Маленькая пекарня: миллионер за кассой

Глава 1

- У Вас три кредита, и Вы просрочили все выплаты. Банк не может одобрить еще один кредит.

- Даже на то, чтобы погасить один из существующих кредитов?

Девушка в фирменном шарфике отрицательно покачала головой.

Кристина в отчаянии заломила руки. Во всем виноват этот мерзавец Костя и его мамаша! Угораздило же выйти замуж за мужика, помешанного на матери. Любить маму - это нормально, но его любовь переходила все границы. По любому слову он срывался к ней, каждый вечер после работы сначала ехал к маме, ужинал и обсуждал работу, и только потом приезжал к жене. Вся жизнь Костеньки вертелась вокруг только одной женщины. Последней каплей стало желание мамашки понтонуться перед подругой и купить ей дорогой подарок на день рождения. Благоверный, не раздумывая, отдал матери двести тысяч рублей, которые они копили на отпуск. Два года копили, чтобы слетать в приличный отель в Турции на «все включено». А мамаша купила на эти деньги подруге букет. И не сказать, что та была сильно впечатлена таким подарком. Кристина проплакала всю ночь и на утро пошла в адвокатскую фирму подавать на развод. Она и не знала, что следующие пять месяцев свекровь превратит ее жизнь в ад. Звонила каждый день, орала в трубку всякие ругательства, мол, девка забрала лучшие годы жизни ее сыночки и выдумывала новые безумные теории, как Кристина сгниет без ее Костика, ведь он - лучшее, что было в ее никчемной судьбе.

Чтобы прекратить выслушивать истерики и трепать себе нервы, Кристина съехала в съемную квартиру и сменила номер телефона. Муж запрещал ей работать, поэтому еще до свадьбы женщина ушла с работы. А после развода ее никуда не брали - слишком давно не было практики. Тогда Кристина и решилась открыть свою пекарню.

Но сейчас мысль назойливым комаром вертелась вокруг Кристины. Так ли чокнутая мамаша Костика была не права, если сейчас отказали в последней надежде на кредит? Женщина вышла из банка. Солнце пригревало, вода в фонтане на площади журчала и искрилась, но настроения это не прибавило. Если дела в пекарне не пойдут в гору, бизнес придется закрыть и снова искать работу. А это означало крах мечты. Всю жизнь Кристина мечтала о своем деле, и решилась на это только после развода. Когда, если не сейчас, подумала она тогда. Когда открыла маленькую пекарню, радости не было предела. И сначала все шло отлично. Но вот уже несколько месяцев расходы значительно превышали доход. То печка сломается, то замок на двери начнет заедать. А на той неделе прорвало трубу и затопило весь пол кипятком.

Состояние пекарни полностью отражало внутреннее состояние Кристины. Внешне красивый фасад скрывал полный раздрай внутри.

Кристина решила пройтись пешком, ей надо было проветрить голову и подумать, что делать дальше.

Ветер раздувал волосы, и они постоянно оказывались перед глазами, поэтому Кристина завязала их тугой резинкой. Прическа и макияж не были ежедневной рутиной женщины. Но сегодня она должна была выглядеть презентабельно в банке. Это все равно не помогло, к чему теперь стараться?

Женщина всю дорогу пыталась придумать выход, но уже стоя на пороге пекарни, призналась себе, что так ничего и придумала. Рольставни, закрывавшие пекарню, пока она отсутствовала, разрисовала какая-то шпана. Теперь придется еще и краску покупать, чтобы закрасить их кислотные надписи. Кристина наклонилась к замку, державшему рольставни, и повернула ключ. Железная конструкция сложилась гармошкой и поднялась наверх.

Кристина выдохнула. Что бы не было, она разберется, снова сможет подняться и отстоит свое дело. Как именно – придумает позже. Она и так задержалась сегодня с открытием. Надо быстро напечь хлеба и круассанов, чтобы заработать хоть что-то.

Женщина включила любимый плейлист, и из колонки послышался легкий французский джаз. Кристина улыбнулась, повязала фартук и надела одноразовые перчатки. Замесила тесто, подпевая мелодии.

Вскоре первая партия круассанов отправилась в мини-печку, стоявшую за прилавком. Пекарня была очень маленькая, но уютная. Внутри поместилось всего два столика, но Кристина расположила витрину прямо у панорамного стекла на улицу, чтобы прохожие видели свежую ароматную выпечку.

Круассаны в печке поднялись, нарумянились. Маленькую пекарню заполнил аромат свежей выпечки. Кристина вынула поднос и поставила выпекаться следующую партию. Один круассан кусила и держала зубами, пока остальные выкладывала на витрину. Это была ее маленькая традиция – съесть что-то из первой партии выпечки – на удачу.

Пританцовывая, хозяйка пекарни испекла ватрушки, булочки и поставила выпекаться два багета. Две девушки с интересом разглядывали витрину и, не выдержав, взяли по кофе и круассану.

Кристина красиво оформила и подала дамам за столик их заказ. Она долго гуляла по барахолкам, прежде чем нашла ту самую посуду. Ей еще пришлось торговаться с продавцом, чтобы выкупить маленькие подносы. Затем она их бережно отчистила и наполировала. Купила белоснежные тканевые салфетки и сама гладью вышила логотип пекарни. Не прошли даром уроки труда в школе. Сейчас Кристина была счастлива, видя, в какой восторг покупателей привела такая милая подача.

У витрины на улице стояла женщина с ребенком и рассматривала ассортимент. Кристина улыбнулась малышу, и он помахал ей маленькой пухлой ручкой.

Настроение, которое Кристина создавала себе последние часы, рухнуло, как только порог переступила пара ног в коричневых широких мокасинах с бахромой и кисточками. Кристина сразу узнала эту старомодную обувь. Такие на ее памяти носил только один человек. Человек, которого она больше никогда не хотела видеть в своей жизни. Ее бывшая свекровь. Зинаида Павловна со сложенными тонкой трубочкой губами, накрашенными яркой алой помадой, и со своей неизменной гигантской сумкой прошла к стойке.

Кристина улыбнулась, сделав вид, что не узнает женщину.

- Добрый день, что-то желаете?

- Желаю, милочка, чтоб ты сдохла!

Тетка проорала это в своей привычной манере, брызгая слюной на только что протертый и продизенфицированный прилавок. Болтавшие за столиком девушки притихли.

- Слушай сюда, мерзавка. Посмела открыть паршивую кофейню и возомнила себя бизнесвумен что ли? Да кто ты такая? Потаскуха – вот кто ты! Кто будет есть твою вонючую выпечку? Да небось тут крысы и тараканы ползают по витринам, ведь хуже хозяйки, чем ты не найти! Мой Костик не просто так бросил тебя, а ты, тварь неблагодарная! Тетка с силой положила свою гигантскую сумку на прилавок.

Женщина с ребенком быстро ушла от прилавка, косясь на гостью. На словах про крыс девушки также встали и попытались пройти мимо тетки на улицу. Но она была такой полной, что девушкам с трудом удалось пропихнуться мимо нее. Тетка и не пошевелилась, она продолжала сыпать проклятия в адрес бывшей невестки, а затем схватила со стола чашку с недопитым девушкой кофе и швырнула в Кристину. Та еле успела увернуться. Чашка угодила в стену, разбилась о плитку и разлетелась осколками по всей кофейне.

Кристина инстинктивно закрыла руками лицо.

- Ты у меня еще попляшешь, дрянь негодная! Я сживу тебя со свету, мелкая мразь!

Тетка погрозила кулаком в сторону хозяйки пекарни и гордо удалилась, цокая медными накаблучниками на своих мокасинах.

На улице несколько зевак с любопытством наблюдали эту сцену.

Кристина не хотела убирать руки от лица. Но тетка ушла, и ей надо было прибраться. Еще и чашку разбила – новая запись в статье расходов.

- Мой Костик не просто так бросил тебя, - тихонько передразнивала непрошеную гостью Кристина, выметая осколки и намывая полы. – Вообще-то я его бросила. Да кому вообще сдался мужик, помешанный на мамке. И да, я открыла пекарню. А он чего добился к своим сорока?

Кристина глубоко выдохнула. Она должна была это все высказать тетке в лицо, но почему-то не могла. Застыла, как вкопанная, и молча слушала оскорбления. Ей бы хоть раз ответить, но Кристина вечно замирала как статуя, ожидая, пока поток ругательств не иссякнет.

Кристина осмотрела пекарню. Хорошо, что продукция на витрине защищена стеклом, и туда не попали осколки, а вот новую партию булок, ожидавшую своего часа у мини печки, придется выкинуть, ведь в них могло попасть стекло. Рисковать здоровьем посетителей Кристина не могла. Поэтому она с жалостью отправила булочки в мусорку. Ничего страшного, приготовит еще. Самое страшное на сегодня уже произошло. Хотя тут Кристина не знала, что страшнее: что свекровь нашла ее или что в последнем кредите отказали.

Глава 2

Анатолий Ларионов сидел в кожаном кресле и просматривал очередной отчет компании. За спиной раскинулся вид на крыши домов и центральную площадь с фонтанами и цветником. Самый дорогой вид в этом городе. Цифры в отчете Ларионову не нравились. Нет, они были большими, графики демонстрировали уверенный рост. Но вот уже несколько месяцев он топтался на месте - нужен был новый проект для развития, это Ларионов отлично понимал. Чего он не понимал - какой именно проект можно придумать. Казалось, всё, что можно, в сфере доставки уже придумано.

Несколько лет назад Анатолий Ларионов создал приложение доставки, как раз перед пандемией. Тогда это оказалось очень востребованным форматом. И сегодня у бизнесмена была своя фирма по доставке еды и кикшеринговая компания. Эти два бизнеса не только помогали Ларионову держаться на плаву, но и сделали его миллионером.

Мужчина открыл приложение соцсети в телефоне. Последнее время он все чаще залезал в него, чтобы бессмысленно полистать ленту. Это успокаивало. Какая-то дамочка делала распаковку очередной сумки. Какие-то малолетки танцевали очередной странный танец. Какой-то блогер пилил контент, устроившись работать на завод.

В голове Ларионова что-то щелкнуло. Мысль быстро показалась и тут же юркнула куда-то в потемки разума, как Джонатан Андерсон. Ухватить ее не удалось, и мужчина отмотал обратно к ролику. Блогер сделал грим, чтобы его не узнали, и устроился вахтером на завод. Совершенно глупый ролик, по мнению Ларионова. И что тут могло заинтересовать? Он отложил телефон и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Ролик не шел из головы.

Иногда подсознание посылает нам сигналы. Кто-то их понимает, другим сложнее интерпретировать подсказки. Но важно вовремя понять, что нам дали шанс, и не упустить его. Потому что если начать разгадывать этот ребус, вселенная даст еще больше подсказок, а может и вовсе приведет к заветной цели.

Ларионов нехотя разлепил глаза, он чуть не уснул в кресле. А ведь еще только три часа дня. Давление, магнитные бури, ретроградный Меркурий - его помощница каждый день придумывала новые причины для такого состояния босса. Сам же Ларионов списывал все на недосып - он почти не спал по ночам, пытаясь придумать новый проект. И чем дольше не мог придумать, тем быстрее сокращались часы сна, и с удушливым придыханием подступала паника.

Мужчина встал из-за стола, стянул с вешалки пиджак, надел и поправил белоснежный воротник рубашки, сунул телефон в карман и отправился на улицу. Ему нужно было пройтись на свежем воздухе, заодно зайти куда-нибудь купить бодрящий кофе.

Помощница Лика, сидевшая за стойкой и болтавшая ногой, раскладывала карты таро.

- Анатолий, Вы сегодня встретите свою судьбу! Не упустите ее!

- Судьбу? – Ларионов ухмыльнулся, но помощница продолжила с серьезным видом, она уже привыкла к сарказму шефа.

- Да-да, судьбу. Неожиданно, но она изменит вашу жизнь коренным образом.

- Это карты сказали? – Ларионов заглянул за стойку.

- Да. Видите, эти три подряд – довольно редко встретишь.

- Карты сказали, что я встречу судьбу, и она изменит мою жизнь. Лика, что за глупость?

- Женщину, Вы встретите женщину, которая предначертана Вам судьбой.

Ларионов отмахнулся и поспешил на улицу. Он отчаялся встретить женщину, которая бы смогла его заинтересовать. То есть многие женщины его могли заинтересовать, но большинству из них нужны были деньги бизнесмена, и они видели в нем лишь пухлый кошелек. Перед свиданием такие девушки гуглили его, а потом старались обольстить. Одна предприимчивая особа даже разыграла мнимую беременность, которую не подтвердили ни в одной клинике. Тогда она знатно обиделась на него, хотя за что, он так и не понял.

Солнце слепило глаза, совсем не способствуя высокой активности.

Ларионов перешел на другую сторону улицы, в тень. Дошел до конца дороги и свернул за угол. Он не планировал маршрут, шел туда, куда несли ноги.

Остановился, как только свернул за угол. Его тут же поймал в плен и укутал запах свежей выпечки. Сладкий, масляный, такой дразнящий. Как Рокфора из мультика "Чип и Дейл" вел запах сыра, так и Ларионов неосознанно пошел на запах свежевыпеченных булок.

Опомнился только когда стоял на пороге маленькой пекарни. Бизнесмен сразу отметил грамотное решение зонирования входной группы и использование естественного света. Помещение было маленькое, большую его часть занимал прилавок со стеклянной витриной, часть которой стояла вплотную к окну. Окно и дверь были стеклянными, тянулись от пола до потолка. Так что все прохожие могли видеть свежий хлеб, булочки и пирожки. А открытая дверь так и манила зайти внутрь.

Сглотнув слюну, Ларионов переступил порог. В помещении играла легкая приглушенная музыка, что-то французское. Напротив стойки стояли два стола и четыре стула, занимая все пространство пекарни. Хозяйка была за стойкой. Женщина в белоснежном фартуке, в поварском белом колпаке стояла спиной к витрине и что-то напевала. Ее руки были в прозрачных перчатках, то что-то тянули в стороны, то пропадали из поля зрения, а из-за плеч взметнулся маленький фонтан муки. Затем раздались интригующие звуки шлепков. Бровь Ларионова автоматически поползла вверх, а взгляд - вниз по спине женщины к пятой точке, обтянутой черными брюками.

Женщина была так увлечена работой, что и не заметила посетителя, пожирающего ее глазами. Кристина разложила на поднос выпечку и убрала в электрическую мини-печку, стоявшую тут же у прилавка. Нажала на кнопки, и печка зажглась внутри теплым рыжеватым светом.

Ларионов наблюдал за действиями пекаря с каким-то наслаждением и воодушевлением. Ему вдруг захотелось помочь. Так же встать за прилавок, быть таким же увлеченным делом. Он помнил это чувство, оно частенько будоражило, когда бизнес только развивался. Но ничего похожего не испытывал уже давно. Ларионов даже позавидовал этой женщине, погруженной в свои хлопоты.

Есть он не хотел, но запах выпечки пробуждал аппетит. Аппетитные формы женщины пробуждали совсем другие желания.

Кристина отправила в духовку последнюю порцию булочек на сегодня. Она повернулась в зал и встретилась взглядом с посетителем. На секунду заморгала, будто не понимая, откуда он здесь взялся. Затем радостно улыбнулась. Ларионов отметил, какая красивая у нее улыбка, и как она забавно поджимает верхнюю губу.

- Дайте угадаю, американо и пара круассанов?

- Звучит отлично.

- Вам здесь или с собой?

- Здесь, - мужчина окинул взглядом два столика, думая, куда присесть.

Через пару минут на столе перед ним материализовались два круассана и кофе. Белая чашка с горячим кофе, от которого шел пар, латунный винтажный поднос, застеленный белоснежной салфеткой, на которой золотой гладью вышит логотип пекарни. На салфетке покоились два пузатых круассана. Все выглядело безупречно. Ларионов улыбнулся, подумав, что такая индивидуальная забота о клиенте возможна только у малого бизнеса. Крупный бизнес все автоматизирует и ставит на поток бездушного производства.

- Очень красиво, - похвалил Ларионов, и Кристина счастливо улыбнулась.

Печка щелкнула, и она поспешила достать булочки.

Ларионов откусил круассан. Румяная корочка приятно захрустела, а внутри круассан оказался мягким и воздушным. Он все еще был теплым. Второй укус оказался божественным, потому что прибавился вкус сливочного крема. Густого и такого вкусного, что Ларионов готов был его есть с утра до ночи ложками, а главное - крема было очень много.

Мужчина закрыл глаза от удовольствия.

Кристина, вынимая из духовки партию свежих булочек и раскладывая их по витрине, украдкой кидала взгляды на мужчину. Еще один посетитель, да еще такой красавчик. Хоть что-то приятное сегодня.

Мужчина доел, пока она хлопотала, раскладывая продукцию на прилавок, и принес посуду к стойке.

- Ой, не стоило. Я бы убрала сама. Но спасибо.

Кристина расплылась в улыбке. Ей было приятно, что мужчина позаботился о том, чтобы самому убрать посуду со стола, обычно все не только оставляли на столе, но и бросали свой мусор из карманов и сумок в чашки и на поднос.

Мужчина нехотя двинулся к двери, а затем резко повернулся и уперся руками о стойку. Жест был таким мужественным и уверенным, что Кристина растерялась.

- А Вы не ищете помощника?

Кристина уставилась на Ларионова. Дорогой костюм, отличный парфюм, золотые часы. Племянника что ли втюхать хочет? Почему-то она решила, что своих детей у мужчины ещё нет. Не выглядят папаши так лощено.

- Я хотел бы устроиться к Вам. Правда, у меня совсем нет опыта.

- Вы хотите устроиться ко мне помощником?!

Кристина выделяла каждое слово, пытаясь осознать его просьбу.

Ларионов, видимо, понял, как он выглядит, и выдал первое, что пришло в голову.

- Ходил в банк на собеседование. Не приняли.

- Учтите, что платить смогу совсем мало.

- Я согласен даже за еду!

- Правда?!

Кристина вдруг очень жалостно на него посмотрела. Она и не думала, что у такого мужчины могут быть проблемы. Но, кажется, его положение было намного хуже, чем у нее.

- Тогда Вы приняты, - выпалила хозяйка пекарни. - Только нужна санитарная книжка. И... Оденьтесь попроще.

Глава 3

На новую работу Ларионов вышел в пять утра. Он решил, что надо заранее сделать все заготовки и выпечь, чтобы люди сразу все раскупили по пути на работу. Но вход в пекарню был закрыт, его встретили некогда серые рольставни. Сейчас они были расписаны каким-то ядерным граффити.

Кристина пришла к семи, заспанная и растрепанная, в мятом растянутом худи цвета яичного желтка. Ларионов с интересом наблюдал за ее действиями. Женщина открыла рольставни, и они взметнулись вверх. Затем отперла стеклянную дверь и включила в пекарне свет. На прилавках оставались булки и хлеб. Их Кристина собрала в пакетики и отложила на столы. Оказалось, что не распродано довольно много продукции.

- Протри стекла внутри и снаружи, вытряси корзины с прилавка и от крошек надо поддоны все протереть. И двери с окном протереть тоже.

Ларионов взял тряпку и принялся за работу. Кристина быстро замесила тесто разных видов и поставила подниматься.

- Что будешь делать с тем, что вчера не продала?

- Их заберут. Срок годности уже на грани. Продавать я их не могу. Но я нашла другой способ реализации, - женщина улыбнулась.

Будто в подтверждение ее слов в дверь прошаркала очень старенькая бабушка.

- Кристиночка, доброе утро, - прошипилявила она.

- Клава Валерьевна, доброго утра! Как Ваша рука?

- Спасибо, спасибо, терпимо.

Старушка с интересом смотрела на мужчину, намывавшего стекло витрины.

- А ты прислушалась ко мне, молодец!

- Это мой помощник, - гордо заявила Кристина.

- Ну, да. Конечно, помощник.

Бабушка подмигнула, затем забрала два пакета с хлебом и ушла, сто раз отблагодарив хозяйку пекарни.

Спустя время, когда Ларионов закончил своё первое задание и расставил корзины под хлеб обратно в витрину, в кафе забежал мальчишка. На вид ему было лет пять. Он улыбался, но заметив взрослого мужчину, отпрянул к стене и нахмурился.

- А, Славка, привет, как ты?

- Н-нормально, а это кто?

- Мой помощник, - Кристина зашептала в сторону Ларионова, чтобы он улыбнулся и помахал, так как пугает мальчика.

После этого ребенок немного осмелел, хотя и продолжал с осторожностью поглядывать на мужика.

- Мама снова не пришла, я Вовке завтрак сделаю.

- Ты отличный брат!

- У него кроме меня никого нет... Как и у меня. Спасибо за булки!

Парень схватил пакет и выбежал из кофейни.

Ларионов не выдержал и спросил, что происходит. Кристина объяснила, что Клава Валериевна - одинокая старушка, пенсия около восьми тысяч, и этого хватает оплатить коммуналку да лекарства купить. А на еду уже не хватает. А Славка - ребенок очень безответственной женщины, которая может прийти через день или два, а может заявиться пьяная под утро и проспать весь день. Денег у мальчика никогда нет, и они с братом голодали не один день, когда она его встретила.

- И ты им просто отдаешь хлеб?

- Да.

Кристина не видела в этом проблем, а Ларионова явно что-то беспокоило.

- Но это не рентабельно. Можно, например, печь меньше продукции, чтобы раскупали в ноль.

- Не всегда дело в деньгах, - жестко сказала Кристина. Ей не понравилось, что Ларионов начал ей рассказывать, как вести дела. - Эти люди нуждаются, они голодают, и я стала специально печь больше хлеба. Свежий они брать отказываются, а вчерашний с радостью принимают. Надо быть добрее к людям, ведь неизвестно, в какой ситуации мы можем оказаться завтра. Или даже сегодня.

Ларионов смутился, он и не думал в этом направлении. В голове директора фирмы крутились сплошные расчеты. Но за этим он сюда и пришел. Он вдруг понял, что может многому научиться у Кристины.

Подошли еще несколько человек, забирали пакеты и много-много благодарили Кристину. У каждого была своя печальная история.

Кристина же не отвлекалась от готовки. Она начала выпекать хлеб и булочки, а на Ларионове была уборка зала.

- Я думал, что чем раньше начать выпекать, тем скорее можно продать.

- Если начать выпекать рано, то всё остынет к восьми, когда большинство людей идет на работу. Но я подгадываю так, чтобы выпечь первую партию к тому времени, как мимо проходят офисные работники. А затем к десяти подходит вторая партия. Если печь заранее, не будет того аромата выпечки, который так привлекает людей.

Запах и правда был восхитительным.

- Ты завтракал?

Ларионов посмотрел на Кристину и отрицательно покачал головой.

- Я тоже, а надо попробовать первую партию. Это на удачу!

Кристина закончила выдавливать крем в подостывшие круассаны и заметила, как мужчина посматривает на булки и часто сглатывает. Она была уверена, что он очень голодный, как и все эти люди, которые приходили к ней с утра.

Поэтому женщина вытащила из печки очередной поднос с кренделями. Его место тут же занял другой поднос.

- Давай, выбирай крендель, какой смотрит на тебя!

Ларионов рассмеялся. Ткнул пальцем наугад, так как все крендели выглядели идеальными.

Кристина взяла салфетку и аккуратно поддела крендель. Сделала шаг, чтобы передать вкусняшку Ларионову и наступила в каплю крема. Одна небольшая капля отлетела на пол, когда женщина замешивала крем. Кристина поскользнулась, не удержалась на ногах и полетела прямо в стеклянную витрину с каким-то невообразимым криком. Ларионов бросился к ней и перехватил девушку за талию, удерживая от падения.

Кристина тяжело дышала, ее грудь высоко вздымалась, а сердце стучало. За талию держала крепкая мужская рука. Ладонь Ларионова была горячей и, казалось, прожигала одежду Кристины. Мужчина не спешил отпускать свою добычу. Он осматривал ее с каким-то хищным видом.

К пекарне подошли первые посетители, поэтому Кристина нехотя высвободилась из объятий красивого помощника, сунула ему крендель и определила за кассу.

- Ватрушки с творогом по пятьдесят, крендели - по шестьдесят как и пустые круассаны, эти булки и круассаны с кремом - за семьдесят, а весь хлеб по сто рублей.

Кристина быстро рассказала ценники и пошла протереть пол, чтобы избежать повторного падения. Вдруг Ларионова не окажется в следующий раз рядом, и она со всей дури влетит в витрину. Женщина с удивлением призналась себе в желании оказаться еще раз в его сильных объятиях. Подумав о сильных руках, длинных пальцах и его горячем дыхании, жгуче залилась краской. Этого никто не увидел, ведь прозвенела печка, что пора менять подносы, и Кристина повернулась вынуть ароматные булочки.

Покупателей в этот день было много. Девушки с улицы, никогда раньше не заходившие в пекарню, покупали что-то лишь бы пофлиртовать с красавцем за кассой. Он, кажется, этого не замечал. Был вежлив, учтив, но не кокетничал напропалую. Чем больше Кристина наблюдала за своим новым работником, тем больше хотела о нем узнать.

Глава 4

Ларионов весь день крутился за кассой, Кристина только успевала подносить новые булочки и делать кофе.

Вечером, когда уже надо было закрывать пекарню, Кристина предложила научить печь самые простые булочки.

Ларионов никогда раньше не стоял у плиты, поэтому с радостью согласился, хотя и был сильно уставшим. Из еды он с утра только один крендель и успел съесть. Его забавляла мысль, что работающие с едой люди сами не успевают нормально питаться.

- Смотри, тесто делается очень просто. Теперь мы от него отрываем кусочки вот такого размера и начинаем катать между ладоней в трубочки.

Ларионов надел перчатки, отщипнул кусок от теста и начал раскатывать его в ладонях.

- Не дави сильно, насладись этим моментом. И не раскатывай слишком тонко, колбаска вот такой ширины должна выйти.

Ларионов повторял все действия за пекарем. Затем она показала, как свернуть колбаски, сверху прошлась кисточкой с подтопленным маслом и посыпала сахаром. Затем отправила в печку.

Готовые булки положила в пакет, туда же сунула хлеб с семечками и отдала помощнику.

- Твоя плата за сегодня.

Она решила, что как и все бедные люди Ларионов гордый и не возьмет с прилавков продукцию, а то, что сам приготовит, сможет взять без проблем. Кристина умела разбираться в чувствах людей, это была ее сильная сторона.

Ларионов поднялся к себе в офис с пакетом. Через минуту к нему зашел Герасим, партнер по бизнесу. Он поверил в стартап с доставкой много лет назад, и инвестировал в проект Ларионова. Сейчас они были партнерами по бизнесу и хорошими друзьями.

- Что это у тебя в пакете? И где ты весь день пропадал?

- Ты не поверишь, - рассмеялся Ларионов. Я устал, давай выпьем кофе.

- Кофе на ночь, а не виски? Ларионов, ты меня удивляешь.

- Знаешь что в этом пакете? Сдобные булочки. А знаешь, кто их готовил? Я!

Ларионов смотрел, как меняется лицо Геры.

- Тогда я сделаю кофе, - мужчина вышел в приемную, где стояла кофе-машина, и вскоре вернулся с двумя белыми чашками от Ральфа Лорена и тарелкой, на которую Ларионов выложил булочки. Выпечка выглядела изумительно: верхушка подрумянилась, сахар расплавился в хрустящую корочку.

- Ты это сделал?!

Гера покрутил в руках булку, понюхал и всем видом показывал, насколько он впечатлен.

- Ага, я устроился помощником в одну маленькую пекарню. Устал невозможно, весь день то мыл, то убирал, то за кассой улыбался покупателям.

- Ларионов, у тебя все хорошо с бизнесом? Я чего-то не знаю? Последний отчет фиктивный, и мы банкроты?

- Нет, с бизнесом все хорошо, - рассмеялся Ларионов и впился зубами в нежное сдобное тесто.

- Тогда какого хрена ты полы моешь в кофейне? – Гера хлопнул ладонью себя по лбу. – А, понял! Хозяйка - красотка, и ты решил за ней приударить.

- Что? Нет, Ну, то есть она красотка, но это ради бизнеса. Я придумать новый проект пытаюсь и, кажется, уже на верном пути.

Следующие пять минут друзья не разговаривали. Она ели булочки, запивали кофе и мычали от удовольствия.

- Ларионов, если ты так вкусно готовишь, давай откроем свою пекарню?

Ларионова будто током прошибло, даже на лбу испарина выступила. И как он сразу не догадался?

Ничего не сказав, он бросился из кабинета к лифту. Но тот ехал так медленно, а мужчина не хотел ждать. Он побежал по лестнице, перепрыгивая несколько ступенек как паркурщик. Ларионов бежал к Кристине, ему нужно было рассказать ей идею прямо сейчас, ведь это была бы отличная коллаборация.

Глава 5

Кристина пересчитала выручку. Денег в кассе оказалось намного больше, чем она зарабатывала обычно. Женщина выложила из ящика на прилавок черный калькулятор. Нажала на квадратные гладкие кнопки. Если она месяц отработает с такой выручкой… все равно не хватит. Просрочка обязательных платежей означала, что проценты по кредитам растут, как на дрожжах. Так что как бы она не любила свою маленькую пекарню, ее придется закрыть. Кристина не выдержала и расплакалась.

Она думала совсем не о себе, а о тех людях, кому действительно нужна помощь, кто приходил в эту пекарню в надежде получить кусок хлеба. Что она скажет Клаве Валерьевне, как посмотрит в глаза маленькому Славке?

Ларионов вбежал в пекарню раскрасневшийся, запыхавшийся и невозможно радостный. Но когда увидел заплаканное опухшее лицо Кристины, вся веселость испарилась.

- Эй, что случилось?

Он подошел к стойке, где лежали счета и калькулятор. Быстро пробежался глазами по цифрам, взглянул на открытую кассу, и все понял. Кристина банкрот.

Кристина подняла на Ларионова влажные глаза.

- Прости, я не могу больше тебе платить ни едой, никак. Мне придется закрыть пекарню.

- Ни в коем случае! Ты же так любишь это дело.

- Иногда одной любви и одного желания недостаточно. Внешние факторы могут оказаться сильнее.

Внезапно Кристина подумала, что это касается и ее прошлого брака. Когда они с Костиком были вдвоем, все было отлично. Но стоило на горизонте появиться его мамаше, идиллия сразу рушилась.

- Прекрати реветь, и послушай. - Ларионов подошел очень близко к Кристине и взял ее мокрое от слез лицо в ладони. Большими пальцами вытер тонкие струйки на раскрасневшихся щеках.

- У меня есть идея, как получить хорошую прибыль и закрыть кредиты. Ты меня слушаешь?

Кристина закивала. Но слова мужчины доносились гулом откуда-то издалека. Все мысли занимали его пальцы, так аккуратно державшие ее за подбородок. Если бы Кристина уже не сидела, ноги бы у нее подкосились, и Ларионову бы снова пришлось ее ловить.

Ларионов не мог отвести взгляда от лица женщины. Глаза блестели от слез, губы стали пухлыми от рыданий, на щеках от соли раскраснелся румянец. Мужчина думал, насколько она сейчас прекрасна и боролся с желанием ее поцеловать. Он не помнил, когда в последний раз его так тянуло к женщине. Может карты Лики не врали, и он встретил свою судьбу?

- Ты можешь готовить для служб доставки.

Кристина смотрела, как Ларионов воодушевленно ожидает от нее ответа. Он ждал похвалы или еще чего, ведь он думал, что спас ее бизнес. Глаза горели, губы расплылись в улыбке. Только вот Кристина уже пыталась. В крупнейшей сети доставки ее вежливо послали.

- Это дохлый номер. Я пыталась, - она убрала его руки от своего лица. - Один менеджер отправлял к другому, тот - к третьему. Как горячую картошку. В итоге, я поняла, что им это не интересно.

- А в какую компанию ты обращалась?

- Кристина кивнула в окно. Мимо проезжал курьер в фирменной черно-белой куртке.

Ларионов отодвинул стул и сел рядом с Кристиной, смотря на улицу. Курьер уже уехал, а он все смотрел в окно.

- Будешь кофе? Приготовлю напоследок.

Кристина хлюпнула носом и поднялась, отодвинув ногами стул.

- Не хочу.

Тон у Ларионова был таким грубым и жёстким, что Кристина, поднявшаяся со стула, села обратно. Она не знала, как реагировать.

- Мне надо тебе кое-что рассказать. Я тебя обманул. Не ходил я ни в какой банк на собеседование. Я не голодаю и не нуждаюсь в деньгах. У меня своя фирма, которая приносит хороший доход.

Кристина охнула. Второй раз за вечер она могла бы упасть, если бы не сидела.

- Но зачем ты соврал?

- Честно? Не знаю. Может, боялся, что откажешь.

- Я бы не отказала.

- Теперь я это знаю. Кристина, - тон Ларионова стал мягким и бархатным. - Иди умойся и пойдем со мной. Надо кое-что выяснить.

И Кристина пошла умыть лицо от слез. Ей было все равно, куда они пойдут, ей уже нечего было терять.

Ларионов внутри кипел от злости. Он столько времени пытался найти точку роста для фирмы доставки, а оказалось, что она сама приходила к ним. И теперь бизнесмен хотел порвать в клочья того, кто решил не пропускать этот проект.

Кристина вышла в зал. Слезы больше не текли, у нее вообще не было никаких эмоций. Ларионов взял ее за руку, и они вышли из пекарни, опустив на стекла защитные рольставни.

Прошли улицу, завернули за угол и перебежали через дорогу. Перед ними стеклянным исполином возвышалось офисное здание. В зеркальных стеклах отражались облака, мирно плывущие по небу.

Ларионов повел женщину к лифту, кивнув охране. Нажал кнопку предпоследнего этажа.

Глава 6

Створки лифта разъехались в стороны, и Кристина попала в совершенно новый для себя офисный мир. Здесь все было выполнено в черно-белом стиле. Какие-то люди играли в огромные шахматы. Другие сидели в стеклянной переговорной на мягких пуфиках с ноутбуками на коленях. Мужчина в деловом костюме задумчиво раскачивался на качелях, подвешенных к потолку. Мимо них по широкому коридору наперегонки неслись два курьера в фирменных куртках на самокатах. В кухонной зоне стояли заполненные прозрачные холодильники. Ровными рядами лежали сырки, молочные коктейли, бургеры.

Ларионов привычно шел в свой офис. Кристина как ребенок, которого ведут за руку по парку аттракционов, шагала следом, таращила глаза и смотрела на все с открытым ртом. Она думала, такие офисы только в иностранных фильмах бывают.

Они прошли коридор и свернули в небольшой закуток. За стойкой на высоком стуле сидела худенькая девушка с идеальным макияжем и маникюром и раскладывала таро, внимательно вглядываясь в карты. Ларионов провел Кристину в свой офис и посадил за длинный овальный стол.

- С кем ты общалась?

- Я написала на почту отдела маркетинга и коммерческого отдела.

Ларионов сел рядом с гостьей и нажал на черную неприметную пирамидку в центре стола. Пирамидка моргнула синим цветом.

- Лика, вызови пиар и коммерческого директора.

Через минуту в кабинет зашла тучная женщина в синем деловом костюме с каштановым каре и мужчина, катавшийся только что на качелях.

- Коллеги, Вы встречались с этой девушкой?

Мужчина отрицательно покачал головой, а девушка бодро закивала.

- Да-да, Анатолий, это хозяйка небольшой пекарни, она пришла к нам с классной идеей и такими вкусными булочками! Я ее отправила в партнерскую службу, так как все поставщики должны через них проходить.

Ларионов снова нажал на пирамиду.

- Лика, партнерку сюда. И Герасима Ивановича пригласи.

Вскоре большой кабинет директора будто уменьшился вдвое. Количество людей на квадратный метр превысило допустимые нормы. Наконец, молодой парень из коммерческого отдела, которого вызвали последним, сказал, что идея классная, и если бы она пришла, то провели бы встречу с коммерческим директором. Но она не пришла.

- Дело не в людях. Кристина, уважаемая, мы не намеренно играли с Вами в пинг-понг. Это наша внутренняя политика хромает. Я вот слушал, почему все отправляют поставщика дальше, и понял, что все, в целом, логично. Они поступают согласно прописанной политике. Ларионов, надо все переписать.

- Да, да... Коллеги, завтра в десять совещание. Надо понять, как упростить все процедуры. Свободны!

Сотрудники быстро вышли из кабинета, остался лишь Герасим.

- Это что, получается, все поставщики, которые сейчас с нами работают, прошли весь этот бюрократический ад?

- Получается, - отозвался Ларионов.

Он снова нажал на пирамидку на столе.

- Лика, всем нашим поставщикам и партнерам подготовь большие корзины поздравительные.

Синий цвет колонки сменился красным. На том конце щелкнуло, а потом раздался тонкий женский голос.

- Что написать?

- Ничего, просто собери красивые корзины, как ты умеешь.

Ларионов отключился и откинулся на спинку кресла. Она недовольно скрипнула.

Кристина все это время сидела молча. Сейчас она смотрела на дверь, в которую недавно вышли сотрудники.

- О чем думаешь?

Гера сел напротив нее. Он знал этот взгляд. Когда он появлялся у Ларионова, означало, что скоро прибыль скакнет вверх.

- О холодильниках, - тихо сказала Кристина.

Оба мужчины уставились на нее.

- И что ты думаешь о холодильниках?

Гера умел аккуратно выуживать информацию, не спугнув свежую идею.

- Вот было бы здорово поставить их в городе. Например, с моим хлебом.

- Автоматы с выпечкой?

Гера искривил одну бровь, идея была сомнительной.

- Нет. Просто холодильники с хлебом. У хлеба есть срок годности. Например, хлеб из ржаной муки можно есть до 36 часов после выпечки, из пшенички - 24. Если булочки маленькие, то и срок годности меньше - порядка 16 часов. И когда он подходит к концу, а продукции много, ее вряд ли всю продашь. Я раздаю нуждающимся. Клаве Валерьевне, Славке - они не могут позволить себе купить даже самого дешёвого хлеба в супермаркете, и если не возьмут у меня бесплатный, то будут голодать.

- Фудшеринг! - Гера вскочил со стула и принялся наматывать круги по кабинету партнера. - У нас он не очень развит, а за рубежом это прогрессивная социальная инициатива.

- А что вы делаете с продуктами, у которых срок годности подходит к концу?

Кристина не очень поняла, что такое фудшеринг, слово было каким-то странным.

- Раздаем сотрудникам. Остальное выкидываем.

Ларионов нервно дергал ногой.

- А ведь и правда, можно отвозить со складов в приюты и ночлежки. Кристина, да ты гений! Видишь, Гера, зачем я устроился в ее пекарню, она нас всех может научить бизнесу и социальной ответственности!

- Пойду обрадую пиар, им понравится!

Гера подскочил на месте, как мальчишка, и выбежал из кабинета.

- Он неровно дышит к начальнице отдела, - Ларионов прошептал на ухо Кристине.

От его шепота у нее побежали мурашки. Пробежали до кончиков пальцев и метнулись обратно.

- Мы все выяснили? Мне надо вернуться в пекарню и приготовить хлеб для Славки и Клары...

Ларионов не дал ей договорить. Он накрыл ее губы своими. Ларионов мечтал об этом с того момента, как увидел ее, и мысль, какими они окажутся на вкус, не давала ему покоя. Губы были мягкими, податливыми, а на вкус как малина с медом - одна из вкуснейших начинок булочек в ее пекарне.

Глава 7

Кристина пришла в пекарню пораньше. Включила свет, протерла столы и витрину, сложила вчерашний хлеб в пакеты и выложила на столы. Настроение было прекрасным. Солнечный зайчик, пробравшийся на прилавок через окно, дрожал на стене. Кристина улыбнулась ему и включила любимую музыку. Женщина была уверена, что чем лучше настроение, с которым готовишь, тем вкуснее получится хлеб.

По полу поползла тень. Кто-то стоял в дверях пекарни. Кристина повернулась и, щурясь от солнечных лучей, подняла ко лбу ладонь, прикрываясь от яркого света и стараясь рассмотреть фигуру. С ладони на лицо попала мука. Кристина как раз начала замешивать тесто.

В дверях стоял Ларионов и широко улыбался. Кристина счастливо улыбнулась в ответ.

Они не виделись несколько дней, Кристина все это время общалась с его адвокатами. Ларионов стал инвестором маленькой пекарни и брал на себя обязательства по кредитам. Также он отправил отдел пиара раскрутить пекарню: они создали аккаунты в соцсетях и начали вести блоги. Выпечку Кристины включили в специальный раздел в приложении доставки. И она начала пользоваться спросом. Благодаря соцсетям в пекарню потянулись жители города. Кристина только и успевала печь.

Ларионов подошел к стойке и поставил две маленькие аккуратные цветочные композиции.

- Ой, как мило, спасибо большое!

Кристина потянулась потрогать листики, но Ларионов шутливо шлепнул ее по руке.

- Это не тебе. Я вообще-то партнер этого бизнеса. Я решил немного усовершенствовать пекарню. Вот этим двум столикам не помешают свежие цветы.

Ларионов деловито забрал цветочные композиции и поставил посередине на столики.

- А тебя цветы ждут вечером.

Кристина часто заморгала.

- Да, я приглашаю тебя на свидание. И, знаешь, отказ не принимается!

Ларионов с прытью молодого мальчишки перепрыгнул прилавок, обнял Кристину за талию и притянул к себе. В этот раз она первая поцеловала его. Обоим казалось, что во всем мире они одни в этот момент.

За спиной раздалось надменное покашливание. Кристина инстинктивно спряталась за спину Ларионова. Она узнала знакомые нотки.

Тетка с коричневых мокасинах с бахромой и яркими алыми губами таращила глаза. В них плясами гневные дьяволята. Тетка вдохнула поглубже, готовясь идти в атаку.

- Вы пришли за бесплатным хлебом? Можете взять на столе. Пекарня поддерживает нуждающихся.

Ларионов решил, что тетка нищая и говорил искренне. Кристина за его спиной прыснула.

- Я.. я что, по-вашему, нищенка какая-то и не могу хлеб купить?!

Ларионов растерялся. Он обернулся на Кристину. Ей пришлось выйти из своего укрытия.

- Это моя бывшая свекровь. Пришла попить моей кровушки.

- А я всегда говорила, что ты потаскуха! И была права! Ни стыда, ни совести, ты бы еще запрыгнула на этого жеребца и прямо здесь его оседлала! Дрянь ты подколодная, крыса! Да я тебе покажу сейчас!

Тетка схватила цветочную композицию со столика и занесла руку, чтобы бросить в бывшую невестку. Но ее запястье крепко сжала мужская ладонь.

- Только попробуйте.

Тон Ларионова стал ледяной, он тут же остудил всю пылкость дамочки.

- А ты не смей меня трогать, ты кто такой, новый мужик этой шалавы?

- Если Вы через секунд пять не удалитесь отсюда, я вызову полицию. А еще доплачу господам полицейским, чтобы Вас поколотили и подержали в камере пару суток. А еще раз заявитесь сюда и посмеете нас беспокоить, то Ваш сыночка лишиться работы. Мой лучший друг – прокурор. И уж поверьте, церемониться с вами никто не будет.

Тетка опешила. С ней раньше никто не смел так разговаривать. И тем более угрожать. Она набрала полную грудь воздуха, чтобы разойтись новой партией ругательств. Но Ларионов забрал из ее цепких пальцев цветы, а сам достал телефон и сурово посмотрел на нее.

- Пять секунд или я вызываю полицию. Пять… четыре… три…

Тетка раскраснелась, а затем, гордо вскинув голову, ушла, напоследок крикнув что-то аморальное.

Ларионов рассмеялся. Он угрожал кому-то впервые в жизни.

Кристина смотрела на него удивленно.

- Твой лучший друг прокурор?

- Петька-то? Да мы со школы еще дружим. Он бы, конечно, не стал такой дурью маяться, но она-то откуда знает.

Ларионова забавляла эта ситуация.

Внезапно в порыве благодарности Кристина кинулась ему на грудь и расплакалась. Ее никогда не защищал мужчина, и сейчас она впервые чувствовала себя в безопасности. Она впервые была по-настоящему счастлива. К тому же она начинала влюбляться в его улыбку.

Они так бы и стояли в обнимку, если бы не первые посетители, которые заглянули в пекарню на запах свежеиспеченных булочек. Ларионов пробивал товар, а Кристина отправляла в печку новую порцию кренделей. И оба как подростки кидали смущенные взгляды друг на друга через плечо. И у обоих на лицах была счастливая влюбленная улыбка. А вечером их ждало свидание – одно из сотни счастливых свиданий в их долгой совместной жизни.