Магия крови: смертельный отбор невест

Пролог

Кабинет отца виделся Вениамину сегодня особенно неуютным. Хотелось побыстрее сбежать из него и подальше. Впрочем, как и от отца. Это казалось сейчас чем-то странным, ведь в детстве Вениамин очень даже любил проводить здесь время, наблюдая за тем, как его отец, Император, перебирает бесчисленные стопки бумаг, периодически ныряя с головой в одну из них. Принц же в те часы сидел тихо, повторяя за отцом все то же самое, только со своими книгами. Ему тогда грезилось, что быть Императором – это здорово. И что в будущем они обязательно будут работать вместе, в одном кабинете, хоть Вениамин и был не против иметь свой.

Так было, но давно. Сейчас же Принц старался меньше бывать во дворце и избегал как можно чаще того самого кабинета, где будто бы была заключена вся тяжесть императорского бремени, которая давила на любого, кто смел задержаться тут дольше, чем на минуту. Но несмотря на это, Его Величество умудрялся заманивать сына сюда с каждым годом все чаще и чаще, вовлекая его в дела государства все больше и плотнее.

Кто-то может посчитать, что принц не желал становиться Императором в будущем и вести Мордову к благополучию и процветанию и дальше. Но нет. Вениамин с малых лет активно обучался управлению государством, несомненно, демонстрировал успехи, помнил и выполнял сыновний долг, а повзрослев, всегда рвался защищать границы, умел блестяще урегулировать внутренние политические конфликты. Всегда был на стороне народа, был с ним единым целым, но в то же время избегал публичной похвалы и отказывался от наград. Отец и мать это хорошо знали, однако не позволяли ему пропускать хоть одно светское мероприятие, чтобы Принц мог сыскать любовь и у местной знати. Идти против императорских устоев Принц не смел, поэтому открыто от посещения мероприятий не отказывался.

У него была другая тактика. И заключалась она в том, чтобы использовать малейший повод покинуть дворец, а еще лучше – столицу. Так что не мудрено, что, если случалось какое-то событие, нарушавшее покой жителей Мордовы, Принц одним из первых отбывал, чтобы во всем разобраться. Такая уловка срабатывала всегда. Император об этом знал, но никак не мог воздействовать на сын. Ведь Принц не нарушал порядок, всегда оставался вежлив и галантен. И если уж присутствовал на каком-нибудь балу, то сверкал ярче всех звезд. Ни один уважаемый граф или генерал не оставался без внимания, ни одна знатная дама не уходила с этого мероприятия без комплемента. Так за ним закрепилась слава королевского ловеласа, хотя ни один приписанный ему роман не был подтвержден.

Еще Принца считали любителем пышных приемов и гуляний. Говорили, что денег он разбрасывает по модным ресторанам столицы столько, что можно, при желании, отстроить новую крепость у южных земель, которые постоянно находились в конфликтах с соседствующим рядом эльфийским королевством. Но доказательств, как и твердых заявлений на этот счет, не было. В общем, Вениамин был обычным наследным Принцем, от чего, по мнению высших чиновников и правителей других государств, было ни хорошо, ни грустно.

– Явился наконец, – строго, но не без тепла в голосе, отчеканил Император, войдя в свой кабинет и бросив быстрый взгляд на сына. Как будто хотел убедиться, что с ним все в порядке и на его безупречном лице нет ни единой царапины. Конечно, такое вряд ли могло случиться, ибо Принц к своим годам был достаточно сильным магом и мог залечить любую поверхностную рану в считанные минуты. Но как любящий отец Император всегда беспокоился о сыне. Хоть открыто виду не подавал.

Император проследовал к своему креслу и, с шумом выдохнув, опустился в него. Лишь на секунду Вениамин уловил в лице отца усталость. А затем тот взмахнул рукой, взлохматил ею свои волосы и будто бы этим жестом смел с лица все непрошенные чувства.

Все-таки Император Титомир II был человеком… Нет, не человеком, а магом, и очень могущественным. А это значит сильным, властным, умным и расчетливым, что придавало ему легкий флер загадочности. Да, именно загадочности. Такого мнения был Вениамин о своем отце, правителе Мордовы. Ибо в этот момент, как и много раз до этого, никак не мог прочесть его, никак не мог заглянуть к нему в голову, используя свою магию, чтобы понять, что на этот раз задумал его родитель.

– Приветствую тебя, отец. Если не возражаешь, я бы хотел сразу приступить к делу, по которому ты меня и призвал. – Титомир II хотел было что-то ответить, но Вениамин перебил его, не боясь никакого наказания за такую непозволительную, а иначе и вовсе наглую, даже для сына, выходку. – Ты закрыл от меня свои мысли и воспоминания, не даешь себя прочесть, а это значит лишь одно: ты что-то задумал.

Император усмехнулся то ли раздраженно, то ли удовлетворительно, Вениамин не стал анализировать. Ему хотелось поскорее покинуть это место. Ведь все здесь: громоздкий и уставший дубовый стол, хоть и мягкое, но слегка скрипучее кресло под Вениамином и несуразного вида кресло Императора, которое выглядело так, будто в свое время принадлежало худому, но высокому великану, – все это не только давило, но и вызывало ощущение нелепости по отношению к человеку, который являлся владельцем этого места. Каждый раз, бывая здесь, Принц задавался вопросом: почему мать не настояла на своем и не сменила старую мебель на новую? Да и вообще, стены бы тоже можно было выкрасить в цвет помилее, а балконная дверь держалась на своем месте явно из последних сил. Казалось, коснись ее, и она тут же рухнет на тебя от усталости, которая должна была лечь на плечи самого хозяина кабинета. Странно, и в то же время забавно, было и то, что в кабинет допускались только члены императорской семьи. Различные заседания проводились в комнате попросторнее и совершенно отличающейся от этой по обстановке.

– Хорошо. Раз ты хочешь перейти сразу к делу, то отговаривать не буду, – произнес Император спокойно, отчего Вениамин только больше подобрался и, что было ему несвойственно, затаил дыхание. – Во дворце состоится императорский отбор невест. Жених – Принц. Его Высочество Вениамин I.

Император не улыбался. Но только внешне. Внутренне, а в этом Вениамин был уверен, он хохотал над ним сейчас до слез.

Глава 1. Приглашение Императора

– Агата! – послышался голос Лидии, ее новоиспеченной двоюродной сестры, о существовании которой сама Агата узнала всего полгода назад. К слову, узнать об этом можно было и раньше и без всяких преград, просто нужды в этом Агата не испытывала. Все решил случай, а именно исчезновение ее матери – настоящей и довольно сильной ведьмы. Тогда-то ее отец, правитель эльфийского королевства Эфилион, Эмиль III и дал о себе знать. Когда Агата прибыла во дворец, выяснилось, что ее тут уже ждали. Знакомство с отцом и дальнейшее общение было гладким, чему оба были очень рады. Им обоим очень хотелось найти мать Агаты – Давину. Однако, несмотря на все силы, магию и возможности, сделать это легко и просто не вышло, и дело тянулось по сей день. Но в одном Агата была уверена: ее мать жива и, судя по ощущениям, чувствует себя хорошо.

«Где же ты, мама?» – каждый раз, думая об этом, грустно вздыхала девушка.

– Агата! – послышалось совсем уже близко, что пришлось поднять голову, ибо игнорировать сей окрик было уже грубо.

– Тебя слышно за несколько верст. Думаешь, я не услышала тебя с первого раза?

Лидия лишь довольно фыркнула и примостилась рядом с Агатой на пледе, который был расстелен среди кустов самых разных цветов.

Стоит отметить, что Агата и Лидия быстро подружились. И как считала местная прислуга, не забывая болтать об этом украдкой до сих пор, это было странно. Ведь отец Агаты сместил с престола бывшего Короля и своего родного брата Георга II, отца Лидии. И поместил его в темницу, пусть и самую светлую, и богато обставленную. Однако эти обстоятельства никак не повлияли на отношения между двоюродными сестрами. Лидия была девушкой образованной и под стать своему титулу – гордой, величественной и строгой, но вместе с этим в сердце ее было место мягкости и доброте. Своеобразная смесь получилась, конечно, тем не менее слуги свою госпожу просто обожали, а знать и слова поперек ей сказать не смела. Впрочем, не так ли все и должно быть?

К слову, именно Лидия помогла Агате освоиться во дворце, научиться этикету и обращению с прислугой. Отец второй, убедившись в способностях дочери и не забыв при этом добавить, что не сомневался в ней ни на минуту, представил ее высшему свету. Так Агата легко и без препятствий стала полноценным членом королевской семьи и частью дворца. Хотя и без хитростей не обошлось.

Лишь одного взгляда на Агату будет достаточно, чтобы понять, что девушка она необычная. А если знать, что мать ее – ведьма, а отец – эльф, то пазл складывался сам собой, и выражение «эльфийская ведьма» приходило на ум молниеносно. И это плохо. А что в этом плохого?

Эльфийская ведьма считалась явлением редким, даже невозможным. Ранее у ведьм и эльфов не рождались дети, природа об этом позаботилась. Да и союзов подобных почти не встречалось. А посему выходило, что Агата – единственный в своем роде ребенок ведьмы и эльфа. Еще и девочка с уникальными способностями, что ни одна ведьма не сравнится и ни один эльф не встанет рядом. Может, именно поэтому родители девочки были вынуждены разойтись? Этого Агата не знала. Мама об этом никогда не рассказывала. Они жили в общине ведьм, пока Агате не исполнилось семь. Потом им пришлось уйти подальше в лес. Как тогда думала сама девочка, их прогнали из-за нее, из-за ее происхождения и силы, которую, с одной стороны, считали опасной, а с другой, хотели заполучить. Только в тринадцать мама рассказала дочери, что сестры хотели их защитить, отправив в глубь леса, вокруг которого постоянно поддерживали защиту.

Девочка выросла и превратилась в прекрасную девушку. Длинные, немного волнистые цвета снега волосы с редкими пепельными прядками нисходили до самых бедер. Большие миндалевидные зеленые глаза, густые светлые ресницы и брови, аккуратненький носик и пухлые красные губки делали свою хозяйку уникальной. По сути, именно такой она и была, уникальной, не похожей ни на кого в своем роде. Сюда же прилагалась фигура с манящими округлыми изгибами, стройный рост и цепкий взгляд. Про силу и ум напоминать было бы излишне.

Потому и выходило, что раз взглянешь – больше не забудешь и только и будешь постоянно задаваться вопросом, кто она такая и откуда. И как ее можно с такой внешностью и исходящей от нее энергией ко двору представлять? Ведь все местные газеты лопнут от догадок. А их было бы много. Из-за чего эльфийская ведьма не придумала ничего лучше, чем снова обвесить себя артефактами, которые скрывали ее ведьминские черты и исходящую от нее мощную ауру. Да, они словно сгладили, прикрыли маской черты ее незаурядной внешности. Для всех она выглядела обычной, ничем не примечательной эльфийкой. И на фоне блистательной Лидии Агата терялась настолько, что не подай она звук, то никто ее и не заметит. Сама Агата считала это скорее плюсом, чем минусом.

«Зато можно насладиться ароматом цветов», – думала про себя девушка. Обычно цветы вяли при одном ее появлении.

Агата наслаждалась их красотой и ароматом, аккуратно перебирая распустившиеся бутоны и собирая их в несколько букетов, что лежали перед ней.

– Что привело тебя сюда в такой час? Разве у тебя сейчас не урок игры на фортепиано? – не поднимая глаз, спросила Агата сестру, которая увлеченно разглядывала ее букеты.

– Да, – с полуулыбкой отвечала та, – но последние новости мешали мне собраться, поэтому я решила не мучать себя и поскорее найти тебя, чтобы ими поделиться.

Агата вздохнула, но свое занятие не отложила. Однако была вынуждена признать: наводить интригу сестра умела.

– Что у тебя там? Выкладывай.

Лидия обиженно надула губы, губы ее задрожали, но она счастливо улыбнулась.

– В соседнем государстве объявили императорский отбор невест. Ищут жену для наследного Принца. Я участвую. Ах, как это здорово! – снова широко улыбнувшись, девушка откинулась назад и разлеглась на пледе.

Агата собрала последний букет, поднялась с места и протянула сестре руку.

– Вставай. Земля еще не до конца прогрелась, а потому может забрать твое здоровье.

– Но уже лето, – в недоумении уставилась на нее Лидия, но руку приняла и с помощью сестры поднялась на ноги.

– Ты сомневаешься в моих словах? – Агата двинулась по направлению к дворцу. Лидия ухватила ее под руку и лениво зашагала рядом. Тут же слуги собрали букеты с пледа и унесли один в комнату Агата, другой – в комнату Лидии, третий – в покои Короля. Это уже стало неким обычаем, исполнение чего Агата уже не считала озвучивать вслух или контролировать. Небольшая семья тоже успела к этому привыкнуть, и время от времени ожидала у себя в комнатах свежие цветочные композиции.

– Нет конечно, – просто отвечала Лидия. Секрет Агаты о том, что она ведьма, девушка знала. Более того, была этому рада.

***

Сидя в тронном зале на месте, где должна восседать королева, Агата задумчиво наблюдала за отцом, который ходил из стороны в сторону вдоль балконных дверей, что сейчас были открыты настежь. Сам балкон был зашторен белой узорчатой тюлью, слегка колыхающейся от вечернего июньского ветра. Рядом с Агатой, на месте Короля, развалившись на троне, полусидела, полулежала, Лидия. Как Король позволял ей такого поведения – оставалось только гадать. Но одно было известно точно: в отношении своей семьи он был очень добр.

– Что же Вас так тревожит, отец? – не сводя глаз с родителя, недоумевала Агата.

– Разве не понятно? – вмешалась сестра. – Беспокоится, что со мной может что-то случиться. Дядя только недавно занял престол. Слухи об этом еще не улеглись. Думаю, дядя переживает, что на отборе об этом еще будут говорить, и это может меня задеть. Но дядя. – Лидия подобралась с тронного кресла, села ровно, и только болтающиеся ноги выдавали легкость ее настроения. – Разве я похожа на принцессу, которую так просто задеть?

– Лидия. – Король замер на месте и круто развернулся к девушкам лицом. – В тебе я уверен. Просто…

– Что просто? – не унималась Лидия. Агата напряглась.

Кажется, сейчас она услышит то, что давно ждала.

– Просто я считаю, что небезопасно отправлять тебя туда одну. Пусть, – он посмотрел на дочь, – Агата поедет с тобой.

Лидия только довольно захлопала в ладоши. Агата выдохнула. Сбылось.

***

Агата была не простой ведьмой или эльфийкой. Она обладала всеми способностями и тех, и других. И ловко сочетая их вместе, могла сотворить невозможное, что другим не пришло бы в голову. Ей хватало работать вполсилы, чтобы получить то, на что у другой ведьмы ушли бы годы. Она могла исцелять, видеть будущее, что было доступно очень немногим даже сильным эльфам. Имея такие выдающиеся таланты, переданные ей с кровью, девушка все же старалась не выделяться. Ибо очень много людей мечтали заполучить такое сокровище в свои руки. Именно для этого постоянно нужны были различные артефакты, позволяющие эльфийской ведьме ловко исчезать из виду тех, кто охотился на нее. Все чаще Агата чувствовала себя золотым оленем, который обязательно должен стать чьим-то трофеем. И сейчас, после исчезновения матери, это чувство только усилилось.

Давина была достаточно сильной и знатной ведьмой. А еще очень красивой: золотоволосой, зеленоглазой, с точеной фигурой и теплой улыбкой. Такая вмиг вскружит голову. Она и вскружила ее одному эльфу. Как позже рассказывал этот самый эльф, отец Агаты, Давина просто исчезла из его жизни. Чтобы появиться вновь, рассказать об их дочери и снова исчезнуть. Он искал ее много раз, но всегда она находила его сама. Украдкой, когда они с дочерью выбирались на рынок в ближайшую деревушку, Давина позволяла эльфу понаблюдать за ними, увидеть собственными глазами дочь. Быть может, в такие минуты он бы и хотел схватить их и увезти с собой, но отчетливо знал, что не сможет задержать подле себя надолго. Ибо Давина сразу предупредила его, что они не смогут жить как одна семья, пока это невозможно и опасно. Поэтому он ждал, когда они сами придут к нему.

И вот Давина пропала. Он искал ее, но тщетно. Никаких следов или подсказок ведьма не оставила. Агата тоже искала мать, но и она потерпела неудачу, поэтому пришла к отцу. О котором мать как нельзя кстати оставила информацию.

Агата не понимала, как так произошло, что ее мать вдруг исчезла. Они часто поддерживали связь, предупреждали друг друга о своих исчезновениях и всегда оставляли подсказки, где, в случае чего, их можно найти. Тем не менее в этот раз Агата так и не нашла ни единой зацепки, куда могла деться мама. Она даже заглянула в несколько общин, в которые время от времени наведывалась Давина. Но и там не нашла ответов. А их дом, расположенный в лесу у подножья горы, молчал, отказываясь выдавать Агате хоть толику информации о матери. Словно женщина просто вышла и почему-то не вернулась. Но в одном девушка как истинная ведьма не сомневалась – Давина жива. И, если углубиться в ведьминские ощущения, ее жизни ничего не угрожало. И поэтому Агата продолжала искать мать и даже присоединилась к отцу, ибо в доме на столе, в любимой маминой книге нашла листок с записью о том, кто является ее настоящим отцом. Интуиция ведьмы подсказывала, что стоит отправиться именно к нему.

И вот, спустя полгода, обычным утром, к которому девушка успела уже привыкнуть, живя во дворце и являясь настоящей принцессой, у которой была еще и настоящая семья в виде отца и сестры и даже дяди, пусть с тем она пока не успела познакомиться, ведь до сих пор нужды в этом не было. Ей было видение. Короткое и быстрое, сменяющееся рваными отрывками картин, из-за чего сердце быстро забилось, а все мысли заполонило беспокойство. Вечером того же дня Агата услышала то, чего так ждала. И это напрямую касалось увиденного утром.

– Я хочу, – продолжил отец после того, как Лидия отправилась к себе, а они с Агатой переместились в сад. Они сидели за столом друг напротив друга. – Чтобы ты отправилась на императорский отбор невест в Мордову. Ты должна присмотреть за сестрой. Я переживаю, что ей может грозить опасность. Она хоть и умная девушка, и очень даже сообразительная, но не уверен, что справится одна.

Агата вопросительно приподняла бровь.

– Лидия сейчас в том возрасте, когда девушки влюбляются и легко теряют голову, – продолжал Король, не поднимая глаз на дочь, словно был целиком и полностью увлечен вкусом чая, который неспешно попивал. – Ей двадцать один, ты старше ее, поможешь ей не совершать опрометчивых поступков. Более того, меня волнует ее безопасность. На отбор явятся принцессы из разных государств, и другие леди из высокопоставленных семей, каждая из которых будет рвать и метать, чтобы заполучить титул супруги наследного Принца, другими словами, чтобы стать будущей императрицей. Открыто, конечно, они действовать не будут, но вот скрыто – само собой. – Его эльфийское Величество замолчал и наконец-то посмотрел на Агату. – У каждой будет свой человек, будет защита. Я хочу, чтобы защитой Лидии была ты.

– А Вы не переживаете за меня? Не хотите дать и мне защиту? – без страха и с вызовом поинтересовалась Агата.

– Ты моя дочь и дочь своей матери. Это от тебя нужно защищать, – сказал Король строго, а затем тепло улыбнулся. – Ты не будешь там одна. Сам Император Мордовы за тобой присмотрит.

К себе Агата возвращалась с все еще гулко стучащим сердцем. Оно будто бежало и дрожало, постоянно спотыкаясь. И нет, дело было вовсе не в отце и его словах. А в предстоящем отборе. И приключениях, что ожидали девушку в Мордове. То, что они будут, Агата не сомневалась, а потому засыпала сегодня с улыбкой на устах, что для нее было несвойственно.

_________________________________________________________________________________

От автора:

Дорогие читатели! Хочу поблагодарить вас от всего сердца за выбор моей книги! Огромное спасибо за ваши лайки и награды, добрые слова. Для меня это очень важно и приятно. Вы просто потрясающие! Вы помогаете мне понимать, что я пишу не зря, и это придает дополнительных сил и вдохновения. Спасибо вам!

Не забывайте, пожалуйста, ставить лайки и добавлять в библиотеку. Не попрошайничаю, но так уж устроен сайт - для продвижения нужен рейтинг :( Ну и мне, конечно, будет полезно получить от вас обратную связь!

Глава 2. Наследник и его тень

Вениамин

Конечно, идея отца с императорским отбором мне сильно не понравилась. И сколько раз я отказывался в нем участвовать – ни счесть. Я даже рассматривал вариант со своим временным исчезновением. Но быстро передумал, стоило взглянуть – не без отцовского принуждения – в список невест, которые уже утверждены к отбору. Мое внимание привлекло только одно имя.

Агата Трефийская, дочь Эмиля III, принцесса королевства Эфилион.

«Эльфийская принцесса, – пронеслось в голове – Она эльфийская принцесса».

«Это точно она. Вне всяких сомнений», – пришли в движение мысли, и я уже обдумывал, как послать всех еще до начала отбора и сделать ее своей женой.

Она, конечно, такого вероломства не оценит и еще долго будет воротить нос от предложения стать супругой наследного Принца. Но в конце концов, согласится. Да, именно, согласится. По-другому просто не может быть.

Это я себя так успокаивал все дни, пока шли приготовления ко дню прибытия невест. Естественно, с того момента, как я увидел заветное имя, превратился в паиньку и больше не пытался сбежать, стоило родителям завести разговор об императорском отборе. Отец ходил довольный, что ужасно злило. Уверен, Император делал ставку именно на нее. Потому его улыбка при виде меня становилась только шире, ведь он знал, как дорога мне хозяйка этого имени.

И вот стоя на крыльце, встречая своих так называемых невест, я тоже улыбался. Пусть и не так широко, как все эти три недели делал мой отец, и очень даже фальшиво. Ибо ни одна из участниц отбора меня не интересовала и не вызывала искренних эмоций. Но мать строго наказала вести себя благородно и не уронить честь императорской семьи, а посему я старался как мог.

Девушки, казалось, делали то же самое. Каждая из них имела богатое происхождение и несла огромное бремя, возложенное на нее семьей. Конечно, им стоило улыбаться. Но разве может крыться теплая искренность в тех, кто прибыл сюда за властью и положением? Навряд ли. По крайней мере, я в этом сильно сомневался.

Рядом со мной, но на одну ступеньку ниже, стоял распорядитель отбора. С гордо поднятой головой и прямой, как струнка, спиной он следил за своими помощницами, которые ловко маневрировали между участницами отбора, записывая каждую вновь прибывшую.

Перед нами словно раскинулся сад диких цветов, настоящий цветник искусного садовода. Все девушки благоухали и ярко сверкали своими нарядами, но за этой чрезмерной, выставленной напоказ, красотой скрывалась их настоящая сущность. Как шипы у роз, как колючки у бугенвиллии, как яд у олеандра, так и у каждой из этих прелестных дам были свои недостатки, скрывающиеся за их очаровательностью. И здесь, на площади, у крыльца восточного крыла Зимнего императорского дворца, где было принято решение расположить невест и провести отбор, можно было стать свидетелем этих недостатков. Милые принцессы и знатные леди, стоило им сойти с кареты, превращались в рыночных торговок: хитрых, коварных и матерых, кои и словцо подходящее найдут, чтобы осадить любого, кто встанет на их пути. Но их можно было понять. Ведь кто-то прибыл сюда издалека, а кто-то наверняка прождал несколько часов у ворот дворца, ожидая, пока охрана проведет тщательный досмотр всех вещей, да и самих кандидаток. Это было просто возмутительно, но необходимо для общей безопасности. От громкой тирады и гнева на организацию процесса заезда девушек останавливали только слова главного досмотрщика, что если им что-то не нравится, то они могут отправляться обратно. А какая дама откажется от возможности стать будущей императрицы процветающего государства?

И так будущие невесты, давая волю своим чувствам, отыгрывались на бедных слугах, кои разбирали их багаж, и помощницах распорядителя отбора, что пытались узнать, откуда прибыла сия невеста и как ее зовут, чтобы свериться со списком. Но стоило им хоть немного успокоиться, прислушаться к общему перешептыванию и поднять глаза, как они замирали, вмиг краснели и смущенно хлопали ресницами. Конечно, ведь перед ними был тот самый наследный Принц, названный жених и, как каждая из них была уверена, будущий муж. Все, кроме одной.

Она сразу привлекла мое внимание. Простое для ее статуса нежно-голубое платье, свободно распущенные светлые волосы, лишь немного собранные сверху у лица, неброские украшения, по которым я сразу смог понять, что они ничто иное, как артефакты, как и в прошлый раз скрывающие ее настоящую красоту и ауру. А это значило лишь одно – она прибыла сюда не совсем за тем, за чем прибыли остальные. И, признаться, меня это сразу напрягло, а потому сердце предательски заныло.

Агата. Мы были с ней знакомы больше года. В прошлом наши судьбы пересеклись, и уже с первого дня я потерял покой. Точнее обрел его в ее лице, в ее хмуром взгляде, легкой полуулыбке, которую видел лишь украдкой, но оттого она была еще ценнее. В этих необычного оттенка волос, будто пшеница в снегу, глазах цвета леса и губах, коснуться которых мне удалось единожды, но я поклялся, что повторю это снова при следующей нашей встрече.

Я тогда и не знал, что состоится она только через год. Мы познакомились благодаря делу наших общих друзей. Расследовали череду убийств и пытались предотвратить новые, спасли целую империю от предателей и стали настоящими героями. Я был счастлив, что спас свой народ и встретил любимую. А потом потерял ее.

Точнее она исчезла, так же неожиданно, как и появилась. Агата просила не искать ее, просила довериться ей и ждать. Я, как дурак, так и поступил. Но с каждым днем, неделей, месяцем порывался нарушить данное ей обещание и отыскать ее, несмотря ни на что. Не сделал этого лишь из предчувствия, что это все испортит, навсегда и безвозвратно.

А сейчас, стоя на крыльце, смотрел на нее и понимал, что все не зря. Мои мучения были не напрасны, и вот она передо мной. Сама пришла, как и обещала. Однако я ясно осознавал, что не являлся главной целью ее прибытия, и это настораживало. Хотя никак не мешало сердцу тихонько ликовать, когда его обуревала та самая, забытая детская радость. Ведь я наконец-то мог снова видеть ее. И слышать ее голос.

Вот она что-то серьезно говорит своей спутнице, довольно красивой девушке с пшеничными, но сильно темнее, чем сейчас у Агаты, волосами, собранными в высокую прическу. Кажется, они от природы волнистые. Глаза у ее компаньонки голубые, губы чувственные, но тонкие, как и у всех эльфиек. Стройная, без пышных форм и все же очень привлекательная и яркая девушка. Одним словом, приятная.

Приятная она была еще и потому, что находилась рядом с Агатой. И раз Агата ее в чем-то так доверительно наставляла, а судя по виду ведьмы, это были именно наставления, то выходило, что девушка эта заслуживает того, чтобы говорить о ней только в положительном ключе.

Агата хмурилась, что-то говорила, ждала ответа от своей спутницы, потом снова продолжала. Но вот разговор их прекратился, они полностью отошли от своей кареты, не забыв при этом поблагодарить слуг за работу. Одна из помощниц распорядителя сразу подлетела к ним, спросила имена, задала и другие вопросы и тут же исчезла. Девушки так и остались стоять на месте, чуть в тени высоких с широкой кроной деревьев, что были когда-то высажены вдоль площади.

Еще мгновение, которое я показалось мне вечностью, и Агата подняла на меня свои глаза. Она знала, что я здесь, знала, где я стою, что смотрю на нее голодными глазами. Наши взгляды встретились. Я сделал шаг вперед, спустился на одну ступеньку вниз. И в этот же момент она тут же отвела взгляд в сторону, а затем уронила его себе куда-то под ноги. Я остановился. Было глупо вот так стремиться к ней. Ведь стоит мне выдать свои чувства к одной из участниц отбора, как все остальные девушки ей попросту не дадут покоя. Подвергать ее такому беспокойству я не хотел.

– Кто у нас прибыл из эльфийского королевства? – услышал свой голос и не сразу его узнал. Он был наполнен жаждой, словно я надолго был отлучен от воды. И вода эта сейчас находилась от меня всего в нескольких шагах.

***

Агата

– Слышишь? Как будто кто-то скулит? – взяв меня аккуратно под руку, озадаченно искала кого-то глазами в толпе девушек Лидия. – Не может же быть, что здесь где-то бегает щенок.

Да, щенок. Только не бегает, а стоит вон там, на ступеньках. Он бы еще бросился ко мне с объятиями, чтобы отбор для моей персоны закончился в день начала. А что? Уже вечером меня бы трижды отравили, несколько раз сожгли и утопили. Нет, серьезно, почему он такой глупый? Он же Принц, и далеко уже не мальчик. А ведет себя как влюбленный…

– Перестань кусать губы.

– Что? – нахмурилась я и подняла глаза на сестру.

– Посмотри на свои губы, они уже ярко-красного цвета! Я заметила, что и в карете, пока мы ехали, ты частенько их покусывала. Я надеюсь, ты взяла с собой свои чудесные мази, чтобы быстренько залечить весь этот ужас на губах. – Она покружила пальцем вокруг моего рта.

И кто кого должен здесь оберегать?

– Дорогие девушки! – прервал наше общение невысокий, по сравнению с рядом стоящим Принцем, но стройный мужчина средних лет, с короткими темными волосами и свежо-выбритым лицом. Он был приятной наружности, да так что издалека его можно было принять за юношу. – Да, именно девушки, – тем временем продолжал мужчина. – Свои статусы вы оставили за воротами этого дворца. Отныне и до конца императорского отбора, который будет длиться три недели, вы невесты Его Высочества наследного Принца Вениамина I. И разрешите представиться, я главный распорядитель императорского отбора – Алексей Ростовский. С каждой из вас мы еще познакомимся поближе, ведь мне нужно будет лично составить вашу характеристику. Так велел сам Император, – поднял он палец вверх, словно давая нам понять, как это на самом деле важно. Мы же продолжали молча его слушать. – Думаю, что все претендентки на руку и сердце нашего Принца…

«Вот это фамильярность!» – отметила про себя я.

– …уже прибыли, и так как время близится к обеду, а вам еще нужно передохнуть с дороги и освоиться, то мы можем заканчивать с приветствием. Сейчас к каждой из вас подойдет ваша служанка на время императорского отбора. Она проведет вас к вашим покоям и поможет освоиться. Любые свои поручения вы смело можете адресовать именно ей. На этом пока все… О! И обед вам подадут в ваши покои, а ужин состоится в общем зале, где вы сможете хоть немного пообщаться с Принцем.

– А Принц нам ничего не скажет? – подала голос одна из девушек, высокая и крепкая шатенка. Но красивая, черт возьми! За такую и пару городов отдать не жалко.

Я повернула голову в ее сторону, как и все. А затем вместе со всеми замерла в ожидании ответа Принца.

– Дорогие девушки, я рад всех вас здесь сегодня видеть, – слегка улыбнулся Принц. Он обвел взглядом всех, но словно не смотрел ни на кого перед собой. – Вечером за ужином мы с вами еще успеем наговориться. Сейчас же я не хочу вас задерживать, ибо на улице становиться уж очень жарко.

Красивый. Высокий, статный. Светло-русые короткие волосы, голубые бездонные глаза. Прямой нос, красивый рот и мужественный подбородок. Ему уже немного за тридцать. Странно, но еще год назад он не выглядел таким взрослым. Наверное, все дело в его стрижке. Раньше его волосы немного касались плеч, а теперь снизу были коротко острижены и открывали шею, а сверху по-прежнему осталась слегка, небрежно уложенная густая шевелюра.

Принц… И почему я вдруг стала так величать его про себя? Мы же договорились называть друг друга просто по имени.

«Вениамин…» – попробовала его имя на вкус в своей голове, словно давно так к нему не обращалась. Странные чувства осели на сердце. Появилось такое ощущение, будто между нами за год разлуки образовалась незримая стена, что не давала нам общаться друг с другом, как раньше, даже в моей голове.

– Вениамин, – произнесла одними губами, и вдруг на душе стало как-то легче. Я улыбнулась.

Вениамин еще что-то говорил, но я не слушала. Я все думала о том, что теперь-то он и в самом деле похож на Принца.

Но вот девушки стали расходиться, а к нам подошла молодая служанка.

– Меня зовут Мила, – звонко произнесла она, – и я буду прислуживать Вам на время отбора. – Служанка сделала небольшой реверанс. Даже у нее он выходил куда лучше, нежели у меня. Но да ладно, надеюсь, моего провала никто не заметит…

– Очень приятно, Мила. Меня зовут Лидия, а эту прекрасную девушку Агата, – качнув головой в сторону, указала на меня сестра.

– Вы же из эльфийского королевства, правильно я поняла?

– Все верно, – снова ответила моя сестра.

– Вы очень красивые, – повторила свой, надо все же признать, безупречный реверанс Мила.

– От красивой слышим, – бросила с усмешкой Лидия. Мила лишь хихикнула.

– Прошу, следуйте за мной, – указала жестом она и двинулась к дворовым ступеням.

Мы последовали за ней. Я шла позади сестры и старалась не отставать. От предстоящего проживания во дворце под одной крышей с самим Принцем и около тридцати титулованными девушками меня бросало в легкую дрожь. Эх, вот бы Кристина к нам присоединилась. Тогда, глядишь, веселее будет. Хотя, скорее всего, веселее будет только самой Кристине. Помнится, после ее похищения мне было уже не так весело…

Мы прошли по ступеням через большие деревянные с выжженными узорами двери во дворец и оказались в прохладном холле. Затем двинулись вверх по расписной парадной лестнице на второй этаж. Наверху мы свернули направо.

– Комнаты невест расположены по обе стороны от парадной лестницы. Ваша сторона, как вы уже поняли, правая, – объясняла нам по пути Мила.

Перед нами открылся взор на широкий коридор, который, казалось, плутал. Неужели дворец имеет такую необычную форму, будто состоит из множества соединенных башен? Признаться, я даже не обратила на него никакого внимания, хотя обычно очень люблю рассматривать различную архитектуру. По бокам коридора то и дело мелькали двери, ведущие в покои невест. Я подумала, что мы сейчас еще долго будем идти по этому коридору в поисках наших комнат, но Мила остановилась.

– Эти покои, леди Агата, Ваши. – Она указала на дверь насыщенно-зеленого цвета. – А эти Ваши, леди Лидия. – Служанка протянула руку к следующей на этой же стороне двери глубокого голубого цвета.

Вот не ожидала, что нас поселят так близко к лестнице, считай, к выходу. Думала, наоборот, Принц спрячет меня во дворце как можно глубже. Что же он задумал?

Как вдруг еще одна мысль навела на меня беспокойство.

– Прошу прощения, Мила…

– Да, леди Агата? – Девушка снова исполнила реверанс. А у меня дернулся глаз.

– Ты одна будешь нам прислуживать?

А я ведь заметила, что каждой невесте досталось по отдельной служанке, а нам с Лидией одна на двоих. Разве это не нарушало правила и нормы дворцового этикета? Дома у нас с Лидией было по несколько личных служанок, никак не общих.

– Все так, леди Агата, – спокойно улыбнулась Мила. – Во дворце не ожидали, что эльфийское королевство выдвинет сразу двух кандидаток в будущие супруги Принцу. Именно поэтому не успели подготовить еще одну служанку. Но не переживайте, я способная и, уверена, справлюсь с вами двумя. Вы даже не заметите, что вам приходится делить меня на двоих, – без колебаний ответила девушка.

И это я тоже посчитала очень странным.

– Да ладно тебе, Агата, – подойдя к своей двери, отвлекла меня от моих подозрений Лидия. – Ты все равно помощью прислуги почти не пользуешься. По крайней мере, насколько мне известно, ванну принимаешь сама и одеться способна сама. Даже искусные прически не любишь, предпочитая им распущенные волосы, лишь немного собранные у лица.

– Хорошо, – сдалась я, только сейчас припоминая, что пока Мила болтала с нами на улице, все остальные невесты поторапливали своих служанок проводить их до покоев. И именно поэтому, когда мы вошли во дворец, вокруг уже было тихо и пусто. Что ж, умно.

И уж если быть до конца честной, то мне было на руку, что я, по большой части, буду предоставлена сама себе. Тяжело переношу общество лишних людей, если сама в состоянии справиться с уходом за собой. Особенно за волосами. Не люблю, когда их трогают без моего ведома. Я столько лет жила в окружении только своей матери, а потом и вовсе одна, что никак не могу привыкнуть к тому, что кто-то другой заботится обо мне.

– Вот и замечательно, – распахнув свою дверь, отозвалась Лидия.

– Я распоряжусь, чтобы вам подали обед.

– Через полчаса, не раньше, – поправила ее сестра.

– Да, леди, – исполнила реверанс Мила. Я же открыла свою дверь и вошла внутрь.

В лицо ударил чуть сладковатый аромат цветов. Я поисками их глазами и обнаружила, что слева стоял маленький кофейный столик между двумя креслами, на вид очень даже уютных. Именно на нем в пухлой вазе благоухал очень милый душистый букет полевых звездочек, которые и вправду походили на звезды.

Губы тронула легкая улыбка. Как он мог узнать, что мне нравятся именно эти цветы? Точнее, я люблю все цветы. Если подобрать нужный артефакт, то получается выбраться в лес, на цветочную поляну и просто насладиться не только видом, но и запахом различных полевых цветов. Чаще всего мне попадались именно звездочки. Обычно я их не рвала, чтобы принести домой и украсить ими пустую вазу. Дома моя сила требовала высвобождения для работы, цветы бы вмиг завяли, стоило снять артефакты. Так зачем было бы обрывать их жизнь ради такой кончины? Вот я и старалась надышаться ими там, в лесу.

Во дворце у отца дело обстояло иначе. Место для работы мне выделили в небольшой пристройке, подальше от королевских спален, где я носила артефакты постоянно. Так что я могла спокойно собирать цветы в букеты и разносить по комнатам, куда чаще всего захаживала. Моя душа наконец-то наслаждалась по полной, живя среди цветов и их чарующих запахов.

Я подошла к букету и осторожно провела пальчиком по одному из лепестков полевой звездочки. Вместо улыбки, закусила губу и пошла осматривать свои покои.

Ничего необычного. Три комнаты: гостиная, смежная с прихожей, спальня, которая отделялась от гостиной плотными занавесками, и ванна с огромной купелью и отдельным туалетом с умывальней. К спальне прилагался просторный балкон, привлекший мое внимание надолго. С него открывался потрясающий вид на сад, где в шахматном порядке были высажены плодовые деревья. Я втянула в нос воздух, чтобы понять, какие в скором времени нам ждать плоды. Со стороны сада подул легкий ветерок и разметал мои волосы в разные стороны.

Ммм, вишня, яблоки, абрикосы… и груши? Надо будет сходить на разведку.

Постояв так еще минут пять, я все-таки направилась в ванну. Разобраться в механике подачи воды не составило труда, здесь было все как у отца во дворце. Понежилась в горячей воде, вымыла волосы, затем магией высушила их и уже руками собрала назад мешавшие пряди у лица. Присмотрелась к себе в отражении зеркала, поморщила немного свой носик и решила-таки слегка принарядиться, завив концы волос в красивые крупные локоны. Получилось миленько. В конце концов, принцесса я или нет?

Служанка явилась в компании молодой девушки, которая вкатила тележку с едой, когда я закончила шнуровать накрахмаленное нежно-зеленое платьице. Блюда выставили на стол в гостиной, хотя мне отчего-то хотелось отобедать за маленьким столиком в спальне.

– Приятного Вам аппетита, леди Агата. Нужна ли Вам моя помощь с разбором вещей или еще чем?

– Нет, – уверенно покачала я головой. Вещи я разберу после того, как поем. Именно поэтому наряд надела такой, чтобы это было удобно делать. И вообще, не люблю, когда в моих вещах копаются. Такое я позволяла только Кристине и Лидии.

Обе девушки удалились, и я без угрызения совести в том, что снова нарушаю этикет, переставила блюда на столик в спальне. На всякий случай прикрыла свое пиршество шторой, чтобы любой, кто внезапно войдет в мою дверь, не смог уличить меня в нарушении правил.

Ела не спеша. Наслаждалась каждым кусочком тушеного картофеля с фасолью и грибами. Не забыла попутно уминать и свежие овощи, и рыбу, запеченную в собственном соку с ароматными травами. Надо отметить, что есть вот так, сидя в мягком кресле за небольшим круглым столиком, на котором едва поместились три блюда и ваза с приборами, было весьма комфортно. Чувствовала себя как дома. Ведь пока жила с мамой, тоже часто ела в тесной обстановке. А когда перебралась в собственный дом, где в подвале расположился рабочий кабинет, на первом этаже лавка, а на втором – спальня, то так и продолжила мешать тесноту с комфортом.

Мой дом. В Мордове, в небольшом городке под названием Донск я обосновалась где-то лет пять назад, как только поняла, что не хочу всю жизнь прожить в лесу в страхе и ожидании. Сначала не спешила открывать лавку, решив попутешествовать по другим городам, затем и соседним государствам, иногда с матерью, иногда одна. Как только чувство опасности и боязнь быть обнаруженной охотниками за диковинками, коей сама являлась, спали до минимальных значений, и я научилась теряться среди людей, то тогда и открыла лавку, где продавала всевозможные травы, снадобья, мази и лекарства. Даже все разрешения получила честным путем. Вот тогда-то и началась жизнь, полная забот и хлопот. А когда стала понимать, что дни тянутся однообразно и скучно, то Боги словно услышали мои вздыхания и послали мне сначала Кристину, затем Вениамина. В тот веселый период жизни я испытала столько чувств и эмоций, сколько не испытывала за всю жизнь. У меня впервые появился друг, который оставался у меня по сей день. Ведь мы с Кристиной обменивались письмами, хоть и не часто, но довольно регулярно. Она подарила мне для этого специальную шкатулку, которую я взяла с собой на отбор.

После обеда я принялась разбирать свои вещи. Занятие это было не из приятных. Такое многочисленное количество платьев просто отказывалось помещаться в шкаф. Я даже уже подумывала позвать на помощь Милу. Но затем вспомнила, что я эльфийская ведьма, и просто создала пространственный карман, увеличив место в шкафу. Изрядно умаявшись, решила вздремнуть и проспала до самого вечера, что грозило опозданием на ужин.

Глава 3. Среди избранных

Сквозь сон послышался стук, а затем бесцеремонное «я вхожу». Я приподнялась с постели, глаза слипались, будто не хотели смотреть на этот мир.

– Агата, ты спишь! Вставай, соня, мы уже опаздываем! – войдя, сразу же отчитала меня Лидия. Затем нависла надо мной с укором во взгляде.

– Нам обязательно обеим идти туда? – зевнула я, прикрыв рот руками.

Но мой вопрос так и остался без ответа, потому что Лидия нагло стащила меня с кровати. Всего пару штрихов, как она говорила, и мы были готовы отправляться на ужин. Ужин, где главным нашим занятием будет не наслаждение едой, а демонстрация собственных достоинств.

До главного зала нас провела Мила. Там всех встречала одна из помощниц распорядителя отбора, с которой Лидия всего за пару слов договорилась, чтобы нас объявили вместе. Поэтому в сам зал мы вошли под руку.

Распорядитель отбора объявил:

– Леди Агата и леди Лидия Трефийские!

И все взгляды устремились на нас. Конечно, ведь Лидия заставила меня натянуть синее платье, расшитое такими же синими блестками, с открытыми плечами и небольшим декольте. Утверждала, что для девушек моего возраста такие наряды в порядке нормы. Еще и волосы заставила завить в крупные локоны полностью и всего пару прядей собрала на затылке, повязав их лентой в тон платью. Хоть артефакты оставила в покое, велев лишь сменить их цвет на такой же синий. Туфли тоже были глубокого синего цвета, на небольшом каблучке, но все равно не очень удобные. И как только отыскались такие в моем гардеробе? Я же тщательным образом отбирала с собой только удобную обувь!

Сама-то Лидия оделась поскромнее, в желтое платье без рукавов, без намека на вырез, с белыми перчатками и такими же белыми туфельками. Волосы тоже завила и красиво распустила, подобрав их желтой лентой. А потому выходило, что прически у нас были одинаковыми.

Кто-то смотрел на нас восхищенно, кто-то с одобрением, а кто-то, напротив, недовольно морщил нос или шептался. Я заметила, что здесь были не только невесты Его Величества, но и другие приглашенные гости.

– Пойдем, поздороваемся с Принцем, – шепнула Лидия.

– Но разве так можно? – настороженно покопалась я в правилах этикета в своей голове, которым она меня так усердно учила.

– Сегодня можно. Ты посмотри на них всех, они уже пригубили вина и потому вряд ли сейчас способны придерживаться правил.

И вот теперь я как следует осмотрела все, что было открыто моему взору.

Зал, где мы находились, располагался на первом этаже. Он был огромным, а потолок подпирали толстые колонны, за которыми легко можно было спрятаться. Приглушенный свет создавал некую полу-интимную обстановку. Тут и там, по всему периметру зала, стояли небольшие круглые столики на высоких ножках. Столики эти были уставлены напитками и закусками. Я почувствовала себя Кристиной, когда в голове пронеслась мысль, что не помешало бы перекусить. Но одними закусками сыт не будешь, и потому в другой части зала, до которой дотянулся мой взгляд, я обнаружила ряд столов каждый на четыре персоны. Как поняла позже, рассадка была свободная.

Лидия потянула меня куда-то вперед, вглубь невест и гостей. Вот тогда-то я и смогла разглядеть своих так сказать прямых соперниц за право на руку и сердце Принца. Звучит смешно, но на деле они воспринимали меня точно так же и относились к этому серьезно.

Девушки держались гордо, кучкуясь либо с гостями, либо в пару между собой. В руках крутили бокалы, но не пили. Лица настороженные, но на губах легкие полуулыбки. Признаться, было любопытно видеть, что каждая из невест имела вкус и стиль, ибо наряды их вызывали только восхищение.

О, а вот и та самая высокая шатенка. Выглядела как богиня в узком зеленом платье с небольшим декольте, короткими рукавами, белыми перчатками и на шпильке. Я бы никогда не отважилась обуть что-то подобное. Она же двигалась на каблуках словно змея, будто эти туфли служили ей второй кожей.

– Знаешь, Агата, – задумчиво протянула Лидия, продолжая тащить меня вперед, – в следующий раз мы немного приоткроем ножки.

– Что? – испуганно уставилась на нее я. – Ты так шутишь?

– А я умею шутить? – иронично протянула она, продолжая маневрировать между гостями и невестами. – Ваше Высочество, позвольте представиться. – Лидия резко остановилась и сделала реверанс.

Я же так резко тормозить не умею, а потому чуть ли не впечаталась в Принца всем телом. Заминка получилась веселая. Ведь, как оказалось, Вениамин тоже куда-то торопился и наткнулся на нас. Но стоило ему меня увидеть, как он остановился и впился своим взглядом в мое декольте.

Тоже мне, Принц, разве можно вести себя так неподобающе?

– Принцесса Агата, принцесса Лидия, очень рад знакомству, – перебил он сестру, не дав ей исполнить задуманное.

– Мы сегодня просто леди, – слегка кокетливо улыбнулась она ему.

Не зная, что делать, я тоже глупо улыбнулась. Потому что кокетство у меня выходило еще хуже, чем реверансы. Затем прочистила горло, чтобы хоть как-то оторвать внимание Вениамина от созерцания моего декольте. Но тщетно. Словно мы были здесь одни и совсем не привлекали чужие взгляды.

– Вы куда-то торопитесь? – сделала попытку продолжить диалог сестра.

– Искал кое-кого, но это подождет. Скоро начнется ужин, поспешите, чтобы занять удобные места, – проявил заботу Принц и, ура, он наконец-то отвел свой взгляд.

– О! Это отличная идея. Можем ли мы присесть за стол рядом с Вами?

– Эм, да. Думаю, это возможно, – уверенно произнес Вениамин. Но я заметила в его тоне что-то странное, что вызывало настороженность. – Давайте я вас провожу, тем более пора начинать ужин.

Он жестом пропустил нас вперед, и мы уже более спокойно прошествовали к накрытым столам. Принц шел не позади нас, а прямо за мной, дышал мне в спину, что хотелось резко качнуть волосами, чтобы зарядить ему ими по носу. Но мы были не в Донске, среди простого люда, скрытые от постороннего внимания артефактами, что позволяли нам вести себя свободно, дурачиться или флиртовать. Поэтому нужно было держать лицо и помнить о манерах. Однако кое-кто совершенно об этом забыл и совсем не переживал, что уже завтра может попасть на первые страницы скандальных полос.

Позади нас распорядитель отбора объявил, что ужин вот-вот начнется и попросил всех занять свободные места. Мы же прошли к самому большому столу, а Его Высочество попросил накрыть на еще одну персону.

– Леди Агата, прошу, – отодвинув стул, пригласил Принц. Лидия толкнула меня вперед, а потому пришлось подчиниться и сесть. Рядом со мной поставили еще одни приборы и стул, на этом месте, не без помощи все того же Принца, разместилась моя довольная сестра. По другую сторону от меня умостился Вениамин. Я недовольно сжала салфетку под столом.

– Хочешь, поменяемся местами? – чуть наклонившись к сестре, прошептала я, чтобы услышала только она.

– Нет, меня все устраивает. Так я хотя бы смогу общаться с Принцем, на твоем месте это будет делать неудобно. Так что спасибо, сестра.

Я поджала губы и выпрямила спину.

Да, пожалуйста. Смотрю, всем очень удобно этим вечером. Всем, кроме меня.

Но тут мое внимание привлек знакомый голос. Он-то и не дал мне размышлять о своем досадном положении дальше. Я навострила ушки и прислушалась. Неожиданно мне на плечи легли нежные женские ладошки. Сначала я, конечно, вздрогнула, а затем почувствовала аромат спелой вишни и успокоилась. Это была Кристина.

– Привет! – звонко разнеслось над ухом. – Наконец-то, мы снова свиделись! Думала, ты пропала надолго.

– Дорогая, давай присядем. Пообщаться вы сможете и через стол, – оторвал от меня подругу Григорий Волконский, ее муж, как всегда, самый спокойный и рассудительный из нас всех.

– Я хотела сесть рядом с Агатой, – выразила свое недовольство его супруга, пока он усаживал ее напротив Лидии. Сам Григорий расположился напротив меня, по другую сторону от Принца.

На губах заиграла улыбка, и я расслабилась. Было приятно осознавать, что за прошедшее время пусть и изменились титулы и статусы, но мы оставались прежними. Кристина вот, к примеру, все также выражала свои мысли и желания вслух, не боясь ничьего укора, а ее супруг продолжал избегать контакта с девушками, предпочитая все свое внимание направлять только на жену. Мило, очень мило.

– Позволь тебе представить, – обратилась я к сестре, которая недоуменно хмурила брови: так проявлялся ее собственнический нрав, – это моя близкая подруга, графиня Кристина Волконская, а рядом с ней ее супруг, Григорий Волконский. Мы познакомились, когда я жила в Донске.

– Кажется, припоминаю эту историю. Очень приятно познакомиться, – кивнула она им.

Пока мы знакомились, гости и невесты расселись по столам, а в зале стало намного светлее и тише. Подали горячие блюда, и церемониймейстер объявил о начале ужина, не забыв передать слово Принцу, который произнес небольшую речь в духе, что «он рад всех видеть» и «давайте сегодня отдохнем, а завтра начнем этот треклятый отбор».

Что? Может, прям таких слов он и не говорил, но подразумевал именно это. По крайней мере, я разобрала их для себя так.

Пока мужчины тихонько что-то обсуждали, гремя приборами, Кристина бросала на меня пытливые взгляды.

– Ты надолго в столице? – не выдержала она.

– Если ты не заметила, то я участвую в отборе, – отсалютовала я бокалом с вином и улыбнулась ей, показывая, как мне «нравится» это положение дел. Вино я не пила, лишь приложила бокал к губам и вернула его на место.

– Как интересно, – протянула подруга. – Неужели, мы скоро и на твоей свадьбе погуляем?

Принц поперхнулся. Лидия рядом изменилась в лице.

– Думаете, леди Агата приехала сюда искать мужа? – задала вопрос Кристине сестра, словно та произнесла несусветную глупость.

– А зачем же еще? Она ведь в числе участниц отбора, и на его период становится настоящей невестой Его Высочества, – гордо ответила ей подруга, будто это сестра сказала что-то глупое и нелогичное.

«Так, нужно что-то делать. Иначе у Лидии появится новый враг, а Кристины – недруг».

– Большинство из нас тут тоже невесты Его Высочества, – не унималась сестра. Кристина уже было открыла рот, чтобы что-то ответить, но вмешалась я.

– А как дела у Оливии с Борисом?

– О! – тут же переключилась та на меня и забыла о моей сестре. – У них все прекрасно! Кстати, раз уж ты прибыла в столицу, то может заглянем к ним вместе?

– Не уверена, что у меня будет возможность навестить их, пока идет отбор. Вот после, думаю, найдется время. А чем занимается Борис? Кажется, ты писала про него, но я забыла…

– Он служит с нами в Управлении. И конечно же следит, чтобы его дорогая супруга не перетруждалась в ресторане. А по поводу визита… Ваше Высочество, – обратилась Кристина вдруг к Принцу, – неужели на время Императорского отбора невестам запрещено покидать стены дворца?

Принц лишь улыбнулся. Было непривычно наблюдать их великосветское общение, ведь у этой компании особые отношения, о которых за этим столом было неизвестно только моей сестре Лидии.

– Я думаю, мы устроим им небольшую экскурсию по столице и обязательно заглянем в ресторан «Синяя птица».

Кристина удовлетворенно просияла. Мужчины обменялись понимающими взглядами. А я чуть не закатила глаза. Вовремя одумалась, ибо Лидия смотрела на меня с неподдельным интересом.

Дальше разговоры за столом потекли спокойные. Лидия все пыталась вызвать на диалог Вениамина. Тот отвечал односложно, в основном искал любые темы для бесед с Григорием. Кристина рассказывала о том, как у них идут дела в Управлении, расспрашивала сестру о жизни в Эфилионе и иногда встревала в разговоры мужчин. Мне все нравилось, я слушала всех и каждого и радовалась, что мое молчание никого не задевает, и никто больше не хочет со мной побеседовать. Отчасти собеседник из меня скучный, я больше слушаю, чем говорю. Но находятся в моей жизни люди, которым это больше нравится, чем отталкивает. И кажется, что за этим столом сегодня собрались именно такие.

Как только все наелись и напились, объявили окончание ужина. Но не вечера. Распорядитель отбора объявил, что пришло время танцев. Свет в зале снова приглушили, и в центр из-за столов потекли парочки, желающие подвигаться в такт музыке. К слову, музыка была потрясающей, медленной, чарующей, заставляющей чувствовать и желать отдаться ей полностью. Это было живое исполнение, между прочим. И это в век расцвета технологий, когда многие заведения все чаще приобретали магические изобретения, создающие любую музыку. Но во дворце, к счастью, искусство ценили больше, чем прогресс.

Я удивилась, что нашлось столько желающих потанцевать. И самыми активными среди них оказались невесты Принца. Как выяснилось чуть погодя, в самом начале вечера церемониймейстер сообщил, что после ужина невесты смогут потанцевать как с самим женихом, так и с гостями, среди которых будут и судьи отбора. Кто именно эти судьи, не уточнялось, поэтому девушкам пришлось самим выбирать, с кем из гостей соглашаться на танец, а с кем – нет.

Самое начало вечера мы с Лидией благополучно пропустили, поэтому сейчас стояли у одной из колонн с бокалами в руках и думали, что делать дальше.

– Я найду Принца.

– Я ухожу к себе.

Мы вымолвили это одновременно и переглянулись.

– Почему ты идешь к себе? – удивилась Лидия.

– Устала, – просто отвечала я, – артефакты забирают очень много энергии, да и день был очень длинным.

– Хорошо. Доброй тебе ночи.

– А тебе приятно провести время, – тепло улыбнулась я сестре, передала бокал проходящему мимо официанту и двинулась на выход из зала.

По пути наткнулась на танцующих Кристину с Григорием. Легонько коснулась плеча подруги, прошептала «увидимся» и, услышав в ответ «обязательно», продолжила свой путь. На выходе, к моему везению, меня не остановили, ибо запрета покидать вечер раньше какого-либо времени не было. Поэтому я расслабилась окончательно и даже с каким-то особым ликованием стала пробираться к себе в покои. Мне оставалась одна ступень и поворот за угол, как я бы достигла своей двери. Но не тут-то было. Кажется, не видать мне покоя в этом дворце на все три недели отбора, начиная уже с сегодняшнего дня.

Глава 4. Формальность

Вениамин

Я ожидал, что Агата не встретит меня радушно, что не будет искать моего внимания или открыто переглядываться со мной на виду, как это делал я из-за своей неконтролируемой глупости при виде нее. Но не думал, что ведьма станет вести себя настолько холодно по отношения ко мне. И это задело мое чувство собственного достоинства. Я решил, что на вечере не буду проявлять своего интереса к ней и, более того, постараюсь не попадать в поле ее зрения. Но не тут-то было. Эта чертовка умудрилась не явиться на ужин вовремя, а когда я собрался разузнать, в чем дело, появилась из ниоткуда в этом чертовом платье.

Вообще никогда не видел ее в подобных нарядах. Подумал, вспомнив ее платье днем, что все три недели она будет одеваться во что-то подобное, неброское и непривлекательное. Хотя на ней любая вещь сидела идеально. Но она снова удивила. Это ее декольте пусть и не демонстрировало ничего такого, все же лишало способности нормально думать, заставляя фантазировать на разные темы, связанные с Агатой. Только щебетание ее сестры смогло отвлечь и привести в чувства.

Усадить Агату и ее сестру за свой стол было плохой идеей. Но я не смог противиться своему желанию быть рядом с ней. Переживал, что и другие мужчины за ее столом будут пялиться туда, откуда я сам еще пару минут назад не мог оторвать взгляд. Поэтому почти весь ужин провел, мысленно себя отчитывая и стараясь не поворачиваться в сторону Агаты. Это было сложно, ведь, поступи я так, сие стало бы заметно всем сидящим за столом. Лишь Кристина, казалось, понимала мои намерения и все время бросала на меня довольную ухмылку. А смешинки в ее глазах дразнили, мол, а я могу спокойно смотреть на Агату ниже подбородка, а вот тебе такое не дозволено!

Как только ужин завершился, признаюсь, я спешно сбежал. Но стоило увидеть, что и ведьма покидает зал, я сорвался следом.

Покинул зал со второго выхода, ведущего в глубь дворца. Здесь не было людей, а потому никто не мешал мне свободно воспользоваться порталом и перенестись на развилку второго этажа. Как раз вовремя, передо мной как мышка замерла ведьма. В ее глазах застыл немой вопрос, но она не стала его задавать. Крутанулась на каблуках и попыталась спешно ретироваться.

– Чертовы каблуки! – услышал шипение и улыбнулся. Птичка оказалась в клетке.

Я оказался быстрее. Ловко ухватил ее за талию и притянул к себе. Ожидать пощечины долго не пришлось, но ее не случилось. Агата только занесла руку для удара, но вдруг послышались шаги, и я, долго не раздумывая, перенес нас на третий этаж, совсем рядом к моей спальне.

«Надо было перенести нас прямо туда», – подумал про себя.

В коридоре на моем этаже было совсем темно, ведь я не давал указаний подготовить его к моему появлению. Что сейчас мне было только на руку.

Так мы и стояли в темноте и прислушивались к звукам внизу. Быть обнаруженными никому из нас не хотелось.

– Ваше Высочество, мне нужно идти, отпустите, – убедившись, что вокруг снова тихо, строго велела Агата.

– Не отпущу, – только и произнес я.

И притянул эту злую колючку еще ближе к себе. Свободной рукой ухватился за ее подбородок. От неожиданности она вздрогнула, а я не стал терять времени и накрыл ее губы своими, увлекая их в глубокий поцелуй. Мгновение, другое, девушка в моих руках продолжала дрожать. Чуть отстранился, улыбнулся. Кажется, она знала о нашем предстоящем поцелуе задолго до прибытия на отбор.

– Сумасшедший, – прошептала мне прямо в губы Агата, затем подобралась. – Вы теперь обязаны этой ночью одарить каждую свою невесту подобным поцелуем. Иначе это серьезное нарушение правил Императорского отбора.

– К черту этот отбор, – рыкнул в ответ. И снова притянул ведьму к себе, снова смял ее губы, сладкие на вкус и опьяняющие похлеще самого крепкого алкоголя.

На этот раз она отстранилась первой.

– Прошу, Вениамин, – набрав в легкие побольше воздуха, начала она, – веди себя как взрослый. Отбор невест для наследного Принца – это не шутки. И я прибыла сюда не ради забавы.

– Неужели собираешься участвовать, как и все? – решил я выведать ее планы.

– Не совсем.

Я шумно втянул воздух и отвернулся от нее, скрывая разочарование на своем лице в глубокой темноте.

– Ты меня знаешь, – тем временем продолжала девушка, – проходить испытания буду и приложу усилия, чтобы дойти до конца. Честно и без посторонней помощи.

– Агата, – снова повернулся к ней, но она не дала и слова сказать, приложив свой нежный пальчик к моим губам.

– Вениамин. – Мое имя таяло на ее губах, а я таял вместе с ним в этот момент. – Прошу тебя, поступай, как должно. Будь Принцем, делай так, как велит долг и правила. – Она будто видела, что ее слова мало на меня действуют, поэтому сказала то, что я так боялся услышать вновь: – А то снова исчезну, – сказала, как отрезала. И резала по живому месту. Злость и обида уже начали подниматься по венам, когда она добавила: – И в этот раз придется ждать куда дольше.

Вот умеет эта ведьма сначала расстроить, а потом успокоить. И ведь так она поступала каждый раз, заверяя, что делает это не нарочно, что это заложено в ее крови еще до рождения.

Я сделал шаг вперед и придвинулся к ней почти вплотную.

– Ладно, я сделаю так, как ты просишь. Ты пройдешь самый честный отбор и по всем правилам. – Она вздохнула. – Но если будешь меня игнорировать, – сделал голос построже, чтобы он звучал жестче, – то я закончу этот чертов отбор, заберу тебя у всего мира и спрячу. Будем жить-поживать и детей воспитывать, – в конце не сдержал улыбки.

Ведьма, казалось, тоже улыбалась в этот момент.

– Идет, мой Принц, – сказала она, затем взялась за мой подбородок, чмокнула в щеку и, пока я был ошеломлен, сбежала по ступенькам вниз. Только и услышал, как хлопнула ее дверь.

Так, и кто кого тут соблазнял?

***

Император спокойно откинулся на спинку кресла и перевел свой задумчивый взгляд с балконного окна на гостя.

– И как вел себя сегодня мой сын? – спросил он с задумчивым прищуром.

– Как от него и ожидалось: безучастно и безукоризненно одновременно.

– Танцевал с кем-нибудь? – замер в ожидании Его Величество и чуть наклонился вперед.

Его собеседник вздохнул.

– Какой там. Помчался за ведьмой, стоило той покинуть зал. Потом, правда, вернулся, что удивительно, попрощался с невестами и гостями и снова испарился.

– Замечательно, – расплылся в улыбке довольный Император.

Его гость только хмыкнул. Оба мужчины опустошили свои бокалы с дорогим базийским вином и вновь устремили задумчивые взгляды на балконное окно, которое выходило на поле. Сегодня его постригли, и потому в воздухе витал приятный аромат свежескошенной травы, щекотавший нос.

Глава 5. Что-то не сходится

Агата

Спать или не спать, вот в чем вопрос. День выдался таким насыщенным, что я весь вечер представляла, как вернусь в свои покои, приму ванну и наконец-то лягу в кровать. Думала, усну молниеносно. Но как же! Спасибо, Ваше Высочество, удружили.

Я ворочалась с одного бока на другой, меняла позы, подушки и даже переворачивала одеяло. Все равно. Сон так и не шел. Вот чего мне больше всего не хотелось, так это быть завтра с опухшим лицом. Нет, конечно, такого я не допущу, ведь у меня в запасе куча средств, как исправить любую ситуацию. Но не думала, что они так быстро понадобятся.

– Чтоб тебе тоже не спалось! – буркнула вслух.

Лидия, наверное, уже десятый сон видит. Она заходила ко мне после вечера. Слегка захмелевшая со следами грусти на лице из-за того, что не удалось потанцевать с Принцем, тем не менее довольная. Поблагодарила меня за то, что не хлопотала над ней на ужине, как курица-наседка, пожелала спокойной ночи и ушла к себе спать.

Что ж, меня просили обеспечить ее безопасность, я это сделала. Заставила выпить зелье против отравлений, оно бы не дало ей сильно напиться, и носить только те украшения, которые я заранее превратила в артефакты. В принципе, исключительно такие она и взяла, я проверяла.

Сомневаюсь, конечно, что в первый же вечер могло что-то произойти. Какой ненормальный стал бы так торопиться? Чтобы навредить невестам Принца, нужно сначала обследовать обстановку, сопоставить полученную ранее информацию, сравниться с планом, внести корректировки.

Рассуждаю так, будто сама собираюсь что-либо предпринять. Но такова моя задача. Мое недавнее видение и врожденная интуиция подсказывали мне: жди беды. И хорошо бы обошлось одними мелкими пакостями. Вот только ясно чувствую, что не обойдется и кровь все же прольется.

Измученно вздохнула. Снова перелегла на другую сторону кровати. А еще говорят, что на новом месте спится крепче. Ага, врут.

Мысли снова потекли к тому, что произошло на третьем этаже.

– Черт, – выдохнула вслух.

Вениамин вел себя как всегда: напористо и решительно. Его можно было счесть и без каких-либо действий или слов. Все в нем: мимика, движения, взгляд и даже поза, которую он принимал при виде меня, – говорили о его чувствах. Нет, они даже кричали. Еще в первый день нашего знакомства я уловила то самое тепло, исходившее от него, стоило ему ощутить мое присутствие. Тепло, что возникает, только когда ты влюбляешься. Я смогла распознать его лишь благодаря тому, что часто считывала чувства людей, магов и ведьм. Мне всегда особенно было интересно, как влюбляются маги. Как влюбляются ведьмы, я знала отлично, из их же рассказов, даже видела пару раз. И мне совсем это не нравилось, ибо сама я влюбляться не собиралась.

Но он так просто взял и влюбился, и это произошло настолько быстро, что я и понять ничего не успела. Однако с тех пор со мной начало происходить что-то странное, что я сама не бралась объяснить, предпочитая не обращать внимание на такой не сильно тревоживший меня пустяк. Безусловно, общество Вениамина мне было приятно и даже не раздражало, чему так сильно, еще в Донске, удивилась Кристина. А я что? Меня тогда сей факт вообще не волновал. События развивались так быстро, что анализировать происходящее между нами не было времени. А вот после поцелуя, случившегося перед самим нашим расставанием, я призадумалась, и многое стало понятно.

Его внимание, например, или интерес к моей жизни. Или то, что он каждый день появлялся в ресторане, где работала Кристина, куда я приходила пить чай во время обеда. Причем как раз в то время, что и я. Было забавно молчаливо слушать его истории, принимать угощения, просто быть в компании Вениамина – тоже хорошо. Но я и не думала, что для него это значило куда больше. Даже наша связь, которая так легко установилась в первую встречу, когда он применил свою магию и проник ко мне в голову, где я показала ему свои видения, казалась чем-то естественным, не вызывавшим у меня ровным счетом ничего, и уж тем более учащенного сердцебиения. А вот быстрый стук его сердца я заметила. Однако, опять же, не придала этому никакого значения.

И если бы все оставалось, как и раньше, уверена, сейчас бы я не металась по кровати и не переживала о том, что случилось за этот вечер. Что-то явно изменилось. Но что именно, я не понимала. Быть может, он стал мне хорошим другом, которого не хотелось терять?

Уснуть получилось ближе к утру. И не в кровати, а на софе в гостиной. То-то удивилась Мила, которая пришла меня будить на завтрак.

– Леди Агата, что-то не так с Вашей постелью? – переводя взгляд с меня на уютную с виду кровать, поинтересовалась девушка.

– М-м, нет, с ней все в порядке. Просто так устала вчера, думала, посижу тут недолго и позже пойду спать. А вышло, что заснула.

– Поняла… – задумчиво протянула Мила, не переставая меня разглядывать.

Я поднялась с софы, потянулась, поочередно наклонилась в стороны и глубоко вздохнула.

– Что ж, ты можешь идти. Я сама соберусь. Помоги лучше леди Лидии.

– Да, конечно. Мы вместе с ней придем потом за Вами, и тогда уже я провожу вас на завтрак.

Девушка ушла. А я сразу ринулась под кровать, чтобы достать оттуда шкатулку со своими баночками и артефактами. Нужно было срочно приводить себя в порядок.

Завтрак прошел в тишине. На удивление, ибо я ожидала, что после минувшего вечера девушкам будет о чем посплетничать. Но они молчали, лишь задумчиво пережевывая пищу. Что ж, оно и к лучшему. Мне как раз хотелось тишины и покоя. Но все же странно: четырнадцать девушек в одной комнате и молчат.

Сегодня нам всем предстояло перезнакомиться, как полагается, с полным официозом и демонстрацией статуса. Может, в этом все дело? Хотя многие уже и так успели пообщаться друг с другом и представиться. Даже Лидия, сидя рядом со мной, щебетала с одной из невест по другую от нее сторону. Мне же было приятнее молчать и наблюдать за собравшимися, чем заводить бессмысленные разговоры.

Нас выставили в одну линию в лиловом зале, где еще вчера вечером стояли столы и играла музыка. При свете дня тут было довольно уютно: лилового цвета стены, вдоль них расставили резные стулья из темного дерева с мягким сиденьем зеленого цвета. Белые колонны с узорами дополнительно украсили вьющимися растениями, а на подоконниках под цвет стен в причудливых горшках благоухали цветы. Напротив же больших окон, через которые лился яркий солнечный свет, расположилась небольшая сцена, этакий помост, покрытый зеленой бархатной тканью. Мы стояли прямо лицом к нему. На нем только трона не хватало, где обязательно должен был возвышаться Вениамин. Я улыбнулась своим мыслям. Должна признать, у того, кто украшал этот зал, хорошее чувство стиля.

Когда я закончила с изучением узоров на колоннах, а девушки вокруг меня начали шептаться, что им надоело ждать, появился распорядитель отбора. Важный, в черном сюртуке, с бабочкой на шее. Выглядел Алексей Ростовский свежим и бодрым, словно и не налакался вчера шампанского за соседним столом.

– Дорогие леди! Рад всех вас приветствовать! Надеюсь, вы удачно расположились в своих апартаментах и довольны своими слугами. Если же есть замечания, то смело можете обращаться ко мне. Я лично проконтролирую, чтобы все замечания были исправлены. – Он улыбнулся нам своей обворожительной улыбкой. – Сегодня же нам с вами предстоит познакомиться поближе. Каждой из вас надлежит сделать шаг вперед, представиться по статусу и рассказать пару слов о себе. Последнее нужно для того, чтобы мы имели о вас лучшее представление. После знакомства я сразу объявлю первое испытание, и вы сможете начать к нему готовиться. – Мужчина обвел нас всех взглядом, кивнул каким-то своим мыслям и продолжил. – Что ж, начнем. Прошу Вас, леди София. – Он жестом пригласил выйти первую девушку вперед.

Красавица с роскошными каштановыми волосами сделала два шага перед собой и развернулась к нам.

– Рада представиться, меня зовут София Архонская, я принцесса Астонии, старшая дочь Императора Георга Архонского. – Девушка с ликом ангела в чудесном желтом платье сделала бесподобный реверанс и с неуверенностью посмотрела на распорядителя отбора.

– Смелее, – произнес он, не переставая держать улыбку.

Тогда принцесса Астонии подобралась и продолжила:

– Я отлично вышиваю, играю на нескольких музыкальных инструментах и пою. По выходным помогаю печь пироги для детских приютов. Остальное мое время наполнено учебой. – Она снова повторила свой блестящий реверанс, давая понять, что ее речь окончена.

– Поаплодируем леди Софии, – нашелся тут же господин Ростовский, и мы в отличие от него одарили леди Софию спокойными овациями.

Следом за принцессой Астонии вышла шатенка с длинными волосами, часть которых была уложена сверху в замысловатую прическу, украшена жемчугом и драгоценными камнями в тон ее платью винного цвета. Сидело оно на ней просто потрясающее, подчеркивая осиную тонкую талию на фоне высокого роста и хрупкую фигуру, что не мешало ей держаться величественно и в то же время просто. Наверное, все дело в миловидном лице с нежными чертами. Еще один ангел на роль будущей Императрицы.

– Мое имя Сандрин де Гиз. Я родом из Франсии. Единственная дочь Короля Франсии Вельгельма III из рода де Гиз. Все обучения я закончила еще два года назад. У меня мало свободного время, по большей части, я помогаю отцу в управлении нашей страной. Предвещая ваши вопросы, отвечу, как именно: рассматриваю прошения вместе с отцом, участвую в вопросах обустройства столицы. Пока что на этом все. Из инструментов освоила только скрипку. И то только по просьбе отца, ибо ему очень нравилось ее звучание. Благодарю за уделенное внимание. – Девушка опустилась в низком реверансе и вернулась на свое место.

Дальше выступила кареглазая невысокая элисска из Песочных земель с необычным именем Энесса. Хотя в их стране все необычно: начиная от волос цвета раскаленного желтого песка до одежды, предпочтительно из хлопка или льна, – туник с широкими свободными штанами. Но что более удивительно: днем и мужчины, и девушки ходят в сандалиях, а ночью в теплых походных сапогах с шерстяными носками. Однако на отборе принцесса Песочных земель разгуливала исключительно в платьях, которые очень даже хорошо на ней сидели.

Следом за леди Энессой с рассказом о себе вышла девушка редкой красоты – ее черные, как ночь, блестящие, словно шелк, волосы были собраны в высокую прическу, из которой торчали большие узорчатые шпильки. Я такие видела впервые, ибо у нас используют обычно маленькие шпильки, чтобы они не были видны в прическе. Прекрасная пока еще незнакомка не шла, а словно плыла над холодным кафелем. В платье с широкими рукавами, узким поясом и разнообразными узорами она двигалась так грациозно, что невозможно было оторвать взгляд. Вот уж действительно, природа постаралась, наградив девушку большими с узким разрезом глазами, в форме полумесяца бровями и пухлыми губами, верхняя из них отчетливо напоминала букву «м». Яркая красавица по имени Каме затмила своей внешностью, речью и манерами ранее выступивших невест Принца.

Рядом хмыкнула Лидия. Ох, и нешуточная борьба здесь разразится. Выдержит ли такое сражение дворец, пока под вопросом. Для меня главное, чтобы все живы остались, остальное – пустяки. Душевные раны и уязвимое самолюбие Лидии мы уж как-нибудь залечим.

О, так принцесса Каме из Базии. Кристина точно будет голосовать за нее, ведь из Базии везут ее любимый кофе.

После базийской принцессы вышла следующая из королевства Роланд, высокая светловолосая роландка с зелеными раскосыми глазами и тонкими губами. Ничем особенным она не запомнилась, как и сменившая ее принцесса из королевства Ийель. Ладно, у той хоть имя было созвучно названию королевства – Ийель. Так что перешептывания среди невест девушка все же вызвала.

Когда же очередь дошла до меня, я не делала глубокий вдох, не думала, что скажу о себе, а просто разгладила невидимую складку на голубом нарядном платье с цветочными розовыми узорами по всей юбке и пошла вперед. Признаться, хвастаться своим происхождением или талантами мне было незачем. Да и глупо. Ибо статус принцессы мне присвоили совсем недавно, а способности имела такие, которыми лучше не хвалиться. Оставалось только импровизировать.

– Мое имя Агата Трефийская, дочь Эмиля III, принцесса королевства Эфилион. До недавнего времени я жила с матерью. Такое решение было принято обоими родителями по политическим соображениям. Теперь же в этом нет необходимости, и мне велели явиться ко двору. Ничем особенным не обладаю, кроме личных качеств. Спасибо за внимание, – закончила и без демонстрации высоких манер вернулась на свое место.

Меня сменила Лидия, у которой нашлось все то, что не досталось мне. И аристократическая стать, и безупречное воспитание, и характер, полагающийся статусу, и выдержка, доставшаяся ей точно не от отца, а скорее, от матери. Кстати, о ее матери: кто она и откуда, до сих пор оставалось загадкой. Мы с Лидией являлись предметом громких обсуждений внутри всех государств, присутствующих на отборе, и газет Мордовы. Оно и понятно: никто не знал, чего ожидать от девушек, чье происхождение доподлинно неизвестно.

Но несмотря на это, Лидии было, чем похвастаться. Она и на многих музыкальных инструментах играла отлично, и умна была не по годам, мыслила, как яростный стратег и настоящий политик. А какой у не был безупречный вкус! Он проявлялся во всем: будь то букет цветов или наряд на вечер, сервировка стола на званный ужин или декорации уличного представления для местной ребятни, в основном, детей слуг. Настоящая принцесса и будущая императрица. Мне глупо на нее равняться. Да и какой смысл? Разве это является моей целью?

Настала очередь следующей претендентки на руку и сердце Принца. И только хрупкая на вид тиронская принцесса начала свою речь, как двери зала распахнулись…

Девушкой, неожиданно нарушившей церемонию знакомства, была никто иная как графиня Мирослава Кшинская.

Я, конечно, знала, что в отборе участвуют самые знатные аристократки Мордовы, юные графини своих семей. Но совсем не ожидала увидеть Миру. Кажется, Кристине придется сделать непростой выбор. На ее голос смогут претендовать сразу две участницы: принцесса Базии и графиня Кшинская.

– Леди, – послышался голос распорядителя, позвольте Вас успокоить и представить вам еще одну участницу отбора, графиню Мирославу Кшинскую. Она немного опоздала, так как ее участие было утверждено позже остальных. Прошу Вас, леди Мирослава, присоединяйтесь к нам. Вижу, Вы уже расположились и готовы начать борьбу за сердце Принца, – слащаво вещал господин Ростовский.

Мирослава молча исполнила реверанс и встала в конец строя из невест. А мне жутко захотелось с ней побеседовать. Или же стоит сначала расспросить Кристину?

Дальше по очереди с рассказом о себе выступила еще пара принцесс, а следом пошли графини, представительницы Мордовы. Последней и пятой из них была Мирослава. Думала, не дотерплю до ее очереди. Настолько мне хотелось услышать, что же расскажет о себе давняя знакомая. Хоть я и знала в общих чертах ее биографию, увлечения и заслуги, но была не прочь выслушать из уст самой девушки, что же она из себя представляет.

Мирослава сделала пару шагов вперед, развернулась к нам лицом, поправила свои яркие каштановые волосы, ниспадающие крупными локонами почти до самой поясницы, осторожно закинула назад выбившуюся прядь. Эта заминка дала ей возможность оценить присутствующих, и как же приятно было наблюдать удивление в ее глазах, когда взгляд достиг моей персоны. Думаю, после ей тоже захочется поболтать.

– Меня зовут Мирослава Кшинская, младшая графиня Кшинская. У меня множество талантов и выдающихся способностей. Приложу все усилия, чтобы продемонстрировать их во время отбора. А что касательно увлечений, то больше всего мне нравится ухаживать за цветами в саду, чтобы после было приятно в нем прогуляться и насладиться результатом своего труда. – Она развернулась к распорядителю отбора, который застыл очарованный мелодичностью ее голоса. – На этом у меня все. – Снова реверанс и леди Мирослава вернулась в строй.

Глава 6. Первые догадки

Агата

Итак, невесты между собой перезнакомились, Церемониймейстер объявил первое испытание, которое должно было пройти уже сегодня вечером, и девушек отпустили готовиться. И вот кто-то спокойно, кто-то в панике, кто-то в ужасе, а кто-то с лицо, полным негодования, покинул этот прекрасный, со вкусом обставленный зал. Я же, из числа тех немногих, кто сохранил абсолютное спокойствие, в компании Лидии и еще нескольких невест направилась прогуляться на улицу, дабы подышать свежим воздухом.

Вообще, первой моей мыслью после разрешения расходиться было поговорить с Мирославой, но той и след простыл. Возможно, она уже успела выйти на улицу или отправилась отдыхать, ведь прибыла, как я понимаю, пока мы завтракали. Даже не представляю, по какой такой причине графиня Кшинская согласилась участвовать в отборе. Отец настоял? Это вряд ли, нет у него более такой власти над ней. Графиня Морозова? Тоже не верю, она внучку уж очень любила, пусть та и не была ей родной. Вениамин пригласил? Сомневаюсь, ему и дела нет до его так называемых невест. Это пока что. Думаю, как только он познакомится с ними поближе, то обязательно кто-нибудь приглянется. Оставался только Император. Вот кому и взгляда одного достаточно, чтобы пропустить этап уговоров и перейти сразу к принуждению. Ладно, вот поговорю с Мирославой и пойму сама.

На улице оказалось людно. Помимо невест по тонким садовым аллеям разгуливали вчерашние гости, предположительно, судьи отбора. Они слонялись парами и о чем-то мило беседовали, посматривая при этом на невест. А некоторые даже спешили завести с ними разговор. Я ощущала магический фон Кристины где-то поблизости. Уверена, мы обязательно столкнемся в ближайшее время.

Но вот кого тут точно не было, так это искомой мной графини. Поэтому пришлось слоняться с Лидией и принцессами, с коими у сестры возникли общие интересы, по всему периметру цветочного сада. Он занял первую линию перед дворцом, а за ним располагались фруктовые и плодовые сады. И у меня возникло острое желание посетить их, но уже в одиночестве.

– Давайте присядем, – вздохнула леди Сандрин, обмахиваясь веером. Мы кивнули. Жарко было всем, поэтому решено было укрыться в тени беседки прямо под окнами дворца.

– Эти люди вокруг так раздражают. Рассматривают тебя как диковинку. Хорошо, что в зале их не было, – сразу же выразила свое недовольство принцесса Каме, стоило нам присесть и перевести дух.

– Были, – тут же разуверила ее леди Сандрин, – они стояли в нише наверху. Нам снизу не было их видно. Да и магическая завеса не дала бы нам даже ауры их почувствовать. Но я заметила их, когда они выходили на улицу. В окно, – уточнила она, предугадывая наше любопытство.

– Да уж, знала бы, что-нибудь поинтереснее рассказала о себе, – нашлась тут же Лидия.

Девушки все разом хмыкнули.

Я даже не удивилась ее рассуждениям. Сестру волновало лишь одно – как дойти до конца отбора и сделать так, чтобы в финале Принц выбрал именно ее. Хотя особых чувств она к нему не питала. Но была уверена, что между ними есть связь. Забавно, какая такая связь, Лидия сказать не могла. По ее мнению, она просто есть, и этого достаточно.

– Как думаете, кто из них настоящие судьи, а кто просто приглашен для массовки? – откинувшись немного назад, полюбопытствовала леди София, с хитрым прищуром наблюдая за гостями.

– Трудно сказать наверняка. Мы можем подумать, что вон тот достопочтенный господин в черном костюме с бабочкой и шляпой слегка на бок и есть один из судей. Но быть может, он специально так одет, чтобы вводить нас в заблуждение? – рассуждала вслух леди Энесса.

– Они решили таким образом нас проверить, – догадалась леди Сандрин. И мы все посмотрели на нее.

– Ужасно. Это будет нас только сильнее нервировать, – подытожила за всех леди Каме.

Я вытянула шею и вдохнула воздух полной грудью. В нос ударил приятный аромат цветов. Все-таки хорошо, когда цветы не вянут. Я улыбнулась и довольно зажмурила глаза.

– Странная ты какая-то.

Распахнула глаза и наткнулась на пристальный взгляд принцессы Франсии.

– При знакомстве была немногословна, почти ничего о себе не рассказала. И тут постоянно молчишь, – продолжала допытываться она.

– Кто? Агата? – пришла на помощь Лидия. – Да она всегда такая. Еще привыкнете, – сказала и рассмеялась Лидия, надев на меня клеймо тихони. Остальные девушки рассмеялись вместе с ней. Я лишь пожала плечами.

– Леди Каме, – продолжала тем временем сестра, – поделитесь, если не секрет, как называется Ваш наряд? И почему Вы решили оставаться в нем, а не сменили традиционные одежды, как леди Энесса?

– Что же, поделюсь, это не секрет, – одарила нас легкой улыбкой принцесса Базии, – традиционный наряд моей страны называется кимоно. Носят его не только женщины, но и мужчины. Не всегда, конечно, но в большинстве случаев. Сейчас мода значительно шагнула вперед, поэтому уходит все дальше от традиций.

– Неужели в таком странном платье удобно ходить? – выступила вдруг леди Энесса, и, собрав на себе взгляды всех девушек, смущенно потупилась. – Простите…

– Ничего, – снова улыбнулась леди Каме и посмотрела на элисску как на неразумное дитя, но так по-доброму, словно та являлась ее собственным ребенком. – Но платье на самом деле очень удобное. И по нашим меркам очень красивое. Да и брюки носить под ним одно удовольствие. – Вдруг, приподняв подол юбки своего кимоно, она продемонстрировала ноги в туфлях на плоском каблуке и брюки.

Все девушки как по команде ахнули.

– Вы ходите в брюках под платьем? А без кимоно Вы их носите? – не могла поверить своим глазам леди Энесса. Вот уж точно неразумное дитя. Хотя интересоваться чем-то новым и незнакомым тоже хорошо. Мужчины сейчас очень ценят в женщинах тягу к знаниям. Поэтому ее можно назвать скорее любопытной, чем неразумной.

– Да. И более того, у нас стали шить брюки специально для женщин. Теперь брюки вообще не считаются исключительно мужской одеждой.

– Не понимаю это течение времени, где все мужское вдруг становится и женским. Так мужчины скоро начнут носить женские платья, – тоном капризной дамы высказалась Лидия. Я округлила глаза и решила вмешаться, умерив немного пыл сестры. А то подумают потом, что эльфы – снобы.

– Но, Лидия, разве ты не надеваешь брюки, когда отправляешься на конную прогулку или на уроки по боевому искусству?

Лидия лишь скосила в мою сторону свои полные несокрушимой правоты глаза, пока другие девушки снова охали и ахали, переваривая только что полученную информацию.

– И что? Просто в них действительно очень удобно ездить верхом, да и заниматься на тренировках тоже.

Девушки вокруг наперебой закивали, а я лишь беззлобно хмыкнула. Если уж Лидия решила что-то для себя, то ее не переубедишь.

– Леди Каме, а вот скажите еще, правда ли, что Ваше имя переводится как «черепаха»? – задала новый вопрос леди Сандрин. Да у нас тут одни любопытные собрались!

– Не совсем так, – принялась отвечать базийская принцесса. – В моем имени действительно используется символ черепахи, однако само имя дословно переводится как «длинная жизнь», – и видя на лицах девушек еще больше удивления, продолжила: – Родители дали мне такое имя, потому как предыдущие их дети быстро умирали. И чтобы меня не постигла та же участь, назвали таким образом. Одно время детей так часто называли, ибо детская смертность была высокой.

– Ого, Вы такая необычная, – выразила за всех мнение элисска. И мы дружно рассмеялись.

– А что будем делать с испытанием? – через некоторое время спросила вдруг леди София.

– Как что? – нашлась тут же леди Каме. – Проходить. Сейчас еще немного отдохнем и пойдем готовиться.

– Сначала обед, а после можно и подумать, чем удивлять Принца вечером, – вмешалась тут же принцесса Песочных земель.

– Это ж подумать только, придумали испытание для принцесс развлекать Принца за ужином игрой на музыкальных инструментах. – Наигранно подняв руки к небу, появилась неожиданно Кристина. Она была в легком золотом платье с черным гипюровым верхом, что необычайно шло ее густым и длинным волосам цвета шоколада.

Девушки хотели было повскакивать со своих мест и исполнить реверансы, но подруга махнула им рукой, давая понять, что это лишнее. Она подсела ко мне, легонько толкнув в бок. Пришлось сдержаться от возмущения, но взглядом я-таки дала ей понять, что такую выходку без внимания не оставлю. Кристина в ответ лишь наигранно закатила глаза.

– Что в этом плохого? Нас всех учили играть на музыкальных инструментах или петь. Нужно просто продемонстрировать то, что лучше всего получается, – спокойно отреагировала Лидия.

– Я давно не практиковалась в игре на лютне, – сникнув, пробормотала леди Энесса.

– Так идите, потренируйтесь, – взялась поучать ее Лидия. – Если Вас этому с детства учили, разве могли Вы растерять свой талант? Сколько Вы не играли уже?

– Месяц, – смущенно выдала девушка. Остальные удивленно переглянулись.

– Всего-то? Вам не о чем беспокоиться, – махнула на нее рукой сестра. – А вот я переживаю за Агату, – вдруг выдала она, чем изрядно меня озадачила.

Все сразу посмотрели на меня. Даже Кристина тревожно свела брови.

Чего им двум переживать, если я спокойна?

– Не волнуйтесь, – поспешила я успокоить обеих, – кое-чему меня мать все же научила. Так что смогу удивить искушенных гостей.

Подруга просияла, а Лидия задумалась, не сводя с меня глаз. Что ж, сестра, мне есть, чем тебя удивить.

Еще немного поболтав о мелочах, мы отправились на обед. Мирославы за общим столом не оказалось. А на улице возможности поговорить с Кристиной без лишних ушей не представилось. Хорошо, подождем ужина. Хотя, возможно, я слишком большое значение придаю появлению графини Кшинской на отборе, и мне вообще не должно быть никакого дела до ее присутствия здесь? Однако, я привыкла доверять своей интуиции и чувствовала, что поговорить с Мирославой нужно.

Глава 7. Проверка версии

Агата

Я солгала Лидии, когда, стоя перед дверьми в наши покои, говорила, что буду упражняться в игре на музыкальном инструменте перед вечерним сольным концертом. На самом деле мне жутко хотелось спать. От жары на улице постоянно клонило в сон. Или, может, мне нужно приспособиться к климату Мордовы? Все же в Донске и в лесу, где я провела все детство, дни чаще всего были облачными. А в Эльфийском королевстве солнце заливало землю повсюду, но было комфортно, не душно и не жарко.

И почему же погода в столице разительно отличается от Донска? А ведь я ожидала, что вернусь в привычную среду. Вроде облаков все так же много, и они почти полностью закрывают солнце. Но это не мешает жаре изнурять меня даже ночью.

На вопрос сестры, какой инструмент я выбрала, чтобы впечатлить Принца, промолчала. Та посмотрела на меня с подозрительным прищуром, но ничего не сказала. Понимала, наверное, что вряд ли расскажу. Лучше пусть послушает за ужином. Думаю, ей понравится.

Итак, сладко проспав все время, выделенное на подготовку, я привела себя в порядок и выдвинулась на ужин. Не без Милы и Лидии, конечно, которая просто блистала в изумрудном платье с переливами и рукавами-колокольчиками. На волосах красовался пышный бант, а на ногах – туфли с острым носиком. И все это в тон платью. Волосы сестра искусно завила, а потому они легли мягкими крупными локонами.

По сравнению с Лидией, на сегодняшнем ужине я буду выглядеть просто. Лилового цвета платье, чуть темнее на пару тонов, чем выкрашены стены в одноименном зале, никак не сравнится с бесподобным нарядом эльфийской принцессы. Хоть я сама тоже являлась эльфийской принцессой. И пусть, главное, чтобы никто из этого не делал трагедию.

Волосы же пришлось собрать в объемную длинную косу, чтобы они не мешали мне сегодня играть. Знаю, что можно было обойтись и без кардинальных мер, ведь ведьмы не любят заплетать свои драгоценные волосы в прически, но хотелось ощутить собранность и даже некую скованность. Это позволяет лучше настроиться на игру. По крайней мере, так мама всегда говорила.

– Дамы и господа! – приветствовал гостей на вечере распорядитель отбора, стоя почти на самом краю сцены. Перед ним там, где еще сегодня утром мы выстраивались в одну шеренгу, в шахматном порядке расположились круглые столики, а за ними разместились довольные зрители, среди которых я заметила и Кристину с мужем. А невесты в это время толпились за ширмой у сцены, со стороны лестницы, поглядывая в тоненькую полоску между ее створками из плотной ткани. Перегородку специально установили так, чтобы никто из гостей не видел девушек до их выступления.

– Спасибо, что вы здесь сегодня с нами, – тем временем продолжал господин Ростовский в своем черном сюртуке, но теперь уже из бархата. – Этим вечером мы официально открываем Императорский отбор для наследного Принца. Вчера состоялся приветственный ужин без громких речей и ритуалов. А сегодня начнутся испытания, которые покажут нам, кто из девушек достоин зваться супругой наследного Принца и будущей Императрицей! – он выставил руки вперед ладонями вверх, и зал зарукоплескал. Затем опустил руки и скрестил пальцы. – И первым их испытанием на сегодня будет выступление на этой самой сцене, дабы впечатлить всех нас, но в особенности Принца, своими талантами. А именно игрой на музыкальных инструментах или же пением. Пока же наши невесты готовятся к выступлению, поприветствуем Его Высочество Принца Вениамина I!

Зал снова залился аплодисментами, а на сцену вышел Вениамин. В красивом красном камзоле из бархата с синей вышивкой и черных длинных узких брюках он выглядел головокружительно прекрасно. Это сразу отметили все невесты. Кроме меня и Мирославы, конечно. Последняя еще просто не явилась. Это странно, нельзя не отметить. Но пока что было не до этого.

– Вы только представьте, какие от него будут красивые дети! – мечтательно протянула леди Ийель, чем изрядно всех позабавила – по кругу тут же раздались тихие смешки.

***

Вениамин

Снова проворочался всю ночь и уснул только под утро. Естественно, опоздал на семейный завтрак, появился, когда прислуга уже начала убирать со стола. Благо у меня заботливая мама, которая распорядилась, чтобы на меня накрывали стол чуть позже, чем на остальных.

Мысли так и крутились вокруг одной восхитительной ведьмы. До этого дня я тоже спал плохо, долго ворочался и засыпал спустя несколько часов. То было время подготовки к отбору. Я жил в предвкушении встречи после долгой разлуки. Всего год, но для меня дни тянулись безжалостно медленно. Но теперь, когда ведьма появилась, мне хотелось наполнить их упущенным всевозможным общением. А тут этот отбор со своими правилами, традициями и значением для всей Империи. Приходилось следовать всему, пока это позволяло мне находиться рядом с Агатой. Еле сдерживаюсь, чтобы не послать все к чертям и не утащить ведьму в лес. Спрячу ее там ото всех, потом решу все проблемы с отбором и вернусь к ней. Ох, и заживем мы с ней вдвоем.

Покончив с завтраком, пил свой кофе и улыбался, вспоминая вчерашний вечер. Точнее поцелуй. Мне вообще по душе, если при каждой новой встрече или разлуке наши с Агатой губы будут сливаться в прекрасном, я бы даже сказал, страстном поцелуе. Это может стать отличной традицией.

Хотя нет, никаких больше разлук. Остановимся на одной, и хватит. Лучше бы, конечно, и ее не было.

Что там вчера говорила ведьма по этому поводу? Что если я не буду паинькой, то снова убежит, спрячется и на сей раз появится очень нескоро? Вроде она не говорила, что исчезнет навсегда.

Нужно признать, что во всей этой истории с нашими странными отношениями меня страшно бесил и беспокоил тот факт, что Агата в любой момент может просто исчезнуть по своей прихоти. Вообще, никогда не думал, что меня будет волновать чье-то отсутствие или присутствие в моей жизни. Кроме разве что членов семьи и, быть может, близких друзей. Но даже к ним я старался не привязываться настолько, чтобы не посягать на их свободу из-за своих чувств. Взять хотя бы нашу дружбу с моим старым другом и дальним родственником, Григорием Волконским. Он вел довольно затворнический образ жизни, часто пропадал неизвестно куда и насколько. Но это никогда не волновало меня. Я был уверен, что однажды он появится и, если захочет, расскажет, где был и что делал.

С Агатой же все по-другому. Одна мысль, что она вновь может испариться неизвестно куда и насколько, приводила меня в бешенство. Оттого спать эту ночь было невыносимо от одолевшего меня беспокойства. Кому расскажи, что у Принца тревожное расстройство, тот покрутит пальцем у виска и посмеется. Но реальность была такова.

Возможно, я преувеличивал. И все не так страшно, и мне всего лишь нужно донести до объекта моей любви свои чувства так, чтобы и она поняла, как сильно я просто хочу быть с ней. Хочу, чтобы и она была рядом со мной. Пусть исчезает иногда, но затем снова появляется, дарит свой поцелуй, чтобы у нас было время провести его так, как мы хотим. Но как это сделать в случае с Агатой, я пока не понял. Возможно, с любой другой девушкой было бы проще. Но, как сказал однажды мой друг, выбирать нужно ту женщину, с которой непросто, но интересно.

Думать о том, что делать или не делать, возможности днем не представилось. Все мое время занимали гости из соседних государств, чьи дочери на время отбора считались моими невестами. У меня и секунды свободной не выдавалось, чтобы подумать о своей ведьме, так как приходилось все время анализировать происходящую обстановку, взвешивать каждое слово монарших особ и их представителей, а также следить за своими. Задача не из простых, учитывая, что я совсем не выспался за последние несколько месяцев.

Одно радовало одно: вечером намечался ужин, где будут присутствовать все невесты, а значит, и Агата. Кто-то даже шепнул, что состоится первое испытание, где девушкам нужно придется продемонстрировать свои таланты. Интересно, что придумает Агата? Правда, это и не важно, что бы она ни сделала, я буду в полном восторге.

На этой мысли я держался до самого заката солнца. И оттого настроение немного улучшилось. Так бы и шел я на ужин полный надежд и ожидания, если бы отец не поймал меня в коридоре и не затащил в свой кабинет, чтобы сказать:

– Сегодня на отборе отдашь свой голос Мирославе Кшинской.

Что? А она тут что забыла?

Я поморщился, неприятно досадуя, что спорить с ним бессмысленно. У него какая-то своя тактика, до сих пор неизвестная мне. Я даже не осведомлен, кто по его замыслу в итоге станет моей настоящей невестой и в будущем женой. Одно скажу наверняка, его планам не суждено сбыться. Я женюсь только на одной девушке из миллиона других. А если она вдруг откажется, останусь холостым.

Но сейчас, стоя в кабинете с отцом, лишь послушно кивнул. Мирослава, так Мирослава. Тем более, я должен ей за то, что не смог уберечь ее сестру.

И вот, наконец, настало время первого испытания. Церемониймейстер поприветствовал гостей, объявил об испытании и пригласил на сцену меня. Я поправил камзол и вышел к гостям, среди которых были и те, кто будет судить участниц отбора наряду со мной. Нашел среди них знакомые лица, и сразу как-то легче стало.

– От имени Императора я хочу поблагодарить вас за то, что пришли и помогаете мне сделать правильный выбор. В дальнейшем вам предстоит стать моими глазами и ушами в наблюдении за невестами, а после выразить свое мнение, кто из конкурсанток наиболее подходит на роль моей будущей супруги, – втянул побольше воздуха, чтобы придать своим словам больше уверенности. – А сейчас давайте насладимся талантами, что предстанут перед нами. Пусть девушки не стесняются, ибо, вне всяких сомнений, каждая из них по-особенному талантлива и заслуживает того, чтобы быть в числе моих невест, – закончил я и украсил речь аплодисментами, которые тут же подхватили.

Ну, и бред же сказал, если честно. Нет, безусловно, каждая девушка талантлива. Но Агата была прекрасна и без этого. Все остальные девушки попросту теряли здесь время, ибо сравнивать их с ней я не мог.

Меня усадили на импровизированный трон, что стоял тут же на сцене у стены. Кресло напоминало трон отца, только гораздо меньше и ниже. Небось, сам отец выбирал. Он всегда хотел, чтобы я почувствовал себя на его месте. На месте Императора. Ведь, как написано в истории Мордовы, для нынешнего Императора тоже когда-то проводили отбор невест.

Кстати, невест нигде не было видно. Только когда Алексей начал объявлять первую участницу, стало понятно, где их спрятали. Из-за ширмы, рядом со сценой, появилась миловидная невысокая девушка. Я тут же распознал в ней элисску. Ее почти желтые глаза, что сливались с оттенком волос, выдавали ее происхождение куда лучше других деталей.

Девушка была одета в голубое платье с закрытыми полупрозрачными рукавами, походившее на одежду, которую было принято носить в Песочных землях. Волосы легкой волной струились по спине. Она вышла на сцену. Ей тут же принесли мягкий табурет и музыкальный инструмент. Это была арфа.

Должен признать, играла элисска на ней изумительно прекрасно. Что и стоило ожидать от принцессы. Музыка из-под ее рук лилась тихая, спокойная, одновременно звонкая и местами буйная. Все вокруг в этот момент замерли и с упоением наслаждались талантливым исполнением трогающей душу мелодии. Когда она закончилась, гости повставали со своих мест и одарили девушку громкими овациями. Я тоже не остался в стороне.

Надеюсь, Мирослава выступит не хуже.

Друг за другом на сцену выходили невесты, демонстрировали свои таланты в игре на музыкальных инструментах. Каждая из них получала свою порцию восхищения и удалялась, расположившись за столом с гостями напротив сцены. Я знал, что девушки следовали своим номерам из списка. Его принесли мне на согласование уже под вечер. Конечно, по всем правилам, я должен был просто одобрить план выступлений, но схитрил и внес несколько изменений, поменяв местами несколько конкурсанток. Но сделал это так, чтобы никто не понял моих намерений. Хотя, безусловно, имелись и те, кто сходу поймет, в чем заключался мой замысел. Все время бросал на иных беглый взгляд, отмечая, что они за мной тоже пристально наблюдают.

А это забавно. Главное, не подавать виду и не сидеть тут, периодически давясь улыбочками. А то решат, что я переглядываюсь с какой-нибудь девицей. Еще не хватало, чтобы мне приписали роман с одной из невест в газетах. Только если с Агатой. Но и то, пока не желательно.

Я и не заметил, как подошла очередь Мирославы Кшинской. Церемониймейстер объявил ее, и девушка выплыла на сцену. Тут же возник рояль, приглушили свет. Мирослава исполнила, как и полагается, реверанс и чинно опустилась на табурет, который принес слуга. Она провела пальцами по клавишам, проверяя инструмент, и, выждав небольшую паузу, заиграла.

Я тут же подобрался. Эта мелодия была мне хорошо знакома. Ее часто исполняла Таисия Кшинская, старшая сестра Мирославы, ныне усопшая. Надо отметить, младшая сестра играла хорошо, Тая могла бы ею гордиться. Жаль, ее с нами нет. Хотя, будь она жива, участвовала бы в отборе самолично. В присутствии Мирославы просто не было бы необходимости.

Мирослава. Ее фигура казалось словно прозрачной. Она сильно похудела после смерти сестры. Вот не думал, что это так ощутимо по ней ударит. Помимо того, что она отреклась от матери, виновной в смерти старшей сестры, так еще и переехала жить к бабушке Таи вместе с отцом. За прошедшие почти полтора года со смерти Таисии я мало что слышал о Мире. Только то, что она продолжила дело Таи, но на расстоянии. Из поместья Морозовой она не выезжала. Наверное, к лучшему, что отец пригласил ее на отбор. Знаю, сестру ей вернуть он не в силах, но помочь не сойти с ума от одиночества и горечи от утраты способен. Мирослава по натуре немного импульсивна, местами вспыльчива, бывает резкой и даже грубой, но в ее благовоспитанной манере это все не бросается в глаза. А если удается к ней подступиться, то получаешь самого верного и преданного друга и начинаешь замечать другие ее черты: кроткую улыбку на красивом лице, теплый взгляд, особенно, когда нужна поддержка; самое верное – пусть и абсолютно лишенное лести – замечание и особое ее умение видеть все и понимать без всяких объяснений. Идеальная кандидатка на роль супруги Принца. Такой же была и Таисия, пусть характеры их полностью отличались. У Таи были более мягкие черты лица, фигуры, она всегда была добра к любому, кто был добр к ней. Мирослава же, наоборот, сама выбирала, к кому испытывать доброту, а кого даже взглядом своим не одаривать.

Интересно, что она думает обо всем, что тут происходит? И как долго собирается задержаться на отборе? Сколько усилий пришлось приложить отцу, чтобы она появилась здесь, пусть и с небольшим опозданием? И не собирается ли Император сделать ее своей настоящей невесткой, дабы отплатить за прошлое? Хотя, опять же, его вины в этом нет.

Мирослава закончила играть, а я наконец-то облегченно выдохнул и словно стряхнул когтистые пальцы со своей души. Пусть играла Мира и впрямь хорошо, и теперь не возникнет проблем с тем, чтобы отдать ей свой голос, но эта ее спокойная радостная музыка совсем не вязалась с образом самой Миры, который она демонстрировала сегодня на вечере. Ее темно-синее платье с такими же темными украшениями никак не вязались в моей голове с радостью и спокойным весельем композиции.

После графини выступили еще две девушки, а затем настала очередь младшей эльфийской принцессы. Я был удивлен, когда перед ней возникло фортепиано. Думал, будет какой-нибудь другой, более изысканный инструмент, ведь эльфы всегда любили что-то подобное. Но признаюсь, она так профессионально играла на фортепиано, будто делала это с рождения. Музыка из-под ее пальцев выходила живая, веселая, мелодия получалась складная и задорная. А как гармонично сочеталось ее изумрудное платье со всем этим веселым безумием. Превосходно, я рад, что эльфийская принцесса не разочаровала меня.

Но стоило ей покинуть сцену, как волна приятных мурашек пробежалась по всему моему телу. Ведь я знал, что настала очередь выступления Агаты. Слуга вынес на сцену мягкую банкетку с резными ножками, и после того, как он ушел, появилась она – повелительница моих снов, моего настроения и моих желаний. Все остальное, что мучало меня, терзало, казалось важным, вмиг отошло на второй план. Она завладела всем моим вниманием настолько, что я даже не заметил, на каком инструменте собирается играть моя ведьма. Казалось, само ее появление обозначало, что вечер подошел к концу, можно было расслабиться и наконец-то получить свой заслуженный приз. Я так ждал этого момента, что сейчас даже занервничал немного, желая, чтобы никто и ничто на свете не могло испортить это выступление. На нервной почве даже неприятная мысль пронеслась в голове: «А вдруг она плохо сыграет? Ведь когда ей было учиться играть на каком-либо инструменте?». Но стоило Агате начать свою игру, как я вмиг размяк и расслабился, словно опьяненный. Настолько мне было в этот момент хорошо, а сердцу – спокойно.

«Красивая, – думал я, не сводя с нее глаз, – а это ее лиловое платье смотрелось на ней так нежно, словно она настоящая фея. И будь она сейчас без своих этих артефактов, со своим природным цветом волос – белом с редкими пепельными прядями – то, безусловно, считалась бы настоящей феей. Только милых маленьких ажурных крылышек не хватает».

Как бы хотелось, чтобы этот миг не заканчивался, и она всегда играла для меня вот так. Хорошо было бы еще убрать отсюда всех этих людей или перенестись с ней сразу в мои покои.

***

Агата

Принято считать, что гуцинь – народный эльфийский инструмент, на котором играют преимущественно мужчины. Женщин же игре на нем никто не обучает. Эльфы-мужчины даже принимают за оскорбление, если вдруг слышат, что на гуцинь играет женщина. Но мой отец оказался из числа других мужчин. Он обучил мою мать, а та – меня. Я оказалась способной ученицей и с малых лет каждый наш вечер с мамой заканчивался тем, что я исполняла на гуцине очередную незатейливую мелодию.

Но сегодня мне хотелось немного удивить собравшихся людей и сыграть что-нибудь завораживающее. Правда, сомневаюсь, что многие из присутствующих когда-либо вообще слышали игру на гуцине. От отца я узнала, что это давно стало редкостью, даже в Эльфийском королевстве.

Пальцы мои ласкали струны инструмента, а потому гуцинь спокойно поддавался моим движениям. Музыка лилась медленная, чарующая, тонкая и вместе с тем бойкая, быстрая, переливающаяся, словно ручеек. Все вокруг молчали, даже не шептались, что было приятно, ибо любой шум мог заглушить мою игру. Увы. Гуцинь – один из самых прекрасных и самых тихих инструментов в мире.

Мне нравилось такое его необычное сочетание, и я была довольна, как искусно у меня выходило им овладевать. Краем глаза заметила, что Принца тоже впечатлил мой талант. Он сидел в расслабленной позе и наблюдал за мной из-под опущенных ресниц, то и дело возвращая поплывшие наверх уголки губ на место. Не могла не заметить, что и Лидия зачарованно наблюдала за мной, всем своим видом демонстрируя радостное потрясение, пусть на первый взгляд ее сосредоточенное лицо, поднятый упрямый подбородок и плотно сжатые губы ничего не выражали. А вот глаза… Глаза, напротив, говорили о многом. Но для меня выше всяких похвал был их блеск. А вот Кристина была куда проще остальных и не стеснялась своих чувств, что вызвала у нее моя игра. Казалось, она едва сдерживала себя, чтобы не закричать «браво» раньше времени. Что ж, подруга за время нашей разлуки ничуть не изменилась. И за эту ее черту – оставаться всегда и во всем собой и верной себе – я готова простить ей что угодно. Даже ее абсурдные и совершенно дикие идеи.

Мое выступление было заключительным на этом вечере. Поэтому я получила, кажется, самые громкие и долгие овации. Особенно, когда распорядитель отбора объявил о завершении первого испытания для невест. Также он обмолвился, что судьям придется выбрать, кому они отдадут свой голос. И тоже самое предстоит сделать Принцу. И будь я не ведьма вовсе, если сходу не поняла, кому он отдаст свой голос. Конечно же, несравненной леди Мирославе. Это можно было определить по двум вещам. Первое, по тому, как тоскливо и виновато посмотрел на меня Вениамин. И второе, куда направился следом его полный вины и печали взгляд. А направился он в упор на Мирославу. Тут же господин Ростовский подсунул Принцу большой букет цветов и предоставил слово.

– Я хочу поблагодарить каждую участницу сегодняшнего вечера, – спокойно и без излишних эмоций начал Вениамин. – Я прекрасно провел время и насладился самой разной музыкой. Признаюсь, отдать свой голос, признать кого-то лучшей на этой сцене, очень сложно. Поэтому я решил отталкиваться от того, чье выступление пришло на ум мне первым после того, как все девушки выступили. И это, – он пробежался взглядом по всем невестам, лишь слегка задержав свой взгляд на мне и Мирославе, – леди Мирослава.

Зал взорвался громкими аплодисментами, и победительница сегодняшнего испытания снова вышла на сцену и скромно приняла букет из рук Его Высочества.

Конечно, называть ее победительницей первого испытания не совсем правильно. Ведь нам дают баллы все судья, не только Вениамин. После их нужно сложить и выявить ту, что набрала больше всех голосов. Вот таким простым способом и выявляются победители. Но, может, есть переменные, о которых мне неизвестно. К примеру, вдруг голос Вениамина дает не один, а сразу два балла. Эх, верность моих суждений получится проверить только в конце отбора. Или, может, стоит расспросить об этом аккуратно Кристину? Не зря же она все время крутится в числе гостей.

Ужин близился к своему завершению, а я так и не успела переговорить с Мирославой. Она будто нарочно не попадала ко мне в руки. Даже на сегодняшний вечер явился прем аккурат к своему выходу на сцену. И почему она все время опаздывает?

Стоит отметить, мне не привычно давался тот факт, что что-то шло не по мною задуманному плану или же постоянно ускользало из рук. Поэтому сейчас я со всей своей решительностью собиралась взять ситуацию в руки и незаметно увести Мирославу для разговора. К счастью, мне выпала такая возможность, когда все гости начали переходить от столика к столику и подсаживаться к невестам. Невесты, в свою очередь, тоже разбрелись по залу, представленные самим себе и своим сопровождающим. В качестве оных выступали секретари или министры из их родных государств. Даже к нам был представлен секретарь моего отца, безмолвный и равнодушный министр межгосударственных дел, господин Михаил Порутчиков.

Как я поняла из слов Лидии, он прибыл только сегодня, потому что был занят, выполняя свои прямые обязанности. И только когда отец отпустил его, прибыл к нам. Я уже сталкивалась с ним ранее во дворце, и у нас с ним установились довольно-таки обычные деловые отношения: я с уважением и почтением относилась к нему, он же отвечал полной взаимностью. Мне этого было достаточно. И сейчас я даже рада была, что именно он выступал представителем Эльфийского королевства и нашим сопровождающим. Этот высокий, поджарый мужчина с всегда гладко уложенными в хвост белыми волосами внушал мне чувство доверия и, если не безопасности, то хотя бы отсутствия опасности.

Вот и сейчас, о чем-то тихо беседуя с Лидией, он не представлял для меня угрозы, если я быстро улизну из-за нашего столика, чтобы не упустить момент, пока совсем рядом находится Мирослава.

Мне хватило всего пары движений, и вот я полностью предоставлена самой себе. Только преследуемая мною особа снова от меня ускользнула.

Я зло шикнула и чуть ли не топнула ногой. Быстро оглянулась, чтобы проверить, не привлекала ли чье внимание, и, убедившись, что нет, быстро юркнула за ширму, где еще недавно с другими девушками ожидала своего выхода на сцену.

Нужно переходить к другой тактике.

Сняла свои прекрасные драгоценные серьги. Прекрасными они были потому, что служили мне артефактами, скрывающими и одновременно удерживающими мою силу. Настроилась на ауру Мирославы, чтобы перенестись к ней как можно поближе. И определив ее местоположение, воспользовалась портальными камнями.

Было странно и необычно, оказаться вдруг около музыкальной комнаты. Пришлось снова обратиться к своей силе, чтобы понять, как далеко я оказалась от лилового зала. Оказалось, что очень даже близко. Он находился прямо через стенку.

Я уже хотела войти в музыкальный класс и обнародовать свое присутствие, как услышала знакомые голоса.

– Странно быть здесь, – по-детски играя клавишами, с нотками горечи произнесла Мирослава.

– А мне как странно видеть тебя здесь при таких обстоятельствах, – отвечал ей чем-то явно опечаленный Вениамин. Из тени коридора мне было прекрасно видно, как он замер напротив моего гуциня, лежащего на той самой банкетке, на которой сидела я, выступая на сцене. Вениамин развернулся вполоборота и склонил голову на бок. – Скажи, что такого наобещал мой отец, что ты согласилась на время стать одной из моих невест?

Мирослава тихо и по-доброму рассмеялась.

– Знаешь, этот вопрос задает каждый первый, кто меня здесь знает. Даже твоя мать удивилась, увидев меня.

А это интересно. Мирослава так хорошо знакома с Императрицей, что уже успела предстать перед ней? Не думала, что они так близко знакомы.

– И все же? – вернулся к своему вопросу Принц.

Младшая Кшинская по-доброму ухмыльнулась.

– Император просто попросил. В своей манере, в форме приказа. – И пока Вениамин обдумывал ее слова, та продолжила: – Мне было интересно вновь предстать перед двором, иностранными гостями. Пообщаться с новыми людьми, облачиться в новые наряды, посмотреть, утратила ли я былой шарм, и утратил ли ты свой.

Вениамин замялся, переступив с ноги на ногу. Мирослава же переместилась к другому инструменту, арфе, и провела по ее струнам своими мягкими пальчиками.

– Все так, как и было раньше. Так что можешь не переживать насчет своей неотразимости. Я также понимаю намерения твоего отца. Но, Вениамин. – Она выжидающе посмотрела на него. Он ответил не менее сосредоточенным взглядом. – На статус твоей законной супруги я не претендую. Мне приятно, конечно, что свой голос сегодня ты отдал мне. Но я не глупая, вижу, что сделал это не по своей воле.

Она умолкла. Воцарилась напряженная тишина. Я прижалась спиной к стене и закрыла глаза. Невозможно было не замечать, насколько тяжелым был воздух вокруг этих двоих, что доходил и до меня, давя на виски. И казалось бы, Мирославе не в чем обвинять Вениамина. Ведь он не имеет никакого отношения к смерти ее сестры. Напротив даже, именно мать Мирославы приложила руку к гибели Таисии. Так что это ему впору коситься мрачным взглядом в сторону младшей Кшинской. Но он никогда не делал ничего подобного. Наоборот, поддерживал Миру и всячески ей помогал. Взять хотя бы то, что Принц переоформил дело Таисии на Мирославу. И теперь та от лица сестры спокойно могла заниматься благотворительностью. Уверена, он продолжает оказывать и финансовую помощь тоже, как и раньше.

– Я рад, что ты все понимаешь. И я благодарен тебе за то, что приехала. Если тебе будет нужна моя помощь, можешь смело обращаться. Сделаю все, что смогу. Но я также очень прошу тебя продержаться до конца этого цирка. И после, очень надеюсь, ты будешь откликаться на приглашения посетить дворец в качестве гостя. Твое присутствие здесь всегда ценно, – наконец нашел что сказать Вениамин.

– Благодарю, – чуть склонив голову, ответила ему Мирослава.

Она собиралась уже выходить, а я приготовилась воспользоваться портальными камнями, чтобы вернуться в лиловый зал, как вдруг на полпути графиня Кшинская обернулась.

– Скажи, если бы Тая была жива, ты бы выбрал ее на этом отборе?

Я замерла, не смея почему-то даже дышать. Легкие словно сжались и не хотели разжиматься обратно. Тишина в ожидании ответа оглушала.

«А разве это вообще должно меня касаться?» – думала про себя упрямо, злясь на реакция собственного тела.

– Ты же знаешь, что нет, – с грустью, но уверенно ответил Вениамин. – Я всегда относился к Таисии как к хорошему другу. А как ты знаешь, друзей у меня мало, и потому я ценю их по-особенному. Таисию я искренне ценил. Ее утрата принесла мне не меньше боли, чем тебе. Пожалуйста, помни об этом. И позволь мне сейчас наслаждаться своим счастьем. Надеюсь, однажды ты тоже найдешь свое.

Дальше я их не слушала. Активировав портал, вернулась снова за ширму. Прислушалась к звукам вокруг, оценила обстановку и незаметно юркнула в зал, с той стороны, где ближе был выход.

Утомительный все же получился день! Нужно поскорее достичь своих покоев и приготовиться ко сну, ибо в моменте спать захотелось жутко.

– Леди Агата! – остановила меня голосом уже на выходе из зала довольная Кристина. Она подошла ко мне почти вплотную. Пришлось даже осмотреться, не видит ли нас кто-то вот так вместе. Вдруг это приведет впоследствии к серьезным проблемам? К счастью, зал был почти пуст, за исключением пары человек, в числе которых была Лидия, господин Порутчиков и Григорий, супруг подруги. – Где ты пропадала? Уже все разошлись, только тебя нет, – натурально недоумевала Кристина.

– Я отлучилась по срочному делу, – коротко ответила я подруге, отойдя от нее чуть подальше. Но та снова прильнула ко мне.

– Ты отправилась за Мирославой? Я помню, что ты пропала из виду почти сразу после нее.

От удивления, что меня поймали на горячем, мои брови поползли вверх. Кристина же победно улыбнулась.

– О чем ты хотела с ней побеседовать?

Я вздохнула. Придется все же признаться.

– Хотела выведать у нее, почему она здесь. Было интересно. Что заставило ее покинуть поместье бабушки и явиться во дворец на отбор. – Я сделала шаг по направлению к выходу, давая понять подруге, что хочу уйти. Затем резко остановилась и развернулась в сторону сестры. – Лидия? Разве нам не пора отправляться спать? И где Мила?

Почти все уже ушли, поэтому ничего не заглушало звука моего голоса, так что сестра прекрасно меня слышала.

– Мы бы давно уже ушли, если бы не потеряли тебя из виду, – спокойно отвечала та. – А Милу я отпустила. Уже поздно, бедняжке и так рано вставать. Господин Порутчиков, – обратилась она к нашему сопровождающему. – Не сопроводите ли Вы меня до моих покоев? Правила запрещают мне разгуливать без сопровождения по дворцу.

– Конечно, – коротко ответил тот и исполнил поклон.

Они неспешно удалились, пройдя мимо нас, и оставили нас с Кристиной.

– Могла бы просто спросить у меня, – хватая меня под руку, выдала Кристина.

В голосе явно сквозила обида.

Мы двинулись с места, но не последовали в сторону спасительного выхода из зала. Наоборот, Кристина повела меня к своему супругу. Тот, всегда сдержанный и собранный, заботливо протянул своей обожаемой супруге стакан с водой. Кристина тут же отпустила мою руку, приняла его, осушила и нежно поблагодарила мужа:

– Спасибо, дорогой. А ты, – обратилась к моей замершей персоне, – что выведала в итоге?

– Ничего такого. – Я налила себе из графина воду в чистый стакан и сделала пару глотков. – Мирослава прибыла на отбор по приглашению Императора. На сердце Принца не претендует, просто хочет немного развлечься.

– Ты имеешь в виду, что до Вениамина ей нет дела и можно о ней не беспокоиться? – едко заметила подруга.

Она уже забыла, кто помогал ей в Донске?! Кто спасал ее от брака по принуждению, кто рисковал своей жизнью, вытаскивая ее из той пещеры с обезумевшим графом?!

– Мне до этого нет дела. – Я чересчур громко вернула стакан на стол. – Меня волновало только то, что могло ее заставить покинуть уютное поместье графини Морозовой. Показалось это странным, – и не давая Кристине обдумать мои слова, тут же продолжила, – отец просил меня присмотреть за Лидией. Предупредил, что на отборе может быть опасно. Все же это борьба за власть между государствами, пусть и прикрытая нарядами и шелком принцесс.

– Ты права, – нашлась тут же подруга. – Я тоже поговорила с Мирославой. У нее не было выбора. Она не могла ослушаться приказа Императора, поэтому решила просто насладиться присутствием во дворце, заодно принимая участие в отборе.

– Вот и отлично. А теперь я могу пойти к себе? Я очень устала и хочу спать.

Кристина обеспокоенно заглянула мне в лицо.

– Хорошо. Я провожу тебя до твоих покоев.

Мы втроем покинули зал. Без разговоров поднялись по лестнице. И там, воспользовавшись моей усталостью и мешканьем, Кристина проникла в мои комнаты.

– Что ты?.. – начала я, пока подруга накрывала мою гостиную пологом тишины.

– А то, – вперила она в меня свой строгий взгляд. – То, что ты здесь ради сестры, можешь и дальше заливать кому угодно, но не мне. У тебя, можно сказать, на лбу написано, что твоя цель в другом. И я хочу знать в чем.

Мы замолчали, вперив в друг друга изучающий взгляд. Молчание затянулось, но никого из нас это не смущало. Ни я, ни Кристина не привыкли отступать, потому держались настойчиво. Наконец, спустя минут пять, подруга, все же не выдержав, добавила:

– Я хочу помочь. – Она принялась ходить по комнате. – Ты можешь не рассказывать мне всего, я этого не прошу. Но хотя бы скажи честно, что ты ищешь? Что ты пытаешься разузнать?

Кристина снова застыла напротив меня.

Я вздохнула. Усталость накатила на меня с новой силой, и я сдалась.

– Я ищу свою мать. Она пропала год назад. – Сложив руки на груди, теперь я принялась расхаживать по комнате. – Моя мама никогда не исчезала без причины или не оставив о себе хоть какую-то весточку. А тут ничего. Полгода я искала ее сама, а затем обратилась к отцу. Он тоже пока не преуспел.

Я остановилась.

– И? – Сократив между нами расстояние, Кристина положила руку на мое плечо. Снова заглянула мне в лицо. – Почему ты здесь?

Ну вот, теперь мы обе встревоженные и расстроенные.

– Мне было сразу несколько видений. – Тут уже взгляд Кристины с встревоженного переменился на заинтересованный. – В одном из них я видела себя на отборе. – Про поцелуй решила умолчать, а то в таком случае Кристина приклеится ко мне на все время испытаний, чтобы не пропустить больше ни единой детали о наших с Вениамином взаимоотношениях. – В другом я видела тебя и твоего драгоценного супруга расследовавших дело прямо здесь, во дворце. – Сразу выставила руку в останавливающем жесте. – Не спрашивай, было ли это убийство или просто запутанный случай, я не знаю. В этот раз видения были короткими урывками, как застывшие на мгновение картины. Третьим видением был напуганный образ матери.

Кристина испуганно ахнула. И тут же поспешила утешить себя и меня:

– Может, она была не испугана, а удивлена? Удивлена тому, что ты ее так легко найдешь?

– Уже год прошел…

– Да, но, если ты ее видела, значит, она жива, так? – Она запнулась и поспешила исправиться. – Хотя, конечно, она жива, правда? Что с ней может случиться за год?

Неутешительно. Нужно признать, что успокаивать кого-либо не сильная сторона Кристины. Она и в прошлый раз, когда попыталась успокоить Оливию, еще одну свою подругу из Донска, которая теперь проживала в столице, не очень в том преуспела. Оливия тогда была встревожена пропажей тетки.

– Все с моей мамой хорошо. Я уверена, что ей не угрожает большая опасность. Я бы это предвидела, – настаивала я на своем, гоня дурные мысли прочь.

– А ты не можешь использовать свою магию, как тогда, когда нашла меня, и определить, где находится твоя мать?

Вот спасибо за идею! И как я сама-то не додумалась?

Я снова зыркнула на Кристину недобрым взглядом.

– Не выходит, – твердо произнесла я.

– Понятно, – расстроенно выдохнула подруга, понимая, какую глупость сейчас сказала.

Мы еще проговорили с ней некоторое время. Моя прекрасная и очень заботливая Кристина предприняла несколько новых попыток меня успокоить, которые снова не увенчались успехом. Да так, что провожала я ее с тяжелым сердцем. На прощанье попросила никому не рассказывать о том, та узнала от меня, особенно своему мужу и Вениамину.

Глава 8. Опасные последствия

Агата

Мне не спалось. Мысли путались и мешали уснуть. Дошло до того, что тревожный ком подступил к горлу.

– Так дальше не пойдет, – пробормотала в тишину.

Я поднялась с постели, натянула поверх сорочки уличное простое платье, которое первым попалось в гардеробе, и осмотрела себя в зеркале.

Светло-зеленое, как раз то, что надо для прогулки по фруктовому саду, что раскинулся напротив моего окна.

Как удачно, что в нем росли груши, пора проверить, действительно ли они так хороши, как пахнут и манят своим сладким ароматом. Да, ночная прогулка мне сейчас не повредит.

Уверенная, что меня никто не заметит, если надену специальный артефакт, я вышла из комнаты и спокойно спустилась по лестнице вниз. Осмотрелась по сторонам. Никого, пусто. Неужели, невест Его Высочества оставили без охраны? Или же охрана выстроена по периметру дворца снаружи?

Тихо ступая по кафельному полу, дошла до входных дверей. Осторожно и не без помощи магии слегка распахнула их и юркнула на улицу.

Легкие наполнил чистый ночной воздух. Настоящий аромат свободы.

Как же хорошо.

Из груди вырвался вздох облегчения.

На небе светила неполная луна, которая словно подмигивала мне, обещая не выдавать никому мой ночной побег. Казалось, она и на звезды шикнула, чтобы и те не смели на меня донести.

Я улыбнулась своему разыгравшемуся воображению. Закрыла глаза, прислушиваясь к пространству. Все же мы не остались без охраны. Где-то поблизости ходили люди. И по тяжести шагов, я прекрасно распознала в них гвардейцев.

Ладно, нельзя долго тут задерживаться. Я вышла как раз в то время, когда менялся караул и шел осмотр территории вокруг дворца. Но даже если бы я и натолкнулась на охрану, то вряд ли бы меня заметили. Мой артефакт делал меня невидимой для чужих глаз. Вот если бы я попалась на глаза Вениамину или Лидии, или Кристине с Григорием, то да, артефакт бы не сработал.

«Хорошо, что их здесь не может быть сейчас», – подумала я про себя и поспешила по тропинке, уходящей прямо в сад.

Ступать по зеленой траве, что в ночи отдавала синевой, было очень приятно. Вообще, прогулки среди деревьев всегда меня успокаивали. Мама в детстве говорила, что мы, ведьмы, питаем силу из природы. И что стоит прогуляться немного по лесу, как чувствуешь себя наполненной.

Мама. Где же ты сейчас?

Сад оказался намного ближе, чем я думала. Налево уходили яблони, направо – груши. Выбрав правый путь, решила пройти дальше, вглубь. Так мое укрытие будет более надежным. Я полагала, что чем дольше буду бродить среди деревьев, тем быстрее устану и вернусь обратно в кровать. Даже обувь сняла, чтобы насладиться успокаивающим прикосновением травы к босым ногам. Но время шло, сад дышал ночной прохладой вместе со мной, а сон все не шел.

***

Вениамин

Как я мог спокойно спать, когда рядом со мной, можно сказать, всего через пару стен, была ведьма? Моя ведьма. Пусть она пока это и отрицает. Сказанные ею слова меня так впечатлили, что я не мог больше ни о чем думать.

– Как дожить до утра и не взглянуть на нее еще раз? – произнес вслух, нарушая тишину комнаты.

С силой выдохнул и покинул постель. Может, свежий воздух поможет успокоить поток раздумий в голове?

Так, в одних спальных штанах, ступая босиком по прохладному полу, прошел на балкон. Устало облокотился о перила и уставился вдаль.

– Как хорошо, должно быть, гулять по ночному саду, срывать с деревьев фрукты и… Стоп. А это что такое? – Я вытянулся вперед, прищурив глаза. Хоть было и не слишком темно из-за освещающей деревья луны, но разглядеть, кто вторгся в императорский сад, оказалось задачей трудной. – Сейчас выясним, кто ворует наши груши. – Я хищно оскалился, как волк, готовый напасть на свою добычу.

Один щелчок пальцев – и вот на мне уже походные, зауженные к низу брюки, тонкие черные сапоги, в которых будет удобно ступать по траве бесшумно, и легкая светлая рубаха. Решив, что привлекать гвардейцев к поимке нарушителя не стоит, активировал портал и вмиг перенес себя прямо к тому дереву, где скрывался преступник.

Но я совсем не ожидал, что моему взору предстанет занимательная картина: ведьма, которая влезла на дерево, нарвала себе полный подол груш и не могла теперь спуститься на землю. И, сидя на дереве, одной рукой она придерживала тот самый подол платья, а второй – цепко ухватилась за дерево.

– Груши из императорского сада воруем, милейшая, – усмехнулся я, растянув рот в довольной улыбке. Никак не мог скрыть радости, что мое нелепое желание так быстро исполнилось.

– Лучше помоги спуститься, а потом злорадствуй сколько хочешь, – спокойно отвечала она, словно заведомо знала, что я появлюсь здесь. Хотя ведьма это умела – видеть будущее ее главный дар. – Хочешь грушу? Тебе сорвать?

– Я и сам прекрасно могу дотянуться, но спасибо. Так что, помочь тебе спуститься?

– Знаешь, я передумала, лучше тоже залезай, вместе поедим груши.

Ее глаза излучали такой ясный свет, а от нее самой веяло умиротворением, что я подумал, может, она применила на мне свои чары, и поэтому я так в нее влюблен? Брови на ее прекрасном личике сначала поползли вверх, а потом вдруг она нахмурилась.

– Ну? Чего стоишь?

Я тихо усмехнулся: только эта девушка способна общаться со мной в таком пренебрежительном тоне и оставаться очаровательной. Я погиб, если позволю ей и дальше владеть мной настолько, что готов исполнить даже такое детское желание.

– Давай поедим груши на другом дереве. Это вряд ли выдержит нас обоих, – услышал свой голос и не поверил ему.

– Давай. Только сними меня отсюда. – И она протянула ко мне одну руку. Другой ведьма продолжала придерживать подол платья с ценным вкусным грузом. Я вздохнул. Груши пахли очень сладко, их аромат витал в воздухе, вызывая не дюжий аппетит. Теперь, стоит его уловить где-то, как он наверняка будет вызывать у меня воспоминания об этой необычной ночи.

Ведьма ждала, я смотрел на ее серьезное лицо, спрятав руки в карман, и как завороженный стоял на месте. Хотелось растянуть этот миг подольше, но я прекрасно понимал, что Агату лучше не злить. Хоть я и умел ладить с ней в любом ее настроении.

Наконец, сдвинулся с места, осторожно обхватил ведьму, взял на руки и опустил на землю. Каюсь, была, конечно, мысль отправиться с ней хоть на край света вот так на руках, но спорить и ссориться сейчас не хотелось. Она тут же достала из подола свои туфли и обула в них свои прекрасные ступни.

– Куда идем? – поправляя подол платья так, чтобы и груши не выпали, и ноги прикрыты остались, осведомилась ведьма.

– Туда. – Я махнул вперед и снова спрятал руки в карманы. Настолько сильно они чесались от желания снова подержать ведьму на руках. – В конце фруктового сада начинается ореховый. Орешник покрепче будет, сможем вместе уместиться.

Агата кинула на меня недоверчивый взгляд, но ничего не сказала, и мы неторопливо двинулись в путь.

Шли медленно, за нами по пятам следовала луна, а по кронам деревьев прокатился легкий ветерок, который словно указывал нам дорогу. Хотелось одновременно молчать и говорить обо всем. Например, о том, почему ведьма появилась именно сейчас. И почему просит оставить ее в покое. Если бы не ведьминский колючий характер и ужасная способность исчезать бесследно, я бы взял ее в охапку и спрятал от всего мира, что вздумал ей угрожать только потому, что она эльфийская ведьма. Но зная Агату, она такой поступок не оценит и сбежит при первой же возможности. А я не хочу ее терять. И так почти год ждал, когда даст о себе знать. Но, на мое счастье, ведьма не просто прислала весточку о себе, а появилась сама.

Мы подошли к границе садов, тонкой полосе зеленой травы без каких-либо посадок, и сразу перед нами предстал широкий могучий орешник с богатой листвой и крепкими ветвями.

– Ну что ж, полезай. Груши оставь под деревом, возьми только пару штук, нам больше не надо.

– Полезай ты первым. Я за тобой, – послушно выкладывая груши под дерево, велела ведьма невозмутимо и, предвещая мои вопросы, тут же ответила. – Вдруг ты мне под юбку заглядывать станешь. Не хочу сегодня настолько радовать твой взор.

Я беззвучно рассмеялся, но кивнул. Полез на орешник первым, попутно посматривая за тем, что делала ведьма. Она же, не желая долго ждать, начала забираться следом. Так, что не поторопись я, то и гляди – обгонит. Спустя всего пару минут, мы сидели на толстой ветке ореха, смотрели куда-то вдаль, на грушевый сад, и ели сладкие фрукты, по-детски болтая ногами. Вот никогда бы не подумал, что буду заниматься подобным во взрослом возрасте. А жизнь – раз – и преподносит сюрпризы. Надо признать, весьма приятные.

– Тебя что-то беспокоит? – предпринял я попытку выведать хоть что-то о планах ведьмы на отбор. Она же в ответ легонько, почти незримо сморщила свой прехорошенький носик, вздохнула и, судя по выражению лица, поборола в себе желание съязвить.

– Ничего меня не беспокоит, – смотря все также прямо перед собой, начала Агата. – Просто не привычно снова оказаться в знакомой компании, но в совершенно других обстоятельствах. В прошлый раз мы были наблюдателями и разве что немного помогали, а теперь все по-другому.

– В этот раз все внимание нам, – произнес я и замер, приковав к ней свой взгляд, чтобы не пропустить реакцию.

– При любых других обстоятельствах я бы с радостью побыла для тебя той единственной, но сейчас у меня другие задачи. Поэтому тебе придется обойтись без меня и сделать выбор самостоятельно. – Она снова вздохнула и посмотрела на меня. Я даже не попытался отвернуться. Хотел, чтобы она знала, что я смотрю только на нее. – Пожалуйста, следуй своему долгу, а остальное предоставь судьбе.

Ведьма замолчала и, не дождавшись моего ответа, отвернулась. Образовалась тишина, но она не давила. Где-то недалеко щебетали птицы, не смотря на глубокую ночь. Где-то были слышны передвижения мелких зверей по деревьям и зарослям. Ночь все также дышала приятной прохладой, совсем рядом заухала сова, дворец спал, а мы все молчали. И честно я бы многое отдал, чтобы эта ночь никогда не кончалась, чтобы мы имели возможность провести всю жизнь вместе, но без слов. Однако неожиданно начало холодать, и я заметил, что ведьма поежилась, сбросила то, что осталось от груши на землю, и обхватила себя руками. Наверное, мое лицо сейчас сильно выдавало удивление, потому что Агата спросила:

– Что? Не волнуйся, санитары леса уже спешат, чтобы забрать остатки груши. Ты тоже можешь сбросить свои вниз. – Она по-доброму улыбнулась. Я с удивлением обнаружил, что держу огрызок в руках и тоже бросил его в траву под деревом.

– Ты права, а нам пора. Идем?

– Идем.

– Я помогу тебе спуститься.

Расстояние до земли было совсем небольшим, поэтому я быстро спустился и снова взял ведьму на руки, чтобы осторожно и как можно медленнее опустить на землю. Это напомнило наш с ней первый поцелуй, когда, прощаясь на неизвестный срок, она, чтобы остановить хлынувший из меня поток недовольства, запечатала мой рот своими губами. Он длился всего несколько секунд. Затем Агата поспешила отстраниться, а я наоборот притянул ее к себе и жадно впился в губы ведьмы. На удивление, она спокойно отреагировала, обошлось без пощечины, которую я, честно признаться, ожидал. Но вот стоило мне тогда отпустить ее всего на мгновение, чтобы перевести дух, как она тут же исчезла. Одним словом, ведьма. Своевольная, своенравная и удивительная.

Пока я предавался приятным воспоминаниям, Агата успела собрать свои груши в подол платья и двинулась по тропинке обратно ко дворцу. Но я догнал ее всего в пару больших шагов.

– А вот там, вишневый сад, – показал в сторону, где кончается грушевые деревья. Агата внимательно проследила за моей рукой. – Я в него часто заглядываю. Вообще, мне нравится любое блюдо с вишней. Вишневый пирог, вареники с вишней, компот с вишней, – принялся перечислять, попутно отмечая, с каким важным видом она меня слушала. Мы медленно двинулись в сторону дворца.

Все же странная она сегодня. Не юлит, не дерзит. Устала так, что ли? Или у нее что-то случилось?

– Агата…

– Благодарю Вас за эту прогулку, Ваше Высочество. Доброй ночи. – Мы уже подошли к дверям, за которыми ведьма тут же поспешила спрятаться. Говорила так официально, а реверанс снова не сделала. Кажется, ей есть над чем поработать.

Я усмехнулся в который раз за эту ночь и направился к себе. Какая же она все-таки необычная. И тем ее больше притягательная.

Теперь засыпалось куда легче и быстрее. Я даже не успел промотать в голове события минувшего дня, как веки мои сомкнулись, и сознание погрузилось в глубокий сон.

Глава 9. Цена ошибки

Агата

Смутно помню, что снилось. Сознание бродило где-то глубоко. Просыпаться было сложно. Или это сказывалась полубессонная ночь?

Чтобы как следует проснуться, вышла на балкон. Перед этим хотела накинуть домашнее платье поверх сорочки, но передумала. Тут же вспомнила шок прислуги, еще во дворце отца, когда та увидела меня поутру прогуливающейся по саду в одной сорочке, пусть и из плотной ткани. Хихикнула. Он мне даже выговор за это сделал, чего я никак не ожидала. А вот дома, в лесу, можно было ходить в чем хочешь, хоть голой. Все равно туда никто не смог бы забрести случайно. Даже звери, и те, подбирались к дому с опаской. Хотя обычно к ведьмам относились лояльно. Но вот ко мне – другое дело. Видимо, чувствовали отличие. И оно у них вызывало опасение.

Хорошенько потянувшись и вдохнув побольше свежего утреннего воздуха, я зажмурилась. Солнце уже встало и приветствовало игрой света сквозь редкие облака. На улице стояло приятное тепло, но с босыми ногами на балкон лучше бы не выходить.

– Кхм-кхм, – раздалось где-то рядом, и я напряглась. Быстро нашла источник беспокойства и запрокинула голову, чтобы посмотреть прямо в глаза этому источнику.

– Доброе утро, милейшая, – продолжал тот, улыбаясь, словно довольный кот, только что полакомившийся свежей сметаной. В легкой рубашке Вениамин смотрелся совсем уж по-простому, а его взъерошенные волосы, которые он точно еще не укладывал, делали из него крайне романтичную персону.

Принц смотрел на меня с балкона третьего этажа, заросшего самыми разными вьющимися растениями. Словно те покои давно не использовались, или это было сделано нарочно, дабы скрыться от посторонних глаз. В руках Его Высочество держал чашку с кофе, и я даже отсюда чувствовала легкий горьковато-пряный аромат напитка.

– Доброе утро, Ваше Высочество, – говоря это, попыталась не брызгаться ядом. Да вот получилось слабо, на что Вениамин улыбнулся еще шире.

Точно кот. А ведь раньше был таким милым щеночком.

– Говорят, если день начать с чего-то приятного, то он пройдет очень хорошо. Вот у меня день начался просто отлично, а у Вас, леди Агата?

Он что, мои слова в первый день мимо ушей пропустил? Ибо как еще ему пришла в голову идея поселиться прямо надо мной?

– На все Ваша воля, – отвечала, исполнив легкий реверанс, надеюсь, он вышел хоть чуточку похожим на тот, что обычно исполняла Лидия перед отцом во дворце. Все же передо мной Принц, негоже выставлять себя совсем необразованной. – Мне нужно собираться на завтрак. С Вашего позволения, я пойду.

Выпрямилась, на прощание послала этому проворному наследнику гневный взгляд, вложив в тот все то, что я о нем думаю. Уловила при этом, каким он разглядывал меня. Совсем бесстыжим! Юркнула в свои покои, часто задышала, приложив руки к запылавшим щекам.

– Ну, я покажу тебе, Вениамин! Еще пожалеешь, что поселился тут! – пообещала я в сердцах в бесконечных попытках унять жар.

Казалось, даже когда я покидала покои, они еще пылали. Лидии объяснила, что перемудрила с горячей ванной.

Вообще странно, что я так отреагировала на то, каким взглядом на меня смотрел Вениамин. Пусть он раздевал меня глазами, и что с того? Мы же не восемнадцатилетние юнцы. Хотя нет, взгляд Принца был не раздевающий, скорее, ласкающий. Именно это смутило меня, сбило с толку, и позволило телу отреагировать. Впредь нужно быть осторожной. Но! Отыграться за эту выходку я просто обязана.

– Вы видели, что наследный Принц поселился прямо над нами? – как бы невзначай обронила я за завтраком.

И за столом тут же раздались девичий смех и шепотки.

Ну, держись, Вениамин. Следующее утро для тебя станет поистине добрым.

– Сегодня мы с вами будем учиться исполнять идеальный реверанс, – звонким голосом чеканила пышная дама, чье имя я не запомнила. Ее пригласил распорядитель отбора по просьбе Принца, который обратил внимание, что не все принцессы знакомы с местными обычаями.

Он, конечно, не стал ничего высказывать на сей счет. Но все же посчитал, что его будущая супруга обязана соблюдать этикет. Хотя что-то подсказывает мне, причина не только в этом.

– Вам всем должно быть известно, что реверанс бывает легкий, для приветствия господ слугами, – продолжала тем временем полная дама, окруженная по обе стороны своими тонкими, как спички, помощницами в забавных чепчиках с улыбками на лицах. Нас всех этим утром, сразу после завтрака, снова собрали в лиловом зале, разрешив при этом расположиться на тех самых изящных стульях, которые так и манили мой взгляд прошлым утром. – Его также иногда используют и в высшем обществе, но лишь в узких кругах. Скажем, если Вы хозяйка вечера и должны поприветствовать гостей. И второй вид реверанса – придворный. Более торжественный и официальный. Отличается от легкого более глубоким приседом и медленным исполнением. Сейчас мои помощницы вам это продемонстрируют.

Одна из девушек, не теряя выражения лица, лишь еще шире растянув губы, вышла вперед.

– Немного вытягиваем голову вперед, держа подбородок чуть ниже, чем обычно. Глаза опущены. Затем зажимаем края юбки платья по обеим сторонам большим, указательным и средним пальцем, а мизинцы отставляем вот так, – комментировала она действия девушки, не сводя с той глаз, чем давала возможность невестам Принца перешептываться и хихикать между собой. Я даже не думала, что благородные леди на это способны. Хотя, помнится, уже на второй день пребывания во дворце они позволяли себе такие вольности. – Правую ногу отводим назад. Совсем слегка приседаем, опираемся на подъем стопы. Весь вес вашего тела переносим на левую ногу, которая осталась у нас впереди. Долго в таком положении не задерживаемся, возвращаемся в исходное. Не забываем, что делать это нужно грациозно. Придворный реверанс, как я упоминала ранее, отличается лишь глубиной приседа.

На этих словах к нам вышла вторая девушка и выполнила тот самый идеальный глубокий реверанс, точно так же, как это обычно удавалось Лидии. Сестра рядом одобрительно кивнула.

Что ж, похоже, мне многое придется еще изучить и попрактиковать. Но нужно ли оно мне? Где данный навык может пригодиться? Во дворце у отца? Он вроде отказался от подобного, понимая, что его дочь росла далеко от дворцовых правил.

– Вот Вы, да, Вы, леди, выходите и попробуйте повторить.

– Это Вы мне? – опешила я, совсем не ожидая, что мне все же предстоит делать что-то подобное. По обе стороны от меня прокатился смешок. Я набрала побольше воздуха в грудь и встала.

– Удачи, – беззлобно и не обращая внимания на происходящее вокруг, шепнула Лидия.

Я лишь хмыкнула, взяла себя в руки и вышла вперед. И следующие тридцать минут были посвящены тому, чтобы научиться грациозно приседать на одну ногу и так же величественно возвращаться назад. Все бы хорошо, кроме того факта, что при виде моего лицо, с которым я выполняла все действия, мадам Чицкая (да, мне-таки удалось запомнить ее имя) заставляла меня переделывать все снова и снова. Точнее любезно просила. Со словами «Голубушка, давайте постараемся еще раз».

«Еще раз» я слышала уже раз двести.

Наконец, Боги в лице мадам Чицкой надо мной смиловались и отпустили с миром.

– Беги, я прикрою, – тихо скомандовала Лидия, отчего я даже вздрогнула немного, ибо совсем не была готова к ее возникновению рядом.

Все же повезло мне с понимающей сестрой. Или она просто помнит, как учитель по этикету умолял Короля об увольнении. Не смог справиться с ученицей в лице меня. Я, по его мнению, конечно, способная. Просто он был недостаточно научен, чтобы обучить меня.

Времени на раздумья не было, и я нырнула в приоткрытую дверь, ведущую в другую часть дворца, где пока что нам не доводилось побывать.

Тут имелся коридор, по левую сторону от которого вытянулись в ряд большие окна, уже без подоконников, а по правую стену расписные стены, придающие ощущение, будто ты находишься в лесу, идешь по крытой высокими деревьями узкой аллее. Даже прохладно было как в лесу, что позволило сейчас перевести дух и выдохнуть. Ноги от бесконечных реверансов дико устали.

Возвращаться в свои покои не очень хотелось. Да и путь к ним лежал через лиловый зал. Использовать портал я пока не могла. Для этого требовалось освободиться от парочки артефактов, но делать это так открыто, когда кто-то может увидеть, было небезопасно.

Ладно. Тогда поброжу тут немного. Быть может, найду место, где присесть. А еще лучше прилечь.

Коридор, казалось, тянулся бесконечно. Я шла, шла и только больше уставала. Ни одной двери по пути. Словно за стеной находился еще один очень длинный зал. Но стоило об этом подумать, как показались резные деревянные дверцы. Слегка толкнула их вперед, и попала в…

Невероятно огромную галерею с картинами, скульптурами и музыкальными инструментами, переходящую из одного зала в другой. Тут были и мягкие пуфики, и удобные банкетки.

Погодите-ка. Так это то самое место, где мне довелось подслушать разговор Вениамина и Мирославы. Вот и инструменты, на которых мы играли вчерашним вечером. По крайней мере, мой гуцинь точно был здесь. Легонько провела рукой по инструменту. И уже была готова расположиться, кажется, на той самой банкетке, на которой играла вчера, как тишину зала нарушил незнакомый голос.

– Вход посторонним сюда строго воспрещен. Его Величество не любит, когда без его дозволения кто-то наслаждается произведениями, которые он столько лет собирал по всему свету, – уверенно произнес юноша, на вид лет четырнадцати-пятнадцати, с небрежно уложенными пшеничными волосами, одетый в сюртук в светлых тонах. Такую одежду носят обычно отпрыски коронованных особ.

– А Вы, значит, не посторонний, смею предположить?

Я все же дерзнула и прилегла на рядом стоящую софу. Она показалась мне куда удобнее банкетки.

– Не посторонний. – Боги, сколько статусности в голосе.

– Представитесь?

Хотя я уже догадалась, кто передо мной.

– Его Высочество, младший сын Его Величества Императора Титомира II, Принц Валентин I.

Конечно, кто бы еще это мог быть, как не младший брат Вениамина? Они очень похожи. Лишь цвет волос отличался. И возраст, безусловно. Еще совсем мальчишка, но уже знает свой статус. И не прочь им воспользоваться при малейшей возможности.

А вот Вениамин, наоборот, привык скрывать свое происхождение, дабы свободно общаться с людьми, без всяких там преклонений или попыток выслужиться.

И что вообще за мода присваивать порядковый номер к имени?

– Не исполните реверанс, как того требуют правила приличия? Вас же этому учили сегодня все утро.

Чуть не закатила глаза. Вовремя вспомнила, что не имею такой привычки, сама раньше часто одергивала за это Кристину.

– Мы не на официальном приеме.

– А ты наглая, – вдруг перешел на неформальное обращение младший брат Вениамина, я лишь повела бровью, желая получить объяснение. – Другая бы уже засыпала извинениями и попыталась скрыться, а ты улеглась тут и никуда не торопишься.

– А куда мне торопиться? Ноги мои на сегодня так устали, что, извини, не могу почтить твое присутствие.

Младший Принц принялся расхаживать по залу, заложив руки за спину.

– Думаешь, если ты эльфийская ведьма и мой брат в тебя влюблен, то тебе все дозволено, – не спрашивал, а словно констатировал он.

– Вот как? Ты и о моем происхождении знаешь?

– О, я много о чем знаю. Мой отец столько сил потратил на то, чтобы тебя разыскать.

– Разве? А не мой ли отец написал твоему, чтобы тот зачислил меня на отбор?

– Смешно. Твое происхождение только сыграло ему на руку.

– Хмм… Вот как.

Я встала со своего места и решила как бы тоже прогуляться по залу, пока в один момент не схватила Валентина за руку. Он не ожидал моей выходки и тут же напрягся, даже попытался вырваться.

– Пусти! Иначе… – он не нашел, что сказать, и заметался глазами вокруг.

– Иначе что? – Губы тронула легкая улыбка, и я пустила свою магию. Артефакты ей никак не мешали, ибо я собиралась использовать ее не в полную мощь.

– Что ты… – сначала опешил, а потом зашипел Младший Принц, – делаешь?

Он снова попытался выдернуть свою руку. Но я держала крепко. А затем мы оба почувствовали то самое, ради чего я все это затеяла.

Мы проникли в головы друг друга, так что теперь могли общаться мысленно. Он показывал мне все, что происходило со мной в лиловом зале за это утро, но как бы со стороны. Хотя его там не было и не могло быть. Это его видение. Так я иногда вижу будущее или заглядываю в прошлое. Так умеет делать и Вениамин. И, как выяснилось, его младший брат. Но есть все же отличие – он видит это со стороны, а не глазами того, кого смотрит.

Малец все же выдернул свою руку.

– Будущее тоже видишь?

– Вижу, – недовольно и даже немного обижено протянул он.

– И меня, значит, видел? – не отставала я.

– Видел. И все знаю. Ты… ты!..

– Я-я, и что? – Сложив руки на груди, вперила в него свой взгляд. Попробовала снова, но уже без прикосновений, проникнуть в его голову.

Сначала у меня этого не получилось сделать. Принц заблокировал меня еще до того, как я предприняла эту попытку. А после вдруг показал столько всего, что я шокировано захлопала глазами. Не пошатнулась лишь потому, что все напряжение ушло в ноги, и они приклеились к полу, словно каменные.

Магия Принца отпустила меня. В висках неприятно пульсировало. Я потерла их двумя пальцами и прикрыла глаза.

– Не делай так больше, – обратилась к юному наследнику.

– А то что? – самоуверенно отозвался тот.

– А то укушу, – резко распахнула глаза и злобно зыркнула на венценосную особу.

Кажется, подействовало. Валентин весь вытянулся в удивлении, а потом нахохлился.

– Тебе пора идти. А то они вот-вот заметят твое отсутствие, – уже совсем беззлобно предупредил младший Принц, словно и не было наших перепалок.

– Отлично, – оживилась я. – Тогда я пойду. Еще увидимся. – Я улыбнулась одной из своих лучезарных улыбок и, не дожидаясь ответа, покинула галерею. Уже в коридоре спохватилась, вернулась обратно. – Может, попьем чаю как-нибудь? – Столько всего хотелось выведать у этого необычного юнца. И мне нужны были ответы.

Только встретила меня тишина. В галерее никого не было. Кажется, малец воспользовался порталом. М-да уж.

Ладно, он и так знает, что я хочу еще раз с ним встретиться. Так что сам придет.

– Агата? – поймал меня на выходе из галереи Григорий.

Только не он.

– М-м?

– Агата… Леди Агата, что Вы здесь делаете?

Я усмехнулась. Он все такой же забавный.

– Да вот заблудилась, – попыталась отмахнуться я.

Но, конечно, мне не поверили.

– Принц приложил столько усилий, чтобы вас научили безупречно исполнять реверанс. А Вы отлыниваете? – Он поиграл хмурыми бровями и сложил руки на груди, я поджала губы.

– Благодарю, Его Высочество такой заботливый. Я не пропустила урок. И уже как следует отточила свой навык. Но мои ноги так устали, что решила немного передохнуть.

– И зашли сюда?

– Да. А что такого? Не в свои же покои возвращаться. А тут так живописно…

– Почему нельзя было отдохнуть в лиловом зале, где остальные невесты?

Какой дотошный. И как Кристина только засмотрелась на такого?

– Там мне не комфортно. Если Вы не против, я пойду.

Я успела отойти на приличное расстояние, как услышала в спину:

– Агата.

– А?

– Я не с того начал, прошу прощения. С тобой все в порядке? Нужна помощь?

Так лучше. Помнит еще, кому обязан спасением своей дорогой супруги. Да и, если честно, я не питала к нему неприязни. Так, лишь легкую досаду, когда он вел себя заносчиво.

Я развернулась и быстро вернулась к Григорию.

– Ты знаешь о магии младшего Принца?

– Да, – легко ответил он. Затем задумался, стоит ли доверять мне такую информацию, но продолжил, явно приняв решение в мою пользу: – Она такая же, как у Вениамина.

– А вот и нет.

– Что?

– Их магии отличаются.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился он куда больше прежнего.

– Он сильнее. И уже в этом возрасте может то, что способно перевернуть всю историю империи.

– Вот как? – Мой собеседник задумчиво потер подбородок. – Если так, то он вряд ли догадывается об этом.

– Напротив, он прекрасно осведомлен. И не спешит проявлять свою силу. Демонстрирует лишь то, что от него ждут. И скрывается. Потому что знает, что может стать добычей для охотников за диковинками. Он и обо мне знает, что я диковинка.

– Интересно…

– Григорий, его нужно защитить. Но незаметно.

– Такое возможно?

– Да. Просто держите его подле меня.

– И как это поможет?

Нет, ну, дотошный же!

– Такие, как мы, должны держаться вместе.

– Почему?

«Да, потому что!» – хотелось закричать, но вслух сказала другое:

– Если одну диковинку поймают, другая сможет прийти на помощь. Или хотя бы позвать на помощь. У нас с ним установилась связь, – решила привести последний аргумент.

Мы долго смотрели друг на друга.

– Хорошо, – наконец сдался Григорий и опустил руки в примирительном жесте. Я выдохнула.

То-то же. Но его переживания за младшего Принца мне понятны. Тем не менее немного обидно, что он еще думает, размышляет над моими решениями. Кажется, в прошлом, он не был таким мнительным. Или ситуация тогда требовала более быстрых действий?

Вернулась в лиловый зал. И как раз вовремя, нас собирали на обед, чему я была несказанно рада. Использование магии требовало восполнить баланс физических сил. Да и эти чертовы реверансы изрядно утомили меня. За это Вениамин еще у меня поплатится.

– Будешь должна, – шепнула рядом довольная Лидия, пока шли в столовую.

Видимо, для у нее такие занятия были только в радость. Вот уж точно – истинная принцесса.

После плотного обеда нас вывели в сад. Сегодня было особенно жарко, что нервировало некоторых невест. По-хорошему, нас следовало отправить отдыхать. Но распорядитель отбора решил сначала объявить о следующем испытании и только потом отпустить к нему готовиться. В моем понимании, это значило, что можно будет уйти и вздремнуть. Все же полубессонная ночь, испорченное утро и эти тренировки для ног сильно сказывались. Еще, помимо сна, я хотела о чем-то подумать, но сейчас никак не могла вспомнить, о чем именно.

– Ваше Высочество! – воскликнул господин Ростовский, завидев Принца, и уже тихо обратился к нам. – Леди, у вас есть блестящая возможность продемонстрировать свои успехи после сегодняшнего занятия. Уверен, Его Высочество оценит это по достоинству.

Разглядеть приближающегося к нам Принца мешали выстроившиеся впереди невесты. Признаться, я не особо рвалась на него поглядеть, виделись уже. А вот Лидия, наоборот, пыталась протиснуться в первые ряды до последнего, еще и меня за собой зачем-то тянула. Будь я посообразительнее в этот момент, запросто бы разомкнула ее цепкие пальцы на своем запястье. Но увы, меня жутко клонило в сон, так что здравая идея посетила меня, когда Лидии-таки удалось пропихнуть нас вперед.

– Приветствую вас, леди, – обнажив ряд белых зубов, поздоровался Принц. И если бы не сила гравитации, то некоторые девушки точно бы рухнули вниз.

– Ваше Высочество, – приветствовала его леди Каме, сделав шаг вперед и исполнив хоть немного и неуклюжий, но вполне сносный придворный реверанс.

Стоит отметить, даже у нее получилось лучше, чем у меня. Да, впрочем, это и неважно, может, моя сила именно в легком реверансе.

– Рад Вас видеть, леди…

Ох, а с именами-то у нас туго, как я погляжу.

– Эмм…

Нет, я не буду ему подсказывать.

– Леди Каме, Ваше Высочество, – пришла ему на помощь Лидия.

Сестра милосердия, не иначе.

– Леди Каме, – улыбнулся базийской принцессе Вениамин, и уже следом обратился к Лидии. – Благодарю Вас, леди…

О, боги! Он это нарочно?

– Леди Лидия.

Что? Это я сказала?

– Да, спасибо, леди Агата. Леди Лидия, благодарю и Вас.

Я едва не зарычала от злости.

А его монаршая особа еще раз освятил всех своей лучезарной улыбкой и был таков. Девушки опомнились в растерянности, когда его и след простыл.

– Ты не могла бы сказать ему, чтобы он не выделял тебя так сильно. Пусть хотя бы постарается сделать вид, что вы с ним не знакомы, – отведя меня чуть подальше от остальных, тихим, но полным недовольства голосом обратилась ко мне сестра.

– Если ты ревнуешь, то не стоит. Знаешь же… – начала я, но меня перебили.

– Нет, ревность тут ни при чем. О твоих намерениях мне известно, – деловито хмыкнула Лидия. – Просто еще пара таких ситуаций, и другие невесты точно начнут что-то подозревать. Они не будут разбираться, что вы с ним старые друзья. Просто уберут с дороги, и все. И вероятнее всего, сделают это каким-нибудь гнусным образом. Тогда нам придется покинуть отбор…

– Ты можешь остаться, – пришла моя очередь перебивать напрасно разволновавшуюся сестру.

– Что? – Она будто не поверила моим словам и округлила на меня свои прекрасные глаза. – Об этом не может быть и речи! – Тут же подобралась она. – Мы либо возвращаемся вместе, либо не возвращаемся вообще, если кто-то из нас покорит сердце Принца и судей. Так и знай, если я стану супругой Вениамина I, то ты останешься подле меня.

А мое мнение на этот счет можно спросить?

– А, быть может, я не хочу оставаться в столице и, тем более, во дворце? – озвучила все же.

Лидия на секунду задумалась, а затем смахнула свои размышления о моих словах, словно пылинку с платья.

– Что за ерунда? Если ты вернешься во дворец дяди, под его крышу, то он в любой момент выдаст тебя замуж за какого-нибудь, политически выгодного. Это может быть какой-нибудь старик или же властный и жестокий грубиян. Твой возраст не позволяет долго тянуть с замужеством. Еще год, максимум два, и желающих с тобой обвенчаться почти не останется.

Вот оно как. Лидия размышляет с точки зрения моей безопасности. Она не хочет, чтобы я стала инструментом в руках отца. Хотя она сама же им и является. Разве не для установления политического союза сестра прибыла на отбор к наследному Принцу? Все ради этого. И тогда выходит, ее тревожила мысль, что и мне уготована такая судьба.

– Лидия… – хотела я успокоить сестру. Нужно сообщить ей, что после отбора я снова исчезну, а когда вернусь, не позволю собой руководить. Даже отцу. Или Императору Мордовы. И тем более, его сыну и кому-либо еще. Я скорее проживу всю жизнь с матерью, чем стану чьей-то диковинкой или инструментом власти и контроля. Но мне снова не дали и слова сказать.

– Этот разговор не имеет смысла. Не спорь. Мы найдем тебе мужа и в Мордове. И устроим брак только по обоюдной симпатии. А сейчас идем, а то пропустим, в чем там суть следующего испытания.

Я икнула. Кажется, мой будущий супруг где-то там вспоминал меня сейчас.

***

Вениамин

Я прекрасно понимал, что выгляжу полным негодяем в глазах Агаты после утренней выходки. Но кто в моем случае откажется от возможности взглянуть на возлюбленную с утра? Только человек с каменным сердцем. У меня сердце мягкое, нежное и умеет любить. Поэтому я посмел чуток подпортить настроение моей ведьме.

Но откуда я мог знать, что она появится на балконе в одной сорочке? Пусть та и прикрывала все самые интересные места, но фантазия… фантазия у меня работала хорошо.

А как она покраснела! Впервые видел ее такой растерянной и… возбужденной? У нее тоже богатое воображение?

Эх, нужно было заглянуть к ней в голову в тот момент.

День после такого приятного начала, конечно же, пошел как по маслу. Вот только нарисовалась одна проблема: я никак не мог перестать думать об увиденном. После завтрака на общем докладе, когда нужно было сосредоточиться на докладах министров и других чиновников, я все размышлял, а какая у нее кожа? Мягкая? Гладкая? Или твердая и упругая? И упругая где? Может, нужно было переместиться к ней и украсть хотя бы легкий поцелуй? А если бы он перешел в…

В общем, всю первую половину дня я то и дело возвращался мыслями к ней. И когда один из доверенных людей отца, отвечавший за отбор, предложил навещать невест почаще, не стал с ним спорить, а тут же рванул в Зимний дворец. Даже Григория с собой не взял, ибо у того была запланирована рабочая встреча. На самом деле он просто отправился на обед с женой, которой, к сожалению, было запрещено участвовать на любых собраниях Совета, как его помощнице, и дело было не в том, что она женщина. А посему выходило, что эта парочка голубков не виделась уже полдня, и добродетельный муж помчался это исправлять. Да уж, не помню, чтобы раньше он вообще нуждался в общении с кем-то кроме собственного голоса в голове.

Но я не расстроился отсутствию друга. Пусть наслаждаются друг другом. Тогда мне не придется выслушивать многострадальные жалобы юной графини Волконской на общих встречах. Терпеть не могу, когда она не говорит прямо, а объясняется намеками. Разве не понятно, что мужчины их не понимают?

Стоило переместиться на территорию Зимнего дворца, как тут же наткнулся на своих так называемых невест. Они сразу меня заметили и поспешили поприветствовать. Только вот Агаты я что-то среди них не заметил.

– Ваше Высочество! – воскликнул господин Ростовский и важно подтянулся.

Я поспешил им навстречу. Даже если среди них нет Агаты, нельзя вот так исчезать.

– Приветствую вас, леди, – улыбнулся как можно искренне. Кажется, это подействовало нужным образом, ибо лица девушек озарились счастьем.

– Ваше Высочество. – Вперед вышла девушка редкой красоты, исполнив реверанс. Я сразу узнал в ней базийскую принцессу. Вот только имени ее никак не мог вспомнить.

– Рад Вас видеть, леди…

Черт, как же ее звали?

– Эмм…

Я замялся. Отец, если узнает, устроит мне выговор и заставит выучить имена всех невест. Главное, чтобы не всех заморских принцесс.

– Леди Каме, Ваше Высочество.

Спасибо, милостивые боги! Я обязательно выучу и запомню их имена!

– Леди Каме, – улыбнулся базийской принцессе, и уже следом решил поблагодарить чудо в лице той, кто пришла мне на помощь. Ею оказалась сестра Агаты, имя которой, к моему глубокому сожаления, я тоже забыл. Как же стыдно, черт! – Благодарю Вас, леди…

Ну же! У нее должно быть тоже красивое имя. Мозг, помогай, подсказывай мне, иначе придется заглянуть к ней в голову.

– Леди Лидия.

О! Это голос моей феи. Моей благородной, всемилостивой и мудрой ведьмы.

– Да, спасибо, леди Агата. Леди Лидия, благодарю и Вас.

Снова расплылся в своей лучезарной улыбке. Но кажется, она подействовала на всех, кроме Агаты. Видимо, моя утренняя выходка разозлила ее чуть больше, чем я мог себе представить.

Ладно, главное, я ее увидел. Она, как всегда, прекрасна, и это нежно-зеленое платье идет ей как никому другому. И даже хмурые брови не портят сей очаровательный образ. А значит, можно откланяться.

– Хорошего дня, леди. Верю в вас, – сказал, все также улыбаясь, и зашагал прочь.

Свернул за ближайший угол и активировал портал. Решил переждать бурю в своих покоях в главном дворце. Надо бы подумать, чем задобрить ведьму.

Глава 10. Слишком дорого

Агата

В десятый раз зевая и в очередной раз наклоняя чашу с ягодами спелой вишни, а потому постоянно приседая и поднимая ее с земли, чтобы вернуть обратно в миску, Кристина-таки решила задать мучивший ее вопрос.

– Напомни мне, пожалуйста, еще раз, почему вместо того, чтобы нежиться в объятиях подушки и одеяла…

– И своего мужа, – вставила я, а подруга зарделась.

– Да. Почему вместо всего этого, посреди ночи я торчу с тобой здесь, в этом саду?

– Как я сказала тебе еще в твоих покоях, кто-то должен помогать мне собирать эту чертову вишню.

Я наклонила очередную ветку, усыпанную ягодами, и, возликовав, принялась бережно снимать богатый урожай.

– Ты чего застыла? Мы так до утра не управимся, а мне еще пирог печь.

– Пирог? – продолжала негодовать Кристина.

На втором испытании судьи решили проверить наши кулинарные способности. Нужно было к завтраку следующего дня приготовить блюдо для Принца. Какое конкретно не указывалось, невестам дали возможность угадать, что может понравиться Его Высочеству. О его предпочтениях в этом, конечно, не сообщалось. Некоторые невесты от данного испытания пришли в негодование. Якобы, где это видано, чтобы принцессы сами готовили? Другие, наоборот, обрадовались возможности проявить свои, казалось бы, ненужные таланты. И похоже, что я примкнула ко второй группе девушек, потому что готовить любила. Пусть и не считала, что имею к этому особое пристрастие или большие способности, но все же получалось хорошо. Да и если в отварах и снадобьях хороша, почему бы и в приготовлении съедобных блюд не преуспеть?

– Да, пирог, – задумчиво ответила я на вопрос подруги.

– Почему именно пирог? И почему мы это все делаем ночью? Разве вам не выделили целый вечер на приготовления блюд??

– Вечером я спала. А Вениамин ясно намекнул, что любит вишневый пирог.

Точнее, как он выразился, ему нравится любое блюдо с вишней. Но вишневый пирог в его списке шел первым. Так что можно было не заморачиваться с выбором, ибо Вениамин его сделал сам.

– Тебе подсказывает сам Принц, – не обошлось без сарказма, пропетого мелодичным голосом Кристины. – Эй! Погодите-ка, почему ты спала вечером? Что делала прошедшей ночью, что не выспалась? – переменила она тему.

– Ела груши с Вениамином.

Секундная пауза. Я уже мысленно приготовилась отпираться от ее домыслов и догадок. Можно было, конечно, и не говорить о том, с кем и как провела прошлую ночь. Но я привыкла быть честной с Кристиной. Вдруг это пригодится потом, все же она помощница главного полицмейстера столицы. И его супруга.

– И почему я только сейчас об этом узнаю? – уже бодрым голосом проговорила прямо над самым ухом подруга, подкравшись сзади.

– Не помню, чтобы я раньше посвящала тебя в подробности своей личной жизни.

– А вот это было обидно, – тут же насупилась Кристина.

– Прости. Просто не люблю, когда меня допрашивают, – попыталась оправдаться, что вообще делать не люблю. Но обижать Кристину я искренне не хотела. – Той ночью мне действительно не спалось, и я пошла в сад. Груши так аппетитно пахли, что решено было идти за ними. Тут же нарисовался Вениамин. Не прогоню же я Принца? Да и потом, мне его компания не чужда. Я нарвала нам груш, мы забрались на орешник и немного посидели там вместе. Поэтому утром я была сонная. А когда объявили о новом испытании и разрешили идти, я отправилась к себе, прилегла отдохнуть. И уснула. Но испытание проходить надо. Поэтому мы здесь, – закончила, жестикулируя измазанными вишней руками, словно они были выпачканы в чьей-то крови, а не соком спелых ягод.

– Так ты взяла меня с собой, чтобы Вениамин не смог к тебе подобраться? – поморщившись, констатировала подруга.

– Ты по праву занимаешь свое место помощника главного полицмейстера. – Я тут же добавила комплимент ее способностям, на что та с довольной ухмылкой выпрямила спину. – Скажи, когда тебе дадут должность полицмейстера? – лукаво добавила, подмигнув.

– По правде говоря, мне уже предлагали, – неожиданно серьезно ответила она так, что последнее слово уже пробормотала.

Я оторвалась от складывания вишни в чашу и с вопросительным взглядом уставилась на Кристину.

– Предлагали возглавить восточное отделение. Но я отказалась, хочу пока поработать с Григорием, набраться опыта.

«Врет и не краснеет», – отметила я про себя.

Просто с мужем работать куда приятнее, чем тащиться каждое утро на карете в восточный округ столицы, налаживать отношения с новыми коллегами и каждый день доказывать, что свое место ты занимаешь по праву. И я ее в этом прекрасно понимаю. Что-то подобное мне пришлось перенести, когда мы с мамой жили в ковене. Я считала себя другой, отличной от сестер ведьмой и всеми силами пыталась показать, что это не так. Уже тот факт, что у меня не было своего фамильяра, сводил все усилия на нет.

В это момент мне захотелось схитрить и на мгновение заглянуть в будущее Кристины. Хотела увидеть что-то, касательно службы, не более. Вообще такой трюк старалась редко проворачивать, ибо это отнимало много сил и энергии, вплоть до того, что могла проспать целые сутки. Сейчас мне этого никто не позволит, а быть злой ведьмой не хотелось. Вон, как сегодня Вениамин сбежал от меня. Видимо, выражение моего лица было слишком красноречивым.

– Ты все равно станешь полицмейстером, – отрезала спустя минуту и вернулась к своему делу. А то точно до утра не управимся.

– Стану, – помогая собирать ягоды с веток, вторила подруга, затем замерла. – Погоди, что? Ты видела? Ты заглянула в мое будущее?

– Угу.

– Но… – почувствовала нехорошие вибрации со стороны подруги и быстро определила вектор ее мыслей.

Кристина беспокоилась, что станется с Григорием, если она займет его место. Ведь она не собиралась менять место работы, лишь продвигаться по карьерной лестнице. И на ступени выше перед ней стоял только ее муж.

– У всех у нас есть путь вперед. Есть куда расти. Не волнуйся за него, – поспешила я успокоить подругу.

– Хорошо. На это я согласна, – твердо заявила она. – Но если с ним что-то должно случиться, ты мне скажи…

– Ооо, Кристина, молю, я не всевидящая. Но если я что-то такое увижу, то поверь, я не позволю этому случиться.

Мы посмотрели друг на друга и медленно выдохнули.

Пирог решено было испечь уже утром. Глубокой ночью мы с Кристиной закончили собирать ягоды, я проводила ее до покоев и отправилась к себе. Приятно было после скорой ванны залезть под одеяло и тут же провалиться в глубокий сон. Этой ночью меня ничего не беспокоило и ничего не снилось. Райское удовольствие, скажу честно.

Встала с первыми лучами солнца и на удивление чувствовала себя хорошо. Очень даже хорошо, несмотря на то, что подглядела вчера будущее Кристины. Возможно, вечерний сон на меня так подействовал, и потому я не разваливалась по утру.

Снова быстро приняла ванну. Вода не была горячей, но это и к лучшему. Не хотелось идти на поиски Милы и ждать, пока она разберется с водой и прочим. Ведь в ее обязанности входят мои сборы, а мне сегодня совсем не хочется доверять кому-либо волосы.

Уже через полчаса, тихо крадучись с чашами полными до краев вишней, пробралась на кухню. Тут уже во всю орудовали повара и их помощники. И пришлось мысленно перед ними извиниться, что пришла в такой час отвлекать от работы.

– Вы невеста Его Высочества? – пришла мне на помощь милая женщина, от которой исходил безумно вкусный аромат свежей выпечки в то время, как она сама походила на сдобную булочку: такая же румяная, на вид очень мягкая и воздушная, но стройная и статная, несмотря на округлость форм.

– Все верно.

– Тогда позвольте провести Вас к столу.

Немного удивившись, но не задавая никаких вопросов, последовала за этой с виду милой, но все же строгой женщиной.

Мы подошли к высокому длинному столу, другими словами, к рабочей зоне, где мне указали место, а затем провели инструктаж, как и чем пользоваться на кухне. От всего сердца поблагодарила эту приятную женщину и принялась за дело. Печь пирог не так уж сложно и не так долго, как может показаться на первый взгляд. Но нужно еще успеть привести себя в порядок после. Не пойду же я на завтрак в простом платье и с обычной косой. Вдруг за не следование правилам этикета снимают баллы? Хотя слишком поздно об этом подумала. Ранее, при встрече с Принцем, я пропустила несколько реверансов.

Надо будет как-то выведать у Кристины, снимают ли за это баллы. Хоть она и продолжает делать вид, что не имеет никакого отношения к судейской коллегии и на отборе находится лишь в качестве помощника полицмейстера.

Интересно, почему? Она ведь прекрасно знает о моих способностях. Что мне не нужно особо напрягаться, чтобы выведать правду. И непременно догадывается, что я уже применила свою магию и влезла к ней в голову. Тогда чего скрываться? Может, на ней лежит клятва? Клятва Императору, который пригласил их всех сюда? Этого я не увидела. Но я и не заглядывала так далеко, не было нужды.

Спустя час с очередным испытанием было покончено. Я посмотрела на результат своих трудов, улыбнулась в предвкушении реакции Вениамина и довольная направилась в свои покои, как вдруг услышала позади:

– Вы не заберете его с собой?

– Что? – не поняла я. – Куда?

– В свои покои. – Чудесная милая женщина вздохнула и принялась пояснять. – Вчера весь вечер другие невесты Его Высочества трудились тут над своими блюдами. Кто-то даже ночью кашеварил. Но все они уносили свои кулинарные произведения с собой.

– О, – только и смогла отреагировать я, а следом добавила, догадавшись: – Мне не о чем переживать. Думаю, если все уже закончили со своими блюдами и тем более предпочли хранить их в другом месте, моему пирогу ничего не угрожает. Но спасибо Вам за заботу.

Женщина кивнула, задвигая мой пирог на металлической полке поглубже. Я еще раз благодарно ей улыбнулась и поспешила в свои покои. Нужно поторопиться. До завтрака осталось совсем немного времени.

На самом деле я не переживала по другой причине. Немного колдовства, и моему пирогу не страшны ничьи козни. Даже если уронить его на пол. Да и отрезать от него кусочек получится не у каждого. Только у меня или у Вениамина. Все просто.

На этаже невест было шумно. Видимо, они давно проснулись и уже во всю готовились предстать перед Его Высочеством. О, и это я не о завтраке, куда он заявится пробовать блюда. Представление начнется гораздо раньше.

Я хихикнула и быстро скрылась за своей дверью, пока меня не заметили служанки невест.

– И что это со мной? – замотала головой, прижавшись к двери. – Нужно делом заниматься, а не предвкушать, как сладка будет моя месть. Ведьмы таким не занимаются. Они выше этого, – напомнила я себе.

Но признаюсь, одна мысль о том, что я смогу-таки быстро и без особых усилий отомстить Вениамину, грела мою душу как никогда прежде. Пусть только попробует еще выкинуть что-то подобное. Будет знать, на что способна разъяренная ведьма.

Щеки снова тронула краска, стоило вспомнить вчерашнее утро и встречу на балконе. Я смахнула наваждение и двинулась вглубь комнаты.

Интересно, и почему я так реагирую на подобную глупость?

За окном послышались короткие вздохи, охи и ахи. Я ухмыльнулась про себя.

Эх, жаль только, что не все невесты живут на этой стороне отведенного для них крыла. Будь так, представление вышло бы более впечатляющим.

***

Вениамин

Весь день прошел в ожидании наказания от моей ведьмочки. Но она так и не предстала передо мной больше. И не передала мне никакой яд или зелье, чтобы у меня выросли лапки и шерсть. И потому под вечер я разволновался не на шутку.

Конечно, у меня была куча дел, которыми мне стоило заняться, вместо того чтобы думать о том, насколько сильно на меня обижена Агата. Но я ни на чем не мог сосредоточиться.

Еще прошлой ночью мы вместе поедали груши, сидя на дереве и весело болтая ногами. А уже сегодня она снова от меня убегает. Я думал, смогу переговорить с ней после ужина, даже явился в столовую, сел за общий стол с невестами. А она не явилась. Лидия сообщила всем, что Агата уже спит.

Бедняжка, что же ее так вымотало? Ночные груши? Или обдумывание способа насолить мне за мою утреннюю выходку? Наверняка ее больше злит, что я не внял ее словам вести себя подобающим образом в соответствии со своим статусом. Вместо этого я поселился почти прямо над ее покоями. Хотя, помнится, у нее здесь есть и куда более важные дела, чем участие в отборе и перепалках. Поэтому, возможно, я надумываю себе, полагая, что Агата еще злится.

Уже ближе к полуночи вышел на балкон, чтобы вдохнуть свежего воздуха перед сном, и увидел преинтереснейшую картину. Две знакомые мне фигуры, держась за ручку, направлялись прямо в сад. И как я понял, шли они к вишневым деревьям.

Внутри меня в моменте все перевернулось, возликовало. Агата отправилась за вишней! Следующее испытание – демонстрация кулинарных способностей. А значит, Агата правильно поняла мой намек и решила-таки меня порадовать. Или просто не хочет заморачиваться и выдумывать, что бы такого приготовить? Неважно! Главное, завтра во время испытания у меня будет что-то по-настоящему вкусное!

Интересно, что она приготовит?

А, не важно! Главное, что она сделает это сама. Для меня.

Любопытно, что в сад она потащила с собой Кристину. Именно потащила, я заметил, как Агата тянула свою подругу за руку. Ох, и наслушаюсь я завтра от графини Волконской. Ничего, просто спрячусь от нее ненадолго. Можно было, конечно, с честью и мужеством выдержать этот удар, но что-то подсказывает мне, что мне еще не раз представится случай перенести подобное. Так что, поберегу-ка я силы.

Интересно, задаются ли вопросом Агата с Кристиной, почему так спокойно и просто среди ночи смогли покинуть дворец и выйти в сад? Почему их никто не остановил? Наверное, они уверены, что дело в природном везении. Но нет. Просто солдаты исправно выполняют мой приказ: не препятствовать свободному перемещению двух дам. Даже их магические портреты им показал. Правда, сначала сомневался, кого с собой будет водить Агата. Но после все же сообразил. И, как видно, не прогадал.

Да, предчувствие, что впредь Агата больше не захочет оставаться со мной наедине, себя оправдало. Но ничего, она и до сего дня не особо-то желала этого. Просто теперь у нее появился щит в виде Кристины. Хотя в самом начале нашего общения я с таким уже сталкивался, когда Агата пряталась от меня в ресторане, где работала Кристина или же госпожа Пшевич.

Хорошее было время.

Еще немного постоял на балконе, наблюдая, как девушки скрылись в вишневом саду. Послал туда свою магию, чтобы проверить и лично убедиться, что они вне опасности, и только тогда отправился спать.

Надеюсь, они не до утра там застрянут. Иначе Агата завтра будет клевать носом за столом на испытании, и это может навлечь на нее беду. Мне бы этого сильно не хотелось.

Утром в предвкушении я босыми ногами снова вышел на балкон и тут же об этом пожалел.

Какова была вероятность, что Агата не злопамятна? Правильно, очень маленькая.

Она решила разделаться со мной самым простым способом. Моя ведьма просто-напросто рассказала другим невестам, что Принц живет прямо над ними. Стоило догадаться об этом ее шаге. Что она не будет заморачиваться, как отомстить навязчивому поклоннику. И да, следует уже признать, что я навязчивый.

Я только и успел, что хорошенько потянуться, как слева от меня посыпалось «Доброе утро, Ваше Высочество».

Мило. Очень мило.

Медленно повернулся в сторону голосов и ответил с дружелюбной улыбкой:

– Доброе утро, девушки! Рад всех вас видеть, – даже рукой им помахал.

Девицы довольно захихикали. Я заметил, что среди них не хватало только двух эльфиек. Но спустя пару минут одна из них появилась на своем балконе. Увы, не та, кого я так жаждал сейчас видеть.

– Доброго утра, Ваше Высочество, – присев в низком реверансе, приветствовала мою персону Лидия.

Как всегда, утонченная и идеальная. Совсем не такая, как ее сестра. И можно было уколоть, задеть этим Агату при случае. Однако ей на это абсолютно все равно. Хотя назвать Агату безграмотной или невежей ни у кого язык не повернется (а если повернется, то я быстро заткну его). И именно сей факт поражал меня в самое сердце, заставляя восхищаться ею еще больше.

– И Вам доброго утра, леди Лидия. – Я уже запомнил ее имя и имена многих невест, чтобы больше не попадать впросак. Мама бы мной гордилась, а отец, как всегда, лишь покачал головой.

Кстати, о нем. Я собираюсь избегать встречи с отцом и его людьми перед вторым испытанием, чтобы не получить приказ, кому отдать свой голос. Хочется сделать самостоятельный выбор. Хочется уже свободы действий. А то у меня появилось некое ощущение, что чем старше я становлюсь, чем больше от меня пользы для государства, тем меньше могу себе позволить вольности. По моим соображениям, это крайне скверно.

Я простоял на балконе с босыми ногами еще минут десять в ожидании, когда появится Агата, глядя куда-то вдаль и изредка бросая косой взгляд на ее балкон. И чем больше времени проходило, тем отчетливее я понимал, что она вряд ли почтит меня утренним визитом. В отличие от невест, которые никак не торопились расходиться.

Но вот на балконе Агаты показалось какое-то движение. Внутри начала разливаться радость от предстоящей встречи, я расправил плечи и чуть повыше поднял голову. И тут же сник, хотя виду не подал, ибо на балкон вышла не Агата, а ее и Лидии служанка.

– Леди Лидия, Ваша сестра ожидает Вас у двери, – сообщила она, не поднимая головы.

– Иду, – коротко ответила ей Лидия, и служанка тут же удалилась. – Ваше Высочество, – обратилась ко мне эльфийка, – вынуждена Вас покинуть. Но буду ждать с нетерпением встречи за завтраком. – она вновь исполнила свой безукоризненный реверанс и, дождавшись моего одобрительного кивка, удалилась.

Я, как мальчишка, влетел в свою комнату и на ходу, используя магию, привел себя в порядок. Сумасшествие какое-то, почему я веду себя так глупо из-за женщины, которая отказывается отвечать на мои чувства?

Но если быть до конца честным, мне нравилась эта влюбленность в Агату и готовность пойти на все, лишь бы увидеть ее и услышать ее голос.

Поэтому, также на ходу застегивая камзол, покинул свои покои. Уже за дверью выдохнул и стал спокойно спускаться по лестнице. В этот момент Агата в сопровождении Лидии и своей служанки уже спускалась по лестнице на первый этаж.

«Не успел! Черт», – выругался про себя.

– Ваше Высочество! – из своих комнат тот час показались остальные невесты и со своими служанками поспешили в мою сторону.

«Ну, вот, снова испытание для меня. Интересно, кого испытывают на отборе больше: их или мое терпение?» – прорычал мысленно.

– Леди! – растянулся все в той же дружественной улыбке.

Так и замер на втором этаже в компании принцесс и их нежного щебетания, от которого даже в ушах зазвенело. Но я все же старался вслушиваться в то, что они говорили, и отвечать по теме.

– Вы поселились рядом с нами, чтобы иметь возможность чаще с нами общаться?

Кажется, этот вопрос задала ийельская принцесса.

– Все верно, – слукавил я.

Не говорить же им, что все это ради одной конкретной принцессы. В таком случае, отбор можно будет сразу заканчивать. Я бы так и поступил, если бы лучше понимал замысел отца и что на отборе делает Агата. Уж точно не за мое сердце бороться пришла. А жаль.

– Это так благородно с Вашей стороны. Ранее я участвовала в отборе невест одного заморского принца. Так вот, он всего раз вышел поприветствовать нас. Потому я дошла только до середины испытаний и покинула то скучное и долгое мероприятие.

Кажется, эти слова принадлежали принцессе Песочных земель.

А вот это уже интересно. Я и не знал, что кто-то из девушек уже участвовал в подобном. Может ли это быть их преимуществом перед остальными? Надо все же расспросить отца о моих «невестах». Я о них толком ничего не знал, а ведь, помнится, просматривал личное дело каждой, однако толком ничего не запомнил.

И о его планах на отбор тоже стоит расспросить. Уверен, найти мне жену не конечная его цель. Но он продолжает настаивать на обратном.

Что ж, отец, я живу с тобой очень давно и легко могу определить, когда ты что-то задумал.

***

Агата

Истинное наслаждение знать, что твой план удался. Уверена, Вениамин так долго проторчал на балконе неспроста. Он явно ожидал, что я тоже покажусь, как и остальные девушки. Но в мои планы это не входило. А вот подразнить его можно и нужно было.

– Мила, поторопи, пожалуйста, Лидию. А то мы не поспеем к завтраку.

– Хорошо.

Девушка уже направилась к двери, когда я остановила ее.

– Нет, она на балконе. Можешь выйти на мой и сказать, что я жду ее у двери.

– Да, госпожа.

Мила слегка удивилась, но просьбу мою выполнила в точности, как просила. И всего через пару минут мы уже спускались по направлению к столовой.

– Ты бы их видела: вырядились, словно на бал собрались, – тихим и хмурым голосом пересказывала мне сестра события, развернувшиеся на балконе. – А Принц такой забавный. Он явно не ожидал нас всех увидеть раньше положенного времени. Но знаешь, он словно кого-то ждал там, пока мы таращились на него как на божество.

– Не может быть? Может, ему кто приглянулся? – уже на пороге в столовую, спросила я, пряча улыбку. А так хотелось в голос засмеяться. Странно, и когда подобного рода вещи стали вызывать у меня столько эмоций?

– Не думаю, – задумчиво протянула Лидия и еще больше нахмурилась. Но ее внимание перехватил незнакомый ей гость за столом.

Я хоть и успела с ним познакомиться, но тоже была удивлена его появлению.

– Ваше Высочество, – исполнила какой-никакой, но реверанс, ибо нельзя продолжать избегать общепринятых правил поведения с монаршими особами. А то еще признают невежей, и слухи дойдут до отца. Не хотелось бы выставлять себя перед ним в дурном свете. Тем более, что мы вроде как успели хорошо поладить. Да и не в моем это характере.

Странной – да, но не дурной.

– Оставь это, лучше присоединяйтесь к столу, – бросил младший Принц и махнул рукой, приглашая присоединиться к завтраку.

– А как же подождать остальных… И там же наследный Принц… – замялась Лидия. Но, видя, что я двинулась к столу, последовала за мной.

Валентин поочередно разглядывал нас с Лидией, и то, с каким странным блеском в глазах он смотрел на сестру, заставило меня насторожиться. Он сидел прямо рядом с теми местами, где обычно устраивались мы с Лидией. Вероятно, чтобы выяснить это, использовал свою магию. Уверена, хотел впечатлить. И с Лидией это точно сработало, если судить по ее задумчивому виду и рассеянному взгляду.

Я обратила внимание, что за столом уже сидели четыре приглашенных на отбор графини, среди которых, медленно пережевывая свою овсянку, с ровной спиной восседала Мирослава. Она отсалютовала мне чашкой, от которой несло любимым базийским кофе Кристины. Я кивнула ей в ответ.

А мы ведь так и не переговорили с ней. Однако, есть ли в этом смысл, связано ли это с исчезновением моей матери? Что-то я уже сильно в этом сомневаюсь.

Интересно, Кристина еще спит после ночной прогулки или проснулась уже? Хотя что-то подсказывает мне, она еще нежится в объятиях своего дорогого супруга. Ладно, главное, чтобы тот выполнил мое поручение.

– А Вам можно находиться здесь сегодня? – спросила я младшего Принца, придвигая к себе хлеб и масло.

– Агата, нельзя о таком спрашивать Его Высочество, – тут же тихим, но строгим голосом принялась отчитывать меня Лидия.

На тот лишь выставил ладонь вперед, и Лидия смолкла.

– Все в порядке, – прокомментировал Валентин и обратился уже ко мне: – А тебе разве можно было тогда находиться в галерее? Заметь, я никому об этом не рассказал.

В этот момент брат Вениамина жадно смотрел на то, как я намазала хлеб маслом и передала его Лидии. Забота о ней – лишь одно из немногих занятий, которые за последние полгода вошли у меня в привычку.

– И мне намажь, – попросил тот по-мальчишески просто. На что я лишь вздернула одну бровь. – Что? Жалко, что ли?

– Не жалко, Ваше Величество, но можно было попросить поласковее, – отрезала я чуть ехидно, отчего у Лидии, жующей свой бутерброд, обе брови взлетели вверх.

– Пожалуйста, – тут же произнес Валентин и протянул обе руки ладонями вверх.

Губы тронула легкая улыбка, и я тут же взяла новый кусок хлеба и нанесла на него мягкое податливое масло. Вручила бутерброд Принцу и услышала из его уже жующих уст «спасибо».

– Пожалуйста, – произнесла спокойно и принялась мазать хлеб себе.

Графини, завтракавшие с краю напротив, лишь изредка бросали на нас полные любопытства косые взгляды. Я перевела взгляд на Лидию, уловила ее немой вопрос и в ответ слегка усмехнулась.

Слухов о своей любого рода связи с младшим Принцем я не боялась. Уверена, Вениамин не даст им разойтись по дворцу или дальше. Да и…

Постойте-ка, не станет же он ревновать меня к своему младшему брату? Бред какой-то. Он не настолько мной увлечен… И тем более Валентину всего четырнадцать или около того. Еще подросток!

– Валентин, – начала я. Захотелось все же уточнить.

– Ой, мне пора, – вдруг поднялся тот из-за стола. – Я возьму? – Он указал на мой бутерброд, что я так и не донесла до рта.

– Бери, – выдохнула я, а Валентин подался вперед, заложив руки за спину. Пришлось вложить бутерброд ему прямо в рот, чему тот остался доволен.

– Благодарю, – с набитым ртом отсалютовал Принц одной рукой и тут же поспешил скрыться в двери, из которой обычно появлялись слуги или распорядитель отбора.

– Мальчишка, – бросила ему в след, а Лидия рядом неодобрительно фыркнула, что ей было обычно несвойственно.

– Ты и с ним знакома? – поинтересовалась сестра.

– Познакомились вчера. Случайно.

Желание делать еще один бутерброд для себя пропало, и я решила приняться за кашу.

– Ты ревнуешь? – спросила Лидию, и та смахнула свои завитые в локоны блестящие пряди назад.

– Скорее завидую, – беззлобно отозвалась она. – Ты так легко и быстро заводишь связи. Помнится, и со мной ты подружилась за довольно короткое время. А точнее сразу. Я, конечно, тоже легко завожу друзей, но пока что-то не хочется.

– А я слышала, что в высшем обществе ты малообщительна и держишься особняком.

Лидия откинулась на спинку стула и неопределенно пожала плечами, сложив руки перед собой в защитной позе. Жест, как бы выразилась она сама, не достойный принцессы.

Наш разговор прервал шум, который принесли с собой вошедшие принцессы и окруженный ими со всех сторон Принц. Какая забавная картина, однако. Неужели они нашли дверь в столовую. Думала, до вечера проболтаются где-нибудь между этажами.

– Принц, – потянула меня, вставая, Лидия.

А ведь я вообще-то ем!

Понятно, почему сбежал Валентин. Не хотел пересекаться со старшим братом. Неужели за это ему может прилететь? Или же он вообще не должен здесь находиться?

***

Вениамин

Я злился. Нет, завтрак прошел сносно. Принцессы успокоились и больше не докучали мне своими каверзными вопросами. И что только в женских головах творится? За столом мне выпала возможность налюбоваться на свою ведьмочку и даже немного за ней поухаживать. Видя, как охотно уминает бутерброд с маслом и сыром Лидия, решил сделать подобный и передать Агате. Правда, для этого пришлось сделать его и для остальных невест тоже. Они остались довольны и благодарили так, будто я каждой вручил по особенному подарку.

И вот, когда очередной ароматный хлеб с маслом и ломтиком твердого сыра потянулся к предназначенной принцессе, та передала его Лидии.

– Это было для Вас, леди Агата, – прочистив горло, решил уточнить.

– Спасибо, но что-то не хочется. Да и я уже насытилась кашей. Но благодарю Вас, я польщена. – Она слегка наклонила голову, спрятав улыбку. Я нахмурился.

Это еще что такое? И что тут происходит?

Выпустил свою магию и заглянул в голову Агаты, принялся перебирать последние ее воспоминания, но не углубляясь особо в них. Ведьмочка тут же это почувствовала, сначала сильно удивилась, затем напряглась. Я поздно заметил ее озадаченный взгляд и следом поджатые губы.

Когда же началось второе испытание, и весь стол был уставлен приготовленными руками невест блюдами, я был страшно зол.

Получается, пока я отбивался от желающих знать все принцесс, Агата и мой младший брат отлично проводили здесь время. Они, оказывается, знакомы. Хотелось бы узнать, при каких обстоятельствах это произошло, но не успел отыскать нужное воспоминание в голове Агаты. Она заметила мои манипуляции, и продолжать дальше было как-то стыдно. Ладно, спрошу или напрямую, или же… Применять магию к младшему брату даже звучит унизительно.

Второе испытание требовало, чтобы я попробовал блюдо каждой участницы отбора. Прямо перед его началом появился заспанный Григорий. Вручил мне какую-то склянку и велел выпить до последней капли. Я повиновался и после все же заглянул в его мысли, из которых понял, что зелье это должно было спасти меня от отравления. Хотя травить меня никто и не собирался. По крайней мере, я свято в это верил. Но все же риск, судя по всему, имелся.

Первым блюдом на пробу была запеченная индейка от ийельской принцессы.

– Насколько мне известно, в Мордове на любом приеме традиционно принято подавать птицу, – смущенно прокомментировала свое блюда она.

Я наколол кусочек индейки на вилку и отправил в рот.

Неплохо. Есть можно. Улыбнулся леди Ийель и двинулся дальше.

Следом шло овощное рагу с кроликом, приготовленное принцессой Астонии. Попробовал немного и тут же схватил стакан с водой, заботливо поставленный распорядителем отбора. Он словно знал, что меня ждет.

Тяжело вздохнул, но так, чтобы не заметили невесты, направился дальше. А дальше меня ждали всевозможные пудинги, запеканки и даже борщ.

– Это традиционный мордовский борщ с гренками, натертыми салом и чесноком, – пояснила франсийская принцесса, ставя передо мной тарелку.

Если бы она не сказала, я бы и не понял.

Ладно, борщ был не плох. Но хотелось уже чего-то более приятного и действительно вкусного.

И похоже, что мольбы мои были услышаны. Ибо следующим на очереди было блюдо Агаты. Да, оно было последним. Да, как и в прошлый раз. Да, распорядитель отбора по моей просьбе установил порядок невест, который отныне не менялся. На мой вопрос, почему именно так, я спокойно заявил, что мне так проще их запомнить и оценивать. Он немного поразмышлял над моим ответом, но согласился.

Чтобы не подавать вида и не выдавать себя, я присел на стул напротив пирога, поерзал из стороны в сторону, откинулся на спинку. И только потом взял приборы и принялся разрезать ароматный вишневый пирог.

Это еда богов, не иначе, посланная мне из-под заботливых рук Агаты. Хотя я все еще был зол на нее, но пыл мой поостыл.

И все же, на кого я больше злился? На Агату, что она в мое отсутствие успела познакомиться с моим братом и отлично с ним поладила, что тот в тайне от меня посетил завтрак с моими невестами? Или на моего брата, что посмел завести общение с моей ведьмой, и, в отличие от меня, она его не игнорировала, не избегала, а даже сделала ему несколько бутербродом с маслом? Быть может, со стороны это все кажется глупым, но до тех пор, пока Агата выстраивает между нами стену, я буду злиться.

Отрезал от пирога один кусочек и медленно погрузил его в рот. В этот момент на меня будто снизошло благословение: мягкость теста, его вкус, воздушность, аромат – все было идеально вкусно. И лишь спустя пару мгновений пришло наказание. Пирог оказался без сахара. Хоть вишня и была очень сладка сама по себе, она все равно кислила и портила волшебный вкус одного из моих самых любимых блюд. Тяжело вздохнул, но продолжил жевать, словно этот пирог самое вкусное блюдо в этом мире, и даже отрезал второй кусочек.

Вот она, еще одна месть ведьмы. Я смел упомянуть, что вишня в этом году очень сладкая, и она решила не добавлять в пирог сахар.

Ну, спасибо, дорогая Агата, урок усвоен.

Интересно, за что именно эта расплата? За то, что влез в воспоминания? Или продолжение за вчерашнее утро?

– И как Вы, леди Агата, узнали, что вишневый пирог – мое любимое блюдо? – произнес вслух, продолжая изображать довольный вид.

Девушки рядом зашептались. Чувствовалось, что они уже мысленно сделали себе пометки относительно моих пристрастий в еде и признали, кому достанется победа на этом испытании.

И хорошо. Можно не волноваться теперь за справедливость моего голоса. Он не вызовет подозрений. Однако Лидия, кажется чем-то озадаченной. Нужно в следующем раунде сбить ее с толку. Иначе она может доставить хлопот.

– Просто предположила, что Вам нравится выпечка. Ваше Высочество, – исполнив реверанс, безэмоционально заявила ведьма. Взглядом при этом одарила таким, что я не удержался и сглотнул.

– Восхитительный пирог! Давно такого не ел. Вам отрезать?

– Благодарю, но вынуждена отказаться. Раз я угадала с Вашим любимым блюдом, то, считаю, Вам не нужно ни с кем его делить.

Похоже ждать мне кары небесной за все свои грехи, что успел совершить за эти несколько дней. Заслужить прощение будет не так просто, как могло бы показаться. Вообще, с Агатой все не так просто. Плохо ли это? Определенно, нет. Хорошо ли? Более чем вероятно.

Несмотря на более кислый вкус пирога, нежели я ожидал, ел я его медленно, ибо собирался присудить ему безукоризненную победу. Искоса поглядывал на Агату, которая, в свою очередь, так и продолжала поджимать свои прелестные губки и хмурить раскосые бровки.

Значит, придется нам все же переговорить и объясниться. Точнее, это мне придется объясняться. Ох, надеюсь, смогу подобрать слова, которые помогут сбавить пыл моей ведьмы. Хотя, чувствую, повторится наш предыдущий диалог, в котором Агата просила меня вести себя сдержанно и рассудительно.

Не стал долго задерживаться в столовой, быстро высказал свое мнение относительно каждого блюда, отдал свой голос и, только мысленно, сердце вишневому пирогу эльфийской принцессы и был таков. Уже в своих покоях дал волю чувствам.

– Она не положила сахар в пирог? Нарочно? Или вообще не пробовала, что готовила? Никогда не думал, что вишневый пирог можно испортить.

– Что ты говоришь? – переспросил вошедший за мной Григорий. Видимо, он не расслышал мое бормотание.

– Ничего! – Я остановился напротив спальни и тут же развернулся к другу. – Скажи мне, как Агата могла случайно столкнуться с моим братом в галерее?

Григорий удивился, посмотрел на меня долгим изучающим взглядом, но ответил.

– Насколько мне известно, встреча действительно была случайной. И, Вениамин, – друг стал серьезнее прежнего, – Агата сообщила, что Валентин обладает большей силой, чем нам известно. И для его же безопасности просила держать его поближе к ней.

Я недоверчиво воззрился на друга. И после одобрительного жеста заглянул в его воспоминания. Увидел их разговор с Агатой.

И, кажется, та знала, что я так поступлю. Она даже подмигнула мне, когда я смотрел на нее глазами Григория.

Вот же, ведьма.

Моя ведьма.

– Ладно, – произнес я, выдыхая, и принялся расхаживать из стороны в сторону по комнате, считавшейся гостиной. – И что нам делать в таком случае? – намекая на ситуацию с силой моего брата, спросил Григория, у которого на все всегда заготовлен ответ.

Валентин был младшим сыном Императора и Императрицы Мордовы. По каким-то неведомым мне причинам он рос слегка закрытым от всего мира и вместе с тем, его охотно приглашали на все приемы и упоминался во всех службах и мероприятиях Императорской семьи. До недавнего времени я и не задавался вопросом, какая магия досталась брату. Просто полагал, что та же, что и у меня. Родители никогда не выделяли его передо мной, а потому я считал свои суждения верными. Мы с ним хорошо ладили, как и положено братьям, и потому я никогда не лез в его голову. Зачем? Валентину всего четырнадцать, и пока я выполняю роль Наследного Принца, он спокойно учился и наслаждался почти что обычной жизнью аристократа. Отец, насколько мне известно, еще не подключал его к делам Империи, поэтому волноваться за него не было необходимости.

А тут выходило, что есть. Что с ним что-то может случиться. Что его нужно защитить.

– Мне пока не понятно. – Григорий озадаченно потер подбородок и взъерошил волосы, а затем опустился в огромное кресло, стоявшее в гостиной. Я устроился напротив него. – Я осторожно опросил его учителей, людей твоего отца, даже парочку друзей младшего Принца навестил, но ничего такого не выяснил. Магистр Гарлов без каких-либо сомнений утверждает, что магия Валентина полностью схожа с твоей и еще не раскрылась в полную силу. Пока что их опровергают только слова Агаты. Думаю, нужно поговорить с самим Принцем.

– Не уверен, что он захочет открыть нам всю правду о себе. Может засомневаться, заподозрить что-то. Нам нужны какие-то веские основания, чтобы он рассказал нам все как есть.

– Не лучше ли расспросить сначала Агату? Выяснить, что знает она, и уже после пообщаться с Валентином?

– Такой вариант имеет место быть. Нам как раз есть о чем поговорить еще. – Я в задумчивости подставил локоть на подлокотник кресла и подпер рукой подбородок.

– Хорошо. Ну, тогда желаю тебе в этом удачи, – начал Григорий, покидая свое место.

– Тебе удалось выяснить, зачем Император собрал такую разношерстную компанию государств под предлогом отбора невест для наследного Принца? – спросил напоследок.

– Это сложнее, чем казалось на первый взгляд. Император надежно скрывает свой замысел. Делиться планами с нами он не намерен.

– Понятно, – с шумом выдохнул я и потрепал себя по волосам. – Но тем и интереснее выяснять. Не впервой отец что-то замышляет в тайне от меня. На то он и Император.

Я тоже поднялся.

– Да, чуть не забыл, – обернулся Григорий, – на балконе тебя ждет маленький презент.

Я недоуменно поднял брови.

– До сих пор не могу понять ваши отношения, – начал он, а я не стал его дослушивать и тут же бросился на балкон.

На низеньком чайном столике из прозрачного стекла стоял еще один пирог. Накрытый белой расшитой цветами салфеткой. Вдохнул его аромат.

– Вишневый.

В груди приятным теплом разлилась радость. Стянул салфетку, ощутив на кончиках пальцев защитное заклинание. Пирог был надежно защищен от чужих посягательств.

– Моя восхитительная ведьма, – промурлыкал вслух.

Когда вернулся в гостиную с пирогом в руках, Григория уже не было. Что ж, не нужно будет делиться.

– Попробуем, – достал приборы из серванта. – Надеюсь, ты будешь с сахаром.

Разрезал пирог на несколько частей, один кусочек выложил на блюдце. Подцепил с краю вилкой и отправил в рот. Счастливо зажмурился.

Вишневый пирог оказался сладким. Все, как надо: нежный кисло-сладкий вкус приятно таял на языке, а наслаждение от него простиралось до самого сердца.

Агата – волшебница, не иначе. Только иногда она превращается в злую колдунью, и вот с ней-то мне и предстоит сегодня поговорить. Задача не из легких.

Как же заманить ее в свои покои или в сад, но без Кристины?

Какое там новое испытание им поручили? Сделать подарок для Принца? И обязательно своими руками без использования магии?

Не понимаю, зачем так усложнять. Использовали бы магию себе на здоровье, кому от этого вред?

Пожал плечами в такт своим мыслям и отправил очередной кусок восхитительного пирога в рот.

Глава 11. Невидимое влияние

Вениамин

Солнце медленно падало за горизонт. В комнатах Агаты горел свет. А я вышагивал вот уже добрых пять минут круги на своем балконе, поглядывал на ее. Нам нужно поговорить, и причина для этого разговора была веская. Но как подобраться к ведьме, как подступиться, чтобы не нарваться на ее гнев, не поссориться еще больше? Может, стоило все же привлечь Кристину? Она вроде как уже проснулась и должна быть в хорошем настроении. Хотя нет, ее хорошее настроение распространяется сейчас на всех кроме меня.

В очередной раз глубоко вдохнул, выпустил свою магию, чтобы проверить, одна ли Агата в комнате. Убедившись в этом, обрадовался, но тут же быстро приуныл. Нервно оглядел себя со стороны, поправил рубашку, провел рукой по влажным от жары волосам и открыл-таки портал. Придется все же действовать напрямую – заявиться в комнату ведьмы без приглашения и забрать с собой. Забавно, если об этом узнают, в газетах напишут «жених похитил собственную невесту из ее покоев». Но это не так страшно, даже не проблема, в сравнении с гневом ведьмы и ее проклятьями, которыми она с лихвой пустит мне в спину.

И зачем я только полез к ней в голову? Вот бы можно было вернуться в прошлое.

Шагнул в портал и вышел из него уже в покоях Агаты. Свет горел только в ее спальне. Агата нашлась тут же, удобно устроившись в кровати с поджатыми под себя ногами с вышивкой в руках. В ее глазах читалось удивление, как и в моих. Но если же она была удивлена тому, что я все же посмел явиться пред ее очи, нагло вломившись в ее покои, то мое удивлении было другого рода. Вот никак я не ожидал увидеть в руках Агаты вышивальные принадлежности. Их и в руках принцесс не часто можно увидеть, а уж в руках ведьмы – так вообще что-то небывалое. А Агата сидит себе да вышивает спокойно, словно это обычное ее занятие перед сном.

Мы смотрели друг на друга и продолжали молчать. Я первым решил прервать молчание.

– Ты готовишься к следующему испытанию? – быстро догадался я, кивнув на вышивку.

– Загляни ко мне в голову и узнаешь ответ, – не упустив возможности поддеть меня, она отложила свое занятие и поднялась с постели.

Не найдя, что ответить, я лишь сложил руки на груди.

– Но хорошо, что ты быстро справился со своей совестью и пришел. Думала, тебе потребуется больше времени.

– Ты знала, что я приду?

Агата усмехнулась.

– Конечно. У тебя ведь есть вопросы ко мне. Или ты забыл, с кем имеешь дело?

Она медленно приближалась ко мне, как хищник, загнавший жертву в ловушку без шанса выбраться, чем еще больше сбивала меня с толку.

– Раз уж пришел, стань-ка ровно, – не дождавшись моего ответа, продолжила Агата, и увидев мой вопросительный взгляд, быстро пояснила: – Сниму с тебя мерки.

Она достала мерную ленту из пышного рукава платья и двинулась на меня.

– Если ты пообещаешь не припоминать мне больше мой бездумный и очень глупый поступок, то можешь делать со мной все, что хочешь, – парировал я, раскинув руки в стороны и позволяя ведьме сделать свое дело.

Но это был обманный маневр. Как только ведьма обвила меня мерной лентой, прижал ее к себе и открыл портал. Еще мгновение, и вот мы уже стоим в темноте моей спальни, прижавшись друг к другу.

– Вениамин, – прошипела ведьма где-то поверх моего плеча.

– Тихо, – произнес, наклонившись к ее уху, – нас могут услышать.

– Тогда зачем ты перенес нас сюда? – продолжала негодовать та, но не двигалась.

Приятное тепло ее тела касалось меня, оттого мысли мои путались и думать становилось труднее.

– Нам нужно поговорить.

– А в моих покоях сделать это было нельзя?

– Туда в любой момент может кто-то войти, твоя сестра или служанка.

Наконец глаза ведьмы привыкли к темноте, и она отпрянула от меня.

– Ладно, говори, – присев на край моей постели, уже спокойно продолжала она.

А я остался стоять на месте, любуясь видом, открывшемся моему взору: Агата такая близкая и манящая сидит на моей кровати, ее волосы распущены и крупными волнами спадают по спине, на ней красный сарафан с длинными пышными рукавами и белой с желтой вышивкой. На сосредоточенное лицо падает ночной свет из открытой двери балкона, а я стою не в силах оторвать взгляд и продолжить разговор, который мы начали. Хочется снова сжать ее в своих объятиях и не отпускать, наслаждаясь ее теплом и запахом. Сейчас, например, от нее веяло мятой и ромашкой и еще чем-то терпким. Вдыхать воздух рядом с ней было как никогда легко и приятно.

– Так что? – Она посмотрела на меня лукаво, будто прочла мои мысли.

Я переменился с ноги на ногу.

– Мой брат. Что ты узнала о нем?

– Не так много, как тебе хочется. – Агата опустила свой взгляд, провела рукой по ткани покрывала, а я сглотнул.

– Но это все же больше, чем я знаю сейчас. Поделись, пожалуйста, – попросил, завороженно глядя на то, как она продолжает водить рукой по узорам на покрывале.

– Хорошо. – Она остановилась и подняла на меня свои блестящие в темноте глаза. – Но мне мало чего удалось выяснить о нем. Не было достаточно времени, чтобы изучить его магию. Но одно могу сказать точно. – Я замер в ожидании продолжения, и Агата, уловив это, растянула губы в полуулыбке. – Его сила, магия, резерв намного больше, чем у тебя сейчас. А ведь ему всего… ммм… – она задумалась. – Сколько ему? Четырнадцать? Пятнадцать?

– Четырнадцать.

– Четырнадцать. Уже в четырнадцать он имеет такой огромный резерв, какой ты не имеешь в свои тридцать. – Тут я не стал ее поправлять. – А сила, сама магия, она другая.

– В каком смысле другая? – уловил ее слова.

– На первый взгляд, она очень похожа на твою. Но если ощутить ее на себе во второй раз…

– Стоп. Он что, применял на тебе свою магию?? – Я даже зашипел от изумления и накатившей мгновенно злости.

– Похоже, у вас это семейное. – Агата издала тихий смешок.

А я подскочил к ней, осторожно взял за подбородок и заглянул в лицо. Но Агата нахмурилась, тут же одернула мою руку, отвернулась и затем встала.

– Ты ничего не увидишь в моих воспоминаниях о его магии. Он стер все.

Она принялась расхаживать по комнате, касаясь руками всего, что ее интересовало.

– Тогда опиши ее.

– Как я уже сказала, она похожа на твою. Он может читать людей, видеть все… но не глазами того, кого хочет прочесть, а как бы со стороны. Словно кто-то или что-то показывает ему происходящее.

– Хм, интересно. Что еще?

– Еще он чувствует. Эмоции и чувства других.

– Твои тоже?

– Конечно. Я для него открытая книга. Правда, он еще плохо умеет управлять своими способностями. Но, Вениамин. – Я напрягся. – Он гораздо сильнее даже сейчас, при всем своем незнании. Его магия простирается очень незаметно, ее поле действия почти не ощутимо. И он видит будущее и прошлое, как мы с тобой, и это на нем никак не отражается.

– Что ты имеешь в виду? – хмуро поинтересовался я.

– Он не тратит физических сил на это. Мне кажется, наоборот, он способен поделиться своей энергией, когда кто-то делает подобное.

– Вот как?

– Вчера я заглянула в будущее Кристины и не почувствовала после ничего: ни усталости, ни истощенности. Утром проснулась бодрая, без последствий. Это странно. Будто меня кто-то подпитал, хотя я ничего такого не почувствовала.

– Действительно странно.

В дверь постучали. Агата вздрогнула и замерла. Мы так увлеклись разговором, что совсем забыли об окружающем мире.

– Подойди ко мне, – шепотом поманил ее рукой.

Агата подошла. Мы переглянулись и замерли, вслушиваясь в темноту. Я уже собирался выпускать свою магию, чтобы выяснить, кто это бродит около моих покоев, как в дверь снова постучали. Я, не мешкая, взял руки Агаты в свои и присел, ей пришлось подчиниться и сделать то же самое.

– Мы так и будем прятаться? – прошептала ведьма и недовольно воззрилась на меня.

– Извини. – Я разжал свои ладони и выпустил ее руки. И она тут же поднялась. Я последовал за ней и тоже встал. Но мы так и остались стоять непозволительно близко друг к другу, отчего сердце мое постоянно сбивалось со своего неспешного ритма, ладони потели, а в груди что-то сладко тянуло.

– Это твои невесты. Не откроешь им дверь? – выгнув бровь, спросила Агата.

– Нет, – ответил просто, пытаясь собраться.

Я все же выпустил свою магию и обнаружил, что под моей дверью с ноги на ногу переминаются сразу две девушки.

– Они уйдут.

– Уйдут, – кивнула Агата. И уже через пару минут девушки, пыхтя и досадуя, покинули этаж.

– И? – Ведьма деловито прошла в гостиную, по пути зажигая свет. – Ко мне есть еще вопросы? Или я могу идти?

Я издал тихий смешок.

Значит, общаться со мной просто так она не намерена. Только по делу. Досадно. А ведь раньше она с удовольствием принимала мою компанию.

Агата остановилась посреди комнаты и сложила руки на груди. Я прошел мимо нее и опустился перед ней на небольшой диван между двух кресел.

– Нет, – наконец ответил на ее вопрос.

Ведьма сначала нахохлилась, а затем лицо ее озарила красивая озорная улыбка, которую она тут же попыталась неумело спрятать.

Какая же она все-таки красивая, моя прекрасная ведьма.

Кажется, мы оба хотели что-то сказать, но нам помешали. Снова раздался стук в дверь. Я насторожился, начинало раздражать такое внимание со стороны девушек.

– Ваше Высочество, – послышался голос из-за двери.

– Открой, – глядя на дверь, сказала Агата.

Я удивленно воззрился на нее.

– Выслушаем ее, – с вызовом заявила ведьма.

Недолго думая, я встал со своего места и направился к двери. И уже на подходе к ней одумался и обернулся.

– Прячься, – скомандовал, обращаясь к Агате.

Та словно тоже отмерла и спохватилась.

– Куда?

– В спальню!

Агата скрылась за стенкой, а я открыл дверь незваной гостье. На пороге стола леди Ийель с подносом в руках, от которого исходил сладкий аромат.

– Ваше Высочество, – начала она с придыханием, густо смущаясь, – позвольте…

– Да-да, входи… те, – зачем-то перебил ее я и жестом указал на диван в гостиной.

Девушка тут же юркнула внутрь комнаты, но так и осталась на ногах. Защебетала, замурлыкала что-то. Голос звучал то звонко, уверенно, то пропадал, затихал и превращался в неразборчивое бормотание. Чувствовалось ее бурное волнение. И бегающий взгляд был куда многословнее обрывистых фраз, которые она пыталась собрать в осмысленную речь. Но все тщетно, я так ничего и не понял. Только и думал о том, что совсем рядом стоит Агата. Нельзя, чтобы ее обнаружили в моих покоях другие девушки. Если бы это сделали слуги, то с ними еще можно договориться. А вот с невестами – нет. Те мигом потребуют или объяснений и исключения Агаты с отбора, или такой же возможности побыть со мною наедине. И я не знаю, что хуже.

– Ваше Высочество! – в очередной раз выпалила она и сделала шаг в сторону спальни. Я преградил ей путь, но леди Ийель, словно не заметила этого моего жеста, продолжила говорить. Нужно отметить, что все это время девушка крутила в руках поднос с каким-то блюдом, накрытым белой расшитой салфеткой. Я сделал вывод, что это, должно быть, выпечка, раз от нее так сладко пахло. Должно быть…

– Этот пирог Вам. Вы же любите выпечку с вишней, – прервала она ход моих мыслей.

– Да-а, – только и сумел протянуть я и принял из рук девушки липкий поднос.

– Надеюсь, Вам понравится. – Леди Ийель одарила меня взглядом своих горячих глаз, исполнила быстрый и слегка неуклюжий реверанс и без лишних слов покинула мои покои.

Признаюсь, я опешил.

– Пирог. Да у тебя сегодня точно праздник. Возможно, день рождения или именины? – Агата вышла из своего укрытия и, стянув салфетку, принюхалась к сдобе.

– Завидуешь или ревнуешь? – отведя поднос в сторону, спросил лукаво.

– О, еще как, – ответила она, подыграв мне. – Но пирогом-то поделишься?

– Бери, мне не жалко, – протянул ей поднос.

Она спокойно отломила от него кусочек и отправила в рот. Так довольно зажмурилась, что мне тоже захотелось попробовать. И потому уже через пару мгновений я жевал чересчур сладкий, словно он состоял из одного сахара, вишневый пирог. К слову, вишни явно пожалели.

– И что ты в нем нашла? – недовольно пробурчал себе под нос.

– А?

– Пирог невкусный, говорю.

– Не вкусный, – согласилась ведьма.

– Тогда чего так улыбалась? – не понял я и воззрился на нее, ожидая ответа.

– В него от души наложили приворотного зелья, – продолжая довольно улыбаться, отвечала Агата.

– Что? – Я закашлялся, не веря своим ушам.

– Приворотное зелье, – повторила ведьма, получая истинное удовольствие от шока на моем лице. – Тебя хотели приворожить, Вениамин. Ты посмотри, до чего девушек довел своей невнимательностью и незаинтересованностью, – продолжала насмехаться надо мной та, из-за которой мне приходилось терпеть все это безумство.

– И давно ты поняла, что там приворот?

– Сразу, – уверенно отрезала ведьма.

– Как? – недоверчиво сощурился.

– Я же ведьма, – просто пожала она плечами, – такие вещи сразу чувствую.

– Почему не сказала? Зачем пробовала? Да еще и меня прельщала. – Еще раз посмотрел на пирог и скривился.

– Было интересно, вкусный он или нет, – загадочно отозвалась Агата.

– Хотела сравнить, вкуснее ли он твоего пирога без сахара? – Агата вспыхнула, а я довольно ухмыльнулся.

Агата заложила руки за спину и поджала свои прелестные губки.

– Верните меня в мои покои, Ваше Высочество. Будьте так добры. – Она опустила глаза и разгладила невидимые складки на своем необычном платье.

– А как же снять мерки? – улыбнулся еще шире, прошел мимо нее и поставил приворотный пирог на кофейный столик. Нужно будет разобраться с ним и с этой невестой потом. Вот уж не думал, что кто-то додумается до такого. И как теперь быть? Что делать с этой горе-невестой? Исключить из отбора?

– А что теперь будет? – задал еще более интересующий меня вопрос. – Приворот подействовал? Я пока ничего не чувствую.

– Не подействует.

– Откуда такая уверенность? – недоверчиво уставился на Агату. Она посмотрела на меня как на неразумного ребенка.

– Ты перед началом сегодняшнего испытания выпил зелье, оно еще действует.

– Ты и об этом знаешь?

– Кто, по-твоему, его приготовил? – вздернула подбородок ведьма, а я восхищенно уставился на нее.

– Вот оно, значит, как. Премного благодарен. – Я отвесил ей поклон, приложив руку к груди. – В таком случае, в благодарность я весь в Вашем распоряжении, леди Агата. – Я встал в проходе между спальней и гостиной и расставил руки в стороны. – Можете смело снимать с меня мерки. Даже позволяю передать их в использование остальным невестам. Я все прощу.

На что она лишь еле слышно цокнула и отвернулась, пряча очередную за сегодня полуулыбку в волосах. Надо же, не часто доводится видеть ее в таком приподнятом настроении. И это несмотря на мою сегодняшнюю выходку за столом. Ко всему прочему, я ведь похитил ее из покоев.

– Я уже сняла нужные мне мерки. Захочу, обязательно поделюсь этими сведениями с твоими невестами. – Наконец вернула она себе беспристрастный вид и прошла мимо меня в сторону балкона. – Верни меня уже на место. А то вдруг Лидия захочет заглянуть перед сном.

– Я думал, ночи ты проводишь в компании Кристины.

Агата стояла ко мне спиной, но даже так уловил ее усмешку. Затем она вздохнула и резко развернулась, почти прямо перед моим носом. От неожиданности покачнулась, и я поймал ее в свои объятия.

– Эту ночь, пожалуй, мы проведем раздельно, – выдохнула она мне в грудь.

– Правда? Может, тогда я составлю тебе компанию? – ответил бархатным голосом, отчего Агата будто застыла. Затем стряхнула наваждение и высвободилась.

Я спрятал улыбку и активировал портал. Взял о чем-то задумавшуюся Агату под руку и перенес нас в ее комнату.

– А на тебя любовный приворот действует? – спросил перед тем, как отправиться к себе.

Агата вынырнула из своих дум и слабо улыбнулась.

– Я же ведьма, на меня такие трюки не действуют.

– А жаль. – Я подмигнул ей и тут же исчез в портале. Но все же уловил неподдельное удивление и заинтересованный блеск глаз моей эльфийской ведьмочки.

А вот интересно, она ведь не совсем обычная ведьма, значит ли это, что на нее или не действует все, или действует, но не так, как на обычную ведьму? Надо бы выяснить это. Но как и через кого? Она ведь единственная в своем роде. Может Кристине или Лидии что-то известно? Должна же была Агата поделиться хоть частичкой информации о своей природе с кем-то из своих подруг.

Не то чтобы я собирался как-то использовать эту информацию в личных целях. И уж тем более я не помышлял применять к ней никаких приворотов. Но для ее же безопасности я должен знать о ней подобные вещи.

Глава 12. Истинные причины

Агата

Думала, что несмотря на всю усталость и суматошность дня, проворочаюсь долго, прежде чем уснуть. Или же до самого утра буду думать, почему прикосновения Вениамина и его близость вызвали у меня сегодня такие сильные эмоции. Ибо мне одновременно было приятно и хотелось оттолкнуть его и убраться подальше. Но нет, меня сморило быстро, стоило прилечь на постель. А ведь я даже не подготовилась ко сну и не убрала свое рукоделие, которое мирно покоилось на соседней подушке. Так и проспала с ним рядом до самого утра. Глаза раскрыла, когда в покои вихрем ворвалась Мила.

– Леди Агата, просыпайтесь! Вы все проспали! – Мила распахнула шкаф и принялась перебирать мой гардероб в поисках подходящего платья.

Все еще пребывая во власти сна, я приподнялась на подушке и сладко потянулась.

– Такой переполох с утра, что я о Вас-то и позабыла. А когда не увидела на завтраке, который, к слову, задержали, поняла, какой промах совершила. Ох, и накажут меня за это потом, – причитала служанка.

– Какой переполох? – непонимающим взглядом окинула девушку, вынырнувшую из шкафа с зеленым платьем бледного оттенка.

– Ох, Вы же не знаете! – Я серьезно посмотрела на нее, давая понять, как сильно жду объяснений. – Сегодня утром случилось несчастье, – прижимая мое платье к груди, чуть ли не всхлипнула Мила.

– Какое? – начиная раздражаться, уточнила я.

– Одна из невест пострадала. Бедняжка. – Мила снова то ли вздохнула, то ли всхлипнула. А меня словно холодной водой окатило. Видя мое беспокойство, девушка тут же пояснила: – Но не волнуйтесь, с леди Лидией все хорошо! Она в порядке.

Я ринулась к служанке и, схватив ее за руки, затрясла.

– Кто пострадала? Ответь мне, Мила.

– Принцесса Ийель, – выпучив глаза, непонимающе уставилась на меня Мила.

– Приворотница, – прошептала себе под нос, но Милу отпустила.

Как же так? Кому она помешала? Вчера вечером Ийель была у Принца и ушла от него в целости и сохранности.

– Что именно с ней произошло? – обратилась снова к Миле.

Та вздохнула в очередной раз и взволнованно ответила:

– Сегодня утром ее обнаружили в одном из коридоров для слуг. Она… Ее… столкнули с лестницы. Так говорят остальные.

– Она жива? – задала мучивший меня вопрос.

– Жива. Но без сознания. Кажется, она сломала шею.

Я удивленно выгнула бровь.

Вот это да. Подумать только, сломала шею. Действительно бедняжка. Шанс, что она выкарабкается, очень мал. Здесь даже самые сильные маги не смогут помочь.

Но могла ли Ийель оступиться и упасть сама? Или может ей кто-то помог? Неужели кому-то из принцесс или их приближенных надоело ждать, и они начали убирать конкуренток? Но разве стоит игра свеч, что нужно идти на такие жесткие меры?

– Уже определили время происшествия?

Мила странно уставилась на меня, и я поняла, что мои вопросы могут звучать подозрительно.

«Нужно поговорить с Кристиной», – пронеслось в голове, а вслух же я произнесла:

– Ладно, Принц и его люди обязательно во всем разберутся, а нам нужно поторопиться, чтобы я успела на завтрак. Бедняжка леди Ийель. – Мила кивнула, а я присела на край кровати и позволила девушке продолжить сборы.

***

Вениамин

Утро выдалось нервным и напряженным. Происшествие с леди Ийель взбудоражило весь дворец и всех его гостей. Я не мог поверить, что подобное могло произойти в наше время и на Императорском отборе. И в голове не укладывалось, что делала девушка в коридорах для слуг. По моим соображениям, выходило так: после того, как принцесса вручила мне свой приворотный пирог, она зачем-то отправилась на кухню. Но зачем? Убрать после себя рабочее место? Скрыть следы приворота? Судя по тому, что на кухне ничего не нашли, ей это удалось. А дело выглядит так, будто принцесса Ийель оступилась и упала с лестницы, когда возвращалась обратно. Но ее могли и столкнуть. Уж больно странно выглядит произошедшее. Могли ли ее оглушить перед падением, чтобы она не смогла предотвратить его, использовав свою магию для защиты? Ведь в ийельской принцессе течет магия воздуха. Кто-кто, а она бы с легкостью справилась и вернула себе равновесие.

Осмотр места происшествия не дал ответов на вопросы. И осмотр пострадавшей тоже. Все утро я провел в компании Григория и его людей, а позже к нам подключились доверенные лица отца и представители Ийельского государства. К обеду мы были вынуждены признать, что у нас нет никаких зацепок и новых версий, кроме несчастного случая и намеренного причинения вреда кем-то из других принцесс или их людей.

– Как Вы это объясните? – в сотый раз задавал свой вопрос представитель ийельской принцессы. Он раздражал меня с первого взгляда: маленький, довольно упитанный, с небольшой лысиной среди черных гладко зачесанных набок волос, маленькими, вечно бегающими по лицу глазами и крупным ртом, откуда то и дело раздавалось его недовольное брюзжание.

Нет, я, конечно, его прекрасно понимал. Принцесса не должна была пострадать, Император гарантировал безопасность каждой участницы. И все так бы и было. Кто мог ожидать, что случится что-то подобное? Ведь единственным из вариантов происшествий было разве что отравление.

А теперь выходило, что жизнь принцесс в опасности. Принцесса Ийель находится на грани жизни и смерти. Представитель королевства требует немедленного расследования, которое уже и так ведется. Он также страшно зол и в ужасе. Как ему донести информацию о произошедшем до семьи девушки и главы государства? Это же целый скандал будет. А он будет, в этом нет сомнений.

Но самое важное: что будет с леди Ийель? Видно, что этот маленький брюзжащий мужичок переживает и за нее. Они ведь прибыли сюда с одной целью – достойно представить свой народ. А вышло, что жизнь одного из них подверглась серьезной опасности.

Не понимаю, зачем кому-то убирать ийельскую принцессу? Кому она уже успела досадить? Кто-то увидел в ней серьезную конкурентку? Или это все же несчастный случай? И еще этот вишневый приворотный пирог…

– Я повторю свой вопрос, – прочистив горло, продолжал допытывать ийельский представитель. – Как Вы объясните то, что на Вашем отборе пострадала Принцесса Ийель, тогда как ваш Император заверил нас, что ей ничего не угрожает. А что в итоге? Принцесса Ийель не жива и не мертва! Ваш лекарь никак не смог ей помочь! – Он перешел на крик.

– Я…

– Успокойтесь, пожалуйста, – подал ему стакан Григорий, а я нервно потер переносицу.

Столько раз извинялся перед этим господином и обещал тщательнейшим образом во всем разобраться, что уже выбился из сил. А ведь даже обед еще не наступил. Расследование в тупике. Все опрошенные слуги и обитатели дворца ничего не видели и не слышали. Они либо врут, либо к каждому из них придется заглянуть в голову.

– Мы обязательно во всем разберемся, – продолжал тем временем Григорий, повторяя все то же самое, что я говорил на протяжении четырех часов.

Его Высочество Император пока не спешил лично выражать свое сочувствие и обещать быстрое выяснение всех обстоятельств. Это наводило на тревожные мысли. Придется навестить его первым и выяснить о дальнейших распоряжениях относительно отбора.

– Скажи мне, что у тебя есть хоть какие-то теории, – сквозь зубы произнес я, когда мы покинули зал, выделенный для работы следственной группы под руководством Григория.

– Если бы, – просто ответил Григорий, будучи в курсе событий вчерашнего вечера, развернувшихся в моих покоях при участии и Агаты, и леди Ийель. – Но очень все странно. Прошлым вечером принцесса Ийель стучится в твои покои и преподносит тебе пирог с приворотным зельем, затем спешит замести следы ворожбы. Хотя сама она не ворожила, лишь подмешала зелье. А уже на обратном пути вдруг летит со ступенек крутой каменной лестницы. И что-то подсказывает мне, что не могла она сама оступиться и упасть. Ей явно кто-то помог.

Мы шагали по дворцовым коридорам, которые снова вели нас на место происшествия.

– Это тебе твой полицейский опыт подсказывает или всего лишь предположения?

– Опыт. Сдается мне, моя теория верна. И нужно как можно скорее отыскать того, кто это мог сделать с бедняжкой.

– Скандала все равно не избежать, – быстро понял течение его мыслей.

– Оно и понятно. Господин Визарт не допустит, чтобы такое происшествие никак не сказалось на репутации Императора Мордовы.

– А что представители других невест? Уже готовы увозить своих принцесс домой? – как бы безразлично бросил я.

– Нет, – усмехнулся друг, отлично понимая, что именно меня беспокоит.

***

Агата

Получить сведения от Кристины не составило труда. Тем более, когда она сама спешила ими поделиться. Так, когда всем невестам было велено отправляться в свои покои и ждать, пока их позовут, мы почти сразу после завтрака оказались снова в саду.

– А днем здесь еще красивее, – отметила подруга, шагая между ровных невысоких деревьев с вишней.

– Ночью романтичнее, – вставила я, пока мы углублялись в сад, туда, где нас будет сложно подслушать.

– Вот и гуляла бы здесь со своим романтиком. Чего меня по ночам из постели вытаскивать? – огрызнулась Кристина, а я лишь беззвучно усмехнулась.

Мы подошли к ореховой роще, и я, оглядевшись, сделала шаг вперед, поманив за собой подругу.

– Долго мы будем бродить, не знамо куда? – решила уточнить та спустя пару минут.

– Боишься испортить наряд? – съязвила я, завидев, как в очередной раз Кристина отрывает подол своего рабочего платья от кустов дикой ежевики, выросшей вдоль садовой дорожки, и тут же пожалела. Подруга пихнула меня в бок и теперь мое платье пришлось спасать от колючих кустарников. – Вот ты… – только и вырвалось у меня.

– Прости, – тут же пришла мне на помощь она.

Как только мы отряхнулись, я приготовилась задавать вопросы.

– Жаль эту бедняжку. Пусть принцессе и не подобает обращаться к такому рода способам, пытаясь завоевать сердце жениха, но она не заслуживает той участи, что выпала на ее долю, – начала Кристина, срывая по пути одинокую ромашку.

– Не заслуживает, – согласилась я. – Но вот ты мне объясни, не могла же она сама так упасть? И где ее хваленая магия?

– Это пока никому неизвестно. Следствие сейчас занято поисками улик и свидетелей. Но я считаю, что без посторонней помощи тут не обошлось. Другой вопрос: кому это понадобилось? В версию, что леди Ийель посчитали довольно опасной конкуренткой, я не верю. А вот что она могла что-то такое услышать, увидеть или узнать – очень даже.

Я кивнула.

– Так во сколько, ты говоришь, произошло данное происшествие?

– Я не говорила, – остановилась подруга и, довольно сощурившись в мою сторону, поджала губы. Пришлось тоже остановиться. – Где-то около часа ночи. Тяжесть ее положения и заключается в том, что она слишком долго пролежала без сознания. Ее обнаружила прислуга только в пять утра.

Я кивала на каждое ее слово.

– Так чем вы там занимались с Вениамином, когда леди Ийель принесла свой необычный пирог?

Хотелось ответить, подражая ее «я не говорила», но я сдержалась. Эх, моя сдержанность иногда играет против меня. Нечего лишний раз подтверждать, что она имеет власть надо мной. Иначе зазнается, уж я-то ее знаю.

– Мы говорили о его брате и его необычных способностях.

– О, наслышана, – кивнула подруга.

– Еще бы, – добавила я, а та показала мне язык.

Так по-детски, что не смогла сдержать легкой улыбки.

– И что, ты ела этот пирог, который другая приготовила для твоего жениха?

Из моего рта вырвалось недовольное «цыц», и следом я закатила-таки глаза, мысленно отвешивая себе подзатыльник за недостойное поведение.

– Он – не только мой жених, она – не другая, а еще одна его невеста, как и остальные гостьи Зимнего дворца, кроме членов судий.

– Ой, да брось, он определенно в тебя влюблен.

Я снова затормозила. Подруга тоже остановилась, но ближе не подошла. На меня нахлынули воспоминания вчерашнего вечера, прикосновения Вениамина и последующую на них реакцию моего тела. В груди стало так жарко, и я накрыла ее рукой.

– Это не больше, чем дружеская симпатия. Думаю, ему просто не доводилось дружить с девушками до знакомства со мной.

– Угу, и ты серьезно в это веришь? – теперь пришел черед Кристины цыкать и отвешивать себе мысленный подзатыльник.

– Почему это не может быть правдой? – искренне удивилась я и зашагала дальше. Кристине пришлось за мной нехотя поспевать.

– Он избегает всех остальных девушек, – нагнала она меня. – И ты так и не ответила, ты ела приворотный пирог? Он не подействовал на тебя? А на Вениамина?

– На меня такое не действует. А Вениамин был спасен раствором, которым я поделилась с ним по старой дружбе.

– Ага, по дружбе. Так и запишем.

Поморщившись, я продолжила гнуть свое:

– Тебе будет сложно с этим смириться, но в конце концов Вениамин найдет себе достойную партию и счастливо на ней женится. И это буду не я. Да, я признаю, что он слегка увлекся мною. Но со временем он обязательно разглядит остальных девушек и с легкостью влюбится в ту, кто будет поддерживать его на всем пути и разделит предстоящее бремя. И, повторюсь, это буду не я.

– О-о, – лишь протянула Кристина и, немного помолчав, добавила: – Обманываться на свой счет, это не плохо. Иногда даже хорошо. Но мы обе с тобой прекрасно осознаем, что увлеченность тобой Вениамина не мимолетна. И как бы эти принцессы и графини ни старались, им не удастся завладеть сердцем Принца. Оно уже в твоих руках, Агата. Просто признай это, и будет легче. Еще лучше признай, что тебе тоже не безразличен Вениамин.

Все это время я слушала ее болтовню в пол-уха, но на последних словах притормозила, уловив их смысл.

– С чего такие выводы? – серьезно спросила, прищурившись.

– Ты заботишься о нем. Поишь его своими зельями, чтобы он не отравился, готовишь его любимое блюдо несколько раз, чтоб проучить. И я все еще помню, как вы смотрели друг на друга год назад. Ты, конечно, можешь это отрицать, но я все вижу.

– По твоей логике следует, если я забочусь о Вениамине, то я в него влюблена. Так?

Я фыркнула.

Ну и глупости созревают иногда в голове Кристины. Забота порождает любовь? Чепуха, которой мир не слышал никогда. Я ведь забочусь и о ней, и о ее муже даже. Из ее слов выходит, что и его я люблю? Бред.

– Да, когда любишь, хочется заботиться об этом человеке всегда, даже в незаметных вещах, – продолжала тем временем Кристина. – Эта самая забота позволяет каждый раз напоминать ему, что он кому-то очень дорог.

– Хорошо. – Я остановилась и посмотрела в упор на подругу.

Не стоило, конечно, настолько принимать все близко к сердцу и доходить до такой крайности, но хочется разрешить всю эту ситуацию с моим отношением к Вениамину раз и навсегда. Хватит записывать его в мои потенциальные мужья. Иначе такими темпами я сама в это поверю, чего мне совсем сейчас не надо. Вон вчера как отреагировала на его близость. До сих пор будто мурашки по коже бегают, а в груди остался след от разлуки, словно у меня отняли что-то очень ценное, когда Вениамин высвободил мою ладонь.

Брр, нет-нет, так не пойдет.

Откинула волосы назад и спокойно заявила:

– Тогда я больше не буду заботиться о Вениамине.

– Что? – не веря моим словам, протянула Кристина. – Что это значит?

– То и значит. – Я упрямо вздернула подбородок, хоть это и не в моем характере. Возможно общение с Лидией так на меня повлияло. – Теперь я не приду ему на помощь, не буду стараться порадовать его. Или как-то приободрить. Или защитить. Никаких зелий и амулетов он от меня по моей инициативе не получит. Как тебе такое? Будет ли это означать, что у меня нет к нему никаких чувств?

– А если ему будет угрожать опасность? – забеспокоилась подруга, пропуская все остальные мои слова мимо ушей.

– Опасность? – я пожала плечами. – У него есть вы с Григорием, Император, мать, слышала, она очень сильный маг, и Валентин. Он-то уж точно сможет прийти на помощь брату побыстрее остальных. И уж тем более, когда узнает о моем решении.

– Уверена, что он так быстро узнает? – Кристина все еще недоверчиво глядела на меня.

– Да. Вениамин тоже узнает. Он расстроится, но так ему будет легче переключиться на других девушек.

Кристина недовольно насупилась, о чем-то явно задумавшись, но ничего не сказала. Мы вышли на тропинку, которая вела обратно ко дворцу. И молча побрели обратно. Уже на границе садов Кристина активировала портал и перенесла нас в мои покои.

***

В коридоре царила тишина. По пути ей встретился всего один слуга, который окинул ее быстрым взглядом. А ведь она здесь хозяйка. Была ею, по крайней мере, до отбытия на отбор невест для Мордовского Принца. Но вернувшись сюда, девушка обнаружила, что даже слуги ей не знакомы, по-видимому, временный хозяин заменил их всех.

Она подошла к большой дубовой двери и хотела было постучать, но передумала. Вошла так, без приглашения. В конце концов, она у себя дома, а в этом зале много лет подряд, восседая на троне, принимал гостей ее отец. Выходит, она теперь тоже гостья.

Она усмехнулась.

– Какие люди! – вскинул руки довольного вида мужчина.

Пусть он и красив, галантен и учтив на первый взгляд, но как же обманчиво это первое впечатление. Жаль, что она поздно раскусила его замысел и оказалась полностью в его руках. Жизнь ее отца, а теперь и судьба народа сейчас находилась в его власти. И ей не оставалось ничего, кроме как смириться и выполнять все его приказы. Хорошо, что они пока были в рамках разумного, и он не требовал от нее ничего из ряда вон выходящего.

Это пока что. То, как он смотрел на нее последние несколько недель до отбора, заставляло ее нервничать и отмывать руки с мылом до скрипа после каждого рукопожатия, или когда он просто брал ее за руки.

Противно. Противно и то, что она молча соглашалась выполнять все его поручения. Взять хотя бы участие в этом отборе. Но тут нужно признать, она использовала эту возможность, чтобы сбежать. Сбежать от него хоть на время. И возможно найти поддержку в лице Принца, чтобы с его помощью освободить свое королевство и вылечить отца от странной болезни, которую он получил неизвестным образом. Ведь так не бывает, чтобы абсолютно (она в этом уверена) здоровый человек всего за какую-то неделю превратился в овощ, обмяк и потерял почти весь свой магический резерв. Магия еще теплится в нем, но ее хватает лишь на то, чтобы поддерживать жизнь в том хрупком теле, которое принадлежит ее отцу.

– Не думал, что после своего поступка ты заявишься сюда. Да еще и в этом странном наряде. Боишься, что кто-то узнает, что ты посмела покинуть дворец во время отбора?

Мужчина довольно оскалился, а она поморщилась. Благо плотная вуаль полностью скрывала ее лицо, а такой же черный платок покрывал голову, так что никто не мог узнать в ней дочь Короля.

– Я лишь ускорила события, – спокойно отозвалась она и тут же слегка нервно передернула плечами.

Она все же совершила ужасный поступок. И ей придется совершить еще подобный и не раз. От того душа ее плачет и разрывается, но она отключила связь с ней. Отключила все чувства и эмоции, ибо только так она сможет дойти до конца и не сойти с ума. А что потом? А потом она обязательно очистит ее и себя, и, если получится, все забудет и станет жить дальше. Как и прежде: счастливо и спокойно, любимая отцом и своим народом. Возможно, у нее даже появится муж. Тот самый Мордовский Принц. И она станет любима еще одним народом.

– Но ты действовала не по нашему плану. – Мужчина поднялся с трона отца и направился в ее сторону.

В его тоне скользили недовольные нотки, но она даже порадовалась этому. Видеть его радостное лицо было бы невыносимо. Пусть лучше гневается и вымещает свою злость на ней, это она уж как-нибудь переживет.

– Да еще и оплошала, – продолжал тем временем этот мужчина, который годился ей в отцы. Но не в мужья, нет. Разница в возрасте была все же весомой.

– Да, не получилось сделать все гладко. Но ничего. В следующий раз справлюсь лучше, – спокойно отреагировала она, продолжая держать голову прямо. Ибо ни за что она не будет преклоняться перед ним как остальные.

Как, например, ее двоюродная сестра, которая послушно легла к нему в постель, а теперь проводит свои дни где-то в отдаленном поместье. Очень велика вероятность, что она могла понести от него. Но, возможно, боги милостивы к ним, и этого не случится.

Хотя оно и к лучшему, что такая незавидная участь коснулась именно ее сестру. Это она поняла только сейчас. Тогда же она умирала от ревности и ужасно злилась, что он обращается с ней как с младшей сестрой, игнорируя ее красоту и статус, полностью увлекшись кузиной. Даже думала о том, как отправить ее подальше из дворца. И как же все изменилось спустя всего пару месяцев. Теперь она благодарила сестру, что та оказалась куда более пригодной для него в этом качестве.

А ведь ее он не тронул. На нее у него были другие планы. Поэтому он позволял себе только редкие, но все же довольно неприличные жесты: то заключал ее руки в свои, то касался своими мерзкими пальцами ее лица, плеч и подбородка.

Вот и сейчас он подошел и протянул к ней свою руку. Хотел одернуть вуаль, но она не позволила, отвернулась. Теперь пришла его очередь кривиться.

– Не разочаруй меня. И я надеюсь, что если эта принцесска выживет, то ее показания не приведут к тебе. – Она хотела ответить, но он не дал. – При любом раскладе никакие следы и ничьи показания не должны привести к тебе. Иначе…

– Иначе что? – Она затаила дыхание.

– Иначе мне придется вмешаться. Но тебе это не понравится.

Он окинул ее жгучим взглядом теплых карих глаз, от которых она не так давно таяла даже в самый лютый холод, и прошел мимо, покидая тронный зал.

Она обернулась, недоуменно всматриваясь в его удаляющуюся спину.

«И когда все так сложилось?» – размышляла она.

Как вышло так, что из самого важного и близкого человека он превратился в самого мерзкого и ненавистного? Но она знала ответ на это вопрос. Ведь это был его план.