Малюта

Глава 1

В небольшом городке, в ста километрах от областного центра, в семье предпринимателя Петра Скуратова и его жены Анны родился мальчик, которого в честь деда назвали Николаем. Счастливые родители души не чаяли в своём первенце, который рос здоровым и спокойным мальчиком.

Петр занимался изготовлением мягкой мебели, его бизнес процветал до того момента, когда местный криминальный авторитет Корней, крышевавший всех предпринимателей городка, проиграл войну областным бандитам и был убит. Новый авторитет увеличил выплаты, и многие бизнесмены, включая и Петра, отказались платить.

- Они убьют тебя! - плакала Анна. - Как мы без тебя жить будем?

- А если я буду им платить столько, сколько они просят - я разорюсь, - грустно улыбался в ответ муж.

В один из дней в доме Скуратовых раздался телефонный звонок:

- Анна Скуратова? - услышала она женский голос на том конце провода. - Ваш муж, Петр Скуратов находится в больнице в тяжёлом состоянии.

Анна, оставив ребенка у бабушки, кинулась к мужу. Лечащий врач сообщил, что Петра сильно избили, у него сломаны обе ноги и что он ещё в реанимации - одну ногу пришлось ампутировать.

Анна не покидала больницу. Придя в себя, Петр обнял жену:

- Не плачь Аня, всё будет хорошо.

- Это они? - рыдала Анна. - Я же говорила тебе, что они убьют тебя!

- Я тебе обещаю, что как только встану на ноги - продам бизнес, - успокаивал он жену.

В тот день, когда Петр вернулся домой на инвалидной коляске, ему позвонили и пригрозили, что если он не выплатит долг в течении трёх дней, то пусть пеняет на себя. И они пришли. Ворвавшись в дом, денег не нашли, плачущую Анну избили до полусмерти, а дом подожгли. Петр пытался вытащить лежащую без сознания жену, но не смог. Когда приехавшие по вызову пожарные потушили пожар, оба Скуратовы были мертвы. Маленькому Коле в тот день повезло, он ночевал у бабушки. Так и стали жить вместе - мальчик и бабушка, на ее маленькую пенсию и такое же маленькое пособие по потере кормильца. Пока Коля был маленьким, он постоянно находился с бабушкой, ходил с ней в магазин, если она копалась в огороде - сидел тут же, ковыряясь в земле. Когда чуть подрос, стал ей помогать. Друзей у Коли не было, его замкнутость расстраивала бабушку. А в 8 лет он вдруг начал воровать в магазинах, и у него появились такие же как он друзья. Это полубеспризорное существование внука, его грубость и непослушание в конце концов заставило бабушку обратиться к другу отца Коли, Егору, который работал тренером по боксу в спортивной школе. Уговорив девятилетнего внука пойти с ней, она пыталась отвлечь его от влияния улицы.

Глядя, как мальчишка завороженно смотрел на тренирующихся боксеров, Егор подошел к нему:

- Нравится? - и увидев, что Коля кивнул, продолжил. - С завтрашнего дня начнешь тренироваться, перчатки я тебе дам. Но у меня есть одно условие.

- Я согласен! - Коля не сводил глаз с ринга, и когда Егор сказал, что это хорошая успеваемость в школе, мальчик повторил: - Я согласен!

Бокс захватил мальчугана полностью. Егор купил Коле домой боксерскую грушу, и он лупил ее всё свободное время.

А когда Коля закончил пятый класс, бабушка заболела и слегла. Однажды она позвала Колю и погладив по голове, посмотрела в глаза:

- Я чувствую, что если я не расскажу тебе сейчас, то не расскажу никогда. Когда погибли твои родители, ко мне приходил участковый и предупредил, что если я подниму шум по поводу их смерти, то тебя у меня заберут и отправят в детдом.

Мальчик сидел молча и слушал.

- Запомни, Коля! Твои родители не погибли, потому что они были алкоголиками, как написано в протоколе и как говорят все вокруг. Их убили. Кто и за что - я не знаю. А говорю я это тебе потому, что ты в любом случае попадешь в детдом. Так что будь к этому готов.

Утром она умерла.

Глава 2

Колю забрала работница социальных служб и отвезла в детдом, который встретил его своими законами, чем-то похожими на тюремные. То есть как себя покажешь, так к тебе и будут относиться.

- Зовут тебя как? - рыжий четырнадцатилетний толстяк прижал невысокого Колю своим животом к стене на выходе из столовой.

- Коля я, Скуратов, - еле выдавил из себя новенький, сморщив нос и пытаясь отвернуться от неприятного запаха, который шел изо рта толстяка.

- А я Рыжий. Будешь делать что я скажу, никто тебя не обидит! Понял, малой? - сплюнул он в сторону и, толкнув Колю в спину, в сопровождении двух друзей ушел по коридору.

- Кто такой, этот Рыжий? - спросил Коля худенького мальчишку, приблизительно его возраста, стоящего у окна и протирающего носовым платком очки.

Мальчишка одел очки и, аккуратно сложив платочек, положил его в карман, и только после этого внимательно посмотрел на Колю:

- Рыжий? Свинья! Он заставляет малых выпрашивать на улице у прохожих деньги и сигареты и всё забирает себе. Кто не соглашается с ним или прячет часть денег, а он их находит – избивает.

- А воспитатели? - недоумевал Коля.

- Им нет никакого дела до того, что здесь твориться. Да и они сами, за малейшую провинность кладут на перекладину кровати и лупят палками. Мальчику одному вон, ногу сломали, за то, что он нечаянно опрокинул тележку с постельным бельём. И ничего, воспитатель как работал, так и работает. Главное для них, чтобы перед приездом комиссии не было на теле синяков, - пожал плечами мальчишка и сменил тему. - Я слышал, тебя Колей зовут, а я Рыба!

- Почему Рыба? - удивился Коля, протягивая мальчишке руку.

- Рыбаков потому что, Рыбаков Гена, - Рыба пожал Коле протянутую руку. - Ладно, идем, а то на уроки опоздаем.

- Идём! - и новоиспеченные друзья побежали по коридору.

Рыжий объявился через несколько дней. В сопровождении двух помощников он вошел в класс, где учился Коля:

- Малой, Рыба и...ты,- он ткнул пальцем в мальчугана, у которого на левой руке не было пальцев, - сегодня после обеда идете в город.

В этот день шел снег, прохожих было мало, и к тому же, при возвращении в детдом их встретили местные мальчишки. Рыба быстро снял очки и завернув в платок, положил их в карман.

- Чтобы не сломали, - грустно улыбнулся он.

Их окружили и прижали к стене. Коля встал впереди друзей, готовясь к драке, которая не заставила себя ждать. Местных было больше, и на Колю навалились трое. Он с трудом отбивался, его нос был в крови, шапка куда-то улетела. Но и нападающим сильно досталось. Коля бился остервенело, а увидев, что Рыбу и третьего мальчика пинали ногами, кинулся им на помощь.

Драчунов спугнула ехавшая по переулку машина, и местные убежали. Малой помог друзьям подняться и отряхнуться от снега, нашел их шапки и хромая, троица побрела к детдому.

Глава 3

- Выкладывайте! - Рыжий даже не обратил внимания на их расквашенные носы.

Коля выложил из кармана мелочь, а Рыба поломанные в драке сигареты.

- И это всё? - Рыжий сжал кулаки и подступил к Коле.

- Всё! - Малой бесстрашно смотрел Рыжему в глаза.

- Борзый, да? - кулак Рыжего метил Малому в его разбитый нос, но встретил пустоту.

Зато Колин удар снизу в челюсть оглушил толстяка и, зашатавшись, тот упал на пол. От неожиданности все замерли, и в наступившей тишине вдруг раздались аплодисменты. В дверях стоял и хлопал Антон, старшак и местный предводитель по кличке Арамис.

- Красавчик! Зовут как? - он подошел к Коле, и посмотрел на Рыжего, лежащего на полу и держащегося за скулу.

- Малой! - Коля поднял глаза на Арамиса и в этот момент, получив от того сильный удар лицо, упал.

Арамис развернулся, посмотрел на мелюзгу и медленно вышел. Вслед за ним побрели, оглядываясь, Рыжий и его помощники.

После этого случая Малого уже не посылали в город, и Рыжий, проходя мимо, делал вид, что не замечает его.

- На тебе печать Арамиса, - пошутил как-то Рыба.

Сам Арамис с ним не общался – не позволяло положение. Высокий, худощавый мальчик с длинными волосами, был без ума от фильмов про мушкетеров, его смазливое личико сводило с ума всех девчонок детдома, а жестокость, с которой он дрался и сила, заставляли всё мальчишеское население безоговорочно ему подчиняться.

Коля несколько раз сбегал из детдома, но его вновь возвращали, пока он не понял, что скитаться одному, спать где попало, воровать еду в магазинах и быть избитым, если поймают, не идёт ни в какое сравнение с крышей над головой и кормёжкой в детдоме. Многие сбегали, чтобы увидеть родителей или родственников, но у Коли ни тех ни других не было.

На Пасхальные праздники Малой с Рыбой и еще несколько детдомовцев ходили на кладбище собирать еду, принесённую родственниками умерших. Возвращаясь, услышали приглушённый шум за столовой, а подойдя, в свете полной луны увидели девчонок, стоящих кругом, в центре которого две здоровые дылды лупили новенькую.

- Не лезь, Малой, это подружки Арамиса, а он не простит, - Рыба схватил рванувшего было на помощь Колю.

- Отстань! - обернулся Коля, выдергивая руку и, вихрем влетев в круг, раскидал избивающих, и тяжело дыша, процедил сквозь зубы: - На сегодня всё!

Помня случай с Рыжим никто не захотел с ним связываться и быстро разошлись. Малой протянул руку шмыгающей носом девочке:

- Как ты?

- Зачем ты влез? – она тряхнула смешными косичками и зло посмотрела на Колю. - Еще немного и все бы закончилось. Теперь из-за тебя будут снова бить.

- Не будут! - поднял он новенькую. - Как тебя зовут?

- Таня! Таня Сорокина! А тебя Малой? - наконец улыбнулась девочка. - Мне уже рассказывали про тебя.

Коля засмущался и, кивнув, отправился с Рыбой и мальчишками отдавать принесённую еду.

Как ни странно, этот случай остался без последствий, а Рыба предположил, что Арамис не иначе как благоволит ему.

При встрече с Таней Малой опускал глаза, а она, глядя на него, улыбалась.

В детдоме к нему не лезли, а при встрече с городскими, если приходилось, то дрался жестко, иногда один против троих.

Таня любила читать и каждую свободную минуту, присев где-нибудь и уткнувшись в книгу, ныряла с головой в полную приключений жизнь. А однажды, встретив Колю, рассказала ему о Малюте Скуратове, главном опричнике Ивана Грозного, и с тех пор Колю стали звать Малютой. Со временем он привык к новому прозвищу, а если кто-то по старинке называл его Малой, то моментально пятился назад, встретив неприязненный взгляд Малюты.

Когда Арамис оставил стены детдома, его место занял Малюта. Рыба всегда был рядом, с Таней же Коля робел, хотя не показывал виду и старался побыстрее уйти. Арамис иногда навещал детдом и тогда они с Малютой уединялись, и что-то тихо обсуждали. После этих посещений Коля исчезал на всю ночь, но никому, даже другу Рыбе ничего не рассказывал.

Глава 4

Ну а когда и его нахождение в заведении подошло к концу, его встретил и дал работу всё тот же Арамис, ставший к этому времени одним из приближённых криминального авторитета Маркуса.

После детдома привычки этого заведения остались: чувство голода, недоверие к миру. Рэкет, выбивание долгов - в этой так называемой профессии Малюта достиг небывалых высот. А однажды поздно вечером, сидя в баре с коллегами, он краем уха услышал, как кто-то из парней постарше упомянул о том, как он и ещё двое, несколько лет назад сожгли семью предпринимателя, отказавшегося платить. А утром Малюта и рассказчик неожиданно исчезли. Через некоторое время исчезли ещё двое бандитов. Арамис пытался выяснить по своим каналам и через правоохранителей - как в воду канули.

Через месяц, в одном из баров, в соседней области, произошла драка, в которой один из посетителей жестоко избил двух выпивших парней, пристававших к официантке, а заодно и барного вышибалу, пытавшего вытолкнуть драчунов на улицу. Приехавшие ОМОНовцы забрали всех в отделение, а утром их по очереди допрашивал следователь:

- Я так понимаю, гражданин...Скуратов Николай, - заглянул он в паспорт Малюты, - вы решили отдохнуть несколько лет в тюрьме или отправить вас туда, откуда прибыли. Там наверняка ждут не дождутся.

Малюта молчал, давая понять следователю, что ему безразлично, как тот поступит.

- У меня есть к тебе предложение, – следователь внимательно посмотрел на Николая. - Я знаю, что тебя ищут, а потому сделаем вот что: ты идешь в армию. За время службы о тебе забудут, ну а тебе будет где потратить свою энергию на пользу стране.

Николай подумал и кивнул. В этот же день его отвезли в военкомат, откуда в учебную часть, где остригли наголо и переодели в форму. И начались у Малюты солдатские будни, с подъемами и отбоями, с тяжёлыми тренировками, марш-бросками, стрельбами и прыжками с парашютом. Одним словом – десантура.

А затем их перебросили в горячую точку, где в первом же бою Николай был ранен в плечо и попал в госпиталь.

Рядом с ним лежал солдат, совсем ещё мальчишка, которому осколком мины оторвало кисть правой руки. Но в его голубых глазах не было ни капли сожаления, наоборот, был рад, что для него всё закончилось и скоро вернется домой.

- Как тебя зовут? - улыбаясь, он повернулся к Малюте.

- Николай, - неохотно буркнул Малюта.

- Десантник? А я повар. Выстрелы слышал издалека, а тут такой подарок, - он поднял забинтованную руку. – Обстреляли полевую кухню. Мне еще повезло, а троих отправили домой в ...

Малюта посмотрел на погрустневшего соседа и отвернулся к стене, вспоминая как он попал под обстрел. Автоматные и пулеметные очереди, разрывы мин не давали высунуться из подвала разрушенного дома. Перепуганные лица сидящих рядом солдат мешали сосредоточиться.

Никто не мог предположить, что в первый же день попадут в такую передрягу. От любого уроненного кем-либо на пол предмета все вздрагивали, а некоторые вскакивали со своих мест. Сидевший напротив невысокий солдатик не мог совладать с дрожью в руках. Казалось, еще немного и автомат выпрыгнет из рук, хотя на застывшем, бледном лице не дрогнул ни один мускул. Другой, сжавшись в комок, и опустив каску на глаза, молился, целуя нательный крестик. И тут Малюта начал рассказывать смешные истории. Они сыпались из него безостановочно, и он смеялся до слёз своим шуткам. Часть солдат тоже хохотали, но некоторые, глядя на Николая, крутили пальцем у виска. Даже когда закончился обстрел, он не останавливался и продолжал рассказывать. А когда наступила первая их ночь на передовой, дневной страх ни куда не исчез, он передвинулся по времени. И Малюта ничего не слышал, кроме стука своих зубов. Поступил приказ скрытно выдвинуться на новые позиции, и солдаты ползком перебирались от укрытия к укрытию. Редкий неприцельный огонь с другой стороны, ведшийся больше для страху, всё же не давал поднять голову. И когда уже почти добрались до цели, шальная пуля сильно ударила в плечо.

Глава 5

Санитар перевязал рану и, пока не рассвело, Николай тем же путем отправился назад, а оттуда в госпиталь.

Незадолго до выздоровления, к Малюте подошел мужчина в накинутом на плечи белом халате и присел на стоявший рядом с кроватью стул.

- Скуратов Николай? Майор Никитин, – представился он. - Хочу с вами поговорить.

Ник хотел встать, но пришедший удержал его:

- У меня к вам есть предложение: для выполнения особо важных заданий в стране и за рубежом мы набираем команду, которую на следующей неделе начинаем готовить на нашей тренировочной базе. И хотели, чтобы вы присоединились к нам после выздоровления. Если согласны, то я сегодня займусь вашим переводом. Подумайте до вечера.

Офицер встал и, оставив Ника переваривать полученную информацию, вышел из палаты.

"А что я теряю? - уставился Малюта в потолок. - Если что и случится, то кто заплачет по сироте. Хотя, скорее всего по этой причине и предложили", - Ник дал согласие на перевод.

Через неделю Малюту привезли на новое место службы. Начались тренировки, ночные и дневные марш-броски, бесконечные стрельбы из разного вида оружия, рукопашный бой с применением холодного оружия и без него, а также работа с взрывчаткой. Ник, сравнивая тренировки в начале службы и эти, понимал, что здесь их готовят к чему-то серьёзному.

Когда группа была готова, её несколько раз забрасывали в тыл противника, с которым на тот момент шли боевые действия. Несколько человек из первого состава погибли, некоторые были ранены, Ник же, как заговоренный, не получил ни одной мало-мальской царапины. По окончанию срочной службы Малюта подписал контракт, и еще три года лазал по горам, жарился под африканским солнцем и мёрз в глубоких снегах, выполняя задания командования. По окончанию, продлевать не стал, так как решил вернуться на родину, где у него было одно неоконченное дело.

Понимая, что все равно надо идти к Арамису, он не стал откладывать визит.

- Здравствуй, Антон! - Ник нашел Арамиса в одном из принадлежавших банде ресторанов.

- Малюта? - обрадовался было Антон, но тут же, стерев улыбку с лица, махнул рукой, приглашая сесть напротив: - Слушаю тебя внимательно и надеюсь услышать правду, в которую я смогу поверить.

- Ты меня знаешь, Арамис, - Ник без страха смотрел в глаза сидевшего напротив, - я никогда не вру. И сейчас не собираюсь. Несколько лет назад я решил завязать и уехал.

- Зачем же ты вернулся, Малюта? - Арамис недоверчиво качал головой. - Решил умереть на родине?

- Да, на родине, но не умереть, а жить. Поэтому пришел тебе сказать, что завязал, – Ник теребил салфетку, делая вид, что волнуется. – И хотел бы узнать цену моего желания.

- Если бы не знал тебя с детдома, то уже сейчас тебя бы закапывали где-нибудь в перелеске, - улыбнулся Арамис. – А теперь иди, я подумаю, как тебе помочь.

Малюта встал и протянул руку Антону, но тот отвернулся, дав понять, что разговор окончен.

- Ты знаешь, где меня найти, - уходя бросил через плечо Николай, а про себя добавил: - "Ставки сделаны!"

Сидеть дома и ждать, пока Арамис что-нибудь надумает, Николаю не хотелось, и он занялся поисками работы. В центрах занятости ничего интересного не предложили, а хотелось не тяжелую работу и хорошую зарплату. И ему повезло.

Вечером, в небольшом и уютном баре, заказав виски, он услышал, что хорошо выпивший парень жаловался бармену на хозяйку фирмы, которая уволила его за опоздания и прогулы. Угостив горе-работника выпивкой, он выпытал у того адрес и название фирмы, а на следующее утро уже сидел в отделе кадров.

Глава 6

Софья, хозяйка когда-то преуспевающей, а ныне переживающей трудные времена фирмы "Квадрум", доставшейся ей от погибшего в странной аварии мужа, проснулась с предчувствием того, что что-то должно произойти. Хорошее или плохое — она не знала. Стоя у окна, она смотрела вниз, на сад. Летом зелёный с кирпичными дорожками, вдоль которых росли её любимые розы — выглянешь утром и на душе радость! - сейчас был багряно-желтым. Осень картинно расстелила свое покрывало на траве, а оставшиеся листья на деревьях со всех сил держась за ветви трепетали на ветру. Рассеянный взгляд женщины прошелся по саду, перебрался за ограду на лес и остановился на единственном облачке над ним. Софья притронулась к слегка подрагивающемуся подбородку, затем резко повернулась и направилась в ванную комнату.

Приняв душ и пройдя на кухню, приготовила завтрак и, поднявшись на второй этаж, постучала в комнаты дочери и сына:

- Засони, подъем!

Когда через какое-то время дочь Ася, девятнадцатилетняя студентка архитектурного факультета и сын Стас, тринадцатилетний школьник-оболтус спустились на кухню, Софья уже собиралась уходить.

- Привет, мам! - в один голос поздоровались дети, усаживаясь за столом.

- И до свидания! - улыбаясь, Софья поцеловала по очереди детей, - Я тороплюсь, у меня сегодня важная встреча.

Заурчал мотор и автомобиль Софьи исчез за поворотом.

- Тебя подвезти, Стас? - Ася позавтракала и взяв сумку, обернулась в дверях.

- Я сам доберусь! - махнул рукой брат.

Тёплое утро бабьего лета после нескольких дождливых и холодных дней радовало солнцем и небесной синью. Зацвела верба, а в воздухе носились целые стаи божьих коровок и паутинки, на которых летели их хозяева-путешественники, отдавшись на волю случая и ветра.

Паркуясь на университетской стоянке, Ася отвлеклась на телефонный звонок, но краем глаза всё же успела заметить перед машиной какое-то движение. Вжавшись в тормоза всеми своими сорока пятью килограммами, она замерла с вытаращенными от ужаса глазами, готовый сорваться крик так и застрял в горле. Сердце колотилось, словно хотело вырваться из грудной клетки и броситься на помощь тому, кто сейчас лежал под колёсами её Мазды.

Молодой парень поднялся, отряхнулся и проведя ладонью по коротко стриженным волосам, обернулся к водителю. Девушка, сжав руль обеими руками и положив на них голову, беззвучно плакала. Он посмотрел на её съежившуюся фигурку, на мелко дрожащие плечи, улыбнулся и, повернувшись, быстро ушёл.

- Ася, что случилось? - в окно стучалась её подруга и сокурсница Кристина.

- Я человека убила! - открыв окно, произнесла шёпотом Ася, вытягивая подбородок в направлении капота.

- Здесь никого нет! - развела руками подруга, обойдя вокруг автомобиля, - Тебе показалось.

- Но я отчетливо слышала удар и мельком успела заметить, как он взмахнул руками и упал. - округлив глаза, Ася продолжала смотреть туда, где по её словам, должен лежать потерпевший.

Выйдя из автомобиля, она прошла вперед и, убедившись что там никого нет, развела руками.

- Идём уже, опоздаем! - позвала подруга.

Ася, увидев что-то блеснувшее у колеса, подняла и машинально положив в карман пошла за ней, постоянно оглядываясь и тряся головой, пытаясь избавиться от наваждения.

Подъезжая к офису, Софья думала о предстоящей встрече с заказчиком, который мог спасти её фирму от банкротства. В тендере участвовало несколько фирм, но заказчик был другом детства её покойного мужа, и она рассчитывала на это.

Войдя в офис, Софья увидела парня, сидящего в дальнем углу приёмной и двух мужчин, стоящих перед столом дрожащей секретарши, которая, посмотрев на неё, молча кивнула в сторону хозяйского кабинета. Там, в её кресле развалился невысокого роста пузан, лысина которого отражала солнечные блики, бегающие по стенам при каждом повороте головы.

- Здравствуй, Софьюшка! - толстяк вытер пот со лба и махнув рукой в сторону стула, добавил, - Присаживайся, есть разговор!

- Здравствуй Муса! - сморщив нос, ответила Софья, и присев, откинула голову и посмотрела сверху вниз на гостя.

- О, какие мы гордые! - внезапно изменился голос Мусы, в котором Софья уловила стальные нотки, - Ну да ладно, у меня нет времени ходить вокруг да около и рассыпаться в комплиментах. Слушай сюда и запоминай! Ты выиграешь тендер, а на следующей неделе придет человек Шаха обговорить условия продажи твоей фирмы. Шах не злодей и кое-что тебе на жизнь оставит.

Софья попыталась возмутиться, но он, поднял указательный палец вверх:

- Не повторяй ошибок мужа, Шах этого не прощает! - и вышел из кабинета.

Словно лопнула центральная струна, держащая конструкцию. Сгорбленная спина женщины затряслась от рыданий.

" Но почему, как только ты начинаешь привыкать к тому, что самое страшное позади, - думала Софья, - вдруг снова появляются призраки прошлого. Сначала живой посланец Шаха, о котором ты уже начала забывать. Затем погибший муж, которого безумно любила. Муж оберегал тебя от внешнего мира и никогда не рассказывал о своих проблемах в бизнесе. И только на похоронах ты знакомишься с Мусой, с этим чудовищем, который подошёл выразить соболезнования убитой горем вдове и предупредил, что не оставит тебя в покое. Как...как ты мог!" - думала она о муже, который оставил её один на один с этими шакалами в безумном мире.

Глава 7

В кабинет постучали и вошедшая секретарша спросила:

- Софья Викторовна, там этот... ждёт... Пригласить?

- Да...через пару минут, - Софья вытерла слезы и, поднявшись, подошла к зеркалу.

На бледном, красивом лице с заплаканными голубыми глазами появилось подобие улыбки и, тряхнув копной черных до плеч волос, она села в кресло.

Вошедший, среднего роста, хорошо сложенный, с короткой стрижкой, стоял и смотрел на неё, не опуская черных глаз.

- Проходите, садитесь! - пригласила Софья молодого человека.

В потертых джинсах, белой футболке и куртке, держа в руке черные очки он походил на обыкновенного студента, но в его походке было что-то кошачье.

- Я так понимаю, вы от Шаха...Цербер так сказать! Следить и присматривать, чтобы чего не натворила? - Софья вызывающе вскинула голову.

- Я ваш новый водитель, - спокойно ответил он.

- Ну да, ну да...постоянный контроль...- его невозмутимость выводила Софью из себя.

- Я буду в автомобиле! - он встал и вышел в приёмную.

Вечером Софья вышла из офиса и увидела парня, открывшего ей дверь автомобиля. Обреченно вздохнув, она села на пассажирское сидение, он захлопнул дверь, и обойдя машину, сел за руль.

- Почему мы стоим? - посмотрела она на водителя.

- Простите, Софья Викторовна, но вы не сказали куда, - он сидел и смотрел вперед.

- Домой! - волнение и усталость давали о себе знать.

Выйдя у дома, она обернулась:

- Завтра в восемь...э...

- Ник, - он включил поворот и уехал.

Назначенная на одиннадцать часов важная встреча была отменена по просьбе заказчика, как будто он знал состояние Софьи.

На следующий день Софью в приёмной ожидал, прижимая портфель к груди, невысокий, сухощавый мужчина с гладко зачесанными назад волосами и в очках с толстыми линзами.

- Софья Викторовна, моё почтение! - Он попытался поцеловать ей руку, которую она резко выдернула из его влажных ладоней, - разрешите представиться - Валентин Семёнович, экономист.

- Чем обязана? - Софья нахмурила брови.

- Я от Мусы. Мне нужно посмотреть вашу тендерную заявку, чтобы быть уверенным, что всё составлено правильно и мы имеем все шансы получить этот заказ.

- Мы? - ее брови взлетели вверх, - кто это мы? Убирайтесь отсюда, пока я не вызвала охрану!

- Успокойтесь, пожалуйста, я не так выразился, конечно вы! - сжавшись и глядя снизу вверх продолжил экономист, - понимаете, у нас есть связи, проектировщик - наш человек и у нас, простите - у вас, будет возможность заработать на форс-мажорах и сэкономить на дешёвых материалах. Давно проверенная схема.

- Убирайтесь, и скажите Мусе, что в ваших услугах я не нуждаюсь, и продавать фирму не собираюсь! - Софья хлопнула дверью перед испуганным посланцем Мусы.

В этот день состоялась отложенная накануне встреча с заказчиком. С другом детства покойного мужа Софьи, Андреем, они обговорили все условия и стоимость работ.

- Софья Викторовна, нам известна ваша деловая репутация, а так же ваш опыт, так как уже не раз работали вместе. - сказал Андрей в конце встречи. - Вы не волнуйтесь - заказ ваш!

В конце рабочего дня Софья поехала не домой, а на озеро. Там, вдали от людских глаз, она любила сидеть на скамейке в тишине и смотреть на воду, иногда спокойную и гладкую как стекло, а иногда, как сегодня, покрытую мелкой рябью. Ветерок был слабым, но прохладным, Софья поёжилась и в тот же момент ей на плечи Ник накинул плед.

- Плед лежал в машине, - сказал водитель и ушёл назад, оставив ее в ее одиночестве.

Укутавшись, она слушала шелест листьев на деревьях, тихий скрип стволов, разговаривающих с ветром. Это место когда-то показал ей муж, и теперь, когда его не стало, она не часто, но продолжала приезжать сюда, чтобы отвлечься от суеты.

- Скажите, Ник, - посмотрела она на водителя, вернувшись в автомобиль, - вы человек Мусы?

- А вы поверите, если я скажу, что нет? - спокойно, вопросом на вопрос ответил он.

- Нет. - покачала головой Софья.

- Тогда к чему эти вопросы? - Ник завел машину и они поехали домой.

Глава 8

Через два дня состоялся тендер, который как и ожидалось выиграла фирма Софьи. Отпраздновать это событие она решила с семьёй в уютном кафе "Прага".

Как обычно, Софья заказала свой любимый жаренный Камамбер с медом, Ася предпочла морепродукты, а Стас - гамбургер и кока-колу, называемую мамой "чистящее средство" .

Подняв бокал шампанского, Софья улыбнулась детям:

- За выигрыш!

- Ты самая крутая мама в мире! - Стас потянулся своим бокалом с колой чокаться.

- За нашу победу, мама! - Ася посмотрела, как пузырьки в бокале медленно поднимаются вверх и подняв бокал, добавила, - жаль, что папа не с нами.

Сидевшая за соседним столиком компания молодых людей с каждой выпитой рюмкой всё наглее разглядывала Софью и всё громче обсуждала её прелести. Молодая женщина всё слышала, но делала вид, что не обращает на них ни малейшего внимания . Но тут один из них подошел к столику:

- Девушка, у нас есть предложение: мы покупаем этой мелюзге, - он снисходительно кивнул в сторону детей, - огромный торт, а с вами едем отдохнуть в сауну или за город.

Софья, прищурив глаза, в которых всё ярче разгорались злые огоньки, медленно повернула голову в сторону говорившего:

- У меня нет желания отвечать на ваши оскорбления, но хотела бы поблагодарить за потраченное вами время на оценку моих достоинств. И простите, что прерываю вас, но у нас, - Софья обвела взглядом сидевших за столом сына и дочь, - есть дела поважнее.

Сидевшие за соседними столиками посетители отвернулись, скрывая улыбки.

В это время один из парней, отлучавшийся из-за стола по своим надобностям, вернулся и окликнул наглеца. Тот приблизился, и они о чем-то стали шептаться. Затем первый вновь подошёл к столику Софьи, извинился и компания спешно удалилась.

Софья подозвала официанта и попросила счёт.

- Мама, почему мы уже уходим? Они же извинились и ушли? - удивилась Ася, ей нравилось в кафе.

- Дорогая, я не знаю причин перемены их отношения к нам, и эта неизвестность меня пугает. Поэтому будет лучше, если мы уйдем, - она оплатила счет и встала из-за стола. - Нам пора!

- Ну вот, мы так давно не ужинали вместе в нашем любимом кафе и уже уходить, - пожаловался Стас.

- Да уж, праздники в нашей семье - большая редкость... - Ася отодвинула стул и встала.

Ник стоял у автомобиля с открытыми пассажирскими дверями.

"Черт, как он догадался, что мы выходим?" - пронеслось в голове Софьи, но мысли об инциденте в кафе вытеснили все остальные.

Мерседес, тихо шурша колесами остановился у ворот.

- Идите в дом, я сейчас, - Софья осталась сидеть в машине, глядя как дети поднимаются по ступеням.

- Ник! - обернулась она к водителю, - у меня к вам просьба: не могли бы вы завтра поехать с нами в деревню, если конечно у вас нет планов на эти выходные.

- Хорошо, Софья Викторовна! - Софья заметила как на мгновение побелели костяшки пальцев рук Ника, сжавших кожаный руль и уловила в его голосе хриплую нотку.

- Нет, если конечно у вас нет планов... - попыталась она извиниться, приняв его реакцию за недовольство, но Ник мотнул головой:

- В котором часу заехать за вами? - его взгляд скользнул по ней как тогда, на озере, когда он, укрывая пледом, на долю секунды задержал руки на ее плечах.

- В семь! - Софья не заметила его взгляда и, попрощавшись, вышла из машины.

На следующее утро Ник, стоя у Мерседеса, ждал появления семьи начальницы. В небе над ним пролетали стаи перелётных птиц, которые стремились на юг, от холодов. Сегодня с утра было тепло, но ещё несколько дней и задождит.

Первым из дому, в спортивном костюме и с надетой на голову бейсболке козырьком назад, выполз Стас, который пыхтя тащил огромный темно-синий чемодан на колесах.

- Мужчина! - похвалил Ник мальчишку и подхватив чемодан, положил его в багажник.

Следующей на подиуме появилась Ася. Жакет того же, что и длинная широкая юбка, мышиного цвета дополняла большая шляпа и просто огромные очки. Очарование наряду придавал верхний ярус юбки, светлый с бордовыми полосами, а так же воздушный шарфик на шее. Ник отвернувшись хмыкнул, вспомнив, как один из его знакомых о стиле, скрывавшем всё что есть и чего нет говорил: "Им всё бохо". Она поздоровалась и села в машину.

- Мама, поехали уже! - Стас с нетерпением прыгал на месте, глядя как Софья спускалась по ступеням. В светло-синих джинсах, клетчатой рубашке с длинными рукавами и черных очках, Ник вряд ли бы узнал начальницу, встретив её где-нибудь на улице. Он сглотнул, открывая дверь машины такой одновременно простой и такой недосягаемой Софьи Викторовны.

- Ник, остановите пожалуйста у супермаркета, нам же надо чем-то кормить два дня нашу ораву, - оглянувшись назад, Софья подмигнула детям.

Глава 9

- Мама, я с тобой! Я помогу тебе! - засобирался Стас, отстегнув ремень безопасности как только Мерседес припарковался.

- Ася, ты с нами? - выйдя из машины, Софья наклонилась и постучала в окно.

- Нет! -Ася зависла в смартфоне, что-то увлеченно печатая.

- Вы бандит? - оторвалась Ася от экрана, глядя в спины удаляющихся матери и брата, - и вы нас убьёте, когда получите фирму! - спокойным голосом закончила она, встретившись с глазами Ника в зеркале заднего вида.

- Почему вы так решили? - лицо Ника осталось бесстрастным, а вот в глазах появился интерес.

- Я была против поездки с вами, но мама так боится оставаться одна, что убедила меня в том, что вы меньшее из зол. И к тому же она подстраховалась, - прищурив глаза она скрестила руки на груди.

- Подстраховалась? - Ник обернулся.

- Я слышала, как мама говорила с... - Ася вдруг опустила шляпу на глаза и замолчала, поняв, что сболтнула лишнее. В машине воцарилась тишина, в которой были слышны только тихие клацанья Аси по экрану.

Ник посмотрел в боковое окно, и увидел идущих Софью и Стаса, толкающих перед собой тележку, вышел из машины, чтобы помочь.

Дорога в деревню пролегала меж холмов, весной поросших буйной зелёной растительностью, а сейчас бледных, с посохшей, пожелтевшей от жарких солнечных лучей травой и голыми деревьями.

Минут через сорок из-за поворота показалась деревня, вернее, деревушка в полтора десятка домов на берегу небольшой речки. У самой воды приютились несколько бань с мостками, с которых раньше стирали. Чуть поодаль, ниже по течению, паслись коровы.

- Здесь направо и вон туда, где бабушка стоит! - Стас ёрзал на заднем сидении, дожидаясь, когда можно будет выскочить из машины.

Ник подъехал к указанному месту и, остановившись, заглушил мотор.

- Здравствуйте, тетя Паша! Как ваше здоровье? - Софья обняла соседку, следившую за домом.

-Спасибо, Софочка Викторовна! Всё хорошо! - соседка прослезилась.

- А как поживает дядя Федор? Что он теперь строит? - Софья заглянула через забор и удивилась.

Весь двор тети Паши был завален всевозможным металлоломом.

- Вертолет строит, заполошный, - бабка махнула рукой и засеменила в огород за овощами для гостей-хозяев.

Ник огляделся. Небольшой бревенчатый домик с двускатной крышей, окна с резными, свежеокрашенными ставнями, крылечко и флюгер на крыше. Вытащив из багажника автомобиля чемодан, Ник поднялся по ступенькам, распахнул дверь и заглянул внутрь. Посреди дома стояла печь, а от неё во все четыре стороны висели занавески, которые делили пространство на комнаты. Деревянные полы, застеленные полосатыми домоткаными половиками, тихо скрипели при каждом шаге. Разувшись, Ник отодвинул занавеску и оказался в столовой. В углу гудел небольшой холодильник, а у окна стоял стол, накрытый бахромчатой скатертью, и четыре табуретки, одну из которых он зацепил чемоданом, и она с грохотом опрокинулась. Тихо чертыхнувшись, он поднял её и поставил на место.

- Ник, оставьте чемодан за занавеской, возле сундука, пожалуйста! - Софья с детьми стали выгружать припасы на стол.

Рядом с сундуком стояла кровать со сложенными горкой подушками и плюшевым ковриком с оленями на стене. За последней занавеской была большая "родительская" кровать.

Комок подкатил к горлу, и Ник быстро вышел на улицу. Похожий на этот дом был у его бабушки, и от всплывших в памяти воспоминаний сжалось сердце. Он остановился на берегу и уставился невидящим взглядом на воду.

Сколько так простоял, не помнил, но очнулся от голоса Стаса:

- Ник! Мы вас ждем!

На столе кипел откуда-то появившийся самовар, на тарелках лежали порезанные свежие овощи с огорода тети Паши и купленные в магазине деликатесы. Дети уже сидели за столом, хозяйка копошилась у холодильника

- Присаживайтесь, Ник, - Софья пригласила его к столу и села напротив.

Ася зыркнула на водителя злым взглядом, который не укрылся от матери.

Перекусив и попив чаю, Ник поблагодарил за угощение и вышел во двор.

- Не держите зла на Асю, просто вы сидели на стуле её отца,- через несколько минут на крыльцо вышла Софья.

Ник молча пожал плечами.

- Это дом родителей моего мужа. Мы приезжали сюда каждое лето, раз в две недели... когда муж был... с нами... И каждый Новый год. Он ничего не хотел менять в доме, говорил, что это память о детстве. Нам было здесь весело... - Софья обвела двор глазами, полными грустью.

Ник слушал и смотрел на женщину, и в какой-то момент ему захотелось сжать её в объятьях и не выпускать, целовать эти красивые, грустные глаза до тех пор, пока в них не появятся искорки радости и счастья. Он отвернулся, с трудом сдерживая этот порыв:

- Софья Викторовна, мне надо уехать. Я вернусь за вами в воскресенье вечером.

Она кивнула и повернувшись, пошла в дом.

Глава 10

Спонтанное, родившееся в деревенском доме Софьи желание вновь увидеть бабушкин дом вело его в город, где он родился. Через полтора часа он был там, проехал медленно мимо детского дома, но останавливаться не стал. Не самые радостные воспоминания оставило о его детстве пребывание здесь, да и не за этим он сюда приехал.

В бабушкином доме жила молодая семья с детьми. Глава семьи сидел за столом в саду, за тем самым, за которым и он, маленький Коля, когда-то сидел вместе с бабушкой. Женщина развешивала бельё, а детишки играли во дворе.

Парень увидел, что автомобиль остановился напротив калитки, поднялся из-за стола и подошел:

- Извините, вы кого-то ищите?

- Это дом моей бабушки, - Ник перевел взгляд с дома на подошедшего парня.

- Вы Николай? - заулыбался парень. - Я Олег, сын Егора, тренера по боксу, помните? Он говорил, что вы когда-нибудь вернетесь. Дайте мне несколько дней, и мы освободим ваш дом. Да вы проходите!

- А что отец? Как он? - Ник шел к дому.

- А его два года как нет... - Олег обнял подбежавшего карапуза.

- Мои соболезнования. Можно, я похожу, посмотрю здесь? - и увидев, что тот кивнул, Ник вошел в дом.

Когда он вышел, семья сидела за столом и ждала его.

- Чай будете? - жена Олега протянула кружку.

- Да, спасибо! - Николай сел на скамейку. - Значит так, освобождать не надо, живите. Я пока не возвращаюсь, а соберусь – предупрежу. А сейчас спасибо за чай... - он сделал несколько глотков, - и до свидания.

Выехав на трассу, Ник направился в сторону областного центра, в свою холостяцкую квартиру. По дороге заехал в супермаркет и купил бутылку "Джека Дениэлса". Вечером "психолог Джек" будет молча слушать своего пациента, пока тот не выговориться.

В понедельник утром в приемной «Квадрума» Софью ожидал все тот же Валентин Семёныч - мерзкий экономист Мусы. Прежде чем хозяйка фирмы зашла в свой кабинет, мужчина протянул ей тонкую синюю папку:

— Софья Викторовна, доброе утро! Я предвидел, что вы не захотите говорить со мной, и посему подготовил короткую записку о наших намерениях. Там все в общих чертах, но суть понятна. А так же указана сумма, которую вы получите по завершению сделки.

— Хорошо, я посмотрю, но предупреждаю, что это лишняя трата времени, потому что я не собираюсь продавать свою фирму, — подняв голову, Софья посмотрела на человека Мусы.

— Я советую вам все-таки посмотреть, так как до шести вечера мы должны получить ответ, — жесткий взгляд Валентина Семеновича не был похож на тот, которым он смотрел на неё в прошлое своё посещение. — В противном случае наши условия коренным образом изменятся. Вот моя визитка, я жду звонка и надеюсь, что завтрашняя встреча будет продуктивнее.

Он провёл ладонью по зализанным волосам, развернулся и вышел из приемной.

Секретарша, прослушавшая с открытым ртом этот диалог, взглядом проводила начальницу до дверей кабинета.

Условия сделки Софья знала ещё с прошлой встречи с Мусой, а вот сумма… :

— Сволочи! Шакалы! Десять процентов от настоящей цены… — она кулаком ударила по столу, так как где-то далеко, в самом потаённом уголке души пряталась предательская мыслишка избавиться одним махом от всех страхов и неприятностей, которые ей доставляло владение «Квадрумом», за приличную сумму.

Замотавшись на работе, Софья совсем забыла об ультиматуме и, вернувшись домой около семи вечера, увидела обеспокоенную Асю.

- Что случилось, дочь? И где Стас? - побледневшая женщина смотрела на Асю.

- Я не зна-аю... - дочка заплакала, - он не отвечает на мои звонки.

Софья вспомнила предупреждение и, достав визитку, набрала номер:

- Алло! Валентин... Да, я поняла, - трясущиеся губы Софьи плотно сжимались, а глаза наливались кровью, пока она молча слушала человека на той стороне линии, прижав телефон плечом к уху, а руки непроизвольно рвали на мелкие кусочки визитку.

- Они похитили Стаса и держат у себя, чтобы я была сговорчивей, - повернулась к Асе поникшая, раздавленная бедой мать.

- А что будет со Стасом? Я позвоню в полицию! - Ася выхватила телефон у матери и начала судорожно тыкать по кнопкам.

- Не надо, Ася! - остановила её Софья. - Они предупредили, что если мы обратимся в полицию, то больше никогда не увидим нашего Стаса! - и наконец дала волю слезам, как обычная женщина.

- Это всё Ник! Он следит за нами, и только он знает когда и где бывает Стас! - сорвалась в крик Ася.

- Даже если и так - в любом случае он ничего не решает... - обняла Софья дочь.

Они долго сидели вдвоём на диване, пока дочь не уснула, положив голову на колени матери. Софья же всю ночь не сомкнула глаз.

Глава 11

На следующей утро Софья и Ася, со следами бессонной ночи на лицах, вместе вышли из дома и сели в машину. Моросил мелкий дождь, но они не обратили на это внимание.

- Доброе утро! - Ник с беспокойством переводил взгляд с одной пассажирки на другую, и в тоже время думал: " Не очень и доброе оно, утро-то, вон какие круги под глазами..."

Ему не ответили, и он решил не вмешиваться в семейные проблемы, ко всему прочему заметив взгляд Аси, полный ненависти.

Экономист уже сидел в приёмной и с портфелем, который он прижимал к животу, ждал хозяйку фирмы.

- Ася, посиди пока здесь, мне надо переговорить с этим господином, - мать кивнула в сторону ожидавшего.

Мужчина вошел вслед за Софьей в кабинет и плотно прикрыл дверь.

- Я бы хотел сразу перейти к делу, Софья Викторовна, так как вы сами виноваты в произошедшем, - Валентин Семенович выкладывал бумаги на стол, - теперь условия другие, и вы не получите ни копейки.

- Где мой сын?! - шумно дыша, Софья неотрывно смотрела на экономиста.

- Подпишите бумаги и к обеду ваш сын будет дома, - мужчина протянул Софье авторучку.

" Если я сейчас подпишу бумаги, то где гарантии того, что они вернут Стаса," - лихорадочно думала Софья, и добавила вслух:

- Сначала привезите моего сына!

- Вы не в том положении, чтобы диктовать нам условия! Подписывайте! - мужчина настойчиво протягивал ей ручку.

- Я вам не верю! - она с силой оттолкнула руку с авторучкой, - я подпишу бумаги только в присутствии Шаха, и только если он сам даст слово, что вернет мне сына.

Софья увидела нерешительность в глазах Валентина Семеныча и поняла, что она на правильном пути.

- Мне нужно позвонить! - он вытащил телефон и что-то долго объяснял всё время оправдываясь. Закончив разговор, он смерил её похотливым взглядом с ног до головы и усмехнулся, - через два часа Шах ждёт вас у себя дома. И скажу вам по секрету: вы даже не представляет, что вас там ожидает.

Собрав бумаги в портфель, он, ещё раз посмотрел на Софью и облизнув губы, вышел из кабинета. На столе остался лежать лист с адресом Шаха.

Едва захлопнулась дверь за экономистом, как в кабинет влетела Ася.

- Всё хорошо, мама? Когда вернется Стас? - кинулась она к Софье.

- Ася! - обняла она дочь, - я скоро поеду за Стасом, а тебя сейчас Ник отвезет в университет. И я прошу тебя, чтобы ты всегда находилась на людях, пока я за тобой не приеду.

- Мама, Ник... - начала было Ася, но Софья посмотрела на нее смертельно уставшим взглядом и дочь, кивнув головой, отправилась к машине.

- Отвези меня в университет! -она села на заднее сидение, не обращая внимания, что Ник пристально смотрел на неё в зеркало и не трогался с места. - Пожалуйста.

Всю дорогу они ехали молча, а по приезду, не поблагодарив, Ася громко хлопнула дверью и ушла.

Когда, отвезя девушку, он вернулся, его уже ждала Софья, которая села на заднее сидение и тихо закрыла дверь.

Ник сидел молча, изредка поглядывая в зеркало на начальницу, которая сидела не проронив ни слова, и вдруг горько разрыдалась. Он не поворачиваясь, передал ей салфетки.

Немного успокоившись, Софья протянула Нику лист с адресом.

Глава 12

Загородный дом Шаха, больше похожий на дворец, с высокими стенами, видеокамерами и многочисленной охраной произвели неприятное впечатление на Софью, но необходимость разрулить ситуацию, заставляла подойти к воротам. Ник шел позади, отставая на шаг и казалось, что его абсолютно не интересует, куда и зачем они идут. Софья не просила сопровождать ее, но его присутствие давало ощущение, что она не одна. Охранники обыскали мужчину и проводили гостей на второй этаж, в гостиную. Софья, нервно развязав платок на шее и скомкав его, села на стул, услужливо подвинутый Ником, не обратив внимания, что он взял из её рук сумочку и повесил на спинку стула. Сам Ник сделал шаг назад и небрежно прислонился спиной к стене. Минут через пятнадцать в комнату быстрыми шагами вошел Шах в сопровождении молодого парня и трёх собак породы доберман. Ухоженные и явно хорошо выдрессированные псы по неуловимому жесту руки улеглись у ног парня, а Шах обошёл стол и сел в огромное кожаное кресло, стоящее у горевшего камина.

- Где мой сын? - не выдержала Софья.

- Сын? - удивился Шах, - меня не интересует ваш сын. Меня интересуете вы, вернее ваша подпись, - Шах поднял глаза от бумаг на столе.

- Своё решение я приняла давно и менять его не собираюсь! - голос женщины дрогнул, но она упрямо смотрела в глаза Шаха. Он что-то сказал на своём языке парню с собаками и вышел. Собаки направились к Софье, угрожающе рыча и остановились в паре метров. Глаза женщины расширились, в то же время уменьшая картинку до трёх оскаленных пастей, из которых капала слюна. И вновь, по команде дрессировщика, псы успокоились и легли на пол, не сводя глаз с Софьи. В этот момент вошел Шах и, переведя взгляд с собак на сидящую в оцепенении женщину, усмехнулся:

- Софья, в следующий раз они не остановятся, поэтому у вас есть последняя возможность не ошибиться.

Зазвонил телефон Шаха и он пройдя мимо испуганной Софьи, вновь вышел из комнаты. Замедлив дыхание, женщина смотрела на собак, ожидая нападения, но собаки не шевелились. Напряжение росло вместе с непониманием того, что Ник ничего не делает, а просто стоит где-то сзади. Она попыталась обернуться, но в этот момент краем глаза успела заметить, что собаки поднялись. Сердце заколотилось в бешенном ритме когда они приблизились почти вплотную, и тут Софья почувствовала слабое движение воздуха за спиной, и услышала визги собак. В комнате воцарилась тишина, а затем она услышала шаги, короткий вскрик, и у её ног упал мертвый Шах. Всё произошло так быстро, что дрессировщик собак, бледный и хватающий ртом воздух не успел ничего сделать прежде, чем просвистевший нож вонзился в грудь.

- Пора выбираться, Софья Викторовна, - Ник протянул руку, чтобы помочь впавшей в ступор женщине встать, и добавил, - Вот ваша сумочка.

- А Стас? Где мой сын? - Софья вцепилась в руку Ника.

- Его здесь нет. Шах никогда не опустился бы до похищения детей. Он - садист, и все что ему нужно, добивается своими любимыми методами, - повёл он ее к выходу.

Накинув на голову платок, бледная, на трясущихся ногах, поддерживаемая Ником Софья спустилась со второго этажа. Охрана не обратила на них никакого внимания, так как такие последствия встречи с Шахом были обычным делом. Они добрели до автомобиля, где Ник помог ей сесть и, не задерживаясь ни минуты, умчались из этого страшного места до того, как там найдут труп хозяина.

Остановившись у дома, Ник хотел было выйти и открыть Софье дверь, но она остановила его:

- Откуда вы знаете Шаха?

- Почему вы решили, что я знаком с ним? - обернулся Ник.

- Ваша уверенность в том, что моего сына нет в доме Шаха... - начала было Софья, но водитель перебил ее:

- Наслышан о его пристрастиях.

- Я вам не верю! - Софья прищурила глаза. - А то, как расправились с Шахом и его собаками, никак не вяжется с тем, что вы верите каким-то слухам.

Ник молчал, а она продолжила:

- Почему-то мне кажется, что я стала пешкой в чьей-то игре, которую использовали, чтобы добраться до Шаха...

- Софья Викторовна, я понимаю, что похищение сына... - Ник попытался закончить этот разговор.

- Ник, я не дура! - в голосе женщины звучали злые нотки. - Мне интересно, как вы пронесли нож, если охранники на входе вас тщательно обыскали?

- Софья Викторовна... - мужчина вышел из машины и, обойдя ее, открыл дверь.

- Я поняла! В моей сумочке! - догадалась она и вдруг заплакала. - Мой сын...

- Успокойтесь и идите, пожалуйста домой, утро вечера как говориться... - Ник проводил женщину до дверей дома, где ее ждала дочь.

Прежде чем войти, Софья оглянулась и посмотрела на водителя долгим взглядом.

- Мама, где Стас? - обеспокоенная Ася посмотрела на уходящего Ника и перевела взгляд на Софью.

- Не знаю... пока не знаю, - они вошли в дом.

Глава 13

Оставив начальницу дома, Ник отправился на окраину города, в элитный поселок "Светлый", где в одном из переулков припарковал автомобиль. Пройдя три улицы, он свернул на тихую аллею, в конце которой приютился заросший плющом двухэтажный домик. На первом этаже было темно, а на втором, в щель между шторами едва пробивался приглушенный свет. Оглянувшись по сторонам, Малюта подпрыгнул и, подтянувшись, перемахнул через забор. Метнувшись к дереву, стоящему около дома, Николай быстро влез по нему и неслышно спрыгнул на балкон. Дверь была приоткрыта, а из комнаты тихо-тихо лилась классическая музыка. Малюта прислушался и уловил тихие стоны. Через несколько минут они усилились, а затем всё стихло. Подождав еще немного, он услышал, как кто-то, шлепая босыми ногами по полу, открыл дверь и включил душ. Следом за этим раздался женский смех и дверь в ванную закрылась. "Пора" – решил Малюта и, осторожно приоткрыв дверь, заглянул в комнату. Кроме раздетого мужчины с завязанными глазами и пристегнутого наручниками к кровати в ней никого не было. Он тихонько подпер стулом дверь ванной комнаты и подошел к кровати. Мужчина видимо почувствовал присутствие кого-то в комнате:

- Что-то быстро ты, дорогая, я ещё не успел отдохнуть.

Ник закрыл ему рот рукой:

- Замолчи! Крикнешь — удавлю сразу! И её тоже. Ты меня понял?

Перепуганный мужчина соглашаясь, быстро закивал головой.

- Где мальчик, сын Софьи? - Малюта убрал руку от лица прикованного. - Валентин Семёнович, я знаю, что вы бухгалтер Мусы и приходили к Софье в офис, а значит знаете о похищенном мальчике.

- Я ничего... – попытался было сказать лежащий на кровати, но тут же, почувствовав на своей шее цепкие пальцы, прохрипел:

– Я всё скажу! Муса в дачном поселке, на тридцатом километре, в доме справа от водонапорной башни. Мальчик должен быть там же.

- Сколько с ним людей? – Малюта снова слегка сжал его горло.

- Один! Его личный телохранитель — прохрипела ничего не видящая жертва.

Николай взял подушку и, накрыв лицо лежащего, держал её до тех пор, пока тот не затих. Затем приблизился к дверям ванной и, услышав шум воды, убрал стул. Тихо выйдя на балкон, спустился по дереву.

Через несколько минут Мерседес выруливал на трассу, которая вела в дачный посёлок.

Ориентируясь по водонапорной башне, Малюта, так же как и в предыдущем месте, остановился за несколько улиц и направился пешком. Фонари тускло светили, и то лишь на перекрестках. Николай крался вдоль заборов и, почти добравшись, увидел, что какая-то машина свернув, вот-вот осветит его фарами. Пришлось перемахнуть через невысокий забор и притаиться. "Малина", – чертыхнулся он, чувствуя аромат спелых ягод и недружелюбное прикосновение колючих ветвей, оцарапавших до крови лицо и руки.

Когда машина проехала, Малюта приподнялся и заглянул в соседний двор. Там было темно и тихо. "Неужели бухгалтер обманул?" – брезгливо поморщился Николай и вдруг увидел какое-то движение на крыльце. Там кто-то сидел, но было непонятно, то ли собака, то ли человек. Через какое-то время оттуда послышался приглушенный кашель, затем экран звонившего телефона осветил лицо сидевшего, который что-то ответил на своём языке. Он встал и подошел к калитке. Когда стал поворачиваться, чтобы уйти, Малюта метнул нож, который впился тому в шею. Человек успел обернуться и, чуть постояв, упал на землю. Выждав минут десять, Николай вернулся на дорогу и, пройдя по другой стороне улочки, перелез через забор. Опять засветился экран телефона, лежащего на земле у калитки. Малюта спрятался за углом, когда услышал скрип открывающейся двери. А затем, когда из-за двери показалась голова Мусы, Ник снова метнул нож, но так, чтобы в голову попала тяжелая рукоятка и оглушила жертву. Дверь распахнулась и Муса с грохотом свалился на крыльцо. Нападавший быстро втащил тело внутрь, и закрыл двери на ключ. Открыв следующую дверь, он вошел и посадил бесчувственное тело на стул, связав за спиной руки его же ремнем.

Спустя какое-то время, пришедший в себя Муса попытался понять, что за человек сидит напротив его. Муса видел его впервые:

- Ты кто, щенок?

- Мне нужен Стас — мальчишка, которого ты похитил. И будет лучше для тебя, если он жив-здоров и находится где-то здесь, – Николай вертел в руках нож.

Муса молча усмехнулся.

- Предлагаю обмен, - продолжил Малюта, - ты отдаешь мне мальчишку, а я тебе информацию о том, кто убил Шаха.

- Шаха убить невозможно! – рассмеялся Муса, - он никогда не покидает своей крепости.

Ник достал из кармана Мусы телефон:

- Мы ему позвоним, - и включил громкую связь.

На звонок долго никто не отвечал, Муса уже был готов расхохотаться, когда в телефоне раздался голос старшего сына Шаха:

- Дядя Муса, папу убили!

Глава 14

Связанный рванулся вперед, но, получив сильный удар в живот, сложился пополам. Ник поднял его и вновь усадил на стул.

- Либо обмен, либо я тебя убью и сам найду мальчика, - Ник продолжал невозмутимо смотреть на Мусу.

- Убей и ищи! - отвернулся тот и сплюнул на пол.

- А кто отомстит за Шаха? Кто защитит его детей – твоих племянников? Он же был женат на твоей сестре или я ошибаюсь? - Малюта безжалостно задавал вопросы, от которых у Мусы ниже и ниже опускалась голова.

- А где гарантии, что твоя информация правдива? - решился Муса.

- Вот сам и проверишь, - Ник улыбнулся, – давай решим так: ты отдаешь мальчишку, я дам тебе возможность отомстить.

- Он в доме напротив, в погребе, - Муса кивнул в сторону окон, выходящих на улицу.

Малюта поднял связанного со стула:

– Идём, покажешь.

Проходя мимо лежащего у калитки телохранителя, Муса посмотрел на Ника и прошипел:

- Будь ты проклят!

Стас сидел в погребе, со связанными руками и ногами и какой-то тряпкой во рту. Услышав, что кто-то пришел, он испуганно забился в угол и отвернулся. Ник связал ноги Мусы, чтобы он не убежал, и затем вытащил мальчишку из погреба. Бледного, осунувшегося Стаса трясло от испуга и он сначала даже не узнал водителя своей мамы. Малюта вытащил кляп и дал мальчику воды, которую тот стал жадно пить.

- Вы что, его голодом морили? - Ник с ненавистью посмотрел на Мусу, а тот только презрительно сплюнул.

- Ник, а где мама? – Стас наконец с удивлением узнал Малюту и заплакал.

Водитель обнял мальчишку за трясущиеся плечи и гладил по голове, пытаясь успокоить:

- Сейчас мы к ней поедем.

Ник развязал Мусу, поднял на руки Стаса и направился к выходу.

- А информация? - напомнил Муса.

Малюта обернулся, и чтобы не услышал мальчик, шепнул Мусе:

- Шаха убил я! Я работаю на Маркуса и выполняю его приказы.

Глаза Мусы налились кровью:

- Я сначала убью Маркуса, потом всю эту семью! - он ткнул пальцем в Стаса. - А напоследок — тебя!

- Если приблизишься к этой семье, я вернусь в дом Шаха и добью оставшихся, - услышав голос Ника, Муса попятился, а Малюта продолжил: - Убить меня? Буду ждать. И посиди здесь, пока мы не уедем, не то я вернусь.

Зло сверкая глазами тот уселся на стул.

Пока ехали домой, Стас уснул. Еще немного и наступит утро. Небо только начало сереть на востоке, а дворники уже махали метлами, сметая в кучи опавшие листья. Подъехав, Ник вытащил спящего мальчика и, поднявшись по ступеням, позвонил. Почти сразу в прихожей загорелся свет. "Не спали" - грустно улыбнулся Малюта. Софья отодвинула занавеску на окне и, увидев пришедших, кинулась открывать двери. Трясущимися руками ей с трудом удалось это сделать и, выйдя, она замерла. В её глазах появился страх, но Ник успокоил:

- Он в порядке, спит.

Софья пропустила их в дом и показала, куда положить мальчика. Став на колени, она прислушиваясь к дыханию сына, нежно гладила его по голове и, беззвучно, чтобы не разбудить, плакала. Проснулась Ася, которая стоя в дверях комнаты, переводила взгляд с брата на мать и по ее щекам текли слёзы.

Ник положил ключи от машины на тумбочку в прихожей, тихонько вышел из дому и, вызвав такси, уехал к себе досыпать остаток ночи.

Глава 15

В кожаном кресле Шаха с невозмутимым видом, словно всё вокруг всегда принадлежало ему, сидел Муса. Но за этим спокойствием скрывалась свирепая ярость уязвленной чести. Перед ним на коленях и с опущенной головой стоял начальник охраны Шаха, его хитрый лис, чующий беду на расстоянии, но всё-таки не уберегший своего хозяина. Муса подал знак, и острый клинок, не встретив сопротивления, отделил голову от туловища, из которого фонтаном забила кровь. Тело медленно завалилось набок, а бритая голова словно мяч подкатилась к Мусе. Муса брезгливо отодвинул ее от себя и встал:

- Если бы мне не надо было отомстить за смерть моего брата, то ваши головы... - он окинул взглядом всех присутствующих в гостиной, - сейчас лежали горкой в центре этой комнаты.

Все стояли понурив головы, боясь даже мельком взглянуть на Мусу. Выпроводив всех из гостиной и приказав забрать с собой тело убитого, он с тремя приближенными остался обсудить план мести.

- Мы не будем уподобляться этой трусливой гиене Маркусу, подсылая убийцу, потому что он этого и ждёт. Мы нападем на все его "лежбища" одновременно. Пойдём завтра в два часа дня четырьмя группами: на загородный дом, две квартиры в центре города и ресторан, где он постоянно обедает. С утра отправите людей по этим адресам, и пусть докладывают обо всём, что там происходит, вплоть до мелочей. В случае, если обнаружится хотя бы малейший признак его присутствия в одном из этих мест, проведем перегруппировку, - как заправский полководец, Муса определил цели и задачи завтрашней атаки. - А сейчас идите и готовьтесь.

Оставшись один, он долго сидел и смотрел на пляшущие в камине языки пламени, думая о завтрашней мести. Затем позвонил:

- Руслан, зайди!

Вошедший, высокого роста мужчина с проседью в волосах, с усами и аккуратно стриженной бородкой стоял у дверей и ждал приказа.

- Руслан, ты будешь моим начальником охраны. Надеюсь, ты будешь лучше... - Муса кивнул на лежащую в углу голову предыдущего начальника охраны, - выполнять свои обязанности. Все, иди, и да, забери это отсюда, - он брезгливо скривился.

С раннего утра наблюдатели передавали, что никаких движений, вызывающих подозрения, в местах, куда готовились нападения, не происходило. Ближе к обеду бойцы заняли позиции и ждали сигнала. Сам Муса во главе самой большой группы атаковал загородный дом Маркуса. Защитники оказывали ожесточённое сопротивление, потери росли с обеих сторон. Скоро появится ОМОН, и Муса понимал, что если быстро не покончит с противником, то рискует попасть под перекрестный огонь. А потому заставлял своих бойцов идти вперед несмотря ни на что. Выстрелы из дома раздавались все реже и реже, но тут сзади ударили автоматы. В спину попала пуля и Муса упал. В тишине он с удивлением увидел, что люди двигались к дому, и это были не ОМОНовцы.

- Маркус убит, - крикнул парень, высунувшийся в окно, и Муса радостно вздохнул.

- Ну здравствуй, Муса, - раздался знакомый голос из-за спины.

Муса с трудом обернулся:

- Арамис? А я думал, что ты защищаешь хозяина...

- Нет, дорогой! Я зачищал дворец Шаха, где ты оставил слишком мало людей, - усмехнулся Арамис. - В моём прайде чужие львята не нужны.

- Но ты мне... - и не давая Мусе закончить, Арамис выстрелил лежащему в голову.

Новый криминальный авторитет города огляделся. Пора было уезжать и оставить поле боя правоохранительным органам. Подав знак своим людям, Арамис сел в автомобиль, и в этот момент лобовое стекло пробила пуля, которая впилась в сидение в нескольких сантиметрах от его шеи. Мерседес рванул и скрылся за поворотом. За ним последовал и микроавтобус с бойцами. Две квартиры Маркуса и ресторан были сожжены, и Арамис двинулся к своему секретному логову. Машины влетели во двор, и охранник быстро закрыл ворота.

Взбешенный Арамис рвал и метал, ища виновного в том, кто не выполнил приказ и не добил оставшегося в живых боевика Мусы.

- Арамис! - окликнул хозяина начальник его охраны, бывший криминалист городского ОВД.

Арамис приблизился, глядя на пулю у того в руках:

- Что это?

- Пуля из снайперской винтовки, - обеспокоенно произнес начальник охраны.

- Ты думаешь, промахнулись? - нахмурился Арамис.

- Или предупредили... - покачал головой собеседник.

Глава 16

На следующее утро Арамис позвонил Малюте:

- Жду через час!

На входе Ника обыскали и затем проводили к Антону. " Боится", - хмыкнул гость, увидев более многочисленную чем обычно охрану.

- Садись! - Арамис махнул рукой в сторону дивана. - Есть для тебя задание.

- Слушаю, - Малюта утонул в мягких подушках.

- Мне нужна фирма "Квадрум", с хозяйкой которой я сегодня вечером встречаюсь. Её двоих детей поручаю тебе, и надеюсь больше никогда их не видеть, - Арамис не сводил взгляда с Николая. - Выполнишь, и ты свободен.

Ник выдержал его взгляд и кивнул:

- Я могу идти? - и получив разрешение, медленно удалился.

Он возвращался домой, заметив, что всю дорогу за ним ехала подозрительная машина. " Не доверяет, сука, и правильно делает..." - не давая повода преследователям понять, что те раскрыты, шел не оглядываясь.

Войдя в подъезд и поднявшись на один этаж, Малюта увидел что машина припарковалась. Удостоверившись, что его пасут, вышел через черный ход и, поймав такси, отправился к дому Софьи. Проехал пару раз мимо, и убедившись, что за домом не следят, Николай вышел в переулке. Перемахнув два забора, оказался на заднем дворе и вошел в дом.

- Ник? Что вы тут делаете? - Стас был дома.

- Потом! Где Ася? - Малюта заглядывал в комнаты.

- Она звонила, что выехала из университета домой, - мальчик испуганно смотрел на пришедшего. - А что случилось?

В это время подъехала Ася.

- Ник? - удивилась она, но он её перебил:

- Ася, вы мне доверяете? - Николай подошел к девушке.

- Ну...после случая со Стасом... скорее да, чем нет, - она не понимала, к чему он клонит.

- Хорошо! Значит так: быстро собери кое-какие вещи, и с братом пулей в деревню. Машину отгони подальше от дома, а сами идите не к себе, а к тете Паше, спрячьтесь там, и сидите тихо, пока я с вашей мамой не приеду, - Ник был серьезен и Ася кинулась собирать вещи. - И не звони маме.

Он помог погрузить чемодан в машину. Выглянув на улицу и не заметив ничего подозрительного, махнул рукой, и Ася со Стасом уехали.

Ник позвонил Софье, но она не ответила. Секретарша заверила, что скажет хозяйке о звонке, когда та освободиться.

- А кто у неё? - поинтересовался Малюта.

- Не знаю, - и понизив голос, добавила, - Его здесь все зовут Антоном.

"А говорил, что встречается вечером", - про себя выругался Ник.

Пока он закрывал двери и пытался скрыть следы торопливых сборов, к дому подъехали две машины. Осторожно отодвинув штору, Малюта увидел, что из одной вышла Софья, а из другой Арамис и его подручные. Окинув комнату взглядом, Ник вышел и спрятался в кладовой, из которой ничего не было видно, но её тонкие стены позволяли слышать всё, о чем говорят в гостиной.

Хлопнула входная дверь, и Малюта с удивлением, переходящим в шок, услышал звуки поцелуев, а затем голос Софьи:

- Дорогой, хочешь что-нибудь выпить?

- Софьюшка, сначала дела, а потом будем развлекаться, - в голосе Арамиса слышалось раздражение.

- Дела, дела... - Ник услышал жалобный голос Софьи, - у тебя только дела на уме... а я хочу шампанского!

- Софья, ты меня знаешь не первый год, - Антон повысил голос. - Неси документы, покончим уже с этим!

- Я знала, что ты неблагодарная свинья! - в голосе Софьи послышалась смелость, вызванная обидой. - Поэтому всё после смерти мужа переписала на дочь!

- Документы! - рявкнул Арамис и раздался звук пощечины.

- В сейфе, а код – дата моего рождения, - Софья зарыдала.

Малюта услышал шелест переворачиваемых страниц, а затем разъяренный голос Арамиса:

- Тварь, столько времени морочила мне голову...

В этот момент в комнату вошли его люди:

- Антон, Гена звонил, сказал что Малюты нет дома.

- Где сейчас твоя дочь? - раздался зловещий шепот Арамиса и Софья завизжала. - Хорошо, я сам её найду.

Визг женщины внезапно стих.

Стукнула дверь, и через минуту послышался шум отъезжающего автомобиля. Ник тихонько приоткрыл дверь и прислушался. В тишине раздался слабый стон и, выйдя в гостиную, Малюта увидел лежащую на диване и истекающую кровью Софью.

Схватив первую попавшуюся под руку тряпку, он зажал рану. Раненая была без сознания, но слабый пульс прощупывался. Вытащив из хозяйской сумочки телефон, Ник набрал номер скорой и стал ждать медиков.

Вместе с врачами приехали и полицейские. Увидев, что те подошли к двери, он вышел через заднюю дверь и, перепрыгнув через забор, уехал на автомобиле Софьи.

Глава 17

Выскочив на трассу, ведущую к деревне и не зная, известно ли Арамису, что дети могут быть там, он прибавил скорость.

Бросив машину в одном из переулков, пригибаясь рванул к дому. Всё было спокойно, но Малюта осторожно пробрался в сарай, и через пару минут, с длинным футляром в руках побежал в небольшой перелесок. "Береженного бог бережет", - прошептал он, удобно усаживаясь на ветке высокого дерева, откуда хорошо просматривался дом и подъезды к нему.

Ждать пришлось долго, но Арамис приехал. "Наверное перепугал весь университет, пока искал Асю", - усмехнулся Ник, рассматривая в прицел приехавших. Но что удивило и озадачило Ника, так это то, что приехавшие окружили не дом Софьи, а именно тот, тети Пашин дом, в котором находились дети. Раздумывать не было времени: прицелившись, Малюта выстрелил, и первая пуля впилась в голову одного из бандитов. Нападающие прижались к земле, крутя головами в поиске стрелявшего. А Ник методично, в одного за другим всаживал пули, оставив в живых только Арамиса.

Оставшись в одиночестве, Антон дополз до автомобиля, забрался внутрь и вырулил на трассу, недоумевая, почему стрелок его отпустил. Но, отъехав метров триста от деревни, машина вдруг потеряла управление и слетела с дороги в овраг.

- Здравствуй, Антоша! - Малюта сидел на поваленном дереве, и смотрел, как водитель с трудом выполз из джипа.

- И почему я не удивлен? - Арамис прислонился спиной к колесу.

- Поговорим? - Ник смотрел Антону в глаза.

- А зачем? Ты всё равно меня убьешь, так какой смысл в разговорах. Но судя по тому, что не застрелил меня там, значит хочешь получить ответы, - Антон с интересом посмотрел на Малюту.

- Я не стану тебя убивать, обещаю. Так что, поговорим? - повторил свой вопрос Ник.

- Отчего же не поговорить, - тот с трудом улыбнулся. - Но прежде я хотел бы услышать, почему ты исчез?

Маркус убил моих родителей, - Малюта сжал кулаки.

-А зачем вернулся? Отомстить? - Антон ухмыльнулся. - Ты сделал за меня всю работу. Убрал всех и теперь весь город мой.

- Твой? Ну хорошо, пусть будет так. Пока так. - нахмурил брови Ник.

- А как ты хотел? Я устроил тебя к Софье, кстати моей старой любовнице. Ты же помнишь того парня в баре, которого якобы выгнали из "Квадрума". И чьё место ты занял. А потом ты влюбился в хозяйку. Да-да, она мне о тебе рассказывала. Семьи видите ли ему захотелось, - Антон явно издевался.

Ник поднялся с дерева, но, взяв себя в руки успокоился и снова сел.

- Не нравиться? - продолжил Арамис. - Не будет у тебя семьи, Коля. Софья мертва, документы на фирму у меня, а когда женюсь на Асе...

- А если она не согласится? - прищурил глаз Ник.

- Согласится! Кто её защитит, ты? Да и видео, где она сбила человека... - рассмеялся Антон. - Ты же знаешь этих наивных дурочек.

- Видео? Но это же люди Мусы... так ты с Мусой...- удивился Малюта.

- Для достижения цели все способы хороши, - Арамис развел руками.

- А как ты узнал, что дети в доме соседки? - поинтересовался Ник.

- Муса подкинул Асе маячок, там, на стоянке в университете, - Антон достал носовой платок и вытер лицо.

- Ну ладно, пора прощаться, - Малюта встал, и пройдя мимо Арамиса, начал подниматься по склону оврага.

- Малюта! - со злостью крикнул Антон.

Не раздумывая, Ник выхватив пистолет, обернулся, но Арамис уже метнул нож. Малюта успел дважды выстрелить в Арамиса, прежде чем пистолет выпал из рук. Собравшись с силами, ползком поднялся по склону оврага и, потеряв сознание, упал на обочине трассы.

Глава 18

- Заходите, но только тихо! Иначе Татьяна Васильевна вас больше сюда не пустит, - медсестра пропустила Асю и Стаса в больничную палату, где после реанимации лежал Ник.

- А когда он проснется? - повернулся к медсестре Стас.

- Не знаю, надеемся, что скоро, - медсестра вышла и закрыла дверь.

- Уже неделю без сознания, - Стас взял руку Ника.

Здравствуйте! - через несколько минут в палату вошла врач, - вы не могли бы выйти, мне нужно осмотреть больного.

Когда посетители вышли, Татьяна сменила повязку и, прежде чем уйти, провела рукой по волосам:

- Пора бы уже проснуться, опричник.

Собираясь выйти, она вдруг заметила, что Ник открыл глаза:

- Кто ты? Меня только один человек называл опричник...

- Ты ещё помнишь? - улыбнулась врач.

- Таня? Сорокина? - слабым голосом произнес Малюта, глядя на неё. - А ты такая же, только нет смешных косичек. Ты врач?

- Пока только стажер, - улыбнулась Таня. - Извини, мне сейчас надо идти, попозже я снова прийду, а пока, тебя в коридоре ждут посетители.

Татьяна вышла и через минуту в палату влетел Стас, а следом вошла Ася.

- Как мама? - Ник улыбнулся вошедшим.

- Мамы нет. Она потеряла много крови и ... - на глазах Аси появились слёзы.

- Простите, - растроился Малюта.

- Ник, у нас кроме вас никого не осталось, - Стас вновь взял лежащего за руку.

-Вам пора, - вошедшая медсестра выпроводила Асю и Стаса, - больному нужно отдохнуть.

- Мы придем завтра! - уходя крикнул Стас.

Вечером зашла Таня, и они проговорили весь вечер, вспоминая жизнь в детдоме.

- Ты мне нравилась с тех пор, как я тебя отбил от тех дылд, - глядя в глаза девушки, улыбнулся Ник. - Но я всегда стеснялся к тебе подойти.

- А я ждала до последнего момента, что ты сделаешь первый шаг, - грустно улыбнулась Татьяна. - А потом исчез на целых пять лет.

Через несколько минут, после того, как врач вышла, вошла медсестра поменять капельницу.

- Татьяна Васильевна за вами как за родным человеком ухаживала, пока вы были без сознания, - произнесла она с улыбкой.

На следующий день Ася пришла одна.

- А где Стас? - поинтересовался Ник.

- В школе он, но это и хорошо, потому что мне нужно с вами поговорить, - Ася села на стул рядом с кроватью. - Во-первых, я не знаю, что делать с фирмой, во-вторых, в сейфе нет документов. Ну и ещё: по телевизору показали видеозапись, где я сбила человека, и теперь репортеры не дают мне прохода.

- Не растраивайся, Ася, всё будет хорошо, все наладится, - успокаивал ее Ник, держа за руку.

В это время заглянула Таня и, увидев эту сцену, хотела было уйти, но Малюта её остановил:

- Таня, не уходи! У меня есть просьба к тебе. Не могла бы ты вечером съездить ко мне домой и привезти одну вещицу, пожалуйста.

- Хорошо, я привезу, - кивнула врач и вышла из палаты.

Вечером, взяв у Ника ключи, Татьяна отправилась к нему домой. Холостяцкая квартира Малюты встретила её холодной пустотой и аскетичностью. Односпальная кровать, небольшой стол и два стула, в углу старый двустворчатый шкаф. "Не лучше, чем в детдоме", - подумала она. Пройдя на кухню, подошла к мойке, прибитой к окрашенной в противно-зеленый цвет стене. Когда-то белая, а теперь со ржавыми потеками и краном, на который был надет кусочек шланга, чтобы не брызгало, она и была "сейфом" Малюты, его тайником.

Присев и просунув пальцы между задней стенкой мойки и стеной, она вытащила тряпку, затыкающую эту щель. На пол упала небольшая коробочка, которая открылась от удара и из неё вывалилась флешка и кольцо с камнем, похожим на бриллиант.

- Обручальное наверное, - Таня залюбовалась кольцом, надев его на безымянный палец и отставив перед собой руку. - Красивое!

Вернувшись в больницу, она отдала Малюте коробочку и ключи.

- Спасибо тебе! - он положил принесенные вещи под подушку. - Ася будет рада подарку.

Что-то кольнуло в груди, Таня поспешила попрощаться и ушла.

Глава 19 Эпилог

В следующие дни, до самой выписки Ника, она так же приходила, проводила осмотры, болтала и смеялась, но Малюта почувствовал какую-то, ему не понятную перемену в ее поведении. Какой-то холодок во взгляде, да и время, что они проводили вместе, сократилось. Таня объясняла этой занятостью, большим количеством поступающих больных с сезонными обострениями. Ася со Стасом или без него, навещали Ника каждый день. В день выписки Татьяна сухо попрощалась с Малютой, обняв его и похлопав по плечу. Он сел в машину Аси, и они уехали. На глаза навернулись слёзы, но Таня быстро смахнула их и поспешила к пациентам.

Через месяц, к Тане в больницу пришла Ася:

- Нам надо поговорить!

- У меня есть несколько минут, - Татьяна кивнула в сторону двери, выходящей во внутренний двор больницы.

Они сели на скамейку под деревом и Татьяна повернулась к Асе:

- Как там Николай?

- Он в порядке, спасибо вам... - улыбнулась девушка, но Таня перебила ее:

- Кстати, вам понравился подарок Ника?

- Да! Это было что-то! - встрепенулась Ася. - Перед тем, по телевизору показали сюжет, где я сбила человека, а на флешке, что мне дал Ник, было то же самое, но снятое с другого ракурса. Как этот человек прыгнул под машину, и как затем он встал и убежал, и как другой снимал на телефон эту инсценировку.

- А кольцо?

- Какое кольцо? - удивилась Ася.

- Простите, вы хотели мне что-то сказать? - сменила тему Татьяна.

- Да-да, - спохватилась Ася, - это вам от Ника.

Она протянула Тане знакомую коробочку.

- Я могу ее открыть? - Тане показалось, что ее сердце вот-вот выскочит из груди.

Ася кивнула.

В коробке лежало кольцо и старая фотография, на которой были запечатлены воспитанники детдома, смущенный Коля Скуратов и смеющаяся Таня Сорокина.

- А где он сам? - комок в горле мешал Тане говорить.

- Он? А он в очередной командировке, - Ася достала из сумки фотографию и протянула ее Тане. - Вот прислал сегодня.

На фотографии, в окружении нескольких парней в военной форме с масками на лицах, стоял в такой же форме улыбающийся Ник.

- Кроме вас, он никого и ничего не боится, - и Ася с улыбкой обняла плачущую Таню.