Магия сказочной страны

Глава первая. ВОЗВРАЩЕНИЕ?

Казалось, что я смогу проспать целую вечность. Да и просыпаться особого желания не возникало. Новость о том, что отец погиб, подействовала на меня ужасно. Было так плохо, и только во сне я могла забыться. Но не до конца.

Сон – непонятная реальность. Обычно все, что нам снится, – ненастоящее, а все видения и образы возникают под действием пережитых в жизни эмоций. Мой папа никак не мог умереть, тем более не могла же я это забыть. Полгода из жизни утекло, а я этого не заметила? Да каким бы сильным ни было горе, это ведь невозможно.

А как же волшебный мир?

Воспоминания переплетались, мешались, ускользали словно тонкие шелковые нити... Они будто играли и дразнили, заставляя поверить в страшную реальность. Но что из пережитого действительно реально?

А вдруг все волшебство было создано в моей голове, вдруг я себе это придумала, чтобы отстраниться от страшной реальности? Был пожар. Я тоже была там... Но почему не помнила? Хотя бы маленький фрагментик, мимолетный образ...

Волшебный мир... В жизни в такое не верила, а тут на пороге семнадцатилетия попала в сказку. Но не в добрую и прекрасную, а вначале даже страшную, где меня пытались убить – сварить в котелке. Неужели все это было в моей голове? И плохие отношения с мамой сказались, мне открылась тайна о том, что я ей не родная. На самом деле, моя мать могущественная ведьма. Я сама ведьма, и в роду у меня самые сильные колдуны. Я оказалась втянута в водоворот интриг и разбирательств. Магия существует (от осознания такого даже голова кружиться начинала), а вот драконы и единороги – нет. Какая жалось...

Но не я ли сама создала сказочный мир в своей голове? От пережитых горя и боли? Которых сейчас не помнила (от слова «совсем»)), но они были?! Сама создала себе несуществующий мир со всеми вытекающими из этого приключениями? И влюбилась, получается, в призрак?

Конечно, ведь не могло все быть так хорошо. То не влюблялась шестнадцать лет, а тут голову потеряла... От оборотня! Да я в них вообще не верила. Ни во что из случившегося не верила! И первая любовь оказалась выдуманной. Просто прекрасно.

Ян... Сердце кровью захлебнулось, когда я представила, что больше не увижу парня. Создала для себя идеал, поверила в невозможное. И кого, спрашивается, я должна в этом винить?

И как же мои новые друзья? У меня ведь и братья появились, и даже карманная фея... Я открыла глаза, нехотя поднялась и села, хмуро оглядев взглядом комнату, погруженную в полумрак. На дворе стояла ночь. Слез больше не было, все они вылились в подушку. Как надежды и мечты.

Казалось, только вчера я уезжала в деревню к старикам, спешно пакуя вещи. Все оставалось на своих местах, даже злосчастная ваза. Куда же без нее, стоит, словно издевается. Это мелочь, но мне внезапно захотелось ее разбить, веря, что мне немного станет легче.

Я спустила ноги на пушистый ковер и взглянула в окно, за которым валил снег – тяжелый и холодный. Он кружился, освещаемый фонарем, гонимый ветром, не знал бед и забот, а на меня снова обрушилось осознание беды. Голос брата монотонно отзывался в моем сознании, глаза щипали, грудь сдавило. Я вспомнила про вазу и, покачиваясь, поднялась на ноги.

Но взяв ее в руки, ко мне пришло осознание, что ничего не изменится. Ну и разобью я ее... Это не вернет папу, Яна, Забаву, Миру... Никогда еще мне не было так больно – не физически, а морально. Я была опустошена, сломлена, я бы что угодно отдала, лишь бы повернуть время вспять. Я поставила ненавистную вазу обратно на тумбочку и вернулась к кровати, падая на одеяло мертвым грузом.

Не хотелось думать, вспоминать, строить предположения, а попытаться просто забыться. Но даже в пустом сне без сновидений это было сделать невозможно. Я будто летела по бесконечному черному коридору без окон и дверей, а мимо отрывками всплывали картинки, образы и лица. Но я не могла зацепиться ни за один из них, меня уносило прочь – в бездну апатии.

Скорбь была немой, словно тупая зубная боль. «Просто прими и забудь!» – прозвучало в голове, и я уже хотела было последовать этому совету, каким бы жестоким он ни был, как внезапно меня будто ослепила яркая вспышка, заставив резко взлететь вверх из мрачного коридора. В следующий миг я открыла глаза и резко села. И так и осталась сидеть, сердито хмурясь на стены, словно это они были во всем виноваты.

В груди бешено стучало сердце. За окном все еще была ночь, и картинки прошлого не заставили себя долго ждать. Но на этот раз они оказались размытыми, словно прожиты не мной, а кем-то другим. Как будто являлись сном, который после пробуждения забываешь.

«Забудь все, тебе станет легче!» – шептал ласково голос, и ему хотелось верить. Просто отпустить... Но как же Ян?! Нет, я не могла. Я попыталась вспомнить его лицо и не смогла. Как лицо Миры, Забавы, Амелии, несносного братца Мирона и Богдана. Их образы ускользали, растворялись, а голос внутри продолжал шептать, что это правильно, что все будет хорошо, боль уйдет, как только исчезнут все воспоминания.

– Нет! – воскликнула я, и мой голос эхом пронесся по комнате, словно по пещере, разрывая некий вакуум. Что-то или кто-то пытался меня убедить в том, что волшебный мир нереален. Все, что со мной случилось – выдумка.

«Выдумка!» – шепнул голос, но уже совсем тихо, будто его сила над моим сознанием ослабевала. Мне только нужно было еще немного надавить, чтобы его прогнать. Я напряглась, и в голове будто что-то перещелкнуло – все лица друзей вернулись.

Стало заметно легче, но ненадолго...

Деревня сгорела, погибли люди – старики, отец. Я уехала раньше... Но как я могла это сделать, когда у меня было столько незаконченных дел. Я никак не могла бросить Яна, ведь мы с ним хотели жить вместе, я обещала забрать его в свой мир, где их с братом не будут угнетать и использовать как рабов.

Я не знала, как объяснить случившееся – полгода спустя – без отца, без Яна... Внутри меня копошились сомнения, давая голоску в моей голове крепнуть и набираться сил.

«Ничего не было!» – сладко напевал он.

Но как же Тихон и Герман, встреченные мной в поезде на пути в деревню? Тоже выдуманные? А Мира?

Допустим, на мгновение я могу принять мысль, что волшебный мир – плод моего воображения. Возвращаясь к теме, над которой я размышляла раньше – комы или смерти, могу предположить, что падение с крыши не закончилось переходом через портал. Если я не расшиблась всмятку, то наверняка попала в кому... Вот и объяснение тому, что полгода забылись в моей жизни...

«Именно!» – прозвучало в голове.

Но тогда все, что было до падения, правда. И братья, и Мира и... даже Ян. Ведь первый раз мы встретились на дороге в деревне – до прыжка. Сердце радостно йокнуло, голос не смог на это ничего ответить.

– Прочь из моей головы! – сказала я, а в ответ очередное молчание.

Пожар... Его могли устроить те странные слепые люди. Они же бежали к зданию до того, как мы спрыгнули, а их лица были искажены в свете зажженных факелов.

Нет, не кома! Филипп сказал, что я уехала до пожара, получается... Ох, и как же сложно было, образы снова стали ускользать из памяти, я сильно напрягалась, чтобы воспроизвести перед глазами волшебный мир с зеленым небом, голубой травой, разноцветным лесом, удивительным городом и магическим замком...

Я снова взглянула в окно, метель не прекращалась. Но, может быть, я магическим способом переместилась во времени как в фильме «Назад в будущее»? Но, если это произошло, я уж точно не могу считать магию выдумкой и всех своих друзей тоже.

«Можешь!» – пискнул голосок.

С голосом и его целью убедить в нереальности волшебного мира, все понятно, но тем нее менее, мне нужно поговорить с Филиппом. Я ему все расскажу, а он непременно разберется, как всегда поможет мне.

Я вскочила на ноги и бросилась к двери. Но не успела рука коснуться дверной ручки, как я ее резко одернула.

«А вдруг Филипп сочтет меня сумасшедшей?» – возникла в голове неутешительная, но вполне логическая мысль. А вдруг полгода стерлись из моей жизни из-за стресса, для борьбы с которым я создала для себя иную реальность? Но что последнее я помнила перед тем, как оказалась в школе на уроке биологии? Ров, клубящийся черный туман, безумный взгляд мадам Геллы, стремительное падение вниз. Ян ринулся за мной – огромный косматый черный зверь с алыми глазами...

«Прими правду, ничего не было!» – шепнул голосок.

– Заткнись! – я до боли сжала кулаки и гневно воскликнула. В этот самый момент дверь открылась, и в проходе замерла незнакомая девушка. Она была чуть старше меня, в домашнем халате, меховых тапочках-ежах и чашкой горячего напитка, от которого исходил пар.

– Алиса? – произнесла она и оглядела комнату. – С кем ты разговаривала?

Хоть девушка была мне не знакома, создавалось такое впечатление, что меня она знает очень даже хорошо. Неужели она появилась в нашей семье за эти полгода, исчезнувшие из моей памяти?!

– Ни с кем... – буркнула я, решив не рассказывать о том, что вела монолог со своими мыслями и голосом в голове. – А ты еще кто такая?

Последняя фраза вырвалась сама собой и прозвучала грубовато. Девушка нахмурилась.

– Понятно, опять началось... – сообщила она с тяжелым вздохом. – Ты перестала пить таблетки, да? Врач предупреждал, что это приведет к тому, что снова вернутся кошмары и навязчивые мысли. Ты себя контролируешь или уже нет?

Я растерялась и, в прямом смысле этого слова, потеряла дар речи. Мало того, что я не знала, кто она такая, так еще незнакомка смотрела на меня как на местную сумасшедшую – снисходительно, но в то же время с опаской. Интересно, а голоса в голове – признак сумасшествия? Один голос, два или сотни... разъяренных колдунов, жаждавших возмездия.

Вспомнив про последних, я нервно дернулась. Благо я их больше не слышала, но, может быть, это потому, что рядом не было ничего магического?! А, может, потому... что я себе их придумала?

«Именно так!» – возликовал голосок.

– Где Филипп? – спросила я.

Девушка была худой, кудрявой брюнеткой с голубыми, жирно подведенными черным карандашом, глазами. Она невинно захлопала длинными ресницами.

– Уехал на работу, у него форс-мажор случился, но он скоро вернется, а я тебе горячего шоколада принесла... – отозвалась она, внимательно оглядывая комнату, поставила кружку на ближайший столик, потеснив шкатулку. Я хотела было выйти в коридор, но девушка поспешно преградила мне дорогу: – Ой нет, туда нельзя. Побудь здесь, пока Филя не вернется. Принести тебе еще что-нибудь?

«Да кто ты такая и почему зовешь моего брата кличкой собаки из передачи «Спокойной ночи малыши», – мысленно возопила я. Даже Катя его так не звала, употребляя бесячие меня «Филиппчик» или «Филичка», но не «Филя». Никогда! И вслух добавила:

– А где Катя?

– Катя? – переспросила девушка, сделав шаг назад. Ее взгляд стал более напуганным, словно она и вправду имела дело с тяжелобольным буйным и непредсказуемым пациентом. – Кто такая Катя? Это твой... Выдуманный друг? – добавила она глупо улыбнувшись. – Знаешь, я лучше пойду... поищу твои таблетки, у нас вроде был запас.

И не успела я больше ничего спросить, как девушка выскочила за дверь и весьма проворно ее закрыла, повернув в замке ключ. Я даже растерялась от такого. Но стучать и требовать, чтобы мне открыли, не стала. Нужно дождаться Филиппа – он все прояснит, а этой незнакомке еще влетит за то, что она меня заперла.

Я вернулась к кровати и легла, думая о дедушке и бабушке, о деревне и ее накрененных старых заборчиках, протоптанных заросших тропинках. О курах и гусях, кошках, корове Буренке и псе Барбосе.

А потом мои мысли переместились к медведеподобному псу Миры. Удивительно, но я раньше о нем совсем не думала¸ о том, что стало со зверем после того, как пропала девушка. Кто кормил пса, где он жил, наверняка жутко тосковал по хозяйке. А потом...

«Никто не вернулся, все сгорели!» – мстительно напомнил голосок в голове, словно злясь, что я не хотела принимать настоящую реальность, цепляясь за прошлое. «Которого не было!» – подсказывал он.

– Была! – пробормотала я, глядя в потолок.

Я закрыла глаза и погнала себя обратно в деревню тем путем, каким уезжала, – сначала на машине отца, злясь на весь белый свет, затем в поезде, монотонно стучащем колесами, на качающемся по волнам пароме и, наконец, в душном автобусе под тявканье болонки. Пока окутанная клубами выхлопных газов не осталась одиноко стоять на дорожке возле кустов и покосившихся заборчиков. А на улице жаркое лето даже в это вечернее время. Я сильно мечтала об Австралии, но уехала в деревню...

Мира в своем простеньком желтом платьице и черных балетках сидела на заборе и гладила кота. Ее золотистые волосы переливались в лучах заходящего солнца, кот мурчал на всю улицу, а внизу на тропинке дремал косматый пес. Он приоткрыл глаз и навострил одно ухо.

– Алиса, вернись! – крикнула внезапно Мира, и я сразу же открыла глаза. Незаметно для себя самой я снова заснула.

В комнате было темно. Кто-то зашторил окна и прикрыл меня одеялом. Но проверять, кто это был, я не стала, а повернулась на другой бок, позволяя сновидениям унести себя дальше.

Я шла по лесу, шурша по листве белым и пышным, прям как у невесты, платьем, раздвигала ветки на своем пути. Сзади доносились злые враждебные голоса: «Белая! Белая!..», они приближались, но я не пыталась от них убежать. Никогда я еще не чувствовал себя такой уверенной. Я знала, куда иду, знала, что голоса ничего не смогут мне сделать.

Этот лес был необычный – разноцветная трава под босыми ногами и такие же диковинные деревья. Кажется, я уже бывала в этом лесу. Либо в подобном?! Рядом возник образ темноволосого парня, и я остановилась.

Прядки небрежно спадали на его лоб, в темных глазах мигали красные искорки. Он потянул ко мне руку, и я, не раздумывая ни на секунду, схватилась за его пальцы. Прикосновение показалось таким настоящим, что по телу пробежала дрожь.

– Ян, – прошептала я.

– Белая... – прошептал он тем же враждебным голосом, что и голоса за спиной, и до хруста сжал мои пальцы. Но прежде чем стало невыносимо больно, какая-то сила рванула меня назад, и я снова открыла глаза, вглядываясь во мрак своей комнаты. Мне показалось, что я видела удаляющийся силуэт, и резко села.

Сердце тревожно билось в груди. Монотонно тикали часы. Я взглянула на потолок, на россыпь красных огоньков – звезд, украсивших потолок. Но стоило моргнуть, как наваждение прошло.

Из-под двери комнаты сочилась тонкая полоска света, и в отдалении слышались голоса. Я спустила вниз ноги и подошла к двери. Надежды на то, что она будет открыта, было немного, но я дернула ручку, дверь поддалась и распахнулась. Я воровато, словно находилась не в своей квартире, выглянула в коридор и пошла на голоса.

– Я знала, что это рано или поздно повторится... – шептал женский голос. – Врачи предупреждали...

– Мам, не волнуйся, она придет в норму, просто... – попытался ответить Филипп.

– Нет, я не хочу переживать это снова! – перебила собеседница. – Не могу и не хочу!

– И что ты предлагаешь? – спросил брат. – Ты же не хочешь...

– Ей лучше побыть какое-то время в больнице под наблюдением медиков-профессионалов, – отрезала мама.

– Мам, пожалуйста, мы же договорились, что избежим этого! – воскликнул Филипп. – Она просто... просто... Давай Алиса поживет у нас с Аней.

– Да уж, пусть поживет! – проворчала мама недовольно. – Зачем ты ее ко мне притащил в таком состоянии?! Аня сказала, что она вообще невменяемая была, сама с собой разговаривала и чуть на нее не набросилась!

Я заглянула в кухню и увидела троих человек: маму, Филиппа и теперь уже знакомую девушку. Все они сидели за столом, мама с братом напротив друг друга, а девушка – в центре стола, постоянно переводя взгляд то на одного, то на второго.

– Ей нужно пить таблетки! – заметила девушка-Аня, явно занимая сторону мамы. – И я согласна, она нуждается в наблюдении врачей. И да... я тоже не хочу, чтобы она жила в моем доме!

– В нашем доме! – поправил Филипп немного раздраженно, а девушка хмыкнула и взглянула на маму.

– Правильно, что соседи скажут? – продолжила Аня с вызовом, слегка отодвигаясь на стуле в сторону мамы. – Мы же не можем держать ее взаперти все время, ей в школу ходить нужно...

Филипп гневно выдохнул носом воздух и, шумно отодвинув стул, поднялся на ноги.

– Если я согласился на то, чтобы Алису пичкали таблетками, это не значит, что позволю положить ее в психушку! – отрезал брат, переводя взгляд с одной собеседницы на другую. – Ясно вам?

– Но я не пойму, куда делись все ее таблетки?! – заметила Аня, кажется, ни капли не испугавшись реакции моего брата.

Филипп прошел мимо к выходу из кухни. Я не сразу сообразила, что один единственный выход с кухни вел в коридор, то есть туда, где в данный момент я и стояла. Совсем не хотелось объясняться, поэтому ничего не оставалось, как кабанчиком метнуться обратно к своей комнате.

– Полгода прошло, даже я смирилась! – донесся до меня звенящий голос мамы, когда я прикрывала за собой дверь.

А затем прыгнула на кровать, забралась под одеяло и сделала вид, что сплю. Я не сомневалась, что Филипп решит заглянуть ко мне, но он прошел мимо. Волна облегчения прокатилась по телу, но она оказалась мимолетной.

«Даже я смирилась!» – болезненно отозвалось в сознании. Перед глазами замелькали мрачные картинки с похорон: закрытый гроб, десятки венков, свечей и плачущих людей в черном. Затем последовал образ фотографии, перетянутой черной траурной черной ленточкой, и снова дом, полный сочувствия и соболезнований. «Даже я смирилась!»

Непрошеная слеза скатилась по щеке, а за ней еще... Я словно переживала те события. И то, что их не было, дошло до меня только тогда, когда перед глазами стало туманно от слез. Я подавила поток рыданий и уверенно произнесла:

– Не было!

Голосок молчал, хотя я ждала, что он ввернет своих пять копеек. А вместо него всплыла картинка со вчерашнего дня, когда Надя говорила:

– Такое случается. Это нормальная реакция на горе. Организм так справляется, я читала о таком.

При этом Надя плакала, словно переживала со мной одно горе. Кажется, раньше она никогда так не делала. Хотя у меня ведь и не умирал отец... Нет, этого не могло случиться! Я скорее поверю в то, что Надя ненастоящая, что все это ненастоящее.

Мое сознание будто бы играло. То возрождало картинки и образы, то их поглощало. Я словно находилась на грани, чувствуя, что в любой момент тонкая ниточка, соединяющая меня с настоящей реальностью, порвется. И это станет точкой невозврата. Я точно знала.

Единственный способ сохранить воспоминания – отразить их на бумаге. Я выбралась из кровати и подошла к письменному столу. Чтобы найти пустую тетрадку, пришлось потрудиться, но я справилась с этим, затем вооружилась ручкой, опустилась на стул и под тусклым светом ночника принялась записывать все, что помнила. Никогда не мечтала быть писателем, но, кажется, во мне пробудились гены, я досконально изложила все, что со мной произошло, исписав не меньше половины тетради.

Пока я писала, воспоминания смешивались, замещались, подменивались тем, чего я не помнила – россыпь таблеток, больничная палата, злая медсестра со шприцем...

«Нет, меня еще не клали в больницу, Филипп же сказал, что до последнего этого избегал. Чем ты слушаешь?» – сказала я себе самой, и неправильные образы тут же исчезли. Теперь я точно знала, что все это ненастоящее. Я поставила жирную точку, закончив описывать свое падение с балкончика.

– Ров... – прошептала я. – Это все он!

Помнится все рассказывали, что ров пересечь невозможно, что он окружает замок как некая защита – сильная защита. Магия его настолько сильна, что способна убить. Может быть, я умерла?

Оглядев комнату, я перевернула страницу тетради. Художником я тоже становиться не хотела, но внезапно захотелось рисовать. Моя память на лица всегда была хорошей, но я никогда не пыталась перевести образы на бумагу. Может быть, и зря?

Довольно быстро изобразив Германа и Тихона, я критично осмотрела свою работу и пришла к выводу, что они очень похожи на тех, какими были в моей голове. И это-то при наличии нескольких акварельных карандашей.

Я двинулась дальше по воспоминаниям. Рядом с парнями появилась Мира. Петух, холодный душ, опушка леса, дорога и... Ян. Над его образом я трудилась дольше, с каким-то маниакальным пристрастием. А изобразив юношу, принялась рисовать черного косматого зверя – монстра. Благо нашлась красная ручка, чтобы сделать оборотню алые глаза.

Здание в лесу тоже заняло много времени. Раньше оно казалось мне обычной заброшкой, разрушенной пожаром, но сейчас я увидела в нем что-то новое. Давным-давно здесь вполне могла бы жить какая-нибудь дворянская семья. Здание напоминало усадьбу, разве что расположенную в глуши леса. И кто вообще додумался ее построить здесь?

Момент с крышей запомнился сильнее всего. Сверху к нам бежали люди с факелами – слепые. Впрочем, передвигались они уверенно, зная, где нас искать... Окружали, не давали возможности сбежать. Единственное, что нам оставалось – прыгать.

Уверенные, что разобьемся насмерть, а если не умрем, то точно покалечимся, мы прыгнули, а дальше...

«Прекрати!» – словно шипучая таблетка, брошенная в воду, раздался голосок в моей голове и затих. Навсегда.

Я ощутила небывалую легкость. Воспоминания больше не путались. Теперь я точно знала, что все произошедшее со мной в волшебном мире, – правда. И рисовать дальше не имело смысла, но мне так понравилось, что я продолжила.

Зеленое небо и голубая трава, разноцветный лес, красное поле, городок, полный сказочных существ... Телега с серым сеном, наивный мальчик Нестор и его злая сестра Марфа. А еще их добродушный дедушка – Цезарь. Они сытно меня накормили, а потом пришли полицаи. Я убегала словно зверек, загнанный в ловушку, пока не попала на многолюдную площадь, полную магов и чародеев в черных и серых мантиях. А впереди ждал белоснежный замок...

Я так увлеклась рисованием, что не услышала, как Филипп оказался за моей спиной.

– Ого, как здорово! – воскликнул он. – Я не знал, то ты так хорошо рисуешь. Красивая... Она настоящая или ты ее придумала?

Филипп пришел как раз в то время, когда я заканчивала выводить образ Амелии.

– Моя... – начала я отвечать словно на автомате, но вовремя спохватилась. Если я скажу, что-то типа: «Это Амелия – волшебница из другого мира и по совместительству моя родная мать», наверное, в моей адекватности усомнятся не только мама с Аней, но и брат. Нет, про волшебный мир лучше было бы не упоминать, поэтому я захлопнула тетрадь и уклончиво ответила: – Придумала.

– Лисенок, уже поздно, ложись спать, как говорится утро вечера мудренее. – Филипп словно маленькую погладил меня по голове. Я отложила тетрадь и запрыгнула в кровать. – Смотрю, ты лучше себя чувствуешь!

– Угу! – кивнула я, натягивая до подбородка одеяло. Филипп явно был доволен, он кивнул и покинул комнату, а я, дождавшись, пока его шаги стихнут, снова вернулась к столу. Кто бы мог подумать, что мое занятие настолько затянет. Я поставила целью дорисовать и дописать тетрадь до конца. Вот только, наверное, слегка задремала, скорее всего, стул стоял не ровно, я ведь всегда на нем качалась и гнула ножки. Так или иначе следующее, что я услышала, был громкий хлопок, а, открыв глаза, я обнаружила себя лежащей на полу.

Наступило утро, комната была ярко освещена солнцем, светящим в открытое нараспашку окно, занавешенное легким воздушным тюлем. Признаться, мне потребовалось время, чтобы перестроиться и понять, как прямиком из суровой зимы я попала в лето. А ведь это точно было лето, вряд ли бы зимой мы открывали нараспашку окно, и в комнате было бы так жарко и душно.

Отойдя от первого шока, я вскочила на ноги и бросилась к окну, чтобы убедиться, что мне все это не кажется.

«Не кажется!» – слащаво подтвердил знакомый голосок в моей голове.

– Опять ты... – пробормотала я, перегнувшись через подоконник. Внизу был знакомый двор, в тени кустов и деревьев кучковались люди. Я даже узнала нескольких соседок. – Что происходит?

«Ничего! Все в порядке!» – пропел голосок.

– Все в порядке? – раздался за моей спиной голос. Я резко дернулась, чуть не выпав из окна, и развернулась. – Я услышал шум, ты ударилась?

Знакомый голос заставил мое сердце болезненно сжаться в комочек. А когда я увидела перед собой отца – живого и невредимого, сердце подпрыгнуло аж к самому горлу. А ведь я знала, что отец не умер! Знала, что та реальность не настоящая, что это были происки магии рва.

Я замерла, не зная, что предпринять, а потом охнула и бросилась его обнимать. Наверное, не самая адекватная реакция, учитывая, что я чуть не повалила папу на пол, но я не могла радоваться возвращению к родному человеку.

Я разжала объятия и в замешательстве отступила назад. Что-то тут было не так... Если я вернулась, что случилось с друзьями, где Ян?

Но отец моей реакции будто не увидел. Только сейчас я заметила, что он какой-то отстраненный и подавленный. Улыбка явно давалась ему через силу.

– Ну как я тебе? Угадал с костюмом? Думаешь, ей понравится? – спросил отец, расставив руки в стороны. Костюм был обычный – черный и мрачный, словно папа собирался на похороны или только-только с них пришел. Выждав паузу, видимо, дав мне возможность что-то ответить, он все же добавил: – Презентация. Сегодня. Вечером. Помнишь?

– Презентация, – отозвалась я эхом.

– Так мне поменять костюм? – спросил папа.

И что вообще происходило? Куда я попала? Еще одна несуществующая реальность, о которой я ничего не помнила, которую не проживала? Хотя ничего удивительного, я принципиально не запоминала, когда у отца презентации. Впрочем... Нет, все-таки, где мои друзья? Кто мои друзья?

Я мотнула головой, внезапно осознав, что все повторяется. Как и зимой – воспоминания о волшебном мире начинают растворяться в сознании. Но ведь у меня была тетрадь! Я взглянула на стол, на котором царил небывалый порядок, и нахмурилась. Затем бросила взгляд на тумбочку и не обнаружила на ней злосчастной ненавистной вазы. Мелочь, но приятная.

– Нет-нет, костюм хороший... – ответила я, подходя к столу.

Ручку и набор цветных карандашей я нашла в первом же ящике. А тетрадь в ровной стопке других тетрадей – во второй. Абсолютный порядок – это точно не про меня.

– Эм... – я ткнула пальцем в окно и произнесла: – Я, видимо, перепутала даты.

– Не переживай, я постоянно это делаю, – махнул рукой папа и как-то тяжело и уныло вздохнул. – Дождаться не могу, когда это жуткое лето закончится... – а потом через силу наигранно улыбнулся.

– Значит, костюм точно подойдет? – уточнил он.

Было видно, что он переживал насчет костюма. Боялся, что не понравится маме? Да уж, на все презентации родители ходили при параде, подбор наряда к мероприятиям стало для обоих неким ритуалом.

– Подойдет, но... – я критично взглянула на отца. Не мне ему давать советы, пусть этим мама занимается, но нелюбовь к костюмам была у меня такая же сильная, как к отцовским презентациям. Пожалуй, единственный костюм, который мне нравился, был тот, что мы подарили ему с Филиппом пару лет назад – темно синий, из очень приятной ткани, с необычными отворотами, прямо-таки кричащими о современном стиле, белоснежной рубашкой и черным атласным галстуком. Это был наш первый совместный с братом подарок. – Ты же знаешь, костюмы – это не мое... Я бы надела тот, что мы с Филиппом тебе подарили, он ведь еще жив?

Я зацепила взглядом столик возле входа, где лежал телефон, и от которого тянулся провод подзарядки. Все кругом внезапно перестало меня интересовать, я как хищный зверь бросилась к гаджету. Я даже не заметила, как папа бесшумно покинул комнату.

Смартфон был цел, полностью заряжен и готов к работе. Запись на дисплее сообщила мне, что сейчас первый день августа. И год был знакомый – то самое лето. Я не перепрыгивала через полгода вперед, пропустила чуть больше недели, и это уже больше походило на правду. Значит, я вернулась из... А где я, собственно говоря, была?.. И что я хотела сделать до этого?

Я задумчиво оглядела комнату, уделив особое внимание письменному столу, где на безупречно чистой и пустой столешнице лежали тетрадка, пачка карандашей и ручка. Но зачем я их достала?

Я бы попыталась вспомнить, но поняла, что не помню. Абсолютно ничего! Впрочем, до того самого момента, как знакомый в голове голосок произнес:

«Правильно... Ничего не было!»

Но чего именно не было? Я напряглась и...

– Опять двадцать пять? – спросила я и, оставив телефон, подошла к столу. Сознание дало брешь и стало впускать через образовавшуюся дыру все прежние воспоминания, которые со мной не происходили – свечи, горящие во мраке, унылые протяжные песнопения церковного хора, застланный слезами взгляд, люди, утирающие платками глаза, открытый гроб в центре, в котором... – Филипп?

Я чуть не задохнулась от страха и схватилась за голову. Образы тут же исчезли, но от этого легче не стало.

«Прими это! – шепнул голос. – Случилось то, что должно было случиться!»

До этого умер отец, а теперь Филипп?..

– Нет... – прошептала я, опуская руки и оглядывая комнату. – Это тоже все ненастоящее. Неправда!

На этот раз осознание пришло быстрее. Голос что-то пискнул, явно решив оправдаться и попытаться меня убедить в обратном, но не успел и замолчал, словно сломанная пластинка. Воспоминания о волшебном мире вернулись, оставался главный вопрос – как вернуться мне?

Но может быть, стоило пустить все на самотек, чтобы не сделать хуже?

Я подошла к шкафу и, одевшись на скорую руку, пошла за отцом. Если Филипп умер, то упоминание этого дурацкого костюма, да еще фраза «он ведь еще жив?»

– Вот же блин, – пробормотала я и позвала: – Пап?

Не знаю, куда я попала, но реальность, как и предыдущая, казалась и вправду настоящей. Каждая мелочь была продумана до мелочей – твердые стены, мебель, дверь. Я до всего касалась, все чувствовала. А люди, с которыми я общалась?! Папа тоже был вполне реальным, а не призрачным, каким он уже являлся мне в моем сне на первом этапе Выбора.

Я засунула в задний карман джинсов телефон и вышла в коридор. Так как отец не отозвался, я сразу же направилась к их с мамой комнате и не ошиблась – он сидел на кровати, обнимая себя за плечи, и методично покачивался из стороны в сторону.

– Пап?! – снова позвала я, но отец не отреагировал на мой голос. Сделал вид, что не услышал, или вправду не услышал. Меня коснулась легкая паника, будто я сама стала призраком, и спешно обогнула кровать, на которой сидел отец, и... – Это еще что такое?

Возле ног у него стояла пузатая бутылка с золотистой жидкостью. Коньяк, виски, бренди?.. Издали я не могла сразу увидеть, но по запаху, который наполнял комнату, определила, что это алкоголь.

Папа вздрогнул и не без труда сфокусировал на мне взгляд. А потом ойкнул и попытался спрятать бутылку, затолкав ее под кровать ногой. Открытую бутылку...

Разумеется, она упала и покатилась, разливая содержимое. Я пораженно уставилась на отца. Он смотрел на меня с неким испугом, но по его захмелевшим глазам я поняла, он не сильно беспокоится насчет того, что напился за какие-то пять минут.

Я в потрясении уставилась на отца. Его глаза за столь короткое время изменились, помутнели. Человек, который никогда не пил, выдул полбутылки крепкого напитка. Папа что-то новое членораздельно пробормотал.

– Что происходит? – спросила я, стараясь сделать так, чтобы мой голос не звенел. Сложно было описать, какую эмоцию я испытала в этот момент, скорее всего, их была целая гамма. При этом то, что все кругом ненастоящее, совершенно мной не вспоминалось.

– Лэ... ли... с.. – выдал отец звуки и, икнув, боком рухнул на кровать.

Сначала стало очень жарко, потом холодно. Да мой отец в жизни алкоголя не пил, а тут... Я бухнулась на колени, чтобы поднять упавшую бутылку, как обнаружила под кроватью десяток подобных бутылок.

– Что за... – выдохнула я гневно.

– Ик, – подал голос папа.

«Чертов ров!» – подумала я. Придумал для меня две реальности – в одной отец мертв, а во второй он алкоголик... Ничего не скажешь.

– Просто зашибись, – я медленно выдохнула носом воздух и попыталась успокоиться.

Неожиданно раздавшийся пронзительный звонок в дверь заставил меня подпрыгнуть. Отец захрапел.

– Прекрасно! – снова выдохнула я, собирая всю выдержку в кулак. Внезапно захотелось начать все рвать и метать, а еще сделать вид, что дома никого нет. Впрочем, вдоволь обзвонившись и, видимо, поняв, что открывать не собираются, посетитель начал барабанить в дверь.

Не иначе к нам ломились бандиты, ведь нормальный человек не станет стучать так сильно, что стены в квартире трясутся, а вот другой нормальный – вместо того чтобы вызвать полицию, вряд ли пойдет открывать дверь. Хм...

– Да ладно, какая разница, все равно все это фейк... – вспомнила я истину, придавшую мне смелости.

Но когда я распахнула дверь, увидев на пороге гостью, то чуть не потеряла сознание. Я вообще не трусиха... Ну, уж точно не была до знакомства с мадам Геллой. А тут передо мной предстала именно она – высокая, худая, злая женщина. Но не в мантии, а в строгом бордовом костюме, с длинными черными волосами, собранными в конский хвост, темными глазами (за квадратной оправой очков), грозно взирающими на все, что попадало в поле их зрения. Ко всему тонкие губы у гостьи были накрашены красной помадой.

– Почему не открыла сразу? – набросилась она на меня с претензией. А я, словно проглотившая язык, не могла ничего ответить. Даже голос ее. По телу пробежала дрожь, усилившись от осознания того, что эта женщина – моя родная тетка.

Впрочем, меня она вроде бы не узнала, презрительно глянула разок, оттолкнула в сторону и явно на правах хозяйки прошла в комнату родителей. Она словно знала куда идти, словно бывала у нас дома не первый раз... Что вообще происходило, как такое возможно?

«Так невозможно же!» – напомнила я себе и немного расслабилась, побежав следом за женщиной. Ничего, в моем же роду могучие колдуны, мне не следовало поддаваться панике, а искать выход из ситуации. А пока подыграть? Или не подыгрывать и посмотреть, что будет?

– Да что вы себе позволяете? – спросила я с вызовом, преграждая ей путь в комнату.

Как говорится – бросилась на амбразуру всем телом. А женщина, кем бы они ни была – той самой мадам Геллой или кем-то другим, похоже, подобного обращения в свой адрес не терпела. Ее аж всю перекосило.

– Да как ты смеешь повышать на меня голос?! – воскликнула она гневно. – Снова учить тебя манерам?..

Не успела я отреагировать, как женщина подняла руку и, ничего больше не добавляя, отвесила мне оплеуху. Ударила! Да так сильно, что в глазах потемнело.

Внутри возродилось что-то нехорошее, древнее и злое. Внезапно захотелось ударить ее в ответ, а потом схватить за волосы и выволочь вон из квартиры. Перед глазами замелькали искаженные стены замка, через бурю гнева в голове зазвучали голоса, жаждущие боли, мести, крови.

Но это длилось недолго. К счастью.

Только я открыла глаза, как на меня белым вихрем налетела незнакомая девочка лет десяти. Подобного «нападения» я не ожидала и тут же отпрянула назад, но чуть не оступилась и не упала с лестницы. Ее маленькие ручки вцепились в мою юбку и помогли удержать равновесие.

Сзади была лестница – крутая и мраморная, а впереди этот маленький растрепанный сорванец в платье настоящей леди – длинном в пол, пышном, светлом, с атласными бантиками и ленточками, а также рюшечками (куда же без них). На голове незнакомки царил настоящий хаос, но можно было предположить, что до того, как прическа растрепалась, она представляла собой красивое сооружение из светлых кос.

– Опять не нашла, значит, снова водишь! – радостно воскликнула девочка. Ее кукольное личико раскраснелось, глаза задорно поблескивали. – Закрывай глаза и не подсматривай! Вставай к стене и считай до десяти! – приказала она деловым тоном.

«Светловолосая, темноглазая, и весьма своевольная» – сделала я вывод. И почему-то не сомневалась, что эта девочка – настоящий ураган. Без сомнения, она всегда добивалась, чего хотела – такой палец в рот не клади, поэтому-то я не стала даже спорить.

– Вообще-то я не планировала подсказывать, но так уж и быть, а то сегодня так водой и не побываю... – деловито заявила девочка. – Ищи неподалеку от моего любимого места!.. Считай громко, чтобы я слышала! И не думай подглядывать!

Я развернулась лицом к стене и закрыла глаза, а девочка белым вихрем умчалась прочь. Поднялся ветер, раздались шуршание и шум убегающих шагов. Но открыть глаза я не решилась и послушно досчитала до десяти. А когда произнесла: «десять», развернулась и огляделась.

Лестница с витиеватыми перилами убегала вниз в большую просторную залу. Без сомнения, именно в таких залах устраивают балы – кругом все блестело и сверкало (дорого-богато). Перевесившись через перила, я не могла отвести взгляда от камина, живописных картин и позолоченных подсвечников... Словно я снова оказалась в замке, только в другом. Но разве я бывала когда-то в замке?

С трудом отведя взор, я взглянула на стены второго этажа, где, собственно говоря, стояла. Снова картины в массивных рамах и старинные подсвечники, на полу ковры. Не иначе, как чье-то дворянское поместье.

Приметив в нескольких метрах от себя окно, я направилась к нему. Мои шаги гулко зазвучали на ковре, идти было сложно, и я поняла почему... На юбку, которая была на мне, я обратила внимание и раньше, но не придала ей значение. Сейчас же я ощупала себя куда критичнее, обнаружив надетое платье настоящей леди – в пол, шуршащее и ужасно объемное с несколькими слоями юбок. Более того – талию и грудную клетку тугими шнурками стягивал корсет, снять который у меня не получилось. От пришедшего осознания дышать сразу же стало тяжело.

Я никогда не носила длинных платьев, поэтому тут же ощутила себя пойманной в сеть. Да еще этот корсет, словно намертво пришитый к груди.

– Что это? – в панике спросила я. – Где я?

Я растерянно завертела головой, пока не вспомнила, что держала путь к окну. Подхватив юбки и задрав их выше колена, я бросилась было к заветной цели, но мельком взглянула вниз, ужаснувшись обнаружившимся на ногах белым кружевным чулкам и неудобным башмачкам. Достигнуть я окна так и не успела.

– Что ты делаешь? – внезапно донеслось из-за спины.

Девический голос заставил меня замереть на середине пути.

– Какой позор! – пораженно воскликнул другой голос – тоже женский.

Я медленно повернулась. Глупо было думать, что в этом доме я окажусь одна. Да и то, что окно каким-то образом сможет меня спасти. Не проще было бы спуститься вниз по лестнице и выйти через дверь? Да уж, умные идеи всегда приходят с запозданием...

В проеме коридора стояли две молодые девушки-подростки, видимо направляющиеся к лестнице и заставшие меня врасплох. Обе светловолосые, но совершенно не похожие друг на друга.

Одна – строгая на вид, в круглых очках, как у Гарри Поттера, с книгой в руках, прижатой к груди. В черном платье – пышном, длинном с рюшками и бантами. Ей совершенно не шло такое платье, уродуя фигуру девушки, делая ту похожей на несуразную летучую мышь. Хмурая и сильно недовольная, она таращилась на мои ноги с таким ужасом, словно это были не ноги, а страшные лапы.

Спешно разжав пальцы (платье тут же опустилось вниз), я перевела взгляд на вторую девушку. Осуждения или возмущения на ее лице не было, скорее легкое недоумение, смешанное с интересом. Ее светлые волосы, в отличие от спутницы (с пучком на голове), локонами спадали на плечи платья бирюзового цвета, такого же длинного и объемного. Но, в отличие от девушки, стоящей рядом, платье ей шло, делая фигурку точеной и подчеркивая все достоинства. Девушка напомнила мне диснеевскую принцессу.

Повисла неудобная пауза. Я не знала, что сказать, ощутив себя потерянной. Совсем недавно я находилась в своей квартире, а сейчас... Перед глазами замелькали какие-то обрывки образов, но по ним словно проходили помехи. Образы тускнели, сменялись другими... Их было так много, все незнакомые и чужие.

– Вы опять в прятки играете? – спросила строгая девушка, деловито поправляя очки. И хоть она выглядела старше своих лет, я бы все же дала ей не больше пятнадцати. И диснеевской принцессе примерно столько же. – Рина разозлится, если узнает.

– Но она же не узнает... – толкнула ее в бок принцесса. – Ведь так?

Строгая девушка не ответила, а вместо этого набрала в легкие воздуха и закричала: – Белочка, выходи, игра закончена! – а затем обратилась ко мне: – Рина права, старшая сестра из тебя никудышная.

Диснеевская принцесса открыла было рот, чтобы что-то ответить, но, виновато на меня взглянув, передумала и потупила взор.

– И что тут происходит? – раздался новый голос.

Из соседнего коридора вышла, точнее нет, величаво выплыла, ослепительно красивая девушка в платье цвета пыльной розы. Ее черты лица были мягкими, бледная кожа ровной и бархатистой, движения плавными, а голос – будто сладкий мед для ушей. Распущенные волосы блестели и отливали золотом в отражении зажженных подсвечников. Она была не просто диснеевской принцессой, а настоящей королевой.

– Они опять в прятки играют! – выпалила девочка в очках. «Вот ведь ябеда!» – взглянула я на нее и, словно почувствовав мой взгляд, она резко отпрянула.

– Это ты мне так мстишь, да? – обратилась ко мне, по всей видимости, та самая Рина. Она была моей ровесницей, но вела себя так, словно была тут главной. Обращенное на меня лицо девушки исказилось и больше не казалось таким уж красивым. – Мы же с тобой договорились. Ты вынуждаешь меня обратиться к маме!

– Рина... – пискнула диснеевская принцесса.

– Заткнись, Зоя! – рявкнула Рина так грозно, что мы втроем вздрогнули. – А ты... – она ткнула в меня пальцем, явно приготовив пламенную речь, но дослушивать я не стала.

В голове словно сработал защитный механизм, срывая все замки и отпирая засовы. Ян, Забава, Мира... Я все вспомнила. И прыжок с крыши, и падение с балкона в ров. То, что меня не должно здесь быть, это какая-то новая реальность, но точно не моя. Мне нужно домой, отыскать друзей... «Прочь!» – подсказал внутренний голос.

Сбежав по лестнице под крики девушек, я бросилась к распахнутым дверям к свету, к свободе. И выскочила на улицу, готовая бежать дальше, но оступилась (дурацкое платье).

Перед тем, как упасть, я все же успела увидеть, что выход вел не просто на улицу – он вел в лес.

Глава вторая. ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ РЕАЛЬНОСТИ

– Все в порядке? Ты цела? – в полумраке комнаты Филипп помог мне подняться ноги.

Было очень холодно, окно каким-то образом открылось и теперь в него, поднимая штору, с воем задувал ветер, и крупными хлопьями валил снег. Аня, путаясь в занавеске, тщетно пыталась закрыть распахнутые створки, а мама, кутаясь в халат, стояла в дверях и постукивала зубами.

– Да закрой же ты, наконец! – потребовала она у Ани, продолжающей тщетную борьбу со шторой.

– Включите свет, ничего не видно! – в отчаянии возопила девушка. – Не получается.

Щелкнул выключатель, озаряя темную комнату – шкаф, стол, кровать стены, пол... и окровавленную штору. Аня смогла распутаться и наконец-то добралась до окна, закрыла створки, но завывать ветер не перестал. И было понятно почему. Я опустила взгляд вниз, чуть дальше от батареи и увидела на полуокровавленный черный комок перьев. «Птица!» – догадалась я.

– Ааа... – вскрикнула Аня, выбравшись из-за занавески и тоже увидев «виновника случившегося», а потом отпрыгнула в сторону и побежала к выходу прямо на маму.

На полу блестели осколки. Невероятным образом птица врезалась в окно и прошла сквозь три стекла. Да уж, невероятно! Но только не для меня, не в данной ситуации. Черная птица!

Что там говорят про черных зверей – воронов, кошек, собак... оборотней? Предвестники беды? Черный ворон! По телу побежали мурашки. Конечно же, кто-то из волшебного мира послал мне знак.

Птица все еще было жива, зашевелилась и издала очень тихий звук, но его расслышал каждый из нас. Аня взвизгнула и покинула комнату, а мама сморщилась и с пренебрежением в голосе велела:

– Избавьтесь от этого... И заклейте окно скотчем, что ли... Завтра вызову мастера, опять одни растраты...

Напоследок мама взглянула на меня так, словно это не птица, а я разбила окно, после чего скрылась в проходе следом за Аней.

– Принесу совок с пакетом! – сказал Филипп и уже хотел было бежать в коридор, но я остановила брата:

– Зачем совок с пакетом?

– Ну, так она заразная может быть, чтобы руками не касаться, – пожал плечами Филипп. – Выбросим в мусоропровод.

Брат всегда был чутким, понимающим, добрым. Филипп, которого я знала, никогда бы не стал выбрасывать живую раненую птицу в мусоропровод. Скорее это сделала бы я. Хотя... Нет, вряд ли бы я смогла так поступить с живым беспомощным существом. И Филипп не должен. Это я ему и попыталась объяснить, что птице нужна помощь. Я очень аккуратно, чтобы не навредить, голыми руками подняла ее и положила в попавшуюся на глаза кофту.

– Лисенок, она не выживет... Она же сейчас страдает... – пробормотал брат, как бы в свое оправдание.

– Бросив ее в мусоропровод, страдания ты ее не прекратишь, а сделаешь только хуже! – возразила я. – Нужно искать ветеринара!

Отношения брата с животными с самого детства были доверительно теплыми. Иначе сказать – брат не проходил мимо ни одной попавшей в беду зверушки, будь то щенок, котенок или даже кузнечик. А вот я подобрала на вокзале щенка, выросшего в большого пса Барбоса. И пусть он не был ранен, я все же помогла зверю, найдя для него дом.

Впрочем, в остальном мои положительные отношения с животными заканчивались, вспомнить хотя бы того же кота Ершика или комнатных рыбок... Кстати, а где кот?

Я огляделась, и не удивительно, что не увидела это пушистое недоразумение. Меня он на дух не переносил, наверняка где-то прятался. Частенько (всегда) я мечтала, чтобы он случайно выбежал за дверь и потерялся... И сложно передать словами, как сейчас мне стало за это стыдно.

– Ночь на дворе... – пробормотал брат, сделав еще более виноватый вид.

– Наверняка есть клиника, которая работает ночью! – с нажимом ответила я, а потом ахнула: – Конечно, помнишь, как-то ночью стало плохо Ершику, и папа его возил к врачу! Это вроде как... Нет, не вспомню название района, но, кажется, она на другом конце города... Подожди, где мой телефон?

Я заметалась по комнате, отыскивая телефон, но его нигде не было. Я смутно начала припоминать, что сотовый вроде как разбился о кафельный пол еще вчера в школе. Филипп словно прочел мои мысли и протянул свой смартфон. Я незамедлительно вбила в поисковике адрес круглосуточных клиник. Несколько высветились недалеко от нашего дома, но меня прямо-таки манило на окраину в другую часть, туда, где когда-то врач осматривал кота.

– Ну что там? – в нетерпении спросил Филипп.

– Вот, это он! – уверенно произнесла я, показывая брату расположение клиники на карте. Филипп нахмурился и присмотрелся к другим адресам.

– А поближе нет? – спросил он.

И почему я захотела поехать именно в ту клинику? Не потому ли, что на ее эмблеме красовался черный зверь, похожий на собаку или волка... оборотня? Возможно...

– Х-хорошо, – не совсем уверенно, но все же согласился брат. Повезло, ведь я думала, что долго придется его уговаривать.

Драгоценное время пришлось потратить и на то, чтобы объясниться перед враждебными женщинами. Не знаю, что уж такого страшного им сделала бедная несчастная птица, но настроены против нее они были капитально. Филипп, к счастью, занял мою сторону и был непреклонен. Тогда мама пустила в ход увещевания, что все дело в моей болезни, что я негативно влияю на брата.

– Психушка по ней плачет! – ввернула Аня и свои пять копеек.

И как же они сокрушались насчет денег, мол, бедствовать приходится, копить с трудом, а тут птица спутала все планы и лишила маму новой шубы.

– Это же окно менять придется! – схватилась за голову мама, а Аня не по-доброму покосилась на переноску, в которую несколько минут назад я положила полуживую птицу.

И вообще они обе были уверены в том, что ворон, врезавшийся в окно, жуткая примета. Пока птица не умерла в их квартире, от нее немедленно нужно избавиться. А то жди беды!

– Ну так не задерживайте нас! – не выдержав, я повысила голос. – В вас вообще что-то человеческое есть? Живое существо умирает, а вас только деньги да приметы какие-то волнуют. И ты-то ладно, всегда была жадной, – обратилась я к матери, – и боготворила одного Фила, меня к грязи примешивая, а ты... – я сверкнула взглядом на Аню, и та аж вжалась в спинку стула. На языке крутилось оскорбление, но я не стала уподобляться женщинам, снова вернувшись к маме: – Я знаю, что тебе не родная, но так как ты ведешь себя со мной все годы, всячески унижая, низко и гадко, прощай, мам, больше я не стану причинять тебе неудобств, а поеду к родной матери.

Наверное, впервые за все время мама не нашла что ответить. Она открыла рот и пораженно захлопала ресницами, а я подняла переноску и зашагала к выходу.

Я боялась, что Филипп не пойдет за мной, ведь возвращаться сюда я больше не собиралась. Ничего, большая девочка, как-никак уже семнадцать лет исполнилось, да и реальность не моя. Не пропаду!

– Алиса, не беги так, – попросил брат, чуть ли не скатываясь за мной с лестницы. Мы прошли к его машине и молча сели внутрь. Я разместила телефон на магнитной подставке, навигатор проложил маршрут. Внутренний голосок тихонечко подсказывал, что мы можем не успеть в такую даль, да еще по снегу в разгар метели, что лучше всего выбрать ближайшую клинику, но я была непоколебима, словно зная, что только в этой клинике птице помогут. И мы успеем. Должны успеть, ведь брат превосходный водитель!

Ехали молча. К сожалению, Филипп не разгонялся и выглядел за рулем не только неуверенным и сосредоточенным, но и каким-то подавленным. Было видно, что он порывается что-то сказать и, наконец, брат не выдержал:

– Откуда ты узнала, что не родная маме?..

– Какая разница, узнала и узнала, – буркнула я, глядя в окно на сменяющиеся за окном пейзажи.

– Та женщина, которую ты рисовала... – Филипп мотнул головой на мою куртку, под которой пряталась тетрадка, прихваченная из дома. – Я ее узнал, она приходила недавно. Говорила весьма странные вещи. Требовала с тобой повидаться. Она ведь и есть твоя родная мать, да?

Брат испытующе взглянул на меня в зеркальце. Не поднимая глаз, я кивнула, а потом прокрутила в голове сказанную до этого братом фразу и резко к нему повернулась:

– Когда приходила?

– Несколько месяцев назад... – произнес Филипп, продолжая наблюдать за моей реакцией через зеркальце. – А до этого я видел ее с отцом, запомнил ее, потому что они сильно ругались. Это было где-то за неделю до его гибели, но, возможно, они виделись еще раньше... Как думаешь, зачем?

– Какие странные вещи она говорила? – спросила я, но брат пожал плечами и вернул все свое внимание к дороге. Я ждала, что он ответит, но Филипп молчал.

Путь продолжили опять же в молчании, каждый думающий о своем. Не знаю, какие мысли одолевали брата, но я не могла думать не о чем, кроме того, в какие сети попала, словно паук сплел паутину специально для меня. Три совершенно разные реальности, и во всех них вроде бы знакомые, но в то же время чужие для меня люди. Но разве такое возможно?.. Спросила я себя, после того, как прыгнула с крыши домика в лесу и угодила в волшебный мир.

– Приехали! – прервал молчание Филипп. Он раздраженно стукнул по рулю, а я взглянула через лобовое стекло и увидела выросшую перед машиной каменную стену. Брат запаниковал, словно не знал, как выехать обратно из тупика, куда мы угодили.

– Нам нужен соседний переулок, – заметила я.

– Это и вправду странно! – воскликнул он, снова ударив руками по рулю. – Ну не могла птица врезаться в окно и сделать в нем дыру! Трещину, возможно, но целиком пробить... – он повернулся ко мне.

– На что ты намекаешь? – прищурилась я. – Думаешь, это я сделала? Просверлила в окне дыру, нашла птицу и изранила ее. Ради чего?

– Это ты мне скажи! – воскликнул брат, и его фраза явно дала понять, что он и вправду считает, что все это сделала я. – Послушай, твоя болезнь... – мягко начал он.

– Да пошел ты! – не выдержала я.

Вообще-то я не собиралась злиться, тем более на Филиппа, но я не смогла сдержаться. Мало того, что единственный человек на свете, который всегда меня поддерживал, выступил против меня. О какой болезни вообще могла идти речь?

Я с неприятным треском выдернула телефон, толкнула дверь и неуклюже выбралась прямо в сугроб. При этом не только не уронила переноску, но и умудрилась сохранять ее в одном положении.

– Алиса! – крикнул брат, когда я зашагала по темному переулку обратно на дорогу. Поворачиваться не хотелось, просто уйти и никогда его больше не видеть. Впрочем, единственный вопрос еще оставался без ответа, и я побежала обратно. – Извини я... – начал было Филипп.

– Мы с тобой родные или нет? – спросила я. – Только говори честно!

Данный вопрос заставил брата смутиться. Он не готов был ответить ни «да», ни «нет», а это могло значить только то – верный последний вариант.

– Это совсем не важно! – крикнул Филипп, когда я снова зашагала прочь.

Не знаю, зачем я вообще решила позвонить Наде. Каким-то чудом в телефоне брата (а я довольно поздно вспомнила, что забрала его телефон) оказался номер моей подруги. Ночь, зима, другой конец города... Раньше Надя бы даже на звонок не ответила, но через пару гудков я услышала ее встревоженный голос, ставший еще более встревоженным, когда она услышала мой голос. И без лишних вопросов подруга сообщила, что сейчас приедет, и мы договорились встретиться возле клиники. О том, как Надя будет добираться, меня в данный момент не волновало. И кто спрашивается из нас двоих эгоистка?!

Мои отношения с Надей давно вошли в некую привычку. Нет, мы были подругами, причем хорошими, но никогда мои интересы не ставились выше Надиных. Когда наши желания совпадали – мы становились лучшими союзниками, а когда нет... В общем, я старалась подстраиваться, наверное, проявляла слабость, но не мыслила себя без Нади и нашей дружбы.

К тому же вечно дружить мы все равно не смогли бы. После окончания школы наши дорожки неминуемо разошлись бы, ведь мы были из разных миров (волшебный тут не при чем). Подруга из богатой семьи, моя тоже не бедная, но я не могла по щелчку пальца взять и улететь в Париж, а Надя могла. Или приобрести, например, вещь, о которой мечтала. На нее мне нужно было копить, а Надя спокойно распоряжалась отцовской кредиткой.

Главной мечтой подруги было уехать за границу и жить там. После окончания школы она и собиралась это сделать, а я... Я даже не знала, кем хочу стать, что хочу делать... Ну, до того, как попала в волшебный мир, влюбилась, завела друзей, врагов и в данный момент зависла где-то в одной из параллельных реальностей. И произошло это именно в тот момент, когда я, как птица феникс, возрождающаяся из пепла, стала строить планы, убедившись в том, что моя жизнь не такая уж и скучная.

Я злилась, но не могла понять, на что или кого именно. Наверное, я злилась просто – на вселенную. Насколько она огромная, что включает в себя не только привычный мир, где живут обычные люди – маглы, как назвала бы их Джоан Роулинг.

Вход в клинику я нашла не сразу. Никакой таблички или опознавательных знаков, я бегала вокруг дома, пока не предположила, что мне нужно в неприглядную обшарпанную деревянную дверь, ведущую в подвал. На ней-то я в итоге и заметила название клиники и часы работы.

Свет горел, я поискала кнопку звонка, но его не оказалось. Рейтинг о клинике в моих глазах заметно упал, но ведь уходить было глупо. Более того, я стремительно замерзала и волновалась за птицу.

Я вытянула руку и пару раз стукнула по двери. И только после этого подумала, что, наверное, лучше было бы подождать Надю. Но, как известно, хорошие мысли приходят с запозданием. С другой стороны двери послышались шаги, она открылась, и в проходе оказался круглолицый улыбчивый пожилой дядька в белом медицинском халате. Кажется, он ничуть не был удивлен столь позднему посещению и, даже не взглянув на меня, наклонился и обратился к переноске:

– Ути-пути, а кто это там у нас?

Затем доктор ловко забрал переноску из моих рук и бережно (словно хрустальную вазу) понес в клинику. Темный коридор с торчащими из потолка проводами, свисающей паутиной и отколупливающейся штукатуркой навели меня на мысль, что это вовсе не ветклиника, а какой-то притон, из которого срочно нужно уносить ноги.

Впрочем, миновав этот длинный страшный коридор, мы попали в небольшой светлый медицинский кабинет, похожий на тот, что был у меня в школе, пропахший запахом таблеток и спирта.

Пока я осматривалась, мужчина аккуратно водрузил на стол переноску, открыл дверцу и достал черную птицу, перекладывая ту на стол. Ворон был мокрым и тихим. Я очень надеялась, что он еще жив.

– Так, милочка, я сегодня без медсестры, ушла буквально за пять минут до твоего прихода, что-то дома случилось... – обратил на меня свой взор доктор. – Мой руки, надевай халат, перчатки, будешь мне помогать...

«Помо... что?» – в панике переспросила я мысленно, но вслух, конечно, ничего не сказала. Доктор в любой момент мог выставить нас вон, так что пришлось смиренно подчиниться. И странно, что во время всей операции, продлившейся минут тридцать (но показавшейся мне целой вечностью), я не грохнулась в обморок от вида шприцов, игл, крови, перьев...

В тот момент, когда врач наложил последний шов, а я была на грани желания присесть куда угодно, хоть на пол, в дверь позвонили. Оставив меня с неподвижной птицей, пребывающей под наркозом, он пошел открывать дверь.

Ворон выглядел плохо, но главное – был живым. Несмотря на то, что птица потеряла много крови и сил, имела несколько переломов и вывихов, ее не стали усыплять. Хотя я боялась, что это единственный вариант избавить животное от мучений.

А сейчас пернатый казался таким маленьким, почти бездыханным, все равно, что мертвым, с закрытыми глазками. Ничего не предвещало, что ворон возьмет и очнется, распахнув эти самые глазки, внезапно оказавшиеся белыми.

Вскрикнув от неожиданности, я отпрянула, но не слишком удачно. Загремели металлические инструменты, пошатнулся стол, а дальше...

– Выходи же! Мы больше не играем! Белла, где ты?

Голоса все громче и громче долетали до моего сознания, пока не стали совсем отчетливыми. Я открыла глаза и пораженно уставилась на склонившуюся надо мной Амелию. Она, не боясь испачкать свое белое платье, сидела на ступеньках лестницы возле меня с мешочком бинтов и разнообразных склянок.

– Ох, ты меня напугала, – облегченно выдохнула она, когда я пришла в себя. Подув мне на лоб, Амелия последний раз приложила к виску влажную ватку и принялась затягивать мешочек на коленях. При этом она то и дело встревоженно поглядывала на лес. А я не могла отвести взгляда от нее.

Амелия изменилась с нашей последней встречи, сменив свой черный балахон с капюшоном на изящное платье из прошлой эпохи. Шелковистые светлые локоны волнами спадали на оголенные плечи и спину. Она смотрела на меня с любовью и заботой, от нее не исходило угрозы, как например, от мадам Геллы.

Конечно, ведь Амелия моя настоящая мать. В какой бы реальности я ни оказалась, наверное, они были связаны между собой, и мои настоящие родители в них не менялись.

– Ты не знаешь, куда могла спрятаться Белла? – спросила у меня Амелия. – Твои сестры весь дом осмотрели... Она ведь не убежала в лес? – добавила женщина, слегка нахмурив лоб. – Алиса, я обещаю, что не стану сердиться за то, что вы снова с ней играли в прятки, просто скажи как есть... Белла в лесу?

Голос Амелии был мягким и ласковым, внушающим доверие. Ей хотелось открыться, рассказать все свои тайны. Я медленно мотнула головой и опасливо покосилась на лес.

– Она сказала, что искать нужно возле ее любимого места... – ответила я.

– Так и знала! – воскликнула стоящая неподалеку Рина. Я вздрогнула, так как не ожидала ее увидеть. – Мам, ты же понимаешь, что это не может больше продолжаться. Нужно...

– Тсс! – ответила Амелия, поднимаясь на ноги. – Сейчас главное найти вашу сестру! Девочки!.. – женщина направилась на голоса, оставив меня наедине с Риной. Девушка тут же этим воспользовалась и, скривившись, наклонилась ко мне.

– Ничего, ты еще у меня попляшешь, сестренка! – прошептала (все равно, что прошипела девушка) и, зашуршав платьем, зашагала за матерью.

«Вашу сестру? Сестры?» – подумала я.

– Алиса?! – крикнула Амелия и замахала мне. – Иди к нам, не будем разделяться!

Ноги стали ватными, но я сумела подняться и зашагала к женщине... Только недавно я узнала, что Филипп мне не кровный родственник, зато теперь оказалось, что у меня есть четыре сестры?!

«Но Амелия ведь чародейка... Она не из обычного мира, все знает про магию, она сможет мне помочь!» – внезапно осенило меня, и я уже бросилась было к женщине, но та спешно скрылась за деревьями. Как и остальные девушки, взметнув своими пышными юбками.

Кто бы мог подумать, что все они так быстро бегают. Чтобы не отстать, мне пришлось призвать всю свою выносливость и смелость. Вот только о том, что затеряться в лесу очень просто, до меня дошло не сразу, только когда голоса, звучащие впереди, резко стихли. А ведь до этого я не сомневалась, что бегу в правильном направлении, а теперь...

– Не поняла, – пробормотала я, замирая на месте. За спиной хрустнула ветка, но повернуться я не успела, как услышала до боли знакомый голос:

– Попалась! Теперь тебе точно конец, белая!

Сознание стало ускользать от очередного удара по голове, а вместе с ним я. Но нет, мне нельзя было покидать эту реальность, я ведь услышала голос Яна?! Или мне это показалось, потому что я так сильно скучала...

Но нет, откуда ему тут взяться?! Куда я попала? Как вообще оказалось, что у меня четыре сестры?! Ох уж эта новая реальность – удивила, так удивила, но задерживать не стала. Окутанная мраком, я переместилась обратно в ветклинику.

Следующим, что я увидела – стал ветеринар, помогающий мне подняться на ноги. На полу валялось полным-полно инструментов, окровавленные бинты, вата, шприцы. Я чудом не напоролась на одну из игл – моя рука оказалась от нее буквально в сантиметре.

Надя стояла в дверях кабинета и нервно переминалась с ноги на ногу. Все это казалось каким-то страшным сном.

– Нет, мне нужно вернуться, я должна! – зашептала я как какая-то сумасшедшая и схватила доктора за халат. – Мне нужно вернуться!

– Так, живо домой спать! – скомандовал он. – Отсыпаться и снимать стресс.

– Нет... – повторила я, тяжело дыша. Взгляд невольно упал на стол, где лежала птица – черная как смоль с закрытыми глазами. Но нет, совсем недавно глаз был открытым и белым! Не могло же мне это почудиться... Или могло? Доктор словно прочитал мои мысли:

– Напугал тебя дятел? Ничего такое бывает, все еще под наркозом, но скоро очнется. Ему лучше побыть в клинике под присмотром, вы уже знаете, куда ее пристроить после восстановления?

– Дятел? – переспросила я, с сомнением глянув в сторону птицы. – Вы хотели сказать ворон?

– Ворон? – хихикнул мужчина. – Девушка, вы воронов вообще видели? Они в размере будут в два раза, если не в три, больше. А это дятел. Да, окрас у него, конечно, необычный для размера данной особи, но это не страшно.

– Но как же... – мне было сложно скрыть разочарование. Ворон – проводник в загробный мир, незаменимый спутник ведьм и колдунов, а дятел...

– Идите, девушка, идите... – доктор стал меня подталкивать к выходу, где стояла Надя. – Ни о чем не беспокойтесь, с вашей птичкой все будет хорошо, придете утром ее проведать.

Уйти? Я недоверчиво взглянула на стол с черным дятлом, на доктора, на подругу, а потом увидела металлический поднос. Идея созрела сразу же – мне нужно вернуться и узнать, Ян это был или нет, а уже потом разбираться и с дятлом, и с вороном, и со всем остальным.

Не успел никто меня остановить, как я схватила металлический поднос и ударила себя по голове с таким пристрастием, что из глаз искры полетели. Я не сомневалась, что удар поможет мне поменять реальность, но ничего не произошло. Слезы от боли и разочарования покатились из глаз.

– Не волнуйтесь, мы уже уходим! – поспешно произнесла Надя, забирая меня из рук немного опешившего доктора. – Пусти, – шепнула она мне и выдернула поднос, в который я вцепилась мертвой хваткой.

Явно не без помощи подруги я оказалась на улице. Ушибленное лицо болело, и я склонилась над сугробом, прикладывая снег. Кто бы мог подумать, что ничего не выйдет?! Наверное, я перемещалась по реальностям, когда ударялась головой неосознанно, ну или меня ударяли. В любом случае другого объяснения у меня пока не было.

Надя на меня почему-то обиделась и, не проронив ни слова, пошла прочь по заснеженной дороге. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ней. И пока я шла рядом, подруга не прекращала на меня с подозрением коситься. Впрочем, вопросов по-прежнему не задавала. Несвойственное поведение для Нади. Мало того, что она примчалась по первому моему зову, так еще не спрашивала, зачем мне понадобилась, ведь по телефону я толком ничего не рассказала.

– Вызовем такси? – это были ее первые слова после пройденных несколько сотен метров. Мы нашли остановку, но, понятное дело, общественный транспорт в такое время не ходил.

– Угу, – отозвалась я, опускаясь на скамейку.

– У меня телефон разрядился, от мороза, наверное... – отметила подруга, присаживаясь рядом. – Вызовем с твоего? У тебя же есть на карточке деньги или наличка?

«Деньги?» – пронеслось у меня в голове. Я внезапно осознала, что не заплатила доктору. А он не стал просить, потому что хотел, чтобы мы его поскорее покинули? Надя порылась в карманах своей шубки и выскребла несколько мелких купюр. На проезд до дома на другой конец города нам их точно бы не хватило.

К слову, насчет денег я что-то совсем не подумала. Прям совсем! Дома я была поглощена спором с родственниками и поисками переноски для птицы, которая, к слову, оказалась не благородным вороном, а каким-то... дятлом. Хотя, о чем я вообще?! Ведь живое существо, в мусоропровод сбрасывать нельзя не только ворона, но и дятла.

О деньгах я не подумала, ведь в клинику нас повез брат. И не предполагала, что по пути мы поссоримся. Так, наверное, все же было бы правильнее первой сделать шаг к примирению, набрать Филиппа и попросить нас забрать, а еще вернуться к доктору и заплатить за работу. Вот только... Как мне позвонить Филиппу, когда его телефон находится у меня?!

– Алиса, что происходит? – наконец спросила Надя. Все-таки интерес взял в ней верх. Наконец-то! – Ты... Какая-то другая...

О, правильное выражение! Только не в отношении меня, а Нади. Это она была другой. И ссора с Филиппом... Только мать осталась прежней, но, может, она одинаковая во всех реальностях? А в остальном все нереально. Надя, брат, зима... Я пнула ногой рыхлый глубокий снег, кроссовок тут же промок.

– Ну и намело... – пожаловалась я (в разгар зимы).

– Ты же знаешь, что можешь со мной поделиться, это останется между нами, – мягко произнесла Надя и осторожно коснулась моей руки своими замерзшими пальцами. – Расскажешь?

А что я теряла, если расскажу? В отличие от мамы Надя не сможет сдать меня в психушку, максимум, что произойдет – не поверит. Возможно, решит со мной больше не общаться.

– Это все из-за отца? – подсказала она тихо. – Снова началось? Ты сорвалась? Кто-то тебе что-то сказал, да?

Надя жадно всматривалась в мое лицо, словно хотела найти ключик к поведению. Интересно, я была для нее такой же странной, как и она для меня.

Что вы знаете о параллельных реальностях? Я знала довольно много, потому что отец о них писал. Не знаю, выдумывал он или рассказывал известные факты, но сейчас я могла опираться только на его умозаключения.

Итак – параллельные реальности – это вполне себе существующие миры, где живут наши зеркальные копии, но их жизнь не похожа на ту, к которой мы привыкли. В общем, внешне совершенно одинаковые, эти реальности могут кардинально отличаться.

Получается, я проживала жизни уже трех своих копий в трех мирах. В одной реальности у Алисы были проблемы из-за смерти отца, во второй проблемы были у отца из алкоголя, еще в ней не было Филиппа, в третьей я вообще в какое-то средневековье угодила... И все, казалось бы, можно было объяснить логически (ведь объяснение волшебному миру я нашла), но самым важным оставался другой вопрос – если я была здесь, что случилось с другой Алисой, место которой я сейчас занимала?

Надя смотрела на меня так, как никогда не смотрела. Они видела во мне свою подругу, с которой, похоже, привыкла всем делиться. Не просто разговорами о себе любимой, но и переживала за меня, точнее другую Алису.

– Ты все равно не поверишь, – ответила я, потирая виски.

Впрочем, если отмести версию про параллельные реальности и считать их банальной выдумкой фантастов, получалось, что я просто... Что я?

– Но попробовать же ты можешь, а вдруг поверю, – заметила та, улыбнувшись.

– Помнишь прошлое лето, я ведь точно ездила в деревню? – уточнила я, взглянув на подругу, которая тут же помрачнела. Даже в слабом свете фонаря было хорошо видно, как Надя поменялась в лице. Наверное, она ждала, что у меня начнется истерика, как тогда в классе, вот только сейчас я уже точно знала, что мой настоящий папа не умер, что во всем виновата магия дурацкого рва.

– Да, – еле слышно отозвалась подруга.

– А ты помнишь, что я тебе рассказывала, когда звонила из поселка? – продолжила я. – Помнишь тот, хм, странный разговор про моих попутчиков из поезда?

Надя долго молчала, явно подбирая правильные слова. Впрочем, по ее реакции я поняла, что такого она не помнила. Более того – я ее явно пугала.

– Возможно, – наконец выдавила она. – Это как-то связано с тем, что с тобой происходит?

– Возможно, – тоже ответила я и отвернулась.

– Алиса... – встревоженно заговорила Надя.

– Все в порядке! – перебила я ее, не дав сказать, то, что она собиралась. – Мне просто нужно время, пойдем?

– Куда? – растерялась Надя и испуганно взглянула на исчезающую во мраке дорогу. Ее пальцы сжали купюры. – Нам же на другой конец города.

И это-то при условии, что на нас никто не нападет, например, голодные и холодные бродячие псы. Не говоря уже о людях. Хотя кто ночью из нормальных людей будет бродить по улицам? Вот именно, нормальных!

Со вздохом я достала телефон («Все-таки можно попытаться вызвать такси») и обнаружила, что аппарат разряжен. Неужели тоже от холода?

– Перчатки забыла, – вздохнула Надя печально и спрятала руки в карманы шубы.

Я невольно поежилась, у меня не было не только перчаток, но и шубы, я надела первую попавшуюся легкую куртку и летние кроссовки, опять же не планируя надолго покидать машину. И только сейчас, глядя на замерзающую Надю, я осознала, что замерзаю и сама.

Надя проследовала взглядом к моему смартфону и, поняв, что такси нам не вызвать, разволновалась. Она завертела головой, явно выискивая поблизости что-то, что могло нам помочь – магазинчик, заправку, киоск. Да хоть что-нибудь! Но нет, более пустынной улицы я еще не встречала. Да еще, как на зло, повалил снег.

– Так, идем обратно в клинику, позвоним оттуда! – решительно произнесла Надя и первой вскочила на ноги.

Я даже спорить не стала, похоже, это и вправду был лучший план. Как раз извинимся перед доктором, пообещаем, что все ему возместим. Впрочем, имелись опасения, что он нам попросту не откроет, но, как говорится, надежда умирает последней. И моя Надежда опускать руки явно не собиралась.

Обратно мы бежали трусцой. Метель разыгралась нешуточная, да и фонари не горели. Но это не самое худшее – света в клинике не было ни в одном из окон, да и табличка с двери исчезла.

– Что за чертовщина... – пробормотала я.

– Может быть, это другой дом? – неуверенно предположила Надя.

Мы с подругой знали, что пришли правильно, здесь явно было что-то не так. Я постучала в деревянную ветхую дверь, как и делала раньше, но это не помогло. Свет не зажегся, ни шагов, ни шороха с той стороны слышно не было. Но как же мой дятел?

Признаться, мне было стыдно, и не только потому, что я не смогла отличить дятла от ворона, но и потому что ни о каких особенных знаках из волшебного мира можно было бы не мечтать. А я губу раскатала... Никакой он не спутник ведьмы. Скорее всего, птица оказалась залетной и случайной, но как она попала в город, учитывая, что лес находился далеко, а в наших парках дятлы отродясь не водились. Белки и те сбежали...

Пока Надя металась возле окон клиники, что-то высматривая, я невольно предавалась размышлениям и медленно, но верно превращалась в ледышку. Но ведь не могло у нас с Надей случиться коллективное помешательство? Ладно бы я сходила с ума, но подруга-то в магический ров не падала, она вообще жила себе преспокойно, дружила с Алисой, пребывающей в глубокой депрессии из-за гибели отца...

«Но куда же ты подевалась?» – спросила я и оглянулась, будто бы рассчитывая, что копия меня выпрыгнет из-за сугроба. Но, конечно, этого не случилось. Даже не знаю, за кого я сильнее переживала, за себя настоящую или себя параллельную.

– Эй, ты что делаешь? – обеспокоенно воскликнула я, заметив, что Надя вернулась к входной двери и склонилась над замком. Я не сомневалась в том, что подруга пытается проникнуть внутрь незаконным способом. Как и в том, что у нее это не получится.

Однажды мы пытались проникнуть в учительскую, чтобы подправить оценки в журнале (да, есть такой грешок). Инициатором была Надя, я стояла на стреме, но за полчаса мучений у подруги так ничего и не вышло. Жаль только погнутых заколок.

Но я забыла то, что новая Надя – другая Надя. Не прошло и нескольких минут, как подруга с торжественным видом распахнула дверь. В защиту двери скажу так – она не была железной и неприступной, а обычной – деревянной. Впрочем, от уголовной статьи за проникновение со взломом нас это не освобождало.

– Не смей, а ну вернись! – крикнула я, но Надя уже скрылась в темном коридоре. Через приоткрытую дверь стал заметать снег.

И почему я вообще струсила? Параллельные миры – другие реальности. Чего мне бояться, ведь ответственность все равно понесет другой... Точнее другая.

– Прости, другая Алиса, где бы ты ни была, – сказала я и, стуча зубами похлещи Щелкунчика, последовала за подругой.

– Надя? – позвала я, внезапно ощутив себя слепым котенком.

В помещении было неестественно темно – глаз выколи. Стены холодные, гладкие и... какие-то влажные... «Вода?» – панически пронеслось в голове, и я тут же одернула руку от стены.

Но вода, похоже, была не только на стенах, но и на полу, а еще капала с потолка, но я не слышала ни звука, только чувствовала. Снова позвала Надю, но мой голос эхом унесся прочь, поглощенный гробовой гнетущей тишиной. Но через несколько секунд прозвучал истошный женский крик.

Я дернулась, готовая бежать вперед на помощь, но ноги оказались, словно пришиты к полу. Охнув, я стала падать, не видя куда именно – куда-то во тьму.

Песочный пляж ворвался в мое сознание непрошенным гостем. Вдохнув разгоряченный воздух, я закашлялась и растерянно заморгала. Глаза защипало от ярких красок солнца и океана, о котором я, наверное, мечтала всю свою жизнь, особенно последние восемь месяцев. А потом все пошло прахом... Ну вы и так все знаете...

Но откуда тут взялся пляж? Еще одна несуществующая реальность? Ненастоящая, но такая желанная. Неужели мы все-таки уехали в отпуск? Я огляделась в поисках людей, но никого поблизости не оказалось – ни шумных детей, ни тявкающих собачек, ни любителей что-нибудь перекусить, забыть хрюкнуть, но оставить мусор на месте своего пребывания.

Пляж казался пустынным, диким, но именно в этом и была вся его прелесть. Я лежала на горячем песке, который довольно приятно подо мной похрустывал, словно наполнитель в кресле-мешке, волны прикатывали к берегу, ритмично все ближе и ближе подбираясь ко мне. В небе парили птицы, они кружили, пикировали к воде, вытаскивали рыбу и улетали. Дельфины резвились в волнах, выпрыгивая и громко треща. Солнце – такое яркое, такое необыкновенное.

Я стала приспускаться по песку ближе к воде, пока моих ног не коснулся теплый океан. И прекрасное видение не рассеялось, пускай это место было в какой-то параллельной реальности, другой Алисе определенно повезло.

– Хорошо тут, правда? – раздался рядом голос.

Я обернулась и еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Рядом сидел кенгуру. Самый настоящий – обычный живой кенгуру. Впрочем, не такой уж и обычный – в гавайской рубашке, шортах и солнечных очках. И да, похоже, зверь был говорящим, а минутка блаженства обещала быть недолгой. А пока...

– Хорошо, – подтвердила я, ложась на песок. – Жаль, правда, что все ненастоящее.

– Ну почему же ненастоящее? – спросил зверь удивленно, а потом бросил лапкой в меня пригоршню песка. Зверь сидел словно человек, по-турецки сложив ноги, глядя вдаль. – Если хочешь остаться, могу подсобить, – после незначительного молчания повернул он ко мне свою мордочку.

Я приподнялась. Конечно, кенгуру был тут не случайно! Неужели он мой шанс на спасение. Или очередная уловка магии? Некая проверка?

– Я бы хотела вернуться к друзьям, – сказала я, вглядываясь в темные очки, стараясь разглядеть за ними глаза зверя. – Сможешь помочь?

– Вернуться? – повторил кенгуру, и его голос прозвучал как-то разочарованно. Зверь развернулся в сторону океана. – Но ведь ты сама сказала, что здесь хорошо...

– Да, но там же мои друзья остались, а как же мои брат с отцом! – возразила я. – Ты бы смог бросить своих родных, польстившись, да не спорю, прекрасную, но чужую реальность? Она не для меня, понимаешь?

– Понимаю! – после довольно длительного молчания произнес кенгуру и снова повернулся ко мне. – Ну, тогда тебе нужно постараться. В жизни важны две составляющие – вера и действие. Одна дополняет другое, и тогда получается хороший результат. Согласна?

Необычный собеседник своей короткой лапкой умудрился дотянуться до очков и их приподнять.

– Да, – кивнула я. – Но как мне действовать? Что для этого нужно?

Кенгуру потер лапкой мордочку и вернул очки на место. А затем, встревоженно навострив уши и посмотрел назад – в сторону экзотического леса.

– Так, нас, похоже, заметили... – пробормотал зверь. – Пока не замели, перенесем разговор. Я все устрою, найдешь меня после.

Зверь вскочил на ноги и, больше ничего не добавив, запрыгал в сторону пальм.

– Подожди, но как же потом? – прошептала я ему вслед.

Хотелось за ним побежать, но я себя остановила. Экзотический лес покачивался и мрачнел, словно на него спускалась тьма, там и скрылся кенгуру. Мне стало не по себе, внутренний голос подсказывал, что не нужно идти за зверем, что я только все испорчу. Но мне же хотелось побыстрее вернуться!..

Сделав над собой неимоверное усилие, я отвернулась и уставилась на тонкую полоску горизонта, досчитала до пяти, а потом легла на песок и закрыла глаза.

– Эй, да сколько можно спать? – меня легонько тряхнули за плечи, и я снова открыла глаза. Все тот же песок, солнце, птицы и дельфины, а еще полным-полно народа под шезлонгами и в океане. Где-то играли в волейбол, где-то пускали воздушного змея, дети строили песчаные замки. А рядом сидел Филипп и пытался меня добудиться. – Ну, наконец-то, я-то испугался, что солнечный удар хватил!

Брат лучезарно улыбался. Я не ожидала его тут увидеть, потому что... Опять забыла? Но что я должна была помнить? Что-то важно... Я растерянно заморгала, а улыбка Филиппа слегка померкла.

– Все в порядке? Тебя вправду напекло? – спросил он встревоженно и, схватив лежащее на полу полотенце, принялся нахлобучивать его мне на голову. – Совсем горячая, срочно в номер под кондиционер!

– Да нет же, не напекло, все хорошо, – я тщетно пыталась отбиться от брата.

– А что случилось? – услышала я знакомый голос, а потом увидела папу, выбегающего из воды. Он выглядел не как обычно – помолодевшим лет на десять, с шикарной шевелюрой и улыбкой на пол-лица. Папа побежал к нам, на его лице, как и лице Филиппа было беспокойство. – А ведь надо было слушать Амелию, она же настаивала, чтобы Алиса осталась в номере...

– Пап, не начинай! – попросил брат.

– Амелия? – пробормотала я.

– Мяяяяч, – по пляжу пронесся пронзительный детский визг.

И кто бы мог подумать, что он адресован именно в нашу сторону. На мгновение свет погас, как по щелчку пальца переключив одну реальность на другую, словно канал в телевизоре.

Волейбольный мяч сам по себе легкий, но, если он летит тебе в лицо со скоростью света, жди беды. Это правило я запомнила несколько лет назад, когда на одном из уроков физкультуры мне случайно прилетел прямо в лицо. Ну и синячище тогда был, жутко вспоминать. Впрочем, этого сделать я не успела, так как в меня плеснули холодной, я бы даже сказала, ледяной водой. И в этом было мало приятного.

Я тут же открыла глаза, обнаружив, что больше не на пляже, а надо мной с пустым кувшином в руке склонилась мадам Гелла в бордовом костюме. Страх, превратившийся в дрожь, пробежал по всему телу. На мгновение я почувствовала себя пойманной в ловушку, загнанной в угол, а потом внезапно ощутила силу и решила дать отпор. Но не успела я подняться, как в голове, будто бы прорвав некую оболочку, отчетливо раздался голос: «Только не зли ее, не зли. От этого всем станет хуже!»

Голос затих, а мадам Гелла сверкнула глазами, явно дожидаясь, что я предприму. А я... Я прислушалась к голосу и протерла рукой мокрое лицо. Максимум, что я сделала – волком взглянула на женщину, но как бы устрашающе это не выглядело, ни один мускул на ее лице не дрогнул.

– И с чего это вдруг ты снова решила взбунтоваться?! – произнесла мадам Гелла, кривясь. – Не усвоила прошлый урок? Ну ничего, второй, я уверена, пойдет тебе на пользу. Значит так, паразитка, чтобы я тебя сегодня не видела и не слышала! – рыкнула она, склоняясь надо мной и хватая за волосы. – Сиди у себя как мышь и из квартиры ни ногой. Выйдешь, пеняй на себя! Будем говорить по-другому, ясно выражаюсь?

В ушах зашумело. Отчаянное желание дать отпор взбрыкнуло внутри, словно дикий резвый конь, но прежний испуганный голос снова прорывался в мое сознание: «Не зли, прошу. Ты все испортишь, она догадается!»

«О чем догадается?» – спросила я мысленно, но ответа не последовало. Мадам Гелла разжала руку, и я сумела вырваться.

– Поняла? – спросила женщина.

Я кивнула и хоть в данный момент сильнее всего мечтала спалить ее взглядом, потупила взор.

– Не слышу! – рявкнула она, явно преследуя целью вывести меня из себя. Строптивый коняга внутри брыкнулся, было не просто его усмирить, но я сумела. Не поднимая глаз, я прошептала:

– Поняла.

– Что ты поняла? – тут же спросила женщина, явно наслаждаясь сложившейся ситуацией, где она выступала в роли хищника, а я жертвы.

«Вот ведьма!» – подумала я, а вслух, не поднимая глаз, так же тихо и смиренно, произнесла:

– Не выходить из своей комнаты, сидеть как мышь.

– Хорошо, – произнесла коварная женщина и оставила меня в покое, скрывшись в комнате родителей. Я облегченно вздохнула, разжимая кулаки.

Через какое-то время мадам Геллла под локоть вывела отца из комнаты. Я удивилась, что он шел сам, не покачиваясь, не заваливаясь на бок. Впрочем, взгляд у него был какой-то странный – не пьяный, а отстраненный. «Все дело в магии, она что-то с ним сделала!» – решила я, когда папа прошел мимо, даже не обратив на меня внимания. Хотелось что-то предпринять, но что я могла? Только сделать хуже, как предупредил недавно напуганный голос в голове.

– Ты еще здесь? – грозно зыркнула на меня женщина.

«Чтоб ты провалилась!» – пожелала я в сердцах и метнулась к своей комнате.

Через мгновение шаги в квартире стихли, а в замке несколько раз провернулся ключ. Выждав несколько минут, я выглянула в коридор и, убедившись, что дома никого нет, проверила входную дверь. Она, конечно же, оказалась заперта, а запасных ключей на привычном месте (в шкафчике около входа) не оказалось.

– Зашибись! – воскликнула я и хищно осмотрелась кругом и позвала: – Ключи, где вы?

Кровь из носа, но мне нужно было выбраться из квартиры. Сложно представить, что сделает со мной мадам Гелла, когда вернется. Даже представлять не стану!

Глава третья. ДРУЗЬЯ И ВРАГИ

Что же хочу сказать – ключей в доме не оказалось. Я облазила каждый закуток, даже там, где их не могло быть ни при каких обстоятельствах. Пусто. И сейчас я реально почувствовала себя в ловушке. Мадам Гелла могла вернуться в любой момент и сделать что-то такое, чтобы я стала таким же роботом, как отец. Интересно, женщина настоящая? Ну, в смысле, из замка или ее зеркальная копия?.. И обе злые как атомная война?!

– Думай! – хлопнула я себя по лбу. Если через дверь выбраться было не реально, оставалось окно, но... Стоило мне взглянуть вниз, как тут же закружилась голова. Нет, прыгать было точно не вариант, но тогда что? – Думай!

Я бросилась за телефоном, принялась копаться в контактах, но из всех немногочисленных номеров знакомыми оказались только номера отца и Нади. Ничего не оставалось, и я набрала подругу, но последняя после нескольких секунд ожидания меня сбросила и прислала сообщение, что «жутко занята» и перезвонит позже. И это «позже» могло быть «совсем позже», что, конечно, мне не подходило.

Из всех многочисленных мыслей, пришедших в голову, задержались две: пожар или потоп. Выбраться самостоятельно из запертой квартиры я не могла, а, значит, требовалось, чтобы меня отсюда вытащили.

Огня я боялась, знала, что он быстро распространяется и может перекинуться на соседние квартиры, а потоп... Воды я боялась сильнее, но, кажется, в настоящее время это был самый безопасный способ. К тому же, страх возвращения мадам Геллы даже помог мне на время забыть, как именно сильно я боюсь воды. Да, и не утону же я здесь!

– Простите соседи, – вздохнула я и побежала в ванную открывать краны все краны.

Не знаю, кто жил внизу в этой реальности, но в моей там обитали довольно склочные и мелочные люди – пожилая пара, вечно всем недовольная. Разумеется, жалобы в отношении нас лились потоком: то мы музыку громко слушаем, то кричим, то хлопаем и топаем и даже их заливаем. При этом ничего из перечисленного мы никогда не делали. У нас вообще в полу, стенах и потолке была проложена шумоизоляция, но соседи снизу, похоже, не понимали, что это значит. Видимо, они были из категории тех людей, жизнь которых прожита зря без постоянных жалоб.

Полгода они выносили мозги нашей семье, попив немало крови, отец даже пытался откупиться от них, но спокойнее жизнь не стала. И сейчас мне очень захотелось, чтобы внизу оказались именно они. К тому же, я не сомневалась, что пожилая пара отреагирует моментально, им ведь только дай повод...

И, правда, не прошло и получаса, как прибежали соседи. Они начали стучать, звонить и сыпать угрозами. И это оказалась та самая вредная пара. Впервые в жизни я была им рада. А пока ждала реакцию, собирала вещи.

– У меня трубу прорвало, а родители ушли на работу и заперли в квартире, позвоните, пожалуйста, в службу спасения, я ничего сделать не могу! – закричала я через дверь, надеясь, что меня услышат. Но, похоже, дверь была такой толстой, что соседи не услышали, продолжая яростно стучать.

Тогда у меня возникла гениальная идея – позвонить спасателям самой. Странно, что я раньше об этом не подумала. Голосом, полным отчаяния и страха (актриса в действии), я набрала номер горячей линии и объяснила ситуацию, мол, с трубой сделать ничего не могу, из квартиры тоже выбраться не могу и до родителей не дозвониться, соседей заливаю, и они скоро стены ломать начнут, чтобы ко мне в квартиру проникнуть.

Не знаю, то ли я хорошо сыграла свою роль, то ли спасатели были неподалеку, но примчались они очень быстро. Когда квартиру вскрыли, все дружной компанией бросились перекрывать воду. Но до того, как станет ясно, что никакого прорыва трубы нет, мне следовало покинуть квартиру, я по стеночке двинулась к выходу.

Соседи снизу тоже вбежали в квартиру, вспомнив, наверное, все плохие слова, которые только знали. Они спешили все выговаривать спасателям, словно те были виноваты в случившемся, а на меня вообще не обращали внимания, словно я была невидимкой. Под шумок я покинула квартиру, а оказавшись на улице, спешно зашагала прочь. Как ни странно, но уйти получилось очень просто, меня не только не остановили, но даже ни разу не окликнули.

Нужно было что-то делать... Кенгуру говорил о вере и действии, но так и не пояснил, что именно от меня требовалось. Неужели мне нужно додумывать самой, но вдруг я ошибусь и сделаю что-то неправильно?

Так, главное успокоиться и хорошенько подумать. Все началось с моей поездки в деревню. Тогда-то привычный скучный мир перевернулся с ног на голову. Я даже предположить не могла, что обычная поездка (а ведь я ездила на каникулы в деревню последние 10 лет) обернется тем, чем обернулась.

Внезапно зазвонил телефон. Звонила Надя и, без предисловий, тут же заявила:

– Это худшие каникулы в моей жизни. У отца оказалась просрочена виза. Как это вообще возможно? Куда он смотрел? Сам виноват, а мы вынуждены страдать. Он наотрез нас с матерью одних не отпускает, боится, что она как в прошлом году с кем-нибудь закрутит роман. И как же тупо, что я не могу полететь одна, дурацкие правила. Как же меня все достало, следующим летом свалю за границу, и поминай как звали. Я к тебе сейчас приеду, мне нужно остыть, – добавила она. И это был не вопрос, а утверждение.

– Я не дома, – поспешно сказала я, прежде чем Надя бросила бы трубку и приехала ко мне домой. А там – потоп, спасатели, соседи... Ну вы поняли.

– А где ты, если не дома? – пораженно воскликнула подруга. По ее интонации это прозвучало так, словно я не могла находиться нигде кроме дома. И это еще почему?

– Гуляю, – ответила я уклончиво, поправляя на плече лямку от рюкзака. Я как раз дошла до дороги, где увидела табличку с указателем и надписью «Вокзал». И тут же в голове оформилась идея ехать в деревню. Точно, если с нее все началось, то там я и получу все ответы на вопросы! И как я раньше не догадалась?

Я сбросила на землю рюкзак. Дома удалось найти немного денег, но на билет на поезд не хватало. Тщетно я осматривала все кармашки, надеясь обнаружить припрятанные на черный день купюры.

– С кем гуляешь? – как-то пренебрежительно откликнулась Надя, но я не придала этому значения, точнее, решила не комментировать.

– А у тебя случайно денег нет... в долг? – спросила я.

– Зачем тебе? – тут же отозвалась подруга. – А ну колись, что, убогая, задумала?

«Убогая? – повторила я мысленно, – Это она меня так назвала?», но вслух решила не комментировать и это. Да и скрывать свои истинные цели я не стала. Но слишком поздно поняла, что лучше бы скрыла.

– Мне нужно в деревню съездить, – сказала я.

– В деревню? – спросила Надя, и в ее голосе появились какие-то новые нотки. Похоже, подруга заинтересовалась. – Это там, где живут твои старики?

– Угу, – ответила я. – Так одолжишь?

Надя выждала некоторую паузу, мне даже показалось, что связь прервалась, но внезапно подруга произнесла:

– Одолжу, но при условии – мы едем вместе. Сорвался отдых на море, значит, проведу его в деревне, и пускай отцу будет стыдно. Да, прекрасный план! Выезжаем сегодня же, заскочи за мной через час, я побежала собираться.

И на этот раз связь все же прервалась.

– Заскочить? – спросила я, буравя взглядом табличку.

До вокзала идти по прямой – довольно долго, вдоль трассы. За Надей идти тоже не близко, но все же был шанс, что до поезда мы поедем на транспорте, да и на сам поезд появятся деньги. Выбора, похоже, особо не было. Судя по немногочисленным и незнакомым контактам в моем телефоне, одолжить денег могла мне только подруга.

Через час я была возле квартиры Нади и выкатывала на площадку необъемных габаритов чемодан, чудом не застрявший в дверях. А помимо этого громадного чемодана оказались еще две спортивные сумки, которые подруга вручила мне с таким видом, словно так и надо – я ее носильщик.

Сказать, что меня это не возмутило, ничего не сказать. С маленькой сумочкой на плече Надя пошла к выходу из подъезда, а я осталась стоять на месте, представляя, что сбрасываю с себя чужие сумки. Но... «Тебе нужны деньги!» – напомнила я себе и решила немного потерпеть.

Данная Надя весьма отличалась от предыдущей – чуткой и отзывчивой. Что уж говорить, она даже отличалась от моей знакомой Нади. Да, подруга была слегка самовлюбленной (ну ладно, не слегка), но все же сумки носила всегда сама. И на показ она никогда не выказывала своего превосходства. Но эта чувствовала себя лучшей во всем, особенно рядом со мной. «Убогая!» – припомнила я. Значит, не послышалось. Так, главное никого не убить раньше того, как у меня в руке будет билет.

Как я и ожидала, подруга вызвала такси. Всю дорогу до вокзала она перечисляла вещи, которые взяла с собой, боясь, что что-то не положила. Я терпела, молчала, хотя дергаться начал даже таксист.

– А у них же есть интернет? – внезапно спросила Надя, когда мы подъехали к вокзалу и выгрузились на тротуар (к неимоверной радости таксиста, спешно давшего по газам). И то, что подруга задала данный вопрос, было опасно. Если отвечу честно – ни интернета, ни телефона, ни удобств, она, вполне, может раздумать куда-то ехать, поэтому я нагло соврала:

– Конечно есть, у них лучше, чем в любой пятизвездочной гостинице!

– Ого! – загорелись глаза у Нади. – А джакузи?

– Даже собственный бассейн! – заверила я, а подруга ахнула:

– Почему я к тебе раньше никогда не приезжала? Так, нужно непременно позвать компанию... – и к моему ужасу Надя достала телефон и принялась кому-то звонить.

«Просто, купи мне билет!» – высверливала я в подруге дыру, пока шло соединение, после которого Надя воскликнула:

– Милый, айда со мной в деревню, уезжаю прямо сейчас... Да-да, на вокзале... Сказала же, прямо сейчас. Да... – слушая, что говорит собеседник, Надя кольнула меня пренебрежительным взглядом. – к убогой... Но это же лучше, чем ничего. В общем, бери с собой... Нет, только не его, опять будет на меня... Ну ладно, давай и его. Жду, чмок! – завершила разговор девушка и только потом обратилась ко мне: – Ты ведь не против компании!

И это не был вопрос, хотя я и старалась держать себя в руках, все же ответила:

– Нет, конечно. Пойдем к кассам и купим билеты, да?

– Сейчас парни подтянутся... – ответила Надя, сменив сотовый телефон на зеркальце. – Так, мне нужно припудрить носик, жди здесь, а я скоро! – и она убежала прихорашиваться, а я... Что я? Похоже, легко провернуть задумку мне было не суждено.

Я осталась ждать, даже не знаю кого именно. Вглядываясь в толпу, я искала знакомые лица. Долго высматривала (мне вечностью казались минуты), пока не увидела спешно шагающих одноклассников – Макса Иванова, Петю Соломина и Степу Лебедева.

– Да ну на фиг... – пробормотала я, когда парни радостно замахали мне рукой. Ну... показалось, что мне, на самом деле махали они Наде, снова появившейся возле меня.

– Привет, малыш, – воскликнула Надя и, минуя Степу, метнулась к Максу. Она наклонилась, и их губы слились в поцелуе.

Петя хмыкнул, а вот Степа с мировой скорбью в глазах уставился на эту парочку. Я опустила взгляд и увидела, что на парне, помимо собственного рюкзака висит еще два. Похоже, в этой реальности Степа больше не был никаким крутым, выполняя роль носильщика своих друзей... Как и я, к слову.

«Ну ничего, только получу билет и...» – подумала я.

– Куда зыришь, убогая? – сказал Петя, подходя ближе и презрительно оглядывая меня с ног до головы. – Может, тебе тоже повезет, мы тебе даже убогого дружка подыскали... Не благодари!

– Я не... – пробормотал Степа и спешно отошел подальше в сторону, явно давая понять, что общаться со мной не хочет.

Петя хихикнул, а я еле сдержалась от неимоверного желания дать ему в зубы. Если в этой реальности Алиса и была убогой, я-то оставалась сама собой и помнила все приемы самообороны. Я сжала ремешок сумки и...

«Терпи, тебе нужен билет!» – напомнил внутренний голос.

– Мне нужен билет, – повторила я и, глубоко вздохнув, направилась за остальными.

В кассе билеты покупал Петя, при этом он почему-то взял шесть штук. Ошибся? Я уже хотела было поправить, как...

– Салют! – раздался над моим ухом знакомый голос, и я чуть не выругалась на весь вокзал, когда увидела Сашу– нашу старосту и лидершу, с которой у меня были не самые теплые отношения. Но сейчас на меня она даже не посмотрела, зато тут же сморщилась, взглянув на Надю (подруга сморщилась в ответ), после чего потянулась к Пете, и они смачно чмокнулись в губы.

«Мне нужен билет! Мне нужен билет! Мне нужен билет!» – словно мантру принялась повторять я. Так, главное ни на кого не сорваться и не покалечить. Я протянула руку к билетам, которые принялся раздавать Петя. Но когда очередь дошла до меня, Саша внезапно вырвала последний билет (мой билет), наконец-то обратив на меня свое внимание (лучше бы не обращала), ядовито прошептав:

– Хочешь билет, убогая? Так заслужи! Так, парни, чтобы ей сделать?

Я представила, как бью Сашу в ее кривые зубы, а они разлетаются по полу. А потом к ним присоединяются зубы и остальных одноклассников. Разве что Степу пощажу, похоже, жизнь у него не сладкая.

– Еще успеем, поезд через пять минут! – сообщил Петя, приобнимая Сашу, которая оскалилась и спрятала мой билет к себе в карман.

Когда мы дошли до турникетов, одноклассница меня пропустила, но билет по-прежнему не отдала. Получалось, что отбиться от компании и исчезнуть в поезде мне было нельзя, ведь на выходе тоже требовался билет. Впрочем, я могла бы напасть на Сашу или...

Парни отдали Степе свои билеты, и тот рассовал их по передним карманам рюкзаков. Я отмела идею членовредительства, в голове созрел новый план.

Легкой походкой приятели двинулись прочь, а я, чувствуя себя вьючным животным, следом. Степа хоть и являлся неким изгоем (как и я), тем не менее старался держаться от меня на расстоянии. Помимо рюкзаков парней он еще нес и Сашину спортивную пухлую сумку. А вот я боролась с громоздким скарбом Нади, но помогать мне никто не собирался. Даже проводники делали вид, что не замечают, как я несколько минут пыталась втащить на подножку вагона огромный чемодан. Ну, ничего, когда я злая - я очень сильная. Справившись самостоятельно, я донесла скарб до нужного купе, где разместились ребята. Здесь были все кроме Степы, видимо, наши с ним места (для убогих) находились в другом месте.

– Можно мой билет? – обратилась я к Саше без особой надежды, что та выполнит мою просьбу. Но ведь попробовать стоило, так сказать, дать последнюю попытку.

Девушка встрепенулась и удивленно вскинула брови. Сейчас она мне очень напомнила девицу-ласки, кажется, ее звали Карин. Вот только в отличие от Саши последняя была куда красивее, и самодовольство, как ни странно, ей шло.

– Вот и первое задание – найди свое место! – сообщила она торжественно. Было видно, что с Надей у них натянутые отношения, девушки смотрели друг на друга с явной недоброжелательностью, но сейчас солидарно захихикали. Я опустила на нижнюю полку Надины сумки.

– Эй, я вообще-то тут сижу! – воскликнул Петя, вытягивая ноги.

– Хорошо... – выдувая носом воздух, сказала я и взглянула на соседнюю полку, где, прижимаясь друг к другу, сидели Надя и Макс.

– Отнеси мои вещи в свое купе! – велела подруга. – И поживее, убогая,

– Хорошо... – повторила я.

Я открыла дверь и вышла из купе с сумками и чемоданом. Проявляя удивительные чудеса спокойствия, я двинулась по коридору к выходу и в последний момент перед закрытием дверей, выбросила на перрон сумки «подруги», а за ними и чемодан. На это проводник снова не сказал ни слова, а когда я к нему подошла и попросила найти Степу (описав его внешность), к моему большому удивлению, тут же указал на купе, в котором расположился мой одноклассник.

Я вошла в тот момент, когда парень закончил раскладывать вещи на нижней полке, а потом ловко, словно обезьянка, забрался на верхнюю. Напротив, на нижней полке, сидела молодая пара и разворачивала съестные припасы, расположив наверху свои вещи. По всей видимости, нижняя полка, которую заняли рюкзаки и сумка Саши, предназначалась для меня, но Степа явно не собирался их убирать.

Я схватила первый попавшийся рюкзак и вытащила билет из переднего кармашка. Степа, упорно делающий до этого вид, что меня не замечает, встрепенулся и воскликнул:

– Ты что делаешь?

– А на что это похоже? – я бросила рюкзак на пол и гневно его пнула, а затем покинула купе.

Я не сомневалась, что Степа побежит к остальным и расскажет о случившемся, но мне было все равно. Билеты билетами, но ведь всему есть предел. Я вышла в тамбур и, глядя в окно, принялась глубоко дышать, чтобы успокоиться. Рядом дымила какая-то женщина, на которую я не обратила внимания, заметив лишь темную спину.

– Тяжелый день? – спросила она.

– Тяжелая жизнь, – буркнула я.

– Бывает... – сказала женщина. – Но это не повод раскисать, вспомни, что ты сильная, и никто не смеет тебе что-то указывать. Ты сама в состоянии за себя постоять!

– Точно! – согласилась я, но, когда повернулась, чтобы взглянуть на женщину, никого кроме меня в тамбуре не оказалось. Но ненадолго, очень скоро прибежали мои попутчики и, прежде чем кто-то из них успел что-то сказать, я тихо, но четко произнесла:

– А теперь, придурки, послушайте меня. Любой, кто еще раз назовет Алису... то есть меня, убогой, лишится передних зубов. Я вам не ишак, чтобы таскать вещи, и не объект для издевательств. Найдите себе кого-то другого, кто станет смиренно сносить всю ту дичь, которую вы творите. Я уж точно не стану, ясно?

– Какая муха тебя укусила? – голос Нади слегка дрогнул, и она растерянно покрутила головой. – Где мои вещи?

Коротышка Макс шагнул ко мне, но я скооперировалась и скрутила ему за спиной руку. Парень заверещал словно девчонка, а я грозно добавила:

– Чтобы глаза мои вас больше не видели! Подойдете, убью!

Я толкнула Макса на Надю, девушка оступилась и стала заваливаться на Петю. Рухнула конструкция или нет, я не узнала, так как ушла в другой вагон, клокоча от гнева и чувства мести.

Травля – самое страшное, что может быть в жизни подростка. Дети жестоки, так как не ощущают ответственности в полной мере, у них же есть родители, которые всегда прикроют. А если родители богатые, то тут вообще без вариантов – из любой ситуация как с гуся вода. А обидеть слабого – все равно, что для взрослого реализовать себя в жизни.

Но по какому принципу избираются слабые, как в их число попала я – не ясно. «Неужели Алиса в этой реальности и вправду настолько убогая?» – задавалась я вопросом, а на глазах наворачивались слезы.

Я заняла свободное место в кафе, слушая тишину, прерываемую ритмичным стуком колес. Это меня заметно успокаивало. Когда через минут десять рядом присел Степа, я даже не стала на него бросаться.

– Меня прислали для переговоров, – тут же ответил он и немного сжался. Ох, и как же было непривычно видеть парня таким...

– Понятно, тебя им не жалко, – кивнула я, довольная тем, что фразу «не попадаться на глаза» одноклассники хорошо усвоили. – И о чем же они хотят поговорить?

Степа слегка расслабился и достал из кармана сложенную бумажку.

– Надя спрашивает, где ее вещи, – сказал парень и выжидающе на меня взглянул. Я указала на бумажку и сказала:

– Зачитай весь список.

– Ладно, – кивнул Степа и опустил глаза на текст. – Тогда подряд... Что с тобой случилось? Страх потеряла? Не боишься последствий? Давно в унитазе не купали? Ославить на всю школу? Если ты выбросила вещи, тебе конец... Последнее от Нади и остальные вопросы приблизительно одинаковые. Продолжать?

– Они мне угрожают, но, тем не менее, прислали тебя, а не пришли сами, – заметила я, а Степа нахмурился. – Они испугались, что я и вправду могу им что-то сделать, а я ведь могу... – я приблизилась к парню, а он попятился и, не заметив, как кончилось сиденье у дивана, упал на пол. Я рассмеялась, слегка безумно, прям как в фильмах про сумасшедших профессоров. Степа же пополз к выходу из кафе и скрылся в тамбуре.

Признаться, я ждала продолжения, что либо вернется Степа, либо кто-то из одноклассников, но шло время, поезд продолжал стучать колесами... В любой дугой ситуации, я, возможно, вздремнула бы, так как атмосфера располагала, но сейчас мне было не до этого. Из тамбура стал доноситься какой-то шепот, и я, не в силах сидеть на месте, решила проверить.

– Она ненормальная, совсем с катушек слетела, – услышала я, подходя к раздвигающимся дверям.

– Зачем ты вообще с ней дружишь? – воскликнул Макс.

– С ней такого раньше не было, вы же сами знаете! – ответила Надя. – И она же уроки за меня делает, я сама не могу на это время тратить.

– Наверное, мы все же перегнули палку, – заметил Петя. – Не надо ее было так сильно прессовать.

– Петь, ты с ума сошел? – вопросила Саша. – Она же убогая, а все убогие...

– О чем болтаете? – я раздвинула двери и взглянула на шепчущихся ребят, сбившихся в стаю.

Услышав мой голос, они одновременно вздрогнули и попятились. Я смело шагнула за ними, но не сразу заметила, что рядом не было Степы, что он находится в стороне, держа над головой рюкзак.

Не знаю, кирпичи он там что ли носил, но приложил он меня хорошо. Впрочем, я не обиделась. Вот прям совсем, данная реальность порядком начала меня бесить.

– Алиса? – услышала я свое имя, и открыла глаза. Я сидела в классе, но не одна, а вместе с остальными своими одноклассниками. В помещении было очень жарко. Кто-то обмахивался тетрадями, кто-то веером. – С тобой все хорошо?

Я поморгала, подумала, что большая надпись на доске «С 1 сентября!» сейчас непременно исчезнет, но нет. Метнув взгляд к окну, я увидела зеленые, местами золотистые деревья и яркое солнце, чьи горячие лучи бились в открытые окна.

– Самое жаркое первое сентября в моей жизни, – снова шепнула мне на ухо сидящая рядом девочка, и ею оказалась не Надя.

Весьма непривычно, что со мной за партой сидел кто-то кроме подруги. Я уставилась на девочку, словно та являлась призраком – темноволосая, курносая, симпатичная, но особо ничем не примечательная. Я бы сказала – одна из многих, которая легко бы смешалась с толпой. Но главное, даже с такой обычной внешностью я бы ее точно запомнила, будь она моей одноклассницей. Но нет, одноклассницей она моей не была, у меня ведь превосходная память на лица.

Я огляделась в поисках Нади, но той нигде не оказалось.

– ...вам остался учиться всего год, 11 класс – это важный этап для... Да, Алиса? – учительница прервала речь, взглянув на мою протянутую руку, которую я подняла по инерции. Но что сделано, то сделано...

– Можно выйти? – спросила я.

– Иди, – кивнула моя классная, которую я в отличие от девочки, сразу же узнала. Создавалось неприятное ощущение, что я нахожусь в собственной реальности, ведь все казалось таким привычным, родным... Разве что без Нади...

Я пулей выскочила за дверь и понеслась вниз по лестнице.

Не знаю, куда именно я бежала, наверное, это и не имело никакого значения. Я нащупала телефон (свой привычный, который был у меня уже года три) и сверилась с датой. Понятно, ошибки не было – 1 сентября и начало 11 класса. Дрожащей рукой я набрала знакомый номер Филиппа, но брат не ответил. Сердце бешено забилось в груди, и я отправила смс с просьбой срочно мне перезвонить. Разные мысли, одна хуже другой, закопошились в голове. Мне почему-то было страшно не найти в записной книжке телефона отца, но опасения оказались напрасными. Мало того, что номер я помнила наизусть, так еще он оказался вбитым в контакты. Сердце встревоженно забилось в груди.

– Эй, ты в порядке? – меня догнала та самая девочка, которая сидела со мной рядом.

Она смотрела на меня весьма озабоченно, не проявляла агрессии, словно и вправду волновалась, а мне так и хотелось выкрикнуть: «Ты еще кто такая?»

– Тебе просто нужно успокоиться, лето выдалось тяжелым, но скоро начнется учеба. Ты все забудешь! – ласково заговорила она и попыталась взять меня за руки, но я отпрянула. Наверное, я смотрела все-таки достаточно враждебно, чтобы заставить незнакомку смутиться. – Что с тобой? Ты так смотришь, словно не узнаешь...

Вот это она попала в точку! Я прищурилась, приглядываясь к ее внешности, но нет, на ум ничего не шло. Разве что смутные догадки, но только я попыталась за них ухватиться, как они ускользнули. У меня словно провал в памяти случился, причем довольно большой.

Незнакомка молчала. Мне казалось, что она выглядит напряженной? Словно боялась, что я что-то вспомню – то, чего не следует. Но что вспомню? Что я помнила?

Летом мы с родителями планировали совместный отпуск, я готовилась к нему за восемь месяцев до поездки, но не помнила, как мы его провели. Надя же собиралась с родителями на Бали, должна была уехать раньше меня, а потом все-все рассказать. Но ведь этого не было? Неужели мы поссорились? Или случилось что-то похуже?

Я не могла описать свои эмоции. Я чего-то боялась, словно нависшую угрозу над моими родными и близкими, но не могла понять, в чем именно она заключалась. Когда я отрицательно мотнула головой, девочка облегченно выдохнула (или мне это показалось?).

– Пойдем в класс, – попросила она, протягивая мне руку и дружелюбно улыбаясь. Зеленые, слегка раскосые глаза, блеснули.

– Что именно я должна забыть? – произнесла я, уставившись на протянутую руку.

– Все, – немного растерявшись, пожала она плечами, перестав улыбаться. – Ты же уже забыла, так что теперь все будет хорошо. Забыла ведь?

Девочка подозрительно прищурилась, а я, не раздумывая, кивнула. Тогда незнакомка развернулась и пошла прочь, оставляя меня одну в холле со скребущимися на душе кошками.

Я потерла виски, перед глазами внезапно проскакал кенгуру в гавайской рубахе и цветастых шортах. Я вздрогнула и огляделась, словно кенгуру появился не в моем воображении, а прямо в холле школы. Уж очень реалистично это произошло.

– Бред... – пробормотала я и пошла на выход.

Только на крыльце я вспомнила, что оставила сумку в классе, но ведь телефон находился при мне. Я не стала возвращаться, а двинулась прочь к воротам, попутно набирая отца. Как и Филипп, он не ответил, поэтому я отправила ему сообщение с просьбой перезвонить. А потом решила позвонить Наде, но тот номер, который я знала, оказался несуществующим. Тщетно я выискивала ее контакт среди другого множества номеров. Но кто все эти люди? Имена, фамилии... Я снова потерла виски, попыталась ухватиться за ниточки воспоминаний, но они ускользнули.

Я брела по улице, особо не отдавая себе отчета, в какую сторону держу путь. «Что я должна забыть? Что забыла?» – мучилась я единственным вопросом. Мне бы помогла подсказка, наводка, а пока я тихонечко пробиралась через недра памяти, восстанавливая последний момент, о котором помнила.

Итак, оказалось все не так плохо. Я помнила свое детство, учебу в школе, своих одноклассников, учителей. Родители обещали совместное путешествие, но мама поставила условие – закончить школу без троек. Я выполнила его. Да-да – закрыла год без единой тройки и уже готовилась к путешествию в Австралию, на остров святой Троицы, к морю, коралловым рифам, пальмам и кенгуру, но... А дальше провал.

Внезапно в мое сознание ворвался громкий заливистый смех. Возле остановки стояли несколько девушек-старшеклассниц, одна из них повернулась, и мое сердце йокнуло, когда я узнала в ней Надю и тут же бросилась к компании. Буквально за секунду до того, как те забрались в подъехавшую маршрутку, я схватила подругу за руку.

– Эй, ты чего? – дернулась та, сделав вид, что меня не узнала. Неужели мы так сильно поссорились, что подруга теперь даже разговаривать со мной не станет?

– Кто это? – внезапно спросила одна из ее спутниц.

Теперь дернулась я. Голос показался мне очень знакомым – светловолосая красавица, которая стояла рядом с Надей, смотрела на меня волком. Она наморщила свой носик и презрительно скривила губы, а в моем сознании всплыли картинки – белоснежный коридор, люди в черных мантиях, рыжая девочка с косичками, держащая в руках керамический чайник, недавно бывший лягушонком. «Ква», – отозвалось в сознании.

Ну и, конечно же, вспомнилась компания самодовольных девиц-ласки, главной заводилой которых являлась их лидерша – Карин, в этот самый момент находящаяся в маршрутке рядом с Надей.

А затем картинки стали выстреливать словно из пулемета, провал в памяти был заполнен теми событиями, которые со мной произошли – сорванная поездка в Австралию, поездка в деревню, знакомство со странными людьми, с волшебным миром. «Ян!»– внутри словно бабочки запорхали. Стало радостно, но это только вначале. Воспоминания вернулись, считая и те реальности, в которых я застряла, напоминая о моем практически безысходном положении. Кенгуру меня бросил, оставил разговор «на потом», но, может быть, именно сейчас решалась моя судьба?!

– Без понятия... – отозвалась Надя и обратилась ко мне: – Мы знакомы?

– Мы живем рядом, меня зовут Алиса, а тебя ведь Надя? – выпалила я, понимая, если упущу Надю сейчас, не факт, что смогу снова встретить. А то, что рядом находилась Карин, являлось для меня неким знаком. Интересно, помнила ли меня девица-ласки? – Представляешь, я свой проездной потеряла, а денег нет...

– Ты хочешь, чтобы она за тебя заплатила? – спросила блондинка раздраженно, прожигая меня ненавистным взглядом. Сложно было понять, узнала она меня или нет. – Надь, забей и пошли...

Если можно было бы предположить, что Карин меня все же узнала, но для чего-то делала вид, что это не так, как в случае, например, с мадам Геллой (женщина-то явно подумала, что мне память напрочь отшибло, а я, к счастью, себя не выдала и вовремя унесла ноги), то Надя точно меня не узнавала. Неужели в этой реальности мы с ней были не знакомы? Впрочем, по взгляду подруги я поняла, что она меня выручит.

– Ладно, я заплачу, – ответила она, и, облегченно вздохнув, я последней влезла в маршрутку.

Надя оплатила за меня проезд и заняла место в компании своих подруг, не спускающих с меня глаз. Среди них знакомых ласки я не увидела и вообще старалась на них не смотреть, чтобы не вызвать подозрений. Пока я не разобралась что к чему, лучше было бы вести себя неприметно. При этом я так старательно отворачивалась к окну, что чуть не пропустила нужную остановку.

Оказалось, что в этой реальности мы с Надей не только не дружим, но и живем очень далеко друг от друга. В данном районе мне бывать не приходилось, и то, что Надя повстречалась на остановке в моем районе, – являлось настоящим чудом.

Какое-то время Надю сопровождала одна из девушек (благо не Карин), но вскоре они расстались, и мы свернули на безлюдную улицу вдвоем. Подруга не была такой подозрительной, как ее девочки из компании, поэтому даже ни разу не оглянулась, пока я тихой сапой ее преследовала, а возле подъезда даже поравнялась с ней.

Внутрь мы вошли вместе и по лестнице пошли тоже вместе, что было не так подозрительно – дом являлся старенькой пятиэтажной обшарпанной хрущевкой без лифта. При приближении к четвертому этажу меня внезапно испугала мысль, что таким образом мы вместе доберемся до последнего, где мне придется воспользоваться ключом, чтобы попасть в квартиру... Но ведь я же здесь не жила, Надя сразу это поймет, но, к счастью, (мне реально сегодня везло) она остановилась возле одной из дверей четвертого этажа и принялась искать в сумке ключи.

– Хорошего дня и спасибо, что оплатила за проезд, – сказала я и продолжила подниматься дальше,

– Ерунда, – махнула рукой Надя и улыбнулась. Девушка похоже так ничего и не заподозрила и, отперев дверь, скрылась в квартире, а я, сдвинув в сторону горшок с цветком, села на подоконник и принялась ждать на случай, если Надя решит взглянуть в глазок.

Минут через пятнадцать, решив, что выждала достаточно времени, я вернула цветок обратно и пошла вниз. Нужно было как-то выбираться из этого района, но у меня и вправду не было с собой денег, но тут на связь вышли отец и брат (определенное везение!). Первый был неподалеку и предложил подбросить меня до дома. Вот только я не ожидала, что он окажется не один.

Леонид Демидов – папин издатель, вальяжно расположился на переднем сиденье и покуривал сигару. Никому бы больше папа такого в своей машине не позволил, но ведь Демидов для папы – царь и бог. Жаль, но в этом данная реальность не поменялась.

– Как наша сказочница поживает? – были его первые слова, когда я, морщась и подкашливая от запаха, заняла место на заднем сиденье. – Феи больше не мерещились? – хохотнул он, а потом залился смехом от собственной шутки. Казалось бы шутки.

– Как прошел день в школе? – поинтересовался в свою очередь отец. – Не подскажешь, как ты оказалась в этом районе?

– Доехала на маршрутке, – сообщила я, но отец явно спрашивал о другом.

Демидов еще разок хохотнул, после чего оба мужчины на время обо мне забыли, погрузившись в разговоры на рабочую тему. Я тоже ушла в собственные мысли.

Итак, все реальности, в которых я побывала, оказались фейками. Самая похожая на настоящую была эта, но и с ней случился облом. Кто-то словно пытался заставить меня забыть, и окажись рядом Надя, я, возможно, и вправду поверила бы и так ничего не вспомнила. Я задумчиво покрутила в руке телефон, который у меня украли в поселке, и задалась главным вопросом – кому нужно, чтобы я все забыла? Мадам Гелла, Карин, та незнакомая девочка из школы...

– Блин, – пробормотала я, встрепенувшись. Конечно, я ведь сразу поняла, что с ней что-то не чисто. Откуда она вообще взялась? И делала вид, что хорошо меня знает, волновалась, что я могу что-то вспомнить. Но кто она? И что мне делать?

«Ехать в деревню!» – ответила я себе же на свой вопрос. Туда, откуда все началось.

– Пап, тут... – я выглянула из-за сидений, но договорить не успела, как отец внезапно резко дал по тормозам. А так как я не была пристегнута, думаю, не стоит говорить, что произошло дальше.

– Алиса! Алиса, очнись! Пожалуйста, ты ведь живая? Живая, да? – я приоткрыла глаза и поняла, что что-то не так. А заключалось это в том, что я оказалась привязана к дереву, да так крепко, что корсет на талии казался цветочками по сдавливанию.

У соседнего дерева так же была привязана девочка по имени Белла, она же – Белочка.

– Они ушли, но вернутся! – зашептала она. – Нужно развязаться, они зачаровали веревку, но у меня есть антидот, мне бы до него только дотянуться... – девочка поморщилась, попыталась пошевелить рукой, но ничего не вышло. – Они нас убьют, да?

У меня раскалывалась голова, я тоже попыталась пошевелиться, но безуспешно. Единственное, чем я могла шевелить, была голова. Вытолкав языком изо рта кляп, я огляделась. В поле зрения попадали только деревья, а до слуха не долетало ни одного оклика сестер. Похоже, те находились очень далеко от этого места.

– Они их тоже схватят, да? – не унималась Белочка. – Это все я виновата, почему ты меня не остановила?

Укоризненные нотки в ее тоне прозвучали не только в свой, но и мой адрес.

– Круто ты стрелки перевела... – буркнула я и снова зашевелилась, но веревки стали сильнее стягиваться от каждого нового движения. Я вспомнила про удавку на шее, которую, словно на телка, накинул на меня Ян, когда собирался отвести Леди. Наверное, данная веревка работала по такому же принципу, пришлось расслабиться.

– Заткнитесь вы, – рявкнул кто-то из-за дерева. – Спать мешаете.

– А ты заткни меня! – смело воскликнула Белочка, но стоило из-за дерева показаться чьей-то руке, как замолчала и насупилась.

– Где Ян? – спросила я у руки. Новое движение, и из-за дерева уже выглянула часть лица. – Мне нужно с ним поговорить. Мы знакомы!

– Знакомы?! – хмыкнул наш сторож. – Я сомневаюсь, мы не имеем дел с такими, как вы.

– Ты просто его позови, а он сам решит, будет со мной говорить или нет, окей? – попросила я, а голова выглянула из-за ствола целиком, а за ней показалось и туловище.

Это был мужчина средних лет, косматый словно викинг, в звериной шкуре и кинжалом в виде клыка. Этот самый клык наподобие стрелы он запустил в меня, острие вонзилось в сантиметре от головы. Белла ахнула.

– О чем ты хочешь разговаривать с моим сыном, белая? – хмуро поинтересовался мужчина.

Он стал приближаться, прихрамывая на правую ногу и явно намереваясь забрать кинжал. Прекрасно, не так я себе представляла наше знакомство с родителями. Нет, конечно, я знала, что у Яна не все благополучно в семье, иначе бы он не работал на мадам Геллу, но...

«Нужно чтобы он тебя развязал!» – возникла в голове весьма хорошая мысль, вот только ее осуществление сразу же встало под вопросом. Но не успела я решить, что это невозможно, как голос, похожий на мой, велел: «Позли его, как подойдет ближе, дотянись до кинжала!»

План мне сразу же не понравился – хотя бы потому, что я не могла шевелиться из-за веревки. Но мало того, что я это придумала, так еще и довольно дерзко произнесла:

– Даже не знаю, с чего начать, может быть, о нашем с ним поцелуе или о том, что он готов на все, лишь бы находиться подальше от тебя?

И этим, без сомнения, я привела мужчину в ярость. Он сжал руки в кулаки, подхромал ближе, приготовился нанести удар, но... внезапно из-за дерева выскочила Зоя с дубиной в руках с криком: «Получай, гад» и огрела оборотня по голове. Мужчина рухнул на землю и замер.

– Как некрасиво, – заметила Рина. – Я бы сказала – по-варварски. Лучше бы что-нибудь наколдовала... Ладно, уходим и забираем этого с собой, прятался за деревом, паразит, думал, не найдем.

Рина толкнула в спину маленького брата Яна. У мальчика были завязаны ноги, и, не устояв, он повалился на землю.

– Ай, – пискнул он.

Девушка усмехнулась и взглянула на сестру в черном.

– Убираемся скорее, пока мама их отвлекает, – ответила последняя, а Зоя бросила в сторону дубину, которую все еще держала, и оправила платье.

– Это, конечно, прекрасно, но, может быть, нас кто-нибудь развяжет? – спросила Белочка не без раздражения в голосе.

– Но, может, не нужно трогать мальчика? – спросила Зоя.

– Оборотня, – поправила Рина. – Пора расставить точки над «i», не мы вторглись на их территорию, а они. И вообще... – она повысила голос, явно давая понять, что спорить с ней бесполезно. Девушка явно считала себя главной и ждала, чтобы с ней во всем соглашались. И обе сестры покорно понурили головы, а вот младшая снова раздраженно спросила:

– Эй, я тут уже к дереву приросла!

– Развяжите их! – велела Рина, и сестры побежали выполнять приказ. Меня развязала Зоя, в отличие от сестры в черном не с помощью магии, а посредством кинжала, которым она разрезала веревку и хотела было его уже спрятать, но я не дала этого сделать.

– Прости... – пробормотала я, выхватила нож и направила его на диснеевскую принцессу. Зоя удивленно захлопала глазами, но дергаться не стала.

– Какого черта?.. – рявкнула Рина.

– Я беру тебя в заложники, еще раз извини, – шепнула я Зое. – Развернись, пожалуйста.

Как ни странно, но Зоя послушалась и развернулась, а я сделала так, как делают в фильмах преступники – скрылась за спиной девушки, приставив к ее шее нож. Было не слишком удобно, так как мы с Зоей приблизительно одного роста, да и, вроде как все сестры, умели колдовать. Да, наверное, не слишком продуманный план. Девушка в черном хрустнула пальцами, Рина побагровела, а Белочка отряхнула платье и сказала:

– Так, давайте успокоимся, все пережили стресс и...

– Заткнись! – гневно прошипела Рина. Сестра в черном поежилась, даже Зоя напряглась (вовсе не от кинжала у горла, а от властного голоса). Белочка не стала ничего добавлять, но и прятать глаза было не в ее характере. – С тобой потом разберусь, а пока... – Рина развернулась ко мне.

– Она же абьюзер! – шепнула я Зое. – Настоящий тиран! Учти, пока вы будете попускать такое обращение, она станет только сильнее. Она же пользуется вашими страхами!

– Что-то ты поздновато спохватилась, – ответила диснеевская принцесса, и, как мне показалось, в голосе послышались нотки обиды.

– Хватит меня бесить, мне надоели твои выходки, надоела ты, – она принялась закатывать рукава. – Все... достала... Скажу маме, что с тобой случился несчастный случай, подумаешь, одной сестры больше, одной...

Рина не договорила, так как ей на голову упала довольно тяжелая ветка. А потом упала сама девушка и затихла.

– Белочка! – с осуждением воскликнула девушка в черном и бросилась к старшей сестре. Но, по всей видимости, Рина была жива, так как шума поднимать никто не стал. Признаться, сестры по очереди даже облегченно завздыхали. Впрочем, секунды облегчения были не долгими. – Когда она очнется...

– Мне нужна помощь! – воскликнула я, отпуская Зою. – Так, вы похоже адекватные, но в семье, как говорится, не без урода, – я махнула на оглушенную Рину. – Это прозвучит очень странно, но я не та Алиса, которую вы знаете.

– Не та Алиса? – хмыкнула сестра в черном. Она выглядела менее дружелюбной, чем Зоя и Белочка, но все же была получше Рины. – Пояснишь?

– Я из другой реальности! – выпалила я. До этого момента смирно лежащий Яков зашевелился и тихонечко застонал, обратив на себя внимание. Я тут же оказалась возле него, стала помогать подняться на ноги. – Этого мальчика зовут Яков, он брат Яна – темноволосого парня, который... Вы его возможно не видели, но я его знаю, и он меня тоже... Ну в другой реальности... Понимаете?

Я легонько встряхнула мальчика за плечи, глядя в пораженные лица сестер. Если они и хотели мне поверить, то им что-то мешало это сделать. Мне срочно нужны были доказательства, причем веские, но как я их предоставлю, если ни в одной реальности меня никто не помнил?

– О как, – сказала сестра в черном, явно не поверила.

– Дурацкий кенгуру, неужели нельзя было говорить быстрее! – воскликнула я, а сестры растеряно переглянулись между собой. – Когда я ударяюсь головой, меняю реальности, это все магия, я упала в ров в замке...

– Магический ров? – спросила Белочка, а я так интенсивно закивала, что даже шея захрустела. – В замке у...

– Мадам Геллы! – воскликнула я. – Ты ее знаешь?

Сестры снова переглянулись, а Белочка ответила:

– Она наша тетушка, а еще злейший враг родителей. Мы прячемся в лесу, по большей части из-за нее, – девочка подозрительно прищурилась. – Ты ведь все это придумала? Но зачем?

– Ясное дело зачем... – буркнула девушка в черном, но договаривать не стала, так как я к ней резко повернулась и добавила:

– И зачем же?

– Насолить Рине, – ответила она, но уже тише и не так уверенно.

– Да мне до вашей Рины фиолетово, мне нужно вернуться назад, – я схватилась за голову и принялась тереть виски. Ну почему все так сложно, если бы у меня были инструкции, а здесь даже деревни, наверняка, нет... Постойте... – я принялась оглядываться, и меня осенило – мне не нужна никакая деревня, мне нужен лес, нужен портал, нужны... – Мне нужно к феям!

Озарение было внезапным и весьма очевидным. И как я раньше не подумала, что ров был магическим, но не созданным магами, так как мог нейтрализовать их силу. Значит, его создали феи? Мадам Гелла ведь не случайно боялась, что феи подослали меня к ней в замок, к ним же нужно было отнести медальон... Медальон!

– Она сошла с ума, – попятилась девушка в черном. – Ой, если мама узнает...

– Не узнает, Ками! – отрезала диснеевская принцесса, а потом, обращаясь ко мне, прищурилась почти так же, как Белочка: – Если ты нас разыгрываешь, то очень плохая сестра, а если говоришь правду...Феи с нами не дружат, отец уже долго ищет возможность выйти с ними на связь, просить помощи, но...

– Он ищет вход в их страну, – сообщила Белочка с явным энтузиазмом. – Я, между прочим, тоже прорабатываю данный вопрос и делаю вывод, что он ищет не там! Вот только меня слушать никто не хочет! – она хмуро взглянула на сестер.

– Конечно, не хочет! – согласилась сестра в черном. – Ты маленький глупый ребенок...

– Еще слово, и... – прошептала Белочка, сжимая кулачки.

– Так стоп, это ты воровала карты у папы? – осуждающе воскликнула Зоя. – Белочка, как ты могла? – она искренне была поражена.

– Я не воровала, а одалживала! – возразила младшая сестра. – И нашла много ошибок...

– Весьма занимательный рассказ, но меня волнует судьба брата, прошу его отпустить, барышни, если вы, конечно, не хотите проблем... – из-за дерева раздался голос Яна, а через мгновение показался и он сам. Сложно сказать, как долго он стоял рядом и нас подслушивал. Яков дернулся, но я опустилась на корточки и крепко обняла мальчика за плечи, не давая возможности двинуться с места. На отца Ян даже не взглянул. – Так значит, все-таки проблемы?

– Ты знаешь, где находится вход в страну фей и нас туда отведешь! – заявила я. Средние сестры охнули, а Белочка радостно пискнула. Ян же нахмурился, а в его темно-зеленых глазах появились красные искорки.

– А можем поступить иначе – я вам всем головы пооткусываю, – предположил парень.

– Не боишься, что Яков может пострадать? – уточнила я, погладив мальчика по голове. Тот слегка задрожал, ох, надеюсь в моей реальности Ян никогда не узнает, что я брала его брата в заложники. – Такой хорошенький...

– Я слышал разговор! – произнес Ян сурово.

– Кто бы сомневался, – хмыкнула Белочка. – И не напал, значит, тебя данная тема тоже интересует. Заметь, мы могли бы стать не плохими союзниками. До этого мы жили в страхе, делили лес, не нарушали границ, но теперь... Может быть, пора что-то менять? Твоя семья такие же изгои, как и моя. Мы не нужны этому миру, не нужны своему. Единственные, по сути, кто может помочь, это феи. Мы всегда это знали, но боялись признаться, боялись за свои жизни, разве существование, на которое нас обрекли, того стоит?

Я пораженно уставилась на девочку, сестры, похоже, также не ожидали от Белочки подобного красноречия. Ян заморгал, не торопясь отвечать. Мне внезапно тоже захотелось внести лепту, показаться умной, но я побоялась все испортить.

– Ничего потерпим... – наконец произнес Ян. – Лучше все же жизнь, нежели смерть.

Белочка недовольно надула губки, явно ожидая другой реакции, а Ян протянул руку к брату, обращаясь ко мне:

– Давай, сумасшедшая, возвращаешь мне брата, и мы просто уходим.

– Что ты хочешь? – спросила я.

– Брата, – ответил он.

– Нет, – мотнула я головой. – Что ты хочешь получить за то, что покажешь нам вход в страну фей? Твоя цена?

– Мне ничего не... – начал было парень, но я перебила, решив, что портить теперь больше нечего, если Ян сейчас уйдет, это будет конец:

– Да ладно тебе, не поверю в это. Знаешь, я бы могла предложить брата в обмен – целого и невредимого, ведь, если ты превратишься в оборотня, возможно, ты ранишь одну мою сестру, но другая, непременно отомстит, ты сейчас общаешься с сильными колдуньями, так что поосторожнее, – я снова погладила дрожащего мальчика по голове. – Ты понял, нам особо нечего терять, если ты хочешь трусливо существовать, вместо того чтобы жить полной жизнью, то это твой выбор, мы же так не хотим. Так что помимо целого и невредимого Якова я предлагаю тебе плату за то, что отведешь нас ко входу.

Глаза парня сверкнули красным, он скрестил на груди руки и сжал челюсти. Кажется, мне удалось поколебать дух приятеля и, возможно, Ян вот-вот готов был дать положительный ответ, но внезапно очнулась Рина. Она взревела, словно раненый бык и махнула руками в нашу сторону с Яковом. Удивительно, но я отреагировала моментально – оттолкнула от себя мальчика, а волна воздуха сбила меня с ног и оттащила назад несколько метров.

И если бы не возникшее на пути дерево, в которое я на большой скорости врезалась, парой метров стремительный полет явно не ограничился бы.

Глава четвертая. СДЕЛКА

– Мы просто хотели забрать нашу птицу, звонили и стучали... – откуда-то издалека донесся до меня дрожащий голос Нади.

Хоть я уже не первый раз перемещалась между реальностями, привыкнуть к этому еще не успела. Потребовалось несколько секунд на осознание данного факта (за это время я вспомнила достаточно много нехороших слов), после чего открыла глаза.

Я сидела на полу, опираясь на стену, в метре стояла подруга, примирительно выставив перед собой трясущиеся руки, а чуть дальше – в проходе – мужчина в ночном белом колпаке и... с ружьем в руках.

И даже не знаю, что страннее было во всей этой ситуации – оружие или колпак. Да кто вообще в наше время спит в колпаках? При этом данный факт напрягал меня сильнее чем то, куда могла деться клиника с доктором и дятлом.

По итогу получалось, что мы ворвались в чужой дом к человеку, пребывающему в полном разгаре ночного приключения под названием «сон»? А вы любите, когда вас будят внезапным проникновением в дом? Очевидно, что этот мужчина не любил, но колпак по-прежнему не давал мне покоя. Даже если допустить, что мужчина все же реальный, что его ружье стреляет, а колпак – некий фетиш... «Да что ты прикопалась к его колпаку?!» – услышала я в голове раздраженный голос.

– А у вас есть разрешение на оружие? – деловым тоном осведомилась я с пола, а мужчина нервно дернулся и переместил направление оружия – с Нади на меня. Странно, но страшно мне не стало, хотя по идее, должно было бы. – За убийство и присесть можно на энное количество лет, а нам, к тому же, нет восемнадцати. Родители уже отследили наше местоположение по телефонам и скоро приедут. Как бы вы ни пытались скрыть улики убийства, все укажет на вас.

– Какого еще убийства? – спросил мужчина, дрогнувшим голосом.

– Двойного и умышленного! – ответила я.

– Я никого не убивал! – чуть не вскрикнул он, явно начав нервничать.

– Но ведь планируете, – заметила я весьма холодно, спокойно поднимаясь на ноги. Ружье опасливо закачалось в руках мужчины, он явно был в шоке от моего спокойствия. Признаться, я тоже. Надя же, похоже, в любой момент готова была хлопнуться в обморок.

– Что ты такое говоришь... – прошептала подруга.

– Вы, конечно, можете вызвать полицию, но две несовершеннолетние девушки, оказавшиеся у вас дома ночью, а вы еще и с оружием... – заговорила я.

– Вы вломились в мой дом, – взвизгнул он, явно теряя остатки самообладания.

– ...разрешение, на которое, скорее всего не имеете, а если даже имеете, то заманили с помощью ружья нас к себе, чтобы... – как ни в чем не бывало, продолжила я.

– Хватит! – рявкнул он, спешно опуская ружье. – Выметайтесь!

Повторять дважды не пришлось, и мы с Надей побежали на выход. Конечно, присутствовало опасение, что мужчина выстрелит нам в спины, но все обошлось. Он оказался адекватным, а вот то, как мы сюда попали, по-прежнему являлось загадкой. И про колпак я старательно больше не думала.

– Да остановись же... – попросила я. Надя крепко держала меня за руку и неслась вперед как оголтелая. Перенервничала подруга не на шутку, не останавливаясь даже тогда, когда здание оказалось далеко позади, и нас окутала белая метель. Надя услышала меня не с первой попытки, так как ветер завывал на славу, но все же исполнила и освободила мою руку. Я, разминая затекшую конечность, прыгнула в сугроб. – И что же это было?

– Ты меня спрашиваешь? – истерично взвизгнула подруга и заметалась на месте. – Нас чуть не прикончили, мы ворвались в чужой дом, там нет никакой клиники, нет птицы, нет доктора... Я вообще ничего не понимаю! Я как будто сошла с ума! Зачем ты меня во все это втянула?

Подруга остановилась, кольнув меня взглядом. Ну надо же, – наконец Надя проявила характер, направив его против меня. При этом что важно, ее замечание оказалось справедливым. Я могла бы ей не звонить, но позвонила... Ведь Надя могла не приезжать, но приехала.

Что дальше? Рассказать про магию, волшебный мир и параллельные реальности? Ну да, а почему бы не попробовать. Набрав в легкие побольше морозного воздуха (и чудом не закашлявшись), я сообщила:

– Надя, все, что здесь происходит – это магия. Я из другой реальности, – одной из. Я не знаю, сколько их всего, но, по всей вероятности, много. Я не та Алиса, с которой ты дружишь, а другая. Я упала в магический ров в одной волшебной стране. По идее, должна была погибнуть, но вместо этого блуждаю по реальностям, где все также думают, что я – это их знакомая Алиса, но на самом деле, это не так. Понимаешь?

Я произнесла все это почти на одном дыхании. В голове все это казалось вполне логичным и понятным, но, когда мысли оформились в слова и слетели с губ... В общем, по реакции Нади было понятно, что она мне не поверила. Да и я, наверное, тоже в такое не поверила бы – звучало это и вправду безумно.

– Ясно, – мрачно отозвалась подруга, а потом развернулась и, не добавляя больше ни слова, зашагала прочь. Кажется, все же не следовало вот так прямо все рассказывать.

– Надя! – крикнула я, поднимаясь из сугроба. Я хотела бежать за подругой, пока та окончательно не скрылась из виду в лютующей пурге, но под снегом оказался лед (какая неожиданность). Я не просто поскользнулась и упала, но хорошенько приложилась головой об асфальт. Благо снег смягчил падение, и было не так больно.

– Ааа!.. – закричала я, но вовсе не от боли, а от безысходности, осознания неизбежного. Я резко открыла глаза, чуть не ослепнув от яркого света.

– Ты чего орешь? – шикнул на меня Виталик. – Осторожнее доктор, она, возможно, еще кусается.

– Ты... – прошептала я, пытаясь подняться. Я лежала на кушетке, рядом стояла женщина в белом халате и ощупывала мои конечности. – Нет, только не ты!

Виталик – моя главная боль, по сути, являлся первоисточником всех бед. В некоторых аспектах косвенно, но... Его отцом являлся издатель отца, из-за которого мы не полетели в отпуск. Демидовы тоже не полетели, и уж так совпало, что на следующий день отмечали день рождения Виталика, куда мы (чистое совпадение) были приглашены. Парня сватали мне в женихи – лоботряса, тунеядца и пьяницу!

Виталик захихикал и потрепал меня по голове, словно щенка, а женщина сообщила:

– Можете идти, все в порядке, только заберите у медсестры документы. Благодарите судьбу, что отделались ссадинами и ушибами.

– Да уж, вылетела через лобовуху, вот это прикол, – радостно воскликнул Виталик, когда женщина пошла прочь, а я растерянно огляделась. Так, откуда взялось это чудо-юдо в виде Виталика, и куда делись наши отцы? Но парень словно прочитал мои мысли: – Наши уехали по работе, папа пригнал меня, а мне только в радость приглядеть за своей девушкой, к тому же у нас на сегодня грандиозные планы.

Моя шея хрустнула, когда я слишком резко развернула голову и полными ужаса глазами уставилась на Виталика. Но парень ужаса вроде бы не увидел, проворно наклонился и чмокнул меня в губы. Мой кулак самопроизвольно сжался, но предпринять я ничего не успела, так как он быстро отстранился, зашагал к выходу и, не поворачиваясь, пропел:

– Давай, крошка, а то мы на тусу опоздаем.

– Тусу? – заторможенно переспросила я, хотя меня куда сильнее волновало другое – «какая на фиг девушка?!». Нет уж, лучше быть убогой, чем девушкой Виталика. Да как я вообще могла быть с ним? Как... Постойте, так это же не я, а другая Алиса! Но как она могла?!

– Кинчик, музончик, настолки – туса, в общем. У приятеля друга моего дружбана на хате днюха, ты что забыла? – удивился Виталик, поворачиваясь. – Уже, между прочим, началась. Самое интересное пропускаем, когда лучших девчонок разбирают, хотя... – парень лукаво подмигнул, – меня это уже не волнует, вон какую чикулю отхватил! Давай, крошка, шевели лапками!

Виталик надул губки, смачно их облизнул и послал мне воздушный поцелуй. В этот момент я готова была кабанчиком метнуться к окну и выпрыгнуть из него (совсем не важно с какого этажа). Я реально это сделала бы, подойди ко мне Виталик, но парень покинул палату, махнув рукой, мол, следуй за мной.

Даже не знаю, почему я не сбежала при первой возможности, позволила себя увести, а потом еще села на мотоцикл парня – без шлема и ремня безопасности. Я была наслышана про этот счастливый мотоцикл, с которым связаны многочисленные аварии. Но ни мотоцикл, ни Виталик пока что еще ни разу не пострадали.

– Готова? – лучезарно улыбаясь, осведомился парень, заскакивая на своего железного коня. «Пока не пострадали!» – думала я. Возможно, я поехала с ним, потому что планировала снова удариться головой и сменить эту жуткую реальность?! Увы, но до «хаты приятеля друга дружбана Виталика» мы добрались без эксцессов.

«Но что я тут делаю?» – задалась я вопросом, остановившись возле подъезда и глядя на открытые окна квартиры, откуда потоком лились музыкальные басы. Нет, мне же нужно было ехать в деревню, искать портал, а вместе с ним и подсказки. Но вместо этого оказалась здесь.

Я никогда не любила тусовки и шумные компании, была до мозга костей домоседом, человеком, который чувствует себя прекрасно только в том случае, если его никто не трогает. Не знаю, какой была Алиса из этой реальности, но Виталик явно являлся тем еще тусовщиком. Довольно быстро он потерял ко мне всякий интерес, цепляясь языком со всеми знакомыми, попадающими на пути. Если бы я ушла, он бы этого даже не заметил, но я зачем-то поднялась в квартиру следом за парнем. «Зачем?» – вопрос, на который я ответить пока не могла.

Меня словно что-то туда манило, сложно сказать, что именно. Но я поняла это сразу же, как только увидела в проходе Надю. Она пришла буквально передо мной и теперь нерешительно стояла в дверях, не зная как поступить – войти или нет. Моя челюсть, мягко сказать, отвисла. Надя была поражена не меньше.

– Ой, ты тоже здесь, – пробормотала она. – Вот так совпадение...

– Не думаю, – ответила я, как оказалось вслух, впрочем, из-за громкой музыки Надя не услышала. Казалось подозрительным, что соседи еще не прибежали, чтобы прекратить столь шумную вакханалию, мои бы уже давно стены ломать начали...

– Круто тут, да? – обратилась ко мне Надя, хотя по ее тону было видно, что чувствует она себя весьма дискомфортно.

– Круче не бывает! – крикнула я в ответ. – Послушай, давай пообщаемся снаружи, я... – но договорить не успела, так как из-за угла внезапно вышел тот, кого увидеть я вообще не ожидала. Ладно, с ним Виталиком, но Ян... Впрочем, сомнений не возникало – это был Ян. В руке он держал пластиковую тарелку с куском торта и направлялся именно в нашу сторону.

– Детка, твой любимый! – обратился парень к Наде и вручил угощение. Девушка расцвела и прямо у всех на глазах (толком не обращающих на них никакого внимания, кроме меня) чмокнула Яна в губы.

Мой мир рухнул в одночасье, музыка стихла, в ушах зашумело. Я часто заморгала, глаза защипало, дыхание усилилось. Пришлось приложить колоссальное усилие, чтобы сдержаться от желания размазать торт по Наде. Да как она могла, да как... А потом я вспомнила, что в этой реальности мы с подругой даже не знакомы.

– Малыш, но ты забыл вилку, не руками же я буду кушать, – проворковала Надя и снова чмокнула парня. Мое сердце болезненно кольнуло, а девушка ретировалась вместе с тортом. Ян остался на месте, на меня он даже не взглянул, высматривая входящих.

– Ян? – спросила я.

– Мы знакомы? – парень наконец-таки обратил внимание своих темно-зеленых глаз на меня. Уверена, что увидела в них красноватую вспышку. Но как такое возможно, наверное, показалось?!

Ян напрягся, пытаясь вспомнить, где мы могли встречаться раньше, но, по всей видимости, этого не получилось. И почему же я не была удивлена? Парень нахмурился и снова взглянул мне в глаза, явно ожидая, что я раскрою тайну о том, откуда все же знаю его имя.

– Крошка! – проорал Виталик мне прямо на ухо, а потом сгреб рукой, прижимая к себе. Так как я подобного не ожидала, то и защититься тоже не успела, оказавшись крепко зажатой подмышкой парня. Виталик обратился к Яну: – Где именинник?

– Если честно, без понятия! – признался парень.

– Ну и пофиг, главное, чтобы кормили и поили вкусно, – сообщил Виталик и зашагал прочь, а я чудом сумела выкрутиться из захвата, приятель, кажется, даже этого не заметил.

– Так откуда ты меня знаешь? – спросил Ян, возвращаясь к недавнему разговору, снова прожигая меня взглядом. Теперь осмотр был более критичным, а взгляд очень серьезным. Неужели Ян начинал что-то вспоминать? Я с надеждой на него уставилась, но... – Чего молчишь-то?

– Язык проглотила, – сообщила я. – Поговорим?

Интересно, если я его огорошу правдой (как недавно Надю), он тоже развернется и уйдет? Или расскажет остальным, и все посмеются?!

– Малыш, ты чего все еще стоишь в коридоре, пошли внутрь! – вернулась Надя, но уже без торта. Ее рука изящно поднырнула под локоть парня, подруга прильнула к Яну, а я внезапно представила, что навсегда остаюсь в этой реальности. Испытав неподдельный ужас, я попятилась.

Ян с Надей пошли за мной, хотя сбежать я намеревалась именно от них. «Да отвяжитесь!» – мысленно возопила я. Нет, мне нужно было время, чтобы все осознать, а пока я хотела побыть одной! Вот только...

Знаете, дам хороший совет – вы, когда пятитесь, поглядывайте назад, мало ли там внезапно закончится пол, и начнется лестница...

В сознание ворвалась удушающая боль. Я не могла пошевелиться, даже вздохнуть. Легкие обжигало, а грудь сдавило до такой степени, что, кажется, кости затрещали. Я сжала зубы и с неимоверным трудом открыла глаза, увидев перед собой зеленую траву и собственные руки, которыми упиралась в землю.

Я стояла на коленях, а тело словно парализовало. Я не могла пошевелиться, унять боль, сделать живительный вдох. Меня душил мой собственный корсет. Перед глазами все плыло, мелькали точки, конец приближался, как внезапно раздался громкий хруст, но, к счастью, не костей, а порванного корсета. Я снова обрела возможность дышать и, закашлявшись, рухнула на землю.

В стороне стояли сестры, выглядели они напуганными и растерянными, но даже не попытались мне помочь... Я подняла голову и взглянула на нож в руке Яна.

– Спасибо за помощь! – сильно разозлившись, с иронией в голосе сказала я сестрам.

Белочка, минуя мой взгляд, испуганным голосом обратилась к Яну:

– Как ты это сделал?

– Разрезал корсет? – спросил парень. – Наверное, с помощью ножа, а были еще варианты?

– Нет, она не об этом! Рина наложила смертельное заклятие... – с придыханием заговорила Зоя, глядя на меня так, словно видела перед собой призрака, – это же невозможно, ты не могла спастись! Если только... – девушка замолчала, прикусив губу.

– Невероятно, что говорю это первой, но теперь я точно верю в параллельные реальности! – с довольно мрачным видом сообщила сестра в черном. – Значит, в тебе есть магия, в отличие от нашей Алисы.

– Вообще-то это я разрезал корсет! – напомнил Ян, демонстрируя нож.

– Не в ноже дело, а в магии! – возразила Белочка, сразу же из напуганной девочки превратившись обратно в бойкую проныру. – Если ты ничего в этом не смыслишь, мог бы помолчать.

Белочка показала Яну язык, глаза парня заполыхали красным, но прежде чем он, держа в руке нож, шагнул в направлении девочки, я спешно (не слишком грациозно, но благо не упала) поднялась на ноги и схватила парня за руку. Казалось бы, ничего необычного, мы и раньше держались за руки... Ян дернулся, как будто его ужалил ядовитый скорпион, и отдернул руку, наградив меня весьма опасным взглядом.

– Пожалуйста, спрячь нож, – попросила я, не слишком надеясь, что парень послушается, но нож все же перекочевал за пояс.

– Если бы не Алиса, то заклятие попало в твоего брата, а это значит, что... – бойко заговорила Белочка.

– Хватит! – перебила я, и, к моему удивлению, она тут же замолчала и обиженно надула губки.

Я взглянула на Якова, сидящего возле дерева с весьма ошарашенным видом – мальчик явно не понимал, что происходит. Рина лежала в стороне со связанными руками, она не шевелилась, но что-то мне подсказывало (нет, я была в этом уверена), что она жива и вполне здорова. Отец Яна и Якова лежал на прежнем месте и пока в себя так и не пришел, но, кажется, братья за него особо не переживали.

– Я читала о других реальностях, но не думала, что наша Алиса с этим столкнется, она же... – Белочка явно не могла долго молчать.

– Кто она? Убогая? – раздраженно переспросила я.

– Она отдала свою силу Рине, – пояснила Зоя, когда младшая сестра снова обиженно надулась. – Мы не знаем, почему она это сделала, раньше все было хорошо, а в последний год...

– Ей этого знать не обязательно, – шепнула Ками, обращаясь к сестре.

– Обязательно! – возразила Зоя. – Мы с Алисой в последние месяцы не очень ладили, она замкнулась в себе, перестала с нами общаться, но она же наша сестра! А вдруг мы потеряли ее навсегда?

– Что ты такое говоришь? – осуждающе осадила сестру Ками, но испуг в голосе все же прозвучал.

– Так вот, – кашлянула Белочка, снова напоминая о своем присутствии и невозможности стоять молча, – я читала о других реальностях, и это весьма серьезная штука! Опасения Зои вполне реальны, наша Алиса может быть где угодно.

– И что нам делать? – спросила Зоя.

– Ну... – протянула Белочка, – вариантов не много, вся магия, связанная с другими реальностями, – прерогатива фей. Маги могут создавать миры, как например тот, в котором мы родились, но реальности – это совсем другое... – девочка перевела взгляд на меня. – Только феи могут помочь – вернуть нам сестру, а тебя обратно. Но насколько ты поняла, главная проблема в том, что мы не знаем, где находится страна фей, – и она перевела колкий взгляд на Яна.

– Ага, прям так феи и станут помогать магам! – хмыкнул парень. – Ладно, мы квиты, – он указал на меня пальцем: – Ты помогла моему брату, я помог тебе. В будущем не буду таким добрым как сегодня, так что...

– Нет-нет, не уходи! – крикнула я, когда Ян зашагал прочь. Он кивнул Якову, и мальчик спешно поднялся на ноги. – Пожалуйста, Ян. Ты же обещал помочь и отвести нас в страну фей.

Парень резко остановился и замер, а, затем, не поворачиваясь, холодно ответил:

– Ничего я не обещал!

– Так пообещай сейчас! – я обогнула друга и оказалась прямо перед ним. – Пожалуйста, нам без тебя не справиться!

– Значит, не повезло вам, – буркнул парень и шагнул в сторону, но я снова преградила путь.

– Я дам тебе все, что захочешь, но проведи нас! – попросила я.

– Что ты можешь мне дать? – спросил Ян. – У тебя ничего нет, ты такой же... изгой, как и я.

– Я... – мое воодушевление внезапно сдулось. Я взглянула на Якова, который до этого момента внимательно меня разглядывал, но сейчас поспешно опустил глаза. На сестер, с поникшими головами, расстроенного Яна и окружающий лес. А дальше в голове все сложилось – прятались не только сестры (по большей части от мадам Геллы), но и оборотни. Но почему? Что тут происходило? Почему они не жили в волшебном мире?

– Ну вот, у тебя ничего нет... – сказал Ян, но уже не так сурово, с нотками жалости и сочувствия в голосе.

– Есть, – громко и звонко возразила Белочка. – Она отдаст тебе свою магию!

Секундная пауза показалась вечностью.

– Белочка, ты с ума сошла? – в один голос вскрикнули сестры. Даже я, не понимая, чем чревата эта авантюра, но чувствуя – «ничем хорошим», хотела было вставить и свои пять копеек, что это невозможно, но тут увидела интерес на лице Яна.

– Нам нужно посовещаться! – сказала Зоя, подзывая нас к себе. И когда мы подошли, оставшись наедине (относительно, так как Ян, без сомнения, все и так прекрасно слышал, вряд ли оборотни жаловались на слух), прошептала: – Это невозможно, лишить мага магии...

– Но ведь наша Алиса лишилась и ничего! – заметила Ками.

– Ты шутишь? – спросила Зоя, нахмурившись. – После этого все и изменилось, она изменилась!

– Но без фей мы не сможем вернуть сестру! – заметила Белочка, награждая меня деловым взглядом. – Так же, как и ты, не вернешься к себе! Впрочем, ты должна понимать, что в случае нехорошего исхода, – девочка поморщилась, – можешь и навсегда лишиться маги... во всех реальностях.

– Ты готова к такому? – спросила Ками.

– Чтобы вернуться обратно? – вопросом на вопрос ответила я. Кажется, тут все было очевидным.

Давайте на чистоту... Какая из меня колдунья? Когда блок с магии был снят, максимум, что я получила, так это всеобщую ненависть, которой захотела поделиться с каждым окружающим. Нет уж, если магия такова, не жалко будет с ней и попрощаться. А вернуться домой – являлось моей главной задачей.

– Хорошо, но, что мы предложим феям? – спросила Зоя немного раздраженно. – Допустим, заключим сделку с оборотнем, он нас проведет, затем заберет магию, а дальше... феи просто так помогать не станут!

– Верное замечание! – откликнулся Ян, доказывая, что слышит весь наш разговор.

– Отойдем подальше... – предложила Зоя, метнув в парня недобрый взгляд.

– А смысл, у меня абсолютный слух! – хмыкнул парень.

– Я знаю, что им предложить, – ответила я, и, не став никого томить, выпалила: – кулон!

В голове будто бы пазл сложился. И как же я раньше не подумала, что все эти события могут быть напрямую связаны с этим кулоном? Я спрятала его в своей вещи с Выбора – книге и, по всей видимости, достать могла только я одна. А что, если мое падение не закончилось смертью только из-за того, что не успела отнести его феям? А что, если это и есть моя миссия, выполнив которую, все вернется на круги своя?

При слове «кулон» сестры ахнули, а я похлопала себя по складкам платья, словно надеясь найти в них карманы, а в карманах необычную вещицу, которую украла у мадам Геллы, точнее призрак девушки принудила к воровству. Побег из замка выдался неудачным, и я оказалась... неизвестно где. Но где находился кулон, спрятанный мной в книгу?

Пришлось покопаться в памяти, неохотно открывающей воспоминания. Мысленно вернуться на башню в тот роковой день – перед самым падением. Кулон находился в книге, а книга... оставлена на мешке Забавы... падала я без вещей, а значит...

– Скажи, что ты имеешь в виду другой кулон, не тот, о котором мы подумали! – спросила Зоя.

– А о каком вы подумали? – осторожно уточнила я. Сестры взволнованно переглянулись, а Белочка сообщила:

– Такой продолговатый, с черным камнем, который пропал у тетки Геллы несколько лет назад, и она до сих пор рьяно его ищет. Она обвинила нашу мать, хотя это глупо – медальон заговорен на смерть, никто из живых не смог бы его забрать, при этом не умерев. В итоге, либо его украл очень сильный маг, обладающий способностью воскрешать из мертвых, либо...

– Родственник... – мрачно добавила Ками. – Так решила тетка и объявила на нас охоту, а еще настроила всех против нашей семьи.

– Все занимательнее и занимательнее... – раздался голос подошедшего Яна. – Я, конечно, не слишком во всем этом разбираюсь, но про кулон, дарующий несусветную силу, знают даже оборотни. Но подскажите, милые барышни, не подобный ли кулон украли у Королевы фей много лет назад?

– Мы и не утверждаем, что он всегда принадлежал нашей тетке! – процедила Белочка.

– Это кулон Королевы фей? – спросила я пораженно. Теперь пазл окончательно сложился. Мне нужно было отнести феям то, что принадлежало им по праву. Вот только загвоздка заключалась в том, что кулона-то у меня не было.

– Возвращенный кулон – хороший повод навестить фей. Возможно, вас и не убьют, вот только его нужно надежнее спрятать, чтобы феи не отобрали раньше времени, – ответил Ян, протягивая руку. – Давай я его понесу, мало ли...

Я взглянула на ладонь парня и, не поднимая глаз, ответила:

– Его у меня с собой нет, – и увереннее добавила: – конечно же! Я что дура таскать такую вещь с собой. Я его спрятала в надежном месте.

И взглянула прямо в глаза парню. По телу пробежала дрожь.

«Насколько оно надежное? Существует ли оно вообще?– раздался в голове насмешливый голос Яна, когда мы уставились друг на друга. Это были его мысли, и, кажется, он пока не догадался, что я их слышу. – А может быть, нет никакого кулона, и ты все придумала? Откуда ты вообще такая взялась? И зачем я тебя слушаю? Нужно уходить, но почему я не могу этого сделать, почему я все еще здесь?»

Я решила не вступать в мысленный диалог, выдав себя, поэтому спешно перевела взгляд на сестер. Главное верить в то, что кулон найдется. И не важно, что я ума приложить не могла, куда делась книга, забрали ли ее друзья, успевшие сбежать, или же подобрала мадам Гелла. Так или иначе, впереди ждало занимательное приключение.

– Ты можешь не дышать мне в ухо? – попросила я, когда Ян наклонился ниже.

– Ты что-то недоговариваешь... – сообщил он. И как же был прав!

– Если проведешь нас, так уж и быть, я разрешу тебе понести кулон! – сказала я, глядя на растерянных сестер. Главное, не смотреть на Яна, чтобы случайно не проболтаться, иначе парень точно поймет, что найти кулон будет не просто, и откажется участвовать.

– Ладно! – внезапно сказал юноша и отступил в сторону. – Я правильно понимаю, что кулон спрятан в том мире?

Он усмехнулся, а я осторожно подняла глаза, ответив:

– Да.

Когда наши глаза встретились, а взгляды зацепились, я снова услышала голос парня:

«И что же ты задумала? Зачем тебе все это нужно? И даже своих сестер впутала. Но в них магии, которая могла бы навредить, нет, я чувствую, они не опасны. Правда, кроме этой десятилетки, уверен, она тут главная заводила. Но ты... В тебе что-то есть, но я не пойму что. Нужно разобраться, так уж и быть подыграю! Хотела бы применить магию, давно бы применила и Якова защитила. Почему?»

Длинный монолог закончился. Парень улыбнулся и протянул руку:

– Договорились, от тебя магия, а от меня услуги проводника!

Я неуверенно взглянула на руку и протянула свою в ответ. Ян крепко сжал мои пальцы и дернул на себя. Качнувшись, я чуть не упала, а оборотень хмыкнул.

– Так ты действительно нас проведешь? Ты точно знаешь, где вход в страну фей? – спросила Белочка, будто бы немного обидевшись.

– Знаю, – кивнул Ян и самодовольно взглянул на девочку. – Но я понимаю, одной дороги до страны фей недостаточно, и мы еще заглянем за кулоном, так что одной магии вашей сестры мне будет маловато, – парень все ее держал меня за руку. Я попыталась выдернуть пальцы, но Ян сжал руку сильнее.

– Ч-что ты еще хочешь? – спросила Зоя, попятившись. Белочка же, напротив, выпятив грудь и вздернув носик, сделала шаг вперед.

– А ты не обнаглел? – осведомилась она. – Ты вообще знаешь, насколько ценна магия белого колдуна? Если хочешь торговаться, то не утруждай себя, мы найдем в проводники кого-нибудь другого!

– И кого же? – тут же уточнил Ян и, не дав Белочке ответить, хотя ответа, скорее всего, у нее не было, произнес: – Ни один оборотень не стал бы с вами тут общаться так долго, как это делаю я. Тем более, никто не согласится вас вести к феям. Мы с ними не враждуем, но держимся на расстоянии. Я могу попасть в черный список, меня могут убить вместе с вами, более того, насколько я понимаю, местонахождение кулона под большим вопросом, – парень впился в меня взглядом, а я спешно опустила глаза. – Помимо магии, я хочу, чтобы каждая из вас, отдала мне свою магическую вещь. Только не говорите, что у вас их нет, – предупредил он строго, – Не навсегда, конечно, а на время похода. Навсегда я заберу только твою магию, – в глазах парня, обращенных на меня, сверкнула кровавая вспышка. – Так что, по рукам?

Сестры переглянулись. Ками и Зоя побледнели, а щеки Белочки запылали.

– Хорошо, но ты должен пообещать, что вернешь наши вещи! – пылко заметила последняя. – Заключим договор, а Алиса свяжет его магией!

«Чего-чего? Свяжет чем?» – резко повернулась я к Белочке.

– Разумеется! – согласился Ян, улыбнувшись, а потом притянул меня к себе еще ближе, развернул мою голову и, глядя в глаза, прошептал: – Если она сумеет...

«Да что ты себе позволяешь?!» – не выдержала я, попытавшись вырваться, но не тут-то было.

«У кого-то голосок прорезался?» – спросил он.

Все-таки догадался! Признаться, я была немного разочарована. Думала тайно послушать его мысли, но в итоге... вполне возможно, сама взболтнула лишнего. А ведь я могла, особенно после того, как вернулась из реальности где Ян и Надя... Нет, не выносимо! Я попыталась отвернуться, но Ян все еще держал меня за подбородок.

«Так ты не станешь помогать?» – вздохнула я.

«Почему же, разве я не дал свое согласие? – нахмурился Ян. – Скажу так, мне стало скучновато жить, никакого веселья, а тут что-то новенькое. Более того – ты слышишь мои мысли, а я твои. Нужно с этим разобраться. Считай, ты меня заинтересовала».

– Ладно, – Ян прервал зрительный контакт и наконец-то отпустил мои слегка онемевшие пальцы. – Тогда встретимся в полночь у дерева и оформим нашу сделку. Яков!

Ладошка мальчика тут же оказалась крепко зажатой в руке Яна. Последний напоследок наградил меня долгим испытующим взглядом и пошел прочь.

– Отца-то заберите! – крикнула я.

– Я пришлю за ним кого-нибудь, а если не хотите, чтобы ваша другая сестра попала в плен, советую ее отсюда убрать! – крикнул в ответ Ян, окончательно скрывшись за деревьями.

Мы с девушками мрачно переглянулись, а потом, не сговариваясь, тоже пошли прочь. При этом Белочка радостно поскакала.

– Как же все прекрасно сложилось! – сообщила она.

Зоя и Ками мрачно переглянулись, явно не видя ничего прекрасного в том, что я отдаю свою магию. Стоп, а зачем она вообще Яну, если парень не маг?! Как он ее использует, если не умеет колдовать? Я, к слову, тоже не умею... Ну ничего, жила я семнадцать лет без магии и дальше проживу! «Главное вернуться!» – уверенно сказала я себе.

– А я считаю, что мы крупно влипли, – подала голос Ками. – Не нужно было с этим оборотнем общаться, когда родители узнают...

– Мама... – выдохнула Зоя и резко остановилась. Мы с Ками последовали ее примеру, в то время как Белочка продолжила скакать дальше.

– Папа! – добавила Ками.

А через пару секунд Белочка ойкнула, когда перед ней оказались оба родителя, вышедшие из-за деревьев. «Вот так удача!» – хотелось воскликнуть мне, а потом дать деру.

Мой папа стоял рядом с Амелией и выглядел иначе. Я привыкла видеть его всегда в строгих костюмах, а сейчас он больше напоминал какого-нибудь Робин Гуда. Его волосы непривычно топорщились, руки вместо старенького портфельчика сжимали настоящий лук, а за спиной висел колчан со стрелами.

Родители явно не ожидали на нас наткнуться, хотя, по всей видимости, искали они именно нас. Амелия ахнула и бросилась обнимать слегка сконфуженную Белочку. Остальные сестры замерли и напряглись, не спеша бежать в распахнутые объятия к отцу.

– Что произошло? – спросил мужчина.

– Где Рина? – Амелия огляделась, отстраняясь от Белочки.

Зоя и Ками не ответили, они словно языки проглотили, испуганно хлопая глазами. Даже Белочка на какое-то время потеряла дар речи (что весьма удивительно). Напряженно молчание взволновало родителей, они переводили взгляды с одной дочери на другую. В итоге взгляды остановились на мне.

– Алиса, ты снова что-то натворила? – произнес папа строго. И от того, как он это произнес, мне стало не по себе, так он ко мне не обращался, даже когда сильно злился. Амелия что-то ему шепнула и положила руку на плечо, но отец раздраженно ее стряхнул. – Сколько можно терпеть твои выходки?..

– Папочка, там Рина! – внезапно принялась всхлипывать Белочка, переведя все внимание на себя. – Идем же, мы как раз бежали за вами! Вон там! – указала она дрожащим пальцем.

Удивительно, как быстро она превратилась в наивную жертву и побежала обратно к тому месту, где мы бросили Рину. Амелия тут же побежала следом за младшей дочерью, но папа остался, снова смерив меня строгим взглядом. При этом взгляд, обращенный к сестрам, был совершенно другим – мягким и заботливым. Нет, либо это был не мой папа, а как две капли воды похожий на него человек, либо я сильно накосячила. Точнее не я, а другая Алиса.

– Мы все знаем! – произнес он. – Как ты могла всех нас предать?

И почему же мне стало так дурно? Я ведь не сделала ничего плохого, но ноги подкосились, сердце отчаянно забилось, страх сковал каждую клеточку тела. Захотелось оправдаться, но не получилось произнести ни единого слова.

– Папа! – внезапно раздался обеспокоенный голос Белочки из-за деревьев, и мужчина поспешил туда. Сестры взглянули на меня с подозрением.

– Я не при делах! – ответила я. – Честно!

Напряжение росло, сестры явно начинали сомневаться в моей невиновности. Внезапно из-за деревьев раздался короткий вскрик. Зоя и Ками обеспокоенно переглянулись и, подняв юбки, побежали туда. Я попыталась последовать их примеру, вот только запуталась в ткани и чуть не упала. Подбежала я как раз к тому моменту, когда Белочка ощупывала бездвижное тело отца, опустошая карманы, а Зоя трясла за плечи Амелию, тоже лежащую на земле.

– Ты с ума сошла?! – воскликнула Ками. – Что ты надела? Как ты вообще сумела их оглушить?

– Эффектом неожиданности и припасами магических примочек... – ответила та, запихивая вещи отца в появившийся откуда-то мешок.

– Это же наши родители! – крикнула Зоя, не в силах себя больше сдерживать. – Белла – ты сумасшедшая! Как в твою дурную голову это вообще пришло?!

– Я делаю это ради общего блага, – заметила девочка довольно спокойно. – Родители в миг бы привели Рину в чувства, а она сразу бы все рассказала! Думаешь, они бы поверили нам? Нет, снова рассадили бы по комнатам и заперли на долгие дни, недели, месяцы!

– Вообще-то запирали только вас с Алисой! – заметила Ками. – И вообще... – девушка повернулась ко мне и критично осмотрела с ног до головы. – А вдруг нас просто водят за нос?

– Так ты же сама недавно говорила, что поверила в параллельные реальности! – воскликнула Белочка. – И корсет! Ты же сама все видела! И ты! – она указала на Зою.

– Это наши родители! – прошептала последняя гневно.

– Так, давайте их поскорее отсюда уберем, пока не явились оборотни! – предложила я, и строгие взгляды старших сестер обрушились на меня.

Впрочем, в том, что нужно побыстрее уходить, они согласились. Зоя схватила за руки мать, Ками – отца и, молча, девушки потащили родителей прочь. При этом, гневно глядя то на меня, то на Белочку. Когда сестры скрылись, я подошла к Рине.

– Она же плохая, – сказала девочка.

– А еще тяжелая... – добавила я, сдвигая девушку с места. Надо же – на вид Рина казалась гораздо легче.

– Нам не обязательно брать с собой Зою и Ками, – заговорчески шепнула Белочка, засеменив рядом. – Справимся сами – я, ты и оборотень. Ну что скажешь?

Признаться, говорить мне ничего не хотелось. Как, к слову, и сестрам, которых мы догнали.

– Да ладно вам! – голос Белочки дрогнул. – Я ведь не со зла, я просто хочу...

– Вот именно, ты хочешь! – воскликнула Зоя. – Ты эгоистка, Белла. Маленькая эгоистка, а еще воровка и членовредительница. Даже страшно подумать, что из тебя вырастет! Мне стыдно, что у меня такая сестра!

Ее голос звонким эхом разнесся по лесу. Белочка ахнула и замерла, нижняя губа девочки дрогнула, глаза заблестели от слез.

– Только не... – собиралась сказать я, но не успела договорить, как Белочка, всхлипнув, бросилась прочь. Я глазом моргнуть не успела, как изворотливая проныра, словно в воздухе растворилась. Тогда я повернулась к сестрам!

– Так нельзя, она же ребенок! – осуждающе обратилась я к ним. – Пускай импульсивный, но ребенок. И она же не убила никого, просто оглушила... на время... И она права, если бы родители узнали, точно бы не поверили. А. если бы поверили, вряд ли бы Ян стал нам помогать, оборотни не любят магов, а мы с ним вроде как... В общем, узнай родители, другая Алиса к вам бы не вернулась, а я не хочу здесь оставаться. Знаете что... – я отпустила руки Рины, и те безвольно упали на землю. – Не нужны нам вы. Мы с Беллой прекрасно сами справимся!

И я развернулась, чтобы с гордым видом уйти, но что-то пошло не по плану. Меня ослепила яркая вспышка, словно в замедленной съемке я увидела несущуюся на меня острую серебристую молнию, чудом пролетевшую мимо – всего в паре сантиметров от лица, наэлектризовав волосы. От неожиданности я дернулась, споткнулась о какую-то корягу и упала прямо на Рину. Молния же ударилась в дерево, за которым в последнюю секунду успела скрыться Ками.

– Взять! – рявкнула мадам Гелла, выходя из-за деревьев с видом победителя. А за ней следом показались несколько крепких парней с рычащими огромными псами, похожими на медведей. Невольно вспомнился пес Миры, уж очень звери были похожи. Разве что пес Миры казался добрым, а эти – злыми. Собаки, спущенные с поводков, клацая зубами и издавая рокочущие звуки, устремились за сбежавшими Зоей и Ками.

– Молодец, любовь моя, ты хорошо сыграла свою роль, выманив их всех в лес! – внезапно раздался знакомый голос. Я довольно резко повернула голову, чуть не вывернув шею, и обомлела. Надо мной стоял не кто иной, как Герман, и протягивал руку, предлагая подняться.

«Любовь моя?» – возопила я мысленно, растерянно захлопав ресницами. Да что это вообще такое, другие Алисы совсем что ли парней выбирать не умеют? Сначала Виталик, теперь Герман... Впрочем, хуже было другое – я предала собственную семью, и об этом узнал отец.

Ну что могу сказать в свое оправдание?! Я бы никогда так не поступила!

«Никогда не говори никогда!» – в моей голове очень четко раздался голос, когда я враждебно уставилась на протянутую руку. Вроде бы другой голос, но в то же время мой собственный, а это могло значить только одно...

«Ты? – спросила я. – Другая Алиса?»

«А ты ждала в своей голове услышать кого-то иного? – уточнил голос и, не дожидаясь моей реакции, продолжил: – Значит так, Гелла ходячий радар – пронюхает, что ты это не я, пришьет не задумываясь!»

«Пришьет? – отозвалась я. – Что это еще за словечко такое...»

«Молчи и слушай, я не знаю, надолго ли к тебе прорвалась! – перебив, строго произнес голос. – Делай все, что тебе скажут, не борзей, поняла?! Она тут главная, чтобы все получилось, нужно дать ей это понять. Старайся молчать, чтобы себя не выдать, как только появится возможность сбежать – беги! Но не раньше того, как придет нужное время, поняла?!»

«Что? – ошарашенно пробормотала я, но голос в голове замолчал. – Какое еще время? Когда? Эй? Ты тут?»

– Все в порядке? – нахмурился Герман.

– Угу! – буркнула я и схватилась за руку. Парень потянул и в два счета поднял меня на ноги, а затем (не успела я даже опомниться) затянул веревку на моих руках.

– Это для твоей же безопасности! – шепнул он.

– А вот и она – предавшая и погубившая свою семью! – раздался совсем рядом холодный и властный голос мадам Геллы. Внутри все задрожало, когда я поняла, что она идет к нам.

Смогла ли я сбежать сейчас? Это вряд ли. Сделать это раньше? Могла бы попробовать, но, когда я повалилась на Рину, конечности словно атрофировались. Чтобы выжить, мне требовалось вести себя правильно. Но каким образом?

«Ты хорошо сыграла свою роль, выманив всех в лес», – прозвучала в голове роковая фраза. Да я бы никогда...

Стоило мадам Гелле остановиться напротив меня, Герман раболепно принялся кланяться и пятиться назад. Я отвела взгляд, но мадам Гелла ухватила меня за подбородок своими костлявыми пальцами и заставила смотреть в черные, как омут, глаза. Самодовольная улыбка появилась на лице женщины, глаза засверкали.

Я смотрела на мадам Геллу словно пойманный на ужин кобре кролик, а внутри помимо нарастающего страха, появлялись и другие эмоции – злоба, гнев и ненависть. Ее прикосновение было болезненным, но вовсе не из-за того, что она вдавила ногти в мою кожу, а потому что внутри разбушевалась магия белых.

«Держись!» – сказала я себе, используя всю свою выдержку. Благо у меня были связаны руки, а дрожь в теле можно было бы списать на страх... Без сомнения, женщина знала, что навевает одним своим видом ужас, но меня она явно проверяла. Неужели она была той же мадам Геллой, от которой я сбежала из замка. И тогда в квартире она тоже была собой? Она словно испытывала мое терпение, хотела вывести на эмоцию, заставить себя выдать...

«Гнусная ласки, ненавидим тебя!» – прорвал оборону истеричный голос в моей голове. Крушить, ломать, уничтожать...

«А потом пришить! – напомнила я себе. – Заткнитесь, пожалуйста. Если хотите мстить, давайте действовать по-умному. Если она меня укокошит, легче никому не станет!» – обратилась я к голосам, но это не помогло. Голоса загудели в голове словно рой пчел. Я сжала челюсти и с неимоверным усилием опустила глаза, стараясь показаться мадам Гелле покорной.

– Мое доверие не просто заслужить, – заметила женщина, сильнее сжимая мой подбородок. Тонкие губы женщины скривились, ноздри крючковатого носа раздулись, она явно хотела что-то добавить, но внезапно к нам подбежал запыхавшийся парень:

– Госпожа, девчонки убежали, охотники потеряли след! Магия их сбила, госпожа...

– Ничего... – процедила женщина, сверкнув глазами. Она отвела от меня взгляд и наконец-то опустила руку. Голоса колдунов тут же стихли, и я чуть не воскликнула: «хвала небесам!» – Припасы магии быстро закончатся, а без родителей они долго не протянут. Уходим! – скомандовала она и, потеряв ко мне интерес (неужели не догадалась?), пошла туда, откуда появилась.

Крепкие парни стали поднимать родителей с Риной и понесли их прочь. Возле меня снова оказался Герман и подтолкнул за остальными.

– Не злись, любовь моя! – шепнул он. – Она начала тебе доверять, это очень хороший знак! Давай же, нужно поторопиться.

Итак, мне нужно было сбежать, когда придет время. Но когда оно придет, и как я сбегу, если даже сейчас мои ноги отказывались идти, словно были связаны, так же, как и руки?! Да и все тело будто сковывали невидимые оковы.

Герман ухватил меня за локоть, крепко сжав, и толкнул сильнее, явно не понимая, почему я торможу, и мой первый шаг, сделанный через силу, оказался неудачным. Подо мной словно обвалилась земля, и я стала проваливаться в невесомость. Все закружилось и завертелось, а в голове загудели десятки, а может быть, сотни голосов, настоятельно требующие отмщения. Но не прошло и мгновения, как все они стихли.

Глава пятая. ПЛАН

Открыв глаза, я чуть не ослепла от яркого света, снова оказалась на пляже под палящим солнцем, в окружении брата и собравшихся рядом людей. Даже не верилось, что в наше время чужие люди способны проявить столько заботы – кто-то обмахивал меня полотенцем, кто-то протягивал бутылку с водой. Все выражали явное беспокойство, особенно Филипп. Кажется, более обеспокоенным я его еще ни разу не видела.

– Извините, мы нечаянно, – раздался звонкий мальчишеский голос. Повернувшись, я увидела, как какой-то худощавый подросток с волейбольным мячом в руках спешно улепетывает по песку за другими мальчишками.

– Как ты? – голос Филиппа дрогнул. Парень сидел рядом, тоже обмахивая меня полотенцем. Кто-то все же сунул мне бутылку воды в руку, поднес горлышко ко рту. Невольно пришлось сделать глоток, а когда ледяная вода (в бутылке на самом деле плавали кусочки льда) коснулась горла, я закашлялась, а заботливые люди рядом заохали и заахали.

– У нее солнечный удар! – сообщила женщина в широкополой шляпе.

– Нет, сотрясение мозга! – возразила другая.

– Может быть, и то и другое! – заметил мужчина – тот самый владелец ледяной воды.

– Ладно, идем в номер, – Филипп стал поднимать меня на ноги. – Спасибо всем, мы пойдем.

Подняться самостоятельно было не просто, вместо ног словно ласты, но с помощью Филиппа встать получилось. Брат вернул бутылку мужчине и, помахав женщинам, потащил меня прочь.

Под ногами шуршал песок, а в голове неспокойным шумным потоком бурлили мысли. Я потерла ушибленную щеку и всерьез задумалась над тем, сколько у меня еще времени. Как долго все будет продолжаться, когда снова сменится реальность? А вдруг лимит исчерпается, и я застряну в какой-нибудь из них навсегда?

– Нет... – буркнула я и остановилась. Не хотелось думать о том, что у меня как у кошки всего девять жизней? И о том, что кошкины жизни – миф, и на самом деле жизнь у всех одна.

– Тяжело идти? – Филипп принялся дуть на лицо, решив, что мне стало плохо. Да, мне и вправду было плохо, но вовсе не из-за того, что в меня недавно на полной скорости врезался мяч, а потому что со всем этим нужно было кончать. Я ведь узнала главное – нужно найти кулон, отнести его феям, а в обмен – вернуться в свою реальность. План наметился, вот только его осуществление было под вопросом. Весьма большим вопросом.

В какой из реальностей я могла попасть к феям. Только в той, где стала предателем для всей своей семьи, со связанными руками, под грозным надзором мадам Геллы? Если честно – вообще без вариантов. Ни малейшего шанса на побег, учитывая, что пришлось оказаться в окружении магов, которые в отличие от меня умели колдовать.

А остальные реальности? Могла ли я через них проникнуть в волшебный мир? А вдруг нет в лесу больше никакого портала, а вдруг... «Давай меньше «вдруг», поезжай и проверь! Хватит нюни распускать!» – сказала я себе строго. И на душе сразу же стало легче, правда всего на миг. Если во всех пяти реальностях я должна была стремиться к порталу, то как я к нему попаду отсюда – из Австралии (я ведь в ней оказалась?!) Я внимательно огляделась, а потом, взглянув прямо в глаза брату, уверенно сказала:

– Мне нужен кенгуру!

Филипп растерянно захлопал ресницами.

– Кенгуру? – весьма ошарашенно повторил он, глядя на меня так, как смотрел бы любой нормальный человек, которого попросили бы достать с неба луну. Но, наверное, брат подумал, что всему виной травма от мяча, и мягче добавил: – Конечно, мы завтра съездим в зоопарк, а пока, – он накинул на мои плечи полотенце, – тебе нужно отдохнуть. Папа побежал за врачом и приведет его сразу в номер...

– Нет, нельзя терять время! – произнесла я и, сорвав с плеч полотенце, бросилась (слегка покачиваясь) обратно на пляж.

– Стой, Алиса, ты куда? – крикнул он.

– Искать кенгуру! – не оборачиваясь, прокричала я в ответ.

Я довольно быстро смешалась с толпой, а минут через пять (бежала довольно быстро, что даже бок закололо) оказалась возле ограждения, куда туристам, согласно ограничительным знакам, ходить не следовало. Пляж здесь кончался, а вместо него начинались экзотические кустарники с широкими мясистыми листьями, в которые я, игнорируя таблички, воспрещающие проход, поспешно юркнула, скрывшись в прохладе тени. На мгновение я выжидающе замерла, но сзади не раздалась тревожная сирена, за мной не побежали с требованием остановиться, поэтому, взбодрившись, я побежала дальше.

Помнится, перед поездкой в Австралию (которая, к слову, на самом деле не состоялась) я много читала в интернете об этом месте. Но не только о райских уголках, но и опасностях, которые могли подстерегать на каждом шагу, начиная с мелких хищников – змей, скорпионов, пауков, заканчивая крупными и клыкастыми (даже называть не стану). В общем, ужас навевало все то, что обитало в прохладе экзотического леса. Но об этом я вспомнила только тогда, когда пробежала довольно далеко. И все ради чего? Найти кенгуру – плод моего воображения?

Я не знала куда бежала – бесцельно неслась по джунглям, вертя головой и надеясь встретить рыжего зверя в гавайской рубашке. Не лучшая тактика, учитывая, что удача меня не часто баловала, и я, с большей вероятностью, повстречала бы ягуара, чем кенгуру, но... как говорится, надежда умирает последней. Я упрямо ломилась через джунгли, отмахиваясь от приставучих насекомых и то и дело хаотично меняя направление, как внезапно услышала шум. Разумеется, я сразу же решила пойти и проверить, наткнувшись через полминуты на водопад.

Мне никогда не приходилось видеть водопада в реальности, и зрелище это, скажу вам, выдалось просто неописуемым. В самой середине джунглей возвышалась огромная скала, откуда в небольшое озеро, в котором можно было разглядеть дно, шумно стекала чистейшая вода. По мне это был райский оазис, я даже боялась моргнуть, уверенная, что видение исчезнет.

Я зависла, словно программа на компьютере, замерла подобному охотнику в засаде. И даже не заметала, как рядом со мной оказался «плод моего воображения».

– Тут опасно, вернемся на пляж? – будничным тоном произнес зверь, тоже завороженно глядя на водопад. – Погода сегодня чудесная, тебе так не кажется?

Да уж, учитывая мое положение, погоду я могла заметить в последнюю очередь. Я будто превратилась в средоточение нервов – некий плотный запутанный комок. А водопад успокаивал, словно обладал целительной силой, хотелось простоять рядом с ним вечность.

– Идем! – позвал кенгуру.

Не без труда мне удалось отвернуться, и пойти за зверем. Мне казалось, что я так долго бежала по джунглям, что возвращаться придется так же долго, но оказалось, что в считанные минуты кенгуру вывел нас обратно на пляж, который очень изменился. Что там зверь про хорошую погод говорил?

Солнце, которое не так давно было ярким и жарким, скрылось, голубое ясное небо нахмурилось, скрылось за серыми облаками, на горизонте образовалась черная воронка, похожая на цунами, стремительно приближающееся к берегу.

Зверь обеспокоенно цокнул и, развернувшись, скаканул обратно в джунгли, успев крикнуть:

– Быстрее за мной!

Повторять не потребовалось, волнение кенгуру передалось и мне, хотя я сделала вывод, что он по натуре весьма умиротворенный и спокойный зверь. Я не тратила время, чтобы оглянуться, но затылком чувствовала, что что-то мрачное и темное следует за нами по пятам. Удивительно, что с моим везением я ни разу не споткнулась и не врезалась в дерево, четко следуя за кенгуру и не теряя того из виду.

К счастью, я справилась с задачей, но, наверное, это произошло еще благодаря тому, что пробежали мы совсем ничего, пока не вернулись к водопаду.

Не замедляясь, кенгуру прыгнул в воду и поплыл в сторону расщелины под водой – как какой-то профессиональный пловец, а я... В общем, как вы, наверняка, помните, с водой у меня особые отношения. Одно дело смотреть на водопад, но совсем другое прыгать в озеро, да еще плыть под водой. Я не сомневалась, что топором пойду ко дну, и в последний момент затормозила. В моих планах было поменять траекторию движения и побежать дальше в джунгли, но только я об этом подумала, как земля под ногами обрушилась, и я ухнула вниз.

Завопить от страха не получилось, так как легкие тут же заполнила вода, конечности окоченели и я, как и предполагала, первоклассным топором пошла ко дну.

Когда человек оказывается в экстремальных условиях, когда жизнь висит на волоске, когда страх овладевает каждой клеточкой тела, когда крик возникает сам собой, осуждать крикливых девиц из фильмов больше не получается, ведь я стала одной из них.

Крик прорвался, разгоняя водную гладь и вторя громогласному гудку поезда. Я резко открыла глаза и увидела своих напуганных одноклассников, уставившихся на приоткрытую дверь тамбура, через которую из поезда массово выскакивали люди. Помимо рьяного гудения транспорта, люди вопили, толкались, ругались. Откуда-то доносился детский плач, кто-то просил о помощи, слышались призывы (скорее всего проводников) к тому, чтобы все успокоились и не паниковали.

На лицах моих одноклассников застыли одинаковые выражения, вся спесь куда-то подевалась, заменившись страхом, парализовавшим конечности, кто бы мог подумать, что подняться к открытой двери будет так тяжело.

– Что случилось? – спросила я, с трудом пытаясь припомнить, чем именно закончилась эта реальность прежде, чем я переместилась в другую. Ах да, Степа ударил меня рюкзаком, где не иначе носил кирпичи, по голове. И как же давно это было, столько всего успело произойти... – Что случилось? – громче повторила я свой вопрос.

– Кажется, поезд сошел с рельсов, – голосом кроткого ягненка пролепетала Саша. Остальные даже лепетать были не в состоянии. – Все потемнело, словно свет выключили, а потом нас тряхануло, и началась паника...

Люди продолжали вылезать через распахнутые двери тамбура, перешагивая через упавшие вещи и пребывающие в полной прострации оцепеневших людей. На полу я увидела свой рюкзак и, подхватив его, вклинилась в шеренгу выпрыгивающих из поезда людей. Не то, чтобы мной руководил стадный инстинкт, в любой другой ситуации я непременно бы осталась внутри и подождала помощь, но сейчас внутреннее чувство подсказывало, что нужно бежать.

Прыжок выдался неудачным, но не только у меня, внизу простирался небольшой овраг, куда все и падали, а потом быстро вскакивали на ноги и неслись прочь. Кто-то терял по пути вещи, но не спешил их поднимать, кто-то с сумками наперевес, неуклюже ковылял прочь. Неизвестная, но ощутимая сила заставляла убегать.

Мне хотелось следовать за людьми – бежать без оглядки и со всех ног, но стоило мне подняться на ноги, я отошла в сторонку, чтобы не оказаться на пути очередного выпрыгнувшего из вагона, и взглянула на поезд.

Вагоны и вправду сошли с рельсов, но произошло это не случайно. От самого хвоста состава тянулся темный дым, напоминающий воронку цунами, такой же, какой я видела на пляже. Дым двигался неспешно, но уверенно обволакивая один вагон за другим, подступая все ближе.

Мое сердце забилось сильнее, я крепче сжала лямку рюкзака, хотела развернуться, но не успела, как что-то сбило меня с ног. Точнее не что-то, а кто-то – прыгнувшая Надя. И ведь угораздило ее сделать это не в том направлении, как делали остальные, а прямо на меня.

– Это что еще такое? – взвизгнула испуганно Саша.

– В поезде безопаснее, говоришь? – спросил Макс и, шустро вскочив на ноги, принялся снимать с меня Надю. Петя судорожно задергал руку Саши, все еще не в силах что-то сказать, но давая понять, что нужно бежать – быстро и как можно дальше.

Но куда? Я огляделась – кругом лес – что с одной стороны дороги, что с другой. Люди бежали вдоль путей, рано или поздно навстречу поехал бы другой поезд, а дым... Тоже поможет сойти ему с путей? Куда успеют добежать все эти люди, прежде чем дым их настигнет?

«Он им не нужен, ему нужна я!» – внезапно дошло до меня, когда Макс, не удержав Надю, рухнул сверху. То, что меня не раздавило, кроме, как чудом, не назовешь. Я с огромным усилием, выбралась из-под тел одноклассников, а, потом, не оглядываясь, бросилась ниже по холму в сторону леса. Мгновение, и меня окутала лесная прохлада. Но облегчения от этого не последовало, как сзади раздался шум, и я увидела, что за мной бегут одноклассники.

– Отстаньте от меня, уходите! – потребовала я, но вместо того, чтобы убегать прочь, одноклассники напротив приближались.

– Черта-с два ты нас прогонишь! – заявила Саша. – Ты что-то знаешь и сейчас нам все расскажешь!

Девушку потрясывало, и всем своим видом она показывала, что отстать от нее не получится. Остальные явно решили держаться Саши.

– В смысле? – спросила я.

– Ты заманила нас на этот поезд! – заявила лидерша уверенно, на затем пару раз моргнула и с явным недоверием повернулась к Наде. – Или ты?

– Я никуда не заманивала! – замотала головой подруга. – Алиса позвала меня в деревню, сказала, что там будет круто!

Саша снова повернулась ко мне, сверкнув глазами.

– Ты стала какой-то другой – оборзевшей! – заявила она. – А ну выкладывай, что здесь происходит, убо...?!

Договаривать она не стала, гневно выдохнув носом воздух. Парни присмирели и отошли за спину девушки. Надя робко шагнула вперед и в примирительном жесте выставила перед собой руки.

– Прости, что мы так себя с тобой вели, но ведь раньше мы были хорошими подругами, я не знаю, когда все изменилось, я была бы рада все исправить! – произнесла она слегка дрожащим голосом, наполненным больше страхом, нежели раскаянием. – Просто скажи, ты знала про аварию? Ты так нам мстишь?

– Уходите с остальными, если хотите остаться живыми! – ответила я и, развернувшись, зашагала прочь. Я не стала ничего объяснять, ведь они все равно бы не поверили. Они знали другую Алису – кроткую, тихую, забитую, которая не могла дать отпор.

Я пробиралась по лесу, который становился все гуще и гуще, и гнала прочь мысли, что выбрала неверную тактику, снова надеясь на удачу вместо того, чтобы попытаться определить, в какой стороне деревня. Я просто шла и шла, не останавливаясь, не вслушиваясь в звуки леса. Не знаю, какое расстояние я преодолела, прежде чем остановиться. Тогда-то я и услышала за спиной шаги.

– Эй, я же велела за мной не ходить! – сказала я, но никто не ответил. Зачем одноклассникам было прятаться, если я их обнаружила? «А вдруг это не они?» – прорвалась в сознание мысль.

Холодок пробежался по спине, и я сделала шаг назад. А дальше поступила не так, как следовало бы сделать – развернуться и поспешить прочь, а зачем-то снова подала голос:

– Кто здесь? Покажись!

Страх начал расползаться по телу, я приготовилась к самому худшему, что из-за дерева выйдет мадам Гелла или кто похуже. Хотя нет, хуже нее быть ничего не могло... Но тут кусты зашевелились, сердце ушло в пятки, а на тропинку выпрыгнул белый заяц, уставившись на меня своими красноватыми глазами-бусинками.

– Кролик? – спросила я, отказываясь верить своим глазам.

Зверь дернул носиком и прыгнул обратно в кусты. Случилось это ровно за миг до того, как раздался новый шорох, и на дорожку из-за дерева выскочила запыхавшаяся Саша. Сначала она оторопела и хотела было бежать обратно, но передумала и, скрестив на груди руки, вздернула подбородок и заявила:

– Мы с тобой еще не закончили!

Даже не знаю, обрадовалась я тому, что вместо мадам Геллы увидела Сашу, или нет. В любом случае я тоже вздернула подбородок, развернулась и пошла дальше.

Одноклассники больше не таились и шли от меня на расстоянии, изредка пытаясь о чем-нибудь спросить, но я хранила молчание. Самой популярной фразой на данный момент стало: «Куда мы идем?» Я держалась, в итоге не выдержала и, развернувшись, сквозь зубы процедила:

– В деревню!

– Ты уверена, что выбрала верное направление? – в волнении спросила Надя, присаживаясь возле дерева. – Я больше не могу, давайте передохнем.

– Согласен! – Макс плюхнулся возле Нади, Саша и Петя поспешно уселись рядом. Лишь Степа в нерешительности остался стоять загруженный рюкзаками.

– Поговорим, – решила Саша, и это был не вопрос.

– Да идите вы, – сказала я и, развернувшись, пошла дальше. Если честно, меня ничуть не волновала судьба одноклассников, мало того, что они были невыносимыми, так еще и не из моей реальности. И вообще, я же велела за мной не ходить, зачем они вообще увязались?

Но отставать одноклассники, похоже, не собирались, так как я услышала быстрый шум шагов за спиной. Разозлившись, я наклонилась, чтобы поднять с земли какую-нибудь корягу и в сердцах швырнуть в навязчивых ребят, как прямо над моей головой что-то просвистело, а через мгновение врезалось в дерево. Последнее вспыхнуло словно факел, искры в считанные секунды стали перемещаться на соседние деревья, замыкая круг.

– Я ее на... – завопил было незнакомый парень – накаченный, крепкий, брутальный... Докричать он не успел, так как на его голову обрушился тяжелый рюкзак Степы, моментально вырубив незнакомца.

– Что здесь... – округлив глаза, Надя осоловело уставилась на разрастающийся пожар, но договорить не успела. Макс схватил подругу за руку и рванул в сторону. Так же поступили и Петя с Сашей. Степа пару раз моргнул и побежал за одноклассниками, а я... на всякий случай решила выбрать то же направление.

Бежали мы быстро, в уставших спутниках словно дыхания новые пооткрывались, я еле за ними поспевала. Сложно было сказать по какому принципу, бегущий впереди всех Макс, выбирает дорогу, но через какое-то время он нашел в земле дыру, очень похожую на берлогу медведя, куда, не задумываясь, прыгнул сам, а за ним и все остальные. И хоть мысли о медведе не покидали, я тоже юркнула в узкую темную расщелину.

– Вы тоже это видели? Видели? – зашептала Надя из темноты. – Он взмахнул руками и наколдовал молнию. Наколдовал!

– Да видели, либо это коллективное помешательство, либо это магия! – отозвался Макс. И как ни странно, но голос у него прозвучал довольно спокойно.

– Типа как в фильме? – спросил Петя.

– Магии не существует, наверное, все же помешательство, – решила Саша. – Так, давайте устроим перекличку, все ли видели того парня и молнию?

– Может быть, мы погибли? – предположил Степа, робко подав голос. – Как в Нарнии. Помните Нарнию? Там тоже все погибли, и приключения были как бы ненастоящими.

– Там были эльфы? – спросил Макс.

– Нет, платяной шкаф, за которым обнаружилась другая волшебная страна, – ответил Степа. – Там еще фавн был и лев...

– Не хочу вмешиваться в вашу беседу, но я вообще-то тут сплю, можно потише? – внезапно раздался совсем рядом голос, а через мгновение в темноте берлоги загорелись два красных глаза.

Я не испугалась, так как сразу узнала голос, он принадлежал Яну, и я была не сильно удивлена встретить парня и в этой реальности, а вот остальные к такому не готовились. Поддавшись легкой панике, они засуетились. Это привело к тому, что меня кто-то толкнул, я упала, ударилась головой, а дальше... Ну вы уже поняли.

Я с трудом сделала вдох, пошевелила сначала рукой, потом ногой... Тело неимоверно болело, словно его через мясорубку провернули. Подо мной был кафельный холодный пол лестничного пролета.

– Помогите кто-нибудь! – раздался откуда-то сверху голос, я с трудом приподняла голову.

Дверь в квартиру была распахнута настежь, из нее лился поток ритмичных музыкальных басов, отскакивая от стен лестничной площадки и возвращаясь в квартиру. В проходе стояла Надя и звала на помощь, но никто будто бы ее не слышал.

Слабый стон раздался неподалеку от меня, а потом послышалось и слабое шевеление.

– Ян? – пробормотала я и, превозмогая боль, приподнялась и увидела валяющегося рядом парня. Наверное, мы упали с лестницы вместе. – Ян? – громче позвала я, но в отличие от меня парень даже приподняться не мог. Его ноги были неестественно изогнуты.

– Ни фига себе! – на площадку первым выбежал Виталик, все же услышав панический зов Нади. В течение секунд десяти он оценивал обстановку, а потом снова скрылся в квартире.

Прошло еще секунд десять, послышался не иначе как слоновий топот, перекрывающий собой орущую музыку. Из квартиры хлынул поток людей, повысовывались соседи, где-то вдалеке стали слышны монотонные звуки сирен...

Я снова опустила щеку на прохладный грязный пол. Голова раскалывалась, а сознание казалось затуманенным, словно все происходило не со мной, а с кем-то другим. Я будто бы наблюдала за происходящим со стороны, видела, как приехала скорая, как нас с Яном грузили на носилки и спускали с лестницы.

Парня увезли в одной машине, а меня погрузили в другую, которая подъехала через несколько минут. Пока мы ждали, я смотрела в голубое далекое небо и думала о вечном, а потом меня на глазах у праздных зевак (впервые в жизни) стали втискивать с носилками в машину, как какую-то умирающую.

Я ощущала себя некомфортно, хотела вскочить и доказать, что со мной все хорошо, вот только не могла этого сделать. Силы стремительно покидали, а сознание держалось из последних сил. Я не хотела отключаться, хотела все контролировать и знать, что произойдет дальше, но тут в мою руку воткнули шприц. Очень быстро все звуки стихли... И боль стихла, погружая меня в умиротворяющую темноту.

Холод не заставил себя долго ждать. Метель разыгралась нешуточная, ветер выл как голодный волк в лесу. Выбравшись из сугроба, я бросилась по спешно покрывающимся снегом следам Нади, благо уйти далеко подруга не успела. Мне нельзя было ее потерять, нужно все объяснить, вот только я поняла, что не знаю, о чем говорить.

Несколько реальностей смешались между собой, где-то я любила свою подругу, где-то готова была ненавидеть. Перед глазами возник образ Яна, лежащего на кафельном полу пролета лестницы, его неестественно согнутые ноги. И губы, которыми он целовал не меня, а свою девушку.

Внезапно Надя упала – рухнула, словно подкошенное деревце. Я поспешила к подруге, чувствуя, что еще немного и упаду сама. Холод забирал последние силы, замораживал собой все живое, прям как в сказке о Снежной королеве. Убийственный холод... магической холод...

Но тут яркий свет прорвался через пургу, освещая все кругом. Из машины выбежал силуэт, раздался напуганный знакомый голос. Силуэт стал приобретать очертания, он схватил Надю за руки и потащил в машину, а потом вернулся за мной, запихивая следом на заднее сиденье к окоченевшей подруге. Нашим спасителем оказался Филипп, он каким-то невероятным образом сумел нас отыскать.

Печка в машине обладает чудодейственным свойством – отогревать даже самые окоченевшие конечности, прогоняя холод. Когда Надя снова смогла шевелиться, она взглянула на Филиппа, словно сомневаясь, что он настоящий.

– Сильный буран, ехать опасно! – сообщил брат и включил радио, по которому тут же сообщили, что на город обрушилась аномальная природная катастрофа. Жертвами уже стали несколько человек, жителей убедительно просили оставаться в своих домах, а тех, кто все же попал в буран, не паниковать и искать места, где можно укрыться от ветра и выждать до утра. Метеорологи прогнозировали, что погода скоро улучшится. Филипп выключил радио и тяжело вздохнул.

– Мой телефон... – Надя нервно захлопала себя по карманам, а потом полными ужаса глазами взглянула на меня, на дорогу и стала выбираться на улицу.

– Ты с ума сошла? – я втянула подругу обратно и закрыла дверь, через которую за пару секунд в машину навалило много снега.

– Мне родителям позвонить нужно, предупредить! – воскликнула Надя, чуть ли не плача. – Они ведь с ума наверняка сходят.

– Сейчас зарядим и позвоним! – сказала я, достав из кармана телефон Филиппа. Я перегнулась и подсоединила его к зарядке, но прежде чем телефон начал заряжаться, брат выдернул провод, бросил телефон в бардачок и заблокировал двери.

Я напряглась, а Надя нервно дернулась.

– Как это понимать? – спросила я у брата, который, к слову, по крови моим братом то и не являлся. Филипп хмуро пробуравил нас взглядом через зеркальце над рулем.

– Подождем, – произнес он довольно спокойно. – Сейчас выходить опасно.

Я метнула взгляд на бардачок, где скрылся сотовый, на кнопку блокировки дверей, на расслабленного Филиппа, на взвинченную Надю, словно на автомате дергающую ручку запертой дверцы... Мысли зашебуршились в голове, призывая к каким-то действиям. «Выбирайся, или она тебя схватит!» – навязчиво повторял голос в голове.

– Чего подождем? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос не выдавал страха.

Филипп был тут не случайно, он не хотел нас спасать, а вместо этого затащил в ловушку, из которой я обязана была выбраться.

– Увидишь, – так же спокойно ответил парень. – Она уже совсем близко, скоро все закончится, не переживай. Я просто хочу вернуть свою сестру!

Он зевнул, расслабился еще сильнее, явно не ожидая угрозы от двух перепуганных девушек. И очень даже зря!

– Как ни странно, но желания у нас совпадают, вот только средства мы используем разные. Дверь! – крикнула я и метнулась вперед, обхватывая из всех сил Филиппа сзади, фиксируя руки. Я понимала, что у нас не много времени – всего секунда, и брат высвободится, но Надя отреагировала моментально. Она перегнулась и, разблокировав двери, вылезла наружу. Подобно ужу, уворачиваясь от рук Филиппа, я выбралась следом.

Как ни странно, но теперь метель сыграла нам на руку. Не различая дороги, словно слепые котята, мы понеслись прочь, скрываясь из виду. Чудом Надя приметила темную подворотню, куда мы и вбежали, спасаясь от ветра.

– От-т-торв-в-вались? – простучала зубами Надя, притоптывая на месте. Подруга тяжело дышала и смотрела на меня так, словно ждала объяснений. Но что именно она хотела услышать?

– Что? – не выдержала я.

– Он сказал, что хочет вернуть сестру... – сообщила Надя. – Какую еще сестру?

– Без понятия, – ответила я, дуя на руки, тщетно пытаясь их согреть. Надя нахмурилась, явно ожидая другого ответа. – Ты же мне не поверила, я уже говорила правду.

– Про другую реальность и магию? – спросила Надя, нахмурившись еще сильнее. – Хорошо, допустим, я поверю, но тогда... докажи! – велела она.

– Что? – спросила я, слегка растерявшись, а затем выпалила: – Как?

– Без понятия, но ты должна это доказать! – ответила подруга. – Докажи, что не издеваешься надо мной! Что это не твой новый срыв.

– Я не издеваюсь над тобой, и это не срыв, но я не знаю, как тебе это доказать! – сообщила я рассерженно. – Если бы я могла колдовать... – я с досадой прикусила губу, – да меня бы здесь давно уже не было!

– Колдовать? – эхом отозвалась Надя.

– Я знаю одно – рядом со мной опасно, я пойду, а ты оставайся, жди утра, а затем возвращайся домой! – я сделала шаг в сторону прохода, но Надя схватила мою руку и упрямо, словно обиженная маленькая девочка, велела:

– Докажи!

– Не могу! – сквозь зубы процедила я. Внезапно стало горько и обидно от того, что я была наделена магией (по крайней мере, все так говорили), но на самом деле ничего не умела. Я выдернула руку, злясь на собственную беспомощность, как искры осыпали землю, сорвавшись с пальцев. Надя ахнула, а я пораженно открыла рот, глядя на руки.

– И что это было? – пошевелив пальцами, обратилась я к ним.

– Ничего себе... – выдохнула подруга. – Так это... правда...

Надя хотела сказать что-то еще, но не успела ответить, как неподалеку на пару с пронзительным ветром кто-то завыл. Собака? Волк?.. Оборотень?

– Блин... – я выглянула в белоснежную стену метели. Бежать придется наугад и не факт, что не прямо навстречу тому, кто ищет нас... меня. – Блин, – повторила я и рассерженно махнула рукой.

– Махни еще раз! – внезапно попросила Надя, оказавшись рядом.

– Что? – не поняла я.

– Маши! – сказала она, указывая на метель. – Сосредоточься, разгони ее!

Разогнать метель? Услышать такое было более чем странно, но после волшебного мир колдунов, призраков, оборотней и фей, а теперь еще разных реальностей, удивляться чему-то было бы странно. Я подняла руки, представив себя героем какого-нибудь фильма про повелителя стихий, и развела руками. Метель издала воинственный вой и расступилась, открывая перед нами узкую, длинную и нетронутую метелью дорожку.

– Ты заметила, что стало гораздо теплее? – отметила Надя. – Ладно, давай ты первая, а я за тобой!

– Угу! – согласилась я. Хуже ведь все равно уже не станет. Нужно пользоваться тем, что во мне внезапно стали пробуждаться какие-то способности. Но надолго ли? – Быстрее!

Подобно дирижеру, я бежала по дорожке, а с обеих сторон лютовала пурга. Надя дышала мне в затылок и постоянно поторапливала, вой доносился то ближе, то дальше, а перестали мы его слышать только тогда, когда практически окончательно выбились из сил. Хрипло дыша и валясь с ног, мы вбежали в какой-то переулок, чтобы перевести дух.

– Допустим, я тебе поверила, – более-менее отдышавшись, сообщила Надя. – Что требуется от меня, чтобы вернуть мою подругу?

Прозвучало это весьма обидно, я знала Надю с самого детства, даже во всех этих разных реальностях, испытывая к девушке противоречащие чувства, я все же считала ее своей подругой, с которой мы через многое прошли, включая и горести, и радости. Но теперь я стала для нее чужой. Она сделала меня чужой.

– Я не знаю даже того, что именно требуется от меня, – холодновато отозвалась я. – Хотя... приблизительный план у меня все же есть...

– Расскажи обо всем с самого начала! – попросила Надя, став очень серьезной. – Мне нужно выстроить картинку.

Так как звериного воя слышно больше не было, я решила, что прежде чем бежать дальше, стоит набраться сил. И ведь ничего страшного не случится, если я расскажу этой другой Наде о своей жизни. Тем более, подруга сама об этом попросила, ведь одна голова хорошо, но две – гораздо лучше. И я начала с самого начала о том дне в комнате, когда приняла решение уехать из дома, даже не предполагая, что все обернется тем, чем обернулось.

Удивительно, но Надя оказалась терпеливым слушателем и ни разу меня не перебила, хотя были моменты, когда объяснения прямо-таки напрашивались. Я же поймала некую волну и, погрузившись в историю, снова ее будто переживала, красочно описывая свои переживания. Я даже забыла о времени, а когда закончила рассказ, обнаружила, что метель прекратилась.

– Ну как? – осторожно уточнила я у подруги. – Безумно, не так ли?

– Не без этого, – согласилась девушка. –Оборотни, значит...Мне они, вообще, нравятся. По крайней мере, больше, чем вампиры. А вампиры тоже существуют?..

– Не встречала, – ответила я и поспешно добавила: – И надеюсь, что не встречу!

– Ладно... – она прикусила губу и задумчиво поглядела вдаль. – Я в деле. Вот только не думаю, что ты сможешь попасть к феям...

– Это еще почему? – нахмурилась я.

Надя вздохнула и раздраженно мотнула головой.

– Знаешь, почему я тебе верю? – спросила она.

– Ты мне веришь? – недоверчиво уточнила я, а потом вспомнила про искры на собственных пальцах и расступившуюся метель. – А ну да...

– И я не случайно попросила все рассказать! – добавила Надя и выжидающе взглянула на меня, но так как я не стала ничего говорить, продолжила: – Алиса говорили мне, что в большой опасности, она кое-что узнала, что знать не должна, что сначала они убили ее отца, а теперь придут за ней. После его смерти, она часто об этом говорила, – грустно вздохнула Надя. – Но я не придавала тому значение, думала виной всему стресс... А подобные разговоры становились более частыми пока... – Надя замолчала, многозначительно строя мне глазки.

– То есть эти разговоры продолжались целых полгода? – уточнила я, выждав некоторую паузу.

– Да, но на этих выходных я узнала кое-что новое... – Надя прикусила губу, а я нервно хрустнула руками и попросила:

– Не томи, пожалуйста!

–Я думаю... – прошептала Надя, и снова замялась. – Алиса знает, где украденный кулон. Это из-за него все и случилось. Ты оказалась здесь, а ее отец погиб. Вот только Алиса постоянно повторяла, что еще не время, что скоро все решится, что нужно подождать...

– Поподробнее, можно? – спросила я, а Надя кивнула:

– В эти выходные она мне звонила, сказала, что роковой час настал, и ей нужна моя помощь. Я решила, что это очередной... После смерти отца она так изменилась, – снова грустно выдохнула Надя. – В общем, я бросила трубку, сказала, что она меня достала, что больше не хочу с ней дружить... – глаза подруги слегка увлажнились. – Это я виновата! Если бы не я, ничего бы не случилось, она бы не пропала, а ты не заняла бы ее место!

И снова неприятно кольнуло ощущение, что здесь мне были не рады.

– Ты не причем, это все я, я же упала в ров! – возразила я, а Надя шмыгнула носом и с надеждой взглянула на меня.

– Но это еще не все... – сообщила она. – Алиса прислала мне на сотовый сообщение, я его увидела день спустя, когда в школу собиралась. Я уже к тому времени остыла, готова была примириться и попросить прощения за то, что сорвалась. А тут это сообщение, и я снова не знала, что и думать.

– Сообщение? – переспросила я. – Оно пришло случайно не на тот телефон, который ты сегодня потеряла? – а так как Надя кивнула, затаив дыхание, добавила: – И что в нем было?

Я уже предчувствовала, что сообщение содержало какую-то важную секретную информацию о том, где искать кулон, с представленными точными координатами, которые попали в руки к врагу. Теперь я не сомневалась, что телефон выпал не сам собой, а его прибрал к рукам Филипп, пока затаскивал Надю в машину.

– Алиса говорила, чтобы все исправить и заслужить прощение, нужно отнести вещь раздора к королеве, но сделать это сможет такая же, как и она сама, только она сможет избежать всех ловушек в королевстве и дойти до конца. И я уверена, что вещью является кулон, а той, кто проведет через королевство... – Надя снова сделала паузу, – в присланном сообщении было всего два слова – «карманная фея».

– Фея? – переспросила я, на какое-то время потеряв дар речи.

На место встал еще один кусочек пазла. Страна фей, украденный кулон, карманная фея... И как я раньше не подумала про маленькую человеческую фигурку, которую незадолго до своего падения в ров положила в карман? После того, что случилось в башне, и все (почти все) лишились чувств, я могла бы ее бросить, ведь нрав у магического создания был еще тот, но все же пожалела, взяла с собой. Было ли это роковой ошибкой или наоборот спасением?! Значило ли это, что фея целых полгода... жила среди людей?

Я ощупала карманы куртки, словно фея все еще могла там находиться.

– Я не думаю, что она в... карманном формате, – отметила Надя. – Скорее всего, живет в реальном мире. Все это время жила, а потом... появилась ты. Вот о чем говорила Алиса. Теперь время пришло. Нужно вернуть кулон королеве. Королеве фей? – в волнении добавила она. А потом взмахнула руками, схватилась за голову и воскликнула: – Как же все это невероятно, я никогда подумать не могла, что существует что-то подобное, тем более стану участницей этого. Просто невероятно, я словно сплю!

Такое же ощущение не покидало меня после прыжка с крыши. Но нужно было собраться, вернуть все кусочки пазла на место, решив головоломку. Если честно, интеллектуальные игры никогда не были моей сильной стороной.

– Но почему все это происходит? – пробормотала я.

– Ты меня спрашиваешь? – уточнила Надя, опуская руки. – Ты копия моей лучшей подруги, но ею не являешься. Я даже не знаю, жива она или мертва, а вдруг то, о чем она говорила, убийство отца... – Надя насупилась и сжала кулаки. Ее глаза сверкнули. – Я знаю, кто сможет помочь! Идем!

Подруга указала на проход и первой вышла из переулка. Затравленно оглядевшись по сторонам, она побежала к углу улицы. Наде потребовалось несколько секунд, чтобы прочитать на табличке адрес и определиться с направлением. Я не узнавала подругу, ту, которая обычно в двух стволах могла заблудиться.

Я даже не пыталась запомнить дорогу, давно сбилась с ориентира, а Надя уверенно вела за собой. Нехорошее предчувствие дало о себе знать ровно тогда, когда мы переступили невидимую черту привычного для меня города и забрели на самую его окраину, до которой добирались не иначе как через сугробы, и так же по сугробам двигались дальше – мимо заметенных улиток гаражей, каких-то свалок и бараков.

Навязчивые мысли о смерти закрадывались в голове, я уже жалела, что поделилась своей историей с Надей. А вдруг она тоже предатель и работает на мадам Геллу? Вдруг она специально втерлась мне в доверие, чтобы усыпить бдительность и нанести сокрушительный удар в спину? Вдруг не случайно рассказала про телефонный разговор?

– Постой, – попросила я, останавливаясь и делая вид, что решила передохнуть. – Куда мы идем?

Замечу, вопрос был задан весьма несвоевременно, особенно учитывая, что половину окраины города мы пробежали и находились так далеко от всего живого, что лучшего места лишиться жизни придумать было сложно.

– Я не знаю его имени, но с ним общалась Алиса, – ответила Надя, оглядываясь кругом. – Кажется, мы идем правильно, я была здесь всего один раз, и это было осенью, но надеюсь, что правильно запомнила дорогу... Нам туда! – она указала на полуразрушенное заброшенное здание, виднеющееся вдалеке, и хотела было бежать дальше, но я не двинулась с места.

– А ты знаешь, где искать карманную фею? – спросила я.

– Нет, конечно, я вообще обо всем этом вспомнила после твоей истории, – мотнула головой Надя, а затем подозрительно прищурилась. – Подожди, ты думаешь, я тоже... заодно с той злой теткой?

– Кто знает... – пробормотала я, а Надя фыркнула и развела руками:

– Оглядись, мы у черта на куличиках, если не доверяешь мне, зачем вообще пошла?

Вопрос был логичным, но ответа у меня на него было. Оставалось только признать свою глупость.

– Да брось, я не предатель! – мрачно ответила Надя. – Сейчас дойдем до дома, и ты в этом убедишься... Надеюсь... – немного неуверенно добавила подруга, поворачиваясь ко мне спиной и следуя в сторону заброшки. Я выждала несколько секунд, прислушиваясь к окружающим звукам, но ничего, кроме хрустящих по снегу шагов Нади. В итоге, все же пошла за Надей, все равно забрели мы далеко.

– А есть предположения, кем может оказаться карманная фея? – спросила я, равняясь с подругой.

– Нет, – ответила она довольно строго, явно обидевшись, что я начала ее подозревать. Было видно, что Надя не хочет продолжать разговор, но в то же время ей явно было что сказать. Борясь с противоречащими чувствами, Надя все же добавила: – Но она точно выглядит как человек и находится в другой реальности – одной из тех, о которых ты рассказывала. Я люблю детективы, триллеры, фантастику всякие ребусы и шарады, – добавила она, как бы оправдываясь. – А другая Надя... ну из твоей реальности на меня похожа?

– Нет, – ответила я честно, – то есть ты думаешь, что реальности связаны между собой и...

– Параллельных реальностей может быть множество, но ты попала только в пять, – с явным воодушевлением заговорила подруга. – Я уверена, что они связаны, и из каждой ты должна забрать что-то важное. Допустим, в одной это будет кулон, в другой – карманная фея... Остается еще три... – Надя остановилась и нахмурилась. – А что, если добраться до кулона ты сможешь только через подсказку, которая скрыта в одной из реальностей? И черная птица – дятел! Просто так врезался в окно и его разбил? – внезапно воскликнула она, а щеки девушки запылали. – А потом клиника исчезла? Просто так взяла и исчезла? Нет, просто так ничего не бывает!

– То есть... – мой мозг работал гораздо медленнее Надиного.

– То, что тебе нужно вернуть птицу, – яснее ясного, но сделать это можно только с помощью другой реальности! – сообщила подруга и победоносно хлопнула в ладоши. – Все проще, чем я думала!

– Но фея... – подала я голос.

– Ты сказала, что брат тебе ее подарил, что она стала тебе подчиняться, но ты ведь не успела ее освободить! Вряд ли это делается просто на словах, скорее всего, нужен некий ритуал.

– То есть... – Надя не давала мне закончить мысль.

– Она пришита к тебе и находится рядом, ближе, чем ты думаешь! – сообщила подруга. – Алиса же не случайно прислала такое сообщение. Тебе нужно отсеять всех знакомых и оставить незнакомых. Кто-то из окружающих чем-то особенным запомнился тебе в других реальностях?

– Конечно, полным-полно народу, – выдохнула я, вспоминая хотя бы ту треклятую вечеринку. Если довериться предположению Нади, а оно походило на правду, то феей мог оказаться любой новый для меня человек. В школе, на вечеринке, даже на улице, держась от меня на небольшом расстоянии, но не попадая в поле зрения. – А без феи точно никак нельзя обойтись? – спросила я с надеждой, будто Надя могла решить этот вопрос.

– Пошли, – махнула рукой подруга, и мы продолжили путь до двухэтажной каменной заброшки, стены которой были исписаны граффити.

Я уставилась на выбитые окна здания, думая о том, что в таком месте может обитать не иначе как только маньяк. Надя, вероятно, подумала о том же. Робко передернув плечами, она направилась к лестнице, ведущей в подвал. Я напряглась. Каждый уважающий себя человек, смотрящий фильмы ужасов, знает, что в подвал спускаться ни в коем случае нельзя.

– Если что, убегай! – велела она. – Но я очень надеюсь, что не ошиблась с местом!

Надя стала спускаться, пока не достигла железной запертой двери и несколько раз по ней постучала. Через минуту томительного ожидания, когда Надя хотела постучать снова, щелкнул замок, и дверь приоткрылась. Из проема выглянула лохматая довольно знакомая голова.

– Ну наконец-то! – произнес человек. – Заходите живее! – он встревоженно взглянул вначале на Надю, затем на меня и скрылся в проеме.

– Тихон? – не поверила я своим глазам.

Глава шестая. СОЮЗНИК

То, что я увидела Тихона, было невероятным. Не первый раз уже встречала своих старых знакомых, но постоянно тому удивлялась... И ведь вполне логично, что после встречи с его братом Германом встретится и сам Тихон, но... Почему я никак не могла к этому привыкнуть?

А пока я впала в ступор, не зная как поступить, Надя бесстрашно юркнула в приоткрытую обшарпанную дверь подвала и была такова. Если честно, спускаться следом не хотелось – это ведь главная ошибка всех участников фильмов ужасов. Ты сидишь по ту сторону экрана и обращаешься к герою: «Идиот, зачем бежишь в подвал, оттуда ведь не выберешься?» И исход известен – либо порешит маньяк, либо подвальный монстр...

В подвальных монстров, как ни странно, я верила, поэтому ниже первого этажа никогда не спускалась, даже в школе в оборудованный там тир или цокольный этаж какого-нибудь магазина. Даже не знаю, почему так происходило – я не верила в волшебство, фей, дедов морозов и дюймовочек, но почему-то не отрицала существование подвальных монстров.

Впрочем, все, конечно же, изменилось, когда я стала единым целым с волшебным миром. В замке даже спускалась в само логово оборотней, а это будет похлещи подвальных монстров, которых, к слову, я так ни разу и не встретила. Неужели пора было это сделать? Заглянуть страху в глаза... хм... монстру в глаза...

– Нужно спуститься и узнать, что тут происходит, – сказала я себе строго.

Можно было бы убежать, поджав хвост, а можно поговорить с Тихоном и понять, какую роль он исполняет. Вот Герман и так раньше казался мне жутковатым, а когда выяснилось, что парень работает на мадам Геллу, особенно стал страшен.

А еще на нее работала я, но об этом думать не хотелось, сейчас важнее разобраться с Тихоном. «Предательница!» – злорадненько шепнул голос в голове, когда я встала на первую ступеньку и сделала шаг вниз. Не думая о подвальных монстрах, внизу меня могла ждать ловушка, ведь оба брата вполне могли быть с мадам Геллой заодно.

Спустившись же вниз, я сама загоню себя в ловушку. Как мотылек, летящий на свет и сгорающий в пламени. Сама захлопну за собой клетку!

«Не будь трусихой, спускайся!» – прозвучал еще один голос, похожий на предыдущий как две капли воды. Мой собственный голос? Или одна из Алис пробивалась в мое сознание?

Я спешно стала спускаться вниз (чтобы не передумать), а стоило переступить порог, как за спиной громко хлопнула железная дверь. «Клетка! Ловушка!» – возникла в голове тревожная мысль, но трусихой быть не хотелось. Когда тело непроизвольно дернулось назад, а ноги готовы были нестись прочь, как ретивые кони, я, сжав кулаки, решительно уставилась перед собой.

– Нет! – обратилась я к себе и попыталась что-то разглядеть во мраке. Узкий проход убегал вперед, в непроглядную темноту. Сейчас только внезапно сверкнувших из тьмы красных глаз не хватало да устрашающего рыка. Впрочем, нагнетать атмосферу не стоило, так как до меня вполне отчетливо доносился Надин голос. Подруга не кричала и не плакала, не просила ее спасти, а на повышенных тонах разговаривала по телефону.

– ... мам, я же сказала, все в порядке, я не собираюсь возвращаться! – раздраженно воскликнула Надя, когда я толкнула дверь, ведущую из мрачного коридора в другое светлое просторное помещение. – Мама, хватит!

Надя разговаривала по телефону и, по всей видимости, разговор для нее был не слишком приятный. Но для меня важнее оказалось другое – то, куда я попала.

Меньше всего я могла ожидать, что в неприглядном заброшенном здании сможет оказаться что-то подобное, а именно огромный зал – с ровными рядами столов с компьютерами, к которым были приставлены офисные крутящиеся кресла. Все это напоминало огромный кабинет информатики. И хоть мониторы были темными, компьютеры работали, издавая негромкий монотонный гул. Сверху ярко горели лампы, по стенам стояли горшки с зелеными растениями, похожими на настоящие пальмы, только миниатюрные. Также в углах помещения находились керамические фонтанчики (уменьшенные копии водопадов), в которых журчала вода.

– Нет, мам! – снова воскликнула Надя, явно теряя терпение. – Я не знаю, когда вернусь... Да, с друзьями... Да, все в порядке!

Тихон сидел за одним из десятков крутящихся офисных кресел, попивая кофе из картонного стаканчика, и с насмешкой во взгляде наблюдая за Надей. Но тут его взгляд переместился на меня, замершую в дверях с весьма обалдевшим видом. Парень сразу же перестал крутиться, отставил в сторону стаканчик и напустил на себя серьезный вид.

На первый взгляд, Тихон практически не изменился с нашей последней встречи, остался в моей памяти таким же простодушным улыбчивым пареньком, полной противоположностью своему брату. И пристрастию к просторным рубахам в этой реальности он тоже не изменил.

– Ну приветик, – выдавил он из себя улыбку. И хоть внешне казался веселым, я поняла, что парень все же изменился – стал непривычно сосредоточенным, в глазах читалась грусть.

– Пока, мам! – рявкнула Надя раздраженно и сбросила вызов. Подруга сурово (будучи все еще под впечатлением от разговора) взглянула сначала на Тихона, затем на меня, а потом поспешно опустилась на ближайший стул и затихла.

– Приветик, – ответила я, решив с осторожностью подбирать слова. Я не знала чего ждать, может быть, за каким-нибудь столом пряталась мадам Гелла и только и ждала повода выскочить и напасть. Или же, например, скрывалась за затворенной дверью в самом конце большого зала. Тихон проследил за моим взглядом и сказал:

– Хотите перекусить? У меня в холодильнике много еды, а еще есть кофе... – он махнул в противоположную сторону, где на столе возвышался большой крафтовый пакет. – Перед вашим приходом забрал кофе, он еще теплый, но можно подогреть в микроволновке, она рядом с холодильником... – Тихон снова указал на дверь в конце зала. Но так как мы с Надей не двинулись с места, взлохматил волосы и слегка обиженно, добавил: – Да ладно вам, расслабьтесь. Неужели никто не хочет кофе?

– Я подогрею, – подала голос Надя и поднялась на ноги. Она подошла к пакету, вытащила из него стаканчики с кофе и понесла в указанном направлении – к микроволновке. Невольно я вспомнила о горячем шоколаде, которым нас с Забавой хотела опоить мадам Гелла в своем замке. Неужели сценарий повторялся?

Пока Надя ходила подогревать кофе, Тихон не сводил с меня взгляда, он молчал, явно ожидая поток вопросов, но я молчала, ожидая со стороны парня первого шага. В итоге Тихон все же не выдержал игры в гляделки и вздохнул:

– Ничего не хочешь спросить?

– О чем? – отозвалась я как можно равнодушнее.

Я не хотела ничего говорить, так как все сказанное могло быть использовано против меня. Да, определенно лучше было помалкивать, не совершая роковой ошибки, предлагая ее сделать Тихону.

Надя спешила назад к месту, где повесила свою шубку, со стаканчиками кофе, попивая из своего прямо на ходу. Оставив свой напиток на столе, она тихонечко стала подбираться ко мне и поставила кофе на ближайший стол. То, с какой осторожностью подруга это делала, я сразу же подумала про хищника, в клетку к которому приносят еду. Надя ретировалась обратно к своему месту, я проследила за ней взглядом, затем недоверчиво взглянула вначале на стаканчик, а затем на Тихона. Нет, они серьезно что ли думают, что я решусь выпить неизвестный напиток? Скрестив на груди руки, я вздернула подбородок.

– Тебе не интересно узнать о том, что произошло за последнее время? – удивился парень, спустя минуту гробового молчания.

– Можешь рассказать, я не против, – разрешила я, а Тихон усмехнулся.

– Как скажешь, – кивнул парень. – Я прекрасно понимаю твое недоверие, оно вполне обоснованно, особенно учитывая твои скитания по параллельным реальностям, впрочем... Кофе и вправду мог бы быть отравлен...

Услышав это, Надя поперхнулась и закашлялась, но Тихон не обратил на это внимания. Парень говорил буднично, словно о погоде, а вот мой глаз нервно дернулся.

– Знаешь про реальности? – уточнила я, решив, что молчать все же не смогу.

– Конечно, – ответил он. – Это же благодаря нам с братом ты не погибла, я лично переформатировал магию рва.

– Переформатировал? – удивилась я, покосившись на компьютер. – Каким образом?

– Магическим, разумеется, – хмыкнул он. – В общем, история длинная, слушай... Мы знали, точнее, предполагали, что может произойти. Таких, как мы, почти не осталось, но это не значит, что мы стали слабее, напротив, между нами существует некая связь, понимаешь? – я кивнула, хоть и не совсем понимала, а Тихон продолжал: – После того, как мы расстались в поселке, многое произошло. Герман изначально не строил воздушных замков и отнесся к тебе скептически, считал, что у тебя не получится выкрасть кулон, но ты, все же смогла это сделать. Причем, довольно быстро сообразила, что к чему, даже помогать не пришлось. Правда, несколько раз миссия висела на волоске, сначала оборотень этот, потом друзья новые... Знаешь, если бы ты сбегала одна, все прошло бы тихо и спокойно, до сих пор не понимаю, зачем было их всех тащить с собой? Ты понимаешь, что все испортила? Ты должна была просто отнести кулон, и все бы закончилось хорошо, но нет, ты сорвалась в ров. А теперь представь, что бы случилось, если бы я не переформатировал магию рва?! А ведь я в последний момент это сделал – королева подсказала.

У меня дернулся и второй глаз. Я выискала взглядом ближайший стул и направилась к нему. Мысли закружились в голове, догадки, предположения... Всех их было очень много, мне было сложно ухватиться за какую-то одну.

– Королева фей? – подала голос Надя. Тихон тут же повернулся к ней.

– Ты в курсе? – спросил парень скорее удивленно, чем осуждающе. – Тем лучше, не случайно же тебя Алиса взяла тогда с собой, я просил ее привести человека, которому она полностью доверяет. Больше всего нам сейчас нужны союзники... Да, я говорю про королеву фей.

– Где она сейчас? – спросила Надя, сжимая пальцами стаканчик. – Алиса... Она жива?

– Надеюсь, – кивнул Тихон. – Моя королева смогла бы помочь их найти, но ей нужен кулон. Ты даже не представляешь, какая в нем сила заточена. Даже эта воровка из замка до конца не представляет. – Тихон впился в меня взглядом, – мы с братом планировали провести тебя, ну это было до того, как все пошло... не так, как нужно. Срочно потребовалась другая фея.

– Другая фея? – повторила я заторможено.

– Ты фея? – ахнула Надя, сообразив быстрее меня.

– Не может быть... – сообщила я уверенно. – Ты же маг! Первый помощник придворного мага! И ты... ты из моей реальности? Ты тот Тихон, что был в поезде, поселке. Это точно ты? Но ты... Ты же... маг!

Мысли сумбурно закружились в голове, их сложно было формулировать и выстроить в предложения.

– Да, из твоей реальности. И да, я маг при дворе своей королевы, – улыбнулся парень, но его глаза будто бы стали еще грустнее. Я снова мотнула головой и категорично заявила:

– Нет! Ты же сказал – такие, как мы...

– Я про магические способности, у нас с тобой один источник магии. Я предпочитаю зваться придворным магом, это звучит посолиднее, чем эльф. Впрочем, на эльфа тоже не обижусь.

– Нет! – сказала я, отказываясь принимать истину. Даже не знаю, какая мне, по сути, разница Тихон является обычным магом или феей... Он был из моей реальности, нужно было хвататься за это, но... меня взволновало другое. – Ты же человек! А где тогда твои крылышки? И почему ты не миниатюрная фигурка?

– Если бы ты прошла экспресс курс обучения истории магии, то знала бы, что только порабощенные феи – маленькие фигурки с крылышками, а свободные могут принимать любой облик. Не только человеческий. Но нет, ты же прогуливала азы, предпочитала обжиматься с оборотнем по углам, нежели потрудиться, чтобы что-нибудь почитать, даже в библиотеку в замке ни разу не заглянула!

Я набрала в легкие воздух, чтобы продолжить возмущаться, но вместо этого растерянно выдохнула и спросила:

– А ты откуда это знаешь?

– А теперь давай о главном, – выпрямился парень. – Чтобы вернуться в свою реальность, тебе нужно найти единственную фею, которая с тобой связана. Ее зовут Офелия, и она точно не захочет возвращаться. Мы росли вместе, она всегда отличалась дурным характером, грезила о свободе, постоянно стремилась сбежать из нашей страны любым способом. В итоге сбежала, став в моей стране преступницей, а потом еще и магам попалась. Большая удача, что она упала в ров с тобой – теперь она где-то здесь... – Тихон развел руками. – В одной из реальностей и твоя задача – ее отыскать.

Повисло гнетущее молчание. То есть мне по-прежнему требовалось найти какого-то фантомного человека, являющегося феей? Я даже спрашивать не собиралась, есть ли другой вариант вернуться, так как по виду Тихона было ясно, что другого способа нет.

– Она в образе человека? – первой подала голос Надя. – Алиса ее освободила?

– Не совсем... – Тихон нахмурился. – По идее, Офелия выполнила поручение, но потом произошел большой бум, она отключилась и так и не узнала, осталась ты довольна работой или нет... Падение в ров внесло коррективы в магию, но это только до возвращения в волшебный мир. Если скажешь Офелии, что не довольна работой, а именно это ты и должна сказать, она так и останется твоей... служкой. Когда она вернется, снова станет порабощенной, у нее не останется выбора, как только подчиниться и отвести тебя туда, куда захочешь. Понимаешь, во что бы то ни стало тебе нужно затащить ее в наш мир, так как в этом магия подчинения на нее не подействует?!

– Я не понимаю одного – откуда ты знаешь про большой бум и... – я прищурилась и почувствовала, как стремительно начинаю краснеть.

Тихон снова проигнорировал мой вопрос.

– Я смог сократить реальности до минимума, поверь, их могло бы быть куда больше. Тебе же нужно только найти Офелию и любыми способами заманить в волшебный мир. Любыми!

И снова повисла пауза. Мы с Надей подумали об одном и том же, но подруга первой задала вопрос:

– Что с ней будет потом?

– С Алисой? Она вернется к себе и будет жить долго и счастливо, – улыбнулся Тихон.

– Не со мной, а с феей, – сказала я, а Тихон потупил взор.

– Ее, разумеется, казнят... – прошептал парень, а Надя ахнула. – Увы, но придется чем-то пожертвовать...

– Чем-то? – воскликнула я гневно. – Ты хотел, наверное, сказать кем-то? Живым существом, феей, с которой, ты, как сказал недавно, вырос. Я тебя не узнаю, Тихон! Раньше ты мне казался добрым и чутким. Жертвовать своим другом, обманом затаскивая ее в волшебный мир!

– Мы не совсем друзья... – буркнул парень, не поднимая глаз.

– Думаешь, она дура, не знает, что с ней будет? Я бы на ее месте тоже возвращаться не стала! – уверенно сообщила я.

– Есть другой вариант попасть к королеве? – тихонечко спросила Надя.

– Если бы только был... – вздохнул Тихон печально.

– И ты никак не можешь помочь? – спросила я.

– Чтобы я помог, тебе нужно вернуться в свою реальность, но вернуть тебя сможет только королева, – снова вздохнул парень.

– Но сейчас же ты здесь! – возразила я. – Помогаешь...

– Отнюдь, из меня никакой помощник, – замотал головой парень. – Я всего лишь наблюдатель. Максимум, что могу, так это рассказать и направить. Но повлиять ни на что не могу, так как это не моя реальность.

– И не моя тоже! – прошептала я раздраженно.

– Но ты здесь застряла, потеснила своих копий, заняла их место, значит, твои руки развязаны. Ты не только можешь что-то менять, но и даже творить магию, в отличие от меня, – добавил он и грустно вздохнул. – Максимум, что я могу – так это поддерживать и продолжать наблюдать...

– Наблюдать за чем? – спросила я, обводя взглядом компьютеры. Меня внезапно осенило. – Подожди, ты видел меня... в замке?

Тихон подкатил на кресле к одному из компьютеров. Он нажал на кнопку, и сразу же загорелись все десятки мониторов, находящиеся в зале.

– Это еще что такое? – ахнула Надя, придвигаясь ближе к столу. – Это...

– Камеры? – я всмотрелась в один из мониторов, узнавая знакомую обстановку – белый пол, стены, колонны... На соседнем был огромный зал с круглыми столиками, за которыми сидели люди в мантиях. – Замок мадам Геллы?

– В реальном времени! – отозвался Тихон. – И не только замок – а весь мир! – сообщил он, обводя руками зал, наполненный десятками мониторов. – Магия сложная, даже не спрашивай, как мы устанавливали слежение и сколько убили на это время...

– А это... – я покатилась на кресле к одному из мониторов с самой темной картинкой. Тихон ойкнул и, вскочив с места, побежал мне наперерез, но мое кресло оказалось быстрее. – Что это?

Я ткнула пальцем в монитор. Прежде чем Тихон его выключил, я успела увидеть темное подземелье с решетками, обшарпанные стены, каменный пол. В полумраке толпились люди, они казались одним темным пятном, но среди них я смогла рассмотреть одну неприметную скрюченную на полу фигурку с рыжей копной волос. Забава.

– Сейчас это не важно! – ответил парень.

– Включи! – велела я строго, и Тихон нехотя подчинился.

Монитор снова зажегся, за ним повключались остальные. И снова передо мной была клетка, прильнувшие к решетке напуганные люди, скорее всего оборотни. Они что-то кричали, тянули руки через прутья. Звука не было, видимо, камеры находились в беззвучном режиме, впрочем, звук и не требовался, чтобы понять, какая царила в подземелье обстановка.

Забава бесшумно сидела на полу среди общего безумия. Такая маленькая и беззащитная, что у меня сердце сжалось от боли. Неподалеку от нее я увидела такого же молчаливого Даниэля, смотрящего на девушку, но не решающегося подойти ближе.

– Мне очень жаль, они поймали только ее, остальным удалось сбежать, – сочувственно прошептал Тихон и положил руку мне на плечо.

– Что их ждет? Что будет с Забавой? – спросила я охрипшим голосом. В глазах встали злые слезы, прекрасно понимая, что в замке мадам Геллы ничего хорошего быть не могло.

– Их посадили до выяснения обстоятельств, – заметил он, отворачиваясь. – Хозяйка замка пока занята твоими поисками, но когда вернется, распорядится...

– Тоже казнят? – дрогнувшим голосом спросила Надя. Она незаметно подошла к нам и встала рядом, тоже глядя на рыжую девочку. – Их можно как то вытащить оттуда?

– Увы, – помотал головой Тихон.

– Но ты же оттуда – из той реальности! – Надя сердито ткнула в монитор пальцем. Подруга могла злиться, а вот из меня словно выкачали все эмоции. Кроме одной – обреченности. Словно не Забава находилась за решеткой, а я. – Сделай что-нибудь.

– Я бы с радостью, но не могу! – воскликнул Тихон с явной болью в голосе, было видно, что он сильно переживает. – После побега Алисы в замок вообще не попасть. И выбраться из него тоже никто не сможет.

– Ты сказал, что все сбежали? – спросила я, поднимая на Тихона обреченный взгляд. – Это точно? Ян... – мой голос дрогнул.

– Послушай, тебе нужно вернуться, фея – твое единственное спасение. Если хочешь спасти Забаву, найди фею и убеди ее тебе помочь! – Тихон схватил меня за руку и крепко сжал, но я этого не почувствовала. – Все убежали в лес, похватали вещи и были таковы. Я иногда их вижу, они держатся вместе, насколько я понял, направляются в сторону страны фей.

– Все? – спросила я, не веря, что друзья вот так взяли и сбежали, бросили Забаву.

– Почти, – парень потянулся и выключил монитор. – Твой оборотень... Ян... он отправил остальных, дал ориентир, а сам вернулся, я не знаю, что с ним произошло, но... его больше не видел. Могу предположить, что раз высвободить никого не получилось, он, скорее всего... Мне очень жаль...

И хоть я сидела, пол ушел из-под ног. В голове зашумел морской прибой, перед глазами запорхали бабочки, замелькали сверкающие точки. Мне казалось, что нет ничего хуже, чем Забава, сидящая за решеткой и ждущая своей казни. Оказывается, было кое-что еще...

«Ян!» – раздался в моей голове пронзительный крик и, вздрогнув, я резко открыла глаза. Сердце бешено стучало в груди, дыхание сбилось. Мой взгляд уперся в белый потолок с мигающей лампой, а через мгновение до слуха донесся гул женских довольно громких и пронзительных голосов.

Я пошевелилась, приподняв голову, и обнаружила, что нахожусь в больничной палате. Обладательницами громких голосов оказались три женщины, что-то бурно обсуждающие, по всей вероятности, соседки. Скучковавшиеся на одной из кроватей они бурно обсуждали какой-то сериал и были так увлечены, что даже не обратили внимания, когда я слезла с кровати, надела вещи, оставленные на стуле, немного пометалась в поисках кроссовок, мирно покоящихся возле тумбочки, и вышла из палаты.

Впрочем, дойти дальше стойки регистратуры не получилось – бдительная медсестра грозным голосом спросила: «Куда это намылилась?», а затем велела возвращаться в палату: «А ну живо!»

– Ну и что стоим? – сурово сдвинув брови, спросила она, когда я осталась стоять возле стойки.

– Я сюда приехала с парнем, он... – начала было я.

– Все с ним хорошо, вон он! – махнула рукой медсестра в сторону выхода. Я так резко повернулась, что чуть шею не свернула. Перед глазами все поплыло, в частности, и Виталик, спешно шагающий в нашу сторону.

– Нет, другой парень, который... – поворачиваясь обратно к медсестре, попыталась объяснить я.

– А... тот, который умер? – громко уточнила она.

– Как умер? – прошептала я, цепляясь пальцами за столешницу.

– Кто умер? – Виталик оказался рядом и ловко приобнял меня за талию.

– А почему вы не в палате? – подошла вторая медсестра, сверкнув глазами на первую.

– Я ей сказала, чтобы не шастала по больнице! – оправдываясь, развела та руками. – Не волоком же мне ее возвращать!

– Он умер? – говорить удавалось с трудом.

– Никто не умер... – пробормотал Виталик, крепче прижимая меня к себе и отцепляя от стойки регистратуры. – Мы уже уходим, я ее провожу! – сообщил он хмурым сестрам и потащил меня прочь. В прямом смысле потащил, так как идти самостоятельно я не могла. – Парень, который с тобой с лестницы упал, отделался легкими ушибами, даже сотрясения не заработал!

Я обреченно мотнула головой, перед глазами проплыл образ Яна, лежащего на лестнице с неестественно согнутыми ногами. Я не понимала, зачем Виталик это говорил, ведь я видела все своими глазами.

– Странный тип, его увозили с мигалкой под капельницей, а в больнице оказалось, что он цел целехонек...

– Он жив? – я резко вскинула голову. – Ты точно про него говоришь? Про Яна?

– Без понятия как зовут того парня, но только вы вдвоем с лестницы навернулись, других не было, – уверенно произнес Виталик. – Но то, что он не пострадал, – мистика какая-то, я ведь сам видел, до того как его унесли, как у того из одной ноги кость торчала!.. Эй, ты куда? – парень потянул меня обратно, когда я направилась к лестнице. – Тебя пока не выписывают, врач настоял оставить на ночь до завтра, а там видно будет, все-таки у тебя сотрясение мозга...

– Хорошо, – внезапно согласилась я. Виталик даже удивился, когда я убрала с себя его руку и послушно направилась к палате. Парень пошел было за мной, но обнаружив внутри уйму гогочущих женщин, буркнул, что посидит в коридоре.

– Крошка, я с тобой, не бойся! – услышала я, прежде чем плотно закрыла за собой дверь. Убегать было рано, я совсем забыла про оставленные вещи, которые вполне могли бы мне пригодиться.

Сумку я нашла под кроватью, благо все (вроде бы) оказалось целым, а главное – телефон в заднем кармашке. Раньше я непременно позвонила бы Наде, но теперь ее не было в списке моих подруг. В нем вообще почти не было ни одного знакомого, кроме отца и брата. Я пролистывала контакты словно на автомате, бездумно проговаривая неизвестные имена, пока не наткнулась на то, которое заставило сердце йокнуть – «Лия».

– Лия? – повторила я, возвращаясь к пролистанному номеру. На аватарке, хотя со всех остальных контактов на меня смотрели незнакомые люди. А здесь ничего, никакой подключенной к контакту социальной сети – только имя и номер. И почему же он так меня зацепил. Может быть, потому что Лия, могло быть сокращением от имени Офелия? Или потому что контакт отличался от остальных?

Я повертела в руке телефон, думая про свою недавнюю соседку за партой, заменившую собой Надю. Незнакомка вроде как была моей подругой, находилась рядом, говорила, что я должна все забыть. «Забыла?.. теперь все будет хорошо...» – вспомнилось мне. Офелия не хотела возвращаться, это ее голос призывал меня забыть волшебный мир!

«Но ведь это же глупо!» – решительно подумала я. Зачем карманной фее было сохранять свое настоящее имя и дружить со мной? Она вела бы себя осторожно, держала дистанцию. Хотя... Если бы я все забыла, то не пришлось бы ничего бояться. Да и предполагала ли она, что я повстречаю Тихона, который раскроет имя феи?

«А вдруг все это было спланировано заранее?» – засомневалась я.

– Или нет? – нахмурилась я, буравя взглядом телефон. Мне хотелось набрать номер и убедиться в своих подозрениях или же, напротив, их развеять. Ведь, если эта Лия – моя карманная фея, то... Перед глазами проплыл образ Забавы за решеткой. – Блин, – пробормотала я и все же позвонила.

Сначала звучали длинные и долгие мелодичные гудки, а потом в трубке все же ответили.

– Привет, я как раз только что хотела тебя набрать! – раздался веселый слегка запыхавшийся голосок. – Прости, я, наверное, палку перегнула утром, вела себя как дура. Прощаешь? Сходим в кино? Или можем прошвырнуться по магазинам или... Эй, ты здесь?

– Да-да, – откликнулась я. Забава сидела в темнице, я же находилась в чужой реальности, не в силах чем-то помочь. А вдруг я вообще не смогу выбраться, а Забаву... И Ян пропал, а вдруг... – Конечно, давай сходим, вот только...

Неужели, чтобы вернуться к друзьям мне требовалось пойти на кардинальный шаг?!

– Я могу за тобой заскочить, ты дома? – обрадовалась девушка. – У тебя там какие-то голоса на заднем плане, ты смотришь фильм?

– Нет я... я сейчас не дома, я скину тебе адрес, встретимся там где-то через час? Я потом все расскажу, договорились? – сказал я.

– Хорошо, – сказала собеседница таким же бодрым и веселым голосом. – До встречи, Алиса.

Я положила на кровать телефон, глядя на него словно на ядовитого скорпиона. Неужели не было другого выхода? Но подождите, я же пока никого не обманывала, я просто поговорю с феей, все объясню... И то, что разговор придется ей по нраву, что фея вообще выслушает, а не сбежит, узнав, что я все вспомнила. Но неужели Тихон прав, и мне придется принести ее в жертву, обманом заманить в волшебный мир и решить ее судьбу?!

Обессиленно упав на кровать, я громко и тяжело вздохнула. В палате внезапно стало очень тихо.

– Девочка, все в порядке? – раздался чей-то голос. – Тебе плохо?

– Нет, все отлично, спасибо, – ответила я, а женщины, помолчав пару секунд, снова взялись за свое обсуждение. Я же, ощущая себя сбитой с толку, уставилась в потолок. Мне необходимо было с кем-то посоветоваться, ведь сама я могла наломать дров. Но ведь в этой реальности не было никого, кто...

Я резко села на кровати. Реальности были связаны, если Надя права, и из каждой из них я должна была забрать что-то важное... Нет, нелепость какая-то, но... Вдруг пропавший Ян... Вдруг он не погиб, как подумал Тихон, а переместился вместо со мной? Вдруг в этой реальности Ян, встречающийся с Надей, и есть мой Ян?!

Подобные мысли меня настолько встревожили, что я снова тяжело задышала. Казалось бы, безумные выводы, но как так вышло, что торчащая из ноги кость срослась. Не иначе, что Ян был оборотнем! Впрочем, существовали еще и другие реальности, там тоже был Ян и... А вдруг мне нужно было выбрать из пяти Янов и вернуть своего?

– Вот же... – воскликнула я и спрыгнула с кровати. Но выйти из палаты не успела, как в дверях нарисовалась первая медсестра. Она сурово смерила меня взглядом.

– Мне нужно в туалет! – сообщила я.

– С сумкой? – прищурилась та. – Оставляй и иди!

Благо, телефон я успела спрятать в карман джинсов, а не бросить обратно в сумку. Я послушно оставила сумку на стуле и вышла из палаты. Мой план был прост – искать не туалет, а выход, а в случае того, если попадусь, сообщить, что заблудилась. Однако, покинуть больницу оказалось проще, чем я думала, Виталик и тот куда-то подевался.

Добежав до остановки, я внезапно сообразила, что не знаю, где искать Яна. Впрочем, решение пришло моментально – как только приехала маршрутка, ведущая к дому Нади. Разумеется, с кем может быть парень после посещения больницы – либо с родителями, либо у своей девушки. Я поморщилась и вскочила в маршрутку. За проезд за меня заплатил какой-то парень, но пришлось дать ему свой номер телефона. Довольно быстро я добралась до места назначения.

То, что у меня сотрясение мозга, о себе давала знать ужасная боль в голове. Но я терпела, старалась на ней не зацикливаться, думая только про Яна и про то, что не ошиблась, и парень будет здесь. Возле дома Нади у меня зазвонил телефон.

– Так ты чего адрес-то не скидываешь? – спросила Офелия немного обиженно.

Блин, а я ведь про нее совсем забыла.

– Я только освободилась, сейчас... скину, – я огляделась кругом в поисках названия улицы. – Я просто в чужом районе.

– А что ты там делаешь? – в бодром голосе послышались нотки настороженности. – Где ты?

– Без понятия, меня Виталик на какую-то вечеринку заманил, – сообщила я, стараясь говорить как можно правдоподобнее. – Мы поссорились, я ушла и теперь пытаюсь найти выход.

– Про вечеринку я помню... – сказала девушка и немного растерянно добавила: – Но вы ведь с Виталием никогда не ссоритесь!

– Значит, это случилось впервые, – ответила я. – Давай я тебя позже наберу, хорошо?

– Как скажешь, – отозвалась фея, я сбросила вызов и вошла в подъезд. Поднявшись на Надин этаж, я уже собралась было позвонить, как, словно по заказу, внизу послышались знакомые голоса, а потом я увидела и самих ребят, которые смеясь и держась за руки, поднимались по лестнице.

– ... в общем, было немного... – Ян оборвал себя, увидев меня на лестнице.

– О привет, – Надя тоже замерла и выдавила из себя улыбку. – Ты... в порядке?

– Спасибо, что поинтересовалась, жить буду, – холодно процедила я, скрестив на груди руки и в упор взглянув на парня. – Но, в отличие от кого-то, мои сломанные кости не срослись бы, будь у меня перелом обеих ног.

– У тебя ведь вроде сотрясение мозга, Ян смягчил твое падение, – сообщила Надя, словно не замечая повисшего в воздухе напряжения. Я в упор смотрела на парня, а он - на меня. – Рада, что тебе уже лучше. Тебя так быстро отпустили? – и обратилась к другу с пояснением: – Она живет выше.

– Вот так совпадение... – отозвался парень, прожигая во мне дыру. – И давно вы знакомы?

– Только сегодня познакомились, – беззаботно ответила подруга, продолжая не замечать, что воздух кругом будто бы наэлектризовался. – Вот ведь забавно, живем в одном подъезде, а ни разу раньше не встречались. Так всю жизнь прожить можно, а кто твои соседи - не узнать...– Надя замолчала. Переводя взгляд с меня на Яна и обратно, догадываясь наконец-таки, что что-то все же не так. – Что происходит? – спросила она, дергая Яна за руку. – Ты ее знаешь?

– Нет, – ответил он недоверчиво, словно сам не был уверен, что говорит.

– Алиса, ты здесь? – раздался снизу оклик, а за ним спешные шаги.

Я узнала голос феи, но предпринять уже было что-то слишком поздно. Она спешно взбежала по лестнице и растерянно замерла, уставившись на повернувшихся к ней Надю и Яна. Фея шумно вздохнула, обиженно надулась и сверкнула на меня глазами. Теперь ее голос звучал отнюдь неприветливо: – Так значит... А ведь я не хотела никому вредить, мы бы продолжили жить спокойно, – она недовольно цокнула и хрустнула пальцами, – но теперь, видимо, придется, решить проблему, – и взмахнула руками.

В меня уже метали молнию, поэтому я сработала на опережение. Офелия целилась в Яна, поэтому в первую очередь я сбила его с ног, а сам парень потянул за собой Надю. Над нашими головами, искрясь и шипя, пронеслась опасная магическая молния.

Я вскочила на ноги, заслоняя собой ребят, а Офелия прицелилась снова, но очередного удара не последовало. Фея не хотела попасть в меня, неужели я была ей нужна? Я тряхнула руками, и с пальцев посыпались искры. Офелия поджала губы и прищурилась.

– Быстро же ты освоилась... – пробормотала она и опустила руки. – Предлагаю компромисс – я их не трону, а ты... Просто давай жить как прежде, эти полгода были лучшие в моей жизни, у меня никогда не было подруги, я не ходила в школу, я... я не хочу тебе вредить, но я не могу вернуться, – ее глаза заблестели.

– Как прежде? – воскликнула я. – Не будет как прежде, неужели ты не понимаешь?

– Хорошо, тогда освободи меня, как и обещала! Возвращайся одна, так уж и быть, не стану мешать, – нехотя сказала фея. – Я же выполнила условие, принесла то, что ты просила! Ты осталась довольна выполненной мной работой?

– Нет, – ответила я, категорично мотнув головой. – Ты не получишь того, что хочешь, ты вернешься со мной и проведешь в страну фей, к королеве...

– Нет! – крикнула Офелия. – Я жить хочу! Жить!

–– Ты просто проведешь и все, потом я дам тебе свободу, обещаю! – ответила я.

– Ты уже обещала и не дала! – воскликнула она.

– Я же не виновата, что ты отключилась до того, как мы в ров упали. Скажи спасибо, что вообще тебя с собой забрала, а не оставила там. Ты прожила лучшие полгода в своей жизни? Теперь время отдавать должок. Забава в темнице, и я ее освобожу. Ты мне поможешь!

– Даже не подумаю! – воскликнула фея и, развернувшись, бросилась прочь.

– Стой! – крикнула я и хотела было бежать следом, но мельком взглянула вниз.

За время диалога с феей я не обратила внимание на притихших Яна и Надю, а сейчас обнаружила под ними большую лужу крови. Ян растерянно прижимал рукой рану на животе подруги, а она бледная как смерть дрожала, словно осиновый лист.

Разумеется, я тут же позабыла про фею, а когда хлопнула входная дверь подъезда, уже набирала скорую. Благо, врачи приехали быстро и минут через пятнадцать мы были уже в больнице. Нам пришлось остаться в приемном отделении, а Надю, к тому времени потерявшую сознание, укатили в операционную.

Говорить что-то – было вроде как неуместно, а хранить молчание непривычно. Мы сели с Яном на противоположные диванчики и изредка друг на друга поглядывали. Время тянулось бесконечно долго, мой телефон разрывался от звонков от отца, брата, Виталика... Я нервно сбрасывала вызовы, а через какое-то время и вовсе выключила телефон, понимая, что звонящие беспокоились, но ведь не могла же сказать, что мою подругу ранила фея, и сейчас я в больнице жду вердикта врачей.

Ян сидел напротив. Мое сердце часто стучало в груди, с одной стороны я радовалась, что нашла его, что он не умер, а всего лишь переместился в реальности, во времени и пока не помнил меня, но с другой... Надя ведь могла умереть.

Но, если это другая реальность, судьба чужой подруги, по идее, не должна была меня волновать, следовало думать о себе. Мне нужно было забрать Яна и... фею.

Страдальчески вздохнув, я положила голову на диван. Сложно было передать словами, как сильно она болела, какой тяжелой казалась.

Я все испортила, упустила Офелию, которая, если верить Тихону, единственная могла провести меня к королеве фей. Но постойте, был еще Ян, он же знал, где вход в страну фей... Я приободрилась и приподняла было голову, но тут же обессиленно опустила ее обратно. «Найти вход –недостаточно. Чтобы пройти через страну, нужна фея», – пришло мрачное осознание реального исхода вещей. Как ни крути, а все было гораздо хуже, чем следовало. И что делать дальше? Подниматься и уходить? Ехать в деревню и полагаться на удачу?

Внезапно Ян поднялся на ноги, подошел и сел рядом.

– Я не буду спрашивать очевидные вещи, и так все видел и слышал, спрошу о другом – кто я такой? – я покосилась на парня, вид у него был встревоженный и растерянный. Он сжал кулаки и продолжил: – Я ничего не помню, все словно в тумане. Как будто моя жизнь... Как будто все ненастоящее, последние полгода... – парень судорожно вздохнул и отвернулся. – Мне снятся странные сны, кажется... – он снова взглянул на меня. – кажется, что мне снишься ты. Каждую ночь...

– О, – ответила я, с трудом приподнимаясь.

– Я не видел твоего лица, только слышал голос, доносящийся из глубины темной воронки, ты словно падала в нее, а я падал за тобой, – сообщил он. – А потом... несколько часов назад я испытывал ужасную боль, я видел, как кость... я не чувствовал ног, а потом они сами собой... – парень обхватил голову руками. – Я ничего не понимаю. Это словно... магия какая-то.

Ну разве могли теперь быть еще сомнения, что это был мой Ян. Он так же, как и я, все забыл, но пришло время вспоминать и возвращаться домой.

– Ян... – я бережно коснулась его руки. – Мне кажется, что ты...

– Надя – самое дорогое, что у меня есть, если с ней что-то случится из-за меня, я себе этого не прощу! – воскликнул он с таким чувством, что внутри будто бы черная дыра образовалась. Ян смотрел на меня своими пронзительно зелеными глазами, в которых явно читалось, как сильно Надя ему дорога. Что он любит не меня, а ее. – С ней же все будет хорошо? – тише добавил он.

– Конечно, – прошептала я. – С ней все будет хорошо!

Сердце болезненно сжалось в груди. И как я теперь могла раскрыть ему правду, что любит он вовсе не Надю, а меня. Мы были знакомы около недели, а с Надей прошли целые полгода, которые он проживал тут. Какая-то несуразная ошибка со временем... Но подождите... какие еще полгода, ведь сейчас лето и мы, по идее, расстались несколько дней назад? Но не здесь, в этой реальности мы так и не встретились в деревне...

– Со мной что-то не так? – спросил он.

– Нет, с тобой все в порядке, дело во мне, – ответила я. – Мне не нужно было приходить, я...

Из дверей операционной вышел доктор, и не дослушав, Ян бросился к нему. Я осталась на диване с гудящей головой и раной в сердце. Услышав, что Надя жива, и с ней все будет хорошо, я не стала дожидаться момента, когда ее можно будет посетить, а поднялась и словно на ватных ногах побрела прочь.

Нет, белая и оборотень все же – неправильный союз. Все предупреждали, но мы не хотели в это верить. Теперь же все вернулось на свои места, наверное, так правильнее.

– Ну что, думала, мы тебя не вычислим? – услышала я голос, когда вышла из больницы, начав спускаться вниз по лестнице. Голос показался мне знакомым, но вспомнила я его только, когда увидела Карин. Лидерша-ласки усмехнулась и достала мобильник. – Кто бы мог подумать, что местоположение другого человека так легко выследить, даже магия не нужна!

Она убрала телефон обратно, достав большой шприц с золотистой сверкающей жидкостью внутри, издала клич, похожий на боевой, и бросилась на меня. Я отступила, а Карин внезапно споткнулась будто о невидимое препятствие и стала падать со ступенек вниз.

«Да беги же ты!» – панически воскликнул в моем сознании голос, когда я, замерев, осталась стоять как вкопанная, наблюдая падение Карин.

– Беги! – повторился голос, но уже не в голове.

Внизу у подножия лестницы я увидела убегающую Офелию, а чуть дальше выбегающих из парка людей в черных мантиях. Фигуру мадам Геллы я узнала сразу же, внутри моментально все похолодело.

Сбегать вниз прямо навстречу врагам было бы глупо, поэтому я побежала обратно в больницу, в последний момент подняв с пола шприц, который обронила Карин при падении.

Глава седьмая. ДУХ ЛЕСА

От телефона, по которому меня отслеживали, причем не только Карин, но, кажется, и карманная фея, я избавилась возле первой попавшейся на глаза мусорки. Я держала путь к запасному выходу, не сомневаясь, что в больнице он есть, вот только пробежав все здание, под табличкой «Запасной выход» обнаружила запертую железную дверь.

Главное было сохранять спокойствие и не поддаваться панике. А учитывая, что в каждом попадающемся на глаза человеке я видела союзника мадам Геллы, делать это было не так-то и просто. Казалось, запертая дверь стала апогеем моего поражения, враг дышал в спину, вот-вот собирался схватить.

– Ай, – воскликнула я, сунув руку в карман и уколовшись о шприц.

Трусливо взглянув назад, я попыталась различить среди обычных разговоров персонала и пациентов своих преследователей, но задача оказалась нелегкой. Да и ждать приближения врагов был глупо, наверняка они припасли для меня ни одну магическую стрелу и еще дюжину шприцов, острая игла одного из которых сейчас опасливо торчала из ткани моей толстовки.

«Нужно выбираться любым способом!» – решила я и огляделась.

Дверь запасного выхода была закрыта, а вот кабинеты первого этажа – нет. Что если выбраться через окно? Признаться, эта идея мне понравилась, и я хотела было бежать к одному из приоткрытых кабинетов, как в коридор завернули двое крепких парней в черных мантиях.

Парни явно пришли за мной, но от неожиданности, что меня нашли, в нерешительности замерли. Всего мгновение, но оно выкроило мне секунду, чтобы метнуться в сторону лестницы, прежде чем за мной погнались. Этажом выше (явно на удачу) прямо передо мной оказалась распахнутая дверь процедурной.

– Вам сюда нельзя! – воскликнула с явным запозданием медсестра, разбирающая какие-то медицинские приборы, когда я уже успела открыть окно и запрыгнуть на подоконник.

Сзади слышались топот, ругань, но я не оглянулась. Под истошный крик медсестры над моей головой пронеслись сразу несколько шипящих молний, но в этот момент я уже пребывала в полете. Подумаешь, второй этаж, да я уже стала профи по прыганию с крыш. Приземлившись аккурат на газон (а это постараться нужно было), я даже не упала и спешно бросилась прочь в тень близлежащего парка, надеясь, что там не осталось людей мадам Геллы. Очень быстро рядом со мной поравнялась Офелия.

– Ты не сказала, что притащила сюда эту ведьму, – тяжело дыша, сообщила карманная фея.

– А ты и не спрашивала, – не сбавляя бега, ответила я, тяжело дыша.

– Ну почему все пошло коту под хвост? – воскликнула фея раздосадованно. – Я ведь так все хорошо придумала, даже со временем наколдовала специально, чтобы ты меня не нашла. Как ты вообще это сделала?

Голова шла кругом, частично виной было недавнее сотрясение мозга, которое никуда не делось, а все еще находилось со мной, а фея продолжала:

– Ты даже не представляешь, было непросто замести следы, я прожила тут полгода как самый обычный человек, и это оказалось лучшее время в моей жизни. Ничто не предвещало беды, я была уверена, что... У меня не было никогда подруги, но твоя двойняшка моя лучшая подруга! – добавила она с явной гордостью.

– И где же она теперь? – спросила я, а Офелия тут же помрачнела.

– Это ты все испортила! – сообщила она, чуть ли не плача. – Ну ничего, я решила – мы перенесемся в другую реальность – я и ты.

– И ты бросишь свою подругу? – спросила я.

Офелия помрачнела еще сильнее, если вообще было куда мрачнеть. Ее нижняя губа слегка задрожала, и фея явно через силу произнесла:

– Другого выбора же нет.

– Офелия, послушай, – воскликнула я, останавливаясь возле первой свободной лавочки и в блаженстве на нее опускаясь, – ты не можешь бросить свою подругу, как и я не могу бросить свою. Если ты хочешь быть человеком, то будь достойной того, чтобы им называться, – мне понравилось, как я это сказала, а так как Офелия, внимательно слушая, опустилась рядом, добавила: – мы – люди не бросаем своих!

– Да, вы их просто убиваете, – хмыкнула фея. – Знаешь, Алиса, человек человеку рознь. Я хотела бы быть хорошей, но при данных обстоятельствах...

– Каких еще обстоятельствах? – возмутилась я. – Бросить своего друга и сбежать?

– Меня убьют, если я вернусь! – изрекла она.

– Но, если ты не вернешься, ничего не получится исправить! – возразила я. – Я знаю, что ты сильно накосячила в том мире, но ведь нельзя вечно прятаться. Неужели ты думаешь, что тебя не найдут где бы ты ни была? Если бы королева хотела убить, давно бы это сделала, но ты жива, значит, есть шанс на прощение.

– Нет такого шанса, – буркнула Офелия, потупив взгляд.

– Мы должны вернуться в нашу реальность, а все параллельные реальности должны остаться здесь. Нужно вернуть всех Алис на место, но сделать это можно только с помощью твоей королевы.

– Все параллельные реальности? – с подозрением глянула на меня фея. – И сколько их у тебя. Больше двух?

– Пока пять, но надеюсь, больше не станет, – я решила сказать правду. – Вроде как в каждой из них я должна забрать что-то важное... – на глаза навернулись слезы, когда я подумала про Яна, которого забрать уж точно не смогу.

Но зато у меня был шанс с феей. В любом случае Ян ведь не умирал, он был счастлив с Надей, а вот Забава в любой момент могла лишиться жизни.

– Что именно забрать? – спросила фея.

– Что-то, – уклончиво ответила я. – Так что, поможешь мне?

– В чем именно? – спросила фея настороженно.

– Вернешься со мной? – с надеждой произнесла я, а Офелия так рьяно мотнула головой, что даже шея хрустнула. – Но только ты сможешь провести меня к королеве.

– С чего ты это решила, подожди-ка... – прищурилась она. – Ты общалась с... другой феей? Откуда ты это знаешь?

– Ну, это как бы логично... – пробормотала я, – это же страна фей, ты знаешь все лазейки...

– Я тебе карту нарисую, – поджав губы и сверкая глазами, сказала Офелия. – Так с кем ты общалась? Только не ври, ненавижу, когда мне врут!

Фея говорила весьма строго, я поняла, что, если хочу набиться к ней, если не в подружки, хотя бы не во враги, лучше говорить правду

– Да так... с Тихоном недавно пересеклись, – как можно равнодушнее ответила я, внимательно наблюдая за реакцией Офелии, которая не заставила себя долго ждать. Фея зафыркала и закатила глаза.

– Он настоящий придурок, – заявила она. – Что он тебе о нас рассказал?

– О вас? – переспросила я, а Офелия моментально покраснела. –Вы типа... встречались?

– Я была в него влюблена, но об этом больше ни слова! – поспешно ответила девушка, моментально вспыхнув. – Он согласился сбежать со мной, но в последний момент передумал. Из-за него меня чуть не поймали. Что он тебе обо мне говорил?

– Ну... – протянула я, глядя на пылающие щеки и блестящие глаза феи. Кажется, парень ей до сих пор нравился, а вот она ему определенно нет, раз он так просто предлагал принести подругу в жертву. Но ведь я прямо об этом не могла же сказать. – Тебе лучше найти другой объект влюбленности...

– Я не влюблена в него! – воскликнула она ревностно. – Была раньше, а сейчас уже нет!

«Да-да, вижу я, как ты не влюблена!» – подумала я, а вслух сказала:

– Боюсь, одной картой отделаться не получится, а вдруг что-то пойдет не по плану?

Я затаила дыхание, а фея отвернулась и молча уставилась в небо. Наконец она ответила:

– Ладно, помогу, но ты меня освободишь. Прямо сейчас!

Даже не знаю, считать такой ответ положительным или нет.

– И гарантий, что поможешь после того, как я тебя освобожу, ты никаких не дашь? – уточнила я, понимая, что делать то, что попросит фея касательно свободы, Тихон строго-настрого запретил.

– Разумеется, нет, – ответила Офелия. – Ты можешь в любой момент передумать, мы вернемся, и я буду вынуждена выполнить любую твою просьбу. И не будучи свободной, я перестану быть человеком и снова стану маленькой феей. К тому же... – она вздернула носик, – возвращение – для меня верная смерть, мне нужно быть свободной, чтобы суметь использовать магию в полной мере и себя защитить.

– Но ты ведь тоже можешь передумать, – заметила я.

– Могу, – вздохнула фея, оглядывая парк. – И что будем делать? Затащить меня обратно тебе придется силой, но это нереально – скажу я тебе. Ты начинающий маг, я одержу над тобой победу в два счета. Пожалуй, единственный вариант – вколоть в меня какую-нибудь сыворотку из нашего мира, которой, к слову, у тебя нет.

«А вот и есть!» – мелькнуло в голове, а пальцы непроизвольно сжали шприц, лежащий в кармане толстовки.

– Сыворотка? – отозвалась я. – И какая именно понадобится?

– Ну, выбор очень большой, чего у нас только нет... – с явным знанием дела сообщила фея. – есть обездвиживающие, лишающие памяти, убивающие, заставляющие говорить правду или лишить воли... Очень много, все и не перечислить, но эти. Пожалуй, самые сильные и редкие, особенно последние!

– Ясно... – я крепче сжала в руке сыворотку и взглянула на сидящую рядом фею, присматриваясь, куда бы можно было ее кольнуть. Вот и рука оголена и шея. Я сделаю это очень быстро, она и пискнуть не успеет. Но потом я вспомнила падающую со ступенек Карин, споткнувшуюся о невидимую преграду, которую, без сомнения, организовала Офелия. – А это что делает? – спросила я, доставая из кармана шприц.

Я протянула его Офелии. Признаться¸ фея была удивлена.

– Вот как раз этот лишает воли! – сообщила она. – Я видела, как ты его подняла, могла бы меня уколоть.. хотя бы попытаться.

– И лишиться твоего доверия? – спросила я, догадавшись, что это была проверка.

– На мне он не сработает, нас лишают воли иначе, а вот на человеке... – пробормотала Офелия, глядя на мою руку.

– Тогда забери, чтобы защищаться, пусть это станет залогом нашей дружбы, – предложила я. – Как и твоя свобода, я доверюсь тебе, а ты поможешь спасти мне мою подругу, попавшую в беду. Забава в темнице, и ее убьют, если я не вернусь и ничего не сделаю.

– Это... та рыженькая? – уточнила Офелия, недоверчиво поглядывая на протянутый мною шприц. – Не повезло, к злючей ведьме лучше не попадать. Так, что произошло, на кой ты ей понадобилась-то?

– Помнишь кулон? – спросила я.

– А, вот в чем дело... – ответила фея. – Этого следовало ожидать, ну пусть побегает, поищет. Без феи она кулон точно не найдет, из книги его не достанет, а сотрудничать с ней наши не станут.

Офелия проворно забрала у меня шприц, спрятав его в своем кармане.

– Боюсь, что на нее работает... фея... точнее эльф, – ответила я и поморщилась. – В другой реальности.

– В другой? – нахмурилась Офелия.

– Не уверена... – пожала я плечами. – Тихон сказал, что Герман исчез из нашей реальности, вполне возможно, что он переместился так же, как... мадам Гелла со своими прихвостнями, мы с тобой, Ян... – я с трудом сглотнула, к глазам подступили слезы. – Ладно, – кашлянула, – Офелия, ты выполнила мое поручение, я осталась довольна работой и тебя освобождаю! Этого достаточно или нужен какой-то особенный ритуал?

– Я... – просияв, начала было фея, но тут ее взгляд упал куда-то за мою спину, она ойкнула и сползла вниз с лавки, обмякла, словно ей стало плохо или...

– Офелия? – позвала я, наклоняясь к ней.

– От нас так просто не уйдешь! – воскликнул кто-то, но повернуться я не успела, как на и так тяжелую (от сотрясения) голову опустилось еще что-то более тяжелое.

– Ищите лучше, они не могли вот так просто взять и испариться! – сердито прогремел голос мадам Геллы, и я открыла глаза. А потом чудом не свалилась с дерева, на котором оказалась. Благо, меня страховала веревка, обмотанная вокруг талии и прикрепленная к стволу дерева.

– Очухалась наконец-то, – констатировал сверху чей-то насмешливый до боли знакомый голос. Подняв голову, я увидела на верхней ветке Яна. Рядом с ним сидела Белочка, встревоженно переводя взгляд от меня – вниз, где прочесывали лес люди мадам Геллы. Ее голос громогласно гремел кругом. «Ищите!» – ревела она, словно разгневанный зверь. – Они нас не слышат и не видят, как спалось?

– Белла? – обратилась я к девочке.

– У меня оставались припасы, пришлось их все потратить, чтобы вас вытащить, – она указала на соседние деревья, где к стволам были привязаны все еще пребывающие без сознания отец, Амелия и Рина.

– Я помог их привязать, – горделиво сообщил Ян.

– Но я теперь не знаю, где Зоя и Ками, – голос Белочки прозвучал жалобно, сейчас она походила на маленького напуганного ребенка, а не на боевую оторву. – Не знаю, что теперь делать.

– Хорошо, я далеко не ушел, – заметил Ян. – Без меня бы ничего не получилось. Но зачем я вообще вам помогаю? – воскликнул он и тяжело вздохнул. – Ты чего так на меня смотришь? Белка, ты по ходу переборщила с порошком, не кажется, что она какая-то другая стала?

Я отвернулась, поймав себя на мысли, что в упор смотрю на Яна и чуть не плачу. Неужели я навсегда его потеряла, вернусь в свою реальность, а он останется в той, где счастлив с Надей. Офелия намудрила со временем, и получалось, что со мной Ян был знаком всего ничего – от силы неделю, о чем благополучно забыл, а вот с Надей – целых полгода. Я пошевелила затекшими конечностями и опасливо накренилась на бок.

– Наверное, ты помогаешь из-за того, что захотел заполучить ее магию, – заметила Белочка. – Признайся, без магии ты стал бы помогать?

– Подловила... – хмыкнул Ян. – Ладно, всезнайка, какой план дальше?

– Не знаю, – пробормотала Белочка. – Я же сказала, что использовала все припасы, нужно было очень сильное заклинание.

– Тогда... эй, слышишь меня, – обратился ко мне Ян. – Алиса, верно? Наколдуй что-нибудь. Предлагаю увести ищеек в другое место, не вечно же нам теперь сидеть на этом дереве...

Я снова взглянула на Яна, сердце болезненно сжалось в груди, глаза тут же моментально наполнились слезами.

«Мне нужно смириться, что я тебя потеряла», – воскликнула я мысленно.

«Да, все-таки с заклятием твоя сестренка переборщила...» – тут же раздалось в моей голове. «Все ясно, действовать придется самому».

– Ладно, барышни, сидите тут и никуда не уходите, – обратился он к нам и стал спускаться вниз.

– Эй, ты куда? – шепнула я, но парень в ответ лишь махнул рукой, словно говоря: «Не мешай, когда работает профессионал!»

Я замерла, замерла и Белочка, испуганно всматриваясь вниз. Вскоре послышались довольно грозный рык, шум, крики, лай и скулеж собак. Все это стало удаляться.

– Развяжешь? – спросила я у растерянной Белочки, которая неспешно тоже начала спускаться, явно позабыв про меня.

– А, конечно, – отозвалась девочка.

И хоть я ждала подвоха, что в любой момент кто-то может на нас напасть. Вниз мы спустились без приключения (я даже не упала, хотя жуткое платье начинало выводить меня из себя, благо разорванный корсет больше не сдавливал грудную клетку).

– Какой у нас план? – уточнила Белочка, когда мы с ней замерли возле дерева. Она посмотрела на меня так, словно передавала бразды правления, которыми до сего момента умело управляла. Вот только некрасиво взваливать ответственность на меня, ведь среди сестер я была самой бесполезной. Или нет?

– Я правильно поняла, что ты не можешь колдовать и используешь сворованные у родителей магические припасы? – спросила я. Белочка обиженно надула щеки и нехотя кивнула.

– Ками и Зоя тоже не могут колдовать? – продолжила я, Белочка снова кивнула. – Получается, что колдуют только родители и... – я взглянула наверх. Ох, как не хотелось будить старшую сестрицу, пылающую ко мне всеобщей ненавистью. – Алиса отдала ей магию? А почему она была у Алисы?

– Ты сейчас хочешь об этом поговорить? – Белочка трусливо огляделась кругом.

– Мне просто понять надо, зачем Алисе предавать свою семью. Либо она что-то задумала... – я принялась тереть виски, мысленно призывая другую Алису снова вступить со мной в диалог. Белочка посмотрела на меня как на сумасшедшую.

– Последний год был не легким, – вздохнула она, – если рождаются двойняшки – две девочки, магия сама решает, к кому из них передастся. Только одной сестре, понимаешь? Кто бы потом ни рождался, не важно, на магию могут не рассчитывать.

– Рина и я... точнее Алиса... – оторопела я, указывая наверх. – Но ведь мы же совсем не похожи!

Белочка проигнорировала мой выпад и тем же мрачным тоном продолжила:

– Сила выбрала тебя, когда мы это поняли, порадовались... кроме Рины, разумеется. Магические способности проявляются до семнадацатилетия, когда стукнет дата, сила остается навсегда, в будущем передастся детям, точнее одному ребенку, если снова родятся девочки-двойняшки.

– Нет, не так, – возразила я, мотнув головой. – У меня есть... вроде как брат. В той реальности и он владеет магией! Вроде бы... – добавила я, вспоминая Мирона. Как ни странно, но я по нему вроде даже скучала.

– Так я же про девочек говорю, – ответила Белочка немного раздраженно. – Это такое проклятие, что ли. Девочки-двойняшки – плохо, в остальном все как всегда – сила распределяется между всеми детьми. В ком-то сильнее, в ком-то слабее, зависит от того, как с ней работать. А у тебя с братом, сила поделена поровну? А твои родители они...

– Потом как-нибудь расскажу, а сейчас идем, – ответила я, перебив.

– Эй, так не честно, я же рассказала! – возмутилась девочка, но спорить не стала и послушно побежала следом.

Нет, будить Рину я не хотела, да и не знала, можно ли вообще снять заклятие, наложенное Белочкой. Признаться, не очень-то и хотела узнать. Я выставила перед собой руки, сконцентрировалась. Учиться магии приходилось интуитивно, веры в то, что что-то из этого выйдет было мало.

– Что ты делаешь? – наконец не выдержала Белочка, наблюдая как я вожу по воздуху руками и шевелю пальцами, пытаясь что-то почувствовать. Мой план был прост – найти убежавших сестер, пока те не попали в беду. Как это сделать с помощью магии – да фиг знает, но ведь маги наверняка так умели, нашли же нас с феей...

– Ищу, – буркнула я.

Руки не светились, с пальцев не сыпались искры, обстановка кругом не менялась. Со стороны я, наверное, выглядела смешной.

– Что ты ищешь? – уточнила Белочка. – Знаешь, я колдовать-то сама не могу, но знаю, как это делается.

Я тут же остановилась и резко повернулась к девочке. Вообще, обратиться к ней за помощью, было логичным, но я почему-то этого сразу не сделала. Белочка зашуршала платьем и стала отцеплять от него разные предметы, прикрепленные с внутренней стороны булавками. Так в мои руки перекочевали цепочка, скрученный локон светлых волос и лоскуток ткани.

– Итак... – начала она свое обучение.

«Почувствуй волну!» – было главным напутствием Белочки, как она утверждала, магия делится на стихийную и рациональную. Чтобы использовать рациональную, мне нужно было учиться по умным книжкам и работать с педагогами, поэтому акцент пришлось сделать на стихийную. И то ли девочка так убедительно говорила, что у меня все получится, то ли реально повезло, но первой и довольно быстро мы нашли Зою.

Сестра находилась ближе всего от нас и пряталась в какой-то яме. Ну мы так вначале подумали, а на самом деле, Зоя в нее банально провалилась. Чем, к слову, спасла себя от преследования. Яма была так надежно замаскирована, что даже мы с Белочкой не сразу ее обнаружили.

– Вы нашли Ками? – первым делом спросила Зоя. – Когда я провалилась, она забросала дыру и увела преследователей за собой. Вы ее нашли?

Голос девушки дрожал, ее прекрасные волосы спутались, лицо и руки были в мелких порезах и ссадинах, бирюзовое платье местами порвалось и покрылось грязью, очевидно, что сестра пыталась выбраться из ямы самостоятельно, но безуспешно. Мы с Белочкой тревожно переглянулись.

– Наколдуй веревку, – велела младшая сестра. – Направляешь руки вниз и представляешь веревку. Когда ее увидишь, давай команду Зое и вытягивай!

– Так просто? – усомнилась я. Белочка нахмурилась, а я, решив не злить малышку, послушно сделала, как она велела.

– Сосредоточься! – услышала я голос Белочки. – Смотри вниз и представляй!

Где-то я слышала, чтобы любое чудо произошло, нужна вера. Поверить в невероятное было не просто, но я постаралась это сделать, мысленно нарисовала образ веревки, которая извиваясь и искрясь, подобно солнечному лучику, тянется от моих рук вниз в полумрак ямы. Внизу становится светлее, образ веревки приближается к Зое.

Но сестра его не видела. Даже когда кончик аккуратно коснулся руки девушки, когда оплел запястье, а потом полз дальше и стал обматываться вокруг талии.

– Получилось? – спросила Белочка в нетерпении.

Я встрепенулась и вздрогнула, повернувшись к младшей сестре. Ее голос словно вырвал меня из какой-то другой реальности, зрительный контакт с веревкой прервался, но последняя не исчезла, хоть и начала таять. Я снова сконцентрировалась и ухватилась за сияющий луч. В руках и вправду оказалась шероховатая скрученная веревка, но не обычная, а светящаяся, магическая.

– Зоя, приготовься! – крикнула я.

Луч засверкал пуще прежнего, натянулся словно струна, когда я ухватилась за него обеими руками и стала тянуть.

Удивительно, но то ли Зоя была легкая как пушинка, то ли дело в магии, но в считанные секунды сестра оказалась наверху. Зоя принялась обнимать Белочку (последняя даже слезу пустила), а я стояла и завороженно пялилась на свои руки, в которых постепенно мерк луч.

– Теперь ищи Ками! – отвлекла меня Белочка, толкнув в бок. И в любой другой ситуации я бы возмутилась, но не сейчас.

Не скажу, что Ками мне сильно нравилась, но... Я сконцентрировалась на цепочке так же, как делала со скрученным локоном волос. Не требовалось никаких заклинаний и телодвижений, просто, как сказали бы индуисты, – раскрыть чакры. Позволить магии действовать самостоятельно, сделав меня лишь проводником.

– Туда! – уверенно произнесла я, интуитивно выбрав направление и будучи уверенной, что оно верное.

Сестры зашагали следом, Зоя слегка прихрамывала, видимо, повредила ногу при падении, но отказалась тратить на осмотр время. Пока мы шли, Белочка сообщила о том, как обстоят их дела, что смогла вырвать из лап мадам Геллы родителей и Рину, но для этого использовала все припасы. Сестры рассматривали вариант вернуться домой, но вмешиваться в разговор и сообщать, что этого нельзя делать, мне не пришлось, так как они сами прекрасно понимали всю опасность затеи и то, что их дом явно уже захвачен врагом.

– Нужно вернуть родителей, – решительно сказала Зоя и остановилась, чтобы перевести дух. Она замерла и прислушалась, но в лесу было тихо, словно в могиле. – Без порошка мы этого не сделаем, я правильно понимаю?

– Да, без чужого магического вмешательства не разбудить, – сказала Белочка горделиво и в то же время виновато, – я очень сильное заклинание наложила.

– Получается... – сказала Зоя, и сестры дружно посмотрели на меня.

– Нет, она не сможет, она же ничего пока не умеет, мы только-только начали осваивать стихийную магию, – пробормотала Белочка. – Правда, я смогу попробовать... – ее глаза засверкали какой-то идеей, но Зоя пресекла это на корню, сказав:

– Нет!

При этом сделала она это так грубо, что даже мне стало не по себе. А потом Зоя снова стала добродушной диснеевской принцессой, и мы продолжили путь.

Мы просто шли и шли, вслушиваясь в тишину леса и думая о чем-то своем. Внезапно послышался вскрик. Близкий, громкий, короткий, стихший так быстро, что мы даже не поняли, был ли он вообще.

– Ками? – дрогнувшим голосом спросила Зоя, а затем, хромая, побежала предположительно туда, откуда послышался крик. Мы с Белочкой даже отреагировать не успели, как сестра скрылась за деревьями, а через мгновение послышался еще один вскрик, без сомнения, принадлежащий Зое.

– Чего вы все разбегались-то? – через пару секунд раздалось из-за деревьев, где скрылась Зоя. Послышался шорох и, потягиваясь, оттуда вышла еще одна моя знакомая.

– Лира? – спросила я, а девушка в растерянности замерла, прищурив глаза.

– Откуда она знает твое имя? – шепнула вышедшая следом девушка с черными волосами, заплетенными в толстую косу, перекинутую через плечо, – Луна.

– Наверное, Ян сказал, – предположила Лира, мельком оглядев Белочку с головы до ног, а вот на мне задержалась взглядом. – Это ты Алиса?

Прозвучал вопрос немного устрашающе. Признаюсь, в моей реальности Лира производила более дружелюбное впечатление. Сейчас же она сверкнула глазами и враждебно впилась в меня взглядом.

– Тебе повезло, что Ян – мой жених, в противном случае, я не стала бы тебе помогать, но раз он того хочет... – она сморщила нос и, развернувшись, махнула рукой, – идите за мной.

– Такая милашка, – прошептала Белочка.

Не знаю почему, но я практически не удивилась тому, что Ян из этой реальности – жених Лиры. Ну как бы, в моей реальности, не повстречайся мы случайно, она, скорее всего, тоже стала бы его невестой. Типа, оборотням лучше дружить с оборотням, а магам с магами...

И вообще, хватит об этом! Оборотни, маги, феи... Выберусь из западни, спасу Забаву, вернусь домой, найду себе нормального парня и забуду все как страшный сон.

– Вот так! – решила я, глядя на Луну.

Девушка смущенно отвернулась и побежала за Лирой, а мы с Белочкой поплелись следом. Как говорится – через тернии к звездам, так как дорожка оказалась вся заросшая колючим кустарником. Через метров сто мы обнаружили Зою в окружении знакомых мне оборотней – Марики и Азы. Они о чем-то разговаривали, но стоило появиться нам, как туже замолчали и покорно склонили головы перед Лирой.

Далее шли все вместе, пока наконец-то адское царство кустарников не закончилось и не вывело на поляну, где нас уже ждали. Марика, Аза и Луна спешно ретировались, оставив нас наедине с Лирой, которая кивнула каким-то мужчина, и они расступились. За их спинами на земле сидела связанная Ками с кляпом во рту. Зоя ахнула и хотела было бежать к сестре, но мы с Белочкой поспешно схватили ту за руки. Не хватало, чтобы кляпы нашлись и для нас.

– Зачем связали, разве я давал указание? – внезапно раздался за нашими спинами голос Яна, когда тот вышел из-за деревьев, Лира засияла, но парень на нее даже не взглянул.

– Так она кричала и кусалась, – объяснил какой-то мужчина.

– Развязать! – велел Ян и подошел к нам. Опять же минуя взглядом свою невесту, он обратился ко мне. – Хорошо, что догадались, куда идти, я думал, будем вас до ночи искать, в лесу много ловушек... Ладно, немного отдохните, через час выдвигаемся.

– Бешеная! – крикнул какой-то мужчина, когда, освобожденная от пут Ками вскочила на ноги и попыталась его пнуть.

– Где родители и Рина, Гелла их утащила? – спросила сестра, оказавшись возле нас. – Нужно срочно что-то делать!

– Успокойся, они безмятежно дремлют на деревьях в укромном месте, проспят еще лет сто, если не разбудить раньше, но учитывая, что у вас, барышни, с ними отношения напряженные, я бы их не будил, – улыбаясь, заметил Ян. – Отойдем? – обратился он ко мне.

Я не смотрела на Лиру, но ощутила, как та напряглась. Кажется, она видела во мне соперницу или типа того.

– Угу, – нехотя ответила я, а когда парень зашагал в сторону, к сестрам снова подошла Луна и повела их за собой. Мне ничего не оставалось, как последовать за Яном, который оставаться на поляне не стал, а потащился обратно в колючки.

Пыхтя, ойкая и чувствуя за спиной опасность в виде ревнивой Лиры, я пробиралась следом.

– У оборотней превосходный слух, не хочу, чтобы нас услышали, – сообщил он, не останавливаясь и не поворачиваясь, когда мы прошли довольно далеко. Я в очередной раз зацепилась платьем о колючку и поняла, что дальше идти не могу.

– Ты решил меня убить в этой глуши? – спросила я, останавливаясь. – И вообще, мы же можем телепатически общаться, и никто не услышит, – заметила я. – Или забыл?

Ян остановился, не полез дальше, хотя явно планировал. Парень повернулся и взглянул на меня очень странно. Невольно я попятилась, неужели я угадала, и он собирался воспользоваться первым вариантом?! Яна явно позабавила моя реакция, в его глазах сверкнули красные искорки.

– Хочу услышать твою историю, – сообщил он. – От начала до конца и во всех подробностях...

– Прям так и во всех, – прищурилась я.

Перед глазами простерлась деревня, проселочная дорога и наша первая встреча с Яном, как я тут же в него влюбилась, а он пытался заманить меня в лес. А потом гнался за нами с Мирой, мы втроем прыгали с крыши, затем был мучительный поход по полю, мои израненные руки, Ян проявил заботу, принес листьев, которые успокоили боль, а потом отпустил, велел возвращаться домой... Ага, будто я знала, куда именно идти. Казалось, мы расстались навсегда, но снова встретились в замке. Картинка в чулане особенно ярко всплыла в воображении, Ян внезапно хмыкнул и отвернулся. Только сейчас я сообразила, что пока все это себе представляла, мы в упор смотрели друг на друга.

– Подожди-ка... – пробормотала я, чувствуя, как заливаюсь краской. – Ты... Видел то же, что и я?

Неужели мы с Яном вышли на новый уровень отношений? Теперь не только слышали мысли друг друга, но и видели эти самые мысли?!

– Давай с самого начала, – попросил он, садясь на бревно и галантным жестом предлагая мне сесть напротив на пенек, поставленный тут как будто специально для меня. Я шагнула к месту и, элегантно оправив платье, опустилась на жесткий неудобный пень. А затем недовольно вздохнула (до леди мне явно было далеко), все же сползла на землю и, выпрямив спину, скрестила по-турецки ноги.

– Как скажешь, – ответила я.

Признаюсь, мне даже понравилась идея не рассказывать, а показывать. К тому же то, чего я могла стыдиться, Ян и так уже увидел. Парень тоже слез с бревна и сел рядом, так близко, что наши колени соприкоснулись. Внутри все затрепетало, на душе стало радостно от того, что парень близко, но всего на мгновение, так как мой настоящий Ян остался в больнице – измученный и потерянный для меня навсегда.

Не знаю, как много времени мы потратили на наше с ним «общение», но стали сгущаться сумерки. Я выгребла из своего сознания все моменты, которые могла вспомнить, – как из моей настоящей реальности, так и параллельных. Сначала я вспоминала осторожно, боясь подумать о чем-то лишнем, но потом страх куда-то ушел, я полностью доверилась Яну, а он, кажется мне, так как в моем сознании стали всплывать не только картинки из моей жизни, но и чужие – из жизни парня.

Но что я знала о Яне? Да практически ничего, лишь о жестокости отца, о том, что он сбежал с братом, что жизнь была настолько тяжелая, что приходилось прибегать к нечестному заработку, например, похищать людей.

Но этот Ян не жил в замке, не работал на мадам Геллу, а являлся сыном вожака, его все уважали и боялись. Оборотни скрывались в этом мире, потому что в том опаснее, чем здесь. Ян был вполне доволен жизнью, случались приятные моменты и не очень, Лира занимала много его мыслей, но той любви, которую я почувствовала у Яна из прошлой реальности в больнице в отношении Нади, здесь вроде не было. Скорее некая обязанность вынуждала связать себя с девушкой узами брака, а не собственное желание.

– Что вы тут делаете? – раздраженный голос непрошенным гостем ворвался в мое сознание. Я решила было, что он раздался в моей голове, но нет – повернувшись, я увидела пышущую негодованием Лиру. Мало того, что мы с Яном сидели довольно близко друг к другу, так еще держались за руки, ума не приложу, как это случилось. Мы поспешно отпрянули друг от друга, словно дети, попавшиеся на чем-то запрещенном. – Ян? – Лира сверкнула глазами, явно требуя объяснений.

– Ладно, нам пора, – сообщил парень, поднимаясь на ноги.

Я не понимала, откуда у него берется такая выдержка, но парень невозмутимо продолжал игнорировать Лиру. Так же невозмутимо он протянул мне руку. Воздух будто бы наэлектризовался. Я не понимала, зачем он так поступает, – за что-то хочет наказать Лиру, заставив ревновать, или испытать на крепость меня. Так или иначе, было очевидно, что они в ссоре и, по всей видимости, мириться пока парень не собирался.

Я уставилась на его руку, решив отказаться, но Ян словно прочел мои мысли (что не удивительно) и поднял меня, ухватив за локоть. Я ойкнула, ойкнула и Лира, хрустнув пальцами и сжав кулаки. Интересно, она бросилась бы на меня в присутствии своего жениха? Парень был спокоен как удав, продолжая демонстрировать в отношении Лиры полное безразличие, а я... «Главное не поворачиваться к ней спиной!» – думала я, следуя за Яном.

Мы возвращались колючей тропой, вот только сейчас требовалось идти вдвойне осторожнее. Даже не знаю, почему я вдруг так сильно распереживалась из-за Лиры, не убьет же она меня...

Я не хотела держаться за руку Яна, хоть так идти было гораздо удобнее, и вырвала свою руку. Парень хмыкнул, его взгляд мельком скользнул туда, где шла Лира. Я ощутила себя словно между двух огней, даже воздух стал очень горячим, как при пожаре, показалось, что даже дымом потянуло.

– Что это? – внезапно воскликнула девушка и бросилась вперед, ломая колючки.

Ян на мгновение замер, после чего побежал следом, но меня не забыл, крикнув, чтобы я не отставала. Впрочем, ломать колючие ветки с такой же легкостью, как это делали оборотни, у меня не получалось, поэтому Лира и Ян довольно быстро скрылись из виду, а я осталась.

Все-таки пожар мне не показался – он был настоящим. Темнеющее небо стало краснеть, пламя моментально перекидывалось с одного дерева на другое, заставляя их вспыхивать словно спички. Сухие ветки и трава трещали, лес качался и хрипел, мучимый агонией. Я чувствовала его боль, слышала голоса и крики, которые, к слову, принадлежали вовсе не оборотням, а тем, кто плотно засел в моей голове, – белым колдунам.

Женщины просили о помощи, дети плакали и звали родителей, мужчины понимали, что они погибают, но продолжали бороться. Я чувствовала некую безысходность, как смерть приближалась и забирала одного за другим.

– Пожалуйста, хватит! – я схватилась за голову, когда выносить звучащие в голове голоса умирающих людей было невозможно. Я остановилась и рухнула на колени. Казалось бы, физически я была здорова, но боль проникла в каждую клеточку моего организма.

«Они не остановятся, пока не избавятся от каждого!» – прошептал голос в моей голове.

– Хватит! – взмолилась я.

«Борись!» – голос прозвучал тише, я ниже опустилась к земле, практически касаясь щекой земли.

Боль стала затихать, а вместе с ней и голоса, которым я не могла помочь. Это было лишь ужасное воспоминание прошлого, но почему его видела я? Потому что являлась родственницей кого-то из колдунов, кому удалось выжить?!

– Не остановятся, пока не избавятся от каждого, – прошептала я и подняла голову, поняв, что кругом стало очень тихо.

Удивилась ли я тому, что сижу на земле в лесу, где нет никакого пожара, а лучи солнца радостно пробираются через кроны деревьев. Беззаботно щебечут птицы, грызуны копошатся в листве, неподалеку журчит ручей. Сзади послышались шаги, и я резко обернулась. И я была готова к чему угодно, но только не к тому, чтобы увидеть этого человека.

– Дедушка? – пробормотала я удивленно, но дед не только не ответил, он даже меня не увидел, продолжая путь. Он тревожно оглядывался по сторонам, но шел так, словно знал, куда ему нужно. При этом я отметила, что одет он был так же, как и в тот день, когда ушел за сбежавшей со двора скотиной.

«А вдруг это и был тот самый день?» – осенило меня. Подобная мысль весьма взбудоражила и, поднявшись на ноги и подхватив юбки, я бросилась за дедом.

На его месте я давно бы заблудилась. К тому же это был страшный лес, который в деревне все избегали. Неужели эти запреты и страшные истории были для отвода глаз, а на самом деле старики что-то знали? «Куда же ты идешь, дедушка?» – думала я, глядя ему в спину.

Мы все шли, шли, шли... Я предпринимала несколько попыток позвать деда, но они оказались тщетными. Похоже, для него была невидимым призраком или чем-то типа того.

Наконец мы остановились.

– Ну привет, как же давно мы не виделись!.. – обратился дед к кому-то, но напротив него находилось только огромное иссохшее дерево с дуплом посередине.

Данное дерево, пожалуй, единственное, выделялось из всех других. На нем не было ни единого листочка, все ветки – сухие, цвет ствола – темный, словно сгоревший. Обычно такие деревья срубают, ведь они мертвы, к тому же неизвестно, какая болезнь их убила, не передастся ли остальным здоровым растениям?!

Но в этом огромном лесу, куда никто не ходил, дерево некому было срубить. Я снова хотела позвать деда, но на этот раз не только он меня не услышал, но и я сама беззвучно зашевелила губами. Признаюсь, стало немного страшно, я обхватила горло руками, напряглась, предприняла еще попытки, но тщетно...

– Дедушка... – в отчаянии позвала я. И не было надежды, что он услышит, как дедушка слегка повернул голову и посмотрел на меня, точнее сквозь меня. Такой близкий, но такой далекий...

Убедиться, что рядом никого нет (ужасно быть невидимым призраком, хотя видимым тоже не лучше), ему понадобилось несколько секунд, после чего он снова взглянул на дерево. По лицу дедушки пробежала еле заметная тень, будто он о чем-то вспомнил, и это его взволновало. Он замер, но тут из дупла послышался приглушенный, но весьма отчетливый кашель.

– Ладно, иду я, иду! – сказал дедушка и ухватился за сучья. Только сейчас я заметила, что они были расположены подобно лестнице, ведущей наверх, – к самому дуплу.

Дедушке потребовалось несколько секунд, чтобы скрыться в зияющей черной дыре дупла, а мне не меньше минуты, чтобы понять, что произошло. Он просто нырнул внутрь дерева и исчез. Неужели это дерево...

– Портал? – спросила я и сделала неуверенный шаг к дереву.

«А ты это куда собралась? Тебе туда нельзя!» – внезапно произнес довольно строгий голос, прозвучавший в моей голове. Как Алиса в стране чудес, я была готова залезть в какую-то непонятную дыру. Хм, стоит ли повторять историю?

«Кто здесь?» – спросила я.

Неподалеку зашевелились кусты, но я не испугалась. Даже когда увидела среди веток два страшных красных горящих глаза.

«Монстр!» – мелькнула в голове мысль, и я вспомнила, как мы уже как-то сломя голову улепетывали с Мирой, завидев в лесу похожий взгляд. То был Ян, и мое сердце болезненно сжалось... Нет, красными глазами меня больше не напугать. Я смело шагнула к кустам.

«Стой, не подходи!» – раздался все тот же суровый, но теперь уже слегка растерянный голос. Видимо, монстр не ожидал, что я решусь к нему подойти, да еще смело раздвинуть кусты. И только я это сделала, как увидела пушистый хвост уносящего лапы белого кролика.

«Серьезно?» – ахнула я и бросилась за беглецом.

Ох, хоть я и не Алиса из той самой страны, а совершенно другая Алиса, но все же некое дежавю испытала. Впрочем, в отличие от меня, та Алиса долго не могла догнать кролика, а я настигла его довольно быстро и за уши подняла вверх.

«Ай-яй-яй!» – залепетал панический голосок в моей голове. Всю суровость в голосе как рукой сняло, кролик дрыгал лапками, словно находился не в воздухе, а бежал по земле. – «Пусти-пусти-пусти!»

«Ты кто еще такой?» – спросила я мысленно и строго добавила: – «Не перестанешь дергаться, станешь моей новой шапкой!»

На самом деле, я никогда бы не стала носить на себе мех живого существа, зная, что тот отдал за это свою жизнь, но мои слова подействовали, зверек обмяк, последний раз дрыгнув лапкой.

«Хорошо, я успокоился!» – ответил кролик, возвращая в голос прежнюю суровость. – «Предупреждаю, дева, если не отпустишь...»

«Или варежки лучше шапки?..» – задумчиво протянула я. Кролик пискнул, а я почти таким же суровым голосом, как и у него, продолжила: – «Кто такой и зачем за мной следил?»

«Это мой лес, за кем хочу, за тем и слежу!» – ответил зверек и, шевельнув миниатюрным носиком, чихнул.

«Будь здоров», – сказала я ему. – «Хорошо, кролик, раз твой лес, скажи, куда делся мой дедушка и... Что это за дерево?»

Кролик пару раз дрыгнул лапками, а потом попытался отвернуть от меня мордочку. Но ведь его уши были в моей руке, и это я руководила, куда ему поворачиваться.

«Хорошо, отпустишь, скажу!» – наконец изрек кролик.

«Ага, или удерешь!» – заметила я, хватая его за спинку другой рукой.

«Не удеру», – пробормотал он. – «Даю слово духа леса!»

«Какого еще духа?» – недоверчиво переспросила я.

Кто это вообще? Еще одно мифическое волшебное существо или же просто красивое словцо? Кажется, этот кролик был хитер и просто заговаривал мне зубы.

«Мое слово!» – прошептал он недовольно, а так как я удивленно на него смотрела, пояснил: – «Я и есть дух леса!»

Я не сразу въехала в смысл произнесенной фразы, а как до меня дошло, то просто не смогла сдержаться, чтобы не засмеяться. Кролик, обескураженный моей реакцией, качнулся и попытался укусить меня за руку. Я среагировала раньше, чем его зубки коснулись моего пальца, и шлепнула зверька по пушистому хвостику.

«Но разве... дух леса не должен выглядеть немного, хм... иначе?» – спросила я, не переставая смеяться.

«Ты вообще не должна была меня ловить, а испугаться и убежать!» – ответил он, снова задрыгав лапками и пытаясь вырваться. – «Да я тебя... я тебя...»

«Что ты, маленький, не нервничай так!» – усмехнулась я.

«Ты даже не представляешь, с кем связалась!» – воскликнул он. Дух леса явно собирался произнести это строго, но получилось протяжно и отчаянно. – «Ведьма!»

«А ты кролик!» – я сразу же перестала смеяться. – «Лучше уж быть ведьмой, по крайней мере, я могу превратить тебя в шляпу!»

«Ах ты...» – заговорил кролик, но досказать мысль не успел.

Точнее я больше ничего не услышала, так как внезапно закружилась голова, лес поплыл перед глазами, все завертелось, словно я находилась в центре карусели, а в следующий миг уже сидела на холодном полу в каком-то мрачном помещении, похожем на подвал.

Глава восьмая. НЕПРАВИЛЬНАЯ МАГИЯ

Было холодно и довольно страшно. Я сидела на каменном полу со связанными за спиной руками, которые успели прилично затечь. И сколько я так сидела? Что вообще произошло?

Я напрягла память, голова жутко раскалывалась, и что это была за реальность. Ах да, не тут ли я получила сотрясение мозга оттого, что упала с лестницы?! А потом мою лучшую подругу (которая меня не помнила) серьезно ранили, а парень, в которого я была влюблена, больше меня не любил...

Все-таки нужно было оставаться в больнице и залечивать раны, вместо того, чтобы впутываться в новые неприятности. Я застонала и всмотрелась во мрак помещения, похожего на подвал.

У самого потолка располагалось крохотное окошко, через которое сочился слабый свет, позволяя рассмотреть помещение, больше похожее на тюремную камеру. У стены стояла узкая кушетка и, пожалуй, это была вся мебель. Металлическая решетка высотой от пола до потолка, за которой я оказалась, представляла собой жутковатое зрелище.

И тут сверху весьма отчетливо послышались чьи-то голоса, я отползла к решетке и увидела приоткрытую дверь, практически сливающуюся со стеной. Но выбраться, учитывая, что на решетке висит огромный замок, дотянуться до которого, я была не в состоянии даже бы при наличии ключа, представлялось невозможным.

– Я все равно не понимаю, почему ее нельзя бросить к той девчонке? – спросил грубоватый мужской голос.

– Приказ есть приказ! – строго отрезал второй. – Ты сам мозгами пораскинь – окажутся рядом, как пить дать сбегут.

– Но ведь обе в отключке, в них же лошадиную дозу снотворного вкололи! – продолжал недоумевать первый.

– Слушай, не беси меня, сказали разделить, значит нужно разделить! – последовал раздраженный ответ, а затем послышался весьма тяжелый вздох, после которого последовали грузные шаги. Я, успевшая подползти к решетке, поползла на прежнее место и, закрыв глаза, замерла.

Я боялась открыть глаза и себя выдать, тем самым дав понять, что действие снотворного прошло, но во мне словно третий глаз открылся. Я отчетливо чувствовала, как человек спустился с лестницы, толкнул дверь, вошел в помещение и приблизился к решетке, принявшись буравить меня взглядом. Чтобы оставаться неподвижной, мне требовалось неимоверных усилий.

– Жрать охота! – внезапно крикнул он, да так громко и внезапно, что я чуть не подпрыгнула на месте, а он все так же громко продолжал: – Они обе продрыхнут еще несколько часов, я отбегу на полчасика, посидишь с ними? Эй, ты меня слы... – его отдаляющиеся шаги внезапно прервались, как и оборвалась на полуслове фраза. Что-то с грохотом повалилось на пол, и тут я все же не выдержала и открыла глаза.

В проходе на лестнице во мраке стоял силуэт и, по всей видимости, смотрел на меня. Грузный мужчина лежал на полу и не двигался. Фигура спешно спустилась и приблизилась к решетке.

– Лия?! – пробормотала я, узнав приятельницу.

Сложно было передать словами, как я была рада увидеть эту противную фею, она в ответ хрустнула пальцами и прикоснулась к решетке, которая слегка завибрировала. Что-то в огромном амбарном замке щелкнуло, и через мгновение Офелия распахнула дверцу.

– Ох, как же я скучала по магии, – воскликнула фея. – Чего сидим, кого ждем? – обратилась она ко мне.

– Развяжешь? – спросила я, с трудом пытаясь встать на ноги. Офелия лукаво улыбнулась, словно придумала какую-то остроту, но, видимо, не придумала, поэтому просто подошла и избавила меня от веревки.

– Не благодари, – добавила она, когда путы упали на пол, и я принялась разминать руки. – Ладно, уходим... Эй, а меня подождать?

Я первой спешно прошла темную комнату от решетки до лестницы, опасливо посмотрела наверх и поторопилась подняться. Я превратилась в большой комок нервов, ждала, что сейчас распахну дверь, ведущую из подвала, и на меня тут же набросятся все, кому не лень – люди, маги, собаки, оборотни... Но, открыв дверь и выйдя в светлое просторное помещение, я не встретила никакого сопротивления, кроме яркого света. Кругом царила гробовая тишина – ни одной живой души, если не считать рыбок в аквариуме.

– Валим! – шепнула фея, когда я, жмурясь от света, замерла в проходе.

Приятельница на цыпочках побежала дальше – к входной двери, прямо-таки манящей к себе, как у этой самой двери внезапно дернулась ручка, затем раздалась оглушительная трель звонка, а уже потом последовал грубый мужской голос:

– Открывайте живее, я еще одну жертву притащил!

Я метнулась в сторону, приметив удачно расположенный огромный диван, а за ним торчащие ноги мужчины, которого оглушила фея.

– Ты чего делаешь? – ахнула я, когда Офелия, тоже решившая метнуться было в сторону другой комнаты, вернулась к двери, чтобы ее отпереть. – Даже не думай!

– Мы не жертвы, ясно! – шепнула она и повернула замок.

Я юркнула за диван, подвигая мужчину так, чтобы его ноги не бросались в глаза, и замерла. Офелия, видимо, тоже успела спрятаться. Раздались грузные шаги, недовольные вздохи, все тот же голос:

– Эй, верзилы, вы что в прятки решили поиграть? А ну идите сюда!

Диван, за которым я пряталась, двинулся, словно на него сели, а потом шаги застучали в направлении лестницы, ведущей в подвал. Я вспомнила, что не закрыла за собой дверь, жалеть об этом не стала, так как мужчина снова окликнул своих приятелей, а потом с шумом покатился вниз по ступенькам. Я выглянула из-за дивана как раз в тот момент, когда Офелия запирала за ним дверь.

– Ты сумасшедшая? – гневно зашептала я. – А если бы он нас схватил?

– Знаешь ее? – Офелия пропустила мои слова мимо ушей и указала на диван. Я не сразу поняла, о чем, точнее, о ком она говорит, а потом увидела неподвижное тело девушки, чьи золотистые волосы разметались по подушкам. Ее грудь равномерно поднималась и опускалась, фея подошла ближе и хрустнула пальцами, сообщив: – Могу разбудить.

Внутри у меня будто бы все перевернулось, когда в девушке я узнала Миру. Но не ту Миру, которую помнила, а другую – измученную, бледную, в ссадинах и кровоподтеках. Некогда красивые губы потрескались, на лице залегли темные тени, одежда местами порвалась, руки и ноги были крепко связаны, оставляя на коже раны.

– Буди же! – сказала я, так как Офелия не торопилась этого делать, ожидая моей команды.

Я же принялась развязывать Миру и только-только сдернула с рук веревку, как старая знакомая очнулась, словно в припадке замахала руками и заехала кулаком мне прямо по лицу.

Признаться, я так привыкла к перемещениям, что была к этому уже готова и довольно быстро перестроилась. Оглядевшись и поняв, что вернулась к Тихону, а сам парень и Надя бегают вокруг меня словно встревоженные наседки и суют мне под нос какие-то пахучие снадобья, я отмахнулась от ребят и подкатила свой стол к одному из мониторов. С весьма серьезным видом я стала всматриваться в городскую улочку, по которой сновали разные волшебные существа.

– Все хорошо? – донесся до меня голос парня.

– Лучше не бывает! – ответила я, застучав пальцами по клавиатуре, обнаружив кнопку переключения с одной панорамы на другую. Камеры затрагивали не только замок и город, но и весь волшебный мир, даже те места, где не было людей, а находилось голое голубое поле, по которому изредка пролетала какая-нибудь необычная птица или проскакивал мимо зверек.

Тихон и Надя вначале тревожно наблюдали за мной со стороны, а через какое-то время парень принялся расхаживать между рядами, уверяя, что мне не следует тратить время, что я ничего нового там не увижу. Я понимала, что он прав, Забава в беде, и для нее важна каждая минута, но при этом упорно делала вид, что не слышу и не вижу приятеля, пытаясь сосредоточиться и понять наконец-то как выбираться из этого замкнутого круга.

– Что ты предлагаешь? – через какое-то время я все же резко развернулась к Тихону. – Меня достали эти реальности, понимаешь?! Только-только я, казалось бы, начинаю что-то делать, приближаться к цели, как меня отбрасывает назад, а потом нужно начинать все сначала!

– Так и должно быть! – заверил парень, присаживаясь на соседний стул. – Если бы было все так просто, то никто бы не боялся магии фей. Ты еще держишься хорошо... Я правильно понял, что ты снова переместилась? Где ты была? Что-то произошло? – он придвинулся ближе.

Учитывая, что ранее я ему не рассказывала про свои насыщенные похождения по реальностям, решила посвятить в некие подробности дела. Парень лучше во всем этом разбирался и быстрее мог решить головоломку.

– Ты видела Германа? – ахнул он, когда я упомянула, что в одной реальности работала на мадам Геллу, причем вместе с Германом. – Он жив?

– Был жив, – кивнула я, удивившись столь пылкой реакции со стороны Тихона. – Слушай, а где настоящий Герман, ну не из той реальности. Почему его с тобой нет?

Парень помрачнел, а до меня потихоньку начало доходить. А вдруг...

– Герман пропал, я не знаю, что с ним стряслось, – ответил парень не своим, а каким-то механическим, натянутым словно струна, голосом. Было видно, что тема для него болезненна, но замалчивать он ее не собирался. – Я больше не вижу его на мониторах, а это значит только одно... Но мы изначально прекрасно понимали, что все может плохо закончиться, знали, на что идем. Его смерть не станет напрасной...

– Он мог не погибнуть, а просто переместиться! – сообщила я. – И забыть все то, что было раньше, как это сделал Ян. Ян не погиб, я точно это знаю, Офелия намудрила что-то со временем, и теперь парень, которого я люблю больше жизни, влюблен в мою лучшую подругу и встречается с ней полгода... – я бросила взгляд на моментально замершую в сторонке, словно напуганный зверек, Надю. – Это фигово.

– Думаешь?! – радостно воскликнул Тихон и, вскочив на ноги, побежал к выходу. Ясное дело, мои любовные дела его мало волновали, а вот услышав о том, что я видела Германа, будто бы воспрянул духом – стал прежним жизнерадостным пареньком с живыми блестящими глазами, румяными щеками и добродушной улыбкой. Его брат не умер, а жив, что могло бы быть лучше?

Я вначале решила, что он собирался убегать спасать брата, но у входа остановился около миниатюрной пальмы и принялся возле нее вертеться. А через минуту он бросился к другой и так по кругу, пока не обошел все. Мы с Надей с интересом за ним наблюдали.

– Есть способ как тебе перемещаться по реальностям самостоятельно, должно получиться, – он протянул мне руку.

– Как? – спросила я, и ко мне на ладонь опустились несколько зеленых миниатюрных листиков пальмы, похожих больше на лепестки. Всего пять штучек. – Сама смогу выбирать реальность?

– Да, но это не главное – главное, что ты можешь оттуда что-то перенести. Кладешь листик в рот и концентрируешься. А эта реальность будет якорем, куда ты сможешь вернуться, выплюнув листик. При этом можешь прихватить что-то с собой или кого-то. Всего одну вещь... или человека. Один листик – одно перемещение, понятно?

– То есть... – я перетерла в пальцах листики. – Не считая этой, останутся четыре реальности, и из каждой я заберу по важной вещи...

– Как по заказу, правда? – улыбнулся Тихон. – А пятый листик на моего брата, – парень схватил меня за руку и крепко сжал. – Алиса, прошу, только ты можешь ему помочь. Если бы я смог переместиться куда-то еще, – он развел руками, указывая на помещение. – Но я не могу. Только ты сможешь его спасти. Из рассказа я понял, что главное – найти птицу, она приведет тебя к порталу. Если это мой Герман, то стоит ему попасть в волшебный мир, как память вернется, а если не он... В любом случае плохо никому ты не сделаешь, магия просто не сработает, если та реальность его, он не сможет ее покинуть, а мы с тобой обязательно снова встретимся, но уже в нашей реальности, Герман тебе поможет, он... – глаза Тихона засверкали. – Он проведет тебя через страну фей, тебе не понадобится Офелия, понимаешь?!

– Но... – я подумала про Яна, про то, что могла бы вернуть его. Разлучив с Надей, конечно, но ведь когда к нему вернется память, все станет хорошо. Он исчезнет из той реальности, вернется в свою настоящую, но... забудет ли про него Надя.

– Ты же не хотела, чтобы Офелия пострадала, – мягко добавил Тихон. – Она сможет остаться в реальности, которую выбрала...

– И мне не придется тратить на нее листик? – спросила я взволнованно. – Я смогу его использовать на что-то другое? Вытащить Яна, например? – выпалила я вслух.

– Да! – закивал Тихон, крепче сжимая мои руки.

Меня разрывали противоречащие чувства, с одной стороны все складывалось более чем удачно, я могла вернуть и Германа, и Яна, а с другой...

– Но ведь я еще точно не знаю, что именно должна перетащить из другой реальности, – задумчиво прошептала я.

– Тогда не трать зря листики, – кивнул Тихон. – Воспользуешься ими, когда точно будешь уверена. Разумеется, Германа нужно оставить на последнее, когда уже точно будет ясно, где именно вход в портал, чтобы вы переместились сразу в наш мир, а этот оборотень Ян... Ты уверена, что... – парень замялся, не решаясь произнести то, что планировал, но я его прекрасно поняла – ведьма и оборотень не лучший союз.

– Уверена, – кивнула я.

– Ребята, а когда мы сможем вернуть Алису? – подала голос Надя. – Ну, мою Алису?!

– Как только Алиса, – Тихон указал на меня, – вернется к себе, вернутся и все остальные. Возможно, даже все, кто с тобой встречался, забудут о том, что здесь творилось, но я в этом стопроцентно не уверен. Время покажет.

– Я бы хотела все запомнить! – скромно улыбнулась Надя. – Такое необычное приключение – будет, о чем рассказать внукам.

– Если выживем, – согласилась я мрачно. Планировала подумать об этом, но слова вырвались вслух и звенящим отголоском повисли в воздухе. Надя передернула плечами, а Тихон уверенно произнес:

– Обязательно выживем! Так, что вам понадобится в дорогу? Еда, деньги?

– Деньги и телефон пришлись бы кстати, – сказала я.

– Понял! – кивнул парень.

Минут через пятнадцать мы с Надей возвращались через пустыри с полными карманами денег и планом дальнейших действий. Сыроватым планом, без особой конкретики, но имели то, что имели. При этом у каждой из нас было по новенькому смартфону, подключенному к интернету.

Всю дорогу я сжимала пальцами магические листики миниатюрных пальм, найдя их весьма приятными на ощупь. Более того, поглаживая их, я будто бы успокаивалась, словно гладила урчащего кота. Может быть, в этом проявлялось еще одно магическое свойство?! Или все зависело от самовнушения, и с листиками априори я чувствовала себя сильнее и ближе на несколько шагов к цели.

Итак, данная реальность являлась для меня якорем, здесь должен был открыться портал, к которому меня приведет пропавшая черная птица. Впрочем, для начала, прежде чем искать птицу, следовало забрать что-то из остальных реальностей. Пока я была уверена только в кулоне, который, по всей видимости, скрывался в реальности, где находились сестры. Там же оставался и Герман, вернув которого я убила бы сразу дух зайцев – осчастливила Тихона и Офелию. Первым вновь обрел бы пропавшего брата, а последняя не стала бы рисковать, возвращаясь в волшебный мир, где ее не ждало ничего хорошего.

Конечно, была вероятность, что встреченный мной Герман ненастоящий, в таком случае перенести его не получится, и я только зря использую листик. Но рискнуть все же стоило, да и верила я в то, что Герман жив, нежели мертв, куда сильнее.

В любом случае, Германа и дятла следовало оставить напоследок, а пока разобраться с остальными реальностями, ведь не случайно же они вообще для меня существовали... Каждая из них пыталась донести что-то важное, но что именно? В общем, мне следовало переместиться и все выяснить, но вот загвоздка – каким образом?

– Что будем делать? – подала голос Надя, когда мы в задумчивом молчании минули территорию пустырей и вышли к границе города. Ночь перетекла в мрачноватое сонное утро, где по улицам спешили на работу люди. От недавней страшной бури, явно вызванной магической силой, остались лишь сугробы. – Вернемся в клинику?.. Метель закончилась, сейчас уже светло, скорее всего... мы перепутали что-то... – добавила она весьма неуверенным голосом. Наверное, подруге было легче верить в то, что мы просто перепутали дом, хоть она и понимала, что это не так.

Мне не хотелось, чтобы подруга пострадала, по-хорошему ее следовало отправить домой и не впутывать во все это, но Надя слишком много знала. Да и, кажется, сама была не против во что-нибудь впутаться, она прямо-таки рвалась в бой, чтобы спасти свою подругу. По крайней мере, смотрела на меня весьма смело.

– Ладно... – вздохнула я, остановившись возле заборчика. Через несколько метров начиналась трасса, за которой простирался город, с поджидающей на каждом шагу опасностью. – Ладно, – повторила я, – Мне нужно переместиться отсюда.

– Хорошо, – спокойно сказала Надя, словно речь шла о чем-то банальном.

– Но я могу это сделать, если кто-то... – я приблизилась к подруге. – Ударь меня. Только тогда я смогу поменять реальность.

– Что? – Надя отступила назад. – В смысле ударить? Нет, я не стану этого делать, за кого ты меня принимаешь?

– Нас ищут, вопрос времени, когда это случится... – я прикусила губу. – Нужно торопиться! Бей! – велела я и зажмурилась, приготовившись получить затрещину по щеке, но Надя попятилась дальше.

– Я не могу! – воскликнула она. – Что вообще за варварский способ, разве ты не можешь переместиться магическим способом?

– Так это и есть магический способ! – сообщила я. – Давай, Надя, я сама себе вредить не могу, нужна сила извне... – мой взгляд упал на одинокий металлический гараж-ракушку, расположенный в нескольких метрах от нас. А ведь я падала с лестницы, спотыкалась на ровном месте, меня били по голове рюкзаком и усыпляли снотворным. Я взглянула на непоколебимую подругу и, махнув рукой, захрустела по снегу к гаражу.

Главное, чтобы все получилось внезапно. Шла-шла и оступилась...

– Но неужели нет других способов? – воскликнула Надя виновато, побежав за мной. – Магия такой быть не должна, тебе не кажется, что это какая-то... неправильная магия?

– Возможно, – отозвалась я, думая про себя, что моя жизнь вообще неправильная.

И куда делись те времена, когда я считала жизнь скучной? Кажется, такого просто быть не могло, я, с детства наотрез отказывающаяся верить в сказки, в итоге не просто оказалась в одной из них, но и стала одним из главных персонажей.

Я принялась карабкаться по обледеневшей ракушке и, как оказалось, сделать это было не так уж и просто.

– Ну что ты делаешь? – спросила Надя. – Упадешь же!

– Так мне и нужно... – договорить я не успела, так как одна нога соскользнула, а вторая, стоящая вроде бы крепко, видимо, из солидарности решила последовать за соседкой. Вообще я планировала прыгнуть с ракушки, но ничего, так даже внезапнее получилось. Пальцы инстинктивно попытались за что-то ухватиться, но нащупали только воздух.

Что значит неправильная магия? Когда я поняла, что перемещаюсь, то спешно сконцентрировалась на реальности с сестрами, но вместо этого попала не в лес, а в воду.

Я плавно опускалась все ниже и ниже, глядя как сверху рябит вода, как лучи солнца прорезают прозрачную как стекло гладь. Мои глаза были широко открыты, я не смогла задержать дыхание, и теперь легкие стремительно заполнялась водой. Чувствуя себя раздувшейся губкой, я понимала, что это конец, что вот-вот захлебнусь и больше ничего не увижу.

Инстинкт самосохранения почему-то не сработал, не заставил тело бороться, попытаться всплыть, видимо, решил, что это бесполезно. Я тонула, опускаясь все глубже и глубже, а томительные секунды перед концом казались бесконечными.

Но тут что-то ударило меня в спину и перевернуло на бок. Передо мной была огромная стена подводной скалы, а в ней виднелась расщелина, слабо подсвеченная золотистым слегка мерцающим светом, словно в ней горели свечи, колеблемые ветром.

Неизвестная сила толкнула меня прямо на скалу, и на полной скорости я устремилась туда. Скала приближалась, расщелина была крохотной, и попасть в нее казалось нереальным. Я мчалась на полной скорости, словно шарик, из которого выпустили воздух. «Сейчас я превращусь в лепешку!» – возникла в голове весьма неутешительная мысль и с неимоверным усилием я все же сумела закрыть глаза.

Но даже через закрытые глаза меня ослепила яркая вспышка, а потом, кашляя, я упала на траву.

Дышать оказалось больно, на свежий воздух рассчитывать не пришлось, мои легкие заполнила ядовитая гарь от пожара. Я все-таки переместилась в лес и, похоже, в самую гущу огня, даже не знаю, что было хуже – утонуть или заживо сгореть. Согнувшись на земле, я безудержно кашляла, надрывая легкие и сжимая руками траву, к которой подступало пламя. Еще чуть-чуть, и оно коснулась бы моей руки, но кто-то схватил меня за талию и резко поднял на ноги.

– Ты чего расселась? Уходим! –встревоженный голос Яна раздался прямо над ухом, а через мгновение парень потянул меня за руку, схватившись так крепко, что просто не оставил выбора, как последовать за ним.

Ян каким-то чудесным образом чувствовал, куда следует бежать, чтобы не оказаться в кольце огня. Именно чувствовал, а не видел, так как разглядеть что-то в густом черном дыме было нереально. Довольно быстро мы выбрались из самого эпицентра, где на полянке переводили дыхание другие спасшиеся из огня.

Я оглянулась, увидев, как над верхушками деревьев клубится дым, как оранжевое пламя, подобно стае белок, перекидывается с одной ветки на другую.

– Нужно бежать дальше! – Ян настойчиво потянул меня за руку.

– Беллы нигде нет! – тяжело дыша, к нам подбежала Зоя – чумазая, растрепанная и напуганная. Она принялась заламывать руки, переводя панический взгляд с меня на Яна.

– Когда ты видела ее в последний раз? – спросил парень настолько спокойным голосом, что Зоя тут же перестала трястись словно осиновый лист и как можно спокойнее ответила:

– Пару минут назад в лесу, она бежала за нами с Ками вон там... – и указала в сторону.

– Ждите здесь, – велел Ян и, отпустив мою руку, направился в указанном направлении.

Ками металась по полянке и безуспешно звала младшую сестру.

– Ничего, он ее найдет... – заговорила Зоя, снова задрожав, – Стой, нам же велели ждать!

– Жди! – не оглядываясь, ответила я и побежала, так сказать, по горячим следам.

Ян не мог далеко уйти, я забежала за деревья, окликнув парня, уверенная, что мы сейчас с ним столкнемся, но вместо этого прямо передо мной выскочила оскалившаяся огромная собака.

Животное среагировало быстрее и, клацнув зубами, сделало прыжок, но вцепиться в меня своими страшными зубами не успело, как его сбил с ног черный оборотень. Послышалось грозное рычание, пес сцепился с Яном, завертевшись по земле, а я оторопело замерла на месте, не зная чем помочь. И ведь так бы столбом и осталась стоять, если бы не услышала крик. Сначала совсем короткий, будто бы нереальный, но затем более громкий, пронзительный и звонкий. Сомнений быть не могло (по крайней мере, для меня), что кричала Белочка. Не раздумывая, я бросилась туда – обратно в самую непроглядную дымку, надеясь, наверное, на чудо.

– Белла! – закричала я, спешно ломясь через пылающие деревья.

– Ах ты, маленькая дрянь! – раздалось в ответ, а после этого послышался громкий хлопок. Я сменила направление (шум был совсем близко) и выскочила на небольшую полянку, где застала картину, как мадам Гелла тянет за ногу Белочку, карабкающуюся на дерево. – А ну иди сюда!

Девочка хваталась за ветки из последних сил, но понятное дело, что мадам Гелла была сильнее, более того, она ведь обладала магией. Скорее всего, о последнем женщина сейчас и вспомнила. Отпустив ногу малышки, она свела руки, явно намереваясь сотворить какое-то заклинание, но в этот момент я запрыгнула на спину злобной тетки, повалив ту на землю.

– Беги отсюда! – крикнула я, прижимая мадам Геллу к земле и впервые в жизни мечтая стать как можно тяжелее. Белочка затравленно огляделась, затем спрыгнула с дерева и бросилась наутек.

– Так... значит... – прохрипела (нет, скорее проревела) мадам Гелла и рывком стряхнула меня с себя. – Предвидела подобное, чувствовала, что решишь предать и меня!

Последнее слово прозвучало так, словно мадам Гелла мнила себя владычицей всея Земли, не иначе. Она поднялась на ноги, выпрямила плечи, вскинула голову и развела в стороны руки. Вокруг нее сильнее заклубился дым – более черный и тягучий, нежели от пламени пожара. Словно строптивый конь дым зафыркал и нехотя, словно через силу, двинулся на меня.

Все это происходило довольно неспешно, по сути, я могла бы вскочить на ноги и броситься наутек (да, так и следовало поступить), но почему-то этого не сделала, словно подпав под чары гипноза.

«Ноги уноси!» – шепнул в голове голос, явно поддавшийся панике. А дым все клубился и клубился, подступая ближе.

– Давай же быстрее! – не без раздражения в голосе рявкнула мадам Гелла, и тут я поняла, что что-то шло не по ее плану. Женщина управляла дымом, который не случайно показался мне строптивым конем, он действительно через силу ко мне подступаясь, словно чего-то боялся, как будто ему противостояла другая сила. Моя неправильная магия?

Мотнув головой, будто бы смахивая с себя некий ступор, я поднялась на ноги и выставила перед собой руки. Дым тут же замер, а мадам Гелла засмеялась.

– Что ты хочешь сделать? – спросила она, скривившись. – Забыла, что отдала свою силу сестре, а та, между прочим, заключила сделку со мной. Да-да, обвела вас всех вокруг пальца. Ты думала, что спасаешь любимого, но в итоге потеряла! А эта дурочка захотела всего и сразу, поверила моим обещаниям и очень даже зря! Удивительно даже – обе сестры и обе предательницы, кто бы мог подумать?! И хоть твои мотивы были благороднее, это уже не имеет никакого значения. Когда Сабрина умрет, ее сила полностью перейдет ко мне, я даже сейчас ее чувствую, такая мощь!.. Я уже запечатала портал, отсюда никто не выберется, только я смогу его открыть, – она приложила руку к груди, и слабое мерцание подсветило клубящийся дым, – вопрос времени, как скоро я со всеми вами расправлюсь. Вот и все, я достигла того, что всегда хотела – стала обладательницей самой великой мощи в мире, но чтобы закрепить успех, осталось лишь вернуть мой кулон!

– Он не твой и никогда твоим не был! – прокричала я, поддавшись внезапному порыву. – Ты воровка, ты его украла у Королевы фей!

Я ждала, что мадам Гелла разозлится из-за моего выпада, но она лишь хмыкнула и спокойно ответила:

– И что с того? Королева всегда была слабой, с самого начала стало ясно, что она долго не протянет. Я должна была занять ее место, оно изначально предназначалось мне, ведь я обладаю всеми для этого качествами! Но все досталось моей сестре, этой безвольной размазне. Потребовались годы, чтобы это исправить, а потом мне снова помешали! Ну ничего, я терпеливая, а теперь заберу то, что должно мне принадлежать. Если же хочешь сохранить свою никчемную жизнь, а без магии ты не представляешь для меня угрозу, так уж и быть, я тебя помилую, верни мою вещь! – и она требовательно протянула руку.

Из всей этой длинной речи я точно поняла, что – мадам Гелла жаждет вернуть тот самый кулон, который, по всей видимости, был гвоздем нашей программы, портал закрылся и выбраться в волшебный мир из этой реальности было невозможно, предательницей оказалась не только Алиса, но и Рина, а Королева фей... Стоп, она сестра мадам Геллы? Как же так?

А еще очевидно, что передо мной другая мадам Гелла – не та, что была в замке, ставшая причиной, из-за которой я упала в ров. Та мадам Гелла точно знала, что магия при мне. И пока не явилась самая злая тетка из моей реальности, стоило этим воспользоваться и прояснить кое-какие моменты у этой тетки.

– Хорошо, я его тебе отдам, – сказала я, глядя на протянутую руку. – Но...

– Никаких «но», – отрезала мадам Гелла. – Ничто не стоит спалить мне все живое в этом лесу, включая твоих дорогих сестер. Думаешь, пламя их не найдет? Найдет как и тогда, много лет назад, когда был истреблен род белых. Но я знала, что это не конец, и искала уцелевших, нашла все-таки Королеву и избавилась от нее... – она грозно сверкнула глазами и снова рассмеялась. – Но я даже не предполагала, что она каким-то образом предвидела, что произойдет, и отдала кулон со своей силой моей сестре. Кулон, который должен был достаться мне! – воскликнула она, грозно топнув ногой. По земле, словно по воде, незамедлительно прошла рябь.

– То есть... – я облизнула пересохшие губы. – Ты убила Королеву фей, а твоя сестра...

Выуживать клешнями из мадам Геллы ничего не пришлось, она и сама охотно решила пообщаться на эту тему. Словно не слыша меня, она продолжала:

– Они думали, что я ничего не узнаю, и крупно ошиблись! Моя пустоголовая, слабая и никчемная сестрица... Сбежала, скрылась ото всех, но я все равно найду и прикончу! Как вообще такое получилось, ведь у нее совершенно другая магия!.. На ее месте должна была оказаться я! Это я убила Королеву! Я! А потом Амелия спуталась с этим... – спокойнее заговорила она. – Мне удалось вернуть свой кулон, но, к сожалению, сила отказалась служить, я не сразу поняла почему, а потом до меня дошло, что родились вы с Сабриной. Оставалось только дождаться, кому из вас перейдет магия, а потом... – мадам Гелла растянулась в улыбке, – избавиться. Когда у меня будет сила белых, кулону придется подчиниться и отдать мне свою, признать во мне истинную хозяйку, и я стану Королевой!

На последней фразе, когда мадам Гелла победоносно топнула ногой и торжественно сверкнула черными глазами, земля под ней снова затряслась, а потом внезапно обвалилась. И то, что это было не запланировано, я поняла по громким воплям, незамедлительно ахнувшей вниз злобной ведьмы, увлекающей за собой черные клубы дыма.

Мгновение и все вернулось на круги своя – словно ничего не произошло. Дыра исчезла, вопли затихли, а земля снова покрылась зеленой травкой. И если бы я не видела этого собственными глазами, ни за что не поверила бы, что все случилось реально.

– Ты вообще больная что ли? – из-за деревьев выбежал Ян и, оказавшись рядом, рванул меня за руку снова с такой силой, что чудом ее не оторвал. – Куда ты убежала?

Парень явно был зол, растрепанный, в ссадинах и порезах, порванной одежде, он смотрел на меня сверкающими красными всполохами глазами.

– Все закончилось? – спросила я, оглядываясь кругом.

Дым от пожара и вправду рассеивался, как и отступал сам пожар, гонимый прочь налетевшим ветром. Мы не меньше минуты просто стояли и смотрели на обгоревшие деревья и вслушивались в отдаляющийся треск пламени.

– Пока я сюда бежал, на моих глазах несколько сквозь землю провалились, – сообщил парень. – Что-то произошло... Это ты что-то сделала? – он прищуренно глянул на меня, словно заподозрив в нехорошем.

– Не думаю! – я отрицательно замотала головой. – Может быть... – мы одновременно обернулись на раздавшийся совсем рядом треск и увидели убегающего прочь белого кролика.

– Дух леса... – прошептала я.

– Кто? – не понял Ян.

– Не важно, бежим обратно! – я потянула парня в сторону, но он не двинулся с места.

– В другую сторону! – сообщил он, раздосадованно мотнув головой.

Прошло несколько минут, как мы выбежали на недавнюю полянку. Людей здесь осталось совсем мало, на земле в центре сидели Ками и Зоя, обнимали Белочку, словно не замечая больше ничего кругом.

– Я же говорила, что она справится! – радостно воскликнула Белочка, первой увидев меня, когда мы с Яном вышли из-за деревьев. По преобразившимся лицам сестер я поняла, что они рады меня видеть. Белочка вырвалась и побежала к нам, Ками и Зоя, поднявшись, бросились следом.

Ян поспешно отступил в сторону, предвидя, что случится, а Белочка, радостно вереща, налетела на меня словно ураган. А потом подоспели Ками с Зоей, и они втроем повалили меня на землю. Каждая из них пыталась меня обнять, и на какое-то время даже показалось, что они настоящие, что у меня и вправду есть сестры. На душе стало радостно и легко, но ровно до того момента, пока голос Яна не вернул меня к реальности:

– Предлагаю отбросить телячьи нежности и выдвинуться за остальными к порталу!

– К порталу? – отозвалась я, отстраняясь от сестер. Мое беспокойство сразу же передалось и им.

– Ну что еще? – закатив глаза, спросил Ян, когда мы дружно к нему повернулись.

– Портал уже закрыт, у нас не получится отсюда выбраться, – сказала я.

– В смысле не получится? – недоверчиво переспросил парень, а сестры взволнованно принялись переглядываться между собой. – Быть такого не может. И вообще... ты даже не знаешь, где он находится!

– Я знаю то, что портал закрыт! – ответила я уверенно, близко подходя к парню и заглядывая в его темные глаза.

А все-таки удобная штука эта телепатия. Хорошо читать мысли, а видеть все, словно фильм, – еще лучше. Мы просто стояли друг напротив друга, я старательно вспоминала все, что узнала от мадам Геллы, а Ян все это видел моими глазами. Сестры молча за нами наблюдали, явно недоумевая. Наконец, парень качнулся и отступил на шаг назад.

– Вот так дела... – пробормотал он, разминая шею. – Похоже, у нас проблемы и весьма серьезные.

– Что? Что произошло? – в нетерпении спросила Белочка, подбегая ко мне и хватая за руку. – Что вы сделали? Вы общаетесь без слов? Мысленно?

– Невероятно, – пробормотала Зоя.

– Сам в шоке, – вздохнул Ян, покосившись на меня.

– И неправильно! – заметила Ками, в упор глядя на меня. – Ты же это понимаешь? Он оборотень! Без обид, – обратилась она к парню, а тот махнул рукой, мол, ничего страшного.

– Сейчас важнее другое, – мотнула я головой, переводя взгляд с одной сестры на другую. – Вы должны мне сказать, кто такая Королева фей!

Я внимательно наблюдала за реакцией сестер и отметила, что они заволновались, хоть и попытались сделать удивленный вид, словно не понимали, о чем я спрашиваю.

– В смысле кто? – спросила Ками, а голос ее слегка дрогнул. – Королева, разумеется.

– Фей, – добавила Зоя.

– Барышни, давайте вы не будете юлить, – попросил Ян, просверливая девочек взглядом. – И не будем делать вид, что не поняли вопроса. Здесь все свои – смелее, пора раскрыться и рассказать все темные секретики!

– Мы не юлим и рассказывать нечего! – холодно сообщила Ками, а Белочка с Зоей встревоженно переглянулись, явно давая понять, что это не так. В глазах Яна сверкнули опасные красные искорки.

– Да ладно, – улыбнулся парень. – Даже о том, что Королева фей самозванка, и, по всей видимости, только вы об этом знаете.

– Ладно, расскажем, – сказала Зоя, а Ками тут же к ней повернулась и сердито произнесла:

– Не смей.

– Учитывая, что положение у всех нас незавидное, думаю, сейчас самое лучшее время для откровений, – заметил Ян. – Вредная сестра в черном, постой смирно и не мешай прелестной сестре поделиться важной информацией, которая сможет нам помочь. Давай, золотце, продолжай, – он улыбнулся Зое, а она смущенно опустила глаза, залившись румянцем.

– Как же ты меня бесишь! – воскликнула Белочка, воинственно сжимая кулачки. – Если бы ты не был знакомым Алисы...

– Так, давайте ближе к теме! – перебила я, вставая перед Яном и заслоняя его собой. – Кто Королева фей? Ваша тетя?

– В том-то и проблема! – вздохнула Зоя. – Никто не знает, что Королева фей поменялась, если кто-то, особенно феи, узнают, что их Королеву убили...

– Новой войны не избежать, – кивнула Белочка, хмуро заглядывая мне за плечо, где ей явно строил рожицы Ян. – Мы и так с феями никогда не ладили. И с оборотнями тоже! – добавила она, сжимая и разжимая кулачки.

– То есть Королева ненастоящая? – спросила я. – И никто об этом не знает, кроме вас? Но почему именно она? – как и мадам Гелла, я задалась подобным вопросом. – Как у нее получилось занять место Королевы и сделать так, чтобы никто не узнал?

– Можешь нас не мучить, – буркнула Ками, – мы тетю ни разу не видели, знаем об этом только из рассказов родителей, да и то вскользь. Вроде как она однажды выручила Королеву фей и после этого они стали подругами. А потом Королева умерла, и тетя заняла ее место, но вовсе не из-за жажды власти или силы, а потому что так было нужно для народа. С тех пор тетю никто больше не видел, даже наши родители, а мы перебрались сюда, порвав отношения со всеми. Более того, родились вы с Риной, и одна из вас должна была перенять магию истребленных белых. Об этом тоже никто не должен был узнать.

– Но она узнала и теперь нашла нас, – вздохнула Белочка.

– Пришла эта Алиса, – Ян похлопал меня по плечу, – и все испортила. Поздравляю.

– Ты меня тоже начинаешь бесить! – я резко развернулась к Яну. Парень в ответ лишь усмехнулся и произнес:

– Рад стараться. Кстати, а когда ты расскажешь самое главное?

– Главное? – спросила Зоя.

– Да-да, главное, поверь, весьма занимательная история. И семейка у вас тоже необычная. Кто-то Королевой прикидывается, ею не являясь, кто-то убивает направо и налево, кто-то предает родственников... – шепнул он мне на ухо. Я не выдержала и локтем ударила парня в бок.

– Захлопнись! – велела я, а затем раздосадованно воскликнула: – Зачем ты это делаешь, я же доверилась тебе, все показала!

Ян смутился.

– Да я же шучу... – буркнул он. – Ты что обиделась?.. – его рука опустилась на мое плечо, но я тут же ее с себя скинула. – Да ладно, я же на твоей стороне... – пробормотал он, но на всякий случай отошел назад. – Остынь, все хорошо?! Дыши глубоко и размеренно, отбрось все негативные эмоции...

– Он в твоей реальности такой же? – спросила Белочка. – По мне так настоящий придурок!

– Но получше Германа будет, – заметила Зоя, но тут же испуганно прикрыла рукой рот, явно проговорившись. Я тут же напряглась.

– Герман? – спросила я, но ответить никто из сестер не успел.

– Рина? – в один голос воскликнули они, а я, повернувшись, увидела старшую сестру. Но не одну. Она с величественным видом, шурша платьем, выходила из-за деревьев, ведя перед собой Амелию со связанными руками. К горлу матери Рина приставила нож.

– Что ты творишь? – спросила Ками, бросаясь вперед.

– Тихо-тихо-тихо! – нараспев произнесла Рина. – Кто-нибудь из вас двинется, мамочка попрощается с головой... – она вдавила нож в шею Амелии, и на платье женщины закапала кровь. Сердце бешенно застучало у меня в груди, я взглянула на Яна, но парня на прежнем месте не оказалось. Он вообще куда-то подевался. – Эй, тебя это тоже касается, хватит башкой вертеть! – обратилась она ко мне.

– Рина, что ты творишь? – пролепетала Зоя. – Зачем ты это делаешь?

– Ой, а вы еще не в курсе? – явно удивилась Рина, расплываясь в улыбке и становясь очень похожей на мадам Геллу. – Ладно, так уж и быть, перед смертью вы заслуживаете узнать правду. – Амелия дернулась, но сделать ничего не смогла. Похоже, веревка на ее руках была магической, и стоило женщине шевельнуться, как до хруста стянула запястья. – Тише, мамочка, скоро все закончится!

Глаза Амелии были полны отчаяния и боли, она смотрела на своих дочерей, понимая, что не может им помочь. Наверное, подобное осознание было самым страшным в жизни любой матери.

– Рина, не трогай их, прошу, ты получила все, что хотела! – прошептала Амелия.

– Нет, мамочка, далеко не все! – воскликнула сестра. – Любимый, веди его! – позвала она, и из-за деревьев вышел наш отец с таким же обреченным взглядом, как у Амелии. Из его рта текла тонкая струйка крови, руки также были связаны, из живота торчала рукоятка ножа. Сделав пару шагов, он оступился и рухнул на колени. За ним следом вышел Герман.

– Ах ты гад... – прошептала Белочка и собралась было бежать к нему, но мы с Зоей ее остановили. Ками обессиленно рухнула на колени и закрыла руками лицо.

– Простите... – донесся до нас слабый голос отца, сопровождаемый тяжелыми хрипами. Амелия закрыла глаза, ее нижняя губа слегка задрожала.

– Я оказалась гораздо умнее всех вас, – заговорила Рина безмятежным голосом, – давно поняла, что жизнь в скитании не для меня, я достойна лучшей, и вполне могла бы стать Королевой – самой лучшей, правда? – обратилась она к Герману, а тот сразу же кивнул.

Я пораженно смотрела на парня. Разве он не встречался с Алисой? А фраза мадам Геллы, что Алиса отдала свою магию ради любимого? Ради Германа? Я ждала, что он на меня посмотрит, но парень упорно избегал взгляда. Даже не знаю, чему в данный момент я была сильнее удивлена – предательству Рины или Германа?!

– Глупенькая, думала он тебя любит, а он мой! – она, явно напоказ, чтобы сделать мне больно, прильнула к парню, целуя прямо в губы.

– Фу, – поморщилась Белочка.

– Заткнись, малявка, как же ты меня достала! – воскликнула Рина. – Всех вас ненавижу! Думаете, легко было семнадцать лет прикидываться хорошей. Да будь моя воля, я давно бы от вас всех избавилась!

Сомнений не возникало, чьи именно гены унаследовала Рина, но Герман... Я настойчиво на него смотрела, а внутри все сжималось. Было и вправду больно, я ощущала чужое присутствие, Алиса сейчас была рядом, все видела, передавая мне свои чувства. «Нет-нет-нет», – повторял ее жалобный голос в моей голове.

– Ладно, ты знаешь, зачем я пришла – гони кулон! – обратилась ко мне Рина. – Давай же, пошевеливайся. Ты никчемная, Алиса, будь умнее, давно бы все поняла. Одно не ясно, почему магия все же выбрала тебя? Впрочем, теперь это уже совсем неважно! Прикончи его! – велела Рина.

Рука Германа дрогнула, он медленно занес над отцом нож.

– Ты не такой! – я шагнула вперед, а Герман впервые за все время на меня посмотрел. – Я люблю тебя, знаю, что ты тоже любишь меня!

Алиса в моей голове всхлипывала, глаза наполнились слезами. Не знаю, что именно им вместе пришлось пережить, но со стороны Алисы это были искренние чувства. Она отдала за него магию и готова была пожертвовать жизнью.

– Как же жалко это выглядит! – фыркнула Рина. – Давай любимый, не слушай ее, прикончи отца!

Герман занес руку выше, попытался отвести от меня взгляд, но не смог. «Навсегда!» – раздалось у меня в голове. Они давали друг другу клятву, нет, он не мог так с ней поступить!

– Навсегда... – прошептала я одними губами, а Герман опустил нож.

– Ты что творишь? – крикнула Рина. – Ах ты... – она сверкнула на меня взглядом, отбросила в сторону нож, подняла руки.

Для меня все происходило словно в замедленной съемке, я видела каждую деталь. Но, на самом деле, все случилось стремительно, не дав мне возможности отреагировать. Сверкающая молния вспыхнула возле Рины и понеслась на меня.

Я услышала крик сестер, Амелии. Отец каким-то образом смог разорвать веревку и из последних сил бросился на Рину, которую повалил на землю Ян. Но ведь все это уже не имело значение, от молнии не спастись.

Передо мной возник Герман, грустно улыбнувшись и прошептав:

– Навсегда!..

Он оттолкнул меня в сторону, приняв на себя удар. Острая сверкающая молния поразила его насквозь, но прежде чем его взгляд потух, а бездыханное тело рухнуло на землю, я, ведомая неким внезапным порывом, успела схватить парня за руки. С его губ слетел вздох, и в следующий миг парень рассыпался в воздухе, словно состоял из сверкающего песка. Но песчинки не упали на землю, они закружились в воздухе, а потом превратились в стайку бабочек и устремились вверх.

Крик, полный отчаяния, раздался в моей голове, по телу будто бы прошелся заряд тока, и в следующий момент я поняла, что снова перемещаюсь.

Глава девятая. ТАЛАНТЫ

– Герман! – воскликнула я, открывая глаза. Было очень темно, практически ничего не видно, но проморгавшись, стала различать силуэты. Неяркий свет сочился через небольшой проход, прикрытый растениями, похожими на лианы, но его было достаточно, чтобы осветить небольшую земляную пещеру.

– Кто такой Герман? – спросил ближайший силуэт.

– Да какая разница, она же головой стукнулась, что угодно может сказать, глюки и все такое... – сообщил кто-то.

– Почему тогда Герман, а, например, не Вася? – спросил первый голос.

Я приподнялась и по голосу узнала в силуэте Надю. Глаза уже почти привыкали к темноте, рядом с подругой сидел Макс. Чуть в стороне, прижимая к себе рюкзаки, словно те могли их защитить, сидели остальные одноклассники.

– Да тише там, а то услышат! – недовольно шепнул другой голос, донесшийся не со стороны ребят, сидящих ближе к свету, а из мрака, откуда устрашающе светились два красных глаза. Одноклассники затравленно наблюдали за этими глазами.

– Ты можешь перестать ими светить? – не выдержав, попросил Петя.

– Чем ими? Глазами? – насмешливо уточнил голос. Красные глаза на мгновение исчезли, но тут же снова загорелись, видимо, Ян моргнул. – Это вряд ли. К тому же не я к вам вторгся, а вы ко мне. Скажите спасибо, что я вас не загрыз...

– Я хочу домой, – жалобно пролепетала Надя, а Саша дернулась было в сторону выхода, но ее удержал Петя.

– Если бы там по лесу не шныряли странные люди и не метали бы в нас молнии, мы бы к тебе не залезли, – сообщил последний, успокаивая подругу: – Не переживай, отсидимся немного и уйдем.

– Да я и не переживаю, если что – будет кем поужинать, – ответил Ян. Надя пискнула и поползла к выходу. Саша поползла бы следом, но Петя держал ее крепко.

– Не надо, – попросил Степа, останавливая Надю. – Выходить пока нельзя, они же совсем близко.

И словно в подтверждение слов парня раздались громкие голоса, сверху на нас посыпался песок, кажется те, кто нас искал, находился прямо над нами.

– Перестань, Ян, – осуждающе пробормотала я. – С чего в тебе вдруг чувство юмора пробудилось, нормально ведь раньше все было.

Красные глаза снова мигнули и погасли, а через мгновение его голос раздался прямо у меня над ухом:

– Откуда ты знаешь, как меня зовут?

– От верблюда, – пробормотала я.

Если честно, я устала объясняться, и тем более сейчас мне было не до шуток. Перед глазами все еще стояла картина, когда Германа пронизывает молния, а потом парень превращается в стаю бабочек. Что это вообще было? Он погиб? Из-за меня?.. Но ведь я же обещала Тихону вернуть брата, как теперь это сделаю?

– Верблюд? – удивленно спросил Ян. – Кто это такой?

– Я все испортила! – прошептала я, подтягивая к подбородку колени. И как же все-таки было хорошо, что мы сидели в темной пещере, и можно было дать волю эмоциям.

– Ты плачешь? – спросил Ян.

Блин...

– А что нельзя? –спросила я с вызовом, готовая к тому, что одноклассники найдут повод для смеха, но нет, кто-то из девочек шмыгнул носом.

– Домой хочу, – жалобно прошептала Надя.

– Да нет, пожалуйста, плачьте, сколько влезет, – буркнул он. – Вот только... – голос Яна стих, послышалось копошение, а потом я услышала шепот: – Как жалко, хотел показать тебе что-то важное, но раз ты занята...

Снова послышался шорох, я оглянулась, но рядом никого не оказалось. Зато во мраке что-то задвигалось. Ян хотел что-то показать в глубине пещеры, в самом мраке, где я бы даже при желании ничего не увидела?..

– Подожди, что ты должен показать? – прошептала я и зачем-то двинулась на шорох, отползая от одноклассников, которые, кажется, этого даже не заметили. – Да подожди же!

Я ползла в темноту, уверенная, что Ян впереди, и что он ничего плохого мне не сделает. Конечно, это же Ян, иначе и быть просто не могло. А то, что он покажет (пускай я этого и не смогу увидеть), будет очень важным и поможет вернуться. Я отползала все дальше, уверенная, что поступаю правильно, слушая долетающий эхом шепот одноклассников, остающихся возле выхода из пещеры.

– Подождите, а где Алиса? – внезапно спросил Макс.

Неужели? Все-таки заметили мое отсутствие.

– Она же была только что здесь, – ответил Петя.

– Куда она могла пропасть? – спросила Саша.

– А вдруг ее утащил пещерный монстр? – прошептала Надя.

– Хм, я здесь единственный монстр и никуда никого пока что не утаскивал! – долетел до меня голос Яна. Я проползла еще несколько сантиметров и растерянно замерла, уставившись прямо перед собой, но видя, понятное дело, только мрак. Если я ползла не за Яном, то...

– Ой... – сказала я, а в следующий миг кто-то схватил меня за руку и рванул вперед.

Я вскрикнула, попыталась вырваться, но что-то мне подсказывало, что дела мои очень плохи. Второй рукой я нащупала земляной выступ, торчащую из него палку, попыталась ухватиться, но поранила ладонь об острый край. Сжав зубы, через боль я предприняла еще попытку и уперлась ногами в стенки подземелья.

Тот, кто меня схватил, явно не ожидал встретить сопротивления. Моя рука выдернулась из его хватки, он интуитивно пробежал дальше, а поняв, что я вырвалась, недовольно зашипел, словно агрессивно настроенная кошка, и стал возвращаться. Я не видела, но чувствовала, что он сейчас снова меня схватит и потащит дальше в свое логово.

«Какая же ты бесполезная, Алиса, а еще ведьма, называется!» – осудила я себя, внезапно вспомнив про магию. Мое плечо пронзила боль, словно в него всадили кинжал. Существо вернулось, собралось тащить меня дальше... «Если ничего не сделаю, то я труп!» – констатировала я, вспоминая чему меня учила Белочка. Всего несколько наставлений, но они помогли мне найти Ками, а затем и Зою, вытащив последнюю из ямы с помощью магической святящейся веревки. Магия, вот что могло меня спасти. И чтобы сейчас помогло в этой непроглядной тьме?

– Свет! – прошептала я и сконцентрировалась так сильно, как никогда в жизни этого не делала. Понятное дело, в рациональной магии я была не сильна, но вот стихийная как раз должна была подойти.

Земля и стены завибрировали, а затем отовсюду засочился свет – яркий и невероятно красивый, в мерцающих блестках и осыпающихся сверху песчинках земли. Коварная когтистая лапа, а это была именно она, отпустила мое плечо и, издав панический визг, бросилась наутек туда, куда не достигал свет – дальше по узкому лазу.

Оглянувшись, я увидела лишь черные лохмотья убегающей сгорбленной фигуры. Со спины вроде как человек, а вроде и нет. Но как следует рассмотреть не успела.

– Провидец... – услышала голос Яна, а, повернувшись, увидела его самого. – А ты ведьма... – как-то не по-доброму отметил он. – Это плохо, он почувствовал твою магию и сейчас приведет подмогу, нужно срочно уходить!

Парень схватил меня за руки и потянул обратно, я сморщилась от боли, болела и кровоточила ладонь, а руку с раненым плечом я и вовсе не чувствовала. Меня замутило, в голове зашумело. Если бы не Ян, тянущий мою руку, принуждая ползти, я бы не сдвинулась с места.

– Что происходит? – воскликнули одновременно одноклассники. Они пораженно смотрели на то, как мы с Яном появляемся из ярко освященного прохода, не идущего ни в какое сравнение с сочащимся тусклым светом с улицы.

– Что случилось? – спросил Петя.

– Ты ранена? – вытаращился на меня Макс.

– Нужно бежать, иначе... – начал было Ян, но дальнейшую фразу заглушил шум, похожий на хлопанье крыльев огромного множества птиц. И шум доносился из глубины пещеры, стремительно приближаясь к нам. Ян подтолкнул меня к выходу. Одноклассники всполошенно повскакивали на ноги.

– Но нам же нельзя уходить, –растерянно воскликнула Саша, при этом она первой выбежала из пещеры. А за ней и все остальные. Мы с Яном оказались последними, хотелось обернуться и посмотреть назад, но парень, шумно дышащий в спину, не дал мне этого сделать.

То, что мы рано или поздно наткнемся на кого-то из преследователей, причем не так важно, будут это люди мадам Геллы или существа из пещеры, было очевидно. Оставался только вопрос времени, когда это случится, а пока мы бежали, я старалась не думать о разорванном когтями плече, о том, что не чувствую одну руку, а другая болит невыносимо, что теряю много крови и сил. Я отчаянно призывала позитивные мысли, но, понятное дело, они не спешили являться, понимая, что хуже ситуации придумать сложно.

Только что меня пытались утащить в недра пещеры и явно не для того, чтобы угостить чаем с пирожками. Ян назвал то существо провидцем, и я выудила из памяти воспоминания о странных трехпалых слепых людях (или не людях вовсе) из деревни. Я снова вспомнила убегающего в глубину пещеры существа в лохмотьях, которые немного походили на... перья птицы?

Дятел не случайной врезался в мое окно, пробив стекло. Простая птица так бы точно не смогла. В клинике он и вовсе открывал глаза, белые, словно у слепца. А вдруг мы ошиблись, вдруг дятел не являлся моим проводником к порталу, а, напротив, был заодно с врагом?..

– Все! – сообщила я, когда Ян остановился, видимо, чтобы перевести дух. Я обессиленно рухнула на землю, уверенная в том, что подняться самостоятельно больше не смогу.

Одноклассники давно скрылись из виду, они словно выбрали другой путь, а вот я бежала вместе с Яном.

– Откуда ты такая взялась, зачем ты понадобилась провидцам, почему тебя ищут? – принялся заваливать он меня вопросами, низко наклоняясь к лицу. Я взглянула в его глаза, не в силах что-то рассказывать, решив, что будет лучше, если сам все увидит, но... Ян не увидел. Он требовательно вглядывался в мое лицо, продолжая задавать вопросы.

«Ты не видишь?» – мысленно спросила я, но голоса парня в моей голове не прозвучало. Зато вслух он принялся сетовать на то, что, если бы не мы, он так бы спокойно и продолжал спать в пещере.

Он спрашивал и спрашивал, а я молчала, теряя все больше сил. Неужели было не ясно, что мне очень плохо и явно не до разговоров. Но Ян этого словно не понимал, продолжая свой допрос. Как я оказалась в лесу? Как мне удалось перебраться через портал, учитывая, что он запечатан с другой стороны? Стоп... в смысле запечатан?

И тут я встрепенулась.

– В смысле с другой стороны? – переспросила я.

– Что не понятно в словосочетании «с другой стороны?» – раздраженно спросил парень. Ян явно пребывал не в духе, и чем дольше я молчала, тем сильнее он злился.

– То есть портал работает в одну сторону? – заторможенно спросила я, еще сильнее зля парня. – Только отсюда?

Ян закатил глаза и пробормотал:

– За что мне все это?

– Отведи меня к порталу! Пожалуйста, – добавила я, жалобно глядя на парня.

– Ты не ответила на ни один мой вопрос, с чего я должен тебе помогать... ведьма? – пренебрежительно добавил он. – Вот как сюда попала, так сама и выбирайся. И не ходи за мной! – предупредил он, двинувшись в сторону деревьев. Глаза Яна напоследок сверкнули красным, а затем он ушел. Просто так – взял и ушел, перепрыгнув через бревно и скрывшись в густой листве.

– Ну и, пожалуйста! – крикнула я. – Трус!

– Что прости? – затрясся куст и из-за него выглянул парень, не по-доброму прожигая меня взглядом. – Ты только что назвала меня трусом? Да я за тобой в пещеру полез, и вот она твоя благодарность? Все вы ведьмы такие!

– Ну прости, мне так плохо, у меня все болит. И я не знаю, что делать. Точнее знаю, мне нужно к порталу... Ян? – позвала я, поднимаясь на дрожащих ногах и подходя к бревну. – Ты здесь? – я перелезла через бревно, спускаясь в кусты.

Я не сомневалась, что за этой символичной чертой с поваленным деревом должен был продолжаться лес, впрочем, ошиблась, и за кустами оказался обрыв. Я вскрикнула, наступив одной ногой в пустоту, но в этот момент Ян схватил меня за кровоточащую руку. Ладонь пронзила резкая боль, но ведь лучше боль, чем стремительное падение в бездну.

– Что это такое? – прошептала я, повиснув над пропастью, балансируя на одной ноге, удерживаемая только Яном. Нет, пропасти здесь никак быть не могло, я же находилась в лесу! Откуда ей тут взяться?

– Ты не ответила ни на один мой вопрос! – сообщил парень с некой затаенной угрозой в голос.

Внизу обрыва была сплошная чернота, которая навевала на мысли, что пропасть была непростая. Созданная магическим способом?

– Я отвечу, – пискнула я, не понимая, почему Ян держит меня на вытянутой руке и не пытается втащить обратно. Я напряглась, попыталась подтянуться, но парень наклонил меня сильнее вниз. – Что ты делаешь? Ян... – жалобно прошептала я.

Но неужели... Нет, парень ведь не мог оказаться предателем, это же Ян!.. Он не сделает мне плохо, не позволит упасть. Он же вытащил меня из пещеры, спас от провидца... Спас же?

К горлу подступил ком, в глазах встали слезы. Что я там говорила о позитивных мыслях. Ян смотрел на меня с презрением. Он крепче сжал мою руку, умышленно причиняя боль.

– А вот птичка и в клетке... – внезапно раздался знакомый голос, который я узнала бы где угодно – мадам Гелла. Я оцепенела, а женщина вышла в окружении своей свиты и, шурша листвой, приблизилась к обрыву, встав рядом с держащим меня Яном. – Алиса-Алиса-Алиса. Думала, сможешь от меня сбежать? Какую бы реальность ты ни выбрала, каких бы союзников ни нашла, знай, что я всегда буду на шаг впереди. А теперь... пора возвращаться домой и закончить начатое. Отпускай!

– С радостью, – произнес Ян и, глядя прямо мне в глаза, разжал пальцы.

Я поддалась вперед, понимая, что это жалкая попытка, что от падения в пропасть меня ничего не спасет. Я могла бы что-нибудь наколдовать, попробовать бороться, но то, что мой Ян, пускай и из другой реальности, оказался в сговоре с мадам Геллой, повлияло весьма удручающе.

Когда опора под ногой исчезла, и я стала падать, чувствуя под собой невесомость, то смиренно закрыла глаза, готовясь к неизбежному, чувствуя внутри пустоту и страшное разочарование. «Вот все и кончено!» – осознала я, но тут до слуха донеслись треск, гул, шум хлопающих крыльев и крики. А затем что-то обвилось вокруг моей талии и, пролетев вниз в пустоту несколько метров, я повисла в воздухе.

– Что это? – спросила я и открыла глаза, обнаружив, что вишу над черной пропастью, удерживаемая тонюсенькой светящейся веревкой (явно магической), тянувшейся сверху, откуда продолжали слышаться странные звуки. Я посмотрела вниз, испытав гамму чувств, затем на веревку, выглядящую уж очень ненадежной. – Что это? – повторила я, поддаваясь панике.

Внезапно веревка зашевелилась и поползла вверх, поднимая меня. И, пожалуй, эти секунды были самыми страшными в моей жизни. Я боялась пошевелиться, боялась, что веревка порвется, и я рухну вниз, боялась встретиться с новым врагом, ведь в этой реальности некому было мне помочь.

– Живая? – спросил кто-то, а потом, когда до верха осталось несколько метров, я увидела перегнувшегося через край обрыва Германа. – Ты хоть пошевелилась бы... О, не хило тебя потрепали...

Я растерянно заморгала и в недоумении открыла рот. Герман схватился за веревку руками и втащил меня наверх. Как только под ногами оказалась твердая почва, я рухнула на траву, а по телу прокатилась дрожь. Рядом в траве находилась огромная (покрывающая каждый сантиметр земли) стая черных птиц, тревожно трещащих клювами и хлопающими крыльями, при этом все они с любопытством смотрели на меня. Наверное, я все же упала со скалы, и это был глюк...

– Ты ненастоящий! – сообщила я, глядя на парня.

– Это я, и я все помню! – сообщил Герман, присаживаясь рядом. – Помню молнию, как сдавило грудную клетку, как сердце остановилось, но ты меня коснулась и что-то произошло... Я оказался тут, – парень развел руками, а затем встревоженно оглянулся и поднялся на ноги: – Давай, нужно идти, мы им, конечно, дали достойный отпор, но они быстро восстановятся и продолжат тебя искать!

– Ненастоящий! – прошептала я с нажимом.

Герман мотнул головой, а затем крикнул что-то на незнакомом языке. Птицы разом замахали крыльями и взвили ввысь. Я проследила взглядом за исчезающими за деревьями на другой стороне обрыва птицами, а потом снова вернулась к парню.

– Да я это, я! – воскликнул он. – Помнишь поезд? Мы познакомились там впервые.

– Ты ими управляешь? – растерялась я. – Птицами?

– Не всеми, но многими, – подтвердил Герман. – Вообще провидцы миролюбивые создания, но бывают и не очень, больше всего их в твоем мире. Они сбежали туда, чтобы проделывать свои темные делишки, мне они, конечно, не подчинятся.

– Так тот дятел... Он был от тебя? – спросила я оторопело.

– Смотря какой именно, нескольких посылал, не знал, получится ли вообще связаться, – ответил Герман. Поднявшись на ноги, он зашагал прочь, я вскочила следом и побежала за ним словно послушная собачка, забыв и про шум в голове, и боль от ноющих ран, и слабость, а еще всякую опасность. – А Рина? Ты помнишь Рину?

– Я помню все, – подтвердил парень, став вдруг очень серьезным. – Мой разум был затуманен, я не должен был вернуться, но... – он покосился на меня. – Наверное, так работает твоя магия. Ты видела Тихона? – а когда я кивнула, добавил: – Как он?

– Думал, что ты мертв, когда исчез с его мониторов, но я догадалась, что ты перенесся так же, как это сделал Ян, – сообщила я не без гордости в голосе за свою догадливость. – Мы планировали вернуть тебя к порталу, которому приведет птица, но она пропала.

– Хм, значит, есть еще портал... – задумчиво произнес Герман, а потом спросил: – Сколько их у тебя... реальностей?

– А я могу тебе доверять? – спросила я, внезапно осознав, что Герман – еще одна уловка. Вот только... Зачем ему было меня спасать, если я и так попалась. Или есть другой злодей?

– Я вытащил тебя из пропасти, сама думай, доверять мне или нет, – ответил Герман.

– Между прочим, Ян тоже меня спас, вытащил из пещеры, где меня чуть не укокошили провидцы... – ответила я, наблюдая за реакцией приятеля.

– Спас? – хмыкнул парень. – Да это был отвлекающий маневр, чтобы ты доверилась, а он привел бы тебя, куда следовало... Хотя, ему не обязательно было это все делать, ты и так бы с радостью пошла, куда бы он ни позвал!

– Это еще почему? – нахмурилась я.

– Поверь, мы видели достаточно, этот оборотень капитально запудрил тебе мозги! – сообщил Герман.

– Ничего подобного! – возразила я.

– Он заинтересовался тобой только потому, что ты белая! – сказал Герман, явно не собираясь щадить мои чувства. – Потому что ты можешь оказаться полезной. Ты потеряла голову от своей влюбленности и этого не понимаешь.

– Да что ты сам понимаешь! – возмущенно выдохнула я.

– Уж побольше твоего! – ответил Герман. – Ты никого слушать не хотела, а тебе ведь все говорили, что оборотень и...

– Хватит! – резко перебила я.

Несколько минут мы шли молча. Герман бросал на меня короткие взгляды, а я, обидевшись, старательно игнорировала парня.

– Так сколько у тебя реальностей? – подал голос Герман, но я лишь гневно выдула носом воздух и не ответила. – Алиса, послушай, я тебе не враг, я хочу тебя защитить.

– От чего защитить? – я резко развернулась. – От разбитого сердца? Лучше скажи, что у тебя было с Риной. А ведь Алиса из той реальности тебя любила, доверяла, а ты...

– Откуда ты... – начал было Герман.

– Я ее слышала и чувствовала то, что чувствует она, – сказала я весьма сурово, а затем зацепилась за корягу и чуть не упала. Герман придержал меня за локоть, но я вырвала руку и гневно стрельнула на него глазами. – Ты ее обманул, а она ради тебя пожертвовала своей магией. Даже когда ты якобы погиб, ей было больно, потому что это и есть настоящая любовь – доверять человеку и уметь прощать, чтобы он ни сделал.

– Ты ее слышала? Но как? – прошептал Герман. – Она жива?

– Тихон сказал, что когда я вернусь в свою реальность, по своим реальностям вернутся и остальные Алисы, – ответила я, а лицо Германа стало каменным, взгляд потух. Парень несколько секунд смотрел в одну точку перед собой, а потом рухнул на колени и закрыл лицо руками.

– Эй, ты чего? – спросила я, но Герман ответил лишь через минуту, когда я уже всерьез забеспокоилась и хотела его потормошить.

– Помимо дара общения с птицами, мне иногда снятся вещие сны. Ты мне снилась, когда мы познакомились в поезде, я уже знал, что мы будем вместе, но потом оказался в другой реальности... Сейчас я все вспомнил и понял, что во сне я видел не тебя, а ее... – он поднял на меня глаза. – И теперь я потерял ее навсегда, я не смогу к ней вернуться, мы останемся в разных реальностях, возможно, она обо мне даже не вспомнит.

– Печально... – искренне посочувствовала я. – Я тебя понимаю, Ян переместился в другое время и уже целые полгода встречается с моей подругой, в то время, как мы с ним знакомы от силы две недели. У них там настоящая любовь. Я хотела бы его вернуть, понимаю, что если заберу из той реальности, он, конечно же, меня вспомнит и забудет Надю, но... это ведь неправильно, если я это сделаю, она останется совсем одна... Тем более сейчас, когда ранена и так нуждается в поддержке... Не могу так поступить, он ведь счастлив... – в горле встал ком, и я не смогла договорить. Герман хоть и был против наших с Яном отношений, смотрел на меня с состраданием.

– Прости, я не хотел тебя обидеть, – прошептал он.

Неужели мы оба были обречены потерять навсегда своих любимых?

– Подожди-ка! – воскликнула я внезапно. – Тихон же дал мне листики для перемещения, сказал, что из других реальностей, я могу забрать что-то или кого-то. Правда, он говорил, что не получится это сделать, если человек находится в своей реальности, то есть забрать Алису не вариант, но можно попробовать перенести тебя к ней, ты же как-то сам перемещаешься по реальностям... И вообще, ты не должен был ничего вспомнить, пока не окажешься в волшебном мире, но ты вспомнил. Может быть, правила поменялись или с магией явно что-то не так...

Я поморщилась и оглянулась. На последних словах, сказанных мной практически шепотом, по идее, из-за деревьев с воинственным криком должен был кто-нибудь вбежать и подтвердить мою мысль про неправильную магию, но этого не случилось.

– Тихон дал тебе таланты духа леса? Но откуда они у него? – пробормотал Герман недоверчиво. – Сколько их?

– Пять, – сказала я, – на каждую реальность. И мне не нужно тратить листик на фею и на Яна. Ты же проведешь меня в страну фей?.. – Герман растерянно заморгал, а я воодушевленно продолжала: – Но если не хватит... Подожди, ты сказал таланты духа леса? Так мы же можем найти кролика, и он даст еще, уверена, видела его здесь в лесу... – я стала присматриваться к окружающим нас кустам.

– Какой еще кролик? – заторможенно спросил Герман. – О чем ты говоришь?

– Кролик! – сообщила я. – Такой белый и вредный, я с ним встречалась, он говорил со мной ментально, представился духом леса.

– Кролик? – снова спросил Герман.

– Да, кролик! – подтвердила я. – Мы, конечно, с ним немного повздорили, но уверена, что он не станет кобениться и при необходимости даст еще этих талантов. Так сколько нам нужно?

– Не знаю, – помотал головой Герман, не сводя с меня напряженного взгляда. – Ты точно уверена, что встречалась с духом леса? Я не думаю, чтобы он мог явиться в облике... кролика. Дух леса – велик, не каждая фея за свою жизнь, а живем мы немало, удостаивается такой чести, не говоря уже... Алиса, у нас, магия схожа, но ты точно уверена, что это был именно дух леса?

– Шутишь? Нет, конечно, я вообще ни в чем не уверена! – воскликнула я. – Он представился, вот и все. Откуда я знаю настоящий он был или нет?

Герман задумался и поднял руку, где на мизинце правой руки красовался старинный перстень, на который я уже обращала внимание в поезде.

– Это талант от духа леса, если он настоящий, то при вашей первой встрече должен был дать тебе что-то подобное, – сообщил парень. – Он тебе что-то давал?

– Эмм... – пробормотала я, вспоминая, что наша первая встреча с кроликом оборвалась внезапно, на том моменте, когда я держала того за уши, грозясь пустить в расход – на меховую шапку или варежки, а тот отчаянно дрыгая лапками, пытался меня укусить... – Он, наверное, не успел, – добавила я, решив, что все-таки просить таланты у кролика, окажись он настоящим духом леса, не вариант. Нам вообще лучше больше не встречаться... – А в каком обличии он предстал перед тобой?

– Он... – собирался было ответить Герман, но тут до нас отчетливо донесся шум, сопровождаемый треском веток и приближающимися криками. – Бежим! – парень поспешно вскочил на ноги, и мы побежали дальше.

В выборе дороги я полностью доверилась Герману. Силы постепенно ко мне возвращались, а все потому, что по пути он нарвал каких-то цветков, на вкус похожих на мяту, и заставил меня съесть. Магическим образом мои раны стали затягиваться, единственным напоминанием о них были кровавые следы и порванная местами одежда.

Голоса, звучащие за нашими спинами, постепенно стали стихать, осталась позади и густая лесная чаща. Мы выбежали к какой-то трассе и пошли вдоль нее, пока не наткнулись на сидящих на обочине в обнимку с рюкзаками моих одноклассников. Без понятия, как они умудрялись таскать их с собой, свой рюкзак я давно потеряла, даже не помню, когда именно.

– Блин, – пробормотала я, дернувшись в сторону, но было слишком поздно – нас заметили.

– Алиса! – взвизгнула Надя и бросилась к нам.

Остальные одноклассники также не стали тормозить и мгновение спустя взяли нас с Германом в плотное кольцо, не давая возможности сбежать. Герман решил было, что это наши враги и хотел применить магию, которой, к слову, ребят было уже не удивить, но я успела успокоить приятеля.

Взлохмаченные и встревоженные, все в ссадинах и порезах, порванной одежде, с пылающими щеками и горящими глазами, одноклассники взахлеб принялись рассказывать, как еле унесли ноги от парней, метающих молнии, а потом чудом не стали жертвами больших собак с красными глазами...

– Ладно, до портала доберемся на попутке, – сказал Герман, когда ребятам стало не хватать кислорода и, тяжело дыша, они замолчали, сделав паузу.

– До портала? – спросил Петя.

– Типа магического? В другое измерение? – воскликнул Макс.

– Вот бы глянуть, – заметил Степа.

– А это не опасно? – уточнила Саша.

– Для вас нет, так как вы едете по домам, а мы с Алисой уходим! – ответил Герман и потянул меня в сторону, но уйти нам не дали.

– А ты вообще кто такой? – спросил коротышка Макс, тесня высокого Германа в сторону. – Чего раскомандовался? Думаешь, мы твоих магических штучек испугаемся? Не на тех напал, не пуганые! – с вызовом добавил он.

– Вот именно, она наша подруга, а не твоя! – заметил Петя, тоже подступая к парню.

– Совершенно верно! – согласилась Саша.

– Мы друзей в беде не бросаем! – заметила Надя.

– Куда она, туда и мы, – воинственно заявил Степа.

Герман пораженно на них уставился. Да я сама была в шоке. Будь я на месте ребят, сбежала бы при первой возможности, а эти вроде как осмелели. И кого это они другом назвали, ведь не так давно считали меня убогой. Невероятно!

– Вы даже не представляете, с чем имеете дело! – раздраженно произнес Герман. – Вы глупые дети, погибнуть хотите?! Это вам не шутка какая-то, а настоящая магия.

– Магия, – прошептала Надя и зябко передернула плечами.

Ребята переглянулись между собой. Но, если раньше они выглядели напуганными, то теперь стали явно заинтересованными.

– Опасная магия! – добавил Герман, чтобы их вразумить, но, кажется, это возымело обратный эффект.

И ведь Герман прав – одноклассники по-настоящему рисковали жизнями, это была их единственная реальность!

– И что с того, мы в одной связке! – сообщил Макс, приобнимая Надю, которая единственная, похоже, не горела желанием втягиваться во всю эту авантюру с магией.

– Ладно, – Герман выдержал пристальный взгляд Макса и мрачно добавил: – Но если кто-то умрет, помните, что я пытался вас отговорить.

Надя дернулась, Саша шумно выдохнула носом воздух и сжала кулаки, Степа решительно кивнул. Макс взглянул на Петю и, получив молчаливое согласие, уверенно произнес:

– По рукам! Мы идем с вами!

– Можно попытаться убежать, – шепнула я Герману, когда мы двинули вдоль трассы, высматривая притормаживающую попутку. Но останавливаться и брать нас с собой никто из водителей не торопился.

– Наверняка все люди ведьмы уже около портала, может быть, твои друзья и пригодятся, отвлекут внимание на себя, – ответил парень.

– Это исключено, у них всего одна реальность, это мы с тобой можем рисковать, но далеко не факт, что у нас больше шансов на выживание, – сказала я, а Герман в ответ пожал плечами.

Желание сбежать возникало у меня еще несколько раз, пока мы не добрались до станции. Поезда не ходили, все люди стояли на ушах из-за сошедшего с рельсов состава. Персонал станции призывал народ не паниковать, отправляя к бесплатным автобусам, следующим в разные направления. В том числе и до парома, до которого мы добрались весьма быстро, а затем провели час в душном автобусе, движущемся по ужасной проселочной дороге по кочкам и ямам. При этом мы чуть не проехали нашу остановку.

Ступая на знакомую деревенскую землю, я испытала гамму чувств, даже приготовилась увидеть пса-медведя, убегающего от девушки в желтом платьишке, однако местность оказалась на удивление тихой: ни лая собак, ни криков домашней птицы, ни охотящихся кошек. Соседские бабушки не прогуливались под ручку вдоль дороги, не сидели на лавочке, обсуждая новых и редких приезжих.

Автобус, извергая едкий дым выхлопных газов, покачиваясь, покатил дальше – вдоль выжженного поля, оставляя в стороне будто бы вымершую деревню и качающийся вдалеке лес.

– Они должны были оставить какие-нибудь подсказки, – заметил Герман, возвращая меня из мыслей в реальность. Чужую, увы. – Идемте...

– Кто они? – спросил Макс.

– Мои старики? – недоверчиво откликнулась я. – А они-то причем? Подожди они же не...

Предположение, что старики каким-то образом замешены в истории, связанной с волшебным миром, казалось все более очевидным. Дедушка и бабушка не были брошены, отец постоянно звал их в город, но те почему-то наотрез отказывались переезжать. Что их тут держало? Возможно то, что скрывалось в лесу?

А все те страшные легенды, заставляющие держаться подальше от леса, были настоящими или придуманными исключительно для меня? А реалистичные сны, которые снились мне только в деревне? В конце концов, недавнее видение, где дедушка забирается в дупло сгоревшего дуба – являющегося не иначе как порталом в волшебный мир.

– Тоже молнии метают? – уточнил Петя взволнованно.

– Но как такое возможно? – обратилась я к Герману. – Они не могут быть оттуда, они же... совершенно обычные, – прошептала я, понимая, что это не так и нужно смириться с правдой.

Когда скотина убежала со двора, старики не стали винить меня, будто бы зная, чьих это дело рук. Дедушка ушел и пропал, а вдруг он и вправду переместился в другой мир? «Или его попросту убили провидцы», – предположила я мрачно.

А вдруг в моей настоящей реальности тоже был пожар, провидцы своими факелами спалили все кругом?! И кто-то погиб?.. Вдруг все новые реальности являлись не такими уж и нереальными, и трагедия вправду произошла. Вдруг вернувшись, я узнаю что-то ужасное?

– Алиса? – позвал меня Герман. – Нужно идти.

Но ведь я должна была помочь Забаве. Сделать все возможное, лишь бы подруга не пострадала. А уже потом узнать, что случилось в деревне. Какой бы страшной ни оказалась правда, ее нужно было узнать. А вдруг получится что-то исправить?..

Я пошла вдоль забора, а за мной зашагали остальные. Дом стариков находился в самом конце улицы, на пути нам не встретилось ни одно живое существо. Это казалось очень странным.

– Никому не кажется, что эта деревня заброшена? – высказал общее мнение Степа. И он был прав – мы проходили мимо полуразрушенных безлюдных домов с заросшими травой участками.

– И, похоже, довольно давно! – добавил Макс.

Теперь становилось ясно, почему мы чуть не проехали мимо. Водитель не собирался тут останавливаться и весьма удивился, что мы изъявили желание выйти, да еще целой толпой.

Мы дошли до конца дороги, и сложно было передать словами мое удивление, когда на месте дома стариков оказалась не полуразрушенная заброшка (к чему я уже приготовилась), а земельный участок вспаханной будто бы недавно земли и огражденный ограничительной лентой.

– Ты забыла, где ваш дом? – спросила у меня Саша, когда я принялась растерянно оглядываться.

– Нет, не забыла, – ответила я.

– Тогда куда нам дальше? – Макс тоже начал оглядываться и нервно хихикнул: – Я правильно понимаю, что на джакузи с бассейном нам рассчитывать не стоит? Так какого цвета твой дом?

– Это уже не важно, мы правильно пришли, дом должен быть здесь, – ответила я.

– На вскопанной земле? – удивился Макс.

– Земля, похоже, свежая, словно кто-то приготовил участок к застройке, – заметил Степа. – Но, учитывая, что деревня заброшена, кажется неправдоподобным.

– Согласен, – кивнул Герман и посмотрел в сторону леса. Даже не глядя на лес, а только на Германа, у меня мороз по коже пробежался.

– Ребят, смотрите, там что-то блестит! – воскликнула Надя. – Прям по середине.

– Где? – спросила Саша.

– Вон же! – указала Надя. – Что-то золотистое.

Мы все дружно принялись всматриваться, куда указывала Надя, но ничего не увидели.

– Нет там ничего, – сообщил Макс.

– Согласен! – кивнул Петя.

– Вы издеваетесь? – раздраженно спросила подруга, явно решив, что мы ее разыгрываем, но на самом деле мы и вправду ничего не видели. – Прямо по центру, так светится, что даже глазам больно!

– Не надо, не ходи! – я схватила Надю за руку, когда девушка, недовольно вздохнув, переступила ограничительную линию. – Это может быть опасно. Мы тебе верим, но чтобы это ни было, лучше не трогать. Ладно?

Надя кивнула, послушалась и перекинула ногу обратно, чтобы вернуться на дорогу, но тут Саша уверенно заявила:

– Нет там ничего!

Надя рассерженно вырвала свою руку из моей и стремительно зашагала к центру участка.

– Вот же! – сообщила, она, поднимая цепочку, на которой, сверкая золотом, что-то висело. Кулон? Но рассмотреть не получилось, земля под Надей внезапно исчезла, и девушка провалилась в образовавшуюся яму. Но, разумеется, не обычную, а самозатягивающуюся. Мгновение и ни Нади, ни ямы.

Макс вскрикнул и бросился к центру участка, рухнув на колени и с остервенением принявшись рыть руками землю, чтобы вытащить Надю. Интересно, он и вправду думал, что есть шанс?

– Что это было? – закричала Саша, хватаясь за голову. Петя прижал к себе подругу и пытался ее успокаивать, будучи при этом шокированным до глубины души. Макс продолжал рьяно копать, Степа замер, а мы с Германом переглянулись.

– А вот и еще один портал, – сообщил он.

– Что? – пробормотала я. – Сколько их вообще, разве он не должен быть один?

– Нет, их может быть множество, – ответил парень. – Правда, использовать каждый можно всего раз. Теперь этот закрыт. Девушка была не в своей реальности, похоже, она переместилась, вернулась в свою!

– То есть? – выдохнула я. – Это была моя настоящая подруга?

– Вполне возможно, – пожал плечами Герман.

– Нет – невозможно! – возразила я. – Моя подруга сейчас отдыхает на Бали, должна вернуться оттуда через неделю... Ой, а время в нашей реальности схоже с проведенным временем в волшебном мире?

Если время совпадает, то Надя вполне могла вернуться, не найти меня дома, вспомнить тот странный разговор, поехать в деревню, а дальше... Ой-ой...

– Сложно сказать, ладно, пошли дальше! – решил Герман.

– Что значит пошли дальше? – вскликнул Петя, успокаивая судорожно глотающую ртом Сашу и указывая на копающего Макса, вырывшего за это время целую яму. – С ума сошел? Наша подруга сквозь землю провалилась, а ты предлагаешь идти дальше?

– Я предупреждал, что могут быть жертвы! – весьма спокойно произнес Герман.

– Что значит переместилась и вернулась в свою реальность? – спросил Степа, а Саша принялась тихонечко подвывать.

– Надя? Это ты? – внезапно закричал Макс, вскакивая на ноги. К уху грязными от земли руками он прижимал телефон, невероятным образом сумев поймать в этом гиблом месте сеть. Впрочем, она была очень слабой, но стоило Максу к нам подбежать, как сквозь помехи по громкой связи мы услышали знакомый голос:

– Ну и куда... подевался? Я... что проснулась, дозвониться... не могу... мы договаривались... кино пойти... сеанс через...

Больше разобрать ничего не получилось, но это точно был голос Нади. Связь прервалась, Макс растерянно захлопал ресницами, Саша тут же успокоилась. Все в недоумении стали смотреть друг на друга, а затем повернулись к нам с Германом.

– Ну вот, теория работает, – ответил последний радостно. – Надя № 1 покинула чужую реальность, а Надя № 2 вернулась в свою, – парень обратился ко мне, – давай, нужно поторапливаться, чем быстрее тебя вернем, тем лучше для остальных, – и потянул за руку.

– Что значит другие? О каких реальностях идет речь? – одноклассники побежали за нами.

– То есть с Надей все хорошо? – Макс тщетно пытался снова поймать сеть. – Может быть, на дереве есть связь... – сообщил он и бросился в сторону опушки.

Лес выглядел мрачным и загадочным, глядя на него, сразу же возникало желание развернуться и убежать в другую сторону, но... Одноклассники побежали за другом, а мы с Германом проводили их взглядами и, не сговариваясь, побежали в другую сторону. И когда мы оказались в тени деревьев, я поняла, что мне нужно искать – открытый портал. Вот только под большим вопросом осталось то, как я это сделаю, ведь Герман собрался уходить.

– Стой, – попросила я.

– Ты справишься, ищи портал, а я сделаю все, что в моих силах, чтобы они не напали на твой след, – парень хрустнул пальцами, и на землю посыпались блестящие искры.

– Но вдруг здесь больше нет портала, вдруг это был единственный? – заволновалась я. И ведь в этом была доля истины, сгоревшее дерево с дуплом могло находиться не в этой, а другой реальности.

– Лес подскажет, ищи лучше! – изрек Герман. – До встречи!

Парень подмигнул и пошел прочь, оставив меня стоять на опушке и гадать, встретимся ли мы снова.

Я не сомневалась, что мне нужно идти в самую страшную и густую часть леса. Каждый посторонний звук казался не иначе как приближением скорого конца приключения. Даже не знаю, чего сильнее я ждала – встречи со своей неминуемой гибелью или все же удачным поиском дерева. А тем временем я все шла, шла, шла...

Тихон говорил, что мне нужна птица, чтобы отыскать портал, что он находится в реальности с зимой... Но вдруг парень ошибся, и настоящий портал был здесь. Или, напротив, не ошибся... И как же это проверить?

Услышав сверху шорох, я увидела, как по веткам деревьев прыгает черная птица. Не мой ли дятел?

– Эй? – позвала я, задрав голову.

Птица пронзительно пискнула, после чего стукнула пару раз по стволу дерева, взмахнула крыльями и сманеврировала на соседнее дерево. После этого она замерла на пару секунд и проделала все то же самое. Несложно догадаться, что таким образом она звала следовать за собой, и я с радостью это сделала.

Очень скоро мы вышли на полянку точь-в-точь как из моего видения, где в центре росло большое сгоревшее дерево. Птица прыгнула на его ствол, цепляясь лапками, снова вскрикнула, взмахнула крыльями и спикировала прямо в темное дупло.

«Ты уверена, что завершила все свои дела?» – когда я подошла к дереву, раздался за моей спиной голос. Обернувшись, я никого не увидела и недоверчиво нахмурилась. За спиной ли прозвучал голос или в моей голове?

Ближайший куст слегка шевельнулся.

– Знаешь, я что-то сомневаюсь, что ты дух леса! – заявила я, отодвигая ветки и обнаруживая за ним пушистого белого кролика, подергивающего носиком. – Ты должен был дать мне какой-то талант, но ничего не дал. Так что... скачи лучше отсюда!

Я потянулась к кролику, а он клацнул зубками в сантиметре от моего пальца.

«Я дух леса! Только тронь – палец откушу!» – заявил он грозно. Но, по сути, более милого на вид создания еще требовалось поискать. Я засмеялась.

– Да ладно тебе, что такой злой-то?! – спросила я. – Слушай, в прошлый раз сам оказался виноват, явился бы в более лютом образе, ничего бы не случилось. Или ты так не можешь? Потому что ты вовсе не дух леса?

Кролик недовольно фыркнул.

«Прыгнешь в портал, и пути назад не будет», – сообщил он явно через силу. – «Я обязан предупредить... Хотя мне вообще все равно, что с тобой будет. Я ждал более достойного посланника, а получил сплошное разочарование... Поступай, как хочешь» – кролик развернулся и хотел было попрыгать по своим крольчачьим делам, но...

«Опять?» – возопил он, когда я схватила его за уши. – «Ты это серьезно? Вообще страх потеряла?»

– Так, давай разойдемся полюбовно, перенеси меня в другую реальность, как сделал это в прошлый раз. Я должна кое-что оттуда забрать! – сообщила я.

«Кое-то что?» – прыснул кролик. – «Это ты о моих талантах что ли? Шиш тебе, а не таланты!»

Да уж, друзьями нам точно не стать. Ну и ладно. Я встряхнула кролика, а он отчаянно задергался, пытаясь вырваться.

– Перемещай! – велела я.

«Указывать мне вздумала? – как бы сильно он ни дергался, я, понятное дело, была сильнее.

Интересно, а, может быть, мне и не нужна его помощь, я же вроде как прокачала свои магические способности... Стоит ли призвать стихийную магию? Я, не выпуская кролика, на случай, если он все же пригодится, сосредоточилась на зимней реальности.

«Да я тебя!..» – прозвучали в моей голове слова духа леса, но договорить он не успел, так как все кругом завертелось, магия сработала!

Глава десятая. СОВСЕМ НЕ КОНЕЦ

– Ай, что это? – донесся до меня панический вскрик Нади. А потом я увидела и ее саму. Подруга отпрыгнула в сторону, оступилась и упала в сугроб, а в этот момент мимо ее ног белым пушистым вихрем пронесся кролик.

– Да елки-палки... – пробормотала я. Только этого не хватало – кроличья вредятина переместилась вместе со мной. Ох. Как будто в предыдущей реальности мне его не хватило, я предпочла бы тут передохнуть без него.

«Да чтоб тебя, ненормальная!» – завопил кролик, зарываясь в какой-то сугроб. – «Как ты вообще это смогла, ведьма недоделанная! Как перенесла меня?»

– Перенесла? – спросила я, лежа на снегу, возле гаража. Надя, пыталась встать, барахталась в одном сугробе, кролик забился под другой. – Но как? Разве не ты это сделал?

– Что перенесла? – откликнулась подруга. – Из другой реальности?.. – и испуганно покосилась на сугроб со зверем. Она не смогла рассмотреть зверька, наверняка думала, что там монстр какой-то, которого я притащила с собой из другой реальности.

«Ты меня спрашиваешь?» – истерично взвизгнул дух леса, а затем испуганно запищал. – «Где мой лес? Куда я попал? О, горе мне! Сгину!»

Надя не сводила взгляда с шевелящегося пищащего сугроба.

– Хватит драматизировать, я верну тебя обратно! – поднялась и достала из сугроба кролика. Надя, все это время не сводящая с меня взгляда, полного ужаса, явно думала, что монстр оттяпает мне пальцы. И каково же было ее удивление, когда, вытянув руки (а ведь кролик и вправду мог укусить), продемонстрировала находку.

– Кролик?! – выдохнула подруга пораженно, а затем, испытав небывалое облегчение, от души рассмеялась.

Дух леса, видимо, был и вправду напуган, что даже не отреагировал, а когда я, явно рискуя оказаться покусанной, прижала его к груди, прильнул и спрятал мордочку в складках куртки.

«Как холодно и страшно! Что за странный мир, что за странные звуки? Где мой лес? Хочу домой!» – запричитал он, прижимаясь ко мне своим дрожащим тельцем.

– Хватит паниковать, сказала же, что вернешься ты в свой лес, – обратилась я к нему, не зная, что сделать, чтобы успокоить зверька.

– Ты... – Надя подозрительно прищурилась.

– Это дух леса, он общается со мной мысленно, я... случайно его перенесла из другой реальности, – ответила я, аккуратно касаясь пальцами ушей кролика. – У него, кажется, жуткий стресс, не знаешь, как его можно успокоить.

– Дух леса? – ответила Надя. – Этот тот, который... магические листики дает? – шепотом уточнила она, а я кивнула:

– Представился духом леса, но кто его знает, может и обманул... В любом случае он сейчас паническую атаку схватил не иначе... Орет как бешеный!

Я говорила громко, так как параллельно в моей голове, не замолкая ни на секунду, продолжал причитать панический голосок: «Ужасно, ужасно, ужасно! Это все не со мной, это все кажется!»

– Еще бы! – сообщила Надя, подходя к нам. Подруга бросила на меня короткий виноватый взгляд, а потом сделала то, что я никогда от нее не ожидала – заговорила на языке «ути-пуси», рьяно презираемый нами: – Ой ты маленький, пусечка, испугался, да, сладусечка? Ну ничего, мы тебя не обидим, сейчас купим что-нибудь вкускненькое, что ты любишь, маленький?..

При этом Надя забрала у меня кролика – мягкого и податливого, не ставшего даже оказывать сопротивления, и принялась его тискать – чесать пузико, разминать лапки, щекотать за ушками. При этом она не переставала ни на секунду с ним ути-пуськаться, укачивая того словно младенчика. Ожидая грозной реакции, а, помнится, духу леса совсем не нравилось, когда его трогали, в своей голове я услышала:

«Да-да, я не против перекусить. Силы меня покинули, почти не чувствую магию, нужно подкрепиться. Например, предпочту свежие корешки сосенки или смолу бережки, но от листьев тополя тоже не откажусь...» – он вбуравился в меня своими маленькими глазками, добавляя: – «Если нет тополя, сойдут и другие листья, главное, чтобы они были молоденькими».

– Ты в курсе, что сейчас зима? – обратилась я к нему. – Какие тебе на фиг корешки и листья?..

«А вот грубить не надо!» – кролик прижался к Наде, а его глазки-буравчики не по-доброму блеснули. А затем он оглядел заснеженный пустырь и сообщил: – «Ладно, мороженые корешки тоже подойдут и, на худой конец, ветки... А где все деревья?» – с тревогой добавил он и снова принялся панически причитать. Надя поспешно закачала зверька и мне прошептала:

– Ты его нервируешь!

– Нервирую? – ахнула я и решительно шагнула к подруге. – Значит так, меховой паникер, переносимся обратно! Сейчас же!

Я схватила его за уши, сконцентрировалась, представила предыдущую реальность, но... ничего не произошло.

«Второй раз не прокатит!» – изрек дух леса. – «Ты забрала у меня магию, ее слишком много ушло, и только лес сможет ее восполнить. Нужно найти деревья, они подпитают. А пока – накорми и неси в лес, или я за себя не ручаюсь!» – строго добавил он, мимишно дернув носиком.

– Что он сказал? – с интересом спросила Надя, наблюдая, как мы со зверьком пристально друг на друга смотрим. Признаюсь, мне хотелось не накормить его, а скормить какой-нибудь бродячей собаке. Если я сама научилась перемещаться по реальностям, то зачем мне вообще он был нужен?

Надя словно поняла мой настрой и ревностно прижала к себе кролика.

«Ты без меня не переместишься!» – заявил кролик, тоже будто бы все поняв.

«Но, если ты меня обманешь, то, это, я за себя не ручаюсь!» – мысленно ответила я, а потом вслух обратилась к подруге: – Поищем кафе, его крольчачье величество изволит трапезничать.

– Я бы тоже перекусила, – улыбнулась Надя, а кролик торжественно вскинул мордочку и сообщил:

«Хорошая дева... не то, что ты!»

Благо, ближайшее работающее с раннего утра кафе мы нашли менее чем за десять минут. Признаюсь, что от царящих в помещении запахов у меня тоже разыгрался аппетит, но об этом я, конечно же, не стала говорить. С кислым видом я заказала нам с Надей по чашке кофе, гамбургеру, упаковке картошки фри, а кролику – пакетик с карликовыми морковками и ломтики яблока.

– Я скоро вернусь, – принеся заказ за столик, где ждала Надя, я отправилась в туалет, где не меньше пяти минут стояла над краном, поливая лицо водой и собираясь с мыслями. Есть хотелось все сильнее, и я вернулась к своему гамбургеру, однако на подносе не оказалось ни гамбургера, ни картошки фри, а кролик нагло лакал из моей чашки кофе. При этом вскрытые пакетики морковки и нарезки яблока лежали нетронутыми.

– Надя, куда ты смотрела? – возмущенно прошептала я, а подруга виновато потупила взор и сообщила, как бы оправдываясь:

­ Я ему свой гамбургер тоже отдала.

«Что за расчудесное лакомство!?» – пропел дух леса, отстраняясь от чашки и принимаясь аппетитно хрустеть картошкой с подноса подруги.

– Не думала, что кролики любят мясо, – заметила я мрачно.

«Мясо?» – спросил он, тут же выплюнув картошку и уставившись на меня своими глазами-пуговками. – «Животное мясо?»

– А ты предпочитаешь человеческое? – осведомилась я. – Да та огромная булка с мясом, как ты вообще умудрился съесть две сразу. Я тебе морковь и яблоко купила, они должны сойти за твои корешки. Надя? – я снова осуждающе взглянула на подругу. – А вдруг ему плохо будет? Кролики же травоядные!

– Но он же необычный кролик! – возразила подруга, виновато отводя в сторону взгляд.

«Ох, чето мне нехорошо... отраву подсунула!» – внезапно сообщил кролик, страдальчески постанывая, развалившись на столе и вывалив в пузо. Кролик прилично раздулся, все-таки два съеденных гамбургера дали о себе знать, и дело тут было вовсе не в отравлении, а в элементарном обжорстве. При этом зверь разлегся аккурат возле картофелины. Дернув носиком, он дотянулся до нее и медленно продолжил жевать.

– Животное! – вздохнула я.

– Животное? – отреагировал проходящий мимо в униформе с метелкой в руках сотрудник кафе. – Он стрельнул глазами в сторону нашего столика и ахнул. – Вы что, в кафе же запрещено с животными! Да еще на столе... уберите немедленно!

– Простите... он ручной... – пробормотала Надя. Она поспешно накинула на плечи шубку и спрятала за пазуху кролика.

– Да хоть говорящий, – воскликнул сотрудник. Ха-ха, прозвучало и вправду смешно. – Нам проверок только не хватает. То птица, теперь кролик, совсем клиенты страх потеряли... Доедайте и уходите. Будем считать, что я ничего не видел...

– Простите? – спросила я, когда парень, подхватив метелку, собирался пойти прочь. – Вы сказали... птица?

– Ага, черная такая, как вспомню - аж не по себе, – закивал парень, передернув плечами и указывая на дальний столик. – Принес какой-то мужик перед самым открытием, ничего не заказал, долго сидел в окно смотрел. Я бы внимания не обратил, у нас контингент разный бывает, но тут я услышал странный звук, присмотрелся, а у него на коленях птица сидит. Да она по ходу больная была, раненая – я их попросил уйти, там на полу крови накапало, около часа отдраивал, какая-то въедливая оказалась, даже до конца оттереть не получилось, надеюсь, никто не заметит... У вас-то хоть здоровый? – обратился он к Наде, и подруга поспешно закивала:

– Да-да, у нас здоровый, не агрессивный, дружелюбный, со всеми прививками.

Кто бы мог подумать, что скромная Надя из этой реальности умела так уверенно врать.

– А как выглядел тот человек? – спросила я.

– Без понятия, весь замотанный, в черном одеянии – шарф, шапка, перчатки, разве что... – добавил парень, но тут же отрицательно мотнул головой. – Да нет, бред, мне наверняка показалось.

– Что? – спросила я.

Парень замялся, явно не желая отвечать, но потом все же сдался и, наклоняясь пониже, чтобы остальные не услышали (хоть в кафе кроме нас и скучающего продавца на кассе никого не было), прошептал:

– Я когда его попросил покинуть кафе, он на меня взглянул, и мне показалось, что у него глаза белые. Я даже смутился, мол, нехорошо же слепого человека прогонять, но тут он стукнул по столу, что даже приборы зазвенели, спешно поднялся на ноги и ушел. При этом он ни во что не врезался, и палки у него не было. В общем, бред какой-то, да еще это птица... Наверное, косплеер! – добавил парень более уверенно. – С вечеринки или типа того. Ладно, доедайте, а я пошел, – вздохнул он и двинул прочь.

– Ты куда? – прошептала Надя, когда я поднялась и пошла к тому месту, где сидел человек с птицей. Внутри у меня все дрожало, если это был провидец, то, что он хотел? Герман ведь мог контролировать провидцев, но не всех. Сложно было сказать – враг незнакомец или нет.

Я увидела на полу пару засохших капель крови, погладила столешницу, взяла в руки пластиковые баночки для специй.

– Алиса? – с тревогой позвала меня Надя, встав рядом.

– Тот парень сказал, что мужчина стукнул по столу и приборы зазвенели. Какие приборы, если он ничего не заказывал, а банки для специй пластиковые?!

– Наверное... – приготовилась было ответить Надя, но не нашла что сказать. Мы уставились на стол, а потом дружно присели и заглянули под него. Сразу же обнаружились прилепленные к столешнице металлические ключи, чему я совершенно не удивилась. Один ключ был стандартного размера, а другой резной, диковинный, размером с мой мизинец.

– Что это? – встревоженно прошептала подруга. – Ты только их не трог... – договорить она не успела. Как я протянула руку и коснулась ключей.

– Нам нужно во всем разобраться, – ответила я, а мои пальцы коснулись ключей. По коже моментально побежали мурашки, казалось бы, ничем непримечательный феномен, однако теперь я словно научилась отличать обычные мурашки от необычных.

Ключи были крепко прикреплены к столешнице магией, очевидно, что обычный человек не смог бы их достать. Хорошо, что я освоила стихийную магию и, сосредоточившись, вспомнила наставления Белочки. Но тут за нашими спинами прогремел строгий женский голос:

– Что вы тут делаете?

Мы с Надей одновременно вздрогнули и обернулись. Ничем непримечательная девушка в униформе, с метелкой в руках, но с весьма недружелюбным выражением лица пристально на нас смотрела. Ей явно было не по душе, что мы подошли к этому столу. «Значит, она знает про ключи?» – осенило меня. – «И весьма не рада нас видеть!» Получается, что ключи оставлены не для нас... Но для кого?

«Алиса, тебе это надо? Хочешь новых проблем?» – спросила я себя, когда Надя поспешно вскочила на ноги и затараторила:

– Ничего! Мы просто потеряли монетку, она такая прыткая оказалась, откатилась сюда, а мы за ней, а потом...

Подруга стала заговаривать девушке зубы, чем я и воспользовалась, не без труда, но все же смогла открепить ключи и спрятать их в карман, достав оттуда завалявшуюся металлическую монету, на которую даже пакетик соуса было не купить.

– Нашла! – торжественно, словно выиграла миллион, заявила я, поднимаясь на ноги и демонстрируя монету.

– Какое счастье! – обрадовалась Надя.

Девушка подозрительно прищурилась. Наверняка приняла нас за сумасшедших, и это было бы весьма кстати. Если она из волшебного мира и узнает, что я украла ключи... Ой нет, об этом лучше не думать...

Под пристальным взглядом недружелюбной девицы было неловко, но ни в коем случае не следовало показывать страха, чтобы та что-то заподозрила. Поэтому мы с Надей продолжали глупо ухмыляться, радуясь какой-то монете. В конце концов, девушка, видимо, и вправду приняла нас за дурочек и посторонилась, а мы с Надей, продолжая восторгаться найденной монетой, спешно пошли к выходу.

– Какая она злая, – шепнула подруга. – Ты только не оборачивайся, она стопудово на нас смотрит.

Я тоже в этом не сомневалась, когда тебе высверливают взглядом затылок, ты это чувствуешь. Даже не знаю, как это работает, но если несколько минут назад я хотела купить еще по гамбургеру, то теперь такая мысль испарилась.

– Быстрее валим отсюда, думаю, что ключики были не для нас, – ответила я, прижимая руку к карману.

– Тогда... – отозвалась Надя. – Может быть, не стоило их брать? – подруга явно была заодно с моим внутренним тревожным чувством. – Выброси, пока не поздно!

– Что ты, а вдруг это знак? – помотала я головой.

– Ты же только что сказала, что они не для нас, – возразила Надя. – Алиса, нам нужно сосредоточиться на твоем возвращении. Если из-за этих ключей у нас возникнут проблемы...

– Тише, – шепнула я. – Не волнуйся, никаких проблем!

Я вообще верила в то, что говорила. Надя – вот точно нет.

– Если врешь, то делай это хотя бы убедительно, – вздохнула подруга, открывая дверь кафе. – Ладно, куда дальше?

– На вокзал! – сказала я уверенно. – Нужно отвезти кролика в лес, чтобы он подпитался магией и смог нас перенести.

– В тот лес, где была твоя сгоревшая деревня? – уточнила подруга.

– Именно! – ответила я.

Кролик молчал всю дорогу, безмятежно посапывая на груди у Нади, с которой мы в мрачном молчании хрустели морковкой и ломтиками яблока. Удивительно, но, готовясь к тому, что в дороге на наш след выйдут враги, до вокзала мы добрались без происшествий.

– Кролика лучше спрячь, а то билеты не продадут, – предупредила я перед тем, как мы вошли в зал ожидания. Надя хорошенько утрамбовала зверька под своей шубкой. – Он ведь бешеный, все испортит...

«Сама ты бешеная!» – проснулся кролик, сладко зевнув. – «Ох, что-то сморило меня, и что я пропустил?»

«Ничего», – я решила не рассказывать про ключи из кафе.

– Тебе не кажется странным, что нас не ищут? – спросила Надя, когда мы, купив четыре билета (на все купе), вышли на платформу. При этом по закону подлости это и случилось – мы сразу же увидели людей мадам Геллы.

Плечистые и мускулистые, одетые в черные мантии, они внимательно разглядывали всех ступающих на платформу. И даже не пытались таиться, хотя выглядели, мягко сказать странно – словно сбежавшими с какой-то костюмированной вечеринки. Они, конечно же, привлекали к себе внимание пассажиров, но явно не страдали от комплексов, абсолютно не реагируя на пораженные взгляды людей. Зато сами так пристально разглядывали каждого выходящего из-за турникетов, словно обладали встроенной системой распознавания лиц.

Мы с Надей замерли, но, было ясно, что оказаться незамеченными не получится. «Вот и конец!» – мрачно подумала я, инстинктивно попятилась и врезалась в мусорку, споткнувшись и чудом не упав. А вот чемодан проходящей мимо женщины, я все же уронила.

– Извините я не... – попыталась сказать я, но заливистый лай зажатой у нее под мышкой болонки заглушил все кругом. Ну и, конечно же, привлек внимание. Я очень медленно повернулась к людям мадам Геллы, которые смотрели в нашу сторону во все глаза, при этом почему-то с места не срывались, чтобы нас схватить.

– Тише мое золотко, все хорошо, мамочкина защитница... – елейным голоском заговорила женщина с болонкой. А когда я подняла ее чемодан, снова пробормотав извинения, женщина прожгла меня таким ядовитым взглядом, что я невольно сжалась.

Я перевела затравленный взгляд с нее на мужчин, внезапно начав даже злиться, что они до сих пор тормозят и не бегут к нам. Они, в свою очередь, проводили мрачными взглядами женщину с болонкой и снова обратили взор к турникетам.

– Они нас не видят, – догадалась Надя.

«Не видят?» – удивилась я.

«Разумеется, не видят!» – подтвердил кролик не без гордости в голосе. – «Если бы видели, давно бы уже сцапали по пути сюда, я нас сделал невидимыми для темной магии, чувствую, здесь ее довольно много, такая нехорошая, злая...»

«То есть колдовать ты все-таки можешь?» – возмутилась я. – «Провел меня, комок меховой?!»

«Магия защиты – самое простое, что можно сотворить, любой, обладающий магическими способностями, это знает!» – сообщил кролик, явно кидая камень в мой огород. – «А магия перемещения – сложное мастерство!.. Удивительно, что ты его освоила быстрее, чем все остальное», – буркнул он недовольно.

– Кролик... – обратилась я к Наде, решив объяснить, что произошло, но недовольное «кхе-кхе», раздавшееся в голове, заставило меня поправиться: – Великий и всемогущий дух леса сделал нас невидимыми, однако... – я наклонилась, чтобы меня было лучше слышно. – Если я узнаю, что ты мог колдовать, но не сделал этого, то сделаю из тебя мясное рагу. Сначала медленно сдеру лоснящуюся гладкую шкурку, наблюдая, как ты будешь биться в агонии, а затем...

– Алиса! – шепнула Надя и толкнула меня в плечо.

В этот момент мимо проходила сонная пара с десятилетним ребенком. Они клевали носом прямо на ходу, страдальчески вздыхали и широко зевали, но, услышав то, что я сказала (а они точно услышали), тут же проснулись, уставившись на меня во все глаза. Не знаю, о чем они подумали, кролик ведь все еще находился спрятанным под шубой Нади, но моментально проснулись. Женщина ахнула и, схватив за руку сына, потащила прочь. Мужчина укоризненно мотнул головой и поспешил за семейством.

«Фу ты агрессивная!» – заметил дух леса.

Я словно очнулась от сна. Неконтролируемая вспышка агрессии исчезла так же внезапно, как и возникла. Я взглянула на розовый носик зверька, выглядывающего из-за пазухи подруги.

«Прости, я...» – мне и вправду стало стыдно.

«Да ладно, я все понимаю, белым есть, за что меня не любить» – тяжело вздохнул он. – «Слушай, история стара как мир, в том, что случилось с ними, есть и моя вина, я обещал им защиту, но не сдержал слово... В общем, я хочу загладить вину. Жаль, конечно, что приходится делать это через тебя, ты не самый приятный их потомок, но... нужно работать с тем, что есть».

– Если нас не видят, мы можем пройти дальше? – подала голос Надя, не сводя взгляда с опасных людей в черном. – Я бы тоже не хотела их видеть, стоя напротив. – Пойдем?

Подруга указала в дальнюю сторону пирона, и мы медленно двинулись в том направлении.

«Хорошо, и что же значит – загладить вину? Что ты натворил?» – обратилась я к кролику.

«Когда придет время, ты сама все узнаешь», – загадочным тоном ответил он, на этом наш диалог закончился, и дух леса больше не проронил ни слова. А через пару минут Надя, отметила:

– Кажется, он уснул, маленький. Утомился, бедненький, такой стресс испытал...

– Не он один! – вздохнула я.

В вагон мы вошли спустя минут десять и заняли свое купе. Через окно мы видели, что люди мадам Геллы продолжали стоять на платформе, высматривая нас с подругой.

Поезд постоял на станции, затем издал протяжный гудок, сообщающий об отправлении, и двинулся в путь. Ничто вроде бы больше не предвещало беды, по крайней мере, на пару часов, и это с учетом, что поезд внезапно не решит сойти с рельс. Мы проводили взглядом наших преследователей, а когда те окончательно скрылись из виду, испытали неимоверное облегчение.

Надя сняла шубку, достала кролика и уложила того на полке, а я широко зевнула. Стоило расслабиться, как очень захотелось спасть. Не верилось, что у нас получилось сбежать, но не успели радостные мысли закрепиться в голове, как двери купе распахнулись, и внутрь влетел (иначе по-другому это не назовешь) пестрый вихрь в виде незнакомки – в яркой одежде, с пышными светлыми волосами, неестественным кукольным лицом, по которому невозможно было определить возраст. Невысокая, довольно худая, удивительно, как она умудрялась носить за спиной походный ранец, выглядевший по весу больше ее самой.

– О, у вас уже есть один заяц! – сообщила она звонким невозмутимым голосом. – Это хорошо, я буду вторым! – Сняв свой огромный рюкзак, чудом меня им не прибив, незнакомка плюхнулась на сиденье рядом и добавила: – Считайте, я не видела, что вы с животным. Уверена, на него у вас нет документов, но вам повезло, ведь я умею хранить секреты.

Попахивало шантажом. Девица сверкнула необычными фиолетовыми глазами и изогнула розовую бровку. Надя поспешно принялась прятать кролика под шубу, а я открыла было рот, чтобы ответить: «А не офигела ли ты?», но тут дверь купе снова отъехала, и в проходе нарисовалась слегка запыхавшаяся проводница. Она впилась взглядом в девицу, ее второй подбородок слегка дрогнул, но разразиться длинной тирадой женщина не успела, как девица все с тем же невозмутимым видом, сообщила:

– Спокойнее, дамочка, я же сказала, что с подругами еду. Девочки, подтвердите!

Незнакомка взглянула вначале – на словно выпавшую в осадок Надю, прикрывающую руками грудь с кроликом, а затем хитро подмигнула мне. Да кто она вообще такая и что себе позволяет?! Я покосилась на проводницу, которая явно ждала, что я скажу правду, и она выставит девицу вон. Однако... Та же расскажет про кролика, случится скандал, и в лучшем случае нас просто высадят, а в худшем отправят в отделение полиции.

– С нами, – медленно кивнула я. – Мы выкупили все купе.

Я перегнулась через столик и взяла у словно боящейся пошевелиться Нади наши билеты, передав продавщице. Но женщина их проигнорировала, ядовито кольнув взглядом незнакомку, нас с Надей и молча покинула купе.

– Бешеная дамочка, – пожаловалась незнакомка. – И что она на меня взъелась? С последнего вагона гнала по всему поезду, билет, видите ли, при входе не показала...

– А как ты без билета вообще на платформу вышла? – спросила Надя, за все время с момента прихода проводницы впервые шевельнувшись.

– Секрет фирмы, – лукаво улыбнулась девица, а потом повернулась ко мне и сообщила: – Кошелек сперли прямо на платформе, а там были все деньги, карточки и билет... Бывает же такое.

– Не верю, – ответила я тут же.

Что-то в этой незнакомке было не то, но что именно, я пока понять не могла. Я не чувствовала исходящей от нее опасности, но и доверяться тоже не спешила. Она бежала по всему поезду от проводницы и ворвалась именно в наше купе. Совпадение?

– Ну и правильно, – сообщила незнакомка довольно спокойно и пожала плечами. – Я просто везучая.

И, словно не замечая нас с Надей, беззаботно принялась напевать себе под нос мотивчик какой-то песни и копаться в своем огромном походном рюкзаке, достав из него не менее огромную блестящую косметичку-чемоданчик. Вроде бы такие используют визажисты, например, когда снимается кино. Затем девица легким движением руки потянула за свою пышную копну волос и водрузила шевелюру на сиденье. Прекрасные волосы оказались париком, а собственных у девушки не оказалось – лишь выбритая под ноль голова, маленькая и похожая на яйцо. Сейчас незнакомка как никогда напоминала пластиковую куклу.

В голове у меня крутилось множество вопросов, но какой из них задать первым я не знала. Словно загипнотизированная я стала наблюдать, как из рюкзака она выуживает и другие парики – черный, зеленый, оранжевый, фиолетовый...

Места катастрофически не хватало, девица заняла столик и, открыв чемоданчик, стала доставать оттуда средства для макияжа и грима, баночки с кремами, футляры с очками, коробочки с линзами... И все это в огромных количествах – тут был целый арсенал. Девушка не иначе как шпионкой являлась, но при этом вела она себя легко и непринужденно, словно находилась в купе одна.

– Хотите просверлить во мне дыру? – поинтересовалась она, доставая бутылку с жидкостью и принимаясь смачивать ею ватные диски. – Если хотите о чем-то спросить, спрашивайте. Только сразу предупрежу – на честные ответы не рассчитывайте.

«Вот ведь наглая какая», – кролик высунул из-за пазухи мордочку и задвигал маленьким носиком. Но стоило незнакомке бросить на него взгляд, как тут же спрятался обратно.

– Такой стешняшка, – заметила девица, а затем внезапно протянула к Наде руки. – Дашь подержать?

– Не думаю... – тут же ответила подруга. – Он... кусается.

– Не страшно, у меня высокий болевой порог, – сообщила незнакомка, не опуская рук.

«Она из нашего мира?» – спросила я мысленно, поздно поняв, что назвала волшебный мир своим.

«Я не чувствую магии», – после некоторой заминки ответил дух леса, высунув носик. – «Гоните ее в шею и дело с концом!.. Ой, не надо...» – возопил он, когда девица все же проявила настойчивость и решила самостоятельно взять кролика у Нади. – «А ну пусти или все патлы...» – кролик замялся, явно сообразив, что девица лысая, но быстро поправился, – «пальцы пооткусываю».

«А теперь чувствуешь?» – спросила я. – «При таком контакте точно должен что-то чувствовать!»

«Да не чувствую я ничего, она обычный человек, причем с прибабахом! Забери меня у нее! Забери! Меня укачивает... Ой, мамочки...»

Но мне не пришлось отбирать кролика, так как навертев и намяв того вдоволь, незнакомка вернула его Наде.

– У меня в детстве тоже был кролик, я его так любила, а потом он просто взял и исчез, – заметила девушка внезапно помрачнев.

– Печальная история, – согласилась я.

– Ага, а на следующей день в меню на ужин у нас была крольчатина... – продолжила она.

«Я же сказал ненормальная!» – голос духа леса слегка дрогнул.

– ...меня заставили есть, я плакала, давилась... Мои предки, маленько поехавшие, живут по дурацким правилам, давно мечтала от них сбежать и – вуаля! – она заулыбалась. – Отныне я живу не по их указке, а делаю то, что хочу!

– А ты уже совершеннолетняя? – уточнила я.

– Кому нужен этот возраст, – отмахнулась она, вернувшись к макияжу.

Розовые брови и тени были стерты. Незнакомка умело работала ватными дисками, меняясь прямо на глазах, превращаясь из куклы в обычную девушку, на вид приблизительно нашу ровесницу. Вот только выглядела она бледновато, но разглядеть получше естественный вид незнакомки не получилось, так как смыв один макияж, она тут же приступила к нанесению нового.

«Ты точно все еще не чувствуешь ничего магического?» – спросила я у духа леса.

«Ты про любительницу крольчатины?» – едко отозвался тот. – «Нет, не чувствую ничего, сказал же уже!»

«А она могла бы... скрыть, например, свою магию?» – начала было я, но кролик резко меня перебил:

«От меня?» – дух леса явно оскорбился. – «Я – самое могущественное существо в мире, так что определяю любую магическую энергию, от меня ничего не скроется!»

«А если...» – хотела сказать я.

«Без если!» – отрезал кролик. – «Эта дева ничем не одарена! Абсолютная пустышка!»

Он сказал это так уверенно, явно давая понять, что сомневаться в его способностях не следует, поэтому строить диалог дальше я не стала. Вот только с тем, что девушка не одарена, я не соглашалась. Никогда я не видела, чтобы человек мог так кардинально менять свою внешность. Недавно она была круглолицей куклой, а теперь превращалась в восточную принцессу, создавая себе острые высокие скулы и зауженные глаза.

– Откуда ты, как тебя зовут? – обратилась я к девушке.

– О, а тут давайте без обид – я инкогнито, – она взглянула вначале на меня, потом на Надю. – Мы несколько часов потерпим общество друг друга, а потом разойдемся как в море корабли. Без обид же? А куда вы, кстати, направляетесь?

– Без обид! – ответила я, пересев к Наде.

Может быть, и к лучшему, окажись наша незнакомка случайной попутчицей. Но меня не покидало ощущение, что встреча неслучайна, а девушка тем временем, не чувствуя никакого дискомфорта, продолжила заниматься своим лицом.

Я никогда не видела, как работают гримеры, и сейчас мне представился уникальный шанс. Мы с Надей не меньше часа завороженно наблюдали за тем, как меняется лицо нашей попутчицы, а потом меня сморило. Причем произошло это весьма внезапно, я не собиралась спать, но стоило прикрыть глаза, как все и произошло.

Я не поменяла реальность, как раньше, а будто бы оказалась по другую сторону экрана. Было очень странно увидеть себя со стороны – я стояла на тропинке в лесу и ждала, когда ко мне подойдут Филипп и Надя, но они не спешили этого делать, трусливо озираясь по сторонам.

– Повтори, пожалуйста, еще раз, почему нам нужно туда идти? – попросил брат.

– Снова? – услышала я свой голос. – Я же уже миллион раз повторила.

– Потому что мы каким-то образом оказались втянутыми в другие реальности, потому что от этого зависят многие жизни, в том числе жизнь вашего отца и твоей подруги. И когда ты вообще успела завести новую подругу?! – с укоризной в голосе прошептала Надя.

– Ты забыла про то, что нас могут убить опасные колдуны, – вставил Филипп.

– И ты сама умеешь колдовать! – глубоко вздохнула Надя. – Все это какой-то ужасный сон. Пес меня вообще дернул в деревню ехать, – она виновато покосилась на Филиппа. – И тебя втянула, прости...

– Так, я понимаю, что все это звучит безумно, но вы должны мне довериться! – сказала я, подходя к брату и подруге. – Я обещаю, что с вами ничего не случится, но мы должны сделать это вместе.

– А вдруг не получится? – прошептала Надя, судорожно хватая ртом воздух и поддаваясь панике. – Вдруг мы навсегда там останемся. Без вкусняшек...

– Ты же на диете, – заметила я.

– Без вайфая... – добавила она с придыханием. – И телефона...

– Я ведь не могу оставить Катю, – сообщил брат. – Я же обещал вернуться к вечеру...

– Да что с вами такое? – воскликнула я, обращаясь к ребятам: – Когда вы в трусов превратились? Фил, наш отец в беде, нужно его спасти, мы же – одна семья! Надя, ты точно моя подруга? Та Надя, которую я знаю, никогда не дала бы слабины!

– Да в реальности я не боюсь, но там... – она махнула рукой в сторону темной лесной чащи, ставшей камнем преткновения, затормозив путь. – Это же бред какой-то – просто вынос мозга. У нас же все хорошо было. Когда ты успела найти волшебный мир, стать колдуньей, обзавестись друзьями и даже парнем...

– Между прочим, он оборотень, – шепнула я и позвала: – Ян, подойди, пожалуйста. Из темной чащи послышались шорох и недовольный вздох, а потом на тропинку вышел и сам парень. С весьма недовольным видом он направился к нам.

–Слушайте, мы такими темпами до портала не доберемся! – ворчливо заметил он. – Мы либо поторапливаемся, либо...

– Можешь посветить глазами? – спросила я.

– Это еще зачем? – нахмурился он. – Мы ерундой страдать будем?

– Пожалуйста! – попросила.

– Может быть, еще превратиться? – прищурился он.

– Если тебе не сложно, – кивнула я, – Пожалуйста, очень прошу.

Парень закатил глаза и пошел обратно в лесную чащу.

– В том мире полно оборотней! – заявила я, глядя на подругу – главную поклонницу этих созданий.

– Оборотни?.. – прошептала Надя с неким обожанием в голосе. – Настоящие?..

Подруга сделала робкий шажок вперед, затем еще один и еще...

Что произошло дальше я не узнала, так как меня что-то потянуло назад, а перед глазами все завертелось словно в калейдоскопе. Но через мгновение страшная круговерть закончилась, и меня выбросило в какие-то кусты – точнее, снова будучи наблюдателем, я опустилась возле другой себя.

Пригнувшись, я наблюдала из-за кустов за огромной цветочной поляной, на которой царило небывалое оживление. Туда-сюда сновали по воздуху маленькие человечки – феи, задорно скакали с цветка на цветок, радостно хихикали и напевали песенки.

Я, конечно, видела фей в городе, но не такое количество... Вся поляна в прямом смысле была заполонена этими созданиями. Преимущественно малышки были одеты в зеленые платьишки, но встречались и фиолетовые, розовые, голубые одеяния... Крылышки блестели на свету, словно цветные полупрозрачные фантики от конфет.

Но внешность обманчива? О жестокости и кровожадности фей я была наслышана от своих новых друзей, папа тоже описывал их в своей рукописи, при этом не скупился называть их злыми и коварными. А вот Забава восторгалась феями, считала наимилейшими существами на свете.

Глядя же на эту цветущую поляну и порхающих по ней миниатюрных фигурок, где царили умиротворение и гармония, создавалось впечатление, что все мои приятели, рассказывающие истории про фей, как про исчадия ада, ошибались. «Нет-нет, они хорошие!» – говорила я себе мысленно, но, тем не менее, продолжала все ниже и ниже клониться к земле – лишь бы не заметили.

– Ну как, нашла лазейку? – обратилась ко мне Офелия, внезапно оказавшись рядом, но я не испугалась такого появления.

– Это ты меня спрашиваешь? – ответила я раздраженно. Офелия в ответ фыркнула и мотнула головой, с ее волос моментально посыпались разноцветные блески, а я еле сдержалась, чтобы не чихнуть, наградив фею еще более недружелюбным взглядом.

– Ну прости, кто же знал, что так произойдет...– воскликнула она.

– Например, Герман! – процедила я еще более недовольным тоном. – Он множество раз предупреждал, а ты...

– Да освободим мы их, не парься! – махнула рукой фея, задевая куст, который в ответ ожил – пискнул и задрожал, сбросил с себя все-все листики и дал деру.

– Упс, – сказала Офелия.

Она спешно превратилась в маленькую фигурку, и полетела прочь, оставляя меня одну за голым кустом. И ведь вопрос времени, когда феи поймут, что что-то произошло... И вот, не успела я и шага сделать, как меня наконец-то заметили.

– Чужаки! – тут же закричали малышки, перестав радостно щебетать и напевать песенки. Их миролюбивые личики озлобились, заблестели глазки, оголились острые зубки, а крылышки преобразовались в сверкающие на свету опасные кинжалы.

– А ведь я говорила, что не нужно ее брать! – услышала я девчачий голос, а потом на поляну полетели дымовые шашки. – Выкусите, злюки! Уходим!

Возле меня оказалась девушка с сиреневыми волосами. Я, обнаруженная феями, ничуть тому не удивилась и побежала за девушкой, а вот я – наблюдатель, пораженно захлопала ресницами. Стоп, это что была та самая незнакомка из поезда? Я не смогла рассмотреть ее лица, хотела было броситься следом, но не успела.

– Алиса! – кто-то встряхнул меня за плечи, и я тут же открыла глаза, увидев перед собой Надю.

«Наконец-то – очухалась!» – сонно зевнул кролик, выглядывающий из-за ее пазухи. Было видно, что он сам недавно проснулся.

– Мы приехали, пора выходить, конечная! – сообщила подруга. Я осоловело на нее уставилась, а затем завертела головой.

– Где она? – воскликнула я, вскакивая на ноги.

– Девушка? – спросила Надя. – Так ушла.

– Давно? – спросила я, выбегая в тамбур, где уже было полным-полно народа. Именно сейчас, как на зло, всем потребовалось выйти в коридоры вместе со своими вещами и устроить столпотворение.

– Так пару минут назад, –ответила Надя. – Что случилось?

– Ах ты меховой комок, она из волшебного мира, как не почувствовал?! – укорила я кролика, а затем схватила вещи, Надю и потащила всех на выход.

– Алиса, объясни, пожалуйста, что происходит? – попросила подруга. – Ты меня пугаешь...

Работая локтями, я пробиралась через толпу людей. Многие возмущались, но я была вне себя куда сильнее. Не знаю, мои ли это были эмоции или колдуны проснулись, но злилась я как никогда. Мне как будто специально чинили препятствия, люди тупо остановившись в проходе, чтобы почесать руку или ногу, посмотреть в окно...

«Притормози, мы не поспеваем!» – заявил кролик, но я неслась вперед словно паровоз, либо проглатывая летящие вслед ругательства, либо сурово отвечая на них. Наконец, я все же выскочила на платформу и сразу же увидела ее – перелезающую через забор станции.

– Подожди! – крикнула я, бросившись к незнакомке.

Когда я подбежала к забору, девушка уже перепрыгнула на другую сторону и удивленно обернулась. Ее было не узнать, если бы не фиолетовый парик.

– Чего тебе? – спросила она настороженно. – Я ничего у тебя не крала! – внезапно добавила она, а я заторможенно заморгала и засунула руки в карман. Ключи пропали.

– Хорошо возьми их себе, если хочешь, – сказала я, а девушка закатила глаза.

– Так уже взяла, – вздохнула она, а я протянула руку и ухватилась за отворот ее цветной куртки.

– Послушай, у меня было видение, кажется, я без тебя не справлюсь... – сказала я, решив не ходить вокруг да около.

Девушка тяжело вздохнула, дернула за куртку, а моя рука безвольно упала вниз.

– Ты взяла вещь, которая тебе не предназначалась, но... – она прищурилась, скрестив на груди руки, – мне она тоже досталась чудом, без тебя ничего бы не выгорело, поэтому давай так, я сейчас немного занята, но, когда освобожусь, обязательно тебя выслушаю и, чем смогу, помогу. По рукам?

– Но когда это будет? – обреченным эхом отозвалась я. – И как я тебя найду?

– Эй, от забора отошли! – крикнули сзади. Обернувшись, я увидела спешащих к забору двух охранников, а когда повернулась, девушки на прежнем месте не оказалось. Зато на снегу помимо вереницы шагов, остался лежать фиолетовый парик.

– Прекрасно, – пробормотала я и, распластавшись на снегу, попыталась дотянуться до парика, но прутья не давали этого сделать.

– Алиса! Беги! – услышала я крик Нади, снова повернулась, а ко мне уже бежали не только охранники, но и мужчины в черном. На Надю, мчащуюся вдоль станции, они не реагировали, наверное, до сих пор не видели, а вот меня заметили.

Я могла бы побежать прочь, надеясь, что меня не поджарит брошенная в спину молния, при этом оставить парик, скорее всего являющийся визитной карточкой к встрече с незнакомкой, а могла бы... Я взглянула на забор и, не долго думая, на него запрыгнула.

– А ну слезай! – велел охранник, подбежавший первым. – Навернуться хочешь?

Я перекинула ногу на другую сторону. Вот все-таки не нужно говорить под руку. Вторая нога соскользнула, и я чудом не упала. Охранник схватился за прутья и потряс забор, заставив меня снова чуть не упасть. Снизу, где мирно лежал на земле парик, внезапно раздалось грозное рычание, а затем волосы ожили и прыгнули прямо на забор.

– Что за... – пробормотал охранник и отпрянул, уставившись на парик, как на инородное существо. Мне же некогда было удивляться тому, что фиолетовое чудо живое, поэтому я поскользила по прутьям вниз.

Яркая острая молния полетела к забору и врезалась в него ровно в тот момент, когда я, это заметив, разжала руки и прыгнула в снег. В разные стороны полетели искры, одна из них отрекошетила и задела парик. Рычание переросло в скулеж, странный зверь рухнул в снег и замер.

– Ааа! – возопил первый охранник и побежал обратно. Второй оказался находчивее и, сверкая пятками, давно улепетывал прочь. А вот в руках приближающихся людей в черном назревали новые молнии.

Парик слабо шевелился у забора. В метрах десяти от меня располагался небольшой лесок, где можно попытаться скрыться, а в пяти – парик. Я потрачу на пять метров больше, чтобы забрать непонятное существо, но...

В тот момент, когда я метнулась вперед, мне навстречу полетели молнии. Наверное, план все же был неверный – поднять парик, чтобы с ним же и погибнуть. Или попытаться переместиться?

Парик словно услышал, что я бегу на помощь, шевельнулся, приподнялся на крохотных лапках. Это был зверек с большими печальными глазами провинившейся собаки. Его взгляд словно говорил: «все кончено!»

– Давай же, прыгай! – крикнула я, падая на колени и вытягивая руки.

Зверек встрепенулся и не без усилия, оставляя на снегу кровавый след, оттолкнулся лапками и прыгнул. Мои пальцы коснулись его длинной фиолетовой лоснящейся шерстки буквально за мгновение до того, как магические молнии превратили бы нас в пепел.

Тьма сгущалась, окутывая все кругом. Ужасная усталость сковала тело, тяжело было не только шевелиться, но и дышать. Весьма странное и неприятное ощущение.

– Лисенок, открой глаза! – услышала знакомый голос. И как бы тяжело ни было, я тут же это сделала и увидела склонившегося над собой отца. Он протягивал мне руку, я недоверчиво на нее уставилась, а потом протянула свою в ответ.

Папа не был призраком, его пальцы оказались теплыми, рука твердой, дыхание настоящим. Он поднял меня на ноги, и я тут же крепко его обняла.

– Из какой ты реальности? – прошептала я.

– Лисенок, посмотри на меня! – папа отстранился и сел на корточки, глядя снизу вверх. – Мне очень жаль, что тебе пришлось узнать об этом так. Я обещал, что расскажу раньше, думал потянуть время, что после твоего семнадцатилетия все закончится. Я не должен был отпускать тебя в деревню, но они заверяли, что не пустят тебя в лес. Пообещай, что не станешь меня искать! Возвращайся домой и никогда больше сюда не приезжай. Забудь о волшебном мире, в нашем они тебя не найдут, за черту леса им не пройти! Пообещай! – он встряхнул меня за плечи.

– Где ты? – пробормотала я. – У тебя проблемы?

– Я не пропаду, – уверенно произнес отец.

– Где ты? – повторила я, чувствуя, как внутри нарастает волнение. Отец смотрел на меня так, словно то была наша последняя с ним встреча.

– Люблю тебя, Лисенок! – прошептал он, а затем притянул меня к себе и снова крепко обнял. – Прощай...

Отец рассыпался словно был из песка, стая бабочек взметнулась ввысь, а земля подо мной провалилась. Мгновение полета, и словно мешок с картошкой я рухнула на траву, глядя в голубое небо и колышущиеся верхушки деревьев. Птицы заливисто пели в вышине, кто-то копошился в траве. Услышав странные причмокивающие звуки, я приподнялась и увидела вылизывающегося фиолетового зверька. Поняв, что его заметили, он тут же замер, словно я поймала того с поличным, и, прикусив фиолетовый язычок, поднял на меня осторожный печальный взгляд.

– Ну и кто ты такой? – спросила я, а зверек вскочил на лапки и дружелюбно завилял частью волос, словно собачка хвостиком. Часто задышав (точно собачка!), он припал к земле и запищал.

– Алиса, где ты? – позвали меня, я тут же узнала голос Амелии.

– Тише, я же попросил не шуметь, – проворчал в ответ второй голос. Ян.

– Из-за твоего «тише», мы целую ночь ее искали и так и не нашли! – не менее ворчливо заметила Белочка. – Никакой пользы от тебя, оборотень называется...

– Это тебя не следовало брать, только и делаешь, что ноешь всю дорогу! – ответил Ян.

– Я ною? – оскорбившись до глубины души, ахнула Белочка.

– Давайте не будем снова ссориться, – устало вздохнула Зоя. – Главное, что папа в безопасности, и у нас полно времени. Ян прав, лучше искать тихо, не забывайте, что в лесу небезопасно.

– Я-то это прекрасно помню, – заявила Белочка, а затем явно на зло крикнула: – Алиса, ты где?

– Я тебя сейчас загрызу! – предупредил Ян грозно.

– Держи себя в руках, пожалуйста, – попросила Амелия, вставая между ним и младшей дочерью. Пока они спорили, я поднялась на ноги и пошла на голоса. – Я благодарна тебе, что ты нам помогаешь, но... Алиса! – весьма громко вскрикнула она, заметив, что я вышла из-за деревьев и бросилась навстречу. Она заключила меня в крепкие объятия, но затем отстранилась и, подозрительно прищурившись, заявила: – Девочки все рассказали, что мне нужно сделать, чтобы вернуть дочку?

– Привет, снова нашла себе компанию? – обратился ко мне Ян, указывая на сиреневый парик, карабкающийся по ноге, цепляясь лапками за платье. При этом зверек явно не испытывал никакого дискомфорта, продолжая весело вилять фиолетовой прядкой-хвостиком. – Что это за существо такое?

– Ты мне лучше скажи, – я взяла зверька в руки, и он заурчал словно сытый кот. – Видел таких?

– Без понятия, – признался Ян, взглянув по очереди на моих сестер, которые дружно замотали головами, а Амелия протянула к парику руку. Зверек напрягся, испуганно дернулся и обнажил свои острые зубки, но не прошло и пары секунд, как он успокоился и, высунув язык, лизнул женщину за пальцы.

– Я знаю, кто от такой и откуда, – сообщила она.

Конец третьей части.

Продолжение следует...