Маленькая лисичка ≠ большой хвост

Пункт I. В путь, с хвостом наперевес

— Когда-нибудь да пришлось бы этим заняться. И не закатывай глаза, а начинай собираться, — не обращая внимания на все мои попытки отпихнуться от столь нежеланного задания, таки пришлось его принять. Эх, а так хотелось остаться здесь, в ставшей родной обители, где, живя день за днём, я выполняла бы свои нехитрые краткосрочные поручения. Не свезло.

О том, что придётся отправляться за тридевять земель, в столицу полукровок, я узнала только после побудки. Как узнала? Потыкали носом в задание, дали пару наставлений и выставили сжатые сроки на подготовку. А всё оттого, что более подходящие на эту роль хвисы находились на других миссиях. Вот и приходится брать не совсем подходящих. То есть меня. И ведь главное — придётся постоянно следить, чтобы одну мою слабую и неопытную соплеменницу не пришибли каким-нибудь из множества способов. А это — сплошная морока. Ненавижу подобные задания. И чего, спрашивается, у них там нет действенного мага, чтоб нам зря не влезать? Повезло хоть, что не придётся тащиться своим ходом. Вышло бы две недели сплошного путешествия: полторы — кораблём, а остаток — на своих двоих. С морем я всегда не в ладах — не моя стихия. А так — с вещами в портал, а из портала — на бал-маскарад.

Я мерила комнату шагами, раздражённо покусывая рукав рубашки. Именно в этой самой рубашке меня и разбудили, выдернув из уютного, тёплого мира снов. Спросонья пришлось слушать наставления, пока голова пыталась хоть немного разобраться в потоке информации. Сейчас я ломала голову над тем, что взять с собой, а что, скорее всего, выдадут на месте. Думалось из рук вон плохо. В итоге плюнула на всё и потащилась вниз, надеясь добыть бодрящий настой для спасения своей измученной головушки.

Ага. Я поняла, что что-то не так, когда все взгляды в столовой устремились на меня. Нет, они, конечно, привыкли, что в вышеупомянутой голове иногда бывает настолько пусто, что, если прислушаться, можно услышать шум ветра. Но сейчас это было что-то новенькое.

— Тисса, дорогая, как мысли разбежались с утра, так до сих пор и не вернулись?

Укутанная в тёплую шерстяную кофту, я была перемещена на свободное место за столом, находившимся поближе к печи. А напротив меня села моя вечно лохматая спасительница — Шерис.

— Сменили место обитания. И вот приходится справляться без них. Утречка, Шер.

— И тебе того же. Разбили новым заданием и теперь не можешь собраться?

Перед моим взором появилась тарелка, полная дымящегося супа, одним своим запахом пробуждавшего моего внутреннего зверя, взвывшего где-то в желудке.

— Уже и ты знаешь?

Проглотив первую ложку супа, я, не пытаясь сдерживаться, заурчала, наслаждаясь теплом, прокатывающимся по желудку. Обожаю такую еду с утра.

— Пришлось. Попросили помочь тебе со сборами, зная, как часто ты забываешь что-то нужное, но при этом прихватываешь множество бесполезного.

От последних слов я аж подавилась, закашлявшись проглоченной в неудачный момент порцией. Прокашлявшись, посмотрела на виновницу.

— Даже так? Высоко меня ценят.

Эти слова ощутимо кольнули моё самолюбие. Пускай. Помогающая мне в сборах Шерис — всё же лучше, чем никто. Действительно, уж она-то точно не даст мне ничего забыть. В подобных делах её хозяйственность часто выручала. И хоть эта черта и свойственна всему нашему роду, меня ею будто обделили.

Ураган, внутри которого уютно разместился небольшой островок покоя. Именно так моя комната всегда выглядела для меня. В центре этого хаоса стояла любимая кроватка — мягкая, уютная, словно созданная для долгого утреннего ничегонеделания. Рядом громоздился шкаф, до краёв набитый, на мой взгляд, исключительно полезной одеждой, которую я, правда, почти не носила. Убираться здесь? Конечно, можно… если вдруг совсем нечем заняться. Но это «вдруг» случалось так редко, что порядок в этой комнате был гостем скорее случайным, чем постоянным.

— Кхм, добро пожаловать в мою обитель, — попыталась изобразить смущение я, посмотрев на вздохнувшую от увиденного зрелища лохматую хвису.

Не проняло. Пройдя по тропе из комнатных «ловушек», она открыла шкаф и, окинув взглядом содержимое, принялась разделять вещи на полезные и не очень. Как разделять? Естественно, выбрасывать по разным кучам. С той лишь разницей, что подходящие летели не на пол.

Агрх. Как же так можно поступать со столь милыми вещичками! Но спорить бесполезно. Особенно — с ней. Остаётся стоять в сторонке, вздыхать и покорно соглашаться со всеми доводами. Об опытности, правильном выборе, опыте прожитых лет и всей прочей лабуде, заставляющей даже такую пустую голову, как моя, смириться с неизбежным.

Утренний завтрак давно переварился, и хотелось снова перекусить. Но пока не закончим здесь, она меня не отпустит. Эх, может, и стоило до конца упираться с принятием задания.

— Вот, этого тебе хватит надолго, с учётом всевозможных ситуаций.

Та первоначальная гора вещей сократилась до невысокой стопки чистой, выглаженной горячим воздухом и аккуратно сложенной одежды. Я так красиво не умею. Прямо не хочется всё это отправлять в рюкзак. Даже если тот и не помнёт их благодаря зачарованиям, наложенным на него.

А ещё захотелось, как в давние времена, полежать на вещах.

Шерис сразу пресекла эту попытку на корню.

— Ты уже далеко не маленькая, чтобы зарываться туда с головой.

Эх, и тут подловила.

Перекладывая подготовленное, я осмотрела комнату, запоминая каждую деталь. Внутреннее чутьё подсказывало — не скоро я сюда вернусь. Если вообще вернусь. Судьба — подруга своенравная. Чуть не понравишься — и в расход. Как отыгранную карту.

Со снаряжением дела обстояли проще. Оружие — на пояс, амулеты — по карманам, а всё остальное, как сказали, выдадут. Шер к этому времени ушла, оставив за собой ворох наставлений и вновь сложенную в шкаф одежду. Упав спиной на так и не заправленную кровать, я уставилась в потолок. Сейчас бы перед уходом напоследок побездельничать, перекинуться парой слов со знакомыми. Хотя куда уж там. Спешат по мою душеньку. Звук шагов Командора я узнаю из сотен других. Крепко-накрепко врезались в память за детство, проведённое здесь. А какое же детство без постоянных шалостей и нравоучений от тех, кому эти шалости пришлись не по вкусу?

Разместив котомку рядом с собой на более-менее заправленной постели, я быстро вскочила, когда дверь начала открываться. Вольности хоть и допускаются, но не сейчас — иначе выставишь себя в дурном свете. Открыв дверь, она остановилась в проходе. Осмотрев мой наряд — прошитую стальными нитями куртку и добротные кожаные штаны, которые я надевала в каждый выход, — наставница кивнула, одобрив мой выбор. Хоть в выборе одежды я и одержала верх, отстояв любимые вещи. А ведь сколько было уговоров надеть куртку с пластинами. Хорошо, что не было споров насчёт полуботинок — их бы я не променяла ни за какие коврижки. Иногда нужно выбирать в пользу привычного, особенно с моим телосложением.

— Всё необходимое подготовлено и ждёт тебя на столе в главной зале. Подбирай и ждём тебя возле круга.

Осознание того, что меня вновь проверяли, пришло вместе с захлопнувшейся за Командором дверью. Опять проверка. А ведь я уже далеко не ребёнок для такого. Вот выполню задание и вернусь домой — тогда уж точно никто не посмеет относиться ко мне как к несмышлёнышу, за которым нужен глаз да глаз.

Обняв хвост, я вдохнула полузабытый запах — кровь, смешанную с дымом и огнём. Этот аромат теперь всегда со мной. Мой вечный спутник.

Вещи оказались на месте, как и обещала наставница. Забросив их в рюкзак и рассчитывая распределить уже на месте, я вышла на порог, а затем спустилась по лестнице, провожаемая взглядами немногих присутствующих соплеменниц. Развернувшись, поклонилась дому, который приютил меня на долгие годы, а также сёстрам, заботившимся обо мне и помогавшим всё это время. Надеюсь, их благосклонность к моей шебутной личности не исчезнет, пока я буду странствовать по дальним землям. А раз меня больше ничего не держит, лучше не испытывать терпение тех, кто меня ждёт, надеясь на их милость. Целее буду.

Правильное решение. Заходя за опору арки, мои уши уловили обрывок разговора. Очень интересный обрывок, касающийся пользы втаскивания сюда за хвост одной особы, забывшей о пунктуальности и всех нормах приличия.

— Такой большой хвост обязательно должен применяться в воспитательных целях. Или ты не согласна, что она намеренно опаздывает?

Мой хвост был явно с этим не согласен, но его никто и не спрашивал. Сделав вид, что не застала конец разговора и вообще являюсь самой сознательностью, я подошла к двум фигурам, стоящим около выложенного на земле каменного круга. Одна из них, к слову, с превеликим удовольствием делала вид, что в упор не замечает некую юную особу с таким прекрасным, большим и рыжим хвостом.

— С опозданием, но успеваешь. Иначе заставила бы тебя убираться в Доме до следующей недели — без времени на отдых и сон…

Слегка дернув ухом на это привычное бормотание, я уставилась на Командора. Она и сама знала, что магичка могла бы ещё долго меня стращать, как когда-то на занятиях, увлекшись этим с головой. Положив руку ей на плечо, наставница мягко заставила её замолчать и вернуться к делу. Вздохнув, магичка бросила на меня последний взгляд и поспешно вернулась к завершению приготовлений для открытия портала.

Или пузыря. Сходство усиливалось, когда оказываешься внутри — словно в гигантской капле воды. Мне неизвестно, кто и когда придумал эту сложную паутину порталов, разучиванию правил пользования которой мы посвятили немало времени на занятиях, но она работает — и это главное. Конечно, открыть её где попало и кому попало не получится — силёнок не хватит. Уж слишком много там условий. Я однажды решила прочесть список этих условий, и всё тут же вылетело из головы — настолько много было нюансов. Но если сложатся благоприятные обстоятельства, можно обойтись без колоссального вложения силы. Хоть мне и объясняли, причём неоднократно, что это за явления, эти знания в голове тоже не закрепились. Или закрепились, но попробуй их теперь вытащи. Остаётся лишь с интересом наблюдать за тем, как магическая конструкция наполняется силой, да прокручивать в голове, всё ли успела сделать.

Я улыбнулась, почувствовав на себе долгий изучающий взгляд. Им приходится сомневаться, но выбор сделан. А я сделаю всё, что в моих силах, чтобы никто не посмел назвать его неудачным. Это моя миссия. Моя и только моя. Кивнув старшим, я подошла ближе, заметив, что никаких действий больше не предпринимается.

— Готова отправляться?

— Абсолютно. И даже больше, — поправляя лямку сумки, я переступила с ноги на ногу, ожидая сигнала.

Колдовавшая над порталом хвиса разверзла его толщу, создавая узкий лаз — ровно под меня. Я привычно проскользнула внутрь и оказалась в центре сферы. Сколько раз я уже пользовалась этим порталом — выработалась привычка. Осталось дождаться закрытия — и вперёд, навстречу неизведанному.

— И ещё. На всякий случай среди тех вещей я положила краткую памятку на все случаи жизни. Если что-то будет непонятно — загляни, — голос Командора донёсся сквозь барьер. Очень кстати. Люблю, когда есть возможность освежить знания.

Я поклонилась, надеясь, что она это заметит, и замерла в ожидании. Забросить должны недалеко от города, но и не вплотную к нему. Навыки у меня есть, так что придумаю, как забраться внутрь. А дальше — по плану. Или по наитию. Кто ж знает, что в голову хвисе взбредёт.

Тело начало окутываться потоками света. Закрою глаза покрепче, чтобы не резануло. Первый раз, помню, долго приходила в себя, а перед глазами ещё несколько часов мелькали чёрные точки. Нет уж, не хочу вновь испытывать эти неприятные последствия. Как только звуки затихнут — вот тогда и открою глаза. Или не открою — кто знает, как работает эта магия.

Великая лисица, помоги мне в этом нелёгком деле!

Пункт II. Хвостов не бывает много

Не жизнь, а скука смертная — даже вдали от дома. И чего я вообще надеялась, что задание быстро закончится?

Я устроилась на скате крыши, раскинув крылышки по нагретому дереву и наслаждаясь теплом. Погода баловала, работа двигалась, хвиса — отдыхала. Не полностью, конечно, а лишь частично. Ушки — на макушке, взгляд — настороже, и периодически проверять, всё ли в порядке. Единственная проблема заключалась в сокрытии своего присутствия, от чего спасал амулет на шее. Конечно, полностью полагаться на него я не собиралась — мало ли кто заинтересуется, чья это меховая тушка здесь отлёживает бока. Но немного вольности позволить себе можно.

Портал сработал как надо, выбросив меня неподалёку от города. Дальше дело было за малым: обходными тропами да под скрытом я смогла добраться до столицы и проникнуть внутрь. Правда, ради экономии сил пришлось ослабить морок: чуть переборщишь — и магия вытянет всю энергию, как воду из губки. А на одной природной магии далеко не уйдёшь.

Теперь я лучше понимала, почему наши решили вмешаться. Город был словно лоскутное одеяло — пёстрый, сшитый из разрозненных кусочков, без намёка на целостность. Магическая защита оставляла желать лучшего: ни системы, ни единства. Серьёзный барьер стоял только на воротах, но туда я и не думала лезть. Слишком много вопросов вызвала бы малолетняя хвиса, вооружённая как наёмный убийца. Мне лишних проблем не нужно.

Но какая же защита без дыр?

На стенах я нашла множество таких лазеек — не физических, а магических. Среди нагромождения маячков и сигнальных чар легко можно было обнаружить незащищённые промежутки. К тому же большинство стражников были лишены магических способностей, а значит, меня почти не замечали. Достаточно было отвлечь их внимание: небольшая шутиха, брошенная со стены, создала нужный шум. Пока они отвлеклись на треск, я прошмыгнула за их спинами. Моя расплывчатая фигура осталась незамеченной.

Переждав до утра на одной из крыш, я начала поиски. А ещё — мысленно поблагодарила Командора за памятку, которую она мне составила. Из неё стало ясно, что моя цель, оказывается, обитает вовсе не в центре столицы, а на её окраине. Во Дворе. Что-то вроде резиденции одного из правителей полукровок — лэй’тэ.

Кем именно он является, а уж тем более как выглядит, — ни слова. Всё приходится добывать самой. Ну, хотя бы спала я неподалёку от этого самого Двора — не придётся тратить время на поиски.

По земле не пройдёшь, по воде не проплывёшь — остаётся лететь по воздуху.

Именно так, прямо на ходу, и родилась идея проникновения. Даже просто прогуляться по столице у меня бы не получилось — раса слишком уж приметная. А уж проникнуть во Двор, где постоянно кто-нибудь из воинов да бродит… Вот и пришлось забираться на самое высокое здание, а оттуда — маши крылышками в сторону цели.

Лисья тушка вообще не предназначена для полётов под облаками. Особенно с таким хвостом, который тянет к земле сильнее любых законов мироздания.

Ух, едва дотянула.

Стукнувшись мордой о кровлю палат, я мысленно разразилась потоком ругательств в адрес строителей. Естественно, шёпотом.

Сумку пришлось переносить уже ночью. Во второй раз всё прошло без заминок — не считая того, что я едва не пролетела мимо Двора, перепутав направление в темноте. Но справилась же. Вещички попрятала, шерсть пригладила, пост занял

Всё это произошло пару дней назад.

И после этого — ничего. Ровным счётом ничего.

Кроме того, что я до смерти устала вести такой скрытный образ жизни. На людях не светись, близко не подходи, за запахом следи, чтобы, не дай богиня, не засекли на своей территории незваную хвису.

Проблемы гигиенического характера — вообще отдельная баллада.

Мне всегда нравилась работа на воле: можно присесть под любой кустик, не опасаясь за собственную шкуру. А здесь — осмотрительно выбирай место, по сто раз оглядывайся по сторонам, не оставь, опять же, лишних следов. Кто считает, что в городе пачкаешься меньше, — ошибается. Перебежки, жара, долгие часы в неудобных укрытиях делают своё дело.

Сейчас я бы что угодно отдала за горячую ванну и травяную настойку для волос. Боюсь даже перекидываться, чтобы не взвыть от вида того, во что они теперь превратились.

В тех книгах, где увлекательно пишут про шпионов на службе у короля, обычно забывают упомянуть, какие неудобства им приходится терпеть.

Благо день близился к завершению. Солнце перестанет изводить мою шубку, позволяя перебраться на новую позицию. Судя по голосам подо мной, скоро будет ужин. На который я, естественно, не попаду. Но попробую урвать остатки, когда все отправятся спать.

Перебираясь поближе к краю, я морщилась, когда лапы попадали на слишком нагретые участки крыши. Нравившееся раньше тепло уже совсем не радовало. И ведь не перекинешься. Одним из главных достоинств моего текущего облика был его небольшой размер. Если не брать в расчёт крылья. Их приходилось плотно прижимать к телу, стараясь стать как можно менее заметной.

Плюсы на минусы дают пустоту.

В животе.

Свесив голову в вентиляционное отверстие, я слушала разговоры, борясь с искушением пробраться внутрь.

— Лиска, будешь столько есть — точно подумают, что понесла. И куда в тебя столько лезет?

Ага. Моя дорогая соплеменница здесь. Значит, можно не беспокоиться за её безопасность. Одной заботой меньше.

— Я организм растущий, мне много есть надо. Пускай с виду это и не заметно.

Ужин проходил своим обычным чередом. Висеть в одном положении мне надоело, и я перебралась к краю открытого окна. Высоко сижу — далеко гляжу. Отсюда хотя бы видно, что внизу творится.

Знакомые всё лица. Точнее, знакомые за те несколько дней, что я тут проторчала. Много гвардейцев, малышни и прочих личностей, которых с первого раза и не запомнишь. Даже Рейваринесиан — или, как его называла Лис, Рейвар — и то присутствовал на ужине.

Всего пару раз удавалось понаблюдать за ним, пусть и издалека. Занятой и занятный мужчина. Не зря Лисавета его выбрала. Или он её? Сложно.

Отношения между двумя полами — вещь, в которой я мало смыслю. Как бы сказала наставница — не доросла до такого. Но, как пелось в одной песенке: «А я хочу любить, влюбляться и развлекаться».

Свет мой, зеркальце, скажи, когда они уже разойдутся?

А, спасибо, уже не надо. Вижу.

К ночи, когда все наконец разбрелись, я решилась отправиться на вылазку. Приоткрыв слуховое окно ровно настолько, чтобы пролезть, забралась в крохотное помещение и замерла у стены.

Та-ак. Где-то здесь оно было…

Найдя искомое, осторожно пролезла через небольшое отверстие рядом с полом — как раз под мой размер. И чего они удивляются, что тепло стало сильнее уходить, когда оставили такую широкую отдушину, которую требовалось лишь чуть расширить?

Главное теперь — не грохнуться.

Вцепившись в край балки, я подтянулась на лапах, оказываясь внутри столовой. Помню, рядом расположено помещение с припасами. Но сначала — кухня. Что-нибудь да должно было остаться после ужина.

Посмотрим…

Суп. Мясной, наваристый, но уже совсем остыл. Не хочу.

Исследуем дальше.

О, а вот это уже интереснее.

Булочки. Ещё тёпленькие, аккуратно укрытые тканью, чтобы не остывали. И чего так стараться, если утром всё равно будут готовить новую порцию? Может, судьба наконец решила надо мной сжалиться и послала добрых людей?

Ох… Но в текущем облике распутывать этот накрывающий булочки покров оказалось в разы сложнее. Зато какая награда ждала за старания.

Увлечённая процессом, я полностью погрузилась в него, задействовав и лапы, и зубы.

***

Алчность до хорошего не доводит.

Всю глубину этой мудрости я прочувствовала, когда услышала открывающуюся за спиной дверь.

Н-да. Проморгала все сигналы амулета, предупреждавшего о приближении постороннего. Или он просто не сработал, из-за того, что не был рассчитан на «такого» гостя?

Ситуация вышла донельзя нелепой.

Лисавета, тайком, в одной ночной рубашке, вышедшая подкрепиться пирожками, специально отложенными для неё. И я — сидящая рядом с этими самыми пирожками, разворошившая всю ткань и уже успевшая запихнуть один в рот.

Такой вариант развития событий моя голова предусмотреть не смогла.

— Можно присоединиться? — первой нарушила молчание Лисавета, заходя внутрь и закрывая за собой дверь.

Киваю, чуть отступая назад. По-прежнему держа в зубах хлебобулочное изделие, которым едва не подавилась, попытавшись ответить.

Это разрядило обстановку.

Засмеявшись и старательно прикрывая рот, чтобы не шуметь, она похлопала меня по спине, заставив непрожёванный пирожок выпасть из пасти.

И — увы — на пол.

Пережить такую утрату было трудно. Но Лиска быстро смягчила боль потери, протянув мне новый пирожок. А заодно вернув возможность нормально думать.

А думать сейчас требовалось очень сильно.

Пока мы вдвоём молча поглощали запрятанную еду, я наблюдала за девушкой, а она — за мной. И обе думали. Но рано или поздно любая еда заканчивается, а вместе с ней приходит время для серьёзных разговоров.

— Меня зовут Лисавета, лэй’тэри полукровок. А тебя как?

Хвиса первой сделала шаг к налаживанию отношений.

— Тисса. Уши, лапы и большой хвост, граничащий по величине с моим самомнением. Но это не точно.

Я улыбнулась настолько, насколько это вообще возможно в моём облике.

— Такое и у меня найдётся. А вот понимания, откуда ты здесь взялась и как я тебя не почувствовала, пока не появилось.

Это плохо скрываемое предложение поделиться информацией стоило обдумать со всей серьёзностью. И не выболтать лишнего сгоряча.

— Кто бы мне самой сказал, ради чего я здесь нахожусь. Сиди, смотри, тебя вот сторожи.

Чуток правды не повредит. Главное — направить её в нужное русло, чтобы Лисавета не напридумывала себе лишнего. По себе знаю: скажут одно, а в голове уже складывается совсем другое.

Усевшись поближе к Лис, заставляя обратить на себя внимание, я подняла голову вверх, глядя на неё. Хвиса — она и на другом континенте хвиса. Чувствует, что я чего-то недоговариваю, но не напирает. Располагает к себе характером. Родственная душа.

Прижавшись к ней, я тихо вздохнула. Впервые приходится общаться с целью наблюдения напрямую. Особенно когда эта цель — тоже хвиса. Единственная соплеменница на много-много дней пути вокруг.

— Не со злым умыслом, нет. Даже наоборот. Но рассказать ничего не могу. Не столько потому, что нельзя, сколько потому, что сама не знаю. Такие вот пирожки.

Оставалось надеяться, что она поверит в этот каламбур.

От Лисаветы слабо, но различимо, пахло травами и чем-то ещё, незнакомым. Я вдруг вспомнила, сколько дней была без нормального мытья и как ужасно теперь выгляжу. И снова загрустила. Даже попыталась отстраниться, чтобы не запачкать её одежду.

Заметив перемену в моём поведении и проведя рукой по шерсти, она сразу поняла причину моей печали — исконно знакомую всем девушкам.

Поднявшись и прижав меня к себе, Лисавета сделала шаг в сторону двери, видимо, так и собираясь просто унести меня обратно к себе в палаты.

— Верю. Сама такой была. Пойдёшь со мной? Вода в котле уже должна была нагреться, а Рейвар, думаю, не будет против, если сначала ванну примешь ты. Как моя гостья.

Меня это не совсем устраивало.

Уперевшись лапами ей в грудь, я показала, что стоит притормозить. А когда она всё-таки остановилась — спрыгнула обратно на пол.

— Нельзя. Мне пока рано появляться на сцене. Не дошла очередь до моей роли. Хотя соскрести с себя всю ту грязь, которой я обросла за время путешествия, очень хочется.

Сказав это, я уже собиралась почесаться, но вовремя смутилась и одёрнула себя.

— Может, есть другой вариант?

Лисавета остановилась. Задумалась. Прошлась по кухне туда-сюда, что-то прикидывая. Я не мешала ей размышлять, примостившись в сторонке. Обняв лапы хвостом, наблюдала, как перед глазами мелькает второй хвост — более пушистый и куда более чистый.

Хватит!

Не надо думать о мытье.

Если получится — помоюсь сегодня. Не получится — позже. Иначе я сама себя в тоску загоню.

Лиска умная. Лиска что-нибудь придумает.

Или уже придумала?

Да. Стоит передо мной с горящими глазами, готовая изложить свою задумку.

— Раз нельзя так — пойдём иначе. Прости уж, — она усмехнулась, — но придётся принимать ванну после моего муженька. Помою его, отправлю спать, а потом помогу тебе. Небось волосы уже превратились в одно непонятное нечто?

Мой тяжёлый вздох на её слова говорил сам за себя.

Оставалось только придумать, как попасть туда, минуя препятствие в виде одного очень чуткого полукровки.

— Где расположены окна нашей спальни, знаешь?

Дождавшись моего кивка, Лис продолжила:

— По соседству есть ещё одно, маленькое. Обычно его используют для проветривания ванной. С твоей комплекцией, — хвиса окинула меня взглядом, — ты туда точно пролезешь. Только следи внимательно: окно я открою ненадолго, чтобы не выстудить комнату. Заметить будет нетрудно. Не проморгай, хорошо?

Такой расклад меня устраивал.

Тихо вышагивая следом за лэй’тэри и оставаясь в тени, я уже предвкушала, как окунусь в горячую воду. Главное — подождать чутка.

Выбравшись за порог и дождавшись, пока Лисавета закончит ругаться незнакомыми словами, пытаясь запереть тугой замок, я прошептала пару заклятий, стирая все свои следы.

Не хватало ещё, чтобы устроили расследование: откуда здесь взялась вторая хвиса с запахом, отличным от запаха нашей дорогой Лиски.

А теперь — время затаиться.

Махнув хвостом на прощание, я побежала к главному терему обходным путём. Не стоит смешивать следы. Труднее их заметать, когда помимо твоей магии намешана чужая.

Забираясь на карниз, я намурлыкивала весёлый мотивчик от нахлынувшего хорошего настроения.

Жизнь начинает налаживаться!

Пункт III. Хвосты в мытье и для мытья

Банная ночь. К которой, тем не менее, следовало подготовиться. В первую очередь — убрать излишек оружия и прочего снаряжения, оставив его в укромном тайнике. А после — ждать сигнала.

Маленькая фигура на маленьком выступе, незаметная при лунном свете и мерцании звёзд. Ночное светило, как нельзя кстати, ушло в скопление облаков. Или они пришли к нему в гости. На Дворе стояло безмолвие, разбавляемое едва слышными звуками стражников, стоящих на своих постах. Небольшого света хватало, чтобы я различала их силуэты в темноте. Да и они смогли бы разглядеть меня, если бы не маскировка.

Сколько ещё придётся здесь торчать? Я бы уже сто раз за это время вымылась. Особенно будь я мужчиной. Им что, пяти минут на всё про всё не хватает?

От плохих мыслей отвлёк деревянный стук чего-то приоткрывшегося, за которым темноту прорезало пятно света. А я сидела не совсем там, где надо. Даже с моим размером не всякий выступ будет удобным. Если неверно рассчитаешь и навернёшься вниз — шуму будет ой-ой-ой. А мне этого не хотелось, когда цель так маняще близко.

Здесь перескочить, а тут надо свеситься, расправляя для равновесия крылья. Так я и спустилась на пару метров вниз. А теперь предстояло самое сложное из выполненных акробатических пируэтов.

И оно почти получилось. Достаточно раскачавшись, я забросила себя в приоткрытую щель окна, не забыв сложить крылья перед пролётом в этот узкий проём. Но кто ж знал, что противоположная стена так близко? Выпущенная подобно стреле, я пролетела через всё маленькое помещение, воткнувшись в стену. Головой. Но голова — не остриё, так что звук оказался весьма глухим. И громким для ночного времени.

Моментально осознав изменившийся расклад дел, я засунула подальше всю жалость к себе вместе с испытываемой болью, постаравшись спрятаться. Не всегда, но и в человеческом обличье это тоже выходило неплохо. Выбирать не приходилось.

— Что это был за шум? — полусонный, но всё равно грозный голос Рейвара заставил мои уши прижаться к голове, а хвост — беспокойно заметаться из стороны в сторону.

Пришлось прижать его к себе, дабы ненароком не обжечь о горячую печь, расположившуюся под боком и теперь успокаивающе наполняющую теплом чуть замёрзшее тело. Сейчас совсем не хотелось сбегать отсюда, но если потребуется — то буду. Встреча полукровки и незваной хвисы в его обители сулила сплошные неприятности для моего бедного хвоста. И всего, что прилагается к нему.

— Шум? Наверное, створка окна опять шарахнулась о стену. Не посторонний же забрался к нам в ванную, чтобы так нелепо устроить переполох, — последние слова явно относились ко мне, так неосторожно нарушившей ночную тишину. — И вообще, Рейвар, тебе завтра выступать во дворце, а ты до сих пор не спишь. Как твоя законная жена, повелеваю — спи. А то ещё заколдую, если не станешь меня слушаться.

— Слушаюсь и повинуюсь, о ужасающая лэй’тэри. Но усну куда быстрее, если ты будешь рядом со мной, — раздался сонный зевок, сменившийся скрипом кровати. Похоже, он-таки лёг наконец.

— Чтобы завтра сушить пол, разбухший от многочисленных луж воды, разлитой тобой? Не беспокойся, любимый, я быстро, — завершив свои слова поцелуем, Лиска направилась, судя по приближающимся шагам, прямиком ко мне.

А я что? А я как сидела около печки, так и осталась сидеть. Только побольше высунулась, позволяя разглядеть меня Лисавете, открывшей дверь. Правда, сначала ей пришлось закрыть злополучное окно, чтобы построенная на ходу отмазка сработала как надо. И ванная перестала выстуживаться.

А затем она вернулась обратно ко мне, встав напротив моего раскрытого убежища.

Удивление. Осознание. Понимание.

Даже когда я поднялась на ноги, моя макушка доходила ей максимум до подбородка. Да-а, неправильно оценила её рост. Думала, будет чуть ниже. Что ни говори, а возраст играет существенную роль. Она же перед собой видела подростка. Немного нескладного, с горяще-рыжей копной длинных волос и таким же пушистым хвостом, боязливо прижавшимся к моим ногам. По второму облику ведь нормально не определишь.

Стоим себе как истуканы друг перед другом.

— Вот такая я вот. Прошу любить и жаловать, а также мыть и чистить, — тихо, чтобы не разбудить кое-кого, я подмигнула Лиске, начав стягивать с себя порядком надоевшую одежду. Поговорить ещё время найдётся.

Перед моими глазами находилась бадья горячей воды, пускай не такой чистой, но такой желанной.

Куртки на мне не было, и сейчас я расшнуровывала ворот льняной рубашки, любезно выбранной Шерис для меня. Благодаря ей я не так сильно пропахла потом за эти дни и теперь могла не краснеть за свой возможный запашок.

Следом на пол полетела обмотка, от которой я избавилась с наслаждением. Хоть какая ткань, а грудь натирать будет, особенно по грязной коже. Поверх неё легли штаны с нижним бельём, не отличавшимся изяществом ввиду выбора в пользу практичности. За что сейчас я немного пожалела.

С облегчением подойдя к деревянной ванне, осторожно пробую воду рукой. Чудесно. Она по-прежнему не утратила своей теплоты.

Повернув голову на тихий скрежет металла за спиной, я сдавленно удивлённо охнула, наблюдая, как из металлической трубы, ведущей к котлу, полилась свежая порция воды. Такого у нас в обители не было и в помине.

Но мысли об этом оттеснил ещё больший восторг, граничащий с предвкушением наслаждения, когда моё тело опустится в эту водичку. Нетерпеливо переминаясь, я ждала, когда Лиска закончит перемешивать её. И тут же, с урчанием, забралась внутрь, едва она отошла.

— Прекрасно! Замечательно! Чудесно! — поток моего восхищения лился полноводной рекой, вызывая улыбку Лисаветы, вернувшейся с банными принадлежностями. — Можно много говорить, но наслаждение, когда опускаешься в горячую воду после стольких дней воздержания, невозможно передать словами.

Окунаясь с головой, я каждой порой ощущала, как смывается с тела тот противный сальный слой, что к этому времени покрывал всё моё тело. Вынырнув, я облегчённо опёрлась на край, уставившись в потолок.

— Тис, а как ты, не в лисьем облике, смогла залезть в окно? — задала вопрос Лисавета, соскребая мочалкой легко отходившую от тела грязь и стараясь действовать аккуратно, отчего я совсем разомлела, едва не растекаясь по воде.

— Как это — не в лисьем? В нём самом. А иначе не получится, — удивилась я такому, честно говоря, глуповатому вопросу.

— Что? — она даже остановилась, заглядывая мне в лицо. — Оборот не захватывает одежду, поэтому приходится щеголять лишь в одной шкуре после того, как выпутаешься из тряпок.

Удивление выросло ещё больше.

— Кто тебе мог сказать такую глупость? Прихватывать одежду перекидыванием — первое, чему учат тебя с рождения. Иначе перекинешься раз, а потом обратно ходишь в чём мать родила.

Хвиса, не знающая прописных истин. Это… это смущало и заставляло теряться в догадках, в чём же причина.

Не одну меня. Лис, похоже, подбирала подходящий ответ на мой вопрос, что странно. Хотя она всем отличалась от тех соплеменниц, что я каждодневно встречала на архипелаге.

Стоит проверить одну догадку, после которой либо станет ясно, либо совсем перестанет быть понятно.

— Как пользоваться и распределять магические потоки, надеюсь, объяснять не нужно?

Молчание.

Н-да. Предположение оказалось правдой. Настолько странной, что непонятно, что и сказать. Хвиса, не знакомая с магическими основами, словно выросшая где-то в глубине дремучих лесов, в отрыве от предков и наставников. О, а это весьма вероятно.

— Я тебя вообще так в ступор вгоню. Расслабься, не забивай голову. Захочешь — объясню, в силу моих познаний. А пока прошу, не натирай так усердно мою спину, словно хочешь отбелить кожу до состояния бумаги.

Успокаивающе коснувшись мокрой мочалкой, бывшей прежде хвостом, её плеча, я села на купальный стульчик, развернувшись лицом к ней. Когда тебя кто-то моет — это успокаивает, погружая в сладостную негу.

Задремав, я очнулась от прикосновения к тому, что прятала даже от самой себя. Открыв глаза, я встретилась взглядом с Лисаветой. Её рука лежала на застарелых шрамах от ожогов, протянувшихся по всей внешней стороне бедра и заканчивавшихся у щиколотки. Левая нога избежала подобной участи, отделавшись несколькими небольшими отметинами, которые легко скрывались короткими бриджами или другой одеждой.

Я не любила, когда меня жалеют. Если судьба сыграла тобой подобным образом, остается согласиться с её решением. Моих сил не хватит с ней спорить. Историю не переписать, а раны, даже залеченные, останутся глубоко в сердце.

Мягко перехватив из руки хвисы мочалку, я начала намывать обожжённую кожу, выгоняя из головы образы воспоминаний. Нельзя показывать такие эмоции перед той, кого обязалась защищать. Нельзя быть слабой.

Закончив с мытьём тела, я погрузилась обратно в воду, дав возможность Лис заняться волосами. С которыми, удивительно, оказалось не всё так плохо, как мне представлялось. Конечно, не без боли, но скоро они смогут вернуться к прежнему виду.

Остывая, печь продолжала греть. Я бы так и осталась сидеть рядом с ней, высушиваясь, но мне не дали этой возможности, принявшись насухо вытирать полотенцем. С таким приятным запахом. Запахом Лисаветы.

Так я нарекла сочетание ароматов, что прежде ощутила от неё при нашей первой встрече.

Не в силах удержаться, я прижалась к вытирающей меня девушке, уткнувшись носом в её чуть намокшую ночную сорочку.

— Не могу ничего поделать. Твой аромат слишком вкусный. Интересно, — я на секунду задумалась. — А чем пахну я?

Неожиданно для себя я поняла, что никогда не пыталась узнать, каков мой запах. Никогда не придавала этому хоть каплю значения. До сегодняшнего дня.

— Горелой древесиной и корицей. Немного грустный, но приятный аромат.

Сочетание чего-то до боли знакомого с чем-то совершенно неизвестным.

— Корица? Что это? Сорт дерева?

— Почти. Пряность, произрастающая далеко на островах, изготавливаемая из коры деревьев. Между прочим, очень вкусная, если добавлять в различные десерты.

Мне нравилось находиться рядом с ней. Касаться её. Вдыхать её запах. Перенесённые неудобства за это время казались мелочью на фоне нашей встречи.

Внутренне я благодарила судьбу за выпавший шанс повстречать такую интересную хвису. И даже больше — такую интересную девушку.

И мне не хотелось тех отношений, что иногда замечала между другими хвисами. Сердце Лиски уже давно занято. Мне хотелось нечто другого.

Чтобы она стала мне… кем стала?

Сестрой.

Пускай и названной, но сестрой. За которую будет не жалко и отдать жизнь. Сгореть как феникс. Дотла.

Но не сейчас. Рано. И раскрываться рано, и чересчур сближаться — тоже рано. Вот когда я стану уверена, что моя миссия будет выполнена и её жизни больше ничего не будет угрожать, тогда и можно будет сделать выбор.

Я подожду.

— Тисса.

— Да?

— Если не секрет, сколько тебе лет?

Подожду.

— Лисавета, для тебя будет лучше, если я оставлю это в секрете между нами. Открыв правду сейчас, ты больше не сможешь меня отпустить. Поверь.

А я не смогу — тебя.

Когда мои волосы были расчёсаны и уложены в более-менее приличное подобие причёски, я принялась одеваться. А то что-то задержалась здесь.

Чистое и свежее. Без малейшего запаха. И выгодно отличающееся от старого.

Натянув панталоны, я покрутилась вокруг себя, привыкая к новой ткани. Надо обязательно пройтись по здешним магазинам, как появится свободное время. Бинтовать грудь — это, конечно, лучше, чем ничего, но от удобного корсета я бы не отказалась.

Кстати о бинтовании.

— Лис, помоги, пожалуйста, закрепить их, — повернувшись к ней спиной, я дождалась, пока хвиса выполнит просьбу, и принялась застёгивать пуговицы рубашки.

Время поджимало, и не мешало бы вздремнуть до наступления утра.

Пока я одевалась, Лисавета успела затереть большинство следов моего присутствия.

Усевшись на пол, выбрав место посуше, я прикрыла глаза, собирая восстановившуюся после хорошего отдыха энергию. Нужно вливание побольше, чем тогда.

Макая пальцы в лужицу воды, оставленную по моей просьбе Лиской, я чертила священные руны. Длительный эффект не требовался — даже наоборот. А вода хорошо проводит силы.

Заговоры — хорошо, но серьёзной магии из них не сваришь. Не зря пришлось в детстве вдалбливать себе в голову толстенный том магичьих знаков.

Вздохнув, я влила последнюю каплю силы и закрепила всё подходящим заговором. Должно хватить.

Не знаю, поняла ли Лисавета хоть что-то из выполненных действий, пока наблюдала. Ну да ладно, позже как-нибудь объясню.

Это напомнило ещё кое о чём.

Вытащив из внутреннего нашитого кармана крохотную янтарную фигурку, я перебросила её девушке. Дождавшись, пока она рассмотрит полученный предмет, я пустилась в объяснение принципа работы, попутно открывая оконную створку.

— Как богиня-покровительница заботится о нас, так и я забочусь о твоей сохранности. В лисице заложено достаточно сил, чтобы шагнуть к тебе. Но — лишь раз. Хотя думаю, — я усмехнулась, — больше и не понадобится. Есть у меня чуйка на такое.

Обернувшись, я подпрыгнула, забираясь на край открытого окна. Ночь радовала свежестью.

Вдохнув холод луны, я на мгновение прижалась к руке Лисаветы, подошедшей попрощаться, и сорвалась вниз, выпуская крылья навстречу ветру.

Добрые духи воздуха услужливо донесли меня до крыши одного из дальних домов, где я теперь жила. Метки на чердаке были на своих местах, а значит, никто не появлялся.

Улегшись на разложенный спальник и вдыхая запах набитой внутрь травы, я улыбалась, вспоминая всё, что было.

Шаг вперёд сделан.

С такими мыслями я закрыла глаза, погружаясь в благословенный сон.

Пункт IV. Хвисий шанс

Я была вне себя от… нет, не счастья. Злости. В первую очередь — на себя, в последнюю — на Командора. И главное — никаких пометок. То ли я пропустила в процессе прочтения, то ли это открылось позже.

Заглянув сегодня в составленный ею блокнот-памятку, я обнаружила один пропущенный, но тем не менее важный пункт. Даже бы сказала — очень важный.

«Списки лояльности» — гласил заголовок.

Углубившись в него насилу до второй страницы, я поняла, как крупно села в лужу. И не только села, но ещё и повозила там некоторое время своей попой вместе с хвостом.

Имена, адреса, перечень применения. Когда бывает, а когда подолгу отсутствует. Эта информация была бесценна и, главное, абсолютно бесполезна для кого-то, кроме нас самих. За все эти дни, что я находилась в столице полукровок, могла бы нормально питаться и вести более-менее хорошую жизнь без всех ограничивающих мер.

Все из этого списка — те, кто по-прежнему готовы помочь хвисам, обратившимся к ним за помощью. Конечно, не всяким, но на этот случай имелась краткая текстовая обрисовка.

А ведь началось всё с того, что мне потребовалось выяснить, почему в лекарственном препарате нет ключевого компонента, без которого он бесполезен. И-и-и… мне это удалось понять.

Разгадка состояла в том, что именно в этом городе находился алхимик, занимающийся производством для нашего хвостатого племени. А раз я сюда отправлена, то зачем мне выдавать столь ценный продукт, когда ключ могут сделать здесь?

Из чего вытекало: узнай я об этом раньше — всё могло пойти по другому варианту развития событий.

М-да, а я и не представляла, что такая мелочь столь сильно изменит мою судьбу. Хотя в этом можно увидеть и лучшую сторону. Я познакомилась с Лиской, покупалась у неё в ванной и даже смогла узнать новую полезную информацию о ней.

Посчитаем это за маленький успех и не будем разглашать полную версию, если когда-нибудь спросят, почему я так поступила.

Хоть спальник и был набит травой, а всё равно тело затекло после сна. Хорошо хоть вчера достаточно распарила своё тельце, чтобы сегодня вполне бодро встать, начиная разминку, какая была доступна в этом ограниченном пространстве.

Утро начиналось.

А насколько я знаю, в ближайшие пару-тройку часов Лисавета никуда не пойдёт, что даёт мне полное право смотаться до этого алхимика. Разберусь с возникшим делом и дальше — с чистой совестью обратно на пост.

Порывшись в сумке, я накинула поверх рубашки длинный серый плащ, скрывающий как меня с ушами, так и своенравный хвост. Жаль, но от большинства амулетов пришлось отказаться. Изрядно фонили, заразы. Прохожие бы косились на меня так, будто я ходячий магический источник вечной молодости.

Хотя парочку нацепить можно. На отвод взгляда да на защиту. Не голой же выходить. Ножны с парными кинжалами я закрепила за спиной на поясе, проверив, свободно ли выхватываются. Всё, можно идти.

Быстро выглянув и оценив обстановку вокруг дома, я спрыгнула вниз, убедившись в безопасности. Поправив после приземления немного помявшийся плащ, поспешила убраться подальше.

Не хватало ещё, чтобы нарисовались нежеланные свидетели моего появления.

Добираться до магазина, расположившегося где-то на одной из центральных улиц, долго. И я не хотела бы излишнего внимания к своей персоне. Пусть считают приверженкой какой-нибудь религии, чем просто странной и подозрительной.

Шагая по улицам имперской столицы, я поражалась её архитектурному разнообразию. Деревянные дома, каменные дома — и у каждого свой индивидуальный стиль, несравнимый со стоящим рядом. Каждый творил по средствам и идеям.

А магазины… Некоторые из встречающихся на моём пути даже имели чудесные стеклянные витрины, позволяя любому случайному прохожему ознакомиться с выставленным ассортиментом. Головой особо не повертишь, и оставалось только пускать слюни на всё это разнообразие, делая пометки в голове в надежде когда-нибудь вернуться и заглянуть внутрь.

А гвардейцы… После пройденных пары кварталов я перестала обращать внимание на каждого замеченного по пути. Слишком много гуляло их по улицам, чтобы тратить нервы понапрасну. Этот город слишком большой, чтобы я притягивала все взгляды на себя.

Лавируя в людском потоке, я шаг за шагом приближалась к цели, до которой оставалось совсем чуть-чуть. Подслушанная около одного из магазинчиков лёгкая затейливая мелодия запала в голову, отчего я намурлыкивала её себе под нос, наслаждаясь прогулкой.

И теперь была спокойна.

Хотелось попросить у судьбы, чтобы не подкидывала больше ничего. Но она же слушать меня не будет.

Как сейчас.

Сработавшие инстинкты заставили меня перехватить что-то падающее, и теперь в моих руках находился мальчишка, секундой ранее готовившийся расквасить нос — да и не только его — об мостовую. Споткнуться на такой мощённой булыжником дороге — раз плюнуть. А малец, видимо, и не смотрел под ноги.

Смешно. Называю про себя его мальцом, а сама недалеко ушла. Перенятые привычки.

— Спаси-и-ибо, тётенька, что не дали грохнуться, — отпущенный на свободу, он отряхнулся, собираясь бежать дальше. Но прежде получил затрещину от меня.

— Ай, за что? — почесав ёжик своих серебристых волос, паренёк с недоумением уставился на персону в плаще.

— Раскрой глаза и лучше смотри, прежде чем называть незнакомую девушку тётенькой. Это же относится и к твоему безрассудному бегу. Продолжишь не смотреть под ноги — расшибёшь голову, какой бы крепкой она у тебя ни была, — вываливая нравоучения на него, я посматривала по сторонам.

— Ла-а-адно, сестричка. А почему ты здесь, а не во дворце? Ты же сегодня должна быть с нашим лэй’тэ на церемонии посвящения?

Смутив меня ворохом вопросов, среди которых я услышала кое-что странное, он уставился на меня. Я же пыталась понять, почему он говорит мне это.

— Ты с кем-то меня путаешь. Я недавно приехала в этот город и уж точно не могу быть приглашена на какую-то церемонию во дворец.

— Да-а? — ещё раз осмотрев меня, мальчишка утвердительно кивнул. — Да-а. Прости, сестрица, ты очень похожа на нашу лэй’тэри. Только она чуть повыше, — он рукой показал, насколько именно. Выглядело неубедительно.

Поняв, что малец спутал меня с Лисаветой, я вздохнула. Но тут же нахмурилась.

Если она собирается во дворец вместе с Рейваром — это рушит мои планы. Я-то думала, она до обеда никуда не денется со Двора. А выходит — надо бросать все планы в дальний ящик и поспешить, чтобы скорее добраться туда.

Все да не все.

Ключевой компонент «Хвисьего шанса» мне обязательно нужно получить именно сегодня. В другие дни, согласно памятке, алхимика придётся искать чуть ли не по всему городу. Надо мне такое счастье? Конечно же нет.

— Все мы иногда похожи на кого-то. Давай, беги, — я подтолкнула его вперёд. — И смотри под ноги.

Сделанное напутствие ушло в пустоту, потому что он уже убежал, очевидно не запомнив и половины моих предостережений.

Остаток пути прошёл спокойно. Буря событий оказалась кратковременной.

…Хм, обычный магазинчик, ничего особенного. Единственное отличие от остальных — в него почти никто не заходил за то время, пока я сидела, наблюдая за входом. Исходя из его специфики — логично. Мало кто будет самостоятельно заниматься изготовлением зелий, не имея в этом достаточно опыта. Дорогостоящее занятие для несерьёзного подхода.

Мне же лучше. Меньше свидетелей.

Никем не замеченная, я скользнула ко входу, быстро открывая дверь и заходя внутрь.

Холодно. Я бы сказала — весьма морозно. Но никаких сквозняков. Может, для различных компонентов эта температура самое то, а вот для меня — нет. Отморожу себе хвост, пока дождусь появления хозяина.

Как назло, его нигде не видно. Позвать, что ль?

— Добро пожаловать в лавку алхимических ингредиентов, юная леди. Желаете что-то приобрести или заказать?

Проскрежетавший будто из самых недр земли голос за спиной заставил меня подскочить, попутно выронив какую-то склянку из рук. Я её ранее рассматривала, а теперь она находилась… в нежных, если можно так сказать, объятиях каменистого щупальца.

Или это хвост?

Невозмутимо пройдя мимо меня, хозяин конечности остановился около светильника, зажигая огонь потоком холода, вырвавшегося из его рта. А следом — и на всех остальных, окрашивая помещение холодным светом.

После чего, провожаемый моим взглядом, поставил на место подхваченную склянку и вернулся к прилавку. Принявшись смотреть на меня в ответ.

Впервые такого встречаю. Хвостатый и чешуйчатый. Если, конечно, можно считать чешуёй крупные куски тёмного льда, покрывавшие всё его тело.

Ходячий ледник на ножках.

То-то здесь так холодно. Никакого охлаждения с таким покровом не нужно.

А ещё — жутко опасный. Во всех смыслах этого слова. Никому не пожелаю такого противника.

Откинув капюшон, позволяя ящеру получше разглядеть себя, я подошла к прилавку и выложила на его поверхность кулон. Лисица, а точнее — хвиса, с раскрытыми крыльями и двумя хвостами, распушившимися книзу.

Бросив на него взгляд, чешуйчатый наложил блокирующую печать на дверь, приглашая проследовать за собой в то самое помещение, из которого появился. Что я и сделала, вешая кулон обратно на шею и убирая под одежду.

Уютно.

Маленький столик и пара кресел, стоящих по обе стороны от него. Я сразу облюбовала левое, предпочтя сидеть ближе к выходу и подальше от камина, горевшего таким же иссиня-белым огнём. Никакого тепла — сплошной холод от такого пламени.

Поэтому я с благодарностью приняла тёплый пушистый плед и взяла в руки горячую чашку чая, что принёс вместе с ним хозяин. Сделав глоток, я наконец достаточно согрелась, чтобы вести диалог.

— Извиняюсь, замёрзла в вашей обители. Моё имя Тисса, и, как уже поняли, я являюсь представителем Родосской гвардии, — обозначив свою персону, я сделала ещё один глоток, полагая, что этой информации достаточно.

— Понимаю. Как же не узнать знаменитый в прошлом знак хвисей гвардии, — хоть его голос и потеплел, на мгновение я почувствовала горечь от событий прошлого. — Ко мне можешь обращаться как Рахэс. Истинное имя на вашем языке не выговоришь. Нужен катализатор к вашему зелью?

Я кивнула, пробуя имя на вкус. Рахэс. С его произношением оно выговаривалось с шипением на конце. Рахэс-с.

Да, имя действительно совпадало с тем, что было записано в блокноте.

Пока Рахэс приготовлял необходимое, я допила чай и начала бродить по комнате, закутанная в плед по самый хвост. Потрогать и подержать в руках здесь было нечего, а совать пальцы в огонь, пускай он и холодный, меня в детстве отучили. Обморожу ещё их — замучаюсь лечить.

Но единственное украшение этой комнаты, помимо чудного камина, притягивало взгляд. Большое каменное панно с изображённым на нём драконом. Очень похожим по расцветке чешуи на хозяина магазина. Тот, правда, раз в пять меньше изображённого, но сходство виднелось.

— Заинтересовалась? Старая работа, не делают уже таких, — остановившись рядом со мной, он провёл когтем по одной из множества граней, соединявших камни в одну картину. — Эдак с пары сотен лет. Тогда я гостил у друга, а он, под впечатлением от недавнего лицезрения моей полной ипостаси, сотворил данное панно.

— Вашей? — у меня были предположения, что на нём мог быть изображён его предок, но уж никак не он сам.

— Именно. А ты что думала, я в таком виде всё время нахожусь? — ящер гулко расхохотался. Казалось, будто камни заперли в металлической бочке и хорошенько её потрясли.

Наконец закончив смеяться, он продолжил:

— Нет, маленькая лисичка. Это лишь один из моих обликов. Как вы, хвисы, имеете несколько, так и мы, кальхисы, дети горных гряд. Правда, кто об этом сейчас помнит. Настолько долго живём, что истлевает само полотно истории.

Закончив на такой ноте, он покачал головой и вернулся к столу, на котором теперь лежала свежезапечатанная трубка.

— Не знаю, кто изготавливает эти ампулы, но при их использовании эффективность повысилась вдвое. О сроке хранения вообще молчу. Удивительная тонкость.

Дав возможность оценить качество выполненной им работы, Рахэс вернул трубку в кожаный футляр, где лежали две остальные ампулы, и придвинул его ко мне.

Убирая футляр в сумку и стараясь при этом уложить его поаккуратнее, я вдруг поняла, что не узнала о главном. Во сколько мне всё это обойдётся.

Подступившись с этим вопросом к дракониду, я в голове просчитывала траты финансов, расположившихся у меня в кошеле на поясе. Выделенных денег должно было хватить на покрытие всех возможных расходов.

Зря напрягалась.

Сразу определив, к чему веду разговор, Рахэс поспешил успокоить меня, объяснив, что часть поставляемых колб уходит в качестве оплаты за работу и материалы. Так что от моей персоны не требовалось ровным счётом ничего.

Хоть где-то не приходится раскошеливаться.

Беспокойство проникло в сердце, когда я вышла вслед за хозяином лавки в главный зал. Как семечко, давно посаженное в землю, а теперь решившее прорасти.

Весь день был спокойным — и тут на тебе.

Замирая на месте и пуская в ход все доступные чувства, мне никак не удавалось понять источник тревоги. Словно он скрывался где-то глубоко внутри. Или, наоборот, лежал совсем на поверхности. В накатывающих волнах ощущался призыв к действию.

Точно, амулет!

Я вытащила его из сумки. Помнится, хотела положить в один из свободных карманов, но почему-то так и не сделала этого. Оставаясь холодным в руках, он обжигал меня изнутри, пылая огненным штормом и показывая происходящее вокруг него.

«Чёрный туман, наступающий со всех сторон. Маленькое пятно света вокруг, стремительно сужающееся всё сильнее и сильнее. Нет возможности сбежать. И времени тоже нет. Последние крупицы скоро пересыплются, а вместе с ними иссякнут и шансы на спасение.»

Вынырнув из видения, я рванула к двери, но сразу поняла — не успеваю. Похоже, только маяк и остаётся. Ещё и дня не прошло с его вручения, а уже приходится воспользоваться им.

— Рахэс, прошу прощения, но поток судьбы не терпит промедлений. Надеюсь, увижусь с вами снова!

Сбросив плащ и перекинувшись, я шагнула сквозь пространство, двигаясь по направлению струны, связывающей меня и путеводный маяк на той стороне. Продираясь сквозь грань пространства, отделяющую мир реальный от иллюзорного, прокладывая путь потоком силы и черпая энергию капля за каплей.

Лишь бы успеть.

Вот он, выход! Будто услышав меня, проход начал уменьшаться в размерах. Нет, так я точно никуда не успею.

Тратя драгоценные силы на создание ударной волны перед собой, я ломанулась грудью через почти закрывшиеся врата, разбивая их вдребезги. Осколки больно впивались в духовное тело, застревая невидимыми частицами. В их брызгах я вывалилась на мостовую.

Вскакивая, я услышала, как с негромким щелчком звуки вокруг разом выключились. Это мне не понравилось. Как и та неприятно пахнущая пятёрка, стоящая полукругом перед Лисаветой. Но прежде — передо мной.

Барьер. Той чернотой оказался барьер, отрезавший нас от внешнего мира. Хотели словить одну хвису, а получили в подарок вторую. Ответные подарки не предусмотрены — это было видно по их недоумевающим рожам.

Оскалившись, я растопырила крылья, заслоняя собой Лиску. Она — их цель. Не позволю навредить своей сестрице-лисице. Ведь именно по этой причине я заявилась в этот город.

Ваш выход, госпожа хвостатый арлекин!

Пункт V. У смерти тоже есть хвост

Эти типы мне не нравились. Совсем.

— Где ты прятала эту зверушку, Лей’тэри? Надеешься, что вместе сможете что-то противопоставить нам? — чернявый подал команду, по которой наёмники начали окружать нас.

— Вы или безумны, или абсолютно уверены в своих силах. Нападать на меня почти в центре города? Да не пройдёт и нескольких секунд, как сюда заявится Рейвар, и вы пожалеете, что всё ещё живы, — Лисавета оглянулась, пытаясь сохранять спокойствие и верить в то, что всё произойдёт именно так, как она сказала. Но отведённое время истекло, а ничего не менялось.

— Не заявился? Какая жалость, — источая едкую насмешку, он указал на туманную стену, у края которой мы стояли. — Когда капкан захлопнулся, нам больше никто не сможет помешать. Даже боги, — делая акцент на конце фразы, главарь показал, что ему прекрасно известно то, что известно только им да молодой хвисе.

А мне последняя часть осталась непонятна, но в целом он был прав. Слишком сложное плетение для простой защиты. С ходу такую не создать — остаётся только вариант с заранее подготовленным артефактом, находящимся где-то на теле ядовитого выскочки по центру. Он должен фонить похуже любого создания из Бездны — артефакт такой мощности сложно скрыть. Странный, неприятный и чужеродный для этого места. Против моей воли из горла так и норовило прорваться рычание. Инстинкты брали своё, стремясь потеснить разум. Не время давать волю эмоциям.

Из проведённого анализа выходила неутешительная картина. Шансы складывались не в нашу пользу, а жить-то хотелось. Маленькая и храбрая лисичка против пятерых подготовленных убийц. Лиску в расчёт я не брала. Не боец она. Надеюсь, сама это понимает и не будет отвлекать необдуманными действиями. А я постараюсь её защитить. Если потребуется — и ценой своей жизни. Когда тебя без лишних вопросов впускают в свой дом, отмывают и сохраняют в секрете открытую тайну — это дорогого стоит. Так что отплатить за оказанную доброту и гостеприимство — мой долг. А уж когда дело касается защиты соплеменницы, не прошедшей инициацию, — это прямой долг хвисы, впитанный со сладкой кровью врага и горькой кровью друга.

Мой оскал на приближающихся вызывал в ответ лишь ухмылки на их лицах. Смейтесь же, пока я не оборвала ваши жизни. Главное — подойдите поближе, а я уж разыграю с вами партию, пустив в ход не только когти с зубами. Успокаивающе коснувшись хвостом ноги Лиски, я выступила вперёд, зарычав в меру сил. Ну же, смелей! Перед вами только маленькая и хрупкая лисичка, расправившись с которой вы получите доступ к цели. Вас двоих, подошедших ближе всех, должно хватить. Или нет?

Прыгнув на них, метя в живот, я перекинулась в воздухе, смещая центр тяжести, и поднырнула под пронёсшиеся над головой мечи. Рассчитывая ударить по быстрой маленькой цели, вы метили слишком высоко. А мои парные кинжалы не дадут шанса на промах. Особенно в упор.

Двойным ударом я вспорола горла, заставляя противников выронить оружие в попытке зажать хлещущий фонтан горячей крови. И не мешкая добила обоих, ударив в висок. Когда не знаешь, есть ли у противника броня — целься в голову.

Теперь шансы на счастливый исход заметно выросли.

Удивлены были все. Даже тот чернявый. Кстати, он быстрее всех вырвался из плена остолбенения, начав по-другому оценивать происходящее. С тревогой и нарастающим узнаванием в глазах. Сунув руку в карман, он сделал что-то, отчего вокруг него начали распространяться магические эманации.

Понятно. Прибережённый для особого случая артефакт. Не могло же быть иначе.

Это изменение переводило его в разряд опасных противников. Поэтому сначала начну с чего-нибудь попроще. Продолжая краем глаза следить за его действиями, я рванула к оставшейся двойке, пока те не пришли в себя. Потом с ними будет куда сложнее справиться.

А заодно на бегу метнула в каждого по несколько ножей, припрятанных в рукавах. Это дало результат, но такой, средней паршивости.

Летящие в главаря ножи срезало артефактной защитой ещё на полпути. Значит, стоит применить другой подход. А вот большинство остальных попали в цель. Как попали, бесполезно прорезали ткань одежд, отлетев от скрытой под ней кольчуги. Несколько, конечно, воткнулись в незащищённые части тела, но проку от этого никакого — лишь разозлила.

Вернув в руки кинжалы, я сделала несколько пробных выпадов, оценивая быстроту их реакции. Плохо, но некоторая идея имеется. Придётся понадеяться, что после такой идейки я ещё останусь стоять на ногах.

— Как разобралась с вашими товарищами, так поджилки затряслись? — оставив неглубокую рану на слишком выставленной вперёд руке одного из них, я отпрыгнула назад, уворачиваясь от выпада второго.

Против нескольких противников сражаться сложно. Серьёзная проблема, которую надо быстро решать.

Успев уловить магический всплеск, вызванный тусклой вспышкой, я дёрнула на себя Лиску, позволяя непонятной магической дряни беспрепятственно пролететь за её спиной. М-да-а, а камень брусчатки эта масса разъедает на раз. Очень надеюсь, что у кое-кого ограниченный запас подобной мерзости. И нет ничего покрупнее.

— Видимо, ты такой же трусливый, как и твои подчинённые. Любитель швыряться магией из-за чужих спин. Как закончим, я с радостью выпотрошу тебя, преподнеся твою гнилую душу Бездне, — на последних словах пришлось активировать барьер, отражая второе заклинание. Растрачивая и так небольшой остаток магических возможностей почти до дна.

Не, я так не играю. Ещё пара таких бросков — и следующий магический удар отправит меня в мир иной, преждевременно повидаться с предками.

Вдох, выдох.

Задвигая разум глубоко внутрь себя, я отпустила поводок чувств, ждавших этого момента, как гончие псы в загоне. Захлестнувшая голову дикая волна толкнула меня вперёд, заставляя налететь коршуном на стоящего передо мной противника и потеснить его клинками назад.

«Полукровка. Причём звериный», — высказало с задворок своё авторитетное мнение моё сознание.

И ведь не поспоришь с самой собой. Правда, для меня нынешней эти сведения были бесполезны. Но для будущих размышлений информация пригодится.

Разница в длине оружия мешала моим атакам нормально доставать противника, как и зверолюду, к счастью, попадать по мне. Но я ждала другого варианта развития событий. И дождалась.

Устав ждать, напарник полукровки решил закончить этот затянувшийся поединок. Зайдя сбоку, он уже был готов опустить клинок на мою ушастую голову. Погружённая в бой, я не успевала среагировать на обе стороны. Так что, выбирая между смертельным ударом в голову и ударом в спину, выбрала последний вариант.

Хоть облепи магией всю броню, куртка есть куртка. Даже если прошита стальными нитями. Защиты от дробящего удара она, увы, в должной мере не предоставляет.

От полученного удара в глазах потемнело, а рёбра предательски хрустнули. Страшно представить, сколько из них осталось целыми. Реагируя на нарастающую боль, по телу прошла спасительная волна жара, на время запирая все чувства глубоко внутри. Не лечение, но пока придётся ограничиться этим.

А теперь следует отблагодарить моих дарителей, вызвавших столь приятные ощущения. Я не злопамятная. Просто враги долго не живут.

— Как вы заставили меня испытать боль, так и я одарю вас, обернув вспять жар ярости, скопившийся в моём сердце. Познайте же испепеляющее пламя возмездия!

Взмахнув кинжалами, на которых загорелась россыпь огненных рун, я засадила оба в тела врагов, прорезая кольчугу, как нож сквозь масло. Роящиеся в голове рунические конструкции выстроились в одно из моих любимых, но редко применяемых боевых заклинаний. Сложность и необходимость находиться вплотную к противнику накладывали серьёзные ограничения. Но не сейчас.

Жар. Он выходил из меня, врываясь внутрь тел, струясь через проводники-кинжалы. Тело, сгорающее изнутри. Заставляя страдать до самого конца. Кара, обрекающая на мучение. Огненная кара.

Спустя несколько секунд всё было кончено. Закопчённые фигуры, потеряв опору, упали к моим ногам, оставляя нас наконец наедине. Один на один с человеком, который начал всё.

А человек ли он?

На первый взгляд ничто не выдавало в нём нелюдя, но я чувствовала запах. Не похожий на человеческий и одновременно похожий на множество других. А значит, надо быть готовой ко всему.

— Удивила. Не ожидал встретить на службе у этой слабачки, — он кивнул на по-прежнему стоящую за моей спиной Лисавету, — пробуждённую, да ещё и стихийного мастера. Знал бы — убил сразу такую опасную помеху.

— Попробуй в следующей жизни, если окажешься рядом, — я показала ему язык, поудобнее перехватывая клинки. — Или ты думаешь, что после того, что хотел сделать, я оставлю тебя в живых, отдав под суд полукровок? Не надейся на такую роскошь с моей стороны.

Услышав мои слова, наемник расхохотался. Несмотря на то, что он остался один, в его голосе не чувствовалось ни капли напряжения.

— Бахвалишься, рыжая? С моими людьми тебе помог лишь эффект неожиданности. Ну а что насчёт меня? Посмотрим, какие ещё уловки ты заготовила и помогут ли они тебе выжить.

Вытащив из ножен меч, он остановился напротив меня, ощупывая взглядом каждое изменение в моём поведении. Заметил, подлец, что пропущенный удар даром не прошёл. Сделав знак Лисавете не подходить близко, я оскалилась, заметив, как наёмник проводил взглядом отступившую назад хвису, и ударила первой, целясь в незащищённый живот.

Среагировал он быстро, парировав клинком первый удар и отведя в сторону второй, после чего сразу попытался рубануть меня в грудь. Но где на его стороне были опыт боёв и крепкое здоровье, там на моей — ловкость и быстрота ударов. Откинувшись назад, я позволила мечу пройти в непосредственной близости от тела и начала прощупывать его оборону.

Изрядно вымотав себя и начав уставать от боя, я не добилась ничего. Слабых мест в защите не было, а своим клинком он уже успел оставить на мне пару свежих, пусть и поверхностных, но неприятных ран. Внутренний жар продолжал подавлять кровотечение, иначе я бы уже рухнула от потери крови. Руки наливались тяжестью, а инстинктам не хватало иссушённой энергии на что-то большее, чем банальные удары.

Где тот оптимизм и прилив сил, которыми я была преисполнена?

В очередной раз уклонившись от весьма опасного удара, я обратила внимание на его быстрый взгляд, брошенный куда-то в сторону. Сопоставив примерное направление с возможной целью, я поняла, что смотрел он на барьер.

«Если барьер потребляет кучу энергии на своё поддержание, значит ли это, что бывший глава наемников и сам не знает, когда тот отключится?», — задворок разума вновь пробилась умная мысль, заставившая переосмыслить заметно увеличившийся темп атак. Наёмник хочет убить меня прежде, чем преграда выдохнется. И понимает: как только она пропадёт — его песенка будет спета.

А значит, надо сыграть на его стремлении, побудив совершить ошибку.

— Вроде ты и нормальный убийца, а всё равно жалкая недоделка, стыдливо прячущая свой истинный облик, — поддела я чернявого, отмахиваясь кинжалом от его попыток сильнее сблизиться.

— Недоделка? Что ты, ушастая, несёшь? — ответил он недоумением на брошенную фразу, но не смог до конца скрыть за маской сосредоточенности, что понял, о чём я говорю.

— Лишь констатирую факты. Оборотень, не пользующийся своими звериными навыками, дерущийся как обычный человек. Может, ты уродился таким убогим, что в тебе есть разве что поверхностные черты?

Резкий удар едва не опрокинул меня, попытавшуюся его отвести. Зашипев от полученной раны, я отпрыгнула, избегая пятна по-прежнему поблёскивающей кислоты.

Проняло.

Сейчас аура оборотня была похожа на бушующее торнадо, так и жаждущее затянуть к самой смерти в свои объятия. Внешний облик изменился, явив взору что-то среднее между полной оборотничьей и человеческой ипостасью.

«А ведь точно попала», — промелькнула где-то на краю сознания, пока тело спасалось от усилившегося шквала ударов разъярённого наёмника, желавшего задавить меня грубой силой и уничтожить. Конечно, когда тебя оскорбляет та, у которой есть всё, чем сам не обладаешь.

«Неполноценный. Урод. Ничтожество», — видимо, именно такие мысли сейчас роились в голове убийцы, подстёгивая его на всё более открытые и частые удары. Теперь он желал в первую очередь моей смерти, а уже потом — убийства своей цели. Если до этого вообще дойдёт дело.

— Угадала? Прости, мой бедный, не хотела открывать такую неказистую правду.

— Тварь! Хотела выпотрошить меня? Это я сниму с тебя шкуру, заставлю вылакать до последней капли всю пролитую кровь моих парней и лишь после этого, может быть, подарю тебе смерть!

— Жду с нетерпением твоих действий, убогий!

Стряхнув остатки чужой крови с кинжалов, я посмотрела сначала на них, а потом на противника. Да, выбора нет. И чихала я на будущие последствия. Сожалеть будет будущая я.

В то время как наёмник ещё не начал атаковать, я развернула кинжалы остриём к себе и неглубоко вспорола податливую кожу запястий, пуская по стальному полотну горячую кровь, окропляя вспыхивающие руны. От ладоней к плечам, вверх, до ключиц, и по ним — к призывно пульсирующей сонной артерии, останавливаясь всего в паре стежков от неё.

Этого хватит. Лёгкий звон в голове ознаменовал возвращение блудного разума. Вовремя.

Смешиваясь с нерастраченной энергией оружия, кровь отдавала её обратно мне. Пуская по жилам жар, зажигая тело пламенем. Вот даже маленькие язычки огня пробегают по рукам, выплескиваясь в точках выхода силы.

— Ты?! Что ты за тварь? — звериные черты неплохо передавали эмоции, отражая его шок.

Он не понимал, а потому боялся.

Он — сильный и опасный оборотень — боялся меня. Врага, который, несмотря ни на что, продолжал выдерживать его атаки и при этом открывал всё новые и новые боевые стороны. Враг-загадка. Выстроенная теория о моих способностях не выдержала новых фактов и рухнула, обнажив рёбра густого страха.

— Хвиса. По хвосту и ушам не видишь? А способности — мой дар и напоминание, что за всё надо платить. Особенно за причинённые страх и боль, — тряхнув волосами, я прыгнула вплотную к нему, вонзив кинжалы в тело и освобождая руки. И пока он отвлёкся на внезапную боль, со всех появившихся сил толкнула его вперёд, завершая атаку мастерски проведённой подсечкой.

Вошёл плохо. С всплеском.

Зашипев, мини-озеро приняло в себя долгожданного первого гостя, заставив оборотня заорать от испытываемой нестерпимой боли. И пытаться подняться, вырваться из кислотной смерти. Но пылающие клинки, пробившие насквозь тело и воткнувшиеся в камень под ним, надёжно пришпилили недоубийцу к земле, словно бабочку. Им-то ничего не грозит — они и не такое выдерживали. Зато какое наслаждение увидеть, как тот, что грозился снять с меня шкуру, корчится в собственном, неудачно брошенном оружии.

Настолько приятное, что я, покачнувшись, упала в объятия Лиски, угадавшей по крикам окончание финального поединка. Поддерживая меня за плечи, она помогала удержаться на ногах, пока я вспоминала комбинацию для отмены собственного усиления. Оно сослужило неплохую службу, но больше не требовалось. Жаль, само собой не остановится, продолжая высасывать силы до полного истощения.

Этот бесконечный, наполненный болью и страданиями крик начал порядком доставать. Хотелось заставить его замолчать, да последнее доступное оружие осталось в теле этого подобия оборотня, а подходить к нему не было ни сил, ни желания. Лисавета благоразумно вместе со мной отошла на безопасное расстояние и наблюдала со смешанными чувствами за затянувшейся казнью. Здесь мы хотя бы были вне риска прожечь тело неизвестной бурдой. С него станется перед смертью хоть как-то нас задеть.

Смотря в одну точку, я была погружена в размышления, поэтому на резкий щелчок, прорезавший поток шумов, отреагировала с запозданием. Но, поняв, что издало такой звук, с облегчением выдохнула.

Пелена барьера светлела на глазах, показывая происходящее за ней с каждым мгновением всё яснее и чётче. То ли кислота добралась до спрятанного амулета, то ли его действие закончилось, но вот оно — завершение наших мучений. Мучений, в борьбе с которыми мы одержали верх, пробившись сквозь все заслоны.

Широко улыбнувшись, я мягко отстранила поддерживающую руку девушки, показывая, что могу идти сама. Не хотелось показаться хрупкой и израненной в глазах воинов, которые скоро пройдут через почти истаявший заслон. Пусть я и не из священной гвардии, но гордость заставляла прятать всю боль, скрывая страдания за маской невозмутимости. Вышагивая рядом с хвисой, я держалась чуть позади неё, стараясь не привлекать к себе слишком много внимания.

Это и решило наш исход.

Я никогда не верила в счастливые концовки сказок. Ну не может быть так, чтобы все жили долго и счастливо. Обязательно выползет какая-нибудь бяка и подпортит это самое «долго и счастливо». Но сейчас — попробовала поверить. Что ещё может случиться, когда враги повержены, преграды сокрушены, а друзья уже в шаге от того, чтобы оказаться рядом с тобой? Как друзья... Я с ними ещё не знакома, но непременно познакомлюсь и задружусь. Шутка ли — мелкая несовершеннолетняя лисичка в одиночку раскидала отряд опасных убийц, стремившихся лишить жизни их королеву, или как они называют Лисавету — Лей’тэри.

Будет мне и почёт, и уважение, и всякие приятные награды. Не терпится узнать, чем они могут отблагодарить.

Разум витал в грёзах, инстинкты после тяжёлой работы пребывали в отключке. Слишком поздно эти двое, составляющие единое целое, отреагировали на подозрительную тишину позади.

Тишину — ладно. Но как можно было проморгать всплеск магической активности?

Главарь наёмников до сих пор не издох. Обожжённый, умирающий, он решил обменять остатки жизни на единственную атаку. Которую я бы пропустила, не выдай он себя криком, преисполненным торжества вершителя судеб.

— Ты победила, хвиса, но всё равно останешься в проигравших. Отправляйся вместе со мной в Бездну, Лей’тэри полукровок!

Время словно замедлилось.

Чёрный пульсирующий луч с каждым мгновением становился всё ближе и ближе. Отступив назад, я могла выйти из-под удара. Но нельзя было это делать. Всё это время я старалась изо всех сил, чтобы защитить её. И сейчас отступлю?

Не в этой жизни!

Времени хватило на единственный рывок. И толчок, отбрасывающий её в сторону. Жаль, не на то, чтобы увернуться самой.

В попытке создать щит я добилась лишь мелодичного звона, превратившегося для меня в похоронную музыку. Забавно.

Я успела лишь повернуть голову в сторону, ловя изумлённое выражение лица Лиски. Становящееся мертвенно-бледным от осознания причины. И кровь.

Боли не было. Ничего не было. Заваливаясь на бок, я отстранённо созерцала, как она разлетается вокруг, усеивая всё кроваво-красным цветом. Цветом моей угасающей жизни. Хоть не впустую её разменяла. Падение продолжалось, и я видела, как рядом появились две тени, заслонившие только появившийся солнечный свет. Без него в сердце проник холод. Хотелось закрыть глаза. Уже закрывая их, я успела заметить чей-то чешуйчатый хвост.

Ха. Решил засвидетельствовать мою кончину, ледяной хранитель? Пускай. Мне не жалко. Но сначала я немного отдохну, если позволишь. Веки наконец сомкнулись, даруя благодатную темноту.

Пункт VI. За хвост из бездны

POV Рахэс

Для Рахэса, прожившего не одну сотню лет, хвисы всегда были чем-то неизменным, вечным. Где бы он ни оказался, сколько бы времени ни прошло — они появлялись рядом, и ящер был им рад. Живущие порой столько, что остальные позавидуют, сочетающие в себе черты жёсткого воина и любящей тебя женщины. Они — раса тех, кто очаровывает своим непостоянством и загадочностью. К сожалению, то время давно кануло в летописях прошлого. Ну а те, кто сейчас изредка встречаются на просторах материков, уже не их славные прародители. Скорее — отголоски былого величия. Вырождающаяся порода Великих.

Хотя всегда бывают исключения. Лисичка, заглянувшая сегодня в его скромную обитель, неплохо показала себя. Чувствуются черты гвардейской подготовки, пускай для полноценного её члена она, пожалуй, слишком юна. Он даже бы сказал — чересчур юна. Во времена славного прошлого ни одну такую вертлявую хвостатую не выпустили бы за пределы града, а уж особенно — на боевое задание. А сейчас, смотри, ходят. Щеголяют оружием да бронёй, причём не самой простой.

Драконид вздохнул, меряя шагами комнату, в которой совсем недавно они тихо-мирно сидели, попивая согревающий чай. Брошенный впопыхах плащ носил на ткани следы эмоций, что испытывала тогда маленькая хвиса. И эти эмоции не давали ему покоя. Беспокойство, тревога, страх перед неизвестным. В том, как она сорвалась и шагнула через грань, прослеживалась острая необходимость в таком отчаянном шаге. Когда стоит вопрос жизни и смерти.

— Гос-с-сподин-н Рахэс-с-с. У нас-с ес-сть ваш-шная информация для ваш-шей с-с-светлос-сти, — на раздавшееся шипение у него за спиной ящер отреагировал тем, что активировал лежащий на столе артефакт, выглядевший для случайного гостя обычной безделушкой. Сейчас никто не сможет их подслушать. Хотя кто способен осмелиться это сделать? И лишь после повернулся к ожидающему его змею. Род чернильных аспидов всегда ценился за свою исполнительность. Многие их поколения доказали свою преданность, выполняя поручения как его, так и членов его рода. Например, задействованные сейчас им в отслеживании и сборе информации о происходящем вокруг. Правда, была одна проблема.

— Говори, — Рахэс уселся в кресло, закинув хвост на подлокотник, скрывая лакированную деревянную поверхность под чешуйками черного льда.

— Проникшие в город наёмники-полукровки активизировались, напав в центре столицы на Лей’тэри здешнего командующего гвардией — Рейваринесиана Илисса рэ’Адхиля. Успели активировать блокирующий барьер, но перед самым закрытием ваша недавняя гостья успела проскочить туда.

— Почему не остановили, пока была возможность?

— Их цель — не Вы. Пока это не касается нас напрямую или же Вас — нашего господина, мы не станем вмешиваться в происходящее.

Это была их отличительная черта и одновременно недостаток. Без подробного обговаривания всех деталей работы они не сделают ни единого лишнего движения, выходящего за рамки указаний. Рахэс поморщился, чувствуя грядущие неприятности. Он и не предполагал, что на неё так скоро устроят покушение. А уж особенно — что хвисы прознают про творящееся и пришлют сюда своего агента. Хотя это было бы логичным развитием событий. Терять такой вкусный козырь, как соплеменница в руководстве королевства, стремительно набирающего силу? Особенно в Их городе? Рахэс помотал головой, сокрушаясь своей недогадливости. Ответы плавали на поверхности, а он не обращал внимания, погружённый в суету будничных дней.

— Вы следите за тем, что происходит внутри?

— И да и нет. Купол не пропускает ничего, оставляя скрытым происходящее за клубами тьмы. Полукровки стягивают свои силы, одновременно пытаясь пробиться сквозь заслон, — излагаемая информация была предельно сжатой, лишённой ненужных подробностей. Растягивать ответ пустыми словесными оборотами — первое, от чего стоит отказаться, если хочешь быстро донести информацию до собеседника. Или нанимателя.

— Ясно. Ожидай меня у двери, мы выдвигаемся туда.

Сосредоточившись на сборах, Рахэс закинул на плечо одну из сумок, отведённых под медикаменты быстрой необходимости. Проверив её содержимое, подумав, дополнил парой укрепляющих зелий, заботливо разлитых по порционным бутылькам — своей гордости. В его лавке они пользовались неплохим спросом, беря невысокой ценой, удобной формой и строго выверенным количеством. Те, что он сейчас клал, конечно, были на порядок мощнее тех, что драконид выставлял на продажу. Следом за ними заняли своё место несколько редких ингредиентов, которые могут помочь в безнадёжных случаях. Отряд наёмников против хвисы-подростка — лёгкими порезами здесь не обойдётся. И хотелось бы верить, что не придётся задействовать то средство, ради которого она заходила.

— Вперёд. Веди самым кратким путём — промедление смерти подобно, — повесив табличку о том, что магазин временно закрыт, ящер двинулся за беззвучно заскользившим впереди аспидом, перешедшим в состояние скрытности. Дверь не было смысла закрывать — защита лавки не пустит незваного гостя, давая понять, что хозяин занят и следует зайти попозже. Не отставая от своего проводника, Рахэс бросал взгляды по сторонам из-под капюшона балахона, скрывавшего его массивную фигуру. Даже для такого места, как город полукровок, его персона была чересчур пёстрой и бросающейся в глаза. Тем, кому следует, будут знать о его существовании, а остальным знать не обязательно. В людских сказаниях ещё гуляют истории о его сородичах, несущих на своих крыльях горе и разрушения. Они слишком мало живут, чтобы понимать различия между разными видами, предпочитая всех стричь под одну гребёнку. Этот фразеологизм, кстати, он услышал от них же.

Даже такой город полон подворотен и тёмных мест, о которых обычные граждане не ведают. Здесь они были чище, чем в других муравейниках цивилизации. Пробираясь по изнанке артерий столицы, они избегали скоплений эмоций, непременно проникших бы в их души, едва они их коснутся. Они только отвлекают, застилая разум ненужными размышлениями. Если где и появится важная информация — он сможет получить её от одного из аспидов, знающих, где с ними связаться.

Но так полностью весь путь пройти было невозможно. За пару кварталов до места ему пришлось отпустить своего проводника, позволив аспиду скрыться во мраке. Слуги, о которых не знают, — слишком ценная вещь, чтобы тратить её понапрасну. Сейчас город стоит на ушах, и лучшей защиты для него не придумать. Быстро шагая по одной из центральных улиц, Рахэсу приходилось всё чаще обходить кучкующиеся группы горожан, что-то горячо и громко обсуждающих.

«Нападение... Лей’тэри... Барьер...»

Да, ничего нового из этих слухов он не почерпнёт.

Неожиданно, по толпе прошла волна.

«Тьма исчезает, вот-вот можно будет разглядеть, что происходит внутри».

Услышав такое, Рахэс стал ещё активнее просачиваться вперёд, применяя магию вместо физического воздействия. Ментальное влияние заставляло людей неосознанно расступаться перед ним, образуя кратковременные проходы, по которым он скользил, подобно своим подчинённым. Это помогло подобраться вплотную к оцеплению из стражи, не пропускавшей зевак на место происшествия. Один из них как раз решил обратиться к странному типу в большом балахоне, но ящер не обращал внимания на его попытки, смотря поверх голов. Барьер окончательно исчез, открывая вид на то, что скрывалось за ним.

Первые двое нападавших умерли сразу, получив смертельные раны в шею — видно по крови, порядком натёкшей вокруг них. Ещё одна парочка представляла собой хорошо прожаренное жаркое, запечённое в собственном соку. Под действием жара металлические части брони оплавились, но к этому времени их носители были давно мертвы. По характеру воздействия можно определить применение одного из особо специфичных заклинаний ближнего боя огненной стихии, используемых профессионалами ближнего боя. Или больными на голову смертниками, стремящимися забрать вместе с собой как можно больше противников. Ну а последний... Он просто утонул. Пришпиленный чем-то в кислотной луже, разъедавшей его тело. И вероятно, это что-то — один из кинжалов их маленькой хвисы. Израненной, бредущей под руку вместе с её взрослой версией. Лей’тэри Лисаветой. Надо бы навестить её, как всё поутихнет.

Удостоверившись, что всё закончилось не так плохо, как он предполагал, Рахэс повернулся, собираясь вернуться обратно к себе в жилище. Но его чуткий слух привлёк крик, исполненный миазмами гнева и острой вспышкой багряной боли. Источником его являлся последний из наёмников, который, несмотря на безнадёжное состояние, до сих пор не отправился в иной мир. Только неутомимая жажда мести ещё держала его здесь. Жажда отомстить за поражение. Даже ценой жизни.

Но раньше всех на это отреагировала девочка. И за те мгновения, что были отведены на решение, сделала единственный правильный для себя выбор, пока Рахэс только замечал, что один из нападавших жив. Тёмная энергия, высвобождённая из частиц души, копьём выстрелила в направлении хвис, повинуясь последней воле уже окончательно умершего хозяина. Отрёкшегося от права на послесмертие.

Если бы только он был ближе, хоть вполовину сократив расстояние, разделявшее его с ними. Не защитить, так хотя бы отклонить атаку на достаточное расстояние, чтобы девушки избежали удара. Заклинание, забирающее душу и силы применяющего его мага, было одним из тех, что Рахэс ненавидел. Обречь себя на вечное блуждание во тьме, отдав пламя жизни в дар одному из тех недобитков, что избежали гибели во времена войн богов.

Вспышка. И следом за ней в ноздри ударил тяжёлый металлический запах крови, затопивший пространство вокруг. Оттолкнув мешающиеся фигурки теперь уже бесполезной стражи, Рахэс одним рывком подскочил к хвисе. Кровавый туман только начал опускаться на землю, отчего ткань на нём моментально окрасилась в красные тона, впитывая витающую в воздухе кровь, как губка.

Паровой взрыв. По всем признакам, именно он вызвал такую реакцию. И причинил серьёзные повреждения.

Только взглянув на рану, Рахэс зашипел, не в силах сдерживать эмоции. Это была очень плохая рана. Попади копьё чуть правее — хвису ничего бы не спасло. Но даже сейчас силы быстро покидали её, и когда те кончатся — она умрёт. Эта маленькая лисичка, которая толком не пожила на этом свете, отправится к предкам, оставив своё изломанное тело лежать на камнях мостовой.

— Тисса, нет! — Рахэса отвлёк полустон-полукрик, наполненный горем. Лей’тэри наконец отошла от шока, и до неё дошло, что только что произошло. Попытавшись подбежать к телу, она наткнулась на него и упала на пятую точку, сделав красный цвет своей юбки ещё более красным. Сквозь застилающие глаза слёзы хвиса смотрела на его фигуру и маленькое тельце рядом.

— Успокойся. Если хочешь, чтобы у неё остались шансы выжить, — не мешай мне и не давай мешать другим, — не став проверять, дошли ли его слова до неё, Рахэс сосредоточился на реанимации этой крохи, находящейся двумя ногами в могиле. Только хвост торчал на поверхности, давая надежду на возможность вытянуть Тиссу за него.

Проведя ладонью над телом, он немного выдохнул. Несмотря на лужу крови, разрыв не кровоточил. Остатков внутреннего жара хватило, чтобы ткани успели закрыться. Но ей это мало поможет. Повреждение было слишком обширным и задело многие важные органы. Почку, часть кишечника, печени и, главное, лёгкого.

Вытаскивая необходимые снадобья, Рахэс планировал продержать жизнь столько, сколько это возможно, пока не придёт помощь. Но остановился. О чём он думал перед самым выходом? Ампула. Если хвиса не вынимала её из сумки, она должна остаться целой. Подходящий шприц у него найдётся.

Осторожно склонившись над девушкой, Рахэс без проблем снял с неё сумку, лямку которой чем-то рассекло на несколько частей. Запустив внутрь руку, он преодолел все охранки, высыпав на ткань своей сумы все ингредиенты. Ампулу, вытащенную последней, Рахэс сразу поместил в шприц, закрыв перегородкой, поверх которой легли заботливо кем-то упакованные в мешочки ингредиенты.

Очень быстро выполняя всю подготовительную часть, облегчённую отсутствием необходимости высчитывать пропорции — их количество было ровно на одну порцию, — Рахэс наконец закончил, взяв в руки Его. Последний хвисий шанс. Таким названием этот немыслимый по сочетанию своих компонентов состав нарекли сами хвостатые, отражая в названии весь его смысл. Право вырваться из лап смерти, пообещав заглянуть в следующий раз.

— Надеюсь, ваши знахари уже на пути сюда, ибо я не могу гарантировать, что она переживёт то, что сейчас будет происходить. Но даже твоя помощь здесь, Лэй’тэ, будет не лишней. Ничему не удивляйся и постарайся правильно выполнить всё, что я скажу. Ты же хочешь отплатить долг жизни спасительнице своей Любимой?

Тень сместилась в сторону. Рейвар, удостоверившись, что с Лисаветой всё в порядке, встал по другую сторону от Рахэса, с большим сомнением следя за его подготовкой. Но ждал. Рахэс посмотрел на лежащую Тиссу. С такой раной энергия уходила из неё как из порванного бурдюка. Медлить больше нельзя.

Встряхнув шприц, драконид осторожно прожал поршень на его конце, отчего компоненты, ранее окроплённые кровью Тиссы, соединились с раствором из ампулы. Смешавшись в один странный коктейль, смесь разгорелась тусклым синим светом, закручиваясь в цилиндре единым бушующим ураганом. Его потоки наполнялись прожилками пламени по мере того, как все компоненты растворялись в нём. И вот он стих, растворив последнюю частичку.

Жар, гуляющий внутри, так и норовил выбраться из заточения, проникая маленькими язычками пламени даже сквозь зачарованное стекло и плавя лёд на руках Рахэса.

Перехватив шприц поудобнее, он склонился над хвисой. Конец иглы коснулся пульсирующей жилки на шее, потерявшей здоровый цвет из-за недостатка крови. Вторая рука придерживала голову, удерживая её в одном положении. Показав, что начинает, Рахэс пронзил артерию, вливая ей всё до последней капли. Потоки крови разносили лекарство по организму, разукрашивая тело хвисы светом, пульсирующим в такт ритму её маленького сердца.

Это было только началом. Достигнув краёв повреждённых участков, свечение, не останавливаясь, двинулось вперёд, застывая в воздухе прозрачной структурой, быстро обретающей физическую оболочку.

Одной силы, заключённой в эликсире, ему не хватало. А откуда брать дополнительный материал, как не из тела? И тело, повинуясь приказам, отдавало силы, энергию и запасённые вещества на поддержку процесса лечения.

Внутренний огонь иссушал, принося боль. Не в силах вытерпеть это, хвиса, не приходя в сознание, выгнулась, пытаясь вырваться, погасить пожар, терзающий её. А он не мог этого позволить.

Яростный звериный крик отражал её боль и то нестерпимое желание избавиться от причины мучений. Это выглядело страшно. Особенно для тех, кто не был знаком с причиной высвобождённых эмоций.

Удерживая Тиссу на земле, Рахэс в перерывах между приступами делал всё, что мог, дабы облегчить процесс ускоренной регенерации. Любые лечебные компоненты, которые он добавлял, структура высасывала вмиг, оставляя лишь крупицы пепла. Она требовала гораздо большего.

Ослабевшему организму девочки не хватало ресурсов. А его энергию структура не признавала, считая слишком чужеродной. Если так пойдёт и без подпитки, сила просто сожрёт её изнутри. Поглотит, сорвавшись с такого тонкого поводка.

Ей нужен донор. Который, к тому же, добровольно поделится необходимой частью энергии. И он есть.

Точнее, она.

— Лисавета, подойди сюда скорее. Без твоей помощи, похоже, не обойтись, — услышав эти слова, хвиса, смотрящая со стороны за его действиями, подскочила к Рахэсу. В её глазах плескалась затаённая боль, вызванная несчастным видом Тиссы, разрываемой мучениями.

— Ей не хватит сил. Ты единственная хвиса поблизости, и кроме тебя никто не сможет помочь. Помоги и раздели с ней одну силу на двоих, — сейчас в голосе ящера чувствовалось, что отказа он не примет. И если потребуется, любыми способами вынудит согласиться на его «просьбу».

— Лис, ты всегда можешь отказаться. Кто знает, как это может на тебя повлиять, — по-своему отреагировал на просьбу-приказ Рейвар. Для него эта помощь казалась опасным предприятием, которое может навредить его женщине. И Рейвар не хотел этого допустить.

— Нет, Рейвар. Я не смогу жить как прежде, зная, что та, кому я была обязана жизнью, погибла из-за моих глупых сомнений. — Лиска нахмурилась, переведя взгляд на Рахэса. — Что мне нужно делать?

Умница. Достойную жену себе выбрал Рейваринесиан. Достойную титула Лей’тэри.

— Сядь рядом с Тиссой. И положи руку ей на грудь. Не бойся, её сущность помнит тебя и не опалит жаром, — пока он говорил, тело хвисы вспыхнуло ещё ярче, покрываясь слепящим ковром огня. Неловко взмахнув рукой, лисичка повернулась чуть набок, открывая сотканные из пламени крылья и хвост, лежащий рядом со вторым. — Она перестаёт контролировать вторую форму, пытаясь высвободить недостающую энергию. А это крайне плохо для неё.

Когда Лисавета, усевшись рядом, осторожно положила ладонь на грудь мечущейся хвисе, произошло всё и ничего. Ничего, что могло бы навредить девушке. И всё, что помогло Тиссе немного успокоиться, почувствовав знакомую силу.

Она продолжила постанывать, царапая пальцами камень, но уже слабее. Проминаемый жаром камень плавился под её руками, как пластилин.

— Загляни в себя. Найди источник силы и протяни нить энергии. А затем приоткрой заслонку, выпуская поток. Но если почувствуешь, что больше не можешь его контролировать, — разрывай связь.

Слушая Рахэса с закрытыми глазами, она пыталась сделать всё то, о чём рассказывал ящер. И это приносило свои плоды.

Замечая, как понемногу свечение переставало беспорядочно вспыхивать, сменяясь ровным золотистым светом, Рахэс ослабил давление, передавая первенство Лисавете. От его глаз не укрылось и то, как с тревогой Рейвар смотрел на старающуюся жену, борясь с желанием подойти к ней ближе.

Сейчас придерживать Тиссу от рывков, причиняя вред себе, уже не требовалось. Так что, вытащив из-под ног хвост, Рахэс махнул его кончиком перед лицом оборотня, привлекая внимание. Добившись, чтобы тот посмотрел на него, ящер кивнул в сторону хвисы, намекая на желание, таящееся в груди полукровки.

Поблагодарив Рахэса одним взглядом потеплевших карих глаз, мужчина осторожно встал за спиной своей хвисы, аккуратно обнимая её за плечи. Погружённая в процесс, она тем не менее отклонилась на его грудь, расслабляя зажатое тело.

Когда, не обнаружив под рукой лекарственных компонентов, Рахэс отвлёкся от наблюдения за состоянием девочки, он немного удивился. Неожиданно, но все травы, что были припасены, полностью закончились. И хорошо, что их количество иссякло только сейчас, когда в них уже не было серьёзной нужды.

Смотря на Тиссу в энергетическом плане, Рахэс видел, как плавный поток проникал в её тело, устремляясь от энергетического центра к остаткам огненной паутины, растворившейся внутри. Контур был завершён, внутренние повреждения и органы тоже больше не вызывали опасений.

Да, они были в ослабленном состоянии, но восстанавливались. А вернуть им прежнее состояние помогут лекари, питание и здоровый сон.

— Лисавета, достаточно. Тиссе больше ничего не угрожает, — поднявшись на ноги и расправляя ледяную чешую, поредевшую от контакта с огненной стихией, Рахэс стал собирать оставшийся инструментарий.

Рэ’Адхиль уже успел взять на руки свою Лей’тэри, после закрытия связи отключившуюся от накатившей на неё тяжести.

Ещё бы.

Вообще необычайная редкость, что её внутренний сосуд оказался настолько крепким, чтобы отдать столько энергии без серьёзных последствий. И это без опыта в управлении энергетическими материями.

Посмотрев на то, как с его разрешения один из гвардейцев бережно взял укутанную в плащ маленькую фигурку хвисы, потерявшую ещё больше в весе, Рахэс понял, что, по сути, он больше здесь и не нужен.

Он сделал всё, что требовалось.

Можно с чистой совестью вернуться к себе в жилище, где предстоит заменить истраченные лекарства новыми. А после... после подумать над тем, какие меры предпринять для предотвращения подобного в будущем.

— Рейваринесиан Рэ’Адхиль. Я сделал всё, чтобы девочка осталась живой и целой. Остальное — за вами. Надеюсь, Елна всё ещё в прежней форме и проследит, чтобы Тисса не напрягалась в период восстановления. Знаю я молодых хвис: только отвернёшься — уже куда-нибудь ушмыгнут, — Рахэс кашлянул, понимая, что немного заговорился. — В остальном, если появятся вопросы, — Октинхейм знает, где меня отыскать.

Прощально кивнув полукровке, драконид опустил на голову капюшон. Выйдя за пределы оцепления, он зашагал в сторону своей лавки и по совместительству дома.

Уже там, усевшись в кресле, Рахэс пару минут сидел, раскладывая в голове события дня. А после пересел за стол, вытащил письменные принадлежности из внутреннего ящика и принялся составлять текст письма.

Это нельзя оставлять без внимания.

Сначала — членам рода, а потом — знакомым владыкам. Чует его сердце: это явно не рядовое нападение. И если потянуть за нить, то можно добраться до весьма интересных подробностей, распутывая ворох других, спутанных в один змеиный клубок.

Лучше выяснить, кто стоит у истоков, пока неизвестный не задействовал новые силы, стараясь оттяпать их хвосты.

Вместе с головами.

Пункт VII. Проснись и ешь, маленькая лисичка

«Следи. Оберегай. Помогай. Заботься. Живи»

Темнота была вязкой и густой. Она обволакивала меня, держала в своих оковах, не давая сдвинуться с места. Ничего, кроме этой тьмы. И голоса. Пять слов. В разном порядке, но всегда одни и те же.

«Пробуй. Разорви паутину тьмы. Вырвись. Эта мелочь не может тебя сдерживать. Сожги. Пусть огонь станет твоим вторым «я». Думай. Ты должна использовать его, но не давать ему использовать себя. Вспомни. Кто ты на самом деле. Хвиса. Очнись, время вернуться в реальный мир. Помни. В этом городе ты всегда найдёшь помощь и защиту. Проснись».

Потоком ветра меня резко потянуло вверх, туда, где заблестел серебристый свет, заливающий всё вокруг и отгоняющий липкий мрак. Ещё миг, и мои глаза залило сияние, заставившее зажмуриться. А открыв глаза, я поняла — видение исчезло, оставшись где-то в глубинах памяти.

Первым, что я увидела, был потолок, сотканный из деревянных прожилок. Из окна пробивался лунный свет, который, видимо, и заставил меня очнуться от кошмаров, так и ждущих, чтобы вторгнуться в сон бедной хвисы. Тело жутко ломило. Хотелось вскочить с постели, раскинуть руки в стороны и хорошенько так потянуться. До хруста косточек. Да вот только моё тело было совершенно против любых движений, кроме как в постели. Даже рука, отказавшись повиноваться, безвольно замерла где-то под одеялом, не в силах преодолеть его тяжесть. Хм, а как я здесь оказалась? И почему моё тело всё в бинтах и так болит?

Услужливая память тотчас накинула мне порцию свежих воспоминаний. От такого объёма голову пронзила боль, и я рухнула обратно на подушки.

Я спасала Лиску и получила зарядом магии в бок. Единственное, что последнее помню, — как во все стороны брызнула моя кровь. А дальше темнота. Но ведь в том заклинании было сконцентрировано столько мощи, чтобы я гарантированно отправилась на свидание с предками. А я здесь. Лежу. Не в силах нормально двигаться, но лежу.

Сейчас не хотелось думать ни о чём. Хотелось отдохнуть. Ещё пять минуточек, прошу. А лучше до рассвета. Заперев жужжащие мысли в глухую коробку, я закрыла глаза. Давно я не спала на такой чистой и мягкой постели. Это приятно. Можно полностью отдаться этим ощущениям. Ага.

Пробуждение выдалось шумным. Меня начали бессовестно ворочать, пытаясь выпутать из одеяла. А я этому активно сопротивлялась. Наконец мои глаза открылись, чтобы увидеть того негодяя, что посмел потревожить сон бедной маленькой девочки. Да-да, это я. А тем неизвестным, кто посмел меня будить, оказался незнакомый оборотень. Точнее, полукровка. Судя по едва заметной чешуе на его шее и гриве кудрявых чёрных волос. В своих попытках распутать меня он неожиданно оказался лицом к лицу со мной. Красивая мордашка.

— Привет. А ты кто? — мой взгляд зацепился за невысокий силуэт за ним.

— Хватит лезть к девочке. Она проснулась? Проснулась. Поднялась? Поднялась. Вот и жди теперь за дверью, — несмотря на разницу в росте, старушка, стоявшая за ним, скоро вытолкала полукровку из комнаты и вернулась обратно к моей кровати.

— Ну что, как себя чувствуешь?

— Сносно. Поспала бы ещё с пару часиков — чувствовала бы себя ещё лучше, — отвечала я, наблюдая за её действиями.

А та, вытащив много неизвестных предметов с таким же неизвестным назначением, разложила их на ткани моей постели. Чтобы, ощупывая меня одной рукой, водить второй над вещичками. Которые, между прочим, по-разному отзывались на её манипуляции. Когда она закончила с проверкой, я, растирая затёкшее предплечье, решила встать. И пока женщина отвлеклась, спрыгнула с кровати, сразу утопая ногами в тёплой шерсти ковра, разложенного по полу.

— Куда встала? С такими ранами, что у тебя были, тебе надо до конца недели соблюдать постельный режим, — старушка попыталась уложить меня в постель. Но добилась только того, что я села на её краешек.

— А вы кто, бабушка? Меня Тиссой зовут, но можно просто Ти, — я смотрела ей в лицо, изучая каждую черту.

— Елна, лэй’тэри и целительница при Дворе.

— Лэй’тэри? А кто тогда Лисавета? — выцепила единственное, что меня интересовало.

— Тоже лэй’тэри. Так уж повелось, что у нас есть как старые лэй’тэ с лэй’тэри, так и молодые, вроде Рейвара и Лисаветы, — женщина улыбнулась. — Пока Рейвар со своей гвардией путешествует, собирая детей-полукровок, кому-то же надо следить, чтобы здесь всё было в порядке, верно?

— Да-а. Сложно уложить всё это в голове, — покачав головой, я сделала в уме отметку поискать побольше информации про местное устройство власти.

— А ты ложись, отдыхай. Даже этих двух дней, что ты пролежала в беспамятстве, не хватит, чтобы тело вернулось в норму, — предприняла новую попытку Елна.

А я замерла, пытаясь соотнести услышанное с действительностью. Два дня. Меня отправило в забвение на целых два дня. Сколько же времени утеряно впустую. А что за эти дни могло произойти? Подскочив, я снова спрыгнула с перины, покачнувшись от приземления.

— Тетушка Елна, а что с Лисой? Все ли с ней хорошо?

— Тихо-тихо. Только услышала, а уже рвёшься убежать. Всё с Лиской хорошо. Твоими стараниями, — старушка успокаивающе погладила меня по голове. — Хотела бы знать, что за неизвестное лечение на тебя применили, да ведь не расскажешь, правда?

Я промолчала, склонив голову. Врать не хотелось, а отвечать нельзя. Да и самой мало что известно. Я уже поняла, что меня вернули к жизни «Хвисьим шансом», ибо ничто, кроме него, не смогло бы побороться со смертью за мою душу и тело. Да подробностей мне неизвестно. А спрашивать пока не хочу. Что-то мне подсказывает, что Рахэс сам приложил свою чешуйчатую лапу к моему спасению.

— К тому же ей уже передали о том, что ты очнулась. Так что, думаю, она уже спешит сюда, — что-то услышав, целительница подошла к двери.

Чтобы придержать Лисавету, запнувшуюся о незаметный снаружи порог.

— Сколько раз тебе напоминать: не носись сломя голову. Сложно запомнить, что в этой части дома все дверные проёмы с высоким порогом? — Елна вздохнула. — Ладно, иди пообщайся со своей спасительницей. Я проверила, её состояние в норме. Лишь слабость из-за иссушения энергетического источника. Полторы недели — и будет в прежнем состоянии, — опустив локоть девушки, женщина вышла за дверь, закрывая её за спиной хвисы.

А та не заметила этого, во все глаза смотря на меня. И не успела я сказать ни слова, как Лисавета заключила меня в объятия, выражая в них всю свою радость. Я почувствовала, как на мою щёку упала какая-то капля. Лиса плакала, прижавшись ко мне.

— Ну хватит, не умерла же я. Не время теперь по мне убиваться. Ты жива, я жива, и всё закончилось. Верно? — чувствуя теплоту её тела, я обняла её в ответ, поглаживая по спине.

— Не умерла. Но я же видела, в каком ты была тогда состоянии. И никакая магия не смогла бы тебя вернуть к жизни. А он смог.

— Он? Ты имеешь в виду Рахэса? Ну, такой большой ящер, в холодном виде, в чешуе?

Хвиса сама подтвердила мои догадки.

— Ты его знаешь? Он появился в мгновение ока и принялся тебя лечить, а потом... — Лиска всхлипнула. — Сказал мне поделиться силой, иначе ты бы не выжила. И я дала её столько, сколько смогла.

Девушка замолчала. Тихонько млея в её теплоте, я размышляла над сказанным. Поделиться силой. Рахэс. Он не знал до конца, сможет ли Лисавета помочь мне таким образом, но тем не менее сделал ставку на этот шанс, позволив богам решить мою судьбу. Мне стоит воздать благословение Богине, что не разрешила отправиться в её царство, оставшись в этом бренном мире.

— А тот наёмник, что пытался тебя убить... он?

— Мертв. Ещё, наверное, в тот момент, как метнул в тебя ту магию. Которая предназначалась мне.

Мне пришлось снова успокаивать Лиску, мягко поглаживая её. Хорошо, что прошло несколько дней с того происшествия. События успели подизгладиться в её памяти, став меньше терзать сердце молодой лэй’тэри. Приподнявшись на кровати, я захотела ободрить её. И прижалась губами к щеке хвисы, отчего Лиса неожиданно засмущалась, вызвав с моей стороны тихий смех.

— Спасибо, что беспокоилась за меня. Я очень ценю такое. И...

Мой желудок, наконец проснувшись, прервал мою наполовину сказанную фразу громким протяжным воем.

— ...хотела бы перекусить. Не помню, когда в последний раз ела, но сейчас я жутко голодная, — я постаралась скрыть немного проступивший на лице румянец смущения и в третий раз стала спускаться с кровати.

— Только вот, — я осмотрела свой наряд, представлявший собой тонкую хлопчатую сорочку, доходившую мне до колен, — надо надеть что-то поприличнее. Хотя я же маленькая, мне можно и так?

Лисавета уставилась на меня, пытаясь понять, шучу я или нет. Увидев плохо скрываемую ухмылку на лице, она хихикнула в ответ и повернулась к двери, окликая кого-то, кто находился в коридоре. А я вспомнила, что где-то у меня была сумка с милыми сердцу вещичками. В том числе и с комплектом одежды.

— Ещё лучше, если мне принесут мою котомку. Там точно есть одежда, которую не придется перемерять, пытаясь подобрать подходящую по размеру.

Согласно кивнув, она дождалась, когда сюда заглянет незнакомый мне полукровка, и передала ему просьбу, пока тот старательно пытался не смотреть в мою сторону. Меня это озадачило. А потом я поняла, что сейчас мой наряд слишком откровенен. Леди не подобает находиться в таком виде перед незнакомым мужчиной. Задумчиво почесав голову, я спряталась за платьем Лиски, высунув только голову. И облегчённо вздохнула, когда тот наконец ушёл, закрывая дверь.

— Совсем забыла про ваши порядки. Непривычны они мне. Попросить, что ль, провести пару уроков этикета для юных девиц?

Посмотрев на непонятно откуда взявшуюся в руке ткань, я вспомнила, что по-прежнему стою за Лисаветой, держась, как малышка, за юбку мамки. Эх... Хотелось бы так.

— Тисса, а откуда ты? Я про то, где-то ты раньше же жила. Пока не очутилась здесь.

Хм, как бы поступить? Ладно, от части правды ещё никто не умирал. Смешная шутка, если вспомнить, почему я здесь.

— За лесами, за морями, в граде морском, что стоит посреди волн. Никто не знает, но есть один небольшой островок, входящий в состав архипелага, забытый богами и людьми. Там я и жила, в заботе и опеке. Родос — мой маленький второй дом, — эти воспоминания приятно грели душу.

И вроде не так давно покинула его, а столько произошло за короткий промежуток времени. Встретила новых знакомых, билась насмерть с превосходящими силами врага. А ещё чуть не отдала душу за названную сестру. Мою новую старшую сестру.

— А там тоже живут хвисы? Из того, что я слышала, нас очень мало на весь мир, — услышав стук в дверь, Лисавета приоткрыла её и взяла сумку, держась за лямку, носящую следы ремонта.

— Хвисы там есть. Достаточно, чтобы позаботиться о немногочисленных его обитателях, — роясь в недрах новообретённой сумки, я наконец вытащила достаточно приличную кофту, перепавшую мне от Шер. И сохранившую её запах. Вдохнув густой аромат, я на мгновение очутилась снова в своей комнате, где переругивалась с такой родной, вечно лохматой хвисой за право взять те вещи, что захочется. Как эту.

Удивительно, но юбка тоже нашлась. Единственная, зато приятной трапециевидной формы и вся расшитая рунической вышивкой. Смысл её я поняла, когда надела. Ножны скрытого ношения, подшитые вместо внутреннего кармашка. Думаю, даже если ощупывать ткань снаружи, навряд ли поймёшь, есть под ней что-то или нет. В них вполне влезет любой из моих кинжалов. Если, конечно, я разыщу их.

— Как тебе? Бордовый прекрасно сочетается с зелёным цветом кофты, да и длина отличная. Чуть короче — и пришлось бы искать штаны. А так до щиколоток доходит — уже хорошо, — я покрутилась на месте, проверяя, как лежит ткань.

— Идеально. Лучше и не придумать, — одобрила выбор хвиса. И помогла продеть через разрез в ткани мой очень пушистый хвост. После приложенных стараний он занял привычное место за спиной, являясь прекрасным дополнением к новому образу.

— Вот и я так думаю. Пошли кушать? — застегнув застёжки на сандалиях из чёрной кожи, утончённо подчёркивающих мою светлую кожу, я поднялась с пушистого ковра, оставив не подошедшую обувь лежать на полу. Рядом с сумкой. Подумав, я запрятала её в щель между стеной и кроватью, куда она прекрасно запихнулась.

— Не, ну мало ли что может случиться? А так я точно знаю, что она здесь. И никто не пострадает, если попробует залезть внутрь в обход охранок. Только если по собственной глупости.

Показав, что готова, я вышла следом за Лисаветой из комнаты, рассматривая обстановку. Попала я сюда в беспамятстве, поэтому всё окружающее сейчас для меня было в новинку. А выглядело уютно. Эти стены, украшенные резным орнаментом, едва слышно поскрипывающий под ногами пол. И вкусный древесный запах. Моё чутьё уже успело привыкнуть к нему, проведя несколько дней в четырёх стенах, но это не мешало водить носом, ловя приятный аромат. Молодой запах, не успевший задубеть, давал понять, что этот гостевой дом срублен не так уж и давно. Из чего показывалось, какое внимание проявляется ради моего удобства. Приятно осознавать.

Около двери дежурил всё тот же полукровка, что ходил за сумкой. Отреагировавший более эмоционально на моё появление, сейчас он с удивлением рассматривал созданный новый образ. Конечно, с полчаса назад он мог лицезреть лишь маленькую девочку, только проснувшуюся и ещё ничего не соображавшую. А теперь перед ним предстала молодая леди, притягивающая взгляды противоположного пола. Правда, вспомнив, сколько мне может быть лет, он с трудом оторвал взгляд, переключаясь на Лису и заведя с ней разговор. Даря возможность вернуться к изучению окружающего мира, пока мы куда-то спешим. И, похоже, это куда-то — то самое строение, в котором я когда-то впервые повстречала хвису.

Свет ударил по глазам, заставив зажмуриться. Подождав, я приоткрыла глаза, привыкая к окружению. Множество строений, их обитатели. Дома. А они выше и больше, чем казалось сверху. Подошвы звонко постукивали по поверхности деревянного помоста, вплетаясь в окружающий шум. Расположение и назначение зданий я разузнала ещё в прошлое моё появление здесь, так что осталось лишь сложить две карты в голове, накладывая два ракурса. Крутя головой во все стороны, я заметила новые украшения, такие необычные, изображающие различных зверей, среди которых сразу определила дракона. Рисунки, выполненные с определённым посылом. Это заинтересовало меня. Вклинившись в разговор, я без лишних слов ткнула в один из подобных орнаментов, показывая жгучий интерес.

— Не встречала раньше такого? Дома с такими знаками — членов гвардии, прочно соединивших свои жизни с оборотничеством. Каждая фигура отражает обширность и многочисленность народностей, пришедших в наше королевство. Здесь каждому притесняемому и угнетаемому в своей стране найдётся дом и достойная работа. Мы не делаем различий между расами, поэтому наша страна и получается такой многогранной.

Тедор любил поговорить. Краем уха слушая их беседу, я почерпнула много полезных сведений о жизни здесь, попутно прослушав столько же местных баек, рассказанных, видимо, исключительно чтобы впечатлить мою персону. Но это не вышло, поэтому разговор плавно перетёк в русло повседневной жизни, который я вежливо поддерживала, кивая головой почти в такт. Пока не обратила внимания, что он смотрит на меня, ожидая ответа на заданный вопрос, так удачно пропущенный мимо ушей.

— Прости, немного задумалась. Что ты спрашивал у меня?

— Где ты научилась так драться? — Тедор заинтересованно смотрел на меня. — Даже хорошо натренированному воину будет сложно сражаться с многократно превосходящим тебя противником, когда приходится кого-то защищать. А ты не выглядишь таким воином, да и с твоим телом, — он с сомнением посмотрел на мою маленькую фигуру, — это делает благополучный результат почти невозможным. Но у тебя получилось. Как?

Так вот что его ещё привлекло во мне. А я гадала, не из сторонников ранних браков ли он. Пока я валялась в постели, Лисавета, похоже, успела неоднократно рассказать о событиях внутри барьера. Главное, чтобы не выдала моих секретов раньше времени. Лишние проблемы и повышенный интерес к моей хвостатой персоне мне не нужны.

— Был хороший наставник. А когда из развлечений почти ничего нет — приходится убивать время в тренировках, развивая свои способности. Да и к тому же мы, хвисы, — личности, полные загадок. Кто знает, какие ещё козыри мы можем держать в рукавах. Верно, Лисавета? — подмигнула я старшей товарке, принимая таинственный вид.

— Куда без этого. Как выскочим, как выпрыгнем — побегут клочки по закоулочкам, — ответила девушка непонятной для меня фразой, поприветствовав кого-то знакомого, стоящего рядом со входом.

Внутри почти никого не было. Ну, не для Лиски, от которой невозможно скрыться. Отослав Тедора позаботиться о позднем обеде, хвиса подвела меня к столу, усаживаясь напротив незнакомого зеленоглазого гвардейца. Его волосы топорщились во все стороны, привлекая внимание. Не оборотень, но тоже занимательный. И непростой.

— Хельвин, сам ешь, а с нами не делишься. Так нехорошо поступать, — с ходу наехала на него Лиса. — Хочу тебя познакомить с очень милой девушкой. Хельвин, это Тисса, Тисса — это Хельвин. Всем очень приятно и всё в этом духе.

— А тебя корми не корми, всё такой же несносной остаёшься, — проигнорировал её выпад полукровка, отрываясь от еды. — Привет, Тисса. Вижу, ты уже пришла в себя. Побывав на месте битвы, я и представить не мог, что всё это устроила такая юная особа, ещё моложе, чем Лисавета, — от последних слов девушка немного покраснела, вспоминая что-то, и посмотрела в сторону кухни, откуда уже должен был вернуться Тедор с едой.

— Приве-ет. Ну не могла я оставить на растерзание этим плохим наёмникам беззащитную Лису, — другого же выхода у меня не было, да? — Хвисам нужно держаться друг за дружку.

Я, конечно, люблю, когда меня восхваляют за совершённые дела. Приятно. Но, Шешу вас раздери, сколько раз мне нужно будет говорить одну и ту же причину разными словами и разным людям? Вот собрать бы их всех вместе, чтоб в будущем не отвлекаться на такие вот речи. Да, смогла. Да, победила. Все живы? Все здоровы? Замечательно. А теперь принесите мне скорее мою еду и не доставайте с расспросами хотя бы пока я ем.

— Хельвин, куда запропастился Рейвар? Рано утром ушёл, и целый день его не видать. Как сквозь землю провалился.

— Ну ты же знаешь. Такое происшествие — ощутимый удар по репутации не только столицы, но и самого лэй’тэ, который должен следить за безопасностью. Вот он сейчас и бегает, проверяя защиту города на скрытые ходы, одновременно с этим составляя списки необходимых улучшений. Такие дела происходят, — махнув ложкой, гвардеец продолжил есть.

Наблюдая за тем, как он поглощает такую вкусную, чудесную еду, мне стоило больших усилий сдерживать себя от того, чтобы не вырвать из его рук тарелку и в один присест самолично умять её, ни с кем не делясь. Если ещё так пару минут продлится, я сама приду туда и если всё не съем, то понадкусываю.

К счастью для всех и меня, полукровка не заставил себя ждать. В его руках был деревянный поднос, на котором находилось много вкусной для меня еды. Коршуном налетев на неё, я сразу взяла себе такую же, как у зеленоглазого, тарелку и принялась быстро поглощать наваристый бульон с плавающими там большими кусками мяса. Прокатываясь по пищеводу приятным теплом, он наполнял меня той энергией, которой мне так недоставало. Ощущалось, будто организм сразу перерабатывает пищу на необходимые для себя материалы, направляя их на восполнение резервов, полностью истощённых тогда.

— Тисса, не надо так налегать на еду, живот же заболит, — обеспокоенно сказала Лисавета, когда я взяла третью тарелку с чем-то травянистым.

— Не беспокойся. Всё, что попадает внутрь, сразу идёт на восполнение сил и энергии, оставляя лишь непереработанные остатки. Поэтому мне и нужно много, чтобы наесться.

Не отрываясь от еды, я пошарила рукой по подносу в поисках хоть какого-то питья. Сбоку что-то стукнуло, а затем зажурчало. Приподняв голову, я благодарно прогудела набитым ртом, хватая только что налитый стакан с каким-то напитком. Пускай пища и перерабатывается, но надо же смазывать горло, помогая ей добраться вниз. Высосав половину стакана, я вновь ушла в еду, отключившись от реальности.

— ...И ни следа тех, кто помог им пробраться. Это очень странно. Словно они оказались сразу в городе, миновав ворота, — когда я заканчивала есть, откладывая последнее блюдо, счёт которых перевалил за десяток, мои уши поймали кусок предложения. И о чём же они могут говорить, кроме как об Этом.

— Если вы о наёмниках, то разгадка проста, — сделав глоток и удостоверившись, что моя догадка попала в цель, я продолжила. — Старый круг телепорта. Иначе быть не может. Для того чтобы прознать о его применении, надо постоянно сканировать округу на большом расстоянии. А у вас, как я поняла, это не применяется.

— Старый круг телепорта? Столица слишком молода, чтобы здесь находились артефакты старых времён.

— Да? А я слышала, что на этом месте располагался какой-то город. В глубокой древности, ещё во времена Войны Междумирья. Хотя я могу ошибаться. За столько столетий все эти штуковины могли сто раз превратиться в прах под гнётом времени и разложения.

Подливая себе напиток, представляющий собой сочетание сока и чая, я расслабленно сидела, уставившись в одну точку. Эта лавка не располагала спинкой, и моё тело, ничем не сдерживаемое, потихоньку сползало вниз, влекомое силой тяжести. Выпав в очередной раз из диалога, я слушала его как фоновый шум, отдаваясь расслабляющей неге. От попыток вникнуть хотелось только закрыть глаза и больше не открывать. Усилием воли, помноженным на гордую хвисью натуру, я приостановила процесс стекания, откинувшись назад, но перестаралась, начав заваливаться. Попытка выровняться непременно окончилась бы падением, если бы было куда падать. Моя голова упёрлась во что-то, а в нос попал смутно знакомый запах, лиственные нотки которого встречаются лишь тогда, когда холода ещё не наступили, а тепло собирает котомку перед скорым уходом.

— Этих хвис тянет ко мне как магнитом. Уже успела разбудить и накормить нашу гостью, да, Лис? — бархатный голос заставил открыть глаза, зажмуренные во время падения, и запрокинуть голову, уставившись на чарующего взор оборотня с запутанной родословной, уходящей куда-то к вампирам. Или эльфам. Вблизи он выглядел ещё красивее, чем издали, тем вечером. И не только внешностью. Даже со слабым магическим взором его аура притягивала, отражая всю его сущность. Сущность воина и защитника.

— А-а, здра-авствуйте. Очень приятно с вами познакомиться. Я — Тисса, — уставившись на него снизу вверх, я заторможенно поприветствовала его. Немного непонятно, как к нему обращаться. Он ведь не только муж Лисаветы, но и целый лэй’тэ этой страны.

— Рейваринесиан рэ’Адхиль. Можно просто Рейвар. И да, я не настолько старый, чтобы спасительница моей Лисаветы называла меня на «вы», — придерживая меня за плечи, он помог принять вертикальное положение, садясь рядом с Лиской. Которая тут же обрадованно повисла на нём.

— Ре-ейвар. А мы тебя вот только что вспоминали, — сидя у него под боком, девушка светилась как маленький огонёк. — Как там дела с выяснением путей загадочного и таинственного проникновения шпионов? Нашли какой-нибудь артефакт или портал?

Рейвар с удивлением посмотрел на жену.

— Откуда прознала?

— Наша хвостатая мафия в каждом закоулке, — Рейвар отчего-то вздохнул, с укором посмотрев на Лису. — Не сердись, я не нарочно. А вообще, дошли методом мозгового штурма, — хвиса положила голову на плечо Рейвара, наслаждаясь присутствием любимого.

— Ладно, не буду мешать, у меня тоже есть дела, — вслед за незаметно ушедшим Тедором полукровка со всклоченными волосами тоже засобирался, поднимаясь из-за стола. — Рейвар, найди меня завтра — новая схема патрулирования нуждается в обсуждении, — кивнув нам на прощание, Хельвин вышел из помещения.

И как-то неожиданно оказалось, что здесь, кроме нас троих, никого нет.

Меня это мало заботило. Сидя на скамье, как маленький совёнок на ветке, я сквозь щёлочки наблюдала за пылинками, кружившимися в лучах солнца. А ещё что-то тёплое под боком согревало, притягивая ближе к себе. Зевнув, я закрыла глаза, прижимаясь к источнику тепла. Получив желанный материал, моё тело занялось самовосстановлением. А зачем ему бодрствовать, когда на это расходуется энергия? Вот сейчас меня практически вырубало на ровном месте. С такой печкой я и не против. Тихо, тепло и спокойно.

POV Лисавета

— Рей, а Рей?

— Чего тебе, Лиса? — рука, замершая где-то на плече, пошла вниз, заставляя спину покрыться приятными мурашками. Жаль, что сейчас ещё не вечер.

— Посмотри на Тиссу. Девочка уже задремала и спит у тебя на боку. Может, отнесёшь её обратно?

— Неплохая идея. Но, зная вас, малышка будет рада больше, когда, проснувшись, сможет очистить себя от накопившейся грязи, — улыбнувшись одним известным ему воспоминаниям, он погладил сопящую маленькую лисичку по волосам.

Если даже Лисавета по меркам своей расы была очень молодой, то сколько может быть этой хвисе? Где её родители и кто её научил владеть клинками. И магией.

Несмотря на то, что Лиса крайне скомкано пересказала произошедшее, Рейвар, осмотрев раны убитых наёмников, обнаружил присутствие огненной стихии, разлитой вокруг каждого из тел. Особенно это касалось двоих, лежавших как потухшие головёшки костра. Но с вопросами рано лезть. Дождёмся, пока девочка вернётся в норму, и лишь тогда осторожно попробуем выяснить у хвисы подробности.

Длинноухого полукровку отвлекло от мыслей чье-то тормошение.

— Земля вызывает Рейвара, ответьте, — мягко потрясая Рея за плечо, мне удалось вывести его из задумчивости. Но не избежать очередного выговора.

— Лиска, поаккуратнее со словами из своего мира. А то ты в последнее время совсем забываешься, — поборов сонное сопротивление, полукровка взял девочку на руки, стараясь не разбудить при подъёме. Но та крепко спала, лишь поморщившись от изменения положения тела.

Почти что невесомая ноша. И это несмотря на то, что около её места собралась внушительная гора из мисок, опустошённых за короткое время. Как бы сказала Лисавета, всё идёт в рост. А вот и она, возвращающаяся с кухни. В руках котомка с выпечкой, получившейся сегодня весьма воздушной и вкусной. По себе знает: вечером обязательно захочется кушать. Тиссе останется что пожевать потом, если не проснётся до ужина.

— А вот и я. Малютке Тис надо хорошо питаться, поэтому мне вот насобирали немного еды, чтобы девочка не голодала. Пошли, пока тебя никто не уволок от меня, — прильнув к Рею, я поцеловала его в начинающую зарастать щёку. Обязательно его побрею, пока совсем не зарос. Тут хотя бы бритвы надёжные, почти не тупятся, в отличие от наших цивилизованных версий. Ещё один плюс жизни здесь.

Тёплый свет солнца расцветал красными красками, предзнаменуя скорый вечер. Но перед этим надо отнести Тиссу, сходить к Елне, а то замучает всех, пока будет искать пропавшую пациентку, ну и порыскать у воспитательниц на предмет подходящей для маленькой хвисы одежды. Хоть она и говорит, что у неё своя есть, но повседневной одежды много не бывает. А из того, что найдётся, ей непременно что-нибудь да приглянется. Уж я-то знаю. Словно все хвисы.

Пункт VIII. Воспоминания о хвисьем будущем

Сад в розовых тонах. Деревья, повсюду деревья, куда ни бросишь взгляд. До самого горизонта. Их розовые лепестки опадали на землю, покрывая её тонким, едва колышущимся ковром. Но удивительное дело — его толщина всё время оставалась неизменной. Как и густота крон. Вечный листопад, в котором можно затеряться. Подставив ладонь под один из падающих лепестков, я задумчиво попробовала его на вкус. Что-то смутно знакомое. Но так сразу и не скажешь.

— Напробуешься потом ещё. Иди же ко мне.

Тихий шорох голоса проник в голову, заставив оглядеться в поисках источника. Но вокруг никого. Лишь ветерок треплет розовые частицы в траве.

— Времени нам отведено не так много. Тропа выведет тебя.

После подсказки незримого голоса я наконец заметила ранее скрытую от глаз дорожку, заботливо выложенную разномастными каменными плитами. Она уходила вглубь деревьев, исчезая за чёрными стволами, и мне ничего не оставалось, кроме как пойти по ней, гадая о личности, которая ждёт меня в конце пути. Чёрные колонны расступались передо мной, что-то шелестя ветвями вслед. Кроме них и солнца, скрытого за облаками, не было ни души. Ни насекомых, ни животных. Только я, ведомая загадочным проводником.

— И я, твоя извечная совесть, — я аж подскочила от испуга, когда рядом с ухом неожиданно раздался голос. Его обладательница словно возникла из ниоткуда, ведь я не видела и не ощущала, чтобы тут кто-то был помимо меня.

— Т-ты кто? — мой голос вышел подрагивающим. Трудно оставаться спокойной, когда непонятно откуда появляется незнакомец.

— Азумэй. У меня есть разговор к зовущей тебя, а этот сон — неплохая площадка для его проведения. Не беспокойся, я не помешаю вашей с ней беседе.

— Это всё мой сон? Тогда понятно, почему здесь такие необычные деревья.

— Сакура.

— Что?

— Их называют сакурами. Деревья из породы вишни, если это тебе о чём-то говорит.

Она замолчала, продолжая идти рядом. Длинный балахон из серебристо-тёмного материала, скреплённый фибулой на груди, колыхался в такт шагам, разливаясь холодной стылой весенней водой. Густые чёрные волосы были настолько тёмными, что поглощали любой свет, попадающий на них. Вливаясь в речной поток, они заканчивались, не доходя пол-ладони до пояса. А ещё чёрные скалы — пушистые кошачьи уши. И длинный хвост. Хм-м. Этому образу не хватало завершающего штриха, но я не могла понять какого. Одно было точным — она явно не из нашего мира. А ещё я только сейчас заметила, какие у неё глаза. Тёмные, утягивающие на тихое спокойное дно, где течение жизни больше не будет швырять тебя о скалы.

— Тисса, слишком рано заглядываешь в бездну. Наша встреча изначально не входила в мои планы. И да, мы уже пришли. Пойдем поприветствуем кое-кого, — мягко потрепав меня за щеку своими неожиданно теплыми пальцами, она первой шагнула в тень крытой беседки, внутри которой кто-то сидел. И ждал нас.

— Азумэй? Не ожидала тебя здесь встретить, — в голосе из тени прорезалось слабое удивление.

— Меня никто не ждёт, но я прихожу. А ты всё продолжаешь гнить здесь, боясь выбраться на свет? — прислонившись к деревянной опоре, девушка в чёрном огорчённо покачала головой, показывая своё неодобрение такому существованию.

— Даже не пытайся подначить меня. Сама знаешь — всему своё время. Ради этого я как раз и пригласила сюда эту маленькую огненную.

Неизвестной собеседнице Азумэй сложно давались эмоции, но она попыталась, насколько смогла, показать теплоту в своём голосе.

Слушая их разговор, я робко стояла перед тёмным пространством, не решаясь зайти внутрь, хоть меня и тянуло туда. Что-то полузабытое, что я никогда не встречала, но с чем прекрасно знакомо моё внутреннее «я». И это пугало. Что я ещё не знаю о себе? Что может пробудиться в будущем? Какими тёмными пятнами покрыто моё прошлое, сокрытое глубоко на задворках памяти?

Внезапно что-то меня подтолкнуло. Ступив вперед, я все же оглянулась. Но вокруг не было ни души. Кроме нашего трио.

Окунувшись в лёгкий полумрак, мои глаза быстро подстроились под тусклое освещение. Но, как обычно это бывает, в этот момент солнце наконец прорвало свой облачный плен, выглянув из-за перистой стены и ослепив мои только привыкшие к слабому свету глаза. Жмурясь от резкой смены яркости, я опустила взгляд к полу. А когда подняла его, не поняла сразу, откуда здесь возникло второе светило.

Она светилась.

Тем, кто звал меня, была тоже хвиса. И её шерсть горела огнём. Нет, даже золотом. Благородным королевским золотом. Разлитым от кончика хвоста до глаз, в которых плескалось целое море такого же расплавленного металла. И не обжигающе горячего, а приветливо-тёплого, словно нагретая за долгий день крыша, так и манящая прилечь на неё. И я понимала, что он означает. Цвет, воспетый в сказаниях и легендах.

— Ваше Величество, — преклонив колено, я склонилась до самой земли, не решаясь поднять глаза.

— Поднимись, не нужно излишней церемониальности. Я уже давно не та, что раньше. Жалкое подобие прежней мощи, влачащее существование на задворках мира. Не то что ты, моя маленькая огненная. — То, что я принимала за трудности с проявлением эмоций, имело совсем другую причину. В солнечном ореоле облик золотистой лисицы временами шёл рябью, показывая всю иллюзорность казавшейся прочной фигуры хвисы.

— Ваш облик…

Я понимала многое, но не всё. Особенно те вещи, что были связаны со смертью. Ведь по запомнившимся мне историям из детства говорилось, что Королева погибла в последней войне, лишившей всех хвостатых дома, близких и маяка веры, ведущего сквозь тьму. Иначе почему мы забились на отделённый остров, спрятанный от остального мира, собирая по крупицам, подобно полукровкам, новых лисиц?

— Ничто не вечно. Ты же помнишь, как после проявления своих сил обрела своего покровителя из предков?

Я задумалась. Но потом осторожно отрицательно покачала головой. Видимо, я выпадала из общей статистики.

— Неправильно задаёшь вопрос, Каэрис. Слишком ты долго провела на Изнанке, не замечая, как старые традиции сменились новыми правилами. Хвис теперь днём с огнём не сыщешь. А пробуждённых — тем более. Сама знаешь, что единственный сохранившийся храм остался лишь на месте столицы.

Лиса по-человечески вздохнула, признавая правоту её слов.

— Твоя правда. Что же произошло с тобой, маленькая хвиса, отчего скрытые внутри силы пробудились вне правил, вырвавшись наружу?

Нет. Как бы ни хотелось, но мне придётся вновь вспомнить. Хоть я и хотела забыть прошлое, похоронив в глубинах памяти ранящие душу сцены, но сейчас нужно открыть склеп. И снова ненадолго вытащить на свет скелеты прошлого. Прошлое настигло меня, и с этим ничего не поделаешь.

— Смерть. Самый яркий и сильный стимул. — Внутри заскребли кошки, оставляя свежие царапины на давно заросшем шраме. — Когда-то у меня была иная жизнь. Короткая, но счастливая. Дом, семья, теплота близких. Красивый цветущий по весне сад, что окружал нашу усадьбу. Вечерние посиделки у камина, милые сердцу чаепития, прогулки по лесу. Однажды та весна не наступила.

Я всегда находилась либо на территории дома, либо в его окрестностях и не бывала в городе. И теперь понимаю почему. Не всем нравилось наше соседство. Семейство нелюдей, живущих куда лучше, чем обычный житель, зарабатывающий на жизнь непосильным трудом.

Я возвращалась из леса ранней осенней ночью, когда вспыхнули деревья. За ними — дом. Прорвавшись сквозь пламя, я поняла — не смогу попасть внутрь. А потом заметила людей, которых до этого чудом избежала. Они стояли около горящего строения. Что-то тогда меня остановило от того, чтобы подбежать к ним. Они молча стояли, не делая никаких попыток потушить пожар. Как большие безвольные куклы. Испугавшись, я забилась в корни дерева, раскинувшегося особняком от остальных. Это было единственное для меня место, что хоть как-то защищало от настигающего жара. Удушливый дым застилал глаза, погружая в забытьё. Сквозь него мне слышались тягучие напевы, от которых тело то горело, то становилось почти ледяным. Спустя какое-то время я поняла — всё кончилось.

Чёрное пепелище, похоронившее в своих глубинах всех близких мне людей. Я пыталась отыскать хоть что-то, блуждая по обломкам, погружая ноги в до сих пор горячие угли. Вскоре силы кончились. Единственным, что ещё держало меня там, было пламя. Обжигающее, принявшее в себя боль, непонимание и злость. Оно меня звало туда, где находились те, кто разрушил нашу жизнь. Внутренний проводник указывал единственный путь, который судьба оставила для маленькой девочки.

Остальное помнилось урывками. Крики. Кровь. Пламя. Кажется, я всё-таки добралась туда. А дальше были скитания. Бесконечно долгие скитания. Не знаю сколько, но в итоге я наконец обрела новый дом. И новую семью. На Родосе.

— Больше ничего такого, что могло бы вас заинтересовать, леди Каэрис. — Выплеснув наружу всё то, что скрывала даже от своей наставницы, я почувствовала облегчение. Кажется, теперь эти кошмары перестанут преследовать меня, отступая навсегда во тьму.

Азумэй подалась вперёд.

— А ты интересный персонаж. Я бы даже записала тебя в список ключевых, но это не мой мир. Хоть я и покровительствую хвисам. Негоже оставлять вас бесхозно бродить от домена к домену.

— Домену? Персонаж?

— Не бери в голову. Мои слова окутаны сумраком, и тебе не стоит вникать в их смысл, чтобы понять. — Выпустив изо рта облачко тёмного дыма — словно наглядное воплощение того самого сумрака, она отошла в сторону, передавая очередь королеве хвис.

— Да, высших существ очень сложно понять, — лисица немного помолчала перед тем, как продолжить. — Знаешь, теперь я понимаю, отчего Огонь признал тебя. Прародители Изначального Пламени всегда любили битвы, но ещё больше они ценили месть. Хорошо поджаренную месть. У тебя получилось её завершить. Да и что-то мне подсказывает: это только начало долгого пути. А что касается меня, — спрыгнув на землю, она приняла человеческий облик, — то мой покровитель — это богиня, с которой каждый из правителей был связан, словно пуповиной с матерью. Сама понимаешь, что происходит, когда разрывается эта связь.

Каэрис подняла руку, ловя один из лепестков. Его розовый оттенок просвечивал сквозь ладонь, показывая эфемерность облика хвисы.

— Но ведь минуло столько лет, а вы лишь немного потеряли форму, полностью сохранив духовную оболочку.

И её аура была тому подтверждением. Потускнев без связи с физической оболочкой, она сохранила энергию, распространявшую золотистое сияние вокруг, успокаивающее от одного взгляда на него. Если, конечно, не поворачивать голову направо. Аура же знакомой королевы, задумчиво рассматривающей что-то в небе, находилась на другом уровне. Хоть она и имела такой же объём, но не концентрацию. Её плотность превышала энергию леди Каэрис в сотни раз. От этого становилось не по себе.

— Сохранила. Заточив себя здесь. В обычном мире она бы иссякла за пару месяцев, уходя на поддержание оболочки. А в этом фрагменте Междумирья лишь утекает по капле, позволяя мне существовать без подпитки. Об этом, кстати, я и хочу с тобой поговорить.

Похоже, разговор наконец вышел на главную тему. А то я уже беспокоилась, что мне придётся провести здесь полжизни.

— Своим недавним выбором ты прочно укрепила своё положение в обществе полукровок, вместе с этим сильно сблизившись с женой здешнего командующего гвардией. Но на другой чаше весов вмешательство заставило закачаться маятник событий, всё быстрее и быстрее порождая новые изменения. У меня есть только предположение. Но если те, кто организовал нападение, — наши старые враги, то они получили прямое подтверждение, что последним членам Хвисей гвардии не безразлична эта соплеменница. Ведь кто защищал её? Хвиса, прошедшая инициацию. Пускай у нас есть немного времени, пока они сложат одно с другим, но начало положено.

Я начала понимать, к чему она ведёт. И чем дальше королева продолжала рассказ, тем гуще собирались тучи будущей бури, затрагивающей уже не только меня. А я только надеялась на мирную жизнь.

По голове прошёлся лёгкий ветерок от прикосновения. Это оказалась госпожа Каэрис.

— Не переживай, это было предрешено судьбой, — поспешила она меня «обнадёжить». — Ведь иначе какое было бы у нас будущее, если бы этой Лисаветы не стало? А теперь мы можем побороться за своё существование.

— Что мне нужно сделать? — я сразу поняла, что без поручения не обойдётся.

— Быстро соображаешь, — похвалила меня хвиса. — Ты должна подготовить эту девушку к инициации. Пусть она только недавно осознала себя одной из нас, но чем быстрее пройдёт обряд соединения с предками, тем легче тебе будет её защитить.

— Но ведь для посвящения, как я поняла, нужен храм. Да и, наверное, её кто-то должен правильно провести. Я же ничего в этом не смыслю. И не помню, — я запаниковала, пытаясь вспомнить всё, что мне рассказывали об этом. Выходило плохо, урывками, и от этого я переживала ещё сильнее. Это же получается, мне столько предстоит сделать, продумать и соблюсти. И не посмотришь в методичке, не спросишь у наставницы.

— Тихо-тихо, малютка хвиса. Ничего тебе в обряде делать не придётся. — Подойдя сзади, Азумэй прижала меня к себе, отчего колотящиеся в груди эмоции вымыло ворвавшейся туда прохладной волной, возвращая спокойствие. Ободряюще улыбнувшись, она вытащила из воздуха чашку с каким-то напитком и вручила мне в руки. Поднеся её к носу, я принюхалась. Пахло приятно. Сделав глоток, я с большей уверенностью начала пить, наслаждаясь возникшим чувством спокойствия.

— Вот видишь, Каэрис, как одним неосторожным словом легко ввергнуть в панику ребёнка. Тисса, послушай меня. Тебя никто не просит проводить обряд. И никуда отправляться не нужно. Что хочет от тебя твоя королева, так это помочь Лисавете с тренировками, дав ей основы, которые станут фундаментом для инициации. Где сам храм и как туда попасть — тебе она скажет позже. Пока же просто научи её всему тому, что сама умеешь. Ладно?

Объяснение вместе с допиваемым соком пришлось мне по душе. Не любила я, честно говоря, когда меня нагружают множеством дел, к которым иной раз и не знаешь, как подступиться. А в её словах всё выглядело просто. Обучить тому, что знаю? Будет немного сложно, но я уверена — для Лиски найдутся техники и методики, которые ей подойдут. Главное — начать. И получить понимание от Лисаветы. Не думаю, что с последним возникнут проблемы.

— Да, всё как Азумэй и сказала. В этом пока твоя главная миссия. Когда наступит время, я найду способ связаться с тобой, моя дорогая. И поверь — то, что ты делаешь, очень важно для нашего рода. — Делая наставления, Каэрис вдруг повернула голову, прислушиваясь к чему-то. А потом со вздохом погладила меня по голове.

— Тебе уже пора возвращаться. Мы не можем вечно тормозить время. И сейчас самое время прощаться. Пожалуй, не прощай, а до скорой встречи. И буду надеяться, что её ожидание не затянется.

Что-то прорывалось снаружи, заставляя колебаться пространство. Откуда-то пришёл густой туман, заструившийся прохладными потоками по ногам. Поднимаясь выше, он скрывал от меня окружающий мир, закрывая от новых знакомых. Вместе с туманом пришло понимание, что меня утягивает куда-то вверх. В этом самом верху меня называли по имени, с каждым разом всё отчётливее и громче.

— Тисса, просыпайся. …тебя ждёт, — мозаика сна окончательно разрушилась, дав мне понять, что я уже не там.

Распахнув глаза, я огляделась по сторонам. Знакомый интерьер. Где-то я уже его видела. Точно!

— А почему я лежу у тебя дома?

Да, это действительно было жилище Лисаветы и Рейвара. Ой, значит, вот кто, скорее всего, принёс меня. Интересно, зачем? Куда ближе было нести до гостевого дома, чем сюда. Сейчас в комнате кроме меня и девушки больше не было никого. Лишь со стороны ванной комнаты доносились звуки шипения да плеска воды. Я повторно ойкнула, похоже понимая причину.

— Да-да, именно поэтому, — заметив мои заблестевшие от радости глаза, подтвердила невысказанное предположение хвиса. — В этот раз полноценно: с чистой водой, кучей полезных трав и полностью отданным нам вечером. Отмою тебя так, что будешь скрипеть.

— Я не хочу скрипеть. Я же не дерево. — Усевшись, я, ещё раз бросив взгляд на дверь, начала раздеваться, снимая ненужную здесь обувь.

Следом за ней на кровать рядом аккуратно переместились все остальные элементы одежды, кроме, пожалуй, немного длинноватой рубашки. Не заправленная под юбку, она походила на короткое платьице, доходя мне до середины бедра. Сказать честно, пусть в тот раз я не особо следила за своим внешним видом, но вот перед мужем Лисы мне было бы стыдно ходить обнажённой. А рубашка вообще штука универсальная. Накинул — и уже прилично выглядишь. Болтая ногами на краю кресла, я наблюдала за хождениями туда-сюда Лисаветы, что-то подготавливающей. Её монотонные движения убаюкивали, погружая снова в сон. И, кажется, я вновь немного задремала.

— Ти, не спи, вода ждёт. Ты же не хочешь, чтобы она остыла?

Эти заветные слова заставили меня моментально сбросить оковы не желавшего отпускать из своих объятий тягучего, как карамель, сна. Спрыгнув с кресла, я побежала вперёд Лисаветы в знакомом сердцу направлении. В голове у меня стучала только одна мысль:

«Мыться!».

Вижу цель — не вижу препятствий.

Протиснувшись в приоткрытую дверь, кем-то не до конца закрытую, я попала в царство пара и теплоты. Подскочив к большой бадье, мимоходом едва с кем-то не столкнувшись, я остановилась у её края. Потрогав воду, удовлетворённо кивнула — в самый раз! И одним махом сбросила расстёгнутую на ходу рубашку, заскакивая в море, брызнувшее блестящими искрами во все стороны. Красота!

— Теперь понимаю, что ты не одна такая. Без стеснения и стыда. Пожалуй, не буду вам мешать, раз Тисса уже готова, — внезапно оказавшийся совсем рядом мужской, пробирающий до глубины души голос удалился в сторону комнаты, из которой я только что вылетела. Кажется, до конца благовоспитанный образ мне соблюдать не удалось.

— Ли-ис.

— Что такое? — закрыв за мужем дверь, девушка подошла к моей обители.

— Рейвар же всё видел?

— Ммм… Думаю, да, — немного подумав, со смешком ответила хвиса.

— Ой.

Пункт IX. Раз-два, четыре-пять, время лапки развивать!

— Тихо, ты так её разбудишь.

— Скорее ты, если продолжишь меня выталкивать из постели. А уж как мне нравится уходить засветло, — тихий голос говорившего проникал в мою голову, заставив открыть глаза.

Рейвар. А чего это он рядом? И чего я вообще здесь делаю?

Ещё не совсем отойдя ото сна, я приподняла голову над подушкой, с трудом продирая глаза, оглядывая происходящее вокруг. Комната. Кровать. Я проснулась на кровати. Рядом спорит с Рейваром Лисавета. Старается делать это как можно тише, следя за тем, чтобы не толкать меня во время энергичной жестикуляции. Что-то соединяется в понимании, но что же? Ага, поняла. Что я делаю в их супружеской кровати? Осознание такого простого факта заставило меня дёрнуться от пронзившей тело догадки. Спор сразу прекратился. Похоже, больше спящей прикидываться не удастся.

— До-оброго утра, — зевнула я. — Не напомните моей дырявой голове, почему я проснулась здесь, а не у себя в комнате?

Захотелось почесать голову. Но, коснувшись пальцами волос, я взвыла от нехорошего предчувствия. Неужели я уснула с не до конца высохшими волосами, и теперь мне предстоит пройти мучительный процесс по приведению их в приличный вид? Почему судьба так жестока со мной? Ощупывая их, я немного выдохнула от осознания, что всё не так плохо. Но повозиться явно придётся. А это самое неприятное.

— Утречка, Тисса. Пока я приводила тебя в порядок, ты малость уснула. Да так, что не проснулась даже после того, как я тебя вытащила из ванной. Не волочь же тебя в таком состоянии через весь двор, правда? И раз ты такая миниатюрная девочка, то почему бы тебя не уложить на нашей кровати. Не стеснишь же своим присутствием, да, Рейвар? — улыбнулась мужу Лиса, незаметно толкая его в бок.

— О чём может быть речь, — ответил он, застегивая рубашку.

От такого зрелища нельзя было отказаться. Признаться честно, пока он одевался, я украдкой изучала каждый сантиметр его тела, сравнивая свои ощущения с теми, что возникали при виде других хвис во время банных дней. И это вводило меня в ступор. Ощущения были схожими, но какими-то другими. Слишком мало имеющихся сведений, и не у кого получить совет. Но я непременно получу ответ, если восполню недостаток количеством. Точно, пока эта «информация» ещё не ушла, надо спросить.

— Рейвар, а куда ты собираешься? — хотелось проверить своё предположение.

— Из произошедшего я вынес урок, что мои люди слишком расслабились без ежедневной муштры. Так что сейчас самое время восполнить данный недостаток.

Это и требовалось узнать.

— Я иду с тобой.

— Что? — полукровка даже остановился, озадаченный моими словами.

— Не приемлю возражений. После такого серьёзного ослабления тела мне жизненно необходимо вернуться в прежнюю форму, и как можно быстрее. А что может быть лучше, чем хорошая тренировка? Правильно — много тренировок, — не обращая внимания на попытки меня остановить со стороны хвисы, я встала на пол и повернулась к Рейвару. Весь мой вид выражал такую решимость, с которой сложно было поспорить. А я ещё не встречала тех, кто мог бы меня переспорить, когда я твёрдо стою на своём.

Рейвар долго смотрел на меня. А потом вздохнул, понимая бесполезность дальнейших отговариваний.

— Ладно, беру. Только смени одежду на что-то более подходящее. Не будешь же ты тренироваться в одной рубашке на голое тело? — окинув меня взглядом, он словно просветил меня насквозь.

Действительно, если я так пойду, моя наработанная репутация понесёт серьёзный урон. Не считая того, что это очень непрактично. А ещё не мешало сделать самое главное.

— Ли-ис, поможешь усмирить мои волосы? Только аккуратнее, я не хочу лишиться половины в процессе расчёсывания.

— Пошли уж, моя воительница. Надеюсь, у тебя есть во что одеться?

— Это Тисса. Она сегодня будет вместе с вами проходить тренировку. Но для вас, оболтусов, это не означает никаких послаблений. Слишком расслабились на Дворе без тренировок до потери сознания, — коротко представив меня, начал привычно выговаривать своим людям Рейвар.

Стоя рядом с ним, я с интересом изучала моих сегодняшних коллег по тренировкам. Всякие разные: чешуйчатые и рогатые, лохматые и абсолютно безволосые. Вон тот с синей кожей вообще интересный. Глаза отсвечивают красным, да и едва ощутимая аура витает вокруг него. Или тот, что отличается от людей лишь заострёнными ушами. На вид не особо упитанный, но уверена — он ничуть не уступает своим товарищам. В этих полукровках, похоже, какие только расы не намешаны. Обязательно попрошу у Рейвара или Лиски рассказать о них поподробнее — моих заложенных наставниками знаний явно недостаточно.

Закончив, Рейвар посмотрел на меня. О, настало моё время.

— Надеюсь, что вы будете прекрасными товарищами, с которыми я смогу восстановиться и, несомненно, научиться чему-то новому, — улыбнувшись как можно искреннее, добавив самую чуточку хвисьего обаяния, я склонила голову, как бы вверяя свою судьбу в их руки.

И это принесло плоды. Хотя, чтобы они перестали считать меня маленьким ребёнком, по крайне удачному стечению обстоятельств справившимся с разбойниками, надо показать свои умения.

Занимая свободное место в конце строя, как раз рядом с тем ушастым блондином, я выслушала краткий план тренировки, рассказанный исключительно для меня. Ничего особого. Бег, полоса препятствий, силовые, отработка в парах. Это мы проходили, это мы знаем.

Знаю, после десяти минут тренировки я впервые вспомнила, что такое, когда в мышцах появляется боль, а конечности наливаются стальной тяжестью. Но показать себя со слабой стороны нельзя. Находясь в замыкающей паре, я могла украдкой вытирать выступающий пот. Как и сказал Рейвар, никто никому поблажек давать не будет. И раз я вызвалась сюда, то пройду со всеми это, по крайней мере для меня, испытание.

— А ты весьма выносливая. Но, может, побережёшь себя, не перегружая тело? — пока мы ждали своей очереди, шепнул мне мой напарник.

— Нельзя. Буду себя жалеть — потрачу время впустую, — ухватившись за край доски, выдохнула я в ответ и подтянулась вверх.

Эта часть давалась легче. Перебираясь скачками, мне удалось нагнать готовящуюся к спуску пару и замереть у края рядом с ними, рассматривая следующий отрезок.

— Юркая малышка. Отдохни, пока мы спускаемся, — уклонившись от попытки двурогого погладить меня, я задумчиво покачалась на краю, рассматривая верёвку, по которой внизу завершали спуск идущие впереди.

— А можно мне пройти вперёд вас?

— Эмм, да. Но зачем… — услышав положительный ответ, я не стала дослушивать остальное, шагнув в пустоту. Верёвку, привязанную для спуска, я и не собиралась использовать.

Пусть остальные пользуются обычными средствами. Для меня, хвисы, всегда есть хвисий путь. Теперь главное — вовремя сгустить воздух, замедляя движение.

Прыгнув без раздумий, я в полёте вспомнила кое-что. Сердце кольнул страх, который пришлось задавить ещё в зародыше. А ведь может не получиться. Я же совсем не пользовалась магией после лечения. Природная хвисья — не в счёт. Правильно ли восстановились энергетические каналы, не закупорены ли потоки? Осталось положиться на веру.

Вытолкнув мысли из головы, я у самой земли метнула перед собой плетение, на секунду поддавшись эмоциям и зажмурив глаза перед падением. Но боли не было, и ноги мягко опустились на твёрдую поверхность.

Получилось!

Но моё удивление не шло ни в какое сравнение с удивлением гвардейцев. Моя хвостатая фигура буквально свалилась им на голову. Один вон даже едва не упал в яму, отскакивая к краю следующей полосы.

— Аккуратнее надо, а не глазеть по сторонам на всяких девушек, — подколола я того самого синекожего, примеченного на построении, удержав его за руку от падения.

— Медный грош цена тем, кто считает такую девушку обычной. Меня, кстати, Сэктимом зовут, — выровнявшись, он взял и поднёс мою ладонь к своим губам, охладив кожу морозящим поцелуем.

— Тисса. Для знакомых можно просто Ти. И да, Сэктим, неудачное ты время выбрал для знакомства. Один очень недобрый ушастый идёт по твою душу, так что заранее тебе сочувствую, — от глаз Рейвара не укрылась заминка, и теперь, прервав свои дела, он быстро приближался к нам.

— Сэктим, сколько раз я говорил тебе — не приставай к девушкам со своими заигрываниями? Тем более к нашим гостям. А ещё больше — к таким юным особам, — глаза полукровки подёрнулись красным, — как она.

Я сделала вид, что не поняла, о чём идёт речь.

— Командир, чего ты сразу начинаешь? Мне уже нельзя отвечать благодарностью на оказанную помощь? А может, я вообще в будущем планирую получше познакомиться с ней, не?

О как, всем-то я интересна. Посмотрим, что дальше.

— Чтобы оказаться под стражей за попытку совращения?

— Кого, Тиссы? Разве она несовершеннолетняя?

А по мне-то не видно? Или действительно не видно?

Я оглядела наряд, в который была одета. Короткие кожаные бриджи, едва доходящие до колен, парусиновая рубашка без рукавов, расстёгнутая на пару пуговиц для вентиляции, и сапожки, похожие на ботинки из-за почти полного отсутствия голенища.

Привыкла ходить во всём закрытом, из-за чего тело не успевало накопить загар. А теперь блестела белизной открытых участков кожи. Даже волосы удалось убрать в косу, закреплённую Лискиными усилиями несколькими красивыми заколками, так удачно подошедшими под цвет глаз.

Вообще, это один большой плюс — иметь схожую цветовую гамму. Ещё бы это правило исправно работало, не спотыкаясь об исключения в виде многих моих островных соплеменниц, так и щеголявших всевозможными необычными сочетаниями.

Пожалуй, стоит вмешаться. Не хочу стоять будто ни при чём.

— Рейвар, не нужно напрягаться. Нас с Сэктимом больше интересует магия, чем нечто обыденное. Поэтому ради познания чего-то нового надо же общаться не только на тренировке, — подмигнула я синекожему, сохраняя на лице выражение ярой сторонницы своей идеи.

— Но мои последние слова попали в цель, верно?

— Ну да. Если говорить точнее — мне ещё предстоит многое познать, прежде чем повзрослею. Этак, — я прикинула в голове, — лет пять, не меньше. Так что у меня в запасе есть ещё уйма времени.

И не только. Надо попробовать многое, что мне было недоступно.

— Хорошо. Но не увлекайся, ставя других в неловкое положение.

Я выдохнула. Вроде поверил.

— Конечно, лэй’тэ. Мне не нужны лишние проблемы на мой хвост.

Когда ушастый полукровка ушёл, я позволила себе улыбнуться. Не удалось у тебя вытянуть из меня обещание. А слова — что слова? Неподкреплённые чем-то существенным, они так и остаются словами. Так что думай что хочешь, дорогой Рейвар.

Оставшийся путь прошёл без происшествий, разбавленный разговорами с блондинчиком. Он оказался кладезем информации, пополнившим воз моих знаний парой новых котомок. Как, например, то, что находящиеся здесь — лишь малая часть гвардии, а большинство распределено по патрулям и прочим заданиям. Они — элита. Личная когорта, как сказала бы Наставница. Многие из них не один десяток лет служат молодому рэ’Адхилю. Тем не менее даже элите иногда требуется переподготовка.

— Выбираешь? — опёршись на стойку, полукровка наблюдал за моим затянувшимся выбором.

— Пытаюсь.

Я хмыкнула, разглядывая оружейную стойку, заполненную различным оружием. Оружия много, но всё не для меня. Не доросла до серьёзных клинков. Наверное, так кажется каждому, кто наблюдает за мной со стороны. Покачав головой, я взяла самые миниатюрные кинжалы, взвешивая их в руках. Балансировка средненькая, но хотя бы не лежат как стальные болванки. Для разминки подойдут. Хоть дух и силён, но плоть пока не восстановилась, оставаясь по-прежнему слабой.

— А ты, смотрю, не особо долго раздумывал над выбором, — бросила я взгляд на его оружие, представлявшее собой удлинённый меч.

— Привык к определённому балансу, — полуэльф прокрутил клинок в руке, сделав пару пробных взмахов. Несмотря на длинное тонкое лезвие, в его руках меч переставал казаться работой неопытного кузнеца, становясь грозным оружием.

Это будет интересно.

— Начнём?

— Есть, моя маленькая леди, — отсалютовав своим клинком, полуэльф встал в оборонительную стойку, предлагая ударить первой.

Ну вот, и он туда же. После разговора с Вареником, как любит его называть Лисавета, конечно, когда он не слышит, все стали называть меня так. Вроде и приятно, но всё равно чувствую какое-то принижение. Не дело.

— Тогда не ругайся, если к концу тренировки заполучишь с десяток синяков, — встав напротив, я прикрыла глаза, удерживая в голове его местоположение. Вдох. Выдох.

Сейчас я была другой. Не той безумной, яркой, ведомой дикими эмоциями. А холодно-спокойной и внимательной.

Открыв глаза, я погрузилась в новый мир. Мир энергии и движения. Иное зрение. В нём всё ярче и полноценнее.

Полуэльф продолжал стоять на том же месте. Ну, раз даёшь мне фору, чего бы не воспользоваться? Потоки энергии, обвивающие тело, качнулись в сторону, когда я рванула к нему. Аура, эмоции, намерения. Открытая книга, в которую так и хочется закопаться с головой.

Пока он продолжал верить, что смог обмануть меня таким простым фокусом, я перехватила обратным хватом кинжалы, скользнув перед самым клинком вниз. Не люблю лишней крови. Но это не спасло парня от двух серьёзных тычков по корпусу. Нельзя недооценивать противника.

И он наконец это понял.

Погоняв по полю, мне удалось заставить его загореться азартом, переставая махать мечом вполсилы. Поединок скорости и силы. Уворачиваться стало сложнее, что приносило удовольствие. Моему слабому телу нужна накачка энергией, дабы восстановление прошло быстрее. А что может быть лучше, чем свист стали над головой?

— Не выдохся ещё? — заблокировав удар на излёте, я попробовала попасть в плечо. Если один раз получилось, то почему не должно получиться снова?

— А у самой как, коленки не дрожат?

Не вышло. Удар ушёл в молоко. А вот мне пришлось резво отскакивать назад, избегая полосы металла, прорезавшей воздух там, где я только что стояла.

Едва не попал.

Из-за постоянной беготни остаточные следы забивали чуйку, сводя к минимуму предвидение. Вместе с горящими мышцами, с непривычки быстро выработавшими установленный лимит. Теперь либо я заставлю его удивиться, либо схлопочу сталью по кумполу.

У каждого есть свои недостатки. Рано или поздно они открываются. И главное — успеть грамотно ими воспользоваться.

У полукровки был один. Необычно удлинённый меч заставлял моего напарника совершать широкие взмахи, сопровождаемые излишней инерцией. Эти самые излишки позволяли мне несколько раз уйти из-под верного удара. Зайдя со стороны, я сделала попытку пробить защиту снова снизу. Но кто же знал, что хвисы умеют высоко прыгать не только с уступов?

Пропустив меч под ногами и хвостом, явно недовольным вечными нападками на него, я неожиданно для себя прыгнула ему на грудь, заставив завалиться на землю. В пыли и земле его шевелюра стала напоминать старую полежалую солому. Усевшись ему на грудь, я отбарабанила победный ритм по его груди, не обращая внимания на возмущённые вяки где-то снизу.

— Признай поражение и покорись, иначе будешь страшно бит, — я уже собиралась претворить угрозы в реальность, как услышала сзади аплодисменты.

Оглянувшись, я обнаружила, что все уже давно закончили тренировку и, похоже, с интересом наблюдали за нашим поединком. Вперёд вышел Рейвар, понижая градус восторга.

— Хороший бой. Теперь я полностью верю в то, что именно ты уничтожила наёмников, — полукровка подал мне руку, которую я приняла под улыбки его бойцов. За спиной я уже слышала, как другие подтрунивают над проигравшим мне парнем, впрочем, ничуть не расстроенным этим. Как бы мне не получить нового воздыхателя на свою голову. Ведь Рею придётся уже двоим головы крутить.

— А как может быть иначе? Я ведь такая прекрасная и замечательная, чтобы без проблем одолеть всех своих врагов. А это — просто жалкие убийцы, — бравада так и лилась из меня, пока я неспешно шла рядом с полукровкой к выходу с тренировочной зоны. Руки немного подрагивали после навалившейся на них нагрузки, так что я держала их за спиной, сохраняя невозмутимый вид. У всех ведь должны быть свои секреты.

Отвечая на его вопросы, я прокручивала в голове прошедший бой, оценивая с разных сторон свои действия. Где-то они меня устраивали, где-то требовали усиленного повторения ранее изученного. В реальном бою из-за таких ошибок я могла поплатиться жизнью. Никогда не знаешь, какого уровня противник тебе попадётся.

— …тебя очень ждут там

— А? — прослушав первую половину предложения, я с вопрошающим видом уставилась на Рейвара.

— Б. Тебя приглашают и очень ждут на празднике, так удачно совпавшем с твоим появлением здесь. Если хочешь заявить о себе — это лучший момент для этого, — последнюю часть лэй’тэ проговорил вполголоса.

Я с недоумением уставилась на него. Нет, не мог же он так легко угадать, что я собираюсь сделать. Или мог?

Осторожно кивнув, соглашаясь с предложением, я решила уточнить:

— Официальное приглашение от лэй’тэ? А кто там будет?

— Можно сказать и так. Много тех, кого ты прежде не видела. Неплохой способ познакомиться с первыми лицами нашей страны, верно?

Звучит интересно.

Я пожала плечами, оставляя интерпретацию своего жеста на Рейвара. Свалившееся на голову изменение выстроенной линии событий требовало быстрой перестановки планов. В первую очередь — что же мне надеть на такое мероприятие?

Пункт X. Стань хвисой - часть I

Бывало ли у вас, чтобы вы долго топтались на одном месте, не решаясь переступить невидимую черту, а потом — бац, вот оно, озарение. О да, это то, что было нужно, то, что я искал или искала. Вот так и у меня.

Озадаченная приглашением от Рейвара, я сидела у себя в комнате, задумчиво уставившись в стену. Мне всегда в радость появиться на празднике, да ещё и когда ты являешься там почётным гостем. Но какой же образ принять там? И что подобрать под него?

Взгляд остановился на подушке, которую мне разрешила забрать из своей спальни Лиска. Уж очень приятно было дремать на ней перед ванной, а затем сладко спать после. Подушка напомнила о встрече, приятно согревающей душу. Королева не исчезла, она с нами. Точно! Вот то, что мне нужно! Подтянув за лямку сумку, я с большим усердием углубилась в поиски, пока наконец не извлекла на свет внушительный свёрток, позвякивающий металлом. Разложив на кровати его содержимое, я с нежностью провела ладонью по идеально расчерченным выверенным линиям.

Парадное облачение гвардейца. Да, только ученическое, но кто разберёт. Не зря Наставница посоветовала мне захватить его с собой, обронив фразу о случае, что всегда поджидает за поворотом судьбы. А с каким восторгом я впервые его надевала, ощупывая каждую складочку, каждый прошитый шов, поблёскивающий магическими нитями. Эта одежда, пускай и парадная, обладала всеми качествами полноценной брони. Никому не известно, когда тебя застанет война.

И ведь теперь отпадает вопрос, как приступить к выполнению возложенной на меня миссии. Ведь это очевидно. Моё появление в образе рыцаря в сверкающих доспехах должно показать ей, что даже маленькая девочка при должных стараниях может обрести внушительную силу. А в случае Лисаветы — я не всегда буду рядом. Так что пускай делает выводы.

Расстёгивая рубашку, я поймала себя на неосознанной попытке разглядеть место возможного шрама на месте ранения от магии. Но ни следа. Превосходная работа. Правда, затрагивающая лишь относительно свежие раны и не трогающая застарелые шрамы. За свою короткую жизнь я обзавелась россыпью горящих в памяти отметин, напоминающих о моментах моей излишней самонадеянности.

— Что ж, надеюсь, за время с моего последнего облачения в него я не сильно растолстела, — подтрунивая над собой, я критически осмотрела своё тело, потерявшее с половину прежнего веса, а вместе с ним и натренированную мускулатуру. Радует, что это ненадолго. Остаточный эффект действует как ускоритель развития, позволяющий как на дрожжах вернуть прежнюю форму, конечно, при соответствующем питании и физических тренировках. Даже сейчас я не в пример сильнее, чем после вчерашнего пробуждения.

Отвлекая меня от мыслей, входная дверь неожиданно скрипнула петлями и начала медленно открываться.

Ещё толком не соображая, что делаю, я машинально метнула кинжал в сторону звука. Открывавшего спасло лишь то, что я пока ещё не приноровилась к здешним размерам, да и силы не вернулись полностью. Коротко свистнув, клинок вошёл в дерево на полдлины. Резная рукоятка разочарованно задрожала, как будто жалея, что не может дотянуться до цели.

— Неловко как-то получилось… — быстро укутавшись в покрывало, я осторожно выглянула за дверь, чтобы столкнуться взглядом с незнакомой девушкой, застывшей словно статуя. И как тут не быть ошарашенной, когда тебя вот так встречают.

— Прошу прощения. Не ожидала, что сегодня ко мне кто-нибудь да заглянет, — показывая всем видом искреннее сожаление по поводу произошедшего, я отступила обратно в комнату, одной рукой придерживая так и норовящую сползти ничем не закреплённую ткань. Оправившись от испуга, гостья зашла вслед за мной внутрь, придерживая внушительных размеров деревянную бадью, исходящую паром.

— Я от Лисаветы. Попросила проведать тебя, а заодно помочь с подготовкой перед празднованием, — ответив на незаданный мной вопрос, девушка ненадолго вышла, вернувшись с губками, полотенцами — всем тем, что поможет привести одну хвису в благовидный облик.

Мне ничего не осталось, кроме как позволить ей заняться омовением моего тела. Сидя на маленькой скамеечке — а я ещё думала, для чего она тут, — я прикрыла глаза, наслаждаясь тёплыми влажными прикосновениями, очищающими кожу от осевшей на неё пыли. И дело было даже не в том, что мне хотелось освежиться, а в том, что мне нравился сам процесс. Хотя первое тоже было немаловажным фактором. Надо бы потом поблагодарить Лиску за оказанный знак внимания.

Пока девушка находилась сзади, у меня не было возможности получше разглядеть её. А теперь я с растущим интересом отмечала наличие у неё небольших перьевых рожек, спрятанных под волосами. Несомненно, она являлась полукровкой. Но вот от каких рас — загадка. Волосы мягкие, обычные, на коже нет иных выростов-наростов. Ногти, правда, полностью чёрные, немного заострённые и похожие на когти. А в остальном — самый обычный человек.

— Извини за нескромный вопрос. Мне известно много рас, но подобную твоей я ещё не встречала. Можешь немного рассказать о ней?

Услышав мой вопрос, она на секунду остановилась, чтобы отвести непослушную прядь назад, ещё больше освобождая рожки, и продолжила движения губкой.

— Терриса я. Не чистокровная, естественно, матушка была из людей. Как она мне рассказывала, отец пришёл с восточного континента, откуда-то с севера. Террисы, по своей сути, ведут затворнический образ жизни, селясь целыми кланами в труднодоступных для обычных людей горных районах. Этим он и привлёк тогда её внимание, ведь их почти не встретить на своём континенте, а уж тем более на центральном. И в результате их связи появилась я.

Сменив губку на гребень, полукровка принялась расчёсывать спутанные локоны волос. Я слушала её рассказ, её историю бытия. Не перебивая, впитывая каждой клеточкой радость вперемешку с грустью, боль с наслаждением, страх неизведанного и счастье от обретённого. За ширмой ровного и размеренного голоса скрывались спрятанные чувства. И я была той, кому разрешили заглянуть туда. Если отбросить лишние подробности, остаётся лишь грустная история о молодой террисе, потерявшей сначала отца, а затем и мать. А куда ей было ещё идти, кроме как сюда?

— Но теперь ты счастлива здесь? — тот единственный вопрос, который осталось задать.

— Да, — девушка улыбнулась. Это была улыбка от чистого сердца, разгоревшаяся в измученной душе ярким светилом.

Хорошая улыбка.

Попросив повременить с заплетением волос, я по воздуху притянула к себе шкатулку, лежащую рядом с костюмом. Простой фокус, запомнившийся с начала ученичества, а впечатляет любого незнакомого с магией. Не обращая внимания на округлившиеся от удивления глаза девушки, я, покопавшись, извлекла маленький коробок, заблестевший своим содержимым на свету.

Моя прелесть!

— Бусины для волос?

— Именно. Но эти бусины — не чета остальным. Их изготавливали в далёкой древности, ещё до падения старых богов, и я дорожу ими, надевая лишь в исключительных случаях, как сейчас. К тому же они идеально подходят к моему костюму, — я кивнула в сторону разложенной на кровати формы, терпеливо дожидавшейся своей очереди.

Полюбовавшись ещё немного золотистыми переливами, я передала коробок в руки террисы, пустившись в подробные объяснения того, что должно получиться в итоге. Из-за всего этого мои приготовления затянулись ещё на полчаса, но получившийся результат меня полностью удовлетворил. Эх, не хватает ещё какого-нибудь церемониального копья в полный рост, но чего нет, того нет. Да и как я буду с такой оглоблей маршировать по улице?

Из зеркала на меня глядела та девушка, которую я крайне редко встречала в отражении. Повзрослевшая, отрастившая полноценные локоны взамен куцых косичек. Вплетённые на концах бусины тихо мелодично перезванивались между собой, радуясь новому выходу. А уж как этому радовалась я.

Помогавшая мне девушка давно ушла, едва закончив заплетать волосы. Конечно, она предлагала помощь в одевании, так что мне потребовалось немало сил, чтобы как можно вежливее отказаться от такой уж совсем детской помощи, сославшись на таинство облачения. А ещё, к своему стыду, я ведь совсем забыла узнать, как зовут мою благодетельницу. Вот вылетело из головы — всё с ней на ты да на ты. Нет бы сказать: «Ваша красота очаровала моё сердце. Не позволите мне узнать Ваше имя, о обворожительная?» И откуда я вспомнила это?

Хватило даже отполировать неизменные кинжалы после того, как пришлось выковыривать один из двери. Утяжелив накидку с обеих сторон, я позаботилась и о третьем, обязательном для этого образа. Безусловно, правильнее было бы использовать короткий меч, как того требовали традиции, но мало кто, в том числе и я, соблюдал сей элемент стиля, исхитряясь в собственных вариациях. Один раз это была даже коса на цепи одной из командиров, изначально и подавшей нам идею о необходимости изменений устаревших правил.

Последний штрих — наброшенный на плечи плащ, и вот я готова. Интригу надо держать до конца, иначе слухи придут быстрее меня. А так неинтересно. Я люблю развлечения, особенно создаваемые своей хвостатой пятой точкой.

***

Ступив со ступеньки кареты на землю, я вмиг по уши увязла в шуме и мельтешении, заставивших остановиться и оглядеться вокруг. Подготовка близилась к завершению, поэтому сейчас число прибывающих будет только увеличиваться, грозя заполонить всё вокруг. И это не считая государственных служащих, добрая половина которых занята работой, а вторая руководит ими.

Маленький рост иногда бывает полезным. Пристроившись за тонким ручейком жителей столицы, идущих в одном направлении, я при первой же возможности прошмыгнула сквозь прореху в толпе, с каждым разом всё ближе подбираясь к первым рядам. Но этого мне было мало. Часть главной площади представляла собой отделённую и закрытую зону, пропуск в которую осуществлялся через гвардейцев, перемешанных с простыми охранниками. А толпа не всегда движется в одном направлении и с должной скоростью.

Оглядевшись по сторонам, я приметила подходящую палатку. Материал хороший, крепкий, должен подойти. Укрывшись от чужих глаз за штабелем ящиков, я там перекинулась в звериную форму. Её каркас состоял из очень удобных перекладин, что позволило мне легко и быстро забраться на ткань тента, укрывающую крышу. А оттуда — вперёд, с крыши на крышу. Сложенные крылья подёргивались от постоянных прыжков, а хвост так и норовил застрять в складках ткани. Но зато никаких помех.

— Посторонись!

Добравшись до края последней, я, расправив крылья, рыжей молнией пронеслась над головами, приземлившись аккурат перед импровизированным пропускным пунктом, попутно мазнув по лицу парочку личностей, особенно любящих витать в облаках.

— Чего ждём? Пройти дайте, — этим истуканам явно требуется порция масла, чтобы смазать заржавевшие шестерёнки в их головах. Иначе они будут ещё не один час так вот соображать.

— Леди Тисса?

Нет, они издеваются.

— А вы здесь видели или знаете другую хвису, приглашённую на этот праздник? Или, может, передо мной здесь прошла Лисавета в точно таком же обличье, и теперь вы путаетесь в нас?

Отдать должное, головы на плечах они носили не ради шляп. Сообразив, что к чему, один из стоявших чуть склонил голову, признавая свою оплошность.

— Приносим извинения, что не поняли сразу. Мы предполагали, что вы появитесь немного в другом облике. В качестве извинений не позволите ли мне проводить вас до главного стола, чтобы избежать возможных трудностей?

— Проводить? Ладно, я не против. Не хватало ещё, чтобы мне отдавили хвост какие-нибудь невежи.

Проследовав в образовавшийся проход следом за воином, я еле слышно выдохнула и с наслаждением чуть расправила крылья, помахав ими. Это был мой первый полёт после ранения, и мышцы ныли после разовой нагрузки. Но всё прошло как надо.

С эскортом, идущим впереди, я могла не беспокоиться за свою сохранность и спокойно крутить головой во все стороны, рассматривая гостей праздника. И спустя некоторое время мы добрались до сердцевины всего происходящего, где мой нос сразу распознал знакомый аромат, а глаза заметили рыжий хвост. Даже два знакомых аромата. О, а к ним примешался ещё один. Необычно пахнущий, явно иной. С этим следовало разобраться.

— Тисса, ты наконец пришла… в таком нестандартном виде, — обойдя меня вокруг, заключила Лиса.

— Должна быть в девушке своя загадочность, если ты понимаешь, о чём я, — подмигнула я девушке, намекая на один известный секрет. Пока только наш.

Лисавета девушка неглупая, сразу поняла, о чём идёт речь. А вот мой взгляд застыл на разговаривающем с Рейваром мужчине. Его братце. Самом важном человеке страны полукровок — её правителе. Нет, с таким лучше не связываться. Такая рыба мне пока не по зубам. Да и уже перехотелось.

О, на меня наконец обратили внимание.

— Рада приветствовать Ваше правящее величество, — в лисьем облике было трудно выдать достойный знак почтения, но я попыталась.

А дальше произошло странное.

Посмотрев сверху вниз, Октинхейм, как я узнала его имя из моей книжки-памятки, неожиданно для всех взял меня на руки, подняв на уровень лица. Вот никогда бы не узнала про себя такой факт, что подобное вызывает во мне сильное смущение, из-за чего я даже попыталась закрыть мордочку лапами. Но лапы болтались где-то внизу и категорически отказывались участвовать в спасении моей репутации. Оставалось лишь висеть мягкой плюшевой лисичкой и укоризненно смотреть на поднявшего меня черноволосого полукровку с вампирскими чертами.

— Так вот ты какая, хвиса, поднявшая переполох в городе. Должен признать, я представлял тебя немного иначе, — подержав меня так ещё чуть-чуть, он опустил меня обратно на землю. — Кхм, извиняюсь, если принёс неудобства своим действием. Не думал, что леди Тисса посетит наш праздник в другом обличье.

— Не стоит, Ваше Величество. Мне очень лестно слышать, что Вам известно о такой маленькой лисичке, как я, — первое впечатление оказалось обманчивым. Всё-таки мне он представлялся более холодным и неприступным.

— Правителю необходимо знать обо всём, что происходит в его стране, особенно в её сердце. Не могу же я путешествовать по миру, как Рейвар, — он усмехнулся краем рта, следя за реакцией братца на свои слова.

— У каждого есть своё предназначение.

— Тогда каково же Ваше предназначение, леди Тисса? — прощупываем почву, значит? А мы тоже не одним молоком питаемся.

— Быть хвисой. Тонкие планы скрыты от меня, из-за чего приходится довольствоваться меньшим. Ещё не выросла, чтобы грезить большим, — от этой фразы Лисавета, давясь от смеха, поспешила спрятаться за спину мужа, дабы там перевести дух.

Не поведя и бровью на это, Октинхейм хотел что-то ещё спросить, но его отвлёк подошедший управляющий, явно желающий о чём-то доложить. Выслушав работника, мужчина отпустил его и повернулся к нам.

— Время начинать праздник. Тисса, Вы идёте?

Он посмотрел на меня, когда я единственная осталась стоять на месте.

— Да, простите, конечно.

Дождавшись, пока мужчины отвлекутся на разговор, я коснулась хвостом ноги старшей подруги-хвисы, привлекая её внимание. Оставлять всё на волю судьбы не хотелось, поэтому нужно было хоть как-то намекнуть о моей задумке. Пусть это и уменьшало градус интересной внезапности. Но ведь я не хочу, чтобы что-то пошло не по плану?

— Лис, скоро произойдёт кое-что интересное. Раскрывать детали не хочу, но прошу только одно — согласиться, когда я попрошу тебя. Не сложная ведь задачка, правда?

Посмотрев на меня, Лисавета подумала секунду, а потом утвердительно кивнула.

— Но только если это не навредит никому из присутствующих на празднике и не помешает его проведению. Лады?

— С первым всё точно будет гладко, а со вторым... — я задумалась на секунду. — От этого праздник станет только интереснее. А небольшая шумиха ему точно не повредит.

— Только не перестарайся, хорошо?

— Честное хвисье.

Пункт XI. Стань хвисой - часть II

— Прости, что?

— Повторюсь. Я, Тисса дер Ланкаст, младший рыцарь гвардии Лифлейта, приношу клятву верности лэй’тэри страны полукровок, Лисавете, обязуясь тем самым исполнять роль её телохранителя до тех пор, пока в этом не отпадёт необходимость или же смерть не разорвёт наш договор.

Да-а, хотели, чтобы я выполнила вашу миссию? Вот вам. Красиво и с размахом, как подобает хвисе.

Некоторым временем ранее

Скоро начнется. И я нахожусь в предвкушении от грядущей задумки, готовясь претворить её в реальность.

Все собираются вокруг главного стола. Стараясь не отсвечивать своей рыжей шёрсткой, нахожусь около подола Лисаветы, наблюдая за окружающими. Полностью скрыться от косых взглядов не удаётся, но на редкие мимолётные стараюсь не обращать внимания. А вот когда начинают аж сверлить взглядом, поневоле посмотришь, кого же ты так привлекла.

Женщина. Оборотень. Запах знакомый, и я уже видела её раньше. Точно! Мать Рейвара. И чего она так уставилась на меня? Лису, что ль, в звериной ипостаси не видела? Аль, может, её привлекла моя миниатюрность? Простите, тётенька, не ем я в три горла, чтобы быстро набирать массу.

— Вечная битва — мой стиль, вечная жизнь — моё стремление, вечная любовь — то, чего я жажду. Так глупо, так нелепо.

— Что?

— Так, слова одной песенки. Ну что, скоро пора. И будь что будет.

Я продолжила ожидать, готовясь выйти, как потребуется. А оно потребуется, ведь меня непременно вызовут пред правящие очи. И пусть я перед ними уже показывалась, но нужно же и официально. Что удивительно, меня впервые не воротит от одной мысли находиться перед большой толпой. Вот так вот, сама от себя не ожидала. Всё для нашего общего будущего.

Октинхейм начал толкать торжественную речь перед собравшимися, к которой поневоле приходилось прислушиваться, чтобы не пропустить нужный момент. Ничего особенного, обычная речь. До банальности обычная и такая скучноватая, что аж скулы сводило.

— …А теперь я попрошу выйти сюда нашу гостью, невольно ставшую знаменательной звездой этого праздника. Тисса, мы ждём Вас.

— Да-да, конечно. Иду, только лапки коротки, — пробормотав это себе под нос, я проскользнула через пару мешающихся ног, дабы грациозным прыжком вскочить на постамент, вызывая волну шёпота, разошедшуюся рябью по толпе. Все ожидали немного другого, и я понимаю чего.

— Спасибо за оказанную честь, Ваше Величество. И, если позволите, — заранее остановила его я, — хочу перед началом речи сделать своё маленькое заявление. Уверяю, это не займёт много времени.

— Да, прошу, — неизвестно, догадался он или нет, но полукровка спокойно разрешил мне выступить.

— Спасибо, — я оглядела сидящих передо мной.

— С древних времён там, где я проходила обучение, сложился один интересный обычай. Чтобы в мирное время молодые воины могли закрепить опыт, полученный вместе со знаниями во время обучения, руководство академий могло отправить их в разные части света, где они заключали контракт наёмника с кем-то, кому требуется помощь или кто находится в смертельной опасности. Разумеется, это не мог быть человек с дурными помыслами или иными неподходящими качествами. Так вот. Времена проходят, и подобных случаев становилось всё меньше и меньше. Но знания о правилах заключения договора исправно передавались с каждым поколением. И я тоже знакома с ними.

— Произошедшее недавно показало мне, что я не могу просто поблагодарить вас за тёплый приём, зажить здесь спокойно или отправиться дальше странствовать. Поэтому, уважаемая лэй’тэри, прошу, подойдите ко мне.

Ещё не до конца понимая, к чему я веду, хвиса озадаченно вышла из-за стола, встав напротив.

А теперь время преобразиться.

Опустив голову, я пустила по телу энергию, предназначенную лишь для одного. Чтобы спустя мгновение я стояла в своём человеческом обличье, преклонив колено перед девушкой. Именно эта форма наглядно покажет, что есть хвисья служба.

— Лисавета. Примете ли Вы мою клятву верности?

Настоящее время

— Почему, зачем такие сложности? — девушка была обескуражена.

— С этим контрактом я смогу передать вам и свои знания, и умения. Я не всегда буду рядом, поэтому хочу знать, что в случае необходимости Вы сможете постоять за себя. Пускай даже рядом с вами и находятся такие сильные и смелые воины, — я кивнула в сторону гвардейцев, стоящих на страже праздника. Те тоже заинтересованно наблюдали за происходящим представлением, впрочем, не забывая следить за обстановкой. Безопасность превыше всего.

— Соглашайся, Лис. Так будет лучше нам обеим, — тихо поторопила её, продолжая стоять в прежней позе.

Хоть я и не видела, но ощущала, как хвиса долго смотрела на меня, собираясь с силами. Для выбора. Впрочем, особого выбора тут и не было. Пусть так вышло, но сейчас я нагло поставила её перед фактом, хотела она этого или нет. Отказаться — не лучший вариант, могут пойти слухи. Прости, Лиска, без этого не пройдёт задуманное.

— Хорошо, я согласна взять тебя на службу. Для заключения договора требуется совершить какой-то ритуал?

В глазах молодой лэй’тэри горел огонь. Она наконец приняла условия игры и теперь желала узнать, что ещё я могу выкинуть.

— Немного магии, чуть крови и согласие обеих сторон.

Тихо прочитав короткое заклинание, дополняя его зависшими в воздухе мерцающими рунами, я вытащила из золотистого тумана свиток и развернула его. Да, всё именно так, как нам и рассказывали. Рассказав поверье, я немного приукрасила истинное предназначение этого ритуала, но в остальном была правдива. Особенно в его условиях. Поднеся большой палец ко рту, я неглубоко прокусила кожу, позволив крови выплеснуться наружу. А затем приложила его в отведённое для этого место. Загоревшийся рубиновым светом след подтвердил — боги приняли мою клятву.

— Лисавета, повторите моё действие. Это позволит договору вступить в силу, построив между нами связь.

Именно связь. Пока Лиса, поморщившись, проделывала болезненные действия, я прислушивалась к внутренним ощущениям. Эта форма договора, несмотря на её облегчённость, имела особенный, так сказать, интимный характер. Связав нас договором, мы свяжем и души, позволив ощущать в какой-то степени то, что испытывает человек на другой стороне связи. Поэтому для него и требовались условия, напрямую зависящие от совместимости. Звучит сложно, но зачастую всё происходило на интуитивном уровне.

— Ай, что это? — вместе с возникшим жжением на своей руке до меня донёсся возглас девушки.

Не показывая, что испытываю схожие ощущения, я подошла к ней, аккуратно взяв за руку. Чуть ниже запястья её кожу украшала тёмная полоса, похожая на нарисованное изображение тонкого изящного браслета. От него отходила короткая и единственная линия-цепочка, заканчивающаяся миниатюрным рисунком лисьей головы. Такой же, как и та, что висела у меня на шее, поблёскивая металлом.

— Это физическое проявление нашего контракта. Как с Вашей стороны — подтверждение, что у Вас на службе находится рыцарь-хвиса, так и с моей стороны, — я оттянула ворот рубашки, открывая шею, на которой распустился символ. Мне самой было интересно, как он выглядит, поэтому я попросила Лисавету описать его.

— Дракон, оплетающий Землю, — похоже, она была немного озадачена, перестав обращать внимание на окружающий мир. — О, и на нём маленькая лисичка, чем-то похожая на меня, — со смешком заметила Лиса.

— Землю? Прости, но кроме остальных знаков этот остаётся мне непонятным. Как почва может органично вписаться в эту картину?

— О, ты не так поняла. Это круглый шарик, что-то вроде глобуса, на котором отображены материки, — Лисавета сдвинула брови в недоумении. — Только почему именно она, да ещё и другие детали?

— Договор берёт знаки из твоей жизни, твоей памяти, порождая уникальную печать. Даже если взять двух похожих людей, у каждого из них будет свой знак, непохожий на остальные.

Поправив ворот рубашки, я поднялась с колена. Чтобы затем занять положение по правую сторону, за плечом Лисаветы, как того требовали правила.

— Теперь я твой телохранитель, так что и вести себя буду соответственно. По крайней мере, — я перешла на шёпот, — на публике.

Она понятливо кивнула. Октинхейм, словно ничего особенного перед ним и не произошло, подошёл к нам.

— Тисса. Теперь, после прошедшей церемонии, я могу поприветствовать тебя в нашей стране как полноценного жителя. Надеюсь, твоя служба принесёт пользу не только нашей всеми любимой лэй’тэри, но и другим жителям, включая меня, — такой полупрозрачный намёк, что непременно всплывёт в будущем. — Мы рады приветствовать тебя, вступившую на наши земли.

Толпа взорвалась приветственными криками, скандирующими моё имя. Да, Октинхейм, не упускаешь своего шанса показать, какой ты великодушный и добрый правитель.

***

А праздник только продолжался. После окончания официальной части мне пришлось находиться как можно ближе к Лиске, изображая из себя статую, мыслящую лишь об охране хозяина, не более. Иначе разорвали бы на кучу маленьких лисичек или замучили до смерти вопросами. Я и так до этого была весьма занимательной персоной, о которой какие только слухи не ходили. А после официального представления — вообще ужас как всем хотелось порасспрашивать о той стороне моего прошлого, что я вскользь упомянула. Не подумала, упоминая о такой «мелочи», придавившей меня грузом внимания.

— И нужно было разводить столь бурное представление ради всего этого?

— Да я сама этому уже не рада… Ой, — обернувшись, я немного вздрогнула, прикусив язык.

Из-за схожести запахов да забитого фона я даже не поняла, что задавал вопрос совсем не Рейвар. Октинхейм. И чего ему снова понадобилось от меня? Хочет отругать за сделанное? Мысля в таком ключе, я сделала шажок назад, позабыв, что здесь не дом и я — свободная и независимая хвиса. С дурными мыслями на уме и тараканами сверху. Постоянно шуршащими и подбивающими на очередную авантюру.

— Не беспокойся. Обо всём мы поговорим позже.

И ушёл. Просто сказал мне это и ушёл. Странный он какой-то.

***

— Лиса! — порядком устав от шума окружающей меня толпы, я нашла момент и дёрнула девушку за рукав, заставив её обернуться.

— Что такое?

— Когда. Это. Всё. Закончится? — последнее слово я буквально простонала сквозь зубы, сохраняя морду кирпичом.

Ну вот не привыкла я к такому количеству людей, совсем не привыкла. Стоя здесь, я с грустью вспоминаю родной Родос и его тихое закрытое общество. А не вот это всё!

— Скоро, — поняв, как мне тяжко, ответила Лисавета. — Основная часть завершилась, так что ещё с полчаса побудем здесь и обратно на «двор», — потрепав меня по ушам, будто сейчас не я её охранник, а она мой, она продолжила прерванный ранее разговор.

А в меня снова впился тот самый тяжёлый взгляд, что я ловила прежде. Жаль, я надеялась, что сей разговор удастся отложить на будущее.

— Вы что-то хотели от меня?

— Да вот интересно, что ты можешь сделать с таким слабым, жалким тельцем? — меня окинули долгим испытывающим взглядом, словно выворачивая изнанкой наружу.

— Взрезать глотки паре разбойников? — приподняла я бровь в показном недоумении.

Снова Ядвига. Эти длинные струящиеся волосы, хищная форма лица и тяжёлый взгляд. По ней было видно — за плечами лежит явно не мирное прошлое. Даже сейчас она излучала подавляющую волю, ауру, которую чувствовала не я одна.

— Решила поприветствовать нашу гостью, а, Ядвига? — вклинилась в наш разговор Лисавета.

— Скорее оценить, что представляет из себя та, кто столь громогласно вызвалась стать твоим телохранителем. И знаешь, — она улыбнулась, — выглядит жалко. Под стать тебе, недооборотень.

А вот это я стерпеть не могла. Под напором нарастающей злости слова полились сами собой.

— Ха, недооборотень? А меня называешь жалкой? Или, может, всех хвис считаешь такими? — я начинала заводиться. Моя, да и не только моя, честь была задета, так что спускать этой оборотнихе хамство я была не намерена.

— Тисса, — попыталась остановить меня Лисавета.

Не сейчас!

— Хвисы тебе не какие-то обычные оборотни, гордящиеся своей звериной силой или инстинктами. Мы не те, кто может лишь прятаться за спинами других, не представляя ощутимой угрозы. Ты никогда не видела настоящих, истинных хвис, чья история исчисляется тысячелетиями, чья мощь граничила с богами и драконами, а могущество держало под контролем весь континент, — последние слова я произносила на повышенных тонах, отчего на нас начали оглядываться рядом стоящие жители. Я хотела узнать, что же сможет ответить на это волчица.

— Тсс, тихо-тихо, маленькая храбрая воительница. Мы же не будем мешать остальным наслаждаться праздником, да? — на плечи легли руки, оказавшие на меня такое же действие, как холодная колодезная вода на раскалённый слиток металла, опущенный в неё.

— И пожалуйста, погаси пламя, а то ещё ненароком подожжёшь что-то. Или кого-нибудь, — мягкий обволакивающий голос сменился сталью, так и тая в нём скрытую угрозу. Я же поспешила погасить плясавшие язычки огня, вот-вот норовившие спрыгнуть с кончиков пальцев.

— Не ожидал от тебя, Ядвига, такого. И прямо во время всеобщего празднования, — даже понимая, что сейчас Рейвар говорит не мне, хотелось всё равно спрятаться у кого-нибудь за спиной, укрываясь от голоса, тяжёлыми ударами разрывавшего воздух над головой.

Повисло молчание. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы понять — идёт битва взглядов.

— Да… прости меня, Рейвар, — уже только после этих слов у меня глаза на лоб полезли, а челюсть поползла куда-то в сторону земли. Изучив в какой-то степени эту черноволосую, я чётко уяснила для себя — у неё есть внутренний стальной стержень, что не изменится ни при каких условиях. И сейчас это понимание явно дало сбой.

— И ты извини меня, Тисса, — она замолчала, подбирая, видимо, новые для себя слова. — Признаю, первое впечатление о тебе было явно ошибочным. Надеюсь, ты сделаешь из этой слабовольной хвисы что-то похожее на тех прежних, которыми ты гордишься, — откланявшись, она развернулась и покинула нас.

— А извиниться перед Лисаветой? — придя в себя, недоумевающе произнесла я ей вслед.

И натолкнулась на офигевающие лица сладкой парочки.

— Эй, вы чего?

— Да-а, случаи, когда она отступалась от своих слов, можно по пальцам пересчитать. А тут вот, на тебе, — первым опомнился Рейвар.

— Не стоит. Я уже перестала воспринимать её слова близко к сердцу, — это уже Лисавета, успокаивающе касаясь руки мужа.

А я что? А я ничего. То, что кипело во мне, с появлением полукровки стихло. Да и, обдумывая сейчас те слова, они пришлись мне по душе. В будущем Волчица могла начать строить помехи, залезая на территорию моей вотчины. Теперь — маловероятно. И это значит, одной заботой меньше. Хотя их число только возросло. Моё полулегальное пребывание подошло к концу, а с ним и старые условия. Жаль. Значит — играем в эту игру по их правилам. Правда, я же хвиса, а хвисы как кошки — соглашаемся, но действуем по-своему.

Где-то за гранью мира

— Broke your soul and get new world. World with magic and tails. Tails of the universe.

— Ты думаешь, я понимаю, что ты сейчас произнесла?

— А я так, для себя.

Всё та же беседка. Всё те же двое. Казалось — время не сдвинулось ни на мгновение в этом закутке вселенной. Поблёскивающий экран, сотканный из магических нитей, отражал происходящее в родном для Каэрис мире. Сейчас они вместе с её знакомой наблюдали, как фигуры сделали новые шаги на доске судьбы, всё сильнее раскручивая маховик событий.

— Как я и думала, она разрубила переплетённый узел самым простым для себя способом. Гадала ли ты в прошлом, что обучение клятвам твоих детей однажды принесёт спасительные плоды для будущего?

— У клятв много возможностей. А догадается ли до истинного предназначения — вот в чём загвоздка, — последняя королева задумчиво вгляделась в лицо девочки, спорящей в то время с какой-то оборотнихой.

— Возвышение, верно? Это заставит их шевелиться активнее, как и наших возможных союзников.

— Ты понимаешь меня с полуслова. Но вот в чём вопрос — стоит ли использовать резерв?

— Точно не сейчас. Этим ты не только спугнёшь, но и помешаешь нашим девочкам. Дай им чуть больше свободы и позволь двигаться по своему пути. Конечно, пока это не вредит нам, — вытащив из воздуха чёрный фолиант, Азумэй пролистала пару страниц, хмыкнула и развеяла его в воздухе. Всё складывается как нельзя лучше. Особенно — для неё.

Пункт XII. Лисьи тренировки

— Апчхи!

— Будь здорова.

— Спасибо. Ещё зима толком не началась, а меня уже пробирает до кончика хвоста.

Ёжась в своей короткой, до пояса, подбитой мехом курточке, я с сожалением наблюдала, как с каждым порывом ветра всё больше листьев отправлялось в свой последний полёт. Да-а, зима только пришла, а холод уже пробирает до самых костей.

— И кто придумал проводить тренировку в такое неприятное время?

— Ты сама, — Лисавета озадаченно посмотрела на меня.

— Знаю. Это был так, риторический вопрос, — ещё раз бросив взгляд на небо и не дождавшись от него каких-нибудь знаков свыше, я со вздохом расстегнула куртку и закинула её на ограду. И, чтобы не замёрзнуть, сразу принялась за разминку. Пара минут активных маханий руками — и мои стенания сошли на нет, а занятия стали приносить куда большее удовольствие.

Зима вообще не мой сезон! Меха мало, руки стынут, хвост отваливается. Конечно, не в прямом смысле, но каждый раз, отогревая его в тёплой воде, мне всё меньше и меньше хотелось выбираться наружу. А приходится. Зря, что ли, начала эти тренировки?

Поначалу всё казалось простым и понятным. Показывай движения, рассказывай что-нибудь полезное да вовремя поправляй. А на деле? Позанимавшись с Лиской пару дней, мне пришлось отказаться от грандиозного плана по превращению Лисаветы в полновесного бойца, ограничившись базовым укреплением тела. Это она не ест, то не может, а что-то вообще под страхом смерти отказывается выполнять. Каждый вечер вместо того, чтобы искать приключения на свою хвостатую попу, я проводила в библиотеке, зарываясь в пыль и потёртые фолианты. Причём написанные то так, то сяк — как кто горазд. И всё ради выполнения, мать моя лисица, долга. Знала бы, что это такой гембель, никогда бы не сунулась в западню. Западню на такую бедную и маленькую лисичку.

Лето мигнуло, сменившись осенью, а та побежала быстро-быстро, не давая себя схватить за хвост. И вот зима на пороге.

Размышления не мешали мне замечать некоторые мелочи. Как, например, вполсилы работающую хвису.

— Лиска, не халтурь. Плохо разомнёшься — пойдёшь ещё на один подход.

— Не припомню, чтобы у хвис были глаза на затылке.

— Меньше знаешь — крепче спишь.

По моей просьбе нам выделили укромный уголок, в который мало кто заглядывал. И, как мне кажется, не заглянет, побоявшись большого и злого волка. Это я о Рейваре. В ходе одного из разговоров с Лис удалось вытянуть информацию, какая у её муженька вторая ипостась.

Кстати, об ипостаси. Сколько ни билась я с девушкой, сколько времени мы ни провели в медитациях и попытках найти точку раскрытия, перекинуться в лисью форму вместе с одеждой у неё не получалось. То ли требовалось что-то иное, то ли я плохой учитель. Нет, ну второе точно никак быть не может. Научила же я её попадать метательным ножом в мишень. Один раз из пяти. Но это уже прогресс, причём немаленький. Если, конечно, не вспоминать тот случай, когда она, встав слишком близко, метнула нож, а тот отлетел ей рукояткой в лоб. Хорошо хоть не лезвием. Не представляю, что бы со мной за это сделали.

— Лис, а Лис.

— Чего?

— Ты чего всё время торчишь здесь, в городе, никуда не выезжая? Не покроешься плесенью?

Моя подопечная остановилась, задумавшись. Неужели задала настолько сложный вопрос? Ухмыльнувшись про себя, я, ожидая ответ, занялась ногами. Ах да, надо не забыть сделать втык Лиске. Конечно, после того как получу ответ. Если и думаешь, то изволь не отрываться от выполнения программы.

— Да нет, выезжаю. И скоро, похоже, снова потребуется, раз Рейвар собирается в очередной поход.

— Да-а? Интересно, а куда, куда? — я аж подскочила поближе, забыв о запланированном наказании. Долгое нахождение в четырёх стенах мне порядком надоело. В общих чертах я знала все окружающие столицу города, деревни, да и просто места отдыха. И теперь мне очень хотелось попытаться угадать, куда падёт её выбор.

Замечая мой растущий интерес, Лисавета хитро улыбнулась. Неужели что-то совсем необычное?

— Тебе точно понравится. Обещаю, будет интересно, — и как ни в чём не бывало продолжила было прерванную разминку. Нет, я её определённо люблю.

И пусть небольшого нагоняя избежать не удалось, она смогла поднять мне настроение.

***

— Ну-с, в этот раз первый ход за тобой, — сделав приглашающий жест, я крутанула в руках шест. Нет, это не моё новое любимое оружие. Просто мы с Лисаветой обусловились одним правилом — не брать одинаковое оружие, а первый выбирающий забирает себе самое подходящее. Или понравившееся. Второму — что останется. Полноразмерным мечом мне не с руки махать, а из лёгких вариантов шест — единственное, в чём я весьма хороша.

— Тогда держись! — точно копируя мои движения, Лисавета побежала навстречу, стараясь как можно быстрее навязать ближний бой. И тотчас получила быстрый тычок в лоб, поваливший её на хвостатую попу.

— Сколько мне повторять: не несись так бездумно. В реальном бою это чем закончится? Естественно, парой ударов, обрывающих твою жизнь. А кинжалы к чему? — продолжала распекать я девушку. — Если слушала мои наставления, то должна помнить, что скорость и внимательность — твои главные козыри. Или скрытность, если бой происходит на узких улицах, а противник ещё не знает, что ты рядом. Но никак не сила или реакция.

— Но ты же как-то можешь всё это проворачивать, — потирая стукнутую голову, девушка встала с земли, принимая стойку.

— Сравнила яйцо и курицу. Практикой ты занимаешься каких-то пару недель, а я отдавалась этому с детства. Плюс моя миниатюрная фигура. Плюс магические навыки. Даже когда ты не используешь магию, её потоки продолжают течь по внутренним каналам, готовые в любой момент вырваться наружу, становясь щитом или мечом.

На последних словах она погрустнела. Пускай и неприятно, но это суровая правда. В магии девушка до сих пор не продвинулась ни на шаг. Кроме природной.

— Лиска.

— Что?

— Скажи, а ты советовалась со своим божеством на этот счёт?

Чуть подумав, она кивнула, а потом отрицательно помотала головой. И пояснила:

— Честно говоря, он и сам про это не знал. Только от тебя впервые узнала и увидела, что у нас, хвис, оказывается, есть иная магия, помимо природного обаяния. Может, это ты какая-то уникальная?

Я хмыкнула.

— Это ты ещё не видела поистине уникальных моих соплеменниц. На их фоне я бледная мышь. Как ты на моём. Естественно, в магическом плане. В личностном я такую, как ты, егозу ещё не встречала. Не подскажешь, где таких можно найти?

Заговорщически проговорив это, я вплотную приблизилась к ней, заглядывая снизу вверх в её широкие жёлто-зелёные глаза. Хотелось немного пошалить, заставить больше приоткрыться, показать новые черты. А ведь мы занимаемся в довольно тонких рубашках, начинающих облеплять тело уже к середине тренировки. Как сейчас. Как на ней.

— Тис, ты чего? — смущённо спросила она, бросив взгляд по сторонам, словно проверяя, не подсматривает ли кто за нами.

— А чего я? Может, мне понравилась твоя рубашка, — я провела пальцем по проступающему сквозь мокрую ткань животу девушки. — Или мне хочется такой же хвост, как у тебя, — прижавшись ещё сильнее, завела другую руку ей за спину, обхватывая у основания её пушистый хвост, замерший, как загнанный зверёк. И провела по нему вперёд, слегка прижимая в некоторых местах и следя за выражением лица девушки.

Хорошо, что мы стояли под открытым небом. Первые белые мухи, упавшие на голову, остудили начавший разгораться мой пыл, заставив остановиться и отпустить Лисавету. Пока отпустить. Но напоследок я быстро пробежалась по хвосту обратно, закончив там, где и начала. А пока девушка пыталась отдышаться, подобрала лежавшее на земле — как её, так и моё — оружие.

— Смотри, снег пошёл. Думаю, наша тренировка на сегодня окончена. Поспешим переодеться, чтобы не околеть.

Первой зашагав к оставленной одежде, я всем видом не показывала, что и для меня эта маленькая игра не прошла даром. Забытые чувства, скрытые за месяцами, проведёнными здесь, вновь дают о себе знать, тягучей теплотой отзываясь внизу живота. Совсем закрутилась за книгами да работой. Надо бы находить время и на себя. Да и не только на себя. Вон какая сегодня Лиска красавица.

Остановившись, я похлопала себя по щекам. Так, хватит! Не хватало ещё, чтобы начала проявлять эти чувства в присутствии посторонних. Или Рейвара. Поэтому, с трудом дождавшись, пока Лисавета оденется, я невозмутимо зашагала вместе с ней к выходу из дворика, направляясь к её комнате. С недавнего момента, а точнее, с начала тренировок, половина моей одежды перебралась туда, дабы меньше уходило времени на беготню туда-сюда. Да и свою комнату я больше использовала как своеобразное хранилище, предпочитая спать на этаже, выделенном для лэй’тэ.

А другая половина была куплена здесь, искушая меня, заставляя каждое утро подолгу любоваться ею в попытках выбрать подходящий наряд на сегодня. Вот и сейчас, дожидаясь пока Лисавета закончит с приготовлениями к помывке, я сортировала одежду на «интересно» и «надо в будущем обязательно надеть». К юбкам я относилась равнодушно, поэтому большую половину шкафа занимало огромное количество штанов. Короткие, длинные, тёплые и совсем лёгенькие. К моему огорчению, хороших зачарованных раздобыть не удалось, так что единственные, привезённые с собой, приходилось беречь. Но господин Рахэс обещал с этим помочь. После того случая удалось лишь дважды заскочить к нему. В первый раз я долго благодарила его за помощь в спасении моей полудрагоценной шкурки, а второй ушёл на обсуждение необходимых приспособ. Его лавка оказалась одной из немногих, где я могла получить высококачественные материалы. Другие были, но объяснять всё по несколько раз или запрашивать дополнительные разрешения, без которых половину вещей мне просто не продадут… Ну их, с такой паранойей.

— Тисса, прошу. Королевская ванна готова.

— Однозначно королевская. Правда, я ни у одного короля пока в покоях не была, но думаю, что когда-нибудь да придётся, — стягивая частично высохшую на мне одежду, я аккуратно складывала её в бельевую корзину. Постирают — можно будет снова надеть.

Сняв всю одежду, я погрузилась в воду. Это было невероятно приятно, особенно после тренировок. Я закрыла глаза и расслабилась, позволяя тёплой воде смыть всё напряжение и усталость.

— Может, всё-таки расскажешь, куда будем путь держать? Мне же надо подготовиться, подходящее снаряжение выбрать, оружие. А брать что-то, что в дальнейшем явно не пригодится, — удел глупых людей. Не таскать же за собой целую телегу.

Перебравшись подальше, я с наслаждением вытянула ноги. С моим ростом можно было вытянуться и полностью, но я предпочла закинуть их на край, помахивая пятками туда-сюда.

— Так вся интрига пропадёт. Но могу сказать точно — большинство из того, что ты всегда берёшь, там тебе явно не понадобится. Да и оружие не бери, — своими словами подлив ещё больше масла в огонь, девушка аккуратно примостилась рядом со мной.

А я замерла. Сейчас моя голова превратилась в один большой талмуд, из которого с каждым мгновением вычёркивалось множество названий. Но идей всё не было. Куда можно отправиться в нашем безумном мире, да ещё и без оружия? Это же такой риск, особенно когда ты кого-то охраняешь. Может, нас ждёт совсем закрытое место, известное лишь единицам? Или…

В моей голове забрезжила одна ма-аленькая догадка, которую я тут же поспешила озвучить.

— А это случаем никак не связано с твоим великим, могучим и прекрасным богом?

Лиса аж поперхнулась.

— Ну ты выдала. Даже я в шутку никогда его так не называю. Хоть он и, не спорю, хорош собой. Но, отвечая на твой вопрос, — да, связано. Причём напрямую.

Это мне и требовалось узнать. А все остальные вопросы стоит оставить до тех времён, пока не засвидетельствую это самолично.

Вдоволь нанежившись в воде и смыв с себя всю грязь, я вытерлась и с наслаждением легла на чистую ткань постели, чувствуя себя такой расслабленной и освежённой, словно вся грязь и напряжение просто смылись с меня вместе с водой. Мои волосы, не до конца высохшие и немного влажные, раскинулись по подушке волнами. Каждый раз после хороших тренировок ловлю себя на том, что всегда так приятно наслаждаться чувством чистоты своего гладкого и мягкого тела.

— Не забыла, что нам до наступления вечера надо заглянуть в храм? — Лиска села рядом, отведя в сторону раскинувшиеся локоны. Судя по её лицу, она бы и сама не прочь поваляться так до окончания дня, оторвавшись лишь на то, чтобы спуститься и перекусить.

— Не забыла, — я вздохнула. — Но хотела, чтобы время замедлилось, позволив нам подольше насладиться отдыхом.

Спрыгнув с кровати, я надела бордовые шароварчики, заботливо протянутые девушкой. А поверх них натянула льняные штаны с ремнём, на котором закрепила перевязь с кинжалами. Безрукавная туника приятного шоколадного оттенка в этот раз была уже постирана и высушена, и я с наслаждением надевала это произведение швейного мастерства, напоминавшее о моём доме. И что бы ни говорили, а я скучаю по родным лицам, каждый день ожидая весточки с родного края.

Лисавета принарядилась ближе к местным реалиям, нацепив очередное платье из своей коллекции, добавив к нему бусы из той же оперы. Просто и со вкусом. Но сама я не носила никаких украшений, признавая их опасными для здоровья. Ещё зацеплюсь в порыве боя этими железяками за что-нибудь, потеряю важное мгновение. Нет уж, воину ни к чему эти безделушки.

Карета ждала нас. Заскочив первой, я помогла следом забраться хвисе, и мы тронулись в путь. Была бы я одна — добралась бы на своих двоих, расстояние небольшое. Но рядом со мной Лисавета, да и в платье быстро не побегаешь. А нам ещё надо успеть туда-сюда-обратно до ужина. Так что карета — лучший вариант, не считая конной поездки.

***

Та поездка, а точнее место, напомнила мне, что полнедели пролетело незаметно и сейчас нам предстоит отправиться куда-то в неизведанность. По крайней мере — мне. Ведь вроде вчера ехали в первый раз в храм, а уже снова, причём теперь с несколькими внушительными сумками. Как сказала Лиса, для домашних. Да, домашних порадовать — никто не откажется.

Вот и сейчас одеты мы похоже, да только сиротливо как-то мне без моих проверенных клинков. Хорошо хоть удалось припрятать в волосах россыпь шпилек, острых как стилеты. Да и вообще, приодеться так, чтобы выглядеть старше, чем есть. Меньше лишних вопросов — больше душевного спокойствия.

Баулы я, несмотря на возражения, сразу забрала из рук девушки, оставив ей небольшую и, на мой взгляд, непрактичную маленькую сумочку. Да, знаю, многие девушки любят такие, но не я. Она же совершенно неудобная. Сумка должна быть такой, чтобы запросто упрятать что набор взломщика, что множество ядов. Про оружие вообще молчу. Исключая те случаи, если она магическая, так называемая «бездонная». Тогда вопросов нет.

— Выходим, — я спрыгнула первой, подставляя руку Лисавете.

— Спасибо. Как хорошо, что скоро удастся сменить одежду на что-то более практичное, — понизив голос, сказала она, пока мы шли ко входу в храм.

Я с ней была полностью согласна.

Внутри храм поражал так же, как и снаружи. Утончённость, изящность, воздушность. И теплота. Оказавшись в нём, поражаешься, какой контраст создаёт это место с тем холодным, морозным наружным убранством. За те вечера, что мы проводили вместе, Лисавета поведала, сколько времени ушло на то, чтобы подобрать идеальное сочетание, и я была с ней полностью согласна — вышло прекрасно. Словно после долгой зимней прогулки заходишь в сени, а где-то за стеной трещит дровами натопленная печка.

— Наконец вы здесь!

Это Кай. Красавец, блондин, мужчина. И бог. Больше о нём может сказать только Лисавета, но я её особо не расспрашивала об этом. Занятая вещами, я шла за ними, особо не вникая в их разговор, лишь краем уха улавливая незнакомые словечки. Лишь когда мы дошли до обособленного зала, мне удалось ненадолго опустить на землю вещи, чтобы оглядеться.

Помещение округлой формы, стены, испещрённые рунами, больше половины из которых мне были неизвестны. И дело не в том, что я плохо училась, а в том, что они — не моя специализация, если можно так выразиться. Атакующее или защитное заклинание не построишь, в быту не применишь. Так что пусть они будут, а я буду где-то подальше.

— Что, уходим-таки?

Мой вопрос заставил их прервать разговор. Пока блондин занимался своей особенной магией, я, в который раз, выслушивала наставления от моей старшей, стараясь не раззеваться от скуки.

— Да знаю-знаю. Я ещё и в первые разы всё запомнила. Странные вещи не говорить, магию не обсуждать, боевыми навыками не щеголять. Делать вид, что я обычный горожанин, — на последних словах я ухмыльнулась, вспоминая, что, помимо заколок-стилетов, где-то в одной из сумок припрятала хороший такой нож. Главное — найти его раньше, чем о нём узнает кто-то, помимо меня.

— Раз так, то ладно. Но любые интересующие вопросы обязательно задавай мне или Каю, ладно?

— Хорошо, мамочка.

Хихикнув, я подметила румянец на лице девушки и стала ждать.

— Прошу за мной.

Наконец. Подхватив вещички, я пристроилась за Лисаветой, шагнув после неё в мерцающую паутину портала. Знаю, знакома, но не в настолько больших масштабах. Или долгих? Сложно сказать, между мирами я ещё не ходила.

Как будто протискиваешься через узкую горловину песочных часов, шагая из одной эпохи в другую. Но, о дивный новый мир! Что за башни из стекла, да каменные замки, равномерно выстроенные из одинаковых на вид кирпичей. И кусков скал. О таком мне сёстры не рассказывали.

— Тисса, добро пожаловать в мой родной мир. Думаю, ты ещё немало удивишься.

О, да! Особенно ощущая, что и этот мир не обделён хвисьей магией. А это очень даже интригует.

Пункт XIII. Новый мир - с хвостами и без

Сладко потянувшись, я открыла глаза, прищурившись от резанувшего по ним света. Вставать не хотелось. Кровать была такой мягкой, такой приятной, что я бы осталась в ней ещё на пару часиков. Но вся эта мирная и спокойная жизнь расслабляет, поэтому, пересилив себя, я оторвала голову от подушки. Со второго этажа через большое окно открывался хороший вид на прилегающий к дому сад, а за ним — и на лесополосу. Поначалу я вообще предполагала, что там полноценный лес, в привычном мне виде. Но Лисавета быстро развеяла мои заблуждения, открыв на экране карту окрестностей, где повсюду было полно таких лесистых вкраплений, как я их называю. До привычного леса всё равно они не дотягивают.

Открытия здесь вообще поджидают на каждом шагу. То же слово «экран». Без объяснений и демонстрации от Лиски я бы вообще никогда не поверила, что вот эта чёрная пластина может показать всё, что ты захочешь. Дальние страны, невиданных животных, таинственные и загадочные истории. Чтобы вникнуть в происходящее вокруг, первые пару дней пришлось хвостиком следовать за девушкой, слушая её объяснения обо всём, что окружало нас. Но уже сейчас, спустя неделю, я научилась неплохо так обращаться с одним из таких устройств — маленьким экраном с кнопками, который называют телефоном. Чудная вещь. Жаль, что подобная техномагия у нас нереализуема в обозримом будущем.

Накинув на себя пушистый халатик, я поспешила в ванную, по звукам уже освободившуюся. И, подставляя тело струям горячей воды, млела от блаженства. Нет, в стоячей воде тоже есть свои прелести, но вот такую можно нагреть за секунду, а для родного мира на это потребуется не один десяток минут.

— Тисса, дорогая, поспеши за стол, пока наши проглоты не успели подчистить всё до последней крошки, — женский голос из-за двери вернул меня к реальности.

— Сейчас прискачу!

Наскоро вытерев тело махровым полотенцем, я махом заскочила обратно в комнату, натянула домашние шорты с футболкой, а затем поспешила по лестнице вниз.

— Всем доброго утра! — поприветствовала я собравшееся за столом семейство, заняв свободный стул рядом с Лиской, если б та в очередной раз не дрыхла до обеда. Или, как её называют здесь, Елизаветой, Лизой. Лизка, Лиска — да какая разница.

— Привет, Тис. А ты, смотрю, ранняя пташка, не то что наша Лизка, — молодой мужчина усмехнулся, кивнув в сторону второго этажа.

— Привыкла быть такой, — ну не говорить же мне, что даже спустя столько дней я порой просыпаюсь посреди ночи, чтобы проверить, кто это такой незнакомый ходит за дверью в коридоре.

— Тисса, расскажи что-нибудь ещё про твои скаутские тренировки! — уплетающий за обе щеки свой бутерброд мальчик уставился на меня, ожидая порцию новых баек.

— Михаил, не болтай за столом с набитым ртом! Тем более не мешай Тиссе, у которой ещё с утра во рту маковой росинки не было, — одёрнула паренька его бабушка, в это время выставляя передо мной пышущую паром тарелку с рагу. Ну и вместе с ней — немного нарезанной колбаски. Уже знают, что одни овощи, хоть я и могу есть, но не прямо же с утра.

— Большое спасибо, — улыбнулась я ей. — А об историях — всему своё время. У меня его ещё достаточно, да и уезжаю не завтра, — отправив первую ложку в рот, я аж заурчала от удовольствия. Вот получается же у этой прекрасной женщины удивлять. Делать обычные овощи настолько вкусными — верх мастерства. А закусив это дело парой кусочков колбасы, я совсем растаяла.

За столом на некоторое время воцарилась тишина, нарушаемая только бренчанием посуды. Наконец, допив чай, я вздохнула и встала из-за стола.

— Пойдешь будить?

— Ага, — я вздохнула. Вроде и договорились с утра пойти за покупками, а пока её пробудишь, поспеем только к середине дня. Ну что за безалаберность!

Растворив дверь, моему взору предстала типичная картина, которую порой я заставала, вернувшись в общую комнату после дежурства. Присев на край кровати, я пощекотала высунутую из-под одеяла пятку, отчего та снова спряталась, как улитка в раковину. Что ж, судя по книге, лежащей под щекой, ночь Лиска провела явно не в праведном сне. Взяв книгу в руку, я взглянула на название. Хм, «Невеста демона»? Не слышала о такой. Видимо, здешний знаменитый автор. Отложив её, я потянула за одеяло, скидывая девушку вместе с ним на пол.

— Красавица, проснись и пой. Твоего принца рядом нет, так что похищать тебя сегодня будет злая-презлая маленькая я-я-я, — и, не слушая возражений, выглянув предварительно в коридор, я закинула Лисавету на плечо, потащив проводить лечебные водные процедуры, так помогающие освежиться и прийти в тонус. А после них можно и остальным заняться.

***

— Могли бы и пойти завтра.

— Могли. Но это — потеря дня впустую. А я сидеть дома не хочу. Да и ты, если тебя, пусть и с трудом, но вытащить, с радостью согласишься прошвырнуться по магазинам.

— Да-а, ты меня уже от и до знаешь. Ну ладно, раз мы тут, то надо заняться тем, зачем и пришли.

Пробежавшись глазами по уже знакомым, благодаря Интернету, вывескам, я потянула Лисавету к нужной, прокручивая в голове список. Главное — ничего не забыть и всё примерить. А то возвращаться снова сюда ради парочки, пусть и приглянувшихся, но вещичек — пустая трата сил, времени и денег. Если тут не получится урвать то, что хочется, — в мире ещё полно других магазинов. С этими мыслями мы с Лисаветой зашли внутрь.

— Добро пожаловать! — со входа нас поприветствовала сотрудница. Просканировав нас взглядом, она не стала подходить с предложением подсказать, переключившись на более состоятельного клиента. И это хорошо. Не люблю назойливых работников, будто мухи кружащих над посетителями.

Окинув взглядом расстановку рядов, девушка потащила меня к нужному нам отделу, в котором я сразу уловила взглядом ключевые цвета, что точно мне подойдут. И понеслось…

— Вот смотри, какая прекрасная куртка. Мягкая, с множеством карманов и по очень недорогой цене, — я взяла в руки понравившуюся одёжку, примеряя на себе.

— Ага. И которая убьётся у нас за пару месяцев носки. Особенно с твоим стилем жизни. Тис, эта кожа — не та, к которой ты привыкла. А особенно если ты захочешь её «прокачать» парочкой магических зачарований — готовься к тому, что быстро пустишь её на тряпки.

Послушав её доводы, я вздохнула. Да уж, столько сложностей здесь. Ну хоть в тканях не должно быть заморочек.

Как же я ошибалась.

— А что с этой не так? — покрутив в руках кофту, я лишь поняла, что она не совсем из шерсти. Похожа, да не то. Может, в этом и дело?

— В том, что у вас её не постираешь при определённой температуре и режиме. Говоря простым языком, у нас она имеет шансы на жизнь, а там — нет. Да и совсем некомфортно в ней будет, плохо пропускает воздух. Вон справа висит — немного подороже, но куда практичнее. Да и тоже твоего размера.

Пришлось соглашаться. Правда, я почти не расстроилась, ведь большинство тех вещей, что я запланировала купить, прошли отбраковку и ожидали в корзинке для оплаты. Почти столько же и у Лисаветы. А всё потому, что этот магазин занимал почти половину этажа торгового центра, и в нём можно было найти всё, что захочешь. Правда, ещё от части пришлось отказаться после того, как в примерочной я указала Лисавете на явную проблему — невозможность нормально носить их с нашими хвисьими физиологическими особенностями. А перешивать — только портить форму.

Грусть от этого пришлось заедать на верхнем этаже за одним из столиков, стоящих перед большим панорамным окном. До сих пор не могу поверить, что это сделано без малейшей магии, на чистых технологиях и человеческом уме. Набрав кучу интересных штук, кофе и пару бутербродов, мы уселись восстанавливать силы. Я бы взяла ещё больше, но, если начну так переедать, придётся отказаться от дальнейшей примерки. Хотя мы и так всё, что хотели, купили.

— Лис, куда теперь?

— В ювелирку. Подскажешь, что лучше по качеству. Да ещё в прошлый раз я заприметила одну милую подвеску для Рея и очень надеюсь, что она по-прежнему у них в продаже.

— Хорошо, только, — я прислушалась к своим ощущениям, — отлучусь ненадолго в уборную. Я быстро.

— Туалет, Тисса, — донеслось мне вслед. — У нас их называют туалетами.

Туалет так туалет.

Открыв дверь, я поморщилась: в нос ударил неприятный, непривычный, химозно-вонючий запах. И как люди могут выносить такой аромат? Хотя да, для них это родная среда. Сделав свои дела, я подошла к раковинам и намылила руки, немного вздрогнув, когда кран сам собой стал выплёскивать воду. Занятая очищением рук, мой нос, забитый резкими, кричащими запахами, не сразу уловил новый — сладковато-леденистый, как фруктовый лёд, аромат, с лёгкостью пробивший себе путь. Такого я не встречала. Это интересно, но, в первую очередь, подозрительно. А всё, что подозрительно, — может быть опасно.

— Ну как тебе здесь?

Прислонившись к стене напротив выхода, меня изучала черноволосая девушка лет двадцати пяти, хотя её точный возраст я вряд ли смогла бы определить. Ростом где-то с Лисавету и с таким странным взглядом, словно говорящим: она не человек. Единственное, что напрягало больше остального, — аура. Самая обычная, не выделяющаяся аура. Как у простого человека. Обманка? Ширма? Да, другого варианта не существует. И мне стоит начать что-то говорить — молчание явно затягивается.

— Удивительный мир. Наука, досуг — и ни малейшего следа магии. По крайней мере, среди людей.

— Это так. Здешние люди лишены той магии, что повсеместно распространена в других мировых гранях, проявив себя в других аспектах. И весьма достойно.

— Это я поняла. Но не поняла, кто ты такая. И чего хочешь от меня… или от Лисаветы.

Оружия при ней не наблюдалось. Но для нас, магов, оружие — это не только клинки.

— Просто посмотреть. И передать приглашение для вас, — в руке незнакомки возник чёрный конверт, запечатанный похожей на сургуч печатью. — Если, конечно, тебе интересно, почему к твоей нанимательнице такое пристальное внимание, что посылают даже убийц в гости.

Сказав это, черноволосая посмотрела наверх. Свет на мгновение моргнул, но девушки здесь уже не было.

Подозрительно. Пришла, заинтриговала, напугала и исчезла без следа. И явно не через дверь — я бы точно почувствовала.

Конверт, прежде находившийся в руке у той девушки, лежал на краю раковины. Немного подумав, я всё же подобрала его. Одна голова хорошо, а две — ещё лучше. С такими мыслями я поспешила вернуться, ведь тот аромат быстро истончался, а стоять и нюхать всякую бяку мне не хотелось. Да, думаю, это будет крайне занимательный диалог.

***

— Я слышал о том, что этот мир, помимо людей, населяют и другие существа, но прежде с ними не сталкивался. Да и матушка советовала держаться подальше от подобного. Здешние нелюди — не чета тем существам, что знакомы нам по книжкам. Хотя мне попадались книги, где такое сочетание было. Главное — не теряйте голову.

Я, конечно, не предполагала такого, но молодой бог тоже захотел присоединиться к нам, мотивируя это заботой о своей жрице. Но я-то понимала, что, в первую очередь, Кай беспокоится за Лисавету как за близкого человека. А нашим планам дополнительные глаза не помешают, да и в тексте приглашения не было ни слова про количество гостей. Единственный и главный пункт — никаких непосвящённых и простых людей. Переводя на понятный язык — только магические существа и им подобные. Лисавета сейчас как полукровка, я — как чистокровная хвиса, и Кай — как бог. Всё как надо.

Однако неплохое трио у нас выходит.

Мои уши, до сей поры скрытые магией, временами ловили разные странные и загадочные звуки, но выяснить их природу не удавалось. Выйдя из машины, я во все глаза уставилась на старинный особняк, рядом с которым мы остановились. Всё вокруг пропитано тонкими шлейфами магии. И все они вели в одну точку — ко входу в здание.

Сейчас, слушая его последние наставления, я горела желанием окунуться в неизведанное. Приоткрыть завесу тайны, к которой невольно прикоснулась.

— Лично я считаю, что здесь нам ничего не грозит. Тем более когда с нами такой сильный защитник, как ты, Кай, — добавила толику лести, успокаивая заодно и себя. Всё-таки, как бы я ни бахвалилась, это уже чужая территория.

— Добро пожаловать. У вас имеется приглашение? — на входе нас остановил швейцар. Мне кажется, он спрашивал это лишь для проформы, ибо поместье ещё окружал смутно ощутимый барьер, похоже, отваживающий любых непрошеных гостей.

— Да, конечно, — я передала конверт.

Удостоверившись в подлинности, он отошёл в сторону, переключившись на нового гостя. А раз нас уже никто не задерживает, то можно поспешить внутрь.

От входной двери вёл основной и, похоже, главный коридор, выдержанный в викторианском стиле. Панели из белого дерева, люстры под потолком, множество картин на стенах и мягкие кресла со столиками, чтобы при необходимости отдохнуть. Рассматривая убранство, мы не заметили, как рядом с нами уже кто-то идёт. А может, сопровождает?

— Вам подсказать… что-то. Или… рассказать. Или… может… другое?

От неё не ощущалось ничего. Серая блузка без рукавов с воротником и бирюзовой отделкой, такая же, только на пару тонов темнее, юбка длиной до бёдер — всё с той же бирюзовой отделкой — и высокие сапоги до бёдер. Необычные рукава свободного покроя, становящиеся полупрозрачными вверху и расходящиеся веером у запястий. Завершали образ волосы цвета бирюзы да галстук, выпущенный поверх одежды. Своим видом она притягивала внимание, выбиваясь из окружения. Прекрасная яркая статуэтка.

— Что?

— Подсказать. Могу… знаю всё. Тут… там… вокруг. Вы — гости.

Положение спас Кай.

— Будем благодарны. Но прежде позвольте нескромный вопрос. Ваша душа… почему я не чувствую её?

Не ощущает душу? Это как? Ведь она перед нами, живая и никак не похожая ни на зомби, ни на куклу. Хотя даже в зомби можно откопать частицу прошлого владельца. Покосившись на Лисавету, я уловила в ней похожие эмоции. А ещё — нарастающее понимание. Что меня немного злило, ведь я должна лучше разбираться в нечто подобном, чем моя старшая подруга.

— Душу? Понятие живых… да. Но… я иная. Тоже живая… без души, — девушка протянула руку, давая возможность коснуться себя. Мягкая, тёплая. Действительно.

— Я жила… не здесь. Сюда… пригласили в гости. Очень рада… встретить новых друзей, — последнее предложение она пропела, на секунду показавшись почти обычной.

Она хотела сказать что-то ещё, но нам помешала подошедшая работница поместья, что-то тихо прошептав девушке. Выслушав её, та согласно кивнула и повернулась к нам.

— Простите. Ждут… много желающих. Новые друзья… хочу увидеть со сцены. Буду рада, — сказав это, она пошла следом за служанкой, ожидавшей в отдалении.

Мы переглянулись. Множество вопросов крутилось на языке.

— Проект «Мику». Разве вы не слышали о нём? — остановившийся рядом мужчина проводил взглядом уходящую девушку.

— Мику? Та японская виртуальная певица-айдол? Но здесь же она живая и во плоти, — первой опомнилась Лисавета.

— Да, я тоже что-то слышал об этом, — задумчиво проговорил Кай, погружённый в размышления. Лишь я стояла и не понимала, о чём идёт речь.

— В этом мире — да. Но вы забываете, что существует бесчисленное количество миров, в разной степени отличающихся от нашего. Это я ещё не говорю о самой Мику, породившей множество дочерних миров, в которых выступает как герой, злодей и просто историческая личность, тесно связанная с тканью реальности, — загадочный незнакомец постучал тростью об пол. Казалось, он наслаждался тем, что смог найти собеседников, с которыми можно обсудить интересную тему.

— Но лучше увидеть всё вживую, чем тешиться теориями да догадками, — он кивнул в сторону зала, в который стекались гости. — Мику же пригласила вас на выступление? Некрасиво будет отказываться.

— Кхм, да. Лисавета, Тисса, поспешим. Ах да, уважаемый, а мы ведь не представились. Я — Кай, имена моих прекрасных спутниц вы слышали. Вас же…

— Данталион. Обычный скромный ценитель неизведанного. Ну и так, по мелочи, оказываю консультационные услуги различного спектра.

— Как сейчас? — влезла я в разговор, шагая по другую сторону от него, чтобы не упустить чего-нибудь ещё интересного.

— Именно.

Сейчас его взгляд уже не казался немного странноватым, как мне показалось вначале. Хотя человеком он явно не был. Как и все здесь.