Маг трёх стихий. Книга 2

Глава 1

Корн медленно вёл рукой по пушистой шерсти, на пальцах танцевали всполохи золотистой магии. Рана на белоснежной шкуре кролика затягивалась на глазах.

Со лба скатилась капелька пота, рука задрожала. Нет, пока не всё, нужно ещё немного…

Корн сжал зубы и выдавил последние крохи маны. После чего развеял печать сна. Кролик вскочил, дёрнул ушами и удрал в небольшой лесок на окраине Парящего острова.

– Фух… – Корн обессиленно развалился на траве. – Чтобы я ещё раз сделал это в один присест, – проворчал он отключаясь: сказывалась нехватка маны, и организм требовал своё.

Когда он проснулся, уже вечерело. Корн вздохнул: пропустил сегодняшние занятия. Поднявшись, он покачнулся – закружилась голова. Не так-то просто было исцелять живых существ. Он всё больше восхищался лекарями, которые делали это изо дня в день.

Несмотря на то что Корн проспал полдня, его всё ещё неумолимо клонило в сон, поэтому он сразу пошёл в свою комнату.

Рядом со студенческим общежитием царила суета – первокурсники поступили пару дней назад, и всё им было в диковинку. Завидев чёрный костюм Корна, они в испуге расступались, но всё же те, кто посмелее, рассматривали его с неумолимым интересом, и это раздражало Корна.

– П… привет, – поздоровался с ним невысокий светловолосый парень, в такой же чёрной форме, как и у него.

Корн привычно опустил взгляд на запястье студента, разглядывая на нём браслет, по которому можно было определить курс и стихию. Этот был чёрным, с одной белой полосой. Корн приподнял брови. Если он правильно помнил, перед ним стоял интересный экземпляр.

– Я Рэтви, капитан Первой дюжины, – поклонился парень. – П… приятно познакомиться, – улыбнулся он.

Корн поднял руку и одёрнул рукав, показывая свой чёрный с двумя полосами браслет: красной и синей, означавшей, что он второкурсник из элитной боевой группы, Чёрной дюжины, обладающий стихией воды и огня.

– Ты обознался. Я не капитан, – холодно отозвался Корн.

Рэтви опустил взгляд:

– И… звините.

Капитан Корна не так давно рассказывал об этом парне. Одарённый новичок, которому доверили новую дюжину, его прикрепили к Террану с самого начала обучения. Ведь две стихии были большой редкостью и очень ценились, а у Рэтви их как раз и было две с первого дня в Академии. Однако даже с такой подноготной, он показался Корну слишком неуверенным в себе.

Корн ничего не ответил на извинение и прошёл мимо. Сам разберётся, где искать Террана и, чем быстрее он научится решать проблемы, тем легче будет ему потом. В Академии работало лишь одно правило: выживает сильнейший. Впрочем, с такой-то силой Рэтви ждало почти гарантированно хорошее будущее.

Или… нет.

Корн не прошёл и десятка шагов, как сзади раздался шум.

– Так это ты тот выскочка с двумя стихиями?! – спросили резко и громко.

– Да как ты смеешь так выделяться, когда даже учиться не начал? – раздался второй голос, более низкий, но такой же агрессивный.

Корн обернулся. А вот и первые проблемы Рэтви, которые он должен был решить сам.

Два парня лет двадцати в чёрной форме поочерёдно толкали первого капитана друг другу, словно играли в мяч. Корн нахмурился. Эти двое были ему знакомы, и они были худшим вариантом для новичка. Вернее, вообще для любого в Академии. Это были капитан пятой дюжины и его заместитель. То есть теоретически они были сильнейшими студентами Академии.

– Две стихии? Толку-то от них. Где они сейчас? Чего, щиты хотя бы не поставишь, а? Не умеешь…

– Чтобы выпендриваться, – широкоплечий парень с кудрявыми каштановыми волосами приподнял Рэтви за воротник, – сначала надо чему-нибудь научиться, понял?

Рэтви быстро закивал.

– Да, старшие, я вас понял. Буду усердно учиться и постараюсь не выделяться.

– Так же, как старался последние два дня? – зло прищурился второй парень с огненно-рыжими волосами, убранными в хвост. Студент был высоким и худым, а его кожа казалась слишком бледной. Несмотря на то что он был всего лишь замом первого, по его поведению сразу было понятно, что он ставил себя гораздо выше остальных.

– Но я ничего не делал! – попытался оправдаться Рэтви. – Не мог же я скрыть силу при поступлении!

Это было его ошибкой.

Вокруг пятого капитана закружился ветер, подняв пыль:

– Ты нас за идиотов держишь? – он сжал кулак.

Второй парень вспыхнул красным светом, после чего его тело покрылось тонкой алой плёнкой.

Шавр, у рыжего был покров! Новичку конец. Корн чуть не застонал. Он сделал шаг вперёд, но в нерешительности замер. Ему их не победить. Без шансов. Да и зачем ему защищать какого-то новичка? Разве это не задача Террана?

Корн повернулся на пятках и бросился к своему капитану. Найдя его в комнате, он быстро рассказал о случившемся, и Терран помчался помогать подопечному.

На душе у Корна было паршиво. К тому же он сомневался, что Террану удастся уладить конфликт. Хотя, может, он и сможет уболтать старшекурсников, Корн, в отличие от него, не умел красиво говорить, у Террана в этом плане было куда больше шансов.

Вздохнув, Корн повалился в постель. Теперь, после исключения друга из Академии, он жил один. И это точно было лучше, чем жить с одним из дюжины, где у него ни с кем не сложилось дружеских отношений.

Рассуждая о том, что несмотря на три стихии, он всё ещё напоминал неудачника, Корн заснул.

А утро его встретило громким и порывистым стуком в дверь.

***

Корн вскочил, не понимая, что происходит. Затем сознание стало просыпаться, и он догадался открыть дверь.

– Корн! Там… там, – на пороге стоял и размахивал руками встревоженный Ихет, водник и заместитель Террана.

Ихет был загорелым шатеном с длинными волосами, выдающими его аристократическую принадлежность. Обычно он их убирал в небрежный хвост, но сейчас они были в полном беспорядке.

– Что случилось? – Корн напрягся.

Кольнуло дурное предчувствие.

– Терран… он, – Ихет глубоко вздохнул, – пропал.

– В смысле пропал? – нахмурился Корн.

– Он не пришёл ночевать в нашу комнату, и я нигде не могу его найти.

Корн обернулся и посмотрел на часы в форме дракончика, стоящие возле кровати. Время было ранним, едва ли не ночным.

– Ты время вообще видел? Подумаешь, не пришёл. Вот когда и на занятия не явится, тогда будешь переживать, – Корн захлопнул дверь перед Ихетом и задался вопросом, какого демона тот пришёл искать поддержки не у кого-то, а именно у него. Разве они ладили?

Корн вернулся в постель, но от беспокойства только ворочался до утреннего воя, служившего в Академии будильником. Встал он совершенно невыспавшимся, а потому до предела раздражённым.

Если Терран найдётся целым и невредимым, гулявшим всю ночь с какой-нибудь девчонкой, Корн покажет Ихету пару новых приёмов, что освоил при слиянии двух стихий. Покажет в упор.

Но на занятиях Террана тоже не было. После окончания первой лекции Ихет навис над Корном.

Они занимались, сидя на небольших напольных сидениях, напоминавшим нечто среднее между подушкой и маленьким ковриком, и Корн ещё не успел встать. Поэтому высокий водник, стоявший в полный рост на близком от него расстоянии, дико бесил.

Ихет жалобно смотрел на Корна. Ну, хотя бы он привёл себя в порядок: его волосы уже не были похожи на гнездо нечисти.

– Ну чего ты от меня хочешь? – не выдержал Корн. – Говори уже!

– Идём его искать.

– Почему ты не пристаёшь с этим к кому-нибудь из своих друзей? – спросил Корн поднимаясь.

– Ну… – Ихет оглянулся на уходящих Регерта с Вэном. – Наши отношения слегка испортились.

– Из-за чего? – поинтересовался Корн.

– Из-за… – Ихет оборвал себя и поджал губы.

– Ладно уж. Где ты его искал?

Ихет улыбнулся и стал перечислять практически все места в Академии.

– Почему ты хмуришься? – обеспокоенно спросил Ихет. – Ты что-то знаешь?

– Вчера я видел, как его курируемого доставали пятикурсники из дюжины. Терран пошёл его спасать. Если бы они что-то с ним сделали, то он бы наверняка оказался в лазарете, так?

Ихет почесал подбородок.

– Я проверил оба лазарета. Ни в нашем, ни в Белом дворце его не было. Думаешь, они его где-то заперли?

– Мне на ум не приходит других вариантов.

– Но тогда, где нам его искать?

– Может… – Корн вздрогнул от своей догадки.

Ведь Ихет перечислил все места, где искали бы пропавшего студента, оставались только те, в которых бы его не стали искать. Конечно, Академия вовсе не была местом, где было легко, приятно и уютно, здесь правила сила. Но ведь не могли они дойти до такого?

Но всё же он решил проверить свою догадку.

– Нам понадобится помощь моего куратора. Идём, – проговорил Корн.

– Того самого, сына директора? – заинтересовался водник, догоняя, и с восхищением спросил: – А он правда управляет молнией?

– Ты говоришь таким тоном, что готов упасть перед ним ниц только от этого факта.

– Да ты просто не понимаешь, как тебе повезло, – недовольно отозвался водник. – Молния очень сильная и супер редкая. Да я видел, как ей пользуются, лишь раз, когда директор активировал артефакт, выбравший нас в дюжину! Это было красиво, – вздохнул он.

Корн нахмурился. Они ищут Террана или идут на долгожданную встречу с какой-то знаменитостью?

– Войдите, – после того как Корн постучал в дверь, Мао отозвался практически мгновенно.

– Привет. Я не один, можно? – поздоровался Корн, входя в комнату куратора.

Он сидел за столом. Мао был брюнетом, как и все Ниро на протяжении уже нескольких десятков лет. Его волосы были длинными, но лежали так аккуратно, что иногда Корну казалось, что они обязаны быть иллюзией. Сейчас Мао был в обычной чёрной форме дюжины, на запястье его руки, что держала стилус, сверкал чёрный металлический браслет с четырьмя белыми полосами, означавший, что он был капитаном четвёртой Чёрной дюжины. Холодные серые глаза выжидающе смотрели на Корна.

– Нечасто тебя увидишь с кем-то, – Мао мазнул взглядом по Ихету и кивнул Корну, разрешая им пройти. – Тебе что-то нужно? – сразу перешёл он к делу.

– Помоги нам пройти в тюрьму.

Ихет стоял сбоку от Корна, но даже так, тот заметил, как водник вздрогнул при его словах.

Брови Мао приподнялись:

– Зачем?

– Это личное.

Глаза Мао слегка расширились. Он усмехнулся:

– Как срочно?

– Сейчас.

– Корн, ты же понимаешь, что просишь слишком многого, учитывая то, что не собираешься мне ничего объяснять?

Корн промолчал. Он понимал. Но тащить в подземелье Мао, желая отыскать там их капитана, было отвратительной затеей. Если Терран действительно там окажется, это чревато неприятностями абсолютно для всех, и что-то подсказывало, что в итоге Корну, Ихету и Террану не поздоровится гораздо больше, чем пятикурсникам всем вместе взятым, даже если тех накажут.

А просто так охранники его бы ни за что туда не пропустили. Другое дело, если им отдаст приказ сам Ниро. Мао не злоупотреблял своими возможностями, но Корн точно знал: случись что, у него были полномочия действовать от лица директора.

– Ладно. Думаю, ты достаточно рассудителен, чтобы принимать верные решения, – Мао выдвинул ящик стола и, вязв небольшую фиолетовую шкатулку, бережно передал её Корну. – Покажи охранникам, они тебя пропустят.

Корн кивнул и с небольшой заминкой поблагодарил Мао, после чего вышел за дверь. Ихет двигался рядом с ним, но его тело словно одеревенело.

– Эй…

– Я… я в порядке, – слегка заикаясь ответил Ихет. – Просто Мао такой круто-о-ой, – протянул он.

– И что же в нём такого крутого? – в недоумении спросил Корн.

– Разве он не самый сильный в Академии? – обернулся к нему Ихет, наконец, напоминая больше человека, нежели куклу.

– Он только на четвёртом курсе. То, что его стихия – молния, не делает его всемогущим…

– Не делает, говоришь, – Ихет хитро прищурился. – Скажи, а ты знаешь, что делает покров молний?

Корн заинтересованно посмотрел на водника. О молнии вообще мало, что было доподлинно известно. Ей никогда не обучали в Академии, Ниро стойко хранили свои секреты. Впрочем, может, не обучали ей не из-за утаивания знаний, а просто потому, что не появлялось магов, помимо Ниро, владеющих этой стихией.

Но, несмотря на то что она считалась сильнейшей, она не позволяла вызвать стихийных духов, дэвов, в отличие от других стихий. На взгляд Корна, это было настолько огромным недостатком, что он всегда сомневался в реальной силе молнии. Хотя, возможно, здесь сказывалось воспитание Массвэлов, которым с детства прививали нелюбовь к враждебной им семье Ниро.

– А ты, значит, знаешь, что делает её покров? – вопросительно поднял брови Корн.

– Скорость. Он даёт скорость. Пресветлая Рэя, Корн, ты можешь себе представить, каким станет Мао, овладей он покровом, что позволит ему передвигаться со скоростью, невидимой взгляду? – Ихет благоговейно закатил глаза.

По спине Корна прокатился озноб. Скорость. Это даже как-то нечестно по сравнению с другими покровами. Огонь давал силу, что тоже было выдающимся. Вода же позволяла в разы увеличить магический резерв, это было бесподобно. Все покровы были хороши, но двигаться быстрее того, что можно увидеть? Это вообще реально? Наверняка ведь сильно преувеличено. Корну в такую возможность верить не хотелось.

Его бывшая семья даже не смогла бы поставить себя на одно место с семьёй Ниро, если бы всё, что сказал Ихет, было правдой.

Перед спуском в подвал их встретил охранник в сером костюме, отдалённо напоминавшем форму Академии, только его одежда была куда более строгой и простой.

Корн открыл шкатулку. В ней лежал кулон с гербом Ниро: два пересекающихся квадрата, и две фиолетовые молнии на фоне. Было очевидно, что символ их Академии был просто расширенной версией герба Ниро.

Увидев кулон, охранники пропустили их внутрь.

Здесь было темно и сыро. Парни спустились по короткой лестнице и попали в коридор, по бокам от которого располагались двери в камеры. Сейчас все они пустовали и были открыты. Тут были маленькие помещения и побольше, а также два больших зала в конце коридора, в одном из которых Корн часто встречался с директором, когда тот помогал ему стать магом.

Корн с Ихетом стали проверять камеры одну за другой, пока в одной из последних не отыскали Террана.

Глава 2

Длинные светлые волосы Террана свалялись грязным комом, сам он был весь в синяках и ссадинах. Лицо тоже представляло собой печальное зрелище, особенно заплывший глаз. Но самым неприятным было вовсе не это, а то, что его рука была вдета в наручник, что крепился к стене. Сам же капитан был в отключке.

– Шавр… – прошипел Ихет, подбегая к другу. – Это тебя те пятикурсники, да? Терран, ты меня слышишь? – водник легонько тряхнул его, и Терран пришёл в себя.

– Вы? Ребята… – Терран попытался встать, дёрнул рукой и натянул цепь от наручника. – Что вы здесь делаете? – спросил он, когда Ихет помог ему подняться.

– Мы искали тебя, – ответил водник. На глазах его наворачивались слёзы.

– Эй, ты чего реветь вздумал? – Терран висел у него на плече, но голосом смог передать всё своё отвращение к такому поведению его заместителя.

Ихет надулся и проворчал:

– Переживай тут за тебя… – он поднял тёмную металлическую цепь шириной в два пальца. – И как это сломать?

– Руки убери, – подошёл к нему Корн.

Ихет послушался, а Терран вытянул руку с наручником в сторону. После чего Корн схватил цепь и сконцентрировался на ощущениях, сливая стихию огня и воды воедино, а затем выпустил магию тоненьким ручейком из пальцев.

Звено цепи стало накаляться и краснеть, пока не оплавилось и не упало на пол шипящими каплями. Терран был свободен, только наручник остался болтаться на запястье.

– Хм… – капитан задумчиво уставился на оплавленный обрывок цепи.

– Потом сделаю аккуратней. Сейчас тебе надо в лазарет.

– У меня к вам просьба, – произнёс Терран.

Корн уже догадывался, о чём тот попросит.

– Никому не рассказывайте о том, что сегодня видели.

– Да что ты такое говоришь?! – возмутился Ихет. – Ты себя в зеркало видел? Вот и хорошо, а то бы испугался! Они ж тебя не просто избили, а ещё притащили сюда и приковали, а это уже все границы переходит!

– Хорошо, – просто ответил Корн, открывая дверь в камеру, чтобы воднику было сподручнее вести Террана. – Думаю, охранникам тоже не стоит знать. Не знаю уж, как эти придурки притащили тебя сюда, но если охранники узнают, что у них тут невиновного студента прятали, поднимется суматоха. В итоге достанется всем.

– И ты туда же? Корн! Их должны наказать! – продолжал убеждать Ихет.

– И что дальше? – хмуро спросил Терран. – Что будет после того, как их накажут?

– Что? Как что? Ничего… может, за ум возьмутся… – неуверенно ответил Ихет.

– Они возьмутся за нас троих, а ещё за Рэтви, и уже всерьёз. А пока это, можно сказать, было невинное предупреждение, – Терран попытался отпихнуть водника. Но поскольку он висел у него на плече, без опоры он просто стал заваливаться набок.

Корн подхватил капитана и закинул его руку к себе на плечи, выводя из камеры. Терран шёл медленно, подволакивая одну ногу.

Если бы здесь не было Ихета, а Терран был без сознания, Корн мог бы подлечить капитана. Но две стихии уже были редкостью, он не хотел шумихи из-за трёх, да и пользовался он стихией земли пока не так хорошо, чтобы рассказывать о ней. Прав был пятый капитан: от магии не было толку, если ты не мог применить её в реальном бою.

Когда они доковыляли до лестницы, ведущей из подвала наверх, Корн передал Террана Ихету и указал ему встать так, чтобы их не было заметно сверху, а сам подошёл к охраннику.

– Что-то не так? – спросил тот, видя вместо двух зашедших человек одного Корна.

Тот вновь показал ему кулон Ниро.

– Прошу вас на пару минут отойти.

Охранник задумчиво посмотрел на Корна.

– Ты ведь из второй дюжины? – спросил он.

– Да, – в подтверждение Корн показал свой браслет. Увидев на нём две полосы разного цвета, охранник чуть расширил глаза.

– Я вспомнил, что мне нужно отлучиться… – сказал он и ушёл.

Ихет выступил на свет, и Корн ему кивнул. Вместе они дотащили Террана до лекарей и передали его им.

Целители обычно не сообщали о травмах вышестоящему руководству, если те не выходили за рамки разумного. В Чёрном дворце постоянно кто-то получал ранения, поэтому лекари просто занимались своим делом, практически никогда не спрашивая, кто и как получил то или иное ранение. Корн был уверен, что это являлось для них своеобразным табу: благодаря такому подходу невмешательства в личные дела многие студенты могли получать должное и своевременное лечение, а не прятаться по углам и выздоравливать самостоятельно, получая различные осложнения.

– Ладно, если вы не хотите ничего рассказывать, на этот раз я промолчу. Но не думай, что я промолчу и во второй раз, – недовольно сказал Ихет Корну и ушёл.

Корн постоял несколько секунд, думая, что это всё вообще не его дело, а затем отправился на лекцию.

После случившегося с Суром, его другом, вынужденным покинуть Академию, двое членов их дюжины были заменены. Их выбрали с помощью небольших соревнований.

Одним из них стала шатенка со стихией воды, у неё была приятная, но не слишком выделяющаяся внешность, и характер подстать. Её звали Шейла. Она легко вписалась в их дюжину и стала специализироваться на защите, что всех устраивало. Остальные водники, Ихет и Фанан, так и вовсе были счастливы: наконец, они могли спокойно атаковать, не заботясь о прикрытии тыла их группы.

Вторым же был парень с короткими светлыми волосами со стихией воздуха. Пит, на взгляд Корна, был слишком болтлив и несерьёзен, да и результатами похвастаться не мог. Он и победил-то лишь из-за особенности стихии воздуха, которая на первом уровне превосходила остальные, потому как в окружающей среде его было предостаточно. Пока огневик с первым уровнем пытался разжечь огонь, а водник проливал воду из бурдюка, воздушник просто закидывал их лезвиями ветра и таким образом побеждал.

Впрочем, Корна Пит особо не волновал, ещё бы говорил он поменьше…

Теперь, когда вся дюжина знала о способностях Корна к огню и воде, он спокойно мог применять их, когда бы ему ни заблагорассудилось. Он не изменил своей давней привычке тренироваться каждую свободную секунду, поэтому все привыкли, что вокруг него постоянно крутился огненный или водяной сгусток, а иногда и оба сразу, что постоянно меняли свою форму.

Контроль Корна над стихиями рос не по дням, а по часам. Печать, которую поставили преподаватели, чтобы его магия не вышла из-под контроля, постепенно ослабевала, и Корн мог пользоваться всё большим количеством магической энергии. Пока он с этим справлялся и надеялся, что учителям не придётся накладывать на него новую печать, тем самым практически сводя его магию на нет.

Когда Корн оставался один в своей комнате, он переставал сдерживаться и тренировался в слиянии стихий огня и воды. Это было довольно опасно, как для его организма, так и для окружающего пространства. Прознай об этом директор, он бы запретил ему так заниматься. Но Корн был готов рискнуть даже испортить отношения с лордом Ниро, чтобы тренироваться и дальше. Он не хотел оставаться слабым. Корн чувствовал, что с каждым днём, проведённым в Академии, близился тот момент, когда его отцу доложат, что у его третьего, изгнанного из семьи ребёнка, проснулась необычная магия. К этому моменту Корн предпочёл бы обладать всей возможной силой. Иначе он просто станет в руках отца удобным инструментом, не имеющим никакого права выбора.

К зельям Корн больше не притрагивался. И дело было даже не в обещании директору, Корн не мог даже смотреть на них без тошноты. Слишком много неприятных воспоминаний было с ними связано. Корн запретил себе об этом вспоминать.

Лекция о построении магических печатей закончилась, и к нему подошла Угида, невысокая блондинка с нежными чертами лица и округлыми щеками.

– Корн, – убрала она локон за ухо. – Ты не знаешь, куда пропали капитан и его заместитель?

Корн взглянул на неё, отчего Угида отвела взгляд.

– Знаю. Зачем они тебе?

– Ну как это зачем… Они обычно не прогуливают, я волновалась, – она украдкой глянула на него, но тут же посмотрела немного вниз.

– Ты же не лекарь, – не понял Корн её волнений.

– Это что, палка в мой огород? – к ним подошёл Грэг, целитель их дюжины. Высокий, русоволосый, с небольшой горбинкой на носу, он был хорошим парнем, с кем Корн сейчас ладил больше всего из их дюжины. – Признавайся, где эти двое? – упёр он руки в бока.

– Э…

Иногда Корн проклинал свою неспособность лгать. Ему совершенно не хотелось упоминать в своём ответе слово “лазарет”.

– Скоро должны вернуться, их и спросите, – Корн попытался обойти Грэга, но тот схватил его за плечо.

– Темни-и-ишь… – протянул он. – И раз ты в этом как-то замешан, то будешь нам проводить тренировку вместо этих прогульщиков, – Грэг улыбнулся.

– Я?! – опешил Корн.

Следующее занятие было практическим. Их чаще всего организовывали сами капитаны. Грэг имел в виду именно это.

– А почему бы и нет? – улыбнулась Угида. – Уверена, у тебя хорошо получится.

У Корна закружилась голова от внезапно навалившейся ответственности. Он, может, когда-то и мечтал стать капитаном, но потом осознал, что с его способностями этого не сделать.

– Ну… ладно. Я попробую, – Корн вытащил из кармана заколку сестры и убрал длинные волосы в высокий хвост.

***

– Что ж, вам просто нужно выдержать мой удар. Можете уклониться или защититься, как пожелаете, – проговорил Корн, стоя в центре большой тренировочной арены, рассчитанной на их дюжину.

– Тебе не кажется это слишком лёгким? – нахмурился Регерт.

Он был воздушником с непримечательной внешностью и с давних пор не ладил с Корном. С тех самых, когда был одним из тех, кто издевался над ним. Поэтому Корн тоже питал к нему “особые” чувства.

– Раз так легко, выходи первым, – улыбнулся ему Корн. Почему-то Регерт от этой улыбки вздрогнул. Но всё же вышел.

Остальных Корн попросил спрятаться за защитным барьером. После того как он убедился, что все, кроме Регерта, находятся в безопасности, он начал подготавливать заклинание.

Корн уже перешёл на третий уровень по обеим своим лучшим стихиям, то есть он мог призвать не только огонь или воду и манипулировать ими, даже если рядом не было их источников, но также создавать печати, которые в разы расширяли возможности применения магии. Только вот из-за печатей, которыми преподаватели ограничили его ману, он мог использовать лишь самые базовые из них.

Поставив руки перед собой, Корн начал создавать довольно простую магическую печать “огненная стрела”. Единственное, что делало это заклинание – выпускало язычок пламени, который сильно ускорялся после запуска.

– Серьёзно? Сколько мне тебя ждать? – презрительно спросил Регерт. – Я так поседею раньше, чем ты закончишь одно малюсенькое заклинание.

Корн не отвлекался на ворчание воздушника, всё его внимание было сконцентрировано на магических потоках. В конце концов, он впервые попробовал это заклинание на человеке, поэтому должен был чётко контролировать весь процесс.

Когда огненная печать засветилась алым, Корн принялся создавать её двойника из водной энергии, сразу вплетая его контуры в узор первого.

– Эй, Корн, а то, что ты сейчас делаешь, оно… очень опасно? – неожиданно уточнил Грэг.

Корн закончил и, посмотрев на Регерта, перед которым уже развернулось несколько защитных барьеров, улыбнулся:

– Понятия не имею, – после чего активировал сложенную из двух стихий печать.

Глава 3

Из печати возник небольшой ярко-алый сгусток, устремившийся к Регерту. Вокруг воздушника засияло две жёлтых печати. Может, он и не любил Корна, но те, кто недооценивали своих противников, не смогли бы продержаться в дюжине и пары дней.

Раздался неожиданно мощный взрыв, всё заволокло дымом. Магическая вытяжка арены загудела, и воздух быстро очистился. Видимость улучшилась. Регерт лежал на спине, расширенными глазами глядя в потолок, его тренировочный костюм был покрыт сажей, а на теле сквозь прорехи в одежде виднелось множество мелких ран.

Грэг вышел из-за встроенного барьера арены и присвистнул. Он подошёл к Регерту и, использовав золотую печать, стал лечить. Когда закончил, повернулся к Корну и подмигнул.

– Слушай, а мне нравится. Я так себе руку набью, исцеляя их, – рассмеялся он.

Большинство ребят после этой фразы уставилось на Корна с Грэгом таким взглядом, будто те на их глазах преобразились в демонов.

Так тренировка и продолжилась. Корн пытался соединить стихии наиболее точно и затратить на это меньше времени, остальные пытались как-то это пережить. Кто-то ставил щиты, которые обычно не выдерживали столкновения с двумя стихиями. Другие пытались избежать атаки с помощью уклонения, но их сносило ударной волной. Грэг же был счастлив, что наступил тот редкий день, когда он мог полностью проявить себя и свои лекарские способности. Корн не мог не подумать, что Грэг таким способом отыгрывался за все сложности, которые выпадали на долю целителя. Ведь им всегда доставалось работы больше, чем остальным.

После конца занятия ребята практически выползали с арены. Именно тогда в зал и вошёл заместитель капитана.

– О, Ихе-е-ет! – воскликнул Фанан, повиснув у того на шее, чуть ли не плача. – Где ты был?! – он махнул в сторону Корна. – Я готов тебе неделю десерты отдавать, только бы он не проводил нашу следующую тренировку!

Ихет рассмеялся. Судя по его настроению, с Терраном уже было всё в порядке.

– И что же тут такого забавного случилось, что вы такие побитые, а лекарь довольный, словно ему принцесса в жёны досталась?

– Зачем мне принцесса какая-то, когда у нас есть Корн! – улыбнулся Грэг улыбкой злодея. – Он организовал мою работу на высшем уровне. Он круче любой из принцесс.

– Всегда подозревал, что все лекари маньяки, – усмехнулся Ихет.

– Корн избивал нас до потери сознания, ты можешь представить? – затараторил Фанан. Надо сказать, что обычно он был довольно бесстрастным, но, похоже, сегодня его спокойствие пошатнули. – Но хуже всего, что ни один мой щит не выдержал его удара! Ты можешь представить, ни один!

– Правда? – Ихет оттолкнул Фанана и подошёл к Корну. – Я тоже хочу!

– И он что-то мне говорил про маньяков? – развёл руки в сторону Грэг.

На арене остались Корн, Ихет и Грэг.

Корн опять повторил свой коронный удар. Ихет терпеливо дождался активации двухстихийной печати и поднял щит. Водник был самым сильным после Террана в их дюжине, а его запас маны был даже больше, чем у их капитана.

Стрела двух стихий ударилась в щит, и тот пошёл трещинами, Ихет расставил руки, быстро активировал печать, и перед ним возник новый барьер. Первый развалился, но второй лишь вздрогнул, и стрела бессильно растеклась по его поверхности.

– Круто… – хором выдохнули Ихет с Корном. После чего Ихет рассмеялся, а Корн, смутившись, отвёл взгляд в сторону.

Когда Корн с Ихетом остались вдвоём, тот сказал:

– Терран в порядке, уже завтра выпишут. Сегодня решили перестраховаться и оставили под присмотром.

Корн кивнул. Хорошо, что Терран скоро вернётся, хотя нельзя не признать, что ему понравилась сегодняшняя тренировка.

– Может, потом втроём потренируемся? – предложил водник.

Корн удивлённо на него посмотрел. Всем в их дюжине было известно, что капитан и его заместитель постоянно тренировались лишь вдвоём, казалось, они не считали силы остальных достаточными для того, чтобы заниматься с ними вместе.

– Можно, – ответил Корн.

Его губы дрогнули в едва заметной улыбке.

***

Вечером Корн, как обычно, тренировался как можно быстрее вызывать стихии огня и воды, сливая их энергию в магических каналах. Обычно маги не владели противоположными стихиями, такими, как вода и огонь, но Корн уже давно заметил, что его стихии не только могут быть вызваны одновременно, но и, как это ни странно, усиливали друг друга, вместо того, чтобы ослаблять.

Однажды во время сильного потрясения, он впервые соединил их, но это произошло бессознательно, спонтанно. После этого он долгое время работал над тем, чтобы у него это получалось по его желанию. Это, хоть и было сложно, не было невозможным. Однако, даже если у Корна получалось, на это требовалась уйма времени. Контроль Корна уже почти равнялся контролю его куратора Мао, но вот скорость… Не зря ребята смеялись над ним на практике, ведь в бою он не мог использовать этот навык.

Поэтому каждый день Корн тренировался соединять магическую энергию воды и огня. Только поэтому он научился делать стрелу двух стихий. И скорость её создания и так уже уменьшилась в четыре раза по сравнению с первоначальной. Но этого всё ещё было мало.

Сосредоточившись на потоке огня, Корн попытался ощутить поток воды, что протекал по другому каналу. Когда-то они были соединены, но из-за этого Корн не мог использовать магию, и тогда лорд Ниро разделил их. Но даже теперь Корн мог одновременно чувствовать оба вида энергии.

Он ощутил их, и энергия в каналах начала пульсировать в такт друг другу. Главное на этом этапе было не перестараться. Если бы Корн не сдерживал пульсацию, всё бы закончилось взрывом. При этом его тело вряд ли бы осталось невредимым…

Но даже так, избранная Корном методика тренировки повреждала тело из-за небольших спонтанных выплесков магии, которые он не успевал погасить. Зато его способности к слиянию стихий улучшались крайне быстро.

Пульсация возросла, по телу пронеслась волна боли, за ней последовала ещё одна и ещё… Корн сжал зубы и продолжал медитировать ещё минуту. Когда ширина обоих каналов стала увеличиваться, он заставил энергию успокоиться. Печать, сковывающая его силу, держала слабее. Теперь в его распоряжении было процентов на пять больше маны, чем до этой тренировки. А главное, Корн мог её контролировать.

Он открыл глаза и оглядел синяки, появляющиеся по всему телу. Сосуды не выдерживали резких всплесков маны и повреждались. Если бы у него не было магии исцеления, Корн бы никогда не смог позволить себе такую тренировку.

Сконцентрировавшись на своей третьей стихии, Корн пустил тёплую волну магии гулять по телу, что засветилось золотым. Синяки постепенно заживали. Было удачно, что исцеление работало куда лучше на магах, которые исцеляли сами себя. Хватало даже небольшой силы Корна, чтобы подлечиться.

Он обессиленно рухнул в кровать. Вся его мана была исчерпана без остатка, но к утру должна была восстановиться. Корн заснул.

С какого-то момента он перестал видеть сны, так что и кошмары о прошлом и о его семье больше его не мучили.

***

Выходя из столовой, Корн заметил уже знакомых ему пятого капитана и его заместителя.

Ранее, немного поискав информацию о них, он выяснил, что капитана звали Варгар, и он владел двумя стихиями, так же как и Рэтви. Возможно, именно поэтому они и придрались тогда к новичку. Второго, рыжего заместителя, звали Глем, он был неплохим огневиком, и если бы не одарённый Варгар, точно бы занял пост капитана.

Сейчас эти двое общались со светловолосой девушкой, одетой в чёрное. Похоже, что она была, как и Рэтви, из первой дюжины. Девушка хмурилась и выглядела не очень дружелюбной. Потом Глем потянулся к её руке, и она ударила его протянутой кисти. Глем в прямом смысле слова вспыхнул. Вокруг его тела взвились языки пламени, отчего девушка отпрянула в сторону.

Но тут к ним подошли охранники, и ссора разрешилась. Корн всё это время стоял у стены, рядом с входом в столовую, и смотрел за разворачивающимися событиями, но тут Варгар оглянулся и встретился с ним взглядом. Корн отвернулся и поспешил убраться от опасной парочки подальше.

Даже удивительно, что охранники вмешались, несмотря на то что в конфликте участвовали члены пятой дюжины. По идее охранники не смогли бы победить ни одного из них, если бы те разошлись. Видимо, та девушка не слишком-то их и заботила, поэтому Варгар и Глем так просто сдались.

Было печально, что таким студентам, что злоупотребляли своей властью, Академия ничего не противопоставляла. Было очевидно, что это делалось для того, чтобы студенты всеми способами старались стать сильнее. Но как же это раздражало. Слабые просто не могли здесь нормально существовать, если не подчинялись более сильному. Или не становились сильнее. Также безотказно работала стратегия “не выделяться”, но Корну она уже не подходила. Он был довольно известен в Академии из-за своих двух противоположных стихий и… из-за кое-чего ещё.

На лекциях было всё привычно спокойно, и только Терран щеголял с новыми синяками, которые даже лекари не смогли до конца исцелить. Это же как ему досталось, что даже магией следы не получилось убрать?

Вечером Корн пошёл тренироваться на арену, поскольку хотел попробовать нечто более опасное, чем он бы мог проделать в комнате, но опять наткнулся на парочку пятого капитана и его заместителя. Они вытаскивали с малой арены избитого парня. Студент был Корну не знаком, хотя и был в форме дюжины. Значит, он из новичков. Похоже, старшекурсники всерьёз решили подмять под себя всю первую дюжину.

Корн подумал, что его должны были проклясть, не меньше. Иначе почему он постоянно натыкался на них?

Он было уже развернулся, чтобы уйти, но его окликнули:

– Эй ты! Куда это ты убегаешь? – похоже, говорил Варгар.

– О, это же тот самый! – воодушевился его заместитель.

Сердце Корна дрогнуло. Откуда они его знали?

– Тот?

– Тот самый, что дружил с чокнутым алхимиком. Ну, ты же помнишь…

– О-о-о… Значит, тот самый.

Корну пришлось обернуться. Было бы совсем неуважительным притворяться, что он их до сих пор не услышал.

– Ты посмотри, какое лицо. Словно кукла! Девчонкам наверняка нравится, – с завистью посмотрел на Корна Глем.

Корн не считал, что его лицо хоть сколько-нибудь напоминало кукольное, а уж за такое сравнение он бы прикопал любого… Если бы у него хватило на это сил.

Сам Глем имел вполне обычную внешность, если бы не рыжие волосы, делавшие его ярким пятном среди любой толпы, но уродом его точно было не назвать. Так что ему было не на что жаловаться.

Варгар отпустил избитого парня, и тот, подволакивая ногу, поспешил уйти. То, как он шёл, напомнило Корну недавнюю травму Террана, что не прибавило ему спокойствия.

Пятый капитан подошёл к Корну, оказавшись почти на полголовы выше, и положил руку на плечо:

– Ты же сведущ в алхимии? Удачно ты нам подвернулся. Мне как раз нужно пару зелий. Сваришь?

– Я этим не занимаюсь. Да и навыки мои весьма посредственны, вам стоит обратиться к алхимикам из Белого дворца, – ответил Корн, страстно желая испепелить руку, что лежала у него на плече. Впрочем, на его тоне это совсем не сказалось. Он был холодным и равнодушным.

– Как ты думаешь, почему мы просим тебя, а не кого-то там из Белого дворца? – на второе плечо Корна надавила рука Глема. – Конечно, это потому, что они запрещённые, – заговорщицки прошептал он.

В таком случае им действительно было сложно обратиться к алхимикам из Белого дворца. Потому что он располагался отдельно от Чёрного, и вероятность, того, что студентов, заказавших запрещённое, сдадут, была высока.

И что же Корну сделать? Согласиться сварить зелье?

Мало того что он сам этого не хотел и обещал директору этим не заниматься, так ещё и запрещённые зелья служили вовсе не для хороших дел. Но если им отказать, он же проблем не оберётся.

С другой стороны, ну и что эти двое сделают? Не убьют же?

– Нет, – кратко ответил Корн.

– Мне сейчас что-то послышалось, – почесал ухо Варгар. – Повтори-ка…

– Я уже всё сказал, – Корн стряхнул с себя их руки и попробовал уйти.

Разумеется, этого ему сделать не дали.

– Эй, ты чего, больно крутым себя почувствовал? – Глем догнал его и, схватив за рубашку, втолкнул в помещение ближайшей арены.

Корн отлетел, словно ничего не весил. Прислушавшись к своим ощущениям, он понял, что огневик использовал покров. Да уж, при таком раскладе, Корн вообще ничего не сможет им противопоставить.

С другой стороны, чего он ждал? Сам ведь напросился… А ведь можно было просто сварить пару зелий.

Да конечно… Как будто бы парой зелий это обошлось! И вообще, Корн не собирался из-за каких-то идиотов менять своё решение не прикасаться к зельям.

Через пять минут, выплеснув всю свою злость многочисленными ударами, Варгар проговорил:

– Ты же сегодня утром подсматривал за нами? Если вздумаешь перейти нам дорогу, так просто, как сегодня, не отделаешься.

Глем сплюнул и последовал за капитаном, не забыв плотно притворить дверь, и даже свет на арене выключил.

Корн остался лежать на холодном полу в полной темноте. Тело болело от ударов, Варгар даже палец не постеснялся ему сломать. А найдут Корна неизвестно когда. Своими же силами до лекарей или хотя бы до коридора в нынешнем состоянии Корн доползти не мог.

Очевидно, они так и задумывали. Но кое-чего они всё же не учли.

Корн пустил по своему телу магию исцеления. Боль мешала сосредоточиться, и лечение шло из рук вон плохо, но постепенно раны заживали, боль уменьшалась, магия начинала слушаться, ускоряя процесс выздоровления. Прошло около часа, когда Корн, наконец, сумел подняться.

По идее всех зашедших на арену записывали. Также как и Корна сегодня, однако он вполне мог бы тренироваться до самой ночи, поэтому дежурный и не думал его искать. Корн осмотрел свою потрёпанную одежду и вздохнул. Даже если он исцелит все раны, сделать одежду целой он был не способен. С другой стороны, все уже настолько привыкли видеть членов дюжины в неподобающем виде, что его наряд никого не удивит.

Корн не стал исцелять себя полностью. Не то чтобы он не хотел – просто мана иссякла раньше.

Сегодняшний день он пережил и даже не стал себя за него ненавидеть, оставалось надеяться, что Варгар и Глем на этом остановятся.

Пока Корн шёл к общежитию, он наткнулся на Террана.

– Выглядишь потрёпано, – с подозрением посмотрел на него капитан. – Кто это тебя так?

– Не твоё дело.

Терран рассмеялся.

– Как мне это в тебе нравится. Даже сейчас не соврал. Значит, не отрицаешь, что это был кто-то?

– Ты-то сам не спешишь всем рассказать, откуда на тебе постоянные синяки и столь долго заживающие ожоги. Чего к другим лезешь?

Терран качнул головой и промолчал, Корн прошёл мимо него.

Казалось бы, они с капитаном в элитном отряде, почему им приходилось терпеть такое? Корна одолевали сомнения. А как же все остальные в Академии? Можно не брать в расчёт Белый дворец, там наверняка обстановка поспокойнее, но на боевых факультетах Чёрного дворца были и основные группы. Наверняка сейчас половина второкурсников не могла создать даже простейшую печать. Интересно, как жилось им? Или их не трогали из-за того, что они были слишком слабыми?

Пока поднимался на лестнице, Корн встретил куратора.

– Мао? – удивился он.

– Ты выглядишь… не слишком презентабельно, – прокомментировал куратор его вид.

– Да ладно? – не удержался от сарказма Корн и вытащил из кармана шкатулку с кулоном Ниро. – Спасибо.

Мао принял её и убрал за пазуху.

– Ну и как оно: пользоваться положением семьи Ниро? – поднял бровь куратор.

– Я, как с детства воспитанный на том, что в этой семье нет ничего хорошего, хм… – Корн сделал паузу и кивнул своим мыслям: – испытал премерзкие чувства.

– Порой тебе не стоит быть настолько откровенным, – натянуто улыбнулся Мао.

– Я пойду. Как ты правильно заметил, мой вид…

Мао усмехнулся и махну рукой.

Когда они уже разошлись на пару жезлов, куратор окликнул Корна. Тот оглянулся и встретился с насмешливым взглядом серых глаз:

– Будет нужна помощь, приходи, – и куратор ушёл.

А Корн так и остался стоять, смотря ему вслед.

Вот тебе и Ниро…

С тех пор как Корн впал в немилость к пятикурсникам, он старался следить за их местонахождением, чтобы не натыкаться на них лишний раз. И у него это неплохо получалось. Расписание их занятий висело на первом этаже, рядом со всеми остальными, это сильно облегчило Корну работу. Конечно, он не был полностью застрахован от столкновения с Варгаром и Глемом, но даже когда он видел их вдалеке, у него оставалось достаточно времени, чтобы разминуться.

Он стал тренироваться ещё усерднее. В этом помогали расширившиеся каналы воды и огня, а из-за постоянной практики магия земли тоже развивалась довольно быстро.

Терран больше не ходил побитым, но Корн не сильно этому радовался. Настроение капитана намекало на то, что не всё было так хорошо, каким казалось на первый взгляд. Впрочем, пятикурсники немного поумерили свой пыл.

Кроме того, Терран тоже позвал Корна тренироваться вместе, и теперь зачастую они проводили время втроём. Капитан и его заместитель в применении магии всё ещё были гораздо быстрее Корна, поэтому он толком не мог им ничего противопоставить. Даже от печатей, созданных слиянием двух стихий, оба неплохо защищались. Ихет мощными щитами с подходящими свойствами, а Терран гасил удар встречным заклинанием или уворачивался. В сравнении с тем, что Корн уже перепробовал, новые тренировки были для него самыми эффективными. Всё же они максимально походили на практику.

До занятия с ребятами у него оставалось некоторое время, и он немного потренировал слияние стихий в своей комнате, после чего к назначенному часу поспешил на арену. На входе в здание он налетел на девушку.

Ей было около двадцати, она носила зелёный спортивный костюм. Длинные каштановые волосы были затянуты в высокий хвост, а глаза с презрением уставились на Корна.

– Извините, – пробормотал он. Всё же была и его вина в том, что он так спешил, что не смог от неё увернуться.

– Лекарь? – подняла она бровь.

– Я? – Корн расширил глаза, а его сердце застучало быстрее.

Она почувствовала, что недавно он использовал магию земли! Должно быть, она очень чувствительна к мане. Обычные маги не ощущают следов магии, если она творилась более пары минут назад, кроме того, лекари постоянно озабочены пациентами, не в их стиле замечать что-то, кроме них. Хотя Корн слегка засиделся за тренировкой стихий, поэтому немного опаздывал и, возможно, не выждал те самые пару минут…

– Простите, мне нужно идти, – поклонился он и попробовал удалиться.

Девушка схватила его за плечо и, выкрутив руку, подкинула в воздух.

Чего?!

Глава 4

Мир перевернулся, пока сверху не оказалось уже темнеющее небо, а удар о землю вышиб воздух из лёгких. Сверху нависла незнакомка.

– Я тебя не отпускала.

Корн посмотрел мимо неё в небо, едва удержавшись, чтобы его не проклянуть. Это ж надо было так попасться!

Что это вообще за девица такая? Почему такая наглая? Даже на члена дюжины, не задумавшись, подняла руку.

Корн вскочил и зло посмотрел на виновницу боли в его спине и того места, что пониже.

– Думала тебя подлечить, но после такого взгляда, – она скрестила руки на груди, – обойдёшься.

Проходящая мимо парочка посмотрела на них и захихикала. Девица раздражала Корна всё сильнее.

– Да кто ты такая, чтобы так со мной говорить! – вспылил он.

Достаточно он натерпелся, можно сказать, для него стало уже привычным оказываться побитым более сильным. Но быть униженным у всех на виду девушкой, что пускай и со старших курсов, но лекарь не из дюжины… Это переходило нижнюю границу терпения Корна.

Этой нахалке явно требовался небольшой урок. К тому же, если он покажет свою магию огня и воды, это разуверит её в том, что Корн владеет стихией земли.

– Идём со мной, поговорим…

– Никуда я с тобой не пойду, – почти прошипел Корн.

В его руках полыхнуло пламя. Он сформировал из него огненный шар, размером с кулак, и зло посмотрел на незнакомку.

– Ты это мне сейчас угрожаешь? – опешила она.

Корн же растерялся от её реакции. Впрочем, это не изменило его отношения к незнакомке. Он её всё так же ненавидел. С того самого броска через плечо!

– Если сейчас же не уберёшься с дороги, я… – огненный шар говоряще подпрыгнул в руке Корна.

Девица сузила глаза:

– Ты ещё за это ответишь, – прошипела она, но с дороги отошла.

Корн благополучно добрался до арены, занятой Терраном и Ихетом.

Но, демоны, что это вообще было?!

Впрочем, чудаков и чудачек в Академии хватало, Корн не стал на этом зацикливаться. Вот если появится перед ним ещё раз, тогда и будет решать проблему.

– Явился, – хмуро посмотрел на него Терран.

К нему подскочил Ихет и повис на плече друга:

– Да ла-а-адно тебе, капитан. Он же так редко опаздывает… Наверняка у него была причина, – водник подмигнул Корну и шепнул так, что стоящий ближе к нему Терран, разумеется, услышал: – Была ведь?

– Эм… была. Я увлёкся своей тренировкой и забыл о времени.

Терран сузил глаза, а Ихет вздохнул, хватаясь за голову.

– Запомнить… Никогда не заступаться за Корна, он же сам меня потом вместе с собой и закопает, – бормотал он.

– Я слышу, – буркнул Корн.

– Разумеется, ты слышишь! – Ихет вытянул руку и указал на Корна. – Для тебя же говорю.

– Давайте уже начнём, сколько можно трепаться? – в руке Террана вспыхнул огонёк. – Давайте вдвоём против меня.

– Чего-о?! – возмущённо воскликнул Ихет. – Ты кем себя возомнил? Корн, вперёд, уделаем его!

Они вдвоём стали атаковать Террана. Тот учился сражаться без привычного ему меча, и они смогли его потрепать, правда, одолеть капитана у них всё равно не вышло.

– Фух, – утёр пот со лба Терран. – Заставили ж вы меня побегать. Если бы Корн создавал печати чуточку быстрее, я бы и пары минут не продержался.

Корн поджал губы. Да, скорость создания печатей пока была его фатальной слабостью. Наверное, дело было даже не в таланте, и уж точно не в отсутствии усердия, Корн подозревал, что это из-за печати, которая не давала энергии в его каналах разгуляться на полную. Скорее всего, из-за неё он не мог извлечь ману также быстро, как остальные ребята из дюжины.

Печать была словно кольцо на канале, что сужало проход, скорость потока из-за этого снижалась. Корн задумался. Наверняка это можно было как-то обойти. Просто он ещё не придумал как.

– А после хорошей тренировки что нужно? А, Корн? – спросил Ихет. И сам же ответил. – Правильно! Пожрать!

– Это ты поздно спохватился, – ответил Терран. – Уже вечер, всю выпечку смели ещё во время обеда. А Корн только её едой и считает, – усмехнулся он. – С таким рационом ему повезло, что ещё не стал круглым. Но, думаю, это не за горами… – улыбнулся капитан, встретив хмурый взгляд Корна.

Тот же был удивлён тем, что Терран, оказывается, и шутить умеет. Да и вообще, чем дольше он его знал, тем больше он казался нормальным человеком. Если не вспоминать о прошлом, и как они “ладили” сразу после поступления…

Парни вышли с арены и отправились в столовую подкрепиться. Дюжинам позволяли приходить в любое время. Единственное, что еда не была всегда тёплой. Но маги огня вообще из-за этого не заморачивались, а поскольку обычно ходили есть компаниями, это не было большой проблемой.

Когда они зашли в столовую, то заметили за одним из столов пятёрку парней в чёрном. Те бурно что-то обсуждали и гоготали.

– Разве это не пятикурсники? – прошептал Ихет.

– Уверен? – так же тихо спросил Терран.

Водник кивнул.

– У меня что-то аппетит пропал, – поморщился капитан, вопросительно посмотрев на Корна.

Тот перевёл грустный взгляд на подмеченную им булочку с вишней и со вздохом кивнул.

Корн был ближе всех к выходу. Когда он попытался выйти из столовой, наткнулся на воздушный барьер.

Он оглянулся на компанию. Было очевидно, что барьер поставил кто-то из этих ребят.

Так и было. Один из них, коротковолосый блондин, встал и вразвалочку подошёл к Корну и остальным.

– Чего это мы убегаем? – спросил блондин. Он убрал руки в карманы и прислонился плечом к стене, всем своим видом показывая, как он ни во что не ставит тех, кто был перед ним. – Так подозрительно, – с улыбкой протянул он.

К нему подошли ещё двое пятикурсников. Первый: с резкими чертами лица и тёмными волосами, заплетёнными в косу, и второй: низкий, русоволосый, который и проговорил:

– Очевидно же. Раз бегут, значит, что-то натворили.

Корн скривился. Как же его это достало. Его выражение лица не осталось незамеченным.

– А ты тут, видимо, самый борзый, – вступил в разговор брюнет. Он говорил холодно, а его тёмные глаза ещё больше сузились. – Чего корчишься? – он угрожающе надвинулся на Корна.

– Мы ни в чём не виноваты, просто при виде вас, у нас аппетит пропал напрочь, – Корн закатил глаза, будто его тошнило.

Какой-то частью разума, он понимал, что не стоило с ними разговаривать так грубо. С другой стороны, ему не казалось, что их беседа могла прийти к мирному разрешению. Так зачем сдерживаться?

Брюнет оторопел.

– Ты что, считать не умеешь? – поднял брови он. – Совсем с математикой плохо? Нас тут пятеро, вас трое. Мы с последнего курса. А вы… Откуда они там? – он мотнул головой в сторону блондина.

– Судя по тому, что рожи немного знакомые, но на губах молоко так и не обсохло, второкурсники они… – прокомментировал тот.

– Ах, значит, второкурсники решили померяться с нами силёнками? – ухмыльнулся брюнет. – Да одного из нас с лихвой хватит на вас троих.

– Проверим? – улыбнулся Ихет. – Или, как обычно, всей толпой на бедных нас навалитесь? Сами же говорите, что шансы ну совсем не равны… – водник показушно заморгал, строя из себя саму невинность.

С его высоким ростом, загорелой кожей и совсем немилыми чертами лица, смотрелось это вовсе не невинно, а скорее провоцирующе…

Пятикурсник поморщился.

– Хотите сразиться три против одного? Как-то не слишком честно.

– Почему это нечестно? – спросил Терран. – Ведь вы уже почти дипломированные маги, а мы так… новички, у которых молоко на губах не обсохло, – улыбнулся он. – Это мы тут в невыгодном положении, так, может быть, позволите выбрать того, кто будет против нас сражаться?

– Не зарывайся… – прошипел брюнет.

– Ну это точно будешь не ты, сразу видно, что ты нам не по зубам, – покачал головой Терран. – Те двое вроде вовсе не заинтересованы в нашем небольшом спарринге, – махнул он на двух парней, что только смотрели издали, не поднимаясь из-за стола. – Тогда… – он задумчиво поднёс палец к подбородку и скосил глаза в сторону Корна и Ихета.

– Этот, – одновременно проговорили они, указывая Ихет на русоволосого, а Корн на блондина.

Ихет недовольно посмотрел на Корна. Тот не стал молчать.

– Он всё это начал, так почему не он? – прокомментировал он свой выбор.

– Идёт, – улыбнулся брюнет. По его довольному выражению лица было очевидно, что он не ждал, что даже втроём они смогут победить его друга.

Терран укоризненно посмотрел на Корна. Тот пожал плечами.

Конечно, он понимал, что парень, решивший первым их задирать, не был слабаком, но с чего бы ему избивать кого-то, кроме него? Желание Корна заехать кулаком блондину в нос, было слишком велико, чтобы он мог ему противиться.

– Что ж… осталось определить ставку, – потёр руки брюнет.

– Недавно так вышло, что я лишился всех своих “слуг”, – вздохнул брюнет, он поднял руку ко лбу, будто был опечален. Рукав его пиджака сполз вниз, показывая чёрный, с пятью красными полосами браслет. Значит, он огневик.

– Вернее, все мы лишились, – добавил блондин.

Поскольку именно он поставил воздушный барьер, не давший парням уйти, его стихия была очевидна. Оставалось надеяться, что она у него лишь одна. Две стихии были редкостью, но от пятой дюжины можно было ожидать и такого.

– Да уж, – поддакнул низкий. Он Корна вовсе не интересовал, так как был лишь подпевалой. – В комнатах такой беспорядок.

Студенты сами убирались в своих комнатах, прислуга Академии помогала им разбираться с одеждой и следила за обновлением формы, если это было необходимо. Но если кто-то хотел выглядеть действительно хорошо, о том, чтобы выгладить её, им приходилось позаботиться самим. Впрочем, обычно этим никто не заморачивался – ткань была высочайшего качества и смотрелась прекрасно сразу после стирки. Только такие педанты, как Мао, могли бы тратить на это своё время.

– Так что вы станете нашей прислугой на время оставшегося обучения. Вам повезло, остался всего год, – усмехнулся брюнет.

– И что же мы получим, если выиграем? – спросил Корн.

Пятикурсники презрительно рассмеялись.

– Думаете, если втроём будете драться, что-то сможете? – воздушник махнул рукой, снимая барьер. – А вы меня недооцениваете.

– Если мы победим, ни один из вашей дюжины больше не посмеет цепляться к членам нашей, – потребовал Корн.

Брюнет зло прищурился. Корн добавил:

– Или не уверены в своей победе?

Блондин нахмурился и схватил Корна за ворот костюма.

– Ну вот, началось избиение второкурсника пятикурсником. Нечестное, несправедливое, у всех на глазах, и… стыдно за Академию, даже в столовой, – затараторил Ихет.

Блондин оттолкнул Корна.

– Завтра. Арена пять. До завтрака. Только посмейте не прийти, и я вас из-под земли достану, – блондин поочерёдно посмотрел на Ихета, Корна и Террана, после чего вышел из столовой.

– Ваш друг такой невоспитанный, – покачал головой Ихет. – Ну вот как нам завтра его искать? Даже имени своего не назвал…

– Он Пэйт. Я Хикс, – представился брюнет, – это Слит, – указал он на низкого парня.

Корн отметил, что он сказал только имена, хотя сам он, определённо, являлся аристократом, иначе бы вряд ли отрастил такую длину волос даже за пять лет, да и манеры всё же давали о себе знать. Хоть он и был груб, он не переступал черту. Видимо, пребывание на протяжении четырёх лет в Академии действительно стирало рамки из-за социального статуса между студентами.

Терран представил себя и остальных, после чего все пятикурсники ушли, а ребята уныло принялись за еду.

Как бы они не были хороши, всё же разница между силой второго и пятого курсов была слишком огромной. Дело было даже не в таланте, стихии или мане. Дело было в опыте. А если этот светловолосый воздушник был ещё и с первого курса в дюжине, их шансы победить и вовсе стремились к нулю.

– Тебе надо было выбрать мелкого придурка, – посмотрел на Корна Ихет.

– Не согласились бы они на мелкого, – сказал Терран. – Не вини его.

– Почему не согласились бы?

– Да ладно тебе, он же не огневик, – ответил Корн. – Уже неплохо. Все наши стихии сильнее воздуха, разве это не хорошо?

Терран владел огнём, Ихет водой, а Корн обеими стихиями.

– Это дерьмово! – Ихет ударил ладонью о стол, так, что его тарелка слегка подпрыгнула. Корн никак не отреагировал, а Терран поморщился, придерживая кружку. Ихет продолжил: – Ведь означает, что мы не почувствуем его заклинаний!

– Что, было бы лучше, если против нас был этот Хикс? – спросил Корн.

– Было бы лучше, если бы мы вообще в это не влезли, – схватился за голову Ихет, после чего отставил пустую тарелку и лёг на стол. – Не хочу-у-у… Я так не хочу-у-у быть побиты-ы-ым…

– Не будь, – буркнул Терран. – Для этого нам нужно составить план.

Корн кивнул:

– Есть пару идей.

***

Из вчерашних пятикурсников пришло только трое. Терран же, со своей стороны, благоразумно прихватил целителя их дюжины, Грэга.

– Что-то вас больше, чем вчера, – прокомментировал его появление Хикс.

– Он побудет зрителем. У вас вон вообще два зрителя, а нам и одного нельзя? – спросил Терран.

Пэйт презрительно буркнул:

– Да ладно, пусть смотрит. Если мы их не дотащим до лазарета, только проблем заработаем. А этот, может, продержит их жизнь до прихода нормального лекаря.

Грэг смерил говорившего таким взглядом, будто перед ним ползал навозный жук, но всё же промолчал.

– Правду говорит, – кивнул Слит, как всегда, соглашаясь со всем, что говорили его одногруппники.

– Ладно. Пусть будет на подхвате. Только если эти трое проиграют, он же тоже будет трудиться на условиях нашей сделки? – согласился и Хикс.

– С чего бы? – хмуро на него уставился Грэг. – Не знаю, на что вы тут спорили, но меня ваши дела не касаются. Я здесь только чтобы вы не померли, да травмы неизлечимые не получили. А вообще, меня напрягает, что вы устроили дуэль со второкурсниками и даже не потрудились привести своего лекаря. Да ладно своего, вы, мало того, что какого другого не позвали, вы даже против меня. Как-то дурно попахивает.

– Заткнись. Лекарей мы ещё не спрашивали, – сощурился Хикс. – Иди уже подобру-поздорову за барьер.

Огневик схватил Грэга за плечо и потащил в “зелёную” зону. Лекарь дёрнул плечом, сбрасывая руку Хикса.

– Не прикасайся ко мне, – зло проговорил он, поднимая барьер.

Хикс и Слит тоже зашли за барьер, но встали максимально далеко от Грэга.

Корн, Ихет и Терран расположились на некотором расстоянии друг от друга, чтобы можно было свободно двигаться во все стороны. Ихет и Терран стояли чуть впереди, а Корн немного позади. У капитана был в руках его излюбленный огромный меч. В десяти жезлах* от них стоял Пэйт.

(Жезл* – мера длины, равная двум метрам).

– Я буду судьёй. Не возражаете? – спросил Хикс.

Конечно, они возражали, но он был самым сильным среди собравшихся. Что им ещё оставалось, кроме того, чтобы признать его судьёй?

– Годится, – ответил Терран.

– Вот и отлично, – Хикс поднял руку и стал считать: – Раз! Два! И… начали! – он резко опустил руку.

Ихет создал барьер возле Пэйта, не очень широкий, но противнику бы потребовалось несколько секунд, чтобы обогнуть его или разрушить, их он и пытался выиграть. Терран окутал свой меч пламенем и бросился вперёд.

Пэйт не стал обходить барьер, а просто послал в него воздушный поток. Это нарушило его целостность, и он развалился, осыпавшись кипящими брызгами воды.

Но никто от него и не ждал большего. Теперь в бой вступил Терран. Его навыки мечника хороши. Пэйту на близкой дистанции будет с ним сложно.

Пэйт усмехнулся, и в Террана ударил поток воздуха, что не только сдул огонь с меча, но и самого капитана откинул, словно тот ничего не весил.

– Высшие демоны, – потрясённо выдохнул Ихет. – Это сколько у него маны?

Корн отошёл максимально далеко и был слишком сконцентрирован, чтобы восхищаться навыками старшекурсника.

Ихет создал несколько печатей вокруг себя. После чего активировал печать под ногами противника. Пэйт замедлился: его ноги словно попали в клей.

– Это, конечно, креативно, – хмыкнул он, – но я вас и отсюда достану. Он поднял руки и сформировал между ними трёхкольцовую печать.

– Упс… – пробормотал Ихет.

Терран уже поднялся, и вокруг него тоже сияло две печати. Правда, лишь двухкольцовых.

Ихет рванул в сторону, а Терран стал закидывать Пэйта маленькими огненными шарами, которые помогала ему формировать одна из печатей. Вторая же их ускоряла.

Пэйт активировал свою печать. На Террана посыпались лезвия ветра. Они в миг развеяли огненные шары, после чего столкнулись с телом Террана, оставляя на нём многочисленные порезы. Капитан упал на одно колено. И это ему ещё повезло, что Пэйт стоял далеко, и мощность заклинаний значительно снизилась.

Ихет, наконец, активировал сложное заклинание водяной тюрьмы.

Над Пэйтом засияла большая голубая печать, после чего её кольца с гулом завертелись в противоположные стороны. Их противник всё ещё не мог выпутаться из клейкой жижи. Не зря над этим заклинанием Корн с Ихетом корпели половину прошлой ночи.

На Пэйта обрушился огромный поток воды, который заключил его в водяной пузырь. Воздушник не растерялся, и ветер стал закручиваться вокруг шара, в котором тот находился. Постепенно в нём стали появляться пузырьки воздуха.

– Корн? – напряжённо спросил Ихет.

– Пару секунд.

– Три,– начал считать Ихет, – два…

– Один! – выкрикнул Корн.

Он активировал печать, выпуская всю собранную ей энергию. Двойная стихия выглядела как своеобразное жидкое пламя, очень яркое, с красно-оранжевыми прожилками. В этот раз Корн не стал собирать магию в сгусток, а просто выплеснул бесформенной массой.

Терран уже был позади печати и, взмахнув мечом, объятым пламенем, толкнул сгусток вперёд, придавая ускорение.

На открытом воздухе двойная стихия реагировала и взрывалась, но если Корн её немного сдерживал, до этого могло пройти пару секунд.

Ихет мгновенно развеял водяную тюрьму вокруг Пэйта. А когда сгусток магии был уже рядом с ним, Корн перестал сдерживать бушующую силу. Произошёл взрыв.

Парни замерли в ожидании. Никто не подходил к Пэйту. Ведь он мог и не пострадать сильно, если бы успел прикрыться щитом. Конечно, Корн с ребятами сделали всё, что было в их силах, чтобы этого не случилось, но… От пятикурсника можно было ожидать чего угодно.

Когда всполохи пламени утихли, дым рассеялся, а хелироп* начал затягивать трещины в полу и стенах, они увидели, что противник лежит и не двигается.

(Хелироп* – самовосстанавливающийся камень)

Хикс вышел из-за барьера и цокнул языком.

– Неожиданно. Эй, лекарь, как тебя там… – он оглянулся на Грэга. – Подлатай его, что ль, пока он не помер.

– И без тебя бы догадался, – скривился Грэг, подходя к пострадавшему, чьё тело сразу окутал золотой свет.

Корн с интересом наблюдал за действиями целителя. Что уж и говорить, Грэг в несколько раз превосходил его смешные навыки. Стоило у него поучиться, хотя бы наблюдая.

– Как и договаривались, вы больше нас не трогаете, – указал на Хикса Ихет.

Тот хмыкнул, и, проследив за тем, как Слит взваливает себе на плечо проигравшего Пэйта, покинул вместе с ними арену.

– Нам тоже пора сваливать. Всё же это пятая арена, принадлежащая старшекурсникам. Если их капитан решит сюда наведаться, проблем не оберёмся, – сказал Терран.

Все с ним согласились и поспешно покинули просторный серый зал.

– А у них точно такая же арена, как и у нас, – проговорил Ихет.

– Ты думал, что она будет с золотым барельефом? – ехидно осведомился Корн.

Ихет усмехнулся.

– Ну, типа того. Может, побольше хоть. Так нет – такие же пустые стены из хелиропа, даже размер зала такой же, что у первой и второй арен. Они все одинаковые.

– Похоже, так, – кивнул Терран. – Различаются только цифрами рядом с дверью.

– Неинтересно, – Ихет печально засунул руки в карманы.

– Ты не рад, что мы победили? – удивился Корн.

– Я, вообще-то, про зал… Так-то рад, но всё равно как-то мне неспокойно.

– Думаешь, они нарушат обещание? – спросил Корн.

– О, так ты тоже думаешь, что такое возможно?

– Нам стоило заключить договор, – хмуро произнёс Терран.

– У тебя есть бумага для него? – заинтересовался Ихет.

Он имел в виду специальную магическую бумагу. Условия договора, что были бы на ней написаны, следовало выполнить неукоснительно, иначе нарушившего ждало серьёзное наказание. Например, потеря магии или даже смерть. Она была очень дорогой. У Корна самого был припасён всего один лист, ещё со времён того, как он был Массвэлом. И он бы ни за что не согласился его использовать на таких отбросов, как пятикурсники, с которыми они столкнулись. Не стоило это того.

– Есть один, но тратить его на них, уж прости… – ответил Терран.

Как и ожидалось, капитан тоже хотел оставить его на крайний случай. Ведь порой такой лист мог спасти жизнь.

– Да ладно. Они хоть и с гнильцой, всё же должны иметь хоть какое-то чувство гордости. Мы честно победили, можно сказать, прыгнули выше головы. Они должны оставить нас в покое, – сказал Ихет.

Терран вздохнул:

– Вот бы они ещё и остальных оставили в покое.

Теперь уже вздохнули Корн с Ихетом.

И тут заговорил молчавший до этого целитель.

– Эти ребята… они словно действительно с гнильцой. Но… как бы это сказать, – он задумался.

– Грэг, если ты что-то подозреваешь, ты должен нам сказать, – нахмурился Терран.

– Ну… эта гнильца, она не метафорическая, я словно чувствовал что-то неприятное, когда лечил этого придурка, – Грэг поднёс палец ко лбу и прикрыл глаза, потом помотал головой. – А, забудьте. Всё это так незначительно, что невозможно никак сопоставить с фактами.

Парни смотрели на него недоумевающе. Грэг пожал плечами.

– Ну, со мной такое бывает. Не берите в голову.

– Ладно, если ты уверен, что это незначительно, – кивнул Терран. – А сейчас по кроватям, завтра чтобы не прогуливали!

– Раскомандовался тут, – проворчал Ихет.

– Ты капитану вздумал перечить? – погрозил ему пальцем Терран.

– Ну-ну. Вот завтра утром, когда ты будешь заматываться в одеяло после воя будильника, я тебе эти слова и припомню, – ответил ему Ихет.

– Эй, ты… – смутился капитан.

Грэг с Корном рассмеялись.

Глава 5

Перебирая книги в библиотеке, Корн пытался достать ту, что стояла выше, чем он мог свободно дотянуться. В последнее время он довольно быстро рос, но всё ещё был средним по росту в их дюжине. Терран с Ихетом превосходили его в росте. И сейчас он слегка сожалел о том, что не был немного выше: за стремянкой идти совсем не хотелось.

Корн уже встал на цыпочки, но подцепить книгу никак не удавалось.

– Шавр! – ругнулся Корн и подпрыгнул, вцепляясь в корешок нужной ему книги, что чуть выглядывал из ровного ряда томов. Но она была втиснута меж других так плотно, что, когда Корн потянул её на себя и вниз, на него обрушилось всё содержимое полки.

От неожиданности Корн рухнул на пол, и его присыпало книгами. Длинная полка выпала из шкафа и ударилась рядом с ногой Корна. Он смотрел на лежащую рядом деревяшку и не мог не представлять, как было бы больно, если ему повезло бы чуть меньше.

– Развлекаешься? – спросили сзади.

Корн стряхнул с себя книги и, так и не встав, обернулся. Перед ним стоял Грэг. Лекарь убрал руки в карманы, уголки его губ были чуть приподняты, будто он сдерживал смех.

– Похоже? – ехидно спросил Корн.

– Ага, – ухмыльнулся Грэг. – Похоже, ты впитываешь знания всей поверхностью тела, – он захохотал.

Корн взял одну из книжек и сделал движение, будто собирался кинуть её в Грэга, после чего резко махнул, так и не выпустив её из рук.

Грэг даже бровью не повёл:

– Такой ботаник, как ты, никогда не швырнёт книгу. Эх, Корн, совсем ты врать не умеешь, – Грэг протянул ему руку. Корн схватился за неё, и лекарь помог ему подняться.

Корн взглянул на книгу, что была у него в руке. Название гласило: “Магические метки, их виды и основные свойства”. Такая книга ему ещё не попадалась.

– Ты интересуешься метками? – удивился Грэг.

– Ты знаешь о них? – ответил вопросом на вопрос Корн. Может, он и не умел врать, зато научился хорошо переводить тему разговора.

– Не так, чтобы много, – задумчиво ответил лекарь. – Мне кажется, эта информация для нас преждевременна. Чаще всего метки просыпаются у тех, кто уже хорош в магии. Мы… пока не доросли.

Когда Корн жил ещё в поместье Массвэлов, он немного читал о метках. Это такие узоры на теле человека, которые появляются только при использовании особой части магической силы. Метки наделяют пользователя какой-нибудь способностью. Обычно они появляются у сильнейших магов, чаще всего в семьях с выдающейся родословной. Порой одна и та же метка даже наследуется всеми членами семьи.

Корн задумался. Разве у его семьи не должно быть метки? Но он никогда об этом не слышал. С другой стороны, даже если бы и была, она должна была держаться в тайне, а поскольку Корн не владел магией, ему безусловно не рассказали бы о её свойствах, даже если семейная метка у них имелась. Хотя… разве его отец не умеет отличать правду ото лжи? Это похоже на метку. Но тогда Корн её не унаследовал. Или…

– Грэг, соври что-нибудь.

– Сегодня я надел белые трусы.

– Дурак.

– Эй! Ты же сам сказал соврать. Это первое, что пришло в голову.

– Поэтому и дурак…

Корн не почувствовал никакой фальши в сказанном.

– Так они правда белые?

Грэг широко ухмыльнулся.

– Показать?

– Иди ты…

Целитель заржал. Потом ответил:

– Да, белые.

– Шавр, я же соврать просил!

– Ну ла-а-адно. Я думаю, из тебя вышел бы отвратительный капитан нашей дюжины.

Корн старался прислушиваться к некоему ощущению внутри себя, когда Грэг это говорил, и ему показалось, что его что-то немного покоробило.

– Ложь? – спросил Корн. Из-за того, что сказанное его несколько смутило, он отвлёкся от ощущения, на котором планировал сосредотачиваться.

– Ага, – кивнул лекарь, помогая Корну установить полку на место и убрать книги. – Ты будешь хорошим капитаном. Не таким мягким, как Терран, но, думаю, ты подошёл бы даже лучше. Не в обиду Террану с Ихетом, но с ними мы распоясались. Особенно Ихет… Ну не годится он в замы, – покачал Грэг головой.

Он призвал магию земли. Появились лианы, которые стали расставлять книги по местам.

– Удобно, – прокомментировал Корн.

– Только в бою от них мало толку, – вздохнул лекарь. – Разве что в качестве поддержки. Атакуют они плохо. Один шар огня, и им хана.

– Зато связать и пытать ими – самое то.

– Да ты садист, я смотрю, – усмехнулся Грэг.

– Вовсе нет, – Корн пожал плечами.

Книга про метки так и осталась в его руке, эта тема показалась ему интересной, и он планировал позже её изучить, также как и узнать побольше о целительной магии, раз уж лекарь сам к нему пришёл.

– Не думал, что тебе это интересно, – Грэг с подозрением посмотрел на Корна.

Они уже несколько дней подряд встречались в библиотеке, и лекарь рассказывал Корну о магии, которой пользовался, показывая нужный материал в книгах.

– Говорят, когда объясняешь кому-то, то и сам начинаешь понимать лучше. Разве не так? – спросил его Корн.

– Это, конечно, так. Но почему тебя так интересует стихия земли?

– Разве не нормально интересоваться тем, от чего зависит моя жизнь?

– Хм… – всё ещё недоверчиво хмыкнул Грэг.

– Ты бы вот нормально относился к тому, что по твоему телу ползает неведомая штука, которая неизвестно что с ним творит?

Грэг рассмеялся:

– Ну ясно, понял я, понял. Хватит меня смешить.

Корн нахмурился:

– Я не смешил.

После этого лекарь расхохотался пуще прежнего. После того как успокоился, спросил:

– Так, значит, в ближайшее время ты планируешь получать много травм?

– Сначала ты обвинил меня в садизме, теперь подозреваешь в мазохизме? – поднял брови Корн. – Кто вообще в здравом уме такое планирует?

Грэг улыбнулся:

– Хочешь обсудить твой здравый ум? Это ты по адресу. Но, если честно, здра…

– Не продолжай, – прервал его Корн. – Лучше сосредоточься на этом, – он хлопнул ладонью по книге, что была раскрыта на двухкольцовой печати исцеления.

Грэг перевёл взгляд на страницу и вздохнул.

– Слушай, ну основные принципы я объяснил, зачем тебе знать, как работает двухкольцовая печать? Даже не все лекари нашего курса об этом знают!

– Понятно: они недостаточно усердны.

Грэг схватился за голову.

– Ты издеваешься? – встал он из-за стола. – Пофиг, я иду в лазарет. Знаешь, они там меня и то меньше мучают, чем ты! Какой же ты, оказывается, дотошный… – пробормотал он уходя. Корн его окликнул:

– Грэг!

– Да что ещё?! – обернулся лекарь, смотря на Корна, словно на демона.

– Спасибо. Если будет нужна помощь, обращайся, – улыбнулся тот.

Грэг недоумённо посмотрел на него, а затем расплылся в улыбке:

– Когда мне нужен будет подопытный для нового заклинания, я тебя позову. Так и знай!

Корн усмехнулся:

– Ладно. Только помни о последствиях.

Грэг махнул на прощание рукой и ушёл.

Корн уставился на заклинание. Кажется, он вполне смог бы его повторить. Кроме того, одно из заклинаний магии земли в его фамильной книге чем-то напоминало это. На ком бы его попробовать…

– А вот и ты, – раздался у него над головой женский голос. – Давно не виделись. Ну и как ты объяснишь эту странную литературу в твоих руках?

Корн поднял взгляд и увидел девушку, что недавно ни с того ни с сего напала на него, да ещё и отправила в полёт.

– Никак, – захлопнул он книгу и встал, собираясь убрать её на место. – С тобой мне не о чем разговаривать.

– Как холодно, – усмехнулась незнакомка. – Даже со своим однокурсником ты говорил куда как приветливее. А я девушка, разве ты не должен быть со мной милее?

– Я вижу тебя во второй раз в жизни. Первая наша встреча мне не понравилась, был бы счастлив, если бы третьей не случилось, – Корн убрал книгу и прошёл мимо девушки, игнорируя её.

– Меня зовут Талес. И я знаю, что у тебя есть магия зе… – она не смогла договорить, потому что Корн зажал ей рот. Девушка схватила его запястье и отвела руку от себя. – Теперь ты готов со мной поговорить? – насмешливо спросила она.

Корн нехотя кивнул.

– Стой! – Корн поднял руки в отгораживающем жесте и расширил глаза. – Повтори, что ты только что сказала?

Они с Талес сидели на лавочке в парке, в его удалённом от дворцов участке. Поэтому людей вокруг было немного, они не могли подслушать их разговор.

Талес поморщилась.

– Думаешь, это так легко? Он ещё и повторить просит! – она скрестила руки на груди.

– Ну, значит, мне послышалось, – Корн похлопал ладонью по уху. Кажется, ему нужно было проверить слух.

– Тц… – целительница цокнула языком. – Говорю, помоги мне!

– А… так всё же не послышалось. Просто ты сошла с ума, – Корн утешающе похлопал Талес по плечу. – Ничего, может, ещё станешь нормальной. Слышал, лекарей слишком нагружают. Вот ты и перестаралась маленько. Отдохни, и, может, полегчает, – он сочувствующе покачал головой и встал, чтобы уйти.

Из-под ног Корна взвились лианы, опутали его тело и усадили обратно на скамейку. Корн легко мог бы спалить их, но ему было интересно, что же ещё странного выдаст эта девица, поэтому он только для виду посопротивлялся и позволил себя вернуть.

– Что за манера сваливать посреди разговора?! – вспыхнула Талес. – У тебя что талант выводить меня из себя? Да ты же специально меня выбешиваешь!

– С чего ты взяла, что ты такая особенная. Просто из-за своей прямоты я не лажу с людьми, – Корн попытался пожать плечами.

Талес слегка зависла от его ответа, но потом пришла в себя и продолжила разговор, будто их перепалки не было вовсе. Её совсем не смущали лианы, всё ещё туго опоясывающие Корна.

– Так вот. Мне нужна твоя помощь, – уставилась она на него.

Корн вздохнул. Ну вот они пришли к тому, с чего начинали. Он заставил лианы вспыхнуть, и аккуратно, чтобы не повредить одежду, испепелил их. Талес с интересом за этим наблюдала.

– У тебя правда есть пламя.

– Ты идиотка? – спросил Корн. – Или с памятью беда? Я тебе ещё при первой нашей встрече показал огонь. Но вот как ты догадалась о земле… Кстати, как?

– Я не была уверена, но твоя реакция в библиотеке…

– А, вот как. Тогда нам не о чем говорить, – Корн повернулся, чтобы уйти, но замер.

Она ведь опять что-нибудь учудит, если он сделает хоть шаг? Может, было бы проще разобраться с ней раз и навсегда? Чтобы она больше никогда к нему не лезла.

– А что, я не права? – она невинно хлопнула ресницами. – Значит, нет? – она улыбнулась и подшагнула к Корну. – О, нет, значит? Так просто скажи, что нет. Я и отстану. Говорят, ты никогда не врёшь. Так что я поверю просто твоему слову.

Корн хотел её испепелить. Эта невыносимая девица узнала о его проблеме и вовсю ей пользуется!

– О, не отвечаешь… Значит, всё-таки есть, – припечатала она с довольным видом.

Корн молчал.

– Да не волнуйся ты так. Ты выдал себя с головой ещё в библиотеке, – подмигнула она.

Корн вздохнул:

– Я не хочу тратить на тебя время. Просто уже скажи, что тебе надо. А я объясню, что ничем не могу помочь. И разойдёмся.

Взгляд Талес стал грустным, она села на скамейку и похлопала по свободному на ней месту. Корн, немного сомневаясь, всё же сел.

– В моей дюжине творится нечто странное. Ребята стали какими-то очень уж злыми. Они и раньше, конечно, не были добряками, но то, что они стали творить в последнее время, вообще ни в какие рамки не лезет.

Корн присмотрелся к запястьям девушки, пытаясь разглядеть, с какого она курса. Он вообще удивился, что она из дюжины. Одета она сегодня была, так же как и в первый раз: в зелёный спортивный костюм, который предпочитали носить во время боевых тренировок обычные лекари, не из дюжин. Увидев его взгляд, Талес одёрнула рукав. Корн посмотрел на чёрный браслет с пятью зелёными полосами.

Его сердце пронзило дурное предчувствие. Возможно, у него не выйдет притвориться, что он здесь ни при чём.

Корн сглотнул:

– Но каким образом ты хочешь, чтобы я помог? Я всего лишь второкурсник.

– Да уж… – она скользнула взглядом по Корну. – Ты действительно не внушаешь доверия.

– Что? – опешил Корн. – Если я не внушаю тебе доверия, какого демона ты вообще прицепилась ко мне?

– Ну, это долгая история. Ты хочешь её послушать? – хитро посмотрела она на Корна.

– Нет. Никаких историй. Никакого присутствия тебя рядом. Вот что я хочу.

– О, это я могу устроить, – улыбнулась Талес. А как только Корн порывался уйти, схватила его за плечо. – Но только после того, как ты мне поможешь, – подмигнула она.

Корн закатил глаза.

– Если ты сейчас же за минуту всё не расскажешь, на меня можешь не рассчитывать, – он пристально посмотрел Талес в глаза.

– Ладно-ладно, – замахала та руками. – Такой маленький и красивый, но такой злой, – фыркнула она.

Мале-е-енький?! Она сейчас назвала его мелким?

Вообще-то, Корн довольно сильно вырос за последнее время. Но всё равно “маленький”?

Корну стоило немалого терпения остаться сидеть на месте. Он стиснул зубы и считал про себя. Осталось пятьдесят секунд.

– Обратилась именно к тебе я из-за своей метки. Больше для этого нет никаких причин. Я понятия не имею, почему она указала на тебя. Но моя метка никогда не ошибается, значит, ты – наилучший помощник в этом деле.

– Э… – нахмурился Корн, с неудовольствием отмечая, что Талес всё же уложилась со своим объяснением в минуту. Правда, он всё равно так ничего не понял. – Это всё?

– Ага. Это всё.

Корн не знал смеяться ему или плакать. Кажется, эта девица не отцепится от него. Но он действительно не представлял, чего от него вообще требовалось.

– Я ничего не понимаю. Но если я смогу как-то утихомирить этих при… твоих сокурсников, я не против помочь. Только уж будь добра, скажи, что именно мне нужно делать.

– Ха-хах, оговорка про придурков мне понравилась, – рассмеялась Талес. – Ладно, гуляй пока, я ещё приду.

– К сожалению, в этом я даже не сомневаюсь, – вздохнул Корн.

Он надеялся, что не подписался на что-то хлопотное, но в то же время чувствовал, что это было именно таковым.

Ну зачем он полез в это дело, если догадывался уже тогда, что его решение обернётся катастрофой?

А через неделю произошло это…

Позёвывая, Корн разминался перед практикой. Всё же надо было меньше вчера тренироваться со слиянием стихий. Он перестарался: тело пострадало, и пришлось использовать всю ману без остатка, чтобы к утру полностью поправиться. Корн вздохнул. Вот бы ему настоящего лекаря в помощники, тогда бы он мог прогрессировать в разы быстрее… Конечно, сейчас его резерв маны был почти полон, но сегодня Корн находился далеко не в лучшем своём состоянии.

Остальные ребята тоже уже пришли на занятие. По расписанию у них стояла тренировка, которую проводил приглашённый преподаватель со старшего курса.

Терран прошёл в центр их второй арены, на которой они почти всегда и тренировались, и похлопал в ладоши, привлекая внимание.

– Ну что, – улыбнулся он. – Покажем гостю, на что мы способны? – приободряюще спросил он.

С разных концов зала послышалось вялое:

– Да…

– Угу…

– Хочу есть…

Корн ухмыльнулся. Вообще-то, такая сцена повторялась через раз. Терран всё зачем-то пытался добиться от них дружного и громкого ответа, члены же дюжины считали это каким-то издевательством и всячески пытались отвертеться. Но, в конце концов, сдавались, потому что Терран был упрямее осла.

Капитан угрожающе нахмурился, и вокруг него вспыхнуло три огненных шара.

– Что-то я не расслышал…

– Да! – уже хором выкрикнули почти все члены дюжины. Корн, например, даже под страхом быть подпалённым не стал бы в этом участвовать.

В это мгновение дверь открылась, и в неё зашёл ухмыляющийся Варгар. И он был не один.

– Какого… – пробормотал Ихет.

Терран нахмурился:

– У нас занятие. Уходите.

– Так мы вам с занятием и пришли помочь, – сказал вошедший за капитаном Глем.

А за ним появились ещё трое уже известных парней: Хикс, Пэйт и Слит. За ними зашли Талес, с непривычно отстранённым выражением лица, и длинноволосый блондин, опустивший голову так, что его лица и видно не было. Эти двое сразу направились в безопасный закуток для лекарей, где на них с удивлением уставился стоявший там Грэг.

Последним зашёл низкий парень, что выглядел даже младше второкурсника. У него были короткие рыжие волосы и загорелая кожа. Он шёл с руками в карманах и, обведя взглядом второкурсников, звонко проговорил:

– Если кто-нибудь из вас упомянет мой рост или внешность, я его побью. Очень-очень больно.

– Роб, не волнуйся, – похлопал его по плечу Пэйт, с которым не так давно сражались Корн с ребятами, и подмигнул. – Ты это в любом случае сделаешь.

– Ну что вы, парни, – усмехнулся их капитан. – Мы же только потренируем младшекурсников. Не путайте слова. Они ведь меняют суть дела…

– Разве вы не проиграли? – возмутился Ихет. – Вы обещали нас не трогать!

– А кто вас трогает? Мы, наоборот, пришли помочь! – потёр руки черноволосый Хикс. – И начну я, пожалуй, с тебя, – указал он на Ихета.

Если подумать, эти двое были внешне немного похожи. Загорелая кожа, длинные тёмные волосы и узкие глаза. Корн знал, что Ихет прибыл откуда-то с юга, так не земляки ли они?

– Придурки! Вы даже слова своего сдержать не можете! – воскликнул раздражённый Ихет.

– Это ты придурок, – схватил его за грудки Хикс, оказавшись на полголовы выше высокого водника. – Даже держать язык за зубами научиться неспособен.

В свободной руке Хикса вспыхнул огромный огненный шар. За спиной Ихета появились две водных печати. Хикс замахнулся рукой, она ударила в появившийся водный барьер, что пошёл волнами, но выдержал и руку не пропустил. Пламя растеклось по его поверхности. Тут же Ихет разрядил вторую печать, из неё появилось три водяных плети, что связали ноги Хикса.

Тут и там по всему залу стали вспыхивать заклинания. Началась полная неразбериха.

В Корна полетел воздушный резак, от которого он защитился водным барьером, но вслед за ним в него врезался огненный шар, притом, откуда он появился, Корн даже не успел увидеть. Щит не выдержал, Корн едва успел увернуться. А когда посмотрел вперёд, увидел целый поток огня, несущийся на него.

Глава 6

Рефлексы были быстрее сознания. Перед Корном возникла печать огня, которая тут же активировалась. Хоть пламя из неё вырвалось совсем слабенькое, но этого хватило, чтобы замедлить движение огня противника. После этого Корн уже осознанно направил на рванувшее вверх пламя поток воды, затушив его. Только тогда он увидел нападавшего. Это был заместитель пятого капитана, Глем. Его длинные рыжие волосы были предусмотрительно убраны в высокий пучок. Он смотрел на Корна и хмурился.

Корн не собирался давать ему время опомниться. Он создал несколько небольших водных заклинаний, которые начали забрасывать его противника ускоренными шарами воды, что не могли нанести существенного урона. Они были нужны для другого: чтобы огневик не мог сосредоточиться на своей магии. Конечно, он бы всё равно смог призвать стихию, но пока он будет мокрым, его контакт с ней будет затруднён. Да и обзор эти небольшие заклинания прекрасно закрывали, мешая Глему разглядеть, какой сюрприз для него подготавливал Корн.

Сливая две стихии, Корн надеялся успеть. Хотя он теперь и был гораздо быстрее, чем прежде, пару секунд простоя во время боя было немыслимой роскошью. Особенно в бою один на один.

Когда вокруг Глема красной плёнкой вспыхнул покров, испарив всю воду с его тела, Корн ещё не успел сформировать сдвоенную печать. И двинуться он не мог, иначе бы она развалилась.

Сбоку в Глема врезалась водяная плеть, сбивая уже готовый огненный шар. Они встретились и с шипением испарились. Огневик оглянулся в поисках мага, что посмел вмешаться в его бой.

Корн воспользовался моментом и запустил сдвоенное заклинание воды и огня. Оно приняло форму узкого луча, что, быстро мелькнув, ударил в бок Глема, тут же последовал мощный взрыв, покрывший всё на несколько жезлов вокруг языками пламени.

В зале наступила тишина. Почти все смотрели на образовавшийся в центре очаг огня.

К Корну подбежала Шейла.

– Ты в порядке? – похоже, именно она спасла Корна вовремя появившейся водяной плетью.

Из центра зала послышался смешок.

– О, я ещё как в порядке, – раздался голос Глема. – Не волнуйтесь.

Дым и пламя рассеялись, и под водяным щитом, целый и невредимый показался Глем. Он отряхнул одежду, а затем встретился взглядом с Варгаром и произнёс:

– Слушай, капитан, а Рэтви-то, оказывается, не один такой одарённый из малышни. У этого, – он махнул в сторону Корна, – вода и… огонь!

От Варгара в стороны разошёлся поток воздуха, порыв ветра хлестнул Корна по лицу, откинув волосы назад. Тот прищурился от выступивших слёз, а когда проморгался, всего в шаге от него стоял Варгар. И отчего-то выражение лица пятого капитана было очень недовольным.

– Значит, ты у нас одарённый? – прищурился Варгар. – Вода и огонь? Такое вообще возможно?

Он сделал шаг к Корну, но упёрся в водный щит. Что бы не творилось в уме этого несдержанного психа, Корн не собирался подпускать его ближе.

В глазах Варгара вспыхнул гнев, и он ударил кулаком в щит. Волна воздуха, последовавшая за его движением, разнесла щит Корна, будто тот был бумагой.

Шейла поставила на пути Варгара сразу четыре барьера, но они разрушились так же легко, как и первый.

– Уходи, – Корн попытался скинуть руку водницы, вцепившейся ему в плечо.

– Нет… я…

Бои по всему залу продолжались, только вот теперь против Корна стоял сильнейший противник. Перед Варгаром засияла жёлтым огромная трёхкольцовая печать воздуха. Корн сильно толкнул Шейлу. Один из всё ещё чудом целых щитов последовал за ней.

– Нет! – пискнула та, но сразу же отлетела от удара Глема, и ей пришлось сосредоточиться на своей безопасности. Огневик атаковал водницу без устали, похоже, его целью было заставить её уйти в полную защиту.

А в Корна разрядилось заклинание. Из печати появился вихрь, который, разрушив все его щиты, поднял Корна в воздух.

Несколько раз обернувшись вокруг своей оси, он перестал понимать, где находился, его затошнило. Но вихрь лишь ускорялся. Кожу Корна словно кусали мелкие грызуны, колкая, зудящая боль по всей поверхности тела заставила его сжимать зубы. Он хотел сделать хоть что-то, но все силы уходили лишь на то, чтобы оставаться в сознании. Наконец, его ударило спиной о стену, и вихрь рассеялся.

На Корна навалилась слабость. Наполовину лёжа, наполовину сидя, он не мог пошевелить и пальцем. Всё тело представляло собой огромный синяк, покрытый царапинами. Корну казалось, что его перемололи в фарш. Постепенно становилось всё холоднее, он уже почти стучал зубами.

Он заставил себя открыть глаза.

По всему залу лежали ребята из его дюжины. Осталось стоять лишь несколько из них. Но даже у них положение было незавидным.

Терран едва держался на ногах от усталости, капитан казался единственным, кто ещё хоть как-то мог сражаться. Против него готовили свои заклинания Варгар и Глем.

Водницу Бору, стоявшую на коленях, держал за горло низкий Роб с такой довольной ухмылкой на лице, что Корну хотелось дать ему в глаз. Угиду тянул за волосы, отклоняя голову назад, Пэйт. Шейла лежала без сознания справа от Корна. Он скрипнул зубами. Ладно парней колотить, но зачем они так с девчонками? И почему им до сих пор не помог Грэг?

Переведя взгляд в закуток для лекарей, у Корна дёрнулся глаз. Их целитель лежал на животе с заломленной рукой назад. А на нём сидела Талес, одной рукой выкручивая ему кисть, а второй прижимая голову к полу.

Да что это, демон её побери, значит?!

Вдруг сбоку от Корна скользнула тень, и его тело окутало теплом. Он удивлённо посмотрел на того, кто его лечил. Парень, чьего лица было не разглядеть за занавесом длинных светлых волос, держал руки над ногами Корна.

Вся одежда Корна превратилась в лохмотья, даже несмотря на защитные свойства костюмов для дюжин. В прорехах зияли кровоточащие раны. Все они были небольшими и поверхностными, но их было слишком много.

– Ты? – едва слышно прохрипел Корн.

– Тш-ш… Молчи, а то заметят, – тихо шепнул парень.

Корн замолчал. А парень постепенно исцелял его раны.

А в это время Варгар болтал с Терраном, потешаясь над слабостью их дюжины.

– И это всё? Я, конечно, понимал, что вы слабаки, но чтобы настолько… Думаю, мы можем это ещё несколько раз повторить. Времени от тренировки осталось достаточно.

– Вы перебарщиваете, – зло проговорил Терран.

– Ну что ты… Мы же сдерживались: кто же ожидал, что нам и в половину своей силы сражаться с вами нельзя. Ну ничего, мы вас научим, как нужно драться.

– А не пойти ли вам к демонам? – в руках Террана полыхнул огромный шар огня, а сам он побледнел – похоже, истратил ману.

– Ну-ну, малышне, не стоит так перенапрягаться, – проговорил Глем, поднимая руку.

Огненный шар в руках Террана заколебался, и капитан едва успел швырнуть его, когда тот вышел из-под контроля и взорвался.

– Вообще-то, мы могли это сделать с самого начала, – улыбнулся Глем. – Представляешь, насколько мы сдерживались? А ты говоришь, переборщили.

– Это уже не говоря о том, что нас здесь всего половина от дюжины, – подошёл к нему Слит.

Терран зашатался и осел на пол, но всё ещё зло прожигал взглядом пятикурсников.

– Вы обещали нас не трогать!

– Да-да, мы помним, – улыбнулся Пэйт, которого они как раз и победили. – Но… понимаешь, распоряжение сверху, – он указал пальцем в потолок. – Мы же не можем вас не потренировать, если так распорядилась администрация?

Корн нахмурился. Неужели он намекал на то, что это прямое распоряжение директора? Да нет, если бы было так, то Пэйт так и сказал. Значит, это кто-то, кто входит в администрацию, но не директор.

Да кто бы это ни был, он бы никогда не подумал, что выполнять его поручение будут таким варварским способом!

– Ну что, лекари, по местам. Исцеляйте их всех. Нам надо сделать ещё несколько кругов, – похлопал в ладоши Глем и скользнул взглядом в сторону Корна. – Опять ты… – скривился он, смотря на лекаря. – Сколько тебе раз повторять: “Никого не лечи без моего разрешения”?! – подскочил он к блондину и, взяв его за грудки, поднял.

Лекарь резко ударил Глема по рукам, отбрасывая их, мягко спружинил, приземляясь, и тихо произнёс:

– Если бы я не помог, он мог умереть. Вы же не хотите этого?

– Да брось. Из-за каких-то царапин помер бы? Не гони чушь.

– Кровотечение нужно было остановить. Хоть и неглубокие, раны покрывали всё тело. Нельзя оставлять такого пациента без должного лечения…

Пока они спорили, Корн подготавливал заклинание. Особенно осторожно и плавно он манипулировал огнём, ведь стоявший рядом Глем мог заметить его действия. Но он был полностью поглощён спором с целителем.

– Тц… – Глем скривился и махнул рукой. – Лечи остальных.

Парень кивнул и занялся Шейлой.

– Чего зыркаешь? – огневик посмотрел на Корна.

– Просто такую мразь, как ты, редко встретишь.

– Что сказал? – Глем сжал руку в кулак и замахнулся.

Но на ней повис рыжий Роб, останавливая его.

– Ты не можешь бить их раньше сигнала капитана, – недовольно проговорил низкий парень. – Иначе получается нечестно, – он улыбнулся, – я же тоже хочу, но жду…

Корн больше не мог этого терпеть и активировал самую большую двухстихийную печать, которую когда-либо делал, направив его на двух огневиков, стоявших перед ним.

Бытует мнение, что своя стихия вредит меньше. А как насчёт своей стихии, сплавленной с противоположной ей?

Обычно Корн был очень осторожен, точно вымерял нужные пропорции в слиянии стихий, стараясь приблизиться к пятьдесят на пятьдесят, тогда заклинание было устойчивым и взрывалось по сигналу. Сейчас же было не лучшее время для вычислений и контроля состояния печати, кроме того, Корн был очень-очень зол. Эмоции редко способствовали адекватному поведению в бою, поэтому Корн прилагал максимум усилий, чтобы не поддаваться им. Однако эти парни перешли всякие границы разумного. Они пали в глазах Корна так низко, что почти перестали считаться людьми. Корна радовало, что они были сильны, даже лучшими во всей Академии. Ведь с ними он мог абсолютно не сдерживаться.

От бушующих эмоций потоки в его каналах огня и воды стали течь быстрее, расширяя их. Корн ощущал, как печать, что была создана для уменьшения количества маны под его контролем, трещала по швам. Казалось, пожелай он, и печать тут же рухнет. Впрочем, до такого Корн не хотел доводить. Ведь тогда пострадают все, кто находился в зале. А он не собирался вредить ребятам из своей дюжины, они и так находились в плачевном состоянии.

Из-за того, что магии в его теле стало больше, в печать он влил столько энергии, сколько не вливал никогда. Оставалось надеяться, что волна пламени не заденет своих.

Мерцающая сине-красными всполохами печать быстро полетела вперёд, закручивая свои два кольца: одно красное и одно синее, в противоположные стороны. Огневики только рот успели распахнуть от удивления, как она подлетела к ним на расстояние руки и разрядилась.

Реальность превзошла все ожидания Корна. Взрыв был сильным, но направленным, пострадать могли лишь те двое, в которых он целился. Да и дыма в этот раз было немного, поэтому видимости мешала лишь секундная вспышка.

Корн ожидал увидеть лежащих на полу пятикурсников, но…

Они стояли, как ни в чём не бывало, а перед ними в воздухе парило существо, чуть меньше человека, сотканное из воды. По очертаниям оно отдалённо напоминало женщину, чьи ноги были представлены закруглённым хвостом, словно у морского конька. Существо мерцало голубоватым светом, его и парней позади него окружал прозрачный синий купол.

– Это… – сглотнул Корн.

Он уже понял, что таинственное существо было дэвом – стихийным существом, что могли призвать лучшие из лучших маги. Он впервые его видел и не мог не восхититься. Но что самое поражающее – он чувствовал необъятную магию этого существа. Ему никогда его не победить. Оно слишком… другого уровня.

Вперёд вышел Варгар.

– А… я, кажется, забыл вам сказать, что воздух – моя сопутствующая стихия. А вот вода – основная, – он широко ухмыльнулся.

Вода – основная? Корн был невнимателен!

Теперь понятно, как у него получилось так оперативно среагировать на выпущенное им заклинание! Корн скрывал манипуляцию огнём, но и не подумал, что нужно скрывать ещё и водную стихию. Конечно, среди пятикурсников должны были оказаться водники, но чтобы почувствовать едва заметные манипуляции маной, он должен был быть очень хорошим магом. В любом случае Корн ошибся. Несколько раз подряд.

– Шавр… – прошептал он, когда Варгар присел перед ним и задумчиво склонил голову набок.

– Что же мне с тобой делать? Хм… Второкурсник. Решено. Возьму тебя в свои подопечные, – он встал. – У тебя же ещё нет куратора? Да даже если и есть, откажись от него и перейди ко мне. Поверь, я научу тебя гораздо большему, – он прищурился.

Но его взгляд говорил о том, что обучение явно будет напоминать сегодняшнее. То есть он предлагал Корну стать для него постоянной грушей для битья.

Променять Мао на Варгара? Корн бессознательно рассмеялся.

– Тебя смешит моё щедрое предложение? Ведь я могу просто продолжить вас избивать, а, простите, оговорился… поучать, пока ты не согласишься.

– Дело даже не в том, что я не хочу, – с улыбкой ответил Корн. – Просто опасаюсь, что могут возникнуть некоторые сложности с моим нынешним куратором.

– С чего бы это? – пожал плечами Варгар. – Или мне сходить к нему и попросить… разрешения? – поднял он бровь.

– Думаю, стоит. Запиши его имя. Мао Ниро.

Брови Варгара слегка приподнялись.

– Мао Ниро – твой куратор? Не лжёшь? – он задумался. – С ним действительно могут возникнуть сложности. Ладно, оставайся у него. Но только… – Варгар перешёл на шёпот: – даже не думай жаловаться, иначе я вашу дюжину отправлю жить в лазарет, понял?

– Да я вроде и не жаловался, – пожал плечами Корн. – С чего бы мне это делать?

– Умная малышня, – довольно осклабился пятый капитан.

Он подошёл к Террану, которого уже подлечил Грэг. Но капитан всё ещё выглядел неважно, похоже, давал знать о себе эффект опустошения маны. То, что Терран ещё не вырубился, уже делало ему честь.

– Тогда тебе осталось отдать Рэтви, – Варгар протянул Террану лист со стилусом. – Подпиши здесь, и я оставлю твоих ребят в покое.

Терран прочёл и ухмыльнулся.

– Хочешь стать его куратором? Издеваешься? А потом он помрёт в течение месяца при очень странных обстоятельствах? Я что, похож на убийцу?

– Это не твоё дело, особенно если подпишешь бумагу, – холодно сказал подошедший к ним Глем. – А вот то, что твои ребята будут постоянно находиться в лазарете – дело как раз твоё.

Терран закусил губу. Очевидно, ни один из вариантов его не устраивал. Корн не знал, как бы поступил на его месте. Сдать Рэтви на растерзание этим мразям? Причём, если Варгар станет его куратором, по “согласию” обеих сторон, Рэтви уже никто от него не спасёт. Но и давать вытирать полы своей дюжиной ни один капитан позволить не мог.

Терран вздохнул и взял в руки бумагу и стилус. Он сидел на полу и вращал его, перебирая пальцами.

– Зачем он вам сдался? – посмотрел он вверх, на Глема.

– Разве мы раньше не говорили, нам не хватает прислуги. Если он будет слушаться, мы ничего ему не сделаем, – ответил огневик.

Терран сжал в руке стилус, а потом разорвал бумагу.

Варгар и Глем нахмурились.

– Значит, так? Тогда продолжим наш урок,– проговорил Варгар и махнул рукой, подзывая к себе дэва.

Дэв завис рядом с Варгаром, пока ничего не предпринимая. Но Терран от одного его присутствия побледнел, хотя даже не чувствовал его магии. Хотя… со своим огнём, должно быть, перед водным дэвом капитан был в ещё более незавидном положении, чем Корн.

– Подумай хорошенько. Всё равно закончится тем же. Просто мы разомнёмся получше, – сказал ему Глем.

– О! Я бы ещё размялся. Я не успел показать всё, что умею! – воскликнул Роб, подмигивая побледневшей Угиде.

– Да никто не успел, – похрустел пальцами Хикс. – К тому же их уже вылечили. Что, наши лекари ману зря тратили? Капитан, давай хотя бы ещё разочек их раскатаем? А потом пусть уже их лекарь над ними горбатится. А то мне труды Талес жалко.

Он встретился взглядом с целительницей, что только что встала после лечения Ихета, и улыбнулся. Талес улыбнулась ему в ответ.

– Не стоит переживать, моей маны хватит ещё на парочку кругов без проблем, – непривычно сладким тоном ответила она воднику. У Корна мурашки по спине побежали.

Хикс довольно рассмеялся.

– Цыц… – недобро посмотрел в его сторону Глем.

Остальные пятикурсники затихли и даже шевелиться почти перестали, стоя так, чтобы держать второкурсников в поле зрения.

Лекари вновь собрались в закутке, чтобы не мешаться в случае внезапного накала ситуации.

– Не передумаешь, Терран? – спросил Варгар. – Последний шанс.

– Если вам нужен лакей, я же тоже сгожусь? – Терран откинул стилус. Он подкатился к ногам Глема.

– Ты? В лакеи? – рассмеялся Варгар. – Почему бы и нет. Тогда мы тебя забираем, запиши меня в кураторы. Так даже лучше. Два по цене одного.

– Ох, как это по-капитански! Защитить дюжину, пожертвовав собой, – Хикс провёл под глазом, будто вытер слезу…

– Терран?! Ты спятил? Кто сказал, что мы на такое согласны? – вскочил Ихет, которого сразу же окатило волной, прибившей его к стене. Через секунду его за горло схватил Хикс.

– Ты же не думаешь, что до сих пор я дрался в полную силу? – спросил он водника.

Корн сжал кулаки. Террану нельзя было этого делать, но сейчас они просто ничего не могли противостоять никому из пятикурсников. Даже самая мощная атака слившихся стихий полностью провалилась. Второкурсники не были ровней пятикурсникам.

– Прекрати, Ихет, – проговорил Корн. – Таково решение капитана. Ты не можешь вмешиваться.

Даже если они опять станут драться, их просто ещё раз побьют. В итоге Террана всё равно заберут. Сейчас стоило его отпустить, а потом уже придумать достойный план по его спасению.

– Верно, – кивнул Терран вставая. – Таково моё последнее решение как капитана. Ихет, позаботься обо всех, – сказал он и, посмотрев на Корна, кивнул ему, как тому показалось, благодарно.

Корн сжал зубы. Несмотря на верное решение, он чувствовал себя предателем.

Пятикурсники ушли, забрав с собой Террана. Последней из зала вышла Талес. Перед тем как закрыть дверь, она встретилась взглядом с Корном и подмигнула.

Да как её понимать?!

Разве не она просила помочь разобраться с несносным поведением своей дюжины? А теперь сама помогала избивать второкурсников?

На чьей она стороне?

Глава 7

В зале повисла тишина. Её нарушил напряжённый голос Регерта.

– Знаешь её? – посмотрел он на Корна.

– Да брось ты, – отмахнулся Ихет. – Просто, как обычно, запала на его внешность и холодную отстранённость, – недовольно насупился Ихет.

– А что ты ему ответить не даёшь? – нахмурился Регерт.

Ихет сжал ладонь в кулак и угрожающе надвинулся на воздушника.

– Хватит вам препираться, – встал между ними Грэг. – Нам нужно Террана вызволять, а не друг с другом ссориться.

– Дело говорит, – кивнула Бора. – Только вот как? Никто ведь не хочет, чтобы его опять избили?

Все замолчали.

– Мы должны рассказать преподавателям, – сказала Угида.

Корн посмотрел на неё с сомнением. Она встретила его взгляд и пожала плечами.

– Ну а как ещё мы можем справиться? – спросила она, смотря на Корна.

– Не думаю, что это поможет, – он скрестил руки на груди.

– Почему? – нахмурился Ихет.

– Я что, один в этой Академии учусь, а вы так, в гости зашли? Правда, до сих пор не заметили, что драки здесь не то что запрещаются, они поощряются, – недовольно произнёс Корн. Почему он должен был озвучивать очевидные вещи, которые и так все знали.

– Они поощряются на равных… а не так, – присоединился к разговору молчаливый Фанан. – А так как сейчас, нечестно.

– Да уж, честь это точно не про них, – зло топнул Ихет. – А мы ведь спорили с ними, что если победим одного из них, то они оставят нас в покое! И что? Теперь они заявились нас избивать под предлогом “тренировки”?

– Вот-вот, они уже ссылаются на правила и администрацию. А теперь представьте, что будет, если мы пожалуемся на них! – поддержала Корна Шейла.

– Нет, может быть как хуже, так и лучше, мы не должны опускать руки! – возразила Бора.

– Наш капитан отсутствует. Решение должно приниматься большинством. Проголосуем? – предложила Угида.

– И что? – вмешался Корн. – Вот ты говоришь, может стать лучше или хуже, – указал он на Бору. – И это так. Но как мы справимся, если станет ещё хуже? Например, мы окажемся у них в подопечных, считай, станем их рабами официально?

Бора сглотнула.

– Я считаю, что капитан не заслужил такого отношения. Он старался и заботился о нас, – сказал Ихет, презрительно посмотрев на Корна. – Поэтому мы обязаны сделать всё, что в наших силах, чтобы его спасти.

Корн вздохнул. Непохоже, что у него получилось донести свою мысль. Но он чувствовал, что если вмешаются преподаватели, всё лишь усложнится. Не зря же они упомянули “администрацию” и несколько раз повторили про “тренировки”. Разве что сказать напрямую директору. Но, если бы всё было так просто, как бы пятикурсники могли себя чувствовать столь безнаказанно?

Корн поджал губы. В голове вертелось одно имя: “Мао”. Должен ли он поговорить с ним?

Пользоваться помощью Мао Корну совсем не хотелось. Возможно, в этом было виновато укоренённое с детства недоверие к семье Ниро и стойкое нежелание хотя бы о чём-нибудь их просить.

Как глупо… Ведь Корн уже просил лорда Ниро, и совсем не о незначительной услуге. Да и Мао, чтобы пройти в камеры, причём совсем недавно. Но опять просить его? Он старше всего на пару лет… Может, сейчас он ему и не ровня, но Корн всё же подсознательно считал его своим соперником и надеялся превзойти раньше, чем тот успеет выпуститься. И уж совсем не хотелось унижаться перед ним ещё больше. Но если ничего другого не останется…

Как же сложно!

Ребята провели голосование, и значительно перевесило мнение, что надо сообщить о происходящем преподавателям. Корн был недоволен исходом голосования, хотя даже сам не до конца понимал, почему так упирался.

И как-то так вышло, что именно ему выпало “счастье” всё им рассказать.

Корн шёл рядом с Ихетом и вслух недоумевал:

– Почему это должен делать я? Я ведь с самого начала был против!

– Ты обаятелен и говоришь красиво. Тебе веришь…

Корну очень захотелось зарядить кулаком меж бровей водника.

– Да ладно? – саркастически переспросил он.

– Правда-правда, – кивнул Ихет. – Да ты вообще не врёшь, как тебе можно не поверить? Твоя репутация в глазах преподавателей кристально чиста, и учишься ты прекрасно, да и у директора в любимчиках.

– Чего?! – возмутился Корн. – Как я вообще могу быть у него в любимчиках?

– Ты про свою родословную, что ли? – поднял брови Ихет.

Многие знали о том, что Корн до своего изгнания принадлежал к великой семье Массвэлов, что была врагом номер один для Ниро. А те, кто не знал, наверняка догадывались: в конце концов, двойные стихии встречались крайне редко. А говорящее имя его сестры – Корнелия – наводило на размышления любого думающего человека. Ведь двойняшкам часто давали созвучные имена.

Привычная маска отстранённости на лице Корна дала трещину. Его перекосило.

Ихет рассмеялся.

– Нечасто увидишь тебя таким. Ну прости-прости, что напомнил. Ну вот, как-то так… Ты единственный не в курсе, что лорд Ниро тебе благоволит, – усмехнулся водник.

Он постучался в кабинет директора. Корн напрягся.

Всё ли будет хорошо?

Из-за двери послышался женский голос:

– Войдите.

Корн с Ихетом переглянулись. Водник толкнул дверь, и они зашли внутрь.

За столом сидела красивая молодая женщина в зелёном платье. Её длинные каштановые волосы были убраны в высокую причёску, перед ней на столе лежала стопка бумаг, из которой она вытащила один лист, поставила на нём свою подпись и переложила в другую стопку поменьше.

Это была Малеса, руководитель целителей Чёрного дворца. Все её знали, потому что она часто бывала в лазарете и давала лекарям распоряжения. Но что она делала здесь? Ещё и за столом директора, да подписывая бумаги.

– Что у вас? – подняла она на них усталый взгляд. – У меня мало времени. Не тратьте его на молчание.

Ихет толкнул Корна в плечо: предполагалось, что говорить будет именно он.

– Прошу прощения, леди Малеса, а где директор? Мы бы хотели поговорить с ним…

– Я за него. Можешь говорить со мной. Лорд Ниро отбыл по делам государственной важности. Когда вернётся неизвестно. Меня же назначили его заместителем.

Корн опять замолчал. Он просто не представлял, как разговаривать с этой своенравной и холодной женщиной. Ещё и лекарем, они вообще славились своей эксцентричностью. Но он уже всем обещал.

Взяв себя в руки, Корн начал рассказ. Когда закончил, Малеса уточнила:

– Это всё?

– Да, – ответил Корн, уже предчувствуя её ответ.

– Так вы жалуетесь на то, что ваш капитан стал подопечным капитана пятикурсников по собственной же воле? Или на то, что они проводят с вами тренировки по моему распоряжению? – поджав губы, спросил она их. Её взглядом можно было прожигать.

– На то, что они слишком жестоки. И их тренировки иначе как избиением не назвать! – встрял в разговор Ихет.

Малеса смерила его презрительным взглядом.

– Что касается вашего капитана, он попросил сделать Варгара его куратором, и, поскольку сам Варгар не был против, я не увидела причин отказывать. Оба студента одарены и капитаны дюжин, вполне обычная практика таким объединяться. Пока Терран сам не попросит о расторжении кураторства, я не вижу ни одного повода вмешиваться в их дела. А на тренировках до этого, похоже, вас просто недостаточно обучали. Я разрешу Талес прихватить ещё пару целителей, чтобы следующая ваша тренировка не закончилась так быстро. У вас есть ещё какие-то пожелания? – спросила она.

– Да… да как вы… – Ихет от такого поворота аж заикаться начал.

Корн потянул его на выход. Что бы он сейчас ни сказал, только бы испортил всё ещё больше.

– У нас больше нет вопросов, – ответил Корн. – Просим прощения за беспокойство, – хотя слова его и были корректными, смотрел он на Малесу так, как не простил бы ни один преподаватель студенту. Однако заместитель директора уже уткнулась взглядом в бумаги.

– Вот и отлично. Свободны.

Корну пришлось почти вытолкнуть Ихета за дверь, тот ещё порывался что-то сказать Малесе, благо та не обращала внимания на его возмущённое ворчание.

Когда дверь в кабинет захлопнулась, водник вспылил.

– Почему ты не дал мне ничего сказать?

– А что, ты хотел стать вторым подопечным Варгара или, может быть, Глем тебе бы больше подошёл в кураторы?

Ихет скривился.

– Она… то, что она сказала… я что-то неправильно понял, или она пообещала, что эти придурки придут ещё раз и на этот раз накостыляют нам ещё хлеще?

– Всё ты правильно понял, – скривился Корн, потащив Ихета подальше от двери.

Когда они спустились до середины лестницы, Ихет взорвался.

– Да как она может быть такой стервой? Ей вообще без разницы, что творится в Академии, пока никто не помер?

– Я бы не взялся утверждать, что если кто-то помрёт, она сильно этому огорчится… Хотя, возможно, тогда у неё возникнут проблемы с директором.

– Но всё остальное позволительно? – схватился за лоб Ихет. – Чокнутая лекарша!

– Говори потише, если не хочешь оказаться на её лабораторном столе.

– Не шути так, – поёжился водник.

– Привет, – поздоровался с ними Мао. В руках у него была увесистая стопка бумаг.

– Привет, – кивнул Корн.

– П… привет, – восторженно выдохнул Ихет. Корн едва удержался, чтобы не пихнуть его.

Мао прошёл мимо, и Корн уже собирался пойти в общежитие, но Ихет схватил его за плечо и указал глазами на спину Мао. После чего Корн повернулся и посмотрел, куда указывал водник.

Мао постучал в дверь директорского кабинета, и через несколько секунд зашёл внутрь. Из-за двери раздалось радостный голос Малесы:

– Мао!

После чего дверь захлопнулась, и голоса больше не были слышны.

Ихет вопросительно посмотрел на Корна. Тот нахмурился.

Кажется, просить помощи у Мао действительно не стоило.

В итоге Корн с Ихетом рассказали всё, что произошло, их дюжине, и было решено подумать, как ещё можно помочь их капитану, не влезая в проблемы самим.

Прошло несколько дней.

Больше всего за судьбу Террана переживал Ихет. Корн же задумывался, почему его вообще должно было это волновать? Он вполне неплохо бы прожил и без Террена в капитанах. Он бы никогда не назвал Террана другом после того, как тот издевался над ним на первом курсе. Если так подумать, Корн и так сделал для него куда больше, чем следовало. Даже у Мао ради него одолжения попросил!

Поэтому самого Корна не особенно тяготила данная ситуация. Конечно, нынешний Терран был образцовым капитаном, что защищал своих подчинённых. Но, в конце концов, разве его кто-то заставлял приносить себя в жертву? По мнению Корна, он поступил очень недальновидно и глупо. Корн скривился – его подташнивало, когда он задумывался, насколько же преобразился Терран со времён, когда впихивал ему в рот аморфотит, с которого Корн отравился так, что лежал в лазарете неделю с весьма мерзкими симптомами. И то, если бы не везение, он бы пролежал там целый месяц.

После одной из тренировок к Корну подошёл Ихет:

– Так и знал! Ты всё ещё злишься на нас за… ну, за то, что мы не ладили на первом курсе? – спросил у него водник.

– Что? – нахмурился Корн. – С чего это вдруг ты решил со мной по душам поговорить?

– А! – указал на него водник. – Ты не отвечаешь. Точно злишься!

– Это не так.

– Тогда почему ты не отвечаешь прямо? Когда ты так делаешь, это значит, что ты хочешь умолчать правду!

Корн вздохнул. Кажется, о его неумении лгать известно уже всем вокруг.

– Да какая разница? – отмахнулся Корн.

– Разница есть. Потому что ты не предпринимаешь никаких действий по вызволению Террана…

– Слушай, Ихет, – Корн встал и схватил водника за ворот рубахи. – Ты с какого перепуга решил, что я должен их предпринимать?

Ихет оторопел и замялся.

– Ну… ты… эм, – не мог он подобрать нужных слов.

– Я, как сейчас, помню вкус аморфотита. Если ты считаешь, что я отчего-то должен делать для Террана что-то ещё, кроме того, что уже успел, то я тебя сегодня же накормлю этой травой. Идёт?

Ихет поджал губы и замотал головой.

– Не надо.

– Я и так уже вытащил его из камеры и даже сходил на ковёр к Малесе. Удовольствие, скажу, ниже среднего. Так что ты ещё от меня хочешь?! – Корн оттолкнул водника.

От неожиданности тот не удержал равновесие и упал на пол.

– Чтобы я от тебя больше имя Террана не слышал, – проходя мимо водника, Корн сделал вид, что собирался его пнуть. Водник дёрнулся в сторону, а Корн прошёл мимо. Как же его всё достало.

В конце концов, в его жизни, оттого что из неё исчез Терран, ничего не изменилось. И даже Варгар к нему просто так не полезет, ведь его куратор Мао. И совершенно фиолетово, в сговоре ли он с Малесой, потому что одно его имя защищало Корна от всяких придурков вроде пятого капитана и его заместителя. Все эти издевательства над более слабыми, происходящие в каждом уголке Академии, его не касались.

И вот всё, о чём он сейчас думал, было стопроцентной правдой, так почему на душе становилось так мерзко? Словно там постоянно моросил холодный осенний дождь. Корн пнул ни в чём не повинный куст, а затем разжёг в руке огненный шар и кинул его вверх, рассматривая, как тот затухает в десятке жезлов над головой, где Корн уже не мог поддерживать в нём магию.

– Как же достало! – вслух выкрикнул он.

Сзади раздался девичий голос.

– Ух ты, какие мы страшные…

Корн обернулся и хмуро уставился на Талес.

А вот и та, кто, определённо, сделает его и так незадавшийся день ещё более отвратительным.

– Привет-привет, – помахала Талес Корну и подмигнула. – Я тоже рада тебя видеть в полном здравии.

Неужели это был намёк на то, что их дюжиной недавно протёрли пол?

Эта девица очень раздражала Корна. Настолько, что он даже не мог сейчас с ней нормально разговаривать. Он боялся, что, если раскроет рот, скажет что-то, о чём даже сам потом пожалеет. Какая бы стерва перед ним ни стояла, она всё ещё была девушкой, Корн не хотел опускаться до того, чтобы вступать в кошачьи драки, хотя мысль о том, чтобы кто-то оттаскал Талес за волосы, его странно умиротворяла.

– Эм… у тебя какой-то неправильный взгляд, – поёжилась лекарь под его пронизывающим взором. – Мне от него жутко становится. Тебе говорили, что когда ты злой, вся твоя красота оборачивается на сто восемьдесят градусов и лишь добавляет твоему виду жути?

Корн ухмыльнулся. Кажется, он немного пришёл в себя, чтобы быть способным с ней общаться без рукоприкладства.

– Нет, мне не говорили, – спокойно ответил он. – Он такой, возможно, потому, что никто ещё меня не бесил столь сильно, как ты.

– Бр-р… И такое ты заявляешь прямо симпатичной девушке в лицо? – Талес потёрла себя за плечи, будто замёрзла. – Я уж молчу, про то, что я из пятой дюжины, – она приподняла подбородок и посмотрела на него уже без показной игривости. – Разве ты не хочешь узнать, как поживает ваш капитан?

Корн нахмурился. Он не понимал, хотел ли он знать. Немного поколебавшись, он решил, что нет.

– Проживу без этого знания.

Брови Талес слегка поднялись.

– А как же твоё обещание помощи?

– Полагаю, оно аннулировано в связи с тем, что ты встала на сторону врага? – Корн приподнял бровь.

Талес быстро заморгала.

– Я не вставала. А-а-а… ты, должно быть, о том, что я не дала вашему лекарю сразу вас вылечить? Дак того требовала ситуация. Думаешь, если я открыто пойду против Варгара и Глема, чего-нибудь добьюсь?

– Мне плевать, – развёл руками в стороны Корн и ушёл от Талес.

Он не собирался вести дела с такой предательницей, как она. Такие раздражали его больше всего.

Лекарь догнала его и схватила за руку. Отчего Корн окаменел на секунду, а затем выдернул свою ладонь из её.

– Ладно-ладно… – подняла она руки. – Я тебя не трогаю. Не гневайся ты так. Ты правда пугаешь, когда злой.

Корн проигнорировал её и зашагал дальше по дорожке, надеясь, что больше никогда не пересечётся с этой ненормальной.

Талес осталась стоять на месте, её шагов не было слышно. Корн уже было облегчённо вздохнул, когда та тихо, будто сама с собой, стала говорить:

– А у меня был такой план. Ты бы мог проведать своего капитана, а я бы тебя обучила магии исцеления. Может, ты бы его даже смог спасти, а то, если так дальше и пойдёт…

Корн остановился.

Ну неужели он поведётся? Было же очевидно, что она делала. Но, может, ему хотя бы спросить, что там с Терраном?

Корн обернулся.

– Что с нашим капитаном?

Талес улыбнулась, а затем равнодушно ответила:

– Он в коме.

Глава 8

– Это ты так сейчас неудачно пошутила? – нахмурился Корн. Он надеялся, что это действительно было так.

Прошло всего несколько дней со времени, когда Терран стал подопечным Варгара. Даже если их капитану и досталось, как пятикурсники могли так быстро довести его до столь плачевного состояния.

Ошибка? Случайность? Несчастный случай?

Что более важно, как бы его дюжина до сих пор могла не знать о критическом состоянии их капитана? Пятикурсники же просто сказали им, что Терран какое-то время будет занят и может не появляться на тренировках. Это было в пределах ожидаемого, поэтому никто и не думал беспокоиться. Даже если Терран какое-то время будет практически жить у пятикурсников, это всё ещё было приемлемо, ведь Варгар теперь официально являлся его куратором.

Но кома? Корн не представлял, как такое могло произойти с их капитаном. Их Академия, может, и не была самым спокойным местом, но не скатилась же она столь низко! Здесь учились почти все юные маги Аталии, включая отпрысков знатных семейств, к коим, кстати, принадлежал и сам Терран. Аристократы бы не отпускали своих детей в Академию, если обучение было бы сопряжено со столь высокими рисками. Хотя в Аталии всегда ценилась сила, некоторые риски считались даже полезными для воспитания молодёжи.

– Ну… прости, но придётся тебя расстроить. Он, правда, в коме, – развела Талес руками в стороны.

Корн подошёл к ней и взял за плечи. Они с Талес были одного роста. Корн тряхнул её, лекарь поморщилась.

– Как… это… произошло?! – чуть ли не по слогам выдавил из себя Корн.

– Корн, я, конечно, не против того, чтобы меня обнимал красавчик, но ты делаешь больно, – она выразительно посмотрела на пальцы Корна, что впивались в её плечи.

– Да демоны! – Корн отпустил её, но остался стоять так же близко, вглядываясь в глаза. – Отвечай.

– Ну… Терран не удержал язык за зубами, и они вспылили. Что тут объяснять, – отвела она взгляд.

– Где он?

– В нашей комнате. Ну, ты же знаешь, что у дюжин есть помещения в Чёрном дворце, определённые за ними? Но только у младших курсов от них только название, они слишком маленькие, в них даже почти никто не заходит, а вот у четвёртого и пятого курса они вполне ничего. Почти хоромы, – улыбнулась она.

– Почему он там, а не в лазарете?

– Корн, ты меня расстраиваешь, – Талес сделала шаг назад и поправила сбившийся пиджак. – Казался таким спокойным и умным, а тут вспылил, ещё и тупишь… Разумеется, он там, потому что мои одногруппники не спешат распространяться о его состоянии и хотят замять это дело.

– Но ему нужна помощь! – Корн проигнорировал унижение от Талес, сейчас дело было важнее. На кону стояла жизнь.

– Он её получает. Или ты сомневаешься в моих навыках?

– Но Малеса смогла бы больше, чем ты!

– Не думаю, что она заинтересовалась бы этим случаем. Скорее всего, она бы всё равно к нему даже не подошла. А после неё я – лучшая.

Может быть, Талес и не врала. Всё же она была лекарем пятой дюжины, было вполне логично, что у неё отличные навыки. Но оставлять Террана на её “заботу” Корну вовсе не хотелось.

– Каково его состояние?

– Оно… необычное. Будь оно простым, я бы уже смогла поставить его на ноги. Но с ним что-то происходит, и я не могу в этом разобраться. В конце концов, я училась на лекаря, а не на мага-теоретика! – она надула губы.

– О чём ты говоришь? – не понял Корн.

– В его теле происходит смешение нескольких источников магии, я затрудняюсь их чётко определить. Если проще, это не из-за того, что мои одногруппники набили ему морду… Ой, я имела в виду, немного побили его. Да, так звучит лучше, – покивала она сама себе.

– Разные источники магии?

– Именно. Так что, поможешь разобраться? Слышала, ты даже сам печати разрабатываешь. Кажется, это вполне в твоих силах.

– Ты же сама сказала, что пятая дюжина держит всё в секрете – меня даже к нему не подпустят.

– Поэтому у меня и есть гениальный план! – она широко улыбнулась и хлопнула в ладоши. – Послушаешь?

План Талес был “гениален” настолько, что Корн сомневался, участвовать ли в нём целых два дня, а затем ещё день готовился к его осуществлению. И всё же он до сих пор не мог поверить, что согласился на эту авантюру. Он объяснял себе, что делал это исключительно потому, что Талес, будучи лучшей целительницей-ученицей, предложила обучать его… И сам не верил в то, что это было правдой. С другой стороны, ну не ради же Террана он собирался рисковать своей шкурой?

Они были вдвоём в его комнате.

Талес протянула руки к лицу Корна и поправила длинную прядь его светлых волос прокомментировав:

– А тебе даже идёт. Не думала, что такое возможно, но вот, правда. Гюно неожиданно похорошел, – рассмеялась она.

Корн повернулся к зеркалу. Его тело осталось без изменений, но вот лицо… Теперь на него смотрел совсем другой человек, совсем не тот, которого Корн привык видеть в отражении. Длинные светлые волосы, бледное лицо, едва заметные синяки под голубыми глазами и узкие губы. Он выглядел старше себя, лет на девятнадцать.

Осторожно проведя по более пухлой, чем его, щеке, кончиками пальцев, Корн покачал головой.

– Это я не могу поверить, что магия земли способна на такое.

– Ну… Такое возможно только в руках мастера, – подмигнула Талес отражению Корна. Тот через зеркальную поверхность встретился с ней взглядом, и она вздрогнула.

– Никогда не замечала, что Гюно, оказывается, симпатичный, – Талес задумчиво постучала пальцем по губам. – Возможно, красивым человека делает вовсе не мордашка, а поведение и… взгляд?

– Хватит уже, – скривился Корн, снимая с себя заколку-артефакт, что подарила ему сестра. Волосы тут же удлинились и стали его собственными: чёрными, уже достигающими середины спины. – А то я подумаю, что ты ко мне клеишься…

Талес захохотала.

– Нет, прости, малыш, но ты не в моём вкусе.

– Как камень с сердца, – хмыкнул Корн. – Не представляешь, насколько ты не в моём. И не называй меня так.

– Я вовсе не к тому, чтобы делать тебе комплименты. Я про то, что ты должен вести себя похоже на моего помощника, лекаря Гюно. Ты же его видел? Он хоть иногда и бывает упёртым, но в основном не отрывает взгляда от пола, сутулится и прячется за волосами, как за ширмой. Ты такое вообще способен изобразить? У тебя взгляд обычно настолько колючий, что я диву даюсь, как ты им во мне до сих пор дыру не прожёг.

– Не волнуйся. Этот взгляд только для тебя. Обычно я смотрю менее… эмоционально.

– Аха-ха-хах… – опять рассмеялась Талес. – А по тебе и не скажешь, что ты умеешь шутить.

– А я не шучу, – серьёзно возразил Корн, и Талес схватилась за живот. Корн не обратил внимания на её начинающуюся истерику и спросил: – А с самим Гюно проблем не возникнет?

Лекарь отсмеялась, утёрла слезинку под глазом и ответила:

– Он сильно пострадал во время тренировки. Не сможет ходить ещё пару недель, которые ты вполне можешь его подменить, так что всё будет хорошо. А мы скажем, что ты, то есть Гюно, уже восстановился.

– А пострадал он, стало быть, тоже из-за лишнего старания твоих одногруппников?

– Да, – серьёзно ответила Талес и вздохнула. – Пора бы им остановиться. Но, кажется, становится лишь хуже.

– Ты знаешь, когда вернётся директор?

– Нет. Но даже не надеюсь, что он придёт и всех спасёт. Так бывает только в сказках.

Корн кивнул. Даже будь здесь лорд Ниро, возможно, ничего бы не изменилось.

– Гюно лечат там, где однокурсники его не найдут? – ещё раз уточнил Корн.

– Да. Я сделала всё для того, чтобы никто из них его не увидел. Конечно, шанс попасться остаётся. Но я и его самого предупредила, так что он постарается не высовываться. Да и тяжело это делать, когда тело едва шевелится, – поджала губы Талес.

Корн подумал, что грусть, которая сейчас отражалась на её лице, была столь нехарактерна для Талес, что она должна была питать к Гюно чувства. Хотя нет, она так о нём говорила, что никогда даже к его лицу не приглядывалась. Могла ли она не обращать внимания на лицо человека, который ей нравился?

Хотя кто поймёт девушек, да ещё и лекарей. Они вообще отдельный вид магов, у которых в голове демон ногу сломает. А если это ещё и девушка-лекарь…

Корн уставился на Талес и вздохнул. Ну почему в союзники ему выпала именно она?

Комната пятой дюжины находилась на третьем этаже Чёрного дворца. Корн поднялся по лестнице, наверху его уже ожидала Талес, одетая в свой обычный зелёный спортивный костюм. Она ему подмигнула и двинулась вперёд. Корн пошёл за ней, с трудом подавляя любопытство. Он находился на третьем этаже впервые. Ведь младшекурсникам просто не дозволялось сюда заходить.

Хотя по своему стилю он не сильно отличался от первых двух. Величественные барельефы светлых оттенков на почти белоснежной стене. А вот пол был неожиданно чёрным, создавалось ощущение того, что ты стоишь на твёрдой земле посреди необъятного пространства.

Талес провела его до двери и замерла оглянувшись. Тихо шепнула:

– Готов?

Корн кивнул, и они зашли в помещение.

Оно было неожиданно просторным. В его оформлении преобладали оранжево-золотые цвета. Пара длинных коричневых диванов стояли напротив друг друга, три кресла расположились по комнате рандомно, без всякой логики. Небольшие деревянные столики и… три шкафа с книгами вдоль стен. От них-то Корн и не мог оторвать взгляда. А как же правило, что книги запрещено хранить где-либо, кроме библиотеки? Значит, пятой дюжине даже его разрешалось нарушать?

– Ба! Смотрите-ка, это же Гюно! – воскликнул Хикс, полулежащий на диване. Он лениво потягивал какой-то жёлтый сок из высокого бокала.

Помимо него, здесь находились Глем и Пэйт. Рыжий заместитель пятого капитана читал книгу, сидя на свободном диване, а Пэйт наливал сок из прозрачного графина, после чего передал стакан Глему.

Быстро оглядевшись, Корн опустил голову, стараясь наклонить её таким образом, чтобы волосы закрыли его лицо.

– Правду говорят, лекари быстро восстанавливаются, – сказал Глем. – Ну, чего встал? Иди по своим делам, – он усмехнулся. – Или ждёшь, что мы тебе сока нальём?

Пэйт рассмеялся.

Корн взглянул на Талес, топтавшуюся у следующей двери, ведущей внутрь, и поспешил к ней. Они прошли внутрь и оказались в светлой палате. Дверь плотно закрылась, и Корн вздохнул от облегчения, разгибаясь и выпрямляя голову. Притворяться кем-то, кем не являешься, так утомительно…

Комната была небольшой и в таких же светло-зелёных тонах, как лазарет. Здесь было всего три койки. На центральной с закрытыми глазами лежал Терран, остальные пустовали.

Корн подошёл к нему и стал рассматривать капитана. Талес деловито спросила:

– Что можешь сказать по внешнему виду о состоянии пациента?

– Выглядит здоровым. Немного бледен, но можно списать на то, что он плохо питался в последнее время. Внешних повреждений незаметно.

– Ага, давай осмотрим его тело. Талес стянула с Террана одеяло. Он оказался в одних трусах, неожиданно ярко-красного цвета. Корн покосился на Талес. Та стояла сбоку от кровати, будто ничего необычного не происходило. Ну да… лекарь же.

– Ты будешь его ощупывать, или мне покрутить его для тебя? – она схватила Террана за плечо и перевернула набок, затем потянула простыню на себя, вместе с телом капитана, и толкнула его. В итоге он оказался лежащим на животе. Корн удивлённо посмотрел на более широкую, чем необходимо, простынь. – А… это? – увидела Талес его взгляд и пожала плечами. – Мне периодически надо его крутить, так что я приспособила всё для своего удобства.

На спине Террана тоже ничего не было, и Корн помог Талес перевернуть его обратно.

– Ну… можем на нём экспериментировать сколько влезет. Он всё равно ничего не почувствует. Как у тебя обстоят дела с заживлением порезов? Умеешь? – лекарь достала со стола тонкий нож с острым лезвием и крутанула его в руке, задумчиво проговорила: – Насколько же большой разрез сделать?

Когда Талес поднесла лезвие к голени Террана и уже собиралась сделать надрез, Корн схватил её за руку и зашептал, боясь, что иначе повысит голос настолько, что в соседней комнате их услышат:

– Спятила?!

– Почему это? – нахмурила брови Талес. – Ты уже передумал учиться?

– Не передумал я. Но разве нормально для этого резать Террана?

– Это самый эффективный способ. Не волнуйся, – она усмехнулась, – он не обидится. Ведь если ему не сказать, он об этом просто не узнает, – она подмигнула Корну и вновь потянулась рукой к неподвижному телу.

Корн сжал её запястье сильнее.

– Пусти…

– Только если пообещаешь не вредить ему.

– Какой ты… зануда! О-бе-щаю! Доволен? – она стряхнула руку Корна. – Только вот если не на нём, то как мы будем практиковаться? Здесь других подопытных не наблюдается, – она изучающе посмотрела на Корна. Снизу вверх и сверху вниз. Корна пробрал холодок. – Тогда будем резать тебя? – подняла она бровь.

– Лучше уж меня, я хотя бы согласие на это могу дать, – поджал губы Корн.

– Но я не хочу тебя… Мне тебя жалко!

– Ну и отлично, я как бы тоже не хочу быть порезанным…

– Эх, придётся тебе лечить здорового, чего уж теперь. Лучше так, чем вообще никак. Слушай, что нужно сделать…

Талес долго объясняла Корну, как нужно применять базовые и основные заклинания исцеления при тех или иных болезнях и травмах. После чего требовала выполнения изученного материала на практике.

В итоге Корн так выдохся, что едва стоял на ногах. И это притом, что Талес несколько раз вливала в него ману, пополняя его резерв. Как раз, когда она делала это в третий раз, положив свои руки на плечи Корна, дверь в комнату открылась, Корн вздрогнул от неожиданности и поспешил войти в образ Гюно, опустив взгляд.

– А что это вы тут делаете? – ехидно протянул Глем. – Да ещё так долго. Уже ночь на дворе, а вы всё ещё вдвоём наедине.

– Терран, вообще-то, ещё жив, – вырвалось у Корна.

Глем перевёл на него подозрительный взгляд. Корн не изменял голоса, а его обычный тон звучал слишком громко и чётко для Гюно.

– Кто это у нас тут что-то вякнул? – подошёл к нему вплотную заместитель пятого капитана.

Сердце Корна громко бухало в груди. Надо же, на ровном месте спалиться!

Корн был уверен, что теперь Глем заподозрил что-то неладное.

– Чего это мы такие борзые стали? Неужели перед любимой девушкой хорохоримся? – усмехнулся он, после чего схватил Корна за шею и стал душить.

Корн попытался разжать запястья Глема, но у него никак не выходило.

– Так вот, дорогой мой Гюно, – произнёс рыжий. – Чтобы что-то вякать, надо сначала стать способным иметь дело с последствиями. Ты же не можешь с ними справиться. Cмотри… Талес, в отличие от тебя, знает своё место и не лезет не в своё дело.

Голова Корна начала кружиться от нехватки кислорода. Он терпел, надеясь, что Глем не задушит его по-настоящему. Но в его руках начала концентрироваться мана водной стихии. Конечно, было бы плохо, если Глем узнал, кто он на самом деле, но куда хуже было умереть!

Наконец, Глем отпустил шею Корна, и тот обессиленно повалился на колени, упёрся руками в пол и попытался отдышаться.

– Ну так что, Талес, можешь сказать о его состоянии? – указал Глем на Террана. – Разобралась, что с ним?

– Я провела все обследования, которые только было можно, но… Я уже вылечила его, но почему-то он всё никак не может очнуться. Причина точно не в теле, а в системе его магических каналов или, возможно, даже в разуме.

Корн отдышался, но не спешил вставать. Вполне в характере Гюно сейчас сидеть и бояться Глема, он бы точно больше не стал нарываться, да и Корну не хотелось.

Этому рыжему, похоже, дурь в голову ударила от его статуса. Корн едва удержался, чтобы не фыркнуть. Какой же этот Глем придурок.

– Подробнее…

– У меня есть теория, что в нём столкнулись две магические силы, обе они довольно сильны, кроме того, обе нетипичны и их нельзя обнаружить с первого взгляда. Заклинания диагностики едва могут определить их присутствие, никаких более конкретных результатов они не показывают.

– Эх… Много умных слов, и никакого толку. Мне бы не хотелось обращаться за помощью к твоей сестре. – Глем подошёл к Талес ближе. Он находился к ней так близко, что, подайся он чуть вперёд, их губы бы соприкоснулись. – Тогда ты станешь некомпетентным лекарем, – понизил он голос и провёл пальцем по её щеке. – Ты ведь знаешь, что тогда будет? – он перехватил пальцами её подбородок и приподнял, проведя указательным пальцем по губе. – Бесполезные нам в дюжине не нужны.

Талес словно окаменела, хоть и смотрела прямо на рыжего, но будто его не видела. Глем приобнял целительницу за талию, его рука медленно заскользила вниз…

Корн больше не мог этого выносить. Рядом с ним стоял столик с несколькими склянками. Он поднял руку и, не глядя, зашарил по столешнице, наткнулся на что-то и смахнул на пол.

Одна из склянок, издав громкий стук, упала на пол и покатилась к ногам рыжего. Глем обернулся, и Талес, воспользовавшись моментом, вывернулась из его рук и выбежала за дверь.

Глем угрюмо посмотрел на закрывшуюся дверь и, переведя хмурый взгляд на Корна, проговорил:

– Ну вот мы и одни…

Всё же не зря Корн сомневался: план Талес оказался провальным. Хотя Корна до сих пор принимали за другого человека, это разве что добавляло ему больше хлопот, теперь он даже не мог использовать атакующую магию. Личина лекаря-пятикурсника, как оказалось, вовсе не гарантировала безопасность.

Демоны… Чтоб он ещё хоть раз доверился странной девице с полчищами тараканов в голове!

– Так что, Гюно? Прошлого раза тебе не хватило? – Глем поднял Корна за воротник и прижал к стене. – Говорил же, чтобы ты перестал так смотреть на Талес.

Смотреть на Талес?

Даже если Гюно и смотрел на неё как-то не так, этого точно нельзя было сказать о Корне! Да она вообще ему не нравилась!

– Я и не смотрел, – попробовал он оправдаться.

– Хах, да что ты говоришь? А то я сам не видел. Скажешь, что и грохот ты раздал совершенно случайно?

Ну, допустим, нет.

Хотя Корн не врал, он часто не договаривал, оставляя додумывать собеседнику. Обычно люди вполне самостоятельно доходили до выводов, далёких от правды.

– Я просто хотел встать, – Корн старался не смотреть в лицо огневику. Вдруг он примет это как вызов.

– Это даже неважно, – Глем отпустил воротник Корна и отошёл на шаг. – Знаешь, что мне в тебе нравится, Гюно? – улыбнулся он. – То, что, будучи лекарем, ты живуч, как крыса: раны твои исцеляются куда быстрее, чем у прочих. Ты же просто создан для того, чтобы я тебя бил!

Глем улыбнулся, и в его руке вспыхнул огненный шар.

Корн нахмурился. Водяной щит бы его прикрыл, но тогда он не сможет больше притворяться, и, скорее всего, тогда ему достанется лишь сильнее. Ежели попробовать применить магию земли, то он больше не сможет отбросить свою притворную личину. Ведь о его третьей стихии больше никто не должен узнать!

Корн решил притворяться до последнего. Он уже зашёл довольно далеко, чтобы теперь идти на попятную. Пятая дюжина стала позволять себе слишком многое, да и Террана в столь плачевном состоянии, совсем одного на территории врага Корн оставлять не хотел. Может, капитан и не его друг, да и хороший ли он человек под большим вопросом, но всё же такого он не заслужил. Кроме того, он попал в такую ситуацию из-за того, что прикрыл свою дюжину. За это Корн его уважал.

Глем сжал кулак и ударил Корна под дых. Что ж, это хотя бы не огненная магия. Последовало ещё несколько ударов по корпусу, и Корн активировал магию исцеления, хорошо хоть Талес только что пополнила его резерв. Тёплая волна прокатилась по телу, исцеляя раны.

Огневик продолжал наносить удары, а Корн их исцелял. Но долго так продолжаться не могло. Глем всё больше входил во вкус, его удары становились сильнее, а мана Корна постепенно расходовалась. Шавр, если так пойдёт и дальше, его всё равно изобьют до ужасного состояния, как, видимо, и было с настоящим Гюно, после чего тот до сих пор не поправился.

Через десять минут Корн выжал последние капли магии, чтобы хотя бы частично залечить полученные ушибы. Глем же даже до пламени в итоге дошёл. Корн начал всерьёз сомневаться в его адекватном психическом состоянии. Ну кому из нормальных людей придёт в голову избивать того, кто ему ничего не противопоставляет?

– Какой же ты слабак, – сплюнул Глем. – Надо тебя придушить, и дело с концом. Такой, как ты, не заслуживает даже глаза мозолить.

Его действия не отставали от слов. Он схватил Корна за горло и вновь принялся душить. Но выражение лица Глема намекало на то, что на этот раз останавливаться он не планировал.

Он серьёзно решил убить своего одногруппника? Вот так вот просто… ни за что?

Корн не собирался так просто здесь помирать. Он призвал магию земли, и побеги вырвались из пола, опутав ноги Глема. Огневик посмотрел вниз, и зелёные побеги вспыхнули, сгорев за секунду. При этом его рука сжимала горло Корна с каждым мгновением лишь сильнее.

Ну уж нет!

Пока Корн оставался в сознании, он должен был предпринять что-то для спасения своей жизни. Он сосредоточился и стал формировать печать двух стихий. Глаза Глема расширились – похоже, он ощутил магию своей стихии.