Мариза - повелительница ночи

Мариза решается на отчаянный поступок

- Эй, пошевеливайся! Вода сама не наполнит ванну, а настоятельница страсть как не любит ждать!

Этот окрик, как ведро холодной воды, заставил Маризу очнуться от тяжёлых дум и начать действовать: доставать воду из глубокого колодца. Грубая верёвка натирала руки, но девушка уже давно не обращала на это внимания. Это поначалу кровавые мозоли доставляли ей боль и неудобства.

- Могли бы и магию применить! Прочли бы заклинание и наколдовали бы полную ванну воды! – проворчала она, косясь на дородную пожилую особу, что служила при храме управительницей. Это была очень въедливая особа, и от неё было больше шума, чем реальных дел. Мариза её едва терпела и нисколько не боялась, несмотря на поток ругани, что обрушился на её бедную голову.

- Ах ты, стручок недозрелый! Ещё указывать будет! Вот доложу настоятельнице о твоей дерзости и лени – быстро вылетишь за ворота! Что тогда будешь делать?

Мариза прикусила язык и работала молча, только пыхтела от усилия. Руки ломило от холодной воды, а ванна наполнялась медленно. Рано или поздно всё заканчивается: и хорошее, и плохое. Только нет конца страданиям бедной Маризы.

Девушка успешно справилась с работой и поправила пояс ветхой юбки, которая держалась и не распадалась на лоскуты только усилиями заплат. До обеда было ещё далеко, а желудок уже присох к спине. С утра она украла на кухне кусок ячменной лепешки и теперь испытывала муки голода. Жила она при храме в большом приземистом доме для прислуги, где обитали такие же несчастливицы. Жили они убого и постоянно ссорились из-за любой мелочи. Спали на полу, и кормили их только раз в день.

- И кто придумал такие правила? – возмущалась Мариза, слоняясь по двору на задах храма. Хозяйственные постройки густо лепились друг к другу, как грибы на трухлявом пне. Вспомнив про грибы, Мариза представила, как жарит их на ветке, и сглотнула горькую слюну. Можно было сбегать в лес, но искать грибы ей не хотелось. Лучше перетерпеть до обеда, судя по положению солнца – ждать осталось совсем немного. Во дворе было жарко и пыльно, Мариза завернула в сарай, где стояли нарядные открытые коляски настоятельницы.

Она залезла под коляску и легла на спину. В животе урчало так громко, что она даже не услышала, как скрипнула дверь сарая и длинная тень метнулась внутрь.

- Зизи, ты здесь?

Лохматая голова просунулась под коляску и счастливо вздохнула. Мариза скривила губы в горькой улыбке: Зизи называла её только покойная матушка, да вот ещё Нук – мальчишка-конюх – её единственный друг.

- Смотри, Зизи, что я принёс!

Он торжественно вложил ей в руку медовый пряник, и сердце Маризы сжалось от радости. Она впилась зубами в лакомство и на минуту опять вспомнила ласковые руки матери и ее добрые глаза. Такой же взгляд был сейчас у Нука. Он преданно смотрел щенячьими глазами, как она вгрызается в пряник.

- Ты где его взял?

- Дома, ещё утром! Хотел порадовать тебя!

Она благодарно улыбнулась и нащупала его крепкую горячую ладонь. Паренёк души в ней не чаял и уже обещал жениться, но Мариза не воспринимала это всерьёз. Нет, если ей суждено вырваться из тени храма и зажить собственной жизнью – она хотела бы остаться свободной. Семья у Нука большая, она уже была в курсе всех мелких ссор и бытовых дрязг, что наполняли до краёв бедное жилище родителей Нука. У него имелось два старших брата, один из которых успел жениться. Нет, она не создана для семейного счастья и уж точно не пойдет на побегушки к мамаше Нука. Слава о ее сварливом характере давно достигла стен храма, хотя Нук по привычке вечно выгораживал мать. Ей хватило горьких воспоминаний о тех днях, когда после смерти матери отец привёл в дом мачеху. Именно она настояла, чтобы Маризу в двенадцать лет отдали в услужение богине Ночи.

- Это почетно и похвально – отдать свою жизнь в услужение богине! Она осыплет благополучием наш бедный дом и подарит счастливую судьбу твоей дочери!

Так рассуждала мачеха, убеждая отца. Вот только она умолчала, что прислуживать Мариза будет не богине, а настоятельнице, как и многие другие девушки, которых не удостоили чести быть послушницами при храме.

- Я пошел на речку купать коней, идем со мной? – предложил Нук.

Маризе очень хотелось пойти, но она колебалась: скоро обед. Медовый пряник хоть и лакомство, но не заменит густую наваристую похлебку из чечевицы. Есть хотелось сильно и вместе с тем хотелось вырваться на простор лугов у реки.

- Ладно, только давай недолго! Скоро обед! – строго сказала Мариза и паренёк радостно закивал в ответ.

Солнце нещадно припекало. Близился полдень, всё живое стремилось укрыться в благодатной густой тени от деревьев. И только беззаботные стрекозы носились стаями над речной гладью. Нук завёл лошадей в речку, а Мариза растянулась на траве, наблюдая из-под ресниц, как солнечные блики бегут по спокойной воде.

- Ты слышала? В город приехал великий маг из ордена Серебряной Луны! Он вроде хочет набрать себе учеников, и я думаю попытать счастья. Конечно, поначалу я буду просто слугой, но если я смогу ему угодить и понравиться – он возьмет меня в обучение! Здорово?

Мариза равнодушно пожала плечами: что тут может заинтересовать? Перейти из слуг богини в слуги к магу. Вот уж счастье! Нет, если менять свое положение и судьбу, так целиком и полностью. Вместе с тем ей стало обидно за себя: перед Нуком открываются хоть какие-то перспективы, а она так и будет до самой смерти прислуживать вредной управительнице. Только из чувства досады и противоречия она заявила:

- Сегодня на закате я отправлюсь в главную залу храма к статуе богини и попрошу её о милости! Я никогда не докучала ей просьбами, служила добросовестно и хочу получить награду!

- Что? Ну нет! Ничего у тебя не выйдет! Ты должна что-то пожертвовать богине, и только тогда сможешь обратиться к ней с просьбой. Ты же знаешь об этом и знаешь, что у тебя ничего нет! Даже самой мелкой монеты. Ты работаешь за тарелку похлебки и крышу над головой!

Услышав о похлебке, Мариза забеспокоилась. Она взглянула на солнце и поняла, что самое время ей вернуться, но уходить вот так не хотелось. Её больно задели слова Нука, хотя он был безусловно прав, и от этого ей было горько вдвойне. Она не рабыня, но положение ее ничем не лучше. У Нука есть дом и родители, пусть там и тесно порой. А ее вредная мачеха лишила всего. Стало грустно, и даже солнце скрылось за тучкой. Она опустила голову и вдруг увидела совсем рядом красивый цветок: пять широких лепестков алого цвета и высокий венчик из тычинок. Странно, что она не замечала его раньше. Решение пришло внезапно: она сорвала цветок и показала Нуку:

- Видишь, какой красивый? Я пожертвую его богине и буду молить ее принять мой дар!

Нук покосился на цветок и пожал плечами. Веток выглядел необычно и источал благоухание. Возможно, богине понравится такой необычный дар, и она смилостивится? Нук даже немного позавидовал девушке: как он сам не додумался принести в дар богине красивый цветок?

Между тем Мариза спрятала веток на груди под косынку и гордо заявила:

- Я отправлюсь в храм на закате. Не хочу идти туда днем: слишком много толкётся там народа. На закате, пока ещё солнце обжигает своими лучами землю, а люди возвращаются к себе домой и садятся за поздний ужин, я войду в главную залу храма и обращусь с просьбой к богине Ночи.

Нук стоял, раскрыв рот, и смотрел на Маризу. Девушка выглядела величественно и прекрасно, несмотря на ветхую одежду и босые ноги. Её лицо, воодушевленное надеждой, сияло.

Лошади мирно пофыркивали, помахивая хвостами, отгоняли насекомых. Он почти закончил, можно было возвращаться, но хотелось продлить мгновение очарования и любоваться девушкой. Нук поинтересовался:

- О чем же ты будешь просить богиню?

- Я попрошу у неё другую судьбу! Мне надоело подыхать с голода, я буду молить её о перемене моей участи!

Ночью в храме

С закатом жизнь в храме замирала, чтобы после полуночи снова наполниться шорохом одежд послушниц и их тихими заунывными песнопениями во славу богини Ночи. Мариза часто бывала в главной зале именно в этот час, чтобы протереть пол и зажечь свечи. Холодные каменные плиты помнили тепло ее рук. Она никогда не отрывала взора от них и знала все трещины и щербинки этих плит. На статую богини она никогда не смотрела, считая, что нехорошо пялиться на божество без всякой серьезной на то причины.

На этот раз случай был иной, и она отложила в сторону большое ведро с водой и с замиранием в сердце приблизилась к статуе. Белый камень загадочно мерцал в неровном свете свечей, красивое лицо богини было безмятежно, глаза полузакрыты. Казалось, она дремлет на своём постаменте, устав выслушивать мольбы людей, что докучали ей целый день.

Перед статуей на огромном треножнике высилась глубокая чаша. Именно туда складывали свои подношения желающие добиться милости богини. Над статуей виднелось небольшое отверстие в потолке, и ночное небо заглядывало в храм, лунным лучом ложась на плечи богини.

Было так тихо и торжественно в храме в этот вечерний час, на границе сна и яви, что девушка непроизвольно затаила дыхание, пораженная открывшейся ей картиной. Она долго стояла, созерцая статую, купающуюся в призакатных сумерках. Тени сгущались и клубились по тёмным углам зала, но Мариза ничего не замечала. Она не чувствовала, как холод каменных плит постепенно выстужает голые ноги и поднимается к самому сердцу.

Протяжный крик ночной птицы вывел ее из оцепенения и заставил очнуться. Она вспомнила, что пришла не только протереть пол. Бережно достав цветок, она с благоговением приблизилась к треножнику и положила свое подношение в чашу на горку монет.

Цветок был свеж и благоухал так сильно, как будто только что его сорвали, а не носили полдня на груди. Мариза облегченно вздохнула и застыла перед статуей, ожидая непонятно чего. Ей вдруг стало страшно: богиня могла разгневаться и не принять ее скудный дар. Мгновенно впав в отчаяние от этих мыслей, девушка начала горячо взывать к божеству, прося принять дар и помочь.

Тени стали сгущаться и медленно выдвигаться из темных углов, ближе придвигаясь к треножнику. Может, им тоже захотелось оценить дар Маризы? Она старалась не обращать внимания на странные тени и на то, что воздух стал холодным. Этот холод проникал под одежду, и девушку начала бить сильная дрожь. Пора была уходить, но она упорно твердила:

- Помоги мне! Помоги мне стать свободной и счастливой!

Из тёмного проема над головой богини выпорхнул мотылёк и начал нарезать круги. Скорее всего его привлекал свет от свечей, но он упорно кружил вокруг статуи, и - о чудо! - сел на цветок, что положила в чашу Мариза.

- Ах, богиня меня услышала! Она приняла мой дар! – не удержалась от радостного крика девушка.

- Зачем же так кричать? В храме Ночи не стоит шуметь в этот час и радоваться слишком бурно, - зашипели тени и сгустились в одну, похожую на человека. Тень оторвалась от колонны и шагнула в круг света, отбрасываемый свечами. Мариза с облегчением увидела, что это не чудовище.

- Я не заметила вас! – возразила она. – В этот час храм пуст, а я пришла прибраться!

- И вместо уборки начала донимать просьбами богиню?

Теперь Мариза хорошо рассмотрела человека, заговорившего с ней. Он был ещё не стар, но лицо его носило печать усталости и отрешенности. Ей показалось, что мужчина чем-то огорчен. Судя по одежде, это был маг из какого-то тайного ордена. Девушка была немало наслышана о всяких чудесах, творимых магами, и не всегда эти чудеса были к добру, да и сами творцы чудес были личностями темными и непредсказуемыми.

- Что ты просила у богини? – строго спросил мужчина.

От его резкого тона и грозного вида по спине Маризы побежали мурашки, и она в страхе отшатнулась, попытавшись улизнуть, но была схвачена за руку. От неожиданности она вскрикнула и начала умолять отпустить её.

- Отпущу, не бойся, но сначала ответь на вопрос: о чем ты просила богиню?

Она не знала, что ему ответить. Ведь не рассказывать же грустную историю ее жизни? Вот ведь пристал, и чего ему надо от нее? Пока она размышляла, мужчина больно сжал ей руку и зашипел, что прирежет прямо здесь, если не ответит на вопрос.

- Ох, я всего лишь попросила изменить мою судьбу! Что здесь такого?

Мариза задохнулась от возмущения, мгновенно забыв про страх. Какое дело этому человеку до её просьб? Почему ему так это важно? Мужчина продолжал сжимать её руку и прошипел, приблизив к ней лицо:

- Как изменить? Что конкретно? Отвечай, если не хочешь умереть!

Вот ведь пристал, как пиявка из вонючего пруда, что располагался в южной части двора. Как-то по глупости она залезла по колено в воду и нацепляла этих пиявок.

- Ты оглохла, мерзавка? Отвечай!

Страх прошел, а на его место пришла злость. Ну погоди, сейчас она что-нибудь придумает, да такое, что этот нахал не обрадуется. Думая, как бы ему досадить, она с достоинством сказала:

- Я попросила богиню сделать меня Повелительницей ночи!

Ох, что тут началось! Мужик выпустил ее руку и схватился за голову. Почувствовав свободу, она уже хотела убежать, как он издал такой вопль отчаяния, что ей стало жутко и поневоле пришлось уточнить:

- А что такого? Зачем так орать и биться головой о каменные плиты? Богиня ведь не обязана исполнять мои желания!

- Ты хоть понимаешь, о чем попросила богиню? Ты попросила сделать тебя земным воплощением божества! Ни больше, ни меньше!

- Неужели? Ну я просто не подумала, что это можно так воспринимать! Конечно, богиня поняла, что я просто пошутила.

- Что? Пошутила? Нашла место и время! Сегодня особая ночь, и тебя тут с твоими просьбами не должно было быть. Ты понимаешь, что всё испортила? Я сейчас размажу тебя по этим плитам! – заорал маг и Мариза восприняла угрозу всерьез. Она не стала дожидаться, когда он приступит к исполнению, бросившись бежать.

Выскочив из храма, девушка, не останавливаясь ни на минуту, бегом пересекла двор и выскочила за ворота. Луна приветливо улыбалась, в траве оглушительно стрекотали какие-то насекомые. Ночь дышала мирным теплом, но мир этот был обманчивым. Она должна была куда-то спрятаться от гнева мага и, задыхаясь, озиралась по сторонам. Перед ней расстилалась пустынная дорога, по другую сторону которой темнел мрачный лес. Прятаться в лесной чаще в ночной час она не посмела. Это было опасно и глупо.

Поминутно прислушиваясь, она в отчаянии проклинала свое невезение. Вот дернуло ее обратиться к богине именно в эту ночь. Это всё Нук виноват, задурил ей голову своими рассказами про мага, вот она и поперлась к богине с просьбой. А могла бы просто помыть пол и лечь спать.

И тут она услышала какой-то шум, но он раздавался не за спиной, а шел откуда-то от дороги. Вроде как топот копыт и скрип колес. В этот миг из-за поворота показалась карета, и Мариза поняла, что у неё появился шанс спастись. Хорошо, что маг не спешил исполнить свою угрозу. Он явно считал, что девушка никуда не денется. Как только карета поравнялась с ней, ловко запрыгнула на задок и как можно удобнее расположилась там, молясь богине, чтобы маг не успел заметить карету. Богиня в эту ночь была явно на стороне Маризы, потому что луна скрылась за тучи, и стало темно, а кучер стегнул лошадей кнутом, и те перешли на галоп. Темный силуэт храма быстро скрылся из вида.

Несмотря на неудобства путешествия на задке кареты, Мариза ликовала. Она удачно избежала опасности, и ее подношение понравилось богине! Теперь всё будет хорошо, она просто уверена в этом. Под мерное покачивание и стук колес девушка задремала. Конечно, на первой же остановке она незаметно исчезнет, и хозяева кареты ни о чем не догадаются. Она убаюкивала свою тревогу этими мыслями и не пыталась строить планы. Вот наступит новый день, карета остановится, она оглядится и примет решение.

Не успела она задремать, как карета остановилась да так резко, что Мариза свалилась прямо в дорожную грязь. Она попыталась оглядеться и понять, куда её завезла карета, вот только стояла такая темень, что сделать это оказалось непросто. В этот момент появился кучер с фонарём, открыл дверь кареты и помог выйти пассажирке. В свете фонаря Мариза разглядела, что это молодая и красивая женщина. Впрочем, пассажирка тоже успела разглядеть Маризу и резко спросила:

- А эта откуда здесь взялась?

- Не могу знать, ваша милость! Может, по дороге прицепилась и решила прокатиться за ваш счет!

Мариза хотела возразить, но язык как-то плохо ворочался, да и что тут возразить? Кучер был прав, а она попалась.

- Свяжи и запихни в карету, до утра пусть посидит там!

Услышав такой приказ, Мариза поняла, что надо действовать быстро и решительно. Она резво вскочила и бросилась от кареты. В свете фонаря она разглядела высокое крыльцо дома и ринулась к нему, молясь богине, чтобы дверь была незаперта.

Незваная гостья

Плохо освещённая столовая давила своими размерами, стол казался слишком маленьким и бедно накрытым. Тёмные дубовые панели стен как будто поглощали свет и растворяли любые эмоции. Двое мужчин за столом казались привидениями, так молчаливы и неподвижны были их фигуры. Но это впечатление было обманчивым, и напряжение, повисшее между ними, гнетуще действовавшее на воображение, рассеялось, как только один из них потянулся к графину. На самом дне графина переливалась тёмная маслянистая жидкость. Судя по глубине оттенка, это было дорогое вино. Мужчина помоложе взял графин, поболтав его, с досадой поставил на место и спросил:

- А что, отец, вино у нас закончилось?

Мужчина постарше позвонил в колокольчик и снова погрузился в глубокую задумчивость. Мясо на его тарелке давно остыло, но, похоже, он и не замечал этого. Правильные черты лица были бы красивы, если бы не скорбно поджатые губы и глубокая складка между бровей. Второй мужчина был молод и красив. На его лице отражалось нетерпение, а взгляд равнодушно скользил по тарелке. В этот момент раздались шаркающие шаги и показался слуга. Потёртая одежда висела на нем, лицо - спокойно и бесстрастно, как у мраморной статуи.

- Гоб, принеси бутылку вина из буфетной! – приказал тот, что постарше.

- Ваша светлость, вино в бутылках закончилось, но в погребе стоит бочка вина. Вот только вам придется подождать, пока я спущусь туда. Если прикажите, я схожу и налью кувшин, но качество этого вина невысокое! – с достоинством ответил старый слуга.

- Гоб, дружище, можешь не торопиться. Мы сегодня задержимся за столом, а так как мясо невозможно прожевать, лично я хочу вина. И попроси кухарку подать домашней ветчины и масла, если такие имеются на нашей кухне!

Слуга медленно поклонился и отправился выполнять поручение молодого хозяина, который продолжал возмущаться плохим качеством ужина:

- Отец, если бы ваша сестра разумно распорядилась своими деньгами, мы бы не были вынуждены питаться такими отбросами! Посмотрите, какое мясо у нас на тарелке!

Молодой человек скривил губы и с чувством глубокого отвращения толкнул тарелку с мясом.

- Трент, такова судьба! Я всю жизнь боролся с невзгодами, обрушившимися на наш древний род, но мне не под силу оказалось улучшить наше материальное положение! Дело теперь за тобой! Ты молод и способен на многое, откажись от своих глупых мечтаний и сделай так, как велят тебе долг и честь!

- Если вы намекаете на службу при королевском дворе, так это бесполезная трата времени! Я уже неоднократно вам говорил, отец, что служить в кавалерии хоть и достойное занятие для графа Вотреля, но оно не по мне! Я не чувствую душевной склонности стать офицером и проводить большую часть времени в скачках и казармах.

- Ах, Трент, я знаю все ваши доводы! Все эти глупые мальчишеские планы, что вы лелеете вот уже не первый год! Не будем снова возвращаться к этому и просто подождем! Полночь наступит через несколько минут и решит не только вашу судьбу, но судьбу всего нашего древнего рода!

Пожилой граф произнес эту фразу с таким пафосом, что Трент не выдержал и расхохотался.

- Тетушка затейница была, а при жизни и не замечал ничего такого за ней!

- Моя сестра всегда была тихой и набожной! В молодости хотела поступить послушницей в храм и служить богине. Но наш отец был против. У него другие планы были на ее счет.

- А что за планы, отец? Он мечтал выдать ее замуж за какого-нибудь мелкопоместного дворянина?

- В том-то и дело, что в нашей округе все дворяне уж слишком мелковаты и бедны, чтобы породниться с нами! Вот моя бедная сестра так и зачахла в девицах, - вздохнул пожилой граф.

- Но благодаря этому ее приданое осталось целым и достанется мне, - заявил молодой человек. – Правда, мне совсем не нравится то условие, с которым эти деньги перейдут мне.

- Ну, тут уж ничего не изменить! Сегодня в полночь мы узнаем, исполнится ли завещанное моей сестрой.

- Я очень надеюсь, что тетушка пошутила.

В этот момент они услышали шум на лестнице и через мгновение высокие двустворчатые двери распахнулись.

Карета так резко остановилась, Мариза от неожиданности не удержалась и свалилась в какую-то грязную лужу. Вот ведь невезуха! Пока она вылезала из лужи и пыталась немного отряхнуться и привести себя хоть немного в приличный вид, дамочка, что путешествовала в карете, подошла к ней и приказала своему кучеру схватить ее. Вот за что, спрашивается? За что на нее валятся несчастья этим вечером? Неужели она прогневила богиню? Да быть такого не может!

Решив, что сейчас не время думать об этом, Мариза метнулась к высокому крыльцу и распахнула дверь. Вот ведь добрые люди, даже дверь на ночь не запирают! А вдруг это ловушка и дверь специально не заперли? Ага, специально, чтобы вот такая Мариза попалась! Она решила подумать об этом завтра. Сейчас не время и не место для долгих колебаний, надо спасаться. Бросилась к широкой лестнице, ступеньки которой вели вверх. Лестница была плохо освещена, но Маризе удалось заметить, что ковер, покрывающий ступеньки, вытерт почти до дыр. Скорее всего, здесь живут люди обедневшие, а может, дом заброшен и здесь живут привидения?

Впрочем, ей было всё равно. Главное - залезть повыше и спрятаться понадежнее. Лестница вела куда-то наверх, и Мариза решила, что сможет пробраться по ней до самого чердака. Каково же было ее разочарование, когда лестница привела её к высоким дверям, которые вели явно не на чердак, а в какое-то жилое помещение. Где-то внизу пыхтела дамочка, что хотела пленить ее, и на размышления не было времени.

- Надо рискнуть и посмотреть, что там за дверью! Хозяева должны спать или находиться в своих спальнях, скорее всего, там нет никого и можно будет спрятаться в каком-нибудь тёмном углу, - пробормотала Мариза и легонько надавила на дверь.

Дверь внезапно легко распахнулась и как будто какая-то сила впихнула её вовнутрь. Да так резко, что она не удержалась и упала. У неё было такое чувство, что налетел порыв ветра и мягко толкнул её в спину. В помещении, куда она попала, было довольно светло и приятно пахло какими-то цветами. Похоже, это была столовая, а хозяева как раз сидели за поздним ужином. Вот ведь не повезло! Она так испугалась, что даже не догадалась подняться и вежливо поклониться. Даже не попыталась объяснить своё вторжение, продолжая сидеть на полу и хлопать глазами. В этот момент она услышала мужской голос, который насмешливо произнес:

- Что это за чучело в нашей столовой? Как она тут оказалась? Только не говорите, отец, что сама судьба привела ее на наш порог и я должен жениться на этой замарашке!

- Трент, это не смешно! – строго заметил пожилой граф. – Девушка, должно быть, новенькая служанка и перепутала двери. Надо спросить у Гоба, я что-то не помню, чтобы отдавал приказ нанять новую прислугу. Ты кто такая, милочка?

Мариза поняла, что обращаются к ней, и пора как-то объяснить свое внезапное вторжение в чужой дом. Она поднялась с пола и попыталась собраться с духом и что-нибудь ответить, как услышала вновь голос молодого человека:

- Ты верно шутишь, отец? Посмотри на неё. Она похожа на нищенку и, возможно, больна. Посмотри на ее грязные голые ноги: разве бы Гоб допустил такое чучело в нашу столовую?

Страх мгновенно прошел, и Мариза задохнулась от возмущения. Может, она и бедно одета, к тому же искупалась в грязной луже, но это не дает право оскорблять ее всяким богатеньким бездельникам.

- Я служу богине Ночи, и вы должны извиниться! Я совершенно случайно попала в ваш дом, за мной гнались, и я попыталась найти здесь убежище, но это не повод, чтобы меня оскорблять! – заявила она неожиданно для себя.

Вот будет потеха, если хозяева выставят ее за дверь! Она очень надеялась, что этого не случится. В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился старый слуга с кувшином.

- А, вот и старина Гоб! – рассмеялся молодой граф. – Гоб, ты случайно не знаешь эту замарашку? Может, это наша новая прислуга?

Слуга внимательно посмотрел на Маризу и отрицательно покачал головой.

- Так, значит, ты не знаешь, каким образом эта молодая особа очутилась в столовой? Странно!

- Должно быть, она забежала с улицы. Ваша светлость запретили запирать дверь до полуночи, - заметил старый слуга.

- Значит, это сама судьба привела ее на наш порог! – задумчиво протянул старый граф.

- Что прикажете делать с девчонкой? Выставить ее за дверь? – осведомился Гоб.

- Подождите! Я сейчас всё объясню!

В столовую вошла молодая дамочка – пассажирка кареты. Она презрительно взглянула на Маризу и прошла прямиком за стол, где Гоб услужливо выдвинул ей стул и принес откуда-то из темного угла столовый прибор.

- Конфи, какими судьбами? Мы вас сегодня не ждали, но, конечно, всегда вам рады! – заявил насмешливо Трент.

- Я понимаю, что вы ждали кого-нибудь другого, но я знакома с условиями получения наследства и решила выручить вас из затруднительного положения, явившись в означенный в завещании день и час. Можете спокойно жениться на мне и получите деньги, завещанные вам теткой.

- Но, Конфи, вы опоздали! Первой явилась вот эта девица, и именно на ней должен жениться Трент!

Оговорена и приговорена

Можно бесконечно смотреть на три вещи: огонь, воду и на то, как ругаются незнакомые тебе люди. Мариза понятия не имела об этой прописной истине, но с наслаждением вслушивалась в ругань благородных господ. Из этой ругани она сделала вывод, что богатым и знатным тоже приходится несладко. Особенно громко визжала противная дамочка, расположившаяся за столом на правах давней знакомой хозяев и требующая, чтобы Маризу вышвырнули из дома. Вот ведь гадина! Сама явилась неизвестно откуда, а ведет себя как королева. Есть же наглые люди!

- Конфи, как вы узнали? Условия завещания хранились в строжайшей тайне! И вот являетесь вы и заявляете, что все знали и подстроили? – возмущался пожилой граф.

Мариза с интересом наблюдала, как лицо у мужчины сначала побагровело, потом стало пепельно-серым. Ей даже жалко стало его немного. Как бы не помер от огорчения. Она ничего не поняла из их выкриков: по какой причине разгорелся скандал и что стало причиной? Неужели ее внезапное появление? Надо было потихоньку исчезнуть под шумок, но уж очень забавно визжала дамочка, вроде кошки, которой прищемили хвост в дверях.

- Какая разница, как я узнала! Я стану женой вашего сына, вы должны мне руки целовать, а не допрос устраивать!

- Конфи, я не собираюсь на вас жениться! Не мечтайте даже! – насмешливо заявил Трент, подливая себе вина из кувшина, который поставил рядом с его тарелкой Гоб.

- Конфи, вы применили магию и не можете претендовать на моего сына. Он достанется вот этой бедной девушке! – заявил граф, указывая на Маризу.

- Что?

Этот вопрос они выкрикнули все одновременно. Даже Мариза удивилась: до неё наконец дошло, что молодчик с бокалом – завидный жених, а его папаша желает, чтобы она стала его невестой. Вот умора! Она едва удержалась, чтобы не расхохотаться! Трент не был так сдержан, поставил бокал и начал хохотать, как не в себе. Одной Конфи было не до смеха, она надулась как жаба, а потом заквакала:

- Что? Вы, должно быть, сошли с ума, милый граф? Хотите женить своего сына на замарашке приблудной?

- Только через мой труп! – заявил Трент, всласть отсмеявшись. – Выбросите эту дикую идею из головы, отец. Я вам изначально намекал, что тетушка задумала оставить нас без денег. Она с такой же легкостью могла завещать свои деньги храму и не городить огород.

- Какой еще огород, Трент? Мы разорены, и скоро нам придется заниматься огородом, чтобы не умереть голодной смертью! Вы не хотите служить королю, не хотите жениться, так может, вам и правда отправиться в поля и начать пахать?

- Да поздно уже пахать. Приличные люди уже собираются урожай собирать, опоздали вы! – негромко произнесла Мариза и тут же пожалела. Все трое, сидящих за столом, уставились на неё.

- Пошла прочь, дура! Ты еще смеешь голос подавать, твоего мнения не спросили! – заорала Конфи.

Молодой граф презрительно фыркнул и заметил:

- Тут я полностью согласен с Конфи. Почему нищенка до сих пор трется в нашей столовой? Судя по ее виду – у неё вши или проказа. А может, всё вместе. Гоб, выведи ее и скажи, что ночью мы не подаем. В другой раз пусть приходит и сразу на кухню. Да пусть помоется, перед тем как лезть в приличный дом с грязными ногами!

Гоб поклонился с равнодушным видом и отправился к Маризе, которая с ненавистью глядела на Трента. Как он ее обозвал? Вшивой нищенкой? Она может и бедная, но ничем не болеет, и вшей отродясь у нее не было. У нее язык чесался, чтобы сказать все это и еще парочку ласковых слов прибавить. Но, взглянув на суровое лицо Гоба, она поняла, что лучше промолчать.

- Гоб, подожди! – подал голос пожилой граф. – Я не позволю выгнать бедняжку на улицу среди ночи! Здесь в округе нет больше жилья. Не ночевать же ей в чистом поле!

- Ну, судя по ее виду – в чистом поле ей самое место! – хохотнул Трент.

Граф принял суровый вид и возразил:

- Сама судьба привела эту девушку в наш дом, и ты прекрасно знаешь, о чем я! Да, ее появление явилось сюрпризом. Но по условиям завещания – она твоя суженая и никто больше!

- Очень неприятный сюрприз она нам подложила, отец! Думаю, ей надо надеть мешок на голову и утопить! В любом случае я на ней не женюсь, так что будет благоразумнее избавиться от нее!

Услышав, что ее хотят утопить, Мариза задрожала от страха и жалобно посмотрела на старого графа. В чем она провинилась? Какой же подонок этот Трент! Она уже открыла рот, чтобы умолять о милосердии и позволить ей уйти. Старый слуга уже схватил ее за плечо, намереваясь вывести из столовой, как снова заговорил граф, и голос его прозвучал грозно:

- Девушка останется ночевать в доме! Я так решил, и это не обсуждается!

Эти слова звучали в ее ушах песней еще долго. Гоб вывел Маризу в другие двери, на тёмную, плохо освещённую лестницу, и толкнул вперед, показывая наверх. Она не успела поблагодарить графа и только возносила про себя благодарственные молитвы богине Ночи. Поднимаясь по лестнице, она спросила старого слугу:

- Ты ведешь меня на чердак? Ведь верно?

Граф дал какие-то указания, но она ничего не поняла, и теперь ей было интересно: куда ее определят на ночлег. Она надеялась на маленькую каморку под самой крышей, раз они поднимались вверх. Гоб, охая на каждой ступеньке, ответил:

- Ох, навязалась ты на мою старую голову! Мои больные колени за день устали, им отдых нужен! Давно бы мог отдыхать в кровати, если бы не ты!

- Ах, бедная я, всем только мешаю! Никто мне не рад! – запричитала Мариза.

- Это еще почему?

- Так ведь я почти сирота: мать умерла, а отец от меня отказался! Вот и скитаюсь я несчастная и живу из милости!

- Ну хватит ныть, мы пришли! Сегодня считай, тебе очень повезло! Даже не знаю, что нашло на хозяина, он велел тебя поселить в комнате его сестры!

Они стояли в полумраке коридора. В неровном свете свечи Мариза разглядела несколько дверей.

- А куда делась сестра его светлости?

- Графиня Розалия скончалась. Заходи в комнату!

Шагнув в комнату вслед за слугой, Мариза застыла от изумления. Когда зажглись свечи, она увидела роскошное убранство комнаты, достойное богини. Неужели ее желание так быстро осуществилось? Она свободна и счастлива, в комнате, где точно может отдыхать Повелительница ночи. Неужели она уже стала ей?

- Чего застыла? – довольно грубо сказал Гоб. – Приведи себя в порядок и найди для себя вон в том шкафу какое-нибудь подходящее платье. Надеюсь, у тебя хватит ума выбрать платье поскромнее! Сейчас я пошлю к тебе Триси с горячей водой, она девушка смышленая и поможет тебе разобраться с графскими нарядами.

Как только слуга вышел, Мариза подпрыгнула и закружилась по комнате. О, здесь было где развернуться! Она дотанцевала до огромного шкафа из темного дерева и приоткрыла дверцу. Оттуда разноцветным потоком хлынул ворох платьев. Все они были яркие, с богатой отделкой и совсем не подходили Маризе. Что же делать? Она захлопнула дверь шкафа и подошла к большому зеркалу. У неё длинные рыжие волосы, которые она прятала под косынкой во время работы и синие глаза. Внешность и так достаточно яркая, и платье должно быть спокойного цвета. Пока она размышляла, в дверь деликатно постучали. Она в испуге застыла, не зная, что делать.

- Ваша милость, мне можно войти? – пропел тоненький голосок.

Тут Мариза не растерялась и уверенно ответила:

- Можно! Заходи!

Бочком протиснулась в дверь молодая девица. Судя по фартуку и кокетливой наколке в волосах, – здешняя прислуга. Она внесла большой кувшин и таз и застыла в поклоне, выпучив глаза:

- Ты кто такая? – спросила она, с изумлением рассматривая грязные маризины лохмотья.

- Я Мариза! А ты Триси?

- Да, - растерянно произнесла девушка. – Вот уж не думала, что меня позовут прислуживать нищенке!

- Я не нищая, это только видимость обманчивая, а на самом деле я – Повелительница ночи!

- Да иди ты! – присвистнула Триси. – Ладно, снимай лохмотья, повелительница, велено тебя помыть и прилично одеть. Выбрала платье?

Мариза покачала головой и начала раздеваться. Ее юбка и рубашка были брезгливо выброшены за дверь.

- Сожгу завтра в печке! – сообщила Триси, поливая ее из кувшина теплой водой.

Когда омовение было закончено, она вытащила из ящика комода ночную рубашку из тонкого полотна и подала ее Маризе.

- Я что, теперь в рубашке буду разгуливать? Верни мне хотя бы юбку, я ее простирну в этой воде и завтра надену!

- Не велено! – важно заявила Триси. – Ты теперь числишься в невестах молодого хозяина, вот и веди себя соответственно! Утром я перерою сундуки на чердаке и подберу тебе платье, а сейчас ложись и не капризничай!

Она разговаривала с ней как с ребенком. Это удивило и позабавило Маризу. Ей даже понравилось: наверное, прислуга именно так ведет себя с важными господами. Они же как дети, даже помыться сами не могут! Но Мариза-то не такая! Впрочем, она скоро привыкнет и научится вести себя как и подобает Повелительнице ночи.