Магическое редактирование

Глава 1

“Раж-кураж” или как все началось.

Анна сопротивлялась недолго. Она давно перестала терять время и нервные клетки на противостояние напору своей университетской подруги Ланы, особенно когда та входила в чрезмерно активное состояние - “раж - кураж”, и в таком случае ее было не остановить, а любые сомнения и возражения уничтожались категоричным “Нет и все тут!”. Лана - миниатюрная девушка, всего метр шестьдесят, с огромной копной огненно- рыжих кудрявых волос, красивыми зелеными глазами и россыпью милых веснушек на щеках. Она всерьез взялась устроить личную жизнь Анны. Спасало то, что “раж-кураж” обычно длился недолго, главное – затаиться и переждать. И Анна решила воспользоваться проверенной техникой - молча кивала и поглядывала на часы.

– Слушай, блондинкой тебе было бы лучше, - щебетала Лана, оформляя анкету подруги на сайте знакомств, - Давай попробуем в фотошопе изменить цвет твоих волос. Мне вообще кажется, что мужчины обращают внимание на блондинок больше, чем на брюнеток… Но это конечно, после рыжих.

Лана задорно рассмеялась и слегка пригладила свои пышные волосы. Анна восхищалась манерами своей подруги, ее яркой внешностью, звонким мелодичным смехом и легкостью отношения к жизни.

– А это не будет расцениваться как введение в заблуждение? - пробурчала Анна без особой надежды, что подруга услышит.

Лана оторвалась от экрана телефона и неодобрительно глянула.

– Это сайт знакомств, а не фото на паспорт. Здесь вообще все всё приукрашивают, а иначе…

Но что именно было бы иначе, Лана не договорила, ее мысль, ведомая той самой силой – “раж-кураж”, унеслась дальше.

– Ой, у тебя что нет ни одной программы для редактирования фотографий? Ты точно живешь в двадцать первом веке?

Ответа никто не ждал и Анна лишь хмыкнула. Она благоговела перед своей успешной и энергичной подругой. Они вместе учились в университете на факультете “городского кадастра” , но по специальности никто из них так и не стал работать. На последнем курсе Лана встретила богатого жениха и вышла замуж, после чего решила, что “будет заниматься творчеством и искать себя”, ходила на всевозможные курсы: вокал, танцы, фотография, даже скалолазание и еще много чего, но пока себя не нашла. Анна устроилась секретарем в компанию по производству косметики, думая, что это ненадолго, но вот уже три года пролетело, а она все там же. Девушка за это время поняла, что в ней нет ни капли от карьеристки, работа была посменная два через два, без перспектив роста, что ее устраивало и менять ничего не хотелось.

– Смотри, какое интересное название программы “Магическое редактирование”, - восторженно воскликнула Лана, - Люблю все магическое. Так…. На, закачай и попробуй себе цвет волос поменять.

Анна начала разбираться в новой программе, а ее подруга подскочила к духовке вытаскивать “супер вкусные пирожки”, которые училась делать на кулинарных курсах. Девушки часто засиживались на светлой, просторной и современной кухне Ланы, раньше выпивали шампанское, но после того как Лана узнала, что беременна, алкоголь был заменен на чай с гастрономическими шедеврами.

– Вот, получилось, но это будто и не я, - прошептала Анна.

Лана внимательно посмотрела на преображенное фото.

– Ты! Крутая блондинистая версия тебя! - безапелляционно заявила подруга, - Давай, сделай волосы чуть подлиннее и запускай ракету в космос, то есть анкету на сайт знакомств. Сейчас самое время - новолуние! Время начинать новую жизнь.

Анна смирилась с тем, что сегодня звезды сошлись не в ее пользу, а спорить с новолунием себе дороже, и нажала кнопку “разместить”. Оставшийся вечер девушки обсуждали, хохотали, а иногда всерьез анализировали анкеты мужчин, которые отозвались на блондинистую версию. А потом с работы вернулся муж Ланы и Анна, несмотря на уговоры остаться и отведать еще одно “пальчики оближешь” блюдо, уехала домой.

Глава 2

Первое редактирование.

Будильник нежным переливом колокольчиков вывел Анну из сна. Она сделала несколько махов ногами, затем пару отжиманий и, довольная своим спортивным пробуждением, пошла умываться.

– Ё, что за Гондурас? - воскликнула Анна, увидев свое отражение в зеркале. На нее смотрела блондинка.

Анна плеснула холодной водой в лицо, затем горячей и снова глянула в зеркало. Блондинка никуда не делась. Девушка начала рассуждать вслух, будто объяснять что-то малолетнему ребенку.

-Так. Я вчера была брюнетка с каре, а сегодня блондинка с длинными волосами. Мы пили только чай и, значит, я точно по пьяни не заезжала в парикмахерскую. Как такое возможно? Парик? Но ночью вряд ли кто-то пробрался в квартиру, чтобы натянуть на меня парик.

Её мозг, привыкший к правилам и физике, отчаянно искал зацепку. Итак, версия с париком озвучена и должна быть проверена. Анна дернула за волосы. Было больно.

– Хорошо. Волосы мои. Отрасли за ночь и, наверное, фермент какой-то в организме дал сбой, который привел к изменению цвета… Что там было замешано в эти шедевральные пирожки?

И Анна сделала то, что делала всегда в тупиковой ситуации: перестала сопротивляться и приняла новый факт. Факт был страшным: законы природы дали трещину.

“Все чудесатей и чудесатей” - прошептала Анна и набрала телефонный номер Ланы, хотя знала, что подруга так рано не просыпается. Вдоволь послушав гудки, написала сообщение: “Я с утра проснулась блондинкой!”

Хоть брюнеткой, хоть блондинкой, но день был рабочий и Анне надо ехать в офис. Дорогу она преодолела на автомате, избегая смотреть на себя в любых отражающих поверхностях. Перед началом рабочего дня Анна всегда заходила в дамскую комнату, чтобы проверить свой внешний вид, ведь секретарь - это витрина, которая создает первое впечатление о компании.

Понятно, я теперь - блондинка. Пропущу гнев и отрицание и что там еще и смирюсь. Неожиданно, но исправимо. Хотя и невозможно.

Анна погрузилась в работу, она проверила график начальника, перечень встреч, созвонов, записки от сменщицы о задачах на день. Все, что угодно - привычное и понятное, чтобы вернуть себе ощущение реальности.

– Доброе утро, Анна Владимировна, - поздоровался шеф - Владимир Петрович, - Вам идет новая прическа.

Анна улыбнулась и пролепетала “спасибо”. Начальнику было около пятидесяти лет, он всегда был сдержан, говорил мало и по делу, никогда не орал, даже за очевидные косяки отчитывал, не повышая голоса. Анна считала, что ей повезло с таким руководителем, да и относился к ней Владимир Петрович с отеческой теплотой, во всяком случае ей так казалось.

Будни захватили, закружили и отвлекли от странного происшествия с волосами, лишь иногда, когда кто-то из офиса, заходя, восклицал: “О! Ты сменила имидж. Здорово! Тебе идет!”, Анна тихо бормотала дежурное “Спасибо”, а мысли снова уплывали от работы к “магическому редактированию” и к неприятной версии, что, возможно, Анна сошла с ума и не помнит как покрасилась в блонд. Девушка до сегодняшнего утра не верила в магию, астрологию, таро и гадания на кофейной гуще, она читала рассказы про попаданцев и супергероев, но была точно уверена, что с ней-то такого не случится. Анна любила правила, с ними все вокруг проще и понятнее. Жизнь представлялась четкой структурой, строго подчиняющейся законам природы и физики. И вот это фундаментальное представление о мире дало сбой, обнажив огромную дыру непонятного.

“А потенциальный муж с утра не нашелся?” - наконец-то пришел ответ от Ланы.

“Я серьезно! Блондинка!” - Анна поставила десять восклицательных знаков.

“Во сколько у тебя обед? Я подъеду!” - лаконично уточнила подруга.

Девушки встретились в небольшой кофейне возле офиса. Помещение было небольшим: всего пять столиков, но оно казалось уютным. Запах свежесваренного кофе, много цветов и большие окна создавали ощущение “пикник в парке”. Лето за окном бушевало, радовало солнцем и яркими красками.

– Ах, я же говорила, что светленькой тебе будет лучше! - радостно воскликнула Лана, увидев подругу, - Теперь ты точно выйдешь замуж и мы будем вместе водить детей в детский сад.

– Ты не понимаешь… Я не была в парикмахерской, просто утром проснулась вот такой, - отчетливо произнесла каждое слово Анна.

Да, здорово! - ответила подруга, уткнувшись в меню и, очевидно, пропустив смысл сказанного, - Что там с анкетами? Есть стоящие? Идешь на свидание?Да, сотрудник из Отдела маркетинга пригласил завтра на ужин, - ответила Анна и Лана сразу же оторвалась от меню.Он симпатичный? Сколько лет? Как его зовут?

Добившись внимания подруги, новоиспеченная блондинка торжественным тоном повторила, что не была в парикмахерской.

– Это, ёшкин-поварёшкин, самое настоящее магическое редактирование моей внешности, - закончила свой рассказ Анна уже совершенно не торжественно.

Лана долго сверлила подругу взглядом, а потом радостно защебетала:

– Здорово, а мне так можно? Давай попробуем. Где там это приложение? Я хочу ресницы подлиннее и губы чуть побольше. Это же обалдеть как круто, не надо будет ходить на все эти дорогостоящие процедуры. А целлюлит так убрать можно? Мне кажется, что из-за беременности у меня может быть целлюлит. Пока нет, но надо же изучить вопрос. А одежду так можно? Сделать фотошоп сумочки или платья с какого-то показа мод. А билет на самолет? И улететь первым классом на Мальдивы!

Лану уносило все дальше по волнам фантазий. Однако через пару минут она уже чуть не плакала. Приложения нигде найти не удалось.

– Ладно, перешлю тебе мою фотку, давай делать ресницы и губы в твоем телефоне.

Весь обед Лана провозилась с фотографией, практически не притронувшись к заказанному салату. Она была весьма требовательна к длине и густоте ресниц, форме и полноте губ. В итоге Анна молча съела суп и круассан с сыром, выпила кофе под сопение подруги и ее тихие комментарии: “Да что тут так тыкается плохо”, “Нее перебор” , “А вот тут еще чуть-чуть так”. Наконец-то Лана удовлетворенно откинулась на спинку стула.

– Требуется подтверждение владельца приложения. Почему-то кнопка не нажимается, - проворчала она и вернула телефон.

– Ну подтверждаю!

На экране мигнула зеленая галочка.

Лана, прощаясь, обняла подругу и с детским восторгом в глазах сказала:

- Держу пальчики! Если проснусь магически отредактированная, то мы с тобой и этим приложением мир перевернем. А блондинкой тебе точно лучше. Кстати, про ужин с парнем из Отдела маркетинга правда? Или ты просто дергала за ниточки моих слабостей?

– А у тебя есть такие ниточки?

Лана махнула рукой, на манер “давай дальше, эту станцию проехали”.

- Правда, новенький, меньше месяца у нас в компании работает. Зовут Виктор, возраст 25 лет, рост метр девяносто. Симпатичный блондин, - отрапортовала Анна словно докладывала на экзамене.

– Интересно. Жду рассказа о свидании. До завтра, - кивнула Лана и торопливо убежала на урок пилатеса, который ”помогает снять напряжение с поясницы и полезен для беременных”.

Анна отправилась на работу, которая не снимает напряжения, зато полезна для зарабатывания денег. К вечеру девушка решила остаться блондинкой, потому что столько комплиментов и внимания она давно не получала.

Глава 3

Несостоявшееся свидание.

– И снова здравствуй, Гондурас! - прошептала Анна очередным утром, внимательно наблюдая как в зеркале шевелятся значительно увеличившиеся губы… ее губы, но совершенно не такие как вчера. Она поморгала пышными ресницами и села на пол ванной комнаты, пытаясь унять хаос мыслей и чувств.

Подтверждение владельца приложения не формальность. Повезло, что Лана не превратила губы в опухшие сосиски, не переусердствовала с длиной ресниц и не пыталась исправить более важные части тела. Анна снова скептически осмотрела свое отражение. На нее смотрел совершенно незнакомый человек, но весьма привлекательный.

– Внешность всего лишь внешность. Внутри я такая же как была, - проговорила Анна, но знала, что это не так, она изменилась. Не из-за внешности, а из-за самого факта произошедшего волшебства. Анна теперь четко знала, что магия возможна, а следовательно, жизнь открывалась безграничными возможностями,но и неизведанными непонятными правилами.

“У меня новые губы и больше ресниц” , - написала она Лане и добавила гневный смайлик. Подумав, отправила еще одно сообщение: “А как твои у тебя?”

Подруга, видимо, еще спала, и, не дождавшись ответа, Анна отправилась на работу.

– Доброе утро! - поздоровался шеф и немного замешкался, - Анна Владимировна…

Приветствие прозвучало вопросительно, будто Владимир Петрович засомневался в том, кто именно уселся за стол его секретаря. Анна почувствовала, что краснеет даже ушами и пятками, и слабо пискнула: ”Доброе”. Шеф на секунду задержался и не придумав, что добавить, скрылся в своем кабинете.

Следом в приемную заглянул тот самый симпатичный блондин Виктор.

– Привет! Какая ты сегодня особо красивая. Вечером ужин в силе? - спросил он, просияв ослепительной улыбкой.

– Если не придется задержаться, то да. А может завтра? У меня будет выходной, -- ответила Анна, улыбаясь, словно кто-то объявил конкурс самой обворожительной улыбки планеты, но первое место заслужено должно быть отдано Виктору.

-– Сегодня! Уже в календаре зафиксировал, - торжественно объявил парень, - Как говорит великий классик: “Не откладывай на завтра приятное, только неприятное.”

Виктор произнес еще несколько малозначительных фраз, уточнил график руководителя и ушел “маркетировать и таргетировать”, а Анна еще долго сидела с улыбкой, которая, казалось, приклеилась.

– Анна Владимировна, я знаю, что у вас завтра выходной день, но к нам приезжает новый потенциальный партнер компании – инвестор. Нужна Ваша помощь в организации встречи, - сказал шеф, - Инна Викторовна может одна не справиться. Сможете взять выходной в другой день? А завтра вы нужны обе. Пожалуйста.

Анна удивленно воскликнула:

– Мне никто не говорил, что инвестор приезжает… Уже завтра?

Владимир Петрович протянул список тем и ответственных сотрудников, которые должны были подготовить презентации и доклады. Девушка засуетилась, такой важный гость, а она даже не в курсе, что уже готово, а что нет. Инна Викторовна – второй секретарь была дамой за пятьдесят, веселая, добрая, но забывчивая. Хотя Анна уже давно подозревала, что забывчивость сменщицы - это лишь хитро придуманный план, чтобы ее поменьше ответственной работой загружали. Анна обыскала стол в поисках утерянной записки о предстоящей встрече, посмотрела график руководителя в компьютере. Встреча не была внесена, записок тоже никаких не было. Инна Викторовна на звонки и сообщения не отвечала. Анна мысленно засучила рукава и начала обзванивать сотрудников из переданного шефом списка, оказалось, что половина из них также не знала о готовящемся мероприятии.

В обед пришло сообщение от Ланы:

“Мир будет лежать у наших ног! Мои губы великолепны, мои ресницы шикарны! Мое настроение распрекрасное! У меня есть огромная куча новых идей по поводу приложения! Может нам надо встретиться до твоего свидания с симпатичным блондином? Наколдовать тебе ремонт в квартире или хотя бы новый гардероб! И мне заодно.”

Анна улыбнулась. Это супер идея и как ей самой такое не пришло в голову, нужно поменять старый диван в квартире на крутой новый и кофеварку получше, костюмчиков, туфель и сумочек… Но подруге она ответила более сдержанно: “Перечитай сказку А.С.Пушкина “О рыбаке и рыбке”.

Через пару секунд на экране телефона появилось сообщение от Ланы: “Зануда!”

Анна хмыкнула и снова окунулась в работу. Вечером заглянул Виктор.

– Ну что, красотка, проголодалась?

– Проголодалась как волк, но я пока не могу уйти, - с искренней грустью ответила Анна, - Я же работаю посменно и есть условие не уходить раньше начальника. И завтра у Владимира Петровича важная встреча, а бухгалтер еще корректирует свой отчет.

– Какая ты ответственная, - сказал Виктор, усаживаясь на один из двух стульев, предназначенных для ожидания посетителей, - Могу принести ужин сюда.

Ох совсем не так Анна воображала себе романтическую встречу с Виктором, уж точно не в кабинете с едой на вынос, но парень не хотел сдаваться и переносить свидание.

– Слушай, скорей всего старичок и забыл, что ты ждешь. Загляни к нему, вроде как уточнить не надо ли чего, а он вспомнит о том, что ты караулишь и отпустит. Завтра утром все успеешь подготовить, - настаивал Виктор.

Анна поморщилась, услышав пренебрежительное слово - “старичок”. Она уважала начальника и такое отношение царапнуло. Но в итоге, Анна сдалась, в конце концов абсолютно точный факт, что работа никуда не убежит, а вот Виктор может.

Девушка постучала в дверь шефа и осторожно вошла. Владимир Петрович лежал на полу лицом вниз. Кресло было перевернуто, очевидно, что ему стало плохо, он пытался встать и рухнул.

– Срочно звони в скорую помощь, - закричала она, подбежала к телу начальника и попыталась его перевернуть, чтобы понять дышит или нет.

Виктор окаменевшей глыбой стоял у двери.

– Да звони же в скорую, не стой как истукан, - разозлилась Анна, - Он дышит. Быстрей.

Девушка дотянулась до стола, схватила первое попавшееся под руку - это оказалась кружка с остатками кофе, и запустила в Виктора. Меткостью Анна похвастаться не могла, кружка ударилась в стенку в метрах полутора от двери и разбилась, но это действие оказалось эффективным, Виктор вышел из раздражающего ступора, а точнее убежал. Анна надеялась, что он убежал не совсем, а за телефоном, хотя стопроцентной уверенности не было.

– А что набирать 103 или 112? - услышала она дрожащий голос.

– Да что-нибудь уже набери, - рявкнула Анна, расстегнула ворот рубашки шефа, ослабила галстук и открыла окно.

– Говорят, надо ослабить тесную одежду, ворот и ремень, - повторил Виктор инструкции, получаемые от службы спасения, - Затем положить на бок в стабильное боковое положение – это предотвратит западание языка или удушье в случае рвоты.

--Сделано, что дальше, когда будут медики?

-- Посмотри у него в карманах, нет ли лекарства, например, нитроглицерина, если у него больное сердце, возможно, что это сердечный приступ, - продолжал повторять Виктор как заведенная игрушка.

-- Нет, ничего нет.

-- Тогда ждем, помощь в пути, - произнес парень, отключив вызов.

-- Так когда будут? - с трудом сдерживая очередную волну паники, прошептала Анна.

-- Я же уже сказал, что надо ждать и помощь в пути. Зачем спрашивать одно и то же как попугай, - ответил Виктор и в его голосе прогремела агрессия и злоба, от чего Анна непроизвольно поежилась. Минуты тянулись как вязкая жидкость, оставляя несмываемый след в памяти. Затем Виктор, натянуто улыбнувшись, заявил:

-- Ну, начальничек, такое свидание испортил. Ладно, вдвоем нам сидеть тут бессмысленно, пойду поищу пока приличное местечко для ужина не очень далеко. Скину тебе, красотка, точку, приходи как освободишься.

И, уверенный в отсутствии возражений, он быстро ушел, не утруждая себя ожиданием ответа. Анна осталась сидеть, придерживая голову шефа на боку и пытаясь понять поведение Виктора. То ли он и правда такой равнодушный нарцисс, волнующийся только о своих планах, то ли боится людей в обмороке. Анна после такого стресса точно не собиралась с ним на свидание. Во-первых, девушка испугалась той вспышки гнева, которую заметила, во-вторых, магия обворожительной улыбки Виктора пропала, после того как он стоял истуканом в критической ситуации. Анна с грустью отметила про себя, что с этим мужчиной дальше ей не по пути и мысленно вычеркнула его из списка потенциальных ухажеров, потому что ее будущий муж должен быть решительным, а не замороженным чучелом. Совершенно глупо полагать, что Виктор изменится в один момент.

--Мне уже двадцать четыре года, и нет времени на то, чтобы ошибаться, давать второй, а то и третий шанс безнадежным отношениям, правильно, Владимир Петрович? - обратилась она к шефу, все еще пребывающему без сознания.

Анна читала исследования о том, что люди, даже находящиеся в коме, слышат, что к ним обращаются, и это зачастую помогает очнуться и победить болезнь. Девушка продолжила тихонько болтать, а точнее изливать душу Владимиру Петровичу, который терпеливо слушал и не перебивал.

Глава 4

Вечер обломов.

Минут через двадцать такого монолога приехала “скорая”. Анна наконец-то выдохнула с облегчением, передав бессознательное тело шефа в надежные руки. Врач, высокая, стройная, темноволосая женщина лет сорока, осматривая Владимира Петровича, параллельно задавала Анне вопросы: “Когда случилось?”, “Как обнаружили?” , “Что он ел?”. Фельдшер - крупный лысый мужчина с весьма выразительным фингалом под глазом, заполнял формуляр, равнодушно прислушиваясь к разговору. Если такого встретить где-то в темном переулке, то можно отдать ему все деньги, даже если не просит.

– Симптомы острого отравления, не пищевого, - подытожила врач, - Срочно нужно промывание желудка. Хотя… Симптомы похожи на яд какой-то. Проверим в больнице. Носилки нужны.

– Вызвал, несет, - пробасил фельдшер, - Девушка, телефон родственников знаете?

– Да-да, - Анна побежала к своему рабочему столу, нашла в записях телефон жены шефа, передала его сотруднику скорой помощи, и добавила,- Я ей позвоню. В какую больницу его повезёте?

– Пока не знаем, ждем ответа диспетчера о свободных местах, - ответила врач.

В руках Анны завибрировал телефон, на работе она всегда ставила его в такой режим, чтобы не отвлекаться на личные звонки.

Сначала мелькнуло сообщение от Виктора:

“Красотка, я нашел супер уютное местечко, кидаю ссылку на локацию. Оставь уже старичка и дуй сюда. Соскучился.”

“Сам дуй обратно на свою планету бесчувственных эгоцентристов”, - хотелось ответить Анне, но она воспитанно промолчала.

А затем на экране высветилось предупреждение от магического приложения:

“Пробный бесплатный период использования программы заканчивается через 2 часа”

- Как? Уже?- воскликнула Анна как раз когда пришел водитель с носилками. Трое сотрудников скорой как по команде остановились и посмотрели на нее с удивлением.

-- Это я телефону, уведомление, ай, - махнула рукой девушка, бросив попытку все объяснить и начала аккуратно складывать разбросанные на столе начальника бумаги, выключила его компьютер. В общем, всем своим видом показала, что она очень даже занята и некогда что-то дальше обсуждать.

Фельдшер без усилий загрузил тело начальника и все ушли, Анна осталась в гнетущей тишине.

– Надо срочно бежать домой, сделать фото квартиры, гардероба, а может еще ключи от машины нафотошопить… - спохватилась девушка.

Выходя из офиса она набрала телефон Зиночки - именно так шеф всегда называл свою жену, которая Анне не нравилась. Не было чего-то конкретного, что можно было предъявить как обвинение, но интуитивно, категорически не нравилась. Анна постаралась рассказать Зиночке о случившемся коротко и без эмоций, чтобы не пугать собеседницу, а скорей, чтобы самой не расплакаться от пережитого стресса. Бессознательное тело начальника, страх за его жизнь, а тут еще разочарование в Викторе, непрошенные увеличенные губы и окончание бесплатного периода программы - все это навалилось разом, разламывая мечты и ожидания, безжалостно давя остатки спокойствия.

– Спасибо, Анна, мне уже звонили из скорой. Извините, может моя просьба покажется странной, но не могли бы вы подъехать в больницу, - неуверенным голосом, попросила Зиночка, точнее Зинаида Ивановна.

– Ээээ… могу. Когда? - удивленно спросила Анна, не понимая зачем она - секретарь может понадобиться в больнице.

– Сейчас, - тихо ответила жена шефа.

– Сейчас не могу! - Анна неожиданно сорвалась на крик, за что мысленно тут же себя отругала. Ее шеф никогда, совершенно никогда не позволял себе орать. А она повышает голос на его жену, пережившую шок.

Анна сделала глубокий вдох и произнесла:

- Извините, Зинаида Ивановна, что закричала, нервы сдали. Врач сказала, что шефу, извините, Владимиру Петровичу промывание желудка будут делать, так что вряд ли в ближайшее время я буду ему нужна. Могу подъехать утром. А уже известно в какую больницу его повезли?

– Вы не могли бы захватить папку из стола моего мужа? Такую бордовую, он ее хранит в правом ящике. Я вызову и оплачу вам такси, которое отвезет Вас в больницу, а потом домой, - настойчиво продолжала Зиночка.

Анна вдруг четко поняла, чем именно ей не нравится жена шефа - она как бронепоезд, который несется по своим рельсам и сносит все на пути.

– Извините, но я уже вышла из офиса, - сказала Анна, перескочив дверной порог, чтобы не получилось, что она соврала.

– Я слышу, что Вы еще не на улице. Пожалуйста, вернитесь, это очень важно, - не сдавалась Зинаида Ивановна.

Анна начала побулькивать и почти закипать праведным гневом, ведь у нее меньше двух часов до того как магическое редактирование может навсегда закончиться, и еще почти час добираться до дома. И неожиданно в Анне проснулась спокойная уверенность, что именно сейчас в эту секунду она должна отстоять свой интерес и не поддаться на уговоры.

– Извините, но вы - не сотрудник компании, я не могу передать Вам документы Владимира Петровича, даже несмотря на Ваши родственные отношения, такого поручения шеф не давал, да и шариться по его ящикам я не могу. Самоуправства он не одобрит.

Анна повернула ключ в замке, подергала дверь, убедилась, что она закрыта и пошла к выходу из офиса, слыша как собеседница пыхтит на том конце провода.

– Вот секретарская гадина, - прошипела Зинаида Ивановна в сторону, видимо, неудачно прикрыв трубку. А может специально постаралась довести свое мнение до Анны.

“Сама бронепоезд” - мысленно ответила девушка, а вслух, стараясь все еще говорить спокойно, произнесла “До свидания!”. У Анны дрожали руки, она не любила и не умела отказывать, из-за чего частенько ее эксплуатировали все, кто мог, а тут жена самого начальника…

-- И я ей отказала! Я молодец, а не секретарская гадина, - прошептала Анна, но уверенности не появилось, - Далась мне эта принципиальность… Нельзя отдавать документы посторонним. Она же жена шефа, а не случайный человек.

Бронепоезд проехался по настроению, оставив мокрое пятно, и Анна еще долго сомневалась в правильности своего поступка и мысленно ругалась, выдумывая все новые и новые обидные прозвища для Зиночки-корзиночки- кретиночки. Однако, добравшись до метро и усевшись в вагон, девушка мгновенно забыла обо всем, кроме волшебного приложения.

Глава 5

Воры.

Дорога домой была использована с пользой: просмотрена тысяча картинок лучших интерьеров мира, платьев и костюмов от кутюр, выбраны туфли, сумочки, драгоценности.

Анна влетела в свою маленькую однокомнатную квартиру, оставшуюся ей в наследство от бабушки, сделала фотографии комнаты, дивана, на котором спала, кухни, шкафа и даже туалетной комнаты. А потом начала менять всю окружающую обстановку в волшебном редакторе, как вдруг на экране телефона всплыло уведомление:

“Пробный бесплатный период завершен. Спасибо за то, что пользовались нашей программой. Если Вам понравилось, то можете оставить отзыв лично по адресу:... Через 10 секунд приложение будет заблокировано. Через 9 секунд…”

Обратный отсчет неумолимо моргал перед взором разочарованной буквально раздавленной этой новостью Анной. Она переписала адрес для отзыва в свой блокнот и решила завтра обязательно туда наведаться и разузнать что это за место такое. Только сначала заглянет в больницу к шефу, узнать о его самочувствии.

Выйдя из душа в своей любимой пижаме, новую она забыла себе нафотошопить, Анна взяла телефон и обнаружила пять пропущенных звонков и много сообщений. “Ого, какая неожиданная популярность”.

Один раз звонила Лана, три раза - Виктор и еще один звонок с неизвестного номера.

Виктор! Анна совершенно забыла предупредить его, что не придет на свидание, девушка готова была сожрать себя заживо от стыда. Затем она прочитала его сообщения… много сообщений. Сначала Виктор писал что-то нейтральное: “Ну ты где?” и “Бросай уже этого старикашку, а то я уже сам постарел, пока жду”. Затем тон сообщений изменился на упреки: “Ты меня кинуть решила? Ты что о себе возомнила, секретарша дешевая?”. Последние сообщения были исключительно матерные. Стыд мгновенно уступил место обиде, очередному разочарованию во всех людях этой вселенной, кроме подруги Ланы, а также горечи от осознания несправедливости жизни. Виктор был решительно вычеркнут не только из списка “потенциальных мужей”, но и в целом из списка “человек, с которым можно общаться”. Агрессивный неуравновешенный неадекват – вот он кто.

Анна набрала номер Ланы, потому что нужно было выговориться, иначе можно взорваться, но подруга трубку не взяла. А затем позвонили с неизвестного номера.

– Алло!

– Анна Владимировна, заберите папку из моего кабинета, - послышался слабый тихий голос шефа, - Бордовую. Срочно. Никому, слышите, никому не показывайте… даже не рассказывайте о ней. Отдайте ее только Сиви…

Связь оборвалась. Анна перезвонила, однако в ответ услышала только гудки.

– На-ка, выкуси, Зиночка - обломиночка. Не для тебя бордовая папка, - грозно прошептала Анна, покрутив неприличные фигуры из пальцев в направлении, где, возможно, сейчас находилась жена начальника.

Владимир Петрович сказал “срочно!” и позвонил именно ей, поэтому, окрыленная оказанным доверием, девушка быстро переоделась и поехала обратно в офис. Интересно, кто такой Сиви. Видимо, это начало фамилии, но в офисе, насколько она помнила, таких сотрудников не было. Может это новый партнер? Шеф ни разу не упомянул ни его имени, ни фамилии.

Когда Анна подошла к офису, дверь была открыта. Неужели Зиночка - бронепоезд решила выкрасть папку. Охранник, который дежурил на входе в здание, вполне мог ее пропустить.

Девушка решительно ворвалась в кабинет начальника, приготовив сокрушительную, уничтожающую речь, но оторопела, увидев двоих мужчин. Один из них в перчатках собирал остатки разбитой кружки из-под кофе в пакетик, второй - огромный и мускулистый как вышибала неблагополучного бара сидел за столом, глядя на экран компьютера шефа.

-- Оба-на, какой поздний гость. Вы кто? - мгновенно среагировал амбал, поднимаясь из-за стола и демонстрируя кобуру с пистолетом.

-- На помощь, - заорала Анна и как испуганная лошадь ломанулась из кабинета, поблагодарив себя за то, что надела кроссовки вместо привычной офисной обуви - туфлей на каблуках, - Пожар! - продолжала вопить Анна, вспомнив, что на крики о помощи обычно никто не отзывается.

Она бежала по коридору в сторону лифта, потея от ужаса. Офис находился на третьем этаже и охранник не скоро ее услышит. Лифт должен быть здесь, людей нет, а значит его никто не мог угнать.

– Девушка, подождите, - кричал вслед мужик с пистолетом, стоя у двери кабинета.

– Да ща, нашел дурочку, - прошептала Анна и выдохнула с облегчением, увидев, что спасительный лифт на месте, а подозрительный вышибала не пытается бежать за ней. Дрожащими руками она нажала кнопку первого этажа. Как-то раньше она не замечала, что лифт в здании ужасно тормознутый, двери будто ждали дополнительной команды, не торопясь закрываться. Анна выглянула, чтобы убедиться, что тип с пистолетом ее не преследует.

– Я следователь Иван Николаевич Сиви… - крикнул мужчина, но дверь лифта наконец-то закрылась, не дав дослушать фамилию.

– Следователь… Сиви… Может это ему надо было отдать папку? Неее… Из него следователь как из меня капитан дальнего плавания. Он себя в зеркале видел? Следователь. Как же… - бубнила Анна, пытаясь успокоить себя остатками логических рассуждений.

Она аккуратно выглянула из лифта, послушно открывшего двери на первом этаже. Никого.

– Охрана! Охрана! - заорала Анна, - Срочно звоните в полицию, у нас воры.

– Нееее,- спокойно протянул охранник, - это и есть полиция! Вы из офиса 3.1.? Они там следственные действия ведут. Я записал их, все по правильному, показали удостоверения. Сказали, что на вашего шефа покушение было. Убить пытались. Они тут улики ищут.

– Девушка, подождите, - властно прикрикнул тип с пистолетом, успевший сбежать по лестнице, – Вот мое удостоверение.

Он говорил что-то еще, длинно и подробно называя свою должность, но слова отлетали от Анны, словно шарики пинг-понга. Следственная группа, отравление Владимира Петровича, покушение на убийство…

– Убийство? - повторила Анна единственное, что проникло в ее мозг из всего сказанного.

-- Покушение на убийство, - поправил ее мужчина- амбал с пистолетом, - Пройдемте в кабинет. Мне надо задать Вам несколько вопросов.

Удостоверение следователя и его уверенный тон заставили Анну как зомби пойти в лифт.

Глава 6

Допрос.

Старший следователь Следственного комитета РФ - Иван Николаевич Сивенков расположился на месте шефа, а Анна присела на стул для посетителей.

– У вас есть документы? - спросил он любезно, доставая из чемоданчика какие-то бумаги.

– Да, - Анна протянула свой паспорт.

– Это не допрос, а обычный разговор - опрос свидетеля, нам нужна Ваша помощь в расследовании, - дружелюбно улыбнулся Иван Николаевич, - Может Вам водички?

Аннакивнула и мужчина вышел в приемную, погремел там посудой и вернулся со стаканом воды. Девушка жадно сделала пару глотков, выходя из оцепенения. Она внимательнее рассмотрела представителя правоохранительных органов: он оказался вполне симпатичным молодым человеком. На вид ему было лет 27, может 30, короткие темные волосы, выразительные серые глаза, которые, казалось, улыбались. Видимо, буйный побег Анны весьма его позабавил, на лице он сохранял серьезную маску, но смеющийся взгляд выдавал его веселье.

“И как я могла решить, что он бандит? Такой приличный, даже милый мужчина. А накаченный какой, вон как мышцы под рубашкой ходят. Гладко выбрит, значит, аккуратный. Водички предложил - воспитанный и заботливый…” - думала Анна.

– Иван Николаевич, ну я здесь все. Свободен? Поеду, сдам в лабораторию, - сказал мужчина, возившийся с разбитой чашкой.

Следователь кивнул, не отрывая заинтересованного взгляда от Анны.

– Адрес прописки совпадает с местом фактического проживания?- уточнил Иван Николаевич.

– Да.

– Ваша должность и место работы?

– Секретарь в этой фирме.

– Назовите, пожалуйста, точное название, а также как долго Вы здесь работаете и что входит в Ваши обязанности.

Девушка послушно ответила, следователь старательно записывал, периодически прерывая уточняющими вопросами и при этом подбадривающе кивая, максимально демонстрируя дружелюбие, и Анне даже на минутку показалось, что мужчина с ней заигрывает.

“Блин, а я даже волосы нормально не высушила после душа. Наверное, выгляжу как бездомная кошка,” - с грустью подумала Анна, попытавшись пригладить остатки прически.

– Значит, вчера была Ваша смена. А как Вы обнаружили пострадавшего?

Девушка постаралась как можно подробнее рассказать все, что случилось. Следователь Сивенков продолжал ловить каждое ее слово, не забывая фиксировать все на бумаге и подбадривать кивком головы или многозначительными “да, хорошо”.

– Уточните, пожалуйста, еще раз. Почему Вы вошли в кабинет, если начальник Вас не вызывал?

– Я хотела спросить, не появилось ли новых поручений.

– А почему вы не уточнили по телефону, а вошли в кабинет?

“Да что ж он дотошный такой, пристал хуже экскрементов к ботинку. Лучше бы покушение расследовал, а не кто куда зашел и вышел”, - устало подумала Анна, увидев, что опрос незаметно перевалил за час.

– Я собиралась на свидание с Виктором, не помню как отчество, Шендеровичем - сотрудником из отдела маркетинга. Он торопился и посоветовал заглянуть в кабинет, чтобы шеф увидел меня и отпустил домой.

– А вы часто заглядываете в кабинет, отвлекая начальника, чтобы он Вас отпустил пораньше?

– Никогда.

– А именно этим вечером решили зайти? - следователь усиленно изображал искреннее недоумение.

– Именно этим вечером меня пригласили на свидание, - с вызовом ответила Анна.

– Удобное алиби, - вроде как себе под нос обронил Иван Николаевич, а затем громко продолжил, - Уточните, пожалуйста, еще раз. Зачем Вы разбили чашку?

Анна громко вздохнула и пожалела, что разбила эту чашку об стену, а не о голову этого занудного сотрудника правопорядка, с которого как ветром сдуло даже намек на дружелюбие.

– Виктор застыл как вкопанный и не двигался, а нужно было вызывать скорую, поэтому я решила, что летающая чашка вернет его из ступора в реальность, - безэмоционально сказала Анна, уже не испытывая ничего по поводу подающего и не оправдавшего такие надежды маркетолога. Тот эпизод, казалось, произошел давным давно, как в прошлой жизни, а в этой остались только тупые вопросы, которые следователь вбивал как гвозди, один за другим, не давая ни секунды на передышку.

– Так вы целились в Виктора, не помните как отчество, Шендеровича, понимая, что можете нанести ему вред? - уточнил самый занудный мужчина, встреченный когда-либо Анной. Она подумала, что он шутит, но лицо у Ивана Николаевича было абсолютно серьезное и уже совершенно не симпатичное и не дружелюбное.

– Я не попала, - тихо промямлила девушка.

– Покушение на преступление само по себе тоже преступление. Но если Виктор, не помните как отчество, не подаст на Вас заявление, то мы этот эпизод пока оставим за кадром. И все-таки, почему Вы бросили именно кружку?

– До чего дотянулась, то и бросила, - пожав плечами ответила Анна.

– Или вы таким образом пытались уничтожить улику, предполагая, что уборщица с утра выбросит разбитую посуду, а поэтому ее уже потом никто не найдет, - следователь не задавал вопроса, а рассуждал вслух сам с собой.

Холодные капельки пота сползли по спине Анны. Этот дотошный, но порой мило улыбающийся мужчина хуже волка, кружит, принюхивается и кидается без предупреждения.

– Я не знала, что чашка - это улика, - запротестовала Анна.

– А зачем вы вернулись так поздно в кабинет? Решили не полагаться на случай и убрать улики сами?

– Я что уже стала обвиняемой? - ошарашено взвизгнула девушка.

– А вы виноваты в отравлении вашего начальника? - прищурившись глянул на нее следователь, и от этого взгляда у Анны сжалось горло будто удавку затянули.

– Да ни в чем я не виновата! Но Вы меня допрашиваете, словно это я отравила начальника, - Анна поняла, что сейчас может расплакаться и замолчала, пытаясь втянуть непрошенные слезы обратно.

– Я не допрашиваю, а веду опрос свидетеля. Или Вы – не свидетель и действительно отравили Владимира Петровича? - спросил Иван Николаевич, напряженно подавшись вперед, как гончая, учуявшая добычу.

Анна поняла, что слеза предательски потекла по щеке, угрожая спровоцировать лавину женских рыданий.

– Чистосердечное признание облегчает не только приговор, но и снимает камень с души, - сочувствующим голосом, почти по-дружески сказал следователь, по своему истолковав слезы девушки.

Анне показалось, что глаза ее мучителя блеснули ярко желтым цветом, точь-в-точь как у волка. Она моргнула и наваждение ушло, все те же красивые серые глаза, но ледяные, колючие.

– Да что за мужчины вокруг, и вот вы тоже казались симпатичным и милым. А оказались… Сплошные оборотни кругом, притворяетесь нормальными, а сами – звери. И глаза у Вас волчьи, - Анну прорвало, она уже рыдала, вспомнив хамские сообщения от Виктора, обзывательства Зиночки, а также этот “опрос свидетеля”, который длился уже два часа и незаметно перерос в обвинительный приговор.

– Иван Николаевич Сивенков, мне нужен адвокат, - заикаясь от рыданий, произнесла Анна, – Я сейчас могу уйти?

– Хорошо, я запишу, что свидетель попросил адвоката. Вам нужно подписать показания. Напишите своей рукой, что “с моих слов записано верно”, фамилия, имя, отчество полностью и сегодняшнюю дату. А потом я подвезу Вас до дома. В таком состоянии лучше не шататься по ночным улицам, - сказал следователь и Анне показалось, что в его голосе были нотки сочувствия. Может этот чурбан с пистолетом понял, что ошибся и зря обидел невиновную, но девушке больше не хотелось вестись на его игры в доброго и злого полицейского, исполняемые одним человеком.

– Обойдусь без Вашей помощи, такси вызову. Мне только документы надо забрать, начальник попросил, а я забыла, поэтому и вернулась.

– Извините, но все документы мы изъяли. Надо понять причину покушения на Владимира Петровича, возможно, ответы в его бумагах.

Анна подписала показания, хотя из-за слез все буквы расплывались и прочитать накорябанное следователем не получилось. Она поднялась со стула как во сне, не пытаясь сдерживать поток слез, и на ватных ногах побрела к выходу.

– Еще один момент, Анна Владимировна, какие именно документы Вы хотели забрать? И для чего?

Девушка про себя чертыхнулась, но даже не обернулась. Какой смысл, все равно важное поручение шефа провалено с треском, а этот чурбан, именуемый себя следователем, ничего не отдаст, только устроит “дружеский опрос свидетеля” еще на пару часов. Анна вышла, сделав вид, что не услышала вопроса.

Сивенков не планировал сдаваться и догнал ее у лифта.

– Да подождите, Вы что не хотите помочь следствию? Не хотите узнать кто и почему пытался убить Вашего начальника? - спросил он, преграждая путь в лифт.

– Следствию - хочу, а вот Вам - нет, - ответила Анна, шмыгнув носом.

Мужчина протянул ей бумажный платок, продолжая закрывать своим могучим телом доступ к лифту.

– Извините, Анна Владимировна. Я привык работать с преступниками, передавил. Но мы же с Вами на одной стороне. Может именно в этих документах, которые Вы пришли забрать, кроется ответ. Посреди ночи за ерундой в офис не возвращаются даже очень ответственные сотрудники, значит, документы важные, – голос у следователя стал мягким, почти просящим и таким душевным, что Анне снова захотелось поверить этому человеку. Она заглянула в его манящие глаза… карие… а недавно они точно были серые. Что за ерунда?

Тем же искренним, проникающим в самую душу тоном Сивенков продолжил:

– Давайте я отвезу Вас домой, а завтра с утра заеду. Мы вместе посмотрим изъятые документы. Их уже увезли в отдел. Вы поможете разобраться в этом деле, покажите, что именно должны были забрать. Нутром чую, что это ключик.

Анна понимала, что это очередная примитивная манипуляция со стороны следователя. “Мы вместе, на одной стороне. Вы - самая главная и только на Вас вся надежда.” Но девушка была опустошена и измотана, поэтому молча согласно кивнула.

Глава 7

Заключительное магическое редактирование.

Сивенков по- джентльменски открыл для девушки дверь своего черного ауди. Достаточно старая модель, но ухоженная и внутри все было чисто, приятно, ненавязчиво пахло каким-то цитрусовым освежителем воздуха. Следователь ввел адрес Анны в навигатор и, не донимая разговорами, плавно повел машину. Манера вождения была спокойная, убаюкивающая и девушка незаметно начала проваливаться в сон.

Анна проснулась от прикосновения теплой руки к своему лбу. Она неохотно открыла глаза, встретившись с внимательным взглядом следователя.

– Это еще зачем? И почему у Вас глаза то карие, то серые, а сейчас зеленые? - спросила Анна, пытаясь отогнать сонную слабость.

– Приехали, пойдемте, доведу Вас до квартиры. Поздно уже. Не могу подвергать опасности жизнь такого важного свидетеля, - ответил Сивенков, проигнорировав ее замечания.

Мужчина быстро выскочил из машины и, пока Анна открывала дверь и выбиралась из машины, уже успел обогнуть автомобиль и галантно предложить ей руку. Анна набрала код на домофоне, однако следователь последовал за ней.

– Подъезд - самое опасное место, замкнутое пространство, мало путей отхода, хорошее место для засады, - не терпящим возражения тоном заявил Сивенков.

– А я что теперь из подозреваемой перешла в статус потенциальной жертвы? - испуганно спросила Анна.

– Ай, - отмахнулся он, подмигнув, - Просто привычка, не обращайте внимания.

Они поднялись на лифте на третий этаж, где располагалась квартира Анны. Сивенков, придерживая дверь, пропустил девушку вперед, и Анна увидела сидящего у двери Виктора.

– Ах ты… - маркетолог медленно встал, всем своим видом демонстрируя, насколько он измотан ожиданием, и обвиняющим тоном продолжил, - Я забронировал лучший столик, Анна. Я ждал тебя, пока ты возилась со своим "старичком". Ты хоть представляешь, как глупо я выглядел, сидя там один?

Виктор, поглощенный своей злобой, застилающей глаза, наконец-то заметил весьма внушительных размеров попутчика Анны, выходящего следом из лифта.

– А это кто? Ты бегала за мной, уговорила пойти на свидание, а сама… Я пришел, думал, что с тобой что-то случилось... А ты…

Виктор резко замолчал, проглотив ругательство, потому что заметил кобуру и пистолет, а также сжатый кулак Сивенкова, шагнувшего к нему ближе. Анна увидела страх, мелькнувший на лице несостоявшегося ухажера. Виктор развернулся и нарочито медленно, небрежно начал спускать вниз по лестнице.

–Ты об этом пожалеешь, - донесся снизу его голос.

“Уже пожалела”, – подумала Анна.

– Это, я так понимаю, тот самый Виктор, не помните как отчество, Шендерович.

– Я за ним не бегала и не уговаривала пойти на свидание, - ошеломленно оправдывалась Анна, находясь в шоке от скоротечного скандала.

– Я поговорю с ним, все объясню, не волнуйтесь. Заходите домой, до утра дверь никому не открывайте, - сказал Сивенков уверенно. Анна услышала такую сталь в голосе, что сомнений не было - Виктор после объяснений следователя ее точно не потревожит.

Анна трясущимися руками открыла дверь, Сивенков шагнул за ней.

– Давайте я оставлю мой личный номер телефона. Если что-то случится, сразу звоните, - предложил он.

Анна включила свет и чуть не упала от очередного шока. Ее маленькая однокомнатная квартира превратилась в огромный дворец, нарушая все очевидные законы физики. Стены и мебель как после свежего супер дорогого ремонта. Несколько громоздких кадок с растениями, одна из которые раньше заняла бы всю комнату, теперь гармонично вписывались в пространство, которое Анна мысленно назвала “стадион”. Новый великолепный диван, на котором осторожно лежали драгоценности и одежда, заказанная девушкой в магическом приложении. А ванная комната, куда была приоткрыта дверь, казалось, превышала предыдущую площадь всей ее квартиры.

– Я знал, что ты - моя ведьма, - услышала она шепот следователя Сивенкова так близко к своему уху, что почувствовала колыхание воздуха от его дыхания и мурашки пробежали по коже. А затем Анна ощутила прикосновение его теплых губ на своей шее и…

Вот ведь, Гондурас! Он что, укусил? Тьма медленно и заботливо окутывала Анну. “Не мужики вокруг, а дикие звери”, - мелькнула последняя мысль перед тем как сознание девушки провалилось в уютную темноту.

Она очнулась, лежа на чем-то очень удобном. “Лежать бы так и лежать, продолжая смотреть удивительные сны”, - подумала Анна с удовольствием, а затем открыла глаза и все странности вчерашнего вечера обрели реальные черты. Это был не сон.

На шикарной новой кухне с восхитительной техникой с кнопочками, которые Анне захотелось вскочить и погладить, хозяйствовал следователь Иван Николаевич Сивенков. Он как раз нажимал эти прекрасные кнопочки на кофемашине последней модели, которую девушка вчера так тщательно фотошопила. Солнечный свет пробивался в комнату через огромные окна в пол.

“Сколько же я проспала? Ух, мужчина в квартире точно не моих рук дело, - подумала Анна, - Тем более кусающийся.”

Она присела, голова не кружилась, потерла место укуса, никаких болезненных ощущений не было. Вся магическая одежда и драгоценности были свалены в кучу на полу возле дивана.

– Объясни мне, зачем ты это устроила? - спросил следователь, заметив, что она очнулась. Тон его был ледяным, настолько, что Анна поежилась будто на нее действительно дунуло морозом.

– Я объясни??? Это вообще-то ты меня укусил! Сам объясни! Объясните… - стушевалась девушка под его суровым взглядом.

– Зачем ты меня призвала, если у тебя маны нет? - продолжал допытываться вампир, не повышая голоса, тихо, показательно спокойно, но от этого загробного спокойствия Анне становилось нервно до тошноты. Вот уж следователь до мозга костей, даже сейчас умудрился сделать из жертвы обвиняемую и учинить свое любимое развлечение - допрос.

– Я не призывала и кусать не просила, и про ману ничего не знаю.

– Верю! Кофе будешь? - заботливо спросил Сивенков.

Анна молча кивнула, напомнив себе, что у нее на кухне не обычный следователь, а вампир в мужской шкуре, однако как она не пыталась убедить себя в опасности, но даже отголосков испуга или страха не было. Девушка радостно забралась на один из стульчиков возле небольшого барного столика, которые реализовались этой ночью благодаря магическому фотошопу. Она давно мечтала о такой кухне… идеальной! И удовольствие от исполненной мечты не испортит ни вампир, ни занудный следователь.

Глава 8

Ловушка для Маннаро.

-- Как ты без маны сотворила это пространственное искажение? - заинтересованно спросил Сивенков, подавая ей чашку кофе и усаживаясь рядом, настолько близко, что его колено касалось ее ноги.

– Давай один вопрос твой, а один мой. Ты уже в офисе замучил меня. Я требую сатисфакции, - произнесла Анна, но голос ее был неуверенным и дрогнул, фраза прозвучала испуганно, робко и заискивающе.

– Согласен. Спрашивай, - улыбнувшись ответил мужчина.

– Ты - вампир, да? - шепотом спросила Анна.

– Нет, - Сивенков даже покачал головой для подкрепления своей отрицательной позиции.

– Тогда почему ты меня укусил? Это делают вампиры, - выдала Анна имеющиеся в запасе знания по теме кусаний.

– Это уже второй вопрос, но я отвечу. Я - Маннаро - оборотень. Укусил, потому что таким образом совершается Nexus causalis, что в переводе с латыни означает - установка связи, в нашем случае между ведьмой и Маннаро. Больше кусать не буду, не бойся. Теперь ответь на мой вопрос, пожалуйста, - и непрошенный гость махнул рукой в сторону огромной комнаты - стадиона, которая по всем законам реальности никак не могла вписаться в габариты дома.

– Подруга случайно скачала мне на телефон магическое приложение. Мы думали, что это обычный фотошоп. Хотели… - Анна замялась, ей почему-то не хотелось рассказывать про сайт для знакомств этому сероглазому мужчине, который буквально замер, ловя каждое ее слово, - Мы хотели посмотреть как я буду выглядеть со светлыми волосами. Всего пару дней назад я была брюнеткой. А потом, бац! И проснулась на утро блондинкой. А потом поэкспериментировала с квартирой, нахватала картинок, загрузила и… вот… Только приложение после этого заблокировалось и уже не работает. Был бесплатный пробный период, который как все хорошее быстро закончился.

Анна грустно вздохнула, заметив как разочарованно скривился Сивенков на последней фразе и опустил голову.

– Теперь понятно почему от тебя пахло магией. Здорово они меня обдурили, заманили в ловушку как маленького, - произнес он, скрипнув зубами, - А подруга наверняка рыжая.

Анна удивленно кивнула и продолжила молчать, не зная какие в таком случае надо говорить слова. Ей никогда не нравилось быть бесполезной или обузой, а сейчас ощущение было именно такое.

– У меня есть адрес, - вспомнила она, - В приложении было написано, что я могу прийти туда и оставить отзыв. Схожу сегодня и узнаю, вдруг можно заплатить и восстановить доступ.

Сивенков внимательно смотрел на Анну своими бездонными серыми глазами, долго смотрел, так что девушке показалось, что она куда-то уплывает, затягивается в водоворот чего-то непонятного, но уютного.

– Ты - милая и хорошая. И совсем не понимаешь, что произошло, - сказал Сивенков и осторожно взял ее за руку, - Этот адрес - ловушка. Маннаро могут совершить Nexus causalis только один раз в жизни, то есть связь со своей ведьмой устанавливается однажды и до смерти. Если с тобой что-то случится, то я умру, - продолжил он спокойно и даже как-то буднично, - Для Маннаро ведьма одна на всю жизнь, даже если она вдруг лишилась силы. Если со мной что-то случится, то…

– Я тоже умру, - обреченно перебила Анна, продолжив очевидную логику.

– Нет, с тобой ничего не случится, так что на эту тему не волнуйся. Ты можешь устанавливать новую связь с другим, после смерти своего оборотня. Но ты -- обычная женщина, так что вообще не заморачивайся, но помни, что твоя жизнь теперь важнее вдвойне.

– Ну так если я не ведьма, значит… А что это значит?

– Значит, что меня заманили в капкан. Вчера у тебя была магическая сила и связь установлена, - он замолчал, убрал свою теплую, сильную руку, от чего Анна ощутила пустоту, будто от нее оторвали что-то родное.

-- Маннаро питаются маной своей ведьмы, - продолжил этот загадочный мужчина, - А у тебя ее нет.

-- А едой обычной ты не питаешься? Раньше же ты как-то справлялся без маны. И судя по всему, неплохо справлялся, - отметила Анна, оглядывая его мощный торс.

Сивенков засмеялся, искренне и весело.

– Ты милая, - произнес он, но тему про питание развивать не стал.

Анна почувствовала, что лицо наливается жаром, неужели она краснеет как маленькая из-за мелочного комплимента? Сивенков помолчал, взвешивая нужно ли говорить дальше или не стоит выплескивать всю информацию сразу. Затем кивнул и продолжил:

– Знай еще одно. Если ты мысленно позовешь меня, я найду тебя и приду. Если тебе будет что-то угрожать, я почувствую и тоже приду. Так что постарайся не пугаться без серьезной опасности и не злиться без повода. Короче, займись медитацией что ли… Успокаивай свою нервную систему, а то рыдаешь по любой мелочи и как кролик пугаешься из-за идиота Виктора Шендеровича.

Он хмыкнул, понимая, что прозвучали последние предложения как очередное обвинение или насмешка.

– Ты сказал “оборотень”, - тихо уточнила Анна, пропустив мимо колкость, - То есть ты превращаешься в волка? Я видела твои глаза на допросе… и правда иногда они выглядели как волчьи.

-- У Маннаро цвет глаз меняется в зависимости от эмоций и близости магии. Но видеть это могут только ведьмы, для обычных людей цвет стабилен. Видимо, тебя каким-то образом сделали проводником маны, и на некоторое время ты обрела Дар. А приложение сработало как накопитель. Очень интересно. И вчера это был не допрос, а опрос свидетеля, то есть добровольный сбор информации, а допрос — строго регламентированное следственное действие с юридической значимостью, - автоматически поправил следователь-оборотень и перевел диалог на другую тему, - Надо поехать в отдел, чтобы ты указала за каким документом тебя прислал начальник.

Сивенков глянул на часы и встал.

– Подожди. Если тебе нужна мана, а у меня ее нет, то что с тобой будет?

– Не берите в голову, милая девушка.

– Я хочу помочь! - вскочила следом Анна.

– Следствию или мне? - он лукаво улыбнулся.

– И следствию, и тебе, - тихо произнесла девушка и смущенно потупила взгляд.

– Послушай, - Сивенков осторожно взял ее за плечи, - Ты - не ведьма. Ты ничего не знаешь о другой стороне. Забудь про то, что произошло, если не хочешь загреметь в психушку или на тот свет. И лучше не путайся под ногами.

Говорил он жестко, холодно, каждое слово Анна воспринимала как удар, но не хотела сдаваться.

– Может моя бабушка или прабабушка была колдуньей и это у меня в крови? - выдала она версию, цепляясь за нее как за соломинку.

– Я попробовал твоей крови, там ничего нет, - припечатал ее оборотень словно дубинкой огрел.

– Да не может это все быть случайным совпадением, - Анна повысила голос, захотелось закричать из-за убийственно равнодушного взгляда Маннаро, который теперь смотрел на нее как на пустое место.

– Я же сказал, что это ловушка, конечно не случайное совпадение. Старая хитрая лиса опять расставила капкан и в этот раз я в него попался. Твоей вины нет, ты - случайная жертва. Милая и наивная. Мне жаль, что с тобой так поступили.

– Я не собираюсь быть овечкой, покорно идущей на бойню, - возразила Анна с такой пылкостью и гневом, которого сама от себя не ожидала. Она в обычной жизни даже спорить не умела, а тут захотелось сразиться со всеми сразу.

– Поехали в отдел, тигрица, - смеясь ответил Сивенков.

Глава 9

Испаряющееся волшебство.

Анна умылась и решила переодеться в наколдованный костюм, белоснежный с яркими оранжевыми вставками, он лежал как раз поверх сваленной на пол одежды и не помялся. Выбрала светлые туфли на невысоком каблуке, покрутилась перед зеркалом и осталась довольна своим отражением.

Однако, когда она предстала перед взором своего личного Маннаро, он скептически скривился.

– Без потока маны волшебство может рассеяться, так что, если не хочешь оказаться с голой задницей посреди кучи циничных мужиков - полицейских лучше выбери свою настоящую одежду.

– Как рассеется? Когда?

У Анны от неожиданной новости ноги подкосились и она с трудом опустилась на диван. Ее новый такой удобный и красивый диван скоро исчезнет.

Сивенков пожал плечами.

-- В ведьминских штуках, я не особо разбираюсь, но любая магия должна подпитываться, а у тебя маны нет.

Анна нежно погладила диван будто своего любимого питомца, покрутила блондинистый локон. Таких длинных и густых волос у нее никогда не было и, видимо, уже не будет.

– Но мой старый шкаф со всеми вещами исчез, - заметила Анна, озираясь взглядом по своей шикарной квартире - дворцу, которая как и все остальное превратиться в пыль и останется лишь в воспоминаниях.

– Надень то, в чем была вчера, - отмахнулся мужчина, явно не осознавая важность момента, - И пока переодеваешься, дай мне свой телефон, проверю номер добросердечной подруги, установившей приложение. Ее фото у тебя есть?

Хотя Сивенков точно знал, что подруга уже замела все следы, но проверить надо. Анна молча разблокировала телефон, отдала его мужчине, который снова стал бесчувственным следователем, и ушла в ванную комнату, переодеться и тихонечко всплакнуть о так молниеносно закончившейся сказке.

– Звонок, после которого ты поехала обратно в офис, был сделан с незнакомого номера, а не телефона начальника. Почему ты решила, что это был именно он, а не кто-то другой, выдающий себя за него? - услышала Анна голос Сивенкова из-за двери.

– Потому что я знаю голос шефа, - ответила Анна, утирая очередную слезу.

– Поехали, - скомандовал оборотень и открыл дверь ванной комнаты, вырвав замок с корнем.

– Ты чего крушишь мой дом? - взвизгнула Анна.

– Ой, а было закрыто? - удивился мужчина, - Извини, не заметил. В любом случае эта иллюзия скоро исчезнет. Поехали. И прекрати устраивать потоп.

Сивенков вздохнул, не понимая, что ему теперь делать с этой слабой девушкой - не ведьмой, с которой он опрометчиво поторопился создать связь. Теперь она - его ахиллесова пята, смертельная слабость. Может отправить ее подальше на какой-то почти необитаемый остров? Нет, лучше оставить под присмотром. Угораздило же его так лопухнуться. Но как все здорово продумано. Угрозой окончания пробного периода Анну вынудили использовать масштабное колдовство - пространственное изменение - это не волосы перекрасить. Требуется очень много маны. И как вовремя девушку отправили к нему на встречу, чтобы он - Маннаро точно почувствовал поток магии. Скорей всего документы - лишь предлог и ничего ценного в них нет, но расследовать покушение на убийство все равно надо, а это какая-никакая, но зацепка. Тем более, что девчонка - не ведьма сказала, что жена шефа тоже интересовалась этой папкой.

Первую половину пути Анна и ее оборотень ехали в молчании.

– Все наладится, - выдавил Сивенков, после очередного раза, когда Анна урадкой вытерла слезу и шмыгнула носом. Не мастак он успокаивать плачущих женщин и что с ними делать в таком состоянии не знал. Главное, это не спровоцировать еще большие рыдания, иначе времени будет потеряно слишком много. А у него еще столько важных нерешенных дел. Мужчина осторожно дотронулся до Анниной руки, сам не зная, чего пытается этим жестом добиться. Но так делал его отец, обнимал маму, если она плакала и это срабатывало.

-- Я с тобой, - произнес Сивенков фразу отца, которую тот повторял как мантру в такие слезливые моменты.

-- Спасибо, - тихо ответила Анна и действительно перестала шмыгать носом, - Я точно как в сказке “О рыбаке и рыбке”. Сказка - ложь, да в ней намек.

Зазвонил телефон и Сивенков убрал руку, тихонько облегченно выдохнув.

– Привет, Волчара. Я пробил телефонный номер, знаю адрес, - сказал его друг - сослуживец Багровой Семен.

– Можешь прямо сейчас сгонять, проверить? Узнай, есть там кто. Меня интересует рыжая с фото. Там она или нет. Версия визита – соседи пожаловались на крики, - попросил Сивенков.

– Сделаем, - ответил Семен, - Если она там, тащить в отдел?

– Нет. Сам подъеду, держи, не отпускай.

– Принято.

Дождавшись окончания разговора, Анна спросила:

– Думаете, это Лана подстроила? – неожиданно девушка снова перескочила в общении на “вы”.

– Да.

– Мы с ней столько лет дружим. Никогда бы не подумала, что она - ведьма.

– Она -Кумихо, ай, не заморачивайся, - отмахнулся Сивенков.

– Я видела корейские сериалы. У них Кумихо - это девятихвостая лиса, которая может превращаться в человека, - вспомнила Анна, - А у нас тоже такие есть?

– – Прогресс шагает по планете, - усмехнулся оборотень.

Анна полезла в телефон и прочитала, что Кумихо -- Лисица получает способность превращаться в красивую девушку, которая соблазняет мужчин. Раньше такие лисицы как богомолы убивали самцов после спаривания и съедали их органы, чтобы усилить свои способности.

– А сейчас Кумихо тоже поедают человеческие органы? - решила уточнить Анна, поморщившись.

-- Нет, научились питаться энергией, не убивая, - ответил мужчина.

– А Маннаро из какой мифологии?

– Я родился здесь как ты могла понять по исконно русскому имени Иван. Мифологией не особо интересуюсь, только Уголовно-процессуальным кодексом. Выше нос, Анна, у тебя есть свой личный оборотень в погонах.

Анна улыбнулась. Но хоть что-то у нее останется и не испарится как сон. Этот сильный, уверенный мужчина реален. Он сказал, что связан с ней до самой смерти. И в это утверждение она верила больше, чем в любые брачные клятвы.

Сивенков потянул воздух носом. У Маннаро есть особенность - чувствовать через запах эмоции человека. Это помогало ему в работе, он всегда знал, если кто-то врет. Вранье излучает неприятную вонь горелого полиэтилена. Также он мог различать испуг, злость или зависть. Сейчас оборотень учуял аромат полевых цветов. Это сигнал влюбленности, романтического влечения. Стоп! Только этого не хватало. Не-ведьма решила в него влюбиться. Это хуже чемодана без ручки, не бросишь, придется тащить, а ему сейчас лишний груз не нужен.

Глава 10

Помощь следствию.

Они подъехали к двухэтажному зданию, однако Сивенков остановил Анну, когда она собралась выходить, но молчал, не зная что сказать. Он не умел и не любил болтать о романтике и чувствах, но остудить пыл девчонки надо, иначе напридумывает себе всякого, а потом еще оборотень будет виноват, что обманул “ожидания”.

– Анна Владимировна, - начал мужчина официально, чтобы максимально дистанцироваться от личного общения, - Я благодарен за помощь в расследовании покушения на Вашего начальника, но прошу ограничиться только этим.

Анна смотрела на него, не мигая, ожидая продолжения, которое Сивенков никак не мог придумать. Молчание затягивалось.

-- Хорошо, - наконец-то произнесла Анна.

-- Я имею в виду, что Вам надо забыть о… произошедшем между нами недоразумении и…

Иван Николаевич снова замолчал, подыскивая нужную фразу, которая ускользала как скользкий обмылок.

– Память - такая странная штука, сама решает, что забыть, а что помнить, - ответила Анна, испытав обиду, ведь одно из самых ярких событий ее жизни он назвал “недоразумением”.

Гнетущая тишина снова заполнила салон автомобиля.

– Да поняла я, отшиваешь меня как использованную вещь, потому что я не ведьма, а всего лишь обычный человек, - вырвалось у Анны, о чем она тут же пожалела, но сказанное обратно в рот не засунешь.

Сивенков не стал извиняться за грубость, а спокойно кивнул. Так будет лучше для всех, без недомолвок и несбыточных мечтаний.

– А если я найду ману? - спросила Анна с вызовом.

– Если сунешься в мир магии, тебя быстро прихлопнут, нянчиться и возиться с тобой никто не будет и второго шанса тоже не дадут. А значит, старший следователь Следственного комитета РФ Сивенков Иван Николаевич не сможет раскрыть много преступлений. Правоохранительная система, конечно, не рухнет, но часть преступников не понесет заслуженное наказание.

Оборотень улыбнулся, но его глаза оставались холодными и серьезными. Анна вышла из машины.

Они зашли в здание, на входе за стеклом сидел охранник, а впереди два турникета, преграждающие проход.

– Привет! Свидетель. Со мной, - отчеканил Сивенков, махнув на Анну рукой.

– Ваши документы, гражданочка, - приветливо сказал охранник в полицейской форме и через пару минут выдал ей пластиковую карточку.

Некоторое время Анна и Иван Николаевич Сивенков шли по длинному коридору, проходя мимо многочисленных дверей. Оборотень периодически здоровался со встречными, его здесь явно знал каждый.

– Что в чашке? - спросил после приветствия следователь у плотного мужчины небольшого роста.

– Да хрен знает, нужно больше времени, у меня очередь...

– Так есть там отравляющее или нет? До сих пор не выяснили? - раздраженно процедил Сивенков таким тоном, что Анне захотелось слиться со стеной.

– Не прессуй, работаем, - обиженно ответил мужчина, втянув голову в плечи.

– Иди в лабораторию, а не за булочками бегай, - бросил следователь и бодро зашагал дальше.

– Я не за булочками, - послышалось вслед бурчание.

– Ну-ну, тебя здесь вообще не должно быть, - не останавливаясь, сказал Иван Николаевич.

Анна как тень следовала по пятам. Наконец-то они зашли в одну из дверей с магнитным замком, которая открылась по карточке Сивенкова. Это был небольшой кабинет, заваленный коробками, на которых были наклеены этикетки с указанием “Дело №…”. Возле зарешетченного окна стоял стол, такой же заваленный как и все остальное помещение. В нос ударил запах пыли и затхлого воздуха. Внутри никого не было.

– Вот это, - сказал следователь, поднимая небольшую коробку с пола. Затем поставил ее на стол, небрежно сдвинув все, что лежало, так что какая-то коробка с противоположного края грохнулась на пол.

– Какая папка? - спросил мужчина, не обратив внимание на свой вклад в беспорядок.

Анна начала ковыряться в коробке, осторожно вытаскивая содержимое.

– Что по компу? - спросил Сивенков, успев набрать кому-то по телефону, - Понял. Спасибо.

Наконец-то Анна увидела бордовую папку, но прежде чем рассказывать следователю, заглянула в нее сама. Там были столбики цифр и рядом непонятные знаки, похожие на знаки скандинавских рун. Начальник просил никому не говорить и не показывать эту папку. Анна замешкалась, что не прошло мимо внимания оборотня. Он внимательно следил за девушкой, но продолжал изображать, что увлеченно набирает номер на телефоне.

– Здравствуйте! Старший следователь следственного комитета Сивенков Иван Николаевич. Пришел в сознание потерпевший Владимир Петрович Волков?

Анна продолжала исследовать изъятые бумаги из кабинета шефа, напряженно размышляя говорить ли о находке или нет. А может тайно выкрасть папку и отдать шефу? Он-то к ней хорошо относился, не то, что этот бесчувственный оборотень.

– А вчера вечером в сознание приходил? Звонки делал?

Анна вся превратилась в слух, даже дышать перестала, хотя и без этого напряжения дышать в этой маленькой и заваленной комнате было трудно.

– Делал? - спросила девушка как только Сивенков сбросил звонок.

Он ничего не ответил и вытянул бордовую папку, которую Анна уже успешно завалила другими бумагами.

– Спасибо за сотрудничество. Вы очень помогли следствию. Выход найдете? - спросил Иван Николаевич, внимательно вглядываясь в столбики цифр и знаков, и совершенно потеряв интерес к Анне.

“Все мужчины - козлы, даже те, кто оборотни”, - злобно подумала Анна и вышла, попытавшись хлопнуть дверью, которая оказалась слишком тяжелой, поэтому даже не закрылась после усилий девушки. Анна обернулась, заметив в закрывающемся проеме улыбающееся лицо Сивенкова, разглядывающего документ из бордовой папки.

Анна вышла на улицу, злясь на то, что не справилась с важным поручением шефа, подвела, не оправдала доверия. Владимир Петрович просил никому не показывать папку, а получилось, что она наоборот привлекла к ней внимание оборотня.

Глава 11

Офис магического приложения.

Не-ведьма как раз пыталась вызвать такси, тихо ругаясь.

– Спасибо, что помогли следствию, - передразнила она, - Как привезти так пожалуйста, а дальше топайте гражданочка ножками и выход ищите сами, - продолжала бушевать Анна и достала блокнот, в который записала адрес, указанный в волшебном приложении.

Ее неожиданно окликнули.

– Анна Владимировна, Иван Николаевич поручил довезти вас до дома, ну или куда скажете, - сказал высокий худощавый парень, не представившись.

– Спасибо, не надо. Я на такси.

– С меня Волчара шкуру спустит… то есть Иван Николаевич, - смутившись, произнес незнакомец.

Анна не любила отказывать и ей даже стало на секунду жаль этого молодого парнишку, но бурлящий гнев затуманил разум. “Контролировать меня вздумал, оборотень в погонах? Туда не ходи, сюда ходи… Укусил и значит, все можно?” - возмущенно подумала девушка.

– Это Ваша проблема. Я на такси, - сказала она, удивившись своему резкому ответу.

– Ну как же так, - растерявшись и опустив голову пробурчал молодой человек.

-- А вот так, - злорадно ответила Анна, нажав кнопку вызова такси, - Я уже очень помогла следствию. Отстаньте.

Девушка понимала, что срывает злость на ни в чем не повинном парне, но остановиться не могла. Слишком много навалилось разом: усталость от ночного допроса, который следователь называл опросом свидетеля, обман человека, которого она считала лучшей подругой, страх за жизнь начальника, чуть не умершего у нее на руках, пренебрежение мужчины и приближающийся конец волшебства.

“Посмотрим как ты заговоришь, когда я найду ману”, - подумала Анна, садясь в такси, и показала язык зданию.

Сивенков следил из окна за людьми, разговаривающими перед входом. Увидел как Анна садится в такси и позвонил неудачливому парнишке, который переминался с ноги на ногу в нерешительности.

– Дуй за такси, быстро. Шкуру спущу, если потеряешь, - грозно рявкнул следователь и вздохнул.

Оборотень кожей чувствовал как из-за этой не-ведьмы подкрадываются проблемы.

- Пожалуй, отправить ее на необитаемый остров не такая уж и плохая идея, - подумал он, сфотографировал документ из бордовой папки, вернул ее в коробку изъятых улик и взяв ключи от машины отправился по адресу из приложения, который увидел в блокноте Анны, уверенный, что она не послушается и отправится туда.

Анна решила сначала заехать к начальнику в больницу. Ей хотелось выяснить, что за непонятные закорючки были в документе, в чем их важность и является ли недосказанное “сиви” началом фамилии Сивенков. Сделав несколько звонков, девушка выяснила в какую именно больницу увезли отравленного шефа, и отправилась туда. Однако в приемном отделении ее не обрадовали, посетителей к начальнику не пускают. Анна вышла из больницы и в нерешительности топталась у входа, не зная, что делать дальше.

Надо ехать в офис магического приложения. Девушка боялась, что дотошный следак прав, и там ее ждет ловушка, но и желание получить ману и снова колдовать не отступало. Телефон подруги Ланы в очередной раз заявил, что абонент временно недоступен, что усиливало подозрения и работало в пользу версии Сивенкова. Неужели все эти годы дружбы были лишь продуманным планом Кумихо в охоте на Маннаро? Действительно, подруга совершенно не удивилась тому, что Анна стала блондинкой, и даже подталкивала к дальнейшему использованию приложения. Но почему из всех девчонок потока для создания ловушки выбрали именно ее - Анну?

Столько непонятного сводило девушку с ума, нужно получить хоть какие-то ответы, иначе казалось, что мозг взорвется. Анна удивлялась как ей до сих пор удалось так легко принять наличие магии, будто уверенность в том, что такое возможно всегда было где-то в подсознании, но она настойчиво отгоняла эту мысль, прячась за правилами, а сейчас пелена спала.

Анна снова вызвала такси и отправилась в офис магического приложения. Он находился на окраине города и в дороге девушка под плавное движение автомобиля задремала, не заметив как первая магия испарилась.

Сивенков подъехал к маленькому одноэтажному зданию. Вдохнул воздух и не ощутил никакой магии или присутствия людей. Строение пустовало и уже давно, хотя заброшенным не выглядело. Он глянул в телефоне на метку движения, которую прислал ему помощник - долговязый парень, следивший за Анной. Они явно двигались сюда. Оборотень торопливо пошел к зданию, напрягая до предела все свои чувства. Дверь оказалась не заперта и послушно открылась. Внутри было чисто и в центре огромного пространства одиноко стоял деревянный стол, на котором лежала одна старая не цветная фотография и чистый лист бумаги.

Сивенков посмотрел бумагу на просвет, пусто. Он еще раз вдохнул воздух, внимательно прислушиваясь к запахам. Здесь не было сильной маны, лишь небольшие слабо уловимые остатки. Значит, какая-то колдунья была здесь как минимум несколько дней назад и оставила это для Анны. Мужчина вышел, прихватив с собой добычу, и, опершись на свою машину, остался ждать. Он услышал шелест колес по дороге раньше, чем такси вывернуло из-за угла. Анна выбралась из автомобиля брюнеткой с каре.

– И снова здравствуйте, старший следователь Иван Николаевич Сивенков, - поприветствовала она, - Не удивлена нашей встрече.

Оборотень дернулся, бумага и фотография, которые он держал, начали источать тепло, усиливающееся по мере приближения Анны. Повеяло тонким нежным запахом маны, слабым, едва уловимым, но этого было достаточно для оборотня.

“Nexus causalis все-таки не образовывается с не-ведьмой. Я не ошибся”, - подумал он с облегчением и набрал сообщение долговязому парню, следившему за Анной: “Отбой! Свободен.”

Глава 12

Наследство.

Анна заметила мелькнувшую радость в глазах следователя. Неужели он все-таки не бесчувственный чурбан или только показалось? Девушка тряхнула головой, будто это могло помочь выкинуть мысли, и поняла, что ее волосы снова укоротились до каре.

“Во время моего сна реальность меняется, волшебство происходило после того как я засыпала и рассеивается оно так же. Больше не сомкну глаз, пока не найду ману”, - решительно заявила сама себе Анна.

– Это было в так называемом офисе, - сказал Сивенков, протягивая фотографию и чистый лист бумаги.

– Так это же я! - воскликнула девушка, приглядевшись к изображению.

– Мда, - скептически обронил Маннаро.

– Ага, а этот мальчик - сосед. Я ему в детстве жизнь спасла, - гордо заявила Анна.

– Давай поподробнее, - оживился оборотень.

– Дело было так… - Анна выдержала небольшую паузу, не столько для эффекта, сколько для того, чтобы собрать воспоминания в стройную картину, - Каждое лето родители отправляли меня в деревню к бабушке. Она жила на краю леса. Мы с Витькой - это мальчик на фото, частенько лазали в чащу по зарослям и буреломам. Он изображал охотника, а я… ну это не важно.

– И вас отпускали одних?- удивился Иван Николаевич.

– Ну не то, чтобы отпускали, но никто за нами не следил. Да и далеко мы обычно не уходили. Но однажды, - Анна постаралась сделать голос таинственным и устрашающим, каким в детстве рассказывают страшилки про черный-черный дом…– Мы заблудились. Витька залез на дерево, чтобы осмотреться и понять в какой стороне деревня, а ветка под ним обломилась и он рухнул вниз. Я его старалась поймать, но он все равно сломал ногу, да и меня зашиб знатно так.

– Сколько лет ему было? - почему-то спросил следователь.

– Десять, - вспомнила Анна, а Сивенков удовлетворенно кивнул будто это имело решающее значение, а девушка продолжила, - Пришлось мне лезть на дерево, хотя я жуть как боялась высоты, руки, ноги дрожали…

Анна погрузилась в прошлое, снова переживая забытый ужас того дня.

– Так как ты его спасла-то?

– Дотащила на себе. Оставить Витьку и сбегать сама в деревню за помощью не успевала, да и боялась, что не найду его потом. Стемнело быстро, хоть и было лето… и жутко выли волки… А бабушка моя умерла в тот день, поэтому никто меня не искал, - Анна сглотнула ком в горле. Смерть бабушки до сих пор вызывала боль.

– А соседского мальчишку почему не искали?

– Странно, что я только сейчас вспомнила… - девушка продолжила свой рассказ, не заметив вопроса, - Витькину бабку ведуньей Анфисой называли. Она лечила всех травами и заговорами, к ней даже из города ездили. Но я после той истории больше ни разу в деревне не появлялась. Видимо, в шоке была от смерти бабушки, так что вычеркнула все из своей памяти. А сейчас будто кино пронеслось перед глазами. Бабка Анфиса встретила нас у леса, словно точно знала когда и откуда мы выйдем. Она меня ночевать оставила у себя дома, чтобы “подлатать содранные локти, да коленки”. И… бормотала над кроватью, когда я, вымотанная, проваливалась в сон.

– Что бормотала? - тихо, боясь спугнуть воспоминания, проговорил Сивенков.

– “Нет в нашем роду девочек, поэтому за спасение внука моего отдам тебе свой дар, когда время придет. Принимаешь его?” - вот что бормотала ведунья. И как я могла все это забыть? Время пришло? - воскликнула девушка удивленно.

-- Получается, что фото сделано лет десять-пятнадцать назад, но выглядит так будто все восемьдесят. Слишком старое, - заметил Иван Николаевич, вновь включив режим следователя.

-- Но может хранилось где-то на солнце, вот и выцвело, - сказала Анна, не испытывая интереса к этой несостыковке,- Слушай, так бабка Анфиса мне дар свой передала? И теперь я все-таки волшебница!

Последнее предложение девушка произнесла с вызовом и нескрываемой радостью. Оборотень незаметно поглубже вдохнул воздух носом. Легкий запах маны не улетучился, он становился сильнее.

– Значит, это письмо тебе, - сказал Сивенков, протягивая пустой лист.

Анна недоверчиво покрутила страницу в руках, медленно начал проявляться текст, написанный мелким аккуратным почерком.

“Дорогая Летулька!

Вот и подошёл час! Получишь письмо, когда я ковыляю прочь из этого мира. Как дала обещание - передаю тебе свой ДАР, не побрезгуй, в благодарность за то, что спасла моего внучка Витеньку. В тот день, Слепая уже кружила над ним, но ты утащила, отмолила. Стержень в тебе.

Аннушка, отказаться можешь только сейчас. А коль скажешь «принимаю» — быть тебе ведуньей до самого смертного часа. И это не только дар, но и крест. Помогать надо всякому, кто попросит. Зла не держи! Слезы будут, но и радость от жизней и душ спасенных.

Подумай и скажи вслух «ПРИНИМАЮ» или «ОТКАЗЫВАЮСЬ», пока чернила не высохли.”

Анна почувствовала как слезы накатывают на глаза.

– Принимаю, - произнесла Анна тихо, но четко, без колебаний.

Текст испарился, а вместо него проявились новые буквы, написанные тем же почерком.

“А коли так, посети избушку - наследие мое для тебя, Летулька.

Духа тебе крепкого и мудрости.

Поминай иногда бабку Анфису добрым словом и Витеньку моего как отыщешь, не отпускай далеко. Связаны вы. ”

Текст снова испарился и остался в руках Анны чистый лист бумаги, будто и не было ничего.

– Почему “Летулька”? - спросил Сивенков, который читал завещание бабки Анфисы через плечо девушки.

– Она сказала, что когда я приезжаю, лето приходит в деревню. Значит, имя мое - Летулька, ну как Лето только маленькое и женского рода, – пояснила Анна, улыбаясь, - Я помню как с детской серьезностью пыталась ей объяснить, что лето приходит само по себе, но бабка Анфиса на это только смеялась.

– Значит, надо ехать в деревню, - констатировал Сивенков, направляясь к водительскому сиденью.

– Сейчас? - удивленно воскликнула Анна.

– А у тебя были другие планы на вечер?

Девушка пожала плечами и села в машину. Добыть ману стало ее навязчивой идеей, а все остальное подождет.

– Ээээ, - протянул оборотень, - Я имел ввиду тебе надо ехать в деревню, а у меня работа здесь в городе. Надо поймать того, кто травит людей, например, твоего начальника…

Анна задохнулась от возмущения.

-- Вот же ты … - злобно выругалась она и вышла с силой хлопнув дверью автомобиля, так что окна задрожали, но не разбились. Затем еще и смачно плюнула, после чего вспомнила послание от ведуньи: “Зла не держи!”. -- Ну как же тут не держать зла, если такие как он издеваются надо мной? И тут Сивенков открыл окно: – Если тебе будет угрожать опасность, я почувствую и приду на помощь. Помнишь? Злость схлынула после его слов так же резко как до этого нахлынула. Анна решила во что бы то ни стало найти ману, научиться ее пользоваться и … Что будет после "И", она не стала фантазировать. Сначала надо реализовать самый сложный пункт плана - найти ману.

Глава 13

Кто ты - рыжая?

Оперуполномоченный Семен Багровой долго звонил в квартиру, где была зарегистрирована владелица телефонного номера – рыжая девушка с фото. Дом был элитный, на площадке располагалось только две квартиры. Семен позвонил соседям, но там тоже никто не открыл. Консьерж внизу сегодня “рыжую” не видел, а вчера не помнил, так как “ходит туда-сюда много народу”.

– Никого, ну или затихорились, - доложил Семен по мобильному старшему следователю Сивенкову, - У соседей тоже глухо. Консьерж ничего не знает.

-- Понял. Сейчас буду. Есть пожарный выход? Не хочу, чтобы меня видел охранник.

Семен удивился такой скрытности, но лишних вопросов задавать не стал. К счастью, запасной выход легко открылся нажатием паник-ручки - огромной красной планки, расположенной посередине двери.

– Будешь сам брать отпечатки? - уточнил Семен, кивая на дактилоскопический чемодан в руках следователя, - А что…

– Личное, так что не виделись, – прервал его Сивенков.

Семен кивнул и понимающе улыбнулся. Рыжая с фото была хороша. У Волчары появилась девушка? Невероятно! Сколько лет знакомы и всегда Иван был сухим, все двадцать четыре часа проводил на работе. А теперь появилось “личное”. И когда только успел? Может он подозревает рыжуху в чем-то неприличном. Следователь даже в личных отношениях остается следователем, а остальные - всегда подозреваемые. Семен хмыкнул и вышел, громко попрощавшись с охранником, однако далеко от подъезда отходить не стал, вдруг рыжая вернется, надо побыть “на стреме”.

Оборотень надел перчатки, быстро вскрыл замок квартиры, втянул носом воздух. Кумихо была здесь больше суток назад, противный запах лисицы остался слабый, но его ни с чем не перепутать. Сивенков прикрыл входную дверь, открыл чемоданчик, достал дактилоскопический порошок, кисточку, скотч для снятия отпечатков пальцев и уверенно прошел на кухню. Здесь запах был более выраженный. Он обработал духовой шкаф, следы на стекле получились четкие. Затем взломщик прошел в спальню и снял отпечатки с ящиков прикроватных тумбочек. Убрав следы фиолетового порошка припасенными салфетками, он, незамеченный, покинул квартиру и вышел через пожарную дверь.

– Ты чего прохлаждаешься? - спросил Сивенков, подходя со спины к Семену, так что последний слегка подпрыгнул от неожиданности. Чемодан с отпечатками следователь уже отнес к себе в машину.

– Так я на стреме… дежурю, а не прохлаждаюсь.

В это время из подъезда вышел мужчина, ведя на коротком поводке ротвейлера в наморднике. Пес, завидя Сивенкова, радостно кинулся к нему, чуть не свалив хозяина с ног.

– Молодец, тебя не обижают? - присев и глядя в глаза ротвейлеру, спросил следователь, гладя довольного пса, активно машущего хвостом - обрубком.

– Ой, извините. Как Вы хорошо ладите с животными, - облегченно выдохнул хозяин, – Он обычно рычит на всех. Вот без намордника никуда.

– Гулять ему надо больше, не десять минут, а хотя бы полчаса - час. Тогда и рычать меньше будет. Энергии в нем много, а выплескивать некуда. И поводок подлиннее.

– А вы кинолог? - с уважением в голосе спросил мужчина.

– Просто очень люблю собак, - пожав плечами ответил Сивенков. Ротвейлер попытался лизнуть руку следователя и послушно сел рядом, ожидая команды.

– Да и они Вас явно любят.

– Гуляй, друг, - сказал оборотень, потрепав за ухом довольного пса, - А нам с тобой, Семен, пора поработать.

Сивенков отдал незаконно собранные отпечатки давнему знакомому криминалисту, попросив “пробить” их по базе, не засвечивая, без указания конкретного дела.

– Ох, какие интересные пальчики ты мне принес! Это отпечатки рецидивиста, - торжественно произнес криминалист, зайдя к Сивенкову в кабинет поздно вечером и, сделав театральный поклон, плюхнулся на свободный стул.

– Не томи, Олег… - следователь налил в стакан коньяка для гостя, а себе – воды. Алкоголь притуплял чувства и контроль, поэтому был противопоказан.

Криминалист не спеша глотнул коньяк, наслаждаясь минутой своего триумфа.

– Убийство 15 лет назад, но я копнул еще… Где же аплодисменты?

Сивенков хлопнул в ладоши, его ужасно раздражала эта странная неуместная привычка – просить аплодисменты, а иногда и “звук барабанов”, но времени на очередную перепалку терять не хотелось. Олег был весьма неплохим криминалистом, внимательным и въедливым, но по-детски обидчивым. В начале их знакомства следователь отмахивался и отказывался хлопать или стучать по столу, но в таких случаях криминалист надувался как воздушный шарик и молчал. В общем, тот самый случай, когда хлопнуть в ладоши эффективнее, чем объяснять неуместность просьбы.

Довольный Олег продолжил:

– К делу были привязаны отпечатки по аналогичному убийству 30-летней давности. Оба случая - крепкие здоровые мужики с вырванным сердцем, прикинь. Хозяину пальчиков должно быть лет 80.

– Почему, скажем, не 50? - уточнил Сивенков.

– А потому что… - Олег снова сделал глоток коньяка, - Не хватает нагнетающей музыки как в кино… Или боя барабанов!

Сивенков, скривившись, постучал пальцами по столу.

– Так вот такой случай был и 60 лет назад, когда отпечатки еще катали на бумажные карточки, - закончил Олег, радуясь, будто ему только что премию выдали.

– Они тоже оцифрованы? - удивился следователь.

– Неее… дело “О вырванном сердце” вел дотошный следователь, это он докопался и пришил отпечатки с древней карточки, но убийцу так и не нашли. Так что… Снова звук барабанов! – на этот раз криминалист потарабанил пальцами сам, – Ты можешь поймать весьма опасного извращенца, вырывающего сердца. Бррр.

– Да уж бррр, - безэмоционально подтвердил Сивенков, - 60, 30 и 15 лет, убийца ускоряется…

Криминалист вытащил бумажку, на которой был записан номер дела.

– Вот, - сказал он, очень довольный собой, - Твой шанс.

–Спасибо, Олег, только пока помолчи об этом, ладно? Наводка была анонимная, мне нужно время, чтобы все нормально оформить. И обдумать…

– Да не вопрос, - кивнул Олег, залпом допивая коньяк.

Однако оборотень почувствовал как желание криминалиста прославиться быстро заполняло пространство. Такой знакомый запах --дым от фейерверка, так бывает, когда человек хочет рассказать что-то важное, слова уже крутятся на языке, готовые сорваться, чтобы их владелец мог получить признание и одобрение. Сивенков часто ловил этот аромат желания у свидетелей и преступников, что частенько помогало ему не сдаваться, чуть надавить или проявить терпение и дождаться, когда раскроется правда.

“Олег не сможет молчать. Надо действовать быстрее.”

Глава 14

Все гораздо проще, чем кажется.

Анна добралась домой, снова заказав себе такси. “Очень финансово накладный денек получается, - недовольно пробурчала себе под нос девушка, - Вот научусь и наколдую собственный автомобиль и в нем всегда будет полный бак бензина.”

Она собрала небольшой рюкзак, положив туда термос с чаем, несколько бутербродов с ветчиной и сыром, спички, десяток свечей-таблеток и отправилась в деревню. Выйдя из электрички на знакомой с детства станции, девушка около получаса прошагала по протоптанной дороге через лес, которой пользовались все жители небольшой деревушки, где раньше жила ее бабушка и ведунья.

Анне казалось, что лес радовался ее прибытию. Она узнавала каждое дерево и кустик, приветливо шуршащие листвой. Более того, чувствовала лес целиком, включая всех его обитателей. Ей казалось, что она знает сколько в нем больших муравейников, зайцев, лисиц, волков и даже птиц. Неведомая сила наполняла ее.

– Наверное, так ощущается мана. Это приятно, – подумала новоиспеченная ведьма, бодро и без тени страха шагая по тропинке.

Весело напевая, Анна подошла к домику ведуньи. Ей никто не повстречался на пути, хотя деревня не выглядела заброшенной. Девушка миновала дом своей умершей бабушки. В окнах висели чистые белые занавески, забор был недавно покрашен. Почему-то Анна этому очень обрадовалась, словно знак, что ее детство не пропало, не предано забвению, а передано в заботливые руки. Дом ведуньи Анфисы внешне совсем не изменился, несмотря на прошедшие годы, был точно таким как в ее воспоминаниях.

– А ключа-то у меня нет, - вздохнула Анна, однако дверь послушно отворилась как только новая хозяйка дотронулась до ручки.

– Ты тоже меня ждал, да? - спросила она тихо и усмехнулась, – Вот я уже говорю сама с собой или точнее с домом. Надеюсь, что сумасшествие не является обязательным приложением к дару.

На удивление внутри было чисто, никакой ожидаемой пыли или затхлого запаха. Анна разулась, почему-то захотелось пройтись по деревянному полу босиком. И как только ее кожа соприкоснулась с домом внутреннее пространство изменилось, развеялась дымка иллюзии, открывая весьма приличное современное помещение с огромным плазменным телевизором почти во всю стену, удобным диванчиком, большим письменным столом, на котором лежали исписанные листы бумаги и старинная книга в кожанном переплете.

– А бабка Анфиса знала толк в уюте, - улыбнулась Анна, поймав себя на мысли, что практически не удивилась неожиданному превращению избушки в солидную квартиру, будто всегда знала, что так и должно быть. Мир полон чудес, а правила придуманы искусственно. Кем и зачем? И почему эти ограничения так сильно внедрены в человеческие мозги? Интересные вопросы, но рассуждать на эту тему сейчас не хотелось.

Анна подошла к письменному столу и погрузилась в чтение бумаг, оставленных для нее. У бабки Анфисы был красивый аккуратный почерк, поэтому познание азов ведьминского мастерства проходило легко. В первых же строках было указано, что знания, накопленные волшебницами за столетия, переходят к новой посвященной сразу после принятия Дара, их лишь нужно немного обновить и помочь “вспомнить” и “раскрыться”. Именно для этого ведунья оставила свои записи.

За окном стемнело, но прилежная ученица этого не заметила и не стала зажигать свечи. Зрение подстраивалось под обстановку, сумрак не мешал, все было видно также четко как днем. Чай из термоса не заканчивался, а вот с бутербродами почему-то такой трюк не сработал, но девушка не чувствовала голода, поэтому отвлекаться на эту аномалию не стала.

Наконец-от Анна нашла то, чего жаждала более всего - знание как накапливать ману. Самый элементарный способ - взаимодействие с природой, ходить босиком по земле, кормить или лечить животных. Еще в записках упоминались “пятиминутки полнейшей тишины, когда не спишь, но и не бодрствуешь”, что девушка обозначила как медитацию. Самый сложный, но наиболее мощный - искренняя благодарность от другого человека, даже обычное “спасибо” передает поток маны, но если слово еще подкреплено чем-то физическим вроде подарка, то объем магической силы увеличивается кратно.

Важное правило, которое Анфиса настойчиво повторяла - не пытаться помогать тем, кто этого не просит. “Будешь видеть много человеческой глупости, но не вмешивайся, ежели не попросили. Засунешь нос в чужую судьбу без разрешения и получишь запор… в прямом и переносном смысле.”

Убедительно.

Анна дочитала записки и решила прогуляться, чтобы размять уставшее от долгого сидения тело. Она босиком вышла на улицу, с удивлением обнаружив, что уже рассветало.

– Мир вашему дому! - поприветствовал ее проходящий мимо дедушка лет восьмидесяти. Несмотря на возраст, он был крепкого телосложения, спину держал ровно и возраст выдавали лишь сморщенное лицо и потрескивающий голос.

--Здравствуйте, - ответила Анна.

--Так ты внучка нашей Анфисы. Добро пожаловать. Надолго к нам?

--Нет. Днем поеду обратно в город, - ответила девушка, немного смутившись внимательного взгляда старика.

--Тогда пойдем, чего лясы точить? Наша корова - одна в деревне, заболела. Прошу твоей помощи.

--Так Вам, наверное, ветеринар нужен… Я не разбираюсь…

-- Прошу твоей помощи, - настойчиво повторил дед и развел руками, изображая удивление.

В голове Анны всплыли слова из записок ведуньи: “Коли просят тебя о помощи, отказывать нельзя. Ты - лишь проводник Дара, который принадлежит всем.”

– Извините, показывайте, где Ваша корова, - сказала новоиспеченная ведьма, не представляя как будет лечить животное.

– Сюда, дорогуша, - подмигнув ей, старик бодрой уверенной походкой отправился к другому краю деревни.

По дороге, он постучал в соседний дом и прокричал, не дожидаясь, пока откроют:

– Внучка Анфисы приехала до обеда.

Анна втянула голову в плечи, по ее ощущениям времени было часов пять утра, жаль телефон она оставила в избушке, не планируя долгих путешествий, а наручных часов у нее не было, поэтому точное время понять не могла.

Старик по дороге стучал во все двери, мимо которых они проходили, явно поставив себе целью разбудить каждого жителя деревни.

Наконец-то они добрели до сарая, в котором стояла одинокая корова.

– А что с ней не так? - спросила Анна.

--А я почем знаю? Ты ж ведунья, ты и скажи, - дед вновь развел руками.

Девушка опасливо смотрела на корову, никогда не испытывая доверия к огромным животным, да и к малым тоже. А тут еще повсюду кружились и напряженно жужжали толстые мухи, отвлекая и раздражая.

--Ну-ка брысь все, не мешайте! - прошипела Анна, отгоняя вездесущих насекомых. И… они послушались. Мухи, даже те, которые ползали по корове, пытаясь залезть ей то в глаз, то в ухо, улетели в другой угол гаража. Они перестали жужжать, приземлились где-то там в ожидании, когда колдунья снова разрешит вернуться. Такая демонстрация истинного чуда, вдохновила Анну, буренка аккуратно потянула свою морду. Страх и сомнения исчезли.

– Ну что, милая, с тобой случилось? - прошептала девушка и неожиданно для себя произнесла, - У нее грибок, часто обитающий в почве или на грубых и концентрированных кормах. Актиномикоз, поэтому ей трудно жевать и она вес теряет. Антибиотики нужны.

Старик довольно покивал, совершенно не торопясь искать антибиотики. Анна запаниковала.

“Он ждет, что я ее вылечу. Но откуда я вообще знаю, что такое актиномикоз и как поняла, что это именно он? Без паники! Накопленный опыт предыдущих волшебниц проснулся. Вспоминай, Анна, что там было в записках? Первое, увидеть болезнь. Увидела. Второе, увидеть как болезнь уходит в землю или воду.”

Анна сосредоточилась, пытаясь представить как реализуется второй пункт плана. Девушке показалось, что светлый поток из ее руки льется в корову, а затем в землю. Ведьмой быть не просто, слабость накатила так, что колени подкосились. Старичок заботливо подставил маленькую табуретку, видимо, на которой сидят во время дойки.

– Благодарствую! Вот прими яблочко свое натуральное, вкусное, - сказал он.

Анна впилась зубами в предложенный фрукт, мгновенно ощутив как восстановились силы и энергия, как мощный и приятный поток проникает в каждую клеточку ее тела. Теперь она готова свернуть горы.

Глава 15

Круче, чем двигать горы.

Анна довольная вышла из сарая, а там ее ожидала почти толпа, кажется, пришла вся деревня. Народ заголосил наперебой, приветствуя новую ведунью. Анна, еще полминуты назад, готовая сворачивать горы, смутилась, потому что горы горами, а вот выступать почетным жителем деревни она была не готова. Девушка в принципе всегда избегала внимания и старалась быть не особо заметной, но сейчас прятаться было некуда.

Женщина лет шестидесяти, судя по хорошо поставленному командному тону, главарь деревни, выступила вперед и протянула Анне “само-вязанные” носочки из овечьей шерсти, которую обменяли в этом году в соседней деревне “на целых четыре литра молока козы Гладули”.

Новоиспеченная ведьма смутилась и пробормотала: “Спасибо, да не надо…” Оглушительная тишина была ей ответом. Даже маленькие дети, мгновенно замолчали, казалось, что птицы перестали петь в лесу.

– Прими от души в благодарность, что не забыла родную деревню, - проговорила женщина испуганно, голос ее дрогнул, а в глазах этого сильного волевого человека Анна увидела страх. И до нее наконец-то дошло как важно для жителей деревни ее внимание, как готовились к приезду “внучки Анфисы”, выбирали самое ценное, чтобы принести в подарок. Эти люди знали про существование Дара, верили в волшебство и жили в древних традициях, почитающих Силу, которую не видно обычным взором. А полученный отказ каждый воспринял как катастрофу - ведунья отвернулась от деревни.

– Я принимаю Вашу благодарность, - сказала Анна, осознав свою оплошность, от волнения ее голос показался слишком громким, - Извините, я ведь только вчера узнала… И… В общем, я принимаю. Спасибо.

Толпа облегченно выдохнула, птицы снова запели и спасенная корова благодушно замычала в сарае.

Мальчик лет шести, опирающийся на костыль, протянул стакан воды.

– А ты правда, сможешь меня вылечить? - спросил он, не по-детски серьезно глядя на девушку, и в его взгляде было столько надежды, что Анне захотелось обнять мальчишку, - Мы всю неделю тебя ждем. Бабка Анфиса сказала, что ты приедешь и мне поможешь.

– Ну… если бабка Анфиса сказала, то я очень постараюсь, - ответила Анна, залпом выпив воду. Горло от волнения пересохло и живительная влага была самым ценным подарком в этот момент, - Спасибо тебе за воду.

– Я - Витек, - представился мальчик, явно гордый от того, что ведунья поблагодарила его, и протянул свою тонкую ручку для рукопожатия.

Посреди деревни прям на дороге между домами уже кто-то выставил столы, женщины суетились, накрывая их скатертями, появились кувшины, тарелки с пирогами, вокруг ставили табуретки. Определенно в деревне намечался праздник. Анна вспомнила, что в детстве пару раз попадала на такое пиршество, а сейчас причиной этого стала она - новая ведунья.

А люди все подходили, кто-то здоровался, представлялся и отходил помогать накрывать столы, кто-то подарил банку малинового варенья, букет полевых цветов, бутылку домашнего вина, сушеные травы… Анна поняла, что этот нескончаемый поток нужно систематизировать, поэтому она громко произнесла:

– Спасибо Вам всем, но мне надо в дом, кому нужна моя помощь “Добро пожаловать!”. Витек, пойдем, посмотрим, как тебя вылечить.

Девушка попыталась забрать подарки.

– Да что ты, дорогуша. Мы все принесем, не изволь волноваться, - сказал старичок- хозяин коровы.

Мальчик, ловко опираясь на костыль, пошел за Анной, волоча одну ногу, она не сгибалась.

“Зачем бабка Анфиса обещала этому малышу, что я помогу? Здесь же явно какой-то тяжелый случай, как же так можно обманывать и вселять несбыточную надежду” - злилась Анна, пока шла в свой новый дом.

– Прошу твоей помощи, - сказал Витек как только пересек порог избушки.

Кажется, все от мала до велика в этой деревне знали четкое правило общения с ведьмой. Избушка, ощутив посетителя, впала в иллюзию “старины”, затертый стол, изрядно потрепанный диван и никакого телевизора. Анна дотронулась до ноги мальчика и увидела… Колено было раздроблено в труху после аварии еще несколько лет назад, она также увидела следы неправильно сросшихся костей, деформацию сухожилий и мышц, результаты нескольких операций и предыдущих вмешательств Анфисы. Раньше Витя передвигался только на инвалидной коляске, а сейчас он уже ходит. Значит, она сможет доделать то, что не успела ее предшественница. Сколько Анна провозилась над мальчиком, она не знала. Не до телефона с часами ей сейчас было. Мана, видимо, дарованная вместе с многочисленными подарками, не иссякала.

– Я приеду и в следующий раз еще полечу. Ногу береги. Я укрепила твои мышцы, нарастила коленную чашечку, ходить будет легче, но не пытайся бегать. Хорошо?

– Я смогу бегать? - Витек смотрел на нее так, будто она сейчас на его глазах превратилась в Деда Мороза.

– Сможешь, но не торопись! Нужно будет еще немного поколдовать, - теперь Анна поняла, почему бабка Анфиса давала такие обещания, это не обещания - это видение будущего конкретного маленького мальчика.

Витек неуклюже обнял Анну, потом смутился, отстранился и произнес:

– Спасибо тебе, ведунья.

Он взял костыль, поднялся, но потом не стал на него опираться и осторожно наступил на больную ногу. Сделал шаг, еще один. Нога все еще почти не сгибалась, но он смог идти сам. Анна вытерла непрошенные слезы, заполонившие ее глаза.

“А я хотела использовать Дар, чтобы наколдовать себе машину. Какая глупость!”

– Мамочка, смотри, я иду сам! - услышала она звонкий голос Вити, вышедшего из дома.

Народ апплодировал и улюлюкал.

Осторожно постучала в дверь и заглянула та самая женщина, подарившая вязанные носки.

– Приглашаем за стол. Будь добра.

– С удовольствием, - Анна отправилась на деревенский праздник.

Ей было легко и весело. Жители деревни, хоть и обращались к ней на “ты” и “дорогуша”, но чувствовалось уважение и искренняя радость. Из соседней деревни приехали люди на старой “Ладе”, причем трое из них ехали, сидя в открытом багажнике, остальные шестеро как сельди в бочке в кабине. ГИБДД у них тут явно отсутствует. Представители соседней деревни подарили ведунье большую белоснежную скатерть, связанную крючком, а также пучок свежей морковки. И Анна обрадовалась этим подаркам - простым, но сделанным от чистого сердца.

Люди за столами менялись, кто-то уходил работать, кто-то продолжал праздновать, принося новую еду и напитки.

Один из приехавших – мужчина лет сорока обратился к Анне, используя все ту же неизменную фразу: “Прошу твоей помощи”. Неделю назад он порезался пилой и рука не заживала, гноилась и болела. Пришлось снова идти в избушку, поскольку в Инструкции, оставленной Анфисой, было указано, что Дар надо использовать в тишине и без лишних глаз.

А затем пришла еще одна женщина с проблемой высокого давления… Анна и не заметила как день превратился в вечер.

Глава 16

Охота на одаренных.

Сивенков всю ночь провел в своем кабинете, пересматривая собранные улики по делу об отравлении. Поздно вечером пришла экспертиза, подтверждающая, что нынешний потерпевший Владимир Петрович Волков, отравлен с использованием яда паука Latrodectus tredecimguttatus или Каракурт и еще каким-то неизвестным веществом. В городе уже было совершено несколько аналогичных покушений, одно из которых привело к смерти, и следователь искал связь между жертвами.

С утра, не заезжая домой и умывшись в отделении, где всегда были приготовлены запасная рубашка и зубная щетка, Сивенков отправился в больницу к Волкову, захватив с собой фотографии остальных жертв.

Потерпевший еще был под капельницами, но уже пришел в сознание и мог говорить, с трудом, так как часть лица осталась парализована из-за воздействия токсина. Следователь представился и почувствовал легкий аромат яблочного пирога, сопровождающего эмоцию узнавания. Обычно в больницах оборотню было тяжело отличать запахи из-за мощного зловония спирта и крови.

“Чувства обострились. Отлично, моя новоиспеченная ведьма добралась до маны. Сила увеличивается. Очень хорошо.”

– Мы ранее встречались? - поинтересовался следователь.

Волков слегка отрицательно мотнул головой.

“Хм… не врет… Не встречались, но он точно узнал мою фамилию.”

– Посмотрите, пожалуйста, на эти фотографии. С кем из них Вы знакомы? - продолжил Сивенков и начал показывать снимки других потерпевших от аналогичных отравлений.

– Эта, - произнес Волков с трудом.

– Вы опознали Загубельскую Ольгу Викторовну, - произнес следователь по привычке обозначая вслух все, что могло понадобиться для фиксации в протоколе, – Как и при каких обстоятельствах Вы познакомились? Какие у Вас отношения?

– Она сказала найти Вас, если с ней что-то случится. Только Вас. Почему у Вас ее фото? Что с ней? - стараясь говорить понятно, произнес Волков и голос его дрогнул на последнем вопросе.

Оборотень вдохнул поглубже, убедился, что потерпевший не врет, густой и вязкий страх пропитал воздух в палате.

– Что именно Вы должны были мне сказать, если бы с Ольгой Викторовной что-то случилось?

Волков нервно заерзал на кровати, явно борясь с желанием не говорить и промолчать, оглянулся на дверь, и, убедившись, что она закрыта, максимально тихо и торопливо сказал:

– Кто-то открыл охоту на ведьм и магов.

После этой фразы он испуганно посмотрел на Сивенкова, ожидая реакции. Он был готов к любой - даже к истерическому смеху и вызову психиатра. Однако следователь отреагировал совершенно равнодушно, не показав ни малейшего признака удивления.

– Почему Ольга Викторовна пришла к такому предположению? Она привела какие-либо аргументы? - невозмутимо продолжил допрос Сивенков.

У лежащего перед ним под капельницами человека не было ни грамма магии, ни малейшего намека на ее использование. Значит, либо потерпевший сошел с ума после токсина, что является вполне возможным побочным эффектом, либо он каким-либо образом действительно связан с магическим миром, хотя когезии не видно.

– Вы мне верите? – спросил Волков, – Этот яд парализовал не только мое тело, но и мои способности. Теперь я не могу управлять маной и почувствовать, кто Вы. Судя по Вашему взгляду, Вы тоже не видите у меня никаких магических нитей.

– Я решу верить или нет, после того как Вы ответите, почему Ольга Викторовна пришла к Вам с таким предположением? Как она его обосновала? Когда произошла эта встреча? Когда и при каких обстоятельствах Вы познакомились?

Волков вздохнул, понимая, что легко отвязаться от этого упертого следователя не получится, не уйдет, пока не вытащит все нужные крошки. Медленно, старательно выговаривая слова частично парализованным ртом, Владимир Петрович рассказал свою историю.

Потерпевший и Ольга Викторовна были близнецами. Годам к семи у них начали проявляться магические силы, которые воспринимались родителями со страхом как странность и опасное отклонение. В итоге брата и сестру отдали на воспитание в деревню к бабушке. Она раскрыла и научила пользоваться ведьминским даром.

В итоге, как и все нормальные дети, Волковы отучились в школе, институте и начали работать. Владимир Петрович в косметологии, применял знания, чтобы “добавлять немного чуда в обычные средства по уходу за кожей”. Его сестра долгое время работала служащим в ООН, пытаясь изменить мир к лучшему, но год назад уволилась и занялась экологическими проектами.

– Я не вникаю, что именно она делает. Китов спасает или леса Бразилии. Не знаю… Как и то, почему она решила, что охотятся на… нас. Сказала: “Быть осторожнее, притормозить с колдовством и обратиться к Старшему следователю Следственного комитета РФ - Ивану Николаевичу Сивенкову, если что-то произойдет.” И я очень боюсь спросить, почему Вы задаете эти вопросы мне, а не ей…

– Ольга Викторовна Загубельская до сих пор находится в коме, - сообщил следователь, одновременно запуская волну успокоения. Самое малое, что он может сделать для человека, потерявшего дар, – помочь побороть страх и тревожность. Оборотни кроме умения чувствовать эмоции, могут их насылать. Это энергозатратная способность, поэтому Сивенков ей пользовался редко. Слишком выматывающе. Но страх и тревожность будет мешать физическому выздоровлению Волкова, и сейчас Маннаро действовал из глубинного чувства – хоть чем-то помочь “своему человеку, связанному с магией”, пусть и уже “бывшему своему”.

– И еще... - вставая, спросил следователь, - Ваша секретарь Анна сама пришла устраиваться к Вам на работу или это Вы ее нашли, может ее кто-то порекомендовал?

– Неужели Вы думаете, что она замешана? Не может быть, - искренне запричитал Волков, - Такая тихая девочка… умная, незлобная, ответственная, надежная. В ней не было никаких признаков маны, даже остаточных, а здесь однозначно орудует знаток. Это не она…

– У меня был другой вопрос, - перебил Сивенков, - Вы нашли ее или она Вас? Почему Вы работаете вместе?

– В моей компании работают обычные люди без магии, - Волков слегка пожал не парализованным плечом, - Анна пришла “с улицы”... дело случая.

– И Вы доверили случайному человеку с улицы забрать важные документы? Анна искала бордовую папку. Что в ней?

– Моя сестра собирала информацию о людях, обладающих теми или иными способностями. Я должен был сохранить документ и передать Вам, если… ну вы знаете. Все, указанные там люди, в опасности. Данные зашифрованы, поэтому случайный человек все равно ничего бы не понял… А Анна очень ответственная, поэтому я отправил именно ее. Моя сестра надеялась, что Вы поймете. Вы нашли папку? Вы поняли?

Сивенков кивнул и покинул палату.

Глава 17

Знакомство.

Анна, слегка уставшая, но очень довольная своими ведьминскими успехами, вышла попрощаться с жителями деревни. Она, конечно, помечтала немного о том, как хорошо было бы, чтобы принц на… хорошей машине приехал и довез бы ее до дома, избавив от необходимости тащиться на электричке, а потом на метро. Но уже вечерело, путь домой занимал несколько часов, а принца на горизонте не появилось.

– Подожди, дорогуша, - сказал ей тот самый старичок - хозяин коровы, - Сейчас уже подъедет сын нашей старосты, той, которая носочки тебе красивущие подарила. Он мигом отвезет тебя до города. С комфортом. Машина у него хорошая, иностранная. Да и сам он парень хоть куда.

– Ой, он что специально сюда едет, чтобы меня забрать? Не удобно как-то, - засмущалась Анна, а про себя подумала: “Вот так магия! Нарисовала в мыслях картинку и вуаля… Уж точно мне надо быть очень осторожной в своих желаниях! Жаль, что отсутствует кнопка “подтвердить” как было в приложении.”

– Не удобно рыбу голыми руками ловить, а ведунье помочь - дело праведное. Откушай еще, - сказал старик, протягивая ей тарелку с запеченными в духовке яблоками с медом.

Семен Багровой подъехал к деревне, где жила его мать, удивившись праздничным столам, накрытым в будний день прямо посреди улицы. Жители деревни устраивали такие застолья в честь дней рождений или свадеб, но старались приурочить их к выходным.

– О! Семен приехал! - разнеслись радостные приветствия со всех сторон. Сына старосты в деревне любили, хотя приезжал он не часто, но, во-первых, парень не боялся браться за любую работу и, как говорится, руки у него росли из правильного места, а во-вторых, всегда привозил много полезных вещичек и продуктов.

Мать по телефону очень просила заехать и отвезти в город весьма важного для всей деревни человека и Семен с интересом осматривался, пытаясь понять кто же та девушка, из-за которой его так настойчиво оторвали от работы. Но самое интригующее было в другом. Раньше мама всегда старалась “поженить” сына, только не в этот раз. Семен привык к фразам:

– Такая девушка хорошая, присмотрись, пора тебе уже семью свою создавать, а не бегать словно одинокий волк-отшельник.

Но сегодня в телефонном разговоре мама неожиданно заявила:

– Только не заигрывай с ней, очень тебя прошу! Воспринимай ее как “неприкасаемую”.

Объяснять этот неожиданный статус мама категорически отказалась и это лучше всяких уговоров подстегнуло Семена сесть в машину и мчаться в деревню. Загадки полицейский очень любил.

Летом в деревне было много молодых девушек, но то, что Анна - именно та самая, он понял сразу, но не мог сформулировать “почему”. Что-то отличало ее от остальных людей, сидящих за столом. Семен мысленно произнес “особая аура” и усмехнулся, потому что не верил в эзотерические штуки.

– Это - мой сын - Семен. Он - полицейский и отвезет тебя домой, дорогая, - с материнской гордостью представила подошедшего молодого человека староста деревни.

Анна улыбнулась, поздоровалась и сказала что-то еще, чего Семен не услышал. Он словно нырнул в ледяную прорубь и вокруг был только оглушительный стон воды, перекрывающий все остальные звуки.

– Ой, ты, наверное, опять весь день работал и совсем ничего не ел, - засуетилась староста, заметив бледность и неожиданную отрешенность сына.

Семена быстро усадили рядом с Анной, на не пойми откуда взявшийся свободный табурет, вручили его любимый пирог с курицей и стакан воды.

– Извините, - тихо сказала Анна. Она чувствовала вину, потому что поняла, что неосознанно использовала свой Дар. В тот момент, когда представили Семена, девушка подумала: “Вот бы в меня влюбился такой мужчина. Сильный, вон какие мышцы накачанные, смелый - другой в полицию бы не пошел, симпатичный и его здесь явно все любят и уважают, а не то, что то трусливое офисное недоразумение с именем Виктор Шендерович.”

Ее спонтанное, необдуманное эмоциональное желание было подхвачено потоком маны и, видимо, повлияло на другого человека. А в Инструкциях было четко написано не использовать Дар для воздействия на чужую волю.

– За что Вы извиняетесь? - спросил Семен, уже отошедший от своего странного состояния.

— Что Вам пришлось за мной ехать сюда… - пролепетала Анна.

Парень улыбнулся.

– Да что Вы. Лишний повод маму повидать, продуктов в деревню привезти, вкусно перекусить, в общем - сделать много хороших дел. За это точно извиняться не стоит. Вы готовы? Можем ехать, - сказал он, доев пирог.

Семен почувствовал себя маленьким, неуверенным мальчиком, наговорил ерунду, за что мысленно ругал себя. А еще он испытывал странный трепет и боялся посмотреть в глаза Анне, будто в них - кроличья нора, которая затянет его как Алису из сказки Льюисса Кэррола в бесконечное падение к центру земли. Такое поведение совсем не похоже на него. Обычно он был равнодушен к женской похвале или порицанию, не переживал о том, что сказать, но сейчас навязчиво крутился в голове один самый важный в его жизни вопрос: “Что эта незнакомка о нем подумает?”

– Готова, только вещи захвачу из домика, - сказала Анна.

Рюкзак был уже упакован. В него прекрасно вместились Инструкция, некоторые книги, которые ведьма еще не успела прочитать, банка варенья, носочки от старосты, пучок морковки. Анна воспользовалась магией, чтобы рюкзак стал более вместительным и при этом практически невесомым. Раздел Инструкции о пространственной магии оказался очень полезен и легок в использовании. Девушка попрощалась с домом и жителями деревни, пообещав скоро вернуться. Она улыбалась от ощущения собственной силы и восхищения новой страницей своей жизни.

Семен вбил в навигатор адрес Анны и они, не встречая пробок, поехали в город.

По дороге полицейский пытался выяснить почему староста так печется об этой девушке.

– Я - внучка Анфисы, наверное, они с Вашей матерью дружили.

– Моя мама всего год назад перебралась в эту деревню. После смерти отца ей опротивел город, в котором они столько времени провели вместе. Говорят, что Ваша бабка была ведуньей. Это правда? - спросил Семен напрямую, потому что длительные намеки и хождение кругами он не любил.

– Правдой становится то, во что верит большинство, - ответила Анна.

– А Вы во что верите?

– Еще несколько дней назад я верила в неизменные законы физики, установленные обществом правила, и то, что чудес не бывает. А теперь… все изменилось.

Семен хотел пошутить, что “Теперь появился я как принц на белом… автомобиле и все изменил”, но шутка показалась ему слишком банальной и глупой и он промолчал.

Анне не хотелось развивать тему, она знала, что не следует направо и налево вываливать информацию о существовании оборотней и Кумихо. В книге - Инструкции, которую по чуть-чуть писали ведуньи на протяжении столетий, красной нитью шло утверждение, что не одаренные боятся и завидуют тем, кто управляет маной. И именно из-за этих страхов начинались гонения, инквизиции и жестокие убийства ведьм. Каждый волшебник точно знает, что афишировать способности не следует. Только когда человечество поймет, что Дар пронизывает наш мир и воспользоваться им может каждый, но не для личного обогащения, а для всеобщего блага, только тогда можно не скрываться. Анна понимала, что пока человечество ближе к покорению Марса, чем к этому пониманию.

Семен испытывал жгучее желание слушать голос этой “неприкасаемой” девушки, он задавал ей вопросы один за другим и запоминал все, что она отвечала. Анна, помня свое случайное воздействие на чужую волю, поставила себе новую задачу:

“Магически редактирую саму себя, создаю лучшую версию. А именно: в дороге я буду веселым, интересным собеседником, более харизматичной и симпатичной. С такой формулировкой я не нарушаю Инструкции, и использую Дар не только для себя, но другим во благо… Хороший собеседник, а еще и милый - это полезно и приятно окружающим.”

И Семен мог бы вполне подтвердить правдивость такого предположения, он чувствовал себя самым счастливым мужчиной. Поездка пролетела как ракета и пришло время расставаться.

Глава 18

Покушение.

--Я провожу Вас? А то уже стемнело, подъезд без консьержа, а этот кодовый замок на двери совершенно не повышает уровень, только создает иллюзию безопасности, - предложил Семен, чувствуя, что от осознания приближающегося расставания сжимается сердце.

Анна кивнула, тем самым подарив еще несколько счастливых минут жизни. Семен открыл дверь в подъезд, было темно. Под ногами хрустнуло битое стекло.

“Наверное, кто-то баловался из детворы и разбил лампочку. Надо будет вкрутить новую”, - подумал Семен.

Дом был старый сталинской постройки, небольшой холл, три ступеньки вверх, поворот - лестничная клетка и лифт.

– Осторожно, там три ступеньки впереди, - сказала Анна, придерживая входную дверь, чтобы небольшой тусклый вечерний свет с улицы осветил непроглядную тьму подъезда.

Девушка почувствовала чужое тяжелое дыхание, именно почувствовала, не услышала. Кто-то притаился за углом и поджидает у лифта. И Анну затопил страх, жуткий магический… Про такой говорят, что волосы встали дыбом.

Зрение колдуньи, адаптирующееся к любому освещению, позволило заметить еще одну фигуру, неподвижно застывшую в темном углу холла.

Анна, не задумываясь, воспользовалась магической силой и разбитые осколки в долю секунды собрались в полноценную лампочку. Свет резко пронзил каждый сантиметр подъезда. Прятавшийся в углу незнакомец зажмурился, видимо, слишком много времени провел в кромешной темноте подъезда, а затем ринулся на ведьму.

Семен среагировал быстрее, инстинктивно ощутив опасность от этого странного типа, бросился ему навстречу.

“Защитить девушку любой ценой” - мелькнула мысль, а затем Семен заметил как нападающий потянулся рукой в карман.

“Возможно оружие… Нож или электрошокер…” - и мышечная память сработала как автомат. Левой рукой Семен схватил противника в районе кисти, не позволяя достать оружие из кармана. Затем, продолжая мертвой хваткой держать руку, мгновенно ушел за спину, правым локтем резко ударил в горло, но попал в челюсть, что тоже сработало как надо. Без промедления удар под колено и преступник на полу. Семен обездвижил незнакомца, вывихнув руку и надавив коленом на спину. Это заняло несколько секунд, и человек, стоявший в углу, уже лежал на полу, а сверху победоносно восседал полицейский.

– Нужно сообщить в дежурку, оформить этого…. извращенца, прячущегося в темных подъездах, - сказал Семен, доставая мобильный.

Послышался звук открывающихся дверей лифта и кто-то не спеша потопал к выходу. На лестничной клетке появился весьма солидный мужчина лет семидесяти в очках, белой рубашке и брюках с идеально заутюженными стрелками. Он выглядел безобидно, точь-в-точь профессор, только что вышедший из-за кафедры. Мужчина замер, искренне изумившийся представившейся картине насилия. В голове у Анны словно зазвонили колокола.

“Опасность! Беги!”

Семен угрозы от случайного прохожего не ощущал, уверенным командным тоном произнес:

– Я - полицейский.

“Профессор” кивнул и изобразил скромную почти извиняющуюся улыбку.

– Товарищ, полицейский, а мне можно выйти из подъезда? Нужно жену встретить у автобусной остановки. Время позднее, она одна боится ходить по темным улицам. Я ее всегда встречаю… И как хорошо, что сегодня тоже вышел… Тут такое творится! Преступник в нашем подъезде! Ужас-то какой! - бурчал и причитал мужчина, но оставался чуть сверху на площадке, вроде боясь двигаться без разрешения.

--Проходите, - кивнул Семен и отвлекся, чтобы одной рукой набирать номер дежурной части, второй рукой и коленом продолжал придавливать незнакомца.

Очень проворно для своего семидесятилетнего возраста мужчина подкинул небольшую склянку, неизвестно как оказавшуюся в его руках. Это было сделано настолько стремительно, что обычное зрение Семена не уловило момента. Но для новоиспеченной волшебницы время затормозилось и она заметила как запущенный предмет ускорился, резко поменял траекторию, направившись прямо ей в лоб. Никакой боевой магии в Инструкции, оставленной бабкой Анфисой, не было, но опыт, пережитый ведьмами, ранее преследуемыми инквизицией и “праведными кострами” проснулся и сработал мгновенно. Анна оказалась в мыльном пузыре, переливающимся всеми цветами радуги. Колба стукнулась об эту, казалось, легкую пелену, но не смогла прорвать ее, и разбилась словно о бетонную стену, разлетелась вдребезги, разбрызгивая содержимое. Семен охнул, роняя телефон, схватился за глаза, злобно заорал:

– Твою-то … что это? Жжется.

Лежавший преступник задергался в конвульсиях. Девушка увидела как нежная как светлячки мана покидает его тело, всасываясь в мужчину в белой рубашке. И этот поглотитель магической силы начал медленно спускаться, не сводя глаз с Анны.

Одна ступенька, вторая, нож сверкнул в руке “профессора”, а девушка стояла, будто парализованная. Она понимала, что надо бежать и как можно быстрее и дальше, но не могла бросить Семена.

– Я здесь! - услышала она за спиной знакомый голос, а затем сильные руки буквально выставили ее как маленькую куклу на улицу и дверь в подъезд закрылась. Ее личный оборотень почувствовал, что ей грозит опасность, и пришел. Как и обещал.

Анна прошептала: “Спасибо!”

Глава 19

Смерть рядом.

- Я спасена. Сивенков сильный, он этого “профессора” в один миг скрутит, - радостно подумала Анна, пытаясь унять дрожь в ногах и коленях. Сердце продолжало бешено колотиться, заглушая своим стуком все окружающие звуки.

Девушка сделала глубокий вдох и в эту же секунду почувствовала резкий отток маны. Память предков подсказала, что магическая энергия уходит, чтобы залечивать оборотня, связанного с ней Nexus causalis. Он ранен… и еще... Пару раз потеря маны была настолько резкой и мощной, что у Анны скрутило живот, будто ей кто-то засадил ногой. Повезло, что после деревни она ощущала себя заправленной магией на все сто процентов, но заряд быстро расходовался.

– Эх, рюкзак с дарами жителей деревни остался у Семена, можно было бы съесть морковку, чтобы подпитать себя маной. Что еще?

Перед подъездом была небольшая лужайка с кустами и одним небольшим хилым деревцем.

– Так, природа помогает накопить ману! Помоги мне, деревце! - тихо просяще произнесла Анна, - Хотя ты само хилое и нуждаешься в помощи.

Ведьма махнула рукой и возвела вокруг дерева забор, достаточно высокий, чтобы собаки не могли перепрыгнуть.

– Теперь они не будут постоянно справлять на тебя свою нужду. Так что расти и стань очень большим и сильным, а потом будешь помогать колдуньям вроде меня, - прошептала девушка, - Тебя бы полить, но я пока не знаю как воду из воздуха делать. Извини.

И Анна снова вспомнила про свой рюкзак… А если телепортацию попробовать. Она сосредоточилась, хотя постоянные толчки вырывающейся маны и ощущение словно кто-то пытается вытянуть внутренности или долбануть по ним, очень мешало.

– Я должна вернуть себе рюкзак.

Но ее уговоры на Вселенную не подействовали.

– Почему в такой ответственный момент я делаю что-то не так? Только теряю время и силы на этот эксперимент. Почему память предков не помогает?

Девушка снова посмотрела по сторонам в поисках маны. Увидела как в соседний подъезд идет женщина лет шестидесяти. Она прихрамывала и тащила явно тяжелую сумку.

–Позвольте, я Вам помогу, - подбежала к ней Анна.

– А чем поможете? - поинтересовалась женщина.

– Сумку донести до квартиры.

– А, нет. Спасибо не надо. Сумка тяжелая, а Вы - молодая. Нечего тяжести таскать, Вам еще детей рожать надо, а от перенапряжения еще чего случится… не хорошего.

Бабка Анфиса писала, что не надо помогать тем, кто этого не просит, поэтому Анна не стала настаивать и разочарованно сказала:

– Понятно. Извините.

Здесь с маной тоже облом. Магические силы истощались стремительно, физическое тело болело как после пробежки марафона или участия в соревнованиях по боксу. Анна обессилено уселась на траву возле деревца, которому несколько минут назад наколдовала заборчик. Ветер ласково зашуршал немногочисленными листьями. Воспоминания предыдущих волшебниц всплыли в памяти и она почувствовала тонкую нежную нить плавно текущей в ее тело маны - единение с природой. Всего лишь нужно было перестать суетиться и заземлиться. Паника и хаос в голове никогда не помогают решить проблему.

– Ну конечно! Пятиминутки полнейшей тишины как способ пополнения магических сил! Это было в Инструкции, - Анна не стала более отвлекаться на то, чтобы ругать себя за несообразительность.

Сейчас главное - помочь Сивенкову, а, значит, сохранить поток маны, то есть перестать “суетиться мыслями”, тем более негативными. Наконец-то толчки прекратились.

– Анна, - позвал ее оборотень так явно, точно стоял рядом возле уха.

Она вскочила и побежала в подъезд.

Картина представилась такая, что в самых кошмарных фильмах не увидишь. Подъезд выкрасил в алый цвет сумасшедший работник из пульверизатора. Запах крови ударил в нос так сильно, что у Анны на мгновение закружилась голова и тошнота подступила к горлу.

– Помоги ему! - закричал Сивенков, держа тело Семена на руках, - На него попал яд, помоги быстрее, он умирает.

Анна сделала шаг, поскользнулась в луже крови и чуть не упала, схватившись за ручку двери, которая тоже была влажная и слегка липкая. Тошнота подступила снова.

– Так не пойдет! Беспорядок и хаос в голове и вокруг не помогают решать проблемы, - подумала ведьма, - Редактирую пространство, нужна чистота.

Мгновение и подъезд стал похож на операционную, ни следа произошедшей битвы, ни одной пылинки, стены выкрашены идеально ровно, ступеньки новые, вместо лампочки огромная красивая люстра. Запах крови пропал, воздух был свежим слегка солоноватым будто рядом плескалось море. Еще мгновение и одежда Анны и ее руки очистились от пятен крови.

Она чувствовала как каждое колдовство отнимает заряд маны, видела внутренним взором свою убывающую батарейку. Но с другой стороны, чем чаще она использовала магию, тем проще и яснее ей становилась суть применяемого Дара. Знания всех предыдущих чародеек, пришедшие вместе с активацией способности, выстраивались в логическую систему, раскрывались, как таблица умножения. Анна понимала какие компоненты надо сложить, чтобы получить ожидаемый эффект. Магия напоминала спорт, чем больше тренируешься, тем сильнее мышцы, поэтому надо делать все, о чем когда-либо читала в книжках или видела в фильмах фэнтези. Когда кто-то входил, она создавала иллюзию пустого подъезда, закрывая их троих от посторонних глаз, и ставила защитный купол, который люди обходили стороной, даже не понимая почему. Это отвлекало, вытягивало заряд маны, но разговоры и объяснения с посторонними забирали бы еще больше сил и времени. Анна взяла Семена за руку, сосредоточилась и ничего не почувствовала. Она сегодня спокойно лечила деревенских жителей, почему сейчас не может ничего ощутить. Девушка сделала глубокий вдох, медленный выдох.

– Я не могу, - прошептала она испуганно.

– Конечно можешь. Я ощущаю твой бурный поток маны. Ты только что в драке залечила мне несколько смертельных ран. Ты - крутая сильная ведьма! Изгнать яд из его тела ты точно можешь. Пожалуйста, спаси его, - взмолился Сивенков.

– Я не могу вмешиваться в чужую судьбу без просьбы, тем более когда человек между жизнью и смертбю. Я его не вижу, - попыталась объяснить Анна, а в голове мелькнула ужасная страшная мысль: “Возможно уже поздно и смерть забрала его...”

Глава 20

Магический яд.

Оборотень уловил настроение своей ведьмы, даже не смотря на то, что зловоние крови все еще стояло у него в носу, запах ее эмоций был сильнее. Разочарование, грусть, бессилие и… ощущение смерти.

– Ни хрена подобного, – зашипел он и шибанул мощной волной радости и тяги к жизни и сражению. Насылание эмоций весьма энергозатратный процесс. Мана разлетелась вместе с запущенной волной, а поэтому все залеченные раны, открылись. Сивенков попытался рукой приостановить хлещущую кровь. Он сможет пробыть в сознании лишь несколько минут, но надо, чтобы колдунья успела спасти Семена.

Запущенная волна принесла ожидаемый эффект. Семен резко вдохнул, открыл глаза и прохрипел:

– Жжется! Помогите!

– Ну же, действуй! - устало произнес Сивенков и осторожно прислонился спиной к стене чистейшего подъезда. Приятный аромат свежего морского бриза смешался с тонким запахом маны и эмоцией радости…

“У нее получается! Надо оставаться в сознании как можно дольше, чтоб она успела… ” - подумал оборотень, моргнул и отрубился.

Анна сидела, закрыв глаза, полностью увлеченная процессом восстановления Семена. Его отравили магически модифицированным ядом, который поражал не только тело человека, но и способность к взаимодействию с маной. Ведьма остановила распространение токсинов, однако поврежденное тело с большим сопротивлением принимало магию.

- Семен стабилизирован, но потребуется намного больше времени, - хотела сказать Анна, но резкая боль пронзила ее тело, будто кто-то попытался вырвать сердце. Она физически почувствовала натянувшуюся нить Nexus causalis и в ужасе открыла глаза. Ее Маннаро лежал без сознания в луже крови. Ему осталось жить четыре минуты. Это колдунья знала абсолютно точно, увидела как именно выглядит Смерть.

– Без паники. Порядок в голове - порядок в жизни, - проговорила Анна удивительно спокойно, не осталось ни страха, ни сомнений, и вся мощь предыдущих волшебниц проснулась в ней. Девушка с помощью маны подтянула рюкзак.

– Левитация или телепортация работает легко с тем предметом, который видишь, следовательно, телепорт ограничен в расстоянии, - отменила Анна очередное правило взаимодействия с миром магии.

Она достала подаренную жителями деревни морковь и откусила огромный кусок. Ей даже не пришлось дотрагиваться до Сивенкова, весь приток полученной маны сразу же потянулся к оборотню как железо к магниту. Тянущая боль в сердце исчезла. Анна сидела на полу подъезда и ела морковь.

– Не пыльная работка, - хмыкнула она, не обращая внимания на людей, входивших или выходивших и старательно огибающих границы невидимого магического купола.

Оборотень открыл глаза, затем аккуратно сел.

– Спасибо тебе, моя ведьма, - произнес он и от этой фразы, точнее от того каким тоном это было сказано, у Анны закружилась голова, сперло дыхание и она поперхнулась морковкой.

“Моя ведьма” - девушка крутила эту фразу у себя в голове как мантру, на несколько секунд забыв про не романтичность обстоятельств. Они сидели на полу в подъезде после нападения непонятных типов, возле бесчувственного Семена, пострадавшего от какого-то магического яда, Сивенков все еще находился в луже крови в разодранной в клочья одежде, а лишь пару минут назад таким же разодранным было его тело. И несмотря на это все Анна почувствовала себя очень счастливой, словно она поняла смысл жизни, хотя все дело было в накрывшей ее лавиной магической силы, полученной из-за искренней благодарности спасенного мужчины.

- Как Семен? - спросил он, вернув девушку в реальность.

– Стабилен, но мана на него действует очень медленно. Яд какой-то необычный, его делал маг.

– Да, знаю. Потерпевшего Владимира Петровича Волкова отравили таким же, - сухо прокомментировал Сивенков, а затем дополнил, - Ты знала, что твой начальник был ведьмаком?

– Как это был? Он что…

– Нет-нет, он жив, но теперь не может пользоваться Даром, он не чувствует маны. Так ты знала о его способностях?

Девушка отрицательно покачала головой. До встречи с этим следователем она даже не предполагала, что "одаренные" существуют. В ее реальности никакой магии точно не было.

– Ладно, здесь у нас, конечно, получился удобный штаб, но может переместимся к тебе в квартиру? Я тоже проголодался, - сказал оборотень, протянув руку за остатком морковки, про которую Анна забыла напрочь, услышав волшебные слова “моя ведьма”.

Девушка боялась, что Сивенков увидит как дрожат ее руки и поймет как сильно она волнуется, находясь рядом с ним, поэтому не стала протягивать оставшийся кусок, а осторожно запустила в левитацию. Это оказалось легко, достаточно представить и предмет уже в нужном месте. Странно, когда ее Маннаро был при смерти, Анна была собрана и не испытывала эмоций, ни страха, ни уж точно влюбленности. А сейчас каждое произнесенное им слово будто вводило ее в состояние резонанса, увеличивая дрожь и волнение до громадных масштабов.

– Порядок в окружающем пространстве помогает привести в порядок голову, а следовательно и всю жизнь, - повторила себе девушка и легким взмахом лишь одного пальца убрала лужу крови, - Если меня уволят, с этой работы, то я могу работать уборщицей. Кристально чисто и быстро.

– Или маляром, стены подъезда выкрашены идеально, - похвалил Сивенков.

Анна снова воспользовалась маной и рваная кровавая одежда оборотня трансформировалась в черный смокинг с кристально белой рубашкой, а Семен оказался облачен в зеленоватую форму врача.

– Работу стилиста из потенциального списка вычеркиваем, - прокомментировал Сивенков, поднялся, взяв бесчувственного Семена на руки.

– Я могу его телепортировать или левитировать, - предложила Анна.

– Мне не сложно, я достаточно восстановился.

-- А эти... не вернутся за мной? - еле слышно спросила девушка, уже зная ответ...

-- Вернутся!

Глава 21

Всегда есть причина.

Анна дрожащими руками открыла дверь. Она не могла понять отчего трясутся руки, от накрывшего адреналина после нападения или от близости оборотня или просто от усталости. Маны практически не осталось, но ведьма все равно преобразовала пространство, увеличила его. Посреди комнаты появилась койка как в современных больницах, рядом два удобных кресла с небольшим столиком между ними и две кружки свежесваренного кофе. Девушка почему-то была уверена, что за ночь она восстановит как обычные физические силы, так и магические. Семена, все еще находящегося без сознания, уложили на кровать. Анна взяла его за руку, но поняла, что слишком устала, ослабла и еще чем-то помочь не может.

-- Ты знаешь, почему на меня напали? И кто это был? И куда они делись? Подъезд был весь…, - Анна замолчала, поежилась от воспоминаний и не нашла подходящих слов, чтобы описать увиденное,- А трупов не было.

– Когда ты нашла непрерывный источник маны, они поняли, что я уже не умру и сбежали. Я не мог их догнать, не было достаточно сил, но один из четверых точно мертв, они забрали его тело.

– Четверых? Я только двоих видела.

– Двое были на этаже возле твоей квартиры и спустились, услышав заварушку. Они знают о тебе все. К моменту отравления Волкова, у тебя точно не было никакого Дара. Значит, они вышли на тебя после активации способности, то есть после прочтения письма ведуньи Анфисы.

– Ой, ты был прав, - воскликнула Анна, - В том здании все-таки была засада и магическое приложение лишь повод…

– Я бы почувствовал слежку. В здании никого не было.

– Может они хорошо спрятались и мы их просто не заметили, - предположила Анна, нервно покусывая губу.

Сивенков неожиданно наклонился к ней через столик.

– Я – оборотень. Я всегда чувствую слежку. Там никого кроме нас не было.

От его пристального взгляда мысли из головы Анны резко улетучились. Она видела только его глаза и все остальное растворилось в них. Не осталось сомнений, страхов и переживаний. Оборотень защитит ее от людей и нелюдей, от всех невзгод. Защитит даже ценой своей жизни. Девушка сделала долгий выдох и поняла, что нервозность пропала, а воспоминания произошедшего ужаса потеряли свою яркость будто были давно. Сивенков снова откинулся в кресле, слегка поморщившись от боли. Направленная на девушку волна спокойствия и уверенности отобрала часть маны и особо глубокие раны перестали заживляться. Но в этом нет ничего страшного, оборотень и раньше справлялся в одиночку, значит, и сейчас “заживет как на собаке”. А Анна должна расслабиться, она очень хорошо поработала сегодня, будто не новичок, а старушка с солидным стажем.

– Либо они вычислили тебя в больнице, когда ты заезжала к начальнику, уже активировав способность, проследили до дома и остались ждать твоего возвращения, либо это все проделки твоей рыжей подруги Кумихо, - высказал теорию Сивенков, - Мне пока только неясно как она заранее узнала, что ты станешь ведьмой, и втерлась в доверие. Ведь это был случайный выбор ведуньи, а не прогнозируемая передача по крови.

Анна пожала плечами, потому что у нее не было интересных версий. Она отказывалась верить в виновность подруги Ланы. Это было слишком больно и обидно.

– Кто они? - спросила Анна. – Охотники за магами. С помощью этого модифицированного яда лишают способности взаимодействовать с маной. Твой начальник уже не первый пострадавший. Сивенков закрыл глаза. Комната ненадолго погрузилась в тишину. Следователь снова прокручивал в воспоминаниях дела тех, кто был отравлен, а также список потенциальных жертв, составленный Загубельской Ольгой Викторовной, которая сама находилась в коме после аналогичного покушения на нее. Сивенков незаметно задремал.

– Волчара, - послышался неуверенный удивленный голос Семена, который оглядываясь, спросил, - Где я? И почему тут ты?

– О! Мана небесная, ты прозрел! Какая прекрасная новость! - сказал оборотень тихо, чтобы не разбудить Анну, которая тоже уснула в соседнем кресле.

– Эта девушка… Да почему ты здесь? - снова спросил недоумевающий Семен.

– Она - свидетель по делу об отравлении. Я узнал новые данные и хотел у нее кое-что уточнить, приехал и увидел, что на вас напали какие-то дебилы, - отмахнулся Сивенков. Он заметил как изменился, потеплел взгляд Семена, при взгляде на Анну. Оборотень почувствовал аромат полевых цветов, запах влюбленности.

-- И когда он успел так сильно увлечься моей ведьмой? - подумал Сивенков, который знал Семена уже много лет и ни разу не замечал у него таких сильных эмоций. Опер Багровой был веселый ловелас и сердцеед, но серьезных чувств ни к одной из девушек не испытывал. А вот теперь один взгляд на Анну вызывает у Семена мощную волну радости, счастья, бескорыстной любви. Оборотень даже слегка позавидовал. У него, который считывает и насылает эмоции на других, собственные чувства были будто выключены, лишь осознавались их слабые отголоски. А ему тоже хотелось хотя бы раз ощутить силу любви, понять почему ради нее совершают безумные поступки. Но неужели колдунья использовала Дар, чтобы влюбить в себя Семена? Это плохо.

– А почему не отвез меня в больницу? И кто меня переодел? - допытывался Семен, прерывая размышления о причине влюбленности.

– Багровой, слушай, я тебя уважаю и ценю за то, что ты глупых вопросов не задаешь, - отмахнулся Сивенков, врать он не хотел. Любая ложь искажает пространство, что оборотнем воспринималось как смутная опасность, да и вонища от вранья противная.

– Не задаю, когда понимаю, что происходит, а тут ерунда полнейшая. Моя мать умоляла позаботиться об этой “важной для всей деревни девочке”, - произнес Семен, пытаясь изобразить мамин голос на последних словах, - И вот каких-то два типа устроили на нее засаду, то есть она и правда какая-то важная. Свидетель… ну-ну. Не помню, чтобы ты по домам к свидетельницам на ночь глядя заезжал.

– Почему ты думаешь, что засада была именно на нее, а не случайный гоп-стоп или затерявшийся в подъезде маньяк? - уточнил Сивенков, мгновенно возвращаясь к привычной роли следователя.

Семен скривился и выразительно глянул:

– Серьезно? Я тоже тебя уважаю за то, что ты не задаешь глупых вопросов.

И Сивенков от души улыбнулся. Из всех оперативников у Багрового было чутье почти как у оборотня, конечно, он понял, что все случившееся имеет причину - Анна.

Глава 22

Магия - это так просто...

Анна резко проснулась будто ее током пронзило. Ей приснились слова из записки, после которой активизировался Дар: “Витеньку моего как отыщешь, не отпускай далеко. Связаны вы.”

– Надо найти Витю - внука ведуньи Анфисы, - вскрикнула она и осеклась, увидев, что Семен пришел в сознание, затем поинтересовалась:

– Как Вы себя чувствуете, Семен?

– Прекрасно, я так понимаю, что это Вы меня переодели и выделили новую одежду?

Анна глянула на Сивенкова, но тот сидел молча, погруженный в свои мысли и всем своим видом показывал, что в диалоге не участвует.

– Да, я, - пришлось сознаться Анне.

– Спасибо! – ласково поблагодарил Семен, - Только мне вот интересно! А где мои трусы? И зачем их было снимать? Я понимаю, что внешняя одежда испачкалась, но нижнее белье…?

Сивенков громко засмеялся. Анна открывала рот как рыбка, не находя подходящих слов для ответа. Она покраснела как если бы весь день пролежала под палящим солнцем. Ведьма - новичок совершенно не задумывалась про трусы во время трансформации одежды. Представила как должен человек выглядеть внешне и реализовала. Но не объяснять же это Семену. И что теперь он будет о ней думать? Что она - фетишистка, стаскивающая тайком трусы с мужчин, пострадавших при ее защите и находящихся без сознания? И главная проблема в том, что колдунья пока не прочитала раздел Инструкции, где описано куда исчезает то, что редактируется, и как его вернуть при необходимости. В прошлый раз все волшебство исчезло по велению специальной программы, но как сейчас вернуть трусы Семена? Вот какая неожиданная проблема нарисовалась, похуже странных типов в подъезде.

Анна мельком глянула на Сивенкова, ему она тоже наколдовала смокинг… только смокинг без деталей о нижнем белье. Девушка закрыла лицо руками и тихо застонала.

Вдоволь отхохотавши, Сивенков серьезно сказал:

– Найдем твои ценные трусы, Семен. Мы и не такие сложные дела распутывали. А теперь к делу. Идея про Витьку очень логична. Как раз он мог заранее знать о замысле Анфисы. Вполне возможно, разозлился, что… “наследство” досталось тебе, а не ему - кровному внуку. Это многое объясняет. Я поеду в участок, поищу данные на Виктора, фамилию знаешь?

– Не помню, я маленькая была, но в деревне кто-то наверняка знает.

– Моя мама - староста, - включился в разговор окрепший Семен, – Она точно знала ведьму Анфису. Неоднократно рассказывала про нее. Зазывала посетить. Я позвоню утром и все разузнаю.

– Хорошо, - Сивенков поднялся.

– Ты что? Ты же не уходишь? - испуганно залепетала Анна, - А вдруг эти типы вернутся?

– Сегодня не вернутся, а здесь спать негде, - уверенно заявил оборотень.

– Стой! - почти закричала Анна, - У меня есть вторая комната. Сейчас только кое что найду в рюкзаке.

Ведьма не могла сейчас отпустить оборотня. Только с ним она чувствовала себя в безопасности. Анна знала, что те, кто напал в подъезде, обладают сверхспособностями, поэтому обычный человек, пусть даже сильный и смелый как Семен, не сможет с ними справиться. Страх пробирал до последней молекулы от одной мысли, что Сивенков уйдет.

Требовалась мана, чтобы создать вторую комнату, поэтому Анна достала банку варенья, подаренную в деревне, и ложкой начала поглощать содержимое, прислушиваясь к своим новым ощущениям. Магия потекла по крови бурным потоком. Ведьма понимала, что тратить ману на ерунду вроде создания еще одной комнаты глупо, но ей сегодня было жизненно важно не отпустить оборотня. И если для этого нужна комната, значит, будет комната.

--Пойдем, покажу, где ты сможешь выспаться, - сказала Анна и открыла дверь, которая раньше вела в ванную комнату.

Теперь здесь появился коридор и три двери. Одна вела в ее спальню, другая в новую ванную, третья - в просторную комнату для оборотня.

– Большое пространство расходует много маны. Я могу спать где угодно, лишь хотел найти повод поговорить без Семена. Ты применила к нему Дар, чтобы он влюбился в тебя.

Сивенков не спрашивал, он вновь был следователем, который предъявлял обвинения, уверенный, что изучил все улики.

– Это произошло случайно, - начала оправдываться Анна, - Я не знала…

– Отмени!

Анна улыбнулась от мысли, что оборотень ее приревновал. Она от радости взметнулась к небесам, а затем Сивенков своей фразой грубо опустил, почти втоптал ее в землю:

– Ты этой привязкой отбираешь его силы и уменьшаешь свои. Каждая минута заколдованной влюбленности сокращает срок его жизни. Пожалуйста, моя ведьма, не переходи на темную сторону. Забрать чужую энергию, подчинить людей себе - это очень соблазнительно, потому что с магией такое дается легко и быстро, но не делай этого.

Сивенков говорил спокойно, без надрыва или мольбы, Анне показалось, что именно так он убеждает преступников сознаться в содеянном и раскаяться. На самом деле, оборотень направлял волну раскаяния на злодеев во время допросов, но с этой девчонкой он так не сделал. Это должно быть только ее решение – стать на темную сторону или остаться на светлой. Каждый человек рано или поздно сталкивается с этой дилеммой. Оборотень замолчал, всматриваясь в Анну, вслушиваясь в ее эмоции. Она не умела держать “покер фейс”, поэтому все переживания легко читались на ее лице. И то, что следователь увидел, порадовало, словно маленький огонек снова согрел его заледеневшее сердце. Сердце человека, насмотревшегося жестокости и ужасов этого мира. Он вдохнул носом воздух, уловив аромат искреннего глубокого сожаления, но главное, присутствовал и запах металла – решимость действовать. И эта смесь восхитительна.

Анна заговорила торопливо, боясь, что оборотень уйдет, не выслушав:

– Это получилось случайно. Я не умела пользоваться маной, да и сейчас не особо понимаю все тонкости. Семен появился в деревне и я лишь на секундочку помечтала “вот бы он влюбился”. Мне было одиноко, ты…- Анна хотела сказать “бросил меня”, но сдержалась, и продолжила, – Я не могла предположить, что все получится. Во всех книжках и фильмах показывают, что магия - это сложно. Все волшебники ходят учиться в академии и университеты, запоминают заклинания, а иначе “сделать хотел утюг, слон получился вдруг”. Но на самом деле использование Дара оказалось простым, очень простым, интуитивно понятным. Я прочитала лишь часть инструкций и правил, написанных предыдущими ведьмами, но ощущение будто я все это итак знала, только подзабыла. В критический момент, когда напал тот тип, я знала как надо делать… Подумала и появилась защита. Проблема только в том, чтобы не разбрасываться мыслями, не впадать в панику, понимать, что нужно сделать, а механизм редактирования реальности включается сам. Теперь понятно, почему они все писали про состояние внутреннего созерцания - пятиминутки тишины. Мысли успокаиваются от суеты и происходит осознание и фокусировка на важном. Медитация помогает редактировать реальность.

– Тогда тебе самое время помедитировать и вспомнить как отменить влюбленность Семена, - предложил Сивенков.

– Неужели ты никогда не воздействовал на людей магией для того, чтобы добиться своей цели? Я чувствую, что прямо сейчас ты влияешь на мою волю. Рядом с тобой мне уютно и комфортно, а страх и переживания отступают. Это точно волшебство, - сказала Анна тихо, подойдя ближе и заглянув мужчине в глаза, которые снова поменяли цвет, став небесно голубыми. Оборотень утонул в аромате полевых цветов. Девушка медленно потянулась, чтобы поцеловать своего Маннаро. В этот момент ей казалось, что вся Вселенная затихла и остановилась.

– Это рикошет. Получаешь то, что сделала с другим. Отмени влюбленность Семена и твое увлечение мною пройдет, - произнес Сивенков, отстранившись, - Я посплю в кресле. Не трать ману понапрасну.

Глава 23

Как влюбился, так и разлюбился

Сивенков, вернувшись в гостинную, сразу ощутил ту бурю эмоций, которую испытал Семен, видя как его “возлюбленная” уходит в спальню с другим мужчиной. Ароматы висели в комнате плотной пеленой, так, что оборотню стало сложно дышать и он открыл окно. Разум околдованного человека затуманен, поэтому указывать Семену на странность и поспешность “любви до гроба” бессмысленно, а уж приводить аргументы об отсутствии причин для ревности тем более.

– Спи, это восстанавливает здоровье, - произнес Сивенков и запустил волну расслабления, уносящую тревоги и навевающую крепкий сон. Семен хотел возразить, но веки потяжелели и он окунулся в сладость сновидения.

Сивенков понимал, что сейчас слукавил, потому что усыпил друга не ради его здоровья, а чтобы избавить себя от неприятного диалога, бессмысленного и ненужного.

Оборотни очень не любят врать, они способны увидеть как искажается в этот момент пространство реальности и выглядит это пугающе темным и опасным, будто приоткрывается черная дыра антиматерии. Именно поэтому Сивенков не хотел сегодня разговаривать, ибо нужных ответов на вопросы Багрового у него пока не было. Растратив ману на запуск очередной волны эмоций, оборотень уснул. Сейчас, когда у него есть своя ведьма, магические силы накапливаются во сне как по мановению волшебной палочки.

Анна подошла тихо, но оборотень проснулся, ощутив ее присутствие в комнате. С момента установки связи он всегда слышал ее сердцебиение, знал, где она находится.

– Я нашла в книге рецепт как избавить человека от наколдованной влюбленности, - прошептала Анна.

– Хорошо, - пробормотал Сивенков, заметил, что девушка расстроена и взял ее за руку. Он слишком поздно осознал, что этот жест был лишним, интимным, нарушающим ту дистанцию, которую он хотел держать.

Оборотень до сих пор винил себя, что вовлек Анну в свой мир. Она не прирожденная ведьма, а случайная девочка, которая не подготовлена к жизни с магией. Он непростительно поторопился, совершив Nexus causalis, и из-за его глупости, теперь она в опасности, а он стал более уязвим, чем раньше. Эта девушка ничего не знает о магии, разбрасывается маной налево и направо. Если бы не его поспешность в тот роковой вечер, когда он укусил ее, то Анна вряд ли поехала бы в офис “Магического приложения”, не поверила бы в те слова, которые написала бабка Анфиса, и уж точно не погналась бы в деревню за маной как одержимая, а значит, не попала бы в поле зрения этого охотника-отравителя. Она бы жила свою обычную жизнь.

Оборотень нарушил главное правило магии - использовать Дар во благо других, а не для личного обогащения. А он был эгоистичен, мечтал избавиться от одиночества, жаждал найти свою ведьму - ту самую, на всю жизнь, сердцебиение которой будет слышать постоянно. И даже не спросил, хочет ли Анна быть с ним связанной. А если бы она отказалась? Сивенков прокручивал в воспоминаниях тот вечер минуту за минутой, не понимая, какая тьма, поглотила его в тот момент, когда он подчинил девушку своему желанию, установив магическую связь между ними? И это умопомрачение пугало его. Он должен держаться подальше, чтобы не причинить еще больше вреда. Надо только разобраться с маньяком, забирающим способность к магии.

– Тебе нужна моя помощь? - спросил Сивенков, поспешно убрав свою руку с руки девушки, - Скажи, что надо сделать. Для этого и существуют оборотни, чтобы помогать своим ведьмам.

– Да, вот эта связь Nexus causalis - весьма интересная штука, кстати… Я тут вычитала…

– Давай сначала уберем с Семена влияние твоей магии, - прервал ее Сивенков, - Потом обязательно послушаю, что интересного ты вычитала.

– Самый простой способ, чтобы я… то есть ты… то есть мы… ну… связь наша сильнее… Именно поэтому ведьмы и оборотни ищут друг друга. Понимаешь?

Сивенков отрицательно покачал головой.

– Ладно, дотронься до меня, точнее держи меня крепко, - Анна протянула ему одну руку, а другой тихонько дотронулась за Семена, – В Инструкции написано, что мы связаны, потому что гармонизируем друг друга. В общем, я это к тому, что ты можешь изменить мое колдовство. Маннаро могут переводить на себя последствия применения магии, совершенные в нарушении правил.

– То есть забрать его одержимость на себя? - уточнил Сивенков.

Анна потупила взор и промямлила что-то вроде “нууу”.

– Другие варианты есть? - допытывался следователь.

– Есть, - пробурчала волшебница недовольно.

– Ты и сама все можешь отменить, правильно?- догадался оборотень.

Почему-то соврать ему Анна не смогла. Она многозначительно закатила глаза, вздохнула и тихо ответила:

– Могу. Я же крутая ведьма и маной заполнена по самую макушку.

Девушка мысленно произнесла, что хочет вернуть свободу воли Семена и отменяет свое желание, чтобы он влюбился. Магия очень простая в использовании и почему ее в книгах и фильмах усложняют? Анна на миг закрыла глаза. Ей показалось, что в груди у Семена зажглась крошечная искра — несмелая, тёплая, чужая. Она мысленно погасила её, и та послушно исчезла, оставив после себя только лёгкий, почти незаметный запах горелой травы. Но оборотню этот запах резанул по носу так сильно, что он чихнул.

"Какая жалость, что оборотень догадался и не стал забирать на себя влюбленность, - расстроенно думала Анна, - Так бы все замечательно получилось." Девушка на минутку снова замечталась, даже представила как Сивенков Иван говорит ей: “Моя ведьма, выходи за меня замуж!” Девушка уже прочитала в Инструкции, что мечты и желания в отношении оборотня не имеют силы колдовства, поскольку у них после установки связи общая мана. А жаль!

Ну хотя бы можно мечтать о нем сколько душе угодно. Не то, что с обычными людьми: подумала о чем-то и тут же получила в реальности.

Анна вдруг ясно поняла, какую именно большую тайну скрывают столетиями те, кто научился управлять Даром, и почему в фильмах и книгах магический мир усложняется. Главный секрет в том, что пользоваться маной могут все и магия - это очень просто как дыхание. Ведьм сжигали, не потому что боялись их силы, а потому что они переставали скрываться и начинали показывать, что волшебство рядом, а главное - доступно всем.

Но рано или поздно появляется тот, кто начинает верить, что он - особенный и выше других. И такой человек пытается присвоить магию только себе или ограниченному кругу избранных, потому что уверен, что остальные недостойны, слабы и глупы. Поэтому в массы внедряется культ того, что Дар это что-то исключительное, сложное, опасное, обычному смертному не стоит и пытаться, нет шансов.

Глава 24

Опасная тень

Утром Семен доложил своей матери об успешно выполненной миссии.

– Важная девушка была доставлена домой, я проконтролировал на всякий случай и ее сон, раз она такая важная, ну и сейчас она совсем как обычный человек готовит кофе.

– Тьфу ты, сказала же не приставать к ней, - проворчала мама, но злобы из-за непокорности сына не чувствовалось.

– Я и не приставал. Я же воспитанный человек! Она сама затащила меня к себе в квартиру. Честное слово. Но а я не мог сопротивляться, ведь ты сказала, что она важная птица, - веселился Семен.

Он чувствовал себя прекрасно. Мана за ночь достаточно восстановила его физическое тело от последствий драки, запущенная оборотнем волна спокойствия способствовала крепкому сну, а отмененная влюбленность придавала легкости. Семен ощущал себя так, будто вчера он очень долго тащил что-то тяжелое и наконец-то избавился. Несмотря на внешнее, показное балабольство, оперативник про дело не забывал и выяснил у матери фамилию ведуньи Анфисы.

– Погнал, пробью нашего подозреваемого – Витеньку, – сказал Багровой после чашки кофе и умопомрачительных бутербродов с сыром, любезно наколдованных Анной.

Сивенков кивнул. Уходя, уже в дверях, Семен крикнул:

– Анна, спасибо за кофе и бутерброды. Шикарные! А за трусами заеду вечером, - и, хохоча, словно школьник сбежал вниз по лестнице.

Девушка вздохнула, но улыбнулась. Забавный это Семен, интересный.

– Сегодня моя смена на работе. Больничный шефа на меня не распространяется. Боюсь идти, - призналась девушка.

– Сидеть дома одной и прятаться - плохой вариант. Ты становишься жертвой по собственной воле. Не стоит помогать преступникам. Тем более, в одиночестве будешь бояться еще больше, а в офисе хотя бы много людей. Те, кто напал вчера, не будут рисковать выдать свои способности при большом количестве свидетелей. Им нужна скрытность. А если тебе будет грозить опасность, я почувствую и приду, - уверенно сказал оборотень, – Собирайся, подвезу тебя, и вечером заеду.

– А ты можешь не применять ко мне голос занудного следователя, читающего лекции нерадивому нарушителю малолетке? - почему-то спросила Анна, - От твоей лекции зубы сводит, я словно снова в институт попала.

У Сивенкова от удивления глаза полезли на лоб, возможно, они бы с удовольствием полезли еще выше, если бы не физиологические ограничения. Он хмыкнул.

--Ок, ведьма. Никаких лекций, тогда бегом одевайся и погнали.

На то, чтобы собраться, в том числе сделать макияж, ушло меньше пары секунд. Магия – крутая штука. Девушка знала как ей надо выглядеть и ее мысль мгновенно реализовалась. Она покрутилась довольная перед зеркалом.

И вдруг что -то в отражении привлекло ее взгляд. Будто на нее попала небольшая тень. Оборотень почувствовал тревогу. Как только Анна вошла в гостинную он уловил запах страха.

– Что случилось? - спросил Сивенков, вглядываясь и пытаясь угадать источник проблемы.

– Ты эту тень видишь? - испуганно спросила девушка, подойдя к нему очень близко.

– Конечно, - облегченно выдохнул он.

– Это опасно?

– Ерунда, - отмахнулся Сивенков, -Готова? Поехали.

Но Анна не двигалась, молчала, едва сдерживая слезы, уж слишком легко оборотень отмахнулся. “Слишком театрально, возможно, дело совсем плохо и поэтому он не хочет ничего говорить, чтоб случайно не взболтнуть лишнее” - подумала ведьма, а вслух сказала: – Это последствия нападения? Может на меня попала часть того яда? Или я подхватила его, когда лечила Семена? - допытывалась колдунья дрожащим голосом.

– Яд не передается воздушно-капельным путем или от контакта с зараженным. Только при непосредственном попадании внутрь или на тело, - авторитетно заявил оборотень и дотронулся до плеча испуганной девушки в подтверждение своих слов, - Криминалисты изучили его вдоль и поперек. Твоему Дару сейчас угрожает только твой эгоизм. Хватит уже колдовать ерунду. Главное правило магического мира - Дар надо использовать для общего блага, а не своих корыстных целей. А ты увлекаешься личным. Юбочки, туфельки, комнаты… Не получается у меня без занудных лекций, - Сивенков вздохнул.

Анна натянуто улыбнулась, но возражать не стала. Разве может этот вечно равнодушный мужчина понять эмоциональную необходимость красивых юбочек и туфелек, и сумочек, и…

– Вот вкусные бутерброды для твоих спасителей - это было благое дело. Спасибо тебе, - неожиданно продолжил Сивенков.

Путь к сердцу мужчины даже если этот мужчина - оборотень все равно лежит через бутерброды. От благодарности, волна маны пробежала по телу, волшебница внимательно посмотрела в зеркало. Тень будто встрепенулась, но осталась, легкая словно дымка, но она была с ней.

-- С тобой все нормально, - сказал Сивенков тихо и почему-то у Анны мурашки пробежали по телу. Ей показалось, что голос наполнен заботой и теплотой. А еще оборотень стоял так близко, спокойный и уверенный, ему хотелось верить на все сто процентов. Она заглянула в его глаза, в водоворот меняющихся оттенков серо-голубого.

“Пусть он и занудный следователь, который любит читать лекции, но рядом с ним так надежно, спокойно и волнительно одновременно”, - Анна зажмурилась от удовольствия.

Они быстро доехали до ее офиса, дорога расчищалась как по моновению волшебной палочки, везде горел зеленый, машины неожиданно сворачивали в переулки.

Попав на работу девушка постепенно увлеклась рабочими буднями. Ежедневная рутина захватывает как болото, притупляя как стремление к более высшей цели, так и чувство тревожности и беспокойство. Анну перевели в приемную заместителя, а кабинет шефа, напоминающий о произошедшей трагедии, был закрыт. Неудачливый ухажер – Виктор Шендерович на глаза не попадался, так что день складывался хорошо.

Ведьма захотела незаметно поколдовать, конечно же на благо других людей. Может поднять всем настроение? Или это будет вмешательство в их волю? Анна вспомнила Инструкцию… не пытайся помочь тем, кто не просит.

– Ясно. Пока без магии, - пробурчала девушка. Очень странное ощущение - обладать почти безграничной силой и не применять ее. Но увиденная утром тень серьезно напугала.

– Анна Владимировна, к нам едет новый партнер -инвестор, с ним давно намечалась сделка, - вывел ее из раздумий голос заместителя шефа - Олег. Он просил называть его только по имени без отчества, на уровень уважения подчиненных это не влияло.

Да, мы как раз готовили документы, когда Владимира Петровича…– Анна не смогла произнести слово “отравили”. Было ощущение, что если она скажет это вслух, то произойдет что-то плохое.

– Шеф попросил не откладывать и провести встречу, пока он в больнице. Соберите и обновите всю необходимую информацию, пожалуйста.

– К какому дню?

– К этому вечеру, - развел руками Олег.

И день помчался, завертелся, не давая погрузиться в мрачные переживания из-за нападения или рассуждения о пользе и вреде магии. Около восьми часов вечера Олег вышел на улицу встречать нового партнера - инвестора. Большинство сотрудников уже покинуло офис, остались только то, кто должен был “знакомить нового человека с финансовыми показателями компании” и Анна надеялась, что ее тоже отпустят как только она принесет чай или кофе.

Вместе с Олегом в переговорную вошел Витька - внук ведуньи Анфисы. Анна внешне не узнала его, он очень изменился, но что-то дернулось внутри и ведьма поняла, что это он самый. Не зря бабка написала “вы связаны”, жаль, что не указала как и почему.

Глава 25

Чужая тайна

Витька, а точнее Виктор Викторович на секретаря внимание не обратил, будто она - неотъемлемая часть интерьера. Только буркнул, ни к кому не обращаясь, в пространство: “Кофе, пожалуйста”. Анна прислушивалась к своему чутью ведьмы, пытаясь найти признаки опасности. Вчера в подъезде она точно знала, что очкастый профессор представляет смертельную угрозу. А сейчас ощущения были другие, без тревоги. Девушка написала следователю:

– Витька, которого мы ищем, здесь, у меня в офисе. Он, оказывается, потенциальный компаньон компании.

-- Я скоро буду, если он закончит раньше, то задержи его разговором о прошлом, - прислал сообщение Сивенков.

Но следователь успел как раз к тому моменту, когда все участвующие начали выходить из зала для переговоров.

– Виктор Викторович, позвольте переговорить с Вами буквально пару минут, - сказал он, достал удостоверение и заученно произнес свое длинное название должности, - Я по поводу отравления Владимира Петровича Волкова.

–Отравления? - Витька искренне удивился, - Я думал, что у него инфаркт. Мне сказали, что у него сердце прихватило на работе.

Запаха лжи не было. “Значит, этот не виновен в череде отравлений. Следовательно, засаду в подъезде тоже устроил не он. Уж слишком сложный яд использован в этих случаях. Должен быть сильный маг, а у этого странная мана, спящая.”

Олег решил оправдаться:

-Мы сначала не знали про покушение. Думали - сердце, поэтому и Вам так сказали, Виктор Викторович.

Потенциальный инвестор, он же внук Анфисы, махнул рукой, показывая, что вопрос не стоит обсуждения.

– Вы можете пройти в переговорную комнату, чтобы на пороге не топтаться, - предложил Олег следователю.

– Анна Владимировна, зайдите с нами, - произнес Сивенков таким голосом, что ей захотелось пригнуться или спрятаться, будто он знал, что она в чем-то виновата.

Виктор всматривался в Анну. Когда он вошел в первый раз в этот офис тепло разлилось по телу, но он научился избегать этой реакции. Она всегда приносила только неприятности.

Теперь же, внимательно глядя на девушку, которую он раньше даже не заметил, приятное тепло усиливалось, заполняя каждую клеточку тела. И Виктор не стал избегать этого тепла, оно было приятным. Ему показалось, что незнакомка ждет от него чего-то, смотрит так, словно он ей что-то пообещал и забыл. Но взгляд ее не был осуждающим, скорее полным надежды на осознание. Что-то знакомое промелькнуло в чертах ее лица, но он не смог зацепиться и вспомнить. И не мог понять почему сейчас его так увлекла эта неприметная секретарь. Она заманивала его в какой-то дремучий лес, а он только рассматривал черты ее лица не в силах оторваться, не замечая ничего вокруг, ни деревьев, ни… следователя, который упорно что-то спрашивал.

– Извините, я задумался, - сказал Виктор, махнув головой, чтобы сбросить туман очарования, - Повторите Ваш вопрос, Иван Николаевич.

– Где и когда вы в последний раз виделись с потерпевшим Волковым Владимиром Петровичем?

Виктор развел руками:

– За пару дней до происшествия, но точнее надо уточнить у секретаря. Дайте мне Ваш контакт, она завтра свяжется и скажет точно.

Сивенков решил задать еще пару вопросов, больше для формальности, потому что он уже понимал, Виктор - не их отравитель. Однако было слишком много совпадений. Может этот парень и не главный злодей, которого они ищут, но точно какая-то важная часть мозаики. Не маг, но мана у него есть… Странная, прячется в засаде. Оборотень такой еще не встречал.

– Где и при каких обстоятельствах Вы познакомились с потерпевшим? - начал допрос следователь.

– Нас познакомила его сестра Ольга, чуть больше полугода, наверное, назад. Мы с ней как-то столкнулись в музее, разговорились и я стал одним из спонсоров ее благотворительного фонда.

И тут оборотень учуял сырость - специфический запах тщательно охраняемой тайны. Виктор не врал, но скрывал что-то важное, специально не договаривал какой-то существенный факт.

Тайны пахнут по-разному. Те, которыми хочется поделиться, производят аромат дыма от фейерверка, а вот секрет, который человек не хочет показывать постороннему, отдает сыростью. С первыми работать проще, надо поднажать, задать побольше вопросов, похвалить или припугнуть и человек с радостью все выложит. А вторые - более сложные. Чем больше давишь, тем агрессивнее становится хранитель секрета, тем глубже он его прячет.

– Чем занимался благотворительный фонд, в котором Вы были спонсором? – равнодушно спросил Сивенков и глубоко вдохнул, пропуская мимо ушей ответ Виктора. Его интересовал только след эмоций в пространстве.

“Не тот вопрос. Тут Виктор ничего не скрывает. Фонд чист. Тогда что?”

– А какие у Вас с Ольгой были отношения? Только рабочие или личные?

В точку. Запах тайны резко ударил в нос. “Значит, дело в Ольге или их отношениях. Они были любовниками?” - размышлял следователь.

Виктор на секунду удивился:

– Почему были? Хотя в любом случае, вопрос неуместен. Наши отношения с Ольгой к отравлению не имеют никакого отношения. Уже поздно, если у Вас есть еще вопросы по делу, - Виктор голосом выделил последние слова, - То предлагаю продолжить в другой день.

“Не любовники, иначе он бы знал, что она в коме. А он явно удивился слову “были”. Что же за отношения у них с Ольгой? Возможно, Виктор участвовал в создании списка из бордовой папки. Его надо держать близко, под присмотром. Нельзя дать ему уйти. Нужно завоевать доверие, иначе он в следующий раз притащит адвоката и не одного, и тогда я ничего не узнаю. Надо использовать Анну как приманку или точнее как якорь, чтобы ее друг детства не смог уплыть,” -подумал Сивенков.

Следователь сразу отметил как Виктор засмотрелся на девушку и решил использовать этот интерес, усилить его воспоминаниями прошлого. Он ненавидел себя за манипуляцию Анной и переживал, что все больше и больше втягивает ее, вместо того, чтобы оградить от лишней опасности, но более удачного варианта пока не видел. Виктор нужен рядом, на привязи, и такой привязью станет ведьма.

– Да, Вы правы. У меня на сегодня все, а вот Анне Владимировне есть , что рассказать… о вашем прошлом, - сказал оборотень и под оторопелые взгляды поспешно покинул комнату, запустив на прощанье эмоциональную волну спокойствия и доверия.

Глава 26

Долг

Анна была ошарашена стремительным уходом оборотня. Еще пять минут назад Витька был подозреваемым, а оборотень ее бросил, оставив один на один с незнакомцем. Ну лазили они по деревьям вместе в детстве, но прошло столько лет, что тот милый мальчик мог измениться на сто восемьдесят градусов и стать... Да он и изменился. Уже не Витька, а уважаемый инвестор благотворительного фонда, почти партнер компании. Девушка не могла найти нужных слов. Молчание затягивалось, но Витьку, казалось, это не напрягало. Он спокойно сидел, нацепив солнечные очки, и рассматривал молчаливую секретаршу, словно пришел в картинную галерею и совершенно никуда не торопится.

– Это я вытащила тебя из леса в деревне. Прими мои соболезнования по поводу смерти бабушки.

Витька кивнул, а затем, пожав плечами, спросил:

– Значит, у тебя теперь ведьмин Дар… Ну и как оно тебе? Справляешься?

– Необычно, иногда косячу, - ответила Анна тихо.

Парень снова кивнул, скорее своим мыслям, чем девушке, и предложил:

– Пойдем, видел кафе недалеко, угощу тебя кофе, чаем или смузи, здесь обстановка к разговорам не располагает.

На этот раз кивнула Анна. Совсем не так она представляла себе встречу с внуком Анфисы. Хотя, честно говоря, она вообще никак ее представляла, не успела, но этот вариант был странным.

Потенциальный инвестор галантно предложил взять себя за руку и в молчании они дошли до кофейни. Ведьма прислушивалась, чтобы не пропустить малейший намек на опасность, но от Витьки никаких негативных сигналов не поступало. На самом деле, он был погружен в свои мысли и воспоминания. Новость, что эта секретарь и есть его спасительница детства, повергла его в шок, хотя внешне он и казался спокойным.

Когда заказали напитки, Витька нарушил молчание.

– Так что ты умеешь?

– Лечить людей и… коров. А еще менять цвет. И…, - Анна вспомнила как влюбила в себя Семена и сменила тему, - Ты давно знал, что твоя бабушка Анфиса действительно волшебница?

Виктор тяжело вздохнул, снял солнечные очки, потер переносицу.

– Давно, - неохотно вымолвил он и сосредоточился на разглядывании потолка.

“Наверное, злится, что его бабушка отдала Дар мне. Поэтому так странно себя ведет. Но зачем тогда пригласил в кафе? Покивал бы в офисе и ушел своей дорогой, раз ему так скучно и противно меня видеть, что даже этот в пятнах потолок интереснее...” - обиделась Анна и, не выдержав, возмущенно сказала:

– Я надеялась, что ты будешь рад меня видеть.

Подошедшая официантка прервала разговор. Она улыбнулась Виктору, выставляя чашки и чайник, но он смотрел сквозь нее и, казалось, что ничего не замечает.

Ведьма сделала большой глоток, даже не особо ощутив вкус чая и того, что он был горячий. Дурацкая встреча.

– Бабушка готовила меня к нашей встрече и поэтому я не рад. Лучше бы ты меня не нашла… хотя бы еще несколько лет, - в очередной раз вздохнув, наконец-то произнес Виктор.

– Я не понимаю, - нервно сказала колдунья.

– Что я хочу жить своей жизнью? Чего тут непонятного? - тихо, но злобно прорычал “друг” детства.

– Я тоже хочу жить, а на меня вчера напали и чуть не убили. Они сами находят всех, кто так или иначе связан с магией, - ответила девушка и заплакала.

Оборотня, который мог успокоить одним словом или даже взглядом, рядом не оказалось, и слезы катились из глаз будто плотину прорвало. Анна плакала обо всем сразу и ни о чем конкретном, сбрасывала груз переживаний, который для нее оказался слишком тяжелым. Возможно, Сивенков был прав, она не-ведьма, а самозванка, которой случайно повезло или, наоборот, не повезло. Она - лишь глупая девчонка, которая лезет и не понимает куда и зачем. Никто ей не рад. Лана, которую она считала подругой, на самом деле использовала ее как приманку. Крутой полицейский Семен влюбился только под влиянием чар, а как развеялась магия, так и сдуло парня. Сивенков не скрывает, что жалеет о том, что с ней связался, называя ошибкой. И даже этот друг детства, уже злится и ненавидит ее, хотя они общаются всего несколько минут.

-- Не реви, Анка, ты чего? - испуганно спросил Витька, суетливо присаживаясь на подлокотник кресла рыдающей девушки. Именно так он называл ее в то далекое детское время, когда они проводили лето у бабушек. Парень крепко обнял ее за плечи и протянул бумажную салфетку.

Сивенков наблюдал из машины, подавляя в себе желание подбежать и успокоить свою ведьму.

– Не вмешиваться, - уговаривал он себя, - Опасности нет.

Ведьма обнаружила, что вместе со слезами ушла практически вся магическая сила, во всяком случае она перестала чувствовать ее вибрацию в теле.

– Извини, - сказала Анна, успокоившись, и отодвинулась.

Витька вернулся на свое место.

– Да ты не вывозишь, - хмыкнул он, - А похвасталась, что лишь иногда косячишь. Ладно, от судьбы не убежишь, если уже добрался до финиша. Моя жизнь в твоей распоряжении, пока я полностью не искуплю свой долг.

– Я правда не понимаю, о чем ты говоришь. Может тебя бабушка подготовила к нашей встрече, а меня - нет. Вот, тебе Дар, забирай и плыви как хочешь, - обиженно пробурчала Анна.

Внук Анфисы кивнул, продолжая смотреть по сторонам и избегать взгляда ведьмы.

– Виктор, помоги мне, - попросила девушка, неожиданно для самой себя. Слова будто вырвались.

Он не смог не посмотреть на нее, в ее глаза… И потерял счет времени, взгляд колдуньи уводил его куда-то далеко. Кофейня растворилась будто ее никогда и не было. Все было лишь иллюзией, которая исчезла, оставались только ведьмины глаза… чарующие, завораживающие. А затем не стало и их…Он начал просматривать слайды на очень быстрой перемотке.

– Ненавижу это, - дернулся Витька, - Пространственная магия - не твоя, заканчивай с ней. Создание предметов из фантазии, без изменения существующих объемных параметров, и лечение - твоя сила. Боевая - не твое. Защита сработала хорошо. Пусть оборотень воюет. Ты защищаешь. Что еще? Ах, да, с любовью поосторожнее, сила на это есть, но в тебе слишком много внутренней… в общем, полюби сначала себя. А то дел наворотишь. Что еще интересует?

Анна опешила и смогла сказать только одно слово:

– Ты…

Витька отвел взгляд и кивнул.

– Читаю магов как книгу, но ненавижу это. Я теряю в этот момент себя и всегда боюсь, что не смогу вернуться. Бабуля моя была мощнецкая колдунья, поэтому и ты уводишь сильно, унаследовав ее силу.

– Злишься, что Анфиса передала Дар мне?

Витька надел солнечные очки, посмотрел на девушку и пояснил.

– Дурацки выгляжу, но очки не дают мне проваливаться. А силу она разделила между нами. Один бы ни я, ни ты не вывезли. Тебя даже от полученной частички во как штормит, чуть не затопила кофейню.

Ведьма потупила взгляд, стало очень неловко от справедливого упрека.

-- У тебя же есть оборотень. Я увидел Nexus causalis. Сбрасывай на него избыток. Не держи, а то порвешься. Итак, что именно я должен сделать, чтобы отдать тебе долг?

-- Да о каком долге ты все время болтаешь? - раздраженно спросила Анна.

-- Ты спасла меня в детстве от смерти. Теперь нашла меня, значит, пришло время отдать заимствованную жизнь.

-- Я не хочу забирать твою жизнь, - ужаснулась ведьма такому предположению.

Витька глубоко вздохнул и тихо прошептал:

– Это предрешено