Магические Воины. Книга 1. Часть 1: Пути пересекаются

Пролог

— М-м-м… наконец-то! Сегодня наши судьбы решатся… сегодня кто-то из нас… умрёт!

Тими резко открыл глаза и сделал глубокий вдох. Потом ещё. И ещё. В маленьких лёгких словно не хватало воздуха. Липкие кольца страха сдавливали грудь, в то время как глаза отчаянно боролись с наступающей со всех сторон темнотой, пытаясь уловить хотя бы один знакомый силуэт. И уцепиться за него. Как за спасительную соломинку.

«Нет… нет… Это сон. Проснись!» — надрывалась в мозгу одна-единственная рациональная мысль. Но разве во сне можно так явно ощущать холод? Каждой клеточкой тела. Чувствовать, как капли дождя стекают за шиворот? Подобно крошечным змеям.

— Моя нога… как больно-о, — тихонечко простонал Тими. Он был в одной пижаме. И бос. В стопу правой ноги вонзился камень. Острый, как гвоздь. — Почему мне так больно?

Глаза, наконец, привыкли к темноте. Только-только нормализовавшееся дыхание снова начало сбиваться. Кругом были кресты и надгробия. Ему не хотелось, но он должен был идти. Вперёд. В самое сердце этого кладбища. И там снова увидеть…

— Вот так… да… теперь хорошо! Теперь… всё в порядке…

Закапала кровь. Тими не видел её, но точно знал, что это кровь. Он слышал, как каждая её капля разбивалась о землю. И отдавалась гулким ударом в его сердце.

— Ты всегда был слишком слаб передо мной, — зловеще, и в то же время с едва уловимыми нотками печали и разочарования, звучал голос. — А ведь я на какой-то миг и впрямь поверил, что ты особенный. Но нет. Не с твоими-то суждениями… Ты не смог. И я забираю твою жизнь.

На землю с глухим стуком упало тело. Темный силуэт над ним едва заметно покачнулся и всхлипнул. С кулака продолжала капать кровь. Только теперь не на землю, а на лоб жертвы. Убийца присел и медленно провел пальцем другой руки, размазывая кровь.

— Несмотря ни на что, ты был сильным противником. Я причинял тебе зло, а ты улыбался. Ты верил, что мы сможем понять друг друга? Нет… только не в этом мире… В этом мире такие, как ты, умирают.

Рука замерла. Ещё несколько секунд убийца пристально рассматривал лицо жертвы, словно ожидая чего-то. Потом презрительно хмыкнул и выпрямился. И сделал то, от чего Тими, которого увиденное парализовало настолько, что он не мог шевельнуться и даже просто пикнуть, охватил по-настоящему суеверный ужас. Убийца слизнул кровь жертвы со своего пальца.

— Дурная кровь… Твой хозяин мёртв!

И дико расхохотался. Это был нездоровый хохот. Такие звуки не мог издавать нормальный человек. Тими схватился за голову и бросился бежать.

«Почему… Почему?! Почему?! Почему я вижу это?!!»

Оглушительно ударил гром. Тими повалился на землю, которая вдруг стала мягкой и безопасной. Это была… его кровать.

Грохот повторился. Только теперь его издал не гром. Дверь распахнулась, и в комнату вбежала женщина в домашнем халате.

— Тими! Сынок, ты кричал?!

Мальчик медленно сел в постели. Он был в своей комнате. Теперь ему ничто не угрожало. Но в голове всё ещё звучали удары капель. Капель крови, смешавшейся с каплями дождя. Уже не так отчётливо гремел гром. Безумно хохотал убийца. И прибавился новый звук. Пусть и едва различимый, но он был. Тими мог бы поклясться чем угодно.

«Макс…» — судорожно прошептал голос. Он принадлежал девушке. А затем последовал такой яростный вопль, что Тими показалось, будто он различает треск лопающихся барабанных перепонок в собственных ушах.

— Тими?! Тими! Тими, сынок! — как-то слишком слабо и отдалённо на фоне всего этого кошмара донёсся голос мамы, хотя в реальности женщина кричала достаточно громко. Несколько раз ей даже пришлось потрясти сына за плечи.

— Да оставьте вы уже меня в покое! — в отчаянии крикнул мальчик, вырываясь, наконец, из своего кошмара. Зрение сфокусировалось на мамином лице. Оно выглядело очень перепуганным. — Мама… Извини, это я не тебе. Это был дурной сон. Просто сон…

Мальчик лёг и быстро натянул на уши одеяло. Он не хотел, чтобы маму ещё больше напугал вид его бледного лица, покрытого холодной испариной. И совершенно недетский страх в глазах.

Мама не уходила, и Тими чувствовал на себе её пристальный взгляд. Кинься он сейчас к ней, рыдающий от страха, как любой другой ребенок, напуганный страшным сном, она бы его успокоила, хотя это ему мало чем помогло бы. Этот кошмар был… реальным. Тими знал это. Его нога наступала на один и тот же треклятый камень уже три раза подряд, ровно столько же раз, сколько он видел этот сон. Три раза. Три ночи. Камень вонзался в одно и то же место. Неудивительно, что стопа буквально разрывалась от боли. Если мама увидит это, ему будет очень трудно всё ей объяснить. Да и зачем пугать маму? Он же старается, чтобы к нему относились, как к взрослому. Мама знает это и принимает. Вот почему она сейчас не вытаскивает его из-под одеяла, допытываясь, что же происходит, а просто ждёт ответа, как от взрослого человека. И Тими был несказанно благодарен ей за это. Если понадобится поддержка, он первым делом прибежит к ней. Но не в этот раз.

— Мамуль, прости, что напугал. Правда, всё уже в порядке. Не надо было смотреть тот дурацкий фильм.

Несколько секунд мама молчала, явно обдумывая, стоит ли верить этим словам. Потом она вздохнула, наклонилась и, чуть отстранив одеяло, поцеловала сына.

— Ну хорошо. Утром расскажешь мне, если это важно.

— Обязательно. Спокойной ночи, мам.

Мама вышла, прикрыв дверь. Через несколько минут из-за стенки до Тими донеслись скрип и шорох одеяла. Потом воцарилась тишина. Единственным звуком остался стук капель. На этот раз точно дождя, моросящего за окном.

Тими зябко повёл плечами, поудобнее устраиваясь под одеялом. Он знал, что до утра ему уже не уснуть. Хорошо хоть, что в прошлые два раза он не кричал так громко, а то мама сто процентов вызвала бы врача из ближайшей детской психушки. Тими и сам не был уверен, что здоров. Что-то происходило. Что-то предвещалось… Где-то в мире есть мальчик по имени Макс. И он скоро умрёт.

Глава 1. Знакомство

Этот день выдался из ряда вон плохим. Всё началось с опоздания в школу. Вернее, началось оно ещё ранним утром, с разбитой чашки. Тими был очень рассеян. Он периодически вываливался из реальности, причём «вываливался» — в прямом смысле этого слова. Ему нещадно хотелось спать, но стоило на секунду прикрыть глаза — и он снова погружался в ночной кошмар. Причём Тими начинало казаться, что каждый раз кошмар дополнялся новыми подробностями. А это уже смахивало на какие-то безумные видения. Например, теперь Тими точно знал, что у паренька по имени Макс взъерошенные волосы и очень добрые карие глаза. Одет он слегка неряшливо. Футболка и мешковатые спортивные штаны с оттопыренными карманами. Ещё у него есть собака. И невеста, как бы странно для парня пятнадцати лет это ни звучало. Откуда Тими это знал? Да просто знал, и точка. Очевидно, именно мысли об этом и поспособствовали его опозданию в школу. Впервые за три года. И осознал он это только перед самым входом в класс.

Учительница не отругала его. И даже не сделала замечания. В ответ на невнятные оправдания Тими она лишь кивнула, разрешив занять привычное место за первой партой. Всё-таки, репутация самого безукоризненного ученика в классе имела свои несомненные плюсы. Да и вид у недоспавшего Тими был, мягко говоря, нездоровый, поэтому, пока он доставал учебники, учительница осведомилась, не стоит ли ему сходить в кабинет врача. В ответ Тими только мотнул головой, не зная, куда смотреть и куда вообще деваться от стыда. Зато соседа по парте прямо-таки распирало от положительных эмоций. Антон Самойлов, первый хулиган и двоечник в классе, которого Тими имел несчастье взять, так сказать, «на поруки», сначала округлил глаза и присвистнул, что дословно можно было перевести примерно как «ну сегодня точно где-то что-то бабахнет, раз уж наш великий заучка начал опаздывать», а потом повернулся лицом к классу и принялся пародировать каждое движение Тими, сопровождая всё это гримасами и ужимками. Тими знал, что это такая месть, ведь это по его инициативе Антона переместили с комфортного лежбища на задних партах прямо под нос учительнице с целью повышения успеваемости, и изо всех сил старался делать вид, что реагировать на подобного уровня провокации — ниже его достоинства. К счастью, учительница положила этому балагану конец, словно бы невзначай вспомнив, что уже давненько не имела удовольствия общаться с четой Самойловых. Антон скривил разочарованную физиономию и, буркнув что-то вроде «креативных личностей всегда ущемляют, а умникам всё сходит с рук», подпёр испачканную синим стержнем авторучки щёку не менее испачканным кулаком.

На большой перемене Тими сделал слабую попытку отыскать хоть какую-нибудь подсказку в интернете. Как лучший по успеваемости и дисциплине ученик в классе, он обладал привилегией пользоваться закреплённым за классом компьютером практически в любое время. Пальцы будто бы сами собой ввели в поисковую строку «вещие сны». В ответ браузер вывалил на него море сайтов, кучу переписок каких-то сумасшедших и запредельные списки предсказателей и ясновидящих, помогающих как по доброте душевной, так и за звонкую монету. Правда, кое-что его всё-таки заинтересовало.

— Душа во сне покидает своё тело и скитается, связанная с ним невидимой нитью, — медленно начал читать Тими, постепенно переставая различать привычные звуки вокруг себя: болтовню одноклассников, топот десятков ног в большом коридоре и размеренное постукивание капель дождя по подоконнику. — Если она улетела недалеко от тела, то сны снятся телесные (пустые): снится то, что беспокоит. Если же душа улетает в потусторонний мир, сон может присниться вещий…

Строчки перед глазами начали расплываться, и Тими уже показалось, что его душа и впрямь куда-то улетает.

— Так-так, и что же за очередную глобальную проблему изучает наш умник на сей раз? — издевательски вклинился хорошо знакомый голос, мигом возвращая Тими в реальность.

Мальчик тяжело вздохнул. Опять Антон. Похоже, что здесь, в классе, ему не сосредоточиться. Да и глупо надеяться, что интернет решит твои проблемы. Например, объяснит, почему так сильно болит его нога, раненая трижды в одно и то же место, да ещё и во сне.

— Что, даже нотации читать не будешь? — деланно оскорбился Антон, как бы невзначай занимая место за компьютером, благо пароль на нём сейчас не стоял. — Помни, если я завалю следующую контрольную, виноват будешь ты. Взялся «тянуть» — так «тяни» до конца. Мы ж в ответе за тех, кого приручили.

Тими едва не споткнулся на ровном месте.

«Контрольная? Сегодня?! — лихорадочно пронеслись мысли, разгоняя туман, снова окутавший голову подобно ватному одеялу. — Учительница говорила об этом? Почему я не помню?!»

Прозвенел звонок.

— Итак, начнём урок с небольшой контрольной работы, — заговорила учительница. — Антон, прекрати мучить компьютер, все сайты с бесплатными играми на нём заблокированы.

— Эх, — горестно вздохнул несостоявшийся геймер. — Кругом одни тираны…

— Тимур, ты точно уверен, что тебе не стоит сходить к врачу? Может, мне маме твоей позвонить?

— Нет-нет, Элла Марковна, я в порядке, — пробормотал Тими, пока его глаза отчаянно метались по страницам учебника, словно в таком темпе можно было хоть что-то запомнить.

— У-у, а кто-то не готовился, — снова принялся глумиться над ним Антон. — Двойка-двойка, перейди на Федота, а с Федота на Якова, а с Якова…

— Самойлов! — прикрикнула учительница.

— Молчу я, Элла Марковна, — мигом прикинулся паинькой самый худший ученик в классе.

«Ну вот, теперь я из-за этих дурацких снов ещё и учиться нормально не могу, — разозлился Тими. — Всё, надо завязывать думать об этом. Знать не желаю, кто такой этот Макс и почему его убивают в моих снах!»

К счастью, контрольная была по теме, изученной ещё на прошлой неделе. Тими не ответил на один вопрос, да и то лишь из-за своей невнимательности, и получил пять с минусом. Не то, что бы он так уж боялся схватить двойку. Из-за одной плохой отметки в школе не рухнет весь мир. И дома его никто за это убивать не станет. Родители никогда не заставляли Тими учиться. Он делал это для себя. Но и не перебарщивал с учёбой. То есть, в его режиме дня было место и для отдыха. Он тоже любил поиграть в игры на компьютере, и даже мог слишком уж увлечься. И всё-таки, на фоне Антона он выглядел нудным умником, хотя на самом деле это просто сам Антон не знал меры и, усаживаясь за компьютер, не выучив уроки, забывал обо всем на свете. Самойлов был совсем неглупым парнем. Беда его в том, что он не умел правильно расставить приоритеты. Сначала уроки — потом игры. Именно поэтому Тими взялся помогать ему, а вовсе не потому, что считал его непроходимым тупицей. И ведь сам Антон это тоже понимал, но продолжал упрямиться и вызывающе себя вести.

— Сегодня все молодцы, — похвалила учительница. — Даже Самойлов. Твёрдая тройка.

«Ну конечно, не даром же я с ним вчера целый час после уроков торчал», — не без удовлетворения подумал Тими.

Антон, словно прочитав его мысли, картинно сложил ладони под подбородком и изобразил поклон.

— Только благодаря вашим напутствиям, о великий сенсей, я смог завершить этот нелегкий путь, — ехидно выдал он.

Учительница снова одёрнула его, а Тими лишь слабо улыбнулся. Антон, когда хотел, мог пошутить остроумно, без всяких своих глупых ужимок. Пока всё шло хорошо.

***

Сегодня Тими решил не задерживаться и прямиком двигать домой. Антон получил свою тройку и убежал одним из первых в классе. Миссия выполнена, так сказать. А посетить библиотеку, чтобы собрать материал для доклада на следующей неделе, можно и потом. Время ещё есть.

Закинув рюкзак за спину, Тими попрощался с Эллой Марковной и вышел в просторный школьный коридор. Настроение у него значительно улучшилось.

«Долой видения, — твёрдо решил он. — Приду домой и буду до возвращения мамы играть в «Магических Воинов». Надо уже добить того злобного тролля».

«Магические Воины» — очень популярная среди детей и подростков онлайн-игра. Само название тут говорило за себя. Игрок имел возможность создать своего персонажа, обладающего как боевыми навыками, так и магией, и соревноваться с друзьями в сети, а также сражаться со всякими волшебными существами, вроде троллей, великанов и драконов, спасать принцесс, исследовать разные миры и постоянно развивать свои возможности. Лучший удостаивался звания Короля Магических Воинов. Тими очень любил эту игру.

Вообще, сказки о Магических Воинах он слышал ещё от дедушки. На основе подобных фентезийных историй и была создана игра. Наверное, каждый ребенок слышал от своих родителей хоть одну такую сказку. Откуда они вообще пошли? Да никто об этом как-то и не задумывался, а родители на вопросы детей лишь загадочно улыбались. У них не было определённого автора. Были Магические Воины, и каждый мог рассказать про них свою историю.

Выход на улицу приближался, Тими уже предвкушал, как вздует вредного тролля своим магическим мечом…

— Мальчик, — донеслось совсем рядом. — Эй, мальчик, стой. Не подскажешь, где тут кабинет продлённых занятий?

Иными словами, класс для тех, кто нахватал двоек. Бедолаг, которых оставили после уроков.

— Второй этаж, кабинет двадцать один, — на автомате отозвался Тими, даже не обернувшись.

— Спасибо, — вежливо прозвучало в ответ. — А не покажешь, где это? Я плохо тут ориентируюсь.

«Да что за тупица такой?!» — почему-то резко обозлился Тими и обернулся.

Голова закружилась. Перед ним стоял парень лет пятнадцати в белой футболке и мешковатых спортивных штанах. Волосы были слегка взъерошены. Карие глаза дружелюбно изучали Тими. Улыбка на простодушном лице выглядела слегка смущённой.

Тими отшатнулся. Видения, которые он старательно гнал от себя, снова захватили его в свой головокружительный танец.

— Это ты… Ты! — вырвалось у мальчика. — Ты был там!

— Где? — совершенно искренне удивился парень. Улыбку на лице сменило неподдельное волнение. — Эй-эй, ты чего? Тебе нехорошо?

Тими еле кивнул, после чего перед глазами резко потемнело, и он повалился на пол.

***

— Что произошло? Он просто взял и упал посреди коридора? Нужно позвонить его родителям, чтобы немедленно приехали за ним!

Это был голос школьной медсестры, и Тими почти сразу же ощутил резкий запах перед носом. Поморщившись, он медленно открыл глаза. Знакомый потолок медкабинета слегка успокоил мальчика. Сверху появилось встревоженное лицо совсем ещё молоденькой, лет двадцати, девушки в белом халате. Увидев, что Тими пришёл в себя, она облегченно выдохнула.

— Зачем беспокоить родителей? — мягко произнёс ещё один голос. — Я провожу его домой.

«Он здесь, — мигом пронеслось в голове Тими, и по всему телу забегали мурашки. — Тот парень… Макс… из моего сна!»

— Но… мы обязаны… — засомневалась юная медсестра.

— Не волнуйтесь, я доставлю его домой в целости и сохранности, — настолько уверенным голосом успокоил девушку парень, что даже у взволнованного Тими не возникло сомнений, что так оно и будет. Он вдруг ощутил себя в полной безопасности. Если опасность и угрожала, то уж точно не ему. И не от этого парня. А вот самого его, наверное, стоило бы предупредить.

«Тебя скоро убьют, я трижды видел это в своих снах, — мрачно усмехнулся про себя Тими. — И он меня доставит уже не домой, а в дурдом.»

— Ну… хорошо, — всё ещё с сомнением произнесла медсестра.

Парень присел перед кушеткой, на которой лежал Тими, и спросил:

— Ну что, как ты? Теперь порядок?

Тими против воли улыбнулся. Наверное, именно так вёл бы себя старший брат, которого у него никогда не было. Этот парень нравился ему всё больше и больше.

— Меня зовут Макс. А тебя?

— Ти… Тими. Тимур.

— Тими — это только для близких друзей, так?

Мальчик пожал плечами. Вообще, он никогда об этом не задумывался. Каждый мог звать его Тими. Ему это было куда привычнее и роднее, нежели Тимур. Иногда он вообще забывал, что это и есть его настоящее имя.

— Можешь звать меня Тими, если хочешь.

— Спасибо.

— За что?

— Просто.

— Ну ладно…

Тими медленно сел, а затем спрыгнул с кушетки. Он не мог понять, почему Макс казался ему необычным. Может, всё дело в его манере общения? Да, наверное. Старшеклассники всегда смотрят на мелюзгу вроде Тими свысока. А Макс разговаривал с ним, как с равным себе. И ещё за что-то поблагодарил. За что именно?

— Ну что, пойдём? — улыбнулся Макс и протянул ему руку.

Тими снова охватило волнение, но на сей раз приятное. Он пока ещё не знал, что именно, но сейчас произошло что-то очень важное. То, что изменит его жизнь. То, что он запомнит навсегда.

***

Из школы они вышли вдвоём. Коротышка из третьего класса и пятнадцатилетний старшеклассник. Странная парочка. И забавная.

Тими не знал, что сказать. Теперь он был абсолютно убеждён, что все его последние сны — вещие. Да, как бы невероятно это ни звучало. Значит, в скором времени появится и убийца. Сказать ли об этом Максу? Вернее, как именно сказать, не выставив себя при этом сумасшедшим? Наверное, есть смысл сначала осторожно расспросить Макса. Понять, что он за человек. И почему вообще кто-то может желать ему смерти.

— Послушай… э-э-э… а мы раньше нигде не встречались? — так и не придумав ничего поумнее, спросил Тими.

«Если он сейчас скажет, что у него были вещие сны с моим участием, я поверю во всё, что угодно!» — про себя подумал мальчик.

Но Макс лишь покачал головой.

— Нее, я тебя впервые вижу.

Тими вздохнул. Сложно было сказать, хорошо это или плохо. Макс, похоже, самый обычный парень. А значит, задача Тими предупредить его, и дать при этом рациональное объяснение, не ссылаясь на одни только весьма и весьма сомнительные вещие сны, усложняется. Но и посланы они были не просто так. Благодаря им, Тими знал и имя, и внешность…

— А у тебя собака есть?

— Да.

Ещё и собака! Нет, всё это не могло быть просто совпадениями. Тими уже хотел было спросить про девушку, но вовремя прикусил язык. Это уже было бы слишком.

— Ничего, что я так любопытничаю? — осторожно уточнил на всякий случай Тими.

— Спрашивай, что хочешь, я не против, — беззаботно отозвался Макс.

— Хорошо… — понимая, что дальше ему следует взвесить каждое слово прежде, чем произнести его, пробормотал Тими, и только тут вдруг заметил, что они уже давно покинули пределы школы и теперь идут к его дому.

«Минутку… А я говорил ему, где живу? — заволновался Тими. — Кажется, нет…»

— Та-ак… куда нам идти? — словно прочитав его мысли, спросил Макс.

— Я думал, ты знаешь, раз так уверенно идёшь, — не упустил возможности съехидничать Тими.

— Нет, это я просто задумался и забыл спросить. Со мной такое часто случается.

Слегка обескураженный Тими назвал свой адрес.

«Он действительно так прост и говорит, что думает, или… прикидывается? — мучительно пытался понять мальчик. — Что-то тут не так… Но что?»

— Мы пришли, — сообщил Макс. — Ты точно больше ничего не хочешь спросить? Например, кто я?

— Кто ты? — машинально повторил за ним Тими.

— Я — Магический Воин.

Тими аж плюнул от досады. Так вот, оказывается, с кем он имеет дело! Очередной задрот, помешанный на онлайн-игре. Среди знакомых Тими каждый второй гордо величал себя «Магическим Воином». И ему это очень не нравилось. Игра и жизнь не должны так тесно переплетаться друг с другом. Играть — играй, он и сам обожал эту игру, но представляться магом-воителем первому встречному — это так глупо.

— Рад за тебя. Дальше я сам дойду, — мрачно отозвался Тими и, даже не попрощавшись, хлопнул за собой дверью подъезда.

***

Играть в «Магических Воинов» Тими расхотелось. По крайней мере, сегодня. Впервые за очень долгое время любимая игра вдруг начала казаться ему глупой.

Конечно же, на самом деле проблема тут была вовсе не в игре. Тими никак не мог разобраться в эмоциях, которые вызывал у него странный парень по имени Макс. Чего Тими от него вообще ждал? Обычный подросток, излишне увлёкшийся популярной онлайн-игрой. А может, не излишне, а чересчур? Когда Макс назвал себя Магическим Воином, его слова прозвучали очень искренне. Похоже, он в них ничуть не сомневался.

«Но… Магических Воинов не существует! Он же не больной какой-нибудь? А вдруг, и впрямь на игре помешался? — терзался Тими, машинально размазывая по куску белого хлеба шоколадное масло. — А что, я слышал про такое! Парень из соседней школы бегал по улицам с палкой и кричал: «Я сражу все творения тьмы, со мной мой верный меч!» Бррр, аж жутко… Макс ведь не такой? Очень на это надеюсь! Он мне… понравился…»

Так и не притронувшись к бутерброду, Тими побрёл в дедушкину комнату. Если кто и мог ответить практически на любой вопрос о Магических Воинах, то только дедушка. К сожалению, сейчас его комната пустовала. Тими влез на аккуратно застеленную кровать, прислонился спиной к стене и подтянул колени к подбородку, обхватив их руками. Он любил вот так просто сидеть в дедушкиной комнате. Из обстановки здесь был шкаф, доверху забитый разными интересными книгами, письменный стол с лампой зелёного цвета и неизменным глобусом на крутящейся подставке, а также ковер на противоположной стене, который Тими мог рассматривать бессчётное количество времени и раз, пока сидел на кровати и дожидался дедушкиного возращения. На нём была вышита звезда с семью концами. Дедушка называл её Мифической Звездой. Ковёр этот был ценным подарком от друзей, которых Тими, к слову сказать, ни разу за свои девять лет жизни не видел. Они никогда не приходили к дедушке в гости. Но сам он всегда отзывался о них с неподдельной любовью. Один раз Тими не выдержал и спросил, что это за друзья такие и почему дедушка так дорожит ими и их давнишним подарком, если сейчас им на него абсолютно плевать. Не звонят, не пишут. Дедушка долго не отвечал, и Тими потом на всю жизнь запомнилось выражение его лица. Сколько различных чувств тогда на нём отразилось: боль, грусть, сожаление, и в то же время безграничное тепло и ностальгия по чему-то давно ушедшему, но такому родному. Больше Тими подобных вопросов ему не задавал. Но частенько спрашивал, что именно символизирует Мифическая Звезда, а также каждый из её семи концов. Ответ дедушки всегда был одинаков — «единство семи путей». Тими так и не смог понять, что это за пути такие, но якобы каждый из них помогает человеку, в зависимости от его характера и поступков, возвыситься над своими грехами, встать на путь исправления и стремиться быть лучше. Когда ему нужно было успокоиться или, как любил говорить дедушка, обрести душевное равновесие, Тими приходил в эту комнату и долго-долго, в тишине, смотрел на ковёр со звездой-загадкой, и каким-то непостижимым образом это действительно помогало.

Мальчик лёг. Раз он пока не может получить ответа ни на один из своих вопросов, то хоть поспит спокойно. Здесь его не побеспокоят кошмары, потому что эта комната — священна. Она под защитой добрых сил.

***

— Ах, подруга, ты только подумай, куда катится наш мир… Я-то надеялась, что, наконец, встретила приличного мужчину, а он оказался… натуральным бандитом!

Тими моргнул несколько раз и, тряхнув головой, окончательно проснулся. Из кухни доносились негромкие звуки телевизора и позвякивание чайных ложек.

«Мама вернулась… А я даже и не услышал», — подумал Тими.

На стене старинные дедушкины часы показывали восемь вечера. Мальчик давно привык, что Алла Григорьевна, его мама, опытный врач со стажем, могла появиться дома и в десять, и даже в одиннадцать вечера. А папу он и вовсе видел раз в месяц, а то и реже. Командировки.

Сегодня мама пришла раньше, но, увы, не одна. В прихожей на столике перед зеркалом стояла дикого ядовито-красного цвета сумка с болтающейся на ней игрушкой в виде кролика вместо украшения.

«Кисунчик», — сразу понял мальчик и в очередной раз поморщился от голоса, доносившегося с кухни. Визгливый, звучащий с каким-то истеричным надрывом, он напоминал скрип гвоздя по стеклу.

Почему великовозрастная тётка, которой было давно за сорок, даже незнакомым людям представлялась Кисунчиком, а не настоящим именем, прописанным у неё в паспорте, было такой же, весьма раздражающей, загадкой, как и то, почему при каждом появлении в этом доме она при виде Тими начинала сюсюкать, хотя ему давно было не пять лет, и называть его Пупсёночком. И что вообще могло связывать спокойную и уравновешенную, с рациональным мышлением, маму Тими с такой особой, мальчик тоже понять не мог. Знал он только, что лучше будет отсидеться в комнате, пока эта, мягко говоря, странная дама не уйдёт.

— А ведь на первой встрече был в смокинге, с цветами, — продолжала ныть, словно заезженная пластинка, Кисунчик, не давая вставить Алле Григорьевне даже слова. — Обещал, что на руках будет носить и в лимузине катать! И после всего этого я вижу его в обшарпанной дыре, одетого как… у меня слов не хватает, чтобы описать… с бутылкой пива и дешёвой папиросой… Боже, кто-то сверху ненавидит меня, раз заставляет такое терпеть!

«Интересно, а что ты сама делала в той обшарпанной дыре?» — не без злорадства подумал Тими, краем глаза примечая газету, видневшуюся из-под сумочки Кисунчика.

Первая страница гласила:

Банда подростков на мотоциклах взбудоражила местное население!

Теперь они устраивают свои бесчинства и на детских площадках! Количество жалоб превысило рекордное количество!

Рука Тими сама собой потянулась к газете. Под тревожным заголовком красовалась фотография. Несколько подростков в возрасте шестнадцати-двадцати лет, в коже и рваных джинсах, распивали пиво. На заднем фоне были видны мотоциклы. Фотография получилась не самого лучшего качества, да и съёмки проводились явно в темноте, но лицо одного из них, судя по гордой осанке, главаря, вышло очень чётким. Слегка смуглое от загара, прищуренные глаза глядят дерзко и даже с вызовом, словно их хозяин знает, что его снимают, и даже не против этого, на левой щеке небольшая царапина, свидетельствовавшая о частых драках. И необычные фиолетовые искры вокруг. Они… светились?!

Тими вздрогнул и резко моргнул. Никаких искр больше не было. Как и «боевого» шрама на щеке парня. Царапина просто исчезла.

«Что?! Но я же видел! — Газета выпала из ослабевших рук Тими. — Снова какое-то видение? Я думал, видения связаны с Максом! Но… при чём тут этот байкер?!»

— Опасные нынче времена, дорогуша моя, — прозвучал с кухни голос Кисунчика, но на сей раз не противно, а гулко, с мистическим эхом, словно бы… пророчески! — Не позволяла бы ты своему сыну разгуливать одному по улицам, он ещё слишком мал…

***

— Жорж… Эй, Жорж!

Молодой человек в рваных джинсах и кожаной куртке затянулся ещё глубже. Он не любил, когда прерывали его раздумья. Кое-кто мог даже огрести от него за это как следует. Глухие удары рока, сигаретный дым и недопитое пиво сегодня были его лучшими друзьями. Мысли витали где-то очень далеко. Но голос из реальности не оставлял его в покое. Правда, теперь он сменился, стал грубее, твёрже и гораздо настойчивее.

— Чёрт побери, парень, ты будешь реагировать или нет?!

Жорж тяжело вздохнул. Хозяин здешнего заведения, свой в доску мужик лет сорока, по кличке Рваный, был единственным, кто мог рискнуть приколебаться к нему в любое время. Сейчас он стоял за стойкой и наполнял стаканы пенящимся пивом. После него, Жорж был в заведении самым старшим. Совсем недавно ему стукнуло двадцать. С владельцем «Трёх тузов» его связывали крепкие дружеские отношения, основанные на взаимном уважении. Рваный хорошо помнил, как однажды Жорж спас ему жизнь. С тех пор двери «Трёх тузов» всегда были открыты для него и его друзей.

— Ну чего тебе? — нехотя отозвался Жорж, стряхивая пепел с сигареты.

Рваный покачал головой.

— Ей-богу, иногда мне кажется, что ты не ответишь, даже если мир вокруг будет рушиться.

— Только если случится что-то важное, — пожал плечами Жорж. — И будет касаться меня или моих друзей.

Рваный едва заметно улыбнулся. Жорж мог быть вспыльчивым и грубым, мог казаться эгоистом и пофигистом, а мог, наоборот, уйти в себя и отвесить затрещину любому, кто помешает ему думать о своём, но одного у него было не отнять — он никогда не бросит в беде своих друзей. Членов банды «Грачи», которую сам же и создал. Мало кто знал, но с самого раннего детства Жорж был одиноким, никому не нужным ребёнком. В ответ на грубость он отвечал ещё большей грубостью, в ответ на пощёчину — ударом. Но за тех, кому он был небезразличен, Жорж, не задумываясь, отдал бы жизнь. Банда подростков-мотоциклистов «Грачи» состояла из таких же, как и Жорж, отверженных обществом детей: беспризорников, детдомовцев и жертв неблагополучных семей. Они все видели в Жорже своего рода мессию. Человека, который рано или поздно приведёт их всех к лучшей жизни. Жизни, в которой всем будет хорошо.

— Вот, смотри, ты стал «звездой» района, даже в прессу умудрился попасть, — сказал Рваный, выходя из-за стойки и кидая перед Жоржем смятую, пахнущую рыбьими потрохами, газету.

Главарь «Грачей» скользнул по первой странице безразличным взглядом и ничего не сказал.

— Я всё пытаюсь понять, чего ты добиваешься? Пытаешься привлечь к себе внимание? Ты же специально так демонстративно распивал пиво на той детской площадке. И я знаю, что раньше ты этого никогда не делал. Большинство из того, что приписывает тебе и твоим ребятам общество — неправда. Так зачем же?

— Я делаю так, потому что я существую, — глухо отозвался Жорж. — И я хочу, чтобы все об этом помнили.

— Но разве… — начал было Рваный, но тут в помещение, окутанное сигаретным дымом, ввалились два парня, лет по восемнадцать каждому. Между ними болтался третий, с изображением буйвола на рваной куртке и кепке. Напуган он был так, что спотыкался на ровном месте, и двоим из «Грачей» приходилось тащить его под руки.

— Жорж, мы скрутили эту гниду из «Буйволов»! — проорал на весь бар Толик, ухитрившись перебить даже гремевший на полную катушку рок. Остальные члены банды, заинтересованные происходящим, оставили свои дела — игру в бильярд, распивание алкогольных напитков и обжимание с не менее подвыпившими девчонками — и начали подтягиваться ближе. — Это он стуканул на нас ментам!

Жорж не спеша поднялся и направился к новоприбывшим. «Грачи» уважительно уступали ему дорогу, провожая своего лидера обожающими взглядами.

— Я ничего не знаю! Не знаю! Правда! — тут же начал вопить тип из «Буйволов» — банды, давно враждующей с «Грачами». Совсем недавно «Грачи» и «Буйволы» заключили что-то вроде перемирия, и теперь были все основания полагать, что последние нарушили договор.

— Не знаешь? Действительно? — с неподдельным участием осведомился Жорж. Голос звучал даже ласково. Среди членов банды послышались смешки. Уж они-то знали, как их главарь порой любил поиграть с жертвами. — Вот же бедный-то! Тяжело, наверное, жить и абсолютно ничего не знать…

— Ну почему, я знаю… — забормотал сбитый с толку бедолага.

— Правда? — снова умело изобразил эмоцию Жорж. На этот раз, радость. Взгляд его при этом оставался холодным и жестоким. Хлопнув парня по плечу, он развернулся к своим ребятам. — Мы его разговорим. Тащите-ка сюда утюг и пассатижи.

Бедный «буйвол» едва не хлопнулся в обморок. Толик с приятелем «услужливо» подтолкнули его, не давая упасть.

— Захвачу ещё и верёвку, чтоб уж точно не дёргался, — пробасил Генка. Бритый налысо и под два метра ростом, он действовал одинаково устрашающе на всех неприятелей «Грачей». И только свои знали, что втайне, как он сам думал, даже от Жоржа, Генка подкармливает бездомную собаку у себя во дворе, которую бездушно вышвырнули на улицу хозяева и которая на днях родила пятерых щенков.

— И-и-и… не надо! Не надоооо! — завопил «буйвол». Глаза на побелевшем от страха лице почти выкатились из орбит. От штанов пошёл неприятный запах. — Я всё скажу! Всё, что вы хотите услышать! Назову имена всех из «Буйволов», кто мутит против вас! Только не делайте мне больно, пожалуйста!

Жорж поморщился.

— Вышвырните-ка его отсюда, парни, чтоб духу его тут не было, — отвернувшись, бросил он через плечо. — Я знаю, что не он слил нас властям. Но ради спасения своей шкуры он готов наговорить на собственных товарищей. Я… очень не люблю таких… людей!

Толик и его напарник кивнули и поволокли воющего от ужаса «буйвола» на задний двор, словно это был мешок с мусором. Жорж вернулся на своё место и снова закурил. Движения его были резкими, в глазах застыла ожесточённость. Просидев с сигаретой минут пять, он, так и не сказав уже вернувшимся к своим делам товарищам ни слова, поднялся и быстро вышел из помещения.

— Похоже, сильно разозлился, — заметил Миха, досадливо отмахиваясь от обкуренной девчонки, лезшей к нему с объятиями. — Теперь всю ночь спать не будет.

— Так кто ж нас ментам-то сдал? — непонимающе прогудел Генка.

— Да баба это моя, — угрюмо отозвался из-за стойки Рваный. — Дура дурой! Угораздило ж с ней связаться… Кисунчиком себя называет. На днях заявилась сюда и начала вопить, как белуга. Чуть не грохнул её на месте, прости Господи…

— А вот как вы думаете… Жорж способен убить человека? — опрокинув в себя бутылку пива, медленно проговорил Миха. — Глаза у него сегодня были… очень злые! Я даже подумал, что он действительно хочет…

— Нет, — отрезал Рваный. — И завязывайте-ка вы, ребята, так думать про своего босса. Жорж никогда не отнимет жизнь у человека. Для него жизнь — священна. Даже если эта жизнь принадлежит трусливой мрази.

***

Этой ночью Тими ничего не снилось. Ни хорошего, ни плохого. Он просто взял и отрубился. Последующие выходные — суббота с воскресеньем — тоже прошли спокойно. Алла Григорьевна сделала то, что уже давно обещала — провела целый день с сыном. Сначала они посетили осеннюю ярмарку, где накупили целую кучу безделушек, потом отдохнули в парке, пообедали в пиццерии и, наконец, посетили вечерний сеанс кино. В воскресенье Тими быстренько расправился с уроками и вернулся-таки к «Магическим Воинам», хотя после встречи с Максом зарёкся делать это. Никаких голосов, знаков, видений… Абсолютно ничего. Ложась спать в воскресенье вечером, Тими даже смог посмеяться над собой. В конце концов, он всего лишь чувствительный ребенок. Перечитал фантастических книжек, переиграл в «Магических Воинов» — и вот результат. Никаких вещих снов нет. Правда, есть Макс. Но это ещё ничего не значит. Тими, скорее всего, вообще никогда его больше не увидит. От этого он испытывал облегчение и в то же время какую-то необъяснимую печаль. Если бы не дурацкие сны, Тими совершенно по-другому отнёсся бы к нему, и они, может, даже смогли бы стать друзьями. Несмотря на свои странности, Макс был добрым и отзывчивым человеком, что большая редкость среди теперешней эгоистичной молодёжи. Тими даже было немножко неловко, что он просто хлопнул дверью подъезда, не попрощавшись. Макс явно этого не заслуживал. Но Тими твёрдо решил не пытаться найти его, ведь для него Макс теперь неразрывно будет связан с необъяснимыми событиями, а он решил забыть про них. Ради своего же блага.

Наступило утро понедельника, и Тими понял, что ничего не прошло. В школе он всё время оглядывался по сторонам, пока не поймал себя на мысли, что ищет Макса. Ищет везде: во дворе, в коридоре, в раздевалке, в столовой, в библиотеке, даже в туалете для мальчиков… Поэтому, медленно, словно растягивая время, бредя домой после уроков, он совершенно не удивился, услышав позади себя знакомое:

— Эй, мальчик… Тими, привет! Долго же я ждал тебя здесь!

— Ждал? Меня? — медленно проговорил Тими, оборачиваясь.

С подоконника спрыгнула знакомая фигура. Всё тот же слегка неряшливый вид: штаны с оттопыренными карманами и белая футболка. Из нового появились большие чёрно-оранжевые наушники. Макс не спеша снял их с ушей и переместил ниже, на шею.

«Я искал его весь день, а сейчас чуть не прошёл мимо, — с вновь нарастающим волнением подумал Тими. — И даже не поздоровался, сразу вопросы начал задавать. Какой же я всё-таки грубиян! Надо бы извиниться…»

— Я хотел извиниться перед тобой, — успел опередить его Макс.

— Извиниться? Ты? За что? — опешил Тими.

— Похоже, в прошлый раз я чем-то рассердил тебя. Ты ушёл, не попрощавшись.

Повисла тишина. Несколько секунд Тими мучительно пытался понять, издевается ли над ним Макс. Но нет. В его словах не прозвучало ни малейшего намёка, даже на упрёк, его глаза глядели дружелюбно, а улыбка была искренней. От стыда Тими захотелось провалиться сквозь пол.

— Да нет, что ты… Это мне стоит извиниться! Я не…

— Я искал тебя, чтобы сгладить эту неловкую ситуацию. И пригласить к себе на чай. Согласен?

Язык Тими среагировал будто бы сам собой.

— Да!

На лице Макса просияла довольная улыбка.

— Вот и хорошо! Ты первый из этой школы, кто побывает у меня в гостях. Идём, дедушка уже, наверное, поставил самовар.

Тими понял, что отступать поздно. Да и не хотелось ему. Похоже, это судьба.

***

— Значит… у тебя нет здесь друзей? — спросил Тими.

Ребята не торопясь шли по улице, залитой сентябрьским солнцем. Оно всё ещё грело, хоть и не так, как летом, отражаясь в поверхностях многочисленных луж. Город бурлил. То и дело нетерпеливо звучали автомобильные гудки. Голоса прохожих не умолкали ни на секунду. Обычно, среди такого количества людей, Тими начинало казаться, что он теряет свою индивидуальность, растворяется, становится частью единой массы. Сегодня же такого чувства не возникало. От шагавшего рядом Макса исходила необычная аура. Тёплая и спокойная, подобная лёгкому ветерку. Он манил за собой, но без принуждения. За ним просто хотелось идти. Абсолютно по доброй воле.

«Интересно, у меня одного возникает рядом с Максом такое чувство? — думал Тими. — У такого человека должно быть полно друзей…»

— Нет, — ответил на его вопрос Макс. — У меня нет друзей.

— Но… почему? — не смог сдержать бестактного вопроса Тими.

— Я новенький. Новеньким надо сначала завести друзей.

Тими осенило. Так вот почему Макс никак не мог найти кабинет продлённых занятий и даже просил его туда проводить! А он-то тогда в своих мыслях обозвал его тупицей…

— Ты приехал издалека?

— Мы с дедушкой раньше жили в посёлке Изумрудный.

— Никогда о таком не слышал, — честно отозвался Тими.

Макс улыбнулся.

— На самом деле, это не так уж далеко от Москвы. Несколько часов езды на электричке. Мы и раньше бывали в городе. У нас есть свой дом на Виноградной улице. В этот раз нам придётся задержаться. Фактически, прошлая пятница была моим первым днём в твоей школе.

«Это тоже, наверняка, неспроста! — снова разволновался Тими. — Он появляется сразу после моих снов…»

— А-а… зачем приехал? — ляпнул он следующий вопрос и тут же зажал рот. Тактичность у него сегодня так и прёт!

— Скоро должно произойти важное событие. Ради него я здесь, — спокойно ответил Макс.

Тими потёр затылок, мучительно соображая, как бы продолжить разговор. Что за событие? Связано ли оно как-то с его снами? Мальчик был уверен, что да.

— Слушай… даже не знаю, как и сказать, — забормотал он.

— Наверное, словами, — мягко подбодрил его Макс. — Ты не волнуйся, я умею слушать.

— Дело в том, что… Я видел того парня в газете! — неожиданно вырвалось у Тими.

— Какого парня? Где? — с любопытством завертел головой Макс.

За разговором они свернули во дворы и через них вышли на малолюдную улицу. И тогда Тими сразу заметил его. Высокий парень лет двадцати, в коже и рваных джинсах, отбросил сигарету и нервно завертел головой. Тими сначала подумал, что его насторожили он и Макс. Но нет. Байкера из криминальной сводки новостей взволновала патрульная машина у обочины. Молодой сержант, шагавший в этот момент от закусочной, тоже с подозрением уставился на него. Байкер среагировал первым. Он просто сорвался и дал дёру. Тими и Макс едва успели расступиться. Поскольку они стояли на перекрёстке, то заметили, что беглец скрылся в тёмной арке, ведущей во двор одного из жилых домов. Спустя всего пару секунд из-за поворота вынырнул запыхавшийся сержант. В погоне он потерял пакет со своим обедом, что явно не поспособствовало улучшению его настроения.

— Где он? — выкрикнул блюститель правопорядка. — Куда побежал? Ребята, вы не видели?

— Конечно, — с готовностью отозвался Тими. — Во-о-он….

— … туда, — перебил его Макс, указывая на остановку, от которой только что отошёл битком набитый автобус.

— Ар-ргх, ушёл-таки, — аж зарычал от злости сержант. Плюнув себе под ноги и продолжая ругаться, он направился обратно к своей машине.

— Макс, зачем ты его обманул?! — возмутился Тими. — Это же был бандит! Про него в газете писали!

— Неужели? И что же такого совершил этот «ужасный бандит»? — лукаво улыбнулся Макс. — А впрочем, не отвечай, сейчас сами всё узнаем. Пошли.

— Куда?! — перепугался Тими. — Ты чего надумал-то?

— Хочу познакомиться.

— С кем? С бандитом?!

— Ну да, — спокойно отозвался Макс. — Думаю, будет интересно.

Тими схватился за голову.

«Нет, всё-таки у него не все дома! Вот ведь непуганый дурак… Ну конечно, он же из деревни! Там все друг друга знают и все дружат! Зачем? Зачем я с ним пошёл?!»

— Слушай… это не самый лучший способ завести друзей, — попытался он образумить нового знакомого, целенаправленно шагавшего к арке.

— Почему?

— Да потому что! — не выдержав, взорвался Тими. — Он бандит. БАН-ДИТ! Настоящий!

— А бывают ненастоящие бандиты?

Тими издал беспомощный стон.

— Да расслабься ты, — засмеялся Макс. — Ничего он нам не сделает.

— Откуда такая уверенность? — исподлобья глянул на него Тими. — И вообще, там наверняка проходной двор. Парень, если он не круглый дурак, давно сбежал.

— Да нет же, вон он, — указал вперёд пальцем Макс. — И этот двор — не проходной.

— Ты что, заранее знал?! — поразился Тими.

Байкер, показавшийся из-под арки, замер, как вкопанный.

— Привет, — широко улыбнулся Макс и помахал ему рукой.

Глаза у бандита округлились. В них явно застыл вопрос: «Какого чёрта?!» «Не спрашивай, сам в шоке!» — примерно такими же глазами ответил ему Тими.

— Ну что, всё в порядке, дружище? — абсолютно не замечая вокруг себя ничего странного, продолжал улыбаться Макс.

В глазах бандита появился нехороший блеск. Рука полезла в карман.

«Мамочкиии… Там пистолет! Точно! Он убьёт этого дурака, и меня заодно с ним, без всяких там вещих снов, — запаниковал Тими. — Что делать? Что делать?!»

Но парень достал всего лишь пачку сигарет. Закурив, он окинул улыбающегося Макса прищуренным взглядом. Точно такой же взгляд у него был на фотографии в газете.

— Да у меня-то всё в порядке, — недобрым тоном заговорил он. — Тебе какое до этого дело?

— Просто интересно.

— Вот как? Смотри, как бы этот твой «интерес» не довёл тебя до неприятностей.

— Меня Макс зовут, — упорно не желал ставить точку в разговоре дотошный подросток. — А это Тими.

— Т...Тимур, — запнувшись, еле выдавил из себя мальчик.

«Зачем мы называем ему свои имена?!» — мысленно простонал он.

— Да мне как-то фиолетово, — пожал плечами байкер. — Это всё? Я могу идти?

— Да! — выкрикнул вместо Макса Тими.

Парень удовлетворённо кивнул и уже сделал несколько шагов прочь, но Макс снова его остановил.

— А как тебя зовут?

«Нет, я его сейчас придушу!» — взвыл про себя Тими.

С минуту байкер молчал, словно раздумывая, достойны ли эти двое чести знать его имя.

— Жорж, — не поворачиваясь, в конце концов отозвался он и уже чуть более тёплым голосом добавил: — Спасибо, что не сдали.

— Не за что, — с пугающей готовностью отозвался Макс.

«Ага, ты ещё скажи, что рад стараться и всё такое… - обречённо подумал Тими. — Нет, Макс, ты странный… Очень странный!»

— Ещё встретимся. Пока, Жорж, — дружелюбно сказал Макс, и Тими в очередной раз бросило в жар. Почему-то он не сомневался, что этот байкер и впрямь ещё не раз повстречается им на пути. И Макс это знал.

***

Остаток пути до Виноградной улицы, где проживали Макс с дедушкой, ребята проделали на автобусе. По сути, так можно было поступить с самого начала: сесть на автобус ещё возле школы и без лишних происшествий добраться до пункта назначения. Но тогда они не столкнулись бы с тем байкером. Чем дольше Тими размышлял над этим, тем больше его не покидало ощущение, что Макс предвидел ситуацию заранее.

— Ну, теперь можно и на автобусе, — потянувшись, заявил он, когда всё закончилось.

Конечно, оставалась теория насчёт того, что Макс просто беззаботен и делает то, что сию же минуту ему в голову стукнет, а Тими зря наделяет его несуществующими способностями.

Мальчик тихонько вздохнул и искоса поглядел на сидящего рядом с ним Макса. Тот снова надел наушники и теперь мурлыкал себе под нос какую-то мелодию.

«Он что, музыку 80-х слушает? — невольно удивился Тими. — Её моя мама обычно любит крутить…»

Тут автобус остановился, и Макс, кивнув Тими, начал проталкиваться к выходу. Вот двери автобуса разошлись в разные стороны, и мальчик невольно зажмурился от солнечного света. Перед ним раскинулась Виноградная улица, во всей своей красе. Тими в первые минуты даже усомнился, что всё ещё находится в Москве. Казалось, что автобус каким-то непостижимым образом провёз его сквозь время и пространство и высадил в параллельном мире, настолько это место не имело ничего общего с вечно шумной столицей России, с нескончаемым потоком машин и загазованным воздухом, вереницами гипермаркетов и рекламными плакатами на каждом шагу, бетонными улицами, без единого намёка на растительность, и высотными многоэтажками…

Это место дышало спокойствием и тишиной. Именно дышало, потому что всё здесь было живое и настоящее: запахи, растения, звуки… Справа и слева от центральной дороги стояли деревянные домики с симпатичными резными ставенками. Их окружали аккуратные заборчики, выкрашенные в спокойный и приятный цвет. В чистом и свежем воздухе витали аромат цветов и запах свежих булочек, которые, очевидно, пеклись в одном из домов. Весело чирикали птички на ветках деревьев, по дороге стремительно пронёсся какой-то малыш на велосипеде. Он радостно смеялся и, похоже, был абсолютно доволен своей жизнью.

«Так вот, значит, какая она, эта Виноградная улица! — с восхищением подумал Тими. — Невероятно… Не думал, что в Москве ещё остались такие места!»

Они остановились возле дома №17. Макс распахнул калитку и посторонился, гостеприимным жестом приглашая Тими войти.

Мальчик замер от восторга. Перед ним раскинулся сад, какой, наверное, можно увидеть лишь на картинках детских книжек.

— Ты пока погуляй здесь, а я поищу дедушку, — сказал Макс. — Он должен быть где-то поблизости.

Макс ушёл, и Тими остался стоять один. Ему даже не хотелось куда-то идти. Он просто наслаждался свежим воздухом, слушал шелест изумрудной листвы яблонь, вишен и других деревьев. Цветы, которые были повсюду, поражали своей красотой и разнообразием оттенков: сочный розовый, насыщенный жёлтый, слепящий оранжевый… Но самыми лучшими были синие и фиолетовые цветы. Это была самая фантастическая смесь растений, какую Тими только приходилось видеть. Он почти не разбирался в цветах, но абсолютно точно был уверен, что каждый из видов должен цвести в своё время. Хозяин сада — точно чародей, раз сумел вырастить их в одном месте и в это время года.

Сзади раздались чьи-то шаги. Тими обернулся и увидел собаку. Раньше ему не приходилось видеть собак с абсолютно белой шерстью, без каких-либо пятен. Слегка волнистая, она напоминала лебяжий пух, и у Тими сразу же возникло непреодолимое желание провести по ней рукой. Умные карие глаза внимательно изучали мальчика, чёрный нос слегка поблёскивал. У собаки было гармоничное телосложение и крепкие мускулистые лапы. Хвост длинный и прямой. Уши среднего размера, висячие, посажены примерно на уровне глаз. Он был похож на ретривера, но с точной уверенностью Тими сказать не мог.

— Хороший, — ласково сказал мальчик, протягивая руку. — Давай знакомиться? Можно тебя погладить?

Пёс не стал заставлять гостя приближаться к нему и сам ткнулся носом в его ладошку. Мальчик засмеялся от удовольствия.

— Я Тими, а ты…

— Счастливчик, — послышался голос Макса. — Мой самый верный друг.

Тими поднял голову и заметил, наконец, среди царства цветов и деревьев небольшой домик с террасой и крылечком. Оттуда ему навстречу шёл Макс. Его сопровождал низенький старичок, одетый в коричневый фартук поверх тренировочных штанов и клетчатой рубашки. В руках он держал большие садовые ножницы.

«Дедушка Макса и хозяин сада в одном флаконе», — без труда догадался Тими.

— Как насчёт того, чтобы выпить чайку, молодёжь? — радушно предложил старик.

***

Дедушку Макса звали Константин Семёнович. Это был очень гостеприимный и приветливый человек, который сразу же понравился Тими. Его внешний вид лучше любых слов говорил о том, что больше всего на свете он любит работать в своём прекрасном саду. Тими поймал себя на том, что ему хочется задать дедушке Макса много разных вопросов, но каждый раз он терялся, не зная толком, с чего начать. После третьей чашки крепкого ароматного чая он почти заставил-таки себя раскрыть рот, как вдруг старик опередил его неожиданным вопросом:

— Скажи-ка мне, малыш Тими, веришь ли ты в волшебство?

Мальчика не удивил этот вопрос. Скорее, он его ждал. Но абсолютно не знал, что ответить.

— Вижу, ты смущён. Это нормально, — пришёл на помощь Константин Семёнович. — Современное общество давно утратило веру во что-то, выходящее за рамки привычного мира. Никогда ещё человеческая душа не была так бедна, а мышление — ограничено.

— Я вас не понимаю, пожалуйста, поконкретнее, — взмолился Тими. — Что вы подразумеваете под «волшебством»? Это в переносном смысле или…

Константин Семёнович и Макс лукаво переглянулись.

— Что ты знаешь о Магических Воинах?

Тими досадливо скрипнул зубами.

— Вы про онлайн-игру, что ли?

Макс, едва не подавившись чаем, расхохотался.

— Что смешного?! — мигом вспыхнул Тими, чудом не опрокинув свою чашку.

— Ну, теперь мне многое стало понятно, — отдышавшись и утерев выступившие от смеха слёзы, заговорил через пару минут Макс. — А я всё понять не мог, чем рассердил тебя в прошлый раз…

«Ты и сейчас меня бесишь!» — едва не сорвалось с языка Тими.

— Так вот, значит, через какие источники о нас знает молодёжь, — с улыбкой произнёс Константин Семёнович.

— О вас? Да о ком «о вас»?! — уже готов был зарыдать от бессилия Тими. — Что происходит? Говорите прямо, а?

Константин Семенович не спеша поднялся из-за стола и встал возле окна.

— Когда-то, давным-давно, ещё задолго до появления обычных людей, на Земле жила раса волшебников, каждый из которых обладал огромной и уникальной силой. Их называли Магическими Воинами. Одинаково хорошо владея и магией, и оружием, они храбро сражались с силами зла и защищали свой мир. Но потом стало появляться все больше и больше обычных людей. Род волшебников истощался. Предания о Магических Воинах стали сказками, передававшимися из поколения в поколение…

— Вы рассказываете мне пролог из игры, — довольно грубо перебил повествователя Тими. — Какое отношение это имеет к Максу и моим…

«Снам», — чуть не сорвалось с языка мальчика.

— С каждым столетием люди становились злее и злее, — сделав вид, что ничего не расслышал, продолжил Константин Семенович. Теперь в его голосе звучали грусть и скорбь. — У тех, кто отличался от них, обладал особой силой, было два пути: либо позволить собой манипулировать, либо сгореть в кострах инквизиции. Магические Воины выбрали третье — ушли в тень. Но их путь продолжался. И продолжается по сей день.

Воцарилась тишина.

— То есть, вы хотите сказать, что Магические Воины… скрываются где-то среди нас? — переварив услышанное, осторожно выдал Тими.

«Старик совсем ку-ку, — пронеслось в голове. — Похоже, это у них семейное».

— Можно сказать, они скрываются на виду. Живут, как обычные люди: ходят в школу или на работу, имеют семьи и сталкиваются с повседневными жизненными проблемами. Они приспособились к обычной жизни, но не забыли, кто они такие.

Тими пристально уставился на Макса.

«Я — Магический Воин», — эхом повторились в сознании слова, которые так сильно разозлили мальчика в прошлую пятницу.

— Так это… — Тими никак не мог решиться закончить. — Правда?! Ты действительно Магический Воин? — Он упрямо тряхнул головой. — Да ну бред, ни за что не поверю! Ты на себя в зеркало смотрел? Ну какой из тебя маг-воитель! Где мускулы? Где волшебные доспехи? Где конь? А где…

Макс виновато развёл руками.

— Ну извини, что не оправдал твоих ожиданий. Вот такой уж я.

— А оружие? Где твоё магическое оружие? — запальчиво выкрикнул Тими. — Без оружия ты не воин!

— Тише-тише, — примиряюще заулыбался Макс. — Оружие у меня, конечно, есть. Без него — никак, тут ты прав.

— Показывай! — требовательно велел Тими. — Иначе не поверю!

***

— И что мы здесь будем делать? — спросил Тими. С лица мальчика не сходило скептическое выражение. Минутный порыв, когда он и впрямь поверил, что Макс может оказаться легендарным Магическим Воином, прошёл, и сейчас Тими хотелось смеяться. Над собой. Какие бы цели ни преследовал Макс, ему удалось-таки добиться своего.

«Браво, розыгрыш получился что надо, — мысленно похвалил его Тими, чувствуя себя при этом круглым дураком, наивным и доверчивым. — Интересно, пятилетний ребёнок купился бы? Нет? А я вот купился… Надеюсь, ты доволен собой, Макс, что бы ни хотел мне сейчас показать…»

Трудно сказать, догадывался ли Макс, о чём думал его гость. Внешне он оставался спокойным. Улыбка не покидала его лицо. Добрая, без насмешки.

Они снова были в саду. Там, в самом его сердце, лежал камень. Сразу его заметить было трудно. Ветки деревьев образовали над ним нечто вроде шатра, который надёжно скрывал камень от посторонних глаз. Лучи солнца, освещавшие это место сквозь листву, придавали камню таинственный и… магический вид. Тими невольно поймал себя на том, что ищет Экскалибур — меч короля Артура, застрявший, согласно легендам, в подобном камне.

Мальчик тряхнул головой, прогоняя наваждение, и перевёл взгляд на Макса. Константин Семёнович тем временем присел на корни дерева, причудливо змеившиеся по земле.

— Просто наблюдай, — в ответ на нетерпеливый взгляд Тими посоветовал он.

Макс прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Тими ощутил тёплое, едва заметное дуновение ветерка. Невероятно приятное, оно даже не взъерошило волосы на его голове. Макс не двигался. Тими уже было подумал, что он так и уснул, прямо стоя, но, приглядевшись как следует, заметил что-то сверкающее в правой руке Макса. Глаза мальчика изумлённо расширились. Это «что-то» росло и удлинялось, пока не приняло форму правильного клинка. Макс сделал плавное движение. Теперь Тими чётко видел, как в его руке сияет меч. Он был настоящим и в то же время неосязаемым, из призрачного света с голубоватым оттенком. Взгляд Макса изменился. В нём появилась сила, перед которой Тими почувствовал себя маленьким и незначительным. Теперь он не сомневался — перед ним стоял настоящий Магический Воин.

«Так это правда… всё это время он говорил абсолютную правду…»

Макс сделал молниеносный выпад и обрушил меч на камень. Тими даже моргнуть не успел. Мгновение назад камень был целым — и вот он уже разделён на две аккуратные и абсолютно ровные части. Лезвие из света разрубило его, словно острый нож сырную головку. Тими зажмурился с такой силой, что заплясали разноцветные точки, а когда открыл глаза — камень снова был цел, а в руке у Макса уже не было меча.

— Хорошая работа, — похвалил внука Константин Семёнович. — Ты многого достиг за последнее время.

Макс слегка покраснел и почесал затылок.

— Дедушка, ты меня смущаешь…

Их слова доносились до Тими словно сквозь сон. Он глядел на них, как на богов. Эти люди — действительно Магические Воины. И они доверились ему. Именно ему. Теперь его жизнь изменится. И непременно в лучшую сторону.

Глава 2. Столкновение

Прошёл месяц с лишним. Ничего необычного за это время не случилось, не считая того, что Тими… подружился с Магическим Воином. Порой трудно представить, насколько два человека могут сблизиться за столь короткий срок. Тими казалось, что он знает Макса всю свою жизнь. Они вместе ходили в школу, а после занятий — домой, где их ждали Счастливчик и Константин Семёнович с неизменным чаем. Правда, Макс был частым гостем в кабинете продлённых занятий, а Тими вечно приходилось его ждать. Но он не жаловался. Вообще, его никто не принуждал. Мальчику нравилось общество Макса. И ему хотелось узнать о жизни Магических Воинов как можно больше. К сожалению, за это время он так и не удостоился чести увидеть Призрачный Меч — так называл своё оружие Макс — во второй раз. Тими понимал, что это вовсе не от недоверия к нему. Истинному воину нужен повод, чтобы продемонстрировать своё оружие. О сражениях Макс тоже не рассказывал. Тими подозревал, что их у него и не было. Да и с кем сражаться в современном мире, где даже самого захудалого тролля или гоблина днём с огнём не сыщешь. Разве что только с другим Магическим Воином. Если верить рассказам Константина Семёновича, магов-воителей на Земле было немало. Но опять-таки же, зачем поднимать оружие на своих собратьев? Не лучше ли подружиться с ними и держаться вместе? Теперь Тими понимал, почему Максу трудно было находить со сверстниками общий язык. Врать, судя по всему, он не умел и не хотел, оставалось только отмалчиваться. А молчаливых никто не любит. Их рано или поздно называют «чудиками». Наверное, у Макса остались друзья в Изумрудном, и он скучал по ним. Тими осознавал, что рано или поздно важное событие, ради которого Макс приехал в Москву, произойдёт, и он с дедушкой уедет обратно. А Тими… Неважно. Об этом пока рано было думать. Уже одно то, что Макс доверил свой секрет именно ему, о многом говорило. Тими был уверен, что в этом «важном событии» ему тоже уготована немалая роль, поэтому оставалось лишь набраться терпения и ждать. Был, кстати, ещё один человек, который наверняка мог бы пролить немного света на историю Магических Воинов, но он неожиданно уехал из города, сразу после того, как Тими первый раз побывал у Макса. Это был его дедушка. Он и раньше так делал. Уезжал неизвестно куда, потом объяснял, что были «важные дела». Но впервые Тими всерьёз на него рассердился, ведь именно сейчас дедушка был ему нужен, как никогда.

А между тем близился конец первой учебной четверти. Все усилия были брошены на учёбу. У Тими вырисовывалась одна-единственная четвёрка, по правописанию, и ему это очень не нравилось. Когда он поделился своими проблемами с Максом, тот почему-то очень долго глядел на него, а потом лихорадочно схватился за учебник. Вообще, дела с учёбой у старшего товарища с каждым днём становились всё хуже и хуже. Он утверждал, что на уроке изо всех сил старается слушать учителей, но у него не получается. Иными словами, у него в одно ухо влетало, а из другого — вылетало.

— И где ты постоянно витаешь? — поразился Тими, со здоровым недоумением разглядывая дневник товарища. «Алгебра — 2. Опять не готов!» — так и кричала запись, сделанная красными чернилами. Ниже было добавлено: «Дневник не заполнен с 15.10 по 23.10!» — Ты вообще в курсе, что дневник следует хоть иногда открывать? У тебя даже расписания уроков нет!

— Зачем писать его каждую неделю, всё равно уроки одни и те же, — беспечно отмахнулся Макс, плюхая рюкзак на подоконник.

— Ага, и двойки — одни и те же, — саркастично хмыкнул Тими.

Был обычный учебный день. Правда, пятница, поэтому многие уже предвкушали выходные. Тими наконец-таки удалось вытянуть правописание на твёрдую «пять». Оставалось «отстреляться» на следующей неделе — и ура, каникулы. Но, видимо, не для всех. Вместо того, что мобилизовать свои силы, Макс умудрился нахватать столько «хвостов», что даже сам сбился со счёта. Да его это, похоже, и не очень-то волновало.

— Не исправишь все двойки — не видать тебе каникул, — попробовал припугнуть его Тими. — Ты это понимаешь?

— Да-да, — отозвался Макс. — Не волнуйся, Тими, всё будет хорошо.

— Вообще-то, волноваться надо тебе… Или ты думаешь, что аттестат тебе не пригодится? Ты, конечно, Магический Воин, но не забывай, в каком мире ты живёшь. Сегодня без образования — никуда.

Макс улыбнулся.

— Ты говоришь прямо как моя учительница. Жаль, что мы не одного возраста. Могли бы учиться в одном классе. Ты бы подтянул меня.

— Это да…

— Ладно, — Макс сделал глубокий вдох, как перед заплывом, и подхватил рюкзак. — Пошёл я отдуваться за свои косяки. Можешь меня не ждать. Если хочешь, езжай ко мне, не пропадать же дедушкиному чаю.

— Удачи тебе.

Макс ушёл. Тими тоже стал собирать вещи. Вернее, решил ещё разок убедиться, всё ли на месте. Учебники, тетрадки, ручки… Так, а это что?

— Дневник! Всё-таки оставил! Вот раззява… Нет, ну вот что с ним делать, а?!

— Не подскажешь, где тут кабинет продлённых занятий?

— Второй этаж, кабинет двадцать один, — на автомате ответил Тими.

«Дежавю? — запоздало пронеслось в голове. А вслед за этим на него вдруг накатил неконтролируемый приступ страха, буквально пригвоздивший ноги к полу. По всему телу побежали мурашки. Тими не мог заставить себя даже обернуться. — Что за странное ощущение? Я чувствую себя… таким маленьким и немощным…»

— А не покажешь, где это? Я плохо тут ориентируюсь.

Тими наконец заставил себя оглянуться. Если бы там сейчас стоял сам дьявол, он бы не удивился. По крайней мере, было бы ясно, откуда взялся этот панический ужас, который пришёл на смену оцепенению. Но перед ним стоял обычный подросток, ровесник Макса, да вот только полная его противоположность. Вместо футболки и спортивных штанов — костюм с иголочки. Белая рубашка, галстук и дорогие часы на левой руке. Надменный, с прищуром, взгляд на ледяном, словно высеченном из мрамора, лице. Чёрные, как смоль, волосы аккуратно приглажены. Ростом - ниже Макса.

Тими невольно шагнул назад. Почему-то ему захотелось бежать без оглядки. Но он не мог, ощущая себя беспомощной мухой перед пауком.

— Да, идём, я провожу тебя, — сглотнув, пробормотал Тими.

До двадцать первого кабинета они дошли в полнейшей тишине. Незнакомый парень даже не смотрел на Тими. При этом угроза, исходящая от него, заставляла сердце мальчика биться подобно испуганной рыбке. Опасностью, казалось, был пропитан воздух. Шаг в сторону — и не поздоровится.

— Пришли, — с невероятным облегчением выдохнул он. — Вот кабинет, который тебе нужен.

Незнакомец кивнул. Его взгляд скользнул по Тими и остановился на дневнике Макса. Всё это время мальчик держал его в руках.

— Я передам, а ты иди, — коротко произнёс он.

Руки сами собой протянули дневник. Парень зашёл в кабинет. Словно в тумане, Тими развернулся и побрёл прочь.

«Он знает Макса… И он не похож на отстающего ученика, — бились в голове мысли, одна тревожнее другой. — Что ему нужно?»

***

Домой Тими так и не пошёл. Он твёрдо решил, что дождётся Макса, даже если ждать придётся до ночи. Тот факт, что Макс сейчас находится в одном помещении с тем жутким парнем, почему-то внушал Тими необъяснимую тревогу и заставлял сердце сжиматься, словно в предчувствии чего-то непоправимого.

Стрелки часов приближались к пяти вечера. Тими в очередной раз нервно прохаживался перед школой, когда из-за дверей, наконец, показался Макс. Усталый, но довольный.

— Ну слава Богу! Макс, ты чего так… — начал Тими и осёкся.

Вслед за товарищем вышел незнакомец. Макс повернулся к нему лицом и помахал рукой, как хорошему другу. Тот кивнул.

— До встречи, — сказал он и направился к школьным воротам. Когда он прошёл мимо Тими, мальчика внезапно обдало холодным воздухом.

Макс удивлённо посмотрел на маленького друга.

— Тими, ты почему ещё здесь? Я же предупредил, что сегодня буду долго…

— Ты его знаешь? — перебил Тими, кивая на удаляющуюся фигуру.

— Кого? — Макс проследил за его взглядом. — А-а… Это новенький. Сегодня первый день в моём классе. Мы сидели за одной партой и немного разговорились.

«Новенький, — почему-то вздрогнул Тими. — Как и Макс…»

— Он ничего, — беззаботно болтал тем временем старший товарищ. — Только почему-то совсем не улыбается. Мне показалось, на него что-то давит…

— Что? Давит? — непонимающе переспросил Тими.

«Скорее, это он давит на окружающих, — вспомнив неприятные ощущения, содрогнулся мальчик. — Макс, как всегда, говорит какие-то странные вещи…»

Взгляд остановился на длинной чёрной машине с тонированными стёклами. Водитель услужливо открыл дверь, и одноклассник Макса, снова кивнув, сел внутрь.

— У него есть слуга? И он уезжает домой… на лимузине?!

— Да, не чета нам, — без всякой зависти улыбнулся Макс. — Он из очень богатой семьи. Его дядя владеет крупной компанией и занимается шоу-бизнесом.

— Видимо, за деньги ума не купишь, — не без злорадства съязвил Тими.

— О чём ты? — удивился Макс. — В предыдущей школе средний балл его успеваемости составлял четыре целых шесть десятых из пяти. Я случайно об этом узнал, учителя на переменке обсуждали.

— Что?! — не поверил своим ушам Тими. — Тогда чего он забыл в кабинете продлённых занятий?

— Мне помогал. И ещё дневник мой принёс. Очень любезно с его стороны. Сказал, что ты попросил передать.

«Попросил?! — мысленно возмутился Тими. — Да уж… Что-то неспроста он трётся возле Макса, ох неспроста…»

— Его, кстати, Влад зовут. И у меня сегодня с ним встреча.

У Тими ёкнуло внутри.

— Какая встреча? Где? Зачем?

— Обычная, дружеская. В парке, недалеко от моего дома. Он хочет передать мне какие-то записи по учёбе. Сказал, что они стопроцентно помогут.

— Макс…

— А ты чего такой бледный, Тими? — забеспокоился старший товарищ. — Не заболел?

— Нет, я…

— Иди-ка ты лучше домой. Отдохни.

— Послушай…

— Чаю покрепче выпей.

— Да не хочу я никакого чаю!! — крикнул на весь школьный двор Тими. Некоторые из учеников, проходивших мимо, удивлённо обернулись. На лице Макса появилась растерянность. — Прости… Я не хочу, чтобы ты встречался с этим… как его… Владом.

— Почему?

— Я… не знаю. Он меня пугает, — Тими опустил голову. — И я не просил его передавать дневник. Он просто забрал его у меня. Мне не нравится этот человек. Наверное, это предчувствие… Конечно, ты - Магический Воин, и не мне давать тебе советы…

Макс присел на корточки. Рука мягко коснулась слегка подрагивающего плеча Тими.

— Эй, не волнуйся. Я очень ценю твою заботу. Для меня это важно, правда. И поэтому, я обещаю тебе, что всё будет хорошо. Ты мне веришь?

Тими кивнул. Голос товарища, мягкий и успокаивающий, наполнил сердце непонятной тоской. Но сейчас мальчик предпочёл согласиться.

— Вот и хорошо. Иди домой отдыхать. Завтра я позвоню и расскажу, как всё прошло. Кто знает… Может, у меня появится новый друг.

— Может, — вздохнул Тими. — Ладно, до завтра. — Он сделал несколько шагов и обернулся. На лице Макса, подобно лучу солнца, светилась неизменная добрая улыбка. И как бы между прочим спросил: — А во сколько встреча?

— В восемь вечера.

***

— Итак, ты вернулся… Как прошёл первый день в новой школе?

Высокий темноволосый мужчина в дорогом костюме, не торопясь, закурил сигару, а затем поднялся из-за стола и замер возле окна. Сквозь тяжёлые драповые шторы проникало совсем мало солнечного света. Его хватало, чтобы осветить темно-красное сукно, которым был обит письменный стол, а именно, несколько листков бумаги и ручку с золотым пером. Ещё на столе стояла фотография в рамке, но в круг света она не попадала, из-за чего казалось, будто бы она была поглощена темнотой, как и всё прочее в комнате. Об истинных размерах этого помещения оставалось лишь догадываться. Вероятно, только сами обитатели точно и знали. Да и не похоже, что тут часто бывали гости.

— Всё хорошо, дядя, — монотонно отозвался мальчишеский, ещё не окрепший, голос. — Мне удалось наладить контакт с целью. Сегодня он будет мёртв, как ты меня и учил.

Мужчина слегка повернул голову, чтобы через плечо видеть своего юного собеседника.

— Не позволяй сомнениям сбить себя с пути. Этот мальчишка должен умереть до начала Турнира, иначе он доставит нам много хлопот. Его дружелюбие — всего лишь обман. В нём течёт дурная кровь.

Мальчик склонил голову.

— Можешь не сомневаться во мне, дядя. Я не подведу семью.

***

Тими издал слабый стон. Он находился в дедушкиной комнате, лежал на его кровати. Как и всегда, когда ему было тревожно, он пришёл сюда. Смутные обрывки кошмаров, не беспокоивших Тими последнее время, опять дали о себе знать. И связаны они были, так или иначе, с новым одноклассником Макса — Владом. Даже сейчас, будучи дома, мальчик ощущал исходящую от него угрозу. Его ледяной, абсолютно бездушный, взгляд преследовал Тими всюду.

«Магический Воин, не иначе, — безостановочно билось в голове, пока глаза слипались. — И он хочет навредить Максу. Но… почему?! Разве Магические Воины не должны держаться друг за дружку? Хотя… много ли я вообще знаю о Магических Воинах, чтобы делать выводы…»

Измученное тревогой за лучшего друга сознание перенеслось в кошмар. Тот самый… Тими снова был на проклятом кладбище. Опять стал свидетелем смерти Макса. Но теперь он смог разглядеть лицо убийцы. Разглядеть достаточно хорошо, чтобы полностью убедиться в своих опасениях. Это было лицо Влада. Безумное, испачканное кровью своей жертвы. Глаза мерцали двумя зловещими красными огоньками.

— Он не смог, — чуть покачнувшись, проговорил Влад. Красные глаза, сузившиеся от злости и… боли?!.. переместились с мёртвого Макса на онемевшего от ужаса Тими. — И ты не смог, — Голос сорвался на яростный крик: — Прочь! ВСЕ прочь от меня!

Тими, словно его подбросило пружиной, слетел с кровати. В голове ещё минут пять звучали не то хохот, не то рыдание, не то всё разом.

«Этот Влад… Кто он? Что он?! — Мальчик бросился в прихожую. Трясущиеся руки сами собой схватились за куртку. — Я должен всё рассказать Максу! Он справится… если я вовремя предупрежу его… он обещал мне!»

Так и не совладав с молнией, Тими в распахнутой куртке вылетел во двор. На улице сильно парило. Даже слишком сильно. Свежий воздух словно улетучился.

«Это к грозе, — пронеслось у мальчика в голове. Рука бессильно сжала мобильник, подаренный мамой на прошлый день рождения. — Почему Макс не отвечает?! Я уже три раза набрал его номер… Небось, дома телефон забыл, с него станется. Так, время… Полвосьмого, успею. Я знаю, где находится парк. Всё будет хорошо…»

***

Жорж с наслаждением глотнул холодного пива. Сегодня у него было на редкость хорошее настроение. Он и трое его самых приближённых товарищей из «Грачей» — Толик, Миха и Генка — застолбили отличное местечко в малолюдном парке, в районе улицы под названием Виноградная. Собственно говоря, Жорж не слышал о ней раньше, а место ему разрекламировал Толик. И не зря. Впервые за долгое время Жоржу удалось ощутить настоящее умиротворение. Убаюкивающий шорох падающих листьев вместо бурлящего жизнью города, запах земли и дыма — вместо выхлопных газов. Этот парк, пожалуй, мог бы претендовать на звание временного «лучшего места». Таких мест у Жоржа было ещё два, «Три туза» — одно из них.

«Лучшее место» — своего рода утопия, придуманная Жоржем в далёком детстве, когда он жил в приюте для брошенных детей. Тогда он твёрдо верил, что даже для него, отвергнутого собственными родителями, ребёнка, найдётся уголок на Земле, где ему будет просто и хорошо. И спокойно. Жорж дал себе слово, что потратит на поиски своего места пусть даже всю жизнь. И обязательно найдёт. Если бы его попросили описать «лучшее место» словами — он бы вряд ли смог. Какое оно? Что там? Кто там должен быть из других людей? Любимая женщина? Семья? Друзья? Он не знал. Знал только, что узнает это место душой, когда придёт время. А пока приходилось довольствоваться временными «лучшими местами». Став взрослее, Жорж начал понимать, что, возможно, не отыщет этого места никогда. Но жить с верой и мечтой всегда проще, особенно такому скитальцу и бродяге, как Жорж, не имеющему своего дома и пристанища. Всегда нужно во что-то верить.

Жорж хлебнул ещё пива и посмотрел на Толика и Миху, которые резались на лавочке в карты. Генка сидел рядом, на корточках, и наблюдал за стайкой воробьёв, клевавших крошки. На лице громилы была улыбка. Животных и птиц он любил гораздо больше, чем людей.

— Заканчивай тратить наш хавчик, всю буханку почти раскрошил, — добродушно буркнул Толик, искоса поглядывая на товарища. — В магазин сам побежишь.

Генка кивнул и кинул воробьям очередную порцию крошек.

— А ну-ка, проваливайте отсюда!

От неожиданности Жорж аж подскочил на месте и чуть не пролил на себя остатки пива.

— Тьфу… Кто это сказал?! — оглядевшись, угрожающе прорычал он. Ребята тоже напряглись.

— Я сказал, — спокойно послышалось в ответ. — И повторять дважды не стану.

Несколько секунд стояла зловещая тишина. Даже воробьи перестали клевать крошки. Жорж медленно поднялся с лавки. Он никогда никого не боялся. Но сейчас его вдруг пробрала непонятная дрожь. Кто-то буравил взглядом его спину. Очень тяжёлым и неприятным взглядом.

— Ты хоть покажись, — с демонстративным пренебрежением проговорил он.

Сзади послышался шорох листьев. Жорж резко обернулся. Из-за дерева показался… мальчишка лет тринадцати-четырнадцати. Он был такой миниатюрный, что его, казалось, можно было переломить пополам одним сильным ударом. Жоржу даже сделалось стыдно за себя. Испугаться типичного маменькиного сынка, смешно! Аккуратно причёсанный, в чистом идеальном костюмчике и блестящих ботинках — наверняка, избалованный ребёнок из богатой семейки, возомнивший, что мир вокруг — его собственное королевство. И взгляд у него под стать — презрительный и самоуверенный, словно Жорж и парни были всего лишь мусором на его лакированных ботинках.

Разум лидера «Грачей» начала заволакивать ярость. Его ребят отовсюду гонят. Такие вот богатенькие засранцы, вообразившие себя хозяевами мира. Но только не в этот раз.

— Шёл бы отсюда, малыш, домой, в люльку, мамочка тебя уже потеряла, — процедил Жорж, сжимая кулаки. — А то изувечу.

Мальчишка не шевельнулся.

— Я никуда не уйду, — медлённо и чётко проговорил он, глядя Жоржу прямо в глаза. — Уйдёшь ты, вместе со своим грязным отребьем.

— Что?!

Толик и Миха побросали карты, Генка поднялся с корточек. Они пока не вмешивались, хотя и очень хотелось. На Жоржа стало страшно смотреть. Уже давненько ему не приходилось сталкиваться с подобным нахальством. У сопляка, видимо, девять жизней в запасе, раз он не боится разговаривать подобным тоном с компанией, похожей на бандитов. И Жоржа это… пугало. Пацан либо камикадзе, либо…

— Катись отсюда, мелочь, — предпринял он последнюю попытку не доходить до крайних мер. — Иначе…

Глаза мальчишки сузились, и Жорж готов был поклясться, что заметил в них красный отблеск. Он понял, что если сию же секунду не ударит, то выдаст свои истинные эмоции, а именно — страх. Крепко сжатый кулак молниеносно рассёк воздух, так и не встретив цели. Жорж недоумённо завертел головой. Из-за спины донёсся едва различимый смешок. Лидер «Грачей» резко развернулся.

— Иначе… что? — издевательски улыбнулся мальчишка. Теперь он стоял между Жоржем и лавкой с ребятами. — Мелочь!

— Ах тыыы….! — взревел Жорж и снова ударил.

Всё, что произошло дальше, не вписывалось ни в какие рамки разумного. Малолетний противник выставил блок ладонью, и кулак Жоржа, стукнув по ней, замер, словно налетел на каменную стену. На лице мальчишки не дрогнул ни один мускул. Он даже не шелохнулся. В глазах застыли лёд и бездушие.

— Ты — ничто, — медленно проговорил голос. Такой голос не мог принадлежать обычному пацану. Жоржу не первый раз приходилось слышать что-то подобное. Он был изгоем. Общество упорно не хотело принимать его. Но он всегда боролся. Его топили, а он всплывал, назло всем, сам не зная, для чего. И этот мальчишка… он всё знал. Его глаза видели Жоржа насквозь. Видели все его страхи. — Не хочешь убраться из этой жизни — значит, я уберу тебя. Вымету, как мусор.

Руку Жоржа обожгло огнём. Мальчишка сжал её с такой неимоверной силой, что лидер «Грачей» едва не потерял сознание от боли.

— На колени, — сквозь красный туман прозвучал приказ.

Толик, Миха и Генка сорвались с мест.

— Назад, — даже не глядя в их сторону, велел мальчишка, — или ваш босс станет одноруким калекой.

Жорж стиснул зубы. Странная сила, исходящая от противника, охватила всё тело, не давая шевельнуться. Но он не покажет своей слабости, как бы ему ни было плохо. Никому ещё не удавалось заставить Жоржа Гасперского кричать от боли. Не удастся и этому маленькому дьяволу, кем бы он на самом деле ни являлся.

— Пошёл… нафиг, — прошипел лидер «Грачей».

Мальчишка покачал головой.

— Ай-яй-яй… Неверный ответ! — Жорж почувствовал, как хрустнули суставы его руки. — Теперь мне придётся…

— Достаточно, Влад, — неожиданно вмешался звонкий голос. — Теперь можешь отпустить его. Я думаю, Жорж и так всё понял.

Влад отпустил руку Жоржа и обернулся.

— Появился-таки, — нехорошо улыбнулся он. — Я ждал тебя, Максим Светлов.

— Да, — простодушно донеслось в ответ. — Ты же обещал мне помочь. Вот я и пришёл.

В холодном взгляде Влада появилось неподдельное любопытство. Казалось, он так и хотел спросить: «Ты действительно дурак, или только прикидываешься?», но вслух произнёс:

— Что, и за дружка своего заступаться не продолжишь?

— За Жоржа? — Макс покачал головой. — Не-а. Во-первых, мы не друзья. А во-вторых, в этом нет нужды.

Глаза Влада сверкнули безумными огоньками.

— Ты… не любишь людей?

Макс пожал плечами.

— Если честно, не очень-то. Но иногда не могу удержаться от соблазна перевести старушку через дорогу. Или поиграть с соседскими детишками.

Повисла тишина. Несколько секунд Влад пристально смотрел на Макса, словно пытаясь вывернуть его душу наизнанку. Тот не отводил взгляда.

— Не шути со мной, Светлов, — наконец проговорил Влад. Медленно и с угрозой.

— И не думал даже, — Макс повернулся к Жоржу. Лидер «Грачей» с шипением тёр пострадавшую руку. Рядом неуверенно топтались трое его товарищей. Ситуация для них явно была неприятная. — Ребята, вы не оставите нас? Пожалуйста.

Толик, Миха и Генка вопросительно посмотрели на Жоржа. Тот, стиснув зубы, кивнул.

— Уходим.

Парк опустел. Разлетелись даже воробьи. Остались только Макс и Влад. С виду — два обычных подростка, внутри — две загадки. Две противоположности. Эта встреча станет роковой. Она изменит жизнь каждого из них.

— Итак, я слушаю, — спокойно начал Макс. — Теперь нам никто не помешает. Ты уверен, что хочешь этого? Я бы предпочёл уладить всё миром.

— Зато я — нет, — холодно отрезал Влад. — Ты оказался не таким простаком, как я сначала подумал. И тем хуже для тебя. Такого, как ты, лучше устранить сейчас, чтоб не стал головной болью потом.

Макс испустил обречённый вздох.

— Ох, и неохота же… Но раз ты так хочешь — я к твоим услугам. Начнём.

***

Тими пулей вылетел из автобуса и помчался к воротам парка. Давненько ему не приходилось так быстро бегать. Он напоминал маленького загнанного зверька.

— Только бы не опоздать… только бы не опоздать, — без устали приговаривал мальчик.

Небо тем временем хмурилось. Листья деревьев тревожно трепыхались на ветру. Похоже, вот-вот грянет гроза… Тими уже был в парке, когда земля под его ногами вдруг содрогнулась, будто бы от сильного удара. Мальчик пошатнулся и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь унять отчаянное сердцебиение. Эта земная дрожь явно не имела к грозе никакого отношения. И вообще, к природным явлениям.

— Похоже, я всё-таки опоздал, — вырвалось у Тими.

Прямо перед его глазами развернулось зрелище, свидетелем которого, наверное, не доводилось быть ни одному смертному человеку. В глубине парка, всего в каких-то нескольких сотнях метров от шумных городских улиц, шло сражение между двумя Магическими Воинами. Раньше Тими мог лишь мечтать увидеть такое. А теперь не мог думать ни о чём, кроме того, что Макс сражается с очень сильным и опасным противником. И его жизнь — под угрозой. От Влада исходила просто невероятная сила. Беспощадная и зверская. Ею, казалось, был пропитан даже воздух. В его руках сверкал огромный жезл, метра в два длиной, с камнями синего и красного цветов. В сумерках парка он мерцал золотистым светом. Как и Призрачный Меч Макса, жезл был создан Владом из некой мистической энергии. От его ударов земля вибрировала, а деревья — дрожали. Одного прямого попадания было достаточно для того, чтобы выбить дух из противника. Однако Максу каким-то непостижимым образом удавалось уходить от всех ударов Влада. Его движения были плавные и обтекаемые. И при этом Макс оставался абсолютно спокойным. Он даже улыбался. Зато Влад, наоборот, выходил из себя всё больше и больше.

— Сколько ещё ты собираешься бегать от меня, Светлов? — прорычал он, когда очередной его выпад не достиг цели. — Ты будешь сражаться или нет?!

— Я бы сказал, что «нет», но тогда ты расстроишься ещё больше, — простодушно отозвался Макс.

— Ты издеваешься надо мной?!

— Вовсе нет. Я всё ещё считаю, что не поздно просто поговорить.

Влад фыркнул и крутанул жезл. Грозное оружие приняло вертикальное положение, коснувшись земли.

— Да ты просто трус! На Турнире ты собираешься вести себя также?

— Будет Турнир — там и посмотрим.

«Турнир? — пронеслось у Тими в голове. — Какой ещё Турнир? Уж не то ли это «важное событие», ради которого Макс…»

Влад расхохотался.

— А впрочем, какая разница… До Турнира-то ты всё равно не доживёшь!

Перехватив обеими руками жезл, он очертил им перед собой круг. Воздух в том месте потемнел и сгустился. Колеблющиеся контуры круга начали мерцать, а внутри… Внутри что-то происходило. Что-то приближалось, издавая гул и грохот.

«Это словно… окно в пространстве, — не веря своим глазам, подумал Тими. — Но так запросто создать его… Может, я всё ещё сплю?!»

Влад размахнулся и ударил жезлом. Из того, что Тими назвал «окном», вылетел объятый пламенем камень. И понёсся прямо на Макса.

— Осторожно!! — не своим голосом крикнул Тими.

Старший товарищ даже не попытался увернуться. Он просто закрылся Призрачным Мечом. Магическое оружие создало вокруг хозяина некую защитную полусферу, при соприкосновении с которой пылающий камень просто взял и рассыпался, подобно праху.

— Ого… — только и смог выдать Тими.

— Пространственное искажение, — улыбнулся Макс. — Неплохо, Влад. Очень неплохо, — он перевёл взгляд на маленького друга, завороженно наблюдавшего за сражением с безопасного расстояния. — Эй, Тими, а я тебя не заметил! Давно ты тут?

Мальчик лишь мотнул головой. Он всё ещё не мог поверить в то, что сейчас видел.

«Макс реально крут! Он действительно может за себя постоять. Похоже, всё хорошо, и мне не стоит…»

Влад нехорошо усмехнулся. Из магической аномалии один за другим повалили камни. Ещё больше предыдущего. Это было похоже на… метеоритный ливень!

«Ох, я ошибся… Всё плохо! Очень плохо!!» — едва не закричал вслух Тими.

Макс, ничуть не изменившись в лице, выставил перед собой меч.

Первые два камня были успешно отбиты и обращены в пыль. Третий камень пронёсся мимо, но сразу после, вместо того, чтобы врезаться в дерево на пути и оставить после себя колоссальный ущерб, исчез в другом пространственном искажении. По лицу Влада, перекошенному от ярости, было видно, как ему хочется всё тут разрушить, но всё-таки не в его интересах оставлять слишком много следов, ведь это потом привлечёт внимание людей, что не нужно ни ему, ни Максу.

Следующие несколько камней пронеслись с такой скоростью, что Тими в ужасе зажмурился. Ему показалось, что Макс вот-вот станет лепёшкой. Когда же он вновь осмелился посмотреть, то не смог сдержать восторженного вздоха. «Метеориты», откуда бы они ни брались, больше не летели. Видимо, закончились, как бы просто это ни звучало. Макс не только отразил их все, но ещё и сохранил на лице абсолютное спокойствие. А вот на Влада страшно было смотреть. Он совершенно не контролировал себя.

«Быть беде, — ёкнуло что-то у Тими внутри. — Макс, пожалуйста, заканчивай этот бой поскорее…»

***

Жорж шагнул к своему мотоциклу. Сказать, что абсурдность произошедшего до сих пор не утрамбовывалась у него в голове — не сказать ничего. Но это действительно произошло, и доказательство — ноющая от боли рука. Но как? Как?! От непонимания всего этого Жоржу хотелось материться. Какой-то пацан-дистрофик, вдвое ниже ростом, на глазах у ребят едва не выдирает ему руку с корнем. Нельзя сказать, что Жорж дрожал над своим авторитетом в банде. В конце концов, с Толиком, Михой и Генкой ему приходилось бывать во всяких переделках. Но сегодня… Даже тот, у кого напрочь отсутствует самооценка, чувствовал бы себя униженным и оплёванным. Жорж сейчас ни за что не признался бы, но ему ещё и стало страшно. От пацана исходила какая-то непонятная сила. Необъяснимая. Совершенно противоположная той, при помощи которой Жорж ломал челюсти и разбивал лбы неприятелям «Грачей». И он понял, что не успокоится, пока не поймёт природу этой силы.

— Босс, — неуверенно позвал сзади Миха. В такие минуты даже самые близкие друзья начинали бояться Жоржа. Глаза лидера «Грачей» были по-настоящему жестокими. — Босс, ну мы это… едем, или как?

Жорж махнул рукой.

— Езжайте. Без меня.

Ребята не стали спорить. Или допытываться, что он собирается делать. Они просто кивнули и, сев на мотоциклы, уехали. Их босс всегда был таким. Побудет один, перебесится, успокоится, обдумает всё и снова станет прежним.

Проводив товарищей тяжёлым взглядом, Жорж повернулся лицом к воротам парка. Нет, он не уйдёт отсюда просто так. Или же он больше никогда не сможет называть себя лидером «Грачей».

«Я должен понять, что это, чёрт побери, было такое! — стиснув зубы, подумал Жорж. — Даже если мне сейчас придётся немного пошпионить за этими малолетками. Из парка один выход, так что они ещё наверняка там… Перед какой силой я так опозорился? Боевые искусства? Кстати, второй парень… Макс, кажется… всё время улыбается. Очень странный!»

— Только бы не опоздать… только бы не опоздать, — послышалось рядом.

Мимо, прямо в ворота парка, прошмыгнул мальчуган лет десяти, в синей курточке с капюшоном. Он так торопился, что даже не заметил Жоржа.

— Оп-па, — теперь уже не без интереса произнёс Жорж. — И коротышка тут… Нет, это уже не совпадение!

Он решительно направился в глубину парка. Собственно, Жорж сам не знал толком, чего ожидал увидеть. Его словно что-то влекло туда. Очень настойчиво.

Ладони потеплели. Кончики пальцев начало покалывать. Как ни странно, очень приятно. Боль в руке пропала.

«Что происхо…» — в смятении подумал Жорж.

Наружу вырвался изумлённый вздох. Ответ на его вопросы был прямо перед ним.

***

— Так, мне это уже порядком надоело, — медленно проговорил Влад. Голос дрожал от плохо контролируемой злобы. — Светлов, ты собираешься сражаться нормально или нет?

Макс слегка наклонил голову набок, будто бы удивляясь чему-то.

— Нормально? Ну смотря, что ты подразумеваешь под словом «нормально». Я должен призвать какое-нибудь стихийное бедствие, которое разнесёт этот парк, а заодно — и полгорода?

— А что тебе этот город? — спросил Влад. Отчуждённо и равнодушно. — Что тебе эти людишки? Из-за смога от их машин и заводов мы скоро не увидим неба. Когда я стану Королём Магических Воинов, я уничтожу эту раковую опухоль — так называемых «людей».

Тими дёрнулся, словно громом поражённый. Так значит, титул Короля Магических Воинов из онлайн-игры, как и Турнир — тоже не выдумка?! По крайней мере, теперь было более или менее понятно, зачем Влад напал на Макса. Всё дело в соперничестве за корону. Но когда начнётся этот Турнир? Или он уже вовсю идёт?

— Знаешь, Влад, — заговорил Макс. В его карих глазах вместо боевого азарта была печаль, а на лице — не превосходство над противником, а совершенно искреннее сочувствие и желание помочь. — Вот поэтому я и не сражаюсь с тобой всерьёз. По правде, я мог бы победить тебя одним ударом. Но я не думаю, что это было бы правильно в данной ситуации.

Повисла пугающая тишина. На лице Влада за несколько секунд отразился целый спектр эмоций — от детского изумления до лютой ярости.

— Ты… — с трудом дыша, начал он. Сузившиеся глаза покраснели. Пальцы сжали магический жезл с такой силой, что брызнули искры. — Ты… действительно сказал… что можешь… победить меня… ОДНИМ ударом?!

Тими в ужасе зажал рот.

«Макс, что ты делаешь?! Зачем же ты злишь его ещё больше? Что это за стратегия такая?»

— Да, я так сказал, — спокойно отозвался Макс. — Одним ударом. И ты сам это зна…

Конец фразы потонул в жутком рычании. Жезл, раскалившись от переизбытка вложенной в него силы, взорвался. Влад сорвался с места, исчез и буквально через долю секунды возник за спиной Макса. Тот едва успел развернуться и выставить блок Призрачным Мечом. От чудовищного удара он отлетел на несколько метров, но всё-таки сумел устоять на ногах.

Тими моргнул. Потом ещё, и ещё…

«Что это такое?! Движения Влада… так быстры! Я даже их не вижу. Он… подобен пуле!»

Мальчик закашлял. Он не сразу обратил внимание на туман, начавший заволакивать место боя. Зловещего чёрного цвета, едкий, он сильно снижал видимость. Тими уже не без труда мог различать фигуры сражавшихся. Макс по-прежнему отражал выпады, не отвечая сам. Атаки Влада становились всё яростнее и стремительнее, а удары — мощнее. Исчезая на короткое время и внезапно нападая с той стороны, которая была на тот или иной момент наименее защищена, Влад словно становился частью этого сверхъестественного тумана. Или же сам туман подчинялся его воле. Так или иначе, было понятно, что долго Максу не продержаться.

— Хорошо обороняешься, Светлов, — зловеще прошипел голос из туманной завесы. — Но где же твой обещанный удар?

Макс отшатнулся и завертел головой. Тими тоже вглядывался изо всех сил, готовый в любой момент криком предупредить друга.

— Ну же, я жду!! — рявкнул голос за спиной.

Невероятно мощный удар швырнул Макса на землю. На этот раз Призрачный Меч отразил лишь две три силы, вложенной Владом в эту атаку. Оставшаяся треть едва не вырубила оппонента, полностью дезориентировав его в пространстве. Голова от удара о землю сильно загудела. Макс, схватившись за неё, медленно поднялся.

Влад снисходительно улыбнулся.

— Что и требовалось доказать. Всё, что ты можешь — это болтать. Мне даже стыдно, что пришлось использовать против тебя аж шестьдесят процентов своего потенциала. Такой, как ты, никогда не увидит всей моей силы!

Макс издал стон и повалился на колени.

— Ты вымотался. Похоже, это и есть твой предел. Я — Магический Воин куда более высокого уровня, чем ты, — Влад занёс пылающий от избытка энергии жезл. — А теперь, просто сделай одолжение — умри, и поскорее!

Тими вскрикнул. Ужас парализовал его настолько, что он не мог сдвинуться с места. Его вещий сон… сбывался.

Глава 3. Реванш

Макс застонал. Как же невыносимо болела голова… Она словно готова была расколоться пополам. Перед глазами мелькали расплывчатые образы. То и дело доносились булькающие, словно Макс слышал их со дна глубокой реки, голоса. Яркие разноцветные вспышки, время от времени врывавшиеся в затуманенное сознание, отдавались острой болью в затылке и висках. Макс слабо рванулся вверх, к лучику света, но чьи-то ледяные руки обхватили его за шею и потянули вниз, туда, где зловеще клубился чёрный туман.

— Ты ничтожество, Светлов, — жутко прошептал на ухо знакомый голос. — Тебе не уйти, ты обещал мне один удар…

— А не пошёл бы ты… куда подальше, — беззлобно отмахнулся Макс. — Если тебе одиноко — так и скажи.

Хватка ослабла. Напоследок прозвучал лишь горький смех.

— Макс, пожалуйста, открой глаза! — взмолился новый голос.

Это был Тими. Одна лишь мысль о маленьком друге наполнила сердце Макса невероятным теплом. Даже боль в голове слегка поутихла.

— Да не мельтеши ты, в порядке он, — раздражённо буркнул третий голос. — Видишь, вон уже шевелится.

«Стоп… А это кто говорит? — попытался сообразить Макс. — Неужели…»

Боль прошла окончательно, и он ощутил что-то мягкое под собой. Затылок слегка покалывало, но это было очень приятное чувство. Макс мог бы поклясться чем угодно, что чья-то магическая энергия только что спасла ему жизнь.

В сознание вернулись привычные звуки. Тиканье часов, шорох занавесок, поскрипывание кровати… Макс был у себя дома.

«Что случилось? — всё ещё лежа с закрытыми глазами, постарался вспомнить он. — Ах, да… Влад. Я здорово треснулся головой и отключился. А он ничего… Знатно отделал меня, ха-х…»

— Макс! Макс! — Встревоженный голос Тими над самым ухом внезапно стих. Послышалось подозрительное сопение. — Ма-а-акс… Ты… чего улыбаешься, а?! Открывай глаза сейчас же!

— Уже, виноват, — спохватился Макс, быстро принимая сидячее положение.

Первым, кого он увидел, был Тими, с таким выражением лица, словно он одновременно хотел и обнять, и задушить.

— Нет, ну ты… Вот кто ты после этого, а?! Мы ж волнуемся, хоть бы звук какой подал!

— Извини, задумался, — Макс завертел головой. — А как я дома-то оказался?

— Благодаря ему, — всё ещё с обидой пробурчал Тими и кивнул в сторону двери. Там, привалившись спиной к косяку и сложив руки на груди, стоял Жорж.

— Оу… э-э-э… ну, спасибо, — смутился Макс. Теперь он понял, почему третий голос показался ему знакомым.

Жорж лишь молча кивнул. Понять, о чём он сейчас думал на самом деле, было очень сложно.

— Ну так… что же там, всё-таки, произошло? — после неловкой паузы вновь заговорил Макс.

— Влад чуть не убил тебя, — Голос Тими дрогнул, выдав истинные эмоции, пережитые мальчиком за сегодняшний вечер — боль и страх за лучшего друга. — И это после того, как ты пообещал свалить его одним ударом. Вот ведь… Ну зачем вообще было ему такое говорить?!

— Я просто немного растерялся, — беспечно пожал плечами Макс. — Не ожидал, что он окажется настолько сильным.

— Как ты можешь вот так запросто…

— Расслабься, Тими. В конце концов, всё ведь прокатило, — Макс многозначительно взглянул на Жоржа. — Видимо, это судьба.

— Прокатило?! — Тими испустил тяжелый вздох. — А, ладно… Раз уж тебя до сих пор не убили, значит, ты знаешь, что делаешь. Пойду в коридор, побьюсь головой о стену.

— Мне тоже пора, — неожиданно подал голос Жорж. Это было первое, что он произнёс с того момента, как Макс очнулся. — И так тут задержался.

— Зайдёшь как-нибудь в гости? — дружелюбно осведомился Макс.

— Не думаю.

— Приходи, мы будем рады.

Жорж внимательно посмотрел на него. На какой-то миг по его лицу скользнула тень сомнения, будто он хотел что-то спросить. Но этого так и не произошло. Жорж просто махнул рукой и вышел из комнаты.

— Эй, подожди, — кинулся было за ним Тими. — Ты что, вот так просто возьмёшь и уйдёшь?! А как же…

— Не надо, — остановил его бесшумно возникший в дверях Константин Семёнович. — Этот молодой человек в смятении. Но он привык сам искать ответы на свои вопросы и, поэтому, будет отрицать всё, что бы мы ему сейчас ни сказали. Таков уж характер. Он вернётся, когда будет готов принять свою истинную сущность.

***

Влад медленно шёл по тёмному коридору. Его путь лежал в самую дальнюю комнату этого огромного, никогда не освещённого, дома. Единственным источником света были вспышки молнии, единственным звуком — раскаты грома. Однако сам дождь в этот вечер так и не начался.

— Подойди ко мне, — велел голос из темноты.

Влад шагнул в открывшийся дверной проём и склонил голову.

— Да, дядя.

— Я наблюдал за сражением. Ты хорошо держался. Сильный и быстрый, как я тебя и учил. Но недостаточно беспощадный. Похоже, ты всё ещё сомневаешься.

— Это не так. В моей душе нет сомнений. Я убью любого, кто встанет у меня на пути.

— Тогда почему же ты этого не сделал? Почему противник остался жив?

Влад вскинул голову. Глаза гневно сверкнули.

— Он просто… везучий. И живучий, как таракан.

— Это не оправдание, — холодно отрезал голос. — Будь ты увереннее в себе, противник давно был бы мёртв. Но вместо этого он теперь знает твои приёмы. Знает, чего от тебя ждать. И что уж совсем недопустимо — ты позволил другому Магическому Воину вмешаться в ваш бой. Это он исцелил мальчишку.

— Ис… исцелил?!

— Да, у него очень редкий дар. Удивительно, что ты сразу этого не почувствовал. Пытаться сломать ему руку было пустой тратой времени. И я уже не говорю о том, что ты оставил в живых свидетеля. Обычного человека.

— Малявка из начальной школы… Я даже не обратил на него внимания.

— Это называется, «наследить». Когда-нибудь, весь мир будет у наших ног, но пока нам не стоит выходить из тени. Чем меньше людей о нас знает — тем лучше. Поэтому, ты вернёшься и доведёшь дело до конца. И на сей раз, уберёшь за собой весь мусор. Отправляйся.

— Да, дядя. Светлов не доживёт до рассвета. Клянусь.

***

Тими вздохнул. Прошло уже около сорока минут с того момента, как ушёл Жорж. Макс о чём-то разговаривал с дедушкой на кухне, а Тими сидел в комнате, возле окна, положив на подоконник руки и голову. Мысли, завладевшие им, были невесёлыми. Мальчик не знал, что его пугает больше: то, что Влад ещё вернётся, чтобы довести дело до конца, или то, как сам Макс относился ко всему этому.

«Он совершенно не боится за свою жизнь, — думал Тими. — Что это? Безалаберность? Или он настолько уверен в себе? Тогда почему бой закончился… так? Если бы не Жорж… Я даже представлять не хочу, что тогда было бы! И какова моя роль? Зачем мне были посланы предостерегающие сны? В них Влад убивает Макса, но при совершенно других обстоятельствах. Там Влад разговаривает так, будто знает Макса давно. Значит, им ещё предстоит сражаться, и не раз. Наверное, я должен рассказать Максу…»

— Тими, послушай, что я хочу тебе сказать.

Мальчик вздрогнул от неожиданности и повернул голову. В дверях комнаты стоял Макс. Лицо у него было слегка смущённое.

— Говори, — хорошо, как ему самому показалось, скрыв волнение, буркнул Тими.

— Я хотел извиниться.

— За что это? — совершенно искренне удивился мальчик.

— Я знаю, что ты очень сильно за меня волнуешься. Пожалуйста, не думай, что я настолько ветреный, и что мне плевать на твои чувства. Наоборот, я благодарен. Просто не привык. Обо мне никто и никогда не беспокоился. Ну, кроме родственников, разумеется.

Тими привстал со стула. Впервые с момента знакомства ему вдруг стали видны настоящие эмоции Макса. В добрых карих глазах были одиночество и печаль.

— То есть… ты хочешь сказать…

— У меня нет близких друзей, — грустно улыбнулся Макс. — Вернее, не было… до тебя. А ты не побоялся остаться со мной до конца боя. Для меня это очень важно.

В комнате повисла тишина. У Тими предательски запершило в горле и защипало в глазах.

«Вот оно что… Макс — это Макс, и он останется самим собой, что бы ни случилось. Пытаться повлиять на него и навязывать своё мнение — это неправильно. Да и кто я такой, чтобы делать это? Поддерживать его… быть рядом в трудной ситуации… Может, в этом моя роль?»

— Слушай, уже скоро двенадцать ночи. Тебя мама искать не будет?

— А? Что? — Тими тряхнул головой, приводя в порядок мысли. — Нее, я позвонил ей и сказал, что переночую у друга. Она не против.

— Похоже, она доверяет тебе, — Макс с наслаждением потянулся и улёгся на кровать, сложив руки за затылком. — Это хорошо.

— Ну да… Как твоя голова?

— Не болит. Я не знаю, что сделал Жорж, но чувствую я себя просто отлично.

— Он использовал магию, — тихо сказал Тими. — Я видел своими глазами. Он тоже… Магический Воин?

— Владеть магией ещё не значит быть Магическим Воином, — вмешался в разговор старческий голос. Константин Семёнович прошёл в комнату и опустился на стул возле окна, на котором ещё недавно сидел Тими. — Но то, что у него большой потенциал, очевидно. И для него это было ещё большей неожиданностью, чем для вас.

— Значит, мы встретимся, рано или поздно, — довольным голосом сказал Макс. — Время покажет.

«А ведь верно, у меня было видение и относительно Жоржа, — внезапно вспомнил Тими. — На фото в газете я видел фиолетовые искры вокруг него. И царапину на лице, которая вдруг исчезла. А сегодня он спасает Макса и делает так, что от сотрясения мозга, которое явно должно быть, после такого-то удара о землю, не остаётся и следа. Я не уверен, но это… очень похоже на целительский дар!»

— Макс, расскажи мне о Короле Магических Воинов, про которого говорил Влад. И о Турнире. Ради него ты приехал? Мы почти месяц знакомы, а ты ничего мне не рассказываешь.

В словах Тими прозвучал лёгкий упрёк. Старший товарищ переглянулся с дедушкой.

— Ну, я не рассказывал тебе не потому, что не доверял, просто сам мало чего знаю, — виновато почесал затылок Макс. — Есть великое событие, называемое Турниром Магических Воинов, проходит оно раз в сто лет, где лучшие и сильнейшие маги-воители сражаются за право стать Королём Магических Воинов. Когда, где и каковы правила — неизвестно так же, как и о самих организаторах.

— Тогда почему ты решил, что всё начнётся именно здесь, в Москве? — удивился Тими.

— Ну, это же столица моей страны, если и можно получить какие-то сведения, то только здесь, — без тени сомнения заявил Макс. — Время приближается. Это пока всё, что я знаю.

— М-да, негусто, — пробормотал Тими. Его охватили противоречивые чувства. С одной стороны, конечно же, восторг. Трудно вообще представить себе Турнир Магических Воинов в современном мире. Любой бы хотел на это взглянуть. Но с другой стороны… Это будет не онлайн-игра, где всё весело и эпично. Многие погибнут на пути к короне. Жизнь Макса постоянно будет в опасности. Выдержит ли Тими всё это?

— Получается, бой с Владом — это только цветочки… Да? Он ведь только из-за Турнира пытался тебя убить? Как он вообще о тебе узнал?

Макс пожал плечами.

— Надо спросить у него при следующей встрече.

— Чего?! — едва не подпрыгнул до потолка Тими. — Макс, завязывай уже!

— Почему?

— Да потому что он — зло!

— Зло? М-м-м, — Макс задумчиво потёр подбородок. — По каким критериям ты это определил?

— А-а… нууу… э-э… Он чуть не убил тебя!

— Ну и что? А вдруг, в его глазах, по какой-то причине, я — зло? Так замкнутый круг и получается. И беда большинства в том, что никто не пытается этот круг разорвать.

Тими тяжело вздохнул и беспомощно развёл руками.

— Я не знаю… Ты говоришь слишком уж сложные вещи. Наверное, я ещё мал, чтобы понять. Просто… держись от него подальше.

Снаружи донёсся едва различимый звук. Никто, кроме Константина Семёновича, сидевшего возле окна и слушавшего разговор мальчиков с немного печальным выражением лица, не обратил на него внимания.

— Я выйду, ребятки, — сказал он, медленно поднимаясь с места. — Кажется, дверь в сарай плохо закрыта.

***

Жорж закурил сигарету и привалился спиной к холодной кирпичной стене. Рядом с ним стоял его мотоцикл. Покинув дом на Виноградной улице, он почти час гонял по дорогам, словно пытаясь от чего-то уйти. Непреодолимое желание вернуться назад и задать вопросы, которые сводили его с ума, не покидало на протяжении всего пути. Жорж чувствовал, что в этот вечер невидимая нить протянулась между ним и гостеприимным домом №17. Как ни крути, все ответы остались там. И ещё, как бы ему ни хотелось этого признавать, он ощутил тепло и покой, когда находился там. Это было так похоже на… «лучшее место»!

«Чушь собачья, не об этом сейчас надо думать! — разозлился сам на себя Жорж. — Я видел, чем занимались эти мальчишки. И я сам… сделал это! Это была… была…»

Слово из пяти букв, начинающееся на «м» и заканчивающееся на «я», Жорж упорно не хотел произносить даже в своих мыслях. Он был реалистом. Ему многого пришлось натерпеться в этой жизни. И то, что только сейчас он вдруг обнаруживает в себе какие-то сверхъестественные возможности, его не удивляло, а бесило. Но и отрицать их наличие тоже было глупо. Ему не могло всё это привидеться. С пары бутылок пива таких глюков не бывает.

Жорж со злостью уставился на руки, словно они в чём-то были виноваты. Никакого тепла в ладонях и покалывания кончиков пальцев, которые появились, когда Жорж вернулся в парк, не было. Руки как руки! Большие, грубые и чуть шершавые ладони, ссадины на костяшках пальцев, оставшиеся после недавней драки… Ничего особенного.

«Какого чёрта меня вообще понесло туда?! — снова начал злиться Жорж. — И так проблем хватает!»

Та непередаваемая словами сцена опять возникла у него перед глазами. Он увидел двоих мальчишек. Макса и того, что чуть не сломал ему руку. Кажется, его Владом звали. У одного в руках был сияющий меч, у второго — огромный жезл. Жорж тогда так и замер. Шок буквально пригвоздил его к одному месту. А потом Макс получил от своего противника страшный удар и упал. Вот тогда-то и произошло то, чему Жорж не мог найти объяснения. Какая-то внутренняя сила, горячая… нет, даже обжигающая, буквально заставила его двинуться с места. Она словно заполнила всё тело, как сосуд, и выплеснулась наружу. Мощный поток энергии фиолетового цвета сорвался с его ладони и, приняв форму шара, врезался в Влада, как раз тогда, когда тот собрался, по всей видимости, добить поверженного оппонента. Мальчишка с жезлом издал жуткое рычание, но отступил. А дальше Жорж попросту подхватил Макса, который уже был без сознания, и вынес из парка. Его почему-то не волновало, что Влад может броситься в погоню, что его жезл — страшное и смертоносное оружие. Он должен был спасти Макса, во что бы то ни стало. Это напоминало чьё-то указание свыше. Сам, будучи в здравом уме, Жорж вряд ли сумел бы всё это провернуть.

Лидер «Грачей» поднял глаза к ночному небу.

— Какого чёрта происходит, а? — сам не зная у кого, спросил он вслух.

— Жорж? Это ты?

На грязный асфальт упала полоска света. Жорж только теперь обратил внимание, что стоит возле «Трёх тузов». Симпатичная девушка-брюнетка девятнадцати лет в короткой юбке и кофточке с глубоким вырезом, поверх которой был повязан фартук, приветливо улыбнулась ему.

— Почему не заходишь внутрь? Тебя долго не было, я уже начала волноваться, когда твои ребята приехали без тебя.

— Они что-то сказали? — безразлично спросил Жорж. Сейчас ему действительно было всё равно, узнают ли остальные члены банды, что их главаря уделал сопливый мальчишка.

— Нет, — покачала головой девушка. — А должны были?

Жорж ощутил укор совести. Толик, Миха и Генка — проверенные пацаны, они не будут болтать, как бабы. Нет причин в них сомневаться.

— Да нет, всё пучком, просто задержался.

Жорж выкинул сигарету. Анюта, младшая сестра Рваного, приблизилась к нему и ласково обняла за плечи.

— Не изводи себя. Мы все видим, какой ты напряжённый последние дни. Идём… я помогу тебе снять стресс.

Взгляд Жоржа потеплел. У него было много девушек, и Анюта это знала, но ни с кем ему не было так хорошо, как с ней.

— Почему бы и нет…

Рука скользнула по девичьей талии. Жорж шагнул к «Трём тузам», увлекая Анюту за собой. Плевать. Просто плевать на все вопросы и проблемы. Пусть пока они останутся за дверями его «лучшего места».

***

Аккуратно прикрыв за собой дверь, Константин Семёнович вышел из дома и прислушался. В саду стояла тишина. Раздался шелест — это подул ночной ветер. Листья и трава тревожно зашуршали, бутончики цветов вздрогнули. Дедушка Макса сделал глубокий вдох. Здесь, в своём любимом саду, где всё было создано его собственными руками, он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Но этой ночью пожилой человек всей душой ощущал присутствие чего-то очень злого и чужого. Казалось, им был пропитан весь воздух.

Из дома по-прежнему слышались голоса. Это Макс и Тими продолжали спорить. Константин Семёнович направился к калитке. На тёмной улице царила ещё большая тишина. Не доносилось ни единого звука, ни в одном из домов не горел свет. Виноградная улица словно затаилась в предчувствии чего-то нехорошего.

Вдруг мигнули и разом погасли уличные фонари. Словно по чьей-то безмолвной команде. Снова подул ветер, но на сей раз это был мощный порыв, заставивший дедушку Макса вздрогнуть.

— Не оборачивайся, старик, и слушай меня очень внимательно…

Принесённый ледяным ветром голос был тихий и зловещий. От него пробирали мурашки.

— Передай своему внуку, что я буду ждать его на том же месте, в три часа ночи. И лучше ему появиться. Иначе я убью всех, кто ему дорог: и тебя, и малявку, и жалкого заступника на мотоцикле… Пусть не разочарует меня.

Голос сопровождался звуком, похожим на цокот лошадиных копыт. Когда всё стихло, опять зажглись фонари, а в одном из соседних домов проснулся и жалобно заплакал ребёнок.

Константин Семёнович развернулся и пошёл обратно в дом. На лице его была печаль.

***

— Ну что там с сараем, дедушка? — спросил Макс, когда Константин Семёнович вернулся в комнату. — Проверил дверь?

— Да, дверь хорошо закрыта, — Старик пристально смотрел на внука. — Твой противник вернулся.

— Что? Влад?! — не дав Максу ответить, крикнул на всю комнату Тими. — Чего он опять хочет?! Он… знает, где ты живёшь?

— Хороший Магический Воин умеет собирать информацию и правильно её использовать, — Макс вздохнул и не без сожаления выбрался из-под одеяла. — А я только-только хотел завалиться спать… Полагаю, он будет ждать меня там же, да?

— В три часа ночи, — коротко сказал Константин Семёнович.

— Тогда стоит начать собираться.

— Постой… — от волнения Тими стало не хватать воздуха. — Ты что… пойдёшь?!

— А почему нет?

— Но… но…

— Жизнь Магического Воина — это вызов, — Голос Макса вдруг стал звучать по-другому. По-взрослому. — Тот, кто надеется затаиться и отсидеться в безопасном месте, недостоин права сражаться за корону воинов. Это мой первый серьёзный противник. На что я буду годен, если просто сбегу от него? И потом, — тон изменился, в нём появилась мягкость. — Если я не приду, то кто тогда спасёт Влада?

Макс уверенным шагом покинул комнату.

— Спа… спасёт?! — Тими схватился за голову. — Константин Семёнович, ну хоть вы…

— Не могу, — не дав ему даже договорить, возразил старик. — Следовать зову сердца — единственный путь к победе. Тот, кто идёт против себя, рано или поздно очень сильно пожалеет об этом. Мой внук справится со всеми трудностями. Я в этом не сомневаюсь.

Константин Семёнович тоже вышел, и растерянный Тими остался один.

«Похоже, я действительно чего-то не понимаю, — едва не плача от беспомощности, подумал мальчик. — Неужели, чтобы быть другом Магического Воина, нужно убить свои эмоции? Как я могу не волноваться за Макса?! Он ОПЯТЬ идёт туда, а я могу только паниковать и отговаривать. Наверное, я действительно плохой друг… Максу, поди ж, было б только легче, если бы за спиной никто не ныл!»

— Ну так что, ты со мной, или как?

Подавленный Тими поднял голову. Макс, успев за это время вернуться в комнату и одеться, теперь стоял перед мальчиком и с улыбкой протягивал ему руку.

«Ты не побоялся остаться со мной до конца боя. Для меня это очень важно, — вспомнились недавние слова старшего товарища. — Обо мне никто никогда не беспокоился…»

«Чем бы ни закончился этот бой, я его не брошу!»

— Да, — уверенно сказал Тими.

***

С момента предыдущего боя в парке ничего не изменилось, разве что только стало темнее. Днём спокойное и тихое, ночью это место напоминало мрачный лес. Всё небо затянули зловещие тучи, скрыв луну и звёзды.

Очередная вспышка молнии, озарив парк, заставила Тими поёжиться. Грянул оглушительный раскат грома.

— Не нравится мне это, Макс… Может, ну его, пошли домой, пока не поздно?

— Ни за что, — улыбнулся товарищ. — Да и поздно уже.

Часы показали три ночи.

— Значит, появился-таки, уже во второй раз, — насмешливо донеслось из темноты. — Зная, что тебя ждёт. Это действительно достойно уважения.

Тими охватила дрожь. Из глубины тёмной аллеи донёсся мерный цокот лошадиных копыт. Звук приближался. Мальчик несколько раз моргнул. Нет, он не ошибся. Молния вполне отчётливо осветила величественного иссиня-чёрного коня, на котором гордо восседал Влад. Узнать одноклассника Макса можно было с большим трудом. Его дорогой костюм и блестящие ботинки исчезли без следа. Теперь противник Макса был облачён в чёрное одеяние, а за спиной, подобно крыльям демона, развевалась накидка, скреплённая под подбородком золотой пряжкой.

Тими ещё раз, на всякий случай, потёр глаза, а Макс присвистнул.

— Ого. А ты умеешь удивить, дружище. Давно хочу свой собственный боевой костюм, да всё руки никак не доходят.

— А я хочу своего собственного оруженосца, но жизнь полна обломов, — в тон сопернику съязвил Влад.

Насмешливый взгляд остановился на Тими. Когда до мальчика дошло, что это он подразумевался под словом «оруженосец», весь страх вдруг улетучился. Он даже покраснел от возмущения.

— Я не оруженосец! Я друг!

— Ну-ну, — Влад брезгливо поморщился, словно при виде какого-то насекомого. — Слушай, Макс, а ты не мог бы одолжить мне своего «друга» на пару деньков? Я буду его кормить и заботиться о нём, честно!

— Я тебе не морская свинка, — достаточно громко буркнул Тими.

— Это да, на морскую свинку ты явно не тянешь, — задумчиво согласился Влад. Продолжая вальяжно сидеть в седле, он подпёр подбородок правой рукой. На указательном пальце поблёскивал массивный перстень, явно золотой, украшенный тёмно-синим камнем. — А вот для хомячка — в самый раз. Или, даже нет, таракана…

— Ну хватит! — резко перебил его Макс. Тими даже вздрогнул. Впервые он слышал, чтобы его товарищ говорил таким тоном. Макс шагнул вперёд, загораживая маленького друга. — Не нужно обижать Тими. Твой противник — я.

На самодовольном лице Влада появилась откровенная издёвка.

— Ой, что я слышу?! Мы злимся? Неужели, мне всё-таки удалось пошатнуть твоё равновесие? А я думал, это сложнее сделать. Ну конечно, только придурок может всё время улыбаться. Злость есть и в тебе, не так ли?

Тими осторожно отступил назад. Максу сейчас лучше было не мешать. Он сильно напрягся, его кулаки сжались.

«Неужели, я увижу… злого Макса?» — подумал мальчик и ощутил щемящую пустоту внутри. Он вдруг понял, что не хочет этого.

Плечи старшего товарища начали как-то странно подрагивать. Голова была опущена, а лицо — скрыто волосами, поэтому разглядеть истинные эмоции не представлялось возможным.

Влад нетерпеливо прищурил глаза.

— Не-а, — неожиданно выдал Макс и, резко подняв голову и отбросив волосы, рассмеялся. Чисто и абсолютно искренне.

— Что «не-а»? — аж опешил Влад, ожидавший, по-видимому, какой угодно реакции, но только не такой.

— Прости, что снова разочаровал тебя, но во мне нет злости, — простодушно развёл руками Макс. — Да, вот такой я.

Тими не смог сдержать облегчённого вздоха. В тот момент, когда прозвучал смех Макса, он ощутил себя самым счастливым человеком.

«Да, Влад унизил меня, и это неприятно, — думал мальчик. — Наверное, мне следовало бы желать того, чтобы Макс начал оскорблять обидчика или кинулся на него со своим мечом. Вступился за меня и отомстил, так сказать… Но тогда я бы в нём разочаровался. Это был бы уже не тот человек, которого я хотел бы видеть на месте лучшего друга, и всё, чего мы добились бы — это безобразная драка. Макс злился, действительно злился, и я видел это. Однако в последний момент он удивительным образом сумел обратить свою злость в смех, — Тими почувствовал приятное тепло от этих мыслей и улыбнулся. — Это и делает Макса особенным. Именно поэтому, в первый день нашего знакомства, даже толком не зная его, я без колебаний пошёл за ним. Такому, как Влад, ненавидящему весь мир, этого никогда не понять. Держу пари, он сейчас выбит из колеи и не знает, что ему делать…»

— Не говори ерунды! — словно подтверждая мысли мальчика, яростно рявкнул Влад. Только очень внимательный и наблюдательный человек смог бы в этот момент заметить в его глазах растерянность, словно у загнанного зверя, который упорно нападает, а его в ответ пытаются обнять. — Ты допустишь, чтобы твоего друга сравнивали с грязью, и даже ничего не предпримешь?!

— Ну, я думаю, Тими и так знает, что я никогда и никому не позволю его обидеть, — спокойно парировал Макс, заручившись утвердительным кивком своего маленького друга. — Это всего лишь слова, пусть злые и обидные. Никто от них не умер. Так с чего бы мне уподобляться тебе или, что ещё хуже, бросаться на тебя с оружием?

Влад медленно спрыгнул с лошади. В тишине стало слышно, как скрипнули зубы. Теперь в каждом его движении была не угроза, а, скорее, какая-то безысходность перед неизбежным. Так или иначе, но Тими вдруг поймал себя на том, что больше не боится этого человека. Совершенно не боится.

— Ты… Ты ещё хуже и лицемернее, чем мне про тебя рассказывали! Меня предупреждали, что ты — мастер скрывать истинные эмоции, что это у тебя — наследственное, но я и не предполагал, чтоб настолько… О чём ты сейчас думаешь на самом деле?! Отвечай!

Тими растерянно посмотрел на товарища.

— Не скажу, — лишь улыбнулся тот. — Только те, кто входят в число моих друзей, могут знать об этом. Ты тоже можешь стать моим другом, если хочешь.

Макс шагнул вперёд с протянутой рукой. Влад резко отпрянул назад и выставил перед собой жезл. Тими готов был поклясться, что заметил на его перекошенном лице испуг.

— Мне не нужен такой друг.

— Очень жаль, — вздохнул Макс. — Тогда нам действительно не остаётся ничего другого, кроме как сразиться. Однако… Ты пытался манипулировать мной, обидев Тими и вызвав тем самым мой гнев, поэтому правила следующего раунда буду устанавливать я. Полагаю, так будет честно, — Задумчивое выражение лица вдруг стало задорным и хитрым. — Я выбираю… игру в прятки!

Не дав ошеломленному противнику вставить и слова, Макс проворно сорвался с места и скрылся в густых зарослях.

— Ищи меня, — весело крикнул он напоследок. — Найдёшь — ты победил.

***

Снова ударил гром. Вспышка молнии озарила искажённое злостью лицо Влада. Он медленно шёл по парковой дорожке среди деревьев. Его чуткий слух улавливал малейший шорох, его натренированное зрение видело в темноте подобно кошачьему. Пальцы с чудовищной силой сжимали жезл. Его хозяин был готов нанести удар в любую секунду. Он напоминал оголённый нерв.

— Ну где же ты, Светлов? Я думал, что ты смелый. Так выйди и сразись со мной!

— Сначала найди меня!

Весёлый голос Макса вызвал у Влада новый приступ неконтролируемого бешенства.

— Заканчивай уже этот детский сад!

— Тебе что, не нравится? Найдёшь меня — поменяемся местами!

— Да ты просто трус! Ты ещё более ничтожен, чем я думал. Трус, лицемер и подхалим! Выходи, сейчас же! И сражайся, как настоящий Магический Воин! Я приказываю тебе!

Сзади прозвучал смешок. Влад крутанулся и нанёс точный смертельный удар. Как оказалось, мимо.

— На свете есть только один человек, который может мне приказывать… К нашему счастью, она сейчас далеко отсюда.

Обозлённый Влад не смог сдержать саркастического смеха.

— Она?! Девчонка, что ли?

— Ага, и она — нечто. Могу рассказать, если хо…

Влад резко развернулся и ударил туда, откуда звучал голос противника, однако попал лишь в ствол дерева. Оно жалобно скрипнуло, но устояло.

— Ты действительно возомнил, что мне это может быть интересно? Слушать про тебя и какую-то девчонку?!

— Почему бы и нет? — донеслось откуда-то справа. Через линию кустов прокатился шелест. Влад победно улыбнулся. — Все друзья так делают.

— Мы — не друзья, и никогда ими не станем! Я же тебе уже сказал! Я ненавижу тебя!

— Почему? Откуда в тебе столько злости? Ты говорил, что тебе рассказывали про меня и даже предупреждали… Что я такого сделал?

Макс, осторожно выглянувший из-за толстого ствола дуба, завертел головой. Он больше нигде не видел Влада. Вокруг воцарилась зловещая тишина. Даже листья на деревьях замерли и больше не шелестели.

— Влад? Дружище?

— Не называй меня так!

Вспышка молнии на короткий миг осветила зловещую фигуру позади Макса. Она возникла совершенно бесшумно, подобно тени. Удар огромной силы повалил успевшего развернуться лицом Макса спиной на землю. Он попытался подняться, но грудь тут же придавила нога Влада.

— Вот… Теперь всё так, как и должно быть, — удовлетворённо прозвучал голос сверху.

— Вау, ты сумел-таки отыскать меня в такой темноте! Ты действительно молодец, — совершенно искренне восхитился Макс.

Влад холодно хмыкнул.

— Я вырос в темноте. Для меня это было как раз плюнуть.

— Как любопытно… У вас были проблемы с электричеством? Поэтому ты…

— Тц-цц… Ты когда-нибудь замолчишь или нет? От твоей болтовни голова болит. Как же мне заткнуть тебя? Может, так… — Нога переместилась с груди Макса на горло. — Ты понимаешь, что стоит мне надавить посильнее, и… Так что заканчивай разговаривать со мной. Я тебе всё равно не верю.

— Не веришь, потому что кто-то тебе это внушил, — спокойно продолжил Макс, глядя противнику прямо в глаза. — Кто отдаёт тебе приказы, Влад?

В ответ послышался слабый стон. Влад чуть пошатнулся и схватился за голову. Он чувствовал, как испаряется его уверенность. И это было неправильно. Так не должно было случиться! Не сейчас, когда его нога уже стоит на противнике, когда он почти победил… Его просто сбивают с толку.

— Никто мне не…

— Кто, Влад? — твёрдо повторил Макс.

— Замолчиии! Я же велел не говорить со мной! Перестань делать вид, что тебе есть какое-то дело до меня! Ты сейчас скажешь всё, лишь бы запутать меня. Я ненавижу, когда мне лгут!

— Ты лжёшь сам себе.

Яркая вспышка света ударила прямо по глазам Влада. Тот вскрикнул от боли и отшатнулся далеко назад.

— Что… Что это?! Я ничего не вижу! Ты не мог…

— Так вот оно, твоё слабое место, — спокойно прозвучал голос Макса.

Влад с трудом приоткрыл глаза, но свет всё ещё был слишком губителен для его привыкшего к темноте зрения, и ему пришлось закрыть их ладонью. Сквозь пальцы он разглядел Призрачный Меч, свободно паривший в воздухе. Макс, уже успев подняться с земли, протянул руку, и магическое оружие плавно опустилось рукоятью на его ладонь.

— Твой меч… атаковал меня сам по себе?! Это невозможно… — слабо произнёс Влад, шаг за шагом отступая назад.

— Никогда так не говори. Для нас, Магических Воинов, нет ничего невозможного. Есть то, что находится за пределами нашего воображения. Но у каждого оно — разное. Мы верим в разные вещи, Влад. Сейчас я сильнее тебя.

— Проклятье…

Новая вспышка вынудила Влада опуститься на колени. Обе руки отчаянно закрывали лицо. Оно словно горело.

— Но только сейчас, — по-прежнему невозмутимо доносился голос Макса.

Жезл противника, ставший казаться тусклым и совершенно безвредным, покатился к его ногам. Макс не сделал ни единого движения.

— Влад… — с неподдельным состраданием продолжил говорить он. — Я оттягивал этот момент, как был способен, хотя с самого начала мог бы сразить тебя одним ударом, как и обещал. Ты не можешь быть моим противником… сегодня.

— Так добивай, — бессильно прошипел Влад. — Потому что иначе я всё равно убью тебя. Не знаю, где и когда, но убью. Клянусь.

— Тогда я подожду, — улыбнулся Макс. — Я хочу сразиться с настоящим тобой.

— Что ты несёшь…

Свет усиливался. Вокруг стало светло, как днём. Призрачный Меч сиял в вытянутой руке Макса подобно солнцу.

— Будь ты проклят… — из последних сил прошептал Влад и вдруг прокричал во весь голос: — НЕНАВИЖУУ!!!!!!!

***

Тими увидел яркую вспышку света и бросился на поиски друга. Много времени это не заняло. Ещё издали он разглядел фигуру Макса, озаряемую Призрачным Мечом.

— Вот ты где, — мальчик затормозил и несколько секунд потратил на то, чтобы отдышаться, после чего завертел головой. — А-а… а где…

— Его нет, — тихо ответил Макс. Он присел на корточки, чтобы повнимательнее осмотреть место, где ещё пару минут тому назад находился его враг. Теперь там было пусто. — Он исчез.

— Исчез? — недоумённо вскинул брови Тими. — Подожди… как? Это ведь значит, что ты победил? И мы его больше никогда не увидим?

Макс покачал головой.

— Скорее, это была психологическая победа. Он… сомневался. Поэтому я оказался сильнее. Но это не значит, что то же самое будет и завтра. Я вообще не считаю это победой, — в голосе просквозила неприкрытая печаль. — Влад в этом бою не был самим собой. В своём нынешнем состоянии я бы вряд ли смог победить его настоящего. Он физически сильнее меня и гораздо опытнее. Я почувствовал это, и не один раз.

У Тими всё сжалось внутри.

— Значит… дела наши плохи, да? Но ведь его здесь нет, а ты — есть. Ты всё-таки победил.

— Он выдал своё слабое место. Другой противник может не преподнести мне этого на блюдечке. Я должен… тренироваться. И встретиться с Владом ещё раз. С ним что-то не так. Он ненавидит меня всей душой. И очень сильно от этого страдает. Я видел его боль своими глаза и хочу… понять его. Но для этого мне надо стать сильнее, чем я есть сейчас.

Макс отвернулся и медленно пошёл к выходу из парка. Тими молча последовал за ним. Он мало чего понял и хотел задать ещё очень много вопросов, но решил, что Макс сам поделится с ним, когда захочет. Когда-нибудь…

Глава 4. Королевская жена

Было около восьми часов утра, когда на Виноградной улице появилась она — девушка лет шестнадцати с серьёзными, как у взрослой женщины, глазами. Она была симпатична. Даже красива. Короткие волосы соломенного оттенка обрамляли самоуверенное лицо с плотно сжатыми губами и дерзко вздёрнутым носом. Глаза, тёмно-синие, напоминали два глубоких омута. Казалось, заглянешь в них — и тебя затянет в другой мир, где запредельное становится явным. Для этих глаз словно не существовало преград. Они видели насквозь всё, вплоть до людских душ.

Одета девушка была в короткое чёрное платье. На шее, в такт шагам, еле слышно позвякивали старомодные бусы из крупных камней цвета бирюзы. Из вещей имелся лишь маленький кожаный рюкзачок за спиной.

Незнакомка медленно шагала по улице, внимательно разглядывая номера домов и щурясь от яркого утреннего солнца, а за ней по пятам следовала кошка с лоснящейся чёрной шёрсткой.

Наконец, поиски увенчались успехом. Девушка остановилась возле дома №17, провела рукой по закрытой калитке и чему-то улыбнулась.

— Ну, вот я и пришла к тебе, Макс, — тихо проговорила она. — Надеюсь, ты готов.

***

Этим утром Макс вскочил с постели, будто его кипятком ошпарили, и бросился одеваться, не сразу сообразив, что сегодня суббота, и, следовательно, в школу идти не надо.

— Отбой, — с невероятным облегчением выдохнул он и рухнул обратно на кровать. Собственно, ему и спать-то этой ночью не довелось. Было около пяти утра, когда он заявился домой после боя с Владом, а сейчас — начало девятого.

— Всё, я заслужил здоровый и крепкий сон. До обеда меня нет, даже если по мою душу сам Сатана заявится…

Макс натянул одеяло до ушей и закрыл глаза, готовясь снова погрузиться в царство Морфея, и когда это почти случилось, в тишине ласково прозвучало:

— Осторожнее с желаниями, мой дорогой...

Блаженная дремота, успевшая окутать усталое тело Макса, испуганно отпрянула. Мирно лежавший на коврике перед кроватью хозяина Счастливчик от греха подальше ретировался в угол. Даже чириканье птичек на подоконнике распахнутого настежь окна вдруг резко стихло.

Уже второй раз за утро Макс вскочил с постели, как ошпаренный. Бедолагу аж пот прошиб. Расширившиеся глаза, не моргая, уставились на дверной проём. А там…

***

Тими спал в соседней комнате. Несмотря на сумасшедшую ночку с постоянными волнениями и переживаниями за Макса, мальчику сейчас снился хороший и приятный сон. Он был в саду Константина Семёновича, сидел с учебником на коленках под своей любимой яблоней. В реальности, приходя к Максу в гости, Тими частенько выбирал это место. Оно подходило как для отдыха, так и для подготовки к занятиям, навевая покой и умиротворение. Иногда Макс составлял ему компанию и садился рядом. В такие моменты они обычно ни о чём не разговаривали. Но при этом находились на одной волне и понимали друг друга без слов.

В этом сне Макса не было. Щурясь от солнышка, Тими поднял голову и среди изумрудной листвы увидел одинокое яблоко. Тёплый ветерок слегка покачивал его. Мальчику почему-то стало грустно. Захотелось поговорить с лучшим другом.

В доме царили непривычные тишина и сумрак. Тими неуверенно поскрёбся в дверь комнаты Макса и, не получив ответа, решился войти. Старший товарищ стоял у окна, спиной к двери.

— Макс, ты чего тут один? — ощутив смутную тревогу, спросил Тими. — Сегодня такая чудесная погода… Может, сходим в кино?

Друг как-то странно покачнулся.

— Нет, не могу.

— Почему? — совершенно искренне удивился Тими. — Сегодня же суббота, можно отдыхать.

Макс медленно повернулся и зачем-то снял с себя футболку. Тими, испуганно охнув, зажал рот руками. На теле друга живого места не было. Его сплошь покрывали синяки и шрамы.

— Я — Магический Воин, Тими, и у меня нет времени на развлечения, — обречённо прозвучал голос Макса. — Не будет больше веселья, кино, пиццы… Я должен тренироваться, чтобы стать сильнее.

— Но не до такой же степени! — возмутился Тими. Его душили одновременно и гнев, и сострадание. — Зачем так изводить себя?!

— Потому что это — не твоя любимая онлайн-игра. И ещё… — Макс быстро огляделся по сторонам и приложил палец к губам. — Говори тише, пожалуйста! Иначе она услышит…

— Она? Кто «она», Макс?! — проигнорировав предупреждение товарища, громко крикнул Тими.

Сон резко оборвался. Несколько минут мальчик лежал в тишине, глядя в потолок. На него навалилась странная тяжесть. Будто что-то приближалось с каждой секундой.

— Ты?! — донёсся из смежной комнаты голос Макса.

У Тими бешено заколотилось сердце. Он отчётливо услышал, как кто-то вошёл в комнату старшего товарища.

— Что за тон? — гневно прозвучал новый голос. — Это вот так ты меня приветствуешь?! Грубиян!

Хлёсткий звук Тими услышал даже сквозь дверь. Мальчик вскочил и резко распахнул её.

Макс стоял в нескольких шагах от своей кровати, схватившись за щёку. Лицо было растерянное, как у пятилетнего ребенка. Тими сразу понял, что именно за звук он услышал. Пощёчина, и весьма нехилая. Щека Макса сильно покраснела и теперь распухала прямо на глазах.

Напротив замерла девушка. Казалось бы, обычная и совершенно не опасная. Одета в короткое чёрное платье. Услышав звук открывшейся двери, она быстро повернула голову, и Тими остановился, как вкопанный, боясь шевельнуться. Взгляд тёмно-синих глаз… Не угрожающий, как можно было бы ожидать. Серьёзный. Властный. Подчиняющий себе. У подростка не могло быть подобного взгляда.

— А ты ещё кто? — спросила девушка таким голосом, что Тими в одну секунду ощутил себя лишним. Не только в этой комнате. Вообще, лишним.

— Я… я, это… нууу… — забормотал мальчик.

— Очень содержательно, — девушка снова сосредоточила своё внимание на Максе. Взгляд скользнул по майке и трусам. Очевидно, у бедолаги не было возможности одеться, ранняя гостья застала его врасплох. — Долго ты ещё собираешься стоять передо мной в таком виде?

Макс, словно только сейчас заметив, во что он одет, спохватился и потянулся за штанами и футболкой на кресле. Гостья деликатно отвернулась и принялась осматривать комнату. Неизвестно, о чём она в этот момент думала.

— Вы… родственница Макса? — сумев побороть первоначальное оцепенение, как можно дружелюбнее спросил Тими.

Девушка не сразу ответила на его вопрос. Могло показаться, что она его вообще не услышала. Тими уже собрался повторить, когда та, наконец, соизволила ответить:

— Нет, я жена. Жена будущего Короля Магических Воинов. Поэтому не советую перечить мне. Это понятно?

— Э… да, — только и смог выдать Тими.

— Тогда принеси воды. У меня в горле пересохло.

***

Тими машинально взял графин и принялся наполнять водой стакан. Даже здесь, на кухне, за стеной, ему казалось, что тёмно-синие глаза контролируют каждое его движение. И не только движение. Каждую мысль.

«Эта девчонка… Кто она такая?! — Тими на всякий случай огляделся по сторонам и испустил вздох. — Почему это я должен выполнять её приказы? Она назвала себя женой? Чьёй женой?! Не может же быть, чтоб…»

Сзади послышались осторожные шаги, и Тими, вздрогнув, едва не уронил графин. К счастью, это был всего лишь Макс.

— Извини за эту неловкую ситуацию, дружище, — смущённо пробормотал он. — Я не ждал появления Анны так рано.

— Рано — это с утра пораньше? — попытался разрядить обстановку шуткой Тими.

— Нет, время суток тут ни при чём. Анна собирается сделать из меня Короля Магических Воинов. Но Турнир ещё не начался. О нём даже ничего неизвестно. Нет гарантии, что он вообще состоится в этом году.

— Но тогда… Стоп! — Тими от волнения едва не расплескал всю воду. — Она назвала себя женой будущего Короля Магических Воинов, но если она хочет сделать королем тебя, получается…

Макс с обречённым выражением лица кивнул.

— Да, ты правильно понял. Она — моя жена.

Тими едва не полетел мимо стула.

— Чтооо?! Как? — глаза мальчика стали размером с блюдца. Они глядели на Макса, как на психа. — Ты ещё не закончил девять классов, а уже — женат?!

Макс нервно улыбнулся.

— Ну, официально — нет, конечно. Хотя там, откуда пришла Анна, это не запрещено.

— А откуда она пришла?!

— Кто-нибудь из мужчин в этом доме уже принесёт, наконец, мне стакан воды?! — требовательно донеслось из комнаты Макса.

— Конечно, дай нам ещё одну минуту, — Макс посмотрел на Тими. Таким серьёзным мальчик не видел его еще ни разу. — Идём. Пообещай, что не будешь задавать много лишних вопросов. Я всё тебе объясню. Но немного позже.

***

— Так, — медленно проговорила новоявленная «жена» по имени Анна. Напоминала она в этот момент, по меньшей мере, полковника перед шеренгой желторотых новобранцев. Правда, «новобранцев» было всего двое. — Поскольку я задержусь тут надолго, сразу озвучу ряд правил. Правило первое: никаких собак в доме.

Счастливчик, робко заглянувший в комнату, запрокинул голову и испустил отчаянный вой, от которого Тими пробрали мурашки.

— Я не давала тебе слова, — даже не повернувшись, холодно отрезала Анна.

Пёс прижал уши и лёг. Передние лапы обречённо закрыли нос.

— Но… — Макс тяжело вздохнул. — Послушай, Анна, я не собираюсь выгонять Счастливчика, что бы ты ни сделала. И это не обсуждается.

— Я разве заставляю тебя выгонять его? Он будет жить в саду. Если так любишь его, построишь ему будку.

— Ох…

— Как видишь, со мной кошка.

— Счастливчик воспитанный. Он умеет быть вежливым с кошками.

— Не смеши меня. В доме, где живут кошка с собакой, никогда не будет порядка. Это природа. Кошка — в доме, собака — на улице. Вопрос закрыт.

Четвероногий друг испустил горестный вздох.

— Прости, дружище, — грустно улыбнулся Макс. — Я сделаю для тебя самую лучшую конуру. Тебе будет там хорошо. Обещаю.

— Похоже, кто-то тут просто не любит собак. Дело не в природе, — не выдержав, буркнул Тими. В голосе была неприязнь.

— Я люблю всех животных, — спокойно сказала Анна. — Больших и маленьких. Пушистых и лысых. Кстати, Макс, как у твоего пса обстоят дела с нюхом? Он может чуять враждебную энергию?

— Да, его хорошо тренировали.

— Значит, ему тем более надо жить снаружи. Там он быстрее почует врага. Турнир скоро начнётся. Любой может напасть на тебя с целью устранить, как вероятного конкурента.

Тими украдкой покрутил пальцем у виска.

«Да у тебя ещё и паранойя», — съязвил он про себя.

— Не советую тебе так думать, коротышка, я умею читать мысли, — холодно возразила Анна. Тими, хоть он ничего вслух и не говорил, прикусил язык. — Правило второе: никаких глупых и бесполезных дружков.

Повисла тишина. Когда до Тими дошло, что речь идет о нём, внутри у него словно что-то взорвалось.

— Чего? Чего?! — крикнул он во весь голос. От необъяснимого иррационального страха, который ему внушала невеста Макса, не осталось и следа. — Мне плевать, что ты, якобы, умеешь читать мысли, пусть даже это правда, но… Кто дал тебе право оскорблять меня?!

— Ты бесполезен для Макса, — пожала плечами Анна.

— Между прочим, я его иногда даже учиться заставляю, вот!

— Похвально, но средняя школа нас сейчас мало интересует. Если хочешь быть полезным, я выдам тебе список обязанностей по дому.

— Ага, так тебе прислуга нужна…

— Или так, или больше сюда не приходишь. Вопрос закрыт.

— Анна, а ты не слишком… — начал было Макс, но любимая жёнушка не дала ему больше и слова вставить.

— Теперь поговорим о тебе. Иди и посмотри на себя в зеркало. Что ты там видишь? Правильно. Худющий, ленивый, несобранный, бесцельно проводящий время человек. Просто ходячее бедствие. Так не пойдёт. Будешь тренироваться днём и ночью. Я разработала для тебя специальный тренировочный комплекс упражнений. Приведу тебя в нужную форму уже через месяц. Как твоя будущая жена, я не могу допустить, чтобы ты осрамил всех нас на Турнире.

Макс, придавленный тяжестью обвинений, издал стон.

— Господиии… Турнир ещё не скоро! И у меня свой собственный путь к совершенству. Так что, прости, но в указаниях я не нуждаюсь.

— Ага, видела я твой путь, — презрительно фыркнула Анна. — Сегодня ночью.

Карие глаза Макса изумлённо расширились.

— Ты… видела мой бой с Владом?

— Ну, лично не присутствовала. Друзья рассказали.

— Это… те, о ком я подумал?

— Да. Так что я знаю о тебе всё. А теперь давай разберём, чем ты занимался. Вместо того, чтобы силой раз и навсегда проучить врага, который, между прочим, на полном серьёзе намеревался тебя убить, ты зачем-то бегал от него, пытаясь вывести на откровенный разговор. В итоге, он теперь ненавидит тебя ещё больше.

— Я не считаю, что мои старания были напрасными, — твёрдо возразил Макс.

— Тебе повезло, что противник дал слабину. А ведь мог и убить. Рисковать надо ради близких людей, а ты пытаешься помочь первому встречному.

— У меня своя мотивация, — Макс грустно улыбнулся. — Я думал, что уж ты-то точно поймёшь.

Анна на секунду осеклась. Впервые Тими увидел, что она не знает, что сказать. В синих глазах отразились странные чувства. Они были похожи на вину и печаль. Но уже в следующий момент в них опять появился холод.

— Значит, теперь у тебя будет другая мотивация. Ты уберёшь всех, кто стоит у тебя на пути, и станешь Королем Магических Воинов, чтобы обеспечить мне достойное будущее, как обещал. Или обещания уже ничего для тебя не значат?

— Ну конечно, значат, — мягко сказал Макс.

— В таком случае, будешь делать то, что я говорю. Я не позволю тебе умереть просто так, ни за что. У тебя есть я, есть дед, есть семья… Это о нас ты должен думать в первую очередь, — Анна отвернулась и подошла к открытому окну. Лёгкий ветерок всколыхнул её волосы. — Турнир скоро начнётся, — голос Анна стал пророческим. — Здесь, в столице, уже собираются сильнейшие воины и маги. Я слышу их души, я чувствую их стремления… Потому что я — медиум.

— Кто-кто? — не выдержав, спросил Тими и тут же испуганно закрыл рот обеими руками.

— Медиум, — повторил вместо Анны Макс. — Заклинательница духов. Её устами могут говорить мертвые. Она способна не только призвать или изгнать того, кто уже умер, но и подчинить его себе. Сделать своим слугой. Или защитником.

— Там, откуда я пришла, меня называли Принцессой Мёртвых, — чуть повернув голову, сказала Анна. — Меня боялись многие… Теперь я здесь, чтобы не позволить Максу упустить свой шанс в этой жизни. Поэтому он будет делать то, что я скажу. У него нет выбора.

***

Влад вышел из ванной комнаты, вытирая мокрую голову полотенцем. Капли воды с волос медленно стекали по лицу и шее. Не хотелось ни о чём думать, им овладела апатия. Замкнуться, отгородиться от мира, уйти в себя — единственная возможность не сойти с ума. Просто отключиться и думать о чём-то нейтральном, не вызывающем злости. Не пытаться анализировать свой позорный проигрыш, последовавший после того, как все преимущества были на его стороне. Он был сильнее, он был быстрее, он был опытнее… Но всё равно проиграл. Влад не понимал, почему. И это делало его слабым и уязвимым. А быть слабым и уязвимым в семье Войцеховских недопустимо.

— Что, пытаешься смыть горечь поражения, братец? — нарушил привычную в особняке тишину мелодичный, чуть насмешливый голос.

Влад поморщился. Меньше всего ему сейчас хотелось видеть старшую сестру Анжелику, а уж обсуждать с ней свои неудачи, что, наверняка, будет сопровождаться бесконечными репликами и нотациями — тем более. Ей недавно исполнился двадцать один год, и она, будучи взрослой, считала, что у неё есть право опекать младшего брата, брать на себя его проблемы и, вообще, носиться с ним, как курица с яйцом.

— Ты лезешь не в своё дело, Лика. Тебя это не касается. Просто оставь меня в покое и иди, куда собиралась.

Послышался стук каблуков. Но не удаляющийся, а приближающийся. Влад не поворачивался. Он терпеливо ждал, пока сестре надоест приставать к нему. А она всё не уходила.

— Всё такой же несносный характер… Упрямый. Для достижения цели упрямство необходимо, но то, что ты всё держишь в себе — это плохо. У тебя есть семья. У тебя есть я. Мы всегда тебя поддержим.

Влад горько усмехнулся. То, что несколькими часами ранее сказал ему дядя, не было похоже на семейную поддержку.

— Я знаю, он недоволен тобой, — без труда прочитала его мысли Лика. — Он сильно давит на тебя в последнее время. Это потому, что Турнир приближается. Все надежды возложены на тебя. Я уверена, ты станешь королём и вернёшь честь нашей семье. Но талантливый правитель должен уметь манипулировать окружающими для достижения своих интересов. Поэтому я здесь.

— Забудь, — холодно отрезал Влад. — Я всего добьюсь сам. Мне не нужна помощь.

— Ошибаешься. Мудрый правитель ценит свою силу, но и не отказывается от поддержки, потому что достичь всего одному - невозможно, — Лика приблизилась к брату сзади и ласково приобняла его за плечи. — Ты станешь Королём Магических Воинов, я уверена, а пока ты готовишься к этому и набираешься сил, позволь мне решить хотя бы одну твою проблему, — Красивые глаза девушки недобро сверкнули. — Я убью того, кто осмелился лезть к тебе в душу — твоего ненавистного врага, Максима Светлова!

***

Следующие два дня стали для Тими самым настоящим адом. Ультимативное заявление Анны «или я выдам тебе список обязанностей по дому, или больше сюда не приходишь» вступило в силу сразу после утреннего разговора и обещания, что теперь она тут всё будет контролировать. Сходить в магазин и притащить оттуда энное число килограммов овощей (потому что будущая королева решила, что отныне в доме будет только полезная и здоровая пища) было лишь началом, и не таким уж невыполнимым. Тяжело, конечно, но на что не пойдёшь ради встреч с лучшим другом. Продавцы в магазине даже посочувствовали Тими и грешным делом обругали бессовестных родителей, заставивших своего ребенка таскать такие тяжести. Знали бы они, что Тими пошёл на это добровольно…

Дальше — хуже. Целое воскресенье ему пришлось драить полы, мыть и без того чистую посуду, только потому, что Анне привиделось какое-то пятнышко на блюдце (которое, кстати, оказалось частью узора), до блеска протирать стекла, поливать цветы и ещё много, много всего… Тими и раньше убирался по дому, когда мама подолгу задерживалась на работе, но это было уже слишком. И всё бы ничего, если бы невыносимая «жёнушка» Макса не придиралась по каждому поводу. Тими слишком поздно понял, что угодить ей просто невозможно. Он честно продержался до конца этого адского воскресенья и дома еле дополз до кровати, уже всерьёз задумываясь, а стоит ли оно того… Есть куча мест, где можно общаться с Максом, не обязательно на Виноградной улице. Это не значит, что их дружба прекратится. В конце концов, кто эта Анна такая, чтобы решать, с кем Максу дружить, а с кем — нет?

В понедельник старший товарищ не пришёл в школу. Обеспокоенный Тими, за весь день так и не встретив друга в школьных коридорах и не сумев до него дозвониться, поговорил с классной руководительницей. Оказалось, что Максим Светлов заболел и объявится теперь только после каникул.

«О чём они там вообще думают? — недоумевал мальчик, направляясь после занятий к Максу домой. — Последняя неделя перед каникулами, у него куча «хвостов»! А вдруг… — Тими бросило в дрожь. — Вдруг эта ненормальная девица заперла Макса дома и посадила на цепь?! А что, с неё станется, она точно не в себе!»

Дома Макса не оказалось. На все вопросы Тими Анна коротко ответила «он тренируется, у него нет времени» и велела идти выполнять очередное поручение, если, конечно, он хочет вечером увидеться с Максом. Тими, стиснув зубы, уже приготовился взяться за дело, но когда он увидел, что именно для него сегодня «приготовила» Анна, терпение лопнуло. В прямом смысле этого слова.

— Я не буду стирать нижнее бельё! — дрожа от негодования, объявил мальчик.

Анна хлебнула кофе и поставила чашку возле глянцевого журнала, который в этот момент преспокойно читала.

— Я тебя здесь не держу, свободен, — невозмутимо прозвучал её голос.

— Всякому унижению есть предел! Почему ты такая? Почему тебе нравится издеваться надо мной?!

— Издеваться? — хмыкнула девушка. — Я ещё даже и не начинала.

— Я просто хочу дружить с Максом!

— Увы, но «просто» не получится. Максу не до игр с тобой.

— А, ну конечно… Он же должен из кожи вон лезть, наплевав на себя и свои интересы, лишь бы тебе потом вольготно жилось в роли жены Короля Магических Воинов. Я думал, ты особенная… но ты просто корыстолюбивая эгоистка!

— Всё сказал? — невозмутимо осведомилась Анна.

— Я ухожу, как ты и хотела. Надеюсь, ты не замучаешь Макса окончательно, и я увижу его после каникул, — Тими стойко выдержал пристальный взгляд Анны и твёрдо произнёс: — Я не буду твоим мальчиком на побегушках, если некогда самой стирать и убираться — найми прислугу. А Макс всё равно останется моим другом, хочешь ты того или нет.

***

Сказано — сделано. До конца учебной недели Тими не сделал ни единой попытки сунуться на Виноградную улицу. С Максом связаться он всё же пытался, но его сотовый просто был выключен.

«Не удивлюсь, если эта гарпия отобрала у него телефон, — горестно размышлял по вечерам Тими. — Эх, Макс, Макс… Чего ты с ней церемонишься? Или… Ты считаешь, что она права, и дружба со мной действительно мешает твоим тренировкам? Хоть бы разок звякнул, сказал, что всё в порядке… Я же волнуюсь! Друзья мы или нет?»

« Я — Магический Воин, Тими, и у меня нет времени на развлечения», — печальным набатом звучал в голове голос Макса из сна. Сразу вспоминались синяки и шрамы на его теле. При мыслях о них сердце Тими сжималось. Может, он действительно не осознавал до конца, что значит — быть Магическим Воином? Что это за тренировки такие, которые важнее школы?

Наступили осенние каникулы. От Макса по-прежнему не было вестей. Тими гулял с друзьями, читал книжки и продолжал играть в онлайн-игру. Впервые он не наслаждался каникулами, а желал, чтобы они поскорее закончились. Тогда он пойдет в школу. И там увидит Макса. Если, конечно, Анна не затренировала его до смерти.

Тими также долго размышлял над тем, почему Макс вообще решил связать свою судьбу с таким человеком, как Анна. Они… совершенно не похожи друг на друга. Макс — добрый, мягкий и слегка безалаберный, Анна — властная, надменная, привыкла всё держать под контролем.

«Хоть ты и обещал всё мне объяснить, но так ничего и не объяснил, — не без доли обиды думал Тими. — Может… это ваши родители так решили? Ну конечно! Как в средние века, когда невеста с женихом могли быть обручены чуть ли не с рождения. Детям просто не оставляли выбора. Блин… как же это ужасно! Бедный Макс…»

И таким образом мальчик мог часами напролёт мучить себя различными догадками и предположениями, но факт оставался фактом — он ничего не узнает, пока не увидится с Максом.

Наконец, настал первый учебный день. Даже мама заметила, как сильно Тими возбуждён.

— Первый раз вижу, чтобы ты так рвался в школу, — удивилась она, поправляя сбившийся капюшон на куртке сына.

— Не терпится встретиться с одним школьным другом, он уезжал на все каникулы, — почти не соврал Тими и от души чмокнул маму в щёку. — Ну, я побежал.

— Надевай капюшон, если будет холодно. И я положила зонтик тебе в сумку.

— Спасибо, мамуль!

В школе, на бегу поприветствовав одноклассников, Тими первым делом бросился к расписанию, чтобы узнать, какой урок сейчас должен быть у Макса. Там его ждало разочарование. Оказалось, у всех девятых классов в этот день не было первого урока. Это значило, что они придут не раньше девяти. Ну, а уж Макс-то, с его пунктуальностью (вернее, полным отсутствием таковой), заявился бы, дай Бог, к одиннадцати, если вообще не к концу учебного дня.

Пришлось все занятия ёрзать, как на иголках. На большой перемене Тими сбегал в столовую. Макс как-то пошутил, что школьная столовка — его единственная отдушина в этом месте пыток. Увы, сегодня его не было и там. Тими начал бояться, что Макс вообще не придёт. Вдруг, он втихаря сбежал от своей жёнушки домой, в свой родной посёлок? Или самой Анне что-нибудь стукнуло, и они решили переменить адрес и школу?

«Да нет же! — решительно отмахнулся от этих пессимистичных предположений Тими. — Макс бы мне сообщил! Ведь сообщил бы… так?»

Именно поэтому, невозможно было описать словами все радость и облегчение, которые он испытал, когда, шагая по коридору после уроков, услышал за спиной привычное:

— Эй, Тими, привет! Давненько же не виделись…

— Макс! — заорал от радости Тими и тут же осёкся. — Что… что с тобой такое?!

Выглядел старший товарищ так, словно кто-то очень усердно избивал его на протяжении, как минимум, трёх дней. Нос перебинтован, правый глаз сильно распух и превратился в щёлку, левая рука осторожно согнута в локте (явно повреждена), и плюс ко всему, он ещё и прихрамывал на одну ногу. А уж сколько увечий скрывала одежда, Тими побоялся даже предположить. Его кошмарный сон в живом воплощении, так сказать.

— На тебя что, напали?!

— Да нет, — Макс издал слабый смешок. — Это всё… подготовительный курс Анны. Специальный тренировочный ад!

— У меня нет слов…

— Пойдём присядем где-нибудь, а? Мне с моей ногой немного тяжеловато долго стоять…

***

— Значит… ты просто тренировался? — недоверчиво переспросил Тими.

Друзья расположились на скамеечке в школьном дворе. Тими глядел на своего друга с неподдельным сочувствием.

— Ну, не скажу, что «просто», но всё-таки это была тренировка, — невесело улыбнулся Макс.

— А я подумал, что ты все каникулы подрабатывал боксёрской грушей, — для разрядки пошутил Тими.

На самом же деле, его душили смешанные чувства. Чисто по-человечески, он жалел своего друга и дико злился на Анну, подвергшую своего, как она сама говорила, близкого человека подобной пытке. Но при этом внутренний голосок мерзко нашёптывал, что всё это — неотъемлемая часть жизни Магического Воина. Настоящего Магического Воина, а не из онлайн-игры, где героя избивает толпа врагов, а он потом встаёт, за один миг прокачивается на пару уровней вверх и несётся дальше гасить всех подряд.

— Макс, — проговорил Тими, печально наблюдая за кружащимся в осеннем воздухе листом. — Тебе… действительно нужны такие тренировки? Или Анна тебя силком заставляет?

Макс покачал головой.

— Нет… Ты пока этого не заметил, но на самом деле я гораздо слабее других Магических Воинов, даже своих ровесников. Большинство из них тренируется с самого рождения, а я — всего лишь с десятилетнего возраста. У меня почти нет опыта в сражениях. Вот почему, пока ещё есть время до Турнира, я должен научиться выживать в условиях, максимально приближённых к боевым. А Анна… Она просто подтолкнула меня, такого нерешительного и неуверенного в себе. И за это я ей благодарен. Как благодарен и моим родителям за десять лет спокойного детства, которые я провёл, не зная толком не о Турнире, не о предстоящих сражениях. Да, начни они меня муштровать с младенчества, я бы сейчас был куда сильнее, и мне не пришлось бы в спешке столько навёрстывать, но… Взрослея под таким давлением, я бы стал абсолютно другим человеком.

— Таким… — Тими на секунду осёкся. — Таким, как Влад?

— Нет, у него какая-то другая проблема. Скорее, в том, кто его тренировал. Я не очень-то близок со своими родителями, они всё время где-то пропадают, но… Во время тренировок я всегда ощущаю их поддержку. Они словно бы всегда со мной, вот здесь, — Макс приложил руку к сердцу.

— Значит, Анна… Кто-то вроде твоего наставника. Твои родители прислали её, потому что сами заняты, да?

— Почему ты так решил? — удивлённо посмотрел на маленького друга Макс.

— Ну, я много думал… что может быть общего у такого раздолбая, как ты… и командирши в юбке? Извини, если лезу не в своё дело… Просто я… ну совершенно не представляю, как ты в будущем будешь уживаться с такой женой, вот! Она же из тебя всё душу вытрясет!

Макс расхохотался.

— Ну вот, — густо покраснел Тими.

— Нет-нет, всё в порядке! И что же ты надумал?

— Я… я предположил… — Тими не знал, куда деваться от смущения. — что вы помолвлены. По согласию ваших родителей. Ну, как в старые времена делали. Магических Воинов сейчас раз, два — и обчёлся, вот родители и нашли тебе невесту с ужасающими способностями, чтоб твой род не прекратился. И чтоб ты не ленился тренироваться. Вот…

Макс изумлённо моргнул и около минуты глядел на Тими, как на чудо природы, а потом снова захохотал, едва не полетев со скамейки.

— Ой, Тими… ой, не могу… Ну ты даёшь!

— Нет, ну а что?! — возмутился мальчик. — Твой дедушка даже не удивился приезду Анны! И ваше совместное проживание воспринял, как должное. Но, Макс… Сейчас же не девятнадцатый век, у тебя есть право собственного выбора! Может, Анна хороший тренер и друг, но зачем обрекать себя на всю жизнь, если ты её не…

Макс жестом руки попросил его замолчать.

— Вот сейчас ты совершенно не прав, Тими. Анна — это та единственная жена, которая мне нужна. Она послана мне свыше.

Тими с некоторой опаской поглядел на небо. По нему лениво плыли сероватые облака. Мальчик и сам толком не знал, что ожидал там увидеть. Может, Анну, пристально наблюдающую за ними…

— Свыше? — почему-то шёпотом переспросил он. — Оттуда… да?

Макс, словно забыв обо всей серьёзности и торжественности своих предыдущих слов, громко фыркнул.

— Нет, Тими, ну ты всё-таки чудной… Ха-ха!

— Да иди ты, — беззлобно буркнул маленький товарищ. Ему уже и самому сделалось смешно.

— Просто… Я люблю её, — уже совершенно другим тоном продолжил Макс. Голос его стал необычайно мягким, а взгляд карих глаз заволокла мечтательная дымка. Тими раньше думал, что такое бывает только в дешёвых мелодрамах, которые так обожала по выходным смотреть мама. — Действительно люблю. Как только встретил её два года тому назад — так сразу и полюбил. Другой жены мне не надо.

На некоторое время затянулась пауза. Макс продолжал глядеть куда-то вдаль. Его движения уже не были такими скованными, как поначалу, а лицо не дёргалось от боли, стоило ему только шевельнуть рукой или ногой. Он словно обо всём позабыл.

— Ох… надо же… — выдал, наконец, через несколько минут Тими. Вся его злость на Анну испарилась без следа. В конце концов, она не была его личным врагом (хотя последние несколько дней мальчик уже именно так и начал считать). Он просто переживал за Макса. Главное, чтобы у него всё было хорошо. — Ну тогда… как там принято говорить у взрослых… совет вам да любовь, что ли…

— Спасибо, — улыбнулся Макс.

— Но всё равно… — лицо Тими густо раскраснелось, — это не даёт твоей жене права глумиться надо мной! Вот зачем она хотела заставить меня стирать нижнее бельё, а?!

— Согласен, — серьёзно кивнул Макс. — Это перебор. И я уже поговорил об этом с Анной.

— И остался после этого цел? — не сдержал язвительного замечания Тими.

— Ну конечно. Она признала, что перегнула палку.

— Да неужели?

— И сказала, что ждёт тебя сегодня для мирных переговоров, пока я буду тренироваться.

— Я сегодня к контрольной готовлюсь, — решил немного поупрямиться Тими. Чисто из принципа. На самом деле, никакой контрольной ближайшие две недели не предвещалось.

— Да ну брось ты, какая контрольная, четверть только началась, — примирительно отмахнулся Макс.

— Ага, и кому-то ещё кучу «хвостов» сдавать, — едко подковырнул его Тими.

Глаза Макса аж наполнились слезами.

— Ох, и не напоминай лучше…

— Ладно, — Тими решительно соскочил со скамейки и подхватил свой школьный ранец. — Идём к твоей диктаторше. Только белый флаг я не понесу, пусть даже и не ждёт.

***

Тими сделал глубокий вдох и толкнул дверь гостиной в доме Макса. Сам Макс, проводив маленького друга до порога, пожелал удачи и быстро ретировался с глаз долой. Сказал, что побежал на очередную тренировку.

«Предатель, — усмехнулся про себя Тими. — Оставил меня одного отдуваться».

Анна мирно смотрела телевизор. Не висела под потолком вниз головой, как вампир, не заряжалась от розетки, как киборг, и даже не левитировала в пространстве. Просто смотрела телевизор. Тими даже испытал некое разочарование, хотя, опять-таки же, сам не понимал, чего ожидал увидеть.

Будущая жена Макса никак не отреагировала на появление гостя. Она сидела на диване, подобрав под себя ноги и поставив на коленки розовую миску с крекерами.

— Пэдро, любовь моя, я должна сообщить тебе нечто ужасное… — ныл на всю комнату голос из телевизора. — Нам с тобой не быть вместе…

— О, не говори так, моя любимая Хуанита! Пожалуйста! Иначе я убью себя…

— Дело в том, что мы с тобой связаны кровными узами. Ты — мой давно потерянный брат!

— О-о-о, небо…

«Надо же… Ест печеньки и смотрит бразильский сериал, ну прямо как моя тётушка», — едва подавив смешок, подумал Тими.

— Ничего общего, — не поворачивая головы в его сторону, возразила Анна.

У мальчика аж мурашки по спине пробежали.

— Пожалуйста, не делай так больше, — попросил он.

На несколько минут повисла тишина, не считая надрывных стонов и рыданий, доносящихся из телевизора. Тими не хотел первым начинать разговор и терпеливо ждал, что скажет ему Анна. Но та, явно прочитав все его мысли, продолжала издеваться и молчать.

— Эй, я здесь, вообще-то, — не выдержав, первым начал Тими.

— Спасибо, что сказал, я в курсе.

— И-и…

— Говори.

— Я должен говорить?! — начал закипать Тими. — Макс сказал, что ты готова к нормальному диалогу. Я подумал, ты захочешь…

— Извиниться? Да, конечно. Не нужно мне было заставлять тебя делать все эти тяжёлые дела: убираться, стирать, таскать овощи из магазина… Ты здесь никто, и это даже не твой дом. И быть прислугой ты тут не обязан. Надеюсь, на этом конфликт исчерпан.

Тими закусил губу. С одной стороны, Анна, вроде как, действительно признала свою неправоту, но с другой… Сказала она всё это, и особенно слово «никто», так, что Тими захотелось не согласиться и с пеной у рта начать доказывать обратное. Что этот дом успел стать и его домом тоже. И что он тут не «никто» вовсе. Что он — друг Макса, а друзья должны помогать…

«Так, стоп, — вовремя осадил себя мальчик. — Уж не этого ли она с самого начала добивалась? — глаза прищурились и с подозрением стали сверлить затылок Анны, продолжавшей следить за событиями на экране телевизора. Через некоторое время у него от этого разболелась голова, и ему пришлось прекратить. — Н-да… Наверное, это та самая штука, именуемая психологией… »

Анна многозначительно хмыкнула.

«Опять прочла мои мысли, — сразу понял Тими. — Вот же зара… »

— Можешь оставаться здесь.

— Что, насовсем?! — не поверил своим ушам мальчик.

Анна пожала плечами.

— Ну, если ты так этого хочешь… Я постелю тебе в коридоре.

— Постелишь в коридоре? Зачем? — Окончательно запутавшись, Тими яростно тряхнул головой. — Не надо ничего стелить, у меня свой дом со своей собственной кроватью есть! Я имел ввиду, мне теперь можно в любое время приходить к Максу и оставаться, сколько мне захочется?

— Пожалуйста. Но если узнаю, что Макс из-за тебя лодырничает и отлынивает от тренировок — убью обоих, — без тени улыбки пообещала Анна.

— Э-э… ну, как бы, договорились, — ощутив, как его слегка прошиб пот, пробормотал Тими. Уж лучше так, чем вообще никак. — Кстати, а когда Макс вернётся с тренировки?

— Уже скоро. Помолчи пока, — Анна взяла пульт и прибавила громкость телевизора.

— Обстановка накаляется! Что же теперь будет с чувствами Пэдро и Хуаниты? Неужели, они обречены?! Об этом мы узнаем в следующей серии, не пропустите! Такого накала страстей вы ещё не видели!

По экрану пробежали титры, после которых на всю комнату заорала реклама каких-то сосисок. Анна выключила телевизор и покинула гостиную. Тими от нечего делать поплёлся за ней.

— Мне нужно ненадолго отлучиться, по одному очень важному делу, — остановившись на крыльце террасы, снова заговорила Анна. — Можешь сделать одолжение и дождаться Макса тут?

— Конечно, о чём речь! — обрадовался Тими. Анна не только не гнала его, а ещё и просила остаться. Всё-таки, поразительно, как же быстро некоторые люди могут меняться! Интересно, что именно Максу пришлось сделать для того, чтобы она начала относиться к Тими, как к человеку, а не надоедливой букашке? — Я взял учебники с собой, пока Макса нет, буду домашку готовить.

— Похвально. Но я бы хотела, чтобы ты кое-что сделал… — Заметив последовавшую за этими словами реакцию, Анна усмехнулась. — Да не напрягайся ты! Пустяковое дело. Всего лишь акт заботы о друге.

— Ну… хорошо, — неуверенно пробормотал Тими. — Говори, что нужно.

— Сварить компот.

— Компот?! Зачем…

— Макс очень просил. А у меня совсем не было времени. Дела, и всё такое.

«Ага, видел я все твои «дела» в гостиной, — съязвил про себя Тими. Бровь Анны, пристально наблюдавшей за ним, слегка приподнялась. Мальчик аж зашипел от злости. — Прочь-прочь из моих мыслей, надоела уже!»

— Ну так что, сделаешь?

— Попробую, — с тяжким вздохом согласился Тими. Вроде бы, ничего сложного. Ему приходилось видеть, как мама варит компот. Бывали дела и посложнее. — Из чего варить?

— Макс любит яблочный компот.

— Где яблоки?

— На яблоне, где им и положено быть, — пожала плечами Анна.

На задворках сознания Тими закопошилась лёгкая тревога.

«Так, это уже хуже… Надеюсь, яблоки висят не слишком высоко, и мне не придётся за ними лезть…»

Мальчик перевёл взгляд на ближайшую яблоню, ту самую, под которой он так любил сидеть, с Максом или без, и внутри у него всё камнем ухнуло вниз. Где-то на самой верхней, почти недосягаемой, ветке одиноко покачивалось одно-единственное яблоко. Ладони и спина Тими мигом вспотели от волнения.

— Почему ты говоришь во множественном числе? И куда поддевались остальные яблоки?! Их же там было немерено!

— Теперь нет.

— Хорошо, давай я куплю в магазине. Хоть за свой счёт!

— Нет, — Анна невозмутимо поправила волосы, взяла сумочку и направилась к калитке. — Компот нужно сделать именно из этого яблока.

— Да почему?! Оно что, позолоченное? И много ли вообще компота наваришь из одного жалкого яблока? Стакан разве что только…

— Этого хватит.

— Но…

— Макс очень просил этот компот, — Анна остановилась и ещё пристальнее, чем до этого, посмотрела на Тими. Казалось, она хотела вывернуть душу мальчика наизнанку. — Сделаешь? Или как?

Чувствуя себя так, словно он стоит на краю бездонной пропасти и вот-вот сорвётся вниз, Тими обречённо пробормотал:

— Сделаю.

— Точно?

— Да сто процентов, иди уже по своим делам! — рявкнул мальчик.

В тёмно-синих глазах Анны промелькнуло сомнение. Так ничего и не сказав, она лишь кивнула и вышла за калитку. Тими на ватных ногах развернулся к яблоне. Сейчас у него были две проблемы. Первая — он не умел лазать по деревьям. Вторая — мальчик панически боялся высоты.

***

«Ладно, я сделаю это… Да хотя бы назло Анне!» — твёрдо решил Тими и поставил ногу на выступ в стволе дерева.

Счастливчик, внимательно наблюдавший за его действиями, жалобно заскулил и схватил мальчика за край курточки.

— Спокойно, всё будет хорошо, — сказал ему Тими и отстранил морду пса. Он хотел, чтобы его движения казались уверенными. Но руки всё равно дрожали. Ему было страшно.

«Главное — вниз не смотреть, главное — вниз не смотреть…» — внушал себе Тими.

До первой ветки ему удалось добраться без особых проблем, не считая содранных до крови ладоней.

— Сюда бы сейчас Самойлова, — пропыхтел мальчик, изо всех сил подтягиваясь и влезая на ветку. — Вот кто по деревьям скачет, как обезьяна… Никогда бы не подумал, что данный навык мне понадобится! А всё Анна, чтоб её… Держу пари, это очередное испытание для меня. Она наверняка знала, что я боюсь высоты! Ну конечно… Раз может мысли читать, значит, и о страхах всё знает! Уж не знаю, какой она там медиум, но в воздействии на психику ей точно нет равных… Разве бы полез я на это чёртово дерево при другом раскладе?!

Конечно — нет. Он и сейчас мог этого не делать. И подарить Анне уникальную возможность считать его слабаком и трусом. А с такими людьми, насколько Тими успел понять, невеста Макса обычно не церемонится. В общем, не дала бы она ему житья. Однако, даже сейчас, доказывая, как ему самому казалось, обратное, Тими всё равно подозревал, что просто-напросто пляшет под её дудку. Делает то, чего она изначально и хотела.

Путь до следующей ветки дался куда сложнее. Пару раз мальчик чуть не сорвался и не полетел вниз. В такие моменты он успел передумать об Анне столько всего, что если бы она прочитала его мысли, то точно покраснела бы. Левая коленка нещадно ныла. Тими умудрился повредить её ещё до начала своего героического пути на вершину яблони. Ему пришла в голову мысль попытаться сбить яблоко чем-нибудь. В поисках подходящего предмета он вернулся на террасу, а когда пошёл обратно, то споткнулся о какой-то чёрный пакет, наполовину видневшийся из-под деревянной лавки, и слетел по ступенькам вниз. Больно ударился коленом. Да и чем бы сбить яблоко так и не нашёл (а если бы и нашёл, всё равно не добросил бы, потому что очень уж высоко оно висело, прямо как нарочно).

Несколько секунд Тими не двигался, прислонившись лбом к стволу и пытаясь отдышаться, затем поднял голову. Яблоко слегка покачивалось, будто бы издеваясь над ним. Красное, наливное, прямо как на картинке. Спелые бока поблёскивали в скудных лучах осеннего солнца.

Тими заскрипел зубами от бессильной злобы. Путь ещё был так далёк!

— Да упади ты уже, — принялся он гипнотизировать яблоко. — Упади… Ну чего тебе стоит, а?!

Нога предательски дёрнулась, и на какой-то совсем короткий миг Тими едва не лишился опоры под ногами. Обе руки отчаянно вцепились в ствол. Сердце бешено заколотилось. Его стук отдавался гулкими ударами в ушах. Из-за них Тими практически не слышал звуков из окружающего мира и уже мало чего соображал.

— Да не я «упади», а яблоко, — жалобно застонал мальчик.

Стряхнув оцепенение, он принялся карабкаться выше. Казалось, этой яблоне не было конца. С каждым участком, который преодолевал Тими, она словно становилась ещё выше, а яблоко делалось ещё более недосягаемым.

Откуда-то снизу доносились шорох опавших листьев и поскуливание. Это Счастливчик бегал вокруг яблони и, не сводя глаз с мальчика наверху, отчаянно скулил.

«Если справлюсь — никогда больше не буду сидеть под этой проклятой яблоней! Никогда… — думал Тими. — Куда же, всё-таки, подевались остальные яблоки, ведь яблонь в саду Константина Семёновича мно…»

Рука, казалось бы, твёрдо зацепившись за последнюю, самую верхнюю, ветку, внезапно соскользнула, под ногой от сильного давления что-то предательски хрустнуло, и Тими полетел вниз.

— МАМОЧКААА!!! — только и успел крикнуть он.

Обычно принято говорить, что в таких случаях у человека вся жизнь проносится перед глазами. Тими ничего ощутить не успел. Просто мгновение назад он был почти на вершине треклятой яблони, а через несколько секунд упал на что-то воздушное и очень мягкое, как подушка, а затем очнулся уже лёжа на траве.

— Цел? — спросил сверху знакомый голос.

Тими с трудом открыл глаза. От всего пережитого у него теперь сильно кружилась голова. Его словно уносило куда-то неведомым течением. Однако перед тем, как отключиться, он всё-таки успел увидеть склонившуюся над ним Анну. По обе стороны от невесты Макса парили какие-то бестелесные фигуры. Тими мог видеть сквозь них, а их очертания сливались с воздухом. Это были…

— Привидения. С моторчиками, — еле проворочал языком мальчик. — Кажется, я сошёл с ума. Какая досада…

***

Пришёл в себя Тими в гостиной, на диване. Головокружения больше не было, и он смог сесть и оглядеться по сторонам. Дверь прикрыта, рядом никого нет. В тишине равномерно тикали часы.

Тими испустил вздох и откинулся на подушку. Он не знал, как ему удалось избежать переломов и ушибов и что смягчило его падение. Неужели, Анна постаралась? Она следила за ним всё то время, что он пытался влезть на дерево? Или просто так совпало, что она вовремя вернулась? Почему-то мальчику казалось, что таких совпадений не бывает даже в мире Магических Воинов.

— Не стоило тебе пытаться совершить невозможное, — внезапно прозвучало сзади. Анна, похоже, стояла возле окна, и Тими, будучи к ней спиной, не смог её сразу увидеть.

Мальчик стиснул зубы. Кулачки, лежащие на коленках, крепко сжались.

— Это ты во всём виновата… — Голос сорвался на крик: — Если бы я покалечился, это было бы на твоей совести!

— Почему на моей?

— Ты поставила меня в такое положение! Тебе известны мои страхи, не отпирайся, и поэтому ты специально придумала такое изощрённое задание!

— Я не заставляла тебя лезть на дерево.

— У меня же не было выбора! Откажись я, ты бы потом всё время мне это припоминала! И ещё Максу рассказала бы, какой я трус!

Анна ответила не сразу. Тими даже показалось, что его слова вызвали у невесты Макса замешательство. Не перегнул ли он палку? Ведь она действительно не заставляла его.

— Значит… ты и впрямь такого мнения обо мне? — медленно проговорила какое-то время спустя Анна. — Считаешь меня настолько уж жестокой?

— Я… не знаю, — еле слышно пробормотал Тими. — Зачем мне отвечать? Прочитай мои мысли.

— Чтение мыслей, увы, работает не всегда. И никто пока не владеет этим в совершенстве. Ты сейчас весь на эмоциях, у тебя в голове — путаница. Это всё, что я могу сказать. А ещё то, что у тебя, всё-таки, был выбор. Выбор есть всегда.

Тими от удивления повернулся к собеседнице. Настолько быстро и резко, что едва не полетел с дивана на пол.

— Как это — был выбор? Я мог и не пытаться достать то яблоко? А как же… разве это не испытание…

Анна вздохнула.

— Ты навыдумывал себе много лишнего. Но мыслил при этом слишком ограниченно. Вбил себе в голову, что обязан мне что-то там доказать — и точка. Не подумал о маме. Представь, что бы с ней было, если бы ты и впрямь покалечился? А Макс? Думаешь, он бы за тебя не переживал? Ты ведь мог поступить хитро и просто купить яблоко в магазине. Меня не было рядом. А на яблоке не написано, откуда оно. Сказал бы, что сорвал его.

— Но ведь это же обман…

— В твоём случае это было бы оправдано. Лучше так, чем ломать себе руки и ноги.

— Мама учила меня говорить правду. И потом, ты же следила за мной, так?

— На всякий случай. Для подстраховки.

— Вот… Тогда ты бы знала, что я — обманщик.

— Моё мнение о тебе было бы несколько иным, нежели сейчас, только и всего. Это бы ничего не изменило. Но вообще, хорошо, что ты не соврал. За это тебя стоит уважать.

— Спасибо, — немного смутился Тими.

— Но ведь были и другие варианты. Тот чёрный пакет, о который ты споткнулся, когда зачем-то бегал по террасе, как оголтелый… Чуть больше внимательности, наблюдательности и меньше зацикленности на одном — и ты бы увидел, что в том пакете были яблоки.

— Как?! — не поверил своим ушам Тими. — Серьёзно?

— Макс собрал их утром.

— То есть, мне достаточно было просто протянуть руку и…

Анна кивнула. Тими захотелось ругать себя самыми последними словами на свете. Нет, действительно, таким идиотом ещё надо было уродиться!

— Внимательность и наблюдательность — это как раз то, что в большинстве случаев и помогает мне читать мысли окружающих. А вовсе не магия. Ну и наконец… — голос Анны смягчился. — Ты мог просто сказать мне правду. Что не умеешь лазать по деревьям и боишься высоты. У каждого есть слабости. И у Макса, и у меня.

— Даже у тебя? — мрачно пошутил Тими.

Анна отвернулась к окну.

— Искренность — это важное качество. Без неё люди никогда не смогут друг друга понять. Меня научил этому один наш общий знакомый. И за это я ему очень благодарна. Наверное, я бы сейчас была в совсем другом месте, если бы не он…

— Ты про Макса, да? — заулыбался Тими.

— Именно за искренность я его и полюбила.

— Как мииило… А расскажи, как вы познакомились?

— Обойдёшься.

— Ну ладно…

— В общем, — Анна отошла от окна и остановилась, заложив руки за спину. — Делай выводы из сегодняшнего случая. Ты мог пойти на хитрость, мог быть внимательнее или же сказать правду. Ты выбрал самое сложное и пошёл, так сказать, напролом, не думая о себе.

— Я подумал, стоит мне представить, что от того яблока зависит жизнь Макса — и у меня всё получится, — пробормотал Тими, водя пальцем по узору покрывала.

Анна испытующе наблюдала за ним.

— Никакой друг не стоит переломанных костей.

— Макс стоит, — уверенно возразил Тими.

В этот момент он готов был поклясться, что заметил на лице Анны удовлетворённую улыбку.

— Хорошо, я запомню твою позицию, — сказала она.

— Эй, я вернулся! — донеслось из прихожей. — Как вы там?

— Макс! — обрадовался Тими и бросился встречать друга.

Макс выглядел усталым, но довольным.

— Ну что, вы помирились? — спросил он, привалившись к стене и слегка болтая ногой, чтобы стряхнуть с неё ботинок.

— Вроде того, — улыбнулся Тими. Появившаяся следом за ним Анна окинула Макса и его попытки избавиться от ботинка скептическим взглядом, но так ничего не сказала и просто кивнула.

— Отлично! Это дело надо отметить, — Максу, наконец, удалось-таки разуться. — Где у нас компот?

Лицо Тими скривилось.

— У тебя что, зуб болит? — участливо поинтересовался Макс.

— Н-нет, всё в порядке, — запнувшись, поспешил заверить товарища Тими. — Только компот ты будешь пить без меня, ладно?

Глава 5. Потерянная душа - часть 1

— Узник номер тринадцать, на арену!

Властный приказ эхом прокатился по многочисленным переходам, пещерам необъятного подземелья и затерялся где-то во тьме лабиринтов. Это место было неизмеримо для человеческого взгляда. Обречённые могли блуждать тут вечно, без надежды увидеть свет солнца и улыбки близких. Это место стало могилой для многих людей. Бездонные пропасти до сих пор хранили в себе отголоски предсмертных воплей, а тёмные рёки — стоны утопающих. Это место породило не один десяток монстров. Одичавших, кровожадных… Оно лежало далеко за пределами человеческого страха.

Молодой человек лет двадцати пяти, вздрогнув, шагнул вперед. Хоть он и старался казаться уверенным, каждое его движение выдавало сильный страх: лоб блестел от испарины, руки нервно мяли красный берет с пером, глаза бегали из стороны в сторону…

— Эй, у меня, вообще-то, имя есть, — дерзко крикнул парень в темноту. — Яцек Делонг из Хальмберга!

— Вот и держи его при себе, — холодно произнёс женский голос.

Пленник сощурил глаза. Он тщетно пытался разглядеть в темной завесе, со всех сторон обступавшей арену, хоть кого-нибудь. Единственным источником света здесь были немногочисленные кристаллы, росшие прямо из каменного пола, стен и даже свисавшие сверху, наподобие сталактитов. Этот свет не нёс тепла, он был холодным, с голубоватым оттенком, и освещал лишь небольшое, радиусом в несколько метров, пространство. А дальше царила непроглядная тьма.

— По какому праву вы вообще меня здесь держите?!

— Ты пал в честном бою и был взят нашей семьёй в плен. Теперь, чтобы получить свободу и возможность вернуться домой, ты должен сражаться изо всех сил. На кону — твоя жизнь.

Сильное дуновение всколыхнуло и без того грязные и растрепанные волосы пленника. Перед ним бесшумно приземлилась фигура с двумя огромными чёрными крыльями за спиной. Под такого же цвета одеждами плотными буграми перекатывались мускулы. Лицо скрывала маска.

— Эй… ты ещё кто такой?! — в панике отступил Яцек Делонг. Глаза, глядевшие на него сквозь прорези маски, были холодны и жестоки. — Демон?!

— Да какая тебе разница?

— Я… я не могу…

— Можешь отказаться от боя. Но следующий шанс будет не скоро. Тут больше сотни подобных тебе, некоторые сидят уже по несколько лет, и они, в отличие от тебя, не откажутся от хотя бы малейшей возможности побороться за свободу. Ты прогниёшь здесь до старости, пока снова настанет твоя очередь. Так что выбор за тобой.

Язык пленника отреагировал быстрее, чем разум успел крикнуть «нет».

— Я буду сражаться.

— Выбор, достойный истинного мужчины, — не без ноток одобрения произнёс всё тот же мелодичный голос. Теперь Яцек, хоть и с большим трудом, мог разглядеть в темноте фигуру девушки. Она слегка шевельнула головой. — Узник номер тринадцать против Азраила! К бою!

Яцек очень хотел вернуться домой. Там его ждали родители. Брат и сестра. Молодая жена. Ребёнок… Дальнейшее пребывание здесь рано или поздно превратило бы его в одичавшего монстра, отвыкшего от солнечного света и общения с нормальными людьми. Чудовище, знавшее лишь запах крови и вкус плоти да потрохов. Он должен был приложить все усилия. Сделать всё возможное.

Но, увы… Яцек был всего лишь самородком. Даже не тренированным воином, не говоря уже о магии.

— Победил Азраил, — бесстрастно вынес вердикт голос. — Время боя — одна минута пятьдесят три секунды.

Крылатый воин опустился на одно колено и почтительно склонил голову. В круге света появилась девушка в длинном платье и с веером в руках. Взгляд безразлично скользнул по арене и остановился на теле Яцека. Грудь юноши была пробита насквозь и слегка дымилась, словно её прожгло каким-то лазером.

— Ну, как тебе? — чуть повернув голову, спросила девушка.

На свет вышла ещё одна фигура, пониже. На сей раз, это был мальчик пятнадцати лет.

— Твой ангел смерти прямо-таки гроза слабаков, — заговорил Влад. На бледном лице застыла равнодушная маска. — Валит их пачками. Так у нас скоро все пленники закончатся.

— Ну, ему же нужен материал для отработки навыков, — пожала плечами его сестра.

— Посмотрим, как он проявит себя в бою с полноценным противником, а не с деревенщиной. Этот парень ни на что не годился. Махал мечом, как крестьянин оглоблей.

Влад развернулся и пошёл прочь. Глаза Лики сверкнули, выражение лица сделалось хищным.

— Моему Азраилу нет равных!

— Не будь так уверена, сестра. Светлов — серьёзный оппонент. И он — первый, кому я проиграл. А я ведь тоже думал, что смогу раздавить его, как гнилой помидор. Есть у него… — голос Влада сделался странным. В нём прозвучала болезненная безысходность. — … какая-то особая сила. Сила, которой я пока не могу понять.

— Это неважно. Скоро я добуду голову твоего злейшего врага. Это будет моим маленьким скромным подарком для тебя.

***

— Тими, чай готов, — громко позвал Макс. — Иди скорее!

— Угу.

Мальчик отложил в сторону тетрадки с домашним заданием и поспешил на террасу. Макс уже разливал ароматный дымящийся напиток по чашкам. Тими отметил, что сегодня его друг впервые заварил чай самостоятельно. Раньше это всегда делал его дедушка. И делал это бесподобно. Другого такого чая Тими не пробовал нигде, даже дома. Очевидно, у Константина Семёновича имелись свои секреты. Может, он использовал какие-то особые травы. А может, магию. Или всё сразу. Кто знает…

— Ну как? — не без волнения наблюдая за маленьким другом, спросил Макс.

Тими с видом опытного дегустатора хлебнул из чашки.

— Сносно, — успокоил он. — Лучше, чем мамин чай, но не дотягивает до того, что делает твой дедушка. Продолжай тренироваться, и однажды ты станешь истинным мастером чайной церемонии.

— Похоже, вся моя жизнь — одна большая тренировка, — обречённо улыбнулся Макс.

Тими зажмурился от удовольствия. Горячая жидкость приятно растекалась по организму. Что может быть лучше чая в компании с хорошим другом тихим ноябрьским вечером! В этот момент маленькая терраса дома №17 на Виноградной улице казалась Тими самым родным и уютным местом на свете.

Вечерние звуки сада, несмотря на то, что терраса была полностью застеклена, а дверь — плотно прикрыта, были хорошо различимы и навевали покой и умиротворение. Счастливчик, наклонив голову и подняв уши, внимательно наблюдал за причудливым танцем мотыльков и ночных бабочек вокруг лампы. Потом ему это, видимо, наскучило, и он ушёл сопеть под стол.

Атмосферу портили разве что только стоны и рыдания, периодически доносящиеся из гостиной.

— Макс, нездоровая страсть твоей невесты к бразильскому «мылу» начинает немного пугать, — усмехнулся Тими, размазывая масло по куску белого хлеба.

Старший друг улыбнулся.

— Ничего, у каждого же есть свои маленькие слабости. Пусть смотрит.

— Тебя это не бесит?

— Не-а.

— Ты будешь просто золото, а не муж! — искренне восхитился Тими. — Терпелиииивый…

— Да ладно уж… — Макс смущённо почесал затылок. — Просто когда она это делает, я отношусь к ней, как к ребёнку, ведь там, откуда Анна пришла, нет телевидения. Её можно понять.

Тими отставил чашку в сторону. Лицо у него стало озабоченное.

— Что-то не так? — заметив эту перемену в настроении друга, спросил Макс.

— «Там, откуда Анна пришла…» Я уже не раз слышу эту фразу от тебя. И от самой Анны. Что именно вы имеете в виду? Явно не то, что она приехала сюда из другого города… или даже другой страны… ведь так?

Макс не отвёл взгляда. Он откинулся на спинку стула и спокойно кивнул.

— Да, ты всё правильно понял, Тими. Как знаток легенд и преданий о Магических Воинах и поклонник онлайн-игры, ты должен знать, что наш мир — далеко не единственный, в своём роде. Есть множество вариаций, искажений, альтернативных измерений… Где-то люди до сих пор живут в пещерах и боятся огня, где-то — бок о бок с магическими существами, а где-то — настолько продвинулись в создании технологий, что нам и не снилось. Где-то не отменили крепостное право, где-то немцы победили во Второй Мировой… Перечислять можно до бесконечности. И вряд ли такой двоечник, как я, сможет тебе правильно всё это объяснить. Миров — очень много. В одном из них, где у людей необычайно развита духовная энергия, позволяющая им призывать мёртвых и общаться с ними, родилась Анна.

У Тими закружилась голова. Всё-таки, обычному человеку трудно было переосмыслить такую информацию. Сначала он поверил в магию, потом — в призраков (после своего «героического» падения с яблони, когда на совсем короткий миг увидел их рядом с Анной), теперь — в параллельные миры. Хотя, нет… В них Тими пока ёщё не верил, так как жил по принципу «не увижу своими глазами — не поверю». А продемонстрировать ему сию же минуту портал в другое измерение было бы слишком круто даже для невесты Макса (пусть она и пришла из другого мира). Впрочем, от Анны можно ожидать чего угодно… Интересно, что на очереди? Ангелы и демоны? И стоило ли Тими вообще чему-то удивляться? Наверное, нет…

— В мире магии все эти альтернативные вселенные носят одно общее название — Иные Миры, — продолжал тем временем Макс. — В каждом таком мире есть свои Магические Воины. И все они имеют право участвовать в Турнире и в равной степени претендовать на звание Короля Магических Воинов.

— Организаторы, видите ли, считают, что даже самым слабым надо дать шанс, — вмешалась в разговор Анна, появившаяся, как по взмаху волшебной палочки, за спиной Макса. Тими даже не услышал, как она вошла, и потому вздрогнул. — По мне — так это пустая трата времени.

— Что, сериал уже закончился? — не оборачиваясь, миролюбиво осведомился Макс.

— Ага, на самом интересном месте.

— Подождите, — Тими всё ещё пытался разложить сумбурную информацию по полочкам. — Турнир настолько масштабен, что охватывает не только наш мир… но тогда здесь, в Москве…

— … всего лишь пройдёт отборочный раунд, — закончила Анна. — Желающих — очень много, и задача организаторов — выделить тех, у кого действительно есть способности, и отсеять прочий сброд и мусор. По последним данным, из десятка претендентов пройдёт только один. Остальные — вылетят. То есть, цель отборочного раунда — сократить количество участников, по меньшей мере, в десять раз. И это — только первый этап. До основного Турнира будет, как минимум, ещё один. Только лучшие — элита — смогут попасть в особое место под названием Сердце Бесконечности и уже там будут сражаться за титул Короля.

— Анна всегда первой узнаёт важную информацию, — совершенно искренне восхитился Макс. Выглядел он таким довольным, словно ему только что сообщили, что его ожидает бесплатная путёвка на Таити. — И что бы я без неё делал?

— Полагаю, проспал бы всё на свете, — криво усмехнулась будущая супруга.

Тими захлопал глазами.

— Ребят… Вы что, серьёзно? Про всё это… про отбор… другие миры…

— Ну конечно, — Макс удивлённо посмотрел на маленького друга. — Почему ты спрашиваешь?

— Потому что… я не понимаю, как вы можете быть так спокойны?!

— Так это же пока всего лишь слухи, чего волноваться, — пожал плечами Макс.

— Да, лишняя паника сейчас только собьёт настрой, необходимый для тренировок, — неожиданно согласилась с будущим супругом Анна. — Первостепенная задача Макса на данный момент — изо всех сил оттачивать свои навыки воина. А не слухи собирать. Уж поверь, когда будет точная информация, я узнаю первой.

Тими несколько раз моргнул. Он вдруг поймал себя на мысли, что никогда ещё (по крайней мере, за то время, что их знал) не слышал, чтобы Макс и Анна были настолько едины в своём мнении. Значит, между ними и впрямь гораздо больше общего, нежели могло бы показаться сначала.

Анна, мельком глянув на мальчика, хмыкнула, и Тими досадливо скрипнул зубами. Опять она прочла его мысли!

— А вот и я, кто меня встретит? — бодро донеслось из-за входной двери.

— Дедушка вернулся! — обрадовался Макс.

Он тут же вскочил и бросился к старику, чтобы помочь войти и взять сумки.

— Да ну что ты, внучок, я б и сам донёс, — довольно активно сопротивлялся Константин Семёнович.

— Ничего-ничего, ему полезно тяжести потаскать, — отреагировала вместо Макса Анна. — Пусть качает мышцы, а то ведь на такого дохляка и без жалости не посмотришь.

Макс слегка покраснел и бросил на «любящую жёнушку» укоризненный взгляд, но та сделала вид, что не заметила. Тими даже стало жаль бедолагу.

«Может, иногда они и согласны друг с другом, чего не заметишь сразу, но вот кто станет в будущей семье главным можно сказать уже сейчас», — пронеслось у него в голове.

— А то, — незамедлительно отозвалась Анна.

— Да хорош уже! — аж рыкнул Тими и яростно тряхнул головой.

Макс и Константин Семёнович удивлённо посмотрели в его сторону.

— Что случилось?

Мальчик лишь отмахнулся.

— А это что такое? — полюбопытствовал тем временем Макс.

Помимо сумок, которые заботливый внук уже успел оттащить в дом, Константин Семёнович принёс целую кипу бумаг и конвертов. Теперь всё это лежало на столе, рядом с чашками и блюдцами.

— Из нашего почтового ящика.

— Так… счета… счета… реклама… счета… письмо из налоговой… о, журнал «Побрякушки на все случаи жизни»… интересно, для кого…

— Дай-ка сюда, — Анна без лишних церемоний вырвала глянцевое чтиво, не дав толком рассмотреть его. Макс понимающе улыбнулся, за что на него тут же обрушилась кара в виде подзатыльника вышеупомянутым журналом.

— У вас много неоплаченных счетов, — с беспокойством заметил Тими.

Макс беспечно махнул рукой.

— А, ерунда… Я просто забываю вовремя внести плату. Да и дедушка не всегда помнит.

— Не шутили бы вы с этим… Коммунальщики не оценят.

Анна одним движением руки сгребла квитанции со стола.

— Завтра пойду и всё оплачу. А то с вами и правда оглянуться не успеешь, как окажешься в телефонной будке.

— Почему в телефонной будке? — аж удивился Макс.

— Вот выселят тебя за неуплату налогов — тогда узнаешь.

— Спасибо, Аннушка, и что бы мы без тебя делали, — искренне поблагодарил Константин Семёнович.

Макс засмеялся, причём настолько заразительно, что Тими не утерпел и присоединился. Ему не хотелось сейчас думать о том, что у таких замечательных людей, как Макс и его дедушка, могли быть финансовые трудности.

— Хорошо, осталась всякая реклама, которой место на помойке, — сказала Анна.

— Подожди-ка, — Макс вовремя успел выхватить из кучи разноцветных буклетов, листовок и мини-брошюр, которую Анна, не глядя, уже хотела отправить в мусорное ведро, особенно красивый и примечательный конверт тёмно-синего цвета, с изображением звёзд. — «Кому: Максиму Светлову, улица Виноградная, дом 17… От кого: кинотеатр «Созвездие»…»

— Кинотеатр? — переспросил Тими.

— Ага, — Макс повертел конверт в руках и аккуратно вскрыл. На колени ему упала яркая прямоугольная карточка с крупной надписью «Поздравляем» и звёздным логотипом кинотеатра.

— Ну что там, что там? — Тими от любопытства едва не вывернул шею.

Макс недоумённо почесал голову.

— Билет в кино, бесплатный, — не сразу выдал он. — На ближайшую субботу. Я могу привести с собой до двух друзей.

— Да ладно, — не поверил Тими. На лице появилось скептическое выражение. — Прямо-таки и бесплатный? Да ещё и для друзей?!

— На вот, сам смотри.

— «Поздравляем! Максим Светлов, вы выиграли бесплатный купон на посещение нашего кинотеатра. Ждём вас с друзьями, в субботу, начало в 19:00.» Хм-м, странно… «Данная акция проводится в честь возрождения легенды! После пятилетнего отсутствия, великий маг Семеон возвращается на ваши экраны в громкой премьере «Зачарованный рыцарь, или Возвращение мага Семеона». Не пропустите!», — Тими перевёл взгляд на товарища. — Ты что, участвовал в какой-то акции?

Макс развёл руками.

— Не припомню, чтобы у меня на это было время, я ж тренировками загружен по самые уши.

— Точно, — подтвердила Анна.

— Но это не значит, что нельзя…

— Вижу-вижу, как глаза сразу заблестели… Забудь! Некогда тебе развлекаться.

Макс изобразил свою самую обезоруживающую улыбку. Казалось, перед такой улыбкой не устояла бы ни одна девушка, даже если у неё вместо сердца — камень.

— Ну не вредничай! Когда ещё такой шанс выпадет…

— Действительно, — заступился за друга Тими. — Макс постоянно тренируется. Вдруг, кто-то свыше послал ему этот билет в качестве награды за все его старания?

— Ты сам-то в это веришь? — фыркнула Анна.

Тими насупился.

— Нет, конечно. Но пофантазировать-то можно.

— Значит, решено, — Макс одной рукой обнял Анну, другой — притянул к себе Тими. — В субботу идём в кино.

***

На следующий день друзья встретились после уроков. Тими был сильно возбуждён и, едва появился Макс, сразу вывалил всю информацию, которую ему удалось нарыть.

— Этот кинотеатр, «Созвездие», совсем недавно открылся. Его построили на деньги какого-то бизнесмена. Кстати, недалеко от Виноградной улицы. Совпадение, как считаешь?

— У нас свободная страна, и каждый может строить кинотеатры там, где ему заблагорассудится, — Макс потёр рукой печально заурчавший живот. — Хотя я бы предпочёл хорошую столовую.

— Что, твоя жена тебя совсем не кормит? — съехидничал Тими.

— Почему же, кормит, правда, одними овощами.

— Типа, здоровое питание, и всё такое?

— Ага… — Макс мечтательно зажмурился. — А я б так хотел котлету… Большую, сочную, жирную…

Тими тоже прикрыл глаза, но уже через пару секунд не выдержал.

— Ой, всё, хватит, а то мой желудок сейчас сам себя съест!

— Тогда рассказывай дальше.

— Дальше? А, точно… Про сам кинотеатр больше ничего неизвестно. Вроде как, самый обычный. Но вот что странно… Я зашёл на их официальный сайт, и там про акцию с бесплатными именными билетами — ни слова. Да, фильм есть, сеанс в субботу. Но никакой акции, — Тими внимательно посмотрел на старшего товарища. — Что бы всё это значило, а? Как думаешь? Бесплатный сыр — только в мышеловке, это общеизвестный факт.

В карих глазах Макса промелькнул азартный блеск.

— А вот мы пойдём и узнаем, что это за сыр такой, и с чем его кушают.

— Надеюсь, это не чей-то дурацкий розыгрыш, — Тими аж передёрнуло. — А то ведь кое-кто им покажет…

— Да, Анна не любит тратить время впустую.

Друзья переглянулись и дружно расхохотались.

— Ла-а-адно… Что ты ещё узнал?

— Теперь про фильм. Мне имя мага Семеона сразу показалось знакомым. Оказалось, «Зачарованный рыцарь, или Возвращение мага Семеона» — сиквел к серии фильмов, закрытой около пяти лет тому назад. Тема наша, родная — маги-воители, фантастические существа, волшебные миры и так далее. Исполнитель главной роли, Семён Правдин, был тогда ну очень популярен! Помню, я им восхищался…

Тими ностальгически вздохнул. Мордашка слегка раскраснелась.

— Вижу, ты и сейчас от него фанатеешь, — лукаво улыбнулся Макс.

— Нет, что ты! — чрезмерно громко возмутился Тими. — Я же большой уже! И знаком с тобой, а тебе никакой маг Семеон, даже существуй он в реальном мире, и в подмётки не годится, — Тими обречённо закатил глаза. По хитрому выражению лица Макса он догадался, что его раскусили. — Ну ладно-ладно, сдаюсь! Он мне до сих пор нравится… Я и не надеялся, что серию возродят. В ней четыре полнометражных фильма. Пятый, продолжение, был анонсирован, кажется, в 2004 году, даже выпустили официальный трейлер. А потом…

— Что потом? — проникся переживаниями друга Макс.

— Потом… Семён Правдин исчез. Просто исчез. Про него нигде ничего не говорили. Отмену премьеры никак не прокомментировали. Фанатам оставалось лишь гадать, в чём причина. И вдруг, теперь… Да ещё и бесплатный билет. Словно его кто-то наколдовал. Это же так… ну…

— Неожиданно? Приятно?

— Круто! Очень круто! Мы обязательно пойдём, и никакая Анна нам палки в колёса не вставит!

— Ну конечно. Посмотрим, что будет в субботу.

***

В субботу с самого утра зарядил дождь. Как говорится, в такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выгонит. Даже Анна сжалилась и отменила утреннюю пробежку, позволив Максу ограничиться двумя сотнями приседаний и сотней отжиманий.

Тими весь день помогал маме убираться дома. Это была одна из тех редких суббот, когда Аллу Григорьевну не вызвали по какому-нибудь экстренному случаю на работу. Тими радовался любой возможности провести время с мамой. Он был почти счастлив. Почти… Не хватало папы. И дедушки. Оба были в отъезде. И если с отцом Тими виделся относительно недавно — около недели с лишним тому назад, когда тот приезжал домой отдохнуть после очередной командировки, то с дедом он не разговаривал уже очень долго.

«Такое ощущение, будто бы он меня нарочно избегает, — злился мальчик, на автомате протирая пыль в дедушкиной комнате. Мысли витали где-то очень далеко. — Причём, началось это после моего знакомства с Максом, раньше он так себя не вёл! — Блуждающий взгляд остановился на ковре с семиконечной звездой. — Возможно, деда встретил своих старых друзей и теперь с ними? Мог бы хоть позвонить… Я ж его единственный внук, в конце концов! Или же… Он что-то знает о Магических Воинах? Что-то такое, чего не может или не хочет мне рассказывать…»

— Тими, ты не опоздаешь? — прервал невесёлые размышления голос мамы из соседней комнаты. — Ты ведь собирался к своему другу.

— Да-да… Ох, уже шесть вечера!

Мальчик пулей понёсся переодеваться. Всё-таки, поразительно, как быстро пролетают часы, когда находишься в дедушкиной комнате. Словно там… свои законы времени и пространства!

— Обязательно возьми зонтик, на улице ужасная погода, — давала последние напутствия мама, пока Тими впопыхах пытался попасть в рукав куртки. — И скажи, до скольких ты пробудешь у Антона?

— Часов до десяти, мам, — стараясь не смотреть Алле Григорьевне в глаза, отозвался Тими. Внутри всё стянулось в узел от стыда и отвращения к самому себе. Он врал собственной маме. И уже не впервые. — Завтра же воскресенье, рано не вставать.

— Я тебя встречу.

— Не, папа Антона проводит. Не волнуйся, мамочка, — Тими привстал на цыпочки и чмокнул наклонившуюся к нему Аллу Григорьевну в щёку, словно это как-то могло хотя бы в меньшей степени компенсировать его ложь. — Ну всё, я побежал, пока-пока!

Мама хотела добавить что-то ещё, но сын со скоростью ужа проскользнул мимо неё, прямо за дверь, и заторопился вниз по лестнице. Он делал это не только потому, что катастрофически опаздывал на встречу с Максом и Анной перед кинотеатром. Мальчик старался избежать лишних вопросов от мамы. Он очень любил её. Больше всех на свете. Но пока не был готов рассказать, что уже почти два месяца дружит с Магическим Воином, который, к тому же, ещё и старше его. Поэтому пришлось выдумать дополнительные занятия с Антоном Самойловым. С Антоном он, конечно же, тоже занимался. Но только не сегодня. Сегодня его ждал «Зачарованный рыцарь». И лучший друг. Правда, к этому другу прилагалась вечно всем недовольная подружка (Тими, всё-таки, предпочитал называть её так, а не «женой», как любила она сама), но мальчик не унывал. По крайней мере, до тех пор, пока не увидал ещё издалека её кислое и недовольное лицо.

— … вот-вот прибежит, уверен, — успокаивающе, не переставая улыбаться, бормотал Макс. Судя по всему, пытался до последнего выгородить своего непунктуального друга. Тими мысленно обругал себя. Максу и так всё время достаётся, вот теперь еще и из-за него.

Заслышав топот маленьких ножек, Анна резко обернулась.

— Ты не торопишься, — холодно заметила она и, совершенно не заботясь, следуют ли за ней её спутники, направилась к главному входу в кинотеатр.

— Прости, — тихо сказал Тими Максу. — Как обстановка?

Старший друг вместо ответа затянул на шее воображаемую петлю и, высунув язык, издал сиплый звук. Тими не выдержал и прыснул со смеху.

— Ну вы идёте или как?! — раздражённо рявкнула Анна.

— Уже в пути! — одновременно отрапортовал её маленький «отряд».

Пока они бежали, Тими успел осмотреть здание «Созвездия». Кинотеатр блистал, разительно отличаясь от построек, кое-где сохранившихся ещё с советских времен. Тёмно-синий фасад украшали мерцающие огоньки, похожие на звезды. Тими готов был поклясться, что кое-где даже угадывались некоторые созвездия. Будь у мальчика чуть больше времени и астрономических познаний, он бы непременно их все изучил. Но тогда, скорее всего, так и остался бы любоваться «звездами» за дверями кинотеатра. Анна не намеревалась ждать ни секунды.

Внутри посетителей встретили бархатные ковры, мягкие удобные кресла и роскошные люстры под потолком. В раздевалке собралась довольно-таки приличная очередь. С улицы продолжали заходить новые люди. Отовсюду доносилось «аншлаг», «все билеты распроданы» и «нет ли у кого лишнего билетика?».

— Поздравляю, — дружелюбно прозвучало рядом. Голос принадлежал невысокой блондинке в меховой курточке, которая стояла со своим парнем в очереди, сразу за Максом, Анной и Тими. — Когда и за сколько билеты брали? Я почти за месяц. Ползарплаты выложила, но, уверена, оно того стоит.

— А нам бесплатно прислали, один билет на всех, по почте, — простодушно сообщил Макс.

Глаза девушки округлились и стали похожи на блюдца.

— Так разве бывает? — и гораздо тише сказала своему парню: — Нет, ну ты слышал? Везет же людям!

Максу сделалось неудобно. На него глядели так, словно он выиграл в лотерею миллион.

Анна предупреждающе пихнула его локтем.

— Меньше болтай.

Чувствуя себя не в своей тарелке под пристальными взглядами, Макс с облегчением вздохнул, сдав, наконец, верхнюю одежду в гардероб. Анна быстро зашагала в сторону зрительного зала.

Макс догнал её и тихо спросил:

— Что-то не так?

— Пока не знаю, — Анна огляделась по сторонам и прищурила синие глаза. Пальцы сжали неизменные бусы на шее. — Какая-то странная энергия… Не расслабляйся.

Тими, наблюдая за ними, тоже ощутил беспокойство, когда вдруг увидел кое-что интересное. Вернее, кое-кого. В фойе у окна сидела пожилая женщина. На ней было вечернее платье и лёгкая меховая накидка поверх него. Посеребренные сединой волосы, собранные на затылке, украшала красивая диадема. В ушах, из одного набора с диадемой, покачивались серьги. Фигура у женщины, даже сейчас, оставалась почти идеальной. В молодости она наверняка была красавицей, сведшей с ума не один десяток мужчин. Но сейчас от каждого её движения веяло печалью. Она улыбалась и кивала посетителям кинотеатра, которых вокруг неё находилось довольно много. Они очень уважительно обращались к ней, многие просили расписаться. Женщина никому не отказывала, но ничто не выдавало того, что ей льстило такое внимание. Она словно потерялась где-то, далеко отсюда. Её некогда прекрасные глаза были абсолютно пусты.

— Кто это? — заинтересовался Макс.

— Она потеряла близкого человека, — уверенно сказала Анна. Как прирожденный медиум, она обладала даром тонко чувствовать души людей, и особенно души тех, кто пережил страшное горе. — И не оправилась. Вряд ли это вообще случится.

— Я знаю, кто это! — неожиданно крикнул Тими и тут же спохватился, сбавив тон. — Она — мама Семена Правдина.

— Исполнителя главной роли в фильме? — нахмурилась Анна.

— Да. Её показывали в телепередачах несколько раз. Это было после того, как актер таинственным образом исчез, и серию фильмов прикрыли.

Анна снова перевела взгляд на женщину.

— Но сейчас её сын должен быть жив и здоров, раз снялся в новом фильме.

— Так это же хорошо, — вставил свою нотку позитива Макс.

Анна покачала головой. Женщина тем временем поднялась и в сопровождении мужчины в смокинге, придерживающем её за локоть, проследовала в зрительный зал. Там специально для неё была устроена VIP-зона.

— Не знаю… Моя интуиция меня никогда не подводит. Она скорбит, считая, что её сын — мёртв. Что-то не так с этим Семеном Правдиным…

***

Во время просмотра фильма все дурные предчувствия и тревога временно отошли на второй план. Какие бы мрачные тайны ни таило в себе прошлое, настоящее, а заодно и будущее Семёна Правдина, свою роль он играл великолепно, и этого у него было не отнять. Сражался против несправедливости, защищал невинных, побеждал зло — он соответствовал полному спектру стандартов Магического Воина, который закладывался столетиями. Даже не верилось, что в реальности он мог быть обычным человеком. Он располагал к себе, ему невозможно было не верить. Этот человек словно бы и не играл, а просто демонстрировал на экране то, что и так делал по жизни. Конечно, девяносто девять процентов зрителей сказали бы, что тому заслуга — магия кино, только и всего. И хорошие актёрские навыки. Но оставался один процент, имевший своё мнение по данному вопросу.

Тими пока ещё не определился, допускает ли он мысль, что в жизни Семён Правдин — Магический Воин. На протяжении всего фильма он почти не отводил взгляд, лишь изредка посматривал на своих спутников, чтобы узнать, какие эмоции вызывает у них происходящее на экране. Макс, похоже, был захвачен сюжетом картины и игрой главного героя не меньше своего маленького друга. С лица не сходила довольная улыбка, карие глаза азартно поблёскивали, словно он сейчас пребывал там, в выдуманном мире, и сражался бок о бок с магом Семеоном. Лицо Анны, наоборот, оставалось непроницаемым, впрочем, как и всегда. И всё же, Тими был достаточно наблюдательным, чтобы уловить пару редких мгновений, когда губы невесты Макса слегка двигались, будто бы владелица их не контролировала, изображая подобие скупой, но искренней улыбки.

Фильм закончился, а в голове Тими всё ещё отдавались эхом звон мечей, шипение магии и победные крики. В раздевалке, и потом, пока вся троица выходила на улицу, он не переставал пританцовывать от переполнявшего его возбуждения.

— Я и не думал, что будет так здорово! Как будто пяти лет неизвестности и не было вовсе. Ведь чаще всего, после такого большого перерыва, актеру сложно опять вжиться в старую роль, и он играет заметно хуже, но, по-моему, достойную конкуренцию этой части может составить только самый первый фильм, с которого начались все приключения мага Семеона. Я в восторге! А ты, Макс?

— Ну, мне затруднительно сравнивать этот фильм с предыдущими, так как я не имел удовольствия их смотреть, — Макс пропустил Анну вперед и придержал для неё дверь. — Но точно могу сказать, что хотел бы брать пример с такого Магического Воина, какого сыграл Семён Правдин. Может даже не отказался бы от дружеского спарринга.

Тими рассмеялся и шмыгнул следом за Анной. Макс вышел последним.

— Такой лодырь, как ты, ему не ровня, — по-доброму пошутил мальчик. — Я уже слышал, как ты сегодня заснул во время упражнений.

— Дождливая погода всегда нагоняет на меня сон, — Макс не особо-то и попытался защитить своё доброе имя и статус лучшего Магического Воина в глазах маленького друга.

— Как вообще можно было задремать во время приседаний? И отжиманий.

— Магическая энергия делала всё за меня.

— А она не может хорошо учиться в школе за тебя?

— Увы… Школа — это отдельная форма зла, не подвластная доброй магии.

Не переставая болтать, смеяться и подкалывать друг друга, друзья спустились по ступенькам кинотеатра. Анна ушла немного вперед. Дождь, славу Богу, прекратился, и маленькая компания, даже не сговариваясь, единодушно решила не втискиваться в автобус, в который и так набились люди, как шпроты в консервную банку.

Троица не спеша двинулась по улице мимо бесконечных блочных многоэтажек. Тими они всегда чем-то напоминали огромные ульи, в которых вместо трудолюбивых полосатых пчелок жили самые обычные люди. У каждого из них своя жизнь, свои радости и свои печали. Вот загорелся свет в ещё нескольких окошках. Наверное, усталые хозяева только что вернулись домой после тяжелого рабочего дня. Кого-то из них с нетерпением ждет семья, а кто-то приходит в пустую квартиру и остаётся наедине со своими мыслями и переживаниями, накопившимися за весь день. Тими всегда жалел одиноких людей и радовался, что у него есть замечательная и любящая семья (пусть и не все её члены каждый день радовали своим присутствием). Неожиданно мальчику расхотелось злиться на неизвестно где пропадавшего дедушку и очень захотелось поскорее оказаться дома, в теплой и уютной кухне, рядом с мамой. И, возможно, поговорить с ней о дедушке.

— Мы проводим тебя до дома, — сказал Макс, без труда прочитав мысли своего маленького спутника.

— Спасибо, — улыбнулся Тими и очень сильно пожалел, что не имеет возможности пригласить друга на чай, познакомить с мамой… Пока ещё нет. Рано.

Вдруг шедшая впереди Анна резко остановилась. Синие глаза прищурились, пытливо сканируя окружающее пространство. Казалось, от них не могло ускользнуть ни единое движение, даже если бы это была мышь.

— Макс, — предупреждающий голос прозвучал немного зловеще. — У нас гости.

Макс, ничуть не удивившись, кивнул, словно ждал этих слов. Тими растерянно завертел головой. А ведь он ничего не заметил. И не почувствовал. Неужели, настолько увлёкся своими мыслями?

И напрасно… Мёртвая тишина переулка, в котором они остановились, была наэлектризована опасностью, разве что только без разрядов в воздухе. Звуки из окон близлежащих домов, отдалённые гудки машин на больших дорогах, даже мяуканье вездесущих бездомных котов — всё это резко стихло, будто кто-то невидимый, этакий зловещий режиссёр, нажал на кнопку выключения. Как по плану некоего адского сценария…

«Так, стоп! — осадил себя Тими. — Похоже, я всё-таки пересмотрел фильмов…»

Под ноги остановившимся друзьям, одиноко шурша, выкатилась скомканная в шарик листовка, подозрительно напоминающая афишу с дверей кинотеатра «Созвездие». На ней должен был быть изображён маг Семеон.

— Что за… — вырвалось у Тими.

— Там, — безошибочно указала пальцем Анна.

Следующим в троицу полетел уже не безобидный бумажный шарик, а вполне себе опасный (если не смертоносный) заряд из тёмно-золотистой энергии. Анна успела шагнуть в сторону. Тими, запутавшись в собственных ногах, весьма «удачно» (и болезненно) приземлился на свою многострадальную пятую точку. Макс же с титаническим спокойствием отбил атаку невидимого пока противника мгновенно возникшим в руке Призрачным Мечом.

— Ого…

— Неплохо, — одобрила Анна. — Ты призываешь свой меч уже за ноль целых семь десятых секунды. Тренировки явно окупаются, но ещё есть, к чему стремиться.

— Стараюсь, — улыбнулся Макс.

Тими недоумённо моргнул. Может, он опять чего-то не понимал, но ему казалось, что сейчас, когда некто явно был враждебно к ним настроен, не самое лучшее время обсуждать успехи в тренировках.

— На всякий случай, здравствуйте, — окончательно добил своим простодушием старший товарищ.

— Макс!

— А что? В любой ситуации надо оставаться вежливым. Людям это нравится.

Тими хлопнул себя по лбу.

— Каким людям?! Макс, ну ты и…

Вместо ответного приветствия из глубины переулка шагнула высокая фигура. Казалось, сама темнота приняла её облик. Тими невольно засмотрелся. Он всё ещё сидел на мокром после недавнего дождя асфальте, хотя ему, наверное, следовало бы ретироваться подальше, и как можно скорее. Незнакомец явно не на чай с плюшками пожаловал. Но мальчика не отпускала одна мысль. Даже, догадка (пока что очень смутная, ещё не оформившаяся до конца). Она буквально пригвоздила его к месту. Взгляд скользил по крепкой, накачанной фигуре. Мужчина выглядел сильным. И опасным. Волосы сзади собраны в небольшой хвост, спереди — немного распущены вокруг лица, скрытого маской. Именно маска и не давала Тими сосредоточиться и понять, почему всё это кажется ему таким знакомым…

«Где я мог его видеть? — пытался сообразить мальчик. — Причём видеть… сегодня?! Это ведь… — Сама абсурдность посетившей голову идеи заставила громко фыркнуть. — Нет, да не может такого быть! Просто не может…»

Макс вопросительно глянул на друга. Заметил (или почувствовал), что его что-то мучает. Но тот даже не посмотрел на него. Губы слегка шевелились, будто бы их хозяин рассуждал. И даже спорил с самим собой. Только без слов.

Фигура по-прежнему хранила не предвещавшее ничего хорошего молчание. Макс на всякий случай занял оборонительную позицию, чтобы защитить Тими и Анну, если возникнет такая необходимость. Противник расценил это как готовность к бою. За спиной с тихим шелестом распахнулись огромные крылья. Глаза и без того удивлённого и сбитого с толку Тими округлились. Недавние его предположения относительно существования среди Магических Воинов ангелов и демонов неожиданно обрели вполне реальную почву. И это… не особо-то и шокировало, надо сказать. Меньше, чем можно было бы ожидать. Личность неизвестного на данный момент занимала большую часть воображения мальчика.

Макс присвистнул.

— Здорово! Всегда мечтал о крыльях, чтобы летать и никуда не опаздывать.

— Тебя никакие крылья не исправили бы, бездельник, — еле слышно прокомментировала мнение будущего супруга Анна. — Ты б всё равно по жизни тормозил, даже с реактивным моторчиком в одном месте.

— Вижу, ты впечатлён, — произнёс новый голос. Тихий и мелодичный. Доносился он откуда-то сбоку. — Мой Азраил хорош, не так ли?

Макс с любопытством завертел головой. Одинокий фонарь — единственный мало-мальски приличный источник освещения в этом богом забытом переулке — моргнул. Всего лишь секунда — и в скудном круге света из ниоткуда возникла вторая фигура. Стройная, в длинном до земли вечернем платье с глубоким декольте. В сложенных на груди руках она держала веер.

— Как я уже сказал, я в восторге от крыльев вашего партнёра, — ничуть не смутился Макс. Карие глаза внимательно изучали девушку. — А вот насчёт всего остального… Вам виднее, ибо я — не ценитель мужской красоты.

Дама еле слышно хмыкнула.

— Ну да, мне говорили, что ты за словом в карман не лезешь.

— И вы мне тоже очень нравитесь, — обаятельно улыбнулся Макс.

Тими, несмотря на напряжённую обстановку, разобрал смех. Правда, весьма истеричный.

«Макс, ну ты и Казанова… Да ещё и при жёнушке своей! Точно, жить надоело…»

Словно подтверждая его мысли, позади раздалось тихое шипение. Анна явно злилась, что означало: тренировки Макса в ближайшее время утроятся, а меню — урежется до щавеля и шпината.

— Не могу сказать о тебе того же, — холодно ответила тем временем незнакомка.

— А чего так?

— У меня нет привычки испытывать симпатию к тому, кого я намерена убить.

Макс печально вздохнул.

— Ну вот… Чем же я вам насолил? Мы ведь и не знакомы даже.

— Макс, хватит чушь молоть, наваляй ей, — не выдержала-таки Анна. — Сейчас же! Или будешь до старости одну капусту жевать!

— Но это же невежливо…

— Да плевать!

— Я согласна, — неожиданно поддержала Анну девушка. — Надеюсь, ты будешь сражаться, как мужчина, а не болтать языком, словно помелом, и не прятаться по кустам, как в прошлый раз.

Макса осенило.

— Ты случайно не родственница Влада?

— Сестра, — с достоинством отозвалась незнакомка. — Анжелика Войцеховская. А это, — красивая тонкая рука небрежным жестом указала на фигуру с крыльями. — Азраил. Мой верный воин. И ангел смерти. Учти, я говорю это вовсе не из вежливости. Просто чтобы ты знал, кто сегодня заставит тебя замолчать навсегда.

— Что ж, я рад, что теперь знаю это, — честно ответил Макс. — И вот, что я могу предложить: давай, ты скажешь Владу, что мы встретились, ты и твой крылатый друг меня как следует отдубасили, я в процессе всего этого дико раскаялся, извинился за всё, в чём бы ни был перед вами виноват, и мы разошлись каждый по своим делам.

— Макс! — возмутилась Анна.

— Так как? — не обращая на неё внимания, переспросил Макс.

Лика презрительно скривила губы.

— Твой вариант смешон, но неприемлем. Лично мне ты действительно не сделал ничего плохого, но я обещала брату не возвращаться без подарка.

— Как мило. Ты, похоже, очень заботишься о нём.

— Сейчас ударю балбеса, — Анна из последних сил то стискивала, то разжимала кулаки, а Тими хотелось и рыдать, и хохотать. Одновременно.

— Это так. И как хорошая старшая сестра, я сдержу своё обещание. И подарю брату то, чего он так хочет — твою голову.

Макс ничуть не смутился. Лика, видимо, ожидала, что он хотя бы дрогнет и отступит назад. Испугается, разозлится, начнёт дерзить (как это происходило с многими её противниками, когда в силу вступала защитная реакция). Растеряется, в конце концов. Проявит хоть какую-нибудь отрицательную эмоцию. Но нет. Макс всё ещё улыбался. И оставался дружелюбно настроенным.

— Интересная задумка. Влад хочет мою голову, значит… Посоветовать хорошего скульптора? Он сделает такую копию моей головы, что от настоящей не отличишь…

Лика раздражённо взмахнула раскрывшимся веером.

— Всё. Хватит. Ты меня утомил, — Она повернулась к своему спутнику и жёстко приказала: — Азраил… Атакуй!

До сей поры не двигавшийся, словно каменное изваяние, мужчина незамедлительно перешёл к активным действиям. Он напоминал запрограммированную машину. Его движения были быстры и точны, его атаки — свирепы и опасны, а двигался он подобно молнии. Его ничто не могло остановить, кроме слова «стоп» от хозяйки. Он не знал жалости или сострадания, он был… идеальным орудием в руках умелого кукловода.

— Эй, дружище, сбавь обороты, — пытался достучаться до оппонента Макс. — Вдохни-выдохни пару раз. Давай просто всё обсудим.

Увы, на этот раз его тактика — разговорить противника, влезть ему в душу, найти слабые места и, по возможности, решить дело миром — тут не работала. Азраил его просто-напросто не слышал. Не хотел. Или не мог. Так что даже оптимистично настроенному Максу пришлось смириться с печальным фактом, что здесь и сейчас его природная доброта не поможет растопить лёд, будь он духовного или магического происхождения, и завершить бой без травм и увечий. Окончательно он убедился после того, как Азраил вдруг оказался высоко в воздухе и стал обстреливать его лучами магической энергии, очень похожими на знаменитые лазеры из глаз Супермена.

— Это нечестно! — закричал Тими. Личность под маской больше не занимала его мысли, теперь он мог думать лишь о том, что старший друг снова втянут в бой, из которого может не выйти целым. Или вообще живым. — Так нельзя!

— Можно, — неожиданно произнесла Анна. Мальчик изумлённо вытаращился на неё. На лице невесты Макса не дрогнул ни один мускул. Синие, как два кусочка льда, глаза фиксировали каждую деталь поединка, но эмоций… страха за любимого, к примеру… не было. Анна присутствовала как сторонний наблюдатель. Руководитель некоего эксперимента, который потом скрупулёзно проанализирует все ошибки и промахи и сделает так, чтобы их впредь не допустить. При условии, что участник эксперимента выживет, конечно же.

Вот только Макс не был подопытной свинкой. Он мог пострадать. Действительно, пострадать.

Разум Тими начала заволакивать ярость, подпитанная паническим ужасом.

— О чём ты вообще? И почему так спокойна?!

— Всё справедливо, — проигнорировав второй вопрос, ответила Анна и сложила руки на груди.

— Что справедливо-то, а?! Моему другу достался в противники злобный Супермен с лазерами!

— Ну, Макс тоже не настолько беззащитен, как ты думаешь.

— Я ничего не думаю, я вижу. Собственными глазами! Что Макс может противопоставить летающему, пережравшему стероидов психу в маске?

— Да угомонись ты, — Анна отмахнулась от разгорячившегося Тими, как от назойливо жужжащего комара. — В этом и есть суть поединка между двумя Магическими Воинами. Даже на официальных боях нет ограничений по способностям противоборствующих сторон, они вообще выбираются рандомно, как в лотерее.

— То есть…

— Макса никто не спросит, умеет ли он летать, прыгать через крыши, ползать по потолку, плеваться ядом и т.д., и т.п. Ему просто назначат время и оппонента.

— Даже если это…

— Даже если это Годзилла. Или сам Сатана. Поверь, всех будет волновать только результат. И имя победителя. Разве в твоей любимой игре не так же?

— Ну… э-э-э… Это просто глупая игра!

— Тут я согласна.

Тем временем один из «лучей зла» прилетел точнёхонько в шеренгу мусорных баков у дальней стены. Мусор брызнул неэстетичным фонтаном, а сами баки и крышки расшвыряло в разные стороны, как кегли в боулинге. Одна из тяжёлых крышек полетела прямо Тими в голову. Но мальчик ничего не замечал. Он с бешено стучащим сердцем продолжал следить за Максом, пока Анна просто-напросто не схватила его за шиворот и не кинула, словно куль с мукой, за угол ближайшего дома.

— Куда?! — ничего не поняв, рванулся обратно Тими, но Анна снова оттеснила его назад, лишая возможности видеть бой.

— В безопасное место, дурень.

— Я Макса не брошу! Я… мы… ему надо помочь!

— И как же ты собираешься помочь? — в голосе Анны безжалостно звучала издёвка. — Считаешь, вид твоей пробитой башки или продырявленного живота воодушевит Макса на дальнейшие свершения?

— Ты помоги!

— Нет.

— Почему?!

— Не могу.

— Не можешь? Или не хочешь?!

— Мы здесь только для поддержки. Смирись.

— Но… — За спиной дико грохнуло, и Тими невольно присел, зажмурившись. Это врезался в стену мусорный бак. От удара неимоверной силы его знатно расплющило. Тими снова уставился на невесту Макса дикими глазами. — Это что, дурацкие правила Турнира? Так, ладно… хорошо… пусть, — Мальчик с трудом восстановил дыхание и уже более спокойно продолжил: — Но сейчас не официальный бой. Здесь нет судий. Никто не следит. И вообще, серьёзные травмы и убийства во время поединка запрещены? Ведь запрещены, так? Почему ты молчишь?! — трясущаяся от волнения рука крепко вцепилась в платье Анны. — Помоги ему, ты же способна на это, по глазам вижу. Накостыляй девице с веером, заставь её приструнить своего Рэмбо! Вот это будет справедливо!

— Я же сказала, нет, — Анна резко дёрнула платье. Материал, аж затрещав, выскользнул из пальцев Тими.

По щекам мальчика потекли слёзы отчаяния. Ему хотелось кинуться на невесту Макса с кулаками, и плевать на последствия.

— Предательница! Да какая ты после этого жена?! Ты даже не друг! Стоишь и смотришь, как Макса избивают! Скажи уже, что тебе просто на него плевать! Безжалостная, чёрствая, эгоистичная…

Анна одной рукой, словно пушинку, схватила не на шутку разошедшегося Тими за одежду и рванула вверх. Их лица оказались на одном уровне. Глаза — друг против друга. Душа мальчика камнем ухнула в пятки. Так страшно ему ещё не было никогда. В глазах Анны, ледяных, как северный океан, он разглядел приближающуюся погибель.

— Прекрати. Истерить. Ты. Мелкий. Сопливый. Щенок, — медленно отчеканила каждое слово девушка. — Учти, ты сейчас жив и невредим только потому, что важен для Макса, — Стальная не по-женски хватка разжалась, и Тими бухнулся — да, снова — на пятую точку. Анна возвышалась над ним грозной скалой. Её тень накрыла маленькую, дрожащую фигурку полностью. Никогда ещё Тими не ощущал себя таким ничтожным. И бесполезным. — Вбей в свой крошечный мозг насекомого раз и навсегда: я последую за Максом куда угодно, потому что верю в него. Но я не намерена нянчиться с ним каждый раз, когда кто-то попробует сделать ему больно. То, что происходит сейчас — жалкие цветочки в сравнении с тем, что начнётся потом. Азраил — всего лишь один противник из многих-многих десятков, которые встанут на пути к короне. Если Макс не справится сегодня — он ничего не добьётся и дальше, и тогда о Турнире ему лучше забыть. Он не может позволить себе идти в бой с мыслью о непременной помощи в опасный момент. Это верный путь к быстрой гибели. И я этого не допущу. Пусть рассчитывает на себя и свои силы. Он знает это, и его всё устраивает. Если нет… Слабак в качестве будущего мужа мне не нужен. А теперь… Если тебе до сих пор ещё что-то не понятно, пошёл вон отсюда. Голова от твоих воплей разболелась.

Воцарилась тишина. Тими несколько секунд упрямо сверлил взглядом одну-единственную точку в асфальте и изо всех сил старался не давать воли слезам. Никто и никогда так с ним не разговаривал. И не обращался. Часть его разума понимала позицию Анны и даже в чём-то с ней соглашалась, но злость и обида из-за резких слов и страх за Макса были сильнее.

— Да плевать, — в конце концов сказал он и твёрдо встал на ноги. — Я сам всё сделаю, раз будущей Королеве это не по статусу, — и Тими решительно вышел из-за угла. Увиденное парализовало его новой волной ужаса.

Азраил больше не висел в воздухе — это, конечно, несомненный плюс. Правда, единственный, так как на земле он был из-за того, что держал обессиленного Макса одной рукой за горло. Другую он отвёл назад для последнего удара.

— Нет! — Тими даже не обдумал своих дальнейших действий, он просто бросился на амбразуру. Рациональное мышление, которым всегда так гордился маленький мальчик, уступило место эмоциям. — Отстань от него! Макс! Я здесь!

Конечно, этот крик для Азраила был не громче комариного писка. Он и не посмотрел на его источник. Макс дрогнул всем телом. Поникшая голова резко поднялась. Волосы взметнулись, открыв лицо отнюдь не сломленного, готового принять поражение человека. В каких глазах сверкал дерзкий вызов.

Тими замер. Неизвестно, была ли это ещё одна хитрая тактика: прикинуться побеждённым, подпустить врага как можно ближе к себе… А может, отчаянные действия Тими, которые наверняка привели бы к печальному исходу, заставили Макса мобилизовать остатки сил. Кто знает… Тими казалось, что он хорошо изучил Макса как друга, но вот как Магический Воин тот всё ещё оставался для мальчика тайной за семью печатями.

Все последующие действия развивались с неимоверной скоростью. Макс с неожиданной силой оттолкнул противника от себя, заставив разжать смертельную хватку на шее, а затем Призрачным Мечом нанёс стремительный удар. Азраила отбросило на несколько шагов. Сам он не пострадал, даже малейшей царапинки не получил, а вот маска на его лице треснула и раскололась на две аккуратные половинки. Они упали к ногам владельца.

Тими почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Всё-таки, он не ошибся. Интуиция, умение подмечать мельчайшие детали, редкое даже для взрослого человека, да и несколько лет восхищения одним киношным героем — всё это в конечном итоге сыграло свою роль.

— Маг Семеон!

***

— Во всей красе, — усмехнулась Лика.

Хоть Тими подсознательно и готовил себя к чему-то подобному, поверить увиденному всё равно оказалось очень сложно. Вернее, невозможно, ведь ещё буквально час назад мальчик со своими друзьями наблюдал за приключениями мага Семеона на экране кинотеатра. И тот живой, своевольный, яркий и невероятно добрый и справедливый персонаж никак не вязался с образом тёмного, мрачного, хладнокровного… убийцы без собственной воли, представшим теперь. Рушились все представления о действительности. Тими уже не знал, кому и чему верить.

— Да правда, что ли?! — Восторг и удивление в голосе Макса прозвучали абсолютно неуместно в данной обстановке, словно это он тут был наивным ребёнком и фанатом мага Семеона.

— Конечно, нет, идиот, — безапелляционно оборвала его Анна, как ни в чём не бывало появившись рядом с Тими. Мальчик демонстративно шагнул от неё в сторону. Один только голос невесты Макса, не то что присутствие, раздражал не по-детски. — Это актёр, исполнивший роль вашего ненаглядного мага Семеона.

— Гениально, миссис Хадсон, — съязвил Тими. — И как бы мы без вас догадались?

Анна бросила на него пристальный взгляд, но промолчала.

— Вижу, дармовой билет окупился с лихвой, — Лика чуть прислонилась спиной к фонарному столбу и небрежно помахивала веером перед своим красивым, но холодным, как у Снежной Королевы, лицом. На Макса и его спутников она поглядывала, как на умственно отсталых детишек. — Вот только то, что было в кино, там и останется, а здесь и сейчас перед вами — Азраил. Не маг и не актёр, изображавший мага. Мой слуга, который, не колеблясь, исполнит любой приказ. Моя собственность, которой я могу распоряжаться, как пожелаю. Такова истинная реальность.

Слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Это было всё равно что сказать ребёнку, что Винни-Пух — кровожадный медведь, отрывающий головы туристам, а Пикачу — любитель пить кровь маленьких детишек. Маг Семеон действительно довольно продолжительное время оставался одним из ярчайших героев детства Тими. Мальчик помнил, как мечтал быть похожим на него. В пять лет, когда мама ещё не разрешала ему сидеть за компьютером, он бегал по двору с самодельным мечом и знал наизусть все самые знаменитые реплики Семеона о добре и справедливости. Позже Тими назвался именем мага в онлайн-игре. Это всегда было чем-то… святым и нерушимым, неким идеалом. У каждого ведь есть свой идеал. Встретив Макса и узнав, что тот — Магический Воин, Тими не раз мысленно сравнивал его с любимым героем, порой делая это даже неосознанно. То, что мальчик переживал теперь, видя перед собой Азраила, вряд ли поняли бы окружающие.

— Как так… — растерянно пробормотал Тими. — Твоя собственность? Твой…

— Слуга? — нахмурился Макс. Ему оставалось только гадать о чувствах, бушевавших в душе маленького друга. И ему это не нравилось.

— Разумеется, — холодно подтвердила Лика. — Как вы думаете, кто именно поспособствовал развитию карьеры Семёна Правдина где-то в конце девяностых годов? Тогда ещё малоизвестного актёришки из какой-то задрипанной провинции. Кто создал ему крутой имидж, вбухал уйму денег в раскрутку? Моя семья, разумеется.

— Значит, бесплатный билет прислала ты, — Анна чему-то кивнула, словно недостающая частица пазла в её мыслях наконец заняла своё место. — Хотела развлечь нас перед тем, как укокошить? Ослабить бдительность, а потом выбить Макса из колеи, ведь рано или поздно он понял бы, с кем сражается, не так ли? А может… — её взгляд остановился на едва не плачущем Тими. -… ещё и поиздеваться? Ведь неспроста же билет был рассчитан на троих. Ты знала, что Макс возьмёт меня и непременно — самого большого фаната мага Семеона. Ты всё это знала заранее. Ну, и как? Весело глумиться над ребёнком?

— Я не ребёнок, прекрати, — шмыгнул носом Тими.

Лика насмешливо закатила глаза.

— Мне, наверное, сейчас должно быть очень стыдно?

— Вообще-то, да, — серьёзно ответил Макс. Выражение его лица по-прежнему оставалось спокойным, и только хорошо знающие его люди безошибочно поняли бы, что он злился. И не на шутку.

— Своему дружку сопли будешь подтирать сам, — скривила губы Лика. — Если, конечно, останешься живым, что… исключено.

— Ты, как я погляжу, в себе уверена, даже больше, чем надо, — в тон ей отозвалась Анна. — И что же ты сотворила с Семеоном… или Семёном… с ними обоими, короче.

— Ну, весьма удачно (что, конечно же, было бы невозможно без моей семьи) снявшись в нескольких фильмах, наша «суперзвезда» вдруг надумала качать права. То не так, это не так, теперь я сам по себе… Вот дядя взял и подарил его мне на мой шестнадцатый день рождения.

— Под… подарил?! — Тими выглядел так, будто его окатили из ведра ледяной водой. — Живого человека?

— Извини, по частям он мне был не нужен, — пожала плечами Лика.

Макс с нечитаемым выражением лица следил за каждым её движением.

— А разве так можно? Дарить людей?

— Почему нет? Дядя предлагал самолёт, но слуга, верный тебе до мозга костей и готовый за тебя умереть — это же куда лучше.

— Значит, вы ему мозги промыли, лишили воли и эмоций, — презрительно сделала вывод Анна. — Превратили в болванчика. Ах, пардон, супер крутого болванчика со всякими примочками вроде крыльев и лазеров. Не много ли на себя взяли, а?

— У нас таких, как он, сотни, милочка, — Лика снисходительно улыбнулась. — Мы используем свои возможности в полной мере. Разве не в этом вся суть? Сильный подчиняет себе слабых.

— Творить, что вздумается, потому что вы это можете, — Макс, игнорируя свои предыдущие ранения, включая жуткие синие полосы от пальцев Азраила на шее, решительно шагнул вперёд. — Тогда я буду тем, кто вас остановит. И освободит настоящего мага Семеона. Потому что я тоже это могу.

Лика не сдержалась и фыркнула.

— Не смеши меня. Ты на ногах-то еле держишься.

— Не волнуйся, Тими, — Макс повернулся к маленькому другу и бодро улыбнулся. — Я спасу твоего героя. Обещаю.

Лика испустила страдальческий вздох и возвела глаза к вечернему небу.

— Издеваться над ребёнком — плохо, говорите? А кормить его ложными обещаниями — это ли не садизм?

Анна открыла было рот, но Макс неожиданно опередил её:

— Помолчи-ка. Я сказал, что освобожу этого человека. Значит, освобожу.

Азраил, о котором шла речь, не шелохнулся. И даже не моргнул.

— М-да, знатно его обработали, — задумчиво пробормотала Анна.

— Нет, не освободишь, — голос Лики стал похож на шипение рассерженной змеи. — Он мой!

— Посмотрим.

Анна усмехнулась. Вот теперь Макс точно будет сражаться всерьёз. Слишком много поставлено на кон, а именно — свобода воли и личности. То, за что он боролся с детства.

— Выше нос, мелочь. Макс не подкачает. Может, тебя даже ждёт селфи с твоим кумиром. И маму его надо будет отыскать.

В мозгу отчаявшегося Тими при этих словах щёлкнул переключатель.

«Мама… там, в кинотеатре, — лихорадочно пронеслась мысль. — Там была его мама! А что, если…»

Лика громко хлопнула в ладоши.

— Всё, цирк шапито закрыт. Говоришь, что освободишь — так докажи это.

— Всегда пожалуйста, — Макс с готовностью сжал Призрачный Меч.

— А мама Семёна Правдина в курсе? — громко спросил Тими.

Лика вопросу ничуть не удивилась.

— В курсе чего? — Сестра Влада раздражённо вздохнула. — По контракту старая перечница имеет право посещать премьеры в кинотеатре, который, кстати, построен на деньги моей семьи, мелькать иногда в телепередачах и говорить только то, что ей позволено. Я и забыла-то про неё.

Анна сдвинула брови.

— Я почувствовала её скорбь сразу, как увидела. Она оплакивала смерть сына.

— Смерть, скажем, в переносном смысле. Его тело живо, умерла лишь душа.

— Истинная душа бессмертна, особенно если человек — хороший.

— О, ты уверена, что он был хорошим? — Лика гадко улыбнулась. — Не зарекайся, милочка.

— Я тебе не милочка. Хватит так меня называть.

— Да как скажешь, — Лика театрально взмахнула рукой с веером. — Азраил, повелеваю тебе заканчивать это представление. Ставим точку в шоу. Без всяких сиквелов. Убей всех! Твоя госпожа желает кровавого финала, — глаза девушки маниакально блеснули. — Всё ради процветания моей семьи!

— Я готов, — без колебаний сказал Макс, но позади неожиданно раздался слабый стон. Взволнованные карие глаза сразу же отыскали его источник. — Тими? Что-то не так?

Мальчик словно потерялся где-то в глубинах своего разума. Он лишь отрицательно мотал головой, делая шаг назад… и ещё… и ещё… пока не развернулся и не побежал прочь.

— Тими… — растерянно произнёс ему вслед Макс. Сердце на миг болезненно сжалось. Похоже, друг ему не поверил. И не верил в него. — Я же обещал тебе… Ты куда?

Анна разочарованно вздохнула. Ох, как же она не хотела быть правой… Но, похоже, Тими и впрямь убежал.

— Шустрый мышонок, — усмехнулась Лика. — Вовремя понял, когда стоит спасать свою шкурку.

— Тими не такой, — упрямо возразил Макс.

— Такой-сякой… Друзья познаются в беде, а крысы — бегут с тонущего корабля первыми, чтоб ты знал. Вот и вся реальность. Вот почему я не верю в дружбу.

— Он вернётся.

— Ну, тем хуже будет ему. Потому что он найдёт лишь твой труп.

Глава 6. Потерянная душа - часть 2

Часом ранее...

Жорж привалился плечом и боком к стене и задумчиво наблюдал за толпой, покидавшей «Созвездие». В течение нескольких минут она напоминала нескончаемый разноцветный поток. Люди шумели, толкались, но при этом громко смеялись, шутили и вовсю обсуждали фильм. Сегодня в кинотеатре была какая-то премьера. Что-то про магов, рыцарей и прочую, по мнению Жоржа, лабуду. К слову, билетик на данную «лабуду» стоил ох как недёшево. Примерно, половину среднестатистической зарплаты. Об этом Жоржу поведал один из его вездесущих друзей-приятелей, подрабатывавший в «Созвездии» уборщиком. Он же тогда подсказал, где можно достать билетик за треть цены, но Жорж лишь досадливо отмахнулся. Это было как раз после случая в парке, перевернувшего вверх дном все мысли и душевное состояние лидера «Грачей». Он не то что разговаривать - слышать о чём-то, связанном с магией, будь то даже безобидное кино, не желал и пригрозил, что первому, кто хоть заикнётся на эту тему, просто-напросто разобьёт челюсть. А у самого перед глазами то и дело всплывал образ подростка с взлохмаченными волосами и карими глазами, лежавшего на кровати без сознания, и маленького мальчика, умолявшего своего друга очнуться. Жорж подозревал, что те события оставят отпечаток в его сознании и душе навсегда, и как бы он не внушал себе, что пуля в лоб или перо в бок - единственное при его образе жизни, что может реально угрожать ему в ближайшем будущем, всё равно останется нечто там, в темноте, за пределами человеческого понимания. И он теперь неразрывно с этим связан.

«Так и одержимым параноиком стать недолго», — подумал Жорж и решил пока что жить по плану «измотай себя до предела днём, прими побольше горячительного вечером — и в постельку, желательно, с Анютой или другой цыпочкой под боком». А там, глядишь, всё и забудется. И до раздражения дружелюбный паренёк по имени Макс, и невероятно уютный дом на Виноградной улице, и... покалывание в кончиках пальцев. Такое приятное и родное. Когда Жорж чувствовал его в прошлый раз, перед спасением Макса, возникло ощущение, что он обрёл нечто важное, давно потерянное, а потом снова лишился. И он злился. Злился, как никогда. Не понимая толком, из-за чего. Даже ребята в банде это заметили. Их лидер стал вести себя отстранённо и молчаливо. Они старались, как могли, его поддержать, но... сложно помочь человеку, если не знаешь, в какой именно помощи он нуждается. Жорж ничего не рассказывал, а желающих поработать его личным психологом не находилось.

Вот и сегодня, вместо того чтобы расслабляться с ребятами в баре через пару от «Созвездия» домов, где, кстати, работал один из дальних родственников Рваного, хозяина «Трёх тузов» (что означало выпивку с пятидесятипроцентной скидкой), Жорж, как распоследний дурак, торчал здесь, напротив кинотеатра, неизвестно на кой и непонятно зачем, хотя и дал себе слово держаться от подобных мероприятий подальше.

Толпа значительно поредела. Люди разъехались по домам: кто на автобусе, кто на такси, а отдельные счастливчики и на собственных авто. Жорж решил, что пора и ему заканчивать изображать тут статую в лучах заката, как вдруг намётанный взгляд безошибочно зафиксировал две знакомые фигуры. Та, что повыше, слегка неряшливо одета и, по всей видимости, опять забыла как следует причесаться. Фигурка пониже не переставала вертеться вокруг первой, жестикулируя и что-то доказывая. Наверняка, по поводу фильма.

Жорж ощутил себя ненормальным сталкером-маньяком, но вместе с этим пришло чувство некоторой... стабильности, что ли. Будто какие-то вещи в этом сумасшедшем мире не менялись.

— Они здесь… Стоило ли сомневаться? — Лидер «Грачей» и сам не заметил, как принялся говорить вслух, сам с собой. — Фильм-то какой…

Жорж настолько увлёкся мыслями о странной и неразлучной парочке, что даже не почуял приближения сзади. От не сильного, но весьма ощутимого хлопка по плечу он едва не подпрыгнул на месте. Как пугливая старшеклассница, ей-богу...

— Вот ты где, босс, — весело заржал Толик. — Ты чего тут один? Парни тебя обыскались.

Жорж сделал несколько глубоких вдохов.

— Да тьфу ты ж… Не делай так больше!

— Как? — ухмыльнулся приятель, прикидываясь, что не понимает, о чём речь.

— Не подкрадывайся сзади. Никогда. А то в следующий раз руку сломаю, доиграешься.

Толик послушно закивал, во всём соглашаясь с боссом. Все из «Грачей» знали, что их лидер - безобидный дикобраз. Вроде, когда злится, иглы-то выпускает, только друзей ранить не сможет.

— Я ж аки Бэтмен, крадущийся в ночи. С каждым разом всё круче и круче.

Жорж беззлобно отмахнулся.

— Ладно-ладно, затухни. Бэтмен, блин…

— Замётано. Так чего ты тут всё-таки один? Неужели, медитируешь? — Толик по-дружески пихнул Жоржа в бок. — Или жалеешь, что отказался от билетика со скидкой, а? Говорят, эта шняга ничего так оказалась, прикольная.

— Кто говорит-то? — стараясь не показывать внезапно проснувшегося любопытства, пробурчал Жорж.

— Так в интернете. Уже полно отзывов.

— Не шарился бы особо по интернету, а то нахватаешь всякой заразы, мозги спекутся. Диванным критикам только волю дай — они тебе и продолжение в виде дебильных фанфиков замутят.

— О-о-о… Ты читаешь фанфики, босс?

— Да иди ты.

— Пошёл, — Толик широко улыбнулся и приобнял одной рукой Жоржа за плечо, увлекая за собой. — Только и ты давай тоже со мной. Нет, ну правда, ребята, поди ж, уже думают, что тебя «Буйволы» похитили. Как бы спасать не ломанулись, весь район на уши поставят. Хватит ностальгировать по детству с глупыми рыцарями и бесполезной магией.

Сердце Жоржа от этих слов болезненно сжалось. Интересно, осознал ли Толик в полной мере суть того, что сейчас ляпнул, или просто не подумал? Ведь кому, как не ему, знать, что ни у Жоржа, ни у какого-либо другого парня из «Грачей» никогда не было нормального детства.

— Ладно, идём, — сдался Жорж, поворачиваясь к кинотеатру спиной. — Но учти: ещё раз меня напугаешь, и мы сыграем в очень познавательную игру «Джокер, коварный и неповторимый, ловит Бэтмена и разукрашивает его физиономию в фиолетовый цвет».

— Ага, значит, я тебя всё-таки напугал?

— Топай давай.

Толкая друг друга и шутливо переругиваясь, двое приятелей пошли прочь. Однако в последний момент Жорж не утерпел и обернулся. Комической парочки у кинотеатра больше не было. Видимо, тоже ушли.

«Ну и к лучшему», — подумал он, но на душе почему-то остался тяжёлый остаток. И чувство незавершённости.

Следующие сорок минут пролетели в непринуждённой дружеской обстановке. Сегодняшний вечер было решено провести в сугубо мужской компании, без девчонок. Согласились все, даже Миха, печально известный своей кроличьей натурой. Жорж прекрасно понимал, что сделано всё это было исключительно ради него. Ребята из кожи вон лезли, пытаясь отвлечь его от мрачных мыслей и медленного скатывания в пучину апатии и депрессии. И им удалось. По крайней мере, сегодня. Пара бутылок качественного чешского пива почти помогла заглушить тихий, неизвестного происхождения голосок в подсознании, который с завидным упорством нашёптывал: «Парень, не расслабляйся. Неспроста те двое ошивались в такой опасной близости от тебя. Ты же понимаешь, что этим всё не ограничится, и новое «приключение» на пятую точку уже ждёт тебя за ближайшим углом?»

— Я на пару сек, покурить, — предупредил ребят Жорж и вышел на свежий воздух. Где в него незамедлительно кто-то врезался, и срывающийся детский голос забормотал:

— П... помоги… Прошу! Макс в беде!

***

Никогда ещё за свою пусть и не продолжительную жизнь Тими не приходилось настолько быстро бегать. Он гнал по вечерним улицам со скоростью накачанного адреналином зайца, преследуемого сворой адских гончих. В лёгких, горящих, будто их объяло реальное пламя, уже не оставалось воздуха, кровь с бешеным грохотом пульсировала в голове и ушах, а сердце и мозг, казалось, вот-вот лопнут от перенапряжения.

Но Тими мог думать лишь об одном.

«Успеть… найти помощь… Я должен успеть! Непременно должен!»

Мальчику сейчас абсолютно не приходило в голову, что его неожиданное, без каких-либо объяснений, бегство могло быть расценено как предательство, особенно после того, как Макс на полном серьёзе пообещал спасти мага Семеона. Или актёра Семёна Правдина. В общем, хорошего человека, не заслужившего того, чтобы его волей и судьбой распоряжалась зажравшаяся дамочка из чокнутой семейки с гитлеровскими замашками. Ради этого Макс готов был выложиться на все сто. При безусловной поддержке, разумеется. А Тими убежал. Но это ничего, он потом всё объяснит. В данный момент силу ему давала лишь отчаянная надежда на то, что мама Семёна Правдина каким-то чудом ещё не покинула «Созвездие». Но если её там уже нет... Ну, тогда Тими до конца жизни будет выглядеть трусом в глазах Макса. И, скорее всего, больше никогда не отважится появиться на Виноградной улице.

До «Созвездия» оставалось рукой подать. Удивительно, но Тими даже не заблудился, хотя и был в этом районе сегодня впервые. Не сбавляя скорости и чувствуя, что время его катастрофически истекает, мальчик вывернул из-за угла и со всей силы врезался в появившуюся на пороге здания фигуру в потрёпанных джинсах и кожаной куртке.

С трудом, но Тими всё-таки сумел удержаться на ногах. Руки сами собой, на автомате, вцепились в куртку высокого человека.

— П...помоги… Прошу! — и только потом он узнал Жоржа. Отчаянный крик, больше похожий на стон вот-вот готового отдать богу душу зверька, последовал незамедлительно: — Макс в беде!

***

Итак, сегодня Жорж Гасперский официально поверил в судьбу. Вообще, он не признавал наличия высших сил и был прирождённым атеистом, потому что если бы Бог существовал, он не допустил бы, чтобы по свету бродило столько брошенных родителями детей. Таких, как он сам и его ребята. Но вот с судьбой (даже, некой злой кармой) ему смириться всё же пришлось. Ведь не даром он решил отдохнуть с парнями именно в этом районе, рядом с треклятым «Созвездием», куда никогда не планировал идти. Ещё увидев здание кинотеатра издалека, он подумал, что над его входом так и напрашивается красным цветом предупреждающая надпись «Здесь творится какая-то неведомая фигня, держись подальше!». Естественно, рядом с этим местом обнаружились кареглазый парень и его мелкий дружок. Жорж помнил их имена, но упорно не воспроизводил в мыслях, потому что ему, конечно же, было на них абсолютно плевать. Разумеется, Жоржу не сиделось в баре с ребятами, и он просто «обязан» был лично увидеть этих двоих, когда они выходили из «Созвездия». И даже потом, после возвращения с Толиком обратно к друзьям, после чёткого и, казалось бы, такого элементарного плана - тихо-мирно провести вечер за пивом в самой лучшей компании на свете, его угораздило выйти покурить именно в тот самый момент, когда мимо пробегал ненормальный, явно не раз падавший в младенчестве головой вниз, ребёнок. Ни секундой позже. Да, это действительно было наказание Господне.

В следующий момент оторопевший от неожиданности Жорж ощутил, как две маленькие цепкие ручки намертво ухватились за его куртку и куда-то потянули.

— Туда… скорее… За мной!

Жорж испустил раздражённый вздох и попытался отцепить от себя липучую мелочь, хватке которой позавидовал бы клещ.

— Чего тебе надо от меня, а?

Мальчик растерянно захлопал глазами. Очевидно, не такой реакции он ожидал. А чего-то типа: «Да, конечно, вперёд! Туда, не знаю куда, делать то, не знаю что!» . Бред. Парнишку срочно требовалось сдать с рук на руки родителям с наставлением не отпускать одного дальше туалета.

— Ты не понимаешь… — безумно шептал Тими (да-да, Жорж вынужден был называть его по имени, хоть и мысленно). Выглядел он так, словно пробежал с десяток марафонских дистанций подряд. И тем не менее, практически повис на молодом человеке, пытаясь утянуть его за собой. Жорж даже вынужденно сделал пару шагов за ним. — Там… в темноте… Макс сражается с ангелом смерти, которого надо спасти, потому что он — хороший человек! И играет в фильме… Быстрее, времени почти нет!

Жорж чертыхнулся. Похоже, у пацанёнка реально снесло башню. Детский психоз - страшная штука. Наверное... Лидер «Грачей» не разбирался в подобных вопросах, и поэтому предложил самое разумное, на его взгляд, решение.

— Слушай, малый, иди-ка ты домой, а? Далеко живёшь? Давай, я позвоню твоим предкам, пусть приедут за тобой. Подлечат… то есть, успокоят.

— Нет! — с истерическим надрывом выкрикнул Тими и ещё сильнее дёрнул Жоржа за собой. — Я же сказал, Макса не брошу! Нужна помощь! Помоги ему! Ты должен!

Жорж нахмурился. Слово «должен» было одним из самых его нелюбимых слов. Потому что он никому и ничего не был должен. Никогда. Ну разве что папе с мамой, которыми добрый Боженька его, увы, не наградил.

— Значит, так… Это уже не смешно. Если у твоего Макса опять какие-то проблемы, пусть сам их и решает, а я ему не нянька. Он прикрыл меня, когда это было нужно (хоть его и не просили), я помог ему потом. Всё. Мы квиты. Тема закрыта. Знать ничего не хочу про ангелов смерти и прочую фигню. А ты сделай одолжение и просто свали отсюда, а то ведь я не всегда такой добрый и терпеливый.

Жорж дёрнул куртку так, что она затрещала. Тими выпустил её и бухнулся на асфальт, прямо в лужу. На какой-то миг в зачерствевшей со временем душе лидера «Грачей» шевельнулась жалость. Но она резко улетучилась, когда он услышал следующие слова мальчика:

— Нет… нет-нет, ты не можешь так поступить… я думал, ты другой… вы же Магические Воины… Магические Воины помогают друг другу!

— Да кто, чёрт побери, эти Магические Воины такие?!

Жорж понимал, что не должен кричать на беспомощного и плачущего ребёнка. Он был взрослым человеком. И вести себя следовало подобающе. Однако Жорж привык контролировать ситуацию. А о каком контроле могла идти речь, если он опять ничего не понимал? Это злило его. И даже более того. Вызывало ярость. И не позавидуешь тому несчастному, который в этот момент окажется у него под рукой.

— Значит, так, — ещё раз повторил Жорж, с трудом выравнивая дыхание. Правая рука непроизвольно сжалась в кулак. — Убирайся с глаз моих долой. И чтоб я больше не видел ни тебя, ни твоего дружка. Это последнее предупреждение. Не приближайтесь ко мне. Никогда.

Тими низко опустил голову. Из сильно зажмуренных глаз в лужу закапали слёзы. Очевидно, силы его окончательно покинули, и на смену безумию пришли отчаяние и усталость.

— Всё равно, не уйду, — еле слышно произнёс он, не смотря на Жоржа. — Хочешь — бей. Я тебя не боюсь.

— Катись отсюда, кому сказал! — рявкнул Жорж и замахнулся.

С каких пор он поднимал руку на тех, кто меньше и слабее него? Наверное, после того, как в его жизни появилось слишком много непонятной дичи. Вроде Магических Воинов, сражающихся друг с другом или с ангелами смерти. Перед затуманенным взглядом возникло, казалось бы, давно похороненное где-то в самой тёмной глубине его кошмаров, на дне подсознания, личико белокурой девочки с яркими зелёными глазами. «Зачем ты так? — печально прошептала она, напоминая, что Тими — уже второй ребёнок, который сейчас мог пострадать из-за Жоржа. Кстати, и девочка, и дружок Макса — примерно одного возраста. Снова совпадение в грёбаной полосе невезения, из которой состояла вся жизнь Жоржа Гасперского? — Почему ломаешь всё, к чему прикасаешься?» — Девочка склонила голову чуть набок. На белоснежном детском лобике сюрреалистично выделялась дырка от пули.

Жорж отшатнулся и, схватившись за болезненно пульсирующие виски, издал стон. Однако с его руки всё-таки успел сорваться ослепительный поток фиолетовой энергии. Тими зажмурился, ожидая неминуемой боли.

Но... ничего не случилось. Его маленькое тельце просто обволокло очень даже приятное тепло. Словно некто укрыл его мягким одеялом. А потом он почувствовал себя лучше. Бодрее и сильнее, будто и не гонял вовсе по вечерним улицам с крейсерской скоростью, пересчитав по пути все выбоины и лужи на асфальте. Даже одежда высохла.

Тими вскочил и завертел головой. Жорж отшатнулся от него, как от прокажённого, и чуть сам не упал. Его вовремя успели подхватить под руки выскочившие на шум Толик и Миха.

— Босс! Босс, что случилось?! — в один голос крикнули они. — Тебе плохо?

Жорж огромным усилием воли взял себя в руки. Не хватало ещё бухнуться тут в обморок, как барышня кисейная. Изнутри его буквально лихорадило, но виду он не подал.

— Я… пойду. Пересечёмся позже, — хрипловатым голосом бросил он товарищам и заспешил прочь.

Толик и Миха растерянно переглянулись.

— Куда? Когда? — затем уставились на Тими, словно он был зелёным человечком с антенками, выпавшим прямо у них на глазах из летающей тарелки. — А ты кто?

Ответить мальчик не успел.

— Эй, это что там такое происходит?

На соседней стороне улицы притормозила серебристая иномарка. Из неё, не дожидаясь поспешившего открыть дверь водителя, показалась женщина в вечернем платье и накинутом на плечи лёгком осеннем пальто.

— Я сейчас милицию вызову. Отойдите от ребёнка!

Толик и Миха снова обменялись взглядами. На сей раз, встревоженными. Действительно, картина вырисовывалась не в их пользу: изрядно потрёпанный маленький мальчик и два явно бандитской внешности мордоворота. Вывод, который сделал бы любой сторонний наблюдатель, становился очевидным.

— Валим, — шепнул Толик Михе, и тот согласно кивнул.

Тими же посмотрел на женщину, как на явление Господа Бога. И почти не ошибся. Это было мама Семёна Правдина.

***

— Итак, — проговорила Лика. Медленно и торжественно. Она явно наслаждалась всей ситуацией и хотела посмаковать каждую деталь в самой что ни на есть извращённой форме, а потом попросту приказать Азраилу прихлопнуть сломленного противника, как букаху. — Твой мелкий дружок тебя только что, говоря блатным жаргоном, кинул. Ты уверен, что всё ещё желаешь спасти его героя?

— Разумеется, — не сводя с неё взгляда, уверенно ответил Макс. Первоначальная растерянность, вызванная побегом Тими, улетучилась. На смену пришло спокойствие. Он верил в своего друга. У того должна была быть веская причина так поступить. А если — нет, и он просто испугался… Ну, никто не станет его винить. Тими не подписывался на такое, и для маленького мальчика неплохо держался всё это время. По крайней мере, он будет в безопасности.

Лика с досадой фыркнула. Сломать упрямого противника пока не получалось. Ну и ладно...

— Ты себя для начала спаси, — процедила она и перевела взор на Анну. — Ну, а подружка твоя что скажет?

— Я не подружка, — с достоинством отозвалась Анна. — А жена будущего Короля Магических Воинов.

Лика усмехнулась в веер, закрывающий половину её лица.

— Вряд ли мой драгоценный брат изъявит желание на тебе жениться. Ты даже не в его вкусе.

— Где ты тут услышала, что речь идёт о твоём брате? — в тон ей ответила Анна. — Королём Магических Воинов станет Макс, точка. Другого варианта и быть не может. И для начала, он приструнит всю вашу зарвавшуюся семейку, которая лично мне уже поперёк горла встала. Потому что никто не имеет права распоряжаться чужими душами, словно товаром на рынке. Слишком много на себя берёте.

Лика расхохоталась.

— Нет, это очаровательно! Ты мне нравишься.

— А ты мне — нет. Извращенка.

— О как! А что, если я прикажу Азраилу сначала разобраться с тобой? Держу пари, твой язычок уже не будет таким острым. Или тоже сбежишь, как бедный малыш?

Макс решительно шагнул вперёд.

— Никто никуда больше не побежит, — Его серьёзный голос и твёрдый взгляд оборвали разошедшуюся ни на шутку сестру Влада на полуслове. — Тими обязательно вернётся. Он очень умный. И, наверняка, что-то придумал. А пока его нет, я буду делать всё от меня зависящее для того, чтобы сдержать данное ему обещание. Поддержишь меня, Анна?

— Конечно, — без колебаний отозвалась будущая супруга. — Лично я сомневаюсь, что коротышка появится снова, и говорю об этом прямо, но если веришь ты — поверю и я.

— Вот для этого и нужны друзья.

Лика, слушая их, плотно сжала губы. В красивых глазах на какой-то миг мелькнула обречённость, ведь, что бы она ни делала, враги почему-то не теряли силу духа ( а, наоборот, даже укрепляли её). А потом проснулась злость.

— Глупые! Нет никаких друзей! Нет свободы! И нет воли. Есть те, кто приказывает. И те, кто подчиняется. Ясно вам?!

Макс грустно улыбнулся.

— Ты совсем как твой брат. Теперь я вижу, вы и впрямь одной крови, — он смотрел на Лику так, словно желал вывернуть её душу наизнанку. — Про Азраила я всё понял. Теперь насчёт вас. Влад мне в прошлый раз так и не ответил, поэтому спрошу у тебя: кто отдаёт приказы вам?

Лика побледнела. Этот мальчишка... Он не мог знать! Да что он вообще понимал?!

— Азраил, убей их. Обоих! Сейчас!

— Я всё равно получу ответ, — просто ответил Макс и приготовил Призрачный Меч. Анна шагнула в сторону, давая ему больше пространства.

Бой закипел с новой силой. Макс выдохся и получал удары всё чаще и чаще, но каждый раз поднимался и упорно продолжал двигаться к цели. А Азраил даже не вспотел... Он то взлетал и обстреливал противника градом лучей сверху, то резко пикировал вниз и молниеносно переходил в рукопашную атаку, высекая искры из Призрачного Меча, которым вынужден был прикрываться Макс. Защитная сфера больше не работала, так как истощилась магическая энергия.

Очередной удар невероятной силы отшвырнул Макса спиной на кирпичную стену. Хрустнули кости. Жалкие остатки магической энергии лишь незначительно смягчили удар, иначе перелом позвоночника был бы обеспечен. По лицу из раны на голове потекли струйки крови.

— Что-то, как я погляжу, не очень ты и стараешься сдержать своё обещание, — зло съязвила Лика. Былая уверенность вновь вернулась к ней. — Ну, оно и правильно. Слабаки вроде тебя только и могут, что красиво болтать.

Макс попытался встать, но со стоном рухнул обратно. Кровь наполовину залила глаза, но утереть её он не мог. Одна рука всё ещё намертво сжимала заметно потускневший Призрачный Меч, а другая - не шевелилась. Похоже, была серьёзно повреждена.

— Видимо, это конец, — скучающим тоном сделала вывод Лика. — Что-то быстро. Я думала, ты дольше продержишься. Ну, имеем, что имеем. Для меня — даже лучше. Ещё успею к вечернему чаю, — девушка отвернулась и кивнула медленно приземлившемуся перед Максом Азраилу. — Добивай. И домой. Девчонку разрешаю не трогать. Пусть знает, что это я и моя семья позволили ей жить.

Анна промолчала. Синие глаза пристально смотрели на Макса. Рука сильно сжимала бусы на шее. Оставалось лишь гадать, о чём она думала в этот решающий момент.

Глаза Азраила сверкнули, рука поднялась вверх. Губы Анны шевельнулись, их хозяйка хотела что-то крикнуть...

Но её опередили.

— Сынок, не надо! Остановись, прошу…

— Ты?! — Сказать, что Лика была удивлена — всё равно что ничего не сказать. Она будто привидение увидела. — Тебе запрещено здесь находиться! Ты знаешь, что с тобой теперь будет?!

— Знаю, — печально прозвучал женский голос. — И мне плевать.

Макс силился разглядеть, кому он принадлежит, но перед глазами всё расплывалось из-за крови и слабости. Рядом послышался шорох, и маленькая рука мягко коснулась его повреждённой головы.

— Макс… Ты как?

— Уже лучше, — прошептали пересохшие губы. — Правда-правда.

— Дурак, — детский голосок дрогнул. — Не смей мне врать.

— Извини. Просто рад, что ты вернулся.

— Ну конечно. Тебя ж и на минуту нельзя оставить без присмотра, горе ты луковое.

От того места, до которого дотронулись крохотные пальцы Тими, пошло тепло. Невероятно приятное. Оно быстро разлилось по вымученному организму и утихомирило боль в пострадавшей руке. Макс провёл ею по лицу и, наконец, увидел перед собой не на шутку испуганного маленького друга.

— Как же хорошо… Тими, ты прям волшебник! А водички ты случайно не принёс? Пить очень хочется, — Макс уверенно шевельнул конечностью и поднялся на ноги. Через пару минут, убедившись, что от недавних боли и слабости не осталось и малейшего следа, он потихоньку начал осознавать происходящее. — Дружище… А ты что такое сейчас сделал?

— Ты у меня спрашиваешь?!

— Это было исцеление, — безошибочно подтвердила догадку своего будущего мужа Анна. Она быстро подошла к Максу и несколькими профессиональными движениями ощупала его руку. — Не болит?

— Не-а.

— Погодите-ка, — Тими оторопело таращился то на друга, то на его девушку. — Я что, теперь исцеляю?!

— Круто! — обрадовался Макс.

Анна закатила глаза, поражаясь тугодумию некоторых отдельно взятых личностей.

— Балбесы. Никого коротышка исцелить не может. И никогда не мог.

— Фу-х, — с облегчением выдохнул Тими, хотя, на самом деле, умение исцелять очень пригодилось бы. Столько пользы можно было бы принести, и не только Максу, но и окружающим. — А как же тогда…

— Тебя использовали, как носителя, — Прочитав недоумение на лице мальчика, Анна вздохнула и пояснила проще: — Как посылку. Ты просто доставил порцию исцеляющей магической энергии до адресата. Сам того не осознавая.

— А так можно? — заинтересовался Макс. Даже он о подобном слышал впервые.

Анна внимательно смотрела на него. И на Тими.

— Можно, — наконец заговорила она. — Вот только не всякому целителю такой трюк по силам. Тут важна предельная точность. Нельзя ошибиться с количеством передаваемой магической энергии. Есть вариант дать слишком мало — тогда это будет, как мёртвому припарок. Или, наоборот, много, но тебя разорвало бы на части, как переполненный водой пакетик. Ты бы просто не дошёл до Макса.

— Я рад, что остался целым, — нервно усмехнулся Тими.

— Это, конечно, повод не унывать. Но и для того, чтобы принять в своё тело чужеродную энергию и донести её, не «расплескав», до адресата, тоже требуются определённые навыки. Носителей тренируют специально. Они должны быть хорошо развиты, физически и духовно. От них требуется преодолевать большие расстояния, когда сам целитель не имеет возможности добраться до раненого.

Тими ощутил кисловатый привкус подступающей тошноты во рту.

— И… часто в таком возникает необходимость? Использовать носителей?

— Во время очень тяжёлых сражений, — Анна немного помолчала, словно раздумывая, говорить ли дальше. — Или на войне. Когда целитель физически не способен помочь всем и находиться в нескольких местах одновременно. Ему приходится жертвовать своей силой, полагаясь на носителей, — Тими сильно побледнел, и Анна быстро перевела разговор в другое русло. — Вопрос вот в чём: как ты, маленький неподготовленный ребёнок, смог удержать в себе столь мощную энергию, доставить её сюда, исцелить Макса и даже этого не понять?

— Значит, у меня, всё-таки, есть способности, — пробормотал Тими и еле слышно добавил: — Хорошо это или плохо…

А ведь он ещё не рассказывал о вещих снах. Даже Максу. Интересно, Анна знает о них? Она же, вроде, читает мысли.

— Ладно, с твоими неожиданно пробудившимися талантами, а заодно и с кудесником, всё это провернувшим, мы разберёмся позже.

Макс и Тими переглянулись. Оба уже знали, что это за «кудесник» такой. Жорж, скорее всего, ещё меньше Тими понимал, что сделал, так что либо у него действительно уникальные способности, либо… просто повезло. Ну, или и то, и другое.

— Надо будет отблагодарить. Обязательно, — сказал Макс.

Тими едва подавил вздох, вспомнив, каким обозлённым был Жорж и как кричал, чтобы его оставили в покое. Можно ли вообще было в таком состоянии сделать что-то хорошее (а не, наоборот, покалечить)? Загадка.

— Не думаю, что ему нужна твоя благодарность, — Макс недоумённо моргнул, и Тими лишь махнул рукой. — Потом расскажу.

Сейчас и впрямь оставались более насущные проблемы. Например, как Азраил отреагирует на появление своей мамы?

***

Алевтина Правдина всегда считала своего сына особенным. Несмотря на тяжёлые роды и отсутствие надёжного мужского плеча рядом (отец умотал в далёкие края, когда женщина была ещё на четвёртом месяце беременности), она называла Семёна лучиком света в своей серой, обыденной жизни.

Сама Алевтина происходила из самой обычной семьи. Не бедной, но и не богатой. У неё имелись неплохая квартира в провинциальном городке под Москвой и работа со среднестатистическим заработком. И, конечно же, она ни разу не сталкивалась с магией. Пока на свет не появился Семён. Так уж вышло, что рожать ребёнка Алевтине пришлось не в больнице под присмотром квалифицированного врача, а в загородном доме местного знахаря-умельца. Как выяснилось намного позже, и он, и сбежавший папашка имели самое что ни на есть прямое отношение к миру магии. Мать будущей звезды ничего этого тогда не знала и знать, понятное дело, не могла. Но даже спустя пару десятилетий она помнила те благоговение и трепет, которые испытала, когда взяла новорождённого сына на руки и совершенно отчётливо увидела вокруг крохотного тельца белоснежные крылышки. Призрачные и неосязаемые, словно сотканные из воздуха, они исчезли уже через несколько секунд. Молодая мать так и не поняла, было ли это необъяснимое, но от того не менее чудесное явление последствием только что пережитых ею тяжёлых родов, и крылья ей просто померещились, или же... её сынок действительно являлся даром, посланным самими небесами. Женщина уверовала во второй вариант. И воспитала сына с любовью, присущей далеко не каждой матери, в одиночку, практически без чьей-либо помощи. Он вырос хорошим человеком. Немного застенчивым, но очень добрым, честным и открытым. И невероятно талантливым. Уже позже Алевтина узнала о существовании магии. От некоторых, так сказать, «специалистов» по данному вопросу, к которым она возила маленького Семёна после того, как парочку раз застала того левитирующим в воздухе. Для человека «не в теме» Алевтина довольно быстро и легко осознала и приняла новость о том, что её любимый, скромный и ласковый сынок в будущем может стать магом-воителем, и далеко не самого последнего уровня. В отличие от отца, который максимум, что умел - это очаровывать молоденьких, наивных девчулек (какой была когда-то и сама Алевтина) простенькими магическими трюками («ловкость рук — и не более того» - так он объяснял свои чудо-таланты), у Семёна был вполне реальный шанс стать сильным Магическим Воином и попасть на Турнир. Должно быть, пробудились гены далёких предков по отцовской линии. Но он мечтал сниматься в кино. Алевтину мечта сына тоже вполне устраивала. Всё лучше, чем сражаться с драконами и защищать единорогов.

Так Семён Правдин оказался в одном из Московских театральных училищ, где на него и обратил внимание Павел Олегович Войцеховский, глава одной из богатейших и влиятельнейших семей в России. Конечно, заинтересовали его вовсе не актёрские таланты юного дарования, а его магический потенциал. Однако молодой и наивный Семён был тогда слишком ослеплён столь небывалой удачей. Ну ещё бы, заиметь такого могущественного покровителя и спонсора мечтал каждый, даже уже находившийся на пике популярности, актёр, а про желторотых новичков тут и вовсе речи не шло. Один шанс из миллиарда. Джек-пот в казино, гранд-приз в лотерее... Оставалось выложиться на все сто, не жалея сил - и вот он, первый фильм. Павел Олегович оказался настолько любезным, что даже выслушал идеи будущей звезды и дал добро на их реализацию. И средства, разумеется.

Вскоре свет увидел первый фильм про мага Семеона. Данный образ Семён Правдин выдумал ещё в далёком детстве. Великий и отважный маг Семеон, преследуемый тёмной сущностью - ангелом смерти по имени Азраил. К слову, последний персонаж так и не появился ни в первом, ни в последующих фильмах. Азраил был и остался личным детским страхом Семёна Правдина.

Шли годы, фильмы про мага Семеона набирали популярность. Герой Семёна Правдина стал любимцем взрослых и примером для детишек. Но что-то изменилось. Войцеховского абсолютно не волновал коммерческий успех фильмов, хотя доход они приносили стабильный и солидный, даже по меркам главы семьи, способной купить Аляску в качестве утешительного подарка. А вот вопросов о магических способностях Семёна становилось всё больше и больше. Сначала ненавязчивые, скорее даже не вопросы, а некие полунамёки, они постепенно обретали настойчивость, пока в один далеко не прекрасный момент не переросли в полноценные угрозы, что блестящая карьера актёра накроется медным тазом, если он не согласится работать на семью Войцеховских в качестве полноценного мага-воителя и выполнять некие «особые» поручения. Что это за поручения такие, Семён знать не хотел, о чём прямо в лицо Павлу Олеговичу и заявил. Глава семейства Войцеховских оценил его смелость и как бы невзначай упомянул, что его любимой племяннице скоро шестнадцать лет, и он планирует сделать ей особый подарок с участием мага Семеона. Актёр решил, что речь, быть может, идёт о каком-то частном спектакле и согласился. Через несколько дней Семён Правдин исчез. И появился Азраил. Вот только о нём уже никто не знал.

Алевтина, которая переехала в Москву ещё до съёмок первого фильма, догадывалась, что с сыном случилось что-то плохое. Ей позволяли видеться с ним, но очень редко. И такие встречи не приносили радости. Весёлый и жизнерадостный Семён превратился в мрачного, нелюдимого чужака. Он даже говорить перестал, лишь холодно кивал матери и почти сразу уходил. Алевтина пыталась узнать больше и даже наивно пригрозила милицией. В ответ ей «посоветовали» успокоиться и не мутить воду почём зря, или же она окажется за городом, образно выражаясь, у «разбитого корыта», без средств к существованию, работы, дома и возможности хоть иногда встречаться с сыном. И Алевтине пришлось пойти на такие условия. Её не пугала перспектива состариться в нищете и на улице, она бы отдала всё, вплоть до души, за свободу сына. А вот реальная угроза никогда его больше не увидеть подействовала на кипящую праведным гневом женщину подобно смирительному ошейнику. Пусть уж лучше так. Она, по крайней мере, хотя бы иногда будет видеть своего мальчика и знать, что он жив и здоров.

И вот теперь, спустя пять долгих и мучительных лет (худших лет в жизни, несмотря на богатство и достаток), стоя в тёмном переулке и глядя на устрашающую фигуру с уже давно чёрными, а не белыми, крыльями, Алевтина точно знала, что должна сделать. Остановить Азраила. Вернуть Семёна. И плевать на все угрозы. Главное, они будут вместе. Ей оставалось только надеяться, что душа её сына, настоящего сына, до сих пор теплится где-то там, внутри этой тёмной оболочки, способной лишь причинять боль.

Алевтина смело приблизилась к Азраилу, привстала на цыпочки, положила руки на плечи и нежно коснулась губами его лба.

— Сынок, вернись. Прошу… Вернись к своей маме!

***

— Так вот оно, значит, что ты придумал, — внимательно наблюдая за развернувшейся сценой, сказал Макс. — Ты убежал, чтобы привести сюда маму Азраила, надеясь, что она…

— Поможет ему вспомнить, кто он есть на самом деле, — завершил мысль друга Тими и скромно улыбнулся. — Да, я рассчитывал именно на это. Но, на самом деле, мне просто повезло, что она не успела далеко уехать от кинотеатра. Иначе я бы ничего не добился и навсегда остался бы в твоих глазах позорно сбежавшим трусом.

Пока мальчик говорил, Макс не сводил с него серьёзного взгляда.

— Я бы никогда не стал считать тебя трусом, — медленно проговорил он. — Ты вовсе не обязан…

— Идея неплохая, — перебила Анна, пока не начались, по её мнению, очередные телячьи нежности. — Посмотрим, к чему она приведёт.

— Я же говорил, что ты очень умный.

— Да ладно уж, — слегка покраснел Тими.

Алевтина задержала дыхание, глядя сыну прямо в глаза, а затем с лёгким вздохом сожаления отстранилась от его лица. Несколько долгих, казавшихся вечностью, секунд Азраил не двигался, затем моргнул раз-другой и огляделся по сторонам. Все его движения были замедленными, как будто он выходил из состояния анабиоза. В глазах впервые за этот долгий вечер стали появляться человеческие эмоции. В основном - недоумение. Семён (да, теперь его уже можно было так называть) не понимал, где находится. Он пытался найти хотя бы одно знакомое лицо. И он его нашёл.

— Мама…

— Сынок! — от облегчения женщина расплакалась. Слёзы катились по щекам безостановочным потоком.

— Мама, — повторил Семён и шагнул к ней. На лице появилось искреннее удивление. — Почему ты плачешь?

— От счастья, сынок. Я рада, что ты вернулся.

— А я уходил? — Семён осторожно, словно касаясь хрустальной вазы, дотронулся до материнской щеки и поймал пальцем слезинку. — Ты изменилась.

— Я постарела.

— Как? Когда? — Семён опустил взгляд. К ногам подкатился бумажный шарик. Та самая смятая афиша из кинотеатра. Она будто говорила: «Я отвечу на твои вопросы…». — «Зачарованный рыцарь, или возвращение мага Семеона». Хм-м… Разве этот фильм вышел? Был только трейлер… «Громкая премьера после пятилетнего отсутствия», — Глаза изумлённо расширились. — Пятилетнего отсутствия?! — бывший ангел смерти снова посмотрел на скорбно молчавшую мать. — Так вот почему ты… — он явно отказывался употреблять слово «состарилась» в адрес своей мамы, ведь для него она всегда останется молодой и красивой.

— Да, — тихо подтвердила женщина.

Семён провёл рукой по собственному лицу, уже ни в чём не уверенный. Наверное, он не удивился бы, если бы там оказалось лицо абсолютно другого человека.

— Где я был эти пять лет? Чем занимался? — Актёр через плечо оглянулся на чёрные крылья за спиной. — Что со мной вообще такое?!

— Ты — мой слуга, и хватит уже задавать идиотские вопросы, — вмешалась Лика. Тон был резкий и слегка раздражённый. И только очень внимательный человек различил бы в нём испуг. Да, Лика боялась, потому что прекрасно видела, что верный пёс вот-вот сорвётся с цепи. — Будь так любезен, заверши начатое.

Семён дёрнулся всем телом. Остаточный рефлекс, не иначе. Этот голос он точно помнил. Голос, который отдавал приказы. В основном, «сражайся» и «убей», и редко — какие-либо ещё. Они всегда звучали чётко и ясно сквозь туман, окутывавший сознание плотным одеялом. Но вот визуально в его памяти всплывала не красивая молодая девушка с грацией пантеры, а нескладная девчушка лет шестнадцати. И её дядя.

— Вау… Он такой большой. И сильный, — тонкие пальчики медленно провели по мускулам руки Семёна. — Он здесь для меня? Верно, дядя?

— Ну, я же обещал.

— И я могу забрать его прямо сейчас? А он и правда будет делать всё, что я ему велю?

— Зависит от тебя. Всему необходимому ты обучена.

— Класс! Лучший подарок на свете, — девчушка собственническим движением потянула ничего не понимающего Семёна за собой. — Идём. Мы с тобой так-о-о-е устроим… Мир содрогнётся! Ты, главное, слушайся. Ладно?

И разум Семёна Правдина поглотили забвение и тьма.

— Прости меня, сынок, — снова заплакала Алевтина. — Я должна была сделать это раньше. Попытаться достучаться до тебя… Но ты практически никогда не был один. Они не подпускали меня к тебе близко, даже обнять не позволяли. Я так виновата! Просто… прости..

— Прекрати! — с неожиданной злостью выкрикнул Семён. Женщина вздрогнула. — Хватит извиняться. Не ты виновата, — взгляд, полный ненависти, метнулся к напряжённо замершей Лике. Девушка нервно помахивала веером перед лицом. — Виноваты те, кто сделал это со мной. Манипулировал мной. Пять лет… Я не знаю, что я делал целых пять лет! Мои руки могут быть по локоть в крови…

— По локоть? Бери выше, дорогой, не скромничай, — ядовито улыбнулась Лика. — Ты — Терминатор среди убийц. Лучший из лучших. Беспощадный и жестокий. Кровожадный мо…

— Замолчииии! — не своим голосом рявкнул Семён. Глаза опасно вспыхнули, крылья распростёрлись чуть ли не на всю ширину улицы. — Проклятая ведьма! Что ты со мной сотворила?!

Лика сдвинула брови, но не шелохнулась.

— А ты на меня не гавкай. Пёс должен знать своё место, иначе будет пристрелен.

Тими встревоженно посмотрел на своих спутников.

— Ох, не нравится мне это… Зачем она его злит?

— От безысходности, — усмехнулась Анна. — Поняла, что птичка вырвалась из клетки, и обратно её уже не вернуть, теперь бесится.

Подтверждая её слова, Семён-Азраил издал жуткий рёв:

— Не прощуууу!!! — и выстрелил лазером в Лику.

Девушка отработанным движением ушла в сторону. Лазер врезался в стену заброшенного барака и пробил дыру. От удара из покорёженных рам посыпались остатки стёкол.

Лика прикрыла лицо веером и крикнула:

— Глупое животное, ты подписал себе приговор! Конец и тебе, и твоей матушке! Моя семья предательства не прощает!

— К чёрту твою семью! — ревел обезумевший актёр, беспорядочно стреляя лазерами. — К чёрту всё! Я свободен!

— Ты никогда не был и не будешь свободен, ты — ничто!

— Пожалуйста, замолчите, — попыталась вмешаться Алевтина, но её никто не слышал. Анна покачала головой и легонько потянула шокированную женщину в безопасное место.

Лика тем временем не смогла уклониться от очередной яростной атаки и, зацепившись каблуком за выбоину в асфальте, упала на бок. Бывший подчинённый завис над ней, хлопая крыльями, как коршун над добычей.

— Пять лет… Ты отняла у меня пять лет жизни! Скажи, зачем?!

— Затем, что могла, — прямо ответила сестра Влада и, зажмурившись, отвела взгляд, ожидая неминуемого удара.

Но его не последовало.

***

— А? Что? — недоумённо завертел головой Тими.

Ещё секунду назад Макс был рядом с ним, а теперь решительно стоял между разъярённым слугой и его бывшей госпожой, готовый принять на себя удар.

— Ты… Что делаешь?! — вырвалось у Лики.

Изумлению девушки не было предела. Она ожидала чего угодно, но только не защиты от того, кого ещё минимум десять минут назад пыталась убить.

— А как ты думаешь? — довольно бодро отозвался Макс. — Пытаюсь спасти тебя. Не хочу, чтобы Влад огорчился. Он же наверняка ждёт тебя к вечернему чаю.

— Не понимаю… я же твой…

— Да-да, враг. Я помню. Слушай, давай пока опустим эти маленькие условности. Возможно, позже ты снова попытаешься меня убить. А может, и нет. Сейчас главное — не это.

— Но…

— С дороги, мальчишка! — выкрикнул Семён. Его голос срывался от ярости, а кулаки дрожали от невозможности добраться до своей мучительницы. — Ты мне не нужен! Я покончу с ведьмой, раз и навсегда!

— Зачем? — спокойно спросил Макс. — Серьёзно, что тебе это даст? Вернёт обратно пять лет жизни? Или воскресит всех тех, кого ты убил? — Да, звучало жестоко, но образумить по-хорошему Семёна было уже нельзя. — Поверь мне, месть — путь к разрушению, а не исцелению. Я знаю.

Лика слушала речь Макса и не верила ушам. Куда делся наивный и беззаботный дурачок, коим она считала Максима Светлова? Неужели, он тоже бывал в подобной ситуации? Ненавидел своего обидчика настолько, что желал лишить жизни? Но ведь не лишил же? Ему кто-то помог. Так же, как теперь он пытался помочь её Азраилу. И ему абсолютно плевать, что перед ним - враги. С таким благородством (или же глупостью) Лика сталкивалась впервые.

— Уходи, — не отворачиваясь от Семёна и чуть скосив глаза на девушку, шепнул Макс. — Быстро. Я попробую его образумить. Или хотя бы задержу.

Лика поднялась на ноги, но всё ещё не решалась сделать шаг. Она вдруг вспомнила всех тех несчастных, которые томились в подземелье под особняком её семьи, подумала о том, что они чувствовали, когда их заставляли выходить против Азраила. А он ведь просто оттачивал на них свои навыки убийцы. Что он сделает с тем, кого возненавидит всей душой? Лика поняла, насколько страшного монстра она создала. Но поняла лишь сейчас, когда этот монстр восстал против неё самой.

— Ты не сможешь его остановить.

— Я думаю, ты удивишься.

Азраил увидел, что его цель номер один вот-вот скроется и рванулся за ней, но Макс снова преградил ему путь.

— Прости, но мы не договорили.

Лика замерла. Рядом с ней тут же оказалась Анна. Невеста Макса схватила девушку за локоть и дёрнула, прошипев:

— Хватит ворон считать, шевелись! Надо придумать, как помочь Максу.

***

— Что же делать, что же делать… — Тими, слегка закусив кулак, нервно прохаживался туда-сюда. — Всё только хуже и хуже. Теперь Максу достанется ещё больше! — он прекратил движение и повернулся к замершей неподалёку Алевтине. — Может, у вас будут идеи? Вы же знаете его лучше всех!

Женщина печально покачала головой.

— Больше — нет. Мой мальчик… он никогда таким не был. Столько злости! Он всегда умел прощать. А сейчас не услышал даже меня.

— Ну, такое действительно трудно простить, — Анна снисходительно взглянула на Лику. — Ну, а что скажешь ты, хозяйка медной горы? Что-нибудь предложишь?

Сестра Влада прислонилась к стене и медленно сползла вниз. Руки обхватили коленки, со следами ссадин и царапин после падения, которые едва прикрывало разорванное платье.

— Нет, — тихо ответила она. По ней безошибочно было видно, что у неё не осталось сил и дальше изображать из себя крутую и неприступную леди-стерву. Теперь Анжелика Войцеховская выглядела как обычная девушка, загнанная в угол безысходностью. — Я сказала твоему жениху, что ничего не выйдет. Мой Азраил — идеальный убийца. И сейчас он в гневе, — по раскрасневшимся щекам хлынули слёзы отчаяния. — Нам конец. Всем конец. Вам надо было уходить, пока была возможность. Надо было дать ему…

Звук пощёчины резко оборвал фразу. Глаза Лики комично расширились. Она явно не ожидала, что у кого-то тут хватит смелости ударить её.

— Соберись, не будь тряпкой, — велела Анна. — Ты не можешь сдаться только потому, что твоя ручная собака вдруг взбунтовалась и покусала тебя, ты в ответе за неё. И будешь отвечать до последнего.

— Но я больше не знаю, что делать…

— Думай.

— Вот именно, — поддержал Тими. — Ты всю эту кашу заварила, мы лишь пытаемся её расхлебать. Макс там один за всех отдувается, так что соображай скорее. Выслушаем любые мысли, даже самые безумные.

— В детстве Семён часто рассказывал мне про мага Семеона и злого ангела смерти Азраила, — неожиданно заговорила Алевтина. — И про их извечное противостояние. Он даже отождествлял их с собой, своей душой и её двумя половинками — светлой и тёмной. Мага Семеона сынок боготворил и мечтал сыграть его роль в кино, а вот Азраила — наоборот, боялся, даже будучи взрослым, поэтому про него никто, кроме меня, не слышал. Не знаю, так ли важна сейчас эта информация…

Анна внимательно посмотрела на неё и кивнула.

— Думаю, важна. Есть тут у меня одна идейка, — она снова уставилась на Лику, как прокурор на пожизненно осуждённого. — А вот теперь сосредоточься, от этого ответа будет, не побоюсь сказать, зависеть вся твоя дальнейшая жизнь, и говори предельно честно и, по возможности, кратко, так как времени у нас в обрез: что ты и твоя чокнутая семейка сотворили с Правдиным?

— Я не понима…

— Честно! Как именно вы сломали его волю и превратили в машину для убийств? Только не говори, что обошлись одним внушением, не поверю.

Лика опустила голову, не решаясь как говорить, так и смотреть кому-либо из присутствующих в глаза.

— Да рассказывай уже! — опередив Анну, приказал Тими. Железным ноткам в его голосе удивилась даже невеста Макса. Мальчик осторожно высунулся из укрытия и сразу же юркнул обратно. — А то Макс долго не продержится. Если он опять пострадает — лично волосы повыдёргиваю, имей ввиду!

— Я… мы… — сдалась под напором Лика. — Мы уничтожили часть его души. Большую часть души, светлую.

— Вы убили мага Семеона?! — вспомнив слова Алевтины о двух половинках, заорал Тими.

— Образно выражаясь, да. Остался только Азраил.

— Ну вы и…

— Нельзя безвозвратно убить светлую душу, ваша семья не может обладать таким могуществом, — возразила Анна.

— Тебе откуда знать? — с вызовом спросила Лика. — Ты не представляешь, на что мы способны.

Анна насмешливо приподняла бровь.

— Я — медиум королевской крови, милочка. Так что я знаю.

Уязвлённая Лика густо покраснела, но промолчала.

— То есть, мы можем вернуть мага Семеона? — обрадовался Тими.

— Да можем-можем, только угомонись, — сжалилась над ним Анна. — Теперь я вижу полную картину и понимаю, что тут происходит. Особое заклятие (которое, по идее, должны знать только медиумы высшего уровня) разделило душу Семёна Правдина на две половинки — светлую и тёмную, Семеона и Азраила, соответственно. Семеона не уничтожили, а просто предали забвению. Изгнали. Подозреваю, он застрял где-то в завесе, так как только полная и единая душа может попасть или в рай, или в ад, и дремал до тех пор, пока Семён-Азраил сегодня не узнал свою маму. Светлая часть души пробудилась, но вернуться полностью не способна. Не видит пути обратно, через завесу. Вот именно этот диссонанс, когда не понимаешь, кто ты есть на самом деле, и сводит Семёна Правдина с ума.

— Значит, нам нужно… — начал догадываться Тими.

Анна сжала потеплевшие бусы на своей шее.

— Я укажу светлой половине души путь обратно и верну мага Семеона домой.

***

Анна приготовилась к ритуалу. Остальные отошли подальше, чтобы не мешать.

— Ей и впрямь это по силам? — недоверчиво спросила Лика. — Вернуть потерянную душу?

— Ну разумеется, — без тени сомнения ответил Тими, хотя на самом деле понятия не имел, насколько далеко простирались возможности Анны, ведь он ещё не видел невесту Макса в действии. Но очень надеялся, что не разочаруется.

— У вас есть какая-нибудь вещь сына? — обратилась Анна к Алевтине.

— Увы, с собой — нет, — сокрушённо покачала головой женщина.

— Плохо.

Тими отбежал, но уже через несколько секунд вернулся обратно.

— Это подойдёт? — спросил он и протянул две половинки, на которые раскололась маска, когда Макс разрубил её Призрачным Мечом. Всё это время они валялись на земле, никому не нужные.

— Вполне, — Анна приняла у мальчика остатки маски. — А теперь отойди. Все отойдите. Я начинаю.

Невеста Макса стала входить в транс. В руке мелодично позвякивали бусы. Специальное духовное ожерелье медиума, каждую его бусинку пронизывала мощная и опасная для простого смертного потусторонняя энергия. Вместе эти бусины обеспечивали медиуму нерушимую связь с загробным миром.

Глаза девушки медленно закрылись. Сейчас она была в другом измерении, среди теней застрявших между адом и раем душ, и лишь блуждающие синие огоньки, в которые превратились бусины, помогали ей не потеряться. И указывали путь назад.

— Заклинаю-призываю, явись, — заговорила Анна. Левая рука в реальном мире стиснула половинки маски. — Светлая душа Семёна Правдина, приди на мой зов, и я укажу тебе путь домой. Заклинаю-повелеваю, следуй за мной, — Лицо слегка вспотело от напряжения, веки дрогнули. — Нет… нет, не сопротивляйся, никто больше не причинит тебе зла. Я помогу. Тебя ждёт мама. Иди на свет моих бусин. Они — проводники, которые укажут тебе путь, — Глаза резко распахнулись и вспыхнули двумя яркими синими огнями. — Ну же!

Бусины-огоньки закружились в безумном и беспорядочном танце. Одна из безликих теней отделилась от прочих и устремилась к ним.

— Там! — Анна указала пальцем на сражающихся Азраила и Макса.

Алевтина и Тими одновременно посмотрели в нужную сторону. Лика, наоборот, отвела взгляд. Она поняла, что у Анны получилось. И что она сейчас лишится своего слуги. Навсегда.

Синие огоньки рассеялись и приняли очертания человеческой фигуры.

— Это он, — испустил благоговейный шёпот Тими. — Маг Семеон!

Он даже выглядел, как в кино. Длинное расшитое одеяние, золотистая накидка на одном плече и два лёгких меча за спиной. Азраил замер, а вымотанный до предела Макс наконец смог опуститься прям на асфальт и перевести дух.

— Хватит злости, — мягко заговорила светлая половина души Семёна Правдина. — Хватит ненависти. Пяти лет было более чем достаточно. Больше ты никому не причинишь вреда. Я не позволю.

Семеон потянулся к Азраилу, и обе фигуры слились воедино. Их окутала мистическая синеватая дымка.

— Что там? Что там?! — занервничал Тими. — Ничего не вижу! Всё получилось? — и бросился к Анне, которая только-только пришла в себя. Мальчик схватил её за руку и легонько дёрнул. — Ты как? В порядке? Пожалуйста, скажи, что получилось!

— Всё в порядке, — с несвойственной ей мягкостью отозвалась Анна. — Он, наконец, исцелился. И стал самим собой.

***

Дымка рассеялась. Блуждающие огоньки вернулись к своей хозяйке и снова приняли форму бус. Анна повесила их на шею.

— Всё закончилось? — на всякий случай решил уточнить Тими.

— Очень на это надеюсь, — добавил Макс. Мальчик подбежал к нему и стал осматривать на предмет новых ранений. — Ещё одного раунда я не выдержу, честно.

Семён Правдин опустился перед ними на одно колено.

— Я приношу свои извинения за всё, что здесь происходило, — заговорил он. — Как мне искупить свою вину?

— Просто иди уже к маме, — утерев пот со лба, честно отозвался Макс. — Она скучала по тебе.

Тими счастливо засмеялся. Семён шагнул к прослезившейся матери и крепко обнял её.

— Сынок, — прошептала женщина. Её руки скользнули по широкой сильной спине и коснулись крыльев. Алевтина распахнула глаза и изумлённо выдохнула: — Твои крылья… Они опять белые!

— Так и должно быть, мамочка, — тихонько рассмеялся в её объятиях бывший Азраил. — Так и должно…

Лика отвернулась и пошла прочь.

— Что, просто уйдёшь? — поинтересовалась Анна.

— А чего ты от меня ждёшь? Что я извинюсь? Раскаюсь? — холодно осведомилась сестра Влада. — Этого не будет. Ну, а выбор Азраила… Семёна тут очевиден. Больше мне здесь делать нечего.

Анна недоверчиво прищурилась.

— И ты действительно отпустишь его? Вот так запросто?

— Вы продемонстрировали невероятные способности, освобождая его. Все вы: и ты, и твой жених, и малыш…

— Я не малыш! — каким-то чудом услышав последние слова, возмутился Тими.

Лика улыбнулась. На сей раз, искренне, без надменности.

— Я уважаю это. Уважаю сильных людей. А вы — сильные. Вы справитесь с любыми трудностями.

— Что ж, это правда. Мы, конечно, можем начать выяснять, откуда твоя семья узнала заклятие разделения души, которое известно только медиумам. И сколько ещё у вас таких, как Семён Правдин…

— А можем сделать вид, что ничего не произошло, и разойтись мирно, — закончил Макс. С помощью Тими он кое-как поднялся на ноги и доковылял до девушек. — Если пообещаешь, что твои родственники больше не побеспокоят Семёна Правдина и его маму. И, вообще, забудут о них.

Лика пожала плечами.

— Да, если это его выбор. Но новых фильмов с магом Семеоном вы больше не увидите.

— Переживём, — заверила её Анна. Тими, тяжело вздохнув, кивнул. Уж лучше свободный и счастливый Семён Правдин и никакого мага Семеона, чем благородный и справедливый маг Семеон в кино, но бездушный и жестокий убийца в действительности. Идеального финала не бывает, всегда приходится чем-то жертвовать.

Лика чуть заметно качнула головой.

— Прощайте, — В воцарившейся тишине она преодолела половину улицы, но потом вдруг обернулась и сказала: — Анна, думаю, у твоего жениха всё же есть шанс стать Королём Магических Воинов. Удачи ему на Турнире.

После этого, не дожидаясь ответа, девушка скрылась в темноте.

— Спасибо, — искренне поблагодарил пустоту Макс, а затем повернулся к Анне. — А она вроде ничего, да?

Анна закатила глаза, но так и не ответила.

— Что планируете делать дальше? — спросил Тими у Семёна и Алевтины.

— Мы просто… пойдём домой, — Актёр обнял счастливую мать за плечи. — Столько всего надо обсудить, — крылья за его спиной замерцали и исчезли. Тими несколько раз моргнул, не веря глазам. Очевидно, они были таким же воплощением магической энергии, как и Призрачный Меч Макса. А значит, могли появляться и пропадать по желанию хозяина. — Заходите к нам в любое время, вы будете желанными гостями.

— Непременно, — пообещал Макс, а Тими робко протянул использованный билет в кино.

— Можно автограф на память?

Семён громко рассмеялся.

— Конечно.

— У кого-нибудь есть ручка? — заволновался мальчик.

Все, кроме Анны, захлопали по карманам.

— Кажется, моя потекла, — растерянно сообщил Макс и продемонстрировал вывернутый наизнанку карман куртки, заляпанный чернилами.

Анна лишь фыркнула, Тими обиженно насупился, а остальные — дружно засмеялись.

— Думаю, мы решим эту проблему, — Семён плавно провёл пальцами по билету. На нём появилась сияющая подпись актёра и слова «Самому большому фанату Тимуру от мага Семеона с благодарностью!».

— Это как так? — завороженно уставился на билет Тими.

— Расписался магической энергией. Дешёвый трюк, — пояснила Анна. — Но вечный. Теперь эту подпись уничтожит разве что только ядерный взрыв.

— Крутоте-е-ень!!! Повешу дома, в рамке, и буду показывать всем-всем-всем!

— Господи, какой же ты ещё ребёнок…

— А мне можно? — внёс свою лепту Макс.

— И этот — туда же. Два сапога пара.

***

Итак, этот вечер всё же закончился благополучно. Семён уехал вместе с Алевтиной на её машине. Они, конечно же, предложили своим новым друзьям подвезти их, но те отказались.

— Ты всё же снизошла до того, чтобы помочь Максу, — не удержался и пристал к Анне Тими. — Что стало с твоей политикой невмешательства?

Невеста будущего Короля Магических Воинов ничуть не смутилась.

— Макс достаточно хорошо проявил себя в этом бою. Да и ты тоже был не промах.

— Да ла-а-адно… Ты действительно признала это?! Обалдеть!

— То, что я вовремя пришла на помощь, не означает, что я потакаю его слабостям.

Тими заулыбался.

— Иными словами, ты всё-таки волновалась за него. Как ми-и-ило… Ой! За что подзатыльник-то?!

— Много болтаешь.

— Злюка!

— Ещё хочешь?

— Нет-нет… За избиение малолетних, между прочим, срок полагается!

— Ребята, давайте всё-таки вызовем такси, — жалобно попросил Макс. — Я с места не сдвинусь. Почему мы не поехали с Семёном и его мамой?

— Мы не берём плату за подвиги, не забыл? — усмехнулась Анна. Макс и Тими недоумённо уставились на неё. — Что? Любимая фраза вашего киношного героя.

— Неудачный пример, — буркнул Тими. — Я за сегодня столько пробежал, что удивительно, как вообще на ногах держусь.

Макс выудил из кармана сотовый и издал страдальческий стон. Мёртвый экран пересекала глубокая трещина.

— Урок на будущее: во время схваток с ангелами смерти убирать телефон подальше. Ну, или обзавестись бронированным чехлом.

— Новый не получишь, — предупредила Анна.

— Я знаю, охо-хох…

— Мой, вроде, цел. Сейчас вызову, — успокоил старшего товарища Тими и покрутил головой. — А кто знает, где мы вообще? Что это за улица?

— Так, встали и шагом марш домой, на своих двоих! — не выдержала Анна.

— Я же говорил, злыдня, — еле слышно пробормотал Тими и взволнованно посмотрел на Макса. — Слушай, я подумал… Мы оставим всё как есть? А вдруг, у семейки Войцеховских и впрямь ещё куча таких вот бездушных убийц, как Азраил? И всех их ищут близкие люди.

Макс посерьезнел.

— Ты прав. Но пока мы ничего не можем сделать. Какое у них положение в обществе, и какое — у нас. Я к ним и на пушечный выстрел не приближусь. Не сумею. Однако, кое-какую информацию попробую собрать. Пока мы спасли только одного человека — и это хорошо. Это — уже победа.

— Согласен.

— Я вызвала такси, так что шевелитесь! — крикнула Анна.

— Ура!

— Но за дорогу платит коротышка. Двойной тариф.

— Что-о-о?! Нет! Макс, ну скажи ей!

— Прости, дружище, у меня действительно нет денег.

— Ну вот… Я так и знал. Эксплуататоры.

Глава 7. Судьба

— Добро пожаловать, молодой человек. Мы вас ждали. Пожалуйста, проходите, не стесняйтесь.

Тяжёлая дверь со скрипом приоткрылась, и Тими шагнул внутрь. Он знал, что приветствие адресовано не ему, но повернуть обратно не мог. Мальчик словно находился в трансе.

«Мне что, опять какой-то кошмар снится? — пытался сообразить он. — Где я? Что это за место? Тут так темно… и холодно…»

Высокая фигура чуть впереди (именно к ней и обращался голос) остановилась.

— Мне пообещали здесь работу. Что я должен буду делать? И какая оплата?

Тими обомлел. Он всё ещё не способен был как следует разглядеть человека, за которым двигался, но вот голос его узнал сразу.

— Оплата будет соответствовать вашим способностям.

«Стой, дурак! — собрался крикнуть Тими. — Не слушай…»

Воцарилась мёртвая тишина. Никто больше не говорил, а знакомая фигура в джинсах и кожаной куртке исчезла. Тими остался один в кромешной тьме. Душу охватил поистине леденящий страх. Мальчика парализовало им, он боялся шелохнуться.

Сзади на плечо опустилась рука. Тими отмер и, шарахнувшись, упал на спину.

— Это вы во всём виноваты, — монотонно проговорил Жорж. Мертвенно-бледный свет чётко выделял в темноте его лицо. Неподвижное, как у статуи. — Ты и твой дружок Макс. Я просил оставить меня в покое… я хотел держаться от всего этого непонятного дерьма подальше…

— Прости, — сам не зная, почему, забормотал Тими. Он совсем не чувствовал своей вины.

К Жоржу, подобно призраку, подплыла мужская фигура в дорогом костюме. В руке сверкнула знакомая вещь.

«Маска Азраила», — пронеслось у Тими в голове. Сердце сжалось от ужаса.

— Надень, — тоном, не терпящим возражений, велел хозяин этого места лидеру «Грачей». — И ты получишь свою оплату.

— Нет! — вырвалось у Тими. — Не делай этого! Ни в коем случае!

— Поздно, — усмехнулся мужчина и поднёс маску к лицу Жоржа. Тот не сопротивлялся и лишь продолжал обвиняюще глядеть на Тими.

«Похоже, мы действительно где-то облажались, Макс», — От этой отчаянной мысли у мальчика заболело сердце. Он будто лишился чего-то очень важного. Или кого-то…

— А ты здесь откуда? — резко обратился к нему мужчина. — Вон!

Мир перед глазами Тими закружился.

***

Тими сел в постели. Чувство дежа-вю и подступающая, подобно змее, паника накрыли его плотным саваном, не оставляя воздуха.

«Что опять происходит? — лихорадочно пытался понять его возбуждённый мозг. — Просто дурацкий сон? Или…»

Вообще, после вчерашних событий немудрено было словить кошмар, даже если Тими и надеялся просто уснуть и продрыхнуть, как сурок без задних лапок, минимум до понедельника. Хорошо хоть, что на сей раз удалось не разбудить маму, иначе без дополнительных вопросов, на которые мальчику абсолютно не хотелось отвечать, дело не обошлось бы. Она и так вчера изнервничалась из-за того, что Тими заявился домой почти в одиннадцать вечера вместо обещанных десяти. Слава Богу, не до такой степени, чтобы начать звонить родителям Антона, с которым её сын всё это время должен был заниматься. Но дело к тому явно шло. И уж вдвойне повезло, что Тими всё-таки успел хоть как-то привести себя в надлежащий вид, и у Аллы Григорьевны не создалось впечатления, что её ребёнок участвовал в скачках, причём не в качестве наездника, а загнанной лошади. Плюс, маленький хитрец всегда знал, как подластиться к маме, поэтому умело сделал виноватую мордашку с большими слезливыми глазами промокшего на улице щеночка, получил свой стакан кефира и поцелуй на ночь и, оказавшись у себя в комнате, без зазрения совести завалился под одеяло, намереваясь отсыпаться, пока не поднимут насильно. Но, видимо, не судьба.

И вот теперь, пробудившись с чувством неминуемой беды, Тими осознал, что проспал от силы три часа, так как будильник показывал всего лишь два ночи. Весь дальнейший сон как рукой сняло. Мальчик ворочался, ходил по комнате, раза три сбегал в туалет и даже втихаря съел на кухне бутерброд с вареньем - не помогло. Лишь около пяти утра он сумел кое-как задремать, но опять увидел Жоржа в маске Азраила. На этот раз, он стоял на Виноградной улице, напротив дома Макса, и жутко молчал, что явно было дурным знаком. Случится нечто плохое. Опять...

— Да сколько ж можно…

Тихонько ругаясь, невыспавшийся и злой Тими откинул одеяло. У него жутко болела голова и слипались веки, но нормального сна не было ни в одном глазу. Он уже вознамерился одеться, чтобы сию же минуту бежать к Максу, но потом, со штаниной на одной ноге, убедил себя, что это, по меньшей мере, будет выглядеть странно. И как он объяснит маме, куда его понесло в полшестого утра? Занятия с Антоном или кем бы там ни было тут явно не прокатят. Да и Макс наверняка дрыхнет так, что из пушки не разбудишь. Его, небось, в отличие от Тими, кошмары не мучают...

Мальчик со стоном рухнул обратно в постель и сунул гудящую, словно улей, голову под подушку.

«Спать! — приказал он себе. — Спать и видеть сны про единорогов. Раз единорог, два единорог, три единорог… нет, это как-то глупо, по-девчачьи… Тогда буду считать Счастливчиков. Раз Счастливчик, два Счастливчик, три Счастливчик…»

На сто двадцать пятом Счастливчике Тими, наконец, отрубился.

***

Тими был не единственным, кому не спалось этой ночью. Анжелика Войцеховская тоже не сомкнула глаз. Но она и не ложилась вовсе. Сначала девушка бесцельно бродила по улицам, потом зашла в первое попавшееся кафе. Впервые её не волновали ни сервис, ни обстановка. Она просто пила кофе, пока её не попросили уйти, так как заведение закрывалось на ночь. В любое другое время Лика купила бы эту шарагу со всем содержимым и распорядилась бы высечь хозяина, и это только за то, что он посмел прервать её размышления. Но сейчас она встала и ушла, да ещё и оставила чаевые. Даже не заметив. Все мысли были об Азраиле. И о Максиме Светлове. Отпустив своего слугу, Лика чувствовала, что единственный раз в жизни сделала что-то правильно, пусть семья этого и не одобрит.

А ещё она ощущала тоску.

«Я что… скучаю? — в смятении гадала сестра Влада. — Что за чушь! Просто привычка, вот и всё. Он был рядом долгое время. Это как… потерять любимые домашние тапочки. Но им всегда можно найти замену».

Вот только внутренний голос упорно нашёптывал, что любая «замена», даже самая лучшая, не компенсирует отсутствие оригинала. Да и не хотела Лика управлять каким-то другим бедолагой. Больше не хотела... Может, болтовня Максима Светлова о свободе личности так на неё подействовала. Кто знает... Но что-то надломилось в холодном сердце девушки. И это уже не восстановить.

Ближе к рассвету Лика вызвала личного шофёра, который обязан был являться в любое время дня и ночи, и велела ехать к загородному особняку Войцеховских. Больше оттягивать неизбежное не было смысла. Она знала, что там её ждёт неприятный разговор. За потерю Азраила с неё спросят, и сурово. Но Лика не волновалась. Гораздо сложнее будет объясняться с братом, ведь придётся признать, что он оказался прав, и Максим Светлов не так прост, как она думала. Возможно, Влад окончательно в ней разочаруется.

Однако самая большая неприятность всё ещё поджидала Лику впереди, и она о ней пока не догадывалась. Отпустив водителя, девушка направилась по аллейке к особняку Войцеховских - огромному трёхэтажному зданию с массивными колоннами и балконами, построенному в мрачном готическом стиле. В нём впору было снимать фильмы ужасов. Не доставало разве что статуй горгулий с горящими в темноте глазами.

Сейчас это место угнетало Лику как никогда. Возможно, ей стоит собрать вещи и какое-то время пожить в своей городской квартире. Влад вряд ли будет в ней нуждаться, а остальное Лику не беспокоило.

— Ба-а-а, какие люди, и без охраны! Сестрица дорогая, ты ли это?

Лика споткнулась на абсолютно ровном месте и замерла. Она редко (точнее - никогда) обращалась к Богу, но на данный момент ей захотелось сделать именно это.

«Господи, пожалуйста… Только не она! И только не сейчас…»

Из чёрного «Мерседеса», припаркованного точнёхонько поперёк главного входа в особняк (а такое себе здесь мог позволить только один человек), грациозно выскользнула девушка, лет на пару старше Лики. Её двоюродная сестра и родная дочь Павла Олеговича Войцеховского собственной персоной.

— Здравствуй, Ольга, — церемонно отозвалась Лика и, не удержавшись, добавила: — Почему в машине? В дом не пускают?

Хозяйка «Мерседеса» запрокинула голову и громко рассмеялась.

— Ох, это твоё чувство юмора… Древнее, как и твой стиль одежды, — Она с наигранным любопытством вытянула шею, заглядывая Лике за спину. — А где твой верный телохранитель? — На лице отразился весьма правдоподобный испуг. Ольга Войцеховская всегда была хорошей актрисой. — Неужели, динамичный дуэт распался? У нас потери?!

— Если ты не против, я бы хотела, наконец, попасть в дом, — начала терять терпение сестра Влада.

— Да-да, конечно, — Ольга и не подумала сдвинуться с места, и уж тем более — отогнать машину. Вместо этого она привалилась к капоту и вальяжно закурила. Лика поморщилась от запаха дыма и ментола. Она никогда не понимала этого вульгарного пристрастия, которое, к тому же, ещё и гробило здоровье. А манера одеваться — кожаные обтягивающие брюки и более чем откровенная безрукавка — и вовсе делали сестрицу похожей на девицу лёгкого поведения. В общем, они были полными противоположностями и не уживались вместе дольше одной минуты. Ни сейчас, ни в детстве.

— Я надеюсь, ты не планировала огорчить папу плохими новостями, — выпустив в небо красивую струйку дыма и прищурив, как кошка, глаза от утреннего солнца, продолжила Ольга. — А то он сегодня малость не в духе.

— Теперь понятно, почему ты здесь, а не там, — съязвила Лика и, обогнув «Мерседес», прошла-таки в особняк, громко хлопнув дверью.

Ольга фыркнула и как ни в чём не бывало продолжила курить.

***

Алла Григорьевна спокойно наслаждалась утренним кофе, когда на кухню вкатилось нечто сопящее и завёрнутое в одеяло.

— Сынок? — удивилась женщина и тут же заволновалась. — Ты заболел?

— Да не, мам, нормально всё, — невнятно пробубнил Тими и кое-как, не выпуская из рук краёв одеяла, влез на стул. — Я позавтракаю — и к Антону, ладно?

— Опять? — удивилась Алла Григорьевна. — Ты кого из него там делаешь, Ломоносова?

Тими не то хихикнул, не то хрюкнул.

— Хотелось бы.

— Сама не верю, что говорю это, но дал бы ты ему перерыв, а то заучишь вконец. И сам — отдохни.

— Да там ненадолго, — Из-за дикого недосыпа мальчик никак не мог собрать мысли в кучу, и они расползались подобно тараканам. — Мы правило не дорешали и задачу не доучили… ой, наоборот…

Алла Григорьевна слегка нахмурилась и потянулась через стол, чтобы потрогать лоб сына.

— Не нравится мне твоё состояние.

— Клянусь, я хорошо себя чувствую, честно-пречестно!

— Ладно, иди, но на пару часов, не дольше.

— Спасибо, мамуль, я обожаю тебя!

У Тими словно гора с плеч упала. Так не хотелось ничего объяснять, а то он, как принято говорить, начал в «показаниях» путаться.

Алла Григорьевна рассмеялась.

— Кушай блинчики, Макаренко ты мой, а то остынут.

Полчаса спустя Тими, как угорелый, нёсся по Виноградной улице. Похоже, такой способ передвижения скоро войдёт у него в привычку. Попросить, что ли, у мамы на день рождения велосипед… А ещё надо было срочно задуматься над более достоверным «прикрытием». Иначе ему и впрямь придётся готовить Антона к Нобелевской премии, а то вдруг мама всё-таки решит проверить… Ну, или знакомить её с Максом. Другого варианта не дано.

К величайшему разочарованию Тими, Макса дома не оказалось. Телефон молчал. Но зато калитка была не заперта. От слова «вообще».

— Эх, Макс-Макс, непуганый ты дуралей, — пожурил товарища Тими. О том, что на дверях и заборе могла стоять магическая защита (поэтому здешние хозяева так беспечно и оставляли калитки, а заодно и окна, открытыми), мальчик не подумал. В любом случае, на него эта защита не распространялась, и он свободно посещал сад и дом, в любое время, даже когда владельцы отсутствовали.

На ступеньках веранды обнаружился дремавший Счастливчик.

— Хоть кто-то бдит, — Тими присел рядышком. — Ну что, будем ждать твоего горе-хозяина?

Пёс согласно чихнул и полез проверять носом карманы мальчика.

— Да подожди, подожди… — засмеялся тот. — Что-то было для тебя. О, овсяная печенюшка! Будешь? — и Тими по-братски разделил найденное угощение. Одну половинку он сунул себе в рот, вторую — отдал довольному Счастливчику.

***

— Ты звал меня, отец? — промурлыкала Ольга, слегка приоткрыв дверь кабинета главы семьи.

Ответом стал утвердительный кивок. Девушка тенью проскользнула внутрь и замерла перед письменным столом. Некоторое время Павел Олегович Войцеховский продолжал перебирать бумаги, не обращая на дочь абсолютно никакого внимания, будто её тут и не было вовсе. Ольга терпеливо ждала. Она не смела прервать тишину или хотя бы просто сесть на стул. Дерзкий характер и развязное поведение остались за дверями этого помещения. Здесь и сейчас Ольга была дисциплинированной дочерью, которая с раннего детства уяснила, что слушать и уважать отца - её наиглавнейшая обязанность. С другими ей позволялось вести себя, как в голову взбредёт, но при этом не забывать, кто в доме главный. И Ольга пока ещё ни разу не навлекла на себя гнев отца непослушанием.

— Я думаю, ты уже в курсе насчёт того, что произошло вчера, — наконец заговорил Павел Олегович, продолжая пролистывать документы на столе.

Ольга закатила глаза. Выражение её лица так и говорило: «Неужели ты позвал меня сюда только ради этого?».

— Да, конечно. Моя сестрица-кулёма умудрилась проворонить своего дуболома-телохранителя… как там его… Исмаила, кажется.

— Азраила.

— Да мне как-то фиолетово.

— Следи за языком, — одёрнул дочь Павел Олегович.

Ольга почтительно склонила голову.

— Что от меня требуется? Вернуть его обратно? Дай мне пару часов, и он будет тапочки в зубах таскать, радостно виляя хвостиком.

— Не нужно. Пусть пока гуляет, — Глава семьи Войцеховских вытащил из ящика стола фотографию и кинул её поверх пачки документов. — У нас есть кое-кто поинтереснее на примете.

Ольга взяла глянцевую карточку и с интересом стала рассматривать.

— О-о… Что за красавчик? Он очень даже ничего…

— Соберись.

— Да, извини, — Дочь Войцеховского провела пальцами по изображению молодого человека лет двадцати. — Ну, и кто он такой? Магический Воин? Сильный, надеюсь? Если из-за него ты вызвал меня…

Павел Олегович жестом оборвал поток вопросов, а затем медленно поднялся из-за стола и развернулся к окну, занавешенному тяжёлыми красными шторами. Полуденное солнце почти не пробивалось сквозь них.

— Чистая Энергия, — не оборачиваясь, проговорил он, словно эти два слова были ответом на все вопросы дочери. Ольга наморщила лоб, старательно извлекая из тайников своего разума нужную информацию. — Расскажи всё, что знаешь о ней. Только вкратце.

— Ну-у… Исходя из наших источников, Чистая Энергия — один из древнейших видов магии. Возможно, даже первоначальный. Ею владели те, кого называли волшебниками, ещё до появления первых Магических Воинов. Якобы, сила Чистой Энергии — безгранична. С её помощью приручали драконов и даже управляли демонами, как марионетками. Она могла оживлять неодушевлённые предметы. И исцелять больных и тяжелораненых людей. Но сейчас тех, кто обладал бы этой силой, не осталось, и Чистая Энергия — сказка, даже для Магических Воинов.

— Всё верно, — кивнул Павел Олегович. — Кроме одного маленького, но очень значительного факта. В нашей вселенной сохранился как минимум один обладатель Чистой Энергии.

Ольга изумлённо моргнула и перевела взгляд со спины отца на фотографию в своей руке. В подобное даже ей верилось с большим трудом. А она повидала и испытала многое.

— Ты хочешь сказать, что этот…

— Да. Перед тобой, возможно, последний источник Чистой Энергии.

— Он?! — Ольга, сощурив глаза, вглядывалась в фото так, будто хотела дыру в нём проделать. — Да это же всего лишь какой-то байкер с улицы! Он вообще в курсе?!

— В том-то и дело, что нет. И, согласно моим данным, изо всех сил отторгает свою магическую сущность. Но при этом, сам того не ведая, уже два раза воспользовался силой, и весьма успешно. Оба раза — для исцеления Максима Светлова.

— Что, того самого? — скривилась, будто в рот лимон попал, Ольга.

— Того самого. Первый раз — исцелил лично, второй раз — через носителя. Оба раза не понимал, что делает.

Ольга с досадой сжала фотографию.

— И почему подобное могущество достаётся таким вот идиотам, а?

— В данном случае, его неведение и отрицание происходящего нам только на руку.

Ольга хищно улыбнулась.

— Кажется, я понимаю. Мне не составит труда скрутить его и притащить сюда. А потом найдём способ выкачать из этой жалкой тушки Чистую Энергию. И передадим её кому-то более достойному.

— Это ты сейчас так тонко на свою персону намекаешь?

— И в мыслях не возникало, — картинно оскорбилась Ольга.

— Не юли, я тебя слишком хорошо знаю. Увы, это так не работает. Чистая Энергия намертво привязана к своему обладателю. На высоком генетическом уровне. Если их разделить, владелец умрёт, а без него Чистая Энергия станет просто бесполезным пшиком.

— А если промыть ему мозги? Подчинить, как это было с Исмаилом? Тьфу, Азраилом!

— Этот вариант мы оставим на самый крайний случай. Чистая Энергия до сих пор не изучена, как следует. Скорее всего, она не даст поработить своего владельца. Так что постарайся, чтобы он пришёл сюда по доброй воле. Заинтересуй его. Человек он, насколько я знаю, небогатый, скорее наоборот. Сделай ему предложение, от которого он не сможет отказаться. Ты же умеешь.

— Поняла. Всё будет в лучшем виде, отец. Не сомневайся.

— Да, ты меня ещё не подводила, — Павел Олегович снова наклонился к столу и достал новый предмет. Теперь это был маленький серебристый футлярчик. — Если мирно урегулировать вопрос не получится, воспользуйся этим.

Ольга кивнула, спрятала футляр в карман и, круто развернувшись на каблуках, поспешила к выходу.

В дверях она нос к носу столкнулась с Ликой. Фотография, которую Ольга не успела убрать вместе с футляром и по-прежнему держала в руке, скользнула на пол. Лика первая подняла её.

— Любопытствуешь? — недобро сузила глаза Ольга.

Сестра Влада безразлично пожала плечами и вернула фото.

— Меня звали, и я пришла.

— Ну, дерзай, — усмехнулась Ольга и громко бросила через плечо: — Па-а-ап, тут к тебе с отчётом пожаловали.

— Пусть заходит, — распорядился Павел Олегович.

Уже в коридоре любимая дочь Войцеховского перевернула фотографию и прочитала написанное там имя:

— Жорж Гасперский, — Ольга почувствовала, как в ней пробуждается нездоровый азарт. Охота будет славной. — Ну, посмотрим, из какого теста ты слеплен, Жорж Гасперский!

***

— Жо-о-орж… Жорж, милый…

— М-м-м…

— Просыпайся. Два часа уже.

— Ночи?

— Дня, дурачок!

— Правда, что ли? — Жорж с трудом оторвал голову от подушки и, прищурившись, взглянул на часы. Циферблат перед глазами немного расплывался, но это и неудивительно, учитывая, сколько сорокаградусного горячительного он накануне выпил, чтобы хоть как-то успокоить нервы. — Обалдеть… Слушай, давай ещё чуть-чуть поваляемся, а? Башка жесть как трещит… ой, блин…

Лежавшая рядом с ним Анюта тихонько рассмеялась и поцеловала его в висок.

— Горе ты моё… Так полегче?

Жорж сделал задумчивое лицо, а затем потянулся к губам подруги.

— Да, но недостаточно. Хочу ещё.

Анюта шутливо хлопнула по широкой спине.

— Жорж Гасперский, держите себя в руках! Вы так у меня окончательно разбалуетесь.

— Я не против.

Девушка сама прижалась к Жоржу.

— У меня сегодня смена в баре только в шесть, — шепнула она в губы партнёра.

— Значит, времени хватит…

Чуть погодя Жорж снова растянулся на старой хлипкой кровати и закурил. Ему и впрямь чуть полегчало. Анюта лежала рядом, положив голову ему на плечо. Они редко говорили друг другу слова любви. Этого и не требовалось. Все чувства выражались действиями и поступками. Они понимали друг друга с полувзгляда - полуслова, и им было хорошо вместе уже несколько лет, хотя любой из них (особенно, Жорж) мог загулять и потом не объясняться. Анюта всегда говорила, что если Жорж когда-нибудь повстречает истинную любовь и уйдёт к ней, она навсегда останется ему самым верным другом, к которому в любой момент можно обратиться за помощью. Жорж отвечал ей тем же.

Однако, как бы ни было им хорошо здесь и сейчас, затронуть неприятную тему всё же пришлось.

— Милый… Ты не хочешь рассказать, что вчера с тобой произошло? Я очень испугалась за тебя!

Перед глазами Анюты, как наяву, пронеслась недавняя сцена: она только-только пришла домой (у неё был плавающий график работы, и смены чередовались), где-то около половины одиннадцатого вечера, как вдруг раздался стук в дверь. Девушка совершенно точно никого не ждала (Жорж обычно предупреждал о своих визитах звонком или смс-кой), и сердце сразу защемило от дурного предчувствия. Увидев на пороге своего друга, она испытала шок от того, как он выглядел. Жорж весь дрожал и сильно пошатывался, руки тряслись. Наверное, в таком состоянии его не видели даже самые близкие друзья. Анюта перепугалась и за долю минуты навоображала себе невесть чего, вплоть до перестрелки или поножовщины. Человеком Жорж был вспыльчивым и импульсивным и часто попадал во всякие разборки. Один раз Анюте на полном серьёзе пришлось зашивать ему рану, так как упрямец наотрез отказался идти в больницу. Не увидев повреждений и следов крови, она слегка успокоилась, а Жорж опустился на тумбочку в прихожей и некоторое время просто смотрел в одну точку, приговаривая «я ужасный человек», и что-то про маленького мальчика, и какую-то девочку из прошлого, упомянул непонятную силу внутри себя, до чёртиков его пугающую, а потом попросил стакан водки. И у Анюты язык не повернулся отказать ему. Правда, одним стаканом дело не ограничилось.

Жорж нахмурился и протянул руку с сигаретой к обшарпанному столику у кровати, где стояла пепельница с отколотыми краями. Другой рукой он обнял Анюту.

— Если честно, я и сам пока не знаю, что со мной происходит. Но я обещаю — нет, клянусь — что ты будешь первой, с кем я захочу поговорить, когда во всём разберусь. Просто, давай не сейчас, ладно?

Анюта вздохнула. Наверное, в этом и заключалась роль верного друга. Ожидать. Доверять. И поддерживать. Во всём.

Жорж принял её молчание за согласие и чмокнул в макушку, а затем с сожалением отбросил одеяло и сел.

— Ладно, пора возвращаться в реальный мир, — Рука потянулась к мобильнику на столике. Жорж вчера отключил его. Удивительно, как по пьяни не расколошматил о ближайшую стену, потому что он постоянно надрывался. — Ого, сорок семь пропущенных… От ребят.

— Волнуются, — улыбнулась Анюта. Она подползла ближе к Жоржу, чтобы через его плечо видеть экран телефона.

— Сейчас отпишусь в нашем общем чате, что всё в порядке, — Лидер «Грачей» быстро набрал несколько слов и нажал на отправку. — Готово.

— А что насчёт работы? Так всё и тихо?

Жорж помрачнел, и Анюта тут же пожалела, что вместо поддержки затронула очередную больную тему.

— Я чётко дал понять, что в криминал больше не сунусь, хватит с меня. А с честной работой, сама понимаешь, туго. Правда, в любой момент можно устроиться грузчиком на какой-нибудь склад.

— Тогда уж лучше вышибалой ко мне в бар.

Жорж фыркнул, вспомнив, как на днях оттаскивал от подруги двоих пьяных в зюзю клиентов.

— Просто скажи, что хочешь убить двух зайцев разом, — он шутливо поиграл бровями. — Видеть меня постоянно и воспользоваться мной, как телохранителем, я прав?

— Ой, дурак какой, — рассмеялась девушка и снова пихнула его.

Жорж еле удержался на краю кровати.

— Так, женщина, теперь ваша очередь держать себя в руках! — наигранно возмутился он и, внезапно опрокинув девушку на матрас, навис сверху. — Извинишься?

— И не подумаю, — улыбнулась Анюта и обхватила его руками, притягивая к себе. Губы мягко прошлись по мужской шее. Жорж прикрыл глаза, как вдруг…

В дверь постучали.

— Твою ж… Может, пиво привезли?

У Анюты округлились глаза.

— Ты заказал пиво на дом? Когда успел?

— Ну, твой братец пару раз предлагал мне такую услугу, вот я и решил попробовать.

— Совсем ты у меня обленился. Ладно, пойду открою.

— Нет-нет, лежи, я сам, — Жорж быстренько вскочил и натянул джинсы. — Вернусь — продолжим там, где остановились, учти.

— Слушаюсь, о рыцарь моего сердца.

Жорж босиком прошлёпал к входной двери и, не удосужившись глянуть в глазок, настежь распахнул её.

— Вот это я понимаю, быстро вы… — начал он и осёкся.

На пороге, с почти что голливудской улыбкой на лице, стоял Макс. Жорж на всякий случай потёр глаза. Нет, не глюк с бодуна.

— А… где пиво? — ляпнул предводитель «Грачей» и чертыхнулся.

Ну да, умнее вопроса и не придумаешь.

«Я всё-таки схожу с ума… Медленно, но верно. Можно себя поздравить».

Макс ничуть не смутился и протянул литровую бутылку... кефира. Жорж еле сдержал истерический хохот.

— Парень… Ты откуда на мою голову опять свалился? Как ты вообще меня нашёл?!

— Мне помогли, — загадочно ответил Макс. — Если тебе интересно…

— Мне не интересно, — отрезал Жорж и сложил руки на груди. — Это всё?

— Э-э, да… То есть, нет. Я поблагодарить пришёл.

Жорж приподнял бровь.

— За что?

— Ты исцелил меня. Вчера. Спасибо.

— Пожалуйста, — на автопилоте отозвался Жорж, но потом опомнился и со злостью тряхнул головой, от чего та снова разболелась. Лидер «Грачей» устало потёр лоб. Только знание элементарных норм вежливости не давало ему сейчас просто захлопнуть дверь перед носом этого чудика. — Слушай, парень… Я вообще не понимаю, о чём ты, и тебя вчера даже не видел.

— Зато видел Тими.

Жорж сглотнул, ощутив укор совести. Что бы он по поводу всей этой загадочной и непонятной хрени ни думал, кричать на ребёнка и уж тем более поднимать руку он просто не имел права. Ни физического, ни морального.

— Ну да… видел, — Жорж откашлялся, изо всех сил скрывая волнение. Голос прозвучал чуть хрипловато и довольно грубо. — И что?

Макс внимательно смотрел на него.

— Ничего.

Что он думал по поводу всего этого (и как много коротышка ему рассказал), Жорж понять не мог, и оттого снова начал выходить из себя.

— Значит, разговор окончен, и я могу вернуться к своим делам?

— Как долго? — неожиданно спросил Макс.

— Ч…что? Не понял…

— Как долго ты ещё собираешься бегать?

— От кого?!

— От самого себя. От того, кем ты являешься на самом деле, от рождения. Неужели тебе совсем не интересно?

— Послушай, я не намерен…

— Или ты просто боишься? — резко, лоб в лоб, спросил Макс, делая шаг к собеседнику и вынуждая его отступить в глубь квартиры. — Ты же не трус, Жорж? А?

Бэм-с! Натренированный кулак лидера «Грачей» сработал молниеносно, на уровне инстинктов. Макс отшатнулся. Под левым глазом начал расплываться весьма выразительный и сочный фингал.

— Вали-ка ты отсюда, — процедил Жорж, потирая руку. — А то разукрашу с ног до головы.

И с силой захлопнул дверь.

— Вот и поговорили, — донеслось напоследок.

В коридор выглянула обеспокоенная Анюта в лёгком халатике.

— Милый, что там за шум?

— Да так, — Жорж махнул рукой. — Шарахаются всякие бездельники. Больше не сунутся.

— Ты мог бы быть и подобрее к людям, — вздохнула Анюта, зябко подёргивая плечами.

Жорж почесал затылок и сделал задумчивое выражение лица.

— Мог бы… Но не хочу. Не забивай себе этим голову, прелесть моя.

Жорж проводил подругу обратно в спальню, но потом всё-таки не удержался и выглянул в подъезд. Там никого не было. Лишь бутылка кефира сиротливо стояла на пороге квартиры.

***

Тими заслышал скрип калитки и с облегчением поднялся со ступенек.

— Макс, ну наконец-то! Где тебя носит, а? Мама меня всего на пару… — Мальчик осёкся. Несколько мгновений он сосредоточенно рассматривал новоприобретённое «украшение» под глазом старшего товарища, а потом его прорвало, как водопроводный кран: — Что с тобой опять случилось? На тебя напали? Когда? Кто?! Где?!

Макс остановился возле веранды и скрупулёзно принялся ковыряться в одном из нескольких цветочных горшков. Насколько Тими знал, там всегда была связка с ключами от дома. Да, дверь в дом тут всё-таки запиралась, поэтому мальчику и пришлось куковать на крыльце почти целый час.

— Да где же…

— Макс!

— Не шуми так, Тими. Никто на меня не нападал. Это Жорж.

— Ах, Жорж… Ну, это в корне меняет дело, — Тими раздражённо пнул ни в чём не повинный камушек под ногой. — Только зачем ты вообще к нему попёрся?!

— Поговорить, — Макс, пыхтя от усердия, расковырял почти полгоршка с красными цветочками, но никаких ключей так и не нашёл.

— Поговорил?!

Макс вытер лоб рукой в земле и переключился на следующий горшок.

— Ну, диалог не совсем получился. Может, Жорж был просто не в духе. А может, слегка обиделся, когда я спросил у него, не трус ли он… Да, наверное, всё-таки обиделся.

Тими ошарашенно моргнул.

— Макс… Ты когда-нибудь пробовал залезть в берлогу к спящему медведю и разбудить его?

— Не-а. А что?

— И не пробуй!

— Как скажешь, дружище.

— И заканчивай уже терроризировать цветы. Нет там никаких ключей, я проверял, иначе не торчал бы тут.

— Логично. Может, Анна перепрятала?

Тими пожал плечами.

— Может. Твои-то ключи куда делись?

— Знать бы…

— Опять потерял, да?

Макс виновато понурил голову. Тими глянул на часы и заторопился.

— Ладно, пойду я. Удачи тебе в поисках ключей от форта Боярд.

— Погоди, — растерянно крикнул ему вслед Макс. — А ты чего приходил-то? Давай, я подсажу тебя, ты пролезешь через окно, откроешь дверь изнутри, и мы всё обсудим за чашечкой чая. Годится?

— Увы, — Тими притормозил и уже более мягко добавил: — Прости, Макс, но моё время действительно вышло. Я и так слишком часто стал обманывать маму. Увидимся завтра в школе.

Уже за калиткой, на улице, мальчик всерьёз задумался об истинной причине своего скоропалительного ухода, и с удивлением понял, что дело тут было вовсе не в его обещании маме вернуться через два часа, а в… банальной злости. На Жоржа.

«Пусть этот великовозрастный придурок сам решает свои проблемы! Будет знать, как бить Макса…»

***

В понедельник Тими чувствовал себя гораздо лучше. Ему удалось-таки как следует выспаться, без всяких странных и пугающих снов, что окончательно успокоило мальчика и убедило в правильности решения не волновать лишний раз Макса. Кошмар был вполне ожидаемым последствием событий, произошедших в субботу вечером, и не более. Тими с чистой совестью отправился в школу и даже получил пятёрку за первую в этой четверти контрольную. А вот Антон схлопотал двойку.

— Совсем ты меня забросил, — пожаловался на переменке одноклассник, хотя на самом деле ему было абсолютно плевать на оценки, и в душе он только радовался, что дополнительные занятия так и не состоялись.

Тими, конечно, всё это знал, поэтому тут же, от всей широты души, так сказать, назначил Антону трёхчасовую работу над ошибками, на сегодня, после основных занятий, и, не слушая жалоб и проклятий в свой адрес, побежал в столовую, чтобы успеть хоть чем-то перекусить. Взяв плюшку и стакан сока, мальчик уже хотел занять место за столом, но тут заметил в самом дальнем углу Макса. Старший товарищ скучал над недоеденным гамбургером и чашкой кофе.

Тими поспешил к нему.

— Эй, привет!

Макс вяло кивнул и продолжил ковырять котлету. Тими уселся напротив него.

— А ты не торопишься… На урок не боишься опоздать? У тебя, вроде, должен быть ещё один.

— Не-а. Меня отстранили от занятий. Временно.

Тими едва не подавился плюшкой.

— Как?! — не поверил он своим ушам. — За что? — Мальчик снова уставился на синяк под глазом товарища, который, казалось, стал ещё выразительнее и ярче. — Из-за… этого? Да?

Макс убито кивнул.

— Учительница считает меня злостным хулиганом.

— Тебя?!

— Да и плевать.

— Как это, плевать?! — возмутился Тими. — Ты пробовал как-нибудь объяснить… ну, поубедительнее? Четверть недавно началась, ты ещё со старыми «хвостами» не разобрался, и сейчас опять пропускаешь уроки!

— Да при чём тут я? — Макс раздражённо взмахнул рукой, едва не опрокинув кофе. — Не моя вина в том, что учительница думает, будто в свободное от школы время я только и делаю, что бью морды всем подряд, из-за чего не успеваю учиться и порчу ей всю картину успеваемости, по статистике являясь самым отстающим учеником в классе. Тем более, это не первое моё появление со следами побоев и… — Старший друг тяжело вздохнул. — Прости. Я не хотел жаловаться. И повышать голос.

— Да ладно уж, я и не заметил, — честно сказал Тими. — Что собираешься делать?

Макс отщипнул кусок от плюшки, которая как-то сама собой оказалась на его половине стола, и макнул в кофе.

— Учительница намерена вызвать родителей. Опять.

Тими заволновался. Он многое пережил вместе с Максом и, как ему самому казалось, хорошо знал своего друга, но вот его родители по-прежнему оставались для него какими-то несуществующими, почти мифическими, персонажами. Да, Макс пару раз о них говорил, но ничего конкретного. Они у него вообще есть?

«Ну конечно есть, дурак, — обругал сам себя Тими. — Не аисты же Макса в капусту дедушке подбросили, в конце концов?!»

— Но они не придут, — словно прочитав мысли друга, сказал Макс. — Как и в прошлые девять раз. Поэтому отдуваться придётся снова дедушке.

— Бедный Константин Семёнович, — совершенно искренне пожалел Тими, решив пока спустить на тормозах тот факт, что учительница пыталась вызвать родителей Макса аж целых девять раз.

Макс рассмеялся.

— Не знаю, что именно он говорит и откуда черпает своё красноречие, но…

Неожиданно зазвонил сотовый телефон.

— Это не мой, — покачал головой Тими.

— Кажется, мой, — Макс выудил из бокового кармана своего потрёпанного рюкзака допотопное кнопочное «чудовище» с выдвижной антенной, похожее на секретную рацию Джеймса Бонда.

— Ого, вот это раритет, — присвистнул Тими.

— Дедушкин. Пользуюсь, пока мой чинят. Хотя на те деньги, что запросили за замену треснутого экрана, проще купить два новых телефона, — Макс нашёл нужную кнопку и ответил: — Алло, слушаю. Кто это?

На лице появилось выражение абсолютного недоумения. Тими перебрался как можно ближе к другу, чтобы слышать разговор.

— Это Анжелика Войцеховская, — донеслось из трубки. — Надо поговорить.

Друзья переглянулись. Тими нервно сжал плечо товарища и кивнул.

— Ну давай, — осторожно ответил Макс. — Кстати, а как ты узнала мой… Хотя, наверное, это глупый вопрос.

— Ты прав, у меня очень мало времени. Скажи, среди твоих знакомых есть некто по имени Жорж Гасперский?

— Думаю, да. Фамилии я не знаю, но зовут его совершенно точно Жорж. А что?

— У моего дяди на него какие-то планы. Я случайно узнала.

— И решила сообщить нам? С чего это вдруг стала такой добренькой? — не выдержал Тими, забыв, что Лика могла его и не услышать.

Но она услышала.

— Считайте это моей благодарностью Максиму за то, что защитил меня от Азраила. Я в долгу оставаться не люблю. А за приятелем своим приглядите. Иначе, боюсь, его ждёт судьба Семёна Правдина. Дядя уже послал за ним своего человека. Лучшего человека.

— У вас с Владом есть ещё одна сестра? — не смог сдержать любопытства Макс.

— Двоюродная. Родная дочь нашего дяди. И она точно не будет любезничать с тобой, как я.

— Да и ты не очень-то любезничала, — еле слышно буркнул Тими. Услышала его Лика или нет — неизвестно.

— Зачем твоему дяде понадобился Жорж? — спросил Макс.

— Из-за его редкого дара. Ты, наверное, уже про него в курсе.

— Предположим.

— Тогда сделай так, чтобы Ольга не добралась до него. Тебе решать, верить мне или нет.

В трубке что-то щёлкнуло, и воцарилась тишина. Макс нажал на отбой.

— Что думаешь? — спросил он у Тими.

— Она не врёт, — неожиданно для самого себя ответил мальчик. — Мне тут накануне странный сон приснился. Про Жоржа в маске Азраила. Я поэтому вчера к тебе и приходил. Рассказать хотел.

— И чего не рассказал?

— Кое-кто слишком много кулаками машет, вот! — Тими упрямо вздёрнул нос. — Да и потом, это всего лишь дурацкий сон. Ну, я так думал…

Макс внимательно посмотрел на него.

— И часто тебе такие «дурацкие сны» снятся?

Тими бросило в жар. Он сейчас не был готов начинать эту тему.

— Неее… так… пару разочков.

— Ясно. Надо найти Жоржа.

— Да, идём, — Тими с готовностью вскочил со стула, но почти сразу же хлопнул себя по лбу и простонал: — Ох, нет, я же обещал Антону позаниматься…

— Иди, — твёрдо сказал Макс.

— Уверен?

— Я отыщу Жоржа и просто поговорю с ним. Надеюсь, ещё не поздно.

— Может, возьмёшь с собой Анну? Если Войцеховские опять что-то задумали, тебе понадобится помощь.

— Анна занята.

— Чем?! Отрабатывает навыки полётов на метле? — кисло пошутил Тими.

Макс улыбнулся.

— Не знаю. Она мне не докладывает.

— Ох, распустил ты свою жену…

— Беги, Тими, — велел Макс. — А то не хватало ещё и тебе проблем с учителями. Я позже отзвонюсь и расскажу, что да как. Обещаю.

***

Очередной день — коту под хвост. Именно с таким невесёлым мнением Жорж заказал бокал пива и занял высокий стул за барной стойкой. Хорошо хоть, это был не тот бар, в котором работала Анюта. Или кто-то из многочисленных друзей и знакомых. Жорж сейчас абсолютно не был готов к вопросам, сочувствующим взглядам и стандартным фразочкам типа «завтра будет лучше, вот увидишь».

Рядом кто-то присел. Жорж даже не удосужился посмотреть. Кем бы этот загадочный сосед ни был - посидит, помолчит да свалит. По крайней мере, Жорж очень на это надеялся.

Но нет.

— Тяжёлый день, сладкий? — вкрадчиво поинтересовался женский голос.

Жорж против воли повернул голову. Она была красива. Даже слишком. Чёрные, цвета воронова крыла, волосы, янтарные кошачьи глаза и безрукавка, прикрывающая минимум частей тела. Жорж любил таких дам. Эти дамы всегда чётко знали, чего хотят, и не начинали строить из себя недотрог да целок и читать морали в самый последний момент.

Однако сегодня даже перспектива жаркого секса с классной девчонкой не сумела поднять ему настроение. Жорж лишь весьма нелюбезно кивнул и уткнулся в кружку с пивом.

Его свободной руки плавно коснулась изящная ладонь. Пальцы Жоржа буквально прошибло током.

— Быть может… я смогу чем-то помочь? — мурлыкнула незнакомка. Ладонь скользнула выше и легла на грудь. — Я слышала, ты срочно ищешь работу…

У Жоржа перехватило дыхание.

— Откуда ты… — с трудом вытолкнул он слова наружу.

— Слухами земля полнится. И потом, ну кто не знает знаменитого и отчаянного лидера «Грачей».

— Сразу говорю: криминал, оружие, наркотики…

Девушка запрокинула голову и звонко рассмеялась. Обнажённая полностью шея так и манила поцеловать. Жорж сглотнул, ощущая жар. И желание. Дикое и необузданное.

— Ни в коем случае. Ничего такого… Дальнейшие детали предлагаю обсудить за наполненными бокалами, а то твой что-то опустел. Я угощаю, — Девушка высоко вскинула руку и щёлкнула пальцами. — Эй, бармен, два пива нам!

— Сию минуту.

— Я не пью за счёт дам, — попробовал возразить Жорж и полез в карман куртки, но бумажник, словно ожив, вывернулся из рук и улетел куда-то на пол. Лидер «Грачей» чертыхнулся.

Пока он корячился в поисках пропажи, предполагаемая «работодательница» ловко подлила какую-то жидкость в его бокал с пивом. Жорж этого не заметил.

— Ну, за наше знакомство, — торжественно выдала дамочка, когда Жорж, наконец-таки, вернулся в исходное положение.

— Погоди, знакомство? Ты даже имени своего…

— Ой, пардон, какая я забывчивая! — опять залилась соловьём собеседница. — Это тебя все знают, а меня… — Она церемонно протянула руку. — Ольга.

— Жорж.

— Для тех, кто не в курсе, — хихикнула девушка, а Жорж неожиданно густо покраснел. Давненько уже он не чувствовал себя таким мальчишкой. Как на первом свидании, ей-Богу!

Ольга дотронулась указательным пальчиком с красным ноготком до его губ.

— Нет, ну какой же ты ми-и-илый… Просто прелесть! Так бы и съела… А-а-ам! Ха-ха…

Жорж кашлянул пару раз и подёргал влажный ворот футболки.

— Пожалуй… меня есть… не надо.

Куда делось всё его фирменное красноречие? Ведь обычно это он очаровывал представительниц слабого пола, сыпал остроумными, а когда и пошлыми, шутками, а они буквально плавились, попав под его обаяние, становились мягкими и податливыми, как воск. Просто бери и лепи свой идеал. Но сейчас... Всё было с точностью наоборот.

— Пей, ну же, — мелодично проговорила Ольга и пригубила своё пиво. И это было самое сексуальное, что приходилось видеть Жоржу за последнее время (с его-то богатым опытом). Он издал какой-то жалкий не то стон, не то ещё что-то, и опрокинул в себя сразу три четверти бокала.

— Умничка, — похвалила Ольга. — А теперь о деле. Я и моя семья, скажем так, не последние люди в этом городе.

— Ого…

— А когда-нибудь, не побоюсь высокопарных слов, у наших ног будет весь мир.

— Даже так?

— На данный момент ты вряд ли в состоянии оценить всю щедрость моего предложения, поэтому просто идём со мной. Тебя ждёт достойное вознаграждение.

Жорж тряхнул головой. Мысли начали расплываться, как кисель, однако он всё ещё пытался проявить бдительность.

— Ну и зачем такой великой и могущественной семье понадобился бездомный бродяга вроде меня? Что именно я должен буду делать?

— Выполнять поручения. Разного характера. Условия тебе озвучат на месте. Полный соцпакет, отпуск, бесплатная путёвка в крематорий… пардон, санаторий, плюс надбавка за переработку и молоко за вредность. Всё как положено. Мы своих работников ценим.

Жорж моргнул внезапно осоловевшими глазами, пытаясь понять, глумится эта чертовка над ним или говорит на полном серьёзе.

— И всё-таки, как бы соблазнительно ни звучало твоё предложение, я повторю ранее прозвучавший вопрос: зачем? — твёрдо спросил он. — Для чего именно я вам нужен?

Зрачки в янтарных глазах Ольги расширились, почти заполнив радужку. Как две чёрные дыры, они будто бы хотели поглотить все мысли и сомнения Жоржа.

— Ты знаешь, — словно из тумана прозвучал ответ. — Загляни внутрь себя.

Каким-то непостижимым образом Жорж сумел побороть гипноз и отпрянул, едва не опрокинув на себя остатки пива.

— Нет… нет-нет-нет, я не верю во всё это! Это всё чушь…

Ольга закатила глаза , а затем протянула руку и выудила из кармана Жоржа стодолларовую купюру.

— Как… откуда… — разинул рот тот.

— Это просто пшик, — Ольга щёлкнула пальцами, и купюра превратилась в маленькое облачко дыма, которое почти сразу рассеялось в воздухе. — Ты можешь иметь гораздо… гораздо больше. Благодаря твоей силе, которая пока что прозябает без пользы где-то в глубине твоего естества.

— Бред! И деньги мне не…

— Деньги нужны всем, — жёстко отрезала Ольга. — Абсолютно всем, — она придвинулась к Жоржу почти вплотную. — Скажи, у тебя ведь есть подружка? По глазам вижу, что есть. У такого, как ты, её не может не быть.

— У какого… такого?

— Интересного молодого человека. Который способен дать своей девушке всё, чего она заслуживает.

Жорж потёр виски. Его не покидало ощущение, что вся эта ситуация напоминает пресловутую сделку с дьяволом. На какой-то миг перед глазами промелькнул образ кареглазого паренька. Он отрицательно качал головой и грозил пальцем.

«Не верь, не верь», — словно наяву прозвучал его голос.

«А почему нет? — внезапно разозлился Жорж. Он подумал о том, в каких условиях жила Анюта. Как ей приходилось обслуживать пьяных клиентов в баре вот уже не первый год, но денег на учёбу так и не хватало. Как его ребятам приходилось ютиться чёрте где, ведь собственных домов у них не было. И при такой жизни не будет. Если, конечно, Жорж не изменит ситуацию. Ведь он им обещал. Обещал привести их к новой, лучшей жизни. Может, как раз для этого ему и дана треклятая сила? И семейство Ольги научит, как правильно её использовать? — Почему не попробовать? Всегда же можно уйти, если что-то пойдёт не так… »

Воображаемый Макс с поражением опустил взгляд и качнул головой.

«Да ты сам в это не веришь», — произнёс он напоследок и исчез.

Ольга пристально наблюдала за Жоржем. И терпеливо ждала. Рыбка была почти на крючке.

— Я согласен, — ответил наконец Жорж. На удивление, слова дались ему легко и просто.

— Умное решение. Я в тебе не сомневалась.

— Что мне сейчас делать?

Ольга встала и протянула руку.

— Неподалёку стоит моя машина. Мы поедем к моему отцу. Он — глава нашей семьи, и с радостью ответит на все твои вопросы.

Жорж кивнул и позволил Ольге взять себя под локоть. На улице его слегка заштормило.

«А не слишком ли меня развезло с двух бокалов пива?» — зазвенел где-то на краю борющегося за господство сознания тревожный колокольчик.

— Ты как? — осведомилась Ольга. Шаг она не сбавила, а, наоборот, ускорила.

— Что-то мутит… слегка, — просипел Жорж. Язык во рту еле ворочался.

— Если думаешь блевать, то лучше сейчас, пока мы не в машине, — усмехнулась провожатая.

— Справлюсь, — тихо рыкнул лидер «Грачей».

Внезапно Ольга резко затормозила. Её спутник покачнулся и чудом удержался на ногах.

— Что за…

Впереди виднелся чёрный «Мерседес». А возле него, сложив руки на груди, стоял Максим Светлов.

***

— А вот и вы. Наконец-то, — Макс помахал Ольге и Жоржу, как старым знакомым, и шагнул навстречу. — Я вас заждался. Уже хотел идти внутрь, заказать стаканчик сока… Да вот машину классную без присмотра побоялся оставить. Места тут злачные, того и гляди, колёса поснимают. Или, вообще, уведут полностью, и сигнализация не поможет.

Ольга напряглась, подобно кобре перед броском. Она сразу поняла, кого видит перед собой.

— Тебе чего здесь надо?

— Узнал, что Жорж устраивается на новую работу, и решил, так сказать, поддержать. Помочь договорчик трудовой подписать. Ведь для этого и необходимы друзья.

Жорж вздрогнул. То, что Макс назвал их друзьями, особенно после недавней встречи, наполнило его сердце каким-то приятным теплом. И запоздалым сожалением. В сравнении с ними потускнели все обещания Ольги о, якобы, сладкой жизни, а наваждение, вызванное её словами, стало отступать.

Глаза Ольги холодно сузились.

— А тебе не кажется, что Жорж у нас уже большой мальчик и не нуждается в твоём присутствии?

Макс пожал плечами.

— Если он сам мне об этом скажет, я, конечно же, не буду настаивать и уйду.

— Так как? — Ольга требовательно посмотрела на Жоржа, пока не вымолвившего ни единого слова, и вопросительно изогнула бровь. — Ты уже достаточно подрос для самостоятельных решений? Или до сих пор якшаешься с детским садом?

Последняя фраза прозвучала грубо и презрительно. И, конечно же, в адрес Макса. Но тот и вида не подал, что его это как-то обидело или, хотя бы, задело. И тоже глядел на Жоржа, у которого от противоречивых эмоций пропал голос.

— Пока ты думаешь, какое решение принять, позволь мне объяснить тебе, что тут вообще происходит. И будет происходить в дальнейшем, — видя, что Жоржу трудно собраться с мыслями, заговорил Макс. — Девушка рядом с тобой, Ольга, наверняка уже говорила про то, что твоя сила уникальна. И что с её помощью ты легко сможешь решить многие свои проблемы: и бытовые, и финансовые…

— Это правда? — сумел выдавить из себя лидер «Грачей».

Макс кивнул.

— Да. С помощью магии возможно добиться многих высот, если использовать её определённым образом.

Словосочетание «определённым образом» Жоржу не понравилось. Очень сильно. Он по жизни ненавидел людей, злоупотребляющих своей силой. И готовых пойти к успеху по чужим головам. И речь тут шла об обычных смертных, не владеющих особыми возможностями. Сколько же всего можно наворотить, используя магию? От развернувшихся масштабов голова Жоржа снова закружилась. И это при том, что он вообще смутно представлял себе все эти масштабы.

— Есть и другой вариант, правда, не такой соблазнительный, — продолжил тем временем Макс. — Барышей он не принесёт, но зато позволит спать с чистой совестью.

— Тоже мне, моралист какой, — фыркнула Ольга. — Ты сам далеко не ангел, Светлов. И твои родственнички — тоже.

— Может быть, — не стал возражать Макс. — Всем нам время от времени приходится делать что-то такое, чем мы потом не будем гордиться. Это жизнь. Абсолютно святых — нет. Но никто не запрещает стремиться к лучшему. Жорж у нас в этом плане пока девственник, — заметив округлившиеся глаза лидера «Грачей», Макс со смехом пояснил: — Девственник в магическом смысле. Он не применял свою силу не для добра, не для зла. По крайней мере, осознанно. И сейчас находится на перепутье. Моя задача — не переманивать его на ту или иную сторону. Тем более, понятия «добра» и «зла» всегда двусмысленны. И разные люди видят картину происходящего с разных углов и сторон. Я скажу прямо, — Макс снова сосредоточил всё своё внимание на Жорже, игнорируя чуть ли не скрипевшую зубами от злости Ольгу. — Твоя сила действительно уникальна, другой такой я не встречал. И мой дедушка это подтвердил. Он готов обучать тебя. На первых порах, разумеется. Но ты должен знать: твои способности могут исцелять, а могут и убивать. Если ты решишь пойти с этой девушкой, будь готов к тому, что однажды тебе придётся причинять людям боль, даже отнимать жизнь. И тогда уже я сделаю всё возможное, чтобы тебя обезвредить. Пожалуйста, не воспринимай мои слова, как угрозу. Я почту за честь видеть тебя в качестве союзника. И друга. В любом случае, выбор остаётся за тобой. Никто здесь не лишит тебя этого права.

От всей этой речи Макс даже слегка утомился. Закончив последнюю фразу, он с облегчением выдохнул.

Ольга пару раз хлопнула в ладоши.

— Браво, — едко произнесла она.

— Спасибо, — искренне отозвался Макс. — Это была одна из самых длинных речей за всю мою жизнь, и я её даже не готовил.

— Оно и видно, потому что всё это… просто лепет наивного школьника. Коим ты, собственно, и являешься. А реальность такова: ничего ты в этой жизни не добьёшься, если будешь беленьким и пушистеньким. Не разбив яиц, омлета не приготовишь. И мы — вовсе не демоны во плоти. Нас предавали, травили… те, кому мы доверяли, как единокровным родственникам. Те, кому мы помогали. Поэтому, да, у моей семьи не такие наивные и радужные представления о мире, как у некоторых. И я тоже скажу прямо: да, придётся запачкать руки. Ну, или болтаться всю жизнь по жалким коммуналкам и общагам, жрать «Доширак» да снимать сифилисных девиц сомнительного происхождения в грязных притонах. Скажи, о великий и отважный лидер «Грачей», мечтающий о лучшем мире для себя и своих близких, тебя это устраивает? Я приму твоё решение. Всё на добровольной основе.

Жоржа затошнило. Он словно со стороны наблюдал за развернувшимися дебатами. Которые, между прочим, напрямую касались его судьбы. Вот только мозг отказывался воспринимать происходящее всерьёз.

«Такое ощущение, что я мертвецки пьян, и у меня — глюки, — стучало в голове. Туман не желал рассеиваться. — Точно. Мне снится дурацкий сон…»

— Значит, всё добровольно, говоришь? — со спокойной улыбкой переспросил тем временем Макс. — Тогда это тебе для каких целей было нужно? — он показал ладонь правой руки, которую до теперешнего момента держал за спиной. На ней лежал маленький серебристый футляр. Ольга ахнула и, хлопнув по карманам, издала рычащий звук. — И что за жидкость ты незаметно подлила в пиво? Отвечай.

— Да как ты…

— Ловкость рук. Не одна ты умеешь подсовывать в чужие карманы фальшивые стодолларовые купюры, а потом распылять их в воздухе. Как сказала бы моя подруга, это всё — дешёвые трюки. Никаких особых умений тут не требуется, — Макс с неподдельным любопытством открыл футлярчик и извлёк из него маленький шприц, наполненный тёмно-красной жидкостью. — Ну, а если совсем честно, ты так торопилась увести Жоржа, что даже не заметила, как обронила эту милую вещицу. Но ты не переживай. Даже профессиональные игроки рано или поздно теряют карты из рукавов. Никто не совершенен.

— Да будь ты проклят! — выкрикнула Ольга. Она уже не пыталась сдерживать ярость. И скрывать ненависть. Красивое лицо пошло красными пятнами. — Зачем ты вообще суёшь свой нос, куда не просят?

Макс развёл руками.

— Ну, такой вот я.

— И почему тебя волнует его судьба?

— Жоржа? Он хороший человек. Я понял это с момента нашей самой первой встречи.

У Жоржа от этих слов защипало в глазах.

«О, парень, если б ты знал, как не прав… — Сжатые в кулаки пальцы закололо. Приятное тепло разлилось по рукам и ногам. Туман, вызванный действием отравы, подлитой Ольгой в алкоголь, рассеялся окончательно. Теперь Жорж, наконец, мыслил здраво. И знал, как ему поступить дальше. Собственно, других вариантов никогда и не было. — Ты понятия не имеешь, что я делал, и что грань между добром и злом пересечена. И уже давно. За тот грех мне не вымолить прощения. Никогда. Но… если моя сила способна кому-то помочь… и ты, Макс, готов дать мне шанс, толком не зная, что я за человек, основываясь на одних только предположениях и эмоциях… Я тебя не разочарую. Клянусь».

Пришла пора сделать выбор. Перестать бегать. И определить свою судьбу.

— Встречный вопрос: а почему вас-то так заинтересовал Жорж? Вам же не он нужен, а только его сила? — Макс шагнул в сторону Ольги. — Чистая Энергия, я прав?

— Ты знаешь…

— Конечно. Дедушка рассказал. Я выучил домашнее задание. Чистая Энергия — миф, но чего только, оказывается, не бывает в нашем мире.

— Она не должна была достаться такому неудачнику!

— Ну, не нам это…

— Замолчите, — прозвучал голос Жоржа. Тихо, но так, что его услышали. И от него по спине Ольги поползли мурашки. Она безошибочно поняла, что её власть над этим человеком закончилась. Навсегда. — Моя очередь задавать вопросы. Я правильно понял, что ты задурманила мне мозги какой-то дрянью? И ещё планировала вколоть наркотик?

— Это если бы ты сопротивлялся, — нагло улыбнулась Ольга, хотя внутри у неё всё дрожало, ведь она не знала, чего ожидать от разъярённого обладателя Чистой Энергии. К такому её не готовили.

— Ну что ты, как можно сопротивляться такой красивой и милой девушке, — на удивление ласково произнёс Жорж и разжал кулак. У Ольги спёрло дыхание. Будто некто накинул на шею невидимую удавку. — У нас ведь всё обоюдно, я прав?

— Да… — просипела Ольга, силясь сделать вдох.

— Тогда садись-ка в свою крутую тачку и езжай вместе с семейкой покорять мир. Но без меня.

Воздух вернулся в лёгкие, и Ольга рухнула на колени, судорожно вдыхая и выдыхая.

— Дурак… Ты не знаешь, от чего отказываешься. Так и будешь прозябать в своей дыре. С неудачниками.

— Угу, мечта, а не жизнь. Так что сделай милость — просто свали. А то я ведь могу и пожёстче.

Ольга фыркнула и рванула дверцу «Мерседеса».

— Хам. Счастливо разлагаться.

Машина, подняв клубы пыли, газанула с места.

— И тебе того же, крошка, — послал ей вслед воздушный поцелуй Жорж.

***

Чёрный «Мерседес» скрылся из виду. Несколько минут стояла тишина.

— Значит, Чистая Энергия, — заговорил, наконец, лидер «Грачей» и посмотрел на свои ладони. — Так называются… мои способности?

— Да.

— И твой дедушка действительно может рассказать больше?

— Он у меня ходячая энциклопедия по магии, — без какого-либо намёка на хвастовство заверил Макс. — И он, и я будем рады…

— Я ещё ничего не решил, — осадил его Жорж. — Но кое-что хотел бы сделать.

Он шагнул к Максу и протянул руку. Тот догадался, что сейчас произойдёт, и не шелохнулся. Синяк под глазом поблек, а затем и вовсе исчез.

— Спасибо, — облегчённо выдохнул Макс. — А то меня из-за него чуть из школы не попёрли.

— Надо же, какая правильная у вас там школа, — усмехнулся Жорж.

Оба дружно рассмеялись. Всё между ними вдруг стало легко и просто, будто они знали друг друга всегда.

— Ла-а-адно, — протянул Жорж, когда веселье поутихло, и откашлялся. — Я… пойду. Мне всё ещё нужно искать работу… и время. Да, мне определённо требуется время.

— Понимаю, — кивнул Макс. — Я не давлю. Думай, сколько нужно, и приходи, когда захочешь. Мой адрес ты знаешь.

— Да, — Жорж вздохнул и еле слышно добавил: — Плохо это или хорошо…

— Думаю, что хорошо, — услышал его Макс.

Лидер «Грачей» небрежно махнул на прощание рукой и пошёл прочь.

Макс улыбнулся ему вслед.

— Я рад, что ты сделал правильный выбор, дружище. Это судьба. Буду ждать тебя.

Глава 8. Снеговик и его тайна

Тими нервно прохаживался перед школой. Туда-сюда, туда-сюда… Делал он это довольно продолжительное время и даже успел посчитать количество шагов: десять — в одну сторону, десять — в другую.

«Да что они там так долго? — переживал мальчик. — О чём можно говорить почти час?!»

Несмотря на то, что синяк с лица Макса исчез самым волшебным образом, дотошная учительница вызвала-таки родителей в школу. Пришёл, естественно, Константин Семёнович. И вот уже долгих шестьдесят минут они что-то обсуждали в кабинете классного руководителя.

Разумеется, Тими решил, что не уйдёт домой, пока не дождётся Макса. Волновался он при этом так, словно вызвали его маму, и это ей сейчас приходилось сочинять сказки про исчезающие сами собой следы побоев с лица сына. Тем более, Макс говорил, что не первый раз приходил избитым в школу. А что, если объяснения Константина Семёновича не покажутся достаточно убедительными? Что, если дело доведут до милиции? И отсутствие законных родителей лишь усугубит ситуацию. Что, если...

— А вот и я.

Дверь хлопнула, выпустив из школы на удивление довольного Макса. Он словно вырвался из пасти голодного чудовища.

— Ну наконец-то, — тут же бросился к нему Тими. — Как прошло?

— Всё шито-крыто, — заверил его Макс и сладко потянулся. — Дедуля у меня тот ещё дамский угодник.

Тими разинул рот.

— Да ладно… И где он сам, кстати?

— В учительской, пьёт кофе. И, похоже, он там надолго. Учителя от него в полном восторге, даже меня выпроводили, чтоб не мешался. Так что двигаем домой, только по дороге надо в магазин заскочить.

Тими улыбнулся и поспешил за старшим товарищем. Магия тут была замешана или нет, мальчик искренне радовался, что хотя бы одна проблема решилась легко и быстро. Вот бы всегда так...

В магазине они набрали целых два пакета необходимых продуктов, плюс Макс взял большую палку копчёной колбасы и роскошный бисквитный тортик с кремовыми розочками.

— А это в честь чего? — поинтересовался Тими, помогая другу упаковывать покупки. — У нас какой-то праздник?

— Да просто настроение хорошее. Конец недели. И мне даже удалось ликвидировать парочку «хвостов», по алгебре и химии.

— А, ну тогда конечно.

Когда они вышли на улицу, в кармане Макса тренькнул телефон. Его отремонтировали на днях, и даже денег взяли по-божески. Вовремя, надо сказать, потому что Тими начал опасаться, что из-за дедушкиного «раритета» с выдвижной антенной Макса всерьёз станут принимать за секретного агента. Или шпиона какого-нибудь…

— Смс-ка от Анны, — сообщил Макс. — Пишет, что приехала домой. И просит купить травы.

— Неужели, для ведьмовского котла? — съехидничал Тими.

— Не, обычные, для готовки. Тут аж целый список. Петрушка, укроп, кинза, розмарин, пастернак… Это что за зверь такой?

Тими хихикнул в кулак.

— Его зовут Борис Леонидович.

— При чём тут поэт? — Макс увидел, что мальчик еле сдерживает хохот, и вздохнул. — Ладно, разберусь на месте. В магазине я вроде видел какие-то травы. Подожди меня здесь с сумками, ладно?

Тими кивнул и присел на скамеечку, так удачно расположенную рядом с супермаркетом. Пакеты он поставил на землю, а коробочку с тортом положил возле себя. В животе предательски урчало, и мальчик изо всех сил старался не глядеть на палку колбасы, слишком длинную, чтобы полностью влезть в хлипкий магазинный пакетик. Вместо этого он сунул в рот карамельку и попытался думать о чём-то другом, противоположном еде.

Часы показывали шесть вечера. В прежние времена Тими уже давно был бы дома, учил уроки и терпеливо ждал маму с работы. Может, играл бы в онлайн-игру. А теперь… Раньше Тими с восьмидесятипроцентной уверенностью мог сказать, что ждёт его завтра. Учёба, общение со сверстниками, помощь маме по дому… В основном, рутина. Но с появлением в его жизни Макса всё изменилось. Неожиданные повороты чуть ли не каждый день и реальная опасность. Но взамен — верный друг, готовый рисковать жизнью ради тебя. Стоило ли оно того? Тими ответил бы, не задумываясь — стоило. Встречу с Максом он считал и будет считать лучшим моментом в своей скучной и однообразной жизни.

Поблизости раздались шаркающие шаги. На свободную половину скамейки тяжело опустилась фигура в поношенном спортивном костюме и стареньких кроссовках. На лицо была низко надвинута потрёпанная кепка с мятым козырьком.

Тими осторожно скосил на него глаза. Кто знает, как незнакомец отреагирует на слишком уж откровенное разглядывание... Далеко не всем это нравится. А неожиданный сосед по лавочке казался странным: весь ссутулился, голова опущена, плечи едва заметно подрагивают...

«Может, замёрз? — предположил Тими. — Одет он явно не по погоде. Господи, только бы не наркоман какой…»

Зазвонил телефон, и Тими отвлёкся на разговор с мамой. Заверив её, что обязательно будет дома не позже восьми вечера, он нажал на отбой и не сразу понял, что за звук слышит. Чавкающий, с причмокиваниями.

— Что за… Эй, ты!

Сосед по скамейке замер. Побелевшие пальцы судорожно сжимали ополовиненную палку колбасы, щёки раздулись, а глаза — выпучились, как у лягушки. Печальная картина пойманного с поличным вора. Однако уже в следующий миг тот отмер, прямо на глазах у ошалевшего Тими схватил коробку с тортом и ломанулся прочь.

— Куда?! А ну, стой! — не хуже пожарной сирены заголосил мальчик. Он, конечно, сделал попытку броситься вдогонку, но куда ему было на своих коротеньких ножках поспеть за таким ретивым лосём. — Ах ты, ворюга! Ма-а-а-акс!!!

По счастливому стечению обстоятельств, именно в этот момент из магазина показался старший товарищ. И наглый вор как раз поравнялся с ним.

— Держи его! — надрывался Тими. — Держи-и-и!!! Он украл нашу колбасу! И торт!

Макс отреагировал молниеносно. Жизнь Магического Воина и не к таким ситуациям готовила. Он отскочил назад и ловко выставил подножку. Незадачливый ворюга кубарем прокатился несколько метров по асфальту и бултыхнулся точнёхонько в лужу, подняв тучу брызг. Торт в помятой коробке упал рядом. Колбаса… была потеряна безвозвратно.

— Ну вот, поели тортика, — горестно вздохнул Тими.

— И бутербродиков, — добавил Макс и с несчастным видом посмотрел на бумажный пакет с травами в своих руках.

***

Макс и Тими обступили растянувшегося на мокром асфальте воришку. Падая, тот здорово приложился лбом о камень и пока что был без сознания. Теперь, когда его лицо не скрывала низко надвинутая кепка (которая выкатилась на проезжую часть и героически «погибла» под колёсами автобуса), Тими с удивлением понял, что ворюга… ровесник Макса. Ему тоже лет пятнадцать, не больше. Светловолосый, с симпатичным веснушчатым лицом, он напрочь отбил желание злиться, даже у Тими.

Но мальчик всё равно попытался напустить немного жути. Из принципа. И в отместку за потерянные нервные клетки.

— Так, ну и что же мы будем делать с этим обормотом? — суровым тоном Глеба Жеглова (в далёкой перспективе) осведомился он. — В милицию его? Раз ворует — пусть отвечает по полной!

— Подожди-ка, — осадил его старший товарищ. — Давай не будем рубить с плеча. Надо разобраться.

Макс явно был заинтересован происходящим. Он присел на корточки, чтобы повнимательнее рассмотреть незадачливого похитителя колбасы и тортиков. Другой на его месте и впрямь не стал бы церемониться, но Макс с первой же минуты по какой-то совершенно непонятной причине ощутил по отношению к незнакомцу некую симпатию.

Тем временем парень в спортивном костюме слабо простонал и открыл глаза, а затем кое-как поднялся. Выглядел он жалко: на лбу шишка размером с грецкий орех, тонкая куртка на молнии промокла, хоть выжимай, штаны на одной коленке порвались.

— Как ты, приятель, в норме? — с искренним сочувствием спросил Макс. — Что-нибудь болит?

— Не сюсюкайся с ним! — возмутился Тими. — Пусть платит за торт и колбасу, и тогда — может быть! — разойдёмся мирно!

— Вряд ли у него есть деньги. Думаю, он пошёл на воровство вовсе не от хорошей жизни.

— А нам-то что?! — упрямо гнул свою линию Тими, хотя на самом деле его уверенность уже давно дала брешь, особенно после того, как глаза «провинившегося» увлажнились и сделались по размеру похожими на блюдца. — Сегодня мы его, значит, пожалеем, а завтра он у моей мамы кошелёк сопрёт! Наглый прохиндей!

— Ну не утрируй ты так, дружище… Посмотри на него. Посмотри на его глаза.

— Вот только не надо! Я смотрел «Шрека». Этими глазами меня не проймёшь!

— Боже, ну ты и кремень.

— А ты — лопух! Наивный и доверчивый! Ну нельзя же так…

— Я всё-таки склонен видеть в людях лучшее.

— За что постоянно и огребаешь!

— Наверное… Но по-другому я не могу.

— А надо через «не могу»!

Конец развернувшейся не на шутку дискуссии положил её же виновник, который ни с того, ни с сего вдруг бухнулся на колени и завопил:

— Умоляю, только не сдавайте меня в милицию! Я хороший! Правда-правда! И не выживу в «обезьяннике»! Говорят, там людей нарочно голодом морят!

Макс и Тими замолчали и шокировано переглянулись, а некоторые прохожие начали заинтересовываться происходящим. Кто-то даже достал мобильник и включил видеосъёмку.

— Встань, пожалуйста, — заметив это, попросил Макс. — А то люди невесть что подумают.

— Да, что мы тебя, как минимум, расстреливать собираемся, — добавил Тими. — Нам не нужны дополнительные проблемы, ты и так их достаточно создал.

Парень кивнул, тряхнув светлой чёлкой, и послушно встал.

— Вот и отлично, — облегчённо выдохнул Макс. — А теперь рассказывай.

— Рассказывать?

— Да. Что с тобой случилось?

— Со мной?

— Прекрати переспрашивать! — снова начал заводиться Тими. — Колись, как до жизни такой докатился? Почему воровать стал?

Парень уставился в асфальт.

— Ну, я… это… кушать хотел, — еле слышно выдал он.

— И всё? — спокойно спросил Макс.

— Это не оправдание! — вспыхнул-таки Тими.

— Ну простите! — взмолился бедный вор и снова сделал попытку упасть ниц.

— О, нет-нет-нет, только не опять — Макс быстро схватил его за руку и оттащил к скамейке. — Сядь. Успокойся. Выпей водички, в пакете есть маленькая бутылочка. Вот так… Никто тебя казнить не собирается.

— А надо бы, — буркнул Тими.

Макс бросил на него укоризненный взгляд. Светловолосый парень затравленно моргнул.

— Нет, ну а что? Я хоть и маленький, но не такой добрый, как некоторые!

— Он шутит, — заверил незнакомца Макс. — Мы добрые, как плюшевые мишки.

— Люблю плюшевых мишек, — жалобно сообщил парень.

В голову к Тими начали закрадываться нешуточные подозрения. Либо тип в спортивном костюме мастерски ломает комедию и на самом деле не так прост, как кажется, либо...

— Скажи, ты в клинике случаем не лечился?

— Да. Недавно, — простодушно ответил парень. — Поранил палец.

Тими закатил глаза.

— А может, от чего-нибудь посерьёзнее?

— Например?

— Проблемы с головой были?

— У меня они сейчас есть, — «Допрашиваемый» осторожно коснулся шишки на лбу и поморщился. — Больно-о-о…

— Так, хватит, — решительно сказал Макс. — Лично мне всё ясно. Идёшь с нами.

— Зачем?! — в один голос спросили Тими и парень. Один — возмущённо, второй — испуганно.

— Поешь. Я дам тебе сухую и чистую одежду. Переночуешь, если тебе вдруг некуда идти.

— Ты с ума сошёл?! — не поверил своим ушам Тими.

— Ни в коем случае, — Макс дружески хлопнул парня по плечу. — Как тебя зовут?

— А… Андрей.

— Славно. Я — Макс, грозный мальчуган — Тими. По дороге расскажешь нам, что с тобой, всё-таки, произошло.

Новый знакомый кивнул и потянулся к голове, очевидно, собираясь поправить кепку, но потом вспомнил, что её там нет, и печально вздохнул.

— Да вы не подумайте ничего такого. Нормальный я, не псих. Просто два дня ничего не ел. Бродил почти на грани голодного обморока.

— Вот бедный, — искренне посочувствовал Макс.

— Ага, это тяжко. Ну, а потом увидел вашу колбасу. И торт… — Андрей неловко затеребил испачкавшийся рукав. — И тут меня как накрыло! Руки сами собой потянулись. Да я же… Я же в жизни ничего чужого не брал! Кроме конфет… и ещё, быть может, пирожных с кремом.

— Не волнуйся, мы тебе верим, — улыбнулся Макс. — Против пирожных с кремом устоять почти нереально. По себе знаю.

— Повезло тебе, что ты на нас наткнулся, — добавил оттаявший Тими. Желание злиться пропало окончательно. Андрея даже стало жаль. Как побитую дворняжку. Похоже, дела у него и впрямь были плохи. — Другие на нашем месте не церемонились бы.

— Знаю, — тихо сказал Андрей. — Спасибо вам. Правда. Я отблагодарю. Отработаю, если надо.

Макс сдвинул брови, а потом вдруг рассмеялся и приобнял его за плечи.

— Пошли. Иначе я тоже начну безумствовать от голода. А Тими у нас, если не поужинает вовремя, вообще в зверя превращается.

— Да, я такой, — усмехнулся мальчик и, подхватив значительно полегчавшие пакеты, поспешил за двумя парнями.

***

На Виноградной улице царила уютная тишина. Жорж убрал так и не прикуренную сигарету обратно в пачку и решительно поднялся с мотоцикла. Ему понадобилось несколько дней, чтобы всё обдумать и придти к выводу, что посетить дом №17 и встретиться с дедушкой Макса действительно необходимо. Вот только к чему это приведёт?

Рука, осторожно коснувшаяся калитки, словно огня, слегка дрогнула.

«Ну же, смелее, — велел сам себе Жорж. — Ты уже здесь, так что просто зайди. Повернуть назад сейчас будет тупо, даже для тебя».

Лидер «Грачей» понимал, что, как только он минует калитку и окажется внутри, его жизнь изменится. Окончательно и безвозвратно. Потому что ему придётся-таки признать существование магии в бренном мире и наличие особых сил у себя родимого. С другой стороны, избегать этого и игнорировать он тоже больше не мог. Ни физически, ни морально. Жорж устал просыпаться по ночам в холодном поту, не понимая, что творится внутри него, и чувствовал, ещё чуть-чуть — и он начнёт рычать и бросаться на собственных товарищей и даже Анюту. От нервов. Неизвестности. Отрицания происходящего. И дикого недосыпа. Пора было с этим заканчивать.

Жорж сделал глубокий вдох, как перед прыжком в омут, и тронул калитку. Она открылась. Тихонько, со скрипом. Как обычная среднестатистическая калитка. Ни тебе взрывов, яркого света в глаза и прочих спецэффектов, которым Жорж, скажем так, не удивился бы. За ней простирался сад. Необычайно красивый, сказочный, но, опять-таки, просто сад. Без средневековых замков и арен для боёв. В прошлый раз у Жоржа не было возможности всё тут рассмотреть, потому что сначала он тащил Макса, пострадавшего в бою с Владом, затем успокаивал Тими, а потом без оглядки ушёл, не рассчитывая вновь сюда вернуться. Но судьба распорядилась иначе.

И вот он здесь. Опять…

— Э-эй, — громко позвал Жорж. — Есть кто живой?

Кусты справа зашевелились, и наружу высунулась симпатичная пёсья мордаха.

— Привет, дружок, — поздоровался Жорж. — Ты тут один?

Пёсель, показавшись полностью, утвердительно чихнул. Жорж испустил разочарованный вздох.

— Прекрасно. Ну, и что мне теперь делать дальше? Ждать твоих непутёвых хозяев, которые даже калитку не закрывают? Видимо, ворам ни разу не попадались…

— Один из них, как я погляжу, только что пожаловал лично, — прозвучал голос за спиной.

Жорж от неожиданности чуть не подпрыгнул на месте, а пёс ретировался обратно в кусты.

— Ох ты ж, бл…

— Да ещё и выражается. Очень некультурный вор.

Анна смерила внезапного гостя уничтожающим взглядом.

— Ты кто?

— А ты? — не остался в долгу Жорж.

— Хозяйка дома.

— Я знаю хозяина. И он до сегодняшнего дня не носил платье.

Анна прошла мимо, едва не задев Жоржа плечом.

— Да у нас тут умник выискался. Очередной. Который, видимо, ещё не понял, куда попал. И с кем разговаривает.

Жорж старался держать себя в руках. Правда, старался. Ведь кто его знает, вдруг, эта девчонка и впрямь тут за главную, а Макс просто снимает у неё (а скорее, у её родителей) дом.

— Меня пригласил сюда Максим Светлов, — терпеливо попытался объяснить он. — Я должен встретиться и поговорить с его дедушкой. Они же проживают здесь, верно?

Анна снова глянула на него, на сей раз не без интереса.

— Да проживают-проживают, — снисходительно отозвалась она. — А ты, значит, кудесник? Тот самый.

Жоржа начали раздражать загадки. Он готов был стать кем угодно, хоть Геральтом из Ривии, хоть Гарри Поттером, лишь бы ему дали, наконец, увидеть Макса (а лучше - сразу его деда).

— Как скажешь, только позови Макса, будь так любезна, — процедил лидер «Грачей».

— А его нет, — невозмутимо ответила девчонка.

Жорж чертыхнулся про себя. Она издевалась над ним. Однозначно. Вон как нагло насмехаются синие глаза.

— Ладно, извиняюсь за вторжение, — буркнул он и развернулся, чтобы уйти.

— Да подожди ты, — смилостивилась Анна. — Макс сейчас в школе, вместе с дедом, которого вызвали, между прочим, из-за синяка. Кто его поставил, разъяснять, надеюсь, не надо?

Жоржу сделалось немного стыдно.

— Не надо, — еле слышно пробурчал он. — Я догадался.

— Раз так, садись тогда. И жди.

— Чего? — растерялся Жорж.

— Кары небесной, — усмехнулась Анна. — Макса, конечно же. Он скоро придёт.

Жорж покачал головой и опустился на крыльцо веранды.

«Ну и девчонка, — пронеслось в мыслях. — Такой палец в рот не клади. Интересно, в качестве кого она здесь? Домомучительницы? Или цепной собаки?»

— Кстати, я, если что, жена Макса, — раздалось почти у самого его уха. Жорж чуть из кожи не выпрыгнул, совершенно не услышав приближения Анны.

— Же… Кто-о-о-о?! — вытаращился он на неё. — Да ты прикалываешься!

— Не-а, — Анна явно наслаждалась произведённым эффектом. — И совет на будущее: мне лучше не перечить. Многих проблем сумеешь избежать.

Жорж машинально кивнул, продолжая буравить девицу недоверчивым взглядом.

«Господи, какая жена? Да сколько ей лет-то вообще?! — никак не мог переварить информацию мозг. — И «муженьку» её… Ну Макс, ну даёт! Я-то думал, он прост, как три копейки… Интересно, а у них уже было?»

Анна, внимательно наблюдавшая за гостем, приподняла бровь.

— Не о том думаешь.

Жорж покраснел, словно его застукали за разглядыванием чужого белья.

К счастью, неловкую ситуацию сгладил вовремя появившийся Макс.

— Приветик, Анна, вот и мы, — он придержал калитку для Тими, который бережно нёс в руках помятую коробку с чем-то малость приплюснутым. Очевидно, когда-то это был торт. — О, Жорж, и ты здесь? Рад тебя видеть!

Лидер «Грачей» кивнул и, забыв про Анну, с неподдельным интересом принялся изучать светловолосого паренька, маячившего за спиной Макса. Бедолага напоминал жертву катастрофы. Ну, или стаи голодных собак. Весь растрёпанный, мокрый и в порванной одежде, он неуверенно замер на месте и робко огляделся по сторонам. Заметив, что он стесняется, Макс легонько подтолкнул его и радушно сказал:

— Проходи, никто тут не кусается. Чувствуй себя, как дома. Анна, что у нас на ужин? Наш гость зверски голоден.

— О, правда? — недобро протянула будущая супруга, а затем схватила Макса за локоть и оттащила чуть в сторону. — Что это за придурок? Где ты его откопал?

— Нашёл возле магазина, — простодушно ответил Макс. — Его зовут Андрей.

— Да мне всё равно, как его зовут! Ты зачем его сюда приволок?

— Ему нужны горячий чай и новая одежда.

— У нас здесь не фонд помощи обездоленным! Тебе не говорили в детстве, что нельзя тащить в дом всё, что находишь на улице?

— Ну, Анна, ну не вредничай… Посмотри, какой он несчастный! Я просто обязан накормить его и обогреть. Так что у нас на ужин?

Поняв, что спорить бесполезно, и сказалось, очевидно, детство, проведённое без любимой собачки, Анна громко фыркнула и ушла в дом.

— Как прошло? — тихо спросил Тими.

— Думаю, она в восторге от Андрея, — даже не засомневавшись, ответил Макс.

— Что-то мне слабо верится…

Жорж кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Наверное, я лучше в другой раз зайду.

— Ни в коем случае, — улыбнулся Макс. — Я приглашаю тебя к чаю. У нас и тортик есть. Да, Тими?

Мальчик гордо, будто это был ценный трофей, добытый в тяжком бою, продемонстрировал коробку.

— Какой-то он у вас малость… деформированный, — усмехнулся Жорж.

К своему удивлению, он почувствовал, что уходить ему и впрямь не хочется.

Андрей неловко ковырнул кроссовком землю, а Макс рассмеялся.

— Да, случилась одна презабавная история. Но тортик от этого хуже не стал, уверяю.

— Раз так… — в голосе Жоржа появились тёплые нотки. — Можно и чаю попить.

***

Стоило Андрею попасть на кухню, как всю его робость и растерянность словно рукой сняло. Прямо на глазах у изумлённого Жоржа он умял шесть тарелок гречневой каши с овощами и потянулся за седьмой.

— Ребята, где вы нашли этого проглота? В цирке? — тихо спросил лидер «Грачей».

— Почти, — усмехнулся Тими.

Расправившись полностью с кашей, Андрей сунул нос в кастрюлю и, убедившись, что там ничегошеньки не осталось, грустно вздохнул, но долго унывать не стал и переключился на молоко и булочки с маком. Тими, всё ещё ковырявший ложкой свою порцию (Анна сказала, что никакого чая не будет, пока не опустеет кастрюля с кашей), невольно позавидовал такому хорошему и здоровому аппетиту. Может, Жорж прав, и парень действительно удрал из цирка?

— Впервые вижу человека, за раз осилившего столько каши! — шепнул он на ухо Максу.

— Ну, в этом есть и свой плюс. Каша съедена, осталась только та, что на наших тарелках. Значит, чай не за горами.

Тими хихикнул.

— А давай, тихонько скормим остатки Андрею, пока Анна не видит?

Но Анна всё видела.

— Макс, иди-ка сюда, — поманила она супруга в другую комнату.

Тот со вздохом последовал за ней.

— Что опять не так?

— Твой гость сыт. И обогрет. Выдай ему какие-нибудь ненужные шмотки, и пусть валит отсюда.

Макс невинно улыбнулся.

— А я разве тебе не сказал?

— Что ещё?!

— Андрей у нас заночует. Похоже, ему некуда идти.

— Прекрасно! — раздражённо фыркнула Анна. — Он ещё и бомж!

— Я не это имел ввиду.

— Это и так ясно, как и то, что ты решил превратить наш дом в ночлежку для бродяг!

— Всего на одну ночь, обещаю, — Макс молитвенно сложил ладони под подбородком. — Андрей не создаст проблем. А утром узнаем, кто он и где живёт.

Анна покачала головой. Она знала, что Макс всё равно добьётся своего, не мытьём, так катаньем, и сердито принялась вытаскивать из стенного шкафа матрас.

— Зачем он тебе? — удивился Макс.

— Для твоего нового приятеля, — с ударением на последнее слово процедила Анна. — Или ты готов уступить ему свою кровать?

***

В конце концов, после долгих уговоров, Анна всё же согласилась постелить Андрею на диване в гостиной, даже если и очень хотела, чтобы он спал на полу в прихожей. Тот захрапел сразу же, едва только его голова коснулась подушки. Жорж и Тими выпили-таки чая с тортом и разошлись по домам. Макс, посидев немного на крыльце веранды вместе с Счастливчиком и подышав свежим вечерним воздухом, вскоре тоже улёгся спать, однако из-за богатырского храпа, доносившегося из гостиной даже сквозь плотно закрытую дверь, долго не мог сомкнуть глаз. Уже ближе к утру ему пригородился какой-то дурацкий сон, в котором Анна, одетая в мокрый спортивный костюм, со зверским выражением лица поедала торт с начинкой из гречневой каши и запивала чаем, налитым в мятую кепку, а Андрей в чёрном платье и красном фартуке на неё покрикивал. Проснувшись, Макс не сдержался и громко прыснул со смеху. Нет, ну приснится же такое!

Было всего лишь около четырёх утра, и хозяин дома попытался уснуть снова, как вдруг до его ушей донеслись тихие плачущие звуки. Шли они из соседней комнаты, смежной с его спальней. Там жила Анна.

У Макса сжалось всё внутри. Его стальная и непробиваемая подруга редко давала волю эмоциям. И это означало, что дело плохо.

— Анна, — позвал он и, еле удержавшись, чтобы не добавить «милая», осторожно приоткрыл дверь в комнату. Девушка сидела на кровати, обхватив коленки и уткнувшись в них лбом. Плечи сотрясались от рыданий. Макс решительно преодолел расстояние и сел рядом. Руки ласково обняли подругу. — Что такое? Опять воспоминания? Это из-за Андрея, да?

Анна посмотрела на него красными от слёз глазами.

— Ты ведь почувствовал это, да? Его силу. Она так похожа на ту, которая…

— Чш-ш-ш, — Макс крепче прижал девушку к себе и принялся убаюкивать. Она не сопротивлялась. Скорее, наоборот. Цеплялась за него, как за спасительную соломинку. — Андрей совершенно другой человек. Что говорят твои способности медиума?

— Его помыслы чисты, — прошептала в плечо Макса Анна. — Он не представляет угрозы. Пока. Но я всё равно не могу…

— Всё будет хорошо. Я здесь, рядом. Но если Андрей попал в беду, ему надо будет помочь. Ты позволишь мне?

Анна отстранилась от Макса и провела ладонью по лицу.

— Тебе решать. А я, как всегда, поддержу.

— Ты точно справишься? — с тревогой заглянул ей в глаза Макс.

— Да. Не бумажная царевна. Делай то, что считаешь нужным. Но предупреждаю: лёгкой жизни тут я ему не обещаю.

Макс улыбнулся и чмокнул девушку в щёку. Какой бы вредной и сердитой ни пыталась выглядеть Анна, она всегда его понимала. Как и положено близкой душе.

Из кухни донёсся оглушительный грохот, а затем — лай Счастливчика.

— Ну что там ещё? — Анна отбросила одеяло, накинула поверх ночнушки лёгкий халатик и встала с кровати. Макс поспешил за ней.

На кухне перед ними предстало весьма забавное зрелище: на полу, в одних синих в белый горошек шортах, сидел Андрей, над ним — надрывался Счастливчик, а дверца холодильника между ними была загадочно приоткрыта.

— Что, скажи на милость, ты тут делаешь? — цыкнув на четвероногого сторожа и заставив его замолчать, спросила Анна таким тоном, что наблюдавший со стороны Макс невольно посочувствовал Андрею. Того, кто поставил с утра пораньше на уши весь дом, его супруга точно не простит.

— Ну…я…это… — заикаясь, начал говорить Андрей. — Дико захотел попить.

— Кран в другой стороне. В холодильнике что забыл?

— Я случайно дверцу задел!

— Чем? Носом? — холодно осведомилась Анна. — Почему-то твоя хитрая физиономия не внушает мне доверия. Признавайся, вредитель, зачем разбудил весь дом?!

— Ладно тебе, мы всё равно не спали, — шепнул Макс, но Анна лишь сердито от него отмахнулась.

Андрей, ещё секунду назад заинтересованно вытянувший шею, заголосил:

— Я не хоте-е-ел… Не выгоняйте, пожалуйста!

— Никто тебя не выгонит, — заверил гостя Макс.

— Живо навёл тут порядок и шагом марш спать, утром поговорим, — скомандовала Анна и перед тем, как уйти, добавила: — Макс, помоги ему.

— Да, мэм! — вытянувшись в струнку и отдав честь, хором отрапортовали оба.

Небольшую лужу молока и пару разбитых яиц они убрали быстро, после чего Макс по-братски разделил остатки торта. Ребята сидели прямо на полу, привалившись спинами к холодильнику, а за окном потихоньку рассветало.

— Извини за беспорядок, — прочавкал Андрей. — Я правда всего лишь хотел пить.

Макс беспечно махнул рукой.

— Не оправдывайся. Я сам люблю по ночам бегать на свидания с холодильником. Главное, что пока об этом не прознала Анна, хотя уменьшающееся, в сравнении с вечером, количество продуктов её настораживает.

Андрей хохотнул и тут же, сделав большие глаза, зажал рот рукой.

— Суровая она у тебя. Но классная.

— А иногда я посылаю за едой Счастливчика. Он у меня тоже крут.

Андрей потрепал за ухо четвероногого друга, который уже успел проникнуться к гостю симпатией.

— Значит, это он только меня палит?

— Он тебя запомнил. И больше так не будет.

— М-да, — Андрей ласково провёл рукой по голове Счастливчика. Пёс аж засопел от удовольствия. — Будь у меня такой друг, я б и не голодал вовсе.

Макс серьёзно посмотрел на него.

— Может, расскажешь? Что с тобой случилось?

Андрей уткнулся взглядом в тарелку с тортом.

— Тяжёлые дни. И временные трудности. Я искал работу. Хоть какую-то. Но Москва — жестокий город.

— Ты не местный?

— Нет, — покачал головой Андрей. На веснушчатом лице появилось выражение печали. — Прости, больше ничего не могу сказать. Ты хороший парень, и очень по-человечески ко мне отнёсся. Но…

Макс остановил собеседника жестом руки.

— Я же сказал — не оправдывайся. Ты ничем мне не обязан. Я делаю то, что в моих силах, и в моих силах было помочь тебе. Это долг каждого человека.

Андрей тяжело вздохнул.

— Не все так думают. И уж тем более, делают. В мире очень много злых и равнодушных людей.

— Скорее, глупых. Запутавшихся. Им просто нужно указать верный путь, — В предрассветной темноте глаза Макса заблестели, напоминая пару звёзд. Андрей завороженно смотрел в них. — Всё в наших силах. Нет ничего невозможного.

Короткое наваждение прошло, и Андрей мотнул головой. На кухне значительно посветлело, тарелки с тортом опустели, а Счастливчик дремал, уткнувшись носом в ногу хозяина.

— Идём спать, — сказал Макс, поднимаясь с пола. — Ещё очень рано.

***

Жорж остановил мотоцикл и толкнул калитку дома №17. Да, он приехал сюда. Опять. Та самая метафорическая нить, протянувшаяся между ним и домом Макса ещё в самый первый вечер, во время второго визита укрепилась и стала канатом. Даже, металлической цепью.

«Да, увяз я во всём этом по самые уши», — думал Жорж, направляясь к веранде. И его уже не особо волновало, встретит ли он сегодня неуловимого дедушку Макса или нет… Ему просто было интересно. Узнать, как поживает Макс. Что там с «парнем из цирка» (так Жорж окрестил Андрея). А ещё…

— Поживее! Не тормози!

Голос Анны, доносившийся из раскрытого окна, казалось, гремел на всю улицу. Жорж зашёл в дом, благо входная дверь не была заперта, и с неподдельным любопытством заглянул в гостиную.

Зрелище развернулось наизабавнейшее (впрочем, кому как). По комнате, напоминая бешеного зайца, нарезал круги Андрей со шваброй в руках. Анна, прислонившись спиной к дверному косяку, раздавала указания:

— Помой за шкафом! А теперь под столом! Эй, ты пропустил пылинку в дальнем левом углу!

— Слушаюсь, хозяйка Анна! Как скажешь, хозяйка Анна! — не хуже паровоза пыхтел Андрей.

— Ну же! Я видела черепах, ползающих быстрее тебя!

Лицо бедного парня раскраснелось, как помидор, и блестело от пота. И тем не менее, он не бросил швабру и даже ни разу не возмутился. С каждым новым приказом Анны Андрей удваивал усилия, так что совсем скоро сравнялся по скорости с торпедой. У Жоржа от удивления аж тёмные очки на кончик носа сползли, а потом и вовсе голова закружилась. Ему стало казаться, что он смотрит фильм в режиме ускоренной перемотки. Вот Андрей моет подоконник, но уже через секунду каким-то невероятным образом попадает в противоположный конец комнаты и смахивает пыль с картины, затем с феерической скоростью влезает с ногами на стол и протирает люстру, после чего снова «телепортируется» к окну…

— У-у, лодырь, — не переставала при этом «поощрять» его Анна. — Я не могу стоять над тобой весь день, у меня, знаешь ли, и свои дела есть!

— Простите, хозяйка! Обещаю исправиться! — подобно белому медведю, ревущему в жаркую погоду, выдавал Андрей. Глаза безумные, пальцы сжимают швабру настолько сильно, что удивительно, как она ещё не поломалась…

Жорж остановился рядом с Анной и убрал в карман тёмные очки.

— Пощади парня. Его ж так кондрашка раньше времени хватит.

— Никаких кондрашек-мондрашек без моего разрешения. И пока не закончит уборку, — невозмутимо отрезала Анна и рявкнула так, что Жорж аж подпрыгнул от неожиданности. — Всё здесь сделал?! Переходи в другую комнату, не отвлекайся на мух!

Андрей послушно закивал, сделавшись похожим на китайского болванчика. На веснушчатой физиономии расплылась неестественно широкая улыбочка.

«Почему он терпит всё это? — поразился Жорж. — Мазохист, что ли? Весь красный, и улыбка дурацкая… разве что только сердечек в глазах нет. А может… ему просто девчонка нравится? По крайней мере, это всё объясняет…»

Анна загадочно хмыкнула и последовала за своей жертвой в другую комнату. Жорж, озадаченно почёсывая затылок, вернулся на веранду.

В саду обнаружился Макс, пребывающий в весьма странной позе. На полусогнутых ногах, с вытянутыми руками, он словно сидел на чём-то, вот только ни стула, ни табуретки под ним не наблюдалось.

— Доброго утречка, — поприветствовал его Жорж.

Тишина.

— Э-э-эй…

— Четыреста девяносто три… четыреста девяносто четыре… четыреста девяносто пять… четыреста девяносто шесть…

— Эй!

— Четыреста девяносто семь… четыреста девяносто восемь… четыреста девяносто девять… пятьсот! Фу-у-ух, — Макс облегчённо выдохнул, на дрожащих ногах кое-как доковылял до веранды и рухнул на ступеньку. — Да, утречка, Жорж, я тебя прекрасно слышал.

— Можно спросить, что ты сейчас делал?

— Сидел на «невидимом стуле».

— Зачем?!

— Вид тренировки такой.

Жорж хмыкнул.

— А я думал, пытки.

— Хорошо развивает выносливость и мышцы, — Макс вытер заранее подготовленным полотенцем лицо и потянулся к бутылочке с водой. — Сегодня моя цель — «просидеть», сосчитав до пятисот, завтра — уже до шестисот пятидесяти. И так далее, до тысячи.

— А потом — всё? — невольно заинтересовался Жорж. — Сразу клиника?

Макс жадно хлебнул воды.

— Нет, до двух тысяч, — пробулькал он.

— Понятно, — Жорж невольно содрогнулся. — Скажи, а каждый Магический Воин должен этим заниматься?

— Вовсе нет, — покачал головой Макс. — У тебя, вполне возможно, будет свой собственный путь к совершенству, — Лицо у парня приняло страдальческое выражение. — Мой путь определила Анна.

— Ну тогда вопросов больше нет.

— Это ещё цветочки. К примеру, один Магический Воин велел поместить себя в пробитый насквозь саркофаг и опустить на дно океана.

— Он что, псих?!

— Постоянно находясь на грани между жизнью и смертью и выживая лишь за счёт магической энергии, он сумел поднять свои выносливость и силу до невероятных высот. Не хотел бы я столкнуться с таким противником на Турнире, честно.

Побледневший Жорж рухнул рядом с Максом.

— И сколько же он так продержался?!

— Три дня.

— Обалдеть…

— Ты не подумай, что я тебя запугиваю, — спохватился Макс. — Я тоже таких издевательств над собой не одобряю. Просто подобные ему Магические Воины хотят одержать победу на Турнире. Любой ценой. Ты вообще можешь не участвовать, если не хочешь.

— Кстати, вот об этом, пожалуйста, поподробнее…

Из дома донёсся звон разбитого стекла и крик Анны:

— Куда?! Ну куда ты ставишь? Недоразумение!

— Что, Анна всё ещё наказывает Андрея? — поинтересовался Макс.

Жорж вздохнул.

— Лично мне искренне жаль бедолагу. Твоя подруга не перегибает палку?

— У неё свои методы. Думаю, таким образом она проверяет Андрея.

— Проверяет? — насторожился Жорж.

— Его стрессоустойчивость. Нервы. Ждёт, когда же он не выдержит и проявит свою сущность, — Макс улыбнулся. — Но Андрей — кремень. И пока ещё никак себя не выдал.

— То есть, ты хочешь сказать… — начал догадываться Жорж.

— Да. Андрей — Магический Воин. И довольно сильный.

Жорж недоверчиво покосился в сторону окна, из которого в последний раз раздавался шум, и округлил глаза.

— Он? Серьёзно?!

— Именно.

— И как давно вы это поняли?

— Я — где-то минут через пять после встречи с ним, а Анна — в тот момент, когда он ещё только приблизился к Виноградной улице. Она — медиум, и очень остро чувствует такие вещи.

Жорж присвистнул.

— Н-да, жуткая вы парочка…

— Да, многие так считают, — рассмеялся Макс.

Скрипнула калитка. Счастливчик с радостным лаем кинулся встречать нового гостя.

— Всем привет, — бодро сказал Тими. — Да принёс-принёс, не надо лезть ко мне в карман. Держи печеньку.

Довольный пёс захрумкал лакомством.

— Как дела? — спросил мальчик, отряхивая ладони от крошек.

— Обсуждаем Андрея, — сообщил Макс.

— Он опять что-то вытворил?

— Пока нет. Но Анна усердно работает над этим.

— В смысле? — не понял Тими.

— Парень — Магический Воин, и жёнушка Макса хочет довести его до белого каления для того, чтобы он продемонстрировал своего «внутреннего Халка», — с готовностью пояснил Жорж. — Вот только всё равно не понимаю, зачем ей это.

У Тими отвисла челюсть.

— Да ладно… Андрей — Магический Воин?! Не поверю, не-а!

— Помнится, ты и про меня так говорил, — улыбнулся Макс.

— Магический Воин не может бомжевать на улице!

— Он не бомжевал. У него временные трудности. И вообще, он не из Москвы. Приехал из другого города.

— Какого? — тут же принялся допытываться Тими.

— Не сказал, — пожал плечами Макс.

— Ага… И ты ему вот так веришь? Тебе что, Влада было мало?!

— Да причём тут…

— Наверняка, он неспроста рядом с нами ошивался! — окончательно вошёл в раж Тими. — И торт спёр, и под дурачка закосил… У-у, подлюка! Но актёр — хороший. Я-то думал, он реально больной на всю голову, а оказалось…

Макс примиряюще выставил перед собой ладони.

— Тими, пожалуйста, успокойся, а то сюда все соседи сбегутся! Андрей не опасен. Это я гарантирую.

— Не можешь ты этого гарантировать!

— На, попей водички.

Мальчик выхватил пластиковую бутылочку и сердито забулькал водой. Жорж, с интересом наблюдавший за перепалкой двоих друзей, усмехнулся:

— Насыщенная у вас жизнь, как я погляжу.

— Не то слово, — буркнул Тими.

— Кх-м…

Все трое вздрогнули и обернулись. За их спинами, смущённо теребя рукава, стоял Андрей.

— Что, Анна тебя уже отпустила? — миролюбиво осведомился Макс.

— Ага, — в голосе светловолосого парня мелькнули нотки печали. — Я закончил уборку. Ваш дом теперь кристально чист. А мне, похоже, пора.

— Подожди, — попробовал задержать его Макс. — Ты точно уверен, что тебе больше ничего не нужно? Может, оставишь свой номерок? Мало ли что…

Андрей спустился по ступенькам, прошёл мимо Жоржа и Тими и остановился только на полпути к калитке.

— У меня нет мобильника, — с грустной улыбкой сказал он.

— Но ты всё равно обращайся. Запомни мой адрес.

— Конечно, — Андрей окинул взглядом сад и сделал глубокий вдох. — Как же тут здорово… — Плечи слегка поникли, а взгляд потускнел. — Но я не могу задерживаться. Пока, Макс… Жорж, Тими. Спасибо за всё.

Калитка хлопнула. Таинственный гость ушёл, оставив после себя ещё больше вопросов. И гнетущую тишину.

Первым очнулся Макс. И тут же бросился следом.

— Ты куда? — растерянно крикнул Тими.

— Я не могу оставить это вот так. Хочу убедиться, что у него действительно всё в порядке.

Тими закатил глаза.

— Господи-и…

И, конечно же, поспешил за другом. То же самое через минуту зачем-то сделал Жорж с мыслью:

«Нет, вот оно мне надо, а?»

***

Макс, Жорж и Тими расположились в конце автобуса. К счастью, в салоне было полно других пассажиров, и Андрей их не заметил. Он вообще не смотрел по сторонам и, облокотившись о поручень, думал о чём-то своём. Лицо оставалось печальным.

— Мы что, будем за ним следить? — шёпотом спросил у Макса Тими. — Я думал, ты хотел догнать его и поговорить.

— Нет, он ничего не скажет. Если я увижу, что у него всё хорошо, он даже не узнает, что мы пошли за ним.

— А может, он уже знает? Должна же у Магического Воина быть хоть какая-то чуйка!

— Вот и выясним.

Автобус проехал восемь долгих остановок, а на девятой Андрей начал протискиваться к выходу.

— У кого-нибудь есть мелочь, проезд оплатить? — заволновался Жорж. — Я, кажется, бумажник взять забыл.

Макс сосредоточенно покопался в карманах и извлёк целых пять рублей и мятную конфетку.

— Прости, это всё, что имеется, — виновато пробормотал он.

Тими чуть не взвыл.

— Да вы издеваетесь?!

Короче, именно ему пришлось в конечном итоге спасать непутёвых товарищей. На это ушли почти все деньги, которые утром дала мама. Макс и Жорж клятвенно заверили, что позже вернут в троекратном размере, но с них станется и забыть. Так что плакало то большое пирожное с кремом, которое Тими присмотрел в пекарне рядом с домом. М-да, и на что только не пойдёшь ради друзей и общей идеи...

Пока они расплачивались, Андрей успел выйти из автобуса и скрыться за серым обветшалым домом. Подобных домов в этом районе было полно. Всё здесь так и кричало о бедности. Окна первых этажей уныло глядели на мир проёмами, заколоченными досками или заклеенными старыми газетами, а сама улица оказалась до безобразия грязной. Такой простой вещи, как урна, тут отродясь не существовало, и местные жители кидали мусор прямо на асфальт, себе же под ноги.

Жорж споткнулся о тощую, больше похожую на бродячий скелет, кошку и тихо выругался. Идущий далеко впереди Андрей снова свернул и скрылся в деревянном двухэтажном бараке. Троица последовала за ним и оказалась в захламлённом всякой дрянью дворике. По носам ударил «аромат» из кошачьей мочи и тухлятины.

— Да-а, здесь не слишком-то приятно находиться, — пробормотал Жорж, подумав о том, что даже ему и его ребятам в самые тяжёлые времена не приходилось жить в таких условиях. Лидер «Грачей» покосился в сторону переполненного мусорного бака, над которым вилось угрожающе большое облако мух, а внутри явно кто-то шевелился, и уткнулся носом в изгиб локтя. — Зато теперь мы знаем, где собралась грязь со всего мира.

— Бедный Андрей, — покачал головой Макс. — Как можно тут жить?

— Предлагаю побыстрее разобраться с этим делом и уйти туда, где есть, чем дышать, — прогундосил Тими, зажимая пальцами ноздри.

— Какой у нас план? — спросил Жорж.

— Попробуем расспросить местных.

Лидер «Грачей» скептически хмыкнул, но промолчал. Он подозревал, что у большинства здешних «аборигенов» свой собственный, так сказать, стиль речевого общения, который Максу вряд ли доступен для понимания. Но попытка — не пытка.

В тёмном мрачном коридоре барака пахло ещё хлеще, чем снаружи. Ко всему прочему добавился «потрясающий букет» из запаха горелых щей и белья, нестиранного, очевидно, со времён второй мировой войны. Из-за хлипких дверей убогих комнатушек доносились пьяные вопли, песни и детский плач. Одновременно. Что создавало ужасную какофонию. Повсюду шастали сомнительные, одетые во что попало (в лучшем случае), личности, некоторые из них не без интереса поглядывали на Макса и Тими (особенно — на второго). Однако, завидев рядом высокого Жоржа, в потёртых джинсах, кожаной куртке и тёмных очках, предпочитали идти своей дорогой. Макс выглядел спокойным, а вот Тими было не по себе, и он не раз успел порадоваться, что с ними сейчас Жорж.

На кухне, по духоте и обстановке напоминавшей филиал ада, разве что без огромных печей и котлов, обнаружилась одинокая бабуля, похожая на каноничную Бабу-Ягу из русских сказок: низенькая, сутулая, с нечёсаными волосами, кривым носом и бородавками. Она усердно помешивала что-то в кастрюльке и на появление чужаков не отреагировала ни коим образом.

И поскольку на контакт никто идти не торопился, Макс решил попровать первым.

— Здравствуйте, бабушка, — вежливо начал он. — А мы тут одного молодого человека ищем. Моего возраста, волосы светлые, одет в спортивный костюм. Зашёл сюда буквально пять минут тому назад. Не подскажете, в какой комнате он живет? Может, он пришёл к кому-то в гости?

Никакого ответа. Старушенция склонилась над кастрюлей ещё ниже, и уже было не совсем понятно, месит она содержимое ложкой или же собственным носом.

— Пожалуйста, ответьте, — настойчивее стал просить Макс. — Для нас это очень важно.

Снова ноль реакции. Жорж сжалился и взял ситуацию под свой контроль.

— Слышь, старая… Ну-ка, быстро развернула свои гляделки и чётко ответила на поставленный вопрос: где пацан? Белобрысый, конопатый, одет так себе, ростом вот с него, — Жорж махнул рукой в сторону притихшего Макса. — Имеется здесь такой? Да, или ещё раз да?

Это подействовало. Бабуля оставила своё варево в покое и воззрилась на незваную троицу.

— Ась? — прошамкала она. — Не слышу тя, милок…

— Не надо ля-ля, всё ты прекрасно слышишь, — не дал обдурить себя умудрённый богатым жизненным опытом Жорж. — Обломаю сразу: денег мы тебе не дадим. Но… Мне ничего не стоит вызвать сюда пару-тройку здоровенных детин, которые перевернут эту богадельню вверх тормашками, вместе со всеми торчками и отморозками. Оно вам надо? Хорошенько подумай, прежде чем отвечать.

Бабулька испуганно попятилась назад и схватилась за кастрюльку, словно та была единственным сокровищем в её жизни. И как только не обварилась...

— Да что ты, что ты, касатик, не горячись… Всё выложу, как на духу. Вона, в третьей комнате Архипов живёт, по ночам втихаря мой суп жрёт, зараза такая. В седьмой — девка с двойней, малые все ночи напролёт орут, спать мешают. А ещё…

— Пацан, — жёстко напомнил Жорж. — Где? Нас интересует только пацан.

— Паца-а-ан? А-а, есть… Появился у нас на прошлой неделе. Слёзно так просил, мол, дайте комнатку, а то вещи украли, жить негде…

— И? — с нетерпением спросил Макс. — Вы дали?

— Ну, а что… Что я, нелюдь какой? Сжалилась, — вздохнула бабка и для правдоподобности чуть слезу не пустила. — Не изверги же мы тут. Вижу, парниша голодный и без денег. Совсем отчаялся. Чего доброго, простудится да помрёт, прям у нас на пороге. Ну, говорю, так и быть — живи, сколько надо, а за комнату отработаешь, чем сможешь.

— Что значит «чем сможешь»? — угрожающе сдвинул брови Жорж.

— По хозяйству…

— Ага. И где он сейчас?

— А вы ступайте, хлопцы, на второй этаж, во-о-он по той лесенке. Только там перила шатаются, и ступенька одна пробита… По коридору, до конца, последняя дверь справа. Не ошибётесь. Только он там не один…

Однако Жорж, Макс и Тими уже сорвались с мест и последней фразы не расслышали.

Жорж добрался до указанной комнаты первым, несколько раз подёргал дверную ручку, а потом с силой надавил на саму дверь. Она открылась. При этом что-то скрипнуло и проехалось по полу, будто дверь с той стороны подпирал, к примеру, стул.

Внутренняя обстановка производила удручающее впечатление: дощатый пол с щелями, стены вместо обоев оклеены газетами, окно проще было сразу выбить, чем просто открыть, под потолком тоскливо раскачивалась одна-единственная лампочка, а из мебели - кривоногий стол, пара табуреток, покосившийся шкаф и кровать с металлическими набалдашниками.

Жорж замер, и в тот же миг нечто ударило его по спине. Совсем небольно. Но лидер «Грачей» всё равно выдал громкое:

— Ау-уу… — и грозно развернулся к обидчику, намереваясь порвать его на российский флаг. — Что…

Все последующие ругательства встали поперёк горла. На него, сжимая дрожащими руками пластмассовую выбивалку для ковров, огромными испуганными глазами уставилась девочка лет двенадцати-тринадцати.

— Не подходи, — предупредила она и выставила руку ладонью вперёд.

Над головой ничего не понявшего Жоржа что-то хлопнуло. На волосы, лицо и плечи посыпался до тошноты приторный порошок. Он сразу же забился в ноздри, заставив лидера «Грачей» дико расчихаться.

Из коридора послышался топот, и в комнату, чуть не сбив только-только подоспевших Макса и Тими, ворвался не на шутку встревоженный Андрей.

— Сестрёнка, что случилось? Я слышал шум… — выдохнул он, после чего увидел без конца чихающего Жоржа, потом перевёл взгляд на растерявшихся Макса и Тими и заметно расслабился. — А, это вы.

***

Младшую сестру Андрея звали Таня. Безостановочно извиняясь, она очистила Жоржа от приторного порошка, после чего сбегала на кухню за чаем и, на удивление, приличным с виду (и на вкус) печеньем. Для того, чтобы все смогли сесть, столик пришлось сдвинуть к кровати.

— Значит, вы за мной следили, — без упрёка констатировал факт Андрей.

Макс виновато кивнул, хотя на самом деле знал, что всё сделал правильно, и нового знакомого, вместе с сестрой, срочно надо было вытаскивать из подобных условий.

— Есть такое дело, — признался он. — Я с самого начала понял, что тебе необходима помощь. В конце концов, Магические Воины не только сражаются друг с другом, но ещё и помогают.

Андрей, хлебнувший в этот момент изрядную порцию чая, закашлял. Сестра постучала его по спине.

— Что… как…

— Ну хватит ломать комедию, — не выдержал Тими. — Мы знаем, кто ты. И что в Москву ты приехал из-за предстоящего Турнира. Ведь так?

У Андрея комично округлились глаза.

— Да, — пробормотал он, и над его головой словно зажглась пресловутая лампочка, как это обычно показывают в мультфильмах. Он уставился на Макса. — Так ты тоже Магический Воин?!

— А ты не знал, Шерлок? — улыбнулся Макс.

— Не-а… Ох, похоже, я настолько заморочился со своими проблемами, что утратил последние остатки интуиции, — Андрей перевёл взгляд на всё ещё чихающего время от времени лидера «Грачей». — Получается, и ты…

Тот лишь пожал плечами.

— Я пока сам не до конца понял, кто я.

Андрей моргнул несколько раз и сосредоточил внимание на последнем члене троицы.

— А ты…

— Не-не, — замахал руками Тими. — Я самый что ни на есть обычный человек.

«… который периодически видит вещие сны и прочие странные вещи», — уже про себя добавил мальчик.

— Тими у нас — голос разума, — пояснил Макс. — И ещё иногда заставляет меня учиться.

— Иногда? Да постоянно, — буркнул маленький друг.

На веснушчатом лице Андрея наконец-таки появилась искренняя улыбка. Он снова повернулся к Максу.

— Я рад, что ты оказался Магическим Воином. Те твои слова… ну, про то, что нет ничего невозможного… обретают смысл. Ведь Король Магических Воинов сможет изменить мир по своему усмотрению.

— Да. Теперь ты расскажешь, что с тобой произошло?

Андрей переглянулся с сестрой, и та кивнула.

— О Турнире мы узнали давно, и последние несколько лет я усиленно к нему готовился. Впервые мои способности проявились в восьмилетнем возрасте. Я попал под снежную лавину и чудом выжил. С тех пор я управляю снегом и льдом.

— И это — удивительно, ведь и мама, и папа, и я наделены способностями, связанными со стихией земли, — добавила Таня. — И особенно, с растениями. Трава, деревья, цветы…

— Цветы?! — у Жоржа опять засвербило в носу, и он оглушительно чихнул, едва не расплескав остатки чая.

Таня виновато уткнулась в свою чашку.

— Да, — еле слышно подтвердила она. — То, чем я тебя атаковала… Это была цветочная пыльца.

— Я не переношу пыльцу!

— П-прости-и… — сестра Андрея покраснела и ещё ниже опустила голову.

— Это я один во всём виноват, — решительно сказал Андрей. — Не сумел найти жилья поприличнее. К нам уже несколько раз вламывались некие… кх-м… нетрезвые личности. Кто комнату попутал, а кто и…

Жоржа замутило. Он мог только представить, сколько страху довелось тут натерпеться невинному тринадцатилетнему ребёнку. Да ещё и старший брат пропадал неизвестно где почти сутки.

«Неудивительно, что девочка защищалась, как могла, — с горечью подумал он. — Выходит, мне ещё повезло…»

— Куда же смотрели ваши родители? — уже вслух возмутился Жорж. — Как они вообще могли отпустить вас без средств к существованию в другой город?! Откуда вы, кстати?

— Из Мурманска, — тихо сказал Андрей.

— Офигеть… нет, ну вот как…

— Наши мама и папа погибли. Пару месяцев назад. Несчастный случай.

За столом воцарилась гробовая тишина.

«Молодец, старина, — похвалил себя Жорж. — Облажался уже дважды…»

— Боже, — выдохнул Макс, а Тими… Он попробовал представить, что чувствовал бы, зная, что его любимая мама никогда больше не придёт домой. Не спросит: «Как дела, сынок?». Не обнимет. И-и… не смог этого представить. Просто не смог. Но зато в очередной раз обругал себя, что в столь раннем возрасте слишком часто обманывает своего самого родного и близкого человека.

Андрей же, пережив такое страшное горе, ещё и умудрялся улыбаться. Понятное дело, улыбка - лишь фасад. А боль, что скрывается за ним, не пройдёт никогда.

— Я вот родителей своих вообще не видел, — неуклюже попытался сгладить обстановку Жорж.

— Ты детдомовский? — с неподдельным сочувствием спросил Андрей.

— Ага.

— Последние несколько лет я вижу своих папу и маму от силы пару раз в год, — добавил Макс.

— А мой папа постоянно в разъездах, — пожаловался Тими.

Андрей понял, что именно его новые друзья пытаются сделать, и улыбнулся. Рука под столом нашла ладонь сестры и крепко сжала. «Не волнуйся, теперь мы не одни,» — повисли в воздухе между ними невысказанные слова.

— Спасибо вам, ребята. Правда. Поначалу всё было очень плохо, но сейчас — лучше и лучше. Вот, вас встретил. Вы такие хорошие люди. Это ли не повод глядеть на жизнь хоть чуть позитивнее?

Макс и Тими заулыбались, а Жорж смущённо кашлянул.

— Так… ну ты, это… продолжай рассказывать.

— Дальше мы с Танюшкой чудом сбежали от социальных работников и проникли на самолёт. На это ушли все наши деньги. А уже в Москве у нас украли почти все вещи. За радость было найти хоть какую-нибудь крышу над головой. Я начал искать работу, любую, даже самую тяжёлую… Что было потом, вы знаете.

Макс отодвинул в сторону пустую чашку.

— Теперь у вас точно всё будет в порядке, — уверенно сказал он. — В моём доме найдётся свободная комната с двумя кроватями. Дедушка поможет с работой, у него полно знакомых.

— Нет-нет, не нужно, — испуганно замахал руками Андрей.

Макс внимательно смотрел на него.

— Почему?

— Неудобно.

— Неудобно — спать в танке и трусы через голову надевать, а жить в таких условиях — невозможно, — добавил Жорж, брезгливо изучая усатого таракана на дне тазика с отколотыми краями. Сверху висел допотопный ручной умывальник. — Хотите, я вам какую-нибудь комнату подыщу? Дворца не гарантирую, но всё же приемлемее этого гадюшника.

Андрей неуверенно покачал головой.

— Ребят, вы и правда слишком много для нас делаете. Мы не хотим становиться обузой.

— Да разве ж это много? И почему обузой-то? — никак не мог взять в толк Макс. — Вы никого не стесните, места достаточно, — он встал на ноги и хлопнул в ладоши. — Короче, решено. Перебираетесь ко мне. Возражения не принимаются. Пакуйте вещи. Все, какие остались. И уходим отсюда, — За дверью в коридоре послышались грохот и пьяная ругань. Таня невольно дёрнулась всем телом. Жорж нахмурился и медленно начал подниматься из-за стола, но Макс едва заметно качнул головой. — Пока гости не нагрянули.

Андрей, разумеется, обратил внимание на реакцию сестры и больше возражать не стал. Все их вещи поместились в небольшую спортивную сумку. Наблюдая за сборами, Тими подумал, что, если бы не тяжёлые обстоятельства, Андрей и Таня напоминали бы пару солнышек: светловолосые, веснушчатые, с голубыми, как летнее небо, живыми и яркими глазами.

«Всё-таки, Макс молодец, что позвал их к себе, — подумал мальчик. — Никогда не устану восхищаться его бескорыстностью».

Последней вещью, которую Андрей положил в раскрытую сумку, стала семейная фотография в рамке: мужчина, женщина и двое очаровательных детишек.

— Всё сложилось бы иначе, будь они сейчас с нами, — Андрей нежно провёл пальцами по изображению родителей. — Сколько же лет этому фото…

Таня положила руку брату на плечо.

— Снеговик, не нужно. Пусть с нами останутся лишь самые тёплые воспоминания.

Андрей кивнул и застегнул молнию сумки.

— А почему Снеговик? — не сдержал любопытства Макс.

Щёки нового знакомого мило порозовели.

— Это… моя детская кличка, — он сердито зыркнул на невинно улыбавшуюся сестру. — Танюш, я ж просил тебя не называть меня так на людях…

Таня упрямо вздёрнула носик и сложила руки на груди.

— А что тут такого? Прозвища, значит, стесняешься, а имени — нет? Разве это не одно и то же?

— Нет! И я не стесняюсь! Имя у меня нормальное, а кличка — глупая!

— Ну, мне нравится и то, и другое. Так что смирись, мой Снеговичоче-е-ек…

— Тань, люди кругом, хорош…

«Люди» тем временем изо всех сил пытались сдержать смешки. И не улыбаться до ушей.

Андрей лишь страдальчески вздохнул.

— Нет, ну вот и как я должен заработать уважение и репутацию сурового повелителя снега и льда, когда все вокруг будут представлять у меня морковку вместо носа и пустое ведро на голове вместо шапки?

***

Переезд Андрея и Тани на новое место прошёл успешно. Собственно говоря, «переезд» — это слишком громко сказано. Брат с сестрой просто закинули свою одну-единственную сумку в предоставленную им комнату. И Андрей помог Максу передвинуть туда вторую кровать для Тани. Для двух молодых и сильных Магических Воинов это было как раз плюнуть. Анна ко всему происходящему отнеслась на удивление спокойно. Прекрасно зная Макса, она примерно чего-то подобного и ожидала, а с сестрой Андрея довольно быстро нашла общий язык. Таня же была от неё в полном восторге и заявила, что хотела бы стать такой же «сильной и волевой женщиной». В ответ невеста Макса только милостиво кивнула. Дословно это означало «держись меня, и я научу тебя, как управлять этим миром».

В общем, всё складывалось хорошо. Вроде бы… Но Тими не покидало ощущение… какой-то недосказанности. Вечером, сидя с чашкой чая на веранде и вполуха слушая очередную перепалку, мальчик снова и снова прокручивал в голове обрывок своего недавнего сна, о котором опять никому не рассказал, даже Максу. В нём девочка с длинными светлыми волосами (как оказалось, Таня) медленно шла по заснеженной равнине. На много-много километров вокруг не наблюдалось ни кустика, ни деревца. Только снег. Снег повсюду. А потом появилась Анна. Только в этом сне она была чуть помоложе, примерно одного с Таней возраста. Она сидела на снегу, склонив голову, а перед ней лежала огненно-красная лилия с закрученными лепестками и длинными тычинками. Цветок напоминал маленький, неугасающий огонёк, который обходила стороной даже снежная вьюга. На стебельке поблёскивала пара капель влаги. Это были слезинки, упавшие из глаз невесты Макса.

— Прости, — остановившись за её спиной, прошептала Таня.

На этом моменте сон обрывался.

— Что-то не так? — тихо спросил Макс у маленького друга.

Тими посмотрел на Анну, отчитывавшую Андрея за «весьма посредственную утреннюю уборку», и пожал плечами.

— Да всё нормально… Скажи, а Анна никогда раньше не встречалась с Андреем или Таней? Может, пару лет назад…

Взгляд Макса стал очень серьёзным. И печальным.

— Почему ты об этом спрашиваешь? Снова странный сон?

— Можно и так сказать, — опустив голову, пробормотал Тими.

— Когда мы поговорим на эту тему?

Тими промолчал. Он хотел ответить, что «никогда», но боялся обидеть лучшего друга своим недоверием. Просто это слишком личное. Но когда-нибудь он решится на разговор. Обязательно.

— Два года тому назад, как раз когда я встретил Анну, ледяной маг с силой, похожей на способности Андрея, убил одного очень близкого ей человека. Она до сих пор не оправилась от горя.

— То есть…

— Прости, больше ты ничего от меня не услышишь. Это личная трагедия Анны. И она не обрадуется, если узнает, что я говорил с тобой на данную тему. Так что, прошу тебя держать рот на замке.

— К... конечно. Разумеется. Положись на меня.

Тими снова посмотрел на Анну и Андрея. Сила этих людей поражала его всё больше и больше. Ведь Анна вполне могла не пустить Андрея даже на порог дома. Как медиум, остро чувствующий магическую энергию окружающих, она всегда будет ассоциировать силу Андрея со смертью из своего прошлого, даже если сам Андрей ни в чём не виноват. А Андрей, в свою очередь, после смерти родителей мог окончательно замкнуться в себе и озлобиться на весь мир.

Но ничего из вышеперечисленного не произошло. И сейчас они все вместе сидели здесь, в доме на Виноградной улице, пили чай, пререкались друг с другом… И Тими был счастлив. Действительно и по-настоящему счастлив.

Глава 9. Обыкновенные истории - часть 1: Сэр Львиное Сердце

Андрей миновал выгнутые аркой ворота городского парка, оставляя позади шум бурлящего жизнью большого города. Здесь, в окружении чудесной воскресной тишины, он слышал лишь шорох сухих листьев под ногами, потрескивание тонкой корочки льда на лужах да шарканье кроссовок редких бегунов. Прохладный воздух пах землёй и дымом.

Андрей с удовлетворением вздохнул и свернул на петляющую среди деревьев тропинку.

«Хорошее местечко, — подумал он, оглядываясь по сторонам. — По утрам в парке здорово. Города почти не слышно. Ни тебе суеты, ни спешки…»

Звенящую тишину, а заодно и мысли ледяного мага, прорезал мерзкий хохот. Андрей остановился и сквозь ветки увидел троих мальчишек. Своим видом они портили весь пейзаж. Самый высокий и, должно быть, старший из них «гордо» обладал рыжими сальными волосами и прыщавой физиономией. Двое других были пониже ростом и одеты в грязные куртки и спортивные штаны.

Присмотревшись получше, Андрей понял причину их дикого веселья и задрожал от негодования. Хулиганьё развлекало себя швырянием камнями в маленького котёнка. Бедный зверёк сжался в крошечный, трясущийся комочек у корней огромного дерева. К счастью, пока ни один из камней не достиг цели. С меткостью, очевидно, у малолетних дегенератов дело обстояло ещё хуже, чем с мозгами.

Рыжий тип противно улыбнулся и занёс руку с большим камнем. На этот раз он намеревался попасть куда хотел.

— А ну оставил животину в покое, дебил! — рявкнул Андрей, не узнавая собственного голоса. Хулиган вздрогнул, выронил камень и испуганно обернулся, однако, увидев перед собой мальчишку своего возраста и роста, и притом совсем одного, снова почувствовал себя королём положения.

— Наш кошак, — заявил он. — Мы его тут первые нашли. Поищи себе другого, или встанешь рядом с этим, — Рыжий главарь довольно заржал и, переглянувшись со своими подельниками, подбросил на ладони новый камень. — Нам не помешает мишень покрупнее, да, парни?

В ответ прозвучал одобрительный гогот. Глаза Андрея, обычно добрые и светлые, начал заволакивать красный туман ярости. Он вообще очень редко так злился и многое мог простить. Но не издевательство над животными.

— Я повторяю последний раз: положили камни и свалили отсюда, уроды! — жёстко произнёс Андрей. В ледяном голосе звучала неприкрытая угроза.

— Э-э, чё обзываешься? — возмутился один из приятелей рыжего. — У нас, если чё, демократия!

— И мы имеем право пустить этого кота на варежки, если захотим! — добавил второй.

— Считаю до трёх, «три» пропускаю! И если вы не исчезнете, то я…

— Да что ты сделаешь?! — заржал рыжий тип, оскалив, наверное, год не чищенные зубы.

— Раз…

— Нас трое, а ты — один! Мы тебя не боимся!

— Два…

— Пошёл ты!

Температура воздуха резко упала. Под носом у рыжего выросла здоровенная сосулька. Все трое посинели и застучали зубами от холода. Земля под их ногами покрылась льдом.

— Ну, а теперь уйдёте? — шагнул к ним Андрей. — Или мне сделать так, чтобы ваша кровь остановилась навсегда?

— А-а-а!!! Демо-о-он!!!

Секунда — и всю троицу словно ветром сдуло. Воздух снова потеплел, а лёд — растаял.

— То-то же, — усмехнулся Андрей и присел на корточки. Зверёк метнулся к своему спасителю и принялся тереться о его ноги.

Андрей тихонько рассмеялся и провёл рукой по шелковистой шёрстке, чувствуя, как испаряются остатки злости.

— Хороший мальчик, — проговорил он, почёсывая урчащего котёнка за ушком. — Ты же мальчик, да? У тебя есть хозяин?

— Он прямо у вас за спиной, молодой человек.

Оказалось, что всё это время позади Андрея находился пожилой мужчина в длинном коричневом пальто, шляпе и с тростью в руках. Серые глаза за стёклами очков внимательно изучали Андрея.

Тот заволновался.

«Как долго он здесь стоит? И что успел увидеть?»

Андрей соблюдал общепринятый кодекс Магических Воинов и, в частности, правило «не привлекай к себе лишнего внимания». Одно дело — припугнуть трусливую шпану с соломой вместо мозгов. Кто им поверит, в конце концов. И совсем другое — «засветиться» перед взрослым и, наверняка, неглупым человеком. Пенсионеры, к тому же, могли быть на редкость въедливыми и дотошными, особенно когда захотят.

Словно прочитав опасения Андрея, человек в пальто разъяснил ситуацию:

— Я был сильно обеспокоен исчезновением своего маленького спутника и обыскивал парк. Хоть и редко, но Ричард может быть на удивление непослушным. Моё внимание привлекли трое напуганных молодых людей. Они кричали что-то про демонов и бежали, не глядя под ноги. Я решил проверить и обнаружил вас.

Андрей облегчённо выдохнул.

«Слава богу… Значит, не видел лишнего. Если, конечно, правду говорит…»

Котёнок маленькой торпедой взлетел к хозяину на руки и замурчал ещё громче и довольнее. Андрей порадовался их воссоединению. Значит, его миссия здесь выполнена и можно с чистой совестью уходить.

— Пожалуйста, присматривайте лучше за вашим малышом, — предупредил он напоследок. — Вокруг полно злых людей.

Однако счастливый владелец пушистого чуда вовсе не собирался отпускать Андрея просто так.

— Одну минуточку, молодой человек, — сказал он и протянул руку. — Николай Николаевич Сбруев. Военный в отставке. И я не прощу себе, если отпущу вас, не отблагодарив должным образом.

Андрей засмущался.

— Да ну что вы… не стоит… Любой нормальный человек на моём месте поступил бы также.

— И вовсе не любой, — не желал слышать отговорок пенсионер. — Ваше имя?

— Андрей Романов.

Николай Николаевич крепко пожал юному собеседнику руку. Котёнок торжественно мяукнул и поставил сверху свою лапку.

— Андрей Романов, вы замечательный человек. Вставший на защиту животного, без сомнения, достоин уважения. Честь вам и хвала.

Старик говорил и говорил, а покрасневший до кончика носа Андрей уже не знал, куда деваться. Создавалось впечатление, что он, как минимум, совершил двенадцать подвигов Геракла. За один присест.

— Вы преувеличиваете, правда… Ничего такого особенного я не сделал. Так, турнул местных крокодилов…

— А могли просто пройти мимо.

— Не мог.

— Это и делает вас тем, кто вы есть. Я с недавних пор открыл свой собственный зоомагазинчик, и мне не помешал бы помощник.

Андрей затаил дыхание, боясь поверить в неожиданно свалившуюся, как ком снега на голову, удачу. Он уже несколько дней жил у Макса на всём готовеньком, ощущая себя самым настоящим трутнем, а работы так и не было. Неужели, наконец-то повезло?

— А может быть…

— Не хотели бы вы стать моим помощником?

— Да!!!

— Вот визитка, — Николай Николаевич протянул улыбающемуся до ушей Андрею маленькую карточку. «Зоомагазин «Весёлый Друг». Ваш питомец будет сыт и доволен.» — гласила надпись, ниже описывался подробный график работы и адрес. — Жду завтра к открытию. Не опаздывайте, — Котёнок издал согласное «мяу». — Ричард тоже будет ждать. Всего доброго.

Николай Николаевич ушёл. А Андрей ещё долго пялился на визитку своего будущего места работы, словно боясь, что она вдруг возьмёт и растворится в воздухе.

— Моя первая работа… Йес! — громко выдал, наконец, он и победно вскинул кулак, а затем даже подпрыгнул на месте. — Ураааа! — разнеслось по всему парку.

***

— Алло, дедуль, слушаю тебя, — громко говорил Макс, одной рукой наливая себе чай в чашку, другой — размазывая масло по куску белого хлеба, и плечом — прижимая телефон к уху. Со стороны гостиной доносились трагичные всхлипы и стенания из очередного бразильского «мыла» Анны, а из открытого окна на кухне — счастливый смех и собачий лай. Макс, находящийся как раз между двумя этими источниками шума, едва мог расслышать голос дедушки по телефону. Но его это ничуть не раздражало. И даже не напрягало. Излишнее оживление в доме, наоборот, было ему только в радость и в который раз напоминало, что он больше не одинок. Как в детстве, когда рядом, зачастую, не оставалось никого, кроме Константина Семёновича и, в лучшем случае, двоюродной сестры Тамары. Поэтому двери его дома всегда были открыты для знакомых, друзей и просто гостей. Вот только появляться они стали лишь с недавних пор. Сначала Тими, потом Анна, Жорж, а теперь ещё и Андрей с Таней. И это делало Макса, уставшего от стольких лет тишины и отчуждения, счастливым. Настолько, что он готов был позволить перевернуть свой дом вверх тормашками. — Да, конечно, всё в силе. Будем в полном составе. По крайней мере, очень надеюсь на это. Ага, через два дня. Сложностей точно не возникнет? Здорово! Слушай, а что насчёт Андрея? Помнишь, я просил поспособствовать с работой… Уже? И что за место? Отлично, то, что надо! Дедуль, ты у меня и без магии самый настоящий волшебник! Ну всё, пока-пока…

Едва Макс успел нажать на отбой, как в спину его легонько ударила пластмассовая летающая тарелка.

— Упс, — в окне появилась виноватая мордашка Тими. — Прости, немного не рассчитали… Тебе не больно?

Макс рассмеялся и, прихватив тарелку, а заодно и свой чай с бутербродом, поспешил в сад к друзьям. Торчать в доме в такое прекрасное утро не хотелось совершенно.

Макс сделал бросок, Счастливчик, высоко подпрыгнув, поймал снаряд для игры и понёс его довольным, побежавшим к нему наперегонки, Тими и Тане. Хозяин дома не утерпел и присоединился к ним. И неважно, что чай остыл и весь расплескался, а хлеб с маслом, как бы невзначай, проглотил четвероногий друг... Макс многое отдал бы за такие вот беззаботные, простые мгновения. Когда не надо думать о тренировках и предстоящих сражениях. Когда он мог позволить себе... быть обычным человеком, весело проводившим время со своими друзьями.

— Ого, а вы тут не скучаете без меня, — легонько упрекнул новый голос. Конечно же, в шутку.

Запыхавшиеся Макс, Тими и Таня дружно поприветствовали вернувшегося Андрея.

— Как дела, Снеговик? — взволнованно поинтересовалась младшая сестра.

— Судя по твоему довольному лицу, наконец-таки, есть хорошие новости, — добавил Макс.

Андрей выдержал эффектную театральную паузу, которой позавидовал бы актёр со стажем, а затем выкрикнул, да так, что с веток ближайших деревьев посрывались испуганные птицы, очевидно, решившие, что слышат сирену, оповещавшую, как минимум, о конце света:

— Свершилось! У меня теперь есть работа!

— У-ва-а-уу! — взвизгнула Таня и повисла у брата на шее. Вместе они исполнили какой-то диковатый и причудливый танец, чудом не затоптав еле успевшего убраться с дороги Тими. — Снеговик, ты крут! Мега-крут! Я так горжусь тобой!

Макс, наблюдавший за ними со стороны, улыбнулся. За те несколько дней, что эти двое прожили тут, он успел привыкнуть, что иной раз и брат, и сестра чересчур громко выражали свои эмоции. Очевидно, это у них было заложено в генах.

— Ну, и кто ты теперь? Кто?! — более-менее успокоившись, принялась допытываться Таня.

Андрей выпятил грудь колесом.

— Помощник в зоомагазине, — важно сообщил он.

— А хозяин? Хороший человек? — забеспокоилась сестра. Первичная эйфория схлынула, уступив место голосу разума. — Как и где вы познакомились?

— В городском парке, неподалёку, час назад. Он бывший военный, сейчас в отставке. Я спас его котика от хулиганов.

— Думаю, ему можно доверять, — уверенно сказал Макс, а про себя подумал: «Браво, дедушка! План исполнен без сучка и задоринки».

Андрей, не подозревавший о его мыслях, кивнул.

— Да, у меня врождённая чуйка на хороших людей, — не без гордости выдал он. — Вон, в вас же я не ошибся.

— Ага, всем бы так не ошибаться, — еле слышно буркнул Тими. Сейчас Андрей мог болтать что угодно про интуицию, судьбу и совпадение звёзд на небе, но на самом же деле ему просто повезло стащить колбасу и торт именно у него и Макса, потому что иначе всё могло сложиться довольно печально.

— Ну тогда я спокойна, — Таня чмокнула брата в щёку. — Завтра с утра пораньше напеку тебе оладушек с собой.

Макс, так и не сумевший сегодня нормально позавтракать, тихонько сглотнул. Тими украдкой хихикнул. Оба действия не остались незамеченными.

— Я и на вашу долю сделаю, — радушно пообещала Таня. — Хоть сейчас.

— Нечего их баловать, — вклинился в разговор категоричный голос. Нетрудно было догадаться, что принадлежал он Анне. Девушка стояла на ступеньках веранды, сложив руки на груди. — Ну, и что тут за несанкционированное сборище образовалось?

— Андрей нашёл работу, — радостно доложил Макс.

Анна не выразила по этому поводу эмоций. Вообще, никаких.

— Давно пора. Теперь будет отвечать за закупку продуктов.

— Может, не надо? — засомневался Тими.

— Да, не боишься посылать меня в магазин? Что, если я всё съем по дороге? — ничуть не стесняясь, пошутил Андрей.

— Твоя зарплата, — пожала плечами невеста Макса. — А будешь много лопать — растолстеешь, вылетишь из Турнира и перестанешь путаться у Макса под ногами.

И снова Андрей не обиделся. Вопреки ожиданиям Тими, он не стал что-то доказывать, возмущаться, топать ногами... Только беспечно махнул рукой.

— Это всего лишь твои личные домыслы. А я точно знаю, что не позволю себе проиграть, пока не будет исполнена моя мечта. Великая мечта. И не важно, тонкий я или толстый, круглый или квадратный…

— Снеговик не отступит, — с непоколебимой верой добавила Таня. — Он сильный, и ему есть, чем удивить противника в бою.

Анна сдвинула брови, но промолчала. А Тими подумал, что они действительно ничего не знают об Андрее. Какой он Магический Воин? На что способен, если начнёт сражаться всерьёз? Как выглядит его оружие? А ещё он, похоже, только что весьма неплохо поставил Анну на место.

— Мы и не сомневаемся, — спокойно ответил Макс и слегка упрекнул подругу: — А твои слова прозвучали грубовато.

Девушка раздражённо фыркнула и ушла в дом.

— А что у тебя за мечта, если не секрет? — спросил Тими у Андрея.

Лицо гостя сделалось одухотворённым, как на проповеди, а голос - торжественным, будто он собирался давать присягу.

— Я мечтаю создать… великое место… большое и прекрасное… где будет хорошо всем…

Тими прикрыл глаза, уже представляя, как минимум, рай на земле грешной.

-… животным…

— Э-э… Что?! — вынырнув из грёз, разинул рот мальчик.

— Ресторан, — пояснил Андрей. — Я мечтаю открыть свой собственный ресторан для животных.

Тими на пару секунд даже потерял дар речи от неожиданности, а Макс громко расхохотался и показал поднятый вверх большой палец.

— Класс! Это правда здорово. А Счастливчик может рассчитывать на скидки?

— Обижаешь! Самому лучшему мохнатому другу еда — за счёт заведения!

— Отпад! Слышал, малыш?

— Гав-гав!

— Он рад!

— Это глупо, — еле сумел вклиниться в разговор Тими. Андрей, Макс и Счастливчик замолчали и посмотрели на него неверящими глазами. — Нет, я ничего не имею против зверей, но участвовать в чём-то настолько масштабном вроде Турнира Магических Воинов, рисковать жизнью в жестоких сражениях ради… такой мелочи?! Оно вообще того стоит?

— Уверен, — просто сказал Андрей. — И я чувствую, что сегодня стал на шаг ближе к своей мечте.

Тими беспомощно развёл руками. А он-то поначалу Макса считал чудаком…

— Я не понимаю…

— И не надо. Просто будем уважать чужую мечту, — Макс одобрительно подмигнул воодушевлённому Андрею и потянул за собой Тими. — Идёмте уже завтракать, что ли… А то так скоро и обед пропустим. Я сейчас слона съем…

— А я — бегемота, — с ухмылкой поддержал Андрей.

Тими лишь горестно вздохнул.

— Это так-то вы зверушек любите? Живодёры…

***

Всю ночь Андрей ворочался в постели, с нетерпением дожидаясь утра и представляя во всех красках свой первый рабочий день в самом настоящем зоомагазине. Едва на тумбочке зазвонил будильник, как он сразу же кубарем скатился с кровати, оделся по-военному за сорок пять секунд и пулей вылетел из комнаты. С кухни уже вовсю пахло выпечкой. Таня сдержала обещание и на выходе торжественно вручила брату кулёк с оладьями. Девочка даже немного прослезилась. От переполнявших её гордости и счастья, как она сама сказала. Андрей чмокнул сестру, помахал рукой заспанному Максу, который, напоминая зомби, приплёлся на запах оладушек, и вылетел на улицу, едва не напугав до смерти старичка-соседа, решившего с утреца пораньше выгулять свою таксу. Извинившись и перед пенсионером, и перед его четвероногим спутником (сложно сказать, кто из них разнервничался больше), Андрей что было силы помчался к автобусной остановке, игнорируя удивлённые взгляды ранних прохожих. Внутри у него всё пело. Хотелось, как пятилетнему, скакать на одной ножке и орать от радости, но тогда его точно приняли бы за психа и сдали, куда полагается, не дав даже увидеть место работы. Поэтому Андрей изо всех сил сдерживал эмоции, но не переставал улыбаться, как дурачок, и пританцовывать время от времени на одном месте. Водитель автобуса подозрительно оглядел его, однако так ничего и не сказал. Парень расплатился с ним за проезд, а дальше уже не его дело.

Адрес Андрей выучил наизусть. Оказалось, зоомагазин находился не так уж и далеко от Виноградной улицы, всего лишь в паре-тройке остановок. Само место работы оказалось как раз таким, каким и представлял его себе Андрей: маленьким, но очень милым и уютным. Над входом висела симпатичная табличка с изображением играющих щенка и котёнка (котёнок напоминал того самого, спасённого вчера Андреем, а щенок — Счастливчика в возрасте трёх-четырёх месяцев). Сверху красивыми разноцветными буквами было выведено название «Весёлый Друг».

Когда Андрей открыл дверь, над его головой мелодично звякнул колокольчик.

— Кто это у нас тут? А, мой новый помощник… И как раз вовремя. Добро пожаловать.

Николай Николаевич дружелюбно улыбнулся и вышел из-за прилавка. Котёнок, дремавший на подоконнике, мигом проснулся и метнулся к своему вчерашнему спасителю. Андрей взял его на руки и нежно погладил по спинке. Зверёк аж выгнулся от удовольствия и громко заурчал.

— В следующий раз обязательно принесу тебе сметанки. Или рыбки. Или что ты там ещё любишь, — пообещал Андрей. — Тебя же Ричард зовут, верно?

— Просто Ричи, — рассмеялся Николай Николаевич. — И он от тебя без ума.

Так начался первый рабочий день Андрея. Сначала он помогал Николаю Николаевичу разбирать товар в подсобке. Под бдительным присмотром работодателя делал записи в большой потрёпанной тетради. Хоть у Николая Николаевича и был компьютер, пожилой человек предпочитал вести бухгалтерию по старинке (что Андрею, кстати, понравилось). Потом он со скрупулёзным усердием расставлял продукцию по полкам и стеллажам. Николай Николаевич, наблюдавший за ним, ощутил лёгкий приступ ностальгии. Были времена, когда и он из кожи вон лез, чтобы доказать, что ему можно доверять, как мелочи, так и более важные дела.

Андрею даже удалось самостоятельно обслужить двух клиентов. Молодой парень, который пришёл за кормом для своего ротвейлера, и вредная с виду старушка с болонкой на руках, очень долго и придирчиво выбиравшая комбинезончик для своей любимицы, были очарованы молодым работником. Редкое сочетание горячего энтузиазма подростка, ещё не успевшего сполна хлебнуть всех «прелестей» рутины, которая, увы, рано или поздно появлялась в любой, даже самой любимой и приятной работе, солнечной, ещё совсем детской, улыбки и совершенно искреннего желания помочь способно было растопить сердце самого чёрствого покупателя. Николай Николаевич глядел на своего юного протеже с гордостью и ни на секунду не пожалел, что решил положиться на абсолютно незнакомого паренька, которого видел до этого всего один раз. Казалось, что умение контактировать с людьми Андрей обрёл ещё до того, как вылез из живота матери на свет божий. С такой коммуникабельностью, приправленной неповторимой харизмой, его ждало большое будущее. Николай Николаевич не сомневался в этом.

— Время перекусить, — громко объявил он.

Андрей, в этот момент с какой-то особой любовью поправлявший собачьи ошейники на витрине, рассеянно перевёл взгляд на часы. Глаза комично округлились.

— Пора обедать? Уже?!

Веснушчатое лицо сделалось смущённым. Молодой помощник напоминал сейчас щеночка, прозевавшего любимую игрушку. Надо же, впервые он увлёкся чем-то настолько, что чуть не пропустил (страшно подумать!) приём пищи. У Андрея это приравнивалось почти что к кощунству. Рука поскребла затылок.

— Ну и ну… Как же быстро летят минуты… и часы… кх-м…

— Я нагрел чайник, — мягко сказал Николай Николаевич. — В наличии имеются чай, кофе и какао.

— А у меня есть оладушки! — мигом вспомнил Андрей. — Вкусные, сестра пекла. Она у меня просто прелесть! Будете?

Николай Николаевич слегка улыбнулся.

— Вообще-то, это я планировал угощать вас, молодой человек.

— С чего бы?

— Мы с Ричардом так и не отблагодарили за вчерашнее.

— Да ла-а-адно, — Андрей рассмеялся и отвесил котёнку на подоконнике шутливый поклон. Тот сразу заважничал, приосанился и даже усы распушил, став похожим на кошачьего генерала в уменьшенной версии. — За вас, сэр Львиное Сердце, я готов сражаться в любое время дня и ночи и в любом состоянии, даже на грани голодного обморока!

Теперь уже засмеялся во весь голос и Николай Николаевич.

— В таком случае, прошу отобедать с нами, сэр Защитник. Вы нужны нам сытым и полным сил.

Андрей радостно закивал. В подсобке уже ждал импровизированный столик с чайником, вазой, чашками и тарелкой вкуснейшего пюре с тефтельками. Ну что ещё нужно для счастья? Разве только мягкая подушка да горизонтальная поверхность — и всхрапнуть хотя бы часочек, после такого-то вкусного обеда…

Но Андрей был слишком возбуждён и спать ему совершенно не хотелось. Чтобы не лопнуть от переполнявших его эмоций, он болтал. Болтал много и без умолку, даже с едой во рту. А Николай Николаевич не перебивал и с улыбкой слушал. Сначала Андрей делился своими чувствами по поводу работы, потом принялся рассказывать про любимую сестру Таню и самого лучшего на свете друга Макса. Про то, какие они замечательные люди, и как ему с ними повезло. Однако ни словом не обмолвился о себе лично. И Николай Николаевич, конечно, не мог не обратить на этот факт внимания. Не всё так прозрачно и радужно было в жизни его помощника, ох, не всё...

— Мне надо будет отъехать по делам, — сообщил хозяин зоомагазина, когда Андрей, вызвавшийся лично помыть посуду и навести порядок, вернулся в торговый зал. — На часок, не дольше.

У мальчика снова округлились глаза.

— Вы… хотите оставить меня здесь одного?!

— Ну, ежели боишься, что не справишься…

— Справлюсь! — выдал Андрей с такой готовностью, что у Николая Николаевича создалось ощущение, что он тут и впрямь лишний. — Просто, я не думал, что вы мне настолько доверяете. Это очень приятно. Я вас не подведу!

— Вот и славно, — кивнул пожилой человек, накидывая осенний плащ. — Если что, звони. Рабочий телефон и мой номер — возле кассы.

И он ушёл, вот так просто доверив магазин, с товаром и пусть небольшими, но всё же деньгами, малознакомому пареньку.

Андрей был горд, словно его только что благословил сам Мерлин. На него возложена великая миссия, и он её выполнит. А потом расскажет обо всём Тане. И Максу. Да...

Следующие сорок минут прошли спокойно. Андрей успел обслужить ещё нескольких покупателей, покормил рыбок в аквариуме, дал капусты кроликам в клетке и хотел расчесать Ричи шёрстку, как вдруг заметил, что котёнок, не отрываясь, уже минут десять разглядывает что-то в окне.

— Чего там, малыш? — невольно заинтересовался Андрей и подошёл ближе.

Ушки зверька слегка подрагивали. Шёрстка на загривке встала дыбом.

— Что такое?

Андрей посмотрел в окно и увидел его.

Он стоял через дорогу от зоомагазина, не двигаясь. Ровесник Андрея, не старше. Одет в длинное тёмное пальто с повязанным сверху шарфом. В принципе, ничего особенного, кроме одного: он смотрел на Андрея. Не по сторонам и не на витрины магазина, а именно на находившегося внутри Андрея. Вроде бы, даже не моргая, словно жуткий манекен из фильма ужасов.

Андрей передёрнул плечами и отвернулся. Ну стоит какой-то придурок, ну таращится... Дальше что? Может, ему заняться больше нечем? Или он из психушки сбежал?

«Или я», — мрачно усмехнулся про себя Андрей. Хоть и мании преследования он за собой раньше не замечал.

Андрей попробовал вернуться к работе. Бесполезно. Прожигающий холодом взгляд ощущался всюду, даже в соседнем помещении, которое вообще было без окон. Ричи покинул своё излюбленное место на подоконнике и спрятался под прилавком. Зверёк явно неуютно себя чувствовал. Даже боялся.

— Ну-ну, спокойно, — Андрей ласково прошёлся ладонью по дрожащей спинке. — Мало ли идиотов на улицах… Ты же у нас Львиное Сердце, ты не должен уступать страху.

Ричи храбро мяукнул. Андрей кивнул, затем поднял взгляд и... от неожиданности чуть не ругнулся вслух, что обычно не входило в его привычки.

Отмороженный парень (таким прозвищем его мысленно наградил Андрей) сменил местоположение. Теперь он стоял в шаге от главной витрины, выходящей на улицу. И продолжал смотреть на Андрея.

— Ну, блин, достал… Ща я тебе устрою VIP-обслуживание со всеми вытекающими последствиями, до конца жизни икать будешь!

Напоминая безумный вихрь, Андрей вылетел на улицу, едва не сорвав с петель дверь и даже не накинув верхнюю одежду, и уставился на незнакомца свирепым взглядом. Тот и бровью не повёл. Только развернулся навстречу всем корпусом.

Немая дуэль продлилась около минуты. Первым не выдержал Андрей.

— Чем-то помочь?! — рявкнул он тоном, подразумевающим: «Или начинаешь говорить, или я тебя пристукну!»

Тишина.

— Алло, приятель… Это уже не смешно!

— …

— Я тебе что, понравился? Мне уже начинать краснеть?

Незнакомец хмыкнул, проявив, наконец-таки, хоть какую-то эмоцию, а затем развернулся и пошёл прочь. Андрей так и остался стоять с разинутым ртом. И в полнейших непонятках.

— Не въехал… Эй, это что было-то, а?!

Первая мысль, которая посетила его голову, — догнать этого чудика, припереть к стенке и «вежливо» спросить: «Чувак, какого хрена, а?!». Однако он вовремя обратил внимание, что некоторые прохожие начали с подозрением коситься в его сторону. Ну конечно, кто в их глазах сейчас выглядел психом? Тот, кто молча уходил, или тот, что блажил на всю улицу? Ответ очевиден.

Андрей с досадой махнул рукой и вернулся на рабочее место. С исчезновением незнакомца прошло и напряжение. Мускулы и всё тело перестали вибрировать и зудеть, словно перед предстоящим поединком. Даже воздух как будто бы потеплел.

— Чертовщина какая-то, — пробормотал Андрей и вытащил Ричи из-под прилавка. — Всё, большой парень, странный шизик ушёл в закат. И больше здесь не появится, слово Защитника.

За спиной издевательски брякнул дверной колокольчик.

«Похоже, кто-то вернулся», — недобро усмехнулся Андрей и резко обернулся.

— Ну, как тут дела без меня? — осведомился Николай Николаевич, снимая немного влажную шляпу. На улице накрапывал осенний дождик. — Всё в порядке?

У Андрея уже второй раз за этот час будто гора с плеч упала.

— Всё супер, шеф, — доложил он и принялся отчитываться по кассе, деньгам и проданному товару.

Николай Николаевич похвалил его, однако сразу почувствовал, а потом и заметил некие изменения в поведении помощника. Нет, он по-прежнему смеялся и шутил, но смех казался каким-то нервным, а шутки - натянутыми, как струны, которые вот-вот лопнут.

«Что-то произошло, — не без тревоги сделал вывод пожилой человек. — Он… совсем другой. Может, покупатель какой обидел? Так или иначе, всё равно ведь не скажет…»

— Для первого дня ты отлично справился, — похвалил юного протеже Николай Николаевич. — На сегодня хватит. Можешь идти домой.

— Но ведь только три часа дня, — удивился Андрей. — Я могу поработать часиков до пяти. Мне не сложно, правда…

— Я и так тебя достаточно эксплуатировал, отдыхай, — тоном, не терпящим возражений, распорядился хозяин зоомагазина. — Завтра в то же время. Жду.

— Хорошо.

Андрей попрощался, натянул куртку и вышел из магазина. Дождик усилился, так что пришлось застегнуться поплотнее и надвинуть кепку. Совсем скоро потребуется зимняя одежда... Андрей, как никогда, был рад, что теперь у него есть работа. А там, глядишь, и Турнир не за горами. Скорее бы...

Уже заняв место в автобусе, он снова почувствовал на себе тяжёлый взгляд. Всего несколько секунд. А потом всё прекратилось.

***

Макс аккуратно открыл конверт и пересчитал количество пригласительных билетов. Отлично. Ровно столько, сколько нужно. Запланированное мероприятие обещало стать незабываемым.

Макс улыбнулся своим мыслям. Наконец-то они соберутся все вместе, чтобы просто отдохнуть. Без разговоров об учёбе, работе, тренировках и прочих проблемах. Андрей и Таня уже были поставлены в известность. И приняли данную новость с восторгом. Анна, как и следовало ожидать, заупрямилась. По её мнению, неоправданным расточительством было тратить драгоценное время, оставшееся до Турнира, которого и так мало, на всякие развлечения. Но потом всё-таки сдалась. Исключительно ради виновника торжества. А Макс в очередной раз получил возможность убедиться, что его будущая супруга, всегда такая суровая и чёрствая с виду, может вести себя как большинство обычных девушек. Ну, почти… Атмосферу и условия, в которых росла и взрослела Анна, трудно было даже отдалённо назвать обычными. Член королевской семьи медиумов, она с раннего детства жила в окружении призраков умерших и подвергалась жёстким испытаниям (а порой, и пыткам) ради укрепления собственной души. Дальше — больше. В тринадцатилетнем возрасте ей пришлось перенести ужасную боль. Она потеряла самого близкого и родного человека, с которым была обручена с рождения и проводила времени больше, чем с родителями. Макс невольно стал свидетелем той трагедии. И принёс клятву, перед самой Анной, её соратниками и духом возлюбленного, что сделает всё на свете ради счастья этой девушки и не позволит её душе вновь прикоснуться к той боли. Никогда.

Итак, оставалось договориться только с Жоржем. У Макса до сих пор не было его номера телефона. Но это не страшно, ведь завтра тот должен был придти, чтобы встретиться с Константином Семёновичем. Тогда Макс и его пригласит, ведь без лидера «Грачей» праздник не будет таким, каким хотелось.

Дверь тихонько скрипнула, и в комнату робко заглянула Таня. Девушка всё ещё смущалась, особенно когда поблизости не было её брата, и ей приходилось оставаться с кем-то наедине. И почему-то больше всех она стеснялась именно Макса, хоть тот и не понимал, почему.

— Ужин готов, — сообщила сестра Андрея. — Не мог бы ты…

— Передай, чтоб шевелился, иначе останется голодным! — крикнула с кухни Анна. Вот уж кто точно не разменивался на лишние церемонии, несмотря на королевское воспитание.

— Уже бегу, — рассмеялся Макс и подмигнул ещё больше смутившейся Тане.

На кухне ему и вовсе захотелось расцеловать девочку в обе щеки. Ведь только благодаря её непревзойдённым кулинарным талантам сегодня на ужин вместо уже набивших оскомину гречневой каши и капустных котлет были спагетти с вкуснейшим мясным рагу. Живот Макса, будь он на это способен, точно исполнил бы на радостях танец. А так он лишь разразился урчанием, заглушившим тихую музыку из радио на холодильнике. Анна смерила жениха уничтожающим взглядом. В тёмно-синих глазах так и читалось нешуточное предупреждение: «Скажешь, что я плохо тебя кормлю — неделю будешь сидеть на воде!».

Но Максу сейчас было всё равно. Он взмахом руки поприветствовал Андрея и уселся рядом.

— Ну, как первый рабочий день? — сразу прозвучал вопрос.

К его удивлению, Андрей отозвался без особого энтузиазма.

— Хорошо. Много… кх-м, интересных людей встретил.

То, что Андрей и говорил, и вёл себя как-то скованно, бросалось в глаза сразу.

— Что-то случилось? — уже гораздо тише спросил Макс.

Андрей колебался с ответом.

— Всё было просто отлично, пока не появился один очень странный тип, — наконец, заговорил он.

— Тип?

— Парень. Нашего с тобой возраста.

— Так… И что он сделал? — пока ещё сам не понимая, почему, забеспокоился Макс.

— Ничего, — пожал плечами Андрей.

— Совсем? — удивился Макс.

— Ну да. Он просто стоял и смотрел на меня. Сначала издалека, потом подобрался ближе.

— Подобрался… — Макс рассеянно потёр лоб. Внезапно заболела голова. — А-а… с чего ты вообще решил, что он следил именно за тобой?

— Извини, конечно, но в данном случае даже идиот просёк бы фишку, — возмутился Андрей. — Как он пялился… Это надо было видеть. Словно… маньяк какой-то, прости господи!

— Маньяк?! — заслышав страшное слово, мигом испугалась Таня. Андрей зажал рот рукой, но было уже поздно. — Где?

— Нигде, — успокоила её Анна. — Они просто шутят, — медиум свирепо посмотрела на притихших ребят. — Вы ведь шутите, да?

— Так точно! — хором отрапортовали те. Пугать бедную, излишне впечатлительную девушку не хотелось ни тому, ни другому.

— В следующий раз за такие шутки останетесь без ужина. Оба! — пообещала Анна и поманила за собой Таню. — Идём, поможешь мне.

Девушки отошли к плите. Но Таня всё равно, будто бы чуя неладное, то и дело оборачивалась на брата.

— Ты говорил с ним? — шёпотом продолжил Макс.

Парни наклонились друг к другу как можно ближе, напоминая двух заговорщиков.

— Пытался. Он развернулся и ушёл.

Макс задумчиво потёр подбородок.

— Действительно, странный… Так, а как он выглядел? Можешь описать?

— Обижаешь, — усмехнулся Андрей. — У меня отличная память на внешность. Да и забуду я этого типка теперь не скоро. Значит, вот… Чуть пониже меня, волосы чёрные, с виду — хиленький. А вот глаза… очень жуткие! Аж до мурашек.

От внезапной догадки Макс вздрогнул, как от хорошего удара током, и едва не опрокинул стоявший под рукой стакан с соком.

— Ты чего? — насторожился Андрей.

— Нет, ничего, — поспешно заговорил товарищ. — Вроде бы, что-то знакомое послышалось… Но нет, я ошибся. Да, точно ошибся.

Андрей недоверчиво сдвинул брови.

— Уверен?

— Абсолютно.

— Ну ладно, как скажешь.

К столу вернулись Анна и Таня с большой кастрюлей в руках. Андрей, к невероятному облегчению своего собеседника, тут же отвлёкся на еду. Макс лишь надеялся, что тот так и не распознал в его последних словах лжи, потому что абсолютно точно понял, что за незнакомца сегодня повстречал Андрей.

Глава 10. Обыкновенные истории - часть 2: Великий Вор

— С днём рожденья тебя, с днём рожденья тебя…

Тими резко открыл глаза. Перед ними ещё какое-то время мелькали обрывки безумного сна, сквозь которые упрямо пробивалось мамино:

— С днём рожденья, с днём рожденья! С днём рожденья тебя-а-а-а…

Певица из мамы была ещё та. Однако она старалась изо всех сил. Картину дополняли широкая улыбка и нелепые заячьи ушки на голове — часть реквизита домашнего спектакля под названием «Я и мой маленький зайчик», который был актуален во времена детского сада. Но никак не сегодня. Кстати, точно такие же ушки, только чуть меньше, обнаружились и у Тими. И когда мама успела их напялить? Неужели, пока он спал?

— Ну к чему всё это? — чуть покраснев, смущённо пробормотал мальчик.

— К тому, что сегодня моему маленькому и любимому зайчонку исполняется целых десять лет!

«А такое чувство, что снова пять», — подумал Тими, но обижать маму у него язык не повернулся. Вместо этого он чмокнул её в щеку.

— Спасибо, мамуль. Ты у меня самая лучшая, я тебя очень люблю!

— И я тебя люблю, сынок!

На столе ждал завтрак. Всё, что обожал Тими: какао, сырники и большое пирожное с кремом. Мальчику захотелось пищать от вострога, но он сдержался. Не солидно, всё-таки, взрослый уже.

— Будешь приглашать ребят из класса? — спросила Алла Григорьевна. — У меня всё готово.

— Буду, но только в субботу, хорошо? — слизывая крем и причмокивая от удовольствия, проговорил Тими. — Сегодня же школа, и у многих потом продлённые занятия.

— Как скажешь. Только обязательно позови того мальчика, с которым ты постоянно занимаешься.

У Тими едва сырник поперёк горла не встал. Речь, конечно, шла об Антоне Самойлове, с которым он вообще в последнее время редко виделся. Все так называемые «занятия» на самом деле проходили на Виноградной улице, у Макса.

«Ох… Похоже, мне придётся очень сильно постараться, чтобы Антон не ляпнул при маме чего лишнего и говорил только то, что нужно, — Тими мысленно прослезился. — Чую, плакали мои карманные денежки…»

Но ничего не поделаешь, ибо такова расплата. За то, что обманывает родную маму, скрывая дружбу с Максом. Пора бы уже всё ей рассказать. Но Тими очень боялся её реакции. Как она отнесётся к такой разнице в возрасте? Подростки обычно не дружат с детьми. Один из печальных фактов реальной жизни. И доказать обратное будет сложно. Придётся рассказать, что Макс — Магический Воин. Об опасности, которая периодически возникает во время пребывания с ним. Нет, мама не поймёт… Дедушка — ещё мог бы, но не мама. Поэтому Тими оставалось мириться с тем, что есть. Как-то изворачиваться. Потому что дружба с Максом того стоила. И это его, а не толпу одноклассников, Тими отчаянно хотел видеть у себя дома на празднике. Вот только Макс про его день рождения даже не знал…

***

Несмотря на малость подпорченное настроение, в школу Тими пришёл в хорошем расположении духа. Почти все одноклассники были в курсе насчёт его дня рождения. Поздравления сыпались со всех сторон. Уже через час его карманы буквально трещали по швам, набитые всякими безделушками: брелочками, жвачками, ручками, наклейками… Мелочи, конечно, но приятно.

На большой перемене Тими угостил весь класс соком и конфетами, а самых близких друзей пригласил к себе домой на субботу.

День прошёл в весёлой и непринуждённой атмосфере. Тими услышал много доброжелательных и тёплых слов. Но по-настоящему счастливым себя так и не ощутил, ведь то единственное «поздравляю», которое перевесило бы на чаше воображаемых весов всё прочее, так и не было произнесено. Человеком, который сегодня даже в школе не появился. Тими сумел до него дозвониться лишь после уроков.

— Макс, привет… Слушай, тут такое дело… я тебе не говорил, что у меня сегодня…

— Тими, это ты? — пропыхтел в телефон старший товарищ. В трубке что-то шипело да щёлкало. — Извини, очень плохо слышно. Я сейчас на тренировке и не могу долго говорить…

— Что? — тупо переспросил Тими. Такого, чтоб его друг не нашёл даже минутки для разговора с ним, ещё не было.

— Анна, говорю, как с цепи сорвалась! Мне надо бежать, прости…

— А-а… О’кей.

Тими недоумённо уставился на замолчавший телефон. Звонок оборвался.

— Макс…

Сотовый, словно услышав его, тренькнул. Пришла смс-ка от Макса.

«Зайди, пожалуйста, ко мне. Сегодня, в 16:00», — гласила она.

— Ну конечно, — пробормотал Тими.

Легче на душе не стало.

***

Без десяти четыре Тими постучался в калитку, которая неожиданно оказалась заперта. Ответа не последовало. Спустя пять минут терпеливого ожидания мальчик разозлился. Не на шутку.

— Да иди ты лесом, Макс, — буркнул он и развернулся, собираясь уйти. Ещё не поздно попытаться спасти испорченный день рождения. У мамы сегодня отгул, и она с радостью проведёт с сыном вечер. На худой конец, можно и впрямь позаниматься с Антоном. Всё лучше, чем ждать тут у моря погоды, как говорится.

— Э-эй, Тим-ии… Мы здесь!

Мальчик уставился на приближающихся к нему с другой стороны улицы Макса, Андрея, Анну и Таню большими глазами.

— Не понял… А вы где были-то?!

— Здесь, — загадочно ответил за всех Макс. — Ждали тебя.

Тими растерянно моргнул и посмотрел на закрытую калитку, потом — опять на друзей.

— А-а…

— Пошли, — Макс без лишних церемоний ухватил его за руку и поволок за собой. — Чем раньше придём, тем лучше.

— Куда? — никак не мог взять в толк мальчик. Анна, Андрей и Таня тоже не спешили пролить свет на происходящее. — Объясни… Да прекрати ты меня тянуть!

— Тебе понравится, — заверил его Макс, не прекращая движения.

Тими пришлось смириться. Старший друг всегда был немного чудаковатым. Но пока ещё ни разу не разочаровал. За это Тими его и любил.

В конце улицы их ждало такси.

— Вот теперь мне действительно страшно, — пробормотал Тими. Он занял место на заднем сиденье рядом с Максом. Другую половину поделили Андрей и Таня, а Анна села спереди, около водителя.

Такси ехало на полной скорости минут пятнадцать. Тими то пытался глазеть в окно, то косился на Макса и остальных, но те продолжали молчать, словно банда заговорщиков.

«Как шпионы, ей-богу, — усмехнулся мальчик. — Ну что за таинственность…»

Не успел он закончить мысль, как ему зачем-то завязали глаза. В голове стало кое-что проясняться.

«Неужели, это… Но как? Откуда Макс узнал?!»

Его аккуратно вывели из остановившейся машины. Шарф, закрывающий обзор, мягко скользнул по лицу вниз, открывая взгляду… сказку!

Тими, конечно же, доводилось слышать об «Империи Развлечений» — огромном, этажей в двадцать, комплексе, под завязку набитом всякого рода развлечениями. Аттракционы, тематические парки и шоу, туннели «ужаса», продвинутый кинотеатр, выставка экзотических зверей, птиц и насекомых, виртуальная «реальность»… И это — далеко не весь список. «Империю Развлечений» рекламировали на каждом шагу все, кому не лень, о ней периодически говорили в новостях и даже внесли в список достопримечательностей Москвы. На одни только неоновые вывески снаружи уходило электроэнергии, способной полностью осветить маленький провинциальный городок.

Как и любой другой ребёнок, Тими, конечно же, мечтал посетить этот рай в мире развлекательной индустрии. Да что там посетить — хотя бы краем глаза посмотреть… Но один билетик туда стоил три маминых зарплаты, с надбавками и премиями за пару лет вперёд, так что… По недосягаемости «Империю Развлечений» впору было сравнивать с парижским Диснейлендом.

— С днём рождения, Тими, — прозвучал голос Макса. Мягко и тепло. И это были самые желанные слова на свете.

У ослеплённого на несколько мгновений ярким светом Тими защемило сердце. Дыхание перехватило от эмоций: благодарность, восторг, удивление… И нечто большее. Что-то такое, что до сих пор он испытывал лишь по отношению к самым близким и родным людям. Например, к маме.

— С-спасибо, — еле сумел выдавить из себя Тими. Он всё ещё не верил своим глазам, ожидая, что происходящее окажется миражом, и «Империя Развлечений» вот-вот растворится в воздухе. Пшик! — и ни единого следа…

— С днюхой, братан, — сердечно добавил Андрей и стиснул мальчика в своих медвежьих объятьях, аж приподняв над землёй. Таня, наблюдавшая за ними, весело засмеялась.

— Задушишь, это тебе ведь не плюшевая игрушка, — усмехнулась Анна.

— Да, я не плюшевая игрушка, — смущённо пробормотал Тими, когда его поставили обратно на место. Ничего поумнее в этот момент он сформулировать не смог.

— Держи, это тебе на счастье, — Андрей протянул раскрашенную вручную фигурку оригами. — По мне, это просто котик из бумаги, но знающие люди… — Снежный маг покосился на Анну. — назвали его манэки-нэко. Японский кот с поднятой лапкой, приносящий удачу, если проще.

На личике Тими сама собой расплылась улыбка.

— Ты сам сделал?

— Ну, э-э-э… — Андрей малость стушевался и поскрёб затылок. — Я раскрасил. Сам.

— А сделала — я, — мягко добавила Таня. — Снеговик у нас силён… м-м-м… в других вещах.

— Иными словами, руки не из того места растут, — съехидничала Анна.

— Помолчи, женщина! Я учусь. И уже умею делать журавликов, вот!

— Браво, — холодно изрекла Анна.

Андрей махнул на неё рукой.

— Не обращаем внимания, — голос понизился до шёпота. — Зачем Макс вообще её позвал? Только веселье портит!

— Я всё слышу.

— Спасибо вам большое. Обоим, — Тими бережно спрятал фигурку во внутренний карман куртки, украдкой успев при этом смахнуть пару слезинок. Ни одна из подаренных сегодня безделушек не сумела растрогать его настолько же сильно. Даже близко.

Андрей и Таня обменялись довольными взглядами.

— Ну, это, конечно, не Максов «Диснейленд»…

— Да, насчёт этого, — Тими снова посмотрел на старшего друга, как на божественного титана. — Неужели, ты реально достал билеты в «Империю Развлечений»?!

Макс вместо подтверждения отсалютовал яркими карточками.

— Но… как?! Они же страшно дорогие!

— Да, как? — поддержал именинника Андрей. — Я и Танюшка тоже вот гадаем. Мы-то думали, что идём в кафешку какую или пиццерию, я вон даже обедать не стал…

— Не волнуйся, — успокоил вечно голодного товарища Макс. — Здесь всё включено. В стоимость билета входят и развлечения, и угощения.

— Да ладно… Поддержу виновника торжества и тоже спрошу: откуда сиё великолепие? Ты что, племянник Рокфеллера, и забыл нам об этом сообщить?

Макс рассмеялся.

— Скорее, внук. И не Рокфеллера, конечно, — сказал он и тут же был награждён округлившимися взглядами друзей. — В общем, скажем спасибо моему дедушке. И его полезным связям.

— Спасибо, Константин Семёнович! — напоминая послушных детишек в садике, хором отозвались Тими, Андрей и Таня. Лица у всех троих одинаково разрумянились, а глаза — блестели. Лишь Анна стояла в стороне и сохраняла царственную невозмутимость.

— Всем салют, — послышался знакомый голос.

К маленькой компании подошёл высокий парень в джинсах и кожаной куртке.

— А вот и Жорж, — обрадовался Макс. — Теперь все в сборе.

Андрей слегка пихнул новоприбывшего в бок.

— Так тебя тоже пригласили в рай, дружище? Счастливый билет ждёт своего обладателя!

— А? — не понял Жорж. — Ты о чём вообще?

— Сегодня тусуемся в «Империи Развлечений». Отрываемся на полную катушку, — Лицо Жоржа недоумённо вытянулось, и Андрею пришлось пояснить: — Празднуем днюшку Тими. Ты же в курсе?

— А-а… о-о… э-э… — Беспомощный взгляд лидера «Грачей» метнулся в сторону Макса. Наружу просилась вторая половина гласных букв. И не только гласных. — Ну конечно.

— Ай, молодца!

Внимание Андрея вернулось к имениннику и сестре. Воспользовавшись этим, Жорж отвёл Макса в сторонку и тихо спросил:

— Что тут происходит? Не объяснишь?

Вчера им так и не удалось нормально поговорить. Когда Макс вернулся с продлённых занятий (отработки «хвостов», если точнее), Жоржу, уже успевшему повидаться с Константином Семёновичем, нужно было срочно убегать. Максу лишь удалось назвать ему время и место да прибавить, что дело очень важное.

— Ты сказал, это вопрос жизни и смерти.

— Извини, — виновато улыбнулся Макс. — Я побоялся, что иначе ты не придёшь.

Жорж нахмурился. На какое-то мгновение могло показаться, что он сейчас начнёт ругаться и даже кричать. Но нет.

— Почему ты подумал, что я не пришёл бы? — Жорж посмотрел на хохотавших Тими, Андрея и Таню. По всей видимости, обсуждали они нечто очень весёлое и интересное. — Хотя… Ты прав, наверное. Мне здесь явно не место.

— Отчего же? — спокойно спросил Макс. — Дело в возрасте? Если так, то нас это не волнует. Поверь.

Жорж замялся.

— Не только…

В памяти всё ещё оставались свежими воспоминания о моменте, когда он в порыве злости чуть не ударил плачущего Тими, звавшего его помочь Максу. Жоржу тогда было плевать. И он боялся. Своей силы. Всего непонятного, что вокруг него происходило.

Ситуация поменялась. Изменился и Жорж. Но что думает о нём Тими на самом деле? Имеет ли лидер «Грачей» право присутствовать на его празднике? Если честно, Жорж боялся ответа на данный вопрос.

— Тими хорошо к тебе относится, — снова угадал его мысли Макс. — Что бы ты ни сделал, он на тебя зла не держит.

— Думаешь?

— Уверен. Будь иначе — я бы тебя не позвал. Это честный ответ.

— Ладно. Чёрт… у меня даже подарка нет!

— Андрей подарил бумажного кота.

Собеседники переглянулись и дружно рассмеялись.

— Чего веселитесь? — сразу же заинтересовался Андрей. — Коллектив хочет знать, рассказывайте!

Макс одной рукой приобнял его за плечи, другой — легонько подтолкнул Жоржа.

— Идёмте. Будем веселиться вместе.

***

Он был один в абсолютно чужом мире. Всё вокруг блестело и переливалось. Гудели какие-то диковинные машины. Хозяева этого места — высокие и раза в два поменьше — метались туда-сюда и шумели, как стая гигантских разноцветных мух над вареньем. Похоже, тут проходило некое празднество. Народное гуляние или ярмарка. А ярмарка — это хорошо. Ярмарка — это возможность разжиться ценными вещичками из карманов зазевавшейся и подвыпившей публики.

Он в предвкушении потёр ладони.

— Новый мир… Новое барахло!

Возможно, здесь будет не так уж и плохо. Охота начинается…

***

— Итак, у нас есть почти целых четыре часа, — торжественно сообщил Макс. — Не волнуйтесь, всё оплачено, так что можете выбирать любого вида развлечение. Единственное, что потребуется — предъявить универсальный билет с персональным штрих-кодом. И — во-ля! — дело в шляпе.

— Крутяк, — пробормотал Андрей, изучая свой билет, как восьмое чудо света. Глаза азартно сверкнули. — Я, пожалуй, сразу в тир. С детства мечтаю выбить самого большого на свете плюшевого зайца. Надеюсь, он тут имеется.

— Не сомневайся, дружище, — заверил его Макс.

— Я с тобой, Снеговик, — незамедлительно отреагировала Таня. — Кто-то должен следить, чтобы ты не переел сладкой ваты, как в прошлый раз.

Андрей схватился за сердце и картинно закатил очи.

— Так вот ты какого обо мне мнения? Эх, сестра, сестра… Да разве я могу позволить себе злоупотреблять… когда ещё и ребёнок поблизости…

— Я не ребёнок, — на автомате возмутился Тими.

— Ой, идите уже, — махнула рукой Анна. — И без вас слишком много шума.

Брата с сестрой словно ветром сдуло.

— Ну, а мы, наверное, махнём в тоннель любви, — Макс взглянул на будущую супругу и поиграл бровями. — Ты как?

Жорж присвистнул, а Тими тихонечко хихикнул в кулак.

— Давай рискнём, — усмехнулась Анна.

Макс галантно взял невесту под руку и повёл прочь. Ну прям заправский кавалер.

Жорж и Тими остались вдвоём. Мальчик с восторгом озирался по сторонам, а лидер «Грачей»… понятия не имел, что делать дальше. Опыт общения с детьми у него отсутствовал напрочь, но в детстве он всегда хотел младшего брата, чтобы не было так одиноко. Друзья-ровесники — одно, а родная маленькая душа, за которую ты целиком и полностью в ответе — совсем другое, ни с чем не сравнимое, ощущение. Но, увы, так и не свершилось. А сейчас было уже… поздновато, что ли. Жорж слишком долго выживал на улицах, завоёвывал авторитет, порой, силой и жестокостью. Его сердце слишком очерствело.

И, наконец, имелась ещё одна причина, из-за которой Жорж Гасперский последние три-четыре года боялся к детям даже на расстояние пушечного выстрела подойти. Но о ней он не хотел допускать и мысли, иначе его душу снова придётся склеивать по осколкам, как тогда… в шестнадцать лет.

— Чем займёмся? — не слишком уверенно спросил Жорж. Беззаботный фасад определённо начинал давать трещину, особенно когда до лидера «Грачей» дошло, что Макс нарочно оставил его с Тими. Налаживать отношения, так сказать. Знал бы парень, чем всё это грозило обернуться…

Тими пожал плечами. Ему до одури хотелось на какую-нибудь сумасшедшую карусель, так, чтоб до звёздочек в глазах, но он чувствовал скованность и закрытость стоявшего рядом Жоржа и решил пойти тому навстречу. В конце концов, кто, как не именинник, в ответе за настроение гостей.

— Начнём с чего-нибудь попроще, — добродушно предложил мальчик. — Здесь должен быть компьютерный зал, — Тими взял Жоржа за руку и потянул вперёд. — Идём. Я хочу показать тебе свою любимую игру.

Речь шла о «Магических Воинах», конечно. В игру можно зайти с любого компьютера, главное — помнить логин и пароль. И каково же было изумление Тими, когда выяснилось, что Жорж тоже зарегистрирован, и у него далеко не первый уровень.

— «Самурай X», двадцать первый уровень, — глаза мальчика сделались похожими на пару блюдец. — Серьёзно?!

— Ну, я… это… только попробовал, — путаясь в словах, забормотал Жорж. Напоминал он в этот момент оленя в свете фар. — Давно ещё. Очень давно. А потом ребята играли под моим паролем и ником. Он у нас один на всех. Ну, пароль… И ник.

Тими не выдержал и расхохотался.

— Господи… Ты же совсем не умеешь врать!

— Чего?! — вспыхнул Жорж. Кончики покрасневших ушей горели огнём.

— Да всё в порядке, не переживай, — миролюбиво успокоил его Тими. — В «Магических Воинов» играют даже сорокалетние дядьки и тётки. Для этой игры не существует возрастных ограничений. Там каждый может быть тем, кем захочет. Я — «Маг Семеон», сто седьмой лэвел.

— Солидно.

— Если желаешь, будем дружить. Я помогу с редким лутом и шмотом. Хочешь, подарю тебе доспехи Феникса?

— День рожденья сегодня вроде у тебя…

— Ой, мне не жалко! У меня их пять комплектов осталось. Всех друзей уже одел.

— И как ты успеваешь ещё и в игры играть?! — поразился лидер «Грачей». — Слышал, в школе ты ботаником слывёшь, а в свободное время постоянно с Максом зависаешь… Так когда?!

— Секрет фирмы, — загадочно улыбнулся Тими и повернулся к монитору. — Смотри, я тебе сейчас суперсекретное подземелье покажу. Там артефактов, эпиков и легендарок, экскаватором можно загребать!

В общем, полчаса пролетели незаметно. Жорж наконец-то расслабился, стал отпускать комментарии по поводу игры и даже шутить. Напряжение отступило, причём поразительно быстро и легко, словно он не в первый раз вот так зависал с Тими за компьютером.

Мальчик тоже был доволен. Он добился своего. А теперь можно и на аттракционы. Стоило проверить Жоржа на выносливость.

— Как насчёт «Торпеды» и «Крутых Виражей»? — недобро улыбнулся Тими, снова увлекая старшего спутника за собой. — Пари: кто больше продержится. Слабо?

***

Через пару часов друзья собрались в кафетерии на третьем этаже. Первыми появились Макс и Анна. У них всё прошло более чем хорошо, даже медиум, которой, в принципе, сложно было угодить, осталась довольна. Однако, один странный момент в так называемом тоннеле любви всё же возник. На пару мгновений и Анна, и Макс ощутили присутствие чего-то… непривычного. Это как найти в куске торта, скажем, рыбу. В самой рыбе ничего необычного нет, но в данном случае она — неуместна, и выглядит, мягко говоря, дико. Также и тут. От чужой энергии слегка потрескивал воздух и наэлектризовались волосы. Но, похоже, никто, кроме Анны и Макса, на это не обратил внимания.

Странное ощущение очень быстро прошло. Макс не счёл нужным особо загоняться по этому поводу, да и Анна — тоже. В конце концов, мало ли здесь побывало Магических Воинов, в том числе и из других миров, как сама Анна. А если это было совсем недавно, кто-то из них вполне мог оставить после себя «след» в виде принесённой из своего мира и чуждой этому миру энергии. Не Максу и не, тем более, Анне удивляться.

Не успели они занять удобный столик и разложить заказ, как подошли Андрей и Таня. Снежный маг с убитым видом волок огромного розового зайца, держа его за одно ухо.

— Вижу, ты своего добился, — с улыбкой констатировал факт Макс. — А чего такой кислый?

Андрей демонстративно всучил лопоухого сестре и плюхнулся напротив товарища.

— Добился, но не я, — пробурчал он и без разрешения ухватил с тарелки Макса ломтик запечённой картошки. — Это всё Танюшка. Она у нас прям Ворошиловский стрелок, — заметив, что Анна раскрыла рот, явно собираясь прокомментировать сказанное, Андрей рявкнул: — Лучше молчи!

— Да тут и без слов понятно, — фыркнула невеста Макса и подпёрла ладонью подбородок. — О, ещё одно чудо ползёт…

К столику подбежал довольный, как вволю наигравшийся щеночек лабрадора, Тими. За ним еле тащился, путаясь в собственных длинных ногах, бравый лидер «Грачей», с лицом, напоминающим замученную зелёную губку для мытья посуды, и почему-то расцарапанным лбом.

— Как у вас дела? — поинтересовался Макс, освобождая место для маленького друга.

Тими влез на диванчик с ногами и затараторил:

— Всё круто! Даже круче, чем я ожидал. Это место не зря так разрекламировали. Я прокатился пять раз на «Крутых Виражах» и семь — на «Торпеде». И ещё по два раза на пяти видах каруселей. А потом мы сфоткались с енотом Васькой, гляньте!

Макс, Андрей и Таня дружно уставились на фотографию с улыбающимся Тими и очень несчастным Жоржем, на голове у которого почему-то сидел взъерошенный енот.

— Прикольная фоточка получилась, — ухмыльнулся Андрей.

— А почему… — Макс осёкся. Под уничтожающим взглядом Жоржа любопытный бедолага едва не задымился. — Впрочем, неважно. Нам, наверное, лучше не знать.

Лидер «Грачей» пробубнил что-то невнятное и рухнул на один-единственный свободный стул. Тот аж жалобно скрипнул под ним.

— Не ломай казённую мебель, — Андрей, в отличие от Макса, явных намёков не понимал и отступать не планировал. — И что у тебя на лбу? Какая-то новая мода?

— Василий постарался, — процедил сквозь плотно сжатые зубы Жорж и уронил голову на стол. — Чёртов енот… Убью скотину!

— Нам говорили, что это самый ласковый и общительный енот из всей семьи, — попытался заступиться за обречённого пушистика Тими.

— И того, кто это сказал, я тоже убью! И изобретателя адских каруселей! И парня за соседним столиком…

— Так, хорош тут лютовать, — хлопнула ладонью по столу Анна.

Андрей осторожно посмотрел на вышеупомянутого паренька, который тихо-мирно поедал копчёные крылышки, даже и не подозревая о тучах, сгустившихся над его несчастной головой.

— А его-то за что?

— От запаха того, что он ест, меня мутит, — уже как-то жалобно пояснил уткнувшийся в руки носом Жорж. — И вот-вот стошнит…

— М-да уж…

— Кто-то явно не любит кататься на каруселях.

— Не было возможности привыкнуть, — вяло огрызнулся Жорж и, подняв голову, стал массировать пальцами виски.

Макс и Андрей обменялись виноватыми взглядами. Оба они были в курсе, что Жорж — детдомовский. Так что вряд ли у него имелась возможность ходить по паркам и испытывать на себе новые виды аттракционов. Скорее всего, он вообще ни разу на них не катался.

— Извини, пожалуйста.

— Да забейте, — Жорж сделал глубокий вдох и зажмурился, силясь унять предательски подступающую тошноту. — Фу-х… ох уж мне эти «Крутые Виражи»…, а дурацкая «Торпеда» вообще теперь в кошмарах будет сниться! Туда-сюда, туда-сюда… вверх-вниз, вверх-вниз…

— Зато я тебе доспехи Феникса подарил, — пробормотал Тими. Мальчик пожалел, что затеял глупое пари. Он действительно не хотел заставлять бедного Жоржа так страдать. — Всё не так уж и плохо, верно?

— У тебя были лишние доспехи Феникса?! — выдал на всё помещение Андрей. Макс от неожиданности едва не захлебнулся молочным коктейлем.

— Ага. И ещё остались, — гордо сообщил Тими. Через пару секунд до него дошла в полной мере суть вопроса, и он издал ещё более громогласный вопль: — Ты тоже играешь в «Магических Воинов»?!

— «Драгон Хантер», шестьдесят пятый лэвел. Играл чуть ли не каждый день, пока… Ну, в общем, теперь мне немного не до этого. И, насколько я помню, доспехи Феникса мне так и не удалось заполучить.

— На самом деле, сделать это не так уж и сложно, главное — знать пару-тройку хитростей.

— Да ты, оказывается, читер!

— Вовсе нет! — Тими от возбуждения едва не влез на стол целиком, нависнув над Андреем. — Иметь легендарную снарягу можно и при честном прохождении…

— Ой, не верю!

— А ты поверь! — мальчик с видом разоблачителя ткнул пальцем в своего оппонента по спору. — И да, я тебя вспомнил, «Драгон Хантер»! Я — «Маг Семеон»! Это ведь ты в прошлом году устроил рейд со своим кланом на земли моего мирного племени… И не думай отпираться!

— Да-а-а?! — Андрей вскочил, чудом не опрокинув на себя стол, вместе со всем, что на нём стояло. Макс от греха подальше забрал свою тарелку и продолжил наблюдать за товарищами, отправляя в рот один ломтик картошки за другим. Анна покрутила пальцем у виска, а Жорж ещё сильнее схватился за голову. — Не такие уж вы, к слову, и мирные. Тоже мне, невинные одуванчики! Отдубасили нас, еле ноги унесли!

— А нечего было на чужие земли и ресурсы зариться!

— Мы привлекаем слишком много внимания, разними их, — прошипела Анна на ухо невозмутимо жующему картошку Максу. — Или это сделаю я.

— Ну да, вам легко было — заграбастали себе лучшую территорию, коммерсанты хреновы!

— Мы бы приняли вас, попросись вы к нам по-хорошему!

— «Драгон Хантер» слишком горд, чтобы просить!

— Снеговик, прошу, успокойся, — взмолилась Таня, хватая не на шутку разбушевавшегося братца за руку. — На нас и так уже все смотрят. И тебе вредно много нервничать!

— Пусти меня, сестра! Пускай все слышат, что «Драгон Хантер» никогда…

Бэм-с! В лоб Андрею, аккурат промеж глаз, прилетела ложка, беспощадно и метко запущенная Анной. Бравый истребитель драконов рухнул под стол и уже оттуда, подёргав остывшего «Мага Семеона» за руку, жалобно проскулил:

— Так ты подаришь мне доспехи Феникса? Я мечтал о них пять с половиной бессонных ночей!

— Да на здоровье, мне не жалко.

— Ура!

— А мне тоже можно? — как бы невзначай вклинился в разговор любитель копчёных крылышек из-за соседнего столика. — Я мечтал целых семь ночей. У меня почти сороковой уровень, и меня зовут…

Анна без предупреждений замахнулась ложкой.

— Никого здесь не волнует, как тебя зовут.

— Понял-понял, ухожу, — выставив обе ладони вперёд, пробормотал парень и попятился назад, к своему столику.

Друзья, включая поднявшегося с пола Андрея и державшегося за голову Жоржа, переглянулись и дружно расхохотались.

— Да, народ, с вами действительно не соскучишься, — сделал вывод лидер «Грачей».

— С нами — конечно, — авторитетно подтвердил Андрей, как ни в чём не бывало чавкая сырными колечками из бумажного пакетика, который изначально был у Тими. Потом он, правда, спохватился и спросил: — Ты же больше не будешь, да?

— Угощайся, — великодушно позволил именинник.

— Вот спасибочки, уважил!

Тем временем официантка подала на десерт вкуснейшее мороженое в вазочках. Макс, Андрей, Тими и Таня громко сглотнули. Равнодушными остались Анна (она прохладно относилась к любого рода сладостям) и Жорж, которого опять так некстати затошнило. Макс поглядывал на него с неподдельным сочувствием, а Андрей, воспользовавшись моментом, аккуратненько, сантиметр за сантиметром, стал двигать соседнюю вазочку ближе к себе. Что, конечно, не осталось незамеченным.

— Руки, — недобро сощурившись, прошипел Жорж и несильно хлопнул вовремя подсуетившегося приятеля по затылку. — Прочь.

Андрей ойкнул и уставился на него влажными глазами без вины побитого щенка.

— А я что… Я ж ничего! Думал, ты не хочешь… Чего добру-то пропадать?

— Не пропадёт, можешь не переживать, — Жорж поднялся с места. — Я сейчас отойду. Буквально на пять минут. Когда вернусь, вот это, — лидер «Грачей» ткнул пальцем в своё мороженое, — должно оставаться таким, каким я его вижу сейчас. Понятно?

— Более чем, — буркнул Андрей, демонстративно поворачиваясь к объекту вожделения спиной. Однако, стоило только Жоржу отойти, как ловкие пальцы тут же сорвали с верхушки лакомства ярко-красную вишенку.

— Снеговик, — упрекнула брата Таня. — Это некультурно.

Андрей лишь пожал плечами и проглотил вишню. Прямо с косточкой и веткой. Макс, наблюдая за ним, с невольной улыбкой покачал головой, но так ничего и не сказал.

***

Жорж спешил в мужскую уборную. По завету незыблемого закона подлости, находилась она аж на другом конце огромного этажа.

«Чёрт бы вас побрал! — мысленно ругался Жорж, лавируя в толпе и стараясь ни в кого не врезаться. — Проектировщиков, строителей, дизайнеров… кто там ещё за сортиры отвечает…»

Конечно, в кафе имелся туалет, но именно сегодня и именно сейчас там приключилась какая-то авария. Прорыв трубы, вроде… Увы, даже такие дорогие и продвинутые места, как «Империя Развлечений», не были исключением для подобного рода курьёзов.

Заветная дверь с символическим знаком уже маячила впереди, как вдруг в Жоржа со всего размаху врезался какой-то недоросль. Удар пришёлся по коленкам, и Жорж чуть было не рухнул, как подкошенный, на пол.

— Да какого ж хрена…

Существо, ниже девятилетнего (пардон, уже десятилетнего) Тими, вцепилось толстыми пальцами, напоминавшими маленькие, только зелёного цвета, сардельки, в правую ногу лидера «Грачей», да так, что аж джинсы затрещали, и истошно заголосило:

— Монетку! Дай монетку! Монетку-у-у-у…

— Отвали! — рявкнул Жорж и яростно тряхнул ногой.

Бесполезно. Странный чудик, весь зелёный и в стрёмной дырявой одёжке, подпоясанной обычной верёвкой, прилип к нему, словно супер-клеем обмазанный. Причём, с ног до головы. А запах испускал такой, будто от души вывалялся в рыбьих потрохах и принял потом обильный душ из прокисшего молока. Жёлтые глазища выпучились настолько, что, казалось, вот-вот вывалятся из орбит и мячиками запрыгают по полу. Уши оттопырены и торчат, как локаторы, в разные стороны.

«Что за чудо-юдо? — пронеслось у Жоржа в голове. — Ребёнок в костюме? Не похож, вроде бы…»

— Монетку, монетку, — канючило существо картавым и хриплым, совершенно не детским, голоском.

Жорж кое-как допрыгал до туалета и уже там принялся отдирать от себя это непонятное создание, ухватив его за шиворот.

— Пусти!

— Дай монетку!

— Кому сказал, пусти!

— Монетку-у-у! Одну-у-у!

— Ща в унитазе утоплю!

Внезапно сработало. Неведомый тварёныш резко отлип и, прежде чем Жорж успел глазом моргнуть, ретировался за дверь.

— И что это было, а?

Решив со всем разобраться позже, Жорж пулей метнулся в кабинку. Через пару минут, умывшись прохладной водой из-под крана и пригладив волосы, он почти ощутил себя человеком. Расправил помятые джинсы, поднялся руками выше и машинально хлопнул по карманам.

— Чт… ТВОЮ МАТЬ!!

***

— Жорж возвращается, — сообщил Макс. Брови озабоченно сдвинулись. — Что-то недоброе у него выражение лица… Такое чувство, что он собирается кого-то убить.

Андрей, только-только предпринявший новую попытку подкорректировать вид и форму чужого мороженого, испуганно ойкнул и отодвинулся куда подальше.

— Интересно, и кого бы это? — наблюдая за ним краем глаза и помешивая ложечкой кофе, протянула Анна. — И за какие такие заслуги?

Жорж плюхнулся за стол и уставился на изрядно подтаявшее мороженое взглядом, от которого тому впору было задымиться и расплавиться окончательно. По напряжённому лицу ходили желваки. Зубы еле слышно поскрипывали.

Андрей, переглянувшись с Максом, сделал большие глаза и виновато развёл руками.

— Э-эм, дружище… Если это всё из-за вишенки, обещаю тебе…

— Меня. Обокрали, — медленно проговорил Жорж. Его словами впору было забивать гвозди в крышку гроба. Гроба незадачливого воришки.

— Кто?! — в один голос выкрикнули Макс, Андрей и Тими. Анна недоверчиво прищурилась.

Жорж замялся.

— Даже и говорить стыдно…

— Да ладно, здесь все свои, — успокоил его с одной стороны Андрей.

— Поверь, нас трудно удивить, — добавил с другой Макс. — Говори, как есть.

Жорж влил в себя чашку кофе залпом и выдохнул:

— Это был… зелёный человечек.

Макс несколько раз хлопнул глазами. Андрей, еле успев зажать рот руками, громко хрюкнул.

— Серьёзно, он был весь зелёный! — начал опять заводиться Жорж. — С большими ушами. Одет чёрте во что. И пахло от него, как от… от…

— Ты там случайно по пути в бар не заглядывал? — с подозрением спросила Анна.

— Я в туалет ходил, — холодно отчеканил Жорж. — А он там меня уже ждал.

— Думаешь, именно тебя? — усомнился Макс.

Анна с видом прокурора постучала кончиками пальцев по столешнице.

— Допустим. Что он взял?

Жорж встал и продемонстрировал вывернутые наизнанку карманы.

— Всё!

— Подробнее.

— Ох ты ж, господи… Бумажник с деньгами, телефон, зажигалку, ключи от моего мотоцикла, пачку сигарет и пре… — Жорж закашлялся. — Одну маленькую и очень нужную штучку.

— Ага…

— Какую штучку? — заинтересовался Андрей.

Жорж бросил на него красноречивый взгляд.

— Важную. Штучку.

— Жвачку? — невинно предположил Андрей. Жорж стукнул себя ладонью по лбу, не зная, что ему делать: материться или хохотать? — А что не так-то? Я без жвачки ни на одно серьёзное дело не выхожу.

— Флаг тебе в руки.

— Ладно, с этим всё понятно, — перебила Анна. — Что-то ещё есть по вору? Кроме больших ушей и зелёной расцветки?

— Большие глаза. Жёлтые.

Теперь уже лицо Анны сделалось недобрым, и лидер «Грачей» поспешно добавил:

— Мне кажется, он не человек. Вот вообще.

В голове Макса начала вырисовываться кое-какая картина.

— О, как… А мы с Анной как раз почувствовали нечто странное в тоннеле любви. Присутствие энергии из чужого мира. Мы думаем, там был портал.

— Портал?! — Андрей вскочил на ноги, с грохотом опрокинув стул. Его аж затрясло от нетерпения. — Гоу туда, заценим!

— Его там больше нет, — безжалостно зарубила на корню все надежды и стремления невеста Макса.

— Да блин…

— Что такое портал? — осторожно спросил Жорж. — Это не заразно?

— Дверь в другой мир, — пояснил Макс. — Их бесчисленное множество, и трудно сказать, по какой именно системе они открываются и закрываются. Это как прорехи в ткани мироздания.

— О-о… Надо бы эту ткань… кх-м… подлатать, — потрясённо пробормотал Жорж.

— Существует целая наука, изучающая природу порталов. С помощью расчётов и формул можно с точностью до девяносто трёх процентов предсказать, где и когда такой портал откроется. И даже открыть его самим.

— Но это пока не для нас, — подвела невесёлый итог Анна.

— Однако… — Жорж устало потёр лоб, чувствуя, как возвращается головная боль. — То есть, вы хотите сказать, меня обокрал пришелец из другого мира? И, может быть, как раз сейчас он уезжает в закат на моём мотоцикле, заведённом моими ключами…

— Не думаю. Судя по твоему описанию, ты столкнулся с примитивным существом первобытного уровня. Возможно, троллем. Вряд ли он вообще знает, что такое мотоцикл, где его искать и как заводить, — успокоила Анна.

Жорж со свистом выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Всё равно, легче не стало. Денег в бумажнике — сущие копейки, а вот ключи и телефон с контактами нужны позарез.

— Найдём, — заверил его Макс.

— Как?! Пока мы тут болтаем, он мог в другой… этот, как его… портал запрыгнуть!

— Не мог. Тут нет другого портала. Мы бы его почувствовали. Особенно Анна. У портала своя собственная энергетика. И Магические Воины способны распознавать её с большого расстояния. Когда подучишься использовать свою силу — поймёшь, о чём я. К тому же…

— Эй, — подал голос до сих пор молчавший Тими. — Вам не он случайно нужен?

Друзья одновременно, как по команде, повернули головы. Мальчик указывал на соседний столик. Вернее, под столик. Парень, не сумевший заполучить халявные доспехи Феникса, заедал «горе» уже третьей по счёту порцией крылышек (и куда только лезло!). Напротив него расположилась симпатичная, чуть полноватенькая, девушка с короткой стрижкой. Суть была не в этом. А в том, что она настолько старательно строила соседу по столику глазки, что совсем забыла про сумочку, беспечно брошенную на стуле рядом. А к ней из-под скатерти уже тянулись толстые, но, видимо, очень проворные, пальцы зелёного цвета.

— Это он! — завопил Жорж. — Он!!!

Парень с перепугу едва не подавился косточкой и закашлял. Девчонка обеспокоенно стукнула его по спине, с упрёком покосившись на источник шума, а затем опустила взгляд и… дико завизжала. Из-под стола на неё затравленно таращились жёлтые глазища. Их обладатель, перепугавшийся не меньше, а может, и больше, пулей вылетел из укрытия и снова чуть не врезался в вставшего у него на пути лидера «Грачей».

— Далеко собрался?! — рявкнул тот страшным голосом, от которого даже Макса пробрали мурашки.

Воришка взвыл и, сделав отчаянный рывок в сторону, умудрился-таки обогнуть Жоржа. Правда, при этом он снёс стол и едва не сшиб с ног официантку. Та закатила глаза и, выронив поднос, стала медленно оседать на пол. Чертыхнувшийся Жорж вовремя подхватил её и осторожно усадил на ближайший стул.

— В порядке? Дыши глубже. И выпей воды, — велел он покрасневшей работнице кафе, глядевшей на него, как на божество, и, извиняюще улыбнувшись, бросился в погоню.

Остальные поспешили за Жоржем. Последним кафе покинул Андрей, на бегу доедая вторую порцию мороженого.

— Вазочку я потом верну, — крикнул он так ничего и не понявшей официантке. — Обязательно верну!

***

Воришка убегал. Маленький и юркий, он петлял среди людей подобно зайцу, ещё и ухитряясь что-то тырить по пути. Однако ближе к лестнице на другой этаж народу было меньше, и скрываться бессовестному ворюге становилось всё труднее и труднее.

— Догоним, — уверенно пропыхтел Макс. И сглазил. Потому что в этот момент впереди открылись дверцы лифта. Очень «вовремя», впрочем, как и всегда. И если пронырливая морда успеет туда шмыгнуть — уедет бог весть куда, и ищи его потом свищи по всем этажам.

Чувствуя, что цель вот-вот ускользнёт, Жорж издал тихий рык. Анна без лишних церемоний вырвала у протестующе крякнувшего Андрея почти пустую вазочку и метнула её не хуже спортсмена на Олимпиаде.

— И-и… Золото! — торжественно объявил Макс, приложив ладонь козырьком к глазам. Так и не добравшийся до спасительного лифта беглец камнем рухнул на пол. Раскиданные в разные стороны конечности придали ему форму выброшенной на берег морской звезды.

Теперь уже не церемонился Жорж. Не размениваясь на предисловия, он схватил ворюгу за шкирку и поволок в туалет. Там тихо, и свидетелей нет. Идеальное место для вынесения приговора.

Пойманный с поличным злодей очухался ещё до начала «казни», но благоразумно решил продолжить изображать из себя опоссума, для достоверности даже высунув наружу язык. Увы, сегодня был не его день, и на трюки никто не купился, даже добросердечный и наивный Макс.

— Вставай, — велел Жорж и поддел носком ботинка настороженно сопящую тушку.

Тишина. Даже сопение прекратилось.

— Значит, по-хорошему не хотим? Ну ладно…

Сильная рука схватила хитровышморганного дельца за шкибот и рванула вверх. По туалету прокатился душераздирающий вопль. Анна предусмотрительно прикрыла дверь и на всякий случай заблокировала её. Из карманов, оказавшихся поистине безразмерными, посыпалась «добытая» с превеликим трудом и риском для здоровья добыча. В основном, монеты, ключи и телефоны. Пара-тройка колец. И несколько банковских карт. Чем последние смогли заинтересовать нечистого на руку, было загадкой. Они не блестели, как монетки, и не издавали забавных звуков, как телефоны.

— Да тут прям клондайк какой-то, — присвистнул Андрей.

Макс растерянно почесал затылок.

— Что будем с этим делать?

— Подкинем на пост охраны, а дальше пусть сами разбираются, — распорядилась Анна.

— А с ним? — Андрей кивнул на сжавшегося в комок и закрывавшего голову руками «подсудимого».

— Тоже охране сдадим, — предложил Жорж. К его несказанному облегчению, ключи и телефон обнаружились быстро. И в полном порядке. Даже бумажник с деньгами вернулся к законному владельцу в карман. А дальнейшая судьба вора лидера «Грачей» не особо-то интересовала. С подобными личностями у него вообще был разговор короткий.

Макс покачал головой.

— Нельзя. Им лучше не видеть эту сторону мира. Нашу сторону мира. Придётся забрать с собой.

Анна уставилась на него, как на душевнобольного.

— Прости… что?!

— Не что, а кого. Возьмём его к себе. Временно. Пока не придумаем, как отправить обратно домой. Я думаю…

— Макс, — резко перебила будущего мужа Анна. — Ты здоров, а? У тебя что, недостаточно домашних животных? — и почему-то посмотрела на Андрея.

— Э-э! — мигом возмутился тот.

— Нельзя отпускать его, он привлечёт много ненужного внимания, — настаивал на своём Макс. — Отдавать властям — тем более.

— Да пусть делают с ним, что хотят! Сдадут на опыты, законсервируют в трёхлитровую банку, сделают из него чучело… Хоть на благо науки сгодится!

— Ну, Анна, ну ладно тебе… Ты ведь не настолько жестока. Тебе его тоже жаль, правда?

— Мне жаль наш дом. Как думаешь, во что он превратится, когда вот это… — Анна раздражённо махнула рукой в сторону объекта спора. Тот уже понял, что буря миновала и наказывать его сегодня не станут, и занялся важным делом: принялся грызть на пальцах левой ноги не то ногти, не то когти. — …там поселится?!

— Прорвёмся.

— Такими темпами, прорываться ты будешь без жены. Получишь развод, так и не женившись.

— Ну перестань…

— Всё, слышать больше ничего не хочу! Или он, или я!

— Конечно, ты. Не волнуйся.

— А мне его тоже жаль, — неожиданно выдала Таня. Остальные, включая брата, уставились на неё изумлёнными глазами. — Совсем один тут. Прямо как мы со Снеговиком, когда только-только в Москву прибыли. С разницей, что в нашем случае был чужой город, а этому бедняжечке достался чужой мир. Конечно, он выживал, как мог. Снеговик делал также.

— Эй, не сравнивай меня с ним! — возмутился Андрей.

Жорж криво усмехнулся.

— А что, между вами и впрямь наблюдается связь.

— Это какая же, позволь узнать?!

— Хроническая склонность к мелкому криминалу. Вонючка обворовал меня, ты — Макса. Вы с ним родственные души.

— Приехали…

— Не обижайся, — подмигнул Макс поникшему Андрею. — Жорж просто шутит.

— Шуточки у него…

Таня присела на корточки и дружелюбно спросила:

— Как тебя зовут?

Гость из далёкого мира с важным видом пожевал большой палец на ноге, причмокнул, будто во рту у него был сладкий леденец, и соизволил ответить:

— Сэм. Сэмюэль Великий Вор. Легенда Сэм.

Жорж, Андрей и Тими прыснули со смеху, а Анна протянула:

— Да-а, от скромности ты точно не помрёшь. Как и своей смертью.

— Очень приятно, Легендарный Сэм, — вежливо говорила тем временем Таня. — На остальных не обращай внимания. Они добрые и хорошие. Но совершенно не умеют обходиться с гостями из других миров.

Анна, услышав последние слова, лишь хмыкнула. У Жоржа брови поползли вверх.

— Кажется, нас только что поставили на место, — шепнул он Андрею. Тот гордо приосанился. — По твоей сестре карьера международного дипломата слезами обливается.

— Танюшка у меня такая.

— Откуда ты пришёл? Где твой дом? — спрашивала девочка.

— Нет. Дома. Дом Сэма везде, — последовал ответ. Довольно пофигистичный, надо сказать.

— Ясно-понятно. Бомж, — резюмировал Жорж.

Чудик мигом забыл про свой такой вкусный палец и из зелёного вдруг сделался пунцовым.

— Ругаться нельзя! Нельзя!

— А что я такого сказал? — удивился Жорж.

— В некоторых мирах слово «бомж» означает нечто иное, нежели здесь, — пояснила Анна.

— Да? И что же?

Невеста Макса жестом велела лидеру «Грачей» наклониться и шепнула ответ на ухо. Тот густо покраснел и даже извинился.

— Как ты попал в наш мир? — задала Таня последний вопрос.

— Сэм убегал. Было много злых людей. Увидел большую светящуюся штуку. Прыгнул. Там было ещё двое. Сидели близко. Лизали друг другу лица. Потом громко закричали. Сэм убежал. Было мокро.

Таня поднялась с корточек.

— Портал в тоннеле любви, — кивнул Макс. — Как мы и предположили. Кажется, выбора особого у нас нет.

В закрытую дверь туалета нетерпеливо постучали.

— Пойдёшь с нами, — Анна смерила будущего «квартиранта» поистине убийственным взглядом. — Выкинешь какой-нибудь фокус — пожалеешь, что тебя не сдали на опыты. Ясно?!

«Легенда» из другого мира, снова потянувшаяся в этот момент к ноге с любимым пальцем, замерла в несуразной позе.

Макс посмотрел на часы и виновато улыбнулся Тими.

— Прости, кажется, наше время истекло. Во всех известных смыслах. Пора домой.

— Ничего, — отозвался именинник. Выглядел он довольным и счастливым. — Спасибо тебе, — он обвёл благодарным взглядом всю компанию. — Спасибо каждому из вас. Это был лучший день рождения.

Глава 11. Вальтер - часть 1

— А теперь особое предупреждение. Около недели тому назад из колонии строгого режима сбежал опасный преступник по кличке Вальтер, который был осужден за грабежи и многочисленные убийства, а также торговлю наркотиками. Преступник вооружён и очень опасен. Если кому-либо из телезрителей известно местонахождение Вальтера, или есть какие-либо данные о нём, просим немедленно сообщить…

Молодой мужчина лет двадцати пяти, одетый в потрёпанную футболку и старые джинсы и уже несколько дней не брившийся, скептически хмыкнул и щёлкнул пультом. Экран телевизора погас, заставив молоденькую и симпатичную дикторшу криминальной рубрики новостей замолчать.

По полу покатилась крышка от пивной бутылки. Мужчина замер возле окна, из которого открывался печальный вид на местные «достопримечательности». В тусклом свете фонарей сновали, воровато озираясь по сторонам, всякие сомнительные личности. Вдоль стен то тут, то там корчились облачённые в непонятное тряпьё фигуры алкашей и наркоманов. У столба призывно крутила бёдрами девица лёгкого поведения. Молодая совсем… На углу тускло светилась вывеска бара и места под названием «Татухи для крутых перцев».

— Ничего не меняется, — пробормотал мужчина и сделал большой глоток пива.

Позади раздался тихий скрип двери. Очередной раздражающий и унылый звук. Впрочем, как и все другие звуки в этой занюханной дыре.

— Привёл? — не оборачиваясь, спросил Вальтер.

Дебильного вида лысый мужичок с оплывшей от бесконечных пьянок физиономией вместо ответа оскалился, «гордо» продемонстрировав ряд гнилых зубов, и подтолкнул вперёд себя парня лет восемнадцати. Одет тот был в старенькую куртку, джинсы и хлипенькие ботинки.

От нахлынувшего чувства дежа вю Вальтер ощутил приступ тихой ярости. И желание кого-нибудь срочно пристрелить. Без разницы, кого.

«Опять… Бездомный щенок без рода и племени. Однако, стоит лишь взять такого под своё крыло, приютить, накормить, обучить — и он цапнет так, что «лечение» потом лет этак в пятнадцать-двадцать (если вовремя не «выписаться») аукнется! Неблагодарные сучёныши…»

Едва сдерживая острую потребность прихлопнуть позднего гостя ботинком, как таракана, он резко мотнул головой в сторону мужика, приказывая таким образом ему исчезнуть, и, не размениваясь на приветствия и любезности, заговорил:

— Ты из «Грачей», верно?

— А ты — Вальтер? — не остался в долгу парень. — Ищешь Жоржа, да?

«Борзый сопляк! Подготовился…»

— Что ты обо мне знаешь?

— Почти ничего. Жорж упоминал твоё имя (вернее, кличку) пару раз. Правда, по сильной пьяни. Конкретного мало. Вы с ним, вроде, давнишние приятели.

«Ага, друзья детства, твою мать… Ну, Гасперский, и гнида же ты!»

— Ещё что-то? — на удивление любезно осведомился Вальтер.

— Вы на каком-то деле лет пять тому назад попалились. Жоржа не замели, а ты уехал из города. Теперь вот вернулся.

«На встречу одноклассников, — усмехнулся хозяин убогой комнатухи и глянул в сторону выключенного телевизора. — А ты, пацан, похоже, новости вообще не смотришь…»

— На меня-то как вышел?

— Случайно. В одном баре, где наш знакомый работает, выспрашивали о Жорже. Сказали, что от некоего Вальтера. Я, наверное, должен был Жоржу сказать. Но попросил сначала к тебе отвести.

«Дурачок? Или ведёт какую-то свою игру? Может, денег за информацию хочет?»

Глаза Вальтера недобро сузились.

— Вот это-то я и хочу понять. Зачем? — Он, наконец, обратил всё своё пристальное внимание на парня и прошёлся вокруг него. Тот неуверенно топтался на месте. — Я тоже о вас кое-что слышал. «Грачи» — местные «звёзды», задиры и хулиганы, любители шумно погулять, но на самом деле… Это видимость. У вас весьма узкий круг, и вы мало кого к себе подпускаете. По-настоящему, подпускаете. А друг за друга — вообще горой. Как мушкетёры. Один за всех, и все за одного. Так что повторю ранее прозвучавший вопрос: зачем ты здесь? Ты даже не знаешь толком, кто я. И чего я хочу от твоего босса. Какое именно прошлое нас связывает… Неужели, в семье не без урода?

Паренёк нервно вытер вспотевший лоб.

— Я… это… ну…

— Сколько? — насмешливо прозвучал следующий вопрос Вальтера. Он замер за спиной допрашиваемого, буравя его затылок тяжёлым взглядом.

— Я не понимаю… — проблеял тот.

— Всё ты понимаешь. Сколько бабла ты хочешь за информацию о местонахождении Жоржа Гасперского? Учти, много не дам, сам пока на мели, — Вальтер широким взмахом руки указал на обшарпанные стены своего пристанища. — Об этом наверняка можно догадаться по «дворцу», в котором я обитаю. Временно.

Парень сильно побледнел. В глазах блеснуло негодование. Даже, ярость.

— Мне не нужны деньги! Я бы никогда…

— Тогда, зачем? Говори! — рявкнул ему на ухо Вальтер.

Молодой человек зажмурился и, словно перед прыжком с десятого этажа, выкрикнул:

— Помочь! Я хочу ему помочь!

Вальтер уставился на него, как на умалишённого. Он даже онемел на несколько секунд. А потом громко расхохотался.

— Однако… Сдать своего босса с потрохами сомнительному типу — оригинальнее помощи не придумаешь! Может, я слегка отстал от жизни, пока… кх-м… не жил в большом городе, но, по-моему, то, что ты сейчас делаешь, малёк, как-то по-другому называется.

— Да как угодно пусть это называется! — завопил на всю комнату парень. Вальтер сел и, закинув ноги на стол, с кривой ухмылкой наблюдал за ним. — Может, хоть ты сумеешь его встряхнуть! Жорж в последнее время сам не свой…

Вальтер перестал раскачиваться на стуле и подался вперёд. Улыбка на небритом, но всё равно привлекательном лице сделалась хищной. Как у охотника, почуявшего слабость и кровь своей жертвы.

— Продолжай. В каком смысле, он сам не свой?

— Отдалился от нас. Не интересуется нашими делами. Молчит. По вечерам всё чаще и чаще пропадает где-то. А ещё…

— Ну же!

Юный «Грач» сделал глубокий вдох.

— На днях его видели возле «Империи Развлечений». В компании школьников.

— О, как… А вдруг, пионервожатым решил подработать?

— Не смешно. Многие наши всерьёз боятся, что он…

— Типа, дурканулся?

«Маловероятно. Хотя… после того случая… очень может быть. Говорят, шиза прогрессирует со временем. Интересно…»

— Поэтому, кем бы ты ни был, делай что угодно и как угодно, лишь бы Жорж стал прежним. Ты, наверняка, знаешь о нём что-то, чего не знаем мы.

— А если я, скажем так, перегну палку?

— Просто напомни ему, кто он есть на самом деле. И без серьёзных повреждений. Жорж не должен пострадать. Это единственное условие. Иначе информации не будет.

Вальтер с громким щелчком зажёг сигарету.

— Устраивает.

— Вот на этой бумажке его точный адрес. И ещё, он часто бывает на Виноградной улице. Возле дома № 17.

***

Макс от души потянулся и сладко, со вкусом, зевнул.

— Отличный был фильм. Лично я получил удовольствие.

Анна окинула будущего супруга недобрым взглядом. Словно он, как минимум, скоммуниздил и разбазарил на собственные нужды половину годового семейного бюджета.

— Видела я, какое именно удовольствие ты получил. Точнее, слышала. Храпел над ухом, как тюлень.

— Не я это был, а сосед слева, — не покраснев, выдвинул свою версию Макс.

Но Анну провести не удалось.

— Никакого соседа слева там не было. Во всём ряду сидели только мы одни.

— А-а…

— Сзади и спереди тоже никого не было.

— Да ла-а-адно…

Парень с девушкой не спеша шли по Виноградной улице. Анна куталась в красный пуховичок с меховым воротником. Не от холода, а, скорее, просто так. Макс с присущей ему беспечностью вышагивал в распахнутой куртке и без шапки, несмотря на минусовую температуру.

— Хорошо. Расскажи вкратце, о чём фильм, — с видом прокурора на допросе потребовала Анна, после чего язвительно добавила: — Ведь он был такой отличный.

Макс с важным видом поскрёб подбородок, будто готовясь пересказать «Войну и мир».

— Ну-у… Фильм про милую и скромную девушку, во всём поддерживавшую своего любимого жениха.

Анна усмехнулась.

— А по-моему, больше — про волевую и сильную женщину, которая за уши тащила своего женишка-лентяя к заветной цели их жизни. Никого, кстати, не напоминает?

Макс искренне засмеялся.

— Если только самую малость…

Тихонько хлопнула калитка. Сад Константина Семёновича уже не казался таким волшебным, как весной, летом и в начале осени, но всё равно сохранил свою чарующую красоту под тонким покровом первого снега. Особо редкие и ценные растения были заботливо укрыты в небольших палисадниках и теплицах, отапливаемых за счёт магической энергии. Как именно это происходило - знал лишь сам садовник.

Белоснежное маленькое царство встретило своих хозяев тишиной и умиротворением. А те сперва даже не поняли до конца, радоваться им по этому поводу или же, наоборот, начинать волноваться.

— Не к добру, — медленно проговорила Анна и, потопав по деревянным ступенькам, чтобы стряхнуть с сапожек налипший снег, распахнула дверь дома. — Ну точно!

По ушам ударил богатырский храп. Воистину, Алёша Попович, Добрыня Никитич и Илья Муромец не смогли бы храпеть громче, даже вместе взятые.

Источник звука обнаружился в гостиной. Валялся на диване, животом вниз, свесив руки до пола и закинув ноги туда, куда нормальный человек обычно предпочитает класть голову — на диванные подушки. На одной ноге «красовался» дырявый носок, другая же — сверкала голой пяткой. На шее почему-то висела связка сосисок, а из-под щеки — виднелся мятый ботинок.

Сама гостиная напоминала место страшного побоища. Причём, пока непонятно было, кто с кем здесь бился. Большой шкаф словно разорвало изнутри. «Выплюнутая» им одежда валялась всюду. Телевизор, ещё днём мирно стоявший на столике в углу, лежал на полу экраном вверх. На первый взгляд, целый, за что уже можно было поблагодарить. Опять-таки же, не ясно, кого именно. На полке вместо попадавших книг обнаружился второй ботинок, а с люстры свисал ещё один носок. Наполовину сорванная занавеска уныло болталась на карнизе.

— Очаровательно, — окинув всё это безобразие нечитаемым взором, проговорила Анна. На удивление, спокойно.

Макс склонился над продолжавшим храпеть Андреем.

— Умаялся, бедняга. Похоже, упал без сил, — посочувствовал он и потянулся за покрывалом, собираясь набросить его на друга.

— Буди, — велела Анна таким тоном, что не подчинился бы только глухой. — Иначе убирать всё это будешь один.

— Но…

— Без всяких «но».

Макс тяжело вздохнул и легонько потряс снежного мага за плечо. Потом — сильнее. Даже пощекотал голую пятку. Бесполезно. Анна уже хотела было идти за ледяной водой, когда рука её жениха зачем-то потянулась к связке сосисок на шее спящего.

Эффект превзошёл все ожидания. Андрей мигом оказался на ногах и, едва не опрокинув ошарашенного Макса на пол, рявкнул страшным голосом:

— НЕ ТРОНЬ СОСИСКИ, ТРОГЛОДИТ! — но потом, признав хозяина дома, расслабился. — А, это ты… Слава богам. Вот, держи, — Сосиски перекочевали на шею так ничего и не понявшего Макса. — Я защищал их до последнего, как мог.

— Э-э… Зачем?

— Должно же у нас что-то быть на ужин, кроме капусты!

— Логично, — не стал спорить Макс и торжественно передал «ценный трофей» Анне.

Андрей с чувством исполненного долга сел на диван и принялся рассматривать свои ноги. Веснушчатое лицо сделалось чрезвычайно озабоченным.

— Зараза-а… где же…

— На полке, — любезно подсказал Макс. — И на люстре.

— Спасибочки.

— Ага. Давай помогу.

Анна, наблюдавшая за Андреем, который бережно протирал обретённый ботинок носовым платком, и Максом, пытавшимся допрыгнуть до носка на люстре, почувствовала неконтролируемое желание взять и удавить обоих связкой многострадальных сосисок. Здесь и сейчас. И со всевозможной жестокостью.

— А ты чего такая? — посмотрев на неё, удивился Макс.

— Какая? — ласково прозвучал голос будущей жены.

— Недобрая…

— Угадай, милый.

— Должно быть, из-за того, что не все вещи на своём месте, да? — проявил чудеса догадливости Андрей и затараторил со скоростью пулемётной очереди: — Ребята-а-а… Пока вы в киношке зависали, тут тако-о-ое происходило… Но я не виноват, честно! Это всё ваш Сэм. Похоже, только моя сеструня и способна его контролировать. Но она ушла в магазин. Вас тоже не было. И тогда этот придурок словно с цепи сорвался… Ну не умею я, как выяснилось, ладить с чудиками из других миров! Да ещё и на работе сегодня устал, как сто тысяч китайцев. Наверное, впервые настолько сильно… С утра товара навезли, и покупатель шёл один за другим. Даже пообедать толком не удалось. За весь день я перехватил один сухарик. Может, два, — Заметив скептический взгляд Анны, рассказчик рявкнул: — Ладно, три!

— Да мне как-то всё равно, знаешь ли, — пожала плечами девушка. — Хоть двадцать три.

— Сюда я приполз с одной-единственной мыслью: покрепче обнять кровать. И никогда с ней, родимой, больше не разлучаться.

— Что, даже без ужина? — забеспокоился Макс. — На одних сухариках долго не протянешь, дружище. Ты начинаешь меня пугать.

Андрей усмехнулся.

— До таких крайностей дело вряд ли дошло бы. В конце концов, у меня есть сестра, которая не даст родному брату умереть с голоду.

— Повезло. Меня вот Анна иногда забывает покормить после тренировки. Или говорит, что не заслужил.

— Сурово, — поёжился Андрей.

— Тему поменяйте, — резко оборвала диалог Анна. — Кто устроил в доме бардак?

— Так я ж рассказываю! Сначала ваш Сэм запросил жрать. Я решил ему вчерашнюю кашу скормить. Пока разогревал, этот гад взломал холодильник. Утащил все котлеты. И сосиски. Прости, друг, — в голосе Андрея зазвучали скорбные, даже трагичные, нотки. — Котлеты спасти не удалось. Но за сосиски я бился, аки лев, до конца.

Макс понимающе кивнул и сжал плечо товарища.

— Я ценю это. Спасибо.

— То есть, вы, два охламона, перевернули дом вверх дном, отбирая друг у друга сосиски? Так дело было? — решила на всякий случай уточнить Анна.

— Частично. Потом я посадил идиота смотреть телевизор. Это и стало фатальной ошибкой.

— Что случилось? — не особо стараясь, изобразила волнение Анна. А глаза у самой — холоднее льда. Даже Андрей, будучи снежным магом, почувствовал себя неуютно.

— Понятия не имею, что он такого мог увидеть в телевизоре, но его вопль: «ЛУЧ СМЕРТИ!» будет преследовать меня в страшных снах. Скакал, как бешеный кошак: по полкам, занавескам, аж до люстры добрался… Я ловил его по всему дому.

— Как, по всему?!

Брови Анны угрожающе сдвинулись. Андрей судорожно сглотнул и от греха подальше спрятался за могучей спиной своего собрата по оружию. И несчастью. Макс не дрогнул (хоть внутри у него и скрутилось в морской узел всё, что можно).

— То есть, — медленно заговорила Анна, неумолимым палачом надвигаясь на бедных парней. — В других комнатах…

— Лучше! — отчаянно заверил её Андрей. Напоминал он смертника, у которого в самый последний момент вдруг мелькнул смутный шанс на помилование. — Лучше, чем здесь. Правда… Клянусь спасёнными сосисками!

— Ещё раз ляпнешь хоть что-то про сосиски…

— Молчу-молчу!

— Хорошо, а где же наш легендарный вор сейчас-то? — быстро сменил тему Макс. — Или ты его…

— Не-е, — ухмыльнулся Андрей. — Слинял в окно. Ему повезло, что я по природе своей человек добрый. И не кровожадный. Так что пусть живёт. Поселится в канализации, заведёт семью, любовницу… Если честно, буду только рад. И надеяться, что наши пути с ним больше не пересекутся. Никогда. Потому что я лучше усыновлю пятерых ротвейлеров и буду выгуливать их по семь раз на дню, чем ещё раз переживу то, что было сегодня. Иначе же я за себя не поручусь, ибо и у моего ангельского терпения существует предел.

Анна впервые посмотрела на него с одобрением.

— А вот это правильно. Не совсем ты ещё потерян.

— Э-э, спасибо. Наверное…

— На самом деле, я во всём виноват, — сокрушённо покачал головой Макс. — Моя была идея привести Сэма в наш дом.

— Ну, это твой дом, — напомнил Андрей. — И твоё право притащить сюда хоть бегемота.

— И свалить его на тебя? Ты не обязан быть нянькой.

— Справился же. Пусть это и не самый лучший опыт в моей жизни. Но и не худший, поверь. Я многое могу вытерпеть.

— Зато я — нет, — процедила Анна. — И если ваш покемон снова тут объявится…

— Приветствую вас, молодые люди, — раздалось за спинами.

Макс, Андрей и Анна дружно обернулись. На пороге гостиной стоял Константин Семёнович. Лицо старика недоумённо вытянулось. Напоминал он сейчас хозяина Барбоса, у которого в гостях побывало с десяток Бобиков. Разве что только киселя на полу не хватало.

— Макс всё приберёт, — заверила пожилого человека Анна и шикнула на будущего супруга. — Приступай!

— Есть! — отдал честь тот.

— И ты тоже не сачкуй, — велела девушка Андрею. — Раз поселился здесь — будь готов к последствиям.

— Понял.

***

Час с лишним спустя оба друга без сил сидели на полу. Всё в той же гостиной.

— О-о-ох, что ж я маленький не сдо-ох, — протянул Андрей и, запрокинув голову, привалился спиной к дивану. — Ну и денёк сегодня выдался…

Макс рассеянно теребил покрывало.

— Ага.

— Хорошо хоть, твоя жена прибралась на кухне.

— Ага.

— Потому что иначе это сделал бы твой дед. А старых людей надо беречь. Даже Анна тут не поспорит.

— Ага-а…

— Макс! — рявкнул Андрей.

Тот вздрогнул и посмотрел на собеседника каким-то отрешённым взглядом.

— А? Что ты говоришь? — спросил он.

— Проехали. Ты там спал, что ли? Я, конечно, и сам бы не прочь…

— Я не спал, — покачал головой Макс. Он поднялся с пола и подошёл к окну. — Думал. Странное ощущение… как будто… — Пальцы потёрли сморщенный от напряжённых мыслей лоб. — …будто… Чего-то не хватает… или мы что-то забыли…

— Может, поужинать? — предположил Андрей. — Мы оба забыли. И никто не торопится напомнить, да?

Под «никто» имелась ввиду Анна, которая в этот момент заглянула в гостиную.

— Закончили? — спросила она. — Надо ещё в туалете прибраться.

Андрей стукнулся головой о край дивана и прошипел:

— Ненавижу её! Ой, прости, — тут же спохватился он, вспомнив, что говорит, всё-таки, о любимой половинке своего друга. — Нервишки пошаливают.

— Ничего страшного, — вяло отозвался Макс. — Ты иди спать. Я один справлюсь.

— Нет уж, дудки, я не дезертир, своих не бросаю, — возмутился Андрей. — Помирать — так вместе. И с песней. Пошли.

В дверях они столкнулись с Константином Семёновичем.

— Мальчики, — заговорил пожилой человек. — Меня кое-что очень сильно беспокоит. Это по поводу вашего товарища, Жоржа. Он сегодня должен был придти на тренировку. Но не пришёл.

— Не смог, дела, — пожал плечами Андрей. — Забыл. Загулял, в конце концов. Да мало ли…

Макс ничего не сказал.

— Нет-нет, тут что-то другое, я уверен, — возразил Константин Семёнович. — У вас есть его номер телефона?

— Не-а, — виновато понурил голову Макс.

— Адрес?

— Тем более.

— Фиговые мы, выходит, товарищи, — сделал печальное умозаключение Андрей.

— Разыщите его, мальчики. И чем скорее — тем лучше. Надвигается что-то нехорошее. Ему понадобится ваша поддержка.

Андрей воинственно закрутил головой, словно «что-то нехорошее» уже притаилось где-то рядом.

Макс с убитым видом развёл руками.

— Да как же его искать-то?

— А как нашёл в прошлый раз?

— Повезло. Он у подружки своей был. У Жоржа вообще нет определённого места жительства. Он говорил, что может осесть где угодно, в зависимости от обстоятельств.

— Короче, проще найти ту самую иголку в стоге сена. Которую все ищут, но хрен кто когда-нибудь найдёт, — добавил Андрей.

— Правда… Анна могла бы помочь. Она — как радар, способна засечь нужную душу хоть на другом конце огромного города. И тем более, душу, с которой провела рядом продолжительное время.

Андрей закатил глаза.

— Опять идти на поклон к хозяйке медной горы… А мы ещё сортир не отдраили. Пошлёт ведь.

— С Аннушкой я вопрос улажу. Собирайтесь, — велел Константин Семёнович. — Надо убедиться, что у вашего друга всё в порядке.

***

— Ох, ну не знаю, дружище, — протянул Андрей. Заложив руки за голову, он демонстративно зевнул. — Я думаю, зря мы сюда на ночь глядя притащились. Вот помяни моё слово.

Способности Анны в очередной раз вызвали шок, трепет и даже благоговение, причём как у неверующего по наивности своей Андрея, так и у будущего мужа, которого, казалось бы, уже не удивишь. Менее, чем за пять минут, она выдала адрес Жоржа с точностью до номера квартиры. Далековато, надо сказать, но это — уже совсем другая проблема. И Анну она не волновала.

Райончик, на удивление, оказался не из бедных. Без заборов и охраны, но все многоэтажки новенькие, кое-где даже были камеры наблюдения. Дворики аккуратные и ухоженные, с детскими площадками, припорошенными снежком.

— Твой дедуля зря кипишует, — продолжал Андрей, присев на край лавочки. Слой снега, повинуясь магической энергии, расчистился сам собой. Макс остался стоять. Задумчивый взгляд карих глаз был устремлён в сторону нужного дома. — Жорж у нас — взрослый мальчик, если ты вдруг забыл. Будь у него проблемы по нашей части — первым связался бы с нами, а так… Анна подтвердила, что он жив и здоров, не ранен и не истекает кровью где-нибудь в богом забытой дыре. А, скорее всего, зависает с друзьями-приятелями. Или девчонками. Ему ж в этом плане с нами не козырно тусоваться, не ровня мы ему, сам понимаешь.

Макс покачал головой.

— Нет, дедушка не стал бы волноваться зазря. Я тоже почувствовал неладное.

— Это когда спал?

— Я же сказал, что не спал.

— Шестое чувство?

— Вроде того.

— Как вы это делаете?! У меня его нет, и никогда не было, кроме… — Андрей осёкся. Глаза подозрительно блеснули, и снежный маг сердито мазанул по раскрасневшемуся лицу ладонью. Но Макс успел рассмотреть следы слёз. И понял, что связаны они с погибшими родителями. Как и то самое предчувствие.

— Идём. Нам на седьмой этаж.

— А лифт есть?

Лифт был. Но не работал.

— Да бли-и-ин, — простонал Андрей. Тяжело дыша, он согнулся пополам и упёрся ладонями в коленки. — С Жоржа простава. Серьёзно… Ну, или хотя бы сносный ужин.

Ни капельки не запыхавшийся Макс улыбнулся и нажал на кнопку дверного звонка.

— Мы же с тобой Магические Воины, друг. Мы должны…

— Бла-бла-бла… Не надо мне этого, — махнул на него рукой Андрей. — Понятно, что тебя после тренировок Анны вообще ни чем не проймёшь. Но не всем так «свезло»…

Дверь резко распахнулась. Макс, как раз собравшийся повторить звонок, от неожиданности шагнул назад.

— Чего надо? — грубо прозвучал вопрос. Затем голос чуть смягчился. — А, это вы…

— Ждёшь ещё кого-то? — оттесняя Макса, прямо в лоб и без церемоний спросил Андрей.

Жорж тяжело вздохнул.

— Проходите, — и посторонился.

Временное пристанище лидера «Грачей» было довольно просторным: целых три комнаты, кухня, прихожая, ванная и санузел. Везде чисто и прибрано. Его можно было бы назвать и уютным, но не доставало всяких мелких деталей, характеризующих жильца: фоток на стенах, разных безделушек в шкафах и на полках… На диване в гостиной скупо лежала одна-единственная подушка унылого тёмно-серого цвета, а на полу даже ковра не обнаружилось.

Друзей-приятелей и девчонок тоже не наблюдалось. Не было слышно ни музыки, ни звуков телевизора... Такое ощущение, что Жорж просто сидел один в гробовой тишине.

— Скучновато у тебя, — вынес вердикт Андрей и многозначительно глянул на Макса.

Жорж, сделав вид, что не заметил зрительного контакта между поздними гостями, пожал плечами.

— Я здесь дня на два, не больше. Приятель уехал и оставил ключ. Тут даже вещей моих нет, только то, что на мне, да верхняя одежда на вешалке у входной двери.

— Ясно, — Андрей развернулся и потопал на кухню. Вдруг, там будет повеселее.

Не веселее. На столе гордо скучали початая бутылка водки и одинокий гранёный стакан. Жорж поспешил их убрать, но незамеченными его действия не остались.

Андрей сделал большие глаза и шепнул сдвинувшему брови Максу:

— Ты был прав, дело плохо. Чувака надо спасать.

Жорж хлопнул дверцей шкафа и хмуро глянул на незваную парочку.

— Я всё слышу.

— Уп-с…

— Так чего хотели-то? И как опять меня нашли? А впрочем… Не отвечайте.

— А может, мы хотим ответить. Прям-таки, мечтаем, — парировал Андрей и внаглую сунул нос в холодильник. — У-у-у… Бедный, бедный Джерри! Я знал тебя в лучшие времена…

— Что там? — тоже заинтересовался Макс.

— А там у нас… Безнадёга полная.

На верхней полке стоял вскрытый бог весть когда пакет молока, какой-то подозрительный йогурт и лежали остатки ливерной колбасы тёмно-зелёного цвета.

— Господи, — вырвалось у Макса. Рука непроизвольно дёрнулась к носу.

— Так, хорош, не в музее, — Жорж с силой закрыл холодильник, едва не прищемив Андрею нос. Тот обиженно насупился и сообщил:

— У тебя там мышь повесился. В противогазе. Джерри зовут.

— Да хоть Микки Маус! Вы будете говорить, чего хотели, или нет?!

— Ты на тренировку сегодня не пришёл, — Макс внимательно следил за малейшим изменением эмоций на лице старшего собеседника. — Дедушка забеспокоился… Попросил проверить.

— Ах, это… Да-да, совсем забыл, — Жорж устало потёр лоб. — Передай Константину Семёновичу мои извинения.

— Хорошо. Завтра придёшь?

— Вряд ли.

— Послезавтра? — уже настойчивее продолжал спрашивать Макс.

— Скорее всего, нет.

— А когда?

Разговор перетёк в допрос. Что лидеру «Грачей» очень не понравилось.

— Не в ближайшее время, — процедил он, начиная терять терпение.

Макс не изменился в лице.

— Что случилось? — настырно выпытывал он.

Андрей усмехнулся. Ай да Макс... Впору шпионов колоть.

— Дела.

— Какие?

— Личные! — вспыхнул Жорж. Чуть успокоившись, добавил: — Слушай, Макс… Ты классный парень, правда. Но есть вещи, которые тебя не касаются.

— Меня касается всё, что касается моих друзей.

— А разве мы…

— Разве.

— Всё равно, это не ваше дело. Вам обоим лучше уйти. И очень быстро.

Макс бросил взгляд на Андрея. Светловолосый маг отрицательно покачал головой.

— Не-а, мы останемся. Смирись.

Андрей демонстративно уселся за пустой стол, а Макс опёрся о холодильник и сложил руки на груди.

— Я, кажется, попросил вас — пока что попросил — уйти! — повысил голос Жорж. Движения сделались резкими, а глаза упорно избегали встречи с обеспокоенными взглядами товарищей. Беспокойство его сейчас только злило.

— Попросил? Надо же, как вежливо с твоей стороны, — насмешливо проговорил Андрей и откинулся на стуле. — А дальше что станешь делать? Выставишь нас вон? Думаешь, получится?

Жорж с досадой ударил ладонью по дверному косяку.

— Чёрт возьми, мне не до игр с вами!

— Игр?! — не на шутку возмутился Андрей и подался вперёд. Сказанное, пусть и в гневе, задело его за живое. — Значит, к нам ты приходишь, чтобы «поиграть»? Отвлечься от своих больших и взрослых проблем?

— Тренировки — это тоже «игры»? — гораздо спокойнее, чем товарищ, уточнил Макс.

— Да какая теперь-то разница?!

— Большая. Скажи.

— Уйдите. Пожалуйста.

— Нет, пока ты нам не ответишь.

— Да почему ж вы не понимаете?! — взорвался Жорж. — Находиться рядом со мной сейчас опасно! Потому что он может объявиться в любой момент! И он про вас знает!

И тут же пожалел. Но слово — не воробей. И сказанного, даже под влиянием очень сильных эмоций, назад не возьмёшь.

Жорж без сил сполз на пол и закрыл ладонями лицо.

— Вот же скотство… — глухо прозвучал его голос.

Макс и Андрей снова переглянулись. Дело действительно принимало нешуточный оборот.

— Кто он? — тихо спросил Макс. — О ком ты сейчас говорил, Жорж? И что он про нас знает?

Лидер «Грачей» опустил руки. Глаза обречённо смотрели в одну точку, словно у осуждённого, покорно принявшего свой приговор.

— Я так понимаю, теперь вы от меня точно не отвяжетесь. Но предупреждаю, вам может не понравиться этот рассказ. Он о моём прошлом. Прошлом, которым я не горжусь.

***

— Всё началось, когда мне исполнилось одиннадцать лет, и я решил сбежать из детдома. Думал, что смогу выжить в одиночку, главное — свобода, которой у меня в этой детской «тюряге» никогда не было. Наивный. Не прошло и двух месяцев на «свободе», как я оказался в руках ублюдочного торговца детьми. Мои приключения могли закончиться очень печально. Но нашёлся человек, посланный, как я тогда посчитал, самим Богом (но в итоге — Дьяволом), который сумел поквитаться с этой скотиной. Понятия не имею, что стало с другими детьми, но я чем-то приглянулся спасителю, и он взял меня под своё, так сказать, крыло. Его звали Вальтер, ему было всего шестнадцать, и у него уже имелась определённая репутация в криминальных кругах. Много чего про него говорили, называли его и талантливым вором, и беспринципным барыгой, и даже жестоким убийцей. И он всегда получал своё. Наглый и чертовски везучий. Никогда не был богатеньким засранцем, но деньги на хороший коньяк и бутерброд с красной икрой находил в любое, даже самое тяжёлое время. Я им восхищался. Он видел во мне протеже и будущую правую руку. Короче, мы сработались.

В тринадцать лет я пошёл на первое дело. Отвлекал охранника, пока Вальтер с дружками обносили склад с бытовой техникой. Дальше — больше. Мне нравилось ходить по краю лезвия, рисковать собой, без конца испытывать удачу… Единственное, чему я противился — это нанесение физического вреда. Я взял с Вальтера слово, что он никогда не заставит меня участвовать в делах, где надо кого-то серьёзно ранить (дать в дыню — это пожалуйста) и, тем более, убить, потому что, хоть я и был негодяем, но человеческую жизнь уважал и чтил. Вальтер пообещал. Но это не означало, что он не занимался подобным сам. Однажды я лично убедился в своих подозрениях, случайно заметив у наставника окровавленный нож. А потом — нашёл пистолет. Я пытался убедить себя, что меня это не касается. Что я ни в чём не виноват. Но увязал в дерьме всё глубже и глубже. А позже было одно…кх-м… дело, после которого я чётко определил свои жизненные цели и всё для себя решил. Вальтера всё-таки посадили. За ним сто-о-олько всего было… Лет на двадцать, минимум. А то и на пожизненное. Я ушёл глубоко в «подполье». Повстречал классных ребят. Таких же неприкаянных бродяг и отщепенцев, как я сам. Мы стали зваться «Грачами». И несколько лет всё шло спокойно. Пока не… Я не узнал, что Вальтер каким-то чудом сбежал из своего карцера в колонии строгого режима. Завалил по пути человек пять. И теперь ищет меня. Вот такие дела…

Жорж замолчал. На кухне воцарилась напряжённая тишина. Андрей бесцельно гонял по столу монетку, которую нашёл у себя же в кармане, а Макс внимательно за ним наблюдал.

— Вы так и будете молчать? — не выдержал Жорж. — Может, скажете что-нибудь?

— Тебе срочно надо бежать, — проговорил Андрей, не сводя глаз с крутящегося блестящего кругляша. Макс кивнул в знак согласия. — В магазин. Твой бывший приятель обидится, если у тебя к его приходу не окажется коньяка и красной икры.

— Чт...что?! — Жорж ошеломлённо вытаращился на ребят. — Вы серьёзно…

«Господи… Кому я всё это рассказал?! Они ж ещё дети совсем! Наивные, неиспорченные… Не такие, как я. Чёрт… у меня не было права втягивать их в свои проблемы! Если с ними что-то случится…»

— … серьёзно предполагаете, что такой конченый отморозок, как Вальтер, будет искать встречи ради дружеских посиделок?

— Нет, — внезапно шокировал прямым и жёстким ответом Макс. — Я думаю, он хочет тебя убить.

— Э-э…

— Вот и мне вариант Андрея понравился больше.

Андрей громко прихлопнул монетку ладонью.

— Выдохни и расслабься, большой парень. Если ты ожидал, что мы с Максом заморочимся насчёт твоего прошлого и станем как-то иначе к тебе относиться, то напрасно. В конце концов, ты про нас тоже далеко не всё знаешь. Может, мы вовсе не такие уж белые и пушистые. Да, Макс?

— Возможно, — неопределённо отозвался товарищ.

— Во-о-от…

— Мне уже начинать вас бояться? — усмехнулся Жорж. На душе по крайней мере на один булыжник сделалось легче.

— Опасаться, — с важным видом поднял палец Андрей. — Под влиянием текущих обстоятельств мы способны на непредсказуемые поступки. Например, когда голодны.

— Да иди ты, — по-доброму отмахнулся Жорж.

Они посмотрели друг на друга, и все трое одновременно рассмеялись. На несколько коротких мгновений даже Жорж поверил, что всё будет хорошо. Но затем реальность снова жёстко предъявила свои авторские права на историю его жизни, которая никогда и нигде не опубликуется. В заднем кармане джинсов провибрировал сотовый, оповещая об очередном смс-сообщении. И Жоржу вовсе не требовалось быть ясновидцем, чтобы понять, от кого оно пришло.

— Ладно, вам действительно пора идти, поздно уже, — со вздохом проговорил он. — Уж простите, что так ничем вас и не угостил. Принимать гостей я никогда не умел.

— Переживём, — успокоил его Макс, а Андрей с загадочным видом добавил:

— Мы припомним тебе это. Потом.

В прихожей, одеваясь, Макс продолжил:

— Спасибо, что всё-таки доверился нам, Жорж. Тебе ведь нелегко было всё это рассказывать. В прошлом тяжело копаться, уж я знаю не понаслышке.

— А я бы хотел вернуться в прошлое и кое-что исправить, — Голубые глаза Андрея помутнели от печали. — Чтобы мои мама и папа остались живы…

— Увы, это невозможно, — грустно улыбнулся Макс. — Прошлое навсегда останется с нами, вот здесь, — он приложил руку к сердцу. — И, подобно компасу, поможет нам не потеряться на пути к будущему.

У Жоржа слегка кольнуло сердце.

— Красиво сказано, — признал он.

— Ты же знаешь, что можешь на нас положиться?

— Да, только свистни — и мы твоего Вальтера в бараний рог скрутим, — поддержал Андрей. — А потом я его заморожу лет на сто.

— Спасибо. Сегодня я уже из квартиры не выйду. А завтра… Поживём — увидим.

Макс зашнуровал ботинки и, накинув куртку, повернулся к Жоржу.

— Да, кстати… Ты сказал, что он про нас знает. Что именно знает? И откуда?

Лицо Жоржа помрачнело.

— Он знает, что вы живёте на Виноградной улице. Знает, что я к вам часто прихожу. Про магию — ничего. Я надеюсь…

— Значит, у тебя остаётся козырь в рукаве. Скажу сразу, что кодекс Магических Воинов не одобряет применения силы против обычных смертных, но далеко не все Магические Воины ему следуют. Да и ситуации с «обычными смертными» бывают разные. Когда стоит вопрос о самозащите или защите близких — правилами можно пренебречь. Никто тебя не осудит. Разве что только твоя совесть.

— Так что смело пропиши ему в дыню и припечатай магической энергией, — добавил Андрей. — И чтоб это было красиво.

— Я постараюсь, — усмехнулся Жорж. — Что насчёт второго вопроса… откуда Вальтер узнал про вас, да и мой нынешний адрес… Тут картина вырисовывается гораздо хуже. Я о вас ни с кем не говорил, даже с моими парнями. Нет, теоретически они, конечно, могли узнать, куда я мотаюсь по вечерам. А про эту берлогу знали только самые доверенные ребята.

— То есть, ты хочешь сказать… — начал догадываться Макс.

— Среди моих «Грачей» затесалась крыса, — скорее выплюнул, чем произнёс Жорж. Слова явно давались ему через силу, как и признание самого факта. — Но я не рассказывал им о Вальтере. И о своём прошлом. Так, может, пару раз упомянул имя, но им оно вряд ли о чём говорило. Я не знаю, какова вероятность того, что кто-то из ребят столкнулся с Вальтером случайно. Даже если и так, почему сначала не рассказал мне? Зачем сразу выдал информацию?

— Не суди их сгоряча, сперва разберись, — со свойственной ему мягкосердечностью посоветовал Макс. — Мало ли, какое недоразумение могло произойти.

— Да, конечно, — вздохнул Жорж. — Вы там… тоже осторожнее. То, что Вальтер знает, где вы живёте, мне не нравится.

— Дом под защитой, да и мы себя в обиду не дадим.

— К тому же, у нас имеется секретное оружие, пострашнее любой ядерной боеголовки, — ухмыльнулся Андрей. — И мы не побоимся его применить.

— Да? — удивился Макс.

— Какое? — заинтересовался Жорж.

— Анна. Она таких хмырей, как твой Вальтер, на завтрак кушает. Уверен.

Макс даже спорить не стал.

— А ты прав, дружище. Чертовски прав.

Голоса переговаривающихся между собой ребят ещё долго звучали на лестничной площадке. Когда они, наконец, затихли, Жорж захлопнул дверь и достал мобильник.

«Ты уверен, что твои маленькие друзья благополучно доберутся до дома?» — гласило последнее сообщение.

— Даже не сомневаюсь, скотина ты этакая, — прошипел Жорж и кинул ни в чём не повинный телефон на полку перед зеркалом. Снова захотелось выпить. Однако не успел он осушить стакан, без закуски и самой элементарной запивки, как сотовый опять тренькнул.

«Завтра. В 18:00. «Лагуна». Один. Или берусь за твоих дружков.»

Глава 12. Вальтер - часть 2

— О, моя кошечка… милая, ласковая… Я хочу гладить тебя… снова и снова!

— Ах, мой зайчик… шоколадный… вкусный… так бы и облизала тебя!

Тими скрипнул зубами и стукнул кулачком по страницам учебника. Нет, ну вот разве может нормальный ребёнок учиться в подобных условиях?

Ахи и вздохи доносились из гостиной в течение всего последнего часа. И издавали их точно не родители Тими. И даже не телевизор, по которому в пять вечера в принципе не могло транслироваться фильма с рейтингом двадцать один плюс.

Нет, это мамина подруга Кисунчик развлекалась со своим новым кавалером Зайчиком (который, к тому же, ещё и был темнокожим). Как и почему Тими теперь вынужден был всё это терпеть - отдельная история.

Словно «чудесное явление» (или, скорее, стихийное бедствие), Кисунчик нарисовалась в конце прошлой недели и слёзно попросила о временном пристанище, пока в её роскошной квартире шёл дизайнерский ремонт. Алла Григорьевна, добрая душа, конечно же, не смогла позволить подруге ночевать на улице (хотя та вполне способна была снять и оплатить неплохой номер в гостинице).

Так лишние часы дома превратились для Тими в каторгу. Но он был терпеливым мальчиком и старался не огорчать маму своими жалобами. Ну подумаешь, дурная тётка, отставшая в развитии лет эдак на двадцать пять. Постоянно зовёт его «пупсёночком». В конце концов, ему в свои десять лет уже приходилось рисковать жизнью. Что там какая-то Кисунчик…

На деле же, всё оказалось куда сложнее. Вернее, муторнее. Тими тошнило при виде этой особы, в прямом смысле слова. Дома он старался появляться поздно вечером, как раз к приходу мамы. С ней терпеть Кисунчика становилось проще. Но нет же, этой любопытной Варваре требовалось знать всё, в том числе и у каких таких друзей Тими проводит почти всё время вне школы. Напела Алле Григорьевне ереси про совращение малолетних и наркотики. В общем, бред. Если раньше Тими её с трудом выносил, то теперь — возненавидел.

Последней каплей стали ухажёры. Каждый день — новые. И обязательно с «изюминкой», а то ведь скучно. Типа с кольцом в носу и мордоворота в татуировках Тими точно запомнит на всю жизнь. Сегодня вот — негр. Кто дальше? Эскимос с говорящим хаски? Пёс, кстати, будет единственным приятным «лицом» во всём этом винегрете.

И ведь к Максу теперь просто так не сбежишь. Тими очень боялся навлечь на друга лишние неприятности. А то у Кисунчика могло хватить ума и проследить за мальчиком до Виноградной улицы. Заняться-то больше нечем. Женихи дольше, чем на час, не задерживались (иначе Тими наплевал бы на все последствия и сиганул к Максу прямо из окна).

Пока Тими предавался невесёлым думам над учебниками и тетрадками (потому что даже заниматься с таким настроением становилось невозможно), ненавистные звуки из гостиной, наконец, стихли.

— Пупсё-ё-ёноче-ек, — донеслось из-за двери. Тими скривился, как от зубной боли. По крайней мере, одного он добиться сумел: Кисунчик не имела права пересекать границы его комнаты. Ни под каким предлогом. Даже если комната не заперта. — Ты уже готов, милый?

— К чему? — вяло отозвался Тими, не сдвинувшись с места. Что она там ещё придумала?

— Как это, к чему, пупсичек? К ресторану, конечно же! Такси будет через десять минут.

У Тими внутри всё камнем ухнуло вниз. Точно! Кисунчик через два-три дня (слава тебе, Господи) собиралась возвращаться домой, но перед этим решила отблагодарить Аллу Григорьевну и её сына за небывалое гостеприимство и пригласила их в дорогущий ресторан. Столик заказан на сегодня. На шесть вечера.

— А-а…, а мама? — жалобно пискнул Тими. Напоминал он сейчас беспомощного котёнка, готового при виде Кисунчика сигануть в ёмкость с водой. И добровольно там утопиться.

— Аллочка задерживается на работе, поэтому сразу в ресторан поедет, не заглядывая домой. Ну же, собирайся! И не забудь надеть тот чудесный костюмчик, который я тебе подарила на день рождения. Ты в нём такой пупсик… Так бы и съела!

«Подавишься, тётенька, — мрачно усмехнулся Тими. — И для тебя я в любой одежде пупсик, разницы нет».

Костюм, от которого Тими коварно планировал избавиться при первом же удобном случае, висел в шкафу, отглаженный вчера Аллой Григорьевной. Мальчик вообще согласился его носить только ради мамы (ладно, мама ещё пообещала ему карманных денег на два месяца вперёд). Потому что ни один уважающий себя мужчина, даже такой маленький, как Тими, никогда не вырядился бы… в это.

Розовый костюм. С красной бабочкой.

— Ты выглядишь очаровательно, — засюсюкала Кисунчик, стоило только Тими высунуть нос из комнаты. — Дай-ка я тебя сфотографирую… Ну же, не стесняйся ты так, глупыш!

Единственный сын Аллы Григорьевны демонстративно отвернулся, натянул курточку и сердито затопал вниз по лестнице. Да, он согласился на это мероприятие. Но не подписывался ни на какие фотосессии. И изображать несуществующее счастье тоже не собирался.

Заказ в ресторане (мальчику было настолько, как говорится, по барабану, что он даже не обратил внимания на название сего заведения) Кисунчик делала долго и нудно. Тими считал, что вполне обошёлся бы горячим блюдом и вкусным пирожным на десерт. Зачем ради двух хрупких женщин и одного маленького мальчика накрывать стол из пятнадцати блюд с труднопроизносимыми названиями, он понять не мог. Кисунчик, вроде, на днях кричала, что вообще на строгой диете. А сейчас минут, наверное, десять отчитывала администрацию ресторана за то, что у них в меню нет жемчуга Афродиты.

«Ресторан с ювелиркой попутала, что ли?» — недоумевал Тими.

Однако потом его всё-таки разобрало любопытство, и он воспользовался поисковиком в телефоне, чтобы выяснить, что это за «жемчуг» такой. И почему его заказывают в ресторане на ужин.

— Фу-у, гадость, — невольно вырвалось у него, когда был прочитан ответ. Оказалось, что речь шла о деликатесном виде икры из свежих или обработанных яиц сухопутных улиток. В англоязычных текстах данный «шедевр» иногда фигурировал под романтическим названием «жемчуг Афродиты».

— Хочу картошку с сосиской, — честно сообщил Тими.

— Фи, это же еда деревенщин и нищебродов! Мы здесь не за этим, — скривила ярко накрашенные губы Кисунчик. — Сейчас будешь пробовать устриц, мой хороший.

Тими отчаянно завертел головой, ища пути для отступления. И куда там мама запропастилась?

В ресторане было довольно оживлённо. Почти половину столиков в большом зале с белыми колоннами и красивыми люстрами занимали парочки. Детей, кроме Тими и ещё одной девочки лет восьми, не наблюдалось. Но оно и понятно, это же не семейная забегаловка.

«Я бы лучше в пиццерию сходил, — с тоской подумал Тими. — С Максом и Андреем. Э-эх…»

Скучающий взгляд вернулся к девочке. Она уже довольно продолжительное время стояла спиной к Тими и не двигалась. Вообще. Что выглядело странно. И одновременно жутко.

По спине маленького друга Макса табуном пронеслись мурашки. Девочка с кудрявыми светлыми волосами, в белом воздушном платье, снилась ему предыдущей ночью. Она ничего не говорила, только смотрела на Тими. А на лбу у неё было...

Словно почувствовав на себе пристальный взгляд, девочка медленно обернулась. Большие ярко-зелёные глаза, не моргая, как нарисованные, уставились на Тими. Посередине детского лба жутко зияло пулевое отверстие.

Тими зажал рот рукой, еле сдерживая испуганный вскрик. Как раз в этот момент один из посетителей ресторана просто взял и прошёл сквозь маленькую фигурку. Девочку, похоже, никто не видел. Кроме Тими.

«Чт…что это?! Призрак? Ну конечно, призрак, дурень! Почему здесь? И что мне с этим делать?»

Девочка, чуть склонив голову набок, подняла руку и указала куда-то в сторону. Тими невольно, будто загипнотизированный, проследил за движением. Сердце снова заколотилось, как сумасшедшее.

Там, за самым дальним столиком, возле колонны, сидел Жорж.

***

Время до назначенной в «Лагуне» встречи Жорж провёл в тяжёлых размышлениях. Очень многое в этой ситуации ему не нравилось и не давало покоя. Особенно угнетало чувство того, что кто-то из парней, практически братьев, мог сдать его. Предать. Не исключено, что за деньги. И подставив при этом ещё и ни в чём не повинных Макса с ребятами под удар. Мерзко всё это. Ещё совсем недавно Жорж даже мысли подобной не допустил бы. А теперь… Не знал, что и думать.

Ресторан «Лагуна», как выяснилось, был не из дешёвых. А совсем наоборот. Значит, любви к пафосу и желания всё делать красиво Вальтер не утратил. Оставалось надеяться, что и в остальном его характер не претерпел особых изменений. Так, по крайней мере, Жорж мог хотя бы предположить, чего ему ожидать. Вальтер и раньше отличался непредсказуемостью, порой граничащей с безумием, чем всегда пугал своих врагов и обидчиков. И вот теперь Жоржу Гасперскому «посчастливилось» оказаться в их числе.

К «Лагуне» он прибыл за полчаса до нужного времени, намереваясь хоть немного изучить территорию и местоположение самого здания. Хотя, если Вальтер с самого начала следил за своей целью, смысла в подготовке не оставалось никакого. Но и не в характере Жоржа было просто сложить лапки и покорно ждать, когда их оторвут, ничего не делая. Он боролся до конца. И, тем более, сейчас, когда по его вине были вовлечены жизни Макса, Андрея и остальных. Жорж сильно прикипел к ним. Действительно, сильно. Даже сам не ожидал, что настолько. Жорж чувствовал, что за этих ребят готов, не задумываясь, голыми руками порвать десяток Вальтеров.

Ровно в шесть лидер «Грачей» прошёл в главный зал. Играла тихая музыка, сверкали украшения богатых дамочек… Если Вальтер планировал убить своего протеже, то явно не здесь, на виду у почтенной публики.

Администратор, спросив у Жоржа имя, проводил гостя до столика.

— Ваш друг отлучился на несколько минут, скоро вернётся, — вежливо сообщил мужчина и, торжественно вручив меню в кожаной папочке, удалился по своим делам.

Жорж подумал, не заказать ли порцию горячительного для снятия напряжения, но тут же решительно отмёл эту идею. Нужно сохранять ясную голову.

Присутствие Вальтера Жорж ощутил за несколько мгновений до того, как появился он сам. Бывший наставник зашёл со спины. Его излюбленная манера. Хорошо, что Жорж был в курсе. И не дрогнул. Это стало бы первым проявлением слабости. А слабость для Жоржа сейчас была недопустимой роскошью.

— Привет. Давно не виделись, — произнёс он спокойным голосом, не оборачиваясь.

Неизвестно, на какую реакцию рассчитывал Вальтер. Может, он ожидал увидеть своего ученика жалким и трясущимся. Напуганным. Умоляющим сохранить его жизнь и жизни тех, кто ему дорог.

Но Жорж Гасперский изменился. Из слабого подростка, бесхребетного и неуверенного в себе, подчинявшегося, стоило лишь на него как следует прикрикнуть, Жорж превратился в гордого, независимого и своевольного молодого человека. Отныне, наоборот, он говорил, кому что делать. И его слушались. Но не из-за страха. А из уважения. И дружеского отношения.

Жоржа теперь так легко не сломать. И Вальтер это понимал.

— Ну привет, коль не шутишь, — усмехнулся он. — Вот и свиделись.

Вальтер не спеша прошёл к столику и вальяжно развалился на соседнем стуле. Рядом, словно из воздуха, материализовался вышколенный до тошноты официант с бутылкой коньяка на подносе.

— Что, и даже без икры? — съязвил Жорж.

Вальтер пожал плечами.

— Кризис. Тем, кто вышел из тюрьмы, государственную помощь не оказывают, знаешь ли.

— Прям-таки и вышел? — прищурился Жорж.

— Гордой походкой, — не моргнул глазом Вальтер.

— И в процессе никто не пострадал?

— Я небольно их убил, поверь. Чик — и на небесах. Зато не нужно теперь думать, где достать денег на коньяк и икру. Или как заплатить по долгам. Им лучше, чем нам с тобой, поверь. Можешь назвать это актом избавления.

— Ох, как… А чего не спасения?

— Можно и так.

Несколько тягостных мгновений оба изучали друг друга испытующими взглядами.

— Ладно, — заговорил Жорж. Вальтер тем временем, смакуя коньяк, опустошил первый стакан. Рюмок он не признавал никогда. — От меня ты чего хочешь? Неужели, тоже «спасти»?

— Тебя? Ни в коем случае. Сначала я должен убедиться, что ты заслужил «спасение», — Вальтер красиво закурил. — За тобой слишком много долгов, друг мой.

— Да? А по-моему, я никому и ничего не должен, — холодно возразил Жорж. К коньяку, который ему подтолкнул Вальтер, он так и не притронулся.

— Это по-твоему. А вот у меня имеется другое мнение на этот счёт. Поэтому, с должками ты рассчитаешься. А если нет… Ты ведь у нас теперь крутой парень на районе, с авторитетом, твои дружки считают тебя идеалом и стремятся подражать, — Глаза Вальтера недобро сузились. — А что, если они вдруг, чисто случайно, конечно же, узнают, что их драгоценный босс — трусливое чмо, еле сумевшее слезть с наркоты? Да к тому же ещё и стукач!

— Я не…

— Ты сдал меня ментам тогда! Ты! — Лицо Вальтера покраснело от злости. Холёный пофигизм уступил место истинному чувству — ненависти. — Тот, кому я действительно доверял! Будь моя воля — пристрелил бы, как дворнягу, на месте, да слишком просто это для тебя, — Вальтер медленно поднялся, упёршись обеими ладонями в стол. — Нет, Гасперский, так легко ты не отделаешься. Сам будешь просить, чтоб я прикончил тебя! За каждый год моей жизни в тюрьме я убью по одному твоему другу.

— Только попро…

— Нет, по два. Даже, три. Да, три. Этого хватит. Пока.

Кулаки Жоржа под столом побагровели от избытка магической энергии. Меж пальцев затрещали фиолетовые искры.

— Рискни. Тронь хоть кого-то — и пожалеешь. Я сумею удивить тебя. Поверь.

Наверное, прозвучало в голосе Жоржа что-то такое, что заставило самоуверенного Вальтера осечься. И даже засомневаться. Но ненадолго.

— Мелкий сучёк обучился новым трюкам? Как интересно! С удовольствием взгляну на них. Надеюсь, что не буду разочарован. В конце концов, ты всегда можешь первым попытаться убить меня, — Губы Вальтера растянулись в зловещей ухмылке, а глаза маньячно блеснули. — Опыт, какой-никакой, у тебя имеется. Я, правда, не очень похож на маленькую девочку с кудрявыми волосами, да и наркотиков поблизости нет… Но ты же научился импровизировать, верно?

Вальтер ткнул остатком сигареты в пепельницу, кинул на стол помятую купюру и, не оборачиваясь, пошёл прочь. А Жорж, буквально пригвождённый последними словами к стулу, остался сидеть на месте. Даже для ублюдка Вальтера это был безжалостный и подлый ход.

— Жорж, — тихо прозвучал рядом детский голос. — Жорж, привет.

Словно в пьяном тумане (хотя он так ни капли и не выпил), Жорж моргнул. Раз, другой… Мысли потерялись где-то далеко в прошлом. Перед глазами, расплываясь, маячил образ светловолосой зеленоглазой девочки. Казалось, протяни руку — и коснёшься её.

«Ева, — любезно напомнил внутренний голосок. Вкрадчивым шёпотком. — Её звали Ева. Ты никогда не забудешь это имя…»

— Жорж?

Видение из прошлого (или нет?!) исчезло. На его месте стоял Тими.

***

Тими долго не решался подойти к Жоржу. Во-первых, это заинтересовало бы Кисунчика. А во-вторых, лидер «Грачей» был не один. От мутного типа за его столиком опасностью веяло за километр. И беседа между ними шла явно не из приятных. Поэтому ему оставалось лишь наблюдать. Наблюдать, анализировать и запоминать. Это Тими хорошо умел делать.

Разговор тем временем достиг определённой степени накала. Незнакомец, выплюнув напоследок что-то, судя по всему, очень гадкое, ушёл. Жорж всё ещё сидел на месте. Но на нём буквально лица не было. Словно он привидение увидел. Хотя, почему «словно»? Тими ведь тоже его видел.

Девочка какое-то время безмолвно смотрела на Жоржа и его приятеля (?!), а потом, печально хныкнув, исчезла.

Когда Жорж остался один, Тими надумал-таки подойти к нему. Кисунчик, слава богу, в этот момент начала кокетничать с симпатичным официантом, забыв про всё прочее.

— Жорж, — робко позвал мальчик. — Жорж, привет.

Лидер «Грачей» не шелохнулся. Будто в трансе, он глядел в одну точку. Пальцы, побелев от напряжения, вцепились в стол. Тот, наверное, был единственной вещью, не дававшей Жоржу упасть.

Потом он пару раз моргнул. И посмотрел на Тими.

— Жорж?

На лице отразился неподдельный испуг. Тими ненароком подумал, что, может, сам похож на привидение. Или привидение у него за спиной. Но нет.

Однако Жорж был в ужасе.

— Нет, — уставившись на мальчика и отрицательно мотая головой, заговорил он срывающимся, чуть хриплым голосом. — Нет, нет… Откуда ты здесь?! Тебя здесь быть не должно…

— Да я тут с мамой. Ну, почти… Она ещё не подошла, — забормотал Тими. Он не понимал, чем вызвал у Жоржа такую реакцию, и тоже разнервничался. Ещё призрак бродит поблизости…

— Нет… Держись от меня подальше!

Жорж отшатнулся и, едва не сбив кого-то по пути, бросился к выходу. Тими от неожиданности шарахнулся далеко назад.

«Да что тут происходит-то?! Может, призрака испугался…»

Тими сделал глубокий вдох, развернулся… и столкнулся нос к носу с девочкой.

— Помоги большому другу. Скорее, — отчётливо шепнула она и растворилась в воздухе.

***

Жорж спешил покинуть «Лагуну» так, словно за ним по пятам отряд чертей гнался. Появление Тими окончательно выбило его из колеи. Он-то боялся за Макса и Андрея, а тут под огонь мог попасть не вовремя появившийся ребёнок. Опять…

«Одна детская жизнь уже навсегда на твоей совести, Гасперский, — издевался в голове голос, дьявольски похожий на Вальтера. — Смотри, не проворонь вторую…»

Почему? Почему он был здесь?! Дети не ходят по дорогим ресторанам. Дети лопают булки в «Макдональдсах». Разве нет?

Жорж не сомневался, что Вальтер из принципа (да и из мести тоже) захочет навредить Тими. Чтобы воссоздать тот кошмар пятилетней давности, едва не лишивший шестнадцатилетнего парня здравого рассудка. И жизни. Жорж не хотел стрелять в маленькую Еву. Правда, не хотел… Произошло трагическое стечение обстоятельств. Но оно не отменяло того факта, что кровь ребёнка оставалась на его руках. И останется навсегда. Её не смыть. Даже ценой собственной жизни. Жизнь невинного ребёнка бесценна. А чего стоила жизнь такого никчёмного подонка, как Жорж Гасперский? Поэтому Тими и следовало держаться от него подальше. С самого начала. Не стоило им сближаться в «Империи Развлечений». Не стоило вообще сближаться с Максом и его компанией. Потому что есть люди, которые ничего, кроме бед, не приносят. Жорж Гасперский как раз был таким человеком.

Выскочив из «Лагуны» через ход для обслуживающего персонала, сам толком не осознав, как там оказался, Жорж привалился к стене, пытаясь отдышаться. Морозный ветерок охладил горящее лицо и слегка — воспалённые нервы.

Дверь позади хлопнула ещё раз.

— Жорж, — снова произнёс голос. — Мне надо тебе кое-что сказать.

Лидер «Грачей» издал тихий стон и в отчаянии стукнулся затылком о кирпичную кладку, даже не ощутив боли.

— Господи-и-и… ну чего… Чего тебе надо?! Я же сказал, русским языком, не приближайся ко мне! Ты что, тупой? Или жить надоело?!

Шокированный такой реакцией и гневом в голосе, Тими отпрянул назад. В глазах сверкнули слёзы обиды.

«Дерьмо… Какое же ты скотское дерьмо, Жорж Гасперский!»

Но Жорж ничего не мог с собой поделать. Такова была его защитная реакция. Он боялся. До усрачки. За Тими.

— Что ты хотел? — уже гораздо сдержаннее спросил Жорж.

Тими сердито шмыгнул носом.

— Тут призрак бродит, — сухо сообщил он. — Ты в курсе?

— Чт…что? — Жорж мотнул головой и передёрнул плечами. Ощущение, что Вальтер буравит взглядом спину, не покидало его ни на секунду. — Какой ещё призрак?!

— Призрак девочки, чуть младше меня. В платье…

— … и с кудрявыми волосами, — на автомате закончил Жорж. Земля зашаталась под ногами, а небо сверху — закружилось.

— Так ты её видел? — спросил Тими.

— Видел… — обречённо сказал Жорж. Он скорее повторил последнее слово из вопроса мальчика, чем ответил на сам вопрос.

— Сейчас?

— Давно.

— Как, давно? — Тими внезапно осенило. Странное поведение Жоржа начало казаться ему более понятным. — Подожди, так ты её зна…

— Ба-а, какое чудесное зрелище!

Да, именно этого Жорж больше всего и боялся. Он машинально шагнул вперёд, закрывая собой Тими.

Вальтер бесшумно отделился от дальней стены. Такое чувство, что он был её частью всё это время. Всё видел и слышал.

— Что там? Кто там? — заволновался Тими, пытаясь выглянуть из-за Жоржа.

— Возвращайся обратно к маме. Или с кем ты там, — процедил сквозь плотно сжатые зубы лидер «Грачей», не оборачиваясь.

— Ну уж нет, не позволю, — голос Вальтера, в противовес ситуации, звучал по-детски обиженно, как будто ему в садике не хватило конфетки. — Все останутся на своих местах, ведь самое интересное только начинается. Напряжённая обстановка, беспомощный ребёнок… Ничего не напоминает? А, Гасперский?

— Не приближайся.

— А чего так? — Вальтер картинно развёл руками. — Я же совершенно безобиден. Это ты у нас — любитель пострелять по невинным деткам. Разве не так?

— Замолчи, мразь!

— О чём речь? — ещё больше разнервничался Тими.

— Ни о чём. Иди. Назад, — жёстко велел Жорж. «Туда, к свету. Где много людей. И где этот ублюдок не посмеет тебя тронуть», — едва не добавил он. — И не оглядывайся. Я сказал.

Тими громко хлюпнул.

— Обычно такие слова говорят в фильмах с плохим финалом, — мальчик крепко вцепился в куртку Жоржа. — Я не уйду.

Когда-то он не оставил в беде Макса. Теперь не бросит и Жоржа. Потому что и его тоже считал своим другом.

— Хороший мальчик. Смелый, — усмехнулся Вальтер. — Респект. И уважуха. Даже жаль, что очень скоро ему придётся разочароваться в тебе, Жорж Гасперский. Как уже разочаровались другие твои птенчики. «Грачами» называются.

У Жоржа перехватило дыхание. Как от смачного удара под дых. Кирпичом.

— Так это правда…

— Что именно? — «заботливо» переспросил Вальтер, а затем криво ухмыльнулся: — Что один ушлый «грачонок» просто взял и сдал тебя с потрохами? Ну да, ну да… И адрес твой временный назвал, и про друзей новых нашептал. Всё как на духу, добровольно, даже пытать да резать не понадобилось. Сам явился. А также обмолвился, что ты, старина, не тот уже, что прежде. И не один он так считает.

— Кто? — глухо спросил Жорж. — Имя.

— Я именами стукачей не интересуюсь, — скривил лицо Вальтер. — Хочешь — выясняй сам. Или не выясняй. Просто перестреляй всех. Не ошибёшься.

— Спасибо за совет, — В глазах Жоржа мелькнул опасный, неузнаваемый блеск, от которого наблюдавшему за ним Тими сделалось страшно. — Но для начала, хотелось бы избавиться от тебя. Даю последний шанс. Развернуться и уйти. И забыть про меня. Про моих «Грачей». И про моих новых друзей. Раз и навсегда. Иначе…

— Иначе? — приподнял бровь Вальтер.

Жорж вытащил из кармана пистолет и хладнокровно навёл его на бывшего наставника. Тими испуганно ойкнул.

— Как ты уже сегодня говорил, я могу попытаться убить тебя первым.

Вальтер присвистнул.

— Вижу, разговор-то и впрямь пошёл серьёзный. Вот только ты обещал удивить меня. Неужели, этим? Хочешь затеять старую добрую перестрелку в стиле Тарантино? А не боишься, что мальчугана в процессе зацепит?

— Только через мой труп.

«Пуля — вот всё, чего заслуживает морозота вроде тебя, — с отвращением подумал Жорж. — Ты никогда не узнаешь о той, другой, силе… И не получишь привилегии увидеть её!»

Потому что Чистая Энергия — эта удивительная и прекрасная сила, с каждым днём демонстрировавшая своему пока ещё неопытному хозяину новые грани и возможности — слишком хороша для подобного рода разборок.

Тими догадался, о чём подумал Жорж, но ему всё равно было как никогда страшно. Огнестрельное оружие — часть жестокого, но обыденного мира. И оно пострашнее любой магии, потому что отнимает жизнь стремительно и безвозвратно. Тими надеялся, что никогда и ни у кого из своих знакомых не увидит такой вещи. Но снова ошибся.

— Жорж, не надо, — еле слышно попросил он. — Не делай этого.

— Да, Жорж, не делай, — насмешливо повторил Вальтер и достал точно такой же пистолет. — Ведь это я учил тебя стрелять. И я быстрее, чем ты.

Тими схватился за голову.

— Да вы с ума посходили, что ли?! — чувствуя себя героем вестерна, проскулил он.

Вальтер пытливо глядел на своего ученика. Безродного парня, в руку которого он когда-то лично вложил оружие. Но так и не сумел научить убивать. Случай с Евой стал исключением. Однако и там были свои обстоятельства. И Вальтер тогда даже пожалел глупого парня. Приложил все усилия, чтобы вытащить его дурную задницу из болота депрессии, в которой тот день за днём увязал. Жестокий бандит и убийца, наверное, ни с кем и никогда так не нянчился. Прикипел он к этому сосунку, как ни крути. А вместо благодарности схлопотал путёвку в «санаторий» с колючей проволокой. На десятилетия. Надо было пристрелить щенка. Ещё тогда… Потому что теперь он вырос и превратился в опасного пса.

С незнакомым блеском в глазах. И непоколебимой уверенностью, что ему в очередной раз всё сойдёт с рук. Словно у него в рукаве был припрятан туз, на самый крайний случай. И Вальтер пока не мог понять, что же это за туз такой.

Он сделал пару шагов вперёд. Жорж не дрогнул. Пистолет в его вытянутой руке не отклонился от цели ни на миллиметр.

Дальше события развивались по спонтанному сценарию. Хлопнула дверь, и из ресторана вышел совсем ещё молоденький подсобный рабочий с кучей пустых коробок и ящиков. При виде развернувшейся сцены он замер, как вкопанный, разинул рот и рассыпал свою ношу. Вальтер весьма недвусмысленным жестом посоветовал ему молчать, если, конечно, нет желания первым словить «маслину».

Преступник отвлёкся всего на пару мгновений, а когда повернул голову назад, то… обомлел. В прямом смысле слова. Напротив него замерла прозрачная синеватая фигурка девочки с простреленным лбом.

— А-а… Это… ещё… что… за… — в грубом голосе Вальтера прозвучал истеричный надрыв. — Херня?!

Девочка склонила голову чуть набок и жутко улыбнулась.

— Ты тоже её видишь? — шёпотом спросил Тими у старшего друга.

Жорж кивнул. Губы слиплись, язык намертво присох к нёбу. По счастью, Ева пока стояла к нему спиной, иначе его точно хватил бы сердечный удар.

А вот Вальтер, судя по всему, кондрашку словил. Сильно побледнев, он попятился назад и с жутким не то воплем, не то воем:

— Не подходи! Убирайся! Прочь! — открыл огонь из пистолета.

Без толку, разумеется. Ева ещё несколько секунд пристально смотрела на него, а потом исчезла, а Вальтер, бессвязно бормоча ругательства, дал дёру.

— Да! — Тими победно сжал кулачки. — Беги-беги, трус несчастный!

Сзади послышался стон. На обледеневшей земле корчился от боли несчастный паренёк-рабочий, так некстати решивший вынести мусор. Пулю он всё-таки словил. Хорошо хоть, ранение не смертельное.

У Тими сердце сжалось от сочувствия. Он уже хотел было попросить Жоржа вызвать скорую, но тут…

— О, нет… Жорж?!!!

Старший друг лежал на боку и, в отличие от рыдающего парнишки, получившего выстрел в ногу, не двигался. Под курткой стремительно расплывалось страшное красное пятно.

Глаза Тими расширились от ужаса.

— Жо-о-о-орж!!!!!

***

— Жорж?

Лидер «Грачей» устал. И не хотел открывать глаза. Но, похоже, его время пришло.

— Жорж, — уже более уверенно повторил голосок. — Очнись.

Молодой человек хрипло откашлялся. Горло изнутри словно покрылось наждачной бумагой, за которую со скрежетом цеплялись, не желая выталкиваться наружу, слова.

— Где… Где я?

В аду? Ну конечно, куда же ещё он мог попасть! Вот только не видно что-то ни пламени, ни вертелов, ни котлов. Даже дыбы — нет. Вокруг — лишь белая пустота.

— На ад не похоже, — слабо вынес вердикт Жорж. Пальцы, сведённые судорогой, зажимали бок.

— Ты не умер, просто без сознания, — сообщил всё тот же голос.

В поле зрения появилось детское лицо, обрамлённое светлыми кудряшками. Жорж изо всех сил зажмурился. Нет, всё-таки — ад! В котором он теперь наедине со своим грехом. И самым страшным кошмаром.

— Не мучай меня, — слабо и обречённо взмолился Жорж. Голова покорно опустилась. — Прошу. Лучше сразу в котёл — и на жаровню. Или на мясной крюк. Я это заслужил.

Два крошечных детских пальчика мягко подцепили колючий мужской подбородок и слегка потянули вверх. Два взгляда — искалеченный, полный боли, и печальный, цвета зелени — наконец-то встретились.

— Я не держу на тебя зла, — От вздоха Евы, как от дуновения ветерка, шелохнулись слипшиеся волосы, упавшие на лоб Жоржа. — Пока ты здесь, со мной, маленький мальчик плачет там, в реальном мире, думая, что ты мёртв. Ты хороший человек. Теперь я в этом убедилась.

Ева взяла большую ладонь и поднесла к пулевому отверстию на своём лобике. Пальцы Жоржа засветились, и страшное смертельное ранение затянулось, испарившись в конечном итоге без следа. Еву стало практически не отличить от живого ребёнка.

— Вот… Теперь и мне лучше. Чистая Энергия — божественный дар.

— Что ты знаешь о ней? — тихо спросил Жорж.

Девочка грустно улыбнулась.

— Ничего. Разве только то, что подобная сила не может быть дарована злому человеку. Исцели себя, ещё не поздно. И живи дальше.

— А ты?

— У меня ещё остались на этом свете дела. Надо присмотреть за папочкой.

Свет резко погас. Всё вокруг, в том числе и Еву, охватила темнота, будто некий закулисный наблюдатель вдруг опустил рычаг рубильника.

Последней мыслью Жоржа было:

«Присмотреть… за папочкой?»

***

Жорж пробыл без сознания всего несколько минут, но перепуганному Тими эти минуты показались мучительной вечностью.

Когда мужчина, наконец, зашевелился, мальчик разрыдался, но уже от облегчения.

— Жорж… Как ты? Слышишь меня? Тебе больно? За врачом бежать?!

— Не… надо… — прохрипел пострадавший и отнял ладонь от бока. На ней лежала пуля.

Глаза Тими, блестевшие от слёз, округлились. Он глядел на Жоржа, как на бога.

— Но… разве пуля не попала в тебя? Я видел столько крови…

— Я везучий. Иногда. В отличие от некоторых.

Держась за стену, Жорж кое-как принял вертикальное положение и, пошатываясь, направился к подстреленному в ногу парню.

— Держись, малый. Сейчас станет легче. Даже плясать сможешь, чуть позже.

И снова Чистая Энергия сотворила чудо. Пуля, как оказалось, прошла навылет, не нанеся особого ущерба. Магическая сила Жоржа остановила кровь и залечила рану. От пережитого парень ненадолго отключился.

У Тими всё ещё оставалась масса вопросов, которые он теперь, когда опасность миновала, очень хотел задать Жоржу. Но из ресторана так не вовремя повалил народ. Это для мальчика время, казалось, остановилось, а в реальности прошло не более пяти минут. Кто-то, услышав выстрелы, вызвал милицию. Тими окружили взволнованные люди. На переднем плане особенно громко надрывалась и заламывала руки Кисунчик, пока её не отодвинула в сторону бледная, как полотно, Алла Григорьевна.

Во всей этой кутерьме Тими не сразу заметил исчезновения Жоржа. Но вынужден был признать, что это к лучшему, ведь сюда с минуты на минуту могли нагрянуть служители закона. А у Жоржа оружие. Ни милиции, ни маме с Кисунчиком не стоило видеть этого человека. Человека с сомнительным прошлым. И с самой удивительной силой на свете. Тими с нетерпением ждал новой встречи с ним. Чтобы сказать, как же он рад, что тот жив.

***

Тяжело навалившись на стол, Жорж опустошил кружку с пивом. На самом деле, хотелось употребить чего-нибудь гораздо… гораздо крепче. Фантомное ощущение инородного предмета в боку не покидало его, даже спустя некоторое количество времени. Чистая Энергия исцелила лишь физическую рану, не более того. Увы, и такая сила не была универсальной.

«А малыш Тими оказался на редкость внимательным ребёнком, — с горечью размышлял Жорж, прижавшись лбом к холодной, запотевшей кружке. — Даже в такой ситуации он всё увидел правильно… Треклятая пуля не просто попала в меня, она была… во мне. По сути, я должен был сдохнуть. Но не сдох».

Чистая Энергия просто-напросто вытолкала вредоносную частицу из тела своего хозяина. На манер пробки из открытой бутылки с шампанским. Почти не причинив физической боли и полностью устранив все возможные последствия.

Жорж задумчиво покатал пулю по столу и спрятал в карман. Она будет напоминанием. О втором шансе, которого Жорж Гасперский, быть может, и не заслуживал.

А сейчас ему предстояло решить ещё одну проблему, не менее болезненную, о которой он вообще предпочёл бы забыть. Раз и навсегда. Но не мог. Как и продолжать жить с предателем под боком, в любой момент ожидая новой подставы.

Иными словами, Жорж вычислил крысу. Кое-где поспрашивал, кое-что сопоставил сам… Это оказалось не так уж и сложно. Но, возможно, тот, кто сказал, что некоторых вещей лучше всё-таки не знать, был прав. Теперь Жорж понимал чувства Вальтера, когда тот узнал о предательстве своего самого близкого и доверенного ученика. Ведь Жорж действительно его тогда сдал. Вальтер становился неуправляемым, на его счету было уже несколько десятков отнятых жизней. Отнятых просто так. Кто-то под горячую руку попал. Или ради забавы. Людей Вальтер всегда считал мусором. Именно поэтому Жорж больше и не смог находиться рядом с ним. И позволять ему убивать.

Интересно, а какие причины были у его товарища? Вернее, уже бывшего товарища. Жорж ему что, будучи подвыпившим, чересчур сильный подзатыльник провесил? Взял денег в долг и забыл вернуть? Увёл девку? Плюнул в пиво?! Если нет, то что ещё?

Жорж терялся в догадках. Потому что ничего плохого он никому из своих ребят не сделал. Ни разу. Оставался последний вариант: Вальтер хорошо заплатил за информацию. И один из «Грачей» не устоял. От принятия этого факта хотелось выть раненым волком. А на душе делалось ещё более мерзко, гадко… Если, конечно, такое вообще было возможно.

Дверь без предупреждения распахнулась. Миха, как всегда, ввалился в помещение без стука. Как всегда…

— Хэлло, босс! Звал? Какие новости?

Жорж поднял на него тяжёлый взгляд.

— Новости? — усмехнулся он и изобразил печать раздумья на лице. — Меня подстрелили.

— Ка-а-ак?! — Миха сильно побледнел и едва не грохнулся на пол. — Где? Когда? Кто?!

— Да какая разница? — Жорж откровенно издевался над парнем. — Я цел и невредим, как видишь. Меня, представь, пули не берут.

— Да-а-а? — не поверил сначала Миха, а потом облегчённо выдохнул. — А-а, это у тебя шутки такие… Ха-ха-х! Ну и напугал ты меня, бро… Фу-х, чуть заикой не сделал, честное слово!

На лице Жоржа не появилось даже тени улыбки.

— Не драматизируй. Выглядит неубедительно.

— Почему? — по-детски удивился Миха. Почуяв неладное, он попытался заглянуть своему боссу в глаза. Как щенок — хозяину. — Что, всё-таки, случилось-то, а?

Жорж резко встал и шагнул в сторону оторопевшего парня. От лидера «Грачей» исходила неприкрытая угроза. Аж воздух в помещении заискрил.

— Нет, это ты мне ответь, Мишаня… Что же такое случилось? Может, я тебя чем-то обидел? Ты говори, не стесняйся!

— Ты?! Обидел? Нет…

— Тогда какого хера собачьего ты слил меня Вальтеру?! — рявкнул на всю комнату Жорж.

Бедный Миха стоял ни жив, ни мёртв, боясь лишний раз вздохнуть.

— К-какому Ва…

— Не зли меня, Мишаня… Ох, не зли! Ты знаешь, добром это обычно не заканчивается.

— Да я не понимаю…

— И ладно бы, одного меня подставил… Я за свою шкуру уже давно не трясусь. Дыркой больше, дыркой меньше… Но ты подверг опасности жизни ни в чём не виноватых ребят. Им ещё нет шестнадцати, один из них — вообще ребёнок! А Вальтер — псих конченый, ему без разницы, в кого палить, хоть в младенца! И если бы кто-нибудь из них пострадал…

— Я ж не знал… — сдался Миха. Продолжать отпираться было бессмысленно.

— А раз не знал, чего тогда языком трепал? Подумать башкой сначала не пробовал?! Почему ко мне не пришёл? Ты, гад, ведь и наших парней мог подставить…

— Да потому что о своих новых друзьях ты теперь заботишься больше, чем о старых! — тоже вспылил Миха. В конце концов, и ему тоже было, что сказать в своё оправдание. — Мы тебя почти не видим! Ребята думают невесть что!

— Ты ребятами давай не прикрывайся, — Голосом Жоржа, казалось, впору было сталь замораживать. — Если у ребят есть ко мне вопросы или претензии — я всегда их выслушаю, чем бы ни был занят, и они это знают. А то, что сделал ты за моей спиной — низко и подло.

— У меня не оставалось выбора, — глядя в одну точку и ожидая удара в любой момент, глухо проговорил Миха. — Ты больше не был собой.

— Не тебе об этом судить. И решать за других.

— Куда уж мне…

— Всё. Довольно, — Жорж хлопнул ладонью по столу. — Я больше не собираюсь копаться в тараканах, которыми забита твоя башка. Отныне ты сам по себе.

Глаза Михи расширились от ужаса.

— Босс, ты же не…

— Я тебе больше не босс. Двадцать четыре часа. Если завтра, в это же время, увижу тебя в своём районе — пеняй на себя. Это моё последнее слово.

И Жорж покинул помещение, оставив позади себя почти рыдающего парня. Полностью опустошённого. И сломленного.

Нервно подрагивающая рука сжала пулю в кармане. С того ли он начал проживать свой второй шанс? Не слишком ли жестоким было его решение? Время — покажет, жизнь — рассудит.

Глава 13. Белый Волк, Чёрный Демон - часть 1

три года назад

— Как холодно… Зачем ты меня сюда привёл? Ты сказал, что это будет сюрприз, но пока что никаким сюрпризом и не пахнет, в прямом смысле!

Два паренька, лет по двенадцать каждому, шли через мрачное подземелье. Звуки их шагов, отскакивая от каменных стен и пола, терялись где-то в темноте. У того, что повыше, были завязаны глаза, из-за чего поступь была неуверенной, в то время как его спутник и провожатый, наоборот, чувствовал себя полноправным хозяином этого места.

— Спокойно, Глеб, — медленно проговорил он. — Потерпи немного. Сюрприз уже не за горами. Как я и обещал, он выбьет почву у тебя из-под ног.

Парень по имени Глеб передёрнул плечами и уточнил:

— Речь ведь идёт о какой-то убойной тусовке, верно?

На лице его спутника промелькнула нехорошая улыбка.

— Убойной — не то слово!

Они остановились. Дальше пути не было. Впереди, чернее самой извечной тьмы, зияла глубокая расщелина.

— Теперь можешь смотреть, — разрешил второй парень, после чего на полтона тише добавил: — Если, конечно же, сумеешь что-нибудь разглядеть.

Глеб снял повязку, вслед за чем последовал возглас ужаса. Перед глазами по-прежнему было темно, словно они всё ещё были завязаны.

— Что… что это такое? Куда ты меня привёл?!

Бросив на своего сопровождающего яростный взгляд, требующий немедленных объяснений, Глеб ощутил новый приступ дрожи. Глаза его товарища светились двумя маленькими кроваво-красными огоньками. Глеб невольно шарахнулся в сторону, и тут ему в лицо метнулось что-то очень быстрое и отчаянно пищащее. Это была летучая мышь. За ней появились ещё две. С криком размахивая руками, Глеб сделал резкий шаг и полетел на дно расщелины. Высота оказалась довольно-таки приличной. Второй или даже третий этаж. От сильного удара о землю голова наполнилась звоном, а всё тело, и особенно левую руку, пронзила острая мучительная боль.

— Добро пожаловать в Бесконечное Подземелье, — холодно прозвучал сверху голос. — Мой второй дом. Впечатляет, не правда ли?

Глеб со стоном поднялся на ноги. Левая рука не двигалась. Скорее всего, она была сломана.

Он всё ещё не понимал, что происходит, хотя в голове и начали зарождаться первые предположения.

— Это за то, что я победил тебя? За то, что я лучше, чем ты?!

— Ты не лучше, — собеседник стоял где-то наверху, и Глеб не мог видеть его лица, но готов был поспорить, что тот сейчас усмехается. — Не льсти себе. Просто случилось досадное недоразумение, которое мы очень скоро исправим. А ты покажешь, на что способен.

Гробовую тишину, прерываемую время от времени писком летучих мышей, прорезал жуткий звук. То был скрежет когтей о камни. Почему когтей? Наверное, это Глебу подсказало его шестое чувство. Он обернулся и увидел два ярко-красных огонька. Из темноты к нему приближался монстр. Глеб не мог разглядеть его как следует, но отчётливо слышал хриплое дыхание и лязганье зубов.

Оцепенение сменилось приливом адреналина. Превозмогая боль, Глеб рванулся к стене расщелины и, задрав голову, взмолился:

— Пожалуйста… Не надо! Вели ему убраться от меня!

Ответом стало равнодушное молчание. Глеб до боли в глазах напрягал зрение, силясь различить фигуру того, кого до теперешнего момента считал своим лучшим другом, но тщетно. Тогда Глеб попытался взобраться наверх. Разумеется, со сломанной рукой у него не было шансов. Скатившись обратно на дно расщелины, он боковым зрением уловил, что монстр уже совсем рядом. Ему не оставалось ничего другого, кроме как снова начать умолять.

— Чего ты хочешь?! — правый кулак бессильно ударил по отвесной стене. Из зажмуренных глаз потекли слёзы. — Чтоб я признал, что ты лучше меня? Хорошо! Ты лучше! В сто раз! В двести! Помоги мне выбраться, и мы решим этот вопрос в поединке!

— Поздно, — фигура наверху была бездушнее каменной статуи. — Больше никаких поединков.

— Не смей уходить! — кулак ударил ещё раз, и ещё, и ещё… Слёзы текли градом. — Ты же мой друг, чёрт побери!

— У меня нет друзей.

— Ты не можешь так со мной поступить!

— Уже поступил. Если не хочешь тут умереть — борись.

Мощный удар сбил Глеба с ног и отшвырнул от стены далеко в сторону. Из рваной раны на плече хлынула кровь. Зажав её пальцами, Глеб снова вскинул голову и сквозь рычание монстра различил звук шагов, доносящийся сверху.

— Славная работа, — похвалил мужской голос. — Поглядим, надолго ли его хватит. Может, на что-то и сгодится.

— Да, дядя, — послышался ответ. Бездушный и механический. — Поглядим.

И Глеб понял, что ему не на что больше надеяться. Это конец. Он стал Магическим Воином недавно и не был готов бороться с монстром. Над лицом зависли два ряда огромных острых зубов. От звериного дыхания веяло жаром и смертью.

Последний крик обречённого превратился в вопль:

— Ты за это ответишь! Клянусь! Я тебя с того света достану! Слышал?! Будь ты проклят, Влад!!!

настоящее время

— Влад, сосредоточься! — жёстко прогремел приказ.

Пятнадцатилетний подросток вздрогнул и вытянулся в струнку, как солдат на смотре. Спина прямая, плечи расправлены, руки по швам.

— Ты всё слышал?

— Да.

— Нам катастрофически не хватает хороших воинов. И мы до сих пор не нашли достойную замену Азраилу. Между прочим, это твоя сестра так глупо его упустила. Поэтому спрашиваю и с тебя тоже. Отыскать альтернативный вариант — твой долг.

— Да, сэр.

— Уже есть кто-то на примете?

— Так точно.

— Сколько ему лет?

— Как мне.

— Не очень хорошо. Нужен кто-то более зрелый.

— Парня с Чистой Энергией мы потеряли навсегда. Его не смогла завербовать ваша дочь, — не дрогнув и глядя дяде в глаза, произнёс Влад.

Павел Олегович Войцеховский слегка приподнял бровь. В тёмном взгляде на короткий миг промелькнуло удивление.

— Дерзишь?

— Никак нет, сэр. Констатирую очевидное.

— Выполняй. И без лишнего шума. Нам сейчас не нужны проблемы.

***

— Снегови-и-ик… Сюдаааа!

Андрей рассмеялся и помахал рукой семейной паре в светлой и яркой одежде. Рядом с ней подпрыгивала от нетерпения девочка с длинными волосами. На заднем фоне крутилось, сверкая всеми огнями радуги, колесо обозрения. В воздухе витал запах поп-корна, карамели и сладкой ваты. Отовсюду звучали музыка, смех, шутки…

— Мы зде-е-е-есь! — кричала Таня.

Андрей отдыхал со своей семьёй. Папа, мама и любимая младшая сестрёнка… Казалось, они будут вместе всегда.

Но судьба имела свои планы на их счёт. И прогремевшего следом страшного взрыва, повлекшего за собой море крови, кучу жертв и десятки разбитых семей, тоже никто не ждал…

***

Андрей рывком сел в постели. По лицу градом катились капли… слава богу, пота. А не крови, как в кошмарных снах.

— Мама… папа… — тихо выдохнул он и прижал руку к груди, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Та-а-ак… уф-ф… Спокуха. Давненько меня так не крыло…

По первости, после гибели родителей, кошмары преследовали его постоянно, даже по прибытии в Москву. Но абсолютно прекратились после переезда на Виноградную улицу. Дом №17 стал своего рода защитой и надёжной крепостью, а встреча с Максом — благословением.

И вот опять…

— Не к добру, — пробормотал Андрей в тишине комнаты и, повинуясь братскому инстинкту, бросил взгляд на соседнюю кровать. Там мирно посапывала Танюшка.

Полежав немного, но больше так и не уснув, Андрей поплёлся в туалет. На обратном пути его внимание привлекла полоска света из-под закрытой двери кухни. Снежный маг вспомнил, что часы на столе показывали около двух ночи, и удивился:

«Мистер и миссис Смит что, не спят по ночам? Не моё это, наверное, дело…»

Но что-то словно подтолкнуло Андрея ближе к запертой двери. Голоса Макса и Анны звучали отчётливо.

— Сколько ещё ты позволишь ему жить тут нахаляву?

— Ему некуда пойти, ты же знаешь…

— Почему нас с тобой это должно волновать?

— Ну Анна…

— Что, Анна? Вот что, Анна, а? Превратил дом в ночлежку! Скоро самим прилечь будет некуда.

— Не утрируй. Комнат пока хватает.

— Вот именно, что пока… Если ты ещё парочку бродяг с улицы не приволочёшь. Ты же у нас жалостливый… Прямо мать Тереза, только в мужской версии.

У Андрея перехватило дыхание.

«Не понял… Это они обо мне, что ли?!»

— Не приволоку, — продолжал тем временем Макс. — По правде говоря, мне это уже тоже начинает надоедать.

— Так в чём проблема? Гони его в шею!

— Да не могу я… Вот так быстро.

— А ты — медленно. Только в разумных пределах. А то на этого проглота еды не напасёшься. Весь дом обожрал, вредитель. Пусть катится на все четыре стороны вместе с манатками. Видеть его физиономию не могу!

Не в силах слушать дальше, Андрей развернулся и бросился назад в комнату. Ох, как же ему хотелось ворваться на кухню и высказать всё, что в этот момент скопилось буквально на кончике его языка! Да побоялся, что не сдержится и покалечит либо Макса, либо его дражайшую половинку. Или, хуже того, позорно разревётся. От обиды. И душившей его злости.

Уже в комнате Андрей выместил все свои эмоции на ни в чём не повинной подушке. Пух летел в разные стороны. А внутри снежного мага всё кипело. Клокотало. И жгло, жгло… Так жгло, что душа, наверное, должна была бы обуглиться. И уже ничего потом не чувствовать.

«Они считают меня нахлебником! Приживалой! — яростно думал Андрей, сжимая и разжимая кулаки. — Не могу сказать, что это не заслужено… Я действительно вольготно тут расположился. Расслабился. Дурак, дурак и ещё раз дурак! Всему хорошему рано или поздно настаёт конец. Тем более, мисс «говорящая с призраками» с первого дня меня невзлюбила. Но Макс… Макс, Макс, поросёнок ты этакий… что ж не сказал-то мне всё в лицо? Сколько ещё собирался терпеть? Муж и жена — одна сатана, как говорится, но, по-моему, с друзьями надо быть честным. С самого начала. Или мы не друзья? Были ли мы ими вообще?»

Андрей закрыл лицо руками. Наружу вырвался звук, похожий на сдавленное рыдание.

— Снеговик… Что-то случилось? — тихо спросил голос с другой кровати. Таня зевнула, подняла голову от подушки и обеспокоенно посмотрела на брата. — Ты почему не спишь?

— Сон дурацкий приснился, — чересчур быстро отозвался Андрей. — Ерундовина какая-то. Ты спи-спи.

Несколько секунд Таня пристально вглядывалась в сидящую на кровати фигуру старшего брата, но потом, видимо, решила, что всё в порядке, и перевернулась на другой бок. Даже если у Андрея и был очередной кошмар, он всё равно ничего ей не расскажет, чтобы лишний раз не волновать. Спрашивать бессмысленно. Лучшим вариантом будет сделать для него утром что-нибудь приятное. Блинчики, например.

А Андрей был как никогда рад, что в комнате не горел свет, иначе Таня увидела бы слёзы на его лице.

***

Заснуть этой ночью Андрей так и не смог. Пролежал до утра, тупо пялясь в потолок. Не зная, что делать дальше. Ясно было лишь одно: ждать, когда Макс разродится и укажет ему на дверь, он не собирался. В конце концов, он не собачка, которую можно приютить, а потом провесить пинка, когда надоест.

Может, стоило собрать вещи и уйти по-английски, не попрощавшись? А как объяснить всё Тане? Просто сказать, что им здесь больше не рады? И куда идти? Перспектива опять оказаться на улице, да ещё и зимой, и искать приюта в бараках да притонах пугала до чёртиков. Бедная сестра и так настрадалась в прошлый раз. Вызвать Макса на откровенный разговор, чтобы потом всё равно уйти? Предложить денег за комнату? Зарплата помощника в зоомагазине более чем скромная, к тому же, Андрей начал откладывать средства на новые вещи и подарок Танюшке к Новому Году. Но хоть что-то... Хоть до весны сохранить крышу над головой. А там, глядишь, и Турнир начнётся. Что-то изменится...

Небо за окном только-только стало розоветь перед рассветом, когда Андрей, так ничего и не надумав, но заработав при этом дичайшую головную боль, психанул и принялся собираться на работу. Может, хоть там удастся отвлечься от гнетущих мыслей. И выработать план действий на вечер.

Таню он не разбудил, но в прихожей очень некстати столкнулся с Максом. Отчаянно зевая, хозяин дома уставился на Андрея осоловело-недоумёнными глазами.

— Ты куда в такую рань? Шесть утра же только…

Андрей мысленно чертыхнулся. Меньше всего ему сейчас хотелось видеть Макса. А уж отвечать на его глупые вопросы — тем более.

— Тебе-то что? — вяло отозвался он, снимая с вешалки куртку.

Макс пожал плечами.

— Просто интересно. Ты же, вроде, всегда любил поспать.

— Выспался, спасибо. Надолго.

— А я — нет. Хотя и продрых всю ночь.

Андрей прищурился.

— Прям-таки и всю?

— Ага, — не моргнув глазом, выдал Макс. — Как сурок без задних лап.

«Что ж ты врёшь-то, а?! — вспыхнул Андрей. — Дрых он… А на кухне посреди ночи сидел страдающий бессонницей святой дух. Вместе с другим духом, нагло косившим под твою жену. И обсуждали меня, дурака такого, с большими ушами, на которые так удобно лапшу вешать. Ох, Макс, Макс… Не ждал я от тебя такого! Только не от тебя…»

— Может, есть смысл продолжить? — холодно осведомился он.

— Чего? — не понял Макс.

— Дрыхнуть! И не мешать людям собираться на работу.

— Да какая же работа может быть в шесть утра…

Андрей резко распахнул дверь, не без удовлетворения отметив, как Макс слегка поёжился от холода, и едко бросил напоследок:

— Приходится крутиться, знаешь ли, ведь бесплатного сыра в этой жизни не бывает, верно? Не все могут бездельничать, как ты.

И он ушёл, от души хлопнув дверью. А Макс так и остался стоять с раскрытым ртом и детским недоумением на лице.

***

Вопреки всем надеждам и чаяниям Андрея, рабочий день сегодня тоже не задался. Всё, что бы он ни делал, получалось сикось-накось, всё, за что бы ни брался — валилось из рук. Сосредоточиться не удавалось ни на чём.

Сначала он напутал с подсчётом товара и занёс неверные цифры в тетрадь учёта. Затем неудачно сложил мешки с кормом в подсобке, и один из них, восемнадцатикилограммовый, упал и прорвался. Пока Андрей, стиснув зубы, устранял непорядок и собирал просыпавшееся содержимое, резко оголодавший Ричи взял и прогрыз другой мешочек, поменьше. Зубки у котёнка оказались похлеще, чем у пираньи. И тогда Андрей, впервые за всё время работы здесь, взял и отшлёпал животину. Несильно, разумеется. Но сэр Львиное Сердце всё равно оскорбился и ушёл куда подальше, продемонстрировав своё категоричное нежелание находиться с Андреем в одном помещении.

«Ну вот, даже с котеичем отношения испортил, молодец, — мрачно похвалил сам себя Андрей. — И когда только, извиняюсь за каламбур, всё пошло коту под хвост? Ведь ещё вчера жизнь была почти прекрасна…»

Злоключения на этом не закончились. Ближе к обеду он умудрился нагрубить постоянному клиенту. По счастью, тот не воспринял ситуацию всерьёз.

Все оплошности и промахи незадачливого помощника, разумеется, не ускользнули от зоркого взгляда Николая Николаевича.

— Да что с тобой сегодня такое? — спросил он, когда Андрей наотрез отказался от кофе с ватрушками.

— Неважно себя чувствую, простите, — пробормотал Андрей. И ведь не соврал. Голова действительно раскалывалась от боли. На нервной почве, должно быть.

— Выглядишь так, будто похоронил кого-то.

«Ага, похоронил, — саркастически усмехнулся Андрей. — Дружбу. Если она вообще когда-то была…»

— Нет, все живы и здоровы.

— Может, сам приболел? Иди-ка ты лучше домой. Помощи от тебя сегодня мало.

— Как? Почему?! — испугался Андрей. Ноги задрожали, и он прислонился к стене. Неужели, его сегодняшние ошибки были настолько критичными? В глазах застыло обречённое выражение. — Вы меня увольняете, да?

Николай Николаевич рассмеялся.

— Господи, ну конечно нет! Ты хорошо работаешь, и у меня нет к тебе никаких серьёзных нареканий. Но я вижу, что сейчас тебе необходим отдых, — он легонько подтолкнул сбитого с толку помощника в сторону выхода. — Всем рано или поздно нужен отдых, даже нам, взрослым. А ты, по сути, ещё ребёнок.

— Я не ребёнок, — надулся Андрей.

— Сказал бы любой ребёнок.

— И вовсе не…

— Так, молодой человек, шагом марш домой, и без пререканий, — велел Николай Николаевич. — Жду в понедельник, с новыми силами.

Андрею ничего не оставалось, кроме как одеться и покинуть зоомагазин. Он никак не мог объяснить сердобольному шефу, желавшему только добра, что ему, по сути, теперь некуда идти. Поэтому, оказавшись на улице, Андрей побрёл, куда глаза глядят.

Конечно, он понимал, что пытается отсрочить неизбежное, что всё это похоже на позорное бегство.. Но в этот момент у него не было ни моральных, ни физических сил видеть Макса. И говорить с ним. А вот вечером - придётся. Хотелось надеяться, что свежий воздух поможет привести смешавшиеся кашей мысли в порядок. И избавиться от желания остановиться и прямо посреди улицы завыть волком. Диким, раненым, одиноким...

«У меня больше нет дома, — горестно размышлял Андрей. Он медленно шёл по заснеженному тротуару, сгорбившись и засунув руки в карманы. Ничего общего с весёлым и солнечным парнем, каким он был ещё вчера. Теперь Андрей даже притвориться не мог, что всё в порядке. Под контролем. — Его не стало с тех пор, как погибли мама с папой. Зачем мы с Танюшкой вообще сюда притащились? В Мурманске, хотя бы, остались люди, которые могли нам помочь. Квартира родительская. А тут… Чего неудачник вроде меня рассчитывал добиться на Турнире, если даже в обыденной жизни я — полный ноль? Надо валить обратно, восвояси, ничего нам здесь не светит… Но сначала я поговорю с Максом. Пусть выскажет мне всё в лицо, а не секретничает по ночам на кухне! Надеюсь, хоть это я заслужил…»

За такими вот невесёлыми раздумьями Андрей не заметил, как оказался в незнакомом сквере. Безучастно покрутив головой и совершенно не узнав района, он лишь пожал плечами и опустился на ближайшую лавочку. Интересно, сколько времени он шарахался по улицам, как неприкаянный, и который сейчас час? У него ведь даже часов собственных не было. Вернее, были, но их пришлось продать первому встречному дельцу, чтобы получить хоть какие-то деньги им с Таней на еду. Произошло это ещё до знакомства с Максом. Мобильника, который показывал бы время, тоже не имелось. Андрей неожиданно ощутил приступ отвращения к самому себе. Ноль… Полный ноль. С какой стороны ни глянь.

Рядом кто-то присел. Не поворачивая головы, Андрей чисто на автомате спросил:

— Не подскажете, который час?

Тишина. Так и не услышав ответа, Андрей хмуро глянул на непрошенного соседа по лавочке и…

— Ты?!

***

Тими сидел возле окна и обводил пальчиком контуры морозного узора на стекле. От нечего делать у него разыгралась фантазия. Плюс вспомнился недавний сон. Мальчик видел одинокого белого волка, бредущего по заснеженной пустыне. С голубыми человеческими глазами. Совсем как у… Андрея. Почему именно волк, и как его образ вязался с несерьёзным, вечно отпускающим глупые шуточки парнем? Это, пожалуй, самый сложный вопрос. Как и сам Андрей, который был далеко не таким простаком, каким казался на первый взгляд. Уж чему-чему, а своим снам Тими давно научился доверять. Одинокий мальчик, переживший страшную трагедию — гибель родителей — и боровшийся за выживание в огромном незнакомом городе, неся ответственность не только за себя, но и за младшую сестру. Кто знает, каких демонов скрывала в себе душа Андрея в действительности…

— Луна, снег… и волк, — Тими пристально разглядывал морозную «картинку» на стекле. — Нее… Но похоже.

За окном тихо-мирно кружились снежные хлопья. Сейчас бы на Виноградную улицу… Поиграть в снежки, покататься с горки, которую когда-то обещал забабахать Андрей. Для него, снежного мага, это было как раз плюнуть.

Но ситуация изменилась, и Тими уже не мог свободно, в любое время, бежать в гости к Максу. История со стрельбой около «Лагуны» здорово напугала Аллу Григорьевну. Тими до сих пор (не без злорадства, надо сказать) вспоминал, как сильно мама кричала на Кисунчика. За то, что строила глазки какому-то смазливому официанту вместо того, чтобы приглядывать за мальчиком, за то, что в итоге ребёнок оказался на улице, где разгуливал вооружённый преступник. Разрыдавшаяся Кисунчик в долгу, тем не менее, не осталась и в очередной раз посоветовала выяснить, что у Тими за друзья такие, с которыми он проводит всё свободное время, но о которых ничего не говорит. И мама прислушалась, сделав, наконец, то, чего Тими боялся больше всего на свете. Она выяснила, что ни с каким Антоном Самойловым её сын уже давно не занимается. И вообще ни с кем из своих одноклассников вне школы не общается. Те лишь знали, что у Тими есть друг, гораздо старше по возрасту. Имя которого сын наотрез отказался назвать. Так произошла серьёзная и, наверное, единственная за все десять лет жизни ссора, в результате которой Тими был наказан и заперт в собственной комнате. Без интернета и сотового телефона. Выходить ему разрешалось только в школу. Во всяком случае, пока не начнёт отвечать на вопросы.

Разумеется, Тими было стыдно за своё поведение. И очень. Когда-то он дал слово сам себе, что ни в чём не огорчит маму. Поэтому прилежно учился, безропотно выполнял обязанности по дому и… врал. Безбожно врал на протяжении нескольких месяцев. И даже сейчас продолжал это делать. Ведь, по сути, что он ей мог рассказать про Макса? «Мам, есть один чудаковатый парень, в школу ходит через раз, ему пятнадцать, и мы с ним дружим»? Этого явно мало для Аллы Григорьевны. Но сказать всю правду — ещё хуже. Во-первых, это не тайна Тими. А во-вторых, мама всё равно не поверит. Нет, она, конечно, тоже взрослела на сказках о Магических Воинах, но это не означало, что верила в них. Тими ведь сам поначалу не верил. В конце концов, и на «Колобке» выросло не одно поколение. Но вряд ли кто-то всерьёз задумывался о его реальном существовании (хотя Тими в этой жизни уже ничему не удивился бы). Нужны были убедительные доказательства. Но с Максом теперь вообще не связаться. Телефон мама отобрала.

«Макс, ты хоть бы в школу для разнообразия заглянул, что ли, — с нарастающим раздражением думал Тими, уже забыв про узор на окне. — А то опять на каком-то больничном. Якобы…»

Из коридора донёсся звонок. Кто-то пришёл. И Тими очень надеялся, что не Кисунчик, иначе он точно найдёт способ застрелиться (что в свете последних событий совсем не звучало как шутка).

— Девушка, вы к кому?

— Мне Тимур нужен. Пригласите его, пожалуйста.

Тими обомлел. Этот голос он узнал бы в любом месте и с закрытыми глазами.

«А она-то что здесь делает?!»

***

— Ты?!

— Ну я, — невозмутимо отозвался Влад. — И что дальше?

Андрей таращился на него, как на пришельца с планеты зелёных человечков. Он, конечно же, узнал «отмороженного парня» — того самого, что гипнотизировал его через витрину зоомагазина в первый рабочий день. Тогда тот просто развернулся и ушёл. А теперь сидел, как ни в чём не бывало, рядом на лавочке, с очень даже самоуверенным видом. И смотрел наглыми глазами. Слишком наглыми. У Андрея аж руки зачесались от желания поставить под ними приветственный фингал. И сразу же — второй, прощальный. Для симметрии, так сказать.

— Ты хоть моргни, — усмехнулся Влад. — Неужели, так понравился? Мне уже начинать краснеть?

Что-то похожее Андрей говорил ему в прошлый раз.

— Э-э, это мои слова!

— Тогда возвращаю тебе их назад. Мне чужого не надо.

— Да правда, что ли? Слышь ты, умник…

Гневную тираду Андрея прервал гулкий утробный звук. Это негодовал его так и не удовлетворённый сегодня живот. У хозяина со вчерашнего вечера крошки во рту не было. Виданное ли это дело...

— Блин…

Андрей почему-то смутился и даже покраснел. Влад, не изменившись в лице, достал из кармана маленькую шоколадку и церемонно откусил кусочек.

Андрей сглотнул.

«Зараза…»

Продолжалось это минут, наверное, пять. Такую мизерную шоколадочку можно было проглотить и за две секунды, но Влад явно никуда не спешил. У бедного Андрея уже нервный тик начал назревать. Однако уходить он почему-то не хотел. Как садомазохист, жующий порцию стекла и требующий новую.

Покончив, наконец, с шоколадкой, Влад аккуратно вытер уголки губ салфеткой из другого кармана и выдал:

— А, ты всё ещё здесь, — хотя в течение всего времени не сводил с Андрея глаз, и добавил: — На, угощаю.

И протянул точно такую же шоколадку.

— Да иди ты! — вспыхнул Андрей. — Я не такой дурак, чтоб брать у тебя что-то!

— А чего так? Недостаточно хорош?

— Ты ж маньяк! А вдруг, травануть меня хочешь?

Влад пожал плечами.

— Ну, тебе виднее, — и уже собрался убрать плиточку в блестящей обёртке обратно в карман, как вдруг Андрей резко цапанул её и запихал в рот. Целиком. В бумажке.

Влад слегка приподнял брови и насмешливо произнёс:

— Парень, ты противоречишь самому себе. Ты вообще знаешь об этом?

— Я — не я, когда голоден, — прочавкал Андрей и мастерски выплюнул обёртку. Что-то подсказывало, что глотать запакованные шоколадки ему приходилось не в первый раз.

***

— Так могу я увидеть Тимура? — повторила свой вопрос Анна.

— Может быть. А вы вообще кто? — настороженно поинтересовалась Алла Григорьевна. Материнский взгляд-сканер пытливо изучал фигуру гостьи, разве что только насквозь её не просвечивая.

Но на Анну это не действовало. Она сама кого хочешь могла вывернуть наизнанку.

— Студентка педагогического университета, — ровным и спокойным голосом выдала невеста Макса. — Прохожу практику в школе. Помогаю классным руководителям присматривать за учениками.

— А не слишком ли вы молоды?

— В самый раз, но за комплимент спасибо, — Анна ловко обогнула не сдвинувшуюся ни на миллиметр и сложившую руки на груди Аллу Григорьевну и направилась к замершему с разинутым ртом Тими. — Тимур, Тимур… Ну что же ты такой рассеянный? Дневник свой в школе забыл. Вот, держи.

И сунула в руки ошарашенному мальчику нечто в пожёванной обложке с круглым следом, явно от стакана с чаем, и жирными пятнами. В сравнении с этим дневник Антона Самойлова впору было отдавать на выставку или в школьный музей.

— Э-э-э…

— Вы что-то путаете, девушка, с дневником моего сына всё в порядке. А эту вещь вы на какой-то помойке откопали. Там написано «Максим Светлов, девятый класс».

Всё это Алла Григорьевна сказала, находясь около входной двери, практически с другого конца коридора.

«У мамы — зрение орла, особенно когда дело касается меня», — съёжившись, подумал Тими.

— Правда? — Анна, весьма умело изобразив близорукость, поднесла дневник к глазам, пошевелила губами и без тени раскаяния продолжила: — Да, кажется, перепутала.

— Третий класс с девятым? — холодно осведомилась Алла Григорьевна.

— И не такое бывает.

— Вы по всей школе практику проходите?

— Я универсал.

Несколько секунд в прихожей стояла напряжённая тишина. Даже, опасная. Бедный Тими боялся лишний раз вздохнуть.

— Просто позвольте мне поговорить с сыном, — примирительным тоном попросила Анна. — Это не займёт много времени, обещаю.

— Пять минут, — Алла Григорьевна захлопнула входную дверь. Звук дверного замка напомнил щелчок капкана. Тими невольно вздрогнул. — Пока я звоню в школу и выясняю, что вы за практикантка такая.

Анна кивнула и без лишних церемоний втолкнула Тими в его комнату, а затем зашла сама.

— Ты что здесь делаешь?! — испуганно зашипел мальчик.

Невеста Макса проигнорировала вопрос и с любопытством осмотрела обстановку. Взгляд задержался на компьютере, рабочий стол которого украшал логотип онлайн-игры «Магические Воины».

— Миленько, — вынесла вердикт девушка.

— Это всё, что ты мне скажешь?! — громко возмутился Тими и тут же зажал себе рот рукой.

— А вон тот игрушечный заяц мне не нравится. У него тупой вид.

— Анна!

— Ну что? Макс просил проведать тебя. «Ах, Тими куда-то пропал! Не звонит, не пишет, в гости не идёт…» Весь мозг мне вынес. Хуже брошенной любовницы, честное слово.

— Не слишком удачное сравнение, — поморщился Тими. — У меня тогда встречный вопрос: почему он опять в школу не ходит?

— Официальная причина: ногу потянул.

— Снова издеваешься над ним, да? Притормозила бы ты со своими тренировками! Школу сейчас пропускать нельзя, близится конец первого полугодия.

— Поговори у меня ещё.

— И что за дурацкая история с дневником? Моя мама на это никогда не клюнула бы. Она терпеть не может лжи, и она… — Тими осторожно выглянул в коридор и прислушался, -… реально звонит в школу! Что делать?!

Анна, ничуть не смутившись, кивнула каким-то своим мыслям.

— Значит, времени у нас мало.

— Времени для чего?!

— Макс попросил меня покончить с недомолвками. Раз и навсегда. Но у самого, видимо, кишка тонка, поэтому всё придётся делать мне. Впрочем, как и всегда.

У Тими ёкнуло сердце.

— То есть, ты…

— Твоя мама заслуживает знать правду, — Анна решительно шагнула из комнаты в сторону гостиной, где Алла Григорьевна разговаривала по телефону с кем-то из школы. — Я расскажу ей всё. А ты не вмешивайся. И жди здесь. Обещаю, всё будет в порядке.

Однако для Тими это прозвучало скорее как «никто не пострадает», потому что он знал свою маму. И, к сожалению, знал Анну. У них, кстати, были схожие характеры. Поэтому мальчик всерьёз опасался того, во что могла вылиться встреча двух подобных личностей. Но что ему оставалось?

Только ждать. Ведь, по сути, Анна сейчас расхлёбывает кашу, которую он сам заварил, начав обманывать маму.

***

— Ну так… — Андрей ковырнул носком ботинка снежный бугорок на земле. С шоколадкой он покончил, и разговор как-то надо было продолжать. — Теперь скажешь, кто же ты такой? И зачем следишь за мной?

Влад громко фыркнул.

— Не льсти себе. Никто за тобой не следит. Я случайно выбрал эту лавку.

— А напротив зоомагазина чего торчал? — снова начал заводиться Андрей. Этот парень, спокойный и уверенный в себе, странно на него действовал.

— Купить кое-чего хотел.

— Так чего не купил-то?! Ты даже внутрь не зашёл!

— Продавец бешеный попался, — нагло глядя собеседнику в глаза, сказал Влад. — Побоялся, что укусит.

Несколько мгновений оба пристально смотрели друг на друга.

— Ла-а-адно, — протянул Андрей. — Какое у тебя животное? — заметив недоумение на лице Влада, он насмешливо пояснил: — В зоомагазинах продают товар для животных. Ты же знаешь об этом?

— Да.

— Так кто у тебя?

— Волк. То есть, собака.

— Определись: волк или собака?

— Последний вариант. Я очень долго искал хороший корм, — Пара глаз, не мигая, изучала Андрея. На секунду в них мелькнуло красноватое свечение. — И, кажется, наконец нашёл.

Андрей сглотнул.

— В каком… смысле?

Влад молча кивнул себе под ноги. Там стоял большой чёрный пакет, доверху наполненный собачьими хрустяшками. Андрей готов был поклясться чем угодно, что ещё секунду назад на том месте ничего не было. У него слегка закружилась голова, и он поспешил присесть.

— Кстати, я бы хотел, чтобы ты посмотрел на моего… пса, — словно из-за завесы тумана прозвучал голос Влада. — Он неважно чувствует себя в последнее время.

— Я не лечу животных, — машинально ответил Андрей. Пальцы руки, на которой он попытался сосредоточить внимание, стали расплываться и двоиться. — Но знаю хорошего человека, который когда-то этим занимался.

Влад встал с лавочки и твёрдо повторил:

— Я бы хотел, чтобы это был именно ты, — он положил на ладонь Андрея маленькую карточку-визитку. — Подумай. И свяжись со мной, если решишься.

И пошёл прочь. Мешка с кормом при нём не было.

***

Тими не находил себе места. От волнения он даже начал грызть собственные ногти. Вот уже почти целый час из гостиной, дверь которой Анна предусмотрительно прикрыла за собой, не доносилось ни звука.

«Да что же они там делают?! — изводил себя мальчик. — О чём можно так долго разговаривать? Господи, только бы без смертоубийства…»

Тими на нервной почве выглушил три стакана чая и уже успел налить четвёртый, когда дверь гостиной наконец распахнулась, и оттуда с видом Наполеона, покорившего Москву, вышла Анна. Мальчик замер, судорожно вцепившись в край стола.

— Как прошло? — с трудом выдавил он из себя.

Анна неопределённо пожала плечами, наполнила чайник, который Тими почти что опустошил, заново водой и поставила на плиту.

— Что ты делаешь? — прозвучал следующий вопрос.

— А на что похоже? Я грею воду для чая, — Анна по-хозяйски раскрыла дверцы посудного шкафа и достала красные в белый горошек чашки. — У вас есть конфеты? Если нет, беги скорее в магазин.

— Есть печенье. Шоколадное. И вафли.

— Сойдёт, — кивнула Анна.

— Да что происходит-то?! — заорал на всю кухню бедный Тими. — Ты рассказала маме? Как она отреагировала?! Не молчи!

— Тихо, — цыкнула на него Анна, а затем выглянула в коридор и громко спросила: — Алла Григорьевна, вам сколько ложек сахара класть?

— Две, — ответил из гостиной мамин голос. Бодрый и, кажется, довольный.

Тими ошарашенно уставился на Анну.

— Но как…

— Успокойся, — Невеста Макса аккуратно расставила чашки с чаем и лакомство на подносе и взяла его. — У тебя мировая мама. Мы с ней сразу поладили. Идём.

В гостиной неверящему взору Тими предстала спокойная и даже умиротворённая Алла Григорьевна с семейным альбомом на коленках.

— А вот на этой чудесной фотографии Тими всего полгодика, — улыбаясь, сказала она. Анна поставила поднос на столик и присела рядом. — Днём он спал, как медвежонок в берлоге, а ночью не давал спать мне и папе. Ох, и намучились же мы с ним! Почти каждую ночь мы просыпались от странного запаха, смотрели в его кроватку и видели там…

— Мама! — густо покраснев, возмутился Тими. — Хватит уже!

— Ну почему же, мне очень интересно, — спокойно возразила гостья. — Продолжайте, пожалуйста.

Мальчик горестно провёл ладонью по лицу. Он правда не понимал, что творится. Не прошло и часа, а его мама и невеста Макса уже общались, как две закадычные подруги. А ведь мама всегда с подозрением относилась к незнакомым людям, даже с Кисунчиком сблизилась далеко не сразу.

«Господи, Анна, что ты сотворила с моей мамой? — судорожно гадал Тими, так и не притронувшись к чаю. — Промыла ей мозги? Накачала магическим зельем? Ей-богу, этого я тебе точно не прощу…»

— Очень жаль, но мне пора, — сказала Анна и поднялась на ноги. — Боюсь, кое-кто дома совсем без меня расслабился.

— Уже? — не без разочарования вздохнула Алла Григорьевна.

— Да, к сожалению.

Анна вышла в прихожую и начала одеваться.

— Заходи к нам ещё, обязательно, — велела последовавшая за ней мама Тими.

— Разумеется, и не одна. Я познакомлю вас с моим будущим мужем, — Анна выразительно потрясла дневником, держа его двумя пальцами. — Тем самым. Только довоспитываю его.

Женщина громко и искренне рассмеялась.

— Буду ждать с нетерпением. Теперь этот молодой человек интересен мне ещё больше.

Анна покинула квартиру и, остановившись на лестничной площадке, помахала рукой на прощание.

— Замечательная девушка, — сделала вывод Алла Григорьевна.

Тими, стиснув зубы, схватил куртку и бросился следом. Нет уж, никуда эта «замечательная девушка» не уйдёт, пока не ответит на его вопросы.

— Стой! — уже на улице крикнул он. — Что ты сделала с моей мамой? Отвечай!

Медиум замерла на месте.

— Ничего, — спокойно ответила она. — Почему ты решил, что я что-то с ней сделала?

— Потому что так не бывает! — упрямо гнул свою линию Тими.

— Как «так»?

— Мама — очень тяжёлый человек. Её сложно в чём-либо убедить, когда дело касается обыденных вещей, а в нашем случае — тем более. Я ни за что не поверю, что ты просто поговорила с ней!

— М-да, теперь я понимаю, в кого ты такой настырный, — Голос Анны смягчился. — А ты знал, что в детстве у твоей мамы была лучшая подруга? Которая погибла прямо у неё на глазах под колёсами машины, управляемой пьяным водителем.

Тими, никак не ожидавший, что разговор повернёт в такую сторону, мотнул головой.

— Нет… — потрясённо выдохнул он. — А причём здесь…

— Твоя мама по сей день винит себя в её гибели. Они играли в мяч. Мяч принадлежал твоей маме. И это она случайно кинула его на дорогу. А подружка побежала за ним.

— О, боже… — вырвалось у Тими. — Но они же были детьми!

— Вот именно. Однако, даже став врачом и сумев спасти много-много жизней, Алла Григорьевна до сих пор не простила себе потери той, единственной, жизни.

— И ты узнала всё это, просто увидев маму? — недоверчиво проговорил всё ещё шокированный таким откровением Тими.

— Ну, я же медиум из королевской семьи. И мне ничего не стоило устроить встречу для двух подруг. Они пообщались, прямо в вашей гостиной. Теперь Алла Григорьевна спокойна. Она избавилась от многолетнего груза и, заодно, поверила в сверхъестественное и магию. Проблема решена, как ты и хотел. Ещё вопросы?

Тими нервно усмехнулся.

— Только один. Зачем ты носишь с собой дневник Макса?

— Да не ношу я его, — скривила лицо Анна. — Этот оболтус, которого я имела несчастье выбрать мужем, забыл дневник в школе, ещё на прошлой неделе. Или раньше… Сегодня позвонили, попросили забрать. А то на него уже мухи начали слетаться.

— Мухи зимой спят, — на автомате поправил Тими.

— Эти проснулись, — Анна сделала несколько шагов и добавила: — Можешь приходить к нам в любое время. Теперь твоя мама знает всё. Но она взяла с меня слово, что с тобой ничего не случится, так что ты теперь под моим присмотром.

Произнесены последние слова были таким многообещающим тоном, что Тими аж передёрнуло от мурашек.

— К... круто, — кашлянув, выдавил из себя он. — Спасибо. Наверное…

— Не за что. И позвони Максу. А то он меня за эти дни достал.

— Сделаю, — улыбнулся Тими.

На душе впервые за пару последних недель стало легко и спокойно.

***

Таня выпорхнула из автобуса и заторопилась к дому №17. Сегодня она слегка припозднилась. А ведь ей нужно было успеть домой до прихода Снеговика, который пока ещё не знал, что его сестрёнка тоже нашла работу. Вернее, подработку. Андрей вообще был категорически против того, чтобы она где-то работала. Это его долг. А ей всего тринадцать. Какая тут может быть работа?

Но Таня считала иначе. И через Константина Семёновича и его знакомых устроилась на местную почту. Она помогала почтальонам разбирать корреспонденцию и газеты с журналами. Платили, конечно, сущие гроши. Но всё же лучше, чем ничего. И у Тани, наконец, появилась надежда осуществить своё, наверное, самое заветное за последнее время желание: сделать брату хороший подарок на Новый Год. Андрей заслуживал его, как никто другой. Таня прекрасно знала, что, помимо зоомагазина, он, когда имелась возможность, брал дополнительную работу в других близлежащих магазинах. Тяжёлую работу. На один вечер. Что-то принести, что-то разгрузить... Не брезговал и полы мыть. И, конечно же, сильно уставал, даже учитывая выносливость и подготовку Магического Воина. Обычный подросток не выдержал бы...

У Тани, глядя на брата, сердце обливалось кровью. Ей так хотелось хоть немного облегчить ему жизнь. И хоть чем-то порадовать. Но она знала, что он всё равно не позволит ей работать, как бы трудно самому ни было. Поэтому пока молчала. И старалась прибежать домой до его возвращения.

У калитки Таня ещё издалека увидела высокую фигуру Жоржа. Он как раз собирался войти. Девочка попыталась затормозить, но ноги на льду сами несли её вперёд.

— Ой-ёй-ёй-ёй! — пискнула она и отчаянно взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие.

Жорж среагировал незамедлительно. И вовремя успел подхватить несущуюся прямо на него Таню.

— Ты как? — обеспокоенно прозвучал его голос. — Цела?

— Д-да, — пробормотала сестра Андрея, не поднимая глаз. Если Макса она просто стеснялась, то с Жоржем, будучи одна, вообще не представляла, как себя вести. — С-спасибо.

— Не за что.

Жорж открыл калитку и пропустил девочку вперёд. Навстречу ей метнулся четвероногий любимец Макса. Таня присела на корточки и ласково потрепала его за уши, а потом чмокнула в холодный нос. Счастливчик был единственным мужчиной в доме, рядом с которым она чувствовала себя уверенно. После Андрея, разумеется.

На веранде, сидя на стуле, то ли медитировал, то ли дремал (скорее, последнее) Макс. Стоило Жоржу и Тане зайти, как он сразу же открыл глаза и улыбнулся.

— Танечка, привет. Как обстоят дела на нашей почте? Письма пишут?

— Да, и много, ведь скоро же Новый Год, — с воодушевлением отозвалась Таня.

Ей на самом деле доставляло особое удовольствие разбирать праздничные конверты и открытки. Богатая от природы фантазия помогала представить людей, которые писали поздравления. И тех, кто их ждал. Народ, несмотря на век технологий, продолжал слать друг другу бумажные письма, украшенные особыми марками и стикерами. И это было здорово.

— Я вот тоже подумываю написать письмецо своей сестрёнке. Отдать дань традициям, так сказать, хоть мы и общаемся по телефону почти каждый день.

— Разве у тебя есть сестра? — удивился Жорж.

— А как же! Тамарочка, — гордо сообщил Макс. — Только двоюродная. Она осталась присматривать за нашим домом в Изумрудном.

— Ого, не знал…

— Конечно же, напиши! — воскликнула Таня. В голосе звучал неподдельный энтузиазм. — Ей будет приятно, уверена!

— Хорошо.

— Снеговик ещё не пришёл?

Макс слегка помрачнел. Он не понял утреннего поведения Андрея, и это его беспокоило. Оставалось надеяться, что друг просто встал не с той ноги. Но Таня тут была ни при чём, и лишний раз её волновать Макс не хотел, поэтому снова изобразил улыбку.

— Нет, — и твёрдо добавил: — Расскажи ему про подработку. Обязательно. Он должен знать. Недомолвки ни к чему хорошему обычно не приводят. Спроси при случае у Тими, ему на эту тему есть что сказать.

— Д-да. Ты прав, — пробормотала Таня. — Я и сама уже об этом подумывала. Да и деньги на подарок почти собраны.

— Что планируешь дарить? — спросил Жорж.

— Т-телефон. Сотовый. У Снеговика его до сих пор нет. А он о нём так мечтает… — Таня чуть покраснела. — На новый, конечно, денег не хватит, но…

Жорж авторитетно махнул рукой.

— Всё, понял, не продолжай. Когда надумаешь покупать — скажи. Я порекомендую одного отличного парня. Продаёт достойные трубки по приемлемым ценам. Фуфла не подгонит, ручаюсь.

— Спасибо. Это очень здорово.

Таня ушла в дом помогать Анне с ужином. Макс и Жорж остались вдвоём.

— Ну, а у тебя, дружище, как дела? «Приятель» из прошлого больше не беспокоит?

— Вальтер-то? — Жорж нервно побарабанил пальцами по столу. — Уже с неделю всё тихо. Надеюсь, что так и останется.

— Ну и славно, — Макс поднялся со стула и, припав на одну ногу, чуть поморщился.

Конечно же, это не осталось незамеченным.

— Что с тобой? — нахмурился Жорж.

— Да ерунда… Правда. Ногу потянул на тренировке. Зато теперь вот от школы отлыниваю на вполне законных основаниях.

Старший товарищ понимающе усмехнулся.

— Бессовестный ты. Всё с тобой ясно, — и как бы между прочим продолжил: — Я бы мог подлечить тебя…

— Не-не, не надо! — чересчур быстро отреагировал Макс, а потом уже более спокойно добавил: — Спасибо за заботу, Жорж. Но правда, не нужно. Магический Воин должен стойко переносить подобного рода мелочи.

— Сам придумал? — насмешливо изогнул бровь Жорж.

— Не, Анна сказала. И нога уже, считай, не болит. А в школе завтра жёсткий опрос по алгебре. И открытый урок по химии. Я лучше дома отсижусь. Общий показатель классу не снижу. А то потом опять будут меня на собраниях пропесочивать.

— Понятно-о-о…

— Останешься на ужин?

— Да я на пару минут заскочил.

— Ничего не знаю. Без ужина не отпущу.

И Макс буквально втолкнул Жоржа в дом, не слушая возражений. Оба прошли на кухню. А там Анна и Таня уже расставляли тарелки, раскладывали ложки да вилки... Из дымящейся кастрюльки с супом шёл приятный запах.

При виде этой картины Жорж почувствовал, как его сердце заполняется теплотой. Всё выглядело так... по-домашнему. По-семейному. Общего впечатления не портил даже Сэм, самозабвенно опустошавший миски Счастливчика в углу.

Пёс пару раз рыкнул, а затем бросил на хозяина обиженный взгляд.

— Терпи, дружище, — посоветовал ему тот. — Мы должны быть гостеприимными, — а затем еле слышно шепнул: — Полезай-ка под стол. Все вкусные кусочки — твои. Обещаю.

Такой вариант Счастливчика боле чем удовлетворил. В конце концов, в его тарелках лежала невкусная вчерашняя каша. А хозяин наверняка угостит котлеткой. Так что, пёс был даже в выигрыше.

— Ну где же Снеговик? — то и дело посматривая на часы, беспокоилась Таня. — Семь вечера уже!

— По ходу, загулял твой братец, — усмехнулась Анна, наполняя хлебом корзинку на столе.

— Нет, он не мог! — решительно возразила Таня. Когда дело касалось брата, она всегда придерживалась твёрдой позиции.

— А я б загулял, — пробормотал Жорж.

— Снеговик — ответственный! Он не будет развлекаться, зная, что я за него волнуюсь.

— А по-моему, он тот ещё раздолбай, — пожала плечами Анна. — Только не обижайся.

— Я не обижаюсь. Но ты — не права. Снеговик может казаться легкомысленным, но на самом деле он — не такой. Он…

— Какой? — резко и неожиданно донеслось со стороны двери.

Присутствующие на кухне дружно обернулись и увидели Андрея. От фигуры снежного мага исходил недобрый холодок. Огонёк на плите под закипавшим чайником дрогнул и потух.

— Продолжайте, — каким-то чужим, еле узнаваемым, голосом проговорил Андрей. Словно он обращался к группе незнакомцев. Или хуже того — неприятелей. — Ну же! Обсуждайте то, что вы там обсуждали. Я вам мешать не буду.

— Снеговик! — обрадовалась Таня. — Ну наконец-то! Ты где так задержался?

На лице старшего брата появилась кривая усмешка.

— Загулял.

— Как?! — не поверила Таня. — Да нет, ты шутишь… Не может такого быть!

— Почему? — Андрей сделал шаг по направлению к ней. — Я что, не заслуживаю этого? Чем я хуже других?

Таня невольно отодвинулась назад. Наверное, впервые в жизни она… испугалась собственного брата! Его прищуренные глаза смотрели вызывающе и зло. Воздух будто бы искрился вокруг него. Суп в кастрюле перестал дымиться, а хлеб — покрылся тоненькой корочкой льда.

Макс медленно поднялся из-за стола.

— Дружище, — так спокойно, как только мог, заговорил он. — Давай, ты присядешь, а?

Андрей окинул его ледяным взором. У Макса от него по спине пробежали мурашки. Куда подевался неуклюжий с виду парень, без конца травивший шутки, съедавший по пять тарелок каши и храпевший на весь дом? Его больше не было.

— Не указывай мне, что делать, — чётко проговорил он. — Только не ты, — Андрей повернулся к сжавшейся, словно мышка, сестре. — Таня, собирай вещи. Мы уходим.

— Зачем? Куда? Почему…

— Много вопросов. Делай, что я сказал.

— Так, подожди-ка, — снова вмешался Макс. — Ты нашёл новое жильё? Где? У кого?

— Тебе какая разница? — горько усмехнулся Андрей. — Радуйся. Больше не придётся терпеть.

— Чего терпеть? — не понял Макс.

Андрей приблизился к нему. Вплотную. Их носы почти коснулись друг друга. Два взгляда - голубой и карий - столкнулись, как гром и молния среди ясного неба.

— Хватит. Корчить. Из себя. Дурачка. У тебя есть последний шанс сказать мне всё, глядя в глаза. Не упусти его.

— Что сказать? — не дрогнув, спокойно произнёс Макс. — Извини, но я правда не понимаю, чего ты хочешь от меня услышать.

Кулаки Андрея сжались. Казалось, ещё секунда — и он кинется на своего друга. Или уже не друга?

— Народ, а в чём вообще дело-то? — решил вмешаться Жорж.

Андрей раздражённо цокнул языком.

— Ну хоть ты-то не лезь, а? Недоделок, блин!

— Не понял?!

— Да что ж вы все такие непонятливые-то, — Андрей развернулся к новой цели. — Как ты вообще среди нас оказался? Ты даже не Магический Воин! Так, недоразумение… доктор Айболит хренов!

От такого откровенного наезда Жорж даже онемел на несколько секунд. Будь перед ним его ровесник, он бы незамедлительно начистил тому морду. Но Андрей… От него подобного хамства он ожидал в последнюю очередь. Жорж повидал достаточно «ядовитых» людей на своём веку. Вот почему он так прикипел к этому дому, к этим ребятам… Здесь была совершенно другая атмосфера. Наивная и добрая. Вот почему ему хотелось возвращаться сюда снова и снова. Но на каждую бочку мёда найдётся своя ложка дёгтя. Бессмертная пословица, в актуальности которой Жорж в очередной раз имел «удовольствие» убедиться.

— Ну, и чего молчим? — продолжал подначивать тем временем Андрей. Он словно нарочно нагнетал обстановку и провоцировал скандал. — Язык проглотил? А я-то думал…

— Вон, — неожиданно подала голос до сих пор молчавшая Анна. Андрей, Макс, Жорж и Таня, как один, повернули головы в её сторону. Каждого из них в этот момент раздирали собственные эмоции и чувства. Андрей прям-таки сочился ядом и источал неповиновение, Жорж дрожал от плохо сдерживаемого гнева, бедная Таня едва не рыдала, а Макс глядел на всех троих с невыразимыми болью и печалью. — Я сказала, вон отсюда.

— Да с радостью! — рявкнул Андрей. — Таня, идём!

— Я не…

— Она остаётся, — монотонно отрезала Анна. Медиум будто не видела Андрея. Для неё он стал пустым местом. — А ты уходишь. Думать над своим поведением. Захочешь извиниться — придёшь завтра. Но мне на глаза лучше не попадайся.

— Больно надо! Жил как-то без вас раньше — и дальше проживу! Всё, чао, бамбино, сорри! Хотя, на самом деле, ни фига не сорри!

И Андрей вихрем вылетел из кухни. С плиты на пол с грохотом покатился чайник. Вместо воды из него высыпались кусочки льда.

Спустя пару мгновений хлопнула дверь в прихожей. Возвещая, что Андрей покинул дом. Возможно, навсегда. Таня упала на стул и горько разрыдалась.

***

Андрей выскочил на улицу, бешено шарахнув ни в чём не повинной калиткой, и пошёл, куда глаза глядят. А идти ему, собственно говоря, было некуда. Он даже вещи свои не забрал. Но возвращаться обратно — не вариант. Больше не вариант. Тем более, теперь, когда ему прямым текстом велели убираться прочь. И даже любимая сестра не поддержала. Да и не было среди вещей ничего такого ценного.

Он покидал Виноградную улицу. И чем дальше оставался дом № 17, тем больше и чаще замедлялся уверенный поначалу шаг Андрея, который буквально чувствовал, как трещат и рвутся нити, связывающие его с этим местом. Мучительно, миллиметр за миллиметром, выдирая кровавые куски из сердца. Где-то на задворках сознания надрывался тревожный колокольчик.

«Что я творю?! Это же моя сестра… и мои лучшие друзья! Зачем я так с ними обошёлся?»

Андрей замер. Его охватил приступ дикого страха. Что с ним происходит? Остаток дня он провёл будто в тумане, даже не помнил толком, где был. Откуда эта дикая и неуправляемая злоба? Булькающая, рычащая… Раздирающая грудь изнутри, словно бешеный волк, вырывающийся из капкана на волю. И ведь ему почти удалось освободиться там, на кухне… Он готов был смести всех со своего пути: Макса — за то, что даже глядя в глаза, не сказал правды. Анну — за то, что такая заносчивая и эгоистичная стерва. Жоржа… Ну, чувак просто под горячую руку попал, никто не просил его вмешиваться. Таню… За то, что предала. Да, именно предала. Испугалась. Родного брата. И не пошла с ним. И кто у него в итоге остался? Правильно. Ни-ко-го. Разве что только…

— Эй, пацан, — окликнул Андрей пробегавшего мимо мальчишку. — Мобила есть?

Тот кивнул.

— Дай позвонить, — и протянул ему полтинник.

Как только трубка оказалась в руках, Андрей резкими нажатиями, словно давя таким образом последние крупицы сомнения, набрал номер с карточки-визитки.

— Э-э, полегче, сломаешь! — возмутился хозяин телефона.

— Цыц, — велел Андрей и заговорил в трубку: — Привет, это я. Я готов посмотреть на твою собаку. Что мне делать?

— Скоро буду, — раздалось в ответ. — Жди там, где стоишь.

***

Некоторое время на кухне стояла гнетущая тишина, прерываемая тиканьем часов, гудением холодильника и Таниными всхлипываниями. Макс, отвернувшись и заложив руки за спину, стоял возле окна. Анна выкинула испорченный хлеб и заново наполнила чайник водой. Из-под стола периодически доносились горестные вздохи. Счастливчик, очевидно, понял, что сегодня котлеток ждать не стоит.

Жорж нервно постукивал пальцами по столу. Именно он и заговорил первым.

— Кто-нибудь понял хоть что-нибудь?

— Только то, что кое-кому следует подлечиться, — сухо заметила Анна.

Эти слова стали «спусковым крючком».

— Простите! — вскочив, на всю кухню крикнула Таня. По личику девочки безостановочным градом катились слёзы. — Простите! Пожалуйста! Я правда… правда не понимаю, какая муха его сегодня укусила! Мой Андрей… никогда… никогда не был таким…

Ноги бедной девчонки буквально ходуном ходили. Казалось, ещё немного — и она просто рухнет посреди кухни на колени. Жорж, тихонько ругнувшись, с лёгким нажимом на дрожащие плечи усадил её обратно. Анна молча поставила перед ней стакан с водой.

— Никогда… никогда… — будто одержимая, повторяла одно и то же Таня, игнорируя питьё. — Даже в школе, в седьмом классе… меня обидели одноклассники Снеговика… и потом ещё ребята во дворе посмеялись… Но даже тогда… даже тогда… он не вёл себя… так! Это был не мой брат…

Макс вздрогнул и обернулся.

— Как ты сказала? — резко спросил он. — Повтори!

Таня всхлипнула.

— В школе…

— Да нет же! — нетерпеливо отмахнулся Макс. — Не с самого начала. Ты сказала, что сегодняшний Андрей — не твой брат, — он внимательно следил за малейшим изменением эмоций на лице сестры друга. — Что ты имела ввиду?

— Только то, что есть, — неожиданно твёрдым голосом ответила Таня. — Мой брат — добрый человек. А этот человек был злым.

И всё. Вот так просто. У такого светлого и неиспорченного ребёнка, как Таня, не могло быть другого мнения.

Макс задумчиво потёр подбородок.

— Дело в том, что мне его поведение тоже показалось… м-м-м… мягко выражаясь, странным. И нехарактерным.

Жорж фыркнул.

— Странным? Да я всё ждал, что он порвёт тебя, как Тузик грелку!

— Зубы обломал бы, — отрезала Анна. И от души шваркнула чайник на плиту. От грохота Таня аж дёрнулась на месте. — Моему Максу он не ровня.

Будущий муж посмотрел на неё с укором.

— Мы сейчас не об этом, — он обвёл присутствующих серьёзным взглядом. — Больше никто ничего не заметил?

Жорж пожал плечами.

— Пацанчик зарвался. Лично я считаю, по нему воспитательный кнут плачет. Или магический… или какой он там у вас…

— У нас — такой же, как и у вас, — усмехнулась Анна. — А если по существу, я почувствовала кое-что ненормальное в ауре вашего неугомонного Йети. Неопытный медиум даже решил бы, что это — чужая аура. Но только не я.

Брови Макса обеспокоенно сдвинулись.

— Две ауры? А это возможно?

— Про эффект «раздвоения личности» слышал? Это всё тот же человек, но под влиянием определённых обстоятельств он может вести себя нетипично. Не так, как обычно.

— А про какие «обстоятельства» идёт речь? Что способно повлиять на человека таким образом?

— В основном, негативные: страх, разочарование, злость… Но, прежде всего, стресс. Именно он чаще всего приводит к состоянию аффекта.

Все дружно посмотрели на Таню. Сестра главного виновного опустила голову.

— Снеговику многое пришлось пережить за последние месяцы: гибель папы и мамы, трудный перелёт из Мурманска в Москву, выживание здесь, до встречи с вами…

— Я думал, после переезда сюда дела наладились, — тихо сказал Макс. — Ведь ещё вчера он смеялся, шутил… Мы смотрели «Гарри Поттера», затем он отправился спать. Всё шло хорошо.

— А потом у него был кошмар. Потому что в два часа ночи он точно не спал. И до самого утра — тоже.

— Значит, причиной его отвратительного поведения стал плохой сон? — уточнил Жорж и подумал про Еву. Про свою адскую жизнь в дешёвом, позабытом государством, приюте. Про многолетнюю борьбу за элементарное существование в трущобах Москвы. — Мне кошмаров снится не меньше, но я потом на людей не кидаюсь.

— Он тоже не кидался, — слабо заступилась Таня.

— А мне показалось, за этим дело не заржавело бы.

Макс тихонько пихнул старшего товарища в спину.

— Прекрати, Жорж, — шёпотом велел он.

Таня опустила голову ещё ниже.

— Вы правы, есть ещё кое-что. Снеговик живёт в постоянном страхе разочаровать вас.

— Нас?!

— Он боится, что рано или поздно вы сочтёте нас обузой. Приживалами. А его — неудачником. Будете думать так, а ему — не скажете. Из жалости. Или по другим причинам.

Макс и Анна переглянулись, но промолчали.

— Может, у него сегодня на работе что-то случилось, и он побоялся, что вы посчитаете его бесполезным… — продолжала Таня. — Плюс кошмары. Постоянная усталость. Всё это наслоилось, одно на другое. В общем, я не знаю…

Макс встал перед ней и приложил руку к своему сердцу.

— Таня… Я клянусь тебе, своей душой и жизнью, что никогда про Андрея ничего такого не думал. Он мой друг. Лучший друг. С вашим появлением мой дом расцвёл. В прямом смысле слова. И это — единственная правда. Другой — нет, и никогда не было.

Ярко-голубые глаза Тани широко распахнулись. По щекам с веснушками снова хлынули слёзы. Но теперь то были слёзы радости. И облегчения.

— Спасибо.

— Ого… — только и смог выдать Жорж. Даже его растрогала речь Макса.

Анна пару раз хлопнула в ладоши.

— Браво, — сухо прокомментировала она. — Вот только я теперь действительно думаю, что не всё так очевидно, и просто сомнения и кошмары не могли настолько сильно снести твоему дружку башню.

— Хочешь сказать…

— На него воздействовали. Не знаю, кто, и не знаю, как. Но…

На окне слегка колыхнулись занавески. Один за другим погасли уличные фонари, а через пару-тройку секунд — зажглись, только в обратном порядке. Лампочка под потолком мигнула. Несколько мгновений Макс внимательно изучал её, как не изучал, наверное, ни один учебник по школьной программе. Словно именно в ней таились все ответы. А затем быстрым шагом покинул кухню. Таня, не задавая лишних вопросов, поспешила за ним.

— Что… Вы куда? — не понял Жорж и недоумённо посмотрел на Анну. В глазах застыл невысказанный вопрос: «Мне ведь надо идти за ними, да?». Медиум лишь пожала плечами. На лице так и было написано: «Поступай, как знаешь. Но ты ведь с самого начала понимал, на что подписываешься, да?».

Жорж с обречённым вздохом поднялся с места.

***

Андрей сидел на краешке бордюра и носком прохудившегося ботинка вяло гонял льдинку по земле. По крайней мере, имелся один бесспорный плюс в обладании снежной магией: даже в старой одежде и полудырявой обуви можно было не бояться замерзнуть.

«Скоро буду, — снова и снова звучали в голове слова парня, про которого Андрей до сих пор ничего не знал, даже его имени. — Жди там, где стоишь».

«На геликоптере, что ли, ты сюда прилетишь? — мрачно размышлял светловолосый маг. Его опять терзали сомнения. — Или на ковре-самолёте? Кто ты вообще такой? И откуда знаешь, где именно я на данный момент стою? Вернее, уже сижу. Клянусь своей Снежной Саблей, ты точно Магический Воин…»

Уличные фонари мигнули и погасли один за другим. Вставшего на ноги Андрея обдало холодом. Но совсем не таким, к какому тот привык. Нечто подобное он ощущал, стоя у разверзнутой могилы своих родителей. Холод тоски. Боли. Одиночества.

Фонари загорелись.

— Я здесь.

Андрей медленно обернулся. Позади клубилась стена чёрного тумана. По ширине она занимала почти всю улицу.

Навстречу вышла невысокая фигура в тёмной одежде.

— Ну, кто бы сомневался, — усмехнулся ничуть не удивлённый Андрей. — Магический Воин.

— Во плоти.

Фонари «приветственно» замерцали, напоминая ёлочную гирлянду.

— А это для чего? — хмыкнув, поинтересовался Андрей.

— Да просто так, — неопределённо отозвался Влад. Он словно и сам не знал «а для чего именно».

«Светошоу» прекратилось.

— Пижон, — сделал вывод Андрей. — Ну что, где там твоя собака?

Влад приглашающе кивнул в сторону туманной завесы.

— Только я без вкусняшек.

— Сапожник без сапог? Ты же в зоомагазине работаешь.

— Ну извини, не подготовился.

— Ладно. Всё равно, у моего… пса очень специфический вкус, — многообещающе улыбнулся Влад, и снова Андрей готов был поклясться, что заметил красное свечение в его глазах.

Но страха, как и сомнений, больше не оставалось. Наверное, он просто устал. Чертовски устал.

«Да будь, что будет, — решил Андрей и шагнул в сторону магической аномалии. — Жёнушка Макса, небось, уже вещички мои за калитку выставила… Идти мне больше некуда, так почему бы, прошу прощения за иронию, не свалить в туман? Н-да… Обычно это смешнее звучит».

— Снегови-и-ик!!!

— Андрей!

«А, нет… Всё ещё смешно. Ха-ха…»

***

Макс, Таня и Жорж неслись по Виноградной улице. Фонари вдоль дороги словно взбесились, решив, по всей видимости, устроить соревнование на тему «кто быстрее выключится и включится, и сколько раз».

— Да что за чертовщина творится-то?! — крикнул Жорж.

Ему никто не ответил. На самом деле, Таня понимала ещё меньше, чем он, но чувствовала, что брату угрожает опасность, и сейчас мысли занимало лишь одно: найти его. Целым и невредимым. И, по возможности, таким же, как прежде. Но главное — просто найти.

А Макс… Макс уже знал, кого увидит там, в конце пути. Знал с вероятностью девяносто девять процентов из ста, один процент всё-таки оставляя на случай вторжения инопланетян.

И он не ошибся. У зелёных человечков с их жалким процентом не было шанса.

— Снегови-и-ик!!! — закричала Таня.

— Андрей! — громко вторил ей Макс.

Жорж при виде стены из тумана, перекрывшей улицу, округлил глаза.

Андрей медленно повернулся к ним.

— Чего вам? — холодно осведомился он. — Неужели, Анна отправила вас принести мне мои вещи? — Старший брат Тани изобразил поклон. Все движения были резкие, без души. — Мерси-с, конечно, но, право, не стоило так заморачиваться из-за моей скромной персоны. Там всё равно ничего ценного нет.

Макс остановился и предупредительно вытянул руку, не позволяя Тане рвануться к брату, потому что он не знал, чего ждать от Магического Воина, находившегося позади Андрея.

— Так это же… — начал Жорж. Он, едва не упав, затормозил по другую сторону от товарища.

— Андрей, — тихо и очень серьёзно заговорил Макс. — Давно ты знаешь этого человека?

— Второй день, — с вызовом ответил снежный маг. Первый — это если считать давнишнюю встречу у зоомагазина. — И что дальше?

— Ничего. Просто будет лучше, если ты сейчас пойдёшь с нами. А я тебе потом всё объясню. Поверь.

Андрей расхохотался.

— Поверить? Тебе?! — Сарказм и презрение, казалось, впору было черпать ложкой. Или строгать ломтями. Настолько много их присутствовало в данных словах. И реалистично они звучали. — Да ни за что! Я лучше с этим парнем потусуюсь!

Макс сделал шаг. В тот же миг его обдало колким морозным ветром. В дружелюбное, чуть покрасневшее лицо метнулась горсть снежинок.

Тем временем, «этот парень», сложив руки на груди, стоял возле туманной завесы и безразлично наблюдал за происходящим. Попыток вмешаться он не делал.

— Андрей…

— Иди домой, Макс, — последовал тяжёлый вздох. — По-хорошему. Всё это — больше не твоя головная боль.

— Снеговик, не надо! — крикнула Таня и снова попробовала вырваться вперёд. Но Макс по-прежнему закрывал её собой.

Андрей насмешливо фыркнул.

— Ты что это… защищаешь от меня мою же сестру?

— Не от тебя, — Макс выразительно посмотрел на Влада. Тот лишь закатил глаза и изобразил тоску на лице. Андрей тоже глянул в его сторону.

— Вы что, знакомы? — с подозрением прищурился он.

Макс замялся. В принципе, он должен был сказать про Влада ещё в прошлый раз, когда Андрей в свой первый рабочий день рассказывал про странного типа. Но не сделал этого. Думал, обойдётся.

Не обошлось. И даже хуже: именно эта утайка и стала последним гвоздём в крышку гроба под названием «доверие Андрея». И терпение, заодно.

— Значит, знакомы, — сам сделал правильный вывод Андрей. — Ну конечно. И стоит ли мне удивляться ещё одной лжи…

— Ещё одной? — растерянно переспросил Макс. И опять попытался приблизиться к другу. — Послушай…

— Назад!

Ноги Макса по колени сковал лёд.

— Назад, я сказал, — жёстко повторил Андрей. Голос даже не дрогнул, как и вытянутая рука. — Ещё шаг — и шагать тебе будет нечем. И это — не шутка.

— Да что ты творишь-то, полудурок?! — не выдержал Жорж. — Твой новый приятель…

Андрей махнул рукой.

— Хватит, сказано же!

Высокую фигуру окружил снежный вихрь. Жорж зажмурился и прикрыл лицо сгибом локтя. Волосы на непокрытой голове заблестели от инея.

Влад чуть заметно качнул головой. В равнодушных глазах мелькнуло одобрение.

— Снеговик, пожалуйста, перестань! — взмолилась Таня. — Прошу…

— Надоели вы мне все, — Андрей развернулся и направился к завесе тумана. — Просто отстаньте уже.

— Не надо, остановись! — крикнул ему вслед Макс, но тщетно. Бывший друг его больше не слышал. А вдогонку броситься не давали ноги, намертво примёрзшие к земле.

Макс сосредоточился на своей магической энергии. Так, как учили его дедушка и Анна. Фигуру охватило мягкое свечение, и лёд, разлетевшись на осколки, брызнул в разные стороны.

Но, увы, было слишком поздно. Андрей уже успел шагнуть в туман. Его спина, обтянутая бело-голубой курткой, растворилась и исчезла из поля зрения.

Макс, не раздумывая, кинулся следом. Плевать, что там, по ту сторону. Лишь бы вернуть Андрея. Уберечь его от судьбы Азраила и других пленников дома Войцеховских. Потому что Андрея сто процентов ждала такая же участь. Как и Жоржа, когда его пыталась завербовать Ольга. Макс поклялся, что не допустит больше ничего подобного. Но опять просчитался.

На пути возник Влад. Молниеносное движение — и Макс отлетел на несколько метров назад, прокатившись по ледяному асфальту.

— Тебе же сказали отвалить, — абсолютно безэмоциональным голосом проговорил он. Ни злости, ни ненависти, ни презрения — вообще, ничего. Влад явно поработал над самоконтролем, в сравнении с прошлым разом.

Поглотив своего хозяина, чёрный туман рассеялся, будто его тут и не было никогда. И Андрея — тоже. Светловолосый маг покинул Виноградную улицу. Без вещей и не попрощавшись.

***

Белый волк медленно брёл по заснеженной пустыне. Сверху, сквозь редкий дым облаков, за ним беспристрастно наблюдала луна. Его верная и единственная спутница. Ничто не нарушало их покоя на протяжении долгого, очень долгого времени.

Но сегодня всё изменилось. Сегодня появился чёрный туман. Он скрыл от взора луны её подопечного. Луна больше не могла присматривать за своим волком. А волк, запрокинув голову, не мог поведать своей луне о том, что терзало его одинокую душу. Ведь он её больше не видел.

Белый волк брёл и шатался. А за ним по бледной синеве снега простирался кровавый след…

— Нет! — отчаянно крикнул Тими и сел в постели. Сон оборвался. — Нет…

Глава 14. Белый Волк, Чёрный Демон - часть 2

??? лет назад…

Молодой белый волк патрулировал территорию. Это был его священный долг, от рождения. Защищать свои земли и выгрызать зубами неприятеля. И он справлялся. До теперешнего момента.

Сегодня волк не чувствовал угрозы. Даже несмотря на то, что существо, посетившее его мир, являлось прямым порождением тьмы.

Путь волка лежал к заброшенному храму. Когда-то он был величественным, но теперь — затонул в бескрайних снегах. Полуразрушившиеся со временем колонны, уходящие верхушками в ночное небо — вот всё, что сохранилось спустя века от некогда монументального строения.

Волк запрыгнул на высокий снежный холм и обернулся человеческим подростком лет шестнадцати. Вместо одежды его обнажённое тело покрывал тонкий слой льда. Который на деле был прочнее лучшей брони и абсолютно не стеснял движений, сидя на фигуре, как влитой. Идеальный костюм для здешнего стража.

— Кто? Здесь? — прорычал он и с шумом втянул ноздрями морозный воздух. — Покажись!

На вершине колонны заклубилось чёрное облако. Из него материализовалась невысокая, скорее даже детская, фигурка, которая тут же уселась, свесив ноги вниз.

— Демон, — рыкнув, безошибочно определил статус «гостя» мальчик-волк и тряхнул головой с ледяным ёжиком волос.

— Волк, — с тихим смешком вторил ему голос сверху.

— Зачем пожаловал?

— Может… поиграем?

Юный волк недобро оскалился. Синие глаза вспыхнули азартом.

— Ну давай… Поиграем. Ежели, конечно, не побоишься спуститься вниз.

— Уже лечу, милый.

Этой ночью встретились два необычных создания. Встретились, чтобы испытать друг друга. Проверить на прочность тела и силу духа. И, возможно, стать в итоге чем-то большим, нежели обычные заурядные противники. Связав свои запятнанные кровью души. Навек.

настоящее время

Ольга осторожно закрыла ветхий дневник и вопросительно посмотрела на отца.

— Это очень старые записи, — пояснил тот. — Написаны на древнейшем языке. Его использовали когда-то в Иных Мирах.

Дочь, без особых усилий уловившая суть пусть и странного, но вполне понятного текста, лишь пожала плечами, совершенно не выглядя впечатлённой.

Павел Олегович правильно истолковал её реакцию.

— Да, наша семья достаточно хорошо обучена языкам. Мы способны понимать и более сложные вещи. А это, скорее, вольное изложение. Наподобие сказки. В те времена даже о Турнире ничего известно не было.

— Ого… Этот и другие дневники — из библиотеки Лордении, я права?

Глава семейства Войцеховских скривил лицо.

— Да. Твой дед (мой отец), прежде чем оборвать с нами какие-либо связи, позволил забрать часть записей из своей библиотеки. Я выбрал те, что имели отношение непосредственно к нам.

— Так значит, это правда… Насчёт Влада.

— Ты сомневалась?

— Ну, не то что бы…

— И не только насчёт него. Тот, второй…

У Ольги округлились глаза.

— Да не может быть… Волк?!

— Он самый.

Некоторое время в большом мрачном кабинете Павла Олеговича Войцеховского стояла тишина. Ольга задумчиво изучала собственные ногти, привалившись спиной к стеллажу с книгами.

— Интересно, а сам Влад… Он осознанно выбрал своей целью именно этого парня?

— Вряд ли, — покачал головой Павел Олегович. — Я думаю, сработали многовековые инстинкты. Согласно истории, демон всегда находит своего волка, — Мужчина задумчиво потёр подбородок. — Похоже, Влад пригласил весьма и весьма интересного гостя… — он пристально взглянул на Ольгу. — Будь готова вмешаться, если вдруг что-то пойдёт не так. Но без особой необходимости — не лезь. Так или иначе, они оба стоят друг друга.

Ольга понимающе усмехнулась.

— Я так понимаю, нас ждёт весёлая ночка…

— Ну-у… Это как посмотреть.

***

Лика тяжело вздохнула и откинула в сторону папку с документами. Рука потёрла уставшие глаза. Как бы она ни старалась, на работе сосредоточиться сегодня так и не удалось. Ни днём, ни сейчас, вечером. Сухой текст отчёта по делам в кафе не имел абсолютно никакого смысла, а столбики из цифр напоминали китайские иероглифы.

Взгляд то и дело падал на телефон. На него постоянно приходили какие-то сообщения, в основном, дурацкий спам да реклама. Несколько раз звонили поставщики и партнёры, а также кто-то из рабочего персонала. И ни одного звонка из дома. Уже почти целый месяц.

Лика хорошо помнила тот ноябрьский день, когда приняла окончательное решение. Случилось это через несколько дней после того, как она позвонила Максиму Светлову и предупредила по поводу планов Ольги относительно Жоржа Гасперского. Девушка прекрасно знала, что этот факт утаить не удастся. Да она и не особо-то пыталась. Без Азраила, как бы сопливо и мелодраматично это ни звучало, прежняя жизнь утратила смысл. Лика больше не собиралась вербовать всяких бедолаг, чтобы потом большая их часть пошла на корм любимым «зверюшкам» Павла Олеговича Войцеховского, а оставшаяся — превратилась в вышколенных бездушных солдат, которых семья потом использует в качестве пушечного мяса. После ухода Азраила Лика ни разу не была в Бесконечном Подземелье. Раньше она тренировала там своего хранителя и, что уж теперь скрывать, ей доставляло удовольствие наблюдать, как с каждым днём тот становится всё сильнее и опаснее. И плевать, сколько несчастных пленников он угробил в процессе. Лику это не заботило. Её вообще тогда мало чего заботило. Отправляясь на бой с Максимом Светловым, пообещав при этом принести его голову брату в подарок, она и представить не могла, как сильно потом изменится её жизнь. Её мировоззрение. А семейный особняк Войцеховских превратится в клетку, где девушка будет задыхаться. Час за часом, день за днём…

И она решила уйти. Чтобы начать новую жизнь. У Лики имелись хорошая квартира в престижном районе Москвы и неплохой счёт в банке. Она открыла собственное кафе, назвав его «Слеза Ангела», и с головой ушла в работу. В течение первой недели новоиспечённая хозяйка вздрагивала от каждого стука в дверь и любого звонка на телефон, ожидая, что это дядя разыскивает её, чтобы насильно вернуть домой. Но нет. Всё было на удивление тихо. Создавалось ощущение, что её отсутствия даже не заметили. Так что жить бы ей да радоваться, но… По крайней мере, от одного члена семьи Лика ждала если не звонка, то хотя бы смс-ки. Этим человеком был её брат.

Лика до сих пор не знала, как Влад отнёсся к её уходу из семьи. Счёл ли такой поступок предательством? Скорее всего, да. Иначе хоть раз да позвонил бы. Он словно взял и вычеркнул сестру из своей жизни. А ведь раньше они почти не расставались. Лика утешала себя мыслями, что со временем найдёт способ освободить Влада из-под дядиного влияния. Скоро начнётся Турнир, он мог бы попытаться контактировать с другими Магическими Воинами, а не видеть в каждом из них смертельного врага. Сердце Лики болело за брата каждый божий день. Но пока она ни чем не могла ему помочь.

В дверь кабинета деликатно постучали.

— Да, — рассеянно ответила Лика. — Войдите.

— Анжелика Юрьевна, десять часов, — доложила кудрявенькая администраторша с бейджиком «Алёна».

— Клиентов всех обслужили?

— Ну разумеется.

— Закрывайтесь.

Алёна кивнула и скрылась за дверью. Лика поднялась с рабочего кресла и по-кошачьи потянулась, разминая затекшие от долгого сидения на одном месте мышцы. За окном раздались хохот и возня. Кто-то громко прокричал: «С наступающим!».

«Ну да, скоро же Новый Год, — с грустной улыбкой подумала Лика. — Большой семейный праздник… Вот только моей семьи он явно не касается».

Накинув шубу и взяв сумочку, она погасила в кабинете свет, заперла дверь и направилась к выходу. В перспективе у неё была горячая ванна с пеной и бокал дорогого, выдержанного вина.

В зале для клиентов и на кухне суетились работники. Лика знала, что за порядок можно не волноваться. Она хорошо платила этим людям, и те качественно и ответственно выполняли свою работу.

— До свидания, Анжелика Юрьевна, — почти в унисон сказали они.

Лика кивнула и вышла на улицу. Мимо, едва не задев её, пронеслась толпа молодёжи. Витрины соседних заведений и магазинов, несмотря на позднее время, переливались разноцветными огнями. Откуда-то даже звучала тихая приятная музыка. Каждое дерево на этой улице, украшенное фонарями и гирляндами, напоминало новогоднюю ёлку. И всё это сделали люди. С любовью и заботой. Обычные люди. Без магии и особых возможностей. Люди, которых ещё совсем недавно Лика ни во что не ставила.

На нос мягко упала снежинка. Девушка улыбнулась каким-то своим мыслям и пошла к машине, припаркованной, по её распоряжению, через дорогу.

Водитель уже ждал свою хозяйку у двери. Лицо мужчины выглядело озабоченным.

— Что такое, Генрих? — удивилась Лика.

Тот слегка повернулся и кивнул куда-то в сторону. Из-за машины показались три фигуры. И, как минимум, одну из них сестра Влада узнала сразу.

— Привет, Лика, — первым заговорил Максим Светлов. — Ты не могла бы уделить нам немного своего драгоценного времени?

Ей, наверное, следовало удивиться. Хотя бы ради приличия. Ведь такого поворота событий она точно не ожидала. Не сегодня. И вообще, никогда. Но вместо этого лишь спросила:

— Как вы меня нашли?

— Анна, — коротко ответил Макс.

Ну да, суперневеста со способностями медиума. Даже Лику в прошлый раз впечатлили её возможности.

Она перевела взгляд на спутников Максима Светлова. Высокий парень в джинсах, куртке и какой-то нелепой шапке чёрного цвета с изображением белой черепушки. Обладатель Чистой Энергии, которого так хотел заполучить дядя. И чего не случилось благодаря своевременному вмешательству Лики. Привлекателен, как на фотографии, так и в жизни.

Рядом стояла совсем ещё молоденькая, лет тринадцати, девочка в голубой куртке и пушистой белой шапке, из-под которой на плечи падали длинные, припорошённые снегом, светлые волосы. Миловидное личико и глаза выглядели покрасневшими, и явно не из-за мороза на улице. Вернее, не только из-за него. Потому что холодно девочке всё же было. Она то и дело потирала ладошки без перчаток и дышала на них.

«Мёрзнет, — подумала Лика, — совсем же ещё ребёнок». — и вслух произнесла:

— Пойдёмте в кафе через дорогу.

Жорж прищурился и заметил:

— Там уже закрыто.

— Ничего, для нас откроют, — успокоила его Лика.

Большая часть сотрудников «Слезы Ангела» уже успела разбежаться по домам, но пара-тройка человек во главе с Алёной ещё были на рабочих местах.

— Я бы хотела выпить кофе со своими гостями, — сказала Лика и многозначительно добавила: — Всем, кто задержится — дополнительная оплата.

Согласились все, кроме одной девушки, которую дома ждал ребёнок.

Лика провела поздних визитёров в главный зал и предложила самим выбрать столик.

— Это действительно твоё кафе? — с интересом оглядевшись по сторонам, спросил Макс и хитро улыбнулся. — Решила уйти в бизнес?

— Чем-то же надо заниматься, раз тренировать больше некого, — ровным голосом ответила Лика.

Она не хотела, чтобы её слова прозвучали резко и, уж тем более, обвиняюще. Азраил заслуживал быть свободным, и, благодаря Максиму Светлову, он им стал. А личные чувства Лики по этому поводу были уже её проблемой.

Как и следовало ожидать, Макс ничуть не смутился.

— А с семьёй контактируешь? — тихо спросил он.

— Ты об этом пришёл сюда поговорить?

— В том числе. Нам очень нужна твоя помощь.

Появилась Алёна с подносом. Она поставила перед каждым гостем свой кофе: капуччино с пенкой — для Тани, с молоком — для Макса, и обычный чёрный — для хозяйки и Жоржа. Последнему администратор улыбалась особенно усиленно. Удивительно, что челюсть не свернула. Лика, заметив это, лишь хмыкнула.

К кофе также прилагались пирожные-тирамису.

— Итак, я слушаю вас, — минут через пять заговорила хозяйка «Слезы Ангела», когда её гости более или менее согрелись.

Макс коротко обрисовал ситуацию с Андреем. Таня время от времени громко всхлипывала и сморкалась в салфетку. Жорж, чересчур старательно изучая чашку с кофе, хранил гробовое молчание.

У Лики ёкнуло сердце.

«Значит, дядя продолжает этим заниматься… Да ещё и Влада вынудил. Хотя, брату не впервой делать что-то подобное…»

Манипулировать. Заманивать. Убивать. Да, убивал Влад, пожалуй, чаще всего.

— Печальная история, — холодно произнесла Лика. На самом же деле, она изо всех сил пыталась маскировать эмоции. Уж этому умению её обучили в полной мере. — А от меня вы чего хотите?

— Что ждёт Андрея? — тихо спросил Макс. — Зачем он твоей семье?

— Я думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос не хуже меня.

Макс побледнел. Лика знала, что поступает жестоко, но и щадить чьи-либо чувства, давая призрачную надежду, тоже не собиралась. Максим Светлов показал себя достойным противником, зрелым и уверенным в себе, за что она его бесконечно уважала. Он заслуживал знать всю горькую правду.

— Ваш друг либо подчинится сам, сохранив хотя бы иллюзию свободы, либо его сделают марионеткой насильно. А если он совсем уж слабак, то будет убит в ходе проверочных испытаний. Другого не дано.

Таня громко икнула, закатила глаза и стала падать на сидевшего рядом Жоржа. Тот, чертыхнувшись, подхватил девочку и бережно прижал к себе.

— А помягче — никак?! — рявкнул он. От его негодующего взгляда впору было воспламениться и осесть горсткой пепла под стул.

Лика же и бровью не повела.

— Если вы пришли сюда за утешением и ложью, то не по адресу.

— Но ведь можно же…

— Нельзя.

— Ну ты и бездушная сте…

— Жорж, — не повышая голоса, осадил разбушевавшегося здоровяка Макс. — Не надо.

И тот подчинился. С диким вызовом в глазах, конечно же, но подчинился. Ещё один несомненный плюс в копилку личностных качеств Светлова. Пусть и по-своему, но он, оказывается, тоже умел воздействовать на людей. Хотя, Лика предпочла бы слово «управлять».

— Это всё? Или вы мне хотите сказать что-то ещё?

— Я собираюсь вытащить Андрея, — твёрдо, глядя девушке в глаза, сказал Макс. — Неважно, как, и неважно, какой ценой. Это даже не обсуждается. А к тебе мы пришли с целью разведать обстановку. Главным образом, нам нужно знать, хотя бы предположительно, где держат Андрея. И как туда попасть.

— Что, супруга-медиум не помогла? — горько усмехнулась Лика, которая уже поняла, в какую сторону сейчас повернёт разговор.

— Не-а. Она знает, что Андрей жив. Но не может отследить его.

«Разумеется… Речь ведь идёт о Бесконечном Подземелье. Оно, своего рода, некий подмир, созданный нашей семьёй. «Бункер» Войцеховских, где в случае чего нас никто и никогда не найдёт. И куда только нам известен вход…»

И вот тут вырисовывалась нешуточная дилемма: а как Лике поступить в этой ситуации?

— Ты, конечно, имеешь полное моральное право не разглашать нам тайны своей семьи, — словно прочитав её мысли, сказал Макс. — Но если бы ты…

— Я сделаю это.

— Что?

— Я сказала, что помогу вам, — повторила Лика. — Ваш друг…

— Брат, — прошептала очнувшаяся Таня. — Андрей — мой брат.

— О-о, — в глазах Лики впервые за время всего разговора мелькнуло неподдельное сочувствие. — Ну, брат — так брат. Его отправили в Бесконечное Подземелье. Попасть туда можно только с моей помощью. Но предупреждаю: дальше я вас не знаю. Выручать своего друга-брата-свата будете сами.

— Согласен, — не раздумывая, кивнул Макс.

— Я бы на твоём месте хорошенько подумала, прежде чем кидаться с головой в омут.

— Тут не о чем думать.

Лика покачала головой.

— Всё такой же безрассудный… Неужели, этот Андрей настолько важен для тебя?

— Он мой друг. Перед которым я, к тому же, очень сильно виноват. Я хочу извиниться перед ним. И вернуть его доверие.

Лика поняла, что спорить и пытаться переубедить нет смысла.

— Что ж… В таком случае, слушай внимательно. И не рассчитывай, что будет легко.

Следующие минут пятнадцать Лика рассказывала про Бесконечное Подземелье. Всю самую важную и необходимую информацию (разумеется, опуская кое-какие, нелицеприятные, подробности). Макс слушал и кивал головой, словно он сидел в школе на уроке, и ему читали лекцию, к примеру, по истории.

— Там опасно, — подвела итог сестра Влада. — Очень опасно. Скорее всего, ты не вернёшься обратно. А может… — Лика задумчиво разглядывала салфетку на столе, — ты как раз тот единственный, у кого всё получится. В конце концов, сумел же ты спасти Азраила и… переубедить меня. А это многого стоит.

— То есть, шанс у меня всё-таки есть? — хитро подмигнул ей Макс.

— М-м-м… один из ста.

— Негусто.

— А что насчёт твоего большого друга? — Лика с усмешкой посмотрела на напряжённого, словно натянутая струна, Жоржа. — Он же тебя подстрахует в этом нелёгком пути?

— Ему решать, — Карие глаза внимательно воззрились на старшего товарища. — Жорж… Ты слышал, что я не на увеселительную прогулку собираюсь. Если ты откажешься, я словом не упрекну, обещаю. В конце концов, Андрей был прав, и ты не Магический Воин, — заметив желваки на скулах друга, Макс поспешно добавил: — Пока что. Для тебя это может быть слишком опасно. Я думаю…

Жорж с поразительным спокойствием отодвинул в сторону кофейную чашку и медленно поднялся из-за стола.

— Макс… Иди ты со своей заботой знаешь куда?

— Куда?

— На хутор бабочек ловить! — гаркнул Жорж так, что Таня аж вздрогнула, а в зал заглянула привлечённая шумом Алёна. Парень вылетел из помещения, едва не сбив по пути администраторшу. Напоследок он бросил: — Жду тебя на улице. Шевели батонами.

Алёна, привалившись к стене, схватилась за сердце.

— Ах, какой мужчина…

— Думаю, это означает, что он меня всё же подстрахует, — уверенно сказал Макс.

Лика насмешливо вскинула брови.

— Нервный он у тебя какой-то.

— Просто не меньше меня волнуется за Андрея, но вслух никогда не признается. Однако, сама ситуация для него нестандартная. Отсюда и противоречивые эмоции.

— А-а… Ну теперь, после твоего объяснения, я стала понимать его чуть-чуть больше.

Хозяйка кафе позвала работников убрать со столика. Таня, вежливо поблагодарив за угощение, вышла следом за Жоржем. Лика догнала немного замешкавшегося в дверях Макса и легонько тронула за плечо.

— Ещё кое-что…

— Да?

— Я не хотела говорить этого при твоих друзьях, не знала, как они отреагируют… Ты умный парень, Максим, и, наверняка, понимаешь, что я пошла на предательство семьи вовсе не из-за вашего Андрея, которого я и не видела-то ни разу. Нет, в глубине души мне его, конечно, жаль. Но помогаю я вам не из-за него. Мне нужна ответная услуга. От тебя.

— Что ж, справедливо, — согласился Макс. — Слушаю.

Лика отвела взгляд.

— Влад, — тихо сказала она.

— Ты хочешь, чтобы я…

— Я хочу, чтобы мой брат перестал выполнять приказы дяди! Добром для него это не закончится, — Пальцы Лики чуть сильнее сжали плечо Макса. В красивых глазах застыла искренняя мольба. — Поговори с ним. Поговори так, как говорил со мной. И Азраилом. Спаси его.

Макс серьёзно кивнул.

— Сделаю всё, что в моих скромных силах. Даю слово. Но… — голос прозвучал гораздо тише, — это будет непросто.

***

Андрею снился странный сон. Он перенёсся домой, в Мурманск, и с минуты на минуту должны были вернуться его родители.

— Стоп, — сказал Андрей самому себе. — Они же умерли… Разве нет?

— Сомневаешься? — поинтересовался тоненький писклявый голосок.

Он исходил… от забавного плюшевого медвежонка с красным галстуком-бабочкой на шее. Снежный маг играл с ним в детстве.

— Ты… говоришь?!

— Конечно, почему нет? — как ни в чем не бывало заявила игрушка, озорно поблёскивая глазами-пуговками. — И хочу предупредить тебя, что твои мама и папа были бы очень недовольны тобой.

— Но…но…

— Ты очень, очень плохо вёл себя, — вкрадчиво продолжал медвежонок. — Забыл кое-что очень важное.

— Я выучил уроки. И убрался в комнате, — бесстрашно заявил Андрей. — А если ты про малиновый пирог… Я его не весь съел. Пару кусочков оставил. Правда, без малинового джема…

— Мозги у тебя малиновые! Из джема!

— Эй, ты чего…

— Соображай!

Андрей вскочил с дивана. В своей комнате он знал каждый уголок. На прикроватном коврике аккуратно лежали тапочки. Посередине стола одиноко возвышался компьютер. На полке, рядом с коллекцией дисков, стояли ровной шеренгой любимые книги. Кровать застелена синим покрывалом, без единой складочки. Всё, вроде бы, на месте. Но именно это и казалось странным. Потому что в комнате Андрея никогда и ничего не лежало на месте. Нет, он не был неряхой. Просто любил создавать «творческий беспорядок». А эта комната… Эта комната выглядела слишком идеально. И потому была чужой. Такое ощущение, что тут жил музейный экспонат, а не живой человек. Либо же. Либо же Андрей был здесь последний раз давно. Месяц тому назад… два, или ещё дольше.

Андрей снова как следует огляделся. На столе, возле компьютера, стояла покрытая пылью фотография в рамке. Снежный маг взял её и аккуратно сдул пыль.

Сердце заныло. На него смотрела солнечная веснушчатая девочка с длинными волосами и голубыми глазами.

— Таня… — еле слышно прошептал Андрей. — Сестричка моя.

— Бинго, — насмешливо поддакнул медвежонок. — Это твоя сестра, которую ты очень сильно обидел.

— Кто? Я?! Неправда! — возмутился Андрей. — Я бы никогда не обидел Танюшку! Она пошла встречать родителей. Скоро они вернутся, и мы все вместе будем пить чай.

Игрушка противно захихикала.

— Вот глупенький… Ты что, вообще всё забыл? Они не вернутся! Ты ошибаешься, если думаешь, что твоя жизнь будет такой же, как прежде.

— Замолчи! У нас всё хорошо. Иначе и быть не может.

— Ага, успокаивай себя… Этими наивными папочкиными словами, которые он говорил тебе перед сном. Но он точно так не думал, когда взрыв в парке развлечений обрушил на его спину глыбу, переломившую позвоночник, как тростинку.

— Ты-ы… Заткнись!

— Твой папаша умирал долго и мучительно, слыша вопли твоей матери, когда огонь пожирал с её костей плоть…

Андрей схватился за голову и изо всех сил зажмурил глаза. Не помогло. Мерзкая игрушка не думала умолкать. В неё словно бес вселился.

— А твои друзья? Где твои друзья?

— Какие ещё друзья?! — стиснув зубы так, что они едва не крошились, простонал Андрей.

— Правильно, умница ты моя, — издевательски «похвалил» чёртов медведь. — Ни-ка-ки-е. Забудь про них. Потому что они совершенно точно не простят тебя, после твоих-то последних выкрутасов… Сестру вот свою бросил. Которую, между прочим, должен был любить и защищать. Показал свои зубы и когти, в полной мере, так сказать. Невинная овечка (хотя, в твоём случае, скорее, баран) отдыхает. На смену пришёл плохой… плохой… и очень злой волк. Я прав, не так ли?

Андрей вскрикнул и зажал ладонями уши. Результата — ноль.

— Ты плохой, — надрывалась игрушка. — Плохой! Плохой! Плохой!!! Плохо-о-оой…

— ЗАМОЛЧИ-И-И!!! — издал по-настоящему звериный рык Андрей.

Не в силах больше сдерживать себя, он схватил проклятого медведя, распахнул окно и в порыве ярости вышвырнул игрушку на улицу.

— Плохо-о-ой… — продолжал ныть мерзкий скрипучий голосок.

Он доносился из каждого уголка комнаты. Андрей закричал, выскочил из квартиры и помчался куда глаза глядят. Выбежав на улицу, он остановился и вдруг увидел на другой стороне Таню. Она была одета в белоснежное платье, подол которого с шелестом касался асфальта, что делало её похожей на призрака.

— Постой! — в отчаянии крикнул Андрей. — Сестрёнка, не уходи… Прости меня! Умоляю! Я всё исправлю…

Но Таня его не слышала. Она свернула за угол и пропала из виду. Он бросился за ней. Где-то рядом раздался визг шин и возмущённый мужской голос, но Андрей и не подумал притормозить. Вылетев на перекресток, он с надеждой завертел головой. Таня исчезла.

— Никто из вас не видел здесь девочку в белом платье? — лихорадочно начал спрашивать Андрей у прохожих.

Он метался по тротуару, как умалишённый, задавая один и тот же вопрос, но натыкался лишь на равнодушные и непроницаемые лица проходящих мимо людей. Никто из них не спешил помочь. Никому не было дела до чужих проблем.

— Ты кого-то ищешь? — тихо, но вполне отчётливо поинтересовался смутно знакомый голос.

Андрей резко обернулся. Прямо перед ним замер невысокий парень в тёмной одежде. На лице, словно высеченном из камня, застыло нечитаемое выражение.

— Эй, я тебя знаю… — прошептал Андрей.

Вместо ответа парень приблизился к нему, без предупреждения схватил за плечи и как следует встряхнул.

— Проснись, я хочу поиграть, — потребовал он. — Я столько лет ждал…

Андрей пошатнулся. Мир перед его глазами закрутился со скоростью сумасшедшей карусели. На какой-то миг он увидел заснеженную пустыню, руины древнего строения и кровь… Много-много крови на снегу.

А потом всё вокруг поглотил чёрный туман.

***

— Т-Таня… нет… не уходи… Не-е-ет!!!

Андрей резко принял сидячее положение. Минуты две-три он вообще не мог понять, где находится. Квартира в Мурманске, комнатухи в московских бараках, дом Макса — всё смешалось в одну кучу. Которая кружилась и расплывалась, вызывая дичайшую головную боль и желание опорожнить и без того пустой желудок.

Постепенно зрение нормализовалось. А вот боль в голове и жжение в горле и животе так и не отступили. Кое-как, постанывая и держась за виски, Андрей огляделся по сторонам. Если бы он был взрослым человеком (и безбожно кутил на досуге), то сравнил бы своё состояние с бодуном. А крохотное, по несколько шагов в длину и ширину, помещеньице — с вытрезвителем.

Однажды, ещё в Мурманске, один из старших приятелей, на спор, предложил Андрею выпить пива, а затем — кое-чего покрепче. То, что произошло потом (и особенно — на следующее утро), напрочь отбило у него желание проворачивать подобную выходку снова, хоть на спор, хоть за деньги, хоть просто так… Слава богу, родители тогда были в отъезде и ничего не увидели. А вот Таня перепугалась настолько, что даже хотела вызвать страдающему брату скорую.

Но сейчас-то Андрей точно знал, что не принимал ничего запретного. Разве что только…

Взгляд метнулся на одинокий стул по соседству. На нём сидел Влад.

— О, господи-и-и… — вырвалось у Андрея.

Тот лишь усмехнулся.

— Не совсем. Но почти.

— Давно ты здесь?

Мысль, что кто-то смотрел на него спящего, да ещё и во время кошмара, была ему неприятна.

— Достаточно для того, чтобы твой кофе остыл, — неопределённо ответил Влад и протянул Андрею серую кружку. Тот с подозрением понюхал коричневатую, уже холодную жидкость. — Да пей ты смелее, не отравишься. Хоть немного легче станет.

Андрей осторожно сделал пару глотков. К его удивлению, содержимое кружки оказалось даже приятным на вкус. А головная боль и впрямь стала утихать.

— Почему я вообще отключился-то?

Влад пожал плечами.

— Возможно, из-за моего чёрного тумана, — И, заметив уязвлённое выражение на лице собеседника, добавил: — Он почти на всех так влияет, даже на взрослых дяденек и тётенек.

— А на тебя? — невольно заинтересовался Андрей.

— Он — часть меня. Как чёртова раковая опухоль, которая не убивает, — в голосе Влада звучала безысходность. — Я привыкал к нему с младенчества, но даже мне иногда становится плохо.

— Зачем же… использовать такую силу? — не понял Андрей.

— Я с ней родился, и никто моего мнения по данному поводу не спрашивал, — поморщился Влад.

— Ох ты ж…

— Если тебе уже лучше, то идём.

Андрей неуверенно поднялся на ноги и потянулся, разминая мышцы. Комнатка, в которую его временно «определили», напоминала тюремную камеру. Из обстановки — кровать да стул. Ни окошек, ни лампочек, ни свечей… Хотя освещение откуда-то шло, но Андрей так и не понял, откуда именно.

— Как-то тут… не очень уютно, — заметил он.

Влад, тоже встав со стула, фыркнул.

— Ну да, в гнёздышке Светлова, поди ж, было лучше.

Лицо Андрея болезненно скривилось.

— Знаешь, я бы попросил тебя не говорить про Макса. Он теперь в прошлом. Единственное, что мне интересно: где и как вы познакомились?

Несколько секунд Влад задумчиво смотрел на своего гостя, словно не зная, что ответить.

— Идём, — наконец, повторил он. — Расскажу по дороге.

За дверью комнатушки лежал длинный коридор с не менее длинной лестницей в конце, ведущей в глубь огромного мрачного подземелья. Никогда ещё Андрею не приходилось бывать в подобных местах. Он предпочитал простор, с изобилием солнечного света и снега (ладно, можно было и без снега). Сейчас же он буквально физически ощущал, как тёмная энергетика забирает у него последние силы, желание противиться неизбежной судьбе, и давит, давит…

— Я ведь пленник тут, да? — с тоской произнёс его усталый голос. Гулкие шаги по каменным ступенькам были единственным источником шума.

Влад пожал плечами.

— Зависит только от тебя. Твоих возможностей. И твоего дальнейшего поведения. Можешь получить всё. Или потерять последнее.

— И что это значит? Мне придётся кому-то что-то доказывать? Опять… А без этого — никак?

Влад отрицательно покачал головой.

— Никак, — и указал рукой вперёд. — Почти пришли. Там…

Часть подземелья, в которую они попали, казалась поистине необъятной. Потолок и стены (если они вообще были) терялись в непроглядной тьме. Время от времени из неё доносилось еле слышное попискивание.

«Летучие мыши, не иначе, — догадался Андрей, и его невольно передёрнуло. — Вот же нечисть… — Он всегда считал, что любое живое создание имеет право на существование, но летучих мышей, мягко говоря, недолюбливал. — По-моему, мы уже не в Москве…»

Впереди, источая зловещее желтовато-зеленоватое свечение, зияла глубокая расщелина.

Андрей неуверенно глянул на Влада.

— Мне… точно туда?

Тот снова кивнул. И тогда Андрей впервые, на полном серьёзе, действительно пожалел, что согласился придти сюда, ведь ему сделалось… по-настоящему жутко. Но и бежать с позором он тоже не хотел (тем более, Андрей прекрасно понимал, что не выпустят его теперь так просто).

Сделав глубокий вдох, снежный маг приблизился к краю, пытаясь оценить высоту.

— Этажа три-четыре… Ну что ж, это — немного, — пробормотал он, утешая себя. — Это ерунда… Смелее, где наша не пропадала!

Вихревая воронка аккуратно, на манер лифта, опустила Андрея вниз.

— Неплохо, — одобрительно донеслось сверху. — Да, кстати… Ты хотел узнать, как я познакомился с твоим приятелем Светловым?

— Ну, и?

— Я перевёлся в его школу. Специально. Чтобы оказаться поближе. И… убить его.

— У... убить? — нахмурился Андрей. Глаза прищурились, силясь разглядеть невысокую фигуру на краю расщелины.

— Да. В честном поединке, разумеется, — Послышались звуки шагов. Влад наверху начал прохаживаться. Туда-сюда, туда-сюда… — Но не вышло. М-да, не вышло, — Голос звучал так, будто Влад рассуждал сам с собой, забыв про слушателя. — Неприятно это говорить, но крепким он оказался орешком. И хитрым. Скорее, даже хитрым… Потом то же самое пыталась сделать моя сестра. И снова — провал. Затем — другая моя сестра, двоюродная, попробовала завербовать вашего дружка Жоржа…

— И, дай-ка угадаю, — Андрей, запрокинув голову, криво усмехнулся. Язык сочувственно прищёлкнул. — Снова провал?

— Ага, — в тон ему отозвался Влад. — Светлов помешал. В каждой бочке — затычка, как выразилась бы сестрица.

Андрей, несмотря на ситуацию, ощутил прилив гордости за друга (вернее, бывшего друга). И, одновременно — горечи. Потому что чётко и ясно осознал, что ради него Макс теперь и пальцем не шевельнёт. После недавнего скандала — уж точно.

«И кто в этом виноват? Бинго, у нас есть безоговорочный «победитель»! — сам себя поздравил Андрей. — Гений в номинации «Отблагодари друга за временное жильё, отморозив ему ноги… или чего похуже». Кх-м… Ладно, чего уж горевать о пролитом молоке, его больше не использовать для манной каши. Сейчас надо с местным пёселем вопрос порешать…»

В темноте сверкнули рубиновым светом два кроваво-красных глаза. Зловещее утробное рычание и жуткий скрежет когтей по камню наполнили сердце ледяным ужасом.

«И, по возможности, уцелеть, — сглотнув, закончил ранее начатую мысль Андрей. Вспотевшая ладонь сжала материализовавшуюся в руке Снежную Саблю — верное оружие светловолосого мага. Навстречу ему шагнула мохнатая, метра под два в высоту, громадина с длиннющими клыками. — Ё-моё… Куда ж я, дурень, опять вляпался-то?!»

***

Лика остановила машину на обочине пустынной в это время дороги. Справа и слева чернел сплошными стенами лес, и даже белые снежные «шапки» на верхушках деревьев не делали пейзаж и атмосферу более благоприятными.

Сестра Влада заглушила мотор и развернулась к своим пассажирам. Водителя она по вполне понятным причинам отправила домой отдыхать и машину на протяжении всего пути вела сама.

— Мы находимся примерно в двух-трёх километрах от загородного особняка моей семьи, — заговорила девушка. — Сами понимаете, вам туда лучше не соваться. Целее будете. На ваше счастье, здесь, неподалёку, можно открыть запасной проход в Бесконечное Подземелье. Кроме нас с братом им давно никто не пользуется.

— Открыть… здесь? — решил на всякий случай уточнить Жорж. — В тёмном, мать его, лесу? Где ни зги не видно?

Глядя на его негодующее лицо, с плохо замаскированным оттенком страха в глазах, Лика, конечно же, не смогла просто ответить «да».

— А что такое? — с преувеличенной заботой поинтересовалась она. — Кто-то уже испугался?

Жорж аж тихонько рыкнул и, резко распахнув дверь машины, вылетел наружу. Лика прикрыла рот ладошкой и еле слышно хохотнула. Она не могла отрицать того факта, что ей нравилось потешаться над этим парнем. И, возможно, не только потешаться…

Макс, очевидно, тоже об этом догадался и, тяжело вздохнув, последовал за старшим товарищем. Вместе с хозяином из машины выпрыгнул Счастливчик, до сей поры тихо-мирно сидевший на полу и почти не касавшийся сидений.

Макс весьма мудро решил, что помощь четвероногого друга с его сверхъестественным обонянием — как раз то, что так необходимо в создавшейся ситуации. Бесконечное Подземелье, если верить рассказам Лики, огромно, а времени у них имелось не так уж и много. У Счастливчика были неплохие шансы отыскать Андрея по запаху и свести пребывание в зловещем подземелье к минимуму.

А вот Таню от опасного мероприятия еле-еле удалось отговорить. Девочка рыдала и кричала, что не имеет права сидеть дома, когда её брату угрожает смертельная опасность. Более-менее она угомонилась только после того, как Макс, наверное, раз в десятый за этот вечер клятвенно заверил её, что не допустит, чтобы с головы Андрея упал хотя бы один лишний волосок, а Анна потом чуть ли не насильно влила в девочку дозу успокоительного, способную свалить команду футболистов, и отправила спать, пообещав, что утром брат будет храпеть на соседней кровати, или же Макс до конца своих дней не отделается от адских тренировок и зелени на завтрак, обед и ужин. Бедный парень так и не понял, как всё это взаимосвязано, но поспешил, как только был способен, и прихватив с собой Счастливчика и оставленную Андреем среди личных вещей кепку.

Жорж стоял неподалёку от машины и нервно курил. Макс, прежде чем обратиться к нему, сделал глубокий вдох.

— Послушай… Пока ещё не поздно, может, откажешься?

— И ты туда же?! — вспыхнул Жорж и с досадой раздавил ботинком недокуренную сигарету. — Я же уже сказал…

— Подожди-подожди, не горячись, — примирительно поднял руки Макс. — Выслушай. Спокойно. Там действительно может быть опасно. Даже я толком не осознаю, в какое осиное гнездо мы собираемся сунуться. А я Магический Воин не первый день. И повидал достаточно, поверь.

— Значит, тем более нельзя отпускать тебя одного! — упрямо гнул свою линию Жорж.

— Но…

— Я сказал, что Андрея не брошу, — твёрдо проговорил старший товарищ, и у Макса больше не осталось аргументов, ведь он чувствовал то же самое. — Как не бросил ты меня, когда я попал в похожую ситуацию. А мы ведь с тобой тогда даже друзьями ещё не были. Я тебе вообще накануне фингал под глазом «нарисовал», а ты всё равно потом припёрся, — Жорж горько рассмеялся. — Не понимал я тебя поначалу…

— А теперь понимаешь? — улыбнулся Макс.

— Думаю, да. Андрей, конечно, гад тот ещё, и за хамство ответит по полной программе, но… Потом. Всё потом. После того, как мы вытащим его бедовую задницу из этой передряги.

— Что ж, — Макс внимательно глядел на собеседника. — Тогда почту за честь принять твою помощь. Серьёзно.

Жорж закатил глаза.

— О, господи… Говоришь как парень из фильмов про средние века.

— Зато искренне и от души.

— Вы там закончили? — нетерпеливо окликнула их Лика. — Время идёт.

Оба товарища синхронно вздрогнули, словно застигнутые врасплох, и в один голос отозвались:

— Да!

И даже Счастливчик утвердительно гавкнул.

— Тогда за мной, и не отставайте, — скомандовала сестра Влада и углубилась в лес. Макс и Жорж переглянулись и поспешили за ней.

Идти им, слава Богу, пришлось недолго. Но Жорж всё равно умудрился несколько раз спотыкнуться, пересчитать лицом ветки, вляпаться в какую-то кучу, о происхождении которой не хотелось задумываться, и от души проматерить местных белок и лосей.

— Всё-таки, твой друг — это нечто, — заметила Лика, но, чтоб опять не нагнетать обстановку и не терять времени, тихо. Её услышал только Макс.

— За это я его и люблю, — простодушно отозвался он.

Сама Лика, будучи в шикарной шубе и на высоких каблуках, ни разу ни за что не зацепилась и не угодила ни в одну яму. Её поступь, бесшумная и лёгкая, напоминала движения хищной кошки. Сразу становилось заметно, что темнота для неё — родная стихия, а лес она знает, как свои пять пальцев на руке. И это не могло не впечатлить даже злого, как тысяча чертей, Жоржа.

— На месте, — объявила Лика и повернулась лицом к своим спутникам. Позади неё возвышался, напоминая чудище с нелепо растопыренными лапами, старый многолетний дуб.

Жорж недоумённо покрутил головой.

— А где потайной ход-то?

— Может, тебе ещё и дорожку с красным ковром? — съязвила Лика.

— А что, есть? — не остался в долгу парень.

Лика махнула на него рукой и повернулась к Максу.

— Помни: времени у вас — до пяти утра. Потом проход закроется, и, учтите, меня не будет поблизости, чтобы снова его открыть. Так что с приятелем или без — уходите.

— Справимся, — уверенно сказал Макс, а Жорж демонстративно прикурил новую сигарету.

Лика поморщилась от дыма, но промолчала.

Ствол дуба расплылся, как отражение в воде, и неожиданно вспыхнул ярким светом. Жорж от удивления аж упустил сигарету.

— Ни фига ж себе, загогулина… — пробормотал он.

— Это же… портал! — ахнул Макс, не веря своим глазам.

— Не совсем, — поправила его Лика. — Ведь Бесконечное Подземелье — не полноценный Иной Мир. Скорее, некая мини-версия. Но проход целиком и полностью работает по принципу стандартного портала, — Девушка шагнула чуть в сторону, освобождая путь. — Отправляйтесь. Сейчас. И… обязательно спасите своего друга. Удачи вам.

***

— Йех! — громко крикнул Андрей, уклоняясь от очередной атаки.

Силищей, конечно, зверюга обладала неимоверной, но при этом была здоровой и медлительной, и Андрею удавалось избегать её выпадов. Пока что… Животина также оказалась невосприимчивой к холоду и снежным атакам, что светловолосому магу явно не шло в плюс. Он прекрасно понимал, что такими темпами, на одних уворотах, рано или поздно измотает себя и останется без сил, и тогда — неминуемый проигрыш. Поражение. А может, и смерть. Бой надо было заканчивать как можно скорее. И Андрей решил пойти ва-банк. Всё, как говорится, или ничего.

Издав боевой не то клич, не то рык, он с риском для жизни поднырнул под передние лапы чудища, едва не задев светлой макушкой опасные, как лезвия, когти, и Снежной Саблей провёл глубокую линию на мохнатом боку. Зверь взвыл от боли. В нос ударил запах крови, но Андрей даже не поморщился. С помощью небольшого вихря он, высоко подпрыгнув, оказался на спине животного и с тошнотворным чавканьем погрузил саблю глубоко в загривок. Монстр взревел и отчаянно замотал башкой, пытаясь сбросить юркого противника, чтобы потом растоптать, раздавить, размазать по стенам…

Но тут сверху раздался еле слышный свист. Андрей вовремя спрыгнул на землю, и чудище, повинуясь только ему понятной команде, уползло обратно во тьму, залечивать раны.

— Хорошо, — одобрил голос. — Очень хорошо.

А Андрей, тяжело дыша, прижал к разгорячённому лбу прохладное лезвие Снежной Сабли и вдруг подумал, что кофеёк, который ему «любезно» подогнал Влад, был далеко не так прост… Ведь до него парень чувствовал себя так, будто его тело тщательно прожевали, переварили и выплюнули обратно. Он лежал трупом и голову еле мог поднять. А буквально четверть часа спустя едва не ушатал здоровенную зверину. В крови кипел адреналин, сердце колотилось, как сумасшедшее, голова гудела и… хотелось ещё. Сражаться больше. Чувствовать запах крови. И не было абсолютно никакого желания отказывать себе в этом «маленьком» удовольствии.

— Будем считать, что первый этап ты преодолел, и весьма успешно, — сказал Влад, когда Андрей поднялся наверх (тем же способом, что и спустился, при помощи «лифта» в виде магического вихря). Хозяин подземелья развернулся и сделал несколько шагов. — Дальше — проще. Ну, по моим меркам. Пошли.

Андрей даже не шелохнулся.

— А ну-ка, притормози, — резко велел он. Глаза горели опасным блеском, боевой азарт грозил выплеснуться через край. И затопить всё вокруг, подобно цунами.

Влад удивлённо обернулся. На его надменном лице, казалось, так и застыл невысказанный вопрос: «Ты это ко мне сейчас таким тоном обращаешься, червь?»

Но Андрей не смутился. Нисколечко.

— Значит, поразвлекался, глядя на меня, как в бесплатном цирке, и будто так и надо?!

— Прости, что?

— Твоя очередь, — Андрей направил Снежную Саблю в сторону Влада. — Сейчас удивлять меня будешь ты! Покажешь, на что горазд, — в голосе открыто и вызывающе звучала насмешка. — А то, может, только языком чесать, а?

Влад недобро усмехнулся. Предложение, пусть и дерзкое, внезапно показалось ему заманчивым. Ответ всплыл в памяти сам собой.

— А почему бы и нет? Давай… поиграем!

***

Жорж с тоской огляделся по сторонам. Несмотря на предупреждения, он до последнего момента, пока не прошёл вслед за Максом через портал, был уверен, что тёмный лес с кучей острых веток, так и норовивших выколоть глаза, и ям под ногами, так и созданных для того, чтобы ломать в них последние ноги — худшее, что ожидало их этой треклятой ночью.

Оказалось — нет.

— Н-да, Тотошка, — пробормотал Жорж, обращаясь к Счастливчику, настороженно нюхавшему воздух подземелья. — Мне кажется, мы уже не в Канзасе…

Пёс чихнул пару раз и тряхнул головой. Макс присел перед ним на корточки и поднёс к собачьему носу кепку светловолосого друга.

— Ищи, малыш, — скомандовал он. — Надо найти Андрея. И как можно скорее.

Счастливчик гавкнул и сорвался с места.

— Найдёт? — деловито поинтересовался Жорж.

— А то. Его обучали истинные мастера. Мне повезло, что он стал моим другом. Защитником. И зверем-хранителем.

Они двинулись на поиски. В первом же подземном переходе их поджидал неприятный «сюрприз» в виде потревоженной появлением чужаков стаи летучих мышей.

— О, нет! Только этого ещё не хватало… — вырвалось у Жоржа, когда кончик его носа едва не задело крыло одной из местных обитательниц. Отовсюду доносился злобный и недовольный писк. — Я не хочу подхватить бешенство! Или другую какую заразу… Бежим!

— Не нужно никуда бежать, — спокойно прозвучал голос рядом, а затем последовал приказ: — Закрой глаза, быстро!

В руке Макса ярко вспыхнул Призрачный Меч. Ослеплённые летучие мыши попадали к ногам искателей приключений, как груши с дерева. Перезрелые и уродливые.

— У-уф-ф, — облегчённо выдохнул Жорж и с омерзением поддел ближайшую тушку носком ботинка. — Какой полезный у тебя, оказывается, меч… Покруче прожектора!

Макс не смог скрыть довольной улыбки.

— Идём. Счастливчик уже далеко впереди.

Спустя час поисков оптимизма у друзей значительно поубавилось. Бесконечное Подземелье оказалось… действительно бесконечным! Оно оправдывало своё название на все сто с лишним процентов, и искать Андрея в нём было ещё сложнее, чем пресловутую иголку в стоге сена. Приуныл даже позитивно настроенный Макс.

— Полчетвёртого, — хмуро сообщил Жорж, сверившись с часами. — А мы понятия не имеем, куда идти.

Счастливчик жалобно проскулил и, прижав к голове уши, уставился на хозяина виноватыми глазами.

— Ничего, малыш, ты тут ни при чём, — утешил его Макс. — Время ещё есть, продолжай искать.

Пёс воодушевлённо вильнул хвостом и с шумом втянул носом воздух.

— А вдруг, дамочка ошиблась в своих предположениях, и Андрей сейчас зависает в том самом особняке, куда нам лучше не соваться? Или она… вообще заманила нас в ловушку?!

— Нет, — покачал головой Макс. — Я верю Лике.

— Почему? — не сдавался Жорж. — Она ведь тоже пыталась тебя убить! Откуда уверенность, что она не в сговоре со своим ненормальным братцем? — Он распалялся всё больше и больше. — Может, уже и портала никакого нет, и мы здесь в пещерных людей превратимся, пятки друг другу грызть начнём? А если…

— Жорж, — твёрдо вклинился в сумбурную речь старшего товарища Макс. — Спокойно. Глубокий вдох… теперь выдох… вот та-а-ак… Молодец.

— Фу-у-ух…

— Лика нас не подставила бы. Я просто знаю.

«Ведь иначе она не стала бы просить меня поговорить с Владом, — печально добавил про себя Макс. — Нет, дружище, Лика не ради нас всё это сделала. Ради брата. И я очень надеюсь, что сумею оправдать её ожидания…»

— Иногда просто знать недос… — упорствовал тем временем Жорж.

Внезапно Счастливчик громко рыкнул и рванул вперёд.

— За ним! — велел Макс.

Шум идущего сражения они услышали ещё издалека. Макс прибавил скорости, оставив Жоржа немного позади. Как Магический Воин, пусть и с небольшим, но всё же опытом, он не спутал бы эти звуки ни с какими другими.

«Держись, Андрей, — мысленно обратился к другу Макс, пока только предполагая, против кого тот мог бороться. — Я рядом! Почти рядом… ещё чуть-чуть…»

Он готовил себя к худшему сценарию. Например, увидеть раненого Андрея, атакуемого десятком монстров. Лика говорила, что таковых тут — предостаточно, и часть из них — одичавшие, утратившие человечность Магические Воины, не сумевшие в своё время выбраться из этого проклятого места. Мысли, что и Андрея могла ждать подобная страшная судьба (а может, и его самого вместе с Жоржем), Макс старался не допускать. Он обязан был верить в лучшее. Этому его когда-то учили родители. Учил и по сей день дедушка. Другого просто не дано. Он не имел права пускать слабость в своё сердце, что бы ни случилось. Макс повторял эти слова, как заученный с самого детства священный завет.

Призрачный Меч нетерпеливо жёг руку. Его владелец был готов ко всему… но не к тому, что в итоге увидел.

Андрей сражался с Владом. Сражался настолько увлечённо и самозабвенно, что появления Макса даже не заметил. А тот невольно засмотрелся на их бой. В памяти всплыл его собственный смертельный поединок с Владом. Разница была, как между небом и землёй.

Макс внимательно наблюдал за обоими. Андрей не выглядел так, будто агрессивно сражался за свою жизнь. А Влад… Как бы ни пытался Макс разглядеть, он не видел той злости, с которой ему лично пришлось столкнуться в прошлый раз. Азарт — да. Нездоровый, даже безумный… У обоих. Но… Их атаки не были нацелены на серьёзный ущерб. Они словно проверяли друг друга. Испытывали. Прощупывали. И им это явно нравилось.

— Укуси меня, Счастливчик, — не веря своим глазам, пробормотал Макс и вдруг улыбнулся, озарённый догадкой. Такой простой и очевидной. — Они что, просто… играют?!

Бой и впрямь напоминал некий танец. Красивый. Завораживающий. И, конечно же, опасный.

Загипнотизированный происходящим Макс невольно шагнул вперёд. В тот же миг сильная рука схватила его за шиворот и дёрнула назад.

— Ну ты-то куда?! — зашипел Жорж. — Сами пусть разбираются!

Макс лишь разочарованно вздохнул. Он и сам толком не понял, что собирался сделать. Но прерывать бой у него точно желания не было. Хотелось досмотреть до конца.

Тем временем Андрей и Влад, даже не подозревая, что у них появились зрители, пошли на решающий заход. Молниеносно устремившись друг к другу, они в самый последний момент застыли, как герои фильма в стоп-кадре. Пылающий Жезл Силы замер над незащищённой головой Андрея, острый кончик Снежной Сабли почти коснулся подбородка Влада. Несколько секунд оппоненты пристально смотрели друг другу в глаза (и одному богу известно, что там видели), а затем синхронно опустили оружие.

Макс не удержался и зааплодировал. Андрей и Влад вздрогнули и уставились на него одинаково большими глазами.

— О, Макс, дружище… — изумлённо пробормотал Андрей. — А-а…

— Ты как сюда попал, Светлов?! — возмутился не менее потрясённый Влад.

— Я не собирался вам мешать, честное слово, — искренне заверил их нежданный гость. — Простите, если что не так, — и, не удержавшись-таки, подмигнул. — Но было круто!

— Ты…вы… — неверящий взгляд Андрея переместился с Макса на Жоржа и обратно, — …пришли сюда… за мной? Правда?!

— Правда, хоть ты этого и не заслужил, — честно ответил Жорж.

— О-о… Я прям не знаю, что и сказать…

— Зато я знаю, — холодно произнёс Влад, сделавший свои безошибочные выводы. В глазах сверкнул злой огонёк обиды. — Лика. Не думал, что моя сестра способна пасть так низко.

— Не вини её, — попытался заступиться Макс. — Она лишь хотела…

— Мне плевать, чего она там хотела, — отрезал Влад и отвернулся. Для себя он уже всё решил и вынес сестре окончательный приговор. — Валите отсюда, пока не передумал. И раз уж вы с моей сестрицей теперь такие большие друзья, я «надеюсь», что она позаботилась о пути отступления для вас. Ведь иначе я вам не позавидую.

— А ты? — простодушно спросил Андрей.

— Что, я?

— Разве не хочешь с нами? Тут же тоска смертная!

— Ты сейчас о моём доме говоришь.

— Да тот ещё дом…

— Надо закругляться, — шепнул Жорж расстроенно наблюдавшему за Андреем и Владом Максу. — Уже четыре пятнадцать. А нам ещё обратно топать и топать.

Макс кивнул и громко распорядился:

— Счастливчик, отведи Жоржа и Андрея назад к порталу в лес. И побыстрее. Хорошо, малыш?

Умный пёс послушно гавкнул.

— А ты?! — в один голос выдали Жорж и Андрей.

— У меня ещё осталось здесь дело. Я вас догоню, — довольно туманно ответил Макс, после чего уже гораздо твёрже добавил: — Обещаю. Можете не волноваться.

Жорж неуверенно пожал плечами.

— Ну… ладно. Не задерживайся.

— Конечно.

Андрей хотел было начать возражать, но, почему-то передумав, лишь испустил тяжёлый вздох и последовал за Жоржем, на прощание скользнув по фигуре Влада нечитаемым взглядом.

***

Макс и Влад остались вдвоём. Некоторое время оба хранили молчание. Влад по-прежнему стоял к непрошенному гостю спиной и слишком пристально изучал расщелину чуть впереди. Словно видел её впервые, хотя она была тут не одно десятилетие. Мысли его в этот момент потерялись где-то очень далеко. И давно. Возможно, в прошлом.

— Послушай… — начал-таки первым Макс. Ведь время убегало, как песок сквозь пальцы.

Влад медленно повернул голову в его сторону.

— Ты что, всё ещё здесь? — отрешённо произнёс он. Без удивления, раздражения… и вообще каких-либо эмоций. Будто даже не до конца понимая, кто перед ним. Потом в тяжёлом взгляде запоздало мелькнуло осознание. — Светлов, чего тебе надо, а? Хотя, подожди… Я, кажется, начинаю догадываться. Должно быть, моя сестрица в качестве благодарности за оказанные «услуги» попросила провести душеспасительную беседу и наставить меня, блуждающего во тьме, на путь света и добра, так? И ты, как истинный воин, благородный и честный, — последние слова Влад приправил изрядными долями насмешки и сарказма, — не можешь подвести её и не оправдать возложенных на тебя высоких ожиданий… Ты поправляй, поправляй, если я вдруг где-то ошибаюсь.

— Ну зачем ты так? Я ж от чистого сердца…

Влад развернулся всем корпусом.

— А если от чистого сердца, Светлов, то вали-ка ты отсюда подобру-поздорову, пока ещё есть такая возможность! А сестрице передай, что ты плакал, рыдал, умолял… Но я не поддался. А знаешь, почему? — Голос сорвался на злой крик. — Потому что мне это не нужно! Потому что у меня и так всё просто замечательно!

— Не-а, не заметно, — спокойно возразил Макс. Вспышка гнева никак на него не повлияла. Скорее, наоборот, помогла убедиться в собственной правоте. И подозрениях относительно оппонента.

— Что?

— Не похоже, говорю, что у тебя, как ты выразился, всё замечательно. Как ни крути, не так выглядит человек, довольный жизнью.

— Да тебе-то какое дело?!

— Ответь мне, — Макс решительно шагнул к напрягшемуся Владу. — Честно. Зачем тебе понадобился Андрей?

Влад чересчур громко фыркнул.

— Не мне. Моей семье. Ей нужна была замена Азраилу. Я её нашёл. Испытал. А дальше заявился ты. И опять всё испортил. Конец истории. И уже закономерный. Ещё вопросы?

Макс улыбнулся чему-то своему.

— А по-моему, тебе просто плохо всё время быть одному, и семья тут ни при чём. Я видел ваш с Андреем бой.

— Ничего ты не видел! — занервничал Влад. Он явно хотел отступить, да только позади была расщелина.

И Макс безошибочно почувствовал своё превосходство. Он убедился, что на верном пути. И ещё может сдержать обещание, данное Лике. Главное — не перегнуть палку. И чтобы времени хватило.

— Как раз наоборот, я абсолютно точно знаю, что именно видел. Явно не бой на смерть. И не бездушный тест на силу и выносливость. Тебе это нравилось. Признай. Вы сражались как…

— Не произноси этого слова!

— Как…

— Сказал же!

— Друзья.

Влад, запрокинув голову, расхохотался. В уголках глаз блеснули слёзы злости.

— Да какие, к чертям, друзья?! Кто он вообще такой? Неуверенный, закомплексованный, прячущий свои слабости за дебильными шуточками неудачник! Если бы не зелье в шоколаде и кофе, воздействующее на нервные клетки и мозг, он бы так ни на что и не решился! Сидел бы себе тихонечко в уголке да жалел себя, несчастного… Я сам удивлён, что был с ним настолько терпелив! Он же… он же…

— Ну точно, друзья, — не придавая значения словам и внимательно наблюдая за эмоциями и поведением Влада, сделал вывод Макс. — Может, не сейчас конкретно… Но у вас имелись все шансы ими стать.

— Ты прекратишь чушь молоть, или нет?!

— Прекращу, если пойдёшь со мной, — Макс дружелюбно протянул руку ладонью вверх, демонстрируя своё полное расположение. И доверие. — Давай же.

Влад отшатнулся от него, как от чумы.

— Нет… Нет-нет, нельзя!

— Кто это сказал? — Макс сделал ещё шаг. Голос стал жёстким и требовательным. — Почему нельзя?

Влад зажмурился. В голове сумасшедшим калейдоскопом замелькали обрывки непрошенных воспоминаний.

***

десять лет тому назад

То было давнее время. Стояло жаркое лето, и сидеть в такую чудесную погоду дома следовало бы запретить именем закона. Детвора в возрасте от трёх до семи лет резвилась на специально оборудованной для них детской площадке. В воздухе, наполненном благоуханием цветов и пением птиц, то и дело раздавался звонкий и переливчатый смех.

И только один мальчик не веселился вместе со всеми. Ему было около пяти лет. Стараясь держаться подальше от своих сверстников, он стоял возле заборчика, окружавшего детскую площадку. Через узкую щель он следил за игрой, и на лице его при этом очень ясно выражалась грусть.

— А почему ты не играешь вместе со всеми? — поинтересовалась, смешно картавя слова, совсем крохотная девочка с полосатым мячиком в руках.

— Мне дядя не разрешает, — печально отозвался мальчик.

— Почему? — аж раскрыла рот маленькая собеседница.

На личике крохи застыло совершенно искреннее изумление. Ей было непонятно, почему один ребёнок не может играть с другими детьми. Казалось бы, это — закон жизни, право, данное при рождении. Поэтому она схватила мальчика за руку и решительно потащила за собой. Впрочем, тот не особо-то и сопротивлялся.

Детвора встретила новичка радушно. Ведь малыши находят общий язык гораздо быстрее, нежели взрослые люди. Девочка предложила сыграть в «салочки», на что все остальные ответили одобрительным гулом.

— Это что такое?! А ну-ка, быстро ко мне!

Полный негодования голос, словно гром среди ясного неба, принадлежал высокому темноволосому мужчине в дорогом костюме. Мальчик с невыразимой тоской посмотрел на ребятишек, с которыми ему так и не удалось поиграть, и поплёлся к выходу. Мужчина грубо схватил его за руку и поволок прочь с площадки.

— Сколько раз я тебе говорил, что ты не должен и на пушечный выстрел приближаться к этим крысёнышам! — выговаривал он по дороге.

— Почему, дядя? — громко хлюпнув носом, едва не расплакался мальчик. — С ними так весело!

— Тебе не подобает общаться со всяким ничтожеством. Ты — выше их, у тебя есть сила! Когда-нибудь ты научишься правильно использовать её и поймёшь, о чём я сейчас говорю.

И дядя оказался прав. Со временем мальчик многое узнал и сильно изменился. Изо дня в день его учили ненавидеть и презирать тех, у кого не было силы. Своё первое осознанное убийство он совершил уже в восемь лет. И с тех пор мысли о пути назад, в то безоблачное и счастливое детство, его больше не посещали. Никогда.

***

три года тому назад

— Итак… Мне стало известно, что у тебя появился некий друг. Кажется, его зовут Глеб, правильно? Ты должен пригласить его в Бесконечное Подземелье.

Тишина.

— Ты хорошо меня слышишь?

— Да.

— И ты сделаешь, что я велел?

— Я не…

— Сделаешь?

— Да, дядя.

— Ответ правильный. И запомни: все твои так называемые «друзья» рано или поздно окажутся в Бесконечном Подземелье. Если тебя это по какой-либо причине не устраивает, или вызывает некий дискомфорт, сделай так, что этих друзей не было. Нет друзей — нет проблем. Полагаться ты можешь только на свою семью. Уясни это раз и навсегда.

— Да, дядя… Мне нельзя иметь друзей. И нельзя подводить семью. Я понял.

***

— Почему нельзя? — чётко прозвучал голос Максима Светлова. Минуя годы, он выдернул Влада из болезненных воспоминаний и вернул обратно, в не менее болезненную реальность.

— Уходи… Убирайся! Прочь! Мне не нужны никакие друзья!

Со дна расщелины донёсся заунывный вой. Заскрежетал камень, будто кто-то пытался взобраться наверх.

Макс нахмурился.

— Что это такое?

И Влад впервые не знал, что ответить, ведь до сей поры ни одна тварь в Бесконечном Подземелье не смела делать то, что ей вздумается. К тому же, он вообще понятия не имел, кто бы это мог быть. Уж точно не зверь, с которым сражался Андрей. Этот монстр, выдрессированный до идеала, подчинялся приказам беспрекословно.

Влад ощутил приступ самого настоящего ужаса, которого он за свои неполные пятнадцать лет ещё не испытывал и надеялся не испытать. Он убивал существ. Убивал людей. И даже Магических Воинов. Как здесь, так и в некоторых других Иных Мирах. Но считать себя непобедимым так и не научился. В глубине души наследник семьи Войцеховских знал, чувствовал, что неотвратимое возмездие за содеянное настигнет его, рано или поздно. Но не думал, что именно сегодня, да ещё и при Максиме Светлове.

Руки задрожали, и Влад быстро спрятал их за спиной, чтобы не выдавать слабости. Дыхание участилось. Ему словно не хватало воздуха. Надвигалась паническая атака. И это было плохо. Очень плохо…

— Влад, — ещё больше забеспокоился Макс. — Что происходит?

— Я не… знаю… Не знаю!

— Отошёл бы ты от ямы подальше…

Поздно. В следующий миг позади хозяина подземелья, как в фильме ужасов, выросла невысокая, скрюченная (человеческая?!) фигура. Правая рука крепко обхватила плечи и шею Влада, левая, изломанная под каким-то невероятным углом, предупреждающе ткнула пальцем в сорвавшегося было с места Макса. Тот проигнорировал жест и замахнулся Призрачным Мечом. Однако попасть по существу (человеку?!), не задев при этом Влада, не представлялось возможным.

— У-уходи-и… — полузадушенно просипел Войцеховский. Обращался он то ли к Максу, то ли к напавшему (а может, и к обоим сразу).

Существо раскрыло рот и начало издавать жуткие булькающие звуки. Видимо, ему очень давно не приходилось говорить по-человечески, и голосовые связки атрофировались. Через плечо темнел засохший, уродливый шрам, который едва прикрывали лохмотья, бывшие когда-то одеждой.

Влад зажмурился от зловонного запаха и, напоминая муху, угодившую в паутину, сделал отчаянную попытку вырваться. Существо издало протестующий рык и усилило хватку на горле.

— Отпусти его! — велел Макс. Голос дрожал от негодования. И беспомощности. Ведь время почти истекло. — Быстро!

Существо оскалилось и абсолютно по-человечески ухмыльнулось, а затем утянуло Влада за собой, вниз, во тьму пропасти.

— Нет… — вырвалось у Макса. — Не-е-ет!

Подбежав к самому краю, он попытался разглядеть хоть что-нибудь. Где-то на дне ямы он заметил вспышку и искры. Влад, очевидно, всё же сумел призвать Жезл Силы. И даже пустил его в ход. Это означало, что он справится.

Макс бросил взгляд на часы. 4:45.

— Прости… — глухо прошептал он. — И ты — тоже, Лика. Кажется, я не сдержу своего обещания…

***

До портала Жорж и Андрей добрались за рекордно короткие сроки. Они не разговаривали друг с другом. На это просто не оставалось времени. Все их силы и внимание были сосредоточены на том, чтобы не упустить из виду Счастливчика. Вернее даже, не его самого, а хвост, то и дело мелькавший впереди, в темноте. И не расшибиться самим, споткнувшись или вообще улетев в какую-нибудь яму. Только у портала Жорж, наконец-таки, смог выдохнуть. Но расслабляться было рано.

— Чёрт, Макс… Где же ты? Где?!

— Без него не уйдём, — уверенно сказал Андрей. — Будем ждать.

Откуда-то издалека раздался жуткий вой. Под сводами пещеры заметались растревоженные летучие мыши.

— Ну зачем… Зачем он вообще остался?!

Андрей промолчал. Он изо всех сил вглядывался в темноту, надеясь — в лучшем случае — увидеть две фигуры, в худшем — хотя бы одну.

— На его месте должен быть я…

— Что?! — не расслышав из-за писка местных обитательниц, нервно переспросил Жорж.

— Да забей.

Макс показался буквально за две минуты до истечения времени. Не сбавляя скорости, он втолкнул обоих товарищей в портал, пропустил Счастливчика, и только потом, за ними, последовал сам.

Ровно в пять портал закрылся, как и говорила Лика.

***

Путь от места с дубом, где закрылся портал, через лес и до шоссе друзья проделали молча. Каждому из них было, о чём подумать, особенно — Андрею. Ведь ему предстояло подобрать нужные слова и использовать всё своё хвалёное красноречие для извинений. Перед Максом и Жоржем. Перед сестрой. И даже перед Анной. А ещё его не покидали щемящие душу мысли о парне, который остался в Бесконечном Подземелье один. Наедине со своими грехами и страхами. По доброй воле или нет — неизвестно.

Наверное, Андрей должен был бы считать Влада врагом. Потому что трудно сказать, чем бы всё закончилось, не появись Макс. Но почему-то не мог. Зацепил его этот парень. А чем — пока непонятно.

— Народ, у меня для вас не очень хорошие новости, — мрачно нарушил тишину Жорж. — Надо как-то добираться до города. Попуток нет. И до такси я дозвониться не могу.

— Попробуй ещё раз, — мягко попросил Макс. — Пожалуйста.

— Да, я заплачу, — робко добавил Андрей. — И за такси, и за звонки…

— Ой, угомонись уже, — отмахнулся Жорж. Он опять достал телефон и отошёл подальше.

— Как ты? — тихо спросил Макс у товарища.

— Не знаю… — с неподдельной усталостью в голосе отозвался Андрей. Он и впрямь чувствовал себя выжатым лимоном. Азарт и эйфория сошли на нет, оставив под сердцем ощущение невосполнимой потери. — Я правда не знаю, что мне теперь делать.

— В смысле? — не понял Макс.

— Слушай, ну хоть сейчас… Просто скажи, как оно есть, в лоб. Когда мне съезжать?

— Ты всё ещё хочешь съезжать? — удивился Макс.

— Ну а как иначе-то?! — вспыхнул Андрей и тут же пожалел об этом. В свете последних событий у него не было права повышать голос. — Извини. Но после всего случившегося я не смогу спокойно жить у тебя и делать вид, что всё в порядке. Забыть, каким я был козлом. Про гадости, которые я вам с Жоржем наговорил. И наконец… Я сделал недопустимое: применил против вас силу. Как ты после этого станешь меня терпеть?! Ты и раньше-то…

— Что, раньше?

— А, неважно.

— Ну, терплю же я как-то нашего легендарного вора Сэма, — улыбнулся Макс. — Уж он-то проблем побольше, чем ты, доставляет. И даже Анна терпит. Хотя я и не представляю, на сколько её ещё хватит… Она уже готова его вышвырнуть без выходного пособия и прожиточного минимума.

Андрея словно током прошибла внезапная догадка. И кто бы мог подумать, что всё окажется настолько элементарным…

«Они же про зелёного чудилу той ночью говорили… Ну конечно! Это он всех достал! А я-то, ущербный, на себя подумал… Дурак! Трижды дурак! Четырежды дурак! Дурак, помноженный на бесконечность…»

— Ты чего? — заинтересовался Макс. На веснушчатой физиономии Андрея в этот момент расплылась, наверное, самая глупая и широкая улыбочка в мире. Удивительно, как щёки не треснули. — У тебя странное лицо, дружище. Будто ты хочешь…

Андрей шагнул к другу и, не дав закончить фразу, стиснул в крепких медвежьих объятиях.

— … да, сделать именно это, — аж крякнул тот. И засипел от нехватки воздуха.

— Макс, я такой ослище… Нет, ничего не говори! — выдал Андрей, словно Макс мог сказать хоть что-то в его дружеских тисках. — Я обещаю… нет, клянусь, что больше никогда не создам проблем. Никогда не подведу! Ты мой лучший друг! Самый лучший… Навеки! Ой… тебе что, дышать нечем? Прости-прости…

Светловолосый маг разжал богатырскую хватку и бережно ощупал товарища, начиная с плеч и до пояса.

— Да в порядке я, в порядке, — рассмеялся Макс.

— Не пущу, пока не проверю!

— Так, народ, возрадуйтесь: я-таки сумел наколдовать нам такси, — торжественно сообщил вернувшийся Жорж. — Можете считать меня магом и чародеем. Который запомнил надписи на указателях, когда мы ехали сюда. Правда, до ближайшего из них придётся топать пешком, да и влетит нам эта поездочка в копее…

Андрей метнулся к новой цели и обнял не хуже, чем Макса.

— … чку, — закончил потрясённый Жорж. — В чём дело?

— Спасибо, дружище, ты лучший!

— Я думал, я — лучший, — шутливо обиделся Макс.

— Вы оба нереально круты! Я вас люблю!

— Дожили, — пробормотал Жорж и попытался отпихнуть Андрея. По-доброму, разумеется. — Да уйди ты, ненормальный!

— Всё-всё… Уже иду! Куда? Показывай.

— Что это с ним опять? — шёпотом спросил Жорж, когда Андрей, не то пританцовывая, не то подпрыгивая от радости, убежал вперёд.

Макс, улыбнувшись, пожал плечами.

— Понятия не имею. Но такой он мне нравится гораздо больше.

А Андрей тем временем, обернувшись в сторону леса, чётко разглядел у дальнего дерева знакомую фигуру. Парень несколько раз моргнул. Нет, не показалось.

«Ну что, поиграем ещё как нибудь?» — насмешливо прозвучал голос в его голове.

Андрей усмехнулся в ответ. С души свалился очередной камень. И хотелось надеяться, что последний на ближайшее время.

— Да поиграем-поиграем, — еле слышно пробормотал он. — Но потом. И уже на моих условиях.

Фигуру возле дерева окутало облако чёрного тумана.

***

??? лет назад

Мальчик-волк и маленький демон лежали на снегу. Голова к голове, раскинув руки. Где-то вдалеке темнели колонны храма. Снежный покров, местами окрашенный свежей кровью, обновлял свою девственную белизну за счёт новых снежинок, падающих с тёмно-розового предутреннего неба.

— Это был странный бой, — нарушил безмятежную тишину детский голос.

— И не говори.

— Я получил удовольствие.

— Да… Я тоже.

— Может, ещё как-нибудь… поиграем?

Мальчик-волк перекатился на бок и посмотрел на своего противника. Сверху вниз. Тот невинно улыбнулся.

— Шутишь, демон?

— Не-а…

— Тогда… почему бы и нет? Но правила буду устанавливать я.

Маленький демон залился звонким смехом.

— Забавный ты, волчонок… Но это будет интересный опыт. Попробуем. Когда-нибудь…

***

Тринадцатилетняя девочка тревожно постанывала во сне. Пушистые ресницы то и дело подрагивали, длинные светлые волосы разметались по подушке. Несмотря на успокоительное, которое дала ей Анна, сны про брата, один хуже другого, не оставляли её в покое до самого утра.

— Снеговик… нет, Снеговик… — шептала Таня. — Вернись… прошу… Не оставляй меня снова одну!

Тихонько скрипнула дверь. За окошком забрезжили первые лучи солнца, и один из них, кутаясь в волосах, скользнул по лицу девочки.

На лоб мягко легла рука.

— Чш-ш, сестрёнка… Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо. Обещаю.

Пальцы Андрея, немного огрубевшие от извечного холода природной магии, ласково перебирали волосы сестры, воздушные и лёгкие, как пух.

— Снеговик, — резко выдохнула Таня и распахнула глаза. Несколько секунд они, не мигая, глядели на склонившегося Андрея, словно их обладательница отказывалась верить своему зрению. — Ты вернулся… Ты правда вернулся?!

— Правда, — прошептал Андрей. — Прости меня. За всё.

Таня подалась вперёд и, всхлипнув, крепко обняла брата. Личико уткнулось в его плечо, из зажмуренных глаз хлынули слёзы облегчения и счастья.

— Я так рада… Так рада!

Андрей поцеловал сестру в макушку и принялся убаюкивать, как маленькую.

— Я больше никогда не огорчу тебя. Клянусь.

***

Примерно в то же время, где-то глубоко в лесу, возле старинного дуба, невысокая фигура с поломанной рукой и шрамом на плече медленно поднялась на ноги.

Из-за деревьев к ней метнулась девушка в красном.

— Н-Ни... на. — еле промычало существо, жмурясь от солнечных лучей и белого снега вокруг. Оно словно заново училось говорить. И привыкать к свету.

— О, боже мой… Это действительно ты! Я сразу почувствовала тебя. Три года… три года мы с Борисом гадали, что с тобой!

Девушка крепко обняла пошатнувшуюся фигуру.

— Глеб… Глебушка, ты жив… Это главное! Самое главное. С остальным мы справимся. Вместе. Обещаю.

Глава 15. Новогодняя история - часть 1

Анна медленно шла по Виноградной улице. За ней по пятам, оставляя на снегу следы от маленьких лапок, бесшумной тенью двигалась извечная спутница — чёрная кошка Маркиза. Иногда могло создаться нешуточное впечатление, что эта кошка была призраком, ибо только Анна видела её дома. Но при этом говорила о ней постоянно. И кошкины блюдечки для еды стояли на кухне. Хорошо хоть, не рядом с мисками Счастливчика. Пёс был толерантен, но, как говорится, до поры, до времени.

— Пришли, — Анна остановилась у холмика под развесистым деревом, с веток которого свисали длинные сосульки.

Это был большой пустырь в конце Виноградной улицы. Ни чем не примечательный и пока не застроенный. Макс частенько гулял тут с Счастливчиком. Но Анна никогда с ним не ходила. Лишь раз за два года она решилась посетить это место. Первый и, скорее всего, единственный раз.

— Здравствуй, дорогой, — глухо произнесла медиум и нагнулась, чтобы положить возле холмика цветы. Красные цветы вечной скорби из очень… очень далёкого мира. Таких цветов на Земле нет. — Извини, что так долго шла, — Девушка нервно провела рукой по лбу. От железной и самоуверенной Анны не осталось и следа. — Я знаю… знаю, это глупо. Ведь тебя здесь нет. Твои останки давно сожжены, а ты сам пару лет как в лучшем мире. И я, один из самых могущественных медиумов во Вселенной, не могу призвать тебя. Не потому, что не умею, а просто… духу не хватает. Вот почему я здесь. Это всё, что мне остаётся. Наверное, не такая уж я и смелая…

Анна склонила голову и несколько минут хранила траурное молчание. На плечи невесомо падал снег, светлые волосы закрыли лицо. Из глаз закапали слезинки. Блестящие, как крохотные алмазики. Маркиза сидела между ног хозяйки, плотно прижавшись к ним гладкими, мягкими боками.

— Спи крепко, дорогой… И, пожалуйста, не мёрзни.

***

— Ба-а-анза-а-ай! — завопил Андрей и, выскочив из укрытия, как безумный чёртик из табакерки, лёгким движением руки отправил в полёт сразу десяток снежков.

Жорж, чертыхнувшись, в самый последний момент умудрился-таки юркнуть за снежную баррикаду, тем самым избежав арт-обстрела.

— Плохо дело, — шепнул ему Тими, который оказался умнее старшего товарища, и лишний раз не высовывал нос. Тем более, когда соперник — Андрей.

— И не говори, — мрачно отозвался Жорж. — Мы проигрываем.

— Что будем делать?

— Пожалуй, сдадимся.

— Нет! — возмутился мальчик. — Ни за что!

Жорж недобро усмехнулся.

— А мы не по-настоящему. Понарошку. Проявим стратегическую смекалку. Сделаем только вид, что сдаёмся. А на самом деле…

— Нет, обманывать я тоже не буду, — помотал головой Тими. Помпон на шапочке смешно качнулся. — Это нечестно.

— А то, что против нас сражается целый снежный маг — это, в данных условиях, честно?! — вознегодовал Жорж, широким жестом руки указывая на занесённый снегом сад Константина Семёновича. — Что, скажи на милость, мы можем ему противопоставить?

— Не знаю, — понуро опустив взгляд, пробормотал Тими.

— А раз не знаешь, выполняй то, что велит тебе боевой командир! То бишь, я, — Жорж окинул своего «соратника» оценивающим взором. В плотной, на меху, курточке и весь в снегу, Тими напоминал мини-снеговика. — Значит, так: сейчас берёшь белый флаг… отставить флаг, белую варежку, и машешь ею, как пионерка красным фартуком, ясно?

— Галстуком.

— Чего?!

— Галстуком, говорю, а не фартуком.

— Да без разницы!

— А почему я?

— Тебе поверят.

— А тебе?

— Отставить пререкания, солдат! Вперёд, за Родину!

— Ох… Хорошо. Но учти: мне эти твои манипуляции не по душе.

— Р-разговорчики! Командир знает, что делает!

С выражением на мордашке а-ля: «Если бы все командиры были такими, как ты, Россия не выиграла бы ни одной войны!», Тими выкатился из укрытия и обречённо замахал белой варежкой, искренне надеясь, что хотя бы его Андрей пожалеет и не «обстреляет» сразу.

Тем временем, на другом конце сада, за точно такой же баррикадой из снега и льда, приставив к глазам пальцы, сложенные в форме буквы «о», на манер бинокля, Андрей вёл пристальное наблюдение за противником.

— Побеждаем, побеждаем… Я чувствую это. Недолго голубчикам бегать осталось, — дрожа от возбуждения, приговаривал он. — Макс, слышь? Макс! Не спи — замёрзнешь!

— Да не сплю я. Как можно спать, когда кругом столько снега и холод собачий?

— Вот уж не знаю.

Макс подышал на свои ладони.

— А может, ну её, эту победу, а? Объявим ничью, чаю горяченького попьём… С вареньем. И оладушками.

Андрей судорожно сглотнул, но не поддался.

— Разгар боя, какие оладушки?!

— Вкусные. С сахаром. И сметанкой.

Руки сами собой потянулись к товарищу.

— Макс, я тебя сейчас придушу, ей-богу… Если раньше слюной не захлебнусь, — Андрей осёкся и прищурил глаза. — Стоп, у противника какое-то движение… та-а-ак… Это Тими. Машет белой варежкой. Они типа что, сдаются?!

— Да? — заинтересовался Макс и тоже выглянул из-за баррикады. — Точно. Бедный Тими. Замёрз, бедняга. У него же зуб на зуб не попадает.

Андрей прыснул со смеху.

— М-да, не повезло мальчонке с напарником. Ну Жорж, эксплуататор, блин, — давясь хохотом, снежный маг вышел из укрытия. — Эй, вояки! Что за цирк? Батарейки сели, сдаётесь?

Позади Тими, словно из-под земли, выросла высокая фигура Жоржа.

— Огонь! — взревел он.

Заряды из снега взяли курс прямо на Андрея.

— Ах, вот так, значит, да? Жульничаем? Ну, сам же напросился…

Андрей вытянул вперёд руку. Снежки, почти достигнув цели, по его приказу круто развернулись и понеслись обратно. По пути они сами собой слепились в один большущий ком снега, который рухнул на так ничего и не понявшего Жоржа.

— Есть! Вражеский командир повержен! Наша взяла, Макс! Дай пять!

Ладони звонко хлопнулись.

— Нечестно! — приглушённо взвыл Жорж. Снег залепил ему глаза, рот, уши, нос — в общем, всё, что только можно залепить. — Так нельзя!

Андрей усмехнулся и сложил руки на груди.

— Вы смотрите, кто тут о честности заговорил… Не ты ли сам использовал бедного Тими в своих гнусных целях?

— Чего-чего?! Ну щас я тебе…

Дрожащими от холода руками, на ощупь, Жорж слепил крепкий снежок и, не видя толком, куда, швырнул его со всей силы.

И надо же было именно в этот момент появиться Анне! Девушка открыла калитку и зашла в сад, ни о чём не подозревая и, вообще, мысленно пребывая где-то очень далеко. В следующий миг, просвистев в воздухе, снежок прилетел точнёхонько ей в лицо.

Тими ойкнул и в ужасе зажал рот рукой. Что сейчас буде-е-ет...

***

Тут уж стало не до игр. Макс и Андрей покинули свой «аванпост» и бросились к Анне. Девушка стояла, не двигаясь, закрыв лицо руками. И молчала. Очень так недобро молчала. И это тоже ничего хорошего не означало. Она разозлилась. Серьёзно. Иначе уже начала бы кричать да разносить всё и всех вокруг в пух и прах.

Андрей, Жорж и Тими благоразумно шагнули назад. Раньше им приходилось наблюдать за торнадо по телевизору, и ни один из них не горел желанием столкнуться с данным стихийным бедствием вживую. Ясно одно: достанется всем. И виноватым, и невиноватым, и просто случайным «мимокрокодилам».

И только Макс осмелился подойти к своей будущей жене. Он тронул её за плечи и бережно отнял руки от лица.

— Больно? — с неподдельным сочувствием спросил он и слегка поморщился при виде синяка, наливавшегося «соком» под левым глазом.

Анна проигнорировала вопрос жениха.

— Кто? — на удивление спокойно спросила она. Взгляд пытливо сканировал вытянувшихся в струнку Жоржа, Андрея и Тими.

— Он, — не выдержав напряжения и указав пальцем на Жоржа, «сдал» товарища с потрохами Андрей.

— Предатель, — зашипел тот.

— Извини, бро. В клетке с тигром каждый сам за себя.

Жорж осторожненько, бочком, начал протискиваться к калитке.

— Ну ладно, я пойду… Дел ещё много. К Новому Году надо готовиться, ёлку украшать…

— Стоять! — рявкнула Анна, вынудив его замереть на одной ноге в позе балерины.

— Ну правда, у меня это… как его… Кот не кормлен, вот!

— У тебя нет. Никакого. Кота. — отчеканила Анна.

— Нет — так будет! — Жорж тяжело вздохнул. — Ну прости меня… Я не хотел, чтобы этот дурацкий снежок попал именно в тебя. Просто ты появилась в неподходящий момент, без предупреждения, и…

— Ах, без предупреждения? — Анна маниакально улыбнулась. — Без предупреждения, значит?

— Ну-у… да.

— Хорошо, в следующий раз я позвоню тебе лично, чтобы сообщить, что иду к себе домой! А теперь… — Анна взяла пригоршню снега и медленно слепила снежок.

Жорж не стал дожидаться развязки и со скоростью безумного зайца щеманулся к спасительной калитке. В спину ему со свистом боевого снаряда полетел комок снега.

— Иди и корми своего несуществующего кота! И лучше бы тебе делать это как минимум до начала следующего года, иначе… Познаешь на собственной шкуре все муки загробного мира! Я не шучу!

***

На другое утро Тими открыл глаза и довольно долгое время, моргая спросонья, пытался понять, почему в квартире так тихо. Почему мама не шумит посудой на кухне? Почему молчат телевизор и радио? Но потом всё вспомнил.

Сегодня тридцать первое декабря. А на днях случилось долгожданное и радостное событие: из командировки вернулся папа. Вернулся, чтобы встретить Новый Год с семьёй. Тими, разумеется, был несказанно счастлив. А мама расцвела прямо на глазах.

Первый день Тими с папой провели вдвоём. Посетили кафе, пиццерию, новый торговый центр, кино, каток… Алла Григорьевна радовалась, видя их улыбки, но мальчик понимал, как ей хочется остаться с мужем наедине. Поэтому, когда на следующий день папа предложил встретить Новый Год в домике на горнолыжном курорте, Тими, скрепя сердце, отказался. Во-первых, он никогда не любил лыжи. А во-вторых, хотел провести этот Новый Год с Максом и ребятами. Ведь неизвестно, что будет дальше. Может, Макс уедет к себе домой. Навсегда… Но, скорее всего, начнётся Турнир, и Тими попросту не останется места в этой суматошной, полной магии и опасностей, жизни. Ну, и в-третьих, мама с папой наконец смогут побыть вдвоём. Все эти доводы мальчик как можно мягче попытался изложить Алле Григорьевне, и она неожиданно согласилась. Слишком легко и быстро. Слава богу, теперь не было нужды врать, иначе вся затея провалилась бы с треском. А так Тими просто сказал, что тридцать первое декабря и все новогодние праздники проведёт на Виноградной улице. Мама до сих пор не имела чести познакомиться с Максом, но она целиком и полностью доверяла Анне. С сына же Алла Григорьевна взяла слово, что он будет отзваниваться ей как можно чаще и не пропустит ни одного её звонка. Как говорится, на том и порешили.

Тими вылез из постели и поплёлся умываться. Сейчас он соберёт кое-какие вещи — и на Виноградную улицу, помогать Максу и остальным готовиться к Новому Году.

Взгляд скользнул по столу, полкам и остановился на открытке с ёлкой и красногрудыми снегирями.

«Очевидно, это — всё, что я заслужил от дедушки на Новый Год, — с вновь нарастающим раздражением подумал мальчик. — Хоть бы на праздник приехал, что ли… Внук я ему или уже нет?»

Повздыхав ещё немного, Тими позвонил маме, отчитался, после чего запер квартиру и поспешил на Виноградную улицу.

«Интересно, что там сейчас происходит? — гадал Тими, одновременно с мыслями глазея в окно маршрутки. Несмотря на то, что было только утро, на улицах уже царила предпраздничная суета. Кто-то судорожно метался по магазинам, докупая горошек, майонез и прочую необходимую мелочь, про которую либо забываешь напрочь, либо её в последний момент не хватает. То тут, то там мелькали небольшие группки тех, кто, как говорится, «начал праздновать заранее». А кое-кто и вовсе гнал с ёлками наперевес. Наблюдать за всем этим было интересно. И даже забавно. Но Тими больше занимала другая ситуация. — Жорж, конечно, вчера отчебучил… Меткий стрелок, называется! Анна же теперь с него три шкуры спустит и всю душу наизнанку вывернет. Уж я-то знаю, и за меньшее порой страдал…»

Маршрутка прибыла на нужную остановку. Тими, шурша пакетами, побежал вниз по Виноградной улице, к дому № 17.

А там царила гнетущая тишина. Слишком гнетущая. На всякий случай убедившись, что трупа Жоржа (а заодно, и Макса) нигде не видно, Тими осторожно заглянул на кухню.

Макс тихо-мирно пил чай. Он поприветствовал маленького друга и кивком головы указал на свободный стул рядом, придвинув чашку с чаем и блюдце с оладьями. Тими с радостью присоединился.

— Ну, какие у нас на сегодня планы? — поинтересовался мальчик. — Усиленно готовимся к Новому Году?

— Ага. Правда, всё от нас зависящее мы уже сделали: продукты закупили, ёлку поставили, комнаты украсили… Теперь дело за девчонками. Кухня явно не по нашей с тобой части.

Тими аж зажмурил глаза от удовольствия.

— Чур, я буду главным дегустатором праздничных блюд.

— Хитренький какой, — усмехнулся Макс. — Место занято.

— Причём, давно, — вклинился в разговор третий голос. Андрей бесцеремонно ввалился на кухню и отхлебнул чая прямо из носика чайничка. — Бр-р-р… Освежает! — а затем торжественно указал пальцем на себя родимого. — Мною. Самым наиглавнейшим дегустатором праздничных блюд в мире.

— Ну уж нет, — возмутился Тими. Конкурента в виде Макса он ещё готов был стерпеть. Но не этого прохиндея. — Будем тянуть спички.

— Зачем?

— Чтоб по-честному.

— А-а…

— Я не против, — сказал Макс. — Нас трое, — Счастливчик громко гавкнул и ткнулся мокрым носом хозяину в коленку. — Даже четверо.

— И этот ещё, зелёный, — пробормотал Андрей и опасливо покосился на дрыхнувшего в углу, у холодильника, Сэма.

— Зелёный не в счёт, — отмахнулся Тими.

— Короче, делаем так…

Дверь скрипнула, и в помещение вплыла Анна. Именно вплыла. Бледная, как привидение, с взъерошенными волосами и в одном коротком халатике, будучи босиком.

— Чего расшумелись? — монотонно, без какого-либо интереса, спросила она. Не дожидаясь ответа, девушка прошла к столу, забрала чайник и вазочку с печеньем и развернулась обратно. Синий взгляд равнодушно скользнул по трём замершим в разных позах фигурам. — Тише. Мешаете.

И ушла, так больше ничего и не добавив. Некоторое время друзья ошарашенно смотрели друг на друга, переваривая только что увиденное.

— Э-эмм… И что это было, а? — первым очухался Тими.

Андрей округлил глаза.

— Знаете, что я вам скажу, многоуважаемые коллеги… По-моему, в должности главного дегустатора вообще отпадёт всякий смысл, если дегустировать будет нечего.

— Как, нечего? — испугался Макс. — Почему?

— Ты жену свою видел?

— Ну да.

— Да ну! И ничего не смутило?

— Э-э…

— Подумай!

— Она выглядела уставшей.

— И всё?

— Я сам часто бываю таким.

— Ну для тебя это — норма!

— Не сказал бы…

— Ребят, — неуверенно позвал Тими. Ему вдруг послышались странные звуки.

Макс и Андрей продолжали спорить.

— Да всё с ней в порядке, — стоял на своём хозяин дома.

— Ой, не втирай мне тут! Я прекрасно знаю, как выглядят люди во время хандры, сам через это проходил. Правда, про новогоднюю хандру что-то не слышал…

— Нет у неё никакой хандры.

— То есть, нашему праздничному столу ничего не угрожает? Танюшка у меня, конечно, кулинар от бога и даже обладатель премии «Юный поварёнок — 2007», но одна — не потянет!

— Ребята! — повысил голос Тими. Подозрительный звук за стеной стал громче.

— Ничего, поможем.

— Ну не знаю, как ты, а лично я за себя не ручаюсь! Таких дел могу на кухне натворить — до конца жизни потом не разгребём…

— Каких таких дел можно натворить на кухне? Вот скажи мне, пожалуйста.

— Ты уверен, что готов это услышать?

— Думаю, справлюсь.

— Ребята, послушайте! — гаркнул Тими.

Спорщики замерли с раскрытыми ртами. Теперь, благодаря наконец-таки воцарившейся тишине, все трое отчётливо различали сдавленные рыдающие звуки.

— Плачет, — пробормотал Андрей и недоумённо завертел головой. — Кто-то плачет. Это… Анна? Анна плачет? Она умеет плакать?!

— Идиот, — буркнул Тими.

— Макс, почему она плачет? — снова пристал к товарищу, как репейник, Андрей. — Неужели, из-за вчерашнего синяка? Но она же от него избавилась. Там, крибле-крабле-бумс, шаранды-баранды… волшебный крем, в конце концов, и прочие женские штучки. А Жорж ещё извинится, я уверен. Он ведь не со зла! Зачем принимать это так близко к сердцу? Я-то думал, нервишки у неё покрепче будут… А ну, пойдём, поговорим с ней! Новый Год, всё-таки, не время лить слёзы!

И Андрей уже рванулся было с места, но Макс вдруг вытянул перед ним руку.

— Нет, — довольно жёстко произнёс он. — Не трогай её. Я сказал.

Светловолосый маг даже оторопел, настолько его шокировала резкая перемена в поведении товарища. Тими несколько раз моргнул и осторожно потёр ухо, чтобы проверить, не засорилось ли оно. И не подводит ли его слух. Вместе со зрением.

— Поверьте, — гораздо мягче добавил Макс, от внимания которого, естественно, не ускользнула реакция друзей. — Нам её пока лучше не беспокоить. И особенно — тебе. — Карие глаза пристально смотрели на Андрея.

И тот отступил. Хоть и желал знать, почему именно ему сейчас лучше не беспокоить Анну.

— Ладно, разбирайтесь с вашими супружескими дилеммами сами, — пробурчал он.

— Не обижайся, — миролюбиво улыбнулся ставший прежним Макс.

— Вот ещё.

Андрей демонстративно громко протопал в прихожую и, повозившись там немного, крикнул:

— Ладно, я ушёл. Сначала заскочу на работу, потом — по делу, которое мы обсуждали на днях.

Макс появился в дверях кухни.

— Всё-таки, решил? — с сомнением спросил он. — Уверен, что это так необходимо? И именно сегодня?

— На сто двадцать процентов. Ты меня потом ещё Нострадамусом назовёшь, вот увидишь.

— Ладно, я свяжусь с Тамарой. Предупрежу её.

— Отлично. Я тогда Жоржа с собой прихвачу.

— Сомневаюсь, что он…

— А ты поменьше сомневайся, — усмехнулся Андрей и распахнул входную дверь. — Давай, приводи Анну в чувство. Чтоб к моему возвращению написал вместе с ней десять писем Деду Морозу. Проверю, учти. Ну, и за стол отвечаешь. Головой! Вопросы?

— Никак нет, сэр, — в тон ему отозвался Макс и отдал честь. — Не волнуйтесь, всё будет в лучшем виде.

— Вот это совсем другой разговор.

Когда дверь за Андреем захлопнулась, лицо Макса, вопреки всем заверениям и обещаниям, сделалось несчастным и обречённым.

— Я ничегошеньки не понимаю, — недоумённо развёл руками Тими. — Что с Анной? Куда собрался Андрей, да ещё и с Жоржем? И при чём тут твоя двоюродная сестра?

Макс испустил усталый не то вздох, не то стон.

— Ох, как же я обожаю Новый Год… Скажи, Тими, ты умеешь готовить? Ну хоть чуть-чуть, а?

***

— Николай Николаевич, с наступающим вас! — ворвавшись в зоомагазин, громко крикнул Андрей. Весь в снегу, он напоминал огромный сугроб с руками, ногами и головой.

Что и говорить, зима-матушка в этом году выдалась щедрой (к величайшему неудовольствию автомобилистов). Ну, а Андрей был доволен, ведь он, наконец, чувствовал себя в своей стихии.

Кое-как отряхнувшись, он целеустремлённо протопал к прилавку.

— Ты что здесь делаешь? У тебя же сегодня выходной, — удивился работодатель.

— Да я тут пробегал мимо и решил заскочить на пару минуток, чтобы узнать… — Андрей сделал глубокий вдох, словно набираясь смелости. И выпалил: — Какие у вас планы на Новый Год?! С семьёй будете встречать?

По правде говоря, он уже давно хотел задать Николаю Николаевичу подобный вопрос, но чувствовал неловкость, потому что пожилой человек никогда не говорил при нём о своих близких. Даже имён ни разу не упомянул. Ни в разговорах, ни случайно. За почти месяц работы Андрей не услышал от него ни слова о супруге, детях, внуках… Даже о друзьях. Ричи был единственным его окружением. Ну, и с недавних пор — Андрей.

Старик и ёлку-то к Новому Году не особо стремился нарядить, пока его помощник не пришёл и не сделал всё, что нужно, лично. Ему ещё Макс и Тими помогали. Это был их первый и единственный визит к другу на работу. Они принесли с собой мишуру, фонарики и кое-какие украшения, а Андрей приволок старенькую искусственную ёлку, которую случайно обнаружил во время уборки у шефа в подсобке. Николай Николаевич, казалось, и забыл про неё давно.

Наряжать с ребятами елку было весело и интересно. Половину времени они просто дурачились. Кидались друг в друга серебристым «дождиком», соревновались, кто больше игрушек повесит на ветки зелёной «старушки» за определённое время, а затем все вместе, включая Николая Николаевича, распутывали гирлянду, в которую умудрился замотаться Ричи. Хозяин зоомагазина наблюдал за молодёжью с улыбкой, но глаза его не покидала грусть. Это были хорошие воспоминания. Добрые и светлые.

Когда Андрей задал свой вопрос, Николай Николаевич не изменился в лице.

— С семьёй, увы, не получится, — спокойно ответил он. — Один буду встречать. Посмотрю поздравление президента, выпью бокал шампанского, да и спать лягу.

Веснушчатая мордаха помощника смешно и недоверчиво вытянулась.

— Что, и всё? Это весь Новый Год? Так разве празднуют?!

— А много ли старику надо?

— Нет, это уж совсем никуда не годится, — безапелляционно возразил Андрей. Он давно понял, что в личной жизни Николая Николаевича не всё гладко (если вообще не трагично), но сегодня данной темы касаться не собирался. Сегодня Николай Николаевич (которого Андрей, кстати, ни разу не считал стариком) имел полное моральное право отметить Новый Год если уж не в семейном кругу, то хотя бы среди живых и неравнодушных людей. К тому же, дедушка Макса наверняка обрадуется компании.

— Я приглашаю вас к моему другу, на Виноградную улицу, — торжественно продолжил Андрей, а внутри у него тем временем всё скрутилось в тугой узел от волнения. — Давайте вместе встретим этот замечательный праздник. Придёте?

Рука Николая Николаевича, делавшая запись в учётной тетради, дрогнула. Авторучка провела жирную линию вниз.

Некоторое время старший собеседник молчал, не поднимая глаз.

— Что скажете? — забеспокоился из-за отсутствия реакции Андрей. Не перегнул ли он со своей настойчивостью палку?

— А это точно будет удобно?

— Господи, ну разумеется!

— Тогда, — Николай Николаевич, наконец, посмотрел на своего помощника и тепло улыбнулся. — Почему бы и нет.

— Ура, — облегчённо выдохнул Андрей. — Ждём вас к десяти вечера. Форма одежды — любая. При себе обязательно иметь хорошее настроение. А пока что, вынужден откланяться, ещё столько всего сделать надо, — он развернулся и уже на бегу прокричал: — Виноградная улица, дом № 17, не забудьте!

Когда за ним захлопнулась дверь и звякнул на прощание колокольчик, Николай Николаевич смахнул одинокую слезинку, покатившуюся по щеке.

— А ты был прав с самого начала, мой старый друг, — тихо проговорил он вслух. — У этого ребёнка золотое сердце. Мальчик далёко пойдёт.

А Андрей тем временем уже спешил к следующей цели.

***

— Бум-бум-бум!

Жорж медленно открыл глаза и издал слабый стон. Создавалось впечатление, что некто маленький, но очень злобный, поселился внутри его многострадальной черепной коробки и теперь долбил по её стенкам своим крошечным молоточком (хотя, судя по ощущениям, не таким уж и крошечным). И, возможно, «их» там было несколько.

— Бум-бум-БУМ!

Кое-как сев на диване, Жорж помассировал виски и попробовал вспомнить вчерашнее.

«Господи… сколько же я выпил? И, главное, на фига? Праздник-то сегодня вечером…»

После неприятного инцидента на Виноградной улице Жорж принял стратегическое решение: заскочить в близлежащий бар и успокоить нервишки кружечкой пива. Одной… Там он «неожиданно» повстречал старого знакомого. И «кружечкой» они уже не ограничились. Потом к ним присоединилась старая знакомая (и, вроде, даже не одна). Что происходило дальше, Жорж помнил смутно. По крайней мере, сейчас он был один. Да, точно один… Наверное.

Взгляд задержался на одиноком лифчике, валяющемся на полу.

— Ой, забыл, — тупо пробормотал Жорж, — кто-то из «знакомых»… — и нервно хохотнул, впрочем, тут же поморщившись от безжалостно прострелившей голову мигрени.

— БУМ-БУМ-БУМ! — кто-то за дверью явно терял остатки терпения.

— Да иду я, иду, — наполовину простонал, наполовину прорычал несчастный Жорж. — Боже… Кого ж там принесло-то с утра пораньше?

С утра пораньше — это почти в двенадцать дня, если что.

Пошатываясь, Жорж добрёл до входной двери, которая уже сотрясалась от ударов, и резко распахнул её, ожидая увидеть… да кого угодно, в принципе: Деда Мороза, его давно потерянную жену, Снегурочку в одном пеньюаре, других внуков, братьев и сватьев… Злого двойника с рогами на голове, в конце концов!

Но только не его.

— Хо-хо-хо, — торжественным басом выдал Андрей и стряхнул с нижней части лица снег, создававший вид белой бороды. — Открывайте шире двери, к вам пришёл… Кто? Ну? Пра-а-авильно, Дед Андрей, — и потряс фиолетовым пакетиком с «Вискасом».

Жоржу захотелось побиться головой о стену. Правда, она и так дико болела.

«О, нет… Ну за что? Почему? Почему именно он?! Да как вообще…»

Впрочем, ему давно следовало бы перестать удивляться способности этих ребят находить его временные жилища (которые, кстати, Жорж менял минимум два раза в неделю). Ему уже вообще ничему не стоило удивляться.

— Чего тебе, Иуда? — неприветливо буркнул Жорж.

Андрей привалился к дверному косяку и картинно прижал руку к сердцу.

— Ах, как это низко… В праздничный день напоминать о слабостях! Ты когда-нибудь слышал о всепрощении?

— Сверху простят, — сухо отрезал Жорж, но зайти в квартиру всё-таки позволил. — Это для чего? — Он кивнул на пакетик с кошачьей едой.

— Так для кота твоего, — пожал плечами Андрей.

У Жоржа округлились глаза. В них так и читался вопрос: «Парень, ты дурак? Для какого кота?!».

Андрей решительно оттеснил его в сторону и громко крикнул:

— Васи-и-или-и-ий! Выходи! — после чего заглянул на кухню, потом — в комнату. Взгляд замер на лифчике, который Жорж не удосужился вовремя убрать. Щёки нежданного гостя вспыхнули розовым румянцем. — Оу-уу… Этот причиндал явно не кот Василий обронил. Кх-м…

Жорж быстро сунул компрометирующую деталь женского гардероба под подушку на кресле и на всякий случай уселся сверху.

— Ты ничего не видел.

— Ой, да ладно… Мне не пять лет. Помню, как в восьмом классе мы застукали наших девчонок в…

— Всё, хватит! Знать никаких подробностей не желаю, — перебил Жорж. — Кроме одной: чего ты здесь забыл?

— Я? Да ничего, — пожал плечами Андрей и для пущей уверенности оглядел себя. — Всё моё — при мне. Кстати, тебе стоит позвонить свой девушке… или женщине, а то как же она без…

— Ты зачем пришёл? — теряя терпение, чётко задал вопрос Жорж.

— За тобой, — сообщил Андрей так, словно это было самим собой разумеющимся фактом. — Давай, собирайся. И, желательно, в темпе вальса.

— Куда? — заволновался Жорж, потому что в ближайшие два часа дальше ванной и кухни он продвигаться не планировал.

— Как это, куда? — Андрей глядел на него с абсолютно искренним недоумением. — Исполнять священный новогодний долг, конечно же. Ты ведь не забыл про него? Только не говори, что забыл!

Жорж, так ничегошеньки и не поняв, тряхнул головой. Ясности от этого действия не прибавилось, как и понимания ситуации в целом.

— Слушай, не знаю, какой там у тебя долг, а мой священный долг, на данный момент — принять ванну, выпить чашечку кофе…

— На это нет времени, выпьешь кофе три в одном на вокзале, — отмахнулся Андрей. — У нас билеты на двенадцать сорок пять.

Жоржу резко поплохело.

— Мы что… куда-то едем?! — аж шёпотом спросил он.

— Да, и быстро. На сборы тебе — пять минут. А я в коридоре пока подожду, такси вызову.

И Андрей вышел, оставив бедного Жоржа лишь беспомощно разевать рот. Тот аж за голову схватился.

«Господи, почему? За что?! — Из прихожей слышались шаги и треньканье сотового. Андрей и впрямь заказывал такси. С мобильника Жоржа. — Он ведь не уйдёт просто так, да? — Временный хозяин квартиры затравленно, но не без надежды покосился в сторону окна. — Нет, это уж на самый крайний случай…»

— Такси будет через пару минут, — доложил заглянувший в комнату Андрей. При виде Жоржа, так и не сдвинувшегося с места, он полыхнул праведным гневом: — Ты чего, ещё не готов?!

И тогда Жорж понял, что ему не отвертеться. От чего бы то ни было…

В такси Андрей его буквально впихнул. Всю дорогу Жорж сидел позади и сверлил затылок расположившегося на переднем сиденье товарища ненавистным взглядом. К концу пути там впору было бы дырке задымиться.

На вокзале Андрей, как и обещал, влил в своего спутника два стакана мерзотного кофе и затолкал сомнительный чебурек, от которого страдающего похмельем бедолагу едва не вывернуло на собственные ботинки.

К счастью, подошла нужная им электричка.

— На посадку, — скомандовал Андрей и вырвал из трясущихся рук Жоржа остатки стрёмного перекуса, тем самым избавив несчастного от дальнейших мучений. — Не волнуйся, в дороге поедим спокойно. Я взял ещё пять штук.

Следующие два часа Жорж в прострации таращился в одну-единственную точку, пока электричка уносила его всё дальше и дальше от цивилизации, со спасительным душем и нормальным кофе. Андрей в одиночку жевал чебуреки.

Но окончательно ему подурнело, когда он наконец-таки вывалился из вагона на волю и смог оценить весь масштаб «катастрофы».

— Мать твою… — вырвалось у Жоржа. Андрей преспокойно стоял рядом, с любопытством озираясь по сторонам и насвистывая что-то беззаботное себе под нос. — Ты куда меня завёз, гад? Это что за глушь такая?!

Андрей перестал свистеть и соизволил-таки ответить:

— И не глушь это вовсе. А посёлок Изумрудный.

— Да хоть Бриллиантовый!

Однако знакомое название резануло слух и слегка охладило пыл.

— Изумрудный, — уже более спокойно забормотал Жорж, сосредоточенно наморщив лоб. — Изумрудный, Изумрудный…

— Здесь живёт Макс со своей семьёй, — сжалился над товарищем Андрей. — Ты же в курсе, что в большой Москве он только из-за Турнира?

— Точно! — хлопнул себя по лбу Жорж. — Он рассказывал. Но всё равно… Мы-то здесь для чего?! Да ещё и тридцать первого декабря!

— Я же сказал, соблюдаем новогодние традиции. До конца, — Андрей вытянул шею и вдруг замахал кому-то рукой. — Кстати, нас встречают.

Жорж резко обернулся.

— Кто?!

— Вы ведь Андрей и Жорж, друзья Макса? — приветливо спросила закутанная в несколько слоёв меховой одежды девушка. — Он звонил, предупредил о вас. Я — Тамара, двоюродная сестра Макса.

Глава 16. Новогодняя история - часть 2

Тамара вела своих гостей по пустынной и заснеженной улице посёлка Изумрудный. Вокруг не было ни души, и Жоржу от этого факта становилось немного жутковато. Как истинный житель шумного мегаполиса, практически ни разу не выбиравшийся за город, он пребывал в полной уверенности, что в подобных местах по дорогам свободно разгуливают покрытые пылью динозавры (это просто сейчас их не видно, из-за мороза). Снега навалило столько, что пару раз Жорж провалился в него почти по самые колени и уже готов был перейти на ненормативную лексику, но присутствие дамы сдерживало его. Пока что...

— Держись за мной, — позвал его двигавшийся чуть левее Андрей. Снег сам убирался с его пути, подчиняясь приказам юного мага, как собачка — хозяину.

Жорж демонстративно фыркнул и с упорством бронированного танка продолжил переть через сугробы.

— Он у нас гордый, — пояснил Андрей с интересом наблюдавшей за ними Тамаре. — И упрямый.

— А ещё очень злой, — мрачно добавил Жорж. — Так что помолчи-ка ты лучше. Потом поговорим.

Тамара вздохнула и сочла нужным разъяснить:

— На самом деле, здесь не так уж и плохо. Летом в Изумрудном много людей. У нас чистый воздух, замечательный лес, большая речка… Но, увы, зимой все предпочитают ехать в город, и особенно — под Новый Год.

— И почему я не удивлён, — пробурчал Жорж. — Скажи, а по какой причине ты-то кукуешь тут одна? Неужели, тебе не хочется встретить Новый Год с Максом?

— Хочется, — честно ответила девушка. — Очень. Но сейчас я должна быть именно здесь. Так решила семья. И меня это вполне устраивает.

Жорж понял, что подробностей ему не расскажут, и не стал больше приставать. В конце концов, у каждого — свои причуды, а у семейства Макса их и вовсе хоть отбавляй.

Двери и окна домов, мимо которых проходила троица, были наглухо заперты (слава богу, не заколочены). Единственным живым существом, повстречавшимся по пути, оказался старичок с вязанкой хвороста. Он дружелюбно поприветствовал Тамару, та ответила ему тем же. Маленькие серые глазки между кустистыми бровями и мохнатой бородой изучающе и не без любопытства скользнули по фигурам незнакомцев. Но вслух так ничего и не прозвучало.

— Сюда, — сказала Тамара и указала на дом, стоявший в отдалении от прочих.

Он был большой, в два этажа. Гораздо больше дома и сада на Виноградной улице вместе взятых. И обычно в таких огромных домах, расположенных на отшибе, рядом с лесом, обитали привидения. Жорж и сам толком не понял, почему подобная мысль посетила его больную голову. Он вообще никогда не верил в привидений. А тут аж вздрогнул. И сразу же завертел головой, чтобы проверить, не заметил ли кто его реакции.

«Потом же от насмешек до конца жизни не отделаюсь», — с досадой подумал Жорж, разозлившись на самого себя. Ему ведь не пять лет, в конце концов, чтоб домов страшных пугаться.

К тому же, внутри он оказался светлым и уютным. По крайней мере, на первом этаже. Жорж почти не сомневался, что увидит старинную русскую печку в полкомнаты, но вместо неё обнаружил вполне современный камин, к которому и поспешил, дабы, наконец, обсохнуть и согреться.

— Давайте обувь и верхнюю одежду, — деловито распорядилась двоюродная сестра Макса. — Пять минут — и они будут сухими.

— Да можно и не торопиться, — пожал плечами Жорж. Он до сих пор не понял, для чего здесь находится, но намеревался хотя бы пару часов провести в тепле и покое.

— Вам же ещё в лес идти, — с удивлением напомнила Тамара. — Не советую дожидаться полной темноты.

Жорж едва не поперхнулся воздухом. А он-то, наивный, полагал, что сегодня уже никакая «новость» не выведет его из равновесия.

«Нам же ещё в лес идти, ну конечно! — мысленно выругался Жорж и свирепо уставился на Андрея, который увлечённо рассматривал занавески в цветочек. — И как я мог забыть… Особенно если я об этом даже не знал! Твою-то мать…»

— Но без чая я вас, разумеется, не отпущу, — сказала тем временем Тамара. — Пожалуйста, присаживайтесь за стол, сейчас всё будет.

— Может, помочь надо? — тяжело вздохнув, предложил Жорж, а Андрей уже сделал несколько шагов в сторону кухни.

— Ни в коем случае. Вы — мои гости, сидите и ни о чём не волнуйтесь, — заверила их Тамара. — Уж донести самовар, чашки и пару ваз я пока в состоянии.

Через несколько минут на столе в гостиной появились блюдо с горсткой блинов, горшочек со сметаной, вазочка с вареньем, баночка мёда, конфеты, печенье, домашний пирог... А посреди всего этого великолепия, важный, как генерал, возвышался пузатый самовар.

Андрей, едва сумевший подавить жалобный стон, вынужден был ограничиться парой блинов, малюсеньким кусочком пирога и конфеткой.

— Нам же в лес идти, нельзя наедаться, — напомнил он. Скорее себе, нежели кому-либо ещё.

Жорж лишь злорадно усмехнулся, а затем со свирепым выражением лица ухватил кипу блинов, щедро макнул в сметану и отправил в рот. Андрей, пронаблюдав за его действиями, лишь сглотнул.

«Буду есть, пока не стану похожим на квадрат, — решил Жорж. — Вот и пусть потом попробуют меня с места сдвинуть! — Мстительный взгляд победно замер на поникшем Андрее. — Фигушки я стану плясать под твою дудку, парень… Так что пойдёшь ты в свой лес один, попу морозить да волкам хвосты крутить. Дураков нет!»

— Вы кушайте, кушайте, сколько влезет, — на корню зарубила весь коварный план Тамара. — У меня есть особые таблетки от переедания. Сытость остаётся, тяжести в животе — как ни бывало. Ни в чём себе не отказывайте.

— Да ты просто кудесница! — мигом воспрянул духом Андрей. — Дай я тебя расцелую, золото ты моё!

И тогда Жорж в очередной раз за этот треклятый день убедился, что от него в этом мире абсолютно ничего не зависит. И от похода в леc ему не отвертеться, как не удалось отвертеться и от всей поездки в целом.

«Я что, особенно плохо вёл себя в нынешнем году? — меланхолично жуя пирог, пытался осознать он. — Дедушка Мороз мстит мне за то, что я никогда не верил в него? — Жорж раздражённо посмотрел на Тамару. По сути, милая девушка ни в чём не была виновата и только хотела, как лучше. Злиться на неё — глупо и неправильно, и Жорж это прекрасно понимал. — Зато теперь я действительно вижу, что ты и Макс — кровные родственники. Своим дружелюбием оба можете в гроб загнать…»

А вот внешне они похожи совсем не были. У Макса — карие глаза, у Тамары — ярко-зелёные. И редкой красоты огненно-рыжие волосы. Даже ярче огня в камине. Жорж долго не мог отвести от них взгляда. Казалось, протяни к ним руку — и реально обожжёшься. Или согреешься. В зависимости от настроения обладательницы. То, что эта девушка не так проста и наивна, было очевидно с самого начала. От неё исходила сила.

— Чем ты интересуешься по жизни? — сам не ожидая, задал вопрос Жорж. — Какие у тебя увлечения?

Тамара внимательно посмотрела на него.

— Я люблю рисовать, — ответила она. — И ещё занималась единоборствами: дзюдо, карате, тхэквондо… Всем понемногу.

Жорж присвистнул.

— Ого… Нехило!

— А кто, как вы думаете, постоянно защищал Макса от нападок местных задир? — лукаво улыбнулась хозяйка дома. — Естественно, старшая сестра.

— А на сколько ты…

— У нас разница в полтора года.

— Ясненько, — Андрей с шумом хлебнул горячего чая и блаженно зажмурился. Лицо сделалось довольным. И хитрым. Как у сытого кота. — Слушай, а расскажи нам про Макса что-нибудь такое… ну этакое…

Тамара шутливо погрозила пальцем.

— Так вот, оказывается, для чего вы на самом деле приехали… Хотите собрать компромат на моего бедного брата? Не позволю, учтите.

Андрей мигом состроил мордаху невинно оскорблённого ангела. Жорж спрятал ухмылку за чашкой.

— Кто? Мы?! Да ни за что на свете! Правда, дружище?

— И в мыслях не возникало, — на полном серьёзе подтвердил Жорж. А у самого в глазах плясали чертята.

Тамара улыбнулась и чуть наклонила голову.

— Макс очень много про вас рассказывал. Какие вы хорошие друзья. И как он благодарен судьбе за то, что ему выпала честь познакомиться с вами.

Жорж и Андрей смущённо переглянулись.

— Да ладно… Ты приукрашиваешь.

— Вовсе нет, — Голос Тамары посерьезнел. В нём зазвучала печаль. — Макс… Он с детства был тихим и скромным мальчиком. И очень добрым. Но сверстники его не любили. Он… слишком отличался от остальных. И мне частенько приходилось за него заступаться. Макс никогда не умел врать. Если видел что-то странное (а он, как будущий Магический Воин, не мог не видеть странного), то спешил поделиться этим с окружающими. Поэтому его ещё и чудиком считали. А ведь он тогда не знал о своём предназначении. О Турнире. Так решили его родители. Правильно это или нет — не знаю. Но я горжусь своим братом. Он многого сумел добиться за короткий срок. Но главное, остался хорошим человеком. У которого теперь есть хорошие друзья. Я счастлива, когда слышу по телефону его голос. В моей опеке он больше не нуждается. Но это не значит, что я не поддержу его на Турнире. Когда придёт время, я обязательно буду рядом с ним.

— И мы — тоже, — торжественно пообещал Андрей и, расчувствовавшись, украдкой утопил слезинку в чае. — Мы навсегда останемся друзьями, даже если…

«…нам придётся сражаться друг с другом за корону воинов на Турнире!»

Вслух этой мысли Андрей так и не озвучил, хотя прекрасно осознавал всю неотвратимость подобного исхода. Им с Максом действительно предстоит биться друг против друга, рано или поздно.

— А ты сама… ты не… — кашлянув пару раз, чтобы скрыть эмоции, заговорил Жорж.

— Нет, — сразу поняла, о чём он, Тамара. — Я — не Магический Воин. Но кое-какими навыками обладаю. Скажем так, дружу с огнём.

— Это ожидаемо, учитывая цвет твоих волос, — не сдержался Жорж.

Тамара рассмеялась.

— Сочту за комплимент, — она поднялась из-за стола. — Ладно, собирайтесь. Ёлка в лесу сама не срубится.

Жорж вытаращил глаза.

— Ёлка?!

***

Да, всё оказалось настолько банальным. Никаких ритуалов вуду посреди леса. Никаких плясок вокруг костра. Андрей всего лишь хотел срубить ёлку. И увезти её домой.

— Поверить не могу, — бурчал всю дорогу до леса Жорж. — Ты притащил меня за тридевять земель ради обычной ёлки?!

— Ну да, — пожал плечами Андрей, словно это было самым очевидным фактом на свете. — Что тебя смущает?

— Да всё! — рявкнул Жорж так, что с веток ближайших деревьев осыпался хлопьями снег. — Зачем?! Для чего она тебе? Мы уже нарядили ёлку у Макса дома! Куда ты собираешься впихнуть ещё одну?!

— Была бы лишняя ёлка, а место всегда найдётся, — беспечно заявил Андрей.

Жорж лишь скрипнул зубами и беспомощно посмотрел на идущую рядом Тамару.

— Можно, я закопаю его прямо здесь? — тихо спросил он. — Максу скажем, что произошёл несчастный случай. Он поверит.

— Мой брат не настолько наивен, — изо всех сил скрывая улыбку, покачала головой Тамара.

— Но попробовать-то можно? Вдруг, удача улыбнётся, а?

Они заходили всё глубже и глубже. Что и говорить, зимний лес был красив. Даже обозлённый Жорж не мог этого не заметить. Но всё же предпочитал наслаждаться подобными видами заочно, через телевизор или новогодние открытки.

— Мы что, действительно имеем право вот так запросто взять и срубить любую ёлку? — с сомнением спросил он. — Нас не оштрафуют?

— Не волнуйся, я получила разрешение у нашего лесничего, — успокоила его Тамара и указала вперёд. — Как насчёт вон той красавицы?

Андрей приставил ладонь козырьком к глазам. Неподалёку, на маленькой заснеженной полянке, отдельно от сородичей, стояла аккуратненькая небольшая ёлочка. Мохнатые веточки купались в лучах заходящего солнца. Снежок на них поблёскивал алмазной россыпью.

— Вау… Она прелестна!

— Ага, вот она какая — первая любовь, — не удержавшись, съехидничал Жорж.

— Да иди ты, — беззлобно отмахнулся Андрей и заспешил к лесной «принцессе». — Здравствуйте, ваше сиятельство! Ох… — он обернулся и посмотрел на Тамару увлажнившимися щенячьими глазами. — Её и рубить-то жаль…

Жорж возвёл к небу горе-очи.

— Ну ты ещё слезу тут пусти… Это просто ёлка. Руби скорее — и пошли отсюда! Нам ещё как-то в город возвращаться!

Андрей шикнул на него и зашептал, наклонившись к ёлочке:

— Не слушай его, моя девочка, этого злого и чёрствого дядьку…

— Давай топор, — резко сказал Жорж Тамаре. Он понял, что, если не возьмёт процесс в свои руки, они застрянут здесь на весь вечер. И, возможно, на всю ночь. — С дороги, — велел Андрею и замахнулся топором.

«Лучший друг» ёлок отошёл на несколько шагов.

— Пожалуйста, аккуратнее, — взмолился он. — Ей может быть больно… Нет! С этой стороны не руби… и с этой — тоже…

Жорж чертыхнулся и швырнул топор в снег.

— Тогда руби сам. Только быстро!

— Не могу, — шмыгнул носом Андрей.

— Не можешь? — Жоржа охватило первобытное желание кое-кого удушить. Голыми руками. Медленно и жестоко. — Ах, не можешь?! На кой тогда… ты вообще всю эту байду затеял?! А знаешь что, парень, — он развернулся, — оставайся-ка ты здесь. Море снега и лучшая подруга. Вам найдётся, чем заняться. А лично я, эгоист этакий, возвращаюсь в цивилизацию. В мир искусственных ёлок и сухих носков. Домой!

— Подожди! Ну как ты не понимаешь…

Тамара без лишних предисловий схватила топор и от души тяпнула им по стволу. Потом ещё, и ещё... Печально скрипнув напоследок, ёлочка рухнула на землю.

Андрей издал скулящий звук, а Жорж, спохватившись, виновато поскрёб затылок.

— Извини, — пробормотал он. — Совсем заспорился с этим обормотом. Не женское дело…

— Ничего, я привыкла, — перебила Тамара. — Берите то, за чем пришли — и обратно. Признаться, у меня тоже нет абсолютно никакого желания праздновать Новый Год в лесу.

***

На электричку они опоздали. Последняя ушла в город ещё до пяти вечера, и новых не предвещалось (не то что в ближайшие часы — в ближайшие дни).

Жорж не стал сотрясать воздух очередной волной ругательств и проклятий. Всё равно ведь, они не призовут сюда, к примеру, реактивный ковёр-самолёт. Или волшебника в голубом вертолёте. Или фею, которая щелчком пальцев умеет перемещать людей в пространстве. Всё это — из разряда сказок. А реальность такова: встречать им Новый Год в глуши и по уши в снегу.

— Здесь хоть магазин какой поблизости есть? — уныло спросил Жорж, с апатией разглядывая горку румяных блинчиков и ни на что уже, в принципе, не надеясь.

— Конечно, — отозвалась Тамара. — Только дорогу сильно замело.

— А тебе зачем? — мигом заинтересовался вездесущий Андрей.

У Жоржа появилось непреодолимое желание оторвать кое-кому любопытный нос. Чтоб не совал его, куда ни попадя.

— Напиться решил. Квасу, — жёстко пояснил он, заметив упрекающий взгляд. — Уж на это-то я имею право, в конце концов?!

— Имеешь-имеешь, — примиряюще поднял руки Андрей. — Просто я подумал, ты захочешь сделать это дома. И шампанское, наверное, всё-таки лучше кваса.

— Издеваешься, да?

— Почему?

— Так электричка же…

Андрей беспечно махнул рукой.

— Электричка — прошлый век, братан!

— И давно ли?!

— Да с полчаса уже.

Жорж с недобрым выражением лица схватил первое, что попалось ему под руку — горшочек со сметаной.

— Только без глупостей, положи! — отчаянно велел Андрей. — Дружище, не делай того, о чём потом пожалеешь! Всё ещё можно исправить, поверь…

— Нет! — рыкнул Жорж и замахнулся. — Не верю я тебе больше!

— Тамара пообещала сварганить мини-портал, из точки А в точку Б. Перебросит нас в город за пару секунд! — на одном дыхании, практически скороговоркой, выдал Андрей.

Жорж недоверчиво опустил горшочек.

— Что, правда? Вот так запросто?

— Ну, я сам мало чего в этом понимаю, но если портал соединяет две точки одного и того же мира, и расстояние — небольшое, при определённых умениях создать его легко. По крайней мере, так Тамара мне объяснила.

Жорж довольно бережно поставил сметану на место. Андрей облегчённо выдохнул. Вид у него был такой, словно он только что безумца с гранатой обезвредил.

— Ладно… Когда отправляемся?

— Так уже, — засуетился Андрей. — Нежно бери под зелёные веточки нашу пушистую красавицу, а я пока блинков прихвачу.

— Что, ёлку свою ненаглядную ими украшать будешь? — усмехнулся Жорж. Сарказм и даже хорошее настроение вновь вернулись к нему.

— Нет, Макс просил, — честно ответил Андрей. — По сестричкиной стряпне соскучился, бедняга.

Жорж не стал тратить время на лишние вопросы и, пока Андрей, по его мнению, набивал блинами карманы, рванул за ёлкой. Ибо хотелось уже поскорее домой.

Тамара ждала их во дворе перед домом. За её спиной уже светилась, слегка потрескивая, воронка из бледно-голубой энергии, примерно в человеческий рост. Жорж вспомнил, как совсем недавно проходил через подобную аномалию, отправляясь вместе с Максом в Бесконечное Подземелье за Андреем. Только тогда он даже представления не имел о том, что ждёт его там, по ту сторону. А сейчас… Сейчас он доверял Тамаре. Да и энергетика от этого портала была совсем другая, как будто бы… тёплая и спокойная. Жорж, конечно же, не разбирался в порталах и энергетиках, но обладал хорошей интуицией. Которая на данный момент безошибочно говорила, что там, за светящейся штукой — дом.

— Ты точно не хочешь с нами? — решил ещё раз уточнить он. — Могла бы лично поздравить Макса с Новым Годом.

Тамара покачала головой. В зелёных глазах мелькнула грусть.

— На данный момент, моё место — здесь. Независимо от моих желаний.

Жорж пожал плечами и поудобнее перехватил ёлку. Что бы там ни было, это не его дело. Хотя, конечно, и разбирал нешуточный интерес, какое такое обстоятельство могло не давать девушке встретить Новый Год с близкими людьми.

— Не скучай тут, — ободряюще подмигнул гостеприимной хозяйке Андрей. — Мне почему-то кажется, что скоро мы вновь свидимся.

— Да, удачи тебе, — от всей души пожелал Жорж. Сестра Макса ему очень понравилась.

Тамара улыбнулась.

— И вам счастливого Нового Года. Передавайте привет Максу.

— Обязательно.

Уже готовый сделать последний шаг к порталу, Жорж тихо спросил у Андрея:

— А нельзя было так поступить с самого начала? Вот на фига мы два часа тряслись в электричке, а?

— Можно, — с улыбочкой начинающего злодея отозвался Андрей. — Но мне понравилось смотреть, как ты страдаешь, бу-га-га!

— Зараза…

— Да и билеты я заранее купил.

— И тебя тоже с наступающим Новым Годом, дружище.

***

Портал, открытый Тамарой, доставил путешественников аккуратненько к порогу дома №17 на Виноградной улице. В котором почему-то царила подозрительная тишина.

— Не понял… — Андрей прямо в сапогах с налипшим к подошвам снегом протопал сначала в гостиную, потом — на кухню. — Не понял, — в голосе зазвучали истерические нотки теряющего контроль над ситуацией человека. — Я не понял!

— Ну что там ещё такое? — хмуро спросил из прихожей Жорж. Очевидно же, глупо и наивно с его стороны было рассчитывать, что уж теперь-то всё будет развиваться как надо.

Андрей, растерянно хлопая глазами, замер посреди кухни.

— Где? — словно в трансе, повторял он. — Где наш праздничный стол? Где заливная рыба? Где копчёные рябчики? Почему никто не стругает «оливьешку»?!

— Может, мы опоздали, и они начали без нас? — предположил Жорж, сам прекрасно понимая, как смешно звучат его слова. Однако мысленно он не мог упустить возможности позлорадствовать над обескураженным «любителем ёлок».

— Тогда где все? — Андрей на всякий случай заглянул под стол, отогнув край низко свисающей скатерти. — Ребята-а-а… Вы там засели?! Нет? — Он посмотрел на Жоржа и пожал плечами. — Молчат. Нету их.

Внезапно его осенило, и он метнулся к холодильнику. Рывком распахнул дверцу. И...

Воплю, последовавшему далее, уступали по громкости пожарная, медицинская и тревожная, на случай ядерной войны, сирены вместе взятые. Его, наверное, услышала вся Виноградная улица.

— Украли-и! Украли-и-и! Ой, батюшки, что ж творится-то… Караул!!!

Жорж, готовый сделать что угодно и как угодно, лишь бы это прекратилось, отпихнул Андрея в сторону и уставился на абсолютно пустые полки холодильника.

— А где…

— Украли! Всё украли! — сокрушался Андрей. — Я ж вчера лично за продуктами бегал, ползарплаты, честно заработанной, истратил… И ничего! Ничего-о-о… — Голубые, цвета льда, глаза опасно сверкнули. — Это зелёный чудик! Точно, он всё спёр! Недаром этот гад от холодильника со вчерашнего вечера не отлипал…

В прихожей хлопнула дверь, и на кухне появился встревоженный Макс. Шапка набекрень, куртка расстёгнута…

— Я слышал крики… Что случилось?

Андрей метнулся к товарищу, схватил того за плечи и судорожно начал трясти, как грушу. У бедняги аж зубы заклацали.

— Где тебя носило?! Тут холодильник кое-кто обчистил! Сказать, кто? Зелёный, плохо пахнет, на три буквы называется…

Жорж сдавленно фыркнул сквозь кулак, поднесённый ко рту. Андрей мигом вперил в него свирепый взгляд. Впрочем, его нездоровое внимание почти сразу же вернулось к Максу.

— Ну что ты стоишь, мух считаешь, а?! Надо же что-то делать! Этот паразит не мог далеко уползти! Мы ещё можем спасти наш праздничный ужин… Ну Макс, ну давай!

— Прекрати ты его трясти, он у тебя и слова сказать не способен, — едва сдерживая безумный хохот, проговорил Жорж.

Андрей вдруг послушался и дисциплинированно отпустил Макса. Тот, отшатнувшись, привалился спиной к стене. Взгляд широко раскрытых карих глаз шокировано метался с одного друга на другого.

— Что… где… — Хозяин дома сделал глубокий вдох. И выдох. — Так, спокойствие, — сказал он то ли себе, то ли присутствующим. — Если ты переживаешь насчёт продуктов, Андрей…

— Переживаю — это слабо сказано! — надрывно заголосил товарищ. — Я просто в панике! Видишь панику на моём лице?!

— Вижу-вижу, — успокаивающе пробормотал Макс. — Ты не волнуйся, ладно? Все продукты мы с Таней отвезли в «Слезу Ангела».

— Куда?!

— В кафе Лики, сестры Влада. Она пригласила нас всех отпраздновать Новый Год в её чудесном заведении.

— С чего вдруг такая щедрость? — насторожился Жорж. Эмоции, которые вызывала у него девушка, до сих пор оставались противоречивыми. Она ему нравилась, без сомнения. Однако её язвительные реплики и насмешки, которые Жорж очень хорошо запомнил с прошлого раза, не позволяли ему признаться в наличии к данной особе какой бы то ни было симпатии. Даже мысленно, самому себе.

Макс грустно улыбнулся.

— Я думаю, ей плохо одной в этот Новый Год. С семьёй, как я понял, она больше не общается. И мы сыграли в этом далеко не самую последнюю роль. В любом случае, лично я благодарен Лике за приглашение.

— А мне ещё только предстоит с ней познакомиться, — заметно оживился Андрей. — Я ведь обязан ей тем, что вы, парни, смогли найти меня в Бесконечном Подземелье. Это будет очень интересно.

— А главное, что еда нашлась, — съязвил Жорж.

— Ха-ха, — не глядя на него, отозвался Андрей.

— Мы отправили продукты в кафе, чтобы Ликины повара смогли всё приготовить, — пояснил Макс. — Таня, Тими и дедушка уже там, и вы тоже поезжайте.

Андрей закивал и галопом ломанулся собираться, хотя и так уже был в верхней одежде.

— Ёлочку с собой возьмём, — на бегу скомандовал он Жоржу.

— Зачем? — только и успел спросить тот.

— Ну не можем же мы заявиться с пустыми руками… Это, по меньшей мере, невежливо. И потом, нашей «девочке» будет очень плохо одной, в пустом доме…

— Почему одной? Вон, в гостиной её родственница ближайшая стоит… — Жорж понял, что его не слушают, и махнул рукой, не став продолжать. — И откуда только у парня энергия берётся? То одно на уме, то другое… то, вообще, пятое-десятое, — Тут он заметил на лице Макса тревогу и тоже заволновался: — Что-то не так?

— Да, — честно ответил Макс. — Я задержался здесь не только ради того, чтобы предупредить вас насчёт «Слезы Ангела». Анны нигде нет.

— Как это? — удивился Жорж. — Я думал, она уже вовсю руководит процессом… У Лики в кафе.

— Увы, не на сей раз. С утра Анна, скажем так, не очень хорошо себя чувствовала.

Жорж мигом вспомнил про вчерашний злополучный инцидент со снежком. А вдруг, его выходка привела к осложнениям? Получить комом снега в глаз — не шуточки! Анна, всё-таки, не из железа сделана (хотя многие, в том числе и Жорж, чего греха таить, именно так до сегодняшнего дня и думали).

— Ты ни при чём, — без труда прочитав мысли старшего друга, успокоил Макс. — Поверь мне, был бы тот злосчастный снежок или нет — ситуация на теперешний момент не изменилась бы.

— Да? Уф-ф… Но тогда в чём дело-то? Твоя невеста не любит Новый Год? Может, она нарочно бойкотирует Лику с её приглашением? — не без злорадных ноток предположил Жорж.

— Хотел бы я, чтобы всё было настолько просто, — вздохнул Макс, неотрывно следя за снежинками, кружащимися на улице за окном. На добродушном лице одна за другой сменялись эмоции: боль, отчаяние, печаль, беспомощность… и любовь. Несомненная любовь. И страх за любимую. — Но сегодня — годовщина того дня… Дня, когда Анна понесла утрату. Страшную утрату. И отчасти — по моей вине. Ведь я был бесполезен и слаб…

Макс, казалось, уже забыл, что не один в помещении. Он словно не видел Жоржа и исповедовался перед самим собой. И тем, кто здесь отсутствовал. А старший друг слушал, не смея перебить. Он, конечно, мало чего понимал. Но осознавал, что Макс сейчас делится с ним чем-то очень сокровенным. Тем, что касалось только его и будущей супруги.

— Я позволил этому случиться. И я поклялся, что не допущу подобного снова. Однако, Анны нет, что означает: я плохо сдерживаю своё обещание, — Макс сдвинул брови, отвернулся от окна и решительно двинулся через кухню. — Я знаю, где она.

— Помощь нужна? — не сумел остаться в стороне Жорж.

Макс, чуть вздрогнув, бросил на него слегка удивлённый взгляд.

— А, ты ещё тут… Нет, спасибо, дружище. Помочь ты мне не сумеешь. Не с этой проблемой. Отправляйся вместе с Андреем и ёлочкой в «Слезу Ангела».

— А вы…

— Мы с Анной придём. Скоро. Обещаю.

***

Анна разглядывала зимнее небо. Морозный ветер безжалостно трепал коротенький халатик, в который она была одета, и обдавал яростными порывами голые коленки. Ноги по лодыжку утопали в снегу.

Температура на улице достигла почти тридцати градусов. Ниже нуля, разумеется. Но Анна не чувствовала холода. В конце концов, подобным закалкам медиум подвергалась с раннего детства. А вот чего она добивалась сейчас, стоя на лютом морозе практически без одежды... Пришла ли сюда неосознанно? Или же умышленно наказывала себя? Похоже, Анна пока сама не знала ответа на этот вопрос.

Позади печально позвякивали сосульки на ветках дерева, раскачиваемых ветром. Одинокий красный цветок на холмике почти замело снегом. Вьюга усиливалась.

Тёмно-синие глаза заклинательницы духов, не мигая, смотрели вверх.

— Анна, — донеслось сквозь вой метели. Голос приближался с каждой секундой. — Анна! Ты здесь?

Наконец, показался и сам Макс. В наглухо застёгнутой одежде и с шарфом, повязанным до кончика носа и ушей. При виде Анны в одном халатике он не стал, как, наверное, ожидалось бы, ахать и охать. Макс прекрасно знал свою будущую супругу. Носиться вокруг её персоны, пытаться увести домой — дело, заранее обречённое на провал. А вот сместить акцент на себя… Это могло сработать.

— Бр-р-р, ну и холодрыга же тут, — Макс усиленно потёр руки в мохнатых варежках с ёлочками и даже подышал на них. — Пойдём домой, а? Новый Год скоро. Все ждут нас.

Анна не шелохнулась.

— Ну хорошо, — не стал спорить Макс. — Здесь — так здесь, — и, усевшись прямо на снег, вытащил из кармана сотовый телефон.

Подействовало. Анна чуть повернула голову и глянула на него краем глаза.

— Что ты делаешь? — прошелестел, напоминая старую бумагу, её голос.

— Да вот хочу заказать пиццу, курочку-гриль, салатики… Раз уж мы празднуем Новый Год здесь.

— Встань. Простудишься. Тебе нельзя болеть. Иначе Королём Магических Воинов не станешь.

— Как-нибудь стану, — успокоил девушку Макс. — За меня не волнуйся.

Анна развернулась к нему всем корпусом. Синие глаза гневно сверкнули.

— Учти: я с тобой возиться не буду.

— Конечно.

— Лечить тебя. Бульоны варить. Лекарствами поить. Не дождёшься.

— Само собой.

— Будешь тренироваться до седьмого пота. А если свалишься с бронхитом…

— Ты поднимешь меня и заставишь тренироваться дальше, — Макс, слегка улыбаясь, не сводил с будущей жены взгляда. — Я знаю. И я к этому готов.

— Прекрати сидеть на снегу! — неожиданно во весь голос закричала Анна. По раскрасневшимся щекам градом хлынули слёзы. — Господи, ну что за человек такой?! Ты же обещал… Во всём меня слушаться. Стать Королём Магических Воинов. Оправдать мои ожидания. А ты… ты… Расселся тут, на холоде! Заболеть готов, лишь бы не выполнять свои обязательства! Бездельник! Лодырь чёртов! Ненавижу! Исчезни!

Макс поднялся, шагнул к будущей жене и резко притянул её к себе. Лоб девушки уткнулся ему в плечо. Плотно сжатый кулачок застучал по его спине.

— Ненавижу… ненавижу… — исступлённо шептала Анна. — Это из-за тебя он погиб… Ты и мизинца его не стоил. Жалкий слабак! Неудачник! Ты даже слово сдержать не способен. Зачем… зачем ты встал тогда у нас на пути? Почему ему пришлось защищать тебя? Ты этого не заслуживал… никчёмный… бесполезный… неумеха…

Рука Макса мягко заскользила по волосам рыдающей девушки. Хрупкое тело в его крепких объятиях сотрясалось от страданий.

— Да… да, всё правильно. Выговорись. Это полезно. Я выслушаю. Станет легче.

— Люблю тебя, — чуть слышно прошептала Анна. — Больше жизни.

— И я тебя.

— Не подвергай понапрасну риску своё здоровье.

— И ты тоже.

— Мне плевать.

— Тогда и мне.

Анна подняла взгляд. Макс нежно обхватил её лицо ладонями, наклонился и поцеловал в губы. Медиум прильнула к нему, как мотылёк к свету. Тёплому и родному.

Вокруг неистовствовала мать-природа, швыряя в спины парочки пригоршни снега. Бесновался, подобно разъярённому зверю в клетке, ветер. И крепчал мороз. Белая пурга накрыла плотным одеялом весь пустырь, отгородив его от прочего мира. А Макс и Анна целовали друг друга. Обнимали. Жарко и страстно. Как перед концом света. Как в последний раз. Боясь не успеть... Упустить момент.

И ни он, ни она совсем не видели, как за ними печально наблюдает одинокая фигура юноши-брюнета с длинными волосами, лет шестнадцати.

— Счастья тебе с ним, моя принцесса, — прошептал он и поднёс пальцы к губам, посылая невесомый воздушный поцелуй, а затем растворился в белой мгле.

Макс нехотя оторвался от Анны и, прижавшись своим лбом к её, спросил:

— Ну что, теперь пойдём домой?

— Да…

***

— С дороги-и-и! Посторони-и-ись, — напоминая пароходный гудок, выдал Андрей, хотя на пути не было ни души, и, бесцеремонно распахнув парадные двери, ввалился в «Слезу Ангела». — Работает экспресс-доставка ёлочек на дом! Весёлых, милых и пушистых!

— Да помолчи ты, — пропыхтел за его спиной Жорж. Серьёзно, он уже ненавидел это треклятое дерево, которое вынужден был тягать на себе весь вечер, туда-сюда. Сюда-туда… — Лучше мне помог бы.

Андрей бросил на него снисходительный взгляд.

— Я — креативный руководитель, ты — основная рабочая сила, — заявил он. — Давай каждый будет выполнять свою конкретную задачу, хорошо?

Жорж от подобной наглости аж разжал хватку, и ёлка с глухим стуком упала на дорогой ковёр. С веток посыпались снег и иголки.

— Эй, осторожнее… Не мешок с картошкой швыряешь!

— Ты совсем офонарел? Это с каких пор, интересно, я стал у тебя рабочей силой?!

Лика, которая тем временем отдавала последние распоряжения рабочему персоналу, обернулась на шум. При виде двух новых гостей и одной весьма потрёпанной ёлки её глаза изумлённо округлились.

«Мы похожи на идиотов», — мысленно хлопнул себя по лбу Жорж. Почему его вообще волновало, выглядит ли он перед этой девицей идиотом, Жорж не знал. Ведь, по сути, ему должно быть всё равно. Ведь должно быть, да?

— Боже ты мой…

«Ну вот, сейчас нас выпроводят отсюда, вместе с чёртовой ёлкой, и поедем мы обратно в лес, шишки грызть да белочек ловить», — почему-то посетила Жоржа глупая мысль.

— Какая… прелесть!

— А?

Андрей гордо приосанился, словно его только что орденом наградили.

— Мальчики, как вы узнали, что мне как раз нужна ёлка?!

Лика, казалось, готова была расцеловать их. Обоих. Щёки расцвели лёгким румянцем, глаза светились поистине детским восторгом.

Жорж недоверчиво огляделся по сторонам.

— Что, в таком крутом и солидном заведении нет даже самой крошечной ёлочки? — насмешливо протянул он.

Лика досадливо скривила губы.

— Она, конечно же, была, пока… один, кх-м… клиент (а по-моему, вандал и грязное животное, которому место на помойке) не устроил под ней… — Сестра Влада раздражённо фыркнула и сложила руки на груди. — В общем, в такие моменты я правда понимаю, почему мой дядя презирает род людской и хочет его истребить.

— О-уу…

— Пора бы мне уже обзавестись охранником, — Лика снова повеселела. — Так что ваша ёлка — очень кстати. Огромное спасибо.

— Не вопрос, — тут же засуетился Андрей. — Украшения остались?

— Кое-какие — да.

— Супер! Ща всё будет в лучшем виде… Сестрица-а-а-а! — заголосил на всё помещение бравый доставщик вечнозелёных красавиц.

Администратор Алёна с перепугу едва не пороняла тарелки.

— Да, братик? — отозвалась высунувшаяся из кухни Таня, где она, по мере своих скромных сил, помогала поварам с последними приготовлениями.

— Бери в охапку Тими — и гоу к нам, ёлку наряжать!

— Бегу-уу!

Мгновение — и в главном зале «Слезы Ангела», который к тому времени уже был закрыт для посетителей, развернулась бурная деятельность. Повсюду валялись мишура, игрушки, фонарики… Таня и Тими смеялись и пихали друг друга. Выглядело всё это настолько заразительно, что некоторые работники кафе не удержались и присоединились к процессу. Андрей, заполучивший в своё распоряжение целый мини-отряд, сделался похожим на праздничного генерала.

— Так значит, это его вы спасали в прошлый раз, — задумчиво разглядывая светловолосого мага, проговорила Лика.

— Ага, — отозвался стоявший рядом Жорж.

— От него столько…

— Проблем? Шума? Головной боли?

— Позитива, — улыбнулась Лика.

Жорж с деланным страданием закатил глаза.

— О, да-а… Сего добра у него хоть отбавляй. Уже не знаешь, куда деваться, от позитива его.

Лика вдруг шутливо пихнула собеседника в бок. Тот удивлённо посмотрел на неё.

— Да ладно тебе. Бурчишь, как старый дед.

Брови Жоржа поползли вверх.

— Пардон, миледи… Это я-то — старый дед?!

— Эй, взрослые-е… Хорош там киснуть, подключайтесь! — весело крикнул им Андрей.

Жорж и Лика переглянулись.

— Ну что… пойдём?

— Выхода нет. Как-то не хочется прослыть старым дедом.

Через полчаса полностью наряженная ёлочка торжественно красовалась в центре зала. Хоть сейчас — на выставку. Едва не пустив сентиментальную слезу, растроганный до глубины своей необъятной души Андрей отблагодарил всех, кто старался, пожал руку каждому и даже попытался расцеловать в обе щеки Жоржа. За особые заслуги, так сказать. Тот шарахнулся, как ошпаренный, аж на другой конец помещения.

— Да отстань ты от меня! Псих…

Лика распустила работников по домам к семьям. Им хорошо заплатили за сегодняшний день плюс выписали новогоднюю премию, так что довольны остались все.

Ближе к десяти вечера пришёл Николай Николаевич с Ричи под тёплым пальто. Слава богу, Андрей не забыл позвонить пожилому человеку и предупредить о смене новогодней дислокации. Заскучавший среди молодёжи Константин Семёнович заметно оживился и сразу же увёл нового гостя за дальний столик. Старики быстро нашли общую тему для разговора. Даже как-то слишком уж быстро… У понаблюдавшего за ними пару минут Андрея создалось стойкое ощущение, что те давно знают друг друга. Уж очень непринуждённо они контактировали.

«А что, если и впрямь… — посетила его голову мысль. — Да не-е, показалось! За столько времени один из них да обмолвился бы. Если, конечно, они оба — не секретные агенты на службе у Её Высочества. Что, впрочем, тоже исключено».

Посмеявшись над собственными безумными теориями, Андрей со спокойной душой переключил своё внимание на другие вопросы, вскоре и вовсе забыв про мирно болтавших в уголочке пенсионеров.

Тими и Таня, вдоволь потискав Ричи, в конечном итоге сплавили котёнка под тёплый мохнатый бок Счастливчику. Пёс, в принципе, не возражал.

Жорж дождался момента, когда неугомонный Андрей, которому везде и всё необходимо было контролировать, убежал с «инспекцией» на кухню, и подозвал к себе Таню.

— Вот, держи, — тихо сказал он и протянул девочке небольшую яркую коробку. — То, что ты просила. Даже лучше. Последняя модель.

— А денег хватило? — забеспокоилась Таня. Сестра Андрея понятия не имела, сколько нынче стоят мобильные телефоны и как их выбирать. Эта тема для неё была сродни космической. Поэтому Жорж и вызвался ей помочь. Точнее, взял покупку телефона полностью на себя, а Таня просто отдала ему все деньги, которые удалось заработать.

— Да, не волнуйся, копейка в копейку, — заверил её Жорж. — Один парень, мой хороший знакомый, продавал абсолютно новые трубки с пятидесятипроцентной скидкой. Считай, твоему братцу повезло. Будет с новой мобилой и в тренде.

— Спасибо тебе! — Таня прижала коробочку с драгоценным подарком к груди, а затем привстала на цыпочки и прежде, чем Жорж успел отстраниться, чмокнула благодетеля в щёку. Не ожидавший подобного, тот густо покраснел.

— Да что ж сегодня все ко мне целоваться-то лезут… — не зная, куда деваться от смущения, пробормотал Жорж и нервно провёл ладонью по взъерошенным волосам.

Таня побежала прятать подарок под ёлку. А Жорж, глядя ей вслед, думал о том, что при нынешнем раскладе жизни ни один даже трижды хороший знакомый не отдаст совершенно новый и весьма продвинутый телефон за полцены. Скинет десять, ну максимум — пятнадцать процентов реальной стоимости. А остальную разницу Жорж оплатил из своего собственного кармана. Но ни Таня, ни Андрей никогда об этом не узнают.

***

По мере приближения двенадцати часов обстановка в «Слезе Ангела» становилась всё более и более напряжённой. Лика нервно крутила в руках телефон, явно ожидая какого-то важного звонка. Тими глазами побитого щенка смотрел на дверь. Андрей цеплялся к каждой мелочи: то тарелка криво стоит, то стул сильно скрипит… Жорж, не имея возможности курить в помещении, раз пять успел сбегать на улицу.

Когда стрелки часов показали ровно одиннадцать, Тими, наконец, озвучил тревоживший его (и, по всей видимости, не только его) вопрос:

— Где Макс? И Анна?

Счастливчик, сидевший под столом у ног мальчика, жалобно проскулил. Он не привык долго быть вне дома и без хозяина.

— Вероятно, у них там нашлись дела поинтереснее, чем у нас здесь, — хмуро отозвался Андрей и под упрекающим взглядом сестры залпом опрокинул в себя стакан апельсинового сока.

— Или они просто решили отдохнуть. От тебя, — не сдержавшись, едко подковырнул Жорж, хотя и понимал, что приятель ни в чём не виноват.

— Это почему ж, интересно, именно от меня?! — мигом вспыхнул Андрей. От его громкого голоса звякнули пустые бокалы.

— Подумай. Хоть иногда.

— Ребята, пожалуйста, не надо, — взмолился Тими. — Нам ещё ссориться не хватало, под Новый Год.

Андрей сердито насупился и уставился в пустую тарелку. Таня успокаивающе погладила его по напряжённому плечу.

Жорж резко вытащил пачку сигарет и уже собрался опять идти к чёрному ходу, но тут со стороны парадных дверей донёсся деликатный стук. Тими, оказавшийся возле них быстрее всех, радостно распахнул одну створку.

— Макс, ну наконец-то… Мы думали, вас там замело по пути, откапывать хотели, — на несколько секунд у мальчика пропал дар речи. Потом вырвалось восторженное: — Ух тыы… Солидно выглядите!

— Спасибо.

В зале появились Макс и Анна. Выглядели они и впрямь с иголочки, хоть сейчас на королевский бал отправляй. Макс — в чёрном костюме и белой рубашке с красной бабочкой, на Анне — тёмно-синее вечернее платье чуть повыше колен с такого же цвета накидкой, волосы собраны в аккуратную причёску, на шее — неизменные синие бусы, идеально сочетавшиеся с остальным нарядом. Ничего шикарного в их облике не было, но от пары так и исходили волны утончённости и эстетики.

— Приветствуем всех, — с совершенно не присущей ему церемонностью проговорил Макс, а Анна добавила: — Просим прощения за опоздание.

Передумавший курить Жорж громко присвистнул. Андрей потёр руки и плотоядно улыбнулся. Над светловолосой макушкой зажглась неоновая надпись, гласившая «К дружеским подколкам готов!».

— Где такой модный костюмчик оттопырил, дружище?

Макс загадочно улыбнулся, подвёл Анну к столу и галантно отодвинул перед ней стул. Сзади послышались возбуждённые перешёптывания:

— Что это с ними такое?

— Какие-то они… не как всегда!

— А Макс-то… Макс-то… Джентльмен!

— Поводка и ошейника на нём вроде не видно.

— Переломный момент в «семейной» жизни?

— Может, отношения узаконили?

— Дурак! Рано им ещё.

И только Лика не углядела в данном поведении ничего сверхординарного.

— Прекрасно смотритесь, — с тёплой улыбкой сказала она. — Одна из лучших пар на моей памяти.

У Макса слегка зарделись щёки. Анна восприняла похвалу, как должное, и невозмутимо расправила перед собой салфетку.

— Благодарю.

За столом воцарилась неловкая тишина.

— Ну, и чего затормозили? — первым не выдержал Андрей. — Веселимся да радуемся, до Нового Года осталось всего ничего!

И атмосфера вновь стала прежней. С появлением Макса и Анны пропало ощущение, что кого-то не хватает. Вся компания, наконец, была в сборе. Ну, почти… Лика всё равно то и дело поглядывала на не издавший за весь вечер ни единого звука телефон. Макс заметил это и сразу догадался о мыслях девушки. Может, она и пригласила их всех сюда, чтобы не быть одинокой в этот Новый Год, но сердцу насильно не прикажешь. Ведь здесь, за праздничным столом, не было того единственного, действительно важного для Лики человека.

— Ждёшь звонка от брата? — тихо спросил Макс.

Лика, не расслышавшая из-за невесёлых дум его приближения, чуть вздрогнула и опустила голову.

— Да.

— И?

— Ничего. Тишина.

— Так набери ему сама.

— Уже пыталась. Не отвечает, — в голосе Лики звучала неподдельная боль, от которой у Макса сжалось сердце. — Мне кажется, он меня заблокировал.

— Да ладно… Не думаю, что всё настолько плохо.

Лика грустно улыбнулась.

— Мне бы твоего оптимизма, да побольше.

Макс опустился рядом.

— А я ведь так и не извинился.

— За что? — удивилась хозяйка «Слезы Ангела».

— Я не сдержал обещания. Воспользовался твоей помощью, а своих обязательств не выполнил. Ведь если бы я старался лучше, Влад сейчас отмечал бы Новый Год с нами.

— О, ты его не знаешь, — невольно усмехнулась Лика. — Тут он бы точно не сидел.

— А жаль.

— Да, — Лика внимательно посмотрела на опять что-то не поделивших Жоржа и Андрея. Взгляд потеплел. — Зато ты спас своего друга. Это того стоило.

— Ага, — Макс откинулся на стуле. — Я рад, что они тебя не напрягают.

— Нисколечко. Их манера общения, конечно, кажется мне диковатой, но за ними интересно наблюдать.

— Это точно, — Макс немного помолчал, раздумывая, стоит ли затрагивать следующую тему. И решился. — А как дела у Семёна? Ты не в курсе?

— Какое мне дело? — с напускным равнодушием отозвалась сестра Влада. — Он сам по себе.

Макс испытующе смотрел на неё.

— И всё же?

— Он празднует Новый Год с мамой. И теми немногими друзьями, что остались. А ещё у него есть девушка, — Лика фыркнула на последнем слове и раздражённо повела плечом. — Это всё.

— Ясно. Ладно, прости, что заговорил про него.

— Ничего страшного. Мне всё равно. — заверила его Лика. Однако движения тела, невольные эмоции на красивом утончённом лице и интонация голоса говорили совсем о другом. И Макс это, конечно же, заметил. Но приставать не стал.

— Так, внимание, — громко сказал Андрей. — Выступает президент.

Все дружно уставились на экран большой плазмы на стене. Последовало стандартное, из года в год, поздравление, после которого часы, наконец, пробили двенадцать, и каждый загадал самое сокровенное желание.

— Ура-а-а! С Новым Годом!

— С новым счастье-е-ем!!!

В руках вставших из-за стола друзей вспыхнули бенгальские огни. Ричи, дремавший у Андрея на коленках, испуганно зашипел и впился коготками в штанину, дабы не упасть. Андрей подхватил его под передние лапы и поднял вверх, над головой, как львёнка Симбу, а затем торжественно водрузил в центр стола.

— Убери животное от еды! — мигом накинулась на него Анна.

— Не трожь его, он — символ года! — не остался в долгу Андрей.

— Вообще-то, у нас тут год Тигра наступил, — заметил Жорж.

Андрей бросил на него горестный взгляд, так и говоривший: «И ты, Брут?!» .

— В душе он — тигр! И лев! Самый грозный представитель семейства кошачьих! Да, приятель?

Ричи, стащивший в этот момент с тарелки шпротину, согласно мяукнул.

— А на улице — салют, — выглянув в окно, сообщила Таня. — Идёмте смотреть!

Смеясь и пихаясь, компания быстро набросила верхнюю одежду и вылетела из кафе. Минут пять они зачарованно наблюдали за сотнями огоньков, разноцветным каскадом взрывающимися на фоне тёмно-синего неба. Зрелище было поистине завораживающее. Особое внимание привлёк один очень крупный огонёк, который не погас, даже когда потухли остальные, и продолжил своё движение по небосводу. Только не вверх или вниз, а горизонтально. И светился. Ярко-ярко…

— Это же… — невольно выдохнула Таня. — Звезда! Снеговик, видишь? Видишь?!

— Она, — в один голос сказали Макс, Андрей и Лика, не сводя с волшебного явления глаз. — Наконец-то!

— Кто, она?! — одновременно спросили неосведомлённые Тими и Жорж.

— Мифическая Звезда, — пророческим голосом заговорила Анна. — Вестница Турнира.

Жорж сглотнул.

— Что… того самого?

— Других Турниров мы в ближайшее время не ждём, — на редкость серьёзным голосом сказал Андрей. Даже он осознавал всю значимость момента.

— Мифическая Звезда появляется раз в сто лет, знаменуя собой грядущие перемены, — продолжила Анна. — Это может быть спасение… Ещё один шанс для погрязшего в своих пороках человечества. Или, наоборот, тотальное уничтожение. А может, ничего так и не изменится. На всё — воля Короля Магических Воинов. Победителю Турнира будет дарована абсолютная сила. И власть. Использует ли он их, чтобы вести нас по лучшему пути, останется в стороне или же…

— … поработит и будет править мирами, — тихо продолжила Лика, думая о том, что её семья добивалась как раз этого.

— … сие нам неведомо. Пока, — закончила Анна. Синие глаза загадочно мерцали, устами медиума словно говорили высшие существа. — Но уже скоро. Совсем скоро. Всё решится. Избранные отправятся в долгий путь, чтобы сразиться за корону. Лучший из них определит нашу дальнейшую судьбу.

— Ох, — пробормотал Тими и, обхватив себя руками, зябко поёжился. Он вдруг вспомнил рассказы своего дедушки о Мифической Звезде. И её изображение в комнате на ковре. Мальчик никогда не воспринимал всё это всерьёз, а теперь… Связь его дедушки с миром Магических Воинов подтверждалась всё больше и больше.

— Вернёмся внутрь, — сказал Макс. — Кажется, Тими замёрз.

— Да, ещё же под ёлочку надо залезть, — оживился Андрей и первым бросился обратно. — Вдруг там найдётся что-нибудь…

— Например, корона Магических Воинов, перевязанная ленточкой, — съязвила Анна.

— Было бы круто, — ничуть не смутился Андрей. — Но можно и не торопить события. Она и так станет моей.

И, громко рассмеявшись, снежный маг скрылся за дверью.

— Ага, мечтай, — еле слышно процедила Анна.

Жорж ещё какое-то время наблюдал за Мифической Звездой, продолжавшей свой путь по небосклону, а затем, кивнув чему-то своему, последовал за Максом.

— Мобила?! — донёсся до его ушей восторженный вопль. Жорж хмыкнул. — Да! Жизнь удалась!

Снаружи осталась только Лика. В её кармане тихонько тренькнул сотовый. Девушка схватилась за него, как утопающий — за соломинку.

«С Новым Годом, сестра!» — гласила смс-ка.

Много чего передумала Лика в этот момент. Безграничная любовь затопила её, казалось бы, заледеневшее сердце. Она прижала потухший экран к губам, желая своему брату, где бы он ни был и чем бы ни занимался, только самого лучшего. И искренне жалея, что не имеет возможности его обнять (даже если и он, и она не были фанатами обнимашек).

Но в ответ отправила лишь три слова.

«Тебя тоже, брат!»

Которыми сказала всё.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил вернувшийся за Ликой Макс, но, увидев телефон в руке и счастливую улыбку на лице, понимающе кивнул. — Ну вот, я же говорил: всё будет хорошо.

Когда за ними закрылась дверь кафе, из-за угла противоположного здания, в свет фонаря, вышла фигура в длинном зимнем пальто. Не сводя глаз с приветливо и уютно светящихся окон «Слезы Ангела», мужчина проговорил:

— С Новым Годом, сынок, с новым счастьем. Прости, что не поздравил лично. Увидимся скоро, на Турнире.

И, надвинув шляпу и подняв воротник пальто, пошёл прочь.

***

Ольга положила на стол телефон. На экране ещё пару секунд светилось сообщение «Тебя тоже, брат!», затем всё почернело.

— Что ты сейчас сделала? — не отворачиваясь от окна и задумчиво прослеживая путь Мифической Звезды, спросил Павел Олегович.

— Отправила нашей Анжелике смс-ку с мобильника Влада.

— Зачем?

— Пусть порадуется, — безразлично пожала плечами Ольга, напоминая королеву, великодушно пожертвовавшую прислуге безделушку. Она подошла к отцу. — Пусть думает, что братику на неё не плевать. Для неё это, наверное, важно.

Павел Олегович неодобрительно качнул головой.

— Ты развлекаешься с ней, как кошка с мышью. Сколько раз говорил: не играйся с едой. Просто съешь. И подумай о более важных вещах.

— Извини, но удержаться было та-а-ак трудно, — насмешливо протянула Ольга. — Над ней сам Бог велел глумиться.

— Заканчивай.

— Да, конечно, — Ольга с интересом стала наблюдать за Мифической Звездой. — Так значит, это она? Та самая звезда, великая и ужасная? Знаменующая нашу победу? Долго же мы её ждали!

— Дождались. Будь готова вступить в Турнир, когда потребуется. Если Влад облажается, ты станешь нашей последней надеждой.

— Разумеется. А ты… действительно не веришь в своего… кх-м… племянника?

— Верю. Но подстраховка не помешает. В любом случае, ты участвуешь. И от тебя я жду только лучших результатов.

Ольга почтительно склонила голову.

— Да, отец. Я не разочарую тебя. Мы слишком долго ждали. Наконец-то, — дочь Войцеховского по-змеиному улыбнулась и провела кончиком языка по губам, — станет весело!

***

Влад шагнул по окровавленному снегу. Позади, нетерпеливо фыркая, топтался чёрный конь.

— Одну минутку, — сказал его хозяин и посмотрел на небо. Мифическую Звезду, наверное, видели все Магические Воины. Это означало, что в скором времени противников станет больше. Гораздо больше…

На бледном лице, забрызганном чужой кровью, появилась недобрая усмешка. Влад направился к своему коню.

— Давай, Сокрушитель, — скомандовал он. — Отправляемся. Теперь пути назад у нас точно нет.

Конец первой части.