Магия Филомины: За гранью миров

Глава 1. Магия начинается

Пролог

В маленькой квартирке где-то на окраине Москвы жила девушка, звали её Филомина. Имя ей дала бабушка, чтобы жизнь маленькой девочки никогда не была заурядной.

«Филочка, — говорила бабушка, поглаживая кучерявые огненно рыжие волосы и заглядывая в изумрудные глаза девочки, — в тебе живёт магия, которая однажды вырвется и преобразит весь твой мир».

Девушка никогда не понимала её слов. Тем более последующие десятилетия доказали, что волшебства в нашем мире не существует.

Жизнь Филомины проходила словно стрелки у старинных часов, которые медленно отсчитывали уходящее время и не предвещали никаких перемен. Очередной серый день. Очередная стопка отчётности. И один звонок, который разделил жизнь на до и после.

«Бабушка ушла из жизни».

Согласно оставленному завещанию, квартира и всё в ней находящееся переходило к Филомине. Кроме того, бабушка умудрилась уйти в очень интересное время. Её не стало в 3 часа 33 минуты 7 июля 2023 года. Но после объявления её смерти, девушка получила с телефона бабушки звонок. С телефона, который никто не трогал в тот трагичный день.

Конец октября. С момента похорон прошло больше полгода.

Филомина всё ещё не могла поверить, что бабушки нет. С кухни словно доносился запах её домашней выпечки, а в комнатах слышался её тёплый смех. Казалось, вот-вот старая женщина войдёт в квартиру, потреплет копну огненно-рыжих волос девушки, крепко обнимает и разгонит всю тревогу. Только вот этого не происходило.

Пришлось учиться жить без её мудрых наставлений, поддержки. Жаль, что только после смерти Филомина осознала, какое огромное место в её сердце занимала бабушка.

До сего момента девушка сбегала от грустных мыслей, погрузившись в работу и подработки.

Квартира, доставшаяся в наследство, хоть и была в нормальном состоянии на первый взгляд, но на поверку оказалось, что тут требовался капитальный ремонт. Филомине пришлось потратить значительную сумму, чтобы привести квартиру в состояние пригодное для жилья.

Плесень, барахлившая проводка, скрипящие полы, сломанные обогреватели и холодные комнаты, ванная комната с канализацией в виде лабиринта из дома Винчестеров – всё это нуждалось в значительных финансовых вливаниях и пары кредитов. Но результат того стоил.

Кухня выглядела очень уютно, в отличие от остальных комнат.

Девушка уже мысленно прикинула в уме, сколько потребуется денег, чтобы довести всю квартиру до ума. Сумма была немаленькая, но подъёмная. С одними подработками она бы за пару смогла довести всё до ума и закрыть кредиты.

Филомина давно мечтала уйти из душного офиса и найти свою магию. Раскрыть своё волшебство, даже если это будет скромная магия историй и книг.

В детстве Филомина заслушивалась рассказами бабушки, которая рассказывала о ведьмах в их роду, которые обладали поистине удивительными способностями. Кто-то мог управлять погодой, кто-то общаться с животными, а кто-то видел будущее. Тетя Эвонна могла разговаривать с мёртвыми, а двоюродная бабушка Мирианн старела так медленно, что хоть в 50 лет пиво с паспортом покупай.

Но по словам матери, ни к ней, ни к Филомине не перешёл этот дар, и девушка была самой обычной жительницей спальных районов.

Девушка была не согласна с таким положением дел и хотела найти свою собственную магию.

И возможно, для этого время пришло.

Денег хватит на какое-то время, а квартира, полная магических артефактов и книг помогут разобраться в мистическом наследстве рода. Возможно, Филомине наконец-то выпал шанс найти свою собственную магию. Заняться творчеством и оставить ничем не примечательную жизнь позади.

Кроме того ей не давал покоя тот самый звонок, что произошёл после оглашения смерти. Телефона с того трагичного дня никто не видел. Родственники сослались на то, что это был глюк аппаратуры. Только вот девушка чувствовала, что за этим стоит что-то большее. А может это было угрызение совести из-за пропущенных из-за загрузки на работе последних слов бабушки.

Тяжело вздыхая, Филомина налила себе чай и плюхнулась обратно на стул, закутавшись в махровый зелёный халат, который когда-то давно подарила бабушка.

– Бабушка, – взгрустнула она, а на глаза выступили слёзы.

Филомина смотрела, как на кухонной мебели скакали солнечные зайчики и чаинки медленно танцевали на поверхности кружки.

Сейчас её мысли переключились на предстоящий разговор с родителями.

Диалог предстоял непростой, учитывая, что они ещё не были в курсе того, что девушка подала заявление на увольнение. Помимо всего прочего мама была резко против этой квартиры и с самого начала, убеждала дочь продать её и оставить все мысли об оккультизме в прошлом. Забыть о магии и всех сказках бабушки.

Мысли прервал раздавшийся в комнате скрип.

«Наверное опять половицы», – подумала девушка, отхлебнула чай из кружки.

Скрип усилился.

Филомина стала прислушиваться. В соседней комнате словно кто-то ходил.

Тяжёлые шаги пронеслись по квартире.

Девушка подскочила со стула. Сердце колотилось как сумасшедшее.

«Показалось??!?» – пыталась успокоить себя нынешняя хозяйка квартиры.

Скрип шкафа. Шорох. Филомина оцепенела. Страх сковал всё тело. Внутри всё колотилось крупной дрожью. Звук разбившегося стекла. Что-то упало.

«К-к-кто это может быть? Входная дверь не открывалась. Крыса? Нет! А что если…»

Филомина осторожно подкрадывалась к комнате. Звук словно на мгновение замер, но потом раздался грохот от хлопнувшей дверцы шкафа. Девушка вскочила в комнату, но никого не было. Подошла к шкафу и резко отворила его. Тоже никого. Ничего не падало. Всё на своих местах.

– С-странно, – выдохнула неуверенно девушка, – Звук шёл из этой комнаты. Неужели… я схожу с ума?…

Сзади раздались какие-то шепотки. Она резко развернулась и, на секунду ей показалось, что она видела краем глаза тень.

Сердце упало в пятки, а внутри всё похолодело. Девушка на цыпочках вышла в холл. Никого. Проверила замки на входной двери. Закрыто. Сердце было готово в любой момент выпрыгнуть из груди. Кто-то был рядом и наблюдал. Ощущение словно рядом с ней кто-то находился. Незримый.

Будучи ребёнком, она слышала разные истории от бабушки про тени, демонов, призраков и различную нечисть. Но до сего дня эти истории казались лишь страшилками. Сказками, что рассказывала пожилая женщина.

– Да ну, бред какой-то! – смахнула ненужные мысли Филомина и попыталась вернуться в нормальность, – Всё это не может быть взаправду, так ведь?

Но страх не уходил, а сердце колотилось как бешеное. Девушка внимательно обошла всю квартиру, повключав везде свет. Спрятаться тут было негде. Развалившийся диван и кровать она выкинула. Во всей квартире остались только два шкафа, которые битком были забиты вещами, и один антикварный письменный стол, под которым девушка всё проверила с фонариком.

Наступал вечер. Квартира постепенно превращалась в обитель ужасов. Тревога нарастала. Филомина не понимала, что это могло быть. И что с ней сейчас происходит. Её мысли метались в сомнениях. Это либо её бурное воображение, либо рядом с ней и вправду что-то есть. Что-то потустороннее и, возможно, опасное.

В квартире резко похолодало, а свет замигал опять. Слышалось шуршание. Словно крысы поселились в промежутках между стенами.

Девушку трясло от страха. Сейчас как никогда хотелось сбежать и переночевать у матери, но она не могла. Ведь иначе придётся признать, что мама была права всё это время и с этой квартирой всё было не ладно.

Филомина решила взять себя в руки и позвонить тёте Эвонне, которая была медиумом и гадалкой, умела предсказывать судьбу и общаться с мертвыми.

Тетя не разделила обеспокоенность девушки и ответила, что звуки скорей всего шли из соседней квартиры и эхом отзывались по голым стенам в комнатах племянницы, создавая ощущение, что кто-то ходит рядом. Это звучало вполне логично.

Сердцебиение постепенно успокаивалось. Дыхание выравнивалось, а дрожь в теле сошла на нет. Несмотря на заверения тети, осадок остался.

Перед сном Филомина проверила и перепроверила ещё раз замки на входной двери и пошла спать в кабинет, где на полу расположился огромный ортопедический матрас.

Девушка уверяла себя, что всё ей только показалось. Воображение разыгралось от навязчивых мыслей. Но в целях безопасности она придвинула к двери тумбочку и включила ночник. Звуки стихли. Наступила мертвецкая тишина.

Филомина закуталась в одеяло, которое с детства являлось спасительным щитом от всех чудовищ, и задремала.

Сон прервало звяканье посуды, доносившееся с кухни. Но она решила не смотреть и скрылась с головой под одеялом в попытках уснуть. Ведь всё это ей только кажется.

«Это всё у соседей,» – успокаивала она себя.

Поворочившись какое-то время, она услышала, как скрипнула ручка двери. Краем глаза заметила тень на стене. Кто-то вошёл внутрь. Без звука. Тихо словно тень. Страх парализовал девушку. Холод пронзал насквозь. Филомина не могла шевельнуться. Что-то присело рядом с ней на матрас. Ужас лишил возможности закричать.

– Иди ко мне… – раздался тихий едва различимый леденящий голос.

В следующий миг, девушка ощутила, как чья-то рука опустилась на её плечо.

Филомина в ужасе подпрыгнула и заорала во весь голос.

Задыхаясь, она осмотрелась по сторонам. Тумбочка подпирает дверь. Ночник рядом с ней включен. Шкаф с другой стороны комнаты закрыт. Стопки книг лежат по углам комнаты. Письменный стол стоит у окна с ноутом и лампой. Шторы занавешены. Всё на своих местах.

Переведя дыхание и немного успокоившись, Филомина заметила, что уже рассвело.

– Неужели это был сон? – выдохнула она и прижала руку к груди, чтобы успокоить бешеный сердечный ритм, – Сон… только сон… всё хорошо…

Девушка сидела пару минут, отходя от ночного кошмара, после чего её взгляд упал на шкаф. Когда-то давно бабушка рассказывала и показывала, как плести ловцы снов, которые защищают спящего от кошмаров и злых духов. Кроме того в аптекарском отделе шкафа с маленькими ящичками для трав девушка видела мелиссу и мяту, которые можно заварить в чай, чтобы успокоить разбушевавшиеся нервы.

Филомина поднялась и подошла к шкафу, который был забит различными склянками с жидкостями, шкатулками с различными старинными амулетами, камнями и секцией с ящичками для трав, различных смесей и свечей. В поисках любых защитных артефактов её внимание привлёк спрятанный под горой бумаг и записных книжек массивный кованый сундук с узорчатыми коваными элементами и кодовым замком.

Девушка вытащила его и перебрала различные шестизначные комбинации, но без успешно. Даты рождения близких, важные даты из жизни бабушки или её родных не подходили. Филомине стало любопытно, что такого важного бывшая хозяйка квартиры могла в нём спрятать.

– А что если… – глаза девушки засияли.

Размышления прервал раздавшийся дверной звонок.

На пороге стояла Зинаида Ивановна, двоюродная бабушка по линии деда, чьи родители владели этой квартирой. Эта пожилая дама всячески изводила девушку на семейных посиделках, пылась уколоть, оскорбить и обратить внимание всех на несостоятельность девушки как женщины и как взрослого человека в общем.

Её меньше всех Филомина ожидала увидеть на пороге.

И судя по недовольному и злобному выражению на её лице, девушке хотелось закрыть обратно дверь. Но вместо этого она сжалась, готовясь к очередной порции оскорблений в свой адрес.

– Добрый день, Зи…

– Неужели так сложно открыть дверь сразу?! Мне сколько тебя надо ждать? – озлобленно перебила её родственница, – Или ты думаешь раз рыжая родилась так теперь всё можно?

– Н-у-, я-я-я… э-э-эм… – замялась Филомина, не зная что ответить.

На лице пожилой женщины появилось явное отвращение, которая та даже и не пыталась скрыть. Зинаида закатила глаза и, оттолкнув девушку, вошла в квартиру.

– Ай! да как вы… – попыталась возмутиться Филомина.

– Да как я что?! – огрызнулась старуха, – Как ты вообще смеешь заявлять свои права на эту квартиру! Квартира принадлежала моим родителям! Пока мой брат не привёл твою бездомную бабку, которая его и сгубила ради квартиры, – глаза незванной гостьи так и рыскали по всем углам квартиры, оценивая оставшееся имущество, – И куда ты дела сервант из холла?! И почему нет ни дивана ни кровати? А? Чего молчишь словно в глупая рыба, я с кем вообще разговариваю??!

– Я сделала перестановку, убрала развалившуюся мебель и… – голосок её дрожал, а всё внутри содрогалось, Филомина надеялась, что если она не будет возражать и пререкаться, то злобная гостья уйдёт быстрее.

– И кто тебе позволил это сделать? Эта квартира была моих родителей! Нужно было меня в начале спросить, перед тем как всё тут менять или выбрасывать! Тебе лишь бы избавиться от всей своей семьи и заграбастать себе наследство.

От этой фразы по спине девушки проступила холодная дрожь, она никогда не хотела этой квартиры, как и наследие семьи для неё было важнее всего, поэтому она не продала квартиру как того требовала мама. Тем более Зинаида Ивановна не знала, сколько всякого барахла пришлось выбросить и сколько денег вложить, чтобы привести квартиру в порядок.

– Вы пришли чтобы оскорблять меня? – заступилась за себя Филомина.

– Оскорблять? – хмыкнула старуха, – Мне незачем этого делать. Мне лишь интересно по какому такому праву квартира досталась такой неродивой девчонке как ты. Ты даже не навещала собственную бабку и не заботилась о ней! Какое право тогда ты имеешь на эту квартиру?!

– Я работала… – попыталась оправдаться девушка.

– Работала?! – глаза бабки округлились, – Перебирание бумажек в бухгалтерии ты называешь работой??? Твои родители помогли тебе найти это место, а то бы тоже ходила побиралась, как твоя бабка.

В Филомине распирала злоба, ведь она сама пробилась в ту организацию, где сейчас работала. Родители лишь передали слухи, что там ищут толкового бухгалтера, и только.

– Вообще-то я сама!...

– Сама? – рассмеялась женщина, – Сама ты даже приготовить ничего не сможешь и белье постирать! А работу найти и подавно. Вот София, кузина твоя, она и приготовит, и уборку сделает. И учителем в школе работает. И второго ребёночка ждёт. А ты то что? Неустроенная, бездетная и вечно зависящая от родителей. Хоть бы раз за последний год приехала к своей бабке. Но ты же у нас видите ли важная принцесса. Белорученьки марать не про тебя. Думаешь только о себе, эгоистка.

Филомина старалась никак не реагировать на обидные слова Зинаиды, хоть они ранили похуже ножа, оставляя внутри болезненные ссадины.

– Тебе слишком жирно отдавать целую квартиру! – резюмировала пожилая женщина свой монолог и достала из сумки какие то документы, – Поэтому вот.

– Что это? – Филомина взяла документы и хотела было порвать на куски, не читая, но сдержалась и бегло пролистала.

Это были какие то юридические документы и бумаги, в который она увидела два слова, которые лишили её дара речи.

«Выселить из квартиры». «Лишить права на наследство».

Внутри Филомины все похолодело. Шок сковал всё тело. Пустота разверзлась в груди, руки тряслись.

– Я не собираюсь терпеть тебя в квартире моих родителей! Поэтому советую тебе собрать вещички и убраться восвояси. Иначе я тебя отсюда на улицу вышвырну! Ясно тебе? И не смей ничего мне тут больше поломать или продать! Я запомнила, где что стоит.

Зинаида Ивановна с присущим ей высокомерием развернулась и хлопнула дверью так, что штукатурка посыпалась на голову девушки.

Филомина стояла какое-то время в полном ступоре словно её переехал бульдозер. Её. Лишат. Квартиры.

Слёзы наворачивались на глаза. Где-то в душе она и сама понимала, что не заслуживала эту квартиру. Но надеялась, что это может быть её шансом. Шансом сделать всё правильно. Но нет.

Сейчас она не знала что ей делать и к кому обратиться за помощью. Пальцы словно сами нащупали в кармане телефон и набрали номер. Девушка вытерла глаза и старалась сдерживать подступающие слезы.

Отец поднял трубку.

– Пап, привет! – Филомина услышала на фоне какую-то музыку и праздные крики, словно шла вечеринка.

– Да, Фила, что-то случилось? – спросил отец, уйдя подальше от шума, чтобы расслышать дочь.

Филомина кратко пересказала случившееся происшествие.

– Ну что ж бывает, – резюмировал сказанное отец, – А я на юбилее у Михалыча, моего однокурсника с универа. Позвони маме, она дома осталась.

– Но п-пап, мне правда нужен совет… п-пожа-алуйста… – умоляюще протянула она, сдерживая приступ горечи и слёз.

– Фил, мне некогда, учись разбираться с проблемами сама, – гул сзади разгорался, – Всё пока! Не могу разговаривать.

– Но п-пап.. – сказала Филомина в пустоту, услышав лишь гудки в ответ.

Слёзы и рев сорвались с её губ. Девушка тихо съёхала на пол по стене и закрыла лицо руками. Опять одна.

Через некоторое время она попыталась успокоить плачь и вытерла слёзы. Ей хотелось выговориться хоть кому-то, поэтому она набрала второй номер и нажала на дозвон.

– Фила, привет, – раздался спокойный мамин голос, – Что-то случилось?

– П-п-привет, м-ма-ам, – хлюпая носом сказала она.

– Что произошло?! – внутри матери разгорелся одновременно и страх, и ярость.

Филомина, запинаясь рассказала о случившимся с Зинаидой Ивановной.

– А я тебе говорила надо было продать квартиру! От неё одни несчастья, но неееееет! Ты меня не послушала. И что теперь?! Ни денег ты обратно не получишь, которые вгрохала в ремонт, ни жилья. Вот и ради чего всё это было?

– М-м-ам, ну пож-жа-луй-ста, – старалась держаться Филомина, чтобы не разреветься от леденящих и ранящих слов матери.

– Что не надо? Вот никогда ты меня не слушаешь! И чего теперь ты от меня хочешь?

– М-маааа-м, – расплакалась девушка.

– Хватит реветь! Лучше подумай, что ты теперь будешь делать, если останешься без квартиры? А ещё увольняться надумала! Вот есть мозги? Нет?!

– Откуда ты… – слова матери словно набатный колокол прогремели внутри, что аж слёзы прекратили течь.

– А ты думала я не узнаю?! Фила!! Быстро беги забирать заявление об увольнении! Ясно тебе?!

– Но Зинаида…

– Сейчас скину тебе телефон знакомого юриста. Позвонишь ему и объяснишь ситуацию, – голос мамы был спокоен и строг, в нём слышался ледянной и приказной тон, словно она не с дочерью общается, а с подчиненной, – И Фила, хватит фигнёй страдать! Возьми себя в руки. И начинай уже быть взрослой и отвечать самой за свои поступки.

После этого женщина бросила трубку, а Филомина продолжила сидеть на холодном полу в полной тишине. Внутри было настолько пусто, что казалось, что уже не осталось никаких чувств.

Как никогда, девушка ощущала себя настолько одинокой. Брошенной. Нелюбимой. Потерянной. Сейчас бы она всё отдала, чтобы хоть кто-нибудь её обнял и сказал, что всё будет хорошо.

– Прости меня, бабуля… – шмыгнула она носом, – Не получается у меня следовать мечте, о которой мы с тобой так много говорили.

Филомина поднялась с каменного пола прихожей и почапала в комнату, чтобы плюхнуться на матрас на полу. Войдя в комнату, она перевела взгляд на старинный шкаф, набитый магическими артефактами.

Зинаида Ивановна ненавидела бабушку за её увлечения мистицизмом, она считала, что именно они привели к смерти её брата, поэтому Филомина логично полагала, что как только злая родственница заграбастает квартиру, то сразу же избавиться от всех этих вещей, которые бабушка с таким трудом собирала на протяжении всей своей жизни.

Девушка подошла к шкафу и, отворив резную дверцу, медленно перебирала и вертера в руках различные экспонаты и магические артефакты. Здесь были и пирамидки, и пергамент с древними символами, и каменные скандинавские руны, и южноафриканские шаманские маски и многое другое, что привозила бабушка из своих странствий.

После чего она присела на корточки к тому самому ларцу с секретом и решила ввести последнюю комбинацию, которую она ещё не пробовала. Дату смерти бабушки.

«333777».

Раздался щелчок. Сердце замерло, а глаза округлились. Замок открылся, сундук распахнулся.

– Не может быть! – недоумевала Филомина, – Как такое возможно?!

Девушка осторожно отворила крышку. На самом верху она увидела свои детские рисунки и сочинения. Волна ностальгии нахлынула на неё, и мягкая улыбка растянулась на лице. Тёплое чувство словно объятия любящего человека распространились по всему телу. Казалось, бабушка была рядом. Незримо наблюдала и защищала свою внучку. Хранила все её работы и творения.

«Раскрой свою магию, Филочка!» – было написано на пергаменте над кипой бумажек. «Неужели бабушка знала?» – задумалась девушка. «Неужели знала, что умрёт и что я найду всё это?»

Девушка отложила бумаги и заглянула в глубь сундука.

В комнате стало значительно холоднее, что стало видно дыхание. Мороз прошёлся по коже, а всё тело забилось дрожью. Свет опять замигал.

Филомина настороженно сидела на корточках и не шелохнулась, лишь прислушивалась к обстановке. Но в квартире стояла тишина. Хотя как-то странно запахло тухлыми яйцами и жжёными спичками.

– Хватит накручивать, – пыталась успокоить она сама себя, – В квартире ничего нет. Эвонна же тебе говорила. Успокойся. Просто отопление барахлит. И проводка.

Со дна сундука девушка достала книгу в чёрном кожанном переплёте с металлической пентаграммой на обложке.

Пока она разглядывала артефакт, пиликнул телефон и завибрировал внутри кармана. Пришло сообщение от мамы с контактом адвоката.

Филомина решила не откладывать и позвонила по высланному номеру, отложив книгу на письменный стол.

Через мгновение послышался глухой мужской голос. Разговор затянулся на пару часов. Мужчина с юридическим образованием успокоил девушку, сказав, что есть возможность оспорить подобный документ, но и худший сценарий исключать нельзя. Есть вероятность того, что она может потерять квартиру. В конце разговора мужчина назвал стоимость своих услуг.

На глаза девушки выступили слёзы. Надежды бросить работу и найти своё место в мире рухнули вдребезги. Придётся впахивать, иначе она потеряет и квартиру, и деньги, что уже в неё вложила. Горечь подступала к горлу. Нервный ком встал в горле.

– Хорошо, я подумаю и позже дам ответ, – тихо произнесла Филомина, стараясь удержать в себе слёзы.

Обреченная своим положением девушка закрыла лицо руками и разрыдалась. И как бы не было неприятно это признавать, но Филомина понимала, что мать была права. Ей никуда не деться от работы.

Девушка подняла голову, вытерла рукавом мокрые и покрасневшие глаза. Тяжело вздохнула. Внутри было словно выжженное поле после разорвавшегося снаряда и пепел разрушенных надежд. Филомина понимала, что только она сама сможет выбраться из этой бездонной ямы.

И тут её взгляд перешёл на чёрную книгу бабушки. Противоречивые чувства сжигали её изнутри.

Все неприятности начались именно тогда, когда она решилась следовать за наследием предков. В какой-то миг ей хотелось вышвырнуть книгу за окно, но она сдержалась. В конце концов всё это оставила ей бабушка. Бабушка, которую Филомина так боялась подвести сейчас. Но мир не отпускал из тисков обыденности, и как быть она тоже не знала.

– Раскрой… свой… дар… – голос тихий словно шепот доносился из глубин подсознания.

– Ладно, – пожала она плечами, – Что ещё плохого может случиться?

Филомина открыла Книгу теней. На первых страницах были какие-то символы сродни древнего алфавита, только вот гуглу переводчику были незнакомы эти иероглифы.

Девушка же, вглядываясь в узоры букв, начала понимать, что здесь написано. Но только отчасти. Некоторые символы были знакомы ей. Ведь, кажется, именно этому языку пыталась обучить её пожилая родственница в детстве. Но после протестов мамы, уроки прекратились.

Перевод давался сложно. Филомина могла прочесть отдельные слова, но толку от этого было мало. Смысл текста был скрыт для неё.

Свет снова замигал, а в комнате стало холодно. Филомина решила пойти включить отопление и отложила книгу в сторону. В тот самый момент на пол выскочил пергаментный листок, раздался металлический звук.

Девушка с удивлением заглянула под стол.

Рядом с клочком старинной бумаги лежал серебряный перстень.

– Странно, – хмыкнула девушка и протянула руку, – Тебя я здесь раньше не видела.

Филомина подняла пергамент и кольцо. На листе чёрными сверкающими чернилами был нарисован странный символ, словно древняя руна, которая мерцала в отраженном свете лампы. Положив листок перед собой на стол, девушка с интересом изучала перстень. Верхняя часть была украшена загадочными символами, а вставка из мутного хрусталя словно таила в своих переливах какой-то секрет.

– Раскрой и Магия, хм-м, – единственные символы, которые смогла разобрать на кольце Филомина, – И что мне с тобой делать?

«В тебе живёт магия, которая однажды вырвется и преобразит весь твой мир», – в голове вновь всплыли слова бабушки.

– Неужели это то, о чём ты мне столько говорила? – прошептала девушка, словно надеясь услышать ответ от человека с того света.

Но вокруг стояла зловещая тишина.

Сомнения сверлили Филомину изнутри. Её мать с самого детства вечно твердила, что это всё до добра не доведёт. Тётя лишилась мужа из-за оккультизма, бабушка осталась на старости лет одна, а предков постигла судьба изгоев и заканчивали они свои дни либо в лагерях, либо на костре.

Девушка понимала, что магия несёт в себе опасность, но с другой стороны ей всегда хотелось прикоснуться к наследию своего рода. Ведь в месте с жуткими трагедиями, там было место и чудесам. Прабабушка как-то раз вылечила от хвори умирающую девочку, которой врачи дали лишь месяцы. А прапрабабушка могла управлять погодой и вызывать дождь даже в засуху.

Перстень напоминал Филомине те обереги и амулеты, что хранились в шкафу бабушки, а значит должен быть безопасен. Но внутри было неспокойно.

– Вряд ли же бабушка бы хранила в квартире опасные артефакты. Так ведь?

Разум уверял её в том, что ничего не произойдёт и магия не сработает. Но интуиция орала изнутри, чтобы девушка избавилась от кольца и листка с руной.

– Да что может пойти не так? – убеждала себя Филомина и решила надеть перстень.

Как только украшение оказалось на безымянном пальце, раздался металлический треск. Хрустальная вставка разлетелась на мелкие осколки, а металлические детали впились глубоко под кожу. Девушка едва успела вскрикнуть, как увидела струйку крови стекающую по её руке и падающую на пергамент с руной.

Глаза округлились. Бумага не намокала от крови. Наоборот. Каждая капля крови словно живая стекалась к чернильному символу. Чернила словно впитывали в себя кровавое подношение.

Руна на листке начала светиться. Комнату быстро заполнял густой фиолетовый туман.

Животный ужас. Тело окаменело, а руки похолодели. Сердце колотилось как сумасшедшее.

– Приди ко мне, дитя, – раздался тот же едва слышимый леденящий голос, что и прежде.

– Т-такого просто не может быть! – Филомина покачала головой и попыталась сбежать из комнаты, но что-то незримое держало её руку с перстнем леденящей хваткой.

Тьма расстелилась перед глазами. Ноги стали ватными. В глазах потемнело. Земля ушла из-под ног.

«Что же я наделала?!»