Марк Антоний и Клеопатра в Улье

Глава 1

Перенос в Улей

‒ Наруба, что за странный вонючий туман? ‒ с удивлением и недовольством в голосе, обратилась Клеопатра к одной из своих служанок.

Царица Египта не понимала, от куда появился таинственный густой туман. Вызывали также удивление сильные гром и молнии, хотя дождя не было и в помине. ‒ Не иначе, Боги требуют богатых подношений ‒ мелькнуло в голове красотки, перед которой преклонялась вся Ойкумена.

‒ Госпожа, он появился два часа назад ‒ низко поклонившись, ответила чернокожая молодая служанка. ‒ Насколько знаю, у многих ваших подданных появилось недомогание ‒ продолжила рассказывать Наруба своей госпоже, которая еще толком не проснувшись, лежала нагой на шикарном ложе.

‒ Ты знаешь, а ведь и мне почему-то сейчас нездоровится ‒ прислушавшись к своим ощущениям произнесла Клеопатра. Царица не понимала, почему ей так хочется пить и от чего столь сильно болит голова. Ведь вчерашняя ночь прошла без обильных возлияний.

‒ Вели позвать придворного лекаря ‒ обратилась царица ко второй служанке, которая, склонив голову, быстро выскользнула из покоев.

‒ А где Марк Антоний? ‒ поинтересовалась Клеопатра, хотя и догадывалась, каким будет ответ.

‒ Господин, как обычно, отправился рыбачить в Ниле ‒ с улыбкой сказала Наруба, протягивая Клеопатре чашу с соком. ‒ Госпожа, выпейте, вдруг вам полегчает.

Сделав несколько глотков сока, Клеопатра отметила, что он не помогает унять жажду. Не радовало и отсутствие Марка Антония. В такое странное утро, она хотела, чтобы ее возлюбленный был рядом.

‒ Наруба, вели созвать моих советников и жрецов ‒ вставая с постели, властно произнесла Клеопатра, потирая ладонью терзаемую болью голову. ‒ Завтрак не нужен, сейчас мне не до лакомств ‒ продолжала Клеопатра. ‒ Все, иди, да поторопись, время не ждет.

‒ Боги, что же сегодня происходит? ‒ подумала царица, смотря в спину быстро удалявшейся Нарубе. Клеопатра, не обращая внимание на свою наготу, вышла на балкон роскошного дворца.

На окрестных улицах и площадях толпился народ. Царица отметила, что гроза и молния закончились, да и туман полностью развеялся. Но все же, интуиция подсказывала Клеопатре, что случилось что-то странное. Но что именно произошло, царица Египта понять не могла.

Чувствуя, что головная боль все усиливается, тело становится еще более вялым, Клеопатра нетвердым шагом подошла к ложу, и без сил свалилась в роскошную постель. Жажда не утихала, так и терзая правительницу Египта. Клеопатра закрыла глаза, и одолеваемая тревогой и нерадостными мыслями, незаметно для себя уснула…

Марк Антоний, слегка пошатываясь, вошел в покои Клеопатры. Римский полководец чувствовал себя скверно. Прервав рыбалку, он решил вернуться во дворец к своей возлюбленной. На обратном пути римский полководец отмечал, что многие люди ведут себя донельзя странно. И это касалось не только местных жителей, но и его легионеров.

Сильнее всего Марка Антония поразил случай, виденный им поблизости дворца ‒ несколько богатых жителей Александрии, повалив на землю старого раба, рвали его зубами. Римлянина шокировало увиденное безумство, но он решил не задерживаться, спеша к Клеопатре.

Войдя в покои царицы Египта, он увидел ее лежавшей в постели. Клеопатра была совершенно нагой, и казалось, что она крепко спит. С улицы доносились крики и какое-то дикое рычание.

‒ Всемогущий Марс, что же происходит? ‒ с ужасом в голосе воскликнул Марк Антоний, выйдя на балкон. Он увидел, как неподалеку появилось несколько мерзких чудовищ, накинувшихся на вяло сопротивляющихся людей.

Внезапно, сзади раздалось протяженное и громкое урчание, от которого по спине полководца поползли мурашки. Резко обернувшись и вытянув из ножен верный гладиус, римлянин увидел Клеопатру, сидящую на постели. Густые длинные волосы закрывали ее лицо.

‒ Любимая, что с тобой? Тебе не здоровится? ‒ воскликнул Марк Антоний, отбрасывая в сторону меч, и быстро подскакивая к Клеопатре. ‒ Дорогая, скажи хоть что-то! ‒ нежно произнес Марк Антоний, аккуратно убирая волосы, скрывающие лицо царицы Египта.

Римского полководца охватил ужас, когда он увидел глаза своей возлюбленной. В них не было ничего человеческого. Марк Антоний не мог даже пошевелиться, смотря в пустые, лишенные жизни глаза обворожительной египетской правительницы.

Римлянин не отрывал взгляда от Клеопатры, чувствуя, что из его глаз текут слезы. Он даже не заметил, как в покои странной походкой вошли служанка Наруба и один из его легатов. Марк Антоний сейчас мало что соображал. Он не отрываясь смотрел в безжизненные глаза возлюбленной.

Внезапно, Клеопатра громко заурчала, и с силой схватив римлянина за руки, впилась зубами в его руку. Придя в себя от боли, Марк Антоний громко закричал, пытаясь вырваться. Но Клеопатра держала его мертвой хваткой. Подошедшие сзади к полководцу Наруба и легат, почти одновременно попытались вцепится зубами в его шею.

Глава 2

Потерял, но есть шанс вновь обрести

Марк Антоний, не смотря на свой богатый военный опыт, был в форменном ужасе от того, что с ним делала его возлюбленная царица Клеопатра. А она, между тем, обладая нечеловеческой силой, стремилась дотянуться зубами до горла римского полководца.

Клеопатра дико терзала Марка Антония и он в ужасе орал, не веря в происходящее. Он и помыслить раньше не мог, что Клеопатра могла творить с ним такую дичь, за которую ее непременно сурово покарают Боги.

Внезапно, у Марка Антония буквально проснулось второе дыхание, а голова стала ясной. Одним движением, он откинул от себя Клеопатру, быстрым прыжком уйдя в сторону, схватил валявшийся на полу верный гладиус. Обнажив меч, римский полководец встретил урчащую Клеопатру, глаза которой уже не были глазами человека, хорошо поставленным ударом. Гладиус вонзился в голову царицы Египта.

Не думая и не сожалея не о чем, Марк Антоний встретил мечом и служанку египетской царицы и своего легата, которые с таким же ворчанием, как и их уже мертвая хозяйка, и с такими же безжизненными глазами, ринулись к римскому полководцу.

Опыт и мастерство не подвели римлянина. Он быстро расправился с ними, отметив, что удары по конечностям и туловищу малоэффективные, и что нужно бить именно в голову. Ринувшись к входу в царскую опочивальню, Марк Антоний задвинул крепкий заслон, закрывшись в покоях Клеопатры. И сделал он это вовремя, так как почти сразу же на дверь посыпались сильные удары, послышалось многоголосое урчание.

Римлянин, не обращая внимание на раны, подошел к лежащей на полу Клеопатре. Его душа разрывалась от горя. Ведь он всем сердцем любил царицу Египта. Он был готов отдать за нее жизнь. А вышло так, что он собственноручно лишил жизни свою возлюбленную.

Внезапно, свет перед глазами Марка Антония померк, и он упал без чувств рядом с Клеопатрой…

Глаза открывались с трудом, а тело налилось дикой слабостью. Мысли в голове путались. А уж жажда была такой, что и словами не описать. Марк Антоний пошевелился, попытавшись подняться.

‒ Сейчас, дам тебе хлебнуть живца. Мигом полегчает ‒ раздался рядом старческий голос, и воину протянули бурдюк, из которого шел тошнотворный запах. ‒ Пей, если хочешь жить. Это лекарство, которое тебе поможет.

Марк Антоний, взяв в ослабевшую руку бурдюк, поморщившись, сделал пару глотков. Зелье на вкус было омерзительным. Чувствовался вкус вина и чего-то еще. Но пересилив себя, римлянин сделал еще несколько глотков.

‒ Все, хватит. Живца много пить нельзя ‒ сказал незнакомец, забирая бурдюк. ‒ Ну что, полегчало?

‒ Да, стало намного лучше ‒ слазал Марк Антоний, отмечая, что действительно, после нескольких глотков этого тошнотворного пойла в голове прояснилось, жажда ушла, а тело начало наливаться силой.

‒ Тогда садись на ложе и слушай, где ты оказался и как тебе тут выживать ‒ незнакомец, в длинном темном плаще и в капюшоне, полностью скрывающем лицо, помог Марку Антонию встать и сесть на ложе Клеопатры.

‒ Я знаю, кто ты такой, Марк Антоний. Знаю я и то, кто лежит на полу хладным телом. Ей не повезло, а вот к тебе, Боги оказались благосклонными. Хотя, может и наоборот ‒ из-под капюшона послышался смешок.

‒ Что случилось со всеми и кто ты такой? ‒ Марк Антоний стал злиться. ‒ Что за зловредное колдовство поразило жителей Александрии и моих воинов?

‒ Не гневись, славный полководец, а слушай внимательно и запоминай. Ведь от того, что я тебе поведаю, зависит твоя дальнейшая жизнь ‒ незнакомец уселся рядом с Марком Антонием, начав свое повествование.

‒ Часть Александрии, и ты с Клеопатрой в их числе, оказались в другом мире, который зовется СТИКС или же Улей. Он состоит из кластеров, большая часть которых, время от времени, обновляется. Скоро ночь, и если не веришь моим словам, глянь на небо. На нем, ты не увидишь знакомых звезд. Но слушай же дальше. Попавшие сюда делятся на иммунных и не иммунных. Первых ‒ единицы, и она сохраняют человечность. Вторых ‒ большинство, и они быстро обращаются в чудовищ, желавших лишь пищи. А едят они, отнюдь не фрукты.

‒ Слушай дальше. Зелье, которое я тебе дал, зовется живец. Пить его иммунным нужно ежедневно. Достаточно 4-5 глотков. Иначе ‒ тяжкая смерть. Готовят его из вина и споранов. Их ты найдешь в наростах на затылках чудовищ, которые уже слегка отожрались. Спораны выглядят, как серые виноградины. Кидаешь споран с вино, ждешь, когда он растворится, процеживаешь через тряпицу, и живец готов. Да, и еще, ты теперь не будешь стареть, силы твои многократно прибавятся, раны будут быстро заживать, да и болезни тебе отныне не страшны. Но убить тебя, как и всякого иммунного, можно обычным оружием. Ну, а если не убьют люди или чудовища, то проживешь здесь хоть тысячу лет.

‒ А ты кто такой? ‒ задал Марк Антоний, давно терзавший его вопрос. Почему-то, он верил в то, что говорил странный незнакомец. Да и то, что он видел своими глазами, вполне подтверждало услышанное.

‒ Я из тех, кого называют Детьми Стикса ‒ спокойно произнес незнакомец. ‒ Мы живем здесь уже давно. Знаем многие тайны этого мира. Обладаем немалым могуществом. Да, знай, что я семь раз был в этих покоях, но всегда ты и Клеопатра оказывались не иммунными.

‒ Стой, я тебя правильно понял ‒ в следующий раз, или еще через раз, есть вероятность, что и Клеопатра окажется иммунной и ее можно будет спасти? ‒ с надеждой воскликнул римлянин, ухватив за плечо незнакомца.

‒ Да, именно так. Если на это будет воля СТИКСА ‒ проговорил незнакомец, смотрящий на то, как загорелись глаза римлянина. ‒ Но учти, что этот кластер идет на перезагрузку раз в 3 месяца. Так что нужно будет ждать. И никто не знает, в какую перезагрузку Клеопатра окажется иммунной. И к тому же, ее нужно будет спасти от обращенных и чудовищ, которые наводнят Александрию. Этот кластер быстрый. Не иммунные обращаются в чудовищ менее чем за сутки.

‒ Плевать. Я сделаю все для того, чтобы вновь быть вместе с Клеопатрой ‒ твердо проговорил Марк Антоний, у которого в жизни вновь появись цель. ‒ Сколько бы не пришлось ждать, какие бы испытания мне не выпали, но я спасу Клеопатру, даже если потребуется отдать свою жизнь.

‒ Ну что же, достойное намерение ‒ с уважением в голосе сказал незнакомец. Но, чтобы воплотить мечту в жизнь, тебе придется подготовиться, а для этого нужна информация. И мне много тебе еще нужно рассказать, чтобы ты понял, как здесь выжить, стать сильнее, ну и спасти свою любимую женщину.

‒ Вообщем, слушай дальше и запоминай. Про спораны и живец, я тебе рассказал. Кроме споранов, попадается горох и янтарь. А у элитных монстров ‒ черный и красный жемчуг. Горох требуется, чтобы усилить Дар СТИКСА. Я не сказал, но каждый иммунный, получает чудодейственные способности. У каждого, они свои. Обычно, они проявляются через несколько дней. Или же, их может активировать Знахарь. Так вот, горох нужен, чтобы их усилить. Лучше конечно помогает жемчуг, он не только усиливает уже имеющуюся способность, но может пробудить и новую. Вот только добыть его очень сложно, так как встречается он у таких чудовищ, перед которыми и циклоп ‒ малый ребенок.

‒ Горох, разводишь в уксусе, процеживаешь и пьешь. Но делай это не больше пары раз в неделю. Иначе, станешь квазом ‒ это чудовище, сохранившее людской разум. Он сильнее, быстрее людей, его сложнее убить. Но мало кто хочет превратиться в кваза.

‒ Еще, очень важный момент, попавшие в СТИКС мужчины, должны получить новое имя. Старое, им следует отринуть и навсегда его забыть. Иначе, их покарает СТИКС. Женщины, могут оставить и старое имя. Есть у них здесь такая привилегия…