Магия забытых душ

Глава 1

Прекрасное весеннее утро радовало пением птиц, теплым ветерком и солнечным светом. Зима в этом году затянулась и пыталась удержаться из последних сил, заваливая городок Дарвел снегом. Но солнце поднималось выше, растапливая опостылевшие грязные снежные горы. Ручьи бежали по улицам на радость мальчишкам, которые запускали самодельные кораблики. Я ловко перепрыгивала через лужи и торопливо шагала по тротуару к магазинчику дяди Перси, потому что уже опаздывала к открытию. Дядя был старшим братом мамы и с радостью взял меня в помощницы после окончания Академии, где учились только обладатели магического дара. Древняя сила зельеварения по маминой линии передалась лишь мне, старшей из трех дочерей.

— Доброе утро, эрлита Вуд! — поприветствовал меня с улыбкой Патрик, легко закинув на спину мешок с мукой. Легкий ветерок откинул назад рыжие кудри парня, открывая высокий лоб. — Придете сегодня на танцы?

— В другой раз, эрл Хамфри, — кокетливо ответила я. Патрик мне нравился. Высокий, крепкий, с лукавыми зелеными глазами. Все девчонки в Дарвеле хотели с ним танцевать, но рыжеволосый сын пекаря в последние две недели приглашал только меня. Сестры подшучивали надо мной, что скоро я стану эрлой Хамфри и вместо зелий буду готовить булочки. — Завтра у папы день рождения. Я сегодня до обеда и домой, маме помогать. Приедут родственники, в общем, народу соберется уйма.

— Я эрлу Вуду большой пирог испеку и завтра утром вам доставлю домой, — внезапно ошарашил меня Патрик, поправляя мешок на спине. Его веснушчатое лицо стало красным, и я решила, что ему очень тяжело стоять с таким грузом и разговаривать со мной. А потом появилась мысль, что если Патрик придет к нам домой, то я должна буду познакомить его с родителями… да, там вся семья соберется, не только со стороны отца, но и мамы. Пока я не была готова знакомить всех с эрлом Хамфри. Мне хотелось чего-то добиться в жизни. Как все студенты Академии Магии, я мечтала работать в Министерстве. Но, увы, не прошла комиссию, тогда дядя Перси и предложил набраться опыта у него в магазине, а я радостно согласилась.

— Эрл Хамфри, спасибо, но… — я не успела сказать, что не стоит беспокоиться, как послышался громовой бас отца Патрика.

— Ты что там застрял! До ночи будешь таскать? Мне мука срочно нужна!

Патрик сделал смешную рожицу, я засмеялась и, махнув рукой, побежала к дядюшкиному магазину. Он находился через три дома от пекарни. На широкой улице Кэмпбелл перед площадью располагались в основном различные магазинчики. Здания мало отличались друг от друга и стояли ровненько, как солдатики. Все были построены из серого камня с красными крышами. Хозяева старались получше украсить витрины, чтобы завлечь покупателей, а у дяди еще над входом висела вывеска-флюгер, на которой изображены бутылочки и надпись: «Магические зелья эрла Фейбера».

— Доброе утро, эрла Дарем, — я поздоровалась с хозяйкой соседнего магазина. Статная женщина в лавандовом пальто рассматривала витрину с косметикой и обернулась на звук моего голоса. Я ни разу не видела, чтобы Салли забыла накрасить губы или глаза. Темные волосы соседка всегда укладывала в высокую прическу, открывая приятное лицо и шею.

— Доброе утро, эрлита Рози, — поприветствовала меня эрла Дарем. Она словно светилась изнутри, и хотелось подольше погреться в лучах ее света. Я подошла к женщине, заинтересованно глядя на витрину. Салли торговала лечебной и декоративной косметикой. Последний раз я брала у нее крем для лица из морских водорослей и осталась очень довольна. — Вчера мне пришлось задержаться из-за поздней доставки, привезли новую линейку косметики. Но мне так хотелось сегодня выставить ее на продажу. Рози, это что-то с чем-то. Я уже успела немного попробовать новинку, и, поверь, не зря ее так расхваливали. Пудра ложится незаметно, а какие шикарные цвета у помады! Приходи, что-нибудь тебе подберем.

Я с интересом рассматривала на витрине новую косметику. Эрла Дарем красиво уложила в корзиночку на белую атласную ткань пудру, помаду, тушь, карандаши для глаз и губ. Упаковка новой линии была оформлена в красных тонах и хорошо сочеталась с белым цветом, привлекая внимание.

— Твой дядя, видимо, ночевал в магазине, — неожиданно тихо сказала Салли. Заметив мой удивленный взгляд, добавила: — Я домой вчера ушла около двенадцати ночи и сегодня утром в вашем магазине все еще горит свет. Взгляни. Скорее всего, эрл Фейбер заснул.

— Странно. — Я была в полном недоумении. Если дядя Перси задерживался на работе, то на следующий день, как правило, приходил не раньше обеда. — Может, получил срочный заказ. Спасибо, эрла Дарем, и хорошего дня.

— Спасибо, и тебе того же, — пропела соседка и продолжила изучать витрину. Я повернулась и услышала, как эрла Дарем пробормотала: — Надо сюда еще добавить красный подсвечник.

Внутри дядюшкиного магазина действительно горел свет, а еще… дверь оказалась не заперта. Я убрала ключи в карман пальто и вошла внутрь. В детстве мне каждый раз казалось, что я попадаю в таинственный мир. Сколько удивительных ароматов витало в воздухе! Разных размеров бутылочки стояли на полочках, а цветные жидкости бурлили в больших колбах, стекали по стеклянным трубкам к колбам поменьше и падали в виде капель в железные чашки. Я могла часами стоять и наблюдать за этим процессом. Дядя торговал не только магическими зельями, в лавке также продавались пучки сухих трав, которые мы собирали в лесу всей семьей. За дорогими ингредиентами для зелий посерьезнее дядя ездил в столицу или, если улыбалась удача, покупал на рынке у ловцов. Обычно это были части тела какого-нибудь животного, и, чем опаснее был зверь, тем сильнее оказывался ингредиент.

— Дядя Перси, я пришла! — громко крикнула я под звон дверного колокольчика, оглядывая магазин. Не заметив ничего подозрительного, направилась к прилавку, на ходу расстегивая черное пальто и снимая синюю шляпку под цвет моих глаз. Открыла дверь в подсобное помещение, которое служило и гардеробом, и кухней. В смежной комнате располагалась дядюшкина лаборатория, также там хранились в сейфе особо ценные ингредиенты и недельная выручка из кассы. Каждую пятницу в обед приезжал мой отец и увозил дядю Перси в банк. Сегодня была пятница… Пока я занималась покупателями до обеда, дядя Перси создавал зелья на продажу. Потом мы менялись, и я творила собственное маленькое волшебство, которое пользовалось успехом у женской половины жителей Дарвела. Зелье разглаживало мелкие морщины и освежало лицо, убирая усталый вид. Отличное решение перед свиданием или важной встречей.

Дверь в лабораторию оказалась открыта, и я специально говорила громко, чтобы дядюшка меня услышал.

— Мама сказала, что завтра собираемся в два часа дня, и она не примет от тебя никаких отговорок. Приедут ваши двоюродные сестры, с которыми вы не виделись сто лет, — передала я дяде Перси мамины слова, убирая верхнюю одежду в шкаф. Я взглянула в зеркало, заправила невидимый темный волосок за ушко и слегка ущипнула себя за щеки, чтобы они порозовели.

— Я встретила по дороге сына пекаря. Патрика. Вы его знаете, рыжий такой, высокий. Он сказал, что испечет для отца большой пирог и доставит нам домой завтра утром. Представляете, — я пошире приоткрыла дверь в лабораторию. Дядя Перси сидел в кресле за рабочим столом спиной ко мне. Вернее... лежал на столе. Солнечные лучи ярко освещали его черноволосую макушку через небольшое закрытое окно. Все пробирки беспорядочно валялись на полу, словно их смахнули невидимой рукой. Несколько бутылочек разбилось, и я услышала треск стекла, наступив на него. Дверца железного сейфа оказалась распахнута, папки с документами раскиданы в разные стороны. Выпотрошены и скомканы некоторые разрешения на торговлю опасными ингредиентами, вскрыты письма от заказчиков. — Дядя...

Сделала шаг, еще один. Плохое предчувствие набатом стучало в висках, сдавливало грудь, не позволяя вздохнуть. Я ничего не видела вокруг, кроме дяди Перси, интуитивно понимая, что произошло страшное.

В нос ударил резкий, горько-сладковатый запах, и я остановилась, замерев от ужаса. Голова дяди была неестественно повернута, один глаз отсутствовал, из второго торчала тонкая железяка, так похожая на спицу. Засохшая кровь темнела под носом, на губах, подбородке. Рот открыт, словно перед смертью дядя кричал, скрюченные руки крепко связаны сзади, рубашка на груди разорвана и видны глубокие тонкие порезы.

— Создатель, — выдохнула я, дрожащей рукой закрыла рот, не в силах сдвинуться с места. Глубоко задышала, паника накрывала с головой, вызывая дрожь во всем теле. Слезы покатились по щекам, ноги стали ватными, и я просто рухнула на колени, не в силах отвести взгляда от ужасной картины. В голове пустота, ни единой мысли. Я не могла поверить в увиденное, казалось, сейчас дядя проснется, подмигнет и скажет: «Доброе утро, Рози. Видишь, как славно мы сработались, ни к чему тебе Министерство».

Не знаю, сколько я так просидела, только когда поднялась, ноги не держали. Как пьяная я направилась к выходу, хватаясь за стены. Больно ударилась левым боком о прилавок и, не сдерживая рыданий, вылетела на улицу.

Эрла Дарем все так же стояла возле своей витрины и беседовала с незнакомой мне женщиной, расхваливая новинку. Заметив меня, хозяйка магазина косметики на мгновенье замолчала, а потом сказала покупательнице:

— Простите, уважаемая эрла, — и подбежала ко мне. — Что с тобой? Рози, ты такая бледная. Что случилось?

— Дядя... Перси… мертв, — прошептала я и снова перед глазами возникла картина: лицо без одного глаза и спица, торчащая из другого. Снова я вдыхала сладковатый запах смерти, который отравлял мою кровь. Ноги подкосились, и я упала бы прямо на брусчатку, если бы Салли меня не подхватила. Дальше все происходило как в тумане. Покупательница помогла эрле Дрем отвести меня в магазин косметики и усадить в удобное кресло возле прилавка. В руки сунули горячий шоколад, я очень его любила, но сейчас даже не пригубила. Просто сидела, грела холодные ладони, а в голове мелькали повторяющиеся картинки: вот я захожу в лабораторию, и передо мной -- раскрытый сейф, стекло на полу и одноглазое лицо дяди.

— Рози! — голос матери вырвал из омута, куда все сильнее затягивало отчаяние, боль, ужас. Теплые материнские руки согрели мои ледяные щеки, и я взглянула в мамины голубые глаза. — Рози, вставай. Поехали домой.

— Дядя... умер, — наконец я смогла произнести это ужасное слово и снова слезы градом покатились из глаз. Мама обняла меня, такой знакомый с детства аромат ландышей привел в чувство. Прорыдавшись, ощущая внутри лишь опустошение и тяжесть в груди, я поднялась. Заплаканная Салли тихо разговаривала с молодым сыщиком, тот быстро записывал ее слова в блокнот. Они одновременно взглянули на меня.

— Эрлита Вуд, — сыщик шагнул в мою сторону, но его остановила мама.

— Потом, дайте моей девочке прийти в себя. Да и что она вам нового скажет? Вы сами все видели.

Сыщик не стал настаивать, отошел в сторону, чтобы мы могли выйти на улицу. Я зажмурилась, подставляя лицо солнечным лучам, стараясь не смотреть на толпу зевак, которые собрались возле магазинчика дяди Перси. Люди расступались, давая нам с мамой пройти, и я слышала их шепот за спиной:

— Бедная девочка, увидеть такое...

— Говорят, бедняге выкололи глаз...

— Кому понадобилась убивать...

— Убийца в Дарвеле! Как теперь ходить по улицам...

Когда я заметила белую машину отца, то буквально побежала к ней, чтобы поскорее спрятаться от любопытных взглядов и не слышать разговоров. Я села на переднее сиденье и сразу оказалась в надежных объятьях отца.

— Дочка, — тихий голос папы вызвал новые слезы и поток слов.

— Мне так страшно, даже сейчас. Я закрываю глаза и вижу дядю Перси... вижу спицу в мутном, уже неживом глазу и чернеющую яму в другом. Сладкий, противный запах до сих пор у меня в носу, и тишина... давящая, как в могиле.

— Ларри, поехали, дома Рози станет легче, — услышала я мамин голос. Отец кивнул, вытер скупую мужскую слезу и, поцеловав меня в лоб, взялся за руль. Машина заурчала и плавно тронулась с места. Я смотрела перед собой, но не видела уютных магазинчиков на первых этажах серых домов, широкой площади возле мэрии, узких улочек и прохожих, которые радовались солнцу. Мой мир стал другим. Он поделился на «до» и «после». Когда умерла бабушка, я тоже плакала, грустила, только это была тихая печаль. Я понимала, что бабушка прожила жизнь и пришло ее время вернуться в духовный мир, где мы обязательно с ней встретимся.

Дядя Перси мог прожить еще не одно десятилетие, создать удивительные зелья и научить меня их делать. Он много знал, был моим первым преподавателем и радовался успехам старшей племянницы. Дядя Перси когда-то работал в Министерстве и считался одним из лучших сотрудников Королевской Лаборатории. Правда, меня пытался отговорить от службы в престижном месте. Но поддержал, когда из Министерства пришло отказное письмо. «Не переживай, поработаешь у меня в магазинчике, создашь собственные зелья и попробуешь еще раз. Ты талантливый зельевар, Рози. Ты видишь магию, осталось научиться ее направлять». Я не могла принять дядину смерть. Как можно забрать жизнь у другого? А главное, зачем? Если хотели украсть дорогие ингредиенты или золотые монеты, то для чего было убивать? Это не укладывалось в моей голове, как и то, что я больше не увижу улыбку дяди Перси, не услышу его ворчание о плохой погоде. Больше никто не будет курить трубку в лаборатории и мне не на кого будет ругаться...

Дома меня встретили младшие сестры. Снова слезы, снова опустошение в груди и жуткая печаль, накатывающая волнами. Мама помогла мне раздеться, уложила в постель, заставила принять успокоительную таблетку и сидела рядом, сжимая мою руку, пока я не заснула.

Черная, холодная яма и одинокий лучик света, упрямо пробирающийся сквозь тьму. Я протянула к нему руки, пытаясь поймать тепло и согреть душу. Но лучик ловко уворачивался и словно звал за собой. Страшно, жутко, но без света еще страшнее, и я пошла за лучиком. Постепенно появились очертания деревьев вокруг, я услышала шум реки, до меня донесся сладкий аромат цветов и теплый ветерок игриво коснулся волос. Я сделала шаг и очутилась на берегу широкой реки. Мои стопы утопали в песке, и так было здорово ощущать его под ногами.

— Здравствуй, Рози,— дядин голос раздался так близко, что я вздрогнула от неожиданности, моргнула и увидела Перси в белой расстегнутой рубашке и закатанных до колен брюках. В голове пронеслась мысль: «Ты же умер!» и тут же дядя произнес: — В том мире — да, в этом у меня еще все впереди.

Заметив мой изумленный взгляд, дядя Перси рассмеялся.

— Как ты узнал, о чем я подумала?

— Здесь возможно все, Рози, — дядя сделал шаг мне навстречу, а я отступила. — Не бойся, я никогда не причиню тебе вред.

Спокойный голос, улыбка и теплый свет в голубых глазах, которые щурились от солнца. Все это успокоило, и я позволила себя обнять.

— Рози, у меня к тебе серьезное дело, — прошептал мне на ухо дядя Перси. — Надо, чтобы ты кое-что вспомнила, и тогда сыщики найдут моего убийцу.

Я навострила слух в ожидании. Мне очень хотелось, чтобы виновный понес заслуженное наказание.

— Что, дядя? Говори, я постараюсь, — таким же шепотом ответила я. Перси сел на песок и потянул меня за руку, чтобы я присоединилась к нему. Шум волн успокаивал, наступила какая-то странная умиротворенность, хотелось раскинуться на пляже и ни о чем не думать, просто блаженствовать.

— Помнишь? У меня была толстая книга, еще обложка из черной кожи, страницы желтые, рваные местами. В ней я всю жизнь записывал рецепты зелий. Куда ты ее спрятала, Рози? Я отдал книгу тебе.

— Мне? — Я удивленно уставилась на дядю. Теплый ветерок подхватил мои темные волосы и бросил на лицо, словно играя. — Ты уверен? Может, ты отдал книгу маме?

Дядя взял мое лицо в ладони, его голубые глаза, так похожие на мамины, неожиданно потемнели, и я вздрогнула от холода. Погода на пляже сменилась, небо заволокло тучами, ветер стал ледяным и закружил вокруг нас воронкой. Я попыталась оторвать дядины пальцы от лица, но ничего не выходило. Перси продолжал пристально вглядываться в мои глаза, словно искал там ответ.

— У меня нет книги, дядя, — прошептала я и тут же он разочарованно зарычал, толкнув меня в песок. Сам же Перси вскочил и ветер закрутил его в воронку. Последнее, что я увидела, это как голубые глаза дяди стали красными. Я с ужасом оглядела свою спальню и только тогда осознала, что больше не сплю. Сердце в груди учащенно билось и, сделав несколько вдохов и выдохов, я села. Странный сон мне приснился. Я задумалась о книге... а ведь такая была. Перед глазами возникла картина из детства. Мне было всего лишь десять лет, мы с мамой пришли проведать дядю Перси. Он лежал в душной спальне, укрытый одеялами, в воздухе витал запах лекарств. Доктор стоял возле постели больного и капал микстуру из бутылочки на ложку.

— Как ты, Перси? — обеспокоенно спросила мама, шагнув в комнату.

— Лечусь, — хриплым голосом ответил дядя, а потом, заметив меня, обеспокоенно произнес: — Привет, Рози. Ступай вниз, я бы не хотел, чтобы ты заразилась.

— Поправляйся, дядя Перси, — я хотела сказать, что не заболею, но мама закрыла передо мной дверь. Ничего не оставалось, как спуститься на первый этаж. В дядином доме больше всего я любила одно место — лабораторию. Магия медленно просыпалась внутри и все чаще щекотала меня в носу, требуя выхода. Я обожала все эти колбочки, стеклянные трубочки, сушеные листики, не пугал меня даже заспиртованный мозг какого-то дикого животного. А еще были книги... много книг. В лаборатории вдоль стены стояли шкафы, заполненные различными рукописями, фолиантами. Особенно мне нравилась одна книга с черной гладкой обложкой. Я нашла ее случайно, а может, и не случайно, словно знала, где она лежит. Забралась по стремянке на самый верх, вытащила три толстенных тома и увидела ее. Незаметная, тоненькая, как блокнот, но как же эта книга манила. Я взяла ее в руки и ощутила магию, она осторожно покалывала мои пальцы, а после книга позволила себя открыть. Произошло волшебство, я чуть не упала со стремянки, когда в руках очутился толстый фолиант. Желтоватые страницы оказались исписанными черными чернилами, я сразу узнала дядин размашистый почерк. В эту книгу он заносил рецепты зелий и даже рисовал картинки, как выглядит нужная трава, тут же писал, где ее можно найти или почему лучше использовать в этом рецепте именно ее, а не другую.

Для десятилетней девочки, которая только делала первые шаги в зельеварении, эта книга оказалась настоящим чудом. Я решила, что как только дядя поправится, попрошу разрешение изучать ее.

— Здравствуйте, милая эрлита Рози, —услышала я приятный голос. Подняла голову, в дверях стоял незнакомец. Светловолосый, с аккуратно подстриженными усами и бородкой. — Меня зовут эрл Томас Уилсон, я друг вашего дяди Перси.

— Откуда вы меня знаете? — удивленно спросила я, захлопнув книгу, и попыталась засунуть ее обратно. Но никак не выходило, возможно, оттого, что руки дрожали. Я так разволновалась, что меня поймали с поличным, будто что-то украла.

— Мы с вашим дядей давние друзья, я узнал, что он крепко приболел и решил навестить его, — ответил мне эрл Уилсон с приятной улыбкой.

— Дядя в спальне, с ним доктор и моя мама. Пойдемте, я вас провожу, — предложила я, спускаясь со стремянки.

— Буду вам очень благодарен. А то дверь мне открыла старая женщина, но не объяснила, куда идти. Я рад, что встретил вас, — сказал дядин друг, когда мы вышли в коридор.

— Это была эрла Хьюз, она все слышит, но не разговаривает. Эрла Хьюз готовит и убирается в доме дяди Перси, а за это он бесплатно сдает ей комнату, — рассказывала я по дороге, пока мы поднимались на второй этаж.

Я очень хорошо запомнила лицо эрла Уилсона, потому что тогда сильно разозлилась на него, когда увидела, как дядя Перси отдал ему черную книжечку.

Глава 2

Первая неделя со смерти дяди Перси прошла для меня в каком-то странном, застывшем состоянии. Я будто стала механической куклой, которая выполняла привычные движения: двигалась, ела, разговаривала. Все эмоции внутри собрались в тугой комок и даже слезы не помогали справиться с давящей болью. Во сне я видела одну и ту же картину: мертвого дядю на столе, а потом себя, достающую черную книжечку из шкафа. Перси больше не являлся, а я так хотела с ним поговорить. У меня было столько вопросов… насчет всего.

Низкие серые тучи и первый апрельский дождь за окном нагоняли цепенящую тоску. Папин день рождения мы не отмечали. Я и сестры шепотом, со слезами на глазах, поздравили его, а потом молча слушали, как мама встречала родственников и рассказывала о случившемся. Дяди Перси не хватало всем. Пусть он был немного странным зельеваром и обычно сидел тихонько в уголочке и наблюдал за всеми хитрыми глазами, попивая томатный сок. Сейчас его место пустовало и занять его никто из родственников не решился. Как держалась мама, я не знала, может, ее отвлекала забота обо мне или организация похорон, но из всей семьи именно она стала опорой каждому.

Из полусонного состояния меня выдернуло сообщение о том, что убийцу дяди нашли в одном из баров Дарвела. Пьяный бродяга сорил деньгами и пытался продать редкие ингредиенты для зелий. Тогда у меня мелькнула мысль, каким глупым надо быть, чтобы в открытую торговать ворованными веществами. Каждому ингредиенту был присвоен номер, который заносился в специальный журнал Отдела Городской Торговли. После оплаты и предоставления договора сделки между продавцом и покупателем выдавалось разрешение на продажу. У бродяги также обнаружили дядину одежду. Теплую куртку, кожаные ботинки, шерстяные брюки, которые мама шила для Перси. Нас пригласили в Департамент сыщиков, чтобы вернуть вещи дяди, и худощавый дознаватель с непокорной путаницей седых волос зачитал признание убийцы. Странно было слушать о том, что бродяга ночью искал, где спрятаться от непогоды, и забрел в открытый магазин на улице Кэмпбелл. Хотя дядя Перси лично запер за мной дверь и сказал, что задержится на часик, доделает заказ и тоже пойдет домой. Магический замок не так-то просто открыть, его изготовил лучший мастер в Реклинесе, так говорил дядя. Дальше оказалось еще чуднее, дядя напал на преступника, тот, защищаясь, нанес ему удар спицей в глаз, после связал руки и стал грабить магазин. Перси был высоким и крепким мужчиной, даже если убийца хорошо огрел дядю по голове, то зачем было убивать?

— Преступник... бродяга сказал, зачем... это сделал? — процедила я сквозь зубы, когда дознаватель закончил читать ахинею, по-другому я не могла назвать дурацкое признание.

— Эрл Джерси уверяет, что защищался, — был дан мне ответ.

— Ужас! — выдохнула мама, закрывая себе рот рукой, а потом я услышала ее шепот: — Я хочу, чтобы убийца ответил по всей строгости закона.

— Обязательно, эрла Вуд, даже не сомневайтесь, — кивнул дознаватель, убирая подписанный преступником документ в толстую папку с другими важными бумагами. — Чистосердечное признание подарило ему жизнь, но двадцать лет убийца проведет в одиночной камере в тюрьме Алькатрас.

Каждый в нашей стране Реклинес знал, что это страшное место. Преступники в стенах Алькатраса сходили с ума, просили о смертной казни. Их содержали в небольших камерах двадцать три часа в сутки, и лишь час убийцы могли провести на свежем воздухе со связанными руками.

Сильный гром вырвал из воспоминаний, и на землю стеной обрушился дождь. В такую погоду лучше сидеть дома, поэтому я очень удивилась, когда самая младшая из сестер, Флоренс, заглянула в мою комнату.

— Рози, мама сказала тебя позвать. Пришел незнакомый эрл, говорит, что был другом дяди Перси, — громко произнесла сестра прямо с порога. Десятилетняя девочка с раннего возраста проявляла упрямый характер. Дралась с мальчишками и предпочитала носить штаны, а не платья. Из-за этого они с матерью постоянно спорили, и чаще всего Флоренс выходила победительницей. Воспитанной эрлитой считалась средняя сестра, Кэрол. Она была младше меня на пять лет, а за ней уже ухлестывали кавалеры, и отец обещал достать охотничье ружье, чтобы разогнать всех.

— Твоей старшей сестре двадцать один год и то она не позволяет эрлам крутиться вокруг нее. Подумай над своим поведением, Кэрол, иначе запру в комнате и просидишь в ней всю жизнь, — пригрозил папа сестре. Все знали: отца лучше не злить. Кэрол надула пухлые губки, но спорить не стала, а потом шептала мне:

— Разве я виновата, что родилась такой красивой и всем нравлюсь? Не могу же я грубо сказать, чтобы меня не провожали.

— Можешь, — подмигнула я сестре. — И поверь, тогда кавалеров будет еще больше.

Кэрол с сомнением взглянула на меня, словно я ничего не смыслила в этой жизни. Наверно, она была права. Потому что до сих пор меня одолевали сомнения по поводу убийцы дяди Перси. Я пыталась поговорить об этом с мамой и отцом, но они отмахивались от меня, заявляя, что сыщики Департамента самые лучшие.

— Моей девочке очень тяжело, даже сейчас, но она старается, — услышала я грустный мамин голос. Ей тихо отвечал мужской, но я не разобрала слов, поэтому перестала прятаться за дверью кухни и вошла внутрь. За столом сидел эрл Томас Уилсон. Я запомнила его светловолосым симпатичным мужчиной с усами и бородкой, он таким и остался. Лишь в серых глазах я заметила тревогу, уголки губ скорбно опустились. Эрл попал под дождь, поэтому мокрые волосы зачесал назад, в руках он держал кружку с горячим чаем и аккуратно откусывал жареный пирожок с мясом. Заметив меня, мужчина грустно улыбнулся и поздоровался:

— Здравствуйте, эрлита Рози. Жаль, что нам пришлось увидеться при таких обстоятельствах.

— Добрый день, эрл Уилсон, — я присела рядом с мужчиной. Флоренс и Кэрол стояли возле закрытого окна и внимательно слушали взрослых. — Вы уже знаете, что убийца схвачен?

— Да, ваша мама мне рассказала. Гвинет, спасибо, что накормила и согрела. Пирожки очень вкусные, — поблагодарил друг дяди, а я не ожидала, что он так близко знаком с мамой. Заметив мой удивленный взгляд, эрл Уилсон усмехнулся. — Я знаю вашу маму очень давно. Мы дружили с Перси со школы, потом вместе поступили в Академию, а после работали в Министерстве. Ваш дядя, эрлита Рози…

— Давай сменим тему, Томас, — перебила эрла мама, наверно, ей было тяжело вспоминать те времена. — Скоро вернется с работы Ларри и отвезет тебя к дому Перси. Не верится, что его больше… нет.

Мама всхлипнула и спрятала лицо в ладонях. Держалась она, держалась, а тут не смогла. Мы с сестрами бросились ее обнимать, успокаивать и вскоре ревели все вместе, под этот рев и зашел на кухню отец.

— Гвинет, выпей водички и иди отдохни, — папа дал маме успокоительное и за ее спиной сделал знак рукой Кэрол, чтобы сестра проводила маму в спальню.

— Извини… Томас… но что-то я себя плохо чувствую, — мама поднялась и Кэрол с Флоренс тут же подхватили ее с двух сторон. Я накрыла на стол ужин, положила отцу и гостю вареные овощи с жареным мясом ягненка, потом налила себе чай, слушая, как мужчины тихо беседуют.

— Не знаю, что делать с магазином. Покупатели ждут, что скоро откроем, и заказчики пишут письма с требованиями либо вернуть деньги, либо выполнить заказ, — вздохнул отец, закидывая мясо в рот и тщательно прожевывая его.

— Не переживай, решение само придет, когда наступит время. Может, что-то найдем у Перси дома в сейфе, — пытался успокоить отца эрл Уилсон.

— Вы умеете открывать сейфы? — спросила я гостя, снова присаживаясь на свое место. Дядя Перси никому не говорил кодовое слово, считал, что это небезопасно. Я помню, еще подшучивала над ним, что дядя скрывает секреты и не хочет ни с кем делиться.

— И не только сейфы, любые замки, — ответил за эрла Уилсона отец. — У Томаса особая магия.

— Обыкновенная, — с улыбкой возразил гость. — Для магазина друга я создавал специальный замок, его мог открыть только ваш дядя. Вам Перси дал доступ позже.

Если дядя в тот день запер за мной дверь и я даже слышала, как щелкнул замок, то как вошел бродяга? Эх, мне бы поговорить с эрлом Уилсоном наедине, может, смогу еще что-то выяснить. Хорошо бы узнать, почему дядя Перси ушел из Министерства. Никто никогда ничего не рассказывал. Дядя всегда шуткой переводил разговор на другую тему, а мама заявляла, что это не мое дело. Потом мне отказала Королевская Лаборатория, я расстроилась и даже бросила изготавливать зелья, бегала только на танцы. Родители стали надеяться, что скоро отдадут меня замуж, потому что в девках я засиделась. В двадцать один год молодые женщины без магии уже второго рожали.

— Можно, я поеду с вами? — спросила я отца, когда мужчины встали из-за стола.

— Если хочешь, то почему нет, — улыбнулся папа. Думаю, он даже немного обрадовался, когда я проявила интерес.

Едва я открыла входную дверь, как почувствовала себя так, будто мне на голову в шутку вылили ведро воды. Но плащ хорошо защищал одежду, поэтому промокнуть я не успела, пока бежала по лужам до машины.

— Ну и погодка, — покачал головой эрл Уилсон. — Когда я уезжал из столицы, то светило солнце.

— Дарвел находится севернее, поэтому здесь всегда на несколько градусов холоднее, чем в других городах Реклинеса, — объяснила я магу, чем вызвала у эрла Уилсона улыбку. Отец завел машину и мы медленно поехали, дворники отчаянно работали, но все равно не успевали справляться с потоком воды, который обрушился на городок.

— Я знаю, эрлита Рози, я ведь родился в Дарвеле и дом моих родителей недалеко от дома Перси, — произнес эрл Уилсон, и до меня вдруг дошло.

— Так получается, это ваша сестра, эрла Мэгги Фрай, держит магазинчик рядом с пекарней под названием «Лучшие замки Реклинеса»? — воскликнула я, вспомнив, как дядя Перси часто приглашал на ужин вдову и, когда я спрашивала про дату свадьбы, отвечал, что у них с эрлой Фрай лишь деловые отношения. Ну-ну, так я и поверила.

— Верно, он достался Мэгги от отца. Сестра тоже училась в Академии, после окончания сразу вернулась в Дарвел и вышла замуж. У Мэгги магия слабее, чем у меня, конечно, сестра способна создавать сложные замки, но вот мои пока еще никто не открывал, — похвастался эрл Уилсон.

Я подумала: «А вот сыщики решили, что бродяга вполне мог». Но промолчала. Всему свое время, не стоило торопить события. Почему-то я не сомневалась, что мне повезет, и я поговорю с эрлом Уилсоном.

Странное, удивительное ощущение все больше охватывало меня, пока мы ехали в машине к дому дяди Перси и болтали о повседневных делах. Словно я была на пороге великого открытия. Еще немного — и таинственная дверь в загадочный мир распахнется. Я задержала дыхание, как перед прыжком, едва машина остановилась. Отец и эрл Уилсон вышли первыми, побежали к серому дому, ничем не отличающемуся от десятка зданий вокруг. Эрла Хьюз быстро открыла дверь неожиданным гостям и ждала, пока я подбегу. Едва я запрыгнула на крыльцо, как молния ударила в землю, где секунду назад была моя нога. Грянул гром. Эрла Хьюз с вытаращенными от страха глазами схватила меня за руку и резко дернула в дом. Женщина быстро захлопнула дверь, будто увидела нечто ужасное за моей спиной.

— Ну и погодка, — ворчал отец, снимая плащ. Вода капала с ткани, образуя на полу лужу. Эрла Хьюз бросила на меня настороженный взгляд и, недовольно помычав, забрала у мужчин верхнюю одежду. Мне знаком показала, чтобы я бросила свой плащ на стул в коридоре. Мое сердце до сих пор бешено стучало в груди, и я все думала о том, что была в шаге от смерти и никто этого не заметил, кроме эрлы Хьюз. Но почему женщина прятала глаза? Она боялась, что я увижу ее страх?

Эрла Хьюз всегда меня недолюбливала. Стоило старой женщине зыркнуть маленькими черными глазками, как меня пробирало до дрожи. В детстве я всегда старалась поскорее скрыться, когда слышала тяжелую поступь эрлы. Она была высокой и крепкой женщиной. Седые волосы всегда прятала под красным платком, это был единственный яркий предмет ее одежды. Эрла Хьюз предпочитала черные вещи, возможно, поэтому кривилась, когда видела меня в светлых нарядах. Дядя Перси рассказывал, что разрешил жить в своем доме несчастной эрле, у которой не было никого в Дарвеле. А кто она? Откуда? Где ее семья? Ответов не было. Надо отдать ей должное: эрла Хьюз хорошо следила за домом и отменно готовила. И она любила Кэрол, поэтому, если мы оставались у дяди Перси на обед или ужин, всегда подкладывала средней сестре мяска посочнее или булочек послаще. Ладно, сдобу я не любила, а вот жареное мясо с овощами обожала. И когда эрла Хьюз отворачивалась, воровала из тарелки Кэрол сочные кусочки ягненка.

Бросив плащ на стул, я поспешила за мужчинами наверх в кабинет дяди. Непривычно тихо было в доме без Перси, обычно они с папой подшучивали друг над другом и хохотали так, что дрожали стены. Отец вздохнув, понуро поднимался по ступенькам, эрл Уилсон тоже молчал, ушел в себя, видимо, вспоминал прошлое, связанное с другом.

Когда мы похоронили дядю Перси, то у меня в голове возникла одна идея, но я все не решалась ее озвучить, потому что не была уверена в своих силах. Но когда эрл Уилсон распахнул дверь в кабинет, я поняла, что время для самостоятельной жизни пришло.

Вещи в комнате лежали так, как оставил их Перси. Раскрытая утренняя газета, ежедневник с отмеченными датами, чернильница и перо. Эрла Хьюз унесла грязную чашку из-под кофе, а вот стол не вытерла, и я с комом в горле смотрела на круглый след.

— Томас, — отец хриплым голосом позвал эрла Уилсона. Над столом висела большая картина с пейзажем, изображающим широкую реку с тонкой полоской песчаного берега. Отец отодвинул холст в сторону, под ним оказался небольшой сейф. — Ключ мы с Гвинет не нашли. Посмотрели везде, в письменном столе, в тумбочке спальни, даже в комоде искали. Моя жена — единственная наследница, а вдруг внутри сейфа есть какие-то важные документы. Мы же не знаем, были ли долги у Перси. Еще за аренду магазина скоро вносить деньги, нужен договор, без него в мэрии оплату не примут, пока магазин не переоформили на Гвинет. Вот такие дела.

— Ларри, не переживай, все замки в доме Перси созданы мной, так что откроем, — подмигнул эрл Уилсон отцу. Маг подошел к сейфу, дотронулся до толстого железа пальцами, потом приложил ухо, словно вслушивался.

— Рози, — прошептал папа и поманил меня. Я подошла к нему, и отец тихо сказал: — Я пойду к эрле Хьюз, узнаю, что у нее из продуктов осталось, да и так расспрошу, как дела.

— Она же не разговаривает, — я удивленно взглянула на папу, а сама обрадовалась. Вот и появился шанс поговорить с эрлом Уилсоном.

— Мы с ней общаемся знаками, к тому же эрла Хьюз — женщина ученая и умеет писать, — пояснил отец и, махнув мне рукой, вышел из кабинета. Я же решила начать издалека и невинным голоском спросила:

— Эрл Уилсон, а вы знаете, почему дядя Перси ушел из Министерства? — Маг замер, а потом медленно повернулся ко мне.

— Вы не в курсе? — поинтересовался мужчина, одновременно делая волнообразные движения правой рукой по всей поверхности сейфа.

— Нет, дядя Перси все отнекивался и меня отговаривал от подачи заявки в Королевскую Лабораторию. Но ведь там столько возможностей, столько можно узнать интересного. Я хочу снова попытаться на следующий год, — поделилась я секретом с эрлом Уилсоном. Дело в том, что моя семья решила, что я останусь в Дарвеле и буду вечно работать в магазинчике дяди Перси. Но это было их желанием, не моим.

— Вы правы, Министерство заинтересовано в развитии сотрудников. Перси был очень талантливым зельеваром, — эрл Уилсон поджал губы и снова повернулся ко мне спиной, продолжая странные манипуляции, теперь двумя руками. — Эрлита Рози, слышали ли вы о мире духов?

— Конечно, — озадаченно нахмурив брови, ответила я магу. Что за странный вопрос. В обычной школе время этой теме особо не уделялось. Но, так или иначе, все знали, что существует духовный мир, который служит условной границей между живыми и мертвыми. В Академии рассказывали более подробно. Если маг научится управлять своим телом, мыслями, то сможет отыскать вход в мир духов и проникнуть в него. — Многие известные маги совершили открытия после посещения этого мира. Знания, вот зачем он нам нужен.

— Верно, эрлита Рози. В Министерстве поощряют путешествия к духам, но они вовсе не безопасны. Мы, живые маги, там чужие, — рассказывал эрл Уилсон, а я слушала, навострив уши. Только бы поймать момент, чтобы спросить о черной книжке. — Поэтому наши возможности в мире духов ограничены, и мы не можем долгое время находится среди них. К тому же, там несколько уровней и очень много зависит от того, на какой ты попадешь. Немногие счастливчики встречали духа, который мог подсказать нужное, но чаще всего такие путешествия оказывались безрезультатными и даже опасными. В Министерстве вам никогда не скажут, сколько магов погибло.

Эрл Уилсон обернулся ко мне и повернул ручку на сейфе. Щелкнул замок, и дверца открылась.

— Какой же вы сильный маг, — произнесла я, не скрывая восхищения. — Эрл Уилсон, мне нужно с вами поговорить. Это серьезно…

В кабинет вошел отец, и я замолчала. Эрл Уилсон если и удивился, то не подал виду.

— Ларри, твое желание выполнено, — усмехнулся маг, шагнув в сторону, чтобы папа мог приблизиться к сейфу.

— Я знал, что ты справишься, спасибо, друг, — отец хлопнул эрла Уилсона по плечу, а затем начал доставать содержимое сейфа и складывать все на стол. — Так, это письма от заказчиков, как я понимаю.

Отец бросил пачку вскрытых конвертов.

—Еще бы понять, что Перси изготовил, а что нужно сделать, — пробормотал отец, доставая толстую красную папку.

— С заказами я могу помочь, дядя Перси вел журнал в магазине. Так что разобраться будет нетрудно , — сказала я, приблизившись к столу.

— Уже хорошо, — бросил на меня взгляд отец и открыл папку. Сверху лежал договор аренды магазина. – То, что нужно, Гвинет обрадуется.

Дальше шли документы на дом, машину, разрешение изготавливать опасные зелья, а также договора с ловцами и Отделом Городской Торговли.

— А это что? Завещание?! — ошарашенно молвил отец, он держал в руках документ, заверенный печатью и росписью адвокатской конторы «Клайд и Ко». — Рози, ты единственная владелица дома и магазина, а также ячейки в банке.

Я пораженно взглянула на мужчин и выдохнула:

— Вот так сюрприз.

Судьба явно была на моей стороне. Я хотела поговорить с родителями, чтобы они разрешили мне жить в дядином доме. Потому что здесь были лаборатория, книги и, возможно, я смогу обнаружить след, который привел бы к настоящему убийце.

Отец достал из сейфа небольшую деревянную шкатулку, открыл ее, и внутри мы увидели ключ с выбитым на нем десятизначным номером, золотое обручальное кольцо, которое принадлежало матери Перси, и маленькую записку со странными словами: «Он намо гуру деф».

— Какое-то магическое заклинание, — пожал плечами отец, передав бумажку эрлу Уилсону. Томас прочитал, загадочно взглянул на меня и протянул записку, чтобы я тоже посмотрела. Маг явно знал или догадывался, что значит этот набор букв.

— Это ключ от ячейки, — отец взял его и убрал в карман. Затем сложил в папку завещание, договор на аренду, остальное спрятал в сейф. — Томас, надо код. Лучше запиши мне, а то забуду.

Эрл Уилсон оглядел кабинет и ничего лучше не придумал, как оторвать кусочек от газеты. Маг обмакнул перо в чернильницу, быстро написал десять цифр и черточками отделил три из них. Затем Томас стал учить отца, как открыть сейф. Надо было набрать код из трех цифр на замке, нажать два раза на большую кнопку посередине, а потом ввести еще семь и давить, пока не щелкнет замок. У отца все получилось только с третьего раза. Он даже вспотел от волнения и раскраснелся.

— Надо бы эрлите Рози еще попробовать, теперь ваша дочь хозяйка в этом доме, — улыбнулся эрл Уилсон. Отец кивнул, отойдя в сторону, чтобы я смогла подойти к сейфу. У меня получилось с первого раза, и цифры я тут же запомнила, поэтому отказалась записать шифр.

— Вот что значит молодость. Когда-то и я был шустрым, а теперь даже сообразить толком не могу, — проворчал отец и уже ласково добавил: — Поздравляю, Рози. Перси сделал все правильно. За магазином никто лучше тебя не присмотрит.

— Папа, — я подошла к нему, и мы обнялись. В это мгновенье каждый из нас вспоминал дядю Перси. Я шмыгнула носом и посмотрела в блестящие от слез глаза отца. — Я хочу переехать….. сюда. Завтра.

— Что? — папа удивленно уставился на меня.

— Мне двадцать один год. Замуж я пока не собираюсь, к тому же у меня есть цель. Я хочу работать в Министерстве и развивать свою магию. Хочу, чтобы мои зелья приносили не только радость, но и помогали. В доме дяди Перси много книг по зельеварению, есть лаборатория, нужные ингредиенты. Я в любой момент займусь учебой или работой, — тараторила я, чтобы не дать отцу возможности возразить.

— Рози, но что скажут люди и… мама, — папа пытался меня образумить. К моему удивлению, на мою защиту встал эрл Уилсон.

— Ларри, твоя старшая дочь — маг, не сравнивай ее с другими. Простым девушкам надо выскочить замуж до восемнадцати лет, а эрлита Рози и в тридцать будет завидной невестой. Не забывай, что маги живут дольше людей и стареют медленнее. Я старше тебя на десять лет, а выгляжу моложе.

Это действительно было так. У папы давно появились брюшко и седина на висках, а на макушке лысина. Да и мама по внешнему виду уступала дяде Перси, хотя была младшей сестрой. Раньше я об этом никогда не задумывалась, а после слов эрла Уилсона вдруг поняла, почему пекарь Хамфри вечно недовольно хмурил брови и здоровался сквозь зубы, когда видел меня с Патриком. Маги создавали семьи друг с другом, а с обычным человеком редко, только по большой любви. Патрик мне нравился, но моя магия была для меня важнее.

— Пришла пора отпустить дочь, Ларри, —- спокойно произнес эрл Уилсон. — Ты ведь знал, что это время придет.

— Но не думал, что оно наступит так скоро, — вздохнул отец.

— Папа, ну что ты драматизируешь, — не выдержала я и рассмеялась. — Я же никуда не уезжаю. Остаюсь в Дарвеле, и мне очень нужна будет твоя помощь с магазином. Одна я не смогу туда… войти.

— Конечно, дочка, — отец приобнял меня за плечи. — Я был так горд, когда узнал, что в моей семье родилась девочка с магией. Золотистый обруч украшал твою голову в первый год жизни, а потом исчез, и ты стала развиваться быстрее сверстников. Рано заговорила, начала читать и писать. Что ж, маги часто живут одни и ты уже взрослая, но для меня ты всегда останешься малышкой Рози.

— Папа, — я растрогалась и снова шмыгнула носом.

— Все, хватит слез, их и так было много сегодня, — грубовато заявил отец. — Поехали домой, только маме завтра все скажешь.

Пока мы спускались по лестнице, я шепнула эрлу Уилсону:

— Когда я с вами могу поговорить? Дело срочное.

— Завтра, эрлита Рози. Давайте встретимся в полдень, в кафе «Ронс». Знаете, где это? — успел шепнуть мне маг, прежде чем мы оказались внизу. Я кивнула, еще бы мне не знать. Кафе находилось рядом с железнодорожным вокзалом. Далековато от моего дома, но ничего. Эта встреча была нужна мне, а не эрлу Уилсону. Мы попрощались с эрлой Хьюз и покинули дом дяди Перси. Противный мелкий дождь продолжал поливать Дарвел.

Глава 3

На удивление, сегодня все утро светило солнце и к обеду практически не осталось мелких луж. С мамой я решила поговорить после встречи с эрлом Уилсоном, потому что беседа с ней затянется надолго. Накинув пальто и убрав под шляпку волосы, я вышла на улицу и поспешила к остановке. В Дарвеле был только один маршрут трамвая, который колесил по кругу. Ждать пришлось недолго и вскоре я уже тряслась в трамвайчике, поглядывая на часы. Опоздать не должна была. Задумавшись, с чего начать разговор, я не замечала серых, одинаковых зданий с красными крышами, узких улиц и горожан, которые радовались хорошей погоде в выходной день.

— Здравствуйте, эрлита Вуд, — неожиданно надо мной раздался знакомый голос, и я взглянула на Патрика. Рыжие волосы парня беспорядочно торчали из-под черной кепки, куртка расстегнута, но зато темно-зеленый шарф был обмотан вокруг шеи. Патрик слегка улыбнулся, но карие глаза оставались серьезными и внимательно наблюдали за мной.

— Добрый день, эрл Хамфри, — внутренне я уже решила, что ничего у нас с Патриком не выйдет. Пусть мы живем в одном городе, но словно в разных мирах.

— Сегодня отличная погода, по-весеннему теплая, — произнес Патрик, присаживаясь на сиденье напротив меня. В трамвае было мало пассажиров, в выходной день все предпочли прогулку по городу. — Отец послал меня на вокзал, купить билеты в столицу. В понедельник мы поедем в Эндерби, хотим прогуляться по местным булочным, посмотреть, чем торгуют в главном городе страны.

— Загляните обязательно к эрле Джекинс, у нее пекарня рядом с Академией, там продаются такие вкусные булочки с корицей. Я равнодушна к стряпне, а мимо никогда не проходила, — вспомнив беспечные студенческие годы, я невольно улыбнулась Патрику.

— Вы любите корицу? Я для вас испеку целую гору булочек с корицей, — эрл Хамфри снял кепку, рыжие кудри переливались в свете солнечных лучей. Такому цвету волос наверняка завидовали многие эрлы и эрлиты в округе, а некоторые специально красились. — Приходите завтра или давайте я вам принесу…

— Эрл Хамфри, куда мне столько, — рассмеялась я. Тягостное настроение медленно рассеивалось от обаятельной улыбки парня.

— А вы куда направляетесь, если не секрет? — поинтересовался Патрик, щурясь от солнца и смешно морща конопатый нос.

— Проводить друга дяди Перси, эрла Уилсона. Он сегодня уезжает в Эндерби, а мне необходимо с ним поговорить, — мысли об убийце Перси снова возвратились, я вздохнула, словно из прекрасного сна вернулась в реальность.

— Нам с вами по пути, я вас провожу и побегу на вокзал, — Патрик обрадовался, когда узнал, что мне тоже выходить на остановке рядом с железнодорожным вокзалом. Парень всю дорогу болтал ни о чем, старался развеселить меня, рассказывая, как он в семилетнем возрасте поехал с семьей в столицу и впервые ходил в зоопарк, где потерялся. — Я засмотрелся на огромного льва, а потом оглянулся, а родителей и старшего брата рядом не оказалось. Так я не растерялся, решил взобраться на дерево и сверху их увидеть. Залезть-то я залез, а назад… никак. Страшно стало. «Помогите! Люди!» — начал кричать на весь зоопарк. Собрал всех посетителей, и родители с братом нашлись.

Трамвай остановился на нужной остановке, и мы поднялись, чтобы выйти на улицу.

— А вы, наверно, магазин будете продавать? — неожиданно спросил Патрик, когда я шагнула на тротуар.

— Нет, теперь я хозяйка и дома, и магазина. Дядя оставил завещание на мое имя, — ответила я, решив, что скрывать ни к чему. Скоро горожане все равно узнают.

— Значит, вы останетесь жить в Дарвеле? — удивился Патрик, а взгляд карих глаз сделался серьезным. — И передумали насчет Министерства?

Я сначала опешила. Откуда Патрик мог знать о моих планах? А потом вспомнила, как обо всем рассказала ему, когда мы после танца, запыхавшись, пили яблочный сок. Теперь же я была осторожна и решила ничего больше не говорить.

— Эрл Хамфри, не знаю, что будет дальше, я даже не думала. Пока остаюсь. Вы простите, но мне в другую сторону. Эрл Уилсон наверняка уже ждет меня в кафе. До свидания.

Я попрощалась с Патриком и поспешила в сторону серого здания с вывеской «Ронс», которое располагалось напротив железнодорожного вокзала. Про эрла Хамфри я тут же забыла, на мгновенье перед глазами мелькнула страшная картинка с мертвым дядей Перси на столе, вызвав дрожь во всем теле. Пересилив себя, я открыла дверь в кафе и уже внутрь вошла уверенная эрлита, решившая получить от мага ответы на все вопросы.

Эрл Уилсон сидел в дальнем углу и приветственно помахал мне рукой. В кафе оказалось совсем немного народу, двое мужчин заняли столик в центре, а женщина с маленькой девочкой ели мороженое за столиком возле окна.

— Здравствуйте, эрлита Рози. Какая сегодня прекрасная погода, весна балует Дарвел, — поздоровался со мной эрл Уилсон, вставая из-за стола и пододвигая мне стул. — Что будете? Позвольте порекомендовать вам шоколадное пирожное, называется «Ночная нимфа». Очень вкусное, я всегда его заказываю, когда захожу в это кафе.

—Если там много шоколада, то попробую, — согласилась я.

Эрл Уилсон сделал заказ и, слегка помешивая ложку в чае, произнес:

— Вы такая серьезная, эрлита Рози. Видимо, разговор у нас с вами предстоит непростой.

— Еще какой, эрл Уилсон. Не верю я, что бродяга мог убить дядю Перси, — тихо, но твердо сказала я. Черная бровь мага дернулась, и на мгновенье он перестал двигать рукой, а потом снова продолжил мешать. Официант принес мне зеленый чай и пирожное с шоколадной начинкой. Чтобы успокоить нервы, я решила попробовать бисквит. Вкус оказался бесподобным, нежнейший молочный шоколад таял во рту.

- Сомневаетесь в работе сыщиков? — эрл Уилсон сделал глоток чая и откинулся на спинку стула. Серые глаза мага таинственно наблюдали за мной. Возможно, никому другому я бы не доверилась, но эрл Уилсон был дядиным другом детства и хорошо знал моих родителей. Поэтому я выдала все свои подозрения: что дверь за мной дядя Перси закрыл, а значит, бродяга войти не мог. Но даже если вошел каким-то непонятным образом, то с крепким зельеваром так легко бы не расправился. Еще я рассказала о странном сне и о своем воспоминании из детства.

— Книга с черной обложкой у вас? — спросила я эрла Уилсона, который с каждым моим словом хмурился все сильнее. Маг подался вперед и положил горячую руку на мою.

— Эрлита Рози, я не удивлен вашей проницательности. Зельевары никогда не слыли глупцами. Я уверен, что этого несчастного бродягу подставили. Защитить бедолагу некому, а Департамент сыщиков рад был побыстрее закрыть дело. Я решил как можно скорее вернуться в столицу, чтобы навестить одного частного сыщика, эрла Генри Хардмана. Только он сможет нам помочь, — маг взглянул на часы. — Простите, мне нужно бежать, чтобы не опоздать на поезд. Я вам позвоню или напишу, эрлита Рози. Вы должны будете встретить эрла Хардмана и все ему рассказать, а также показать лабораторию, где совершилось убийство.

Эрл Уилсон поднялся и взял сумку, которая стояла возле стула.

— Подождите, — я схватила мага за рукав. — А книга?

— Иногда знания очень опасны, эрлита Рози, и прошу вас, не верьте всему, что будет с вами происходить во сне, — маг снова посмотрел на часы. — Мой поезд отходит через десять минут, мы с вами еще увидимся. Нам предстоит долгий разговор, но его лучше провести не в общественном месте и в спокойной обстановке.

Эрл Уилсон похлопал меня по плечу и выскочил из кафе, я смотрела, как он бежит к железнодорожному вокзалу. Итак, не я одна сомневалась, это уже радовало. Оставалось только дождаться незнакомого сыщика и новой встречи с эрлом Уилсоном. Но прошла неделя, началась вторая, а известий никаких не было.

Родители мой переезд восприняли болезненно, но согласились со мной, что развивать магию необходимо, а лучше всего это делать в доме дяди Перси, где есть все приспособления. Сначала я думала, что эрла Хьюз съедет, но женщина осталась. Она продолжала убираться в доме и готовить, даже завтракала со мной по утрам, не сводя мрачноватого взгляда с моего лица. Вскоре я привыкла и уже не обращала внимания. Черную книжечку я в доме дяди не нашла и решила, что в следующий раз эрл Уилсон не уйдет от ответа.

Труднее всего дела обстояли с магазином. От сложных заказов пришлось отказаться с объяснениями и извинениями, но клиенты все поняли и принесли соболезнования. Я взялась за легкие зелья, их было немного, поэтому я могла вполне успеть по срокам. Мама уволилась со швейной фабрики, где работала бухгалтером и стала помогать мне, встав за прилавок. Мебель из лаборатории я выкинула, отец привез другую, более светлую. Мы поставили стол не рядом с окном, а возле стены, которую перекрасили в нежно-зеленый цвет. Смена обстановки пусть и не дала забыть страшное происшествие, но помогала сосредоточиться на деле, и я перестала заходить в лабораторию с дрожью в ногах.

— Рози, не представляю, как ты там работаешь, — сказала эрла Дарем, сочувственно взглянув на меня, когда мы утром в понедельник встретились возле ее магазина. — Ты очень сильная, если после всего продолжаешь оставаться там. Ой, прости. Не хотела напоминать, сказала, не подумав.

Салли взяла меня за руку и через тонкие перчатки я ощутила тепло ее ладони. Вздохнув, я призналась:

- Мне тяжело, но я стараюсь. Как могла, изменила обстановку. Дядя Перси… был равнодушен к цветам, а я заставила горшками весь подоконник. Повесила свой портрет, его рисовала Кэрол, моя сестра. Она хочет стать художницей, путешествовать по миру и разбивать мужские сердца, — я улыбнулась, вспомнив наивные мечты Кэрол. Если бы в ее крови была хоть толика магии, то сестра бы поступила в Академию и ее мечты вполне могли сбыться. Отец не позволит Кэрол опозорить семью, после школы сестру ждало замужество, дети. Конечно, рисовать ей никто не станет запрещать, и Кэрол вполне сможет работать в художественной школе. Разве плохое будущее? Нет, лучше моего. Потому что меня ждало одиночество. Я твердо решила не выходить замуж, а во что бы то ни стало устроиться в Министерство.

— Доброе утро, эрлита Вуд, — поприветствовал меня еще один сосед, эрл Сандерс. Он приподнял фетровую шляпу, которую сшил сам. Моя синяя шляпка тоже была его творением. Все жители Дарвела покупали головные уборы в лавке «Парад шляп», даже из соседних городов приезжали. Вообще, магазинчик дяди Перси располагался удачно. Рядом с эрлом Сандерсом снимала помещение модистка, дальше сапожник; с другой стороны — магазины косметики эрлы Дарем, парфюма, цветов, пекарня и лавка сестры эрла Уилсона. За магическими штучками спешили все, даже если сначала не намеревались их покупать. А когда я придумала зелье, которое, пусть и временно, убирало темные круги под глазами, мелкие морщины и придавало свежесть лицу, то порой в магазинчике скапливалась очередь, и тогда я бежала помогать маме обслуживать покупателей. Сначала мы с ней думали, что после убийства дяди Перси люди побоятся заходить в наш магазин, но оказалось все наоборот: страшная трагедия притягивала любопытных горожан.

— Доброе утро, — я поздоровалась со шляпником, который пригладил черные усы. На вид ему было около сорока лет, зеленые глаза на остроносом лисьем лице лукаво изучали меня. Хозяйка магазина косметики не выносила эрла Сандерса. Считала его хитрым пройдохой, который обаятельно облапошивает покупательниц. Сам же шляпник называл эрлу Дарем завистливой мегерой, умевшей только красить губы, а не продавать. Поэтому, когда появился эрл Сандерс, эрла Дарем фыркнула и пошла открывать свой магазин.

— Сколько злости в этой женщине, она чувствуется даже на большом расстоянии, — усмехнулся шляпник, провожая взглядом статную эрлу. Затем взглянул на меня и дружелюбно произнес: — Эрлита Вуд, я вас все хотел спросить, да не было случая. Как удачно, , , что сегодня мы с вами встретились. Вы не планируете закрыть магазин?

— Нет, откуда у вас такие мысли?— я была неприятно удивлена вопросом шляпника.

— Люди болтали, что вы хотели избавиться от напоминания об ужасном событии. Передумали? А то я нашел новых арендаторов, — эрл Сандерс усмехнулся, а я возмущенно воскликнула:

— Я считала вас умным мужчиной, а вы поверили злым сплетням.

— Простите, не хотел вас задеть Тогда вам надо заменить вывеску, — неожиданно шляпник перевел взгляд за мою спину, а потом снова посмотрел на меня и лукаво произнес: — Эрлита Вуд, а вы не думали совместить зелье и стряпню? Ваши булочки будут раскупать, я уверен.

— Что? — я нахмурилась и оглянулась. Патрик с широкой улыбкой нес поднос, укрытый полотенцем, рядом с ним шла мама. Они о чем-то мило беседовали и даже посмеивались над какой-то шуткой.

— Доброе утро, Рози, — слишком жизнерадостно сказала мама. — А я и не знала, что вы близко знакомы с эрлом Хамфри. Оказывается, он хотел поздравить папу с днем рождения. Жаль, что не вышло… Но зато смотри, какие красивые и ароматные булочки эрл Хамфри приготовил специально для нас.

— Доброе утро, эрлита Вуд. Они с корицей, как вы любите, — добавил Патрик. Я не видела его неделю и, к своему неудовольствию замечала, что каждый раз, когда проходила мимо пекарни, ждала, что рыжеволосый парень выйдет со мной поздороваться. Я кивнула Патрику и повернулась, чтобы открыть магазин. Единственный ключ был у меня, да и замок подчинялся только хозяйке магазина. Эрл Хамфри продолжал говорить:

— Мы вчера с отцом вернулись из столицы. Там уже вовсю цветут деревья и цветы.

Я ощутила, как магия коснулась моих пальцев, проверяя. Затем щелкнул замок, и я толкнула дверь внутрь, тут же колокольчики приветственно зазвенели.

— Ничего, скоро и мы дождемся тепла, — заверила Патрика мама, шагнув за мной следом. Сын пекаря не отставал и соблазнительный аромат булочек с корицей разносился по магазину все сильнее. Мама ушла раздеваться в подсобку, и я услышала, как она впервые за все дни, прошедшие после смерти дяди Перси, напевает веселый мотив.

— Эрлита Вуд, куда поставить поднос? — спросил эрл Хамфри и я, ничего лучшего не придумав, показала на прилавок.

— Вот сюда. Ах, вы сошли с ума, — вырвалось у меня, когда Патрик положил поднос и убрал полотенце. Целая гора румяных плюшек, которую мы даже с мамой вдвоем не осилим.

— Я же вам обещал, — произнес эрл Хамфри, и я почувствовала, как раздражение, вызванное эрлом Сандерсом, растаяло от лучистой улыбки сына пекаря.

— Спасибо, — тихо поблагодарила я, отчего-то смутившись под пристальным взглядом парня.

— Давайте пить чай, пока нет покупателей, — предложила мама, вернувшись из подсобки.

— Приятного вам аппетита, а я побежал в пекарню, а то от отца влетит. Хорошего вам дня! — пожелал Патрик и, бросив на меня быстрый взгляд, покинул магазин под звон дверных колокольчиков.

— Какой хороший сын у эрла Хамфри. Сам пекарь всегда такой мрачный, и жена у него вечно с недовольным лицом. Старший сын у них учится в столице, наверно, ездили его проведать. Рози, я же тебе письмо принесла, сейчас, — мама снова убежала в подсобку, а я не удержалась и взяла одну еще теплую булочку. Вдохнула аромат корицы и откусила приличный кусочек.

— Вкусно, — сообщила я вернувшейся матери, даже глаза закатила от удовольствия. — А от кого письмо?

У меня не было предположений, возможно, от друзей-студентов или...

— От эрла Уилсона. Он отправил письмо мне, так как не знал, переехала ты уже в дом Перси или еще нет. Держи, — мама протянула мне письмо, а я взяла его, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.

— Пойду, почитаю, — и быстрым шагом направилась в лабораторию. Наконец-то я дождалась известий от мага. Сзади послышался звук колокольчиков, а затем мамин голос:

— Доброе утро! Нет, булочки мы не продаем, это нас угостили соседи. Сейчас я их унесу, а вы пока выбирайте…

Я буквально влетела в комнату и, прижавшись спиной к двери, на мгновенье прикрыла глаза. Затем присела на стул, булку отложила в сторону и липкими пальцами вскрыла конверт. Я не могла терять время на мытье рук, поэтому достала письмо и начала читать.

Здравствуйте, эрлита Рози.

Надеюсь, у вас все хорошо. К сожалению, удача пока не на нашей стороне. Сыщик Хардман отказался помочь, объясняя это тем, что не связывается с зельеварами, назвав их самыми подлыми магами на свете. Жаль, конечно. Это один из самых опытных ищеек во всем Реклинесе. Я знаю причину такой ненависти, поэтому настаивать не стал. Не переживайте, я что-нибудь обязательно придумаю и постараюсь в ближайшее время приехать в Дарвел. В Министерстве загрузили работой, но я вырвусь. Обещаю.

Эрлита Рози, и ответ на ваш вопрос — была утеряна. Все подробности при встрече, в письме все не расскажешь, да и ненадежно. Ждите меня примерно дней через десять.

До свидания! Передавайте от меня привет всей вашей семье.

Эрл Томас Уилсон.

Я ощутила горькое разочарование и злость, причем одновременно. Письмо выскользнуло из рук, упало на пол, а я, поставив локти на стол, положила голову на ладони. Что теперь делать? Я так надеялась на мага и ждала сыщика. Непрошеные слезы появились в глазах, но я быстро их вытерла. Ничего, порой у дяди Перси не получалось сразу создать сложное зелье, так он выходил из лаборатории и, по его выражению, «проветривал голову», а потом возвращался и… зелье получалось еще лучше, чем планировалось. Все не так страшно, как кажется на первый взгляд. Если самой попробовать начать расследование? Сначала поговорить с эрлой Дарем, вдруг она вспомнит что-то подозрительное, все-таки она тогда допоздна оставалась в своем магазине. В общем, надо проветрить голову и обдумать каждый шаг.

Глава 4

«Проветривать голову» я отправилась перед обедом. Собрала в сумку готовые и упакованные зелья, чтобы отнести их на почту и отослать заказчикам. Мама пожелала мне удачи, а сама взяла тряпку и стала проводить влажную уборку, пока не появились покупатели. Я направилась мимо магазина шляпника, дальше по улице Кэмпбелл. Почта находилась на противоположной стороне за площадью, недалеко от банка, который на прошлой неделе мы посетили с отцом. Представительный сотрудник, когда я показала ему ключ и дядино завещание, проводил меня через длинные коридоры и множество охраняемых дверей, пока мы не оказались в огромном помещении.

Однажды я побывала в столичной библиотеке и меня поразили высокие шкафы до потолка, они стояли рядами, заполненные книгами. Банковские ячейки располагались на таких же стеллажах и напоминали закрытые ящики для письменного стола. Сотрудник банка отвел меня в специальное помещение и попросил подождать. Я оглядела почти пустую комнату и присела на мягкий диванчик, рядом с которым стоял журнальный столик, и больше никакой мебели не было. Через несколько минут мужчина вернулся с закрытой ячейкой в руках, на ее ручке был выбит десятизначный номер, такой же, как на ключе. Осторожно положив ячейку на стол, сотрудник банка сказал:

— Как закончите, нажмите сюда, и я вернусь за вами, — эрл указал на красную кнопку в стене возле двери, и покинул помещение.

Разволновавшись, я некоторое время смотрела на ящик, думая о дяде Перси и совсем не представляя, что он мог хранить в банковской ячейке. Наконец, решившись, я вставила ключ в замок и повернула в правую сторону. Ящик вспыхнул красным огнем и открылся.

— Создатель, — ахнула я, глядя на золотые слитки. Да здесь хватит на всю мою семью и еще следующему поколению достанется. В жизни я не видела столько драгоценного металла. Папа, когда узнает, будет в шоке. Я взяла один брусок, решив его обналичить тут же в банке. Содержать магазин совсем недешево, так как от дорогих заказов пришлось отказаться. Осторожно перекладывая золотые слитки, я заметила под ними плотную желтоватого цвета бумагу, сложенную вчетверо. Достав ее из-под низа, я развернула и сразу догадалась, что передо мной карта. Только не города или Реклинеса, а с какими-то странными названиями: «Остров летающих облаков», «Море забвения», «Город пустых улиц». Карту рисовал дядя, я узнала его почерк. Штрихами он обозначил города, тонкими линиями дороги, также были изображены реки и озера, леса. Темным цветом закрашено место в верхнем углу карты, а рядом нарисованы несколько крестов и название «Хмур», внизу я заметила предложение написанное мелкими буквами : «он намо гуру деф». Те же слова были на листочке в дядином сейфе. Эрл Уилсон тогда сказал, что не знает, что они значат, но в том, что слова несут магическую составляющую, можно не сомневаться. Только, прежде чем их применять, надо выяснить для чего они, чтобы обезопасить себя и окружающих.

Карту я решила оставить в ячейке: если Перси ее здесь спрятал, значит, она очень важна. Взяла слиток и, представив, какой будет вид у отца, когда он меня с ним заметит, хмыкнула. Банк я покидала обеспеченной эрлитой, папа же светился от счастья, но продавать старенькую машинку, чтобы купить новую, отказался.

— Ни к чему, Рози, людям знать, что мы теперь богаты. Перси это золото не принесло добра. Поверь, проблем не оберемся, люди сами по себе очень завистливые существа. Пусть все останется, как прежде.

Я согласилась с папой, и мы с ним договорились снимать деньги только в крайнем случае.

А теперь, прошагав мимо банка, я свернула на узкую улочку, которая вела к почте. Мне повезло, народу оказалось немного, и через час я уже шла обратно. Прошлая неделя напоминала забег, я и спала всего пять или шесть часов, чтобы успеть выполнить заказы. Сейчас стало немного легче и мысли возвращались к странным магическим словам. У дяди Перси в библиотеке было полно книг о мире духов, интуиция подсказывала, что ответы надо искать в том загадочном мире. С каждым шагом я все яснее осознавала, что пора начать действовать и перестать надеяться на эрла Уилсона.

Семнадцать дней прошло с убийства дяди, я почти пришла в себя, хоть память не давала забыть тот страшный день. Вот и сейчас ярко светило солнце, птички грелись в его лучах и весело щебетали. Дети с радостным смехом бежали по тротуару мимо влюбленных парочек. А я погрузилась в мысли и не замечала ничего вокруг, очнулась только когда до моей руки дотронулись.

— Эрлита Вуд, — обратилась ко мне миловидная женщина с обаятельной улыбкой. Белая шляпка прятала ее голубые глаза и светлые волосы от солнца. Сестра эрла Уилсона расстегнула красное пальто, ее грудь часто поднималась и опускалась, как после бега. — Я вам кричала, а вы меня не слышали. Еле догнала вас.

— Здравствуйте, эрла Фрай, простите, задумалась, — произнесла я, невольно улыбнувшись в ответ и подмечая общие черты с эрлом Уилсоном. Такой же прямой нос, идеальной формы темные брови. Только если дядин друг держался просто, то его сестра смотрела с легким высокомерием, словно была какой-то особенной.

— Я вас прекрасно понимаю, — эрла Фрай взяла меня под руку, и дальше мы пошли вдвоём. — Без Перси мне очень сложно, я скучаю по нему, по нашим разговорам. Если вдруг вам однажды станет невыносимо грустно или одиноко, приходите. Я живу на улице Брайд, дом восемнадцать. Поболтаем о девичьем или о мире духов.

Последние слова эрла Фрай прошептала и подмигнув, произнесла:

— Хорошего дня, эрлита Вуд. Если понадобятся отличные замки, заглядывайте в мой магазинчик «Лучшие замки Реклинеса».

Женщина поспешила вперед, а мне так хотелось окликнуть ее и спросить, что она знает о духах, их мире. Решив, что на днях обязательно заскочу в гости к эрле Фрай, я поспешила к своему магазину, возле которого собралось уже человек десять покупателей.

— Эрлита Вуд, здравствуйте, — воскликнула постоянная клиентка, эрла Девейн. Она недовольно качала головой, и ее пухлые щеки надувались еще больше. — Я так спешила к вам за удивительным зельем, а тут… Понимаете, у меня завтра важная встреча.

— И у меня, — поддакнула эрле Девейн высокая, тощая женщина с кудрявыми, крашенными в рыжий цвет, волосами. За ней возмущенно заголосили другие, не обращая внимания на мою просьбу чуточку подождать. Я неожиданно разнервничалась, не понимая, почему мама закрыла магазин в час пик. Ключ не сразу попал в замок, перед глазами снова была лаборатория, дядя, стол и… спица. Распахнув дверь, я залетела в магазин с криком:

— Мама!

И тут же бросилась в подсобное помещение, откуда она уже выходила.

— Тихо, Рози, — мама приложила указательный палец к своим губам. — Приехал важный эрл от Томаса. Он сейчас в лаборатории…

— Эрла Вуд, мне срочно нужно зелье… ну вы знаете, какое, — раздался раздраженный голос эрлы Девейн. — Я не могу долго ждать.

— Иди к покупателям, я поговорю с эрлом, — а сама подумала, что доверять незнакомцам в наше время никак нельзя. Первое, что сделаю, этот попрошу документы. Я открыла дверь в лабораторию и замерла. Ко мне спиной стоял высокий мужчина в черном пальто. Незнакомец держал руки в карманах и, подняв лицо, словно принюхивался.

— Здравствуйте, эрлита Вуд, —раздался приятный мужской голос, и незваный гость повернулся. Он оказался красивым темноволосым эрлом с аккуратными чертами лица, около тридцати лет. Глубоко посаженные проницательные глаза, черные, как два таинственных омута, с интересом разглядывали меня. Незнакомец улыбнулся краешком четко очерченных губ и наконец представился. — Сыщик Генри Хардман.

Наверно, у меня было такое изумленное лицо, потому что эрл усмехнулся и произнес:

— Вижу, не ожидали меня увидеть.

— Вы правы, — выдохнула я, невольно сделав шаг назад. — Эрл Уилсон сообщил, что вы отказали в его просьбе.

Томас написал, что сыщик отрицательно относится к зельеварам, но пока я не заметила презрения или ненависти в черных глазах. Они пугали и затягивали одновременно. Я поймала себя на мысли, что беззастенчиво разглядываю эрла Хардмана. С ищейками мне редко приходилось общаться даже в Академии. В основном это были парни спортивного телосложения, которые часто отправлялись в поход на несколько дней, чтобы развивать магию. Мы зельевары, больше времени проводили в стенах лаборатории, осваивая науку и корпя над томами рецептов. Нас учили прислушиваться к интуиции, или, другими словами, к магии, потому что настоящий зельевар легко может приготовить незнакомое зелье и без рецепта.

— У меня появились причины взяться за дело, которое вроде как раскрыл Департамент сыщиков. Я пытался увидеть, что здесь произошло, когда вы вошли, — эрл Хардман указал на окно. — Раньше стол стоял там, верно?

— Мама вам сказала, что мы сделали перестан…

— Нет, эрла Вуд лишь проводила меня в лабораторию. Или вы не в курсе, что ищейки способны видеть, как располагались предметы в момент преступления? — Усмешка сыщика стала шире, чем вызвала мое раздражение.

— Откуда я могу знать, как работает ваша магия? Уверена, вы не в курсе, как я создаю зелья, — дернула я плечом и сняла шляпку. Неожиданно в комнате стало жарко, и я расстегнула верхние пуговицы пальто.

— Отчего же, вы вызубрили рецепты и спокойно варите зелья, а ваша магия помогает усилить их действие, — снисходительно пояснил ищейка. Я бы с большим удовольствием кинула ему в лицо шляпку, но удержалась, потому что эрл Уилсон сказал — только этот сыщик может мне помочь. Удивительно, что Эрл Хардман передумал. — Лишь единицы способны создавать настоящие рецепты, ваш дядя был именно таким зельеваром. Пока неясен мотив убийцы, тем интереснее будет его понять.

Сыщик подошел к тому месту, где раньше находился сейф. Сейчас там стоял шкаф с ингредиентами. Мне хотелось поспорить с эрлом Хардманом, сказать, что он не прав. Все зельевары умеют создавать новые рецепты, и с возрастом этот навык развивается. Уверена, наглый ищейка не сразу стал таким непревзойденным сыщиком. Но заставила себя не реагировать, спорить с упрямцами бесполезно, только нервы мотать.

— Департамент сыщиков решил, что бродяга случайно убил дядю во время грабежа магазина, — сказала я, подойдя к окну, чтобы его открыть и впустить свежего воздуха. Цветы в горшках на подоконнике вовсю цвели и тянулись к солнечным лучам.

— Он был здесь, эрл Джулан Джерси.

Я удивленно взглянула на сыщика, а тот лишь таинственно сверкнув глазами, продолжил оглядывать комнату.

— Это имя бродяги, эрлита Вуд. Когда вы сделали перестановку в лаборатории, то стерли все признаки преступления, но в магазине и подсобке я заметил туманный шлейф следа эрла Джерси. Правда, он уже хорошо разбавлен покупателями, вами и вашей мамой. Ищейки из Департамента видели след яснее и поймали бы эрла Джерси в любом случае, только он выдал себя раньше, когда начал сбывать краденые ингредиенты.

— Это вам эрл Уилсон рассказал? — тихо спросила я, внутренне сжавшись, осознав, что натворила, когда решила все изменить в лаборатории. Но откуда… я могла знать…

— По дороге сюда я заехал в Департамент и ознакомился с делом. На бумаге все выглядит идеально, но эрл Уилсон рассказывал, что у вас были сомнения. Вы считаете, что бродяга не мог открыть магический замок. Верно?

— Вы думаете иначе? — пришла моя очередь усмехаться.

– А если я вам скажу, что спица, которой был убит ваш дядя, оказалась магической? – как бы между делом добавил сыщик, делая шаг в сторону двери. Эрл Хардман остановился, повернулся ко мне и двинулся к окну. Я замерла, усмешка медленно сползала с моих губ. — Странно, да?

Ищейка стоял так близко, что мне пришлось смотреть в черные глаза, они напоминали об опасности. Эрл Хардман разговаривал как настоящий представитель королевской власти, но в его движениях и взгляде проскальзывало, что-то дикое, неуправляемое. Словно сыщик давал понять, что никакие правила не загонят его в клетку.

— Эрл Джерси рассказал, что спицу нашел давно, она помогала убивать крыс, птиц и другую мелкую живность. Бродяга уверял, что обороняясь, избавил мир от еще одного демона, а власти снова не оценили его работу.

Сыщик все говорил, а я возвращалась в прошлое, в тот жуткий роковой день.

— Эрл Джерси хотел лишь погреться, а тут открытый магазин. Бродяга решил, что ему повезло, и пошел искать, чем подкрепится, так он и оказался в подсобке. Эрл Джерси услышал шорох в лаборатории и решил осторожно посмотреть, что там. Ваш дядя набросился на бродягу, и он, защищаясь, выхватил спицу.

Я обхватила себя за плечи, все, больше погружаясь в воспоминания. По моему телу пробежала дрожь, когда я мысленно вновь подходила к столу и видела дядю Перси, его кровь и темнеющую пустоту вместо глаза. В носу запершило от сладкого, противного запаха смерти, а во рту появился неприятный металлический вкус.

— Испугавшись, эрл Джерси усадил погибшего на стул, словно зельевар уснул. Убийца осмотрел открытый сейф, нашел дорогие ингредиенты, прихватил их с собой и дал деру. Ах да, еще вырвал левый глаз, думал, запутает сыщиков. Вот и все, эрлита Вуд.

«Нет!» Моя интуиция кричала, что это был не бродяга. Даже если спица оказалась магической штучкой, с сильным магом не так-то просто справиться.

— Я терпеть не могу зельеваров, — неожиданно жестко произнес эрл Хардман. — Один из вас оставил меня сиротой, но другой подарил надежду — и это был Перси. Мои услуги дорого стоят, эрлита Вуд. Если вы готовы платить, то я возьмусь за это дело.

— Вы же сказали… —горло сдавило от переполнявших меня чувств, и я обхватила его пальцами, — что это… бродяга.

— Есть один нюанс, почему я сомневаюсь, — хитро усмехнулся эрл Хардман. Он возвышался надо мной и слегка наклонился, словно намереваясь подавить мою волю.

— Поделитесь? — нахмурилась я, потому что терпеть не могла, когда не договаривали, и уже громче добавила: — Я вас нанимаю, но с одним условием.

Вся маска нагловато-спесивого сыщика неожиданно слетела, когда эрл Хардман улыбнулся, и я увидела обаятельного мужчину, от которого невозможно было отвести взгляда.

— Кто бы сомневался, эрлита Вуд. Зельевары своей выгоды никогда не упустят.

— Я хочу принимать непосредственное участие в расследовании, — твердо сказала я, глядя в черный омут глаз сыщика. — Моя выгода — это найти убийцу дяди, чтобы он понес заслуженное наказание.

— Вам ни к чему рисковать жизнью, или вы думаете, что найти преступника — это как прогуляться по магазину? Я веду дела один, вы будете лишь обузой, — отказал мне эрл Хардман, продолжая стоять так же близко. Я ощущала древесный аромат его парфюма и ауру силы, которая присуща могущественным магам. Сколько ему лет на самом деле? Чем сильнее маг, тем медленнее происходят возрастные изменения в теле.

— Раз я плачу, значит, мои условия, — я не уступала, интуитивно догадываясь, что дело было вовсе не в дяде Перси. Ищейка ведь отказал эрлу Уилсону. Почему же передумал? Правый уголок губ сыщика дернулся, будто он сдерживал усмешку, глаза хитро прищурились, и эрл Хардман произнес:

— Вы дадите мне полный доступ ко всем записям эрла Фейбера, причем не только тем, которые находятся здесь, но и к хранящимся в его доме. Будете отвечать на все мои вопросы, даже если они покажутся вам странными. Я позволю вам присутствовать при допросах свидетелей, сопровождать меня в неопасных для вашей жизни поездках. Все мои слова и действия вы не сможете никому передать. Пятьдесят процентов за работу вы оплачиваете сегодня, остальные — после завершения дела. Клянусь найти убийцу эрла Перси Фейбера. — Ищейка поднял левую руку и подвернул рукав пальто, оголяя запястье. Я увидела дорожку из многочисленных мелких, круглых шрамов, которая убегала дальше по руке. Сердце в груди застучало быстрее, когда я осознала, что происходит.

— Ну же, эрлита Вуд, или вы струсили? — иронично спросил сыщик, наблюдая за мной. — Это всего лишь формальность или магическая сделка.

— Вы поклянетесь защищать меня, если моей жизни будет угрожать опасность, — хриплым от волнения голосом произнесла я, задирая рукав на своем пальто. Моя бледная кожа смотрелась беззащитно-нежной на фоне более темной кожи эрла Хардмана.

— Это единственное ваше требование, эрлита Вуд? — тихо спросил ищейка.

— Еще… вы скажете, почему передумали и решили поймать настоящего убийцу, — мысли беспорядочно метались в голове. Я была на пороге первого магического договора и совершенно не знала, что еще сказать, чтобы обезопасить себя. — Все... это все.

– Опыт приходит после каждого договора, если доживете, конечно, — хмыкнул эрл Хардман, затем он быстрым движением правой руки обхватил мою голову, не давая мне ни единого шанса отвернуться. Черные глаза влекли, стирая мое сопротивление. Я тут же ощутила, как магия все сильнее прижимает наши запястья друг к другу, теплая кожа сыщика прикоснулась к моей. Вокруг все исчезло, стало размытым пятном. Я видела только эрла Хардмана, слышала его мысли: «Требования высказаны, условия приняты. Смерть нарушившему договор. Печать поставлена». Нас закрутило так сильно, что черные глаза эрла Хардмана превратились в одну линию и в этот момент я поняла, что упустила. «Хочу видеть магический след вместе с ищейкой», — пронеслось у меня в голове, прежде чем мою руку обожгло огнем. Я зажмурилась от резкой боли, а когда открыла глаза, то увидела на коже маленький круг от печати магии. Он горел, пульсировал от боли, которая постепенно утихала. Пока будет действовать договор, я буду чувствовать печать, ее давление как напоминание. Сыщик резко дернул за руку к себе, и я услышала насмешливый голос:

— Эрлита Рози Вуд, маг-зельевар, решила обставить опытного сыщика?

— Нет, я всего лишь хочу найти убийцу дорогого мне мага, — возразила я, внутренне радуясь, что ловко обхитрила эрла Хардмана. Пусть не думает, что если я молода, то совсем ничего не смыслю в договорах.

— Не доверяете? И правильно делаете, — довольно усмехнулся сыщик, наконец отпустив мою руку. Эрл Хардман продолжал изучать меня, поправляя пальто. — Только здесь вы просчитались, если решили, что все будет легко. Лучше бы варили зелья и не лезли в опасную игру.

Я хотела возразить, что вовсе так не думала, как в лабораторию вошла мама. Она обеспокоенно посмотрела на меня, потом на эрла Хардмана и снова на меня.

— Все хорошо? А то я услышала странный шум, как будто ветер завывал, — произнесла мама, затем она увидела открытое окно и успокоилась. — Теперь понятно, это был сквозняк.

Мне показалось, что мама даже выдохнула с облегчением. Она всегда побаивалась магических штучек и обходила их за тысячу шагов.

— Увидимся вечером, в доме вашего дяди, эрлита Вуд, — вежливо сказал сыщик, давая понять, что сегодня приступит к расследованию, а я должна отдать пятьдесят процентов. Сумма немаленькая, придется звонить отцу и с ним ехать в банк, а после к дому дяди Перси. — До свидания, эрла Вуд. Был рад познакомиться с сестрой великого зельевара.

Мама предложила эрлу Хардману идти вперед, чтобы она могла его проводить. Я же вдруг осознала, что все это время, пока разговаривала с ищейкой, сжимала кулаки. Что ж, дело сдвинулось с мертвой точки, это не могло не радовать. Остальное — переживем.

Глава 5

Эрла Хьюз настороженно поглядывала на сыщика, пока он снимал пальто и осматривался. Я же стояла у подножия лестницы, ожидая, когда эрл Хардман разденется. Деньги уже лежали в сейфе, и я хотела поскорее их отдать. Пятьсот золотых, такую сумму страшно держать дома.

— Пройдемте наверх, в кабинет, — предложила я эрлу Хардману, когда он, наконец, соизволил обратить на меня внимание.

– Неплохая ширма для богатого мага, — усмехнулся сыщик и тут же добавил. — Ну что вы так напряглись, эрлита Вуд. Я шучу, откуда у зельевара могут быть большие доходы. Разве на одних зельях заработаешь состояние.

«Что за чушь он болтает?» — подумала я, а вслух попросила эрлу Хьюз принести нам в кабинет дяди чай.

— Не стоит, — произнес сыщик. — Терпеть не могу эту травяную жидкость. Мне либо что-то покрепче двадцати градусов, либо черный кофе без сахара.

Эрла Хьюз недовольно поджала губы, но развернулась и пошла на кухню, я же стала подниматься наверх. Весь день меня мучил один вопрос, я не удержалась и спросила:

— Почему вы передумали и решили принять предложение эрла Уилсона?

—Во-первых, меня больше интересовала эрлита Вуд, — сказал ищейка насмешливым голосом, поэтому я резко оглянулась и строго посмотрела на сыщика сверху вниз. — Во-вторых, вы правы, магической спицей не открыть замок, который создал Томас.

Я не удержалась, довольно усмехнулась и снова стала подниматься по лестнице. Мне было очень приятно, что сыщик похвалил мою наблюдательность, а значит, я оказалась права в своих подозрениях. Также я отметила, как эрл Хардман называл дядю и его друга. По именам обращаются только к близким магам или людям, и, возможно… сыщик располагал информацией о том, почему дядя покинул Министерство. Мама сказала, что ничего не знает и лучше прошлое не ворошить.

— В том, что бродяга убил Перси, нет никаких сомнений, я четко смог разглядеть след, хотя вы неплохо все стерли при перестановке предметов, а вот кто открыл убийце дверь, другой вопрос. Завтра хочу съездить в Алькатрас и побеседовать с эрлом Джерси…

— Мы едем вместе, — тут же заявила я, обернувшись. Шар под потолком тускло освещал коридор, и я не смогла рассмотреть взгляд черных глаз ищейки, возвышавшегося надо мной. Круг на запястье запульсировал, напоминая о договоре.

—Конечно, эрлита Вуд, — произнес сыщик, но от его тихого голоса мурашки побежали по коже от нехорошего предчувствия. У меня складывалось впечатление, что эрл Хардман играл со мной, как кот с мышкой. Словно он знал, что я скажу или сделаю, и направлял меня к этому решению. – Возможно, чутье зельевара подскажет вам еще что-нибудь.

Я невольно повела левым плечом, будто скидывая цепляющую магию ищейки.

— Во сколько вы выезжаете? — Я снова шла впереди к двери дядиного кабинета, спиной ощущая пристальный взгляд эрла Хардмана. На втором этаже располагались спальня Перси и гостевая, в которой я обосновалась. Дядина комната оставалась нетронутой, слишком тяжело было в ней находиться и все менять, но эрла Хьюз убиралась там ежедневно.

— В восемь утра, первым поездом до городка Билбрук, там на такси до пристани, а оттуда уже буду договариваться о допуске в Алькатрас, — пояснил сыщик и замолчал, ожидая, когда я открою перед ним дверь в кабинет. Ищейка шумно втянул воздух, но остался стоять. Тогда я решила войти первой и только хотела сделать шаг, как замерла. Я смотрела внутрь комнаты, словно через тонкую вуаль, и на мгновенье задержала дыхание, пытаясь совладать с необычным ощущением. В моем теле больше не было твердости, оно походило на эфир, ветер, воздух. Невесомое и прозрачное, как вуаль, закрывающая мое лицо.

— Здравствуй, Перси, — раздался знакомый голос, и в кабинет вошла молодая женщина. На светлых уложенных волосах эффектно лежала красная шляпка. Она отлично подходила к белоснежному костюму гостьи. «Мама!» — удивленно подумала я, когда мое предположение подтвердил Перси. Он вдруг появился сидящим за письменным столом. Только я с трудом узнала дядю в изможденном, худом мужчине. Темные круги лежали под глазами, голову покрывали тонкие, редкие волосы. Руки со скрюченными пальцами слегка тряслись.

— Гвинет, — радостно произнес дядя, и мама бросилась к нему с рыданиями.

— Перси, что они сделали с тобой...

Эрл Хардман щелкнул пальцами, и перед глазами замелькали картинки. Я смотрела в кабинет и будто перелистывала книгу. Мой отец, стройный, представительный мужчина, уверенно пожимал руку уже окрепшему Перси. Эрла Хьюз тряпкой вытирала пыль, затем дядя беседовал у окна с эрлом Уилсоном. Я узнала себя в десятилетней девочке с косами, которая забежала в кабинет и забралась к дяде на колени. Кэрол, Флоренс, люди, маги — все они двигались с огромной скоростью, и я уже не пыталась угадать знакомые лица. Взглянула на эрла Хардмана. Он был таким же прозрачным, как и я. Сквозь него проходили гости Перси, сам дядя, часто мелькала эрла Хьюз. Ищейка держал руку поднятой, и я заметила, как он перебирал пальцами, словно контролируя скорость. Сыщик, не отрываясь, смотрел в центр кабинета, плотно сжав губы, ноздри раздувались хищно, как у зверя, напавшего на след добычи. Вот она какая, магия ищейки. Значит… эрл Хадман видел и меня… в магазине, когда я нашла дядю. Сыщик снова щелкнул пальцами, время замедлилось, я повернула голову и увидела целующихся мужчину и женщину на фоне заката за окном. Мои щеки запылали, едва я представила, что ищейки могут видеть такие интимные мгновения, всего лишь щелкнув пальцами.

— Салли, — я услышала шепот дяди, он прижал женщину к себе, не переставая, гладил ее по спине. — Так надо, понимаешь?

Незнакомка замотала головой, я услышала ее рыдания, а потом она оттолкнула дядю и с болью в голосе воскликнула:

— Ненавижу!

Женщина побежала к двери кабинета, а я смотрела на заплаканное лицо эрлы Дарем. Грудь сдавило, как будто накинули железный обруч, когда я почувствовала сладковатый аромат духов. Хозяйка магазина косметики очень любила этот запах, и не узнать его было просто невозможно. Снова замелькали картинки: дядя подходил к сейфу, сидел за столом, метался по кабинету. Эрла Хьюз приносила ему письма, прибегала я, падала на диван, рассказывала о студентах Академии и даже про Патрика Хамфри, который каждый раз приглашал меня на танцы, когда я приезжала в Дарвел на каникулы. Но все проговаривалось так быстро, что я даже слов не могла разобрать. Мама, отец, эрл Уилсон и… другая женщина, эрла Фрай. Теперь дядя страстно целовал сестру друга, и, когда они упали на диван, сыщик щелкнул пальцами. Я несколько раз моргнула, осознавая, что незримая вуаль исчезла и мы с эрлом Хардманом стоим в дверях.

— Интересно, — задумчиво произнес ищейка, шагнув внутрь комнаты, я же до сих пор не могла пошевелиться. Мышцы сковало, будто они не желали подчиняться хозяйке. — Через пять или десять минут оцепенение пройдет, не переживайте.

Хотелось ответить что-нибудь резкое или обидное, но я была сама виновата, когда пожелала видеть магию ищейки. Эрл Хардман подошел к столу, уселся в кресло и стал выдвигать ящики. Я сначала была в шоке от такой наглости, а потом вспомнила… договор. Ничего интересного, видимо, не попалось, и сыщик поднялся, чтобы отодвинуть картину с пейзажем. В это время появилась эрла Хьюз. Быстро взглянув на меня, женщина вошла в кабинет. Она держала в руках поднос с двумя чашками и тарелкой песочного печенья.

— Спасибо, — усмехнулся сыщик. Он взял чашку с подноса, сделал глоток и похвалил эрлу Хьюз. — Вы просто чудо, приготовили бесподобный кофе.

Я впервые увидела, как женщина немного смутилась. Раньше мне казалось, что эрла не может испытывать неловкость или другие чувства. Вечно хмурые брови и недовольно поджатые губы. Эрла Хьюз оставила поднос на письменном столе и повернулась ко мне. По моему телу прошла дрожь, онемение медленно уходило, и, когда женщина направилась к двери, я наконец смогла пошевелиться. «Вам плохо?» — неожиданно одними губами сказала эрла Хьюз, удивив меня своим беспокойством.

— Все хорошо, — еле ворочая языком, ответила я. С трудом подняла руку и, держась за стенку, смогла сделать шаг. Сыщик пил кофе и молча наблюдал, как я медленно, будто улитка, подхожу к столу. На языке вертелся вопрос, и я тотчас задала его, прежде чем смочила сухое горло чаем. — Так будет… каждый раз?

— Почти, пока не привыкнете, — ответил эрл Хардман. — Откроете сейф? Не хотелось бы тратить магию на поиск шифра. Да и вы снова замрете с чашкой в руках.

Черные глаза сыщика весело поблескивали. Он словно прощупывал меня, искал точки, на которые можно будет нажать, и я сделаю все, что он пожелает. Я медленно вдохнула и выдохнула. Глотнула еще чая, хотя хотелось осушить все, но воспитанность брала верх. Потому, несмотря на жажду, я поставила чашку на поднос и подошла к сейфу.

— Какая сильная магия у ищеек, сколько всего интересного они могут узнать, если захотят, — я повернула механизм кодового замка, как учил эрл Уилсон.

— Не все, эрлита Вуд. Это годы тренировок, развития магии и кое-что еще, не всем доступное, — усмехнулся сыщик. Он стоял сзади, видимо, разглядывал содержимое сейфа, я шагнула в сторону, чтобы ему не мешать, и посмотрела на эрла Хардмана. Его взгляд был направлен на меня.

— Что-то не так? — тихо спросила я, борясь с желанием отвернуться, спрятаться от слишком пристального взгляда ищейки.

— Вы что-то забирали из сейфа?— поинтересовался сыщик, продолжая внимательно следить за мной.

- Нет… то есть, да. Это был ключ от ячейки в банке, теперь он уже на месте. Договор об аренде магазина тоже здесь. Кстати, вот ваша оплата, как вы просили, пятьдесят процентов, — я по очереди положила на стол пять тяжелых мешочков синего цвета. — В каждом по сто золотых. Будете пересчитывать?

— Зачем, если есть договор, — усмехнулся эрл Хардман и продолжил расспрашивать меня. — Итак, в сейфе все осталось лежать, как и было до смерти вашего дяди.

Я кивнула. Сыщик стал изучать документы, по очереди доставая их и кладя на стол. Ответ эрла Хардмана по поводу силы ищейки меня немного успокоил. Я знала, что на месте преступления сыщики видели след преступника, по которому могли его найти. Но вот чтобы так… я присела на диванчик, который стоял напротив письменного стола и стала наблюдать за сыщиком. Двигался он плавно, почти бесшумно, перебирая папки, разглядывая договоры с заказчиками. Я же задумалась над тем, что увидела. Дядя Перси был сильно болен, когда приехал в Дарвел после того, как ушел из Министерства. Связано ли изможденное состояние дяди с миром духов? Эрл Уилсон говорил о жертвах среди магов, которые решались постигнуть неизведанное. Но больше всего меня потрясло, что эрлу Дарем и дядю в прошлом соединяла любовная связь. Вот почему хозяйка магазина косметики никогда не заходила к нам… эрла Дарем перед убийством Перси задержалась... Должна ли я рассказать об этом сыщику? Невольно потерла печать договора. Кожа начала зудеть, и я с удивлением разглядывала раскрасневшийся пульсирующий круг. Боль тем временем ощущалась все сильнее.

— Эрлита Вуд, — отвлек меня от мыслей сыщик. — Здесь я закончил, жаль, никакой зацепки не нашел. После поездки в Алькатрас посетим еще раз лабораторию в магазине.

Эрл Хардман задумчиво постукивал по столешнице, взгляд его скользил по кабинету, а когда остановился на мне, сыщик спросил:

— Мне нужно знать, что находится в ячейке банка. Это может помочь напасть на след организатора преступления.

—Там лежит золото, — ответила я. Про карту не хотелось рассказывать, но магический договор напоминал о себе. Неожиданно стало так больно, словно на шрам упала капля горячего масла, и я невольно взглянула на запястье. Кожа, где была печать договора, вздулась и стала напоминать ожог. Казалось, что еще немного, и шрам лопнет.

— Отвечайте быстрее, боль будет только нарастать, — нахмурившись, предупредил меня эрл Хардман и разочарованно добавил: — Я думал, вы хотите найти настоящего убийцу дяди.

— Хо...чу, — еле выговорила я и быстро произнесла: — Карта еще была.

Боль почти исчезла, теперь кожу будто покалывали иголками. И тут я вспомнила про записку, которую достал отец: «Он намо гуру деф».

— Еще слова были на бумаге… она лежала в сейфе. Эрл Уилсон отдал ее мне, я сейчас принесу, — сорвалась с места и бросилась в комнату. Шрам от печати больше не пульсировал, а кожа снова приняла обычный вид, и, не удержавшись, я погладила шрам, ощущая под подушечками пальцев шероховатость. Записка лежала в шкатулке с драгоценностями, которая закрывалась на магический замок. Я ведь хотела во всем разобраться сама, потому что была уверена: все связано с миром духов. Разве карта, записка могли помочь в расследовании? На что я подписалась, когда согласилась отвечать на все вопросы? Я вдруг осознала, в какой опасности находятся мои тайны. Их было немного, и пусть они не имели большого значения, но личные секреты являлись важным для меня. Я хотела работать в Министерстве, попасть в мир духов, помочь Кэрол исполнить мечту стать художницей, а Флоренс подарить жеребенка, чтобы она сама ухаживала за ним, воспитывала. А еще, мне нравился Патрик… и если эрл Хардман меня спросит о личном, то я должна буду все рассказать. Даже сколько у меня лежит монет в кошельке. Шумно выдохнув, я положила листок в карман юбки и вернулась в кабинет. Сыщик поставил локти на стол, а подбородок на скрещенные руки, и, усмехнувшись, произнес:

— Рассказывайте все, эрлита Вуд.

Я стала говорить, сначала сбивчиво, потому что запястье то и дело тянуло от боли. Потом поняла, что «рассказывать все» — подразумевало подробно до мельчайших деталей. Записка не заинтересовала сыщика, а вот карта — даже очень.

— Где находится Хмур? — ищейка подался вперед, слегка приподнимая правую бровь.

— В левом верхнем углу там еще кресты нарисованы. А что это за карта, вы знаете? — не все же мне на вопросы отвечать, решила я. Эрл Хардман откинулся на спинку стула, но давать ответ не торопился. «В следующий договор я обязательно включу пункт про вопросы».

— Думаю, вы догадываетесь, эрлита Вуд, — наконец ответил сыщик. — Эта карта — лишь малая часть мира духов. Ваш дядя создал ее для себя, чтобы не заплутать, а заблудиться там очень легко. Хмур — одно из самых опасных мест, и если когда-нибудь вы решитесь отправиться в этот загадочный мир, то постарайтесь не попасть в левый верхний угол карты.

— Вы были там… в мире духов? — Мое любопытство росло с каждой секундой. В Академии рассказывали, что сильные маги способны прорваться сквозь тонкую, но крепкую преграду между мирами. Студенты слишком слабы, чтобы даже просто приблизиться к границе. Только в Министерстве обучали всем секретам путешествия. Но никто из преподавателей никогда не говорил, насколько это опасно.

— Был и не один раз, — кивнул эрл Хардман. — Первый — из любопытства и чтобы доказать всем, что я сильный маг. Второй раз и все последующие — по важным делам, и надеюсь, мне не придется больше проникать в мир, где нам не очень рады.

— И вы знаете, что значат эти слова? — я указала на записку, которая лежала на столе.

— Из вас получился бы отличный сыщик, — засмеялся эрл Хардман и я невольно улыбнулась в ответ, настолько обаятельным он стал. Все мои страхи, что сыщик будет задавать вопросы о личном, тут же испарились, и я подумала, что мы прекрасно поладим. Не такой он и грозный эрл, как показался мне сначала. Сыщик поднялся и положил мешочки с монетами во внутренний карман пиджака. Я постаралась сдержать удивление, потому что было такое ощущение, что мешочки просто исчезли. Внешне оказалось невозможно понять, что в кармане пиджака эрла Хардмана находятся пятьсот золотых. — А вот я забыл спросить у вас о том, что вы увидели, когда мы с вами смотрели след в кабинете эрла Фейбера. Не возникли у вас вопросы или, может быть, кто-то вас удивил, вызвал подозрение?

Я не стала ждать, когда запульсирует от боли печать магии на запястье, и сразу ответила:

— Эрла Дарем, хозяйка магазина косметики. Не знала, что они с дядей любили друг друга. Но это многое объясняет, например почему она никогда не разговаривала с Перси и не заходила к нам, хотя я звала ее много раз.

Дальше я рассказала, что именно эрла Дарем предупредила меня, что дядя ночевал в магазине.

— Это все? — сыщик стал серьезным.

— Да, не считаете же вы обыкновенную эрлу организатором убийства, — усмехнулась я и застыла, когда эрл Хардман сказал:

— Вы ошибаетесь, эрлита Вуд. Ваша соседка вовсе не так проста, как кажется. Я почувствовал ее магию, когда проходил мимо магазина косметики. Мы обязательно побеседуем с эрлой Дарем, но сначала посетим Алькатрас. Завтра в половине восьмого я за вами заеду, возьмите с собой все необходимое. Я бы не хотел ночевать в тех краях, но всякое может случиться, — произнес сыщик. Он направился к двери кабинета, и я молча последовала за ним, все еще находясь под впечатлением от услышанного. Эрла Дарем — маг? Надо же. Мысли о миловидной женщине не покидали меня весь вечер. Может быть, у эрлы Дарем, как и у меня, магия зельевара? Всю косметику и кремы она создавала сама? Почему же эрла задержалась в магазине перед убийством дяди? Вопросы продолжали сыпаться, а ответы не находились. Я заснула лишь под утро, измученная мыслями об эрле Дарем, так и не решив, надо ли вносить ее в список подозреваемых.

Глава 6

Эрл Хардман оказался пунктуальным, и ровно в полвосьмого такси подъехало к дому. Я заканчивала завтракать и допивала кофе с молоком, когда эрла Хьюз дотронулась до моего плеча и показала в сторону входной двери. Губы женщины беззвучно выговаривали: «Эрл».

— Спасибо, бегу, — я поднялась со стула, и в этот момент позвонили в дверь. Мы с эрлой Хьюз переглянулись, и у меня вырвалось: — Какой нетерпеливый сыщик. Откройте, пожалуйста, эрлу Хардману, пока я одеваюсь.

Женщина кивнула и отправилась к выходу, я поспешила за ней к шкафу, который стоял в прихожей. Хорошо, что небольшой чемоданчик с вещами, собранными еще вчера вечером, уже стоял у двери.

— Доброе утро! Если эрлита Вуд еще отдыхает, то передайте ей, что она проспала свое счастье — увидеть самую страшную тюрьму в Реклинесе и опасных преступников. Ждать я не намерен, — услышала я насмешливый голос сыщика и пыхтение эрлы Хьюз.

Видимо, квартирантка пыталась объяснить эрлу Хардману, что я одеваюсь. Фыркнув, я застегнула последнюю пуговицу пальто, аккуратно надела шляпку, глядя в зеркало. Проснулась я сегодня в шесть утра и час лежала в кровати, обдумывая, что вчера увидела в дядином кабинете. Эрла Дарем была возлюбленной Перси, и он ее бросил. Влюбился в эрлу Фрай? По мне, хозяйка магазина косметики намного приятнее внешне и в общении. Я поправила волосы и повернулась к входной двери. Она оказалась распахнута, эрл Хардман стоял на крыльце и рассматривал меня с высоты своего роста. Глаза ищейки прятались под полями шляпы, но я заметила ухмылку на губах.

— Здравствуйте, эрл Хардман, — я направилась к сыщику, остановилась возле двери, чтобы взять чемоданчик, и обратилась к эрле Хьюз. — Я предупредила маму об отъезде. Если кто-то придет ко мне не из семьи, не рассказывайте, куда я поехала. Скажите, что не знаете.

Эрла Хьюз достала из кармана блокнот и быстро написала размашистым почерком: «Хорошо». Я улыбнулась женщине и взглянула на сыщика. Он перестал ухмыляться, протянул руку, чтобы я передала ему чемоданчик. Что ж, хочет помочь, пожалуйста.

— До свидания, эрла Хьюз, — я попрощалась с квартиранткой и только повернулась, как женщина удержала меня за руку. Удивленно взглянула на нее – эрла Хьюз снова протягивала блокнот, но уже с другой записью: «Будьте осторожны!» Женщина ручкой несколько раз потыкала по тексту, будто намекала, что все очень серьезно, даже если так не кажется на первый взгляд. — Не переживайте, со мной эрл Хардман, он сильный маг.

Раздался гудок автомобиля, и мы с эрлой Хьюз одновременно посмотрели в его сторону. Сыщик уже сидел внутри, рядом с водителем.

— Эрлита Вуд, если вы не поторопитесь, то я поеду один, — позвал меня эрл Хардман. На прощание махнув женщине, я быстро спустилась по ступенькам крыльца и подбежала к машине. Сев на заднее сиденье, ворчливо произнесла:

— До вокзала ехать пять минут, не драматизируйте.

Водитель такси завел мотор, и машина тронулась с места. Мужчина с любопытством поглядывал то на сыщика, то на меня.

— Не люблю ждать, поэтому сразу предупрежу: в следующий раз подобное не повторится. Останетесь куковать одна, — спокойно сказал эрл Хардман. Я открыла рот, чтобы ответить, но довольная усмешка таксиста остановила. Видимо, он приготовился наблюдать за ссорой, но я терпеть не могла прилюдные перепалки. Поэтому решила серьезно поговорить с эрлом Хардманом в поезде, без свидетелей. Поджав губы, я отвернулась к закрытому окну, за которым пролетали улицы Дарвела с прохожими, спешащими на работу. Сегодня маме придется в магазине быть одной до обеда, после придет помогать Кэрол. Заказы я все выполнила, зелье для свежести лица изготовила в достаточном количестве, ну… я надеюсь, что хватит до среды.

Мама, когда узнала про поездку, сначала уговаривала меня не ехать, а когда поняла, что бесполезно, предложила в спутники папу.

— Мне двадцать один год, я уже взрослая эрлита, к тому же маг и еду в Алькатрас с сильным ищейкой. Уеду во вторник и вернусь в среду. Не переживай, — попросила я маму, на что она лишь вздохнула и пожелала мне удачи.

До вокзала мы добрались быстро, таксист эффектно повернул и притормозил возле бордюра, думал произвести впечатление на сыщика, но эрл Хардман оказался тем еще занудой:

— Вы везете пассажиров, а не мешки с мукой, — сделал замечание он, вручая монеты таксисту. Мужчина молча кивнул, соглашаясь, а я решила отомстить эрлу Хардману за его прилюдное отчитывание.

— По вам не скажешь, что вы боитесь скорости, — изрекла я и, взяв чемоданчик, быстро вышла из машины. «Еще посмотрим, кто кого будет ждать», — подумала, направляясь в сторону вокзала и твердо стуча каблучками. Я держалась из последних сил, чтобы не обернуться с целью проверить, следовал за мной сыщик или нет. Неожиданно за спиной услышала тихий смех ищейки.

— Веселая поездка нам предстоит. С вами не соскучишься, эрлита Вуд, — произнес эрл Хардман, догоняя меня; в руках он держал небольшой саквояж. Я не хотела отдавать свой чемоданчик, но пришлось подчиниться после слов сыщика. — Если продолжите упрямиться, то мы точно опоздаем.

Надо же, я не ожидала, что эрл Хардман окажется таким настойчивым. Сыщик одновременно удивил и смутил меня, ведь чемоданчик был не тяжелым, и я вполне могла нести его сама. Мы побежали в сторону вокзала, вернее, я бежала, а эрл Хардман делал широкие шаги. Другие пассажиры на перроне расступались перед высоким мужчиной в черном пальто и шляпе, словно интуитивно чувствовали в нем силу и не желали ощутить ее на себе.

В итоге мы успели на поезд, и даже прождали десять минут в двухместном купе. Ехать нам предстояло восемь часов, и я собиралась за это время задать кучу вопросов, но прежде…

— Эрл Хардман, я хотела вас попросить больше не отчитывать меня при незнакомых людях. Вы мне не отец, слава Создателю. Мы с вами деловые партнеры, прошу относиться ко мне с уважением. — Я стояла в центре небольшого купе, гордо вскинув голову, когда поезд, издав гудок, тронулся. Сыщик приподнял правую бровь и откинулся на спинку мягкого красного дивана. Чемоданчик и саквояж эрл Хардман поставил на ковер под столиком, который находился возле окна посередине купе.

— Не понимаю, что вас задело, эрлита Вуд. Разве я на вас кричал, оскорблял, высказывал претензии? Нет, спокойно предупредил. Я пунктуальный маг, уважаю и собственное время, и время других, поэтому требую, чтобы и ко мне относились так же. Мы ведь с вами не в романтическое путешествие отправились, а расследовать убийство. Присаживайтесь, нам надо с вами все обсудить, а не выяснять отношения.

Возразить было нечего. Я могла бы дальше гордо стоять, но после слов «романтическое путешествие» растерялась. Ищейка наблюдал за мной насмешливым взглядом, а я хотела, чтобы последнее слово осталось за мной.

— Вы правы, ссора нам ни к чему, — я медленно присела напротив, и постаралась, как можно строже посмотреть на сыщика. — Давайте будем вежливы друг с другом, все же мы связаны договором.

— И я рад, что только им, — улыбаясь, сказал эрл Хардман, а я не поняла, что он имел в виду, и решила просто проигнорировать его высказывание. — Итак, какими сведениями мы с вами располагаем. Первое: эрл Фейбер закрыл после вас дверь и задержался в магазине. Вы сказали, что было много заказов на сложные зелья, поэтому ваш дядя вынужденно задержался. Верно?

— Да, — подтвердила я, неосознанно выпрямив спину. Наконец-то я дождалась серьезного разговора, а главное, эрл Хардман мне поверил. За это я уже почти простила ему занудство.

— Можете вспомнить, какие зелья изготавливал ваш дядя и для кого? — продолжал расспрашивать ищейка.

— Это я вам не подскажу, но вся информация есть в лаборатории магазина. Мы ведем журнал, куда записываем фамилию заказчика, его адрес, наименование зелья, цену и дату изготовления.

— Отлично, все может пригодиться, эрлита Вуд, — улыбнулся сыщик и продолжил рассуждать дальше. — Второе: кто-то знал, что эрл Хардман останется в магазине и открыл замок, чтобы бродяга вошел. Значит, было известно, что у эрла Девея имелась магическая спица и он будет проходить по улице Кэмпбелл или… кто-то собирался сам зайти, но что-то или кто-то его спугнуло, — черные глаза ищейки прищурились, а я с восторгом смотрела на сыщика. Надо же, о таком я даже не подумала.

— Кто знал, что эрл Фейбер задержался? — Сыщик начал загибать пальцы. — Эрла Дарем, бывшая возлюбленная вашего дяди. Кто еще?

— Я, потому что ушла первой из магазина, и больше никто, — пожала плечами.

— И у вас был отличный мотив: дядино наследство, — неожиданно выдал эрл Хардман, внимательно наблюдая за мной, а я аж задохнулась от возмущения.

— Да… вы, что… да… я… как вы могли о таком… подумать. Зачем по-вашему, тогда я просила эрла Уилсона мне помочь? — Стало обидно, и сложив руки на груди, я откинулась на диван.

— Эрлита Вуд, я рассматриваю ситуацию со всех сторон. Если нам будет понятен мотив убийцы, то мы быстрее его найдем.

— Зачем мне наследство? Магазин бы и так со временем перешел мне. В деньгах особой нужды нет, я неплохо зарабатывала, создавая простые зелья, мне хватало. И вообще, я собиралась устроиться в Министерство, а Перси помогал мне изучать новые рецепты и рассказывал про сложные ингредиенты. Я любила дядю и мне его очень не хватает, — уже тише произнесла я, тяжело вздохнув. Разговор о Перси всколыхнул утихшую боль, и я слегка потерла горло, чтобы отвлечься.

— Простите, не хотел вас обидеть, — вежливо произнес эрл Хардман, я кивнула, и сыщик продолжил: — О том, что ваш дядя остался в магазине, мог знать еще и третий. Тот, кто намеренно следил за Перси, назовем неизвестного Иксом. Далее -- мотив, эрлита Вуд. Предположим, эрла Дарем хотела отомстить эрлу Фейберу, потому что он ее бросил или у нее могли быть другие причины? Подключайтесь к размышлениям, мы сейчас никого не обвиняем, просто рассуждаем.

— Или из-за ревности, — предположила я, хотя эрлу Дарем мне сложно было представить преступницей.

— Интересно и к кому могла ревновать хозяйка магазина косметики? — усмехнулся сыщик, но я заметила, как он весь напрягся в ожидании моего ответа.

— К эрле Фрай, вы ее видели, — немного удивленно воскликнула я.

— Угу, — подтвердил ищейка, задумчиво потирая подбородок. — Как вы считаете, а почему наш Икс решил убить Перси? Если не было ревности, желания отомстить?

— Не знаю, даже не могу предположить, — я пожала плечами.

— Вы в курсе, почему ваш дядя ушел из Министерства? — неожиданно спросил эрл Хардман, и я тут же вся собралась, неужели сейчас я узнаю?

— Нет, можете рассказать? Почему-то эта тема в нашем доме не поднималась, а когда я задавала вопросы, то все ловко уворачивались, — поделилась я с сыщиком в надежде, что он прольет свет на семейную тайну.

— Я не знаю подробностей, но поделюсь тем, что мне известно. Возможно, вы взглянете на все происходящее с другой стороны и, кто знает, вдруг поймете мотив убийцы. Вы слышали, что иногда магов, которые работают в Министерстве, посылают в мир духов. Поверьте, служащие редко отправляются туда добровольно. Это очень опасно, и лучше возвратиться без ответов, чем вообще не вернуться. Так вот, Перси был из тех, кто чаще всего посещал духов, и, видимо, все складывалось удачно, потому что ваш дядя стал быстро подниматься по карьерной лестнице и вскоре ему доверили руководство отделом. Но однажды один из подчиненных Перси умер. По официальной версии — из-за сердечного приступа, но как все было на самом деле, история умалчивает. И после этого ваш дядя написал заявление об увольнении и вернулся в Дарвел. Вы вчера видели в кабинете след прошлого и в каком состоянии находился Перси.

— Дядя был такой изможденный и совсем непохожий на себя, — вздохнула я.

— Возможно, Перси решил больше не рисковать и поэтому ушел из Министерства. Через несколько месяцев ваш дядя нанял меня, чтобы найти вора, который залез к нему в дом.

Я, затаив дыхание, слушала сыщика и даже догадывалась, что преступник хотел найти, не зря дядя спрятал черную книжечку с рецептами.

— Вора нашли, им оказался молодой сирота. На вопрос, как он вошел в дом, который запирался на магические замки, преступник ответил, что дверь была открыта, — эрл Хардман многозначительно замолчал, внимательно наблюдая за моим выражением лица. — Но след показывал мне лишь сироту, как и в лаборатории магазина я видел только след эрла Джерси. Странно, не правда ли, эрлита Вуд?

— Не то слово, — согласилась я и поинтересовалась: — А что украл сирота, смогли вернуть?

— Ничего особенного он не стащил, только беспорядок устроил в лаборатории. Кстати, после этого в доме Перси стала жить эрла Хьюз, — произнес сыщик, взглянув на часы. — Предлагаю сходить позавтракать, а пообедаем уже в Билбруке.

Почему бы и нет, я спорить не стала, хотя успела перекусить дома. Пока мы шли к вагону-ресторану, мысли о черной книжечке не покидали меня. Вор не обнаружил ее, и дядя отдал книгу эрлу Уилсону, а в итоге записи Перси потерялись.

— Вы о чем-то хотите спросить… убийцу? Поэтому решили поехать в Алькатрус?— поинтересовалась я после того, как мы сели за столик и эрл Хардман заказал себе омлет, жареные сосиски и черный кофе, а я — горячий шоколад.

— Я хочу не только поговорить с эрлом Девеем, а еще кое-что проверить, и, если мои подозрения подтвердятся, то все окажется намного серьезнее, чем убийство во время грабежа, как представлено в деле.

Официант принес нам заказ, и сыщик с удовольствием отвлекся на завтрак, пока я пила шоколад с молочным вкусом. С детства я любила этот напиток, он будто дарил мне энергию и хорошее настроение. На душе сразу становилось легко, я начинала невольно улыбаться.

— Как вы пьете шоколад? Он же слишком сладкий, — скривился эрл Хардман, вытирая рот салфеткой и отодвигая пустую тарелку.

— Ага, вку-у-усно, — довольно усмехнулась я, слизав кончиком языка шоколад с верхней губы. Сыщик прищурился и продолжил пить кофе. Над нашим столиком нависло молчание, но оно не казалось тягостным. Наоборот, дарило спокойствие и давало возможность подумать над разговором, разглядывая посетителей вагона-ресторана и ловко снующих между столиками официантов. Пассажиры беседовали, тихо смеялись или, как мы, молча наслаждались мирной обстановкой. Размеренный стук колес поезда действовал умиротворяюще, я могла бы вечно так сидеть, пить горячий шоколад и разглядывать деревья, дома за окном… глупые мысли. Я бы рано или поздно заскучала, подумала я, взглянула на сыщика и замерла. Пока я задумчиво осматривалась, эрл Хардман разглядывал меня. Он давно допил кофе и теперь постукивал пальцами по столу.

— О чем задумались, эрлита Вуд? — тихо спросил сыщик, смущая слишком пристальным взглядом.

— Скажите, а какая магия у эрлы Дарем? Она так же, как я, зельевар, и сама изготавливает косметические средства? — ответила я вопросом на вопрос, чтобы скрыть неловкость. Но сыщик не успел произнести ни слова, к нам подошла эффектная рыжеволосая девушка с алой помадой на губах, в изумрудном платье и черном жакете.

—Генри, как же я рада тебя видеть! — воскликнула незнакомка. Эрл Хардман поднялся, чтобы поприветствовать девушку, и та сразу прижалась к нему грудью, обвив рукой шею.

— Доброе утро, эрлита Корделия, — сыщик пытался отодрать цепкие пальцы знакомой от себя, но ничего не выходило. Девушка явно не намеревалась отпускать ищейку и, видимо чтобы не привлекать внимание, эрл Хардман спросил: — Присядешь за наш столик или ты уже позавтракала?

Эрлита Корделия будто только и ждала предложения от сыщика. Она кокетливо улыбнулась, показав ровные белые зубы.

— Спасибо за приглашение, я с удовольствием составлю вам компанию и поболтаю, — эрлита присела рядом с эрлом Хардманом на диванчик, с интересом взглянув на меня. — Не посчитайте за грубость, могу я узнать какая у вас магия?

От такого вопроса в лоб я даже растерялась. Маги и люди отличались друг от друга внешне. Не то, чтобы это было сильно заметное отличие, но маги были… ярче, что ли. Даже двигались по-другому: плавно и легко. Чем старше маг, тем сильнее ощущался его дар, физически, как магнитное поле. Ты его не видишь, но чувствуешь. Магия эрла Хардмана очень мощная, она укрывает хозяина невидимым щитом. А вот узнать характер силы сложновато, лишь ищейки легко сразу определяют.

— Эрлита Вуд, эрлита Грейс, — представил нас друг другу сыщик и постарался переключить внимание на себя. — Ты по делам едешь в Билбрук или развеяться?

— И то, и другое, — рассмеялась эрлита Грейс, поглядывая на меня хитрым взглядом зеленых глаз. — А он вас защищает, интересно.

Девушка откинулась на диванчик, сложив на груди руки.

— Эрлита Вуд мой клиент и я в обиду ее не дам, даже старым знакомым, — строго заявил ищейка.

Я только хотела сказать, что вполне могу постоять за себя сама, как эрлита Грейс выдала:

— Надо же, как интересно. Что-то я не припомню, чтобы ты работал в паре. Всегда в гордом одиночестве, — девушка хоть и улыбалась, но в ее голосе проскользнула… зависть?

— Это все договор, — усмехнулся эрл Хардман, подняв правую руку. - Приходится соблюдать оговоренные пункты.

- Ни за что не поверю, что молоденькая эрлита обставила прожженного ищейку. Значит, ты так задумал. Надо же, — Корделия удивленно приподняла аккуратные темные брови и внимательно посмотрела на меня. У эрлиты исчезла вся веселость, теплый взгляд сменился на ледяной, и я слегка поежилась, ощутив, как магия девушки слегка надавила на мою, чтобы обрушить оборону.

— Тебе скучно или завидно? — хмыкнул сыщик. Он обаятельно улыбался, а вот в глазах проглядывался лед. Интуитивно я догадалась, что Корделия разозлила эрла Хардмана. Она была сама виновата, вела себя слишком по-хамски, будто ей все дозволено. —Или то и другое? Завидуй молча. Нам с эрлитой Вуд совсем неинтересно, что тебя гложет.

Эрлита Грейс приподняла брови, бросила взгляд на меня, а после оскорбленно заявила:

— Ты всегда был грубияном, Генри. Твой статус никогда не изменит того, что ты вылез из ямы.

Девушка резко поднялась и направилась к выходу. Она уверенно шла между рядами столиков. Яркая, красивая Корделия привлекала к себе внимание и, кажется, я начала догадываться, какой магией обладает нагловатая эрлита.

— Вы спрашивали о силе эрлы Дарвел, — тихо произнес сыщик, я взглянула на него. Черные глаза ищейки жестко смотрели на прямую спину Корделии. — У нее сильная магия портальщика, такая же, как у эрлиты Грейс.

Я вспомнила студентов факультета, связанного с порталами. Все они были симпатичными магами, с долей превосходства в глазах. Двигались портальщики плавно, словно танцуя, и большинство их составляли девушки. Одно время я мечтала обладать такой магией и привлекать мужское внимание. Но однажды увидела, как горестно плакала портальщица в женском туалете. Заметив меня, эрлита воскликнула: «Как бы я хотела быть простым зельеваром. Знаешь, как тебе повезло?» Я покачала головой. Даже с заплаканными глазами и покрасневшим носом портальщица выглядела сногсшибательно. Она продолжала жаловаться на судьбу: «Быть слишком красивой плохо, окружающие видят лишь мою внешность, а не душу. Я хочу, чтобы меня ценили за мои способности, ведь для мага нет ничего важнее, чем радость от ощущения силы. Отец готов отдать меня замуж за старого мага, и все потому, что жених занимает высокий пост в Министерстве. Никто не спросил о моем желании, о том, чего я хочу». «Разве ты не можешь отказаться?» —удивленно поинтересовалась я у незнакомой эрлиты. На что получила ответ: «Работать в обслуге я не готова. Взгляни на меня, разве я могу быть на побегушках, чтобы передавать срочные письма? Нет, мое место в Министерстве, так что придется смириться». После я узнала, что многие портальщицы рано выходили замуж. Родители стремились поскорее пристроить красивых дочерей, так как не всех брали в Министерство.

— Вы знаете, что я не люблю прилюдные ссоры, но в этом случае я вас поддерживаю. Эрлита Грейс вела себя слишком грубо и получила в ответ такое же обращение. И плевать, что она — портальщик.

— Министерский к тому же, — усмехнулся эрл Хардман и мягко добавил: — Благодарю за поддержку. Я знал, что мы с вами сработаемся. Вы умны не по годам, эрлита Вуд.

Мне была приятна похвала ищейки, и всю дорогу, что мы шли до нашего купе, я смотрела на широкую спину сыщика и улыбалась.

Глава 7

Билбрук встретил нас солнечной погодой и морским воздухом. Город находился южнее Дарвела и отличался мягким климатом. В шляпке и пальто сразу стало жарко, едва я шагнула на перрон. Мой чемоданчик нес эрл Хардман, он даже не позволил мне взять свои вещи.

— Вы всем эрлитам так помогаете или только мне, как партнеру? — я не удержалась и подколола сыщика, но он лишь усмехнулся в ответ и повел меня к огромному стенду, где висело расписание рейсов. Внимательно его изучив, я поняла, что ночевать в Билбруке все-таки придется. В Дарвел поезд шел в шесть утра и в час дня. На сегодняшний дневной рейс мы уже опоздали.

— Предлагаю билеты пока не покупать, — предложил эрл Хардман. — Неизвестно, насколько наша поездка затянется.

— Я думала, что мы завтра уже вернемся в Дарвел, — немного озадаченно произнесла я, взглянув на ищейку.

— Билбрук небольшой портовый городок, в Алькатрасе вообще свой ритм жизни. Им там нет дела, что нам надо побыстрее. Я был в тюрьме последний раз пять лет назад, и мне пришлось ждать разрешение на посещение Алькатраса три дня…

Сыщик не успел договорить, как я прервала его.

— Сколько?

— Да, эрлита Вуд, и нам еще повезет, если начальник тюрьмы протянет время всего на пару дней. Ну, что ж идемте в гостиницу, — сказал эрл Хардман. Я расстегнула первые две пуговички пальто и поспешила за сыщиком. Мимо нас пронеслась, громко цокая каблуками, эрлита Грейс. Она даже не взглянула в нашу сторону. Девушка гордо несла себя к такси, которое уже ждало ее у дороги, а невысокий, но крепкий на вид грузчик тащил следом за эрлитой две большие сумки.

— А вы не боитесь, что она может вам отомстить? — тихо поинтересовалась я у эрла Хардмана, который щурил глаза от солнца и неторопливо смотрел по сторонам.

— Кто? Эрлита Грейс? — удивился сыщик. — Она из разряда тех магов, которые громко кричат, но ничего не делают, да и побоится Корделия перейти мне дорогу. Так, вспомнил, нам с вами в ту сторону. Через две улицы будет гостиница. Прогуляемся? — взглянул на меня эрл Хардман. Его улыбка была такой обаятельной, что, даже если бы я устала и никуда не собиралась идти, все равно бы согласилась.

— Интересно, для чего портальщику ехать в поезде, если он может за одну секунду преодолеть большое расстояние, — хмыкнула я, подумав, что, наверно, магия эрлиты Грейс не такая и сильная. Но эрл Хардман развеял мои предположения, как песок по ветру.

—А кто будет тащить чемоданы? Министерские портальщики очень избалованы, считают себя незаменимыми, потому что именно они открывают двери в мир духов, — загадочно улыбаясь, сказал сыщик и тихо рассмеялся, когда я ахнула от неожиданности. Не знала такого, об этом никто никогда не говорил. Студентам в Академии мало о чем рассказывали, отмахивались со словами: «Все узнаете, если вас возьмут в Министерство». С ищейкой у меня было соглашение, и наверно, поэтому он так свободно обо всем со мной говорил.

— Я думала, что для того, чтобы попасть в мир духов, надо всего лишь заснуть.

— Верно, вы попадаете с портальщиком в один сон, где маг создает для вас проход к духам. Портальщик и закрывает его после вашего возвращения, опасно оставлять двери открытыми в таком месте, — терпеливо пояснил эрл Хардман. Он с удовольствием подставлял лицо солнечным лучам и жмурился, как кот, объевшийся сметаны. Мимо нас неторопливо прогуливались прохожие, мальчишка в большой не по размеру кепке продавал газеты и сыщик купил за десять медяков одну из них.

Дарвел, с широкими улицами и площадями, казался в два раза больше и современнее Билбрука. В портовом городке, наоборот, все было маленькое и узкое. Серые здания в два этажа с синими крышами спускались к побережью моря Лашми. Мы неторопливо шли по центральной улице, а на горизонте искрилась в солнечных лучах вода, чайки парили легко и свободно в небесной синеве, морской воздух приятно щекотал ноздри. Вот за этот красивый вид и умопомрачительный соленый запах я готова была влюбиться в Билброк. Всю картину портили темнеющий остров и замок с острыми пиками башен — тюрьма Алькатрас. Она, как клякса, чернела над голубовато-зелеными водами Лашми.

— Нам сюда, — произнес эрл Хардман, повернув вправо на такую узкую улочку, что по ней даже машины не смогли бы проехать, но встретились люди на лошадях и в повозках. Правда, пришлось прижаться к стене, чтобы не задело. Сыщик, усмехнувшись, спросил:

— Эрлита Вуд, вы никогда не были в Билбруке? Так изумленно на все смотрите.

— Была очень давно, в детстве, и помню центральную улицу, но вот по таким местам гулять не приходилось. Ой, — выдохнула я, когда снова пришлось посторониться, мимо по брусчатой дороге прогрохотала повозка. Взглянула на эрла Хардмана и улыбнулась. — Думаю, это все ерунда по сравнению с Алькатрасом.

— Мне все больше нравится ваша черта характера, находить даже в плохом что-то хорошее, — неожиданно снова похвалил меня эрл Хардман. — Не боитесь посетить тюрьму?

Мы двинулись по тихой улочке вдоль серых зданий.

-- Нет, с вами не страшно, — честно сказала я, стараясь не думать о пылающей коже щек, когда сыщик, прищурившись, весело взглянул на меня. Хотя мы с эрлом были деловыми партнерами, я, как и другие женщины, не могла не замечать мужественную внешность и обаяние ищейки. Та же эрлита Грейс делала все, чтобы привлечь внимание сыщика. Вот и сейчас, когда мы вошли в здание гостиницы, которое отличалось от других лишь вывеской, миловидная темноволосая эрла Фуллер кокетливо махала ресницами, пока делала за стойкой записи в журнале для гостей.

— Все комнаты находятся на втором этаже, ваш двадцать второй, эрл Хардман, — женщина протянула ключ с номерком сыщику и слегка задержала свои пальцы на раскрытой ладони эрла.

— Могу я воспользоваться вашим телефоном, чтобы связаться со старшим по смене в Алькатрасе? — обаятельно улыбнувшись, спросил сыщик. Он делал вид, что совершенно не замечает явные намеки эрлы Фуллер поближе познакомиться.

— Конечно, — хозяйка плавно поднялась и поставила телефон на стойку. Эрл Хардман тут же взял трубку, а я отвлеклась на женщину, когда она отдала мне ключ от моего номера двадцать один.

— На первом этаже у нас прачечная, столовая и комната для отдыха. Ужин будет через полчаса. — Эрла Фуллер наклонилась ко мне поближе и прошептала. — Как вам повезло, такой мужчина рядом с вами.

— Мы всего лишь... деловые партнеры, — обескураженно молвила я. Мои щеки пылали, я боялась посмотреть на эрла Хардмана, который слушал голос в трубке.

— Вы так на него смотрите, что я подумала… извините, — довольно усмехнулась эрла Фуллер. Она посильнее выпятила грудь, повернувшись к сыщику. «Как я смотрю? Ничего себе. Хозяйка гостиницы, видимо, подумала, что я влюблена в эрла Хардмана. Какая чушь!» — возмущалась я про себя, сложив на груди руки и мрачно наблюдая, как эрла уже открыто приглашает сыщика «на кофе». Ищейка пообещал подумать и предупредил женщину, что ему могут позвонить из Алькатраса. Затем подхватил свой саквояж, мой чемоданчик и направился к лестнице.

— Эрл Хардман, — позвала хозяйка гостиницы. Мы с сыщиком одновременно остановились и посмотрели на женщину. — Не забудьте: через полчаса ужин.

— Спасибо за напоминание, — вежливо поблагодарил ищейка и весело хмыкнул, когда эрла Фуллер послала ему воздушный поцелуй.

— Вы что такая мрачная, эрлита Вуд? — усмехнувшись, поинтересовался сыщик.

— Да, так… устала, — не сказать же, что все дело в словах эрлы Фуллер. Сыщик еще начнет насмехаться надо мной. — Лучше скажите, о чем вы разговаривали по телефону.

— Я отправил запрос на разрешение посетить Алькатрас, как только будет получен ответ от начальника тюрьмы, нас оповестят. Предлагаю отдохнуть перед ужином, а после отправиться прогуляться до пристани, — предложил эрл Хардман. Я согласилась, и мы разошлись по комнатам.

***

— Ты нашла книгу, Рози? — дядин голос так неожиданно ворвался в мою голову, что я подскочила. Со страхом огляделась, вдыхая хвойный аромат леса, который освещала полная луна. Я стояла на узенькой тропинке в легком домашнем платье и тапочках. Холодный воздух бесстыдно проникал под юбку, вызывая дрожь во всем теле. Я замерла, когда услышала вой диких животных и шум. Он становился все сильнее и ближе, щекоча мои нервы. И я не выдержала, побежала, сама не зная куда.

— Рози, ты про книгу мне ответишь? — снова спросил Перси. Его голос раздался рядом, я повернула голову на звук и резко остановилась, закричав от ужаса. Дядя был в такой же одежде, как в день смерти. Вместо правого глаза — пустота, а из левого торчала спица. Лицо и рубашку покрывала засохшая кровь, а еще я видела глубокие кровоточащие порезы. В нос ударил металлический запах. — Испугалась? Прости, я ничего не вижу, поэтому не могу покинуть это место.

— Почему… как, тогда… ты нашел меня? — тихо спросила я, делая шаг назад. Перси не просто пугал своим видом, он вызывал ужас, который подбирался со всех сторон. — И где я?

Вой зверей усилился, где-то со всем близко послышалось, как ломаются ветки. Я закрутила головой, пытаясь обнаружить опасность раньше, чем она выбежит на тропинку.

— Это сон, Рози, и не сон, — ответил дядя. Он дотронулся до спицы и попытался ее вытащить. — Крепко сидит. Можешь помочь?

Перси шагнул ко мне, а я снова отступила.

— Ты думаешь, меня просто так оставили без зрения? Кого-то так сильно заинтересовала моя книга, что он готов пойти на все, чтобы ее заполучить. Где она, Рози? Куда ты ее спрятала? — Дядя сделал резкий выпад, но не успел меня схватить: я с визгом отпрыгнула.

—Не брала я книгу! — воскликнула я. Меня всю колотило от нервного напряжения. — Ты сам ее отдал эрлу Уилсону, только он говорит, что книги у него нет. Она пропала. Это все, что я знаю.

Неожиданно дядя оказался рядом, на меня пахнуло холодом, будто из могилы. Я застыла, когда увидела Перси так близко. Его серую кожу пронизывали тонкие черные вены, синие губы вытянулись, и дядя зловеще прошипел:

— Рози, найди книгу. Найди!

Я открыла глаза и, тяжело дыша, уставилась на белый потолок гостиничного номера. Снова приснился Перси, снова спрашивал про книгу. Мне надо срочно поговорить с эрлом Уилсоном, чтобы выяснить, как пропали дядины записи. Мой взгляд прошелся по светлым обоям с мелкими желтенькими цветочками и остановился на круглых настенных часах. Время приближалось к шести часам, выходит, я поспала всего минут десять. Надо вставать, сейчас в дверь постучится эрл Хардман, а я не хотела выглядеть перед ним неопрятной. Поэтому быстренько вскочила, в ванной брызнула себе на лицо холодной воды, расчесала растрепавшиеся волосы и по новой сделала хвост. В дверь постучали, вот и сыщик явился.

Спать я не собиралась, хотела немного отдохнуть, вытянуть ноги, но, чтобы не помялась одежда, разделась. И сейчас, накинув блузку, торопливо застегнула мелкие пуговички, потом натянула темно-синюю юбку и жакет. И снова раздался стук в дверь, я выдохнула, прежде чем открыть ее.

— Я уж полагал, что вы передумали ужинать, — произнес эрл Хардман, загадочно разглядывая меня. — Но все же решил вас разбудить, а то еще окажется, что я не выполняю договор и без вас отправился на прогулку к порту.

— И что будет? Как-то не верится, что ваше сердце тут же остановится, — с любопытством поинтересовалась я у сыщика. Вышла в коридор и повернулась спиной к эрлу. Его теплое дыхание коснулось моей щеки, когда он произнес мне шепотом в ухо:

— Сначала вы ощутите боль на запястье как предупреждение. Если не поймете, то оторвет руку, а там… решать вам, стоит ли рисковать жизнью или лучше соблюсти все пункты договора.

— Надо же, — я повела плечами. — Вы видели, как это происходит?

Я повернулась к сыщику и чуть не уткнулась носом ему в шею, так близко он стоял ко мне.

— Как правило, у новичков руки отрываются, потому что они считают себя умнее всех, — хмыкнул эрл Хардман, делая шаг назад. Его сила окружила меня, а я ощущала себя бабочкой, которую поймали и посадили в банку. — Помните об этом, эрлита Вуд, когда будете отвечать на мой новый вопрос.

— Вы меня пугаете? — я приподняла брови. Боялась ли я эрла Хардмана? Нет, повода он ни разу не дал, к тому же наш договор обеспечивал меня безопасностью. Но я признавала силу сыщика, понимала, что он хитрый профессионал.

— Мне это ни к чему, — самодовольно усмехнулся эрл Хардман. И он был прав, спорить я не стала, все равно проиграю. Поэтому молча последовала за сыщиком в столовую на первый этаж. Мы прошли мимо эрлы Фуллер, которая оформляла в гостиницу молодую пару.

— В Билброке красивая набережная, а еще вы можете заказать прогулку на лодке у моего брата. Получите массу впечатлений.

— Эрла Фуллер зря времени не теряет, — улыбнулась я.

— Каждый крутится как может. Билброк живет за счет порта, гостей города и Алькатраса, — произнес эрл Хардман, открывая передо мной дверь. Столовая оказалась просторной и светлой. Солнечные лучи легко проникали через большие окна, скользили по круглым столикам, стенам бежевого цвета. Посетителей оказалось немного. Пожилой мужчин сидел возле окна и пил кофе, шумная семья с двумя детьми, мальчиком примерно лет семи и девочкой-подростком занимали стол в дальнем углу. Три женщины за центральным столом тихо беседовали и наслаждались десертом.

Сыщик повел меня к месту возле окна, рядом с пожилым эрлом.

— Мне нравится Билброк, здесь всегда много света и тепла, как и в столице, — сказал эрл Хардман. Он взял меню, открыл и начал изучать.

— Надо же, боитесь холода и темноты, о великий ищейка , — не удержалась я и поддела сыщика. Мы часто с сестрами подкалывали друг друга и никто не обижался, поэтому реакция эрла Хардмана на мои слова вызвала недоумение. Не ожидала, что задену сыщика, но еще больше не ожидала узнать, что и у такого сильного мага оказались слабые места.

— Если бы вас в детстве часто сажали в ледяной погреб без света, любили бы вы холодную темноту? — тихо, но жестко спросил эрл Хардман. Ответить я не успела, к нам подошел паренек и справился о заказе.

— Жареную говядину с овощами, черный кофе и бутерброд с ветчиной и сыром, — сказал эрл Хардман, а я заказала тушеные овощи, салат с копченой курицей и зеленый чай.

— Простите, я не хотела вас задеть, — извинилась я перед сыщиком, когда парень отошел от нас.

— Вам не за что просить прощения, эрлита Вуд. Я вырос в приюте, который находится на севере Реклинеса. Из меня пытались сделать послушного мальчика, а из-за своего упрямства я часто попадал в погреб. Я не люблю вспоминать детство, гораздо веселее мне было в Академии, а потом в Министерстве. Сейчас я работаю сам на себя, живу и делаю что хочу, разве это не счастье, эрлита Вуд? — сыщик улыбался, но в его черных глазах на самом дне плескалась боль. И тут я осознала, что эрл Хардман вовсе не так счастлив, как говорит.

— У каждого свое счастье, — произнесла я, разглядывая в окно центральную дорогу, редкие машины и прохожих. Билброк оказался зеленым городком, в отличие от Дарвела. Раскидистые деревья спасали от жары летом, а весной украшали цветами улицы.

— Какое у вас? — поинтересовался эрл Хардман, и только я подумала, что откровенничать не буду, как клеймо договора напомнило о себе.

— Раньше я полагала, что счастье — это устроиться в Министерство, но после смерти дяди Перси… я поняла, что хочу… мое счастье — это моя семья. Я больше не хочу никого терять, — последние слова я прошептала, склонив голову. На некоторое время наступило молчание, его прервал работник эрлы Фуллер.

— Ваш заказ, эрл, эрлита, — парень поставил на стол тарелки с ароматными блюдами, и я поняла, как проголодалась.

— А как же Министерство? Неужели передумали? — хитро улыбаясь, спросил сыщик. Напряжение, которое витало вокруг, растворилось, как только мы заработали ложками.

— Нет, я хочу устроиться туда работать. Магия зельевара внутри требует развития, и я уверена, что смогу создать много полезных зелий. Они будут делать всех счастливыми, — улыбнулась я эрлу Хардману. Сыщик усмехнулся, а взгляд черных глаз наполнился теплотой.

— Хорошая у вас мечта, эрлита Вуд, и я желаю, чтобы она осуществилась, — произнес эрл Хардман. Я поблагодарила сыщика, а на душе стало тепло, словно солнечный луч направили прямо в мое сердце.

Глава 8

Долгих три дня мы провели в гостинице Билбрука. Я предупредила маму по телефону, что могу задержаться. Она распереживалась, все спрашивала, хорошо ли я устроилась и где. Успокоить маму смог эрл Хардман: «Ваша дочь в полной безопасности, поверьте, я никому не дам ее в обиду. К сожалению, в Алькатрас просто так не попасть, нам остается только ждать. Не переживайте, я уверен, что на этих выходных мы уже вернемся в Дарвел».

Я не могу сказать, что скучала все три дня в Билбруке. Мы гуляли с сыщиком по городу и даже посетили местный театр. Эрл Хардман оказался интересным собеседником и развлекал меня смешными историями, а также страшными легендами. Особенно запомнилась одна про тюрьму. Мы стояли на берегу моря, разглядывая остров и черные острые башни Алькатраса, и под шум волн ищейка начал свой рассказ:

— Несколько столетий назад этот замок на острове принадлежал герцогу Глостеру и, хотя король отменил «право первой ночи», аристократ продолжал требовать его у поданных. Юная Виктория, чтобы обмануть герцога, облачилась в черный свадебный наряд и бежала на встречу с женихом под покровом ночи. Корнелий уже ждал возлюбленную возле храма, а жрец готовил брачные браслеты. Да вот только Викторию выдала старшая сестра, которая тоже была влюблена в Корнелия. Герцог приказал схватить пару, как только она выйдет из храма.

Виктория улыбалась сквозь слезы, когда жрец надел влюбленным браслеты: «Ты теперь моя жена». Корнелий шептал, целуя Викторию: «Никому не дам тебя обидеть. Лучше умру, чем позволю герцогу прикоснуться к тебе» Девушка счастливо улыбалась, робко отвечая жениху на страстные поцелуи. Жрец пожелал молодоженам удачи и посоветовал до рассвета вернуться домой.

Едва молодые вышли из храма, на них тут же накинулись слуги герцога. Один из них забросил Викторию, как мешок, на круп лошади и полетел к замку, остальные забили до смерти смелого Корнелия. Парень отчаянно звал супругу, дрался, как дикое животное, но совладать с прихвостнями герцога не смог. Викторию доставили в спальню аристократа, и он осуществил «право первой ночи». Опозоренная девушка не видела смысла жить дальше. Виктория поднялась на самую высокую башню замка. Видите, эрлита Вуд, она посередине, — сыщик показал на тюрьму, а я смотрела на остроконечную башню, которая возвышалась над другими и представляла несчастную новобрачную. — Ее душа была наполнена такой ненавистью, что девушка пожелала мучить герцога всю жизнь. Виктория спрыгнула и разбилась о камни. Желание ее исполнилось, она превратилась в призрака и стала искать аристократа в замке. Но тот оказался хитрым трусом и навсегда сбежал с острова. С тех пор таинственная женская фигура в черном платье блуждает по Алькатрасу. Преступники и тюремщики рассказывали, что встречали ее и даже слышали голос, похожий на шелест волн Лашми. Виктория до сих пор ищет герцога и желает ему отомстить за все.

— Слабо верится , что ее кто-то видел, — с сомнением взглянула в хитрые глаза эрла Хардмана. — Вы шутите, я уверена.

— Чистая правда, эрлита Вуд. Зачем мне вас обманывать? —усмехнулся сыщик, а сам довольно засвистел, когда заметил, как я нахмурилась.

— Вы решили меня просто попугать, чтобы я с вами не поехала в Алькатрас, а я все равно поеду, — твердо заявила я. Сыщик лишь улыбнулся уголками губ, не стал меня больше разубеждать, а предложил вернуться в гостиницу на ужин. Едва мы вошли внутрь, как эрла Фуллер позвала нас:

— Звонили из Алькатраса, просили вам передать, что ваши пропуска готовы и лежат на проходной в тюрьме. В восемь утра отправляется катер, попросили не опаздывать и взять с собой документы.

— Спасибо за прекрасные новости, — поблагодарил хозяйку гостиницы эрл Хардман. Он весь засиял от радости, и я вместе с ним. Наконец-то наше ожидание закончилось.

— Вы оба такие счастливые, словно отправляетесь не в одну из самых страшных тюрем Реклинеса, а в романтическое путешествие, — хмыкнула эрла Фуллер, при этом успела кокетливо похлопать ресницами, глядя на ищейку.

— Работа сыщика — одна из самых романтических, поверьте, — усмехнулся эрл Хардман. «Эти двое могут бесконечно нести полную чушь. Почему я должна стоять и слушать?» — раздраженно подумала я и, повернувшись к собеседникам спиной, направилась в столовую. Когда я подошла к двери, эрл Хардман догнал меня и предупредительно открыл ее:

— Я думал, вы будете счастливы, когда нам сообщат о пропусках, а вы стали жутко злой. Так скрываете свой страх перед призраком невесты? — решил подколоть меня сыщик, но я смогла высокомерно взглянуть на него и спокойно выразить свою позицию:

— Не несите чушь, эрл Хардман. Призраков не существует, это все людские сказки.

— Когда-то маги считали сказкой возможность попасть в мир духов. Я думаю, возможно все, — сыщик знаком руки пригласил меня войти первой в столовую. Я направилась к столику возле окна, который стал уже нашим. Разговор о призраках плавно перешел в заказы на ужин. После мы разбрелись по комнатам, чтобы пораньше лечь спать, и договорились встретиться в столовой в семь утра, чтобы спокойно позавтракать и отправиться на пристань.

***

На пристань мы с эрлом Хардманом прибыли на целых пятнадцать минут раньше положенного времени.. Сыщик ушел узнать про лодку у работников, а я осталась стоять, чтобы полюбоваться морским пейзажем, который портил только чернеющий Алькатрас. Лодки качались на беспокойных волнах, белокрылые птицы парили над Лашми, высматривая рыбу, и резко падали в море, чтобы через несколько секунд взлететь с добычей в клюве. Солнце приятно грело, и хотелось улыбнуться прекрасному дню. Я надеялась, что все пройдет без помех, и мы успеем на поезд до Дарвела, который отходит в час дня.

Я услышала тихие мужские голоса и обернулась. Ищейка шел с крепким, невысокого роста эрлом в черной форме. Его кепка плотно сидела на лысой голове и прикрывала голубые глаза от солнца.

— Доброе утро, эрлита Вуд. Меня зовут эрл Харрисон, позвольте взглянуть на ваши документы, чтобы у меня не было сомнений, — приветливо произнес мужчина, и я сразу поняла, что передо мной один из охранников Алькатраса.

— Да, конечно, — я торопливо полезла в дамскую сумочку, достала удостоверение личности и передала его эрлу Харрисону. Охранник быстро изучил документ и вернул мне со словами: — Когда будете проходить через проходную, вас попросят предоставить удостоверение, чтобы выдать вам пропуск. Эрл Хардман, эрлита Вуд, пройдемте за мной, наша лодка вон там. Мы с сыщиком двинулись за охранником. Неожиданно меня охватило волнение, я никогда не посещала тюрьму, и стало немного страшно. Невольно я придвинулась ближе к эрлу Хардману, когда мы сели в лодку. Сыщик словно догадался о моих чувствах и тихо сказал:

— Я с вами, не волнуй…

Дальше слов я не расслышала, потому что эрл Харрисон завел мотор и лодка рванула с места, а я едва успела схватить шляпку, чтобы она не улетела. Сыщик свою шляпу держал в руках, он взглянул на меня смеющимися черными глазами, и я не утерпела, улыбнулась в ответ. Ветер бросал в лицо морские брызги, скорость пугала и восхищала одновременно. В этот момент я ощутила… счастье, детский восторг, словно впереди меня ждали прекрасные приключения, а не мрачный Алькатрас.

Высокие стены тюрьмы стремительно приближались. Я уже видела черных птиц с большими крыльями, которые кружили над башнями. Огромные металлические ворота и решетки на узких окнах. Мрачная атмосфера Алькатраса начинала давить все сильнее, и радость от поездки проходила.

— Улыбайтесь чаще, эрлита Вуд, — подмигнул мне ищейка, когда лодка остановилась возле пристани тюрьмы. — У вас красивая улыбка.

— Спасибо, – я поблагодарила сыщика: неожиданный комплимент немного поднял настроение. Охранник привязал лодку к причалу, где находилось еще три таких же лодки.

— Идемте за мной, — позвал эрл Харрисон. Сыщик помог мне выбраться, и мы последовали за мужчиной по деревянному мосту, затем спустились по ступенькам и направились к железным воротам тюрьмы. Как только мы подошли, лязгнул засов, словно за нами следили, и дверь распахнулась. Эрл Хардман первым вошел во двор тюрьмы, где собрались примерно двадцать охранников. Все они были вооружены и занимали свои позиции. Я поежилась под пристальными взглядами: да уж, не позавидуешь тем, кто сюда попал. Ни единого деревца или травинки, только камень, железо и земля.

Эрл Харрисон проводил нас к небольшому одноэтажному зданию, где пожилой охранник проверил сначала документы эрла Хардмана, потом мои. Затем мы расписались в специальном журнале посещений и нам выдали пропуска. Только после этого эрл Харрисон подвел нас к решетке, которая закрывала доступ к широкой дороге, ведущей к тяжелым дверям замка.

— Заходите внутрь и показываете пропуска. Затем вас проводят к старшему сменному, — сказал эрл Харрисон. — Я буду ждать вас здесь, чтобы отвезти в Билброк.

— Сколько у нас времени? — спросил сыщик, пока с другой стороны решетки охранник открывал замок, чтобы нас пропустить.

— Не больше двух часов, —- предупредил эрл. Ищейка кивнул и уверенно направился мимо охранников к зданию тюрьмы. Я молча следовала за эрлом Хардманом. Жуткая атмосфера царила в Алькатрасе, особенно ее нагнетали черные птицы. Они издавали пронзительные крики, словно им причиняли боль.

Внутри тюрьмы оказалось прохладно. Светящиеся шары парили над высоким сводом, восполняя недостаток света. Черные камни придавали еще больше мрачности, как и крепкие, суровые охранники. Только на входе я насчитала десять человек.

— Пропуска! — строго произнес эрл, стоящий сразу у двери, и мы безропотно подчинились. Проверив наши документы, охранник объяснил, что нам делать дальше. — Проходите в ту комнату, там досмотрят ваши вещи, а после проводят к старшему смены.

Эрл Хардман взял свой пропуск и повернул направо, куда указал мужчина. Я пыталась не отставать от сыщика и спешила за ним мимо выстроившихся охранников в черной форме с оружием в руках. Жуть. Я старалась не смотреть по сторонам, а только на широкую спину ищейки. Может, не зря эрл Хардман отговаривал меня от посещения тюрьмы? Почувствовав чужой взгляд, я резко повернула голову и встретилась глазами с высоким охранником. Он следил за мной, словно я была преступницей, настолько холодным и бездушным показался взгляд эрла.

В комнате досмотра находилось трое охранников. Никаких лишних разговоров, одни приказы и вопросы:

— Вытащите все из сумочки, эрлита.

Внутри у меня лежали документы, ключи от дома, кошелек, зеркальце и помада. Внимательно все осмотрев, охранник с рыжими усами велел убрать вещи назад.

— Оружие, колющие, режущие предметы есть с собой? — спросил он, я удивленно взглянула на рыжего и хотела пошутить, что всегда ношу с собой ножик в кармане, но передумала, когда услышала короткий ответ сыщика: «Нет».

— Подойдите сюда и разведите руки в стороны, — произнес рыжий охранник. Я сделала, как он велел, и эрл магической штукой, похожей на небольшую коробочку с ручкой, прошелся по моему телу. Я догадалась, что если бы у меня было с собой что-то запрещенное, то штука издала бы какой-нибудь звук.

— Следуйте за мной, — рыжий охранник повел нас в длинный, широкий коридор со множеством дверей. Звук наших шагов отдавался гулким эхом, привлекая внимание охранников, которые стояли в конце коридора. Наконец, рыжий остановился возле одной из дверей и, громко постучав, застыл, ожидая ответа.

— Входите! — раздался грубый мужской голос, и только тогда охранник открыл перед нами дверь, приглашая войти в кабинет. За письменным столом сидел коренастый эрл с короткими черными волосами. Трехдневная щетина покрывала узкое лицо старшего смены. Он гонял во рту зубочистку и внимательно разглядывал нас с эрлом Хардманом. Мы стояли посередине комнаты и ждали разрешения на встречу с убийцей Перси. Старший смены не поздоровался и даже не представился, не предложил нам присесть на диван, который стоял возле стены, а сразу выдал:

— У вас на руках пропуска для встречи с заключенным Джерси, к сожалению, сегодня ночью он откинулся, — Затем эрл обратился к рыжему охраннику, который стоял возле открытой двери. — Фирс, проводи посетителей к выходу.

— Слушаюсь, эрл Скиннер. Пройдемте за…

— Подождите, — перебил охранника эрл Хардман. Я поняла, что подобного сыщик никак не ожидал. Он нахмурил брови, а в черных глазах появился стальной блеск. — Я хочу знать причину смерти эрла Джерси.

— Вы, что, его родственник? — хмуро спросил эрл Скиннер.

— Нет, я веду частное расследование по просьбе эрлиты Вуд, — представил меня старшему смены ищейка. Эрл Скиннер бросил на меня безразличный взгляд и устало откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.

— Фирс! — снова позвал охранника старший смены, но эрл Хардман не сдавался.

— У меня есть документ от Департамента сыщиков на разрешение встречи с эрлом Джерси. Поэтому повторю просьбу: назовите причину смерти заключенного.

— Сначала покажите документ, — грозно рявкнул эрл Скиннер. Сыщик полез во внутренний карман черного пальто и достал конверт, который передал старшему смены. Мужчина открыл его и стал читать документ с гербовой печатью. Затем убрал разрешение в конверт и вернул его сыщику.

— Сошел с ума и разбил себе голову об стену в камере, — спокойно сказал эрл Скиннер, будто говорил не о гибели человека, а о погоде.

— Сколько он у вас находился? Дней десять? — настырно продолжал допытываться ищейка.

— Одиннадцать, — ответил старший смены. — Фирс…

— Я бы хотел взглянуть на камеру, где содержался эрл Джерси, —неожиданно выдал сыщик. — Хочу лично убедиться, что совершено самоубийство.

— Сомневаетесь в наших ищейках? Если честно, мне плевать, эрл, что вы там хотите. Фирс, проводи посетителей, — рявкнул старший смены и тут же слегка отпрянул, когда сыщик неожиданно оказался рядом, оперся ладонями на стол и наклонился вперед. Я услышала тихий, но жесткий голос эрла Хардмана:

— Вы, видимо, невнимательно прочитали мое разрешение и не увидели, кому его выдали. Хотите, чтобы в Алькатрас приехала комиссия из Департамента? Я могу устроить, — сыщик резко развернулся и спокойным голосом сказал мне: — Идемте, эрлита Вуд, нам здесь больше нечего делать.

Только мы не успели дойти до двери, эрл Скиннер громко сказал:

— Стойте! Вас проводят в камеру заключенного Джерси. Фирс!

— Всего хорошего, — попрощался со старшим смены эрл Хардман. Он покинул кабинет, довольно усмехаясь и подмигнул мне. Рыжий охранник попросил следовать за ним, и начался путь по лестницам замка.

— Я не понимаю, что произошло, эрл Хардман. Разве такое возможно… охранники же должны были следить… и как… биться головой, это же больно, — шептала я сыщику, пока мы поднимались по ступенькам за Фирсом. Эрл Хардман пожал плечами, нахмурился, глядя вперед. Как же так случилось? У меня в голове не укладывалось. Выходит, мы приехали зря, и сыщик не получит ответы на свои вопросы. А еще эрл Хардман хотел что-то проверить.

Чем выше мы поднимались, тем прохладнее становился воздух. Черные каменные стены тюрьмы начинали давить, что действовало угнетающе. Я невольно поежилась.

Лестницы также охранялись серьезными эрлами, они молча провожали нас равнодушными взглядами. «В таком месте легко сойти с ума», —думала я. «Если каждый день находиться в мрачной обстановке, и не заметишь, как станешь бездушным».

Наконец Фирс свернул с лестницы на этаж, и мы остановились возле решетки, за которой сидел в кресле охранник и пил чай. За спиной эрла я увидела глухую железную дверь, а за ней наверняка находились камеры заключенных. Я оказалась права. Охранники провели нас по коридору, у которого с одной стороны были двери, с другой — каменная стена, и я заметила при свете светящихся шаров, как по ней бегают противные многоножки. Меня обволакивал неприятный, колющий запах тюрьмы, и я надеялась, что эрл Хардман не станет долго задерживаться в камере убийцы.

Охранник отодвинул засов и распахнул перед нами дверь. Сыщик без раздумий вошел внутрь, я же осталась стоять в коридоре, разглядывая небольшую камеру с крошечным окошком у потолка, через которое я увидела узкую полоску неба. Эрл Хардман замер посередине, а у меня вдруг возникло ощущение, что на меня набросили вуаль, и теперь я смотрела сквозь нее. Сыщик пустил в ход магию ищейки. Стены камеры закрутились, и к моему горлу подступила тошнота. Свет на мгновение погас, а потом я увидела худого эрла с лысой головой в черно-белой форме арестанта. Убийца дяди Перси сидел на узкой кровати и дрожал, как лист на ветру, а мне совсем не было его жалко. Невольно я сжала кулаки, наблюдая, как арестант Джерси крутил головой по сторонам. Бродяга часто дышал, испуганно вглядываясь в темные углы камеры. Светящийся шарик, который парил под потолком и с каждой секундой становился все меньше, еле-еле разгонял темноту.

— Проклятые министерские ищейки. Все-таки нашли способ избавиться от меня, — услышала шепот арестанта. Бродяга поджал коленки и обхватил их руками, уставившись перед собой. Как же я ненавидела в этот момент проклятого убийцу. Он нисколько не раскаивался в своих действиях, вот что было самое страшное. Не сразу я поняла, что в камере начало происходить что-то странное, но тут убийца надрывно закричал:

— Не-е-ет! Помогите! — арестант Джерси сорвался с места и бросился к двери, тарабаня в нее кулаками. Я видела его искаженное от ужаса лицо, руки бродяги проходили сквозь мое тело, потому что я осталась стоять в дверях. Странные ощущения, как ветер… неожиданно я почувствовала неприятный запах разложения и пронзительный холод, от которого мурашки побежали по всему телу, а изо рта убийцы пошел пар. Я взглянула в дальний темный угол, с ужасом заметив, как в нем шевельнулась тень. Она плавно заскользила в направлении убийцы, и тускнеющий свет из шара еле-еле озарил женскую фигуру в длинном платье. Дальше все произошло стремительно и одновременно: шар погас, арестант Дежерси развернулся, а тень, блеснув красными глазами, кинулась к бродяге.

— Надо же, — услышала я голос эрла Хардмана. Он щелкнул пальцами и словно перемотал время вспять, тень зависла в шаге от бродяги.

— Это… призрак? — не выдержав, еле слышно спросила я у ищейки, в этот раз снова с трудом шевелилась, но зато могла говорить.

—Верится с трудом, — ответил сыщик, обходя вокруг призрака. —Посмотрим, что было дальше.

Эрл Хардман щелкнул пальцами, и тень снова двинулась к бродяге. Тот жутко закричал, упал на колени, пытаясь вжаться в пол и стать как можно меньше. Призрак накрыл убийцу, и я увидела, как по тени прошла рябь. Сотни черных нитей стали цепляться к коже арестанта Джерси, она натянулась, когда бродяга попытался вырваться. Убийца захрипел, затих, и я услышала причмокивающий звук, будто кто-то сосал через трубочку. И чем дольше я слушала, тем сильнее краснели нити.

— Это… что… кровь? — ошарашенно прошептала я, взглянув на эрла Хардмана. Сыщик, нахмурившись, стал мотать дальше. Видимо, насытившись, тень, наконец, отцепилась от бродяги и исчезла. Арестант Джерси остался лежать без сознания на полу. Утром его растолкал охранник, когда увидел валяющегося заключенного. Убийца весь день метался по камере, затем упал на кровать и уснул, а ночью снова все повторилось и следующей ночью, и следующей. Потом арестант Джерси стал биться головой о стену. Убийца дико кричал, плакал, размазывал сопли по лицу, но продолжал издеваться над собой. Неожиданно бродяга затих, лежал долго, пока не появилась тень и снова не стала жадно сосать его кровь.

Сыщик щелкнул пальцами, вуаль исчезла, и я ясно увидела эрла Хардмана, стоящего в центре камеры. В этот раз я быстрее пришла в себя и даже смогла повернуть голову и взглянуть на рыжего охранника, когда услышала его голос:

— Что вам всем сдался этот арестант? Сошел с ума бедолага, такое бывает.

— Кто еще интересовался арестантом Джерси? — спросил сыщик, покидая камеру. Охранник задвинул засов, а Фирс повел нас с эрлом Хардманом к выходу.

— Эрлита заявлялась из Министерства. Я ее не видел, не моя смена была, слышал, как другие ее обсуждали.

— Красивая, рыжеволосая, вся такая из себя, — хмыкнул сзади охранник. — Тоже просила открыть камеру, даже вошла внутрь и обошла ее по периметру. Странная какая-то.

— Они в Министерстве все немного того, а все потому, что несерьезно относятся к духам. Зачем нарушать их покой и вынюхивать секреты? Вот тебе понравилось бы, если бы у твоего дома без конца незнакомцы шлялись? Мне нет, — ворчал рыжий охранник, а мы с сыщиком переглянулись. Эрлита Грейс была здесь? Но зачем?

—И часто у вас арестанты сходят с ума и творят такое? — тихо спросил эрл Хардман, он все сильнее хмурил черные брови, озабоченно глядя на Фирса.

— Подобные случаи особенно участились за последние три года. Были те, кто умудрялся вешаться или выковыривать камень из стены и царапать себе горло, вскрывать вены, в общем случаи происходили разные. Именно такой —впервые, — рассказывал Фирс.

— Кошмар, — вырвалось у меня.

— Это самые страшные убийцы, эрлита Вуд, а вы их жалеете. Они своих жертв не щадили, — усмехнулся рыжий охранник. Мы спускались по лестнице, и я мечтала как можно скорее покинуть Алькатрас. Надо же, я смеялась над легендой о невесте Виктории, а призрак до сих пор мстил, да еще таким изощренным способом.

— Начальник тюрьмы на месте? — вдруг спросил сыщик. — Я бы хотел с ним поговорить.

— Вам повезло, обычно с пятницы до понедельника эрл Митч находится в Билбруке, там он снимает дом вместе с семьей. В этот раз из-за самоубийства арестанта Джерси эрл Митч задержался. Могу вас проводить, но вот примет ли он вас, не знаю, — произнес рыжий охранник.

— Проводите, пожалуйста. Скажите, что эрл Хардман хочет с ним встретиться.

Фирс кивнул, и когда мы спустились на первый этаж, то повел нас не к выходу, а в другую сторону. Здесь мрачность Алькатраса разгоняли большим количеством светящихся шаров. Два охранника запросили пропуска при входе в другое крыло. Кабинет начальника тюрьмы хорошо охранялся, и я думала, что эрлу Хардману придется снова угрожать, чтобы его приняли, но все обошлось. Только поразило меня не это, а разговор, который я услышала. Тайны, связанные с проникновением в мир духов, все больше приоткрывались. И с каждой секундой я понимала, что все не так радужно в этом путешествии, которым студентов заманивали в Министерство.