Маленький жнец - Тейлор

Глава 1 — Богиня смерти? Здесь?!

В камине потрескивал небольшой мистический огонёк, прогоняя холод из старинного дома, застывшего словно во времени и оторванного от реальности. Сквозь стены проникали странные звуки — то непонятный писк, то жуткий гул, заставлявшие дрожать предметы в комнате. Но, несмотря на колебания, потусторонние наросты удерживали всё на своих местах.

Посреди гостиной на уютном кресле сидела невероятно красивая девушка. Казалось, она только что пробудилась после долгого сна. Сквозь неё струились нити волшебства, формируя её тело и придавая ему человеческий облик. Это была Амико — молодая богиня, почувствовавшая приближение новой реальности.

Она подняла голову от книги «Перерождения душ по вселенным» и прислушалась к ужасающим звукам, доносившимся от Двери бесчисленных миров. Эта дверь дрожала, словно готовая слететь с петель. Казалось, что за ней происходят невероятные события, скрытые от глаз смертных, — что-то неизвестное рвалось внутрь.

Но фиолетовое мистическое сияние от алтаря, словно невидимыми цепями, удерживало её целостность на месте. Сияние образовывало нити — паутину из света, словно магические вены, живые и цепкие. Они опутывали весь проём, сливаясь с алтарём в единую защитную систему.

Внезапно раздался оглушительный щелчок — и окружающий мир замер в резкой тишине. Освещение в помещении сменилось на голубое. Мир вздохнул — и пыль взметнулась в воздух, рассеивая тьму.

Амико пробудилась от продолжительного застоя. Её ресницы дрогнули.

Пальцы слегка сжались. Первый за долгое время вдох наполнил её лёгкие.

— Уже прибыли? — мелодичный женский голос нарушил мёртвую тишину гостиной.

Прозвучал ещё один треск полена. Из камина донёсся хрипловатый, раздражённый голос:

— М-м-м… Ох, как же всё болит…

— Игний?! — Амико резко обернулась. — С тобой там, всё в порядке?

Она отложила книгу и встала, направляясь к камину. Отодвинув засов печи, заглянула внутрь — среди дров и пламени извивался «живой огонёк», который пытался стряхнуть с себя слой чёрной сажи.

— Етить-полыхать! Твою же ж… — проворчал он, напрягшись. Яркая вспышка — и сажа исчезла, выгорев в чистом пламени. — Всё нормально, хозяюшка. Просто испачкался из-за чего-то.

Он запрыгал из стороны в сторону по стенкам камина, сбрасывая последние крошки сажи, и тут же продолжил жаловаться:

— Путешествовать по мирам с домом… Это, всё же, вечное небезопасное событие.

— Если почувствуешь что-то странное — обязательно скажи мне, — ответила Амико. — А я пока проверю, куда мы прибыли.

В тот же миг загорелись настольные лампы. Живые тени извивались, прятались за освещённым интерьером, оставляя за собой следы чёрного дыма, будто растворяющегося в воздухе.

Застывший вне времени уголок с трепещущим камином, живыми тенями и дверью в иные миры…

…

Время — загадочное вещество, способное по-разному вести себя в зависимости от наблюдателя — остановило свой ход. В маленьком домике, путешествующем по измерениям под предводительством живого защитника-сущности, некогда бывшего демиурга, царили разноцветные краски энергий и призрачные образы умерших.

Богиня смерти Амико шла сквозь сгущающиеся эмоции мира. Её чёрно-белое платье покрывалось воспоминаниями погибших — их боль и страх оседали на ткани, словно чёрные чернила. Она наблюдала со стороны:

· Первый удар нанесли сущности-паразиты, преодолевшие барьер между реальностями. Они обрушились на планету Земля, принеся с собой смерть и разрушение. Затопление острова… и раздача «даров» — наделяющих людей «суперспособностями» из фантастики. Это спровоцировало начало хаоса для всего человечества.

· Появились Губители — олицетворение непреодолимой угрозы. Их назвали именами из древних сказок: Левиафан — вызывающий цунами и топящий города, Бегемот — пожиратель недр планеты, Симург — разрушительница человеческого сознания.

· Множественные катастрофы должны были скрыть истинную цель хаоса — подготовку к Жатве истребления.

В центре всего — девочка. Сломленная, искажённая отношением людей и подчинённая инопланетному влиянию. Девочка, потерявшая душу в постоянной борьбе.

Амико не выдержала — она остановила видение, чтобы осмыслить происходящее за пределами её дома.

— Тейлор Эберт… Центральная героиня. Девочка, рождённая в мире, где даже воздух пропитан отчаянием. Школьная травля, бледная тень когда-то существовавшего отца, побег от реальности в супергероику… И кокон, окутывающий её чужеродным влиянием.

— Они превратили тебя в нож, чтобы ты зарезала предназначенного врага человечества… и бросили, — прошипела Амико.

Подойдя к двери, она коснулась стеклянной поверхности. Перед ней медленно угасала яркая человеческая душа.

…

Момент, когда паразит, именуемый [Администратором], выбрал подключиться к героине:

Тейлор писала в тетради — строки о героях и справедливости, о мире, где она могла бы быть сильной. Её рука выводила имя: «Александрия». Шепча вслух, она произнесла:

— Как бы мне хотелось тоже стать героем… Тогда всё бы изменилось. Никто бы больше не посмел унижать меня. А я бы смогла избавиться от бандитов у папы на работе.

Посмотрев в окно, она размышляла над случившимся и увидела стрекозу, странно зависшую перед самым стеклом.

— Ой… Что это со стрекозой? — удивилась Тейлор.

В этот момент она схватилась за голову — лёгкая боль и внезапная усталость пронзили сознание.

…

Дом вздрогнул. Плинтус задрожал и заискрился, а стеклянные цветы на кухонном столе разбились на мелкие кристаллические песчинки. В печи, под воздействием настроения Амико, завывал огонь — Игний выплёвывал клубы чёрного дыма. Дом чувствовал ярость хозяйки и отчаянно пытался сгладить последствия, отдавая неуловимые команды теням.

— Они не просто убили людей своим вмешательством! — Амико вонзила удлинившиеся ногти в стену, обнажая неестественный состав, истекавший серебряным ручьём крови. — Они нарушили законы вечности — перерождения!

Души мира «Червя» больше не могут реинкарнировать в следующий цикл жизни. Искусственные сущности-паразиты, эти космические пиявки, высасывают их жизненную суть, оставляя лишь бренную оболочку призрака. Они нарушают причинно-следственные связи и обрекают мир на вечное страдание — без возможности загробного очищения.

А Тейлор… Её будущее хуже смерти: путь через предательство, потерю человечности… и финальный выстрел, который она никогда не хотела совершать.

— Превратить девочку в химеру мерзости ради какой-то игры в богов?! — Амико резко повернулась к алтарю дома со знаком спирали. — Ты видишь это? Зачем мы сюда прибыли?

— Необходимо твоё вмешательство, — раздался потусторонний голос из маленькой коробочки.

По стенам медленно полз иней с узорами бесконечной спирали. Это было проявлением сознания Демиурга, который пожертвовал собой ради Амико — юной богини смерти. Под его покровительством она могла вечно путешествовать по мирам.

— Этот мир — раковая опухоль в ткани мультивселенной, доступный нам. Сострадание и печаль невозможно обойти. Надежда лишь на тебя, Амико. Помоги им… — заботливо уговаривал он.

…

У двери, окружённая светлячками, возникла мужская фигура, отдалённо напоминающая человеческую форму Амико. Это таинственное явление вновь заставило её задуматься: как концепция чужого мира проникает сквозь защитный контур дома, создавая неказистую оболочку из воздуха.

— Богиня Амико, мы просим тебя использовать меч, — голос существа звучал как скрежет лезвия по костям, — но выбирай направление лезвия с мудростью.

Амико нервно сжала бантик в виде цветочка в волосах. Он вспыхнул алым потусторонним светом, словно сбрасывая накопившееся раздражение в дым.

— Говори прямо. Чего вы хотите на этот раз? — Ей было не по себе от общения с покрытым гноем существом. — Пришли опять без спроса.

Воплощения бессознательного образа мира всегда раздражали Амико, появляясь у её дома перед посещением очередного мира. Каждый раз приходится терпеть нежеланных гостей. Впрочем, иногда ей становится интересна разгадка тайны посетителя из нового мира грёз.

Голоса сущности изменились, сменяя друг друга различными оболочками лиц и голосами:

— Девочка-осквернённая…

— Тейлор.

— Её душа сильнее всех и не затронута полностью.

— Возьми её к себе.

— Можешь сделать её жнецом или жрицей.

Существо провело рукой по воздуху, воссоздавая образ взрослой Тейлор — в одеждах из теней, с косой, плетущей судьбу душ мёртвого мироздания. Духовную наследницу пути смерти под предводительством Амико. То ли воплощённое пророчество, то ли мираж грядущего, рождённый надеждой и стремлениями гостя.

— Она сильна.

— Её боль пропитана множеством вариаций разных ответвлений похожих миров.

— Воля мира приветствует твоё появление здесь… и надеется на послабление в выводах.

Амико вслушивалась в эти голоса, пытаясь понять источники пришедших образов. В глазах же образа девчонки Тейлор она видела отдалённое своё прошлое — ту же ярость и боль, то же одиночество, накопленное со временем, ту же жажду разорвать оковы чужих указов.

— А если она откажется? — Амико сложила руки на груди.

— Тогда её участь покроется прахом.

— Её суть станет жертвой этой реальности.

— Но разве не лучше дать ей шанс? — вторили одновременно разные голоса.

…

Амико, молодая богиня смерти, стояла у двери в мир Червя, наблюдая за увяданием своего незваного гостя. Она пристально смотрела на его рассеивающиеся части тела, которые обнажали кости. Этот ужасный вид открывал перед ней скелет женского тела — который мог бы быть ключом к разгадке.

Прижав ладонь к холодной древесине, Амико увидела город Броктон-Бей, охваченный пламенем и страданиями. Однако время словно повернулось вспять, отступая к моменту до самых ужасных событий. Но даже сквозь эту пелену, по краям, просачивался шёпот душ, молящих о спасении:

— …спасти…

— …помоги… умоляю…

— Когда же… закончится…

Амико повернулась к «Гостю» и кивнула:

— Хорошо. Я попробую. Заберу её не из прошлого, а из нового настоящего… Из момента, где её выбор ещё не отравлен вмешательством способностей.

— Мы благодарны… — её голос изменился, и меланхоличная маска дрогнула в лёгкой улыбке.

— Прощай, Гайя. Ты так и не успела воплотиться. Но я помню все твои инкарнации… — Амико проводила с печалью взмахом руки воплощение умирающей планеты.

Её единственная слеза сползла по щеке на пол. Сломанная сущность планеты Гайя растворилась тем же способом, что и появилась в её доме.

…

Облик Воплощения смерти — Амико.

— Игний, разжигай дрова! — скомандовала Амико.

Её руки с силой начали вращать ручку двери. Она боролась с течением времени, пытаясь отматывать его назад, нарушая целостность и без того потрёпанного мира.

Огонёк в печи вспыхнул, окрашивая стены в алый цвет. Где-то в лабиринте обречённых времён Тейлор Эберт, ещё не ставшей ни героем, ни злодеем, а лишь испуганным подростком, подняла голову навстречу зову пустоты.

…

Стены домена Амико задрожали, отражаясь отголосками потусторонних миров. Богиня начала своё проникновение в раненый мир Червя…

Глава 2 — За чёрной полосой идёт белая.

19 ноября 2010 года, дом Эбертов.

Через щели окна в комнату Тейлор пробирался холод. Сегодня у неё выдался особенно тяжёлый день в школе. Рядом на полу валялась потрёпанная сумка, разбросанные учебники и тетради. Прибираться не было сил. Вместо этого её взгляд был прикован к осколкам, аккуратно расставленным на столе. В её глазах это были не просто осколки стекла — это была её разбитая жизнь, последняя связь с воспоминаниями о маме.

Она хотела, чтобы всё случившееся оказалось лишь страшным сном. Но пальцы дрожали — от сдерживаемых эмоций, от боли, которую невозможно было спрятать.

Ещё утром эти осколки были флейтой Аннет — самым дорогим воспоминанием о счастливых днях с мамой. А теперь сломанный инструмент лежал на столе, разбитый, уничтоженный Эммой — некогда лучшей подругой, а теперь мучительницей — и её новыми друзьями: Софией Хесс и Мэдисон Климанс. Сегодня они смогли отнять у неё даже память о тех временах, когда вся семья была целой и счастливой.

Тейлор прикрыла глаза. Но слеза всё равно вырвалась наружу.

Она держалась весь день. Терпела унижения. Но боль от потери флейты оказалась сильнее, чем она ожидала. Внутри, словно тысячи иголок, билась холодная боль.

Боль не просто от разбитого инструмента — боль от утраты последней связи с мамой.

— Почему? — прошептала она, всё ещё глядя на осколки.

Мир вокруг качнулся, будто готовый обрушиться на плечи. Но нахлынувшие воспоминания помогли ей сдержаться. Она вспоминала мелодии флейты, которые когда-то окутывали её теплом и заботой, защищали от детских страхов. Вчера она сама пыталась подбирать ноты, погружаясь в детские воспоминания. Ей казалось, что в такие моменты мама всегда где-то рядом.

Но теперь эта картина была разрушена на части.

Мир будто выцвел в её глазах.

Сложив осколки в платочек, Тейлор прижала их к груди. Острые грани впивались в кожу сквозь ткань. Но это было единственное, что могло хоть как-то напомнить о связи с мамой.

Ей хотелось закричать. Заплакать изо всех сил. Поделиться горем вслух, выплеснуть его через слёзы.

Но страх останавливал.

Страх, что один разговор о флейте разрушит то, что осталось от семьи.

Тейлор боялась разбудить отца. После смерти мамы он словно отгородился от мира — заперся в своей комнате, где целыми днями смотрел старые фильмы или молча сидел в темноте. Он согласился на вторую смену. Теперь работал на двух работах, чтобы выплатить ипотеку и покрыть похоронные расходы. Иногда он приходил домой только переночевать.

Тейлор понимала: он тоже страдает. Но его боль была тихой и скрытной.

В отличие от её собственной — той, что разрывала её изнутри.

Она боялась, что если расскажет ему о травле и о флейте, он просто сломается окончательно.

«Что, если папа обвинит меня в том, что я не смогла сберечь последнюю память о ней?» — этот вопрос, прозвучавший в голове, только усугубил мрачное настроение.

— Мама… — сказала Тейлор, глядя в потолок. Голос дрогнул. — Что мне теперь делать? Как всё исправить?

Ответа не было.

Только озноб и одиночество.

— Мамочка… — прошептала она, сжимаясь в клубочек на полу. — Как же ты мне сейчас нужна…

…

Тейлор, поглощённая отчаянием, потянулась к особенной тетради. Это был её личный архив боли, начатый, когда она потеряла надежду на помощь от взрослых. Записи стали способом не сойти с ума, способом зафиксировать, как медленно её жизнь превращается в кошмар. С надеждой, что написанное когда-нибудь будет полезно в будущем, она открыла тетрадь:

…отрывки записей…

11 ноября (четверг)

«Сегодня Эмма и Мэдисон снова подошли ко мне в столовой. Подставили подножку, и пока я падала, Эмма прошипела: „Смотри, куда прешь, вонючка“. Все засмеялись, а я замерла, как будто меня парализовало. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Почему они так наслаждаются моими страданиями? Я пытаюсь быть незаметной, но они всегда находят способ унизить меня. Я словно их личная мусорная корзина для унижений».

12 ноября (пятница)

«Утром увидела, что мой шкафчик разрисован странным маркером. Огромными красными буквами было написано: „Наркоманка“ и „Шлюха“. Я судорожно пыталась стереть это безобразие, но краска слишком сильно въелась, словно ставя клеймо на моей репутации. Мистер Квинн проходил мимо, даже не взглянул. Он просто отвернулся. Его взгляд говорил: „Ты сама виновата, что такая…“. Может, он прав? Может, я действительно заслуживаю этого? Мама бы меня защитила… Но мамы нет».

15 ноября (понедельник)

«Я пыталась поговорить с папой после школы. Пыталась рассказать, что со мной происходит. Он посмотрел на меня этим пустым взглядом, как будто я говорю на неизвестном языке. Потом отстранённо сказал: „Ты сильная, Тейлор, как и твоя мама…“. И ушёл. Он даже не спросил, что именно случилось. Просто отмахнулся. Я ведь не сильная. Я сломленная. Я устала бороться. Устала быть одной против всех».

16 ноября (вторник)

«Сегодня нашла свой рюкзак, валявшийся на полу в коридоре, забитый мусором. Кто-то сбросил его с парты, когда я пошла в туалет. Книги разбросаны, на обложках остались грязные отпечатки кроссовок. Мистер Глэдли, увидев потрёпанные учебники, раздражённо сказал: „Не порти учебники, Тейлор!“ Как будто это я их испортила! Как будто мои жалобы для него ничего не значат. Я чувствую себя невидимкой».

17 ноября (среда)

«На уроке биологии Мэдисон „случайно“ пролила сок на мою тетрадь. Сладкий, липкий сок. Она сказала: „Ой, прости, я случайно!“, но в её глазах я видела злорадство. Мистер Квинн даже не отреагировал. Я пыталась вытереть, но чернила размазались, а страницы слиплись, уничтожив все мои записи. За что они это делают? Я им ничего плохого не сделала и не собираюсь».

18 ноября (четверг)

«Сегодня было неестественно тихо. Эмма, София и Мэдисон перешептывались, посмеивались, поглядывая на меня. Я чувствовала их взгляды у себя за спиной. Я знаю, они что-то замышляют. Я боюсь. Мне кажется, я задыхаюсь от страха. Иногда мне хочется просто исчезнуть, раствориться в воздухе. Но я не могу. Я должна держаться ради папы. Хотя… что бы он подумал, если бы я просто пропала?»

19 ноября (пятница)

«Я была права вчера. Сегодня был самый ужасный день моей жизни… Они сломали мамину флейту. Я не знаю, как они умудрились открыть запертый шкафчик, но они просто выловили меня на перемене и разбили об стену флейту на моих глазах. Моё сердце разбилось вместе с осколками, а Эмма ухмыльнулась и сказала: „Тебе такие вещи не нужны. Ты никогда не будешь такой, как твоя мама!“ Я не смогла сдержать слёзы. Я просто стояла и смотрела, как рушится последний кусочек моего мира. Я чувствовала, как будто они убили часть меня. Я больше не чувствую себя живой… и даже сейчас у меня…».

Беззвучные слёзы начали капать на тетрадь. С последней точкой Тейлор не удержалась и заплакала. На неё навалились сразу все эмоции разом — беспомощность, гнетущий страх перед будущим, отчаянное чувство одиночества и боль. Коктейль чувств был настолько сильным, что сначала голова закружилась, а затем резко потемнело в глазах. Она даже не успела испугаться, как почувствовала удар головой об стол — и наступила тишина.

Дом между мирами «Вечный покой»

Воздух наполнился ароматом ладана и пепла. Тейлор оказалась в просторном зале с высоким потолком. Свет струился не из окна или люстры, а из трещин в самом воздухе — словно пространство было разорвано, и сквозь него проникали отголоски иных миров.

На стенах выступали странные прожилки, а забавные часы без стрелок создавали причудливый антураж. Под ногами лежал мистический ковёр, сотканный из влажных теней — мягкий, словно трава, поглощающий свет и создающий иллюзию пустоты под ногами.

Тейлор Эберт — наша девочка из канона.

— Добро пожаловать, Тейлор! — раздался женский голос.

Обернувшись, она увидела необыкновенную девушку, которая чуть старше её. Платье из чёрно-белых узоров, алый бант в волосах, излучающий таинственное сияние, и глаза, подобные звёздам в ночном небе, — всё это создавало атмосферу таинственности и загадочности.

«Амико приветствует Тейлор».

— Кто ты? — спросила Тейлор, её голос дрожал, боясь услышать ответ.

— Меня зовут Амико. Я странствующая богиня смерти, обитающая между мирозданиями. А ты — Тейлор Эберт, девочка, стоящая на пороге бесчисленных миров.

— Каких миров?

Тейлор почувствовала, как мелкие мурашки пробежали по спине.

Амико сделала шаг навстречу. Волна странного ветра растрепала её волосы. Из разрыва появилось таинственное зеркало в полный рост Тейлор. В его глубине замелькали образы, словно фрагменты чужой жизни, но Тейлор сразу узнала — это её будущее, более взрослое и страшное.

Амико взглянула на девочку, её звёздные глаза светились странным, тусклым светом. Она сделала ещё шаг вперёд, и её голос зазвучал мягко, но с нотками строгости.

— Твоё будущее — стать сильной, Тейлор. Но не такой, как ты думаешь и мечтаешь сейчас. Ты станешь кейпом — человеком, наделённым силой, которую дарует паразит — существо, пришедшее из далёкого космоса. Оно соединится с тобой и даст тебе силу контроля, но взамен… оно будет питаться твоими конфликтами, твоими страданиями. Ты будешь причинять боль другим, и тебе будут причинять её в ответ. И хуже всего… ты будешь терять тех, кто тебе дорог. Раз за разом понимая, что ведомый чужими руками путь не может быть твоим.

Тейлор почувствовала, как её дыхание учащается, а сердце начинает бешено биться. Её мысли путались, словно она попала в водоворот, из которого невозможно выбраться. Она смотрела на Амико, пытаясь осмыслить её слова, но всё, что она могла думать и видеть, было:

— Почему я? Почему это должно случиться со мной?

Амико покачала головой.

— Ты не выбираешь путь, Тейлор. Это за тебя выбирают обстоятельства. Силы даются не за добродетель или желание помочь другим. Они даются тем, кто на грани срыва. Тем, кто испытывает отчаяние. Тем, кто переживает худший день в своей жизни. Как ты сейчас.

Образы в зеркале снова начали мелькать. Тейлор увидела себя в чёрном страшном костюме с маской среди пауков, окружённую незнакомыми людьми, которые слушались её без вопросов. Но её сердце было холодным, а глаза пустыми. Затем она увидела, как её предают. Люди, которых она считала друзьями, поворачиваются к ней спиной. Лицо Эммы, полное ненависти. Мэдисон, смеющаяся над её болью. Папа, который даже не замечает, что происходит. А потом она увидела себя стоящей на краю разрушенного мира, смотрящей на свои руки, покрытые шрамами, и понимающей, что она потеряла всё.

— Ты будешь предана, Тейлор. Более того, ты будешь предавать сама. Это путь, который ты выберешь, но не потому, что ты хочешь этого, а потому, что у тебя не будет другого выбора. Ты станешь героем, но тебя будут помнить как монстра. Ты спасёшь мир, но мир никогда не примет тебя.

Тейлор почувствовала, как слёзы навернулись снова. Она сжала кулаки, пытаясь заглушить внезапную боль.

— Я не хочу этого, — она пыталась отрицать. — Я не хочу быть кейпом. Я не хочу терять всё. Я просто хочу, чтобы всё прекратилось, и было как раньше.

Амико улыбнулась, но в её улыбке не было ни капли радости.

— Ты думаешь, что это выбор, Тейлор? Это не выбор. Это самый настоящий инопланетный фарс. И тебя сделают насильно частью этого. Правда, это будущее, которое было бы у тебя, если бы мы не встретились.

Амико похлопала Тейлор по плечу, и на ковёр упали неизвестные пылинки. Это сильно напугало Тейлор, ведь она ничего подобного не замечала раньше. Появилось множество вопросов, но смелости задавать их не было.

— Поэтому позволь мне избавить тебя от паразита, что ожидает твоего падения.

Амико улыбнулась, но её глаза светились холодным, почти ледяным светом. Она подняла руку, а её пальцы коснулись лба Тейлор. В тот же миг всё вокруг них начало меняться. Комната, в которой они находились, растворилась, а они оказались в странном пространстве, где небо было усыпано мелкими красными звёздами.

— Доверься мне, чтобы выжить, — голос Амико словно растворился в пустоте.

Тейлор нервно сглотнула, её сердце бешено колотилось от неизвестности и странностей происходящего. Но она хотела просто жить, без всех тех страшных видений будущего, что отражались в зеркале.

Амико медленно погрузила руку в голову Тейлор, и это было странное ощущение — как будто что-то одновременно холодное и тёплое проникает в её сознание. Она почувствовала, как её тело странным образом становится легче, словно огромная тяжесть, которую она даже не замечала, начала подниматься над головой.

— Дыши спокойно, — её голос был завораживающим. — Эти новые ощущения — твоя душа. И верну я её тебе обратно после избавления.

Тейлор неожиданно для себя закрыла глаза, и её охватила волна странного тепла. Она почувствовала, как её сознание расширяется, словно она может видеть всё вокруг себя. Затем она увидела его — Осколок. Он выглядел как огромное, чудовищное существо, похожее на гибрид насекомого и машины, вписанное в саму ткань её мозга через маленький ручеёк.

— Ты не принадлежишь ей, — произнесла Амико с нарастающей силой. — Ты паразитируешь на страданиях, и я запечатаю тебя и твою суть за грехи твои.

Она сжала пальцы, и Осколок попытался сопротивляться, но Амико была непреклонна в своих намерениях запечатать четырёхмерное существо. Амико вытянула руку — и Осколок начал растворяться прямо между измерениями, превращаясь в нечто новое — похожее на маленький предмет — под влиянием колоссальной силы воли богини смерти.

Маленький кристалл парил над головой Тейлор, постепенно приобретая новую форму, которую Амико аккуратно взяла в руку. Таинственный кулон сформировался, хранящий в себе необыкновенную тайну кусочка мироздания Червя.

— Теперь ты обычная девочка, Тейлор, — сказала Амико, и её голос звучал мягко, но с нотками грусти.

Тейлор неожиданно для себя открыла глаза и увидела, что богиня держит в руке странный кристалл. Он был таким же ярким, как звёзды вокруг них, но в его глубине мерцало что-то тёмное, словно память о том, что когда-то было частью её существа.

— Ч-что это? — спросила Тейлор, и её голос дрогнул.

— Это твой бывший Пассажир. Мерзкий паразит, — ответила Амико. — Но теперь он безвреден и больше не сможет причинить тебе и другим вреда. И повлиять на твой разум — невозможно.

Она сжала кристалл в руке, и он превратился в маленькую брошь. Брошь была из серебра, а в её центре находился кристалл, окружённый тонкими линиями, похожими на паутину.

Амико протянула брошь Тейлор.

— Возьми её. Теперь она будет всегда рядом с тобой. Твоим оружием, проводником и силой. Я не хочу осложнений с твоим телом, поэтому не оставляй кулон где попало. Но теперь ты свободна от оков протоптанного будущего.

Тейлор взяла брошь и почувствовала, как её пальцы снова дрожат. Она посмотрела на Амико, и в её глазах был вопрос, который она не решалась задать.

— Почему ты это сделала? — наконец спросила она.

Амико улыбнулась.

— Потому что ты достойна большего, Тейлор. И потому что нам необходимо изменить этот мир к лучшему. Пусть и не таким ужасным способом, какой ты наблюдала ранее.

Она щелчком пальцев перенесла их обратно в помещение.

— Так что же, выслушаешь моё предложение?

Тейлор почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее.

— Какое ещё предложение?

Амико сделала последний шаг навстречу, и её глаза загорелись ярким светом.

— Станешь моей жрицей? Станешь моим маленьким Жнецом Смерти? Ты сможешь помогать многим и мне в работе с задержавшимися душами — неприкаянными людьми. А взамен я подарю тебе силу, которую никто не сможет у тебя отнять и понять.

Тейлор молчала, пытаясь осмыслить сказанное. Она не знала, что ответить на подобное предложение неизвестной девушки. Ещё бы она разбиралась в сказанном и была в здравом уме. Но в то же время она наполовину всё воспринимала как странный бредовый сон. Так что с желанием поскорее оказаться дома, не задумываясь над происходящим, она сказала:

— Я согласна.

— Прекрасно! Мой маленький жнец. Просыпайся! И начни свой новый день с более радостным настроением! — произнесла Амико, щёлкнув пальцами во второй раз, и Тейлор исчезла, словно дым по ветру.

Антураж растворился в привычный облик потрёпанного домика.

— Фух, Игний, как я справилась с ролью богини перед смертной избранницей на этот раз? — спросила она его, убирая тьму в доме.

— Вы богиня, как и всегда, но… Кхм… Главное, чтобы девочка не испугалась и не причинила себе вред, — пробурчал он, слегка убавив яркость камина.

— Что ты сказал? — возмутилась она. — Ты в меня не веришь?

— Хороший вопрос. Ты хорошо постаралась, хозяйка! — фыркнул огонёк уже более отчётливо.

— Вот! Так-то лучше. — Присев на любимое кресло, она снова открыла свою книгу. — Теперь посмотрим на новую жизнь Тейлор.

— Ты же ей поможешь?

— Для начала решим парочку мелких её проблем. А дальше посмотрим, как она справится. — Прикрыв глаза, Амико расслабилась.

…

Тейлор Эберт, начинающий Жнец. Спойлер: будущее Тейлор.

Запись из будущего Тейлор:

Я — новорождённый жнец, спустившийся в разрушенный мир. Для врагов я страшный монстр из кошмаров, но для других — я яркий лучик надежды. Вы можете меня не знать или даже не заметить, но я всегда рядом, пусть вы мне и не верите. Ведь рано или поздно мы встретимся в конце вашего пути.

Глава 3 — С добрым утром маленький Жнец.

20 ноября 2010 года. Утро.

Тейлор просыпалась с незнакомыми ощущениями в теле. Грудь будто что-то придавило, а обрывочные воспоминания вызывали беспокойство и странное чувство облегчения. Воздух в комнате был пронизан утренней прохладой, заставляя её искать тепло под одеялом. Тейлор совсем не хотела вставать, но тело уже предательски сигнализировало о начале дня.

Она приоткрыла глаза, смотря на потолок, и сразу заметила новые странности. Зрение стало невероятно чётким, словно отпала надобность в очках, а раздражающие голоса веселящихся детей на улице казались неестественно близкими, проникающими сквозь стены дома. Она начинала волноваться из-за необъяснимых перемен и странных ощущений.

Дальнейшее изучение новых чувств выявило значительные изменения. Исчезла привычная слабость, а дискомфорт из-за тесной одежды, казалось, намекал: «Здесь явно что-то не так». Чтобы разобраться, она опустила взгляд и обнаружила неожиданное увеличение груди. Ткань футболки, словно растянутая от натяжения, едва сдерживала выпирающие соски. Осознание этой картины заставило её мысли замереть от удивления.

Вопрос «Что за хрень здесь происходит?» эхом отдавался в голове. Тейлор попыталась вспомнить, где она заснула, но память с утра подбрасывала лишь момент потери сознания за столом, полностью вымывая воспоминания о случившемся. Она недоумевала: «Как я оказалась в постели? И что случилось с моей грудью?»

Потянувшись, она почувствовала, как тысячи приятных мурашек пробежали по всему телу, а мышцы отозвались лёгкой волной блаженства. Вставая с кровати, Тейлор ощутила, как футболка стала заметно тесновата в области груди, а джинсы неприятно впивались между ягодиц. Она нетерпеливо раздевалась, жалуясь: «Чёрт, вся одежда стала тесной».

Сначала расстегнув пуговицу, Тейлор медленными движениями, стараясь не усугубить неприятное ощущение между ног, потянула джинсы вниз, чувствуя, как ткань высвобождает кожу. С тихим шуршанием джинсы соскользнули с бёдер и упали на пол. Она выдохнула, ощущая пьянящее облегчение и прохладу на нежной коже после сковывавшего напряжения.

Потом она пробиралась через разбросанные по полу книги и тетради в футболке, подчёркивающей её новую грудь, и трусиках с рисунком мультяшных паутинок. Под ногами шуршали листы бумаги, а пальцы ног впивались в ковёр. Она огляделась, чувствуя лёгкую дрожь от прохлады на обнажённых ногах, а шкаф казался уже близко.

«Я обязательно сегодня приберусь», — подумала она, но мысли о беспорядке быстро выветрились, сменившись неловкостью.

Тейлор старалась не смотреть в отражение зеркала на двери, чувствуя себя неловко из-за новой формы тела и холодного воздуха, пробегающего по коже. Её пальцы дрожали, когда она взялась за край футболки, чтобы медленно поднять её вверх. В отсутствие лифчика ткань предательски скользила по соскам, вызывая волну мурашек и обнажая тонкую талию и грудь. Она прикрыла глаза, чувствуя, как всё внимание сосредоточилось на этой части тела. Сердце бешено колотилось, а щёки горели от стыда и лёгкого возбуждения.

«Чёрт…»

Тейлор открыла дверцу шкафа.

«Нужно накинуть что-то поскорее».

Внутри царил привычный хаос. На нижних полках беспорядочно лежали поношенные футболки и джинсы, а на вешалке болталось её любимое серое худи с вытянутыми рукавами и поношенная школьная ветровка. Тейлор наклонилась, судорожно перебирая вещи в попытках найти хоть что-то, что не будет предательски обтягивать её изменившиеся формы. Пальцы наткнулись на серую кофту с капюшоном — единственную вещь, которая, казалось, могла хоть как-то скрыть происходящее.

«Да уже хоть что-нибудь», — обречённо сказала она, натягивая кофту.

Ткань мягко облегала кожу, не вызывая прежнего дискомфорта. Капюшон небрежно спадал с плеч. Тейлор всё же не удержалась и бросила взгляд в зеркало. Обычно она часами выискивала недостатки в себе, но сейчас…

Сейчас в отражении была совершенно другая девушка. Грудь явно стала больше, а черты лица смягчились. Волосы, казалось, специально подчёркивали тонкую талию. От прежнего облика Тейлор остались лишь смутные очертания. Она смущённо отводила взгляд от этого преображённого, привлекательного вида.

Тейлор смотрит в зеркало. (80% совпадения)

— Ох… — выдохнула она, медленно втягивая воздух. — Это… я?

Тейлор исследует новую себя. (90% совпадения)

С трудом оторвавшись от зеркала, Тейлор вернулась к шкафу. Ей нужно было найти что-то, что можно было бы надеть в качестве штанов, ведь идея разгуливать в одном белье весь день ей категорически не нравилась. Под впечатлением от своей преобразившейся внешности она заторможенно перебирала вещи, пока её пальцы не наткнулись на старые спортивные штаны для занятий физкультурой.

— Что же, похоже, это единственный выход, — сказала она, доставая их из шкафа.

Она натянула штаны, чувствуя, как мягкая ткань скользит по её бёдрам. Спортивные штаны очень хорошо тянулись, не сдавливая её ягодицы, которые, казалось, тоже слегка увеличились в объёме. Тейлор потянула за резинку, слегка поправив их, чтобы те плотнее сидели на талии, и убедилась, что ей комфортно.

— Отлично… Но что мне теперь делать со всеми остальными вещами? — оглядывая беспорядок в комнате, спросила она.

Тейлор снова подошла к зеркалу, на этот раз с какой-то новой, едва уловимой уверенностью. Но как только её взгляд скользнул по отражению, она снова замерла.

Тей-тей совсем взрослая.

Взгляд Тейлор невольно задержался на своём отражении, но тут же, словно отвлечённая чем-то, она заметила блеск на кровати. Наклонившись, она увидела небольшую брошь, которая явно не принадлежала ей. Прикоснувшись к ней, Тейлор почувствовала лёгкое покалывание в пальцах, и её накрыло отчётливыми воспоминаниями:

· Горечь утраты после всего, что случилось… После того, как сломали мамину флейту… Пустота в груди и одиночество.

· Перемещение в неизвестное место… Встреча с богиней смерти Амико. И отголоски возможного будущего, напугавшие её.

· Избавление от чего-то большого и страшного, подключённого прямо к её мозгу… И слова, отпечатавшиеся в сознании: «Ты не принадлежишь ей. Паразит, что кормится болью и страданиями. Я запечатаю твою суть за грехи…» После наступило странное ощущение лёгкости и умиротворения.

· А дальше… Ей предложили стать Жнецом? Быть жрицей Богини?

— О нет! На что я согласилась?! — в ужасе воскликнула Тейлор.

Осознание пришло неожиданно резко, и сразу стало ясно, почему с самого утра происходят такие странные изменения. Тейлор подошла к окну, наблюдая завораживающую картину прихода зимы в город Броктон-Бей. Метель, бушевавшая ночью, оставила после себя город в девственной белизне снега. Крыши домов ослепляли под утренним солнцем, словно глазурь на праздничном торте, а заборы утонули в сугробах, напоминая спинки спящих драконов. Даже ржавый гараж напротив, всегда выглядевший угрюмым, теперь казался сказочным теремком, укутанным снежным одеялом. Тейлор прижала ладонь к стеклу — холод проникал прямо сквозь него, достигая костей, но она не отводила взгляд.

— Мама говорила, что первый снег стирает прошлое, и тогда наступает…

Мысль прервалась из-за внезапного желания проверить осколки флейты. Ведь она даже не удосужилась посмотреть, что с ними случилось. Тейлор рванула прочь от окна, споткнувшись о складку ковра, и направилась прямиком к рабочему столу. Среди бумажного хаоса лежала флейта. Целая. Словно новая. Тёмная полировка дерева блестела, как шёлк, а серебряные клапаны сверкали, будто их только что отполировали.

Тейлор протянула руку в надежде, что это не сон и не мираж. А рядом, в дневнике, раскрытом на последней записи, чернели строки, которых она не писала:

«Она близко. Восстановила то, что было сломано. Теперь она здесь», — и стрелка, дёргающаяся, как компасная игла, указывала на отражение в стекле силуэта богини смерти.

— Спасибо, — прижимая флейту к груди, сказала Тейлор. — Спасибо за то, что вернула мне её.

Запах в комнате изменился, словно сладкая спелая груша на мгновение наполнила воздух.

— Что происходит?

В отражениях, словно в калейдоскопе, сменялись образы таинственного движения фантомов и теней. Тейлор всматривалась в тёмную пустоту зеркала, и постепенно начала чувствовать нарастающую дрожь в коленях, сковывающую ноги. Смех дерущихся детей в снегу казался неестественно громким, проникающим сквозь стены и обволакивающим её со всех сторон. Она закрыла глаза, и в этот миг за спиной раздался тихий щелчок. Пальцы судорожно сжались в кулаки.

— Совушка… — послышался давно забытый голос, тёплый и знакомый, с лёгкой хрипотцой, как у мамы, уставшей после долгого смеха. Сердце подскочило к груди, перебивая дыхание. Тейлор отчётливо узнала его, но страх заставил задуматься: не игра ли это воображения, мираж, который исчезнет, как только она откроет глаза? Непроизвольно сжав брошь в ладони, она медленно повернулась к источнику звука.

За шкафом что-то шевельнулось. Тейлор замерла, боясь пошевелиться. Сначала показалась рука, затем плечо, и вся фигура Аннет. Прозрачная, но настоящая. Её движения были медленными, почти механическими, словно она повторяла подобное уже не первый и не десятый раз. Обычно тёплые и живые глаза сейчас казались пустыми, безжизненными, словно она смотрела сквозь окружающую реальность. На ней было любимое сиреневое платье, но ткань казалась поблёкшей, изношенной, словно время не пощадило его.

Аннет замерла. Её рука застыла в воздухе, а пустой взгляд резко повернулся в сторону Тейлор. На мгновение в нём снова вспыхнула искра жизни, словно она только сейчас поняла, что за ней наблюдают.

— Тейлор? — Её голос звучал так же мягко, с той же хрипотцой, но теперь в нём звучали растерянность и насторожённость.

Тейлор не могла вымолвить ни слова. Слёзы застилали глаза, а ком подступил к горлу. Она лишь кивнула, не в силах выдохнуть ни единого звука.

Аннет медленно подошла ближе, двигаясь так осторожно, словно боялась спугнуть дочь. Она протянула руку, и Тейлор почувствовала прикосновение — тёплое, настоящее, заставляющее усомниться в происходящем. Сомнения боролись с отчаянием и надеждой.

— Это правда ты? — голос Тейлор дрогнул от нахлынувших эмоций.

Аннет улыбнулась, в её глазах вновь загорелось то тепло, которое так знакомо Тейлор с детства.

— Да, дочка. Я здесь.

— Но… как?! — Тейлор сжала кулаки, сжимая брошь ещё сильнее. — Ты же… ты умерла. Я видела…

Слова повисли в воздухе, тяжёлые и невыносимые. Аннет опустила взгляд, её фигура на мгновение стала полупрозрачной, словно полная сожалений.

— Тебе было очень плохо, — сказала она с грустной улыбкой. — Совушка…

Тишина сгустилась, прерываемая лишь тиканьем старых часов на комоде. Тейлор прижала флейту, словно ища опору в знакомых очертаниях.

— Ты… всё видела, да? — спросила она дрожащим голосом. — Школу, папу, как всё испортилось…

— Конечно, я наблюдала, — Аннет перебила её, и в голосе прозвучала ярость. — Я видела, как моя дочь плакала ночами. Как тяжело тебе было после школы. Мне хотелось… — Она сжала призрачные кулаки до побелевших костяшек. — Разорвать всё на части, но я бессильна.

Аннет приблизилась к Тейлор, и её холодное дыхание коснулось макушки.

— Ты не могла видеть и слышать меня. До сегодняшнего дня. — Её взгляд скользнул по брошке в руке Тейлор. — Что-то изменилось.

— Я не понимаю… — Тейлор попыталась прикоснуться к маме, но её рука прошла сквозь неё, словно сквозь воздух.

— И я тоже, — Аннет печально улыбнулась. — Но теперь ты можешь меня видеть и слышать…

— Мама, — Тейлор сжала кулаки, и слёзы полились ручьём. — Я не знаю, что мне делать? Что мне нужно делать?

— Тише-тише, — она мягко прижала дочь к себе, её голос был тихим, но полным любви. — Я здесь. Я рядом.

Тейлор разрыдалась, утопая в призрачных, но таких желанных объятиях. Чувствуя давно забытое тепло, запах жасмина, мягкость маминого платья. И впервые за долгое время ощутила, как её сердце наполняется пусть и мимолётным, но счастьем.

— Я старалась держаться, не беспокоить папу, не докучать другим, — Тейлор подняла голову, её глаза были полны слёз и смутной обиды. — Но мне так хотелось, чтобы папа вернулся… Чтобы кто-то сказал мне, что всё будет хорошо, чтобы меня выслушали и поверили мне… Чтобы всё снова стало как раньше, когда ты была рядом…

— Я знаю, дочка, — она мягко улыбнулась и погладила дочь по щеке. — И я горжусь тобой. Ты прошла через столько боли и печали, но всё равно держалась и двигалась вперёд. На такое способен не каждый подросток.

…

Спустя некоторое время…

Тейлор пыталась найти объяснение всему происходящему. Её голова была переполнена вопросами, но единственное, что она могла сказать: — Мам, я не понимаю, что со мной происходит и почему… — она замолчала, глядя на своё отражение в зеркале. — Почему я стала такой?

Аннет нежно провела рукой по броши, которую держала Тейлор.

— Это всё из-за этого украшения, не так ли? — спросила она, её голос был тихим, но с нотками беспокойства.

Тейлор посмотрела на брошь, которая изменила свой облик на небольшой кулон с кристаллом. Она снова посмотрела на маму.

— Я не знаю. Я проснулась, и он уже был на мне. А ещё… — Она протянула флейту. — Она была разбита, мама. Её сломали…

Аннет наклонилась, её выражение лица стало сосредоточенным. Она пыталась вспомнить хоть что-то, чтобы найти подсказку в разгадке происходящего, но ничего не находила. Если только дочка не стала кейпом, но это было невозможно, ведь она уже встречала других паралюдей, и те не видели умерших жителей города.

— Может, ты чувствуешь что-то странное?

Тейлор закрыла глаза, пытаясь войти в состояние, близкое тому, что ощущала с Амико. Чувствуя отчётливый гул проезжающих машин, страшные шорохи в доме и разговоры людей.

— Я… Я слышу голоса детей. Они играют на улице, и им весело. Но я же знаю, что окна закрыты. Как это возможно?

Аннет вдруг обняла Тейлор покрепче. Ей не нравилась неизвестность происходящего с дочерью, особенно её печалило, как эти изменения повлияют на её дальнейшую жизнь.

— И я чувствую в тебе что-то странное, — неожиданно добавила Тейлор, открыв глаза. — Как будто тебе… тебе нет места здесь…

Мама задумалась, осязая правду, сказанную Тейлор. Её призрачная форма мерцала всё это время.

— Это всё очень необычно, дочка. Ты изменилась за ночь и стала… другой? Но я не знаю. Из-за чего всё началось?

В этот момент Тейлор неожиданно для себя почувствовала странное тепло внутри, как будто что-то вмешивалось в её мысли, проецируя заботу и понимание. Она инстинктивно схватилась за кулон, и в её голове раздался голос — мягкий, успокаивающий, но не её собственный.

— Ты согласилась стать моей жрицей, но ты в замешательстве и беспокойстве.

Тейлор вздрогнула, но голос продолжал звучать в её разуме.

— Ты теперь моя жрица смерти, Тейлор. И у тебя появилась работа с самого утра… Как же этот мир несовершенен.

— Кто это? — спросила Аннет, также услышав незнакомый голос.

— Амико, — произнесла Тейлор, и её голос звучал спокойно, но с едва уловимой тревогой. — Она богиня смерти, что властвует над потоком душ.

Тейлор смотрела на маму с полным замешательством на лице. Ведь ответ на вопрос появился сам собой.

— Богиня? Тейлор, что происходит? Почему она говорит в тебе?

— Я не знаю, но она показала мне выбор: стать монстром или изменить свою судьбу.

— Какой выбор? Какую судьбу? — голос Аннет дрожал, чувствуя тяжесть происходящего.

— Стать Жнецом, я думаю? — задумчиво спросила Тейлор. — Правда, я не знаю, что это означает и что вообще это значит?

— Боже, Тейлор, куда ты вляпалась на этот раз? — Аннет в шоке смотрела на свою дочь, которая ввязалась во что-то сверхъестественное по самые уши.

Тейлор отвлеклась на мгновение, а после спросила: — А ты, ты не уйдёшь?

Аннет вдруг успокоилась, её лицо стало печальным, ведь она сама не знала ответов на подобные вопросы. Загробная жизнь среди мёртвых, но в мире живых, оставила на ней свои отпечатки одиночества.

— Я не знаю, Тейлор. Я не знаю даже, почему оказалась дома после аварии…

Тейлор почувствовала, как внутри неё что-то сжалось. Она не хотела отпускать маму, только не снова. Не после того, как обрела её снова, пусть и в странной обстановке, но это же всё равно разговор с мамой. Но голос Амико снова раздался в голове, прерывая грустные мысли.

— У меня для тебя есть испытание, начинающая Мико. Граница между мирами в твоём доме исчезнет на один день и ночь. Мир мёртвых и живых сольются в единый слой, чтобы дать тебе возможность попрощаться с матерью окончательно.

Тейлор посмотрела на маму, в её глазах читался страх.

— Мам, мы сможем провести день и ночь вместе. Как раньше…

Аннет хотела улыбаться, но в её глазах была печаль. Ведь всё происходящее с Тейлор выходило за рамки её понимания.

— Эм… Как скажешь, Тейлор. Но что всё это значит?

— Я не знаю, мама. Не знаю, — ответила Тейлор, сжимая кулон. — Но я не хочу с тобой прощаться…

Воздух вокруг внезапно затрепетал, меняясь от обжигающей прохлады к удушливому теплу. Он словно сгущался, превращаясь в вязкую субстанцию, сквозь которую просачивались тени. Чёрные, как густой дым, они расползались по комнате, окутывая дом Эбертов мистическим покровом.

Тейлор замерла, наблюдая за призрачной формой матери, которая постепенно обретала плотность, словно её вытолкнули из тумана. Сначала появились руки, затем грудь, очертания тела. Она становилась всё более человечной, такой живой, какой Тейлор её помнила.

Аннет в недоверчивом ступоре смотрела на свои руки, ощупывая их, словно убеждаясь в реальности происходящего. Затем её взгляд встретился с глазами дочери.

— Я… Я снова чувствую, — сказала она, коснувшись щеки Тейлор.

Её пальцы смахнули слёзы.

— Мама… Ты вернулась?

Тейлор не понимала, что происходит, но желание снова быть рядом с матерью переполняло её.

Этот трогательный миг прервался странным шипением, как будто рядом кто-то невидимый присутствовал в комнате.

— Что это там? — спросила Аннет, замечая шуршание из-под шкафа.

Тейлор обернулась и увидела, как мелкие клочья пыли собираются в шарообразную фигуру. Его очертания напоминали маленького человека. Образовавшиеся руки и золотистые глаза окончательно придавали вид незваному гостю.

— Это… Домовой дух? — вырвалось у Тейлор, словно она произнесла то, что только уловила на периферии сознания.

Фигура из пыли словно кивнула в ответ, а затем покатилась по полу, начав собирать разбросанные по комнате книги и тетради, аккуратно складывая их на полки. Тейлор, заворожённая, не могла оторвать взгляд от этого молниеносного порядка, воцарившегося в её привычном хаосе.

Аннет, напротив, не могла сдержать улыбку, наблюдая за необычным созданием. Её лицо смягчилось, наполняясь тихим умиротворением.

— Похоже, он очень любит чистоту, — она потянула руку к духу.

Домовой дух после уборки оставил на ладони Аннет несколько крошечных комков пыли и юркнул под шкаф.

Тейлор чувствовала странную связь с этим маленьким существом, но тут тени стали смещаться, воздух — тяжелеть, а сквозь стены начали проступать силуэты причудливых созданий. Они словно не замечали присутствия кого-либо, бесшумно проходя сквозь спальню Тейлор.

— Это… Не полностью сформировавшиеся духи, — произнесла она, словно слова сами собой срывались с её губ.

Аннет, застыв от изумления, не знала, что и сказать.

— Это всё из-за меня? — с тревогой посмотрела Тейлор на маму.

— Это так… Странно, Совушка, — Аннет в ответ лишь пожала плечами.

*Скрип двери*

От лица: Денни Эберт

20 ноября. Утро. Дом Эбертов. Перед спальней Тейлор.

Денни приоткрыл дверь в комнату дочери, собираясь спросить, что это были за странные звуки. Но его слова застыли на языке. Перед ним стояла Тейлор — но не та угловатая, словно съёжившаяся девочка, которую он уже почти привык не замечать. А… вполне себе сформировавшаяся девушка. Её внешность слишком сильно изменилась за ночь: округлые бёдра, сочные формы, подчёркивающие её зад, появившаяся грудь, даже черты лица смягчились. Одежда, казалось, трещала по швам, пытаясь удержать новые, неожиданно появившиеся объёмы.

Но это было лишь началом.

Рядом с ней, словно живая, как во сне, стояла его жена. В том самом сиреневом платье, в котором она ушла…

— Привет, дорогой, — прозвучал знакомый голос Аннет.

Денни побледнел. Пальцы судорожно вцепились в дверной косяк.

— Ты… это… невозможно. Ты же… — Он так и не смог закончить фразу.

— Пап! — Тейлор мгновенно бросилась к нему, испуганно пытаясь подхватить теряющего сознание отца.

Аннет закрыла лицо руками; в глазах застыла тоска.

— Боже, как же ему теперь всё объяснить?

Тейлор молча посмотрела на маму, потом на отца, затем на блеск кулона между грудей, и в голове обречённо пронеслось:

«Отличное начало дня, Тейлор!».

Глава 4 — Исцеление семьи Тейлор.

Продолжение, 20 ноября, день.

Денни Эберт сидел за кухонным столом, крепко сжимая кружку остывшего кофе. Его взгляд блуждал между дочерью и женой.

— Наверное, я всё ещё сплю...

— Пап... — Тейлор потянулась к нему, но он отпрянул.

— Ты не спишь, Денни, — Аннет скрестила руки. — Я действительно тут.

— Ты умерла! Два года назад! — он подскочил, опрокинув стул с кружкой. — А теперь... вот это... — Его рука дрогнула, указывая на дочь. — Она... изменилась, словно под зельем соблазна! А тебя вообще здесь быть не должно. Ты что, воскресла?!

Дочь покраснела, отведя взгляд под стол, и попыталась прикрыть оголённый торс. Там она заметила домового духа, вытирающего тряпочкой разлитую жидкость. По всей видимости, отец даже не замечал его. Ей стало интересно, в чём причина этого явления, и так она даже смогла успокоиться.

— Я не совсем живая, Дэн. — На мгновение рука Аннет размылась в воздухе. — Я умерла и всё время была здесь. Все эти два года — как призрак без возможности поговорить с тобой или дочерью.

— Как? — спросил он, с силой вцепившись за край стола. — Что, чёрт возьми, это означает?

Тейлор обменялась взглядом с Аннет.

— Пап, ты только не волнуйся. Я всё сейчас объясню...

Стараясь тщательно подбирать слова, дочь начала рассказывать: о встрече с богиней смерти Амико с глазами, как у звёздного неба; о странном старинном доме, где всё происходящее было похоже на сон; о том, как появилось зеркало, показавшее отголоски страшного будущего...

— Амико назвала его паразитом. — Тейлор непроизвольно коснулась кулона. — Какие-то инопланетные существа, что соединяются с людьми в их головах. Один из них был соединён со мной, и если бы не Амико...

Отец внимательно слушал, замечая ужас на лице дочери, и он старался периодически поглядывать на жену. Ведь ему так же было страшно потерять Аннет из виду из-за надуманной возможности, что она пропадёт, если надолго отвести взгляд.

— А потом... — Тейлор опустила взгляд снова. — Я согласилась стать жнецом или жрицей? Я правда не поняла, на что конкретно согласилась...

На кухне образовалась немая тишина.

— Из-за согласия ты... — Отец жестом обозначил её изменившуюся внешность.

— Наверное...

— Боже, Тейлор! — С огромным удивлением начал Денни говорить. — Как можно было...

Разговоры начались сами собой. Дочь и отец за долгое время начали вести беседу, похожую на что-то нормальное. Они пытались найти новые точки соприкосновения в ничего не значащих вопросах и ответах. А после Денни осознал ещё одну большую проблему: «Возможно, из-за изменений в дочери я могу теперь поговорить с Аннет. Но какова цена за такое чудо?»

Дочь старалась избегать плохих тем, опираясь на странности, случившиеся за ночь и утро. Аннет помогала дополнять события и наблюдения.

...

— Получается, ты моя Энни, но всего лишь на день и ночь? — Денни с насторожённостью задавал вопросы. — А завтра что?

— Завтра у тебя продолжится жизнь с Тейлор. Она твоя дочь, между прочим. И ей срочно нужна новая одежда. — Аннет кивнула в сторону дочери. — Посмотри на неё! Если она выйдет прямо так на улицу, её же через пять минут кто-то обязательно похитит. Ты же сам знаешь, сколько в нашем городе развелось бандитов и группировок. Я уж не говорю о незаконных борделях.

— Мам, может…

— Нет, Совушка. — Она перебила. — Пускай послушает меня. — Мама продолжила: — Нужно что-то сделать с этой долбаной школой Уинслоу. Какая у дочки может быть учёба, если каждая домашняя работа оказывается порвана, потрёпана или испорчена? Это регулярное событие, Ден. Ты бы знал, сколько раз я наблюдала за слезами моей Совушки. Да что там, собственно. То, что я стою перед тобой, — уже поразительный результат бездействия. Нужно что-то делать, дорогой! Неужели ты не можешь позаботиться о дочке после моей смерти?

Она неожиданно для Тейлор протянула руку:

— Дочка, принеси мне свою тетрадку.

Денни почувствовал что-то неладное от сменившегося тона жены. До этого момента вроде бы было всё не так и плохо, и тут — раз! — появились неожиданные проблемы на ровном месте. Впрочем, он даже наслаждался подобным проявлением чувств жены.

— Сейчас?

— Да, сейчас. — Настояла Аннет непререкаемым тоном. — Вечно прятаться не выйдет. Пока я рядом, сначала решим хотя бы эту давно назревшую незначительную проблемку.

Она с неохотой сбегала в свою комнату, а когда вернулась, отец уже сидел, готовый к очередным ударам судьбы, с покрасневшими ушами и помадой на щеке.

— Вот, читай. — Сказала Аннет.

Он начал листать страницы, и с каждой прочитанной строчкой его кулаки то сжимались, то разжимались. Дыхание участилось, а желание набить лицо Алану возрастало. Мама обняла дочь, наблюдая за реакцией постепенного нарастающего гнева мужа.

— Тейлор, почему ты не сказала раньше? — спросил он.

— Я пыталась, но когда мама умерла... У тебя появились проблемы на работе, и я просто не хотела... добавлять ещё больше проблем... — Поглаживания мамы помогали выговориться. — Я хотела разобраться со всем самостоятельно, как моя мама...

— Я... Тейлор, это не повод молчать. Это самое худшее, что ты можешь сделать... да и я, похоже, не лучше тебя поступаю в таких случаях... — Денни помассировал виски. — Похоже, это у нас семейное.

Тёплые руки жены обняли его сзади, отложив тетрадь в сторону.

— Ты не единственный, кто потерял меня, — Аннет прошептала ему на ухо. — Соберись. Ты же всё ещё мой мужчина, который может разобраться с незначительными проблемами?

— Ладно, будем решать проблемы по мере их появления, — согласился он.

— Вот и отлично, начнём с мерок дочери! А потом сходим по магазинам. Я тебе ещё так много должна сказать... — И такой многозначительный взгляд с намёком на Тейлор.

Дочь не успела и пикнуть, как её схватили за плечи и начали вертеть из стороны в сторону. Денни тактично старался не смотреть на полуобнажённую дочь, записывая на последней странице тетрадки Тейлор под диктовку жены размеры необходимой одежды.

Тейлор не сильно и сопротивлялась, понимая, что придётся посидеть дома одной. Она с улыбкой на лице слушала пикировки родителей и начинала погружаться в счастливые моменты жизни. Казалось, наконец-то закончилась чёрная полоса жизни и началась неожиданная новая.

— Тейлор, мы ушли. Никуда не уходи! Если что-то случиться... Так ДЕННИ! Почему я не вижу сотового телефона!

Да, это определённо лучшее начало дня за многие месяцы. Правда, она так сильно погрузилась в себя, что не заметила, как родители покинули гараж. Пришлось бежать к окну и наблюдать за отдаляющейся папиной машиной.

...

— Пускай проведут время друг с другом, — голос Амико прозвучал совсем близко, словно возле уха.

Тейлор почувствовала, словно ушат холодной воды вылили прямо за шиворот. Настроение хоть и не испортилось, но явно пошатнулось, выводя её из грёз счастья.

— Мама ведь не вернётся завтра, не так ли?

— Каждый рано или поздно покидает нас. Просто не всем удаётся попрощаться вовремя.

— И что будет завтра? Я не хочу, чтобы папа снова страдал. — Тейлор с беспокойством повернулась к голосу, но никого не было рядом.

Внезапно появился разрыв в воздухе: материальное пространство ломалось от давления приближения чего-то страшного и опасного. В дом шагнула Амико.

— М-да, такого холодного приёма в мирах смертных я ещё не встречала. — Оглядываясь вокруг, сказала она.

Богиня, нахмурившись, взмахом руки подтянула с потолка пыльного домового духа. Ловко обхватив его за невидимую конечность, она начала трясти его несколько раз, словно пытаясь стряхнуть пыль с давно забытой плюшевой игрушки на чердаке.

— Эй! — Тейлор потянулась вперёд, ощущая слабый всплеск протеста, будто эхо чужого недовольства. — Что ты с ним делаешь?

— Не волнуйся, этот ленивец должен с нами поделиться. — Амико продолжила ещё сильнее трясти его. — Думаешь, чего это он бегает по дому весь в пыли? Это он слишком много присвоил просочившейся энергии волшебства.

Пыльный комок вдруг взорвался миллиардом сверкающих частиц, обнажая крохотное человекоподобное создание с огромными золотистыми глазами. Он сердито зашипел, пытаясь прикрыться, но Амико лишь рассмеялась.

— О, так ты ещё у нас с характером. Ну ничего, скоро ты поймёшь, что бесплатный сыр лишь в мышеловке.

Стоило отпустить его, как домовой превратился в серебряный вихрь и стремительно убежал в подвал. Частицы пыли, что остались в воздухе, переливались в солнечном свете. Амико, достав из-за спины настоящую огромную косу, взмахнула лезвием по облаку. Началась цепная реакция: когда лезвие соприкоснулось с пылью, та превратилась в жидкость. Но после второго взмаха косы вода собралась в маленький шар, похожий на воздушный шарик, который постепенно набирал объём, вбирая все частицы.

— Поднеси кулон к энергии волшебства, — скомандовала Амико, ловя серебряную сферу перед полом своей косой.

Тейлор с открытым ртом наблюдала за происходящим и, конечно же, с опаской, но сняла кулон с груди.

— Нет, нет, нет. Не так. Попробуй ощутить связь. Просто позови его.

— А... эм... Что происходит? — Тейлор ну очень хотелось разобраться. — И какую ещё связь?

— Просто закрой глаза и представь косу. Ты всё поймёшь сразу же. — Поторопила Амико.

Начинающая жрица с явным сомнением прикрыла глаза, пытаясь представить точно такую же чёрную длинную косу, словно из сказок, как у Амико. Кулон при этом потеплел в её руках и даже нетерпеливо задрожал, одобряя её фантазию.

— Отлично. Теперь можешь открыть глаза.

Тейлор увидела, как кулон словно подталкивал её руки к энергии в воздухе. Под одобрительным взглядом богини она отпустила его в воду.

— Отлично, сейчас мы начнём настоящую привязку полезного инструмента к твоей душе. — Потирая ручки, богиня наблюдала за стремительно уменьшающейся сферой.

Начинающая жрица смерти смутно ощущала новую связь — теперь кулон казался продолжением её самой, как ещё одна конечность, о существовании которой она и не догадывалась. Второе прикосновение к своей душе потусторонних предметов на этот раз оказалось для неё не таким шокирующим событием. Но всё равно было страшно.

Кулон самостоятельно оказался у Тейлор в руке. Она сжала в ладони холодный металл, ощущая ритмичную пульсацию тепла и холода.

Пока Тейлор увлечённо копалась в своих чувствах, Амико снова принялась ломать материальное пространство, доставая из воздуха самое обычное на вид кресло. Единственное, что выделялось, — ткань, из которой оно было сделано.

Амико с довольным вздохом опустилась в него, утопая в мягкости и комфорте.

— Ах, наконец-то блаженство, — она потянулась, словно кошка, устраиваясь поудобнее. — В вечных странствиях очень важен комфорт и терпение.

Богиня вытянула ноги из-под платья, обнажив забавные тапочки с ушами котят. Тейлор снова удивлённо наблюдала за сменившимся образом богини. Ведь в её глазах она сначала была обычным человеком, потом почувствовала огромное давление, дальше вообще думала, что просто ей снится сон. А теперь перед ней оказалась обычная девочка её возраста, которая жмурилась, ёрзая на странном кресле.

«И куда, кстати, пропала её коса?» — подумала Тейлор.

— Ну что, моя маленькая жрица, — Амико достала из складок платья кружку с надписью «Лучшая богиня смерти!» и сделала глоток, — пришло время твоего просвещения, так сказать. Хочешь чаю?

Она только успела кивнуть, как в руках появилась точно такая же кружка с надписью «Неумеха, но это поправимо...», из которой валил пар.

...

Амико щёлкнула пальцами, и кулон в руке Тейлор дрогнул, вытягиваясь в длинную чёрную косу. Рукоять её была такой же тёплой.

— Слушай внимательно, чтобы не задавать потом глупых вопросов. Так вот, эта коса — не просто оружие для сражений, — богиня сделала странный жест, словно проглаживая воздух, и коса приняла призрачную форму лезвия. — Лезвие в этой форме не режет плоть, а проходит сквозь неё, словно сквозь воду, достигая самой души. Вытащишь душу — и перед тобой раскроются все тайны, все страхи, все мысли. — Она пристально посмотрела на серьёзное выражение лица Тейлор. — Но помни: душе нельзя вредить. Даже если очень хочется, лучше отпустить.

Амико достала печенье из другой складки и надкусила одну, блаженно зажмурившись, будто кого-то вспоминая.

— А... эм... Что значит «вытаскивать души»? Я что... буду убивать людей?

— Ох, глупенькая, конечно же, ты не убиваешь, ты уже работаешь с умершими. Ну, в особых случаях будешь и с людьми — тогда можно как бы на чуточку умертвить. Но это так, пустячок, не забивай себе этим голову. Просто знай, что можешь, и, возможно, тебе это понадобится когда-нибудь. — Запивая ароматным чаем, богиня вдруг предложила: — Переходи на тёмную сторону, у нас есть печеньки! — И протянула одну в руку Тейлор.

— Что?

— А-ха-ха-ха! Ой, просто у тебя такое серьёзное выражение лица, что я не могу. Кхе-кха. М-да. Просто вспомнился забавный смертный: он, такой малый, каким-то образом запоминал прошлые жизни. И представляешь, когда я с ним встретилась, он предложил мне печеньки. Говорит: «Ну как же, если ты богиня смерти, да ещё и вся в тёмном, то у тебя обязательно должны быть печеньки. Будешь своим почитателям предлагать». Фух. — Отсмеявшись, она посмотрела на серьёзную Тейлор. — Эх, это же классика, знать надо.

Тейлор многое хотела сказать на это, но решила промолчать, списав всё на очередную выходку уже не такой прекрасной богини.

— Так ты будешь печеньку?

— Нет. Я хочу знать, зачем мне коса? — Тейлор отложила кружку чая в сторону и посмотрела ещё серьёзнее на Амико.

— Ну как же, какой жнец — и без косы? Где ты такое вообще видела? — Богиня погрузилась в воспоминания. — Хм, нужно будет отправить кого-нибудь в какой-нибудь сельский мирок, где предложу фермерам стать жнецами. Будет незабываемая, впечатляющая картина: армия фермеров-жнецов. М-м-м, а что-то в этом есть, да. Романтичное.

— Так это что же, получается, всё ради шутки?

— Ох, ну что ты такая серьёзная и невесёлая? Ладно. Тейлор, ты же прекрасно знаешь, что твой мир — скажем так, не курорт для развлечений. Быть тут без оружия — это как быть голой среди мужчин. — Отложив в сторону кружку с печеньками, Амико сняла тапочки, обнажив изящные ножки.

Вдруг тень под креслом зашевелилась, принимая очертания испуганной Эммы, но Амико тут же развеяла образ, отмахнувшись от него.

— Давай лучше поговорим о других формах инструмента. — Она снова щёлкнула пальцами.

...

Коса рассыпалась на мелкие частицы, снова изменяя форму на знакомый кулон.

— Это была Эмма? — Тейлор даже не обратила внимания на изменение.

— Не-а, это был мой кот Жмурик. Он любит заглядывать в наболевшее у людей. Извини его за это, но такова уж его природа. — Амико похлопала по руке жрицы, чтобы указать на кулон. — Давай закончим с инструментом, потом об остальном поговорим.

— Эх, ладно. И что на этот раз? Очередная жуть? — не удержалась девочка.

— Прости, всё время забываю, что тебе всего пятнадцать лет. Но ты от меня всё узнаешь, чем сама наломаешь дров. Это, кстати, твоя особенная сумочка для духов. — Богиня постучала по кристаллу. В его глубине мелькнул один силуэт. — Здесь уже запечатана одна инопланетная душонка, но так же ты можешь поместить сюда души людей или встречающихся духов. Как наш ленивый друг, что убежал в подвал.

— Я буду работать со сказками? — Неопытная жрица очень не хотела верить в сказанное, но любопытство брало верх. — А это безопасно для меня или для них? — Учитывая недавнюю сцену тряски, своевременный вопрос.

— Тут ты должна понимать: это не живые создания в полноценном смысле этого слова. Они скорее притворяются живыми, привязываясь к надуманному образу. Вот, например, домовой дух, что ты видела, — он совсем новорождённый, да ещё и отхватил от меня силушки. Естественно, он ограничен в своих действиях из-за устоявшегося мнения из моего мира, но если бы ты при встрече приняла его за монстра, то он бы именно так себя и вёл. В этом и заключается опасность встреч с подобными существами.

— А как ты выразилась, безопасно ли хранить их в кулоне? Абсолютно. Ведь ты не откажешься в другом городе переночевать в отеле, так и они предпочтут в безопасности отоспаться с небольшим шансом, что ты их снова вызовешь. А вот с людьми не всё так однозначно. — Амико прикусила губу. — Как ты заметила, твоя мама хоть и кажется живой, но уже совершенно другое существо — без плоти и крови. Немногим удаётся в принципе сохранить человеческий облик в таком состоянии. Возможно, твоё влияние позволило ей остаться человеком даже после смерти.

— Так, о чём это я? Ах да. — Перекрестив божественные ножки, она откинулась на спинку кресла. — Люди слишком своевольны и не любят быть взаперти, из-за чего тебе придётся уговаривать таких временно побыть в кулоне. Ну, быстрее всего, конечно, обмануть. Тут ты уж сама решай, как будешь уговаривать побыть в очищающей клетке душу человека.

— У меня сейчас множество вопросов. Кто такие духи? Что значит «с душами людей не всё так просто»? И я действительно должна всем этим заниматься? — Если бы не связь и новые чувства, что испытывала жрица, она бы уже давно убежала под кровать.

— Сначала ответь: а как ты себе представляешь работу жрицы смерти? Мне бы хотелось услышать твоё мнение. А потом уже я отвечу на твои вопросы. — Богиня смерти снова полезла за спину и достала нитки со спицами. Она начала вязать шарфик с явными узорами черепов.

— Ух, я не совсем знаю, кто такие эти жрицы и что они делают. Но это что — получается, тебе нужно, чтобы поклонялись или что? Это нужна церковь, и мне там работать?

— Ох, невинная же ты дитя. Достаточно и маленького храма для почитания в разных местах города. А вот насчёт поклонения — мне это не совсем нужно. Достаточно, чтобы меня узнавали и передавали эту информацию из уст в уста.

— Что касается других вопросов... Духи — это волшебные создания, рождённые под влиянием дополнительного мира. Когда я пришла в этот мир, здесь были лишь многочисленные версии реальности, но никакого загробного или верховного мира нет. Моя же природа слишком чужда для постоянного нахождения среди смертных. Ведь это представить не сложно: как поля увядают, продукты слишком быстро портятся, а вскоре в городах вспыхивает чума из-за большого скопления духов.

— Некоторые пробираются в живой мир, чтобы почувствовать вкус жизни нового мира и определиться со своим этапом существования. Но не каждый из таких готов отказываться от привычного образа жизни. Их изначальное место — это хаос, без правил и преград. Места там настолько много, что невозможно представить или осознать. И вот такой ни в чём себе не отказывающий дух оказывается в мире смертных. Так, мало того, что он ослаб, ему ещё и кушать хочется, а добывать еду привык через сражения с другими подобными ему. Достаточно одного укуса, чтобы началась эпидемия, и именно в таких случаях необходимы жрицы — чтобы оберегать мир смертных от нападок чужих.

— Есть, конечно, ещё и те, что просто рождаются в изменившемся мире, стараясь сосуществовать с людьми, но мир не может разделиться на чёрное и белое. Всегда будет неконтролируемый хаос, который можно лишь направлять.

— Так что твоё представление в корне неверное. Тебе предстоит работать с душами и духами. Где-то проводить обряды очищения, а где-то принимать подношения. Всё это — неотделимая часть любой из жриц. В нашем же с тобой случае тебе необходима защита из-за ваших паралюдей. Что-то мне подсказывает, что они не дадут тебе заниматься своими прямыми обязанностями. Да и сама ты побежишь сражаться, не задумываясь о своей безопасности. Именно поэтому ты ещё и маленький будущий жнец.

— Жнецы — это боевое направление. Сражаться с прорвавшимися демонами или подработка в качестве проводника через хаос. Они способны на многое, но и чувств человеческих в них поменьше. Ведь если сражаться постоянно с монстрами, то мирная жизнь становится лишь временным убежищем.

Начинающая жрица задумалась над сказанным, получив слишком много информации за раз. Её взволновала возможность встречи подобных домовому духов, но напугала страшная правда их родного образа жизни. Про людей она не сильно задумывалась, лишь вспоминая маму, которой не желала участи быть в кристалле.

— Загрузила я тебя, да. Ну, ты сильно не задумывайся над сказанным, потом сможешь более подробно разобраться со всем этим. А сейчас давай перейдём к следующей форме твоего кулона. — Щёлк пальчиками.

...

Кулон превратился в брошь-паука с рубиновыми глазами.

— Это самый опасный и полезный инструмент, — голос Амико потерял всю весёлость. — Это дверь в мир зазеркалья, который отлично послужит началом для загробного мира. Сейчас в нём царит правило отражений, из-за чего можно попасть под случайное изменение в реальном мире. Ведь в зазеркалье нет живых — лишь отражения реальности. Запомни это строго: в мире зазеркалья нет живых!

Тейлор сглотнула.

— Можешь использовать это, чтобы исчезать или прятаться от преследования. А возможность спокойно добраться до дома без необходимости давать повод всем узнать, где же ты живёшь, тебе очень пригодится. Ведь рано или поздно тебя начнут узнавать люди и захотят настойчиво попытаться встретиться. — Богиня снова принялась кушать печеньки и запивать чаем это дело.

— О, чуть не забыла! — Она сунула руку между подушками кресла и достала потрёпанный блокнот с большой надписью: «Чтобы тебе икалось, братик!» (приписка мелким шрифтом: «Пособие для важных божественных дел»).

— Вот, почитаешь на досуге. Там всё подробно расписано о моих начинаниях — с картинками.

Начинающая жрица открыла первую попавшуюся страницу:

[---]

Страница 6 - Как не перепутать лампу с косой. Инструкция от забывчивости и чайничков.

Нужно чувствовать, а не смотреть на физическую форму предмета. Вот что ты должна всегда помнить, когда используешь...

[---]

Кресло тихо заскрипело. Богиня смерти поудобней устроилась и продолжила вязание.

Тейлор перелистывала страницы и находила записи маленькой девочки, что всегда жаловалась на брата. Её заинтересовали рисунки странных существ и пейзажей. Этот блокнот таил в себе множество удивительных и страшных вещей. Но как бы она ни хотела прочитать всё сейчас, её рука наткнулась на обнажённый живот, и Тейлор вспомнила, какое чудесное утро у неё было сегодня.

— А почему я изменилась? Это из-за кулона? — Она коснулась броши, которая ответила тёплой пульсацией.

— Ой. Ты приняла моё благословение, маленькая жрица, — её голос звучал мягко, но она не отвлекалась от очередного продевания нитки в кольцо. — Твоё тело адаптируется к новой природе. Теперь ты не простая смертная девочка.

Тень под креслом снова проявилась, принимая две разные версии Тейлор — до преображения и после.

— Хоть ты и изменилась, но это незначительные изменения. Если бы ты питалась правильно, и условия жизни у тебя были другие, а эмоциональное состояние не находилось в ежедневной депрессии, ты бы выглядела даже ещё лучше, чем сейчас. Так что ты тут скорее не изменилась, а излечилась. Да и в душе мы все всегда прекрасны. Вот и подстроились нюансы к твоим ярко выраженным недостаткам. Многие девочки обзавидуются такому способу выглядеть хорошо, просто умываясь по утрам.

— Но... моя одежда... — Маленькая жрица сжала край кофты. — Она стала мала во всём.

Амико смутилась, словно только сейчас осознала эту маленькую деталь.

— А ведь я чувствовала, что что-то забыла. Ну, мне следовало тебя предупредить... Когда я проводила с тобой «процедуру избавления от паразита», про одежду забыла...

Богиня на этот раз похлопала один из образов Тейлор по плечу, как тот потянулся под кресло, выпячивая зад на обозрение Маленькой жрицы. Там она достала маленькую деревянную шкатулку с вырезанной надписью на крышке: «Игрушки волшебников».

— Вот, возьми. — Она взглядом попросила тень передать Тейлор её. — Положи пуговицы в карман, и всё надетое на тебе примет комфортный размер. Правда, его необходимо заряжать волшебством периодически, поэтому лучше носить одежду по размеру. Но в качестве моего извинения я подарю тебе и коробочку, которая будет его заряжать. Будешь на ночь туда класть пуговицу — и она зарядится с помощью фона окружающего помещения.

— И... это сработает?

— Конечно! — Амико улыбнулась, но тут богиня вдруг словно смотрела в пустоту. — О, вот и твои родители уже возвращаются. — Она поднялась с кресла, которое начало затягивать под образовавшуюся дырку в полу. — Послушай внимательно меня сейчас.

Тень, отделившаяся от богини, приняла форму часов, стрелки которых показывали шесть часов.

— Ровно в шесть утра твоя мама окажется в моём царстве, — голос становился серьёзнее. — Я многое нарушила, когда позволила ей снова взаимодействовать с миром живых. Но, к сожалению, мёртвым нет места среди смертных. — Она посмотрела прямо в глаза Тейлор. — Пообещай мне, девочка, что сможешь с ней попрощаться. Зная, что она продолжит свой путь в другом мире, заново родившись.

— Я... — Тейлор лихорадочно соображала, пытаясь придумать что-то, что позволило бы остаться маме, но в голове, как назло, было пусто именно сейчас. — Я не хочу, чтобы она уходила.

— У тебя ещё есть время. Это будет твоим первым испытанием — отпустить маму. Не забудь и Денни эту новость сообщить. Я буду надеяться на твоё благоразумие и волю Аннет. — Богиня растворялась в темноте. — Так иди же, моя маленькая жрица, проживи этот день как самая обычная девочка. Без всех титулов и размышлений. Запомни этот день, чтобы он согревал тебя всегда и везде. До завтра, Тейлор.

...

Неуверенная в себе Тейлор встретила родителей с робкой улыбкой. Мама протянула ей пакет с одеждой.

— Переодевайся поскорей, будем готовить индейку! — Аннет вошла летящей походкой.

Денни молча следовал за ней с сумками, раскладывал продукты по полкам. Дочка побежала переодеваться и смотреть, что за вещи принесли. Там оказались длинная чёрная ветровка, кофта, майки разной длины со странными принтами. Примерять было что, а вот внутреннего желания носить что-то цветастое Тейлор не хотела, но, так как выбора не было, пришлось одевать что есть.

И вот, наконец-то нормально одетая, она вышла помогать маме готовить еду. Отец мыл продукты, а мама аккуратно разложила ингредиенты на столе. Её движения были точными, отточенными годами семейных обедов, не забытыми даже спустя столько лет. Тейлор старалась запомнить хоть что-то, так как на личном опыте убедилась — ждать помощи от отца в этом деле не стоит.

— Сначала сделаем надрезы здесь и тут, — Аннет провела ножом вдоль грудок индейки. — Чтобы маринад равномерно пропитал мясо. Попробуй.

Дочка осторожно взяла нож, повторив движение. Первая попытка провалилась.

— Аккуратней. Представь, что режешь хлеб, а не дрова. — Аннет скользнула клинком идеально ровно. — Вот так. Теперь твоя очередь.

Отец молча наблюдал, включив телевизор. Там в новостях показывали что-то странное, как и всегда:

«Жители Броктон-Бей. По всему побережью города наблюдается воздействие парачеловеческих сил. Пожалуйста, держитесь подальше от берега, пока команда наших героев разбирается в ситуации...»

— Хм, опять эти сражения героев со злодеями, — отец переключил канал. Его взгляд то и дело поглядывал на кухню.

— Паприку смешиваем с мёдом, — Аннет пододвинула дочери ступку. — Три круга по часовой, четыре против. Баланс сладости и остроты.

Тейлор продолжала следовать инструкциям. Мама смеялась, наблюдая за нерешительными действиями.

— Не перестарайся. А дальше делаем так...

Спустя 40 минут.

— Ну вот, оставляем в духовке ровно на три часа и выжидаем. Терпение — это главный ингредиент. — С улыбкой она потрепала дочь.

Спустя ещё три часа начались просмотры фильмов за кухонным столом. Завязывались разговоры о том, что ещё можно сделать. Аннет записывала рецепты в тетрадь, передавая дочери листочки, чтобы та могла приготовить что-то вкусненькое, нежели еду на вынос. Всё было хорошо и прекрасно, пока на часах не пробило ровно двенадцать ночи.

— Мам, я... Я не хочу, чтобы ты уходила. Но Амико сказала, что тебя не будет после 6:00. — Тейлор обняла её.

— Не нужно плакать. Ты и так уже много рыдала. Лучше давай поиграем на флейте, как раньше. — Аннет молча пнула Денни, чтобы тот принёс подарок, который она с трудом уговаривала его купить. Чуть ли не ломая об колено установленное идиотское правило в семье в её отсутствии.

Дочь пыталась отвлечься и даже снова начала играть. Ей так долго не получалось повторить за мамой. Но дело шло, а часы двигались вперёд. Наконец-то удалось повторить мелодию, которую она с трудом пыталась вспомнить. Теперь это было возможно даже с закрытыми глазами.

— Итак, Совушка. Я тут узнала, что у вас нет сотовых телефонов. И я уже настучала по шапке одному упрямцу насчёт этого решения. — Аннет взяла коробочку, вручая её Тейлор. — Всегда бери его с собой, чтобы могла связаться, если что-то произойдёт с тобой или твоим отцом. Всегда лучше иметь надёжную связь, чем искать способ узнать, что случилось на расстоянии. — Да, Денни?

— Кхм. Как скажешь, дорогая.

— Вот и отлично. Ах, как же ещё много всего нужно успеть... — Аннет встала и пошла за тряпкой с ведром. — Чего расселись? Давайте прибираться! Хоть перед уходом промою этот полузаброшенный дом!

Атмосфера была шаткой, но работа началась вместе в шесть рук. Капитальная уборка воцарилась неожиданно, и Денни постоянно краснел, замечая скопившуюся пыль тут и там. Всё принимал на свой счёт после смерти кое-кого. А Тейлор уставала слишком быстро и засыпала на ходу.

В итоге её, сонную, положили в кровать и сказали спокойно засыпать. Аннет почитала ей сказку на ночь и, убедившись, что та уснула, пошла устраивать очередную головомойку мужу.

В которой фигурировали необходимость найти новую жену и идти по жизни ровно, а не ползти через кусты, прячась от народа.

Денни был счастлив, хоть и остался единственным, кто провожал свою любовь. С лучами первого солнца она растворилась в воздухе прямо у него в руках. На этот раз он заплакал по-настоящему, но не так, как раньше. Ведь что-то изменилось — и он не был уверен к счастью ли.

...

Утром Тейлор заметила на столе свою тетрадь. Там страницы сами перелистывались, шелестя, словно их трогал лёгкий ветерок. Подойдя поближе, она увидела, как на строчках листа стали проявляться знакомым почерком новые слова:

«21 Ноября»

Совушка моя,

Если станет одиноко — присмотрись к людям вокруг. Даже в самые тёмные дни найдётся тот, кто увидит в тебе то же, что видела я.

Когда на душе будет тяжело — поднимись на чердак. В коробке с зелёной лентой ты найдёшь то, что согреет твоё сердце.

А если станет страшно — возьми мою флейту. Сыграй ту мелодию, что я тебе показывала. И помни — каждый звук будет частью меня.

Я не исчезну.

Я буду в шёпоте листьев за твоим окном.

В запахе корицы, когда ты испечёшь печенье.

В ритме твоего сердца, когда ты поймёшь, как сильно ты любима.

Не сдавайся и не робей.

Прощай, моя любимая Тей—Тей.

— Твоя мама ❤️

Аннет Эберт (Роуз)

1972 — 2008

(2010)

— Спасибо… Мама. — Сказала Тейлор, закрывая тетрадь. — Я постараюсь.

Глава 5 — Настоящее и прошлое Амико.

Междумирье — мистическая туманная воронка, сотканная из духовного дыма загробной жизни.

Воздух здесь был густым, словно сироп, а запах пропитан горьковатым дымом выгоревших деревьев. Амико ступала босыми ногами, ощущая, как серая пыль обволакивает её ступни, оставляя за собой тонкий налёт чёрного дыма.

Каждая частичка пепла блестела голубым светом — это всё остатки осколков воспоминаний умерших разумных, уже давно растёртых в порошок временем.

Рядом Игний, её верный помощник, осматривался у неё на плече. Его пламя сегодня необычно активно выпускало искры зелёного цвета, реагируя на присутствие поблизости возможных потусторонних сущностей.

— Приготовься к атаке, — сказала Амико, сжимая руку в призыве косы. — Кто-то всё же решил нас побеспокоить в самый ответственный момент.

Лезвие сформировалось из кромешного разреза пространства, отзываясь лёгкой дрожью в её руке. Богиня смерти ощущала приближение очередной жатвы.

Туман на мгновение рассеялся, обнажая кровавый разрез, из которого хлынули ни на что не похожие куски плоти.

— Игний. Поджигай! — подтолкнула его Амико, уклоняясь от неожиданной атаки щупальцами.

Взмахи косы рассекали воздух, собирая в кучу шевелящуюся массу органической порубленной плоти, которая пыталась принять истинный облик когда-то умерших многочисленных инопланетных существ. Но это была лишь незначительная часть огромного вторжения, что ополчилось на мистический след изменений в мироздании.

Причина столь бурного внимания — стал процесс сотворения загробного мира в мире без подобных чудес. Обычно это остаётся незамеченным, но в столь странной мрачной вселенной нашлись неучтённые богиней проблемы, из-за которых приходится пожинать проблемы.

Изуродованные облики множества разумных искажений под явным контролем неожиданной личности — Городошника — активно пытались пробиться к центру сотворения новой сферы бытия.

— Очистит же пламя моё, да прибудет в эту область уничтожение! Огонь ЧА-СТИ-ЛИ-ЩЕ! — паря над землёй, пропел заклинание Игний.

Крохотный кусочек язычка пламени отделился от головы Игния. Он стремительно полетел в собранную кучу плоти, оставляя за собой шлейф синего пламени. Природа этого огня — воплощение чистого чистилища, что способно уничтожить любую жизнь. Так пламя принялось активно уничтожать искажения.

— Как же это ненормально! — Продолжая рубить косой, размышляла Амико. — Не, ну ты видел?! Они всё продолжают. Лезут и лезут!

— Необходимо избавиться от заразы сейчас, чем потом удивляться проблемам, — Игний продолжил обстреливать огненными шарами, поднимая пламя для сожжения. — Страшно представить, с чем теперь может столкнуться твой Жнец.

— Зомби-апокалипсис, скорей всего, — с настороженным взглядом Амико смотрела, как закрывается трещина вторжения, — Но меня беспокоит эта противоестественная озлобленность Городошника. Почему распределитель душ занимается искажением и нападениями…?

Городошник — распределитель жизни между вселенными, обычно занимается переправкой искр душ в новые приключения и перерождения. Теперь напал на сотворение прямой помощи ему, что и насторожило Амико.

— В любом случае нам нельзя допустить вторжения Хаоса. Этот мир и без того переполнен геноцидом множества разумных сущностей. — Игний прыгнул на плечо к богине.

— Ха-х, надо будет не забыть сообщить и об этой проблеме Тейлор.

Дыхание чёрного дыма Амико было следом смертельной силы богини, что разъедало остатки не до конца выжженной плоти в пепел, точно такой же, что и был здесь до этого.

Так на поле битвы наступило временное затишье. Всё, что им оставалось, так это стоять на страже соприкосновения миров, ожидая новых нападений.

…

21 ноября — Дом Эбертов.

Тейлор, смахивая слёзы, старалась не заплакать. Эмоционально она сейчас переживала настоящий шторм из неопределённости, противоречий и какого-то облегчения. Не успела она задуматься, как домовёнок принёс ей платок.

— Спасибо, — прошептала она, вытирая слёзы.

Только сегодня Тейлор окончательно начала чувствовать все изменения в теле. Это такое приятное зудящее чувство, и краски новых эмоций наконец-то отвлекли её от оставленного письма мамы. Как же ей необыкновенно чувствовать, осязать и видеть в 20 раз, нет, в 40 раз лучше! Блокнот, оставленный Амико, и кулон, что утопал в её груди, давали понять, что жизнь уже не будет прежней и нужно как можно скорей привыкать к новым обстоятельствам.

Потянувшись, она ощутила лёгкость и гибкость — отсутствие привычной усталости шокировало и без того открытый разум девочки. Тут же вспомнился сон: как она прыгала по крышам города Броктона-Бея, периодически паря над улицами ничего не подозревающих людей, иногда сражаясь с преступностью и стараясь защитить горожан от бандитов.

Так, подстёгиваемая воспоминаниями из сна, она начала слушать. И не просто слушать, а слышать весь окружающий её мир. Как город постепенно просыпался, как соседи начинали утренние разговоры и скрежетали лопатами по асфальту, вычищая выпавший за ночь снег. Но стоило повернуться в сторону папиной комнаты, как в ушах зазвенел громкий храп отца.

— Ай. Чёрт! — Прижимая уши, она пошатнулась. — Мне нужно как можно быстрее разобраться с этими новыми способностями. Иначе я себе только хуже сделаю.

— Урррр! — Прокряхтел домовёнок, подталкивая в руки Тейлор вчерашний блокнот.

— Ах да. Инструкция от богини…

Так она открыла первую страницу таинственного блокнота с названием:

«Пособие для важных божественных дел!»

Приписка: (Чтобы тебе икалось, братик.)

Обложка была в руках шершавой и приятной, хотя в то же время совершенно незнакомой Тейлор. Так первая страница была с нетерпением перевёрнута в надежде обнаружить там спасение от дискомфорта в ушах.

[1] Дорогая сестра Амико! Теперь ты будущая богиня! Надеюсь, тебе поможет этот блокнот сохранить важные воспоминания. Знаешь ли, когда я узнал о том, что тебе предстоит пройти через испытания… Я и не мог предполагать, что это будет всё без твоей подготовки. Поэтому. Я попросил всезнающую картину поделиться советами, чтобы можно было хоть как-то тебе помочь. Сестрёнка, тебе предстоит пройти непривычный путь приобретения «неизвестных мне божественных сил».

Пишу в надежде, что тебе поможет скрасить одиночество этот блокнот, в нём немного полезных советов от меня и картины.

И помни, мы все ждём твоего возвращения домой с нетерпением!

Постарайся там, сестрёнка!

Твой брат верит в тебя!

Другой почерк:

ВЫ там прикалываетесь! Я без нормальной одежды, в пижаме, на кровати посреди неизвестного богом забытого леса?

Я никуда не слезу с кровати и лучше бы тебе поскорее вернуть меня домой. Слышишь! Эта штука работает?

…

Какой же ты всё-таки козёл, братик… Блин, кушать хочется… А ещё тут совсем нет домашнего комфорта… Х(

— Какой красив… Ой, это её брат? — Удивилась Тейлор. — Кхм, а выглядит он симпатично с этим дополнением.

Прикоснувшись к рисунку, она задумалась над написанным. Прошлое богини смерти открывается совершенно с другой стороны для начинающей жрицы.

— Значит, Амико раньше не была богиней? А как и я, простой девочкой… в сложных обстоятельствах. Неужели именно поэтому она передала мне эти записи?

У неё возникали множества вопросов, ведь этот блокнот оказывается каким-то больше дневником из прошлого богини Амико, чем учебником по произошедшим с ней изменениям. Радовало лишь то, что окружающий шум как-то стал успокаиваться сам собой.

Кулон постепенно нагревался в надежде поскорей быть использованным по назначению для новой концепции жнеца — Тейлор. Волшебное намеренье его согревало её, даруя уют и сосредоточенность на записях.

Так, ещё одна страница была перевёрнута, открывая продолжение записей.

[2] Ранее ты уже прошла адаптацию к дополнительным чувствам, теперь ты должна была заметить связь со сферой рядом с собой. Это личный духовный инструмент божественности — он со временем станет продолжением твоей собственной души.

Образуя симбиоз с ним, твои эмоции и желания будут придавать ему форму и свойства. Постарайся привыкнуть к связи и всегда его держи у своей груди. Это важно.

Со временем ты почувствуешь, зачем это было необходимо. Не переживай, Мы постараемся присматривать за тобой. Но этот путь лишь для тебя одной.

Записи Амико:

Что-то реальность не сходится с твоими записями, брат.

Рядом со мной оказалась чёрная коса, благодаря которой я смогла отбиться от первого в своей жизни нападения монстров. Чувствовать, как тебя атакуют странные создания и принимают за вкусный кусок мяса, отвратительно.

Неудивительно, что я устроила настоящую кровавую резню…

…

Пугает осознание — у меня абсолютно нет никаких эмоций по поводу содеянного. Неужели именно об этом предупреждали меня, что я больше не человек… Что со мной станет в будущем? А как же мой дом…

…

Иногда я эмоциональная, а порой — холодная как лёд. Во что же превращусь я после испытаний? И что мне делать с этим страшным серпом…

— Больше не человек? Что такое могло случиться в её прошлом… И как написанное должно помочь мне понять хоть что-то? Я теперь тоже больше не человек? — Тейлор задумалась, смотря на свои руки.

Вчерашние изменения явно поменяли многое в её теле, но понять или разобраться в этом нет никакой возможности. Попытка сходить в больницу подвергнет лишь опасности папу. А Тейлор совершенно не хочется лишний раз подвергать его опасностям по пустякам. Да и наоборот — стало всё лучше физически, за исключением болящих ушей из-за голосов людей, пробивающихся через плотные стены и окна.

Вернувшись к записям, она снова перевернула страницу.

[3] Невозможно понять, какая у тебя искра-аспекта загорится, но помочь я всё же могу. Благодаря подсказкам твоего будущего.

Твои новые возможности должны здорово повлиять на твою жизнь и мировоззрение, из-за чего ты можешь оказаться не готова к последствиям.

Всё, чего я прошу, — так это понять самый важный регулятор твоих способностей на начальном этапе: Радость, Гнев, Страх, Грусть.

Каждая испытанная тобой эмоция будет влиять на продолжение твоей души в попытках защитить твоё истинное «я». Со временем ты можешь привыкнуть, но вначале должно быть примерно так:

Радость — Старается приглушить действительность, стараясь уменьшить боль, шум и эмоциональный взрыв. Позволяя тебе смертельно точно понимать окружение.

Гнев — Подстегнёт неконтролируемое воздействие твоего аспекта на окружающий мир. В попытках избавиться от раздражителя как можно быстрее.

Страх — Задействует инстинкт выживания, и тем или иным способом это станет твоим спасением от опасностей. Телепортация, невидимость и неизвестно что ещё может быть твоими способностями из-за этого чувства.

Грусть — Подстегнёт разум для решения той или иной проблемы. Оно отрезает тебя от человеческого аспекта и переключает на божественный разум.

Записи Амико: Вот уже на протяжении недели мне не хочется кушать и нормально спать. А ещё я обнаружила, что коса — это и есть та самая сфера, о которой говорил братик…

По всей видимости, она может превращаться в лампу и плащ по моему желанию. Это удобно, но я до сих пор не понимаю, что делает лампа, собирая с убитых животных голубые огоньки…

А ещё я стала слышать странные голоса по ночам… И да, мне с каждым днём становится всё безразличнее происходящее.

Это так странно. Я даже уже готова простить брату всё, когда вернусь… лишь бы снова оказаться в своей уютной комнате и обнять своего любимого плюшевого зайку. Интересно, как он там без меня поживает…

…

Путешествие в абстрактном пространстве не подразумевает встреч друг с другом. Так что Амико, как бы ни желала добраться до распределителя душ, ничего бы у неё не вышло. Именно поэтому она вместе с Игнием лишь могла стоять в обороне, дожидаясь завершения процесса построения мира мёртвых.

— Осталось немного, скоро придётся возводить первую усадьбу, — сказала богиня, смотря на вихри ядра нового мира.

— Хозяюшка, а место выбрали уже для храма? Или эта честь будет возложена на плечи жрицы?

— Отличный вопрос, Игний! Как только она пройдёт адаптацию, можно будет предложить ей такую возможность. Ты сам как, не устал?

— Ещё держусь, но хочется вернуться в свой камин как можно скорей.

— Скоро уже вернёмся. Чу-чуть осталось.

Высокий столб света вырвался наружу. Окончательно завершилось создание защиты от враждебного нематериального мира. Вторжения теперь не смогут так просто попасть в материальное пространство: для этого будет необходимо разрушить ядро мира.

Амико с облегчением убрала косу, осматривая результат работы…

…

— Это точно настоящий мир, а не из сказок… Почему тут есть гоблины, драконы… Сколько же она пережила, будучи только начинающей богиней… — Тейлор с головой погрузилась в прошлое Амико, перелистывая страницы одна за другой.

[16] Маленькая жрица Тейлор, надеюсь, тебе стало понятней, через что тебе предстоит пройти и с чем встретиться. Как ты уже поняла, этот блокнот, по сути, является проводником к пониманию моих начинающих похождений. Так вам легче понимать, что я когда-то была совсем обычной девочкой, просто оказалась под опекой могущественного папы и получила новый образ жизни.

Так вот, как ты заметила, у меня куда больше возможностей с божественным инструментом, но у тебя ограниченное влияние и взаимодействие. Ты моя жрица-жнец, поэтому используй этот блокнот для заметок, вдруг у тебя появится помощница, которой придётся всё объяснять с самого начала.

Касательно твоих возможностей: практика и ещё раз практика. Без этого никуда.

Твой дом под моей защитой и является временным храмом и разрывом между реальностями. Именно поэтому тебе так не хочется уходить на улицу и исследовать окружающий мир. Поэтому не бойся что-то сломать — духи должны вернуть всё к исходному состоянию. Удачи, Тейлор!

Дальше следуют пустые страницы. Тейлор с опустошённым взглядом смотрела в окно, осмысливая прочитанное и увиденное. Не каждый день удаётся узнать о потустороннем мире, где фантазия становится реальностью, а смертельная опасность — единственным желанием жить.

— Я нахожусь под опекой богини смерти… Ха-х… даже посмеяться невозможно. — Она прикрыла лицо руками. — Ну что же, отчасти твои мечты сбылись, Тейлор. Теперь ты точно можешь одеваться как герои и творить добро, да вот только работа с душами… к чему это всё приведёт потом… А ещё духи, о каких духах она говорит?

Тени в комнате зашевелились, показывая очертания щупалец, которые явно пугали Тейлор своей внешностью. Под лучами света они покрыли всю комнату так стремительно, что даже жрица моргнуть не успела. Чёрное, беспросветное пространство на удивление помогло избавиться от надоедливого уличного шума в ушах и нарастающего беспокойства страха.

Прямо перед носом из тени появились ярко-жёлтые кошачьи глаза, что с явным неодобрением смотрели на Тейлор.

— Ммррр. Значит, она как всегда поступила по-своему. — Умываясь лапками, говорил мурчащий, сотканный из тени кот. — За старое взялась. Хотя это и не удивительно.

С явным исследовательским прищуром, он прыгнул под ноги к начинающей жрице.

— Что? — Тейлор очень сильно удивилась появлению ещё одного незваного гостя.

— Ох-мрр… ещё и подросток. Как же с вами возиться-то не охота. Мало слушаете. Больше играть хотите. Жизнью балуетесь. Наставления не цените… — Жалобы перечисляли одна за другой, словно им нет ни конца ни края.

Кот, словно тень, ходил вокруг Тейлор, принюхиваясь и прислушиваясь к чему-то неизвестному, продолжая свой монолог.

Неожиданно он замер, почувствовав проблемы на изнанке миров, и с неохотой прекратил действия, растворяясь в тенях.

— Значит, слушай. Я помогу тебе освоиться как можно быстрее, но тебе необходимо успокоиться. Твои эмоциональные порывы не слишком хороши для начинающих просвещённых. Давай сотрудничать, пока у нас ещё есть время.

Комната озарилась лунным светом, в котором проявился огромный зал с различными инструментами и оружием. Кулон самовольно в руках Тейлор превратился в косу. А она от неожиданности присела из-за пропавшего стула под попой.

Глава 6 — Это мой дом? Броктон-Бей!?

Неожиданно.

Тейлор очень сильно удивилась, когда перед ней из теней соткались её самые ненавистные личности из школы: София, Эмма и Мэдисон. Подобный шаг моментально выбил из-под ног уверенность в себе. Дыхание участилось, руки задрожали, а коса чувствовала неуверенность хозяйки.

— Как ты уже почувствовала, твоя реакция на этих личностей поистине ненормальна для девушки, перешагнувшей человеческий предел. Ты выше их на голову, — Котейка, словно призрак, воспарил над помещением. — Для начала ты должна понять, что такое потеря эмоций и к чему это может привести в твоём текущем положении. Так что сражайся, девочка, иначе ты не сможешь преодолеть свои страхи и проблемы. Я буду наблюдать за тобой из тени.

В ужасе она наблюдала, как мучительницы с кровожадными ухмылками стали подбирать различные предметы: биту, меч и ножницы. Тейлор даже не могла вымолвить ни слова, смотря на происходящее с одышкой. К такому её жизнь явно не готовила.

Коса неохотно вибрировала от предвкушения сражений, словно живая. Домовёнок грозно топал ножками, смотря на происходящее с явным неодобрением.

— Я… я не смогу… — Жрица смерти серьёзно испугалась реалистичности происходящего.

Руки Тейлор дрожали, а в помещении начали искрить маленькие всполохи молний. Страх подстёгивал подсознательное желание Тейлор спрятаться как можно скорее, из-за чего инструменту пришлось быстро откликнуться на желание хозяйки — превратившись в брошь-паучка, он активировался.

Перенеслась жрица в мир Зазеркалья моментально.

Ощущение, будто тебя проталкивают через узкое горлышко бутылки, было неприятным опытом, но терпимо почти на грани тошноты. Однако после того, как начинающая жрица очухалась, окружение сменилось на отзеркаленную её комнату. Только вот вместо привычной картины происходящего тут повсюду парили странные пылающие мистические огоньки.

— Что сейчас… — сказала она, в ужасе замерев, — случилось?

Тут же все огоньки, словно в замедленной съёмке, медленно останавливались и поворачивались в сторону Тейлор. У каждого круглого шарика проявлялись красные озлобленные глаза, которые с явным желанием поймать нарушителя смотрели на неё. Ей только и оставалось, что запищать в ужасе от страха, — и брошь снова активировалась, вернув Тейлор на поле битвы с мучительницами.

— Поздравляю, теперь ты знаешь, что происходит, когда тобой овладевает страх, — похлопав по плечу Тейлор, сказал кот. — Да вот только толку от того, что ты будешь перемещаться между мирами, если до тебя доберутся в двух измерениях твои страхи. Так просто от проблем не сбегают, Тейлор. Вспоминай прочитанное в блокноте, ведь что-то же должно было отложиться в твоей памяти. Ты уже не просто хрупкая девочка, как-никак жрица и жнец одновременно.

Как же много она хотела сказать и даже огрызнуться на этого странного ворчливого и поучающего кота! Но ведь действительно у Амико тоже что-то похожее было: она оказалась в незнакомом мире и тоже вынуждена была сражаться… Это что же, мне тоже предстоит всё же махать косой?!

А надвигающиеся копии мучительниц лишь подтверждали недобрые выводы Тейлор.

— Я должна сражаться с ними? — Тейлор очень не желала это делать. — Может, хотя бы не с ними… пожалуйста.

— Что такое, Тейлор? Ты уже сдаёшься, как и всегда? — сказала копия Софии. — Никчёмная слабачка. Ни на что не годная наркоманка.

— Да что ты с ней сюсюкаешься? — подхватила Эмма. — Давай просто прихлопнем её наконец-то. Я так давно этого ждала.

— Я постою на страже, пока вы делаете своё дело, — сказала Мэддисон. — Все должны узнать, какая Тейлор на самом деле размазня.

После услышанных слов у Тейлор в разуме словно что-то щёлкнуло. Она с отрешённым взглядом смотрела на неказистые копии проблем своей незрелой жизни. И в то же время ощущала предвкушение от чего-то внутри косы. Словно кто-то или что-то радовалось происходящему настолько сильно, что это ощущение даже добиралось до самой Тейлор. Тем сильнее её эмоции прыгали от страха к гневу и отчаянию. Всё происходящее было на грани добра и зла, здравого рассудка и помешательства.

— Уже чувствуешь суть желания паразитов из твоего мира? Амико сразу заметила их скрытое желание разрушения окружающей жизни. Твоя эмоциональная связь слишком нестабильна сейчас, вот ты и замечаешь узника в своей косе непреднамеренно. Как думаешь, что это может означать? — Кот сел на плечо Тейлор, вцепившись когтями в кофту.

Трио, словно ужаленные, резко побежали в атаку. Первой, как всегда, была София Хесс с гаденькой усмешкой и диким взглядом, она замахнулась мечом.

Увернувшись от удара, Тейлор сказала:

— Это всё неправильно. Так не должно быть…

— Верно подметила. Это то, чего желают инопланетные создания, вторгаясь в разум живых существ. Так что же, ты будешь всё время уклоняться от нападений? Вечно бегать — не лучший вариант.

Тейлор заметила внутреннюю уверенность в своём новом теле. Активно пользуясь отсутствующей усталостью, она прыгала и уклонялась от выпадов мучительниц. Её даже не могли смутить попытки атаки из-под тишка. Единственное, что поднимало в ней гнев, так это повторение школьных издевательств и надоедливых унизительных фраз. Словно заведённые куклы, они распаляли её внутреннее негодование.

Резко и неожиданно остановившись, она взмахнула косой в ответ на замах Софии Хесс. Действие было настолько резким и переменчивым, что тень Софии просто рассыпалась пеплом. А Тейлор с расширяющимися зрачками наблюдала за «смертью» своей мучительницы, проткнутой её лезвием косы.

— Ты сумасшедшая сука, ТЕЙЛОР! — зарычала Эмма, бросая биту в неё и убегая к Мэддисон.

— Что… — ошеломлённая и оцепеневшая от произошедшего, Тейлор не могла прийти в себя. — Что только что… было?

Кот, растворяя убегающих копий мучительниц, спрыгнул с плеча девочки. С явным облегчением он поглядывал на её реакцию и дальнейшие действия. Это важный момент, в котором будет ясно, не ошиблась ли богиня в выборе своей жрицы.

— Концепция смерти во всей её красе. Что же ещё? Ведь ты не думала, что коса — это просто лезвие?

— Чт…?

— Вижу, ты шокирована произошедшим, но не задумывайся. В реальности ты бы только выбила душу из неё, а так как это была имитация, вот так она и рассыпалась. Откуда появилась, к тому и пришла, — говорил он, наблюдая, как пепел превращался в тень, сливаясь с окружением. — Давай разберём случившееся. И можешь отвиснуть, в конце концов? Ничего страшного не случилось.

Тейлор лишь моргнула, уронив косу, и посмотрела на свои руки с явным беспокойством. Ей казалось, что кот попытался странным образом успокоить её, да вот только почему-то для самой Тейлор всё было по-настоящему страшно и нежеланно. Ноги подкосились, на лбу появился пот.

— Я убила человека? Своими руками?

— Не человека, а имитацию, отражение сути человека.

— Но это же всё равно убийство…

— Всё дело в твоём искажённом восприятии. С моей точки зрения, ты только что использовала стандартную силу жнеца побега. С твоей точки зрения, ты убила живого человека. В реальности же ничего из этого не произошло. Просто другого способа пробудить способность к пониманию реальности, что всё происходящее не является игрой, нет. Ты же заметила чужое восхищение тобой?

Тейлор вздрогнула, смотря на косу с явным беспокойством. Сейчас она хотела поскорее оказаться в своей кровати и ни о чём не думать.

— О нет. Не переживай. Это не он на тебя повлиял, а остаточные воспоминания воздействия твоего паразита. Видишь ли, эти проекции были настоящими желаниями оригиналов твоих хулиганок. И, как видишь, к тебе они не испытывают ничего хорошего и не собираются менять это мнение. А учитывая, что одна из них находится под влиянием своего паразита, неудивительно, что такая реакция произошла.

Тейлор обречённо, бессильно осела на пол, а кот подошёл поближе, смотря на неё с одобрением.

— Главное, ты должна понять, что твой мир находится на грани вымирания под воздействием незримых врагов. Или ты думаешь, в каждом мире появляются злодеи и герои, способные летать, стрелять лазерами из глаз и прыгать по стенам, как в супергеройском кино?

— Зачем… зачем ты мне это рассказываешь? Я не понимаю, — с явными слезами на глазах спрашивала Тейлор.

— А кому ещё, Тейлор? Ты будешь со всем этим разбираться в одиночку, и чем раньше осознаешь необходимость тех или иных решений, тем лучше будет для тебя. Как тебя уже предупреждали, твоя роль жрицы и жнеца — нестандартная ситуация. В твоём мире из-за натурального вторжения невозможно занять одну единственную роль. Но ты отлично справляешься, пусть и перенервничала. Инициация она такая — без шока не проходит. Так что извини, но у каждого жнеца свой способ пробудиться, у других проходит и похуже порой.

Тейлор заплакала, не понимая, почему это происходит с ней.

— Да, лучше выплесни эмоции. В будущем тебе ещё не раз придётся пережить нечто подобное. Надеюсь, ты сможешь преодолеть себя и поговорить с отцом. Тебе необходимо разгружаться после подобных приключений. К сожалению, это было самое безопасное событие. А теперь давай поговорим предметно.

Так Тейлор впервые испытала мистический нервный срыв и использовала свои новые способности. Пусть и не заметила многого, но инициация жнеца прошла успешно. Теперь требовалось время, чтобы она пришла в себя и была готова слушать дальше. Тут же домовёнок принёс чай с лимоном и печенье, бережно сворованное с кухни.

…

Тейлор сейчас под воздействием множества ярких и негативных эмоций быстрыми темпами успокаивалась из-за окружающей теневой ауры пространства.

Наконец-то кот объяснил происходящее, представившись Жмуриком, что прячется в тенях Богини и помогает замазывать её ошибки.

Прояснил, что пришёл как раз-таки по своему профилю доделывать незаконченную работу Амико. Ведь где это видано, чтобы новорождённый жнец самостоятельно разбиралась со всеми изменениями, искренне веря, что на каждом шагу не допустит ошибок в суждениях?

Он успокаивал жнеца поглаживаниями своих мягких лапок, что позволило наставить Тейлор на путь истинный.

— Как ты заметила, твоё тело реагирует самостоятельно и лучше, чем обычно. Такая бесконтрольная помощь будет происходить рефлекторно для самообороны. Это тебе поможет быстрее привыкнуть к непривычным движениям и возможностям, недоступным людям. Ну а лично я буду твоим личным помощником на время твоей стажировки. Так что не стесняйся спрашивать, если что-то не понимаешь или не знаешь, как поступить. Я наблюдал за действиями многих новичков — смогу подсказать, если ты запутаешься или оступишься. Главное — если что-то требуется срочно сделать, просто слушай, что говорю, а потом вопросы задавай. Ты сильная, так что справишься.

— Да… — На удивление, атмосфера сменилась на более тёплую для Тейлор, а домашний чай с лимоном согревал изнутри.

Ведь ей сначала хотелось просто блевануть, а потом началась стадия отрицания всего происходящего, а когда её начали успокаивать — чуть не зарыдала. Но что-то со временем как-то улеглось само собой, и почему так случилось, она недоумевала. Поэтому и спросила:

— А почему я так быстро успокоилась? Что происходит?

— Всё из-за стихии, в которой ты сейчас находишься. Общаешься с неживыми в отделённом мире от смертных. На твой новый аспект смерти это влияет очень положительно. Если бы каждый жнец убивался на поле сражения, они бы просто не смогли выполнять работу как нужно. Но давай отойдём от мрачной темы жнеца — это боевое направление, и ты лишь по краешку задела возможности такого титула. Теперь нам необходимо перейти к титулу Жрицы — это гораздо важнее в долгосрочной перспективе.

— Я буду снова сражаться?

— Нет, для начала давай обучим тебя пользоваться сменой обликов твоего инструмента. Самовольные перевоплощения — это хорошо, но никуда не годится для контроля перед свидетелями. Ты же не желаешь показать, как у тебя в руках появляется коса посреди улицы перед людьми или знакомыми?

Отложив кружку в сторону, она посмотрела на него как на идиота.

— Я хочу выйти на улицу. Может, потом с этим разберёмся? Мне нужен свежий воздух, — на самом деле она просто хотела больше простора. Тьма хоть и успокаивала, но ей привычны утренние пробежки по городу.

— Только после того, как освоишься с инструментом. Ты уже не простая девочка, и мир уже не будет прежним. Поэтому давай начнём с простого: желания, на которые откликаются твои способности жрицы и жнеца.

Попытка уйти от обучения не увенчалась успехом. Теперь начинающей жрице пришлось обучаться лёгкой изменчивости и чувствительности связи с косой. Для этого достаточно простого желания и ожидания отклика — подтверждения изменений. Это словно дополнительное чувство, которое требует особого привыкания. Ведь обучение похоже на попытку восстановить работу утраченной конечности, которой никогда и не было.

Таким образом, на всё про всё ушло примерно пять часов в кромешной тьме под наставничеством Жмурика.

— Отлично! Ты делаешь хорошие успехи, — зевнув, он прищуренными глазами смотрел на Тейлор.

— Хм, это даже забавно… Ощущение необычное… волшебство, значит… А что дальше, теперь можно вернуться домой? — С явным любопытством и надеждой спросила она.

— Конечно. Теперь я появлюсь, когда ты окажешься на следующем этапе своего обучения. К примеру, если встретишь призрака или нечисть. Желательно, конечно, сейчас этим заняться, но в твоём доме нет враждебно настроенных сущностей. Богиня уже позаботилась об этом. Не забывай всё, чему научилась, и будь осторожна — ведь мир изменился. Амико уже подготавливает для тебя почву…

И окружающий мир окрасился цветными красками.

— Помни, теперь ты способна жить в двух мирах и видеть их одновременно. Будь аккуратной на своём пути. И зови меня в любое время, Тейлор — маленькая жрица смерти…

Пелена теней спала, кот растворился, а комната перед глазами вернулась к привычной рутине жизни.

— Не прошло и часа?! — Удивлённо воскликнула Тейлор, смотря на настенные часы. — Нужно проветриться… Я не могу сидеть дома после всего случившегося.

Она отчаянно хотела вернуться к сбросу стресса через привычный способ утренних пробежек. Может быть, движение холодного воздуха поможет осмыслить и переварить весь пережитый кошмар. Почти не думая, Тейлор натянула новую одежду, не забыв положить в карман волшебную пуговицу, намотала шарф и тихо выскользнула из дома на улицу — впервые с тех пор, как всё изменилось.

Родной город Броктон-Бей встретил её с обновлённым незнакомым лицом. Привычные очертания домов, тротуаров, деревьев — всё было окрашено холодными тонами наступившей зимы, но поверх этого лежало что-то иное, жуткое и опасное. Над каждым домом клубился странный, неестественно чёрный дымок, медленно стелящийся по крышам зданий. Картина была одновременно пугающе чужой и до боли знакомой. Тейлор замерла, забыв дышать, её взгляд метался по сторонам, пытаясь осознать этот новый вид. Но момент созерцания неожиданно прервал знакомый голос:

— Тейлор? Это действительно ты? — окликнула её через забор соседка с лопатой в руках. Пожилая женщина, чьё лицо Тейлор видела много раз, но имени так и не удосужилась узнать, пыхтя, сгребала снег с тротуара. Её лицо, раскрасневшееся от холода и усилий, расплылось в удивлённой улыбке. — Боже мой, милая! Какая же ты похорошела! И линзы теперь носишь? Глаза такие ясные стали!

— А, нет, — Тейлор замерла, с трудом переводя взгляд с густого чёрного дыма, клубящегося над крышей, на её добродушное лицо. Внутри всё сжалось. Рядом с женщиной, уткнувшись лицом в её валенок, сидело прозрачное, мерцающее, монструозное создание, вцепившееся зубами в ногу. Оно виляло едва видимым хвостом. — Зрение… поправили в больнице. Очки теперь не нужны, — она натянуто улыбнулась в ответ, стараясь не смотреть на призрачное создание.

— Ну надо же! Прекрасная новость! — Соседка оперлась на лопату, любуясь Тейлор. Над её головой дым клубился особенно густо, принимая на мгновение форму тоскливой маски. — Ты сейчас на пробежку собираешься?

— Просто спортсменка! Гляжу, Денни твоего не видно в последнее время, а ты хоть из дома выбираешься. Молодец! — Она вдруг понизила голос, кивнув в сторону порта города: — Только будь осторожна, деточка. По радио слышала, опять что-то в доках творится… Эти бандиты, право, совсем страх потеряли. Будто мир сошёл с ума. Простого житья не дают своими разборками.

«Ты не знаешь, насколько ты права, бабуля», — пронеслось в голове Тейлор. Она почувствовала, как холодный дым с крыши соседнего дома потянулся к ней, словно живой. Монстр поднял призрачную голову и уставился на кулон-паучка у неё на груди. В его пустых глазницах мелькнуло что-то вроде узнавания и страха…, а потом тоска. Тейлор резко отвела взгляд, не желая иметь с этим ничего общего сейчас.

— Спасибо за предупреждение, — поспешно сказала она, делая шаг назад. Холодный воздух внезапно показался слишком густым, обволакивающим. — Я… я просто добегу до парка и обратно. Надо… развеяться.

Не дожидаясь ответа, Тейлор рванула с места по дороге. За спиной ещё слышалось одобрительное: «Умница! Осторожней там!» — но Тейлор уже не слушала. Кроссовки проваливались в снег с явным хрустом, оставляя чёткие следы позади.

…

С одной стороны, теперь во время пробежки окружающие люди пристально наблюдали за Тейлор, а с другой — мрачные тона изменённого города не давали ей окончательно заалеть краской от смущения.

Привычная пробежка по улице теперь сопровождалась ранее незаметными мрачными тонами. Она замечала тут и там странные тени и души когда-то умерших людей, что, словно неприкаянные, продолжали своё существование. Окружающие люди абсолютно никак не реагируют на этот скрытый мир, живя своей обычной жизнью. Порой ей казалось, что эти бедные души людей боялись её самой больше всего на свете, и это поднимало лёгкую уверенность в безопасности Тейлор. Пока перед ней не оказалась странная, ничего не боящаяся призрачная девочка с красным шариком в руках. Сюрреализм был в том, что эта девочка была призраком и имела потрёпанный вид.

— Что тебе нужно? — Тейлор остановилась, настороженно смотря в её пустые глазницы.

Воистину страшное зрелище предстало перед жрицей. Словно обкусанная зверьми 8-летняя девочка плавным движением руки указала пальцем в небо. Где образовывалось чёрное пятно, разрастающееся, словно ураган, по всему небу. Картина происходящего настолько была захватывающая и неестественная, что Тейлор только сейчас поняла, что её левый глаз видит обычное небо.

— Вот же блядь. Что творится-то… — вырвалось от удивления. — Жмурик! Что за чертовщина!

— Всё же столкновение миров не прошло гладко для духовного мира. Так и знал, что добром это не кончится, — появившийся в воздухе кот удивил Тейлор. — Ну что ж, пришло время освоиться с ролью Жрицы. Поможешь первому духу, что не побоялся подойти к смерти лицом к лицу?

Тейлор переводила взгляд с потрёпанной, пожёванной девочки на кота и обратно на небо, беззвучно стараясь передать лицом степень своего охреневания. Но кот Жмурик лишь подталкивал её к девочке лапкой.

Маленький призрак девочки схватил жрицу за штанину и, подёргивая, повёл с улицы куда-то в подворотню, где обнаружились ещё более уродливые и потрёпанные души детей. Их тут было больше пятидесяти, и эта пугающая картина потрясла невинное сердечко Тейлор.

— Эх, знал бы, что так получится, подготовились бы заранее, но что уж поделаешь, пролитое молоко уже не вернуть, — тяжело вздохнув, Жмурик сменил тон на серьёзный. — Тейлор, присаживайся на колени так, чтобы руки были на уровне ладони призраков. Твоя задача — вернуть этим несчастным их естественный облик. Так как мы не имеем ещё храма, придётся действовать экстренно.

— Прямо на снег? — В удивлении спросила Тейлор, уже инстинктивно слушаясь кота.

— Придётся прямо на снег. К сожалению, место скопления душ образовалось в не очень уютном месте.

Словно заворожённая под привычными наставлениями кота, она выполняла его просьбы. Как только колени коснулись снега, первый мальчишка без руки побежал к Тейлор, напугав её до чёртиков своим внешним видом. Кот поддержал за спину Тейлор, чтобы та не отпрыгнула и приняла протянутую руку первого призрака.

— Сейчас твоей задачей требуется желать собрать с них прожитую ношу бытия, что они накопили, не уйдя в загробный мир мёртвых. Желай этого всем сердцем и душой, держа по очереди каждого за руку. Ты справишься, Тейлор. В этом и заключается твоя роль жрицы — помочь душам, которые не смогли уйти сами.

Стоило коснуться руки, как мальчишка задёргался в конвульсиях. С него словно песок отваливались куски призрачного образа, стирая гнойный образ и возвращая всё к первозданному виду перед смертью. Так первый мальчик со слезами на глазах сел в сторону. Всё, что оставалось юной жрице — это сидеть ошеломлённой, в руках с появившимся мешочком и странными ощущениями благодарности от паренька. Пока она не опомнилась, подошёл следующий ребёнок, столь же потрёпанный временем.

Тейлор продолжила процедуру, с каждым разом воодушевляясь благодарностью детей, что переполняли её новое мистическое существование смыслом и желанием помочь.

Каждая рана по-своему отражалась на детях, а воистину волшебное преображение к идеальному телу ребёнка было ярким лучом надежды для Тейлор.

— Ничего сложного на первых порах. Проблема тут с тем, что у тебя в мире ещё не налажены механизмы связи с загробным миром. Придётся искать духов, чтобы навести хоть какой-то порядок. Хм, детишки, а вы нам не поможете? Я понимаю, что вы хотите поскорее отдохнуть, но, может, хотя бы подскажете, где здесь самое резвое существо?

Все как один показали пальцем на девочку с шариком, которая явно выделялась из толпы своим неестественным поведением, стоя в сторонке.

— Хо, а это интересно! — Кот внимательней присмотрелся из-за плеча.

80% совпадения генерации с задумкой.

…

Сплетница.

Утро, как всегда, начиналось с головной боли. Это настолько привычное состояние, что руки сами потянулись к таблеткам обезболивающим. Но, к несчастью для неё самой, последние таблетки были выпиты ещё вчера из-за чёртового очередного задания от босса. Это означало лишь одно: требуется вставать и идти за чёртовыми таблетками в магазин.

— Блядские способности умников. Мало того что голова не прошла со вчера, так ещё и попробуй получить необходимую информацию…

Свалившись с кровати и нехотя поднявшись, она направилась приводить себя в порядок. Сегодня на базе уже отсутствовали её напарники, что возмутило до глубины души. Так бы ей не пришлось самой идти по морозу за таблетками, но все куда-то смотались по своим делам.

Выбравшись на улицу, она вдохнула холодный воздух и направилась в сторону города. Попутно осматриваясь в поисках чего-то интересного.

Холодный воздух Броктон-Бея впивался в кожу, словно тысяча крошечных иголок. Сплетница куталась в тонкое пальто, сожалея, что не накинула что-то потеплее. Голова гудела, пульсируя в такт шагам.

Её способность — «Умника» — обычно работала беспрерывно и безотказно. Люди вокруг были словно открытыми книгами: их мысли, эмоции, обрывки воспоминаний всплывали перед ней, как вспышки света в темноте. Иногда это помогало узнать секреты. Но чаще — раздражало из-за мигреней и ненужных тайн.

До магазина ещё оставалось два квартала, но её внимание привлекло движение в переулке на другой стороне улицы. Там, среди серых стен и снега, сидела странная девчонка на коленях.

Длинные вьющиеся чёрные волосы, спортивная форма и довольно ухоженная одежда. Руки её двигались странно — будто она что-то держала, но Сплетница не получала никакой информации о происходящем. Словно способности отключились и не работали, абсолютный ноль.

Она замедлила шаг.

— Что за…

Лиза привыкла видеть всё или хотя бы обрывки какой-то информации. Но что это за чёрт с этой девчонкой? Ничего не работает. Словно там никого и нет. А головная боль резко прошла.

— Да что тут происходит? — Воскликнула она, не в силах сдержать удивление. — Новый Кейп в городе?

Глава 7 — Маленький намёк.

Мистическое внутреннее ощущение перехватывало дыхание. Прикосновения к душам умерших детей вызывали яркие вспышки боли, когда-то прожитого и увиденного в столь недружелюбном подобии призрачной жизни. Всё это заставляло против собственной воли Тейлор ощущать в себе новую ответственность и желание хоть чем-то помочь им. Благодаря этому её способности действовали бессознательно, на интуитивном уровне.

Так последний мальчишка перестал быть похожим на мёртвого зомби, но остался прозрачным человеком. Тейлор испытывала облегчение от проделанной работы и поддержки кота.

Однако неожиданный голос неизвестной свидетельницы не на шутку встревожил её.

— Да что тут происходит!

Тейлор ощутила начало перемещения в подаренное Амико пространство, как это уже было раньше при инициации. Всё, что она успела, так это заметить девушку с широко раскрытыми глазами от удивления, прежде чем окончательно не оказаться в изменившемся, незначительно мире зазеркалья.

Раздался глухой звук хлопка.

Вместе с миром изменилось и окружение. На месте незнакомки оказался парящий чёрный кристалл, окутанный множеством теней, словно щупальцами осьминога. Они сдерживали что-то невидимое для окружающих, следуя за покачиваниями головы и местонахождением Лизы в реальном мире.

— Это такое странное ощущение. Привыкну ли я? — сжимая брошь-паучка, сказала Тейлор. — К этим изменениями в жизни.

— Действительно. Ты уже прошла инициацию и отлично справилась с осознанным перемещением. — Жмурик подтолкнул её плечо.

Обернувшись, она не ожидала увидеть всех тех детей и кота в зазеркалье. Первое, что бросалось в глаза, — отсутствие призрачного облика детей и очень необыкновенное искажение выделяющейся из толпы девочки с красным шариком, а говорящий кот теперь словно сливался с окружающими тенями. Завораживающая обстановка давила на восприятие реальности Тейлор.

— Та девочка — активная носительница паразита, — кот с раздражением продолжил говорить. — Неудивительно, что потусторонний мир готов раздавить этот сгусток вмешательства.

— Ты хочешь сказать, что она кейп? — спросила Тейлор, осматриваясь вокруг и вспоминая пережитое за эти дни.

— Активный носитель, соединённый с инопланетным механизмом. Благодаря пройденной тобой инициации теперь такие люди для тебя не должны быть проблемой. Но мы отвлеклись от важной темы.

Вытянутые стены и поменявшиеся противоположности со сменившимся днём на ночь и мистической обстановкой дополнились детским смехом и облегчением. Все призраки начали свою активность от неожиданных изменений; увиденное ими сейчас заставляло их смеяться жутким, но детским голосом. Ведь то, что заставляло их страдать день изо дня, теперь подвергалось угнетению и отпору.

Отряхнув колени, Тейлор поднялась. Внутри неё разгоралось любопытство и хрупкая уверенность в своей новой роли бытия.

— Так ты же Нифома! — воскликнул Жмурик, облетая девочку с красным шариком по кругу, будто изучая её с каждой стороны. — Как же я раньше не понял… Тейлор, скорей, подойди сюда!

Резко закончился смех, словно по невидимой указке дети-призраки расступились, открывая прямой путь к их защитнице.

— Неудивительно, что она не испугалась Жнеца, — пробормотал кот, приземляясь перед девочкой. — Тут невероятная удача, что она нас встретила сразу.

— Что ещё за Нифома? — спросила Тейлор, подходя ближе. — И кто она?

— Ни живая, ни мёртвая. Рождённая на границе миров, — ответил Жмурик, не отводя взгляд от девочки. — Нифомы — существа, рождённые наполовину призраком, наполовину фантомом. Когда слишком много душ скапливаются в одном месте, их боль, страх и отчаяние сливаются воедино… и из этой смеси вырастает нечто новое, невообразимое. Не призрак и не дух. Создание иной природы, живущее на границе двух миров.

Тейлор перевела взгляд на девочку. Та стояла, неподвижно сжимая шарик в руках, как нить чего-то очень важного для неё.

— Почему тогда она не говорит?

— Скорее всего, её рождение было болезненным, — тихо сказал кот. — Травмы укоренились, пока она подстраивалась под окружающих духов.

Жмурик повернулся к Нифоме и мягко спросил:

— Ты уже приняла решение? Согласишься ли ты находиться подле Проводницы душ? Станешь ли помогать хранительнице на этой стороне мира, для храма душ?

Нифома открыла рот, и из её рта вырвался лишь беззвучный пар — тёплый, но пустой. Под ногами кромешная темнота расступилась, показывая отражение реального мира. Шарик растворился в воздухе, а она с мольбой посмотрела на них.

— Конечно, поможем. Тейлор, используй кулон! Время дать пристанище для всех этих душ, — скомандовал кот.

Услышав только фразу о кулоне, брошь сменила обличие. Тейлор инстинктивно протянула от груди кулон перед собой.

— Я… я постараюсь помочь вам завершить, как полагается, свой путь. Поэтому прошу подождать вас ещё чуть-чуть, — в роли Жрицы, полагаясь на свои ощущения и не ожидая от себя такого, она продолжила: — Прошу вас согласиться побыть в убежище, отдохнуть и подготовиться к умиротворению.

— Согласны, — заговорили все дети, что окружали Тейлор, Жмурика и Нифому.

Яркий свет вспыхнул, и призраки перевоплощались, словно в сгустки-шарики, залетая в кулон. Тейлор с удивлением наблюдала за мистическим событием, сказанными её интуицией словами. Осознавая свой новый путь и желание поскорее исполнить сказанное.

…

Тем временем в мире «живых».

Лиза с недоумением потрясла головой. По привычке она попыталась воспользоваться своей способностью — получить ответы, осматривая окружение, найти следы случившегося, понять, что только что произошло.

Но ничего не получалось. Словно её внутренний, не замолкающий радар внезапно отключился. Словно… всё исчезло навсегда.

— Что за хрень? Это был новый кейп в городе?.. — пробормотала она, оглядывая пустой переулок. — Какой-то скрытник? Или… подавитель? Нет, это не похоже ни на одного из них. Это было… другое. Что-то странное. Как будто сама реальность сдвинулась. Как у Шейкера.

Она сжала кулаки. Ей очень непривычно было додумывать самостоятельно, не опираясь на способности Умника. Лиза чувствовала себя слепой и уязвимой, а ещё пугала мысль: а если силы не вернутся? Как не потерять полезность для вынужденной работы под дулом пистолета?

Поэтому она быстро решила продолжить свой путь, стараясь не оборачиваться. Вдруг там, за спиной, кто-то всё же ещё смотрит.

— Хоть бы пронесло, — бормотала она. — И работай, уже наконец. Долбанная же сила.

…

Тем временем в «зазеркалье».

— Что я могу сделать для них? Почему мне так грустно сейчас? И как я им собираюсь помочь? — растерянно пробормотала Тейлор.

— Ты сделала первый самостоятельный шаг на пути Жнеца, — как и прежде, Амико появилась неожиданно, но привычно, из разрыва в самой реальности. — Одобряю твоё стремление помочь. Но одного желания мало — впереди много работы.

Нифома задрожала от присутствия Амико. Несмотря на переборовший страх смерти, она ощущала нечто, способное прервать её существование быстро и безвозвратно.

Богиня метнула взгляд на кота и схватила его за шкирку.

— Жмурик! Ты, конечно, молодец, что присмотрел за моей девочкой, но тебе пора домой. Дальше я сама разберусь.

— Тц. Удачи тебе, Тейлор, — пробурчал он, растворяясь в тени. — Нифоме не забудьте помочь…

— Вот наглец самостоятельный, — усмехнулась Амико, осматриваясь вокруг. — Тейлор, смотрю, ты уже завела новые знакомства в потустороннем мире. Я рада, что тебя не отталкивают подобные встречи.

В глазах Тейлор читалась отчаянная мольба — перед ней стояла настоящая богиня смерти, которая наверняка знала, что делать с душами в её кулоне.

— Амико, я… они… им нужна помощь! — выпалила она, едва сдерживаясь.

— Понимаю. Не торопись. Ты уже дала им обещание, а это многое значит. Давай двигаться постепенно.

В руках у богини появился маленький домик, собранный из спичек причудливым образом, словно самодельная поделка.

— Когда-то этот домик был накопителем желаний моего друга. А теперь я передам его тебе. Он станет нашим ответом на «поломку» в твоём мире. Прости, что не подготовила тебя ко всему заранее.

Амико прижала домик к груди, и Тейлор невольно смутилась.

— В твоём мире тот, кого я зову Городошником, перестал исполнять свои обязанности. Он не распределяет души, а копит их, искажает, оставляя гнить в мире живых. Ты восстановила ядра этих детей — теперь они готовы продолжить путь к новой жизни. А этот домик… он поможет им пройти этим путём, минуя того, кто его заблокировал.

— Подожди… Что не так с моим миром? Я не успела тебя раньше расспросить! — выдохнула Тейлор, чувствуя, как у неё перехватывает дыхание.

— Ах, да. Прости, — Амико виновато взмахнула рукой. — Забываю, из-за разницы в восприятии. Я привыкла общаться с душами напрямую. Давай присядем — я отвечу на все твои вопросы.

На пустом месте возник большой мягкий диван. Амико плюхнулась на него, потянув за собой Тейлор.

— Нифома, не переживай, — бросила она в сторону девочки с шариком. — Мне нужно поговорить с жрицей. Она обязательно с тобой свяжется.

Прозрачный барьер, мерцая, отделил их от остального пространства.

— Всё же конфиденциальность для божественных откровений не помешает, — пояснила Амико, и её одежда мгновенно сменилась на милую пижаму, а в руках оказался плюшевый зайчик. — Давай, задавай свои вопросы.

— Ты уже не раз говорила насчёт проблем в моём мире… А сегодня я вышла и увидела странных призраков по всему городу… Это как-то связано? — спросила Тейлор, наконец устроившись поудобнее на диване.

— О да, и самым прямым образом, — Амико перекрестила ноги. — Видишь ли, в каждой вселенной есть свой механизм… назовём его «круговорот духовности». В твоём мире эта система была подвергнута перегрузке. Вмешалась форма жизни, чьи действия… чужды самой идее цикла. А древние правила не позволяют просто так прийти и починить сломанную проблему извне, в отсутствии богов. Вот умирающие и стали застревать в мире живых, накапливая эмоции, рождая тех самых искажённых духов ненамеренно, которых ты видела.

— А… а как же всё работало раньше? — Тейлор смотрела на богиню с широко раскрытыми глазами от изумления.

— Тихо, спокойно. Гармонично. Рождается дитя — и в нём просыпается душа. Умирает старик — и его душа, отправляется на заслуженный отдых перед новым приключением. Отправляясь в новый путь. Просто, изящно, вечно, — голос Амико звучал почти что с тоской. — Когда такой фундаментальный процесс рушится, начинают происходить ужасные вещи. То, что ты видела, — лишь начальные симптомы умирающего мира.

— Но… что это за форма жизни иная? Как это вообще привело к тому, что я видела? К этим детям… — сжала кулон на груди Тейлор.

— Жизнь, Тейлор, принимает формы, которые нашему с тобой образу мышления трудно даже представить, — Амико жестом очертила в воздухе нечто странное, многогранное и размытое. — В твоей вселенной было множество таких форм. И одна из них… она пришла к выводу, что неминуемая смерть — это ошибка, которую нужно исправить. Их путь к исправлению — уничтожение всего сущего в чудовищном эксперименте по достижению решения псевдо-бессмертия. Они не понимают и не принимают, что нарушают естественную суть самой жизни, уничтожая её разнообразие.

— Значит… мы не одни в моей вселенной? — сказала Тейлор, из-за чего пробежали мурашки по телу.

— Нет. И если бы история пошла по другому пути, кто знает… — Амико задумчиво уставилась в чёрное небо зазеркалья. — Может, ваша цивилизация встретила бы иных разумов в мире и сотрудничестве. А может, и нет. Но та реальность, в которой ты живёшь, к сожалению, иная.

Требовалось время, чтобы просто представить подобное, а уж поверить… Но Тейлор уже было легко довериться сказанному — она ощущала исходящие от Амико уверенность и понимание. Она слышала о параллельных мирах без губителей и героев, но осознавать, что множество жизней существовало в её собственном мире где-то далеко и за пределами её планеты, заставляло воображение разыгрываться не на шутку.

Однако такие мысли не имели конца, поэтому она вернулась к насущным проблемам и желанию помочь.

— Дети, которых я исцелила… они теперь в кулоне. Ты говорила, что там души могут храниться по согласию. Но какая их дальнейшая судьба? И что это за спичечный домик? — она кивнула на хрупкую конструкцию в руках Амико.

— Ты улавливаешь суть, — одобрительно сказала богиня. — Раз уж я пришла в этот мир, мне придётся взять на себя роль распределителя — до тех пор, пока твой мир не исцелится. А этот домик… — она бережно протянула его Тейлор, — …станет твоим инструментом. Первым камнем твоего будущего храма и порталом, который будет переправлять души прямо ко мне, в обход сломанной системы.

— Ой… То есть… — Тейлор смотрела на домик, чувствуя, как на неё обрушивается груз ответственности. — А что мне делать?

— Ха-ха-ха! — Амико мягко рассмеялась. — Всему своё время. Давай сначала разберёмся с твоей новой подругой. Остальное ты поймёшь постепенно.

Щелчок пальцами — и звуковой барьер исчез, обнажая нервно переминающуюся с ноги на ногу Нифому. Девочка смотрела на них, полная немого вопроса и надежды.

— Давай поближе познакомимся с дверьми нового для тебя мира, — Амико подтолкнула её к Нифоме. — Соглашение у вас достигнуто, теперь требуется дать имя. Что ты выберешь, будучи жрицей или жнецом?

Последние слова прозвучали для Тейлор слишком неестественно, заставляя лихорадочно перебирать варианты. В памяти всплыли образы из старых книг, которые читала ей мама…

— Ариадна, — выдохнула она, почти не думая.

Прозвучавшее имя повисло в воздухе и… сработало. Оно словно щёлкнуло невидимым замком. Немая до этого Нифома вдруг улыбнулась и кивнула, а её тело растворилось в клубящемся дыму, принимая новую форму для своего бытия. Лишь красный шарик остался парить на прежнем месте.

— Неожиданно… и очень удачное решение, — оценивающе сказала Амико. — Думаешь, это ей подходит?

— Мне кажется… да. Но что сейчас происходит?

— Это закрепление твоего контракта с душой Нифомы. Они, по сути, не имеют формы и подстраиваются под окружение. Сейчас мы узнаем, какое воплощение она выберет.

И действительно, туман рассеялся, обнажив девочку — но теперь она была ещё реальнее. Следов телесных повреждений не осталось, а её лицо… было отдалённо похоже на Тейлор. От этого зрелища у Амико дрогнули уголки губ в лёгкой улыбке.

— Я… — первое слово сорвалось с губ Нифомы, звонкое и чистое. — Говорю!

Слова необычной девочки наполняли светом окружающий мир зазеркалья, отражаясь от стен, пробуждая источники света.

Начинающая жрица выдохнула с облегчением, чувствуя изменение настроения.

— Ты же не человек? — поинтересовалась Тейлор, заглядывая в её слишком ясные, глубокие глаза.

Ариадна наклонила голову, будто прислушиваясь к значению слов.

— Я… помню тепло. Руки. И смех, — она произнесла это с лёгким удивлением, словно адаптируясь к новым чувствам. — Но это как? Я — эхо того, кем могла бы быть. И кем я стала?

— Ох… Блин, — Тейлор провела рукой по лицу. — Куда же ещё больше проблем на мою голову. — Она посмотрела на Амико. — А что мне делать с этим спичечным домиком? Как им пользоваться?

Амико убрала диван и отпустила плюшевого кролика. Тот, ожив, запрыгал по маслянистому полу, убегая вдаль.

— Место, в котором мы находимся, отличается от твоей реальности куда сильнее, чем ты думаешь, — сказала богиня, проводя босой ногой по поверхности. Пол под её ступнёй просветлел, проецируя вид заброшенного переулка в мире живых. — Тебе предстоит долгий путь. Оставь домик в отражении — он станет маяком для тех, кто ищет путь домой.

— А Ариадна присмотрит за новыми душами до твоего следующего прихода.

— Ой… мне просто положить его на пол? — спросила она, осознавая, что теперь здесь может не всё быть тем, чем кажется.

— Вот так просто. Главное, чтобы рука полностью прошла отражение, и тогда отпускай. Потом научишься самостоятельно подобному волшебству.

Используя описанную инструкцию, Тейлор опустила домик на пол, который постепенно погружался в отражение реальности, словно в желе. Ей только сейчас в голову стало приходить, что тут, помимо мрачностей, имеется элемент волшебства, и разгоралось ещё одно желание — узнать об этом побольше.

— Я всё правильно делаю?

— Да, можешь отпускать.

Распространилась рябь, которая, словно волна воды, разошлась по всему отражению и стенам зазеркалья.

— Отлично. Теперь дадим домику время. Через пару дней я займусь переправкой душ. Так что вернёшься сюда и, как обещала раньше, отправишь на перерождение детей, — Амико улыбалась, потрепав Тейлор по голове. — А теперь тебе нужно возвращаться домой. Твой отец волнуется.

— Но, а как же Ариадна? Что с ней?

— Я прослежу, и буду ждать вашего возвращения, — сказала Ариадна.

— Будь аккуратна, этот мир ещё не построен. Тейлор только начала ткать его. Хотя, я думаю, нужно его чуть-чуть расширить, — Амико зачесала волосы и сказала: — Тейлор, пройдёмся до твоего дома пешком, так Ариадна сможет позвать тебя в любой момент, если понадобиться.

— Ладно, — задумавшись, жрица лишь могла только кивнуть.

Прогулка с Амико стала расслабляющим моментом после всего произошедшего, и тем неожиданней начался разговор.

— Спасибо… — тихо сказала Тейлор, сжимая в руках тёплый кулон. — Спасибо, что не бросила меня одну в этом…

Амико пожала плечами, осматривая расширяющуюся границу мира зазеркалья, постепенно приближающегося к дому Эбертов.

— Всё же я уже вмешалась и изменила твой путь. Мне бы было самой противно использовать тебя вслепую, — так же тихо, в тон, отвечала богиня. — Хотя боги обычно так и должны поступать, оставляя избранных со странными намёками.

В глазах Амико вспыхнули искорки негодования, увиденного за посещения множества миров. Даже пол покрылся трещинами от негодования, затаившегося глубоко внутри богини смерти.

— Помнишь? Я сказала о нарушении правил, когда позволила попрощаться тебе с мамой.

— Правил? Ты говоришь о чём-то серьёзном? — удивлённо спросила Тейлор.

— Посещение миров не проходит бесследно для настоящих владельцев. Так я повстречала умирающее божество твоей планеты, — вздохнув, она продолжила. — Последний вздох души этого мира. То, что вы называете природой.

— Она умирала, задыхаясь от яда, что разъедал её изнутри. Ты видела тот чёрный дым над городом? Это и есть симптомы её болезни.

— И она… она попросила меня о помощи. Давая право на вмешательство. Меня расстраивает в этой ситуации, что именно так меня подтолкнули к выбору тебя.

Тейлор остановилась, будто наткнулась на невидимую стену. Слова Амико эхом отдавались в её черепе. «Идеальный кандидат». «Умирающее божество». «Подтолкнули к выбору».

— То есть… — её голос сорвался, — …моя боль, моё одиночество… всё это было… удобно? Удобно для какого-то плана?

— Божества — это жизнь иного порядка, которая может за мгновение заглянуть на годы вперёд. И то, что она увидела мои действия и твои на годы вперёд, каждый раз передёргиваюсь от этого… Но суть в том, что она попросила помощи, и именно поэтому, по мимо роли жнеца, тебе была дана роль жрицы.

— А как это связано со мной?

— Она назвала тебя идеальным кандидатом на исцеление. Кто знает, о чём она думала, может, надеялась на возрождение. Теперь-то уж это доступно, я как бы принесла сюда возможность перерождения…

— Значит, мама…

— Угу, твоей маме было позволено побыть в мире живых ещё один день не просто так, а с полным одобрением мира. Видела бы ты её состояние… зомби, брр… Печалит меня такое. Но мне хотелось, чтобы ты знала, почему твоей маме пришлось уйти на перерождение.

Так образовалась тишина, густая и тяжёлая. Тейлор стояла, чувствуя, как под ногами колеблется почва её старой жизни. А потом она сделала шаг. Не в сторону от Амико, а вперёд, по дороге, что они шли вместе. Если её боль можно было обменять на шанс спасти других от такой же участи… что ж, тогда это был честный торг. А сказать, что ей изменения не нравятся, было бы ложью. Ведь всё, что происходит, пока не несёт ничего плохого. Хотелось бы только вернуть подругу Эмму и восстановить семейные отношения до конца.

От Автора: У картинки фон не тот...

Глава 8 — Семейный встречи вечерком.

21 ноября, вечер. Дом Эбертов.

Ему снился сон — противоречивый, грустный и в то же время мягкий, словно отголоски давно оборванных связей пытались восстановить утраченную суть. Впервые за долгие-долгие месяцы Денни смог выспаться по-настоящему. Его разум наконец перестал терзаться привычной тревогой о завтрашнем дне, а тело ощущало приятное онемение после глубокого сна. Открыв глаза, он сразу же посмотрел на настольные часы. Цифры показывали 18:00.

«Уже шесть вечера? Давно пора вставать…» — с лёгким шоком подумал он.

Потянувшись и зевнув, он приподнялся с кровати, ощупывая ногами ночные тапочки. Вместе с привычной утренней вялостью постепенно возвращались воспоминания о вчерашнем дне — по телу пробежали мурашки, а на глаза навернулись слёзы, напоминавшие о пережитом.

Лишь скрип деревянного пола окончательно вывел его из оцепенения. С трудом умывшись, он спустился в гостиную.

Отсутствие дочери встревожило его и без того шаткое душевное равновесие.

— Тейлор! — громко позвал Денни.

«Где же она может быть? Может, я не заметил. Может, она в своей комнате?» — размышлял он, поднимаясь обратно.

Пустая комната дочери пробудила в нём новую волну тревоги. Попытки дозваться Тейлор и обыскать все оставшиеся помещения в доме не принесли результата. Он начал паниковать.

— Куда она могла деться? Что я упустил?.. — нахмурившись, он попытался думать рационально, сидя на диване в гостиной. И вдруг — точно! Телефон!

«Где-то тут должна быть коробка с номерами. Хоть бы Тейлор взяла с собой телефон…»

Пальцы дрожали, когда он набирал номер с бумажки. Его одолевали сомнения насчёт такого звонка и боязнь повторения печальной истории прошлого. Вдруг она сейчас переходит дорогу… Страхи пытались взять над ним верх, но он не стал терпеть нарастающей тревоги. Собравшись с духом, Денни нажал на зелёную кнопку вызова.

Раздались гудки… первый, второй, третий. Послышался щелчок.

— Да… Папа? — ответил девичий голос Тейлор.

— Тейлор! Ты где сейчас? — взволнованно спросил отец, сжимая трубку.

— Возвращаюсь домой после пробежки… — виновато прозвучал голос. — Мне нужно было подышать воздухом…

— А, да… Хорошо… А я вот недавно проснулся.

После этих слов между ними повисла немая тишина. Амико усмехнулась, подтолкнув Тейлор шагать дальше.

— Я не стала будить тебя, — ответила дочь с явным беспокойством. — Подожди меня пару минут, и я буду дома.

— Понял. Можешь не спешить.

— Ладно, но, пап, ты точно в порядке?

— Да… Думаю, да, в порядке. Жду тебя, дочка.

— Скоро буду! — Звонок оборвался.

Глубокий выдох послышался в пустующем доме. Денни с облегчением выдохнул, почёсывая затылок. Корил себя за странные мысли — ведь его дочь и раньше часто выходила на улицу. Почему сейчас он так запаниковал?

«Всё же Аннет была права: с телефоном действительно спокойнее», — мысленно пожурил он себя, направляясь заваривать чай.

…

Убрав новенький телефон от уха, Тейлор с озадаченным взглядом посмотрела в пустоту.

— Нужно быстрее возвращаться домой. Там с папой явно что-то не так.

— Твой дом уже близко. Просто вернись в реальность, как и раньше, — тепло сказала Амико. — Я всегда буду с тобой на связи. Не бойся звать меня мысленно или просить о помощи.

— Уже уходишь? — жрица остановилась.

— Нужно продолжать работать, — Амико, изобразив унылый вид «раба-зомби», начала рассеиваться. — Со всем постепенно разберёмся, не переживай…

— И она исчезла.

Стоя на улице этого странного, искажённого города, Тейлор сжала брошь-паука с рубиновыми глазами и ощутила знакомое чувство перемещения в реальность.

Её неожиданное появление в мире живых никем не было замечено. Контраст между тёмным зазеркальем и ярким, живым Броктон-Беем на мгновение заставил её замереть. Теперь перед ней лежали привычный асфальт и тротуары, а убранный снег громоздился сугробами по краям дороги.

— Повезло, что меня никто не увидел… Надо быть аккуратнее в следующий раз.

Тейлор сделала первый шаг к своему дому, где её уже ждал не такой встревоженный отец.

…

Стук каблука заполонил необычное пространство домика между мирами. Хозяйка вернулась, чтобы расслабиться после очередного изнурительного сражения за новый загробный мир. Однако что-то здесь было не так.

— Какого?

С явным шоком Амико наблюдала за дверью между миров — раскрытой нараспашку и запачканной разноцветными красками и подтёками, будто через неё пронёсся радужный ураган.

А что творилось в гостиной — это был ужас, просто ужас. Её помощники-щупальца из теней были выкрашены в кислотно-розовый, ядовито-зелёный и уныло-сиреневый цвета и, вместо того чтобы наводить порядок, вяло перебирали конечностями, рисуя на паркете грустные смайлики. Весь привычный, строгий чёрно-серебристый быт был нарушен этой навязчивой, излишней цветастостью. С потолка капала липкая, пахнущая акварелью субстанция, а с кухни доносился девичий звонкий голосок и шипение масла.

— Так, Игний! — голос Амико понизился до опасного, ледяного шёпота, в котором звенели осколки тысячелетий. — Почему без моего разрешения впустил гостя?

С раздражением и жутким взглядом, от которого даже воздух затрепетал, Амико двинулась на кухню. Её чёрно-белое платье, обычно безупречное, теперь отбрасывало радужные блики от разлитого повсюду хаоса.

На пороге она застыла.

В центре кухни, конечно же, был не Игний. В центре стояла она — головная боль и… спасительница? Девочка-подросток в просторной, до пят, рубахе, забрызганной красками всех мыслимых оттенков. Её волосы цвета осеннего клёна были собраны в беспорядочный пучок, из которого торчали разноцветные прядки. В руках она с виртуозным, почти воинственным видом орудовала кистью вдвое больше её самой, используя её как лопатку, чтобы перевернуть на сковороде… блины. Блины, которые в полёте принимали форму сердечек, котиков и звёздочек.

Игний же, её верный спутник, сейчас трудился в виде миниатюрного пламени под абсурдно огромной сковородой. Крохотные язычки синего огня с сосредоточенностью лизали её края, вырисовывая замысловатые узоры. Он трещал и шипел от удовольствия, поглощённый процессом и не обращая ни на что внимания.

— Приве-е-ет, Ами! — девочка обернулась, и её лицо, испачканное мазками ультрамарина и охры, расплылось в ослепительной, беззаботной улыбке, от которой даже мрак в углах на секунду отступил. — Как дела? А я тут вот в гости зашла.

Амико закрыла глаза. Сделала глубокий, очень глубокий вдох. Запах оказался помесью жжёного сахара, ладана и вишнёвой гуаши.

— М-да… — выдохнула она, открывая глаза. Взгляд её был тяжёлым, как на грани взрыва. — И тебе… не хворать, Краска. Какими ветрами тебя занесло прямо в мою кухню? И, что самое главное, — она бросила убийственный взгляд на Игния, — кто без спроса открыл дверь?

Трудяга этого переполоха, Игний, не отвлёкся от готовки, лишь зашипел громче и выбросил в воздух искорки в виде радостного смайлика.

— Ой, да не ругай его! — Краска махнула огромной кистью, и в сторону Амико полетела россыпь блестящих, невесомых брызг, которые растворились, не долетев, оставив в воздухе запах счастья и клубники. — Я так соскучилась! И вообще, — она подскочила ближе, глаза её горели азартом охотника за сплетнями, — а ты знаешь, что мне нашептала наша драгоценная Картина Мудрости?

Амико почувствовала, как у неё начинает ныть висок. Она знала, что сейчас будет.

— Она сказала, — продолжила Краска, не замечая её реакции, — что ты нашла себе потеряшку! Такую же, как ты сама в младшие годы! Ну и где же она? Покажи-покажи!

Взгляд Амико скользнул по родному, но изувеченному цветом дому, по довольному Игнию, по сияющему лицу названной сестры. Гнев медленно таял, сменяясь старой, знакомой усталостью. Усталостью от вечной ответственности перед лицом вечного беспорядка.

— …И я тебя рада видеть, — тихо произнесла она, и это была чистая правда, от которой Краска на мгновение смолкла. — Но насчёт «потеряшки»… она не «такая же». Она — другой человек. Совсем ещё хрупкая и только вставшая на путь. Я не собираюсь показывать её, как диковинку, для твоих игр.

— Ой, ну что ты! — Краска замахала руками. — Просто… познакомишь? Хоть одним глазком? Пожа-а-алуйста!

И в её голосе, среди всей этой дурашливости, прозвучала такая искренняя, почти детская тоска по чему-то живому, не божественному, что Амико не выдержала и сдалась. Она взмахнула рукой.

Над кухонным столом, между парящих блинов-котиков, сгустилось пятно тьмы. В нём, как в окне, возникла Тейлор. Она была на семейном ужине с отцом, о чём-то они разговаривали. За долгое время на лице жрицы наконец-то появилась робкая, чистая улыбка.

Краска замерла. Её широкие глаза стали ещё шире, переливаясь разными цветами.

— Ого-го-го… — прошептала она, и в её шёпоте не было прежней шаловливости. Было восхищение. — Какая же она… яркая внутри. Горит желаниями, а эти эмоции… чистейший ребёнок. Познакомишь?

— Может быть. Позже? — Амико погасила проекцию, и тень рассеялась. — Её измерение, Краска… оно хрупкое и сломанное в самом основании. Твоё «улучшение»… для него может стать ядом, если переборщить или поторопиться. Помнишь мир Грёзы?

Краска поморщилась, как от внезапной боли. «Мир Грёзы» был их общей трагедией. Мир без богов, где планы, рождённые из лучших побуждений, обернулись кровавыми слезами и смертями.

— Опять ты за своё… — Краска потупилась, но тут же воспрянула, и в её глазах мелькнул вызов. — Конечно, помню! Но мы же учимся! Сколько лет уже прошло…

— Прости, просто этот мирок пока тесен для нас обеих, и я не хочу повторений, — сухо парировала Амико, но её взгляд смягчился. — Здешние люди… они не живут, а выживают. Наше резкое вмешательство может сломать всё.

Наступила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием Игния. Краска подошла к столу, взяла самый совершенный, золотисто-коричневый блин и молча протянула его Амико.

Амико посмотрела на блин, затем — на сестру с испачканным лицом и глазами, полными бездной невысказанных чувств. Взяла. Отломила кусочек. Вкус оказался… тёплым. По-детски простым. Будто напоминал что-то давно забытое и ностальгичное.

— Ладно. Оставайся, — с неохотой сказала Амико, отводя взгляд. — Но правила: никаких шалостей. Никаких сюрпризов. И, Отец меня сохрани, никаких «улучшений» без моего слова. Понятно?

Лицо Краски снова озарилось такой солнечной улыбкой, что все нелепые пятна краски в доме ненадолго засветились изнутри жёлтым светом.

— Постараюсь! — выпалила она, а затем, понизив голос до шёпота, добавила: — Так кто же она на самом деле?

— Приберись тут, в конце концов, а я тебе расскажу…

…

Кухня/Гостиная. Дом Эбертов.

Тейлор бесцельно размешивала чай. Сахар давно растворился, но монотонные движения ложки были единственным звуком, разгоняющим странную тишину дома. Она украдкой взглянула на потрёпанного жизнью отца, не решаясь начать разговор первой.

Денни напротив осмысливал происходящее. Его взгляд то и дело скользил по изменившейся дочери, и он с удивлением ловил себя на мысли, что начать разговор — невероятно сложно. Именно эта нерешительность образовала бытовую тишину.

— Тейлор… — его голос прозвучал хрипло, и он откашлялся. — Я… я знаю, что слова ничего не изменят, но всё же хочу извиниться перед тобой.

Дочь перестала мешать чай, удивлённо взглянув на отца.

— Пап, тут не за что извиняться… — она опустила взгляд. — Я и сама скрывала многое от тебя. — Отложив чайную ложку в сторону и сделав глоток уже остывшего чая, она тяжело выдохнула. — А теперь всё стало ещё запутаннее, и я не знаю, что будет дальше…

— Может, поделишься, что с тобой происходит? — тихо спросил Денни, стараясь не спугнуть. — Я хочу помочь. Чем смогу, конечно… — он отхлебнул крепкого кофе, будто ища в нём смелости и стабильности. — Может, мой жизненный опыт хоть чем-то поможет? Справиться с… с подростковыми проблемами?

Тейлор горько усмехнулась сказанному. Она множество раз представляла этот разговор, пока переживала сказочный опыт из тёмной сказки. Но что она могла ему сказать, не сломав его окончательно?

— Не думаю, что твой опыт сталкивался с подобным. Всё… всё намного сложнее, пап. — Она замолчала, собираясь с мыслями, и наконец заговорила: — У меня с самого утра начался довольно странный день. Когда я проснулась…

Фантастический рассказ о приключениях Тейлор тревожил Денни. В его мировоззрении не было места чему-то подобному, но всё же он заметил то, чего Тейлор по неопытности не заметила, когда рассказывала.

— Так у тебя началась новая жизнь в тёмной фантастике. Не сказал бы я, что ожидал такого. — Денни потёр виски, размышляя. — И какова твоя роль во всём этом?

— Спасти мир, пап… — Вот сейчас Тейлор сказала это и засомневалась в себе. — Но я не знаю, справлюсь ли…

— Я тебя не пущу ввязываться в битву с кейпами. И эти призраки, духи… Я, конечно… не ожидал такого… — Денни штормило эмоционально. — Как-то мы не планировали, что у тебя заведутся знакомства среди богов… и чего-то ещё мистического. Тейлор, а может, постараешься найти подругу из людей?.. Я, хотя бы, буду меньше волноваться.

Ей очень хотелось сказать «да», но в ней боролись желание просто согласиться, чтобы его успокоить, и понимание, что её новый мир слишком сложен для таких простых ответов. Поэтому маленькая жрица приняла внутреннее решение.

— Пап, мне нужно место для практики и всего такого необычного… — С горькой улыбкой она продолжила. — Я не думаю, что это хорошая идея размахивать косой на глазах у прохожих.

Прежде чем отец успел что-то сказать, Тейлор, зажав кулон в руках, превратила его в нереалистично чёрную косу с голубым лезвием.

Денни почувствовал холодок по всему телу и с горьким осознанием постарался не выдать всех эмоций от такой явной преображения дочери.

— Я постараюсь что-то придумать, дочка. — С горькой улыбкой он увидел крах фантазий о нормальной жизни. — Может, у меня на работе найдётся пара пустующих складов.

— Правда? — Удивлённо посмотрела на отца. — Это же… Здорово!

— Тейлор… просто хотя бы делись происходящим, я… — устало выдыхая, — я всё же хочу восстановить наши отношения. Пусть это и звучит странно после всех наших проблем. Ведь в этом мире нет ничего важнее тебя!

И эти слова заставили замкнутую дочь кинуться в объятия отца.

«Как я теперь должна действовать, но я так рада, что не знаю, что и сказать. Ууууу…. »