее, — ответила женщина, прикладывая к Марселин корсет и ловкими движениями начала затягивать шнуровку. Девушка замерла, прислушиваясь к ощущениям. Корсет не сковывал движений, как прежде.

— В нём ещё нет косточек, — уточнила хозяйка. — Их нужно будет вставить.

— А можно без них? — спросила Марселин.

— Да… но с ними корсет лучше подчеркнёт талию.

— …Не надо, — тихо произнесла девушка.

— С такой фигурой ты можешь вообще не носить корсеты, — отметила Эстелла. — И этот наряд тебе идёт.

— Очень. Сидит прекрасно, — согласилась хозяйка, уже направляясь к стойке. — Подберём ещё что-нибудь.

Примерка затянулась. Один комплект сменял другой, а хозяйка уверенно подбирала всё новые варианты, будто безошибочно чувствуя, что подойдёт Марселин. Та выходила из-за ширмы, снова переодевалась и возвращалась. Однако её внимание то и дело ускользало к мужским костюмам. На них она задерживала взгляд заметно дольше, чем на остальных вещах. Хозяйка это заметила.

— Хочешь примерить брюки? — спросила она спокойно.

— Брюки? — переспросила Марселин. — Но… это ведь мужская одежда.

— Милая, почему ты так думаешь?

Марселин промолчала.

— Женщины давно носят брюки, — продолжила она, — большинство по-прежнему выбирает платья и юбки, но скорее по привычке, чем по необходимости. Ты можешь носить всё, что тебе нравится.

Именно это ей сейчас и нужно было услышать. Девушка опустила глаза, а мгновение спустя снова посмотрела на мужские костюмы.

— Хочу примерить брюки.

— На витрине у меня в основном мужские модели, но в мастерской есть и женские. Пойдёмте со мной.

Она отодвинула занавес и провела их вглубь мастерской. На столах ровными стопками лежали отрезы ткани, у стены стояли швейные машины, а на перекладинах висела почти готовая одежда. Хозяйка уверенно прошла вдоль ряда, выбрала несколько костюмов и Марселин снова скрылась за ширмой. В брюках было непривычно. И всё же… удобно.

Девушка остановилась на нескольких брючных костюмах и нескольких нарядах с юбкой и корсетом. Выбор оказался неожиданно разным. Она ещё не была готова окончательно отказаться от привычной, более женственной одежды, но уже не ограничивала себя только ею.

Покинув магазин, Марселин поудобнее перехватила свёртки, аккуратно перевязанные лентами. Затем, немного помедлив, повернулась к Эстелле.

— В магазине ты назвала меня подругой.

Эстелла растерянно моргнула.

— Я… да. Поторопилась. Понимаю, что за один день подругами не становятся. Просто… слово само вырвалось. У нас в команде нет девушек моего возраста, — она неловко улыбнулась. — Да и выросли мы, очевидно, совсем в разных условиях. Наверное… это всё от переизбытка эмоций. — Эстелла неловко посмотрела на Марселин, на секунду замешкавшись, но всё же спросила: — Думаешь… мы могли бы подружиться?

Марселин встретилась с ней взглядом.

— Да, — ровно отозвалась она.

Эстелла на миг застыла, затем её лицо озарила тихая радость.

— Кстати… Астер обмолвился, что ты любишь артефакты. У нас здесь есть один магазинчик. Думаю, тебе он может понравиться.

Свернув с основной улицы, они углубились в более тихую часть торгового квартала. Лавок здесь было меньше, а шум остался где-то позади. Над тёмной дверью висела небольшая, почти неприметная вывеска. Внутри Марселин ждало совсем не то, чего она ожидала. Вместо древностей и покрытых временем артефактов на полках стояли вполне утилитарные вещи. Она замедлила шаг, внимательно осматриваясь. Рядом со многими предметами располагались небольшие подписи, поясняющие их назначение. На столе у входа лежали компактные фены — гладкие, бесшумные, с едва заметным мерцанием внутри. Рядом — утюги, не требовавшие нагрева, и небольшие зеркала с мягкой подсветкой. Дальше располагались обувь, сохраняющая тепло, лампы с регулируемой яркостью без горючего и плащи, не промокающие под дождём.

Марселин медленно прошлась вдоль полок. Чувства были противоречивыми. Эти предметы восхищали её удобством и практичностью, но для неё артефакты всегда были чем-то большим. Они несли в себе историю и особую ценность.

— Сайрус недолюбливает это место, — негромко сказала Эстелла, чуть склонившись к ней. — Говорит, что такие вещи обесценивают саму идею артефактов. Но я давно хотела сюда заглянуть.

К ним подошёл хозяин лавки. Быстро оценил свёртки в руках Марселин.

— У вас, как я погляжу, немало одежды. У меня найдётся, что предложить, — произнёс он и жестом пригласил их к стойке с сумками. — Смотрите.

Он поднял небольшую аккуратную сумку.

— Эта уменьшает вес всего, что находится внутри.

Следом взял другую, чуть крупнее.

— А эта внутри гораздо вместительнее, чем выглядит. Поместится примерно в три раза больше.

Он отложил её и потянулся к следующей — заметно больше предыдущей.

— А это… безразмерная. Внутри — куда больше пространства, чем снаружи. Можно положить сколько угодно вещей…

Он сделал короткую паузу, наблюдая за реакцией: Эстелла выглядела заинтересованной, лицо Марселин оставалось спокойным.

— Но есть ограничение, — уточнил он, проводя рукой по краю. — Всё, что вы кладёте, должно пройти через это отверстие. Кровать, к примеру, унести не выйдет, зато небольшие предметы — без труда.

Продавец покосился на свёртки с одеждой.

— Например, всё, что у вас сейчас в руках. Одеяла, обувь, даже небольшой сундук, если он пройдёт через отверстие, — он ненадолго задумался. — Да хоть запас вещей на несколько недель. Внутри места более чем достаточно. К тому же сумка не промокает.

Марселин чуть наклонила голову.

— А вес?

Хозяин кивнул, будто ждал этого вопроса:

— Вес уменьшается примерно вдвое. Всё, что окажется внутри, станет легче.

Эстелла слегка нахмурилась.

— Но предел всё равно есть. Если перегрузить, её просто не унесёшь.

Хозяин тут же подхватил:

— Зато всё, что вы обычно носите с собой, перестанет быть проблемой. Никакой тяжести и лишней нагрузки. Для дороги — незаменимая вещь.

— И сколько это стоит? — спросила Эстелла, разглядывая сумку.

Хозяин ответил сразу, почти нарочито спокойно:

— Три золотых.

— То есть… тридцать серебряных?! — возмутилась Эстелла. — Да это же грабёж.

Марселин на секунду задержала на ней внимание.

Забавно слышать это от неё после того, как они опустошили хранилище Нолла.

— Пойдём отсюда, — бросила Эстелла, направляясь к выходу.

Хозяин всполошился:

— Подождите. Ладно, я уступлю. Продам всего за двадцать семь серебряных.

Эстелла уже взялась за ручку двери.

— Эта сумка — самый дорогой товар у меня, — поспешно добавил он. — Всё остальное гораздо доступнее.

Марселин чуть помедлила у выхода, зацепившись глазами за один из фенов.

— Сколько это стоит?

Хозяин проследил за её взглядом:

— Семь серебряных. Полностью бесшумный. И не перегревает волосы.

Эстелла всё же повернула ручку и начала открывать дверь.

— Шесть! — поспешно бросил он. — Шесть серебряных за фен.

Марселин приостановилась, затем подошла к столу и осторожно взяла фен в руки. Тот оказался удивительно лёгким. Эстелла вернулась, встала рядом и посмотрела на хозяина.

— Не нужно играть с нами, — заявила она. — Сразу говори настоящую цену.

— Пять, — выдохнул он. — Пять серебряных.

— А за сумку сколько? — спросила Эстелла.

— Двадцать четыре серебряных.

— Всё равно много, — заметила она.

— Сделать её было непросто. — Он развёл руками. — Это справедливая цена.

Марселин тем временем взяла ту самую сумку. Тёмная, из плотной ткани, с короткими ручками и длинным кожаным ремнём через плечо. Заглянула внутрь.

— А как доставать вещи, если их там много? — поинтересовалась она.

— Просто подумайте о том, что вам нужно. И с лёгкостью вытащите необходимую вещь, — уточнил он и наклонился чуть ближе: — А за доплату в один серебряный я могу настроить её так, что доступ к содержимому будет только у владельца.

Марселин слегка кивнула.

— Берёте? — спросил он.

— Да.

— Настроить её под вас?

— Да.

— Дайте руку.

Марселин насторожилась, затем всё же протянула ладонь. Его пальцы сомкнулись на её запястье, почти не оказывая давления. По коже разлилось едва ощутимое тепло, а следом вспыхнуло слабое свечение, которое исчезло так же быстро, как появилось. Девушка не отводила глаз. Впервые в жизни она видела нечто подобное. Внутри отозвалось почти детское удивление, но мгновение спустя оно растворилось, уступив место привычному самообладанию.

— Готово, — произнёс хозяин лавки, отпуская её руку. — Фен тоже берёте?

— Да.

Он жестом пригласил её к прилавку. Марселин подошла и выложила монеты. Быстро пересчитав их, хозяин придвинул к ней покупки. Эстелла тем временем неторопливо переходила от одной полки к другой, с любопытством рассматривая выставленные товары, пока наконец не задержалась у одного из стеллажей.

— Сколько за сухой шампунь?

— Тридцать две медные монеты, — отозвался он.

Эстелла медленно, с явным осуждением покивала, но флакон взяла. Рядом Марселин уже складывала свёртки в сумку. Они один за другим исчезали внутри без малейшего сопротивления, словно пространство под тканью не имело привычных границ.

— Осмотритесь, — посоветовал продавец. — Может, вас ещё что-то заинтересует.

Марселин кивнула и неторопливо огляделась. Среди множества вещей её внимание привлекла аккуратно выставленная обувь. Она подошла ближе, рассматривая разные модели.

— Какие у них свойства?

— Почти любые, — оживился он. — Есть с подогревом — держат тепло даже в сильный мороз. Есть водонепроницаемые — можно идти по воде или грязи, и они всё равно останутся сухими. Какие-то облегчают шаг, и ноги устают гораздо меньше. Другие почти не изнашиваются. Есть бесшумные...

— Бесшумные? — перебила Марселин.

— Да. Шаги почти не слышны — ни на камне, ни на дереве. Подошва гасит звук, даже при беге, — пояснил он. — Вам какие нравятся? Выбирайте пару — подгоню под ваш размер и нужные свойства.

— Сколько? — вмешалась Эстелла.

— Один зол… — он встретил подозрительный взгляд Эстеллы, кашлянул. — Восемь серебряных за пару с одним свойством. За каждое дополнительное — доплата в один серебряный.

— Можно сделать так, чтобы температура в обуви всегда была равна температуре тела? Ни выше, ни ниже, — спросила Марселин. — Чтобы в тёплой обуви можно было ходить даже летом… и наоборот.

— Да, — подтвердил он. — Могу сделать так, чтобы обувь держала комфортную температуру. Ни перегрева, ни холода.

— Отличная идея, — оживилась Эстелла. — Я тоже хочу такие.

С этими словами она сразу направилась к полкам и принялась выбирать себе туфли. Марселин на тот момент уже определилась, и указала на несколько пар.

— Всем задать поддержание температуры? — уточнил хозяин лавки.

— И бесшумность, — добавила девушка.

— Будет сделано, — отозвался он и обернулся к Эстелле: — А вам?

— С поддержанием температуры.

— Бесшумность?

Эстелла усмехнулась:

— Нет. Я хочу, чтобы меня замечали заранее.

Хозяин принялся за работу. Несколько коротких касаний — и выбранная обувь была готова. Марселин поочерёдно примерила все выбранные пары и, убедившись, что всё подходит, сложила обувь в сумку.

Выйдя из лавки, Эстелла окинула улицу взглядом и уверенно произнесла:

— Пора пообедать.

Неподалёку оказалось небольшое кафе. Внутри было тихо, пахло горячей едой и свежим хлебом. За запечённую рыбу с гарниром Марселин заплатила всего семь медных. Лишь тогда девушка осознала, сколько денег успела потратить за этот день. Однако она почти сразу отогнала эту мысль.

— Эстелла?

— Да?

— Я обратила внимание, что вы между собой общаетесь очень свободно, будто статус и возраст не имеют значения.

— Пожалуй, так и есть, — ответила она. — Мы непредвзяты. Отсутствие опыта или положения не означает отсутствия ума. Но… мы в этом, скорее, исключение из правил.

Девушка кивнула, запоминая её слова.

— Ты умеешь метать ножи? — спросила Марселин.

Та чуть удивилась.

— Нет. Я обычно сижу у входа в архив. Создаю видимость обычного учреждения, — ответила она, пожав плечами. — Немного умею драться. И… немного стрелять. Хотя стреляю я, честно говоря, плохо. А почему спрашиваешь?

Марселин коротко рассказала, что произошло утром. Эстелла нахмурилась, выслушав её.

— Плохо. Оскар наверняка ещё и своих дружков притащит. Посмотреть. — Эстелла осеклась. По выражению её лица было ясно: она уже пожалела о сказанном. — Но ты не волнуйся, — спешно произнесла она. — Я уверена, у тебя всё получится.

В её голосе не хватило главного — веры в собственные слова. Марселин на секунду опустила глаза, но тут же восстановила самообладание. Не выдержав повисшей паузы, Эстелла торопливо добавила:

— Давай в библиотеку пойдём. Хочу там несколько книг купить.

— Купить?

— Да, — кивнула Эстелла. — Платишь полную цену, читаешь и возвращаешь. Если книга останется в хорошем состоянии, часть денег тебе вернут.

По дороге к библиотеке они неторопливо шли вдоль торговой улицы. В какой-то момент Марселин заметила небольшую лавку, на витрине которой были аккуратно разложены маски, ремни, шарфы и очки от пыли. Возле прилавка мужчина в простой тёмной маске на пол-лица, слегка наклонившись к зеркалу, примерял новую пару очков. Марселин невольно замедлила шаг.

— Хочешь здесь что-то взять? — спросила Эстелла.

— Люди носят маски? — поинтересовалась Марселин. — Зачем?

— По разным причинам. Кто-то работает в пыли, кто-то — с едкими запахами. Со временем многие просто привыкают. Носят маску почти постоянно и снимают только при необходимости, — ответила она, пожав плечами. — Для всех остальных это давно стало обычным делом.

— Что вас интересует? — спросил продавец, стоявший за прилавком.

Марселин указала на одну из масок. Тот молча подал её. Надев маску, она сразу отметила, насколько мягким оказался материал. Эластичная ткань плотно прилегала к коже, не мешая дыханию. Девушка задержалась на своём отражении. Маска скрывала нижнюю часть лица, и узнать её теперь было куда сложнее. Это простое изменение неожиданно принесло почти непривычное чувство защищённости. И вместе с этим словно исчезала необходимость так тщательно скрывать свои эмоции. Расплатившись, Марселин так и не сняла маску. Через несколько минут они уже переступали порог библиотеки. Едва оказавшись внутри, Эстелла мягко потянула её вглубь зала.

— Недавно вышел новый роман, — сказала она, протягивая девушке книгу.

Марселин пролистала несколько страниц. На одной задержалась — и в следующее мгновение резко захлопнула книгу. Лицо оставалось таким же спокойным, лишь пальцы крепче сжали обложку. Эстелла с любопытством склонила голову.

— Лицо ты спрятала… — с улыбкой заметила она. — Но я вижу, что уши у тебя покраснели.

Не реагируй. Нельзя позволить другим думать, что это может выбить тебя из колеи.

— Просто не читала такого, — произнесла Марселин ровно.

— А хочешь?

Хочу?

Мысль прозвучала непривычно.

— Это не имеет значения.

— Имеет. Теперь ты можешь выбирать.

Марселин отвела взгляд, но в следующий миг снова посмотрела на Эстеллу. Та приняла её молчание за согласие.

— Если ты такого не читала, я знаю, что тебе порекомендовать.

Эстелла прошлась вдоль полок, останавливаясь то у одного стеллажа, то у другого. Вытянула одну книгу, затем ещё одну… и ещё. Вернувшись, передала их Марселин.

— Это лучшие романы из всех, что я читала.

Они ещё ненадолго задержались в библиотеке, неторопливо проходя вдоль стеллажей. В какой-то момент внимание Марселин привлёк стенд с каталогами по артефактам. Пальцы скользнули вдоль корешков, но ни на одном не остановились — все их она уже знала почти наизусть: и содержание, и порядок глав, и даже отдельные формулировки.

У стойки библиотекарь напомнил об условиях.

— Возврат возможен в течение двух недель. Приносите в хорошем состоянии. Без пометок и заломов.

По дороге обратно они заглянули ещё в несколько лавок, купив блокнот, гигиенические принадлежности, пудру для волос, часы и прочие мелочи. Когда девушки подошли к базе, у входа их уже ждал Оскар.

— Через полчаса на заднем дворе. Не опаздывай, — бросил он и, не дожидаясь ответа, ушёл.

Глава 4. Основы

Кроме Астера, Тео и Эстеллы, во дворе были Оскар и двое его друзей. Марселин стояла на тренировочной площадке в удобной одежде, с собранными волосами и маской на лице.

— Показываю один раз, — произнёс Оскар, кивнув в сторону мишени. В следующее мгновение нож уже сорвался с его руки. Марселин едва успела уловить движение — лезвие с глухим звуком вошло точно в центр мишени. Оскар спокойно подошёл, вытащил нож и протянул его девушке. — У тебя три попытки.

Девушка задержала нож в руке, привыкая к его весу. Затем шагнула вперёд, заняв то же место, откуда бросал Оскар. Коротко вдохнув, метнула. Попадание оказалось неудачным: лезвие вошло лишь в край мишени — в двойку.

Во дворе повисла тишина. Кто-то из людей Оскара хмыкнул, кто-то усмехнулся. Астер едва заметно приподнял бровь, не сводя глаз с мишени. Тео коротко взглянул на Марселин, просто отмечая результат. Эстелла тихо выдохнула. Оскар не отреагировал вовсе.

Вытащив нож, она вернулась на место и ненадолго замерла. Затем последовал бросок. Лезвие ударилось в противоположный край мишени, вошло в дерево, но не удержалось и с глухим стуком соскользнуло вниз. Один из приятелей Оскара фыркнул, другой уже не скрывал усмешки. Эстелла едва заметно напряглась. Астер прищурился, наблюдая внимательнее, чем прежде, а Тео лишь взглянул на упавший нож.

— Последняя попытка, — обозначил Оскар.

Внешне девушка ничем не выдавала волнения, хотя внутри всё уже сбилось с привычного ритма. Сердце отдавалось в висках, а пальцы сами собой сильнее стиснули рукоять.

Как это исправить?

Перед третьим броском она задержалась дольше обычного. Взгляд скользнул с лезвия на мишень и обратно, а пальцы едва заметно сместились на рукояти, словно Марселин всё ещё искала правильный хват. Глубоко вдохнув, она метнула нож. Сначала тот сорвался с руки неровно, с явным отклонением, но на середине полёта вдруг выровнялся, будто что-то незримое перехватило его движение. Нож едва заметно ускорился и уже по идеально прямой траектории вонзился в самый центр мишени. На несколько секунд повисла натянутая тишина.

— …Что это сейчас было? — наконец произнёс кто-то из людей Оскара.

— Ты что творишь?! Думаешь, мы не заметили? Или решила показать трюк? — Оскар рванулся вперёд так резко, что Марселин инстинктивно отступила на полшага. Он мгновенно сократил дистанцию. Рука уже поднялась…

— Что ты собирался сделать? — спросил Тео, перехватывая его руку.

Оскар дёрнулся, но не вырвался.

— Проучить. За дураков нас держит.

— Я вовсе не…

— Замолчи! — рявкнул он, не дав Марселин договорить. — Сначала притворяешься, что ничего не умеешь, а теперь это? Телекинез? Почему скрыла, когда я спрашивал?!

— Почему ты решил, что она вообще должна тебе что-то рассказывать? — вмешался Астер.

Раздался голос:

— Назвать пространственную магию телекинезом… какое невежество.

Все обернулись. У входа, облокотившись о стену, стоял мужчина. Чёрные волосы, тронутые сединой, были собраны в хвост, лишь несколько прядей спадали по обе стороны лба. Под глазами залегли тонкие тёмные линии, будто от постоянной усталости.

— Сайрус. Ты как раз вовремя. — Астер мягко направил мужчину вперёд, подводя к Марселин. — Знакомься, это твоя новая ученица. Марселин.

Мужчина задержал на ней пристальный взгляд.

— Какие у тебя стихии?

Она на мгновение замялась.

— Стихии?

Сайрус едва заметно выдохнул, не скрывая разочарования. Не проронив больше ни слова, он двинулся к зданию архива и вскоре скрылся за дверью. Астер перевёл внимание на Марселин, затем на Оскара.

— Спор она выиграла. Теперь ты должен научить её стрелять, — заявил он, приподняв бровь. — Если Принцесса всё ещё этого хочет, конечно.

Оскар скривился:

— Она жульничала.

— Вы не оговаривали таких деталей, — с ухмылкой заметил Астер. — Победа есть победа.

— Я не собираюсь с ней возиться, — бросил Оскар и, резко развернувшись, стремительно направился прочь. Его приятели переглянулись и двинулись следом.

— Сложный человек, — сказал Тео, глядя ему вслед.

Марселин впервые оказалась в ситуации, где за неё заступились. Она не понимала, что должна чувствовать в этот момент.

— Спасибо, — тихо произнесла она и, коротко кивнув, ушла. По дороге в комнату мысли сменяли одна другую. Марселин перебирала возможные варианты, пытаясь понять, что делать дальше. Когда она решилась покинуть Форт, её внимание было сосредоточено лишь на побеге. Всё остальное тогда не имело значения.

Я оказалась здесь по счастливой случайности. Но имею ли я право оставаться?

Девушка опустилась на край кровати, пытаясь выровнять дыхание. Вскоре в дверь постучали. Марселин открыла.

— Не занята? Я зайду? — уточнил Астер и, не дожидаясь ответа, прошёл мимо неё в комнату.

Марселин замерла, проводив его глазами.

Так ведь не принято. Если это увидят, наверняка сделают неверные выводы.

Она прикрыла дверь, не закрывая до конца.

— Так нас услышат, — сказал Астер, закрыл дверь и обернулся к Марселин. — Не расстраивайся из-за Оскара. Он ко всем предвзято относится.

Ответить она не успела — в дверь постучали. Они переглянулись и девушка открыла. На пороге стоял Бастиан. Собранный и невозмутимый, он быстро оценил обстановку, задержавшись сначала на Марселин, а затем на Астере.

— Можно войти?

Девушка не сразу отступила, но всё же позволила.

— Сайрус будет тебя обучать. Хочешь?

Она медленно кивнула.

— Ты с ним поговорил? — спросил Астер.

— Ещё нет, — ответил Бастиан и обернулся к Марселин: — Оскара можешь не опасаться. Он тебе не навредит. Стефан уже заканчивает. Скоро ужин.

С этими словами Бастиан вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Нескольких минут разговора с Бастианом оказалось достаточно, чтобы появилась хоть какая-то определённость. Напряжение немного ослабло.

— Что ж… Обучение у Сайруса — хорошая новость. Он поможет раскрыть твой потенциал, — сказал Астер. — Как много ты уже умеешь?

— Я… — она отвела взгляд, но тут же снова посмотрела на него. — Ничего. Я только сегодня об этом узнала.

— Значит, научишься, — добавил Астер с улыбкой. — Пора спускаться на ужин.

— Подожди.

Марселин достала часы с цепочкой и протянула их Астеру. Он не шелохнулся.

— Оставь.

Она растерянно задержала руку в воздухе, словно не сразу поверила, что он действительно отказывается. Затем медленно убрала часы обратно. Открыв дверь, Астер отступил в сторону и жестом предложил Марселин пройти первой.

— Принцессы — вперёд.

Странный он. Но забавный.

На мгновение ей захотелось поддержать эту игру. Чуть помедлив, Марселин всё же отвела одну ногу назад, слегка склонила голову и, придерживая руками воображаемый подол платья, сделала короткий реверанс.

— Благодарю, — произнесла она и, не задерживаясь, вышла за дверь. Оглянуться так и не решилась — слишком неловко было узнать, как он отреагировал.

В столовой Марселин сидела рядом с Астером, Эстеллой и Тео. К её удивлению, ужин проходил спокойно. После произошедшего она ожидала совсем другого: напряжения, косых взглядов, скрытых насмешек или, хуже всего, вопросов. Однако разговоры текли как обычно, преимущественно о пустяках. Никто не вспоминал ни соревнование, ни ножи, ни Оскара, ни её странные способности. Будто этого не было.

После ужина девушка поднялась в комнату, почти не ощущая ступеней под ногами. День выдался настолько насыщенным, что казался бесконечным. Одни события сменяли другие, не оставляя времени ни осмыслить случившееся, ни просто остановиться. Сон не шёл. Стоило закрыть глаза, как мысли лишь ненадолго стихали, а затем возвращались вновь.

Марселин достала из сумки одну из тех книг, которые взяла по рекомендации Эстеллы. Открыла. Уже с первых строк стало… неловко. Она едва заметно нахмурилась, словно поймала себя на чём-то, чего делать не следовало. Пальцы замерли на странице. Книгу можно было закрыть и больше к ней не возвращаться. Но Марселин продолжила чтение. Сначала читала осторожно, почти отстранённо, но вскоре неловкость начала отступать. Откровенность уже не отвлекала от самого главного. Перед ней раскрывалась история — со своим настроением и героями.

Она сама не заметила, в какой момент перестала возвращаться к мыслям о прошедшем дне. Страницы сменяли друг друга, вытесняя всё остальное. Осталась только книга. Вскоре строки начали расплываться, взгляд всё медленнее скользил по тексту. Веки тяжелели. Марселин аккуратно отложила книгу в сторону. На мгновение подумала о будильнике, но решила довериться привычке.

Проснувшись, Марселин ещё несколько секунд лежала с закрытыми глазами, не шевелясь, пытаясь понять, что её разбудило. Наконец распахнув веки, её взгляд упал на часы — и в тот же миг девушка резко села и торопливо огляделась. Тихая чужая комната. Не Форт. Осознание пришло с задержкой, но стоило ему оформиться, как дыхание постепенно выровнялось.

Она провела ладонью по лицу, коротко выдохнула и поднялась. Приняв душ, тщательно высушила волосы. Пряди уже заметно потемнели, теряя свой прежний натуральный оттенок. Почти половину пудры пришлось потратить на маскировку. Закончив, девушка надела маску, аккуратно сложила одежду Эстеллы, подхватила сумку, в которой лежали её вещи, и спустилась вниз. У входа в архив, за стойкой, сидела Эстелла. Рядом с ней стоял Бастиан, о чём-то негромко с ней разговаривая. Подойдя ближе, Марселин поздоровалась и протянула сложенные вещи:

— Спасибо, что одолжила.

Эстелла кивнула с лёгкой улыбкой.

— После обеда познакомишься с Сайрусом, — сообщил Бастиан, глядя на Марселин. — Возьми с собой блокнот и карандаш.

Девушка молча кивнула. Он ещё на мгновение задержался, затем развернулся и ушёл. Эстелла посмотрела на Марселин, чуть склонив голову:

— Не видела тебя за завтраком.

— Уснула поздно. И не завела будильник.

— Иногда полезно поспать подольше, — Эстелла понимающе кивнула и добавила уже тише, с лёгкой, почти незаметной грустью: — Когда начнёшь учиться у Сайруса, со сном можно будет попрощаться.

— Ты у него училась?

— Какое-то время. А потом он от меня отказался. Сказал, что я слишком медленно осваиваю материал. — Она усмехнулась, но уже без веселья: — В его формулировке это звучало… жёстче.

Марселин молчала. Нужные слова так и не приходили. Она понимала, что сейчас следовало поддержать Эстеллу, но не представляла, как это сделать. Девушка отвела глаза, словно ответ мог оказаться где-то рядом, и вдруг поймала себя на мысли: не утешать, а просто отвлечь её. Заговорить о том, что Эстелле действительно интересно. Девушка чуть замялась, затем произнесла:

— Вчера вечером… я начала читать тот новый роман, который ты посоветовала.

— Правда?

Эстелла тут же заговорила — быстро и увлечённо. Рассказывала о персонажах, вспоминала сцены, которые особенно ей понравились, иногда даже понижала голос, словно делилась чем-то запретным. Марселин слушала, время от времени коротко отвечая и осторожно подбирая слова. Обсуждать подобное ей по-прежнему было неловко. Некоторые вещи она предпочла бы вовсе не произносить вслух, но это было лучше, чем видеть Эстеллу подавленной.

В какой-то момент мимо прошёл Оскар, бросил на Марселин короткий, острый взгляд и, не сбавляя шага, вышел на задний двор. Эстелла либо не заметила этого, либо предпочла не обращать внимания. Почти сразу она переключилась на другую сцену, вновь заговорив с прежним увлечением. Так прошло ещё несколько минут, пока Эстелла неожиданно не замолчала на полуслове, мельком взглянув на часы.

— Похоже, пора на обед.

В столовой чувствовался запах густого супа и запечённой курицы с овощами. За столом они снова собрались той же компанией, что и накануне вечером. Только теперь все уже знали о предстоящем обучении Марселин у Сайруса.

— Крепись. Будет непросто, — произнёс Тео. Без насмешки, но и без сочувствия.

Марселин кивнула и посмотрела на Астера. Ей показалось, что он сейчас скажет что-то ободряющее, но тот лишь встретился с ней взглядом. И промолчал. Девушка почувствовала, как внутри что-то сжалось. Она никак этого не показала: молча взяла приборы и продолжила есть так же спокойно, как прежде. Сразу после обеда Марселин вместе с Астером проследовала на второй этаж. Он остановился у одной из дверей и коротко кивнул.

— Это здесь, — сказал он, открывая дверь, и жестом пропустил Марселин вперёд. Девушка вошла, Астер последовал за ней. — Привет, Сайрус. Это Марселин. Я уже представлял тебе её вчера. Она…

— Выйди, Астер, — перебил его учитель.

Астер обернулся к Марселин.

— Удачи, Принцесса.

Сказав это, он вышел и тихо закрыл за собой дверь. Она быстро оглядела кабинет. Вдоль стен тянулись шкафы с банками и флаконами, аккуратно расставленными по полкам. Воздух был насыщен запахом трав и чего-то резкого, с едва уловимым металлическим оттенком. На длинном столе лежали тонкие хирургические инструменты и бинты. У стены стояла стойка с колбами, соединёнными стеклянными трубками. В одной медленно поднимались пузырьки, в другой неторопливо оседал мутный раствор. В углу располагались клетки и террариумы. Внутри одного из них шевельнулось маленькое существо. Кабинет не выглядел ни лабораторией, ни врачебным кабинетом. И одновременно сочетал в себе черты обоих.

По центру стояла парта. Обычная деревянная парта с ровной столешницей. Почти нелепо простая на фоне всего остального. Сердце на миг пропустило удар. Слишком знакомая картина: одно место для ученика, и ничего вокруг, за чем можно было бы спрятаться.

Марселин не знала, какое поведение сейчас будет уместным. Быстро перебрав в уме варианты, решила действовать так, как учили. Отвела одну ногу назад, чуть согнула колени, опустив корпус в реверансе. Мелькнула мысль: хорошо, что сегодня она в юбке, в брюках это выглядело бы странно. Движение вышло сдержанным и точным.

— Марселин, — представилась она.

Сайрус задержал на ней пристальный, неподвижный взгляд. По ощущениям — непозволительно долгий.

— Трата времени, — произнёс он сухо и коротко указал на парту. — Садись.

Сев за парту, она выпрямила спину и сложила руки на столе.

— Слушай внимательно и отвечай быстро, — наказал учитель. — Что знаешь о магии?

Она на мгновение замялась: он только что наказал сесть, но отвечать принято стоя.

— Мне встать? — спросила девушка неуверенно.

Сайрус устало выдохнул.

— Отвечай на поставленный вопрос. Как именно ты будешь это делать — мне плевать.

Марселин крепче сжала пальцы. Подниматься не стала.

— Магия исчезла, — ответила она. И добавила тише: — Мне так говорили.

— Но ты разбираешься в артефактах?

— Я изучала их несколько лет, — сказала Марселин. — Старые артефакты с остаточной магией.

Учитель чуть склонил голову, словно сопоставляя услышанное с чем-то своим. Затем отступил и потянул за край панели у стены. Из неё с едва слышным скрипом выдвинулась доска.

— Придётся начинать с азов, — сказал он, взяв мел.

На доске появились первые штрихи, складываясь в схему.

— Магия не исчезла. Существует два её типа: стихийная и нестихийная. Стихийная опирается на четыре базовые основы: воздух, вода, огонь и земля.

Марселин внимательно слушала и быстро делала пометки в блокноте. Он провёл линию, отделяя вторую часть схемы.

— Всё, что не укладывается в эту систему, относится к нестихийной. Например, твоя пространственная магия.

Мел скрипнул по доске.

— Любую стихию можно использовать и для созидания, и для разрушения. Для помощи или для убийства, — уточнил он и стёр написанное с доски. — У нестихийной магии всё устроено иначе. Здесь всё зависит от самой природы силы. Такие способности встречаются гораздо реже. Как правило, они либо передаются по крови, как у Астера, — он обернулся к Марселин, — либо возникают лишь однажды и больше никогда не повторяются. Вероятно, свою силу ты получила из-за артефактов. Если остаточная магия в них не вступала в противоречие, а, наоборот, наслаивалась, то в какой-то момент могла закрепиться за тобой.

Девушка застыла, погружаясь в воспоминания. Сайрус мгновенно уловил перемену в поведении.

— Не отвлекайся, — холодно произнёс он, направив на неё указку. — На моих уроках твоё внимание должно быть здесь.

— Прошу прощения.

— Вернёмся к стихийной магии, — продолжил он. — У каждого человека есть хотя бы одна стихия. Но в большинстве случаев её показатель ничтожен. Настолько, что человек не способен ни управлять ею, ни даже почувствовать.

Учитель подошёл к столу и взял тяжёлую книгу в плотном переплёте. Вернувшись, небрежно уронил её на парту перед Марселин. Глухой удар разорвал тишину.

— Прочтёшь до завтра.

По виду книга была объёмом почти в четыреста страниц. Прочесть её за один день, с таким плотным текстом и терминами, казалось невозможным.

— До завтра? — уточнила она, плохо скрыв напряжение в голосе.

— Я неясно выразился? — спросил Сайрус холодно.

— Всё ясно.

Он резко поднял указку. Марселин напряглась, опустив глаза. Но вместо удара прозвучал спокойный голос учителя:

— Подними голову.

После короткой паузы она подчинилась. Сайрус повёл указкой в сторону стола у стены.

— Вставай. Проверим, какая у тебя стихия.

Подойдя к столу, девушка остановилась рядом. Наставник сел и подтянул к себе несколько флаконов со слегка окрашенными растворами.

— Руку.

Марселин протянула ладонь. Сайрус взял тонкую иглу и, не предупреждая, быстро и точно проколол подушечку её пальца. Собрав выступившую кровь стеклянной пипеткой, он перенёс её в первую пробирку, открыл флакон с белой жидкостью и добавил несколько капель.

— Воздух, — произнёс без эмоций. — Самая распространённая стихия. И показатель у тебя слишком низкий.

Он тут же взял другой флакон и капнул зелёную жидкость в следующую пробирку. Кровь на мгновение помутнела, но почти сразу вернулась к прежнему состоянию.

— Не стихия земли.

Марселин с интересом и затаённой надеждой наблюдала за происходящим. Сайрус тем временем тянулся за раствором золотистого цвета. При добавлении нескольких капель кровь начала приобретать более тёплый оттенок. Девушке показалось, что сейчас что-то произойдёт, но цвет вновь стал прежним.

— Не огонь.

На этих словах она заставила себя отстраниться от ненужных мыслей. Как только он добавил несколько капель раствора в следующую пробирку, кровь окрасилась в холодный голубоватый оттенок. Учитель на секунду замер. Затем повторил опыт: новая пробирка, та же кровь, тот же раствор. Голубой цвет проявился вновь. Проверив ещё один раз, получил аналогичный результат.

— Вода, — заявил он.

Внутри что-то едва заметно дрогнуло, но девушка не позволила себе отреагировать. Откинувшись на спинку стула, учитель скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на Марселин.

— С медициной знакома?

— Нет.

— Конечно, нет, — отозвался он почти разочарованно. — Стихия воды в основном связана с лечением.

Он вздохнул.

— На сегодня всё. Завтра после завтрака сразу сюда, — распорядился учитель. — Прочти книгу. И удели особое внимание всему, что касается стихии воды.

Забрав свои вещи и коротко попрощавшись, девушка покинула кабинет. По пути в комнату Марселин отодвинула мысли о своей стихии на второй план. Вместо этого мысленно упрекала себя за то, что в библиотеке думала о метании ножей и даже не попыталась найти что-нибудь о магии. Вернувшись, она опустилась на край кровати и открыла книгу. Читала быстро, но вдумчиво. На главах о стихии воды всё чаще задерживалась, перечитывая отдельные абзацы. Некоторые приходилось просматривать по нескольку раз, прежде чем их смысл становился понятен. Постепенно концентрация начала рассеиваться. Строки расплывались, и, чтобы удержать смысл, приходилось прилагать всё больше усилий, но Марселин упрямо продолжала, пока наконец желудок тихо не напомнил о себе. Девушка взглянула на часы. Почти восемь. Обычно к этому времени ужин уже заканчивался.

Она прочла пять глав. После ужина её ждали ещё девять. Закрыв книгу, Марселин поспешила в столовую. Астер, Эстелла и Тео уже поднимались из-за стола, но, заметив её, снова опустились на места.

— Принцесса, — окликнул Астер.

Марселин присоединилась. На общих блюдах ещё оставалась еда, а перед её местом стояла чистая тарелка.

— Как прошло? — спросил Тео.

— Неплохо, — ответила девушка и, не задерживаясь, потянулась к блюдам, занявшись едой.

— Я за тобой поухаживаю, — мягко сказала Эстелла и аккуратно забрала тарелку, не давая ей возразить. — Расскажи подробнее.

— Сайрус рассказывал об основах магии, — начала Марселин. — Вы это, наверное, и так знаете. Вряд ли вам будет интересно.

— Он на первом занятии обычно проверяет наличие стихии, — сказал Тео. — Тебя проверял?

— Да. У меня вода.

Они отреагировали почти одновременно:

— Вода?

Эстелла замерла с ложкой в руке. Марселин поочерёдно оглядела их, обескураженная такой реакцией.

— Да… А в чём дело?

— Не повезло тебе, — заключил Астер.

— Не самая простая стихия, — заметила Эстелла. — И ошибки иногда фатальны.

— И это лучше не афишировать, — добавил Тео.

— Почему? — спросила Марселин.

— Это редкий элемент, — пояснил Тео. — Таких, как ты, ищут, переманивают и используют… А иногда даже похищают. Если у человека нет защиты.

Эстелла аккуратно поставила тарелку перед Марселин. Но аппетита уже не было.

— Понятно, — произнесла она ровно. Повисла тишина. Марселин сняла маску и взяла вилку.

— Сайрус строгий только сначала, — начал Тео. — Потом привыкаешь.

— И он правда хороший учитель, — добавила Эстелла мягче.

— У тебя ведь есть пространственная магия, — произнёс Астер. — У Сайруса нет нестихийной, так что он просто объяснит её в теории, но основной упор будет на воду. На твоём месте я бы больше практиковался в пространственной.

Тео кивнул:

— Согласен. Тебе нужно уметь себя защитить. Вода больше рассчитана на помощь и лечение. К тому же любую стихийную магию для убийства использовать запрещено. За это сразу казнят. Без суда. — Он приблизился и добавил чуть тише: — А вот нестихийную — можно. Главное потом сказать, что это была самозащита.

Марселин моргнула.

— Абсурдно звучит, правда? — Тео усмехнулся краем губ. — Но такие законы. Поэтому нынешнее правительство нужно сместить.

Астер повернул голову к Тео:

— Не втягивай её в это.

— Я просто информирую.

Остаток ужина прошёл без возвращения к тяжёлым темам. Разговор сам собой сместился к обучению и магии — спокойнее, почти буднично. Выяснилось, что у Эстеллы стихия воздуха, а у Тео — земли. У Сайруса же было два элемента: вода и огонь.

После ужина Марселин снова открыла книгу. Она торопилась, уже не успевая осмысливать текст, но всё равно переворачивала страницы одну за другой. Вскоре строки начали расплываться. Сон настиг её раньше, чем она успела это заметить.

Глава 5. Навык важнее чувств

Взглянув на часы, Марселин резко поднялась. Завтрак закончился семнадцать минут назад. Она наспех пригладила волосы, пальцами распутывая выбившиеся пряди, и на мгновение остановила взгляд на своём отражении.

Вчерашняя одежда.

Не задерживаясь больше ни на секунду, девушка захватила со стола всё необходимое для занятий и торопливо вышла из комнаты. У кабинета Сайруса, она коротко выдохнула и постучала. Ответа не последовало. Марселин постучала снова, затем, не дожидаясь приглашения, приоткрыла дверь. Учитель сидел за столом спиной к ней, чуть сгорбившись над лежавшими перед ним бумагами. Он был настолько поглощён работой, что даже не обернулся. Девушка тихо вошла и осторожно закрыла за собой дверь.

— Прошу…

— Сядь, — перебил он.

Марселин поспешно опустилась на стул.

— Какая плата за использование магии?

— Использование любой магии… — начала она, — и стихийной, и нестихийной сопровождается побочными эффектами. Они могут быть незначительными, такими как головная боль, усталость, дрожь в руках.

Она сделала паузу, подбирая слова точнее.

— А могут быть серьёзными. Внутренние кровотечения, отказ конечностей, необратимые повреждения… вплоть до смерти.

— Продолжай, — произнёс он, едва ученица умолкла.

— Побочные эффекты индивидуальны. Даже у людей с одинаковыми способностями они могут быть разными. Кроме того, последствия зависят от контроля над силой и от того, насколько человек пытается превзойти свой предел. Если обычная плата мага — головокружение, то при чрезмерной нагрузке последствия могут оказаться куда серьёзнее.

— А если человек владеет и стихийной, и нестихийной магией?

— Тогда для каждого типа силы будут свои последствия. Но если человек владеет несколькими стихиями, побочный эффект у них общий, а не отдельный для каждой.

— В твоём случае будет немного иначе, — оповестил Сайрус. — Вода, как правило, защищает носителя и смягчает последствия. Максимум — истощение. В этом нам с тобой повезло. Но пространственная магия… имеет свою цену. Обычно чем сильнее магия, тем тяжелее последствия.

Он наконец повернулся к ней.

— Марселин. Твои способности — поддерживающие. Пространственную магию можно использовать в бою, но не лезь под удар. Я не трачу ресурсы на учеников, которые спешат себя угробить, — добавил наставник. — И не помогай безвозмездно. Если ты альтруистка, можешь выйти из этого кабинета прямо сейчас.

Девушка не отвела взгляда и твёрдо произнесла:

— Я останусь.

Сайрус удовлетворённо кивнул.

— Следующий вопрос: как убивать людей стихиями?

Она замерла.

— Но… это ведь запрещено.

— Ты не поняла вопрос? — холодно спросил он.

— Этого… не было в книге, — растерянно произнесла девушка.

— Так подумай сама. Голова тебе дана не для украшения. Стихии, с которыми мы сталкиваемся каждый день. Как ими можно воздействовать на человеческое тело?

Марселин лихорадочно перебрала в памяти всё, что знала о естествознании и устройстве человеческого тела.

— Это делают, используя элементы в теле противника, — немного неуверенно начала она. — Например, воздухом. Душить. Сбивать дыхание. Вызывать спазмы.

Она чуть сдвинула пальцы, будто раскладывая по порядку.

— Водой… можно влиять на жидкости. Давление. Кровоток. Нарушать работу органов. Что касается земли…

Девушка опустила глаза в записи, затем продолжила:

— В теле человека есть минералы, на которые могли бы воздействовать маги земли. Вызывать судороги, повышать хрупкость костей…

— Огонь… — тихо произнесла она и запнулась. — Огонь…

— С огнём иначе, — вмешался учитель. — В теле нет элемента, соответствующего огню. Значит, напрямую воздействовать через него нельзя. Только извне.

Помощи Марселин ожидала меньше всего. То, что Сайрус не вспылил, а спокойно подтолкнул её к ответу, ощутимо ослабило внутреннее напряжение.

— Могут ли маги создать стихию из ничего?

— Нет, — ответила девушка. — Магам воды, например, нужна хотя бы капля.

— Как огненные маги используют стихию?

— Управляют огнём.

— И?

Марселин замялась. Учитель коротко взглянул на раскрытую перед ней книгу.

— Сколько недочитала?

— Три главы, — честно ответила она.

Он поднялся, взял книгу с парты, бегло пролистал оглавление и подошёл к доске. Через секунду на ней начали появляться первые строки.

— Элемент огня, — написал он и подчеркнул. — Отличается от остальных. Его основная область — создание артефактов. С его помощью запечатывают магию внутри предмета. Чем способнее маг, тем качественнее артефакт.

Наставник сделал короткую паузу.

— А сейчас… — добавил Сайрус, поморщившись. — Развелось слишком много ремесленников. Штампуют посредственность. Большинство современных артефактов — одноразовый мусор.

Он неожиданно замолчал, уловив собственное отклонение от темы. Коротко постучал мелом по доске и продолжил писать.

— Даже очень способные маги создают артефакты с ограниченным сроком действия. Обычно — не больше, чем оставшиеся годы жизни самого мага.

Мел скользнул ниже.

— Как только создатель умирает, артефакт теряет почти всю свою силу. Остаётся лишь так называемая остаточная магия. Такие артефакты можно восстановить, поэтому они особенно ценятся.

На миг в памяти Марселин всплыли знакомые артефакты. Мысль уже начала развиваться, но девушка заставила себя её оборвать.

Не сейчас.

Она сосредоточилась на словах наставника.

— Однако самые древние артефакты, на создание которых уходили годы и значительные усилия, не утратили своих свойств. Но таких единицы, — сказал он и обернулся. — У тебя не элемент огня, так что этой информации достаточно. К основам больше не возвращаемся. Вопросы?

Ученица опустила взгляд в блокнот, затем посмотрела на Сайруса.

— Как понять, что повреждения из-за побочного эффекта уже начались, если внешне они не проявились?

— Прислушиваться к ощущениям в теле.

Она едва заметно кивнула, быстро фиксируя ответ.

— Как определить свой предел до того, как станет поздно?

— Тренироваться и увеличивать нагрузку постепенно.

— Побочные эффекты проявляются сразу после использования силы или могут накапливаться?

— Обычно — первое. Но бывают и накопительные, — ответил Сайрус и отступил от доски. — Достаточно. Переходим к практике.

Были ограничения по количеству вопросов?

— Покажи палец, который я вчера проколол, — распорядился он, подойдя к парте.

Марселин молча протянула руку. Он взял её за кисть, слегка развернул и внимательно осмотрел. Кожа была ровной, без единого следа от прокола.

— Встань.

Она поднялась. Учитель подошёл к одному из террариумов, открыл его, достал гусеницу и, вернувшись, положил её на парту.

— Сконцентрируй стихию в пальцах, — произнёс он ровно. — Когда будешь работать с более серьёзными повреждениями — концентрируй в ладони.

Ученица нахмурилась, переводя взгляд с гусеницы на свою руку.

— Но… как?

— Ты уже это делала, — ответил он. — Просто не осознавала. Сначала почувствуй лёгкое давление под кожей. Поймай это ощущение и удержи. Затем смести его в пальцы.

Девушка глубоко вдохнула, пытаясь сосредоточиться. Ощущения в теле не изменились. Она прикрыла веки, отсекая всё лишнее. Сконцентрировалась на дыхании, затем на теле, на руке. Слегка сжала пальцы, пытаясь уловить хоть малейшее ощущение… Напрасно. Сайрус некоторое время молча наблюдал.

— Открой глаза.

Ученица подчинилась.

— Когда направишь силу в пальцы — передай её гусенице, — пояснил он и, взяв тонкое лезвие, провёл им вдоль тела личинки. Та дёрнулась.

Марселин внутренне вздрогнула.

— У тебя две минуты, — спокойно уточнил он. — Не справишься — она умрёт.

Марселин снова сосредоточилась. Поднесла руку к гусенице и попыталась уловить то самое ощущение. Сначала дыхание. Затем тело. Потом пальцы. Ничего. Время уходило. С каждой секундой напряжение становилось сильнее. Мысли путались, сбивая концентрацию. Она всё меньше пыталась почувствовать силу и всё больше — заставить её появиться. Пальцы сжались почти до боли, словно это могло хоть что-то изменить. Взгляд скользнул к гусенице. Та почти перестала двигаться. Лишь изредка её тело коротко вздрагивало, выгибалось и снова замирало. Движения становились всё реже… пока не исчезли совсем. Девушка выдохнула. Плечи едва заметно опустились. Сайрус тем временем смахнул гусеницу с парты и направился к террариуму.

— Следующая.

— Нет, — бросила Марселин.

Наставник замер. Затем медленно повернул голову в её сторону.

— Повтори.

— Разве нет другого способа? — тихо спросила она.

— Если бы учёные не проводили испытаний на животных, люди до сих пор умирали бы от чумы. И даже от обычной простуды, — произнёс он холодно. — От тебя сейчас требуется простейшее для мага воды действие. Соберись. И без возражений.

Учитель положил на стол следующую гусеницу и взял лезвие. Девушка невольно напряглась. Наставник задержал на ней внимание, словно что-то просчитывая.

— Дай руку.

Когда она протянула ладонь, он взял другое лезвие и быстрым движением рассёк кожу на её пальце.

— Залечи себя, — распорядился наставник. — Принцип тот же.

Девушка вдохнула. Где-то под кожей возникло едва уловимое давление. Марселин ухватилась за это ощущение и осторожно направила его в пальцы. Те едва заметно дрогнули. И вскоре края пореза начали медленно сходиться.

— Когда закончишь — не теряй поток. Перенаправь его с этого же пальца на гусеницу, — добавил Сайрус и, взяв лезвие, медленно провёл им по телу личинки. — Учти, что это последняя моя гусеница. Не справишься — дальше будут жертвы покрупнее.

Марселин сглотнула.

Порез на её пальце окончательно затянулся. Она удержала ощущение, не позволяя ему исчезнуть, и медленно перевела руку к насекомому. Несколько долгих секунд ничего не происходило. Затем разрез начал медленно стягиваться. Неровно, но его края всё же сходились. Когда рана полностью исчезла, девушка медленно выдохнула.

Получилось.

Марселин не двигалась, словно боялась спугнуть результат.

— На сегодня достаточно, — объявил учитель. — Это было самое простое из возможного. Дальше тебе придётся работать иначе: использовать воду в организме самого субъекта, а своей стихией — только направлять. Ежедневные занятия начинаются сразу после завтрака и заканчиваются к обеду. Ещё раз опоздаешь — можешь не приходить.

— Поняла.

Он протянул ей книгу по анатомии.

— У тебя неделя на освоение.

Марселин взяла учебник.

— Если будешь практиковаться на себе — делай это с умом, — уточнил он. — И учитывай, что ты не всесильна: раны залечишь, но вирусы и прочие возбудители — нет.

Девушка кивнула, принимая информацию. Сайрус взял гусеницу и вернул ту в террариум.

— Свободна.

Занеся в комнату учебные принадлежности, она направилась в столовую.

Изучить анатомию за неделю. Как это возможно?

Мысль вспыхнула резко, и так же быстро сменилась другой. По сравнению с тем, что от неё требовали вчера, неделя — почти роскошь.

В столовой стоял привычный запах горячей еды: свежего хлеба, тушёного мяса и специй. За их столом сидел только Астер. Непривычно задумчивый. Марселин присела напротив.

— Привет, Принцесса.

— Здравствуй.

— Как занятия?

Марселин тихо выдохнула:

— Одна гусеница умерла. Другая выжила.

— Неплохо для начала.

Повисла пауза. Астер медленно провёл пальцами по краю стола и тяжело вздохнул.

— Что тебя беспокоит? — уточнила девушка.

Он чуть склонил голову и ответил с лёгкой усмешкой:

— Рад, что ты спросила. Мне нужен женский совет.

Только бы не про любовь. Иначе я не смогу помочь.

— У сестры скоро день рождения. Не знаю, что подарить.

Про семью… В этом я тоже вряд ли буду полезна.

— Что ей нравится?

— Это не важно. Вопрос в другом.

Марселин моргнула.

— Прости… но я не понимаю.

— Как бы объяснить, — произнёс он, почесав затылок. — У нас своеобразные отношения. Подарок должен быть хорошим, но… обидным.

— Уверен, что стоит так делать?

— О да. — Он усмехнулся. — Иначе я проиграю. У нас это традиция.

Девушка задумалась. Его просьба звучала странно, но, возможно, она могла бы что-то предложить.

— Знаешь цветок Эфемерия?

— Нет.

— Невероятно красивый, — заметила она. — Но быстро вянет и пахнет… не очень приятно. Можешь подарить его и написать что-нибудь вроде: «Оставайся такой же, как этот цветок».

Астер замер, чуть округлив глаза. Марселин успела заметить эту короткую перемену.

— Это, скорее, обидно, чем приятно, — отозвалась девушка. — Лучше подобрать другой вариант.

— Уже представляю выражение её лица, — сказал Астер и расхохотался. — Она будет в ярости.

— Тогда, может, не стоит…

— Стоит. Отличный вариант, Принцесса. — Он откинулся на спинку стула, затем как будто между прочим добавил: — Кстати… у меня появились дела. После обеда я уеду на какое-то время.

— Понятно, — негромко произнесла она.

Вдруг возникло странное чувство. С Астером было легко. Без необходимости подбирать слова, без ожиданий, которым нужно соответствовать. За эти несколько дней она успела к нему привыкнуть. На мгновение внутри стало непривычно пусто.

Не стоило так быстро привыкать.

— Береги себя, — спокойно сказала она.

— Не скучай слишком сильно, — усмехнулся он.

— Не буду.

Он умело изобразил обиду.

Как только Астер доел, они коротко попрощались, и он ушёл. Немного погодя Марселин тоже поднялась из-за стола и направилась к выходу. В коридоре её остановил Бастиан.

— Можем поговорить?

Девушка кивнула и последовала за ним в кабинет. Открыв дверь, он чуть отступил в сторону, пропуская её вперёд. Внутри пахло бумагой, деревом и чернилами. Вдоль стен тянулись книжные шкафы и полки с аккуратно расставленными папками. У окна располагался массивный письменный стол, а напротив него — несколько кресел для посетителей. Всё выглядело просто, но безупречно организованно.

— Прошу.

Бастиан жестом предложил ей сесть. Марселин опустилась в кресло.

— Как тебе здесь? — спросил он.

— Непривычно.

— Это плохо?

— Нет.

Он прошёл глубже и, заняв место за столом, посмотрел на неё.

— Я хочу предложить тебе присоединиться к команде.

— Я почти ничего о вас не знаю.

— Верно, — согласился мужчина. Спустя несколько секунд продолжил: — Нынешнее правительство ведёт мир к упадку. Мы собираемся это исправить.

— И занять их место?

Он не ответил сразу. Тишина затянулась ровно настолько, чтобы ответ стал очевиден и без слов.

— Да, — произнёс он наконец. — Скажу прямо. Твои способности нам бы очень пригодились. Взамен ты получишь ресурсы. Быстрое обучение. Связи. И защиту.

— Могу я подумать? — спросила она.

— Конечно.

Спешно вернувшись в комнату, Марселин прошла к кровати и опустилась на край.

— Что мне делать? Быть одной с этими способностями — небезопасно.

— Быть с повстанцами — тоже.

Она провела рукой по волосам, пытаясь привести мысли в порядок.

Должна ли я согласиться, потому что они помогли мне сбежать? Потому что дали кров?

Этим вечером она собиралась практиковать стихию, чтобы быть готовой к завтрашнему занятию. Но теперь сосредоточиться на этом уже не получалось.

На следующее утро за завтраком Тео и Эстелла вспоминали своё обучение. Марселин слушала их рассеянно.

— Сайрус уже говорил тебе, что на магию нельзя полагаться слишком сильно? — спросил Тео.

— Нет, — ответила Марселин.

— Он говорил, что стоит осваивать и обычные, практические навыки, — добавила Эстелла.

— Стрельбу, например, — уточнил Тео.

— Разумно, — согласилась девушка.

Остаток разговора Марселин пыталась заставить себя слушать и поддерживать беседу, но мысли всё равно ускользали в сторону. После завтрака она направилась к кабинету Сайруса. Стоило ей переступить порог, как учитель жестом подозвал её к террариуму.

— Готова?

Ученица едва заметно выдохнула.

— Нет.

— Начнём, — заявил он и достал ящерицу.

Раздался стук в дверь. Пальцы Сайруса сжали рептилию чуть сильнее, чем следовало. Не дожидаясь приглашения, дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Бастиан.

— Доброе утро. Можно забрать Марселин?

Мой ответ ему нужен уже сейчас?

Учитель медленно повернул голову в сторону двери. В кабинете повисла тяжёлая пауза.

— Да, — наконец произнёс Сайрус, возвращая ящерицу в террариум. Закрыв крышку, он обернулся к Марселин. — На сегодня свободна. К завтрашнему занятию будь готова.

Открыв дверь кабинета, Бастиан пропустил её вперёд. Сам вошёл следом и занял место за столом. Начинать разговор не торопился, лишь спокойно наблюдал за ней. Марселин невольно выпрямилась в кресле. Она выдержала его взгляд, хотя с каждой секундой это становилось всё труднее.

— Ты подумала над моим предложением? — наконец спросил он.

— Да. Откажусь, — Марселин произнесла это быстрее, чем собиралась. — Я хочу жить спокойно. Я благодарна за помощь и не останусь в долгу за ваше гостеприимство. Возмещу…

— Постой, — спокойно произнёс он. — Я не жду оплаты. Мы и так в выигрыше благодаря тебе. Считай проживание здесь знаком признательности. Не хочешь присоединяться — это твой выбор. Я не стану давить. Но, возможно, ты согласишься помочь нам в одном деле? Оно напрямую касается того, в чём ты разбираешься, — он подался вперёд, опершись локтём о стол. — Думаю, тебе будет интересно.

— О чём речь? — отозвалась она ровно.

— Мы хотим найти один древний артефакт. О нём почти не осталось прямых упоминаний, только разрозненные записи и противоречия. Ходят слухи, что его создавал не один человек. И, возможно, в разное время. — Он остановился, словно давая словам осесть. — Ты умеешь с этим работать, верно? Полагаю, ты бы справилась быстрее нас.

Описание её заинтересовало. Фрагменты, несостыковки, полузабытые упоминания, пробелы в документах — Марселин умела превращать их в систему. Судя по его словам, этот артефакт был ещё и уникальным. И это… притягивало.

— Почему вы решили искать его сейчас? — уточнила она.

— Мы ищем его уже несколько лет, — ответил Бастиан.

— Как он называется?

— В записях мы находили разные упоминания. Единого названия нет.

— Какое свойство у этого артефакта? Он причиняет вред? — спросила она.

— Нет. Он… взаимодействует с магическими барьерами.

— Зачем он вам?

Мужчина задержал на ней внимание дольше обычного.

— Внутренний город полностью изолирован барьером. Без этого артефакта туда не попасть.

Это территория, где находится правительство? Спросить — значит выдать себя. Показать, что я ничего не знаю о мире. Но и соглашаться, не разобравшись, — плохая идея.

Челюсть на мгновение сжалась — маска это скрыла.

Уточнить у кого-то другого? Бастиан узнает об этом. Астер уехал, остальные — его люди.

Марселин лихорадочно перебирала обрывки воспоминаний, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь о правительстве и Внутреннем городе. Мысль ускользала, растворяясь в пустоте, пока наконец не всплыл смазанный обрывок чьего-то разговора: “… монархи… устроили парад. Те, кому удалось это увидеть… зрелище было невероятным”. Воспоминание было слишком смазанным. Не было никаких гарантий, что речь шла именно о верховных монархах, а не о ком-то другом. Но других зацепок у неё не было. Девушка поджала губы, затем осторожно спросила:

— Если ваша цель — сместить правительство, почему бы не устранить их во время парада?

На губах Бастиана скользнула короткая усмешка.

— Они никогда не объявляют о параде заранее, — заговорил он почти мягко. — В последний раз монархи появлялись на публике восемь лет назад. Под мантиями и масками, как и всегда. Никто не знает их лиц. И нельзя быть уверенным, что на парад выходят они сами. Ты этого не знала?

Просчиталась.

— Я никогда не покидала стен Форта, — произнесла девушка, посмотрев ему в глаза. — Ты этого не знал?

В уголке его губ проступила тень улыбки. Во взгляде мелькнуло что-то похожее на удовлетворение — словно он только что отметил про себя ещё одну важную черту Марселин.

— Этот мир опасен. Особенно для тебя, — заметил мужчина. — Ты не знаешь даже базовых вещей. И я говорю это не для того, чтобы задеть тебя. Опасность может подстеречь там, где ты совсем её не ждёшь.

Она едва заметно выпрямилась.

— Я поведаю обо всём подробнее, чтобы ты могла принять взвешенное решение, — сообщил Бастиан и ненадолго задумался, словно решая, с чего начать. — Внутренний город — изолированный сектор, где находится правительство. Обширная территория, полностью отрезанная от внешнего мира. По размерам это скорее отдельная страна, чем город, но название закрепилось именно такое. — Его голос звучал спокойно, почти буднично и от этого сказанное ощущалось только тяжелее. — Они правят оттуда, не покидая его пределов. В этом просто нет необходимости. Во Внутреннем городе сосредоточены сильнейшие маги. От тех, кто возводит целые кварталы и меняет ландшафт, до тех, кто управляет погодой… Ходит слух, что там есть даже тот, кто способен влиять на человеческий разум.

Марселин тут же вспомнила слова Сайруса про силу и последствия.

Такое умение наверняка нельзя использовать часто.

— Они правят так, словно весь мир для них — эксперимент, — сказал он. — Выпускают абсурдные законы, наблюдают за последствиями… а люди вынуждены приспосабливаться.

Его взгляд стал жёстче.

— С каждым годом жизнь людей становится тяжелее. Я хочу это изменить, — Бастиан произнёс это тихо, но с такой уверенностью, будто давно принял решение и не собирался отступать. — Мне бы очень пригодилась твоя помощь в поисках.

Девушка ненадолго задумалась.

— У меня будет доступ ко всем материалам?

— Я предоставлю тебе все необходимые ресурсы. Не только документы.

Внутри поднимался знакомый интерес. Она уже раскладывала задачу: записи, совпадения, расхождения, даты, владельцы, маршруты артефакта. Система начинала выстраиваться сама собой. Но вместе с интересом пришло сомнение. Марселин привыкла иметь дело с вещами, которые можно изучить и проверить, а не с чужими догадками, накопившимися за двадцать лет.

— Ты будешь не одна, — добавил Бастиан. — Астер уже занимается этим. Но он больше практик, чем исследователь.

Разделение ролей. С этим можно работать.

— Если я буду не одна, это ускорит процесс. С Астером я справлюсь.

— Я рад, что ты согласилась. На самом деле на поиски уже задействовано много людей. А будет — ещё больше. — Он помедлил, переходя к менее простой части. — Сразу уточню: не вся информация хранится в архивах. Иногда за ней приходится… отправляться лично. Ты будешь работать с человеком, у которого есть доступ к тому, к чему нет у нас. И он сможет обеспечить тебе безопасность.

— Если у него есть доступ к таким данным, — произнесла она, — почему он сам этим не занимается?

— Честно говоря… если бы был другой вариант, я бы не привлекал его к поискам. Я заинтересован найти артефакт не меньше, чем он.

Не человек Бастиана? Кто-то со своими целями.

— Но обстоятельства складываются так, что нам… временно придётся объединить усилия, — добавил мужчина. — Сегодня вечером в гостиной состоится собрание доверенных лиц. Обсудим дальнейший план. Пока можешь посмотреть все имеющиеся сведения, если хочешь.

— Да, — ответила девушка сразу.

— И, Марселин… Моё предложение присоединиться к команде по-прежнему в силе. Если передумаешь — дай знать.

Девушка коротко кивнула. Через минуту они направлялись к Эстелле.

— Покажи Марселин материалы по артефакту, — распорядился Бастиан.

— О, Марселин теперь с нами? Я так рада!

Формально всё было сложнее, но он не стал её поправлять. Марселин — тоже. Эстелла повела девушку в архивную комнату. За одной из стен обнаружился скрытый проход. Он вёл в небольшое помещение со столом и шкафом, заполненным папками.

Марселин разложила перед собой документы. Их оказалось немного, и почти каждый содержал свою версию. Названия не совпадали: «Звено», «Ключ», «Мост». Будто каждый описывал одно и то же, но по-разному. Она быстро пролистала страницы, выхватывая взглядом повторяющиеся формулировки. Неизменным оставалось лишь одно — барьеры. Но дальше начинались расхождения. В одних записях артефакт ослаблял барьеры. В других — делал проходимыми. В третьих — перенастраивал. Она перелистнула страницу. «Объект был найден. Использование подтверждено», — гласила короткая запись без каких-либо пояснений. Следующая утверждала прямо противоположное: «Никто не наблюдал артефакт в действии». Марселин ещё некоторое время обдумывала прочитанное, но сведений было слишком мало, чтобы сложить цельную картину.

Ни точного названия, ни описания внешнего вида, ни даты создания, ни имён создателей. Интересно.

Глава 6. Собрание

После обеда девушка решила заняться пространственной магией. Прежде та уже несколько раз проявлялась сама собой — небольшие предметы смещались без всякого видимого усилия. Теперь Марселин хотела разобраться, откуда возникает это чувство, и научиться направлять его. Выглянув во двор и убедившись, что там никого нет, она вышла наружу. Подняв с земли небольшой камешек, сосредоточилась, и тот едва заметно сдвинулся на ладони. Девушка удивлённо моргнула и почти улыбнулась, но тут же нахмурилась. Получилось. Но как именно — она не поняла.

Ещё раз.

Марселин прикрыла веки и медленно вдохнула. На этот раз не пыталась заставить магию проявиться, а лишь прислушивалась к себе. Где возникает это чувство? В ладони — пусто. В голове — только напряжение. Но где-то глубже, под рёбрами, появилось слабое, едва уловимое ощущение. Она тут же ухватилась за это чувство и осторожно направила его в ладонь. Камешек дрогнул. Медленно, неровно, но всё же начал двигаться. Девушка приоткрыла глаза, следя за каждым миллиметром. Но стоило один раз моргнуть, как камешек скатился вниз, глухо ударившись о землю. Тот уже лежал в траве, но внимание Марселин было приковано не к нему, а к тому слабому отклику под рёбрами, где ещё не успело исчезнуть эхо этого движения. Оно было там — тонкое, поддающееся управлению напряжение. Она аккуратно сдвинула его в сторону, не шевельнув ни рукой, ни пальцами. Камешек в траве дрогнул. В тот же миг в пальцах отозвалось слабое покалывание, будто магия оставила на коже свой запоздалый след.

Значит, отклик идёт по всему телу.

Девушка подняла камешек, вытянула руку вперёд и на мгновение «прицелилась» в центр мишени. Внутри возникло чёткое направление — вектор, который она могла задать. Камешек резко сорвался с ладони и с глухим стуком врезался в мишень. Не в центр, но совсем рядом. Марселин выдохнула и сразу повторила попытку. На этот раз — мягко и плавно. Камешек поднялся, медленно поплыл вперёд… и лёг точно в центр мишени.

Услышав за спиной хлопки, Марселин резко обернулась. Оскар медленно приближался, лениво аплодируя с откровенной насмешкой. Она невольно опустила плечи.

— Значит, правда не умеешь этим управлять, — протянул он, подходя ближе. — В тот раз тебе просто повезло. Случайно.

Она не ответила. Но и взгляд не отвела.

— Лучше бы училась обращаться с оружием, — произнёс он. — На магию не всегда можно рассчитывать.

— У меня нет огнестрельного оружия.

— Твоя ошибка. Одна из многих. И одна из главных. В этом мире нельзя оставаться безоружной. — Оскар достал из кобуры револьвер и, приблизившись, протянул оружие рукоятью вперёд. — Бери.

Она помедлила долю секунды, но всё же взяла револьвер. Холодный металл тяжело лёг в ладонь.

— Держи ровно, — распорядился мужчина. — Смотри по линии: мушка и цель.

Марселин перевела взгляд на мишень и подняла руку, ощущая непривычный вес в руке. Рука дрогнула.

— Мне… нажимать на курок?

— И куда ты собираешься попасть с такой рукой? Не думал, что ты настолько слаба.

Прежде чем она успела ответить, Оскар легко забрал у неё револьвер.

— Жди здесь. — Он развернулся в сторону входа в здание, и не глядя добавил: — Можешь пока камешки побросать.

К тому моменту, как Оскар вернулся, камешек кружил перед Марселин. Она вела его внутренним усилием, удерживая напряжение под рёбрами. Движения получались мягкими и плавными, похожими на танец. К её удивлению, мужчина ничего не сказал. Оскар молча закрепил бумажную мишень поверх деревянной. Затем подошёл к девушке и протянул ей другой револьвер — поменьше. Стоило взять его в руку, как разница сразу стала ощутимой: этот был заметно легче.

— Пока держи двумя руками. — Оскар кивнул на её руки. — Потом научишься стрелять одной. В бою никто не даст тебе времени на удобный хват.

Марселин перехватила рукоять, подставляя вторую ладонь.

Надеюсь, я не окажусь в бою.

— Поняла.

— Неустойчиво. Ноги шире, — бросил он, указав на её положение, затем произнёс с усмешкой: — А манеры оставь для званых обедов. Здесь они тебе не помогут. — В следующее мгновение его тон стал деловым. — Жми на спуск подушечкой пальца. И будь готова к отдаче.

Она прицелилась и плавно нажала на спуск. Отдача резко ударила в ладонь и ствол дёрнулся вверх. Девушка вздрогнула и чуть отступила, уже с усилием удерживая револьвер. Пуля прошла мимо мишени и ударила в дерево позади. Марселин замерла, переводя дыхание и всё ещё ощущая отдачу в кисти. Оскар даже не взглянул на мишень.

— Стреляй на выдохе, — уточнил он. — Ещё раз.

Девушка крепче сжала рукоять и снова прицелилась. Вдох. Медленный выдох. Когда мушка перестала дрожать, она нажала на спуск. Рука снова дёрнулась, но уже слабее.

— Продолжай, — распорядился Оскар.

Марселин сделала ещё несколько выстрелов. С каждым разом её движения становились увереннее. Отдача всё ещё отзывалась в кисти, но уже не сбивала прицел, и пули ложились всё ближе к центру. На очередном щелчке она нахмурилась.

— Всё. Пусто. — Оскар забрал револьвер и откинул барабан. — Смотри и запоминай.

Когда он надавил на стержень, гильзы одновременно вышли наружу.

— Выбиваешь. Потом вставляешь новые.

Он быстро показал, как укладывать патроны в барабан, затем вернул его на место с чётким щелчком и протянул револьвер обратно. Марселин приняла оружие, крепче сжала рукоять и навела его на мишень. Выстрел. Ещё один. И ещё несколько. Когда раздался сухой щелчок пустого барабана, девушка без промедления отвела его в сторону, выбила гильзы, вставила новые патроны, закрыла и снова подняла оружие.

— Какое рвение, — хмыкнул Оскар. — Притормози.

Марселин опустила оружие. Мужчина снял мишень, быстро оценил результат и кивнул.

— Лучше, чем я ожидал.

Подойдя, он развернул лист к ней. Большинство попаданий легло ближе к краю — с заметным разбросом. Но несколько из них собрались у центра.

— В мишень стрелять легко, — заметил Оскар, взглянув на Марселин с вызовом. — Думаешь, сможешь выстрелить в человека?

Её глаза вернулись к мишени, к точке в центре. На её месте — на долю секунды — возникло лицо Морриса. Пальцы крепче сжали оружие.

— Надеюсь, что да.

— Надеешься. Этого мало. Когда вернётся наш летающий товарищ… — произнёс Оскар, ухмыляясь. — Проверим на нём.

Девушка повернула голову, пристально глядя на мужчину.

— Или на тебе.

Оскар на секунду замолчал. Затем усмехнулся — уже по-другому. Живее. Почти с интересом.

— Вот как. Значит, зубы всё-таки есть. А я уж думал, ты собираешься стать доброй целительницей. Хорошо, что это не так. Милосердные долго не живут.

Марселин кивнула, будто подтверждая то, о чём и сама знала.

— Нож ты тоже всегда с собой носишь? — спросила она.

Раз уж есть время, стоит уделить внимание и стихии.

— Естественно, — ответил Оскар, одним коротким движением вытащив нож. Тёмная, потёртая рукоять удобно лежала в его ладони. Он держал оружие легко и уверенно, как вещь, к которой давно привык.

— А спирт?

— Хочешь со мной выпить?

Девушка коротко выдохнула, мысленно ругая себя за формулировку.

— Нет. Хочу продезинфицировать его.

— Для метания это, знаешь ли, не обязательно.

Она не отреагировала. Он посмотрел на неё уже с лёгким интересом. Достав из кармана флягу, Оскар щёлкнул крышкой, наклонил её, и прозрачная жидкость тонкой струёй скользнула по лезвию. Он слегка повернул нож, позволяя ей стечь, затем сделал глоток сам. После этого протянул нож Марселин. Она взяла его, взамен протянув револьвер.

— Бастиан сказал, что если револьвер тебе понравится, ты можешь его оставить, — произнёс Оскар.

Девушка не стала переспрашивать. Убрала огнестрельное оружие в сумку и осторожно взяла нож. Марселин задержала взгляд на лезвии, затем повернула кисть и почти без колебаний провела остриём по подушечке пальца. Неглубоко. На коже тут же выступила капля крови. Сосредоточившись, она ощутила под кожей давление, будто что-то изнутри упиралось в границы тела. Мужчина приблизился и склонился над её рукой, внимательно наблюдая за происходящим. Края пореза медленно сближались, словно их стягивала невидимая нить. Марселин удерживала концентрацию, пока от раны не осталась едва заметная линия. Лишь после этого позволила стихии рассеяться. Оскар выглядел так, будто увиденное его не впечатлило.

— С таким порезом даже ребёнок справится. А такую рану исцелишь?

Его пальцы зацепились за край рубашки. Оскар приподнял её, открывая глубокую рану чуть сбоку, у нижних рёбер. Кожа была рассечена почти на длину ладони — разрез неровный, будто лезвие вошло под углом и вышло рывком. При каждом вдохе края едва заметно расходились и снова сходились, словно рана дышала вместе с ним. Это был уже не просто порез — такое рассечение давно должно было быть зашито.

— Ты её не лечил… — заметила она.

— Лечил, — уточнил он, чуть качнув флягой в воздухе. — Живительной влагой. Как обычно.

Словно подтверждая слова, Оскар сделал короткий глоток,.

— Только вот… В этот раз рана не спешит затягиваться. Обычно быстрее, — произнёс он, глядя на Марселин. — Так что? Справишься?

Она перебрала в памяти свои прошлые попытки. Самый серьёзный порез, который ей удалось исцелить, был около четырёх сантиметров. И то — с усилием, почти на пределе. А здесь… размер почти с ладонь.

Справедливости ради… тогда ты переживала за жизнь гусеницы. А сейчас перед тобой всего лишь Оскар. И он не умирает.

— Справлюсь, — решительно заявила она и взяла нож в левую руку. Попыталась нащупать привычное давление в правой ладони. Но ничего не почувствовала. Девушка вдохнула и, не давая себе времени передумать, провела лезвием по коже.

— Какого чёрта?! — Оскар резко подался вперёд.

Марселин развернула нож остриём в его сторону.

— Помолчи.

Он застыл, нахмурился, явно собираясь что-то сказать… но сдержался. Она тем временем продолжила. Лезвие прошло глубже, чем в прошлый раз. Кровь выступила сразу. Девушка стиснула зубы, довела движение до конца и сконцентрировалась, пытаясь уловить знакомое ощущение под кожей. Удалось. То самое давление — теперь сильнее, грубее, будто отклик стал ярче из-за боли. Марселин направила стихию в ладонь. Спустя две минуты от пореза осталась лишь бледная линия. Затем приблизила ладонь к его ране, не касаясь кожи. Ощущение в руке дрогнуло, будто неохотно откликалось на чужое тело. Спустя несколько секунд края, расходившиеся при каждом вдохе, на миг остановились… затем начали тянуться навстречу друг другу. Рывками. Глубокая часть поддавалась хуже, стягиваясь неравномерно.

— Странное ощущение. — Оскар напрягся. — Как будто в теле что-то двигается.

Марселин усилила давление. На висках выступило напряжение, дыхание сбилось. Ладонь дрогнула, но она не позволила себе отступить. Неровный разрез постепенно выпрямлялся, края медленно тянулись друг к другу. Настолько медленно, что почти незаметно. Она продолжала, пока не почувствовала предел. Только тогда резко выдохнула и отпустила концентрацию. Края раны сошлись, оставив после себя плотный шрам. Оскар провёл пальцами по коже рядом с раной, осторожно вдохнул полной грудью и усмехнулся.

— Неплохо.

Стараясь не показать, насколько тяжело это далось, Марселин медленно выровняла дыхание.

Плохо. Я почувствовала стихию только тогда, когда ранила себя. И лечила его своей водой, а не его собственной.

— Никому не рассказывай, — велела она.

Оскар чуть приподнял бровь.

— Не любишь быть в центре внимания?

Да. А ещё…

— Сайрус говорил не лечить никого бесплатно.

— Нарушаешь правила? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Это и не бесплатно. Я научил тебя стрелять. И даже научу метать ножи.

Будто опомнившись, девушка наконец протянула ему нож рукоятью вперёд.

— Всё равно не говори, — добавила она.

— Ладно, — согласился тот, забирая оружие.

Неожиданно заурчал живот. Она молча развернулась и пошла в сторону здания архива. Оскар шагнул следом, быстро сокращая расстояние.

— Я вообще-то тоже проголодался. Невежливо так уходить.

— Разве тебе важны манеры? — уточнила Марселин, не замедляя шаг.

— Нет. Но я люблю, когда их нарушают правильно. А ты просто сбежала. И это после того, что между нами было? — добавил он с наигранной серьёзностью.

Все люди умеют так легко превращать происходящее в спектакль?

— Это ничего не значило, — ровно сказала девушка.

Он прижал ладонь к груди, будто его задели эти слова.

— Жестоко.

Некоторое время слышались только их шаги. Затем Марселин решилась нарушить молчание:

— Какая у тебя магия?

— Мне не нужна магия, — раздражённо бросил Оскар. — Я полагаюсь на практические вещи.

Во время обеда мужчина не замолкал. Разбирал её стрельбу: где она дёрнула руку, где поторопилась, а где, наоборот, всё сделала правильно. Без снисхождения, но и без лишней жёсткости — просто констатируя ошибки и удачные моменты. Затем разговор перешёл к оружию.

— Револьвер проще, — говорил он, лениво крутя вилку. — Меньше капризов. Если осечка, просто снова жмёшь на спуск. С пистолетом так не выйдет.

Между делом он начал объяснять и про ножи: как их держать, как выбирать момент для броска, как отпускать. Марселин молча слушала, запоминая.

После обеда девушка вернулась в комнату, взяла роман и открыла его на том месте, где остановилась. Она понимала, что сейчас стоило бы читать учебник по анатомии, разбираться, использовать свободное время с пользой, но мозг упрямо сопротивлялся, требуя чего-то простого. Спустя несколько страниц строчки начали расплываться, а взгляд всё чаще соскальзывал с текста. Девушка отложила книгу и потянулась к часам. Чтобы не проспать вечернее собрание, завела будильник, после чего легла и закрыла глаза. Сон пришёл не сразу, но усталость постепенно взяла своё.

Когда будильник выдернул её из тяжёлого сна, в комнате уже потемнело. Марселин провела ладонью по лицу, прогоняя остатки сна. Поправила одежду, быстро привела в порядок волосы и спустилась на второй этаж. По пути к гостиной она старалась держаться спокойно, будто предстоящее собрание её ничуть не волновало. У самой двери она столкнулась с Эстеллой.

— Ты вовремя, — сказала Эстелла. Голос был непривычно тихим и сдержанным, без той привычной лёгкости, которая обычно окружала девушку.

— У тебя всё нормально?

— Да, у меня… всё нормально.

Марселин уловила неуверенность в её голосе, но лишь кивнула. Расспрашивать не стала.

— Пойдём?

Эстелла кивнула, и они вошли. В гостиной уже собрались люди. Тео стоял у стола, сосредоточенно просматривая документы. Рядом, опираясь на спинку кресла, расположился Оскар. Чуть поодаль сидел Сайрус с привычно прямой спиной. Книга в его руках оставалась открытой, но он не читал, а лишь наблюдал поверх страниц. Кроме них, в комнате находилось ещё несколько незнакомых Марселин людей: кто-то смотрел в окно, кто-то негромко переговаривался. В воздухе чувствовалось напряжение. Она на мгновение замедлила шаг, быстро оценивая обстановку, затем прошла дальше. Свободные места оставались только на диване у стены. Марселин села с краю, Эстелла устроилась рядом.

Будь здесь Астер, всё это ощущалось бы не так тяжело.

Вскоре дверь вновь открылась. Бастиан вошёл, прошёл вглубь комнаты и остановился так, чтобы видеть всех.

— Начнём, — спокойно произнёс он.

Разговоры стихли, всё внимание сосредоточилось на лидере.

— Сегодня обозначим план по поиску артефакта. Для большей эффективности мы будем работать не одни, — добавил он. — К поискам присоединится команда, у которой уже есть доступ к информации, закрытой для нас. Мы будем сотрудничать с Итаном и его людьми. К тому же Марселин согласилась помочь нам в поисках. У неё есть необходимые знания об артефактах.

Несколько человек бросили на девушку быстрые взгляды. Она ответила тем же, внимательно всматриваясь в лица, но не увидела на них ни тени удивления.

— Все уже были в курсе этого.

— Ожидаемо. Они ведь часть команды.

Бастиан выдержал паузу и продолжил:

— Все, кто задействован в поисках, продолжают работать по своим направлениям. По мере поступления новой информации будем корректировать наши действия. Плановая связь — раз в месяц. При появлении новых сведений — немедленно. Контакт между командами будет осуществляться через Тео. Что касается команды Итана, Марселин будет взаимодействовать с ними.

Регулярная связь раз в месяц? Насколько же это затянется.

— К нам, в свою очередь, присоединится один из его людей. Бриана. В рамках договорённости мы предоставляем ей доступ к найденной информации по артефакту и обеспечиваем её безопасность. Ответственным назначен Оскар.

Бастиан перевёл на него внимание. Оскар кивнул.

— Ровно через два месяца Марселин отправится к ним, а Бриана присоединится к нам. — Он взглянул на неё, затем на Сайруса. — К этому времени Марселин должна овладеть основами стихийной магии.

Учитель поднял усталые глаза и моргнул в знак согласия. Бастиан тем временем обвёл взглядом комнату, на долю секунды задерживаясь на каждом.

— На этом всё. Вопросы?

Сайрус поднялся с кресла и молча вышел.

— Она отправится к Итану одна? — спросила женщина, стоявшая рядом с Оскаром.

Марселин почувствовала, как Эстелла напряглась ещё сильнее.

— Да, — ответил Бастиан.

— Тогда ей нужно освоить хотя бы основы самообороны, — заметил Оскар.

Марселин невольно насторожилась.

— Если это не помешает обучению стихийной магии, — сказал Бастиан. — Марселин может сама выбрать, чем заниматься.

— Как именно мы будем поддерживать контакт? — спросил Тео.

— Через кристаллы связи.

Эстелла неуверенно подалась вперёд.

— Но… это ведь незаконно.

Кто-то сбоку усмехнулся.

— Как и всё, чем мы занимаемся, милая, — отозвался чей-то голос.

Эстелла сжала ладонь на колене так сильно, что побелели пальцы.

— Но если Марселин решат проверить…

— Она будет с Итаном, — спокойно ответил Бастиан. — К нему без веской причины не подходят.

На несколько секунд повисла тишина. Новых вопросов не последовало.

— На сегодня всё, — произнёс Бастиан и вышел.

Вскоре остальные начали расходиться. К девушкам подошёл Тео.

— Теперь хотя бы понятно, что нас ждёт, но…

Эстелла перебила его:

— Почему ты такой спокойный?

— Эмоции ничем не помогут, — произнёс Тео, пожав плечом.

— Значит, будем делать вид, что всё нормально? Эта ситуация тебя не волнует?

— Думаешь, я хочу, чтобы Марселин уходила?

— В газетах пишут, что Итан убивает людей… десятками, — бросила Эстелла, почти переходя на крик.

Марселин на мгновение замерла, но промолчала.

— Не пугай её раньше времени, — выдохнул Тео. — У Итана жёсткий внутренний кодекс. Он не убивает без причины.

— Ты не знаешь этого наверняка, — сказала Эстелла.

— Сайрус знает, — ответил Тео. — И люди так говорят.

Эстелла покачала головой.

— Мы не можем верить всему, что говорят люди.

— Как и всему, что пишут в газетах, — парировал Тео.

— У вас есть эти газеты? — уточнила Марселин, стараясь звучать ровно.

— Да. В архиве, — Эстелла кивнула, чуть быстрее, чем нужно.

Марселин повернулась к Тео.

— Что из себя представляют кристаллы связи?

— Что ж… это магические кристаллы. Своего рода артефакты.

Тео задумался, подбирая формулировку.

— Работают примерно как телефон. Позволяют передавать голос на расстоянии. А в более дорогих кристаллах можно видеть собеседника.

— Почему они незаконны? — спросила Марселин.

— В отличие от телефонов, их невозможно прослушать.

— Понятно.

Разговор на этом закончился. Они втроём направились в архив. У одного из стеллажей Эстелла остановилась и вытащила стопку еженедельных газет.

Отныне необходимо отслеживать новости.

Взяв верхнюю газету, Марселин перелистнула несколько страниц. На одном из разворотов взгляд зацепился за статью. Крупный заголовок гласил: «Уничтожен военный отряд. Свидетели указывают на Итана». Следующий выпуск встречал надписью: «Запрещённые разработки: протезы, созданные ценой человеческих жизней?». Ещё одна газета. Ещё один заголовок: «Испытания на людях? Источники сообщают о военных экспериментах». Затем — «Итан избежал суда». Марселин потянулась к другому выпуску. И замерла. На первой полосе значилось: «Мать покончила с собой. Сын не проронил ни слезинки». Ниже — его фотография. Лицо спокойное, почти без выражения. Один глаз — голубой, второй — слепой. Девушка задержалась на снимке. Итан выглядел заметно моложе, чем она ожидала.

Скоро этот взгляд будет напротив.

Отложив эту газету, она взяла следующую. На ней крупными буквами было напечатано: «Гениальный юный инженер. Жители Хольда возлагают на него большие надежды». Девушка пролистала ещё несколько выпусков. Об Итане писали много. Не в каждом, но достаточно часто.

— Бульварная пресса, — бросил Тео. — Скандальные листки.

— Но ведь не всё там выдумано? — резко возразила Эстелла. — Иначе он бы давно всё опроверг.

Они вышли из архива. По дороге Эстелла и Тео негромко переговаривались. Она что-то говорила, он отвечал так же сдержанно. Марселин шла рядом, но словно отдельно. Мысли снова возвращались к заголовкам. К формулировкам. К этому лицу с фотографии. За этими размышлениями девушка не заметила, как они поднялись на третий этаж. У комнат остановились, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись. Марселин осталась у своей двери. Рука легла на ручку, но девушка не спешила её открывать.

Может, ещё не поздно отказаться?

Глава 7. Выбор без выбора

Спустившись этажом ниже, Марселин остановилась у нужной двери. Помедлив, она тихо постучала.

— Да? — донеслось из-за двери.

Девушка аккуратно приоткрыла.

— Я знаю, уже поздно…

— Заходи.

Она вошла. Сайрус сидел напротив террариумов и клеток. Тусклый свет лампы скользил по стеклу, выхватывая из полумрака чешую и блеск глаз. Внутри медленно шевелились мелкие животные. В руке Сайрус держал стакан с какой-то жидкостью. Он отпил немного, затем неспешно встал, взял второй стакан и подошёл к стойке у стены с рядом колб, соединённых тонкими трубками. Наполнив стакан, он вернулся и протянул его Марселин.

— Бери стул и подсаживайся. Наблюдение за животными успокаивает.

Придвинув стоящий неподалёку стул ближе к террариумам, ученица села и приняла предложенный напиток. Из стакана поднимался незнакомый аромат.

— Что это? — спросила Марселин.

— Укрепляющий настой. Восполняет недостающие организму вещества.

Стянув маску, девушка сделала осторожный глоток. Вкус оказался неожиданным — сначала терпким, почти горьким, затем мягче, с лёгким травяным привкусом. Тепло неспешно разлилось по телу, понемногу снимая накопившееся напряжение.

— Это фармацевтическое средство? Я не видела такого в аптеке.

— И не увидишь. Медицина здесь ни при чём.

Она вопросительно взглянула на него.

— Алхимия. — Он приподнял стакан, разглядывая содержимое. — Выверенная наука. Справедливая.

— Я… не слышала о такой.

— Неудивительно. Когда ты родилась, её уже запретили.

— Но ты практикуешь, — бросила она, резко обернувшись к нему.

Сайрус встретил её взгляд спокойно.

— И ты об этом никому не скажешь.

— Разумеется, — отозвалась Марселин.

— Если коротко, алхимия — это наука о преобразовании веществ. Берёшь одно. Меняешь структуру. Получаешь другое. Если понимаешь, что делаешь — результат предсказуем. Если нет — расплачиваешься, — добавил учитель, после чего повернулся к Марселин. — Но тебе в этом разбираться не нужно. Не рискуй без необходимости.

Она согласно кивнула.

Не собираюсь подвергать себя опасности, занимаясь запрещенной наукой.

— Сайрус… ты знаешь, что говорят про Итана?

— Знаю. И я знаю самого Итана.

Марселин на миг замерла. Она пришла сюда в надежде услышать лишь его мнение о газетных статьях или предположение о том, как ей лучше поступить. Но он знал Итана лично, а значит, мог судить о нём не по слухам. Сайрус сделал глоток напитка и чуть улыбнулся, вспоминая.

— Во времена, когда я ещё преподавал в университете, он иногда заходил на мои лекции.

— Иногда? Он пропускал занятия?

Наставник усмехнулся.

— Итан не был студентом. Он бывал на моих лекциях из интереса.

— Что ты преподавал?

— Медицину и стихийную магию.

Разговор ненадолго стих. Марселин сделала ещё один глоток, собираясь с мыслями. Всё это время её не отпускал совсем другой вопрос.

— Какой Итан? — осторожно спросила она.

— У него непростой характер: упрямый, временами резкий и раздражающий. Но при этом он терпеливый и сдержанный. — Учитель задумался, подбирая слова. — И не убивает людей без причины. Тебя вряд ли убъёт.

Марселин опустила глаза. «Вряд ли» звучало не слишком обнадёживающе.

— Бояться не нужно, но слабость при нём не показывай. Ты будешь ему полезна, если освоишь свои способности. А ты их освоишь.

Ученица отвела взгляд. Приятно… и одновременно странно — слышать, что в неё верят.

— Опаснее всего для тебя сейчас оставаться одной. И здесь лучше не задерживаться. Бастиан с командой обворовали Форт Нолла. Если Моррис их отыщет, тебе лучше быть подальше. Так что Итан — вполне неплохой вариант. Он сможет тебя защитить.

— Если захочет, — добавила она.

— В рамках договора — будет обязан. Этот парень умён и изобретателен…

— Как и ты? — не удержалась Марселин. В уголках её губ мелькнула улыбка.

— Пожалуй, — едва заметно хмыкнул Сайрус. Спустя секунду его тон стал деловым. — Меняем план. Пространственная магия — в первую очередь. И практические навыки самозащиты.

— Но Бастиан…

— Бастиан может хотеть что угодно, — перебил Сайрус. — Твой учитель — я.

Девушка моргнула.

— Затем стихийная магия, — добавил он. — А медицина — в общих чертах.

Слова звучали как список неизбежного. Она мысленно пыталась разложить всё по полочкам: с чего начать, чему уделить больше внимания… Но расставить приоритеты в списке занятий, в которых почти ничего не умеешь, оказалось трудно.

Некоторое время они молча сидели, неспешно допивая напиток. За стеклом лениво шевелились обитатели террариумов. Время от времени Сайрус нарушал тишину, рассказывая о своих бывших учениках.

— Мне нравится учить. Но только тех, кто действительно хочет научиться.

Он говорит это, чтобы подбодрить меня перед будущими занятиями? Или просто делился собственными взглядами?

— Поэтому учеников я выбираю сам. Учить всех подряд — пустая трата времени. Большинство быстро сдаётся, стоит им только столкнуться с первой серьёзной трудностью.

— А… каким учеником был Астер?

— Способным. Схватывал всё на лету.

Услышав такое сравнение, ученица невольно улыбнулась.

— Но при этом, — продолжил он, — невыносимо тактильным. Имел привычку хлопать меня по плечу, будто мы старые друзья. Когда обучение закончилось, я надеялся, что больше никогда его не увижу.

Сайрус допил напиток и поставил пустой стакан на стол. Марселин сделала последний глоток и поднялась.

— Завтра утром без опозданий, — напомнил он.

Девушка едва заметно вздохнула. Похоже, для Сайруса она уже навсегда останется ученицей, которая однажды опоздала.

Утром, направляясь к кабинету Сайруса, Марселин думала только о том, как успеть всё освоить за два месяца. Каждый пункт включал подпункты и список не уменьшался — только рос. Девушка коротко постучала и, едва наставник отозвался, открыла дверь. Едва Марселин переступила порог, как в лицо полетел небольшой светлый предмет. Она вздрогнула, но даже не успела прикрыться. Кусочек мела ударил её в щёку и с глухим стуком упал на пол.

— Сегодня — пространственная магия, — уточнил наставник.

Пока её внимание было приковано к полу, Сайрус метнул ещё один предмет. Тяжёлый подсвечник стремительно летел прямо в ученицу. Марселин резко вскинула руки и почти инстинктивно ухватилась за возникшее ощущение, направив его вперёд. Подсвечник застыл в воздухе — в каких-то пяти сантиметрах от неё.

Она осторожно посмотрела на учителя, надеясь понять, что будет дальше. Вместо ответа в неё уже направлялась крупная змея, извивающаяся в полёте. Не успев даже испугаться, Марселин отвела руку в сторону и змею отбросило в стену. За ней упал и подсвечник. Девушка не взглянула на пол, она следила за Сайрусом, на лице которого застыла странная смесь веселья и хищного интереса.

Наивно было надеяться, что после вчерашнего вечера он станет помягче…

— Что же ты в дверях застыла? Проходи, — произнёс он спокойно, вставая, будто ничего не произошло, и направился к змее. Подхватив её у основания шеи, развернул к Марселин.

— Нравится? Утром купил.

— Не нравится, — холодно ответила ученица.

Он опустил змею в террариум и закрыл крышку.

— Садись.

Девушка села за парту, не сводя с него глаз. Сайрус подошёл и остановился напротив.

— Марселин, что с волосами?

Она на мгновение замерла, вспомнив утро. После мытья головы стало ясно: от прежнего цвета почти ничего не осталось. Лишь отдельные пряди ещё сохраняли русый оттенок, тогда как основная масса волос уже стала тёмной, с глубоким фиолетовым отливом. Пудру она решила больше не использовать.

— Я не уверена… Цвет начал меняться несколько месяцев назад.

Наставник протянул руку, подцепил прядь волос и внимательно её осмотрел.

— Ты же знаешь: когда артефакт тебя выбирает, тело реагирует. С большой долей вероятности цвет изменился из-за них.

— Я думала, реакции от артефактов кратковременны.

— Зачастую, но не всегда.

— Это не опасно?

— Нет, — ответил он без колебаний.

— Мой натуральный цвет не вернётся?

— Нет.

Что ж. Так даже лучше.

Сайрус отпустил прядь, но в следующий момент рывком выдернул один волос. Марселин вздрогнула и вопросительно подняла на него глаза.

— Возьму для личных целей, — невозмутимо сказал он.

— Какого рода целей?

На губах Сайруса мелькнула лёгкая ухмылка. Он оставил вопрос без ответа и, не дав ей возможности возразить, спокойно произнёс:

— Сейчас я буду бросать в тебя предметы.

Она чуть повела бровью.

— Кажется, ты перепутал последовательность фразы и действий.

Он резко направил на неё указку. Девушка замерла, ощущая, как по телу прокатилась знакомая волна напряжения.

— Не дерзи.

Сайрус отошёл к столу, на котором уже были разложены разные, на вид никак не связанные между собой, вещи.

— Ты должна остановить предмет и вернуть его мне. Магией, разумеется, — сообщил он и без промедления швырнул книгу. Теперь Марселин находилась близко, и книга в одно мгновение оказалась у её лица. Ученица вскинула руку, инстинктивно закрываясь, и остановила предмет в последний момент. Спустя секунду осторожно приоткрыла веки, выпрямилась и плавно повела учебник обратно.

— Мне управлять рукой для перемещения?

— Да, если так проще.

Она почувствовала, как сила — слабо, но отчётливо — отзывается в пальцах. Предметы летели один за другим, всё быстрее, почти без перерывов. Одни задевали её по плечу и запястью, другие почти касались пола, но каждый раз девушка успевала остановить их и вернуть. Когда упражнение подошло к концу, Сайрус взял плотный учебник, подошёл и небрежно бросил его на парту. На обложке значилось: «Основы нестихийной магии».

— Прочтёшь в ближайшее время.

Её список обязанностей только что стал ещё длиннее. Марселин мысленно поморщилась.

— Но ведь у меня и без того получается.

— Что ты сказала? — спросил он тихо. От его ледяного тона под кожей расползлось неприятное, вязкое ощущение.

— Начну сегодня же, — ответила ученица.

После обеда девушка сидела за партой в ожидании маленького “пациента” для практики. Внимание постепенно рассеивалось. Марселин ещё держала взгляд на столе, но его очертания уже расплывались, линии теряли чёткость, а веки сами собой закрывались. Когда Сайрус приблизился, держа в руках ящерицу, она упёрлась ладонями в край парты, но руки не удержали. Голова медленно опустилась, и в следующий момент сознание оборвалось.

Когда Марселин наконец открыла веки, солнце уже опускалось к горизонту. Тёплый свет ложился на стены её комнаты. Она несколько секунд неподвижно смотрела перед собой, собираясь с мыслями. Последним, что всплыло в памяти, была ящерица. Девушка вновь прикрыла глаза, пытаясь дотянуться до следующего воспоминания, но дальше был лишь обрыв. Она встала и, наспех поправив внешний вид, направилась к кабинету Сайруса. Остановившись у двери, постучала.

— Входи, Марселин.

— Это переутомление? — спросила ученица, переступая порог.

— Думаю, это твоя плата за магию.

Сайрус приблизился, остановился напротив и быстро оценил её состояние: цвет лица, дыхание…

— Головокружение?

— Нет.

— Боль?

— Нет. Это из-за пространственной магии? — уточнила девушка. — Но я ведь недолго практиковалась. Так будет всегда?

— Твоё тело привыкает, — ответил Сайрус. — Со временем сможешь использовать больше, прежде чем появится побочный эффект. Но да, так будет всегда.

— Понятно, — выдохнула она. — Сайрус, я прошу прощения за доставленные неудобства.

— Брось. — Он коротко посмотрел на неё. — Пространственную будем практиковать после обеда.

Разумно.

— До завтра, Марселин.

Она кивнула и вышла. В столовой было многолюдно: вокруг звучали голоса, между столами то и дело проходили люди, а в воздухе витал запах свежего рагу. Заметив Эстеллу и Тео, девушка направилась к ним.

— Марселин, — отозвался Тео. — Очнулась?!

— Да.

Эстелла чуть склонила голову, разглядывая её.

— Побочный эффект, значит.

— Похоже на то.

За ужином разговор ненадолго свернул к её новому цвету волос. Эстелла и Тео сошлись во мнении, что так Марселин выглядит взрослее. Затем обсудили её предстоящее обучение. Поняв, сколько всего ей предстоит освоить за короткий срок, оба предложили помочь с теорией. Начать решили сразу после ужина.

Поднявшись в гостиную, девушка достала «Основы нестихийной магии» и протянула книгу Тео. Заняв кресло, он принялся читать вслух. В его голосе не было особой выразительности, однако звучал он спокойно и уверенно, и Марселин невольно заслушалась. Раньше она почему-то не обращала на это внимания.

С ним я буду связываться… после отъезда.

От этой мысли стало немного тяжелее. Марселин оборвала её усилием воли и сосредоточилась на голосе Тео. Учебник звучал сухо и точно: магия не создаёт — она воздействует; чем шире охват, тем выше цена; удержать можно лишь то, на чём способен сосредоточиться; любое действие требует конкретики — размытое намерение даёт размытый результат; принципы едины, но каждый применяет их в соответствии со своей индивидуальной магией. В этих строках не было ни примеров, ни пояснений — только каркас, на котором каждому предстояло выстроить собственное понимание.

— Какой максимальный вес ты способна удерживать магией? — неожиданно спросила Эстелла.

Тео замолчал. Марселин на мгновение задумалась, вспоминая змею и подсвечник.

— Пожалуй, около килограмма. Ничего тяжелее не пробовала.

— Проверим сейчас?

Девушка огляделась: на столе лежала стопка толстых книг, у стены стояла массивная керамическая ваза, рядом — тяжёлый бронзовый подсвечник. Она мысленно оценила их вес. Ваза показалась самым подходящим вариантом. Марселин сосредоточилась, ловя знакомое ощущение. Выдохнула и медленно приподняла её над полом.

Внезапно с улицы донёсся резкий звук. Девушка мгновенно обернулась к окну — и ваза дёрнулась следом, сместившись к стеклу, будто откликнувшись не на волю Марселин, а на движение её взгляда.

— Ничего себе, — негромко произнесла Эстелла. — Я думала, ты только двигаешь предметы, а не… перемещаешь их сквозь пространство.

И я так думала.

Тео тоже выглядел весьма удивленным.

— Если это работает с предметами, теоретически должно работать и с живым телом.

Марселин заметно оживилась.

— Я смогу перемещать саму себя?

— Думаю, да, — добавил он. — Но только импульсом. Как ты только что сделала с вазой. Парить в воздухе не сможешь.

Марселин задержалась на этой мысли. Звучало… слишком заманчиво.

— Хочу, — произнесла она тихо.

— В любом случае это в разы сложнее, — подчеркнул Тео.

Следующие дни слились в одно повторяющееся движение: учёба — практика — сон. Снова и снова. Менялись лишь темы и задания. С рептилий перешли на мышей, с учебников по магии — на медицину, со стрельбы — на метание ножей. Марселин уже научилась лечить, используя воду «пациента», стала достаточно уверенно стрелять и освоила базу по нестихийной магии.

Побочным эффектом её силы оказался не обморок, а глубокий, беспробудный сон. Впрочем, полное отсутствие реакции на прикосновения, голос и попытки разбудить её больше напоминало кому, чем обычный отдых. Длительность постепенно сокращалась, но одно не менялось — в такие моменты тело не реагировало ни на что.

В какой-то момент Эстелла узнала, что Марселин не присоединилась к команде официально, а лишь согласилась помочь им в поисках артефакта. Она несколько раз пыталась переубедить девушку, но безуспешно. В конце концов Эстелле пришлось принять её решение.

В редкие свободные минуты девушка старалась продвинуться дальше в освоении пространственной магии. В книге говорилось, что для более сложного воздействия тело должно образовывать замкнутую структуру — для этого достаточно соединить пальцы в узел. Необходимо было найти жест, в котором маг чувствует силу наиболее отчётливо. Марселин перебрала несколько вариантов и остановилась на одном: большой и указательный пальцы сомкнуты в кольцо, остальные — согнуты и переплетены. В этом положении ощущение собиралось быстрее. Однако даже так ей не удавалось сдвинуться с места. О перемещении пока не могло быть и речи.

Несколько раз она пыталась вытащить из ножен клинок-артефакт, забранный ею из Форта Нолла, но тот так и не поддался.

В один из вечеров они, как уже вошло в привычку, собрались в гостиной. Комнату наполнял лишь шелест страниц и редкие, негромкие реплики. Тео и Эстелла взяли художественные книги, Марселин — анатомию.

Через некоторое время дверь гостиной открылась и на пороге появился Астер. Он коротко оценил обстановку: Эстелла говорила что-то Теодору, время от времени усмехаясь; Теодор вдумчиво отвечал, добавляя подробные объяснения. По мнению Астера, разговор был скучным, но эти двое были полностью поглощены им. Марселин не следила за разговором — всё её внимание было приковано к книге. Впрочем, Астер сомневался, что она действительно читала, скорее упрямо водила глазами по строкам. Бледное лицо и тяжёлые веки, заметные даже при мягком свете, выдавали изнеможение.

— Как я понимаю, вход свободный, а выход — после сдачи экзамена? — произнёс Астер.

— Привет, Астер, — сказала Эстелла.

— С возвращением, — отреагировал Теодор.

— Здравствуй, — поздоровалась Марселин и вернулась к учебнику.

Астер подсел к ней на диван, стараясь не оказаться слишком близко, но так, чтобы она всё же обратила на него внимание.

— Ты уже соскучилась или мне ещё неделю полетать?

Он ожидал хоть какой-нибудь реакции, но Марселин даже не повернулась в его сторону.

— Привет, Принцесса. Я вернулся. — На этот раз Астер ограничился обычным приветствием.

— Здравствуй.

Она на секунду подняла на него глаза, затем снова опустила их к книге. Он предпринял ещё одну попытку вернуть разговор в привычную ему манеру.

— Ты моргаешь хотя бы иногда или это уже факультатив?

Марселин уловила лишь обрывок фразы и, не став переспрашивать, ответила, стараясь сохранить формальную вежливость.

— Ты прав.

Не скрывая возмущения, Астер порывисто встал с дивана.

— Я отсутствовал всего двадцать дней, а вы сломали Принцессу.

— Она начала обучение у Сайруса, — начал Тео, — ты же сам знаешь, какой он требовательный.

— К чёрту это, — отрезал Астер. — Она измотана, в её глазах нет жизни.

— Марселин хочет поскорее всему обучиться, — добавила Эстелла. — Мы поддерживаем её как можем, но материала действительно много.

— Я в порядке. — Марселин перевернула страницу. — Бывало и хуже.

— Не в порядке. И если уж оценивать своё состояние, ориентироваться нужно на лучшее, а не на худшее.

Марселин испытала смешанные чувства: раздражение от того, что её отчитывают за учёбу, и странное, почти неловкое облегчение оттого, что кто-то наконец заметил, насколько сильно она устала.

— Когда ты в последний раз спала? — уточнил Астер.

— Прошлой ночью, — отозвалась Марселин, изо всех сил стараясь звучать бодро.

— Сколько часов?

Чуть больше трёх часов.

Понимая, что этого слишком мало и что такой ответ его не устроит, она решила приукрасить правду — совсем немного, чтобы самой не было стыдно за обман.

— Четыре часа, — осторожно произнесла она, и тут же уткнулась взглядом в страницу, будто книга могла прикрыть сказанное.

— Ты совершенно не умеешь врать, Принцесса, — отметил он. — Сколько на самом деле?

Марселин чуть отвернулась, не выдержав его пристального внимания.

— Три… с половиной. Почти.

— Ого, — протянул Астер. — Так много. Ещё чуть-чуть и придётся урезать сон, а то учёба простаивает.

Он молча забрал учебник с её коленей, аккуратно закрыл его, и Марселин рефлекторно потянулась следом.

— Ещё пять минут. Я только…

— Нет, — перебил он. — Сейчас. Хочу показать тебе кое-что. Пойдём, это поможет в обучении.

Она почти обречённо вздохнула, но всё же поднялась.

— Только ненадолго, — пробормотала Марселин и последовала за ним к выходу.

В коридоре Астер остановился возле узкого столика и взял оттуда бутылку. После чего достал из внутреннего кармана небольшую таблетку и протянул девушке вместе с водой. Всё это он проделал с той же невозмутимостью, что и любое другое дело.

— Витамины, — уточнил он. — Уверен, ты сегодня даже нормально не ела.

Стянув маску, девушка положила таблетку на язык и сделала глоток.

— Спасибо.

Астер повёл девушку дальше, отвлекая лёгким разговором. У двери в свою комнату Марселин привычным движением открыла замок. В этот момент его тон стал серьёзнее.

— Ты знаешь, что выпила?

— Витамины.

— Не совсем.

Она настороженно посмотрела на него.

— Сейчас в этом нет ничего страшного, потому что я — хороший парень, — продолжил он. — Но больше так никогда не делай. По возможности проверяй всё подозрительное, прежде чем это попадёт в твой организм.

Марселин вдруг ощутила, как меняется её состояние: мысли, ещё секунду назад цеплявшиеся друг за друга, начали терять остроту, напряжение в плечах ослабло, а дыхание стало глубже. Она медленно моргнула. Веки с каждой секундой становились всё тяжелее. Он завёл её в комнату, подводя к кровати.

— Ты солгал, — тихо возмутилась Марселин.

— Формально — нет. Я сказал, что это поможет в обучении. — Астер уложил девушку на постель.

Астер ведь сказал, что он хороший…