Магия мёртвых

Глава 1

Книга1: https://author.today/work/29347

Книга 2. Магия мёртвых

Воздух гудел, наполненный нестерпимо громкими ударами соприкасающихся клинков. Таким же оглушительным бывает шум в кузне, когда кузнец умелой рукой опускает молот на заготовку меча, предавая ей нужную форму. Но здесь была не кузня, здесь шумел лес, и его возмущённый шелест заглушался яростным звоном стали.

Удары сыпались слишком часто, раз за разом заставляя уворачиваться и отступать, кружить и отражать выпады сразу пятерых противников. Удивляться, что до сих пор не получил больше ни одного ранения, тоже было некогда. Лишь где-то на краю сознания билась отчаянная мысль, что эта схватка длится неимоверно долго и вытягивает последние силы.

Вик уже привык и к собственной возросшей скорости и к выносливости, которые в разы увеличивались именно ночью. Но всё же старался не ввязываться ни в какие переделки, удивительным образом слишком часто встречающиеся на его пути. Сначала он списывал это на собственную невезучесть. А как ещё было объяснить, что получив от Ярси задание и с облегчением покинув дворец, ещё на выезде из Мироса был атакован группой селян принявших его за оборотня. Дело было вечером, и дорога проходила довольно далеко от границы Рееты, поэтому толпа мужиков вооружённых серпами и косами вдруг с криком перегородивших дорогу стала полнейшей неожиданностью.

Вистолец путешествовал пешком, решив большую часть времени передвигаться ночью, когда можно перемещаться огромными прыжками с недоступной лошадям скоростью не привлекая к себе внимания. Он уже чувствовал запахи еды и людей, доносившиеся со стороны небольшого селения, когда на идущего спокойным шагом усталого путника, коим он себя представлял, налетели непонятные люди. Вик невольно попятился и выхватил меч. Это, как нестранно, сразу остудило пыл крестьян, хотя их было человек двадцать на одного. Но вскоре выяснилось, что они вообще не ожидали увидеть в его руках оружия. Так же свою роль сыграло и то, что путешественник был вистольцем и только поэтому, по их мнению, не мог являться оборотнем. Вику осталось тихонько усмехнуться, пожать плечами и выслушать их объяснения.

Их охота была на некого монстра, нападающего на их деревню по ночам. Вот они и решили встретить его ещё на дороге, надеясь, что он подойдёт к их селению как человек. За три дня погибли уже десять селян. Запертые на ночь двери не помогали, монстр врывался в их жилища выбивая ставни окон и нападал с чудовищной скоростью. Одного или двух утаскивал в лес, остальных, кто находился в это время в доме, просто убивал. Остатки тел похищенных селяне потом находили на окраине леса.

За подмогой послали гонца, но пока он ещё доберётся до ближайшего города, где есть солдаты, пока договорится – пройдёт время. Вот они и решили предотвратить нападение сами. Собрались и устроили засаду.

Разбираться, что это за монстр такой, у Вика времени не было. Он лишь взял это селение на заметку, намереваясь вернуться сюда после выполнения задания. В небольшой деревушке на окраине леса, он купил немного вяленого мяса, свежей сдобы и продолжил свой путь, провожаемый настороженными и панически испуганными взглядами.

Они даже пытались уговорить его остаться на ночь, ссылаясь на то, что в темноте путешествовать очень опасно. Но вистолец слишком хорошо понимал их мотивы, люди просто надеялись, что он сможет как-то справиться с их монстром. Не зря же о жителях Вистольцы шла слава как о лучших бойцах. И Вик бы с радостью остался, самому было любопытно увидеть оборотня уже три ночи в открытую нападающего на одно и тоже селение. Всё, что он знал о своих будущих собратьях, противоречило таким действиям. Они старались не охотиться на людей, их жертвами, как правило, становились дикие животные или домашний скот. Им не нужно было лишнее внимание.

Но сейчас ему пришлось отказаться от приглашения. Уйти, впрочем, удалось недалеко. Уже за первыми деревьями леса обострившийся в подступающих сумерках слух уловил тяжелые, но быстрые шаги. Вик невольно напрягся, неизвестный целенаправленно двигался в его сторону. Парень настороженно замер и едва успел отскочить от вылетевшего из кустов грузного тела. Очень близко мимо лица скользнули огромные когти, в нос ударил едкий запах мертвечины.

Будущий оборотень попятился, налетел спиной на ствол дерева и встал, наблюдая, как непонятное существо мгновенно развернулось и ринулось в атаку. Вик выждал, когда монстр подскочил на расстояние удара, плавно скользнул в сторону, одновременно вонзая в его бок клинок меча. Существо глухо взвыло, стукнулось головой об ствол дерева и вновь развернулось. Вистолец едва успел выдернуть из его тела оружие и тут же рубанул по противнику. Удар достиг цели, рассёк его широкую грудь, покрытую лохмотьями истлевшей одежды, но, казалось, только разозлил.

Оставалось только пожалеть, что с серебряным мечом пришлось расстаться, он слишком чувствительно начал жечь пальцы, и вновь уворачиваться со скоростью на пределе возможностей. В тоже время слух уловил присутствие ещё одного существа и на этот раз это был человек.

- Что делает создание Рееты так далеко от её границы? – прошелестел тихий голос.

Монстр замер на месте, Вик мгновенно развернулся, понимая, что и этот незнакомец врят ли находится здесь с добрыми намерениями. Между деревьев стояла высокая худая фигура, закутанная в плащ. В руках человек держал чёрный, похожий на обгоревший остов посох. Некромант. Вистолец выдохнул, чувствуя, как по спине бегут холодные мурашки.

- Можешь не отвечать, - колдун повёл посохом, бросив едва ощутимую сеть чар. – Ты ещё не пережил своё первое полнолуние. Что ж, я рад нашей встрече. Первый раз вижу оборотня-вистольца. Мы можем помочь друг другу. Надеюсь, ты понимаешь, что тебя вскоре ожидает? Если нет, то я расскажу.

Его голос лился завораживающе-мягко, обволакивал со всех сторон, заставляя подчиниться и слушать. Вик как-то отстранённо воспринимал происходящее, некромант может повелевать лишь мёртвыми – теми, кого воскресил сам, обитатели Рееты не должны быть ему подвластны. Да и не мёртвый он вовсе. Вик с трудом заставил себя встряхнуться. Но голос колдуна не перестал быть менее завораживающим.

- Тебе предстоит испытание, вистолец, тяжкое испытание. Твой голод будет всё возрастать и возрастать. Потом ты начнёшь воспринимать окружающих только как дичь, ты потеряешь свою человеческую сущность, погрузишься во мрак, из которого уже не будет выхода. И тогда на тебя объявят охоту все, кого ты встретишь. Не ты будешь охотником, это на тебя будут охотиться!

Вик невольно поёжился, краем зрения заметил, как осторожно качнулся в его сторону полуистлевший труп в поношенных лохмотьях.

- Я могу помочь тебе, могу облегчить твою участь, - продолжил некромант, делая шаг ближе. – А ты поможешь мне. Вместе с Полкусом вы будете моими детьми, которых я смогу уберечь от злых людей, смогу направить вас к цели….

- К-какой цели? – с трудом проговорил Вик.

- Люди не достойны занимать эту землю, они жалкие и слабые. Здесь должны править мы – те, кто способен повелевать великими силами!

У Вика вырвался невольный горестный вздох, меч здесь был бесполезен. Мечом мозги не вправишь, а отговаривать свихнувшегося некроманта себе дороже выйдет. Хватает уже того, что этот деятель решил выкармливать своё создание жителями деревни.

Он пошарил рукой за спиной, помня, что там растёт куст с толстыми ветками, быстро развернулся, с размаха срубил сразу несколько и подхватил самую большую ветвь. Превратить её в кол времени не было. Подобравшийся слишком близко монстр воспринял его действия как угрозу и мгновенно атаковал. Вистолец быстро отскочил за ствол дерева, на ходу заострил мечом один конец ветви и почувствовал, как его укрытие сотряслось от удара.

- Дурной какой-то, - пробормотал Вик. Впрочем, что ещё можно было ожидать от ходячего трупа? Неудивительно, что некроманту так понравилась идея заполучить себе оборотня.

- Ты выбрал не тот путь, - прошелестел очень тихий и одновременно разносящийся далеко между деревьями голос. – Я помогу тебе.

- А я тебе, - ответил Вик, сделал шаг из-за ствола, увернулся от летящих в лицо когтей на обнажившихся до костей пальцах и со всей силы всадил ветвь заострённым концом в грудь монстра. Тот взревел, пошатнулся и медленно опустился на колени. Вик махнул мечом, обрубая тонкую часть с листьями, и уже пинком ноги вогнал ветвь глубже в тело трупа. Мертвец задёргался, грузное тело, источая усилившийся запах разлагающейся плоти, повалилось на землю и затихло.

- Полкус! Нет! – некромант взревел в полный голос. Вистолец едва не зажал уши, вновь отступая за ствол. В его сторону прилетела ледяная стрела магического пламени, впилась в дерево, превращая его в мгновенно засохший остов.

- И не обязательно так нервничать, - Вик быстро переместился за следующий ствол, ни в чём не повинное дерево сразу постигла та же участь. – Вот местные обрадуются – сухих дров-то сколько!

Он едва успевал отступать, не совсем понимая, как избавиться от некроманта. Очень не хватало Ярси с его магическими способностями. Всё-таки обычные оборотни беззащитны перед колдунами, а лично он ещё и вовсе не оборотень.

- Никогда не видел, чтобы человек так быстро двигался, - раздалось за спиной. Вик сразу сбился с выбранного темпа, одновременно понимая, что деревья кончились, и сейчас придётся выйти на открытое пространство неширокого луга. Именно там и собрались жители недавно покинутой им деревушки. Люди стояли с открытыми ртами, у некоторых были в руках луки, но большинство просто неверяще глазели, забыв зачем здесь находятся.

- Ага, - ответил кто-то из мужиков. Вик мысленно выругался и упал на землю, в перекате уходя от очередной магической стрелы.

- Колдун там что ли?

- Так и какая нам разница, ты видел, как этот светловолосый монстра убил? Вот значит его и спасаем.

- Но он тоже не человек!

- Да без разницы нам говорю, помогает, значит за нас. А мы за него.

- Ну, вроде правильно.

Во время этого разговора Вик успел несколько раз перекатиться, обнаружить небольшой холмик и заползти за него. Там он замер, вжавшись в землю, тогда как его предполагаемые спасители маячили на самом виду. Вистолец вновь выругался, теперь уже вслух, попытался махать селянам, чтобы шли отсюда, но лишь привлёк внимание некроманта, который, как оказалось, не собирался менять свою цель. На мужиков он не обратил никакого внимания, посчитав их неопасными, но вскоре выяснилось, что зря.

Выпущенная не совсем умелой рукой стрела с неизбежностью впилась в его тело. Колдун вскрикнул и начал оборачиваться.

- Попал….

- И куда попал-то?!

- Целился в сердце….

- Это у тебя там сердце, стрелок недоделанный!

Вик вскочил с земли, когда некромант уже поднимал посох, направляя его в сторону крестьян. Худая фигура с торчащей чуть ниже спины стрелой чётко вырисовывалась на фоне заката. Он огромным прыжком преодолел разделяющее их расстояние и, ещё не приземлившись, с глухим рычанием рубанул по шее противника. Голова отделилась от тела неожиданно легко, клинок словно не встретил преграды. Некромант сделал ещё один шаг, разворачиваясь к Вику, из под капюшона блеснули мертвенно-зелёные глаза, и его голова начала неестественно запрокидываться на бок, пока не скатилась с плеч на землю. Вслед за ней осело тело колдуна.

Вистолец выдохнул, медленно выпрямился и посмотрел на селян. Те так и стояли, замерев на месте, лишь оружие подрагивало в трясущихся руках.

- Спасибо за помощь, - проговорил парень.

- А? Что? Ты кто такой будешь?

Вик криво усмехнулся и покачал головой.

- Трупы сожгите, они были не оборотнями, а пострашнее. Восстать могут. Наверное.

- И тебе с-спас-сиб-бо.

- Пожалуйста, - Вик решил быть вежливым, махнул рукой и вновь зашагал к деревьям.

Глава 2

По ночному лесу он промчался со скоростью на грани своих возможностей. Слух ловил утробный вой и тихие всхлипыванья, словно кто-то плакал, но Вик в эти звуки старался не вслушиваться. В ночной тьме не бывает невинных, а он не считал себя героем или спасителем беззащитных.

Иногда доносилось чавканье. Несколько раз приходилась разворачиваться и реагировать на быструю поступь преследователей. Удары в движении получались смазанными, но каждый раз клинок встречал сопротивление рассекаемой плоти и даже чего-то более твёрдого. О последствиях Вик не думал и не разглядывал незадачливых охотников. Обоняние и слух рассказывали ему о них раньше, чем те появлялись на расстоянии удара. Успокаивало то, что все они являлись животными, пусть хищниками, но живыми существами. Поэтому он наносил всего один удар и бежал дальше, его целью было замедлить, а желательно отпугнуть, не больше. Странностью было то, что нападавших так много, никогда прежде звери не объявляли на него такую охоту.

На рассвете он едва переставлял ноги. Очень хотелось упасть и просто лежать, но Вик заставил себя добрести до небольшого городка, отыскать постоялый двор и снять комнату. Хозяин долго и с сомнением смотрел на запылённого путника, явившегося пешком и без вещей. Золотая монета решила все разногласия, возникшее в мозгу трактирщика, в пользу Вика и ему был вручён ключ от лучшей комнаты на втором этаже.

Вистолец без сожаления проспал полдня. Когда спустился вниз, в зале не наблюдалось ни одного посетителя. Трактирщик молча подал ему заказанный обед, окинул настороженным взглядом и куда-то ушёл. Вик невольно огляделся, здесь стояли большие, добротные столы, рассчитанные человек на десять. На всех столешнях лежал толстый слой пыли. Давно не метёный пол был покрыт все возможным мусором, взгляд зацепился за грязные занавески на окнах, разбитый цветочный горшок и засохшее растение, съёжившееся среди черепков. Вистолец прислушался, пытаясь определить количество человек, находящихся в доме. Ответом ему была звенящая тишину.

Вик быстро прошёл за стойку бара и обнаружил там такое же запустение, на полках вместо посуды и бутылок лежали осколки, на полу валялись какие-то тряпки. Рядом располагалась приоткрытая дверь на кухню, сквозь широкую щель были видны не разожжённые плиты и пустые столы для готовки.

Он невольно поёжился, совершенно не понимая происходящего, и вернулся в зал, единственным доказательством присутствия здесь хотя бы одного человека было поданное ему блюдо. Вик поднял тарелку, понюхал еду и поморщился. Жареное мясо имело едва уловимый запах гнили. Будь он обычным человеком, наверное бы этого не заметил. Желание обедать сразу пропало. Вместо этого появилась почти паническая потребность покинуть данное заведение, что Вик и сделал.

Городок встретил его гулкой, звенящей тишиной. Жители куда-то попрятались, улицы были совершенно пусты.

Вик попытался вслушиваться в пространство, втягивал носом воздух, но при свете дня его способности были почти человеческими. Это раздражало и злило. Он одёргивал себя, понимая, что слишком быстро привык быть не человеком. А ведь до полнолуния было ещё ох как далеко. Он быстро зашагал по улице.

Следующие неприятности настигли его на выходе из Миста, как назывался этот городок, расположенный на границе Тинасы. У ворот дежурили два стражника. Ощущение что что-то не так появилось, как только он завидел их застывшие, вытянутые фигуры. Подходить ближе совершенно расхотелось, но другого пути не было. В распахнутых воротах виднелась убегающая вдаль дорога. Совершенно пустая дорога.

Вистолец ещё раз огляделся и, предусмотрительно вытащив из ножен меч, быстро пошёл вперёд. Стражники не шелохнулись, на бледных лицах поблёскивали вытаращенные глаза. Взгляд был неподвижным и испуганным, с проблесками затухающей жизни и в тоже время уже мёртвым. Оба подняли оружие, как только Вик очутился между ними. Тяжёлые двуручные мечи с огромной скоростью одновременно начали опускаться на голову жертвы. Жертва с такой же нечеловеческой скоростью успела вскинуть собственное оружие, подставляя его под скрестившиеся клинки, и метнулась мимо стражников.

Мечи протяжно звякнули, до конца проделав начатое движение, и рубанули по земле. Стражники мгновенно повернулись, шагнули за Виком, вистолец попятился, потом опомнился и, развернувшись, проскочил в ворота. Стражники замерли у невидимой черты отделяющей город от дороги. На искажённых гримасами злобы лицах уже не было ничего человеческого.

- Да что ж такое-то? – пробормотал Вик и завертел головой, обозревая окрестности. Здесь уже была территория Тинасы. Вдаль через луга тянулась хорошо наезженная дорога, чуть в стороне темнел густой, зелёный лес. Солнце медленно клонилось к горизонту, заливая землю золотисто-красными лучами. Было тихо, слишком тихо даже для обострённого слуха оборотня.

Вик ещё раз глянул на стражников, не спускавших с него взгляда, и зашагал к лесу. Он подходил к деревьям, когда почва под ногами ощутимо дрогнула. Послышался протяжный хлопок, словно разорвалось нечто огромное, вистолец вздрогнул, оглянулся и ничего не увидел. Он ускорил шаг, потом побежал, ощущая, как за спиной нагревается гудящий воздух. Гул нарастал с каждым мгновеньем, пока не превратился в топот множества ног и сливающееся в гудение постукивание.

Лес встретил его настороженной тишиной, непонятные звуки остались за его пределами, а здесь царила пустота. Пустота между деревьями, между каждой травинкой, между каждым листом, словно они существовали совсем в другом мире. Вик начал озираться, в сердце закралась паника. Больше всего пугало непонимание происходящего. В Реете тоже не было жизни, там сама земля мёртвая, а здесь мёртвым казался воздух.

Вик в несколько огромных прыжков пересёк небольшую рощу, а в саму чащу углубляться не стал, выбрался обратно под открытое небо. Слух сразу вычленил навязчивыйгул, мгновенно переместившийся в его сторону и начавший быстро приближаться. Парень решил не дожидаться возможности увидеть воочию источник этого звука, рассудив, что тогда может стать слишком поздно. Да и не любопытный он вовсе. Развернувшись, он насколько мог быстро побежал вдоль границы леса.

Вечерние сумерки добавили сил, а ночная тьма позволила перейти на огромные прыжки. Вик почти летел, лишь на мгновения соприкасаясь с землей, чтобы упруго оттолкнуться и вновь взмыть в воздух. Он любил ночь, с упоением вслушивался в её звуки и наслаждался той свободой, что открывалась с каждым движением бурлящих невероятной силой мышц. Ему нравился и погружённый во тьму лес и бескрайние просторы лугов, над которыми так хорошо виден летящий среди россыпи звёзд серп месяца.

Нравились. Раньше. Не здесь, ни в этом, погружённом в мёртвую тишину мире….

Ноги несли тело к цели, отмеряя исчезающее за спиной расстояние, а сердце всё больше замирало от сдавливающей со всех сторон паники. А ещё он знал, что его преследователи не отстали, и странный гул, оставшийся для слуха лишь на грани восприятия, продолжает следовать попятам за выбранной жертвой.

Неожиданно Вик понял, что очень боится рассвета. Ночь закончится, а вместе с ней исчезнут сила и скорость, оставив его уставшим и слабым наедине с неведомым врагом. Он глухо рыкнул, понимая, что от этого никуда не деться, вместе со страхом в сердце проснулась злоба. Захотелось остановиться и встретиться с опасностью лицом к лицу. Пока ещё не поздно, пока ещё ночная тьма позволяет дать противнику достойный отпор.

Но Вик не остановился, ноздри уже улавливали запах камня и стали, запах древесины, обработанные руками людей. Он лишь попытался бежать ещё быстрее, не особо надеясь, что город станет для него спасением.

Высокие, сложенные из массивных валунов стены открылись взгляду перед самым рассветом. Даже не доставая карты Вик уже знал, что видит перед собой свою цель – Керонт, столицу Тинасы. Только у этого города взлетали ввысь такие острые как пики зубцы крепостных башен, только этот город высился на огромном холме, окружённый глубоким рвом заполненным водой, только в этот город вёл единственный откидной мост, сейчас надёжно поднятый на ночь. Керонт обезопасил себя так, как никакой другой город.

Вистолец невольно остановился, заставив себя зайти за крайние деревья леса. Перед взглядом была неширокая полоса совершенно ровного пустого пространства луга. Дальше провал глубокого рва и взлетающие ввысь стены.

Солнечные лучи нехотя ползли по серым камням, окрашивая их в более светлые тона и разгоняя тьму предрассветных сумерек. Вик невольно скрипнул зубами. Задание всё больше и больше казалось невыполнимым. Сейчас оставалось только ждать, когда опуститься откидной мост через ров и можно будет войти в город как обычному путнику. А дальше…, что делать дальше он представлял весьма смутно. До этого дальше ещё тоже нужно было дожить.

Противников он даже не услышал, а почувствовал, как за спиной движется воздух, рассекаемый клинками. Не оборачиваясь, он скользнул за ствол ближайшего дерева и только тогда слух уловил звук ударов соприкоснувшихся с корой мечей. Вик метнулся дальше, на ходу выхватывая собственное оружие, а в спину уже летела смертоносная сталь лезвий. Он тихо охнул, понимая, что оказался недостаточно быстрым, кожу обожгло огнём боли, из глубокого пореза под левой лопаткой мгновенно заструились хорошо ощутимые ручейки крови. Вистолец резко развернулся, принимая на свой клинок удары сразу двоих противников, ещё трое заходили ему с боков. И едва не закрыл глаза, увидев их лица.

Он чисто машинально отражал удары, все движения были выверенными и отточенными в долгих тренировках с лучшими учителями Вистольцы. Он старался ни о чём не думать, не поддаваться паническому чувству безысходности, не смотреть в сверкающие красными отблесками глаза, не замечать полуистлевшую плоть, кусками облезающую с неприкрытых одеждой участков тел, не воспринимать исходивший от противников запах смерти.

Лес словно ожил и наполнил воздух громким шелестом листьев, слишком холодный ветер обжёг горящее лицо. В какой-то момент Вик понял, что ему не выиграть этот бой, его противники не знали усталости, не знали страха, не знали, что значит остановиться. Их единственной задачей было уничтожить выбранную цель.

Живую цель, с каждым мгновением теряющую свои способности быть быстрым и нечеловечески ловким, всё больше устающую и задыхающуюся от возрастающего темпа боя.

Он спиной вперёд шагнул из под крон деревьев к лугу, скользнул с небольшого пригорка и очутился на открытой, хорошо простреливаемой полосе пустого пространства. В сердце ещё жила слабая надежда, что стражники на стенах, увидев его чудовищных противников, поддержат его выстрелами из арбалетов, а может быть направят на подмогу отряд воинов. Но вот разум сразу отвергал эту надежду, за острыми зубцами стен не наблюдалось не единого движения.

Вик почти задыхаясь отразил несколько выпадов, отпрыгнул назад и, развернувшись, побежал. Позади нарастающим гулом дрогнула земля, его противники перемещались на четырёх конечностях, обрушиваясь на почву луга тяжёлыми прыжками. Вистолец разогнался насколько ещё позволяли его исчезающие способности и, достигнув края рва, прыгнул вперёд.

Снизу дохнуло жаром, тело сжалось от запоздалого чувства страха, но было уже поздно. Лишь вцепившись руками в камни стены на другой стороне рва, Вик позволил себе оглянуться. Далеко под ногами вовсе не плескалась тёмная застоявшаяся вода, да и рва как такового не было, вместо него вокруг города пролегал глубокий, дышащий жаром разлом.

Вик скрипнул зубами, с трудом отыскал между плотно подогнанными друг к другу камнями место для пальцев и подтянул своё тело вверх. Мгновенно напомнила о себе рана на спине, стегнув по мышцам парализующей болью. Он едва не сорвался, замер на месте, удерживаясь за камни кончиками пальцев и очень сожалея, что не имеет таких же когтей как у Ярси. С неимоверным усилием удалось повернуть голову и оглянуться на преследователей. Те неровными скачущими силуэтами переминались на другой стороне рва, и это было единственной радостью.

Опора для ног нашлась, когда он почти начал соскальзывать вниз, пальцы окончательно онемели и не желали цепляться за камни. Вик глухо застонал, на мгновение закрыл глаза и заставил себя вновь шарить ладонями по стене, вонзать в узкие щели самые кончики пальцев и двигаться вверх.

Этот подъём показался ему бесконечным, почти не веря, что пальцы вместо гладких камней ухватились за надёжную опору, он с хрипом перевалился через край и настороженно замер на узкой каменной дорожке, служившей часовым для обхода. Перед его расплывающимся от усталости взглядом предстал город Керонт.

Вик опустился на корточки и до боли сжал руками каменный выступ. Город не спал, ещё бледные солнечные лучи расцвечивали лабиринт каменных улиц, заполненных толпами людей. В глаза бросались обычные горожане, целенаправленно спешащие в сторону ворот и покачивающиеся, пока ещё медленные фигуры, двигающиеся в том же направлении. Даже с такой высоты ему показалось, что он чувствует приторный, сладковатый запах разлагающейся плоти. Им нужно не так уж много чтобы набраться сил и стать быстрыми и неуязвимыми. Всего лишь мясо и кровь живых, которых так много в этом городе.

Он в каком-то оцепенении наблюдал, как то-тут то-там взламывается покрытие тротуаров, как летят в стороны камни, а на поверхность выбираются всё новые и новые корявые, неуклюжие фигуры, как встают на ноги и бредут вперёд, движимые единственным инстинктом. На звук, на запах живых. А перед закрытыми воротами постепенно собирается огромная толпа людей. Они пока не понимают, чем им это грозит и ждут, что их защитят стражники.

Вик осторожно поднялся и подошёл чуть ближе, отсюда он смог разглядеть, что несколько человек в форме солдат пытаются справиться с механизмом, опускающим откидной мост, но было похоже, что с ним не всё в порядке. Солдаты изо всех сил толкали поворотное колесо, которое никак не хотело сдвигаться с места. Ближайшие к ним люди нервничали, что-то кричали. Постепенно паника передавалась остальной толпе.

По стене вдруг прошла едва заметная дрожь, Вик быстро оглянулся, охватывая взглядом пространство. Где-то в центре города к небу взметнулось почти невидимое пламя, а вместе с ним в воздух взлетела серая пыль, в которую превратился великолепный дворец, ещё недавно возвышающийся над всеми зданиями. Пламя вспыхнуло и погасло, оставляя после себя пустоту и облако крошева, несколько мгновений висящее на месте главного здания Керонта. А потом опало и оно.

Почему-то именно вид исчезающего дворца заставил его сердце сжаться от болезненного приступа страха, даже мертвецы были более реальными, чем это поглощающее пустотой пламя. В пространство лилось нечто незримое, ощущаемое на уровне подсознания, словно в голове поселились колючие иглы и давящей паутиной впились в мозг.

Вик глухо застонал, заставляя себя удерживаться на ногах. Внизу постепенно нарастал крик тысячи голосов, а шатающиеся фигуры вдруг обрели большую уверенность в движениях и зашагали быстрее.

- Ярси, - он всё же опустился на колени, чувствуя, как из носа закапала кровь, виски сдавило колючей болью. – Ты видишь…?

Перед взглядом мелькнула серебряная тень и неожиданно стало легче, вместо давящих игл в голове зазвучал хорошо различимый знакомый голос.

- Уходи!

Глава 3

Дорожка на верху стены извивалась узкой полосой, к счастью довольно высокие зубцы не давали сорваться вниз и позволяли бежать не задумываясь о равновесии. Вик почти проскочил мимо сторожевой башни с узкой лестницей ведущей в город, когда слуха достиг отчаянный крик. Вистолец сделал ещё несколько шагов, прекрасно понимая, что этот крик означает и, поморщившись, остановился. Там внизу был свой кошмар, в который не было никакого смысла вмешиваться. Он чуть помедлил и, схватившись за ближайший зубец рукой, свесился вниз, пытаясь разглядеть происходящее.

Наверное, будь это кто-нибудь другой, он не сорвался бы бегом по лестнице, не помчался бы вниз, перепрыгивая через несколько ступеней за раз, задыхаясь от панического чувства, что не успеет. Меч слегка подрагивал в пальцах, а перед глазами стояла увиденная картина – куча костлявых фигур копошатся над распростёртыми телами двоих мужчин, в стороны тянуться конечности жертв, с хрустом выламываются из суставов, с остервенением разрываются на части. Трещат кости, лопается распарываемая кожа и вибрирует на самой высокой тональности детский крик.

Женщина не кричала, она загородила своим телом троих детей и неуклюже пыталась отбиваться подобранным посохом. Мертвецу было всё равно, что на его голову с яростью опускается тяжёлое навершие, он продолжал целенаправленно двигаться вперёд, вытянув скрюченные пальцы в сторону намеченных жертв. Ещё трое торопливо приближались из переулка, зажимая людей в угол между стеной дома и каменной оградой.

Уже почти спустившись Вик налетел на поднимающегося навстречу мертвеца. Он выругался, отскочил назад и увернувшись от ловящих его костяных пальцев пнул того в голову. Ходячий труп откинуло вниз по лестнице. Вистолец не останавливаясьперепрыгнул через катящееся тело и бросился дальше.

На улице города он лишь мельком глянул на довольно быстро бредущие покачивающиеся фигуры и кинулся в виденный со стены переулок.

Тела мужчин уже разорвали и быстро вгрызались в оторванные куски плоти. Парень проскочил мимо пирующих мертвецов, краем зрения заметив, как поднимаются головы, как поворачиваются в его сторону безжизненные лица с окровавленными ртами, как начинается всеобщее движение за новой целью.

Он мысленно обозвал себя идиотом, был реальный шанс не только погибнуть самому, но и не успеть спасти женщину с детьми. Парень попытался бежать быстрее, подстёгивал не замолкающий крик, а это значило, что они ещё были живы. Хоть кто-то.

Мертвец вцепился ей в плечо зубами, по щекам довольно молодой женщины катились слёзы, в широко раскрытых глазах плескалась боль перемешанная с ужасом. Выпавший из её пальцев посох подобрал подросток и пытался им оттолкнуть полуистлевший труп от жертвы.

Вик, хорошо помня о бесполезности собственного оружия, рубанул мертвеца под колени. Сталь рассекла остатки плоти и раскрошила кости. Он, что есть силы, нанёс новый удар и вновь по ногам. Монстр глухо рыкнул и начал падать, увлекая за собой девушку. Стараясь не задеть её, вистолец прошёлся клинком по шее мертвеца и пинком оттолкнул обезглавленное тело. Потом поймал повалившуюся на землю женщину, голова так и продолжала висеть у неё на плече, не разжав челюстей.

Рядом с отчаяньем прыгал подросток, пытался сбить голову посохом. Вик успел заметить, как за его спиной качнулась дёргающаяся фигура. Он схватил парня за руку и отбросил его к ограде к двум другим детям – девочкам лет шести. Мальчишка судорожно всхлипнул, врезавшись в каменную стену и тут же вскочил, загораживая собой девчонок.

Вистолец лишь присвистнул, разглядев приблизившегося к ним мертвеца, это был огромный мужчина, одетый в форму стражника Тинасы. Его тело ещё совсем не затронуло тление, лишь в нескольких местах в глубоких рваных ранах проглядывали кости и внутренности. Бледное лицо казалось почти живым, и если бы не пустой остекленевший взгляд его можно было бы принять просто за раненого.

Вик машинально вонзил меч в незащищённую грудь и едва успел его выдернуть, когда мертвец, не обратив внимания на удар, уверенно шагнул ближе. Парень отскочил, одна рука была занята потерявшей сознание женщиной. Он обхватил её за талию и волочил за собой. Отрубленная голова так и висела у неё на плече, но заниматься этим было некогда.

Вслед за громилой в форме стражника пришагали ещё двое, а за ними по переулку топала целая толпа ходячих трупов. Вик успел окинуть эту картину одним взглядом и понял, чтоотбиваться бесполезно, единственный выход - бежать. Он, конечно, ещё надеялся, что удастся подняться обратно на стену, но для этого придётся поискать другую дорогу. Лестницу, по которой он спустился, уже давно перегородила вереница мертвецов.

Подросток и две девчушки быстро пятились подталкиваемые нежданным спасителем, сам Вик тащил на себе женщину и внимательно следил за противниками, всё увеличивающими скорость. Переулок был довольно узким, а куда он ведёт оставалось неизвестным.

Распахнувшая сбоку створка ворот едва не сшибла одну из девчонок с ног, та вскрикнула и запоздало отскочила. Скрюченные пальцы, заканчивающиеся голыми костями, схватили её за руку и потащили в проём открывшегося входа.

Вистолец и сам не понял откуда взялась скорость сделать этот явно не человеческий прыжок. Не выпуская женщины, он мгновенно очутился рядом с воротами и рубанул мечом по костлявому запястью. И лишь потом понял, что оттаскиваемая подростком девчонка не просто с ужасом кричит, она пытается схватить его за одежду и увлечь за собой – прочь от ворот. Он и сам уже сделал этот шаг, обернуться и увидеть - что там в полумраке чужого двора, времени не было. Собой он заслонил свою не приходящую в сознание ношу, всем своим существом чувствуя, как сбоку движется вспарываемый в броске чьим-то телом воздух. На предплечье ледяными тисками сомкнулось нечто холодное и острое и сразу обожгло рвущей болью.

Вик невольно вскрикнул, пальцы едва не выпустили меч. Перед взглядом мелькнули серебряные искры. Шаг, поворот, в глубине двора вырисовывается множество качающихся фигур. Искры продолжают заслонять взгляд, жгучими огоньками впиваются в сознание, мешают смотреть…. Мешают оступиться и упасть на землю прямо сейчас, потому что по телу с огромной скоростью разливается ледяная волна слабости, сковывает мышцы, заставляет подогнуться колени, впивается в мозг настойчивым приказом не двигаться, не сопротивляться.

Он всё же отскочил от зловещего проёма, а вслед за ним потянулся вцепившийся ему в руку зубами мертвец. Вистолец быстро глянул на детей, увидел их расширенные от ужаса глаза, выпустил женщину и, когда она повалилась на камни дороги, перехватил меч здоровой рукой. Он воткнул клинок прямо в голову вгрызающемуся в его предплечье монстру. Снёс большую часть лица, отделив жующие челюсти от остального тела, потом отрубил вцепившиеся ему в одежду руки и вновь отскочил.

Мертвец покачнулся, голова без лица продолжала поворачиваться вслед за упущенной жертвой. Вик с отвращением отцепил от себя обрубки кистей и бросил их на дорогу. Потом прикусил губу и резанул себя по руке, отделяя от кожи зубы мертвеца. В глазах на мгновенье потемнело, он едва не упал, но пересилив себя, вновь подхватил с земли женщину и на подгибающихся ногах двинулся по переулку.

Сбоку подскочил подросток, поддержал женщину с другой стороны. Стало немного легче, но теперь под ногами начали путаться девчонки, судорожно вцепившиеся в его одежду, когда их руки выпустил парень.

- Надо уйти с улицы, - прохрипел Вик.

- Куда? – отозвался подросток.

- Зайти в дом.

- Ага, мы мимо одного как раз прошли – того, у которого двор с мертвецами. Они тоже, кстати, решили за нами прогуляться. Вместе со всеми.

- Ну, предлагай свой вариант, шутник, - Вик невольно усмехнулся. – А то лично я со здешними окрестностями не знаком.

- Можно на крышу залезть, - быстро нашёлся парень.

- Как?

- Ты высокий, подсадишь нас. А потом мы тебя затащим.

- Угу, - вистолец невольно смерил взглядом расстояние до крыши ближайшего дома и обнаружил, что тот двухэтажный, как и большинство остальных зданий этого города. – Я вот только летать не умею, и сил сейчас нет, чтобы вас вверх закидывать.

- Ну-у, тогда, - парень споткнулся и едва не упал, увлекая за собой всю компанию. Могучим телосложением он не отличался и было видно, что ему даже вдвоём с Виком такой груз тащить тяжело.

- Всё, - отрезал вистолец. – Нам сюда.

Он решительно толкнул всех к открытой калитке дома, который до этого разглядывал. Быстро заглянул в неширокий двор и не обнаружил не единого постороннего движения. Начавший было возражать подросток первым влетел за забор после хорошего пинка коленом. Вик навесил на него женщину, втащил за собой девочек и захлопнул калитку.

Имелась здесь и мощная щеколда, едва она вошла в пазы, как с другой стороны раздался сильный удар, потом ещё один и ещё. Весь забор ощутимо затрясся.

Вик отступил, на мгновение зажмурился, ожидая пока перед глазами перестанут плясать тёмные пятна, и вбежал по ступеням на крыльцо дома. Дверь, как и калитка, оказалась не заперта. Хозяева в большой спешке покидали свой дом. Он распахнул дверь, втянул носом воздух, пытаясь уловить хоть малейший запах мертвечины, по-другому осматривать дом было некогда, и вернулся обратно во двор.

Обе девчонки тихо всхлипывали и не переставая дрожали, наблюдая, как с протяжным скрипом выгибаются доски калитки. Парень, придавленный телом женщины, пытался встать с земли, но у него это плохо получалось.

- В дом, - скомандовал Вик. Он рывком поднял сначала женщину и закинул её себе на плечо, потом за шиворот парня. По пути ещё пришлось ухватить раненой рукой обеих девчонок и подтолкнуть их к лестнице. Те словно очнулись, заметили, что незнакомец несёт их мать и вновь вцепились в его курточку. Вик только тяжело вздохнул.

В просторной комнате он усадил женщину у стены, запер достаточно массивную дверь на два замка и принялся подтаскивать к ней мебель. Ему удалось придвинуть двухстворчатый шкаф, подпереть его столом и боком взгромоздить на всё это сооружение диванчик.

Потом он вдруг понял, что все предметы в комнате потеряли свои очертания, сдвинулись со своих мест и всё больше напоминают расплывчатые тени. Он пошатнулся, попытался медленно сесть на пол, но его тело решило по-другому, просто одновременно лишив все мышцы сил. Удара от падения он почти не почувствовал. Лишь слух уловил испуганный вскрик детей. Ощущение было странным, затуманенное сознание продолжало воспринимать реальность, но только сквозь какую-то пелену, словно окружающая действительность отодвинулась на расстояние от его ослабевшего тела. Вик с трудом перекатился на живот, дополз до стены, попытался с помощью опоры сесть, но не смог.

- Сейчас, - он почувствовал, как его переворачивают. – Я помогу.

Он услышал звук рвущейся ткани, потом рану накрыла тёплая ладонь и по руке разлилось покалывание. Вистолец удивлённо повернул голову в сторону сидевшего рядом парня, но увидел лишь его силуэт. Он что-то шептал, повторял одну и ту же фразу, то плавно и напевно, то резко и настойчиво, придавая голосу разные тональности.

- Ты колдун? – колючее тепло доползло до лица, мурашками защипало щёки, притронулось к глазам. Вик выдохнул, его взгляд быстро прояснялся.

- Я лекарь, - гордо ответил подросток.

- Ты идиот, ты ставни закрыл, прежде чем лечить?

Парень охнул и мгновенно вскочил, послышался торопливый топот ног, потом испуганные вскрики и грохот ставень.

Вик осторожно пошевелил рукой, обнаружил, что может двигаться, приподнялся и привалился спиной к стене. Сидя было лучше наблюдать, как мечутся по комнатам дети, пытаясь до конца сделать дом безопасным.

Он криво усмехнулся, до сих пор у него совершенно не было времени даже задуматься о том в какую историю он опять влип. Да и сейчас происходившие события особым временем на это не располагали. Наиболее сильное беспокойство, кроме топтавшихся за стенами дома мертвецов, вызывал только что произошедший с ним приступ слабости. Раны были не настолько серьёзными, чтобы беспомощно валиться с ног.

Он ещё больше разорвал рукав, пытаясь разглядеть покусанную руку. Часть кожи была довольно глубоко срезана мечом, но кое-где оставались рваные края - посиневшие края, а дальше по предплечью расползались такие же синие пятна. Кровь уже не бежала, её остановил лекарь, но регенерация и не думала начинаться. Вик невольно прикусил губу, оставалось чувство, что в ране засело что-то колючее. Он глубоко вздохнул, осторожно прикоснулся к разодранному месту на руке и сразу почувствовал под пальцами нечто твёрдое. Ему с трудом удалось сдержать крик и даже стон пока он это твёрдое выковыривал из раны. Кровотечение сразу возобновилось, но вскоре на его окровавленной ладони лежали два гнилых коричневых зуба.

- Гадость какая, - к горлу сразу подступила тошнота. – Так и заразиться чем-нибудь можно.

Он стряхнул зубы на пол и начал вставать на ноги, очень хотелось промыть рану и желательно не просто водой. Взгляд наткнулся на умывальник, вистолец как только мог быстро до него добрёл, смыл кровь и, за неимением ничего другого, долго поливал водой на предплечье. Потом обвязал рану полотенцем и оценивающе огляделся.

Дети уже справились со своей задачей и теперь стояли рядом с находившейся без сознания женщиной. В доме стало полутемно, свет пробивался сквозь узкие щели, видневшиеся между ставень. Вик напряг слух, грохот выламываемых досок уже смолк и сейчас тяжёлый, неровный топот слышался во дворе. И то, как скоро они начнут ломиться в дверь дома, оставалось лишь вопросом времени.

Глава 4

Локоны тёмно-русых волос густыми прядями падали на мертвенно-бледное лицо по-прежнему искажённое гримасой боли, словно она продолжала всё чувствовать. Грудь едва заметно вздымалась, но Вик и так знал, что женщина ещё жива. Слышал биение сердца, чувствовал запах её кожи, что щекотал ноздри едва уловимым ароматом, запах крови…. Вистолец поморщился, пытаясь отогнать наваждение, и с удивлением осознал, что уже некоторое время слышит настойчивый шелестящий шёпот: - Иди, иди, иди….

Он быстро огляделся, не совсем понимая, откуда он доносится. Находящиеся здесь же дети никак на него не реагировали. Рука машинально, как в минуту опасности, опустилась на рукоять меча. Вик настороженно замер, прислушиваясь больше к себе, чем к окружению. Ощущение было слишком странным, шёпот рассеивал внимание, подталкивая куда-то двигаться, так же как сейчас за стенами этого дома монотонно шагали тысячи безвольных существ.

- Иди, иди, иди….

Шёпот плыл на грани восприятия, едва касаясь его слуха, едва задевая сознание, как будто чей-то подслушанный приказ, пока ещё не предназначенный для него…. Он с силой потёр лицо, очень хотелось зарычать от злости, ему даже показалось, что во рту начинают мешать удлиняющиеся клыки. Не сейчас.

Вик с трудом заставил себя успокоиться и чтобы отвлечься сосредоточился на детях. Скудное освещение не мешало его обострённому зрению отметить, что они совершенно не похожи на женщину, но зато очень похожи друг на друга. У девчонок вьющиеся золотистые волосы, голубые глаза и одинаковые черты лиц – блезняшки. Парень болезненно худой, тоже золотоволосый, в светлых глазах мелькают непонятные искорки, как это часто бывает у начинающих колдунов ещё плохо контролирующих свои способности.

Они топтались на одном месте, переглядывались, не зная, что делать, как помочь. Трогать страшную голову никто не решался. Та продолжала иногда шевелиться, двигала челюстями, но не разжимала, оставаясь висеть на плече истекающей кровью жертвы.

Вик решительно шагнул ближе и присел рядом с женщиной на колени. В его сторону во впавших глазницах сразу шевельнулись иссушённые белки глаз без зрачков, сквозь стиснутые зубы прорвался угрожающий хрип.

- Ну что, лекарь, - продолжая рассматривать полу облезший от кожи череп с клочками ещё держащихся кое-где волос, поинтересовался вистолец. – Как будешь лечить?

- Лечить? – парень заметно вздрогнул. – Это? Но-но….

- Это у тебя есть меч, - подала голос одна из девчонок. – Эту башку сначала срезать надо.

- Не, она Лирте слишком глубоко в кожу вгрызлась, - заявила вторая, бесстрашно выглядывая из-за Вика. – Так он ей полплеча отрежет.

- Она вам не мать? – решил уточнить вистолец.

- Нет, она мачеха, но всё равно жалко, - они обе начали всхлипывать. – Лирта хорошая. Её надо спасти!

Вик вздохнул. – Предложения есть? – он глянул на лекаря, тот мелко дрожал, обхватив себя руками.

- Ну, чисто теоретически, на мертвецов должно действовать серебро, - выдал подросток. – Я где-то читал об этом.

- Чисто теоретически – да, - согласился Вик, вспоминая как это самое серебро ещё при жизни начало весьма ощутимо жечь ему кожу. – Ладно, аккуратненько обходим дом и ищем серебро. Держитесь все вместе. А я с Лиртой побуду.

Дети послушно развернулись и группой двинулись в сторону кухни, вскоре оттуда донёсся грохот выдвигаемых ящиков и звон посуды. Потом было что-то высыпано, разлито, с криком опрокинуто и в довершение порвано.

Вик привалился спиной к стене и спокойно вслушивался в этот шум, стараясь одновременно контролировать звуки и за стеной дома. Сейчас топот доносился уже и с другой стороны здания. В голову вдруг пришла мысль, что здесь может быть ещё одна входная дверь - задняя. Он мгновенно сорвался с места и понёсся по тёмному коридору. Тот сделал несколько поворотов, Вик проскочил мимо двух дверей в просторные комнаты и очутился перед кладовкой.

Взгляду предстало нагромождение из кроватей, тумбочек и стульев, подпирающих довольно хлипкую дверцу. С той её стороны слушались тяжёлые шаги, шебуршение и грохот роняемых предметов. Вистолец замер, втянул носом воздух и уловил едва чувствуемый запах мёртвого тела, как будто данный ходячий труп таковым стал совсем недавно.

Вик медленно отступил, не спуская взгляда с кажущейся слишком тонкой дверцы и вслушиваясь в неровные, топчущиеся шаги мертвеца. Только бы не привлечь внимания, не разбудить жажду к действиям в этом поднятом не понятной силой безжизненном теле.

Некромантия существовала всегда, но колдунов, специализирующихся в таком не совсем казалось бы нужном для живых деле, было очень мало. Они становились изгоями, жили вдали от людей. Их сторонились, побаивались, но не считали злом. Иногда даже обращались за помощью, когда на погостах становилось не спокойно. Умелый некромант мог не только поднять трупы, но и так же легко упокоить вдруг решивших прогуляться уже не живых родственников некоторых из селян. Вик слышал много таких историй. Не успел человек доделать что-то слишком важное при жизни, вот и не лежится ему в земле, встаёт и идёт себе обратно домой. И хорошо, если с мирными намерениями, а бывало по-разному, для мертвецов любые преграды не имеют значения, у них одна цель, ради которой они восстали. Говорили, что чаще всего такое происходило вблизи границы Рееты, потому и так много в округе покинутых селений и брошенных домов.

Но здесь, в этом городе и во всей Тинасе…. Ради чего они выбираются из глубин земли, взламывают уложенное руками людей покрытие дорог и беспрепятственно шагают по улицам города? Города не строят на погостах, это не место для мёртвых, их не должно быть там внизу - под домами. Они пришли извне.

Он медленно отходил, пятился, стараясь двигаться совершенно бесшумно. Сбоку мелькнул проём входа в комнату, взгляд уловил яркую полосу солнечного света, пробивающуюся между слишком широко открытых створок ставень. Вик мысленно выругался и быстро шагнул в комнату. Похоже, дети в эту часть дома не заглядывали. Ставни прикрыли хозяева, но не заперли, и сейчас они медленно двигались под порывами ветра.

Вистолец предусмотрительно вытащил из ножен меч и замер посреди просторного помещения. Похоже, это была чья-то спальня, у одной из стен стояла кровать, у другой диванчик и шкаф. Кругом разбросанные вещи, сорванный полог, откинутое и скомканное одеяло, на простыне видны длинные рваные полосы. И пятна крови - алеющие на постельном белье, застывшие багровыми лужами у кровати.

Он окинул всё это одним взглядом. Прислушиваться мешал возившийся в кладовке мертвец, взгляд то и дело возвращался к двигающимся створкам, пытаясь уловить за ними малейшее движение.

Вик поморщился и быстро скользнул к окну. Его последний шаг совпал с появлением на подоконнике пальцев. Он вздрогнул и едва не рубанул по ним мечом, остановиться заставил лишь их вид – вполне человеческий, без каких либо повреждений кожи.Вистолец вновь замер, пальцы цепко держались за проём окна и больше не двигались.

Умом он понимал, что по ту сторону дома не может быть никого живого, и единственным его желанием было закрыть створки. Но меч почему-то предательски подрагивал в руке, он привык действовать быстро, мгновенно принимать решения, но для этого нужно было понимать действительность. А эти тонкие, хрупкие пальцы могли принадлежать только ребёнку. Или молоденькой девушке.

Вик потёр свободной рукой лоб, мимолётно подумал, что стал слишком часто это делать, в голове навязчивым шумом продолжал висеть уже не разборчивый шёпот. Окинул взглядом вид из окна, увидел множество ломящихся от созревших плодов деревьев – небольшой сад за домом, и осторожно высунулся наружу.

Это действительно была девушка, окна здесь располагались довольно высоко, она дотянулась руками до подоконника и так и висела, не в силах залезть дальше. На Вика вполне осмысленно взглянули огромные голубые глаза, слегка бледные губы разошлись в облегчённой улыбке. Она попыталась что-то произнести, но закашлялась, тело странно вздрогнуло. Девушка с трудом пересилила охвативший её приступ, вновь с мольбой посмотрела на вистольца.

Налетевший ветер приподнял пряди её золотистых волос, открывая взгляду рваную рану, ещё сочащуюся кровью, с боку на шее. Вик уже протянул руку, чтобы втащить её в дом, когда тело незнакомки вновь задрожало, в голубых глазах заплескался ужас. Она выгнулась, отпустила подоконник и упала на траву. Парень решительно схватился за проём окна, собираясь выпрыгнуть наружу. И остановился, увидев её взгляд.

Девушка лежала на спине, смотрела на Вика. Она медленно покачала головой, голубые глаза быстро закатывались, выворачивались белками, из глазниц покатились капельки крови. Как слёзы. Сквозь стиснутые губы вырвался хрип. По щекам разбежались синеватые прожилки, делая мертвенно-бледную кожу жуткого неживого цвета. Тело молоденькой девушки, почти ребёнка, ещё некоторое время сотрясалось судорогами, а потом затихло.

Он больше не слышал биения сердца в её груди, не чувствовал запаха живого человека. В ней поселилась пустота, готовая принять иною сущность. Странные мысли. Почему? Он в оцепенение смотрел на мёртвую незнакомку, её рана только выглядела страшно, но была не глубокой и не угрожала её жизни. Почему она умерла?

Тёплый ветерок порывами бил в его лицо, качал согнувшиеся от тяжёлых плодов ветви деревьев и трепал золотистые локоны волос лежащей на земле девушки. Вик застывшим взглядом смотрел в её лицо, а в голове засела единственная безнадёжная мысль – так не должно быть!

Пальцы трупа, загребая и вырывая траву из земли, вдруг резко сжались. Вистолец вздрогнул. Голова девушки рывком повернулась в его сторону, мёртвые глаза уставились пустым неподвижным взглядом. Он медленно отодвинулся от окна, непонимающе продолжая наблюдать, как мёртвое тело резкими судорожными движениями начинает неловко подниматься с земли и вставать на ноги.

Его руки быстро закрыли ставни, накинули массивный крючок. А перед глазами продолжала стоять картина залитых солнечным светом деревьев увешанных сочными плодами и дёргающееся в судорогах существо, несколько долгих мгновений назад бывшее живым человеком. Так не должно быть?

Он вставил меч в ножны и двинулся к выходу из комнаты, но обострённый слух уловил и долгий протяжный хрип под окном, и скрежетание ногтей царапающих сначала стену дома, а потом закрытые ставни. Долго царапающих, словно это существо всё ещё пыталось выполнить желание девушки – попасть в этот дом.

В коридоре он вновь глянул на закрытую дверь кладовки и задумался, а как здесь очутился этот мертвец? Оставалось лишь предполагать, что, скорее всего, он жил в этом доме, был членом их семьи. По какой-то причине умер, а потом убитые горем родственники обнаружили, что он вновь начал шевелиться и, заподозрив неладное, заперли его в этой кладовке, а сами в спешке покинули дом. Скорее всего….

Вик стиснул зубы, на несколько долгих мгновений где-то в груди поселился ледяной шар боли, жутким холодом сбивая ритм сердца, словно ужас происходящего только сейчас стал настолько явно осознаваемым. Коснулся разума, заставляя понять, что вокруг происходит нечто слишком выбивающееся за грани привычного, за грани той реальности, в которой существовал весь этот мир. Когда-то таким кошмаром стала Реета, а сейчас…. Что происходит сейчас?

Тех старых, уже давно лежащих в земле мертвецов кто-то поднял, но ведь ходячими трупами становятся и обычные люди - жители этого города и его окрестностей. Вик вновь потёр лоб, потом прикоснулся к ране на руке и вздрогнул. В Реете в нежить превращается тот, кого укусили, здесь же нет особого превращения, всё происходит быстро и с беспощадной неизбежностью – они умирают, а потом сразу встают уже другими существами. Но рана всё же должна быть нанесена?

Вик постарался отогнать эту мысль, почему-то именно сейчас совершенно не хотелось думать о собственном будущем, не хотелось его осознавать. Это страшно. Возможно, он ошибается, возможно, причина в другом. Окружающая действительность и так была до кошмара ужасной, но знать, что тебя уже точно постигнет та же участь….

Он осторожно прошёл по коридору, заглянул в соседнюю комнату, створки ставень здесь были прикрыты и он лишь накинул на них крючки. Потом вернулся к входной двери. На полу вокруг Лирты были расставлены несколько горящих свечей, в их свете сверкали лежащие рядом с её телом серебряные столовые приборы. Это были ложки и вилки, ножей среди них Вик не увидел. Дети с тревогой озирались, в их глазах читалась растерянность. При виде Вика все радостно заулыбались.

- Куда ты пропал? – воскликнула одна из девчушек. – Мы вот что нашли!

Вик кивнул, подошёл ближе и присел на одно колено за кругом свечей. Даже не дотрагиваясь, он чувствовал, как от серебряных предметов исходит вполне осязаемая энергия – колючая, наполненная убийственной мощью.

- Замечательно, - он посмотрел на подростка. – Давай приступай.

- Я? – тот даже попятился. – Но здесь работа больше для воина, а не для лекаря. Вот когда отцепишь голову, тогда я уже и смогу ей помочь.

- Вот так значит…, - Вик задумался, хвататься руками за серебро он не собирался, не мог, а ещё один взгляд на парня подтвердил, что тот просто не способен ничего в этом направлении сделать. Его лицо и так было бледно-зелёным, он зажимал рот ладонью, стараясь сдержать позывы рвоты. – Ладно.

Вистолец быстро сходил на кухню и вернулся с полотенцем. Им он обмотал собственные пальцы и лишь тогда взял в руку одну из вилок. Даже сквозь ткань почувствовалось весьма ощутимое покалывание, но было терпимо. Он подсел поближе к женщине, выглядела она не важно, сбивчивое неровное дыхание, перемешивалось с едва слышными стонами. Вику даже показалось, что она временами приходит в сознание и с трудом сдерживает крик. Действовать нужно было быстро.

Он поднёс вилку к мёртвой голове. В глазницах сразу шевельнулись незрячие глаза, сквозь стиснутые зубы донеслось злобное шипение, переходящее в хрип. Вистолец примерился и воткнул столовый прибор в полуистлевшую щёку. Вилка неожиданно легко проткнула гнилую кожу и погрузилась вглубь рта. Реакция последовала сразу. Голова затряслась, задёргалась, но челюсти не разжала.

- Держи, - одна из девчонок протянула ему другую вилку. Вик кивнул и взял предлагаемый ему предмет. Эту он воткнул в череп в районе уха, зубья скрежетнули об кость и с хрустом застряли в слуховом отверстии. Хрип стал громче, но отцепляться от жертвы голова не собиралась. В местах соприкосновения серебряных предметов с нежитью от кожи поплыл лёгкий дымок.

Девчонки уже обе протягивали Вику по вилке. Вистолец взял очередной столовый прибор в руки и задумался, дёрганье головы только увеличивало рану женщины.

- Эй, лекарь, давай советуй куда втыкать, чтобы всё сразу закончить.

- В мозг, - мальчишка согнулся пополам и побежал в сторону кухни. Оттуда донеслись звуки рвоты.

- Сомневаюсь, что тут сохранился хоть какой-то мозг, - проворчал Вик.

- Ты только сильно не бей, а то Лирте и так больно, - заботливо произнесла одна из девочек. – Осторожнее надо.

- Угу, и как до мозга добраться сквозь кость?

- Через глаз.

- Умненький ребёнок. Тебя как зовут, крошка?

- Мила, - девочка фыркнула. – А сестру Лана. А брата Ким. А тебя?

- Вик.

Вилка вместе с глазным яблоком легко погрузилась внутрь головы, но попал ли сей предмет в мозг можно было только догадываться. Шипение стало тише, но не прекратилось.

- Попробуй ещё, - предложила Мила.

Вик глянул на девочек, те сосредоточено топтались рядом и выглядели очень заинтересованными. Никаких намёков на страх он не заметил.

- Конечно, - вистолец взял очередную вилку из рук Ланы и вдавил её в другую глазницу дёргающейся головы. Из всех отверстий вдруг повалил густой чёрный дым, а остатки кожи мгновенно обуглились. Какие либо движения прекратились, но челюсти так и не разжались, было похоже, что их свело судорогами. Шипение и хрипы тоже смолкли.

- Это всё? И что дальше? – забеспокоились дети.

- Что происходит? Ты отцепил её? – выглянул из кухни лекарь.

- Боюсь тебя разочаровать, - криво усмехнулся Вик. – Но пока ещё нет.

- Быстрее нужно, я чувствую, как ей плохо.

- Я знаю, - Вик решительно выхватил меч, одним движением вонзил его в почерневшую щёку и сразу повёл им в сторону от Лирты, разрубая голову на две части. Нижняя половинка отвалилась, а верхняя продолжала держаться на зубах. Вистолец схватился за клочок волос на макушке и дёрнул за них. Остатки мертвеца наконец-то отделились от плеча бедной женщины, Вик не глядя их куда-то отшвырнул и услышал за спиной грохот. Быстро повернувшись, он обнаружил лежащего на полу подростка, половинка головы мертвеца, с торчащими из неё серебреными вилками покоилась на его груди. Сам лекарь находился в глубоком обмороке.

- И часто с ним такое бывает? – поинтересовался Вик у девчонок.

- Не, часть мёртвой башки на него первый раз шмякнулась, - уверено заявила Мила. – А вот другие предметы иногда падают – то кастрюли с полки, то цветочный горшок с подоконника, а то и булыжник какой-нибудь прилетит и всё в Кима.

- Я про падение самого Кима, часто он так с ног валится?

- Ну, - Мила задумалась. – Иногда.

- Ясно. И как он только лекарем стал…?

- У него дар, - серьёзно произнесла Лана. – А дар не выбирают.

Вик криво усмехнулся и кивнул, потом подошёл к подростку и с пнул с него окончательно мёртвую голову. Та, звякая вилками, закатилась куда-то в тёмный угол.

Вистолец сходил на кухню, набрал кувшин воды и безжалостно вылил его на лицо Кима. Парень мгновенно очнулся, вскочил с пола и ошарашено огляделся.

- Выспался? Теперь делом займись, - Вик кивнул на слабо стонущую женщину. Ким потёр лицо руками, всклочил мокрые волосы и, слегка пошатываясь, кинулся к раненой.

Он упал рядом с ней на колени, накрыл обеими ладонями разодранное плечо и что-то зашептал.

Перед взглядом Вика сверкнула серебряная пелена, в воздухе повисло колючее напряжение, он поморщился. Парень выкладывался полностью, со всей яростью и злостью на происходящее. Со всем отчаяньем, что бушевало в его сердце. До конца.

Вистолец скрипнул зубами, так нельзя. Может быть здесь – во внешнем мире лекари и не были настолько почитаемы, как боевые маги, но он слишком хорошо помнил те битвы, что происходили под стенами городов Вистольцы. Там лекари шли в сражения наравне с воинами, но не вступали в бой. Их задачей было спасать, а не убивать и гибли они не от ран. Он сам видел, как в гуще схватки встаёт с земли окровавленный воин, но остаётся лежать худая, скорчившаяся фигура, продолжающая сжимать в руках тонкий посох, а не меч. А это значило, что лекарь слишком увлёкся, не заметил, когда вместо магической силы начал отдавать свою собственную жизнь. А может быть, он сделал это осознано, лишь бы спасти, лишь бы отодвинуть чужую смерть….

Вик подошёл к Киму и рывком оттащил его от женщины. Тот глухо вскрикнул, попытался сопротивляться, но силы были слишком неравными.

- Остановись, - шепнул Вик. – Ты уже помог.

- Она потеряла слишком много крови, - Ким упрямо мотнул головой, его руки мелко дрожали. – Ей нужна ещё сила.

- Нет, этого достаточно, - Вик чувствовал, как парня колотит озноб. Ему сейчас самому нужна была сила – чтобы согреться, чтобы прийти в себя. У него ещё слишком мало опыта, чтобы вот так бесконтрольно расходовать собственную жизненную энергию.

Вик усадил его у стены, сам опустился рядом. Может быть, это была усталость, может быть, сказывалось напряжение сегодняшнего дня, но тело охватило странно оцепенение в сочетании с разливающейся по мышцам слабостью. А перед взглядом продолжал висеть серебряный туман. Наваждение?

- Посмотрите как там Лирта, - попросил он девчонок. Они послушно подошли к женщине, Мила посветила свечой на рану, на лицо.

- Кровь уже не бежит, - сообщила она.

- Она спит, - добавила Лана.

- Хорошо, - вистолец и сам слышал её неровное, но достаточно глубокое дыхание. – Присмотрите за ней.

Сестрички согласно кивнули и уселись рядом.

Вик откинул голову на стену, пытаясь устроиться удобней и хоть немного отдохнуть. После бессонной ночи почему-то именно сейчас вдруг очень захотелось закрыть глаза и отключиться от происходящего, только вот делать этого не стоило. Его слух, продолжал ловить и шаги мертвецов за стеной, и дыхание покусанной женщины, и возившегося в кладовке восставшего трупа и даже царапанье девушки в ставни окна. Он слышал, слушал, а в голове шелестящим шёпотом неслись чьи-то слова, давили на сознание, ввинчивались в мозг, словно выгоняя собственные мысли, собственное желание что-то делать.

Вик обхватил себя руками и поёжился, озноб появился неожиданно, он едва не начал лязгать зубами от холода, а вместе с холодом проснулась злость на это состояние, на слабость, на желание спать. Нет!

- Тебе плохо? – тихо спросил Ким.

- С чего ты взял? – Вик постарался чтобы душившая его ярость не была слышна в голосе.

- Я чувствую.

Вистолец криво усмехнулся и посмотрел на лекаря. Тот сидел весь нахохлившийся, кутался в тонкую курточку и тоже дрожал.

- Ты не совсем обычный человек, - вдруг заявил парень. – Я понял это когда лечил тебя, а потом увидел, что ты не можешь прикоснуться к серебру….

- Не совсем обычный? – это было очень мягко сказано, Вик вновь усмехнулся. Да, Ким колдун, но судя по тому, что он ещё не распознал в нём оборотня, этот дар в нём только начал просыпаться.

- В тебе много всего намешено. Это странно, - голос парня дрогнул.

Теперь Вик взглянул на него уже с интересом, не такой уж он и неопытный.

- Тебе сколько лет, Ким?

- Пятнадцать.

- Извини, но выглядишь на двенадцать, я думал, что ты недавно стал магом.

- Тебе самому-то сколько лет, герой? - обиженно произнёс Ким и поднёс горящую свечу ближе к лицу чужака, разглядывая его более внимательно. Тогда на дороге он лишь успел поразиться его необычной, чуждой для их города внешности, а потом задумываться об этом стало совершенно некогда. Хватило уже того, что незнакомец сразу нашёл решение, как отцепить мертвеца от Лирты, действую мечом с кажущейся нечеловеческой точностью и скоростью. Лишь потом пришло понимание, кто именно их спас. Вистолец. Выходец из древнего, закрытого мира, чужого мира.

У него были тонкие черты лица и очень бледная кожа, что странно сочеталось с настолько тёмными глазами, что их радужка почти сливалась по цвету со зрачком. Длинные, белоснежные волосы были собраны в хвост, открывая взгляду слегка заострённые уши, что тоже предавало ему некую нечеловеческую природу. Хотя всем было известно, что вистольцы чистокровные люди. Колдуны даже утверждали, что они потомки очень могущественного народа, властвовавшего и в их мире много веков назад, а потом ушедшего искать знания в другие края.

Вот только конкретно в данном вистольце нечто нечеловеческое чувствовалось не только во внешности, было что-то ещё – иное. Слишком иное, чтобы называть его человеком.

Вик отодвинулся от свечи, маленький огонёк сверкнул серебристым туманом, болью слепя слишком чувствительные глаза. Он на мгновение зажмурился и уставился в полумрак комнаты. Сколько ему лет? Он почти никогда не воспринимал себя как ребёнка, в семье он был старшим сыном, помощником родителей, на которого возлагались взрослые обязанности. В группе учеников во всём оказывался первым – в умении владеть мечом, в скорости бега, в выносливости, в выполнении обязанностей по хозяйству и в вытаскивании из беды товарищей. Он считался лидером, тем, кто часто решал чужие проблемы, разрешал споры, мирил драчунов. И оставался один. У него не было друзей, пока в их селении не появился этот странный паренёк, назвавшийся необычным именем – Ярси.

- Мне семнадцать, - нехотя проговорил Вик, хотя знал, что выглядит старше, да и чувствовал себя тоже….

Глава 5

Странно, но за всё это время он почти не вспоминал Вистольцу. Он просто знал, что где-то там - очень далеко есть дом. Потом пришло осознание, что понятие собственного дома для него теперь несколько другое. Там остался дом его родителей – их семьи, остались близкие и родные, но уже недосягаемые ему существа. Потому что была Реета - мир, который никогда его не отпустит. Никогда? Наверное, это должно было бы разрывать его сердце болью и может быть, когда-нибудь именно так и будет. Потом, когда появится время для воспоминаний, для тоски по родителям, по сёстрам, по родным местам. А сейчас была просто щемящая пустота и понимание, что этого времени может и не наступить. Никогда….

Ещё за полгода до открытия Врат в воздухе начало носиться покалывающее напряжение и не только из-за того, что просыпались великие силы, что откроют дорогу в другой мир. Одна ночь, когда вернутся ушедшие странники и уйдут в путешествие новые бродяги, решившие поискать свой путь в чужих землях. Идти или нет - каждый выбирал для себя сам. Зачем? Ответов было много. И для большинства это было любопытство. Но после долгих раздумий это большинство решало, что оберегать собственный мир является намного более важным и оставались дома. А о новостях расскажут те, кто вернутся.

Но были и избранные – их отправляли во внешний мир Старейшие. Их целью становилось получение новых знаний и опыта, они шли в свой путь для того чтобы Смотреть и Запоминать. Чтобы понимать, что происходит в граничащем мире.

Как правило, такими путниками становились воины-маги, несущее в себе почти несовместимое для одного человека сочетание способностей к колдовству и умение владеть любым оружием. Кэртен дэсо, как их называли, что с древнего языка вистольцев означало «противоречащий себе».

Их было мало, такой дар проявлялся не часто, они входили в отдельную высшую касту, но никогда не становились правителями или командирами отрядов. У них был свой путь. Путь одиночек, идущих навстречу врагу всегда в первых рядах. Они принимали на себя самые сильные удары, создавали щиты и ограждали от гибели других. Потом, когда магическая мощь истощалась, в дело вступали мечи, владение которыми являлось виртуозным. Они не использовали посохи, их оружие было из стали.

В их группе учащихся кэртен десо считали Ярси, пусть он и отказался от магии, но все знали, что она в нём есть. А его умение владеть мечом это только подтверждало. Но Ярси был чужаком, другим, не из их мира. Всегда замкнутый, погружённый в собственные невесёлые мысли и не подпускающий к себе почти никого. Кроме Вика. Иногда вистольцу начинало казаться, что Ярси живёт только ради боя, ради сражений и ради смерти. Иногда это его пугало, нельзя идти в бой для того чтобы умереть. Это неправильно.

Парень сжигал себя на тренировках, кипевшая в нём ярость заставляла отступать даже учителей. Поэтому после занятий Вик старался вытащить его куда-нибудь на луга, под лучи заходящего солнца, подальше от людей. Чтобы успокоиться, поговорить о чём-то незначительном. И забыться. Это помогало обоим. Вику нравились такие вечера. Когда можно было ни о чём не думать, не вспоминать, что где-то очень близко – за внешней стеной продолжается непрекращающаяся битва. И твоя единственная судьба встать в ряды сражающихся в ней воинов.

Их жизнь была разделена на две части: та, что продолжалась пока не закончена школа воинов, наполненная постоянными тренировками, уроками и обязанностями по хозяйству – спокойная жизнь и та, что начиналась, а часто и сразу заканчивалась после школы – Первая битва. Той второй жизни для многих просто не было, но именно к ней готовились и именно её ждали. Нельзя войти во взрослую жизнь, не побывав за стеной. Нельзя отправиться во внешний мир, не пройдя через свою Первую битву. Но эти правила существовали только для вистольцев. На чужака они не распространялись, Ярси хоть и был усыновлён верховной колдуньей, но по крови он всё равно не являлся вистольцем. Поэтому у него был выбор – участвовать или нет в Их войне. Почему-то Вик знал, что он покинет Вистольцу. В его сердце была своя война.

Это был год, когда открывались Врата, все ждали, но и Ежегодный состязаний никто не отменял. Их группа должна была в первый раз принять в них участие. А ещё через год закончится их обучение в школе и начнётся другая жизнь.

Как это было заведено, все школы объезжал Верховный Старейший, а вместе с ним его дочь Тиона. Девушке было двадцать, но она до сих пор ни с кем не связала свою судьбу. Её избранником считался Кравий – командир отряда разведчиков, говорили, что он уже не раз делал ей предложение, но она пока не отвечала согласием.

В их школе свита Старейшины появилась за пять дней до Состязаний. Сам старик лишь мельком взглянул на тренировки, покивал и отправился отдыхать. Все остальные гости задержались дольше. Длинноволосую красавицу, конечно, разглядели все учащиеся. Но её взгляд был прикован к чужаку. Ярси всегда привлекал к себе внимание - и двигался по-иному и выглядел другим. Вик только усмехнулся, когда девушка пригласила Ярси прогуляться в сад. Он решил, что его друг вляпался в неприятности.

Но чужак спокойно выдержал её интерес, Тионе оставалось лишь смириться, что он не будет участвовать в Состязаниях и, как только откроются Врата, покинет Вистольцу.

Было странным, что девушка продолжила приходить на их тренировки. Её словно что-то сюда тянуло. Будущие бойцы невольно оказывались в смятении. Под взглядом огромных, прекрасных глаз трудно сосредоточиться и не совершать ошибок. Но они очень старались. Состязания были первыми в их жизни и присутствие девушки все решили воспринимать как испытание.

Вик вообще об этом не думал, его партнёром по спаррингам чаще всего оказывался Ярси, а это заставляло выкладываться на много больше, чем он хотел. Тренировки изматывали и под вечер вгоняли в ступор, выбивая из головы все мысли. Он упустил тот момент, когда вдруг что-то изменилось.

Сначала на него как-то странно начали смотреть товарищи, потом зашептались родители, когда он возвращался на ночь домой. Подозрения появились, когда Ярси вдруг сообщил, что разговаривал с парнем Тионы – Кравием и тот предупредил, что не потерпит соперника. Вик лишь кивнул, за друга он особо не переживал, с ним как с кэртен десо даже Кравий не решился бы связываться. Но Ярси усмехнулся, в смятение ввела его фраза, что Тиону интересует вовсе не он, а другой воин из их группы. Тот, кто будет участвовать в Состязаниях. Вистолец, а не чужак.

Вик растерянно пожал плечами, не совсем понимая, кого выбрала дочь Старейшины. И вдруг только сейчас начал вспоминать, что да, девушка смотрела в сторону Ярси, но рядом с чужаком всегда находился он сам. Пусть он проигрывал кэртен десо, но в их группе он оставался лидером, тем, к чьему мнению прислушивались все остальные, к кому обращались за помощью и за советом и кто всегда выходил победителем в спаррингах с другими учащимися-вистольцами.

Слишком закрытый Ярси почти не улыбался, его взгляд оставался отстранённым и слишком холодным. Тогда как сам Вик во время тренировок чтобы разрядить атмосферу всё время подшучивал над товарищами, совершенно не задумываясь о том, что на них смотрит девушка. А иногда слышался и её смех. Почему-то эти воспоминания вызвали непонятную панику.

День Состязаний выдался накануне открытия Врат, поэтому тогда всё казалось необычным. До этого Вик присутствовал на этом мероприятии только как зритель, и сейчас все действия проносились перед глазами в каком-то тумане. Он пытался отвлечься, не думать о Тионе, сидящей в первом ряду на почётном месте, не смотреть в её сторону. Получалось плохо.

В их доме с раннего утра началась суматоха, сёстры хныкали, отец что-то втолковывал, мать почему-то всхлипывала, но Вик их почти не слышал, не воспринимал. С толку сбивало вчерашнее прощание с Ярси, Вик знал, что так будет, и всё же окончательное решение друга уйти всё равно совершенно выбило его из колеи.

Сам он не относил себя к тем, кто хочет покинуть Вистольцу, он даже не представлял, как это оставить свой дом и скитаться по совершенно неведомому миру. Ему нравилось здесь – где всё привычное и такое родное. А ещё Дом нужно было защищать. Он с раннего детства видел себя среди сражающихся за стенами Вистольцы, там, где бушует ярость, где каждый миг сравним со всей прожитой жизнью, где умирают, чтобы жили другие. Ради этого он не боялся отдать свою жизнь. А родители смирились, во всех семьях, если сын не маг, то это означало, что он будет воином и рано или поздно погибнет.

Такова судьба?

Они полночи просидели на траве, смотрели в небо и молчали. Ярси обещал, что вернётся через пять лет, но это не значило, что они смогут вновь увидеться. Совершенно не значило. Вик всё же решился и ещё раз спросил, почему он уходит, хотя раньше друг всегда избегал ответа. Ярси горько усмехнулся.

- Прошлое, - это была боль, тоска, что так и не отпустили, не смогли оставить сгорающее в схватках сознание.

Такова судьба….

А утром ругающийся отец почти силой вытолкал не выспавшегося и рассеянного сына из дома, и они всей семьёй потащили его к комплексу арены. Парень совершенно не думал о победе, в сердце была пустота и нежелание что-то делать. Азарт и ярость появились потом, когда трибуны сомкнулись гудящим гулом, когда рядом что-то выкрикивали противники, когда глашатаи объявляли о начале поединков.

А ещё он вдруг понял Ярси. Понял, что значит уйти в бой, для того чтобы забыться, не вспоминать, не воспринимать действительность. Жить ради схватки и больше ни для чего другого. Жить ради смерти, своей или противника….

Состязания не предназначены для смерти, здесь есть не только поединки, здесь определяли лучшего в скорости бега, в преодолении полосы препятствий, в стрельбе из лука. Первогодки участвовали абсолютно все, но до конца дня выдерживали лишь самые выносливые, самые крепкие. Именно они в последствие становились командирами вновь создаваемых единиц боевых подразделений. Как лучшие.

Более опытные воины сами выбирали, кто из них достоин пройти Состязания. Для них это было подтверждением их способностей, их первенства. А так же шансом взойти на более высокую ступень.

В тот день Вику казалось, что он видит себя со стороны. Всё, что нужно было делать, он делал на грани своих возможностей, а иногда и переступал эту грань. В глазах очень часто темнело, ноги подгибались от напряжения, но всё это происходила уже за финишной чертой или после окончания схватки. Сознание отстранённо отмечало тот факт, что очередное задание выполнено и нужно вновь подняться с земли и идти дальше, потому что каким-то образом до сих пор не проиграл. Словно во сне, словно это происходило не с ним.

После пяти забегов на разные дистанции, начались трёх раундовые кулачные бои. Те, кто после них ещё остались стоять на ногах, без перерыва отправились стрелять из луков. Взять лук разбитыми в кровь, трясущимися от усталости руками тоже оказалось испытанием, а попасть в мишень – подвигом.

Вик с каким-то безразличием удивился, что до сих пор может двигаться, что не потерял от перенапряжения сознания, как это было с другими новичками. Он мельком замечал их неподвижные тела, уносимые помощниками с поля, где происходили состязания. Единственной мыслью оставалось, что надо натянуть плохо поддающуюся тетиву, потом поймать взглядом расплывающуюся мишень и отправить стрелу в полёт.

Вик выдохнул, когда тетива протяжно звякнула в пятый раз – всё, завершена последняя попытка, он опустил тяжёлый лук и с трудом разжал пальцы. Оружие упало на землю, пришлось пересиливать себя, чтобы не последовать за ним. Подбежавший распорядитель постоял рядом, оценивая результат, а потом толкнул его в направлении площадки для мечников.

Вик глухо застонал, в отличие от него большинство лучников направились к трибунам – для них соревнования закончились.

Тот день тянулся бесконечно. Вечером Вик устало стоял среди своей группы, из тех, кто выдержал все испытания, осталось не более четверти новичков. Он ждал общего награждения и с безразличием воспринимал, как подходят учителя и хлопают его по плечам. Рядом такие же уставшие соревнующиеся с завистью, но улыбками уже говорили слова поздравлений. Он даже отыскал взглядом на трибунах своих родных, все улыбались - и родители, и младшие сестрёнки, махали ему руками.

Оказалось, что в своей возрастной группе он выиграл. Не совсем понимая как, но выиграл.

А потом было награждение по количеству набранных за все испытания баллов. Здесь уже не учитывался возраст.

Вик вместе со всеми отошёл к трибунам, младшие соревнующиеся никогда не попадали в эту шкалу достаточно высоко. По общему количеству набранных баллов выигрывали лишь опытные воины.

Все облегчённо расселись по лавкам, услышали, как назвали третьего из лучших – Деркон – командир пятой атакующей команды, и почти сразу трибуны взревели. Был назван второй – Кравий – командир разведчиков. Был назван тот, кто в течении предыдущих пяти лет оказывался Первым на Играх. Но сегодня он не стал победителем, значит, его вечный соперник лишь слегка ему уступающий Милт его превзошёл.

Победителя объявили с некоторой задержкой, Вик даже не слушал, погружённый в собственные мысли. Поразила лишь наступившая вслед за этим тишина – не верящая, пронзительная, а затем трибуны вновь взревели.

Его почему-то начали толкать, подбежали двое учителей, рывком поставили на ноги и вновь заставили выйти на арену. Он непонимающе огляделся, увидел лица родителей, на этот раз не улыбающиеся, а взволновано-сосредоточенные. На подгибающихся ногах двинулся к судьям.

Имя того, кто набрал больше всех баллов, вновь повторили. Его имя. Вик – ученик седьмой старшей группы Западной школы, сын Ливода и Кеаны.

Перед взглядом поплыл туман, он с трудом заставил себя не шататься, расправил плечи и двинулся вперёд. Всё, это не победа, это самоубийство.

Вик не смотрел на глашатаев, не смотрел на судий и Кравия, лишь представил, как выглядит его исказившееся от злобы лицо. Но не смотреть на Тиону, награждавшую победителя, не получилось.

Слишком близко оказались лучившиеся восторгом глаза и счастливо улыбающиеся губы. Она надела ему на шею знак Первого, при этом сильно прижалась к его груди, обвила его руками. Вик едва не отшатнулся, понимая, что теперь точно погиб.

А вечером стало известно, что дочь главного Старейшего объявила о смене претендента на её руку.

Дома мать плакала, ругалась с отцом, его они не обвиняли, но для их семьи это означало слишком большие перемены. То, что его выбрала Тиона, ещё не говорило о том, что свадьба обязательно состоится, а вот смертельного врага в лице Кравия он уже точно нажил. Причём отразится это не только на Вике, пострадает и отец, которого под влиянием мстительного командира разведчиков, скорее всего из стражников переведут в простые воины и отправят сражаться за стену – в первых рядах. Дом могут поджечь, мать и сестры станут изгоями – с ними перестанут общаться.

Многое может произойти, но начнётся всё это не сразу, сначала они будут под защитой семьи Тионы. Но до тех пока она не передумает общаться с Виком. А для своенравной девушки это было в порядке вещей. Она никогда не задумывалось о том, что с её избранником случается потом. Особенно, если он из простой семьи и ещё даже не воин, а всего лишь ученик.

Конечно, если Вик сам откажется от Тионы, Кравий не будет преследовать его семью. Но такого невиданного оскорбления девушка никогда ему не простит. Нет, в этом случае, его родных тоже не тронут, но самому Вику проще всего будет сразу совершить самоубийство.

Вик стоял у окна, смотрел в сгущающиеся сумерки, а его губы сами собой кривились в горькой усмешке. Где-то за лесом разгоралось алое зарево портала, а здесь в саду цвели удивительно красивые, посаженные мамиными руками цветы, мягко покачивали ветвями столь привычные с детства старые деревья, лежали на земле не прибранные со вчерашнего вечера садовые инструменты. Здесь было уютно, мирно, спокойно. Так и должно оставаться. Он не хотел покидать этот мир, но если по-другому не получается….

В походный мешок были быстро сложены первые попавшиеся под руку личные вещи, со стола схвачена и завёрнута в полотенце большая лепёшка и также засунута в мешок. Он быстро поцеловал замерших родителей, обнял сестёр, шепнул им, чтобы не скучали, и выскочил за дверь дома. Уходил он почти бегом, ни разу не оглянувшись, лишь спиной остро чувствовал их взгляды. А слова прощания так и не сорвались ни с чьих губ. Простите….

Взведённые в натянутые струны чувства заставили его остановиться на перекрёстки дорог перед лесом. Это произошло раньше, чем ему преградили путь, но отступать всё равно было некуда. Его окружили. Их было семеро, все из отряда Кравия во главе с командиром. Опытные, прошедшие множество боёв воины. Старшие и более сильные. Вооружённые не мечами, а тяжёлыми окованными в железо дубинками.

- А ты принял единственно верное решение, мальчишка. Я знал, что не ошибусь, ты у нас умный, - сквозь зубы прошипел Кравий. – Но сбежать всё равно не сможешь. Ты опозорил меня и поэтому завтра я вызову тебя на поединок. А когда ты проиграешь, Тиона передумает, она не любит слабых. Подумай, это тоже выход.

На его губах за змеилась усмешка. – Возможно, что я даже тебя не убью, лишь покалечу.

Он кивнул своим воинам.

- А сегодня мы просто развлечёмся. По лицу не бейте, его раны должны быть не заметными.

Выход? С позором проиграть в поединке после того, как стал Первым? Проще умереть сейчас, чтобы родители не видели и не считали сына слабым.

Меч со свистом покинул ножны, будет трудно заставить себя убить, если они этого не хотят. Их цель другая. Их цель остановить. Портал закроется на рассвете, но он в это время будет в бессознательном состоянии лежать здесь - на дороге. А они будут ждать рядом, чтобы их жертва очнулась и явилась на поединок.

Вик понимал, что ничего уже не изменит, просто не мог смириться, не мог сдаться, позволив себя избить, не мог отступить не защищаясь. Взгляд уловил одновременный взмах нескольких дубинок, он рванул из центра круга на пролом между двумя чуть замешкавшимися противниками. Одному резанул бок мечом, второму нанёс удар левой рукой в лицо. Но на этом его прорыв закончился. Раненый боец с яростью взревел и ответным ударом почти выбил из его пальцев оружие, потом толкнул его обратно дубинкой в круг. Сбоку сразу прилетел удар по рёбрам, потом по спине. Дыхание перехватило, Вик выругался, отскочил, парировал два выпада мечом и вновь пропустил удар, но теперь уже сзади по голове. Ноги невольно подогнулись, он очутился на коленях, чувствуя, как оружие противников быстро опускается на его тело.

Их было слишком много на одного, и нападали они одновременно со всех сторон. Вик упал на траву раньше, чем дубинки достигли его спины, перекатился, пытаясь бить по открывшимся с этого ракурса ногам. По кому-то попал и этот кто-то с криком отшатнулся, держась за порезанную лодыжку. Вновь пришлось перекатываться, тяжёлое оружие опустилась на землю рядом с плечом, чувствительно задело кожу. Вик постарался быстро вскочить, ещё с колен очертил мечом широкий круг, заставляя противников расступиться, но большего ему не позволили. Клинок врезался в окованное железом дерево, рукоять болью вывернула кисть, и Вик понял, что может сейчас остаться без оружия. Он скользнул лезвием вдоль дубинки, резанул по держащим её пальцам и услышал наполненный злобой и болью голос Кравия.

- Ловкий щенок, заканчивайте с ним.

Его одновременно ударили и по ногам и по корпусу и вновь вскользь по голове. Он снова очутился на земле, упал лицом в траву, зная, что в этот раз уже не сможет подняться. Странно, но дальнейшего избиения не последовало. Вместо этого слух уловил свист рассекаемого клинком воздуха и крики проклятий.

- Колдун!!!

Вик с трудом сел, огляделся. Высокая гибкая фигура в лёгкой одежде путника скользила среди более мощных и тяжёлых тел воинов, облачённых в боевую броню. Это было похоже на диковинный танец, сопровождающийся блеском слишком быстро движущейся стали. Ему ещё не приходилось видеть Ярси в настоящем бою, где бы он никого не щадил, не останавливал удар чтобы не ранить, не покалечить. А сейчас увидел. Беспощадные выпады, неимоверно быстрые взмахи, короткие, сливающиеся в полосы движения клинка и брызги крови, разлетающиеся в стороны. Его ярость была расчётливой, выверенной, не допускающей ошибок. Безумной.

Ярси остановился только когда на земле лежали семь стонущих тел, он не убил их, этого было не нужно. Хотя легче сразу нанести смертельный удар, чем следить, чтобы жизнь противника не оборвалась. Но это был его выбор. Он не захотел становиться убийцей.

- Кэртен дэсо, - произнёс Вик.

- Хоть ты не повторяй этой ерунды, - Ярси подошёл и протянул ему руку, чтобы помочь встать. Вик многозначительно обвёл взглядом раненных, медленно поднялся. Перед глазами мгновенно замелькали тёмные пятна, он пошатнулся, пытаясь перетерпеть захлестнувшую тело боль.

- Идти можешь?

- Да, - не задумываясь произнёс вистолец, собираясь, если по-другому не получится, то и ползти отсюда.

- Хорошо, тогда побежали, - тут же предложил друг.

- Да? Мы опаздываем?

- Опоздаем, если будешь двигаться с такой скоростью, как сейчас.

- Но я ещё не двигаюсь.

- О том и речь.

Вик фыркнул, с трудом вставил дрожащей рукой меч в ножны и хромая на обе ноги зашагал по дороге.

- Держи, - заботливый Ярси всунул ему в руки подобранную на обочине палку. Парень со вздохом опёрся на импровизированный посох и постарался увеличить скорость ходьбы.

Чужак легко шагал рядом, как будто и не побывал только что в бою с превосходящими по числу противниками.

- Я ждал тебя у портала, - сообщил он. – Но ты что-то слишком задержался.

Вик бросил на него быстрый взгляд.

- Ты смотрел Состязания! – сделал он вывод, иначе зачем бы ещё Ярси ждать его у портала.

Тот кивнул и усмехнулся. – А ты знаешь, что ты идиот?

- Знаю, - буркнул Вик. – И ещё самоубийца, но я просто не следил за чужими баллами. Не до того как-то было, я и за своими-то баллами не следил.

- Угу, ты вообще был похож на одержимого.

- Наверное, сам бы поучаствовал, тогда бы я не был первым.

- Ну да, тогда бы ты был вторым, а Кравий третьим. Представляешь, как бы он обрадовался.

Вик невольно поморщился, каждый шаг отдавался острой болью в избитом теле, слишком сильно напоминая о только что пережитом. Но вскоре он почти забыл о боли. Навстречу всё ярче лился поток радужного света, озаряя окрестности пульсирующим, переливчатым ореолом. Четверо стражей молча встретили путников перед воронкой портала. Они никому не препятствовали, просто запоминали тех, кто уходит. Вик знал, что его они тоже пропустят, но он уходил, не пройдя своего Первого боя, не отдав долг родине и это означало, что пути назад у него не будет.

Он невольно остановился, посмотрел на Ярси. По губам друга скользнула горькая усмешка.

- Здесь чужаком был я, Вик. Там чужаком будешь ты. Ты готов к этому?

- Это уже не важно, - вистолец первым шагнул вперёд. Нет, он не был к этому готов. Единственным желанием в опустошённом происходящим сознании оставалось, чтобы побыстрее всё свершилось, чтобы действительно не было пути назад и не только в мыслях, но и в реальности. Но какая-то сила всё же заставила его оглянуться. Может быть, этим было ощущение, что Ярси не идёт за ним, может быть чувство всколыхнувшейся за спиной силы.

Все стражи стояли опустившись на одно колено и склонив головы, Вик невольно последовал их примеру. Он знал, что Ярси считается приёмным сыном верховной колдуньи Виолы, но тот никогда об этом не говорил и не предавал этому значения. Жил он в комнате при школе, предназначенной для таких же одиночек как он, всё свободное время проводил скитаясь вместе с Виком по окрестностям селения. Но иногда после занятий он исчезал, и Вику оставалось лишь предполагать, что Ярси уходит в цитадель колдунов – место, которое могло бы быть его домом, если бы он захотел.

Он впервые видел верховную колдунью столь близко. Она выглядела лет на тридцать, лицозавораживающе красивое, необычайно огромные радужно-сиреневые глаза, переливающиеся силой, тонкий стан, хрупкая фигура и нечеловеческая отрешенность. Во всём. Она словно жила где-то в другом мире, не здесь, не среди вистольцев. Говорили, что она из тех, кто когда-то пришёл в этот мир первыми, её возраст измерялся веками, и она почти никогда ни с кем не общалась. Верховная колдунья обитала вне времени.

Её интерес к пришлому ребёнку вызвал тревогу и потрясение среди магов Вистольцы. Она покинула Верхнюю цитадель и переселилась в доступную людям Нижнею – туда, где могла общаться со своим приёмным сыном. Ярси был первым ребёнком за много лет, которого она захотела сделать своим учеником, но он отказался. Он так и остался чужаком, не приняв её помощь. Вопреки всему.

Они молча смотрели друг на друга и в этот момент были очень похожи – не внешне, по выражению лиц, по искрящемуся свечению глаз, по грустным улыбкам на губах. Женщина не выдержала первой, сделала шаг вперёд и порывисто обняла Ярси.

- Прости, - парень поцеловал её в щёку, медленно отступил и повернулся к порталу.- Прощай.

- Возвращайся, я буду ждать, - её голос был похож на почти неслышное эхо – призрачное, звучащее на грани восприятия. – Всегда.

Ярси не оглядываясь шагнул к порталу, на ходу подхватил под руку Вика и вдвоём они ступили в светящийся ореол Перехода.

Он знал, что не спит, не должен был спать и всё же воспоминания напоминали именно сон – очень яркий, но призрачный, начавший исчезать сразу, стоило только вернуться к действительности. Знали бы родители какие у него теперь девушки, знали бы каким стал он сам – монстром. Почти мёртвым монстром. Чудовищем. Но они не узнают. Никогда. И это радовало.

Вик заставил себя пошевелиться, слегка изменил положение тела, чтобы размять мышцы. Всмотрелся в полумрак комнаты, едва разгоняемый светом почти погасших свечей. Увидел, что обе девочки лежат, положив головы на колени мачехи. Прислушался к дыханию женщины – достаточно ровному и глубокому, без перерывов, без надсадного хрипа, что он слышал, когда начала гибнуть та девушка в саду. Повернулся к Киму. Мальчишка сидел, обхватив колени руками, уже не дрожал, видимо успел прийти в себя. Он тоже посмотрел на Вика.

- Что дальше? – спросил лекарь напряжённым шёпотом.

Вик выдохнул, выходило, что раз он их спас, то теперь и отвечает за судьбу этих людей? Вот только не было у него ответа на этот вопрос – что дальше?

- Можно, конечно, попытаться переждать в этом доме, - проговорил он медленно. – Только почему-то мне кажется, что это бесполезно.

- Что бесполезно? – не понял Ким.

- Пытаться переждать….

- Почему? Думаешь, они так и будут бродить вокруг дома?

- Я не знаю, может быть уйдут, потом появятся другие, их слишком много и этот кошмар сегодняшним днём не закончится, - Вик тоже говорил шёпотом, стараясь не разбудить уставших сестрёнок. – Ты можешь объяснить, что происходит, как вообще всё это началось?

Подросток поёрзал, прикусил губу.

- А ты сам, значит, не знаешь? – переспросил он. – Что происходит - объяснить не могу, а вот как всё началось, ты должен был видеть, если находился этой ночью в городе. А ты должен был здесь находиться, ворота не открывались со вчерашнего дня, значит, ты попал в Керонт раньше. Мертвецы же появились перед рассветом. Сначала всех разбудил громкий хлопок, потом мы услышали скрежет и грохот взламываемых покрытий дорог. Некоторые выбирались прямо из подполов домов, поэтому люди начали в панике выбегать на улицу. У нас тоже появилось два монстра, разломали пол и встали прямо посреди обеденной комнаты. Отец вытолкал всех за дверь, вдвоём с моим старшим братом они попытались обороняться, но вскоре и сами выбежали из дома. У Всеслава вся рука была изодрана, а на улице, - Ким сглотнул, но заставил себя продолжать. – На улице на нас напали другие мертвецы. Отец и брат отвлекли их на себя и почти сразу были схвачены и повалены на землю, а мы побежали….

Он опустил голову, но потом вдруг вновь внимательно посмотрел на вистольца.

- А где был ты, когда всё началось? Что ты вообще делаешь в нашем городе?

- Я должен был выполнить одну просьбу, - рассеяно ответил Вик. – Но теперь уже не получится.

- Какую просьбу? – насторожился подросток. – Как давно ты в Керонте?

Вик заставил себя сосредоточиться, не было никакого смысла отвечать на эти вопросы - не имело значения, но взгляд Кима просто светился от беспокойства и внутренних переживаний. Сейчас, когда опасность слегка отступила, он начал задумываться о необычности их спасителя и делать пока не понятные ему самому выводы.

- Так получилось, что я оказался в вашем городе уже после рассвета, - Вик криво усмехнулся. – Поэтому не переживай, я к восстанию мертвецов никакого отношения не имею, меня вон тоже покусали.

- Как это после рассвета? Ворота же были закрыты, - не поверил парень.

- Ну-у, так вот, через стену, - нехотя проговорил вистолец. – Ты знаешь, что вокруг Керонта уже не ров, а глубокий разлом?

- Что? – Ким весь подобрался, его глаза лихорадочно заблестели. – Разлом? Я читал об этом, - он осёкся.

- Договаривай!

- А ты не увиливай от вопросов, что значит через стену? Через разлом ещё тоже нужно было перебраться, а потом как-то подняться вверх!

- Слушай, ты чего пристал? Перебрался и перебрался, когда за тобой гонятся очень быстрые ходячие трупы вооружённые мечами, ещё не так научишься прыгать.

- Ещё мертвецы? Другие?

- Другие, - угрюмо буркнул Вик. – Те действовали вполне осознанно, а так владеть оружием как они не каждый живой сможет. Это воины, понимающие, что делают. Не такие как те, что бездумно шагают по улицам города, подчиняясь единственному инстинкту – убить.

Ким невольно поёжился.

- Я видел рану у тебя на спине, это они нанесли?

Вистолец кивнул. - Они очень быстрые.

- Значит, ты можешь прыгать на большие расстояния? - вдруг вдохновился какой-то идеей лекарь.

- Только ночью, - остудил его пыл Вик.

- Почему ночью?

- Потому. Способности у меня такие. Ночью быстрее двигаюсь.

- Да? И с чем это связано?

- Ты же маг, - фыркнул Вик. – Сам должен разбираться, вот и отвечай на свои вопросы. А от меня отстань, я не собираюсь ничего рассказывать.

- Ну, я ещё только учусь, - хмуро проговорил Ким. – И практики у меня почти не было, к тому же я лекарь, а не боевой маг, – он тяжело вздохнул. - А ночью ты сможешь передвигаться по крышам?

- И вас на себе тащить, - закончил за него Вик. – Смог бы, но боюсь, что ночью будет уже поздно.

- Почему?

- Мертвецы движутся в сторону ворот, там собрались все выжившие жители. Ворота ещё не открыты, с ними что-то случилось, но стражники очень стараются починить механизм, иначе там вскоре начнётся бойня. Если же ворота откроются, люди покинут город, а за ними двинется толпа мертвецов и перекроет дорогу. Мы же, получается, останемся здесь, и не думаю, что все ходячие трупы оставят город. Поэтому ждать ночи не имеет никакого смысла, мы должны уйти вместе со всеми, так будет легче защищаться.

- Да? - Ким очень внимательно посмотрел вистольцу в глаза. – А смогут ли люди вообще от них защищаться? Как можно убить того, кто уже мёртв?

- Убить? Сомневаюсь, если только серебряным оружием, но его очень мало, а вот обездвижить, возможно получится. В этом не я должен разбираться, а ты. Я никогда не был магом, - безжалостно усмехнулся Вик. – Ладно, не обижайся, не знаю, чему вас там учат в ваших магических школах, но похоже учёба происходит очень медленно.

- Ты не понимаешь, я лекарь.

- Слышал уже, ну хоть что-то ты можешь? Я имею в виду из настоящей магии?

Ким зло сверкнул глазами.

- Чтобы колдовать нужен посох!

- Зачем? Видел я, как ты использовал посох – мертвеца им по голове колотил.

- Я просто растерялся, к тому же это не так просто. Сила рождается внутри нашего тела, но мы не можем просто выбросить её в пространство, она бесконтрольно разойдётся во все стороны. Передатчиком служит магический посох, в котором сначала концентрируется энергия, а потом уже происходит её направленный выброс – колдовство, магическое действие.

- Значит, ты всё-таки что-то можешь? – решил всё же добиться ответа Вик.

- У меня получается молния. Небольшая, - нахмурился лекарь. – Но вообще я не должен обладать такими способностями, я не боевой маг.

- А посох обязателен?

- Я же объяснил – да, обязателен.

- Мой друг использует для этого меч.

- Меч? Но в мече не может концентрироваться сила, металл для этого не пригоден. Нужно дерево.

- Ты уверен? Я сам видел, как магическая энергия вырывалась из клинков.

- Тогда ты говоришь не об обычном маге, - усмехнулся Ким. – Как там у вас их называют – в Вистольце? Кэртен десо – противоречащий себе? Очень подходящее название.

Теперь уже усмехнулся Вик, холодно, отстранённо.

- Это ты тоже узнал из книг? – поинтересовался он.

- Это не тайна, мы многое знаем о Вистольце. Да, я прочитал это в книгах – в хрониках, и мой учитель тоже рассказывал, он встречался с кэртен десо, однажды. Тебе очень повезло, что у тебя есть такой друг.

Вик невольно опустил голову и тут же весь подобрался, до слуха долетел грохот выламываемых досок. Рядом вскрикнул Ким, проснулись девочки, и даже Лирта открыла глаза.

- Что это? – с дрожью в голосе спросил подросток.

- Неприятности, - Вик одним быстрым движением оказался на ногах, одновременно выхватил из ножен меч и шагнул ко входу в коридор. Удары и стук падающих предметов прекратились, теперь стали доносится тяжёлые со звуком волочения шаги. Приближающиеся шаги.

Глава 6

Почему-то Вик представил, что это будет женщина, наверное, образ навеял вид спальни, отличающийся именно женским убранством – кружевные наволочки подушек на кровати, изукрашенный рюшами полог, валяющийся на полу, разложенное на столе рукоделье. А в приоткрытой дверце шкафа были видны нарядные платья. Но он ошибся, в темноте коридора показалась шатающаяся фигура молодого парня.

Вик отстранёно смотрел, как он идёт приволакивая правую ногу. Штанина была окровавлена, чуть выше колена из страшной раны проглядывали обломки кости, но он не обращал на это внимания. Мертвенно-бледное лицо всё покрытое сетью синих прожилок было вымазано уже засохшей кровью. Пустой, невидящий взгляд устремлён прямо перед собой – в никуда.

Вистолец ждал и словно смотрелся в зеркало, представляя, что через какое-то время будет выглядеть также. Вот только страха не было, а понимание действительности лишь разжигало в сердце отчаянную ярость.

Он шагнул навстречу мертвецу, на мгновение оглянулся, успев увидеть, как девчонки хватают с пола серебреные вилки – по одной в каждую руку. На детских лицах застыла нешуточная решимость защищаться, а может быть даже нападать. Все остальные столовые приборы подобрал Ким и запихнул в весящую у него через плечо сумку. Себе оставил лишь одну вилку. Второй рукой он помогал подняться на ноги женщине.

Вик мельком кивнул им, потом всё внимание пришлось сосредоточить на качнувшемся в его сторону, как к самому близкому, ходячем трупе. Меч легко отсёк вытянутые кисти, нисколько этим не замедлив мертвеца. Вистолец отступил, зашёл ему сбоку и рубанул по неповреждённой ноге, стараясь перерубить кость. Противник злобно зашипел и неожиданно быстро развернулся, ловя Вика обрубками рук. Подрубленная нога не выдержала веса тела и с хрустом переломилась. Мертвец повалился на пол, но настойчивого движения в сторону жертвы не прекратил. Жертва вновь использовала меч вместо топора и двумя быстрыми ударами отделила от шеи преследователя голову.

Вик шагнул назад, наблюдая, как голова катится в сторону замерших детей. Те вскрикнули, дружно выставили перед собой вилки и попятились. Ким начал судорожно хватать ртом воздух, стараясь сдержать позывы рвоты.

- Сюда, - кивнул Вик на коридор. – Здесь должна быть лестница на второй этаж.

Дети по большой дуге обошли обезглавленное тело, продолжающее ворочаться на полу, и подбежали к проёму входа. Опирающаяся на плечо подростка женщина тяжело хромала, почти падала, но старалась идти сама.

- Откуда он взялся? – хрипло выдохнул Ким.

- В кладовке сидел, - безразлично пожал плечами чужак. – А сейчас видимо решил прогуляться.

- Ты знал, что он в доме! – обвиняюще воскликнул парень.

- Знал. И что?

Ким только скрипнул зубами и первым двинулся вглубь дома.

- Ты очень смелый или глупый? – Вик оттолкнул его, напряжённо прислушиваясь к целенаправленным шагам по ступеням крыльца и к пока ещё не уверенным ударам в ставни окон. Входная дверь за их спинами вдруг дрогнула, затряслась.

- Быстрее, - Вик вспомнил, где видел подъём на второй этаж – как раз перед спальнями. Он подхватил под руку Лирту, освобождая этим ели бредущего под её тяжестью подростка, отыскал взглядом всех детей и двинулся в нужном направлении.

Лестница оказалась узкой со скрипучими деревянными ступенями. Второй этаж встретил ярко освещённым коридором, так что после полумрака остального дома пришлось на ходу зажмуриться, вновь привыкая к солнечному свету. Он лился из большого окна на противоположной стене и из широко распахнутых дверей четырёх комнат.

Вистолец усадил женщину на пол и быстро об бежал все комнаты, в результате его выбор пал на дальнюю от лестницы. Туда он и оттолкал собратий по несчастью. Не особо прочную на вид дверь пришлось загородить шкафом и подпереть диваном. Лишь после этого Вик выдохнул и позволил себе оглядеться.

Комната была просторной, с небольшим количеством мебели. Но главным здесь являлось окно, выходящее на задние дворы, а прямо под ним находилась крыша хозяйственного пристроя, что и послужило причиной выбора данного помещения.

Лирта сама добрела до большого кресла и тяжело в него опустилась. Вик внимательно к ней присмотрелся. Лицо было очень бледным, черты заострились, а от раненого плеча на шею выползли синеватые прожилки. Он лишь сжал кулаки, нужно было проверить путь дальше, но вид женщины не позволял оставить детей с ней наедине.

Он тяжело вздохнул, ухватил за руку лекаря и оттащил за собой в угол у окна.

- Есть разговор, - пояснил он тихим шёпотом ничего не понимающему подростку. – Серебра много набрал?

- Всё что было, - тот растеряно кивнул.

- Это хорошо, а теперь скажи – в том мертвеце внизу тебя ничего не насторожило?

- Было темно, но, - Ким сразу задумался.

- Золотоволосый, молодой парень, выглядит как местный житель, - начал перечислять Вик, его губы сами собой кривились в злой усмешке. – Умер совсем недавно.

- Он действительно местный и умер совсем недавно, - повторил Ким и уставился в лицо вистольца пронизывающим взглядом широко открытых глаз, весь побледнел. – Он не мертвец, вылезший из под земли. А это значит, что и жители этого города становятся такими же.

- Я заметил это ещё на улице, когда к нам подобрался ходячий труп в форме стражника, он выглядел почти как живой, только с ранами на теле, - спокойно проговорил Вик.

- Я, я, как-то об этом ещё не думал, не до того было…, - пробормотал лекарь, было видно, что его голову посещают всё новые мысли. Он быстро оглянулся на Лирту, потом вновь уставился на Вика и судорожно вздохнул.

- Почему ты заговорил об этом сейчас?

- Из-за неё, - Вик вновь усмехнулся. – И из-за себя. Но ей, похоже, хуже.

- Ты думаешь, что причиной заражения являются укусы?

- Мне бы очень хотелось, чтобы это было не так, возможно я ошибаюсь. Здесь ты лекарь, тебе и делать выводы. Потом. А сейчас я хочу, чтобы вы были настороже. По крайне мере хоть какое-то действенное оружие у вас есть.

- Э-э, Вик, - в глазах Кима блеснули неуместным любопытством. – И что ты чувствуешь, есть какие-то изменения?

Вистолец показал ему кулак.

- Всё потом, - он повернулся к окну. – Пока ещё есть время, нужно уходить отсюда.

Крыша одноэтажного сарая начиналась в шаге от подоконника, само сооружение тянулось через весь двор и заканчивалось у забора. Вик высунулся наружу, оглядел окрестности. Пошатывающиеся, но уже достаточно быстрые фигуры бродили и во дворе и на видимом участке дороги. Они были везде, куда бы он не бросал взгляд.

За спиной вдруг послышалось всхлипывание и тихий голос Лирты.

- Оставьте меня, я не хочу никуда идти, это бесполезно.

- Нет, - в голос заревела Лана. К ней тут же присоединилась сестра, начала размазывать по щекам слёзы. – Мы тебя не бросим.

- Конечно, не бросим, - попытался успокоить их Ким.

Лирта медленно покачала головой, с трудом улыбнулась, её побелевшие губы потрескались и сочились кровью. В глазах плескалась боль, перемешанная со страхом.

Вик невольно отметил, что сам он уже некоторое время боли не чувствует. Он перестал замечать, что у него есть рана на спине, а разодранное предплечье напоминало о себе лишь леденящим холодом, ползущим по коже.

- Мы выберемся, - настойчиво произнёс подросток и повернулся к ждущему у окна Вику. – Выберемся!

Тот усмехнулся одним уголком рта.

Ким быстро к нему подошёл и пристально посмотрел в глаза.

- Я должен попробовать ей помочь, - прошептал он. – Мне, кажется, у меня получится.

- Можешь потренироваться на мне, - предложил вистолец.

- Э-э, прости, но ты не совсем человек, а я хочу попробовать излечить именно человека. У меня не так много сил для этого.

- Ну спасибо, - в излечение Вик не верил, но где-то в сердце всё равно шевельнулась обида. Ким даже не оговорился, что попытается помочь ему позже – после Лирты. Он просто не будет этого делать, потому что потратит все силы на мачеху. Впрочем, это был вполне понятный выбор, если у него получится помочь одному человеку, значит, потом получится и другим. Возникал лишь вопрос – откуда у него такие силы, а главное знания?

- Прости, - вновь жалобно повторил подросток. Вик лишь кивнул ему на женщину.

- Давай, пробуй.

- Сейчас? – Ким мгновенно растерялся, побледнел, начал нервно кусать губы. – Но тогда, возможно, я ослабну на столько, что не смогу идти. Может быть сначала выберемся за город? Ты же не потащишь на себе нас обоих?

- Не потащу, просто не смогу, - безжалостно усмехнулся вистолец, удивляясь, что разум начинает затапливать почти звериная ярость. Но именно в этот момент его мысли были до холодного безразличия ясными, как будто он наблюдал за всем со стороны, а слух уже ловил скрип лестницы и тяжёлые шаги по ней. Не было у них выбора и времени не было.

- Я, я, - начал говорит Ким, но Вик уже подошёл к женщине и одним движением закинул её себе на плечо. Весила она не так много, но учитывая, что приходилось контролировать и помогать ещё троим людям, это создавало определённые трудности.

Вистолец уже не раздумывая перешагнул из окна на крышу пристроя, помог перебраться девочкам, которых Ким передал ему из рук в руки, потом быстро ухватил за одежду самого лекаря, в нерешительности замершего на подоконнике и выдернул его из дома на крышу.

- Я высоты боюсь, - пожаловался тот.

- А больше ты ничего не боишься? – фыркнул Вик.

Тот лишь схватил за руки сестёр и вопросительно глянул на вистольца.

Вик первым зашагал по крыше, имевшей не большой уклон и позволявшей передвигаться достаточно быстро. Внизу в их сторону мгновенно повернулись безжизненные лица, полуистлевшие тела странно задёргались, словно впитывали знания о добыче прямо из воздуха. Те мертвецы, что были на дороге, сразу навалились на забор, проломили доски и двинулись к сараю. В саду наметилось всеобщее движение в единственном направлении – вслед за беглецами. Толпа мертвецов собиралась слишком быстро. Вскоре стал слышен треск досок, кто-то выбил деревянную стену сарая и теперь тяжёлые шаркающие шаги звучали внутри сооружения.

Крыша закончилась, Вик смерил взглядом расстояние до следующего дома и только вздохнул. Визу был массивный забор, затем небольшая лужайка соседнего участка и лишь дальше находилась крыша веранды, расположенная даже чуть ниже той, где они сейчас находились. Он глянул на небо, солнце стояло в зените, до вечера было ещё далеко.

- Что дальше? – с дрожью спросил Ким, он всё время оглядывался, смотрел вниз, наблюдая, как целенаправленно движутся преследователи.

- Единственная надежда это то, что здесь забор не деревянный, а каменный, - проговорил Вик. – Быстро они его не проломят.

- Э-э, ты собрался туда спускаться?

- А ты собрался остаться здесь?

- Ну, э-э, - предложений у Кима явно не было.

- Значит вперёд.

- Но здесь высоко! И далеко!

- Разве? – Вик окинул их группу оценивающим взглядом, решая, кто первым спрыгнет на землю, выходило, что Ким. Впрочем, понятие как такового слова спрыгнет здесь было не применимо. Расстояние до забора составляло шагов пять, которое люди врят ли бы преодолели без посторонней помощи даже в прыжке.

Вистолец аккуратно усадил женщину, повёл затёкшим плечом и, не говоря больше ни слова, схватил за плечи худосочного подростка, легко оторвал его от крыши и бросил за забор. Тот успел громко вскрикнуть, привлекая ненужное внимание мертвецов, и охая поднялся на ноги уже на лужайке.

Вик спокойно выслушал его гневную тираду в свой адрес, вернулся к Лирте, подхватил женщину на руки. На самом краю крыши он подмигнул Киму и бросил её подростку.

- Нет, нет, нет, - Ким очень старался, но, конечно, не поймал. Вик на это и не рассчитывал, поэтому бросал так, чтобы тело парня просто смягчило падение женщины. В результате Лирта сбила его с ног и навалилась всей тяжестью сверху.

- Ну что, полетаем? – вистолец посмотрел на побледневших девчонок. – Тоже высоты боитесь?

Те отрицательно покачали головами.

- Здорово, тогда идите сюда, - бросать вниз он их не собирался, к тому же Ким ещё не выбрался из под вновь потерявшей сознание женщины. Он подхватил каждую под мышку, немного отошёл и после короткого разбега прыгнул.

Сестрички только взвизгнули, Вик мягко приземлился по другую сторону каменной ограды и отпустил их на траву, с удивлением увидев на одинаковых мордашках горевшие восторгом глаза. Вик невольно улыбнулся, подумав, что весь страх, похоже, достался их брату. Он подошёл к парочке на земле, поднял и закинул на плечо женщину, прикрикрикнув на Кима, чтобы тот не пользовался каждым удобным случаем для отдыха. Парень обижено засопел, попытался возмущаться, но был вынужден поберечь дыхание, вистолец сразу перешёл на бег.

По другую сторону забора слышались глухие удары чего-то тяжёлого бьющегося о препятствие и разъярённые хрипы, перемешанные с шипением.

Вик почти не останавливаясь забросил свою ношу на крышу веранды, так же быстро закинул туда попытавшегося сопротивляться Кима, а потом передал ему девчонок. Сам он в прыжке схватился за край крыши, подтянулся и одним движением оказался наверху. И только тогда позволил себе выдохнуть и оглядеться. Перед взглядом предстала стена дома и слагающие её брёвна, по которым предстояло карабкаться вверх. Сквозь его зубы вырвался невольный стон.

Весь остальной путь превратился для их маленькой группы в череду прыжков, коротких перебежек и переползаний по всевозможным стенам зданий. Вик мысленно ругался, ему приходилось проделывать каждый участок пути по несколько раз: закинуть или столкнуть Кима, передать ему Лирту, вернуться за девчонками, а после короткой перебежки повторить это снова. Постепенно он начал чувствовал, как накатывается усталость и совершенно неожиданно напоминает о себе голод – он ничего не ел со вчерашнего дня. Перед взглядом временами плясали размытые тени, иногда он начинал пошатываться и почти валился с ног, но со злостью заставлял своё тело двигаться дальше – через тяжесть в мышцах, через застилающий сознание туман, через настойчивый и слишком въедливый шёпот, не переставая звучавший в голове.

Это близко, рядом, за краем сознания, во тьме, которую может изведать лишь переступивший порог небытия…. Твой путь?

Вик ловил себя на мысли, что срывается в бездну, летит, расправляя за спиной неведомые крылья. Туда, где не нужно думать самому, не нужно переживать, а единственным действием остаётся подчинение. Подчинение кому? Этот вопрос отрезвлял, заставлял задуматься и вернуться в действительность. Не так….

Сумятица в голове почти сводила с ума, поэтому он сосредоточился на собственных движениях, на беге, на прыжках, на помощи людям. Он молчал, поэтому временами Ким начинал его тормошить, задавать вопросы. Вик видел тревогу, горящую в его взгляде, но ничего не мог с собой поделать. Разговаривать совершенно не хотелось, односложные ответы были ни в счёт.

Внизу на дороге, за заборами домов шагали нескончаемой толпой пошатывающиеся фигуры, большинство в лохмотьях одежды, сквозь которые проглядывала полу истлевшая кожа, а иногда и внутренние органы. Некоторые лишённые и этого - костяки, обтянутые иссохшимися останками плоти. Но были среди них и другие – те, чей жизненный путь окончился совсем недавно, те, кто не побывал в могилах, их просто некому было хоронить, да и незачем. Как только затухало биение сердца, они вставали на ноги и начинали свой иной путь.

Он знал, что испытывает страх, сердце замирало от ужаса каждый раз, когда взгляд ловил поворачивающиеся в их сторону уже не напоминающие человеческие лица. Каждый раз, когда ноги касались земли, чтобы в следующий момент бежать через двор к очередному дому. Но это чувство воспринималось очень отстранённо, он чувствовал и почти не замечал, что чувствует. Настоящий страх был другим, его причиной не являлось окружающая действительность, его причина поселилась в его собственном теле. Но даже это пока не мешало, не заставляло замирать на месте, не сковывало движений подчинённых безумному бегу мышц.

Он лишь мельком видел, как от толпы всё время отделяются вереницы мертвецов и пытаются брести именно за беглецами. Слышал, как внизу под крышами домов, по которым они бежали, иногда вдруг начинают появляться звуки голосов, тихий плачь и слишком громкое биение сердец. Но всё это оставалось позади, Вик даже не пытался остановиться. Знал, что ничем не поможет. А сказать об этих людях Киму даже в мыслях не было. У каждого своя судьба и у каждого своя игра со смертью. Даже если знаешь, что уже проиграл. Даже если понимаешь, что из-за тебя проиграют и другие, ведь их движение привлекало внимания мертвецов, которые сразу начинали ломиться в дома. Он слышал, как выбиваются двери, как раздаётся неровный топот внутри комнат, как наполняются паникой и ужасом голоса живых. Но в сердце лишь на короткое мгновение мелькали жалость и чувство вины и так же быстро исчезали….

Их бег закончился на краю широкой площади перед воротами, острый конёк крыши большого двухэтажного дома как раз смотрел в сторону выхода из города. Массивные створки были распахнуты, но пролёт моста по-прежнему оставался поднят и перегораживал людям путь. Площадь с трудом вмещала собравшуюся толпу выживших, слышалась ругань, крики и почти не умолкающий плачь. Все выходящие сюда улицы были перегорожены баррикадами из телег, выломанных досок заборов и даже мебели, вытащенной из ближайших домов. С одной стороны баррикаду удерживали горожане, подпирали всевозможными предметами и жердями, подтаскивали всё новые вещи. С другой стороны сгрудились заполнившие все улицы мертвецы и пытающиеся проломиться сквозь эти нагромождения.

Беглецы замерли на краю крыши, внизу была площадь и колышущаяся толпа толкающих друг друга людей. Спрыгивать пришлось бы им на головы.

Вик тяжело опустился на одно колено, пытаясь унять появившуюся в ногах дрожь. Рядом присел Ким.

- Ничего себе, - прошептал подросток. – Не думал, что это так…. И что дальше? Будем спускаться?

- Зачем? – глухо проговорил Вик. – Здесь безопасней, а там просто задавят.

- Да, но, - вистолец вдруг почувствовал тонкие пальцы парня на своём запястье, он дёрнулся, но Ким вцепился в его раненую руку мёртвой хваткой. – Подожди.

От запястья по коже разлилось горячее тепло, поднялось выше, отгоняя почти лишивший подвижности руки холод.

- Спасибо, я просто устал, - Вик осторожно высвободился из пальцев пытающего влить в него ещё больше живительной энергии Кима. – Всё нормально. Как Лирта?

- Она почти не приходит в сознание, иногда начинает стонать. Ей плохо.

- Мне жаль, - он и сам знал, что женщина находится на грани, и как долго она ещё сможет продержаться было лишь вопросом времени. Тоже самое касалось его самого.

- Интересно, почему не могут опустить мост? – нервно проговорил Ким, наблюдая, как стражники безуспешно дёргают за какие-то рычаги. Отсюда они выглядели маленькими копошащимися фигурками.

- А там что происходит? – спросил Вик, показывая в центр площади.

Не смотря на давку, четверо мужчин с посохами в руках смогли оттеснить толпу и сейчас кружком стояли на свободном участке. Их головы были опущены, тела напряжены, подрагивающие посохи очерчивали широкие круги.

- Они готовятся создать защитный купол! - воскликнул Ким.

- Да? Это, конечно, здорово, но, если не ошибаюсь, тогда отсюда уж точно не сможет никто уйти, - Вик невольно сжал кулаки.

- Но это защитит людей, - возразил подросток.

- Зачем? Чтобы погибнуть здесь от жажды и голода? Мертвецы в любом случае никуда не исчезнут. Нужно выбираться из города.

- Как? – парень обнял прижавшихся к нему сестёр, все троя смотрели на вистольца широко открытыми глазами, полными отчаянной надежды. – Будем ждать ночи?

- Ты ведь понимаешь, что если я и смогу отсюда кого-то вытащить, то только вас? - Вик невольно горько усмехнулся. – И я вовсе не уверен, что продержусь до ночи….

- То есть…? – Ким судорожно сглотнул. – Ты думаешь…? Или, э-э….

- Ничего я не думаю, - отрезал Вик. – Давай смотри внимательно чего там стражники с мостом возятся?

- Похоже, что механизм сломался.

Вик встал на ноги, выпрямился, пытаясь разглядеть, что происходит у ворот. Люди подсаживали друг друга на плечи и лезли куда-то вверх по стене. Лестниц, похоже, здесь не имелось. Чуть выше верхнего края проёма ворот было видно сдвинутое со своего места и слегка покорёженное колесо огромной шестерёнки, чем и вывело из строя весь механизм. Стражники безуспешно пытались до него добраться и выбить из пазов, дабы мост, пусть и не плавно, но опустился вниз.

- Здесь кузнец нужен, - удручённо проговорил Ким. – Да не один.

- А как же маги? – удивился Вик. – Они ничего не могут сделать?

Ким прищурился, напрягая зрение.

- Они пробовали, вон там, видишь? На стене остались выжженные пятна, это не так просто, железо плохо подчиняется магии, проще ударить огненным шаром, чем заставить двигаться предмет из железа. К тому же с земли этот диск разглядеть почти невозможно, его закрывают другие детали.

Вик пожал плечами.

- Но ведь тебе хорошо видно.

- Мне да, - не сразу понял юный лекарь. – Но я нахожусь практически на одном уровне…, - он осёкся, посмотрел на ехидно улыбающегося вистольца и сразу отрезал. – У меня нет посоха.

Тот качнул головой.

- Это не правильный ответ. Правильный – у тебя нет выбора, иначе эти люди обречены, - Вик выхватил из ножен меч. – У тебя получится.

- Нет, - парень даже отступил назад.

- Получится, - с нажимом повторил Вик, поймал его за шиворот и вложил в руки рукоять оружия, сверху обхватил собственными пальцами, направляя остриё клинка в сторону ворот. – Я целюсь, ты бьёшь.

- Ты ошибаешься, - каким-то безжизненным голосом произнёс подросток. – Я не смогу, я не боевой маг. И это опасно.

- Хватит стонать, - Вик сильнее сжал его пальцы, направляя меч в нужную точку. – Это всё не важно. Мы просто умрём, если ты этого не сделаешь. Давай.

Ким невольно вздрогнул, весь сжался, вистолец почувствовал, что он дрожит.

- Ты сможешь!

- Да.

По клинку пробежал бледный синий разряд, но в пространство сорвалась искрящаяся молния. Она пролетел над головами людей, сшибла на землю стражников и впилась в металлический диск.

Вик не сразу понял что за сила заставляет разжаться его пальцы, жутким колючим холодом впивается в тело и подбрасывает его куда-то вверх. Он оглушённый заскользил по крыше, безуспешно пытаясь за что-нибудь схватиться и затормозить падение. Пальцы сжались лишь на краю крыши, он перелетел через край и с глухим стоном врезался в стену. Мышцы скрутило судорогой, пришлось приложить неимоверное усилие чтобы просто не сорваться вниз. Он повис над улицей, а снизу потянулись в его сторону скрюченные пальцы мертвецов, пытаясь поймать его за ноги.

- Ви-и-ик, - над краем показались лица девчонок, - Держись!

Он вымученно улыбнулся, стараясь не пугать сестрёнок.

- Я понял, - пробормотал он, рывком закидывая своё тело на крышу. – Понял. Нужно дерево. Именно дерево, будь оно неладно.

Ким лежал на боку, застывшим взглядом смотрел куда-то вдаль, выпавший из пальцев меч валялся чуть в стороне. Вик подполз к нему на четвереньках, сел рядом.

- Получилось? – прохрипел юный маг.

- Да, ты молодец.

На другом краю площади люди толкались и кричали, стараясь прорваться на упавший через разлом мост. Слышались ругань, стоны и жалобный плачь. Стражников просто растолкали по сторонам, на их приказы никто не обращал внимания, все спешили покинуть ставший смертельной ловушкой город.

Глава 7

Ему не удалось встать на ноги даже с пятой попытки, он так и продолжал сидеть на коленях и сквозь застилающий взгляд туман наблюдал за детьми. Ким всё ещё лежал, даже не пытаясь подняться. Девочки озабоченно переглянулись, подошли к брату и решительно опустились рядом с ним на корточки. Двигались они с удивительной синхронностью, одновременно сжали его ладони в своих руках и закрыли глаза. Ким вздрогнул, в широко открытых глазах мелькнула паника, он начал вырываться, пока не освободился из их пальцев.

- Нет, не надо, - он быстро отполз от них, было видно, что его движения приобрели чёткость, он уже не казался ослабевшим от потери сил. Зато Лана и Мила заметно побледнели и уже не казались такими бодрыми и жизнерадостными как раньше.

- Не надо, - повторил подросток и с тревогой поглядел на сестёр. Те с трудом улыбнулись в ответ.

- Что это было? – поинтересовался Вик. – Впрочем, потом расскажите, сейчас нужно уходить.

Ким тут же вскочил на ноги и бросил к Лирте. Женщина была в сознании, она даже смогла сама сесть и сейчас грустно смотрела на детей.

- Идите, - прошептала она. – Пожалуйста, я не должна вам мешать.

- Ты не мешаешь, - всхлипнул лекарь. – Я помогу….

- Нет, ничего не получится, я всё прекрасно понимаю, Ким. Ты не должен растрачивать силу на меня, позаботься о сёстрах.

- Нет, - парень замотал головой. Женщина устало закрыла глаза и уронила голову ему на плечо. – Нет….

Вик вновь попытался встать, тело нестерпимо ломило, словно в каждую мышцу были воткнуты иглы. Он с тоской посмотрел куда-то ввысь, взгляд зацепился за одинокую тень - высоко над городом кружила большая птица. Вистолец зло усмехнулся, пересиливая слабость, заставил себя выпрямиться и тут же пошатнулся. Крыша закачалась перед глазами, пришлось опереться на подобранный меч и только это не дало упасть.

- Помоги, - срывающимся голосом попросил Ким, он пытался приподнять Лирту, девчонки толкали женщину с обеих сторон, но та всё равно оставалось неподъёмной для них ношей.

Вистолец лишь окинул их хмурым взглядом, вновь пошатнулся.

- Зачем? Всё кончено, Ким. Она и сама этого не хочет.

- Ты не понимаешь, - чётко проговорил парень. – Она мне больше чем мать, когда-то она спасла мне жизнь! Я её не брошу, мы одна семья!

- Да? – Вик смотрел на них застывшим взглядом, отрешённым и слишком безразличным. И они это видели. Ничто не мешало ему уйти. Он уже спас их один раз, но не был обязан делать это вновь. Его время истекало так же как время Лирты. Только зачем куда-то идти? В этом не было никакого смысла. Время….

Огромная птица спикировала вниз, пронеслась над самой головой. Всё, что успел заметить вистолец это сверкнувшие серебром глаза, а потом это же серебро замелькало перед взглядом – отрезвляя разум, наполняя звериной злобой и прогоняя дурманящий туман.

Вик поморщился, удивляясь собственной слабости, повёл плечами и более осознано взглянул на детей.

- И чего мы расселись? Мертвецы нас ждать не станут! Эти баррикады их долго не удержат.

- Ты поможешь? – не верящим голосом спросила Лана. А Мила радостно улыбнулась. Их брат всё ещё ошарашенно смотрел куда-то в небо, пытаясь отыскать взглядом птицу.

Вик криво усмехнулся.

- От вас разве отвяжешься, - буркнул он, чувствуя, как иглы медленно, но верно исчезают под напором рождающейся в теле энергии. Той энергии, что была присуща оборотням.

Слух уловил шаги, рядом с домом остановился человек. Вик не спеша обернулся.

- Эй, на крыше, - это был стражник, но отличавшийся от остальных более богатой одеждой и командирскими нашивками. На грубом, обветренном лице сверкали очень внимательные, полные подозрительности глаза. – Спускаться собираетесь?

- Да, - коротко кивнул Вик. – У нас раненая, нужна помощь.

- Давай её сюда, - тут же отозвался стражник. – Спускай.

Вик быстро подошёл к застывшей на месте компании, поймал на себе изумлённый взгляд Кима, всё ещё находящегося в какой-то прострации и вырвал из его рук Лирту. Он отнёс её к краю крыши и осторожно бросил вниз, надеясь, что стражник её поймает. Высота была достаточно большой. Опытный воин легко справился со своей задачей, Лирта была аккуратно опушена на камни площади.

- Кто там у вас ещё?

Следующими вистолец перебросил ему девчонок, тот легко их поймал и опустил на землю. Когда Вик повернулся к Киму, тот отрицательно замотал головой.

- Собираешься остаться здесь?

- Идите без меня, - вдруг произнёс подросток, было видно, что его охватила совершенно не понятная паника.

- А как же твои сёстры и Лирта, которую ты собирался лечить? – насмешливо поинтересовался Вик, понимая, что с парнем что-то не так.

Тот обхватил себя руками и поёжился.

- Я не знаю, я не должен был….

- Давай потом, - решил за него Вик, легко поймал за локоть, подтащил к краю крыши и вместе с ним спрыгнул вниз.

- Ноги не сломал, чужак? – без надобности поинтересовался стражник у мягко приземлившего Вика и хмуро посмотрел на встающего подростка, упавшего после прыжка на камни площади. – Приветствую тебя, Кэимстон. Значит, это был ты. Надеюсь, ты понимаешь, чем тебе грозит нарушение запрета! Спасибо за помощь, но магам я всё равно об этом расскажу.

Ким попытался придать лицу безразличное выражение и холодно произнёс:

- Я знаю, - он поёжился. – Знаю.

- И у кого ты позаимствовал энергию? – не отставал стражник, он наклонился и внимательно присмотрелся к девочкам, потом зло качнул головой.

- У меня, - спокойно произнёс Вик, вдруг поняв причину собственной слабости. – Я сам её дал.

- Добровольно? – не поверил стражник и тут же одёрнул себя. – Потом разберёмся, если будет это потом. Идёмте.

Он попытался передать Лирту Вику, но тот вовремя отступил в сторону и взял за руки девчонок. В результате стражнику пришлось нести женщину самому. Ким удручённо плёлся позади них.

Вистолец быстро оглянулся, инстинктивно втянул носом воздух и поморщился. Мертвецов было слишком много, и они целенаправленно напирали на уже не поддерживаемые людьми баррикады. Времени, пока они не прорвались на площадь, оставалось совсем мало. Впрочем, жители города уже перешли через мост и теперь огромной толпой бежали куда-то к лесу. Вик, дети и стражник были последними, кто ещё не покинул город, но и они уже достигли проёма ворот и невольно все вместе оглянулись.

Видимые отсюда баррикады заметно шатались, в разные стороны падали загораживающие дорогу предметы. Когда они отворачивались чтобы уйти, в пока ещё узких проходах появились первые неуклюжие фигуры лишь отдалённо напоминающие человеческие.

Вик подхватил обеих девчонок на руки, глянул на их брата и зашёл ему за спину, подталкивать парня пришлось с помощью колена.

- Быстрее шевелись, бегом, бегом, Ким.

Тот окинул вистольца злым взглядом и перешёл на бег. Вик криво усмехнулся и заметил изумлённый взгляд стражника, брошенный на их компанию. Он хорошо его понимал, так обращаться с Кэимстоном мог только безумец. Но его это совершенно не волновало, а вот то, что ему опять повезло связаться с очень сильным магом, решившим сократить собственное имя, это наводило на определённые мысли.

Впрочем, сейчас Кэимстон сильным не был, вернее для этого требовались определённые условия, на которые был наложен запрет совета верховных магов Тинасы. А собственной силы ему хватало только для лечения других. Он стал лекарем, как правильно себя и называл.

Собираясь в путешествие Вик постарался узнать как можно больше о Керонте и Тинасе. Попытка расспросить Элену привела к мгновенному навязыванию ему в качестве источника знаний Ристона. От перспективы кого-то учить старик радостно потёр руки и всё оставшееся время по пятам ходил за будущим путешественником пытаясь вбить в его голову всё, что он должен знать о Тинасе. Говорил он не переставая, въедливый монотонный голос преследовал Вика до самой ночи. В результате уставший и раздражённый вистолец благополучно пропустил мимо ушей почти все разглагольствования старика, запомнив только то, что было действительно интересным. Рассказ о мальчишке в пятилетнем возрасте чуть не разрушившем весь Керонт относился как раз к таким моментам. Данная история была поведана в качестве предостережения о силе тинаских магов, создавших в Керонте магическую школу, куда набирались дети со всего королевства.

Кэимстон являлся уроженцем столицы, его способности к магии в отличие от всех остальных детей проявились с самого рождения, и это было не только необычным, но и опасным. Младенец не понимал, что он делает, не мог себя контролировать, и от этого страдала вся семья. Совет магов даже предлагал забрать его на воспитание, но мать не позволила. Это был её первенец, которого она хотела растить сама. А когда выяснилось, что сила ребёнка имеет аномальные источники и по желанию он может накопить её столько, что превзойдёт всех магов совета вместе взятых, было уже поздно.

Причиной потери контроля послужил страх. Однажды вечером они гуляли с мамой в саду, когда через забор вдруг перебрался человек в тёмной одежде, в его руке был зажат посох. Они попытались спрятаться за деревьями, но были замечены. Человек начал быстро читать заклинание, сжавшее жертвы тисками давящего кокона. Они мгновенно оказались в ловушке и должны были погибнуть, хотя целью убийцы являлся отец мальчика. Страх за собственную жизнь и за жизнь матери заставил Кэимстона использовать силу даже не имея посоха. Магические молнии, разлетевшиеся в разные стороны, сожгли все деревья в саду, впились в стены ближайших домов, раздробили их кладку, заставляя обвалиться и понеслись дальше, поджигая то, что было из дерева и разрывая на части то, что было из железа и камня. Люди тоже пострадали, большинство горожан спас праздник, отмечавшийся на главной площади. Присутствующие на нём маги вовремя заметили неладное и успели поставить щиты, сдержавшие молнии. Остальным повезло меньше, кого-то засыпало, кто-то обгорел, но единственным погибшим оказался убийца.

Но самым главным было то, что молнии не прекращаясь продолжали бушевать по городу, словно их создатель имел бесконечный источник энергии. Сильнейшие маги, прикрываясь щитами, с трудом пробрались к месту их зарождения и обнаружили посреди выжженного сада маленького ребёнка, который не мог остановиться. Рядом с ним лежала в пепле его мать, было слышно, как женщина глухо стонет, когда по ней пробегают разряды. По лицу мальчишки катились слёзы, он держал руки так, чтобы срывающиеся с пальцев энергетические бичи не попадали на женщину, но у него это плохо получалось и небольшая часть молний всё же доставалась и ей.

Маги с изумлением определили, что ребёнок выкачивает силу прямо из энергетических линий самой земли. Под его ногами бушевали огромные потоки энергий, соединившиеся воедино и бесконечной рекой вливающиеся в его тело. Чем дальше тем больше и сильнее. Ещё немного и мальчик мог стать проводником для общей гибели.

Они попытались, но не смогли его остановить, все их заклинания были отброшены. Это сделала его мать. Увидев, что маги бессильны, женщина с трудом приподнялась и сбила ребёнка с ног, так, что он упал на землю и, ударившись головой, потерял сознание. Поток молний сразу прекратился.

От дальнейшего решения совета магов его не спас ни возраст, ни обстоятельства, приведшие к таким последствиям, ни отец, являющийся первым советником короля. Его сила по своей природе была слишком огромной и плохо контролируемой, чтобы позволить распоряжаться ей ребёнку. Поэтому были вызваны старейшие маги и проведён очень сложный ритуал, лишивший Кэимстона почти всех его магических способностей. А на то, что ему осталось, то, что не смогли убрать из его сущности, наложили запрет, нарушение которого вело к серьёзному наказанию.

Не смотря на потерю способностей, большинство горожан стали ненавидеть мальчишку, едва не погубившего их город. Кэимстон превратился в изгоя, с которым не хотели общаться ни дети ни взрослые. Ему приходилось почти всё время сидеть дома, потому что на улицах города его не только сторонились, но и не раз пытались поколотить другие мальчишки. Поэтому за пределы своего двора он выбирался только под охраной воинов отца.

Став старше Кэимстон из упрямства решил, что ему не нужна охрана. Попытка прогуляться самостоятельно закончилась плачевно не только для него самого, но и для обидчиков, едва не расставшихся с жизнями.

Устранённая способность брать силу напрямую из природных энергетических линий странным образом преобразовалась в способность выкачивать эту силу через прикосновение из существ из плоти и крови. А уже затем воссоздавать молнии.

Он пропустил несколько ударов по лицу, но когда перехваченный кулак нападавшего подростка оказался в его собственных пальцах, он понял, что теряет над собой контроль. В результате были разрушены оба дома в переулке между которыми на него и напали, а пятеро противников в бессознательном состоянии с ожогами доставлены в лечебницу. Самому Кэимстону пришлось отправиться в темницу магической башни, в которой он провёл целый год. В дальнейшем, пока люди не поняли, что никакой запрет не останавливает его от применения способностей в качестве защиты и не начали его бояться, он попадал туда ещё четыре раза.

Вик невольно подумал, что, несмотря на эти сведения, он по сути ничего не знает об этом парне. И остаётся только догадываться каким образом он и его сёстры попали на улицу города и оказались среди мертвецов. Кэимстон рассказал про погибших отца и старшего брата, но это оказалось ложью. У него нет брата, а его отец, имеющий личную охрану, не выбежал бы из дома беззащитным.

Мысли мимолётно пронеслись в его голове и вновь вернулись к осознанию, что всё это не важно. Даже навязчивый неразборчивый шёпот уже не воспринимался как нечто чуждое, тело ещё подчинялось, но всё больше хотелось остановиться, сесть на землю и не двигаться. Единственной связью с реальность оставались бегущие впереди люди. Он видел, как они торопятся, спотыкаются, но пытаются спастись. Видел, как падают от усталости женщины и дети, как их подхватывают мужчины и заставляют бежать дальше. Слышал их дыхание, их бьющиеся в паническом ритме сердца и чувствовал их ужас. Ужас от невозможности защитить собственных близких.

Он на мгновение закрыл глаза, это правда, на много проще погибнуть самому, чем видеть, как на твоих глазах погибают другие – те, кто тебе дорог. Это не просто боль, это кошмар, который навсегда поселится в сердце.

Они догнали бегущую толпу на полпути между городом и лесом. Со стороны главных ворот лес находился довольно далеко от стены. Вдаль вела широкая, хорошо наезженная дорога, но люди, свернув с неё в сторону, бежали именно к деревьям.

Стражник надсадно дышал, ему приходилось одному нести Лирту. Ким быстро начал спотыкаться, несколько раз попытался замедлить бег и отстать, но все его попытки были пресечены вистольцем с помощью пинка коленом. До слуха Вика всё чаще доносились тихие, произносимые сквозь зубы ругательства.

От толпы отделились двое мужчин в форме стражи и подбежали к командиру. Тот передал им женщину, повернулся к Вику, намереваясь что-то сказать, но в это время высоко в небе раздался пронзительный птичий крик. А через мгновение под ногами вдруг ощутимо дрогнула земля.

Люди невольно начали останавливаться и озираться по сторонам, не понимая с какой стороны ждать опасность.

Вик лишь выругался, его слух уже ловил быструю скачущую поступь приближающихся мёртвых тварей, что напали на него у города. А ещё слух подсказывал, что их уже не пять, а на много больше.

Он опустил на землю девчонок и толкнул их к Киму.

- Уведи их вглубь толпы, - приказал он, - Быстрее.

- Что происходит? – спросил побледневший парень.

- Помнишь, я рассказывал о мертвецах встретивших меня под стенами города, других, очень быстрых?

- Это они?

- Да.

- И как с ними справиться?

- Не знаю, - вистолец слишком беспечно улыбнулся. – В прошлый раз у меня не получилось. Уходите, Ким.

Он на шаг отступил и резким движением выхватил из ножен меч. Дети молча стояли на месте и не сводили с него взгляда. В потухших глазах читался страх перемешанный с надеждой. Надеждой на что? Вик качнул головой и отвернулся, времени на уговоры не было, он знал, что Ким будет защищать своих сестёр. Любыми способами.

Он отыскал взглядом командира стражей, тот собирал рядом с собой своих воинов, выстраивал в линию, отдавая чёткие, понятные команды. Паники не было, на лицах было написано ожидание чего угодно и готовность умереть защищаясь. Вистолец хмуро усмехнулся и направился в их сторону. Стражников было человек двадцать, все хорошо вооружённые, у большинства кроме меча имелся ещё и щит, сейчас висящий за спиной.

Командир сам заметил приближающегося чужака, скользнул быстрым взглядом по обнажённому мечу в его руке и сделал шаг навстречу.

- Ты что-нибудь знаешь о происходящем? Это новая опасность?

Вик коротко кивнул.

- Это новые монстры, мертвецы, которые умеют драться оружием. Я встречал с ними.

- И что? Как их убить? – быстро спросил один из стражников.

- Убить? Они и так мёртвые.

- Нам не до шуток! – рявкнул командир стражи. – Рассказывай, чего нам ждать?

- Ждать не придётся. Они близко, - Вик спокойно глянул в потемневшие от ярости глаза. – Используйте щиты и попытайтесь загородить собой людей.

- Это всё?

- Остальное не поможет, они очень быстрые, а за нашими спинами слишком много беззащитных, - Вик огляделся. – А где колдуны? Им стоит попробовать применить магию.

- Они уже идут.

- Они смогут создать защитный купол?

- При таком количестве человек на это требуется время, они уже пытались – там, в городе, - с досадой проговорил командир.

- Плохо, - Вик крутанул в руке меч и огляделся.

Но прежде чем его взгляд вычленил в толпе колдунов, прежде чем воины закончили выстраиваться в растянутую линию, пытаясь закрыть собой как можно большее пространство, среди зелени травы появились сначала тёмные силуэты, а потом быстро превратились в скачущие на четырёх конечностях фигуры.

Вик невольно оглянулся, охватывая взглядом толпу людей, стражников, замерших на месте с взятыми в руки щитами и обнажёнными клинками на изготовку и ворота города, в проёме которых показались первые целенаправленно шагающие шатающиеся фигуры. А ещё он не смог увидеть детей, скрывшихся где-то среди перепуганной толпы. Но до странности ясно продолжал чувствовать, что они где-то рядом. Он шагнул к воинам и встал с ними в одну линию.

– Вы не сможете их убить, но попытайтесь обездвижить, для этого достаточно отсечь конечности, - чётко произнёс вистолец.

На расстоянии тридцати шагов монстры поднялись на ноги и выпрямились, переходя на бег в вертикальном положении. В костлявых пальцах заблестело оружие.

Над головами людей вдруг сверкнули вспышки энергии, в сторону врага понеслись сгустки пламени. Огненные шары ударили в неровный строй слишком быстро приближающихся противников, те с невероятной скоростью отскочили, пропуская проявления магии мимо себя, и продолжили бег.

Вик лишь скрипнул зубами, наблюдая, как новые шары проходят мимо мгновенно отклоняющихся монстров. А потом они оказались слишком близко, чтобы думать о том, что магия оказалась бесполезна и единственной надеждой остаётся оружие. Ему невольно пришлось заставить себя остаться на месте, чтобы не разорвать строй, хотя он почти сделал этот шаг навстречу противнику, стремясь нанести удар первым, а не ждать пока они нападут. Бег монстров закончился перед строем людей, вверх взлетели клинки, мертвецы молниеносно врубились в ряды живых.

Перед лицом вистольца сверкающей полосой мелькнула чужая сталь, он поймал невероятно быстрый удар противника собственным мечом уже на излёте, когда клинок почти вонзился в его шею. С силой отбросил назад и нанёс ответный удар, заставляя перевитый сухожилиями и высохшими мышцами скелет на миг отшатнуться. Рядом кто-то вскрикнул, краем зрения Вик увидел, как падают на землю стражники, не справившиеся с натиском мертвецов. С двух сторон от него сразу стало пусто и монстры шагнули в образовавшиеся бреши.

Вистолец коротко выдохнул, отбил очередной удар собственного противника, отскочил назад и оттолкнул женщину, оказавшуюся на пути прорвавшегося за строй стражников мертвеца. Меч едва не вывернулся из пальцев настолько сильный удар обрушился на жертву. Вистолец с огромным трудом отвёл оружие противника от тела горожанки и пнул того ногой. Мертвец с хрипом зарычал, переключаясь на Вика. Вистолец в развороте рубанул по открывшейся шее мертвеца, ведя клинок по широкой дуге, чтобы отбить выпад ещё одного противника, насевшего сбоку. Сталь резанула по шейным позвонкам, отделив голову от тела. Ходячий труп пошатнулся, опустил меч и затоптался на месте. Голова злобно защёлкала челюстями уже в траве.

Вик отскочил, клинок не до конца остановил оружие второго нападавшего, лезвие резануло по предплечью, как раз по тому месту, где уже была рана. Вистолец глухо взвыл, перетягивающее руку полотенце разрубленными кусками упало на землю, а по изодранному рукаву расплылись пятна свежей крови. Следующий удар он успел отбить, но слух уже уловил, как гудит сзади воздух рассекаемый клинком другого противника. Вик с отчаяньем отклонился, понимая, что не успевает так же, как не успели все эти люди, о тела которых он спотыкался в густой траве.

Клинок вонзился в его плечо, пронзил на сквозь, на несколько долгих мгновений парализовав руку горячей болью. Вик резко развернулся, выдёргивая застрявшее в его теле оружие из костяшек противника. Тот сразу потянулся к нему скрюченными пальцами, по которым вистолец и рубанул собственным мечом. На землю упали сначала кисти, потом голова мертвеца.

Вик постарался даже не смотреть, что из плеча почти на половину торчит стальной клинок. Меч вошёл со спины, и так просто его было не выдернуть. Да и времени на это не было. Взгляд заволокло пеленой, сквозь которую проступали фигуры противников, мельтешащие тела людей и росчерки клинков, направленные в его сторону. Он отклонялся, парировал, отступал, нападал и рубил костлявые конечности, отсекал головы и задыхался, чувствуя, как с каждой каплей крови убывают силы. Это было безумием.

Мертвецы почти смели со своего пути стражников. Лишь ещё несколько воинов продолжали отбиваться, замедляя противников. А остальные костлявые фигуры уже мелькали среди разбегающейся толпы горожан.

Дыхание вырывалось с хрипом, пелена перед взглядом сменилась чёрными пятнами, Вик даже не думал, что это конец. Это не могло быть концом. Не так и не сейчас. Странным было то, что он продолжал чувствовать где-то рядом присутствие детей. Иногда кожу начинало колоть от разрядов энергии присущей магии Кима. Подросток наплевал на запрет и выкачивал силу из всех присутствующих рядом.

В какой-то момент в вихре боя Вик понял, что Ким где-то рядом, близко на столько, что если он сейчас не обернётся, то следующий удар мертвеца настигнет подростка. Вистолец сам не понял откуда взялись скорость и сила, чтобы одновременно рассечь на две половинки наседавшего сбоку противника, отрубить кисти другому, нападавшему спереди и молниеносно развернуться, подставив клинок под опускающийся на голову парня меч.

Клинок жалобно звякнул, но справился со своей задачей. Меч мертвеца отлетел резко вверх, Вик быстро рубанул по открывшемуся торсу, разделяя полусгнившее тело на две половинки.

- Ты с ума сошёл, жить надоело? – прошипел он сквозь зубы, Кима он почти не видел, фигура подростка расплывалась перед взглядом.

- Держи, - в свободную руку вистольца уткнулась рукоять меча.

Тот фыркнул.

- Ага, как же, а ничего, что я ранен?

- Возьми, - с нажимом произнёс подросток. – В нём серебро.

Пользуясь, что рядом не оказалось противников, Вик опустился на одно колено, тяжело вздохнул.

- Меч из плеча выдерни, - попросил он Кима.

- Э-э, - тот даже пошатнулся. – К-к-как?

- Так! Берёшь за рукоять и тянешь! Давай уже! – Вик почти рычал, туманящимся взглядом наблюдая, как мертвецы рубят беззащитных людей. – Давай!

Тело вновь пронзила резкая боль, вистолец глухо вскрикнул и наклонился почти к земле, чувствуя, как издевательски медленно покидает рану клинок. Его плечо сжали тонкие пальцы, рану обожгло огнём, Вик поморщился, понимая, что Ким остановил кровотечение, и с трудом выпрямился.

- Спасибо.

- Возьми, - настойчиво повторил лекарь, протягивая ему меч.

Вистолец пошевелил рукой, подвижность вернулось, но каждое движение сопровождалось резкой болью.

- Ладно, - кивнул Вик и сжал пальцы на рукояти. Расставаться с собственным оружием он не собирался, а то, что дал ему Ким, странной тяжестью повело кисть вниз и защипало кожу болью. Пересиливая слабость, он поднял клинок и всмотрелся в его грани, по всей длине на стали выделялись сверкающие серебром пятна в форме расплывшихся ложек. Каким-то образом подросток смог впаять столовые приборы в меч.

Вик перевёл взгляд на Кима, коротко кивнул и покачнулся. Тот поймал его под руку.

- Ты сможешь двигаться?

- Обязательно, - Вик хмуро усмехнулся. – Ты оставил сестёр одних?!

- Я создал им щит.

- Уходите к лесу, туда бегут ваши колдуны и все остальные.

- А ты?

- И я, но чуть позже, - Вик хлопнул его по плечу и встал на ноги.

Качающееся окружение сразу завело бесконечный хоровод, предупреждая, что лучше бы полежать на травке, а не делать резких движений. Вот только сразу обратившие на него внимание мертвецы были другого мнения.

- Возвращайся к сёстрам, - оттолкнул он Кима и для пробы взмахнул двумя мечами.

- Мы тебя ждём, - прокричал Ким отбегая.

- Угу, ждите, - криво усмехнулся Вик, делая шаг навстречу пятерым мертвецам. – Я приду. Наверное.

Глава 8

Рукоять меча нестерпимо жгла ладонь и колола пальцы. Она не была серебряной, но энергия вплавленных в клинок предметов растекалась по всей длине меча. Вик шипел от боли и ругался сквозь стиснутые зубы, но не выпускал оружия. Первый же удар изменённого меча не просто отбил чужой клинок, но и энергетическими молниями скользнул по оружию противника и впился в его тело. Мертвец недоуменно разжал пальцы и весь затрясся. Вик не стал ждать, что будет дальше и перерубил его тело пополам, лишая возможности драться.

Вистолец понял лишь то, что Ким вложил в этот меч не только серебро, но и долю особой магии, продолжающей жить в оружие. Интересно где парень этому научился? Судя по рассказу Ристона, его единственной школой была темница магической башни.

Оставшиеся монстры, соприкоснувшись с клинком, послушно выпускали из пальцев мечи и замирали на месте, позволяя себя расчленить. Вик с рычанием расправился с последним, пнул останки ногой, круша рёбра костяка и огляделся. Оказалось, что мертвецов осталось не так много, двое наседали на командира стражников, с одним бились сразу два воина и ещё трое гоняли по лугу с криками убегающих горожан. Вистолец глубоко вздохнул, на мгновение остановился и оценил ситуацию. Зрение странным образом восстановилось, словно будоражащая энергия меча отогнала застилающий взгляд туман.

Своими целями он выбрал тех монстров, что нападали на беззащитных людей. Первого он поразил со спины, нанеся рубящий удар от головы до паха. Две костлявые половинки разлетелись в разные стороны и продолжили копошиться в траве, пытаясь ползти. Но людям это уже не угрожало. Второго нагнал в прыжке, отсёк голову и ударом ноги обрушил труп на землю. Третий успел вонзить меч в ногу огромного лысого мужика, повалил его на землю и вгрызался зубами в шею. Вик короткими ударами быстро разрубил его на части, раскидал куски полусгнившего тела по траве и протянул жертве руку, помогая подняться с земли. Мужик ошарашено завертел головой, зажимая рваную рану на шее. К нему тут же подбежала женщина, поддержала под руку, подперев своим плечом, чтобы не падал, и забормотала слова благодарности Вику. Вистолец лишь кивнул, оглядываясь.

Стражники справились со своим противником и бежали на помощь командиру. Тот с трудом отбивался, его шатало, но он продолжал махать мечом. Вик в несколько шагов достиг места схватки, не особо задумываясь, одним ударом со спины прошёлся сразу по обоим мертвецам, рассекая их тела на части. Те дружно повалились в траву, давая возможность стражнику опустить меч и, задыхаясь, оглядеться. На измождённом лице лихорадочным блеском горели пронзительные глаза. Он криво усмехнулся, кивнул Вику. Было видно, что говорить сил у него нет. Подбежавшие подчинённые подхватили его под руки и втроём они побрели за удаляющейся толпой бегущих к лесу людей.

Вик перевёл дух, к его удивлению нападение они отбили. В траве продолжали двигаться останки мертвецов, куда-то ползли, не имея возможности вскочить на ноги и продолжить бой. Вистольцу очень не нравилось, что они движутся все в одном направлении – туда, где было большинство. Он невольно попятился, быстро осмотрелся, пытаясь понять, куда делись дети. Он очень надеялся, что они уже в лесу, но его надежды не оправдались, когда взгляд наткнулся на Кима, сидящего в траве, рядом с ним находились его сёстры.

Вик зашагал к ним, проклиная упрямство тинасца. Причина задержки была очевидной, они просто не смогли поднять и нести Лирту, а в этом паническом бегстве им никто не помог, поэтому они остались на месте. Он не знал, как бы поступил сам на месте парня, когда-то ради безопасности семьи его решением стало добровольное изгнание в чужой, неведомый мир. Без надежды на возвращение. А перед Кимом стоял более страшный выбор – жизнь сестёр и его собственная или сохранение призрачного шанса на спасение Лирты. Но он даже не пытался делать этот выбор, он хотел, чтобы выжили все.

- Как она? – спросил Вик. Голова женщины лежала у парня на коленях, вокруг их группы расходился энергетическими разрядами магический щит. Ким поднял на него взгляд и покачал головой.

- Всё закончилось?

- Всё? Нет, конечно, нам нужно идти.

Ким повёл рукой и снял щит. Вик не разбирался в магических заклинаниях, но то, что данное колдовство может существовать только там, где находится его создатель, он хорошо знал. Тогда каким образом Кэимстон оставлял сестёр одних и при этом предполагалось, что они под защитой?

Парень осторожно переложил голову Лирты на траву и встал на ноги.

- Ты поможешь? – в его голосе прозвучали тоска и усталость. Вик хмуро кивнул и воткнул в землю перед парнем изменённый меч.

- Возьми, он твой.

- Я не умею им пользоваться, - потеряно проговорил Ким.

- Захочешь жить - сможешь, - Вик глянул на собственную ладонь, в которой только что держал это оружие. Кожа была почерневшей, местами потрескалась и сочилась кровью. Он очень надеялся, что приближающийся вечер ускорит регенерацию.

Ким заметил его повреждённую руку и растерянно захлопал глазами.

- Рукоять же была не серебряной, - пробормотал он.

- Ты сам-то хоть понял, что создал? – невольно усмехнулся Вик.

- Э-э, ну….

- Ясно, - вистолец склонился над ближайшим трупом стражника, снял с него пояс с ножнами и протянул парню. – Надевай. Это твоё оружие, тебе и владеть. Я его в руки больше не возьму.

Он потряс обгоревшей кистью, пытаясь уменьшить боль от ожога. Ким застегнул на себе пояс и неловко вставил в ножны меч. Вновь растеряно посмотрел на Вика.

- Прости, я не думал, что он причинит тебе вред.

- Всё нормально, главное, что это оружие действительно на них действует. Ты молодец, Ким, - Вик вдруг подумал, что было бы неплохо определить этого юного деятеля в ученики к Зорану. Так называемый лекарь умудрился без инструментов, одной лишь магией в полевых условиях изменить меч! Вот пусть бы кузнец-колдун с ним и разбирался, пока этот слишком способный умелец-самоучка ещё каких-нибудь дел не натворил.

- Нам нужно идти, - повторил Вик и глубоко вздохнув наклонился за Лиртой. Женщина была в сознании, её посиневшие губы на слишком бледном лице разошлись в горькой усмешке. Взгляд скользнул по залитой кровью одежде вистольца, и она сама попыталась подняться. Ей удалось встать на колени, Вик закинул её руку себе за шею и, обхватив за талию, поднял выше. Они медленно побрели через луг в сторону леса. Дети, постоянно озираясь, шагали рядом.

Большинство горожан уже скрылись за деревьями, а в залитой кровью траве остались те, для кого сегодняшний день стал последним. Никто не оплакивал их тела, никто не пытался хоронить, сейчас жизнь каждого висела на слишком тонкой нити, чтобы думать о мёртвых. Стоило оглянуться назад, посмотреть на ворота города и сразу приходило понимание, что сегодняшний кошмар не закончился. Через мост шагала плотная вереница странно покачивающихся фигур, уверено шагала, без усталости, без сна и с единственной целью – догнать живых.

В этом лесу росли тонкие молодые деревца с изящными, вытянутыми ввысь кронами. Ярко-зелёные листья дружно шумели под порывами тёплого ветерка, совершенно не обращая внимания на уставших, мечущихся от ужаса людей.

Вик в каком-то оцепенении смотрел на мелькавшие среди деревьев фигуры горожан. Идти становилось всё труднее, очень хотелось хоть на мгновение закрыть глаза и остановиться, сеть на траву и забыть, что встать на ноги уже не сможешь. Он через силу заставлял своё тело двигаться, поддерживать Лирту, куда-то брести, не совсем понимая куда именно. Впереди уже давно шагал Ким, именно он выбирал направление и всё чаще брал Вика за руку, покалывающими разрядами вливая в его тело живительную энергию.

Вистолец лишь хмуро усмехался, он видел, что лекарь и сам едва держится на ногах, но возражать сил не было.

- Быстрее, - голос Кима прорвался сквозь пелену обволакивающего сознание тумана. – Они сейчас закроют щит….

Вик почувствовал расходящееся в воздухе напряжение, Ким подхватил с другой стороны Лирту и поволок их обоих вперёд. Спину вдруг закололо, вистолец споткнулся, сделал ещё несколько шагов и почувствовал, как женщина неподъёмной тяжестью сползает на землю.

- Всё…. Почему мы здесь остановились?

- Скоро ночь и люди очень устали….

Вик с трудом огляделся, здесь была широкая поляна, большинство людей толпились в её центре – вокруг колдунов, замерших с поднятыми к небу посохами. Из их наверший били ввысь энергетические разряды, сливались воедино и над головами людей расходились широким покрывалом, накрывая всю поляну.

- Щит односторонний, - как из далека донёсся голос Кима. Лекарь поудобнее укладывал на земле Лирту, подсовывал ей под голову снятую с себя курточку. Рядом обеспокоенно топтались сестрёнки.

- Как это? – Вик пошатнулся, отступил к ближайшему дереву, сел и прислонился спиной к его стволу.

- Он защищает только с одной стороны – снаружи. Ты можешь пройти сквозь него, но обратно вернуться не получится. Поэтому нужно быть внимательными и не переступать через границу, которой почти не видно. У колдунов слишком мало сил, чтобы накрыть всех людей щитом достаточной интенсивности.

- Так помоги им.

- Что? – Ким сделал вид, что не понял.

- Помоги им, - чётко повторил Вик.

Лекарь выпрямился и насторожено посмотрел на вистольца.

- Почему ты решил, что я могу им помочь?

- А разве это не так? В данной ситуации будет глупо не использовать любую помощь. Пусть даже такую.

- Какую? – парень сжал кулаки и нахмурился. – Что ты обо мне знаешь?

- Не много, просто слышал, - Вику становилось всё труднее говорить, нестерпимо клонило в сон. – Кэимстон. Имя знакомое.

- Они не примут мою помощь, - Ким зло сверкнул глазами. – Ты не знаешь наших тинаских магов. Никто не согласится, чтобы я забирал их жизненные силы. Ни горожане, ни маги.

- Ты ещё не спрашивал, - проговорил Вик.

- Не важно, я знаю, как они к этому относятся. Они просто испугаются, что я лишу их сил, и они уже не смогут бежать дальше. А именно так и будет, - он горько усмехнулся. – Поэтому – нет. Они знают, что я здесь, если захотят, то сами попросят.

- Как угодно, - Вик всё же закрыл глаза, продолжая внимательно вслушиваться в пространство, с трудом отгоняя такую притягательную тьму небытия. В висках кололо, где-то внутри тела разрастался давящий шар льда, всё больше вгрызаясь в каждую частичку внутренних органов, в каждую каплю крови, в каждую мышцу, тягучим, высасывающим холодом всё больше парализуя тело. Было и больно и безразлично одновременно, словно всё это происходило не с ним.

Его разбудило давящее чувство опасности, слух уловил очень близкие голоса, чей-то панический крик, а в его плечо впились и трясли чьи-то тонкие пальцы.

-…Помоги ему!

Вик резко открыл глаза, словно вынырнув из ледяного и очень глубокого омута. Огляделся, пытаясь осознать происходящее. Рядом навзрыд рыдали Лана и Мила, пытаясь привести его в чувство. Вокруг топтались множество людей, возбуждённо переговаривались, во всех голосах слышались страх и паника. Взгляд наткнулся на стражников, сжимающих в руках обнажённые мечи, на двух колдунов, держащих наготове посохи.

- Ничего не получится, уничтожьте их!

- Нет, - это был крик Милы. – Вик, по-мо-ги…!

Помочь? Он не сразу увидел лежащую в траве Лирту и сидящего рядом с ней Кима – их загораживали люди. Он с трудом заставил себя оторваться от ствола дерева и пошатываясь встать. Кого-то оттолкнул, подошёл ближе, вновь пошатнулся, почти упал, чувствуя, как его пытаются поддерживать обе девочки.

Тело женщины беспрестанно вздрагивало, тряслось в судорогах, по мертвенно-бледному лицу расползались синие пятна, из закатившихся глаз катились капли крови. Ким прижимал её к земле обоими руками, по его запястьям от тела женщины поднимались такие же синие полосы, изломанными линиями двигались вверх по рукам, всё больше охватывая его тело. Неожиданно Вик понял, что он делает – он одновременно и брал её энергию и отдавал свою собственную, отчаянно пытаясь вернуть жизнь уже начавшему преобразовываться телу.

Люди в страхе толпились в стороне, даже не пробуя остановить убивающего себя парня. Никто не смел прикоснуться к Киму, все слишком хорошо знали к каким последствиям это может привести.

- …Он сам становится таким же!

- Уничтожьте их! – властный голос чётко отдал приказ, заставив магов поднять посохи. Вик лишь мельком скользнул взглядом по командиру стражников, стоящем в первом ряду рядом с начавшими читать заклинания колдунами. Посохи прочертили в воздухе замысловатые фигуры и в сторону Лирты и Кима понеслись два огненных шара.

Вистолец с места прыгнул вперёд, в полёте схватил парня за плечи и, оторвав от женщины, увлёк за собой. Они оба покатились по земле к деревьям, в тела ударила жаркая волна, заставляя в спешке отползти ещё дальше. Вик с трудом поднял голову и невольно зажмурился настолько яркой была вспышка, когда два огненных сгустка врезались в корчившуюся на земле фигуру. Рядом взвыл Ким, Вик с трудом успел его поймать и не дал метнуться к факелом полыхающей женщине. Уже мёртвой женщине. Подросток глухо застонал, закрыл лицо ладонями и повалился на землю.

- У меня почти получилось, - прошептал он. – Получилось….

- Ты не мог ей помочь, - проговорил Вик. – Никто не мог. Она была обречена.

- Нет, я был должен, - из груди Кима вырвались рыдания.

- Мне жаль, - Вик отодвинулся от него, чувствуя как по его собственному телу бежит ледяная дрожь. Он посмотрел на свои руки, по скрюченным, сведённым в судороге пальцам расплывалась мертвенная синева, сквозь кожу всё больше проступали неровные пятна, расползаясь по телу. Он опустил голову и с огромным трудом поднялся на ноги, стараясь не привлекать к себе внимания, метнулся к деревьям. Дыхание вырывалось с хрипом, горло сдавило болезненным спазмом, лишая лёгкие драгоценного воздуха. Вик несколько раз ударился плечами об стволы, согнулся в приступе кашля, но заставил себя идти дальше. Он не хотел так погибать, не хотел ещё живым сгореть в магическом пламени.

Он слышал биение собственного сердца, слишком быстрым ритмом стучащее в висках, чувствовал, как из носа капает кровь. А взгляд всё больше застилало багровым туманом.

Он беззвучно зарычал. Разум разрывало от злобы, от глухой тоски и понимания, что не может ничего изменить.

Кожу защипало, он переступил через границу щита и почти ничего не видя устремился вглубь леса. Он знал, что это последние мгновения, когда ещё может осознавать себя как личность, когда может думать и чувствовать как человек. И всем своим существом пытался продлить эти мгновения. Он вслушивался в лес, старался полной грудью вдыхать его прохладный воздух, втягивал носом его запахи, а сквозь кровавую пелену перед взглядом скользили пробивающиеся сквозь ветви ярко-алые лучи заходящего солнца.

Вечер. А потом наступит ночь. Время оборотней, а не мертвецов. В памяти ещё была эта упоительная свобода, когда в мышцах появляется иная сила, когда весь мир предстаёт для тебя другим, доступным лишь обострённым возможностям восприятия.

Ноги подкашивались, Вик несколько раз падал, но упрямо заставлял себя вставать и брести дальше. В памяти с тоскливым сожалением проносились воспоминания упоительного бега сквозь лес, а рядом скользили две волчицы, оборотни, каким и он должен был стать, а не этим бездумным существом, не имеющим разума. Из горла вдруг вырвался яростный вой.Тот лес был другим – Реета, мир которому он уже принадлежит, пусть даже ещё не произошло обращение, но тот мир всё равно его!

Очередной спазм разрывающей болью сдавил горло, Вик согнулся в приступе кашля, во рту появился привкус крови, но перед взглядом неожиданно прояснилось. Очень близко захлопали огромные крылья, в лицо плеснули брызги воды. Вик невольно вскрикнул, словно приходя в себя. В сгущающихся сумерках блестела полоса водной глади. Он сделал ещё шаг и упал на колени на самом берегу неширокой стремительной речки. Ноздри затрепетали от запаха влаги, невыносимо захотелось окунуться в воду с головой, смыть с себя кошмар разъедающих тело изменений. Не поможет.

- Я оборотень, - прошептал он как заклинание, из горла вырвался хрип, но он вновь и вновь повторял эту фразу мысленно. Не могло быть по-другому.

Стараясь не смотреть на собственные руки, Вик провёл пальцами по воде и через силу улыбнулся, понимая, что всё ещё продолжает чувствовать. Чувствовать не только как внутри тела бежит вымораживающая волна неведомой силы, но и движение прохладных струй реки, прикасающихся к коже. Даже это казалось удивительным.

А ещё он вдруг понял, что уже некоторое время слышит чьи-то шаги за спиной. Он знал чьи это шаги. Вик резко выпрямился, оттолкнулся от земли и с места прыгнул вперёд. Ему было всё равно, если бы он очутился в воде, но приобретшее неожиданную, но столь привычную гибкость и силу тело, позволило ему мягко приземлиться на траву уже на противоположном берегу.

- Вик, нет!

Вистолец медленно обернулся, трое детей замерли у самой кромки воды и смотрели на него широко открытыми глазами.

- Вернись, - попросил Ким. – Пожалуйста.

- Нет, - слова вырвались с хрипом. – Нет. Я…, - вновь навалилась тяжесть, скрутила тело горячей болью, заставляя упасть на землю. Вик не сдержавшись взвыл, попытался ползти, он не хотел, чтобы они видели происходящее.

- Ви-и-ик!

Боль сконцентрировалась где-то в груди, он слишком ясно почувствовал собственное сердце, со всех сторон сжимаемое тисками ледяного холода. Отчётливо слышимые в голове удары пульса с каждым мгновением становились всё тише. Тише. Пока не наступил тот страшный момент, и они перестали восприниматься. Исчезли. Затихли совсем.

Он неподвижно лежал на берегу, удивляясь поселившейся в сердце пустоте. Боли больше не было, не было холода, не было ничего, осталось лишь тоскливое не понимание. Кто он?

Глава 9

Меч не сразу покинул ножны, странным образом застряв где-то посередине и заставив тянувшую его руку несколько раз его в панике дёрнуть. Наконец клинок блеснул в лучах заходящего солнца и со всего размаху был воткнут в грудь почти вплотную подступившего человека. Человек дёрнулся, на бледно-синем лице не отразилось никаких эмоций, лишь между чёрными потрескавшимися губами выпал распухший язык. Мертвец захрипел, от оружия по его телу разбежались быстрые молнии, лишая мышцы подвижности. Он споткнулся и очень медленно повалился на землю, а меч так и остался торчать в его груди.

Невысокий худой парнишка невольно выпустил из пальцев рукоять и прикусил губу, не зная как вернуть себе оружие. За его спиной топтались его сёстры, вынужденно отступив к самой воде и уже промочив ноги.

- Ким, там ещё двоя, - пискнула одна из девчонок.

Между деревьев мелькнули тёмные дёргающиеся силуэты, целенаправленно шагающие в сторону людей.

- Вижу, и с той стороны тоже идут, - парень заставил себя вновь взяться за рукоять, пальцы дрожали, не желая слушаться хозяина. Он потянул оружие на себя, высвобождая его из трупа. Меч неохотно вновь очутился в руках подростка, остриё прочертило в воздухе дугу и, подрагивая, нацелилось в сторону ближайших противников.

- Их так много, - прошептала одна из девочек. – Ты и дальше собираешься тыкать в них этой железякой или всё-таки попробуешь магию?

- Будь у меня посох, я бы попробовал, - буркнул Ким. – А так я весь лес сжечь могу.

- И что теперь? Мы плавать не умеем и вода холодная, - страха в их голосах не было, но обе девочки поёжились. – Хоть купол защитный поставь.

- Поставлю и что дальше? У воды здесь сидеть? Буду отбиваться сколько смогу, - Ким решительно взмахнул оружием, запоздало понимая, что меч для него слишком тяжёлый и долго он им махать не сможет. Клинок уже сейчас предательски клонило к земле.

В его рукав вцепились тонкие пальцы Милы, сестра держалась за его одежду, но даже сквозь ткань он отчётливо почувствовал скользящую сквозь тело девочки энергию. Ким поморщился, он слишком хорошо знал, что как только она коснётся его кожи, он перестанет себя контролировать. Он осторожно толкнул её локтем, пытаясь освободиться.

Прошло десять лет, но в памяти до сих пор до кошмара яркими видениями вставала картина выгоревшего сада и чёрной, покрытой пеплом земли. Словно это было вчера. Словно сила до сих пор бушующим пламенем горела внутри его тела, а когда выплёскивалась наружу, неконтролируемым потоком разрушала всё, что было вокруг.

Когда-то он был даже рад, что его лишили этой силы. Когда-то она ассоциировалась у него только со страхом, а понимание, что он мог бы научиться подчинять её себе, пришло намного позже. Потом, когда эта сила стала существовать только в его сёстрах.

Мила фыркнула и упрямо дёрнула его за рукав.

- Ты не справишься, - голос девочки дрогнул. – Они уже близко.

- Я знаю, - Ким на мгновение зажмурился, строй покачивающихся фигур уверенно приближался к реке, а меч был не тем оружием, с помощью которого он мог бы защитить своих сестёр. Он отчаянно не хотел вновь почувствовать в себе бушующее пламя. Время ничего не меняет, ни память, ни силу, ни страх.

- Вставай, Вик, пожалуйста, ты сможешь...

Как же давно он не видел снов, наверное, с детства. Как же давно перед взглядом не проносились такие причудливые картинки удивительным образом похожие на реальность. Ладони чувствовали впившуюся в кожу жёсткую траву, но боли не было. Перед взглядом расплывались разноцветные пятна, играли всеми оттенками радуги, сосредоточившись в единственной капле влаги, скользящей по ярко-зелёному листу растения. На очень долгое мгновение капля остановилась, замерла на самом краю и, сверкнув на прощание серебром, сорвалась вниз. Сорвалась, чтобы разбиться, разорваться на тысячу неведомых сущностей, пылью разлетевшихся в воздухе.

Он вздрогнул, взгляд неожиданно перестроился и сфокусировался на более крупных предметах, теперь уже различая не только мельчайшие капли, но и покачивающиеся на ветру ветви деревьев, листья и даже пронзительно-яркие лучи заходящего солнца, скользящие сквозь кроны. Сон…. Он помнил, что значит видеть сны, а сны не убивают.

Рука сама собой потянулась к груди, пытаясь различить биение сердца. Почему-то он был уверен, что должна существовать хоть единая нить, связывающая его с жизнью. Должна…, но это не удары сердца, их просто не было. Осталось другое – способность мыслить, ощущать, чувствовать. Это тоже жизнь?

Вик через силу заставил себя пошевелиться, мышцы слушались с трудом, все движения были заторможенными и болезненно-слабыми. Пальцы сжались, загребая траву, под кожей словно продолжало что-то разрываться, колоть, странным образом делая судорожные попытки двигаться более чёткими. Пусть медленно, но тело ему повиновалось.

Приподняться с земли – растянутое, но одно движение, сесть – ещё одно движение, более резкое. Встать на одно колено, одновременно сжимая кулаки – ещё более чёткие, наполненные возрастающей в мышцах упругостью действия. И наконец, поднять голову и повернуться в сторону уже давно ловимых слухом звуков – шагов, гудящего воздуха, рассекаемого клинком меча и голосов людей.

Три человека, замершие у самой воды на противоположном берегу реки, были живыми. А вот приближающиеся к ним фигуры, хоть и имели возможность ходить, но жизнеспособностью своих тел не отличались. Взгляд скользнул по истлевшей плоти, по выпирающим костям, по скелетообразным лицам. Да, он знал кто они, помнил, но картина недавних событий воспринималась очень отстранённо. Хотелось просто встать и уйти, чтобы не видеть горящую внутри их тел мглу, не слышать разъедающий разум шёпот.

Он не принадлежал этому шёпоту, его тело не повиновалось чуждым приказам, не повиновалось той магии, что заставила двигаться уже мёртвую плоть.

Люди были другими, их он тоже знал. Вспоминал их голоса, слышал их. Его губы сами собой изогнулись в горькой усмешке. Люди из другой жизни, которой он больше не принадлежит…, только почему всё ещё существуют эти чувства – тоскливая печаль, грусть от невозможности вернуться в прошлое и боль потери. А ещё страх за них!

Вик резко выпрямился и огромным прыжком метнулся через реку на противоположный берег. Меч лекаря застрял в трясущемся, оседающем на землю трупе. Не обращая никакого внимания на участь, постигшую их собрата, двое других мертвецов уверенно тянули скрюченные пальцы к отступившему подростку. Вистолец одним ударом отбросил парня в воду, тот вскрикнул и забарахтался на мелководье. Девчонки успели взвизгнуть, падая, брат сбил их с ног.

Шеренга мертвецов замерла перед вистольцев. Вик положил руку на рукоять меча и настороженно обвёл взглядом уродливые, почти не напоминающие человеческие лица. Ближайший труп покачнулся, повёл головой и попытался обойти загородившего собой детей Вика. Тот шагнул ему навстречу, пальцы холодила сталь рукояти, но желания выхватить оружие из ножен не было. Словно это не нужно.

-Уходите, - вместо слов из горла вырвалось рычание, перемешанное с хрипом. – Они мои.

Удивление от собственной идеи поговорить с мертвецами вместо того, чтобы начать рубить им конечности, появилось несколько позже. Уже после того, как ходячие трупы что-то возмущённо прошипели в ответ и, неуверенно потоптавшись на месте, шагнули прочь. Вик растерянно смотрел, как они уходят, осознавая, что был не только понят, но и воспринят как некто кого нужно слушаться.

Он так и стоял, наблюдая, как скрываются между деревьями пошатывающиеся фигуры, и думать о том, чтобы это значило, совершенно не хотелось.

За спиной кто-то ругался, шумно стряхивал с себя воду и медленно подходил ближе.

- Вик…, - голос Кима слегка дрогнул. – Спасибо.

Вистолец опустил голову, было мучительно трудно понять, что он должен делать дальше.

В мыслях проносились тысячи вопросов, на которые не существовало ответов.

Ким замер у него за спиной, не решаясь обойти и увидеть, то существо, которым он стал. Вик тоже боялся этого момента.

- Не хочешь повернуться?

Ответить он не успел.

- Вик! – девчонки не церемонясь налетели с двух сторон и задёргали его за руки. – Ты вернулся! Мы вот только купаться не хотели, вода холодная, а Ким нас столкнул. Ты зачем его в реку бросил?

Вернулся? Странно, но смятение куда-то исчезло, пусть он всё ещё ничего не понимал, но и сумбур в мыслях отодвинулся, стал чем-то неважным. Важным было другое – его существование всё ещё продолжается. Продолжается с того самого момента, как прервалось на берегу этой реки. Они так считают! Может быть, на самом деле это не так, он знал, что что-то изменилось. Не могло не измениться. Когда останавливается биение сердца, это означает только одно – смерть. Так кто он теперь?

- Вик!? – Ким всё ещё стоял за спиной. – Поговори с нами, Вик! Ты слышишь?

- Д-да, - горло словно царапнуло, но произнести удалось именно слова. – Я слышу.

- У тебя голос изменился, - воскликнула Лана. – Ой, и глаза тоже.

Она прыгала прямо перед ним, пытаясь разглядеть лицо. Рядом отталкивала сестру Мила, глаза девчонок горели любопытством.

- Смотри, какие у него уши!

- Вик, открой рот, я заметила, что у тебя зубы острые!

Вистолец фыркнул и опустился на одно колено.

- И что ещё не так? – говорить стало легче, он провёл языком по зубам и обнаружил сильно удлинившиеся клыки.

- А можно уши потрогать?

- У тебя какой-то рисунок на щеках. А он зачем?

- Ух ты, смотри какие чешуйки!

- А хвост у тебя есть? Мне кажется, что должен быть.

Вик беспомощно оглянулся, посмотрел на Кима, тот заметно вздрогнул.

- Э-э, ну…, - парень развёл руками. – Ну что сказать - выглядишь ты теперь иначе.

- Значит просто иначе? Как?

Ким подошёл ближе.

- Тебе описать изменения?

Вистолец скрипнул зубами, встал на ноги и, шагнув к реке, склонился над водой, пытаясь разглядеть собственное отражение. В быстро бегущем потоке проступили лишь очертания фигуры. Этого оказалось достаточно только чтобы увидеть заострённые кончики ушей, торчащие чуть выше головы и чем-то напоминающие рожки.

Он невольно сжал кулаки и тут же обратил внимание, что в ладони весьма чувствительно воткнулись ногти. Пальцы пришлось выпрямить, он замер, разглядывая собственные руки. Пальцы остались вполне человеческими, но их кончики покрывали роговые пластины, заканчивающиеся вместо ногтей острыми шипами, больше похожими на иглы. С середины кисти, словно наручи вверх по руке поднималась отливающая серебром чешуя и благополучно скрывалась под рукавом курточки, заставляя гадать, где данное новшество заканчивается.

- Ким?!

- Да?

- Я теперь кто?

- Не знаю, ты не похож ни на одно известное мне существо.

- А как много ты существ знаешь?

- Много, я всю библиотеку магической башни перерыл. Я даже классификацию составил от самых опасных до самых безобидных существ всех обитаемых миров.

- И меня в ней нет?

- Пока нет, но я добавлю, как только пойму кем ты являешься.

Вик резко развернулся и пристально посмотрел на парня. Тот невольно отступил, споткнулся и едва не упал.

- Знаешь, у тебя глаза очень необычные – ярко-синие и без зрачков, - пробормотал он.

- К-как без зрачков? Так бывает? Мне, кажется, моё зрение совсем не изменилось.

- Можно взять тебя за руку? – поинтересовался Ким.

- Зачем?

- Возможно, мне удастся что-нибудь понять.

- Хорошо, - Вик протянул ему руку. Ким снова вздрогнул, на несколько мгновений замер, разглядывая покрытое чешуёй запястье и заканчивающиеся шипами пальцы, потом осторожно прикоснулся. Вистолец почувствовал лёгкое покалывание, магия от руки побежала по телу, поднялась к голове и остановилась. Ким выдохнул, разорвал контакт и сделал шаг назад.

Вик молча смотрел на него, ждал. Рядом крутились девчонки, на месте им в мокрой одежде не стоялось, было холодно. Поэтому они бегали вокруг брата и Вика. Ким тоже дрожал, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать лязгать зубами. Под взглядом вистольца он пожал плечами.

- В тебе намешаны несколько сущностей, изменения ещё не закончены, они борются между собой или сливаются воедино. Я не знаю. Возможно, что время для становления ещё не настало. Есть некий критический рубеж, который ты должен пройти. Думаю, ты лучше меня знаешь что это.

- Полнолуние, - медленно произнёс Вик. – Это должно было быть полнолуние.

Ким кивнул и криво усмехнулся.

- Сейчас, когда одна из сущностей попыталась взять верх, все остальные тоже стали в несколько раз сильнее и проявились в тебе одновременно. Они изменяют друг друга. Когда придёт время какая-то из них будет главенствующей. К сожалению, сущность человека самая слабая, но и она вносит свой вклад в формирование тебя как нового существа.

- Э-э, - Вик едва не застонал. – Значит то, в кого я, в конце концов, превращусь, ещё не известно? И это будет или мертвец или… оборотень. И уже точно не человек.

- Нет, ты не будешь кем-то одним, - обрадовал его Ким. – Это будет нечто новое с преобладанием одной из сущностей. Кстати, ты не упомянул демона.

- Демона? – Вик даже отступил. – При чём тут демон?

- В тебе есть кровь демона, - сообщил юный маг.

- Да?

- Я же говорила, что у него должен быть хвост, - внесла свою лепту в разговор Мила. – Я на картинках демонов видела. Они в чешуе и с хвостом. А ещё с крыльями. Некоторые. Может быть вырастет?

Вик повернулся к ней, девчонка быстро спряталась за брата, так же быстро выглянула и показала вистольцу язык.

- Я похож на демона? – проговорил Вик растеряно и задумался, пытаясь осознать эту новость. – Ну спасибо, Ярси.

- Ну, на демона ты пока не очень похож, только отчасти, - утешил его Ким. – А кто такой Ярси? Это он тебя обратил? Так он демон или оборотень?

- И то и другое, - буркнул Вик. – Оборотень. И полу-демон. Ладно, закроем этот разговор. Потом разберёмся. Сейчас вам надо согреться. Давайте провожу вас обратно на поляну. Зачем вы вообще за мной пошли?

Ким отрицательно замотал головой.

- На поляну нам не вернуться, да и не зачем. Лирта и ты были не единственными укушенными…, - он опустил голову. – Их много. Там – среди людей. И…, мы уже привыкли к тебе, Вик. Пожалуйста, позволь нам пойти с тобой.

- Пойти куда? – горько усмехнулся Вик.

- Не важно. У нас больше нет дома. Нет ничего. Остались только мы сами.

На него смотрели три пары глаз, совершенно не боявшиеся стоявшего перед ними монстра. Они не видели в нём чудовища, он остался для них тем прежним Виком, которого они помнили. Не смотря ни на что. А это стоило на много больше, чем предстоявшая дорога в неизвестность, где придётся их защищать, оберегать, добывать еду и возможно тащить на себе. Но это не важно.

Вик невольно улыбнулся, окинул троицу насмешливым взглядом и кивнул.

- Ладно. Вместе так вместе, только не жалуйтесь потом. Может оказаться, что я кусаться начну.

- Мы не беззащитны, - гордо выпрямился Ким.

- Меч из трупа выдерни, герой. Хотя, ты ведь маг, - Вик шагнул к дереву, одним движением выхватил из ножен оружие и рубанул клинком по ветке. Потом очистил её от листьев, отломил тонкую часть и вручил Киму.

- Это что? – подросток уставился на достаточно толстую палку длиной больше его собственного роста.

- Посох. Из дерева.

- Да? Да ты хоть немного представляешь, как изготавливаются посохи?! Это очень сложный и долгий процесс, за который берутся лишь очень опытные маги…

- Слушай ты, маг-недоучка, - прервал его Вик, показывая в оскале клыки. – Бери палку и больше не заикайся, что у тебя нет посоха!

- Ладно, - слишком легко согласился Ким и неожиданно улыбнулся. – С палкой по лесу ходить легче. Меч я, пожалуй, тоже прихвачу. Потом научишь, как с ним обращаться.

Парень подошёл к окончательно мёртвому трупу, с некоторым усилием выдернул из него свой меч и неловко вставил в ножны. Вик пожал плечами и тоже улыбнулся, в голову пришла неожиданная мысль.

- Ты слишком легко разобрался с моими сущностями, - произнёс он. – Ты ведь с самого начала знал, кто я такой?

- Знал. Не с самого начала, а с того момента, как попробовал тебя лечить, но знал, - сознался Ким. – Но для общего спокойствия решил это не озвучивать. Я думал, ты сам всё расскажешь.

- Шутишь? Не собирался я ничего рассказывать, - фыркнул Вик.

- Но ты ведь понимал, что рядом с тобой находится маг, который почувствует в тебя оборотня? – нахмурился парень.

- Маг? Я не разбираюсь в магии, но то что, определить оборотня может далеко не каждый маг, а только обладающий определёнными способностями, мне хорошо известно. А ты сказал, что ты лекарь, к тому же не опытный. Вот и верь после этого магам! – Вик насмешливо улыбнулся. – Ладно, маг, на нужно найти безопасное место для ночлега, развести костёр и высушить вашу одежду. И неплохо бы что-нибудь съесть. Это вообще нормально, что я чувствую голод?

- Оглянись кругом, - буркнул Ким. – Даже мертвецы нападают ради пищи, ради энергии, что существует в телах живых.

- Действительно, - Вистолец окинул их хищным взглядом. – Даже мёртвые питаются живыми. Моё сердце, кстати, тоже не бьётся. Я не живой.

- Спокойно, Вик, - Ким инстинктивно поднял сжимаемую в руке палку. – Ты другой. Твой организм просто отчасти заморожен.

- И чтобы ты сейчас сделал? – поинтересовался вистолец. – Этой палкой? Или всё-таки посохом?

Парень невольно сжал кулаки и выдохнул.

- Давайте найдём место для ночлега, - проговорил он сквозь зубы, наконец, поняв, что Вик просто насмехается над ним.

Глава 10

Багровый диск солнца почти скрылся за верхушками деревьев, погрузив лес в тёмно-серые, почти непроглядные тона сумерек. Рядом стремительным потоком журчала речка, а по её берегам всё громче звучала песня просыпающихся ночных обитателей, заставляя вздрагивать от иногда слишком громких и неожиданных звуков. Но это были мирные звуки – жужжание насекомых, крики птиц, шорох опавшей листвы под лапами животных, не те, что старался уловить напряжённый слух. И всё же тяжёлые, неровные шаги и хрипы, вырывающиеся из неспособных воссоздавать другие звуки глоток, каждый раз становились неожиданностью. Шатающиеся, волочащие ноги фигуры сгустками тьмы появлялись между стволами деревьев и целенаправленно шагали в сторону маленькой группы путешественников, продвигающейся вдоль речки. Подойдя на несколько шагов, они в неуверенности замирали, топтались на месте, но после грозного рыка вистольца разворачивались и шагали прочь.

Дети невольно ёжились и пододвигались поближе к Вику. Поведение мертвецов хоть и казалось странным, но вполне устраивало их компанию, иначе дорогу сквозь лес почти безостановочно пришлось бы прорубать с помощью меча.

Место для ночлега нашлось не сразу. Они шли по берегу до самой темноты, пока речка вдруг резко не изогнулась, образуя между своими водами маленький полуостров, на котором росло тонкое одинокое деревце и были навалены принесённые в половодье ветки. Замёрзшие и уставшие путники решили, что здесь будет не трудно поставить магический щит и с облегчением остановились. Вик быстро расчистил место для стоянки, сложив ветки так, чтобы они служили укрытием от ветра. Из на ломанных сучий соорудил костёр, который с после нескольких неумелых попыток удалось поджечь Киму. Дети сразу уселись вокруг огня, придвинулись настолько близко, что языки пламени почти лизали их мокрую одежду. Вик окинул взглядом их съёжившуюся компанию и стянул с себя курточку.

- Раздевайтесь, иначе заболеете. Не хватало мне ещё сопливых попутчиков.

Девочки глянули на протягиваемую им одежду, быстро переглянулись и начали стягивать с себя штаны и кофты. Сестрёнки остались в одних сорочках, которые снимать отказались. Вик закутал их обоих в свою куртку, в которой они поместились вместе с поджатыми ногами, и теперь поблёскивали глазами из под натянутого на головы ворота. Ким развешал их мокрую одежду на ветки у костра, вздохнул и стянул с себя рубаху. Ветер мгновенно впился в непривычную к нахождению на открытом воздухе кожу и заставил сжаться от холода. Парень пододвинулся к костру, едва не опаляя себе руки и бок, но дрожать не перестал.

Вистолец криво усмехнулся, отступил в темноту и с некоторой опаской снял с себя последнюю скрывающую от взгляда тело рубаху, оставшись обнажённым по пояс. Одежду он бросил Киму и только после этого решился себя осмотреть.

В темноте он видел не хуже чем днём, поэтому подходить к костру не стал. Взгляд брошенный на руки подтвердил некоторые опасения по поводу чешуи – серебристые пластины шли только до локтя, почти так же выглядела рука Мэтжера, которую он обычно скрывал перчаткой. Отличались только кисти и пальцы, заканчивающиеся шипами, а не когтями. И всё же сходство было очевидным.

Торс остался вполне человеческим, но на пластинах груди вырисовывался замысловатый узор, проступающий сквозь кожу слегка выпуклыми тёмно-синими линиями. Он вспомнил, что девчонки говорили про рисунок на щеках, дотронулся до лица и почувствовал под ладонями твёрдые, едва выступающие грани, изогнутыми линиями спускающиеся на шею и сливающиеся с узором на теле.

Вик покачал головой, оставалось большим вопросом, как с такой внешностью продолжать существование дальше. Он невольно опустил руки и посмотрел на тёмное небо. На чёрном куполе горели мириады маленьких огоньков – мириады светил, освещающие другие миры. Там была своя жизнь, а его мир здесь, мир в котором ему врят ли найдётся место. Он перевёл взгляд на сидевших у костра детей, невольно горько усмехнулся, это и их мир – почти разрушенный, разъедаемый страшной угрозой, воспротивившийся существованию жизни. Почему? Нет ответов…. Сейчас нет.

- Вик, - в голосе Кима послышалась тревога. – Подойди к костру, я должен создать защитный купол.

- Делай, что должен, - ответил из темноты вистолец. – Нам нужна еда, я попробую поохотиться. Скоро вернусь.

- Э-э, хорошо, но я думал, что охотятся обычно с луком. Ты видишь в темноте?

- Не хуже чем днём, не переживай, ночь – время оборотней. Мне не нужен лук.

- Ладно, - Ким невольно поёжился и полуприкрыл глаза, его губы задвигались, произнося уже ставшие привычными заклинания. – Мы будем ждать тебя, Вик.

Вистолец вздрогнул и быстро отступил, когда над освещённым костром местом взметнулся магический щит. Лекарь пододвинулся поближе к сёстрам и обнял их одной рукой. Вик невольно качнул головой, отходя ещё дальше в темноту. Дети, почти беззащитные дети, таящие в себе неведомую силу. Было немного странным чувствовать то, что раньше оставалось совершенно недоступным – от щита веяло переливчатым теплом, в котором сконцентрировались ручейки магии. Проявления этой силы воспринимались не только зрением, но и на уровне ощущений, словно к коже прикасались упругие потоки воздуха. Раньше он такого никогда не чувствовал.

Вик огляделся, вокруг шумел погружённый в ночную тьму лес, ноздри как и прежде улавливали запахи – более остро, более насыщенно, слух вычленял малейшие звуки, воспринимая даже безмолвное многообразие. Лес был прежним и лес был другим.

Вик медленно двинулся между стволов деревьев. Пространство обволакивало паутиной непривычной силы, он ощущал её всем своим существом. Очень близко, внутри него самого. Стоило напрячь зрение, и мир воспринимался совершенно другим – сотканным из живого и мёртвого, из возрождающегося и погибающего, из миллиардов песчинок, что переплетаются в единое полотно завораживающей стихии…. И сквозь это многообразие жизни и смерти скользят потоки энергий – магии, что можно почерпнуть и направить в другое русло…. Он невольно пошатнулся и замер на месте, в ушах звенело, нестерпимо хотелось вдохнуть полной грудью прохладный воздух, вот только сделать он этого не мог – его сердце не билось и лёгким не требовался воздух.

Вик глухо застонал, сжал кулаки. Совершенно чуждое, непривычное ощущение – знать, что ты мёртв и продолжать воспринимать окружающую действительность как будто ты всё ещё жив. Так не должно быть. Наверное. Зря он решился на эту охоту, сейчас не лучший момент, чтобы оставаться наедине с самим собой.

Он потёр лицо ладонями и закрыл глаза. Ненужно ни о чём думать. Не нужно вспоминать каким ты был недавно. Ты знал, что изменишься. Пусть не так скоро, но ты ждал этого. Ты стал монстром, который ещё может обратиться в нечто другое. И уже смерился с этим. Давно смирился.

Вик с разгорающейся злостью оттолкнулся от дерева и прыгнул вперёд. Тело мгновенно переместилось на огромное расстояние, он поражённо оглянулся, глухо рыкнул на подвернувшегося мертвеца и, обнажив клыки начал вслушиваться в лес. Тяжёлая поступь бредущих трупов - их много, очень много, учащённое биение сердец живых – их отделяет от леса очень тонкий, почти исчезнувший щит и это вопрос - продержится ли он до утра. Между ветвей деревьев скользят маленькие, юркие животные, перелетают среди листвы птицы, крадутся осторожные хищники, выслеживающие своих жертв. Их тоже много.

Взгляд вычленил рыжее тельце, метнувшееся между стволов. Сжавшиеся в напряжение мышцы упруго бросили его вслед убегающей лани. Вик одним прыжком упал на беззащитное животное, подмял под себя, клыки вонзились во вздрагивающую плоть и резким движением разорвали шкуру. Он оскалился, яростно зарычал, горячая кровь жертвы полилась в рот, словно возрождая уже исчезнувшую жизнь. Он долго пил эту кровь, лань была ещё живой, когда он утолял свою жажду. Он слышал, как затухает биение её сердца, чувствовал, как в последний раз в агонии вздрагивает тело и ему казалось, что он умирает вместе с ней ещё раз. Это больно. Знать, что погибаешь.

Вик резко вскочил на ноги, посмотрел в безмолвное небо, в рычании обнажил клыкии словно насмехаясь мириады звёзд блеснули в ответ безжизненным светом. Холодным и безразличным. Такова судьба. Быть жертвой. Быть хищником.

Он вернулся к реке перед рассветом, бросил убитую лань рядом с защитным куполом и сел на землю. Дети спали, по крайне мере девочки точно спали. Дыхание Кима было неровным, он услышал, как подошёл вистолец, но купол не убрал, лишь ближе придвинулся к сёстрам и постарался залезть под курточку.

Вик привалился спиной к одинокому валуну и закрыл глаза. Он не знал нужен ли ему сон, но постарался представить, что спит. Так было проще.

Рассвет заставил болезненно поморщиться, Вик полу прикрыл веки и отодвинулся в тень. Уже сейчас он с ужасом подумал о дне, когда солнечные лучи со всей интенсивностью начнут освещать землю. Глазам было больно смотреть даже на эти предрассветные сумерки и что будет дальше? Неужели его время только ночь?

Голую кожу ощутимо защипало, Вик не выдержал, встал и отошёл под кроны деревьев. Ким мгновенно проснулся, резко сел, завертел головой, пытаясь отыскать взглядом вистольца.

- Вик, - позвал он громким шёпотом. – Ты куда?

- Я здесь, мне в тени больше нравится, - отозвался тот. – Солнышко припекает.

- Припекает? – парень поёжился, было довольно свежо, первые солнечные лучи едва только начали ложиться на ветви деревьев и освещать просыпающийся лес. – С тобой всё нормально? Ты как?

- Никак. И со мной нет ничего нормального, - фыркнул вистолец. – Я неизвестно кто и, похоже, что плохо переношу солнце.

- Не нервничай, Вик, скорее всего это временное явление, тебе просто нужно привыкнуть.

- И откуда ты это знаешь интересно? У тебя, кстати, костёр погас, знаток, а там рядом с камнем лежит лань, которую нужно разделать и зажарить.

- К-как разделать? – Ким даже вздрогнул.

- Ножом, а если нет ножа то мечом, - спокойно произнёс Вик. – Конечно, если вы есть хотите.

Их разговор разбудил девочек. Сестрёнки приподняли головы и начали тереть кулачками глаза, сонно оглядываться.

- Уже утро? А где Вик? – дёрнула за руку брата Лана.

- Он здесь, рядом, - Ким ласково потрепал её по голове.

- Да? А почему не идёт сюда?

- Наверное, нам нужно вернуть ему одежду? – предположила Мила. – А то он боится ходить голым.

- Он не голый, - возразил Ким.

- А может у него хвост вырос, поэтому и прячется? – задала любимый вопрос девочка.

- Нет у него хвоста, - отрезала её брат.

- Но ведь должен вырасти!

Стоящему за деревьями Вику очень не понравилась уверенность, с которой это говорилось. От этого семейства магов можно было ожидать чего угодно, вот не вырастет у него хвост, братец возьмёт и наколдует для удовольствия сестрёнок. Он даже оглянулся, пытаясь разглядеть то место, где должен бы начинаться данный аксессуар, но увидел только штаны, к счастью никак на вид не изменившиеся.

- Ким, я есть хочу!

- Я тоже, ты почему костёр не разжёг? Вик обещал с охоты добычу принести.

- Он принёс, - Ким нехотя вылез из под курточки и побрёл к погасшему костру. Девочки вытянули головы, пытаясь разглядеть то, что будут есть.

- Ой, оно всё в крови, - воскликнула Лана. – И в шкуре. Ким, а со шкурой есть вкусно?

Парень не отвечая пнул ногой выгоревшее кострище и двинулся собирать ветки. Сестрёнки переглянулись, отыскали взглядами свою одежду, некоторое время спороли, кому за ней идти, но, так и не решив, обе покинули нагретое место. Они вприпрыжку добежали до развешанных на ветках вещей и, дрожа, начали одеваться. Облачившись в свои вещи девочки подошли к краю магического купола и с интересом посмотрели на лежащую у валуна лань. Тушка животного выглядела не очень аппетитно, вся шкурка была залита багровой кровью, на шее зияла огромная рваная рана, почти отделившая голову от тела.

Мила покачала головой.

- Ким это есть не будет. Ему плохо станет.

- Угу, это ещё и приготовить надо, сейчас оно сырое, - задумчиво произнесла Лана.

- Приготовить? Это как?

- Я на кухне видела, как кухарка курицу ощипывала, потом её резала и ложила в кастрюлю.

- У нас нет кастрюли, - расстроено проговорила Мила и вдруг посмотрела как раз туда, где скрывался за деревьями Вик. – Я слышала, что оборотни и демоны едят сырую пищу. Спасибо, что оставил это нам, Вик.

Вистолец невольно кивнул. Залитая солнечным светом излучина реки слепила глаза, ему было трудно наблюдать за детьми, но он прекрасно слышал каждый шорох.

Ким закончил с костром, после некоторого усилия смог разжечь огонь и тоже подошёл к краю щита, в нерешительности замер, оглядываясь на лес.

- Всё спокойно, - разрешил его сомнения Вик. – Можешь снимать щит.

Маг повёл рукой, убирая преграду. Мила и Лана радостно подскочили к убитому животному, с любопытством присели рядом.

- И как это есть? - они посмотрели на брата. Тот лишь побледнел и помотал головой.

- Я Вика позову, - решил он, сходил за одеждой вистольца и отнёс её к деревьям. – Возьми, это должно защитить твою кожу. И э-э, Вик, ты не мог бы помочь мне накормить девчонок…?

Вистолец лишь криво усмехнулся, повертел в руках порванную и залитую кровью рубаху, заметив, что Ким разглядывает его с большим интересом.

- Что?!

- Ничего, - маг быстро отвернулся. – Узор очень необычный и эта чешуя…. Я где-то в книгах видел подобное.

- В книгах? – буркнул Вик. – Про узор я ничего не знаю, а вот подобную чешую я видел на самом деле, а не в книгах.

- Где?! – маг даже подпрыгнул. – Ты видел настоящего демона? Говорят, что в Реете обитает огненный демон. Его ещё считают Хранителем.

- Откуда ты знаешь? – изумился Вик. – Я думал, что об этом известно лишь обитателям проклятого леса.

- Которые далеко не все остаются за его границей. Оборотни в образе людей спокойно разгуливают за её пределами. Они не делятся знаниями, но некоторые слухи всё равно долетают, - Ким с вызовом посмотрел на Вика. – Ты сам-то бывал в Реете или тебя покусали за её пределами?

- Меня не кусали, - вистолец поморщился. – Но это не важно. Реета стало другой. Её граница закрыта. Теперь никто не может покинуть её пределы без желания на то Короля. И да, я был в этом лесу.

Вик натянул на тело рубаху, сверху надел курточку и с сомнением посмотрел на залитое солнечными лучами открытое пространство.

- Подожди, - глаза Кима горели лихорадочным блеском. – Ты был в Реете? Ты видел нового короля? Это правда, что им стал принц Мироса? Последний из сыновей Бортана?

- Правда, - Вик криво усмехнулся. – И он не принц, он король Мироса, Бортан признал его наследником.

- Оборотня?

Вик кивнул и, оставив замершего с ошарашенным лицом Кима на месте, двинулся к реке.

- А почему ты сказал, что тебя не кусали? – долетело в спину. – Как ты тогда стал оборотнем?

- Друг решил, что сможет с помощью своей крови снять с меня заклинание Истоков, - он остановился за последним рядом деревьев, осторожно вытянул руку под падающие с неба лучи. Кожу ощутимо защипало, но не более того. Хуже было со зрением, пришлось наклонить голову и почти зажмуриться. Но и тогда свет слишком ярко слепил глаза даже сквозь веки.

- К-как заклинание Истоков? – Ким остановился рядом и с изумлением уставился на вистольца. – Его разве ещё кто-то способен воссоздать? И я думал, что его невозможно снять. Но ты жив! Э-э, был жив….

- Это долгая история, - Вик уже сильно пожалел, что проговорился.

- Ты должен мне её рассказать!

- Нет.

- Как нет?

- Я ничего не должен, - Вик наклонился к Киму, заглянул ему в лицо, в мертвенно-холодных глазах без зрачков блеснули серебряные искры. Подросток отшатнулся.

Глава 11

Выйти из под крон деревьев Вик так и не решился. Если жжение солнечных лучей он возможно ещё мог как-то стерпеть, хотя и это всё больше представлялось мало вероятным, но готовить еду с закрытыми глазами всё равно бы не получилось. Поэтому вся стоянка переместилась под деревья, веток для костра натаскал Ким, а вот тушку лани пришлось перемещать девочкам. Сёстры без страха или брезгливости схватили мёртвое животное за ноги и поволокли к лесу. Вик забрал у них добычу и устроившись в наиболее густой тени принялся свежевать лань.

Оказалось, что из-за шипов на пальцах держать нож не совсем удобно, сподручнее было подцеплять шкуру этими самыми шипами, которые не только легко прокалывали, но и разрывали не хуже когтей. Девочки стояли рядом и с интересом наблюдали за превращением животного в мясо, которое можно есть. Ким делал вид, что занят костром и старательно отворачивался.

Подготовленная тушка была быстро разорвана на куски и насажена на ветки. Вик пристроил их над огнём, поручив подростку вовремя переворачивать мясо, а девчонкам следить за Кимом, чтобы не сжёг их завтрак. Сам он отодвинулся от костра и больше не пытался смотреть на пламя – глазам хватило даже короткого взгляда, чтобы вместо деревьев вокруг замелькали белые пятна. Вик зажмурился, закрыл лицо ладонями, пытаясь вернуть себе зрение.

Он так и сидел, вслушивался в шелестение листвы, в трель птичьих голосов и шум ветра.Подошедшие к стоянке мертвецы вполне мирно о чём-то пошипели за стволами деревьев, но после тихого рыка отправились восвояси, даже глаз не пришлось открывать. Идиллия нарушилась, когда со стороны костра потянуло запахом горелого мяса. Вик поморщился, через несколько мгновений раздался возмущённый крик сестрёнок и растерянный их брата. Пришлось встать с земли и, полу зажмурившись, отбирать у пытающегося дуть на почерневшие куски Кима почти испорченный завтрак. Вистолец повернулся спиной к костру, разложил мясо на заранее приготовленные листья и шипами соскрёб с них чёрную корку. Рядом в нетерпении подпрыгивали девочки. Вик отдал им их порции, пододвинул Киму его часть завтрака и в задумчивости посмотрел на то, что оставил для себя.

Он специально не стал есть ночью сырое мясо, чтобы перебить голод хватило крови, решив постараться питаться как человек. Имело ли это хоть какой-то смысл - Вик не знал, но хорошо помнил, что Мэтжер не разрешал Ярси есть сырое до обращения. Его случай был совершенно другим, но так хотелось надеяться, что и для него всё завершиться благополучно…. Или просто обманывать себя.

Он горько усмехнулся, рядом уже давно слышалось торопливое чавканье, когда он, наконец, вонзил зубы в пережаренный кусок. Как ни странно пища не вызвала никаких эмоций. Её просто нужно было пережёвывать и глотать. Организм не противился данному действию. Но и чувство сытости не появилось, как будто ничего и не ел. На много более насыщенной и питательной показалась сырая кровь, а это наводило на определённые мысли. Совершенно не утешительные мысли.

После завтрака дети сходили к реке умыться, костёр затушили, привели одежду в порядок и собрались в дорогу. Вик молча наблюдал за их вознёй, видел, что Ким заметно нервничает и взволновано поглядывает на лес, но начать разговор не решается.

- Тебя что-то беспокоит? – первым спросил Вик.

Подросток вздрогнул.

- Да, - он на мгновение опустил голову. – Прости, мы тебе очень благодарны, что ты заботишься о нас, но…. Я думал, что просто смогу уйти, оставить их, они всегда относились ко мне с отчуждением, я был изгоем….

- Ты о горожанах?

- Я продолжаю чувствовать ту магию, что создали колдуны – их защитный купол…, - Ким сжал кулаки. – Их купол вскоре исчезнет! Ты понимаешь, что произойдёт после этого, Вик?

- Поляна не так уж далеко, - безжалостно проговорил вистолец, внимательно наблюдая за парнем. – Мы услышим их крики.

Тот вновь вздрогнул.

- Там много мертвецов? – в его голосе послышалась дрожь.

- Очень много. Они окружены, никому убежать не удастся.

- Я не могу их бросить… - Ким поёжился. – Мне страшно, но я должен попытаться им помочь.

- Как, Ким? – настороженно спросил Вик – В чём будет заключаться твоя помощь?

- Я могу создать защищённый магическим щитом коридор, который выведет их за пределы леса. Если получится, - проговорил Ким тихо и опустил голову. – Если нет – этот лес сгорит. Я плохо контролирую свои способности.

- Но для такого коридора понадобиться очень много магической энергии. Там четыре колдуна едва смогли до утра продержаться, а ты один хочешь вести людей через лес? Я думал, что у тебя нет таких способностей.

- Меня лишили возможности черпать силу из природных источников, но не самих способностей. Магия по-прежнему мне повинуется. Нужна только сила…, - он глянул на сестёр. Девочки внимательно смотрели на брата, было видно, что они чего-то ждут. Ждут его решения. – Мои сестры проводники природных сил. Они могут взять энергию из земли, но не могут ей пользоваться. Зато я могу забрать эту энергию у них.

Девочки одновременно кивнули.

Вик невольно сжал кулаки так, что шипы вонзились в ладони, криво усмехнулся – вот оно что – дружная семейка при желании способна легко использовать огромные силы, только Ким почему-то боится это делать.

- Значит, если ты захочешь, то сможешь создавать очень сильные заклинания, черпая энергию через сестёр? И сдаётся мне, что об этом никто больше не знает.

Подросток кивнул.

- Я это случайно обнаружил и очень боялся, что об этом кто-то узнает, тогда спокойной жизни нам не видать. Даже родители не знали. В городе я почти не мог этим пользоваться, там кругом каменное покрытие, а сёстры воспринимают только энергию земли, а потом некоторое время могут поддерживать то, что я создал. А здесь, здесь мы свободны.

- Но ты мог использовать свои силы, когда на нас напали те мертвецы у города! – невольно воскликнул Вик.

- В толпе людей? Нет, не мог. Я уже говорил, что плохо себя контролирую, а в такой суматошной ситуации быстро у меня получается только защитный купол. А без посоха, я вообще не могу направить силу в нужную сторону. Я просто бы всех убил…. Ты поможешь нам добраться до поляны?

Вистолец обвёл взглядом напуганные, но умоляющие лица детей и кивнул.

- Значит, ты раскроешь свои способности перед горожанами?

- Это уже не имеет большого значения, мы не останемся среди них. Мы теперь с тобой, Вик!

- Ладно, только куда ты собрался этих людей вести? Надеюсь, ты понимаешь, что куда бы они ни направились, мертвецы пойдут за ними.

- Главное вывести их из ловушки, люди быстрее ходячих трупов, они смогут убежать, а за лесом много городов и селений….

- Вот о том я и говорю, - Вик в злой усмешке показал клыки. – Мертвецы не отстанут и Керонтцы приведут их другим городам и селеньям.

Дети переглянулись.

- Я не знаю, - медленно проговорил Ким. – Я просто хочу им помочь. Даже если их сейчас разорвут, то потом мертвецы всё равно выйдут из леса и пойдут в сторону живых. Пусть позже, но это произойдёт.

- Всё правильно, значит, когда люди покинут лес, - так же медленно произнёс Вик. – Этот лес должен сгореть вместе с мертвецами.

- Ч-что? – маг закрутил головой, оглядывая окружающие деревья – стройные, взлетающие ввысь шелестящими вершинами. – Я, я не смогу.

- Ты уже сказал, что сможешь. Сможешь всё сжечь! – жёстко выговорил Вик. – Я не уверен, что это будет концом истории, могут появиться и другие мертвецы, но остановить этих тебе по силам.

- Нет!

- Вик! – вдруг выкрикнула Лана. – Не заставляй его! Ты не понимаешь….

Ким обхватил её за плечи и крепко сжал.

- Ничего, всё в порядке, всё так и должно быть, - пробормотал он. – Мы должны идти. Времени уже мало осталось.

Вистолец резко развернулся и шагнул в лесную чащу. Дети быстро его догнали. Идти через лес без Вика было бы самоубийством.

Поляна действительно оказалась не далеко. Но чем ближе они подходили, тем большее количество мертвецов встречали. Ходячие трупы медленно оборачивались в их сторону и нехотя сторонились. К детям тянулись костлявые руки, обтянутые иссохшей, тронутой тлением кожей лица кривились голодными гримасами, выдававшими единственное желание, но стоило им услышать тихое рычание вистольца, и мертвецы послушно расходились, освобождая дорогу.

Защитный купол над поляной мерцал истончающейся паутиной. Вик с удивлением осознал тот факт, что чувствует, как исчезает магическая энергия, ещё недавно наполняющая щит. Мертвецы плотными рядами стояли у самой границы – ждали. По другую сторону выстроились стражники, за их спинами виднелись колдуны, а в самом центре сгрудилась огромная толпа горожан.

Вистолец глянул на детей, Ким едва заметно дрожал, девочки ёжились, со страхом поглядывали на мертвецов, но упрямо шли вперёд. Вик приостановился, придержал за плечо подростка, тот остановил сестёр. Мертвецы слишком густой толпой перегородили дорогу. Он полу прикрыл глаза, вслушался в пространство, вокруг звучал почти не воспринимаемый шёпот. Настойчиво, приказывающе, растворяясь где-то на уровне подсознания.

Ким настороженно посмотрел в его лицо и качнулся вперёд, ближайший мертвец едва не схватил его зубами, парень быстро шагнул обратно, прижался к Вику.

- Подожди, - вистолец поднял руку. Слова рождались сами, словно когда-то он знал этот язык и мог на нём говорить – искажённые, похожие на шелест ветра, мёртвые.

- Дорогу, - и так напоминающие тот шёпот, что врывался в подобие сознания восставших трупов.

Мертвецы отпрянули, образовали широкий проход к поляне. Их четвёрка медленно пошла вперёд. Люди смотрели на них изумлёнными и непонимающими взглядами. Вик остановился в тени деревьев, Ким и девочки подошли к самой границе купола.

- Кэимстон? Они не трогают вас?! - глава стражи подошёл ближе, на его измождённом лице лихорадочным блеском горели почти безумные глаза. – Ты можешь помочь?

Подросток кивнул. Он вытянул руку к сёстрам, Лана крепко сжала его ладонь, вторую руку дала Миле. Дети, крепко держась друг за друга, замерли на месте. Ким тяжело вздохнул и начал произносить заклинание. Он говорил почти беззвучно, но его голос зловещим эхом подхватил ветер и бросил высоко к небесам. Люди заметно вздрогнули, стражники с трудом заставили себя остаться на месте.

Глава 12

Вик всем своим существом воспринимал то, что сейчас происходило. Это было странным. Волны магии будоражащим потоком касались кожи и звенящим гулом неслись сквозь пространство. Он смотрел на детей, девочки были окутаны почти незримой дымкой, делающей очертание их тел не чёткими и бледными - призрачными. Вокруг Кима бушевал вихрь энергии, его окутывал кокон переплетающихся потоков магии. Они скользили сквозь подростка и концентрировались в сжимаемой им палке. Древесина словно горела, энергия раздирала её и пеплом осыпалась обратно в землю, лишь часть преобразовывалась и выстраивалась в низкий коридор, потянувшийся сквозь лес.

Вик сам не знал чего ждёт, мышцы сжимались в напряжении, словно, если юный маг сорвётся и сделает что-то не так, он сможет ещё спасти детей. Вот только бушующая совсем рядом сила говорила совсем об обратном – ничего не останется, ни леса, ни людей. Только пепел.

Вик ждал, выкачиваемая из земли мощь безудержным вихрем рвалась в небо, и лишь тело подростка каким-то образом служило барьером, не дающим обрушиться на лес. Кима трясло, он зажмурился, но продолжал произносить заклинания. А на поляне на него с ужасом смотрели колдуны, они тоже дрожали, но совсем по другой причине – от ужаса. От понимания, на какой грани балансирует парень. Они не могли не осознавать, что сейчас происходит.

Щит медленно, но верно приобретал стабильность, магический коридор замерцал ровным устойчивым светом, соединившись с едва державшимся над поляной куполом. Первыми к проходу шагнули колдуны, остановились на границе и внимательно посмотрели на державшего заклинание парня. На бледных, уставших лицах читалась настороженность, перемешанная со злобой. Этот подросток, которого они когда-то лишили возможности использовать природные источники, не только вернул себе способность брать силу извне, но и сделал то, на что они оказались неспособны. Колдуны Керонта с трудом пересилили себя и двинулись в накрытый щитом коридор. Вслед за ними потянулись перепуганные люди.

Ким не смотрел на них, его голова была опущена, пальцы крепко сжимали горящий видимым огнём посох. Магические потоки неслись сквозь лес, отталкивали мертвецов и освобождали дорогу. Люди с каким-то ужасом смотрели на парня и отводили взгляды, многие едва брели, но старались идти как можно быстрее – прочь от поляны, туда куда вёл спасительный путь.

Последним был глава стражников, он остановился перед Кимом, по его губам скользнула горькая усмешка.

- Спасибо, Кэимстон, мы никогда не забудем того, что ты сделал.

- Я знаю. Вы не сможете этого забыть, - Ким с трудом улыбнулся ему в ответ. Губы парня потрескались и по подбородку стекали тонкие ручейки крови. – А я бы очень хотел, чтобы всё забылось.

- Мне жаль, - стражник опустил голову и тяжело зашагал вслед за толпой.

Ким взмахнул посохом, разрывая связь коридора с куполом, и двинулся вслед бегущей сквозь лес магии. Девочки, не отпуская рук, пошли рядом. Вик шагнул вслед за ними, отгоняя уже метнувшихся к их компании мертвецов.

Вистолец старался держаться в тени деревьев, но командир стражников несколько раз оглядывался и всегда вздрагивал, натыкаясь взглядом на защитника детей. А за их спинами густой толпой шагали дёргающиеся шатающиеся фигуры, что тоже заставляло с дрожью отводить взгляд и идти быстрее.

Этот путь казался бесконечным. Так называемый посох мерцал в руках Кима едва заметным светом, парень был сосредоточен, сконцентрирован на поддержание магического щита. Время от времени с его губ срывались слова заклинаний, посох вспыхивал и начинал гореть интенсивней, а коридор плавно изгибался, поворачивая в нужную сторону.

Далеко впереди замелькал просвет, люди ускорили шаг, понимая, что добрались до границы леса. Толпа горожан уже не останавливаясь вырвалась из под крон деревьев и устремилась через луг к видневшимся вдалеке стенам большого города.

Ким выдохнул, подождал пока покинет защитный коридор последний человек – командир стражников и погасил его. Ноги подростка подкосились, он упал на колени и упёрся руками в землю, из его носа закапала кровь.

Стражник обернулся, шагнул назад к детям, всё ещё находившимся под кронами деревьев.

- Идёмте, - воскликнул мужчина. – Быстрее, ты нужен нам, Кэимстон!

Вик полу прикрыл глаза и сделал шаг ему навстречу, загородив собой Кима и девочек.

- Нет, у них другой путь, - он обнажил в злой улыбке клыки. Стражник выхватил меч, но попятился.

- Кэимстон, - воскликнул он. – Подумай о сёстрах, этот монстр в любой момент может вас убить.

- Я тоже монстр, - глухо ответил Ким. – Уходи. Этот лес должен быть уничтожен.

Парень с трудом поднялся на ноги.

- Вик?

- Что?

- Мы должны выйти из под деревьев. Ты сможешь?

- Придётся, - Вик внимательно посмотрел на мага. Тот шатаясь стоял на ногах. – Теперь будет легче, Ким. Ведь так? Когда силу не нужно сдерживать, она сама превратится в разрушительную стихию.

Парень вздрогнул.

- Откуда ты знаешь?

- Я видел, видел, как это трудно – не дать уничтожить. Прости, но это нужно сделать.

- Видел? Разве ты маг? – Ким удивлённо уставился ему в лицо.

- Нет, - Вик улыбнулся, стараясь не показывать клыки. – Никогда не обладал магическими способностями.

- Тогда как…?

- Не знаю, Ким. Потом разберёмся. Если будет это потом.

- Будет, - с непонятной уверенностью произнёс подросток. – Должно быть.

Он быстро провёл ладонью по стволу дерева, словно прощаясь, и шагнул на луг.

Для Вика это напоминало сон - ночной кошмар, что превратился в реальность. Он не видел происходящего, плотно зажмуренные веки не спасали от интенсивных солнечных лучей и приходилось прикрывать глаза ладонями. Кожу щипало, в голову словно вонзился раскалённый штырь, давя с такой силой, что он с трудом сдерживался, чтобы не выть от боли.

Он был слеп, поэтому за локоть его держала Мила, направляя туда, куда нужно идти. Вик с трудом переставлял ноги, очень хотелось сесть на траву и зарыться в землю – как угодно, но спастись от обжигающего солнца. И именно через девочку он почувствовал ту силу, что была выдрана из магических потоков земли и обрушена на лес.

В какой-то момент ему показалось, что он сходит с ума. Показалось, что и через его собственное тело несётся безудержный, неконтролируемый вихрь магической энергии, бьёт в пространство и преобразуется в молнии. Хлёсткие бичи разрядов беспрестанно секут деревья, под корень сбивают стволы и заставляют чернеть листву. Она съёживается, сжимается в комочки пепла и осыпается с уже безжизненных ветвей. Сотни, тысячи умирающих деревьев…. Стаями срываются ввысь птицы, несутся к спасительным небесам и не успевают, их мёртвые тушки падают на покрытую пеплом землю. А те, кто не умеет летать, ещё раньше попадают под удары молний, навсегда обретая свой последний приют среди сгоревшего леса. Здесь их дом…. Разряды энергии впиваются и в уже мёртвую плоть ходячих трупов. Они вспыхивают как сухая лучина, их ноги подкашиваются, заставляют осесть на землю, упасть. Их тела превращаются в пепел, прерывая безумное существование после смерти. Навсегда. Сожжённый прах не может восстать.

Пламя, сверкающие изгибы молний и потрескивающий от напряжения воздух - это больно – воспринимать, как через твоё тело несётся чья-то смерть. Больно помнить каждую оборванную жизнь, пусть даже это растение или животное. Ты стал причиной их гибели.

Наваждение, это Ким направляет на лес хлещущие по деревьям разряды энергии, это Ким с отстранённым безразличием воспринимает чудовищный кошмар происходящего, это его сердце превращается в пепел вместе с лесом. Или нет? Сознание разбивается на тысячи осколков и только бьющий в ноздри запах гари заставляет удерживаться на поверхности реальности….

***

- Знаешь, за что они меня ненавидят, Вик? Наверное, ты слышал туже историю, что рассказывают для всех остальных не Керонтцев – великие маги остановили неконтролируемую энергию, нашедшую выход через неумелого ребёнка. Обрушившаяся на город Сила разрушила множество домов, но маги смогли предотвратить жертвы и обезвредили источник энергии.

Это ложь. У них ничего не получилось, они не остановили меня и никого не спасли. Жертв было много, очень много, Вик, - Ким стоял на берегу речки и смотрел в воду. Это была та же река, что текла через лес. Стремительный поток нёс множество обгоревших веток, хлопья чего-то чёрного и уже не понятного, а иногда и полу обугленные тушки животных и птиц.

Голос подростка звучал совершенно спокойно, безразлично и безжизненно. В нём не было эмоций. Никаких.

- Последней жертвой стала моя мама, она лежала у моих ног, а я с каждым мгновением всё больше чувствовал, что у меня уже нет сил, чтобы отводить от неё удары…. Колдуны с трудом удерживали щит над собой, но не подошли даже близко. Оказалось, что им нечего противопоставить той силе, что разрушала город, они не смогли её погасить. Моя мама была сильно ранена, её тело тоже сжигали молнии, но поняв, что наши маги беспомощны, она нашла в себе силы приподняться, сбить меня с ног и накрыть собой. Ей достался последний удар.

Говорят, что меня достали из под горки пепла имевшей форму человеческого тела. Я этого не помню, но мне специально рассказали. Это всё, что от неё осталось. Пепел.

Я убил свою маму, я очень многих тогда убил.

Вик почти не помнил, как они очутились в этой роще. Ему до сих пор казалось, что он чувствует очень близкий жар пламени, а в нос въедается нестерпимо-острый запах горелого мяса, горелой плоти, словно всё это было живым. Перед взглядом стоял туман, а в памяти яркими вспышками проносились не увиденные глазами картины горящего леса. Как во сне. Только не было никакого сна. Был кошмар, что очень трудно осознать наяву. Потому что настоящий природный пожар таким не бывает. Пламя не должно лететь огромными волнами, подгоняемыми молниями, не должно вгрызаться в почву, ведь земля не горит, не должно беспрепятственно бежать вперёд, не имея для себя никакой основы. Трудно принять, что стихия может быть настолько беспощадной. Вернее не стихия, беспощадным должен быть тот, кто её создал.

Он упрямо наклонял голову, стараясь не смотреть на Кима. Что он мог ему ответить? Самым ужасным было то, что мальчишка все эти годы жил с этими воспоминаниями и ему не позволяли ничего забыть. Его не простили, не считаясь с тем, что всё это совершил не осознававший свои действия ребёнок. Странно, что он не превратился в озлобленное чудовище с выжженной в пепел душой. Или превратился? Нет, иначе, он не был бы так привязан к своим сёстрам, не заботился бы о них…. Это страшно – жить с постоянным кошмаром собственного прошлого.

- Мой отец очень боялся, что у его второй жены родятся такие же дети как я, поэтому даже при родах присутствовали маги, - парень говорил не останавливаясь. Без переживаний, без чувств. Казалось, что ему нужно выговориться, только при этом людей обычно захлёстывают эмоции, они рыдают или как-то по-другому проявляют охватившие их переживания. Ким словно умер. – Лану и Милу сразу лишили всех магических способностей, как только они появились из утробы матери. Это как-то повлияло на Джену – вторую жену моего отца, она умерла почти сразу, едва на свет появились её дети. Я чувствовал, что маги связали её жизнь со способностями детей. И лишив их этих способностей, они её убили. Я даже не пытался рассказать об этом отцу. Знал, что не поверит. Знал, что он тоже меня ненавидит.

Кормилицей младенцев стала Лирта. Она для всех нас превратилась в мать, она одна нас любила, и эти чувства были настоящими….

- Мне жаль, Ким, - голос Вика странным эхом пронёсся над рекой. Мила и Лана тоже сидели под деревьями, обхватив колени руками и опустив головы. Они выглядели очень уставшими. – А ваш отец? Кто он? Почему у него рождаются такие дети?

Подросток вздрогнул.

- Отец? В нашем роду есть легенда, что одним из наших предков был призрак – дэлонх. Когда-то, когда они только пришли в наш мир, они были другими – живыми и могли создавать себе подобных. Потом они изменились, превратились в безжизненных монстров и утратили способность иметь детей. Но те не многие, в ком сохранилась их кровь, до сих пор несут в себе странные возможности по-другому воспринимать магию. По-другому воспринимать этот мир…. Нашему отцу не передались эти способности, но они в полной мере сконцентрировались в его детях. Так бывает. С природой трудно поспорить.

- Дэлонхи…, - вистолец невольно поёжился. – Они ведь обитают в Керонте?

- Странно, что ты об этом знаешь, - Ким резко обернулся, посмотрел на Вика. Тот невольно вздрогнул, в глазах подростка словно продолжали отражаться языки пламени.

- Слышал когда-то, разве это тайна?

- Вообще-то да. Тайна, причём очень тщательно хранимая тайна, - Ким подошёл ближе. – Для чужака ты очень много знаешь о нас.

Вик криво усмехнулся.

- Наверное, ты прав, они действительно были тайной, я понятия не имел, что эти монстры существуют, пока не столкнулся с ними. Говорят, что их разбудили. И сдаётся мне, что вновь засыпать они не собираются, - он готов был говорить, что угодно лишь бы отвлечь Кима от затягивающей бездны воспоминаний, лишь бы выгнать из его глаз эту безжизненную пустоту, в которой продолжает полыхать пламя.

- Ты сталкивался с ними? Странно, что ты ещё жив, - парень нахмурился и опустился на траву перед Виком.

- Я не совсем чтобы жив, - вистолец развёл руками и вновь усмехнулся. – Мне просто сильно повезло тогда. Повезло, что я был не один.

Ким опустил голову.

- Я ничего не знаю о тебе Вик, и ты не обязан мне ничего рассказывать. Скажу лишь одно – они не уйдут из нашего мира пока не исполнят договор, который вернул их в нашу реальность. И я очень надеюсь, что целью договора являешься не ты Вик.

- Не я, - перед взглядом пронеслась быстрая тень, мелькнули золотистые локоны Элены и словно наяву послышался её смех. Где-то внутри шевельнулось тоскливое чувство тревоги, тревоги за чужую жизнь. Прошло не так уж много времени, а кажется, что те события происходили очень давно. – Я никто, чтобы ради меня нанимать дэлонхов. Простой бродяга. Был. Значит, ей до сих пор угрожает опасность?

- Ей? – взгляд Кима стал очень задумчивым, он словно очнулся и впервые за всё это время посмотрел на своих сестёр. Девочки плотно прижимались друг к другу, но всё равно выглядели очень одинокими, потерянными. – Наверное, я знаю о ком ты говоришь. О принцессе Тинасы, ведь так?Теперь понятно, откуда у тебя знания о нас, ты хорошо с ней знаком, иначе бы она не стала столько рассказывать. Надеюсь, она добилась того ради чего отправилась путешествовать?

- Ну, замуж она ещё не вышла, но день свадьбы был назначен, - проговорил Вик, вдруг поняв, что ему скорее всего уже не побывать на этой свадьбе.

- И её жених король Мироса?

Вистолец кивнул.

- Оборотень?

Вик вновь кивнул и развёл руками. – Они же были помолвлены. А с Эленой спорить трудновато, в общем, даже оборотню не удалось отвертеться от свадьбы. Впрочем, он особо не сопротивлялся.

- Да уж, характер у принцессы ещё тот, можно посочувствовать её жениху. Хоть он и оборотень, - Ким неожиданно улыбнулся. – Может быть так даже лучше и он сможет её защитить. Значит, ты с ними близко знаком?

- Встретились в дороге и ехали некоторое время вместе, - неопределённо ответил Вик.

- Ладно, не хочешь не рассказывай, - разрешил Ким, встал и подошёл к сёстрам. Он опустился рядом с ними на колени, осторожно провёл ладонью по щекам, внимательно вглядываясь в их лица.

- С ними всё в порядке? – спросил Вик. – Они выглядят очень уставшими и сонными.

- Так оно и есть, - Ким вздохнул. – Сквозь их тела прошло огромное количество энергии, это не могло не отразиться на их самочувствии. Они забирали эту энергию из земли, а я забирал у них и возможно, что взял и часть их собственных жизненных сил. Им нужно время, чтобы отдохнуть и восстановиться.

Вик огляделся, оценивая место, где они находились. В густой тени низкого, массивного дерева, под которым он сидел, его глаза обрели почти нормальную способность видеть. От сожжённого леса их отделял широкий луг, который пересекала знакомая речка и несла свои воды мимо рощи дальше – к стенам большого города. Сама роща, в которой они сейчас находились, обходила город чуть стороной, огибая возделанные людьми поля, располагающиеся у самой стены.

Со своего места вистолец смог рассмотреть лишь луг и огромную чёрную равнину, усеянную дымящимися остовами догорающих деревьев. Обзор в другую сторону перекрывали густые ветви, клонящиеся почти до земли. Но картинка высокой, сложенной из камней защитной стены города сама собой встала перед глазами, словно он когда-то уже был в этом месте. Вот только Вик был уверен, что это не так.

Он потёр лицо руками, потом провёл пальцами дальше, нащупывая кончики ушей. Те оказались довольно твёрдыми, заострёнными и начинались как вполне человеческие, потом удлинялись и шли вверх. Над головой они выступали лишь слегка, что давало возможность прикрыть их волосами. Что Вик и сделал, распустив хвост и позволив прядям упасть на плечи.

- Зря стараешься, - пробормотал наблюдающий за ним Ким. – Глаза всё равно не человеческие. Тут плащ нужен с капюшоном. Тебе бы вообще не помешало одежду сменить, она у тебя всё изодрана и в крови.

- Знаю, - хмуро кивнул Вик. – Давай посмотрим, что мы имеем и куда можем податься. В этот город идти не стоит. Ни вам, ни в тем более мне. Что здесь ещё есть поблизости?

Он задал вопрос, а перед мысленным взором уже предстала тянущаяся сквозь рощу дорога, а чуть дальше – за городом и полями довольно большое село, за ним озеро, некошеные луга и вновь село. Вик даже помотал головой, пытаясь отогнать наваждение.

- Мы рядом с Верском, - произнёс Ким. – Здесь где-то должна быть дорога, ведущая в Пяточки – это селение, там есть небольшой рынок, где можно попробовать приобрести одежду.

Вистолец пожал плечами и пошарил у себя на поясе, пытаясь определить целостность кошеля с деньгами, тот оказался на месте, а это значило, что данный вариант вполне для них подходил. Он криво усмехнулся, прошёл всего один день, а жизнь по правилам людей уже сейчас казалась абсурдной. Но других правил он не знал, и пробовать жить по-другому означало отказаться от всего человеческого. Поэтому одежду следовало покупать за деньги, пищу добывать с помощью охоты или питаться в селениях людей, а ещё детям нужно где-то спать и желательно не на голой земле. Вопрос куда идти оставался открытым, но приемлемым вариантом казался лишь один – нужно вернуться в Эреальд. Другого дома у него нет.

- Что ж, когда отдохнёте, пойдём в это селение. Деньги у меня есть, но на рынок вам придётся идти одним. Надеюсь, ты не настолько известная личность, чтобы тебя узнавали на каждом углу?

Ким помотал головой.

- Обычно меня узнают только маги. Ладно, в селение мы сходим, а потом куда ты думаешь направиться? Или мы теперь будем жить в лесу?

Вик задумчиво посмотрел на свои пальцы, шипы поблёскивали серебряным светом, он насмешливо посмотрел на Кима.

- А у тебя есть другие варианты? Вы, конечно, можете попробовать обосноваться в какой-нибудь деревушке, но меня люди не примут.

Глава 13

Высоко над деревьями раздался пронзительный крик, вистолец замер, сквозь густые кроны он видел, что в небе кружит большая птица.

Ким вскочил на ноги, задрал голову, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь листву.

- Это магическая птица, - произнёс он уверенно.

- С чего ты взял?

- Чувствую.

Вик даже не пытался чувствовать, он просто знал, что так оно и есть, самое странное, что его это нисколько не удивило.

Над рекой пронеслась чёрная тень, захлопали огромные крылья, и на берегу приземлилась большая хищная птица. Ким быстро отбежал к деревьям, потом опомнился, схватил под руки сестёр и оттащил их за ближайшие стволы. Вик остался на месте, птица внимательно рассматривала его серебряными глазами.

- Привет, Ярси, - он помахал рукой.

Птица чуть склонила голову, кивнула и уверенно подошла ближе.

- Какие перья! – восторженный шёпот девчонок долетел откуда-то из-за плеча. – Я всегда птичку хотела, пустите меня её погладить!

Возня и возмущённый писк означали, что Ким с трудом удерживает своих сестрёнок на месте. Вик лишь развёл руками.

- Прости, не удалось выполнить твоё поручение. Я тут попал в некоторые неприятности. В общем, ты сам видишь.

Птица вновь кивнула, серебряные глаза блеснули яркими отсветами.

- Вижу, - голос Ярси, вырвавшийся из птичьего горла был почти до неузнаваемости искажён. И всё же Вик был уверен, что это именно его голос.

- Она говорит! – Мила смогла вырваться из рук брата и подскочила к Вику, встала рядом, во все глаза разглядывая птицу. – Ух ты, какой огромный клюв. А он острый? А почему глаза серебряные?

- Потому что эта птица не настоящая, - Ким вынужденно вышел из-за деревьев и вновь поймал сестру за руку, вторую девчонку ему удалось удержать, но Лана очень старалась, чтобы выскользнуть из пальцев брата.

- Пусти, я тоже хочу рассмотреть птичку поближе, - возмущалась она. – Я никогда не видела таких больших!

Голова хищника повернулась в их сторону, изогнутый клюв чуть приоткрылся.

- Твои новые друзья?

- Э-э, мы вместе выбирались из Керонта, это Ким и его сёстры Лана и Мила.

- Интересные у тебя знакомые, - птица взмахнула крыльями и отлетела чуть дальше, спасаясь от почти дотянувшихся до её перьев пальцев Ланы. – Очень смелые.

- Почему ты здесь? – спросил Вик. – Что-нибудь случилось?

- Случилось. Уходите отсюда, Вик. Вас не оставят в покое.

- Кто?!

- Те кто создал мертвецов, вы им помешали, они не потерпят, что есть кто-то, кто способен справиться с их созданиями.

Вик вскочил на ноги.

- Кто они, Ярси?

- Я видел лишь тени, я не знаю, Вик, возможно, ты раньше меня поймёшь кто они.

- Как это? И куда нам идти? Ты сможешь что-нибудь сделать с моим видом? Я же на человека не похож!

- Возвращайся домой, Вик, - птица подпрыгнула, взмахнула огромными крыльями и мгновенно взлетела высоко к небесам.

****

Доски не желали вставать ровно в ряд, частокол забора странным образом кренился каждый раз, как он опускал на них молоток. Тинк только морщился, ну и что что он маг? У каждого мага своя специфика и ремонт забора к способностям Тинка не относился. Да, он мог заставить доски подняться с земли и выстроиться у жерди, но что дальше? Железо его магии не повинуется и гвозди сами собой в дерево не воткнутся. Поэтому приходилось брать в руки молоток и бить по упорно клонившимся в разные стороны шляпкам самому. Попадать удавалось через раз, а то и через два, что совершенно не улучшало настроения и только увеличивало сосущее чувство голода, преследовавшее его с самого утра.

Готовить Тинк не умел, вернее он неплохо управлялся с магией огня и мог легко зажарить себе кусок мяса, даже не прикасаясь к нему руками. Но это мясо нужно было ещё где-то раздобыть, а вредная бабуся, являющаяся хозяйкой дома куда его определили на постой, выдала ему в качестве завтрака комковатую кашу и чёрствые пироги. К тому же она ни в какую не хотела кормить своего гостя бесплатно, несмотря на то, что он выполнял важную миссию по присмотру за разломом, и требовала, чтобы он отрабатывал своё пропитание. В результате маг почти целыми днями что-то чинил, таскал воду, поливал огород, кормил домашний скот и выполнял прочие мелкие поручения.

Хозяйка дома только поглядывала на него из окошка и довольно громко бурчала, что у её постояльца руки растут совсем не из того места откуда следовало бы и маг из него скорее всего такой же как и работник. Тинк только морщился и молча глотал обиду, отвечать бабке, что он никогда прежде не занимался подобной работой, было бесполезным и опасным делом. Пробовал уже и остался без ужина. Да и потоки магии в этом мире были совсем другими, к ним тоже требовалось привыкнуть. Они словно ускользали, отклонялись от его заклинаний, не желая наполнять их мощью. А те что слушались были сконцентрированы в отдельных точках и привязаны к локальным источникам. К ним приходилось тянуться и прилагать немалые усилия, чтобы взять их энергию себе, а это весьма существенно ограничивало его возможности. Другим вариантом было просто дойти до источника ногами, встать с ним рядом и уже тогда творить заклинания. И все они как специально находились на довольно большом расстоянии от дома, в котором он жил.

К счастью, сразу несколько источников располагались у самого разлома, там же концентрировались и другие энергетические линии магических потоков. Это не только радовало, но и настораживало. Сам разлом зиял в видимой доступности, как раз под пригорком, стоило выйти за калитку, сбежать по лужку вниз и очутишься на краю. Главная дорога находилась чуть в стороне, но и до неё было близко. Так что на расположение можно было не жаловаться, вот оно место службы – выглянул за забор и ходить никуда не надо, а вот с хозяйкой не повезло. Да и местные относились к нему без уважения, не верили, что он на что-то способен. Вдоль разлома постоянно ходили стражники, на возившегося в огороде мага они поглядывали с усмешкой, о чём-то переговаривались и показывали на него пальцами. А всё из-за крыши.

Прохудившуюся кровлю хозяйка дома поручила ему чинить на второй день. Именно поручила, а не попросила, вытолкав его из дома сразу после весьма скудного завтрака. Иномирец безропотно попытался осознать объём работы, ведь под угрозой был не только обед, но и ужин. С земли взгляду предстал неровный край полусгнивших досок и едва держащаяся на них черепица. Если крыша и прохудилась, то скорее всего ни в одном месте, а одновременно по всей площади, и находчивая бабуся решила силами одного мага полностью её заменить. Тинку осталось только вздохнуть, класть черепицу он не только не умел, но даже близко не видел, как это делается. В его родном мире дома были совершенно другими – из гладкого, полупрозрачного материала, сверкающими гроздьями капель парящие над гладью бесчисленных озёр. Так казалось. На самом деле их соединяла паутина мостов, улиц и переходов. Их дома не разрушались от старости, не теряли свой вид под жаркими лучами солнца, они впитывали его энергию в себя. А ещё там очень часто шёл дождь – большие, редкие капли неторопливо срывались с неба и сверкающими в солнечных лучах искрами скользили по покатым стенам домов, чтобы скатиться к серебристой поверхности озера.

Тинк попытался выкинуть эту картину из головы, Ярослав прав, это вообще странно, что он до сих пор жив. А его родной мир должен остаться лишь прошлым, существующим только в его воспоминаниях. Там же остался безумный вихрь водных бичей кровожадными гончими несущийся по его следу и рвущийся в клочья щит, слишком легко поддающийся под ударами чужой магии, и чувство безысходности, и понимание, что следующий удар станет последним…. Они не нанесли этот удар, не успели. В памяти до сих пор жила горячая боль от вонзившегося в кисть кинжала. Его друг пронзил одновременно и свою ладонь и его руку, на мгновение соединив их клинком оружия и почти сразу толкнул его в бездну, расступившуюся под ногами. Так показалось, тот портал показался бездной – холодной и полной тьмы….

Тинк зажмурился, потёр тонкий шрам, пересекающий кисть и с трудом вернулся к реальности этого мира. Теперь и его мира. Полусгнившая крыша никуда не делась. Он глянул на бабку, наблюдающую за ним из окна, та погрозила ему половником и кивнула вверх. Маг послушно задрал голову, мыслей, как приступить к ремонту, не было ни одной. Он вновь вздохнул, отошёл подальше, чтобы видеть большую часть крыши и, как и предполагал, обнаружил множество дыр. Удивительно, что бабку до сих пор не смыло во время дождей вместе со всей утварью.

Теперь стало понятным почему в комнатах так пахнет сыростью, а по стенам расползлась плесень. Впрочем, в выделенной ему комнате он быстро всё просушил, плесень была выжжена маленькими разрядами молний, пропитавшиеся влагой половики выкинуты на солнышко и аккуратно спрятаны среди разросшихся сорняков. По слизким доскам пола прошлась небольшая контролируемая волна огня, а оставшуюся черноту он быстро соскоблил ножом, благо, что комнатушка была маленькой. Бабка потом долго подозрительно топталась по комнатке, ощупывала руками стены и недоуменно качала головой, почти решив пересилить Тинка в другую комнату – более сырую, а эту занять самой. Маг видел, как на морщинистом лице с совершенно не старушечьими цепкими глазами отражаются все её мысли. Но осознание, что эта комната самая маленькая всё же пересилило желание спать в сухом месте. И Тинк остался в тесной каморке.

А вот что делать с крышей оставалось для него загадкой. Он посмотрел на солнце, потом на небо, перевёл взгляд на потрескавшуюся черепицу и пожал плечами. Предположительно нужна была глина, которой каким-то образом следовало замазать прорехи, а ещё лучше новая черепица, которую, опять же каким-то образом нужно было поместить на место старой. Черепицу взять было негде, а вот глина имелась в ближайшей речке. Чтобы не затягивать с данным действием, ничего другого всё равно не придумывалось, Тинк решительно взялся за посох, нащупал ближайший весьма слабый источник и прочитал заклинание. Магический поток слишком тонкой струйкой втянулся в посох, выругавшись, маг добавил свою собственную энергию, злясь на что приходится растрачивать жизненную силу и направил энергию к реке. Глина послушно выдралась из берегов и красно-оранжевой змейкой заскользила по траве к дому. Тинк взмахами посоха забросил её на крышу, стараясь, чтобы она ложилась равномерно, обошёл дом и проделал тоже самое с другой стороны. Теперь нужно было её хорошенько высушить, а желательно обжечь, и тогда глина закрепится на крыше твёрдой коркой. Тинк уже хотел к этому приступить, когда очень близко послышался возмущённый гул голосов.

Сначала от реки по следу из глины притопали рыбаки, потом бабы в мокрой одежде, с корзинами белья, потом подтянулась ребятня, а уже затем весь отряд стражников и остальная половина населения посёлка.

Как оказалось в результате действия магии, оба берега реки на протяжении всего селения начали обваливаться, русло мгновенно стало шире, мостки поломались, сети были засыпаны землёй, купающиеся дети едва не утонули, а сорванные с привязи лодки унесло течением.

Спрятавшегося в кустах смородины мага быстро нашли и с криками доставили к реке. Весь оставшийся день Тинк вытаскивал сети и поднимал мостки, одна радость, что водные потоки его всегда хорошо слушались. Но вот лодки пригнать обратно удалось не все, а только те, что застряли в корягах и далеко не уплыли. Сил хватило только на них. К вечеру Тинк совершенно выдохся и едва стоял на ногах, но за лодки селяне его всё равно едва не поколотили, пришлось спасаться бегством. К своему дому он пробрался задними дворами, где вместо ужина его ждала незаконченная работа. Ни на какие мольбы и жалобы на отсутствие сил бабка не отреагировала и в дом не пустила. Пришлось отдыхать среди разросшегося бурьяна и на голодный желудок вновь браться за посох.

Крышу он прокалял ночью, сначала из дома выбежала разбуженная жаром бабка, потом собрались жители всего селения. Из-за бегущих по крыше волн пламени все решили, что случился пожар. Большинство были с вёдрами, по большей части с пустыми, у некоторых плескалась водичка, но на самом дне. Краем уха Тинк услышал, что селяне очень надеются, что эта халупа всё-таки сгорит, а вместе с ней её хозяйка, да и маг тоже. Тогда из города пришлют путёвого чародея, не такого как этот.

Он лишь поёжился, стараясь побыстрее закончить заклинание, сложное заклинание, заставляющее концентрировать все силы чтобы не спалить избу. Можно было подумать, что местные каждый день наблюдают такую искусную работу мага, всё таки магия огня довольно трудно контролируемая и редко используемая, но его усилий никто не оценил. Народ возмущённо покричал, что пришлось просто так вскакивать с кроватей среди ночи, а пожар почему-то никак не начинается и, убедившись, что огонь на стены перекидываться не собирается, разбрёлся по домам. Видимо сильно здесь не любили из-за чего-то бабусю, а теперь и к нему стали относиться так же.

Сегодняшняя работа оказалась ничем не лучше всех предыдущих. Маг то и дело отпихивал ногами наглых, жирных кур, норовящих пролезть в дыры в заборе, и раз за разом попадал себе молотком по пальцам. Вместо заклинаний с губ срывались только ругательства, очередная доска вместо того чтобы прислонённой стоять на месте вдруг ощутимо дрогнула и повалилась на землю. Тинк со вздохом наклонился её поднять и лишь сейчас осознал, что в лицо дохнул горячий ветер, а над разломом вибрирующей отдачей бегут потоки магии. Он выронил молоток, схватил посох и бросился к калитке.

Путь вниз по склону он проделал со всей скоростью, на которую только был способен. На самом краю замерли трое стражников, они в недоумении крутили головами, наблюдая, как над разломом поднимается едва видимая дымка. Тинк с трудом остановился, в груди паническим ритмом билось сердце. Ему не нужно было смотреть вниз, воздух дрожал, обволакивая втягиваемыми вглубь земли потоками энергии. Разлом как губка вбирал в себя все источники, все силовые линии и концентрировал внутри себя. В глубине земли чувствовалось шевеление, до слуха долетал скрежет сращиваемых в единое целое костей, почва ощутимо дрожала, когда сквозь неё продирались восстановленные магией костяки.

Стражники оглянулись на подбежавшего мага, на бледных лицах читался вполне понятный страх.

- Это что? Они опять щас полезут?

Тинк через силу кивнул. Магия безудержным потоком рвалась из пространства в зияющую перед ногами пропасть, словно сам разлом был магической сущностью и мог управлять этой силой. Только как такое возможно?

- Давай колдуй, маг! – прикрикнул один из стражников.

Тинк глянул на него таким злым взглядом, что здоровенный бугай невольно отшатнулся. Колдовать? Как именно колдовать, что он может здесь сделать?

Под ногами вновь дрогнула земля, скрежет на мгновение прекратился, а потом сразу стал громче и ближе. Тинк всё-таки глянул вниз, сквозь знойную дымку проступали быстро ползущие по стенам разлома нескончаемые ряды скелетов. Их было много, очень много. Маг аккуратно отступил назад. Больше всего хотелось развернуться и в панике бежать. Жаль, что это не поможет. Никому не поможет.

- Эй, маг, ты хоть что-то можешь сделать?

- Да, - Тинк удивился тому спокойствию, с которым это произнёс. Они не чувствуют, что вокруг бушует вихрь всасываемых разломом потоков магии, не понимают, что эту энергию использовать не получится – она вся принадлежит костякам, не видят, что рядом не осталось ни одного источника, чтобы почерпнуть силу.

- Да, - мышцы отозвались дикой болью, а в груди мгновенно поселилась щемящая пустота, Тинк взмахнул посохом и произнёс единственное заклинание, на которое хватило собственных жизненных сил. Заклинание Щита. Только поставил он его не вокруг их маленькой группы, а над разломом, закрыв его на всём протяжении. Подождал, пока энергетические линии обретут хоть какую-то стабильность и заставил щит опуститься ниже, потом ещё ниже.

Первые ряды скелетов были почти у поверхности, когда наткнулись на опускающуюся преграду. Голые черепа упёрлись в щит и замерли, костяшки пальцев в бессилии заскребли землю, пытаясь продвинуться выше, а на Тинка одновременно глянули сотни пустых глазниц. Он невольно вздрогнул, вновь взмахнул посохом, усиливая давление и пытаясь опустить щит ещё ниже. Кости скелетов заскрежетали, верхние ряды начали соскальзывать вниз, натыкаться на ползущих за ними, те напирали, сбивая своих собратьев, отталкивая и тоже упираясь в препятствие. Среди костяков началась суматоха.

Тинк с облегчением выдохнул, радуясь своей находчивости, сейчас они не удержатся и начнут срываться в пропасть. И когда армии мёртвых уже не было места, чтобы продвигаться выше, один из скелетов вонзил руки в землю и начал её разрывать, потом второй, за ним остальные. Маг не успел опомниться, как костяки почти на половину закопались в стену разлома, явно намереваясь обойти щит и выйти на поверхность.

Рядом послышались испуганные крики стражников, но Тинк их почти не услышал, новый взмах посоха отозвался в груди тянущей болью, лёгкие сдавило, им перестало хватать воздуха, а каждый стук сердца превратился в режущий удар боли, как от клинков, беспощадно кромсающих плоть. Он глухо застонал, уже не осознавая, что из носа ручьём льётся кровь, а ноги подкашиваются. Туманящийся взгляд ловил единственную цель – щит, что неимоверным усилием опускался ещё ниже, сбивал со стен разлома не успевающих закопаться скелетов, сбрасывал их вниз и опускался всё дальше всё быстрее. В бездну. Во тьму. В клубящийся туман магии, что пульсирующим ореолом продолжал жить на самом дне пропасти. И в пустоту, что слишком прочно поселилась в затухающем сознании.

Непослушные пальцы выпустили посох, Тинк отстранённо понял, что падает, но ему было всё равно. Навстречу уже неслись энергетические линии собственного щита, очень прочного щита, выпившего из своего создателя почти всю жизнь. Но это тоже было не важным, важным оставалось то, что вниз безжизненной грудой костей летели переломанные скелеты, а щит продолжал опускаться и сбивать оставшихся костяков со стен разлома. Его щит.

Рывок за одежду, заставил тело врезаться в землю, падение прекратилось, сильные руки потянули его вверх и аккуратно уложили на траву.

- Ты что это удумал, маг? Куда собрался? Ты нам здесь нужен и живой!

Туманящийся взгляд вычленил склонившиеся над ним лица, очень бледные, но улыбающиеся.

- Ты это смотри у нас, вишь, умирать он надумал, мы тебе это не позволим, щас к бабке твоей доставим, она тебя живо на ноги поставит. Она ведь ведьма, хоть и вредная эта карга старая.

- В Элеард гонца пошлите, - прохрипел Тинк. – Сообщите королю….

Смотреть было больно, глаза закрывались, но взгляд ещё выхватил почти незримую тень огромной птицы, кружащую высоко в небесах. Тинк слабо улыбнулся и потерял сознание.

Глава 14

Два стражника, дежурившие у входа во внутренние покои, в панике вытянулись, прижали к бокам оружие и попытались придать лицам застывшее выражение. Он невольно заставил себя сбавить шаг, король не должен с такой скоростью бежать по лестнице, перепрыгивая через несколько ступеней. Хотя он пока и не совсем король, но даже для принца это недопустимо. В памяти всё чаще просыпались эпизоды из детства, наставления и уроки Гитона, да и мамины тоже. Если бы она видела повадки и поведение своего младшего сына сейчас, то пришла бы в ужас. От её науки не осталось и следа, весь дворцовый этикет был своевольно отодвинут очень далеко в сторону.

Нет, Ярси пытался сдерживаться, прекрасно помнил, как нужно вести себя с придворными, со слугами и с послами из других королевств. Но иногда ему вдруг это надоедало и он не мог с собой ничего поделать, превращаясь из учтивого молодого человека в насмешливую, не считающуюся с желаниями других личность, с хищно блестящими глазами. В такие моменты все слуги начинали прятаться за Ристона и ходили за ним по пятам, призывая как-нибудь повлиять на их будущего короля. Старик был единственным, кто не боялся таких перемен в оборотне.

Вот и сейчас Ристон настойчиво выговорил принцу всё, что он думает о его поведении в тронном зале. Вместо того, чтобы учтиво раскланяться с послом Перегории, будущий король насмешливо улыбнулся, показав слишком длинные для человеческих клыки и, не по этикету хлопнул уже и так сильно побледневшего посла по плечу, чем сбил того с ног.

Здоровенный, в два раза превосходящий по ширине плеч Ярослава мужчина – перегорцы всегда отличались могучим телосложением, отлетел на середину зала, ошарашенно повертел головой и на четвереньках попятился к дверям. Принц сразу шагнул следом, намереваясь извиниться, чем вызвал паническое отступление с ещё большей скоростью. Посол так и покинул зал - пятясь задом и не поднимаясь с четверенек. Для перегорца это был первый случай, когда кто-то не из его соотечественников вот так, даже не намереваясь этого делать, смог сбить его с ног.

Впрочем, ещё в начале приёма Ярослав слишком ясно читал его взгляд – не верящий, уверенный, в том, что все разговоры про оборотней это лишь выдумки, а этот мальчишка на троне, так и остался тем слабаком, что он помнил несколько лет назад. Да и речь его была слишком вызывающей для человека, приехавшего с дружеским визитом, дабы убедиться, что Мирос по-прежнему будет защищать их мир от Рееты. В ответ Ярси лишь кивнул и спокойно его заверил, что как король Рееты, он вполне может ему это обещать - да, лес проклятых под контролем и сейчас никому не угрожает. Пока что. После чего встал и дружески похлопал его по плечу. И не важно, что зал поплыл перед взглядом, наполняя его снежно-белыми отсветами, неважно, что глаза наследника трона Мироса превратились в безжизненное серебро, он не хотел этого. Не хотел?

Ярси всё чаще ловил себя на мысли, что очень устал, не физически, морально. Приёмы казались бесконечными, хотя он прекрасно знал, зачем все эти люди сюда едут. Все эти послы из других королевств. Так было положено, они должны были увидеть наследника Мироса, выразить ему своё почтение и убедиться в его дружеском расположении. Мирос играл ключевую роль в их мире. Когда-то он был создан лишь для защиты, но постепенно обрёл такую мощь, что с ним были вынуждены считаться все. А теперь король Мироса сменился. Все знали, что наследником стал младший сын Бортана, но мало кто осознавал, кем именно он является. Не верили. Боялись верить. И поэтому массово посылали в Мирос послов. В тем более, что уже через два дня ожидалась коронация.

Все эти дни Ярси скромно сидел на троне и сдержанно отвечал на приветствия. Рядом бдительно дежурил Ристон, самовольно взявший на себя роль советника. Оборотню было всё равно. Все назначения он собирался сделать после коронации, а сейчас он просто уступил просьбам Элены, которая умоляла его чем-нибудь занять старика. Довольно быстро Ярси пришёл к выводу, что старика всё же нужно занять чем-то другим и желательно, чтобы его назначение было подальше от дворца.

Сегодняшний срыв на глазах у многочисленных послов был первым, до этого ему удавалось сдерживаться до конца приёма, и лишь потом он отыгрывался на всех, кто попадался под руку. Придворные и слуги уже выучили, что в конце дня принцу на глаза лучше не попадаться и вечером все коридоры стремительно пустели. На своих местах вынуждено оставались лишь стражники.

Ярси молча прошёл мимо, двери за его спиной закрылись и лишь тогда слух уловил облегчённый вздох. Он горько усмехнулся. Что с ним происходит? Стоит остаться одному и весь прошедший день начинает напоминать безумный сон, который не должен существовать в реальности. Но он существует. Почему? Разве он хотел не этого? Вопрос, на который был один ответ - он не собирался становиться королём – ни Риеты, ни Мироса.

Ничего не изменишь, он единственный наследник трона Мироса и наследник Рееты. Они приняли его, оставалось до конца принять самого себя. По-другому не получится. А перед внутренним взором неслись навстречу ветки деревьев, мелькала под лапами трава, а челюсти вонзались в плоть жертвы, чтобы одним рывком нанести смертельную рану. Горячая кровь заполняла рот и лилась сквозь зубы, он не успевал её глотать….

Тот единственный раз, когда он стал зверем. Воспоминания. Ярси выдохнул и прошёлся по комнате – просторной, напоминающей небольшой зал, его отец любил большие пространства. Любил свободу. Впрочем, когда-то это комната принадлежала двоим – отцу и маме. Они всегда были вместе. Его родители. Прошлое.

На стенах висели картины, на всех было изображение природы. Пейзажи со слишком яркими красками, с незнакомыми цветами и причудливыми деревьями, которые не росли в их мире. Людей здесь не было, отец не хотел вспоминать людей, его тоска была другой.

Широкая кровать под пологом - кровать для двоих, стол у окна, несколько шкафов и всё – пустое пространство, зеркально-гладкий пол без ковров и изящные колонны почти в центре комнаты. Твой мир, отец?

Ярси приходил сюда каждый вечер, оправдывая себя тем, что должен подобрать одежду для коронации. Из своей собственной он давно вырос, а портные сшить не успевали, поэтому он решил, что возьмёт что-нибудь из гардероба отца. И до сих пор ещё ни разу не подошёл к шкафам. Он просто замирал посреди комнаты, вслушивался в её атмосферу, в её пустоту и с отчаяньем понимал, что это глупо пытаться вернуть прошлое. Его нет. Уже нет.

Но разве это его беспокоит? Тревога стала почти неотъемлемой частью его жизни. На много сложнее было понять чем именно она вызвана в данный момент.

В широкое окно ворвался ветер, створки были распахнуты. Упругие струи леденящим холодом прикоснулись к коже, растрепали волосы. Он шагнул им навстречу, прошёл между колон и замер у окна. Вытянутая вперёд рука ощутила впивающиеся в ладонь иглы холода, пальцы сами собой сжались в кулак, с губ сорвались несколько слов – искажённые, похожие на шелест ветра: - Что происходит?

Слова на языке другого мира, того мира, из которого пришёл его брат. Мира демонов.

Ответ пришёл почти сразу, перед глазами полыхнула картина горящего леса, пламя беспощадно пожирало деревья, траву и саму почву, а вместе с этим сжигало плоть шагающих между стволами мертвецов. Тот, кто породил это пламя, находились на лугу рядом с лесом – три человека - дети и… Вик.

Ярси невольно вздрогнул, тело вистольца было окутано почти незримой дымкой, он до сих пор преображался, становился другим, совмещая в себе несколько сущностей: человека, оборотня, демона… и того, кто создал этих ходячих монстров.

Ярси вновь вздрогнул перед взором мелькнул огромный разлом, по его стенам карабкались к поверхности полчища скелетов, быстро карабкались. А на краю разлома замер единственный маг. Иномирец. Он оставил его на грани этого кошмара вовсе не надеясь, что он сможет его предотвратить. Замедлить, задержать, но не более.

- Они близко, Ярослав…. Очень близко….

****

Вик всё чаще поглядывал на темнеющее небо, дети едва брели, к тому же с утра ничего не ели. В дорогу двинулись, когда небо заволокло тяжёлыми серыми облаками, и солнечные лучи перестали жечь вистольцу кожу.

Хорошо наезженная колея обнаружилась именно там, где Вик и предполагал, вернее знал, что она здесь есть. Вереди шёл Ким, но Вик то и дело сворачивал немного в сторону, вынуждая детей менять направление на нужное. В результате на дорогу вышли не плутая по роще и не тратя время на поиски. Но дети всё равно выглядели очень уставшими - ещё не восстановились после совершённого днём. Вик хорошо понимал, что до селения им сегодня не добраться, следовало найти место для ночлега и отправиться на охоту. Он уже начал поглядывать по сторонам, когда до обострённого слуха долетели далёкий топот копыт и голоса людей. Вистолец остановился и придержал за руку Кима. Тот непонимающе на него посмотрел.

- Впереди обозы, едут нам навстречу, - пояснил Вик, его верхняя губа приподнялась, обнажая заострённые зубы. Нюх улавливал слишком много запахов стали среди этих людей, но возможно это были охранники каравана, которым полагалось иметь такое количество оружия. Он поморщился. – Лучше свернуть в лес, не стоит попадаться им на глаза.

- Это торговцы, - уверенно произнёс Ким. – Здесь часто караваны ездят, возможно мы сможем купить у них еду.

- Я пить хочу, - в который уже раз заныла Лана. – И обед мы давно пропустили….

- И ужин, - добавила её сестра. – Спать уже пора, а мы голодные.

Вик посмотрел на их бледные измождённые лица и невольно кивнул.

- Ладно, - он высыпал на ладонь несколько монет из кошеля и протянул их Киму. – Попробуйте купить еды, а я за теми деревьями побуду, - он показал рукой на густой кустарник, растущий вдоль дороги. – Идите вперёд. Я рядом.

Вскоре далеко впереди показались всадники. Даже с такого расстояния дети разглядели, что все они закованы в броню, а когда сблизились увидели и тяжёлые двуручные мечи на поясах и арбалеты за спиной. За шеренгами всадников двигались гружёные телеги. Это действительно был торговый обоз, только вот охраны присутствовало слишком много.

Дети переглянулись, но продолжали идти вперёд, всадники их уже заметили, а значит отступать было поздно. Ким лишь скрипнул зубами и сжал плечи сестёр, пытаясь их подбодрить.

Обоз замедлил ход, как только поравнялся с их троицей, потом совсем остановился.

- Эй, малышня, вы откуда здесь одни без взрослых? – сидевший на первой телеге рядом с возницей мужчина в добротной дорожной одежде попытался приветливо улыбнуться, но его глаза настороженно блеснули, буравя детей пронзительным взглядом. Он заметил и меч на поясе парня, отметив, что тот словно не помнит о нём, а его пальцы судорожно сжимают крепкую палку, на которую он опирается, и тёмные высохшие пятна на его одежде, очень напоминающие кровь, и уставший вид девочек, едва державшихся на ногах. Быстрый взгляд скользнул по детям и так же быстро пробежал по деревьям растущим вдоль дороги. Мужчина едва заметно кивнул и вновь заговорил. – Неужели заблудились? Что собирали – грибы или ягоды?

Ким лишь вновь поморщился, им подсказывались слишком неправдоподобные ответы, нет у них с собой корзин, да и рано ещё для грибов и ягод, лето только началось.

- Мы не заблудились, - ответил он спокойно. – Наши родители погибли, а мы ищем новое место для жизни. В наших местах стало слишком неспокойно.

- Так вы из Керонта? – на губах торговца зазмеилась усмешка. – Далеко забрались, я слышал, что все беженцы из столицы собрались в Верске, - он помедлил. – Там сейчас эпидемия началась – люди в мертвецов превращаются, а потом других заражают. Город закрыли, никого не выпускают, туда сейчас самые умелые колдуны едут.

- Мы не из Керонта, - Ким побледнел, но говорил твёрдо. – Мы в Боровке жили. Наши родители поехали на ярмарку в столицу и…, мы потом узнали, что там произошло. Они не вернулись. А так как Боровка очень близко от Керонта, жители собрались и начали разъезжаться кто куда. Мы тоже ушли….

- Хорошо лжёшь, без запинки. Сам всё придумал? - торговец кивнул всадникам, два воина подъехали к детям, их закованные в латные перчатки руки опустились на рукояти мечей. – У тебя на одежде кровь парень. Вся рубаха кровью залита. Ты кого-то убил, а может… тебя покусали?

Ким отрицательно замотал головой, с удивлением посмотрел на себя, он и забыл, что перемазался кровью, когда лечил Лирту и Вика.

- Я раненому помогал, я лекарь, - проговорил он, прекрасно видя, что ему не верят.

Торговец вновь криво усмехнулся.

- Лекарь говоришь? Раздевайся, лекарь, пока не убедимся, что у тебя нет укусов, ты отсюда не уйдёшь. И девчонки пусть одежду скидывают. Осмотрим вас, а потом может быть отпустим. А может быть с нами поедете. Колдуну вас покажем, пусть он решает.

- Нас не кусали, - звонко выкрикнула Лана, а Мила задёргала брат, пытаясь всунуть свою руку ему в ладонь. Тот лишь на шаг отступил, увлекая сестёр за собой и с тревогой оглянулся на деревья.

- Стоять на месте! - один из всадников объехал их троицу, перекрывая подступы к лесу. – Вам сказали раздеваться, детки!

Ким выдохнул и взмахнул посохом, уже ставшие привычными слова заклинания щита легко сорвались с его губ. Воздух всколыхнулся, пропуская сквозь себя энергетические линии, и детей мгновенно накрыл магический купол. Находившийся слишком близко всадник невольно вскрикнул, щит задел его лошадь, разряд энергии впился животному в бок, заставив судорожно отскочить. Всадник с трудом удержался в седле.

– Мы лишь хотели купить еды, - глухо проговорил Ким. - У нас деньги есть.

Торговцы загомонили, начали переглядываться.

- И в правду маг, - воскликнул кто-то. – Их к Правику надо, пусть он разбирается.

- Правик другой дорогой поехал, - кто-то недовольно выругался. – И что теперь делать? Этих малявок из под щита не достать. А нам ехать надо.

- Да пусть остаются….

- Не-ет, никого оставлять нельзя, так одного пропустишь, а потом эта зараза и в нашем селении появится.

- Так там же посты выставили, никого чужих не пускают. Не пройти им туда.

- Правика сюда надо, пусть посмотрит на парня, он опытный колдун, легко со щитом этого сопляка справится. Эй, Ниром, давай за колдуном скачи, он не должен был далеко от развилки уехать. Зови его сюда.

Ким настороженно завертел головой. Один из всадников – молодой рыжеволосый воин развернул свою лошадь и сразу с места сорвался в галоп. Маг лишь прикусил губу, чувствуя, как в груди бешено забилось сердце. Его ожидания почти сразу оправдались, всадник всё же успел отъехать, но не далеко. Над дорогой пронеслась размытая тень и в следующие мгновение и лошадь и человек оказались сбитыми на землю. Животное протяжно заржало, замолотило в воздухе ногами, пытаясь встать, придавленный всадник не шевелился.

Торговцы непонимающе замерли, уставились на дорогу, на лицах отразилась тревога. Воины с лязганьем обнажили мечи, торговцы подоставали топорики и кинжалы, кто-то быстро зарядил арбалеты.

- Их не кусали, - Вик вышел из-за деревьев рядом со сбитым всадником и медленно пошёл к обозам. – Чего не могу сказать про себя.

- Что за…? – один из торговцев выругался. – Ты кто такой?

Люди подняли оружие, направили на приближающегося незнакомца. Издалека вистольца ещё можно было принять за человека, если бы не заострённые кончики ушей, как рожки торчащие над головой сквозь развивающиеся пряди белоснежных волос. И если бы не покрытые чешуёй кисти рук, с заканчивающимися шипами пальцами. Да и походка у него была слишком мягкой, скользящей, как у хищника, а шаг с каждым мгновением делался всё быстрее и быстрее. Пока он не приблизился на столько, что люди смогли разглядеть его лицо – молодое лицо, с замысловатым рисунком на щеках, изогнутыми линиями спускающимся на шею и совершенно нечеловеческие глаза – синие, без зрачков.

Кто-то испугано вскрикнул, звякнула тетива арбалета, потом второго, за ним третьего. От первого болта Вик легко уклонился, два других отбил защищёнными чешуёй руками и, не дожидаясь последующих выстрелов, прыгнул вперёд.

Тёмная, похожая на небольшой смерч тень заметалась между воинов. Фигура незнакомца двигалась настолько быстро, что ускользала от взглядов. Люди не успевали нанести удары оружием и не успевали защититься от ударов противника. Всадники один за другим падали на землю. Когда с воинами было покончено, настала очередь торговцев. Люди ощущали, как им в лицо бьёт порыв ветра и в следующим миг их тела сносило с телег на дорогу.

Вик за несколько мгновений покончил с караваном и с трудом остановился перед замершими с открытыми ртами детьми.

- Ты их всех убил? – поражённо спросил Ким.

Вистолец пожал плечами и закрутил головой, оглядываясь, потом втянул носом воздух.

- Трупов нет, - слишком спокойно произнёс он и хищно улыбнулся. – Но в случае чего могут и появиться.

- Не надо, - маг убрал щит и насторожено посмотрел на Вика. – Ты как себя чувствуешь?

Тот зачем-то попрыгал на месте и вновь пожал плечами.

- Немного непривычно, я не знал, что могу настолько быстро двигаться. И при этом фигуры людей стали удивительно чётко обозначенными. Я прекрасно видел куда и как мне нужно нанести удар. Странное ощущение.

- Значит, ты продолжаешь меняться, - проговорил Ким. – И приспосабливаешься к своему новому телу.

Девочки во время этого разговора, не обращая внимания на лежащих вокруг людей, успели залезть на ближайшую телегу и заглянули в личные мешки торговцев. На свет были извлечены краюшки хлеба, вяленое мясо, луковицы и несколько варёных картофелин. Недолго думая сестрёнки разложили всё это на сиденье и начали быстро запихивать себе в рот хлеб и мясо. Откусывали они прямо от целых караваев и не нарезанных кусков. Картошка и лук были отодвинуты в сторону.

Их брат оглянулся на пиршество и сглотнул.

- Э-э, что будем делать дальше?

- Иди поешь, я пока обозы осмотрю.

- А ты есть не будешь? – забеспокоился маг.

Вик отрицательно покачал головой.

- Я ночью поохочусь. Не теряй время, Ким. Ешь и надо идти.

Подросток кивнул и присоединился к сёстрам, наблюдать, как они быстро жуют и чавкают, было уже выше его сил. Живот болью сводило от голода.

Глава 15

Вистолец окинул детей внимательным взглядом и для начала обошёл находившихся в бессознательном состоянии торговцев, забирая у них мешки с едой и кошели с деньгами. Совесть его совершенно не мучила, была мысль, что это приведёт к неприятностям, но учитывая, что они видели кто именно с ними расправился, это уже представлялось несущественным. Преследования всё равно не избежать. Конечно, если они на него решаться. Во всяком случае убивать он никого не собирался, это простые люди, столкнувшиеся с неизвестным и страшным явлением и пытающиеся защитить себя и своих близких.

Вик даже замер, невольно отметив, что мыслит вполне по человечески, не было в нём ни жестокости демонов, ни холодного безразличия оборотней, ни бездумной жажды крови мертвецов. Он вновь оглянулся на детей, уплетавших свой поздний обед, его губы сами собой разошлись в улыбке. Он невольно опустил голову, представив, как эта улыбка выглядит на его лице. Где-то внутри груди – там где должно биться сердце, странно кололо, словно пробуждалось к жизни. Он покачал головой и, решив пока больше об этом не думать, вспорол закрывающую товары ткань. Не было сейчас времени на мысли о себе.

В трёх телегах обнаружились мешки с зерном, в одной была посуда, аккуратно переложенная пучками сена, и лишь в последней нашлись тюки с одеждой. Всё это несомненно везлось на продажу. Только куда? Эти люди знали, что в Керонт ездить не стоит, в Верск тоже. В Тинасе стало опасно, здесь сейчас не до ярмарок, не до торговли. Значит, скорее всего, они направлялись в соседнее королевство – в Мирос. Мирос рядом с Тинасой и именно туда побегут от своей беды тинасцы.

Вик невольно скрипнул зубами, это не важно, что мертвецы восстают из небытия пока только здесь, их ничто не ограничивает, они придут на земли и других королевств. Это общая беда, общий враг.

Он вытряхнул из всех мешков одежду, быстро отобрал для себя и Кима штаны и рубахи, нашёл несколько курточек и самое главное – плотный чёрный плащ с капюшоном. Детской одежды здесь не было, поэтому для девочек взял только женские накидки, конечно, они были большими, но в них можно заворачиваться от холода по ночам. Всё это он запихнул в один из освободившихся мешков, туда же сложил всю найденную еду. Баул получился довольно объёмным, Вик крепко его увязал, взвесил и примерил себе на плечо.

Ким окинул его приготовления взглядом, перестал жевать и решил всё же проверить состояние людей. Он медленно побрёл между лежащими фигурами, держа над ними раскрытую ладонь, прикасаться к ним ему не требовалось.

- Не переживай, - проговорил Вик. – Скоро очнутся.

Подросток кивнул и вздрогнул, в его ногу вцепились пальцы одного из воинов. Человек слегка приподнялся с земли и потянул Кима к себе. Его вторая рука, закованная в латную перчатку, уже приподнимала с земли меч. Вик бросил мешок на землю, шагнул вперёд и замер. Парень быстро наклонился и положил руку на единственное не защищённое бронёй место на теле воина – на его лицо. Мужчина глухо вскрикнул, его пальцы разжались, выпуская и меч и ногу Кима. Маг быстро отскочил. Но несмотря на это человека весь затрясся, на мертвенно бледном лице выступили синеватые прожилки и сетью охватили щёки и лоб. Из открытого рта вырвался хрип, воин прокатился по земле к ногам Кима и замер в неподвижности.

Подросток выдохнул, прикусил губу и покосился на Вика.

- Ну да, лекарь из тебя замечательный, Кэимстон, - вистолец кивнул на очень похожего на труп воина. – Ты так и раньше мог?

Тот удручённо кивнул.

- Значит, ты и меня мог в любой момент если что легко вырубить?

- Не уверен, - Ким передёрнул плечами и поёжился. – Я уже брал твою энергию - там у ворот, помнишь? Когда ты заставил меня использовать меч вместо посоха. Тебе я не смог повредить. Чего не скажешь об обычных людях.

Он опустил голову.

- Я опасен, Вик, и не всегда могу остановиться.

- Ладно, маг, а с этим что? Он очнётся?

- Очнётся, …наверное, но не так скоро как остальные.

- Ты только стой на месте, Ким, никому больше не помогай. Я сейчас быстренько заберу твоих сестёр, и мы пойдём отсюда. Ага?

Неудачливый лекарь только тяжело вздохнул.

- У, какие вы прожорливые, - Вик мгновенно переместился к телеге, на которой продолжали своё пиршество Мила и Лана. – В маленьких девочек разве может столько влезть?

- Мы не маленькие, - прочавкала Лана и с недетским аппетитом вцепилась зубами в очередной кусок мяса. – Мы голодные.

- Животы заболят. Давайте, оставляйте всё это, нам нужно идти.

- Не заболят, - покрутила головой Мила. – Мы всегда много едим, когда помогаем Киму. А что с тем дяденькой? Почему он такой синий?

- Твой брат применил неудачное заклинание лечения.

- А-а, он так может, у него часто люди синеют, потом падают и не встают. Иногда лишь бледнеют, но начинают шататься и спотыкаясь уходят. Они ещё всегда ругаются очень плохими словами.

- Да? Наверное, это были нехорошие люди? – Вик вновь глянул на этого худого и на вид совершенно безобидного паренька, обоими руками держащегося за импровизированный посох.

- Ну да, - подтвердила Лана. – Нехорошие, трое с огромными мечами, один с топором, а у двоих в руках были скамейки, они их из трактира выволокли и как побегут на Кима. Нам даже страшно стало.

- А из-за чего они на него побежали? – поинтересовался Вик.

- Ну-у, не знаю, - Лана огляделась в поисках еды повкуснее, но обнаружила, что последний кусок мяса жуёт её сестра и со вздохом взялась за картошку. – Мы же не специально камнями в окно трактира попали. Мы брата хотели защитить. Ну, подумаешь, кому-то в лоб прилетело, ведь не сильно же, никого не убило, камешки то маленькие были, большие из мостовой не выковыряешь. А тут эти с мечами на Кима напали, а он всего-то посохом фонарь над дверями сбил. Случайно же, наверное, вышло…. Ну упал он одному на голову, так ведь тоже не смертельно….

- Лана!!! – Ким резко развернулся, а Вик почему-то подумал, что ничего случайного с этим парнем скорее всего не происходит. Если он что-то делает, то делает это намерено, только последствия контролирует плохо. – Ты вроде говорил, что нам идти надо, Вик! Ну так пошли, а то стемнеет скоро.

- Я устала, - вдруг легла на сидение телеги Мила. – И спать хочу.

- А давайте лошадку возьмём, - предложила её сестра. Мила сразу вскочила и они обе просительно уставились на Вика.

Тот на мгновение задумался и отрицательно покачал головой.

- Нет, лошадь нужно кормить и она оставляет слишком явные следы. А нам лучше быть незаметными.

- Ты думаешь, нас могут преследовать? – заволновался Ким.

- Я надеялся, что нет, в конце концов мы никого не убили, почти ничего не взяли, но теперь, когда они обнаружат этого типа с синим лицом, то могут прийти к мысли, что это ты превращаешь людей в мертвецов и организуют погоню.

- Но он жив! Я его не убил! Он очнётся!

- Они об этом не знают, впрочем, не важно. Людей всегда пугало всё непонятное, а наша компания не только непонятная, но и, скорее всего, покажется опасной для них. Увидим. А сейчас нужно идти.

Девчонки дружно улеглись на сиденье, показывая насколько сильно они устали.

- Ладно, сегодня я буду вашей лошадкой, - решил Вик. Он повесил на плечо собранный мешок и присел на одно колено. – Забирайся на спину, Ким.

- Ты шутишь?

- Нет, нам нужно двигаться и двигаться быстро, а не плестись, иначе не успеем найти место для ночлега до темноты.

- Я, я, нет, Вик, я побегу, - Ким попятился, споткнулся об торговца и тут же начал падать. Человек приоткрыл глаза, зашевелился и протянул руку к парню. Тот машинально его оттолкнул, прикоснулся к его коже, и немолодой грузный мужчина мгновенно затрясся и покрылся синими прожилками.

Ким вскочил на ноги, ошарашено огляделся и подбежал к Вику.

- Ладно, только давайте уже уйдём отсюда, - он обхватил его шею руками и повис на спине.

Вистолец легко поднялся, взял в каждую руку по девчонке, прижал их к себе и шагнул к деревьям, невольно представив как сейчас выглядит – монстр с безжизненными синими глазами, увешанный детьми. Его губы сами собой разошлись в усмешке. Он побежал, проверяя, насколько крепко держится Ким, тот лишь судорожно сжал руки и обхватил его торс ещё и ногами. Вик тихо рыкнул и, оттолкнувшись, прыгнул вперёд, мгновенно преодолев огромное расстояние.

Девчонки восторженно взвизгнули, а за спиной испугано вскрикнул маг. Вик очень надеялся, что он не потеряет сознание, но потом рассудил, что всегда сможет вернуться за не удержавшимся парнем и вновь прыгнул.

Под ногами замелькал ковёр травы и ветви кустов, с боков сомкнулись стволы деревьев. Лес приветливо распахнул свои объятия, наполняя окружающий мир ночными звуками и запахами. Это был его мир, привычный, живой, …отчасти живой.

****

Иногда мир начинает переворачиваться вовсе не тогда, когда ты этого ожидаешь. Это происходит совершенно внезапно. Вот ты всматриваешься в бесконечную даль неба, в горизонт, что соприкасается тяжёлыми, но не грозовыми облаками с неровной линией крыш и в следующий миг всё заволакивает серебряными отсветами, чередой всполохов, в которых кроются невнятные, резко движущиеся тени. Из горла рвётся глухое рычание, ты сдерживаешься, потому что знаешь, что здесь не лес, здесь город, дворец предков, дом отца. И всё рано в душе скользит невиданная тоска, боль, что переплетается с чувством чего-то непонятого, не пройденного до конца. Не завершённого.

Ты ничему не учил меня Гитон. Ты рассказывал о Реете, о страшных жителях мёртвого леса и всё. Зачем?

- Зачем?!

Плоть меняется, течёт, рвёт ткань одежды, а тело неуловимо быстро преображается. Перед глазами сверкают серебряные искры, проём окна вдруг сдвигается, но взгляд всё равно продолжает впиваться в низкие тучи. Или облака? Руки опускаются на гладкие плиты пола…. Руки? Зеркальную поверхность царапают когти, гулко бьют по камням и радостным гулом отзываются в настороженно навострённых ушах волка.

Ты оборотень и не можешь этого изменить. Полузверь!

Он резко развернулся, отскочил от окна назад и вновь глухо взвыл. В мышцах кипела невиданная сила, ноздри улавливали слишком много запахов подступающей ночи. Других запахов, не тех, что присущи лесу. Это тоже твой мир!

Ярси в панике огляделся, не совсем понимая как вновь стать человеком. Громко фыркнул, посмотрел на собственные лапы, на которых серебрилась белоснежная шерсть, тяжело вздохнул. Все мысли тянулись к разлому, к начавшим вылезать мертвецам, а тут…. Он сел, покрутил головой, ракурс зрения был совершенно не привычным. И что теперь? Взгляд почему-то вновь скользнул по картинам, зрение зверя их странным образом преображало. Он подошёл ближе, сквозь причудливые деревья едва видимыми пятнами проступали крылатые силуэты. Как тени, похожие на призрачные отголоски неведомого мира.

Если бы он мог, он бы нахмурился, но белому волку с серебряными глазами было не доступно отображение таких эмоций. Он просто смотрел. Смотрел, как переливается рисунки, как плывут и меняются краски, наполняя картины совсем другими сущностями. Сознание мутилось, не хотело воспринимать чужую реальность. Сквозь зубы вырвался стон, Ярси ощутил холод и вдруг понял, что совершенно голый сидит на полу. Он вскочил на ноги, в мышцах продолжала бурлить всё та же сила.

Человек или зверь – неважно. Его сущность это одно целое.

Он поёжился, одежда лохмотьями лежала у окна. Вся порванная, располосованная на узкие куски, словно он рвал её когтями. Ярси лишь вздохнул, понимая, что теперь уже точно придётся воспользоваться гардеробом короля Бортона.

На мгновение показалось, что за спиной мелькнула тень, он молниеносно обернулся и зарычал. Неосознанно. И лишь потом пришло понимание, что он увидел…. Огромные крылья, заполнившие собой всю комнату, рушат колонны, крушат стены, а хлещущий по мебели хвост превращает её в труху…. Ярси лишь вновь вздрогнул, видение исчезло так же быстро, как и появилось. В комнате всё было целым, если это и происходило когда-то в реальности, то не с ним и не сейчас.

Он выдохнул, медленно отступил к шкафам, оглядываясь по сторонам так, словно это нечто неведомое могло вернуться. Вот только ноздри не улавливали никого постороннего, да и слух вычленял лишь привычные звуки города и дворца.

Шкафов было три, но в двух из них – более больших и зеркально-светлых, висели платья. Ярси лишь мгновение на них смотрел и быстро захлопнул дверцы. В груди панически-быстро застучало сердце, он немного постоял, пытаясь успокоиться. Оказывается он уже забыл насколько сильно ему не хватало мамы. Тогда – когда захлопнулись двери склепа, когда в душе поселилась пустота, а детство вдруг перестало быть детством. Потому что не осталось ничего кроме кошмара воспоминаний.

Он сжал зубы, горько усмехнулся, да, для короля оборотней у него слишком много эмоций.

В третьем шкафу находилась мужская одежда. Ярси мельком отметил, что здесь есть костюмы, которые вполне могут подойти для коронации, но сейчас ему нужна была другая одежда. Аккуратно уложенные стопки рубашек и штанов быстро превратились в беспорядочный ворох. Он выхватил то, что показалось ему наиболее простым. Тёмная, с кожаной отделкой рубашка удобно легла на плечи, словно была его собственной. Чёрные, с непонятными металлическими нашивками штаны тоже пришлись впору. Обуви здесь не было, а собственные сапоги выглядывали разорванными носками из под обрывков одежды.

Он выбежал из комнаты босиком, заставив сильно вздрогнуть обоих стражников и, не останавливаясь, обогнул поднимающегося по лестнице Ристона. Старик развернулся и заспешил следом. В спину Ярси полился поток наставлений, принц с трудом подавил поднимающееся раздражение и криво усмехнулся встретившемуся на лестнице послу Дайтры. Худой, гибкий мужчина с постоянной улыбкой на лице ловко загородил Ярси дорогу, а его многочисленная свита перекрыла всю лестницу. Посол коротко поклонился и уже открыл рот, намереваясь побеседовать с будущим королём в неофициальной обстановке и так и замер. Оборотень глухо рыкнул, перепрыгнул через перила и со звериной грацией приземлился на нижнем пролёте лестнице. За спиной раздались испуганные крики и ругательства Ристона, пытающегося протолкаться сквозь толпу.

- Очень эффектный способ уйти от беседы, я вижу, что ты отличный дипломат, мой король, - Мировир как обычно совершенно бесшумно выскользнул из своей комнаты, располагавшейся у выхода на задние дворы. Он сам её выбрал, словно специально, чтобы иметь возможность вовремя отслеживать передвижения короля, который довольно часто предпочитал покидать дворец незаметно. Впрочем, гораздо больше оборотень полагался не на зрение, а на слух. Чуткие уши зверя улавливали любой тревожный шум в стенах дворца. Как правило, источником такого шума становились Диса и Любава. Девушки скучали по Вику и поэтому переключились на Элену, решив научить принцессу охотиться. Элена, как ни странно, очень увлеклась этим действием, и они втроём выслеживали в коридорах незадачливых придворных. Никакого вреда людям не причинялось, целью было незаметно подкрасться и внезапно наброситься. В результате большинство потенциальных жертв теряли сознание, кто-то успевал закричать, а наиболее ловкие даже убегали. Девушек-оборотней это только радовало – начиналась охота с преследованием.

Мировир всерьёз опасался, что в скором времени дворец опустеет, но Ярси это совершенно не волновало. Хищная улыбка и всё чаще сверкающие серебром глаза напоминали людям, что их будущий правитель не является обычным человеком. Он другой и у них есть выбор – смириться с этим или покинуть Мирос. Как ни странно, но до сих пор беженцев не наблюдалось.

- Найди мне сапоги, Мировир, - на ходу произнёс Ярси. – И седлай лошадей, мы едем в Листовую.

Глава 16

Наверное, они уснули сразу, как только их тела коснулись земли. Вик бережно уложил девочек на траву, стряхнул со спины полуживого Кима и быстро достал из мешка плащ и накидки. Плащ расстелил под густым кустом, переложил на него Лану и Милу, укрыл сверху накидкой. Вторая досталась Киму, подросток ещё попытался начать собирать ветки для костра, но вистолец заставил его сесть рядом с сёстрами и попросил поставить щит. Маг беспрестанно зевал, поэтому несколько раз сбивался, читая заклинание, но, в конце концов, над детьми возник надёжный магических купол.

Вик невольно отступил, мощь купола он почувствовал каждой клеточкой своего тела, Ким явно перестарался. А вот осознано или нет - это был уже другой вопрос. Да, дети его приняли, но он сильно сомневался, что они его совершенно не опасаются. По крайне мере Ким. Он сам сказал, что Вик продолжает меняться, но вот в какую сторону, он врят ли знает. Поэтому пытается защищаться любыми способами.

Он неподвижно замер, слух слишком остро ловил биение сердец, он слышал спокойное, ровное дыхание – дети, несмотря ни на что, могущие спокойно спать. Среди леса, после дня наполненного страшными событиями. Он невольно улыбнулся, ощущая, как губы царапает об удлинённые клыки, медленно провёл языком по заострённым резцам и представил, как сейчас выглядит. Улыбка превратилась в горькую усмешку, Вик опустил голову и шагнул за деревья. Под защитой купола детям ничего не угрожает, а ему нужно что-то съесть. Наверное.

Голода он почти не чувствовал и если бы не осознание, что для существования требуется пища, то мог бы и обойтись без еды. Внутри тела ощущалась всё та же лёгкость, в мышцах кипела непонятная сила. Раньше нечто похожее он чувствовал только по ночам, когда в свои права вступала сущность оборотня, а сейчас день и ночь перестали иметь значение.

Вик ускорил шаг, впереди дорогу перекрыл бурелом, он молниеносно перепрыгнул через поваленные стволы деревьев, в движение скользнул шипами по коре огромной сосны и, зацепившись за неё, бросил своё тело вверх. Взлететь удалось неожиданно высоко, колючие ветки яростно хлестнули по коже и остались далеко позади. Вик в изумлении глянул, как отдаляются кроны деревьев, а над головой несётся безграничный купол ночного неба, усеянный россыпью звёзд. Мысль была только одна – зачем он это сделал?

Он прижал руки к бокам, вытянулся, пытаясь продлить мгновения полёта над лесом и отсрочить неизбежное – падение с огромной высоты. Ощущения были странными, со всех сторон сдавливали упругие струи воздуха, били в лицо, впивались ледяным ветром и скользили сквозь кожу…. Вик не сразу понял, что лежит на воздухе, мгновение, ничтожные доли мгновения, но воздух поддерживал его, а потом вдруг стал податливым и невесомым. Он рухнул навстречу деревьям, кроны слишком быстро приблизились, Вик развернулся ногами вниз, врезался в верхние ветви, схватился за них руками и вонзил в кору шипы. Его резко дёрнуло, падение прекратилось. Вистолец скрипнул зубами, подтянулся, выбирая более удобное положение и, качнувшись, прыгнул вниз.

Это не был прыжок в неизвестность, он хорошо знал куда приземлится, чувствовал каждую кочку, каждый изгиб почвы, каждый ствол дерева и каждую ветвь, что с убийственной скоростью проносились мимо. Ноги упруго коснулись лесной подстилки, Вик полуприсел, дотронулся до земли кончиками пальцев и тут же выпрямился. В сознание бушевала жажда двигаться, нестись вперёд, преодолевая огромные расстояния одним прыжком.

Зачем? Он не может так просто уйти, его ждут. Ждут на той маленькой поляне, что он сам для них выбрал. Сам уложил их спать и укрыл накидками. Дети. Человеческие дети. А так ли это?

Он с трудом заставил себя остаться на месте. В памяти вновь возникла картина, как Кима тянет к себе закованный в броню воин, как его рука поднимает меч, а через мгновение он почти бездыханным падает на землю. Подросток выпрямляется, отдёргивает руку от его лица, а по коже воина быстро ползут синие прожилки, сливаются в густую сеть и превращаются в пятна. Точно так же начиналось превращение людей в живых мертвецов…. Задумавшись Вик не сразу осознал, что куда-то идёт, под ногами кто-то взвизгнул и густой тенью метнулся через кусты. Вистолец, переходя на стремительный бег, двинулся следом.

Что там Ким говорил про своих предков? Ими были дэлонхи, только кто они? Тех двух встреч с этими монстрами оказалось вполне достаточно, чтобы не хотеть встречаться с ними ещё раз и выяснять это.

Вик наклонился, подобрал что-то слабо шевелящееся под ногой с земли и вонзил в это зубы. Слышимый уже некоторое время визг резко оборвался, а в рот хлынула густая, солоноватая жидкость – ещё тёплая и изумительно приятная на вкус. Он мотнул головой, разрывая свою добычу на части, вгрызся в сырое мясо зубами и с жадностью начал глотать огромные куски. Он оказался не прав на счёт своего не желания есть, как только в рот попали первые капли крови - проснулся и голод. Это одновременно и радовало и пугало. Радовало, потому что голод делал его всё же ближе к живым существам, ведь он не испытывал его постоянно как ходячие мертвецы, а пугало, потому что ничего кроме сырой, только что убитой добычи не вызывало у него такого желания есть.

Конечно, это можно было списать на сущность оборотня, только вот обращения ещё не наступило, но, возможно, что в данном случае это было уже не важным. Вик вдруг задумался – а что тогда в нём от демона? Новым было молниеносное перемещение и слабая попытка лететь. Тогда как-то себя должна проявить и сущность мертвецов. Впрочем, она себя уже проявила, проявила ещё до превращения в этого непонятного монстра – способность говорить с ними, вернее… приказывать им. Вик глухо рыкнул – что это? Он другой чем эти твари, подчиняющиеся чьей-то воле. Другой!

Руки сами собой сжались в кулаки, раздавив остатки добычи. По сторонам брызнула кровь, а слух вычленил мягкую поступь множества лап. Он огляделся. Между стволов деревьев припали к земле напряжённые перед прыжком волки. Пасти были оскалены, но из глоток не доносилось ни звука.

Вик невольно усмехнулся, он не чувствовал опасности с их стороны, они просто были голодны и измучены неудачной охотой. Сквозь шкуры выпирали скелеты рёбер, на спине торчали острые хребты. В последние дни им не везло, лес стал пустым, звери покинули эти места, а те что остались стали очень осторожными. Он прочитал это в их взглядах, устремлённых на сжимаемую им в руках недоеденную тушку. Хищники - почти потерявшие возможность выжить. Это их территория, они не хотят уходить.

Вик повертел в руках окровавленные останки, пытаясь определить кто это. Кто оказался настолько храбрым, чтобы не отступить перед надвигающейся напастью? Ведь звери тоже чувствуют мертвецов, чувствуют и стараются быть от них подальше. На частично уцелевшей, покрытой щетиной голове имелись развесистые уши, а на вытянутой морде - большой пятачок. Кабан.

Вистолец снова глянул на стаю и безошибочно определив вожака бросил ему остатки туши. Крупный поджарый зверь медленно выпрямился, переступил с лапы на лапу и осторожно понюхал окровавленные куски. Его взгляд не отрывался от Вика. Вистолец кивнул и сделал шаг назад, потом второй, третий. Стае не хватит этой пищи. Он отошёл за стволы деревьев, вслушиваясь в грозное рычание, визг отгоняемых сородичей и хруст костей. Через некоторое время вожак появился рядом с Виком, облизал окровавленную морду и настороженно глянул на вистольца. Тот улыбнулся. Стая, не его стая, но всё же..., сегодня именно он их поведёт.

Вик глухо рыкнул и двинулся в чащу, позади почти бесшумно бежали волки. Бег -стремительный, без прыжков, без головокружительных взлётов. Просто бег вперёд, это тоже давало свои необычные ощущения – лес скользил очень близко, прикасаясь ночными запахами и звуками, обволакивая своим незримым существованием множества жизней. В высоте тяжело хлопали огромные крылья, в воздухе звенела песнь насекомых, а далеко впереди ступали по прелой листве пока ещё не знающие об опасности животные.

Он рванул вперёд, как только почувствовал биение их сердец, именно это проявление жизни стало для него наиболее сильно воспринимаемым. Не шум, ни запах, а именно пульсация крови, гонимая по венам сердцем. Вик мгновенно оторвался от стаи, бесшумно прыгнул к добыче и направляемый звуком равномерных ударов, обрушился на пасущихся между деревьев кабанов. Чтобы оборвать, погасить этот стук в их телах.

Ему казалось, что он видит себя со стороны. Животные двигались неповоротливо медленно, непонимающе, не осознавая происходящее. Он резал их кончиками пальцев, забыв, что у него есть другое оружие. Шипы молниеносно вспарывали толстую шкуру, погружались в плоть, рвали на части. А в воздух летели брызги крови, наполняя его упоительным ароматом чужой смерти…. Охота?

Вик с трудом заставил себя остановиться, вместо кабана рука едва не вспорола бок волка. Он развернулся и мгновение смотрел на забрызганные кровью деревья, на растерзанные туши кабанов и на притихших, жалобно поскуливающих волков. В мыслях была странная пустота, словно это не он устроил сейчас бойню, словно не наго смотрят с бездонным ужасом глаза хищников. Пустота и спокойствие. Нечеловеческое спокойствие.

Вик отвернулся и побрёл прочь. Ему больше не хотелось ни нестись вперёд, ни быть вожаком стаи, в сознание словно что-то оборвалось, замерло, поглотив все чувства.

На поляну он вернулся перед рассветом, остановился перед защитным куполом и посмотрел на спящих на детей. Троица съёжилась, прижавшись друг к другу и закутавшись в накидки почти с головой. Вик сел на траву, обхватил колени руками, пытаясь понять, что с ним произошло. После медленной прогулки по лесу вернулась не только относительно спокойная способность размышлять, но и появился запоздалый страх перед собственной сущностью. Думать об этом не хотелось, изменения накатывали волнами, и он очень надеялся, что возвращения к человеческому сознанию со временем не прекратятся.

Лана вдруг что-то пробормотала, перевернулась на другой бок и стянула с сестры накидку. Та сразу недовольно засопела, не просыпаясь, нащупала ускользнувший край и дёрнула на себя. Вик невольно улыбнулся, наблюдая, как Лана опять повернулась и обняла рукой сестру. Обе мгновенно притихли.

В памяти уже далёкими, но такими светлыми и тёплыми воспоминаниями жили другие девчонки – его сёстры. Сестры, о которых он так любил заботиться, любил играть с ними, защищать…. Старший брат, навсегда разорвавший связь с собственным прошлым.

Можно было не обманывать себя, таким, какой он сейчас, они бы его не приняли, не поняли бы в кого их брат превратился. Он не вызвал бы никаких чувств, кроме страха. А эти дети, такие же отверженные своим миром, как и он. И сейчас уже совершенно не важно, кто они такие. Они просто вместе.

Он упруго поднялся, заглянул в мешок, пытаясь найти для себя одежду. Он выбрал эту поляну прежде всего потому, что рядом было небольшое лесное озеро и сейчас ему как никогда захотелось смыть с себя грязь и кровь.

Подходящими показались чёрная рубаха с кожаной отделкой и тёмно-серые штаны из плотной ткани. Вик прихватил вещи с собой, ещё раз взглянул на спящих детей и направился к озеру.

Тёмная, местами покрытая ряской вода казалась мертвенно-неподвижной, по берегам росли камыши. Озеро медленно, но верно превращалось в болото. Вистолец быстро разделся, ступил к заросшему берегу и неожиданно улыбнулся - вспомнились слова одной из девчонок про хвост. Он некоторое время боролся с собой, чтобы не оглядываться и всё же сделал это. К его облегчению хвоста не наблюдалось, зато были замечены непонятные выросты – какие-то угловатые, перепончатые пластины острыми кончиками доставали до плеч и плотно прижимались к спине. Он подвигал лопатками, но никакого неудобства не ощутил. Лишь воздух протяжно хлопнул, когда это нечто вдруг развернулось в довольно большие кожистые крылья.

Вик в панике закрутил головой, несколько раз повернулся, пытаясь разглядеть новшество. Собираться обратно крылья не желали – так и торчали расправленными по бокам. Он заставил себя успокоиться и замереть на месте, слишком глупо крутиться обнажённым на берегу озера. Это не хвост, хвост бы, наверное, помешал больше. После очень короткого полёта над лесом, крылья уже не были такой уж неожиданностью. Нужно только научиться ими управлять. Он вновь подвигал лопатками и попытался их почувствовать, представляя, что это должно ощущаться как части тела - так же как руки или ноги. После нескольких безуспешных попыток их сложить, он схватился за край одного из крыльев рукой, притянул его к себе и начал разглядывать.

Плотную кожу покрывали очень мелкие, подогнанные друг к другу чешуйки, внутри прощупывалось что-то напоминающее лучевые кости, в нескольких местах они имели подвижные суставы. При попытке согнуть - крыло упруго воспротивилось этому действию. Вик с безнадёжностью свернул его рукой, завёл за спину и с удивлением обнаружил, что оно там так и держится. Такую же процедуру он проделал со вторым крылом. Сразу возникло почти непреодолимое желание закрепить их верёвкой, но под руками таковой не оказалось и Вик помучившись, плюнул и пошёл в воду.

По телу пробежал приятный озноб и прежде всего от осознания, что он хоть что-то может чувствовать. Он погрузился в озеро с головой и не выныривал до тех пор, пока ему это не надоело. Он знал, что воздух для дыхания ему не нужен, но не хотел в это верить. Не хотел смириться с реальностью.

Он вернулся к берегу, сорвал пучок травы и долго себя тёр, очищаясь от грязи и крови. Восприятие этого действия было странным, совершенно не вяжущимся с его новой сущностью. Но Вик лишь со злостью скрипел зубами, фыркал и, закончив водные процедуры, выбрался на берег. Здесь он быстро оделся, одежда оказалась ему вполне впору. Собранные за спиной крылья, сами собой плотно прижались к спине. Вик даже ощутил, как они изгибаются, прилегая к его телу, и спускаются не ниже поясницы, не мешая двигаться. В результате под рубашкой их было совершенно незаметно.

Оставалось дождаться утра, дождаться, когда проснуться дети и уж тогда задавать Киму вопросы.

****

Листовая встретила двух всадников шумом голосов. Перепуганные жители едва не кидались под копыта коней, пытаясь рассказать о произошедших событиях. Ярси молча смотрел на перекошенные от страха лица, на подрагивающие руки, тем не менее сжимающие нехитрое оружие. Кто-то держал дубинку, кто-то широкий нож, а у некоторых были вилы или косы. Селяне хоть и испугались, но свои дома никто бросать не собирался.

Старосту встретили на подъезде к окраине, было видно, что старик их ждёт. Он окинул наследника престола пронзительным взглядом и склонил голову. В отличие от других он не бросился всадникам навстречу. Возможно, он был единственным, кто сразу понял, что посланный гонец не мог доскакать за такой короткий период времени до столицы, не мог ничего успеть рассказать. Да и гости появились не со стороны главной дороги, а приехали напрямую через поля, не позаботившись ни об удобствах, ни о свите.

Ярси посмотрел на съёжившегося старика и натянул поводья. Отсюда до разлома оставалось лишь съехать с небольшого пригорка и будешь рядом. Зияющий в земле провал напоминал открытую пасть, ждущую своих жертв.

Староста сделал шаг в сторону приезжих, но близко не подошёл.

- Беда у нас, - его голос прозвучал скрипуче, охрипши. – Мертвяки пытались вылезти, и теперь маг в беспамятстве лежит. Плохо ему, он сам на мертвеца стал похож. Не одолеть нам их вновь если что.

- Знаю, - Ярси кивнул. – Магу-то помогли?

- Так знахарка за ним ухаживает, она бабка вредная, но в беде не оставит. В тем более, что постоялец он её, да и дом у неё с краю, первый, считай, стоит на пути мертвецов.

Оборотень невольно усмехнулся и спрыгнул с коня. Мировир последовал за ним. К разлому двинулись пешком. Селяне предусмотрительно замерли в отдалении, никто за ними не последовал.

- Не нужно туда ходить, - донёсся в спину голос старика. – Не вернётесь.

Ярси обернулся, староста вновь поёжился под его взглядом и с болью проговорил:

- У нас три стражника погибли, они вместе с магом были. Оттащили его от разлома, людей кликнули, а сами к краю шагнули, постояли так немного и вниз прыгнули. Никто и ахнуть не успел.

- Больше никто к краю не подходил?

Старик даже руками замахал.

- Мы как поняли, что дело нечисто, так и не приближаемся больше. Нет там ничего, кроме смерти.

Ярси кивнул, вновь повернулся к разлому и потянулся к нему с расстояния, пытаясь ощутить его ауру. Потянулся и едва не отпрянул, окунувшись в нереальную, настороженно замершую пустоту. Он приостановился, не понимая происходящего. Там – над разломом не было не просто магических потоков, там даже сам воздух казался иссушённым и прокалённым жаром. Жаром? Нет, скорее вымороженным мертвенным холодом, разрушившим все истоки энергии. И все истоки жизни…. Пустота. Притягивающая, ждущая и… голодная. Он ощутил это всем своим существом. Она звала к себе, тянула, пыталась вобрать в себя последние крохи магических потоков до которых могла ещё дотянуться.

Он невольно выдохнул и двинулся вперёд, больше не решаясь использовать колдовские способности, сосредоточился на слухе. Со звуками тоже было не всё в порядке. Под ногами что-то гулко звенело, каждый шаг отзывался в глубине земли протяжным эхом. Словно и там было огромное пустое пространство. Он посмотрел на Мировира, оборотень морщился, крутил головой, невольно обнажая клыки, словно собираясь зарычать.

- Слышишь?

Мировир кивнул.

- Гиблое место, - произнёс он сквозь зубы. – Неживое. Но не так как в Реете.

- Ты прав, здесь по-другому, - Ярси сделал последний шаг, приближаясь к краю, и глянул вниз. Мировир близко подходить не стал, настороженно замер за его спиной.

Вглубь земли уходили ровные отвесные стены, далеко на дне клубились густые облака тумана, напоминающие широкую реку. Берегов этой реки было не видно, туман растекался не только вдаль, но и вширь, а это показалось совершенно неправильным, пока не пришло понимание, что разлом книзу не сужается, а наоборот – становится шире. И где-то на самом дне натянутыми струнами сконцентрировалась сеть текущих потоков энергии. Они двигались, ускользали от восприятия, но именно они создавали эту звенящую пустоту, поглощая из пространства любые проявления магической силы.

Ярси некоторое время смотрел вниз, не решаясь использовать никакие способности, кроме обычных – зрение, слух, обоняние. Ощущение было странным, нарастающим, словно в кожу всё больше впивались колючие иглы, щипали и дёргали, пытаясь что-то вырвать из него. Было не больно, но чем дольше он стоял у края, тем неприятнее и настойчивей становилось это действие. Ярси невольно провёл рукой по лицу, потом посмотрел на пальцы, по коже расходились синеватые полосы. Оборотень поморщился и отступил от разлома.

Шаг назад дался с трудом, потом появилось понимание, что его кто-то тянет за одежду. Ярси с трудом стряхнул с себя навалившееся оцепенение и оглянулся. Как оказалось увести его пытается Мировир. Губы оборотня двигались, он что-то кричал, но Ярси его не слышал. На дороге размытыми тенями колыхались фигуры селян, нечёткие очертания домов плыли искажёнными пятнами. Там был совсем другой мир, а здесь…. Что здесь? Открытые Двери? Переход? Путь? Что?!!! Пустота, которую невозможно понять.

В сердце шевельнулась злость, Ярси глухо рыкнул и сделал ещё один шаг, преодолевая нечто упругое и вязкое, нежелающее отпускать свою добычу. По телу прокатилась волна озноба, король оборотней уже с силой рванулся вперёд, в глазах мелькнули серебряные отсветы, делая видимой державшую его субстанцию – пульсирующую всасывающей энергией паутину. Он вновь глухо рыкнул, голос исказился, приобретая составляющие иной сущности, иной реальности, не принадлежащей этому миру. И сразу послышался протяжный звон разбивающегося на части нечто – на мгновения соединив две реальности воедино. Паутина резко отпрянула, отскочила от его тела, шипящим эхом концентрируясь уже за спиной.

Ярси сделал несколько быстрых шагов прочь от расколотой земли, теперь уже сам потянул за собой ошеломлённого Мировира и с облегчением выдохнул.

- Что…, что произошло? – с трудом прохрипел Мировир.

Король оборотней покачал головой, огляделся. Слишком близкая бездна неизвестного вновь притворилась обычным разломом и, закрывшись покрывалом пустоты, казалась обманчиво неопасной. Ярси определил для себя границу, за которую не стоит заходить, она была невидима и даже неощутима, а воспринималась на уровне каких-то пограничных реалий - совершенно непонятных и незнакомых для него. Почему он решил, что разлом это Проход? Откуда взялись эти знания? Или ему лишь показалось?

Серебряные отсветы мигнули и погасли, возвращая обычное зрение. Возвращая привычный мир!

Все селяне с опаской выглядывали из-за домов, на лицах был написан не просто страх, а настоящий ужас. Причём их взгляды были устремлены не на разлом, а именно на него. Король оборотней хмуро усмехнулся, о произведённом впечатлении он сейчас думал меньше всего. Да и что их так напугало? Он кивнул Мировиру, ещё раз оглянулся, разверзнутая в земле пропасть быстро подёрнулась белёсой дымкой – закрылась, заслонилась от его взгляда, продолжая в ответ наблюдать…. В кончиках пальцев почувствовалось тянущее движение, он мельком взглянул на свои руки, внутрь вдвигались матово-чёрные, подсвеченные по краям сверкающими огнями клинки. Он даже не заметил, когда они появились, в памяти остались лишь колющие мурашки, пробежавшие по кистям рук, когда он продирался сквозь держащее его у края разлома препятствие.

- Идём, - слова вяжущим холодом резанули пространство, голос всё ещё был искажённым. Ярси поморщился, вздрогнули и попятились не только селяне, но и Мировир. Он сжал кулаки и направился к крайнему дому.

Глава 17

Дженевра настороженно глянула в окно и вся подобралась, наблюдая как к её дому приближаются гости.

Может быть она и не обладала особо выдающейся магической силой, но вот знаний у неё было побольше чем у некоторых, возомнивших себя великими магами. И знания её были почерпнуты не из книг, не от учителей, а собирались по крупинкам опытным путём. Всё о чём она могла бы рассказать, было увидено собственными глазами и прочувствовано на собственном теле.

Вот только не было у неё слушателей и поговорить ей было не с кем, хотя вокруг находилось множество людей. Но разве её знания для простых смертных? Кто они, чтобы делится с ними опытом? Да и не хотели они её слушать, не воспринимали всерьёз ворчливую бабку, придирающуюся к каждому пустяку. Да и как не придираться, если люди такие беспечные? Не думают, что когда придёт Беда простое оружие не поможет, не понимают, что и магия окажется бесполезной. Не видят, как неотвратимо подступают последние дни.

А ведь она предупреждала, пыталась рассказать, сама не совсем понимая о чём именно. Предчувствия жили на уровне невнятных восприятий, постепенно становясь более осознанными и угнетающими. Она и осела в этом селении, когда давящее чувство опасности стало восприниматься слишком невыносимо в одиночестве. Тогда старая колдунья прекратила свои скитания и пришла жить среди людей, надеясь обрести хоть какое-то спокойствие. Не получилось.

Здесь в Листовой предчувствия стали другими - ярко выраженными и более понятными. Особенно, когда появился этот разлом. Мир будто перевернулся, Дженевра уже не могла спокойно сидеть в своём доме надеясь, что её видения не сбудутся. Она слишком ясно осознавала, что нужно опять срываться с места и уходить.

Иногда она всё же задавалась вопросом - может быть ещё раз попытаться предупредить их? Хотя какое это имеет значение? Они считают её сварливой, бесчувственной бабкой, думающей только о своей выгоде. Да, было и такое, но разве если сама не позаботишься о себе, кто-то другой позаботится? Нет! Это колдунья давно выяснила, вот и пыталась устроиться любыми способами.

А потом в её доме появился постоялец – маг, определённо обладающий намного более мощными силами, чем она сама. Дженевра лишь фыркала, наблюдая, как он разбрасывается своими способностями. Поставили его наблюдать за разломом – вот и наблюдал бы, а не потакал капризам сварливой бабки, как она сама себя называла. А раз потакает, значит неопытный, не знающий как себя вести в непривычной для него ситуации. Мальчишка, да ещё и чужак. Его суть она почувствовала сразу – иномирец.

Когда-то война с Первыми прошла от неё далеко стороной, но отголоски той страшной битвы до сих пор ощущались в тех местах, где они пали. Их сила была и чуждой и позаимствованной в этом мире одновременно. Страшная сила, которую мало кто по-настоящему осознавал. И все они были иномирцами.

Поначалу Дженевра с холодной дрожью присматривалась к своему постояльцу, слишком остро ощущая его непривычную, пульсирующую странной силой ауру, но быстро освоилась и нашла к нему подход, позволивший использовать мальчишку по хозяйству.

Радовалась она не долго, маг хоть и пытался исполнить все её задания, но делал всё настолько не так, как это сделали бы нормальные люди, что Дженевра начала подозревать, что он просто издевается над ней. Впрочем, он и был другим. Иномирец и этим всё сказано – не приспособленный к нормальному ведению хозяйства.

Зато она в полной мере ощутила его истинную силу, когда он пытался закрыть разлом. Закрыть своей иной сущностью, потому как ничто из существующего уже не могло противиться Ему. Страшное нечто, притаившееся в его глубине, вобрало всё без остатка – все силовые линии, все магические источники, всё, до чего смогло дотянуться. А дотянулось оно почти до первых домов. И если бы не маг, то до сих пор бы ползли его щупальца ещё дальше. Это Дженевра не просто почувствовала, она знала, что так будет. В её видениях было именно так. А потом, когда Разлом напитается энергией, его края обрушатся, делая его ещё шире, и те, кто принесёт в их мир Беду, выберутся наружу…..

Большой серый дом примостился на взгорке и был самым крайним от разлома. Стены выглядели вполне добротными – из массивных брёвен, а вот крыша несколько выделялась - вместо черепицы её покрывал ровный слой засохшей глины. Вернее не засохшей, а хорошо обожжённой, что само по себе казалось немыслимым, ведь такой толстый пласт врят ли был поднят обычным способом.

Большой, плохо ухоженный огород окружал покосившийся забор. Было заметно, что его пытались ремонтировать, некоторые доски выглядели новыми, но ровно они тоже не стояли, а по большей части кренились в разные стороны. Прогуливающиеся на грядках куры без страха клевали ягоды и активно разгребали землю прямо посреди посадок.

Мировир что-то недовольно рыкнул, втянул носом воздух, Ярси с кривой усмешкой на него покосился. Несмотря на не ухоженность участка хозяйка здесь была далеко не простая. Магия не использовалась, но охрана от нежити имелась.

Калитка протяжно скрипнула, встопорщив пучки сушёной травы, воткнутые по периметру проёма входа. Такие же пучки виднелись и в заборе. Ярси потрогал хрупкие стебельки пальцами и ощутил лёгкое покалывание. Он качнул головой и ступил во двор, тело встретило лёгкое сопротивление, словно здесь была натянута упругая сеть, и теперь уже по всей коже разлилось едва ощущаемое жжение. Ярси встряхнул руками, отгоняя действие защиты, и оглянулся на Мировира. Оборотень топтался за забором, недовольно морщился, видимо весьма остро воспринимая используемые хозяйкой методы чтобы не впускать нежить.

- Можешь здесь подождать, - предложил Ярси. – Не стоит пугать знахарку.

- Испугаешь её как-же, - фыркнул Мировир. – Вон она в окне маячит, вся травой обвешалась, на копну сена похожа.

Ярси быстро повернулся и успел увидеть, как в окне мелькнула бесформенная фигура, действительно покрытая сухими пучками травы, он невольно усмехнулся и двинулся к дому один.

– Заходи, гость дорогой, - встретил Ярси переливчато-скрипучий голос, как только он шагнул за порог. – Спутник та твой чего-то даже во двор не сунулся. Видать припекли его травки, не зря развешивала. А вот тебя они едва краем задели. А ведь не для людей я их готовила. Не простой ты гость. Не простой.

- Права ты, хозяйка, - не стал спорить Ярси, разглядывая невысокую, закутанную в шаль с ввязанными в неё пучками травы пожилую женщину. В светлых волосах совершенно не проглядывала седина, да и лицо без морщин, но её возраст ощущался сразу – и в тяжёлой походке и в бледно-голубых, подёрнутых усталой пеленой глазах. – На постояльца твоего хочу взглянуть, говорят, нездоровится ему.

- Нездоровится, сильно нездоровится, недолго ему осталось, - кивнула знахарка. - А ты что лекарем поди будешь?

- Лекарем? – Ярси хмуро усмехнулся, показывая слишком длинные для человека клыки. Женщина заметно вздрогнула, отступила к проёму входа в другую комнату, – Скорее наоборот. Но это я его здесь оставил за разломом наблюдать, хочу вот проведать.

Знахарка зябко поёжилась.

- Ваше право, господин, - произнесла она чётко и быстро склонила голову. – Не думала я, что мой дом посетит сам наследник престола. Значит, не лгали слухи….

Она махнула рукой, показывая куда нужно идти. Ярси вновь окинул знахарку внимательным взглядом, у женщины была бледная, переливчатая аура, сильно напоминающая ауру Первых, только очень слабая, словно кто-то из тех, кто воспользовался Переходом был её предком. Он двинулся в указанном направлении.

Комната больного оказалось очень маленькой – едва вмещала узкую кровать, зато в отличие от всего остального дома была сухой и тёплой. Взглянув на пострадавшего Ярси не сразу понял, что это живой человек, если бы не его хриплое, с трудом вырывающееся сквозь потрескавшиеся губы дыхание. От того Тинка, что он помнил, в этом обнажённом по пояс существе почти ничего не осталось. На кровати лежал скелет туго обтянутый перевитой синими прожилками кожей. Местами эти полосы вспухли и налились чернотой, словно собирались лопаться, где-то слились в пятна, напоминая огромные синяки. Рёбра выпирали острым частоколом, грудная клетка едва вздымалась.

- За полдня таким стал, - проговорила знахарка. – Не отпустил его Разлом, обратно тянет….

Ярси чуть склонил голову, всматриваясь в кривящееся в судорогах боли лицо, под закрытыми веками быстро ворочались глазные яблоки, выдавая, что парень находится в видимом только ему кошмаре. Король оборотней медленно провёл над ним рукой и даже не дотрагиваясь почувствовал под ладонью тянущее покалывание. Внутри умирающего тела что-то шевельнулось, под кожей вздыбились бугры и рябью двинулись за его ладонью.

Рядом вскрикнула знахарка, а за стенами дома звенящим гулом отозвался разлом.

- Нет! Только не магия, - воскликнула женщина. – Нельзя использовать магию. Он её чувствует!

- Я не использовал магию, - нахмурился Ярси, в памяти шевельнулось узнавание, нечто подобное, но не так сильно выраженное он уже видел. Не только видел! В тот день, когда бежал от магов Битры и вновь попал в Реету, когда пришлось драться с Мировиром, он сам чуть не убил оборотня похожим способом. В памяти встала хорошо запомнившаяся картина – дорога, окружённая деревьями с красными листьями и в муке корчащаяся на земле фигура, а по груди поверженного противника расползались синие полосы…. Он неосознанно по незнанию создал тогда эту выпивающую жизнь магию. Или это была не магия? Сейчас в теле Тинка не чувствовалось никакого магического действия, скорее это было похоже на проникшую под кожу субстанцию, высасывающую из парня жизнь.

Ярси убрал руку и в задумчивости отступил, потом внимательно глянул на знахарку.

- Как ты его лечила?

Женщина развела руками.

- Я травница, от любой болезни могу сбор подобрать. Только эта болезнь мне не знакома, да и не похоже здесь на болезнь. Разлом его забирает. Мои травки бессильны. Я разные попробовала, - она вздохнула. – Жаль парня, он почти все жизненные силы отдал, чтобы остановить мертвяков. Поэтому и не может сопротивляться.

- Да, у него нет своих сил, - Ярси не отрываясь смотрел, как под кожей Тинка вздуваются синие бугры и сгустками двигаются в одну сторону – к правому боку своей жертвы, рядом с которым стоял сейчас король оборотней. Здесь они сливались в одно большое пульсирующее пятно, которое всё сильнее и сильнее билось изнутри в кожу, словно пыталось вырваться из тела.

- Что это? – прошептала знахарка. – Что происходит?

Ярси сдвинулся с места и шагнул чуть в сторону. Сгустки мгновенно переместились в том же направлении. Тинк при этом выгнулся и громко застонал. Перед взглядом оборотня сверкнул серебряный свет, в тот раз он смог помочь Мировиру, смог извлечь из него убивающую субстанцию. Потому что сам её создал…. Он помнил слова, которые нужно произнести – слова на языке демонов. Слова настолько чуждые, что их смысл почти ускользал от восприятия. Но они сами рождались в его сознании, сами рвались наружу, до неузнаваемости искажая голос и болью царапая голосовые связки, неприспособленные к таким звукам.

Слова….

Знахарка пронзительно вскрикнула и прижалась к стене. По комнате метнулись серебряные отсветы и стало неожиданно холодно. Она знала, что наследник престола не совсем человек, но когда в её дом вошёл этот высокий черноволосый парень, в нём было очень трудно заподозрить кого-то иного, если бы не удлинённые клыки, всего раз показавшие между губ. Да и как это можно воспринимать, что вот так близко рядом с тобой находится оборотень? Не нападает, не пытается напугать, не угрожает расправой. Человек…. Существо в одно мгновение способное стать монстром. Создание проклятого леса.

Он изменился неуловимо быстро, глаза залил ледяной искрящийся свет, по лицу словно проползла изморозь, на несколько долгих мгновений меняя кожу на чешуйчатые пластины. Дженевра даже не сразу поняла, что увидела маску вовсе не свойственную оборотню. Он не обратился, просто стал иным.

Ярси вновь занёс руку над телом мага, из пальцев мгновенно выдвинулись иссиня-чёрные клинки, блеснули пробежавшим по лезвиям пламенем. Слух уловил судорожный всхлип знахарки, но он уже почти не воспринимал женщину, не воспринимал обычный мир. Перед его взглядом в теле Тинка разбухали искры чёрного огня, расползались по крови, впитывали последние крупинки жизненных сил, преобразовывая их в другую структуру. Целостную, но мёртвую структуру, способную к дальнейшему существованию уже в изменённом виде.

Он невольно нахмурился, в этом теле искры охватывали все внутренние органы и подбирались к мозгу жертвы. Правда сейчас их большая часть по какой-то причине была оттянута и скопилась в боку парня. Именно в это скопление он и вонзил самые кончики клинков. По ушам резанул собственный неестественно-искажённый голос, произносящий нужные слова, и впервые переступил грань их понимания.

- Искры часть пламени! А пламя это я….

Чёрная вспышка прорвала бок Тинка, Ярси увидел, как искры быстрым потоком потекли к его клинкам, освобождая тело парня. В кончиках пальцев сконцентрировался ледяной холод. И всё, больше никакого постороннего воздействия не ощущалось.

Ярси осторожно вытащил клинки из раны. Лезвия медленно, словно нехотя втянулись обратно в его пальцы, вверх по руке мгновенно пробежал колючий озноб. Оборотень невольно вздрогнул, пошевелил слегка онемевшей кистью и почувствовал, как холод растворяется в его собственном теле. Не исчезает, становится частью уже существующего….

Он ещё раз окинул Тинка взглядом, отмечая, что парень сильно истощён, внутренние органы выглядят изъеденными болезнью, но нужно пополнить силы и он восстановится. Он ведь маг, был магом и ещё не известно сможет ли вернуть себе способность накапливать магическую энергию после того как иссушил её до дна.

Окружение побледнело, насыщенные цвета вернулись к привычным краскам, меняя зрение на человеческое. Ярси посмотрел на вжавшуюся в стену женщину. Та была мертвенно-бледной и мелко дрожала.

- Ему нужна помощь, ты сможешь о нём позаботиться? – он кивнул на Тинка.

- Д-да, - знахарка отмерла и бросилась вон из комнаты. Через несколько мгновений она вернулась, принесла чистые тряпки и какие-то травы, начала перевязывать кровоточащий бок больного.

- Он поправится, - прошептала она. – Теперь поправится.

Король оборотней молча вышел из комнаты. Дженевра зажала рану сложенной тряпкой и вся превратилась в слух. Она вслушивалась в Его шаги, в лёгкую, скользящую поступь хищника, почти не воспринимаемую слухом. Только Он не был животным, но и люди так не двигаются…. Неожиданно она поняла, что её ощущения Беды вновь поменялись, она не просто притаилась в разломе, она только что стояла рядом!

Больной тихо застонал, его дыхание постепенно выравнивалось и уже не было наполнено хрипами. Дженевра поёжилась, отняла от раны тряпку и аккуратно обложила её травками уже некоторое время назад вымоченными в настойке крапивы. Очень странным было ощущать под пальцами возрождающееся тепло почти погибшего тела. Странным и непонятным. Тот, кто должен убивать вернул этому парню жизнь.

Темнеющее небо грозно нависло над селением тяжёлыми мрачными тучами, готовыми обрушить на землю ливень. Грозовые разряды полыхали где-то в высоте, не рассекая воздух извилистыми молниями, а подсвечивая края туч широкими полосами. Гром тоже звучал почти беззвучно, очень тихо, подступая из невероятной дали. У природы был свой выбор - гроза могла пройти стороной или со всей силой хлынуть дождём на Листовую.

Если кто-то из жителей селения и обратил внимание на приближающуюся стихию, то лишь мельком, как на что-то незначительное. Люди встревоженно толпились на дороге, поглядывали на затянутый дымкой разлом и не менее встревожено на дом знахарки, у калитки во двор которого замер огромный черноволосый воин. Подходить ближе и задавать вопросы никто не решался. Несмотря на то, что воин был облачён в лёгкий доспех стражника без знаков различия, но простым солдатом он совершенно не воспринимался. Не бывает у солдат такого хищного взгляда и таких раскованных повадок, говорящих о неподчинении правилам. Да и выглядывающие между губ клыки тоже вызывали определённые опасения и напоминали о том, что при нынешнем наследнике престола среди людей может совершенно спокойно находиться и не человек вовсе.

Воин вдруг подобрался и сосредоточенно уставился на дверь дома. В проёме открывшегося входа показалась фигура короля Рееты. Мировир слегка качнул головой, наблюдая, как тот приближается быстрым шагом, Ярослав словно ещё больше побледнел, но на застывшем лице невозможно было прочитать никаких чувств.

- И что там? – поинтересовался оборотень. – Как наш маг, бабка его не залечила?

- Выживет, - Ярослав, вышел за калитку, окинул быстрым взглядом разлом, столпившихся людей и небо. – Тебе нужно остаться здесь, Мировир, Тинк ещё не скоро сможет встать на ноги. Ты не маг, но если мертвецы вновь полезут, ты хотя бы вовремя их почувствуешь и сможешь организовать отступление. Да и я через тебя буду знать, что разлом активизировался. В бой не лезь, бесполезно это. Нужно будет просто увести людей к соседнему городку – Нитоку, там маги есть и небольшой гарнизон воинов стоит.

- Так может сразу их туда переселить? Чего дожидаться? – недовольно рыкнул Мировир.

- Да, большинство должно уйти прямо сейчас, староста это организует, но солдаты и маг со знахаркой останутся. Тинку ещё рано двигаться, поэтому и тебе придётся остаться. Понаблюдать за происходящим.

Мировир что-то тихо прошипел, показывая своё недовольство, но перечить не стал.

Ярси дал необходимые указания старосте, после чего вскочил на коня и галопом помчался обратно в Элеральд.

Глава 18

Оборотень проводил взглядом удаляющегося всадника и прошёлся несколько раз по дороге, пересекая её от обочины до обочины. Староста Листовой громко раздавал указания, разгоняя людей по домам и вынуждая их уже сейчас на ночь глядя собираться в дорогу. Селяне подчинились, но оборотня всё равно удивила их неторопливость и непонятное пренебрежение опасностью. Он уже понял, что в Миросе живут весьма странные люди – мало заботящиеся о собственной жизни, но готовые до конца отстаивать защиту собственного королевства.Или не странные, а просто другие, чем он привык видеть рядом с собой – не такие как в Реете, не заботящиеся только о собственном благе, а готовые горой стоять за родных, за соседей, за свой народ.

Селяне спокойно и деловито грузили своим скарбом телеги, усаживали поверх тюков детей, впрягали лошадей, привязывали позади мычащую и блеющую скотину. Бесхозные куры, которых никто не пытался ловить, толпами разбегались из под ног и с кудахтаньем носились по дороге. Мировир лишь порадовался этому факту – не придётся идти на охоту в лес. Да и дом он себе уже присмотрел – как раз на противоположной стороне дороги от дома знахарки. Его хозяева собрались быстрее чем все остальные, видимо сказывалась близость разлома, вывезли всё, что влезло в телегу и сейчас уже спешили во главе обозов в глубь Мироса. Оборотень подошёл к открытым дверям, заглянул в просторные сени, вглубь дома вели ещё одни распахнутые створки. Там виднелась большая печь, край стола, лавки и кровати. Всё было чистым и ухоженным. Мировир не знал насколько долго ему придётся задержаться, но удобства его почти не заботили, он давно отвык от удобств и всё же очень часто ловил себя на мысли, что намного приятнее видеть вокруг себя стены дома, а не дремучую чащу с мрачными чёрными стволами деревьев.

- Надумал здесь поселиться? – голос старосты прозвучал с отдаления, человек с опаской топтался на дороге, не подходя к облюбованному оборотнем дому. Мировир кивнул.

- Мне всё равно где находиться. Пусть будет этот дом.

- Что ж, сомневаюсь я, что мы сюда вернёмся, - старик тяжело вздохнул. – Наверное, ты раньше других почувствуешь, что они вновь полезут. Не зря же тебя принц оставил. Ты мага береги, да и знахарку тоже, не задерживайтесь здесь надолго. Гиблое это место стало.

Староста быстро развернулся и зашагал прочь. Оборотень невольно проводил его взглядом, это был первый за много столетий случай, когда о нём проявил заботу человек. Пусть и в надежде, что он спасёт других, но всё же это было странное ощущение. Ещё большей странностью стала встреча со знахаркой.

Дверь её дома отварилась, когда последняя телега выехала за окраину селения и вслед за остальными покатила вглубь королевства. Женщина на мгновение замерла на пороге, вглядываясь в сгущающиеся сумерки, поправила толстую шаль на плечах, поёжилась и ступила во двор.

Мировир сидел на пороге выбранного им дома, вслушивался в доносящиеся со всех сторон звуки, стараясь вычленить те, что несутся со стороны разлома. Хлопнувшая дверь заставила его сначала повернуть голову, а потом подняться на ноги. Между грядок собственного огорода к калитке неторопливо шла знахарка. Оборотень пересёк дорогу и остановился у забора. Женщина окинула быстрым взглядом его фигуру, сделала ещё шаг и вдруг вздрогнула, потом споткнулась. Узнала.

В отличие от неё он даже не пошевелился, так и продолжал стоять у ветхой изгороди, наблюдая, как она вновь и вновь запинается о несуществующие кочки, а по её щекам быстро разливается румянец. Он невольно усмехнулся. Время изменило её походку, наложило отпечаток на фигуру и лицо, но не смогло стереть былую красоту и спрятать столь знакомые и часто вспоминаемые черты. Время…. С их последней встречи прошло полстолетия. Или больше?

Дженевра с трудом заставляла себя продолжать путь, в груди панически быстро отстукивало суматошный ритм сердце. Взгляд как наткнулся на высокую фигуру за оградой, так и не отрывался больше. Она медленно шла вперёд, жадно всматриваясь в его лицо, словно боясь, что он исчезнет. Она знала, что пройдут века, но он не изменится, сейчас уже знала, а тогда…. Поэтому и боялась такой случайной встречи. И надеялась на неё.

Да, можно не вспоминать каким он был молодым, теперь это только его привилегия, пусть он её вспоминает, если захочет. А она может просто смотреть в его неизменившееся лицо с суровыми резкими чертами, видеть столь привычную почти никогда не исчезающую с губ усмешку, вглядываться в прищуренные тёмно-карие глаза и оставаться на другом краю бездны времени, что их разделила.

- Монстр вновь притворяется человеком? – Дженевра постаралась произнести эту фразу как можно более насмешливо.

- Я никогда не притворялся, - оборотень шагнул чуть ближе. – Просто ты не хотела этого понимать.

- Ты прав, когда-то я была совершенно слепа, - знахарка горько улыбнулась. – Похоже, что ты сменил свою роль - вместо правителя стал слугой!

Мировир пожал плечами.

- Ты никогда до конца не знала кто я такой. И сейчас не знаешь, - произнёс он мягко. – За своё существование я сменил очень разные роли.

- Когда-то я боялась правды, а теперь уже всё равно. Время всё расставило по своим местам, и давно уже нет той наивной девчонки, что по собственной глупости влюбилась в бесчувственного оборотня.

- Не бесчувственного, Дженевра, - Мировир чуть склонил голову, всматриваясь в её лицо и удивляясь собственным словам, словно то, что осталось в прошлом вдруг вновь очень близко подступило. – Я очень часто хотел тебя найти, но знал, что после того, что произошло, ты меня больше не примешь.

Знахарка усмехнулась.

- Я потратила много сил, чтобы узнать надёжные способы защиты от оборотней, я до сих пор ношу с собой два серебряных кинжала – настоящих, без примесей, - она сделала почти неуловимое движение рукой, и в её пальцах мгновенно оказался изящный клинок. – А ты, оказывается, даже не пытался меня найти!

Серебряное оружие метнулось к горлу оборотня и замерло, почти прикоснувшись к его коже. Мировир скрипнул зубами, энергия серебра весьма ощутимо впилась в тело колючей болью, по мышцам разлилась парализующая слабость. Он с трудом устоял на ногах, но не отступил.

- Прости, что разочаровал тебя, решив, что больше не должен вмешиваться в твою жизнь, - голос прозвучал хрипло, он развёл руками. – И прости, что не навестил тебя раньше, чтобы дать тебе возможность меня убить.

Дженевра фыркнула и опустила руку с оружием. На шее оборотня осталось красное пятно похожее на ожог, он потёр его пальцами.

- Надеюсь, что ты способен испытывать боль, - проговорила она.

- Можешь не сомневаться в этом. Ещё попытки будут?

- Так я тебе и сказа, я вообще не собираюсь подпускать тебя слишком близко. Вот стоишь за забором – там и стой.

- А как же наш маг? Мне нужно за ним приглядывать.

- Без тебя разберусь, - заявила Дженевра, а её руки уже убирали с калитки пучки трав, расчищали дорогу.

Мировир подождал, а потом с опаской толкнул калитку, та скрипнула и открылась. Оборотень встретился с насмешливыми глазами знахарки и шагнул во двор.

- Близко не походи, - предупредила женщина и первой сделала шаг ему навстречу.

- Я знаю, что слишком стара для тебя, - проговорила она, беря его за руку.

- Я старше тебя на несколько веков, - Мировир провёл пальцем по её щеке.

- Это не честно, - воскликнула Дженевра. – Старухой то выгляжу я!

- Помнишь ту ночь? У тебя был выбор, моя красавица, ты могла сохранить молодость навсегда.

- Был, - она опустила голову. – И я испугалась. Теперь это уже не важно.

- Мне жаль.

- Не важно, - повторила Дженевра. – Моё время заканчивается.

- Не правда, ты же колдунья, если тебе недостаёт знаний продлить свою жизнь, спроси у своего постояльца. Он сильный колдун.

- Был. И потратил всю силу, чтобы защитить наше селение.

- Всё так плохо? Разве Ярослав ему не помог?

- Помог, он остановил его гибель, но восстанавливать силы ему придётся самому. Если получится, - знахарка чуть помедлила. – Это правда, что наследник Мироса оборотень?

- Правда, - спокойно кивнул Мировир.

- Но он не нежить! - воскликнула Дженевра. – Таких как ты я легко отличаю.

- Он не такой как я, - по его губам скользнула кривая усмешка. – Он живой.

- Жаль, - проговорила знахарка. – Я надеялась, что ошибаюсь.

- В чём?

- С ним что-то не так. Если бы он был обычным оборотнем, я бы сочла свою тревогу просто близостью разлома и всего происходящего сейчас. Но потом, когда начала разбираться в своих ощущениях, я поняла, что и он тоже с этим связан….

- Конечно, связан, - фыркнул Мировир. – За ним охотятся колдуны Битры! Это они открыли разлом.

- Нет, - женщина нахмурилась. – Есть что-то ещё, - она внимательно посмотрела ему в глаза. - Он опасен, Мировир, хотя сам об этом не знает.

Тот пожал плечами.

- Возможно, вернее да – опасен, он очень сильный колдун. Очень многие из нас опасны, особенно оборотни. И я в том числе.

- Ты меня не понимаешь! – всплеснула руками Дженевра.

- А ты нормально не объясняешь!

- Я говорю о другой опасности.

- Какой?

- Это трудно объяснить.

- Замечательно, - Мировир обошёл знахарку и направился к дому.

- Ты это куда?

- Навестить больного.

- Это мой дом!

- Я знаю, - оборотень продолжил идти, но у самых дверей его догнала Дженевра и решительно загородила собой вход.

Мировир окинул её вопросительным взглядом, улыбнулся, сейчас они стояли очень близко друг к другу. Он медленно поднял руку и поправил упавшую ей на лицо прядь волос. Женщина заметно вздрогнула, быстро приоткрыла дверь и заскочила в дом.

- Приглашаешь в гости? – поинтересовался оборотень, силой удерживая открытую створку, которую Дженевра пыталась захлопнуть толкая с другой стороны.

- Думаю, что в моём возрасте ты для меня уже не опасен. Зачем тебе бабка? – проговорила она запыхавшись.

- Очень симпатичная бабка. А я в душе давно старик.

Дженевра на мгновение выглянула, нахмурилась и вдруг звонко рассмеялась.

- Вот когда найдёшь эликсир молодости тогда и приходи. А пока ты просто путник, пришедший навестить знакомого, а не меня, - она распахнула дверь в дом.

- Ладно, но если думаешь, что эликсира молодости не существует, то ты ошибаешься, - Мировир шагнул внутрь и сразу безошибочно определил, где находится Тинк. Он двинулся в его комнату.

- Ты всегда умел красиво лгать, - донеслось в спину.

Он на мгновение замер, но не обернулся.

- Жаль, что ты так считаешь, - произнёс он.

- Я бы ответила, что буду ждать, но это не так. Времени не осталось не только у меня. Время заканчивается для всего этого мира.

- Ты что-то знаешь?!

- Это лишь предчувствия, Мировир. Предчувствия, которым никто не верит, но они слишком реальные. Разлом лишь начало.

Оборотень быстро повернулся к ней. В полумраке комнаты его глаза горели холодным мертвенным светом. Дженевра лишь сжала зубы и упрямо посмотрела ему в лицо.

- Не спрашивай, что это значит, я не отвечу. Мне просто страшно.

Из соседней комнаты донёсся стон. Женщина схватила кувшин с водой и метнулась туда.

Открыть веки удалось с огромным трудом, но толку от этого оказалось мало – перед взглядом раскачивались плохо различимые тени. Тинк попытался приподнять руку и глухо взвыл, движение отозвалось тянущей болью во всём теле. Рядом зазвучали чьи-то торопливые шаги – лёгкие, словно танцующие. К ним добавились другие – более громкие и тяжёлые, но мало похожие на человеческие, в них ясно читалось, что их обладатель при желании может двигаться и совершенно бесшумно.

Тинк вяло удивился появившейся способности так легко различать шаги, раньше он за собой такого не замечал, но раньше у него и со зрением было всё в порядке, и подобной слабости он не чувствовал.

К губам прикоснулось что-то холодное и твёрдое, стукнуло о зубы, и на подбородок тут же надавил чей-то палец, заставляя открыть рот. У Тинка не было сил сопротивляться. Да и зачем? В пересохшее горло полилась немного горьковатая жидкость, он сделал глоток и закашлялся, чтобы не захлебнуться пришлось вновь глотать, потому что жидкость литься не перестала. Он мотнул головой, пытаясь вырваться и тут же убедился в бесполезности данного действия, его подбородок держали слишком крепко. Или он сам был слишком слаб.

- Ну вот и хорошо, вот и замечательно, - произнёс одновременно знакомый и незнакомый голос. Говорила, несомненно, бабка, только он никогда не слышал в её голосе таких весёлых и заботливых ноток. – Думаю достаточно.

Поток жидкости, наконец, прекратился. Тинк с облегчением вздохнул, рот и горло слегка жгло, но зрение неожиданно быстро начало восстанавливаться, размытые очертанияпревращались в чёткие предметы, обретали привычные формы и цвета. Вскоре он мог уже различить, что кроме знахарки рядом с его кроватью стоит знакомый черноволосый оборотень.

- Ожил? – поинтересовался Мировир.

- Да ожил, ожил, - вместо него ответила женщина. Зрение Тинка прояснилось настолько, что он с удивлением различил на её губах улыбку. Да и сама Дженевра выглядела как-то совершенно по-другому – глаза сияли задорным блеском, из них исчезли недовольство и раздражение, на щеках алел румянец, а лицо казалось намного более молодым. Сейчас он бы уже не назвал её бабкой, перед ним была красивая зрелая женщина, нежелающая считаться со своим возрастом.

- Сейчас бульёнчик сварю, покормлю тебя, - пропела она и выпорхнула из комнаты.

Тинк с трудом повернулся и проводил её ошарашенным взглядом.

- Э-э, это ты её чем-то опоил, Мировир? – поинтересовался он у оборотня. Перед его носом мгновенно оказался здоровенный кулак. Тинк осторожно отодвинулся от него и откинулся обратно на подушку. – Похоже, что вы пили вместе, - пробормотал он.

- Не заговаривайся, герой, а то не посмотрю, что на скелета похож, будешь не на кровати, а на полу валяться.

- Да что я такого сказал-то? – возмутился парень. – Я бы тоже сейчас чего-нибудь выпил, а то мне такой кошмар приснился, до сих пор холодная дрожь по спине бежит.

Мировир пожал плечами.

- Вот Дженевра бульон сварит его и выпьешь. А то ты сам кошмар напоминаешь, как бы сниться не начал.

Тинк обижено засопел.

***********************************************************************************

Удерживать себя на месте не получилось, в голове крутилось слишком много вопросов и предположений, что хотелось уже сейчас разбудить Кима и провести с ним беседу. Но подросток был скрыт защитным куполом, и только это спасало его от незапланированного пробуждения.

Вик всё же сел на траву, некоторое время смотрел на спящих детей, постепенно начиная завидовать их безмятежности, потом разозлился на себе и лёг на землю. Перед глазами закачались ветви деревьев, а между ними была видна россыпь сверкающих звёзд. Бесконечно далёкий купол небосвода нависал пугающей чернотой, ночь стёрла его границы, открыв для взгляда уходящую в никуда пустоту. Пустоту готовую принять того, кто имеет крылья, того, кто может летать.

Под его спиной что-то ощутимо шевельнулось, он вжался в землю и закрыл глаза, стараясь выбросить из головы все эти мысли. Заснуть, конечно, не получилось. Он не живое существо, чтобы спать. Вик некоторое время лежал неподвижно, вслушивался в окружающий лес. Потом вскочил на ноги, пробежался по поляне, не зная чем себя занять, и ничего не придумав отправился собирать хворост.

Валяющихся на земле веток и упавших стволов деревьев в округе оказалось довольно много. Он увлечённо выбирал самые ровные и сухие и таскал их на поляну. Временами он ловил себя на мысли, что движется слишком быстро, сосредотачивался на том, что должен ходить, а не метаться по лесу, но тут же сбивался с черепашьего ритма и переходил на бег и прыжки. Через некоторое время Вик оглядел образовавшийся на краю поляны в результате его деятельности бурелом и решил, что пора остановиться.

Он аккуратно, чтобы не разбудить детей, вытащил из кучи подходящие по размеру хворостины и недалеко от щита расчистил место для костра. Сухие ветки были уложены довольно большой горкой, но зажигать огонь он не стал, главное, что когда проснуться дети на это не придётся тратить время. Вик вновь глянул на небо, солнечные лучи только-только лениво выползали из-за горизонта. Он невольно поморщился, представив какими яркими они вскоре станут и начнут почти нестерпимо жечь его глаза. Да и не только глаза но и кожу тоже. Данная особенность не только расстраивала, но и злила. Может быть, его тело и не было живым, но боль от прикосновения солнечных лучей он успел ощутить в полной мере.

Вик прихватил мешок с едой и отошёл за стволы деревьев, туда, где тень была наиболее густой. Выложил все продукты на землю, обнаружив, что копчённого мяса не так уж и много – хватит ещё на пару дней, зато есть крупа, только её не в чем варить, есть луковицы, картофель и каравай хлеба. Впрочем, мясо он всегда сможет добыть, а на покупку остального имеется достаточное количество денег.

По его губам пробежала невольная усмешка, он представил, как выглядит сейчас со стороны – человекоподобное существо с вытянутыми заострёнными ушами, ртом полным клыков, щеками и шеей, покрытыми замысловатым рисунком и безжизненными синими глазами без радужки и зрачков. И этот монстр аккуратно перебирает и раскладывает продукты чешуйчатыми пальцами, заканчивающимися острыми шипами. Не хватает ещё расправить крылья и отгонять ими насекомых.

Вик некоторое время позволил себе мысленно посмеяться над самим собой и быстро сложил всё обратно в мешок, поздравив себя с проявленной хозяйственностью. Имелся ещё второй мешок с одеждой, его тоже можно было перебрать и отсортировать. Всё равно требовалось чем-то заняться, а то его так и подмывало сорваться с места и ещё раз пробежаться по лесу. Но в пользу того, что этого не стоит делать, говорила близость рассвета. Детей он собирался разбудить, как только взойдёт солнце.

Он встал, шагнул за вторым мешком и замер. Его обострённого слуха коснулись далёкие голоса. Вик встревожено прислушался, люди двигались чуть в стороне, но постепенно смещались в направлении поляны. Они то быстро шли, то переходили на бег, не разбирая дороги проламывались сквозь кусты, спотыкались на корягах, падали, поднимались и вновь бежали. В голосах слышалась паника. А где-то за их спинами звучали тяжёлые, неровные шаги их преследователей.

Глава 19

Он сорвался с места и бросился навстречу приближающейся опасности. Людей он обогнул по дуге, но они его заметили. Две женщины, каждая тянущая за руки держащихся друг за друга детей и единственный немолодой мужчина, вооружённый сучковатой палкой, падая от усталости, пробирались между деревьями. Они невольно остановились, проводили его взглядами, мужчина даже закричал, пытаясь предупредить.

Вика интересовали только их преследователи. Покачивающиеся фигуры дружной группой из семи мертвецов довольно быстро шагали за людьми. Он на ходу выхватил из ножен меч, вскинул его на уровень шей и, не останавливаясь, врезался в неровный строй. Острое лезвие легко вспороло полусгнившую кожу, разрубило позвонки первой жертвы и отделило голову от шеи. Труп, потеряв часть своего тела, сразу сбился с ритма и затоптался на месте. Вик шагнул дальше, махнул мечом по следующей шее, потом ещё по одной, увернулся от скрюченных пальцев, вдруг потянувшихся в его сторону, отрубил эти самые пальцы и обезглавил их владельца. Три оставшиеся мертвеца лишились голов так же быстро, как и остальные. Теперь между деревьев прохаживалась довольно жуткая безголовая компания, ещё не потерявшая желание охотиться на людей и ставшая лишь не на много менее опасной. Руки продолжали судорожно бить по воздуху, пытаясь поймать пальцами кого угодно из живых, на земле щёлкали челюстями костлявые головы, ворочали иссушенными остатками глазных яблок, словно направляя тела. А может быть, так оно и было.

Вик на мгновение остановился, оценил ситуацию и по второму кругу шагнул к мертвецам. Теперь он методично отрубал сначала ноги, обрушивая ходячие останки на землю, а потом кисти рук. Можно было конечно разрубить на куски и тела, но здесь больше требовался топор, а не меч, меч для этого дела было жалко. Он с усмешкой подумал, что неплохо бы поручить такое развлечение Киму с его изменённым мечом, лишающим подвижности трупы одним ударом, и сразу выбросил эту мысль из головы. Маг сам тут же лишится подвижности и будет без сознания валяться на земле.

Вик в одном быстром ритме закончил с неприятной работой и окинул взглядом результат. На земле продолжалось шевеление. Полусгнившие тела, с торчащими костями и проглядывающими сквозь них ещё не до конца истлевшими внутренностями, пытались куда-то ползти, колотили по земле обрубками рук, а их отделённые кисти самостоятельно перебирали пальцами и загребали опавшую листву.

Вистолец пожал плечами, всё, что мог он сделал. Возиться с костром и жечь останки он не собирался, его глаза не переносили яркий свет пламени. Пусть копошатся на месте.

За спиной зазвучали осторожные шаги. Вик низко наклонил голову и вставил меч в ножны. Он слышал, как человек лязгает зубами и дрожит, но всё равно зачем-то идёт к месту побоища.

- С-с-пас-сибо, - мужчина всё же остановился в отдалении. Бледные лучи солнца уверенно ложились между стволами деревьев и рассевали ночную тьму, позволяя разглядеть жуткую картину шевелящихся кусков плоти.

- Уходите, - глухо произнёс Вик.

- Т-т-ты с-с-спас нас, м-мы з-з-заблудились. Н-н-незнаем к-куда идти…. Д-дети у нас, совсем устали….

Вистолец скрипнул зубами и попытался понять, где находится ближайшее селение. Его новые способности видеть близь лежащую местность сразу явили внутреннему взору небольшую деревеньку и дорогу к ней. Находилась она довольно далеко, но больше рядом ничего не было.

- Идите по солнцу, - произнёс он. – К полудню оставите его справа, выйдете к реке, вдоль неё будет тропинка, пойдёте по ней. К вечеру доберётесь до деревни.

- М-мы не найдём. С-сново заблудимся. Т-ты мил человек, проводил бы н-нас. Т-ты вон как с ними, боец хороший. А мы столько страху натерпелись и не думали, что спасёмся.

Вик не поднимая головы медленно повернулся.

- Вы не захотите со мной идти, - проговорил он и, наконец, посмотрел на человека.

Тот вздрогнул, попятился, споткнулся, упал, быстро вскочил на ноги и побежал. Вистолец с горькой усмешкой наблюдал, как мужчина без слов, с вытаращенными глазами подталкивает женщин и понукает уставших детей, как они срываются с места и вновь пускаются бежать. Он мог бы предложить им путешествовать всем вместе, мог бы накормить и устроить на отдых, но они ничего не примут от него. В их глазах он монстр. Страх сильнее здравого смысла.

Слух вновь уловил далёкие шаги – шаркающие по земле, волочащие ноги, тяжело топающие. Вик едва не зарычал, они были далеко, но всё равно двигались по следам людей. Как ищейки, идущие на запах. А на их пути находится поляна, где сейчас спят Ким и его сёстры. Было очень похоже, что спокойный завтрак и неспешная беседа отменяются.

Вистолец выругался, вдруг подумав, что прежде чем поворачиваться к людям лицом нужно было расспросить их, узнать откуда они бегут и где встретили мертвецов. Но теперь уже поздно. Да и так ли это важно? Возможно, они прибрели из Керонта, в самом городе ходячих трупов осталось ещё много, а остановить их некому, а может быть это новые восставшие. Всё равно есть кто-то, кто поднимает их из земли и заставляет шагать к неведомой цели. Но больше всего Вику не нравилось, что они движутся в том же направлении, что и он сам с детьми – к Миросу.

Он на некоторое время замер вслушиваясь в пространство и пытаясь с расстояния определить насколько их много. Топот нарастающим шумом нёсся широкой полосой, растянувшейся далеко в чащу. Вик тихо рыкнул, оглянулся в сторону поляны, на слух понял, что дети ещё спят, и двинулся навстречу новым противникам.

Здесь рос густой ельник и солнечные лучи ещё не добрались до хвойной подстилки леса. В густом предрассветном сумраке шаткие, подёргивающиеся фигуры напоминали неровно встающие от земли тени. Как всполохи чёрного огня скользили между стволами деревьев. Люди так не двигаются, ничто живое так не двигается.

Вик приостановился в нескольких шагах от первой шеренги, обострённое зрение давало чёткую картинку даже в полнейшей темноте, а здесь…. Сотни лиц ещё не тронутых тлением, остекленевшие глаза с бессмысленными взглядами, растрёпанные волосы, порванная одежда, кровавые пятна, застывшие на лохмотьях и мертвенно-бледной коже. Они никогда не лежали в земле, они лишь недавно переступили черту, отделяющую жизнь от смерти и продолжили свой путь не в том мире, где должны бы были находиться.

Вик впервые пожалел, что не является некромантом. Хотя никогда не слышал, чтобы некроманты справлялись с таким огромным количеством нежити одновременно. Здесь нужно быть не просто мастером своего дела, но и обладать огромными магическими способностями.

У этих мертвецов уже есть хозяин, Вик знал это, хотя для его собственного сознания приказ двигаться звучал уже почти не воспринимаемо. Как шелест листвы, едва прикасающийся к слуху, едва уловимый.

Он смотрел на приближающуюся толпу, не совсем понимая, что делать дальше. Даже на первый взгляд ходячих трупов было больше сотни, если рубить их так же, как предыдущих, то здесь и до вечера можно задержаться. А ведь потом они не будут спокойненько лежать на земле, как это положено нормальным мертвецам. Неумолкающий приказ двигаться заставит куски плоти ползти, перекатываться, волной страшных обрубков перемещаться по лесу, распространяя заразу на живых.

Вистолец медленно шагнул вперёд, вариант доставки сюда Кима с сёстрами казался неприемлемым. Огненный кошмар поглотит собой не только мертвецов, в этом лесу есть и люди и деревни, да и самим им некуда будет бежать. Значит…, он положил руку на рукоять меча, в памяти всплыла картина битвы у Керонта. Длинный, громоздкий клинок, поблёскивая серебряными вкраплениями, одним ударом заставлял противников замирать и окончательно мёртвыми валиться на землю. Последнее казалось наиболее важным – клинок упокоевал их, разрывал связь с хозяином и обрывал неестественное существование после смерти. Но не менее остро в памяти осталась и жгучая боль, причиняемая просто прикосновением клинка. Даже не серебро, а обычный металл сжигал тогда его ладонь раскалёнными иглами влитой в меч магии. Магии против нежити.

Заставить бы самого Кима махать этим мечом, только бесполезно это. Даже если подросток решится на бой с мертвецами, что было сомнительным, для того чтобы покончить со всей этой толпой у него никаких сил не хватит.

Ближайший труп – седой дряхлый мужик в обносках крестьянской одежды размашисто шагнул в сторону Вика и замер, непонимающе закрутив головой, словно разглядывая и принюхиваясь.

- Иди назад, - с некоторым сомнением приказал вистолец. Мертвец странно дёрнулся, затоптался на месте и даже слегка развернулся. По синюшному лицу вдруг пробежала судорога, в глазницах мелкой дрожью забились глазные яблоки, потом несколько раз провернулись и в Вика упёрся вполне осознанный взгляд. Колючий, цепкий, пронизанный силой древней магии. Сейчас глазами восставшего трупа смотрел кто-то совершенно другой. Его Хозяин.

Вик от неожиданности попятился, шагнул за ствол дерева и, больше не раздумывая, огромным прыжком сорвался с места. А в мыслях крутились слова Ярси, произнесённые им в образе птицы: «- Вас не оставят в покое».

За спиной зазвучали шаркающие шаги, уже вполне осознанно двигающиеся вслед за новой целью.

На поляне было всё так же тихо, дети мирно посапывали и не думая просыпаться. Вик очень осторожно прикоснулся к защитному куполу, погружая в него вытянувшиеся в иглы шипы. Будь это просто физическое воздействие щит бы не среагировал, но вистолец странным образом знал, что магия отзовётся. По куполу прошла вибрация, и тут же открыл глаза его хозяин. Во взгляде подростка мелькнул панический страх, но он сразу успокоился, завидев рядом Вика, и попытался скрыть оставшуюся настороженность.

- Чт-то-то с-случилось? – запинаясь проговорил Ким.

Вик кивнул.

- Мне нужен твой меч.

- З-зачем?

- На охоту сходить.

- С-с мечом??? – Ким весь сжался, нахмурился, уже чувствуя подступающие неприятности. – Они снова близко? Да?

- Купол убери, - твёрдо приказал Вик. – И дай меч.

Подросток вздрогнул и подчинился. Магическая защита в одно мгновение опала. Он отцепил от пояса ножны с мечом и протянул Вику.

- Ты разве сможешь его держать?

Вистолец хмуро кивнул и показал рукой на землю.

- Положи пока.

Он принёс оба мешка, поставил их рядом с детьми.

- Пока я охочусь, вам нужно позавтракать, поэтому буди сестёр, разводи костёр и занимайтесь делами. Только магический купол обратно восстанови, когда я уйду. И не вздумай его снимать….

- Пока ты не вернёшься? – голос Кима дрогнул. – Их очень много?

Вик мотнул головой.

- Да, пока я не вернусь. В общем, ты за старшего, Ким. Береги девчонок. Ты знаешь, как их защитить.

Он с опаской поднял с земли меч, слабо надеясь, что хоть сквозь ножны не будет такого воздействия. Оказалось, что зря, будоражащие искры колючими иглами впились в ладонь, парализующей болью свели пальцы. Вик с трудом сдержался, чтобы не застонать. И как таким биться? В мече ощущалась не просто в несколько раз усиленная энергия серебра, а нечто иное, разрывающее на части саму сущность неживого. Магия. Непонятная магия, воспринимаемая и отталкиваемая на уровне подсознания.

Он невольно скрипнул зубами, на мгновение зажмурился и прицепил ножны к поясу, чувствуя, как парализующая энергия перекидывается на левую ногу. И как только этот маг-недоучка такое создал?

Он хмуро кивнул Киму и хромая побежал в чащу. Чем быстрее он с этим покончит, тем быстрее избавится от меча.

Солнце прорезало высь яркими полосами лучей и уронило их на лес, наполняя чащу утренним светом. Вик то и дело отступал под наиболее густые кроны деревьев, пытаясь не попадать под несущиеся с неба стрелы, вместо радости пробуждения они означали для него лишь боль. Мало того что бедро жгли ножны с мечом, сдерживая и замедляя движения, так теперь ещё и сверху давило всё возрастающей опасностью.

Вик тихо ругался, его хромота с каждым шагом становилась всё сильнее, но он даже не думал избавляться от магического оружия. Хотя голову нет-нет да посещала весьма своевременная мысль, что когда он в последний раз держал этот меч в руках, то был тогда ещё живым. Пусть уже изменённым полу-оборотнем, но ЖИВЫМ. Не таким как сейчас.

Первые ходячие трупы, а с ними и время принимать решение, появились слишком быстро. Вик вгляделся в шатающийся строй, растянувшийся далеко в чащу, поморщился и отцепил ножны от пояса. В руку сквозь металл мгновенно вцепились колючие разряды энергетических молний, побежали по запястью, парализующей волной вгрызаясь в мышцы. Вистолец сцепил зубы и зло зашипел. О том чтобы взяться за рукоять можно было даже не думать, а это значило, что и использовать меч так, как это делают все нормальные воины, он не сможет.

Он отступил за ствол дерева, прижался к нему спиной, не совсем понимая, что предпринять. Перспектива рубить такое количество мертвецов обычным оружием, которое их не обездвиживает, представлялась всё более мрачной и мало привлекательной. Но другого выхода он не видел.

Изменённый меч опасной аурой всё больше охватывал руку, заставляя пальцы разжаться и весьма явно напоминая о его собственной сущности - такой же поддающейся действию оружия против нежити, как и остальные безжизненные монстры. Вик криво усмехнулся одним уголком рта, усмешка вышла злой, обнажившей сразу несколько идущих рядом клыков. Время сожалений прошло, он не чувствовал собственного сердца, но где-то внутри груди закипала расчётливая ярость. Ярость на себя, на окружающих тварей, на то, что у них есть хозяин, заставляющих их шагать в не принадлежавшем им мире. Ярость на всё происходящие. Он тихо рыкнул, нет, он другой, не такой как они. У него есть разум. Он не подчиняется приказам, он не безвольное существо, не способное освободиться от навязанной цели. И они тоже когда-то не были такими…. Недавно. День или несколько часов назад.

Шаркающие шаги зазвучали по другую сторону ствола, по коре что-то ударило, на землю полетело мелкое крошево. Вик резко развернулся и шагнул навстречу первому из множества противников. Его рука всё ещё сжимала ножны магического меча, достать своё собственное оружие он даже не пытался.

Перед лицом злобной ухмылкой ощерился знакомый дедок, выступающий во главе мёртвого воинства. Осмысленный взгляд мертвеца загорелся не совсем понятным радостным блеском. Ходячий труп вытянул к вистольцу скрюченные пальцы с грязными, обломанными ногтями и попытался вцепиться ему в шею. Вик легко уклонился, заступил ему сбоку и, что есть силы, ударил мужика между глаз рукоятью меча.

Послышался хлопок, череп мертвеца треснул, а сам он отлетел далеко назад, посшибав на пути своих соратников. Те завозились на земле, вновь начали вставать, путаясь под ногами напирающих сзади. А сам ушибленный так и остался лежать между деревьев, замерев нелепо изогнутой фигурой.

Вик пожал плечами, хоть это радовало и оправдывало необходимость терпеть жгущую руку боль. Значит можно попробовать действовать и дальше в том же духе.

С боков весьма быстрыми раскачивающимися шагами почти не гнущихся ног приблизились не наткнувшиеся на завал из тел мертвецы. Они целенаправленно замыкали кольцо, стараясь отрезать жертве путь к отступлению. Вик огляделся, встречая то у одного, то у другого совершенно осмысленные взгляды. Закатившиеся зрачки выворачивались на место и, не отпуская, пристально следили за своей одинокой целью. В атаку ходячие трупы бросились одновременно, в результате многие столкнулись, мешая и себе и соседям одним рывком достигнуть вистольца.

Вик вынужденно закрутился, бить не вынутым из ножен мечом приходилось по вытянутым к нему рукам. Получив по пальцам мертвецы на мгновение замирали, их конечности плетьми опадали вдоль тел, но ноги продолжали нести их к цели, пока оружие заведомой жертвы не стукало их в лоб. Лишь тогда ходячие трупы теряли подвижность и обрушивались на землю.

Вик не чувствовал усталости, вокруг него ширилась полоса из окончательно мёртвых тел, но мертвецы тоже не знали, что значит остановиться и продолжали наступать.

Шаг, разворот, движение по кругу, удары по слишком близким кистям рук. Новый шаг почти вплотную, нет, этот шаг уже лишний, мертвецы сами сокращают расстояние и перед лицом щёлкают окровавленные челюсти. Отступить назад, рукоять меча идёт по кругу – бьёт в незащищённые головы, сбивает противников с ног. Строй безжизненных тел падает, а за ним сразу рвётся к намеченной жертве новый строй.

Глава 20

Вик тихо рычал, парализующее действие магического меча всё больше сказывалось на его собственном состоянии. Бегущая от руки враждебная энергия колючим огнём чувствовалась уже на уровни груди и начала стекать к ногам. Удары получались всё более слабыми, а сами движения медленными. Очередной мертвец получил удар в грудь, а не в голову - выше рука не поднялась.

Вик отступил, наблюдая, как противник пошатнулся, затрясся, но не упал. Сзади кто-то рванул за одежду, потянул на себя, едва не опрокинув на спину. Вистолец дёрнулся, рывком развернулся, в каком-то оцепенение понимая, что рука держащая оружие его больше не слушается. Пальцы разжались сами собой, и меч полетел на землю. Вик споткнулся, полупарализованные ноги почти заставили упасть. Он с трудом сделал шаг назад, быстро огляделся. Мертвецы уверенно сомкнули круг многорядной толпой. Ближайшие уже толкались, неуклюже переступали через валяющихся на земле собратьев, продвигаясь всё ближе и ближе.

Вистолец криво усмехнулся, в мыслях появилось неуместное любопытство – почувствует ли он боль, когда его начнут рвать на части и будет ли это означать конец его непонятного существования? Он мотнул головой, заставляя себя встряхнуться, посмотрел вверх, гадая, когда к мышцам вернётся чувствительность и можно будет прыжком уйти из этой толпы. Сейчас же наоборот хотелось опуститься на колени, подгибающиеся ноги его почти не держали.

Слишком близко качнулась фигура молодой женщины, скрюченные пальцы вспороли воздух у самого лица, целясь в глаза. Вик отшатнулся, инстинктивно ударил менее парализованной левой рукой в ответ. Шипы скользнули по предплечью женщины, прочертили длинные полосы на коже и впились в плечо, располосовав мёртвую плоть до костей. Он тут же выдернул шипы, вновь отступил, разворачиваясь к новому противнику и только после этого услышал, как на землю тяжело падает тело. Вик отбил широкий замах грузного парня, распорол ему бок и мельком оглянулся на женщину. Та неподвижным трупом навалилась на таких же окончательно мёртвых тинасцев.

- Та-ак, - Вик глянул на собственную руку с шипами, порезанный им только что парень, закатив глаза, медленно заваливался под ноги шатающимся собратьям.

Он с досадой скрипнул зубами, знать бы о такой своей способности раньше не стоял бы сейчас малоподвижным калекой среди смыкающихся противников. Вся правая часть тела будто задеревенела, про потерявшую чувствительность руку пришлось забыть, больше беспокоила нога, напоминавшая негнущуюся ходулю, но по крайне мере на неё удавалось опираться и не падать. Вик с трудом шагал, поворачиваясь навстречу наиболее близким мертвецам, вонзал в них шипы и сразу рывком отшатывался, подволакивая правую ногу. Сейчас его походка всё больше начинала напоминать заторможенные, негнущиеся движения мертвецов.

Сквозь стиснутые зубы всё чаще вырывалось разъярённое рычание, злился он больше на собственную неуклюжесть. На собственную слабость. Особенно когда видел в загорающихся осмысленным взглядом глазах мертвецов насмешливое торжество. Их число, казалось, не убывало, из чащи леса подступали всё новые и новые ходячие трупы. Вик с горечью начал понимать, что сам себя загнал в ловушку. С такой подвижностью наступит момент, и они захлестнут его численным превосходством, задавят количеством, а потом разорвут на части.

В сознании шевельнулась глухая тоска, но думать о собственной участи было некогда. Стена бледно-синих, перекошенных фигур с шипением сжимала в тиски, вытянутые руки начали хватать за одежду. Вик отмахнулся от тех, кто был слева и спереди, прочертив на их телах глубокие полосы, к остальным пришлось оборачиваться. Сзади дёрнули за рубаху, послышался треск рвущейся ткани, почти сразу в шею вцепились твёрдые, какие-то очень острые пальцы, распороли кожу и потянули на себя, лишая и так шаткого равновесия. Вик понял, что падает, в отчаянье извернулся, оттолкнул вцепившегося в него мертвеца, не сразу осознав, почему ему стало так тяжело двигаться. Он почти очутился на земле, опёрся на левую руку и лишь тогда повернулся к звучавшему с другой стороны пронзительному шипению. Оказалось, что в парализованную правую руку вцепились мёртвой хваткой скрюченных пальцев два мертвеца и теперь заваливаются на землю вместе с добычей. Чтобы освободить руку для удара пришлось упасть на бок, шипы в замахе скользнули по синюшным лицам. Шипение мгновенно оборвалось, мертвецы потеряли подвижность и безжизненными грудами навалились ему на правый бок. Вик с трудом приподнялся, стряхнул их с себя, но было поздно. За это время вся остальная компания подобралась слишком близко. Пальцы противников вонзились в плечи, вцепились в волосы, в руки, в спину, очень близко защёлкали голодные челюсти.

Сгибаясь под их тяжестью, Вик всё же заставил себя встать, разум захлёстывало непонимание – они мёртвые, он тоже. Он не их пища! Его рвали со всех сторон, сдавливали, пытались вновь уронить, но ни одна тварь так и не вонзилась в него зубами. Его просто пытались обездвижить. Зачем?

Вик глухо зарычал, его голос неожиданно исказился и вместе с рычанием с губ сорвались шелестящие слова: « - Прочь! Отстаньте от меня!»

Мертвецы все разом замерли, дёрганье прекратилось. Вик воспользовался заминкой и рванулся из под придавивших его тел. Неожиданно удалось подпрыгнуть, он взмыл над противниками в воздух, запоздало понимая, что сила и подвижность в его мышцы так и не вернулись. Он уже приготовился, что сейчас вновь обрушится среди начавших поднимать головы за ускользнувшей добычей ходячих трупов, но тело так и продолжало висеть в высоте.

Вик с недоумением прислушался к собственным ощущениям. В воздухе его определённо что-то держало, за спиной чувствовались ритмичные порывы гонимого чем-то воздуха. Он завертел головой, в поле зрения то и дело начали попадать мелькавшие с боков края кожистых крыльев. Двигались они как нечто естественное, причём независимо от его собственного желания и не подчиняясь управлению мышц. Вик подвигал не потерявшей чувствительность левой рукой, пошевелил лопатками, пытаясь понять, что с этим делать дальше. Сейчас он просто висел на месте. Размах крыльев был довольно большим, но сами они представляли собой достаточно узкие полосы, что позволяло беспрепятственно махать ими среди стволов деревьев, не цепляясь за них.

Вистолец решил, что может пока перевести дух и обозреть окрестности. Под ним сгрудилась плотная толпа тянущих ввысь руки безжизненных тел. В чаще леса мелькали бредущие в сторону их большой компании такие же дёргающиеся покачивающиеся фигуры. Сверху светило взошедшее на небо солнышко, уверенно скользя лучами между веток. В воздухе стоял запах мертвечины и чего-то запечённого и уже горелого. Очень близко запечённого. Он в панике дёрнулся, лёгкий дымок поднимался от ничего не чувствующей правой руки. Рукав был разорван и болтался узкими, неровными полосами, обнажённая кожа уже некоторое время находилась под пробившимся сквозь ветки солнечным светом, отчего превратилась в красно-чёрные пятна ожогов.

Вик взвыл и качнулся в сторону, крылья послушно совершили плавный разворот, выводя его тело из под солнца. Оказалось, что для управления способностью летать особого труда не требуется, требуется другое – нечто, что нужно ещё понять. Инстинкты, мысленный посыл, цель? И что дальше, как с этим быть?

Внизу колыхался лес вытянутых рук со скрюченными пальцами, мертвецы отступать не собирались, даже если он сейчас наберёт высоту и улетит - ничего не изменится. Они не потеряют свой настрой, не потеряют направленность поймать и обездвижить нужную добычу. Почему? Данный вопрос так и остался висящим в воздухе. А такая компания в своей одержимости становилась всё более проблематичной.

Вистолец поморщился, попытался подвигать правой рукой. Чувствительность едва начала возвращаться, отзываясь горящей болью в обожжённой коже. До полного восстановления ещё было далеко.

Он обречённо глянул на тянущихся к нему мертвецов. Он не мог с ними так просто распрощаться, это воинство должно было остаться здесь. В этом лесу, в этом месте. Неподвижное и мёртвое окончательно.

Движение вниз получилось на удивление плавным. Крылья послушно понесли своего хозяина над мертвецами. Вику лишь оставалось скользить шипами по вытянутым рукам, резать на пальцах противников кожу, разрывать их плоть и провожать взглядом падающие на землю фигуры. Навсегда. Безвозвратно.

Лес быстро пустел, центр собравшейся группы мертвецов превратился в кучу наваленных трупов. Вистолец освоился настолько, что легко облетал стволы деревьев, всё больше набирая скорость. Теперь он был охотником, преследующим всё более одинокие цели.

В мыслях поселилась странная пустота, единственным желанием оставалось закончить начатое - обезопасить себя и других. Очистить этот лес от ходячих трупов, от магии, что зловредной заразой поселилась в их телах.

Его всё больше его поражало странная уверенность в собственных силах. В своей способности это совершить. В мыслях засел всё тот же вопрос – что он за существо, кто он?

После продолжительного метания между стволами, Вик заставил себя остановиться в тени огромного дерева. Глянул вниз и мягко опустился на подстилку леса. Прислушался, пытаясь уловить хоть малейшее движение. Лес отозвался тишиной – гулкой, звенящей, словно вокруг исчезло всё живое. Вистолец опустил голову, восприятие действительности лилось на уровне подсознания, отодвинув реальность далеко за пределы окружающего мира.

Мир был привычным. Мир был Другим. Тем, что наполнен всполохами чужих жизней, чужих сущностей, впитываемых разумом, притягиваемых сознанием. Всех и никаких, способных восприниматься и ускользающих в небытие. Другая реальность, наложившаяся на привычное восприятие. И всё тот же вопрос – кто он?!

Вик с трудом встряхнулся, выныривая из чуждого состояния. Перед глазами пляса тени, в которые превратился лес. Очертания стволов быстро бежали перед взглядом и везде отмечались лишь неподвижные сущности правильного леса. Того, что и должен здесь быть.

Вистолец облегчённо выпрямился, расправил плечи, выгоняя из тела напряжённость. Порезанным им шипами мертвецам уже никогда не подняться с земли. В его случае даже заклинания не понадобились, которыми обычно пользуются некроманты, вот только процедура упокоения ходячих трупов вышла не совсем чтобы приятной. Лучше бы всё-таки не прикасаться к этой заразе - целее будешь.

Вик невольно усмехнулся, собственные способности открывались с неожиданной стороны. Оказывается он был вовсе не другом этим трупам, а наоборот – кем-то кто способен их уничтожить. Думать об этом можно было бесконечно, ответы всё равно сами собой не появлялись.

Вик постарался закрыться от собственных мыслей. Сейчас его заботы были совсем другими, нужно было вернуться на поляну, но прежде требовалось каким-то образом подобрать брошенный магический меч. Терять данный артефакт совершенно не хотелось,несмотря на его действие на самого вистольца. Но этот факт лишь доказывал немалую силу магического меча. Оружие как раз для Кима, того лишь нужно подучить им пользоваться, а там того глядишь и посох не понадобится.

Выкапывать оружие пришлось из под горы начавших слишком быстро коченеть тел. Вик морщился, отбрасывая человеческие трупы, невольно поражаясь количеству умерших. Вряд ли это были только керонтцы, судя по одежде, многие являлись крестьянами, кто-то купцами и даже рабочими с шахт. Неведомая сила собрала их в единую толпу и направила сюда – в лес. Именно в этот лес, именно в эту сторону.

Вскоре аура меча, горящая синеватыми всполохами, заставила его остановиться. Даже заваленное слоем тел магическое оружие весьма ощутимо влияло на окружающее пространство. Вик поражённо отступил, сейчас меч излучал намного более мощную энергию, чем раньше. Он невольно дотронулся пальцами до обездвиженной правой руки и подумал, что при попытке взяться за ножны тут же лишиться и левой руки. Перспектива показалась неприемлемой, хоть одна рука нужна была в рабочем состоянии.

Вистолец раскидал последние трупы и попятился. Магия оружия хлёсткими разрядами молний тянулась вслед за мертвецами, продолжая выжигать их плоть. Он быстро огляделся, пытаясь найти решение. На глаза попалась длинная полуобломленная ветвь, свисающая с дерева. Вик дёрнул её, оторвал от ствола и ободрал с неё все мелкие веточки. Получившейся палкой с нескольких попыток удалось подцепить ножны за ременную петлю и поднять оружие с земли. Вик некоторое время подождал, ожидая какое действие магия меча будет оказывать на дерево, но оказалось, что никакое. Меч просто болтался на другом конце палки, не пытаясь воздействовать на неё своей энергией. Вистолец перевёл дух, взмахнул крыльями и взмыл в воздух.

*******************************************************************

Собственных знаний оказалось слишком мало для понимания происходящего. Но было странное ощущение, что открывший разлом Этжаст лишь вмешался в чью-то игру, а не является её хозяином. Откуда взялось это ощущение Ярси не знал. Возможно, причиной являлась аура разлома, в ней присутствовало нечто, чего нет ни в Битре, ни в Реете, что-то отчасти чуждое для всего их мира, а отчасти смутно знакомое. Но знакомое только для принца Мироса, а не для короля проклятого леса.

Он почти не заметил, как вернулся в Эреальд. Дорога в сгущающихся сумерках лишь окружила передаваемыми запахами и звуками своих повседневных забот, но не принесла ничего неожиданного. Город готовился к ночи, погружённый в тревожное ожидание подступающей грозы. Низкие раскаты грома звучали над самыми крышами, в воздухе чувствовалось душное напряжение. Вот- вот должны были упасть первые капли дождя.

Ворота для одинокого путника открыли два хмурых стражника, на их лицах можно было легко прочитать, что они думают о таких вот поздних путешественниках. И вообще у них приказ с особым вниманием проверять каждого, кто въезжает в город в тёмное время суток, а это значит, что на приезжего путника придётся потратить намного больше времени, чем обычно. Да ещё целый отряд таких же стоящих наготове пришлось разбудить, что не улучшило им настроения. У них тоже приказ, только выполнять его можно не высовываясь из сторожки наружу, а в ожидании сигнала от тех, кто открывает ворота.

Ярси молча глянул на посторонившихся с открытыми ртами стражников. Не привыкли ещё люди, что их будущий король вот так вдруг внезапно и совершенно один, без свиты, без сопровождения может появиться из темноты ночи. Он, не останавливаясь, проскакал мимо, на ходу подмигнул стражникам, чем привёл их ещё в большее замешательство. Те даже поклониться не успели, а топот копыт коня наследного принца уже затихал вдали улицы.

Ночь, время для отдыха, для сна, которому не могут помешать даже оглушительные раскаты грома. Ярси соскочил с коня у самой лестницы, почему-то решив вернуться во дворец через парадный вход. Хлопнул животное по крупу, отправляя в сторону конюшен. Тот сам разбудит конюха и заставит себя расседлать, не один раз уже такое проделывал.

Грохот стихии сделал топот копыт совершенно неслышным. Наследный принц вбежал вверх по ступеням и мельком окинул взглядом четырёх дворцовых стражников в полном боевом облачении и с оружием в руках стоящих у дверей. Воины храбро несли службу с закрытыми глазами, а их ровное, глубокое дыхание лишь подтверждало, что они действительно спят стоя. Что ж, пусть так, Ярси решил, что для этого тоже нужно иметь немалую выдержку и умение. Данная способность вполне может пригодиться в походе. Он сделал для себя заметку, что всю дворцовую стражу нужно отправить в несколько дневный марш-бросок – проверить их выносливость в полевых условиях. А сейчас воины должны чётко реагировать на любое действие или звук рядом.

Ярси шагнул в проём двери и хлопнул створкой так, что проснулись не только стражники, но и половина дворца, обитающая на нижних этажах. Перестарался. За спиной вместе с раскатом грома что-то упало, послышалась приглушённая ругань. Заспанные лица с гримасами возмущения выглядывали из всех спален, но разглядев кто является виновником переполоха тут же предусмотрительно исчезали.

Наследный принц, не останавливаясь и не обращая ни на кого внимания, вбежал вверх по лестнице, поднимаясь на свой этаж. У дверей в комнату Элены он на мгновение задержался, прислушался. Девушка мирно спала, её дыхание было ровным и глубоким. Человеческим. Сейчас ещё человеческим.

Ярси быстро огляделся, то тут - то там виднелись порванные драпировки, поваленные постаменты для скульптур, а сами разбитые скульптуры видимо успели прибрать слуги, хотя кое-где осколки ещё наблюдались. Было похоже, что сегодняшняя охота выдалась особенно жаркой, раз даже уборку сделали кое-как, опасаясь расшалившихся охотниц. Да и дворцовые обитатели какие-то нервные, попрятались все.

Он невольно улыбнулся, даже мысли об Элене и её непосредственности отгоняли куда-то прочь все тревоги. Хотелось быть таким же беззаботным и не задумываться о завтрашнем дне.

Не получится! Не получится отменить собственное происхождение и что-то изменить!

Наследный принц Мироса и король Рееты лишь скрипнул зубами и двинулся к своей комнате. Всё утром….

Глава 21

Обострённое обоняние предупредило его о присутствие гостя прежде, чем он свернул за угол коридора. Ярси слегка замедлил шаг, а потом согнал с лица выражение настороженности и, высоко подняв голову, пошёл навстречу Велиславу – наследнику Дайтры, поджидавшего его у дверей.

Тот молча смотрел на приближающего принца. Ярси так же молча остановился перед загородившим проход дайтровцем.

- Здравствуй, Ярси, - он криво усмехнулся. – Давно не виделись. Ты измелился, принц.

- Ну да, я стал тебя выше, - Ярси хлопнул Велислава по плечу. – Давно здесь стоишь? А я вот прогуляться решил перед сном.

- Не знал, что оборотни спят.

- А я не обычный оборотень, - король Рееты улыбнулся во все клыки. – Иногда сплю, иногда не сплю. Если не боишься, то проходи, я рад тебя видеть.

Гость фыркнул и посторонился.

Ярси первым шагнул в собственные покои, услышал, как Велислав идёт следом. Дверь мягко закрылась.

Наследник Дайтры был старше его на два года и, пожалуй, он был единственный, кто всегда воспринимал Ярси как друга по играм и не более. В детстве они довольно часто встречались на официальных приёмах и всегда старались удрать подальше от взрослых, чтобы всласть побегать по окрестностям. В такие дни взрослым было не до малолетних принцев, чем они и пользовались, вырываясь на свободу. Но в отличии от Ярси Велислав являлся единственным наследником Дайтры и за ним приглядывали на много строже. Но и тогда им удавалось улизнуть от опекунов и познакомиться с забавами обычных мальчишек, вернее они вдвоём и были зачинщиками различных безобразий.

Ярси с интересом разглядывал друга детства, прошло почти шесть лет с их последней встречи. Принц Дайтры сильно раздался в плечах, но не отличался высоким ростом. На веснушчатом лице, обрамлённом светлыми волосами, поблёскивали задорным блеском каре-зелёные глаза. Было похоже, что сильно серьёзным он так и не стал.

- Мне можно те обнять? – поинтересовался Велислав. – Или у оборотней это воспрещается?

Теперь фыркнул Ярси и первым двинулся к другу, раскинув руки для объятий.

- Похоже ты наслушался страшных сказок, - проговорил он хлопая того по спине.

- Сказки – сказками, - возразил Велислав,- А реальность вот она – рядом.

- Да уж, реальность пострашнее сказок, - Ярси горько усмехнулся. – Но я не кусаюсь.

- Очень на это надеюсь, король Рееты.

Ярси махнул рукой и показал гостю на кресло. – Решил заменить посла?

- Ну, ты весьма эффективно игнорируешь послов, Ярослав, - наследник Дайтры удобно устроился в предложенном ему месте. – Оказывается, тебя кроме как ночью и не застанешь!

- Прости, я очень рад тебя видеть, правда, но если честно, сейчас голова идёт кругом. Столько всего свалилось, что хоть вешайся.

- Знаешь, никогда бы не подумал, что ты оборотень, если бы не твоя улыбка. Клыки весьма впечатляют, - улыбнулся Велеслав. – Но ведёшь ты себя, как обычный человек. Впрочем, тебе не привыкать, ты с детства был оборотнем – тихоня и послушный мальчик во дворце, и сорванец и задира на улицах города. Я хорошо помню твои выходки, но это так и осталось только нашей тайной.

Ярси опустил голову, впервые задумавшись над этим фактом, в детстве он действовал совершенно неосознанно. Да, в окружении близких, он вёл себя именно так, как они того хотели и, не понимая этого, подстраивался под их желания. Притворялся? Или пытался соответствовать их ожиданиям – старшие братья были воинами, а младший принц оставался лишь маменькиным сыночком, тихоней, не умеющим держать в руках оружие. Почему? Потому-что именно так учил Гитон, не позволял заниматься ничем кроме чтения книг, оберегал от подвижных игр, от воинского дела, от уроков маги. От всего, что позволило бы ему стать другим…. Возможно, он воспротивился бы такому воспитанию, если бы рядом всё время не находилась мама. Её взгляд завораживал, лучился удивительным теплом и нежностью, такому взгляду нельзя было не повиноваться. Нельзя было её расстраивать. Она очень любила своего сына, а он любил её и ради неё готов был стать кем угодно. Жаль только, иногда глаза мамы менялись и вместо нежности в них начинал плескаться плохо скрываемый панический страх…. Тогда он не понимал таких взглядов, а сейчас…, впрочем, сейчас тоже не понимает. Прошлое трудно разгадать, его мама была Великой колдуньей, и она знала и чувствовала больше, чем другие.

Ярси медленно прошёлся по комнате.

- А ведь я совершенно не задумывался, почему себя так веду. Мне внушали, что я должен быть тихоней, и я соответствовал их ожиданиям. Во дворце, - он развёл руками. – А сейчас меня никто не сдерживает. Но если честно, то я не понимаю, зачем это было нужно. Зачем Гитон именно так меня воспитывал? А ведь он верил, что его подопечный полностью ему подчинён.

Велислав кивнул.

- Ха, я тоже был уверен, что ты слабак, пока мы не встретились на том заднем дворе, помнишь? Я думал, что ты не придёшь, всё-таки сопляк младший меня на два года, да и ещё и постоянно держащийся за спиной учителя. Как же ты меня удивил, когда без раздумий и разговоров дал кулаком в зубы. А ведь я тогда даже на ногах не смог устоять. Улетел только так, удивительно, что в тебе была такая сила. Тебя случаем не в детстве оборотень покусал?

- Странно всё это, - Ярси помотал головой. – Выходит, что я всё время притворялся. Я был таким, каким меня хотел видеть Гитон. И мама.

- Да, действительно странно. Меня обучали по-другому, - кивнул принц Дайтры. – Иногда я начинаю вспоминать те денёчки и всё больше удивляюсь твоему учителю. Может быть, ты сам не замечал, но он постоянно тебя одёргивал, сдерживал, давил. По крайне мере, мне казалось, что это именно так. А ты молча соглашался. Помнишь, я даже спрашивал – почему ты так спокойно подчиняешься? Я-то видел тебя совершенно другим. А ты только пожимал плечами, словно не понимал, о чём я говорю. Знаешь, а ведь это очень похоже на колдовство. Ты ведь и сам колдун, насколько я слышал, как думаешь, могли тебя подчинить магией?

- Не знаю, - Ярси нахмурился. – Наверное, могли. И Гитон и мама были очень сильными магами. Только опять же зачем?

- А где сейчас Гитон, почему у него не спросишь?

- Я пытался его найти, не получилось. Он пропал тогда же когда и я сбежал. Пять лет назад.

- Да уж, я даже отца просил отправиться на твои поиски и привезти тебя в Дайтру. Страшные вещи тогда происходили. Но он узнал, что тебя ищет сам Бортан и запретил вмешиваться. Сначала твоими поисками занимались простые следопыты, они и по нашему королевству прошлись, потом за дело принялись колдуны, а через год стало известно, что на тебя заключён контракт у наёмников. Вот от этих тебе было уже не спрятаться. Они тебя нашли, ведь так, только оборотень им не по зубам оказался?

- Не совсем, если бы остался в Вистольце, они бы не смогли до меня добраться, да и оборотнем бы не стал, - Ярси пожал плечами. - Но я ведь не знал, что здесь происходит, а в чужом мире мне не сиделось, что-то тянуло обратно так, что хоть вой.

- Значит Вистольца, - Велислав прицокнул языком. – Неудивительно, что тебя не могли найти. А как же ты в Реете оказался?

- Стечение обстоятельств, наверное, - перед взглядом вдруг промелькнули зелёные глаза Мэтжера – тот смотрел пристально, насмешливо, а в глубине нечеловеческих зрачков демона таилась боль. – От наёмников удирал и не заметил, как пересёк Границу.

- Не повезло, значит. А дальше? Сомневаюсь, что король оборотней дал себя добровольно убить. Прости, что заставляю вспоминать, - вдруг спохватился Велислав. – Но это ужасно интересно.

- Ужасно? – Ярси перестал бродить по комнате и тоже уселся в кресло, более внимательно посмотрел на друга детства. Что он здесь делает? Простой визит вежливости? Желание повидаться, вспомнить прошлое или лишь любопытство? Они уже не дети и оба являются наследниками больших королевств. Дайтра соседствует с Миросом, считается союзником. Король Бортан прикрывал соседа не только от Рееты, но и от любых других неприятностей – когда-то это были пришедшие из-за Торда воинственные переселенцы, потом вздумавшие захватить побольше плодородных земель чаровцы, позже - Первые. И всегда на защиту Дайтры вставал более сильный и могущественный Мирос. В ответ расположенная в очень плодородных землях Дайтра обеспечивала своего защитника не только зерном по минимальной цене, но и всевозможными овощами, фруктами, а так же мясом. Жители Мироса и сами всё это выращивали, но земли рядом с Реетой не давали больших урожаев и не могли прокормить все большие города. Поэтому взаимовыгодное сотрудничество двух королевств устраивало обоих.

Вот только короля Бортана больше нет, а наследником престола стал не просто оборотень, им стал король мёртвого леса. Король чуждого для живых мира, страшного и загадочного, много веков выступающего только как угроза для людей. И что теперь?

Ярси скользнул взглядом по пытавшемуся казаться беспечным Велиславу, за пять лет могло очень многое измениться. Они оба стали другими. Он хорошо понимал мотивы наследника Дайтры – былая дружба давала ему право быть не просто послом, а делала возможным узнать обо всём с другой стороны – как воспоминания из детства, как простая беседа, как рассуждения двух мальчишек, ещё недавно участвовавших в общих проделках. Узнать и оценить чего стоит будущий король Мироса.

- Я часто вспоминаю, что тогда произошло, - медленно проговорил Ярси, по его губам скользнула усмешка. – Очень многие случайности на самом деле не являются случайностями, но об этом мы узнаём на много позже. А желание быть первым иногда приводит к гибели. Там в Реете я был всего лишь добычей для них, я поверил в это, но не смирился. Мне не оставили выбора и я убил того, кто напал первым – Алато. Ты знаешь, что так звали их короля?

Велислав отрицательно покачал головой и почему-то зябко поёжился.

- А я знал его имя. С раннего детства. Каждый вечер перед сном Гитон рассказывал мне истории про Реету. Вместо сказок. День за днём, без перерывов. Как заклинание…, - Ярси опустил голову. – Я очень хорошо представлял этот лес, и он оправдал все мои ожидания.

- Но ты выбрался, - медленно проговорил Велислав. – Не думаю, что короля оборотней было так просто убить, даже если он напал первым.

- Не просто, - Ярси вскинул взгляд на друга, комната мигнула серебреными отсветами, а наследник Дайтры сильно вздрогнул и вжался в кресло. Ярослав потёр глаза рукой, пытаясь вернуть себе обычное зрение. – Совсем не просто. Но думаю, ты знаешь, какие в Вистольце воины. Все эти годы я занимался воинским искусством вместе с их детьми. Они приняли меня и дали мне не меньше знаний, чем и своим воинам. То что я не получил в Миросе я взял в Вистольце.

- Ничего себе, значит, своего ты добился – стал воином. Но я думал, что их умения зависят не только от тренировок, а прежде всего от врождённых способностей к воинскому делу. Они даже двигаются по-другому, - Велислав очень быстро справился со страхом и вновь спокойно смотрел на оборотня.

- Оказалось, что у меня тоже есть способности, - пожал плечами Ярси. – Не такие как у вистольцев, но есть.

- А вот в это я очень даже верю, иначе ты не смог бы меня всё время побеждать в наших потешных схватках. А ведь я старше тебя и в детстве был намного крупнее.

- Надеюсь, у тебя не осталось обиды на это?

- Шутишь? – Велислав коротко рассмеялся. – Можешь не верить, но обиды никогда не было. Я просто всегда чувствовал, что ты другой чем я.

- В чём другой? – Ярси насторожился, серебряные искры вновь замелькали во взгляде.

Принц Дайтры развёл руками.

- Не смогу объяснить, это на уровне интуиции. У меня нет магических способностей, но я очень остро воспринимаю особенности других. Просто знаю, что человек другой. Или не человек.

Ярси кивнул. Ещё один вроде Тинка, только не маг и ещё неизвестно кого именно он чувствует – Проводников или просто гостей из других миров.

- И много ты других обнаружил?

- Ну-у, у нас в королевстве есть маги, которые отличаются от остальных, меня всегда удивляло – а в чём их отличие, люди как люди, внешне и не скажешь, что другие. Потом это был ты, твой отец, твои братья, советник твоего отца и Гитон.

- Что? – Ярси заметно вздрогнул. – Гитон? Я не знал….

- Что не знал? – теперь насторожился Велислав. – Ты можешь объяснить? Я до сих пор не понимаю – кого именно чувствую. Ладно нелюди – это понятно, у тебя во дворце вон парочка девиц сейчас таких обитает, весьма симпатичные, кстати, взгляд только слишком хищный. И Элена тоже…. Ты сделал её оборотнем? Свою невесту?

- Я не хотел, это случайно вышло, её Ривид ранил ножом, замаранным моей кровью.

- То есть сначала он ранил тебя, интересно, но давай вернёмся к другому – ты можешь ответить – кого я чувствую? Кто эти люди, отличающиеся от всех остальных?

Ярси смерил его долгим взглядом.

- Ты ведь знаешь, что Вистольца – это другой мир, но туда есть постоянно действующий портал, о котором всем известно. Так вот, миров очень много, а те, кого ты назвал для себя другими просто чужаки – иномирцы. Я и сам об этом до недавнего времени не знал.

- Так ты и твои братья…, - Велислав нахмурился. – Но вы же здесь родились.

- Здесь, - Ярси кивнул. – Но в нас течёт кровь нашего отца. Текла. Мы лишь наполовину другие, но это ты тоже почувствовал.

- Знаешь, король Бортан всегда ощущался для меня совершенно чужим, он словно не вписывался в нашу реальность, противоречил ей. Он отличался даже от тех, кто казался мне не такими, - Велислав покачал головой. – Из какого мира он пришёл?

- Я, я не спросил, - тихо проговорил Ярси, в горле вдруг встал комок, мешая говорить. – А он не сказал. Я почти ничего не знаю о своём отце.

- Мне жаль, но мы очень многого не знаем, - взгляд принц Дайтры вдруг стал очень жёстким. – Не знали и не могли предугадать, что Реета вдруг станет частью Мироса – это так, не спорь, не могут отдельно существовать два королевства, если у них один король. Что в Тинасе восстанут мертвецы и армией двинуться на другие королевства. Что у границы Мироса проляжет страшный разлом, из которого тоже лезут скелеты. А тот, кто защищал нас все эти годы, вдруг просто исчезнет из нашего мира.

- Ты обвиняешь в этом меня, Велислав? – Ярси встал на ноги, с трудом сдерживая рвущиеся из пальцев когти. Дайтровец тоже вскочил, его рука легла на рукоять меча.

- Нет. Я говорю о другом. Ты изменился, Ярси, ты больше не скрываешь свою сущность. Ты стал таким, каким я тебя всегда знал и чувствовал, - Велислав криво усмехнулся. – Хотел ты этого или нет, но ты встал на путь своего отца. На тебя смотрят как на защитника, Ярси. Несмотря на то, что ты оборотень.

Ярослав скрипнул зубами.

- Ты не можешь говорить за весь наш мир. Люди меня ещё не приняли.

- Приняли, ещё как приняли, - Велислав подошёл ближе и хлопнул его по плечу. – Оглянись вокруг, им всё равно кто ты, они хотят защиты от страшной угрозы, а ты уже показал, что у тебя есть для этого сила. Так что, мой друг, именно тебе нести эту ношу.

Ярси лишь фыркнул и покачал головой.

- А у меня хоть кто-нибудь спросил чего я хочу?

- А это не важно. Война уже идёт, Ярослав. Ты знаешь, что мертвецы город за городом поглощают всю Тинасу? А куда они двинуться потом? И самое главное, кто ими управляет? Кто наш враг?

Ярси отступил к окну, поднял голову к сверкающему молниями небу. Редкие капли дождя срывались из тёмной выси и водной пылью разбивались об раму, оставляя после себя мокрые пятна. Он закрыл глаза, пространство дёрнулось, понеслось перед мысленным взором вдаль. Быстрый полёт над Тинасой и резкий скачок к Листовой, словно именно туда его тянуло. Звало. Разлом жил своей собственной жизнью. Иной жизнью. Нечто пока ещё беспомощно ворочалось на его дне, пытаясь впитать из окружающего пространства как можно больше энергии. Выбрасывало щупальца наружу, улавливая малейшие колебания магической силы. Ярси понял это за мгновение до того, как беззвучный зов хлёсткой плетью ударил по сознанию и заставил отшатнуться. Он вздрогнул и открыл глаза. По телу разлилась странная слабость, словно этот некто успел захватить часть его силы.

Он нахмурился, капли дождя всё чаще и чаще стучали по распахнутым створкам окна и также беспощадно били по его пальцам, судорожно вцепившимся в подоконник. В голове был сумбур, Ярси заставил себя обернуться, посмотрел на наследника Дайтры.

- Я не знаю, кто наш враг, он ещё не показал своё лицо. Но Тинаса не захвачена, пали два города и множество деревень. Люди продолжают обороняться, возводят вокруг своих селений стены или бегут. Правитель Тинасы смог спастись из Керонта, сейчас он в Дегоне на границе с Лерикором. Пожалуй, самое безопасное место, - он выдохнул. – Армия мертвецов движется в другую сторону.

Велислав сжал кулаки.

- Откуда такая информация? До нас тоже доходят сведения из Тинасы, но я знаю лишь о павшем Керонте и общей панике.

- Я маг, Велислав, мне не нужны разведчики, чтобы знать о происходящем.

- Интересные у тебя способности, смею предположить, что они на том же уровне, что и твоё воинское искусство, - он кивнул на мечи в ножнах наследника Мироса. – Необычное оружие даже на взгляд не мага. А ведь оно магическое, если не ошибаюсь. А один из мечей серебряный. А это как-то противоречит тому, что ты оборотень.

- А я неистинный перерождённый Рееты. Во мне многое не так, - Ярси криво усмехнулся. – Я не привязан к мёртвому лесу как другие оборотни в полнолуние. Они в отличие от меня только в Реете могут обращаться в зверей независимо от цикла луны. В обычном же мире, как ты знаешь, оборотни становятся монстрами лишь в полнолуние.

- А ты…? – Велислав вновь зябко поёжился.

- Я могу оставаться человеком сколько пожелаю, - широко улыбнулся король Рееты.

- И зверем тоже, – закончил за него друг детства.

Ярси кивнул.

- Не будем об этом. Это не важно.

- Что ж, рад был тебя увидеть, Ярослав, - Велислав спиной попятился к двери, как будто только сейчас вдруг осознав с кем именно находился в одной комнате. – Пожалуй, пойду спать, надеюсь, что о ситуацие в Тинасе мы ещё поговорим. Мне кажется, что вскоре это станет общей проблемой.

- Ещё как станет, можешь в этом не сомневаться, - подвёл черту Ярси.

- Ладно, тогда встретимся утром в зале приёмов, - дайтровец дошёл до двери и поспешно выскользнул в коридор. Ярси чётко уловил его облегчённый вздох, когда створка закрылась.

Глава 22

Ярси глубоко вздохнул и прошёлся по комнате. Друг детства не просто так появился этой ночью. Этот визит можно было истолковать, что Дайтра очень надеется, что Мирос всё ещё является её защитником. Слишком привыкли дайтровцы жить за спиной сильного, воинственного соседа. Их собственная армия уже давно существует лишь для видимости и в основном состоит из дворцовой стражи, те, кто действительно хотели быть воинами, отправлялись в Мирос.

Ярси хмуро усмехнулся, да, война ещё не началась, но большая часть армии уже сейчас стянута именно к западной границе – границе с землями Тинасы. В кузницах день и ночь перековываются мечи – в их клинки вливается серебро. Но намного большую надежду Ярси возлагал на лучников. Чем дольше они смогут не подпускать мертвецов на расстояние удара меча, тем больше шансов будет для живых. К тому же на серебреные наконечники требовалось на много меньше материала, чем на мечи. А то, что серебро действует на мертвецов, он уже видел во время боя у Керонта. Правда, тот меч, что держал в руках Вик, был не просто с влитым в клинок серебром, на него ещё были наложены очень сильные заклинания. Аура меча являлась настолько интенсивной, что различалась даже с высоты птичьего полёта. Но понять что это за заклинания Ярси не смог, не настолько он опытный маг, чтобы разбираться в чарах такого уровня. Его собственная магия была интуитивной, он не произносил никаких заклинаний. Но чтобы наложить заклинания на других, изменить предмет, создать защиту, требовались именно слова, выстроенные в определённом порядке.

Именно слова становятся магией. Поэтому и существуют магические школы, обучающие плетению фраз - потоков преобразующихся в чары. Ярси поморщился, он не обучался в магической школе, сначала не позволил Гитон, потом – в Вистольце, он сам отказался от этой возможности, не захотел быть магом. А сейчас ему повинуется лишь стихия, которую он может направить только на разрушение. Кэртон дэсо – противоречащий себе, воин-маг, несущий смерть.

Перед взглядом вспыхнуло пламя, жаркое, вгрызающееся в саму почву, волнами, бегущее подеревьям, по траве, по подстилке леса…. Пламя прожорливым монстром захватывало в свои объятие и живое и неживое. Всё, что стояло у него на пути. Магическое пламя. Его создатель не являлся магом огня, его стихия молнии, что на много страшнее. Молнии способны энергетическими разрядами бить на огромные расстояния, а попав в предмет или дерево становятся источником пламени. Но в тоже время, этот парнишка легко создавал и защитные купола и способен лечить. Ярси был уверен, что ему доступны и другие заклинания. Странные спутники повстречались Вику на пути: мальчишка-маг, обладающий необычными возможностями и его сёстры, способные выкачивать энергию из земли. Мысли мгновенно вернулись к разлому – это бедствие, расколовшее почву, тоже выкачивало энергию, но не только из земли, но и из воздуха и из других существ. А ведь дети, возможно, смогли бы закрыть этот разлом. Пусть они его не создавали, но им отдаёт силы сама земля, а значит, они могут заставить её повиноваться.

Он вновь задумчиво посмотрел в окно. Где сейчас Вик? Где вся их компания? Он с трудом подавил в себе желание их найти, непонятная слабость, засевшая где-то внутри тела после мысленного путешествия сквозь пространство, напоминала о себе сосущим чувством голода. Ярси потёр виски и невольно провёл языком по клыкам. Пищи требовал вовсе не организм, в пище нуждалась магическая составляющая его сущности.

Он опустился в кресло, закрыл глаза, вслушался в энергетический фон и вздрогнул. Очень близко ворочалось нечто голодное, раздираемое жаждой поглощения, вот-вот готовое устроить прорыв сквозь опустошённую от энергии полосу лугов и ворваться в Листовую. Ярси сжал кулаки. С помощью магии вмешиваться нельзя, это нечто будет только радо поглотить новую порцию силы. Маги здесь бесполезны, а грубая сила способна справиться лишь с порождениями разлома – скелетами. Оставалось большим вопросом - что может остановить того, кто ими управляет?

Там в Листовой остались знахарка, лишённый силы иномирец и оборотень. Ярси очень надеялся, что они успеют уйти до того, как начнётся очередной прорыв, а пока стоило подготовить отряд воинов, вооружённый мечами с вкованными в клинки серебром и уже утром отправить его в Листовую. А ещё Ярси очень захотелось поговорить с Радолюбом. Это он тоже собирался сделать утром, а с послами пусть разбирается Ристон, ему не привыкать.

*************************************************************************

Вчера вечером вокруг него хлопотала не только Дженевра – кормила бульоном, помогала умыться, но и Мировир предложил свою помощь и почти на себе оттащил справить естественные надобности. Потом они вдвоём очень аккуратно уложили его в кровать, подоткнули одеяло, дали напиться воды и, взявшись за руки, дружно вышли из комнаты. У Тинка чуть глаза на лоб не полезли от такой идеалистической картины. А ведь было стойкое ощущение, что опасность никуда не исчезла. И Дженевра довольно часто об этом говорила, а после того, что произошло у разлома, вообще очень сильно хотелось сбежать. А тут…. Никто никуда не торопится, не паникует и не думает защищаться. Бред какой-то, наверное, он всё ещё спит.

Но против этого предположения свидетельствовал уже некоторое время щекочущий ноздри изумительный запах выпечки. Тинк завозился в кровати, тело затекло и нестерпимо ломило, в мышцах словно засели острые иглы и каждый раз втыкались ещё глубже, если он пытался пошевелиться. От собственного состояния хотелось взвыть.

- Эй, кто-нибудь, - вместо крика с губ сорвался лишь слабый шёпот. В горле сразу запершило и нестерпимо захотелось пить.

Тинк попытался повернуться набок, но сил едва хватило лишь на то чтобы приподнять голову. Он глухо застонал. Перед взглядом то и дело мельтешили чёрные пятна, сливались в полосы и вдруг превращались в неровные стены разлома…. Он с непонятной ясностью понимал, что разлом его не отпустил, взял всё, кроме жизни, но так и не освободил от своего влияния. Впрочем, жизнь он тоже забрал. А его продолжающееся существование это лишь отсрочка, которую дал ему Ярослав.

Вчера вечером Дженевра очень ласково на него посмотрела, села рядом, взяла за руку и совершенно безжалостно и спокойно рассказала всё, что с ним произошло. Рядом стоял Мировир и с нездоровым любопытством наблюдал за вздрагивающим и ёжившимся иномирцем. Что ж, Тинк понял только то, что, несмотря на кажущиеся изменения, произошедшие с характером знахарки, особого сочувствия ему было не дождаться. Она скорее была похожа на оборотня – непонятно умиротворённая и не обращающая особого внимания на происходящее вокруг.

Тинк бессильно откинулся на подушку.

- Просто в очередной раз не повезло, - решил он, стало вдруг очень интересно должно ли невезение чередоваться с везением? Или на него это совершенно не распространяется и в его жизни есть лишь сплошная чёрная полоса, которая никуда не ведёт? Впрочем, жаловаться он не привык, просто было обидно, что именно на его голову один за другим обрушиваются удары и ничего хорошего как будто уже не предвидится.

Он тяжело вздохнул и тут же едва не задохнулся от пронзившей грудь боли. Так, глубоко дышать тоже нельзя.

Запах из кухни начал сводить с ума, если ему на завтрак принесут очередную порцию бульона, то можно окончательно вешаться. Как только сможет подняться, конечно. В животе засосало, к тому же пересохшее горло требовало хотя бы каплю воды.

Тинк сжал зубы и заставил тело сдвинуться с места. Как ни странно ему это удалось, он неожиданно перекатился и очутился на самом краю кровати. Согласно правилам невезения удержаться, конечно, не получилось, и тело благополучно скатилось на пол. От удара об твёрдую поверхность на несколько мучительно-долгих мгновений перехватило дух, из глаз брызнули невольные слёзы, ему показалось, что всё его существо горит от нестерпимого огня боли. Тинк уткнулся лицом в пол и от бессилия взвыл, больше ни на что сил не было.

Почти сразу рядом зазвучали шаги.

- Далеко собрался? – поинтересовался Мировир.

Иномирец попытался ответить, но из горла вырвался только хрип. В его бок воткнулся твёрдый носок сапога, оборотень не пинал его, он просто так перевернул его тело на спину – не наклоняясь.

- Что ты там бормочешь? Даже мне не понятно.

- Нет, - прошептал Тинк.

- Что нет? – не понял Мировир.

- На вопрос отвечаю – нет, не далеко. Вообще никуда. Я мышцы пытался размять, мне же нужно как-то восстанавливаться.

- Ну, если на полу удобней, - оборотень пожал плечами. – То восстанавливайся. Я, правда, думал, что ты есть хочешь….

Тинк с трудом кивнул.

- И пить.

- Тогда пошли на кухню, - шагнул к двери оборотень.

- Издеваешься? – Тинк с трудом приходил в себя, пытаясь вернуть себе нормальное дыхание. Ни на какие движения он был не способен.

- Издеваюсь, - подтвердил Мировир, быстро наклонился и взвалил иномирца себе на плечо. Тинк вновь едва не задохнулся, висеть вниз головой оказалось ещё хуже, чем падать. Но сказать он ничего не мог, горло перехватило судорогой.

- Ты зачем его сюда принёс?! – послышался возмущённый вопль Дженевры. – Ему нельзя вставать!

- Да я его с пола поднял, - начал оправдываться Мировир. – Он ползать пытался. Оголодал совсем задохлик, вообще ничего не весит.

Тинка сбросили вниз, но вовремя поймали и усадили на лавку. Перед лицом оказалась столешница, на которую он благополучно наклонился. Перед глазами поплыл туман, но очертания мисок всё равно угадывались. Он попытался выпрямиться, голова мгновенно закружилась. Стараясь не думать о собственной слабости, Тинк с трудом поднял руку, почти ничего не видя, нащупал горячий бок пирога в ближайшей тарелке и потянул к себе.

- Смотри, он уже сам руками двигает, значит, с ложки можно не кормить, - заявил оборотень. Упоминание ложки навеяло нехорошие предчувствия.

- Та-ак, - грозный голос Дженевры заставил Тинка вздрогнуть. Перед ним было что-то со стуком поставлено, из пальцев безжалостно выдрали пирог.

- Сначала бульон, - заявила знахарка и потрепала его волосы.

Спорить было бесполезно, сопротивляться тоже, не будешь есть сам – накормят силой. Одной рукой он нащупал ложку, второй взялся за край глубокой миски, медленно зачерпнул содержимое. Теперь самым главным было не промахнуться мимо рта.

После завтрака Мировир вновь поднял его на руки, но под присмотром Дженевры на плечо закидывать не стал, а бережно вынес на улицу. Тинк удивлённо закрутил головой, жмурясь от ярких лучей солнца. Оборотень опустил его на расстеленный знахаркой на траве плед, подсунул под голову подушку и укрыл одеялом.

- Что происходит? – с трудом прошептал иномирец, от свалившейся на него заботы мысли начинали всё больше путаться, ощущения были очень странными.

- Дженевра считает, что тебе нужно гулять, - спокойно ответил Мировир. – Так что – гуляй.

Он отряхнул руки и направился куда-то к забору, вскоре до слуха Тинка долетел стук молотка. Было очень похоже, что оборотень чинит не законченный им забор.

- Бред, - прошептал Тинк и закрыл глаза.

Прежде всего Мировир отодрал и приколотил заново те доски, что до этого прибивал этот умелец валяющийся сейчас на травке. Ни одна из них не стояла ровно. Оборотень с непонятным для себя наслаждением работал молотком, одним ударом вгоняя гвозди по шляпки в дерево. То, что данная работа совершенно бесполезная его не особо волновало. Что там Дженевра говорила про притворство – монстр пытается казаться человеком? Он не пытался никем казаться, существовала странная пустота, в которую время от времени вторгались чётко запоминающиеся события – такой была его так называемая жизнь.

Когда-то таким событием стала Дженевра, а сейчас… Всполохи эмоций и давно забытых красок радости невероятным калейдоскопом разрывали действительность, с пугающей неизбежностью вытеснив привычную обыденность его мира. Было очень странным осознавать, что ему это нравится.

Задумавшись, оборотень едва не вскрикнул, когда в пальцы впилась колючая боль. Он отдёрнул руку, между досок забора торчал пучок высушенной травы. Оказалось, что участок Тинка уже закончился, там магические травки были убраны, а здесь они нетронутыми по-прежнему защищали забор от нежити.

Он некоторое время постоял, рассматривая совершенно безобидные на вид пучки, расположившиеся в досках через одну. Вновь приблизил к ним руку, пытаясь понять насколько далеко распространяется их аура. Опытным путём удалось установить, что энергетическое поле каждого из пучков как раз перекрывает друг друга, делая заслон сплошным – без прорех. Оборотень окинул быстрым взглядом весь забор, а потом задумчиво уставился вдаль – туда, где над разломом в земле клубилась хорошо видимая дымка.

Мировир подобрал палку, аккуратно подцепил один из пучков и направился к иномирцу.

Тинк не сразу понял, что стук молотка уже некоторое время как перестал быть слышен. Солнечные лучи живительным теплом ложились на его кожу, окутывали всё тело приятным покрывалом, словно изгоняя из него стылые волны слабости. Смотреть на яркие краски дня было больно, поэтому он закрыл глаза и сам не заметил, как начал проваливаться в сон. Шагов Мировира он не услышал, при желании оборотень мог двигаться совершенно бесшумно. Лишь сквозь дрёму почувствовал, как на лицо что-то упало, в следующее мгновение колючая и резкая боль заставила его с криком открыть глаза.

Тинк замахал руками, стряхнул с лица нечто сухое и колючее и задыхаясь рванулся с места куда-то в сторону. Ему удалось отползти на несколько шагов, лишь тогда он перевёл дух и посмотрел на стоящего рядом оборотня. Тинк даже не сразу осознал, что не видит на его губах обычной усмешки. Лицо оборотня было очень серьёзным.

- Ч-ч-что ты делаешь? – поинтересовался Тинк.

- Провожу эксперимент. Как тебе эта травка? – оборотень поддел что-то с одеяла палкой и приподнял.

- К-какая травка? – иномирец уставился на пучок сушёной травы. Оборотень вновь к нему шагнул, поднося его ближе, причём палку он держал на вытянутой руке, отводя от себя подальше.

- Эта, - Мировир подбросил траву и метко попал Тинку на руку. Тот вновь ощутил резкую боль, вскрикнул и, вскочив на четвереньки начал быстро отползать.

- Ясно, - проговорил оборотень, наблюдая за его всё более уверенными движениями. Иномирец замер сам вдруг поняв, что может двигаться и сел на землю.

- Что ясно? – в его голосе прозвучали жалобные нотки. – Что это? Почему оно жжётся?

Оборотень пожал плечами.

- Это трава, которую Дженевра использует для защиты своего огорода от нежити. Весьма действенная надо сказать. Я лишь хотел испытать будет ли она также влиять на порождение разлома.

- Что-что? – Тинка передёрнуло, он нахмурился и нервно сжал кулаки. – Трава для защиты от нежити?

Он уставился на оборотня широко открытыми глазами, в которых начинал плескаться страх.

- На меня она тоже действует, - как будто попытался успокоить его Мировир. – Не переживай, ты не нежить, Тинк. Пока ещё. А может и не будешь нежитью. Но что-то от магии Разлома в тебе есть - такое же, как в тех скелетах. Я вот что подумал – если выложить эту траву полосой по краю разлома, то скелеты, возможно, не смогут через неё пройти. Получится у нас а, маг? У Дженевры я думаю есть запас этого сена.

- К разлому нельзя приближаться, - с дрожью в голосе проговорил Тинк.

- Так мы и не будем, на расстоянии травку разложим.

- Я-я не знаю я, - он вновь поёжился, но потом пересилил себя и протянул руку к лежащему недалеко пучку. Кожу начало щипать на расстоянии двух ладоней, иномирец нахмурился, прислушиваясь к собственным ощущениям. От невзрачной травки бежала ясно воспринимаемая волна враждебной энергии – как огонь, вгрызающийся в кожу. – Странное ощущение, никогда не думал, что в растениях может быть столько силы.

Он посмотрел на оборотня.

- Возможно, ты прав – да разлом повлиял на меня, а скелеты не просто подвержены его действию, они ещё и нежить. Скорее всего, они будут воспринимать всё на много сильнее. Нужно попробовать.

Глава 23

Невысокое дерево вольготно раскинуло ветви над потемневшими от времени стенами. Мощные ветви уже давно растолкали кладку каменной ограды, и не выдержавшие напора природы и прошедших лет кирпичи грудами легли на землю. Но кое-где ветхая стена ещё стояла, скрывая от чужих взглядов приземистый одноэтажный дом, утопающий в зелени одичавшего сада.

Этот небольшой участочек с домом находился у внешней стены Элеарда и к нему примыкали лишь огромные сады соседних усадьб. Считалось, что у него есть хозяин и лишь поэтому его до сих пор никто не трогал. Всё-таки чужая собственность, а где сам хозяин никто не знал. И гости здесь были не частыми, иногда забредали случайные путники, свернувшие не в ту сторону с хорошей дороги. Под ноги им ложилась заросшая густой травой тропа, в которую превратилась некогда ровная, мощённая камнем дорожка. Путники с недоумением окидывали взглядами ветвистые заросли, казавшиеся совершенно неуместными хоть и на окраине, но всё же в городе – внутри стены, доходили до тупика с развалинами ограды и с руганью поворачивали обратно.

Но сегодня гостем был всадник, он уверенно соскочил с коня между нагромождениями камней, закинул поводья на крепкую ветвь дерева и быстро огляделся, прислушиваясь к окружению. Замер он лишь на мгновение, потом легко перепрыгнул через остатки кирпичной стены, не утруждая себя поисками калитки, и двинулся через сад к дому.

Заросли травы по грудь скрыли его высокую фигуру, пришлось придерживать рукой плащ, чтобы его не сдёрнули цепляющиеся за полы толстые и весьма крепкие стебли. Лицо путника почти полностью закрывал накинутый на голову капюшон, оставляя видимыми лишь упрямо сжатые губы и подбородок. За спиной висел перекинутый через плечо дорожный мешок, за который тоже упорно дёргала трава. Он с облегчением выбрался к крыльцу, толкнул скрипучую дверь и шагнул вглубь полутёмного помещения.

Этот дом они обнаружили ещё в детстве вместе с Велиславом и, возможно, сейчас принц Дайтры при желании мог бы его найти. Только зачем ему это? Игры давно закончились, и старый дом остался в прошлом. Ярси даже знал, что его хозяин умер, наследников у него не было, а значит дом принадлежит теперь королю. Вот только добраться сюда незамеченным в собственном городе оказалось весьма сложно.

В дорогу он собрался перед рассветом. Ристону ничего говорить не стал – иначе бы старик всю дворцовую стражу ему в свиту отправил. Единственной, кому сообщил о своём решении ненадолго уехать, стала Элена.

Девушка проснулась ещё до того, как он прикоснулся губами к её щеке. Её слух становился всё более чутким. Тонкие руки сразу обхватили его за шею и притянули к себе, Элена с вызовом и насмешкой посмотрела ему в глаза. Её пальцы вдруг решительно вцепились жениху в волосы, заставляя наклониться ещё ниже, и он невольно удивился той силе, что уже сейчас появилась в мышцах девушки.

Она сама его поцеловала, во рту почувствовался привкус крови, зубы Элены глубоко прокусили его губу. Ярси прижал её к кровати руками, слегка отстранился, наблюдая за её лицом. На щёку девушки капала его собственная кровь, придавая её милому личику очень хищное выражение.

- Доброе утро, - произнёс он.

- Ещё ночь, - шепнула Элена и слизнула упавшую ей на губу каплю крови. – Зачем ты здесь?

- Хотел попрощаться, мне нужно ненадолго уехать.

- Да? - она дёрнулась, пытаясь вырваться. – А я уж начала надеяться, что ты решил нарушить своё обещание….

Он вновь наклонился, накрыл своими губами её полураскрытый рот, рука сама скользнула по телу девушки, срывая тонкую ткань рубашки. Её тело напряглось, выгнулось, Элена глухо рыкнула, острое колено с силой ударило его в низ живота. Ярси охнул и отпустил её, отодвинулся.

Девушка быстро закуталась в одеяло.

- Нет, ты обещал ждать до свадьбы, - с каким-то сожалением в голосе заявила она.

- Обещал, - выдохнул он, оставалось лишь пожать плечами и наблюдать, как с сидящей на кровати девушки соскальзывает вниз одеяло, почти обнажая её грудь. Элена придерживала его двумя пальчиками, не особо пытаясь прикрыться.

- Куда ты едешь?

- Мне нужно поговорить с Радолюбом, к вечеру вернусь.

- О, я тоже хочу прогуляться, давай устроим выезд на природу!

- Извини, - Ярси быстро отвернулся, когда Элена откинула одеяло и соскочила с кровати, но успел заметить, что лохмотья порванной рубашки уже ничего не скрывают. – Боюсь, что сейчас не то время, когда следует устраивать выезды. К тому же ты ведь очень занята, на тебе, как на будущей королеве сейчас вся подготовка к коронации и к свадьбе.

- А кое-кто мне совершенно не помогает, - маленький кулачок ударил его по плечу. Элена вновь оказалась слишком близко, шею обдало горячим дыханием. Ярси сжал кулаки, боясь вновь сорваться, и вскочил на ноги. Она просто с ним играет! А это обещание, причём с явной неохотой, она взяла с него сама, а теперь всё время провоцирует! Нет уж, раз решили соблюдать приличия, значит, так тому и быть. Вот Вику на много проще – и жениться не собирается и подружек целых две, причём совершенно не стеснительных. Он вдруг подумал о том, что до сих пор ничего не рассказал Элене про Тинасу. И про Вика. И про её родной город. И Любава с Дисой в неведенье. Он не боялся говорить правду, но очень не хотел разрушать то хрупкое равновесие, что установилось в их жизни.

- Я просто стараюсь тебе не мешать, - проговорил он хрипло.

- Ага, как же, - прозвучало в спину. – Лучше скажи, что не хочешь в этом участвовать! Коронация через два дня, Ярослав. И свадьба тоже. Только посмей не вернуться сегодня вечером, ты же знаешь, что я сама поеду тебя искать!

Ярси быстро обернулся. Его невеста совершенно обнажённой лежала поверх одеяла, её прищуренные глаза поблёскивали хищным серебряным светом, на теребящих простыню пальцах матовыми отсветами переливались сильно удлинившиеся заострённые ногти. Нет, стеснительности здесь не было и в помине, от той принцессы, что он знал ещё чуть больше недели назад, не осталось и следа. Милая, пусть и вздорная девчонка легко сбросила маску и всё больше превращалась в хищницу.

- До вечера, - улыбнулся Ярси и выскользнул за дверь. В коридоре он невольно усмехнулся, выдохнул и зашагал к лестнице, на ходу вытирая с подбородка и губ кровь.

А вот всеведенье Ристона не только раздражало, но довольно часто вызывало удивление. Старик словно чувствовал всё, что касалось его подопечной, а теперь ещё и её жених заодно попал под его пристальное внимание. И то, что эта парочка оборотни его совершенно не волновало.

Опекун Элены ждал его на следующем пролёте лестницы. На его ногах красовались меховые тапочки, из-под пол длинного тёплого халата выглядывали худые лодыжки, но благодаря гневному выражению лица выглядел он всё равно грозно.

- Ты что творишь!? – зашипел он приглушённым голосом. – Что ты делал в её комнате? Вы ещё не женаты!

- Всего лишь поздоровался и попрощался заодно, - Ярси фыркнул, отчитываться за свои поступки не было никакого желания, тем более в таком вопросе.

- У тебя губа прокушена!

- Сейчас зарастёт, - Ярси попытался от него отмахнуться. – У Элены изменённые зубы чешутся, вот и кусается. Это пройдёт со временем. Наверное.

Он ускорил шаги, но Ристон не отставал.

- И куда ты собрался? Ночь на дворе! Совершенно безответственное поведение для наследника престола. Ты никого не предупреждал, стражники не готовы тебя сопровождать.

- Поэтому меня никто сопровождать не будет! – Ярси резко развернулся и посмотрел Ристону в лицо, серые глаза принца на несколько долгих мгновений утратили живой вид и наполнились мертвенным светом. – Давай я сам буду решать куда и как мне ехать.

Старик зябко поёжился, но упрямо качнул головой.

- Иногда я забываю, кто ты такой, - пробормотал он. – Для меня ты всё тот же мальчишка и ведёшь себя как мальчишка – совершенно не считаешься с обязанностями, которые у тебя здесь появились, когда ты вернулся. Ты уже не можешь отвернуться от того, что ты в ответе за этот город и это королевство, Ярослав. Не получится!

- Я знаю, Ристон, - Ярси положил ему на плечо руку, старик заметно вздрогнул. – И не собираюсь ни отчего отворачиваться. А сейчас у меня дела. До вечера. Передай послам, что приёма не будет.

- Что?! – возмущённый вопль старика донёсся в спину.

Ярси его уже не слушал, он перепрыгнул сразу через весь пролёт и очутился внизу. Бегом пересёк нижний зал, достиг выхода к конюшням, сбросил с двери засовы и выскочил во двор. Мальчишка? Пусть мальчишка, будущий король действительно не стал бы носиться по дворцу бегом, но ему было всё равно.

Коня он седлал сам, несмотря на проснувшегося конюха, в растерянности затоптавшегося рядом и с ужасом в глазах наблюдающего с какой скоростью двигается принц.

Вороной жеребец недовольно всхрапывал, он не привык, что его в такой спешке взнуздывают и затягивают подпругу, а потом, не дав опомниться, силой тащат во двор. Ярси не касаясь стремян взлетел в седло, приторочил позади прихваченный с собой дорожный мешок и приказал открыть ворота. Конюх бегом кинулся выполнять приказание.

То, что Ристон всё-таки успел собрать ему сопровождение, он определил сразу. Обострённый слух легко вычленил топот копыт за спиной. Люди хорошо понимали, что наследник престола их с собой не звал, и старались держаться на расстоянии. Но предрассветная пустота на улицах города почти не оставила им шансов. Это они тоже понимали и замирали каждый раз, как принц со злостью сдерживал коня и оборачивался.

Ярси оставалось лишь криво усмехаться, его сопровождающие были не стражниками, у старика имелись свои собственные особенные люди, остававшиеся наготове в любое время суток. Именно их хорошо организованная ещё при бывшем советнике короля сеть позволяла ему быть таким осведомлённым. Ристон весьма умело и быстро прибрал к рукам оказавшуюся не у дел при смене власти такую полезную организацию. Ярси знал об этом, но пока отслеживал их деятельность лишь издалека. Они не мешали. До сегодняшней ночи не мешали.

Он выбрал ближайший короткий путь к городским воротам. Фонари горели через один, а кое-где и через два, позволяя ночной тьме чёрными пятнами мрака вольготно ложиться на дорогу. Ярси в очередной раз обернулся, подождал, пока сопровождающие прижмутся к стене дома, пытаясь остаться незамеченными, и свернул в узкий переулок. Здесь он спрыгнул с коня, оставил его стоять посреди улицы, а сам легко забрался на крышу двухэтажного дома. Печная труба густой тенью скрыла его замершую, пригнувшуюся фигуру.

Люди Ристона появились через несколько мгновений, они не могли позволить своей цели надолго остаться не в поля их зрения. Коней вели на поводу, в переулок заглянул лишь один и тут же скрылся. Слух оборотня вычленил его напряжённый отрывистый шёпот.

- Он где-то здесь, прячется. Не к добру это. Упустим мы его. Вверх тоже смотрите. Он может быть где угодно.

- Коня не оставит, я думаю, - ответил другой голос. – Сейчас с нами разберётся и дальше поедет.

Ярси чуть не рассмеялся. Очень догадливые преследователи оказались. Профессионалы.

- Тогда может быть вы сами обратно повернёте, без членовредительства, - предложил он, после того как совершенно бесшумно перебежал по крыше и соскользнул на землю за их спинами.

- Э-э…, - четыре головы сильно вздрогнув, быстро повернулись в его сторону. – У н-нас п-п-приказ, не можем мы так повернуть….

- Приказ говорите. Здесь только я отдаю приказы, - принц нехорошо усмехнулся во все клыки, недвусмысленно напомнив о своей сущности, и шагнул к попятившимся людям. Дальнейшее они разглядеть уже не смогли. Фигура только что стоящего перед ними парня вдруг неуловимо быстро сдвинулась с места и слилась с чернотой ночи. Каждый получил всего по одному удару. Профессиональные шпионы, не успев никак среагировать, почти одновременно беззвучно прилегли отдохнуть посреди улицы города.

Ярси оглядел их неподвижные тела, все были живы, убивать он не собирался, пожал плечами и вернулся к своему коню.

- Нашли на кого охотиться, - проворчал он недовольно и уже не торопясь вытащил из мешка длинный плащ неприметного тёмно-серого цвета, накинул его на плечи и вскочил в седло. На голову лёг глубокий капюшон, скрывший половину лица. Город ещё не проснулся, но рисковать Ярси не хотел, случайные прохожие всегда найдутся.

Его путь резко изменился, он больше не направлялся к воротам. Переулок вывел на широкую улицу, с неё он свернул в сторону северной окраины и, почти не напрягая память, безошибочно двинулся к заброшенному дому.

Первые солнечные лучи бледным золотистым светом окрасили верхушки деревьев, но к стенам дома им было ещё не пробраться. Плотно закрытые ставни не пропускали и намёка на освещение внутри комнат. Ярси не нужен был свет, взгляд легко выхватил из мрака массивную мебель, пробежал по пыльному полу, отмечая, что здесь нет следов ни чьего присутствия. И всё же он отыскал на столе толстую свечу, зажёг её. Так было привычней.

Он снял с плеча мешок, скинул плащ и начал раздеваться. Тёмно-синяя рубаха из дорогой ткани с замысловатой золотой отделкой была небрежно брошена на пыльный стул, туда же последовала кожаная курточка с металлическими вставками на рукавах в виде наручей и штаны с такими же вставками ниже колен. Не доспехи, конечно, но почти боевое облачение. Кожа на изготовление этих вещей пошла особенная и вполне могла выдержать попадание стрелы с любого расстояния, да и клинок кинжала способна остановить. А ещё имелась подкладка из металлических звеньев – тонкая, но очень прочная кольчуга. Доспехи Ярси носить отказался – слишком замедляли движения, поэтому Элена настояла хотя бы на этом, совершенно не принимая того факта, что оборотень от попадания стрелы или кинжала всё равно не погибнет. А ведь ещё и попасть нужно.

Из мешка была извлечена совершенно другая одежда – простая коричневая рубаха с завязками на груди, лёгкая куртка, защищающая разве что от несильного холода и штаны из прочной грубой ткани. Вместо изукрашенной позолотой обуви натянул потёртые сапоги. Оглядев себя Ярси остался вполне доволен, но нужно было сделать ещё кое-что. Одежда одеждой, но достаточно опытный колдун поймёт, что перед ним оборотень. А быть узнанным король Рееты не хотел.

«- Ты можешь оставаться человеком, и никто не сможет определить, что ты оборотень», - слова Мэтжера до сих пор как заклинание звучали в голове, но кроме желания ещё требовалось создать внутренний щит, как тогда в Битре. Но прежде он оббежал взглядом комнату, увидел на комоде небольшое зеркало и перенёс его к столу. Сел на стул и уставился на собственное отражение. Выглядеть тоже требовалось по-человечески, а сейчас языком нащупывались слишком длинные клыки, стоит приоткрыть рот и маскировке придёт конец.

Он стёр с зеркала пыль, отражение взглянуло в ответ яркими серыми глазами, в радужке которых то и дело проскальзывали серебряные отсветы, разрушая образ обычного человека. Все говорят, что он похож на свою мать, вот она действительно была красавицей, а он…. Тонкие, правильные черты лица, что невольно хотелось поморщиться. За простолюдина точно не примут, а те, кто знал его семью, легко определят, какой крови он принадлежит - слишком сильное сходство. И никуда не денешься, даже если поранить лицо и заработать шрамы, те всё равно ведь затянуться без следа. И кожа слишком бледная, но с этим ничего не поделаешь, а тёмные волосы только усиливают эту бледность.

Ярси приподнял пальцем верхнюю губу, клыки действительно смотрелись устрашающи. Вместо одного с каждой стороны от резцов как у обычных людей, у него имелось рядом по три и все ненормальной длины.

Он прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Если бы был знающим колдуном, то прочитал бы заклинание, а так приходилось рассчитывать лишь на одно желание измениться. И всё же губы зашептали слова, слова совершенно другого мира, холодным, жутким дыханием вторгшиеся в эту реальность.

На столе всколыхнулся огонёк свечи, отражение в зеркале на мгновение исказилось, преобразив черты на совершенно чужие. Незнакомец – молодой парень с щеками и лбом затянутыми крупными чешуйками – словно в маске, зло сощурился серебряными глазами и пропал.

Ярси выдохнул, невольно потянулся к лицу рукой, провёл пальцами по щеке и ощутил под ними гладкую кожу. Незнакомец? А так ли это?

Он взъерошил волосы, глубоко вздохнул и уже молча начал ставить щит. Под кожей пробежало покалывание, где-то внутри росла холодная пустота, заполняя не только тело, но и сознание. Укрывая всё чуждое, пряча под своей непроницаемостью. Результат он наблюдал в зеркале – медленно, словно сопротивляясь, уменьшились до нормальных размеров клыки, лишние превратились в обычные зубы, из глаз исчезли серебряные отсветы, сделав радужку совершенно обычной, даже кожа потеряла мертвенную бледность и стала выглядеть слегка загорелой.

Ярси отложил зеркало, встал. Теперь требовалось наложить щит на оружие. Расставаться с мечами он не собирался, а в своём обычном виде они привлекали слишком большое внимание. Он опустил руки на рукояти, его собственный щит уже перекинулся на клинки, оставалось лишь слегка закрепить этот эффект. Оружие окутала незримая дымка, скрывая истинный вид и мечей и ножен. Теперь они выглядели как обычные стальные клинки, сделанные в недорогой кузне.

Он с облегчением вздохнул и огляделся. Больше его в этом доме ничто не держало.

На улице стало почти светло, Ярси быстро пересёк сад уже по другому пути, чтобы не оставлять явных тропинок и вернулся к коню. Животное спокойно объедало верхушки травы. Наследник престола безжалостно содрал с седла дорогую обшивку, потом ободрал с сбруи все фамильные украшения, бросил всё это за полуразрушенную ограду и вскочил в седло. Конь, конечно, тоже казался не простым, породу было не скрыть, но Ярси и не собирался выглядеть совсем бедняком. Хотя в магическую школу принимали детей и подростков любых сословий. Но где сейчас раздобыть клячу он не знал.

Стражники Северных ворот с безразличием окинули взглядами одинокого всадника, решившего двинуться в путь почти ночью. Отворили для него узкую калитку, куда он протиснулся, ведя коня на поводу, и отправились дремать на посту дальше.

Ярси оглянулся на закрытые ворота Элеарда, невольно улыбнулся и вновь взобрался в седло. Путь до Кэриваля – небольшого городка расположенного чуть дальше пригорода столицы, предстоял не самый простой.

Глава 24

Солнечные лучи слишком яркими росчерками пронзали листву, не давая возможности насладиться полётом. Вик шипел сквозь зубы, из-за ослепительного для его глаз света он раз за разом терял ориентацию и не успевал уклоняться от веток. Те немилосердно били его по лицу, хлестали по плечам и цеплялись за крылья. Устав бороться вистолец спикировал вниз и сразу шагнул в тень. Крылья послушно прижались к спине, даже усилий не пришлось прилагать. Данное действие получилось настолько естественным, словно он всю свою жизнь был крылатым существом. Вистолец мрачно усмехнулся и сорвался с места на бег.

До поляны оказалось недалеко. Вик обогнул место стоянки и держась под деревьями вышел к детям стараясь не поворачиваться ни спиной, ни боком. Впрочем, спереди его одежда тоже была достаточно изодранной, а сквозь лохмотья проглядывали кривые царапины, глубоко разорвавшие кожу. Вистолец сильно надеялся, что они вскоре затянутся, но пока регенерация не спешила начинаться.

Ким и девочки облегчённо заулыбались, но увидев в каком состояние заявился Вик, встревоженно оглянулись на лес.

- Что произошло? – лекарь шагнул к границе защитного купола и замер, не спеша его убирать.

- Потом расскажу, - качнул головой Вик. – Вы позавтракали?

- Мы тебя ждали, у меня кусок в горло не лез.

- Зря, нам надо идти, собирайтесь, - Вик поглядел на совершенно не голодные лица девчонок, до сих пор пытавшихся что-то быстро прожевать, и понял, что без завтрака остался только их брат.

- Сейчас вернусь, - он бросил к границе щита меч, подхватил мешок с одеждой и ринулся к озеру. Ему повезло и среди вещей отыскалась не только ещё одна рубаха, но и штаны. Вик быстро сорвал с себя лохмотья, на несколько мгновений окунулся в воду, стараясь смыть с себя следы прикосновений мертвецов, и выскочил на берег. Его напряжённый слух ловил не только голоса детей, но и все звуки ближайшей округи. Несмотря на недавнюю победу, ощущение тревоги не исчезло, и бой с мёртвым воинством воспринимался как нечто неоконченное, незавершённое.

Он быстро оделся и вернулся на поляну.

- Всё в порядке? – напряжённо спросил Ким. Щит он так и не убрал, Мила и Лана полностью собранные топтались за спиной брата.

- Да. Вы идёте или решили здесь поселиться?

Тинасец выдохнул и повёл рукой, гася защитный купол. Девчонки радостно вскрикнули и ринулись к Вику. Тот не успел опомниться, как они его уже обнимали.

- Э-э, - Вик осторожно прикоснулся к их головам, провёл ладонями по волосам, едва их задевая.

- Ким такой вредный, - пожаловалась Мила.

- Угу, - подтвердила Лана. – Он не хотел идти тебя спасать. А мы знали, что тебе нужна помощь, вон ты какой весь процарапанный.

- Ну, - он растерянно взглянул на мрачного подростка. – Всё правильно, прежде всего ваш брат должен был защищать вас. Я сам ему это поручил. А со мной ничего не случилось.

Мила почему-то всхлипнула.

- Мы так испугались….

- Испугались, что ты не вернёшься, - договорила её сестра. – Ты мог не вернуться….

Вик вновь посмотрел на Кима, теперь уже вопросительно. Тот пожал плечами. Видимо у девчонок были и другие способности. Вистолец погладил их по спинкам, чувствуя, как они вздрагивают, ему и самому хотелось продлить эти мгновения и крепко прижать их к себе.

- Нам нужно идти, - повторил он с сожалением.

Ким не дожидаясь указаний быстро собрал вещи и уже привычным движением прицепил на поясу меч. Вик накинул на плечи плащ, застегнул его на груди, на голову набросил капюшон, оказавшийся достаточно глубоким, чтобы скрыть лицо. Оба мешка повесил себе на плечи. Рядом выжидательно подпрыгивали девчонки.

- Ножками прогуляться не хотите? – поинтересовался он.

Те отрицательно замотали головами, утверждая, что нет - не хотят.

- Мы же соскучились и переживать устали, - сообщила Лана.

- И ноги у нас маленькие, - заявила её сестра. – И прыгать мы так не умеем.

- Ну да, конечно. А если просто идти?

- Мы же торопимся, разве нет? – две пары глаз смотрели на него очень просительными и хитрыми взглядами.

Больше не сопротивляясь Вик наклонился и взял их на руки. Оглянулся на Кима, тот по-прежнему встревоженно поглядывал на деревья.

- Идём, Ким, - Вик шагнул к лесу, подросток быстро догнал и попытался идти рядом, для этого ему всё время приходилось переходить на бег.

- Что произошло? – спросил он требовательно.

- Мертвецов становится всё больше, - проговорил Вик. – Они движутся сквозь лес в сторону Мироса и боюсь, что те, с которыми я столкнулся, далеко не последние.

- Э-э, тебе удалось их остановить? – голос Кима дрогнул. – Их было много?

- Остановить? Да. С этими я справился. Не переживай, сейчас за нами никто не идёт, - Вик чуть заметно усмехнулся. – По крайне мере поблизости их точно нет.

- Только поблизости? – в голосе Кима прозвучали панические нотки. – Ты чувствуешь их присутствие?

- Спокойней, Ким, - вистолец чуть сбавил скорость, давая возможность парню отдышаться и перейти на шаг. – Нет, способностью чувствовать мертвецов я не обладаю.

- Но ты же как-то определил, что они приближаются!

- Для этого достаточно слуха. У меня очень хороший слух, Ким. Поэтому могу пообещать, что не заметно они к нам не подкрадутся.

Парень поёжился, вновь закрутил головой, вглядываясь между стволами деревьев.

- Очень на это надеюсь, - пробормотал он. – А куда мы идём?

- Здесь есть несколько деревень, возможно, там удастся купить вам нормальной еды.

- А потом?

- Потом в Мирос.

Ким опустил голову.

- Надеешься, что твой друг тебе поможет?

- Ты же сильный колдун, Кэимстон, - Вик почему-то посмотрел вверх, словно небо могло дать хоть какие-то ответы. – Думаю, ты лучше других знаешь, возможно ли это. А надежда…, нет, я ни на что не надеюсь, если тебе интересно. Но Мирос стал моим домом и другого у меня нет.

- Да, дом это не обязательно родина, - тихо проговорил Ким. – Это место, куда можно вернуться. И для нас такого места больше не существует.

Вик покрепче прижал к себе девчонок.

- Ты же сам говорил, что хотел уйти из Керонта и посмотреть мир. Случай, конечно, ещё тот, но, - Вик попытался подобрать слова. – Сейчас стоит радоваться уже тому, что вы живы и по-прежнему вместе. А это многого стоит. А дом…, в Миросе у вас будет новый дом. Если захотите.

- Прости, - так же тихо ответил Ким. – Ты прав, нам вообще очень сильно повезло. Повезло, что ты решил нас спасти, Вик. И это из-за нас ты стал таким. Мне жаль.

- Не стоит, у каждого своя судьба, я всё равно должен был измениться. Хотелось бы конечно измениться в кого-то более определённого. Как оборотень я по крайне мере знал, что мне предстоит. А сейчас…, ну-у, так даже интересней - каждый день узнаю о себе что-то новое. И сожалеть я точно разучился, - Вик поглядел на грустные мордашки Милы и Ланы, внимательно вслушивающихся в их разговор, и попытался беспечно улыбнуться. Получилось плохо – клыки мешали, но как ни странно девчонки сразу заулыбались в ответ, обвили его шею руками и прижались к груди. Вик вновь ускорил шаг, вынуждая Кима догонять и бежать сзади.

Весь остальной день они почти не разговаривали. Вик настороженно вслушивался в окружающий лес и если бы не Ким, то двигался бы ещё быстрее. Парень старался не отставать, но его сбивающиеся шаги то и дело затихали далеко позади, и Вик невольно замирал, ожидая пока Ким догонит. Тинасец упрямо брёл по его следам, не жаловался, ни стонал, лишь его измученный и злой взгляд выдавал всё, что он думает о способном без устали идти Вике.

Ближе к вечеру вистолец стал замечать, что перед ними недавно шли люди. В густой, короткой траве мелькали раздавленные стебли, ветви кустарников были надломлены, кое-где продавлен и потревожен ковёр мягкого мха, словно путники запинались от усталости. Впрочем, так оно и было, его нюх легко различил знакомый запах беглецов, спасённых им утром от преследователей. Значит, не заблудились, идут в правильном направлении – к деревне.

След петлял, забирал вправо и вскоре вывел на тропинку, тянущуюся вдоль речки. Вик остановился, подождал пока подойдёт почти задыхающийся Ким и ссадил девчонок с рук на землю.

- Можете отдохнуть, я пока воды наберу, - кивнул он детям. Парень со стоном опустился на колени, а потом плашмя растянулся прямо на тропинке. Рядом радостно запрыгали его сёстры, разминая ноги.

Вик спрыгнул с крутого обрыва на узкую полоску песка и быстро огляделся, слух чётко ловил звонкое журчание. Он немного прошёлся и обнаружил среди густой травы маленький родник. Вистолец снял с пояса фляжку, с которой никогда не расставался, и поднёс под ледяную струю. Ёмкость быстро наполнилась. Попавшие под воду пальцы не ощутили ни холода, ни влаги, лишь лёгкое прикосновение нечто едва задело заменившие кожу чешуйки. Такое же как ветер. И не появилось никакого желания напиться.

Он на мгновение закрыл глаза, к этой реальности тоже нужно было привыкнуть.

Девчонки угомонились и теперь сидели рядом с братом то и дело толкая его в бок. Ким пытался от них отмахиваться, но встать даже не пробовал. Вик легко выпрыгнул обратно на обрыв и протянул детям фляжку. Лана и Мила с жадностью набросились на воду. Заслышав, что они отбирают друг у друга фляжку, подросток заставил себя оторваться от дороги и принять сидячее положение.

- Это вода? - прохрипел он. – Умираю от жажды.

- Наверное твои сёстры поделятся, - предположил Вик.

- Ага, как же, отберёшь у них, - Ким передёрнул плечами. – Нам далеко ещё до деревни? Ты был здесь раньше?

- Нет, никогда, - вистолец качнул головой. – Но деревня близко.

- Откуда ты это знаешь? – не поверил Ким.

- Знаю, - Вик пожал плечами. – Просто чувствую, что лес скоро закончится, а дальше будет много селений. Мы скоро к ним выйдем.

Ким почему-то поёжился.

- Я бы в лесу лучше остался, - проговорил он. – Не хочу к людям.

- Для меня это тоже было бы более приемлемым вариантом, я вовсе не жажду выходить под солнечные лучи и встречаться с этими крайне разумными существами, - задумчиво произнёс Вик. – Но обходить все селения будет слишком далеко. Граница леса уходит вглубь Тинасы, а нам нужно идти вперёд – к границе Мироса.

Ким тяжело вздохнул, Мила сунула ему в пальцы фляжку. Парень сделал один глоток и вода закончилась. По его губам скользнула усмешка.

- Всё как обычно, - пробормотал он.

Вику пришлось ещё раз сходить за водой, после чего они вновь двинулись в путь.

Узкая тропинка слегка отвернула от речки и слилась с хорошо нахоженной дорожкой. Та напрямую повела через густой подлесок к мелькавшему между стволов открытому пространству полей. Дети вопросительно посмотрели на Вика, в их глазах застыла настороженность. Вистолец шагнул с дороги под деревья, осторожно приблизился к границе леса и остановился, оставшись скрытым густой листвой.

- Там дома! - воскликнула Лана. – Мы пойдём туда?

Мила и Ким тоже топтались рядом, но выходить из под деревьев никто не спешил.

- Пока нет, - тихо произнёс Вик. – Нужно подождать, смотрите на тех людей, они тоже чужаки.

По дороге из леса к селению двигалась компания из двух уставших женщин, худого мужика и нескольких детей. Все едва брели, спотыкались и выглядели очень измученными. У закрытых ворот им пришлось остановиться. Небольшая, в две улицы деревенька была обнесена высоким частоколом. Из-за него выглядывала сторожевая вышка, на которой бдительно дежурил облачённый в доспехи крестьянин. Он грозно наставил на пришельцев лук и что-то им прокричал. Те начали отвечать, показывать руками на лес.

Ветер легко доносил до слуха Вика торопливые слова, мужик рассказал, что они переселенцы, хотели добраться до родни в Кирвиче, но оказалось, что городок разрушен, а все жители куда-то подевались. А потом между домами появились странные шатающиеся фигуры и попытались их схватить. Им удалось бежать, с тех пор они бегут через лес и очень надеются на чью-нибудь помощь.

Людей на вышке прибавилось, селяне испуганно загалдели. Из их разговора выходило, что про напасть они знают, от того и стену построили. И принимать к себе пришедших из леса не собираются, а если путники хотят войти, то им придётся раздеться, чтобы их колдун осмотрел. И с заразой они к себе никого не пустят.

Женщины заплакали, к ним тут же присоединились дети. Створка ворот слегка приоткрылась, и на дорогу выскользнули четверо вооружённых мужчин и высокий старик с посохом.

Детей и пришлого мужика заставили раздеваться прямо на дороге, женщинам указали на растущие у частокола кусты, куда с ними ушёл только колдун. После тщательного осмотра всех путников впустили за ограду.

Вик и Ким переглянулись, ситуация была понятна без слов.

- Знаешь, - проговорил тинасец. – Мне знакома эта местность, я здесь когда-то проезжал вместе с Лиртой, она брала меня с собой в гости к своей родне. Вот там за холмом есть небольшой городок, там живут её родители. Мы можем туда пойти?

- Зачем? – тихо спросил Вик.

- Хочу рассказать им…, - Ким запнулся. – Пожалуйста, Вик, это ведь не очень далеко, а нам всё равно двигаться в ту сторону.

- Город может охраняться так же как эта деревня, а это значит, что мне туда не попасть. Вы пойдёте туда одни?

Парень качнул головой.

- Нет, я хочу, чтобы девочки остались с тобой, - он вскинул на Вика горящий внутренней болью взгляд. – Так будет безопасней.

Вистолец кивнул.

- Ладно, ты прав, нам всё равно идти в ту сторону, только двигаться будем не по дороге.

Он успел привыкнуть к городам внешнего мира, взгляд уже не коробило от мрачных серых стен, сложенных из камня - массивных и прочных, превращающих жилища в маленькие крепости. Камень покрывал улицы и стены заборов, а деревья и трава ютились на крошечных островках называемых садами. Их мир…, а теперь и его тоже.

В том мире, где он родился - Вистольце тоже строили дома из камня, но камень был совершенно другим – светлым, почти прозрачным и пластинчато-тонким, что не уменьшало его прочности. Дома казались воздушными, наполненными солнечным светом и очень изящными. Не такими, как здесь. А все улицы утопали в зелени садов и цветах. Но стоило перевести взгляд выше, и взор натыкался на непреступные скалы, массивными росчерками закрывающие полнеба. Скалы, дышащие холодом смертельной угрозы, сдерживаемой лишь Стеной. Той Стеной, защитником которой он так и не стал.

Воспоминания…. и боль от осознания изменённой судьбы. Эта боль уже давно перестала быть острой. Но не исчезла. Она поселилась где-то глубоко внутри, на крошечном участочке мозга и тонкими колючими коготками начинала царапать сознание, когда перед взглядом вновь представал такой непохожий на его прошлое город. Серые безликие дома, высокие заборы и пустые улицы, мощённые камнем.

Вик невольно поморщился, город начинался у подножия холма и занимал узкую, вытянутую вдоль реки долину. Риот, как его назвал Ким. Солнце медленно клонилось к закату, но его всё ещё яркие лучи щедро ложились на покатые крыши, скользили по массивным стенам приземистых двухэтажных зданий и жарким потоком высвечивали улицы.

Ничем не примечательный город, тихий, спокойный…, мёртвый. Он втянул носом воздух, на ходу прислушался, пытаясь вычленить хоть какие-то звуки, кроме их собственных шагов. Но вместо этого где-то далеко впереди сквозь расстояние почувствовались дрожащие нити уже сотканной паутины магии. Вик едва не споткнулся, на мгновение замедлил шаг, удивляясь этому непонятному ощущению и невольно признаваясь самому себе, что так уже было. Магия рвалась к нему со всех сторон, мерцала чётко распознаваемым покрывалом тумана, видимого тумана, видимого для его глаз.

Вик сжал кулаки, город не нравился ему всё больше и больше.

Единственная дорога беспрепятственно вливалась в широкий перекрёсток, из которого разбегались более узкие улочки. Защитная стена отсутствовала, въезд никто не охранял, не встречал незваных путников, не пытался остановить.

Ким, который до этого быстро шагал впереди, остановился, оглянулся на Вика. До первых домов оставалось шагов сто.

- Ладно, - проговорил он. – Дальше пойду один.

- Нет, - вистолец поглубже надвинул на голову капюшон. - Посмотри на эти дома, Ким, они пустые. Ты разве не видишь, не чувствуешь, что они мертвы?

Подросток резко развернулся, уставился на город, его руки пошли вверх, он направил в сторону домов раскрытые ладони и замер.

- Это, это лишь окраина, - пробормотал он. – Там есть люди…, живые люди.

- Есть, - согласился Вик, наблюдая, как от ладоней парня тянутся узкие, прямые лучи – сквозь дома, сквозь стены. – И это тоже одна из причин, почему не стоит заходить в этот город. Город не охраняют, но это не значит, что он беззащитен. Возможно, его жители решили, что вместе им будет проще обороняться и создали защитный купол в центре города.

- Я должен убедиться в этом. Останьтесь здесь, - резко произнёс Ким. – Я пойду один, я быстро. Её родители живут как раз на центральной улице. Ждите меня.

- Ага, как же, - Вик поймал рванувшегося вперёд парня за руку. – И чего ты такой упёртый-то, Ким? Потом ведь всё равно придётся идти тебя искать, так что лучше будем все вместе.

Глава 25

Первые дома встретили их безразличными взглядами пустых окон. Путники невольно остановились. Невысокий худой парнишка взмахнул длинной палкой, словно это был посох, что-то тихо прошептал и удивлённо закрутил головой. Высокую фигуру его спутника полностью скрывал плотный плащ, на лицо был надвинут капюшон, но взгляд защищённых густой тенью глаз пробежал по массивным стенам, цепко ухватил единственное движение – развиваемые ветром в окнах шторы и скользнул вдаль широкой улицы. Он неприязненно качнул головой и подтолкнул поближе к их брату двух девочек, сам встал за спинами их маленькой группы.

- Ну что? Всё ещё хочешь идти? – поинтересовался он.

- Я должен убедиться, что ничем не могу им помочь, родители Лирты уже не молодые, им нужно уезжать отсюда, так же как и остальным горожанам, - проговорил парень упрямо. – Странное место, куда все делись то?

- В мертвецов обратились и ушли, - хмуро усмехнулся Вик.

Ким лишь зябко поёжился и шагнул вперёд.

- А может просто ушли…? – он вновь повёл палкой.

- Что ты делаешь? – поинтересовался Вик, наблюдая как из самодельного посоха вырываются тонкие лучики света и бьют в стены домов. Губы парня в это время шептали почти невнятные слова.

- Пытаюсь понять, что произошло. Мертвецы тоже оставляют свою ауру, особенно такие.

- Какие?

- Созданные магией.

Вик пожал плечами, ему чтобы понять, что магия здесь не использовалась, колдовство было не нужно. Он просто чувствовал, что за безликими стенами пусто, здесь нет ни жизни, ни магической энергии.

- Ничего, - через некоторое время произнёс Ким. – Значит я прав – в мертвецов они не обращались.

- Пусть так, - согласился Вик и подтолкнул детей вперёд. – Дойдём до центральной площади и уходим.

Широкую, мощённую камнем улицу сжимали с двух сторон плотно стоящие друг к другу здания. Дома примостились настолько близко друг к другу, что почти касались стенами,над свободным пространством дороги нависали массивные балконы и какие-то пристройки, часто расположенные на месте крыш.

Ким уверенно шагал вперёд, иногда оглядывался, окидывал взглядом закутанного в плащ Вика и идущих рядом с ним девочек. Заменяющую ему посох палку он держал чуть вытянув вперёд, вторая его рука, как это было ни странно, лежала на рукояти меча.

Улица казалась бесконечной, дома безжизненными монолитами оставались за спинами, а впереди высились всё новые и новые. Было похоже, что эта дорога тянется через весь город. Ветер с тихим завыванием шелестел листвой немногочисленных кустов и гудел в распахнутых окнах. Где-то скрипели ставни, иногда доносился непонятный стук с крыш, шуршал под ногами путников гравий обочины и всё – в остальном город безмолвствовал.

Вик напряжённо вслушивался, всё больше приходя к выводу, что Ким прав и город действительно покинут его жителями. Единственное, что мешало поверить в это до конца – это засевшее в памяти ощущение сконцентрировавшихся где-то в центре потоков магии. Он почувствовал их при подходе к городу, но сейчас ничего похожего не наблюдалось.

Ким нервно вздрагивал от любых звуков, похоже, что идти вперёд его заставляло только упрямство. Девочки с любопытством глазели по сторонам и всё чаще порывались заглянуть в приоткрытые двери, но Вик был начеку и вовремя ловил за руки неугомонных шалуний. Идти просто так по дороге им было не интересно, давящая атмосфера города на них совершенно не действовала. Они то подбирали камешки, то тащили за собой какие-то ветки. Несколько раз вистолец отбирал у них здоровенные булыжники, которые сестрёнки на спор намеревались кидать в открытые окна.

Он даже не особо удивился, когда взгляд на доли мгновения уловил скользнувшую по крыше ближайшего дома тень. Именно от этого дома он оттаскивал Милу, а Лана вприпрыжку всё ещё бежала к его дверям. Вик выругался, подхватил девчонку под мышку и метнулся за её сестрой.

Проём входа мелькнул серым сумраком, двустворчатые двери протяжно скрипнули, приоткрывшись ровно на столько, чтобы впустить в дом Лану. Та бесстрашно шагнула вперёд и почти переступила порог. Вик схватил её за шиворот, рванул к себе и подхватил на руки. Он быстро отступил от дома, судорожно прижимая к себе обеих девчонок и не отрывая взгляда от дверей.

Между створками едва уловимо потемнело, словно кто-то загородил собой свет, постоял и вновь скрылся.

- Там кто-то есть, - заявила Лана. – Я хочу поиграть, надоело уже идти в этой пустой дороге.

- Кто есть? – вздрогнул Ким. – Где?!

- Мы не одни, - едва слышно произнёс Вик, хотя его слух по-прежнему не различал ни единого постороннего звука шагов. Так же как и запаха чужаков – их просто не было.

- И к-кто это? – перешёл на шёпот Ким и нервно закрутил головой. – Ты их видел?

- Нет, но это не мертвецы и не люди.

- Что? Как это? Ты шутишь? – парень придвинулся поближе к вистольцу.

- Они движутся совершенно бесшумно и очень быстро, - сообщил Вик. – Твоя магия что-нибудь тебе говорит?

- Магия? – растеряно вспомнил про собственные возможности подросток и нахмурился. – Я, я не понимаю, здесь нет ни единого магического потока. Я ничего не чувствую. Это не магические существа.

- Знаю, - скрипнул зубами Вик. Он ссадил девчонок с рук и подтолкнул их к Киму. – Держитесь вместе, я впереди пойду.

- Нет, - выдохнул Ким. – Ты был прав, нам лучше уйти, не стоило приходить в этот город.

- Поздно, - вистолец потянул из ножен меч, сбоку вновь что-то слишком быстро мелькнуло. Его взгляд лишь на мгновение вычленил скакнувший по крыше силуэт, но и это было уже хоть чем-то реальным. Таким же реальным, как сжимаемая пальцами рукоять оружия.

- Вик! – он не успел обернуться, плечо опалило жаркой волной огня, а в стену стоящего чуть поперёк улицы дома впилась извилистая молния. Первый удар нанёс Ким, нанёс не раздумывая и не разбираясь кто их противники. Или зная, кто это….

В уши впился громкий треск, дом странно вздрогнул и начал обрушиваться, взметая в воздух густую пыль, но прежде, чем это произошло, из-за его угла метнулись несколько теней. Вик отстранённо удивился силе этого удара, Ким сам сказал, что здесь нет магических потоков, а значит, он может использовать только то, что имеет сам – собственную накопленную силу. И девчонки ему здесь не помощницы – в закованном в камень городе они ничего не смогут взять у земли. Но удар не просто обрушил здание, он превратил его в пыль…. Мысли пронеслись и остались далеко в памяти, думать было некогда, оставаться на месте тоже было некогда и даже смотреть. Хотя перед взглядом так и продолжала стоять уведенная за рухнувшим домом картина – широкая, очень просторная площадь, окружённая кольцом высоких и даже изящных домов, красивых домов, лучших в этом городе. Часть площади занимают торговые ряды, под всевозможными навесами вольготно расположились деревянные прилавки, пестрящие разнообразным товаром. Когда-то продаваемые вещи и продукты были очень аккуратно разложены, украшены живыми цветами и разноцветными ленточками, а сейчас превратились в ненужный хлам – рассыпанный, порванный, местами сметённый на землю и залитый густыми багровыми лужами крови. Кровь тонкими струйками ещё стекала с прилавков, медленно, словно нехотя расползалась по мощённой камнями площади и багровыми пятнами заливала одежду лежащих повсюду горожан. Трупов было столько, что свободного пространства на площади почти не осталось.

Мертвецами были все – и те, кто лежали и те, кто уже поднялись с земли и неуверенно топтались на месте и те, кто лишил весь город жизни. Худые, костлявые фигуры и мертвенно-бледные лица с нечеловечески-безжизненными глазами, в которых ворочался мрак, не могли принадлежать живым. Но об этом Вик и так знал – при предыдущей встрече убедился. И очень надеялся, что больше подобных встреч не будет. Как оказалось зря - не повезло. Дэлонхи не желали оставаться в далёком прошлом.

Один взгляд и гудящий от рассекаемых клинков воздух заставил сорваться с места и отскочить. В голове появился звон, Вик невольно скривился, осознавая почему не чувствовал в пройденной ими улице энергетических линий магии – они все были высосаны, выпиты, а их энергия стянута сюда - в центр города. Здесь потрескивало от магических потоков пространство и звенящей болью отдавалось в висках. Здесь по прихоти восьми колдунов, замерших посреди площади, концентрировались огромные силы. Странные силы, разрывающие воздух мертвенными разрядами всполохов и змеями ползущие по земле, чтобы острыми лучами вонзиться в каждый труп.

Вик вновь подался назад, пытаясь увидеть, что там с детьми. Перед лицом мелькнул неимоверно быстрый росчерк чужого клинка. До отвращения знакомого клинка – бледно-голубого, полупрозрачного, горящего безжизненным светом. Вместо лица противника мелькнуло лишь белое размытое пятно, настолько молниеносным было его движение. Вик лишь по свистящему звуку рассекаемого воздуха угадал куда будет нанесён удар. Повернуться он не успел, меч почти вывернулся из пальцев, блокируя светящийся клинок, одновременно пришлось отпрыгнуть, потому что оружие противника не завершило движения, а пошло дальше, разрубив его собственный клинок на две части.

Вик выругался, ведь знал, что так будет и неизвестно на что понадеялся. Он отбросил уже непригодный для боя меч и освободил из под плаща обе руки. В кисти мгновенно впились солнечные лучи, заставляя поморщиться от боли. Вик вновь выругался, оглянулся, рядом уже некоторое время чувствовалась слегка покалывающая магия Кима. Парень больше не пытался наносить удары, теперь все его силы были сосредоточены на поддержании магического купола. Хоть это радовало – не нужно отвлекаться на их защиту. Вик на несколько мгновений встретился с испуганными взглядами детей, прижимавшихся друг к другу под щитом, и вновь отскочил, уклоняясь от очередного удара.

Противники больше не скрывались, он слышал их шаги – летящие, почти не прикасающиеся к земле, слишком быстрые. Вистолец зло усмехнулся, поднырнул под светящийся клинок и вплотную приблизился к врагу. Навстречу ощерились тонкие как иглы зубы, мертвенно-бледное лицо приблизилось на расстояние удара. Вик не останавливаясь, не завершая движения скользнул шипами по шее, пробил натянутую кожу и разорвал до позвонков. Что-то хрустнуло, чёрные глаза удивлённо мигнули и голова неестественно запрокинулась, повиснув на тонкой полоске кожи. Потом на землю повалилось тело.

Вистолец отскочил, огляделся, взгляд немыслимым образов зацепился за каждую мечущуюся тень, а потом пришло осознание, что и его собственное тело движется в том же ритме, с той же скоростью, если не быстрее. Быстрее! В лицо бил вихрь, пальцы чаще всего вонзались не в грудь, а в спину не успевающих увернуться противников – насквозь пронзали шипами костлявые фигуры и разрывали на части. Они неподвижными грудами валились на дорогу, замирали и больше не шевелились. А над дорогой, над площадью и над домами понёсся шипящий вопль:

- Это сарш-ш-ш! Быстре-е….

Вик одновременно увидел, как вздрогнул Ким и как пятеро из восьми колдунов прервали свой обряд и опустили посохи. Увидел и больше не думал об этом, в мыслях отстранённо отсчитывались фигуры упырей – и тех, кто уже неподвижно лежали и мешались под ногами и тех, кто с обнажёнными мечами появлялись из узких переулков, из-за углов домов и из распахнутых дверей зданий стоящих вокруг площади.

- Сарш! – вопль не умолкал, бился на истеричной и торжествующей ноте.

То, что колдуны все разом повернулись и шагнули в его сторону, Вик тоже отметил как-то отстранённо. Незначительный факт, ничего не меняющий в расстановке сил, тех противников, что уже его окружали, и до этого было слишком много для одного. А теперь они всего лишь покончат с ним быстрее.

- Ви-и-ик! - ему показалось, что дети закричали все вместе. Он позволил себе короткий взгляд в их сторону, увидел, что они, как и прежде находятся за щитом. Значит, опасность угрожает не им. Что ж, он и сам знал, что не успевает отражать всех ударов. Уже несколько раз клинки противников вонзались в его спину, прежде чем их хозяева лишались голов. Но в этих случаях дети не кричали, а может просто не видели произошедшего в вихре бесчисленных движений. Вик и сам не особо обращал на это внимания – боли он не чувствовал, лишь неимоверно неприятное ощущение холода рассекало кожу и застревало где-то внутри. И что сейчас?

Очередной удар меча пришёлся на руку, вистолец не успел отдёрнуть кисть и с запозданием понял, что сейчас лишится конечности. Полупрозрачный клинок протяжно звякнул и отлетел назад, чешуя на запястье отразила рубящий удар, но не компенсировала его силы. Вик невольно затряс рукой, почувствовав, как немеют мышцы. А потом онемение вдруг перекинулось на туловище и на ноги. Он начал падать, осознавая, что это не может быть последствием одного удара.

- Вик! Нет!

Его тело так и коснулось земли, перед взглядом мелькнули гладкие, вытертые множеством ног камни дороги, и упругая волна подбросила его в воздух. Он едва не заорал, настолько сильным оказалось давление плотного, впивающегося в кожу магического кокона. Мимо пронеслись фигуры магов, мелькнули горящие сверкающим светом посохи и поток силы безжалостно швырнул его на землю.

Вик понял, что лежит на спине и невольно взвыл, потому что с головы слетел капюшон, подставив лицо под всё ещё слишком яркие для него лучи солнца. Он зажмурился, попытался повернуться, но тело оказалось оплетённым тугими путами магии, не дающими сделать ни одного движения.

Звуки шагов были почти неслышными, намного громче шуршала ткань плащей, волочащихся за магами по дороге. Они остановились совсем рядом. Вик сжал зубы, стараясь не стонать от сжигающей кожу боли, появилось стойкое ощущение, что его лицо горит.

- Приветствуем тебя, сарш, - шипящий голос резанул по слуху, очень захотелось куда-нибудь отползти – куда угодно, но подальше от его обладателя. – Первое обращение всегда наполнено болью. Мы поможем сделать это быстро. Солнце не только сжигает, оно возвращает потерянную сущность.

Вик почувствовал, как на его теле распахивают плащ, в грудь упёрлось что-то острое, а в следующее мгновение послышался звук разрезаемой ткани рубахи. Он дёрнулся, хотел дёрнуться, отодвинуться, отскочить, да что угодно, лишь бы не дать им закончить начатое. Не получилось. Ничего не получилось. А жгучие лучи уже впивались в обнажённые грудь, живот, руки…. Вик не сдержался, сквозь его стиснутые зубы прорвался мучительный стон. В голове пронеслась странная мысль, что, наверное, именно такими бывают ощущения сжигаемого заживо, с той разницей, что он не жив. А потом вдруг осознал, что на самом деле ещё не горит, а гореть по-настоящему его тело будет через несколько мгновений.

Слуха коснулись слова заклинаний, волна магии сместилась, слегка отпустив мышцы и позволив рывком подняться с земли и пошатываясь встать на колени. Вик схватился за обрывки рубашки, пытаясь её запахнуть, наклонил голову и открыл глаза. Ничего хорошего он не увидел. Посохи колдунов были сведены вместе, их навершия касались друг друга, и над ними росла полупрозрачная сфера. Сквозь её грани было видно, как беснуется в её центре магическое пламя.

- Только не это, - Вик глухо застонал, просто представив, как сейчас вся эта субстанция полетит в его сторону. Очередная попытка сдвинуться с места вновь не увенчалась успехом, путы никуда не делись, хотя часть магических потоков и были перераспределены на колдовство. Он глянул на Кима, тот тоже стоял на коленях, прижимал к себе головы сестёр, заставив их отвернуться, и широко раскрытыми глазами смотрел на Вика. В его взгляде плескалась безнадёжность.

Вистолец медленно перевёл взгляд на магов-дэлонхов, губы невольно изогнулись в кривой усмешке, обнажившей клыки, воздух уже гудел, накалялся от полыхающего в нём пламени. Пять посохов одновременно разошлись, давая своему созданию волю, и толкнули сферу к единственной цели, беспомощно замершей на дороге.

Он просто смотрел, взгляд заслонили чёрные пятна, словно огонь уже выжег глаза. Где-то в груди шевельнулся ледяной сгусток, потянулся через мышцы к рукам, заставляя поднять раскрытую ладонь. Самым странным было то, что Вик знал, что может изменить происходящее – это в его власти. Вот только знаний не было, об этом кричали инстинкты, но не более.

Холод сконцентрировался в пальцах, ледяной изморозью выполз на кожу. Он успел почувствовать, как вокруг него начинает меняться структура пространства, но это действие так и осталось не завершённым. Сфера с гудящим воем достигла своей цели, её полёт оказался слишком коротким. Оболочка ударилась в его тело и разорвалась. Вика вновь отбросило на дорогу, а всё содержимое сферы выплеснулось на его кожу.

В памяти на короткий миг вспыхнула картина из прошлого – высокая, неприступная Стена, отделяющая их селения от никогда не исчезающей снаружи угрозы, он смотрит на неё пока ещё с этой стороны – из безопасности. Смотрит, но видит себя по другую сторону – там, где бушует неутихающий вихрь сражения, где каждый миг исчезают чьи-то жизни и понимает, что точно также должен будет исчезнуть сам. Не в магическом пламени. Не посреди дороги чужого, уже мёртвого города. Не так!

Он знал, что кричит, но сам себя не слышал. Тело билось в конвульсиях, разрывалось горячими потоками пламени не только снаружи, но и изнутри. Огонь сквозь кожу просочился в его организм и выжигал, вгрызался, превращал в пепел. Так казалось.

Рядом стояли колдуны и с безразличием наблюдали за корчившейся в пламени фигурой. Иногда, когда они видели, что магический огонь теряет интенсивность, они взмахивали посохами и увеличивали его силу. Они ждали. Внимательно следили, как из этого тела исчезает поселившийся в нём холод, вслушивались в преображающийся организм, способный или погибнуть окончательно или стать другим.

Потом один из них вдруг кивнул, остальные провели руками над горящей фигурой. Ещё один взмах посохами и короткое заклинание довершили начатое. Пламя быстро погасло.

Вик был уверен, что потерял сознание, потому что дикая боль прекратилась. Чувство жжения ещё не исчезло до конца, но уже не было таким ужасающим.

- Вистолец, - произнёс рядом шипящий голос. – Неудивительно, что он смог это выдержать. Интересно.

Он вздрогнул, после нескольких попыток удалось приоткрыть глаза, взгляд упёрся в далёкое небо – уже темнеющее, пронизанное багрово-алыми лучами заходящего солнца. Не яркими, не слепящими глаза. Вик удивлённо заморгал, совершенно не понимая происходящего. В груди вдруг проснулась ломящая боль, а вместе с ней появилась нестерпимая потребность вдохнуть воздух, он сделал судорожный вдох и закашлялся.

- Что?! – слова вырвались с хрипом. – Как это…?

Преодолевая дикую слабость, он с трудом поднял руку, поднёс к глазам и едва не закричал – вместо ожидаемых ожогов на месте чешуи была гладкая человеческая кожа, самая обычная кожа, а пальцы больше не венчали шипы, они стали такими, какими были раньше – до превращения в монстра.

- Это сон?

- Нет. Но ты ещё пожалеешь, что не спишь, - ответил ему дэлонх.

Глава 26

Его взгляд скользил по далёким облакам – удивительно пушистым, красиво подсвеченным пламенеющим заревом заходящего солнца. Он просто лежал и бездумно смотрел в небо. Всё равно сил, чтобы двигаться не было и сил сопротивляться тоже не было. А думать…, думать можно сколько угодно, ситуация от этого не менялась и не становилась понятнее. Вот только грудь по-прежнему сжимали спазмы боли при каждом вдохе воздуха, а ещё мучительно хотелось вонзить пальцы под рёбра и сжать отчётливо пульсирующее сердца. Почему? Вик не знал, но стук собственного сердца раздражающим звуком отдавался в ушах, противореча его истиной сущности.

Он криво усмехнулся. Мысли были пугающими. Кто он? И что он, если, несмотря на изменения, продолжает тянуться к потерянному образу?

- Что ж, - голос колдуна-дэлонха прозвучал очень задумчиво. Остальные стояли чуть дальше, образовав неширокий круг. – Ты сильный, вистолец. Большинство на твоём месте уже бились бы в истерике. Я знаю, что значит вернуться. Видел не раз, как это происходит. В моём мире. Не здесь. Здесь ты первый.

Вик стиснул зубы и поморщился, на колдуна он по-прежнему не смотрел. Нет, ему не было всё равно, в груди панически быстро отстукивало столь уже непривычный ритм сердце. Он просто был уверен, что чтобы сейчас не сказал колдун, для него это не закончится ничем хорошим. А вот паниковать было бесполезно.

- Ты смотришь в небо, вистолец. Всё правильно. Когда последние лучи солнца перестанут касаться твоего тела, холод вернётся. Тот холод, что мы изгнали огнём. Сарш существо мрака, его время это ночь.

Вик медленно перевёл взгляд на колдуна, прищурился, пытаясь более внимательно вглядеться в неестественно-бледное, пронизанное синеватыми прожилками лицо. Уродливое лицо. Бескровные губы дэлонха были раздвинуты в насмешливой ухмылке, показывающей иглоподобные зубы.

- Ты помнишь, как останавливалось твоё сердце, вистолец? Помнишь! Такое не забывают. Это произойдёт вновь. Скоро. А твоё тело попытается измениться. Но мы не позволим. Это будет очень больно, вистолец. На много больнее, чем то, что ты чувствовал в огне. Всю эту ночь. А когда она закончится, ты будешь молить нас, чтобы этого никогда больше не повторялось.

Почему-то Вик ему поверил. Поверил сразу, даже не сомневаясь, что так и будет.

- Что вам от меня надо?

- Служение, вистолец, - прошипел колдун. – После этой ночи ты станешь нашим послушным слугой. Вернее слугой станет сарш. А пока наслаждайся жизнью.

Он резко развернулся и кивнул остальным колдунам.

- Готовьте оковы. Солнце садится.

Они шагнули ближе к площади, собрались кружком, а Вик неожиданно почувствовал, что магические путы исчезли. Впрочем, радоваться было рано, вместо пут вокруг него зазмеился синеватыми разводами энергетический купол.

Вик судорожно выдохнул и со стоном приподнялся. Слабость тоже никуда не исчезла, перед глазами закачалось и запрыгало окружение, к горлу подступила тошнота. Собственное состояние не только пугало, но и вызывало злость. Отвык он быть слабым. А предстоящие события каким-то леденящим ужасом терзали и так уже плохо соображающий мозг.

Он попытался проследить, что делают колдуны. С трудом удалось повернуться в их сторону, взгляд зацепился за цепь, которую держал один из дэлонхов. Все остальные прикасались к этой цепи посохами, звенья словно раскалились и всё больше напитывались магическим огнём – зловеще-багровым и в тоже время радужно-искрящимся. Оковы.

- Вик!

Вистолец вновь лёг на землю и повернул голову к детям.

- Ты как? – зашептал Ким. – Если честно, то я думал, что тебе конец. Прости.

- Спасибо за оптимизм. А я вот не думал, я был уверен, что мне конец. Как-то не сложилось, но видимо всё впереди. А ты можешь пояснить, что вообще происходит? Зачем я им понадобился? И кто такой сарш?

Ким поёрзал, он всё ещё прижимал к себе сестёр, хотя девчонки уже пытались вырваться.

- Это долго. Потом объясню.

- Ты шутишь, да? Когда потом?! Оно вообще будет это потом?

- Наверное, - не уверено произнёс подросток и нервно вздрогнул, взглянув на плетущих своё заклинание колдунов. – Это плохо, Вик – то, что они делают.

- Уже понял, - мрачно усмехнулся вистолец. – Про перспективы мне рассказали. Зачем вообще я им понадобился?

- Я, я, слышал о саршах, - невнятно проговорил Ким. – В мире дэлонхов они главные враги магов. Их очень мало, но дэлонхи всегда пытались привлечь их на свою сторону. Тот, рядом с кем сражается сарш, всегда выигрывает…. Если бы ты захотел, то мог бы сегодня победить, Вик. Победить их всех.

- Захотел?! – Вик едва возмущённо не заорал, но говорить приходилось шёпотом. – Я очень этого хотел. Мне не нравится, когда меня сжигают. Представь себе это очень больно. И что-то я не заметил, что могу противостоять магам, они легко со мной справились!

Ким пожал плечами.

- Ты просто не знаешь, того что можешь.

- Зато ты похоже знаешь! – прошипел Вик. – Мог бы и объяснить мне мои возможности. Сейчас бы не находились в таком положении.

- Я даже не предполагал, что ты сарш, - попытался оправдаться юный маг. – Я думал, что это лишь какая-то промежуточная стадия, и ты продолжаешь меняться. Понимаешь, Вик, сарши крылатые существа, а у тебя крыльев нет.

- Ну да, конечно. Нет крыльев, - Вик бессильно откинулся на землю, осознавая, что сам виноват. Нужно было рассказать об изменениях, но что-то его остановило. Может быть, насмешки девчонок по поводу хвоста или ещё что-то, но он этого не сделал. – У меня были крылья, Ким, - проговорил он удручённо. – В последнюю ночь появились.

- Что?! – Ким возмущённо взмахнул руками. – Ну ты молодец, Вик! И после этого ты говоришь, что это я тебе что-то не рассказал? Вообще замечательно!

- Ладно, понятно, что сам дурак. И всё же - каким таким образом я мог их остановить?

- У саршев есть одна особенность, - парень то и дело переводил взгляд на колдунов, иногда невольно смотрел на площадь и сразу с содроганием отворачивался. – Они могут блокировать магию. То есть создают некую зону, где магия не действует, в этой зоне никто не может колдовать. Ты мог оставить всех колдунов беспомощными, а потом уничтожить воинов, ты легко с ними справлялся.

- Э-э, ну прости, не знал, - Вик глянул на небо, солнце слишком медленно ползло к горизонту. Невероятно медленно. Он вновь поднёс к лицу руки, повертел ими перед глазами. Было до странности непривычным наблюдать на собственных пальцах кожу, а не чешую. Вик вздохнул, а ведь прошло всего несколько дней, а он уже привык к произошедшим с ним изменениям. Единственное, что его до сих пор тревожило – это неопределённость. Но теперь и это, похоже, перестало быть таковым. Неопределённость исчезла. Знать бы ещё до конца что это за существо – сарш. Из сведений лишь какие-то урывки вытянутые из Кима. И где только он почерпнул эти знания? Впрочем, сейчас это не важно. Очень многое не важно.

Он невольно то и дело оборачивался в сторону магов, те стояли чуть в стороне – не на дороге, а уже на площади, и взгляд натыкался на множество тел, беспорядочно лежащих на земле. Мёртвых тел, окончивших своё существование по прихоти монстров, которым он должен служить.

В сознание всё больше зарождалась безнадёжность, это был даже не страх предстоящей ночи, не осознание обречённости, а какая-то пустота. Такая же мёртвая, как эти люди.

- Ким, - он вновь попытался подняться, с трудом сел. – Ты можешь что-нибудь сделать?

- Что? – подросток оттолкнул за спину Лану и теперь боролся с вырывающейся Милой. Девчонка брыкалась и выдёргивала из пальцев брата руку.

- Отпусти, я хочу посмотреть какие у Вика крылья!

- Нет у него крыльев! – отрезал парень. – И вообще он голый, не надо вам смотреть.

- А почему? – выглянула из-за его плеча Лана.

- Потому – маленькие ещё.

Вик только сейчас догадался обратить внимание на собственное тело. Как оказалось огонь спалил всю его одежду, рядом валялись только обрывки плаща, а кожу покрывал слой пепла. Он быстро стряхнул с себя чёрные частицы, подобрал наиболее большой лоскут уцелевшей ткани и обмотал им бёдра, завязав сбоку узел.

- Ты сможешь убрать этот купол? – он показал на отделяющий его от свободы магический щит.

- А смысл? – пожал плечами Ким. – Наверное смог бы, но не из далека, мне нужно к нему прикоснуться, но куда бежать-то? Нас сразу догонят.

- А если ты создашь щит над всеми нами, чтобы и я был защищён? Тогда нам удастся продержаться до ночи. А там посмотрим - объяснишь мне как с ними справиться.

Ким на мгновение задумался.

- Можно попробовать, - решил он. – Только действовать нужно очень быстро, я не уверен, что успею.

- Тогда просто подбегайте ближе и создавай щит над собой и сёстрами. А там как получится.

- Ладно, я попытаюсь, - кивнул Ким и посмотрел на девчонок. – Готовы пробежаться до Вика?

Те дружно закивали.

- Подождите, я скажу, когда можно, - Вик окинул быстрым взглядом дорогу и площадь. Воины-дэлонхи неподвижной цепью перекрывали именно пути отступления с площади – и ту дорогу, по которой они пришли и две узкие улочки, начинавшиеся чуть в стороне. Ким и девочки находились от него на расстоянии шагов пятнадцати, препятствий не было, но и этот путь ещё тоже нужно успеть пробежать до того как наперерез бросятся дэлонхи. Вик с сомнением нахмурился, скорость детей и упырей была несопоставима. Но другого варианта он пока не видел. Ким научился очень быстро ставить магический купол и даже если они не добегут, то он сможет вновь защитить себя и сестёр. Вот только шанс будет потерян. Он глянул в сторону колдунов, цепь лежала на земле и почти вся напиталась огнём, остались лишь несколько звеньев, но и те медленно раскалялись и начинали искриться. Он невольно сжал кулаки и поёжился, в голову пришла мысль, что сейчас-то он уже не монстр, сейчас он человек, а человеческое тело врят ли без последствий перенесёт соприкосновение с раскалённой, не остывающей цепью. И если у Кима ничего не получится….

Вик вновь поёжился, медлить не имело смысла, он почти махнул рукой детям, когда взгляд уловил, как один из колдунов отделился от группы и шагнул в сторону защитного купола Кима. Парень это тоже заметил и встревожено закрутил головой, его пальцы судорожно сжались на палке. Девочки отступили за спину брата.

Маг-дэлонх остановился рядом с границей защитного барьера, протянул к нему раскрытую ладонь, но не дотронулся. Его лицо дёрнулось, синие губы разошлись в непонятной усмешке.

- Твои друзья, вистолец? Дети. Необычные дети. Я знаю, что для людей значат друзья. Думаю, их жизни станут гарантией твоей службы нам. Или тебе всё равно, если они умрут? – он вдруг взмахнул посохом, из переливчатого камня в его навершие ударил яркий луч света и впился в защитный купол.

Ким вздрогнул, его глаза расширились, лицо мертвенно побледнело. Он на мгновение прикусил губу и зашептал слова заклинания, пытаясь сделать щит более прочным.

Маг-дэлонх гулко рассмеялся.

- Полукровка, - прошипел он.

Ким вновь вздрогнул, из его носа потекла кровь. Защитный купол окрасился оранжевым цветом – под цвет луча, бьющего из посоха дэлонха. Парень глухо застонал и с трудом взмахнул палкой, энергетическое поле мигнуло, налилось новым потоком силы, а Ким почти упал на землю, завалившись на бок и опираясь на локти.Девочки быстро опустились рядом с братом на колени, схватили его за руку и закрыли глаза. Он дёрнулся, попытался вырваться, но сил не хватило.

Вик с отчаяньем наблюдал за происходящим. Сейчас Лана и Мила отдавали брату свои жизненные силы. Смысла в этом было не много. Вик не может черпать энергию из энергетических линий, сконцентрировавшихся над площадью, а у колдуна огромный запас. Дети просто убивают сами себя.

- Нет! – вистолец зло выругался. – Ким, сдайся!

Парень упрямо покачал головой.

Сбоку вдруг мелькнула какая-то тень, Вик оглянулся, рядом с ним сидел человек – девочка лет десяти. Её тело странно вздрагивало, волосы растрепались, на тонкой косе с трудом удерживался красный бант, готовый сползти на землю. Она медленно крутила головой, лицо вдруг повернулось к Вику и на него уставились пустые белки глаз.

Вистолец невольно отодвинулся, хотя и находился за энергетическим барьером. Мёртвая девочка слегка склонила голову и замерла, словно вслушивалась, взгляд незрячих глаз не отрывался от Вика.

Он выдохнул – вот же повезло. Колдуны в центре площади продолжали свой обряд, под действием их заклинаний один за другим начинали шевелиться и вставать мёртвые горожане.

Девочка всё ещё держала за руку лежащую вниз лицом женщину, из под тела которой растеклась тёмно-багровая лужа сейчас уже свернувшейся крови. Та не делала попыток встать, а вот её дочь уже подняла сила колдунов – дэлонхов.

- Э-э, - такое соседство Вику совершенно не нравилось, мертвец не двигался, чего-то ждал. – Тебе нужно встать, - сам не особо понимая зачем это делает подсказал Вик. – И идти.

Он махнул рукой, указывая направление. Случайный жест получился как раз в сторону колдуна пытавшегося пробить защиту Кима. Девочка дёрнулась, вырвала руку из пальцев женщины и медленно поднялась, пошатнулась, ещё раз посмотрела на вистольца и шагнула как раз туда, куда он указал. Вик заворожённо наблюдал, как она покачиваясь идёт. Идёт к колдуну, не обращавшего никакого внимания на окружении, его взгляд был сосредоточен на собственном посохе.

Только что обрётший способность двигаться мертвец довольно быстро преодолел разделяющее их расстояние. Скрюченные пальцы наткнулись на фигуру колдуна и вцепились в его одежду.

- Он твоя добыча, - прошептал Вик. Его голос разнёсся над дорогой неожиданным эхом. Ходячий труп с глухим рычанием толкнул колдуна и вонзил зубы в его руку, держащую посох. Дэлонх вздрогнул, луч, бивший в купол, погас, колдун затряс рукой, пытаясь оторвать от себя низкорослого мертвеца. Он шипел, рычал, бил вцепившегося в него монстра посохом по голове, но не мог ничего сделать, пока не догадался сам произнести команду. Шипящий голос с верещанием проговорил несколько отрывистых фраз, и мертвец послушно разжал зубы.

Дэлонх с яростью огляделся, его взгляд наткнулся на замершего Вика.

- Ты! Нет, вистолец, ничего не получится. Ты не сможешь повелевать чужими мертвецами. Ничего не выйдет!

Он разъярённо зашипел и вновь повернулся к детям. Вик выдохнул, увидел, что Ким успел за это время подняться с земли и, оторвав от себя побледневших сестёр, бережно усадил их на дороге. Парня трясло, но он держался, его вопросительный взгляд был прикован к Вику, тот развёл руками – больше ничего не получалось. Ким безнадёжно покачал головой. Магический луч колдуна-дэлонха вновь разорвал пространство и ударил в защитный купол детей.

Вик с отчаяньем огляделся, большинство мертвецов на площади ещё лежали, покачивающиеся фигуры обретали способность двигаться в основном там, где продолжали плести свою магию три дэлонха – в центре площади. Их усилий не хватало, чтобы поднять всех разом, видимо для этого требовалось время, но Вик хорошо помнил, что все тела мертвецов уже были пропитаны магией. Оставалось не много – заставить их встать.

Он глубоко вздохнул и сразу прижал к груди руку – внутри нестерпимо закололо. Вистолец сжал зубы, в голове вертелась какая-то фраза, за которую он уцепился, но почти упустил. Что-то очень важное, произнесённое дэлонхом-колдуном. Он несколько раз повторил его последние слова, пытаясь вычленить то, что его заинтересовало – «…ничего не получится. Ты не сможешь повелевать чужими мертвецами». Вик даже усмехнулся – повелевать чужими мертвецами! Ключевым словом было «чужими». Значит, вернее возможно, что к его способностям относится и создание своих собственных мертвецов.

Предположение было спорным, но ведь они его до сих пор слушаются! Даже когда он утратил облик монстра. Другим моментом было то, что Вик даже примерно не знал, как это сделать – поднять мертвецов. Вон там на площади три опытных колдуна-некроманта до сих пор не могут справиться. А он и вовсе не колдун.

Он вновь оглядел площадь, ближайший к нему мертвец находился на расстоянии вытянутой руки, как раз у границы его тюрьмы. Это был грузный, затёкший жиром мужик с одутловатым лицом. Он лежал на спине, на новой, с трудом застёгнутой на животе жилетке уже потемнело засохшее пятно крови, вытекшей из перерезанного горла.

Вик уставился на его лицо и пожал плечами. В голову, кроме как просто произнести – вставай, ничего не приходило. Он и произнёс. Мужик не пошевелился. Вик криво усмехнулся и закрыл глаза.

Перед взглядом продолжала стоять площадь, пронизанная магическими лучами. Колдовство не нужно, все мертвецы уже подверглись изменениям, их нужно лишь подтолкнуть, заставить двигаться. Как?!

Площадь мигнула, вместо неё побежала вдаль сине-серебренная пустошь, а ввысь взлетели непреступные зеркальные скалы, вобравшие в себя отражения двух нестерпимо ярких солнц. Чужой мир…. Пальцы вонзаются в песок, загребают обжигающие частицы, в горле першит от пыли и непривычно-горячего воздуха, которым нужно дышать? Перед глазами расплываются очертания такого далёкого входа в пещеру. Спасительная темнота кружит недоступным мраком, зовёт, заставляет двигаться…. Слух ловит, как рядом кто-то падает, воздух бьёт жаром, а в мыслях проносится понимание, что их тела – тела собратий полыхают в так и не погасшем пламене.

- Вставай! – голоса шипящим гулом доносятся из пещеры. – Иди!

Он отталкивается от песка, пересиливает скрутившую мышцы слабость, делает шаг, падает, а сознание затапливает всё поглощающая ярость – на собственную беспомощность, на безжалостность тех монстров, что вытолкнули его под убийственные лучи солнца, на бессилие этого беззащитного тела….

- Вставай! – кричит он сам себе. Кричит на языке чужого мира.

Во рту появился привкус крови, горло запершило, Вик закашлялся и открыл глаза. Перед ним кто-то стоял. Фигура была огромной и заслоняла собой диск заходящего солнца. Вистолец поднял голову, посмотрел в пустые глаза над толстыми щеками и с трудом перевёл дух. Получилось? Мертвец послушно топтался на месте, Вик просто чувствовал, что это именно его мертвец и повинуется он ему.

За необъятной фигурой маячили ещё какие-то шатающиеся тела. Вистолец сдвинулся и выглянул из-за великана, обозревая площадь. На ногах стояли все трупы, которые ещё несколько мгновений назад лежали на земле. Вся площадь была заполнена дружно пошатывающимися мертвецами. Три колдуна в центре их толпы опустили посохи и в недоумении озирались. Остальные дэлонхи тоже почувствовали неладное, прекратили создаваемые заклинания и начали озираться.

Вик замер, боясь сделать лишнее движение, все мертвецы смотрели в его сторону. Дэлох-колдун, пытавшийся пробить защиту Кима, первым понял в чём дело и развернулся к вистольцу. Их взгляды встретились. Вик криво усмехнулся, в его чёрных глазах мелькнули синие всполохи, он медленно поднялся с колен и выпрямился, губы почти беззвучно произнесли единственную фразу:

- Уничтожить всех!

Глава 27

Он смотрел на волну, что разбегалась перед его взглядом бесчисленным потоком людских тел - так казалось. Так было проще воспринимать тот хаос, что всё больше поглощал окружающее пространство.

Смешно, но колдуны-дэлонхи хоть и попытались, но защитные барьеры успели создать только те, кто стоял в центре площади. Остальных захлестнула волна ходячих трупов. Единственной их защитой оказались мертвецы уже поднятые ими раньше. А ещё магия – хлёсткими разрядами бьющая по шатающимся фигурам. Хаос.Бушующий на площади мертвецов.

Наверное, если бы он увидел это раньше, когда ещё был обычным человеком, то содрогнулся от ужаса. А знание, что ты сам и создал этот кошмар, принесло бы тоскливую безнадёжность – так не должно происходить, люди не материал для послушных, ничего не понимающих марионеток. Они не должны гибнуть тысячами ради чьих-то безумных целей.

Но это произошло, и его собственной волей, так же как и волей врагов, они встали и вступили в бой. Безумный бой павших.

Но сейчас в чувствах царила пустота. Они превратили его в человека, но изменения уже произошли, и внутри поселилась расчётливая ярость, отодвинувшая за грань осознания сожаление и боль потерь. Не существовало ничего кроме цели.

Вик сжал кулаки и выдохнул. Ему не нравилась эта пустота, он помнил себя другим. А ещё перед взглядом то и дело вставала серо-серебряная пустошь и сверкали отблески зеркальных скал, словно самым главным сейчас всё ещё оставалось дойти до той пещеры….

- Вик! - голос Кима долетел словно издалека. Вистолец вздрогнул и вышел из оцепенения. Детей он не видел, их закрывали мерно шагающие тела мертвецов. Все в одном направлении.

То там, то здесь проскальзывали фигуры яростно дерущихся дэлонхов. Полупрозрачные клинки легко вспарывали тела ходячих трупов, но не останавливали. Вистолец криво усмехнулся, он то уже выучил урок, в отличие от некоторых – тех, кто поднят, не уничтожить, пронзив их плоть, их нужно обездвижить по-другому – лишив возможности двигаться, то есть попросту отрубить конечности, а желательно и голову. Но, похоже, данный опыт у противников отсутствовал.

- Ким, вы в порядке? – крикнул Вик.

- Да, что происходит?

- Ты же сам просил что-нибудь сделать! Вот, я и сделал! – ответил вистолец.

- Это я просил сделать? – возмутился парень. – Ну, спасибо. Девчонки вздрагивают от каждого врезающегося в наш щит мертвеца.

- Он ещё чем-то не доволен, - проворчал Вик. Он выжидающе замер, наблюдая, как колдун-дэлонх рядом с куполом детей раз за разом отбивает тянущиеся к нему руки извилистыми молниями. Мертвецов отбрасывало, но на их место тут же вставали другие. Колдуну не повезло – рядом с ним не оказалось ни одного поднятого его собратьями трупа, кроме той девочки. Но её почти сразу затоптали. Слишком не равной по количеству была расстановка сил.

Долго так продолжаться не могло. Мертвецы надвинулись на колдуна со спины, окружили. Молнии впустую прошибали их тела, заставляли падать, но лишь с одной стороны. Остальные уже рвали колдуна за плечи, хватали за одежду, тянули на себя.

Вик ждал. Судорожно дёргающуюся фигуру дэлонха заслонили, повалили на землю. Вместо крика неслось разъярённое шипение и отчаянные завывания. Мертвецы клубились над своей жертвой зловеще шевелящейся толпой. Вик понял, что всё кончено, когда они вдруг выпрямились и начали расходиться по сторонам, выискивая себе новые цели.

Через несколько мгновений задрожал и пошёл разводами энергетический купол, удерживающий вистольца на месте. Он несколько раз мигнул и погас. Это означало лишь одно – его создатель прекратил своё существование.

- Не я это начал, - сквозь зубы произнёс Вик, впрочем, оправдываться он не собирался, они бы его тоже не пощадили. Он лишь порадовался, что купол создал именно этот дэлонх, а не другой.

Вистолец огляделся, вся площадь была заполнена шатающимися, отталкивающими друг друга фигурами. Мертвецы рвали своих собратьев, посмевших встать на защиту колдунов, напирали на отступающих дэлонхов-воинов и раз за разом пытались пробить два защитных купола. В одном из них укрылись колдуны, во втором были дети. Вик поправил набедренную повязку, понимая, что придётся ходить почти голым и зашагал к куполу Кима.

Рядом с прозрачной преградой топтались с десяток трупов, к вистольцу одновременно обернулись все посиневшие лица. Подёргивающиеся фигуры замерли, хотя их скрюченные пальцы продолжали скрести энергетический барьер. Их совершенно не смущало, что в ответ по рукам бьют искрящиеся разряды.

Ким и девочки сидели обнявшись в самом центре купола, вздрагивали, но старались не двигаться, словно это могло что-то изменить.

- Уходите, - рыкнул Вик.

Мертвецы одновременно качнулись в разные стороны и начали разбредаться.

- М-м, - Ким судорожно вздохнул. – Они тебя слушаются? Даже сейчас, когда ты человек?

Вистолец пожал плечами.

- Я вообще ничего не понимаю, но мне кажется, что пока они заняты, нам нужно убираться отсюда.

- Д-да, наверное, - тинасец испугано огляделся. – Ты уверен, что сможешь их сдержать, когда я уберу купол?

- Понятия не имею, я ни в чём не уверен, - как-то слишком беспечно отозвался Вик и посмотрел на собственные пальцы. Кожа странно зудела и стала неровной, а её цвет потемнел.

- Солнце садиться, - глухо проговорил Ким и болезненно поморщился.

- Он не сможет идти, - вдруг произнесла Мила. – У него не осталось сил.

- Чудно, а как он купол до сих пор поддерживает?

Девочка тихо задрожала и покачала головой, её сестра молча к ней прижималась, уткнувшись лицом в плечо. Вик вдруг подумал, что они все очень измучены и скорее всего никто из них не сможет идти сам.

- Ясно. Хватит уже, Ким, ты всё равно скоро свалишься, и купол погаснет. Убирай его! Нужно выбираться! – Вик быстро огляделся, не совсем понимая, как потащит на себе всех троих.

Центр битвы сместился в сторону боковой улочки, дэлонхи-воины методично, без устали разрубали мертвецов на куски, постепенно сокращая их количество. Колдуны стягивали к себе все магические потоки, и можно было не гадать, что они готовятся к прорыву.

Бежать по главной улице было слишком далеко, но свободной оставался ещё один переулок и именно его вистолец наметил, как путь к свободе. Он бы с радостью дождался ночи, чтобы обрести прежние силы, но Ким уже сейчас клонился к земле, почти теряя сознание, а значит, на защитный купол можно было не рассчитывать. Ни ему, ни детям не продержаться до темноты. Нужно было уходить.

- Ким! Ты меня слышишь?

Парня трясло, он с трудом поднял голову и уставился на Вика затуманенным взглядом.

- Убирай купол, - настойчиво повторил вистолец. Тот отрицательно покачал головой.

- Не-мо-гу. Я не чувствую его.

- Отлично, - Вик зло сжал зубы, краем зрения наблюдая, как в нескольких шагах сверкает в руке дэлонха полупрозрачный клинок, рассекающий загородивших ему дорогу противников. – Мила, если твой брат вырубится, купол погаснет?

Девочка задумалась.

- Не знаю, может быть не сразу, - проговорила она тихо.

Вику всё меньше нравилась данная ситуация.

- Рядом с тобой камень, голова Кима тоже рядом. Сильно не бей, он и так почти без сознания.

- Т-ты, ты…, - возмущённо начал парень, но договорить не успел.

Мила посмотрела на вистольца широко открытыми глазами, заторможено подобрала булыжник и без раздумий ударила брата. Было видно, что двигаться ей трудно, но удар получился достаточно сильным, чтобы Ким завалился на камни площади и замер.

Вику вновь пришлось ждать, он то и дело оглядывался на дэлонха, уже превратившего в шевелящиеся обрубки двух мертвецов и заканчивающего с третьим. Последним. А вот у самого Вика оружия не было, у него вообще ничего не было. Лишь человеческое тело, легко способное умереть.

Наконец, магический щит мигнул видимым светом, побледнел и исчез. Вистолец бросился к детям, очень надеясь, что у него хватит силы поднять всех троих. Он не знал насколько он по-настоящему человек и осталось ли в нём хоть что-то хотя бы от оборотня, силы которого возвращались раньше с закатом. В любом случае детей было трое, а рук всего две. Он опустился на колени, недолго думая перекинул Кима через плечо, потом подхватил Лану, прижал к себе, девочка тоже была без сознания. Мила сама к нему подошла, Вик поднял её второй рукой, посмотрел ребёнку в глаза.

- Потерпи, - проговорил он. – Нам нужно выбраться из города. Придерживай брата, чтобы не упал.

Мила кивнула и вцепилась Киму в штаны.

Вик глубоко вздохнул и пошатываясь поднялся, никакой новой силы он не чувствовал, наоборот по его собственным мышцам разливалась почти парализующая слабость. Он вновь оглянулся на дэлонха, каким-то образом частично порубленный мертвец вцепился тому в руку зубами и яростно мотал головой, пытаясь перекусить запястье. Вистолец решил не досматривать чем всё закончится и побрёл к переулку.

Пересечь по краю небольшой участок площади удалось почти не привлекая внимания, мертвецы если и оглядывались в их сторону, то только чтобы наткнуться на яростный взгляд Вика и вновь отвернуться. У первых же домов он прислонился к стене, дёрнул занемевшим плечом, пытаясь вернуть на место сползающего мага, и через силу подмигнул Миле. Девочка пристально наблюдала за его лицом, взгляд был встревоженным.

Вик с трудом заставить себя оторваться от опоры, медленно оглянулся. К тому же переулку брели три покачивающиеся фигуры, вслед за ними начинали медленно разворачиваться и двигаться остальные ходячие трупы.

- Та-ак, - сквозь зубы проговорил Вик, где-то внутри шевельнулась подступающая паника, его создания решили не оставлять своего хозяина. За спинами этой шеренги продолжался бой с делонхами - мелькали яркие всполохи мечей и извилистые бичи магии, но если часть мертвецов уже отступила, значит, вскоре противники ударят им в спину и начнут прорываться за ускользающей добычей.

Вик глубоко вздохнул и через силу ускорил шаг. Потом вновь приостановился, обернулся. Ходячие трупы втянулись в переулок, полностью его перегородив.

- Ладно, - Вик выдохнул и постарался говорить громко и уверенно. – Стоять! Всем остановиться!

Первый ряд сразу споткнулся и замер. Второй сделал ещё один шаг и уткнулся в спины первому, третий толкнул вторых, мертвецы недоумённо завертели головами. Все остальные продолжали напирать.

- Ну-у, я хотя бы попробовал, - пробормотал Вик. Видимо для того, чтобы его услышали абсолютно все, как тогда на площади, чего-то не хватило. Чего именно оставалось только догадываться.

Он некоторое время наблюдал, как остановившихся мертвецов сначала толкали, потом сбили с ног и уронили на землю. В результате лежащие фигуры полностью перегородили дорогу идущим. Об них начали спотыкаться, падать, барахтаясь ползти, а сзади всё больше напирали такие же бездумные трупы. Вскоре в переулке образовалась активно шевелящаяся гора тел, через которую уже никто не мог пробраться.

Вик криво усмехнулся и вновь двинулся к выходу из города, такое столпотворение дэлонхи просто не могли не заметить, а значит, бегство недавних пленников они тоже обнаружили. Подтверждением тому был разъярённый шипящий вой по другую сторону баррикады из тел.

К счастью переулок оказался довольно коротким, вскоре жилые дома сменились огромными деревянными сараями и хозяйственными дворами. Под голыми ступнями вистольца перестали ощущаться камни дороги, и потянулась обычная утоптанная земля. На мгновение мелькнула мысль остановиться и привести в чувство Кима, здесь дети уже могли почерпнуть силу у природы, но он тут же решил не тратить на это время. Звуки близкой погони улавливал даже его человеческий слух.

Вистолец наугад обогнул несколько строений, проскользнул между двумя заборами и неожиданно очутился на окраине города. Взгляду открылась узкая долина, сдавленная с двух сторон высокими холмами, а где-то из оврага в её центре слышалось журчание воды.

Вик со стоном выдохнул, укрыться в городе было бы намного легче, чем здесь. Но повернуть обратно означало так и оставить детей без сил. Он не мог вернуть их в царство каменных стен, где нет ничего живого.

Он невольно глянул на небо, багрово-красный диск солнца уверенно опускался за холмы, бросая на долину последние стрелы лучей.

- Сумерки, - прошептал Вик. Во рту почему-то чувствовался привкус крови, дыхание вырывалось с хрипом, болезненными спазмами всё больше сдавливая лёгкие. Как-то отстранённо он осознавал, что причиной тому не только усталость. Осознавал, но старался об этом не думать. Тот дэлонх был прав – собственную смерть невозможно забыть, из памяти не исчезает ни одно мгновение, когда перестаёт хватать дыхания, а в груди начинает затухать стук собственного сердца….

Он постарался встряхнуться, короткая передышка ничего не дала, а только приблизила погоню. Вик пошатнулся и, слегка пригибаясь, побежал вперёд – к единственному месту, что могло бы дать временное укрытие – к оврагу.

Его стены оказались довольно пологими, поросшие густым кустарником. Где-то на дне поблёскивала неширокая речка. Сил хватило спуститься на половину, вистолец выбрал разросшийся куст и со стоном упал рядом с ним на колени. Его руки дрожали, когда он укладывал детей под его ветви, пальцы то и дело сводило судорогами.

Мила привалилась к брату и осталась сидеть, её глаза были закрыты, одна ладонь касалась земли, вторая опустилась на руку Кима. Вик тоже лёг, погоня - погоней, а двигаться он всё равно больше не мог, в мышцах поселилась не просто слабость, по ним полз парализующий холод. Его взгляд упёрся в темнеющее небо, всё ещё подсвеченное заходящим солнцем. Овраг хоть и был не глубоким, но его склоны уже накрывала густая тень ближайшего холма, дающая странное облегчение глазам. Оказалось, что даже эти последние лучи слишком яркие для его зрения…. Вик вздрогнул, вместо неба перед взором взметнулась отвесная стена зеркальной скалы, он лежал на боку, пальцы загребали горячий песок, он терял последние силы, но полз…. Всё ближе к тьме.

До слуха долетели далёкие голоса детей, словно они разговаривали на большом от него расстоянии. Небо вдруг заслонила голова Кима, Вик даже разглядел, что парень уже не такой бледный и двигается вполне уверенно.

- Вик?

- Что? – губы слушались с трудом, но шептать он ещё мог.

- Ты сможешь встать? – маг внимательно всматривался его лицо.

- Нет.

- Мне кажется, что они уже близко, - проговорил Ким. – Похоже, надеются захватить тебя, пока ты перерождаешься. Они знают, что ты потеряешь подвижность.

- Угу, – говорить становилось всё труднее.

Ким резко выпрямился, поднялся на ноги, Вик увидел рядом с ним обеих девочек. Дети некоторое время смотрели на него, потом маг вытащил из ножен меч - его импровизированный посох остался где-то в городе и глубоко вздохнув, перевёл взгляд вверх – на край оврага. Не говоря больше ни слова, они сдвинулись с места и, взявшись за руки, прошли мимо Вика. Вистолец лишь беспомощно скрипнул зубами – не мог он им ничем помочь. Сейчас не мог. А потом будет поздно.

Он вновь смотрел в небо, слушал. Мечущиеся звуки становились всё более чёткими и легко различимыми. Где-то внизу гудела земля, энергетические потоки сливались в стремительные реки и стекались к единственной точке, туда, где замерли шаги детей на краю оврага. От города нёсся топот множества ног - быстрых, едва касающихся почвы и тяжёлых, бредущих пошатывающейся походкой. И тех и других было слишком много.

В воздухе хлопнул разряд молнии, потрескивающей паутиной разлетелся в стороны и уже не умолкая вгрызся в пространство гудящим гулом.

В небе заметались извилистые всполохи, широкие, яркие, убийственно-мощные. Вик вглядывался в их мгновенно вычерчивающийся и опадающий рисунок и видел в нём бушующую гибель. Его врагов. Их врагов.

Воздух дрожал от душного напряжения, словно перед приближающейся грозой. Только это было обманом, природная гроза не способна быть такой страшной и она не зарождается на земле.

Сухие, хлёсткие разряды рвались в пространство, били смертоносными вспышками. Вик чувствовал каждую энергетическую линию, каждую рождающуюся ветвь магии. Его собственное сознание улавливало самые незначительные струны, что отражались магическим шумом поблизости. Да и не только поблизости. Их можно было сжать все вместе и оборвать, отрезать от мира, погасить….

Неожиданно он понял, что задыхается, лёгкие больше не желали воспринимать воздух. Но слух чётко ловил грохот бушующей стихии, мягкие удары падающих на траву тел, стук разлетающихся камней и тяжёлый, гулкий шум рушившихся зданий. А потом появился запах гари. Удушливо-смрадный, приторный, от которого всё внутри перевернулось и захотелось зажать ноздри. Но он не мог пошевелиться. Да и не имело это сейчас такого значения. Дыхание уже замирало в его груди.

Вместо ярких отсветов по небу поползли густые клубы дыма. Вик горько усмехнулся, сейчас догорало то, что уже мертво. Город. Погибший город. Перед взглядом заплясали размытые тени, слух больше не улавливал далёких звуков извне, всё его восприятие обрывалось на том, что очень близко - это был стук собственного сердца – медленный, плавно затухающий…. Ледяной холод почти не ощущался, он зародился где-то в груди и расползся по всему телу как нечто естественное. А на губах замирал последний вдох.

Глава 28

Рядом зашуршала листва кустов, Ким медленно подошёл и опустился на землю рядом с Виком. Мила и Лана устало улеглись на траву и старались больше не двигаться. Парень окинул вистольца внимательным взглядом. Его губы едва заметно изогнулись в болезненной улыбке и он, обхватив колени руками, замер.

Некоторое время он молчал, потом заговорил. Вик просто слушал, ничего другого не оставалось, хотя в бок и правую руку весьма ощутимо впились колючие иглы. Это означало только одно – маг положил между собой и им свой изменённый меч.

- Сарш, - голос Кима был хриплым, он с трудом выталкивал из себя слова. – Ледяной демон ночи из мира дэлонхов. Их должен был остановить ты, а не я…. Но ты пока не понимаешь, кто ты есть. Странно, что ты обратился именно в сарша, странно, что дэлонхи выбрали наш мир для своей охоты. У нас нет ничего, что могло бы стать их целью. Или есть? – Ким качнул головой и устало потёр лицо ладонями.

- Не удивляйся, что я так много знаю, - продолжил он тихо. – У меня был хороший источник для приобретения знаний и множество свободного времени, чтобы просто слушать. Мне было десять лет, и я в очередной раз попал в магическую башню. В тот раз местом моего заключения стал весь первый этаж её заброшенного крыла. Я был ребёнком и меня не запирали в темнице, а просто изолировали, не давая ни с кем общаться и никого видеть. А еду проталкивали через маленькое окошко в двери.

Там было полутемно, все окна закрывали запертые ставни, и свет лился лишь через узкие щели, но в моём распоряжении был широкий коридор и несколько пустых комнат. И одиночество. Вернее я думал, что я один пока не обнаружил лестницу в подвал. Я долго не решался спуститься в темноту, но потом любопытство и скука пересилили страх. Лестница привела не просто в подвал, это была старая темница с множеством клеток вместо камер, и здесь оказалось даже светлее, чем на моём этаже, во мраке тонули лишь ступени. А в подвале свет лился из маленьких, забранных решётками окошек, расположенных под самым потолком.

От нечего делать я несколько раз обошёл всю темницу, обнаружил запертую дверь в другом её конце и пустую комнатку. Это было вечером и становилось всё темнее, поэтому я поспешил вернуться обратно, но когда бежал к лестнице в одной из запертых клеток вдруг заворочался сам мрак. Мне так показалось. Я замер, стало очень страшно, а потом я услышал шипящий, похожий на эхо голос.

- Не уходи, дитя живых, - произнёс он тихо. – Я так давно никого здесь не видел. Останься. Старый Озах очень многое может тебе поведать.

И я остался, потому что тоже был один. Узник оказался дэлонхом, его руки были прикованы к стене, но, не смотря на это, дверь клетки запирали три надёжных замка. Он не рассказал мне в чём провинился, не поведал за что его обрекли на такое существование. Он не мог умереть, дэлонхи уже давно переступили через грань своих жизней, но оставшись без пищи он ослаб на столько, что уже не мог двигаться и лишь с трудом говорил. Говорил не переставая, когда я приходил к нему. Он ждал меня, ждал всё время.

Ким вдруг замолчал, поднял голову к небу, словно к чему-то прислушиваясь, а потом вновь заговорил.

- Он рассказал мне о множестве миров, в которых когда-то побывал, но особенно долгим был рассказ о его собственном мире. Он говорил безжизненным голосом, но я всё равно слышал в нём глухую обречённость и смертельную тоску по дому.

В его мире светит два жарких солнца, их яркие лучи ослепительно отражаются в зеркальных скалах, встающих из серой земли и серебристого песка. Там множество водоёмов, но почти нет лесов, а их города, построенные между скал, сделаны из стали. Железо – это единственный минерал, которого в избытке в недрах их мира. А ещё там всё время дует ветер.

Их мир – это мир магов, даже воины обладают долей магических способностей. И именно магия является тем инструментом, с помощью которого они создают всё необходимое для своей жизни. Абсолютно всё. Ещё они научились накапливать большой объём магической энергии в артефактах, а все магические потоки в их мире давно истощены. Мир магов остался без источников их силы. Поэтому их главной целью стало скитание по другим мирам в поисках магических существ, из которых они могут выкачать энергию и сохранить в своих артефактах. Нельзя забрать с собой энергию чужого мира, а энергию магических существ можно, потому что они существуют отдельно от природы этого мира.

Дэлонхи охотники на особую дичь, их главным преимуществом является способность определять те миры, где присутствуют истинные магические сущности. Среди них есть много Проводников, и обычно отряды охотников отправляются на поиски в другие миры в их сопровождении. Но иногда охотники уходят одни, они легко находят Проводника в любом мире, им всегда есть, что предложить ему в качестве платы за пропуск домой.

Когда-то такой отряд пришёл и в наш мир, пришёл и не смог вернуться – Проводник их не выпустил. А ещё их охота осталось не законченной, они так и не смогли пополнить запасы энергии, не смогли справиться с той магической сущностью, что стала для них маяком, - по губам Кима скользнула кривая усмешка, на несколько долгих мгновений он замолчал, а потом продолжил рассказ.

- Про саршей он тоже рассказал. В их мире, где всё создаётся с помощью магии, есть существа, которые могут эту магию блокировать. Для дэлонхов сарши настоящее бедствие. Лишившись магических связей, предметы начинают распадаться на части, разваливаются не только оружие и одежда, но и посуда, мебель, дома…, их города превращались в руины. А потом сарши атаковали и самих дэлонхов.

Единственным спасением было то, что саршей очень мало и они не переносят солнечный свет. В темноте это могущественные демоны, а под солнечными лучами они теряют свою ледяную сущность и обращаются в обычных живых существ – тех из кого переродились. Сарши увеличивают свою численность используя тех же дэлонхов – избранному передают часть сущности демона, потом происходит перерождение, и живой превращается в существо с застывшими, замершими процессами в организме. Но сарши принимают лишь сильных, у них есть испытание – новичка выталкивают под солнечные лучи, и если он слаб, у него не получается сопротивляться и он просто сгорает. Выживают лишь сильные, лишь те, кто действительно принял наследие саршей. Именно это сделали с тобой дэлонхи, Вик, – заставили пройти испытание, заставили тебя принять твою истинную сущность. Сущность сарша. Зачем-то ты им нужен, Вик, но нужен только как сильное существо, раскрывшее все свои возможности.

В его груди вновь была та ледяная пустота, что появляется, когда перестаёт биться сердце. Вик сжал кулаки, пробуя насколько послушно ему его тело, и одним рывком сел.

Ким вздрогнул, но не повернулся в его сторону. Вистолец поднял к глазам руки, разглядывая покрывающую их чешую.

- Твой рассказ напоминает сказку. Вымысел, - произнёс он глухо. – Наверное, я бы тебе не поверил, если бы это не происходило со мной самим. Ты сказал, что их охота не завершена. На кого они охотятся, Ким, что за сущностью должно быть магическое существо, чтобы обеспечить энергией целый мир?

- Это драконы, Вик, - почти неслышно произнёс маг.

- Нет! - вистолец покачал головой. – В нашем мире нет драконов! Если бы появился хоть один, наш мир был бы уже опустошён и лишён магии. Мы бы знали, что к нам пожаловал дракон. Они монстры, чудовища, питающиеся энергией и сжёгшие множество миров. Они поглощают и живое и не живое.

Ким кивнул и наконец повернулся к Вику, встретился с ним взглядом и вновь вздрогнул.

- Это так, но…, что-то произошло, Вик. Дэлонхи никогда бы не пошли в пустой мир, для них не позволительно просто так растрачивать энергию перехода. И сейчас тоже что-то происходит…. Что-то случилось, и они вновь вспомнили о своей Охоте….

- Происходит? - Вик на мгновение опустил голову. - Говорят, что короля Бортона называли хранителем этого мира. А теперь он его покинул.

Юный маг с силой прикусил губу и сжал кулаки.

- Ты прав, Бортан был ключевой фигурой, обеспечивающей стабильность. Все считали, что он защищает наш мир от Рееты, но, возможно, что не только…. Возможно всё это взаимосвязано. Он не родился в нашем мире, он пришёл извне, причём это был его последний переход. Так почему он выбрал именно наш мир?

Вик нахмурился.

- Ты думаешь, что он пришёл вслед за драконом и каким-то образом его остановил?

- Остановил? – Ким хмуро усмехнулся. – Единственная возможность остановить дракона – это убить его человеческий образ. Драконы не умирают, Вик, они переходят в другую сущность, но если уничтожить один из образов, можно заключить дракона в плен. Да…, думаю, что именно это и произошло. Он убил его. Сейчас это мёртвый дракон. И это подтверждает то, что дэлонхи поднимают именно мертвецов.

- Зачем?

- Они знают, что дракон просыпается, тот кто его пленил – ушёл, он вскоре будет свободен. Дракон-нежить прежде всего будет реагировать на нежить. Мертвецы это приманка, чем их больше, тем больше шанс, что они привлекут и замедлят дракона. Они тоже подняты магически, и пока дракон будет пожирать их энергию, дэлонхи попытаются его пленить.

- Значит, - медленно проговорил Вик. – Он просыпается, потому что ушёл Бортан? Значит, ему нельзя было покидать наш мир?

- Нельзя, - эхом повторил Ким. – Но это также значит, что он был уверен, что в его наследнике есть сила, способная остановить дракона.

- Ярси ничего не знает о драконе, - качнул головой Вик. – Ему бы в себе разобраться…. Я уверен, что о драконе он ничего не слышал. Он и с отцом последние пять лет не общался, Бортан ничего ему не рассказал….

- Ярси? – насторожился Ким. – Так ты называл своего друга – демона-оборотня, который тебя обратил.

- Э-э, ну да. Ярси – это сокращение от Ярослава. Я и сам не знал, что он принц Мироса, пока мы не ушли из Вистольцы. Мы пять лет вместе обучались, а я не знал, кто он такой.

- Да уж, - очень задумчиво кивнул маг. – А ещё он король Рееты и наследник Бортана. Довольно много для одного. Не повезло парню.

*******************************************************************

Конечно, стоило задуматься, что сейчас не время подстраиваться под собственные желания. Как говорил один знакомый - это слишком большая роскошь. Но Ярси успокаивал себя тем, что должен взглянуть на происходящее в королевстве изнутри - глазами обычных людей, а не с высоты наследника престола.

Дорога неспешно изгибалась между высокими холмами, кое-где это были настоящие горы с выступающей на поверхность породой. Такие обнажения лес обходил стороной, а вот все остальные склоны были затянуты густым кустарником и деревцами. Прямо на дорогу стекало множество ручейков, некоторые были довольно полноводными. Эти водные потоки размывали никогда не высыхающую колею и превращали большую часть дороги в сплошную грязь. Ездить здесь решались в основном верховые, но и в обозы впрягали побольше лошадей и тащились по размокшей почве. Всё- таки между холмами располагались достаточно большие селения, и их жителям приходилось как-то выбираться на ярмарки в города.

Ярси помнил эту дорогу из поездок с Гитоном. Учитель иногда брал своего подопечного в Кэриваль – небольшой городок, в котором располагались главные школы магии Мироса. Гитона часто приглашали на выпускные экзамены магов, а так же на распределение и даже приём в школы. Ярси нравились такие поездки, было довольно забавно наблюдать, как другим приходится проходить испытания. Он сам, как принц Мироса, в это время сидел на почётном месте и с любопытством смотрел на происходящее. И лишь потом, какое-то время спустя в голову начинали приходить мысли, что это довольно странно, что его учителем является маг высшего уровня, а его самого магии не обучает. Эти мысли появлялись и исчезали, словно кто-то стирал их из его головы. Оставалось лишь смутное осознание вопросов, на которые он не получил ответов... Это было давно.

Конь недовольно всхрапывал и тряс головой, его копыта с чавкающим звуком разбрызгивали жидкую грязь. Ярси то и дело поглаживал его шею, пытаясь успокоить недовольное животное. Если бы маги захотели, то уже давно бы высушили эту дорогу, но они решили, что путь в их школы должен сопровождаться трудностями.

Передвигаться приходилось в основном шагом, даже лёгкая рысь грозила попаданием в незамеченную среди размокшей почвы яму или застреванием ног коня между сносимыми на дорогу камнями и ветками. Поэтому нужно было смотреть во все глаза и аккуратно объезжать все препятствия.

Он свернул на первом же ответвлении дороги и уже по более твёрдому и сухому грунту поскакал к селению расположенному между холмами. Он не собирался задерживаться, единственной целью был завтрак. Завтрак в хорошо знакомой таверне, где по воспоминаниям удивительно вкусно готовили.

Довольно скоро перед взглядом предстали небольшие аккуратные домики, выстроившиеся на берегу живописного озера. Лес спускался с холмов и подступал к селению двумя густыми рощами, оставляя немного места для возделываемых полей. Но основным занятием местных жителей было не земледелие, а рыболовство. Рыбы в озере водилось столько, что с лихвой хватало и на пропитание селянам и на продажу.

Имелась в Зелёные холмы и другая дорога – намного более длинная, но зато хорошо наезженная и сухая. Она подходила к селению совсем с другой стороны и именно ей чаще всего пользовались местные жители, да и приезжие тоже. Но на путника, явившегося из низины, особого внимания не обратили. Охота парню плестись по грязи – так это только его дело. Приехал и приехал, здесь приезжих всегда хватало – за рыбой из Кристального озера многие наведывались. Вот только у этого путника при себе не было ни заводной лошади с сумками под товар, ни телеги.

Ярси легко отыскал знакомый дом – приземистая, растянувшаяся в ширину таверна размещалась почти в центре селения. Здание совершенно не изменилось, лишь слегка выцвела краска на наличниках окон, да дверь была новой – более крепкой и массивной. Он спрыгнул с коня, привязал животное у коновязи и с удовольствием втянул носом воздух. Ему всегда нравился этот запах удивительно перемешивающий в себе аромат лесной хвои, свежесть влаги и самого селения. Сейчас обоняние оборотня позволяло различить все составляющие настолько глубоко, что при желании он мог бы сосчитать не только количество людей в селении, но и всех животных в близь лежащих окрестностях и даже количество рыбы, выловленное рыбаками из озера. Но Ярси отметил только то, что людей здесь действительно много и рядом с большинством присутствует запах стали.

Он накинул на голову капюшон и толкнул тяжёлую дверь. В зале было почти пусто. Впрочем, в утренние часы это являлось ожидаемым. Вдоль стены сидели за столиками пять человек, быстро доедали свой завтрак. Четверо окинули нового посетителя настороженными взглядами, но тут же потеряли к нему интерес. Лишь пятый – широкоплечий, уже не молодой воин, посмотрел более внимательно. Ярси его взгляд показался оценивающим.

Он быстро прошёл к столику у противоположной стены, сел у окна, но так чтобы свет не падал на его фигуру. Рядом тут же появился служащий, коротко поклонился и поинтересовался желанием посетителя. Ярси заказал себе тушеную рыбу в соусе по местному рецепту и кваса.

- Замечательный выбор, - служащий сразу заулыбался. – Сразу понятно, что вы у нас не впервые. Сейчас будет готово.

Во время недолгого ожидания он несколько раз ловил на себе пристальный взгляд воина. Тот вскоре закончил есть, расплатился, поднялся из-за стола, но уходить не спешил. Он не спеша прошёлся по залу, поглядывая на остальных жующих. Все посетители были мужского пола, в простой одежде селян, довольно крепкого телосложения, в возрасте от двадцати до тридцати лет, как определил Ярси. Они с неприязнью косились на прохаживающегося воина.

- Хватит уже, - буркнул тот. – Будем считать, что вы поели. Давайте на выход. Я за вас расплатился. Нечего здесь рассиживаться.

Селяне покорно поднялись и неторопливо побрели к двери, было видно, что уходить им не хочется, но в спины их подталкивал воин.

- Вот и до нас вояки добрались, - служащий поставил перед Ярси тарелку с ароматной рыбой. – Скоро всех кто хоть сколько-то подходит на службу заберут. И ведь не отвертишься. Не думают, что работать будет некому.

- Но если войско не справится, то вообще никого не останется. Мертвецы всех уничтожат, - невольно возразил оборотень.

- Может и так, - служащий пожал плечами. – С нашим новым королём теперь и не знаешь чего ждать. Ты сам то, парень, почему не в войске? С виду крепкий, молодой, да и при мечах, как погляжу. Воин значит. Хоть и одет по простому.

- За меня не волнуйся, - усмехнулся Ярси. – От войны никому не скрыться и у каждого в ней своё место.

- Угу, - служащий почему-то поёжился и быстро отошёл. Ярси принялся за рыбу, но еда не принесла ему ожидаемого удовольствия, хотя вкус несомненно был именно таким, каким он помнил его из детства. Он невольно поглядывал в окно, во дворе становилось оживлённо. Сюда подходили всё больше селян, все в сопровождении воинов. Люди не сопротивлялись, шагали спокойно, без принуждения, но было видно, что им жаль покидать родные места.

Ярси откинулся на спинку стула, это был даже не его приказ, а Мировира. Оборотень решил, что уже существующим войском им не обойтись. Возможно, он был прав, но все эти люди не успеют ничему обучиться, они станут лишь почти беспомощной толпой, что своей массой ненадолго сможет сдержать противника. Он поморщился, что-то вот так сходу менять было глупо, решать он будет позже и не один. А пока – да, общая мобилизация была необходимой.

Вот только… Ярси постучал пальцами об стол, служащий прав – как обычный селянин он подходит для призыва в войско и, судя по заинтересованному взгляду того воина, так просто ему теперь отсюда уехать не позволят. Он невольно усмехнулся, ситуация складывалась забавной. А вот раскрывать свою личность совершенно не хотелось.

Глава 29

Он не спеша доел и расплатился. К выходу двинулся неторопливо, пытаясь предугадать, как события будут развиваться дальше. Впрочем, здесь всё было очевидным.

Сразу за дверями поджидал уже знакомый воин. Ярси окинул быстрым взглядом двор и шагнул к коновязи.

- Эй, парень, - на его плечо опустилась тяжёлая рука в латной перчатке. – Постой-ка, разговор есть.

Пришлось остановиться и развернуться, отмечая, как сбоку приближаются ещё двое мужчин в форме королевского войска.

- Ты ведь не местный? Так?

- Да, - Ярси кивнул. – И что?

- А то, не повезло тебе, парень, не удастся с родными попрощаться. Приказ у нас – забираем всех, кто подходит для службы. Так что с нами поедешь.

- А я не подхожу, - насмешливо улыбнулся оборотень.

- Это ещё почему? – грозно поинтересовался воин, а двое других выбрали позиции так, чтобы отрезать путь к бегству. – Ты мне зубы не заговаривай. Или сопротивляться надумал? Так мы быстро тебе ситуацию с выполнением долга проясним. В первых рядах навстречу с противником пошагаешь!

Ярси невольно поморщился, его так и подмывало оскалить клыки, но он сдержался, помня о собственном решении казаться обычным человеком.

- Я маг, а не воин. Я в Кэриваль еду.

- Ага, - хохотнул немолодой вояка. – Как же – маг! С двумя мечами и без посоха. И доказать можешь? А ну колдуй тогда давай. Маги они ведь неумёх к себе не принимают, если ты не знал, ха-ха.

- Ладно, - Ярси совершенно не хотелось показывать собственные способности, но без шума было уже не выбраться. – Вы сами попросили.

- Ага, - злорадно кивнул воин. – Могёшь-то чего, маг? Эй – эй, без шуточек, - он отступил, потому что парень с невероятной скоростью выхватил из ножен один из мечей.

Ярси очертил клинком круг, заставляя людей отшагнуть ещё дальше. Те взялись за рукояти собственных мечей, взгляды были подозрительно-настороженными. Он коротко выдохнул, стараясь использовать как можно меньше силы, и направил энергию через пальцы в клинок. Воздух всколыхнулся, пропуская сквозь себя волну энергии, оборотень лишь скрипнул зубами, понимая, что даже маленькая толика его силы несопоставима с понятием «небольшое колдовство».

Воздушная волна подбросила в воздух сначала людей стоящих рядом, потом смела со своего пути всех, кто находился во дворе и, за мгновение докатившись до забора и хозяйственных построек, выровняла близ лежащую местность под уровень земли. Ярси резко оборвал магический удар, заставляя силу вернуться обратно, но было поздно. Два сарайчика, массивный забор и колодец превратились в щепки и в таком состоянии были вынесены на дорогу. Там же на дороге оказались все люди, но им повезло больше – они не держались за землю и поэтому не подверглись разрушению собственных тел, а просто переместились туда куда успела долететь воздушная волна. Сейчас там наблюдал куча стонущих, едва двигающихся фигур, пытающихся встать на ноги.

Ярси быстро вставил меч в ножны и шагнул к своему коню. Стоило покинуть Зелёные холмы до того как люди придут в себя.

- Что здесь происходит? – властный голос раздался со стороны дверей таверны. Пришлось вновь оборачиваться. На пороге стоял высокий молодой мужчина с суровым взглядом, одет как обычный воин, но на груди выделялся знак командира, да и держался так, что сразу было видно, что привык командовать. Его лицо показалось Ярси смутно знакомым. Он быстро отступил, отвязал поводья коня, намереваясь вскочить в седло.

- Стой, - за спиной зазвучали шаги не одной пары ног. – Да поднимите вы Гревта и другим помогите, а ты стой! - последнее уже предназначалось Ярси. Он со вздохом повернулся, посмотрел приближающемуся мужчине в лицо, пытаясь вспомнить откуда он ему знаком. Тот вдруг замедлил шаг, приостановился.

- Ярси? – в голосе командира отряда воинов прозвучало изумление, перемешанное с неверием. – Вот это да! Вот так встреча! Какими судьбами? Ты что здесь делаешь?..

- Здравствуй, Мирон, - он, наконец, понял откуда его знает, когда-то Мирон был одним из тех мальчишек, с которыми он бегал по улицам города. Они вместе участвовали во всех играх, во всех проделках, которые чаше всего придумывал именно Ярси, хотя был в их компании самым младшим. Никто из них не знал, кем именно является их товарищ, догадки начали появляться уже потом – позже, когда принц исчез из дворца.

- Просто не верится, ты где пропадал все эти годы? – его глаза вдруг округлились, воспоминания из детства и былые подозрения сложились в одно целое с происходящим в королевстве сейчас и отразились на побледневшем лице. Мирон судорожно сглотнул, вытянулся по струнке, а потом попытался поклониться.Ярси быстро показал ему кулак, шагнул ближе и хлопнул по плечу. Товарищ по детским играм весь сжался и заметно вздрогнул.

- Спокойно, - проговорил Ярси. – Я здесь просто проездом и хочу продолжить путь дальше.

- А? Д-да, кон-н-нечно, - Мирон вновь сглотнул.

- Вижу, что твоя мечта осуществилась, Мирон, судя по знаку командира, ты стал отличным воином, это здорово, - улыбнулся Ярси. – Рад за тебя.

- Командир, командир! – к ним быстро хромал немолодой вояка, затеявший всю эту проверку. – Да он, да это, да как же оно, чтобы так и всех разом! Колдун он, командир, ещё какой колдун! Его в Кэриваль Радолюбу надо сдать!

В присутствие подчинённого Мирон пересилил себя и вернул лицу маску суровости и невозмутимости.

- Так что здесь произошло, Гревт?

Но старый воин ответить не успел. На крыльцо с оханьем и причитаниями выскочила полная женщина в переднике и схватилась за голову.

- Это что ж делается та такое? И забор и сараи и колодец – всего лишили! Всё разрушили! Да как же это так? А убытки? Убытки кто возместит? Я вас спрашиваю? – она решительно двинулась в сторону их маленькой группы.

- Он это, он! – поддакнул Гревт, указывая пальцем на Ярси. Ярси не совсем был с ним согласен, вина была не только его, но всё же с усмешкой кивнул.

- Мирон, как ты думаешь - сколько всё это может стоить? – поинтересовался он, обводя рукой разрушения.

Воин вновь посмотрел на него округлившимися глазами.

- Ну-у, трёх серебренных хватит.

- Да как же трёх, как же трёх? – запричитала женщина и грозно сверкая глазами надвинулась на командира воинов. – Тут разрушений на все пять! Ведь новые же были постройки.

Ярси фыркнул, он помнил эти сарайчики и колодец ещё из своих первых сюда приездов. Но спорить не стал, нащупал в кошеле нужную монетку и бросил женщине золотой. Та ловко обернулась, легко поймала золотой на лету и с удивлением уставилась на свою ладонь. Рядом крякнул Гревт, почесал затылок, вдруг начав смотреть на этого молоденького парня совсем другими глазами.

- Мой господин! – заискивающи воскликнула хозяйка трактира. – Боюсь у меня не будет сдачи.

- Не нужно. Спасибо, что продолжаешь так вкусно готовить, я заехал сюда сегодня только из-за твоей стряпни, - Ярси широко улыбнулся, кивнул Мирону и вскочил в седло.

- Подожди, - Мирон шагнул ближе. – Может быть тебя проводить? В пути возможно ещё много таких историй. Ты сам знаешь, что сейчас мобилизация и цепляться будет каждый встречный воин.

- Да уж, не самое подходящее время я выбрал для прогулки, - кивнул Ярси. – Спасибо за заботу, Мирон, но у вас свой путь, а у меня свой. Я выкручусь.

- Не сомневаюсь, - воин быстро оглянулся на разрушения, усмехнулся и коротко поклонился. – Ярослав, сколько времени у нас ещё осталось? Как скоро они нападут?

- Время… его почти нет. Мне жаль. До встречи, ещё увидимся! – Ярси развернул коня и галопом направил его по той же дороге что и приехал сюда.

- Он кто? – глянул на командира Гревт. – Ты назвал его Ярославом, командир. Он, он…

- Король, - Мирон качнул головой. – Ох и повезло же нам с королём. Ярси ещё тот любитель влипать в неприятности.

Гровт с удивлением увидел на суровом лице командира улыбку.

******************************************************************

Под копытами коня вновь хлюпала размокшая дорога, Ярси проехал уже два отворота на более сухой путь и упрямо продолжал двигаться в выбранном направлении. Холмы постепенно становились ниже и расходились в стороны, далеко впереди появилась широкая даль равнины. А там и Кэриваль будет виден. Город магов.

Он невольно вспомнил, что сам недавно назвался магом, а в голову всё чаще приходила мысль, что на самом деле маг из него совершенно неумелый. Да, сила есть, а вот контроля и знаний нет. Он пользуется своими способностями только интуитивно, и любой ученик из Кэриваля умеет на много больше. Мысли были невесёлыми, ни родители, ни Гитон не пытались обучать его магии, а потом… потом он сам её отверг. Даже сейчас перед взглядом всё ещё нет-нет да вставали хлёсткие бичи молний, слепящими вспышками падающие на тело мамы. Молнии, вырывающиеся из рук отца.

Магия. Ярси на мгновение зажмурился, внутри шевельнулось отвращение, былое неприятие вновь закололо сердце, заворочалось ледяным комом в сознании, а перед взглядом блеснули серебряные отсветы. Он с трудом сдержался, чтобы не зарычать, заставил себя вернуть щит на место, закрыться.

Твоя сила в другом. Виола довольно часто повторяла эти слова, пыталась ему что-то доказать, пыталась заставить его учиться. Но у древней колдуньи ничего не вышло. А вот сожаление, что он так отчаянно сопротивлялся, появилось только сейчас.

Бурный ручей, разлившийся почти на ширину всей дороги, обрёл в долине прочное русло и устремился к реке. Та широкой лентой огибала холмы и неспешно несла свои воды по открытому простору лугов. На её противоположном берегу тёмной полосой вставали пока ещё далёкие стены Кэриваля.

Ярси оглянулся на холмы, потом отыскал взглядом мост и двинулся вдоль ручья. Была здесь и хорошо наезженная дорога, она тянулась по краю леса, спускающегося с холмов в долину, потом напрямую устремлялась к мосту. Он разглядел несколько повозок, спокойно катящих к Керевалю, группу пеших крестьян с мешками за спиной и двух всадников. Ручей протекал несколько в стороне от дороги, но оборотня это вполне устраивало.

Конь уже привычно зашагал по его берегу, теперь его копыта не вязли в грязи, а ступали по вполне твёрдой земле, поросшей травой. Ярси глубоко вздохнул, вновь проверил свой щит, всё-таки он ехал в место, где обитают самые опытные маги Мироса. Что ж, это тоже будет испытанием.

Со стороны дороги донеслись крики и топот копыт. Он нехотя оглянулся, от леса нёсся парнишка на низкорослой серой лошадке, за ним почти попятам скакали трое мужиков и всё время что-то кричали. Оборотень не стал вслушиваться, погоня происходила на дороге, и он только порадовался, что решил по ней не ехать.

Постепенно звуки сместились и зазвучали за его спиной. Ярси послал коня вперёд, заставляя увеличить скорость. Животное перешло на рысь, а всадник вновь оглянулся. Парень на серой лошади скакал чуть в стороне, но забирал всё ближе к ручью, его преследователи не отставали. Вскоре их компания пронеслась мимо. Оборотень некоторое время наблюдал, как беглец мечется от дороги к ручью, по несколько раз пересекая луг. Его преследователи пытались оттеснить его от дороги, заставляя свернуть в сторону от моста. Парень лихорадочно крутил головой пытаясь выбрать путь, потом вдруг резко развернул лошадку и поскакал прямо к Ярси.

- Эй, - всадник резко натянул поводья рядом, быстро глянул назад и, объехав оборотня, встал так, чтобы тот оказался между ним и преследователями. – Прости, а ты не в Кэриваль едешь? Можно я с тобой? Скажи, что мы знакомы, а? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Меня одну не отпускают.

Всё это он очень быстро протараторил на одном дыхании. И Ярси только сейчас понял, что это не парень, а девчонка, просто коротко стриженная, сильно загорелая и чумазая. Да и одета была в штаны и короткую курточку со шнуровкой у шеи, в руках держала короткий, незамысловатый посох без каких либо украшений и навершия. Широко открытые светло-зелёные глаза горели мольбой.

Он не успел ничего ответить, когда рядом оказались всадники.

- Тирена! – рявкнул крепкий рыжеволосый мужик. – А ну сюда пойди, нашла за кого прятаться. Домой поедем!

- Ну, пап, сейчас же набор в школу, мне в Кэриваль надо. И не одна я поеду. Вот, знакомый мой, он меня защитит если что.

- Ага, как же, знакомого нашла. Да из него первого дух вышибут, а потом за тебя примутся. Нет, дочь, мала ещё, знаю я их правила, на прошлой неделе Зурик едва живой вернулся! Не поедешь ты!

- Так то Зурик, - не сдавалась Тирена. – Я больше умею. Скажи ему, - она наклонилась и пихнула локтем своего предполагаемого защитника.

- Что именно? – поинтересовался Ярси с любопытством.

- Ну что знаешь меня и сможешь защитить. Ты же воин, вон мечи какие.

- Баловство это, а не мечи. Домой говорю. Не защитник он тебе, сам ещё щенок, а туда же.

Ярси невольно рассмеялся, что-то давно его щенком не называли, отвыкать уже начал.

- Нормальные мечи. И я больше маг, чем воин. Посох только не приобрёл, - проговорил он насмешливо. – Не буду врать, с дочкой твоей не знаком, но нам с ней действительно по пути. И если уж так сложилось, то могу проводить до школы.

Мужик окинул его оценивающим взглядом, поморщился. Крепкую фигуру и оружие он не отметить не мог, но вот молодость парня его настораживала.

- Сам-то откуда будешь? – буркнул он.

- Из Элеарда.

- Ага, из столицы нашей значит. Да ты хоть знаешь, что они ещё до приёма в школу устраивают? Туда же войти невозможно. Сразу всех с низким уровнем способностей отсекают. А ведь у многих способности развивать надо, у многих сила лишь со временем проявляется. А тут раз и всё – домой возвращайся, если жив остался.

- Ого, - Ярси присвистнул. – Радолюб, похоже, решился на кардинальные меры. Что ж, сейчас, действительно, некогда учить… - он замолчал, глянул на девушку, та так же умоляюще поблёскивала глазами. – Твой отец прав, нужно подождать. Сейчас слишком опасно поступать в школу. Формируются отряды магов, которые будут участвовать в войне. Ты не успеешь ничему научиться.

- Вот – вот, а я о чём говорю! – её отец переглянулся со спутниками – двумя бородатыми мужиками. Те согласно закивали. – Чтоб ему пусто было этому Радолюбу. Ладно хоть молодёжь отсеивает. Э-э, мил человек, а ты-то откуда всё знаешь?

- Просто знаю, - Ярси подмигнул девчонке и тронул коня с места. – Удачи в будущем.

Пусть сами разбираются.

Он успел доехать до самой реки, обогнул небольшую рощу и вновь услышал топот копыт за спиной. На этот раз всадник был один.

- Уф, - выдохнула девчонка, с трудом сдержала свою разгорячённую галопом лошадку и поехала рядом. – Едва догнала.

- Зачем? - Ярси невольно усмехнулся.

- Так вместе же не так скучно, - пожала она плечами. – Ты сам сказал, что нам по пути.

- С отцом поругалась?

- Ну-у, поругалась, он и так понимал, что ему меня не удержать. Не маленькая уже.

- Ясно, значит ты очень упрямая. А ты знаешь, что упрямство способствует не только достижению целей, но и притягивает много неприятностей? Я ведь не шутил про ситуацию в магических школах.

- Ну и что, что не шутил, - девушка фыркнула. – Подумаешь, герой выискался, я, между прочим, не на много тебя младше, мне пятнадцать уже! А в школы с восьмилетнего возраста принимают. Вот!

- Принимали, - поправил Ярси. – А сейчас берут только взрослых – уже свершившихся колдунов.

- Их-то чему учить?

- Так никто и не учит, - Ярси вновь усмехнулся, припоминая, что там говорил Радолюб о нововведениях в организации школ. Сейчас это скорее были места отбора способных колдунов, а не места обучения. Мера временная, по крайне мере все надеялись, что временная. Но новичков принимали только действительно сильных.

Девушка нахмурилась.

- Это ты что ли свершившийся колдун? У тебя даже посоха нет.

- Способности у всех разные, - Ярси пожал плечами. – Может мне и не нужен посох.

- Ха, так ты даже силу направить не сможешь, - девушка потёрла измазанную щёку и заёрзала в седле. – Может остановимся? Мне умыться надо и перекусить не мешает.

- Ладно, - легко согласился Ярси, раздумывая, а не пустить ли коня галопом? Но потом решил, что девушка всё равно не отступит и увяжется за ним следом. К тому же место для короткого привала было вполне подходящим – рядом роща и река.

Глава 30

Они остановились в небольшой низине. Пока девчонка ходила к реке, Ярси быстро собрал хворост, приготовил место для костра и достал из дорожного мешка припасы. Конечно, огонь можно было и не разводить, но после сырости той дороги очень хотелось хоть немного просушить впитавшие влагу штаны, которым достались все брызги из под копыт коня – на себе. И над костром можно было обжарить хлеб и подогреть мясо.

Попутчица вернулась на удивление быстро – чисто умытая, с приглаженными волосами, увидела приготовленные ветки и схватилась за посох.

- Давай я огонь разожгу! У меня хорошо получается.

Девушка направила посох на ветки, что-то тихо зашептала. Ярси предусмотрительно отодвинулся, очень надеясь, что её умение действительно поддаётся контролю, а не такое как его собственное.

Посох заискрился, с него сорвалась тонкая извилистая молния, потом ещё одна и ещё. Все они ударили точно в сложенные ветки. Появился дымок, а потом заплясали языки пламени.

Оборотень кивнул.

- Действительно – хорошо получается. Только это ведь не магия огня, но тоже здорово.

- Ха, - Тирена положила посох и села у костра. – Молниями можно сделать на много больше. Я боевой маг – могу просто сбить с ног, а могу и поджечь. А у тебя какая стихия? Если ты действительно маг, а не наврал моему отцу.

- Ну, - Ярси задумался. – Наверное, воздушная.

- Что значит - наверное? Ты не знаешь какой стихией владеешь? – удивилась девчонка, голодными глазами наблюдая, как попутчик неторопливо нанизывает на прутики хлеб и мясо.

- Этот дар у меня с рождения, но я никогда не стремился быть магом, - произнёс Ярси медленно. – Так уж сложилось, что я стал воином, а магию пришлось осваивать всего несколько дней назад.

- Интересненько. И при этом ты думаешь, что тебя примут в школу? Ты же вообще получается незнающий.

- Получается, - Ярси пожал плечами и улыбнулся. – Ты права, учитель бы мне не помешал, но сейчас я еду в Кэриваль по другому делу.

- О, - она тихо рассмеялась. – По делу. Вы столичные все сильно деловые. Куда уж нам простым людям до вас. Кстати, можешь называть меня Тира. А тебя как зовут?

- Ярси, - он протянул ей прутик с едой, девчонка с жадностью вцепилась зубами в мясо.

- Странное имя, - проговорила она с набитым ртом, пытаясь одновременно жевать и глотать. – Значит ты больше воин? Хоть хороший воин, не такой как маг?

- Ты же не видела, какой я маг, - проворчал оборотень. Да - не умеющий, но что-то ведь он мог. Странно, но слова девчонки что-то всколыхнули в сознании, заставляя задуматься о том, что ему действительно нужно учиться.

- Да ладно, не обижайся, - она задорно подмигнула. – Пусть времена сейчас не те, но ведь в школу всё равно можно поступить. И первыми уроками станут боевые испытания, а может быть так оно и лучше?

- Не боишься? – Ярси пристально посмотрел ей в глаза.

- Чего? От меня в нашей деревне уже все шарахаются и скот прячут. Уже не знаю на ком тренироваться. А ведь сдерживаться приходиться – чтобы не убить, не покалечить. А ты что – боишься?

Он задумчиво покачала головой.

- Страх - это не самое бесполезное чувство. Бесстрашные умирают в первых рядах не успев ничего сделать. Нельзя идти в бой без страха, он всегда должен быть рядом, должен быть ощутим и понят, чтобы держать его в сознании, контролировать и сражаться, не подставляясь под чужие удары - нас так учили, - он криво усмехнулся, невольно вспомнив Вистольцу.

Тира запихнула в рот последний кусок и мельком глянула на сидящего напротив неё парня. Впечатление он производил странное – вроде бы действительно воин, причём опытный, хоть и молодой, но в тоже время она всем своим существом чувствовала, что в нём что-то скрыто. Очень хорошо скрыто. Внутренний щит! Она знала об этой магии, но также знала, что она доступна колдунам лишь с очень большими резервами силы. Как правило, очень опытным, потому что данное колдовство давалось после долгих лет тренировки. Правда он сказал, что является магом с рождения, но не обучался… Не вяжется. И ведь не разберёшься чему верить.

- А ты вообще кто? – спросила она напрямую.

Ярси едва не подавился.

- Твой попутчик до Кэриваля, - ответил он спокойно.

- Да ладно, это что тайна?

- Ты о чём?

- Я же маг, - нагло заявила Тирена. – Я вижу твой щит.

Он всё-таки закашлялся. Щит не смогли увидеть маги Битры, а какая-то деревенская девчонка увидела. Вот и делай после этого выводы.

- Врёшь, - он решил не вестись на её заявление.

- Ну, ладно, может и не вижу, - легко согласилась она и вытерла об траву руки. - Но ведь он есть?

- Ты даже не представляешь, кто я такой, - усмехнулся Ярси. – А щит доступен лишь очень опытным колдунам, как я слышал. Я к таким не отношусь.

Она фыркнула.

- Ну и ладно. Подумаешь – загадочность. Не очень-то и хотелось знать, - противореча словам её глаза светились жадным любопытством. – Не хочешь рассказывать – не рассказывай.

- Не хочу, - поставил точку Ярси. Девчонка вновь фыркнула, на этот раз обиженно.

Они закончили трапезу, но костёр ещё не прогорел. Огонь весело перескакивал с ветки на ветку и не думая гаснуть пока не поглотит всю доступную ему пищу.

- Схожу за водой, - решил оборотень и начал оглядываться, раздумывая во что её набрать.

- Зачем? – поинтересовалась Тира. – Ты же маг воздуха – вот и гаси.

- А ты знаешь, что сила ветра лишь раздувает пламя? – Ярси на мгновение представил, как воздушный удар раскидывает языки огня по всей низине, как пламя перекидывается на близь растущие деревья и охватывает рощу. И невольно поёжился. С его плохо контролируемой силой такое вполне могло быть.

- Вот ещё! Ветер должен задуть огонь, а не раздуть, - авторитетно заявила девчонка. – Ты просто должен им управлять.

Ярси поднялся на ноги, задумчиво посмотрел на костёр.

- Хочешь посох дам? – участливо предложила Тира.

Он отрицательно покачал головой. Управлять? Его стихия воздух?

«- В тебе живёт пламя».

- Ну же, попробуй, или ты всё-таки не маг? – не отставала девушка.

Он криво усмехнулся.

- Возможно, что я хотел бы быть немагом… - проговорил он глухо. Перед взглядом плясали языки пламени – горячие, живые, бушующие неукротимой силой. Он занёс над костром открытую ладонь. Кожу защипало, но это был не жар пламени, жара он не чувствовал. Под ладонью извивался сгусток энергии, такой необходимой энергии, часть которой выдрал из него разлом… А ещё он понял, что чувствует Голод.

Ему с трудом удалось сдержаться, чтобы промолчать, слова родились в сознании, но не сорвались с плотно сжатых губ. И всё же – огонь перестал исходить жаром, на мгновении вокруг костра пронёсся ледяной вихрь, обхватил трепещущие языки пламени и оторвал от заиндевевших веток. Поток ледяных частиц, вобравший в себя всю энергию огня, стремительным ударом впился в его ладонь и втянулся под кожу. На месте костра остался только пепел.

- Э-э, - изумлённый голос девушки заставил поражённого данным действием Ярси сначала зажмуриться, а потом медленно повернуть голову, посмотреть на неё. Он очень сильно надеялся, что его глаза не утратили человеческий вид.

- И что это было? – с дрожью спросила она.

- Хотел бы я тоже это знать, - он пожал плечами. – Понятия не имею.

- С такой силой не шутят, вот честно не шутят, быр-р, - Тира поёжилась. – Никогда не видела ничего подобного. И не чувствовала. Жуткое ощущение, как будто из пространства выдирались магические потоки. И это определённо не магия воздуха.

- Ну, силой ветра я тоже могу управлять. Почти, - Ярси развёл руками. – Поэтому и не хочу пользоваться магией. Я её не понимаю.

- Да уж. Тебе точно нужно найти учителя. И чем быстрее - тем лучше.

*******************************************************************************

Вместе с подсвеченными последними лучами заходящего солнца облаками по небу ползли густые клубы дыма. Они тоже напоминали облака.

Вик поднялся по склону и замер на краю обрыва. Сразу за широкой полосой лугов полыхало не затухающее пламя – догорал уже и так мёртвый город. Зарево пожара расцвечивало подступившую тьму неуёмным, слишком ярким для его глаз огненным светом. Он с трудом окинул взглядом исчезающие дома, улицы, по которым катились потоки огня, увидел едва шевелящиеся фигуры, оседающие на землю между зданиями. Кто это – мёртвые жители города или дэлонхи сейчас было уже не угадать. Да и зачем? Они все станут пеплом. Все до одного.

Вистолец зажмурился, медленно отвернулся. Дети ждали его на дне оврага у реки. Он быстро спустился и молча зашагал по берегу. Тинасцы так же молча последовали за ним.

Вскоре овраг пришлось покинуть – он сделал изгиб и резко повернул обратно к городу. Путники поднялись наверх – в долину, потом дошли до ограничивающих её холмов и взобрались на вершину ближайшего. Вернее Вик взобрался, а дети медленно плелись где-то позади. Взгляду открылись широкие поля – ровные, аккуратно засаженные взошедшей рожью. Между ними тянулась узкая дорога, лес темнеющей полосой вставал слишком далеко и не в том направлении, куда им нужно было идти. Вистолец задумчиво разглядывал погружённую в сумрак местность. На вершину холма выбрался тяжело дышащий Ким, вытер лоб и уселся на землю. Вик глянул вниз, отыскал фигурки девчонок, копошащиеся где-то на середине склона, и быстро за ними сбегал. Он опустил Лану и Милу рядом с братом и вновь посмотрел вдаль.

- Куда дальше? – поинтересовался маг. – Мы сможем где-нибудь раздобыть еду?

- За полями селение, - медленно проговорил Вик. – Возможно, что за ночь мы до него доберёмся. Если не будешь плестись как и прежде.

Ким возмущённо фыркнул.

- Я не плетусь. Я вообще не привык столько ходить… И надеюсь ты шутишь про то, что нужно идти всю ночь. Люди спят в это время.

- Люди – спят. А я ночное существо. Ты можешь сказать, что произойдёт, когда я вновь попаду под солнечные лучи?

- Э-э, ну-у, э-э, - подросток поёжился. – Начнёшь превращаться в человека.

- Ага, - Вик кивнул и сжал кулаки. – Снова. И с теми же ощущениями?

- Ну-у-у, не думаю. Только первое превращение бывает настолько ужасным. Кажется.

- Ага, - повторил Вик. – Кажется? Ясненько – ты не знаешь. Ладно, значит идём вперёд. Будем искать укрытие.

- Ви-ик, - Лана улеглась на землю и двигаться похоже не собиралась. – А спать когда? И кушать хочется.

- А ты крылышками махать уже пробовал? – поинтересовалась Мила топтавшаяся у него за спиной. – Может полетаем?

Если бы он мог, то тяжело бы вздохнул, но сейчас в этом были ограничения, поэтому Вик просто окинул детей растерянным взглядом и пожал плечами. Он тоже чувствовал голод, они все не ели с самого утра, к тому же люди сильно устали и физически и морально. А о своём собственном испытании он старался даже не вспоминать. Не думать.

- Ким, ты в состоянии создать защитный купол? Я хочу осмотреть окрестности.

Парень тяжело выдохнул и кивнул.

- Тогда спускаемся вниз – к полям, - решил Вик. – Подождёте меня там под куполом.

Дети переглянулись, Лана нехотя поднялась на ноги, а Мила выжидательно уставилась на вистольца явно не намереваясь идти сама.

- Вниз, - более грозно приказал Вик и первым сбежал с вершины холма.

Тинасцы вынужденно последовали за ним, причём девочки спускались вприпрыжку, как будто и не устали, на много опередив брата. Вик дождался бредущего Кима, выбрал место у подножия холма, загнал туда девчонок и кивнул магу. Тот вновь вздохнул, сел на землю и лишь тогда прочитал заклинание. Над детьми медленно сплелись энергетические линии купола, накрыв совсем небольшой участочек земли.

Вик поморщился, у Кима почти не было сил, а брать энергию через сестёр он даже не пытался. Защитный купол получился тонким и не очень надёжным. Вистолец помедлил, окинул взглядом окрестности, втянул носом воздух и лишь убедившись, что рядом никого нет, расправил за спиной крылья.

Девчонки восторженно вскрикнули и захлопали в ладоши.

- Мы тоже полетать хотим! – воскликнули они одновременно. Их брат сразу заметно побледнел.

Вик лишь покачал головой.

- Я ненадолго, ведите себя тихо, - он сделал пробный взмах и с места взмыл в воздух.

Земля мгновенно оказалась далеко внизу. Взгляд с высоты подарил несколько долгих мгновений паники, а потом под расправленными крыльями появилось ощущение упругих струй воздуха, в лицо ударил ветер, и не осталось ничего кроме безграничного простора неба, мерцающего россыпью далёких звёзд.

Вик некоторое время кружил, привыкая к новым ощущениям полёта. Именно полёта, а не суматошного махания крыльями нацеленного только на то чтобы не упасть или увернуться от солнечных лучей, как это было днём. Ночь подарила спокойствие. Мирное, ничем не нарушаемое спокойствие. Уже забытое, утерянное, непривычное. Вик криво усмехнулся, оказалось, что за эти несколько дней он успел отвыкнуть очень от многого.

Поля пронеслись за несколько взмахов крыльями, внизу блеснула полоса реки, а на её берегу показались многочисленные дома. Вик сбавил скорость, но сильно снижаться не стал. Пусть сейчас ночь, но с внутренний стороны высокого забора прохаживались несколько человек - дозорные. Смотрели они правда не в небо, но быстрая тень могла привлечь их внимание, а это было не нужным. Сделав несколько кругов и убедившись, что забором обнесено всё селение, а его жители находятся настороже, вистолец пролетел чуть дальше. За селением поля продолжались, потом тянулись некошеные луга и лишь за ними виднелась полоса деревьев.

Вик на некоторое время завис на месте. Получалось, что единственный способ до утра доставить детей в лес – это сделать это по воздуху. При этом доставить их нужно было всех одновременно. Оставлять кого-то одного - пусть даже Кима, означало, что перенесённые первыми девочки, пока он возвращается за магом, будут без защиты. Сами они не смогут создать себе защитный купол. Значит нужно что-то во что дети смогут забраться, а он поднять их в этом в воздух.

Пришлось возвращаться к селению, Вик настороженно оглядел с высоты дома и широкие улицы. Это был почти город, хоть и не большой, но город. А города он с недавнего времени начал недолюбливать.

Широко расправив крылья вистолец плавно скользнул с высоты в самую густую тень. Ей оказался яблоневый сад густо засаженный деревьями. Серп луны только поднимался над домами, и сад утопал в густом мраке, стиснутый с трёх сторон массивными трёхэтажными каменными зданиями.

Вик только порадовался, что так удачно приземлился, можно было даже не опасаться, что его кто-то случайно увидит. На время. Ведь всё равно придётся выйти из-под деревьев и осмотреть ближайшие дворы, чтобы найти что-нибудь подходящее для задуманного. Он на некоторое время замер, прислушиваясь и принюхиваясь одновременно. Город спал, но спал не спокойно. В домах то и дело тихо бренчала сталь – мужчину осторожно, чтобы не разбудить домочадцев, готовили оружие, начищали броню, где-то перекладывались и подсчитывались припасы, журчала вода, переливаемая в бутыли – для запаса. Горожане хорошо знали, что происходит поблизости и очень надеялись отвести от себя беду – схорониться за высокими стенами, переждать, но если понадобится, то и выйти защищать свои дома.

Вик стиснул кулаки, медленно склонил голову, перед внутренним взором за ближайшим домом рисовался широкий двор с хозяйственными постройками и конюшнями, была там и кузня и дровяник, и ещё какие-то наваленные доски. Значит, здесь тоже повезло, решил Вик – не придётся долго искать. На этом его везение закончилось. Он двинулся с места и почувствовал, что его что-то держит. Так как рядом никого не было – иначе он бы об этом знал, то вистолец понял, что просто за что-то зацепился.

Единственным предметом одежды на нём был обрывок плаща, обмотанный вокруг бёдер, вот он то и нанизался на сук при полёте сквозь ветви. Вик осторожно его дёрнул, сразу послышался звук рвущейся ткани и хруст ломаемой древесины. Вистолец вновь замер, сила у сарша была далеко не человеческой – к этому тоже ещё нужно было привыкнуть. Довольно большой кусок бывшего плаща соскользнул с его бёдер и остался в руках двумя разорванными тряпочками. Вик беззвучно выругался, такое могло произойти только с ним. Теперь оставшимися лоскутами было уже не обмотаться. Он некоторое время постоял осознавая, что придётся потратить время ещё и на поиск штанов.

Глава 31

С большим трудом – шипы на пальцах существенно мешали, удалось связать уголки ткани и кое-как прикрыть себя спереди и сзади. Да, он понимал, что сейчас ночь и скорее всего его никто не увидит, но ничего поделать с собой не мог – не привык он разгуливать нагишом. Хотя тут же вспомнил оборотней Рееты, для которых это было вполне естественным, но постарался оправдать себя тем, что он не в лесу.

Вик вновь двинулся вперёд придерживая сползающую набедренную повязку и совершенно не представляя где бы раздобыть одежду. Он осторожно прокрался вдоль дома и выглянул за угол, принюхался. Единственным вариантом выходило ограбление платяной лавки. Улица оказалось хоть и не центральной, но и не из захолустных. Вистолец с удовлетворением обнаружил здесь и дом пекаря и жилище сапожных дел мастера, да и портняжная мастерская сыскалась.

Он метнулся к добротному одноэтажному особняку, вынужденно применив свои способности к быстрому перемещению. Чего не сделаешь ради штанов, а ещё и воровать придётся. Лавка выходила витриной на улицу, ставни были надёжно закрыты. Вик подцепил шипами замок, потянул и легко сорвал его вместе с петлями, очень надеясь, что не произвёл слишком много шума. Осторожно приоткрыл одну ставню, но внутрь влезать не стал, на глаза сразу попались несколько мужских штанов, аккуратно развешанных на вешалке. Вистолец перегнулся через прилавок, сорвал ближайшие и приложил их к себе, те оказались слишком узки. Пришлось перебрать ещё несколько, пока не нашлись подходящие. Он с сомнением повертел в руках брюки из грубой ткани, по бокам шёл непонятный рисунок чёрной кожей, очень напоминающий языки пламени. Радовало только то, что цвета не яркие, а рисунок мог означать принадлежность владельца штанов к магии огня. Он уже собрался их натянуть, но так и замер – подувший вдоль улицы ветер принёс приторный запах, который было не возможно ни с чем спутать.

Вик подхватил штаны, на ходу скатал их в свёрток и двинулся вдоль домов, держась у самых стен. Идти пришлось недалеко, впереди появился высокий забор, через который вистолец легко перемахнул едва взмахнув крыльями. По другую сторону оказались широкий двор, какое-то приземистое здание и две большие клетки. Центр двора и клетки ярко освещали несколько воткнутых в специальные подставки факелы.

Вик затаился за уложенными у забора досками. Во дворе были люди – двое мужчин и девушка. Один из них седовласый, но с виду очень крепкий, опирался на магический посох, второй был моложе, высокий и стройный, на его поясе висели ножны с двуручным мечом. Его правая рука была обмотана тканью, на которой проступили красные пятна, он слегка морщился, прохаживаясь по двору. На месте ему не стоялось, во всех движениях скользила нервозность. Девушка неподвижно замерла рядом с колдуном и не спускала с мужчины встревоженного взгляда.

Клетки тоже оказались не пусты – прямо у решёток яростно шипели и тянулись к людям скрюченными пальцами два восставших трупа. Разложение ещё не затронуло их тела, лишь мертвенная синева густыми пятнами выползла на лица и руки, да в вытаращенных глазах вращались незрячие белки глаз. Оба были в добротной одежде, с угловатыми, ещё не крепкими фигурами, невысокого роста. Подростки. Чьи-то дети. Наверное, они были не старше Кима.

По щекам девушки катились слёзы, плакала она совершенно беззвучно. И ведь ничего уже не исправишь, не вернёшь. Вик знал это совершенно точно. Не получится. Вот только присутствие мертвецов в городе сводило все надежды его жителей спастись, оборониться от врага на нет. Если зараза уже внутри значит вскоре появятся и другие мертвецы. Один из кандидатов в таковые сейчас нервно размахивал перевязанной рукой и грозно наступал на колдуна.

- Ты же обещал, Лутий, обещал… - его голос всё больше срывался, но страха в нём не было, лишь усталость.

Колдун кивал, хмурился и ничего не говорил. Вик лишь видел, как сеть магических заклинаний медленно опадает с обеих клеток и бесполезными потоками уходит в землю. Нельзя ничего изменить.

Девушка вдруг резко отвернулась, её плечи затряслись от рыданий. Колдун покачал головой.

- Мне жаль, их не вернуть, - его острый взгляд скользнул по воину, он поднял посох и направил на клетки. Вик невольно напрягся, он знал, что сейчас произойдёт и хорошо, если данный маг окажется обладающим силой огня. Навершие посоха вспыхнуло, заискрилось, воздух прорезали бичи извилистых молний. Вик лишь качнул головой. Да молнии способны зародить огонь, но для этого нужно ударить не один раз, для этого нужно бить нескончаемым потоком, пока жертвы не вспыхнут. Это долго, намного дольше, чем сгусток огня. Он знал это по опыту.

Маг, похоже, тоже это знал, поэтому он горестно вздохнул, понимая, что не получится покончить со всем одним разом, но не отступил. Разряды молний метнулись к клеткам, но в это время девушка быстро развернулась и кинулась наперерез потокам магии.

- Не-ет!

Колдун резко оборвал заклинание, но одна из молний уже ударила подвернувшуюся жертву в живот, заставила охнуть и согнуться. Её ноги подкосились, девушка начала падать, очутившись слишком близко к одной из клеток. Вик видел, как стремительным прыжком метнулся к ней воин, как вновь взмахнул посохом колдун. Слишком медленно, они не успели. В её плечи уже вцепились мёртвые пальцы, дёрнули к себе – навстречу голодному, незнающему пощады рту.

- Остановись, - Вик не сразу понял, что это его собственный голос произнёс это слово – искажённый и совершенно не знакомый, слово на языке другого мира.

Мертвец дёрнулся, завертел головой, глухо зашипел, его руки ещё держали девушку, но к себе он её больше не тянул. Подскочивший воин одним ударом меча отрубил вцепившиеся в неё кисти, и сшиб их с плеч девушки. Та только сейчас испуганно вскрикнула и быстро отползла от клетки. Воин помог ей подняться и подтолкнул к колдуну, сам настороженно огляделся, поводя мечом из стороны в сторону.

Оба мертвеца впервые притихли, отошли от решёток и замерли. Вик знал, что они ждут дальнейших команд.

- Эй, кто здесь? – выкрикнул воин. – Покажись!

Вик тихо выругался и начал быстро натягивать штаны. Никакого желания выходить на свет у него не было, но и исчезнуть незаметно уже не получится. Он отошёл в более густую тень и пробно взмахнул крыльями, приготовившись одним резким рывком взмыть в небо.

- Помоги-и, - в крике девушки прозвучала смертельная тоска и Вик невольно остановился. Помочь? Чем помочь?

- Они ждут тебя, - твёрдо проговорил колдун, безошибочно поворачиваясь в сторону вистольца. – Кто ты, приказывающий мертвецам?

В его руках вновь разгоралось навершие посоха, стоит попытаться взлететь и вслед сразу ударят молнии. Что будет потом и как на него подействует магия Вик даже не предполагал, но выяснять это не хотелось. Он был совершенно не уверен, что успеет увернуться от магии в воздухе. Всё-таки опыт полётов был у него слишком маленьким.

- Это не важно, - глухо ответил он. Люди заметно вздрогнули, теперь в его сторону повернулись все троя, а вместе с ними и мертвецы. – И я не могу вам помочь. Ваша смерть уже среди вас.

- О чём ты говоришь? – воскликнул воин.

- Все, кого покусали, обратятся в монстров, - пояснил Вик. – И начнут заражать других.

- Нет! Это ложь! – вновь выкрикнула девушка и судорожно схватилась за руку мужчины с мечом.

- Откуда тебе это известно? – спросил колдун. – Кто ты?

- Я был в Керонте, я видел, - тихо ответил Вик, его слова звенящим эхом полетели по двору. – Вы обречены пока среди вас есть укушенные.

- Это ложь, ложь, - зарыдала девушка, её взгляд заметался от клетки с мертвецами к воину, глаза горели отчаяньем. – Это неправда, - всхлипнула она.

Сам воин до боли в руках стискивал рукоять меча и всматривался в темноту, его лицо было очень бледным.

- Керонт, - вновь заговорил колдун. – Я понимаю, но Керонт далеко от нас и уже несколько дней к нам в город не заходил ни один чужак. Как ты здесь оказался и не ты ли принёс к нам заразу?

«Вот так вот», - невольно подумал Вик.

- В таком случае, зачем я сейчас с вами разговариваю? – поинтересовался он вслух. – Виновный не стал бы никого спасать.

- Возможно, - задумчиво кивнул колдун. – Но это не отменяет того факта, что они тебя слушаются. Ты никромант?

- Нет, - Вику начал надоедать этот разговор, да и задержался он здесь уже слишком долго,он быстро шагнул из тени на свет.

Реакция людей была ожидаемой, они с криком отшатнулись, воин загородил собой девушку и заслонился мечом.

- Демон, - выдохнул колдун и поднял посох, с его губ сорвалось короткое заклинание и воздух прорезали извилистые молнии. Цель у них была только одна.

Вистолец одним смазанным для взглядов людей движением отступил с их пути к забору. С его скоростью можно было легко обездвижить и колдуна и воина, а можно просто перепрыгнуть через забор и скрыться. Но вместо этого его раскрытая ладонь сама потянулась навстречу потокам магии – как тогда в городе захваченном дэлонхами. В прошлый раз действие пришедшее интуитивно осталось незавершённым, а сейчас… Сейчас он знал, что именно должен сделать. Энергия бьющимся вихрем заметалась за соткавшейся стеной силы. Вик слышал Её, чувствовал и… мог убить. Его пальцы начали сжиматься в кулак, вместе с этим вокруг разрасталась пустота, свободная от магических потоков. Это легко… просто… Погасить, отрезать истоки зарождающейся силы, сделать пространство свободным от колдовской энергии.

Он чётко чувствовал границы созданной зоны – они не выходили за пределы двора, стоит ступить за ворота и мир станет привычным – там уже можно будет применять магию. А здесь… Колдун в недоумении завертел головой, в его глазах блеснуло непонимание, перемешанное со страхом, да ещё в клетках единым разом упали на пол и остались лежать неподвижно мертвецы.

Не обращая на людей внимания Вик подошёл к клетям, вгляделся в замершие трупы, занёс над ними раскрытую ладонь, пытаясь понять насколько они на самом деле обездвижены. В их телах продолжал теплиться источник магии. Мышцы колдовство отпустило, собралось в крохотный сгусток, но стоит снять запрет на действие магии и оно вновь расползётся по всему телу, поднимая трупы на ноги.

Вистолец поморщился. За спиной вдруг послышался глухой стон, он резко обернулся. Воин согнулся пополам, держась за раненую руку, его меч выпал из пальцев и валялся на земле, всё тело сотрясали судороги. Вик быстро шагнул к нему. Люди попытались отступить, но воин уже падал, не в силах сдвинуться с места. Девушка и колдун с трудом успели его поддержать и аккуратно опустили на землю. Тот тяжело дышал и глухо стонал.

- Что происходит? – воскликнул колдун. – Что ты сделал?

- Заблокировал магию, - спокойно ответил Вик. – Мертвецы тоже магические существа, а те, кто ещё не переродился…Интересно. Покажи руку.

Он кивнул на корчившегося от боли воина. Колдун нахмурился, качнул головой и, схватив его за руку, начал быстро разматывать закрывающую раны повязку. Вик склонился ниже, потом опустился рядом с людьми на одно колено. Те лишь судорожно вздохнули, но отодвигаться больше не стали.

Кожа на запястье мужчины была исполосована рваными кровоточащими бороздами, было похоже, что он с силой выдрал руку из намертво сомкнувшихся зубов и в результате получил глубокие и страшные раны. Обагрённые кровью края имели синий цвет, но дальше по руке синева не расползалась и даже казалось, что и здесь она быстро теряет интенсивность и исчезает. Вик занёс над раной ладонь, если в человеческом теле и был источник магии мёртвых, то пока ещё очень не стабильный, не успевший прочно закрепиться. А получив запрет на существование, он быстро истончался, исчезал из живого тела. Зараза выходила вместе с кровью!

Вик неожиданно улыбнулся, заставив людей вздрогнуть, коснулся запястья шипами и расширил уже имеющиеся раны, заставляя кровь бежать интенсивней.

- Что ты делаешь?! – воскликнул колдун.

- Сейчас магия мёртвых заблокирована и уходит из его тела с кровью. Пусть течёт. Так нужно, - Вик посмотрел на людей, встретился с их изумлёнными взглядами. Воин уже не стонал, терпел, плотно стиснув зубы. Глаза девушки загорелись надеждой. Вистолец кивнул. – Всё будет в порядке, заражение отступило, дождитесь пока исчезнет синий цвет кожи и можно перевязывать рану.

Вик резко поднялся и окинул взглядом созданную зону, пытаясь понять, останется ли она действовать, если он её покинет. Знания появились сами собой, лишь перед взглядом вновь на мгновение мелькнули зеркальные скалы и спасительная тьма пещеры. Убежище, которого он никогда не сможет достигнуть. Да, малая зона способна существовать без своего создателя, нужно лишь закрепить, оставить источник.

- Этот двор останется лишённым магии, - произнёс Вик и внимательно посмотрел на колдуна. – Они другие, чем он, - он показал на трупы. – Они смогут восстать, если покинут зону, похороните их здесь. Через некоторое время сила, поднявшая их тела, исчезнет.

Вистолец резко наклонился и воткнул в землю шип, в голове сами собой родились нужные слова: «Твое место здесь. Оставляю». Он с некоторым усилием повернул палец и отломил шип у основания. Боли он не почувствовал, лишь какая-то тянущая волна разлилась по кисти, словно монстр лишился части себя. Впрочем, так оно и было. Вик был уверен, что в другое время и при других обстоятельствах он не смог бы сломать шип. Но сейчас получилось.

На указательном пальце поблёскивал ровный слом, а из него проглядывал острый кончик нового шипа уже тянувшегося наружу. Вистолец лишь криво усмехнулся.

- В вашем городе есть и другие покусанные, - произнёс он чётко. – Найдите их и приведите сюда. Дайте их крови течь в этом дворе, и зараза покинет тела живых. Торопитесь. У них немного времени.

- Кто ты? – спросил колдун. – Почему помогаешь?

- Ещё недавно я был человеком, - проговорил Вик. – И как ни странно продолжаю себя им считать. Не стоит судить по внешности.

Он отступил, расправил крылья и взмыл в небо. На душе было до странности легко, легко настолько, что хотелось смеяться.

*****************************************************************************

У моста пришлось выехать на общую дорогу и пустить коней шагом. Впереди двигался большой торговый караван, состоящий из десятка телег. Охрана была соответствующей – восемь хорошо вооружённых воинов, а также по два человека на телеге, тоже с оружием.

В Кэривале не проводились ярмарки, но он являлся богатым городом и закупал много товаров. Поэтому сюда стекались множество торговцев не только со всего Мироса, но и из других королевств. Те, кто отправлял на обучение детей, тоже часто снаряжали настоящие караваны – и ребёнку проще, да и дар школе нужно преподнести, как они считали. Обучение здесь было бесплатным, но родителям казалось, что так будет легче поступить. Школы Кэриваля являлись самыми престижными. Мало кто хотел понимать, что именно репутация не позволит экзаменаторам пропустить в ученики тех, чьи способности не соответствуют ожиданиям. Для менее даровитых желающих существовали школы попроще, таких брали себе в подмастерья деревенские колдуны и знахарки. Для этого не нужно было ехать в Кэриваль.

Ярси и его спутница вынужденно плелись в конце загородившего весь мост каравана. Сзади ехал немолодой, широкоплечий воин, бросавший внимательные взгляды по сторонам. На двоих всадников он тоже всё время оглядывался. Цепкий взгляд тёмных глаз уже не один раз пробегал по их фигурам и задерживался на двух мечах, которыми был вооружён парень. Такое соседство ему определённо не нравилось, слишком близко те держались к каравану.

Ярси несколько раз придерживал своего коня, чтобы отстать, он не хотел привлекать лишнего внимания. Но караван двигался слишком медленно, и Тира всё время недовольно ворчала и вырывалась вперёд. Приходилось догонять её. От нечего делать оборотень начал разглядывать торговцев более внимательно, пытаясь определить откуда они.

Обычно караванщики одевались в цвета своего города или селения, чтобы всем становилось сразу понятно из каких мест прибыл товар. Чаще всего они ещё и имели отличительные знаки, особенно те, чья продукция пользовалась спросом. Но и менее удачливые караванщики старались пометить свои телеги и одежду – пусть люди знают и передают другим, кто приехал в их город и какой у него знак.

Ярси пробежал взглядом по крытым телегам, не имевших никаких отличительных знаков, по невзрачной сбруе лошадей, по одежде караванщиков – запыленной и по большей частиодноцветной и вернулся к держащемуся прямо перед ними воину. Лошадь под ним всё время пританцовывала, пыталась сорваться на бег, трясла головой, словно что-то вызывало у животного беспокойство.

- В этом караване нет отличительных знаков, - проговорил оборотень. – Одеты как обычные путники, собравшиеся в дальнюю дорогу. Они не выглядят торговцами. Как думаешь, откуда они?

Девушка пожала плечами.

- Караван не обязательно должен быть торговым, скорее всего это переселенцы.

- Переселенцы в Кэриваль? Не думаю, что в городе их примут.

- Остановятся под стенами, - Тира достала из дорожного мешка яблоко и с хрустом откусила. – Может у них дело какое к магам.

- Может быть, - оборотень втянул носом воздух, пытаясь что-нибудь понять хотя бы по запаху. Его вдруг очень заинтересовало, что именно понадобилось караванщикам в городе магов. Если бы в этих людях было что-то необычное, он почувствовал бы это и раньше. Сейчас же при рассматривании их с помощью запахов более внимательно те поведали ему, что караван в пути уже три дня, что в телегах есть продукты, но их не много, по большей части это вещи из ткани, дерева и керамики. Ещё кроме видимого оружия у караванщиков имеется и другое – спрятано в каждой телеге и надёжно укрыто от посторонних взглядов. Запах металла чётко витал над всем караваном, а к нему примешивался более приторный запах – запах крови.

Ярси мгновенно насторожился, ещё не до конца осознавая, что не так. Да, караван вполне мог быть атакован разбойниками или дикими животными, мало ли что бывает в пути. Кого-то вполне могли ранить, да и оружие не отчищено до конца от крови. Только почему этот запах такой резкий, имеющий оттенок разложения?

- Эй, - воскликнула Тира. – Ты чего такой хмурый?

Оказывается, она наблюдала за его лицом.

Ярси оглянулся, окидывая взглядом дорогу, внутреннее виденье показало как та тянется мимо леса, ложится между полями, ответвляется к нескольким деревушкам, а потом резко поворачивает к границе Тинасы. И именно с той стороны ведут следы каравана – следы крови, незримой дымкой повисшие над дорогой.

- Они из Тинасы, - проговорил он глухо.

Глава 32

По мосту проехала последняя телега, караван сразу набрал скорость — лошадей подхлестнули и заставили перейти на рысь. Осталось пересечь небольшой луг и можно въезжать в ворота Кериваля.

— Ну, наконец-то, — Тирена сразу ударила коня по бокам и пустила в объезд каравана.

Ярси не стал рваться вперёд, проехал вдоль телег по траве и остался держаться наравне с первой. Возница настороженно на него покосился, потом вопросительно кивнул ехавшему по другую сторону воину. Тот молча двинулся разбираться кто такой и что надо, но не успел подъехать к непонятному путнику, когда где-то сзади послышался отчаянный вопль.

Ясри резко натянул поводья, его конь встал на дыбы и развернулся на месте. Почти одновременно замер на дороге весь караван.

Оборотень втянул носом воздух и больше по запаху, чем на слух двинулся туда, где билось сквозь сковавшее воздух напряжение преображающееся нечто. К первому крику добавился второй, затем третий. Голоса были женскими, полными паники и истерики. Ярси на ходу выхватил из ножен серебряный меч, странно уверенный, что знает, что произошло. Слишком ярко перед внутренним взором стояли картины шагающих мертвецов, настигающих живых, вгрызающихся в их плоть. Картины виденные не собственными глазами и он очень надеялся, что никогда не будут увиденными... Это глупо — ждать, что опасность уже в открытую ступающая сквозь соседнее королевство так и останется лишь чужой бедой. Так не бывает. Миг беды, кажущийся ещё далёким — за чертой, за границей их собственного мира вдруг с ужасающей неизбежностью за одно мгновение может ворваться в реальность...

Перед взглядом мелькнула странно осевшая телега. Она показалось такой из-за сорванного полога, оси погнулись, накренились покорёженными остовами, а среди аккуратно сложенных мешков стояла слегка покачивающаяся человеческая фигура. Это был уже не молодой мужчина, одна рука обмотана окровавленными повязками, волосы всклочены. Глаза закатились. А бледное лицо покрыто синими прожилками быстро сливающимися в пятна. Видимо, раненный ехал в этой телеге. А потом он умер.

Ярси всем своим существом ощутил, что этот человек не живой. Об этом говорили и запах — именно запах мертвечины и вырывающийся из горла существа шипящий хрип — живые не способны издавать подобных звуков.

Оборотень резко осадил коня, подъехал чуть ближе. Люди в панике бежали прочь от телеги. Мертвец шатающейся походкой шагал по мешкам, подбираясь к краю. Его руки беспорядочно били по воздуху, скрюченные пальцы тянулись вслед за живыми.

— Это что? — рядом появилась Тирена. — Он, он... что с ним такое?

— Он умер, — ледяным голосом ответил Ярси. Со стороны проще наблюдать, как нечто подобно происходит где-то далеко. Ещё проще видеть, как мертвецов уничтожают другие. — И восстал.

Ходячий труп перевалился через край телеги, упал на землю и с разъярённым шипением начал вставать. Как только он поднялся на ноги, двинулся к замершей рядом с лошадью девочке лет десяти. Очень похожей на него девочке. Та с ужасом уставилась на шагающего к ней монстра, не в силах сдвинуться с места. Лишь из её рта вырывался отчаянный визг.

Ярси ударил коня по бокам и заставил животное встать перед ребёнком. Он не хотел, чтобы она видела, как его меч одним ударом отсекает голову её отцу. Пусть уже мёртвому отцу, но всё же... Серебряное лезвие легко прошло сквозь кожу и разрубило шейные позвонки, ходячий труп остановился, пошатнулся и резко осел на землю. Голова с вытаращенными белками глаз откатилась по земле к подъехавшим воинам. Кони под всадниками протяжно заржали и попытались сорваться с места, тем с трудом удалось их удержать.

Оборотень некоторое время подождал, наблюдая за мертвецом. Несмотря на отсечённую голову, труп продолжал судорожно дёргаться, руки беспорядочно молотили воздух, но с земли он встать больше не пытался. Так и лежал, размахивая конечностями.

А ведь его меч был из чистого серебра, но не обездвижил мертвеца, не дал ему окончательного упокоения. Значит дело не только в серебре. Что ж, это тоже опыт, хоть и неприятный.

Рядом в панике топтались и переглядывались не знающие, что делать люди. На всех лицах был написан ужас.

Ярси занёс над трупом руку, под ладонью почувствовались уже знакомые потоки магии. Нечто похожее присутствовало в теле Тинка. Огонь. Мёртвый огонь. На этот раз он не произнёс слова вслух, они выстроились в фразы в его сознании, а пальцы сжались в кулак, выдирая из мертвеца питающую его тело энергию. По коже пробежал колючий холод, несколько долгих мгновений он ощущал его у себя внутри, а потом он растворился в том сосущем чувстве голода, что он испытывал со вчерашнего дня. Ярси зажмурился, привыкая к этому ощущению, чужая энергия, пусть мёртвая энергия, дополнила собой его силу. Он знал это. Теперь знал.

Труп мгновенно замер, прекратил дёргаться и неподвижной фигурой остался лежать на траве. Люди облегчённо выдохнули, начали переглядываться, когда откуда-то из хвоста каравана раздались новые вопли и зловещие хрипы.

Ярси оглянулся на Тиру. Девушка смотрела на него широко открытыми глазами, полными тревоги и непонимания.

— Магический купол умеешь создавать? — спросил он.

— Д-да, — она быстро кивнула.

— Нужно накрыть весь караван, — жёстко произнёс оборотень. — Получится?

— Но, но мы же тоже останемся внутри...

Ярси криво усмехнулся.

— Если умеешь создавать купол в стороне от себя, то можешь отъехать подальше.

— Нет, — с дрожью в голосе ответила девушка, её лицо сильно побледнело. — Я должна находиться в его центре.

— Тогда действуй, — Ярси попытался ободряюще улыбнуться, но вновь вышла кривая усмешка. — Так нужно. Нужно остановить эту заразу. Потом будет поздно.

Тира глубоко вздохнула, соскочила с лошади на землю и взмахнула посохом. Оборотень чётко ощутил, как дрогнул воздух, как прошли сквозь него магические потоки, смыкаясь непроницаемым барьером над тем участком земли, где находился караван. Девушка оказалась довольно сильным магом.

Он направил коня в сторону криков и почти не удивился, когда увидел, кто именно начал превращаться в ходячий труп. Это был воин ехавший последним. Мужчина вывалился из седла и сейчас лежал на дороге. Его тело сотрясалось в последних конвульсиях, испуганный, ещё живой взгляд умоляюще скользил по односелянам, но никто не решался к нему подойти. Лишь женщины со страхом рыдали, наблюдая за расползающейся по лицу умирающего паутиной синих прожилок.

Ярси соскочил с коня, быстро приблизился, занёс над шеей мужчины меч.

— Стой! — рядом остановился широкоплечий молодой воин в богатых доспехах, в его руках тоже поблёскивал обнажённый меч. — Он ещё не умер, возможно, ему ещё можно будет помочь. Мы затем и ехали в Кэриваль — надеялись на помощь магов.

— Помочь? — перед взглядом Ярси бушевало чёрное пламя, оно всё поглощающими потоками разлилось под кожей умирающего, полностью охватив его сущность. Возможно, что чуть раньше он бы попытался выдрать его из тела мужчины, но сейчас это будет означать не просто смерть, а смерть в страшных муках. — Слишком поздно.

— Не тебе это решать! — меч воина поднырнул под его клинок и со звоном бросил его вверх, отводя от жертвы. Ярси легко отступил, чётким движением отбил направленный уже ему в грудь выпад и ответил коротким замахом, вложив в него силу оборотня. Не было у него времени на бой. Руку противника отбросило, а рукоять меча выбило из пальцев. Тинасец поражённо уставился на замерший у его шеи клинок этого непонятно почему вмешавшегося в их трагедию парня с холодными серыми глазами. Слишком невероятно быстро закончилась их схватка. А ведь до сих пор он считал себя очень умелым воином и в этом не раз убеждались его противники. А тут... мгновение и он безоружным стоит перед каким-то щенком, решившим, что может распоряжаться чужой судьбой.

— Ошибаешься, — глаза парня блеснули странными серебряными искрами, выдавая в нём иную сущность. — Это моё королевство, а вы чужаки. Мы не откажем вам в помощи, но только тем, кому ещё можно помочь.

Умирающий вдруг перестал хрипеть и биться на траве и резко затих. Ярси опустил меч, его слух слишком чётко ловил, как отстукивает последние удары останавливающееся сердце. Миг и оно замерло в груди, превратилось в безжизненный комок плоти, неспособный больше дарить этому телу жизнь. А вокруг него коконом сомкнулось ледяное мёртвое пламя.

Люди примолкли и неподвижно стояли вокруг, непонятно на что надеясь. Мертвец некоторое время не двигался, потом его пальцы дрогнули и сжались, прочертив на дороге глубокие борозды. Тинасцы единым порывом отшатнулись. Рядом с начавшим шевелиться трупом остались только Ярси и нападавший на него воин.

На покрытом синими пятнами лице провернулись глазные яблоки, из глазниц медленно вытекли несколько капель крови и покатились по щекам. Как слёзы.

Ярси ждал, его меч смотрел остриём на дорогу. Рядом топтался тинаский воин, он подобрал своё оружие и сейчас настороженно направлял его на мертвеца. На что ты решишься, человек? Здесь нет выбора.

Мертвец вздрогнул всем телом и одним резким движением сел. Глова заворочалась, сквозь тиснутые зубы прорвался хрип. А потом он начал вставать на ноги. Люди вновь загомонили, чем только привлекли внимание трупа. Тот дёрнулся в их сторону и шатаясь пошёл.

Женщины с визгом кинулись в рассыпную, кто-то тут же наткнулся на стену магического купола и заголосил ещё громче, понимая, что бежать особо некуда. Воин быстро шагнул навстречу ходячему трупу, загородил ему дорогу. Мертвец с готовностью вытянул в его сторону руки и защёлкал челюстями. Тинасец невольно отступил, попятился. Меч он держал прямо перед собой, но нанести удар не решался. Отходя, он вскоре упёрся спиной в созданный Тирой барьер, с недоумением оглянулся и едва не пропустил рывок мертвеца, одним быстрым шагом сократившим расстояние. Воин невольно вскрикнул, заслонился мечом, клинок пронзил грудь шатающейся фигуры, но совершенно не замедлил. Ходячий труп продолжал напирать, не обратив на застрявшее в теле оружие никакого внимания.

Ярси не стал ждать продолжения, мертвец слишком близко клацал челюстями от тела остолбеневшей жертвы. Он зашёл ему со спины и нанёс единственный удар. Серебряный меч всё так же легко снёс с плеч уже и так мёртвую голову. Обезглавленное тело ещё раз дёрнулось и повалилось на дорогу. Конечности принялись молотить воздух, не желая расставаться с обретённой подвижностью.

Король оборотней лишь сжал зубы и вновь направил на труп раскрытую ладонь. Повторное действие получилось ещё легче, энергия мертвеца послушно влилась в его руку. Что это? Что я делаю? Труп воина странно вытянулся и сразу затих.

— С-с-пасибо, — с трудом проговорил тинасец. — Я видел, как они идут, приближаются к нам... но не видел, как они становятся такими. Я знал Лигора с самого детства, он спас мою сестру — загородил собой... Я очень надеялся, что ему можно помочь.

— Мне жаль, — холодным, безжизненным голосом проговорил Ярси. Он хорошо понимал, что это очень страшно, когда вот так погибают близкие, но сейчас должен был отвести угрозу от собственного королевства. — Среди вас ещё есть укушенные?

Глаза тинасца расширились, и он отрицательно замотал головой.

— Ложь, — уверенно произнёс оборотень. — Собираетесь ждать, когда они тоже превратятся в ходячие трупы?

— Нам нужно в Кэриваль, — быстро проговорил воин. — Там маги, они должны остановить это...

— Я могу это остановить, — он не знал, откуда взялась уверенность, но ведь Тинку же он смог помочь, возможно, что и сейчас получится.

— Ты маг? — почему-то с дрожью в голосе спросил тинасец.

— Маг, — Ярси холодно усмехнулся. — И я могу сам найти укушенных.

Он крутанул в руке меч, вставил его в ножны и двинулся вдоль телег. Ноздри оборотня чётко улавливали запах крови, запах незаживающих ран, в которых поселилась зараза.

Дрожащая женщина спряталась за телегой, её тело била лихорадка, на перекошенном от страха лице блестели широко открытые глаза. К ней прижимался мальчишка лет семи, гладил её руку, пытался успокоить, что-то шептал. На плече женщины набухла от крови повязка, она сжимала её пальцами, было видно, что ей очень больно.

Как только Ярси приблизился, мальчишка вскочил, загородил собой мать и в отчаянье сжал кулаки. Карие глаза со страхом уставились на незнакомца.

— Не бойся, — тихо произнёс оборотень. — Я хочу помочь, я не причиню ей вреда.

— Т-ты убил их, я видел, — с дрожью в голосе проговорил мальчик.

— Они были уже мертвы, я лишь окончил их существование, они могли принести вред и другим. Позволь я помогу ей, иначе может стать слишком поздно, — Ярси старался говорить уверенно, надеясь, что не обманывает ребёнка. Очень надеясь.

— Ты некромант? — спросил мальчик.

— Нет, — оборотень улыбнулся. — Просто маг.

— С мечом и без посоха?

— Так тоже бывает, — он видел, что женщина тоже смотрит на него и слушает, в настороженном взгляде плескалась слабая надежда. Она не верила в спасение, лишь очень боялась расставания с сыном. Она вдруг потянула ребёнка за руку, порывисто прижала к себе, поцеловала в щёку и быстро оттолкнула. Мальчишка упал на траву, вскочил и бросился обратно, но его тут же поймал остановившийся рядом возница и удержал на месте.

Раненная женщина решительно посмотрела в лицо незнакомому парню, очень молодому парню, совершенно не похожему на колдуна. Вот только в его серых глазах вспыхивали странные серебряные отсветы.

Ярси молча взял её за руку и сразу ощутил, как под кожей пульсирует холодная чужеродная энергия. Чужеродная для этой женщины, способная изменить её плоть, а вот для него самого эта энергия была источником... Источником пополнения силы. Магическая энергия. Он потянул её к себе, увидел, как вздрогнула тинаска, и рванул энергию единым потоком. Женщина вскрикнула, начала заваливаться набок, сквозь повязку на плече проступили новые пятна крови.

Ярси полу прикрыл глаза, холодные струи неудержимой рекой вливались в его пальцы, в его ладонь, набирали интенсивность и странно раскалялись... В какой-то момент он вдруг осознал, что в теле женщины больше нет магии мёртвых, а то, что он берёт является её собственной жизненной силой. Пришлось приложить усилие, чтобы расцепить сжатые на её запястье пальцы. Он отдёрнул руку и резко выпрямился, отходя от жертвы. Жертвы? Женщина всё также смотрела на него и всхлипывала. Её лицо было очень бледным, но под кожей больше не пульсировало чёрное пламя.

Оборотень отшагнул назад, отвернулся, прямо за его спиной стоял уже знакомый воин.

— И что? — спросил он напряжённо. — Ты помог ей? Она излечилась?

— Помог, — коротко ответил Ярси и шагнул мимо. Где-то внутри засело чувство неудовлетворения, словно голодный хищник попробовал плоть добычи, но не смог завершить трапезу... Неприятно чувство, сосущим голодом расползающееся по телу и горячими волнами стучащее в висках. Голод?

— Вот, — молодая черноволосая женщина встала у него на пути и подтолкнула навстречу кудрявую голубоглазую малышку. — Её поцарапали.

Ярси остановился и заставил себя опуститься на одно колено. Только не ребёнок! В ребёнке слишком мало жизненной силы. Девочка смотрела на него совершенно без страха, её запястье было аккуратно перевязано.

— Не боишься? — он через силу улыбнулся. Она отрицательно помотала головой и улыбнулась в ответ — открыто и спокойно.

А вот я боюсь, — захотелось ему сказать, но он не сказал. Он взял её маленькую ручонку в свою ладонь, осторожно сжал. Под кожей девочки чувствовалось лишь тепло. Живительное, полное чистой энергии тепло... намного более притягательное тепло, чем мёртвый холод. Ярси резко отдёрнул руку, так же резко встал на ноги и посмотрел на женщину.

— С ней всё в порядке, — произнёс он спокойно, хотя где-то внутри бушевало едва сдерживаемое пламя, готовое выплеснуться наружу, чтобы до конца вобрать в себя энергию их тел... Живых тел. Он отступил. Нет!Всё, нужно остановиться.Что с ним происходит?

— Ярси! — кричала Тирена. Оборотень одним прыжком перелетел через мешавшую ему телегу и отыскал взглядом девушку. В одной руке она по-прежнему сжимала посох, а в другой у неё поблёскивал кинжал. К Тирене подступали четыре мужика и женщина. Двое из них были вооружёнными воинами, их мечи уверенно нацелились девушке в грудь, заставляя отступить к границе купола.

— Убери купол, зараза, — угрожающе проговорила женщина. — Иначе не поздоровится. И дружок тебе не успеет помочь.

Ярси втянул носом воздух, различил гнилостный запах крови у нападавших и с трудом сдержался чтобы не зарычать. Перед взглядом на мгновение мелькнула серебряная пелена в полной мере позволяя увидеть их тела изнутри. Эти люди были на грани преображения, ещё немного времени и они мёртвыми упадут на землю, а потом им уже невозможно будет помочь.

Он и не хотел этого делать.

До Тирены было довольно далеко, она находилась почти в начале каравана. Один из мужчин быстро взмахнул мечом и ловким ударом перерубил посох девушки. А ведь точно также он мог бы перерубить её тело. Двуручный меч зловещей полосой стали остался занесённым над хрупкой фигуркой.

Ярси не стал бросаться в их сторону, бегущий противник мог вызвать необдуманные действия. В их направлении лёг в вытянутой руке выхваченный из ножен меч. Волну магии он почувствовал уже на выходе в собственной ладони, а потом она сконцентрировалась в пальцах и в продолжающемся движении прошла сквозь клинок оружия. Это был ветер. Очень сильный, чётко направленный удар воздушной стихии. Выверенный, хорошо контролируемый — такой как никогда прежде... только в висках вновь закололо. Поток магии врезался в стоящих перед Тирой людей, упругим, хлёстким ударом сшиб их с ног и подбросил вверх. Для взгляда Ярси воздушный бич изогнулся, вновь хлестнул летящие тела и единым порывом швырнул на ближайшую телегу, перевернув ту на бок. Он вдруг всем своим существом ощутил, каким именно при его желании может быть этот бич — острее стали, смертоноснее огня... он может не просто кидать, но и резать податливую плоть, превращая тела в окровавленные куски мяса. А в памяти такие же воздушные бичи опускались на беззащитное тело мамы — магия короля Бортана, его наследие...

Протяжно заржала лошадь, возница едва успел соскочить с облучка, а пятеро нападавших замерли вмятыми в доски фигурами. Дно у телеги проломилось и угрожающе нависло торчащими перекладинами.

Ярси выдохнул и с трудом заставил себя сдвинуться с места. Не нужно об этом думать. Ты знал, что являешься наследником его силы, и мама знала...

Он подбежал к замершей девушке.

— Ты в порядке?

— Э-э, о-о, — Тира очень задумчиво посмотрела на обломок посоха у себя в руках. — Магия воздуха, говоришь? Круто.

Глава 33

В воротах Кэриваля показался отряд вооружённых всадников и поскакал к стоящему посреди дороги каравану. У магического купола всадники перешли на шаг и не имея возможности подъехать ближе, двинулись вдоль его границы. Настороженные взгляды оббежали перепуганные лица, задержались на двух обезглавленных трупах и неподвижных телах, вмятых в дно перевёрнутой телеги. Руки сразу потянулись к рукоятям мечей, четверо взялись за арбалеты и навели их на вооружённых людей в караване. Хотя сейчас это было бессмысленным, купол не пропустит ни одного болта.

— Что здесь происходит? — рявкнул крепкий, широкоплечий воин, державшийся во главе отряда. Ситуация была не понятной, за этим караваном они наблюдали с того момента, как он приблизился к мосту. Как только последняя телега оказалась на этом берегу, начали происходить странные вещи. Караван вдруг встал посреди дороги, а донёсшийся от него крик ужаса был слышан даже за стеной города. Потом воздух дрогнул и над всеми телегами взметнул магический купол. Сейчас Бривик — начальник стражи очень жалел, что они не дождались колдунов и выехали за ворота. Но, как оказалось, не успели. Было очень похоже, что все, что могло произойти, уже произошло. Они издалека видели, как внутри купола несколько раз сверкнули росчерки стали и почти сразу крик прекратился, а потом дрогнувший воздух подбросил высоко вверх человеческие тела, подбросил и швырнул на телегу с такой силой, что по одному виду этих людей можно было не сомневаться, что они мертвы. Магия, очень сильная магия оборвала их жизни. А ещё были два трупы с отрубленными головами, причём крови вокруг них почти не наблюдалось, вытекло лишь несколько капель, словно эти страшные раны были нанесены уже мертвецам.

Бривик вновь обежал взглядом всех присутствующих, пытаясь вычленить того, кто всё это совершил. Кроме перепуганных людей рядом с телегами стояли несколько вооружённых воинов, хорошо вооружённых, все с обнажёнными мечами в руках, а за спинами видны закреплённые арбалеты. Одеты по-походному, тела закрывает надёжная броня, видно, что являются охранением каравана. Только стоят почему-то неподвижно, даже не пытаются что-то сделать или ответить на вопрос, а все взгляды обращены к перевёрнутой телеге, на которой повисли пять неподвижных тел.

Ближе всех к месту побоища находился высокий черноволосый парень с двумя мечами. В отличие от остальных воинов у него не было брони и одет как обычный путник, но именно на нём были скрещены большинство взглядов. И смотрели на него не с меньшим страхом, чем на трупы. Рядом с парнем замерла молоденькая девушка, она сжимала в руке обломок посоха и как будто не знала, что с ним делать. В её глазах мелькала растерянность.

— Что здесь происходит? — уже со злостью повторил Бривик.

Воин с двумя мечами только сейчас повернул голову в его сторону, оторвав взгляд от трупов. На начальника стражи взглянули пронзительные серые глаза, в которых как будто поблёскивали серебряные отсветы. Бривик невольно насторожился, безошибочно почувствовав в этом молодом парне ту силу, которой и был сейчас подчинён весь караван.

— Ну?! — Бривик подъехал к самой границе купола и остановился напротив парня. — Откуда здесь трупы?

— Люди умирают, — проговорил тот ровным, спокойным голосом. — А потом восстают, чтобы нападать на других. Они заражают их, превращая в подобие себя. Ты знаешь, что происходит в Тинасе? Этот караван прибыл именно оттуда.

— А ты сам-то откуда будешь? — нахмурился начальник стражи. — Уж больно знающий, как я погляжу. Тоже из Тинасы?

Парень насмешливо улыбнулся, быстро оглянулся на трупы у телеги и подошёл к границе купола, оказавшись в одном шаге от Бривика. Он закатал рукав курточки и повернул запястье так, чтобы видел только начальник стражи. Под его кожей вдруг загорелся замысловатый рисунок, в одно мгновение изогнулся, сложился в чётко очерченный знак и так же быстро пропал. Глаза Бривика расширились, он судорожно вздохнул и спрыгнул из седла на землю. Воин начал опускаться на одно колено, когда его остановил решительный жест руки.

— Не сейчас, — чётко произнёс Ярси и покачал головой. Рядом подпрыгивала Тира, пытаясь разглядеть то, что он показал воину. Оборотень быстро расправил рукав и вновь настороженно оглянулся. Слух начал ловить то, что он ждал.

Пять переломанных, неестественно согнутых фигур с отчётливым хрустом задвигали конечностями. Шевеление и судорожное дёрганье перешли в попытки встать. Рядом вновь заголосили женщины, толпа отшатнулась, а прибывшие из Кэриваля воины поражённо уставились на обретающих способность двигаться мертвецов.

Те, наконец, собрали себя в некое подобие перекошенных фигур, двое неловко поднялись и повернули в сторону живых посиневшие лица. Первой шагнула к толпе женщина, на всё ещё искажённом в предсмертной ярости лице бездумно ворочались белки глаз без зрачков. Люди в панике отступили, попытались спрятаться за телеги.

— Ч-ч-что это? — донеслось со стороны стражников.

Ярси не стал ждать продолжения, три быстрых шага и серебреный меч одним ударом снёс мёртвую голову. Почти сразу пришлось резко развернуться и перерубить тянущиеся к нему руки со скрюченными пальцами. Меч сверкающим росчерком, почти неуловимым для глаз людей движением отсёк кисти и пошёл дальше — скользнул по шее, смахнув с плеч голову. Три оставшиеся трупа ещё только ворочались рядом с телегой, начиная подниматься. Ярси поморщился, одного разрубил пополам, второй лишился головы, и почти сразу та же участь постигла третьего.

Люди с облегчением выдохнули, но расслабляться не спешили, мертвецы хоть и остались лежать на земле, но продолжали шевелить конечностями. Все выжидающе уставились на парня с двумя мечами. На мага. Оборотень вновь поморщился и направил на мертвецов раскрытую ладонь. Брать энергию умерших оказалось на много легче, чем контролировать себя и выдирать эту же энергию из живых, одновременно не дотрагиваясь до их жизней... Мертвецы судорожно вздрогнули и затихли. Теперь уже навсегда.

Ярси опустил руку и обернулся к Тире.

— Можешь убирать купол, — произнёс он.

Девушка кивнула, вновь посмотрела на посох в своей руке, от которого осталась лишь половинка и качнула головой.

— Э-э, сейчас попробую...

Она покрутила в руке обломок, потом взмахнула им, зачем-то зажмурилась и прошептала несколько слов. Купол мигнул, пошёл синеватыми разводами, а потом вдруг с громким хлопком исчез. Тира и сама вздрогнула, а женщины в караване испуганно вскрикнули.

Ярси сделал шаг к начальнику стражи.

— Проводите их до стен Кэриваля, в город не впускать, нужно оцепление, пусть их сначала колдуны посмотрят, — приказал он, хотя был уверен, что здесь больше нет заражённых, но лишним не будет. — И трупы заберите — передайте в лабораторию школы Радолюба.

— Исполняю... — чётко произнёс Бривик, пытаясь добавить что-то ещё, но Ярси оборвал его жестом. Титулы не нужны.

Он резко свистнул, подзывая коня, жеребец послушно подбежал, Ярси взлетел в седло не касаясь стремян. Тира уже сидела верхом, настороженно оборачивалась и ёжилась. Оборотень коротко кивнул начальнику стражи и ударил коня пятками по бокам, направляя его к воротам города. Животное сразу сорвалось на рысь, словно тоже хотело быть подальше от этого злосчастного места.

Ярси посмотрел на ехавшую рядом девушку.

— С боевым почином, — произнёс он. — И как впечатления?

Та передёрнула плечами и окинула его настороженным взглядом.

— Жутковато. А тебе, похоже, такой бой не в новинку?

— Именно такой — в новинку. Первый раз вижу, как люди превращаются в ходячих мертвецов. Действительно жуть. До этого я встречался лишь с ожившими скелетами. Они были очень старыми, но двигались словно живые, — про обитателей Рееты Ярси решил не упоминать.

— Понятно, что ничего не понятно. Значит ещё и скелеты, а говорил, что маг не опытный, — обиженно проговорила девушка. — А что ты там показал главному у стражников, что он чуть на колени не упал?

— Неважно, — Ярси бросил на неё насмешливый взгляд. — Всего лишь знак.

— Ага, знак, — фыркнула девушка. — А что он означает? Почему тебя слушаются?

— Тебе лучше не знать, а то тоже вдруг появится желание на колени падать. А тебе оно надо?

— Да что за загадочность такая? — возмутилась Тира. — Вечно я в истории влипаю. Ты кто?

— Твой попутчик, — улыбнулся Ярси. — У меня, кстати, тоже есть особенность влипать в истории. Здесь мы похожи. А ты всё ещё хочешь стать боевым магом?

— Ну-у, я не думала, что это будет так и если бы ты меня не защитил... Меня бы убили?

— В этом мире слишком много монстров и многие из них носят личину людей. Да, мне показалось, что тот урод с мечом готов был тебя убить.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — девушка поёжилась. — Я думала, что ты какой-нибудь младший сынок из большой семьи городских ремесленников, решивший податься в ученики к магам. А мечи прицепил для вида, а сам толком и не умеешь с ними обращаться раз магом назвался. А тут... — девушка присвистнула.

Ярси невольно рассмеялся, видимо Тира очень хотела, чтобы он оказался таким же, как она — ничего ещё не знающим о той страшной действительности, в которую вскоре предстояло окунуться.

— А ты не замечала, что неумёхи в одиночку не путешествуют? — он перестал смеяться, но насмешливое выражение из глаз не исчезло. — Это, знаешь ли, бывает опасно для жизни.

— Угу, ясно, — девушка насупилась. — Ты герой, а я испугалась. Можешь дальше смеяться.

— Прости, я уже говорил, что страх, это полезное чувство. Я может тоже испугался, просто думать об этом было некогда. Нельзя застывать на месте даже тогда когда рядом происходит непонятное.

— Я не застывала, ну почти...

— Ты молодец, ты на помощь позвала.

— Ага, в бою тоже, если что орать буду — пусть и меня спасают.

— Забавно получится, — усмехнулся Ярси. — Тут главное чтобы было кому спасать.

— Уж разберусь как-нибудь, — девушка фыркнула. — Без советчиков!

— Лучше, если это будет не как-нибудь, а более обдуманно, — заметил оборотень. Болтовня с девчонкой отвлекала от только что произошедшего, но он был даже рад этому. Ещё некоторое время можно притворяться и не думать, не принимать решений... Ровно до школы Радолюба.

— Вот не знаю кто ты, но так бы и стукнула чем-нибудь, — проворчала Тира.

— И это вместо благодарности? Я думал, что ты хотя бы спасибо скажешь.

— Ну, спасибо, а я думала, что героям благодарность не нужна. Они совершают подвиги ради подвигов. Может тебя ещё и поцеловать? — девчонка подъехала ближе явно вдохновившись этой идеей. — Представлю себя принцессой, которую спас принц.

— Э-э, — Ярси вдруг закашлялся, невольно вспомнив, какой сейчас острый нюх у Элены и ведь не докажешь, что целовавшая почти ребёнок. — Знаешь, пожалуй, спасибо будет достаточно.

— Ну и ладно, — легко согласилась Тира. — Не очень-то и хотелось.

В воротах города топтались всего один стражник, он окинул въезжающих путников настороженным взглядом, но не произнёс ни слова. Всё его внимание было сосредоточено на происходящем у каравана, а для того чтобы хоть что-то разглядеть приходилось напрягать зрение. Парень и девушка спокойно проехали мимо.

За воротами мощённая камнем дорога больше напоминала площадь, вытянутую далеко вперёд — настолько широкой она была. У внешней стены располагались казармы солдат, затем шли несколько жилых домов с торговыми лавками, а дальше сразу начинались ограды школ. Они занимали довольно большую часть центральной улицы, но сами здания находились в глубине густых, цветущих садов, сквозь которые вели извилистые дорожки.

И Ярси и Тирена с интересом смотрели по сторонам, девушка была здесь впервые, а оборотень пытался понять — изменилось ли со времён его последнего приезда хоть что-нибудь. Было похоже что нет. Время замерло над Кэривалем.

Вот знакомый знак на резных воротах в школу Синилеса — капля воды, падающая на лепесток василька. Цветок похож на причудливую колючку, а слишком большая по размеру капля искрится и переливается в солнечных лучах, неотличимо от настоящей. Многих этот знак обманывал — слишком мирно он выглядел, но большинство знали, что здесь обучают не лекарскому делу, не мирному общению с природой — вода и растения тоже способны нанести смертельную рану.

Девушка с интересом пригляделась к знаку. У ворот школы замерли четверо одетых по-дорожному парней, пятый с оханьем лежал на дороге, делая слабые попытки встать. Ворота в сад были приветливо распахнуты, но претенденты на ученичество лишь в нерешительности топтались на месте.

Тира оглянулась на Ярси, но тот спокойно проехал мимо. Девушка послала лошадь вслед за ним. Почти такой же сад, но с другим знаком на входе — посох, окутанный извилистыми молниями, располагался на другой стороне дороги. Перед входом топтались уже семь человек. Девушка с интересом пригляделась, знак ей понравился, вот только её попутчик не желал останавливаться, а ехал дальше. Почему-то ей хотелось, чтобы выбор сделал именно он и потом уже вмести пробовать поступить в школу. О том, что Ярси вроде бы как говорил, что едет в Кэриваль совсем по другому делу, девушка постаралась благополучно забыть.

Кони трусили тихой рысью, оставляя позади всё новые и новые магические школы. Девушка лишь со вздохом оглядывалась. Город казался ей всё более удивительным. Кроме густых садов, скрывающих здания тенистыми ветвями деревьев, были здесь и другие дома — они теснились в боковых переулках, отходящих от главной дороги, и все напоминали изящные, тянущиеся ввысь замки. Их высокие крыши венчали всевозможные шпили, также изогнутые в виде знаков. Лавки торговцев виднелись где-то между этими замкоподобными домами и тоже были не простыми — у каждой двери светилась магическая вывеска, завлекающая покупателей меняющимися картинками товаров.

Тирена всё чаще отставала, несколько раз пришлось объезжать довольно большие толпы народа, перегораживающие улицу. Причиной становились согнувшиеся или лежащие плашмя на дороге претенденты на ученичество, уже совершившие свою попытку поступить в школу, от их одежды шёл или дымок или искры. Один из лежащих — худой, рыжеволосый парень оказался наполовину обнажён, его одежда на глазах рассыпалась пеплом, причём данный процесс и не думал останавливаться. Парень лишь охал, пытаясь прикрыться. Собравшиеся желающие поступить в данную школу люди благоразумно обходили его стороной, а многие начали обходить и распахнутые двери школы.

— Э-э, — Тирене вновь пришлось догонять Ярси. — Ты видел? За что его так?

— Ни за что, — глаза попутчика насмешливо блеснули. — Скорее всего, он был недостаточно быстр и не смог защититься. Имей в виду, что им будет всё равно парень ты или девушка.

— Д-да? — Тира поёжилась, представив себя на месте этого неудачливого мага. — А ты так и будешь проезжать все школы мимо? Хоть куда-то же надо попробовать поступить.

— Мы почти на месте, хотя можешь избрать что-нибудь другое, — Ярси кивнул на каменную стену и двустворчатые ворота, ведущие внутрь широкого двора. В отличие от остальных школ здесь не имелось сада, а массивное трёхэтажное здание было хорошо видно даже за сплошной, высокой стеной.

— Мне кажется или это главная школа Кэриваля? — с дрожью в голосе проговорила девушка. Впрочем, она могла бы и не спрашивать, соответствующий знак располагался над проёмом входа — знак самого города — перстень с причудливым камнем, из которого вырывались искрящиеся лучи.

— Не передумала? — посмотрел на неё Ярси.

— А мы можем выбрать школу попроще? Зачем нам сюда-то соваться?

— Ты можешь, конечно, а мне знакомого нужно навестить, — пожал плечами оборотень и соскочил с седла. Рядом с воротами была коновязь, внутрь пускали только пеших. Он привязал коня, наблюдая, как девушка, хоть и неуверенно, но последовала его примеру.

— Ничего себе знакомый, — донёсся её ворчливый голос. Ярси лишь улыбнулся — и ведь не думает отступать малявка.

***************************************************************************

Вик некоторое время кружил над городом, то зачем он сюда спускался, найти не удалось, а это означало, что перемещаться придётся всё-таки по земле. Вистолец в последний раз на высоте обогнул городскую стену. Очень хотелось, чтобы люди последовали его совету и нашли всех заражённых. Иначе ещё один город станет мёртвым. И станет очень быстро.

До места их стоянки он добрался понимая, что над землёй опустилась полная темнота, даже звёзд было почти не видно — затянуло тучами. Для его собственного зрения округа тонула в невзрачных бледно-серых тонах, в которых проглядывали неяркие цветные пятна. Почти как днём, только всё более тусклое. Для глаз это приносило странное успокоение — взгляд не цеплялся за жгущие всполохи, как огнём ранящие роговицу.

Магический купол детей переливался бледными линиями влитой в него энергии. Возможно, что он был почти не заметен, но его собственное зрение воспринимало любые проявления магии несколько иначе. Он просто видел. Чувствовал. Был способен оборвать все потоки... А кроме купола рядом находились ещё другие сгустки магии.

Вик широко расправил крылья и сделал круг. У границы купола переминались неуклюжие фигуры. Дети были под защитой, но всё же такое соседство не радовало. Даже с высоты он чувствовал запах разлагающейся плоти.

Витолец резко сложил крылья и спикировал вниз. У самой земли он ловко развернулся и приземлился на полусогнутые ноги, тут же выпрямился и шагнул к куполу. Навстречу повернулись четыре сине-чёрных лица и уставились незрячими белками глаз. Мертвецы задёргались — словно принюхиваясь, неуверенно шагнули в его сторону и замерли.

Вик бросил взгляд на детей. Девочки свернулись калачиками, прижались друг к другу и спали прямо на земле. Ким сидел обхватив колени руками и положив на них голову. Усталость взяла своё и, несмотря на страшное соседство, он тоже спал. Вистолец лишь качнул головой, вновь повернулся к ходячим трупам. Те переминались с ноги на ногу и казалось что чего-то ждали. Неожиданно он понял, что это именно его мертвецы — те мертвецы, что он самолично поднял в городке. Каким-то образом они не сгорели и побрели вслед за хозяином, а там где его след оборвался, они остановились и стали ждать.

— Отойдите, — Вик махнул рукой в сторону. Ходячие трупы послушно отступили от купола и вновь замерли. Уходить они не собирались.

От звука голоса вздрогнул и проснулся Ким.

— Вик? Это ты? — парень испуганно и беспомощно уставился в темноту.

— Я, — успокоил его вистолец. — Надеюсь, вы отдохнули, нам нужно идти.

— Что прямо сейчас? Здесь мертвецы где-то поблизости, — маг начал озираться.

— Знаю, это мои мертвецы. Я приказал им отойти.

— Т-т-твои? И что дальше? Что ты будешь с ними делать?

Это был очень хороший вопрос. Вик посмотрел на свои шипы, а потом на пошатывающиеся фигуры. Ответ был один — пусть они слушаются его, но такая компания им была не нужна, а значит...

Глава 34

Ким сжался в комок, обхватил колени руками и попытался заставить себя не вздрагивать. Не получилось. Густая, угольно-чёрная тьма ночи надёжным покрывалом скрывала от его взгляда происходящее, но избавить от звуков она не могла. Подросток и не пытался не вслушиваться, наоборот, слух настороженно ловил уверенную поступить, стремительные скользящие шаги и тихий свист воздуха, рассекаемого неимоверно быстрыми росчерками чудовищного оружия. Рядом что-то потрескивало, вспарывалось, а потом тяжело падало на землю, чтобы навсегда замереть в неподвижности.

Ужас холодной паутиной уверенно полз от места побоища, вгрызался в пространство и беспощадно впивался в бесполезный купол. Почему-то Ким знал, чувствовал, что сарш и без его помощи обрёл свою истинную силу. Ту силу, что способна превратить магию в ничто.

Было страшно, он уже не в первый раз ловил себя на мысли, что нужно смириться с тем, что мощь и способности Вика всё больше возрастают. Сарш способен впитывать знания сквозь пространство, отделяющее его от изначального мира. Но он использует свою силу для их же защиты, оберегает, помогает им... Не получалось, не получалось смириться и не думать, что рядом есть некто кто в одно мгновение может закрыть путь к магическим источникам, сделать слабым и беспомощным, затушить ту искру, что была единственно важной в его жизни. Магия. Без неё он никто, всего лишь никчёмный мальчишка, не совсем человек и не совсем дэлонх. Полукровка, которому нет места в этом мире.

Было страшно, мысли роились в голове, Ким морщился, отгонял от себя эту тянущую в никуда безнадёжность... Его мир здесь, его семья здесь, а тот далёкий неведомый край магии, о котором рассказывал пленный дэлонх всего лишь сказка. Должен быть сказкой...

У самой границы купола что-то протяжно зашипело, искрами сверкнули два синих глаза и неожиданно опустилась тишина. Жуткая, пугающе-вязкая, словно вокруг замерло непроницаемое для звуков облако. Ким ещё больше съёжился, оглянулся на безмятежно посапывающих сестёр и едва не начал стучать зубами. Он ненавидел себя за этот страх.

— Ты можешь убрать купол, Ким, — голос прозвучал до невозможности близко. Подросток вздрогнул, уставился в темноту, но ничего не разглядел.

— В-в-всё? — прошептал он.

— Всё, — подтвердил холодный и до ужаса спокойный голос. — Их больше нет.

— Л-ладно, — он всё же заставил себя разогнуться, встать на ноги и убрать магический купол. Выбора нет. Там в темноте слишком много неизвестного и опасного и это счастье, что ночь остаётся непроницаемой для его взгляда. Он не хотел ничего видеть, достаточно того, что он точно знал, что сейчас сделал Вик.

Вистолец сгустком мрака быстро шагнул в их маленький кружок, склонился над Ланой и Милой, на мгновение замер.

— У нас мало времени, вернее у меня его мало, — произнёс он, его голос стал вполне привычным — слегка настороженным и полным переживаний. — Лететь не получится. Я не придумал, как поднять сразу троих. Если только... — он задумался и выдохнувший было Ким вновь весь сжался. — Ты же сможешь удержать одну из своих сестёр? Или придётся тебе ехать у меня на спине.

— Э-э, к-как на спине? — парень даже отступил. — У тебя же там крылья.

— Да, в этом случае я взлететь не смогу, нужно будет бегом перемещаться. Выбирай, Ким.

Маг судорожно выдохнул.

— Т-ты только их не спрашивай, ладно? — он показал на спящих девчонок, эти две бестии уж точно выберут полёт. — Пусть спят, не надо их будить.

— Пусть спят, — легко согласился вистолец, видимо тоже предполагал сколько будет шума и недовольных стонов, если их разбудить. — Значит по земле?

— Аг-га, — Ким поёжился. — Только крылья убери, я не хочу к ним прикасаться.

Силуэт Вика пожал плечами.

— И как ты себе это представляешь? Куда мне их убрать?

— Ну, в стороны хотя бы, — с дрожью попросил Ким.

Из темноты послышалось хмыканье, тень сарша подняла руку и повертела пальцем у виска. Потом Вик наклонился, встал на колено, осторожно взял с земли Лану, бережно прижал к себе. Второй рукой подхватил Милу и поудобнее устроил её голову у себя на груди. Ни та ни другая не проснулись.

Ким увидел, как голова сарша повернулась в его сторону, в свете выглянувшей сквозь тучи луны заострённые кончики ушей, торчащие по бокам от макушки, казались настоящими рогами. Острыми и крепкими настолько что были способны легко пронзить человеческое тело.

— Останешься здесь? — вкрадчиво поинтересовался монстр.

Ким вновь поёжился. Остаться? Обступившая тьма холодными щупальцами ужаса всё больше обволакивала тело, смотрела тысячами глаз неведомых тварей. Конечно, он мог бы вновь создать защитный купол, но какой в этом смысл? И Вик и сёстры будут уже далеко.

— Ты шутишь? — проговорил он через силу.

— Шучу, — кивнул вистолец. — Не притворяйся черепахой, Ким.

Маг сделал два быстрых шага, прижался к спине Вика и судорожно обхватил его шею руками. Под его животом что-то ощутимо задвигалось и выскользнуло в бок, он едва не заорал и инстинктивно обвил торс сарша ещё и ногами. Вцепился в его тело настолько сильно, что теперь и сам был уверен, что тот не сможет его стряхнуть.

— Если бы мне требовался воздух для дыхания, — прошипел Вик, — То ты бы меня уже задушил. А ещё слабым притворялся.

Он упруго поднялся, и Ким вновь едва не заорал — в ушах мгновенно засвистел ветер, в лицо ударил мощный поток воздуха, а к бокам прижалось нечто жёсткое и холодное. Холодное как лёд. Обхватило его тело и не давало болтаться по сторонам, когда вистолец совершал огромные прыжки. Ким сцепил зубы и ещё сильнее стиснул шею Вика — он всё равно не дышит. А вот сам факт этого страха почему-то не вызывал.

Если бы стражники на стенах селения хоть немного более отчётливо могли видеть в темноте, то они поразились бы странной фигуре огромными прыжками и с невероятной скоростью пронёсшейся мимо. У фигуры было четыре головы, а по бокам топорщилось нечто напоминающее крылья. Но странное существо не стало приближаться настолько, чтобы в свете выглянувшей из-за туч луны стать видимым для человеческих глаз.

Вик уверенно выбирал дорогу под защитой редких деревьев. Городок огибать почти не пришлось, стены стремительно надвинулись, встали каменной громадой и быстро пронеслись мимо, отступив ближе к реке. Вистолец всё чаще поглядывал на небо, луну то и дело закрывало тучами, но он инстинктивно знал, как она торопливо движется по небосводу, уступая дорогу первым лучам солнца. Он попытался двигаться быстрее, но за спиной послышались жалобные поскуливающие звуки, руки и ноги его ноши мелко подрагивали и то и дело грозили разжаться. Пришлось чуть замедлить бег, иначе придётся останавливаться и возвращаться обратно, чтобы подобрать свалившегося мага. А вот на это тратить время совершенно не хотелось.

Он вломился в небольшую рощу, когда предрассветные сумерки уже беспощадно начали слепить глаза. Вик пробежал между деревьями, углубляясь дальше и в панике остановился. Да, это была именно роща — светлая, просторная, с растущими довольно далеко друг от друга тонкими стройными стволами. Ветви покачивались высоко вверху, открывая взгляду огромные участки неба, и когда взойдёт солнце, его лучи почти беспрепятственно упадут на землю, наполняя рощу утренним светом. А потом это будет убийственный свет дня. А ведь с высоты показалось, что ветви накрывают землю сплошным покрывалом.

Он едва не застонал, быстро огляделся и опустился на колени. Осторожно положил на травку девчонок, те так и не проснулись, потом с усилием разжал у себя на горле сведённые судорогами пальцы Кима и стряхнул того со спины. Маг пробормотал что-то напоминающее ругательства и всхлипывая забарахтался на земле, пытаясь вернуть онемевшим конечностям подвижность.

Вик быстро вскочил, глянул на Кима.

— Создавай купол, — произнёс он резко.

— Ага, щас, — подросток устал бороться с собственным телом и лёг на спину. — Немного посплю и сразу создам.

— Я вас охранять не собираюсь, — Вик легонько пнул его голыми пальцами ноги, на которых тоже имелись впечатляющие шипы, только загнутые. — Скоро взойдёт солнце, а здесь почти негде укрыться. Мне убежище нужно найти.

Ким приоткрыл глаза, потёр ушибленный бок и отодвинулся от Вика подальше. Потом посмотрел вверх.

— Да, хлипкие какие-то деревца, зато стройные и красивые. Смотри как весело шелестят листочки на ветру...Ой. Ничего ты в единении с природой не понимаешь.

— Можешь здесь и дальше уединяться, а я пошёл где-нибудь погуще природу поищу.

Ким проводил взглядом стремительно скрывшуюся фигуру сарша и со вздохом поднял руки. Кисти нещадно кололо и чтобы совершить нужные пасы пришлось приложить немало усилий. Наконец, небольшой участочек рощи накрыло прочным магическим куполом. Подросток подполз поближе к сёстрам, обнял их одной рукой и закрыл глаза, сил противиться сну больше не было.

— Ким! Ты почему ещё спишь? — его безжалостно трясли с двух сторон, дёргали за одежду, лезли в глаза пальцами, насильно открывая веки. Он безнадёжно отмахнулся и повернулся на бок, пытаясь закрыть голову руками. Ведь только что прилёг — и мгновения не прошло. И чего этим мелким безобразиям не спится?

— Почему он ещё лежит? — в голосе было недоумение. — Солнце давно встало и мы проснулись. Ким, мы пить хотим!

— И есть. И ещё кое-что. Вон тут кустики недалеко. Нам очень надо!

Он с трудом разлепил веки, со стоном оторвал голову от такой мягкой, просто пушистой травы и сел. Рядом топтались Мила и Лана, иногда подпрыгивали или начинали бегать по кругу, двигались они почти синхронно. Оказалось, что место для купола он выбрал между прямыми, стройными стволами деревьев, можно сказать, что на маленькой полянке, расположившейся под открытым небом. Впрочем, таких полянок здесь было множество. Ким поднял голову вверх, солнце ещё пряталось между ветвями, не до конца поднявшись на небосвод, но его лучи уверенно скользили сквозь рощу и достигали земли.

— Ки-им, — сестры заговорили хором, а значит их терпению пришёл конец. — Нам надо вон туда.

Их вытянутые пальцы обозначили направление в сторону реденьких кустиков, произраставших в трёх шагах, но вне пределов магического купола. Парень со вздохом встал, настороженно огляделся и лишь тогда снял защиту. Девчонки вприпрыжку кинулись в нужное им место.

Ким проследил за ними взглядом и потянул из ножен меч. Громоздкое оружие нехотя покинуло ножны и неудобной тяжестью оттянуло руку. Он напряг кисть, повертел клинок и недолго думая воткнул его в землю — держать в руках совершенно не хотелось, поэтому он просто на него опёрся.

Вернувшиеся девчонки тут же вспомнили, что они очень голодные и поэтому совершенно обессилившие и их нужно срочно покормить, иначе ходить они не смогут. Раз десять был задам вопрос о местонахождении Вика, на что Ким лишь пожимал плечами. Где раздобыть еду он не знал, да и на счёт безопасности этой рощи тоже не был уверен, поэтому первым делом следовало найти вистольца.

Ким заставил взяться сестёр за руки и идти рядом с ним. Сам он настороженно поводил мечом из стороны в сторону и всё время оглядывался. Они довольно быстро пересекли всю рощу, окинули взглядом простирающиеся за её пределами колосящиеся поля и вернулись обратно. Теперь они двигались по кругу, постепенно забирая к центру. Деревья стояли всё такие же высокие и тонкие, ветви располагались лишь на их вершинах, позволяя солнечным лучам вволю заливать светом землю. Надёжного убежища для сарша здесь определённо не было.

После довольно долгого блуждания, когда они все успели устать, на глаза попалась ложбинка. Лана и Мила с непонятным радостным криком вдруг ринулись вперёд, видимо разглядев что-то интересное. Ким вздохнул и пошагал вслед за ними.

Здесь росли не просто деревца и кусты, а густые, вольготно раскинувшие по сторонам колючие лапы молодые сосенки. В низине они образовали плотно сбитый островок хвойных деревьев и именно туда и направлялись девчонки.

Ким подошёл ближе, меч он уже давно волок концом по земле, оставляя позади глубокую борозду. Магическое оружие не сопротивлялось такому обращению, видимо сочувствовало своему владельцу, но подстилку леса не щадило — острый клинок легко вгрызался и разрывал слой почвы.

Ким всмотрелся в просветы между ветвями, его сёстры уже поднырнули под иголки и куда-то упорно ползли. Его взгляд наткнулся на серебристые отблески за плотным переплетением хвои. Он нахмурился и спустился чуть ниже. Чешуйчатое полотно крыла с трудом втиснулось под нижние лапы сосен и прикрывало хозяина. Вик весь съёжился и прижимался к стволу спиной.

— Мы нашли тебя! — радостный крик Ланы полетел над ложбинкой. — Вик, ты что здесь делаешь? Мы так устали, так устали бродить без тебя. А ты сможешь что-нибудь на завтрак поймать?

Вистолец лишь подтянул к себе поближе крылья и спрятался за ними. Девчонки уверенно заползли к нему в убежище, без страха схватились за чешуйчатые пластинки, потянули на себя. Вик попытался сопротивляться, но не тут то было. И Лана и Мила добрались до его ног, схватили за лодыжки и увлечённо потащили из под сосен. Впрочем соотношение веса было не в их пользу, поэтому Вику вполне успешно удалось остаться на месте.

Девчонки запыхались, выбрались на свободное пространство и жалобно посмотрели на брата.

— И почему он совсем не хочет вылезать? Там же неудобно и иглы кругом. Колются!

Ким подошёл ближе, раздвинул густые лапы сосен и протиснулся к Вику.

— И что дальше? — поинтересовался он. — Весь день будешь сидеть в этих колючках?

— Они только вас колют, — буркнул Вик. — А мне нормально. С солнечными лучами не сравнить.

— Я думал, что ты принял свою судьбу, — задумчиво проговорил подросток. — Сарши монстры лишь ночью, днём они возвращаются к своей потерянной сущности...

— Ага, как же. Вот сказки мне не надо рассказывать, Ким. Никуда они не возвращаются, если не хотят. Просто пережидают день не на свету.

— Ладно, значит, ты решил пережидать? — фыркнул маг. — Замечательно. День длинный, между прочим длиннее чем ночь. Мы потеряем очень много времени.

— Я никуда не тороплюсь, — Вик отодвинулся ещё глубже в заросли сосняка. Сквозь раздвинутые Кимом ветви настойчиво проникали солнечные лучи и почти дотрагивались до его ног.

— Это глупо, — проговорил подросток. — Ты не сможешь всё время прятаться.

— Почему? Пока вы не начали ко мне лезть, здесь было вполне уютно.

— А ты уверен, что мертвецы не доберутся до этой рощи?

— Создашь магический щит и отсидитесь до ночи, — серебристая чешуя с шуршанием сдвинулась, что было похоже на пожимание плечами.

— Вик, здесь даже воды нет, — уже с безнадёжностью проговорил Ким. — Мы не можем здесь сидеть.

— Ну, извините, — Вик ещё плотнее подтянул к себе крылья, скрываясь за ними будто в коконе. — С некоторых пор я начал не любить сгорать заживо. Воспоминания какие-то жутко-кошмарные. До сих пор страшные сны снятся. Быр-р.

— Не заживо. И ты не сгорел. Лишь первое перерождение бывает таким болезненным. И сны тебе не снятся, Вик — ты не спишь, пока остаёшься саршем.

— Ага, я вообще не сплю, — с какой-то горечью пробормотал вистолец. — А сны я вижу наяву.

— А-а, — по ушам резанул визг Милы. — Там что-то шуршит!

— Это ветер, — даже не сдвинулся с места вистолец.

— А почему с такими завываниями? И оно всё ближе подбирается! — фигурки девчонок бесстрашно ввинтились в колючие ветви и быстро подползли к Вику.

Ким настороженно огляделся, поёжился и полез в заросли. Ветер и в самом деле выл на одной пронзительной ноте, громко шуршал между ветвями и обрушивал вниз целый вихрь листьев.

— Нет там никого, — проворчал Вик, пытаясь отодрать вцепившуюся в предплечье Милу. Лана в это время подобралась к нему сзади, потрогала чешую на крыльях, провела пальчиками по волосам и начала сгибать в разные стороны острые кончики ушей сарша. Тот дёрнулся, глухо зарычал, но отползти было уже некуда, он и так отодвигаясь очутился на самом краю сосновых зарослей. Да ещё подобравшийся вплотную Ким перекрыл дорогу обратно, положив на землю свой меч.

Вик вздрогнул, почувствовав рядом с собой магическое оружие и зарычал уже громче. Подросток мгновенно оценил его реакцию и прикоснулся кончиком меча к голой ступне сарша. Вик с шипением отпрянул, очутившись на самом краю своего убежища.

— Это подло, — проговорил он глухо.

— А бросать нас одних не подло и голодом морить? — поинтересовался Ким.

— Я к вам в няньки не нанимался! — в голосе вистольца прозвучало отчаянье, он с трудом дёрнул к себе крыло, на которое переключила внимание Лана и пыталась силой развернуть.

— Какое красивое, — воскликнула она, почти вытащив его сквозь ветви на солнце, чтобы разглядеть получше. — А мы летать будем?

— Нет, — рявкнул Вик и выдернул крыло из пальцев девочки, на нескольких чешуйках, всё же попавших под солнечные лучи остались тёмные пятна.

— Какой ты вредный, — нисколько не обиделась девчонка и вновь переключилась на его уши. — Это же интересно. Ким вон тоже никогда не летал. А попробовать надо.

— Если Вик ещё немного подвинется и окажется на солнышке, то крылья у него исчезнут, — быстро проговорил парень и вновь поднёс к саршу меч.

Тот угрожающе зашипел.

— Я, между прочим, и защищаться могу, ты этого хочешь, маг? — голос Вика стал предостерегающим.

Ким дёрнулся, быстро развернулся и выскочил из под сосен.

— Мила, Лана, идите сюда, — позвал он и резко уселся на траву, рядом положил свой меч, погладил клинок и зло уставился на заросли. Девчонки что-то почувствовали и выбрались к брату.

— А как же Вик? — надулась Мила. — И как же завтрак?

— Вик боится, — проговорил Ким громко.

— Чего?

— Своей судьбы. Ничего, мы подождём, — он задрал голову, посмотрел на небо, потом оценивающе на сосны. — Эти заросли не такие уж и густые, просто солнце ещё недостаточно высоко взошло на небосвод.

Глава 35

Несмотря на сильный порывистый ветер, день обещал быть жарким. Волна зноя настойчиво ползла по прогретой подстилке леса и беззастенчиво спускалась в низину, полностью открытую солнечным лучам. Ветер шумел в верхушках молодых сосен, а жаркие потоки настойчиво скользили сквозь хвою, достигая нижних веток.

А перед его взглядом был не лес, в глазах рябило и растекалось облако марева, шаги по горячему песку всё больше превращались в пытку. Воздух дрожал от дымки, расползался тысячами образов, что зарождались в зеркальных стенах скал. Он замер на месте, позволяя жару вгрызаться в ступни, выпрямился, расправил плечи, посмотрел на далёкий провал входа в пещеру. Взгляд чётко вычленил силуэты фигур, замерших на границе мрака и света. Они его ждали, но в этом ожидании было что-то неправильное. Сарши ночные существа, а из отражения в скалах на него смотрел именно сарш...

Вик вздрогнул, в плечо впилось нечто горячее и сразу закололо болью. Он резко отодвинулся, пытаясь укрыться под ветками, сквозь зубы вырвалось невольное шипение — второе плечо попало в просвет между хвоей. Жгучая волна боли мгновенно стегнула по всему боку и уже не отступая поползла дальше по телу. Вик развернулся, прижался обожжённым плечом к стволу и тут же понял бесполезность данного действия. Стоило повернуться, как ветви раздвинулись от его движения, подставляя под солнечные лучи большую часть тела. Он тихо взвыл, стиснул зубы и попытался залезть под самые нижние ветви, распластавшись на земле. С горечью усмехнулся, он сам себе показался жалкой лягушкой, раздавленной и задыхающейся от горячего воздуха. Удивлённо прислушался к ощущениям — в горле першило, царапало. Колючий воздух беспощадно жёг уже изнутри, заставляя кашлять и дрожать от болезненных спазмов. Лёгкие разрывало, в ушах стоял звон.

В какой-то момент Вик понял, что куда-то ползёт, пальцы вместо хвои загребали траву, под животом чувствовалась тёплая листва вперемешку со стеблями. Он замер, осторожно приподнял голову, перед глазами запрыгали солнечные зайчики. Из груди вырвался невольный вздох — уже без боли, без пронизывающих тело игл.

Вик медленно сел, обхватил колени руками и огляделся. Оказалось, что его убежище осталось в стороне, но он всё ещё находится в низине. Ким и девочки настороженно наблюдали с расстояния, оставаясь у сосен. Вистолец с очередным вздохом повертел перед глазами до невозможности простыми человеческими руками, потрогал голову, уши, попытался оглянуться на собственную спину и сразу понял, что крыльев больше нет.

Глаза уловили осторожное движение — маг и его сёстры медленно двигались в его сторону, словно боялись спугнуть. Вик упруго поднялся, расправил плечи и сам пошёл им навстречу.

Ким быстро уселся на траву на склоне, положил рядом обнажённый меч и больше не спускал с Вика настороженного взгляда. Лана и Мила рассматривали вистольца огромными глазами и разочарованно заглядывали ему за спину — отсутствие крыльев девчонкам не понравилось.

Вик остановился рядом с детьми, смерил Кима хмурым взглядом и молча сел рядом с ним, выбрав ту сторону, где лежал на земле меч. Маг почему-то поёжился и зябко обхватил себя руками. Вистолец с кривой усмешкой занёс руку над оружием, подождал, но не почувствовал никакого воздействия. Он с опаской дотронулся до рукояти, медленно обхватил и также медленно поднял меч на уровень глаз. Лезвие льдисто блестело, очертаний ложек было не видно, они полностью слились с клинком, подарив ему серебро.

Вик провёл рукой по металлу, тот отозвался мелкой вибрацией, где-то глубоко в его структуре жили вплетённые в оружие заклинания. Сильные, похожие на затаившееся пламя, они волнами расходились под его пальцами. Пальцами человека, который не должен чувствовать магию, но он чувствовал. И она не причиняла ему вреда.

— Мы живём в очень странном мире, Ким, — проговорил Вик хрипло, в его горле всё ещё першило. — Где зло может лишь на половину являться злом, а добро... У добра слишком много сторон.

— Ты о чём? — спросил парень, его голос заметно дрожал, он остановившимся взглядом смотрел на меч в рукам Вика.

— Да вот вспомнил одну поговорку — не делай добра, не получишь зла. А я всё думал, о чём это она.

Ким фыркнул.

— Ничего же страшного не произошло, ты даже почти не орал, как в прошлый раз, так — шипел сквозь зубы. Ты же сам выбрал эту рощу и из под сосен сам выполз. Мы вообще в сторонке ждали.

— А могли бы помочь укрыться, ну там веток погуще натаскать, навес сделать, например. У меня на это времени из-за вас не осталось. Удивительно, что вообще здесь эти сосны оказались.

— Ну, извини, завтра обязательно построим для тебя укрытие, ты главное ветки заранее наруби, собери их в кучу, хм, да и уложи в форме шалаша, — Ким развёл руками. — Только какой в этом смысл? Теперь ты уже знаешь, что обращение в человека не такое уж и страшное, а дальше будет ещё легче. Ты привыкнешь, Вик.

— Мы тебя таким тоже любим, — хором поддакнули девчонки. — Просто с крылышками ты был красивее.

Вистолец лишь фыркнул и покачал головой, потом встал и сделал несколько пробных взмахов мечом. Оружие удобно лежало в руке, хотя было несколько более громоздким, чем он привык. В груди непривычно отстукивало свой ритм сердце, пульс отдавался в голове, словно заставляя не забывать о себе. Дыхание стало более глубоким, ровным, не заметным. Обычным. Вик криво усмехнулся и посмотрел на Кима.

— Ножны дай.

— Э-э, вообще-то это моё оружие, оно у меня вместо посоха.

— А кто-то говорил, что металл не подходит для магии. Не переживай, вечером верну. Или ты сам будешь нас защищать?

Подросток нехотя отцепил от пояса ножны, бросил их Вику.

— Но мне всё равно нужен посох, — пробормотал он.

— О, это пожалуйста, это запросто, — вистолец быстро оглядел деревья, но их ветки начинались почти на вершине, поэтому выбор пал на куст. Он ухватился за ветвь потолще, срубил её у самой земли, очистил от листьев и протянул Киму. Тот медленно поднялся, взял в руки очередной импровизированный посох от Вика и лишь безнадёжно покачал головой — спорить было бесполезно. Проходили уже.

— А мы кушать будем, а то пить очень хочется? — подали голос девчонки и обе уставились на Вика.

Вистолец прицепил ножны, вставил в них меч и окинул взглядом рощу. То, что водных источников здесь нет, он понял ещё ночью — не ощутил нигде запаха влаги, пока метался между деревьями в поисках укрытия. Река осталась далеко позади, а за пределами рощи простирались поля. Вик закрыл глаза и попытался вслушаться в пространство. Да, сейчас он человек со всеми слабостями и потребностями, но что-то подсказывало, что сарш не мог оставить свою вторую сущность совершенно беспомощной.

Перед глазами была чернота, перемешанная с яркими пятна — это ложились на веки солнечные лучи. Он представил, что отрывается от земли, за спиной мощно отталкиваются от воздуха крылья, бросают его тело ввысь. В ушах зашумело, застучало участившимися ударами пульса. Перед взглядом замельтешило, запрыгало, но видения сопротивлялись, не хотели становиться чёткими. Вик попытался сосредоточиться. Что это? Видеть сквозь расстояние способны лишь маги, да и то не все, а только те, у кого есть к этому врождённые способности. Таких единицы. Они живут отшельниками, вдали от людей и не вмешиваются в чужую жизнь. Зачем им находиться среди народа, если в тишине и спокойствие на много проще заглянуть в недоступную взгляду даль? Там никто не помешает, не прервёт. Другим из них был только Ярослав.

Вик вздрогнул, поняв, что отвлёкся. И откуда он сейчас узнал про магов? Ты может знать, воспринимать, видеть, чувствовать каждого из врагов... По телу пробежала невольная дрожь, вистолец поёжился, несмотря на жару стало холодно. А перед взглядом вдруг полетели широкие поля, пространство расширялось, проталкивало его сознание дальше. Он почти наяву чувствовал упругие струи воздуха бьющие навстречу. Наваждение? Поля пересекла дорога, по её краю расположилась маленькая деревушка — без стены, без защиты и потому покинутая, брошенная. Воздух изгибался потоками, в густом вязком тумане читались следы людей, повозок, скота. Они ушли ранним утром, когда было ещё темно.

Дорога приблизилась, стрелой понеслась вперёд, давая увидеть и ощутить каждую выбоину, каждый камешек... А потом впереди встала полоса густого леса, не такого, как эта роща, настоящего. Дорога ввинтилась между стволами деревьев, стала намного уже, но ещё до того как она устремилась в лес, её перегораживала телега, гружённая брёвнами.

Телега стояла точно поперёк, запряжённая двумя могучими конями, здесь было уже не объехать, дальше сразу начинались первые стволы. Рядом с оружием наизготовку выстроились воины, на телеге, поверх брёвен сидели лучники. Всё оружие смотрело в сторону довольно большой вереницы обозов, пытавших проехать по дороге дальше. Рядом с воинами стояли маги, они первыми проверяли каждую телегу, каждого человека. Вик ощутил дрожь, расходящуюся от магических потоков.

Кроме дороги цепь воинов перегораживала и другие подступы к лесу. Солдаты разошлись далеко в стороны, но всё же они были не способны перекрыть всю границу.

Граница? Граница с Миросом. Вик заставил сознание лететь дальше над дорогой. Та изогнулась дугой, пересекла часть леса и вновь вырвалась на свободное пространство. Потянулись луга, холмы, а потом за широкой полноводной рекой встали стены небольшого города. Вик вновь невольно вздрогнул. Город мерцал интенсивной магической аурой, она расходилась широкой, словно предостерегающей полосой далеко в пространство. Вистолец никогда здесь не был, но знал, что лишь у одного города в Миросе могут быть такие магические отголоски — Кэриваль, город магов.

— Ви-ик!

Он с трудом оторвал взгляд от приближающихся стен, зажмурился сильнее, сжал голову руками.

— Что с тобой? Ты нас слышишь?

— Д-да, — Вик через силу открыл глаза, рядом мельтешило расплывающееся лицо Кима. Маг зачем-то махал перед ним веткой. — Я нашёл деревню, она недалеко, там пообедаем.

— Ты уверен? Нас туда впустят?

— Там нет защиты, деревня брошена, люди ушли. А дальше уже недалеко граница Мироса.

*********************************************************************

Ближе к полудню послышался топот множества копыт — прибыл большой отряд воинов из Эриальда. К этому времени Мировир успел с помощью вил перекидать весь запас сушёной травы из сарайчика во двор. При этом он не только ругался, но и глухо рычал, словно пытался отпугнуть губительную энергию, болезненными уколами растекающуюся по телу.

Увидев, чем он занят, Дженевра сначала схватилась за голову, а потом вспомнила про серебряный кинжал. Но получив объяснения, сменила кинжал на увесистую сковороду и уже ей отогнала оборотня от своих запасов. Мировир вынужденно отступил, двигался он пошатываясь и отойдя на несколько шагов тяжело рухнул на землю. Знахарка охнула, обозвала оборотня самоубийцей и убежала в дом. Через некоторое время она вернулась со стеклянной бутылью, в которой наблюдалась густая багровая жидкость. Сунула бутыль под нос Мировиру и приказала пить. Тот настороженно принюхался, насмешливо улыбнулся и за несколько больших глотков осушил всё содержимое.

Тинк наблюдал с безопасного расстояния — лежал всё там же на подстилке на травке, в тем более, что куда-то уйти он всё равно не мог. Потому с каким удовольствием облизнулся оборотень, он сделал вывод, что в бутыли был не настой из трав. Скорее всего стая вездесущих кур не досчитается в своих рядах одного из собратьев, потому как вино данная жидкость совершенно не напоминала.

Знахарка некоторое время изучала повеселевшего оборотня, затем её очень задумчивый взгляд обратился на перекиданный им стожок сушёной травы, являющейся своеобразным оберегом от нежити.

— Хорошо, мы попробуем, тем более что работники подъехали, — наконец произнесла женщина.

Мировир согласно кивнул, приближаться к этой траве вновь у него желания совершенно не было. Оставалось лишь объяснить задумку солдатам.

Руководство над перетаскиванием травы к разлому взяла на себя Дженевра, авторитетно заявив, что это её огород, её запасы и всё такое прочее. Оборотень переговорил с командиром воинов, посоветовав здесь даже не располагаться, даже коней рассёдлывать не стоит. Он никогда не верил в предчувствия, ориентировался только на реальные ощущения, а сейчас в воздухе чувствовалось не просто покалывающее напряжение как перед грозой, в воздухе замерла эта самая гроза. Незримая, неслышимая, но обволакивающая пространство подступающими разрядами нечто. А ещё на грани восприятия ловился далёкий потрескивающий шорох. В глубине земли что-то двигалось, ворочалось и приближалось нарастающим гулом.

Мировир не стал ничего говорить людям. Зачем? Они и так знают, почему здесь находятся. А то, что опасность уже близко не отменяет задачу, которую они решили реализовать. По крайне мере Дженевра уж точно знает о приближение новой волны из разлома, не зря она так нервно вздрагивает и покрикивает на солдат, чтобы двигались поживее. В качестве подгоняющего средства в её руках была неизменная сковорода.

Оборотень старался держаться рядом со знахаркой, но не спускал цепкого взгляда и с Тинка, да и остальные люди были здесь же перед глазами. Дженевра чётко определила границу за которую заходить нельзя. Именно вдоль неё выкладывалась тонкая полоса из сушёной травы. Мировир настороженно наблюдал, как быстро исчезает стожок, а края разлома остаются ещё далеко. Впрочем, он не особо надеялся, что это их надолго задержит, он вообще не понимал на что надеется. Возможно, что другим вариантом могло бы быть просто швыряние данной травы в скелетов, но тогда запасы довольно быстро бы закончились. Эх, надо под руководством Дженевры отослать всех людей в лес, собирать новую траву. Вот выложат этот ряд и пусть уходят и Тинка с собой заберут, нечего ему на травке валяться, он уже окреп и в седле прокатиться сможет. Или поперёк седла. А здесь останется только он, понаблюдает, посмотрит, а потом... Будет ли это потом Мировир даже не предполагал. Мысли как-то все разом обрывались, и он словно видел себя со стороны — тяжело отмахивающегося мечом, очерчивающего оружием широкий круг, в который ещё не ступили враги. А вокруг текло несметное полчище выплёскивающихся из разлома скелетов.

И какой в этом смысл? Что они вообще делают в этом селение? Что ОН здесь делает? Его истинный мир остался вот за тем широким лугом, за тем холмом, который огибает дорога, тянущаяся прямо за разломом. Мир ещё более мёртвый чем тот, в который может обратиться то, что сейчас его окружает. И эти люди... И Дженевра. Смысл? Какой может быть смысл в смерти? Она просто неизбежна для каждого, кто не является обитателем Рееты. Поэтому для них дорог каждый прожитый ими день, а в его существовании столетиями была лишь промозглая пустота. Была, а теперь её нет. Изменилась не только Реета, изменились все её обитатели. Так захотел их новый король.

Он хмуро наблюдал, как знахарка с энтузиазмом схватилась за лестницу и полезла на сеновал, отмахнувшись от двух молодых парней, предложивших помощь. Оттуда полетели пучки травы, люди только успевали их ловить и тут же бежали к разлому, укладывали вдоль невидимой черты. Тинк с трудом сел, попытался встать на ноги, но упал, в его глазах горела тревога. Он вопросительно посмотрел на Мировира и весь сжался, когда оборотень утвердительно кивнул в ответ. Иномирец лишь обхватил себя руками и с безнадёжностью уставился на разлом. Вот уж для кого действительно перестало существовать прошлое, непонятно настоящее и очень расплывчато будущее.

Мировир заставил себя встряхнуться, он стоял на холмике рядом с забором, отсюда было хорошо видно и разлом и дом и бегающих туда-сюда людей. Он не мог им помочь, единственным занятием оставалось наблюдение. Воины достигли краёв разлома и начали его обходить, пытаясь замкнуть круг. До завершения было ещё далеко, но по крайне мере эта сторона была очерчена. А вот времени уже не осталось.

Назойливое шуршание стало более суматошным, скребущие звуки подступали всё ближе к краю, а глубоко в недрах разрастался отчётливый гул, словно нечто собиралось в единое целое, отряхивалось, выпрямлялось... Оживало?Оборотень вздрогнул, вдруг слишком ясно ощутив, что времени действительно больше нет. Их время закончилось.

Он сорвался с места и бросился к калитке в огород. На ходу прокричал командиру воинов, чтобы его люди всё бросали и бежали за забор знахарки. Тот мгновенно сориентировался, отдал команду и воины, прихватив оставшиеся пучки травы, кинулись к раскрытой калитке. Лошади были заведены сюда ещё раньше и успели вытоптать большую часть грядок, но Дженевра не сказала ни слова, лишь молча укрепила защиту на той части забора, которую ремонтировал сначала Тинк, а потом Мировир.

Сейчас знахарка стояла у калитки, ждала, когда забежит последний человек. Потом Мировир набросил тяжёлую щеколду, а Дженевра навесила пучки травы, что-то пошептала, погладила калитку рукой и подняла взгляд на оборотня. По её губам скользнула горькая усмешка. Он невольно потянулся рукой к её лицу, провёл ладонью по щеке, ощущая столь забытое в самом себе тепло. Улыбнулся в ответ. Женщина шагнула к нему, прижалась к груди, он почувствовал, что она дрожит.

— Мне страшно, — прошептала она. — По-настоящему страшно.

Он обнял её двумя руками, оглянулся на разлом — пока ещё не изменившийся, пустой, с подрагивающей над поверхностью дымкой. Вокруг начали вздрагивать воины. Скрежет и стук стали настолько близкими, что достигли слуха обычных людей. Мировир подтолкнул знахарку и повёл её туда, где находился Тинк — в кольцо оцепления из солдат.

— Что мы ещё можем? — вновь зашептала Дженевра.

— Оставаться на месте, — глухо проговорил Мировир. — Они не пойдут дальше, пока здесь есть живые люди. Они не оставят нас на своём пути. Но ты и Тинк, пока есть такая возможность, должны уехать отсюда. Я подберу вам коня.

— Нет, — в её голосе прозвучала смертельная тоска. — Это мой дом и моя земля. Я не оставлю её и... тебя не оставлю. Прости. Если хочешь, отправь Тинка одного.

— Он тоже упрямый, — хмуро усмехнулся Мировир. — Выдумает такие же отговорки, а спорить некогда.

Иномирец всё так же сидел на траве, его подрагивающие руки теребили край рубахи. Он повернулся на звук их шагов и оборотень невольно приостановился. Лицо Тинка осунулось и мертвенно побледнело, губы стали совершенно белыми, на них появились глубокие трещинки и по подбородку скатывались капли крови. Широко раскрытые глаза горели лихорадочным светом, в них метался ужас, перемешанный с ожиданием.

— Он здесь, — чётко произнёс иномирец.

— Он?

Рука Тинка поднялась и показала в сторону разлома.

— Он здесь, — повторил он уже шёпотом.

Глава 36

К иномирцу обернулись все лица, люди жадно вслушивались в его слова, ждали объяснений. Тинк до крови закусил губу, по его подбородку потекли уже не капли, а струйки крови. Он не успел ответить. Над разломом взметнулось пыльное облако и по краю появились костяшки пальцев — бело-жёлтые, обточенные временем и разгребаемой землёй, жутко острые.

Прибывшие из Эреальда воины начали переглядываться, подрагивающие руки сжались на рукоятях мечей, потащили клинки наружу. Мировир с невольной усмешкой наблюдал за тоскливым непониманием, неверием, что ещё читались на их лицах.

Вы надеялись, что это неправда, люди?

Первый ряд скелетов выметнулся из разлома и быстро шагнул вперёд, за ним второй, третий, четвёртый... Они толкали друг друга, пытались обгонять, суматошно неслись прочь от распахнутой земли. Оборотень нахмурился. Что-то было не совсем так. Войско павших воинов вовсе не напоминало войско. Эта толкотня больше походила на бегство, а не на целенаправленное наступление.

Костяки дошагали до полосы из травы. Первые резко остановились, замерли, постояли, подталкиваемые сзади вторым рядом и попытались пятиться. Отчасти у них получилось, несколько скелетов были сбиты и опрокинуты на землю. По ним безжалостно протопали другие, послышался отчётливый скрежет и хруст. Они вновь замерли, затоптались, не пересекая обозначенную сушёной травой черту.

Мировир хмуро усмехнулся и покачал головой. Нескончаемый поток новых костяков из разлома не оставлял никаких шансов оставаться на месте первым. Те, кто позади не ощущают действия выложенной людьми линии, им всё равно, что их собратий жжёт и не пускает защитное от нежити поле. Они просто толкают их вперёд, потому что свободного пространства на краю разлома уже не осталось.

Сейчас. Он ждал, что скелеты просто вытолкнут друг друга за черту, начнут падать, обрушиваться на землю и... И граница из травы будет нарушена, сдвинута, раскидана по сторонам. А потом густой строй костяков ринется вверх по холму. К домам, к людям, к живым людям.

Этого не произошло. Ему почудилось, что земля вздохнула. Глубокий, протяжный шум вырвался из появившейся трещины, когда края разлома одновременно начали оседать. Широкие пласты почвы с грохотом опрокидывались, опускались вниз, забирая с собой всех выбравшихся на поверхность скелетов. Несколько долгих мгновений и уже не осталось ни той полосы, что выложили люди, ни восставших костяков, ни самой земли вплоть до холма. Это всё поглотил разлом — жадно, безжалостно, бесповоротно. Он стал в два раза шире, превратившись уже не просто в провал в земле, а в настоящую пропасть. И не остановился на этом.

Вибрация и грохот продолжали сотрясать округу. В глубине слышалось перекатывание, перемалывание чего-то твёрдого, хруст, скрежет, словно нечто огромное давило обрушивающиеся вниз скелеты.

Мировир остановившимся взглядом смотрел, как начинает трястись забор, подпрыгивать, падать. Люди в панике пятились, отступали за дом, со всех сторон неслось жалобное ржание коней. Животные вставали на дыбы, начинали метаться.

Мировир так и прижимал к себе Дженевру, но его взгляд то и дело впивался в Тинка, сидевшего рядом. Иномирец закрыл глаза и что-то беззвучно шептал, окровавленные губы двигались, но изо рта не вырывалось ни звука. Почему-то оборотень знал, что наблюдение за Тинком является важным.

Под ногами всё больше вздрагивала земля, края разлома продолжали расходиться, поглощать почву. А в воздух ввинчивался пока ещё далёкий рёв — эхом бился о стены пропасти и рвался ввысь. В небо, в мир живых, к свободе.

Оборотень уже забыл те времена, когда был способен испытывать страх. Это чувство исчезло вместе с его жизнью, но сейчас сотрясалась не только земля, но и всё его существо — все внутренности, словно вновь билось за рёбрами сердце и выворачивались от забытого воздуха лёгкие. Было больно, непривычно больно. В голове стучали тысячи молотов, обрушиваясь все разом и пригибая к земле. Он вдруг понял, что уже не он прижимает к себе Дженевру, пытаясь защитить, а она поддерживает его под руку, с трудом не давая упасть.

Пространство гудело, расходилось удушливыми волнами зноя, ползущими от пропасти, оглушало и сдавливало тела. Мировир с трудом стоял на ногах, его шатало. Взгляд так и не отрывался от Тинка. В какой-то момент иномирец повернулся, посмотрел ему в глаза, белые губы изогнулись в горькой усмешке.

— Он рядом.

— Кто? — прохрипел Мировир. — Кто Он?

По ушам ударили разъярённый рёв — оглушил, заставил пригнуться и с ужасом и непониманием замереть. Этот звук так и не стал реальным, он всё ещё напоминал эхо — очень громкое и близкое эхо, несущее в себе лишь отголоски того рычания, что когда-то издавало это существо. Сейчас... мёртвое существо.

Мировир на мгновение зажмурился, потёр лицо рукой и попытался выпрямиться — слишком сильно он навалился на Дженевру. Знахарка уже сама едва стояла. Получилось плохо, он вновь пошатнулся и с трудом удержался на месте — земля под ногами ходила ходуном. Топот и ржание лошадей слышались далеко за спиной, испуганные голоса людей там же, а здесь они остались только втроём. Остались на месте — посреди вытоптанного, наполовину изрезанного глубокими трещинами и провалами огорода. Чего-то ждали.

Неожиданно землетрясение прекратилось. В воздухе ещё мельтешили крошево и пыль, неторопливо клубились, разгоняемые порывами дующего из пропасти ветра. Эхо вновь выметнулось, полетело к небу, не давая усомниться в своём присутствии. А над краем провала вдруг мелькнули кончики зубцов — толстые, похожие на сильно заострённые кости. Они частоколом вздыбились на протяжении всего разлома, пошли дугой, перекатываясь вверх и вниз, словно некто гигантский выгибал спину, двигался, приходил в себя. А именно так и было.

— Что это? — прошептал Мировир.

Тинк вдруг одним движением встал на ноги и шагнул к разлому. Оборотень с трудом успел поймать его за руку. Дёрнул к себе и заглянул в глаза, взгляд иномирца был совершенно безразличным, пустым.

— Он зовёт. Разве вы не слышите? — проговорил он вырываясь.

— Конечно, слышим, — оборотень ударил его в живот, отбросил назад, а когда тот вновь начал вставать, добавил ещё и по лицу. После чего подхватил обмякшее тело и взвалил себе на плечо.

— Вот и всё, — чётко произнесла Дженевра.

— Что всё? — поинтересовался оборотень. — Тебя тоже стукнуть?

Знахарка грустно улыбнулась.

— Это дракон. Он проснулся.

— Ты ведь шутишь, правда? Нет в нашем мире драконов и не может быть. А это какая-то очередная дохлость. И ещё неизвестно какая. Но уж точно не дракон.

Женщина лишь медленно кивнула и зябко повела плечами, с её губ не сходила обречённая улыбка.

В глубине земли что-то резко затрещало. Мировир схватил за руку знахарку и невольно попятился. Костяные зубцы неожиданно ещё больше поднялись над краем и стали высотой в человеческий рост. Теперь они были похожи на исполинский гребень, словно растущий из глубины пропасти.

— Немаленькая тварь, — сквозь зубы прошипел оборотень. — Такая одной лапкой раздавит.

Треск повторился, гребень ещё больше выдвинулся в высоту, на несколько мгновений застыл, а потом одним движением рухнул вниз, скрывшись из видимости. На дне пропасти загрохотало, зашуршало обваливающейся землёй и перекатывающимися камнями. Почувствовались удары, наносимые в стену разлома, теперь стало понятно, что существо не собирается здесь задерживаться — его цель находится где-то в другом месте. Но края пропасти больше не расширялись и не бежали в длину, этот некто решил передвигаться под землёй.

Несколько раз взвилось протяжное эхо, несущее в себе разъярённый вой, истончилось до отголосков и затихло в глубине. Потом стали глухими и плохо различимыми все остальные звуки. Края пропасти ещё некоторое время обваливались, сыпались вниз, но вскоре движение земли прекратилось и стало очень тихо. Невероятно тихо.

— Э-э и что бы это значило? — потрясённо проговорил Мировир и посмотрел на Дженевру. Знахарка была мертвенно бледной, у неё стучали зубы и дрожали губы. В глазах металось отчаянье.

— Он проснулся, — прошептала она.

— Ты уже говорила, — напомнил оборотень. — На много интересней куда этот набор костей рванул... Я сейчас.

Он положил на землю Тинка, выбежал на дорогу и схватил за повод первого же подвернувшегося коня. Животное била крупная дрожь, ноги тряслись, в вытаращенных глазах застыл ужас, но выбирать не приходилось, все остальные кони были в таком же состоянии. Сейчас они галопом носились по всей Листовой, а люди отчаявшись их поймать и успокоить, собирались в отряд на центральной дороге. Оборотень окинул их взглядом и вернулся к Женевре и Тинку.

Иномирца пришлось уложить поперёк седла, потом закинул верхом начавшую возражать женщину, вручил ей поводья.

— Постарайтесь добраться до Элеарда или хотя бы до ближайшего селения, где есть маги. И не давай ему сбежать, — он похлопал по спине Тинка.

Дженевра покачала головой.

— Ты ведь не едешь с нами? — её голос прозвучал очень глухо, безжизненно.

Он пожал плечами.

— Хочу проследить куда направилась эта зверюшка.

— Как? — поинтересовалась женщина.

— Ну-у, — Мировир прислушался, ни на что кроме обострённого чутья оборотня он не надеялся. Слух действительно вычленил далёкие звуки, разносившиеся в толще породы. Он опустился на колени, дотронулся до почвы рукой. Кроме звуков в глубине затихала едва уловимая вибрация. Он нахмурился, гул расходился без какого-либо определённого направления. Земля просто была огромным колоколом, разносившим далёкий, протяжный стук камней и треск раздираемых пластов породы.

— Та-ак, — оборотень медленно поднялся, задумчиво взглянул на Дженевру и перевёл взгляд на Тинка. — И как такое может быть?

— Что быть? — с дрожью переспросила знахарка.

— Он словно движется одновременно во все стороны!

— Нет, — женщина отрицательно покачала головой. — Он бы не оставил добычу. Его кто-то позвал.

— Шутишь? Как можно позвать дракона?

— Приманить магией. Он мёртвый. Значит это мёртвая магия.

— Весело, — Мировир поморщился и схватил за пояс Тинка — стащил иномирца на землю и начал безжалостно хлестать по щекам. Тот сначала замычал, а потом с недоумением открыл глаза.

— Где он? — рявкнул оборотень.

— Кто? — Тинк с трудом поднял руку, дотронулся до лица, под его правым глазом расплывались багрово-синие разводы.

— Он тебя звал. Не помнишь? — допытывался оборотень.

— Да? — иномирец смотрел всё с таким же недоумением, морщился от боли, пытался заслонить распухшую щёку.

Мировир разогнулся и нервно заходил туда-сюда, потом остановился и толкнул Тинка ногой в бок.

— Очнись, ты же идти куда-то хотел, давай говори куда именно.

Тот обиженно засопел, отодвинулся, его взгляд устремился в небо.

— Я? Никуда я не хотел, это ты всё время что-то хочешь!

-У-у, вот напасть, — он ухватил иномирца за руку и потащил в сторону пропасти.

— Что ты делаешь? — воскликнула Дженевра и соскочила с лошади на землю.

— Этот задохлик должен чувствовать своего создателя... Ведь раньше же чувствовал.

— Но он уже далеко!

— Ничего, сейчас найдём, — проговорил Мировир и подтащил безнадёжно упирающегося Тинка к ближайшей трещине, пересекающей огород, сунул его лицом вниз. Тот глухо взвыл, попытался отбиваться, даже извернулся и укусил оборотня за руку. Тот лишь усмехнулся, но иномирца выпустил.

Тинк отполз от расколотой земли и возмущённо фыркнул.

— Совсем сдурел, да? Я тебе собака что ли, чтобы следы искать?

— А ты попробуй. Должно получиться, до этого ты весьма уверенно шагал на его зов. Может, не стоило тебе препятствовать?

Тинк с трудом сел, обхватил колени руками и весь съёжился.

— Он ушёл туда, — он не глядя махнул в сторону видневшегося вдалеке леса.

— Правда? — оборотень насторожился и оскалил зубы. — Ты уверен?

— Уверен, — с дрожью проговорил иномирец. — А что?

— Ничего, просто пойдёшь со мной — дорогу будешь показывать.

Тинк вскинул на него испуганный взгляд.

— Я-я... не хочу, — проговорил он.

— А я и не спрашивал, чего ты хочешь, — отрезал оборотень, ухватил парня за шиворот и потащил к коню. — Надо — значит надо.

Он легко забросил его в седло и взял животное под уздцы.

— Я тоже с вами, — твёрдо произнесла Дженевра. — И не смей меня больше бросать!

— Я тебя никогда не бросал, — хмуро улыбнулся Мировир. — Это был твой выбор.

— Только ты его сделал за меня, — зло проговорила знахарка. — Когда сбежал.

Она стукнула Тинка по ноге, заставляя подвинуться, тот невольно охнул и освободил ей стремя. Женщина взобралась на коня позади него.

— Вперёд, — проговорила она. — Дорога не близкая, я знаю это.

*****************************************************************************

Двустворчатые ворота приветливо распахнулись открывая взгляду широкий, мощённый камнем двор, на который выходил фасад трёхэтажного здания. Тирена сразу засмотрелась на переливающуюся плитку стены, на бегущий по её поверхности причудливый рисунок и почти не заметила, как вслед за Ярси шагнула в ворота. Рисунок горел какими-то невероятными цветами, бросал отсветы на множество окон, заставлял погрузиться в переплетение линий.

Девушка заворожённо разглядывала здание школы, голоса людей казались далёкими и незначительными. Она не сразу обратила внимание, что во дворе довольно много народа — целая толпа перед лестницей, ведущей на второй этаж, все в дорогой одежде знати — чего-то ждут. Несколько молодых людей осторожно пробираются к центральному входу, испугано оглядываются на периметр двора, где выстроились ученики школы. Те спокойно за ними наблюдают, переглядываются, на лицах играют усмешки, все знают, что претендентам не дойти до дверей. Ещё никто не доходил.

Тирена почувствовала упругий удар воздуха, рядом что-то вспыхнуло, послышался крик, а потом совсем молоденький растрёпанный парнишка откатился к ограде. Девушка, наконец, настороженно огляделась, увидела, как высокий рыжеволосый человек в одежде ученика школы с холодной улыбкой опускает руки, а между его пальцами ещё проскакивают искры только что использованной стихии. Она отыскала взглядом Ярси, тот спокойно и уверенно шёл к центральному входу, она догнала его, двинулась рядом. Наверное, её рывок привлёк внимание магов, потому что в следующее мгновение горячий сгусток пламени полетел точно в её сторону.

Тирена потрясённо замерла, она чувствовала заклинания, которые должны впиться в её тело, пусть не смертельные, но, несомненно, болезненные и никак не могла поверить, что вот так просто можно нанести вред незнакомому человеку. Пусть даже в качестве испытания. Девушка заставила себя сдвинуться, подняла обломок посоха, зашептала ответные слова. И сама уже знала, что делает всё слишком медленно.

Небольшой огненный шар с невероятной скоростью ударил в её тело... Должен был ударить. На его пути оказалась ладонь развернувшегося Ярси. Воин-маг просто подставил руку, поймал сгусток и удержал его. Чужая магия на несколько долгих мгновений затрепыхалось на его ладони, с дрожью изогнулась, затухая бледно-жёлтым пламенем. Ярси медленно сжал пальцы, забирая магию в кулак. Сгусток в последний раз блеснул и впитался в его кожу. Исчез. С его руки осыпалась изморозь, закружила в воздухе, оседая на землю.

Во дворе вдруг стало очень тихо, даже знатный люд притих. И неожиданно холодно, словно в лицо каждого дохнуло отголосками ледяной бездны небытия. Все взгляды скрестились на черноволосом парне с двумя мечами. По виду он даже не напоминал мага — высокий, крепкий, сложен, как воин.

А в воздухе не тая продолжали кружить снежинки, и расходилась по земле от ног парня паутина серебряных линий.

— Магия мёртвых, — произнёс тихий, но отчётливо слышимый голос.

Оборотень опустил руку, уже и сам осознавая, что сделал что-то не то. Нельзя использовать такую магию посреди города магов. Но причём здесь магия мёртвых?..

— Ты некромант? — по внешней лестнице со второго этажа спускался гибкий, худой человек. На вид ему было лет сорок — бледное лицо с заострёнными чертами, слегка удлинённые кончики ушей, выставляющиеся из-под снежно-белых волос и очень тёмные глаза. Вистолец. На его боку в ножнах висел очень знакомый меч с рукоятью из чистого серебра перевитой рисунком рун. Ярси знал, что такие же руны есть и на клинке. Тоже серебренном. Перед ним был кэртон-дэсо — воин—маг, так же как и он когда-то одарённый таким мечом верховной колдуньей Вистольцы. Виолой — его приёмной матерью.

— Так ты некромант? — повторил вистолец, остановившись перед оборотнем.

— Нет, — Ярси спокойно посмотрел ему в глаза. — Я всего лишь путник.

Глава 37

Серебристые линии словно спохватившись вернулись к своему создателю и гаснувшим ореолом исчезли под его ногами. Вистолец холодно усмехнулся, окинул землю внимательным взглядом и лишь тогда подошёл ближе. Цепкий взгляд тёмных глаз быстро пробежал по фигуре парня, задержался на лице и переместился на оружие.

Ярси ждал, он изменил ауру мечей, их внешний вид, но не форму. Вистолец никак не выдал своей реакции, взгляд скользнул по оружию и вновь впился в глаза оборотня.

- Позволишь посмотреть? – рука кэртен-дэсо расслабленным жестом указала на вистольский меч.

Ярси кивнул, отцепил меч с пояса и, не вынимая из ножен, протянул вистольцу.

- Я бы хотел УВИДЕТЬ, - уточнил тот, не прикасаясь к оружию.

Теперь уже усмехнулся оборотень, раздумывая получится ли снять щит только с меча. Он держал его в вытянутой руке, под пальцами ощущалась упругое поле энергии, которое нужно просто стянуть в ладонь. Это чем-то напоминало поглощение любой другой энергии, только теперь он забирал свою собственную магию. Главное не перестараться.

Во дворе послышался если не единый изумлённый возглас, то это был вздох – настороженный, полный переживаний, не верящий. Маги! Здесь были очень сильные маги, даже вистолец слегка дрогнул и зябко повёл плечами.

Ярси удалось удержать контроль – изменения затронули лишь меч. Другое дело, что окружающие не только видели происходящие, но и чувствовали задевшую пространство силу. Пусть на мгновение - пока стягивался щит, пока менялся цвет ножен, тёк орнамент, преображалась в серебро рукоять, окрашивалась вязью рун.

- Спасибо, - выдохнул вистолец. К мечу он так и не прикоснулся, и Ярси вернул его на пояс. – Я даже не буду спрашивать каким образом он тебе достался. Ты мог получить его лишь из рук Виолы, по-другому он не стал бы тебе служить. Ты его истинный хозяин. Не вистолец, но ХОЗЯИН меча.

Он прошёлся перед парнем взад и вперёд, на лице не отражалось никаких чувств, их можно было скорее прочитать в упругой походке. И Ярси назвал бы их смятением.

- Меня зовут Эрто, возможно ты слышал обо мне, - представился вистолец и вдруг мягко улыбнулся. - Я очень давно не был дома.

- Слышал, - кивнул Ярси. – От Виолы, от Тивера и других учителей.

Эрто вновь вскинул на него взгляд, его лицо побледнело.

- Ты ведь не откажешь мне в беседе? – поинтересовался он. – Хотя я лишь догадываюсь кто ты…

- Что здесь происходит?! – голос прогремел со стороны центрального входа. Замершие люди попятились, освобождая дорогу верховному магу. Претенденты на поступление все разом отшатнулись и согнулись в поклонах, горожане почтительно расступились, поприветствовали прижатыми к груди ладонями и кивками голов, ученики одновременно вскинули посохи, потом со стуком опустили их на землю и замерли в неподвижности. Лишь вистолец коротко кивнул, а Ярси широко улыбнулся.

- Привет, Радолюб, - он хлопнул подошедшего верховного мага по плечу. – Рад тебя видеть. Есть разговор.

- Яр-рослав? – Радолюб вдруг начал заикаться, его глаза расширились, он попытался поклониться, но оборотень удержал. – Мой король, но-н-но, что ты здесь делаешь?

- Прогуляться решил, у тебя есть место для беседы? – беспечно произнёс Ярси, наблюдая, как окружающие начали нервно переглядываться, не зная как реагировать и верить ли услышанному. Рядом топталась очень бледная Тирена, смотрела на него с открытым ртом.

- Э-э, да, конечно, я почти не удивлён. Почти, - проговорил Радолюб. – Идём, а то народ сейчас в обморок попадает.

- Не попадает, народ у нас смелый, особенно вон то рыжий, который не разобравшись любит огнём швыряться, - Ярси небрежно кивнул на мага, запустившего в девушку сгусток пламени. Тот крепко сжал зубы и смотрел на него выпученными глазами, было похоже, что он перестал дышать.

- Идём, - повторил Радолюб. Он направился обратно к дверям в здание школы. Ярси ухватил за плечо Тирену, почувствовал как та вздрогнула, в глазах девушки заметалась паника.

- Провожу до конца, раз уж мы попутчики, а то сюда трудновато бывает попасть, - пояснил он. - И перестань так таращиться, ты же хотела, чтобы тебя спасал принц.

- Но не на самом же деле! – возмутилась Тира.

- На тебя не угодишь, - фыркнул Ярси.

Внутри как в насмешку оказался по-домашнему уютный зал с застеленным пушистым ковром полом. Вдоль стен располагались мягкие диванчики и горели магические лампы на высоких ножках. Вот только войти сюда мог далеко не каждый. Радолюб отвёл защитные заклинания и пропустил спутников вперёд, кроме Ярси и Тирены внутрь последовал вистолец.

Верховный маг вопросительно кивнул на девушку.

- Она очень способная, хочет стать боевым магом и испытание уже прошла в полевых условиях, - усмехнулся оборотень. – Теряется только иногда, но это пройдёт. Со временем. Не передумала?

Тирена покраснела, потом побледнела, во взгляде появился вызов.

- Э-э, я бы ответила, что ты уже надоел спрашивать об этом. Но учитывая, кто ты, хм, наверное, это будет несколько не почтительно. С другой стороны, я уже столько раз тебе грубила…

Ярси рассмеялся.

- Способная будет ученица, рекомендую.

- Что ж, - Радолюб указал на один из диванчиков. – Подожди здесь, за тобой придут.

Он перевёл взгляд на вистольца.

- Похоже, что вы уже познакомились, Эрто является один из учителей этой школы и он мой старинный друг.

- Впервые слышу, чтобы вистолец стал учителем в нашем мире, - проговорил Ярси.

- Так сложилось и я не всех учу, - Эрто не спускал с него пронзительного взгляда. – Лишь тех, кого сам выберу. Их очень немного. А ты назвал своим учителем Тивера, но он ведь не маг, он воин.

- И я воин, - пожал плечами Ярси. – Магии я не учился. Это врождённая способность. По наследству передалась.

- Странно, что тебя не обучали в детстве, но совсем не удивительно, что твоим оружием стали мечи, а не посох. Сталь намного понятнее, когда угрожает опасность.

Радолюб вдруг оглянулся на замершую на диванчике Тирену, пытавшуюся казаться совершенно незаметной. У девушки поблёскивали от любопытства глаза и как будто оттопыривались ушки, маг показал рукой дальше по коридору, ведущему вглубь дома.

- Наш разговор стоит продолжить в другом месте.

Ярси кивнул, подмигнул Тире и шагнул вслед за верховным магом. Эрто двинулся за ними. Кабинет Радолюба скрывался за массивной дверью. Ярси почувствовал лёгкий покалывающий экран, когда шагнул в проём входа и заметил, как поморщился вистолец. Магия была очень мощной, но действовала избирательно, вернее по-разному ощущалась.

- Прошу, - Радолюб показал на удобные кресла, но гости садиться не стали. Ярси с любопытством прошёлся вдоль стен, разглядывая многочисленные картинки в светлых рамках. Они напоминали цветные пятна, на всех изображены одиночные бутоны цветов, ещё не распущенные, замершие в ожидании нового дня, когда взойдёт солнце и можно будет раскрыться… И фон самих стен – тёмно-багровый, мрачный, вбирающий в себя свет. Наверное попавшим сюда ученикам сразу становилось неуютно и тревожно, на то и была рассчитана обстановка кабинета – массивный стол у окна, голый каменный пол и три кресла у одной из стен. И ещё эти не вписывающиеся в антураж аскетизма картинки – слишком жизнерадостные и светлые.

Эрто остановился у двери и молча вглядывался в оборотня. Да, он знал, что перед ним оборотень, знал лишь по слухам, но вот поверить в это было крайне трудно. Он даже в способности у парня к магии бы не поверил, если бы сам не увидел и не почувствовал на своей шкуре дыхание истинной магии мёртвых. Жуткое это было ощущение, до сих пор бежал мороз по коже. Вот только король Рееты мог пользоваться этой силой лишь за границей леса проклятых, а не в мире живых, ни здесь…

- Ты хотел поговорить? – Радолюб подошёл к своему столу, но сесть в высокое удобное кресло не посмел, так и остался стоять, не спуская взгляда с Ярослава.

- Думаю, ты знаешь, что произошло на подъезде к Кэривалю, - спокойно проговорил Ярси.

- Мы все почувствовали всплеск магии, - кивнул Радолюб. – Мы как раз обсуждали с Эрто его необычную структуру. Значит, это и было превращение в ходячих мертвецов - очень странное взаимодействие энергетических полей. Я бы сказал, что произошло наложение стихийной магии на видоизменённую некромантию. Интересно, интересно…

- Радолюб, не углубляйся в теорию, я не говорю, что она не нужна, но, к сожалению, у нас нет на это времени, - отрезал Ярси. – Действовать придётся опытным путём, а для исследований тебе доставят все трупы. Правда, уже окончательно мёртвые. Но ты и из них сможешь что-нибудь вытянуть.

- Окончательно мёртвые? Это тоже радует – в том плане, что их можно легко уничтожить.

- Не легко, - оборотень поморщился и посмотрел магу в глаза. – Обычное серебро их не берёт, оружие придётся ещё и зачаровывать, как именно – это вопрос уже к вам. Заклинания по вашей части. В Кэривале ведь найдутся умельцы?

- Умельцы-то найдутся, но, нам показалось, что мертвецы функционировали очень не продолжительное время. Они восстали и почти сразу прекратили своё существование – значит, их уничтожили очень быстро.

- Это я их упокоил, но я не понимаю собственной магии, сомнительно, что это была некромантия. Впрочем, серебро их обездвиживает и на первое время даже этого будет достаточно, - Ярослав задумчиво повернулся к узкому окну, пересекающему стену от пола до потолка, и успел заметить, как переглянулись Родолюб и Эрто.

- Значит, мы почувствовали и твою магию, - осторожно проговорил Эрто. – И ты прав – это не некромантия…

Оборотень внимательно посмотрел на вистольца, то выдержал его взгляд, но в глазах мелькнуло что-то непонятное.

- Я ещё утром отправил на границу с Тинасой отряд стражников, а с ними магов, - быстро проговорил Радолюб. - Они перекрыли дорогу и часть леса, но видимо этот обоз успел проехать раньше.

- Будет трудно контролировать всю границу с Тинасой, она довольно продолжительная. К тому же беженцы пробираются к нам и через другие королевства. Почему-то Мирос кажется им самым защищённым.

- А это не так? – насторожился верховный маг.

- Мы так же беззащитны перед этой заразой, как и все остальные, - хмуро произнёс Ярси. – И это самое страшное. Есть реальное войско мертвецов, а есть незримое – то, что расползается по нашей земле совершенно незаметно – с каждым пришлым человеком, с каждым чужаком, с каждым жителем Мироса, что побывали на границе…

Радолюб сжал кулаки и смотрел на него застывшим взглядом.

- Ты считаешь, что всё так серьёзно?

Парень горько улыбнулся и кивнул.

- У всего этого должна быть причина, Радолюб. И я думаю, что ты её знаешь.

- Я? Откуда такой вывод? – маг зябко поёжился, сейчас Ярослав напоминал обычного человека, его сущность было невозможно прочитать даже в ауре, но он-то хорошо знал, какими силами обладает король Рееты… Или не знал? Один этот внутренний щит чего стоит.

- Ты был верховным магом при дворе моего отца и ты один из выходцев Рееты - тех кто не переродился, посланник Миды и Робиса. Странным было бы думать, что я забыл обстоятельства нашей встречи, - безразличным голосом проговорил Ярси. – Я принял твоё служение, Радолюб и именно поэтому спрашиваю – что происходит? Не говори, что не знаешь. Ты знаешь! Такой человек не может не знать! Или я сильно в тебе разочаруюсь.

Радолюб невольно отступил, вновь переглянулся с Эрото, в глазах верховного мага мелькнуло нечто похожее на панику, но он быстро взял себя в руки.

- Не думал, что ты будешь задавать такие вопросы, Ярослав. Ты и сам сильный маг, сам знаешь о происходящем, - попытался выкрутиться Радолюб.

Ярси лишь криво усмехнулся, взгляд серых глаз остался таким же безразличным, ледяным.

- Маг? Маг, которого никогда не обучали. Почему? Почему мне с детства вбивали в голову, что я не должен пользоваться магией?

- Я стал магом при дворе твоего отца три года назад, я не застал времена твоего детства, твоим учителем был Гитон. Боюсь, что данные вопросы следует задать ему.

- Очень удобно, - вновь усмехнулся Ярси. – Ладно, спрошу по-другому – что ты знаешь о моём отце? Кто он?

Радолюб на мгновение опустил голову, нахмурился.

- Я думал, что тебе это известно…

- Знаю, что он иномирец, - жёстко проговорил парень. – Знаю, что он был Проводником, Ривид при тебе об этом рассказывал. Из какого мира он пришёл?

Радолюб тяжело вздохнул, вновь глянул на Эрто.

- Миров очень много, но я никогда не был в других мирах, Ярослав, - проговорил маг. – Знаю лишь, что некоторые из них живут только магией, только энергией, что способна воссоздать любой предмет, воплотить любую мысль, любой образ. Это очень сильные миры, Ярослав. Говорят, что твой отец был правителем одного из таких миров…

- Но? Всегда есть «но», Радолюб, - жёстко проговорил Ярси.

- Всегда есть «но», - повторил верховный маг и попытался спокойно посмотреть в глаза оборотня – серо-синие глаза сына двух столкнувшихся миров, двух сущностей - Лианы и Бортана. – Я не отвечу на твои вопросы, Ярослав. Не потому что не знаю. Просто это должно произойти не так… Я не вправе противоречить её желанию, она хотела тебя спасти…

- Откуда ты знаешь, чего она хотела? – тихо произнёс Ярси, его голос сорвался, перешёл на шёпот. – Тебя там не было.

- Иначе твоя мать не пожертвовала бы жизнью ради сына, - глухо проговорил Радолюб. – Прости. Я верю, что она любила тебя.

- И боялась, - оборотень опёрся рукой о стену, его взгляд был устремлён в окно. Память не желала возвращать все те воспоминания, что были лишь обрывками виденья странного действия, происходящего под шум грозы. Отец, мама? И битва двух стихий, уничтожающих друг друга. Ты был сильнее её, на много сильнее, иномирец. Кто ты?

Тело вдруг сдавило оглушающим ударом далёкого звука, Ярси пошатнулся, упал на одно колено, почти наклонился головой к полу. В ушах зазвенело эхо – призрачное, рвущее на части пространство, бьющее по сознанию. Эхо рычания проснувшегося зверя – монстра, готового разорвать на части весь их мир. Полного ярости, боли, тоски и желающего лишь уничтожать.

Перед глазами заплясали размытые тени - далеко внизу мелькнули дома, бегущие люди и пасть разверзнувшейся в земле пропасти. Внутри что-то медленно ворочалось, двигалось перекатывающимися костями – совершенно голыми, белеющими в глубине разлома. А ещё там жила магия – могущественная настолько, что казалась незримой, такой же, как в Битре, когда белый кристалл поглощал чужие сущности.

Ярси почти упал, во рту чувствовался привкус крови, а сердце суматошно отстукивало панический ритм. Он знал, что это должен быть страх от происходящего, но не ощущал ничего. Все это проносилось мимо и исчезало…

Волна чуждой магии ударила совершенно неожиданно, Эрто пошатнулся, а Радолюб лишь побледнел. А вот Ярослав упал на колени, наклонился к полу, ударился лбом в бетонные плиты. Его тело несколько раз сотрясли судороги. Эрто в оцепенении наблюдал, как из его пальцев выдвинулись сине-чёрные клинки и прочертили на плитах глубокие борозды. Парень вновь вздрогнул, весь сжался и вдруг успокоился. Медленно встал на ноги, выпрямился.

Эрто невольно поёжился, перед ним был уже не человек, вернее человек лишь отчасти.

- Это начало, - чётко произнёс Ярослав. В серебряных глазах мелькнули всполохи пламени, в жуткой усмешке показались нечеловечески длинные клыки.

- Начало чего? – едва выговорил Радолюб.

- Гибели нашего мира… - оборотень двинулся к замершему у стола магу, Эрто сделал невольный шаг вперёд, словно хотел помешать. Словно мог помешать. – Я должен знать правду.

Радолюб вздрогнул, начал отступать, взмахнул руками, создавая магический купол. Сине-чёрные клинки на пальцах Ярослава легко вспороли невидимый барьер, прошли сквозь него, а потом маг почувствовал, как его собственная сила ледяным вихрем стягивается в ладонь короля оборотней. Ещё шаг и он упёрся спиной в стену, с холодным ужасом посмотрел в совершенно безжалостные глаза.

- Твоя правда ждёт тебя в Долине ветров, - проговорил он онемевшими губами.

Ярослав замер, несколько очень долгих мгновений смотрел ему в лицо, а потом медленно отстранился. Серебреные отсветы потекли к центру зрачков, спрятались в их глубине, превратив взгляд оборотня почти в человеческий.

- Долина ветров? – прошептал он.

- Прости.

Глава 38

Долина ветров. Широкие заливные луга, обрамлённые предгорьем Восточных скал. Реета обходит долину чуть стороной, касаясь лишь узким языком своей Границы. Лес проклятых вытянут в направлении полноводной реки, вольготно несущей свои воды сквозь луга. А если смотреть из долины на запад, то можно увидеть стены Эриальда — стольного города королевства Мирос, а в другой стороне искрится на солнце гладь огромного озера, в которое впадает река. Но там — по краю Долины Ветров проходит граница с королевством Тинаса.

Ярси отступил, в так похожих на человеческие глазах мелькнула горечь. Оборотень обвёл комнату взглядом, задержался на нераспущенных бутонах цветов на картинках и быстрым шагом вышел из комнаты. Обе его руки лежали на рукоятях мечей.

Эрто невольно выдохнул.

— Он не сорвётся?

Радолюб потёр пальцами виски и устало опустился в кресло.

— Он сильный... — и невольно вздрогнул, вспомнив, как невероятно легко вспороли его энергетический купол когти оборотня. Оборотня? А потом... Кожу продолжала колоть изморозь, словно магия Ярослава всё ещё касалась тела. — Очень сильный.

— Это уже не важно, — чётко произнёс вистолец. — Собирай всех своих подопечных, Радолюб. Все школы. Весь город. Мы не верили, что этот момент наступит, но его следовало ожидать. Без Бортана охранные узы разрушились, его уход открыл свободу для сдерживаемых им сил. Можно обвинять его в чём угодно, но всё же он старался сохранить этот мир. Пусть даже только для себя.

— Да, — глухо проговорил Радолюб. — Как странно, теперь наш мир должен спасти мальчишка. Если захочет. А он может и не захотеть.

Маг вдруг рассмеялся, откинулся на спинку кресла и слишком весело посмотрел на Эрто.

— Наша жизнь того стоила, друг?

— Не расслабляйся, это только начало, — отрезал Эрто.

— Начало конца?

— Начало нового, начало чего угодно, — пожал плечами вистолец. — Но не гибели. Мы справимся.

— Ну да, скажи об этом королю Рееты, — усмехнулся Радолюб. — Вдруг он тебе поверит.

— Скажу, — пообещал Эрто.

В Долине растут удивительно красивые синие цветы, это единственное место, где они зацветают все разом. А когда налетает ветер, они волнами склоняются под его порывами, превращая луга в поверхность моря. Так кажется, потому что ветер дует там всё время, а цветы никогда не прекращают своего цветения.

Каждый шаг звенящим гулом отдавался в ушах, точно так же как и каждый удар сердца. Ярси полностью убрал свой внутренний щит и едва не пошатнулся от хлынувших со всех сторон энергетических всплесков. Теперь его собственную сущность мог понять любой маг. Он не спеша закатал рукава куртки по локти и заставил стать видимыми орнаменты родовых знаков — знаков крови.

Пространство перед взглядом расцвечивали плавно текущие магические потоки. Казалось, что вместе со щитом исчезло нечто ещё — то, что долгие годы сдерживало его внутреннюю силу — очень сильный блок, установленный ещё до рождения... И сейчас как никогда прежде, он понимал, почему Кэриваль находится именно в этом месте — здесь сконцентрированы огромные источники магической энергии.

Её столько, что в ней можно купаться, можно творить волшебство совершенно не напрягаясь — вытягивать из земли, из воздуха, из подземных вод. Магия природных начал, магия Истоков — самая сильная магия, подвластная для поглощения и преобразования в новое... Если чувствуешь, если умеешь, если видишь, как легко вскрываются источники, как искажается сущность природных воплощений, рвущаяся под властью магических сил. А потом остаются лишь отголоски — безжизненные тени, в которых живёт тьма. Такова цена. Такова стихийная магия мёртвых, преобразующая живое.

Дверь на улицу распахнулась без прикосновения, охранные заклинания истончившейся паутиной беспомощно опали на землю. Он шагнул вперёд.

Солнечные лучи стрелами ударили в глаза, зрачки затянуло серебром, отстраняя всё, что мешает. На дорожке было пусто, но в широком дворе в его сторону обернулись десятки лиц. Ученики школы одновременно склонили головы, из горожан здесь осталось лишь три человека, они быстро согнулись в поклонах, потом попятились. В глазах мелькнул страх, сейчас они видели наследного принца настоящим, пусть в одежде простолюдина, но уже никто не посмел бы ему не повиноваться.

Он остановился, взгляд заскользил по людям и сквозь людей. Пространство этого двора, этой школы, этого города переплеталось сетью магических линий. Чужая сила — это та же энергия, которую можно почувствовать и понять. Понять, так как позволяет внутреннее виденье. Если оно открыто.

Все источники ждали, чтобы зачерпнуть из них мощь, вобрать в себя, исказить — выпить. Источниками было всё, что содержало в себе энергию. И живую и неживую. Всё, что способно накапливать и излучать и это не важно, если оно закрыто для отдачи силы, её можно выдрать из самых истоков, потому что это лишь пища... Ярси вновь едва не пошатнулся, в груди разрастался колючий шар, сдавливал сердце, мешал дыханию, ворочался, подталкивая сорваться с места и если не вобрать всю силу разом, то хотя бы рвать её кусками... Тот, кто проснулся, не будет сомневаться в своих желаниях, его цель весь этот мир. Весь мир станет пеплом. Их мир.

Ярси выдохнул, постарался отстраниться от бушующих в сознании всполохов горящего чёрного пламени и указал на рыжеволосого мага и ещё двух молодых человек, легко вычленив их из толпы. Жестом руки подозвал к себе. Те с дрожью подошли. Оборотень не смотрел на них, взгляд серо-серебряных глаз был устремлён на ворота.

— Ваши способности позволяют вам передавать сообщения на расстояние, — произнёс он чётко, его голос прозвучал до странности безжизненно. Маги вздрогнули, переглянулись, вряд ли они знали о данных способностях друг у друга. — Объединив свои силы, вы отправите мой приказ по всему Миросу — боевая готовность, перебросить все войска к границе Тинасы, основное войско Эриальда — в Долину ветров.

— Н-н-нам поверят? — пробормотал худой, низкорослый парень, на его бледном лице лихорадочно поблёскивали зелёные глаза. — Как мы докажем, что это приказ короля?

Ярси резко повернулся в его сторону, но сделал это слишком быстро. Люди вновь вздрогнули. Его губы раздвинулись в усмешке, показывая слишком длинные клыки.

— Вам поверят. Я король Рееты, а для Мироса лишь наследный принц, но это не важно. Если люди и нелюди хотят сохранить свой мир — мы будем биться вместе.

В воздухе всё ещё висели отголосками страшного эха, а слова посланников будут лишь указанием к действию, потому что сейчас единственным чувством людей был страх.

— Вам поверят, — повторил Ярси. Трудно не поверит в то, что уже стало действительностью — близкое начало битвы.

Он шагнул дальше, быстро пересёк двор и почти выбежал за ворота. Конь храпя попытался встать на дыбы, Ярси одним движением сдёрнул с коновязи поводья, закинул на шею животного и вскочил в седло. Конь с ржанием сорвался с места, всем своим существом чувствуя, что его всадник не человек и не тот оборотень, к которому успел привыкнуть.

Дорога мгновенно опустела, людей отбрасывало в стороны рвущейся вперёд силой. Топот копыт звенящим гулом летел по городу, заставлял замирать, съёживаться, со страхом оглядываться. Это не важно. Сейчас не важно.

Иногда синие цветы казались отражением неба, таким же каким оно виделось в искрящихся водах кристально-чистой реки. Только здесь было своё небо — ложащиеся волнами под порывами ветра и показывающее свою изнанку — изумрудную зелень листвы, скрывающую под собой землю.

Долина ветров веками была самым прекрасным местом в Миросе. Как сказка, у которой почему-то отобрали счастливый конец. Её концом стала последняя битва между Первыми и войском короля Бортана.

Синие цветы, заливные луга, река — всё исчезло. Исчезло под одним единственным чудовищным ударом магии, превратившем Долину в могилу и для врагов Мироса и для старших сыновей короля.

*****************************************************************************

Они сидели в пыли дороги — две худенькие, голубоглазые крошки, с растрёпанными золотистыми волосами. Их перемазанные грязью личики были совершенно несчастными, ручки бессильно лежали на коленях.

— Но ведь хотя бы десяток шагов вы можете пройти сами! — высокий мускулистый парень, одетый в одни только штаны, но с прицепленным к поясу мечом в ножнах, пытался закрыть голову сорванным листом лопуха. Солнечные лучи нещадно пекли голый торс, но вместо того чтобы наслаждаться теплом после довольно холодной ночи он только ёжился и с тоской поглядывал на небо. В чёрных глазах читалось обречённое отчаянье.

Малышки лишь печально отрицательно покачали головами. Как-то само собой получилось, что от рощи он нёс их на руках, а теперь оказалось, что они тоже очень сильно устали.

По дороге опираясь на палку брёл такой же золотоволосый как и девочки подросток. Он с трудом переставлял ноги, но упорно приближался к их остановившейся компании. Ещё пять шагов, и он очутился рядом с ними, тяжело выдохнул и упал на колени.

— Знаешь, дорога от того холма до рощи показалась мне на много более короткой, — пробормотал он.

— Надеюсь это не намёк на то, что я и тебя должен тащить на себе? — грозно поинтересовался вистолец.

— Вот не поверю, что у тебя не осталось никаких сил от сарша, ты идёшь на много быстрее, чем я, — проворчал Ким.

— Ну знаешь ли, я так-то с детства привык к большим физическим нагрузкам, у нас тренировки каждый день были с утра до ночи.

— А я вот не тренировался...

— Зато сейчас тренируешься, — бодро сообщил вистолец.

— Тренируюсь в ходьбе?

— Ну да, — Вик хмуро посмотрел на девочек. — Ещё бы твоих сестёр к этой тренировке подключить. Они как будто есть не хотят, до деревни совсем немного осталось.

— Мы маленькие, — невинно пролепетала Мила, а Лана согласно закивала. — У нас ножки быстро устают. А в деревне точно еда будет?

— Пока не дойдём — не узнаем, — пожал плечами Вик. — А вот вода точно имеется, это могу пообещать.

— Ла-а-адно, — Мила начала медленно вставать, потом со вздохом поднялась на ноги Лана. Обе выжидающе уставились на вистольца — не передумает ли, они же такие лёгонькие. А до деревни не далеко, он сам сказал.

Но Вик уже повернулся и, не оглядываясь, зашагал по дороге. У него за спиной послышалось дружное сопение, недовольное ворчание, а потом шаги трёх пар ног. Причём двое из них, похоже, не просто шли, а всё время подпрыгивали и толкали друг друга.

На подходе к деревне, когда стали хорошо видны ближайшие дома, он приостановился, подождал пока дети его догонят. Заставил их держаться у себя за спиной, а сам первым двинулся вперёд. Его пальцы сжимали рукоять ещё не вынутого из ножен меча, босые ноги ступали совершенно бесшумно.

На окраине было пусто, небольшой деревянный дом поскрипывал незакрытой дверью, забор вокруг огорода выглядел очень крепким, недавно поставленным, но местами завалился, словно снаружи по нему били чем-то тяжёлым. Широкие ворота во двор стояли открытыми, здесь же прохаживались куры, разгребали лапами всевозможный мусор, что-то искали.

Вик окинул двор взглядом, настороженно прислушался и двинулся дальше. У забора второго дома высился сруб колодца. Видимо местные позаботились о приезжих путниках и вырыли его рядом с дорогой. Имелось здесь и ведро на цепи и даже кружка, аккуратно повешенная на гвоздь.

Дети радостно заспешили к колодцу, но Вик не позволил себя обогнать, пришлось шёпотом прикрикнуть и ускорить шаг. Забор этого хозяйства оказался сплошным и высоким — не разглядеть, что за ним. Полагаясь только на слух, дающий не так уж много сведений об окружении, он быстро скинул ведро вниз и взялся за рукоять ворота. Ведро упало в воду, Вик быстро вытянул его обратно, поставил на край сруба и вновь огляделся.

Дорога тянулась по краю деревни, по другую её сторону были засеянные пшеницей поля, а вот за двумя рядами домов вставал холм. Он был не высоким, вытянутым в том же направлении, что и дорога, но всё равно перекрывал обзор, не позволяя видеть что там дальше — за окраиной. Получалось, что деревня находится у подножия холма. Почему-то это навивало нехорошие ассоциации, Вик сразу попытался вспомнить, а заглядывал ли за холм, когда совершал своё путешествие сквозь пространство. Получалось, что заглядывал и видел, что по другую сторону находится узкая долина, а за ней ещё один холм.

Он невольно нахмурился, рядом дети расплёскивали воду, вырывали друг у друга кружку и производили слишком много шума, мешая прислушиваться. Он одним быстрым движением отобрал кружку у зачерпывающей по третьему разу воду Ланы и протянул её безвольно стоящему в сторонке Киму. Тот усмехнулся одним уголком рта, благодарно кивнул и жадно начал пить. Его сёстры недовольно надулись и взирали на брата обиженными взглядами. Вик опустился на одно колено, наклонил ведро и напился через край. Лана и Мила тут же сунули мордашки в ополовиненную общими усилиями ёмкость и попытались последовать его примеру.

Вик оставил их разбираться с ведром, сам чуть отошёл и толкнул узкую калитку рядом с закрытыми двустворчатыми воротами. Та бесшумно распахнулась, взгляду предстал ухоженный двор и большой двухэтажный особняк явно не бедных хозяев. Имелась здесь и конюшня и хозяйственные постройки, а за домом ломился от созревших плодов сад. Он оглянулся на детей, с трудом привлёк их внимание взмахами руки и поманил к себе. Те дружно подошли и за калитку двинулись уже все вместе.

Вик задвинул прочный засов, оставил детей ждать во дворе и быстро оббежал весь дом и хозяйственные постройки. Никого не обнаружил, из припасов нашёл крупу и морковь. С удовольствием сжевал корнеплод, пожал плечами и отнёс находку всей остальной компании. Морковь была воспринята с большим энтузиазмом, под дружный хруст он отвёл детей в дом, а сам отправился на охоту за курами.

Птица с шумом разлетелась, пришлось побегать, но в конце концов Вик загнал в угол двора пару пернатых и не долго думая свернул им шеи. Пальцы подрагивали, когда он лихорадочно вырывал перья, заставляя бежать по бледной коже кровь. В дом он вернулся с голыми тушками, в просторной кухне отыскал кастрюлю, наполнил водой и засунул туда обеих кур. Рядом подпрыгивали девчонки, советовали, как лучше разжечь печь, чтобы было быстрее, морковкой они явно не наелись.

Ким не принимал участия в общей суете, маг прибывал в большой задумчивости, но когда накрыли на стол в гостиной и все расселись на изящные, резные стулья, с такой же жадностью набросился на мясо.

Утолив голод, дети повеселели, девчонки отправились осматривать дом, а Вик и Ким вышли во двор.

— Передышка перед бурей? — грустно улыбнулся подросток.

— Почему? — насторожился Вик.

— Не чувствуешь?

— Похоже, что нет, сейчас я обычный человек, забыл? — пожал плечами вистолец. — Что-то приближается?

Парень кивнул.

— Не пойму что, но мне это не нравится.

— А когда тебе вообще что-то нравилось? — фыркнул Вик. — Мы здесь немного отдохнём и пойдём к границе Мироса.

В соседнем дворе вдруг послышались шаги. Они не успели опомниться, как в заборе появилась дыра, быстро расширившаяся за несколько мощных ударов топора, потом забор покачнулся и частично упал.

Вик выхватил меч, шагнул навстречу неизвестным. Из-за забора так же насторожено выбежали четверо вооружённых мужчин, за их спинами топтались три женщины и пятеро детей. Увидев человека с обнажённым оружием все замерли, начали переглядываться.

Один из них шагнул вперёд — высокий, уже не молодой мужик с посеребрённой сединой бородой.

— Вы кто? — спросил он.

Вик услышал, как подошёл и встал с ним рядом Ким.

— Просто путники, — произнёс парень. — Идём в Мирос. А вы?

— И мы. Путники. Пытаемся спастись, — его взгляд не отрываясь скользил по вистольцу, слишком необычная для Тинасы была у него внешность.

Вик держал меч прямо пред собой, в ответ оббегал взглядом всю их компанию. Одна из фигур показалась странно знакомой. Молодой крепкий мужчина неверяще буравил его глазами, смотрел так словно увидел приведение. Вистолец пригляделся, отметил замотанную тканью руку и понял, что встречался с ним не далее как прошлой ночью — во дворе дома с клетками. Он невольно поморщился, тот явно его узнал, хотя сейчас Вик выглядел по-другому, но взгляд воина не отрывался от его штанов с рисунком молний по всей длине.

— Что ж, — проговорил Ким и попытался улыбнуться. — Значит у нас одна цель. По крайне мере мы не враги.

— Ты тинасец, — жёстко проговорил седобородый. — А он что здесь делает? — кивок головы был в сторону вистольца.

— Э-э, — маг быстро глянул на Вика.

— Ничего, — ответил вистолец. — У меня свои дела, но вот пришлось задержаться. Случайно.

— Я его знаю, — вдруг проговорил раненный воин. — Встречались уже. Всё в порядке, Грос.

— Да? Ну ладно, если так, — выдохнул старший, ситуация ему явно не нравилась. — Как скажешь, Льюс.

Все выдохнули, опустили оружие. Названный Льюсом целенаправленно направился к Вику, ещё раз уже с вызовом окинул его фигуру взглядом.

— Где крылья потерял? — поинтересовался он понизив голос.

— Я монстр только ночью, — также тихо ответил Вик. — Что ты здесь делаешь?

— Да вот, решили пройтись по окрестностям — собрать людей кого найдём, вдруг помощь нужна. У нас же теперь есть чудодейственно место — лечить можем от заразы, — он криво усмехнулся.

— Значит действует? Я рад, — кивнул Вик.

— Выходит ты и сам не был уверен? — приподнял бровь Льюс.

— Я чего-то не знаю? — вмешался Ким.

— Спать меньше надо, — буркнул Вик.

— Кто спал-то? — насупился маг. — Я полночи не спал, пока ты где-то шатался!

— Я не шатался, — отмахнулся вистолец. — Я, между прочим, способ лечить людей нашёл.

— Что? И ты ничего мне не рассказал?! — наступил на него маг.

— А кто упорно пытался меня под солнцем прожарить? И когда мне было рассказывать?

Ким невольно отшагнул, понимая, что Вик ничего не забыл и забывать не собирается.

— Но-но это ведь так важно! — попытался возразить маг и перевёл взгляд на Льюса. — Что он сделал?

— Я не особо понял, как объяснил наш колдун это связано с блокированием магии.

Ким сразу весь съёжился, передёрнул плечами и покосился на Вика. — Ясно.

— А что вы здесь делаете? — поинтересовался воин.

— Остановились отдохнуть, — проговорил вистолец. — Наш путь лежит в Мирос.

Воин задумчиво кивнул.

— И всё же — кто ты?

Вик развёл руками.

— Трудно ответить, до недавнего времени был человеком, но с некоторых пор монстром стало быть проще. Не по своей воле. Время сейчас такое.

— Монстр с душой человека, — Льюс хлопнул его по плечу. — Очень часто бывает наоборот. Я рад, что тебя встретил.

Из дома выскочили две золотоволосые девочки, подбежали к вистольцу, обхватили его ноги, прижались. На незнакомцев они смотрели непонимающе, но совершенно без страха.

Воин кивнул, присел на корточки.

— Привет, малышки. Вы кто?

— Мы с чужими не разговариваем, — заявила Лана. — Нам брат запретил. А то потом ему по голове прилетает.

Ким внезапно закашлялся. Его сходство с девочками было слишком очевидным. Воин улыбнулся.

— И почему интересно?

— Ну-у, потому, — авторитетно проговорила Мила. — Недовольный он почему-то всё время. А мы же и не мешаем вовсе, колдуй себе сколько хочешь...

— Ваш брат значит маг?

Девочки глянули на Вика, тот мягко улыбнулся.

— Они ещё маленькие, если хочешь что-то узнать, то спрашивай у меня, — посоветовал он Льюсу.

— Простите, не хотел ничего вызнавать, просто компания у вас очень необычная, — проговорил тот примеряющее.

— Так сложилось, — отрезал вистолец и настороженно огляделся. Он уже некоторое время слышал далёкий звук — почти не воспринимаемый, слишком тихий, стучащий. Так могли бы звучать шаги огромного приближающегося войска, чьи воины обуты в грубые сапоги или топот копыт множества коней или... ног не облачённых в обувь, не покрытых плотью и кожей, а состоящих лишь из костей...

Он отцепил от себя девочек, толкнул их к брату, повернулся и посмотрел в сторону холма. Размеренный, стучащий топот доносился именно с той стороны.

Глава 39

Уговорить остаться в деревне Кима и его сестёр не получилось, да ещё и Льюс увязался. Холм решили не обходить, а забраться на его вершину. Склон оказался для этого вполне подходящим — не особо крутым, местами поросший кустарником, что давало возможность хвататься за его ветви.

Дети быстро запыхались, Льюс держался за их спинами, помогал девочкам подниматься. Вик осторожно двигался впереди, часто останавливался и ждал спутников, почему-то ему хотелось, чтобы они находились поблизости, а не растягивались по склону. Все четверо поднимались молча, даже Ким был очень сосредоточен и почти догонял Вика.

Вершина оказалась покатой, протяжённостью всего в несколько шагов, а дальше начинался спуск вниз. Вистолец прижался к земле, немного прополз и остановился за густым кустом. Всё так же лёжа он осторожно выглянул из-за ветвей и невольно вцепился руками в траву, сжал, выдрал с корнями. Ничего кроме ругательств в голову не приходило. Рядом пластом вытянулся Ким, отодвинул ветви, вздрогнул и быстро отпрянул назад. Из груди парня вырвался протяжный стон. Лана и Мила подобрались к ним на коленях, в густой траве их было почти не видно, они улеглись между Виком и братом с любопытством уставились сквозь листву.

— Как их много, — удручённо прошептала Мила. — Они все мёртвые?

— Да, — односложно ответил вистолец, говорить не хотелось, даже эмоций никаких не было, он просто смотрел.

Внизу на ширину всей долины двигалась бесконечная толпа покачивающихся тел. Они напоминали реку — без начала и конца, текущую из полей Тинасы и вливающуюся в тёмную полосу леса на границе с Миросом. Шагали безмолвно, без устали, без остановок. Белые глаза без зрачков на перечёркнутых синими прожилками лицах смотрели только вперёд. В одной толпе были и недавно восставшие тела, и трупы с отваливающимися кусками гниющей плоти и скелеты с выбеленными костями. Смерть смешала всех, а некто собрал их в одном месте и заставил повиноваться.

— Эт-то что? — Льюс побледнел чуть ли не до синевы. — Армия?

— Армия, — почти беззвучно подтвердил Вик.

— Но-но, — тинасец выдохнул, закрутил головой. — Зачем мёртвым армия?.. Они ведь в Мирос идут? Хотят напасть?

Вик пожал плечами, река из мёртвых плавно изгибалась, исчезая под кронами деревьев, и двигались они не в сторону Кэриваля, скорее это напоминало какой-то обходной путь к Эриальду.

— За этим лесом есть озеро, а потом начинается Долина, — тихо проговорил Ким.

— Ты там был? — напряжённо поинтересовался вистолец.

— Был, — прошептал парень. — Отец возил меня в это место, чтобы показать, что способна сотворить магия с самой землёй. Это страшно, Вик.

— Страшно?

— Когда-то это место называлось Долиной ветров, говорят, там было очень красиво. А сейчас ветер поднимает в воздух горячий пепел, не остывающий из-за трещин, сквозь которые прорывается глубинное пламя. Там даже дышать трудно. Но мёртвые не дышат.

— Зато они способны повиноваться. При определённых условиях, — незнакомый голос прозвучал за их спинами и заставил вздрогнуть всех кроме Вика. Вистолец слышал шаги и даже украдкой наблюдал за человеком, пока он осторожно приближался по вершине холма. Шёл в полный рост, не таясь, но старался не шуметь.

Их компания быстро обернулась, Льюс опустил руку на рукоять меча, девочки с любопытством уставились на чужака, а Ким вновь заметно вздрогнул. Вик успел заметить, как в глазах парня мелькнули растерянность и паника, но тут же сменились плохо скрываемой злостью.

Если судить по массивному, украшенному резьбой посоху, человек был магом. И выглядел он настоящим старцем — на грудь ложилась длинная седая борода, вокруг бесцветных глаз разбегались глубокие морщинки, но если он и прожил долгую жизнь, то его движения этого не выдавали. Походка была лёгкой, спокойной, а в каждом жесте скользила уверенность. Да и одет скорее как охотник — в штаны и куртку, плечи прикрывал короткий плащ, на ногах высокие сапоги из кожи оленя, из голенища выглядывает кинжал, а на поясе прицеплены ножны с коротким мечом. И всё же Вик бы причислил его именно к магам, наверное, сказывались способности сарша или просто здравый смысл — не будет обычный путник таскать с собой такой посох.

Очень внимательный и цепкий взгляд старца быстро скользнул по Льюсу и не надолго задержался на вистольце, потом маг улыбнулся девочкам и уже не отрываясь смотрел только на Кима.

— Здравствуй, малыш, я знал, что наши пути когда-нибудь вновь пересекутся, — произнёс он мягко. — Помнишь меня, Кэимстон?

— Да, Гитон, — чётко ответил подросток. — Я всё помню.

— А я ведь наблюдал за тобой в городе, пока ты рос, — он вновь улыбнулся. — Много же ты дел натворил, упырёныш.

Ким дёрнулся как от удара, по лицу парня разлилась мертвенная бледность.

— Ещё неизвестно, кто из нас больший упырь, — прошипел он сквозь зубы.

Старик рассмеялся.

— Как забавно, ты злишься? А я думал, что мы сможем стать друзьями. Я мог бы тебя многому научить. А эти крошки твои сестры?

— Даже не приближайся к ним! — Ким толкнул девочек себе за спину и с яростью посмотрел на колдуна.

Вик настороженно переводил взгляд с одного на другого, разговор ему не нравился, да и стоял старик не скрываясь, не прячась от взглядов мертвецов. А те не могли не заметить его худую, высокую фигуру, возвышающуюся на вершине холма. Вистолец оглянулся на долину, река мёртвых тел продолжала катиться по своему пути, но от неё отделилась широкая волна и поползла вверх по холму, а чуть позади — там, где холм только начинался, его целенаправленно огибали несколько десятков мертвых.

Вик пихнул Льюса в бок, указал в сторону деревни.

— Предупреди своих, пусть уходят, и ты вместе сними — возвращайтесь в город.

Тенасец завертел головой, заметил отделившихся от толпы мертвецов, шагающих к деревне, выругался и кинулся вниз по склону. Старик проводил его насмешливой улыбкой.

— От судьбы не убежать, а судьба сегодня очень голодная, — он поднял посох, небрежно качнул им в сторону спускающегося бегом Льюса и замер, так и не произнеся слов заклинаний.

Далёкое протяжное эхо обрушилось одновременно со всех сторон. По голове словно ударили, по крайне мере Вику показалось именно так. Удар и впивающийся в уши вой — полный злобы настолько, что захотелось съёжиться, сорваться с места и нестись прочь. Неважно куда, лишь бы быть не здесь и не сейчас. Но самым страшным оказалось понимание, что это эхо не является точечным, оно повсюду, оно везде. От него не убежишь.

Вик ощутил себя лежащим на земле, во рту чувствовался привкус крови, в голове стоял звон. Рядом сидел Ким, безучастно смотрел куда-то вдаль, его губы что-то шептали, шептали почти беззвучно, Вик сумел вычленить одно единственное слово.

— Дракон.

Вистолец через силу заставил себя приподняться, подгрёб к себе замерших девчонок и начал вставать на ноги. Брошенный вокруг взгляд отметил, что старца рядом уже нет. Вик так и не смог его найти, сколько не оглядывался. Зато мертвецы стали намного ближе.

Он подхватил под руку Кима, вздёрнул его на ноги, встряхнул и толкнул вниз по склону.

— Бежим!

Обеих девчонок пришлось нести на руках, они почти ни на что не реагировали. У Ланы капала из носа кровь, Мила выглядела чуть лучше, но тоже едва двигалась.

Вик старался не обгонять Кима, подталкивать парня приходилось плечом, от чего тот едва не падал. Далеко впереди Льюс заскочил во двор дома и теперь выводил людей на дорогу. Их группа замерла рядом с распахнутыми воротами, мужчины некоторое время спорили, а потом все побежали в сторону полей. Вик и сам видел, что путь по дороге к их селению уже отрезан, единственный шанс — это попытаться обогнуть мертвецов по дуге, надеясь, что они более медленные. Или поворачивать к Миросу и двигаться параллельно мёртвой армии, при этом преградой между людьми и ходячими трупами будет служить только холм.

Шанс? Стучащий гул и подрагивающая земля чётко обозначили, что надежда на спасение была иллюзией. Среди золотистых колосьев мелькнули белесые тела, скакнули ближе и понеслись наперерез людям. Бегущий впереди седобородый мужик первым заметил новую опасность, резко остановился, развернулся, раскинул в стороны руки, заставляя остановиться и повернуть остальных. Женщины с визгом бросились обратно к дороге. Мужчины на ходу обнажили мечи, начали оглядываться.

Вик громко выругался. Они спустились с холма и теперь тоже бежали к дороге. Догоняемые монстрами люди пытались достигнуть домов, но вистолец видел, что они не успевают. Впрочем, ни ворота, ни забор, ни стены не стали бы преградой для почуявших добычу охотников — мёртвых охотников.

— Ким, ты очнулся? — на ходу поинтересовался Вик. — Сможешь создать защитный купол?

— Сейчас? — задыхаясь прохрипел парень, он едва бежал и всё время спотыкался.

— Нет, нужно добраться до Льюса и остальных.

— Пусть бегут к нам навстречу, — посоветовал Ким и попытался остановиться. Вик толкнул его в спину, направляя по дороге в сторону преследуемых людей. Парень тихо застонал, но шаг прибавил.

— Льюс! — закричал Вик. — Сюда!

Тинасец услышал, завертел головой, пытаясь сориентироваться и выбрать между Виком и ближайшим домом. Вистолец с глухим рычанием забросил на плечо Лану, перекинул в туже руку Милу и подхватил их брата за шиворот освободившейся рукой.

— Быстрее, — прошипел он, чувствуя, что сам начинает спотыкаться. Откуда взялись силы на рывок он так и не понял, но в несколько прыжков, волоча на себе детей, достиг Льюса и компанию. Те были как раз перед воротами во двор, им оставалось перебежать дорогу. За их спинами среди ржи встали пять фигур, в солнечных лучах сверкнули обнажённые клинки, мёртвые воины уже на двух ногах кинулись к жертвам.

— Всем стоять, — грозно скомандовал Вик и швырнул Кима навстречу женщине и двум детям, которых она тянула за руки, за ней бежал мужчина, подталкивал перед собой ещё трёх детей. — Купол!

Парень с трудом вскочил на ноги, взмахнул так и не выпущенной на протяжении всего бега палкой и зашептал слова заклинаний. Люди мгновенно поняли, что подросток маг и может их как-то защитить, с криками начали останавливаться вокруг Кима, в глазах замелькала надежда на чудо.

Вот только визг женщин не умолкая продолжал ввинчиваться в воздух. На их глазах пять костлявых фигур, обтянутых иссохшейся кожей и жилами, настигли седобородого бежавшего последним. Тот почувствовал подступившую опасность, но обернуться не успел. В воздухе невероятно быстро мелькнула полоса стали, мужчина ещё двигался, а на его шее вдруг появилась красная полоса, расширилась, разбухая от крови, и последние шаги совершал уже безголовый труп. Упавшее тело смяло колосья у края дороги, кровь толчками полилась из страшной раны, обагряя землю и смешиваясь с пылью. Надежда? Для кого-то надежда так и остаётся иллюзией.

Вик быстро опустил девочек рядом с Кимом, выхватил меч и бросился навстречу нападавшим. Спину обдало колючим напряжением расходящейся энергии. Бегущие люди отчаянным рывком стремились попасть под закрывающийся купол. Вик оглянулся, встретился глазами с Кимом, тот стоял широко расставив ноги, слегка шатался, но до последнего держал часть защитного поля не закрытым. Узкий проход всё ещё рассвечивал воздух бледно-красными разводами. Последним человеком, который в него протиснулся был Льюс. Женщина, которую он за руку тащил за собой споткнулась и упала, на её ногах тут же сомкнулись костлявые пальцы, дёрнули к себе — к голодному, со сгнившими губами рту.

Меч вистольца рубящим замахом опустился на спину ходячего трупа, рассёк его пополам, не останавливаясь снёс с плеч голову, заставив её отлететь куда-то за дорогу. Женщина отчаянно закричала — на её колени свалилась верхняя часть мертвеца. Вик откинул останки пинком ноги и загородил собой тинаску.

Они обрушились на него все разом. Вистолец крутанулся, отбил четыре клинка, с силой оттолкнул, стараясь отбросить от женщины. Противники слегка отступили и вновь напали, удары посыпались один за другим.

Чем-то этот бой показался знакомым, сейчас он тоже был уставшим и теряющим силы, был человеком, которого можно убить. Или нет? В мышцах чувствовалось напряжение, по ним расходилась тупая боль, которая должна была мешать и замедлять его в схватке. Но этого не происходило, его физические возможности словно застыли на определённой грани и ниже не опускались. Да, он чувствовал усталость, чувствовал боль, а дальше... руки продолжали выполнять привычные действия, меч всё с той же скоростью рассекал податливый воздух, отбивал чужую сталь, скользил по чужим конечностям, резал полусгнившую кожу, сухожилия, разрубал кости... Он, так же как и они, не знал, что значит остановиться — прекратить бой и упасть от усталости.

За спиной перекатилась волна энергии, Вик понял, что Ким приоткрыл купол, чтобы впустить женщину. Её быстро схватили за руки и втянули под защиту магического барьера. Всё, теперь можно не оглядываться, он одним шагом скользнул вперёд, позволил себя окружить и резко присел на одно колено. Меч пошёл над головой, слился в размытый для взглядов вихрь и одного за другим коснулся тел противников.

Они упали почти одновременно, упали и замерли, удары магического оружия оборвали последние проблески сознания в поднятых после смерти телах.

Вик медленно встал, взгляд ещё скользил по останкам мертвецов, а в ушах звучал свист воздуха, рассекаемого чем-то очень быстрым. Обернуться он не успел. Нечто горячее ударило в плечо, сбило с ног и отбросило на дорогу. Вик зашипел от боли, рука не просто горела, он чувствовал, как по коже стекают тёплые ручейки крови — стекают не переставая. Ему удалось приподняться, вскинуть голову и увидеть, как в его сторону несётся сгусток магического пламени.

Второй удар пришёлся в грудь, его вновь отбросило, вмяло в пыль, заставило корчиться в судорогах боли. Вик тихо взвыл, ему показалось, что пробита не только кожа, но и вмяты рёбра, раскрошены и обломками вонзаются в лёгкие. Дыхание действительно перехватило, инстинктивно он схватился за повреждённую грудь не раненной рукой, ощутил под пальцами вязкую кашицу из месива собственной плоти и влагу, одновременно почувствовал запоздалый ужас.

— Ви-и-ик! — крик девчонок взвился на самой высокой тональности, ввинтился в уши. Он вновь через силу начал приподниматься. Получилось с трудом, перед расплывающимся взглядом качнулась дорога, близкие пошатывающиеся фигуры и замерший среди них старик. Маг стоял совершенно спокойно, мертвецы обходили его стороной и шли в направлении защитного купола Кима. Взгляд Гитона не отрывался от вистольца, в глазах читалось любопытство и не скрываемое удивление.

— Ну надо же, я думал, что это лишь вымысел, — произнёс он задумчиво. Руки вновь приподняли посох, губы задвигались, выговаривая слова заклинаний.

— Вик, не спи! Сделай что-нибудь! — от крика Кима он вздрогнул, с трудом пошевелился, попытался опереться на локоть. Каждое движение отдавалось пронизывающей болью, внутри пульсировал горячий шар, заставлял задыхаться, кашлять, выплёвывать сгустки крови. Он знал, что вместо звуков из его горла вырвался лишь хрип, но они его поняли, поняли, потому что приказывающий и сам находился на грани — жизнь и смерть слились в причудливом танце, как танцует под порывами ветра едва виднеющийся огонёк, готовый или погаснуть или разгореться в смертоносное пламя. Выбор судьбы, выбор вечности... Его невозможно сделать осознано, есть лишь стихия...

Заклинание осталось незавершённым, повинующиеся приказу мертвецы резко изменили направление и шагнули к магу. Их скрюченные пальцы потянули его за одежду, за волосы, за бороду. Когти пропороли кожу, а голодные рты очутились слишком близко от живого тела. Старик вскрикнул, в спешке начал читать защитное заклинание, ударил нескольких ходячих трупов посохом, выхватил меч, обрубил несколько кистей и вырвался, отскочил на свободное пространство. Сразу взмахнул посохом, создал защитный купол.

Вик всего этого уже не видел, он в бессилии упал обратно на дорогу, слух уловил быстрые шаги, почувствовал, как его приподняли и потащили, сморщился от захлестнувшей всё его существо боли, но сознание так и не потерял. А ведь так хотелось отключиться и не чувствовать...

Глава 40

Он видел, как над ним склоняются лица людей, их губы двигались, что-то произносили. Звуки он тоже слышал, только вот память странным образом отказывалась давать понимание, что они значат. Вместо этого в ушах внятно звучал лишь шуршащий шёпот, перемешивался с хрипами, вырывающимися из неспособных производить ничего другого глоток, складывался в слова: Идти, идти вперёд, к пище, к живому мясу, к добыче, вперёд…

Шаги, шаги вокруг, очень близкие, казалось нужно слегка повернуть голову и будет виден источник шума. Он попробовал пошевелиться, вязкая слабость, в которой плавало всё тело, мгновенно сменилась режущей болью. А через боль к слуху вдруг начали прорываться и другие слова.

- …Ты слышишь меня? Вик! Слышишь? Ответь!

- Он в сознании? Может его оглушило?

- На глаза посмотри, он нас видит.

Он с усилием разлепил губы, выталкивать из собственного горла слова оказалось до странности трудно, глотку царапало так, словно он выплёвывал камни.

- Ч-что происходит? – шёпот получился почти беззвучным, но его услышали.

- О, ну вот, - обрадовался Льюс. – Вроде вернулся.

- От-т-ткуда?

- Да кто ж тебя знает, с того света, наверное, - проговорил другой тинасец – молодой кудрявый парень с насмешливыми глазами. – Мы уж хотели тебя обратно за купол вытолкнуть, у тебя всё лицо синими полосами пошло. Странно как-то - в тебя же магией попало, а не эти укусили.

- А вот и нет, мы бы тебя в обиду не дали, Вик, - заявила Лана. – Пусть бы только попробовали вытолкнуть, купол-то Ким создал.

Вик невольно приподнял руку, потянулся к лицу и тут же чуть не взвыл – где-то под рёбрами поселился раскалённый шар и попытался выжечь его тело изнутри.

- Лежи спокойно, - склонился над ним Ким, его глаза сверкнули злостью. – Тебе не стоит двигаться.

- Тебе это ничего не напоминает? – прошептал Вик. – Так вроде уже было, вчера, кажется…

- Угу, как же, - буркнул подросток. – Вообще-то не так, сейчас ты действительно должен был погибнуть и погибнуть от первого удара. Гитон использовал магию истоков.

Вик тяжело выдохнул и чтобы не заорать прикусил губу – движение грудной клетки оказалось настоящим испытанием.

- Да чтоб её, я уже ненавижу эту магию. И почему я не погиб?

Ким пожал плечами.

- Наверное, потому что ты всё же не человек, Вик. Не человек в любом своём виде.

- Обрадовал, - поморщился вистолец, удивляясь, что ему самому это совершенно безразлично. – Так что происходит?

Ответить ему не успели. Волочащиеся шаги вокруг магического купола вдруг замерли, потом вновь задвигались, но уже расходясь в разные стороны.

- Очнулся? – поинтересовался ещё один знакомый голос. - Замечательно, на тебе можно эксперименты ставить, вистолец. Ты ведь живой? И дышишь, и кровь у тебя бежит. А должен был сдохнуть. Удивительный случай. Всё больше и больше неожиданностей, но знаете – меня это радует. Люблю, когда у противников есть сила. Это очень интригует.

Вик стиснул зубы и слегка приподнял голову, мир мгновенно закружился, попытался пойти скачками, ударами обрушился на всё тело. Окружение пестрило размытыми тенями, но фигуру старика, опирающегося на посох, удалось разглядеть до странности отчётливо.

Насмешливо улыбаясь, маг поднёс руку к куполу, осторожно прикоснулся и тут же отдёрнул.

- Ты нашёл способ показать зубы, мой мальчик, - настроение ему это нисколько не испортило, он перевёл взгляд на Кима, мягко, теперь уже по-отечески улыбнулся. – А я ведь думал, что мы будем на одной стороне. Я даже пытался тебя найти, когда всё началось.

- О чём он говорит? – поинтересовался Вик.

- Ни о чём, - глухо проговорил парень, на Гитона он смотрел с нескрываемой злобой.

- Твой отец мне очень помог, - усмехнулся старик. – Жаль, что с ним произошло такое несчастье.

- Это ты, - прошипел Кэимстон. – Ты призвал дэлонхов!

- Может и я, - весело произнёс Гитон. – А кто еще, по-твоему, справится с драконом? Они охотники, они знают, что делать.

- Знают, - мрачно подтвердил Ким. – Знают, как использовать магию мёртвых и превращать живых в трупы.

- У всего есть своя цена, - усмехнулся старик. Он повёл руками в стороны, заставил мертвецов расступиться и отошёл назад. Его губы беззвучно задвигались, слова заклинаний переливчатой вязью заструились по посоху, а потом навершие сверкнуло и к защитному куполу Кима полетели сгустки огня.

Люди с криком отскочили от краёв, столпились в центре. У Вика такой возможности не было, поэтому он вынужденно наблюдал, как прямо над его головой в одно и тоже место друг за другом ложатся удары магического пламени. Нестерпимо яркие для глаз вспышки заставили зажуриться, а когда он открыл глаза, по изрезанному чёрными прожилками щиту растекались багровые потоки огненной субстанции.

Вик невольно глянул на Кима. Тот стоял над его телом, палка, заменяющая ему посох, была направлена в сторону Гитона. Сжимающие её пальцы побелели, но парень выглядел совершенно спокойным, лишь лицо кривилось злой гримасой. Во второй руке он держал ладонь Милы, а за её пальцы крепко ухватилась Лана. Обе девочки замерли с закрытыми глазами.

- Ким, - прошептал Вик. – Вы справитесь?

- Здесь не город, - сквозь зубы ответил парень.

Не город, где-то внизу с надрывом гудела земля, и вновь энергетические потоки сливались в стремительные реки, чтобы стянуться к единственной точке - туда, где стояли дети. Энергия бушевала у самой поверхности, бурными всплесками выдиралась из недр и текла… превращалась в оружие, становилась перекрещивающимися изгибами молний… Так уже было… здесь не город, но в прошлый раз город сгорел, а до этого сгорел лес.

- Ким! – Вик схватил его за ногу, дёрнул к себе, едва не уронил. В кисть мгновенно впились жгучие разряды. – Остановись, здесь люди! Ты всех сожжёшь!

Парень вздрогнул, посмотрел на него безумным взглядом и с трудом тряхнул головой. По бледному лицу пробежала судорога, вистолец увидел, как он пересиливает себя, как заставляет собственную силу стать другой. Молнии лишь чуть заметно хлестнули по куполу и сжигающие его потоки пламени бессильно опали.

- Спасибо, - прошептал Ким.

- Молодец, - Гитон несколько раз хлопнул в ладоши. – Очень и очень неплохо, Кэимстон, особенно для самоучки. Я был бы рад такому ученику. Не передумал? Вижу, что нет. Жаль. Что ж, к сожалению, мне нужно идти. Если дэлонхи правы, то твоё время, вистолец, настанет лишь ночью. А я собираюсь завершить нашу игру до заката. Поэтому не торопитесь, отдыхайте здесь, а мне пора. Прощайте.

Старик помахал им рукой. В какой-то момент движение его кисти изменилось, стало властным, пальцы приказывающие указали в сторону их убежища. Потом Гитон кивнул и зашагал по дороге в сторону границы Мироса.

Безвольные, пошатывающие фигуры мертвецов, толпой растянувшиеся по деревне, резко дёрнулись, повернулись лицами к куполу и все разом двинулись в его направлении.

Вик тоже вздрогнул, он отчётливо различил повисший в воздухе приказ, отданный магом: - Убить.

Ходячие трупы целенаправленно замкнули круг. На казавшихся безразличными лицах замелькали злобные гримасы, за полусгнившими губами оскалились зубы.

Люди невольно вскрикнули, когда первые из мертвецов врезались в преграду, отделявшую их от добычи. Они не остановились, продолжали напирать, ноги беспорядочно топтались на месте, скрюченные пальцы в исступлении скребли купол. Потом к первому ряду прибавился второй, третий, четвёртый… Никто не замедлил движения, им было всё равно, что они давят тех, кто находится у самой энергетической оболочки.

На людей уставились вытаращенные белки глаз, кожу прорвали рёбра, наружу полезли сизые внутренности, растеклись по щиту, а пальцы продолжали скрести преграду. Вырывающийся из десяток глоток хрип заменил собой все остальные звуки. Казалось, что женщины и дети плачут совершенно беззвучно и так же беззвучно ругаются мужчины.

Хрип сжимал их со всех сторон, впивался в уши, свистящим многоголосием заполнял вся пространство. Люди в панике оглядывались, опускали головы, дрожали. Женщины обнимали детей, пытались закрыть их собой, мужчины стояли с обнажённым оружием в руках.

Мертвецы отталкивали друг друга, рвали плоть соседей, пытаясь пробиться к куполу, а пробившись с яростью наскакивали на преграду, чтобы тут же быть раздавленными и разорванными собратьями. Не останавливаясь, не зная боли, не зная жалости.

Вик с огромным трудом отодвинулся от границы купола. Он видел, что энергетический щит пока выдерживает атаки, хотя мертвецы облепили его сплошной многорядной завесой, но всё же наблюдать, как прямо рядом с тобой клацают голодные челюсти и с чавканьем расползается раздавливаемая плоть, было не особо приятно. Внутри стало полутемно, свет лился только сверху, да и то мертвецы карабкались друг другу на спины, на плечи и пытались занять всё свободное пространство.

Вистолец увидел, как рядом с ним опустился на одно колено Ким, вытянул к его телу руку и накрыл рану ладонью. По его груди очень быстро разлилось покалывающее тепло, лекарь не стал щадить ни себя, ни больного – энергия хлёсткими разрядами впилась под кожу и уже обжигающей, слишком интенсивной волной поселилась в ранах. Вик невольно сжал кулаки и едва не взвыл. Ким горько усмехнулся, его глаза горели странными, почти безжизненными огнями.

- Прости, - произнёс он глухо и отдёрнул руку, резко встал на ноги.

Вистолец попытался пошевелиться, тело слушалось, но все мышцы были скованны болезненной слабостью. Он сжал зубы и одним рывком сел, глубоко в груди стегнуло горячей болью, дыхание перехватило так, что он закашлялся. Вик схватился рукой за повреждённое место, ощутил под пальцами лоскуты разорванной кожи и вопросительно глянул на лекаря.

- Я остановил кровь и залечил внутренние повреждения, - проговорил тот. – Извини, но тратить силу на твою шкуру я не собираюсь и так зарастёт. Ночью и следа не останется.

Вистолец скосил глаза вниз, рана выглядела отвратительно, сквозь разорванную, с обожжёнными краями кожу проглядывало нечто похожее на мясо, а ещё ниже весь живот был залит кровью. Вид повреждённого плеча оказался не лучше, и если грудь особо не мешала двигаться - кроме боли, то правая рука была существенно обездвижена.

- До ночи ещё дожить надо, - буркнул он. – Щит выдержит?

- Выдержит, - хмуро проговорил подросток. – А ты что собрался здесь до ночи сидеть?

- А ты, значит, видишь альтернативу?

- Разгони их, - жёстко произнёс Ким.

Вик задумчиво огляделся.

- Ра-зо-гнать? Интересный вариант, - он пожал одним плечом, скривился. Любое движение отдавалось тянущей болью во всём теле.

- На той площади их было на много больше, - с нажимом проговорил маг. – И ты смог им приказывать.

- На той площади я сам их и поднял, именно поэтому они меня слушались, - возразил Вик.

- И что? Сейчас даже не попробуешь?

Вик усмехнулся и начал вставать на ноги. Чтобы не упасть пришлось опереться на меч. Он невольно зажмурился, ожидая пока под веками перестанут скакать разноцветные пятна, дыхание вырывалось с хрипом, чем-то напоминая звуки, издаваемые мертвецами. Он попытался отстраниться и от боли и от внешнего ужаса, скребущего тонкую энергетическую преграду. Так уже было? Перед взглядом качнулся серебряный песок, он поднял голову и уставился на собственное отражение в зеркальной поверхности скалы – в ответ на него взглянули синие глаза без зрачков на покрытом чёрными линиями узора лице, губы раздвинулись в злой улыбке, обнажившей длинные клыки...

- Ваша добыча не здесь! Уходите! – слух отчётливо вычленил произнесённые слова, звуки были похожи на шёпот порывов ветра – резкий, как клинок режущий пространство и легко пронзающий любую преграду. Ветер? Оружие – слова тоже могут убивать. А ещё было ощущение, что одна за другой рвутся невидимые струны, надрезанные звуком…

Он открыл глаза, вокруг было непривычно светло, и наткнулся на взгляд Кима. Парень смотрел на него расширенными от страха глазами, потом с трудом сглотнул и покачал головой.

- Эт-то с-способ-бности сарша или ты всё-таки маг? – проговорил он запинаясь.

- Я не маг, - чётко произнёс Вик и огляделся.

Весь купол был в чёрных змеящихся трещинах, словно имел материальную составляющую. Но главное – мертвецы от него отлепились. Те, кто находились у самой преграды, сейчас корчились и вздрагивали на земле, пытались ползти прочь, остальные волоча ноги расходились. В самом убежище жались друг к другу люди, нервно дрожали, словно ещё ничего не закончилось. Лишь Мила и Лана смотрели на него совершенно спокойно, на их губах играли улыбки. В этом хаосе среди живых и мёртвых девочки выглядели безмятежными детьми, которых ничто не касается. Почему-то это вызвало у Вика внутреннюю дрожь.

Мертвецы медленно разбредались, двигались все кособоко, дёргано, словно потеряв ориентацию, а скорее всего так оно и было. Вик знал, что их контакт с создателем разрушен, они больше не слышат его. А вот голод и желание убивать скорее всего остались.

Люди постепенно приходили в себя, с бледных лиц сходило обречённое, затравленное выражение, в глазах появлялись проблески надежды.

- И что дальше? – спросил Льюс. – Мы в безопасности?

- Шутишь? – Вик криво усмехнулся. – Но вам стоит вернуться в свой город, мертвецы прошли от него стороной, поэтому он остался цел.

- Откуда ты знаешь?

- Просто знаю, - пожал одним плечом вистолец. – Ким?

Парень тяжело вздохнул, повёл палкой и убрал магический купол. Люди растерянно переглянулись, все сразу почувствовали себя беззащитными.

- Удачи, - коротко произнёс Вик и опираясь на меч зашагал по дороге в том же направлении, что и Гитон. За спиной послышались торопливые шаги. Вистольца догнали дети.

- Ты что вот так их и бросишь?! – воскликнул Ким.

- Да, а ты что предлагаешь? Проводить их до города?

- Нет, ну хотя бы пройти с ними часть пути, пока мертвецы близко…

- Иди, - спокойно кивнул Вик. – Потом догонишь или не догонишь…

- Вик! Да что с тобой? Ты что собрался в одиночку воевать со всей этой армией? Это не смешно.

- Ещё бы, это твоему другу было весело, а мне вообще не смешно.

- Другу? – Ким споткнулся, замедлил шаг, а потом вновь догнал Вика. Девчонки молча поглядывали то на одного, то на другого и старались идти рядом с вистольцем. – Ты о Гитоне? Он монстр, а не друг.

- Но ты его хорошо знаешь.

- Знаю, - голос Кима стал глухим и безжизненным. – Он был одним из тех магов, что лишили меня способностей. А потом он присутствовал при рождении девочек – лишал способностей их. Я чувствовал его силу, в ней была смерть, а не жизнь… Раньше он очень часто приходил в наш дом, но я старался с ним не встречаться. Вот и вся история знакомства.

По губам парня пробежала кривая усмешка.

- Действительно, другом его не назовёшь, - хмуро проговорил Вик.

Он оглянулся, люди так и стояли на дороге, смотрели им вслед. Они казались совершенно беззащитными. А на обочине лежал обезглавленный труп одного из них.

- Простите, - чуть слышно произнёс вистолец.

*****************************************************************************

Дробный топот копыт оглушающим стуком отдавался в ушах, всех остальных звуков Ярси почти не слышал, наверное потому, что таким же громким был стук его собственного сердца. Конь нёсся галопом, с его губ уже давно слетали клочья пены, но всадник и не думал останавливаться.

Единственный раз, когда Ярси натянул поводья – это на развилке с дорогой в Тинасу. Голова закружилась, перед взглядом мелькнула узкая долина между холмами. Бесконечный строй безмолвных, пошатывающихся фигур переполнял её от края до края. Они не торопились, не уставали, они просто шли в сторону Мироса.

Он прикусил губу, на мгновение зажмурился, пытаясь понять чувствует ли страх. Если в мыслях и появилась паника, то её тут же вытеснило нечто другое – осознание неизбежности происходящего. Ярси провёл ладонью по глазам, криво усмехнулся, поздно метаться, этот груз не переложить на чужие плечи, он принадлежит только ему.

Конь тихо заржал, когда всадник вновь с места послал его в галоп. Теперь их путь лежал не по дороге, они неслись по краю леса, а с другой стороны тянулись сначала высокие холмы с выступающими обнажениями породы, а потом началось предгорье – широкая, изрезанная неглубокими оврагами местность, спускающаяся к долине. Долине Ветров.

Ярси невольно натянул поводья, заставил коня перейти на рысь. Впереди открылся вид на огромное, пустое пространство – лишённое и жизни и возможности возродить жизнь. Всё выгорело, всё стало пеплом.

Он не знал, насколько красивой Долина была раньше, лишь слышал об этом, но она показалась ему красивой и сейчас.

Красота отчуждённости, вырванная из неведомого мира и смертоносной полосой нанесённая здесь – у подножия гор. Красота гибели…

Конь осторожно ступал между камней, фыркал, тряс головой. Ярси остановил его у последнего оврага, соскочил с седла и двинулся к краю Долины пешком.

Навстречу порывами дул горячий ветер, растаскивал по земле клубы пара и дыма, стелился по истрескавшейся почве и поднимал вверх пепел. Воздух подрагивал от душного марева, и казалось, что вся долина плывёт, движется в жарких потоках. И дышит. Как живая.

Ярси остановился на самом краю – там, где исчезала пожухшая, бледно-жёлтая трава и начиналась чёрная, прокалённая жаром поверхность долины. Она раскалывалась множеством трещин, их края обагряли отсветы глубинного пламени, вверх летели искры, сверкали на солнце и опадали в пепел. Он знал, что раньше здесь текла река, взгляд невольно зацепился за извилистое русло, представленное глубоким провалом, и пошёл дальше – к болотистой глади огромного, полу засохшего озера, местами наполненного мутной, почти чёрной водой.

- Здесь было красиво…

Эти слова он слышал от Гитона, и главным в этой фразе являлось слово было. Словно Долину выбрали для последней битвы ещё до того, как она здесь произошла. Чтобы стать могилой?

Что он должен увидеть на краю, где обрывается жизнь и начинается?.. Что здесь может начинаться? Его взгляд бежал по земле, цеплялся за каждую мелочь, за каждую незначительную трещину, за каждое облако дыма. Что можно увидеть в месте, где замерла не только жизнь, но и магия? Здесь не было энергетических источников, не было привычных потоков, которые должны наполнять и землю, и воздух. Пустота.

Ярси полу прикрыл веки. Пустота? Такая же вязкая, тянущая и высасывающая всё, что способно отдать силу… Голодная, дышащая злобой… Очень знакомая пустота - как в том разломе у Листовой.

Он медленно сделал шаг назад, потом ещё один и остановился. Посмотрел прямо перед собой. Долина мертва? Холодный, безжизненный взгляд поднялся от самой земли и впился в ответ. Застыл, не отпуская и не приближаясь. Словно ждал.

Ярси кивнул, принимая эту правду.

Она мертва по иному, её время не остановилось, не превратило до конца в прах. Она не стала местом, где упокоились её мертвецы. Он сделал Долину тюрьмой. Только теперь оковы разрушены. Зачем, отец?

Взгляд Долины нехотя сдвинулся, изменился, переместился ему за спину, в нём заскользила лютая злоба. И вновь вспыхнувший голод. Ярси и сам слышал шаги – спокойные, уверенные. Пять человек, пять магов, они не стали подходить близко, остановились там, где влияние Долины не могло их достать. На самом краю находился только Ярси. Это он тоже понимал – два шага и долина сможет его поглотить. Он медленно обернулся.

На виду в расслабленной, непринуждённой позе стоял только один человек – женщина, четверо мужчин укрылись в оврагах, а она насмешливо смотрела ему в лицо. Длинные, ярко-рыжие волосы развивал ветер, огромные голубые глаза лучились смеющимися искорками. Длинное, с разрезами от бёдер платье подчёркивало изумительную фигуру, его цвет был подобран к цвету глаз – нежно голубой с сиреневыми вставками. В правой руке был зажат тонкий, очень изящный посох без каких либо украшений.

- Ну вот, теперь вы все вместе, - произнесла она на распев. – Ты, наконец-то добрался сюда, Ярослав.

- О чём ты, Мида? – Ярси спиной чувствовал, как ворочается за невидимой чертой воздух, как эта черта движется, становится ближе.

Она звонко рассмеялась.

- Тебе никто не сказал? Печально, нужно было остаться со мной, я бы не стала скрывать правду. Посмотри, разве это место не прекрасно, Ярослав? Я очень часто сюда прихожу, чтобы полюбоваться на могилу, в которой Бортан похоронил своих выродков, - в её глазах мелькнула злоба, но губы продолжали улыбаться. – Ты последний.

- Это не могила, - чётко произнёс Ярси, он приподнял руку, посмотрел на собственные пальцы, ощущая, как холодный покалывающий поток воздуха повторяет его движения. Он нахмурился, качнул головой. – Последний из кого? Из его сыновей?

Она вновь засмеялась.

- Ты прав, это не могила. Когда Он пришёл в этот мир, мы думали, что Он его уничтожит. Весь наш мир мог бы стать таким как эта Долина. Не знаю, как Бортан сдержался, наверное, он и сам не хотел остаться в пустыне, поэтому и сохранил свой образ человека. Правило Переходов действует на всех. Даже на Драконов. Этот мир был для него завершающим.

Но мы всё равно испугались, по-настоящему испугались. Только страх заставил нас искать способ открыть Двери. Увы, у моего народа не получилось. Мы погубили собственное королевство, а мы всего лишь пытались спастись, Ярослав.

А теперь, спустя сотни лет, наш мир вновь завис на грани. Прошлое, настоящее, будущее, всё это уже не важно, мой мальчик, есть только этот миг, когда свершится предначертанное – отправляйся к своим братьям, Ярослав!

Она даже не попыталась взмахнуть посохом, она не сделала ничего, просто смотрела. Смотрела, как под ногами парня в одно мгновение треснула и разошлась в стороны земля. Смотрела, как последний сын её сестры рухнул в бездну. Здесь и сейчас.

Падение было настолько внезапным, что вместо слов из его горла вырвалось рычание. Его несколько раз стукнуло об каменистые выступы, перевернуло, закружило в воздухе. А перед взглядом мелькнула раскрывающаяся пасть огненного ужаса.

Он вновь глухо зарычал, заставил выдвинуться когти и воткнул их в проносившуюся мимо стену из камня. Падение замедлилось, потом совсем прекратилось, его рывком припечатало к шероховатой поверхности, он повис на когтях и глянул вверх. До края было далеко. Бледная полоса неба казалась совершенно недосягаемой.

Он выдрал из камня когти, подтянулся на одной руке, воткнул когти освобождённой руки выше, одновременно попытался найти опору для ног. Стена дрогнула, качнулась, на голову посыпалась земля, и Ярси вдруг понял, что разлом начал закрываться. Он с яростью взвыл и пополз вверх со скоростью, на которую только был способен.

Глава 41

В детстве этот лес воспринимался всего лишь как страшная сказка, рассказанная старым учителем...

Рывок вверх, ещё рывок, кожу обжигает дыханием бушующего под ногами пламени, порода сдавливает огонь, заставляет взвиваться ввысь.

Да и как могло быть по-другому? Когда лежишь под тёплым одеялком, в такой привычной, уютной комнате, зная, что находишься в безопасности...

Треск сходящихся стен и шуршание осыпающейся земли стали единственными из доступных ему звуков. Страх? Это смешно — страха не существует.

И лишь где-то в глубине сознания бьётся навязчивая мысль, что сказки не всегда являются вымыслом. Они просто разные...

В его жизни не было сказок и не существовало той пустоты, что всегда сопровождала братьев. Они были другими.

— Я благодарен тебе, учитель — за жизнь вне магии, за понимание лишений, за извращённую радость ощущать себя человеком. За привыкание к боли потерь. И я ненавижу тебя. Ненавижу за всё это вместе взятое.

Из горла вырвался яростный вой и смешался с очень близким эхом. Эхом злобы, эхом тоски... Сдвигающиеся стены стали настолько близкими, что он уже не опирался на них, а с трудом прорывался выше, обдирая кожу и выворачивая суставы рук. Полоса неба не приближалась, она оставалась совершенно недоступной, зато края трещины мелькали уже вблизи.

Над головой вдруг сверкнули отсветы магических ударов, закололи кожу энергетическими разрядами. Ярси стиснул зубы и заставил себя оттолкнуться и прыгнуть вверх. Ноги проскользнули на гладких камнях, особой опоры не нашлось, но последний рывок всё же получился. Он взлетел в воздух, приземлился рядом с почти захлопнувшейся трещиной и едва не зажмурился от бушующих повсюду всполохов магии.

Обе руки опустились на рукояти мечей, Ярси выхватил их единым движением, быстро огляделся. Мида и ещё три колдуна яростно атаковали щит Эрто. Вистолец оставил магический барьер на половину открытым, магия струилась сквозь его поднятую ладонь левой руки, а правой он через меч направлял ответные удары. Он держался, но четвёрка противников сдавливала его щит и наносила удары одновременно со всех сторон.

Ярси сделал шаг в их сторону, споткнулся, нога по щиколотку провалилась, земля вокруг него вновь начала расползаться. Он с трудом отпрыгнул на более устойчивый участок, втянул носом воздух и оббежал глазами овраги, пытаясь найти ещё одного мага. Он наткнулся на насмешливый и полный злобы взгляд Этжаста, когда тот вновь беззвучно ударил посохом в землю. Ярси не стал ждать исчезновения опоры, с места взлетел в воздух и лишь после этого глянул вниз — в раскрывающуюся пасть бесконечно-глубокого разлома. Он развернулся уже в падении, в безумном усилии заставил тело долететь до края бездны. Приземлился на ноги, покачнулся и уже со злостью отыскал взглядом переместившегося Этжаста. Маг укрылся в овраге за камнем, набирался сил, колдовать здесь приходилось используя только внутреннюю энергию, природных источников поблизости не было. Их всех поглотила Долина.

Ярси невольно оглянулся, с удивлением увидел, что чёрная полоса границы располагается почти у его ног. Он мог поклясться, что некоторое время назад, она находилась вот за тем большим камнем, а сейчас этот камень напоминает растрескавшийся, почерневший остов, из которого вырывается дым.

Земля задрожала, Этжаст нанёс очередной удар, одновременно послышался крик Эрто. Маги пробили его щит, и сейчас он отбивал энергетические молнии окутанным в магический кокон мечом. Ярси с места прыгнул в его сторону, ещё в воздухе сложил два клинка вместе, почувствовал, как прорывается сквозь кожу воздушный бич и махнул им в сторону противников Эрто.

Миду и одного из мужчин подбросило высоко вверх, двум другим колдунам повезло меньше — они находились на линии удара бича. Их тела разрезало точно по талии, несколько мгновений они с выпученными глазами непонимающе хватали раскрытыми ртами воздух, а потом на землю обрушились четыре куска человеческой плоти.

Вистолец тоже не смог удержаться на ногах, его отшвырнуло и припечатало к ближайшему валуну. Ярси приземлился рядом с ним, протянул ему руку.

— Прости, перестарался.

— С контролем собственной силы у тебя совсем плохо, — проворчал Эрто и вытер выступившую из носа кровь. Потом схватился за руку оборотня и рывком встал на ноги. — Я бы даже сказал — катастрофически плохо.

Ярси оглянулся на Миду, та слабо шевелилась и пыталась встать с земли, второй маг лежал неподвижно.

— Жестоко ты с ними, — вистолец кивнул на расчленённые тела.

— Я же говорю — перестарался, — Ярси пожал плечами, никакого сожаления в его голосе не было. — Что ты здесь делаешь?

— Да вот, решил посмотреть на Долину Ветров, я здесь никогда не был.

— Ну да, конечно, и с чего это вдруг наши желания совпали? — усмехнулся оборотень.

— Так бывает, — Эрто улыбнулся и вдруг вздрогнул. — Смотри!

Его вытянутая рука указала в сторону долины. Ярси быстро обернулся, полоса гари и огненных трещин с видимой для глаз скоростью наползала на съёживающуюся от подступающего жара траву.

— Движется, — выдохнул вистолец. — Расширяет границы. Скорее всего, это реакция на магию, нельзя здесь колдовать.

— Проверим, — Ярси взмахнул мечом и магия воздуха послушно подхватила с земли останки человеческих тел. Воздушный бич упруго изогнулся, а потом резко выпрямился, куски плоти с огромной скоростью полетели к Долине. Они упали далеко за границей, подняли вверх пепел и мгновенно начали чернеть и сохнуть. Их что-то задёргало, потянуло вниз, вмяло в истрескавшуюся поверхность, превращая в скелеты, обтянутые обгоревшей кожей.

Ползущая чернота остановилась, дёрнулась назад, словно тоже хотела завладеть добычей.

— Ты монстр! — выкрикнула Мида, она вскочила на ноги и взмахнула посохом. Колдунья вложилась в этот удар всю свою силу, Ярси даже ощутил, как она вырывает её из собственной груди. Он загородил собой Эрто и поймал поток молний ладонью, несколько мгновений удерживал, смотрел Миде в глаза, а потом дёрнул её магию к себе. Женщина вскрикнула, не удержалась на ногах и упала. Искрящие молнии переливчатой паутиной охватили руку оборотня. Колдунья во все глаза смотрела, как они ползут по его коже, но не ранят, не обжигают. Он держал их, держал чужую силу, не давая ей отступить или произвести любые действия. Он контролировал их, а потом сжал пальцы в кулак и молнии одновременно исчезли под его кожей.

— Ты, ты, — Мида задохнулась, начала отползать, с ужасом наблюдая, как оборотень не спеша опустил руку и двинулся к ней.

— Монстр? Чудовище? Нелюдь? А чем я отличаюсь от тебя? — проговорил он спокойно.

— Я человек! — выкрикнула Мида.

— Не больше чем я, — усмехнулся парень. — Родная тётка не смогла бы убить сына своей сестры, а у тебя это получилось очень легко.

— Тебя не должно здесь быть! — взвизгнула Мида. — Лиана пожертвовала собой, отдавшись дракону, но она не понимала, чем это может обернуться — их дети стали новыми чудовищами!

Ярси вздрогнул, чуть замедлил шаг, криво усмехнулся.

— Я не верю! Она любила моего отца.

— Она лгала! — рассмеялась Мида. — Это как страшная сказка, Ярси, у неё не может быть счастливого конца. Этот мир погибнет!

— Конечно, — Ярси остановился, его губы искривились в злой улыбке. — Если мы будем грызть друг друга — этот мир погибнет. Сюда приближается войско мертвецов из Тинасы. Они очень близко, Мида, как думаешь, зачем они идут, идут именно в Долину?

— Это приманка, — задыхаясь проговорила колдунья. — Приманка для драконов, мертвецы подняты магией, мёртвой магией, а для мёртвых драконов это будет лучшей пищей.

Ярси кивнул.

— И что дальше? Создатели мертвецов смогут справиться с драконом?

Мида отрицательно покачала головой, встала на ноги, попятилась.

— С одним, — прошептала она. — Может быть с одним справятся, но не с двумя.

Женщина наткнулась спиной на валун, оббежала его и скрылась с глаз Ярси, тот пожал плечами и отвернулся. Вскоре послышался удаляющийся топот двух лошадей.

— Ты отпускаешь их? — удивился Эрто. — Не боишься, что в спину ударят? Я слышал, что у них там целый город колдунов.

— Могут и ударить, — кивнул Ярси. — Но сейчас магия это тоже приманка, поэтому — мы будем ждать. А откуда ты про их город знаешь?

— Ну, довелось как-то побывать поблизости, — хмуро проговорил вистолец. — С трудом выбрался потом.

— То-то, они к тебе так не равнодушны, — усмехнулся Ярсии и тяжело выдохнул, чувствуя, как расходится по телу отступающая дрожь напряжения, а перед глазами рассеивается серебряный туман.

— Вообще-то я сейчас тебе пытался помочь, — буркнул Эрто.

— Ну, спасибо, может и объяснишь кое-что — что ты знаешь про драконов?

— Драконы, — размеренно заговорил вистолец. — Самые сильные и могущественные существа во всех мирах. Разумные, при этом полностью лишены таких чувств как жалость, сожаление, милосердие, доброта. Это абсолютно безразличные и жестокие существа. Их пищей служит энергия, поглощаемая из живого и неживого. Если дракон попадает в новый мир, то, как правило, такой мир погибает. Он не останавливается, пока полностью не истощит все его силы. Пока не превратит его в прах. Но твой отец смог сдержаться.

— Нет-нет-нет, — Ярси даже отступил. — Это шутка, ведь так? Выдумка. Про моего отца — выдумка...

— Твоё право верить или не верить, — Эрто пожал плечами. — Твой отец пощадил этот мир, потому что понимал, что он последний в который он смог совершить Переход и следующий Переход закроет для него Двери. Но твои братья другие.

— Мои братья погибли!

— Вот об этом я и говорю. Им уже всё равно, их ничто не сдерживает. Их ведёт только жажда энергии, что наполняет пространство. Они заберут её всю, выдерут из всех истоков, разрушат саму сущность. Этот мир погибнет, Ярси.

— Мои братья мертвы...

— Драконы не умирают, они становятся другими. Смерть живого тела это лишь переход к иной форме. Драконы являются оборотнями, они могут принять вид любого существа, но если убить это существо, живая составляющая погибает, а энергетическая — нет. Она продолжает существовать. Существовать, чтобы пополнить свою энергию и обрести новую форму. Мне жаль.

Ярси резко отвернулся, посмотрел на Долину, чёрная, обезображенная земля мелко подрагивала, шла волнами. Кусков плоти было уже невидно, остались лишь едва заметные бугорки.

— Значит, в нашем мире есть два дракона, — произнёс он глухо. — Два очень голодных дракона...

— Э-э, ну как сказать, — замялся вистолец. — Если считать по числу сыновей короля Бортана, то вообще-то драконов три.

Ярси обернулся через плечо, смерил Эрто пронизывающим взглядом и вновь отвернулся.

— Давай будем считать, что я этого не слышал, — проговорил он с ледяным спокойствием. — Даже думать об этом не хочу. Закроем эту тему. Сейчас у нас другие проблемы. И ты мне так и не ответил — что ты здесь делаешь, Эрто?

— Я очень давно не был дома, — задумчиво проговорил вистолец. — Но по мере возможностей стараюсь быть в курсе всех событий моего мира. Так вот, последний посланник принёс очень интересную весть — моя жена усыновила пришлого мальчишку. Чужака. А это совершенно не похоже на Виолу, впрочем, сейчас я её понимаю.

Ярси фыркнул.

— Только не говори, что ты считаешься моим приёмным отцом. Мне и так родственников хватает. И живых и мёртвых.

— Приёмным отцом я буду для тебя только в Вистольце, — усмехнулся Эрто. — А здесь я мог бы стать твоим учителем. Если захочешь. Согласись, но с магией ты сильно не в ладах.

— Просьба Виолы? Присматривать пытаешься, да?

— Можно и так сказать. Только за тобой очень проблематично присматривать, Ярослав.

— А ты, оказывается, древний старик, Эрто, — невольно усмехнулся Ярси.

— Ты только Виоле такого не говори, — заговорщицки прошептал вистолец. — Мы же с ней одного возраста. Иногда время перестаёт что-то значить, но когда приближается всеобщая гибель — оно останавливается, замирает и начинает течь очень медленно. Если честно, то мне страшно, Ярослав, прожить столько веков, чтобы погибнуть в чужом краю. Вот и делай после этого выводы.

Он с горечью рассмеялся.

— Выводы? — насмешливо переспросил оборотень. — Ты же не думаешь, что я буду тебя утешать? Мне своих проблем хватает.

— Было бы забавно, — хмыкнул вистолец. — А что там с проблемами?

— На подходе, — сообщил Ярси и невольно улыбнулся. Было очень странным вот так спокойно разговаривать, когда весь мир вокруг начинает рушиться. С собственным отцом он никогда так не говорил, да и что он знал про отца?..

Глубокий провал на месте русла реки, извилистой полосой перечёркивающий всю Долину, вдруг начал расходиться. Сожжённая почва стремительно осыпалась вниз, обваливалась, выбрасывала в воздух пепел. Вскоре большая часть Долины стала одним сплошным провалом.

— Он рядом, — отчётливо произнёс Ярси, в груди что-то сжималось, кололо нестерпимой болью, мешало дышать, но на Долину он смотрел совершенно спокойно. Время способно остановиться, способно перебросить в прошлое, но настоящее всё равно продолжает существовать.

На краю провала мелькнула белая пятерня, очень напоминающая скелет человеческой руки, только в сотни раз больший. Костяшки пальцев впились в край, с усилием сгребли верхний слой почвы и попытались продвинуться вперёд. Истрескавшаяся поверхность не выдержала их тяжести, с протяжным вздохом земля обвалилась и погребла под собой пародию человеческой кисти. Глубоко из недр тут же раздался протяжный вой и заметался гулким эхом приближающегося кошмара.

— Он один? — тихо спросил вистолец, в его голосе чувствовалась дрожь.

— Сейчас — да, — Ярси напряжённо вслушивался в пространство. — Им стало тесно и второй ушёл в другое место для охоты. Но... он возвращается.

Долины вновь дрогнула, пласты земли вздыбились по всем трещинам, встали наклонно и медленно поползли в провал. Одновременно из глубины поднялся частокол костяного гребня, вырос выше человеческого роста и рывками двинулся в сторону озера.

— Куда это он? — нервно спросил вистолец.

Ярси закрыл глаза, оббежал внутренним виденьем пространство и глубоко вздохнул.

— Огромное полчище мертвецов пересекло границу Мироса и сейчас движется через лес к Долине, — он нахмурился. — Часть из них разворачивается цепью, их строй вытягивается вдоль границы. Они нападут на приграничные селения и города, расположенные за лесом. Возможно, им нужны ещё мертвецы.

Ярси посмотрел на вистольца.

— Чем там Радолюб сейчас занят? У Долины колдовать нельзя, значит, ему придётся отражать атаку на границе. Ты вернёшься в Кэриваль, Эрто. Поможешь магам.

— Я не только маг, — возразил вистолец и похлопал рукой по мечу. — Я буду больше полезен здесь.

— Хочешь понаблюдать за драконом? — усмехнулся Ярси. — Или за мной? Я не знаю, как его остановить.

— Главное, что ты хочешь это сделать, — осторожно проговорил Эрто. — А знания появятся.

— Даже так? — оборотень вновь усмехнулся. — Это мой мир, Эрто, и я не отвернусь от него, что бы вы там с Радолюбом не думали.

— Кровь от крови, Ярослав, с драконом в себе справиться намного сложнее, чем с любым другим врагом.

— Ты не понимаешь, — спокойно проговорил Ярси. — Я никогда не притворялся, я подстраивался под этот мир. А должно было быть наоборот — весь мир склоняется перед драконом. Разве не так?

Вистолец пристально посмотрел ему в глаза и склонил голову.

— Я буду рядом. До конца.

Ярси кивнул и вновь закрыл глаза. Увидел, как к Кэривалю подходит основное войско Мироса, как спешат из всех близь лежащих городов маги, как собирает у стен города учеников школ Радолюб. Он снял из пространства картинку растянувшихся по лесу мертвецов и мысленно передал её верховному магу. Тот заметно вздрогнул, передёрнул плечами, кивнул и быстро направился к командующему войском.

Ярси посмотрел в другую сторону — на Эриальд. Из ворот города выезжали отряды воинов. Их путь лежал по дороге к Долине. Он перевёл взгляд на Реету и потянулся к проклятому лесу всей доступной ему силой Короля. Деревья качнулись навстречу, огромное полчище нежити взвыло дикими голосами, а в Прэте сверкнул на вершине башни белый кристалл. На площади мёртвого города медленно поднял голову огненный демон, через силу взглянул сквозь пространство и кивнул.

— Он твой, — услышал Ярси его голос. — Возьми его силу, когда наступит время.

Король Рееты кивнул в ответ. Он чувствовал, как ему единым порывом повинуется весь лес, как течёт и изгибается его Граница. Ярси развёл руки в стороны, раздвинул в Границе широкий проход и сквозь зубы зарычал. Серокожие существа всей своей огромной стаей с воем кинулись на его зов, впервые за много веков ступив на земли живых.

Оборотень выдохнул, и его сознание вернулось на край Долины. Он посмотрел на Эрто, лицо вистольца покрывала мертвенная бледность.

— Что это было? — прошептал тот.

— Я открыл границу Рееты, — сообщил Ярси. — В этой битве будут участвовать все.

Глава 42

Каким оказывается удивительным может быть утро просто от того, что тебя Так разбудили. Элена ещё долго лежала в постели, с будоражащим трепетом вспоминала его лицо, руки, запах и даже вкус крови на собственных губах. Мысли странным образом продолжали обыгрывать не закончившийся момент близости и думать о чём-либо другом совершенно не хотелось.

Она уже не один раз представляла, как именно это произойдёт. Добрые и отзывчивые подружки-оборотни совершенно беззастенчиво и со всеми подробностями рассказали об этой стороне замужней жизни. Элена сидела с открытым ртом, краснела, бледнела, а потом заикаясь переспрашивала, уточняя некоторые моменты. И Дису и Любаву совершенно не смущало, что они посвящают неопытную принцессу в особенности привычек некоторых людей и оборотней, которых девушки встретили на своём пути за весьма долгую жизнь.

Все стороны многообразия отношений между особями противоположного пола разбирались детально и с подробностями. Бедной Элене иногда хотелось прикрыть уши, но она стойко во всё вникала и с горящим взглядом взирала на деловитых подруг.

Вскоре принцессе стало казаться, что она не сможет смотреть в глаза последнему парню девушек – Вику, потому что знает о нём на много больше, чем о собственном женихе. Знает то, что не должна знать.

Этим утром подобные разговоры вспоминались с улыбкой, девушка несколько раз перекатилась на кровати, потянулась и решилась встать. Взгляд скользнул по разорванной ночной рубашке, вновь пробудив воспоминания. Она невольно провела языком по заострённым клыкам и почему-то облизнулась, приписав это повадкам зверя. Собственное преображение её с некоторых пор уже не пугало. Было очень здорово чувствовать в мышцах бушующую силу, а эти плавные, грациозные движения тела завораживали и потрясали саму себя. Хотелось или танцевать, или нестись куда-то вдаль – в лесную чащу, к самым дремучим деревьям и чувствовать, как вокруг смыкается мир первозданной природы. А рядом должен бежать Он. Её Король.

Элена со смехом закружилась по комнате, с удовольствием втянула носом все запахи, ещё хранящие следы его присутствия и вдруг задумчиво замерла. А куда это он сказал отправился? И почему один? Да, сейчас она занята подготовкой к коронации и к свадьбе, но прогулка ей бы тоже не помешала. Дела можно вполне переложить на тех же Любаву и Дису, девушки-оборотни очень увлеклись возвращением к придворной жизни.

Элена подошла к окну, посмотрела вдаль, царапнула ногтями подоконник, наблюдая, как легко остаются на дереве борозды, а мысли суматошно перескакивали с одного на другое. Она знала чем ей нужно сегодня заняться, но всё это вдруг пронеслось размытой полосой и стало совершенно незначительным. Девушка до ужаса чётко ощутила тот момент, когда спокойное и безоблачное существование превратилось в сгорающий лист, который пеплом уносит ветер. Глаза словно наяву защипало дымом, а по щеке скатилась неожиданная слеза. И лишь потом до слуха долетело эхо далёкого замогильного воя, полного злобы и голода, мёртвое эхо… Оно волной налетело на город, прокатилось по улицам, вторглось в дома, заставляя каждого почувствовать себя обречённым.

Элена вздрогнула, зябко передёрнула плечами и нахмурилась, хотелось не отрываясь смотреть лишь в одну сторону – туда, где темнели на фоне неба вершины скал, к подножию которых полосой подступал зловещий лес с красными листьями, а в низине раскинулась чёрная выжженная земля, состоящая из пепла и праха… Девушка неверяще покачала головой, нет, из окна дворца она не видела ни леса, ни долины, над крышами многочисленных домов можно было разглядеть только горы. Непонятная картинка мимолётным видением скользнула перед взглядом и больше не отпускала, прочно засев в голове. Сердце закололо тревогой, всё её хорошее настроение исчезло без следа. Элена с отчаяньем огляделась и задумалась, что она должна предпринять, уверенная, что сейчас наибольшая опасность угрожает именно Ярси. А ещё она откуда-то знала, что потом смертельная угроза расползётся по всему их миру.

Снизу донёсся звук рога, Элена прикрыла обнажённую грудь шторой и высунулась почти по пояс в окно. На придворцовой площади выстраивались шеренги солдат, воины бегом бежали от казарм, вели на поводу лошадей, кто-то на ходу заканчивал одеваться, прицеплял оружие. По улицам спешили вооружённые люди – ополчение Элиарда, мастеровые и ремесленники, портные и пекари, все кто был способен держать в руках меч или лук. Нарастал общий гвалт криков и плача, женщины цеплялись за своих мужчин, но тут же их отпускали, а кто-то из них тоже вставал с мужчинами в один строй.

Принцесса судорожно выдохнула, отступила от окна и начала в спешке одеваться. Быстро причесала волосы, заплела в косу, чтобы не мешали, и решительно направилась на поиски Ристона. Опекун должен знать о происходящем.

На лестнице её догнали Диса и Любава, девушки-оборотни были одеты по-походному – в кожаные штаны и удобные куртки. Элена лишь сейчас вдруг осознала, что действительно, наверное, придётся куда-то ехать. Ехать вместе со всем войском. Она тоже не собиралась отсиживаться во дворце. И не важно, что она не воин, здесь таких много, главное, что стрелять из лука умеет, нужно только раздобыть этот самый лук.

- Это что – поход? На нас напали? Что вообще происходит? – накинулась она на подружек.

- Мы лишь знаем, что через магов пришёл приказ войску выступать в Долину Ветров, - чётко ответила Диса, девушки была сосредоточены и напряжены.

- Чей приказ? – ахнула Элена.

- Ярослава. Мы не хотели тебе говорить, но в Тинасе происходит что-то ужасное. Сначала там появились ходячие мертвецы, а сейчас в мертвецов обращаются люди. И это полчище движется к Миросу.

Принцесса сбилась с шагу, замерла.

- Ах он… А мне наплёл, что в Кэриваль едет, - она с тревогой посмотрела на подружек. – А Вик? Он ведь в Тинасу отправился?

Оборотни коротко кивнули, на бледных лицах читалось переживание.

- Он не совсем человек, он справится, - тихо произнесла Любава.

- А вы тогда куда собрались? – Элена окинула их подозрительным взглядом.

Девушки переглянулись.

- Ну-у, он не совсем человек, но ещё и не совсем оборотень, вдруг ему нужна помощь…

- Так! Ждите меня, - решительно проговорила принцесса. – Я сейчас переоденусь и мы для начала найдём Ярослава.

- Но тебе не стоит покидать дворец, - попыталась возразить Диса. – Твоё место здесь, ты будущая королева.

- Королева без короля, - фыркнула Элена и решительно топнула ногой. – Я не позволю себя обманывать, он мне за всё ответит!

Она стремительно развернулась и кинулась обратно к себе в комнату. Оборотни посмотрели ей в след и вновь переглянулись.

Принцесса залетела в спальню, на ходу расстегнула платье, скинула его на пол и распахнула дверцы шкафа. Из гардероба были извлечены тёмная блуза, кожаная куртка и обтягивающие штаны из плотной ткани. Она всё это быстро одела, окинула себя критическим взглядом, схватила со стола кинжал и засунула его в голенище сапога. Никакого другого оружия у неё не было.

Ристон поджидал её за дверью, вездесущий опекун уже проведал о её планах и категорически загородил дорогу.

- Ты никуда не поедешь! - непреклонно заявил он.

- Мне не требуется твоего разрешения, - возразила Элена и легко сдвинула старика в сторону, тот даже пошатнулся. Девушка шагнула мимо него.

- Стой! Ты не можешь! Это неразумно и очень опасно!

Элена резко обернулась, смерила его пронизывающим взглядом и обнажила клыки.

- Всё изменилось, Ристон, я уже не та девчонка, которая не могла за себя постоять. Я другая.

- Я знаю, но ты никогда не была беспомощной. Взбалмошной, своенравной, беспечной, не считающейся ни с кем – да, и ты всегда могла за себя постоять. Но иногда стоит вспомнить и об ответственности. Подумай, разве Ярослав хотел бы сейчас видеть тебя рядом с собой? Когда грядёт битва, он не должен оглядываться, не должен думать, что ты можешь оказаться под угрозой.

Элена нахмурилась.

- Ты прав, я не буду помехой, но я должна видеть, что происходит. Правители не прячутся за спиной народа, это не правильно.

У Ристона вырвался стон.

- Я тоже поеду, - произнёс он обречённо.

- Нет, ты останешься. Это приказ! – девушка непререкаемо топнула ногой. – Здесь ты нужнее.

- Но-но, я не отпущу тебя одну… - он с ужасом увидел, как глаза Элены начали закатываться, девушка вздрогнула всем телом, зажмурилась, а когда подняла веки, её взор был наполнен лихорадочным блеском.

- Он зовёт, - прошептала она.

- Кто?

- Мой король.

Она снова вздрогнула и как будто пришла в себя.

- Я должна идти, - заявила она. – Граница Рееты открыта, мы вступаем в бой.

Старик весь съёжился и мертвенно побледнел.

- Началось, - едва слышно проговорил он.

- Прости, - Элена порывисто его обняла и побежала к лестнице.

Она перепрыгивала через ступеньки, а в ушах не смолкая звучали отзвуки тихого голоса – это был не приказ, не призыв. Она бы и сама не смогла объяснить что именно только что поняла и почему до будоражащей дрожи во всём теле хочет повиноваться – так нужно и это всё, что она знала.

Любава и Диса ждали её внизу у лестницы, обе девушки с трудом сдерживались, чтобы не сорваться с места. На бледных лицах сверкали мертвенными отблесками возбуждённо горящие глаза. Элена вдруг подумала, что и сама, наверное, выглядит точно так же. А ведь это был зов её будущего мужа. Он пожелал, и все оборотни ему повинуются! Нет, с этим нужно что-то делать, она не собиралась исполнять любой Его приказ. Пусть он Король, но она-то будущая Королева. Главное, чтобы это будущее не исчезло…

Девушки сами оседлали себе коней и двинулись вслед за выезжающим войском. Оглянувшись, Элена обнаружила за спиной десяток всадников – Ристон не смог отпустить её одну. Девушка горько усмехнулась, в сердце на мгновение кольнуло болью, но она упрямо наклонила голову и послала коня вперёд.

Обогнать войско на улицах города не было никакой возможности – всадники и пешие воины полностью перегородили дорогу между домами. Девушки в нетерпении сдерживали коней, а городские ворота всё не хотели приближаться. Элена невольно прислушивалась и раз за разом заставляла вставать перед глазами картину выжженной земли, словно это могло что-то изменить. А потом перед взглядом мелькнули ветви деревьев, качнулись навстречу красные листья, и кожу обдало ледяным холодом. Девушка невольно поёжилась. Граница Рееты открыта. Ей показалось, что вздрогнула не только она одна, мертвенно холодное дыхание леса пробежало по всем людям. Два противоположных мира слишком близко соприкоснулись друг с другом – как лёд и пламя, только в данном случае именно лёд мог потушить огонь. Они не знают истинную силу Рееты, а вот она чувствовала, и сердце просто замирало от осознания её глубины…

Замыкающие строй воины прошли через ворота, и у подружек появилась возможность пустить коней в обгон войска. Девушки рысью поскакали вперёд следуя вдоль растянувшейся вереницы людей. На них искоса поглядывали, многие узнавали в ней принцессу, почтительно на ходу кланялись, Элена с трудом успевала им кивать.

Войско длиннющей изгибающейся змеёй двигалось по дороге в сторону Рееты, потом, не приближаясь, свернуло вдоль проклятого леса и двинулось дальше. Девушки некоторое время ехали рядом, выходило, что дорога с войском у них одна и та же. Во всяком случае, Элена была уверена, что им тоже нужно ехать в этом направлении. Другим вопросом оставалось – стоит ли вырываться вперёд и пытаться найти Ярослава самостоятельно? Звериное чутьё и зов могут подсказать многое, но принцесса до сих пор находилась в смятении – слишком странным было повиноваться инстинктам и следовать Его приказам, да и слова Ристона засели в голове. Она не должна Ему мешать.

В лицо вновь дохнула холодом, войско пересекло холмистую местность и двинулось сквозь луга, широкой полосой отделяющие дорогу от Рееты. Если смотреть в сторону леса, то казалось, что воздух дрожит, колышется, напоминая зыбкий туман. А у самой границы мелькнула тёмная полоса и быстро начала приближаться, стремительно пересекая луг. Войско замедлилось, начало останавливаться, люди в подступающей панике оглядывались друг на друга.

Элена посмотрела на оборотней, девушки держались совершенно спокойно, на застывших лицах нельзя было прочитать никаких чувств.

- Он их призвал, - произнесла Любава. Диса кивнула.

Со стороны Рееты нарастал шелестящий топот, Элена привстала в седле, увидела, как выметнулись из травы серые тела и огромными скачками понеслись вдоль дороги. Войско замерло, люди схватились за оружие, обнажили клинки, достали луки и арбалеты. Твари Рееты тоже начали приостанавливаться, поглядывать на живых. Часть из них бежали мимо, движимые определённой целью, но многие замирали, втягивали носами воздух, оскаливали безгубые рты. На гротескных лицах мелькали голодные ухмылки, лапы судорожно подрагивали, скребли землю.

Элена впервые видела переродившихся жителей Рееты настолько близко, она стойко сжимала зубы, но внутри у неё всё перевернулось от ужаса. Не могли обычные люди превратиться в такое… Под серой шкурой выпирали скелеты костей, на них тугими жгутами лежали обтянутые кожей мышцы, длинные руки, используемые так же и при беге венчали огромные когти, но главное – в лицах уже не было ничего человеческого. Круглые печальные глаза, с красноватыми отблесками нестерпимого голода, носа почти нет, а из ртов выпирают заострённые клыки. Это тоже люди?

Не меньше сотни тварей перегородили дорогу, на месте они не стояли – мельтешили взад и вперёд, скалились на людей, словно в задумчивости скребли землю. Большая часть стаи нежити нескончаемой вереницей продолжали бежать от Рееты в сторону границы Тинасы, но некоторые останавливались, присоединялись к собратьям на дороге и жадно взирали на живых.

Войско ощетинилось оружием и вынужденно встало на месте. Элена оглянулась на подружек, те кивнули и девушка, глубоко вздохнув, двинулась к началу войска. Она была знакома с командующим, его звали Грегор, крепкий, уже в годах воин с изрезанным шрамами лицом сейчас настороженно смотрел на подступающих тварей. В руках у него были и щит, и меч, рядом целились в нежить лучники. Те пока не нападали, но и уходить не собирались – крутились на месте, то отскакивая, то вновь приближаясь.

Элена храбро выехала вперёд, кивнула Грегору, отчего тот вздрогнул и попытался оттеснить её лошадью под защиту войска. Но девушка легко вырвалась, усмехнулась старому воину в лицо, показывая слишком длинные для человеческих клыки и покачала головой.

Она первой двинулась по дороге – к загородившим проезд тварям, в горле клокотало грозное рычание и перемешивалось с тихим воем. Те задёргали носами, медленно попятились.

- Уходите! – приказала принцесса.

Человекоподобные существа закрутились на месте, с недоумением прислушались.

- Уходите, - повторила Элена, добавляя в голос рычания. Она не была уверена, что имеет хоть какое-то право им приказывать. Ощущение было странным, можно не повиноваться инстинктам, но те капли крови, что когда-то попали в её тело и превратили в монстра, несли в себе Его часть, Его сущность. Их короля.

Элена выдохнула, в мыслях засела паника. Что она делает? Конь заплясал под седлом, попытался встать на дыбы и попятиться. Самая близкая тварь была на расстоянии вытянутой руки, на девушку не отрываясь смотрели бездонные красноватые глаза с совершенно бессмысленным, но полным голода взглядом.

Принцесса рванула себя зубами за запястье, на коже проступили несколько капель крови. Она вытянула к твари руку, поднесла к самому лицу. Нос задёргался, клыкастая пасть приоткрылась и жадно потянулась к живой плоти. Элена со страхом ждала. По коже прошёлся холодный язык, слизывая кровь, существо дёрнулось, вскинуло голову и резко зашипело. Тварь попятилась, рыкнула на других и со злобой ударила лапой не посторонившегося соседа. Серокожие монстры с глухим рычанием медленно отошли с дороги, а потом с места рванули в общую массу бегущей стаи.

Элена с дрожью проследила за ними взглядом, в груди слишком быстро стучало сердце, выдавая, что пока ещё она не холоднокровное и бесстрашное существо, а просто человек.

- Неплохо для неперерождённой, - произнёс насмешливый голос.

Элена посмотрела в сторону говорившего и замерла с широко открытыми глазами. Высокий, мускулистый мужчина стоял посреди толпы серокожих, потоком скользящих вокруг его фигуры. Он был полностью обнажён. Такие же фигуры людей появлялись из под деревьев Рееты и присоединялись к бегущим тварям. Мужчины и женщины, все с бледной кожей и горящими голодным блеском глазами, гибкие, мускулистые, никто из них не смущался своей наготы.

Оборотень приложил к груди руку, слегка поклонился Элене и сорвался с места на бег.

Элена оглянулась на подружек, встретилась с их как будто оценивающими взглядами и глубоко вздохнула. Она вновь повернулась к уводящей вдаль дороге, сжала зубы и пустила коня вперёд – во главе войска. За спиной сначала было тихо, а потом послышался топот тысяч копыт и ног. Правители не прячутся за чужими спинами.

А рядом бежала холодная волна воздуха, долетавшая от безжизненных фигур нелюдей, дотрагивалась до кожи, прикасалась к сознанию. Мы другие, мы существуем в пустоте собственных душ…

Глава 43

С некоторых пор Вику стало казаться, что хождение по дорогам босиком является вполне естественным для него занятием. Да и то, что он одет в одни только штаны, уже совершенно не смущало. По сравнению с разодранными грудью и плечом это вообще казалось какой-то мелочью.

Вик подвигал повреждённой рукой, поморщился, глянул на молчаливо бредущего Кима.

- Эй, лекарь, может хоть плечо мне долечишь? От этого всё-таки наша безопасность зависит. Я левой рукой владею хуже, чем правой.

Ким не отвечая дотронулся до его плеча и на ходу зашептал почти неслышные заклинания. Вистолец почувствовал бегущее тепло, рану защипало. Кожу быстро стянуло и на месте разрывов почти мгновенно легли жгуты шрамов. Вик зашипел сквозь зубы, энергия слишком беспощадно терзала его плоть, пусть она была лечащей, но то с какой скоростью и силой происходило это лечение определённо не являлось нормальным. Вик дёрнулся, стряхнул руку мага и потёр заживлённое плечо. Под кожей продолжали чувствоваться колющие иглы.

- Ладно, - проворчал Вик. – И на том спасибо. Теперь можешь обижаться дальше.

Он помахал рукой, проверяя её работоспособность, двигаться было достаточно легко, в мышцы вернулась прежняя гибкость и сила.

Их компания шла по дороге, к холмам и долине решили не приближаться, достаточно и того, что шаркающий топот тысяч ног отчётливо доносился до слуха. По счастью холмы перекрывали друг друга, и видимых просветов между ними не было. Мертвецы двигались со своей стороны, больше не делая попыток поохотиться на живых. Вернее не получали такого приказа.

Вскоре дорога начала отворачивать, а на границе с Миросом углубилась в чащу леса, направившись совсем в другую сторону. До первых деревьев путники молча шли вдоль вереницы брошенных повозок. Лошадей не было, но вся земля осталась издолбленной глубокими отпечатками копыт, словно животные взбесились и не хотели стоять на месте.

Девчонки несколько раз забирались на телеги, что-то подбирали, а потом старались это что-то по быстрому сгрызть, не привлекая к себе внимания. Их брат мрачно поглядывал по сторонам, хмурился, в глазах мелькала настороженность. Мила и Лана и ему протягивали добытую еду, тот молча качал головой. Вику они тоже предлагали нечто зажатое в кулачках, как показалось вистольцу, это был хлеб. Он с улыбкой брал найденное, не глядя запихивал в рот и жевал, не чувствуя вкуса.

У самой границы Вик остановился, внимательно осмотрел следы. В его видении дорогу перегораживала телега, а рядом находились солдаты и колдуны. Впрочем, телега и сейчас стояла на том же месте, колёса с одной её стороны надломились и на землю скатились тяжёлые брёвна, надёжно перекрыв проезд. По обочинам сплошным ковром вытоптана трава, кусты и несколько тонких стволов деревьев сломаны, второй борт телеги, оказавшийся приподнятым вверх, забрызган багровыми пятнами. По одному из торчащих в воздухе колёс стекали густые потёки ещё не до конца свернувшейся крови. На земле пролегали глубокие борозды, оставленные чьими-то судорожно сжимающимися пальцами. Ещё живыми или уже мёртвыми? А дальше следы ног и копыт разбегались и по дороге и в чащу.

Вистолец и маг переглянулись, где-то в лесу слышался треск ломаемых сучьев, тот кто там шёл не заботился о сохранности собственной одежды, прорываясь напролом. Звук удалялся, углублялся в чащу. Вик посмотрел на обрывающиеся у леса холмы и кивнул в сторону отворачивающей от них дороги.

- Думаю, что идти по дороге тоже будет опасно, мертвецы разбрелись по всему лесу. Ближайший город Кэриваль, ещё есть несколько селений у леса, - он покачал головой. – Эта мёртвая армия движется как раз к ним. Не стоит сейчас туда ходить, будет лучше, если ты создашь магический щит и переждёшь с сёстрами здесь.

- И что именно нам пережидать, Вик? – Ким сжал кулаки и зло уставился на вистольца. – Бесполезно всё это. В этом мире больше нет безопасных мест. Дракон вышел на охоту. Сначала он уничтожит мёртвых, а потом примется за живых.

Вик хмуро усмехнулся.

- Считаешь, что дэлонхи с ним не справятся?

- Я не знаю, что будет дальше, но сидеть здесь на месте не собираюсь! Сам-то ты куда интересно собрался? – Ким поймал за руку Лану и кивнул Миле, чтобы подошла ближе. Глаза подростка поблёскивали лихорадочными огнями.

Вистолец окинул взглядом детей и вздохнул.

- Насколько я понял, сарши тоже участвовали в охоте на драконов, зачем-то я ведь был нужен дэлонхам, - проговорил он задумчиво. – Нужно использовать любой шанс, чтобы с ним справиться.

- Ты даже не знаешь, что именно можешь сделать, - фыркнул маг. – И твоё время начнётся лишь ночью.

- Неважно, я иду в Долину Ветров.

- Ладно. Пошли, - подросток решительно зашагал к деревьям, причём направление выбрал правильное – в сторону начавших доноситься глухих ударов.

Вик догнал детей за несколько шагов. Между стволов были протоптаны широкие тропы - кустарник выломан, трава смята, то там, то здесь виднелись раздавленные грибы и содранный мох. Вслушиваться было бесполезно, звуки метались по лесу: хруст веток, тяжёлые волочащиеся шаги, удары обо что-то твёрдое и хрипы, иногда перемешивающиеся с панически-испуганными криками живых голосов. А потом земля словно вздохнула, дрогнула, почти сбив путников с ног, и между деревьев прокатилась жаркая волна воздуха.

- Что это? – испуганно воскликнула Лана.

- Дракон, - совершенно без эмоций ответил Ким.

Вик придержал подростка за плечо, схватил за руку Милу, притянул к себе.

- Долина близко? – спросил он напряжённо, хотя мог бы и не задавать этот вопрос и сам уже понял, что стоит пересечь небольшой участок леса и откроется свободное от деревьев пространство.

- Близко, - подтвердил маг и указал рукой направление.

Нарастающий гул шёл как раз с той стороны. Они медленно двинулись вперёд, земля продолжала подрагивать, идти было трудно. Вик с тревогой смотрел на покачивающиеся деревья. Сбоку вдруг наклонились сразу несколько стволов, между ними пролегла глубокая трещина и змеящейся полосой побежала по лесной чаще. Падающие ветви хлестнули рядом с Кимом, вистолец успел его отдёрнуть, толкнул на пригорок, туда же затащил девчонок. Те испуганно вскрикивали, хватались за Вика.

- Сюда, - Вик указал на мелькающий впереди просвет. Подросток кивнул, но вперёд больше не рвался. – Бегом.

Вистолец подхватил Милу и Лану на руки и ринулся между шатающимися стволами деревьев. Ким заспешил за ними. Лесной массив оказался лишь неширокой полосой, обрывающийся на краю огромного озера… Вик опустил девочек на землю, остановился за последними деревьями, посмотрел вперёд, пытаясь осознать то, что видит.

Когда-то это место должно было быть очень красивым. Далёкая полоса скал, нависающая над широкой долиной, подступающий к ней лес и это озеро, на берегу которого они сейчас находились… Остатки мутной жижи бурлили и грязными волнами гнилой воды и ила выплёскивались на чёрную, истрескавшуюся почву. В воздух взметался пепел, дно озеро разрывал исполинский разлом, протянувшийся от изуродованной, покрытой иссушённой, кавернозной коркой долины. Он ширился, разрывал слои породы и двигался вперёд – туда, где виднелись между деревьями покачивающиеся фигуры мертвецов.

Почти у границы леса земля вдруг перестала обрушиваться вглубь, пласты почвы вздыбились и замерли. На краю провала мелькнуло нечто белое, мощным ударом сгребло с берега камыши и траву и начало неудержимо расти вверх.

Сначала это были острые зубья на костяном гребне, они выдвинулись выше человеческого роста и продолжали подниматься. Под гребнем показались гигантские позвонки с расходящимся на ширину всего разлома скелетом рёбер, между ними мелькали более мелкие кости и нечто напоминающее натянутые жилы. Ввысь единым движением взлетел череп на длинном шейном столбе, мотнулся в разные стороны, словно отряхивался. Сквозь прорехи сомкнутых челюстей полетели комья земли, высоко в небе сверкнул мертвенный свет, замерцавший в глазницах.

Исполинский скелет дёрнулся, освободил из земли костяшки передних лап, увенчанных изогнутыми когтями, и вдруг с места взвился в воздух.

Вик во все глаза смотрел, как мёртвый дракон прыжком вылетает из разлома. Перед взглядом пронёсся костяк туловища, длинный хребет, переходящий в позвонки хвоста, мощные кости задних лап, а по бокам замолотили воздух костяные пластины крыльев. Но дракон не взлетел, он на одно долгое мгновение завис над озером, а потом всей своей массой обрушился на лес.

Сила удара, сотрясшая почву, бросила и вистольца и детей на подстилку из прелых листьев. Сверху накрыло ветвями упавшего дерева, почти оглушило, заставило зажать уши… Дикое, протяжное эхо воя сдавило сознание так, что внутри всё перевернулось, сжалось, заставляя корчиться от боли. Вик с трудом поднял голову, откинул ветки, отыскал взглядом детей. Те съёжились рядом с вывернутыми из земли корнями, вцепились в эти самые корни побелевшими пальцами и мелко дрожали.

Вистолец подполз к ним, встряхнул Кима, несколько раз ударил по щекам, заставляя открыть глаза. Его сёстры тяжело дышали и всё ещё зажимали уши.

- Мы слишком близко, - прошептал маг.

- Что? – не понял Вик.

- Чем ближе к дракону, тем сильнее его влияние. Он может поглощать энергию на расстоянии, - пояснил Ким.

- Ну, спасибо, что сообщил. Хотя бы сейчас, - Вик осторожно выглянул из-за ствола. Прямо от озера начинался огромный участок с поваленными, покорёженными остовами деревьев, растения почернели, обуглились, частично превратились в пепел. Там где двигался дракон, земля теряла способность жить – превращалась в прах.

Вик судорожно вздохнул, почувствовал, как по коже ползёт ледяной озноб. Взгляд невольно обратился в небо, туда, где над черепом костяного монстра расходились синие отсветы. Дракон приоткрыл челюсти, замер и словно вслушивался в пространство. Потом голова пошла вниз – к лесу, к вмятым в обгоревшую землю, но продолжающим шевелиться мертвецам.

Сквозь клыки вырвалось бело-синее пламя, обдало широким потоком восставшие трупы, а когда погасло на месте мертвецов, деревьев, травы и даже верхнего слоя почвы медленно заклубились чёрные хлопья сажи.

Дракон вновь поднял голову, по скелету побежала вибрирующая волна. Кости монстра утолщились, наросли уродливыми шипами. Эти выросты быстро переплелись друг с другом, образуя своеобразный каркас на пустых участках тела. Дракон встряхнулся и шагнул дальше. Армия мертвецов нескончаемой вереницей выползала из леса ему навстречу.

Сквозь оглушительный хруст полу сгоревших стволов деревьев под лапами монстра сбоку вдруг послышался другой звук – шаги - осторожные, медленные, крадущиеся. Вик прижался к земле и выглянул из-за вздыбившихся корней. Из чащи выдвинулись пять худых фигур в длинных плащах, волочащихся по земле. Костлявые пальцы сжимали посохи, безжизненные лица оставались совершенно без эмоций. Колдуны-дэлонхи остановились у границы леса и озера, напряжённо замерли, всматриваясь в спину дракона.

Вик наблюдал, как они переглянулись, выстроились в полукруг и поднесли навершия посохов друг к другу. При их соприкосновении в воздухе мгновенно почувствовалась шевельнувшаяся волна жара, с тихим треском перед колдунами соткался переливчатый луч и завис на месте, набирая мощь.

Вик глянул на сжавшегося Кима, глаза подростка были расширены, но смотрел он в никуда – как слепой. Вистолец потянулся к нему рукой и вздрогнул, слух уловил другие шаги, а потом перед лицом невероятно быстро мелькнула льдисто-холодная, похожая на хрусталь сталь. Он успел отдёрнуть голову, подставил под летящий к телу клинок магический меч и едва не зажмурился от яркой вспышки, возникшей при их соприкосновении. В руку впилась вибрирующая отдача, но изменённый меч выдержал. Вик с места вскочил на ноги, оттолкнул оружие противника ответным ударом и вынужденно закружил на месте, пытаясь одновременно отбить клинки трёх воинов-дэлонхов. А взгляд скользил по новым фигурам, появляющихся из-за деревьев, по колдунам, едва сдерживающих набухающий магической силой луч, и по быстро разворачивающемуся в их сторону исполинскому костяку с мерцающими синим светом глазницами.

Меч танцевал в его руке, жил своей жизнью, превратившись в сверкающую полосу, а человеческое тело двигалось со скоростью, на которую был способен только сарш. Вик чувствовал, что задыхается, невозможный ритм боя вытягивал все силы, но он создал вокруг детей непробиваемую преграду из бесчисленных движений меча, создал на грани собственного отключающегося сознания.

Число противников увеличивалось, Вик ясно понимал, что сейчас он неспособен пробиться сквозь завесу из их клинков, на это не хватало ни времени, ни сил. Он ждал. Происходящее зависло на неком рубеже и через бесконечно долгие мгновения начало разворачиваться с удвоенной скоростью.

Магический луч вспыхнул багровым светом и, оторвавшись от посохов дэлонхов, ударил в дракона. Чудовищный скелет успел наполовину развернуться, смёл хвостом широкую полосу ещё живых деревьев, вместе с этим отбросил часть армии ходячих трупов и пропахал в земле глубокие борозды когтями лап. Шаг к магам, луч бьёт в позвонки под гребнем, заставляет дракона замереть, от костей откалывается несколько острых кусков, летят вниз, а восставший монстр протяжно рычит, воет, наполняя пространство парализующей силой. Дэлонхи-воины отшатнулись, попадали на колени. Вик сдерживая подступивший к горлу ком и пересиливая ударившую по телу волну оглушающей слабости, шагнул к противникам, в резком замахе прошёлся клинком по их шеям. Крови не было, лишь красная полоса, отделившая головы от тела. Они беззвучно падали с плеч и катились к его ногам, а вслед за слетевшими головами очень мягко оседали тела… Кажется за спиной не переставая кричали Мила и Лана, Вик отстранёно их слышал, но ничего не мог сделать. Дракон закончил разворот, вниз опустился огромный череп, и вистолец впервые увидел, что глазницы не пустые - в них клубится сине-белое пламя, закручивается в воронки, в бездонные омуты… Слишком близко.

Челюсти приоткрылись, блеснул двойной ряд похожих на изогнутые клинки клыков, сквозь них скользнуло мертвенное дыхание дракона – ледяной поток света. Он накрыл колдунов-дэлонхов, огромный участок леса и то место, где находились вистолец и дети … Ким будто ожил, Вик почувствовал, как вздымается защитный купол, накрывает его, девчонок и самого мага. Он оглянулся, встретился взглядом с подростком, по губам пробежала горькая усмешка. Как будто знал, чем это закончится… Купол Кима разрушающимися частичками неудержимо рвануло и потянуло к дракону, а сверху захлёстывала волна синего пламени…

Мыслей не было, Вик прыгнул к детям, сгрёб их под себя и постарался закрыть своим телом. В кожу спины впился режущий холод, тело дёрнуло так, что вистолец невольно взвыл, ему показалось, что плоть кусками отделяется от костей и вместе с засасываемой магической энергией летит в пасть монстра… Показалось. Он знал, что кричит, но сквозь визг бушующего вокруг хаоса ничего не слышал.

Время остановилось. Скребущие землю пальцы чувствовали мягкие, рассыпчатые частички. Пепел. Перед глазами переплетался причудливый рисунок из чёрных и синих линий – синее вспарывало все цвета и оттенки и превращало в черноту. Эмоций не было, бесконечный водоворот кружащейся гибели напоминал причудливый сон…

Через невероятно долгое время Вик приподнял голову, вслушался в шуршащую пустоту. Непонимающе огляделся, ощущая себя вполне живым. Вокруг царила пустыня из пепла, очень близко несильный ветерок раздувал кучки чёрных частиц, лежащих в форме человеческих тел – все, что осталось от обезглавленных делонхов, тихонько что-то шептал.

Вик с трудом выдохнул, в горле нестерпимо першило, хотелось кашлять. Он с дрожью посмотрел на детей, увидел, что тот участок земли, который он накрыл своим телом сохранился не выгоревшим. Ким и девочки скорчились в неудобных позах и лежали совершенно неподвижно, но он чётко слышал биение их сердец. А ещё оставалось до кошмара реальное чувство Его присутствия.

Вистолец с трудом привстал, повернул голову, увидел, как надвигаются приоткрытые челюсти костяного черепа. Огромные клыки невероятно быстро заслонили собой весь мир.

Дракон вдруг дёрнулся, прямо по костям челюстей звенящими ударами рубанули два клинка. Монстр оглушающе взревел, но голову отдёрнул, череп с огромной скоростью начал удаляться, взлетать в небо, а вокруг него разгоралось зловещее сияние.

Вик поражённо уставился на своего спасителя, горло перехватило болезненным спазмом, слова не шли.

- Привет, Вик, - улыбнулся Ярси, его руки как нечто незначительное крутанули два меча, наполненных совершенно чуждой этому миру силой. Сейчас Вик впервые до жути отчётливо видел бушующую в них мощь. – Смог вернуть себе человеческий облик? Я рад за тебя.

Глава 44

Внутри тела что-то раздражающе захрустело и весьма ощутимо сдвинулось так, что Вик едва удержался от крика. Перед глазами сразу встала недавно виденная картина – из скелета дракона выдвигаются новые костяные выросты и начинают ползти, переплетаться, укреплять костяк. А вот что происходит с его собственным организмом?

Вистолец осторожно пошевелился, с трудом сел, очень надеясь, что не начнёт прямо сейчас превращаться во что-то новое. Кожа спины так и хранила ощущение льдистого холода, иглами впившееся в плоть и продолжающее дёргать болью. Он попытался оглянуться, взгляду предстало лишь плечо, покрытое бесчисленными красными точками.

- Дыхание дракона, - произнёс Ярси, на его губах появилась насмешливая улыбка. – У тебя крепкая шкура, Вик, не переживай. Ты почти не пострадал. Сможешь ещё раз создать такую защитную зону?

- Ч-что? – голос прозвучал хрипло, он закашлялся.

- Не спи, Вик, сейчас некогда копаться в себе. Принимай всё новое сразу, - жёстко посоветовал Ярси и плавно развернулся, вновь поднял мечи. Череп дракона стремительно падал с неба, приоткрытые челюсти зловеще поблескивали на солнце гладко отполированными клыками.

- Я не сплю, - проворчал Вик. – Поспишь тут как же.

С третьей попытки удалось встать на колени, но тут же пришлось падать вновь. Дракон, ещё не приблизившись к жертвам, яростно взвыл. Оглушающий звук эха вибрирующей волной воздуха вонзился в тело и отбросил на пепел. По голове словно ударили, Вик глухо застонал, во рту появился вкус крови, нечто тёплое просочилось сквозь губы и потекло по подбородку.

- У-у, да чтоб тебя… - он вновь начал приподниматься, затуманенный серыми пятнами взгляд вычленил фигуру Ярси. Оборотень оказался очень близко, стоял на коленях, над головой были скрещены поднятые клинки. Челюсти дракона уже удалялись, вновь взлетали в небо, наткнувшись на преграду из мечей.

Вик судорожно выдохнул и позволил себе упасть обратно в пепел, тело сковывала болезненная слабость, двигаться не хотелось. Он уставился ввысь и тут же пожалел об этом.

Высокое, безоблачное небо наполнял солнечный свет, поэтому десятки лучей, взлетевшие с земли, сначала почти затерялись в его безграничном просторе. Сверкающие отсветы солнечными зайчиками пробежали по стволам ещё целых деревьев, радугой расцветили выгоревшую землю и каскадом огней сошлись в одном месте…

Магия? Вик вдруг понял, что ещё в том первом луче, созданном колдунами-дэлонхами, не почувствовал ни капли магической энергии. Их создание имело совсем другую природу - оно впитывало магическую мощь, а не порождало, собирало в себя. Вернее собирало в нечто материальное, ощущаемое как принадлежащее чему-то извне - не из их мира.

Костяк дракона накрыло волной впивающегося в него света. На доли мгновений показалось, что он стал прозрачным, истощился, потерял яркость. Вниз водопадом полетели обломки костей похожие на огромные острые щепки. Они с силой вонзались в землю, оставляли глубокие ямы и превращались в крошево.

Костяной монстр резко присел, лапы словно подломились, не выдерживая разрушающегося тела. Скелет, подняв тучу пепла, завалился на бок, дёрнулся, позвонки шеи начали поворачивать череп по кругу, стало видно, что в глазницах продолжает гореть яростный свет.

Дракон развернулся и распластался на рёбрах грудины, челюсти безошибочно вытянулись в сторону атаковавших колдунов, сквозь клыки полился поток мертвенного сияния. Бело-синей туман лег на ещё живой участок леса, деревья пригнулись, вниз полетели ветви, потом как сухие травинки обрушились почерневшие стволы – частичками пепла, хлопьями гари, пылью… А вместе с деревьями прахом стали все, кто пытался между ними спрятаться. В ответ не прилетело ни одного луча.

Дракон заворочался, встряхнулся, подобрал под себя лапы и начал тяжело вставать. На покорёженном скелете вытягивались новые костяные наросты, переплетали повреждённые места, перекручивались и срастались.

Вик вновь сел среди пепла, увидел, что Ярси уже стоит на ногах, оба меча касаются остриями земли, образуя искрящиеся ореолы. Вистолец встревоженно глянул на детей, было похоже, что все троя без сознания, но они были живы. Он облегчённо выдохнул.

- И что дальше, дэлонхи в не игры? – спросил он.

- Сомневаюсь, - Ярси окинул его взглядом серебряных глаз. – Их много. Подходят вместе с мертвецами. Приходи в себя, Вик. Твоя помощь не помешает.

- Какая? Моя сила появится только с закатом.

- Ты так думаешь? – оборотень склонил голову и насмешливо улыбнулся. – Не надо себя недооценивать, друг. Присоединяйся.

Ярси кивнул и зашагал в сторону дракона.

Вик проводил его взглядом и вдруг обнаружил, что Ким уже некоторое время сидит и смотрит вдаль. Взгляд парня был застывшим и очень растерянным.

- Он дракон, - произнёс подросток глухо.

- Что?

- Всего лишь по рождению, - проговорил незнакомый голос. Вик резко развернулся и увидел рядом с собой соотечественника. Высокий гибкий мужчина сжимал обнажённый меч, очень особенный меч, дарующийся лишь воинам-магам. Незнакомец подмигнул и протянул ему руку. Вик с некоторой заминкой схватился за его кисть и вскочил с земли, пошатнулся и невольно опёрся о его плечо. Тут же отступил, пытаясь совладать с собственными подгибающимися ногами.

- Прости, голова идёт кругом.

Тот спокойно улыбнулся.

– Меня зовут Эрто, - представился он.

Вик с дрожью кивнул, опёрся для равновесия на меч. Голова шла кругом не только от не отступающей слабости.

- Я знаю о тебе, много раз слышал о великом воине и маге, которой несколько веков назад ушёл в чужие земли. Это стало почти легендой, потому что с тех пор его никто не видел. Виола объявила, что он погиб в битве… с драконом. Её видения всегда являются правдой, но очень часто повествуют не только о случившемся, а о том, что должно произойти. Так это прошлое или будущее?

Эрто хмуро усмехнулся и пожал плечами.

- Ты был прилежным учеником, Вик, помнишь легенды… но так ли это сейчас важно? Прошлого уже не существует, а настоящее и будущее готовы исчезнуть. Зачем оглядываться, нужно идти вперёд.

Высоко над его головой вдруг пролегла широкая полоса сине-белого света, на миг зависла и начала падать на выжженную землю, на безразлично бредущих к озеру мертвецов, и на участок живого леса.

Вик скрипнул зубами, губы сами собой прошептали: - Бежим.

***

Их отряд замыкал левый фланг войска у маленькой, но очень густонаселённой деревушки. Рядом журчала довольно широкая река, пахло тиной и илом, взгляд то и дело цеплялся за поблёскивающую у самой поверхности чешую рыб. Сквозь заросли кустарника, захватившие весь берег, просматривались зеленеющие ботвой картофельные поля, а дальше вставал густой тёмно-зелёный лес.

Если оглянуться, то взгляду сразу открывались аккуратные, добротные домики - очень близко, сразу за взгорком, до которого рукой подать. Тирена злилась, могли бы перейти реку и устроить линию обороны на другом берегу – подальше от деревушки. Это селение очень напоминало её собственное, вот только было намного меньше. Да какая разница? Сейчас каждый борется за существование их мира.

Конечно, её не захотели взять в войско, а уж тем более на передовую. Новичкам приказали нести стражу в Кэривале. Их назвали последним оплотом и вручили всем по новому посоху, как будто это могло что-то изменить. Смешно. Девушка сбежала почти сразу и двинулась вслед за войском туда, где за спинами воинов начинались не покинутые их жителями селения. Пробраться в один из отрядов было уже делом смекалки и хорошо подвешенного языка. Мага здесь встретили с радостью, даже не поинтересовались кто она такая и почему опоздала. Вторым магом, вернее первым здесь был застенчивый веснушчатый парень по имени Геолис. Старше самой Тирены лет на пять, он являлся удивительно задумчивой и несобранной личность. После знакомства с ним девушка уже не удивлялась, что её так восторженно здесь приняли.

Сейчас Геолис сидел неподалеку, так же как и все в густой траве, но при этом сумел выбрать для себя местечко с возможностью облокотиться на кочку и полулежать. То, что предполагаемое место нападения находится у него за спиной, мага совершенно не волновало. Он перебирал травинки, поглядывал на солнце и то и дело что-то шептал. Данное занятие ему нравилось куда больше, чем наблюдение за лесом.

Тирена фыркала в его сторону, но в сердце то и дело заползал страх, шевелился холодными щупальцами, мучительно сжимал. Она маг-самоучка, он какой-то растяпа. Одна надежда, что его умения окажутся всё же достаточно значительными и пересилят показную безалаберность.

Момент, когда все мысли, ожидание и собственная неуверенность перестали что-либо значить, наступил настолько внезапно, что девушка его почти пропустила. Это была стихийная волна – в уши впился треск веток, стволы деревьев покачнулись, зашелестели листьями, а рядом кто-то судорожно вздохнул. Обречённо, непонимающе. А потом вся реальность закружилась калейдоскопом взметнувшихся в воздух стрел, стеной из фигур, в разорванных одеждах, сквозь которые проглядывали куски полусгнившей плоти и их безостановочно надвигающейся толпы.

Тирена вся сжалась, рядом вскакивали лучники, одна за другой звенели тетивы, и срывались в полёт стрелы. У кромки леса они впивались в бредущие фигуры, застревали во внутренностях безжизненных тел и на этом их действие заканчивалось.

- Стрелы не тратить, - прогремел голос командира их отряда. – Стреляют только те, у кого есть серебряные наконечники.

Таких оказалось меньше половины. Прицельные выстрелы поразили с десяток фигур противников в первом ряду. Люди завороженно наблюдали, как шаги мертвецов замедлились, тела судорожно дёрнулись и повалились на землю, продолжая размахивать конечностями. Об них тут же начали спотыкаться и падать другие мертвецы. Очень быстро образовался стихийный завал из копошащихся тел. Эту кучу с двух сторон спокойно и безразлично огибали остальные ходячие трупы. Их поток безостановочно выплёскивался из леса. Под тяжело переставляемыми ногами сминались и исчезали ростки картофельной ботвы, вспаханная земля разгребалась волочащимися ступнями, раскидывалась в стороны. А они всё шли и шли…

Рядом с Тиреной обречённо опустил лук один из мужчин, в колчане не осталось ни одной стрелы. Он отбросил уже бесполезное оружие и выхватил меч. На побелевших губах заиграла горькая усмешка.

Девушка судорожно выдохнула, оглянулась на Гиолиса, тот весь сжался и продолжал что-то шептать.

- Ладно, - Тирена сосредоточилась и подняла посох, привычно потянулась к магической энергии – её всегда было рядом очень много, но наткнулась лишь на слабый отголосок нужной ей силы. Девушка ощутила подступающую панику и упрямо взмахнула посохом. В глазах потемнело, энергия как-то слишком легко выдралась из её собственного тела, из крови, из мышц… С навершия посоха сорвался пучок разрозненных молний, перелетел реку и ударил под ноги подступившим мертвецам. Те слегка приостановились, на нескольких загорелась одежда. Остальные толкнули их и продолжили идти.

Тирена тяжело вздохнула, вновь попыталась собрать энергию извне, но лишь почувствовала, как перестаёт хватать дыхания и подгибаются ноги. Голова закружилась, вместо энергетических линий перед взглядом вдруг мелькнул расползающийся сине-белый туман - почти невидимый, похожий на щупальца какого-то чудовищного монстра…

****

- Что происходит? – знахарка выглянула из-за спины молодого парня, позади которого сидела на лошади. Тот сильно закрывал ей обзор, и женщина всё больше злилась, заставляя Тинка наклоняться то в одну, то в другую сторону. Иномирец лишь вздыхал и совершенно не сопротивлялся, во всех его движениях чувствовалась усталость и обречённость.

Высокий, черноволосый воин, ведущий под уздцы их лошадь, напряжённо качнул головой. Его упругий шаг неуловимо изменил, стал более осторожным, крадущимся. Как у хищника.

За полдня пути они успели пересечь лес, весь изрезанный вновь образовавшимися горелыми просеками, надышались дымом, переругались, а сейчас, покинув кроны деревьев, двигались через неширокий луг. Впереди высились непонятные строения – кособокие хижины с полу разрушенными стенами и сползшими на бок крышами. Когда-то они стояли в несколько улиц и были окружены заборами, сейчас ни дорог, ни огородов, ни чёткого порядка в расположении самих домов больше не существовало. Всё было странно приподнято и смешано. Вздыбленная земля опрокинула многие строения, сдвинула с мест, частично разрушила и покорёжила. Кроме вывернувшихся наружу пластов по селению пролегал глубокий провал, поглотивший собой всю центральную дорогу. От него змеились множество трещин и дышащей огненными отблесками паутиной перечёркивали каждый двор.

Трое путников невольно остановились на подходе к разрушенной деревне. Мировир встревоженно закрутил головой, ветер дул в лицо и нёс в себе множество запахов – прогретой земли, дыма, пыли, сгоревшей древесины и… печёного мяса.

- А где люди? – задал своевременный вопрос Тинк.

- Их нет, - лаконично произнёс оборотень. Никого живого он действительно не чувствовал. Кроме жара от селения веяло промозглой пустотой, стылым подземельем и ощущением близко раскопанной могилы. – Не стоит нам сюда ходить.

- А если кому-нибудь помощь нужна? – не унимался иномирец.

- Я же сказал – не кому помогать, - рявкнул оборотень.

- Он очень голодный, - зябко поёжилась Дженевра. – Так и будет жрать всё на своём пути.

- Куда он движется? – оглянулся на Тинка Мировир. – Здесь есть ещё деревни?

- Есть, - уверенно произнёс иномирец, хотя реетец и не думал получить ответ на этот вопрос – Тинку-то откуда знать о расположении селений их мира. Но тот вдруг выпрямился в седле, странно напрягся и дрожащей рукой указал направление над покорёженными домами. – Но он ещё здесь. Ждёт.

- Чего? – в раз охрипшим голосом переспросила женщина.

- Добычу, - иномирец повёл рукой в сторону подходящей с другой стороны к селению дороги. Она огибала густую белостволую рощу, и сейчас из-за деревьев выдвигался караван обозов.

- Их нужно предупредить! – воскликнула Дженевра.

- Не успеем, - слишком спокойно ответил парень, в его глазах плясали непонятные искорки похожие на радостное ожидание. Мировир глянул ему в лицо и невольно схватился за меч, по щекам иномирца ползли синеватые прожилки. Оборотень кивнул Дженевре, чтобы слазила с коня, и приставил остриё клинка к горлу парня.

- Сиди спокойно, - проговорил он с угрозой.

- Я спокоен, - усмехнулся тот.

Люди в караване заметили неладное, начали останавливать лошадей. Вперёд выехали два всадника, оба держали в руках посохи.

- Нельзя колдовать, - прошептала Дженевра. – Нельзя…

Взмах посохами, с наверший срывается золотистый поток и мельчайшей пылью энергетических частичек летит к селению. Дорога лишь мгновение хранит неподвижность, а потом начинает раскалываться, трескаться, расходиться кусками породы и обваливающейся почвы. Золотистая пыль скользит над обрушивающейся вниз землёй, медленно опускается вниз, замирает и подхваченная сине-белым туманом втягивается в глубину.

Крик людей смешался с паническим ржанием животных, разлом добежал до каравана и распахнулся ещё шире, захватив огромное пространство. Люди, телеги, лошади в одно мгновение рухнули в пропасть, и даже путь тех, кто пытался бежать пересекли широкие трещины, отрезая от спасения. Они погибли чуть позже, когда из земных недр выплеснулся сине-белый туман и жадным, всё поглощающим ковром лёг на траву и на рощу.

По ушам ударило отголоском звенящего эха, почти сбило с ног. Мировир схватил Дженевру за талию и поволок обратно к лесу. Второй рукой он продолжал держать повод коня. Тинк сидел в седле совершенно неподвижно, на белых губах застыла безжизненная усмешка.

А далеко в глубине земли слышался хруст, чавкающие шлепки, как будто что-то лопалось, и затихающие крики.

Мировир забросил женщину на плечо и побежал, побежал со всей скоростью, на которую был способен. Рядом панически всхрапывал конь, пытался вырвать повод, но оборотень тянул его за собой. Оглянулся он только один раз, когда инстинктивно почувствовал движение - увидел, как над разломом неудержимо поднимается огромный костяной столб, а на его вершине ворочается исполинский череп.

Они достигли первых деревьев, когда череп почти повернулся в их сторону. Мировир вновь оглянулся, окинул взглядом приоткрытые челюсть и мерцающие синей мглой глазницы, а потом одним прыжком залетел под кроны деревьев и, не останавливаясь, ринулся дальше.

Они добыча, всего лишь добыча, не больше…

Глава 45

При каждом шаге в воздух поднималось густое облако пепла. Мельчайшие чёрные частички напоминали однородную невесомую пыль и срывались с места от малейшего движения. Обычный пепел таким не бывает. И туман таким не бывает. И остающиеся после него кристаллики изморози не должны шипами впиваться в землю и застывать уродливыми колючками.

Земля умирала, под ногами вместо почвы звенел безжизненный камень. Пепел был не просто внешним покровом, он стал смертным саваном для этого леса…

Граница живых деревьев отодвинулась на огромное расстояние, окаймляя чёрную, разбитую трещинами пустошь. Обезображенная земля простиралась до самых холмов, из-за которых продолжала выползать вереница ходячих трупов. Покачивающиеся фигуры ни на что не обращая внимания ступали в пепел и безразлично брели вперёд.

Ярси вынужденно отошёл от основного места действия, чтобы оставаться под кронами деревьев. Исполинский скелет дракона вновь развернулся к мертвецам. Белоснежные кости резким диссонансом выделялись среди угольно-чёрного мрака изменённой местности. Сейчас монстр тяжело ступал по раскалывающейся под его лапами поверхности точно к холмам. К приманке.

Оборотень и видел и чувствовал стремительные движения на вершинах возвышенностей. Дэлонхи разрозненными фигурами занимали позиции с двух сторон от долины. Ярси настороженно замер. Отголоски готовившегося действия совершенно не напоминали волшебство. Упыри сдвигались точно на определённые точки и вставали друг напротив друга, а внизу между ними тянулась бесконечная река из ходячих трупов.

Дракон изогнул дугой шею и наклонился к выползшим на пустошь мертвецам. Сквозь клыки полилось бело-синее сияние. Светящийся туман лёг сверху на покачивающиеся фигуры и начал опускаться к земле. Вместе с ним сползали остатки истлевшей кожи, гнилью растекалась плоть и крошились кости – мертвецы словно плавились, распадались на куски и превращались в чёрные рассыпающиеся частички, иссушённые туманом.

Ярси до ужаса чётко чувствовал выдираемую из разрушаемых тел энергию, её бурные потоки стремительно неслись к дракону и вливались в костяк. Бока монстра быстро обрастали новыми частями, смыкались костяным панцирем на всём протяжении позвоночника, превращая скелет в подобие тела.

За спиной почувствовались шаги – Вик, Эрто и тинасцы бежали сквозь лес в его сторону… Ярси нахмурился, слуха коснулись очень далёкие крики, внутреннее виденье бросило сквозь расстояние к держащему оборону войску людей. Поток мертвецов захлестнул передовые ряды и проминал линию дальше – к домам, к селениям, к городам…

Он глухо рыкнул, твари Рееты резко изменили направление и вместо Долины Ветров хлынули в сторону основного войска Мироса. Серые человекоподобные существа широкой полосой вклинились между ходячими трупами и живыми. Люди не успели опомниться, как лавина из нежити смела со своего пути неторопливые покачивающиеся фигуры и начала отбрасывать их обратно к лесу.

Резко захрустели кости, в уши впился звук лопающейся кожи и разрываемой плоти. Дёргающиеся куски тел летели над головами тварей, с дикой яростью раскидывались в разные стороны и часто попадали под ноги людям. Теперь войско отступало, чтобы не быть заваленным разодранными частями трупов. Люди получили передышку.

…Тирена с трудом приоткрыла веки и поняла, что кто-то подхватил её под мышки и тащит по земле. Тело было вялым и не послушным, даже простое движение головой отозвалось болезненным чувством слабости. Туманящийся взгляд поймал покачивающееся над ней лицо Геолиса. Волосы парня были всклочены, на бледном лице поблёскивали лихорадочно-светящиеся глаза. Он заметил, что она очнулась и хмуро усмехнулся.

- Разве я не говорил, что колдовать нельзя? – проговорил он сквозь зубы.

- Нет, - девушка через силу качнула головой. – Почему?

- Эти твари питаются энергией и прежде всего магической, - Геолис фыркнул. – Но разве меня кто-то услышал?

- Откуда ты знаешь? – прошептала Тира. Маг вдруг резко встряхнул её, перехватываясь поудобней и зашагал быстрей.

- У меня был учитель – ополоумевший старик – мой дед, который только и делал, что твердил о драконах. Почему-то он был уверен, что в нашем мире есть дракон. Конечно, ему никто не верил, - парень вновь усмехнулся. – Но я не мог не запомнить всё то, о чём он говорил. Всё-таки он твердил об этом каждый день. Наверное, я был единственным, кто от него не отмахивался. Теперь я его хорошо понимаю.

- И что ещё он говорил? – голос девушки почему-то дрогнул. – Их можно победить?

- Драконов или мертвецов? Не знаю, о победе речи не было. Он говорил только о гибели всего нашего мира. Знаешь, по-моему это глупо предупреждать о неизбежном, - Геолис странно улыбнулся – обречённо, а Тирене вдруг стало очень страшно. – Изменить всё равно ничего нельзя и бежать тоже некуда. Я бы не хотел знать о таком своём будущем.

- Да, это глупо, глупо просто ждать, не пытаясь найти решения, - девушка дёрнулась и сделала попытку встать на ноги, но лишь от одного этого усилия перед глазами потемнело, а по мышцам стегнуло болью.

- Тебе нужно отдохнуть, набраться сил, если успеешь… - голос мага отдалялся, летел в пустоту, накрывал серой пеленой бессознательности. – Я помогу, - услышала она его последние слова и поняла, что больше ничего не чувствует.

***

Синие огни глаз на обросшем костяными пластинами черепе стали более плотными и насыщенными. Голова дракона была опущена почти к самой земле, монстр медленно вдвигался между холмами, шёл и словно губка втягивал в себя энергию мертвецов.

Перед взглядом плыли растянутые фигуры – ещё реальные, но уже накрытые туманом и подтягиваемые к телу. С двух сторон вставали тёмные пятна возвышенностей. Земли? Холмов? Такие же размытые, гнущиеся под выдираемыми из них потоками сущностей…

Фокус прыгает, смещается в такт шагам, становящимися всё более плавными, чёткими…

Ярси вздрогнул, потёр лицо тыльной стороной запястья – пальцы сжимали меч, выдохнул сквозь зубы воздух. Что это было? В какой-то момент виденье наступающей армии мертвецов сменилось расплывающейся пеленой, сквозь которую проступили очертания холмов и бредущих уже вереницей ходячих трупов. Тоже самое он видел и с этого места – своими глазами, только сейчас обзор закрывал костяной дракон.

Монстр уверенно продвигался вперёд, те холмы, мимо которых он прошёл, покрылись чёрной коркой и начали быстро осыпаться. Прячущиеся на них фигуры поспешно сбегали вниз, но успевали не все – то один то другой дэлонх падали, и по склону катились уже почерневшие, разваливающиеся на куски трупы.

…Шаг, когти погружаются в недра иссушённой земли, вспарывают глубокими бороздами, проминают, пока под ступнёй не начинает чувствоваться камень. Шаг, в воздух поднимается облако пепла, зависает туманом, а с двух сторон оседают пласты породы, рассыпаются прахом – таким же каким ещё недавно был он сам…

Ярси зажмурился, заставил себя остановиться, не двигаться, понимая, что видит стволы деревьев сквозь мелькающую перед взглядом пелену. На много более чёткой становилась другая картинка – разрушающиеся холмы и бредущие навстречу мертвецы. Он с силой сжал рукояти обоих мечей, почувствовал, как в груди панически быстро бьётся сердце, и каждый удар гулкими отзвуками вливается в оружие…

Шаг вперёд, над ещё целыми холмами взметнулась переливчатая радуга, в небе соткалась паутина из разноцветных полос света. Дракон настороженно рыкнул, голова пошла вверх, взгляд поплыл по вершинам, вычленяя замершие фигуры магов. Из приоткрытых челюстей вырвался поток сине-белой субстанции и, не достигнув холмов, вдруг опал, обрушился вниз, словно наткнулся на преграду.

Паутина света сетью упала на костяного монстра, впилась в обросший пластинами скелет и погрузилась в него выжигающими глубокие борозды жгутами. Дэлонхи суматошно размахивали руками, было похоже, что они тянут сеть к себе.

Дракон присел, из пасти вырвался грозный рык, прошёл эхом по долине, сбил несколько фигур с ног, но на их место сразу встали другие. В пространстве зависло хорошо ощущаемое напряжение, натянутые струны нечто чуждого коконом окутали костяного монстра и сжимали в тиски.

Ярси глухо застонал. Странно, но он тоже был способен испытывать боль… В сознании накатывали и отступали холодные волны, ощущение связи с погибающим существом стало до жути реальным. Погибающим? …Из тела потоками выдиралась энергия, из каждой частички наращенных костей, из рассыпающегося скелета, из сущности… В голове гудело, кричало, рвалось на волю… Ярси сжал зубы, открыл глаза и быстро пошёл вперёд.

Они лишь некоторое время видели спину стоящего Ярси, а потом он вдруг сорвался с места и почти бегом двинулся между стволами деревьев в сторону почерневших холмов и дракона. Вик ссадил с рук обеих девочек, и Мила и Лана выглядели очень сонными, ноги их почти не держали. Ким заботливо присел рядом с ними, взял каждую за руку, что-то тихо зашептал.

Вик не прислушивался, сейчас очень трудно было воспринимать тех, кто рядом. Всё внимание захватил исполинский костяк, завалившийся на бок между холмами, но продолжающий судорожно бить конечностями. Под удары попадали изувеченные чернотой склоны, когти сметали землю огромными кусками и разбрасывали в разные стороны, оставляя глубокие ямы. С самого монстра летели вниз пластины костей, прогибались и обрушивались позвонки, разбивая скелет на части. Дракон дёргался, пытался встать, но охватившая его сеть света сжимала всё сильнее.

Магия? Не было в этом действии магии, силы дракона вытягивались по-другому. Каждый посох дэлонха содержал в себе артефакт их мира. Потоки энергии тонкими струйками текли от гибнувшего монстра к колдунам. Странное это было действие, ещё некоторое время назад тоже самое делал дракон, а сейчас дэлонхи… Он полу прикрыл глаза, на мгновение весь мир заслонили зеркальные скалы, в отражении плыли чёрные холмы, дёргающие фигурки упырей и странно расплывающийся костяк дракона… Отражение.… Перед взглядом рвались и перекручивались сущности самого пространства. Энергия, забираемая драконом, преломлялась о кости скелета, отражалась в невидимой зеркальной грани и направлялась в посохи дэлонхов. Они тянули её, тянули с неимоверными усилиями, раз за разом теряя и восстанавливая связь. Это трудно, когда магическое существо в тысячи раз сильнее. Почти невозможно…

Дракон вдруг неуклюже повернулся, опёрся об истончившиеся передние лапы, на скелете грудины прополз вперёд – к ещё не разрушенным холмам и вонзил когти глубоко в живую землю. По скелету прокатилась судорога, монстр взревел, встряхнулся, но повреждённые кости не позволили ему встать, он так и продвигался дальше на брюхе, подминал под себя продолжающих идти мертвецов и полз.

Вик чётко увидел, как зеркало меркнет, подёргивается дымкой, как одна за другой гаснут энергетические линии посохов. Он криво усмехнулся – вы охотники на магических существ, которые на много вас сильнее. Вы берёте их энергию, но не можете совладать с их силой. Вам нужен кто-то, кто заблокирует магию. Кто-то, кто способен обездвижить цель. Вы всегда так охотились. Вас всегда сопровождал сарш. А в этом мире многое пошло не так. Дракон уничтожил сарша. Мне досталась его мёртвая сущность.

Костяной монстр выгнул сросшуюся спину, высоко вверх пиками взметнулись острия гребня, перекатились дугой, и по земле, сшибая с вершин холмов магов, плетью ударил хвост.

Вы проиграли.

За спиной заворочалось нечто горячее, живое, сплетающееся волнами магической силы.

Нет!

Дракон одним резким движением повернул голову, переступил, разворачиваясь на полусогнутых лапах, и уже уверенно двинулся к лесу.

После почти абсолютного отсутствия магических всплесков, Вику показалось, что за спиной бушует пламя. В плечо ударило, обожгло горячей болью и искрящимся сгустком устремилось к дракону. Впилось в основание черепа, растеклось по нижней челюсти и окрасило клыки, потом скользнуло вниз по шейному столбу. Магия. Особая магия.

Монстр тряхнул головой, крупинки его сущности выдрались из энергетического поля и рванулись к создателю сгустка. Костяной дракон весь подобрался, прижал к бокам пластины крыльев и увеличил скорость.

Вик оглянулся. Ким стоял на коленях, смотрел мимо него и что-то шептал, его руки лихорадочно двигались, плели заклинание. Без посоха. Девочки положили головы ему на колени, зажмурились, их кисти скрывались под рубахой брата – пальцы прикасались к его коже. Под телами детей бушевали стягиваемые в тугой комок потоки земной силы. Живые, полные энергии и такие близкие для дракона… Он создание хаоса и смерти и это его пища…

Вик шагнул к Киму, опустился рядом с ним на колени, попытался перехватить взгляд. Парень дрожал, дрожал вместе с разрываемым его магией воздухом, вместе с сотрясающейся землёй, с выплёскивающейся сквозь кожу убийственной аурой энергии.

- Ким! Остановись! Он уже близко…

- Я урод, - посиневшие губы парня тряслись, слова получались невнятными. – Но я могу всё изменить. Мне нужно не много... Я стану другим.

- Ты умрёшь, - чётко произнёс Вик. – Мы все умрём.

- Я смогу!

Очень близко сверкнула полоса стали, такую же скорость Вик видел только у Ярси. Вскинутый в защитном выпаде меч едва успел остановить падающий на голову Кима удар клинка. Он вскочил на ноги, рубанул наискось, пытаясь оттеснить Эрто от подростка. Тот криво усмехнулся.

- Он всех погубит, его магия не просто привлекает дракона, она раздирает пространство. Он сам является чудовищем.

- Я знаю, - Вик с трудом отразил ответный выпад. Слишком знакомая магия. Задетое плечо зудело парализующей болью, та волнами растекалась по телу и впивалась не только в мышцы, но и в кровь. Магия Истоков. Что же ты делаешь, Ким? – Я тоже чудовище.

В мыслях метались странные образы – чужой, незнакомый мир, вдруг ставший почти родным и воспоминания первого перерождения. Берег реки, холодный, влажный песок и всё поглощающее чувство безысходности. Они не отвернулись от него, я тоже не отвернусь.

Меч скользнул по чужой стали, почти пропустил удар дальше, поддел самой кромкой клинка – на излёте отвёл от вздрагивающей спины подростка.

- Что ты делаешь, Ким!?

- Возвращаюсь…

Земля под ногами гулко дрогнула, просела и взметнулась бугром. За спиной чувствовались потоки слишком холодного воздуха, проходящего сквозь клыки дракона, а перед взглядом плёл свой смертоносный рисунок меч кэртон-дэсо.

Возвращаюсь?

Грань света, грань тьмы, зеркальная грань. И отражение монстра с синими глазами без зрачков под лучами палящего солнца. Я тоже чудовище. В груди поселилась холодная пустота, там, где недавно билось сердце, остался безжизненный камень. Такой же как эта земля под лапами дракона. Воздух прогнулся под ударами крыльев, по бокам взметнулся пепел от обожжённых дыханием исполинского костяка деревьев, закружил хоровод.

Эрто резко отступил, в расширившихся глазах мелькнуло изумление. Вик отбросил магический меч и развёл руки в стороны, спиной ощущая, как стремительно падает с высоты голова дракона.

Ким глухо вскрикнул, поднял ладони, направляя искрящийся магией шар в лицо саршу и выше – к приближающемуся черепу монстра.

Всё замерло, остановилось, оказалось в парализующей пустоте.

Здесь нет магии. Здесь не существует силы. Здесь царит зеркальная грань, отражающая иную сторону сущностей.

- Спасибо, Вик.

Сарш мягко развернулся, закрыл крыльями детей и одновременно оттолкнул от них Эрто.

В тягучем, дрожащем воздухе росчерки двух мечей тенями упали на шею застывшего в неподвижности дракона. Движение костяного черепа остановилось почти на высоте человеческого роста – над тем местом, где мгновение назад стоял сам Вик.

- Прощай, брат, - клинки в руках Ярси беззвучно рассекли позвонки опущенной вниз шеи. Череп обрушился на землю, ударился челюстями, завалился на бок и начал раскрашиваться на части. Одновременно с громким стуком рухнул весь костяк.

Ты рядом. Пелена так и висела перед взглядом, прыгала серыми всполохами, пятнами, искрами чёрного огня. Он направил мечи остриями вниз и вонзил их в глазницы дракона. Мой брат. В сознании пронёсся почти человеческий крик боли. Драконы не умирают?

Когда на костяного монстра упала сеть дэлонхов, ему показалось, что чудовище погибает. Лишь показалось. Слишком обжигающая жажда к существованию пульсировала в восставшем существе, слишком сильными были голод и злоба… Два меча пульсировали от вливаемой в них силы, а взгляд так и продолжал туманиться пеленой…

Показалось. Драконы не умирают. Ярси выдернул клинки и отступил. Вместо тумана мелькнули серебреные отсветы. Он прищурился. Сине-белое пламя из глазниц черепа поднялось в воздух, собралось в дрожащее марево и растеклось очертаниями дракона.

Огромная призрачная тень встала на лапы, потянулась и расправила крылья. Новая сущность дракона оттолкнулась от земли и одним стремительным движением взлетела ввысь.

Ярси криво усмехнулся, вставил клинки в ножны и оглянулся к Эрто. Вистолец выглядел ошеломлённым.

- Чудный зверёк, не так ли?

Глава 46

Они сидели на земле, вздрагивали. Девочки быстро пришли в себя и даже грустно улыбались. Мила провела пальцем по крылу, задумчиво и совсем по-взрослому кивнула.

- Сейчас ты очень красивый, Вик...

Ладонь сарша осторожно легла на её голову, едва заметным движением погладила волосы. Мгновение… Вик медленно отстранился и собрал за спиной крылья, кивнул Ярси, потом повернулся к Эрто. Тот смотрел на него широко открытыми глазами, его пальцы настолько сильно сжимали рукоять обнажённого меча, что побелели. Вик криво усмехнулся и весьма недвусмысленно провёл шипом по горлу. Эрто отступил, со стуком вставил оружие в ножны.

- Не знаю что ты за существо, но сейчас я не собираюсь это выяснять, - произнёс он глухо.

- Вик мой друг и этого достаточно, - спокойно проговорил Ярси. - И так, что ты ещё знаешь про драконов? Что дальше?

Эрто задрал голову к небу. В бледной синеве неторопливо скользила чёрная тень, кругами поднимаясь всё выше и выше.

- Он привыкает к своему новому состоянию, но там нет ничего, что ему нужно. Он вернётся на землю.

- Чтобы вновь уничтожать?

- Да. Его цель не изменилась. Ему нужна энергия.

Ярси резко развернулся на месте, окинул взглядом выжженную пустошь, пнул ногой пепел и закрыл глаза. Сквозь веки он увидел, как чёрное облачко оседает обратно на землю. Он король мёртвого мира. Он не успел стать королём для мира живых, но всё, что ему дорого, всё, что будоражит его сердце, существует именно здесь – в мире захлёстываемым слоем пепла, превращающимся в прах… Даже мёртвое способно быть уничтожено… Ещё раз – в последний.

…Перед взглядом кружил хоровод нежити, чёрные стволы деревьев покачивали корявыми ветвями в такт стремительным броскам серых тел… Пальцы разжимались, не хотели держать скользкую от собственной крови рукоять. Вокруг росла гора трупов. Уже никто из тех, к кому прикоснулся его меч, не мог подняться и продолжить бой. Они уходили навсегда, безвозвратно… Первый бой под кронами проклятого леса, тогда он ещё не был оборотнем, а вот драконом… Так неужели сила Рееты настолько могущественная, что способна подчинить себе сущность дракона?

- Я король того мира, в который открыли Двери колдуны Рееты. Я создатель мёртвого леса.

Мэтжер. Демон, перевернувший его судьбу. И брат. А значит тоже дракон. А Реета – это воплощение его силы.

– Живи для этого мира, Ярослав. Он твой…

Весь мир, без разделения на живой и мёртвый, летит в бездну… Ярси потянулся к проклятому лесу. Навстречу качнулись чёрные стволы деревьев, зашелестела паутина красной листвы, заскользила рядом - как защитный покров, как броня, крепче которой нет ничего в этом мире… Белый кристалл на вершине зелёной башни встретил переливчатым светом. Встретил как друга. Огненный демон неподвижно стоял у провала входа, за его спиной в густом сумраке дёргались очертания теней.

- Войдёшь? Двери открыты.

Ярси кивнул, демон посторонился, отступил всего на полшага, но этого стало достаточным, чтобы разглядеть кружащий внутри башни портал.

- Мне не нужна дорога, я пришёл за другим.

- За другим? Они все хотели уйти, когда строили башню. Хотели сбежать.

Во тьме провала вспыхивала радужная воронка – путь в другие миры. Почти реальный. Если бы его создали полностью, то для огромного королевства колдунов открылась бы возможность беспрепятственно черпать новую силу… А их целью… Их целью была власть.

Ярси отрицательно качнул головой, посмотрел демону в глаза и криво усмехнулся.

- У меня свой путь, Хранитель. И ты это знаешь.

Тот кивнул.

- Да, мой король.

Свет белого кристалла сетью упал на фигуру оборотня. Сквозь зубы вырвался невольный вскрик, когда призрачные шипы пронзили кожу, проникли глубже в тело и смешались с бушующим в сердце чёрным пламенем... Ярси открыл глаза, слуха коснулись встревоженные голоса. Он обернулся.

В руках Эрто снова был обнажённый меч, Вик стоял, расправив крылья, смотрел в небо. Подросток тоже сжимал оружие, изменённый магией клинок поблёскивал убийственным холодом. А с высоты неба пикировала огромная крылатая тень…

Король Рееты поднял ладони, бело-чёрный поток искрящегося пламени ударил наперерез дракону. Тень кувыркнулась, взревела пронзительным эхом и распахнула огромные крылья.

****

Звуки налетали раскатами, словно за той чёрной пустошью, обрамлённой с одной стороны горами, бушевала гроза. Небо то озарялось отсветами, то странно меркло, становилось почти бесцветным. Огромный зелёный массив леса на глазах нарезался чернотой и гигантскими пятнами превращался в изуродованную пустыню. Деревья просто исчезали, рассыпались пеплом, который сдувал непонятный бело-синий вихрь…

Элена съехала на обочину, освободив дорогу продолжающему двигаться войску, и уже некоторое время сдерживала коня. Рядом молча всматривались вдаль девушки-оборотни.

Вторая волна зова накрыла, когда выдвинулись к краю Долины Ветров. Перед взглядом только предстал зловещий пейзаж погибшей природы, а в голове прозвучал чёткий приказ свернуть и направляться к границе с Тинасой. Быстро! Немедленно! Диса и Любава дёрнулись, ударили коней по бокам, а Элена с трудом пересилила себя и осталась на месте.

Поток серых тел нежити резко ускорился, выплеснулся на дорогу и, поднимая пыль, понёсся в сторону далёкого леса. Принцесса с тоской посмотрела им вслед, сердце суматошно стучало в груди и кололо болью. Через несколько долгих мгновений вернулись подружки. Девушки – оборотни кусали губы, морщились, но с непонятной надеждой поглядывали на Элену.

- Мы справимся, - произнесла она глухо. Справимся с чем? Подружки с облегчением кивнули.

Прошло уже довольно много времени, как твари Рееты исчезли из видимости. Элена не знала, что заставило её сейчас остановиться. Кожи коснулась нечто странное – неуловимое прикосновение ветра, более холодный воздух, выбившийся из привычного окружения, дыхание… Дыхание самой земли.

- Бегите! – выкрикнула девушка.

Весь центр Долины единым разом рухнул вниз, перед глазами взвилось пепельное облако, полетело к небу, а прямо за ним рисовались очертания чего-то огромного и высокого, продолжающего подниматься из глубины.

Конь протяжно заржал, принцесса дёрнула поводья, заставляя его попятиться. Животное встало на дыбы, судорожно забило передними ногами, словно пыталось защититься. Рядом кружили Диса и Любава, пытались справиться со своими скакунами, потом отчаялись и соскочили на землю.

- Назад! – громовой рык перекрыл скрежет и грохот раздираемой породы. Элена почувствовала, как её вдруг подкинуло, вышвырнула из седла, она вскрикнула. В следующее мгновение её уже сжимали чьи-то руки, куда-то несли. Рядом мелькали бегущие фигуры, не разбирая дороги неслись взбесившиеся кони и кричали люди. Она попыталась вырваться, её сжали сильнее, придавили так, что перехватило дыхание. А в ушах стоял звон, грохот и стон самой земли.

За огромным валуном неизвестный спаситель поставил её на ноги. Сквозь поднятую пыль она, наконец, его разглядела – рядом стоял Мировир, придерживал её за руку. Второй рукой он у самой морды сжимал поводья коня. В седле находились Тинк и удивительно красивая немолодая женщина.

- Ты как? – поинтересовался оборотень.

- Всё в порядке, - кивнула Элена. – Спасибо. Что происходит?

- Пришествие дракона, - скривился Мировир. – Очередное. Мы идём за ним от самой Листовой. Эта зверюга жрёт всё, что движется и не движется, но обладает хоть какой-то энергией. Та ещё тварь.

Оборотень сплюнул.

Элена выдохнула и поёжилась, закрутила головой, пытаясь отыскать Дису и Любаву. Никого не увидела, но девушки сами появились у их валуна из пыли и пепла.

- Он крутится на месте, - сообщила Любава. – Как будто что-то ищет.

- Жратву наверное, - усмехнулся Мировир.

- Я ничего не знаю про драконов, - проговорила Элена. – Нужно выяснить можем ли мы ему как-то противостоять?

Оборотень пожал плечами.

- До сих пор нам удавалось только следить за ним – издалека. Приближаться не рекомендуется. На пути сюда он сжёг шесть деревень и небольшой городок, а ещё поля, рощи и иссушил все встретившиеся водоёмы.

- Так мы обречены?

- До недавнего времени именно так мне и казалось, - произнесла женщина и спрыгнула с коня, подошла ближе. Элена невольно отметила её стройную фигуру, расправленные плечи и прямую спину. – Странно, но сейчас происходит нечто, что я перестала об этом думать. Да, дракон, можно сказать, непобедимое существо. Но мы не будем в это верить. Мы не должны в это верить. Иначе погибнем.

Элена качнула головой и прикусила губу.

- Этого не достаточно, нужно что-то делать.

- Уходить, - совершенно спокойно произнёс Тинк. – Он движется. В нашу сторону.

Мировир сразу схватил за руку женщину и бегом потащил за собой. Сзади затопал конь с иномирцем в седле. Элена успела выглянуть из-за валуна, обозреть душное марево, раздуваемое чем-то огромным, проступающим сквозь пепел белыми костяными сгустками. Её дёрнули за руку и куда-то потянули.

За невысоким холмом собралась часть войска, люди встревоженно прислушивались, несколько человек лежали на склоне и выглядывали из-за вершины. Девушки-оборотни едва успели оглядеться, как в воздух озарился огненной вспышкой, потом ещё одной и ещё – десятком, сотнями вспышек.

Элена упала на землю и поползла по траве на вершину холма.

- Магия, - тихо произнёс распластавшийся рядом Мировир и скрипнул зубами. – Они обречены.

Принцесса во все глаза смотрела, как со стороны гор взлетают огненные сгустки и разбиваются о быстро поворачивающийся в их сторону исполинский скелет. Костяк со скрежетом покидал недра разорвавшего Долину разлома. Ввысь поднимались позвонки, рёбра, рассекали воздух лучевые кости крыльев, а в землю впились когти костяшек лап. Скелет изогнулся, вздыбил игольчатый гребень и шагнул к горам.

Неизвестные маги сразу прекратили атаку и затаились.

- Не дураки, - проговорил Мировир. – Видимо знакомы с этой зверюшкой.

- Кто они? – тихо спросила Элена.

Оборотень втянул носом воздух и неопределённо пожал плечами. По его губам скользнула кривая улыбка.

- Это не храбрость, - произнёс он задумчиво. – Это страх.

- Что? – не поняла девушка. – О чём ты?

- Колдуны Битры не способны жертвовать собой, если не видят в этом выгоды.

- Колдуны Битры? – нахмурилась Элена. – Это ведь они меня похитили?

Мировир кивнул.

Земля вдруг содрогнулась, с ближайшей к дракону вершины гор обрушился камнепад. Вниз съехал огромный пласт породы, ударил по костям конечностей и засыпал скелет по рёбра. На месте обвала обнажился ровный срез скальных отложений с причудливыми изгибами границ. Но движение камня не прекратилось, он гнулся, словно тёк, принимая определённую форму – складывался в фигуру.

Дракон одним сильным рывком выдрал из под обломков передние лапы, распахнул челюсти и оглушительно взревел – рычащим, безжизненным эхом.

Элена невольно вскрикнула, сжала голову руками. Рядом падали и корчились на земле люди, сквозь их стиснутые зубы нёсся мучительный стон. Мировир накрыл её плечи рукой и прижал к земле. Неожиданно стало легче. Принцесса с трудом оглянулось, отыскивая взглядом остальных спутников. Диса, Любава и знакомая Мировира сидели у подножия холма, держались за головы. К невысокому деревцу был привязан рвущийся с поводьев конь, в его седле с трудом удерживался Тинк. Несмотря на тряску, его лицо оставалось совершенно спокойным, странно спокойным – неживым.

Девушка зябко поёжилась и вновь повернулась к долине. Увидела, что за этот короткий промежуток времени дракон почти освободился, а из среза скалы выдвинулась гигантская каменная фигура.

Сквозь челюсти черепа полилось разъярённое шипение. Голлем с грохотом выпрямился и шагнул навстречу скелету.

- Этжаст, - зло прошептал Мировир. – Он очень сильный маг земли, но даже у него не хватило бы энергии создать такого гиганта. Они вновь отдают ему свою силу. Как тогда…

Каменное создание тяжело ступало к долине, земля вздрагивала, отзывалась гулким грохотом. Дракон полностью освободился, повёл головой, присматриваясь к приближающемуся исполину и мягко, словно по-кошачьи ступил в бок. Из обломков породы потянулись позвонки хвоста, высвободились и бичом хлестнули из стороны в сторону.

Голем неуклюже остановился, пошатнулся и начал разворачиваться к голове дракона. Вверх взметнулся каменный отросток, попытался ударить по черепу. Дракон легко увернулся, сквозь его клыки ударило бело-синее пламя и обдало каменную фигуру сверху донизу. Создание магов мгновенно почернело, верхний слой камней начал крошиться и осыпаться. Голем бездумно шагнул к скелету, поднял вверх обе конечности, заменяющие ему руки, и с грохотом обрушил на дракона. Тот лишь слегка отступил, легко увернулся, а потом вдруг отпрыгнул. Исполинский череп повернулся к горам, взгляд забранных ворочающимся пламенем глазниц побежал по подножию, обшарил все густые кусты и обратился к подступившему к предгорью лесу.

- Умная зверюшка, - сквозь зубы зло проговорил Мировир.

- Он не зверюшка, - тихо произнесла Элена.

- Ну да, - кивнул оборотень. – Это всего лишь набор костей. Но Этжасту он не по зубам.

Даже с такого расстояния они увидели, как между стволами деревьев мелькнули чьи-то фигуры. Кто-то в длинном балахоне словно специально выскочил на открытое пространство и запустил в костяного монстра шар пламени.Дракон мгновенно повернулся, ступил ближе и из приоткрытых челюстей полился искрящийся поток света.

- Забавно, не думал, что среди них есть самоубийцы, - прокомментировал Мировир.

Бело-синий туман переливчатым покрывалом лёг на огромный участок леса, несколько мгновений жадно пульсировал, потом медленно опал к земле, открыв взгляду чёрные остовы стволом с корявыми обломками ветвей... Они замерли уродливыми скелетами на фоне стены шелестящих зелёными листьями собратий, а потом один за другим начали рассыпаться, падать, раздуваемые лёгкими порывами ветерка.

Элена невольно сжалась, страх ледяными щупальцами прополз по коже и сковал тело. Она поняла, что дрожит, зубы начали отстукивать нервный ритм. Девушка прикусила губу и почувствовала неожиданную ярость – из-за собственной беспомощности, непонимания, что нужно делать и безнадёжности ситуации. Слишком легко, слишком просто существо, пришедшее из мира мёртвых, уничтожало мир живых. Их мир.

Каменный исполин широким шагом зашёл за спину дракона и пока тот втягивал в себя наполненный энергией туман, обрушился всей тяжестью на скелет. Он не пытался бить, он просто упал. Дракон запоздало обернулся, масса камней с грохотом обваливалась на его кости, била о позвонки, ломала сочленения, крошила костяк. Он разом осел, лапы разъехались по сторонам, шею перебило огромным острым осколком, и на землю с огромной высоты обрушился череп.

Когда камнепад прекратился, стало видно, что почти весь скелет погребём под обломками. Чуть в стороне лежала полу разбитая голова дракона, кости треснули, нижняя челюсть отвалилась, а в глазницах была пустота.

Над Долиной повисла неожиданная тишина. После грохота камней и рёва дракона Элене показалась, что она оглохла, настолько безжизненным и пустым от звуков оказалось пространство. На мгновение.

Короткое, непонятное мгновение, в которое невозможно было поверить. А потом воздух над горой из обломков всколыхнулся, белеющие между камнями кости подёрнулись густой дымкой и обрели колышущийся ореол. Разбитый скелет остался лежать на земле, а вверх стремительно поднималась насыщенная чернотой тень. Тень дракона. Настоящего дракона. Огромная, плотная и странно подвижная.

Тень встала над остатками костяка, расправила призрачные крылья, подняла голову к небу и одним порывом взмыла высоко вверх - над Долиной, над лесом, заслоняя собой солнце и не пропуская солнечные лучи.

Элена судорожно выдохнула и посмотрела на Мировира. Оборотень ответил ей ошарашенным взглядом, потом не вставая скатился на животе вниз по склону и перепрыгивая через лежащих людей, ринулся к иномирцу. Он стащил Тинка с седла и сильно встряхнул.

- Говори! – прорычал он, наблюдая, как с Тинком происходят мгновенные изменения.

По лицу парня разлилась мертвенная синева, губы с трудом приоткрылись, из появившихся на них трещинок заструились ручейки крови.

- Драконы не умирают, - прохрипел он. – Умирают другие. Этого не изменить…

- Откуда ты знаешь?

- Ниоткуда, - криво усмехнулся Тинк, его затрясло в ознобе, глаза быстро стекленели, становились безжизненными. Пустыми. – Зачем вообще спрашиваешь?

Мировир аккуратно отпустил его, сделал шаг назад. Иномирец легко удержался на ногах, выпрямил спину, посмотрел оборотню в лицо и вдруг упал. Его тело замерло в неподвижности на земле, открытые глаза уставились в небо – туда, где неторопливо летел призрачный дракон.

Мировир наклонился, потрогал его шею, попытался нащупать пульс. Кожа Тинка была совершенно ледяной, словно он умер не только что, а несколько часов назад.

- В нём уже давно не было жизни, - тихо произнесла Дженевра.

- Как это?

- Такому как он нужна энергия для существования, а он её не брал.

- А мог бы? – Мировир повернулся, посмотрел на сидящую на земле женщину, на губах Дженевры играла грустная улыбка.

- Мог бы. Но не стал.

Глава 47

— Мой сын, в тебе живёт пламя.... Мой наследник!

Наследник чего? В памяти продолжал жить безразличный взгляд почти бесцветных глаз. Нечеловеческих глаз! Слишком холодный и почти мёртвый.

Ты ожил только когда встретил маму, а потом ты её убил....

Голову раздирало от бесконечного потока образов. Тени, цветные картинки, какие-то обрывочные воспоминания решили вдруг слиться в единый хоровод и обрушиться на разум. Именно сейчас, именно в тот момент, когда нужно было ясное мышление.

Наверное, именно так и начинают сходить с ума?

В глазах двоилось, перепрыгивало с далёкого безоблачного неба на изуродованную пустошь Долины, потом на лес, на бесконечный строй мертвецов, продолжающих надвигаться из Тинасы и вновь к полосе гор, обрамляющих чёрную, пеплообразную землю, расколотую разломами.

По краю Долины тянулась широкая дорога, вздымалась пыль, поднимаемая копытами коней. Длинная вереница всадников рысью выезжала из-за холмов, все в боевых доспехах, хорошо вооружённые, все кроме троих, едущих впереди.

Сердце на долгое мгновение замерло и начало отстукивать суматошный ритм. Зачем ты здесь, Элена?

Земля содрогнулась, пошла пока мало ощутимыми волнами — словно рвалась, разбивалась в глубине на множество неровных кусков. Жар и мертвенный холод скользили незримым ореолом вдоль границы леса, приближались к Долине Ветров.

Зачем ты здесь?!..

Он с трудом заставил себя опустить сведённые напряжением руки, взгляд поймал далёкую тёмную точку, зависшую в высоте безоблачного неба, сфокусировался на чётких очертаниях отпрянувшей и всё ещё поднимающейся ввысь фигуры. Надолго ли?

Во рту чувствовался привкус крови, всё тело саднило, словно он выдержал не энергетический, а физический бой, а в мышцах засела слабость. Он на мгновение зажмурился, а потом перевёл взгляд на Вика. Взглянул в совершенно нечеловеческие ярко-синие глаза, в которых мелькали непонятные отсветы. Почему-то вистолец вздрогнул, попытался сжать губы, но ему помешали выступающие иглами клыки.

— Долина Ветров, Вик, там сейчас войско Эреальда, а с ним Элена, Любава и Диса, — Ярси с трудом выталкивал из себя слова, голос был хриплым, вкус крови усилился. — Помоги им.

Вистолец слегка отступил, повёл плечами, сложенные за спиной крылья острыми выступами показались с двух сторон от головы.

— Ты как? — спросил он. — Выглядишь как мертвец.

— Нормально, — Ярси невольно улыбнулся и почувствовал, как по подбородку потекло нечто тёплое. — Это не важно.

Вик скрипнул зубами, глянул на прижимающихся друг к другу детей и кивнул. Больше не говоря ни слова, он одним резким движением взмыл в небо и быстро исчез из виду.

Эрто словно вышел из оцепенения, быстро огляделся и хмуро усмехнулся.

— Зря ты так, Ярослав, — проговорил он.

— Что именно? — оборотень переступил с ноги на ноги, пытаясь не упасть от всё больше сковывающей слабости.

— Ты используешь силы, но никак их не пополняешь, ты убиваешь сам себя.

Ярси невольно усмехнулся, показывая нечеловечески-длинные клыки.

— Драконы берут энергию извне, — проговорил он спокойно, его глаза льдисто блеснули. — Из того, что рядом и из тех, кто рядом. Это очень легко, Эрто. Мне не нужно этому учиться, это живёт у меня в крови. Но я не только дракон, я король Рееты. Король мира, созданного демоном.

— Ты другой, — Эрто судорожно выдохнул и покачал головой. — Но это не меняет того, что тебе нужно восстанавливать силы. Иначе...

— Всё нормально, — сквозь зубы проговорил Ярси. Глубоко внутри бушевала убийственная мощь, давила на мышцы, на весь организм, на сознание... Вот она-то как раз и была непривычной, чуждой, непонятной. Сейчас. Пока зелёная башня Рееты обретала новую жизнь, пока белый кристалл на её вершине заново преобразовывал накопленные силы — чтобы стать частью своего хозяина. А потом... Он понимал только одно — нет времени, катастрофически не хватает на это времени.

*************************************************************

Глубокое, оббитое мягкой кожей кресло неожиданно удобно приняло его уставшее тело, приятным холодом остудило впившиеся в подлокотники пальцы. Он даже закрыл глаза, на мгновенье позволив себе задуматься — а откуда собственно такое кресло в этом небогатом, полупустом доме? Ничего не значащая, отвлечённая мысль...

Радолюб тяжело вздохнул и заставил себя вернуться к окружающей действительности. С того момента, как они все поняли, что магией пользоваться нельзя, информация стекалась через гонцов. Штаб пришлось расположить в маленьком, покинутом жителями селении в пригороде Кэриваля. Теперь уже почти у стен города... Отсюда был виден далёкий лес и полоса растянувшегося вдоль его границы войска. Вернее не границы, войско давно отошло назад, оставив на волю мертвецов несколько брошенных жителями деревень и позволив вытаптывать поля. Ходячих трупов не интересовало ни то ни другое — им нужны были живые.

Верховный маг раз за разом прокручивал в голове прочитанные донесения, складывал их в целостную картинку: ещё полдня назад бой шёл на расстоянии, серебряные наконечники на стрелах обездвиживали мертвецов, заставляли падать, но в замен накатывалась новая волна, переступала через распластавшиеся на земле тела и шла дальше — сокращала расстояние до живых, пока это, наконец, не произошло. Войско до последнего не вступало в рукопашную, людям оставалось лишь отходить, но когда за спиной показались стены первых городов, перешли в наступление. Обречённое. Все слишком хорошо понимали, что стоит получить малейшую рану от зубов мертвецов, и через некоторое время ты встанешь в их строй и с такой же жаждой крови повернёшься к своим собратьям по оружию. Чтобы убивать. Бездумно, безжалостно...

Радолюб потёр пульсирующие острой болью виски, к нему стекались лишь сухие сведения, от которых голова раскалывалась не меньше, чем если бы он был на передовой и видел ситуацию своими глазами: на востоке захвачен Правис — большой торговый город на границе с Дайтрой, мертвецы лезут из под земли, ворота сломаны, люди бегут, но большая часть горожан уже обратилась в ходячие трупы. Поток мёртвых захлестнул соседнее королевство, огибает Мирос, подходит из-за чужих границ. Командующий войском тяжело ранен, его, как и многих других, увезли в стихийно созданный центр заражённых — городскую тюрьму Кэриваля. Появились новые мертвецы — очень быстрые, держащие в руках оружие, эти успевают выкосить пол отряда, прежде чем удаётся их расчленить. Все маги теперь занимаются лишь лечением, пытаются вернуть к жизни заражённых. Не получается. А ещё среди мёртвых были замечены те, кто их направляет — их хозяева.

Радолюб сам проанализировал их ауру, после этого с его губ уже не сходила горькая усмешка — дэлонхи. Упыри Тинасы. Монстры.

Немного легче стало, когда часть прорыва остановили нахлынувшие твари Рееты. Ярослав открыл границу проклятого леса, выпустил его обитателей — сюда в мир живых, много веков остававшийся для них закрытым.

Но люди увидели, как серые монстры легко разрывают мёртвое воинство, отбрасывают назад, давят своей численностью, и невольно вздохнули с облегчением.

Не важно. И не является главным. Можно сколько угодно сдерживать расползающуюся заразу, но всё это станет бесполезным, если не выиграть главной битвы.

Тот бой происходит не здесь, и ведут его не люди.

Радолюб полуприкрыл веки, давящая усталость тянущей волной расползалась по всем мышцам, неудержимо клонило в сон. Он заставил себя выпрямиться, начал вставать и тут же передумал, неожиданно поняв, что находится в комнате не один.

— Отдыхаешь посреди битва, чародей? — голос был насмешливым, а сам говоривший находился где-то за спиной.

— Гитон? — Радолюб замер, его посох был рядом, но он даже не попытался протянуть к нему руку. — Какими судьбами? Я думал, что ты отошёл от всех дел.

— Это невозможно, мой друг, — старик обошёл кресло и оказался перед верховным магом. Если бы Радолюб не знал, кто перед ним, то, скорее всего, принял бы этого человека за воина — крепкая фигура, не смотря на возраст очень точные выверенные движения и не важно, что в его руках посох, кроме этого на поясе так же имеется меч. А возраст? Гитон всегда выглядел именно так, он не изменился. — Ты же знаешь.

Радолюб медленно кивнул.

— Значит, не отступишь?

— А разве ты сам об этом не думал, Радолюб? — Гитон мягко улыбнулся. — Я хочу добра и спокойствия для этого мира, а пока здесь есть хоть один дракон, мы все находимся на грани.

Радолюб задумчиво смотрел в его обманчиво-приветливо лицо, он слишком давно знал этого человека, чтобы до конца не осознавать его мотивов. Но в главном он был с ним согласен — в их мире не должно остаться ни одного дракона. Они смерть. И не важно в каком образе это существо прибывает. Кровь дракона всегда будет кровью дракона.

Он всё-таки поднялся, оказавшись одного роста с Гитоном, тяжело опёрся о посох и лишь тогда заговорил.

— Ты хочешь мести. Но мы ничего не сможем сделать, пока Ярослав не справится со своими братьями. И ещё не факт, что у него это получится.

— Я помогу, — улыбнулся Гитон. — Раньше я всегда ему помогал. Ну а потом мне понадобится уже твоя помощь, Радолюб.

— Боишься не справиться с ролью палача?

— Боюсь, — легко согласился старик. — Я слишком долго ждал этого момента.

*******************************************************************

В глаза ударил солнечный свет, кроны деревьев качнули густыми ветвями и замерли на краю до невозможности пустого пространства. Это не было неожиданностью, но Вик так и не смог себя пересилить и переступить грань между защищённой листьями чащей и открытым небом. Он сложил крылья и рухнул к земле, спикировал между стволами и приземлился почти в том же месте, где впервые увидел Долину.

Сквозь стиснутые зубы вырвалось злобное рычание, но злился он только на себя. В памяти слишком ярко жили ощущения раздираемого солнечными лучами тела, впивающейся в каждую клетку боли, выжигающей изнутри... Это была не просто память,бегущий огнь продолжал колоть кожу, вгрызался в плоть, заставлял вновь и вновь себя чувствовать — как наяву... Вик глухо застонал и зажмурился, за закрытыми веками мгновенно развернулась картинка взметающегося в воздух облака пепла. Сквозь чёрные частицы проступали растущие ввысь позвонки, рёбра, взлетал к небу череп, а на самом краю искорёженной земли метались люди.

Вик сжал кулаки и почти шагнул вперёд, когда исполинский костяк повернулся не к впавшему в панику войску, а к горам и подступающего к ним лесу. Воздух разорвала огненная вспышка, опустошённое пространство наполнилось потоками магии, завибрировало мощью энергии. Вистолец так и замер. Что они творят? Привлекают дракона к себе? Зачем?

В лесной чаще собрались тысячи колдунов, тысячи магов, обладающих древней, собранной за века силой. Вик всем своим существом ощутил их ауру, почувствовал, как волны магической энергии добровольно покидают их тела и стекаются к одному человеку. Человеку? Этжаст! А как ещё он мог забрать у них силу, если не ради предотвращения такой угрозы?

Вик криво усмехнулся, лишь малая часть собранного пошла на создание каменного голема, шагнувшего из скалы навстречу дракону. А всё остальное?

Костяк легко увернулся от рукотворного монстра, прыжком приблизился к лесу и обрушился на колдунов Битры.

На лес лёг бело-синий туман, пульсирующими сгустками опалил деревья и охватил тела людей. Сквозь пелену густого марева Вик видел, как расползается человеческая плоть и стекает вниз по костям окровавленными ошмётками, как лопаются кишки, вываливаются сквозь растрескавшиеся рёбра лёгкие и слышал, как сменяет дикий крик тишина... Смерть, которой не пожелаешь врагу. Зачем, Этжаст?

Каменный исполин подступил к дракону и начал падать, разваливаться на куски. Груда огромных обломков обрушился на костяк — придавила, разбила на части. Острый осколок перебил шею и срезал череп...

Дракон перерождался, а глубоко в земле ворочалось нечто — сила всех погибших колдунов, сила мёртвых, направляемая древним магом с лицом мальчишки.

Густая тень дракона расправила крылья и взвилась в небо, распласталась, закрыла собой солнце...

В глубине расколовшего Долину разлома мелькнуло белое, задвигалось, напоминая поднимающуюся ввысь волну, и резко приблизилось к краю.

Вик и сам не понял, когда сделал этот шаг под открытое небо, под крыльями загудел воздух, в лицо дохнул сжигающий жар солнечного света и... не причинил никакого вреда. Он ощутил себя летящим, внизу проносилась истрескавшаяся пустошь долины, мелькал огромный провал и выбирающиеся на его край скелеты, а над головой стелилась огромная, крылатая тень.

Дракон начал пикировать вниз, когда Вик воочию увидел мечущихся по дороге людей и превратившийся в черноту лес. Поток выплеснувшихся из разлома скелетов бегом преодолел расстояние до дороги и налетел на разрозненные группки воинов, спешно организовавших оборону.

Перед внутренним взором мелькнула скорчившаяся фигура Этжаста, рядом стояла красивая женщина, трясла его за плечи, но маг лишь слабо качал головой... Первые скелеты набросились на воинов, в стороны полетели разрубленные кости, черепа и куски плоти живых... Тень дракона упала на Долину, накрыла вырывающееся из недр полчище и на несколько мгновений замерла, впитывая энергию костяков. Потом исполинская голова поднялась, повернулась к дороге и наполненные дымными сгустками лапы сделали шаг в сторону сражения живых и мёртвых.

Вик глухо зарычал, что есть сил взмахнул крыльями, пытаясь двигаться быстрее и камнем рухнул на обочину дороги между драконом и людьми. Он приземлился на одно колено, выпрямился, взглянул в сумеречные клубы тумана, ворочающие в глазницах монстра, и скрестил перед грудью руки. Раскрытые ладони смотрели в сторону призрака, но мертвенная волна пустоты бежала именно за спиной. Там же за спиной послышался стук рассыпающихся, падающих костей, лишившихся связующей магии и изумлённые возгласы людей. А очень близко, на расстоянии вытянутой руки склонил голову призрачный дракон.

Страха не было, Вик спокойно вглядывался в голодную тьму глаз монстра и видел в них кроме злобы досаду и обеспокоенность. Дракон магическое существо и если накинуть на него эту пространственную сеть без магии, он может лишиться всего...

Ему показалось, что череп чудовища удлиняется, летит ему навстречу, но на самом деле из пасти существа вырвался поток призрачного тумана. Как огонь, как обжигающее пламя... Густые, клубящиеся облака субстанции опалили траву и слизнули верхний слой почвы, превратив её в пепел, потом ударили перед лицом сарша и замерли, стекли по невидимой преграде вниз, охватив огромный участок вдоль дороги. Дракон взревел, Вик услышал, как падают за спиной люди, вжимаются в пыль дороги и дико кричат. Он толкнул ладонями преграду, послал её к монстру, отвоёвывая новые участки пространства.

Дракон вдруг отпрянул, взмахнула крыльями и ринулась в небо.

Догнать?И что дальше? В голове яркими вспышками возникали знания, что он не сможет убить монстра, есть лишь возможность на время его обездвижить. Даже дэлонхи не убивали драконов, они брали часть их силы и сбегали в портал.

Вик медленно опустил руки, посмотрел ввысь. Далёкая чёрная точка в небе суматошно молотила крыльями, судорожно пыталась подняться выше. Он полуприкрыл веки и медленно обернулся.

Дорогу устилал ковёр из рассыпанных костей, между ними виднелись с трудом шевелившиеся фигуры воинов. За обочиной вставали невысокие холмы, слух уловил многочисленный стон и не верящие вздохи. Вик втянул носом воздух, пытаясь найти принцессу и своих подружек, в груди что-то замирало, кололо непонятной болью. Он пробежал взглядом по костям и двинулся в сторону холмов.

Слух вычленил знакомые голоса, вистолец замедлил шаг, прислушался. Он различил, как ругается Диса, жалуется на головную боль Любава, а Элена пытается шутить, утверждая, что это свидетельствует о наличие жизни. Общий гул перекрывает зычный голос Мировира, оборотень рассказывает, что однажды уже видел подобное — тогда он попал в западню среди горящего леса и думал, что это всё — конец существования, но внезапно начался сильный ливень, настоящий ураган, который потушил пламя...

Они целы. И это их «жизнь». Вик остановился, тягучая боль пульсировала под рёбрами, мешала свободно двигаться. Он взмахнул крыльями, но остался на месте. Кто он теперь? Кем он будет для них?

Голоса неожиданно приблизились, оборотни обсуждали произошедшее, гадая, кто стал их спасителем. Четыре фигуры обогнули холм и резко остановились. Вик замедленно повернулся к ним лицом, посмотрел на Дису и Любаву. Девушки чуть склонили головы, их носы сморщились, втянули воздух, за приоткрытыми губами показались острые клыки.

— Вик? — первой спросила Элена.

Вистолиц лишь криво усмехнулся.

Глава 48

Собственные движения напоминали ему попытки тяжелобольного встать на ноги, тело почти не слушалось, но Ким с отчаянным упорством заставлял себя двигаться, ползти, барахтаться на месте. Да что угодно лишь бы выбраться из этого затянувшего омута слабости. Туманящийся взгляд то и дело натыкался на неподвижные фигуры сестёр, их бледные лица, растрёпанные волосы и едва поднимающиеся грудные клетки. Было до кошмара непривычным видеть неугомонных, жизнерадостных девчонок такими… В сознании прочно засело чувство вины перед ними – он их использовал и не смог защитить.

Он опёрся рукой о землю и встал на одно колено. Вокруг взметнулось облачко пепла, зависло в воздухе и нехотя опало. Ким почти не заметил, как улетел Вик, вистольца вдруг просто не стало – он исчез, растворился среди бесконечных завихрений происходящего. И оставил их здесь. Рядом с драконом.

Парень провёл рукой по лицу, размазал по щекам сажу, качнул головой, пытаясь вернуть себе нормальное зрение. Нужно уходить, поднять сестёр и уходить. Пусть в этом мире не осталось безопасных мест, но ощущать рядом с собой такие силы было до ужаса жутко. И дело даже не в кружащей в небе тени - это призрак, оболочка, впитывающая в себя энергию - смертельно опасная, злобная, готовая уничтожить всё… Но Настоящий дракон спокойно стоит в двух шагах, сжимает в каждой руке по чудовищному мечу и смотрит в небо. Дракон… Человек, оборотень, демон? Существо, выглядевшее не намного старше его самого – молодой парень, сейчас очень бледный, с лихорадочно блестящими серебряным светом глазами, осунувшийся, едва держащийся на ногах… Выдравший из собственной сущности такие силы, что одним ударом отбросили почти накрывшую их тень монстра. Дракон, который не поглотил ни капли энергии извне. Оборотень. Это не значит, что он вдруг обратится в огромного зверя с крыльями. Он монстр по рождению, с присущему этому существу способностями и инстинктами. И лишь отчасти человек.

Ким вновь помотал головой, было страшно, очень страшно. Он не понимал происходящего. С огромным трудом удалось выпрямиться и встать на ноги, он тут же почувствовал на себе взгляд Ярослава – обожгло как огнём. Серебряные глаза без зрачков сверкнули насмешливым блеском.

- Пришёл в себя? – поинтересовался Дракон. – Сейчас нет времени спать.

Ким опёрся на меч, зло усмехнулся.

- Разве я могу чем-нибудь помочь? Хотя, - парень сжал кулаки. – Если хочешь, то смогу послужить приманкой – для него, - он кивнул в небо. – Только моих сестёр в это впутывать не надо.

Ярослав тоже кинул взгляд на небо и одним движением вставил в ножны мечи.

- Думаешь, ты больше ни на что не способен? – улыбнулся он.

- Магия бессильна, - ответил Ким.

- Магия… - по губам Ярослава скользнула горькая усмешка. – Когда-то я ненавидел магию. Она была мне не нужна. А призраки питаются прежде всего магической силой. А где у нас сейчас скопление магов, Эрто?

Вистолец вздрогнул и судорожно сжал кулаки.

- У стен Кэриваля. Ты думаешь, что следующей удар дракон нанесёт именно там?

- Не дракон, - поправил Ярослав. – Драконы. Их двое. И им действительно очень нужно пополнить свои силы. И пополнить быстро. Маги для этого подходят больше всего. Особенно мёртвые.

- Значит Кэриваль, - Эрто нахмурился, посмотрел вверх, отметив, что чёрная тень сместилась и больше не поднимается, а движется в определённом направлении. Он внимательно посмотрел на Ярослава. – И что теперь? Что мы можем сделать? Вернее не мы – ты, Ярослав?

Тот слишком беспечно пожал плечами.

- Я и про существование драконов-то узнал только сегодня, а ты так просто хочешь, чтобы я щёлкнул пальцами и решил все проблемы? Мне тоже нужны ответы на вопросы, Эрто.Если их нельзя убить, то как именно я должен их победить?

Вистолец тяжело вздохнул.

- Значит, ты не знаешь?

- А ты? – Ярослав подошёл ближе, остановился перед Эрто. – Говори!

- Твоим учителем был Гитон, - произнёс тот глухо. Ким вздрогнул и весь сжался. – Он пришёл из другого мира вслед за твоим отцом. Если кто-то и знает, что нужно сделать, то только он.

- Учителем? – Ярослав поморщился. – Он ничему меня не учил. Скорее наоборот – пытался заблокировать все мои способности. Сейчас я понимаю, что он ненавидел мою семью. Он знал, кто мы.

- Ты прав, - произнёс Эрто. – И его нужно найти.

- Он недалеко, - тихо проговорил Ким. – Он шёл в Мирос вместе с мертвецами. Направлял их.

- Ты его знаешь? – резко обернулся в его сторону Ярослав.

- Да, - подросток зло усмехнулся. – Он был советником короля Тинасы, его главным магом. Это он разбудил дэлонхов и направил армию мертвецов в Мирос. Мы встретили его на границе, и он едва не убил Вика.

- Что ж, в таком случае думаю, что нам не придётся его искать, - проговорил Ярослав. – Он сам меня найдёт.

Он быстро подошёл и склонился над девочками, прикоснулся к их рукам. Ким дёрнулся, почувствовав непонятное действие энергетической силы. И вновь вздрогнул, когда понял, что дракон влил часть собственной энергии в его сестёр. Мила и Лана мгновенно открыли глаза, непонимающе огляделись, отыскали взглядами брата и легко вскочили на ноги. Они бросились к Киму и обвили его руками, прижались. Парень почувствовал, что они дрожат, но между тем их лица порозовели, а из глаз исчезла усталая безнадёжность.

- Спасибо, - прошептал он.

- Береги своих близких, парень, - проговорил дракон. – Они самое важное.

Ким кивнул, в сознании бушевала буря чувств и сейчас почему-то вдруг стало страшно именно за Ярослава. Пока в их мире есть хоть один дракон, люди не перестанут ощущать себя в опасности. Дракон зло – его нужно уничтожить. Любым способом. Даже если он их всех спасёт.

- Ты прав, - прохрипел он, в горле неожиданно начало саднить. - Они самое важное.

- Идёмте, - скомандовал Ярослав. – Нужно попасть в Кэриваль.

Это было странное ощущение, он бежал через лес, слышал за спиной шаги людей: лёгкие, уверенные Эрто – вистольца, сущность которого раздирали противоречивые чувства, он балансировал на грани выбора; спотыкающиеся, но всё набирающие силу шаги тинасца – юного мага, которого привёл Вик, в нём было столько всего намешано, что оставалось непонятным, как парень до сих пор не сошёл с ума; и его сестёр – удивительных созданий, обладающих огромной, потаённой силой, прикоснувшись к которой становилось страшно… Они шли за ним, он их вёл, а перед взглядом простиралась невообразимая даль неба, его головокружительная, непоколебимая высь и прозрачная синева, безудержно ложащаяся под крылья… Внизу мелькала зелень лугов, волнами покачивались верхушки деревьев и мельтешили крыши домов. Мощная аура живой силы поднималась от земли и заставляла дрожать от предвкушения возможности утолить голод. Там столько энергии, столько пищи… Распахнутые крылья беспрепятственно рассекали пустоту, тело скользило в небесной выси, не встречая сопротивления ветра, а чувство голода было лишь воспоминанием. Он тень, бесплотная иллюзия материи, призрак, раздираемый ощущениями отнятой силы. Она рядом – там - на земле, пульсирует за оболочками из плоти, бежит по венам, расходится аурой энергии. А если погасить эту горящую искру жизни, перебросить на другую сторону существования, она станет тем, что так ему сейчас нужно, что так близко – энергией смерти...

Ярси едва не задохнулся, давящая вспышка боли разорвалась в глубине сердца и растеклась по всему телу, сознание с невероятной силой накрыло чувство голода. Чуждое. И реальное.

Он пошатнулся, упал на колени, ударился головой об ствол дерева и судорожно впился пальцами в шершавую кору. На его плечо легла чья-то рука, встряхнула.

– Тебе нужна пища, - донёсся голос Эрто. – Ты голоден…

- Нет, - Ярси с трудом поднялся на ноги. В голове шумело, взгляд вновь начал перепрыгивать с одного на другое, выхватывать различные картинки. – Нет времени.

Он заставил себя двигаться вперёд, ориентируясь только на запахи и звуки – шум деревьев, ощущение свежести зелени, резкий диссонанс с гарью и болотной тиной, стук твёрдой земли под ногами и почти безмолвное шуршание пепла. А перед взглядом мелькала бесконечная полоса летящих навстречу теней… Нет.

Запах страха, безумно бьющиеся от ужаса сердца, пульсирующая горячая кровь. Рядом. Он вытянул руки и прыгнул вперёд, два беспомощно замерших человека отлетели с пути несущихся коней. Ярси поймал повод ближайшего животного, рывком остановил. От резкого действия в глазах немного прояснилось. Он обнаружил, что держит под уздцы хрипящего вороного коня, мимо проносятся осёдланные скакуны без всадников и скрываются в чаще леса. Он сам стоит уже не под кронами деревьев, впереди неширокий луг, за ним холмы, а сбоку подступает выжженная пустошь Долины.

Ярси перевёл взгляд на сбитых им людей, те всё ещё лежали на земле, едва шевелились, пытаясь подняться. Оба были в доспехах воинов, с оружием. Видимо тоже пытались поймать коней, но едва не оказались затоптанными. Лица повернулись в его сторону, в глазах мелькнул панический ужас, воины начали быстро отползать.

Ярси скрипнул зубами и обернулся к спутникам, те замерли на границе леса, на бледных лицах читался страх. Он зажмурился, понимая, что с ним самим что-то не так. Попытался отстраниться от накатывающихся потоков образов, от бьющих в уши звуков, от безумно соприкасающихся граней действительности… Во рту вновь появился привкус крови, пульс гулкими ударами застучал в голове, Ярси до боли сжал кулаки, почувствовал, как кожу разрезают выдвинувшиеся из пальцев клинки. Судорожно вздохнул. Что с ним?

- Ким и девочки садитесь на коня, - приказал он, голос был хриплым.

Дети послушно полезли на спину животного. Тинасец подсадил сестёр и сам взобрался в седло. Его движения были очень резкими и нервными. Ярси посмотрел на Эрто.

- Придётся пробежаться, - проговорил он. – Готов?

Тот кивнул. Оборотень повёл коня за повод к холмам, дорога была знакомой, полдня назад он приехал по этому пути навстречу своей судьбе. Всё просто.

*****************************************************************************

В подступивших сумерках вечера город казался странно одиноким – стены потеряли краски и налились серыми тонами, на крыши упали багровые отсветы заката, сделали их зловеще кровавыми.

Радолюб то и дело оглядывался, окидывал Кэриваль взглядом. Словно прощался.

Их маленький отряд рысью двигался в сторону Долины Ветров. Он взял с собой лишь пятерых магов – молодых и очень способных, из тех, кто очень близко принимали к сердцу пришествие драконов. Им почти ничего не пришлось объяснять, все были готовы пожертвовать собой ради уничтожения монстров.

Радолюб с потаённой дрожью вглядывался в их лица, они послужат лишь для отвлечения внимания, но основной удар придётся нанести именно ему. Или это будет Гитон? А может быть Мида?

Женщина и восемь магов из Битры присоединились к ним на пересечении дорог с Тинасой, они тенями выскользнули со стороны холмов, молча кивнули и не произнесли ни слова. Радолюб внимательно пробежал взглядом по знакомым лицам, пытаясь отыскать Этжаста, но среди приезжих его не оказалось. Он вопросительно посмотрел на Миду, та лишь отрицательно покачала головой.

Колдунья выглядела очень уставшей. Её фигуру скрывал плотный плащ, на голову был накинут капюшон, и всё равно она зябко ёжилась и тихо дрожала. Весь подол плаща покрывали багровые пятна, ещё свежие, словно он недавно волочился по лужам крови. Радолюб бы не удивился, если бы и её обувь оказалась в крови. Но сейчас никто не задавал вопросов.

Дорога огибала холмы и начала сворачивать к Долине. Радолюб в последний раз оглянулся, стены Кэриваля темнели едва заметной полосой. Город почти исчез из видимости, ещё яркие лучи заходящего солнца щедро заливали алым светом равнину, где он находился, и кажущуюся с такого расстояния узкой полосу реки.

Замершая, слишком мирная картина.

Радолюб хорошо знал, что к крепостным стенам уже подступила орда мертвецов, и сейчас у ворот города гибнут последние защитники Кэриваля. Но отсюда не слышны крики проклятий и отчаянные стоны умирающих, не слышны шаги и безжизненные хрипы восставших чудовищ. Город безмолвно растворялся в необычно ярком зареве заката, становился тенью...

Маг вздрогнул и рывком натянул поводья. Прямо над крышами домов растянулось огромное облако дымки. Чернота, имевшая чёткие очертания дракона, уверенно накрыла небо над Кэривалем и стремительно падала на город.

Радолюб судорожно вздохнул, с непонятной для себя болью понимая, что это значит. Рядом всхрапывали кони спутников, топтались на месте, суматошно перебирали ногами, словно чувствовали очень близкую опасность.

- Очередная жертва, - произнёс Гитон. – Вернее лишь пища.

Он сплюнул и зло выругался.

- Уверен, что ты знаешь, как всё это остановить, - в этом голосе прозвучали и горькая насмешка и ледяной холод. Гитон не вздрогнул, но Радолюб успел увидеть, как сжались в нервном напряжении его пальцы. По губам старика пробежала улыбка, он не спеша развернулся и спрыгнул с коня. Радолюб тоже повернулся, медленно спешился, заметил, как то же самое делают все остальные. Финал?

Ярослав спокойно стоял в десяти шагах от их группы, фигура расслаблена, руки лежат на рукоятях мечей, но те остаются в ножнах. Лицо мертвенно бледное, из-за посиневших губ выглядывают острые клыки, но вот глаза выглядят совершенно человеческими, без намёка на серебряный блеск. Сейчас он казался и живым и мёртвым одновременно.

Рядом, но чуть отступив от него, остановился Эрто, во взгляде вистольца застыла холодная отрешённость, на лице было невозможно прочитать никаких чувств. Радолюб даже почувствовал лёгкое беспокойство, вистолец не подал ни одного обговорённого знака.

А вот за спиной Ярослава находились дети. Он не защищал их собой, те встали так, чтобы хорошо видеть всю их компанию. Золотоволосый подросток – тинасец держал в руке обнажённый меч, держал неловко, не так как это делают воины, а скорее как посох, чтобы в случае чего иметь возможность быстро направить его в сторону противников. Второй рукой он сжимал ладонь девочки, а рядом держалась за руку сестры её точная копия. Близнецы.

Дети были исхудавшими, в изодранной, перепачканной кровью и грязью одежде, с набившимся в волосы пеплом, но уставшими и обессилившими они не выглядели. В их глазах не было страха, не было отчаянья или боли. Их глаза светились только расчётливой злостью. Спокойной, уверенной, решительной.

- Мой мальчик, - Гитон шагнул к Ярославу. – Жаль, что сейчас нет времени для разговора. Думаю, что ты очень многое хочешь мне сказать, так же как и я тебе. Но всё это не важно.

- Заканчивай, Гитон, - голос Ярослава прозвучал совершенно безжизненно. – Мы здесь не для этого.

Оборотень сделал несколько шагов вперёд и остановился перед стариком, пристально посмотрел ему в лицо, словно пытался что-то для себя разглядеть.

- Действительно, - проговорил Гитон. – Ты очень изменился, Ярси. Или нет? Ты ведь всегда был оборотнем - по рождению. Ты обманул нас, даже твоя мать начала верить, что в тебе нет ничего от отца, что ты человек. Но на самом деле, именно ты взял его большую часть, взял его истинную сущность дракона. Стал наследником.

- Нет, - Ярси покачал головой. – Моя мать всё обо мне знала. А ты не знаешь ничего. Но это уже не имеет значения. У нас нет времени, Гитон.

Старик криво улыбнулся и глянул в сторону Кэриваля.

- Нет времени, - насмешливо проговорил он. – И всё же мне придётся кое-что рассказать, мой мальчик. Когда-то я тоже был Проводником, очень сильным, мне оставался последний Переход и чтобы не потерять силу я решил остаться в своём родном мире. У меня было всё: семья, богатство, могущество, признание. Я не скрывался, я жил так как мне того хотелось. Но когда в мой мир ворвался дракон, я не смог его защитить. Мои силы оказались ничем пред этим монстром. Я не смог ему противостоять. Он уничтожил всё - опустошил, выжег дотла. Не осталось никого и ничего. Он превратил мой мир в пустыню из пепла.

Глаза Гитона загорелись уже нескрываемой ненавистью.

- Я потратил свой последний Переход, чтобы пойти вслед за драконом. И очутился здесь, Ярослав. А монстр вдруг исчез, растворился среди людей, стал частью вашего мира. Смешно, правда? Я не сразу его нашёл, но нашёл. К сожалению, мне оставалось лишь наблюдать. И ждать своего часа. Ты хочешь знать, как победить дракона? Ты уже один раз это сделал. Вспоминай, Ярослав! Ты стоял перед ним, смотрел ему в глаза, а потом заставил его уйти.

Ярси нахмурился.

- Он сам этого хотел, - произнёс он глухо. – Я бы не смог его заставить. И их не смогу. Сейчас они энергетические сущности, движимые только голодом.

- А ты хорошо понимаешь своих братьев, Ярси, - Гитон тихо рассмеялся. – Да, они очень голодны, они стремятся пополнить свои силы, и, пожалуй, этого мира им для них двоих будет не достаточно. Загвоздка в том, что открыть Путь к другим мирам может только живой. Ты единственный Проводник. Позови их, вы же братья. В одном Переходе столько энергии, что они не устоят перед такой добычей. Создай портал, Ярослав, и уведи их из этого мира.

Гитон развёл руками, на его губах заиграла ласковая, дружелюбная улыбка, совершенно не вяжущаяся с ненавидящим взглядом.

Ярси медленно выдохнул, вдруг осознав, что вокруг стоит звенящая тишина. Друзья, враги, сама природа вслушивались в неспешную речь древнего мага. И сейчас они все ждали ответа.

Это правда. Перед взглядом неспешной волной качнулись синие цветы, они росли под окном его комнаты – такие же как в Долине Ветров. Их посадила мама. В глазах начало двоиться, окружение наполнилось серебряными отсветами.

Лицо Гитона посерело, но старик лишь упрямо склонил голову, мелькнула побледневшая Мида, странно растерянный Радолюб и ещё чьи-то лица, перекошенные от страха. Ярси поднял раскрытые ладони, в голове звенело от пустоты и набатом стучало собственное сердце. Открыть путь в другой мир? Какой мир? Чей мир следующим должны сжечь драконы? Это и есть выход?

Он резко развернулся и пошёл прочь. Перед взглядом рассыпались стены домов Кэриваля, метались обезумившие от страха люди, а сверху их накрывала чёрная крылатая тень. Голоса он тоже слышал. И это был крик ужаса не только жителей Кэриваля, второй призрак выбрал себе в пищу Эриальд.

- Братья! – голос сорвался на шелестящее эхо, слова взвились ввысь и полетели сквозь пространство. – Мы чужие в этом мире, но нас ждёт дом! Я отведу вас.

Он на ходу рванул зубами запястья обеих рук, разорвал кожу с такой силой, чтобы кровь бежала не просто по каплям, а лилась ручьём.

Кровь отданная добровольно. Отданная вам, братья.

Алые струи, не достигнув земли, повисли вокруг Ярси облаком из мельчайших капель. Закружили хоровод, превращаясь в багровый вихрь.

- Я вас жду.

Он ускорил шаг, вокруг закручивалась мешанина из совершенно незнакомых потоков энергия. Открыть путь между мирами? Наверное, как Проводник он должен знать, как это сделать. Но на практике… Не было у него такой практики и знаний не было. А вот инстинкты просто кричали, что людям не стоит находиться рядом, когда откроется портал для драконов… Ярси сбился с шага, обернулся, виски нестерпимо ломило, словно в голову пытался кто-то прорваться, нет, не прорваться – ответить. Призрачный вопль нёсся одновременно с двух сторон, только воспринимался не слухом: - Бра-ат!

Ярси в панике огляделся, в небесной выси невообразимо быстро вырастали две точки – наполненные мглой очертания драконов. Получилось? И что дальше? Расплывающийся взгляд пробежал по дороге, люди были достаточно далеко, но внутренние виденья чётко выхватывало их фигуры: Эрто подошёл к детям, положил на плечо Кима руку, что-то говорит, Радолюб и Мида замерли, смотрят в небо, незнакомые маги из Битры и Кэриваля напряжённо вслушиваются в слова Гитона. Безмолвно, для него безмолвно, в голове звучит призрачный шёпот, сливается в звуки: - Мы идём, брат…

Ярси свёл ладони вместе, в спину ударил могильный холод, дохнуло ощущением бездны и вдруг дёрнуло, потянуло к себе. Портал? Ярси не обернулся, он смотрел на растущие сгустки мрака, на стремительно машущие крылья, на вытянутые в его сторону головы.

- Эгор, Яромир…

Пелена крови налипла на лицо, капли мельтешили перед взглядом и проносились не останавливающейся завесой… Их втягивало ледяное нечто, расколовшее за спиной реальность этого мира. Путь. Двери открыты.

Мелькнули закручивающие в глазницах омуты злобы, тело рассекли призрачные крылья. Ярси пошатнулся, сущности призраков прошли сквозь кожу, сквозь внутренние органы, окатили волной нереального холода, заставив несколько раз содрогнуться, пока гигантские тени втягивались в портал. Ярси упал на одно колено, прижал к груди руки, внутри словно что-то оборвалось, перевернулось, стало другим. Мёртвым.

Дыхание вырывалось с хрипом, он с трудом приподнял голову, увидел рядом людей, почувствовал разрывающую пространство магию… Этот мир свободен?

Маги Битры и маги Керонта одновременно подняли посохи и ударили боевыми заклинаниями. Огненные шары, водные стрелы, воздушные вихри переплелись в единое целое и вдруг оказались в одном шаге от его тела. Ясри едва успел выставить навстречу раскрытые ладони, интуитивно созданный щит сотрясли разрывающие удары, частично пробили, опалили руки, невообразимой смесью боли прошлись по телу. Он упал, очутившись очень близко от крутящейся воронки портала, заставил себя оттолкнуться от земли и вскочить на ноги.

Перед взглядом замелькали выхватываемые наяву и рождающиеся лишь внутренним виденьем картины: дорога горит, стена огня, направляемая Кимом, сметает со своего пути пытающихся бежать магов; Эрто скрестил клинки с появляющимися из леса дэлонхами; между деревьями мелькают пошатывающиеся фигуры, бредут к людям, среди них скользят очень быстрые фигуры вооружённых мечами мертвецов; с неба пикирует крылатая тень, встаёт рядом с Эрото, закрывает собой детей; слышен топот копыт, приближаются всадники, скачущего впереди он очень хорошо знает. Элена.

Сквозь грохот раскалывающегося пространства слуха коснулся её крик.

- Не-ет!

Нет? Грудь взорвалось невообразимой болью, Ярси почувствовал, как его отрывает от земли, подбрасывает в воздух, а дыхания больше не хватает. Вокруг сомкнулось ледяное нечто, облепило всё тело, сжало в своих объятьях и потянуло в никуда… Двери закрылись.

Глава 49

Конь хрипел, с удил летели клочья пены. Элена с отчаяньем смотрела вперёд, она давно оторвалась от остальных всадников, но от этого стало не лучше. Хотелось обрести крылья как у Вика и взлететь ввысь - в небо и за несколько мгновений преодолеть расстояние до Керонта.

Этого не понадобилось, город мелькнул размытой полосой на горизонте, а прямо посреди дороги развернулось чудовищное действие: в воздухе сверкнула чёрная полоса, странно похожая на гигантский клинок, который вертикально завис за спиной… Ярси. Лезвие провернулось, раздалось вширь и вот уже вместо клинка над землёй завращалась овальная воронка.

Элена поняла, что уже видела такое, когда-то в подобный портал ушёл зеленоглазый демон, назвавшийся братом Ярси, а потом нечто подобное создал король Бортан и тоже покинул этот мир. Так не означает ли этот портал, что теперь должен уйти Ярси?

Девушка стиснула зубы и ударила коня пятками, заставляя бедное животное ещё больше увеличить скорость. Вокруг её жениха кружило непонятное облако, даже с такого расстояния она видела, что оно состоит из алых струй, вихрем закручивающихся вокруг его фигуры. И таким же вихрем втягивается в портал…

Высоко в небе вдруг стремительно выросли две тени. Девушка невольно натянула поводья, конь резко остановился и встал на дыбы, почти выкинув её из седла. Элена прижалась к шее животного, вцепилась пальцами в гриву и во все глаза смотрела, как к земле падают огромные сгустки мрака, имеющие очертания драконов. А на их пути перед воронкой портала стоит её жених.

Всё произошло настолько быстро, что она даже не успела закричать. Крылатые тени словно переплелись, слились воедино и быстрыми росчерками рассекли тело Ярси. Он пошатнулся, упал на одно колено, стало казаться, что они утянут его за собой в портал, но этого не случилось. Элена невольно вздохнула с облегчением, когда увидела, что два монстра полностью скрылись в воронке, ведущей в другой мир, а Ярси остался здесь…

Это было странное ощущение, как будто только сейчас стало понятным существование всего того напряжения, что пронизывало сам воздух – после того, как оно исчезло. Лёгкая волна ветра прикоснулась к щеке – ласкового, пахнущего цветами, в ветвях деревьев неуверенно начали посвистывать птицы, а багрово-золотистые лучи заходящего солнца оказались неожиданно тёплыми.

Можно было оглянуться по сторонам, по-новому вдохнуть воздух и просто вспомнить, что это вернулось то привычное ощущение их мира, каким он был всегда – живым. Если бы на это было время…

Стоящие чуть в стороне маги одновременно взмахнули посохами, и пространство наполнилось невообразимой смесью боевых заклинаний. Девушке показалось, что она услышала треск столкнувшихся стихий. Дружный взмах и все посохи наклонились в одну сторону – к замершему на фоне раскрытой пасти Перехода оборотню. С наверший сорвались воплощения магической энергии и понеслись к цели. Ярси вздрогнул и вскинул навстречу раскрытые ладони, Элена с ужасом увидела, что его запястья это глубокие кровавые раны. Воздух сверкнул, встал мерцающей преградой и разорвался под вспышками.

- Нет, - принцесса вновь ударила коня пятками, заставляя сорваться в галоп, происходящее теперь напоминало чудовищный сон. Что вы делаете? Драконов больше нет! Всё закончилось!

Удары пробили защиту Ярси, кожа его рук почернела, струи пламени лизнули плечи и грудь, энергетические разряды, перемешанные со струями воды и воздуха, хлестнули по животу, сбили, отбросили к границе портала. Его тело сотрясли судороги, пальцы впились в землю и превратились в клинки. Он лишь мгновение лежал неподвижно, а потом рывком вскочил на ноги…

По дороге пронёсся огненный вихрь, заслонил Ярси от его противников. Молоденький парнишка, почти ребёнок взмахами меча направлял удары молний на кусты, деревья и саму землю, заставляя их гореть. Жаркое пламя стеной налетело на магов, накрыло завесой раскалённой субстанции и уже никого не выпустило из своих объятий.

Элена увидела, что ещё два незнакомых мага – седобородый старик и женщина, а также Радолюб остались в стороне от произошедшего. Они быстро отступили к порталу и, пока не потухло пламя, взмахнули посохами.

В воздухе соткался почти не видимый клинок, пространство подёрнулось дымкой и пошло энергетическими разводами, пропуская его к цели. Оборотень резко развернулся, отшагнул с пути магии - почувствовал. Мгновения…

Ярси вдруг посмотрел на неё, его лицо напоминало кровавую маску, обезображенную пятнами гари. Элена невольно вскрикнула, а потом закричала уже в голос:

- Нет!

Клинок изменился, разъединился на несколько гнущихся отростков. Узкий язык хлестнул оборотня по ногам, три острых лезвия ударами пробили насквозь тело и подбросили в воздух – в портал. Пульсирующая тьма Перехода подхватила в свои объятия бьющуюся в агонии фигуру, мягко окутала и скрыла от глаз убийц… В воздухе послышался резкий хлопок, воронка за одно мгновение стянулась в точку и исчезла. Путь в другой мир закрылся.

- Вот и всё. Теперь он не сможет вернуться, - Гитон устало опёрся на посох. – Для мёртвого Переход не доступен.

Он улыбнулся. Вокруг висела вязкая, звенящая пустота, словно вместе с порталом исчезла часть их собственного мира. Замершая и неуловимо разворачивающаяся во что-то большее.

- Вот и всё, - повторил Гитон. Радолюб настороженно огляделся, рядом зябко передёрнула плечами Мида.

- Всё? – переспросил верховный маг Мироса.

- Нет, - выдохнула колдунья.

Вокруг завращалась мешанина из звуков – крики отчаянья, крики ужаса, тяжёлая поступь, хрипы, звон стали, вой пламени и стон самого пространства, из которого выдирались энергетические потоки.

Радолюб судорожно вздохнул, взмахнул посохом и поставил вокруг себя магический щит, прежде чем осматриваться по сторонам. Рядом тоже самое проделали Мида и Гитон. Взгляду предстала бесконечная вереница мертвецов, выходящих из леса и бредущих к дороге. Первые несколько рядов уже смыкались вокруг их небольшой группы. Эрто с яростью отсекал тянущиеся к нему руки, рубил головы, защищая собой двух девочек и подростка. Парень широкими замахами меча направлял в толпу ходячих трупов молнии, сбивал их с ног, заставлял гореть.

Родолюб заметил среди армии мёртвых дэлонхов, те стремительными перебежками пытались обойти странное крылатое существо, сражающееся рядом с вистольцем. Их мечи натыкались на завесу из невероятно быстрых ударов длинных шипов, расположенных на месте пальцев существа. Дэлонхи один за другим лишались голов и неподвижно застывали на земле.

Взгляд выхватил скачущие фигуры – в обрывках одежды, с полуистлевшей кожей, сквозь которую прорывалась гниющая плоть и белели кости, руки этих мертвецов сжимали оружие и размахивали они им весьма умело. Несколько таких тварей ударили в щит Радолюба, злобно щёлкнули челюстями и переключили своё внимание на соскочившую с коня Элену. Вслед за ней к дороге подъехали Диса, Любава, Мировир и незнакомая женщина.

Принцесса с ходу выхватила кинжал и кинулась к Гитону. Мировир огромным прыжком сбил кинувшегося на неё вооружённого мертвеца. С рычанием рубанул выхваченным мечом следующего, а девушка с яростью ударила своим оружием в щит старика.

- Убийцы! Вы убили его! - её клинок отскочил, принцесса зашипела, показывая нечеловечески длинные клыки. Гитон лишь насмешливо пожал плечами.

Элена чуть отступила и зло оскалила зубы.

- Вик! – крикнула она. – Убери магию!

Крылатый монстр быстро обернулся, широким замахом крыла сбил нескольких противников, взглянул на уверенно выжигающего молниями мертвецов подростка, окинул взглядом всю дорогу, задержался на двух волчицах, сцепившихся с несколькими делонхами, и резким движением скрестил руки.

В пространстве почувствовался неслышный удар. Радолюб почти воочию увидел, как прямо из земли и из воздуха оттягиваются магические потоки, как падает блокирующая сеть, как всё вокруг становится до невозможности пустым от магической энергии. Даже его собственное тело. Он невольно вздрогнул, почувствовав себя совершенно беспомощным.

А рядом падали и застывали безвольными куклами мертвецы, остальные натыкались на невидимую грань и тоже начинали обрушиваться на землю. Движения дэлонхов внутри созданной зоны стали заторможенными. Крылатый монстр мгновенно снёс с их плеч головы, остальные быстро отступили.

Оставшись без защитного купола, Гитон выхватил меч и побежал к лошадям, Элена с рычанием ринулась за ним. Колдун спиной почувствовал, что не успевает, мгновенно развернулся и отбил выпад девушки. Маленький кинжал выбило из её пальцев, он отлетел в траву. Принцесса ловко отпрыгнула от нацеленного в неё клинка и разъярённо зашипела.

Гитон шагнул в её сторону и вдруг пошатнулся, на его груди расплылось кровавое пятно, одежду разорвало стальное остриё – показалось и исчезло. Золотоволосый подросток уверенно выдернул клинок из его тела, нисколько не смущаясь, что нанёс удар со спины. Старик развернулся, встретился с парнем взглядом и повалился на колени. Тот вновь взмахнул мечом, лезвие по дуге полетело к шее Гитона и одним ударом срубило его голову.

Принцесса быстро подошла и пнула повалившееся на землю тело ногой, посмотрела на подростка, фыркнула и повернулась к Миде. Колдунья попятилась, в панике огляделась, быстро подбежала к Радолюбу и спряталась у него за спиной.

Верховный маг сделал осторожный шаг в сторону нервно топчущихся коней. Хотя прекрасно видел, что это бесполезно. Мертвецы замкнули широкий круг вдоль созданной зоны без магии, чётко ограничив её пределы. То один то другой ходячий труп ступали вперёд и тут же падали, постепенно образуя завал из неподвижных тел. Выхода из этого круга не было.

Он перехватил посох как дубинку и начал ловко его вращать. Элена подобрала свой кинжал и в задумчивости остановилась. За спиной Радолюба вдруг вскрикнула Мида, он резко обернулся. Колдунья лежала на земле, у её пальцев валялся небольшой самострел. Рядом стояла немолодая, но очень красивая женщина, имени которой маг не знал. Её рука сжимала увесистую сковороду. Женщина быстро подобрала оружие колдуньи, и теперь оно смотрело Радолюбу в грудь.

- Стреляй, Дженевра, - с ненавистью произнесла Элена.

- Они были заодно с Гитоном, - подтвердил подросток-маг. – Они убили Короля.

- Мы убили Дракона, - глухо произнёс Радолюб.

- Вы убили всех нас, - отрешённо проговорила Дженевра, по её губам скользнула улыбка – спокойная, безучастная.

- Ты сумасшедшая! – крикнула Мида. – Мы всех спасли!

- Нет,.. - голос женщины прозвучал как эхо. – Слушайте.

Все замерли, среди хрипов мертвецов, среди ударов об землю падающих тел воздух наполняли и другие звуки – что-то рвалось, со скрежетом оседало, изгибалось и становилось иным – свободным. Неожиданно стало очень холодно, звуки неслись сквозь пространство вместе с ледяным дыханием другого мира – мёртвого.

- Реета, - произнёс Радолюб. – У неё больше нет хозяина.

- Нет, нет, нет, - Вик взлетел в воздух и в бессилии завис на месте, его губы изогнулись взлой усмешке. Отчаянная ярость клокотала в самом сердце, сдавливала грудь, заставляла задыхаться. Реета свободна! Свободна настолько, что безжизненные деревья выдрали из каменной земли корни и шагнули в мир живых. Рвущая мертвецов нежить резко остановилась, втянула носами запахи и стремительными скачками кинулась к более лакомой добыче – к той, в чьих жилах бежит горячая кровь. – Нет.

Он кувыркнулся и упал на землю, оказавшись на четвереньках. Перед глазами заметались размытые пятна, шипы втянулись в пальцы, сделав их человеческими, на спине безвольно хлопнули и опали крылья. А грудь разрывало от боли, от перехватывающего дыхания, от так и оставшейся ледяной крови, устремившейся по венам почти живого тела. Он взвыл, понимая, что теряет способности сарша.

Рядом кто-то остановился, слух уловил взмах рассекающего воздух меча и шаги сотен ног, резко приблизившихся к его телу.

- Вик!

Пространство разорвало душное напряжение, хрипы отдалились, в его плечи вцепились маленькие ладошки, затрясли. Он почувствовал, что падает, голова закружилась.

- Вик, ты слышишь? – очень близко произнёс Эрто.

Он с трудом приподнял голову, кроме вистольца рядом находился Ким, девочки и незнакомая женщина, кажется её силой толкнул в их компанию Мировир,.. а вот принцесса и оборотни остались за пределами защитного купола тинасца. Вик судорожно приподнялся. Мертвецы быстро заполняли всё пространство дороги и облепили их купол. Он с трудом разглядел двух волчиц, Мировира и Элену. Они спокойно стояли среди бредущих между ними ходячими трупами. Оборотни больше не пытались на них нападать, и мертвецы двигались мимо. Но Элена была живой!

Вик встретился с ней взглядом, внутри сразу всё заледенело. Глаза принцессы горели мертвенным пламенем – пустым, безразличным, перечёркивающимся серебреными искрами. И он очень боялся, что его собственные глаза сейчас выглядят точно также.

******************************

Небо было чужим – низкое и одновременно безграничное, не имеющее ни облаков, ни перепадов цвета – однотонно-багровое, застывшее. И в этом небе неспешно парили две тени драконов – спокойно, никуда не торопясь. Умиротворённо?

Он судорожно вздохнул и поморщился. Лежать было неудобно, под спиной чувствовались острые выступы, болезненно впивающиеся в кожу. Он приподнял голову, пытаясь оглядеться. Это место можно было бы назвать берегом – каменная пустошь, о край которой разбиваются волны океана. Вот только налетающая на сушу стихия состояла не из воды – неровные валуны с яростью и шипением лизали языки извивающегося пламени.

Океан огня, багровые, прокалённые жаром камни и множество текущих по ним ручейков магмы - это мир, в который он открыл Путь. Ярси вновь откинулся на спину, по губам скользнула улыбка. Если хоть какие-то чувства и существовали, то они были чужими. Спокойствие? Сытость? Расслабленность? До дрожи, до захлёстывающей бури эмоций – им здесь нравится. Они дома. Это мир драконов? А воспоминания… Его собственные воспоминания, не перемешанные с ощущениями двух хищников, получивших долгожданную пищу?.. Его убили. Он мёртв? Мертвецы не чувствуют боли, не чувствуют неудобства от давящих в спину камней, не могут дышать.

Шевелиться совершенно не хотелось и он просто смотрел в небо, в полной мере осознавая, что в груди бьётся сердце, а кожа зудит от начавшейся регенерации. Драконы не умирают? Умереть могла его человеческая сущность, умереть мог оборотень – от серебряного клинка, выкованного магическим способом, например, от того, что держал в руках Ким… Наверное. Он дракон и магическая энергия для него пища. Она разрывает плоть, ранит, но потом становится частью его сущности, дополняет, даёт новые силы.

Ярси рывком сел, посмотрел на собственные руки – кожа была совершенно целой, неповреждённой. Он не спеша стряхнул с плеч остатки обгоревшей одежды, одновременно осмотрелся более внимательно. Каменный берег тянулся до самого горизонта, местами с провалами, где-то с небольшими выступами вверх, но по большей части ровный, изрезанный лишь неглубокими руслами ручьёв. Пустыня.

Чуть в стороне наблюдалось нагромождение валунов, рядом сидело согнувшееся существо и что-то запихивало себе в рот. Ярси осторожно приподнялся, существо мгновенно вскинуло голову и взглянуло на него кроваво-красными глазами на чешуйчатом лице. Тонкие губы разошлись в ухмылке, показав впечатляющий набор заострённых зубов. Демон? Из-за валунов появились ещё три человекоподобные фигуры – высокие, вместо кожи отливающая багровым чешуя, по камням отстукивают нервный ритм длинные хвосты. Они настороженно остановились и чуть наклонились, втягивая носами воздух.

За спиной вдруг кто-то фыркнул, Ярси с трудом заставил себя обернуться – слишком трудно было оторвать взгляд от демонов и тут же замер. В трёх шагах от него стоял дракон. Самый настоящий живой дракон чёрно-золотого цвета.

Ярси медленно поднялся с камней, выпрямился. Шея дракона плавно изогнулась, голова опустилась вниз, прямо перед лицом оказались яркие зелёные глаза. Взгляд был очень внимательным, оценивающим, насмешливым. И до невозможности знакомым.

- Привет, Мэтжер, - уверенно произнёс Ярси.

- Здравствуй, бродяга, - оскалил зубы дракон. В улыбке? Он вновь вскинул голову к небу, по бокам взмахнули огромные крылья, почти сбив воздушным ударом с ног. Гигантская фигура подёрнулась дымкой, на одно долгое мгновение заслонилась плотным облаком тумана и исчезла. Вместо дракона перед Ярси теперь стоял человек.

- Забавно, - улыбнулся Мэтжер. – Предполагалось, что ты позовёшь меня в случае надобности на помощь, а не сам заявишься в гости.

- Кем предполагалось? – поинтересовался Ярси.

- Допустим, что мной. Это было бы очень красиво, Ярси. Только представь – из портала вылетает огромный дракон, сжигает всех мертвецов, уничтожает дэлонхов, а потом забирает с собой двух отбившихся от рук скелетов. Но мы же очень гордые. И самостоятельные. У нас всё происходит не так.

- Ну, извини, - теперь фыркнул Ярси. – Не знал о твоих планах.

Мэтжер рассмеялся.

- Это шутка, драконы слишком жестокие существа, чтобы кому-то помогать, - противореча словам в зелёных глазах мелькнуло любопытство.

Ярси насторожился.

- Шутка? Странная шутка. Зачем всё это? Ты уже не один раз спасал мне жизнь.

Мэтжер прошёлся по берегу и остановился у самого огня. Языки пламени потянулись к его ногам, радостно обвили, скользнули выше, по пояс охватив его фигуру.

- Я уже говорил, что был рождён человеком. Пусть лишь отчасти, также как и ты. Мы оба изменились, Ярси, но не перестали быть людьми. А у людей есть чувства, желания, способность испытывать боль… Прости.

- За что? – Ярси нахмурился, Мэтжер так и остался для него загадкой.

- За то, что ничего не объяснил. За то, что привязал тебя к твоему миру, лишив возможности путешествовать между мирами. Это всё моё любопытство, Ярси. Сначала я направлял тебя, потом лишь смотрел, наблюдал.

- Привязал к моему миру? Но я здесь! Я открыл портал и совершил Переход!

- Да. Ты всё ещё не понимаешь?

- Чего?! – Ярси сжал кулаки, внутри что-то пульсировало, пыталось прорваться ледяными сгустками страха.

- Ты король Рееты, Ярослав, - Мэджер неожиданно улыбнулся, но улыбнулся так, что сквозь маску человека глянул некто древний и совершенно безжалостный. – Совершив Переход, ты сделал лес мёртвых свободным. Он уничтожит весь твой мир не хуже драконов.

Ярси зажмурился, это было правдой. Он знал это. Чувствовал как Король.

- Я должен вернуться, - произнёс он спокойно. В сердце что-то заледенело, оборвалось.

- Ну надо же, - усмехнулся Мэтжер. – Ты осознал свою ответственность. Поздравляю. Я провожу. Идём.

Глава 50

Радолюб упал на колени, упёрся лбом в землю и никак не мог остановиться, чтобы не смеяться. Всё его тело сотрясалось от истерического хохота, из глаз лились слёзы, пальцы скребли землю, загребали пыль. Мида безучастно смотрела на него. Вокруг их купола собралась большая толпа мертвецов. Ходячие трупы с яростью щёлкали челюстями, разъярённо шипели и бились об невидимую преграду. Единственным свободным местом, куда можно было смотреть и не натыкаться взглядом на их искажённые смертью лица, было небо.

- Мы обыграли сами себя, - с трудом проговорил маг сквозь спазмы хохота. – Обыграли… А ведь он был человеком, Мида. Понимаешь? Человеком по своей сущности. Королём Рееты, драконом и человеком.

Он с трудом повернулся и посмотрел на колдунью.

- Тебе всё равно?

- Мы сделали то, что должны были сделать, - холодно произнесла женщина.

- И что дальше? Твоя гордость, твоя ненависть, твоё высокомерие – чем они теперь тебе помогут? Мы погубили наш мир, Мида!

Она зажмурилась, медленно опустилась рядом с Радолюбом, села на землю и обхватила колени руками.

- Ты считаешь, что это конец?

Маг с трудом сделал над собой усилие и перестал смеяться.

- Забавно, ты же знаешь что такое Реета. Лес проклятых никого не щадит, а получив свободу, он уничтожит всё живое. И у этого леса был король, который держал границу закрытой, которому он повиновался. Все твари Рееты ему повиновались. Беспрекословно. А мы его убили.

- Потому что он был драконом, - глухо проговорила Мида.

- Он даже не знал об этом, пока ему не сказали, - усмехнулся Радолюб. – Ему было шестнадцать лет, Мида. Достаточно для дракона, чтобы проявить свою сущность. Но этого не произошло. Он даже оборотнем как таковым не был. Лиана слишком хорошо чувствовала сущность своего сына. Она очень его любила.

- Откуда ты знаешь? – хрипло проговорила колдунья.

- Я должен был понимать, что нас ждёт с таким королём. Я изучил все, что с ним связано. И знаешь, в последнее время стал сильно сомневаться, что нам нужно лишать его жизни.

- Смешно, - прошептала Мида. – Мы учли столько факторов и забыли про Реету. Забыли про собственное королевство.

Её глаза вдруг расширились, она с силой прикусила губу.

- Ты слышал про Договор, Радолюб?

- Имеешь в виду Договор между королём Мироса и королём Рееты? Я думал, что это вымысел. Его никогда не подписывали в реальности.

- А я думала, что Алато и Бортан вечны… По твоему это совпадение, что их не стало почти одновременно? А их наследник… - колдунья сжала кулаки. – У них один наследник, Радолюб. Сын двух миров. Договор существует, он создан магией. Мне рассказал об этом Этжаст, он присутствовал, когда его заключали. Но это уже не важно.

- В нашем мире больше нет драконов, - с вновь начавшимся смехом проговорил Радолюб. – Но мы всё равно погибнем.

Они стояли рядом с невидимой чертой отделившей людей от захлестнувшей пространство смерти. Четыре оборотня – три девушки и Мировир. Их волосы трепал ветер, его завывания утробной волной неслись лишь с одной стороны – со стороны Рееты. Они стояли и молча смотрели на него.

Вик медленно приподнялся. Внутри купола было до странности спокойно, потоки холодного воздуха не касались тех, кто здесь находился. Он с трудом повернул голову, посмотрел на сжимающего меч Кима, на выглядывавших из-за его спины Милу и Лану, на пристально наблюдающую за ним женщину, на Эрто – кэртон-дэсо, давно оставившего свой родной мир. Вистолец шагнул ближе, его серебряный меч горел переливчатыми отблесками, наполненными магической силой.

Вик хмуро усмехнулся, во рту чувствовался привкус крови, его мутило, было до не возможности трудно осознать, что именно теперь является правильным. Будоражащий запах живых тел перечёркивал все остальные ощущения – сладкий, манящий, способный утолить голод. Вик глухо зарычал, неимоверным усилием заставляя себя оставаться на месте. Фигуры людей расплывались перед взглядом, колыхались в серебряном мареве, становясь ближе и всё более желаннее. Они лишь добыча.

- Ким, - прохрипел он. – Выпусти меня или… убей.

- Нет! - взвизгнули девочки вместе. – Держись, Вик!

- Что с тобой, Вик? – донёсся голос юного мага. – Ты сарш. Реета не может тобой повелевать.

- Это не так, - выдохнул Вик. – Реета является злом нашего мира, а сарш здесь чужак…

- Мне жаль, - проговорил Ким. – Купол создал не я. Это магия Эрто.

Вик медленно встал на колени, посмотрел на своего соотечественника. Тот плавно повёл рукой, и обнажённый меч неуловимо быстро оказался рядом с его шеей, почти коснулся кожи. Аура серебряного клинка сразу впилась в тело парализующими иглами, доказывая, что сейчас он не человек. Вик через силу улыбнулся.

- Так проще всего, Эрто? Но разве это хоть что-то изменит?

Серебряное оружие отодвинулось в замахе и со свистом ринулось вниз. Ничего не изменит.

Клинок не закончил своего движения, Эрто вдруг сильно вздрогнул и его рука опустилась. По одежде расплылось кровавое пятно. Ким выдернул свой меч из его тела и быстро произнёс заклинание, мгновенно поставив вместо исчезнувшего купола вистольца свой собственный. Эрто упал на колени, схватился руками за живот и так и замер, неверяще наблюдая, как сквозь пальцы льётся кровь.

- Входишь во вкус? – Вик невольно потёр шею, всё ещё чувствуя удар колючего воздуха, дотронувшегося до его кожи за мгновение до самого лезвия. Он с любопытством посмотрел на подростка. – Зачем тебе магия, Ким? Ты и без неё действуешь неплохо.

Тот криво усмехнулся.

- Я его не убил. Выживет, если захочет, он же маг. Для меня друг важнее. А для тебя?

Вик провёл ладонями по лицу, пытаясь успокоиться и хоть немного унять бушующий внутри голод.

- Хотел бы я ответить тоже самое, - произнёс он. – Выпусти меня, Ким. Так будет безопаснее. Для вас.

Магический купол вдруг ощутимо дрогнул, его стены пошли видимыми разводами и стало заметно, как они прогибаются вовнутрь. Стоящие за его границей оборотни пригнулись и глухо зарычали. Большую часть мертвецов сбило с ног и прокатило по земле, превратив в слабо шевелящиеся кучи. И лишь через несколько мгновений долетел звук удара – удара по воздуху.

- Это что? – непонимающе спросил Ким и протянул руку к сёстрам. Девчонки быстро подбежали к брату и вцепились в его пальцы.

Женщина шагнула к границе купола и остановилась рядом с Мировиром, с печальной улыбкой посмотрела в глаза оборотня. Тот не отрывал взгляда от её лица. Вик увидел, как Любава и Диса передвигаются в его сторону, обе девушки опустились на колени в шаге от него, по другую сторону купола. Лишь Элена безучастно смотрела на дорогу – на то место, где исчезла воронка портала.

- Что происходит? – Вик с удивлением почувствовал, что голод куда-то отодвинулся,сменившись на сжимающие волны ужаса.

- Обитатели Прэта вступили в мир живых, - чётко произнесла Диса.

- Э-э, ты о призраках? И?..

- Всего лишь ещё один фактор в общей картине гибели, - хрипло рассмеялся Эрто. – Теперь всё будет происходить намного быстрее.

- Наши тела они тоже способны поглощать, - тихо проговорила девушка-оборотень.

- Но ведь магия способна их удержать! – воскликнул Вик. – Вокруг Прэта была магическая защита.

Диса грустно кивнула.

Вик резко повернулся к магам. Эрто криво усмехался, а Ким медленно покачал головой.

- Не проси, - предупредил он.

- Они мои друзья. Я не говорю, что их нужно впустить сюда, но возможно ты сможешь создать для них ещё один купол – отдельный?

- Не смогу, я должен находиться внутри создаваемой зоны.

- Ты уверен? А как же тот коридор через лес, которым ты вывел людей из западни, там ты был вне купола? – напомнил Вик.

- И меня защищал ты, - Ким задумчиво огляделся. – Это всё равно была только одна защитная зона. У меня не получится поддерживать две.

- Эрто?

- Не вижу никакого смысла в данном действии, - проговорил вистолец. Вик заметил, что кровь больше не сочится из под его прижатой ладони, а пальцы второй руки уверенно сжимают меч. – Это конец для всех.

- И тебе нравится решать, кто станет первым? – зло усмехнулся Вик. – В нашем мире кэртон-дэсо шли навстречу гибели впереди всех. Но не ради смерти, а чтобы защитить. Ты очень давно не был в Вистольце, Эрто. Ты живёшь здесь, так разве этот мир не стал для тебя домом, а жители не стали теми, кого нужно защищать?

- Ты мальчишка, чтобы рассуждать о таких вещах, - отрезал вистолец. – Ты ничего не понимаешь.

- Я понимаю, что уже никогда не смогу вернуться в Вистольцу, - Вик встал на ноги, выпрямился. – Но разве это причина чтобы сдаваться? А ты сдался Эрто, хотя твой путь не закрыт. Помоги им. Ты же не просто так остался на стороне Ярослава. Ты уже сделал свой выбор.

Эрто тоже поднялся, посмотрел Вику в глаза, перевёл взгляд на меч и снова на Вика.

- А тебя не смущает, что я только что собирался тебя убить? – клинок вновь оказался у шеи оборотня-сарша. Тот лишь покачал головой. Меч Кима в свою очередь упёрся в спину Эрто.

- Может уже хватит? – с тяжёлым вздохом поинтересовался подросток. – Не знаю, что там за призраки, но хотелось бы понимать, как быстро они перемещаются?

- Быстро, - безжизненным голосом проговорил Мировир.

Дженевра вдруг вскинула руку и закрыла глаза. По лицу женщины поползли синие полосы, кожа побелела и стала почти прозрачной.

- Что ты делаешь?! – забеспокоился Мировир. – Остановись!

- Я не маг, - выдохнула знахарка. – Но создавать я тоже умею…

- За счёт собственной жизни? – нахмурился Ким.

- Это уже не имеет значения, - она улыбнулась и упала на колени. Вокруг оборотней взметнулись от земли воздушные вихри, подняли в воздух пыль и соединились в одну сплошную стену.

- Нет! – Мировир тоже опустился на колени. – Ты права – это уже не имеет значения. Но не стоит погибать вместе с нами.

- Вместе с тобой, - прошептала Дженевра.

Неожиданно стало очень холодно, послышался лёгкий треск, а потом все увидели, как по земле ползёт изморозь. Именно ползёт, движется со стороны Долины ветров, извилистыми змейками пересекает дорогу, пригибает траву, охватывает кусты, заставляя съёживаться листья. Они в оцепенении наблюдали, как оказавшиеся на её пути мертвецы на мгновение покрываются инеем, замирают на месте, а от дороги поднимаются густые чёрные сгустки и растекаются по их телам. Шатающиеся фигуры ещё некоторое время стоят, напоминая покрытые слизью бесформенные, колышущиеся коконы и вдруг падают, их размягчившая плоть расползается в разные стороны и вместе с чернотой исчезает в земле.

Эрто быстро опустил меч и прошептал заклинание. Второй защитный барьер взметнулся над куполом Кима, но был намного шире, охватив и то пространство, где находились оборотни. Теперь они были под магической защитой, но во внешнем куполе.

- Сволочь, - произнёс Вик. – Ты ведь сразу так мог.

- И это вместо спасибо? - Кэртон-дэсо насмешливо улыбнулся.

- Спасибо, - эхом проговорила Элена, все вздрогнули от её ледяного голоса. Её застывший взгляд по-прежнему был обращён в одну точку. Девушка стояла совершенно неподвижно.

– Ярси, - прошептала она, её губы изогнулись в улыбке, показав заострённые клыки, в глазах заискрился серебряный свет.

Изморозь доползла до защитного купола Радолюба и Миды, находящегося первым на её пути. Из земли вынырнули чёрные сгустки и медленно двинулись вверх по энергетическому барьеру. Оба мага встревожено огляделись и зашептали слова заклинаний. Густая субстанция уверенно растекалась по их куполу, постепенно смыкаясь со всех сторон. Когда она поднялась выше человеческого роста, послышался испуганный вскрик Миды. Их купол затрясся, начал сужаться и проседать. Одновременно остальная изморозь, двигающаяся по дороге, обогнула его и поползла дальше.

Люди и оборотни переглянулись. Все кроме Элены.

- Ярси, - вновь произнесла девушка.

Из залитого чернотой купола раздался крик. Защитный барьер сразу в нескольких местах лопнул и начал исчезать. Мида и Радолюб лихорадочно били подползающую к их ногам слизь энергетическими разрядами молний. Субстанция лишь слегка приостанавливалась, проваливалась в землю и вновь появлялась.

Язык черноты вдруг лизнул внешний купол оборотней. Диса и Любава вскрикнули. Сгустки быстро замкнули круг по границе их защитного барьера и двинулись вверх.

- И это вы называете призраками? – с дрожью поинтересовался Ким. – Вик, у тебя там крылья случайно снова не начинают расти?

- Мне жаль, - тихо проговорил Вистолец. Он смотрел, как один из сгустков прорвался через защиту магов и дотронулся до ноги Миды, женщина дико закричала. Её ступня быстро скрылась под колышущейся слизью, после этого Мида кричала уже не переставая. Из её посоха ударил по собственной ноге огненный шар, колдунья не удержавшись упала, огонь опалил чёрную массу, но та лишь слегка съёжилась и продолжила двигаться по её телу.

Очень хотелось отвернуться, но Вик смотрел, хотя чернота почти на половину высоты поднялась и по защитному куполу Эрто. Неслышный удар воздуха воспринялся как ещё одна волна холодного ветра. Самым странным было то, что слизь вдруг остановилась и задрожала, а потом начала быстро отползать от дороги.

Мида перестала кричать, теперь она лишь мучительно стонала. Её нога оказалась на свободе, рядом присел Радолюб и заслонил собой нечто похожее на истекающий кровью кусок мяса, расположенный вместо ступни колдуньи. Его руки задвигались, налагая заклинание лечения.

Вик лишь мельком отметил произошедшее, в пространстве чувствовалась ощутимая дрожь. Он всем своим существом воспринимал, как оно искажается, рвётся на части, открывает Путь. Чёрная полоса слепящим росчерком появилась чуть в стороне от дороги, резко расширилась и развернулась в крутящуюся воронку.

Вик заметил, как сдвинулась Элена и шагнула ближе, остановилась на обочине, вглядываясь в Портал. Тьма Перехода всколыхнулась, пропуская две фигуры. Со всех сторон разнёсся общий вздох неверия. Первым в их мир шагнул Ярослав. Сразу за ним появился Мэтжер, спокойно встал рядом и взмахнул рукой, закрывая Переход.

Над дорогой повисла тишина – напряжённая и пугающе-настороженная. Все замерли, ещё не веря, что два вернувшихся странника просто своим присутствием отодвинули уже вступившую в права смерть. Даже Элена лишь молча смотрела на своего жениха.

Ярослав был обнажён по пояс, поэтому было видно, что на его теле нет ни одной раны. На слишком спокойном лице светились серебряные глаза, он слегка наклонил голову и вслушивался. Потом начал говорить.

Все оборотни вздрогнули. Вик ощутил, как его мыслей коснулась холодная волна, впилась в сознание, заставляя почувствовать, как встаёт на место незримая преграда, отделяющая Реету от всего остального мира. Ярси медленно и чётко произносил слова шипящим, похожим на эхо голосом на языке чужого мира и каждое его слово мгновенно исполнялось.

Чёрные сгустки выкатились из под земли, собрались густой полосой и понеслись в сторону проклятого леса. Вслед за ними ринулась исполнять приказ нежить Рееты. Со всех сторон стали видны стремительно скачущие серые тела, направляющиеся к единственному проходу в восстановленной границе. Земля содрогалась от бесконечного топота. Попадающиеся им на пути мертвецы безжалостно разрывались и кусками разбрасывались по сторонам. Вик невольно с трудом сдерживался, чтобы не поддаться общему порыву, в его руки вцепились Диса и Любава, обе дрожали, и он только сейчас осознал, что защитные купола исчезли.

Ярослав замолчал, окинул всех внимательным взглядом, быстро шагнул к Элене. Он обнял её и крепко прижал к себе.

- Прости, - произнёс он чуть слышно, его голос стал человеческим, но всё ещё напоминал эхо.

Девушка судорожно вздохнула и спрятала лицо у него на груди.

- Ты жив? И зачем было так всех пугать? – без надобности поинтересовался Вик и попытался оторвать от себя слишком сильно вонзивших в его кожу пальцы девушек. Ничего не вышло. – Привет, Мэтжер. Как дела?

Тот усмехнулся в ответ, зелёные глаза ярко блеснули. За его спиной в этот раз не клубился тот зловещий плащ, что был на нём при предыдущей встрече, но вот покрытая чешуёй рука невольно напомнила кто перед ними.

- Удивительно, - произнёс Мэтжер. – Но ты тоже до сих пор жив, вистолец.

- Это временное явление, - пробормотал Вик и бросил взгляд на темнеющее небо.

Мэтжер прищурился и подошёл ближе.

- А ты стал интересным существом, Вик. Я знал, что любопытство тебя далеко заведёт.

- Какие у тебя чешуйки! - подала голос Лана. – У Вика такие же были.

- А вы у нас кто? – Мэтжер повернулся в сторону детей. Ким весь съёжился и смотрел на него ошарашенным взглядом, ответить у него не получилось – губы дрожали, а вот его сёстры смотрели на Странника совершенно спокойно. На хитрых мордашках читалось только любопытство.

- Мэт? – донёсся вдруг слабый голос Миды.

Странник не обернулся в её сторону, его взгляд обратился к лесу и уверенно подступающим к дороге шеренгам очередных мертвецов. Тем было всё равно, что часть из них уже уничтожена, оставшиеся продолжали брести к своей цели. А за стволами деревьев мелькали фигуры дэлонхов.

Мэтжер подождал пока безжизненные фигуры ступят на обочину дороги и двинуться к людям и вытянул в их сторону руку. Из его ладони полилось почти невидимое сияние, едва окрасившее воздух в бледные тона серебра. Это была волна, она ударила в мертвецов и сбила их с ног. Сбила так, что они больше не поднялись с земли, их энергия видимыми потоками полилась в ладонь Странника.

По губам Мэтжера скользнула кривая усмешка, он повёл рукой, заставляя падать мертвецов на всём пространстве до леса. Потом посмотрел на Ярси, тот коротко кивнул, погладил Элену по волосам и осторожно отодвинул от себя.

- Ким, Эрто, Мировир, вы отвечаете за безопасность, - произнёс король Рееты. – Вик! Ты с нами.

- Э-э, я пока не готов к этому, - попытался отступить вистолец. Мэтжер мгновенно к нему повернулся.

- Девочки, - глянул он на оборотней. Те мгновенно отпустили Вика и сделали шаг назад. Странник без размаха ударил вистольца в грудь, как раз туда, где находилось сердце. Тот тихо охнул, упал на колени, склонился головой к земле. На его выгнутой спине появились чешуйчатые крылья, сквозь волосы словно рожки вытянулись кончики ушей, по телу зазмеился узор из чёрных линий. Он глухо рыкнул и начал медленно подниматься на ноги.

- В третий раз за день, - простонал Вик.

- Добро пожаловать в эту реальность, сарш, - насмешливо произнёс Мэтжер. – Тебе здесь будет весело. Твоя цель – сгонять мертвецов группами в одно место, по возможности подальше от людей. Потом разберёмся с дэлонхами. Действуй, собрат.

Вик поморщился, посмотрел на Ярси и взмахнул крыльями, по его губам скользнула непонятная улыбка. Он оттолкнулся от земли и взмыл в небо.

Ярослав окинул взглядом всё видимое пространство, на некоторое время закрыл глаза.

- Их ещё много, - произнёс он ледяным и слишком спокойным голосом.

- Да, - ответил Мэтжер. Его фигура подёрнулась дымкой и начала расти. Через мгновение на месте человека стоял чёрно-золотой дракон. Взмах огромных крыльев сбил с ног всех кроме Ярси. Дракон сверкающей в последних лучах солнца стрелой взлетел в небо.

- Он дракон? – неверяще прошептала Мида.

- Дракон, - глухо проговорил Радолюб, наблюдая, как крылатая фигура сжигает показавшихся из леса мертвецов, а потом летит дальше – заливая пламенем деревья.

- Он мой брат, - проговорил Ярси. Его тело окуталось туманом, в памяти неожиданно ярко всплыли картины, видимые на стенах комнаты отца – нереальные деревья и скользящие между ними крылатые фигуры. Твой мир? А я принадлежу этому миру.

Он почувствовал сопротивление воздуха, взмахнул руками. Крыльями? И оторвался от земли. Перед глазами замелькали верхушки деревьев, потом облака…

Эпилог

Мягкое, очень плавное движение переросло в порывистый взмах руки, серебро клинка сверкнуло в заходящих лучах солнца и потонуло во внутренностях полуистлевшего тела. Труп качнулся, в пустых глазницах промелькнул кроваво-огненный отблеск и тут же погас – спрятался в глубине черепа. Затаился. Мертвец несколько долгих мгновений таращился прямо перед собой незрячими провалами глаз, а потом начал оседать, опускаться на колени, скрести землю костяшками пальцев и грозно шипеть. Он не хотел уходить, здесь слишком много энергии, чтобы остаться.

Вик криво усмехнулся, тварь попалась живучая, уже три некроманта после встречи именно с этим ходячим монстром лежали в ближайшем лесочке и изображали из себя мертвецов. До времени – пока не придёт их очередь. Можно было предположить, что данный мертвец был когда-то колдуном, даже слухи такие ходили. Зря не прислушался.

Он резко отступил, костяшки пальцев вспороли воздух, целя по ногам. Вистолец лишь выдохнул, этот затянувшийся танец со смертью на краю безжизненной деревеньки напоминал бесчисленные бои в Тинасе. Плохо. Здесь граница Мироса, но восстающим трупам всё равно. Зараза ползёт всё дальше…

Клинок со свистом рассёк гнилую кожу, перерубил шейные позвонки, заставив голову слететь с плеч и в скачущем ритме устремиться к ближайшей ложбинке. Костлявое тело, обтянутое остатками кожи сразу повалилось на прелую хвою леса, руки судорожно сгребли почву, задёргались, пытаясь поймать уже нечто недоступное. Вик поморщился, серебро это не лекарство, оно не упокоевает трупы до конца.

Из-за ствола показалась стройная фигурка девушки, на личике черноволосой красавицы было написано раздражение.

- Мы уже закончили с этими, - сообщила она и кивнула на чашу. – А ты всё возишься?

- Ну, извините, я не мясник, - проговорил вистолец, ободрал с ближайшего дерева листья и вытер об них клинок. – Хотелось всё же понять, что здесь происходит.

- И что? Какой результат? – фыркнула девушка.

- Никакой. Как обычно. Магия ползёт со стороны Тинасы, поднимает трупы. Это мы и раньше знали. Странно только, что некоторые оказываются наделёнными почти что разумом…

Девушка пожала плечами и потянулась, рядом с ней появилась вторая – золотоволосая, с хищными зелёными глазами.

- Мы идём? – поинтересовалась она капризно.

- Конечно, - улыбнулся Вик и оглянулся на барахтающийся труп. Меч был вставлен в ножны – серебро действительно не лекарство, оно даже не убивает. Призрачный свет сумерек едва заметно всколыхнулся, когда шипы сарша нечеловечески быстрым ударом вонзились мертвецу в позвоночник. Тот дёрнулся в конвульсиях и растёкся по земле кучей гниющей плоти.

- И стоило с ним возиться? – недовольно проговорила Любава. – Деревянный кол кого угодно упокоит, те некроманты-притворяшки даже не пискнули, между причем.

- Да, - сарш кивнул. – Возиться не стоило.

Он выпрямился, встряхнул руками, с неприятием покосился на распластавшийся труп и невольно окинул взглядом ближайший лес с кривыми, полу засохшими деревьями, пустые, добротные дома, выстроившиеся в две улицы, и незримую границу с Тинасой. Он не видел её, лишь чувствовал, как чувствует магически рождённое существо свой источник силы, свою мать…

Я рядом. Мы всегда будем вместе.

Сарш медленно отвернулся, далеко над вершинами сосен догорали последние лучи заката, мир менялся, становился другим – растворялся в подступающей тьме ночи.

- Так мы идём? Реета ждать не будет. Это же твоё первое полнолуние, Вик!

- Конечно. Мы идём, - он вновь оглянулся, в синих глазах отразились всполохи огненных лучей – как пламя, промелькнувшее в зеркальной глади пустоты.

***

Золотистые росчерки ложились на крыши домов и подсвечивали края разрозненных облаков, растянувшихся по всему небу. Огненный шар клонился к закату, но поток света не желал уступать ночи и продолжал интенсивно заливать землю. Было жарко, в распахнутое окно врывался многоголосый шум города: топот ног, стук инструментов, напряжённый говор мастеровых, старавшихся до темноты закончить как можно больше.

Звуки города… а все мысли, все чувства, все инстинкты тянули в пока ещё недоступное царство сумрака, в мир, где хозяйкой является полная луна. Ярси вдохнул полной грудью воздух, заворожённо прислушиваясь к собственным ощущениям, для него это будет второе полнолуние - более понятное, осознанное и объяснимое. Время оборотней.

- Я не хочу! – резкий выкрик мгновенно вывел из расслабленного оцепенения, Ярси быстро обернулся. Элена вбежала в комнату и хлопнула дверью. – Всё, я передумала!

- Ты о чём? – осторожно поинтересовался король. За тот небольшой промежуток времени, что он находился во дворце после возвращения из сегодняшней поездки по округе, Элена успела пять раз разреветься, бесцельно оббежать вес дворец – он невольно слушал нервный топот её ножек, раз десять беспричинно накричать на прислугу и столько же раз повиснуть у него на шее, крепко прижаться и тут же убежать. Ярси пытался её удержать, поговорить, успокоить, но девушка находилась на таком взводе, что все эти попытки заканчивались её истерикой.

- Я не хочу быть оборотнем! – в очередной раз заявила Элена. – Это глупо, бессмысленно, зачем мне это? У-у, ты меня не понимаешь!

- Я? – удивился Ярси. – Я всё понимаю…

- Тогда где Любава и Диса? Почему их нет, когда мне так нужна поддержка?!

- Они в Реете, сегодня полнолуние. Значит меня тебе недостаточно для поддержки?

Девушка неожиданно оскалила очень длинные клыки и с яростным рычанием кинулась ему на грудь. Ярси поймал её за плечи, осторожно встряхнул.

- Я знаю, что ты чувствуешь, - проговорил он с нажимом. – Давай просто поговорим. Я помогу.

- Я, я, - Элена всхлипнула и вновь разревелась. – А я-то думала, что оборотни сильные. Ты уверен, что я не должна сейчас находиться в Реете? Что-то мне как-то совсем немножко неспокойно.

Ярси покачал головой, обнял её и начал гладить по волосам.

- Всё хорошо. Ты меняешься, но ты будешь другой, чем они.

- Какой? – жадно спросила девушка. – Волком или драконом?

- Мы ведь уже говорили об этом – ты не рождена драконом, но в тебе тоже есть часть этой сущности. Ты можешь даже не обращаться, ты не связана с Реетой, лес проклятых тебе не указ. Нужно просто пережить эту ночь. Потому что она первая для тебя.

- Угу, - Элена вместо платка вытерла лицо от слёз об его рубашку. – А Вик? Зачем он в Реету попёрся?

- Ну-у, - Ярси пожал плечами. – Просто захотел. Он подружек сопровождает.

- Да?

- Да, в эту ночь все чувства обостряются, всё видится и становится другим…

- О, - Элена потёрлась об его грудь носом. – О каких чувствах ты говоришь?

- Мы хищники, Элена. В эту ночь властвуют звери.

- Не путай меня! – выкрикнула девушка, оттолкнула его и топнула ногой. – Звери, люди, оборотни, драконы, ещё кто-то, я уже ничего не понимаю… Демоны, да? А малышки, между прочим, хотели опять полетать – только на драконе. И я тоже.

Ярси невольно отступил, по всей видимости, у его жены начался очередной припадок истерики.

- Ты уверена, что на драконе, а не на сарше? – осторожно поинтересовался он, чтобы хоть как-то отвлечь. - Вик вполне справляется с этой ролью.

Девушка фыркнула.

- Я тоже должна кататься на Вике?! Я замужем, вообще-то!

- Э-э-э, а это обязательно?

- Что?!

- На ком-то кататься?..

- Ты не выносим! Я не хочу быть оборотнем!!!

- Почему?

- Я не знаю…

***

Им понадобилась вся ночь, чтобы очистить от мертвецов селения людей в Миросе. Прежде всего, освобождались города – ходячие трупы беспрекословно повиновались саршу и двигались за границу жилых территорий туда, где их ждал один из драконов. Вик отдавал всего один приказ - идти в нужном направлении и летел дальше в сопровождении Ярси или Мэтжера. Иногда мертвецы отказывались его слушаться, тогда приходилось тратить время на поиски их хозяина - мага–дэлонха. Для драконов это не составляло труда – они легко чувствовали источник магической энергии, да и сам сарш слышал, откуда идёт навязчивый шёпот, заставляющий поднятые трупы двигаться.

Люди в ужасе прятались в своих домах, но вскоре осознали, что мертвецы перестают ломиться в их двери, не лезут из подполов, не бьются в ставни окон - они поворачиваются и уходят. А предшествует этому появление крылатой фигуры. За толпой покидающих их город ходячих монстров осторожно и на расстоянии двигались самые смелые горожане. Именно они становились свидетелями того, как все мертвецы собираются на открытом пространстве поля, как из тьмы ночи появляется огромный чёрно-золотой или серебристо-белый дракон и тогда становится также светло как днём – мир озаряется огнём, земля вскипает от пламени, горит, превращается в пепел и пеплом становятся все ходячие трупы.

Люди видели и рассказывали другим.

В Миросе оказалось семь городов, в которые смогли прорваться мертвецы. Всю остальную территорию облетали уже утром. Из небольших селений люди успели уйти, а те, кто не успел, встали в ряды мёртвого воинства. Но в отсутствие жителей ходячие трупы не задерживались в деревнях, здесь им было ничто не нужно, они шли дальше.

Полчища бредущих монстров выжигались прямо в полёте – с высоты. Ярослав несколько раз сдерживал Мэтжера - не позволял жечь леса. Здесь приходилось действовать Вику – выгонять мертвецов на открытое пространство. Вистолец старался, чтобы таким местом была пустошь, а не луг или поле.

Потом они разделились – Ярси и Вик полетели в Дайтру, а Мэтжер направился в Тинасу.

Это был их выбор, и они понимали, что Тинаса обречена. Чёрный дракон не щадил ни леса, ни засаженные поля, ни покинутые селения, здесь всё было пропитано магией мёртвых. Почти все города стояли пустыми, слишком много мертвецов понадобилось дэлонхам для вторжения в Мирос. Чёрный дракон превратил эти города в руины – уничтожил всё, чего коснулись своей магией упыри.

Уцелели лишь несколько селений – за их стенами находились живые люди, но и им пришлось пережить несколько тревожных моментов, когда в небесах появлялся крылатый монстр и приземлялся рядом с защитной стеной. Люди невольно замирали в страхе, пока взгляд зелёных глаз дракона скользил по их домам, по улицам, по каждой застывшей в неподвижности фигуре. А потом дракон взмывал ввысь, зависал над селением и сжигал те дома, которые были заражены.

Спустя несколько дней в этих же селениях побывал Вик – его миссией было убедиться, что не появились новые ходячие трупы. Такие действительно обнаружились, кого-то удавалось вылечить, а для кого-то встреча с саршем становилась последней.

Но Тинаса так и осталась местом, где нет-нет да и выбирались из под земли мертвецы, а хоронить мёртвых в земле вообще стало невозможным – они восставали. Теперь приходилось их только сжигать. Неспокойно стало и на кладбищах Мироса, да и в других соседствующих с Тинасой королевствах. Для некромантов появилось очень много работы, и данный вид магии стал чрезвычайно востребованным.

Вик очень часто совершал вылазки в Тинасу, для него здесь всегда находилось дело. Вистолец научился контролировать процесс обращения в сарша и становился им только тогда, когда сам этого хотел. Он и его подружки являлись желанными гостями на границе с заражённым королевством. Люди быстро поняли, что именно Вик и его сопровождение наиболее эффективно и быстро расправляются с восставшими трупами.

***

Ярси осторожно погладил по волосам притихшую Элену. Девушка настолько сильно переволновалась и устала, что стоило ему взять её на руки и вместе с ней опуститься в кресло, как Элена тут же поджала ноги, склонила ему на грудь голову и мирно засопела.

Под руками ощущалось тепло её тела, он чувствовал равномерный стук сердца, вдыхал её запах, ощущал бегущую по венам кровь. Она живая, она его.

Их свадьба напоминала кошмарный сон, ему до сих пор казалось, что всё это происходило в бреду. Полуразрушенный зал, заваленный обломками, почерневшие остовы стен и сверкающий трон его отца, вопреки всему оставшийся невредимым – антураж для торжественного действия. Лицо невесты было осунувшимся, мертвенно-бледным и испуганным, девушка куталась в тяжёлый бархатный плащ, но всё равно дрожала. Ярси ощущал, как вокруг продолжает бушевать пламя – всё поглощающее, незатухающее и призрачное – то, что осталось в памяти. Пламя драконов.

Мэтжер сильно встряхнул его за плечи и заставил встать рядом с Эленой. Слова обряда тоже показались нереальными, но как ни странно отрезвили, заставили посмотреть на невесту и, наконец, понять, что всё закончилось. На голову опустилась тяжёлая корона, со всех сторон зазвучали клятвы новому королю. Коронация и свадьба состоялись… А потом Странник ушёл. На этот раз почти незаметно. Не было ни поглощения энергии, ни губительного действия на пространство их мира, но Ярси всем своим существом ощутил, как захлопнулись Двери Перехода. Навсегда? Он не мог в это поверить. Не попрощавшись не уходят! Мы ещё увидимся, брат...

А дальше закрутился настоящий хаос повседневности уже ничем не напоминающий ту реальность, что была прежде. Всё изменилось. Они изменились.

Из стены вдруг выскользнула полупрозрачная фигура и зависла на месте, невольно чувствуя общую напряжённую энергетику. Ярси качнул головой и тихо рыкнул, в голове пронеслась мимолётная мысль, что давно пора поставить энергетические барьеры, не позволяющие призраку бродить везде, где ему вздумается. Тинк проигнорировал его рычание и в наглую подплыл ближе.

- Какое милое создание, - произнёс он, с интересом разглядывая Элену. – Когда спит.

- Не разбуди, - выдохнул Ярси.

Тинк пожал плечами.

- А там ещё два милых создания в данный момент волокут из кухни здоровенную кастрюлю, кажется, их путь лежит к комнате Ристона, - спокойно сдал Милу и Лану призрак.

- Они должны спать в это время, - тихо прорычал Ярси. – Зачем им кастрюля?

- Да кто ж их поймёт, - независимо качнул головой Тинк. – Наверное, сюрприз хотят устроить.

- Что-то мне это не нравится, - проворчал оборотень. – Проследи за ними и предупреди Ристона. Или не предупреждай. Старик слишком зациклился на их воспитании. Посмотрим, чем всё это закончится. Интересно даже.

- Я очень рад, что их братец тоже не живёт во дворце, ты слышал, как у Зорана недавно отросли очень длинные уши? – призрак хохотнул. – Это его ученик какой-то эксперимент ставил, у Ким просто куча разных идей и он их активно реализует.

- Действительно, здорово, что всё это происходит в кузне у Зорана, - невольно усмехнулся Ярси. – Впрочем, ему полезно тряхнуть стариной, пусть приобщается к новшествам.

- Ага, главное чтобы в сестрёнках Кима не проснулся талант к магии, иначе это будет катастрофой.

- Но ты ведь присматриваешь за ними, да и Ристон тоже.

- Присмотришь тут, как же, - фыркнул иномирец. – Твоя жёнушка вместе с ними отжигает. А это уже очень опасно.

- Но, но, но, - погрозил пальцем Ярси. – Это лишь воспитательный процесс.

- Ну-ну, не пожалейте потом, - задумчиво проговорил призрак. – Когда дворец разваливаться начнёт. А я, между прочим, к нему уже привык.

- Не ворчи, - отмахнулся Ярси.

- Как скажешь, - криво усмехнулся Тинк.

Наличие во дворце призрака обнаружилось далеко не сразу. Но всё же обнаружилось и стало понятным, что он избрал это место своим домом. Другого у него всё равно не было. Ярси не возражал, вот только защитные барьеры всё же нужно поставить…

Тинк спокойно развернулся и исчез в той же стене, что и появился. Ярси невольно улыбнулся, было похоже, что иномирцу нравится присматривать за проказницами, иногда он даже участвовал в их проделках. А вот его инициатива сообщить о том, что девчонки что-то затевают, была чем-то новеньким. Так зачем он приходил? Или полнолуние на него тоже действует?

Его пальцы осторожно подхватили локон Элены, дали ему перетечь на ладонь и упасть на шею девушки. Он залюбовался золотистым блеском её волос, краем глаз улавливая происходящую метаморфозу с природой. Заходящие лучи налились багровыми красками, превратились в последние отсветы уже гаснущего пламени, а небо расцвечивал другой свет – бледный, похожий на туман, таинственно-золотистый, призрачный…

…Мой путь один,

И в нём луна вновь улыбается без сна,

Теперь она мне госпожа,

Я раб её, в ночи слуга…

Так было, но уже никогда не будет. Он не раб, он король. Только память продолжает хранить тянущую совсем в другой мир силу. А перед взглядом вновь и вновь расстилается выжженная пустошь, вырастают обожжённые пламенем стены городов и этого уже не изменить, не вычеркнуть… Потому что он не хочет забывать ощущение полёта, когда под крылья ложатся упругие струи воздуха, когда далеко внизу проносится с огромной скоростью земля, а в высоте растекается синева небосвода. Это была свобода. Он полюбил полёты сразу и навсегда. И очень часто завидовал Вику, для которого возможность взмыть в небо являлась теперь чем-то обыденным. А дракон оставался существом, которое вызывало только ужас. После всего, что произошло, сейчас было не время для явления дракона, но он очень надеялся, что такое время наступит.

Огромная, полная луна величественно вставала над горизонтом.

Сердце отстукивало будоражащий ритм, неудержимо бегущий по крови и постепенно передающийся всему телу. Внутри что-то замирало, окатывало то жаром, то холодом и затапливало сознание ощущением беспредельной силы. Он оборотень.

На губах играла улыбка, комната растекалась в серебряных отсветах, в послушных потоках энергии, в многоцветных красках темноты.

- Уже утро? – Элена сладко потянулась и обвила его шею руками.

- Нет, - шепнул ей на ухо Ярси. – Всё только начинается.

- Правда? Мне больше не страшно, - она изогнулась и приблизила своё лицо к его лицу. В огромных глазах плясали серебряные искорки.

- Ты боялась? – тихо спросил Ярси и провёл пальцем по её щеке, наблюдая, как её губы приобретают синеватый оттенок, а за ними поблёскивают острые клыки.

- Боялась, - улыбнулась девушка. – Но теперь страха нет. Мне кажется, что я всё ещё сплю.

- Это не сон.

- Мы пойдём на охоту? – её губы приблизились к его губам, но вместо поцелуя он почувствовал резкую боль. Элена тихо зарычала, смыкая клыки сильнее. Ярси обхватил её голову рукой и укусил в ответ. Девушка обижено замычала и оторвалась от его губ. По подбородкам обоих струились ручейки крови.

- Больно, - пожаловалась она.

- Конечно, мы же живые, - улыбнулся Ярси. – Так на кого ты хочешь охотиться?

Элена соскочила с его колен на пол и прошлась по комнате. Он наблюдал за её плавными, грациозными движениями. Словно за танцем. Танцем хищницы на фоне огромной полной луны. В глазах девушки разгорался серебряный блеск, на губах играла мечтательная и в тоже время жестокая улыбка. Время оборотней вступило в свои права.

- У нас есть добыча, - ответила она. – Твоя тётушка и Радолюб до сих пор где-то расхаживают без присмотра.

- Они далеко, Битра уничтожена Реетой, у них больше нет своего города.

- А если создадут другой? – надула губки Элена. – Их нужно найти!

- Это было особенное место, - пояснил Ярси. – Средоточие очень многих магических источников, им будет трудно создать нечто подобное.

- Всё равно, - топнула ногой девушка. – Нам же нужна цель для охоты, я хочу, чтобы это были они!

- Как скажешь, моя красавица. Почему бы нет?

Он одним плавным, неимоверно быстрым движением очутился на ногах, посмотрел на жену. Элена с восторгом хлопнула в ладоши, наблюдая, как за спиной мужа расправляются широкие, пока ещё призрачные крылья дракона.