Магическая перчатка

Глава 1. Обряд посвящения

Пот заливал глаза, нестерпимо хотелось закончить это всё. Не было уже никаких сил. Он превратился в большой ком грязи вместо человека. Сколько раз он падал и поднимался, сколько раз поскальзывался и окунался лицом в грязь. Уже не хватало мощи в руках, чтобы подстраховаться.

В какой-то момент силы покинули его окончательно, в очередной раз он упал. В этот раз на спину. Взгляд был отрешённым, он просто смотрел на небо и нависшие над ним тёмно-свинцовые тучи, с которых лил дождь.

Этот дождь испортил всё. Состязание итак сложное для юношей, стало просто непосильным испытанием для Лиса.

- Всё, я больше не могу. – слёзы текли по его лицу, смешиваясь со струями дождя.

Он был самым последним из всех претендентов. Остальные оставили его уже давно. Никто не увидит его и не поможет.

Лис даже не пытался подняться, и сделать ещё попытку продолжить бег. Он просто лежал. В его груди бешено колотилось сердце, в голове была тишина, в душе пустота.

***

Сегодня был завершающий этап тяжелого месяца - мальчики проходили процесс инициации в мужчин. Это было ритуальное состязание. Ведь племени не нужны дети, ему нужны кормильцы и защитники.

Руководили обрядом представители Предков, несколько взрослых мужчин и стариков, имеющих заслуги перед племенем и религиозное призвание.

К этому мальчики готовились заранее, они жили отдельно с наставниками год. В течение года им нельзя посещать своё племя.

За этот период они обучались всем полезным навыкам. Их учили одиночным походам по лесу, рассказывали о повадках зверей, о свойствах тех или иных растений, которые могут пригодиться, об искусстве охоты в одиночку.

Много походов и вылазок пришлось совершить, много всего выучить. Сколько было ссадин, ран, разбитых коленей, локтей и голов. Заодно учились первой помощи и самопомощи в таких случаях. Все старались изо всех сил постичь премудрости, передаваемые им, ведь на кону стояла их дальнейшая жизнь.

При успешном прохождении всех испытаний мальчик становился мужчиной и оставался жить в племени. Ему полагались привилегии, такие как: возможность ходить на охоту самостоятельно, сидеть во время праздничных пиров в мужском кругу, построить свою отдельную хижину, выбрать себе жену, и, самое важное – наречь себя новым именем.

В случае провала экзамена ждал позор, клеймо на груди и изгнание из племени. Вернуться можно при этом, но не ранее года и только после прохождения состязания. Придётся снова соревноваться, но уже с другими юношами. Ровесники к этому времени обзаведутся женами, у кого-то родятся дети, кто-то будет хвастаться знатными трофеями и рассказывать истории успешной охоты.

Изгой же будет встречен плевками. Всё же это лучше, чем при изгнании, когда в спину летят палки и камни.

После жизни с наставниками юноши возвращаются в племя, встречаются с родными. Матери к этому времени подготавливают одежду для состязаний, отцы дарят сыновьям нож. С семьёй позволено пробыть один день и одну ночь. Утром проводится ритуал прощания. Это символическое действие похоже на похороны, ведь умирает маленький мальчик, он покидает племя на всегда.

Во время обряда инициации много всего приходится испытывать и преодолевать, много пробегать и проплывать. Вот часть из того, что должны выполнять. Бить друг друга прутьями, демонстрируя этим свою храбрость и выдержку. Прекращают по команде старшего из представителей Предков. Или надо надеть 20 раз до счёта в 600 перчатку с ядовитыми муравьями. При этом нельзя кричать. Боль же дикая от укусов муравьёв. Очистка кровопусканием. Для этого в язык, ноздри и горло вставляют тростниковую трубку, освобождаясь от «нечистой крови».

На последнем этапе забег по сложной местности, через водные препятствия с крокодилами. Утром только глоток воды, и фляга на поясе. Ни крошки еды. С рассветом подъём и сразу забег. Бежать надо без остановки до обеда. Привал, во время которого есть тоже нельзя. Дают немного отдышаться, попить воды и снова бежать, бежать, бежать. В неожиданные моменты могут натравить прирученных волков, от них надо отбиться и дальше бежать. Где-то могут поджидать кабанихи с кабанятами, их держат до нужного момента в загодя, и выпускают, когда испытуемые подбегают. Приходится убегать. Отбиваться от разъярённой мамки, а то и нескольких сразу. И так бежать надо очень много. Почти до самого вечера. Так далеко от племени они уходят заранее. Вернуться надо именно в племя. И в этот же день. До заката.

***

Отдышавшись и придя в себя немного, Лис нашёл в себе силы и приподнялся, опираясь на локоть, осмотрелся. Рядом не было никого. Он снова упал. Ему было себя жаль. Он понимал последствия своего провала.

Ещё через время, немного отдохнув, он сел, перебрался под ветки большой раскидистой ели, стоявшей недалеко. Облокотившись спиной на ствол, он начал размышлять. Его обычной привычкой было обхитрить кого-то. Он не мог и дня прожить без таких шалостей. Но на последнем этапе нужна была сила, если все предыдущие этапы он прошёл легко, потому что его изворотливый ум ему в этом помогал, то здесь его хилое тело на помогло ему.

Лиса одолевали сомнения как ему правильно поступить. Возвращаться в племя? Но какой в этом смысл? Лучше уже сразу уйти, ведь всё равно выгонят. Мать будет рыдать, что ему только разорвёт сердце, отец разозлится и не будет разговаривать с ним.

Из мыслей и оцепенения его вывел хруст ветки. Он обернулся на звук и увидел своих друзей, с которыми играли с самого детства, ещё голопузыми карапузами. Это были Борн и Дримор. Они не заметили ещё, но было понятно, что ищут его. Борн остановился, всмотрелся, присел на корточки, и окликнул Дримора, при этом указывая на Лиса рукой.

«Всё, это позор», - подумал Лис, - «Так осрамиться перед друзьями. Издеваются надо мной представители Предков. Зачем они на мои поиски отправили моих лучших друзей. Лучше бы я погиб, чем пережить такой позор».

- Вот ты где пристроился, - услышал он зычный голос Дримора. – Мы уже с ног сбились в поисках тебя.

- Ты в порядке? – спросил Борн.

Лис, сложил руки на груди, наклонил голову, пряча взгляд, и отвернулся. Дримор тронул его за плечо, но тот дёрнул им, давая понять, что не хочет прикосновений и внимания.

- Зачем они вас послали, не могли других? – зло проговорил Лис через пару минут.

- Нас никто не звал. Мы увидели, что ты отстал, поняли, что ты всё же не выдержал этот этап, и решили вернуться за тобой, чтобы помочь. – ответил Борн.

- Кому эта глупая идея пришла в голову? Тебе Борн? Ты у нас умный, правильный! Только зачем это тебе? А? И тебе, Дримор, это зачем?

- Не балуй, Лис. – в своей обычной манере ответил Дирмор. – Мы друзья. Мы клялись ещё в детстве быть вместе, чтобы ни случилось, чем бы нам это не грозило. Ты нас не раз спасал от родительского гнева, когда нам грозила порка или ещё более строгое наказание за наши проделки. Теперь настал наш черёд спасать тебя от племени.

- Да, - поддержал Борн, - мы ещё до состязаний с Дриморов рассуждали на эту тему. Мы понимали, что ты умён и ловок, но самый сложный этап твоему телу не под силу пройти. Есть шанс, но он мал. И тогда мы приняли решение, что мы поддержим тебя, и поможем дойти до конца дистанции. Мы вместе с тобой придём в племя.

- Но вас же с позором изгонят! – воскликнул Лис.

- Мы думали и над этим, - ответил Борн.

- Не выгонят, - прогремел голос Дримора. – Ведь ты не один отставший будешь, а нас трое. Так не было никогда. Они пойдут нам на встречу.

- Не верю я в это, - сказал Лис. – Не надо портить себе жизнь или губить её. Оставьте меня, идите в племя сами. Я не справился, значит так надо, так суждено мне. Не нужен я на этой земле.

Дримор силой поставил на ноги Лиса, кивнул Борну, и они, подхватив друга, пошли в сторону племени.

- До заката ещё есть время. Попробуем успеть.

***

Уже четыре дня они были без сна. Им не давали спать. При этом ещё их истязали голодом. Уже пятый день они ничего не ели.

- Мне кажется, что у меня было видение… Или галлюцинация, - еле слышно от слабости проговорил Борн.

- Тебе точно привиделось. Мы столько дней без сна. Ты же сам знаешь, что если долго не спать, то могут быть галлюцинации. Мы уже сколько не спим? – ответил ему Лис.

- Нет, послушайте меня! Я словно к какому-то порталу подключился. Это не было похоже на мои мысли. Всё шло спокойно, легко и словно откуда-то из ниоткуда.

- Давай, сказки свои сказывай. Всё одно веселей будет, - ответил Дримор. – Хоть развлечёмся немного, а то меня уже тошнит от мыслей о том, что завтра нас подвесят к потолку хижины, продев крюки через кожу. Брр, аж проняло. Давай сказывай свой сказ. Я весь во внимании.

Борн посмотрел на Лиса, тот утвердительно кивнул. Они обернулись в сторону своих охранников, те дремали. Вот и хорошо, им не помешает никто.

«Снится мне, что я стою высоко на горе, так высоко, что облака под нами, а не над нами. За моей спиной вы и какой-то старик. А передо мной дракон. Я смотрю в его глаза, и мне не страшно. Он обратился ко мне. Из его пасти шёл такой жар, который только у костра бывает.

- Это ты посмел меня потревожить? – спросил он у меня.

Я ничего ему не ответил. Достал нож, сделал надрез, заключил с ним кровный договор. При этом надо было видеть взгляд дракона. Кстати, он представился. Его зовут Змерин. Потом он мне рассказал про магическую перчатку, что я и только я смогу ею управлять, так как согласно легенде тот, кто побратается с огнедышащим драконом сможет стать её хозяином. Так же он рассказал, где она находится и что её охраняют два великана полубога. И в конце я сказал Змерину «Теперь ты связан со мной».

И я не знаю, что мне думать по этому поводу».

Борн замолчал. Дримор и Лис не проронили ни слова. Наступила тишина, только с улицы доносились звуки жизни племени. Но они их мало интересовали. Так в молчании они провели долгое время.

- Я не хотел говорить, боялся, что осудите, ведь вы из-за меня и так пошли на какие мучения, но после рассказа Борна поделюсь. – начал Лис.

Дримор и Борн встрепенулись и вопросительно посмотрели на друга.

- Мне уже второй день слышится один и тот же голос. Он зовёт меня и говорит, чтобы я взял вас с собой. Он мне уже несколько раз рассказал дорогу к нему. Это голос старика. Не совсем разобрал его имя, что-то похожее на старика, но не старик. Старинный или Старинин. Я не понял.

Друзья не ответили ничего.

- Я так и думал. Зря рассказал вам. – обиделся Лис.

- Нет! Почему же? – прозвучал снова с сильным нажимом голос Дримора, как всегда это бывало, когда его обуревало желания к подвигам. – У меня родилась идея. Давайте сбежим. Не хочу я висеть на крюках. Давайте пойдём к твоему старику. Если он существует, тогда спросим у него про твой сон, Борн.

Лис и Борн встрепенулись. Все трое заговорщически переглянулись.

- Вперёд за приключениями! – одновременно произнесли юноши.

Глава 2. Дорога к Старынину

Лес, по которому шли три странника, был очень дремучим и непроходимым. Ветки кустов и деревьев так переплелись между собой, что даже в самый солнечный день, было темно словно ночью, Растительность в этом лесу до такой степени была древняя, что, наверное, помнила еще те времена, когда мамонты с их веток листву обгладывали.

Вот в таких дремучих дебрях и брели наши герои. Выглядели ребята совсем уставшими и понурыми. Одеты они были в звериные шкуры, за спиной у каждого висел лук и колчан со стрелами, в руке по топору. Всё это они успели стянуть из своей деревни при побеге.

Так далеко они за свою короткую жизнь не забирались. Им было страшно. Их передергивало от каждого звука. Лес то был тихим, то слышался какой-нибудь устрашающий звук. Пару раз казалось, что скрипт дерево, но при этом не было ветра. Сначала думали, что это что-то нечистое, а потом поняли, что это был предупредительный кабаний хрюк.

Набредали на места обитания медведей, но их самих не встречали. Как-то наткнулись на малинник, а в нём три следа жизнедеятельности медведя. Один след совсем сухой, второй уже почти подсохший, а третий облеплен зелёными мухами. Увидев такой свежий след, парни решили обойти это место стороной. Буквально в нескольких шагах от малинника они увидели след лапы медведя. Насколько огромным был Дримор, и размер его ноги впечатлял, но след, оставленный косолапым, был больше его отпечатка ноги.

Странники шли к избушке древнего старика из видений Борна. На самом деле видения были правдивыми. Этот старик существовал на самом деле. И звали его Старинын. Он жил еще в те времена, когда деды их дедов только родились. Это был очень мудрый старец.

Борн мечтал во время пути, что раз его позвали, то надо попытать счастье и попроситься к нему в ученики. Самому хотелось тоже на расстоянии уметь связываться с нужным ему существом. После всем своим соплеменникам доказать, что они умнее и сильнее их всех вместе взятых. Чтоб больше не думали насмехаться над ними, пытать и высмеивать.

Путь к избушке Старинына лежал через сначала через привычный им лес, потом растений стало больше и сейчас вокруг был только дремучий лес. Он был намного плотней привычного им. Приходилось продираться сквозь непроходимые заросли. Это было не просто. Но Борн вёл смело и уверенно, потому что иногда в его голове появлялся уже знакомый голос и подсказывал направление.

Он уже знал, что после леса необходимо пройти через болота, раскинувшееся на бескрайних просторах. В самом центре этого болота есть поляна. Вот на ней стоит хижина, в которой и живет старик.

– Как уже мне надоело это путешествие. Ни пожрать нормально, ни поспать. Эх, хорошо было в деревне. И чего я прожил уже пятнадцать зим, – начал опять плакаться Дримор.

– Надоел ты уже Дримор! Хорош, ныть! – не выдержал и зло ответил Лис, – Да, я виноват. Не справился. Ты из-за меня оказался здесь. Если бы ты не вернулся, то сейчас был бы в деревне и не продирался через этот жуткий лес.

– Ничего, – вмешался в разговор Борн, – вот скоро придем к старику, поживем у него немного, наберемся знаний и будет нам гораздо легче потом в жизни.

– Скоро. Ты нас этим своим скоро кормишь уже третий день. Кстати, насчет еды. Я жрать так хочу, что съел бы сейчас целого теленка и добавки попросил.

Тут Дримор увидел куст с ягодами и, побросав все свои вещи, метнулся к нему с такой прытью, как заяц убегает от волка. Торопливо набивал рот ягодами и глотал, почти не пережевывая.

– Стой! Ты что, очумел? Что ты делаешь? Эти ягоды ядовитые! – Одновременно закричали на него Лис и Борн.

– Да какие ж они ядовитые. Вы попробуйте. Слаще я еще ничего в жизни не ел. – Пробормотал Дримор с набитым ртом.

Лис и Борн стали оттягивать его от куста, однако этот обжора ни в какую не хотел отходить от такого количества еды. Только отмахивался своими ручищами. Борн принял единственно правильное решение в этой ситуации и ударил Дримора обухом топора по голове. Дримор обмяк.

– Правильно ты поступил. Что будем с ним делать? Как говорили старики, от этих ягод можно умереть.

– Давай оттянем его подальше от куста, чтоб он, когда очнется, опять не кинулся объедать его.

Лис взял за одну руку, а Борн за другую и волоком оттащили друга подальше от кустов. Буквально протянув до сотни шагов, они вышли на небольшую поляну. Через неё пробегал ручей, в котором резвилась рыба. Было принято решение здесь сделать привал. Борн пошел собирать хворост, Лис занялся рыбной ловлей.

Сразу было видно, что места дремучие и нехоженые. Рыба оказалась не пуганная. Сама лезла в сети. Пока Борн собирал хворост и разводил костер, Лис уже наловил достаточно, чтобы можно было сытно поесть и запас сделать. Решили половину улова на уху отправить, благо догадались вместе с оружием утянуть и котелок, а оставшуюся рыбу запечь в углях. У Борна с собой был мешочек с разными травами, которые он собирал по пути, поэтому уха получилась ароматная, что аж слюни потекли.

– Давай этого проглота не будем будить. А то проснется, все съест и нам ничего не оставит.

Лис и Борн с большим удовольствием поели. Сначала уху, а после печёную рыбу. И завалились на траву. На них навалилось такое огромное желание спать, что они решили не будить Дримора.

– Придет в себя сам поест. Не маленький, – сказал Лис зевая.

– Угу, – сквозь сон промычал Борн.

Первым проснулся Лис от шелеста в кустах. Открыл глаза, и увидел зайца. Как же упустить такую добычу, и он мгновенно схватился за лук, выстрелил, но промахнулся. Заяц убежал. Лис разочарованно вслед убегающему зайцу и на колышущиеся ветки кустов, через которые ломанулся зверь. Осмотрелся, глянул на мирно спящего Борна, потом перевел свой взгляд на Дримора, и испугался. Приятель был белый, как молоко и весь мокрый. Лис разбудил Борна и показал на Дримора. Они начали тормошить друга, но из его рта вырвался только очень слабый стон. Лис проговорил:

– Что будем делать? Надо как-то его спасать. Ведь умрет. Глупо так умрет. Лучше б его разорвала стая волков. Это была бы достойная смерть. Умереть в схватке всегда за честь для мужчины.

– Я сейчас сделаю отвар. Он вырвет все, что съел, может легче станет. Ты пока смачивай ему лоб, а то у него жар.

Борн раздул угли и развел костер. Приготовил отвар. Запрокинув голову Дримору, ребята смогли напоить его. Дримор застонал, и вдруг резко начал рвать. Друзья еле успели перевернуть лицом вниз, чтоб не захлебнулся.

Дримору стало немного легче. Он слабо улыбнулся. С трудом смог сесть.

К вечеру Дримору стало хуже.

– Надо что-то делать, – сказал Лис.

– Давай соорудим из двух больших палок и травы носилки и понесем его. Насколько я понимаю до его хижины осталось немного. Только участок трудно проходимый. Придется идти через болото.

– Делать нечего. Надо спасать этого дурня. Не оставим же мы его на съедение воронам.

На том и порешили. Быстро соорудили носилки, положили на них Дримора и пошли в путь.

Ближе к вечеру вышли к болоту. Вдруг из жижи вылезла ужасная голова огромной жабы. Это создание очень мерзко пахло. Этот запах можно охарактеризовать, как ужасная вонь. Глаза разъедало, дух перехватывало, все ранее съеденное, рвалось наружу. Парни пересилили себя. Сдержались.

Голова внимательно осмотрела их своими желтыми глазами и заговорила:

– Вы чего здесь ходите, сон мой тревожите? Или Вам жить надоело?

– Нам жить не надоело. Выгнали нас из нашего селения.

– За что ж это вас выгнали? – спросила голова.

Борн соврал, не краснея:

– Друг наш заболел страшной болезнью. От неё болезни умирает все смертное и бессмертное. Так как мы сильно дружили с ним, то и нас, как вероятно подхвативших заразу, выгнали. По дороге ему стало сильно плохо, вот и несем. Хотим в болоте схоронить.

– Куда, куда вы его несете? Утопить в моем болоте хотите? Не позволю! Мне зараза всякая не нужна! Проваливайте прочь отсюда!

– Помоги нам, Хозяин болота. Укажи путь к Стариныну. Он, говорят, от всех недугов и болезней вылечить может. Не то мы друга своего у тебя в болоте схороним.

Хозяин болота наклонился к жиже, что-то пробормотал, и появилась дорожка. Поднял голову кинул свой жёлтых взгляд на непрошенных гостей и сказал:

– Идите прямо по этой дорожке. К утру прибудете. Ночью дорожка будет светиться серебристым, не заблудитесь. И идите быстрее отсюда, чтоб никакой заразы у меня не было в моем болоте!

– Спасибо тебе за помощь – сказали они и поднявши носилки пошли по тропинке.

Шли всю ночь, не отдыхая. Рукоятки носилок положили себе на плечи – так было легче идти, не оттягивало руки. Когда первые лучи солнца стали пробиваться они вышли к избушке, в которой должен был жить старик.

Избушка представляла собой жалкую хибару, обнесённую забором из жердей. Путники вошли во двор, положили носилки с Дримором на крыльцо, и заснули крепким сном от изнеможения. На большее их сил не хватило. Изнеможение одолело.

Глава 3. У Старынина

Проснулись они, когда последние лучи солнца спрятались за деревья. Осмотревшись поняли, что Дримора рядом с ними нет. На крыльце сидел старичок небольшого роста. У него была редкая бородка, волосы белые, как снег, большие косматые брови прикрывали глаза, взгляд был добрым.

– Что, проснулись, голубчики? Нет у вас ни стыда, ни совести – бросили своего больного друга ко мне на крыльцо, и спать завалились. Я же, старый человек, должен на себе этого верзилу затаскивать.

– Извини нас. Не специально мы. Всю ночь его тянули без остановки. Усталость оказалась сильней, она лишила наши тела силы, мы свалились как подкошенные. Да ты бы разбудил нас. За то, что друга нашего не оставил в беде, низко кланяемся тебе – ответил Борн и поклонился.

– Разбудить вас говоришь. Я, думаете, не пробовал. Это оказалось невозможно. Даже если бы рассердились все Боги мира, вы б не проснулись. Я подумал сначала не мертвы ли вы. Проверил – живы.

– Вот так дела. Не специально мы.

– Отработаете?

– Конечно. Ты только скажи, что сделать, всё сделаем, искупим свою вину перед тобой, – вмешался в разговор Лис.

Старик прищурил свои и так маленькие глаза, посмотрел внимательно и, подумав немного, сказал:

– Заходите в дом, поешьте, а после поговорим. На пустой желудок дела не делаются.

Юноши, зайдя в дом, поняли, как давно они не были в помещении. Уже две недели бродили по лесу, спали на сырой земле, укрываясь шкурами.

На широкой лавке покрытой сеном мирно спал Дримор. Цвет его лица имел уже не белый, а розоватый оттенок.

Старик усадил гостей за стол, сам принялся хлопотать около печи. Таких печей у них в деревне никто отродясь не видел, так как всю пищу готовили на костре.

– Отец, скажи твоё имя, – обратился к старику Лис. – Ты являлся ко мне в видениях, назвал его, но я не разобрал.

– Что ты такое говоришь? Как я мог являться тебе? – серьёзным тоном ответил дедок, при этом добродушно улыбаясь в свою бороду.

– Точно, точно! – воскликнул Лис. – Это был ты, я узнаю тебя. Внешность сходится – такая же борода, и голос твой. Особенно голос я запомнил. До момента нашего побега, и всю дорогу до болота этот голос периодически звучал в моей голове. Только благодаря ему мы и пришли сюда. Дальше нам дорогу указало какое-то мерзкое и вонючее чудище.

– Старынин, моё имя.

– Вот, я же говорил, что со стариком связано.

– Нет, не со стариком, а со стариной. И именем меня таким нарекли, когда здесь оставили, потому что знали как долго я проживу.

Старынин вынул из печи горшок, наполнивший хижину ароматом, от которого нестерпимо захотелось скорей разделаться с его содержимым. Это была каша с мясом. Когда горшок оказался на столе перед гостями, дед раздал каждому по ложке и пожелал приятного аппетита. Лис и Борн с жадностью накинулись на еду. Во время ночного похода они растратили много сил, итак подорванных сначала состязанием, а потом истязанием после обряда. Теперь торопились насытиться впрок.

Борн с набитым ртом хотел затеять разговор и задать накопившиеся вопросы, но старик дал понять, что не сейчас.

После завтрака парни вышли во двор осмотреться, а хозяин хижины в это время прошел в другой конец комнаты и начал что–то делать с травами: мял, мелко крошил, и бормотал под нос какие–то заклинания. Добавил непонятного цвета жидкость, пахнущую довольно резко. Варево заклокотало, повалил пар и раздался хлопок.

Звук донёсся на улицу. Распахнулась дверь и вбежали взволнованные Лис с Борном.

– Не пугайтесь. Готовил зелье для вас и вашего друга. Оно поможет довольно быстро восстановить силы. Вы мне нужны сильные и здоровые. Сами грозились отработать. Мне есть чем вас занять. Нужно будет хозяйство немного привести в порядок, а именно: поправить крышу, заменить забор и во дворе прибраться. Сам я не справлюсь, а ваша помощь будет кстати. И после этого я помогу вам.

– Чем ты нам поможешь? Для чего заманил к себе? – спросил Лис.

– Узнаете. Обязательно расскажу. Мне про вас много известно, поэтому будьте спокойны – с вами точно всё будет хорошо. Помогу вам и вашей беде. Ваши соплеменники ещё будут легенды о вас слагать. О встрече с вами я узнал ещё тогда, когда сам вот также пришел в этот дом триста зим назад. Так пейте зелье, и не думайте сейчас ни о чём. Старое уже в прошлом, а для нового надо сил набраться и отдохнуть. Забирайтесь на печь, и спать. Завтра за работу, а сегодня отдыхать. Ваш друг к утру оклемается, я его выхожу и зельем отпою.

– Да, но ...

– Никаких но. Спать.

Кривясь и морщась, ребята выпили предложенное зелье.

– Хочу сказать, что вкус у этого питья препротивнейший, – сказал Лис.

Завалившись на печь, не успев положить головы, мгновенно заснули. Сон был крепким, словно и не спали до этого целую ночь и почти весь день.

Утром, как только защебетали первые птицы, все трое были разбужены Старынином.

– Хватит спать лежебоки. Пора браться за работу. Нечего зря кашу есть и на чужих лавках, да печи спать.

Дримор смотрел на всех с забавным выражением лица. Он ничего не понимал спросонья.

– Мы всё же дошли? – спросил он.

– Да. Это было не просто. Твоя туша слишком тяжела. Ох намаялись мы с тобой. И Старынин тоже. Мы обессилели у крыльца дома, а он самостоятельно тебя затянул в дом. Он же и вылечил тебя.

– Благодарю тебя, отец! И вас, друзья мои.

Дримор поднялся со скамьи, и низко поклонился старику, а парней крепко обнял.

– Будет тебе церемонии разводить. Давайте лучше завтракать, – пригласил к столу Старынин.

После завтрака все пошли во двор. Там старик рассказал и показал, что им нужно сделать. В трудах да заботах прошел целый день. Все трое были молоды, сильны (за исключением Лиса, он все–таки немного слабоват по сравнению с друзьями). Работа под чутким руководством умудренного годами старика спорилась в этих молодых руках. За день крыша была практически отремонтирована. Оставалось работы на один день. День постепенно приближался к вечеру, поэтому было предложено сегодня не устраивать забег до упора.

Потрудились на самом деле на славу. Сам метод укрепления крыши оказался простым, но попотеть пришлось. Не смотря на простоту метода, здесь нужны как раз три сильных, крепких мужчины. Вдвоём не справиться, а что говорить про одного, да ещё старика.

Ставали стропилы в распорку треугольником, двое упирались, третий подбивал тяжёлым молотком, они фиксировали уперевшись, что есть силы, а третий забивал стопорок на стыке. Крепили его большими гвоздями. Это была самая трудная часть, потому что надо удержать сопротивление стропил, которые норовили сложиться, руки затекали от постоянной нагрузки, да от того, что часто задраны вверх. Дримор был там, где тяжелее, Борн рядом, наравне, а Лис управлялся молотком и гвоздями.

Устанавливали новые стропила так, чтобы слегка приподнимать старые. Укрепляли накладками, которые им приходилось подготавливать самостоятельно. Правда, под чутким руководством и контролем Старынина.

Дед многому их научил. Парни с юношеским задором и горячностью хватались за пилу, выкладывались по полной и на полпути силы уже начинали подтаивать.

– Не торопить, не надо столько сил вкладывать в нажим, – учил он. – Вот смотрите, как я пилю.

Он взял у Дримора пилу и начал показывать своим примером. Пила весело жужжала. Ритм был равномерный, без гонки, но и при этом пила постепенно вгрызалась в дерево, делая своё дело.

– Вот, посмотрите. Пилил я ненамного дольше, чем вы, а результат такой же. И при этом не выдохся, сохранил силы.

Дримор любил поспорить и отрицал изначально всё, и не важно, что ему говорят. Он предложил устроить соревнование, и проверить кто больше всего напилит. Что в иоге перевесит – молодецкая безудержная удаль или старческое бережливое отношение к расходу сил и энергии.

– Можно, – согласился Старынин. – тем более, что на сегодня с крышей мы закончили, можно и посостязаться. Посмотрим кто выиграет удалая молодость или умудрённая старость.

У деда в хозяйстве пил было много – хватило на всех. Запас собрал такой, словно артель по лесозаготовке собирался организовывать. Старик всем наточил пилы. Условия же должны быть одинаковыми, хотя была мысль подсунуть кому–нибудь одному сюрприз в виде затупившейся пилы.

– Пилить для крыши нам не так много надо, но для забора заготовок подготовить прилично требуется. Будем пилить штакетины, – предложил старик.

– На счёт три начинаем, – сказал Лис, и все стали на изготовку. – Один, два, три!

Дримор резво приступил к состязанию, он с остервенением двигал рукой, с большим нажимом надавливая на пилу. Борн не так быстро мог, как Дримор, но видно было, что он старался не отставать от друга. Лис не торопился, он посматривал на Старынина и пробовал копировать его стиль. Старик же не обращал внимания на происходящее, не поддался соревновательному духу двух заводил.

Процесс шёл. То и дело в сторону отлетали готовые штакетины. У каждого уже собиралась своя куча. Когда у Старынина и Лиса было по две штакетины, Борн отпилил третью, Дримор заканчивал с четвёртой. Всем своим видом он показывал, что доволен собой и уже считал себя победителем. Это его раззадоривало и подстёгивало, он ещё больше старался, сильней давил на пилу и активней пилил.

Через время кисть устала с непривычки, рука становилась тяжелей. Дримор остановился, выпрямился, опустил вниз руку, встряхнул её. Глубоко вдохнул, выдохнул, посмотрел на соперников и принялся снова пилить. Вот только прыти той уже не было. Хватило его на чуть–чуть, и снова перерыв он себе устроил.

– Сколько кто напилил, – сказал Дримор и пошёл осматривать кучи с заготовками. – У меня больше всех, Борн отстаёт немного, а вы батя и дружок мой, совсем слабенько заготовили.

– Не говори оп, пока не перепрыгнул, – с добродушной улыбкой ответил Старынин, продолжая пилить. Он сменил одну руку на другую и продолжил.

– Опа! Вот так дело, – воскликнул Дримор. – Я совсем не пилил левой, только правой. Сейчас сменю руку и дело ещё быстрее пойдёт.

Но не тут–то было. Оказывается, что левой рукой Дримор не смог пилить нормально, и ненадолго его хватило. Даже одна штакетина не далась ему. Он силился пилить левой, снова менял на правую, но она не выдерживала нагрузку. Приходилось снова давать ей отдых. Кисть уже отдавала болью.

Пока Дримор исполнял все эти телодвижения, у Борна, Старынина и Лиса количество заготовленных штакетин увеличивалось.

Борн также попытался сменить руку, вроде бы получилось, но не хватило его надолго. Постепенно и он начал уставать. Дримор ещё несколько раз пытался, но напилил ещё совсем немного, и сдался.

Лис понял подход и смысл старика, он был менее уставший, только ему не удавалось левой работать, и он делал перерывы, дать отдохнуть кисти правой руки.

Итог соревнований оказался таким, что ребята постепенно сошли с дистанции. У Борна получилось напилить столько же, как Дримор, Лис заготовил чуть-чуть больше, а дед продолжал пилить дальше. Он давал себе отдых, общался с парнями, и снова возвращался. Когда у него оказалось на две штакетины больше, он остановился.

– Что, продолжим, Дримор, или остановимся? Я ещё в состоянии.

– Нет, батя, усвоил я твою науку. Вон, даже Лис, который слабее меня всегда был, а напилил больше.

– На сегодня достаточно дел. Завтра закончим с крышей, закончим. Идёмте ужинать и отдыхать. За чаем посидим и поговорим о жизни. Познакомимся ближе.

Парни помогли Старынину приготовить ужин. Поели быстро и молча. После приёма пищи их разморило. Но любопытство от ожидания знакомства было сильней. Чтобы не заснуть, решено было выйти на улицу и на завалинке посидеть.

– Молодцы, парни. Вы сегодня много сделали. Без вас мне бы не справиться.

Похвала из уст этого древнего старика для друзей была слаще меда, который они любили забирать у пчел из дупел. Для них это означало, что не такие уж они и неумелые. Все они подумали об этом, и только один Дримор высказал за всех вслух:

– Видели б наши соплеменники, сколько мы за один день сделали, не посмели бы и слова сказать плохого в наш адрес.

– Да, в этом ты прав, – ответил Лис, – но строительством не выжить, брюха не набить. Охота вот главное для выживания человека в лесу. Собиранием кореньев и ягод особо сыт не будешь. Ты сам в этом мог убедиться недавно. Или забыл уже? Только и можешь деревья валить без топора, голыми руками, а думать, совсем не научился.

Борн и старик стояли и не вмешивались в их спор.

– А ты помнишь, как сегодня таскал бревна наравне с нами? Я помню. Носился как угорелый. Что-то с тобой не то. То ты такой хилый, что муха на тебя чихнет и, ты на три шага улетишь, а тут бревна тягал, как силач.

– Я сам не могу понять в чем дело, откуда во мне столько силы. Именно здесь, у Старынина, чувствую мощь в теле. Старынин, может ты знаешь какая тут тайна кроется?

– Конечно знаю, и расскажу. Что-то сегодня, что–то в другие дни. Вам много предстоит узнать.

– Ты обо всём не рассказывай нам сейчас, достаточно будет если скажешь, что с Лисом, почему он такой сильный стал, – пробасил Дримор.

– На вас и ваши силы влияет несколько факторов. Первый – мы находимся на месте силы, для особых людей оно является источником, усиливающим их возможности. Второе – вчера каждый из вас выпил особое снадобье. Оно помогло вам быстро восстановить силы, и наполнило мощью ваши мышцы. Третье – вы начали свой настоящий путь, который вам предначертано пройти. Когда человек вступает на свою жизненную тропу, на верную, а не ложную, то он наполняется энергией, у него становится больше сил, он может больше сделать, чем мог раньше.

– Кто-нибудь, что-нибудь понял, парни? – обратился Дримор к друзьям.

Лис сжал губы и пожал плечами. Борн кивнул, и сказал:

– Мне кажется, что немного понял. Сейчас попытаюсь вам пояснить, а ты, Старынин, поправь меня, если я буду не прав.

Дед кивнул, а Борн поднялся и начал расхаживать. Он всегда так делал, когда у него была какая–то важная мысль, он вроде бы понимал смысл, но не мог ещё сформулировать так, чтобы ему и остальным было понятно.

– Так, попробую сейчас сложить то, что пришло в голову. Помните, наш шаман говорил, что у каждого из нас предопределён свой путь? Кто–то долго проживёт, а кому–то погибнуть на охоте. Он чаще всего это рассказывал на похоронах. Мои родителя ещё мне поясняли, что он так утешает соплеменников, чтобы меньше горевали. Но я задумался над его словами, и иногда к размышлениям на эту тему уходил. Особенно мне нравилось всегда об этом думать во время моих длинных прогулок по лесу. В те моменты я вспоминал свои ситуации, ситуации с вами. Ведь, смотрите, все мы трое родились в одном племени, в одной деревне жили все эти годы, проходили одно и тоже воспитание, нас учили одному и тому же. Но при этом каждый из нас разный. Ты, Дримор, силён, весел, вечно голодный, любишь повеселиться без удержу. Ты, Лис, слаб телом, хитёр, ловок, где не надо силу применять, наблюдателен, что сегодня даже подтвердил при подготовке штакетин для забора. Я, силён в меру, характером спокойней и выдержанней каждого из вас, люблю уединение, чего нет ни у кого из вас, меня интересует устройство нашего мира, и я всегда об этом рассуждаю и нагружаю вас разговорами об этом, а вы от меня отмахиваетесь, потому что для вас это что-то непонятное и не осязаемое. Понимаете, о чём я?

– Совсем не понимаю тебя, – ответил Дримор. – Лис, а ты понял?

– Я не понимаю.

– Хорошо, продолжаю. Почему мы, казалось бы, при одинаковых стартовых данных, кроме родителей, такие разные? Может потому, что каждому из нас надо прожить свою, особую и не похожую ни на чью жизнь? Каждому из нас отведена своя роль, мне кажется. Следующее. Почему мы с тобой сдружились, Лис? Я и Дримор. И не кто–то другой, а именно мы. И мы не оставили тебя, когда ты проигрывал состязание. Ведь мы рисковали одинаково с тобой. Могли и не помогать тебе, согласно обычаям нашего племени. Но мы отличаемся от соплеменников, и абсолютно не похожи на них, наши поступки и поведение всегда самобытные, не похожие на привычные для всех. И тут в самый сложный момент нашей жизни нас зовёт к себе Старынин, да ещё говорит, что наши соплеменники ещё о нас истории будут слагать. Мы попадаем в это место силы, и у нас, действительно больше сил.

Борн замолчал и посмотрел на Старынина. Тот прикрыл глаза и снова посмотрел на Борна, легко кивнув, дав понять тем самым, что добавить ему нечего.

– И сейчас мы услышали о том, что мы начали свой настоящий путь. Повторю ещё раз. Мы начали свой настоящий путь. В своём племени мы словно лебеди среди уток. Нас окружали те люди, которые нас не принимали за своих. Такие, как есть, мы не устраивали их. Нас всегда норовили переделать под себя, сломать нашу самость. Вы часто слышали в свой адрес добрые слова? Вы их вообще хоть раз слышали? Мы от Старынина сегодня больше получили похвалы, почувствовали тепла и заботы, чем за последние пять лет жизни дома. Ты, Лис, всегда был порицаем за свою хитрость. Но я никогда не считал тебя таким. В моём понимании хитрость, когда ты стараешься сделать втихую что–то подлое для другого с целью своей выгоды. Но ты же не такой. Ты от природы не одарён силой тела. И как тебе выживать и получать то, что получают другие силой? Правильно, только изворотливостью своего ума. Ведь подлости с твоей стороны никогда не было никому, ни нам, твоим друзьям, ни тем, кто тебя унижал и высмеивал. Или ты, Дримор, дебошир и гуляка, любитель померяться силой, всегда со смехом, всегда остёр на язык, и говоришь прямо то, что думаешь. Даже, если это не понравится никому. Тебя они за это не любили, ты не соответствовал нормам поведения. Или я. Меня всегда, вообще сравнивали с другими в уничижительной форме. Они вот такие настоящие, они охотники, а ты? Только и слышал я в свой адрес насмешки, укоры, оскорбления и унижения. Хотя я наравне со всеми состязался, помогал взрослым мужчинам. Иногда и больше мог делать, чем они. Вспомните, когда наша деревня переехала, то мы расчищали лес для новой стоянки. Мы с отцом и дедом тогда наметили участок и условно поделили его на три части. Я свою закончил, потом помог отцу закончить его часть, и один закончил дедову часть. Но это никто не видел и не замечал.

– Батя, ты скажешь что–то? Борн прав? Мы действительно в той деревне были лишние?

– Да, Дримор, расскажу, конечно. Но давайте сначала познакомимся ближе. Я расскажу о себе. Постепенно вы сами многое начнёте понимать из моего рассказа. Если же, что–то не поймёте, то не время. Придёт осознание позже – тогда, когда ваше сознание будет к этому готово.

Лис зевнул. Его такие разговоры не привлекали, к тому же он устал и жутко хотел спать.

– Не волнуйся, Лис, я не буду многословен сегодня. У нас ещё будут дни занятий, вечера на завалинке или за чаем, и я каждый раз буду что–то новое рассказывать. Поверьте, за всю свою жизнь у меня много историй и мудрости, которыми поделюсь с вами.

– Это правда, что тебе триста лет? – спросил Дримор.

– На самом деле больше. Не ровно триста. Точно не помню. Надо посмотреть в календаре. Давно перестал считать года.

– Чем ты все эти годы занимался? – поинтересовался Борн.

– Об этом сегодня не буду рассказывать, но позже и это узнаете. Итак, давайте расскажу немного о себе и пойдём спать. Завтра нам надо успеть перекрыть крышу, потому что послезавтра будет дождь.

– Так отгони от нас тучи. Шаман с нашей деревни гонял тучи, то звал, то прочь отправлял. Ты такой трюк с зовом Борна устроил, неужели не сможешь с тучами справиться? – удивился Дримор.

– Могу, но я обладаю такой силой, что использовать её можно в крайних случаях. Это ваши шаманы могут баловаться своими силёнками и многолетними наработками. Они же на сразу этому научились. Мне же передавали все знания и умения, вдыхали в меня магическую мощь за короткий промежуток времени. Эти навыки у меня есть. Но сила нужна не для развлечения. Если её просто так применять, то её расход увеличивается, но она не возобновляется, а иссякает. Я нахожусь на несколько уровней выше шаманов. У нас устроено совсем иначе.

Лис даже оживился, когда услышал про магию, силу, мощь, какие–то уровни и возможности управлять стихией. Он стал весь внимание на старика.

Борна распирало от любопытства. Видение с драконом не давало покоя, но о нём решил сейчас не спрашивать, так как ещё больше притягивала история жизни старика. Борн хотел задать такое количество вопросов, что всю жизнь пришлось бы слушать ответы. И он не выдержал:

– Расскажи нам от куда ты знаешь нашу историю. Мы ж тебе совсем ничего не говорили про себя и своих соплеменников. А ты так себя ведешь, что как будто все это время был с нами.

– Не всегда я был ведуном, знахарем и магом. Могу лечить. Лечу все живое, людей, зверей, растения. Владею магией. Вот вам и ответ на вопрос, почему так спорилась работа у слабых и ленивых. Здесь все пропитано магией, каждый камешек, каждая травинка. Владею ясновидением, могу заглянуть в будущее, посмотреть в прошлое и узнать, что в настоящий момент делается в мире. Так я и про вас узнал. Давно это было. Долго вас ждать пришлось.

Триста зим назад я был обычным охотником. Племя мое называлось Макри. Жило оно собирательством, охотой и рыбалкой. Собирательством занимались преимущественно дети, женщины и старухи. Мужчины ходили на рыбалку и на охоту, а старики чинили снасти, подготавливали и изготавливали оружие. Также, как и у вас, в моем племени проходили состязания мальчиков, проживших пятнадцать зим. Состязались в ловкости, смекалке, ловле рыбы и охоте на зверей. Все мальчики каждое задание, даже охоту на зверя, выполняли в одиночестве, без помощников. Я прошел успешно все, что надо было пройти. Но тогда я ещё не знал, какую судьбу мне уготовил повелитель всего живого на земле Рад. Так и вы ещё не знаете, кому что уготовано. Могу сказать, что вас ждут великие дела, великие испытания.

Пошли мы как–то на охоту всем племенем. Если быть точным, то все взрослые мужчины нашего племени. В том году все животные, перепуганные не известно чем, ушли далеко от мест стоянки племени Макри и, нам пришлось проделать большой путь до тех мест, где мы смогли удачно поохотиться и набить много дичи. И вот мы уставшие, но довольные брели домой.

В одну из ночей я проснулся оттого, что меня кто-то зовет по имени. Сначала подумал, что это сон, что я от усталости уже брежу. Но голос звучал так отчётливо и настойчиво, что я поддался этому зову. Шёл на звук, в том направлении, откуда доносился голос. Прошел довольно много, а голос оставался на таком же расстоянии от меня. Я жутко испугался, но ничего не мог с собой поделать. Я будто приклеился к голосу, меня тянула неведомая мне сила, она притягивала цельно моё существо, как тело так и душу.

Так я вышел к этому болоту, где мы с вами сейчас находимся, которое вы преодолевали. Из болота стали выглядывать русалки болотницы, они протягивали ко мне руки, звали к себе. Ох, как же я тогда испугался. Но это было ещё только начало. Я повернулся и побежал назад. Куда бежать я не знал. И тут я провалился в топь, но успел схватиться за деревце. Начал подтягиваться на руках, пытаясь вылезти, когда меня что–то схватило за ногу и потянуло на глубину. Дёрнуло меня это что–то так резко, что я с головой оказался в противной жиже. Но деревцо держал мёртвой хваткой и не отпустил.

Пытался отбиться второй ногой, но ничего у меня не выходило. Я оказывался все глубже и глубже в болоте. Пальцы уже не выдерживали напряжения и начали понемногу разжиматься. И тут я вспомнил, что на поясе у меня висит длинный нож. Продолжая держаться одной рукой продолжая держаться, хотя это было уже совсем трудно, я второй выхватил нож и с размаху рубанул чудище. Раздался дикий крик боли. У меня внутри все похолодело от ужаса. Я выскочил из болота и развернулся лицом к противнику. Это оказался упырь. Вся морда вместо волос покрыта водорослями, половина одной руки обрублена и из раны течет зеленая кровь. Такой злобы я ещё никогда ни у кого не видел. Метнул в него нож и попал в горло. Упырь судорожно забился и ушел на дно. Я побежал с такой прытью, с которой никогда не бегал. Ноги вынесли меня к этой хижине.

Заскочил во двор, спрятался за забор. Прижавшись к нему спиной, с опаской смотрел на дверь. Ожидал, что сейчас выскочат злой колдун или колдунья, и тогда я окажусь между двух зол. В тот момент совсем не думал о своей судьбе, о жизни и смерти. Был в настоящем моменте, в происходящем здесь и сейчас. «Сзади смерть и впереди смерть – не велик выбор» - такие мысли были в моей голове.

Из домика вышел старик. Сколько зим он прожил на первый взгляд и не определишь. Подошел ко мне, всмотрелся внимательно в мое лицо и говорит:

– А это ты! Здравствуй, здравствуй! Заходи. Заждался я уже. Долго ты не приходил.

Ну, думаю, к сумасшедшему попал. Да, ничего с сумасшедшим проще, чем с упырями. И говорю ему:

– Дедушка, ты видимо, обознался. Наверное, другой к тебе должен был прийти, а я уж точно сюда не собирался.

– Собирался, не собирался это не важно. Как Рад задумал, так оно и будет. Тебе уготовано быть магом. Я маг, а ты пришел ко мне на смену. Мы маги хоть и живем долго, но все же смертные, как и все.

– Я никогда не хотел быть магом. И попал я сюда случайно.

– Помнишь голос, что тебя позвал? Это был мой голос. И упыри с русалками специально тебя направляли в том направлении, что нужно.

– Это называется направляли? Мне казалось, что они меня хотели просто убить.

– Не убили же. Это был всего маленький тест. Я проверял тебя.

– Нет! Я не хочу быть магом! – сказал я. – Отпусти меня домой.

– Иди. Там по пути, в болоте, пообщаешься со своими старыми знакомыми.

– А ты заклинание на них наложи.

– Ты сам наложишь.

– Но я не умею.

– Научишься.

Мне некуда было деваться, старик был непреклонен, и пришлось оставаться. Он меня научил всему, что знал и умел сам. Учеба длилась с весны до весны – целый год, и ещё семь месяцев. Это все время я упорно учился, как правильно заваривать отвары и зелья, тренировался в магическом мастерстве. После обучения он мне сказал:

– Мне пора уходить. Ты делай, как знаешь, можешь наложить заклятие на упырей и идти домой, а можешь остаться здесь хозяином. Я тебе передал все свои знания и умения.

– Куда ты уходишь? – спросил я его.

– В Царство Мертвых. Книги, оставленные мной, читай внимательно и постоянно совершенствуйся в мастерстве. Ты талантливый и вполне способный. На закате твоей жизни тебе предстоит великое дело. В этом тебе помогут трое: сильный и ленивый; хитрый, смекалистый и слабый телом; и любознательный.

Он замолчал. Воцарилась тишина. Лис, Борн и Дримор сидели от изумления с открытыми ртами. Они ничего ещё не могли понять. Старынин посмотрел на них и спросил:

– Теперь понятно вам, что ко мне вы попали не случайно?

– Не думали мы, идя к тебе за помощью и советом, что все так может обернуться, – ответил за всех Борн. – Ребята, ведь и впрямь о нас сказано! Любознательный – это я, сильный и ленивый Дримор у нас, а хитрый, смекалистый и слабый телом Лис!!!

Весь оставшийся объём работ выполнили после дождей, шедших два дня. За время дождей Старынин много рассказал им о своём детстве, о жизни в племени. Ребятам было интересно его слушать, делаться свои бытом и укладом в их деревне. Многое было понятно им и знакомо. Но, вот о своей жизни в качестве мага старик в эти дни не торопился делиться.

Когда завершились дожди, то все вместе пошли проверить силки на другом краю болота, противоположному тому, с которого они зашли. Собрали ягод, трав, хворосту. По болоту с таким проводником, как старик можно было ходить, ничего не опасаясь. За триста лет он здесь выучил каждый бугорок, каждую тропинку, каждый кустик и дерево. Старынин ходил с такой уверенностью, что ослепни он, все равно бы не заблудился и в топь не провалился.

Перекрыли крышу, наладили забор и навели порядок во дворе. Выглядел теперь дом, он как новый. Крыша так точно. Забор теперь не был перекошенный и дырявый, любо было поглядеть на него. Двор представлял из себя красоту неописуемую, особенно если учесть, что накопилось хлама разного у деда предостаточно и это было расчищено, разложено аккуратно и уничтожено ненужное.

– Смотрю я и не нарадуюсь, – сказал им Старынин, – Молодцы. Хорошо потрудились. Зря с вами так поступили в вашем племени. Знали бы, каких молодцев потеряли, наверное, никогда не отважились бы на такое. Закончили мы с вами наводить порядки. Теперь пора приступать к обучению магии.

– Как магии? – одновременно воскликнули парни.

Глава 4. Обучение магии. Начало

– Вы что думали, я вас учить охоте буду или стану наставником, взявшим под свою опеку для успешного прохождения вами обряда?

– Ну, да, – подтвердил Дримор. – Так же, парни?

Лис посмотрел на него неуверенно, Борн отрицательно помотал головой.

– Не понял, – удивился Дримор.

– Понимаешь, – начал Лис, – пока мы шли сюда, я уже тогда начал задумываться, что не хочу в племя обратно. Меня манил голос, и не только в прямом смысле, но ещё и то, что я хотел бы сам такому научиться. Возникло во мне внутреннее желание попроситься в ученики к Старынину. Желание до сих пор сильно. Тут ещё доброе отношение к нам тоже сыграло так, что только усилилось стремление научиться магическим трюкам. Эх задам я такую трёпку потом соплеменникам!

– Не совсем тебя понял, Дримор. Ты надеялся ещё вернуться в племя? Я точно не хочу. Перед нами открылся за эти дни отсутствия в племени совсем новый мир. Он очень интересен, он манит, он завораживает. – подтвердил желание остаться и Борн.

Дримор задумался. На лице его отображалась гамма чувств, которая была следствием внутренней борьбы. Он взлохматил свою шевелюру и прорычал.

– Ррр. Ох и озадачили вы меня. Не хочу я быть магом. Зачем мне это? В чем смысл твоей магии, Старынин? Силы во мне столько, что я любому тумаков могу легко надавать.

Старынину интересно было наблюдать за парнями. Он вспоминал себя в юности, те истории, которые он почерпнул в процессе обучения, а потом в течение всей своей жизни. Все, абсолютно все, даже многие маги, считают, что магия – это сила. Но он знал, что это не так, что это зеркало, которое отражает, усиливает внутреннее состояние, резонирует.

Старик понимал, что каждым из парней движет сейчас не точность, не глубина понимания, а эмоции. И у каждого из них они свои – свой мотив и своё намерение. Дримор возмущается, потому что он знает только мир силы, грубой физической силы. Он и сам здоровый мужик, несмотря на то, что ещё юноша, а уже формами наделён богатырскими. Лис хочет покрасоваться, стать сильнее других и поиграть с ними в героя, наказать соплеменников, применив магические трюки на них. Борн, как он думал, единственный, кто больше всего готов к магии, потому что его всегда интересовало всё, выходящее за рамки привычного и за границы владений их племени.

– Давайте мы с вами побеседуем, – предложил Старынин. – Пусть каждый расскажет, что он думает на счёт магии. Ответьте на эти вопросы: «Кто такой маг?», «Что такое магия?», «Что я получу или потеряю, став магом?», «Что первым делом сделаю, научившись магии?».

Настала пауза. Ребята переглянулись между собой. Дримор вопросительно посмотрел сначала на одного друга, потом на другого. Лис тоже ждал поддержки от друзей, он уже задумывался над такими вопросами, его просто распирало изнутри от желания научиться всяким магическим штучкам. В итоге Дримор и Лис вдвоём уставились на Борна в ожидании его реакции.

– Интересно, – сказал он. – Мне хотелось бы поговорить на эту тему. Друзья, предлагаю, принять предложение Старынина и высказать своё мнение. Мне нравится атмосфера в беседке, под навесом, с горячим чаем и плюшками. Дримор точно на пустой желудок и двух слов не свяжет, а так подобреет и расскажет нам всё, что думает.

Старынин добрым взглядом провёл мальчишек, направившихся в сторону беседки. Ему нравилось то, что он запустил процесс, и сам при этом пока не принимал участия. Парни уже начали формировать свою атмосферу. Борн, тот вообще освоился – обозначил как это сделать и повёл всех в беседку. Пока молодёжь занималась приготовлением чая, дед прошёлся по участку и за забором, собрал какую-то траву и пошёл с ней в дом.

Отобрал из своих связок, развешенных по стенам, ещё какой-то травы, взял небольшой чугунок. В него положил свежую и сухую траву, перемешал, чем-то сбрызнул и пошёл к ребятам.

– Что у вас здесь? Смотрю уже и чай на подходе. Молодцы, что плюшки взяли. Можем начинать. Я сейчас раскурю траву в чугунке, пусть тлеет. Для такой беседы хорошо, когда дым окурит нас.

– О, начинаются какие-то магические штучки, – пробасил Дримор. – Наверное, что-то с нами сделать хочешь?

– Будет всё хорошо. Дым от смеси этих трав успокаивает, настраивает сознание на откровение, выравнивает энергию. Каждому из вас станет проще сказать то, что внутри, без оглядки на кого-то, и тем более, без оглядки на своего внутреннего критика.

– На счёт критика, это ты точно подметил. Мой постоянно бурчит внутри моей головы. В ней всегда мысли, мысли, сомнения, сомнения, снова мысли, сомнения, и так по кругу. – подхватил разговор Лис.

– Я не думаю, что это именно твой критик. Нет, конечно, он твой, но сформирован не тобой, а значит, не настоящий. Ты думаешь так, как тебя научили думать соплеменники, и этот образ мыслей, это мировоззрение сформировалось целым родом в не одном поколении. Ты жил по устоявшимся правилам, обычаям. Ты не смел думать самостоятельно. Так же?

– Да, – удивился Лис. – Ведь ты прав, я вот сейчас начинаю понимать, что у меня не было совсем своих собственных желаний.

– Так, вы меня сейчас своими разговорами уведёте от нашей основной темы беседы. Кто первый готов ответить на четыре вопроса?

– Давайте я. Только напомни вопросы, пожалуйста. – решил начать высказывать свои мысли Борн.

– «Кто такой маг?», «Что такое магия?», «Что я получу или потеряю, став магом?», «Что я первым делом сделаю, научившись магии?»

Борн немного задумался. Никто его не торопил. Старынин разливал чай, Дримор жевал плюшки, а Лис закрыв глаза втягивал носом дымок от трав. Помолчав он начал:

«Кто такой маг в моём понимании? Сложно однозначно ответить, потому что никогда о магах не думал. В нашем племени есть шаман, и ещё несколько представителей Предков. Что они делают я представляю поверхностно. Настолько, насколько был допущен.

Я любил иногда проводить время, помогая шаману. Но удавалось не всегда такое, то делами меня нагрузят, то он не в настроении, то в свои походы уходит, то ритуалы совершает. От шамана я узнал, что он может повелевать стихиями, но не всегда у него это выходит. Для этого у него должен быть внутренний настрой, а также отсутствие провинностей в племени. Если кто-то из соплеменников прогневает Духов и Бога, то они поставят блокировку на его воздействия. Это может навлечь на нас беду в виде пожара, длительных проливных дождей или сильной засухи.

В те дни, когда он был в настроении, я просил рассказать что-нибудь интересное. Это были истории чаще всего про волхвов. Как я понял они были первыми людьми, получившими магические знания и силу от Бога. Позже эти знания попали к людям. Как это произошло никто не ведает. Но не все знания, а малая их часть. Их оберегали, передавали из поколения в поколение только особо подходящим для этого приемникам. Наш шаман себе двоих отобрал уже. Я тоже хотел в преемники, но, по его словам, не дорос и не дорасту, потому что слишком умный.

Слушая истории и наблюдая, я пришёл к выводу, что маг – это такой человек, у которого есть от рождения определённые способности, который может научиться повелевать стихиями и следить за соблюдением законов в племени. Но, познакомившись с тобой, Старынин, я понял, что магия может быть и другой. Какой именно не пойму.

Что такое магия? Думаю, что это внутренняя сила, позволяющая сильному быть ещё сильнее, а слабому стать сильным. Это возможность управлять, как я уже сказал, стихиями и природой. Умение влезть в чужую голову и всякие заклинания, травы и тому подобное что-то.

Что я получу или потеряю, став магом? Наверное, больше знаний. Мне всегда кажется, что я очень мало знаю. У меня постоянно много вопросов в голове, но никто не может дать мне на них ответы. Надеюсь, что получу ответы на свои вопросы. Что потеряю даже не знаю. Прежний уклад жизни, к которому готовили нас. Для меня это не такая великая потеря. Не знаю.

И последний вопрос о том, что я первым делом сделаю, научившись магии? Здесь у меня к тебе встречный вопрос. Мне было видение.

Видится, будто стою высоко на горе. Да так высоко, что облака не внизу, а наверху. Не как обычно, когда наоборот мы снизу облаков. Сзади меня мои друзья, вот эти два парня, и какой-то старик. Впереди меня дракон. Почему я знаю, что дракон? Они нам порой жить не давали нормально. На охоте могли быть соперниками, забирающими нашу добычу прямо у нас из-под носа. Вот стою я и смотрю в его глаза. Мне совсем не страшно. Дракон обращается ко мне. Пасть – это костёр, так жарко от неё.

– Это ты посмел меня потревожить? – обратился дракон ко мне.

На его вопрос я ничего не ответил. Молча достал нож, сделал надрез. После этого что-то сказал и подытожил, что заключил с ним кровный договор. При этом надо было видеть взгляд дракона. После проведённого мной ритуала, он мне рассказал о какой-то магической перчатке. И добавил, что я, и только я смогу ею управлять. И я не знаю, что мне думать по этому поводу

Отвечая на последний вопрос прошу тебя расшифровать моё видение, Старынин. Если такой дракон есть, то я пойду его искать.»

– Интересный вопрос у тебя. И размышления о магии тоже интересные. Благодарю. Отвечу на твой вопрос. Да, есть легенда, которая гласит, что тот, кто побратается с огнедышащим драконом сможет стать хозяином магической перчатки.

– Врёшь, не верю я. Мы тогда уже пять дней не спали и не ели, вот у него и галлюцинации были, – возмутился Дримор. – Ты специально нам поддакиваешь, чтобы у себя оставить в подмастерьях. Сам ведь стар уже стал. Вон мы тебе и дом починили, и забор, во дворе, и порядки навели.

– Дримор, не говори чепухи. Я верю Старынину. Если он смог ко мне в голову войти и слова наговорить, дорогу показать, то он и другое очень хорошо знает.

– Мы здесь собрались говорить то, что каждый думает. Дримор имеет полное право высказывать недоверие. – ответил Лису старик. – Раз ты уже начал говорить, то бери слово и расскажи, что ты думаешь. Какие у тебя будут ответы на мои вопросы? – Старынин обратился уже к Дримору.

– В смысле я? Я не готов ещё. Не успел подумать. – стушевался Дримор.

– Раз говорил, значит думал, когда возмущался. Или ты не думаешь прежде чем сказать? Голова у тебя для чего? – поддел друга Лис.

– Как это для чего? Я в неё ем и пью.

– Ага, и козявки ешь, как маленький, – засмеялись Лис с Борном.

– Я вам сейчас дам козявки! – вскочил со скамьи Дримор, да не рассчитал и хорошо приложился головой к крыше беседки.

– Э, э, э! Ты поосторожней, я не хочу ещё и у беседки здесь крышу чинить, мне избы достаточно было – продолжал заливаться от смеха Лис.

Но Дримор не успокоился, замахнулся, чтобы подзатыльник отвесить другу. Лис выскочил и отбежал в сторону, Дримор за ним. Старынин и Борн наблюдали за догонялками. Юноша с улыбкой, а старик с интересом. В какой-то момент Лис изловчился и отвесил пендаль Дримору.

Ещё какое-то время ребята пошумели, и запыхавшиеся вернулись в беседку.

– Набегались? – спросил Старынин. – Продолжим. Дримор готов?

– Ну, ладно, давайте я.

В отличие от Борна Дримор не стал задумываться. Он сразу начал сыпать свои мысли, и делал это с эмоциями. Не стал садиться, а ходил вокруг беседки, заставляя собеседников постоянно крутить головами, чтобы можно было видеть его.

«Кто такой маг я не знаю. Если судить о шаманах, как сделал это Борн, то для меня это человек, который перекладывает всё на других, не делая сам ничего. Взять охоту. Кто добывает мясо? Мужчины племени. Шаман же перед выступлением охотников ритуалы какие-то проводит. При этом говорит непонятные нам слова. Может он придумал свой язык, чтобы выглядеть загадочным, магическим и недоступным даже для малейшего понимания. Нам он говорит, что заговаривает животных, чтобы они выходили на нашу тропу. При этом дичь всегда убегает от нас, мы ходим по её тропам, выискивая добычу, а не она к нам на путь наш выходит. Я бы, если был шаманом, то лучше бы заговоры читал на охотников, чтобы они шли сразу в места богатые добычи. Как Хозяин болота нас провёл. Он нам проложил дорогу. Вот это я понимаю маг.

Если смотреть на тебя, батя, то мне сложно что-то сказать. Что ты умеешь? Травы заваривать. Из них полезные отвары делать. Помог мне избавиться от отравления, в Лиса силу влил, вот сейчас окуриваешь нас какими-то травами, что язык сам говорит, вытягивает из головы мысли так, что ничего не утаишь. Это умение мне нравится. Я бы сам хотел научиться такому, чтобы не есть в лесу и в степи ничего такого, что может убить. Если же съел, то чтобы знать, чем себя или другого вылечить.

По моему мнению маг – это слабый телом человек, который не может сам нормально трудиться, охотиться. Он норовит руководить другими, а как это сделать, если нет сил физической? Только умом. Вот Лис у нас прирождённый маг получается, всё время что-то хитрит.

Не могу ответить тебе на вопрос о том, что такое магия. Не понимаю. Влез ты в голову Лису, чудище болотное нам дорогу проложило. Это магия. Но не понятна она мне. Сомневаюсь, что мне она нужна. Силы у меня достаточно. Вы все видели и знаете. Я могу всё сделать, что мне надо: еду добыть могу, хижину построить могу, от хищника защититься и защитить тоже могу.

Магом становиться не собираюсь, поэтому на твои вопросы о том, что я потеряю и приобрету или, что сделаю я отвечу просто так. Представляю себе наш разговор, как развлечение, игру в болтовню о чудесах. Пофантазирую давайте.

Итак, что я потеряю, став магом. Невинность. Ха–ха–ха. Каждая красавица разрешит с ней справиться. Чего магии пропадать зря. Будет у меня большая хижина и все красавицы будут в ней жить со мной. Наложу на них чары, как они на мужчин накладывают, и будут они мной любоваться, а я с ними буду миловаться. Что приобрету? Силы добавлю себе ещё. А то есть некоторые животные, которых в одиночку не могу одолеть, так же стану самым сильным.

Кстати, если говорить о том, что я сделаю, то это будет полезная в походах вещь. Идём мы зачастую много и далеко. Еды с собой мало, воды тоже не всегда хватает. Помимо того, что надо добыть для племени, надо же и самим кормиться в походе. Я только что придумал, что сотворю стол, но он не простой будет. Хотя нет… Зачем стол? Мы на охоте носим всегда много разного оружия, припасы, воду, а назад ещё и добычу несём. Если стол с собой таскать, то не подойдёт. Места много занимать будет. Вместо стола пусть будет скатерть. Да, точно, пусть она будет.

Захотели поесть, расстелили на привале. Можно хоть на поляне, хоть на камне, да на столе в этой беседке тоже можно. И заказываешь ей, что желаешь. Здесь тебе и вода ключевая, и компот из ягод, и жареный кусок мяса. Ммм, точно. Всё, я закончил. Что скажешь, Старынин?»

­– Я пока слушаю. Говорить буду после вас. Если парням есть, что тебе сказать, то давай их послушаем. Только, ребята, не критикуем, не советуем. Если что-то откликается, есть чем-то дополнить, то говорите. Спорить не надо. Это не цель нашей беседы.

– Я бы сказал, – ответил Лис. – На счёт твоих характеристик в адрес шамана поддержу, я хотел к нему в ученики податься, как вы знаете, да именно по той причине, как ты озвучил, телом слаб, умом силён, и понимал, что могу научиться руководить. Но меня он отвадил от себя. Даже не пояснил почему. В его отношении ко мне было много пренебрежения и высокомерия. То, что ты хочешь знать про растения – это очень нравится, потому что больше таскать тебя на себе я не хочу. Уж слишком ты тяжёлый.

Борн при словах Лиса потёр свои плечи и утвердительно закивал.

– Да, дружище, мои плечи до сих пор помнят тот груз. Мне добавить нечего, а против говорить нам нельзя. У нас с тобой разные взгляды, свои ответы я уже дал.

– Лис, ты готов? – спросил Старынин.

– Конечно. Об этом я думал до того, как ты задал свои вопросы. Думал раньше, когда к шаману просился, думал по пути к тебе, слушая в своей голове твой голос, ещё больше задумался после того как нам чудище с болота дорогу проложило к тебе.

«Маг в моём понимании – это, как ты, Старынин, это так огромная желтоглазая жаба. Шаманы из нашего племени шарлатаны. Я, в отличие вас, друзья, их не буду магами называть и считать. Маг может сделать то, что хочет. Захотел призвать к себе того, кто ему нужен зачем-то, призвал. Да ещё и друзей его прихватил. Захотел помочь странникам и показать им путь, показал, подсветив дорожку и тропу сквозь топкое болото. Так можно и к недругам в голову влезть, да напугать их до смерти. Здесь и сила физическая не нужна. Не сделать ничего против меня, если я на расстоянии и моё местоположение не известно, зато я могу подключиться к кому захочу и воздействовать на него.

Магия для меня не понятна пока. Если быть более точным, то мне не известны все её возможности, не знаю есть ли какие-то ограничения. Но первые увиденные мной её проявления мне очень нравятся.

Что я потеряю? Я бы начал с того, что я приобрету. Силу! Да, да её. Я вижу потенциал магии в том, что произойдёт компенсация моей физической силы, точнее слабости моего тела. Для меня это возможность, я смогу повелевать. Новые способности вытеснят то слабое, что во мне есть. Все всегда тыкали мне на мои слабости, но я наравне держался всегда со всеми только за счёт того, что не зацикливался на своих слабостях, а искал в себе свои сильные стороны, свои способности. Найдя начинал развивать. Да, я не могу бегать на длинные дистанции долго, я не завалю в одиночку медведя, но я могу своим умом сделать больше. Сколько сконструировал хитрых приспособлений, помогающих нам в нашей детской охоте? Сами прекрасно знаете. Если подытожить, то я потеряю свою слабость и приобрету всеобъемлющую силу.

Научившись магии я бы первым делом сделал две вещи. Первое, влез бы в головы тем, кто надо мной насмехался, кто принижал меня. Я заставлю их дрожать от страха, не буду давать спать ночами, буду нашёптывать разные ужастики. В их голове найду то, чего они боятся и скрывают от всех и буду их этим пугать.

Второе же, я хочу разрабатывать различные приспособления, которые облегчали бы быт простому человеку, помогали на охоте, и могли бы передаваться из поколения в поколение, создал бы свою школу, в которую отбирал бы способных детей, не только мальчиков, но и девочек, чтобы они развивали это дело. Ведь мы можем. Вспомните людей из далёкой страны, о которых нам рассказывал отец Борна после возвращения из многомесячного похода. Они же тогда принесли интересную штуку, которая блестела на солнце. Они называют её нож. Я расспрашивал тогда твоего отца как они её сделали, но он не смог толком пояснить. Сказал, что какую-то руду в огне плавят. Этой руды немного тогда они принесли, но она была на камень похожа. Шаман забрал себе, потом выкинул. Я же пробовал, пробовал. Унёс в укромное место. Не мог сделать ничего. Вот я хочу научиться делать не только такие вещи, но и магические, которые будут помогать и облегчать жизнь.»

Старынин похлопал в ладоши. Звук вывел Борна и Дримора из оцепенения. Во-первых, они не поняли, что это было, но им понравилось, и они подхватили, захлопав тоже. Во-вторых, последние слова Лиса заворожили их. Борна потому что он был удивлён насколько глубокие мысли у друга, вот что значит волшебный дым трав Старынина. Дримор же сам хотел себе такой блестящий нож, и для него это стало вдохновляющим.

– Восхищён! – Старынин похлопал Лиса по плечу. Каждый из вас меня восхитил, но желание Лиса создавать очень порадовало. Есть кому, что сказать?

Друзья были настолько удивлены, что наперебой делились своим впечатлением от услышанного. Смеялись, представляли, как Лис заберётся в голову вождю или шаману. Изображали тех ползающими и хрюкающими, а вокруг них бегают испуганные женщины и причитают. В это время появляется образ Лиса и говорит им, что они его погубили, и он пришёл теперь им отомстить. Все становятся на колени и умоляют о прощении, закалывают шамана с вождём, жарят их и съедают, приносят так жертву его духу. Лис хохотал от души. Ему понравились фантазии друзей.

Насмеявшись похвалили за желание создавать полезное. Дримор сказал, что готов только ради этого магии научиться, потому что ему тоже оружие очень нравится, и он бы хотел вместе с Лисом заниматься его изготовлением.

– Ребята, вы молодцы. Мне понравились откровения каждого, размышления и разноплановые такие мысли. Сегодня уже пора спать. Перед сном в ваших головах всё услышанное разложится по своим местам, за ночь уляжется в нужном порядке, а завтра утром можем завершить обсуждение этой темы. Утро вечера мудренее.

– Подожди, батя, а ты чего нам не говоришь, что ты думаешь на счёт наших мыслей и почему сам не отвечаешь на свои вопросы? – Дримор не хотел соглашаться уходить.

– Завтра, всё завтра ребята. С завтрашнего дня мы начинаем наши занятия, и я отвечу на вопросы и дам каждому из вас обратную связь. А теперь все спать.

Утро нового дня. Юноши ещё не понимали, что началась их новая реальность, что прежней жизни не будет, что их ждёт они не думали. Но интуиция давала какие-то нечитаемые подсказки. Каждый поделился, проснувшись, что у него есть внутри странные и неизвестные ощущения.

– Всё хорошо, и доброе утро, парни. Идёмте на зарядку, обтирание и завтрак. У нас сегодня первый день. Планирую рассказать вам самое важное. Без этого мы не сможем двинуться дальше.

Собрались в беседке. Занятия при хорошей погоде решили проводить здесь. До зимы точно. Зимой в хижине продолжат. Борн и Лис с волнением ждали начала занятий, а Дримор сделал снисхождение и решил согласиться на эксперимент, но только ради изучения трав.

– Делитесь впечатлениями, ребята. Кто сказать может что-то хочет на счёт мыслей сегодняшних? Переосмысливать ответы на вопросы не прошу, интересно больше насколько сегодня воспринимаете вчерашнюю беседу. Готов кто-то?

– Я нет, – ответил Дримор. – Нечего мне сказать. Интересно, что ты нам скажешь.

Борн поднял руку:

– Я бы сказал. Мне была интересна вчерашняя беседа тем, что получил новые ощущения, новые эмоции послевкусия. Размышлял сегодня после пробуждения и сейчас ещё не полностью сформировался ответ, но мне кажется, что мне понравилось. И вот почему. Каждому из нас было дано слово, и мы говорили на равных. Раньше нас никто не слушал – что сказали, то и надо делать. Если что-то сказали, то обычно нам в грубой форме предлагали замолчать.

– Какой ты фильдиперсовый. Не предлагали замолчать, а грубо прерывали словом «Заткнись», – поправил Борна Дримор.

– Да, так всё и было. Но я не хочу выражаться. Продолжу. Помимо того, что нам дали слово, у нас спросили наше мнение. Нас не перебивали, нас слушали. Меня это глубоко тронуло. Спасибо тебе за это, Старынин.

При этом Борн повернулся в стороны деда и поклонился ему. Лис поддержал, поднялся и тоже отвесил поклон. Дримор глядя на друзей решил присоединиться. Видно было, что он переступает через себя и не хочет проявлять слабость, но и от приятелей отставать не хочется.

– Я поддержу слова Борна. Меня всегда за достойного мужчину не считали. Ещё и Лисом назвали за то, что мой ум за хитрость принимали. Часто я получал выволочку и упрёки в свой адрес, не говоря уже о том, чтобы меня слушали или вообще давали слово. Для меня важным оказалось то, что меня выслушали, что мне дали слово. Добавить и нечего.

– Раз все высказались, тогда я перейду к своим вопросам. Прежде всего хочу дать обратную связь каждому. – начал Старынин.

– Это как? Критиковать будешь или тумаков отвесишь? – снова включил своё недоверие Дримор.

– Не торопись. Сейчас всё узнаешь. Если кратко, то обратная связь – это я прокомментирую каждого из вас. Ведь важно не только, чтобы послушали, а важно, чтобы было понятно насколько ваше мнение гармонично с той или иной темой. Выделяю это по причине того, что для мага особый и основной навык наблюдение. Оно формируется не только за счёт длительного и вдумчивого созерцания чего-то, а ещё за счёт того, что он умеет видеть многогранно. Этот навык нарабатывается за счёт регулярного обучения новому, обдумывания и воплощения этого нового в жизнь, ведь надо не только познать, но и применить. Только действия создаёт твою реальность, а бездействие её разрушает. И хорошо дополняют это всё беседы с людьми, у которых на один и тот же вопрос, разные мнения. Зачастую получается, так, что все свои суждения высказали, объединяешь их в одно и понимаешь, что все об одном говорили, только каждый на своём языке. И тогда получается полная картина, ты видишь больше.

Маг – это тот, кто видит связи, выделяет смысл, настраивается, выбирает объект внимания и удерживает его. Без таких диалогов, без наблюдения и получения новых знаний сложно такой навык удерживать. Его всегда надо прокачивать.

Послушал вчера каждого из вас, и мои представления о ваших особенностях немного изменились. О тебе, Дримор, думал, что ты только мужлан неотёсанный, с липкими шуточками, мыслями сугубо о еде и женщинах. Но понял, что за сальными выражениями прячется глубина. Ты подумал о практичных вещах. Вот твоя скатерть является тому подтверждением. Твои мысли об облегчении быта простого человека, трудяги охотника и собирателя. Или интерес к оружию, к новинкам, тебя они не пугают, а притягивают. И похвально твоё проявление интереса к травам. Это важная составляющая существования человека. Это помогает поддерживать здоровье в тонусе.

Не думал, Лис, что ты готов к магии, несмотря на то, что именно ты принял мой зов из вас троих. Мне казалось сначала, что ты желаешь покрасоваться больше, а отомстить своим соплеменникам твоё единственное желание. Ты восхитил вчера нас всех. Твоё желание и даже предыдущие пробы к изобретательству похвальны. Такие люди, как ты обычно совершают прорывы и приводят к прогрессу. То, что сегодня кажется невозможным, завтра, благодаря энтузиазму изобретателей входит в обычную жизнь всех и каждого. Ты точно готов быть магом, ведь маг наблюдает за всем иначе, потому что он видит по-другому, принимает решения иначе, разговаривает и подаёт свои мысли иначе, даже выводы его отличаются от выводов большинства людей.

Борн, в тебе я увидел много глубины. Она и раньше были понятна, но вчера ты своими рассуждениями укрепил меня в вере, что ты рождён с большими способностями к магии. Тебя всегда всё интересует то, что выходит за рамки привычного. Твои заключения о слабости тела мага только расходятся с действительностью, но это поправимо, позже много узнаешь и сам всё поймёшь.

Как Старынин завершил, Дримор поднялся со скамьи, протянул свою огромную ладонь старику, а она у него была, как полторы ладони обычного человека, и крепко пожал. На глазах проступила скупая слеза.

– Ты меня тронул, старик. Такого с мной никогда не было. Я не привык, что кто-то меня, да что меня, нас хвалит. Всегда только ругали, критиковали, а здесь, прям мёд моим ушам от твоих слов. Давай рассказывай всё, что ты хотел нам рассказать. Я весь внимание.

При этих словах он сел на своё место и подался корпусом к Старынину, показывая всем своим видом, что он полностью во внимании и готов усваивать каждое слово. Лис и Борн тоже поднялись и уважительно пожали руки старику.

– Хорошо, продолжим. Сейчас я вам расскажу то, что явно вы не ожидаете услышать, я сам до недавних пор не знал ничего об этом. На самом деле вы верно подметили, что отличаетесь от соплеменников. Это не просто так. Вы родились уже изначально со своими способностями, которые пригодятся вам в будущем. И это не охота, и не жизнь на определённом участке со своей деревней. Это больше, гораздо больше. Вы пока не представляете насколько. Да я и сам, если честно. Ещё не до конца представляю.

Моя роль в мире магии заключается в том, что я обучаю молодых магов. За триста лет через меня прошли разные девушки и юноши. Кто-то достиг в мире определённых высот. Кто-то труженик и развивается только в своём узком ремесле, помогая людям и облегчая их быт. Кто-то защитник, кто-то учёный. Да, в мире магии без развития никуда, надо наработки новые тоже делать, а также предыдущие практики и ритуалы пересматривать. Перед тем, как ко мне новые ученики поступят, меня заранее предупреждают. Несколько раз в год я присутствую на Высшем Совете Магов Светлого Мира. Это мир, в котором мы с вами живём, если не знали. Обычно даты заседаний обозначены заранее. Но в этот раз меня вызвали неожиданно к Старшему Магу Светлого Мира. Я был озадачен, вдруг что-то не так с последними учениками или кто-то из моих ранних учеников начал изменять заветам и свои действия направляет в тёмную сторону. Волновался, но отправился по вызову.

Когда прибыл на место, то меня встретили все представители Высшего Совета. Я догадался, что что-то чрезвычайно важное случилось.

– Как ты передвигался, и сколько времени путь занял? – перебил рассказ Дримор.

– Кинул клич, что мне нужен маг-телепорт и ближайший ко мне откликнулся. Он перенёс меня. Я сам не умею перемещаться в пространстве быстро, поэтому можно воспользоваться иногда, в случае крайней важности, помощью телепортов.

Продолжу. Не перебивайте, пожалуйста, а то мне сложно собрать мысли в ровный рассказ.

Мне сообщили, что получили послание от Высших сил. Чтобы вы понимали, такое редко бывает. Обычно мы получаем подсказки, знаки, но, чтобы вот так напрямую с нами связывались – нет. Последний раз подобное было в те времена, когда наш Мир был на грани исчезновения из-за Страшной Войны магов. Об этой истории вы узнаете чуть позже.

В послании не была озвучена точная причина, но было сказано, что есть в нашем Мире три парня, указали частоты вибраций биополей каждого и коды имён каждого, которые записаны в Высшей Библиотеке. Да, у всех нас есть своя частота и каждый из нас имеет свой уникальный Код. Было велено связаться по этим координатам, призвать к себе и указали с точностью до дня, в какой период это делать. Ни днём раньше, ни днём позже. Пояснили это тем, что в вашей судьбе заложены определённые события, и их важно соблюсти. Да, наша Судьба прописана ранее, перед нами она раскрывается постепенно. Все мы выполняем Высший замысел. Даже мелкая букашка. Люди и маги тем более.

Из краткого содержания послания, насколько это было возможно понять, я сделал выводы, что грядут большие события, и нас ждут великие дела. Там было обозначено, что мне важно научить вас максимально, чтобы я дал вам большую программу, чем обычно даю. У каждого из вас заложены свои особые способности и постепенно они раскроются. Но для этого надо предоставить подходящие условия. Времени у нас не более двух лет. Мы не знаем к чему готовиться, но нам сказано, что вы способные и всё получится.

И важный момент в том, что не один, не два, а именно трое вы составите ту силу, которая необходима. Вместе вы мощное оружие, а порознь нет. Я так понимаю, что именно вашему Магическому Трио суждено решить судьбы всех людей нашего Мира, а может и не только.

Теперь вы понимаете, ребята, что вы избранные?

Наступила пауза. Парни молчали, а Старынин не торопил их. Он понимал, что вчерашним мальчишкам, не прошедшим обряд испытания в своём племени, такая новость вообще перевернула все мозги. Дримор прервал молчание:

– Я бы сейчас сначала поел. Идёмте приготовим обед. Хорошее пищеварение влияет на качество думания. Хорошо переваренная еда поможет хорошо переварить сказанное тобой, батя.

Не дожидаясь ответа остальных, он поднялся и пошёл к хижине. Видно было, что мысли от услышанного не давали покоя. Он, как всегда в моменты глубоких раздумий, взъерошил волосы на голове.

– И правда, идёмте пообедаем. – сказал Борн и тоже пошёл в сторону хижины.

– Я, как все, – поднялся Лис.

Обедали молча. Такая новость явно давала пищу для размышлений, а также ставила перед выбором. Дримор ел не спеша, что на него было не похоже. Иногда задумывался с ложной в тарелке или у рта. Борн смотрел задумчиво вдаль через окно. У Лиса на лице отражалась борьба мыслей и эмоций. Старынин молчал и наблюдал. Его дело сейчас было просто ждать. Нельзя давить на ребят, когда созреют, тогда и ответят.

Вдруг Дримор с силой положил ложку на стол и пробасил с оживлением:

– Ведь это же круто! Я всегда хотел своей силой поиграть, всегда хотел показать всем на, что я способен. И это будет замечательная возможность. Я согласен. Теперь я вижу смысл в твоей магии, батя. Это по мне. Это же прекрасное приключение нас ждёт! Что скажете, братцы? Обдумали уже?

– Если мы увидим при этом весь мир, со всеми его гранями и загадками, а также интересностями, то я согласен, – ответил утвердительно Борн.

– Единодушно. Мне нравится то, что мы избранные. Ещё вчера мы были изгоями, а сейчас избранные. Моё самолюбие удовлетворено. – присоединился к общему решению о согласии учиться Лис.

– Чтобы нас не ждало впереди, какие испытания, я буду с вами до конца. Я не оставлю вас. Это не обычный процесс обучения, а из ряда вон выходящий случай, и вы не совсем обычные ученики. Учитель будет до конца со своими учениками. Я хочу пройти этот путь вместе с вами.

Было решено, что завтра начнут обучение. Старынин пояснил на какие этапы будет поделена учёба. Примерно год, до следующей весны, будут изучать философию, смыслы магии, истории из практики других магов, основные законы и заветы, идущие ещё от волхвов. Потом начнётся практика, так сказать работа в полях. И после этого экзамен. Старик пояснил, что им не стоит бояться экзамена. Он постарается за выделенный им период максимально подготовить ребят. Ведь самый главный экзамен будет не у него. Самый главный экзамен он с ними сам будет сдавать в гуще тех событий, которые их ждут впереди.

Глава 5. Обучение магии. Первый экзамен

Начался учебный процесс. Для ребят всё было новым: стиль обучения, подача информации, сами знания. Они не переставали удивляться тому как много всего в мире есть, и как мало они знали, да что они, их соплеменники и даже шаман обладали скудной информацией.

Старынин первые дни рассказывал, очень много о чём говорил. Он доносил им философию и смысл магии. Настолько много всего запоминать приходилось, что они попросили разделить на части обучение и проводить мини экзамены. Инициатором был Борн, Лис поддержал, а Дримор отмахнулся, сказав, что ему всё равно, так как пока у него голова пухнет от этого всего.

Договорились о том, что поделят темы между собой и каждый подготовится отдельно и перед всеми будет докладывать.

Отдельно стоит выделить получения навыка усвоения информации. У Старынина была большая библиотека, чтобы можно было воспользоваться книгами из неё, то необходимо было уметь читать. Откуда такое умение у парней с лесного племени? Так как у Старынина были ученики с разных уголков Светлого Мира, и не все были обучены грамоте, то он использовал тот же самый метод, который применил к нему его наставник.

Для этого он уединился сначала с Борном. Они ушли подальше от дома.

­– Всё, пришли. Здесь мы будем с тобой работать над твоим новым навыком. – Старынин, сбросил заплечную сумку и взял Борна за руку. – Делай то, что я тебе буду говорить. Сейчас три раза глубоко вдохни и медленно выдохни, выдох должен быть длинней вдоха. Выдыхай очень медленно.

Борн сделал три вдоха и выдоха.

– Так, хорошо. Нам важно сейчас настроиться. Твоя задача делать то, что я буду говорить, полностью расслабиться и абсолютно довериться мне. Не говори сейчас ничего до тех пор, пока я не разрешу. Если понял меня, то дай знать, медленно закрыв и открыв глаза.

Борн медленно опустил веки и также медленно их поднял.

– Смотри мне в глаза не отрываясь, старайся реже моргать. Идеально вообще не моргать, но это уже как получится. Слушай своё тело, почувствуй, как тепло разливается по нему. Оно входит из земли сначала в стопы, поднимется выше к голеням, разливается всё выше уже к бёдрам, постепенно переходит к животу, от живота к груди и в сердце. В сердце задержи это тепло, представь свечение, яркий столб света, проходящий через твоё сердце и исходящий вверх в макушке головы. Зафиксируй эти ощущения. Держи внимание на голове. Держи, держи. Теперь закрой глаза. Сейчас через мою руку пойдёт мощная энергия, твоя задача удержаться и потерпеть, пока будет идти процесс.

Тело Борна стало тяжёлым, он почувствовал, как налился каждый участок его тела чем-то объёмным, ему казалось, что он стал в несколько раз больше, он начал ощущать себя за гранью своего тела. Вдруг через руку, за которую держал его Старынин пошёл мощный поток. Он устремился с такой силой, что его распёрло ещё больше. Сначала обогнул всё тело, потом пошёл в сердце и начал наполнять его. Сердце ликовало, это было ощущение всеобъемлющей безусловной любви, оно настолько наполнилось этим чувством, что Борну на миг показалось, будто он парит над землёй. Задержавшись какое-то время в сердце, энергия устремилась в голову. И началось что-то невообразимое. Мозг словно раздувался, нагревался, его закрутило в вихре. Казалось, что он сейчас упадёт. Испугавшись, крепко схватился второй рукой за старика, продолжая смотреть ему в глаза немигающим взглядом. Но он не видел Старынина. Перед ним проносились видения, картинки, какие-то символы, он что-то вычерчивал рукой, в которой держал странный предмет, он видел предметы, в которых были картинки и уже знакомые ему символы. Он узнал через мгновение, что это книги и буквы с цифрами. Сначала это был какой-то набор непонятного, а потом всё постепенно складывалось в единую картину, в целостные знания. В какой-то момент всё потемнело, и он потерял сознание.

Тело Борна обмякло. Старынин бережно поддержал его, заботливо усадил и прислонил спиной к ближайшему дереву. Это была нормальная реакция, через такое проходили все. Оставалось только ждать, когда полученная информация распределится в голове по нужным отсекам мозга.

Загружалась первичная базовая информация, на основе которой потом будет проходить последующее обучение. Ребятам необходимо самостоятельно заниматься в библиотеке с книгами. Информация всегда лучше усваивается через чтение, вдумчивое, последовательное, с бумагой и карандашом в руках, чем при просмотре или прослушивании. Хотя запланированы и эти варианты.

Передать всю информацию, накопленную поколениями магов невозможно, потому что это очень опасно. Ни один человек, ни один мозг не выдержит такого огромного объёма, загружаемого одномоментно. Не было ещё ни одного ученика, который бы выдержал и не перегрузился при приёме первичной информации.

Пока Старынин размышлял об этом, Борн пришёл в себя. Из дум старика вывел вопрос парня:

– Что это было? Как долго я был без сознания?

– Как ты себя чувствуешь? Как твоя голова?

– Знаешь, Старынин, чувствую очень хорошо. Необычное ощущение наполненности, при этом лёкости. Голова же… Не знаю, как пояснить, но что-то другое чувствую, как-то понимаю иначе. Вроде бы моя голова, но уже не та. Словно всё упорядочено, спокойней и ровней стало.

– Ты наблюдай за собой первые несколько дней. Следи за своими восприятиями реакциями не то или иное событие, слово, действие. Готов идти обратно?

Старынин подал руку Борну и помог ему подняться.

– Фух, голова кружится. Подожди. – юноша ухватился за плечо старика. – Идём потихоньку, – махнул он рукой.

– Сегодня ничего не делай. Только отдыхай. Завтра проверим насколько качественно произошла загрузка. Дам тебе простую книгу, для начинающих. Сначала надо базу проверить, потом к серьёзным книгам перейдём.

Дримор и Лис с большим нетерпением ожидали их возвращения. Им было очень интересно узнать, что было, как прошло и какой результат. Они не знали для чего Борн, а уводил Старынин, предполагали разное. Волновались.

Увидев издали своего друга, они сразу заметили, что что-то с ним произошло. Не внешне, а внутренне. Борн как-то изменился, какая-то энергия исходила и проявлялась наружу. Это словно меняло его облик, взгляд, осанку, выражение лица. Они не сразу заметили за этими переменами его сильной усталости. Поняли это только, когда уже были близко друг от друга. Подхватив под руки, помогли дойти до хижины.

– Пусть сегодня отдохнёт, не отвлекайте его. Сами займитесь чем хотите. Я оставлю на столе книгу, пусть Борн завтра попробует с ней поработать. Он, взяв её в руки поймёт, что надо делать. Мне надо уйти, уединиться и восстановить силы. Меня не будет несколько дней. Вы на хозяйстве.

– Почему ты уходить, – поинтересовался Лис, – мы не будем тебе мешать, восстанавливайся как тебе надо и сколько надо.

– Мне надо побыть в своей ауре. Важно чтобы рядом с моим биополем не было никого рядом. То, что я делал, требует больших энергетических затрат. Магия – это ресурс, он расходуется, и требуется восстановление сил, накопление новой энергии. Есть практики не сильно энергозатратные, е есть такие, как сегодня делал. Мне ещё с вами ребятушки, работать, мне нужны силы будут. Никогда ещё с тремя не работал. Обычно один ученик. Так что для меня это тоже испытание. Ну, всё давайте, я пошёл.

– А поесть, еды с собой возьми, – воскликнул Лис.

Старынин только отмахнулся. Подошёл к колодцу, отпил воды из кружки и пошёл в сторону леса.

– Вот так дела, – почесал затылок Дримор.

– Ума не приложу, что у них там было. Но скоро сам узнаю. Завтра увидим, что Борн делать с книгой будем и заодно расспросим его.

– Чем займёмся? Скучно так сидеть без дела. Идём на реку сходим, рыбы наловим что ли.

– А Борн?

– Ему всё равно отдыхать надо. Он настолько обессиленный, что до завтра спать будет.

Ребята взяли в сарае снасти и пошли к реке. За рыбной ловлей день прошёл незаметно. Поклёвка была средняя. Наловили достаточно, чтобы было что поесть дня три. Назад возвращались довольные уловом.

Но, не смотря на удачную рыбалку, распирало любопытство. Время от времени их разговор возвращался к обсуждению увиденного и загадочного происшествия.

Утром Борн проснулся первым. Голова была ясная, силы в теле словно прибавилось. И были новые ощущения, их сложно было ему понять. Восприятие всего окружающего было какое-то другое, но какое он не мог понять. Хоть оно было и не понятное, но нравилось ему, не вызывало отторжения.

Поднявшись со скамьи пошёл на улицу, ему захотелось сделать зарядку для тела. Выходя из дома, стукнул дверью, разбудив друзей. Они подскочили и за ним.

– Ну, ну, рассказывай, – весь на эмоциях был Дримор.

– Не томи уже, нам же интересно, – поддержал Лис.

Борн рассказал о том, что было вчера, о своих ощущениях и пережитых состояниях. Его распирали эмоции и рассказ получился насыщенным. Приятели слушали его раскрыв рты. То, что они слышали, выходило за рамки их понимания. Лис с нетерпением ждал, когда с ним такое же проделает Старынин, ему жутко хотелось пережить такой же опыт. Дримор удивлялся тому, что какое-то действие, без прикладывания физических усилий отняло столько сил у Борна и ещё больше сил у Старынина.

– А где наш учитель? – спросил Борн.

Ребята рассказали ему о том, что он ушёл, что его не будет несколько дней. В очередной раз удивились тому, что столько сил потрачено, что надо уединиться и восстанавливаться.

– Да, он много сил передал. Вы не представляете насколько меня распирало от полученной энергии. Меня словно стало сначала двое, а потом трое. Я до сих пор не ощущаю себя в своих прежних размерах. Понимаю, что тело не изменилось, а вот мои ощущения другие по восприятию себя.

– Кстати, батя сказал, что на столе оставил тебе, – Дримор взлохматил волосы на голове. – Забыл как называется. Лис, ты помнишь?

– Кажется, книгу.

– Книгу? – спросил Борн.

– Да. Он сказал, чтобы ты с ней поработал. Взяв её в руки, ты поймёшь, что надо делать.

Борн устремился в дом, увидел на столе тонкую зелёную книгу. С трепетом взял её в руки, понюхал и прижал к груди. Друзья переглянулись, обоим было удивительно это действие.

Борн открыл книгу на первой странице и понял, что ему ясно то, что там изображено символами. Он начал читать вслух. У Дримора вытянулась шея, он повернул его, как индюк и посмотрел на Лиса, тот в свою очередь подошёл к Борну и заглянул в книгу. Там были какие-то знаки, закорлючки.

– Ты разговариваешь с этим предметом? – спросил Лис.

– Нет я читаю то, что там написано.

– Что такое читаю? Поясни.

– Произношу вслух то, что там написано. Эти символы называются буквами, вот смотрите, есть ещё и цифры. Они придуманы был для того, чтобы можно было сохранять знания и опыт поколений. Так проще их передавать. У нас в племени вслух в качестве легенд и преданий обычно передавалась информация. Но письменность, основанная на этих символах, буквах, позволяет сохранять информацию в книгах, как эта или в ещё больших, и уместить в них можно намного больше знаний. Это практические знания и размышления, поучительные истории, даже есть развлекательные.

В беседах ребята провели несколько дней, Борн за это время много успел рассказать, каждой историей удивляя друзей. Но после возвращения Старынина каждый из ребят получил тоже базовую загрузку информации и сами они уже всё это тоже знали. Лис пошёл вторым, а Дримор, хоть и было ему очень интересно, решил оттянуть процесс загрузки. Его пугало то, что это отнимает так много сил, он трусил оказаться в положении слабого. И потом он был сильно удивлён, что и его такого сильного подкосило. Тоже отсыпался до следующего дня.

Старынин каждый раз уходил для набора сил, и каждый раз возвращался бодрым, словно ничего и не было. Это восхищало ребят, но в тоже время и настораживало. Для них стало уроком, что магия не является игрушкой, и нельзя просто так взять и что-то магическое сделать, нужно учитывать, что у тебя будет потеря энергии, и что ты можешь стать в этот момент уязвимым. Настолько уязвимым, что и на физическое сопротивление будешь не способен.

Загрузив базовые знания, Старынин начал занятия. Он пояснил им философию и смысл магии, рассказал о возникновении традиции, пояснил о различии силы и магии, а также о силе слова. Пройдя этот этап обучения назначили день экзамена. Было выделена для каждого тема и время на самостоятельное обучение.

На этом этапе учились по книгам в основном, но одно занятие было с визуализацией. Это был очень интересный урок, что ребята попросили ещё.

– Будет, будет ещё, но позже. У нас много будет разного интересного и для вас незнакомого.

Чтобы показать картины прошлого Старынин вышел на центр двора, сложил руки ладонями друг к другу и прижил их к лицу, при этом закрыв глаза. Видно было, что он сосредоточился внутри себя и начинает закручивать энергии. Постепенно впереди него стал сгущаться воздух, он становился плотней и плотней, и так до тех пор, что сквозь него не стало ничего видно.

Делали это вечером, когда солнце уже садилось. Как только Старынин закончил уплотнять воздух, солнце скрылось. Но вдруг стало снова светло. Это засветился участок уплотнённого Старынином воздуха.

Парни от удивления раскрыли рты. Этот свет из сплошного превратился в набор картинок. Каждую картинку Старынин сопровождал рассказом. В тот вечер он рассказывал им про волхвов. Подтвердилось то, о чём говорил Борн, когда отвечал на вопрос о магии в самый первый их разговор.

Весь процесс обучения восхищал, и предстоящие экзамены не пугали, потому что было очевидно отличие от того, что было в их племени. Там старались их напугать, надавить на них, а здесь с любовью и терпением передавали знания, да ещё разными зрелищными способами.

Темы экзамена распределили следующим образом. Борн будет рассказывать про смыслы и философию магии, про её зарождение, возможности и ограничения. Лис будет отвечать про обряды и практики, их воздействие на мага и окружающих, про технику безопасности и уместность применения или отстранения. Дримору досталась тема силы в магии, и сравнение и отличие с обычным физическим пониманием, а также как магия влияет на масштаб личности.

Ребята набрали в библиотеке подходящие книги. Изучали самостоятельно, и каждый в конце дня делился тем, что прочёл, зачитывал свои заметки. Старынин потом каждому давал обратную связь, подсказывал, что ещё изучить, что верно усвоено, а где не совсем корректно и к чему может привести искажение этой информации.

За три дня до экзамена Старынин предоставил своим ученикам выходные дни. Каждый волен был делать, что ему хочется. Можно было отдохнуть, но никто не стал этого делать, каждый занимался. Лис завёл себе записную книжку и выписывал в неё про обряды информацию. Дримор последовал его примеру, но только у него ещё и зарисовки были. При этом раскрылся талант рисовать, просмотрев книги, он по памяти перерисовывал растения. Борн ничего не записывал, как всегда верил в свою память. Да и тема у него была такая, что он увлечённо изучал и легко запоминал, как детали, так и общее.

Утро в день экзамена было торжественным. Старынин поднялся раньше всех, украсил беседку, приготовил парням новые одежды. Они были не из шкур, как их личные, а из материи. Эта одежда висела отдельно около беседки. Приготовил вкусный завтрак.

Парням всю ночь снилось, как они сдают экзамен. Лису ужастик, словно он не сдал, и его скормили злым ящерам, Борн всю ночь сдавал, сдавал, и ему казалось словно он никак не может до конца правильно сформулировать мысли при ответе на простую тему. Дримор спал сначала безмятежно, а под утро неожиданно резко проснулся, осмотрелся, увидел, что парни спят ещё, а старика нет, и вышел на улицу.

– Доброе утро, Дримор. Чего не спишь? Ещё время есть.

– Не знаю. Что-то резко проснулся. О, что это ты развесил какую-то одежду? Это для нас?

– Для тех, кто сдаст этот экзамен. Я вывесил сразу три, потому что верю в каждого из вас. Тот, кто усвоил тему и нам расскажет всё верно, будет носить уже эту одежду, пока ему скидывать свои шкуры.

Дримор осматривал и щупал одеяния, причмокивая губами, и выражая звуками удовольствие.

– Какая замечательная вещь. Мягкая и приятная на ощупь. Я хочу такое носить.

– Постарайся тогда.

– Обязательно. Вот увидишь. Пошёл парней будить.

– Не торопись. Побудь в тишине, наедине с собой и своими мыслями. Вспомни чему я учил. Не поддавайся импульсу. Сила мага в его внутреннем настрое.

– Так ведь я же не магию применять буду.

– Стоп, подожди. С малого начинается большое. Маг навсегда, а не только при применении магической силы. Внутреннее состояние всегда должно быть, его важно тренировать, выдерживать. Ты же помнишь, что сегодня день экзамена? Вот и следуй правилам магии. Понимаю, что это не твоя тема, а Борна, но это не говорит о том, что тебе надо нарушать философию.

Старынин создал атмосферу поддержки с самого первого дня, рядом с ним было очень комфортно находиться. Не хотелось даже на минуту отходить от него. Ребята, общаясь между собой пришли к единому мнению, что они могут охарактеризовать своего учителя, как человека, ведущего в светлое будущее. Ему верили, и чем больше с ним общались, чем больше узнавали из его библиотеки, тем больше было веры. Сколько раз они допускали ошибки и ни разу не было порицания, упрёка или возмущения. Всегда только поддержка, любое замечание не воспринималось, как оскорбление. Всегда это было мягко, но в тоже время непререкаемо. Учитель способе найти ключик к каждому, он очень сильно влияет на каждого из них и на всех вместе. Он стал для парней примером, они учились у него тому как направить свою внутреннюю силу в правильное русло.

В день экзамена у каждого из ребят было внутреннее волнение, но оно было больше из–за того насколько они сами перед собой справились, смогли достичь того, что сами от себя ожидали. Они понимали, верили, что не будет изгнания, не будет наказания никакого.

Старынин поприветствовал парней, произнёс торжественную речь, и объявил день экзаменов открытым. Объявил очерёдность выступлений и передал слово Борну:

– Расскажи нам про зарождение магии.

Немного волнуясь, Борн начал отвечать на вопрос:

– Как я и представлял изначально, так и оказалось на самом деле – ранее существовали волхвы. Это была особая каста людей, живших одновременно, как со всеми, так и отдельно от всех. Они осознанно держались на некотором удалении, так как понимали и видели многое, знали почему происходящее вообще имеет смысл. Их действия всегда были выверены и осознаны. Они несли на себе огромное бремя больших знаний и умений. Это им было передано свыше, они представители и помощники Высших Сил на земле.

Волхв не был тем, кто использует магию ради эффекта. Его роль заключалась в ином. Он воспринимался как носитель знания о мире, о связи человека с землёй, родом и силами, которые лежат за пределами обычного восприятия. Волхв никогда не стремился показывать силу. Любое вмешательство рассматривалось как потенциально опасное. И это правило до сих пор осталось в магии основополагающим.

Сейчас ситуация такова, что произошло деление на условные две ветви. Первая ветвь. В каждом племени непременно есть те, кто совершает обряды и ритуалы. Когда только от волхвов к обычным людям попали знания, то они не были поделены так, как сейчас на шаманов, жрецов, колдунов и магов. Вторая ветвь маги – прямые последователи волхвов.

Изначально занимались практиками старейшины, главные охотники, но со временем появился отдельный слой людей, проходивших специальную подготовку. Такими людьми могли стать особые люди. Они обладали не только особыми знаниями, но и некоторыми психологическими особенностями.

Эти люди проходили тоже испытания, и они были более сложными, чем посвящение в охотники. В каждом направлении, в каждом племени были свои обряды, правила, но цель у всех была одинаковой – будущему шаману важно научиться погружаться с транс, что облегчает общение с духами и параллельными мирами. Не всегда обычный человек, пусть даже и способный может войти в подобное состояние, и несколько племён нашли решение. Использование атрибутов вроде шумных музыкальных инструментов, ритмичные повторяющиеся движения, применение особых растений.

Они гипнотизируют, воздействуют на психику человека, приносили жертвы для ублажения духов. Варианты ритуалов и обрядов, которые совершало большинство шаманов, разные, но можно выделить основные вроде охотничьих, очищающих, поклонения и проявление уважения с любовью духам.

Маги были не из племён. Они учились всегда отдельно, они сами умели нарабатывать новые опыты, новые практики, новые трюки. Они никогда не помогали себе атрибутами уровня шаманов. У них были свои артефакты. И сейчас их могут использовать, но не всем они доступны. Это избранные. Артефакты заранее созданы Высшими Силами, хранятся в тайных местах и тщательно охраняются. Если шаман не несёт потери потенциала после своих обрядов, то магу важно учитывать свой объём потенциала и контролировать его во время совершения магических действий.

Как ты, Старынин, расходовал много энергии при передаче нам знаний из Магической Базы, так и мы потратили много сил при приёме. Если уйти в перерасход, то придётся становиться на паузу. Но, что самое интересное, есть одна определённая особенность, если грозит смертельная опасность, и маг становится на защиту, то у него включается усиленный потенциал, открываются Высшие Источники и он может длительно применять магию без потери своих сил и энергии. Но только если это на благо.

Так было не всегда. В истории есть печальная страница, когда маги сошлись в битве.

– Давай об этом позже, – остановил Борна Старынин. – сейчас расскажи нам о том какая философия магии.

– Хорошо, я понял. Сейчас тогда перейду к философии. Ценность любого магического действия не в демонстрации возможностей, а в понимании того, почему происходящее вообще имеет смысл и какими будут последствия. Маг видит каждую деталь, он сначала учится предугадывать, потом предвидеть, а после прокачивается навык ясновидения.

Любое воздействие имеет предел допустимого, вмешиваться нельзя без крайней необходимости.

Магия ближе к природе, всё вокруг пропитано энергией, маг умеет видеть и чувствовать эти энергии, а также использовать их. Он как бы пропускает их через себя, вбирает в себя. Магу важно часто быть на природе, в лесу, в горах, у водоёмов. Там и только там он заряжается. Важно посещать места силы, чтобы перезарядиться, написаться, восстановиться после совершения магических действий.

Но из всего, что относится к философии магии я бы выделил способность включаться в реальность. Обычный человек отличается тем, что его мысли могут соответствовать тому, что на самом деле, то есть действительности. Эти мысли будут истинными. Но могут быть противоречивыми по отношению к реальности. Это ошибочные мысли.

Маг не может себе позволить неправильные мысли. Я понял для себя, что много мыслей неправильных не отличить от правильных. Иногда сходство такое большое, что трудно заметить ошибку. Я благодарен тебе, Старынин, что ты нас учишь наблюдательности и вниманию, а точнее тому, куда оно направлено. Сделал выводы, что это выработает в нас способность видеть различие между неправильными и правильными мыслями. Важную роль играет то, куда направлено внимание мага.

Эмоции мага – тоже важная составляющая. Если нам ним властвуют они, тогда появляется заинтересованность, а это влечёт за собой желание доказать свою правоту или сделать то, в чём считаешь себя правым. Из–за этого внутри будет распирать сильное возбуждение, что маг перестанет контролировать себя, и не будет думать о последствия. И тогда можно наделать непоправимых бед. Ведь под силой эмоций человек видит в искажённом свете всё, правильно может показаться неправильным и наоборот.

– Я думаю, что достаточно, остановил Борна Старынин. – Предлагаю перейти к вопросам. Ребята, только о философии магии спрашиваем. Давайте я первый, а потом вы.

– Интересный поворот событий, – удивился Дримор. – Я к такому не был морально готов.

– Вот и подготовишься пока до тебя очередь дойдёт, – улыбнулся старик. – Итак, Борн, для чего ещё внимание и как его тренировать?

– Гм, я тоже не был к такому готов. Но это даже и лучше. Маг должен уметь в любой ситуации быть собранным и, раз уж мы говорим про внимание, оставаться сконцентрированным на происходящем с ним в моменте, а не разочаровываться или радоваться. Всё это можно сделать после, если уж сильно невтерпёж. На счёт внимания. Если уметь направлять весь свой фокус на нужный, правильный объект, и не терять концентрации с него, тогда это позволяет видеть все связи с им, не отвлекаться на второстепенное. Таким образом маг присутствует в правильной реальности, его не сбивает ничего. Магу очень важно правильно выбирать объект внимания, выделять смысл на основе связей и удерживать это внимание до конца процесса или действия.

– Хорошо. Принимаю ответ. Кто хочет задать вопрос? – повернулся к Лису и Дримору Старынин.

Дримор отвёл взгляд, ему не хотелось подставлять друга, он не могу ещё, как Борн настроиться на процесс и его внутри одолевало волнение. Ему казалось, что если он сейчас будет задавать сложные вопросы, то потом и ему также зададут что-то эдакое каверзное.

– Давайте я, – сказал Лис. – Борн, что ты скажешь на счёт слова, обычного слова?

– У мага, настоящего, полностью прошедшего посвящение, нет обычных слов. – Начал отвечать другу Борн. – Слово, произнесённое магом, начинает жить собственною жизнью. Выпорхнув на волю, оно начинает менять реальность. Так как маг является проводником и носителем сильных энергий, то каждое его слово имеет большую силу и влияние, поэтому реальность будет меняться быстрее обычного. Она может измениться безвозвратно в один миг, буквально после произнесения слова.

– Похвально, – поаплодировал Старынин. – Лис, ты получил ответ на свой вопрос.

– Да, мне очень понравился ответ. Я сам последние дни об этом размышляю всё больше и больше.

– Дримор, ты не надумал задать вопрос, – уточнил Лис.

– Нет, не знаю, что спросить. Мне пока такие высшие материи не доступны. Вы же знаете, что мне бы о приземлённом, о еде, например. Я бы уже перерыв устроил.

– Не, ну ты даёшь, мы же только что позавтракали, – рассмеялся Лис.

Дримор только развёл руками и отвернулся, сделав вид, что обиделся.

– Можно тогда я ещё один вопрос задам? – посмотрел Лис на Старынина, и не дожидаясь ответа, обратился к Борну. – Допустима ли случайность в деятельности мага?

– Нет, – резко ответил Борн. – Ни в коем случае. Нельзя допускать ни внешнюю, ни внутреннюю случайности. Это обычный человек может жить полутонами и быть непоследовательным в своих поступках, а магу важно усиливать свой внутренний стержень, и быть во всём последовательным и предусмотрительным. Всегда важно думать о последствиях. Это всё делает мага цельным, но в тоже самое время неудобным, потому что он становится собой, собой настоящим.

– Отлично. Давайте теперь перейдём ко второму вопросу. Расскажи нам про смыслы магии, – предложил закончить с первым вопросом Старынин.

– На самом деле мне сложно разделить философию и смыслы. Но я попробую сформулировать. Я бы выделил три смысла. Первый заключается в том, что магия не усиливающий ресурс, она может, наоборот изнашивать, если не соблюдать меру в магических применениях. Второй о сознательном выборе действия или бездействия. Так как маг видит последствия, а ему нельзя их не видеть, важно эту способность развивать в себе, то понимая, что итог может быть хуже, чем проблема, то он не будет действовать. Маг также несёт ответственность не только в действии, но и в бездействии. Иногда это может привести к плохим последствиям. Третье – магия увеличивает масштаб личности, и это проявляется в виде увеличения того, что внутри. Если грязь, то она растёт, если свет, то человек становится ярче. Магия вытаскивает наружу все страхи, комплексы. И вот это всё приводит только к двум финалам. Либо человек ломается, либо он растёт. Главное в любом действии или бездействии внутренний мотив.

– Можно я задам вопрос, – обратился к Старынину Дримор.

– Конечно, Дриморушка, спрашивай.

– Ты сказал про последствия от действий или бездействия. Какие они будут и для кого? Последствия будут для всех, но больше всего для мага. Если он часто будет косячить, тогда он может лишиться своего дара и силы, также тело его начнёт разрушаться через болезни, которые сложно или невозможно будет излечить. Раньше такого не было, но после Войны Магов, которая разделила людей на Миры, Высшие Силы внесли изменения в правила жизни. По крайней мере в нашем Светлом Мире это так. Как в Тёмном не знаю. Хотя было бы интересно узнать.

Старынин при этих словах Борна внутренне напрягся, но сдержался. С языка в первый миг чуть не слетело откровение. Но магу важно держать внимание на происходящем здесь и сейчас, и он быстро вернулся в своё обычное состояние. Он задал следующий вопрос.

– Давай перейдём к мотиву, ты уже начал про него. У каждого действия должен быть мотив. Расскажи нам про это.

– Да, давайте. Продолжу. Я сразу про мотив и сомнения скажу. Если маг выберет неправильный мотив, то он может стать разрушителя, тем, кто всегда прав, даже стать фанатиком. Это приведёт к потере способности сомневаться. Сомнение же должно быть частью пути мага. При этом важно, чтобы сомнение было не в себе, а в своём мотиве. Это как техника безопасности перед любым магическим действием. Маг обязательно задаёт себе два вопроса: «Нужно ли это?» и «К чему это приведёт?».

Старынин поднялся, снял с верёвки один комплект одежды, подошёл с ним к Борну и с уважением вручил со словами:

– Теперь это твоя новая одежда. Ты достоин носить её. Иди в избу переоденься и выходи к нам в новом одеянии.

Борн растрогался. С почтением взял одежду и удалился.

– Как тебе идёт, Борн, – радостно воскликнул Дримор, когда друг вышел из дома. – Лис, смотри, ка кон сразу преобразился. Ему так даже лучше.

Друзья обрадовались за Борна. Они обхаживали его, просили покрутиться.

– Вот наш шаман обзавидовался бы при виде тебя, – съязвил Лис.

– Лис, помнишь про слова и мотив действий? – спросил Борн.

– Да, прости, я не прав. Учусь ещё. Постараюсь не поступать так впредь. Старынин, я тоже хочу такую одежду. Да поскорей. Давай я буду рассказывать по своей теме.

– Давай, – улыбнулся старик. – Расскажи нам о правилах, которых надо придерживаться для совершения обрядов.

– Здесь я могу продолжить тему Борна про внимательность. При проведении любого обряда, любой магической практики важно какой внутреннее состояние мага. Получается, если он внимание своё направил на неверные мысли, потерял концентрацию, был раздражённым, у него возникнет желания побыстрей закрыть вопрос. Мотив уже получается неправильный. Он не ситуацию решать будет, а будет стараться побыстрей закончить. Произойдёт подмена целей, а это неизбежно приведёт к подмене результата. Перед началом любого обряда, ритуала всегда надо задавать себе вопрос: «Для чего я делаю это именно сейчас?». Если мотив не в гармонизации пространства, а в желании избавиться от дискомфорта, то остановиться. Мне запомнились две истории, которые в качестве примера подходят.

Первая история. Один начинающий маг проводил обряд очищения пространства, но результат оказался неожиданным. Вместо ощущения очищения в пространстве, стало всё ещё более напряжённым. У него усилилась тревога, сон стал беспокойным и появилось ощущение давления. Тогда, в тот момент, он пришёл к пониманию, что не очистил пространство, а усилил уже существующее состояние, пропустив через себя свою собственную раздражённость. Магическое воздействие транслирует внутреннее состояние выполняющего его мага.

Вторая история. Другой маг хотел поработать с артефактом. Это такой вспомогательный инструмент, который дополняет силу и существующий магический навык, или даёт новые способности. Он воспринимал этот артефакт в качестве источника силы. Он придал этому предмету слишком большое значение, всецело полагаясь на него, но без должной при этом собственной внимательности и внутренней собранности. Постепенно он начал замечать, что без этого артефакта начал чувствовать себя неуверенно, словно полностью раздетым в сильную жару или сильный мороз. Он потерял опору внутри себя, всё его внимание было направлено не вглубь себя, а на этот предмет. Ему больше значимости придавалось. Осознав это, он начинает разрывает эту свою внутреннюю связь, но процесс был болезненным. Но всё же тот маг сознательно отказался от использования предмета на длительное время. Период отказа сопровождался тревогой, сомнениями в себе, внутренней эмоциональной пустотой. Но это дало ему то, что, но заново выстроил контакт с собой. В любом обряде, ритуале, магическом воздействии нельзя перекладывать ответственность на внешний объект, только внутреннее состояние мага, его мотивация и концентрация.

– Ответ принят. Ты нам рассказал про начинающих магов, а что ты скажешь про учеников. Что вам важно знать, понимать и как действовать? – задал второй вопрос Старынин.

– Прежде всего нам важно усвоить, что начинать магические пасы рано, не стоит торопиться. Сейчас наша основная задача у каждого – это быть честным с самим собой, работать над своим вниманием и телом. Тело никогда не врёт, его надо научиться слушать. Таким образом мы возвращаемся к реальности, мы слышим природу, слышим себя, и принимаем решение не через эмоции, а через состояние осознанности. То есть магия, и любые магические обряды и воздействия начинаются с нас. Уже на бытовом уровне это проявляется. Я заметил, что вхожу в новое пространство по-другому, слушаю по-другому, реагирую на отказ, а иногда и не реагирую, я даже молчать стал совсем иначе. Это стало какое-то глубокое молчание, а не просто пустая тишина.

– Эх, думать я тоже стал по-другому, а вот тишина меня гнетёт, - вздохнул Дримор. – Не понимаю я пока зачем нам это всё. Есть сила, есть внимание, но слушать себя, своё тело! Что я там не слышал? Как разговаривают мои мышцы?

– Дримор, вот важно ещё научиться не спорить, когда что-то задевает, выдерживать паузу, воспринимать слова или ситуацию не как обиду, а как урок – ответил Лис.

– Да, понимаю иногда я это, но не совсем. Сейчас понимаю, а потом не понимаю. Меня качает, как простого человека, о котором Борн говорил.

– Ты же ещё и есть человек. Это нормально. Мы только учимся – поддержал друга Борн.

– Так, давайте я тогда уточню, а вы мне поясните, если я не прав. То есть, чтобы мне стать магом снаружи, мне надо стать магом внутри? Перестать спорить со всеми и с собой тоже?

– Можно сказать и так. Нам важно это для того, чтобы наши действия уже в роли магов не получались пустыми, чтобы мы не делали обряды ради действия, которое может потом привести совсем не к тому, что ожидали – ответил другу Лис.

– Молодцы, ребята. Хороший диалог получился у вас. Вот и Дримор включился в процесс, а вы вдвоём дали осмысленные ответы. Предлагаю задать Лису ещё вопросы. Кто готов?

Дримора было не остановить в этот раз:

– Тогда расскажи нам как часто можно совершать обряды?

– Это не повседневная практика. Любой магический ритуал связан с переходом из одного состояния в другое, он отнимает силы и энергию. Это порой может быть тяжёло. Поэтому и требуется время на восстановление. Если же войти в процесс без внутренней готовности, то это разрушит мага.

Борн попросил рассказать про простые обряды, какие шаманы могут применять, отойти от темы их магии, той, что они сейчас изучают.

– Давайте расскажу вам про тукунов-целителей и ритуал паломничества на гору Аймань.

Все согласно кивнули. Дримор не удержался и взял со стола вкусняшки, которые заранее подготовил Старынин. Он так аппетитно стал жевать, что остальные тоже последовали его примеру. Лис начал свой рассказ с набитым ртом.

– На одном острове живёт племя потомственных целителей. Их лечебные ритуалы помогают излечиться не только соплеменникам, но и гостям острова. К ним специально приплывают с соседних островов. Ритуал проводится ночью. У врачевателя специальное одеяние. Тукун надевает на себя очень большую шаль, волосы в какую-то сложную причёску укладывает, украсив её бусами. Ритуал длится три дня. Сначала тукун начинает исполнять ритуальный танец один, потом к нему присоединяются соплеменники, всё племя. После этого на костре готовят отвар из специальных трав. При этом главный тукун продолжает танцевать. Его помощник выливает готовое питьё в специальную чашу и накрывает белой тканью, обязательно именно белой, и оставляет настаиваться. Это всё делают после того, как главный тукун падает обессиленным. Когда отвар настоится, то его дают больному. Завершение ритуала проходит на качелях. Сначала качают больного, потом членов его семьи, после всех соплеменников. Иногда может на качели сесть главный тукун в своих традиционных одеждах. Это помогает больному полностью выздороветь.

И про паломничество. В Горном Царстве есть гора Аймань. У жителей тех мест она считается священной. На этой горе первый из магов получил магические силу и знания. Камни с этой горы обладают магической силой. Они напитывают магов. На ней несколько сакральных мест. Маги периодически прибывают на гору, чтобы написаться от неё силой. Говорят, что хватает надолго такого паломничества. Года два, а то и три держится полученный заряд, для восстановления после магических воздействий требуется меньше времени, чем обычно. Так влияет гора. В каждом магическом месте горы, маги останавливаются и совершают специальные ритуалы.

– Расскажи нам историю про первого мага. Как так получилось, что он пошёл на эту гору? И это будет последний вопрос к тебе, Лис. – сказал Старынин.

– О это интересная и магическая история. Она мне напоминает то, как ты нас звал, когда в моей голове звучал твой голос. Имя у того человека было Зеня Молодой. Родился он в Степном Царстве, но, примерно в возрасте тридцати или тридцати пяти лет, переехал в Горное Царство. И периодически ему стал сниться сон, что он на какой-то горе. В ней наверху углубление. И он там что-то делает, закладывает какое-то строение. Периодически во сне, с разными временными интервалами, он снова там оказывался. И вспоминал в том же сне, что ранее здесь уже был, что делал что-то, но не помнит на чём остановился. И думал о том, что надо записывать все события. И так каждый раз. Что самое примечательное, то первое время он не помнил эти свои сны. Но как-то раз он не забыл, и утром помнил свой сон, причём помнил, что это не первое его посещение во сне той горы. Через какое-то время ему снова снится это место, но там уже большое прозрачное здание, много света из его окон. Зеню Молодого сопровождает мужчина в белом длинном одеянии до земли. Водит его, показывает всё и говорит: «Ты перешёл на новый уровень. Теперь это твоё место». Зеня Молодой на стал ничего говорить, но подумал о том, что это же он закладывал его изначально. Через какое-то время он в беседе с одним из стариков узнаёт про священную гору, на которую люди не ходят, так как она считается местом Богов. Но описание некоторое горе той дал. И в этом описании было много схожего с тем, что во снах своих он видел. Долго решался, долго собирался, но всё же пошёл в поход на эту гору. Там с ним потом произошло то, что он не ожидал. Он наслаждался присутствием на горе, дул сильный ветер, но пи этом он не сбивал его с ног, а ласкал. Он решил разжечь костёр и почитать молитвы. Сам не понял, как погрузился в странное и неизвестное для него состояние, появились какие-то существа. Они танцевали, его вовлекли в свой круг. Потом проводили с ним ритуалы, после он почувствовал, что его чем-то наполняют. И он потерял сознание. Когда пришёл в себя, то вокруг не было никого. Но в голове его было много информации. Он не сразу осознал, что это, но после начал пробовать и использовать.

Мне это напомнило то, как ты, Старынин, нам передавал первичные знания.

– Да, совершенно верно. Это точно такой же ритуал. Только Зеля Молодой получил больше знаний чем вы. Как он это выдержал не знаю. Наверное, он был избранный. Ведь не зря же он переехал в то место, его гора позвала, а потом продолжала звать во снах. – ответил Старынин.

После этих слов он поднялся, снял второй комплект одежды и передал его Лису.

– Ты достоин носить эти одеяния. Иди в дом и переоденься.

Лис сиял от счастья. Он очень радовался. Ведь это был его первый признанный успех. Ещё недавно его изгнали из племени, а сейчас он удостоен награды. И от кого – от самого Старынина. В их племени не было ни одного человека, которого можно было бы с ним сравнить. Этот старик за короткий промежуток времени стал для Лиса и отцом, и дедом, и учителем.

– Дримор, теперь настала твоя очередь облачиться в новое. Ты готов? – посмотрел на друга сияющим взглядом Лис.

– Готов, готов. Не готов! Не уверен, что у меня получилось всё понять и запомнить. Я многое из изученного зазубрил, а внутри себя не могу пока принять. Вообще не понимаю зачем я вам, и в чём я избранный. Не вижу своих талантов и способностей в магии.

– Может ты просто не на то внимание своё направляешь? Помнишь, что под воздействием эмоций правильное может казаться неправильным и наоборот?

– Да, Дримор, я бы послушал Борна. – сказал Старынин. – Предлагаю тебе сейчас выполнить комплекс дыхательных упражнений, чтобы снять напряжение. Тебе где будет удобно, здесь или в другом месте?

– Я пойду на своё место за домом. Простите меня, но в этот раз я на месте Лиса. Схожу с дистанции. Но я не сдамся.

– Нет, ты мотив главное в голове держи. Что для тебя важней в этом экзамене: не проиграть, пройти ещё один этап и научиться фокусировке внимания на важном, при этом научиться выделять важное? Когда будешь выполнять дыхательные упражнения, то сначала останови все мысли, слушай только биение своего сердца, так твоё внимание сместится с твоих мыслей, а потом посиди подумай над основным мотивом. Если ты будешь не готов, то так прямо и скажи. Это не поражение, это шаг назад, чтобы научиться тому, как не надо делать, осмыслить. Давай, иди. Мы ждём тебя.

Дримор ушёл с понурым видом. Старынин пошёл в хижину, он решил пока заварить чай. Так как Дримор всегда успокаивается после еды, то к чаю сделал бутерброды. Борн и Лис в это время делились впечатлениями от того как они проживали экзамен, и высказывали веру в Дримора. Они понимали, что ему не просто. Он всегда был человек большой физической силы, а сейчас ему приходилось знакомиться с силой духа. Не того духа, который поддерживает в схватке с диким зверем, а того, который одолевает внутренние страхи и помогает одолеть тёмную сторону самого себя.

Дримор и Старынин вернулись почтит одновременно. Юноша выглядел спокойней, чем до ухода. Это обрадовало его друзей. Он молча сел за стол, поел бутербродов с чаем и сказал:

– Всё, я готов. Благодарен вам за еду. Это ещё больше успокоило меня в дополнение к дыханию. Я подумал над моим мотивом. Я не буду соревноваться и стараться победить друзей, я не буду побеждать себя. Я хочу найти свои сильные душевные качества, я усилю себя ими. Для этого я готов много изучать, а сейчас выдержать экзамен. Задавай, Старынин, свои вопросы.

Старик улыбнулся своей добродушной улыбкой, одобрительно кивнул и задал первый вопрос:

– Давай поговорим о силе и магии в сравнительном контексте. Вопрос задал в общих чертах, так как хочу, чтобы ты сам порассуждал.

– Ух, батя, ты как всегда, в своём стиле. Ладно, попробую. Раньше я думал, что магия – это мощь, что она придаёт ещё больше силы. Я про физическую силу сейчас. Думал, что придаёт больше выносливости, словно я становлюсь самым из самых. По факту же реальность такова, что магия – это порядок взаимодействия с миром, с энергиями, которыми он наполнен. Если со стороны посмотреть на мага, то кажется, что он силён, но на самом же деле сила работы с энергиями и артефактами даётся на время воздействия, а потом надо восстановиться. Есть только одно исключение. Когда грозит большая смертельная опасность всем и всему. Только тогда маг словно подключается к Вселенскому Источнику Энергии. Но в книгах об этом нет, и я так понимаю, что подобного случая не представлялось?

– Почему? А Война Магов? – сказал Борн.

– Да, точно ты прав. Там же они дрались друг с другом без остановки. И меня больше всего поразило то, что когда ты передал нам энергию знаний, то я дольше всех приходил в себя. Получается, что сильное тело не всегда означает, что маг сильный. Это меня и расстраивает на самом деле. Никак не могу свыкнуться с тем, что ребята обходят меня и я позади них. Да, я помню, что это только начало, и я сделал первые шаги. Но я очень хочу сразу всё получить, а не ждать столько. – в последних словах звучала печать.

– Не плачь, мой мальчик. – сказал Лис, погладив друга по голове.

Он так решил пошутить, и Дримор впервые не отреагировал, а спокойно посмотрел на Лиса. И сам этому удивился. Он отметил для себя, что это успех и воспрянул.

– Я готов дальше. Давайте расскажу, что делать, чтобы не было перекоса и не уходил маг в силу?

Старынин одобрительно кивнул.

– Понял это так для себя. Важно придумать для себя какое-то правило, определённый запрет или паузу. Это необходимо, чтобы не действовать в состоянии аффекта, чтобы сильная радость или злость не затмили ясный взгляд. Магическое воздействие не должно быть следствием эмоционального импульса. Действует маг с выдержкой, с небольшой паузой, при этом задавая себе вопрос о мотиве своих поступков и слов. Если хочет быть важным, то сразу остановка всех действий. Если видит, что приведёт к гармонии всех и всего задействованного – то действуй. Фух, вроде бы сформулировал.

– Да, Дримор, видишь не так и сложно. Ты напряжён так был изначально сегодня, словно в одиночку тебя запустили в прайд львов. – поддержал его Старынин.

– Нее, там бы я себя спокойнее чувствовал. Что ещё вам рассказать?

– Я, как самый слабый из вас физически хотел бы понять сопоставление слабости. Только уже не в контексте больших мышц и физической выносливости, а с точки зрения магии. – обратился со своим вопросом Лис.

– Давай попробую. Я сегодня как раз проявил слабость, так что мы с тобой побратались. Мне теперь есть, что рассказать. – рассмеялся Дримор. – Сегодня мне показалось на какое-то мгновение, что передо мной сильный и очень агрессивный враг, которого я не смогу одолеть. Этот враг – мой страх. Для того, чтобы разбежаться иногда надо попятиться. Получается, что я сегодня немного отступил, ушёл от вас на время, но это дало мне силы, и вот сейчас я перед вами выступаю, хотя мне с самого утра было жутко страшно.

– Помните, о том, что твёрдое сломается, а гибкое разогнётся? – напомнил Старынин.

– Да, и только сейчас я начинаю это понимать. Ещё осознал до конца, чтобы жить этим, но первое понимание начинает приходить. Ведь страх может парализовать, помешать верно для ситуации отреагировать. Особенно это важно для мага. Человек на самом деле слаб до тех пор, пока не догадается, что силён, пока не поймёт, как дать волю своей силе, как пустить её в ход. Сейчас вспомню, что в книге написано было. Так, кажется: «Воистину можно сказать, что тот силён, кто преодолел путь от детской слабости, что естественно, до духовной силы. При этом не важно физическое состояние человека.»

Получается, что слабость можно назвать недогадливостью. То есть человек не догадывается о своей силе духа, которая сильнее силы тела. И маг, понимая всё это, становится сильней. Но не такая сила, как я раньше себе представлял.

– Как думаете, ребята, – обратился Старынин к Борну и Лису, – достоит Дримор нового одеяния, справился о с своим внутренним врагом, смог сдать этот экзамен.

– Конечно!

– Безусловно!

Старынин снял третий комплект одежды и с уважением передал его Дримору, лицо которого сияло ярче луны в ясную ночь.

Глава 6. Обучение магии. Практические знания первого этапа

Первый этап обучения после сдачи экзаменов пошёл своим чередом. Он был насыщен событиями, разноплановыми уроками, встречами с интересными людьми, владеющими магическим ремеслом. Старынин устроил учёбу так увлекательно, что ребята с горящими глазами были всегда.

В процессе у каждого и них стали проявляться их глубинные способности, заложенные от рождения. Появились свои интересы, наклонности. Борн всё больше углублялся в вопросы масштаба и стратегии, его интересовали глобальные вопросы устройства взаимосвязи магических процессов, движения энергий не только в рамках участка воздействия мага, а именно как оно впоследствии откликается и трансформируется в целом во всё Свете, в поколениях. Он в библиотеке нашёл журналы с историями воздействий магов. Оказывается, ведётся учёт. Маг при этом не отчитывается, но есть специально обученные маги, которые занимаются мониторингом. Записывается вся историческая хронология: причина применения магии, мотив мага, что изменилось, какие последствия произошли. И через время, на протяжении трёх поколений отслеживается инерция того воздействия. Но, что самое интересное, эту информацию собирают, в библиотеке целый архив выделен, но никто не систематизирует и не проводит аналитику. Бор решил, что он посвятит свою жизнь составлению системы и итогового справочника причинно-следственных связей и последствий воздействий или бездействий.

Лис задался вопросом почему в мире существуют магические артефакты, кто их создал. Оказалось, что все артефакты передаются из поколения в поколение. Новое никто не создаёт. Только заклятия и практики новые. И у каждого мага со временем открываются свои способности, присущие только ему одному. В предыдущих поколениях такие способности тоже встречаются, у кого-то среди современников могут быть схожие, но всегда у каждого своего нюанса. И Лис донимал Старынина почему же не создают маги новых артефактов. Ведь они усиливают то, что есть. Они могут помогать магам и те не будут так расходовать свою энергию, или будет меньше времени уходить на восстановление. Решил он, что, когда станет более опытным посвятить себя конструированию подобных полезных вещиц.

Дримора по-настоящему увлекли растения. Он уходил в лес и по долгу изучал местность, где какое растение, засиживался в библиотеке и изучал, изучал без устали растительный мир. Первым делом, конечно, он изучил ядовитые и парализующие растения, потом противоядия, и позже принялся за лечебные. И ещё у него осталась прежняя страсть к оружию, и здесь он с Лисом тоже изучал всё про артефакты, оружие, которое маги применяют. Особенно очень вдумчиво изучил Войну Магов. В те времена изощрялись в искусстве умерщвления и постарались с изобретением смертоносного оружия. Он уточнил у Старынина есть ли где-то одно место, где всё оружие хранится с тех времён, но такого не было. Оно осталось, но разбросано по всему Свету. И Дримор решил создать музей тех времён, как напоминание и назидание для будущих поколений. В нём собрать коллекцию. И у него ещё появилась мысль создания современного оружия в связке с Лисом. Чтобы не просто артефакты были, но и оружие. Так как применяется и то, и другое. И лучше всего, чтобы они сочетались и гармонично подменяли друг друга, давая возможность магу быстро переключаться с одного на другое.

Событий было довольно много, всё же это был довольно насыщенный период, описать все будет не просто, но и пройти этот этап стороной не хочется. Выделим некоторые эпизоды.

Старынин созвал ребят и объявил им, что начинаются полевые вылазки. Будут на натуре практиковаться. Дал им три дня на сборы, рассказал, что и как надо подготовить, что взять с собой обязательно, а что по желанию. Им предстоит длительное путешествие. Именно после этого похода Дримор больше всего погрузится в изучение растений, так как они принесут с собой большой и разнообразный запас трав, кореньев, цветов и листьев деревьев. Не то, чтобы принесут. Что-то на самом деле принесли они, но у Старынина были в помощниках разные существа из лесной, степной и прочей братии, кто с крыльями, кто сухопутный, вот они и помогали.

Итак, через три дня вышли. Это было начало лета, буквально первые дни. И вернулись ближе к середине осени. Всё, что они передавали через гонцов, было аккуратно доставлено в хозяйство Старынина. Просушивал, ферментировал всё это в их отсутствие Леший с Полевиком.

Это были интересные ребята. Они умудрялись и по хозяйству хлопотать, и в своих владениях навести порядок, всё проверив тщательно в каждом уголке, и периодически наведываться к Старынину с компанией. При этом не только делами занимались, но и повеселиться не прочь были.

Первым делом наши путники изучили край болот, в котором жили, после вдоль и поперёк исходили леса и вышли к степям. О каждом из этих мест стоит рассказать отдельно.

– Что ж, ребята, мы с вами обитаем в краю болот. Здесь тихо и хорошо. Болота – это не только топь, по болотам можно ходить. В ближайших окрестностях вы уже ориентируетесь, я показал вам все тропы. Но, находясь в незнакомой местности важно суметь проложить маршрут. Будем с вами учиться этому, попутно изучая растительный мир.

Старынин увёл ребят далеко от хижины. Им было интересно. Это были новые, незнакомые им места. Поход по болотам был волнительным. Раньше они не захаживали так далеко в топкие места, потому что можно было остаться там навсегда, но старик так уверенно вёл их, рассказывал, показывал, что со временем они прониклись магией болот и им даже стало нравиться находиться там.

Болота очень красивы, они устланы разноцветными коврами мха. Когда же поднимается туман, то чудятся различные очертания, что будоражит мозг и щекочет нервы.

– Батя, расскажи, как же ты так безошибочно всегда находишь тропу, – спросил Дримор Старынина. – Я не перестаю удивляться тебе и твоим способностям. Или ты за триста лет жизни здесь уже всё исходил с предыдущими учениками, а нас теперь просто за нос водишь?

– Коротковат у тебя нос, чтобы за него водить. Был бы он у тебя, как у Лешего, тогда, да, можно было бы схватить и потянуть, – усмехнулся старик.

– Э, а Леших здесь причём? – услышали они знакомый трескучий голос. – Я тут им помогаю, а они меня за нос водить собрались.

– Раз пришёл, давай рассказывай вместо меня.

– О чём?

– Как о чём? Ты вопрос Дримора слышал? Или только от меня про свой нос?

– Что касается меня, то я про себя все разговоры в каждом укромном уголке всегда услышу, а про остальное нет. Что ты хочешь узнать, парень? – повернулся Леший к Дримору.

– Я не могу понять, как по болоту перемещаться грамотно, чтобы не утопнуть. Старынин так уверенно ходит, что мне кажется, словно он помнит все тропы. Не мудрено, ведь он триста лет здесь учеников водит.

– Всего то? Ты разве не видишь?

– Что я должен видеть?

– Болото оно само показывает путь, только нужно посмотреть. Вот, смотри, видно же, – и Леший указал рукой в нескольких направлениях. – Хочешь туда иди, хочешь в ту стороны. Видишь в тех направлениях, куда я показал?

– Не вижу я ничего! – начал злиться Дримор. – Снова ты за свои проказы?

– Нет же, я серьёзно. Хочешь я подсвечу тебе тропинки и сам пойду вперёд, а ты за мной? Идём.

Леший махнул руками в тех направлениях, куда показывал ранее, трескучим голосом произнёс короткое заклинание и появились тропы.

– Идём, – кивнул он Дирмору, и сам пошёл.

– Ребята, идёмте. – позвал Дримор друзей.

– Нет, мы здесь подождём. Нас Старынин ведёт, ему доверяем, а этому любителю забав не очень, – ответил Лис.

– Старынин, а ты? – обратился Дримор к учителю.

– Я нет, наш маршрут в другом направлении. Ты можешь прогуляться, если хочешь. Потом возвращайтесь к нам.

– Эх вы, – махнул рукой Дримор и пошёл за Лешим.

Старик и парни стояли и наблюдали. Леший так уверенно шёл по болоту, почти не продавливая мох, тяжёлый же Дримор погружался по щиколотку. Он бодро шагал всё дальше и дальше. Вдруг сзади они услышали лёгкий смешок, обернулись, а за спинами у них стоял Полевик. Они со Старынином переглянулись и улыбнулись.

Лис и Борн догадались, что сейчас может произойти что-то и не сговариваясь заорали другу:

– Стой, Дримор! Стой. А лучше по своим следам возвращайся скорей назад!

Но было уже поздно, тот провалился по пояс. На лице отразился испуг, он начал барахтаться, чем только сделал себе хуже и провалился ещё глубже, уже по пояс.

– Замри, не двигайся, – закричал Лис. – Шест, шест используй. Положи его на поверхность и просто удерживайся пока так.

– Успокойся, Лис. Маг всегда сохраняет спокойствие. Давай в моменте поймём, какая у нас сейчас мотивация, нужны ли наши действия или лучше бездействие. Посмотри на Старынины, он спокоен, даже улыбается слегка. Значит, он уверен, что исход будет положительным.

Лис обернулся и посмотрел на учителя, тот на самом деле был абсолютно спокоен.

– Ты, прав. Сейчас Дримор больше в своих эмоциях и не видит полноценно ситуацию, не слышит нас. Ему важно успокоиться, но наши подбадривания и подсказки не помогут.

Дримор тем временем, снова резко пошевелился и погрузился ещё ниже. Уже живот погрузился в тину. Он замер. И только сейчас вспомнил про шест в руке, положил его на поверхность болота и попробовал использовать, как опору, но сделал это неуклюже и снова оказался ещё глубже. Уже по грудь.

– Дно! Я наступил на что-то твёрдое! Кажется, дно! – радостно воскликнул Дримор.

– Ха-ха-ха! Что, голубчик, плохо тебя учили? Эй, Старынин, что ж это у тебя такой ученик? Элементарного не понимает. Сколько вы уже по болотам ходите?

– Неделю, бродим по этим болотам, чтоб им, – злобно ответил Дримор.

– Ну вот. – грустно выдохнул Леший. – Давай лапу, помогу.

Уже вечером, разбив лагерь обсуждали ситуацию. Старынин и Леший решили сделать разбор по мелочам, чтобы впредь подобных ошибок не допускали ребята.

– Мы с вами уже несколько дней ходим по болотам. Я вам показываю, рассказываю, указываю примеры и ориентиры. Для подстраховки у каждого из вас шест, хотя, как видите, я без него обхожусь. Потому что буквально несколько дней похода по болотам и появляется насмотренность, и отпадает надобность в шесте.

Леший присоединился к Старынину и задал свой вопрос:

– На каком болоте мы сейчас находимся?

– На вонючем, – ответил Дримор.

– В смысле на каком? – спросил Лис. – Болота они все одинаковые.

– Погодите, парни, возможно имелось ввиду низинное или верховое. Я верно понял твой вопрос, Леший?

– Да, ты правильно думаешь.

– Судя по тому, что здесь сплошной ковёр из мха-сфагнума, то это верховое.

– Вот. Молодец. Если это так, тогда что? – Леший посмотрел на Дримора.

Тот скривился и почесал затылок, потом взъерошил волосы на голове и зарычал:

– Ррр, ух я тебе бы дал, плут ты такой. Увлёк меня своим штучками в западню и не дал осмотреться. Я понял о чём ты – где можно смело идти, там всегда заметны изменения оттенка сфагнума.

– Урок усвоил. Молодец, хлопнул Леший по плечу Дримора и засмеялся своим скрипучим смехом.

– Нет, не усвоен, – коротко сказал Старынин.

Все устремили взгляды на него.

– Будущие маги подумайте, поразмышляйте в чём был важный урок сегодняшнего дня. Направьте своё внимание на истинное. Не смотрите на то, что на поверхности. Вы так сбиваетесь с верного пути. Мы пока попьём чай, а вы отойдите в сторонку и порассуждайте.

Юноши отошли в сторону и начался у них процесс обдумывания и обсуждения.

– Нет, я совсем не понимаю Старынина. Что может быть не на поверхности? – первым заговорил Дримор.

– Давайте подумаем, что сегодня у нас было. Я начну. – заговорил Борн. – Как обычно мы поднялись, пошли дальше в путь за Старынином. За завтраком он нам в очередной раз рассказал о том, что внутренний компас и состояние важны для мага, и чтобы мы на пути старались не обращать внимание на отвлекающие моменты, а концентрировались на своём внутреннем состоянии. Дальше мы шли молча, так как день был для перехода предназначен, никакие растения мы не собирали, местность не изучали, потому что всё основное сделали вчера, и сегодня к нам должны были примчать Леший и Полевик за очередной партией трав. Потом они пришли. Леший, как всегда сразу шуметь начал, и вы с ним как-то незаметно начали говорить про ориентирование на болотах. Дальше ты пошёл за ним и провалился. Может шёл не след в след.

- Я точно знаю, что ступал чётко по его следам. Они были идеальные и на затягивались сразу, как обычные. Не зря же он чудище лесное.

– Стойте, ребята. Не здесь ли кроется загадка. Сейчас я кое-что проверю и вернусь. – Лис резко поднялся и ушёл.

– Чего это ты так быстро явился? – проскрипел голос Лешего. – Уже нашли ответ на вопрос своего учителя?

– Леший, у меня к тебе есть секретный разговор. Ты же любишь секреты?

– Конечно, люблю.

– Тогда идём немного прогуляемся.

Лис взял под руку Лешего и повёл его в сторону болота. Когда они подошли к самой кромке болота, отойдя уже на хорошее расстояние от места стоянки, то юноша начал рассказывать о том, что он тоже хотел бы научиться слышать в каждом уголке, как Леший, но не хочет никому об этом рассказывать.

– Понимаешь, насколько, я знаю, то ты один так слушать умеешь. – потешил самолюбие Лешего Лис.

Тот весь выпрямился, принял гордую осанку, и задрал к верху голову.

– Да, я один такой во всём Свете. И ты хочешь. Чтобы я тебя научил?

– Сначала хотел бы удостовериться, что это действительно так. Можешь пройти немного по болоту дальше, так чтобы я тебя уже не слышал, когда ты говорить будешь? И я попробую тебе сказать что-то.

– Ты сомневаешься? Вот тоже мне шутник. Давай пройдусь.

И Леший пошёл по болоту. Лис внимательно посмотрел на его следы. В этот раз они затягивались как обычно, и глубина была больше, чем в случае с Дримором.

– Вот и славненько. Всё, Леший, я передумал. Оставайся ты один с таким умением. Я своему научусь. Всё я побежал к парням.

Вприпрыжку, он пробежал через Старынина и Полевика к друзьям. Его доргадка оказалась верной. Сейчас он поделится своими мыслями и наблюдениями.

– Ты где был? – спросил Борн, увидев Лиса.

– Сейчас, сейчас всё расскажу. Мы с вами же помним, что у нас проходит обучение?

– Конечно, – ответил Дримор. – Нам дед много рассказывает и показывает.

– Да, но понимаете, ведь обучение ещё может быть и таким, когда надо проверить насколько мы усвоили материал. Важно для мага что? Не вовлекаться и видеть в моменте истину. Так вот, я только что заманил Лешего в болото. И его следы отличались от тех, которые были, когда он повёл за собой Дримора. Помните, ведь Старынин не пошёл никуда? Я понял сейчас, что нас проверяли. Старынин явно сговорился с Лешим, и они разыграли сценку.

– Как они могли сговориться, если я сам спросил, а Леший буквально в этот момент появился?

– Ну, не знаю, – задумался Лис.

– Ты накануне долго с Лешим общался, – подключился к разговору Борн. – О чём вы с ним говорили?

– О разном. – задумчиво ответил Дримор. – Я больше о травах спрашивал, о я годах. Леший же хозяин этого всего. Он мне с удовольствием рассказывал. Вы же знаете его – он очень любит, когда в центре внимания находится. Ему хочется, чтобы его любили просто за факт его существования. Вот я и пользовался моментом, расспрашивая.

– О болотах что-то говорили? Вспоминай.

– Да, конечно.

– Ты про ориентирование что-то говорил?

– Было дело.

– Вот вам и ответ, - резюмировал Борн.

– Но он же только появился, – недоумевал Дримор.

– Кажется, я понял, – задумчиво начал Лис. – Он же может быть невидимым, и следовать за нами длительное время, поджидая удобного случая. Учитывая то, что он умеет не оставлять следы на б, то для него это сущий пустяк. Да, точно нам разыграли. И сделали это, чтобы проверить насколько мы держим внимание на важном. Мы с Борном просто не захотели идти за плутом, так как шли за Старынином, а ты, Дримор, как всегда поддался эмоциям.

За их спинами послышался скрипучий смех Лешего. Парни обернулись, но никого не увидели. Смех удалился в сторону стоянки, и постепенно Леший проявился, его стало видно.

– От… – Дримор, погрозил кулаком в его сторону, – погоди мне, попадёшься.

Вернувшись в лагерь, ребята увидели по лицу Старынина, что тот доволен.

– Отлично, – начал он. – Если в моменте вы ещё не поняли ситуацию до конца, но после неё вы осмыслили и увидели истину. Вот так и тренируется умение видеть в настоящем, когда рефлексируешь после ситуации. Ты Дримор не сразу заметил, а у ребят уже интуиция подсказывать начала. Это хорошо.

– Если бы я утонул? Вы серьёзно? Мне такие уроки не по нраву!

– Не утонул бы. Мы специально завели тебя в такое место, где тебе по грудь будет. И ты не первый, и не последний. Такие уроки мы с каждым новым учеником проходим.

– Наверное, все проходили, как Борн и Лис, а я единственный, – обиделся Дримор.

– Нисколько. Поверь мне, таких как ты наберётся много. И всё они отличные маги сейчас. Для кого-то урок запоминается так сильней, а кто-то запоминает и держит внимание уже сразу после теории. В любом случае каждый способ даёт свой положительный результат.

– Ладно, не хочу больше об этом. Дайте чего-нибудь пожрать что ли.

Старынин привлекал Лешего и Полевика не только в качестве принеси-подай, но они помогали и в учёбе. У каждого из них свой богатый опыт и отменные знания. Их помощь была бесценной. С самого начала своей магической карьеры Старынин быстро нашёл общий язык с ними. Втроём было веселей. Когда были ученики, то проводить обучение было легче, и разнообразная подача информации позволяла будущему магу лучше усвоить материал. В период тишины, когда не было учеников, они втроём собирались и обсуждали разные темы, играли в игры, иногда ходили в совместные обходы владений то Лешего, то Полевика.

Вот и сейчас у троих ребят было три учителя. То, что Старынин поручал относить собранные травы, так это была не эксплуатация, а давно уже согласованные действия. Повелителям лесов и полей иногда надо было свои владения осматривать, вот они и совмещали полезное с полезным.

После болот путь лежал через леса в степи. Путники вошли в вотчину Лешего. Сразу было видно, что он здесь хозяин. Как-то заметно стало преображение, что уютно ему здесь, он стал довольным. Но иногда бывало, что насторожится, остановится, прислушается и исчезнет. Потом появляется через время довольный или задумчивый. На расспросы ребят не отвечал никогда. Всё, что касалось его хозяйства и его дел лесных, он держал в секрете.

– Слышишь, Леший. Это правда, что ты можешь превращаться в любого зверя? – спросит Дримор.

– Дааа, - протяжно ответил владыка леса.

– А животные тебя при этом узнают? – поинтересовался Борн.

– Не знаю. Даже не проверял никогда. Обычно оборачивался в животное, чтобы понаблюдать за человеком или спугнуть его.

– В кого ты можешь превращаться? – продолжал задавать вопросы Борн.

– В кого угодна.

– Есть предложение, – Борн задумался и спросил, – можешь сказать, кто из животных сейчас недалеко от нас?

– Зачем тебе?

– Ты посмотри кто есть рядом, а я потом тебе скажу о чём думаю.

– Хорошо. Сейчас поищу.

Леший сначала прислушался. Его большие уши шевелились в разные стороны, улавливая каждый шорох в лесу, как в ближних, так и в дальних уголках. Потом начал сканировать пространство сквозь энергии.

– В получасе ходьбы от нас лосиха с лосёнком.

– Ребята, кто помнит какие хищники охотятся на лосей? – обратился Борн к друзьям.

– Волки, медведи и рыси, – ответил Дримор, с набитым ртом.

– Что ты уже жуёшь? – удивился Борн.

– А, это. Землянику там нашёл, – и он показал в направлении откуда они пришли. – Вы так увлеклись походом, что даже не заметили поляну, усеянную ягодами. Я то чё? Как можно пройти мимо такой вкуснотищи.

– Как всегда. Обжора, – улыбнулся Лис.

Старынин и Полевик присели на заваленное дерево и с интересом наблюдали за происходящим. Хозяин полей и степей что-то тихо сказал старику, тот согласно кивнул. И они продолжили смотреть на остальных.

– Леший, вот, что я предлагаю. Давай мы подойдём ближе к лосям, ты обернёшься волком и подойдёшь к ним. Проверим как они отреагируют.

– Гм, интересная мысль. Давай. Идёмте только с той стороны зайдём, - указал он на право. – Чтобы они нас не учуяли.

Подойдя ближе к тому месту, где Леший почуял лосей, путники остановились. Их было хорошо видно, так как остановились на возвышенности, а мамка с ребёнком на поляне были. Мамка жевала, а малыш резвился.

Борн зашептал:

– Ты сначала просто к ним подойди, мы посмотрим, как они тебя признают, а через время в виде волка посети их.

Леший пошёл к лосям. Завидев его лосиха приветливо мотнула головой и пошла на встречу. Лосёнок тоже подбежал и радостно скакал вокруг. Пообщавшись и пообнимавшись с лосями Леший ушёл.

Но к спутникам он не вернулся.

– Наверное, сразу в волка превратится и позже вернётся, – предположил Лис.

Так и случилось. Через какое-то время на поляну вышел волк. Делал он это осторожно, шёл с подветренной стороны.

– Смотри как похож, – прошептал Дримор. – Ни за что бы не сказал, что это наш Леший.

– Тихо ты, – грозно прошептал Борн.

Волк всё ближе подбирался к лосям, но те не замечали его. Вдруг лосиха заметила приближение хищника и насторожилась. Она обошла его сбоку, и вдруг её вид изменился, она повела себя, как при встрече с Лешим в его настоящем обличье.

– Что за дела, – удивился Дримор.

– Не может быть, вот так чудеса, – встрепенулся Старынин. – Сколько лет живу, дружу с Лешим, сколько всего знаю, а не знал элементарного. Оказывается, Лешего животные узнают в другой личине.

Волк потрусил в их сторону, и уже ближе к месту наблюдения превратился в себя.

– Вот такие дела! – сказал он. – Столько лет прожил и не знал, что меня узнают, если я выгляжу как не я. Правда, и цели-то не было для зверья превращаться. Я больше людей пугал, да водил, чтобы они заплутали.

Лис подошёл и начал обнюхивать лесного хозяина.

– Ты чего делаешь? – засмеялся Леший, – я тебе не вкуснятина какая.

– Ну-ка обернись снова волком, – попросил юноша.

– Зачем?

– Сделай, что прошу. Хочу кое-что проверить.

– Ладно, так уж и быть. Но с тебя вкусняшка мне, когда к Старынину вернёмся.

– Договорились. Давай уже. Мне не терпится.

Леший снова обернулся волком. Лис подошёл и начал обнюхивать его. Волк кружил, уворачиваясь от Лиса, а тот пытался приблизиться получше, чтобы хорошо вдохнуть запах зверя. Вдруг Полевик что-то резко выкрикнул, раздался протяжный гортанный звук. Волк резко отскочил в сторону, оскалился и издал такой же звук

– Эй, что со мной происходит, – испуганно завопил Лис.

Ребята испуганно смотрели на друга, тот за короткое время превратился в лису. Их друг бешено бегал по месту, где они стояли. Издавал тявкающие звуки и пытался наброситься на волка.

– Стой, – повелительно произнёс Старынин.

Борн и Дримор посмотрели на него, а он, глядя пристально в глаза Лиса, попросил того успокоиться и быть в настоящем. Лис смирился. Так постояли некоторое время.

– Теперь понюхай волка, – сказал старик. – Хорошо понюхай и запомни запах.

Лис послушался и подошёл к Лешему в волчьей шкуре. Обнюхал его. После этого посмотрел на Старынина. Тот обратился к Лешему:

– Возвращайся в свой настоящий вид.

Когда Леший стал прежним Старынин велел Лису, чтобы тот обнюхал ещё раз.

– Всё, возвращайте Лиса в человеческий вид.

Полевик и Леший снова издали уже знакомые звуки и лиса превратилась в Лиса. Дримор смотрел ошалевшими глазами, а потом произнёс:

– Ты не представляешь, Лис, как я рад тебя видеть.

И при этих словах он сжал в крепких объятиях друга.

– Вы бы представили себе, как я рад быть снова в своём теле. Я жутко испугался. Что это было, – посмотрел он на Старынина, потом перевёл взгляд на Лешего и после на Полевика.

– Ты заметил разницу в обонянии человеком и лисой? – спросил Старынин.

– Да. Лиса лучше различает запахи. Я запомнил. Самое интересное, что запах одинаковый в любом обличье.

– Теперь всё понятно, – присоединился к обсуждению Полевик.

– Лис, ты себя как чувствуешь после превращения? – поинтересовался Старынин.

– Хорошо.

– Ещё бы хотел обернуться разок?

– Сейчас?

– Если готов, то можно и сейчас.

– Надолго? Не оставите меня в таком виде?

– Нет, - улыбнулся старик. – Полевик, рассказывай, что ты мне предлагал.

Владыка полей и степей предложил сыграть в игру угадайку. На его взгляд это хорошая тренировка навыка ощущать телом и биополем. Лису и Лешему предлагали стать поодаль друг от друга, а Старынин, Борн, Дримор и он, Полевик, подойдёт по отдельности к каждому и попытаются запомнить свои ощущения тела и энергетики, когда находятся с тем или иным рядом. Так и сделали.

– А теперь давайте обернём Лиса в лису и Леший тоже обернётся лисой. Они уйдут от нас подальше, спрячутся за деревьями, хаотично поменяются местами и вернутся к нам. Мы будем угадывать кто из этих лис кто – закончил рассказывать свою идею Полевик.

– Интересно, – подхватил идею Борн. – Что скажешь Дримор?

– Я же не умею, – засомневался он.

– Заодно и потренируетесь, – подбодрил Полевик.

Дримор посомтрел на Старынина. Тот одобрительно кивнул.

– Хорошо, давайте попробуем.

Лису помогли снова превратиться в лису, Леший тоже превратился в рыжего. Раньше он был зелёным плутом, а теперь стал рыжим. И они ушли подальше в лес.

Когда вернулись, то тоже стали порознь. Каждый отдал свой голос. Борн и Дримор считали, что справа Лис, а Старынин и Полевик утверждали наоборот.

– Всё, давайте превращаться обратно, – предложил старик.

Леший сразу стал собой, и был он справа. Потом превратили Лиса обратно в человека. Дримор разочаровался, а Борн задумался и подошёл к Старынину с вопросами.

Постепенно передвигаясь по лесу, потом по степи ученики набирались разнообразного опыта. Они на натуре изучили природу и её богатства. Им рассказали и показали важные растения, показали, как их использовать. Лис старательно всё записывал в тетрадь, которую носил с собой в заплечной сумке. Дримор очень увлёкся и показывал отличные успехи. Видно было, что озвученное им желания хорошо изучить травы было глубоким и настоящим.

Борн тоже вёл тетрадь, только в ней он записывал то, что происходило с ними за время у пути. Особенное место было таким историям как шутки и проказы Лешего, практические обучения, связанные с телесным и энергетическим опытом проживания. Он записал в свою тетрадь ощущения Лиса в моменты превращения. Спросил Дримора о том, что он ощущал, когда они угадывали кто из двух лис есть кто. Свои ощущения тоже зафиксировал. Дневник был своеобразным наблюдателем за глубоким духовным и магическим в процессе обучения.

Приближалась осень, когда они вернулись в избушку Старынина. Они не думали, что будут так разы вернуться снова в эти болота. Несмотря на всю красоту увиденного мира, богатство полученных знаний, хотелось и отдохнуть.

– Что ж, парни, – торжественно произнёс Старынин. – Вот мы и вернулись. Даю вам неделю на отдых. Потом экзамен и начинаем наш осенне-зимний сезон обучения.

– В этот раз я не боюсь экзамена, потому что уверен в своих знаниях, – бодро ответил Дримор.

Глава 7. Обучение магии в осенне– зимний период

Ночами уже были заморозки, чувствовалось приближение зимы. После летних походов и просторов с одной стороны в избе было уютно, но как представляли, что несколько месяцев просидеть в четырёх стенах, тоска брала.

Экзамены все сдали хорошо. Сами с себя удивились насколько это было не сложно. Всё же практика дело хорошее. Пощупаешь сам своими руками, посмотришь своими глазами, сделаешь тот или иной отвар или зелье и сразу лучше запоминается.

Начинался новый период обучения. Ребята были в предвкушении, им нравилось всё, что происходило с ними.

Но в их учебное расписание вмешался случай, а точнее посланник, который неожиданно появился у них.

– Привет, Старынин! Здравствуйте, парни.

На лице старика в первое мгновение появилось удивление и даже волнение, но он быстро совладал с собой.

– Привет, Марик. Ты здесь какими судьбами?

– Через два дня собирается Высший Совет Магов и мне велено тебя пригласить тоже.

– Но у меня очень плотный учебный процесс. Они же сами велели по максимальной программе подготовить парней, у меня нет свободных дней. Без меня никак не обойтись?

– Не могу ответить на твой вопрос. Ты же знаешь, что я не вход в Совет. Моё дело маленькое – доставить тебя к ним. Ну и назад сюда потом.

– Когда выдвигаемся?

– Хоть сейчас.

– Давай сначала позавтракаем, а то я знаю их. Им только разговоры дай вести, так обо всём забудут сразу, о еде, о воде, о туалете. Ты то сам ел сегодня?

– Нет, не успел ещё. Но и тебе то не сегодня к ним идти, так что успеем поесть и добраться. С удовольствием отведаю твоей стряпни, она мне очень нравится.

Завтрак прошёл за интересными беседами. Мальчишки с открытыми ртами смотрели на гонца. Это был высокий белокурый парень чуть старше их. Одет он был в красивую одежду. Им очень нравилась та, которую они носили сейчас, но одеяния Марика были великолепны. Как говорил он и рассказывал – заслушаешься. Речь ровная, много неизвестных и не всегда понятных слов.

Марик поделился новостями, ответил на вопросы Старынина о его старых приятелях, побеседовал с парнями, поинтересовавшись как им всё нравится. Выслушал внимательно каждого, с живость принял участие в обсуждениях, затеянных парнями об их летнем походе. Поделился, что сам сравнительно недавно проходил подобное обучение и ему очень приятно было вспомнить свои уроки и послушать их истории.

После завтрака Старынин собрал походную сумку. В этот раз он взял размером меньше, ведь он отправлялся ненадолго. Ребятам дал указание по хозяйству, предложил самостоятельно изучить новый материал первых нескольких уроков, сказав, что именно изучить и где его взять. Для этого он научил Борна вызывать библиотеку и заказывать нужный материал, пояснив как её закрывать после получения нужных книг. И в целом оставил его за старшего на время своего отсутствия.

Когда Старынин и Марик телепортировались, ребята осмотрелись по сторонам и завели обсуждение о планах на ближайшие три дня. Они предполагали, что раз через два дня Совет собирается, то сегодня и завтра они точно сами, послезавтра будет Совет, и вернётся или нет Старынин в тот же день не известно, поэтом утри дня им точно быть на хозяйстве.

– Что ж, командуй нами, Борн, раз тебя за старшего оставили, – сказал Дримор.

Борн подумал и ответил:

– У нас по планам учёба завтра начиналась, поэтому сегодня свободный день. У кого какие предложения будут?

– Я хочу с Хозяину болота сходить, – сказал Лис.

– К кому, к кому? – удивился Дримор.

– К той огромной желтоглазой жабе, благодаря которой мы быстро пришли сюда, с Старынину и успели тебя донести, а то там бы в болоте и остался.

– Зачем он тебе? – спросил Борн.

– Во– первых, поблагодарить, а во– вторых мне понравился его трюк с подсветкой пути. Мало ли где наши дороги будут проходить, по болотам, по пещерам или в тёмную– тёмную ночь. И такое умение может в будущем спасти нас или кого– то другого.

Друзья согласились с Лисом и решили отправиться незамедлительно, ведь день был полностью свободным. Захватили с собой перекусить так, чтобы на пару дней хватило, а то вдруг задержатся, чтобы не проголодаться, а то Дримор будет потом бурчать, что его кишки к позвоночнику прилипают.

Дорогу не сразу вспомнили к месту, где встретились с Жабой, пришлось немного поплутать, но в итоге нашли это место.

– Почему ты думаешь, что здесь его надо искать? – спросил Борн у Лиса, когда они пришли.

– Не знаю, но у меня после того, как Леший обернул в лису два раза, что– то произошло внутри. Не могу объяснить, но появилось какое– то сильное внутреннее чувство, которое иногда мне настойчиво твердит, что именно так и не иначе.

– Допустим. А что дальше?

– Не знаю, – развёл руками и пожал плечами Лис.

– Эх, всему вас учить надо. А ну отойдите в сторону. – Дримор подошёл ближе к топи и закричал во всю свою мощную глотку, – Эгегей, Хозяин болота, выходи!

По болоту прокатались волна и медленно на поверхности начала появляться знакомая уже голова с жёлтыми глазами, которые с вниманием и очень пристально смотрели на посмевших потревожить его.

– Чего вам надо? Жить надоело?

– Вот как раз благодаря тебе я жив, – ответил Дримор.

– В каком это смысле? Я в спасателей не играю и чужие жизни мне интересны в качестве жертв.

– Помнишь троих парней. Двое несли третьего на носилках. Он был сильно болен? – спросил Лис.

– Помню, конечно, этих наглецов.

– Это мы.

– Серьёзно? Вас и не узнать. Тогда оборванцы были, а сейчас, судя по одежде ученика Старынина. На магов учитесь?

Ребята рассказали Хозяину о своих приключениях, об обучении, и что сейчас они пришли поблагодарить его за жизнь Дримора.

– Вот вы даёте. Меня ни разу ещё никто не благодарил. Я даже засмущался. Это такое неведомое для меня чувство.

Дримор усмехнулся:

– Ладно тебе смущаться. Не поверю. На тебя посмотришь и с жизнью мысленно прощаешься, а ты о смущении говоришь. Сейчас я начну смущаться от твоих слов.

– Дримор, ты, как всегда. Не устраивай балаган. У нас ещё одно дело к тебе есть. – сказал Лис.

– Я бы назвал это просьбой, – поправил Борн.

– У вас ко мне просьба? Удивили ещё раз. Говорите, я, если смогу, то выполню её.

Желание парней научиться такому трюку как проложить себе дорогу в любом месте понравилось Хозяину болота. Он с радостью откликнулся помочь. Пояснил, что на самом деле это не сложно, за день точно научатся. По возвращении Старынина удивят его.

– Вы знаете, я удивляюсь тому, что ко мне ни разу маги за таким навыком не приходили. Насколько я знаю, они с факелами ходят. Есть единицы, которые могут светящийся шарик запустить, который зависнет в воздухе и передвигается рядом с магом, таким образом немного освещаю путь. Но при этом путь надо выискивать. Молодцы! Вы мне, однозначно, нравитесь!

Сначала он им рассказал теорию, научил как правильно настроиться и как вызвать маленьких помощников. Это была по сути своей не магия, а помощь маленьких существ, которых не видно глазом, но они очень хорошо ощущались энергетически. Это были духи тропинок и дорог. С животными и птицами они тесно взаимодействовали, подсказывая им дорогу, поэтому при миграции те всегда безошибочно выходили в нужные места. Обычно они не подсвечивают тропинки, но так как тогда был особый случай, надо было подсказывать обычным людям, они подсветили путь.

Ребята научились настраиваться и звать этих духов, а также просить их проложить им путь. Те с радостью помогали. Так они исходили за день всё болото.

Позже задачу решили усложнить и попросили не подсвечивать тропинки. Лис вызвался пойти первым, после превращения в лису он был уверен в себе больше, чем никогда до этого. И действительно, у него получилось безошибочно пройти сначала малый отрезок дорожки, потом проложили длинней, а в третий раз решено было пройти далеко, примерно, пять вёрст.

– Фух, это интересно, но утомительно столько времени держать фокус на энергиях. Я чувствую, что мне пора прекращать эксперимент и придётся немного восстановиться. Но я доволен. – сказал Лис, пройдя последний отрезок.

Борн тоже попробовал. У него не сразу получалось настроиться и ощутить, но всё же он смог. Первый отрезок прошёл успешно, на втором сбился немного, но в трясину не провалился, так маленькие невидимые помощники сразу подсветили тропинку, и Борн устоял. Третью дистанцию не стал пробовать проходить, решив на следующий раз перенести тренировку. К тому же они узнали, что этих духов можно вызывать в любое время и неограниченное количество раз. Они с большой радостью всегда придут на помощь в тот же миг.

Дримор тоже попробовал, но его хватило только на часть первой дистанции, и он потерял связь. Как всегда, эмоции им руководили, и он не смог повторно настроиться. Свежи в памяти ещё были эксперименты Лешего, когда он в трясину провалился. Он понял, что ему надо учиться овладевать своими эмоциями и работать над собой. Это и друзья ему говорили, но он упрямился сам не понимал почему.

Хозяин болота давно уже ушёл по своим делам, поэтому закончив тренировки ребята попросили духов тропинок и дорог подсветить им путь к хозяйству Старынина, а то уже стемнело. Они и не заметили, как день прошёл, настолько были увлечены. Даже не ели ничего, странно, что Дримор про еду не говорит ничего.

Лис был больше всех уставший, но постепенно его силы восстановились. Он сделал для себя вывод, что это с непривычки, и на самом деле это не столько магия, которая много сил может отобрать. Дримор и Бор уже зашли в хижину, а Лис остался на завалинке.

– Ты в дом идёшь? – спросил Борн.

– Пока нет, хочу посидеть один, подумать.

– Хорошо, не засиживайся долго, завтра у нас занятия. Ты помнишь?

– Угу.

– Пока друг, до завтра, – пробасил Дримор.

Оставшись один Лис прокручивал в голове сегодняшний день, их новые навыки анализировал, пытался понять, что с ним происходит после перевоплощений. Он понимал, что он опережать начал друзей в развитии. Это было наглядно видно сегодня. Борн по– прежнему был силён в теории, он очень грамотно действовал и его мозг всегда был спокоен, что позволяло ем убыть в настоящем моменте, не увлекаясь эмоциями. Дримор хорошо в травах стал разбираться, глаз намётан уже был. Лис же понимал, что его частоты прокачались, что уровень и сила его биополя уже мощней. Он больше чувствовал, ощущал и понимал, что может фокусировать своё внимание на своё внутреннее и доверять ему.

Сам не заметил, как получилось, что он в своих размышлениях поднялся и начал просто ходить. Так постепенно он зашёл в лес и углубился в него. Чтобы вернуться назад, он решил призвать на помощь новых знакомых. Когда те явились на его зов, он заговорил с ними. Разговор был интересным. Он говорил голосом, а ответы получал в свою голову сразу, он слышал их не ушами. В какой– то момент Лис решил задать вопрос про себя, мысленно – получил ответ также.

– Интересно получается. Вы можете читать мысли?

– Не все, а только обращённые именно к нам.

– И как вы распознаёте?

– Мы не знаем. Просто получаем запрос, а голосом он или мысленно мы не видим разницы.

– Вы одни такие существа помощники или есть ещё кто– то?

– Есть. Нас довольно много. Ты хочешь с кем– то познакомиться?

– Да, был бы не прочь.

– С какой целью? Ради любопытства не получится. Надо только по делу.

– Я же не знаю какие это существа и что они могут. Мне интересно, чтобы был такое же невидимый помощник, как и вы, который мог бы быстро перемещаться на большие расстояния и узнавать интересующую меня информацию или передавать информацию тому, кому мне надо.

– Есть один вид подобных помощников. Насколько знаем они не совсем могут другим передавать другим информацию, но это ты уже сам с ними можешь обсудить.

– Как с ними я могу познакомиться? Вы сможете мне помочь?

– Нет, у нас таких полномочий нет. Но мы можем подсказать, что в библиотеке Старынина точно есть такая информация.

– Эта библиотека бесконечная. Как же я там найду.

– Ты попробуй. Маг – это тот, кто невозможное делает возможным, а неизвестное находит.

А тем временем Старынин с Мариком прибыли по назначению. Их сразу встретили и проводили в выделенный номер в гостевом доме. Здесь всё было, как и прежде ничего не изменилось. Хотя и не так давно был Старынин на Совете, но столько всего произошло за это время, что ощущалось, словно десятилетие прошло.

Он привык к своим местам, к тем местам, по которым перемещался, а здесь ему не нравилось. Вроде бы всё красиво, люди приветливые, много его друзей и учеников, но не уютно. Как– то скованно он себя чувствовал, хотелось поскорей уже на совет и назад к себе.

Сегодня решил отдохнуть и подумать. Побыть в одиночестве уже сколько месяцев не удавалось. Хотелось просто отдохнуть, полежать в кровати, принять душ и подремать.

Но его планы, похоже, будут нарушены. В дверь постучали. Когда он открыл, то увидел свою старую знакомую, которую все звали Сорокой, потому что она разговаривала без умолку.

– Привет, мой дорогой. Как же я по тебе соскучилась. Так давно не виделись. Рассказывай, как у тебя дела? Что у тебя нового? – не успев зайти уже затарахтела неожиданная гостья.

– Я ещё не успел даже переодеться. Как ты так быстро здесь оказалась?

– Ой, да все уже только и говорят, что ты приглашён, про тебя и твою троицу. Все, все обсуждают вас.

– Что нас обсуждать? Я своим привычным делом занимаюсь, парни учатся. Ничего необычного.

– Как это ничего необычного. Это же те, на кого возложены большие надежды. Мы же не знаем зачем это всё, но наши умы будоражит постоянно то, что это указание Свыше. Такого не было. По крайней мере никто из живущих ныне не припомнит. Мы уже столько версий придумали. Одна другой краше и страшней.

– Зачем вы придумываете то, чего не было ещё?

– Вдруг будет. Тогда нам надо подготовиться!

– И как? Подготовились?

– Ой, что ты вот начинаешь? Нельзя тебе уже и новости ниша рассказать. Хотя, я же за новостями к тебе пришла, а увлеклась.

– Насколько тебя помню, ты ещё не увлеклась, ты просто тарахтишь, и от тебя шума столько, как на птичьем базаре.

– Знаю, я знаю, что вы меня Сорокой зовёте. Я уже сама своё имя забывать начала. Что поделать если я такая, люблю общение. Люблю разговоры.

Она накинулась на Старынина с объятьями. Тот в ответ её тоже обнял. Потом отстранился и сказал, что хотел бы принять душ. Сорока сказала, что не проблема, она его подождёт. Потом они сходят в салон, где уже собралось общество. Все хотят видеть тебя и послушать о твоих учениках.

– Так что давай, иди мойся, а я пока тебе костюмчик приготовлю. Смотри, что я тебе принесла.

И она показала новый красивый костюм зелёного цвета, белую рубашку и оранжевый галстук.

– Ой, туфли то я забыла, а твои по цвету не подойдут. Пока ты будешь мыться и быстренько за туфлями сбегаю. Ты же пока одевайся в эту одежду. У нас сегодня весь высший свет собирается кроме правителей, так что надо твоё платье сменить. Ты уж не обижайся, если что.

– Ладно тебе. Я не удивляюсь. За свои годы привык к вашим причудам. За костюм благодарю!

После душа Старынин облачился в принесённую ему одежду. Она была точно по его телу. Умеют всё же маги– портные работать дистанционно. Снимают мерки и не заметишь, когда это делают. Цвет ему нравился. Он всё же провёл всю свою жизнь в лесу и зелёный ассоциировался у него с природой, с лесом, деревьями, кустами и травами. А оранжевый с солнцем.

«Интересно какого цвета туфли она принесёт» – подумал старик.

В дверь постучали. Это была Сорока. Она держала в руках две пары туфель и один галстук. Одна пара туфель была тёмно– коричневая, а вторая светлей, ближе к оранжевому. Галстук был под цвет костюма, зелёным.

Старынин выбрал пару туфель, которые ему напоминали солнце, и не стал брать новый галстук. Пока он обувался Сорока не умолкала. Она с такой скоростью говорила, и делала это без пауз, что хотелось закрыть уши и спрятаться поукромней.

Салон, в который они пришли, держала семейная пара. Это были его бывшие ученики. Это были уже очень взрослые маги, они проходили у него обучение полторы сотни лет назад. Обучались вместе, так велели в Высшем Совете Магов. У них было особое задание и очень важная роль для Светлого Мира. Эта информация пришла советнику Старшего Мага, Назару, очень умному магу и получающему постоянно подсказки Высших сил. Его способность была подобной с самого рождения. Он удивлял родителей тем, что заранее знал, как лучше поступить. Это дошло до Совета и было решено забрать его себе и использовать способности на благо всех людей и магов Мира.

Назар получил подсказку, что надо воспитать семейную пару, которая будет очень коммуникабельна, добродушна и жизнерадостна, чтобы они стали центром, куда будут стекаться все высшие чины магического и светского обществ. Подумав над полученной подсказкой, начали поиски подходящих молодых людей. Нужны были такой парень и девушка, которые по всем параметрам подходили бы друг к другу идеально. Призваны были лучшие астрологи и нумерологи. Они сделали свои расчёты. Каждый из них защищал свои варианты. В итоге выбор пал на один единственный вариант.

Но надо было теперь отыскать двоих таких гармонично подходящих кандидатов. Были отправлены гонцы по всем государствам. Поиски заняли около года, и они были найдены. Уже не юнцы, но и не старые. Ей было тридцать девять лет, она из интеллигентной семьи академиков, а он тридцатилетний с семьи военных с границ с Тёмным миром. Оба уже разведены и у каждого по ребёнку. У него дочь, а у неё сын. Бывших супругов не было, у него жена при родах умерла, и он занимался воспитанием дочери один, а она ушла от мужа сама, но он через время пропал без вести. Мужчину зовут Евген, а женщину Маричка.

Они действительно очень гармоничная пара. Учить их было одно удовольствие. После обучения у Старынина пару направили в закрытую спецшколу. Что там за программа обучения никто не знает, а выпускники не рассказывают. Старынин догадывался, что это всё не спроста, ведь Евген и Маричка создали клуб, в который стали регулярно приезжать и приходить все представители высшего света. В этом обществе постоянно велись интересные разговоры, из которых можно было узнать все новости и настроение каждого уголка всех стран.

Иногда пара получала задания от Высшего Совета что– то узнать определённое или запустить слух о чём– то, или инициировать какое– то действие. Все выполнялось ими так безупречно и безукоризненно, что результаты получались лучше, чем предполагалось. При этом остальные участники всех процессов и бесед даже не подозревали. Они сами с удовольствием предлагали, идеи и исполнителей. То есть всё выглядело как инициатива самих исполнителей.

И вот сейчас Старынина пригласили в этот клуб. Он понимал, что там его будут расспрашивать, выведывать, а может и передадут какую– то информацию, которую официально нельзя на Высшем Совете оглашать.

Сорока всю дорогу говорила без умолку. Она то что– то рассказывала Старынину, то встречным знакомым, а их у неё было много. Идти до клуба было недалеко, но дорога в итоге заняла полтора часа. Когда они пришли и их на пороге встретила Маричка, то Старынин был очень рад, что ему больше не придется быть в компании с этой трескучей дамой.

– Здравствуй, моя дорогая, Маричка. Как я рад тебя видеть.

– Я тоже тебя очень рада видеть, милый Старынин. Евген очень ждёт тебя. Он у себя в кабинете. Давай я провожу тебя к нему.

Они проходили через залы, все приветствовали с радостью Старынина, спешили задать ему вопросы, но Маричка всех останавливала и просила не торопиться. Всё будет позже.

Кабинет был вдалеке дома. Это была очень просторная комната с большим письменным столом, библиотекой, диваном для гостей и чайным столиком. Маричка удалилась и мужчины остались вдвоём. Они тепло по– дружески обнялись. Старынин с добротой осмотрел Евгена, а тот почтительно склонился перед ним.

– Я очень признателен, Старынин, за ту науку, которую ты нам когда– то преподал. Ты не представляешь насколько она нам помогает в нашей деятельности. Как ты устроился? С дороги отдохнул?

– Куда там. Не успел сумку снять и положить на стул, как явилась Сорока. Ты же её знаешь. С ней отдохнёшь.

– А, ну да, да. Тогда понятно. И у нас тебе не дадут отдохнуть, замучают вопросами.

– Уже наперебой задают. Пока к тебе шёл, человек десять точно уже накинулись на меня. Я к такой популярности не привычен. Смущаться начинаю.

– Не волнуйся, мы с Маричкой поможем тебе.

Евген замолчал. Видно было, что он хочет что– то сказать. Старынин не торопил события, пусть соберётся с мыслями и сам скажет, когда будет готов.

– Я тебе не просто так в кабинете встретил, а не в дверях. Важная просьба есть от Совета и новость. Просьбу я озвучу сейчас, а новость после приёма.

– Заинтриговал и в тоже время насторожил. Есть о чём волноваться? Очень серьёзное, раз сразу не говоришь?

Евген кивнул головой в знак подтверждения.

– Сейчас прошу тебя не распространяться о тех умениях и навыках, какие уже есть у твоих нынешних учеников. Рассказывай в общих чертах, но не раскрывай самого важного.

– Что случилось?

– Давай не сейчас. Просто есть в нашей компании нежелательные уши.

– Подозреваете кого?

– Да, подозрение не доказательство, поэтому лучше перестраховаться. К тому же у тебя сейчас дело особой важности. Ты учишь троих парней, будущих магов, сильное Магическое Трио. Чего не делали никогда ранее. И это всё по велению Самого! – Евген показал пальцем в небо.

– Понял тебя.

– Вот и хорошо. Идём тогда к гостям.

Вечер прошёл хорошо, интересно. Гости наперебой обращались к Старынину с вопросами, атаковали его один за другим. Но, как Евген сказал, он и Маричка помогали ему и большую часть атакующих брали на себя и уводили тему разговора плавно и незаметно в другое направление.

К концу приёма Старынин уже устал от обилия людей и гомона человеческих голосов. Всё же на природе, в лесу и на его болоте замечательно. Он в какой– то момент понял, что совсем не волнуется о том, как там парни. А ведь им самим придётся минимум два дня, а то и три. Они способные, но не набедокурили бы.

Когда все разошлись Евген и Маричка пригласили старика в кабинет.

– Ты извини нас, что пришлось тебе столько времени провести в таком обществе. Мы знаем, как тебе это не просто. Но это было важно для нас всех. – начал Евген.

– Будешь чай с плюшками? – спросила Маричка.

– Соглашусь.

– Вот и славно. Я пока пойду заварю чай, а вы тут посекретничайте.

Когда за Маричкой закрылась дверь, Евген завёл разговор. Он рассказал, что его сеть агентов докладывает о некоторых странных настроениях в приграничных районах с Тёмным Светом. Происходят какие– то мелкие, но системные нездоровые волнения населения. Ведут себя неестественно. Такое ощущение, что Стена между мирами начала пропускать негатив с той стороны.

– Я отправил своих лазутчиков разведать, что там происходит. Они выяснили, что что– то влияет на людей. Они сами подверглись в одном городе сильному воздействию. Они не отдавали себе отчёта, что говорят и делают. Как только воздействие прекратилось, а оно не постоянное, импульсами и разными дозами, они собрали вещи и стремглав убрались оттуда.

– Ты думаешь, что?

– Пока ничего не думаю. Мы собираем информацию. Высший Совет в курсе, поэтому они тебя и позвали. Но то, что будет говориться там, это будет чистой игры спектакль. Сейчас ты узнаешь истинную информацию и просьбу.

Дверь открылась и вошёл Закар. Он был величественным, внушал доверие и трепет одновременно. Старынин очень любил его. С ним они познакомились тогда, когда оба были учениками у его наставника. С тех пор между ними была крепкая дружба. Они оба доверяли друг другу. Не шутка дружба в триста лет.

– Здравствуй, мой дорогой друг. Здравствуй, Старынинушка.

Они крепко обнялись и по старинной традиции трижды поцеловались.

– Похоже, что что– то очень серьёзное, раз вы такой спектакль разыгрываете. – сказал Старынин.

– Ты совершенно прав. Как всегда, прав, мой мудрый друг. Я перейду сразу к делу. Евген тебе уже поведал про лазутчиков, подвергшихся атаке. Но были ещё другие лазутчики. Мы долго искали как нам узнать, что происходит за стеной. Обращались к Высшим Силам, но нам не давали ответа.

– Назара просили узнать?

– Просили. И он не смог.

– Тогда мы решили созвать всех духов, и выяснить сможет ли кто– то из них за стену перейти. Знаешь, что самое интересно?

– Что?

– Есть такие, которые ходят туда– сюда регулярно. И вот одни из них и работают сейчас на Тёмный Свет, будоража умы наших граждан. Их же не видно, а воздействие их велико. Но этих мерзавцев не было на съезде. Их выгнали, оказывается из племени.

– Меня удивляет то, что эти духи не рассказали вам сразу о распрях в их племени и, что нарушен запрет хождений за Стену.

– Что есть, то есть. Мы уже не в силах отмотать время назад, но в силах решать проблемы, возникшие в нынешние времена. Так вот. Мы обсудили и внедрили на сторону изменников своих трёх духов их из соплеменников. Все три работают независимо друг от друга, автономно и не знаю ничего о других. Никто из них не в курсе, что есть кто– то ещё кроме него одного, выполняющего эту задачу.

Зашла Маричка и принесла чаю с плюшками. Чай пили молча. У каждого в голове были свои думы. Одна другой тяжелей. Старынин теперь точно понимал, что его задача очень важная и ответственная. Он начал догадываться к чему вся эта подготовка. Он только не знал, как сказать ему про это парням. Они ещё не готовы. Вчерашние дикие люди из леса. Юнцы совсем по сути ещё.

– Продолжим. – прервал тишину Закар. – Здесь все свои, могу дальше рассказывать. Так вот, все наши внедрённые агенты передают, что на той стороне готовится поход на нас. Когда он будет и как осуществится пока не понятно. Они ещё не готовы, им надо время. По примерным подсчётам полтора– два года. Как раз совпадает с тем сроком, который нам обозначили ранее.

– Я бы не расслаблялся. – казал Старынин. – Ребят буду готовить по ускоренной программе. Я им итак даю всё в режиме, отличающегося от обычного. Но мне надо будет подумать над тем, что им ещё дать. Но у меня есть другой вопрос. Верно же то, что мы там, а они здесь не владеем магической силой?

– Вроде бы да, но ты же сам только что узнал, что происходит в приграничных районах.

– Да, ты прав. Кто– то всё же что– то может. Тоже вмешательство в умы наших людей сильно им на руку. Они же их могут против нас поднять, влив им в умы всё, что угодно. Тем более, это происходит бесконтактно.

– Я не верю срокам, озвученным агентами, поэтом упрошу тебя не расслабляться. Если тебе будет наша помощь, обращайся. Пришлём тебе магов на помощь.

– Вы уверены во всех магах? Сегодня я держал язык за зубами.

– Не во всех. Но тех, в ком не уверены, мы не дадим тебе в помощники. У нас на подозрении только те, кто на приграничье часто бывает или живёт.

– Почему дальше приграничья не распространяется? Ведь эти духи предатели могу перемещаться везде, где им вздумается.

– Мы так поняли, что они сами не воздействуют. Они передатчики своеобразные. Сила энергии у кого– то с той стороны очень мощная. Здесь она не действует. Но они нашли лазейку и используют духов в этом качестве. Естественно, сила длина и время действия только там функционируют.

– Защиту какую– то поставить пробовали?

– Да, но не получается. Сейчас институт работает в усиленном режиме.

– Переселите оттуда население и всё.

– Как мы с насиженных мест людей переселим, когда они там поколениями живут?

– Вы подумайте над этим. Моё дело предложить, а ваше безопасность нашего Светлого Мира.

Проговорили далеко за полночь. Евген провёл Старынина, а Закар также тайно, как пришёл, удалился.

– Отдыхай завтра, Старынин. Не ходи никуда и никому не открывай. Еда у тебя на завтра и на послезавтра в номере есть. Всё сегодня приготовлено. Когда ты был у нас тебе всё сделали. Ты уже прости, что мы сами за тебя решили, но так будет безопасней.

– Я всё понимаю. Не волнуйся за меня. Высплюсь завтра.

Они попрощались и Старынин закрыл за собой дверь.

«Высплюсь, – подумал он. – Заснёшь тут теперь после таких новостей. Теперь буду думать и не успокоюсь пока не придумаю, чему такому практичному научить ребят. Их психика ещё не окрепла. Над ней точно надо поработать. Выявить их сильные стороны, качества и их развивать. Под их сильные стороны подобрать им магию. Другого варианта нет. Вернусь и буду тщательно их изучать. Придётся самому астрологию вспомнить и нумерологию. Нельзя никому доверять здесь. Кстати, можно дать задание парням, пусть изучат себя и дадут мне выкладки. Я сравню со своими расчётами и тогда приму окончательное решение. Надо будет ещё активировать их силы на горе Айвань. Это мощное место силы. Закар дал на это добро».

На следующий день он не мог отдыхать. Решил подключиться к своей библиотеке, освежить в памяти астрологию для начала. Увидел, что вчера парни не подключались к библиотеке. Сегодня же утром открыли её. Борн и Дримор по программе материал взяли, а Лис что– то не то искал. Старынин посмотрел и удивился, тот искал литературу про невидимых духов– помощников. «Вот дела, – подумал он, – как так может быть? Мы про эту мелочь говорим и Лис параллельно интересуется. Ладно, понаблюдаем.»

Знания по астрологии освежил, но данные на ребят у него были в картотеке, а отсюда к ней подключиться он не мог, да и не решался, вдруг кто– то перехватит его сигнал. Решил отложить уже на пару дней это дело. Вечером лёг спать раньше, завтра ему предстояло стать актёром занимательного спектакля. Спектакль направлен на усыпление бдительности подозреваемых в предательстве. Замысел был в том, что они эту информацию донесут до своих хозяев и те расслабятся.

Наступил день заседания Высшего Совета Магов Светлого Мира. За Старынином заехали Евген и Маричка. Они были на красиво украшенной карете, запряжённой парой коней красавцев. Старик сел рядом с Евгеном и напротив Марички. Кучер сразу тронул с места.

Город жил своей жизнью. Дороги были запружены повозками, каретами, снующими пешеходами и всадниками. Как же сильно отличалась его жизнь от городской. «Нет, не хотел бы я жить в городе. Хоть меня здесь и любят, и очень много людей знают меня, много магов, которые прошли через мою школу. Я уверен, что занятие и жильё себе здесь сразу найду. Но, нет! Эти люди скучны и предсказуемы. Не то, что мой любимец Леший. Тот постоянно какие– то сюрпризы подкидывает. С ним не скучно» – размышлял по дороге Старынин.

Его друзья тоже молчали. Каждый думал о своём. Карета была с открытым верхом и во время езды прохладный воздух бодрил. Ещё и одежда была так себе. Вчерашний костюм от Сороки. Он шерстяной, тёплый, но всё же не его меховая тужурка.

Доехали быстро. У дворца заседаний уже собралось много карет. Но людей не было. Все сразу проходили в здание. Горожан же не пускали сюда, периметр был оцеплен. На всякий случай, по избежание лишних ушей и глаз.

На первом этаже в фойе собралось много народу. И все приветствовали с радостью Старынина. Он всех знал. Ему были приятны эти люди, знакомы почти все лица. Так как они приехали почти к самому началу, то долго ждать не пришлось. Двери в зал отворились и гостей пригласили пройти.

На сиденьях была табличка с именем гостя. Служащие дворца помогали каждому пройти к его месту. Старынин был проведён на первый ряд, Евген и Маричка сели по бокам от него. И здесь было всё предусмотрено так, чтобы он не был в близком контакте с кем– то другим.

Когда все расселись на сцену вышли Закар, Ветер, Одух, Водин и Назар – четыре Верховных Мага и первый советник. Все в зале поприветствовали их.

Взял слово Закар:

– Приветствую вас, маги Светлого Мира!

Выдержал паузу и продолжил:

– Сегодня мы собрались, чтобы провести встречу и обсудить дальнейшие действия по подготовке к чему– то великому, о чём нас предупредили Высшие Силы года назад. Я напомню, что нами было получено прямое указание найти и подготовить трёх магов, были даны индивидуальные коды, по которым впоследствии и отыскал их Старынин. Мы до сих пор не знаем того, с чем нам предстоит столкнуться. И Старынин готовит их на своё усмотрение, и опираясь на свой многовековой опыт.

Закар посмотрел на Старынина и жестом руки пригласил на сцену.

– Я волнуюсь. Не привык выступать на такую аудиторию, – как– то не уверенно сказал старик.

Зал поддержал его аплодисментами. Это помогло и приободрило. Старынин начал свой рассказ. Он поведал историю от поисков и до встречи с парнями, о том, что они ещё юны и не окрепшие психически. Много всего говорил, но в то же самое время и мало конкретики было в его рассказе. Он помнил вчерашний разговор и тщательно выверял каждое слово.

После выступления Старынина по очереди взяли слово другие Верховные Маги. Они говорили о том, что надо бы и остальным заняться подготовкой. Поделились тем, что сами уже начали действовать, что некоторые присутствующие в зале уже привлечены тоже. Позже назначат дату рабочей встречи, уже в меньшем количестве. Остальным потом будут разосланы депеши с планами и датами.

Во время их выступления, Назар удалился со сцены. Такое он себе обычно не позволял. Вероятно, что– то произошло серьёзное. В зале зароптали и зашептались. Выступающий в это время Одух не обратил на происходящее внимание и продолжил выступление. Только Закар поднял руку вверх, призывая соблюдать тишину.

Вернувшись, Назар подошёл к Закару и что– то сказал ему на ухо. Они удалились вдвоём.

На этом Одух прекратил выступление. Все оживились в зале. В умах рождались разные гипотезы и версии, но так как народ был опытный – маги всё же, то они не поддавались эмоциям, а больше вели беседы для снятия общего напряжения.

Через длительное время Закар и Назар вернулись. Слово взял Назар:

– Приносим свои извинения, что были вынуждены прервать наш Совет, но меня вывали Высшие Силы. Сначала я с ними поговорил, а потом они пригласили и Закара. Нам напомнили, что важно подготовку к предстоящему событию провести хорошо, что они не вправе вмешиваться, но всё же кое– что от себя сделали, они некоторые нынешние события пустили у одних из ключевых персонажей пустили по другой дороге, которая приведёт их чуть позже к намеченному. Поэтому у нас будет ещё дополнительное время. Старынин, слышишь, ты можешь расслабиться.

Старик кивнул, а сам внутри сжался, как пружина. Это была оговоренная вчера фраза с Закаром. Если так скажут, то будь внимателен тебе передадим чуть позже пароль. И он стал весь внимание, он понял, что что– то пошло не по плану, и уход со сцены сначала Назара, а потом Закара не был розыгрышем.

Назар ещё немного поговорил и слово взял Закар:

– Мы составим, как и планировали депеши, но нам придётся немного подумать и проанализировать у кого дорога жизненная свернула, чтобы нащупать тенденцию. Нам, как обычно не стали прямо говорить, а иносказательно передали информацию. Но раз у нас есть время, значит, мы можем подготовиться. Первые мысли пока такие. Старынин, мы тебя трогать не будем, можешь в своём режиме работать….

Дальше Старынин не слышал уже слова Закара. Прозвучала та фраза, которая означала «Предельное внимание. После Совета сразу встречаемся». Евген чуть заметно его тронул, дав понять, что он услышал все сигналы и после Совета они должны незаметно покинуть дворец.

Они оказались в какой– то неприметной квартире на окраине. По пути успели сменить одежду и теперь ничем не отличались от местных. Район был густонаселённым и сразу было видно, что соседи не особо знают друг друга. И это им было на руку. Закар появился неожиданно и, как всегда незаметно. Вместе с ним был и Назар. Хотя вчера его не было.

– Как вы уже поняли, дело серьёзное, поэтому мы так срочно и тайно собрались. Я передам слово Назару. – Закар посмотрел на своего советника.

– Старынин, на тебя возлагаются большие надежды. Сначала расскажи, что ты решил делать по итогам вчерашней встречи?

– Я изучу досконально парней через астрологию и нумерологию. Не буду никого привлекать, так как важно, чтобы информация не просочилась. Мне важно точно определить сильные стороны каждого. Вчера уже подключался к своей библиотеке и начал освежать знания по этим наукам. Карточки ребят открою уже у себя, чтобы здесь не перехватил никто мои энергетические потоки.

– Интересная мысль. Тогда я сразу к делу. На самом деле про силу тоже речь вести планировалось. Но сначала немного по ситуации. Нас предупредили, что всё пошло по наихудшему сценарию. Как мы и предполагали, на той стороне Стены есть тёмный замысел. Не даром же там Тёмный Мир. Но, по первичным прогнозам, которые были год назад Высшие Силы предполагали, что у нас три года, и нам дали два года на подготовку и год на раскачку. И вот, наблюдая за развитием событий там, они сделали выводы, что нам лучше поторопиться. Понимая, что ребята ещё не вполне готовы, то им нужна будет помощь. В общем, готовьте тёплые вещи. Очень тёплые. Вам в зимнее солнцестояние надо быть на горе Айвань. Прийти туда за день и уйти через день. Итого пробыть там три дня.

– Это же гора силы и посвящения в магов. Не рано ли? – утонил Старынин. – Я не успею их ещё подготовить, очень мало времени осталось.

– Не торопись делать выводы, дослушай меня до конца. – ответил Назар. – Так вот это первый поход. Он нужен для того, чтобы пройти подготовительный процесс. Такого не было ни у кого из нас. Этим ребятам дадут особые таланты и возможности. В два захода. В этот раз им дадут силу и потенциал, которые они будут развивать. И не только. Мне всего не рассказали. Но дали понять то, что у них после этого похода начнёт развиваться способность расходовать энергию и сразу возобновлять потерю. То есть у них будет свой генератор внутри, подключённый к Высшему энергополю. И как раз в это зимнее солнцестояние Высшие Силы откроют особый портал, чтобы сонастроиться парням с этим биополем.

– Мне то как быть, я же тоже там буду?

– Спросил я и про тебя. Тоже об этом подумал. Мне ответили, что у подножия горы вас встретят. Парней потом заберут, а ты будешь их ждать внизу.

– И пойми, Старынин, у нас мало времени, поэтому продумай самый короткий и максимально эффективный способ передать ребятам больше информации. Даже не столько информации, сколько пора к практике переходить.

– Постепенно внедрять начну как с их потенциалом разберусь и начну незаметно усиливать нагрузку, доводя до предела.

– О, батя вернулся. – Дримор оставил своё чтение и конспектирование и поднялся на встречу вернувшемуся учителю.

Парни обняли Старынина, он тоже их в ответ обнял. Они затараторили, перебивая друг друга, так как им было интересно узнать по какому такому срочному делу его вызывали.

– Всё расскажу, но не сейчас. Нам с вами сначала надо выполнить одно важное задание. С сегодняшнего дня программа меняется. Но сначала мы изучим с вами астрологию и нумерологию. У меня для вас есть задание. Каждый должен разобрать себя досконально и предоставить мне информацию в таком виде: особые качества, слабые стороны, сильные стороны, таланты, предрасположенность к каким сферам жизни заложена, потенциальные психологические реакции на сложности и в случае лёгких ситуаций, расслабляющих.

– Вот это ты, батя и задал задачку, – Дримор взъерошил свой затылок.

– Глубоко, – задумчиво произнёс Борн.

– Мне интересно, – с азартом ответил Лис. – Когда приступать и сколько у нас на это времени?

– Сейчас у нас вечер, потому завтра утром. Всё завтра. Я вам покажу, где брать информацию, как её читать и начнём занятия. Срок – полторы-две недели, но лучше полторы.

Время прошло быстро. Борн справился – у него получилось изучить, понять метод и разобрать себя. Лис ещё не закончил, но ему осталось недолго, а Дримору сложней давалось. Борн решил помочь ему. Старынин тем временем освежил все свои знания и теперь сводил всю информацию. То, что составили ребята он не смотрел специально, хотел свериться после. Каждый из них чувствует и знает самого себя лучше, чем он, поэтому совместить их разборы и свои он планировал для полноты карт. Но Старынин ещё смотрел какая миссия у каждого прописана в картах. Парням такое задание не давал, но для себя решил посмотреть и проанализировать. Им всё равно потом скажет. Просто ему изначально нужно понять куда кого направить, согласно их талантам, способностям и миссии.

– Хотелось бы собраться в беседке, но холодно уже там. – сказал Борн, когда началось обсуждение их карт личности. – Там уютно.

– В доме тебе не уютно? – спросил Старынин, присаживаясь за стол.

– Не то я имел ввиду. Мы дома сейчас постоянно. Спим, едим и занимаемся. Большая часть дня проходит в этих стенах. Когда закончил составлять свою карту, то какое–то чувство появилось. Полёта, свободы. Хочется просторов и масштаба. Наверное, поэтому так тянет туда, где не будут стены по бокам.

– Это у нас будет экзамен? – уточнил Дримор.

– Нет, мы с вами будем беседовать. Пока вы занимались своими картами, я тоже параллельно составил карту каждого. Сделал это осознанно. Мы объединим потом мои и ваши. Кто готов первым начать?

– Я последним буду. – сказал Борн.

– Чего это ты сегодня последним? – удивился Дримор.

– Хочу вас послушать.

– Я тоже хочу вас послушать.

– Дримор, не шуми. Какая разница кто будет первым. Давайте я. – взял слово Лис. – Что я могу сказать о себе. Звучит так необычно. Я рассказывать буду о себе. Самое первое, что хочу отметить. Сначала было сложно и непонятно, а потом всё больше и больше я начал узнавать себя, свои реакции и свои поступки. Я многое для себя понял после этого. Я тут себе всё выписал, поэтому буду зачитывать. Итак, мои особые качества. Для меня важную роль во всем играет справедливость, я очень остро чувствую справедливость и несправедливость. Это, действительно, так. Ещё я понял, что во мне есть внутренняя воинская сила, но вот тут я не могу согласиться не вижу в себе этого. Ум стратега, человека, идущего к результату, несмотря на слабое тело, да. Но вот дух воина.

Борн поднял руку и попросил слова. Старынин кивнул в знак согласия.

– Почему ты считаешь, что у тебя нет внутренней воинской силы? Здесь я не могу с тобой согласиться, астрология верно указала. Просто ты не видишь этого из-за того, что в племени у нас тебя не ценили, называли слабаком. Ты о грубой физической силе думаешь. Но речь идёт о духе. Вот этого тебе не занимать. Ты же сам сказал, что идёшь к результату в любом случае. Это ли не дух воина – твоя внутренняя сила?

Лис задумался. Посмотрел на Дримора, тот кивнул и сказал:

– Я полностью согласен с Борном.

Перевёл взгляд на Старынина, но в ответ услышал:

– Для мага важна внутренняя опора, а не поддержка других. Не ищи у нас сейчас поддержки и согласия. Сначала зачитай до конца свою карту. Только потом обсудим и разберём.

– Я так и думал, что Старынин подобное мне скажет. Ведь мои сильные стороны в том, что я вижу на пару шагов вперёд. Ещё среди моих сильных сторон умение обходить, совершать манёвры, вместо атаки в лоб.

– Это точно, – согласился Дримор.

– Во время опасности я способен резко собраться и действовать. Читаю, что написано, но сам подтвердить не могу. Не был в подобных ситуациях. Опасность в моём понимании, когда угроза жизни. У меня такое было только один раз, тогда мы Дримора несли бессознательного и встретились с Хозяином Болота. Но в той ситуации всё решил Борн, его переговоры позволили нам пройти дальше. То есть я даже не успел испугаться. Всё так быстро и гармонично прошло. Мои таланты, если судить по разбору, в том, что могу перевоплощаться, то есть быть согласно ситуации и обществу. Странно, но я в племени не смог быть тем, кем там все были. Пока мне это не понятно. Ещё я вычитал, что мне хорошо удаётся быть в тени и влиять через неё. Сейчас зачитаю формулировку: «владеет тихим инструментов влияния». Также я изобретатель по своей натуре. Здесь соглашусь полностью. Мне это очень нравится. Сильна у меня тактика, ну, то есть я прям на месте могу сориентироваться хорошо, а вот загадывать в долгую, как у нас Борн может, я не умею, и нет у меня такого таланта. Всё.

– Не всё, – поправил Старынин. – Ты нам не рассказал про свои слабые стороны. Нашёл что-то или говорить не хочешь?

– Нашёл, собрал информацию, но пока не понимаю.

– Понимаешь или нет сейчас не важно. Придёт время поймёшь. Здесь главное то, что ты уже знаешь. Значит будешь замечать, отслеживать и работать с этим. И так?

– Недоверие и гиперконтроль. С трудом принимаю помощь. Это я вижу, согласен. Склонен к самосуду и мстительный. Возможно – соплеменникам до сих пор не могу простить. Хотя, благодаря им, у меня сейчас такая интересная и наполненная жизнь, какой в племени не было бы точно. И она мне нравится. Но не могу их простить, и готов отомстить.

– Отлично. Парни, сегодня не буду обратную связь у каждого просить. Вы потом это между собой обсудите. Я свой разбор сравниваю и то, что вижу, чего не хватает озвучу. То есть дополню. И так по каждому из вас. Хорошо?

– Без проблем, отец. Как скажешь. – согласился Дримор, а Борн молча кивнул.

Старынин посмотрел в свои записи и заговорил:

– В тебе заложен азарт риска и борьбы. Тебе стоит остерегаться его, так как это твоя слабая сторона. Если ты заведёшься, то попадёшься на «удочку» азарта и это приведёт тебя к разрушению или к разрушению той ситуации, в которой ты будешь. Запомни это – не поддавайся азарту, для тебя это пагубно. К названным тобой талантам я бы добавил ещё талант разведчика. Ты можешь легко управлять невидимыми процессами, а значит тебе не сложно собирать информацию.

– Да, на самом деле это так. Я всегда про всех всё знал в племени. Мне не сложно это было узнавать.

– Вот и хорошо. Значит ты меня понимаешь. Ты не сказал ничего про твою расположенность к сферам деятельности, поэтому давай я озвучу. Мы сказали уже про разведку, она пригодится нам, поверь. Ты сам ранее говорил, что хотел бы с артефактами работать – ты изобретатель, и мы про это знаем. И ты в моменте видишь решение – тактик.

– Интересно. Я понимаю о чём ты говоришь. – Лис одобрительно закивал.

– Мне кажется это даже весьма познавательным. Ты раскрываешься для меня, Лис с неожиданной стороны. Пока слушал тебя, Старынина, вспоминал нашу жизнь в племени. Ведь многое сходится, подтверждается или в ином свете видится и понимается теперь. – Борн был в задумчивости и удивлении.

Старынин продолжил:

– Я не всё ещё сказал. Вам такое задание не давал, но сам сделал разбор. Я смотрел вашу миссию в этом воплощении. У каждого она своя.

При этих словах лица парней вытянулись от удивления.

– Вот так дела, – пробасил Дримор. – Я ещё шутил вам, парни, помните? Видел про миссию и хотел посмотреть, но не стал, подумав, что будет это глупостью. А оно вот как. Давай трави, вот тут и мне стало интересно. Я следующий буду рассказывать. Мне не терпится узнать про мою миссию.

– Лис пришёл в этот мир побеждать не силой, а стратегией. Важно научиться отличать справедливость от мести. Твой путь – это движение к цели через дисциплину без ухода в разрушение. Что сам скажешь? Какие впечатления? Что думаешь?

– С одной стороны удивлён насколько точно про меня. С другой стороны, что-то я видеть начал в другом свете. Раньше обесценивал некоторые свои качества, а сейчас понимаю, что это моя сильная сторона. Тут ещё и ты подсказал про миссию. Ведь на самом деле, я же хочу разрушить иногда. Вот те же соплеменники. Меня изнутри злость на них не покидает. Хотя я уже умом понимаю, что маг, да и не только, должен быть сторонним наблюдателем, а не вовлекаться, поддаваясь импульсу из-за эмоций. Мне понравилось. Я хочу послушать теперь про ребят. Уверен, что для себя что-то новое узнаю. Дримор, ты готов? Если да, то передаю тебе слово.

Дримор пожал руку Лиса и начал говорить.

– Впервые я говорю о себе. Мне немного неловко. Выглядит словно я хвалю себя. Ведь то, что я понял, я крутой парень, и в тоже время глубоко душевный. Как мне, будучи всегда внешне мужиком, вдруг показать, что я обычный человек?

– Ты думаешь, что мы этого не видели? – задал вопрос Борн. – Все всегда удивлялись как мы с тобой такие разные дружим. Легко! Потому что ты на самом деле такой же, как и я. Просто ты это не показываешь никому. Так что я если что-то новое и узнаю, то не сильно много. Лис, что скажешь?

– Полностью с тобой согласен. Давай уже, Дримор, жги. Я весь во внимании. Хочу посмотреть на тебя няшкой, а не медведем.

– Да, ну тебя. – отмахнулся Дримор, прочистил горло и начал. – Начнём с особых качеств? Астрология называет меня человеком-опорой. Согласен. Как бы вы без меня крышу чинили? Кто был вам опорой? Ха-ха. На самом деле я не всё понимаю. С одной, стороны я глубокий, но про опору написано, что она грубая. Как это?

– Всё просто, Дримор, – ответил Борн. – Ты внутри себя прячешь свою глубину и душевность, а снаружи ты грубый, резкий, прямой. Богатырь.

– Ладно. Мы же здесь откровенно говорим, тогда скажу то, что ты, Борн прав. Я надеваю маску. Мужчина же не имеет право эмоции проявлять. Особенно те, которые считают женскими. Вроде плакать, проявлять нежность. Вот я и за шумом своим скрываю ту глубину чувств, которые испытываю на самом деле. Продолжу. У меня есть ещё особое качество, его можно и талантом моим назвать. Это умение выдерживать тяжёлые жизненные удары, у меня заложена способность в очень сложных ситуациях оставаться живым, назову это так, и вытаскивать других.

– Ха-ха-ха. Смешно. – Лис не удержался от смеха. – Помнится мне, что совсем недавно мы с Борном тебя вытаскивали.

– Хорош тебе уже об этом. Вот начнутся скоро наши приключения вселенского масштаба, посмотрим ещё кто кого будет вытаскивать. Вообще, не сбивайте меня. Из меня и так рассказчик не очень, а тут ещё вы со своими комментариями. Я уже забыл, что хотел сказать.

Дримор посмотрел в свои записи и продолжил.

– Кстати, мои таланты – это оружие и травничество. Очень интересно. То есть я это почувствовал изнутри, раз меня так это манит? Любовь к оружию мне понятна. Природа наградила такой силой, мы выросли в племени охотников. Но травы! Я же к ним интерес проявил только недавно. После того как сильно отравился и чуть не умер. Что скажешь, Старынин?

– Давай потом скажу. Ребятам сделал замечание, что они тебя отвлекают и с мысли сбивают. Мне кажется, что ты сам больше отвлекаешься.

– Хорошо. Просто я начинаю подозревать, что в нашей жизни не всё так просто и не всё случайно. Случай с моим отравлением ни Борна, ни Лиса не стал для них чем-то таким, что заинтересовало бы как можно вылечить кого-то, а меня очень привлекло это и не отпускает. Я считаю, что этот случай был в моей жизни не случайным. Неслучайная случайность. Таланты ещё были какие-то, но я их не выписал, потому что там глупости какие-то. Даже не запомнил о чём речь. Не обо мне это. Глупости эта ваша астрология, хоть и частично было обо мне. Так, что ещё у нас? Что я здесь записывал? Ага, вот. Психологические реакции, мои психологические реакции на сложности… Я взрываюсь, спорю и отрицаю. И только после того, как набью шишки, сам убеждаюсь, что таки да, тогда признаю. Если же я в лёгкости, тогда становлюсь белым и пушистым, смешным и создающим вокруг особую атмосферу. И ещё я прожорлив в хорошем настроении. Вот. Закончил. Давай, Старынин, жду про свою миссию.

– Вначале я отвечу на твой вопрос. Да, в нашей жизни всё не случайно. И именно сейчас ты заинтересовался лечением, потому что я могу тебя научить. В предыдущей твоей жизни ты бы просто умер или выжил бы, если бы молодой организм смог справиться самостоятельно с ядом, что не всегда бывает. И не зря ты именно по пути ко мне съел эти ягоды. Раньше же ты не ел их, хоть в лесу, уверен. Ранее они попадались тебе. Так же?

– Да, попадались, – выдохнул Дримор.

– Перейдём к твоей миссии. Но сначала я хочу дополнить твой рассказ о себе самом. Твои особые качества ещё в том, что ты, если взялся за дело, то какое бы оно не было тяжёлое, не бросишь и не будешь ныть. Ты будешь продолжать его выполнять. Ты не терпишь подлости. Тебе важны правила, даже если ты их под влиянием эмоций можешь нарушить. Ты к ним всё равно вернёшься, и будешь их придерживаться. И других тоже направлять к этому. Ты не одиночка, ты коллективный. И для тебя важна дисциплина в группе. Хоть ты и балагур, но всё же ты никогда не нарушаешь дисциплину. Их таких хулиганов, как ты получаются очень серьёзные специалисты силового направления. Ты словно страж, но при этом не буйный, не разрушитель. Ты созидатель. Твой кармический урок – не стать разрушителем. Силу применять только во благо. Теперь о слабой стороне. Это тебе важно проработать в себе. Ты сначала делаешь, а только потом думаешь. И после злишься на себя. Тебе не просто держать фокус, концентрироваться. Но для мага это крайне важно. Это основа всего. И теперь о твоей миссии. Она заключается в том, что тебе надо стать стражем справедливости, приручить свою силу и направить её на служение людям. Твой секрет в том, что в тебе намного больше ума и глубины, чем ты показываешь. Ты боишься этой глубины, потому что тебе кажется, что ты становишься уязвимым в таком случае. Но на самом деле это твоя сила. Твоя духовная мощь. Я всё.

Воцарилась тишина. Лицо Дримора было задумчивым, казалось, что он хочет что-то сказать, но там глубоко в себе. Наружу не выдаёт своих чувств. Парни тоже молчали. Им же не велено было обсуждать сейчас. Борн нарушил возникшую тишину.

– Что? Моя очередь?

Старынин кивнул, а ребята заняли выжидательные позы и устремили взгляд на друга.

– Мои особые качества в том, что я воспринимаюсь всеми, но вроде бы и заложено это во мне, как человек, который может взять власть на себя, стать лидером. Но без доминирования, а мягко. Действия мои приводят к гармонии, все они чаще интуитивные. Я умею видеть внешнюю форму и внутреннее содержание. Я рождён для масштаба. Я тот, рядом с кем все меняются и проходят трансформацию. Я способен стать стальным двигателем. И это всё мне откликается. Действительно я всегда хотел вести за собой. Мне интересен мир вне границ моего племени. Вот сейчас я наслаждаюсь тем, что уже столько всего увидел, столько где побывать мы смогли, сколько знаний получено уже, и сколько ещё получим.

Что касается сильных сторон. Когда всем вокруг страшно, я остаюсь спокоен и действую точно. Не знаю, как это описать, но у меня с детства такое. В сложной ситуации всё вокруг перестаёт существовать. Остаёмся только я и объект возникшей ситуации. При этом я всё вижу заранее. Мысли чёткие, ясные, действия предупредительные. Я быстрее мгновения. Это сложно пояснить словами, но мне эта моя способность нравится. Следующее моё сильное качество – системность. Я вижу все детали. Мне порой достаточно две или три, чтобы понять всю картину происходящего и сообразить, что сделать. Я вижу качества каждого человека и понимаю, как его вовлечь. Кстати, читал в твоей библиотеке, Старынин, книги по управлению делами и там про сотрудников речь идёт, как их заставить лучше работать. Очень часто слово мотивация звучит. Столько всего написано. Меня всё это отторгает, ведь это глупо. Это очередное ухищрения заставить. У каждого человека есть свои таланты. Дай ему их проявить, и он сам будет делать больше, чем ты хочешь от него, он будет увлечён, он вовлечётся в процесс. Я всегда это понимал. Ведь это очевидно. Но так я думал раньше. Астрология дала мне понять, что это очевидно для меня, потому что я вижу детали. Не всем это дано. Многие делают выводы, основываясь на поверхностном понимании и на эмоциях. У них нет системности. Ещё моя сильная сторона – интуиция. Я умею предчувствовать, я читаю подтекст. Часто наблюдаю, как люди обманывают, думая, что их ложь не видна. Но всё читаемо с одного взгляда. Я просто не показываю обычно это. Зачем? Главное, что я знаю. Это мне потом может пригодиться. И я заранее чувствую угрозу. Я умею создавать комфортную атмосферу. Пока не понимаю как, но изучая это начал вспоминать, что вокруг меня всегда было много абсолютно разных людей. И порознь они не уживаются вместе. В моей же компании они дружны. У меня даже был случай, когда мы затеяли с моими друзьями небольшой поход. Нас собралось человек двадцать. И вот в один и тот же день мне сначала Андр сказал, что он терпеть не может Тона и он в походе только из-за меня, а потом Тон мне сказал тоже самое про Андра, и добавил, что он только из-за меня в это вписался. Для меня это только сейчас стало откровением. И очень приятно, если честно.

Но есть у меня и не очень хорошие качества. Мои слабый стороны. И всё это точно про меня. Надо обращать на это внимание. Я решил усиливать своё сильное, чтобы это слабое не проявлялось, не набирало силу. Первое – я могу давить на окружение и на себя самого, хотя можно было бы обойтись мягкой силой. При этом мне всё равно кто это, если мне что-то надо или угрожает, или несправедливость, я задавить могу любого. Найду подход и подходящее время и всё. Но это на усиливает ситуацию. Я стал это понимать. Это делает меня слабее, потому что я не развиваю свою силу, я так самоутверждаюсь за счёт другого. Ещё я могу видеть опасность там, где её на самом деле нет. Мнительный и фантазёр, получается.

Перехожу к талантам. Подтверждение истории про Андра и Тона то, что я могу собирать людей для одного действия. Так, как я там записал? Вот, лидер антикризисных решений. У меня есть талант из хаоса сделать место силы. Как физически, так и психологически. У меня есть способность подключаться к порталам. Наверное, моё видение с драконом – это что-то из такого. Не знаю. Поживём – увидим.

Про сферы деятельности мало говорили вы, ребята, я про себя скажу. Что я узнал: управление группами, стратегия, ритуалы практической защиты, работа с неизвестным. Не понимаю, что означает последнее, но выписал. Заинтересовало.

И мои реакции в сложных ситуациях. Я становлюсь собранным, холоднее, точнее, немногословен. Меньше слов – больше действий. Могу взять всё на себя и вытянуть, как тяговая лошадь. В лёгкости проявление человеческого тепла, забота о коллективе, чувство юмора становится мягким. Но расслабление мне не привычно, я снова ищу себе новое дело.

Что я хочу сказать. Да, всё именно так! Это точно про меня. Я удивлён насколько астрология точно меня показала. Да и не только меня. Про вас, парни тоже всё точно. Я всё, завершил. Старынин?

Старик закивал с одобрительным выражением на лице.

– Угу. Ты очень хорошо разобрал себя, Борн. Я дополню, конечно. Ты про публичность ничего не сказал. Как бы ты хотел этого, сопротивлялся или нет, но судьба сделает тебя публичным, про тебя будут говорить многие. Тебя жизнь вытолкнет на публику. Ты вынужденно станешь героем. Как? Я ещё не понимаю. Хоть я могу и в будущее заглянуть, но здесь мне закрыта информация. Вообще, про вашу общую миссию я не могу нигде посмотреть. Вы особенные. Вы в этот мир пришли не просто так. Я это уже чувствую!

– Общая миссия, конечно хорошо, ты трави про миссию Борна давай, – перебил Старынина Дримор.

– Да, да. Ты прав. Я попал под какую-то волну чувств и эмоций.

– Так это ты Борна наслушался. Ему стоит рот открыть, и всё – всё сразу успокаиваются, попадают в какой-то транс и очарование. Ещё часик его послушаешь и это будет замена всем медитациям, – прокомментировал Дримор.

– Тебе Борн суждено собрать команду, стать её лидером и провести через тьму, не растеряв человечность. Твой путь к мисси выглядит так: сила – масштабная ответственность – работа с тёмным для гармонизации – влияние на массы.

– Ого! – воскликнул Дримор. – Я всегда в тебе чувствовал что-то большое, масштабное. Я видел тебя будущем вождём нашего племени. А тут и Старынин говорит про масштаб.

– Борн, что-то ты задумался, – Похлопал по плечу друга Лис. – Не дрейфь, мы с тобой. Помни, что я разведка. Я помогу тебе в тайном, а Дримор будет нашим щитом и опорой. Верно я говорю, Дримор.

– Конечно. Вместе мы сила.

– Давайте назовёмся Магическое трио? – предложил Борн.

Друзьям понравилась идея и они решили впредь быть командой и называться Магическим трио.

После экзамена было свободное время, но ребята так были переполнены эмоциями, что обсуждали до вечера. Их поражало то, что так легко можно понять себя и свои сильные стороны, увидеть то, что может тебе мешать и понять, как это проработать, не допустить. Они вспоминали свои жизненные ситуации и предыдущие приключения, понимая почему так или иначе они поступали в определённых условиях.

За ужином Старынин сказал, что им надо готовиться к походу. Это будет особый поход и первая магическая инициация. Им предстоит путь к горе Айвань.

Глава 8. Гора Айвань

До похода к горе необходимо было пройти ещё одно практическое обучение и закрепить навыки, полученные летом. Времени у них было немного. К точке старта их телепортируют, но эта точка от самой горы далеко. Традиция такова, что важно до горы идти пешком. Это своеобразный ритуал. Но он придуман не просто так. Гора является местом силы. И силы там много. Необходимо постепенное привыкание, чтобы не стало плохо человеку. Нельзя сразу перенестись на гору.

В оставшиеся дни до старта устроили соревнование по лечению. Все свои опыты они проводили на животных. Для этого им приходилось иногда выходить на несколько дней в лес. Дримор блестяще справлялся. Он на самом деле очень добрый, поэтому то, что было связано с милосердием, ему удавалось делать лучше всех.

После соревнований Старынин дал уроки по навыкам ментального свзывания с собой лесных зверей, степных, пустынных, драконов и всякой нечисти.

– Прежде чем научиться призывать к себе разных тварей, вам надо запомнить, как ими управлять. А то, вдруг, кто–нибудь начнет свой норов показывать. Покусает ненароком еще, или еще хуже съест.

– Ну, Дримор то справится с любой тварью. К нему даже самые лютые звери и те лащатся. – Сказал Лис. – Мы за последние дни увидели насколько он, действительно, глубокий, и животные в восторге от него.

– Всякие, не всякие. Могут попасться и с крутым нравом. Даю вам неделю для того, чтоб выучили как противодействовать агрессии подчиняемых вами тварей.

Все взялись с остервенением за обучение. Никому не хотелось быть разодранным волком или съеденным драконом. Прошла неделя, ребята теорию усвоили. Но уже приближалось время для выхода к горе Айвань.

– Практика у нас уже будет по пути к горе и после горы. Пора собираться в поход. – сказал Старынин, собрав всех за завтраком. – Сегодня первый день сборов. Завтра заканчиваем сбор и на послезавтра я вызывают мага–телепортёра, который нас забросит до точки старта. Ещё, что не сказал вам. Я с вами только до подножия горы иду. Дальше вас проведут.

– Кто? – спросил Дримор.

– Не знаю. Это особый будет ритуал, такого не было ещё при моей памяти. Предполагаю, что кто–то из представителей Высших сил.

На третий день все еще до рассвета собрались и ожидали мага–телепортёра. Он не заставил себя долго ждать. Ещё до первых лучей солнца появился.

– Привет, Старынин! Привет парни!

– И тебе не хворать, – ответил старик.

Это был молодой мужчина, среднего роста, светловолосый, с сияющим от радости лицом. Видно было, что ему нравится то, что он делает. Вокруг него были немного заметные завихрения.

– Это остатки после телепортации или подготовка к новому перемещению вокруг тебя? – задал вопрос Борн магу–телепорту.

– Это остатки. Сейчас я буду наращивать объём вокруг себя, чтобы вы все могли поместиться в поле рядом со мной. И тогда стартанём. Подходите все ко мне ближе.

Старынин и ребята подошли близко к нему.

– Ещё ближе. Ещё. Прижимайтесь ко мне. Возьмитесь лучше все за руки. Закрывайте глаза. Начинаю наращивать поле.

Тела ощущали какую–то плотную энергию, которая окутывала их. Она всё плотнее обволакивала, словно запечатывая. В какой–то момент показалось, что их сейчас расплющит от давления. И вдруг они оторвались от поверхности. Появилось какое–то странное и незнакомое ощущение полёта. Но только не вниз, а вверх и в сторону. Потом раз, и всё. Зажим с тела спал.

– Всё, можете открывать глаза. Мы на месте. Дальше вы сами. Пока.

Не успели они открыть рты, чтобы попрощаться, а маг–телепорт исчез. Только остались небольшие завихрения, которые постепенно тоже растворились.

– Как вам ощущения после телепортации? – спросил Старынин.

– Необычно, – ответил Борн.

– Мне казалось, что меня сейчас раздавит, и всё хотелось оковы скинуть. – сказал Дримор.

А Лис сравнил эти ощущения с теми, которые у него были, когда его Леший с Полевиком в лису превращали. Старынин подтвердил, что ряд магических действий по ощущениям одинаковы, потому что всё это энергии. Энергии бывают разные и их потоки тоже, но общая суть чем–то схожа.

– Расслабляться не будем. До обеда у нас поход. Путь к горе Айвань будет лежать через непроходимый девственный лес к Рамынским горам. После них будет равнина и на ней одинокая гора – цель нашего похода. Идя по лесу, а также на большом плато Раманских гор у нас будут практические остановки. Будем призывать зверей и духов. Кстати плато может вместить на своей площади двух взрослых драконов. Борн осмелишься воплотить в жизнь своё видение?

При этих словах Старынина у Борна внутри всё сжалось. Стало страшно. Но в тоже время захотелось попробовать призвать дракона.

– Давай, давай, друг. – Дримор оживился. – Я хочу дракона повидать вблизи. А то обычно они у нас из–под носа добычу уносили и улетали, а тут я выскажу ему всё, что думаю о воришках этих.

Пробираться приходилось сквозь сильные заросли. Дорогу прорубали себе топорами. За спинами оставался широкий коридор, по которому можно было идти назад без страха заблудиться.

Днём устроили привал. Поели то, что взяли с собой, и отдыхали. Несмотря на то, что уже была поздняя осень, особо холодно ещё не было. Одежда на путниках была тёплая, да и они прогрелись, прокладывая путь сквозь лесную чащу.

Старынин предложил развести костёр и остаться здесь до завтра, а сегодня первый практический призыв сделать. Парни согласились. Дримор пошёл собирать хворост, Старынин разложил костёр, а Борн с Лисом обустроили с подветренной стороны стену. Также они решили соорудить навес на случай дождя, так как Старынин говорил, что ночью возможен мелкий дождик. Дримор посмотрел на это всё, возмутился тем, что если будет дождь, то одна стена и навес мало. Развернулся и ушёл в лес за жердями. В итоге сделали небольшой павильон с одной открытой стороной, тремя стенами и крышей. Накидали вовнутрь лапника для постели.

Пока обустраивали лагерь Старынин развёл костёр и сидел в задумчивости смотрел на огонь. Борн подсел к нему и не стал ничего говорить. Ему тоже хотелось помолчать. Мысли были на горе Айвань, ему было волнительно думать о том, что его видение может сбыться. Может и не сбыться. Больше было любопытно то, что он не знал, что делать, если всё это получится. Как поведёт себя дальше дракон, как ему самому себя вести. Насколько он знал из информации, почерпнутой из библиотеки Старынина, не было ещё ни одного человека, который мог бы призвать или приручить дракона. Эти существа могут быть опасными, и к тому же они очень своевольные. Людей они не трогают, но и дружбы с ними не водят.

– Фух, вот это я устал. – шумно пришёл Дримор. – Не даром я опора. Смотрите какое жилище соорудил нам. Чтобы вы без меня делали?

– Что, что? Под навесом бы сидели и ждали, когда ты нам хижину сделаешь. – съязвил, тоже подошедший Лис. – Когда будем призывать кого–нибудь?

Старынин посмотрел на парней, о чём–то подумал, потом предложил каждому определиться кто кого будет призывать и что просить у него. Дримор решил призвать медведя и Лешего, Лис призовёт мышь полевую и духа–помощника, которых их научил вызывать Хозяин Болота. Старынин улыбнулся с этого. Парни не рассказывали ему про своё умение, но он уже знал про их приключения. Лис, как обычно, решил схитрить. А Борн долго не отвечал.

– Что ты, друг, молчишь? – спросил его Дримор.

– Я всё думаю над словами Старынина о том, что на плато Раманских гор могут поместиться два дракона. Я бы хотел там призвать кого–то из огнедышаших. Здесь же, в лесу, даже не знаю кого позвать.

– Ты замахнулся сразу на масштабное. Я понимаю, что у тебя в миссии масштаб прописан, но надо тренироваться на ком–то мелком. – сказал Лис. – Например, призови гоноцефала. Эта ящерица считается лесным драконом. Младший собрат. На нём и потренируешься.

– Хорошая мысль. – поддержал Старынин. – Только вы одновременно не действуйте. Давайте каждый и вас настроится, прощупает окрестности, поищет есть ли здесь в округе те, кого хотят призвать. Когда отыщете их, спросите разрешения призвать и уточните удобно ли ему будет сегодня, может завтра. Мы на два дня растянем эту практику. Так, Дримор, только ты Лешего напоследок оставь, а то он нам тут балаган устроит. Пусть пока своими делами занимается.

– Хорошо. – с досадой вздохнул Дримор. – Я хотел его первым призвать. Понял тебя, не буду.

– Общаться с ними как? Мысленно, так чтобы только я слышал, или транслировать для всех? – спросил Лис.

Старынин подумал и предложил:

– Давай транслируй, чтобы мы могли послушать. В случае необходимости я подскажу и помогу. Но, смотрите, ответ может прийти в виде ощущения. Тогда их постарайся передать нам, транслировать надо на нас. Поняли?

Ребята закивали.

– Начинайте. Только давайте так поступим. Надо открыть к себе доступ для нас, чтобы мы могли видеть внутренние процессы, словно на экране. Туда же и трансляция всего общения пусть идёт. Кто первый?

Лис вызвался начать. Выбрал место для ритуала, сел лицом в сторону степи, в том направлении, где гора Айвань. Расслабил все мышцы тела, закрыл в глаза и начал входить в состояние лёгкого транса.

Старынин и парни подключились к нему, и начала наблюдать. Они видели, как Лис мысленно пролетел над лесом, где они находились сейчас, потом над Раманскими горами и оказался над степью. Здесь он замер и начал высматривать мышь. Ничего не было видно. Тогда Лис отправил мысленный призыв в надежде, что будет обратный отклик. Так и произошло. Сначала был звук, а потом и картинка приблизилась и все увидели мышку.

Лис открыл глаза, потом снова закрыл. Связь оставалась и не прервалась. После этого он сделал глубокий вдох и начал думать над текстом. Видно была, как сообщение формируется и передаётся мышонку. Тот с любопытством смотрел в небо и слушал. Окончательно сформированное сообщение покинуло мозг Лиса и улетело к мышке. Оно достигло адресата. Лис отключил все мысли у себя в голове.

Сообщение было следующего содержания: «Приветствую тебя! Я человек. Учусь на мага. Моё имя Лис. Не бойся, я не лиса, которая вас ест. Мне нужна твоя помощь. Я сейчас в лесу за Раманскими горами. Вскоре мы выдвинемся в их сторону. После гор мы будем в степи. Потом мы через неё будем направляться к горе Айвань. Можешь мне помочь?»

Все замерли в ожидании. Борн и Дримор очень напряжённо смотрели и боялись пропустить что–либо. Это был для них первый магический опыт, когда они сами управляют процессами. Пусть это делал их друг, но им предстояло тоже выполнить подобную практику. И они учились, запоминали.

Мышонок отправил ответное сообщение: «Могу помочь. Что ты хочешь попросить меня?»

Лис снова сформировал сообщение и отправил его: «Благодарю тебя за согласие. Я бы хотел тебя попросить просто разведать обстановку в степи на пути до нашего пункта назначения. Когда мы будем подходить ближе к твоим местам, я снова с тобой свяжусь. Ты не против?».

Мышонок ответил: «Если не наступят морозы. Иначе я спрячусь в свою норку и закроюсь там. А так зови. Только ты не узнал моё имя. Чтобы я откликнулся, то надо произнести Мико младший. Понял?».

Сообщение от Мико младшего прилетело в мозг Лиса и проявилось на экране. Лис кивнул и заулыбался. Но не сформировал ответное сообщение. Все ждали. Старынин отправил импульс Лису в голову. Тот оживился и сформировал ответное сообщение. И после этого они распрощались с мышонком.

– Это было здорово. Захватывающе я бы сказал. – с радостным лицом повернулся Лис к спутникам.

Друзья выразили тоже восхищение. Они, наблюдая за происходящим на экране, словно сами принимали участие в этом процессе. Старынин спросил почему Лис решил не призвать к себе лично сюда, а выбрал так далеко по расположению и просто пообщался. На что тот пояснил, раз он разведчик, то решил свою сеть агентов формировать. Мыши мелкие, везде снуют. Могут помочь. Правда, они сезонные помощники, но на ком–то ведь надо тренироваться.

– Теперь я вызову духа–помощника?

Старынин скривил лицо и отмахнулся, сказав при этом:

– Не обязательно. Я и так знаю, что ты умеешь это делать.

Лис непонимающе посмотрел на деда, потом перевёл взгляд на Дримора. Он в ответ пожал плечами. Тогда он посмотрел на Борна, но тот в ответ улыбнулся и кивком головы поддакнул Старынину, сказал:

– Да, Лис. Я давно уже заметил, что твоё поведение изменилось. Ты стал отлучаться чаще. Иногда ночью что–то шептать в углу. Наблюдал за тобой несколько дней, и понял, что ты с кем–то общаешься. Сначала подумал, что ты того, немного умом тронулся. Как–то так за тобой наблюдал и столкнулся со Старынином. Оказывается, что он тоже следил за твоим поведением. Мы пообщались на эту тему, а потом… На то он и учитель, что сразу понял, как проверить. В общем, мы видели твоего невидимку.

– Не понял! Почему я ничего не знаю? – возмутился Дримор. – Вы мне не доверяете?

– Не было случая поговорить. Ты постоянно с Лисом рядом.

– Мне почему не сказали? – уточнил Лис. – Почему наблюдали?

– Ты же сам нам не сказал. Вот мы и хотели больше собрать информации, чтобы понять твой мотив. Надо же и осознанность твою проверить. Вдруг ты решишь местью для соплеменников побаловаться. Раз уже у нас пошёл разговор об этом, то поделить с нами.

Лис смущённо посмотрел на Старынина и на Борна.

– Хорошо. Расскажу. Мне всегда было интересно, что вокруг происходит. Когда нас Хозяин болота научил просить помощи у невидимых духов–помощников, то я изучил потом в библиотеке всё, что там был о них. Узнал, что существуют несколько разновидностей. И решил познакомиться ближе. Так вызвал один раз и пообщался с ними. Их было несколько. Сколько точно не скажу, но не менее десятка. Мы так хорошо пообщались. Быстро нашли общий язык. И договорились, что будем дружить. Они сказали, что к ним редко за помощью обращаются. Есть несколько высших магов из Совета, а остальные или не знают, или считают, что нет смысла. Они же рады пообщаться, помочь. Им это словно развлечение и разнообразие. Вот я и попросил их мне рассказать, что нас окружает, описать окрестности. Когда Старынин сказал куда мы идём, то я попросил их провести меня по этим местам, где наш маршрут пролегает. Вы заметили, что я очень чётко визуализировал лес, горы и степь? Старынин, ты же эти места должен знать. Подтвердишь? Местность точно так выглядит? Не пошутили духи?

– Да, всё верно. – подтвердил старик.

– Ну, вот как–то так.

– Шикарно! – Дримор хлопнул друга по плечу. – Я начинаю завидовать. Ты такие успехи уже в магии делаешь, а я только травам научился. Что касается магии, то я всё ещё тот же пацан с племени.

– У тебя есть шанс показать обратное. Медведя будешь вызывать?

Это был вопрос от Старынина. Дед хоть и спросил, но ответа не ждал. Он повернулся к костру, подкинул дров и пошёл к дорожной сумке.

– Что смотрите так на меня? Надо Дримора накормить. Он же так лучше думает и делает, – усмехнулся старик. – Да, и мишке надо угощение подготовить. Ты пока настройся и просканируй пространство вокруг. Не соединяйся, а просто поищи есть ли кто в ближайшем лесу. Далеко, как это сделал Лис, не надо искать.

Пока Старынин и парни готовили еду, Дримор отошёл в сторону и настраивался. У него не получалось сконцентрироваться, постоянно отвлекался на любой звук вокруг. Попробовал дыхательные упражнения, но не сильно помогало. Но в какой–то момент он решил попробовать упражнение, о котором читал в одной из книг. И начало помогать немного. Он сначала делал глубокий вдох на пять счётов, потом задерживал дыхание на двадцать счётов и медленно выдыхал на десять счётов. Так три круга. Потом делал вдох на шесть счётов, задерживал дыхание на двадцать четыре счёта, медленно выдыхал на двенадцать счётов. Тоже выполнил упражнение в три круга. После начал делать три круга вдохов на семь счётов, задержку дыхания на двадцать восемь счётов и выдох на четырнадцать счётов. И последние три круга были по восемь счётов вдох, тридцать два счёта задержка дыхания и шестнадцать счётов выдох.

Это помогло, но ему хотелось ещё лучше настроиться, и он решил сделать медитацию «Возвращение к звёздному дому», которую он один раз уже выполнял. В процессе этой медитации он встретился с светящимся существом, которое ему передало, вставив в солнечное сплетение какой–то сгусток, похожий на комок энергии. Выйдя из медитативного состояния Дримор понял, что получилось ему устранить весь свой шум. У него было состояние лёгкости, благости и спокойствия.

Он закрыл глаза и начал настраиваться на пространство вокруг. У него тоже получилось, как у Лиса видеть лес, но Дримор не стал лететь над лесом, он начал перемещаться между деревьев. Потом понял, что всё же лучше смотреть сверху, потому что так взгляд больше охватывает. Лес был красив сверху. Он увидел много очаровательных мест, так и хотелось там погулять вживую, своими ногами. Вдалеке он заметил вьющийся ручеёк, и решил проверить есть ли там что–то. Не зря. Потому что на берегу росли кусты смородины, а в них пасся медведь.

«Так, что мне сделать? – подумал Дримор – Призывать медведя нельзя сейчас, а как я потом его найду?». И он попробовал сонастроиться с медведем. Получилось. При сонастройке удалось считать медвежьи вибрации и частоты. На них он поставил свою незаметную метку, которая была связана с его солнечным сплетением. Это была условная нитка.

– Я смотрю, что у тебя получилось сделать даже больше, чем я просил. – Сказал Старынин посмотрев на грудь Дримора, когда тот вернулся к ним.

– Ой, что это у тебя? – Лис придвинул близко своё лицо к груди друга. – Бор, смотри, в груди искра какая–то.

Дримор испугался:

– Какая искра? От костра попала?! Ай, я не хочу, чтобы моя одежда сгорела.

– Успокойся, успокойся. Всё хорошо. – Старынин взял его за руку. – Я верно понял, то ты нашёл медведя?

Дримор утвердительно кивнул.

– И ты поставил на нём метку, при это сонастроился с ним?

– Да. – с удивлением согласился юноша.

– Вот, поэтому у тебя и светится огонёк энергии. Потом войди в него, создай портал и через тот портал плавно переместись к медведю. Ты хорошо придумал. Молодец!

– Друг, ты недооцениваешь себя. – Борн с восхищением посмотрел на друга. – Вот, буквально несколько мгновений назад ты хвалил Лиса и говорил, что ты только травам обучился, а сам, смотри, что сделал. Я бы даже не додумался до такого. Браво!

Дримор ел с аппетитом. Настроение у него было великолепное. Он радовался своему успеху, как не радовался до этого никогда. Он торопился закончить с приёмом пищи, так нетерпелось ему уже совершить практику призыва найденного им медведя.

- Оставьте медведю угощение. Не съедайте всё. А я пошёл призывать его.

Дримору нетерпелось уже выполнить магическую практику. Он вытер жир с губ, руки вытер об штаны и пошёл на своё прежнее место.

Сел, настроился и, как ему подсказал Старынин, вошёл в огонёк, создал портал и начал движение по нему. Его с легкостью привело к медведю. Тот уже ушёл от кустов смородины.

Дримор дотронулся до его плеча и отправил ему сообщение из своего мозга:

- Эй, косматый, здорово!

Медведь остановился, оглянулся по сторонам, но не увидев никого, побрёл дальше. Дримор снова окликнул его:

- Косолапый, здорово! Меня зовут Дримор. Ты не можешь меня увидеть. Я учусь магии. Сейчас я мысленно с тобой связываюсь. Предлагаю пообщаться.

Медведь прорычал, мотнул головой и сел. От него пришёл ответ:

- Тебе скучно, Дримор? Зачем меня тревожишь? Найди себе кого-то другого.

Дримор принял слова медведя и отправил ему свой ответ:

- Не хочу я другого. Я люблю медведей. Я сам здоровый, словно медведь.

- И что с того?

- Как что? Давай подружимся. Мы недалеко от тебя. Приходи к нам, угостим вкусным мясом.

- Что мне твоё мясо? Его столько в лесу бегает, что я и сам могу себя прокормить.

- Такого мяса ты не ел. Оно жареное!

- Что значит жареное?

- На костре приготовленное. Обработанное огнём. Вкусно. Очень.

Медведь задумался. Потом пришёл от него ответ:

- Куда идти?

- Я сейчас тебе дам импульс, иди на него.

Дримор отправил энергию по порталу медведю.

- Ну как? Почувствовал?

- Да. Иду. Но смотри, если ты пошутил или в ловушку меня заманить хочешь, то я тебе не дам спуску, ты будешь моим ужином.

- Давай иди уже. Пугаешь тут меня. Пуганый.

Старынин подошёл к Дримору и одобрительно посмотрел в глаза парню:

- Молодец. Ты сделал сегодня всё то, что я даже не ожидал от тебя. И разговор в твоём стиле, и направление задал медведю, и метку ставил, чтобы его не потерять. Тогда ждём медведя и посмотрим, как практика закончится. Пока у тебя всё получается хорошо.

Через время они увидели медведя. Его не было слышно, он шёл тихо, мягко ступая. Это был взрослый зверь. Во всём его виде, походке просматривалась его мощь, как физическая, так и внутренняя.

- Это ты меня звал. – обратился телепатически косолапый к Дримору.

- Да, - вслух ответил Дримор.

- Я не понимаю твою речь, обращайся ко мне также, как в прошлый раз.

Дримор настроился и продолжил общение телепатически. Борн и Лис с интересом наблюдали за происходящим. Старынин следил внимательно за животным, чтобы в случае агрессии с его стороны принять меры. Но медведь оказался добряком. Он с удовольствием съел оставленное для него угощение.

После этого люди и медведь пообщались. Территория обитания у него была большая, он рассказал, как лучше пройти к Раманским горам. Сами горы ему были не знакомы, та как это уже не его территория. Подсказал где воду можно набрать, где ягоды есть. Смородину он последнюю доел, да и та уже вялая на кустах, но есть ещё брусника и клюква. Похвалил жареное мясо и попрощавшись, ушёл.

Юноши были под сильным впечатлением от дня – утром телепортация, Лис с мышкой контакт наладил, Дримор медведя пригласил. Эмоции переполняли их через край. Даже сдержанный Борн не скрывал эмоций.

Уже давно стемнело, пошёл дождь, а они все разговаривали и разговаривали.

- Парни, я спать уже хочу. Понимаю ваше состояние. Сам когда-то такой же был, но нам ещё много успеть надо. Завтра утром Борн пусть своего лесного дракона вызовет, и днём выдвинемся. Соберём ягод, грибов, заночуем и послезавтра нам надо уже к подножию гор подходить.

Мальчишки умолкли. Но им не спалось, каждый из них ворочался и смогли они заснуть только под утро.

Старынин проснулся рано. Не стал будить парней - пусть поспят, успеют всё сделать. Он отошёл в сторону, устроился удобней и решил помедитировать. Он захотел связаться со своим тотемным животным. У него это был вол по имени Лаумель.

- Приветствую тебя, Лаумель.

Старынин погладил по голове животное, которое ласково наклонило голову и прикоснулось к нему. Общение было на ментальном уровне. Вол жил в другом измерении. Старик поинтересовался как дела у животного, а также попросил дать ему силы, энергии и подсказать как ему дальше поступить. Сказал, что через время попробует ещё выйти на связь.

Пока он был в медитации ребята проснулись. Дримор толком не продрав ещё глаза, с заспанным лицом начал раздувать угли, оставшиеся от вчерашнего костра и подкидывать хворост. Лис вышел на улицу, потянулся и решил сделать зарядку. Борн нежился, он лежал с открытыми глазами и просто наслаждался.

Дримор что-то рассказывал. Пока он говорил и ничего не спрашивал, Борну было всё равно, но когда он начал задавать ему вопросы, тот разозлился:

- Сколько раз я тебе говорил, что не трогай меня сразу после пробуждения. Я злиться начинаю, когда мне задают вопросы. Просто слушать тебя я ещё готов, а разговаривать, и особенно отвечать на вопросы нет. – и кинул в друга палку.

После завтрака продолжили практические занятия. Сегодня планировалось общение с гоноцефалом. Борн настроился и начал сканировать пространство в поисках этой ящерицы. Ближайшая, которую он увидел была в Раманских горах. Размер ещё был внушительный, с половину руки. Борн обратился к ней:

- Привет, лесной дракон! Моё имя Борн. Я человек. Позволь мне наладить контакт с тобой.

Снующий по своим драконьим делая гоноцефал в изумлении остановился. Посмотрел по сторонам. Борн продолжил:

- Ты не увидишь меня. Я в одном дне пути в лесу недалеко гор, где ты сейчас. Я учусь на мага, и у меня практическое задание.

Гоноцефал замер. В ответ пришло сообщение:

- Приветствую тебя, Борн! Давай наладим контакт. Что тебе от меня надо будет или ты просто поговорить?

- Если бы ты был рядом, я бы тебя пригласил к нам, но мы можем через день встретиться у тебя.

- Можем. Вы в наши горы или куда-то дальше путь держите?

- Мы к горе Айвань движемся.

- Могу составить вам компанию и провести до той горы через наши горы.

Тут подключился к общению Лис. Он дал импульс Борну, напомнив о его мышке.

- Мне тут подсказывают, что ты очень крупный и можешь есть мышей.

- Могу. Вам наловить? Хотите поужинать ими?

- Не смеши. Не об этом речь. У моего друга в степи после твоих гор есть друг, мышонок. Он опасается, что ты его съешь.

- Могу. Тогда давайте я с вами до степи прогуляюсь, а дальше пусть ваш мышонок провожает.

- Как тебя зовут?

- Зачем тебе моё имя? Я один в этих горах живу. Найдёшь.

- Но горы то большие.

- Я через день сигнал буду отправлять тебе. Найдёшь.

- Благодарю тебя, мой друг.

Гоноцефал сам прервал связь, Борн и не успел толком попрощаться. Лис прокомментировал:

- Замечательно. У нас есть два провожатых. Борн привлёк проводника в горах, я попрошу мышонка в степи нас провести. Но твой друг, Дримор, пришёл, поел и ушёл.

- Отстань ты от меня. Понял я, что ошибку совершил. Мог бы попросить и через лес нас провести. Зато мы знаем ягодные места.

К вечеру третьего дня пришли к подножию Раманских гор. Это было потрясающее зрелище. Горы поражали своим величием. Подъем, который им предстояло преодолеть, был крутой, по пути осыпалось много камней. Поднялись наверх уже когда стемнело. Недалеко от края, на расстоянии двухсот шагов, был грот. В нем и решили переночевать. Разложили костер, приготовили подстреленных днем утку и зайца.

– Как вкусно. Я такой вкуснятины никогда не ел, – промычал с набитым ртом Дримор.

– Еще дня два по горам бы полазил, не то запел бы. Тебе и перо от утки показалось бы вкусным. Сколько сил отдали, пока поднялись. Это тебе не по лесу шататься. – Ответил ему Лис.

– Ну, вы болтайте, а я буду спать. Мне силы нужны на завтра. Я гоноцефала утром призову, и мне с ним связь держать до конца нашего пути по этим горам.

Когда только солнце начало выглядывать из–за вершины гор Старынин разбудил всех троих. Пока готовили завтрак Борн призвал лесного дракона.

- Смотри, - начал место приветствия он, - здесь есть большое плато, на котором могут поместиться два дракона. Я хочу попасть туда и призвать огнедышащего.

- О, интересно. Давно со своим старшим братом не встречался. Давай, конечно. Я с большой радостью повидаю его.

К обеду они уже были на месте. Бор заметно волновался. Внешний вид не выдавал этого, но внутреннее состояние пробивалось немного наружу, фонило. Старынин и друзья чувствовали его эмоции, они передавались даже им.

- Давай, Борн. Я верю в тебя.

Юноша кивнул Старынину и отключил всё своё сознание от окружающей обстановки. Он погрузился в себя. Через время начал сканировать пространство. Его задача была сложней, если ребята искали в округе, в одном-двух днях пути, и он до этого тоже с гоноцефалом связался, который был на расстоянии в дневной переход, то сейчас ему предстояло сканировать так далеко, как далеко будет ближайший дракон.

Борн вышел на середину плато, начертил вокруг себя круг, в кругу начертил магические знаки. После всего этого повернулся лицом к солнцу, закрыл глаза и начал произносить заклинание. Сначала тихо, потом громче, а после перешёл на крик. Вокруг Борна закружили маленькие смерчики. Его тело заискрилось. Он продолжал выкрикивать заклинание призыва, все эмоциональней и эмоциональней произносил слова.

Вдруг со стороны солнца, с той стороны куда был повёрнут лицом Борн, потянуло чем–то сильно горелым. Старынин, Лис и Дримор увидели, что приближается дракон. Борн ещё этого не заметил, он был в трансе.

Дракон покружил вокруг и сел рядом с Борном. Юноша посмотрел невидящим взглядом в глаза дракону, он был ещё в трансе, достал нож, сделал на своей руке надрез. После этого протянул руку к дракону.

– Что он делает? – Испугался Дримор. – Дракон его сейчас проглотит и не заметит. О, какой здоровенный!

– Стой спокойно и смотри. Он знает, что делает. Не забывай о том, что не надо поддаваться эмоциям. Следи и будь готов к любому развитию событий. Я уверен, что Борн понимает, что делает. – тихо поговорил на ухо Дримору Лис.

Их друг в это время сделал надрез на лапе дракона между чешуйками, и прислонил свою рану к его ране. Дракон смотрел недоумевающе, он просто застыл от такой наглости и не понимал, как реагировать. Борн торжественно произнес, глядя в глаза дракону:

– Теперь мы с тобой братья по крови! Впредь ты обязуешься при любой моей беде, при первом моём зове прилетать мне на помощь.

– Так же, как и ты обязуешься приходить на мой зов. – Прогрохотал голос дракона в ответ. Ты могучий! Я согласен быть твоим братом! Меня зовут Змерин.

– А меня зовут Борн. Спасибо что прилетел на мой зов. Я больше тебя не держу, ты свободен. Можешь продолжить то, чем занимался.

– Дело в том, что я огнедышащий дракон. И брат мой должен быть властелином огня. Я помогу тебе в этом. В далекой стране, где живут люди незнающие огня, в пещере под корнями древнего вяза, спрятана магическая перчатка, которая может метать огненные шары.

– Почему ж её другие не взяли? Ведь давно могли. Причём любой.

– Нет, так просто ее не взять. О перчатке мало знает, поэтому и желающих нет. Также вход в пещеру охраняет два великана. На саму перчатку наложены чары. Есть такая легенда, в которой говорится, что тот, кто сможет стать кровным братом огнедышащему дракону, тот и легко овладеет перчаткой, чары, наложенные на неё, на него не будут действовать. Я не знаю, как ты смог меня околдовать. Я слыл всегда очень сильным, строптивым и буйным драконом. Чего говорить слыл, я такой и есть. На моем счету много побед. И много разных магов; (и сильных, и слабых) пытались подружиться с драконами. Кто прямо предлагал, кто хитростью заходил. Ничего у них не получалось – дракон древнее и очень мудрое животное, нас невозможно победить. В тебе же смотрю очень много силы. Ты даже не представляешь, сколько ее в тебе.

– Как я смогу попасть к перчатке?

– Я тебя отвезу.

– Когда?

– Хоть сейчас.

– Я сам не могу. Я только с друзьями. Мы всегда вместе.

– Могу и всех.

Старынин и друзья Борна стояли в замешательстве. Они не знали, что сказать. Первым очнулся Старынин:

– Я знал, что мне придется побывать в приключениях, но чтоб летать на драконе, даже и подумать не мог. Я согласен, но только вам надо на гору Айвань.

- Заберёте перчатку, и я привезу вас обратно. Идите потом туда, куда шли. Залезайте на меня уже давайте.

Они все взгромоздились на спину дракона, предусмотрительно привязав себя веревками, чтоб в полете не упасть случайно на землю. Дракон начал медленный шаг, постепенно переходя на бег, и вдруг, одним резким движением оттолкнулся от земли. Когда горы и лес оказались далеко внизу, Дримор произнес:

– Я чувствую, нас ждут великие дела! Наши соплеменники еще пожалеют, что

унизили таких героев, какими станем мы! Вперед за подвигами и славой!

Гоноцефал стоял с открытым ртом. Он только и смог выдавить, провожая взглядом удаляющихся новых друзей и старшего брата:

- Эх, брат, ты даже не посмотрел на меня. А я так хотел с тобой пообщаться. Хотя бы поздороваться.

Грустно опустив голову, побрёл. Остановился, посмотрел ещё раз на то место, где только что всё произошло и сказал уже бодро:

- Я останусь здесь. Ведь они же вернутся. Я терпеливый. Подожду.

Глава 9. В племени дикарей

Змерин размеренно двигал крыльями. Однако для четверых сидящих на спине дракона скорость, с которой он двигался, казалась такой огромной, что они вцепились в его спину с такой силой, что побелели пальцы от напряжения. Внизу проплывали горы. С этой высоты они смотрелись еще величественней. После гор пошел редкий лесок и вскоре совсем закончился. Везде была степь. На ней паслись стада животных, которых изгои видели только на картинках в книгах из библиотеки Старынина.

Вдалеке замаячили строения.

– Смотрите, город. – Закричал Дримор, – помните, мы про это читали в книге.

– Это не город. Это деревня, – ответил старик.

– В книге было написано, что город – это большое стойбище, что-то вроде нашего, где мы жили, только жилье построено большое и для вывода дыма на крыше сделана труба. Вот, смотрите, мы как раз пролетаем над ними. Видите, дым идет из труб, совсем не так как у нас в племени было. Но как у тебя в хижине, батя.

В это время из домиков начали выбегать люди. У всех в руках было какое-нибудь оружие. Кто с топором, кто с косой и даже с вилами. Все что-то кричали, махали руками.

Дримор тоже в ответ помахал им рукой:

– И мы вас приветствуем, добрые люди.

– Дурак, они выбежали не тебя увальня поприветствовать, а дракона прочь прогнать. – сказал Лис.

– А чего его прогонять? Он же хороший.

– Понимаешь, – вступил в разговор Борн, – драконы добрыми не бывают. Они всегда что-нибудь воруют у людей. Могут корову украсть, овцу, а то и девку упитанную. А, когда у них драконята маленькие, то спасу нет от них. Только и успевают таскать. Ты же сам помнишь, как они нам на охоте могли напакостить, украв нашу добычу.

– Почему ж тогда он нас не съел? – Не унимался Дримор.

– Кровное братство крепче любого родства, – ответил вопрос Борн, – поэтому он нас не трогает. И вас не тронет, потому что вы мои друзья. – Друг брата – свой друг.

– А ты хитёр. Даже хитрее Лиса оказался. Это ж надо было так придумать, приручить дракона, и причем сделать его братом. Я горжусь тобой Борн. – сказал Дримор, хлопнув по плечу друга.

– Меньше надо было на печи валяться да жевать. Если б читал больше не только о травах и войнах, то знал бы, что сила человека не в мышцах, а в голове. Эти истины нам Старынин в самом начале рассказал. Из всего изученного я сделал выводы, что если не поддаваться плотским желаниям и эмоциям, а следовать разуму, слушать подсказки интуиции и понимать истинную мотивацию поступка, то можно много взять от жизни полезных вещей.

– Дракона, например. Это прекрасно, что у нас есть такой друг. С тобой мы с голоду не умрем. Ты нам такого охотника добыл. Ух! То кабанчика поймает, то быка. И костер чтоб развести мучиться не надо. Наш дракоша только один раз дыхнет и все. Красота. – Мечтательно промолвил Дримор.

– Тебе только поесть и надо. – Начал отчитывать Дримора Лис. – Ты ни о чем кроме еды не думаешь. И во сне, наверное, видишь только одни обеды, завтраки и ужины. Хватит столько есть. Нас из-за тебя любой сможет выследить. Все кусты обгажены по пути нашего следования.

Пока они спорили, деревня осталась далеко позади. Теперь под ними была бескрайняя степь. Везде куда ни глянешь зеленая гладь, и только иногда попадаются стада пасущихся животных. Змерин весь день летел без остановки, будто он из железа сделанный. К вечеру на горизонте появились горы. Эти горы не были похожи на Раманские. Они были таких огромных размеров, что подпирали небо. А на верхушках этих гор лежал снег.

Изгои с интересом смотрели на приближающиеся горы. Их и пугало и притягивало одновременно. Один Старынин сохранял спокойствие. Змей покружил над вершиной, выбирая место, где приземлиться. Наконец-то увидел хорошую площадку и пошел на снижение.

– Нужели мы прилетели, Змерин? – Произнес Дримор, растирая затекшие конечности.

Когда все слезли, Змерин повернул голову к своим друзьям.

– Я полетел к себе в гнездо. Как буду нужен, зовите. Моя стихия – это горы, небо.

Он развернулся, разбежался и полетел прочь. Путники остались сами в неизвестной им местности. Недалеко они увидели грот. Решили переночевать там. Поужинали тем, что было в сумках, и легли спать.

Утром проснулись, когда только начало восходить солнце. Собрались и пошли в путь. Шли друг за другом. Первым шел Старынин, а замыкал шествие Лис. Плато, на котором они приземлились, было больших размеров. Когда все подошли к краю, солнце уже было высоко.

То, что они увидели, заставило их остановиться, и как зачарованных, стоять и смотреть вниз. Это было неописуемое зрелище. Внизу был лес. Он растягивался на необозримое расстояние. Цвет листвы был нежно-зеленый. Деревья были огромны, ствол каждого дерева был такой, что им четверым не обхватить.

Сбросив с себя оцепенение, они тронулись в путь. Спуск был трудным, камни осыпались из-под ног. Они часто оступались, падали. Из предосторожности путники обвязались веревками, для того чтоб, если кто-нибудь сорвется, не покатился вниз. А то так и убиться можно.

Преодолев спуск и войдя в прохладу леса, решили сделать привал. Лис и Борн пошли на охоту, а Старынин и Дримор тем временем занялись разведением костра. Охотники вернулись быстро. В руках у них было две птицы и заяц. Тряся птицами в обеих руках, Лис произнес:

– Здесь прекрасные места для охоты. Дичи полный лес. Охотиться просто одно удовольствие.

Они освежевали дичь, пожарили её и принялись есть. Ели с таким удовольствием, что Дримор стал возмущаться:

– Э-э-э! Вы, это. Не спешите, а то все съедите. На меня наговариваете, что я обжора, а сами. Так и кустов на вас в лесу не хватит. Все пометите.

– Не мешай. Вкусная здесь дичь. Отродясь такой не ел. – сказал Лис. – Вот что значит девственно чистое.

Поели. Убрали все за собой, затушили костёр. Накинули заплечные сумки себе на плечи. И только собрались уходить, как вдруг непонятно откуда, никто даже не услышал, стали появляться люди.

Правда, людьми их сложно было назвать. На них были грубые неотделанные шкуры. Волосы были очень длинные, Лица, заросшие бородами. Взгляд у всех строгий и одновременно в нем сквозит любопытство. Никогда таких людей не видели. Вроде бы парни сами были из лесного племени, но эти мужики очень уж какими-то были дикими. И роста они были огромного, сами массивные, лица угрюмые, кулаки здоровенные.

Самый главный из дикарей показал им знаками, чтоб они побросали на землю все свое оружие.

– И, что мы вот так без боя сдадимся? – возмутился Борн. – Нет, так не пойдет.

– Это твой огнедышащий братик специально нас сюда завез. Думает, самому нельзя тебя убивать – кровник ведь. А обида за то, что его могучего покорил какой-то сопляк, гложет. Наверное, уже всего изгрызла. Вот он и решил: пускай их растерзают дикари, и завез нас сюда. А мы уши развесили. – Возмутился Лис.

– Никаких эмоций, парни, – спокойно сказал Старынин. – Драться я не стоит. Лучше давайте мирно попытаемся все решить.

– Ага. Они нас приведут к себе, а там их еще больше. Потом сожрут и разговаривать не будут – продолжал возмущаться Лис.

– Умирать что-то на пустой желудок не хочется. – присоединился к дискуссии Дримор.

– Ты, Дримор, можешь не врать. Только что поели. – буркнул Лис.

– Да? Я уже и забыл от волнения.

– Помолчите немного. Я сейчас пообщаюсь с ними. – Сказал Старынин, и повернулся к дикарям. – Мы пришли к вам с миром. Могу поговорить с вашим вождем? У нас важное дело к нему.

– Меня зовут Акимак. Я старший в этом отряде. Вижу, что ты у вас тоже старший. Тебя как?

– Моё имя Старынин. Это мои спутники Борн, Лис и Дримор. Мы не собираемся ничего дурного никому делать. Мы мирные люди.

Акимак подумал, отошел в сторону, посоветовался с другими. Потом развернулся и

сказал:

– Мы отведем вас к вождю. Только вы должны отдать нам свое оружие.

– Какие гарантии, что вы нас не убьете? – полюбопытствовал Дримор.

– У вас разве есть выбор? Мы вас перебьем как мух. Вы то и ростом нам по плечо. Даже если и удастся вам победить нас, то вокруг горы, много гор. Там не воды, ни пищи. Вам не уйти живыми.

Старынин подошел к изгоям:

– Давайте сделаем, как они велят, сдайте оружие. Положитесь на меня, подумайте. Мы не воины, мы маги. Сила мага помните в чём?

Парни поснимали с себя все оружие и отдали дикарям. Акимак жестом показал, чтоб они следовали за ними. Он вообще был неразговорчив. За всю дорогу ни слова не проронили. Четверо спутников шли в середине, впереди и сзади шли дикари. Вскоре появилось селение. Жильем для этих людей служили шалаши, сплетенные из веток и покрытые листвой. Таких хижин насчитывалось около двадцати. Возле каждого шалаша сидели женщины и занимались своей работой: кто разрезал и сшивал шкуры, кто разделывал животных. Маленькие дети ползали возле своих матерей, а что постарше бегали по селению.

Когда жители увидели их приближение, все прекратили свои занятия и побежали навстречу. Четверых неизвестных им людей рассматривали с большим любопытством, но без злобы. Одна молодая женщина даже заискивающе глянула на Дримора и ущипнула его.

Всех четверых привели к самому большому шалашу и велели войти. Убранство внутри было простым! На земляном полу лежали шкуры, они, видимо, служили постелью. Возле прохода у стены лежала посуда. У дальней стены сидел огромных размеров старик. Хоть он был и немолод, но в нем чувствовалась мощь.

– Вот, Сересор, мы привели тех, кто владеет огнем. Мы видели, как они сначала его развели, потом через время сделали так, чтобы он погас. – Почтительно сказал Акимак.

Сересор молчал. Он внимательно разглядывал четверых незнакомцев. Через время заговорил:

– Скажите кто вы – Боги или демоны? Только им подвластно управлять огнем. У нас, есть предание, которое гласит о том, что наступят времена, когда с неба к нам придут те, кто умеет управлять огнем. И с тех пор жизнь наша изменится. Как она изменится, не сказано. К лучшему или к худшему. Если вы Боги, то уважение вам и почет. Если же демоны, то расправа с вами будет коротка. И не таких бивали.

Он прищурился и внимательно посмотрел на чужаков. Ему ответил Старынин:

– Мы не Боги и не демоны. Такие же люди, как и вы. В местах, откуда мы прилетели и пришли, все умеют владеть огнём. И этот навык у нас уже очень давно. Мы и вас можем научить.

Вождь покраснел, подскочил и заверещал:

– Врешь! Право власти над огнем дано только Богам и демонам! Вы будете казнены!

– Вот, вот, что я и говорил. Дракон специально нас сюда на съедение этим дикарям привез. – Сказал Дримор.

– Молчи ты. И без тебя тошно, – ответил ему Борн. – Как он мог так поступить? Неужели ты прав?

Их схватили и поволокли к столбам жертвоприношений.

– Вот и посмотрим. – Сказал Сересор. – Если во время казни ударит молния в этот круг, что начерчен возле тех деревьев, то мы вас отпускаем. Боги пускают молнии в этот круг, когда мы казним угодных им.

Старынин вздохнул с облегчением, и прошептал своим спутникам:

– Ну, это пара пустяков. Пустить молнию в указанное место также легко, как Дримору нагадить под кустом.

– Ну, вот опять я. – сказал Дримор обиженно. – Вам не надоело меня при каждом удобном случае поминать?

Тем временем их крепко привязали к столбам и разошлись. Никому никакого дела до них уже не было. Сересор собрал у себя в шалаше самых почётных воинов и начали обсуждать какой ритуал проводить и когда будут.

– Нам надо заготовить стрел побольше. – Сказал Акимак. – Я очень люблю такие ритуалы. Давно так много не стреляли. Ещё и сыну моему будет хорошая практика.

– Давайте обсудим, что будем делать, кто чем займётся для подготовки проведения ритуалов. – Сказал Сересор.

– Вождь, скажи мне, почему мы будем их казнить? Мы же даже не проверили их возможности, мы не предложили им научить нас управлять огнём. – спросил старший сын Сересора.

Вождь злобно посмотрел на сына и так же зло ответил:

– Когда ты уже поумнеешь? Посмотри на людей вокруг, все люди, как люди, а ты не соответствуешь, как всегда. Почему ты позоришь меня? Снова лезешь со своими замечаниями. Акимак объясни ему, у меня терпения не хватает уже. Ты хоть сможешь, а я ещё разозлюсь так. что велю его к этим чужакам отвести и тоже к жертвенному столбу привязать. Позор для нашего племени.

– Идём на улицу и поговорим. – Повелительно позвал за собой Акимак, и не оглядываясь вышел первым.

– Послушай меня, мой мальчик, твой отец вождь, он многое повидал, ему знания передавали ещё его предки. Он мудр очень, иначе не был бы выбран вождём. Понимаешь?

– Нет, не понимаю. Мы столько лет мечтаем о том, что научимся управлять огнём. Несколько поколений прожило и умерло с этой мечтой, но так и не сбылась она у нас. И что? Сейчас есть возможность, но её никто не видит, отказываются от неё. Вы совсем ослепли в своём страхе перед демонами?

– Глупости говоришь, сын. Не достойны твои слова взрослого воина и мужчины. Мы старше, мы лучше знаем. Не зли отца. Не могут простые люди уметь управлять огнём. Огонь – это природное явление. Природу не может человек приручить, природными явлениями он тоже не может управлять.

– Вы проверили? Почему вы сразу их к столбам потянули и привязали? Не дали даже слова сказать. Отец, просто на ровном месте рассвирепел. Я бы на его месте…

– Не будешь ты на его месте с такими взглядами и бунтарством своим.

– Вот стану тебе на зло вождём. Тогда искореню эти суеверия и глупости, идущие через поколения. Ну бред же несёте.

Акимак не сдержался и отпустил увесистую затрещину. И прогнал парня прочь.

Ближе к вечеру всё племя стало стягиваться к жертвенным столбам. В воздухе ощущалось эмоциональное напряжение. Все ожидали с нетерпением выхода вождя. И вот он вышел. Раздался приветственный гул толпы.

Сересор был в боевом раскрасе. Шёл он степенно, величаво. Люди расступились перед ним, давая проход к пленникам. Он подошёл к ним, стал напротив Старынина и пристально посмотрел в его глаза. В этот момент зазвучали барабаны, отбивая ритм. Толпа постепенно стала в такт ритму отбивать ногами. Ритм ускорился, в барабаны начали бить сильней и чаще. Темп движений толпы увеличился. Постепенно дошли люди до трансового состояния.

И вдруг раздался жуткий клич. Это прокричал Акимак, вырвавшись из толпы. Во второй раз вся толпа присоединилась. Это было страшно.

– Мне кажется, что я сейчас обделаюсь. – Сказал Дримор.

– Не надо было столько много есть. – Съязвил Лис.

Танец становился всё ритмичнее. Взгляд у танцующих был каким-то не от мира сего. Не приятно было смотреть в их глаза, хотелось зажмуриться. И вдруг снова раздался истошный жуткий крик. Это опять был Акимак. И, как в первый раз, толпа поддержала его.

– Парни, – обратился Старыним к своим ученикам, – помните, что вы маги. Маг не поддаётся эмоциям. Будьте в моменте, наблюдайте. Настраивайтесь. Нам важно ещё молнии пустить. Сегодня они нас трогать не будут. Мы повисим немного. Завтра тоже. Обычно ритуал такой длится три дня. Для нас, а особенно для вас, это хорошо для тренировки.

– В смысле тренировки? – Дримор злобно посмотрел на старика. – Ты снова подстроил нам, как Летом на болоте?!

– Нет, ребята. Сейчас всё по-настоящему. Давайте дождёмся окончания этих танцев и потом поговорим. Не могу кричать. Горло першить сильно начинает.

Почти до утра всё это действо длилось. Пленники устали, но держались. Когда толпа разошлась, Сересор подошёл к столбам в сопровождении нескольких человек.

– Ну, что?

– А что? – с издёвкой ответил Дримор.

– Смотрю, что держитесь вы достойно. Но это не умаляет вашей участи.

– Съедите нас? – спокойно спросил Борн.

– Нет. Но накормим вас. Для таких гостей, как вы у нас имеется особое угощение.

После этих слов вождь что-то сказал сопровождающим. Два человека отделились от этой группы людей и пошли куда-то за шалаши. Когда они вернулись, то стоял сильный запах. На носилках у них был кусок разлагающегося мяса.

– Нас, что этим хотят накормить?

– Да, Дримор, все знают, что ты обжора. – сказал Борн.

– Я готов поделиться с тобой своей порцией. – присоединился Лис.

– Нет уж. Я сегодня угощаю вас. Отдаю всю порцию вам, друзья мои. И объявляю голодовку.

Дикари не церемонились, отрезали по куску этой гнили для каждого. Подойдя к каждому резко запихнули в рот. Сопротивление было бесполезным, в ответ получали сильный удар по голове. Процедура была отвратительная по ощущениям. Но Старынин продолжал спокойно наставлять парней, что эмоции следует откинуть. Немного выдержки и он всё потом устроит, всё будет хорошо и с их организмами тоже.

Накормив пленников тухлятиной их сняли со столбов и отнесли в отдельно стоящий шалаш. Руки оставили связанными за спинами. У входа в шалаш оставили двух охранников. В племени настала тишина. Всё спали после диких танцев.

– Давайте и мы поспим. Часа через три – четыре я вас разбужу.

Но проснуться пришлось раньше. Животы не приняли такое угощение и начали отторгать его, выводя наружу.

Старынин тоже чувствовал себя не очень хорошо, но смог настроиться и прочесть заклинание, которое помогло им. После этого он предложил Дримору вызвать Лешего.

– Ты же хотел его вызвать на практическом занятии, вот и представился случай. Только сразу, ещё во время телепатического контакта, предупреди его, чтобы он тихо и незаметно появился. И сразу к нам в шалаш. Не надо пугать таких гостеприимных людей.

Дримор не сразу смог настроиться, но всё же у него получилось. В их шалаше появился, как всегда в игривом настроении, их друг Леший.

– Что за важность и осторожность такая? Дримор, это ты меня призвал. Молодец! Старынин, ты их уже этому научил?

– Ты, как всегда, шумишь. Вопросов задал в одном предложении столько. Давай сразу по делу.

Старынин попросил принести ему трав, и назвал каких. И ещё попросил их не в виде трав доставить, а приготовить отвары. Чтобы они могли выпить и поспать. Старик вкратце рассказал о ситуации:

– Удачно получилось, что мы встретили этих дикарей. Парни пока не оценили, а я сразу понял, что есть смысл воспользоваться возможностью и на практике потренировать спокойствие в моменте, а также научиться овладевать своими эмоциями. Борн, смотрю, молодец. Лис тоже старается. Дримор же, как и ты, шебутной.

– Понял. Я мигом.

Пока Леший удалился, Старынин пояснил ребятам, что в этой ситуации хорошо. Это первое испытание в настоящей боевой обстановке. С настоящими эмоциями, с настоящим страхом. При этом мало сна, не ели и не пили. Вряд ли это подстроил дракон. Не может он быть знаком с этими лесными людьми. Ему здесь тесно. Это случайность. И очень хорошо, что она неожиданная.

– Давайте я вас научу молнию пускать. Завтра или послезавтра мы это сделаем. Раньше как-то не думал, что это пригодится вам на первом этапе обучения. У меня этого в программе никогда не было. Но вы особые ребята и всё происходящее с вами тоже особое. Не учёл.

Пока Старынин рассказывал теорию к ним вернулся Леший. Он вошёл через вход.

– Ты что? А охрана?

– Они спят, как младенцы. Хотите, можем уйти?

– Куда? У нас животы так скрутило, что еле сдерживаемся. И то только за счёт моего заклятия.

Выпили отвар, который принёс Леший. Поблагодарили его и отпустили.

– Теперь давайте повторим теорию. На практике уже будете пускать по моей команде во время очередного ритуала. А теперь спать. Нам снова сегодня придётся повисеть на столбах.

После обеда племя начало постепенно просыпаться. Все были заняты подготовкой к вечернему торжеству. Вождь велел к тем столбам, что уже есть, приставить рядом ещё по два столба. Получилось что-то похожее на узкую стену. Сегодня намечались стрельбы из лука, и чтобы меньше стрел улетело в лес, за столбы, сделали такую конструкцию. Задачи попасть в пленников не было, и так шансов их напугать много, но в тоже время повредить их меньше возможности.

Закончив сооружать конструкции вывели пленников. Им дали напиться воды. Удивились с того, что в шалаше нет следов никаких.

– После такого угощения обычно всё в вышедшей наружу пищи, а вы крепкие оказались. – Удивился Акимак. – Сегодня я вам устрою вечерок. Как же вы меня злите. Я недоволен, что после тухлого мяса вы в порядке. Ну, ничего. Сегодня я отыграюсь.

В этот раз их распяли – руки в стороны вытянули и привязали, и ноги тоже развели широко. Всё было спокойно. Не кричал никто, не танцевал. Но барабаны постепенно начали отбивать ритм.

На заднем плане были малые дети, женщины и старики. Взрослые и молодые мужчины вышли в центр. Они о чём-то говорили. Потом группа молодых мужчин отделилась и с ними юноши. Уже не дети. Но ещё и не воины.

У всех были луки со стрелами.

– Что делать будем. – Тихо спросил Борн у Старынина, так как они были рядом друг с другом. – Они их нас решето могут сделать.

– Не волнуйся и парням передай, что я всё держу на контроле. Стрелы могут пролетать очень близко, но ни одна не попадёт ни в кого из нас.

Борн передал слова старика друзьям. Те кивнули в ответ, что всё поняли. Старик закрыл глаза, настроился, просканировав пространство, и поставил тонкую, близко к телам защиту. Нужна естественность, чтобы стрелы не отлетали, а плавно скользили и сбивались с курса по малой кривой.

Ритуал второго дня начался. Сначала вышли вперёд самые младшие. От них отделился один и начал стрелять по очереди в каждого из пленников. После него вышел второй. Потом третий. Все выпускали по десять стрел на одного пленника. Много стрел не попало даже в столбы, пролетели мимо. Какие-то вонзались рядом с телами, а некоторые шли прямо, но в самый последний момент соскальзывали по защите и ударялись о столбы или вонзались в них.

После младших вышли старшие. И так стрельбы проходили долго. Взрослые мужчины подбадривали парней, толпа гигикала и разочаровано гудела, барабаны непрестанно отбивали ритм.

Взрослые мужчины стреляли так же, по одному. Но потом началось – вышло четыре мужчины и одновременно запустили стрелы. К ним присоединились ещё четверо. И полетел град стрел. Старынину сложно стало удерживать. Когда по одной стреле летело – это бело несложно. Но такое количество уже сил не хватало.

Лис резко крикнул от боли.

– Дед, ну его, твои эти игры. Мы так не договаривались. В меня попали. Давай уже действовать будем.

– Похоже, что придётся. Я не думал, что столько стрел одновременно будет лететь, и что я не смогу их удерживать. Именно в таком количестве мне сложно. Давайте начинаем. Сосредоточились, сконцентрировались и читаем заклинание. Как я учил.

Все четверо начали бормотать заклятие. По небу стремительно начали надвигаться тяжелые дождевые тучи. И, вдруг, три молнии ударило прямо в круг. Дикари оцепенели. Раздался громкий свист, надвигался он сверху. Все подняли головы и увидели, что с неба летит огромный булыжник. Все кинулись в рассыпную. Один Акимак остался стоять. На него и упал булыжник. И следа не осталось от злого и хмурого дикаря.

– Не понял, а это что такое, – недоуменно сказал Старынин.

– Я немного перепутал слова, читая заклинание, – виновато произнес Дримор.

Дикари забегали, начали отвязывать пленников, приговаривая:

– Простите, о великие! Мы виноваты перед вами! Сжальтесь над нами, не казните.

– Вот, – с гордой осанкой произнес Дримор, – будете знать, как без разбору хватать и пытать людей. А теперь вы будете выполнять все, что мы прикажем.

– Да, да, – склонился перед ними Сересор. – Все, что скажете.

– Первое: как гостеприимные хозяева вы должны своих гостей, проведших много дней в пути, провисевших два дня на столбах, помыть, накормить и ублажить, – разошелся Дримор.

Все племя суетливо начало бегать. Одни носили воду в большой шалаш, другие разрезали на куски туши убитых животных. Как выяснилось в большом шалаше стояло что-то напоминающее корыто. В это корыто и носили воду.

Вождь племени заискивающе бегал перед чужаками.

– Чем мы можем искупить нашу вину перед вами?

– Мы благородные и невежество прощаем. Ты был невежественным по отношению к нам. Ты ж не ведал про то, кто мы такие. – спокойно сказал Борн. – Ты увидишь наше благородство. Мы научим тебя и твое племя пользоваться огнем. Вели собрать сухого хвороста. Да побольше. Также вели своим людям, чтоб сходили к горам и принесли несколько вот таких камней, – Борн достал из своей сумки камень и показал вождю.

Сересор подозвал двух мужчин и отдал им необходимые указания. Те с поспешностью принялись за исполнение. Все с опаской и в тоже время с любопытством смотрели на чужаков.

Когда собрали достаточное количество хвороста и принесли кремень, все племя собралось посмотреть на то, что должны сделать четверо странных людей. Борн и Лис сложили небольшую кучу из принесенных веток. Под низ положили пучки сухой травы и кору дерева.

Старынин и Дримор в это время изготовили вертел.

– Смотрите люди, – обернулся ко всем Старынин, – Я вам покажу, что нужно делать для добычи огня. Он не только приносит вред, но также от него много пользы. В холодную погоду согрет. Чтоб отмыть грязь с тела можно таз с водой поставить на раскаленные камни вода нагреется и можно мыться. Ведь гораздо приятнее залезать в теплую воду, чем в холодную, которую вы нам сейчас нанесли. Пища, приготовленная на огне гораздо вкуснее, чем сырая, и мягче. Это всё мы вам сейчас и продемонстрируем.

Толпа с замиранием сердца следила за каждым действием чужаков. Когда Старынин развел огонь, то по рядам дикарей пошёл гул. Многие боязливо прижимались друг к другу, опасаясь происходящего. Борн и Лис нанизали на вертел мясо и принялись жарить его. Дримор в это время завалился спать под деревом.

Первую партию жаренного мяса Старынин вручил Сересору:

– Не спеши есть, пусть остынет немного.

Сересор перекладывал врученный ему кусок мяса с руки на руку. Когда оно немного остыло, вождь с осторожностью поднес его ко рту и очень аккуратно откусил маленький кусочек. Все взгляды застыли на нем.

Он с опаской жевал. Постепенно выражение его лица поменялось с напряженного на довольное.

– Вкусно! А ведь очень вкусно! Слава и хвала вам, о великие. Мы никогда не забудем того, что вы для нас сделали.

После этого развели несколько костров одновременно, чтобы нажарить мяса сразу на всех. Дикари с большим удовольствием ели жареное мясо. Жир тек по их довольным лицам.

После трапезы, по совету Старынина, нагрели камни и поставили на них тазы с водой. Первыми смыть с себя грязь была предоставлена возможность гостям. Все с таким удовольствием помылись. Местные девушки терли им спины. Дримор даже повизгивал от удовольствия. Девушка, которая его купала, все время строила ему глазки.

– Ты смотри, – показал Лис Борну на Дримора, – а он не промах. Не удивлюсь если наш Дриморушка оставит здесь Дриморушонка.

– За этим точно не убудет.

После них стали мыться и дикари. Они просто сияли от удовольствия. К ним, с почтением, подошел Сересор:

– Мы для вас построим просторные хижины, оставайтесь жить у нас.

– Мы бы с удовольствием, – ответил Борн, – но не можем. У нас дела. Нам нужна будет ваша помощь.

– Все что угодно.

– Ты знаешь, где растет очень древний и очень большой вяз?

– Знаю, но вам туда лучше не ходить. Его охраняют два могучих великана. Они никого туда не пускают. Говорят, что в пещере под этим деревом спрятана страшная сила. Этой силой сможет обладать только тот, кто стал братом какому-то летающему чудищу. У этого чудища изо рта идет огонь.

– Не беспокойся. Вот брат того чудища, – Дримор похлопал Борна по плечу.

Сересор опешил. Долгое время он не мог ничего сказать. Он что-то думал. Потом сказал:

– Я и мои сыновья проведем вас. Когда выдвигаемся? Завтра утром пойдёт? Сегодня мы бы хотели устроить праздник в честь вас и прирученного огня.

От количества угощений у всех разбегались глаза. Дикари нажарили горы мяса, насобирали разнообразных фруктов, ягод. Выставили вино, приготовленное ими из разных плодов. Пир прошел очень весело. Ели, пили, плясали. Старики сидели отдельно, молодежь отдельно. Старынин рассказал много разных интересных историй и легенд старикам. Те слушали с открытыми ртами и только головами кивали.

Молодежь, напротив, не сидела на месте. Они бегали, прыгали, танцевали.

– А где наш Дримор? – Спросил Борн у Лиса

– Не знаю. У меня такое подозрение, что он пропал вместе с той молодкой, которая его сегодня мыла. Ее тоже нет нигде.

Когда все устали от пира, то разбредаться по шалашам спать. А кто-то завалился прямо на земле. Гостей положили в просторном жилище. Они закутались в шкуры и только начали засыпать, кто-то ввалился к ним. Лис и Борн подскочили, схватив в руки топоры.

– Что вы как зайцы пугливые. Это я Дримор.

– Где тебя носило?

– Что не видишь он весь взлохмаченный. Девки трепали. Ложись спать. Пока ты забавлялся, мы договорились, что нас к вязу проведут. На рассвете выходим.

Пока дикари отдыхали и набирались сил после двух бессонных ночей, Старынин с парнями и Сересор с двумя своими сыновьями отправились в путь. Сыновья вождя были под стать отцу – крупные, мускулистые. Шли целый день без привалов. Под вечер остановились на поляне, окружённой кустами. Поужинав, сели около костра и завели беседу о жизни. Сересор задавал очень много вопросов, ему до сих пор не верилось, что существует в жизни много чудного, о чем он и не подозревал, а ведь был самым мудрым в племени, поэтому и выбрали вождём.

– Скажите, – задал он очередной вопрос, – зачем вам перчатка? Вы ведь и так имеете власть над огнем.

Старынин подумал и сказал:

– Магия учит нас следовать разуму и подсказкам интуиции. Интуиция – это то с помощью чего Боги общаются с людьми. Подсказки бывают разными. Одни в виде мыслей, возникающих непонятно откуда. Другие выглядят в виде действий, совершаемых вокруг нас. Из этой теории выходит, что мысль о братании с драконом у Борна возникла не случайно. Значит, в Борне есть некая скрытая сила, о которой даже Змерин говорил, что чувствует ее за много вёрст.

– Выходит, что Боги видят в Борне какое-то предназначение?

– Нет, мне кажется, что они специально всё подстроили. У Богов случайно ничего не бывает. Я несколько лет назад общался с одним магом. Он мой друг. Так вот, он говорил, что в мире должно случиться несчастье. По многим предсказаниям большинства магов произойдёт ужасное. На белый свет вырвутся силы тьмы. Они поработят всех сильных мира нашего. И только трое никому не известных новоиспечённых магов смогут победить это зло. Я пытался когда-то узнать свою судьбу, и увидел, что погибну как раз в этот период. Вот так я вам рассказал, что я знаю, а вы думайте сами.

– Мы? Вы думаете, что это мы? – Спросил Лис. – Да вы на Дримора только посмотрите. Какой с него герой. А ведь только героем под силу решать мировые проблемы.

– Да, что вы заладили – Дримор и Дримор. Забыли уже, что вас выгнали из племени как недостойных.

– Меня не выгнали, я сам с вами пошел. – ответил Борн.

– Ну, ну не зазнавайся, а то попрошу Дримора, он тебе в миг камень на голову опустит, – ответил Лис.

Дикари недоумённо переглянулись, и Сересор спросил:

– Как это камень на голову опустит? Значит молнии эти не Боги, а вы выпустили?

– Обижаешь, старик. – Сказал Лис, – мы достойно встречаем смерть, это Дримор стал чего-то бормотать. Видать хотел щит энергетический создать, да с перепугу все напутал. Ты не переживай, это все по велению Богов. Слышал, что Старынин рассказывал?

Сересор после слов Лиса успокоился. Еще немного поговорив, все легли спать. Утром рано не вставали. По словам вождя, осталось идти полдня. Подходить к великанам решили затемно.

Дальше лес становился все непроходимее. Продирались с трудом. Изодрали руки, лица до крови. Приходилось в некоторых местах прорубывать дорогу топорами. Вдруг неожиданно вышли к поляне. Правда, поляной это назвать сложно. Она размерами была почти как степь. Рядами лежали валуны, а вдалеке стоял огромных размеров вяз. Все мгновенно припали к земле, опасаясь, что великаны могут их заметить. Эти две громадины сидели под деревом.

– Вот оно! – восторженно произнес Борн. – Вот то за чем мы шли.

Все подползли на животе к камням и залегли там, наблюдая за великанами.

– Ждем наступления ночи. – сказал Старынин.

Дримор недолго думая, положил заплечный мешок себе под голову и лег спать:

– Не забудьте разбудить, а то самое интересное пропущу. Я еще никогда не видел вблизи великана.

Глава 10. Магическая перчатка

В этом лесу деревья были очень большими, из путников подобное никто никогда не видел. Но всё же казались тоненькими веточками по сравнению с деревом, возвышавшимся вдалеке. Оно, наверное, помнило еще времена создания мира. Может быть, когда вяз был молодым, на его ветках гнездились какие-нибудь древние птицы, про которых мы и не подозреваем.

Под этим исполинским деревом по обе стороны сидели два великана. Они были настолько огромными, что и больше подходило определение человек-гора. Никто из обычных людей, даже самый высокий, и до колена не дотянется любому из этих великанов.

Они сидели и мирно дремали, но сон их был чуток. Если пробегало какое-то животное или пролетала птица, то они открывали глаза и провожали ее взглядом.

– Как же мы туда попадем? – поинтересовался Лис. – Думали пробраться ночью, когда они спят, да, скорей всего это бесполезное занятие. Великаны и сейчас спят. Смотрите, каким взглядом они провожают любого пробегающего и пролетающего мимо них.

– Я рискну подобраться ближе, когда начнет темнеть. – сказал Борн, – только вот не вижу я пещеры, про которую говорили.

– Скорей всего вход за тем валуном, что стоит у подножия, – показал в сторону дерева Старынин. – остается надежда, что между деревом и камнем есть расстояние, а то придется будить великанов и просить, чтоб они отодвинули камень.

– Лис, - обратился Дримор, – ты же собирался духа вызывать в качестве практического задания?

– Да. А что?

– Как что? Отправь своих разведчиков. Ведь они не видимые, спокойно изучат всё.

– Дримор, ты голова. – оживился Борн.

Лис задумался. Все остальные смотрели на него в ожидании.

– Хорошо. Я попробую договориться с ними.

Отойдя в сторону, он вызвал духов-помощников. Для него это было уже привычно, да и они не первый раз на зов прилетали.

– О, где это ты. Непривычное место.

– Мы с друзьями пришли за артефактом для Борна. Нужна ваша помощь.

– Какая?

– Вот там, в районе огромного вяза, который подпирают великаны, хранится огненная перчатка. Мы не рискуем подойти напрямую, боимся, что великаны могут нам навалять. Можете разведать местность и найти место, где лежит перчатка?

– Вам надо только найти место хранения перчатки или ещё путь разведать?

– Сделайте и то, и другое. – Отправил своё текстовое сообщение Борн невидимым духам.

– Хорошо, мы полетели. Ждите нашего возвращения.

Все сидели молча. Волновались. Ожидание и неизвестность не давали покоя. Долго не было духов. Уже начинало смеркаться, а их они всё не возвращались.

Сересор выступил с предложением:

– Лис, что-то твои помощники долго не возвращаются. И я подумал, что мы с сыновьями можем отвлечь великанов. И пока они за нами будут гоняться, вы можете найти место и забрать свой артефакт.

– Опасно это. Мы не знаем нрав великанов. Если они пришлёпнут вас? – ответил Дримор.

– Старынин, что-то магическое можно с ними сделать? – Сересор обратился к старику.

Тот в ответ покачал головой:

– Нет. Великаны – это полубоги. На них наша магия не действует. Давайте подождём лазутчиков. Вернутся.

– Почему они так долго? – недоумевал Дримор.

– Я тоже не понимаю. Не было у меня, правда, такого опыта с ними, но обычно они не пропадали надолго. – Произнёс лис.

– Давайте быть в настоящем моменте. Сейчас мы просто ждём. Если не вернутся до темноты, то будем думать, что делать.

– А вот и мы. Заждались? – все аж дёрнулись от неожиданности.

– Чего так долго? – Спросил Лис.

– Долго? Ты видел куда надо вам будет идти? Не видел.

– Не понимаю. Рассказывайте давайте.

– Что мы можем вам сказать. Вход для вас будет не удобным. Это первое препятствие. Но дальше начинается самое интересное…

– Похоже, что отвлекать великанов всё же придётся. Только не вы будете это делать, Сересор. – Старынин посмотрел на Дримора и обратился потом к нему. – Так, давай Лешего пригласим. С ним пообщаемся.

У Дримора в этот раз быстро получилось связаться с ним и призвать. Договорились, что он закончит своё какое-то дело и примчится к ним.

Пока ждали Лешего было решено немного отойти отсюда и разбить лагерь. Уже было понятно, что с наскока не получится всё провернуть и нужно время обдумать план действий, отдохнуть и подкрепиться.

Ушли подальше. Нашли подходящее место. Оно было за небольшой скалой в низине. Спокойно можно будет развести костёр, и великаны его не увидят. Да и ночи уже холодные, без костра никак. Удобно ещё тем, что тепло огня будет отражаться от камня.

Когда разбили лагерь, поужинали, появился и Леший.

– Вот и я! – он появился, как всегда неожиданно и шумно. – Зачем звали? Куда это вас занесло? Далеко мне пришлось перемещаться.

Старынин рассказал ему о цели посещения ими этого места. Прошлись они туда, откуда хорошо было видно вяз и великанов. Вернувшись назад начали обсуждать.

– Скажи, Леший, ты знаком с этими великанами? – Спросил Борн.

– Нет. Я про них знаю, конечно, и видел не раз, но не знаком. Больно уж они молчаливы. Когда-то я пытался с ними поговорить. Вы же знаете, что я не люблю молчать. Но вот с этими парнями у меня не состоялся разговор. Ни разу!

– Хорошо. Тогда другой вопрос. Насколько они могут быть опасны? Я к чему спрашиваю – они просто огромные и всё, или ещё и злые?

– Знаешь, Борн, даже если они не злые, то у них такой размер, что он руку на тебя положит, и от тебя останется мокрое место. Как ты муравья пришлёпнуть можешь легко, так и они. Вы для них букашки.

– Может я с ними поговорю? Ты же пытался. И жив.

– Что они со мной сделают? Я же не человек. Я дух лесной. Если хочешь, то можем вместе сходить и поговорить с ними. Не будут же они на нас нападать.

– А давай сходим. – согласился Борн.

– Ты чего удумал? – встрял в разговор Дримор. – Если ты идёшь, то и я тоже с тобой.

Старынин жестом остановил Дримора:

– Пусть попробуют. Верно то, что не будут же они сразу накидываться. Заодно сам разведает местность. Лис, ты своих духов-помощников позови, попроси сопровождать Борна и Лешего. И подсказывать куда смотреть. Борн, а ты оценивай местность, когда ближе подойдёшь. Помни, что нам надо решить как отвлечь великана.

–Да, этого детину надо отогнать от камня, который он подпирает. Иначе нам его не сдвинуть. А надо отодвинуть так, чтобы пролезть можно было.

Тут вмешался Сересор в разговор и предложил свой вариант:

– Не пойдёт то, что вы предлагаете. Наша цель, чтобы Борн пролез за камень в лаз в стволе вяза?

– Да.

– Если ему туда надо. То зачем он будет идти к великанам? Я снова предлагаю себя с сыновьями. Сейчас поясню свою идею. Мы втроём и Леший с нами пойдём к великанам. Затеем с ними разговор. Постараемся расшевелить. Нам важно сделать так, чтобы они поднялись и отошли от камня, закрывающего вход. Борн к тому времени проберётся ближе с другой стороны, и пока мы будем шуметь, отвлекая великанов, отодвинет камень и пролезет в лаз.

– Легко сказать отодвинет камень. Это может быт трудно. Я с тобой пойду, друг. – сказал Дримор.

– И я. – присоединился Лис. – Вместе нам будет легче. В случае чего ты проскочишь, а мы задержим их снаружи.

– Я пойду с вами. – произнёс Старынин. – Вы миру нужны втроём. Если Борн сможет взять перчатку, а с вами что-то случится, тогда не будет никакого смысла, потому что перестанет существовать магическое трио.

До наступления сумерек решили отсидеться в своем укрытии. Занимались кто чем. Сересор с сыновьями на случай битвы с великанами проверяли свое оружие. Дримор, на удивление, не спал. Он все смотрел в сторону дерева. Его интересовали великаны, ведь потом, если вернутся обратно к себе в село, будет что рассказать. Все будут слушать раскрытыми ртами. Борн сидел в задумчивости, ведь это именно ему предстояло сделать неосуществимое.

– Что, тяжело? – словно прочитал его мысли Старынин.

– Волнуюсь. Это не на зверя идти, где все понятно и известно. С полубогами- полулюдьми тяжелее, кто знает, что у них на уме.

– Ты самое главное успокойся, постарайся настроиться. Действуй согласно обстоятельствам, а мы тебе поможем. – Поддержал Лис.

Время до наступления сумерек длилось нескончаемо долго. Наконец-то на лес легла первая тень.

– Да помогут нам Боги, – с этими словами Борн поднялся и скомандовал старт.

Он с друзьями и стариком пошли в обход к назначенному месту. Сересор и Леший наблюдали и ждали условного сигнала о том, что они на месте. Сыновья Сересора просто молча сидели. Они в этом походе совсем не многословные. Спокойно с толком, с расстановкой выполняли всё, что от них требовалось, но в разговоры не встревали. Им было всё происходящее непонятно и даже немного страх нагоняло. Драконы, великаны, полёт на небе. Всё в их картине мира перевернулось и не могли они пока принять происходящее. Поэтому им было комфортнее молчать и наблюдать за происходящим.

Прозвучал условный сигнал. Сересор посмотрел, но не увидел никого, о чём сказал Лешему, на что тот ответил, что всё в порядке, он их видит. Они хорошо замаскировались.

После этого Леший, Сересор и сыновья выдвинулись к великанам. Людям было страшно, они крепко сжимали своё оружие. Леший же шёл, как обычно, беспечно. Зашли немного со стороны, чтобы не выдавать место своей стоянки.

Вышли из леса на поляну и сразу великаны открыли глаза и посмотрели на путников. Те остановились. Великаны пристально смотрели.

– Чего стоим? Идёмте. – произнёс в своей беспечной манере Леший.

Они двинулись и пошли вперёд. Один из великанов поднялся, второй оставался на месте и подпирал камень.

– Привет вам, стражи! – приветственно помахал Леший. – Чего ты всполошился и поднялся? Засиделся, ноги затекли?

Поднявшийся великан вытянул правую руку ладонью вперёд, давай понять, что им следует остановиться.

– Брось ты, чудище, останавливать нам. Дай пройти. Или ты предлагаешь сделать огромный круг, чтобы вас обойти? Снова молчите? Сколько раз я проходил мимо вас, хотел с вами поговорить, но вы молчите. Может в этот раз хоть что-то скажете?

Говоря всё это, они продолжали приближаться к вязу.

– Стоять! – прогромыхало на всю поляну. Даже всегда беспечный Леший и тот сжал плечи, а люди вообще испугались. Костяшки пальцев побелели, так сильно они сжимали оружие.

– Ого, у тебя голосина. – пришёл в себя Леший. – Теперь я понял, почему вы молчите и не хотите ни с кем разговаривать. Гром гремит и не так страшно, но когда ты заговорил, то я немного испугался.

– Стоять! – прогромыхало снова. – Не приближаться!

– Почему? Дай нам пройти на ту сторону. Сколько раз я проходил мимо вас, но никогда вы так не реагировали. Дремали, как обычно и всё.

– Ты тогда был без людей. Людям сюда нельзя.

– Так мы не сюда. Мы просто мимо проходим. Не издевайся. Дай пройти и всё. Скажи, что они тебе сделают? Ты огромный какой и какие они мелкие.

Сересор немного пришёл в себя и обратился к великану:

– Что ты против нас имеешь? Чем мы тебе можем навредить? Нам просто надо пройти и всё. К тому же, что мы против тебя можем. Вон ты какой огромный. И вас двое к тому же. Хотя твой друг спокойный. Лежит себе, облокотившись на камень.

Ведя эти разговоры, Леший и дикари не стояли на месте, они продолжали продвигаться.

Великан ударил кулаком об землю.

– Стоять, я сказал!

Земля под ногами задрожала так, что люди закачались и еле удержались на ногах. Второй великан, видя, что такое происходит, тоже поднялся и сделал шаг в направлении незваных гостей.

– Вот вы и оба ноги свои разомнёте. А то я как ни пройду мимо вас, вы постоянно сидите. Только чего вы повскакивали? Чем вам люди не угодили?

Великаны не стали отвечать в этот раз. Они медленно с грозным видом наступали на людей, не обращая внимания на Лешего. Это было хорошо, так как они оставили без внимания камень. Сересор с сыновьями начали медленно отступать, уводя великанов подальше. Леший тем временем болтал без умолку.

Этой ситуацией воспользовались парни и Старынин. Они прошмыгнули к камню. Упёрлись в него и попробовали сдвинуть с места. Ничего не вышло. Не так просто это оказалось. За спиной у великана он казался небольшим, а при ближайшем рассмотрении крупноват оказался.

– Что будем делать? У нас мало времени. Или нас заметят, или дикарей раздавят с Лешим, а потом за нас примутся. – спросил Дримор Старынина.

– Придётся применять магию. Давайте сделаем так. Вы спрячьтесь за ствол дерева, чтобы вас не было видно. Я за камень стану и попробую его магией сдвинуть. Как только появится возможность сразу в лаз идите.

За камнем был проход. Борн и приятели прицелились, их тела напряглись для одного верного прыжка. Другого шанса может не быть. Старынин остановился физически и мысленно, сфокусировался на объекте, задержал дыхание. Сделал глубокий вдох, выдох. Собрался с духом и манипулируя руками словно толкает, начал излучать энергетические импульсы. Первые попытки не дали ничего. Он остановился на миг, настроился и выдал новый импульс, сильней. Сила его была такой, что камень отлетел.

Парни воспользовались моментов и проскочили в лаз. Старынин остался на открытом пространстве. Великаны увидели отлетевший камень, Старынина и заревели от злости. Один из них резко подскочил к камню, схватил его и заткнул вход в лаз. Он так грозно заревел, что кровь стыла от ужаса. Старик побежал к лесу, крича на ходу Сересору и Лешему, чтобы они тоже убегали.

– Фух, мы смогли. – сказал Старынин, когда они встретились на месте своей стоянки. – Парней только заперли. Но мы пока не будем ничего предпринимать подождём. Если они не вернутся завтра, тогда будем думать, что делать. Леший, ты с нами останешься или по своим делам пойдёшь?

– Мои дела сейчас здесь. Если парни сами не выберутся, тогда я могу завтра призвать зверья лесного, да побольше. Они наведут здесь суматоху, а мы воспользуемся моментом.

– Я верю, что ребята справятся. Найдут решение. – ответил старик.

– Нам бы поужинать, да что-то натерпелся страху, что и не голоден. Что скажете?

– Давайте потом. Я тоже не хочу.

Парни с трудом пролез ли в лаз, обдирая руки и изорвав одежду. Стены изнутри излучали тусклое, не очень приятное для глаз свечение. Тусклый розовый свет отражался от зеркальных камней. Никакого источника освещения не было видно. Свет был везде. Ребята осмотрелись в поисках источника, но ничего не увидели. Перед ним была абсолютно гладкая пещера. Они еще раз внимательно осмотрели всё вокруг, заглянув в трещины на потолке из которых исходил свет, но так ничего и не увидели.

– Скорей всего это магическое свечение. – сделал вывод Борн.

– Меня удивляет другое. Мы заскочили в дерево, а вокруг камень. – произнёс Дримор.

– Нам остаётся только продвигаться вперед. Главное, не удариться головой о низкий потолок или не провалиться в пропасть. Очень аккуратно давайте продвигаться.

Шли они очень долго, однако свет, излучаемый из глубины, на каком расстоянии был на таком и оставался. Ноги по щиколотку утопали во что-то мягкое. Проход временами становился до такой степени узким, что приходилось с трудом протискиваться. Один раз Дримор чуть не застрял, пришлось проталкивать его.

Вдруг они во что-то уперлись. Все было видно, словно и нет препятствия, но не давало что-то пройти вперёд.

– Что будем делать? – спросил Лис.

Борн попросил жестом помолчать. Он закрыл глаза, расслабился, мысленным взором стал прощупывать то, что преграждало им путь. Это что-то невидимое обычным взглядом под магическим взором стало вырисовываться. Проявился контур, потом больше и стало понятно, что впереди стена. Она была сплошной и прочной. Борн пытался просканировать её всю целиком. Не получилось. Борн тщательно проверял каждый участок на наличие хоть какой-нибудь бреши, не важно какой, главное, чтобы можно было зацепиться.

Лицо Борна побледнело от напряжения, на лбу проступили капли пота. Он воил руками над поверхностью стены. Когда он уже начал отчаиваться от безрезультативности своих действий, ему повезло, он нащупал маленькое, оченьмаленькое отверстие в стене. Оно походило на замочную скважину.

– Если есть замочная скважина, значит где-то быть и ключ! – тихо произнес Борн, звук еще к тому же заглушали стены.

– Что? Что? – переспросил Дримор, но Борн не ответил ему.

Действительно, с правой стороны на стене висел ключ, также невидимый обычным взглядом. Борн взял его, вставил в замочную скважину и провернул. Внутри что-то щёлкнуло и часть стены отодвинулась, превратившись в дверь.

Парни прошли внутрь. Перед ними был алтарь из чёрного камня. На нём лежала правая перчатка с большим раструбом. Лис и Дримор остались в проходе, а Борн пошёл к алтарю. Он ступал медленно, осторожно, затаив дыхание. Перчатка была соткана из магии, светилась сиреневым с белыми прожилками. Подойдя к алтарю, Борн протянул руку и прикоснулся к перчатке. По телу разлилась приятная волна, которая доставила ему неописуемые ощущения. Волосы на голове тихо зашевелились, по коже побежали мурашки.

Борн взял перчатку с алтаря, застыл. Обернулся и посмотрел на друзей, они стояли с открытыми ртами от изумления. Снова перевёл взгляд на перчатку и с трепетом надел её себе на руку.

По телу разлилась мощь, все его мышцы наполнились силой, огромной силой. На ладони начал образовываться небольшой огненный шарик. Борн поиграл с ним, перекатывая пальцами. На лице появилось выражение умиления, и он расплылся в довольной улыбке.

– Я стал властелином огня, – прошептал он.

Он посмотрел на друзей. Это уже был другой Борн, преобразившийся за мгновение. Он источал силу, глядя на него понимаешь, что это мощь, которой многое подвластно.

– Я впервые не знаю, что сказать. – Пробормотал Дримор.

– Я сам в оцепенении. – Ответил Лис.

– Чего вы там бурчите, парни? – обратился к ним Борн.

Он подошёл к друзьям, протянул к ним руку в перчатке раскрытой ладонью вверх, чтобы они могли ближе рассмотреть. Когда они оказались рядом с другом и перчаткой, то ощущение исходящей мощи только усилилось. Борт источал такую энергию, что рядом с ним они ощущали себя малышами. От перчатки, а особенно от огненного шарика шёл сильный жар.

– Тебе не горячо от шара? – спросил, отодвигаясь Дримор.

– Вообще не чувствую.

– Ого. Вот это дела! От него, как от большого костра пышет жаром. Я сейчас поджарюсь. – отодвинулся и Лис.

В это время на улице луна поднялась высоко, осветив всю поляну. Старынин понимал, что выходить ребятам придётся не безопасно, так как они будут на виду. Они подобрались поближе к поляне, залегли за камнями в кустах и наблюдали. Сересор толкнул старика в плечо:

– Смотри, смотри.

Они посмотрели и увидели, что дерево начало светиться, свечение становилось всё ярче. Поляну осветило так, словно солнцем. Земля вибрировала.

Великаны заволновались. Они подскочили со своих мест. В недоумении смотрели на вяз.

– Кто посмел прикоснуться к перчатке? – прогремел голос одного из них, и великаны начали отодвигать камень.

Когда они его отодвинули, в проеме стоял Борн, на его правой руке была перчатка, вокруг которой резвился небольшой огонь. Сзади него стояли Дримор и Лис.

– Ты как посмел?! – пророкотал один из великанов. – Смерть тебе несчастный, посмевший взять то, что не принадлежит тебе.

– Стойте. – Борн поднял руку вверх. – Раз я смог взять перчатку, значит, она принадлежит мне.

– Тебе она не может принадлежать!

И с этими словами великан с размаху ударили Борна, да так, что тот влип в дерево. Лис и Дримор выскочили из своего укрытия и кинулись помочь другу.

Старынин и дикари с горечью смотрели, как великаны раскидали Лиса с Дримором. Выглядело это так, словно медведь раскидывает щенков. Тяжело вздохнув, Старынин вышел из укрытия, стал во весь рост и заговорил, обращаясь к великанам.

– Мы пришли с миром, а вы, не разобравшись, начинаете драться. Где же справедливость? Или вы за столько лет совсем забыли про то, кто может взять перчатку?

Великаны обернулись и со злостью посмотрели на того, кто посмел им указывать. У Старынина по телу пробежала мелкая дрожь от взглядов, направленных на него. Но он превозмог свой страх и продолжил:

– Вспомните, перчатку может взять только избранный. У простого человека даже прикоснуться к ней не получится.

– Насколько нам известно, это должен быть брат и повелитель дракона. Но что-то мы не видим здесь такового. Где дракон? Что ты нам врёшь!

– Стойте! Вы проверили, что уже делаете выводы? Давайте попросим его призвать сюда дракона, и вы увидите все своими глазами. Такие древние, мудрые, а позволили гневу обуздать ваш разум. Я про вас слышал много хороших отзывов.

– Хорошо, сделаем, как ты говоришь. Правда если он не сможет позвать дракона, мы убьем вас всех. – С этими словами великаны повернулись к Борну и сказали, – Давай зови и смотри, от этого зависит твоя жизнь и не только твоя.

– И как по-вашему я смогу это сделать, влипнув в дерево? Вытащите меня прежде. Только аккуратно – не разорвите и не раздавите меня.

Великаны осторожно вытянули Борна и поставили его на землю. Он отряхнулся, вышел на середину поляны и начал чертить. Начертил вокруг себя круг, в кругу магические знаки. После, повернулся лицом к солнцу, закрыл глаза и начал произносить заклинание. Мощь слов нарастала, перчатка придавала ещё больше силы словам, с каждым разом все вдохновенней и сильней звучали слова. От самого Борна исходило сухое потрескивание. Вокруг него начали закручиваться маленькие смерчики.

Вдруг со стороны солнца потянуло горячим. Старынин, Лис и Дримор повернулись и с улыбками на лицах наблюдали за приближающимся драконом. Змерин прилетел, покружил вокруг и сел рядом с Борном.

Великаны с изумлением смотрели на него, дикари с облегчением выдохнули, а Леший с уважением смотрел на Борна.

– Зачем позвал меня, брат, или беда какая случилась? Я почувствовал, что ты взял

перчатку. Да я смотрю она у тебя на руке.

– Я позвал тебя, чтобы эти двое, – и он показал на великанов, – нас не растерзали. Они не верили, что мы с тобой братья.

– Как вы могли усомниться в этом, или вы забыли за давностью лет, что перчатка к себе подпустить может только драконьего брата.

– Ты знаешь, – ответил один из великанов, – сейчас магия стала довольно сильной, и кто его знает, что ожидать от этих магов. Вы извините, что мы вас чуть не поубивали.

– Ты еще посоветуй поблагодарить тебя за это, – съехидничал Лис, – мог бы убил бы тебя и все, гора с мышцами и без мозгов.

– Хватит тебе, – одернул его Дримор, – кто скажет, что дальше будем делать, перчатка есть, а где ее применить ума не приложу?

– Давайте я вас отвезу обратно, а вы там решайте, что делать. Если что, зовите, отвезу или помогу в чем-нибудь. – Сказал Змерин.

– Да, парни, нам ещё дальше путь держать. Нас ждут на горе Айвань. Пора уже.

– Сересор, вы с нами? – крикнул Дримор. – Посмотрите заодно на наш мир, потом своим расскажете, кое-что себе на вооружение возьмете.

Дикари с опаской вышли из укрытия, но когда увидели, что их никто не собирается обижать, осмелели.

– Мы согласны, – ответил Сересор.

– Прощайте великаны, – помахал им Старынин, взбираясь на дракона, – чем теперь заниматься будете? Куда пойдете?

– Останемся здесь, будем ждать, может Боги еще чего-нибудь на охрану привезут.

Все взобрались на дракона, умостились поудобней, ведь полет предстоял долгий.

Глава 11. На пути к горе Айвань

Гоноцефал жалел уже о том, что так резок был с Борном. Его привычка отвергать изначально, не задумываясь, ему не нравилась, но он не мог ничего с собой поделать – первая реакция всегда сказать нет, отказать, отвергнуть. Потом сам ходит и жалеет о том, что сделал.

Так и в этот раз было. Уже прошло несколько дней, а его новые знакомые не возвращались. Его одолевали мысли о том, что, если бы он тогда повёл себя более приветливо, то сейчас он был бы с ними в путешествии. И его старший брат тогда бы обратил на него внимание.

Практически всё это время он сидел, замерев, и смотрел в ту сторону, куда они улетели. Он ждал. Он надеялся. Он верил. В своих мечтах он представлял, как они вернутся, как обрадуется он, как заговорит с драконом. Он сам хотел быть таким же большим и сильным, ему со всем не нравился его размер, его окрас. Он считал себя уродцем. В округе с ним мало кто дружил, он сам этому виной. И от этого было ещё грустней.

За время отсутствия незнакомцев он забыл про еду и сон, всё боялся пропустить их возвращение. Но голод не тётка и есть уж очень сильно хотелось, поэтому он решил поискать себе вкусняшку, так как сил уже было меньше из-за такого количества дней без еды, то он побрёл в поисках мучного червя, понимая, что ни сверчка, ни таракана он не сможет поймать. Да и тараканы редкость последнее время в его местах обитания, а сверчка вечером легче искать, когда он свои песни поёт.

Выдвинулся гоноцефал к месту, где был старый прелый пень. Там он уже находил несколько подобных червей. Идти туда, правда, было довольно далеко, но что поделаешь, когда есть сильно хочется и не в такие дали пойдёшь. Шёл долго, но за труды был вознаграждён – быстро удалось найти пень и червей в нём. Это была не только сравнительно легко добываемая пища, но ещё и любимое лакомство. В этот раз удалось добыть пять червей. Постепенно по телу разливалась сила, пришло насыщение и захотелось спать. Он очень хотел вернуться на свой камень, с которого наблюдал, но его так разморило, что он заснул, не отходя от пня.

Проснулся от грохота. Испугавшись спросонья метнулся в поисках укрытия. Найдя щель между камнями, забился в неё и стал ждать. Послышались какие-то голоса. И тут до него дошло, что это же вернулись его незнакомцы. Гоноцефал сломя голову помчался на звук. Он очень торопился, спотыкался, бился головой о ветки и камни. На него это было не похоже. Он обычно ловко огибал и преодолевал любые препятствия, а тут эмоции захлестнули его так, что тело перестало слушаться.

Когда он подбежал к людям, то дракон уже взлетал в высь, а они махали ему вслед. Снова стало грустно - он не пообщался с старшим братом.

– Борн, смотри, одни дракон улетел, а второй пришёл на смену. – Дримор хлопнул по плечу друга.

Борн обернулся и увидел сидящего на камне старого знакомого. Он настроился и отправил сообщение гоноцефалу.

– Привет, мой друг. Вот мы и вернулись.

– Почему ты заранее не сообщил о вашем возвращении?

– Ты как-то не особо приветлив был в прошлую нашу встречу, поэтому я и не было у меня уверенности связываться с тобой или нет.

– Я очень хотел с драконом пообщаться. Это же мой старший брат. Он в прошлый раз проигнорировал меня, и в этот даже не увидел.

– Не расстраивайся. Ещё увидишь. Хочешь, идём с нами. Мы ещё встретимся позже со Змерином.

– Змерин? Это его имя?

– Да.

– Ой, какое прекрасное имя. Как оно ему идёт. Я очень, очень хочу с ним познакомиться. Я согласен с вами путешествовать.

– Прыгай ко мне в сумку, и мы будем выдвигаться.

Борн передал свой разговор с гоноцефалом, сказал, что хочет взять его с собой. В любом случае это хороший вариант тренировки телепатического общения. Да и у него появится своё ручное животное, пусть и рептилия.

– Ты и на гору его возьмёшь? – спросил Старынин.

Борн задумался. Он помнил, что даже Старынину туда нельзя.

– Пока будем идти к горе приму решение. Во-первых, он не человек, а там наверху явно кто-то обитает из животного мира, их же не изгоняют. Во-вторых, на крайний случай он может и подождать пока мы сходим наверх и вернёмся обратно.

– Хорошо, идём. Нам ещё степь перейти надо. Гора хоть и кажется, что близко от нас, но это обманчивое представление. В степи видимость очень хорошая, восприятие расстояний искажается.

Дримор посмотрел на всех укоризненно и пробасил:

– Не. Я предлагаю поесть сначала.

Лис рассмеялся:

– Ты без еды никак. Ох, Дримор.

– Чего смеёшься? Смотри на эту степь – ни деревца. Ты как костёр разводить собираешься, а точнее дрова где ты там видишь?

– Ты у нас парень здоровый. Собери хворост и неси на себе. – Продолжал подтрунивать над другом Лис.

– Угу. Хорошо придумал. – недовольно ответил Дримор.

– А что! Мы с сыновьями готовы тоже нести хворост. – Поддержал Лиса Сересор. – Если каждый из нас возьмёт вязанку хвороста, то нам достаточно будет.

– Ты то откуда знаешь, Сересор, – с недовольством перебил его Дримор. – Ты только недавно узнал, что такое костёр и как управлять огнём, а уже про количество дров рассуждаешь. Не хватит нам этого. Приготовим один раз поесть и всё. Ночь в любом случае нам надо будет провести в степи. Как греться будем? Нет, я не согласен.

– У меня перчатка есть. Вас она согреет, вы же даже и близко к ней не подходите, потому что горячий воздух от неё исходит. Я не чувствую этого жара, но когда она на моей руке, то мне не холодно.

– Всё равно я не согласен. Давайте здесь сейчас поедим. И потом выдвинемся в путь. Что скажешь, Старынин? Почему ты молчишь?

– Я размышляю. У нас мало времени на самом деле и первая моя мысль о том, что надо идти. Моё внимание оказалось сосредоточено только на той задаче, которая перед нами сейчас, и это не поход на гору, а то, к чему вам предстоит подготовиться. Но, когда ты, Дримор, озвучил на счёт приёма пищи здесь, что в степи не согреться, я понял, что, думая только об одной цели, совсем отвлёкся и перестал замечать происходящее здесь и сейчас, в настоящем. На самом деле, ведь мы и не спали толком. У нас одни приключения и преодоления препятствий. Ведь, чем больше мы устаём, тем меньше наша продуктивность.

– Что ты хочешь этим сказать? Мы остаёмся? – спросил Дримор. – Обедаем?

– Не только обедаем. Давайте останемся до завтрашнего утра. Отдохнём, наберёмся сил и пойдём свежими и отдохнувшими к горе.

Гоноцефал наблюдал за людьми и ничего не понимал. Что-то они обсуждали долго, потом разбрелись кто куда. Через время одни вернулись с ветками в руках, скинули их в одну кучу. Потом из этой кучи взяли несколько небольших веток и подожгли. Он испугался, начал метаться и смотреть на Борна, но тот был спокоен и не обращал никакого внимания на огонь. Вообще никто из людей не беспокоился по этому поводу. Тогда и он решил успокоиться и наблюдать дальше за происходящим.

Через время вернулись ещё двое, они несли двух уларов.

– Смотрите какие тут птицы водятся. Нам хватит на ужин точно. Завтра на рассвете схожу ещё парочку подстрелю. Видимо не видимо их там. – Дримор махнул в ту сторону, откуда они пришли с Лисом.

У костра было хорошо, тепло. Погода тоже была хорошая, на удивление было безветренно и небо было ясным. Дело было уже к вечеру. Все насытились и расслабились. Гоноцефал понял, что никто никуда сегодня не пойдёт и решил тоже поесть. Он посмотрел на Борна, дождался, когда тот на него посмотрит. Борн понял, что он ему что-то хочет сказать.

В этот раз легче получилось телепатически связаться с гоноцефалом. Практика – дело серьёзное.

– Ты что-то хочешь мне сказать?

– Да, я есть хочу.

– Что тебе дать?

– Ничего. Я сам схожу на охоту. Хотел спросить вы скоро будете уходить или побудете ещё здесь?

– Мы до утра здесь. Завтра выдвигаемся. Так что смело можешь идти охотиться.

– Как это хорошо. Тогда я пойду.

Гоноцефал шмыгнул в траву.

– Стой. – Пустил мысленный импульс Борн.

Гоноцефал остановился.

– Что?

– Как твоё имя? Скажешь сейчас или так и будешь скрывать его?

– Спика.

– Давай иди уже, Спика, а то с голоду ещё помрёшь.

Борн усмехнулся. Имя забавное было у этой ящерицы. Читал он в библиотечных книгах Старынина, что в городах огонь разводят с помощью тоненьких палочек с какой-то цветной головкой на одном краю. Называют их спичками, а дети часто называют спиками. Символично получилось – он повелитель огня, владеет перчаткой с огнём, побратался с огнедышащим драконом, к нему привязался гоноцефал с именем, имеющим отношение к огню.

«Всё это не просто так. Это знаки свыше» – подумал Борн.

– Чего не весел, друг? – Дримор обнял его за плечи и начал рассказывать о своих впечатлениях от их похода.

– Мы ещё до горы не дошли, а уже столько всего было. Я переполнен эмоциями.

- Да, однозначно, жизнь со Старынином интересней, чем была в племени. Я уже перестал печалиться по поводу того, что не прошёл тогда испытание. – Присоединился к беседе подошедший Лис. – А вы не жалеете, что из-за меня тоже здесь?

Борн посмотрел на друзей, на перчатку, улыбнулся и ответил:

- Мог ли я, живя в племени, стать обладателем подобной перчатки? Смотрите на эту красоту. Я не знаю какая она в деле. Хочу потренироваться. После того как поедим отойду подальше и попробую испытать её. И в целом мне наша жизнь по душе. Я спокойный внешне, но внутренне мне нравится движение, приключения, проявление силы, действие. Просто моя сила не демонстративная, моя сила – это сила духа. Размышляя над этим всем – над словами Старынина о нашем предназначении, о наших особенностях и сильных сторонах, наблюдая за знаками Вселенной, прихожу к выводу, что всё в этой жизни не просто так. Все мы рождены со своими талантами, способностями и особенностями. Одни видны сразу, вторые иногда просматриваются, но их надо развивать, а третьи спят до поры до времени в нас, потому что им ещё не время проявляться. Но то, что каждый из нас для чего-то рождён – это бесспорно.

- Вот ты закрутил как, Борн. Лис, я отвечу тебе попроще. Мне нравится тоже это всё. Я наслаждаюсь нашими походами и приключениями. Только есть одно сожаление.

- О чём сожалеешь? – Улыбнулся Лис – О расставании с той девушкой, которая увела тебя от нас в племени Сересора?

Дримор отмахнулся от шутки друга и продолжил:

- Понимаете, расстроен я иногда бываю. Грущу. Смотрю на вас, и вы для меня иногда кажетесь сумасшедшими. Умом я всё понимаю, но не могу пока до конца принять новую магическую реальность.

- В смысле? – удивлённо посмотрел на него Лис. Борн тоже перевёл взгляд с перчатки на Дримора.

- Что не понятно вам? Вот ты, Лис, уже оборачивался в зверя, дружишь и общаешься с невидимыми духами-помощниками. Борн обладает уже таким мощным артефактом, который охраняли два великана, а они точно не просто так приставлены были. У него свой зверёк появился, вот он сидит у него в сумке. А я что? Травы собираю, ну призвал медведя один раз. И что? Я даже молнию не смог нормально пустить, камнем прибил бедолагу дикаря.

Борн убрал перчатку в сумку, повернулся лицом к Дримору и сказал:

- Если ты готов меня выслушать, то мне есть, что тебе сказать.

Дримор запустил огромную пятерню в свои волосы, как он обычно делал в периоды волнения, глубоко вздохнул и на выдохе ответил:

- Давай.

- Почему мы тебе кажемся сумасшедшими? Потому что наши с Лисом внутренние правила перенастроились на правила Вселенной. Мы сонастроились с ними, у нас произошла определённая синхронизация. Мы живём в принятии. То есть мы не эмоционируем от происходящего, мы живём настоящим. Это то, чему нас учил и учит Старынин. Ты же ещё частично живёшь по старым правилам, новые не принял, не допустил в свою душу. Они не стали частью тебя. Мозг наш – это помойка из мыслей. Чем их больше в голове, тем больше ты создаёшь шума, тем сложней тебе увидеть в новом новые возможности, а не проблемы или препятствия. То есть ты ещё в прошлом.

- Почему в прошлом? Мне очень не терпится в новое, в то, что нам пророчит Старынин. Хочу уже те приключения, которые нас ждут и к которым нас готовят.

- Здесь и вторая крайность. Ты мыслями своими в будущем. Но основа твоя в восприятии не наступившего ещё будущего, на прошлом. Смотри, что получается. В нашем настоящем уже нет того, что было в прошлом. Всё ушло из наших жизней кроме наших имён. Но ты ещё цепляешься за старые привычки, ценности, моральные устои. Ты не отпускаешь свою прежнюю личность. У тебя сейчас внутренний конфликт двух личностей – тебя прежнего и тебя нового. Да, ты новый тоже уже формируешься, и сформировался. Но ты новый слабей старого. И в будущее стремится твой старичок. Не торопи события. Всё идёт своим чередом. Как это должно быть, так и произойдёт.

- Как должно быть? Ответь мне.

- Ты сам можешь ответить на этот вопрос. Предлагаю тебе отключить внутреннего бунтаря, да и внешнего отключай. Маг – это человек настоящего момента, беспристрастный наблюдатель, а не бунтарь и дебошир. Это было первое.

- Будет ещё второе?

- Если хочешь, то могу и третье предложить.

- Пожалуй не стоит. Сначала давай про второе толкуй.

- Изучая себя через астрологию, я копнул дальше. Увидел, что там можно заглянуть в будущее. Построить прогноз. Поверхностно изучил это. Задним числом посмотрел последние три года. Хочу сказать, что очень сходится. И посмотрел будущие два года. Но мне сложно понять о чём там. Правда, одно уже сбылось. У меня было сказано про новое для меня значимое и судьбоносное приобретение. Я тогда не понимал, что это. А сейчас в моей сумке лежит магический артефакт.

- Ты предлагаешь посмотреть нам будущее через астрологию? – задал вопрос Лис. – Не противоречишь ли ты сам себе? Ведь только что ты рассказывал про настоящее.

- Нам не предлагаю. Дримору предлагаю. Изучив прогноз, он удовлетворит своё любопытство, у него сложатся свои пазлы в голове.

- Я понял. Тогда он свой пыл умерит, и будет жить спокойней, понимая то, чего ожидать.

- Думаю, что да.

- И, что я там могу увидеть прям все события?

- Нет, так это не работает.

- Прогностика показывает тенденции. То есть, смотри, например, ты хочешь этот год посвятить женитьбе. Тебе приглянулась девушка, ты строишь планы, начинаешь действовать уже в этом направлении. Что-то получается, что-то нет. Причём во втором случае, чтобы ты не делал, никак не получается. Словно кто-то препятствия невидимые и непреодолимые установил. И тут вдруг случается на твоё племя набег, крадут твою девушку, или тебя в рабство уводят, а может ты тяжело ранен и будешь восстанавливаться несколько месяцев. В таком раскладе точно у тебя не будет женитьбы. Если же ты видишь в своём прогнозе, что у тебя какие-то кризисы, перемещения на дальние расстояние, тогда ты задумаешься. И будешь готовиться не к женитьбе, а направишь свои действия в другое.

- Понял я тебя. Хорошо, после возвращения в хижину Старынина, я посмотрю прогноз. Ты свой смотрел, что ты увидел на ближайшее будущее, какие события будут?

- Прям точных событий в прогнозе нет. Там не о частном говорится, а об общих тенденциях. Но было одно на этот год. Сейчас вспомню, как там было написано.

Борн задумался. Парни молчали, не отвлекали его.

- Вспомнил. Это год глубоких перемен, как внешних, так и внутренних. Может появиться потребность делать то, чем раньше не занимались. Или будете вынуждены. Год может быть непростым. Может что-то рухнуть, например, отношения или планы.

- Я верно понимаю, что в любом случае у тебя были бы перемены, даже если бы не Старынин? – Спросил Лис.

- Получается, что так. Из племени изгнали бы всё равно. Ведь испытание не прошёл.

- Но ты же из-за меня его не прошёл. Если бы не вернулся ко мне, то точно всё было бы хорошо.

- Об этом и речи быть не может. Вернулся бы.

- Нет, мне всё же интересно. Вот если бы не вернулся.

- Предполагаю, что что-то всё равно произошло бы такое, что изменило бы мою жизнь на до и после. Не хочу гадать по поводу если бы. То, что сейчас в моей жизни происходит, мне нравится.

Парней окликнули, позвали их к костру. Сыновья Сересора приготовили подстреленную ранее птицу. Пора было есть. Ели все молча. Настолько проголодались и устали, что не хотелось разговаривать.

После приёма пищи Борн пошёл тренироваться с перчаткой, Лис решил призвать мышонка Мико-младшего и попросить его сопроводить в завтрашнем походе. Остальные легли спать.

Борн для своих тренировок отошёл подальше, чтобы не беспокоить попутчиков. Найдя подходящее место, он достал из сумки перчатку, надел её на руку. Артефакт переливался светло-розовым цветом. Как только перчатка плотно легла по руке, в центре образовался небольшой голубоватый огонёк.

Борн стоял и не шевелился. Он прислушивался к ощущениям своего тела, которое словно стало больше, хотя физическая оболочка оставалась прежней, но он чувствовал, что стал больше. Ощущение границ сместилось за пределы тела. Больше всего ощущения были в голове, в плечах, в торсе. Он почувствовал, как его тело наливается теплом, мощью, ему показалось, что он сейчас оторвётся от земли, потому что помимо всего происходящего и ощущаемого им, он словно стал легче.

После погружения в ощущения своего тела, Борн перевёл взгляд на огненный шарик. Сконцентрировавшись на нём взглядом попробовал мысленно воздействовать на его размер. Ничего не получилось. Он попробовал ещё раз. Снова осечка вышла.

Тогда он решил метнуть шар. Размахнулся и выбросил руку вперёд. И снова ничего не получилось. Шар оставался на своём месте, переливаясь в центре перчатки. Все последующие попытки были тщетными.

– Не расстраивайся, - услышал он голос из сумки, это гоноцефал обратился к нему, увидев, насколько печальным стало выражение его лица.

– Хотелось бы не расстроиться, но за радостью обладания пришло разочарование из-за того, что не получается ничего.

– Ты стараешься метать, а ею может надо дотрагиваться. Попробуй прикоснуться к тому большому камню. Давай посмотрим, что получится.

Борн не задумываясь особо механически подчинился, поднялся прошёл к камню и прикоснулся к нему перчаткой. Даже не успел самой перчаткой прикоснуться, а только огненный шарик начал приближаться к поверхности, как по телу пошла мощная волна силы. Рука затряслась, пришлось приложить достаточно усилий, чтобы рука не отлетела, а она рвалась в пляс.

Он сосредоточился и попробовал ещё раз. Происходящее совсем прогнало его грустные мысли. Второй раз тоже не получилось. Он прислушивался к себе в процессе каждой попытки, после неудачи останавливался и анализировал происходящее и свои ощущения. Постепенно он начал чувствовать своё тело и перчатку, они становились словно единым организмом.

Самое основное, что он понял после череды неудач, что надо не мысленно подключаться к перчатке, а ощущениями, слиться с ней в одно целое. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох, задержал дыхание, прислушался к себе, к вибрациям перчатки, медленно-медленно выдохнул. Сделал ещё один глубокий вдох, снова задержал дыхание, и на выдохе осторожно протянул снова руку к камню.

У него получилось! Шар к перчатке вырос в размерах, он устремился вперёд и обволок собой камень, при этом став светло-оранжевого цвета. Вдруг камень начал плавиться и превратился в лужу.

Борн отпрянул назад. Он просто испугался того, что произошло. Он осознал, что последствия его действий с перчаткой просто необратимы. Камень стал лужей, он расплавился в мгновение.

Придя в себя после всего этого, он стал размышлять о том, как быть. Ведь ближний бой, а именно такой контакт опасен сам по себе. Чтобы воздействовать подобным образом надо сблизиться с врагом. К тому моменту из него уже решето сделают стрелами.

– Слышь, гоноцефал, благодарен тебе за твою подсказку. Это было не просто, но я смог и понял принцип действия. Но меня волнует то, что я не могу на расстояние бросок сделать, не могу увеличить шар.

– Ты меня спрашиваешь, чтобы я посоветовал или тебе просто надо выговориться?

– Наверное, больше выговориться. Я рассуждаю вслух. А тут ты.

– Раз надо выговориться, то я весь во внимании. Сам то, что думаешь?

– Пытаюсь понять, но не могу…

– Что не можешь?

– Я мысли отправляю к перчатке, а они не идут.

– Как ты камень расплавил? Тоже мысли были важной составляющей процесса?

– Нет. Ощущения. Точно. Ощущения!

– Странный ты какой-то.

Борн прислушался к себе, его ещё держало. Само состояние наполненности силой было немного слабей, но он понял, что ему заново не придётся настраиваться, можно разогнать то, что уже есть. На удивление получилось сразу. Он почувствовал, как сила набирает объём, как его тело сливается с перчаткой, зрение стало каким-то тоннельным, всё вокруг перестало существовать, только он, перчатка и мишень. В качестве последней был выбран валун на отделении нескольких шагов.

Набор силы шёл без остановки, Бор понимал, что сейчас его разорвёт, внимание и ощущения перевёл на шар в центре перчатки. Размер шара не изменился, но плотность его увеличивалась, он стал тяжелей, цвет поменялся на тот, как при оплавлении камня был. Борн в этот раз не стал размахивать руками, он выплеснул наружу скопившуюся в нём силу. Шар оторвался от перчатки, и практически мгновенно врезался в выбранный валун. Очень страшно громыхнуло. Языки пламени и горячие куски камня разлетелись в стороны. Земля содрогнулась. На месте вылетевшего шара уже был новый. Цвет был голубоватый. Это был цвет ожидания.

Борн присел от неожиданности, а гоноцефал спрятался поглубже в сумку.

Все спутники на полусогнутых ногах с опаской подходили к Борну. Не было только Лиса. Первым заговорил Старынин, у Дримора глаза была огромные. Сересор и его сыновья дрожали от страха, руки побелели от напряжения, с каким они сжимали свои копья.

Борн говорил много, несвязно, и очень эмоционально. Он поведал о своих неудачных попытках, показал место первой удачи, показал и рассказал о метании огня. Все с опаской подошли сначала к оплавившемуся камню, потом к месту, где стоял валун. Но там была яма, с вывернутыми наружу комьями земли и камнями. Стоял сильных запах гари, словно они посетили какое-то пожариже.

Когда первые страсти улеглись, эмоции немного поутихли все поняли, что рядом с ними нет Лиса. Они звали его, но в ответ не слышали обратного отклика. Борн попросил гоноцефала помочь, и тот выскочив из сумки прошмыгнул в траву. Сересор пошёл искать следы Лиса.

Через время нашли его. Он сидел неподвижно, с застывшим выражением испуга на лице. Место, где его нашли, было по направлению выброса огня Борном, буквально за следующим валуном, который был мишенью.

– Дримор, чего стоишь, как истукан, давай будем приводить его в чувство. – Старынин дернул парня за руку, выведя того из транса.

Дримор лихорадочно перебирал в своей голове познания, полученные в библиотеке. Старынин тем временем тормошил Лиса. Первые попытки были безрезультатными, но всё же юноша ожил и заморгал глазами. После этого он с непониманием посмотрел на окружающих его людей и спросил:

– Что это было? В меня попала молния?

– Нет, это я тренировался с перчаткой. Но как ты оказался здесь, ты же ушёл в другую сторону.

Я хотел с мышонком пообщаться. Искал место без ветра, а то сегодня как-то слишком сильный он. Вот и нашёл этот валун. Только закончили общаться и тут такое произошло.Вот так дела. – Изумлённо произнёс Дримор. – Был Лис рыжий, а теперь Лис белый. Прям песец.Да-а-а, точно, песец. – Протяжно произнёс Борн. Он опустился на колени рядом с другом и зарыдал. – Я чуть не убил тебя. Как же так? Почему я не проверил ничего.Ты не виноват. Я же сам сюда пришёл. Сначала вызвал духов-помощников, пообщался с ними, под конец взаимодействия с ними попросил указать мне на место, где не будет так ветрено. Они и привели меня сюда. Я вызвал Мико-младшего и пообщался с ним тоже. А потом бах, тарабах. Очнулся, а вы на меня смотрите, что-то говорите, но я не слышу. Хочу пошевелиться, а не могу. Вот только сейчас в себя приходить более-менее начинаю.Идём, Лис, в лагерь. Тебе надо отдохнуть. – Старынин помог ему подняться, и они пошли к месту стоянки.

Утром проснулись рано. Начали собираться в поход. Лис сказал, что у подножия горы их будет ждать мышонок, он проведёт их к горе Айвань, покажет где родник есть, где привал можно будет сделать, где ягоды ещё остались.

– Как ты себя чувствуешь? Может ещё день переждём? – Уточнил Старынин.

– Всё хорошо, батя. Идёмте. Остался день пути. Что я не смогу пройти. Вон же гора. Её видно. Мы не любоваться сюда пришли её красотой. Нам важно на неё взойти.

У подножия горы, действительно, их ожидал Мико-младший. Он сидел на камне, время от времени озираясь по сторонам.

– Чего ты такой испуганный, Мико? –Спросил его Лис, когда они подошли.

– Ага, посидел бы ты в открытую вот так, когда вокруг много разных хищных птиц, которые не прочь мной позавтракать.

– Точно, я и не подумал. Так не надо было на камень взбираться. Сидел бы себе в укрытии, а вышел уже в самый последний момент. Ты же нас, наверное, ещё с самой вершины видишь.

– Да, я наблюдал за вами всё время пока вы спускались.

Мышонок забрался Лису на плечо, чтобы показывать путь. Все выдвинулись к цели путешествия, к видневшейся вдали горе. Она манила сегодня ещё сильней, чем до этого. У каждого внутри были свои чувства. Больше всего волнение переполняло парней. Ведь им предстояло что-то новое и неизвестное. Старынин волновался о том как у ребят всё пройдёт. Он понимал, что помочь им не сможет никак в случае чего, потому что ему нельзя будет подниматься на вершину вместе с ними. Сересору и его сыновьям вообще всё было очень интересно и удивительно. Для них всё было необычным новым, привлекающим и одновременно пугающим.

Шли молча. Каждый в своих мыслях. Дорога была более-менее удобная. Несмотря на то, что всё поросло высокой травой, Мико-младший вёл их по звериным тропам и не приходилось прокладывать себе путь.

К обеду дошли до родника, о котором говорил мышонок ранее. Решено было устроить здесь привал, отдохнуть, поесть и вздремнуть немного. Сегодня был не по-осеннему очень тёплый день. Да и после всех приключений, которые были до этого, хотелось немного отдохнуть. Гора словно говорила: «Парни, взбираться на меня надо полными сил, а не истощёнными».

Место было живописное. Расположились непосредственно у бьющей из-под земли воды. Развели костёр, хворост с собой прихватили с горы. Пообедав решили всё же вздремнуть. Солнце пригревало, на небе не было ни облачка, оно было очень красивым, ветра сегодня не было. Тишину нарушало только журчание воды, но она больше убаюкивала, усиливая чувство умиротворения.

Первым проснулся Дримор от писка мышонка. Он хотел было кинуть в него чем-нибудь, чтобы тот не мешал спать, но увидел, что тот как-то слишком взволнованно выглядит. Толкнув Лиса в бок, показал на Мико-младшего и сказал:

– Уточни у своего друга, чего это он так разошёлся. Спать не даёт.

Мышонок, увидев, что Лис проснулся, обратился к нему. Парень спросонья не сразу смог настроиться на контакт с ним. Только, когда мозг более-менее проснулся, у него получилось. И то голова была немного ватная.

– Что там у тебя? Чего шум поднял?

– Мои сородичи сигнал тревоги передают.

– И что? Ну идёт по степи лиса или волк, например. Нам, что от этого? Не съедят они нас. И тебе волноваться не о чем. Ты с нами.

– Нет. Здесь что-то другое. Это не обычный сигнал. Я такой слышу впервые. Он очень тревожный, очень-очень.

– Ой, ладно, сейчас посмотрим, что там. – Лис начал подниматься, но не успел. На его плечо легла крепкая рука и придержала.

– Оставайся на месте. – Произнёс незнакомец спокойным, но очень сильным голосом.

Он захотел поднять голову и посмотреть на говорящего, но ему не дали, сказав:

– Не шевелись. Для тебя же лучше будет.

Лис увидел тени, много теней. Он понял, что его друзей тоже обездвижили. Мысли лихорадочно суетились в голове, но не приходило никакого решения. Только страх. Его сила была больше всего остального. Он помнил, что маг должен сохранять самообладание в любой ситуации, но одно дело понимать мозгом и сказать себе: «Спокойно», и другое дело быть спокойным в такой ситуации.

Знакомый уже голос велел всем подняться. Их всех собрали в кучу. Они были окружены двумя десятками людей в чёрных одеждах. У всех были спокойные лица, но взгляд каждого был таким, что сразу становилось понятно – люди знают своё дело и очень много умеют. Опасные воины.

– Позвольте представиться. Моё имя Радмир. Я командир отряда специального назначения службы безопасности Светлого Мира. Если кратко, то ОПН СБСМ. Эти молодцы мои подчинённые. Не рекомендую даже думать о сопротивлении, не говоря уже о попытках. Все они будут пресечены, а вам будет очень больно.

Радмир подошёл к Старынину и пристально посмотрел ему в глаза.

– Я так понимаю, что ты в своём отряде старший.

– У нас не отряд. Я учитель. Эти парни мои ученики. Мужчины наши спутники и охрана.

Улыбка появилась на лица непрошенного гостя:

– Хороша охрана, да заснула рано.

Сересор дёрнулся, но получил сзади по шее и обмяк. Сыновья подхватили его под руки, чтобы он не упал.

– Что ж вы такие лютые? – Спросил Старынин. – Мы здесь по велению Высшего Совета. Раз бы из службы безопасности, то, думаю, для вас это что-то говорит.

– Да, говорит. Но и мы здесь по велению Высшего Совета. У нас приказ доставить вас всех в столицу. Вот ордер на ваш арест. Вы подозреваетесь в шпионаже в пользу Тёмного Мира.

Старынин с удивление посмотрел на говорившего, а остальные вообще ничего не понимали о чём речь.

– Вы в своём уме?! – возмутился старик.

– Всё. Разговор наш окончен. Сейчас мы с вами проследуем куда надо, там и поговорим. Там разберутся. Наша задача вас доставить, а не разговоры разговаривать.

Радмир жестом дал указание и от людей в чёрных одеяниях отделились трое. Они совершили быструю, но точную манипуляцию, после которой все арестованные оказались скованы. Старынин решил проверить крепость уз, но не смог ничего сделать.

– И не пытайтесь. Мы своё дело знаем. Всё же в Мире магов живём. Сами тоже немного маги.

– Всё, парни, перемещаем их.

Глава 12. В заключении в столице

Старынина привели в кабинет на допрос. Это была небольшая комната без окон. В дальнем левом углу стоял стол, за которым сидел молодой следователь, он был худощав, светловолос. Когда открылась дверь и ввели старика, он на мгновение оторвался от бумаг, которые просматривал, высокомерно посмотрел на него, можно сказать, что пренебрежительно, хмыкнул себе под нос и продолжил изучать бумаги.

Справа от него у стола сидел второй следователь. Он был постарше лет на десять. Более округлый в лице, с небольшим животиком. Лицо доброе, но взгляд очень цепкий.

Старынин остался стоять в дверях. Его никто не пригласил пройти и сесть на свободный стул. Молодой продолжал читать бумаги, делать какие-то записи в своём блокноте, а старший всё так же внимательно его рассматривал. Старику уже было неудобно стоять, и он решил пройти. Но только сделал шаг, как молодой зло рявкнул на него.

– Куда? Тебе кто-то давал разрешение?

Старынин вернулся назад.

– Ладно тебе, Лёш. Пусть старик сядет.

– Постоит. Не убудет с него. Закончу изучать его дело, тогда пусть и садится.

– Может хотите воды? – спросил второй, и, взяв графин, наполнил стакан.

Старик кивнул в знак согласия, а сам подумал, что началась игра в злого и доброго полицейского. Он выпил предложенную ему воду, вернул стакан и с интересом стал наблюдать за происходящим.

Им до сих пор не сообщили причину их ареста, и он пытался по лицам следователей прочесть хоть что-то, за что можно будет зацепиться и выстроить цепь догадок. На старого он не надеялся, так как тот опытный. Это сразу видно. А вот молодой переигрывает слишком, и обязательно в какой-то момент проколется. Так надеялся, по крайней мере, Старынин.

Досадно было то, что он не мог применять магию. Его силы были заблокированы извне, словно в какой-то кокон их взяли. Вдруг старик почувствовал присутствие ещё одного человека в комнате, ощущения шли сзади с правой стороны. Обернувшись назад, увидел, что в углу в кресле сидел… Его ученик. Лет пятьдесят назад у него учился парень по имени Парос. Это был он. Их взгляды пересеклись.

– Вы, что? Вы кого арестовали?! Это же Старынин. Это же учитель всех магов нашего Светлого Мира.

Парос подскочил и стремительно двинулся к столу. Подойдя, опершись руками на стол, он недовольно посмотрел на молодого. Старынин был прав, тот выдаст себя. Лицо парня дёрнулось в испуге, но он совладал с собой и натянул строгую маску. Старший же, напротив, оставался невозмутим, только взгляд из колкого превратился в любопытный.

– И что? – Язвительно спросил молодой. – Мне теперь станцевать перед ним?

– Алексей! Мы так не договаривались. Я блокирую магию на недостойных магов, которые оступились. Но это же Старынин!

– Я понял, что Старынин. Вот его дело. Изучил и сам всё вижу.

– Если ты видишь, то почему держишь его под арестом?

– Не гоже держать в дверях столь уважаемого человека. Проходите, присаживайтесь. – Пригласил к пустующему стулу старика старший следователь.

– Это хорошо, конечно, что вы перестали мучить старика и предложили присесть. Но его надо отпустить. Я был бы не я если бы не он. И все маги нашего Мира обязаны ему своими умениями и знаниями.

Парос продолжал шуметь, возмущаться. Но ему никто не отвечал. Когда пыл поиссяк, то Алексей спросил:

– Всё сказал? Вот и молодец. Мы тебя выслушали, а теперь хотим послушать Старынина. Возвращайся в своё кресло и выполняй свою работу.

Парос посмотрел на старика, а тот в ответ одобрительно кивнул ему. Тюремный маг вернулся на своё место. Шумно выдохнул и закрыл глаза. Старынин почувствовал, что в блокировке его магических сил появилось послабление. Он про себя улыбнулся. Понял, что как был ни вели себя следователи, у них есть здесь союзники. И, воспользовавшись возможностью, телепатически передал сообщение Паросу: «Свяжись со мной после допроса. Когда я буду в камере». В ответ получил сообщение с согласием. И вдогонку с извинениями.

– Итак, Старынин. Читаю я ваше дело. Вы такой хороший, позитивный. Вот и коллега за вас так яро заступился. Я таким его никогда не видел. Вы просто лапочка, репутация на высоте… – Алексей выдержал паузу. Он пристально смотрел немигающим взглядом в глаза старику. Сплюнул в левую сторону и сказал со злостью: – Аж противно!

Старынин не реагировал. Он понимал, что сейчас начинается разыгрываться сцена, цель которой выведение его на эмоции, наблюдение за реакциями его тела, лица, конечностей. Сейчас они предварительно собирают информацию. У них на него ничего нет. Потому что просто не может быть. И вот, что это на самом деле ему было интересно, и он решил задать вопрос.

– Понимаю, что противен вам. Но я и не барышня, чтобы нравиться мужчинам. Вот только не понимаю по какому поводу я у вас в гостях.

Алексей подскочил закричал:

– Ты ещё шутить мне здесь смеешь! Да я тебя!

– Лёш, Лёш. Не надо. Не пугай нашего гостя. Он верно сказал, мы же в гости на беседу пригласили дедушку. Возраст давай будем уважать.

– Да, Паша, что верно то верно. Триста лет. Триста лет. Это же такой почтенный возраст, столько сделал для всех нас, столько магов воспитал.

Алексей вышел из-за стола, обошёл старика и сел на стул напротив него.

– И вот скажи мне, Старынин, почему ты на старости лет, с таким багажом заслуг так плохо поступил?

– Что я сделал плохого?

– Здесь вопросы задаю я, а ты только отвечаешь. – Снова зло посмотрел молодой следователь на него.

– Как же я могу ответить на такой слишком общий вопрос, если даже не понимаю о чём он.

– А ты не догадываешься?

Старынин отрицательно помотал головой.

– Жаль. Я думал, что человек в десять раз старше меня сообразительней. А ты вот каким оказался недалёким. Паш, а может он придуривается?

Второй следователь поднялся, положил руку на плечо молодого. Они поменялись местами. Алексей пересел на стул Павла, а тот сел напротив старика и заговорил.

– Ты по незнанию или нарочно допустил то, что в вашей компании есть предатель. Светлому Миру грозит опасность. Лазутчики с Тёмного Мира проникли к нам и ведут подрывную деятельность. И один из них в твоей компании.

– Вы хотите обвинить кого-то из пятнадцатилетних пацанов, что кто-то из них пробрался из Тёмного мира? Это глупость. Тогда все трое, может, лазутчики? Слишком они знают хорошо друг друга. С детства.

– Мм, – оживился Алексей, – так ты признаёшь, что у тебя в обучении трое лазутчиков? Вот это поворот.

Старынин с удивлением посмотрел не него.

– Что за бред ты несёшь?

Алексей покраснел и замахнулся на старика. Но его остановил Павел.

– Рассказывай. Мы послушаем.

– Что рассказывать?

– Всё рассказывай. Как познакомился с ними, чему обучаешь, кто чем интересуется.

Старынин многое рассказал, но умолчал о своём разговоре с Закаром и Назаром у Евгена с Маричкой. Не доверял он почему-то. Не мог пояснить причину своего недоверия, но интуиция подсказывала ему, что надо быть откровенным частично. Врать не надо, но лучше умолчать, попридержать при себе некоторую важную информацию.

Допрос длился долго. Сколько прошло времени не было понятно, так как не было понимания о времени суток из-за отсутствия окон в помещении. Старынин уже устал. Он хотел есть. Ему только давали иногда попить. Сами следователи тоже не ели ничего за это время. В уборную разве что выводили несколько раз. Вот и всё разнообразие.

Наконец-то допрос закончился и его увели обратно в камеру. Парни встревоженно встретили учителя. На его нарах стояла миска с едой, кружка с водой и пару кусков хлеба лежали на ней. Он поблагодарил ребят и с аппетитом поел. Еда была так себе, но всё же.

– Я отдохну. Всё потом расскажу. Сколько меня не было?

– Часов, наверное, двенадцать. Очень долго. Мы думали, что тебя там уже казнили.

Старик, поджав нижнюю губу и медленно закивал головой. Вздохнул. После лёг на нары и заснул.

Утром увели на допрос Борна. Допрашивали так же долго. На следующий день после Борна увели Дримора. И на четвёртый день увели Лиса. Парос так и не связался со Старынином. Они только несколькими короткими сообщениями обменялись. Бывший его ученик дал понять, что он не забыл о просьбе, но все эти дни на допросах присутствует. Устал жутко. Да и заодно информации соберёт побольше.

День заканчивался, а Лиса не приводили. Старынин Паросу сообщение отправляет, а тот не отвечает. Позже заблокировал доступ к себе. Парни волновались, да и старик тоже не находил себе места. Он начал догадываться к чему клонили во время допроса. Почему задавали именно такие вопросы, сопоставил много разного из поведения Лиса, из разговора с Закаром.

– Я, кажется, понял – произнёс он вслух.

– Что? Что ты понял?

Парни оживились и внимательно посмотрели на старика.

– Хозяин болота.

– Что Хозяин болота?

– Мерзавец! Вот что.

– Не томи уже, – пробасил Дримор. – Говори раз начал.

– Когда меня не было вас научил вызывать духов-помощников Хозяин Болота. Верно?

Парни кивнули в ответ.

– Я думаю, что среди этих мелких невидимок есть лазутчики с Тёмного Мира. И на зов Лиса они постоянно приходили. Я видел как Лис вызывает этих духов общается с ними, совета просит. Да и Борн тоже видел.

Дримор запустил пятерню в свою шевелюру и с непониманием смотрел то на Старынина, то на Борна.

– Ничего не понимаю. Какие лазутчики? Причём здесь Тёмный Мир? И тем более причём здесь Лис?

Старынин рассказал про свой разговор с Советом, с Закаром и Назаром. Не стал ничего утаивать, пояснил и про лазутчиков. Но на тот момент, когда он обо всём узнал, эти духи больше обитали в приграничье.

– Я думаю, что каким-то образом они пробрались к Лису. И, находясь рядом с нами, видели что мы делаем, куда идём, о чём разговариваем. Эта информация могла уйти в стан недругов. Вот как про это узнали спецслужбы для меня пока загадка. Ладно, это мы позже узнаем. Больше всего сейчас беспокоюсь на счёт Лиса.

– Да, его очень долго нет. Неужели до сих пор допрашивают. – Размышлял вслух Борн.

– Может его казнили? – предположил Дримор.

– Мало вероятно, что казнили. То, что допрашивают, может быть. Но сами следователи же тоже без сил уже будут. И Парос не выходит на связь.

– Какой такой Парос?

– Видели в кабинете в кресле сидит человек?

Парни утвердительно кивнули.

– Это маг, который наши силы заковал. Ваши. Над моими уже хватку он ослабил. Не отпустил полноценно, но кое-что я уже могу. Это мой бывший ученик. Лет пятьдесят назад проходил у меня обучение. Мы договорились с ним, что он свяжется со мной. Но за эти дни после моего допроса от него была мало вестей. В основном о том, что он занят на допросах и жутко устал, но про меня помнит и свяжется. Сейчас я не могу к нему пробиться.

Какое-то время они обсуждали сложившуюся ситуацию. Строили гипотезы, думали как выбраться отсюда. Ведь чем они здесь дольше, тем хуже для миссии, которая им уготована. Потом устали от разговоров и замолчали. Каждый думал о своём.

– Знаете, о чём подумал, – прервал молчание старик, – как выберемся отсюда обязательно надо научиться всем нам, и мне тоже, защите от блокировок нашей силы. Не серьёзно. Мы готовимся к такой сложной миссии, к такому великому делу и не можем защитить сами себя. Как же мы тогда защитим других, если сами не подготовлены. Нельзя помочь другим полноценно, если сам себе не помог.

– Да, ты прав, батя. Вот только как мы выберемся отсюда и когда.

– И выберемся ли.

– Кстати, Борн, почему ты без перчатки своей? Сейчас бы мы легко выбрались с её помощью.

– Я спрятал её там, где нас арестовали. Когда понял, что силы наши сковали. то испугался за перчатку и незаметно успел припрятать. Место я запомнил. Найдём.

– Я не понял зачем прятать. Она же не дастся никому кроме тебя.

– Я же говорю, что испугался.

– Правильно ты всё сделал, – Старынин одобрительно посмотрел на Борна. – Если среди духов есть лазутчики, то и среди людей тоже могут быть. Нас ведь не просто так арестовали. Не верю я в ситуацию. Слишком складно у них всё получается. Мозгом не могу пока объяснить, а интуиция сигналит обо опасности. Интуиции я больше верю.

Щёлкнул засов и дверь распахнулась настежь. На пороге стояли окровавленный Лис и держащий его под руку Парос.

– А ну пошли, – грубо толкнул их в спину конвоир и закрыл за ними дверь. Снова щёлкнул засов.

Друзья подхватили Лиса и помогли ему лечь на его нары. Парос виновато смотрел на старика.

– Как я вижу, ты решил связаться со мной лицом к лицу? – Тяжело покачал головой Старынин.

Тюремный маг печально кивнул. Он рассказал, что его тоже арестовали, и со словами «Иди связывайся со своим учитилишкой» отправили сюда. Всё было так.

Когда допрашивали Лиса, то в допросную пришёл его начальник. Тоже маг. Он сказал, что был перехват телепатических сообщений несколько дней назад, которые идентифицировали как неблагонадёжные. Не сразу удалось определить кто общался. В итоге про Лиса забыли, и начался допрос меня. Я сначала всё отрицал, но потом понял, что бесполезно, и я признался. Только я не всю правду им рассказал. Я не стал говорить, что тебе ослабил оковы, а просто сказал, что передавал тебе сообщения.

– Что ж, в нашей компании прибыло. Располагайся на свободных нарах. Давайте спать. Завтра подумаем, что делать – сказал Старынин, лёг на своё место, повернулся лицом к стене и заснул.

На следующий день их не беспокоили. Они были предоставлены сами себе. Появилась возможность собрать воедино информацию всех допросов, подумать, заодно и у Пароса узнать то, что было не известно.

– Расскажи нам о себе и службе в тюрьме, – обратился Старынин к нему.

– Приняли меня сюда больше десяти лет назад. Работы на самом деле не много. Всё же маги люди осознанные, и провинностей совершают мало и не часто. Я больше специализируюсь сейчас на нашем собрате. В самом начале карьеры меня привлекали и на допросы к простым людям. Надобность в моих умениях была тогда, когда очень долго следователи бились над получением признаний, а преступник ни в какую не шёл на сотрудничество.

– И как они получали признание в таком случае, - злобно спросил Дримор, – как с Лисом? Били?

– Такое тоже бывает. Попадаются слишком упрямые заключённые, которых даже силовые методы допроса не пронимают. В подобных случаях подключаюсь я. Сначала сканирую сознание человека, если вижу, что там есть, что рассказать по делу, тогда применяю гипноз. Чаще всего этим и заканчивается. Большинство людей гипнозу поддаются. Если же не поддаётся гипнозу никак допрашиваемый, тогда я синхронизируюсь с его сознанием, начинаю задавать вопросы. Он при этом обязательно проявляется уже через физиогномику. Следователь считывает реакции, ну а дальше они уже сами с ним работают.

– И, что, нельзя без мордобоя? Почему сразу не применять такие методы, которые используются с твоей помощью? – задал вопрос Борн.

– Не знаю. Я сам не один раз выносил предложения пересмотреть процедуру допроса, но постоянно получал отказ.

Дримор резко повернулся к Лису, посмотрел на него пристально и задал вопрос:

– Почему тебя били?

– Я не хотел рассказывать им про духов-помощников.

– Почему?

Лис молчал.

– Почему?! Почему?! Отвечай! Не молчи.

Лис по-прежнему молчал. Сидел потупив взгляд.

– Ты будешь говорить или нет? Или нам тоже применять силовые методы? – уже сердито обращался к другу Дримор.

– Не кипятись, – взял его за руку Борн. – Парос, может ты тогда нам расскажешь? Ты то хоть свой метод применял или не успел?

– Успел. Меня арестовали уже после.

– В смысле после? Ты же говорил, что про Лиса забыли и на тебя переключились, – внимательно посмотрел ему в глаза Старынин.

– Они заканчивали заполнять протокол по моему делу, когда пришёл его бос, – с трудом проговорил Лис. – Он успел в моей голове покопаться.

– О, заговорил, – оживился Дримор. – Тогда рассказывай. Нам очень любопытно. Ты же сам понимаешь, что нам на гору Айвань надо, нас там ждут. Нам здесь никак нельзя пропасть. Твоё молчание только подтолкнёт нас к тому, что мы перестанем тебе верить. Старынин нам рассказал про ситуацию, к которой нас готовят – Светлый Мир в большой опасности. И надежда на нас. Но нас не будет, если кто-то один выпадает из связки. Понимаешь?

– Нет, не понимаю.

– Конечно, он не понимает, Дримор, – поднялся со своих нар Борн. – Давай я тебе расскажу. Можно, Старынин?

Старик кивнул в знак согласия, и Борн пересказал то, что им поведал учитель. О серьёзности надвигающейся угрозы, о том, что подключены сейчас самые старшие маги, такие как Закар и Назар.

– И где, эти ваши старшие? – с ехидцей спросил Лис.

– А это мы тебя хотели спросить, почему так получилось, что нас, на кого такие высокие ставки делают, арестовывают, – ответил Дримор.

– При чём здесь я?

– Тебя допрашивали с пристрастием, а не нас. Давай уже рассказывай, а то и я тебе влеплю.

Лис поднялся, подошёл в Дримору, стал лицом к лицу и спокойно так сказал:

– Давай. Влепи.

Дримор замешкался. Он не ожидал такого от спокойного и неконфликтного Лиса. Но всё же ответил:

– И влеплю.

– Влепи.

– Влеплю.

– Влепи.

– Сейчас точно влеплю.

– Так, давай уже. Влепи!

Борн подошёл к ним, раздвинул и стал между.

– Хватит вам уже тут лепкой заниматься. Скульпторы собрались в камере. Дримор, Лис и так уже битый, а ты… Лис, ну а почему закрылся и не хочешь говорить? Нам надо решать ситуацию. Маг – это тот, кто оценивает настоящее трезво и без эмоций. Сейчас у тебя преобладают эмоции. Страх осуждения и непринятия нами тебя. Верно понимаю?

Лис утвердительно кивнул.

– Мы тебя когда-то осуждали? Если ты регулярно слышал упрёки от своих родителей и старших из племени, то не переноси на нас свои страхи, связанные с нами. Ты сейчас в безопасной среде, мы твоё поддерживающее окружение. С нами ты можешь быть самим собой.

– Да, в конце концов, – рявкнул Дримор, – Мы же за тобой пошл, когда ты не прошёл состязание, мы не осудили тебя, мы добровольно согласились быть изгнанными из племени, потому что мы принимаем тебя таким, какой ты есть.

Лис зарыдал. Его плечи сотрясались, а слезы лились градом. Дримор усадил друга, сам селя рядом, обнял за плечи. Все молчали. Ждали, когда Лис выплачется и успокоится.

– Это хорошо, что ты не стал держать в себе эмоции. Сдерживание себя приводит к затуманиванию разума, ты не слышишь себя, и начинаешь играть противоестественную самому себе роль, – начал разговор Парос, когда Лис успокоился.

– Благодарю, – парень с теплом посмотрел на тюремного мага.

– Если тебе сложно, то могу я рассказать. Ведь я уже был в контакте с твоим разумом.

– Давай ты начнёшь, а я продолжу. Мне пока ещё сложно. Надо настроиться, расслабиться немного, а то я слишком напряжён.

– Лису выдвигают обвинение в том, что он общается с духами-помощниками.

– Это разве запрещено, – возмутился Дримор.

– Нет. Но в нынешние времена надо быть осторожным в своих контактах. Наши следователи узнали через свою агентуру про вас. В донесении было сказано, что у вас состоялся, и не раз, контакт с духами с Тёмного мира.

Старынин внимательно посмотрел на Пароса. Борн тоже устремил свой взгляд на него, потом перевёл на Лиса. Друг сидел с поникшей головой.

– Это правда?

– Я не знал, что они с той стороны, – виновато промямлил Лис.

– Выкладывай, – спокойно обратился к нему Старынин. – Лучше всё расскажи, даже самое незначительное по твоему мнению. Нам нужно понять, как поступать дальше, как себя вести при допросах. Если твоё общение было не умышленным, то твоей вины нет. К тому же я не рассказал вам до нынешнего времени всего, потому что до поры до времени решил оберегать. Да и не опасался ничего такого, потому что лазутчики в приграничных районах деятельность развернули, а мы далеко от тех мест жили и обучались.

– Сейчас мне вменяют шпионаж в пользу Тёмного Мира против Светлого Мира, – начали Лис. – Я действительно общался с духами-помощниками. Но я ничего такого не делал, не шпионил против нас и не предавал нас. Да, я играл в разведчика. Мне нравилось, что я могу духов помочь узнать, что и где происходит. У меня сформировалась своя небольшая сеть. Я просил их узнать разного рода информацию. Безобидную. Где дожди, а где долго их не было, где стада каких животных пасутся. Иногда мы с ними просто беседовали. Они принесут мне информацию, которую я просил, расскажут, что по пути видели. Я делился с ними своими новостями о том, что изучили, что делаем, куда и зачем пошли. Мне радостно было от успехов Борна, я поделился своей радостью с ними тоже.

– Вот именно про успех Борна в Тёмном Мире и узнали. Как говорил мне следователь Павел, – перебил Лиса Парос, – ему агентура донесла, что там знаю то, что мы не знаем. Доложено было начальству и там принято было решение незамедлительно вас разыскать и привести сюда.

– Вышестоящее начальство – это кто? – спросил Старынин.

– Начальник спецслужбы. Кто же ещё. – ответил Парос.

– Ещё выше передавали информацию?

– Выше? Не уверен. Зачем?

– Зачем?! Затем, что такими делами государственного масштаба заведует более высокое руководство, и они принимают решение. Получается, что мы здесь заперты в тайне от всех. Ай да молодцы! Это же игра на стороне Тёмного Мира.

Все замерли от неожиданности выводов Старынина.

– Так, Парос, нам надо отсюда выбираться.

– Но я вместе с вами в заключении. Что я могу в сложившейся ситуации?

– Подумать и рассказать нам как мы можем отсюда сбежать.

– Сбежать? Да ты в своём уме? Отсюда ещё никто ни разу не сбежал.

– Значит мы будем первыми, – оживился Дримор. – Мне затея нравится.

До вечера узники обсуждали жизнь в тюрьме, распорядок, привычки охраны и следователей, особенности здания. Старынин выспрашивал разные детали, стараясь всё сложить в единый пазл. Бор оживился, он любил подобные сложные задачки. Дримор потирал руки от нетерпения, ему уже хотелось ломать, крушить всё вокруг. Лис же, напротив, лёг спать. Ему для побега нужны были силы. После полученных побоев их у него было мало.

Когда все легли спать, Лис заговорил. Он весь день не особо слушал то, о чём говорят в камере. Его одолевали мысли о произошедшем, о том, что рассказал Борн. И как-то само собой начало выстраиваться всё в что-то цельное.

– Вот меня называют предателем, а мне кажется, что предатель то, кто меня в этом обвиняет. Парос говорит, что агентура Павла передала ему информацию. Так?

Парос кивнул.

– Вот. Где гарантия, что он сам не их агент, а они не его кураторы? Такой гарантии нет. Он говорил такие вещи, о которых мало кто знает. Это были нюансы. Малозначительные, но он их озвучил. Я понимаю, что сделал он это целенаправленно, чтобы показать мне свою осведомлённость, таким образом взяв меня на испуг. Что у него очень хорошо получилось. Но любой агент может упустить мелочи, ведь он исполнитель и не мыслит масштабно. Может я ошибаюсь, но мне так кажется. Это или высокого уровня высококлассный специалист с той стороны, который умеет мыслить масштабно, или руководитель подобной спецслужбы Тёмного Мира, который точно видит шире происходящее, в масштабах Миров. Если первое, то он просто передал всё до мелочей Павлу, а тот уже использовал. Тогда он не предатель и у него хороший агент. Если же второе, то он завербован той стороной и ему передали то, что важно ему знать. Как было принято решение нас арестовать? Ты знаешь, Парос?

– Не совсем. Меня в такие дела не посвящают.

– Только не говори мне, что ты в мозгах следователей не гуляешь. – Сказал Старынин. – Ты всегда был любопытным и тебя ничего не останавливало от подобных проказ. Неужели ты сейчас стал слишком правильным?

– Гуляю иногда.

– И? В этом случае прогулка была тобой совершена?

– Ну была.

– Вот и рассказывай.

– Приказ вас арестовать отдал Павел. Он сейчас временно исполняющий обязанности начальника службы, так как начальник на излечение уехал. С ним неожиданно случилась какая-то непонятная болезнь. Человек пышущий здоровьем резко ослаб. Сначала его в больницу увезли, а на днях отправили в санаторий.

– Я верно понимаю, что Павел получил сведения от своего агента, сразу их принял и отдел приказ нас арестовать? При этом не доложил никуда выше?

– Можно сказать, что да.

Старынин задумался и подошёл к окну. Он долго стоял молча, глядя на небо сквозь решётку. Все в камере молчали. Это была гнетущая тишина. Каждый из парней понимал, что они попали в чью-то тёмную игру, что от них, вероятно, хотят избавиться. Борн анализировал произошедшее, складывая крупицы информации в единый сюжет, стараясь понять акцент происходящего. Дримор думал о побеге, но пока не понимал, как его совершить, потому что в подобных местах ему бывать не доводилось и толщина стен, да решётки на окнах давали понять, что просто не будет. Лис винил себя за то, что в тайне от друзей несколько раз ходил к Хозяину болота и упросил того помочь наладить ему стабильный контакт с духами-помощниками. Это он посоветовал ему не вызывать кото придётся, а наладить контакт с несколькими конкретными и посоветовал ему своих приятелей. Прокручивая разговоры в голове, он понял, что те дух, с которыми он сам наладил связь, были естественными, а приятели Хозяина болота подготавливали его заранее. Он стал понимать, что каждый разговор был взвешенный, каждый раз они чуть-чуть делали новое вливание информации. И они так грамотно строили беседу, он только сейчас понял, что в эта беседа была больше похожа на монолог. И это был его монолог. Он разболтал им много. Да, он получил и от них информацию, но если на весах посетить на одну чашу информацию от его духов-помощников и от приятелей этого чудища, то последние не так много полезного и рассказали в отличие от первых.

Старынин наконец обернулся, обвёл всех взглядом, посмотрел на каждого внимательно, словно пытаясь понять рассчитывать не этого человека или нет. Дримор не выдержал и пробасил:

– Не томи уже, батя. Говори, что придумал.

– Надо бежать отсюда.

– Вот, я тоже так считаю, – воскликнул Дримор.

– Парос, – не обращая внимания на эмоции Дримора, спокойно продолжил Старынин, – давай ещё раз проговорим о распорядке дня в этой тюрьме. Нам нужно учесть все детали. Особенно все мелочи, связанные с работой магов и сканированием применения магии. Я понял, что ты мне ослабил оковы, но я не применял ещё свою силу, чтобы не засветиться. Применять её буду в самый нужный момент и точечно, чтобы точно и эффективно было действие, а не просто пошуметь.

– Давай начнём с того, что я оковы ослабил, но полную твою силу не сможешь ты раскрыть. Ты сможешь считывать пространство, различать простых людей и магов, и максимум что сможешь – это на случай неожиданной встречи со стражей один раз применить мгновенный гипноз. Для повторного гипноза у тебя уже не будет возможности. Включится блокировка на полную. Это сделано для того, чтобы обезопасить тебя же.

– В каком смысле обезопасить?

– После применения тобой магии дежурный маг это сразу засечёт. Сейчас усиленный режим сканирования, потому что вас четверо одновременно, чего не бывает никогда. Ну максимум два мага. Так вот, после того как будет выявлено применение магии, у нас останется мало времени на то, чтобы ретироваться отсюда. И делать это надо очень прытко. Если не успеем сбежать, тогда есть смысл вернуться обратно. Прибегут охранники и маги из дежурки. Нас будут сканировать, но увидят только блокировку. Это их введёт в заблуждение. Они сутки, примерно, будут на ногах и устанут от попыток решить эту загадку. Через двое суток произойдёт снова разблокировка до такого же уровня, как была.

– Хитро, – одобрительно проговорил Дримор.

Борн внимательно изучал Пароса, когда тот говорил. Он сам не понимал почему, но не доверял он этому магу. Хотя умом всё оценивал, анализировал – не за что его обвинять и подозревать, но на душе было не спокойно. Борн списал это на волнение перед предстоящим побегом.

Старынин, Борн, Дримор и Парос начали вырабатывать план побега. Когда вроде бы всё было понятно и распределено между участниками, Лис повернулся к ним:

– Оставьте меня. Я подведу вас. Нам надо будет много и быстро бежать. Сами же знаете какой из меня бегун. Борн и Дримор сами были свидетелями моего провала на состязаниях. Да и куда мы без магии и своих сил?

– Кстати, забыл сказать самое главное. Блок снимается буквально в двух – трёх километрах от тюрьмы. Там у всех нас восстановятся наши силы.

– То есть это не вечная блокировка, а по месту пребывания?

– Да, именно так.

– Так это меняет дело. Старина, – обратился Дримор к Лису. – Если совсем тяжко, то два километра я не себе тебя легко унесу. Ещё и самым первым бежать буду.

– Нет уж, – вмешался Парос, – первым побегу я. Не стоит забывать кто из нас здесь местный. Вы не знаете местности, улиц, поворотов и тупиков. Я же изучил за годы работы здесь каждый куст, каждое укромное место.

– Тогда дайте мне поспать. У нас осталось не так много времени до побега. Мне надо набраться сил. Не хочу Дримора обременять. На случай драки нет лучше бойца, чем он. Тебе, друг, тоже силы нужны.

Решили, что спать надо всем. Силы пригодятся каждому, так как рывок будет на их пределе.

Глава 13. Удастся ли сбежать?

Решено было воспользоваться беспечностью охраны, которая нарушала ночью все правила обхода. Нельзя это делать одному, но когда начальства нет, то обычные служивые не желали напрягаться, и просто спали всю ночь. Только в условленное по правилам караульной службы время один из них больше для видимости делал обход и снова возвращался спать.

Когда ближе к полуночи один их охранников вышел на такой обход все приготовились. Заслышав недалеко шаги, Старынин постучал в дверь. Все лежали на своих нарах и делали вид, что спят. Кроме Лиса, который скрутился, и стонал. Лицо его было пунцовым.

Охранник открыл окошко в двери:

– Что надо?

– Парню плохо очень. После допроса никак не отойдёт. Как бы не помер.

– Я тебе не доктор, – недовольно буркнул охранник.

– Отведи его к доктору. Есть же ночью кто-то?

– Ну есть.

– Будь человеком. Пацан ещё совсем. Не гоже умирать в таком возрасте.

Окно в двери закрылось. В этот момент Дримор и Лис бесшумно подскочили со своих нар и стремглав оказались у двери. Как только она открылась, Дримор железной хваткой вцепился в руку охранника, резко дернул его на себя, и тот оказался внутри. Борн напрыгнул сзади, закрыл мгновенно рот. Старынин тем временем спокойно прикрыл дверь.

Охранник не долго сопротивлялся. Взгляд его был испуганным. Он затих и смотрел на старика, подошедшего к нему.

– Сколько у нас времени? – обратился он к Паросу.

– На всё про всё десять – пятнадцать минут.

– Так, голубчик, – повернулся он к охраннику. – Ты сделаешь всё, что я велю.

Охранник закивал. Старынин сосредоточился, нащупал потенциал своей силы, дал импульс и сделал вброс пучка энергии в охранника. Сразу же после этого он направил ему в сознание установку на то, чтобы он их незаметно вывел за территорию тюрьмы. И сделал это быстро.

Вышли из камеры с осторожностью. Охранник вёл себя при этом как ни в чём не бывало. Закрыл за последним вышедшим дверь, повесил ключи на пояс и подал знак следовать за ним.

В коридоре был полумрак, светился не каждый фонарь. Это успокаивало, придавало ощущение, словно их не видно или можно в случае неожиданной встречи в тени скрыться. По бокам были однотипные двери камер. Так было на всём пути их следования. Охранник провёл их через несколько коридоров.

Вдруг он остановился, оглянулся по сторонам, снял с пояса связку ключей, взял с ней какой-то интересный по форме ключ и начал открывать дверь в камеру, напротив которой он стоял.

Дримор схватил его за руку.

– Ты, что это делаешь? Из одной камеры в другую решил завести?

– Почему бы и нет, – ответил охранник.

Дримор ударил его кулаком по почке, да так, что тот взвыл от боли. Ему закрыли рот.

– Дримор, ты хоть думай, что делаешь, – укоризненно сказал Борн. – Если его услышали и сейчас сбегутся все, что мы делать будем?

– Не подумал. Поддался эмоциям.

Тем временем охранник открыл дверь, и все увидели, что там не камера, а коридор. Парос с удивлением заглянул туда.

– Я не знал об этом ничего, – тихо произнёс он. – Сколько лет здесь служу, а про этот ход не слышал. Ничего себе.

– Молчи. Потом поговорим. – Одёрнул его Старынин.

Все вошли, охранник запер дверь изнутри и повёл дальше. В этом коридоре было ещё темнее. Воздух здесь был спёртым, нос забила пыль. Всё говорило о том, что здесь давно никто не ходил.

Борн придержал Дримора за руку, и они отстали немного.

– Слушай, что хочу сказать. Не спокойно мне на душе что-то. У меня такое ощущение складывается, что не сработал гипноз Старынина на охранника. С нами, похоже играют.

– Что ты предлагаешь?

– Быть начеку. Ты и я здесь самые физически крепкие. В случае опасности ввязываемся в бой, и даём остальным уйти. Старынин здесь знает людей, он к ним выведет всех, а там и нас вызволят.

– Я понял тебя. Ох и помнут нас за это время, если не отобьёмся. Ну, ничего. Не такое бывало.

– Договорились?

Дримор пожал протянутую ладонь друга. Ему стало приятно от того. Что Борн доверил ему такое важное дело. Он давно хотел сделать что-то значимое для своих друзей. Но в тоже время и расстроился, а вдруг никто не нападёт на них и не будет никакой битвы.

Шли довольно долго. Монотонность передвижения начинала убаюкивать.

– Куда выведет этот коридор? – спросил охранника Старынин.

– На улицу за пределами тюрьмы.

Это ещё больше расслабило, потому что появилось понимание того, что битва может не состояться. Дримор расстроился. Его лицо, как обычно исказилось в гримасе. Но никто не увидел этого, а он сам довольно быстро взял себя в руки.

Коридор закончился деревянной дверью. Охранник снова снял с пояса свою связку ключей и начал искать, но не мог найти нужный ключ.

– Не помню какой ключ от этой двери, – озадаченно произнёс он.

– Тебе по почкам мало было? – замахнулся кулаком Дримор.

– Я правда, не помню, – сжался от испуга охранник.

– Подбирай тогда.

Это было так громко. При каждой попытке вставить ключ, провернуть, все сжимались. Было страшно, что их услышал и за дверью уже будут ждать. По закону пакости самый последний ключ оказался тем, который открыл дверь.

Дримор всех раздвинул и первым протиснулся в дверной проём. Он остановился на пороге и внимательно всматривался в темноту. Также напряг весь свой слух.

– Вроде бы безопасно, – обернулся он к спутникам.

– Вроде бы или точно?

– Сейчас кажется, что безопасно, а там узнаем, только перейдя этот порог и пройдя дальше.

Было слишком темно, и они не понимали в каком направлении двигаться. Дримор ткнул охранники кулаком в бок:

– Эй, ты, что и фонарика нет у тебя.

– Есть.

– Так, какого ты не включил его и не осветил помещение? – Дримор отпустил ему оплеуху.

– Сейчас, сейчас.

Пока он возился и искал фонарик дверь, в которую они вошли, захлопнулась. Дримор дёрнул за ручку, но она не шевельнулась.

– Борн, похоже это то, о чём ты предполагал. Круговая оборона! – Рявкнул он.

В этот момент зажёгся свет, и они увидели, что находятся в комнате без окон. В ней только одна дверь на противоположной стороне. В комнате с десяток вооружённых людей. Охранник быстро метнулся к ним, при этом ехидно улыбаясь. Взял меч и направился в сторону Дримора.

– А с тобой, громила, у меня свои счёты, – его лицо исказила гримаса злости.

Узники стали в круг спинами друг к другу.

– Как это так могло произойти? Почему твой гипноз не сработал, Старынин?

– Это надо у Пароса спросить.

– Я сам не знаю. Может старший маг что-то сделал, нащупав ослабление. Я удивлён не меньше вашего.

– Некогда разговоры разговаривать.

Дримор оценил ситуацию, и быстро всем раздал команды, распределил сектора боя и бойцов, кто кого на себя берёт.

– И смотри мне, – пригрозил Дримор Паросу, – увижу, что трусишь, шею сверну.

Охранники хоть и были при оружии, но всё же с осторожностью сжимали кольцо вокруг арестантов. Только приведший их охранник всё рвался убить Дримора, грозился и ругался бранными словами. Но его осадил старший по званию.

Завязалась драка. Узникам удалось выбить несколько мечей, поразить ими парочку нападавших. Но всё же превосходство было на стороне охраны. Был ранет Парос, зацепило и Лиса. Старынин, несмотря на возраст, был резв, его не ранило, но досталось прилично. Лицо заплыло, из носа шла кровь. Дримор и Борн дрались, как одержимые. Она стали впереди, а остальных за свои спины поместили. Дримор постоянно косился на дверь, которая была вдали. И тут ему пришла идея.

Он подмигнул Борну, сказал поддерживать его и довериться. Собрав всю свою волю и силу, он начал давить на охранников, как загнанный зверь. Постепенно им удалось сместить место боя так, что они оказались у двери на расстоянии вытянутой руки.

Лис сообразил, что произошло, он толкнул дверь и она распахнулась. Они начали выскакивать один за другим. Дримор с Борном в дверном проёме сдерживали натиск. Уже сами все в крови, но и их соперники были не свежими, им досталось знатно. Когда остальные отбежали подальше, то Дримор посмотрел на Борна. Тот понял друга с одного взгляда, и они одновременно прытко метнулись в разные стороны.

Охранники бегали и кричали, но найти не могли никого. Этот район был, словно паутина, испещрён улочками и переулками. Какое-то время ещё покричав от злобы и от досады охранники собрались и пошли в сторону тюрьмы. Когда они туда вернулись, то связались с Павлом, сообщили ему о случившемся. Тот орал от бешенства так, что его слышали во всех соседних домах, а в камерах арестанты закрыли уши, чтобы не оглохнуть.

– Немедленно всех, кто из охраны живёт рядов, вызвать. Казарму поднять по тревоге. Они не местные, далеко не уйдут. К утру чтобы доставили мне их сюда, иначе все сядете в те камеры, которые охраняли!

Старынин убежал с Лисом, Дримор был один, а Борн наткнулся на Пароса, который опасливо выглядывал из-за угла.

– Где остальные? – спросил парень тюремного мага.

Тот в ответ пожал плечами.

– Ты местный, давай искать, пока другие не нашли их. И смотри мне, – Борн пригрозил мечом Паросу.

Они ходили по улицам, заглядывали в открытые двери, но никого не находили. Была тёмная ночь, и это позволяло быть невидимыми. Но в то же время и скрывало других. Примерно час так ходили, пока не услышали голоса. Остановились, прислушались, и поняли, что это за ними усиленный отряд с тюрьмы направили.

– Пора уходить, а то нам несдобровать, – дёрнул Борна за руку Парос.

– Куда мы пойдём? Оставим вот так моих друзей?

– Если мы попадёмся, то лучше от этого не будет. Я местный. Выведу в безопасное место. По всему городу они искать не будут. А днём мы что-нибудь придумаем.

– И куда мы пойдём?

– В сад у школы, недалеко от мэрии. Там есть укромные места. Мы до утра переночуем. А там потом к моему приятелю зайдём умыться, переодеться и поесть. Да подумаем над тем, что дальше делать.

Они успешно дошли до сада, нашли место где разместиться и легли спать. Парос заснул почти мгновенно, а Борн не мог уснуть. Его беспокоила судьба друзей и… Он не мог понять почему Парос после таких волнений, такой ситуации так быстро заснул. Словно он знал, что так будет или в таких передрягах регулярно бывает, что его не пробирают уже эмоции.

Поворочавшись какое-то время, он решил осмотреться. Сад был большой, с посаженными аккуратными рядами деревьями. На земле было много опавшей листвы, она шуршала под ногами при каждом шаге. Дойдя до края сада Борн увидел, что начинаются дома. Пока не было людей на улицах он решил пройтись и изучить местность на всякий случай, вдруг придётся снова убегать.

Ему нравился город, ведь он никогда не был нигде кроме своей деревни, леса, степи и вот недавно в горах. От зданий исходил какой-то завораживающий дух. Довольно долго он так ходил, изучал, запоминал. Хотя иногда сложно было оставаться внимательным и беспристрастным, потому что его восхищало и пугало одновременно виденное им.

В одном из дворов ему встретился сарай, внешне похожий на дома из их деревни. Решил проверить заперт он или нет. Дверь оказалась открытой. Заглянув вовнутрь, понял, что жутко устал и хочется спать. Особо не раздумывая, Борн вошёл вовнутрь, осмотрелся, нашёл укромной место, где можно приткнуться, пробрался в него, скрутился калачиком и заснул.

Проснулся, когда солнце было уже довольно высоко. Сначала спросонья не понял где находится, но постепенно мозг тоже пробудился и стало жутко от того, что он не знает о судьбе друзей.

Выбравшись из своего укрытия и встав полный рост, он осмотрел одежду, которая больше походила на лохмотья и понял, что в таком виде ему в город выходить опасно. Ещё он понимал, что их могли объявить в розыск и по улицам ходят те, кто их ищет. Размышляя об этом он осматривал местность в щель двери. Двор был просторным, но в тоже время в нём было несколько построек подобных той, в которой он сейчас находился.

Из одной постройки вышла женщина. В руках у неё была коробка. Борн оглянулся вокруг и увидел, что в этом сарае тоже много коробок, мешков и несколько сундуков. Пока он осматривал обстановку во двор зашли несколько военных. Они окликнули женщину и о чём-то говорили с ней. Борн осторожно попятился в сторону своего укрытия, он снова забрался обратно и прикрыл себя тряпками, которые попались под руку и со стеллажа свалил на себя мешок.

От волнения дыхание сбилось, в висках застучала кровь. Борн старался не поддаваться эмоциям, а быть сосредоточенным. Взяв в кулак всю свою волю, он смог успокоиться. Напрягая максимально слух, он старался уловить все звуки со двора и понять происходящее там. Было понятно, что начался осмотр дворовых построек. Хлопали дверьми, громко говорили, что-то переворачивали. Так хотелось, чтобы преследователи не были внимательными и халатно относились к своим обязанностям, ведь если хорошо и внимательно в его сарае поискать, то совсем не сложно будет обнаружить.

И вот дверь в его сарай открылась.

– Жуть как здесь воняет, – донеслось до Борна от двери.

– Эй, дамочка, чей это свинарник? Здесь вонь стоит такая, что удивляюсь как двор ваш не провонялся.

– Это соседа с третьего этажа. Вон его окна, – показала женщина на два окна угловой квартиры.

– Он, что неряха?

– Нет, он барахольщик. Тянет всё подряд. Всю квартиру захламил уже, оттуда тоже вонь идёт. Сколько мы ругались с ним, но ничего не можем поделать. Властям жалуемся, но на жалобы наши нет никакой реакции. В квартирах тараканы ходят, как на демонстрации.

– Фу, мерзость. Я туда не пойду.

Охранник хлопнул дверью и ушёл подальше от сарая. Борн только сейчас понял, что и правда в его укрытии не приятный запах. Но он списывал это на то, что сам в тюрьме провонялся. И к тому же у него был перебит нос, сгустки крови не давали запахи почувствовать полноценно. Борн понял, что ему очень повезло. Ведь, если бы не пострадавший нос, вероятно, что стоявший в сарае запах его тоже отпугнул и он бы здесь не укрылся. Поблагодарив Высшие силы за помощь, он успокоился и решил отдохнуть, полежать какое-то время. Ему нельзя было сразу выходить, потому что военные осматривают все дворы и часа два или три точно будут в этом районе. Так же Борн понял, что ему нужна новая одежда и ещё не мешало бы помыться.

***

Парос тем временем тоже уже проснулся и понял, что Борн не ночевал здесь. Только его лёжка была с примятой травой. Маг сел на землю, осмотрелся. Понял, что он совсем один и задумался о том, что же ему делать. Домой нельзя. Там точно уже побывали, да и нет гарантии, что не оставили засаду в его квартире. «Хорошо, что я развёлся два года назад, а то бы сейчас навели шороху, а так никто не волнуется, не боится за меня» – подумалось ему.

Под утро было зябко. Хотелось в свою тёплую постель, под одеяло. Не привык спать на улице. Решил, что посидит ещё немного, взбодрится зарядкой и пойдёт к своему приятелю, к которому хотел с Борном прийти. Волновала одна мысль о том где же Борн. Он понимал, что тому город не знаком и заблудиться, не говоря уже о том, что попасться патрулям очень легко.

Сделав зарядку, отряхнув одежду он пошёл в сторону выхода из сада. Направился в другую сторону, не туда, куда вышел Борн. На той стороне сада были одноэтажные дома с приусадебными участками земли. Парос сознательно пошёл сюда, понимая, что в случае погони, он всегда сможет перескочить через забор и дворами уйти от преследователей. С другой стороны сада были трёх и пятиэтажные дома. Там много закрытых дворов и уйти от погони сложней. Проще попасть в руки стражи, чем убежать.

Людей на улице было мало. Ему встретилось две женщины, которые шли и о чём-то мило беседовали. Одна из них постоянно смеялась. Смех был звонкий, заразительный. Парос сам улыбнулся несколько раз, хотя не слышал о чём они говорят. Он приветливо кивнул им, когда они поравнялись. Женщины тоже поздоровались с ним. Уже на выходе из частного сектора ему встретился старик, выгуливающий собаку.

– Доброе утро, незнакомец, – обратился он к Паросу. – Не знаешь чего это так шумно ночью было? Спать невозможно было. Крики, звон оружия, ругань.

– Погоня, наверное, за преступниками была.

– Ая-яй, дожились. Сколько живу, а такого ещё не видел ни разу. О,пасные преступники?

– Дед, я не знаю. Я же предположил, а не утверждал.

– Аа, понял тебя. Ну, извини, милок, что отвлёк. Ты то сам откуда будешь? Не видал тебя здесь ни разу. Да ещё в такое раннее время.

– Всё тебе скажи. У дамы я был.

– То-то я смотрю, что ты такой помятый. Хороша дама?

– Ой, хороша. Дед, не хочу я на эту тему говорить, не прилично. Пойду я. Пора мне на службу.

– Ну давай, давай.

Парос поторопился скорей уйди подальше. Дед заставил его поволноваться так, что спина взмокла. С осторожностью, укромными местами он пробрался к своему приятелю. Подойдя к его дому, спрятался в укромном месте и решил наблюдать какое-то время за происходящим. Как оказалось, что не зря он так поступил. Через какое-то время на улицу вышли двое военных и его приятель. Говорили они довольно громко, так что Парос услышал практически всю их беседу.

– В общем, если появится у тебя Парос, ты его задержи у себя, а нам дай знать. И смотри мне, если будешь прикрывать, то вместе с ним в тюрьму отправишься. Понял?

Его приятель был напуган. Он закивал, соглашаясь. Когда двое ушли, то он выругался им в ответ, опасливо осмотрелся по сторонам и пошёл к себе.

«Похоже, что этот вариант отпадает. К нему я теперь не пойду. Так… И куда же теперь податься?».

***

Дримор попытался открыть глаза, но это у него получилось с большим трудом. Левый глаз не открылся совсем, а правый только небольшой щелью. Голова гудела, тошнило, всё тело болело. Сквозь образовавшуюся щель он осмотрелся и понял, что снова в тюрьме, в прежней камере. Рядом лежал и стонал Лис. Его внешний вид был ужасен, лицо было сине-фиолетовое, опухшее, глаз не было видно, словно пчёлы покусали. Старынина, Борна и Пароса не было.

Дримор попытался сесть, но не смог, так сильно болело его тело. Он не помнил как их поймали. Последнее, что в памяти было – это бой у двери. Дальше провал в памяти.

Отлежавшись немного, собравшись с духом, он всё же поднялся. Подошёл к другу и тронул его. Лис перестал стонать и тихо спросил:

– Дримор это ты?

– Да, друг мой, это я. Мы здесь вдвоём.

– Я знаю. Борн и Парос, похоже, смогли убежать, а что со Старынином я не знаю.

– Чего мы с тобой такие красивые? У меня один глаз еле-еле открывается, а у тебя вообще ни один. В драке так не могли побить. По крайней мере не помню такие моменты.

– Нас били всю дорогу от места, где поймали и до камеры. Ещё и в камере жёстко приложились. Я думал, что уже убьют.

– Но я не помню всего этого.

– Конечно. Тебя же было не остановить, ты крушил всех. И в какой-то момент они смогли к тебе сзади пробраться и прилично так приложились по затылку. Я в этот момент уже был связан.

– Связанным тебя помню. А остальное нет.

– Надежда на Борна и Пароса, что они в городе и смогут решить вопрос. Что со Старынином?

– Да, батя бы жив был. В его то возрасте такие передряги. Хотя он крепок, хочу я сказать. Наравне с нами сколько в походах, ещё и дрался как ловко. Я-то думал, что он старичок тихий, только магией владеющий, а он как дал им. Ух.

В коридоре послышались шаги. Дримор успел лечь на свои нары и притвориться словно он без сознания. Дверь в их камеру открылась. На пороге стоял Павел. Он злобно осмотрелся, пристально изучил каждого, понял, что толку от полумёртвых нет и закрыл верь в камеру.

– Что с поиском остальных? – обратился он к сопровождавшему его воину.

– Ищем. Словно растворились в воздухе.

– Не говори ерунды.

– Но мы уже всё облазили, всё проверили. У Пароса дома были, засаду оставили там. По его близким знакомым прошлись, всё проверили там. Нет ни его, ни остальных по этим адресам.

– И никто из них магию за это время не включал?

– Нет, мы постоянно сканируем пространство. Не было сигналов, идентифицирующих их.

– Странно, Парос же знает, что магия снова будет работать в удалении от тюрьмы, так как блокиратор работает только на её площади и немного рядом. Он точно про это и остальным рассказал. Вряд ли умолчал.

– Может, они специально не использую её, зная, что за ними погоня?

– Может. Всё может быть.

***

Закар ходил озадаченный по своему кабинету. Он ждал Назара. В такое раннее время в выходной день пришлось нарушить все свои планы просто отдохнуть.

– Назар, прости, что в выходной, но беда. – Сказал он, когда тот вошёл в дверь.

– Что случилось?

– Старынин пропал.

– Как пропал?

– Вот так. Где он не знаю. И ума не приложу, куда он мог подеваться.

– Что будем делать?

– Хотел бы тебя, Назар, попросить заняться его поисками.

– Хорошо, займусь.

– Докладывай мне, пожалуйста, почаще.

– Хорошо.

Выйдя от Закара Назар решил не торопиться, а сначала подумать. Для этого лучше всего подходил парк, расположенный недалеко. Туда он и направился. Так как утром ещё не ел то сначала пошёл к прилавку с пирожками. Он был постоянным клиентом здесь.

– Здравствуй, Нина.

– Ой, здравствуйте, Назар. Что это вы в выходной день?

– Да, вот появилось неотложное дело. А я ещё даже поесть не успел, поэтому к вам решил заглянуть, Ниночка.

– Это вы правильно сделали. Пирожки горячие. Буквально недавно испекла. Вам с чем?

– Дай мне, пожалуйста, три с вишней и два с абрикосом.

Пока продавщица доставала и заворачивала пирожки подошёл молодой парень. Выглядел он не совсем опрятно. Видно было, что одежда не с его плеча, лицо в кровоподтёках. Он принёс Нине пару коробок, спросил о том, что ему ещё сделать. Она дала ему задание, и он отправился его выполнять.

– А это кто? Раньше у тебя его не видел.

– Помощник. Сам напросился хотя бы на день. Поесть хочет, голоден. Денег нет, а воровать не хочет.

– Откуда он такой приблудился к тебе?

– Не знаю.

– Ты поосторожней. Мало ли какой проходимец.

– Само собой. Вы же меня знаете.

– Ладно, пойду я. А то дел много сегодня. Хорошего дня.

– И вам хорошего дня, Назар.

Пройдя в глубь парка, найдя свободную скамейку, он сел и начал думать как ему поступить. Не заметил за размышлениями как почти доел пирожки. Когда у собрался есть последний увидел. Что идёт тот парень, помощник Нины. Назар подозвал его к себе.

– Привет.

– Здравствуйте.

– Мне Нина говорила, что ты голоден?

– Спасибо, уже поесть успел немного.

– Дерзи. – и Назар протянул оставшийся пирожок парню.

– Не стоит. Я поработаю и мне ещё даст женщина поесть.

– Держи, держи.

– А вы? Вы же не доели. Себя обделяете.

– Не отказывайся. Бери. Я себе ещё куплю.

Парень с благодарностью взял пирожок. Но не стал его есть сразу, а положил в карман. Назар смотрел ему в след. Потом поднялся и пошёл назад к Закару.

Когда он вошёл в кабинет к Верховному Магу, тот беседовал с Евгеном и Маричкой. Их двоих тоже уже успел вызвать.

– О, заходи, Назар. Быстро ты вернулся. Неужели есть новости?

– Не совсем. Пришёл посоветоваться.

– Тогда присаживайся. Мы тут с ребятами тоже размышляем. Евген расскажи, пожалуйста, Назару то. о чём начал мне говорить.

Евген поприветствовал Назара, встав со своего кресла. Потом не вернулся назад, а подошёл к окну, осмотрелся. Что там снаружи происходит. Постоял молча некоторое время, и заговорил.

– Последнее время стали получать больше настораживающей информации от наших агентов. Я не докладывал ещё, потому что пытаемся обобщить всё. Меня насторожило то, что о Старынине, его парнях и их похождениях знаю так, словно оттуда уходит информация. Словно, они сами докладывают. И, как думаете куда уходит информация?

– За Стену?

– Да, да и ещё раз да. Именно туда. И в свете этого всего ещё исчез Старынин. К вам, как я понял, он не явился и не подал никакого знака? – Евген посмотрел на Назара и потом перевёл взгляд на Закара.

– Как видишь, – ответил Верховный маг. Если бы было иначе, то я бы вас с Маричкой не беспокоил так рано, да ещё в выходной день. – Назар, а ты что хотел сказать?

– Я подумал, что нам надо старшего безопасника вызывать. И ставить жёстко перед ним вопрос поиска Старынина.

Закар не ответил ничего. Задумался. Все присутствующие в его кабинете молчали, они ждали решения.

– Хорошо. Евген и Маричка, благодарю вас, что вы так быстро откликнулись и посетил меня. Прошу вас постарайтесь сегодня отложить все дела и провести глубокий анализ всех своих сведений. Вечером, часам к двадцати двум приходите и доложите о своих умозаключениях. А мы с Назаром пока останемся, подумаем.

Когда Закар и Назар остались вдвоём, обсудили детали взаимодействия с безопасником. Решено было, что не будут посылать никакого гонца, а Назар сам сходит к нему и приведёт к Закару. Здесь тогда и обсудят дальнейшие действия.

Когда Назар вышел от Закара, он понял, что волнения сегодняшнего дня повлияли на его пищеварение – он проголодался. И решил закинуться ещё парой пиродков. Только в этот раз заказал у Нины с мясом, чтобы сытней было. И взял ещё бутылочку домашней ряженки, с пенкой.

– Как твой помощник?

– Хороший парень. Исполнительный. Сам ещё и инициативу проявляет. Не похож он на оборванца. Говорит грамотно. Что с ним случилось не рассказывает, замыкается.

– Подозрительно это. До вечера он у тебя пробудет?

– Могу нагрузить его делами хоть до завтрашнего вечера, если потребуется.

– Потребуется. Сделай это. Я вечером хочу познакомиться с ним и побеседовать.

– Будет сделано.

– Только аккуратно. Чтобы он ничего не заподозрил. А то исчезнет.

К безопаснику решил пройтись пешком. Так хорошо думается. Назар называл это пешей медитацией. Когда он шёл своим темпом, то минут через тридцать-сорок входил в какое-то состояние, которое позволяло ему отключиться от всего и прожить ту реальность, о которой он думал. Так потом ему проще действовать в настоящей реальности. Идти ему как раз было около часа, вот заодно получится погрузиться в транс и подумать в тот состоянии.

– Мики дома? – спросил Назар, открывшую дверь его жену.

– На рынок вышел. Да вы проходите, он должен скоро вернуться.

Пока ожидал, пообщался с женой Микки. Милая женщина. Зовут её Тамара. Она, можно сказать соратница своего мужа с молодых лет. Они вместе ещё со школы. Прошли много всего вместе, она всегда была его надёжным тылом. Наверное, благодаря этому и стал Микки старшим безопасником в Светлом Мире. Она во всём его поддерживала, помогала по мере своих сил и возможностей, создавала ему благоприятную атмосферу для его реализации на профессиональном фронте.

Тамара угостила Назар душистым травяным чаем с липовым мёдом и ватрушками собственного приготовления.

– Ой, я сегодня только мучное и ем. – Сказал Назар. – Скоро в двери ни в одни не войду.

– Вы и не войдёте? Сколько едите, а всегда худой и стройный. Не грозит вам ожирение. Ваши порции можно назвать рационом маленького слонёнка. Куда в вас столько входит.

– Как у всех. В рот. – пошутил Назар.

– А вот и Микки. – Поднялась со стула Тамара, услышав, как открылась входная дверь.

– У нас гости? – донёсся от входной двери голос Микки.

– Да, это я пожаловал. – Ответил Назар.

– Мой отпуск закончился?

– Похоже. Что да. Ты завтракал?

– Ещё нет.

– Тогда позавтракай. Возьми с собой обед и пойдём. Я тебя подожду.

К Закару уже подъехали, не стали терять время на пешие прогулки. Вышли непосредственно у входа в задние. Отсюда хорошо было видно прилавок Нины. Подозрительный парень был с ней, они о чём-то разговаривали. Назар посмотрел на него, тот тоже бросил свой взгляд на Назара. Их взгляды пересеклись и не мгновение задержались друг на друге. Парень кивнул слегка в знак приветствия и благодарности.

«Что-то есть в этом парне» – подумал Назар, «Почему же он не даёт мне покоя. Или у меня уже паранойя развилась на фоне последних событий. Ладно, пообщаемся с ним, если не исчезнет.

Закар стоял у окна и смотрел на площадь. Он ждал Назара и Микки. Когда увидел, что они подъехали, то немного успокоился, но волнение всё же не отпускало его. «Где же искать Старынина» - эта мысль не покbдала его, не отпускала, всё сознание было направлено только на неё.

– Приветствую, Микки. Назар, ты не посвятил в вопрос ещё?

– Нет.

– Тогда я расскажу.

Закар рассказал о том, что пропал Старынин, что не знают где он и нужна помощь и ресурсы Микки. Необходимо начать действовать немедленно.

– Мои люди уже действуют, – ответил Микки.

Закар и Назар переглянулись. Закар приподнял голову и внимательно посмотрел на безопасника. Поднялся, подошёл к нему, наклонился и лицо-в-лицо пристально посмотрел ему в глаза:

– Не понял. Что ты говоришь?

– Мне утром сегодня Павел, оставшийся вместо меня исполняющим обязанности на время моего отпуска, доложил, что в тюрьме произошло чрезвычайное происшествие и сбежало несколько арестантов в их числе старик по имени Старынин. На счёт имени мне Павел не говорил, я в сводках сам прочёл утром. Буквально перед походом на рынок.

Назар и Закар переглянулись. Закар снова повернулся к Микки и тихо, но твёрдо проговорил:

– Это, что за новость такая? Как Старынин оказался в тюрьме? И почему мне не доложили.

Закар покраснел. Назар поднялся, взял его за плечи и отвёл в сторону от Микки, понимая, что сейчас может произойти что-то страшное. Микки сидел в недоумении. Он ничего не понимал, он не понимал как старик оказался в тюрьме, он понимал, что в его ведомстве за его спиной что-то творится, он понимал, что его карьера может закончиться и он окажется в роли заключённого. То есть уже с обратной стороны системы.

– Назар, бери мою личную гвардию. Едь в тюрьму. Даю тебе широкие полномочия. На месте сам принимай решение. Микки едешь с Назаром. И не дай Бог тебе оказаться в этом замешанным.

– Я точно здесь не при чём. Разберусь. Даю обещание. Я сам опешил только что от понимания того, что произошло.

Назар стремительно шёл на выход из здания. Микки еле поспевал за ним, приходилось перебежками передвигаться, чтобы не отставать. Когда они вышли и спускались по ступеням, Назар кинул взгляд на парня. Тот, завидев их, двинулся им на встречу.

– Мне нужна ваша помощь, - обратился он к Назару.

– Скажи Нине, чтобы на мой счёт записала и дала тебе пирожков.

– Нет, я не об этом. Вы часто ходите в это здание. Вы могли бы меня с Назаром или Закаром свести? У меня очень важный и чрезвычайно острый вопрос.

Назар замер, занеся ногу на подножку повозки.

– Кто ты, юноша?

– Я могу это сказать только Назару или Закару.

– Спроси у Нины кто я.

– Вы только не уезжайте. Я мигом.

Он побежал к Нине. На его лице появилось удивление и потом радость. Он поцеловал в щёку Нину, та застыла от удивления, а парень стремглав вернулся.

– Вот вы то мне и нужны. Я могу говорить при этом господине или нет?

И пригнувшись к уху Назара, что у него вопрос на счёт Старынина. Назар застыл. Повернувшись к Микки, сказал:

– Погуляй-ка немного в сторонке.

– Я Борн, ученик Старынина. С нами приключилась жуткая история.

– Кажется, я несколько мгновений назад частично узнал про неё. Идём к Закару. Микки, погуляй пока в парке. Я скоро вернусь.

Они бегом направились к Закару.

– Снова ты? – спросил Закар и вопросительно посмотрел на Борна.

Юноша всё рассказал подробно как и что с ними произошло. Высказал свои подозрения на счёт предателя в системе безопасности, но кто это не мог пока понять.

– Это Павел. – Уверенно заявил Назар. – На месте разберёмся. Собирайся. Поедем разбираться.

– Подожди, – остановил Назара Закар. – Ты понял, что Старынина то нет в тюрьме. Его ищут.

– Какая радость! – Воскликнул Борн. – Значит, они не попались и смогли сбежать.

– Мы достоверно не знаем на счёт остальных. На месте разберёмся. Поехали.

***

Павел с Алексеем обсуждали поиск и поимку беглецов. Павел строго выговаривал молодому коллеге. Тот с виноватым видом стоял напротив него по струнке. В кабинет вошёл этажный охранник.

– Почему без стука.

– Сюда идёт Микки и с ним кто-то очень важный.

Павел побледнел. Глаза его забегали, руки затряслись. Алексей удивился такой резкой перемене шефа. Тот поднялся со стула, заметался по кабинету, лихорадочно начал доставать что-то из ящиков стола и из шкафа. Стремительно двинулся в сторону двери. Но проход ему преградил охранник.

– Отойди.

– Велено вас не выпускать.

– Что всё это значит, – перешёл на крик Павел.

– А это мы хотим у тебя спросить, – сказал вошедший Микки.

Кровь отхлынула от лица Павла, он стал белым, словно мел. Микки медленно шёл на него, а тот пятился назад. Вдруг споткнулся о стул и сел на него. От испуга он обмочился, из штанин потекло.

– Я думаю, что тут и доказывать ничего не надо. – Сказал подошедший Назар. – Как его таким теперь допрашивать.

– Да, видок, конечно так себе. Замочил ты, Паша, репутацию. В прямом и переносном смысле. – Уведите его переодеться и через пятнадцать минут приводите в допросную. Я сам его буду допрашивать.

Алексей застыл от изумления.

– А ты, чего голубчик?

– Меня тоже на допрос?

– Есть за что?

– Не знаю. Меня Павел только что отчитывал, теперь вы нагрянули. Я совсем ничего не понимаю.

– Кто допрашивал Старынина и его учеников?

– Я.

– Значит и тебя допросим. А сейчас в камеру иди. Охрана. Отведите и этого голубчика.

Микки подошёл к столу Павла, нашёл дела Старынина и парней, увидел, что обобщено ещё одно дело, Пароса. Решил захватить и его. Предложил Назару пройти в его кабинет, а дежурного по смене привести арестантов по делам, которые взял.