Широков Алексей

Маг сельского профиля 3

Глава 1

— Ага, значит тут они и ехали. — я как настоящий следопыт щупал след от снегохода, глядя на бескрайние сибирские просторы. — Или не здесь? Ты можешь нормально сказать, а не издеваться?!!

— Кар!!! — как эта грёбаная птица умудряется в одно и то же “кар” вложить столько эмоций я не понимал, но точно знал, что сейчас ворон покатывается от смеха. — Ка-ар!!!

— Да иди ты! — я поднялся на ноги, отряхнувшись от снега. — Сам знаю, что следопыт из меня как из дерьма пуля! Чего ты хочешь, я родился и вырос в Москве! Мы там, знаешь ли, на молоковозы не охотились и по следам на асфальте не определяли в какой магазин колбасу повезли! Так что будь добр, объясни нормально, куда эти грёбанные охотнички делись!!!

Ворон лишь насмешливо повёл глазом и, вспорхнув с руля снегохода, начал описывать круги по расширяющейся траектории. А я, поправив Сайгу за плечами устроился на сиденье, следя за птицей. Минус сорок пять не давали расслабиться, но пара минут у меня ещё была. К тому же в хорошей военной парке, тёплых, ватных штанах, балаклаве и удобных перчатках всё же было не так холодно. Ну и плюс амулеты под мышками, честно купленные у берендеев. Деревянные кружки из можжевельника, покрытые рунами давали ровное тепло градусов в тридцать семь, за счёт расположения позволяющие долго находиться на улице даже в самый лютый мороз. У оборотням-медведям за ними всегда очередь стояла, и пусть работали амулеты максимум один сезон, но пользы приносили огромное количество. Так что я пока мог даже немного расслабиться, вспоминая как дошёл до жизни такой и оказался один посреди зимнего леса.

Хотел бы я сказать, что после Краснозёрки проснулся знаменитым, но куда там. Во-первых, ещё целый месяц никакой информации о происшествии в средствах массовой информации не появлялось, а во-вторых, я и спать то не ложился. Как обычно происходит, после того как обожглось на молоке начальство принялось дуть на воду. И ладно бы руководство Краснозёрского ПМАКа отправилось под суд, но по всей стране в срочном порядке начали проверять кладбища. А ну как где затаилась очередная пакость? И неважно, что по-хорошему у нормальных руководителей их и так два раза в год обследуют, это никого не волновало. Сказано делать, оставалось только взять под козырёк и выполнять. И угадайте, кого погнали по всей области потому что и своя машина под задницей имеется, да и просто самый молодой? Правильно! Меня, блин!!!

Я даже толком отдохнуть не успел, вырубился как только зашёл в номер гостиницы, а через четыре часа мне уже долбились в дверь, потому что руководство рвало и метало. Им требовалось вот уже сейчас отчитаться что всё сделано, так что вставай, маг, труба зовёт! Чудом удержался от того, чтобы не проклясть настырных начальников всех мастей скопом и по отдельности, и то, что по факту я ни одного проклятия не знал меня совсем не смущало. Как там говорится, магия — это сплав воли и желания? Вот я очень желал и воли бы мне хватило. Но сдержался. И кое как запихнув в себя завтрак, даже не почувствовав вкуса, прыгнул в машину и погнал по области.

Единственными плюсами во всей этой ситуации было то, что пока я спал мне поставили “Алтай”. Даже номер присвоили. Вот могут же суки, когда жареный петух со спины подберётся. И далеко не факт что он их клевать собирался, ой не факт! Знаю я этих петухов, навидался в деревне. Вторым положительным моментом стало сопровождение милиции. Две машины поддержки, плюс эскорт от ГАИ. Гоняй, не хочу! Старичок НЭШ даже как-то взбодрился, но всё равно выше восьмидесяти не выдавал, да и их с трудом. От предложений пересесть на другую машину я категорически отказался. Нет уж! Я на своей, а кому не нравится, тот сам может ехать и ковыряться с каждым кладбищем сам! Желающих почему-то не нашлось и я остался при своих. Что с одной стороны радовало, с другой скорость всё же была не мой конёк.

Ещё приятным бонусом оказалась оплата труда. По факту я считался призванным на действующую службу во время чрезвычайного происшествия и платили мне по сетке офицеров спецподразделений во время боевых действий. Неплохо платили, прямо скажем. Правда об этом я узнал сильно позднее, а пока сгрёбся и погнал работать. И надо сказать, это было совсем не то, что я ожидал вначале. Вот совсем не то. Но обо всём по порядку.

Я ведь думал как? Сейчас прокачусь по основным трассам области, буду заезжать в посёлки и города, проверять и ехать дальше. Но когда мне принесли карту с помеченными для проверки кладбищами… я и не знал, что здесь столько пропавших деревень!!! И в основных населённых пунктах, райцентрах и крупных сёлах, уже справились и без меня. А вот мелкие, заброшенные кладбища вдруг никто без некроманта проверить не мог! Гонять Кутайсова по таким задачам было всё равно что лупить по мухам микроскопом, да и послать мог уважаемый маг первой категории так далеко и надолго, что вряд ли бы кто сумел вернуться, а кого пошлёт молодой специалист Новиков Лука? Вот именно! И пришлось мне почти две недели таскаться по самой жопе мира, где следы цивилизации не встречались даже случайно.

Уже на третий день, выбравшись из очередных кушнырей, я заехал в ближайший Коопторг и основательно там закупился, потратив все наличные деньги. И только потом осознал как это смотрелось со стороны. Грязный, заросший щетиной мрачный парень, за спиной у которого висит жуткий жезл, а на плече сидит призрачный ворон, в окружении милиции набирает носки, нательное, тушёнку, крупы, сахар, соль, спички, туристический набор посуды, и прочие нужные для выживания в лесу вещи. Отдельно могу вспомнить только инфракрасный примус-обогреватель “Луч”. Как оказалось, только автомобильной печки, пусть и независимой, что-то маловато, поэтому дополнительный источник тепла лишним не был. Ну и покушать приготовить можно, это тоже важно. Так что я закупился и снова ушёл в леса.

Что сказать о моём двухнедельном походе? Слова были в основном матерные. Я много раз порадовался что взял с собой скайборд, хоть погода к полётам нифига не располагала. Но точно так же она не располагала к путешествиям по посёлочным дорогам Сибири, которые зачастую были не дорогами, а направлениями. Сколько раз мне приходилось доставать доску и искать ближайший посёлок, чтобы пригнать трактор и выдернуть машину из раскисшей колеи я даже не вспомню. Раз десять точно. Кто-то может сказать, так у тебя телефон в машине, позвони и всё! И я первый раз реально тоже так думал. Позвонил. Подождал. Позвонил снова. И оказалось что в ближней деревне всего один телефон у председателя и сейчас никто трубку не берёт. Короче слетать самому было проще.

И ладно если бы проблемы на этом заканчивались, но ведь нет! Как оказалось, страдал я не зря и вскрыл минимум четыре окуклившихся кладбища. Поменьше и попроще чем Краснозёрское, но всё же ничего хорошего от них ждать не приходилось. Тут и пригодился “Алтай”, чтобы вызвать бригаду зачистки. Сам я, к сожалению, необходимыми навыками не обладал, а ждать пока упыри вылезут что-то мне не хотелось от слова совсем. Однако, только этим мои приключения, естественно не ограничились.

Первая драка случилась близ села Чумашки, Купинского района. Точнее когда-то здесь стояла небольшая деревенька, но вот уже лет сорок как люди оттуда ушли и от неё остались лишь заросший крапивой погост и пара сгнивших домов, сейчас больше напоминающих землянки, настолько они обвалились и заросли дёрном. Именно в одной из них меня и поджидали четыре упыря, от голода впавшие в спячку, сравнимую с летаргией. Но появление такого количества вкусных людишек пробудило нежить, а я ещё не расслабился настолько, чтобы сунуться к избам без проверки. И сначала заклинание, а затем Морон подтвердил, что да, нас ждёт засада. Так что выскочивших упырей встретили дружными залпами спецбоеприпасов и мои заклинания и до редкой цепи милиционеров не добежал ни один. Однако, это был самый простой бой, а в следующий раз мне пришлось повозиться.

Началось всё с того, что я остался без сопровождения. Поначалу меня сопровождали сотрудники Краснозёрского РУВД, но за пределами района их полномочия закончились. Точнее поначалу они ещё со мной немного покатались, но потом натолкнулись на местных, плюс собственное руководство задач нарезало, в общем меня передали дальше по цепочке. Но там тоже все стояли на ушах, проверки шли за проверками, дрючили всех не взирая на причастность, поэтому я то передвигался с солидным кортежем, а то рулил в одиночку, пытаясь по карте понять, куда мне вообще ехать, и чем вот этот поворот отличается от того, что мне нужен. Вот в один из таких моментов, когда я соображал, то ли я на месте, а может вообще свернул не туда, и теперь надо возвращаться, а это километров шесть по такой отвратительной дороге, что только обнять и плакать когда на меня вылетел дохлый медведь.

Нет, к кладбищам он никакого отношения не имел, судя по закисшей шкуре, раздувшейся туше и явному некроморфизму мне повезло встретиться с порождением Васюгани. И ведь не сказать, что я так уж близко к ней подобрался, места в районе Верх-Каргата были довольно обжитыми и на тебе, пробралась, тварь! Скорее всего по воде, чего утопленнику, чапай по дну и чапай. И охрана прошляпила, а мне теперь разбирайся с машиной для убийства всего живого весом в тонну, когтями с ладонь и клыками в палец. Хорошо ещё что морфирование не зашло слишком далеко и медведь не успел обзавестись ни бронёй, наподобие хитиновой, ни дополнительными конечностями, ни особыми приёмами, типа оглушающего рёва, ну и прочими радостями выдаваемыми Васюганскими болотами своим созданиям.

Этот бой мне запомнился даже больше чем схватка с вурдалаком. Тот был тупой, кровожадной скотиной, но всё же сопоставимой по размерам с человеком, а эту тушу никакой Щит не остановит. И уж тем более можно только мечтать, чтобы перекинуть его через себя. Плюс сила, плюс скорость. Минус — полное отсутствие мозгов, хотя как по мне всё ровно наоборот. Если бы ему ещё и разум, я бы точно остался в этих лесах, а так обошлось. Побегать, конечно, пришлось изрядно, и не просто так, а по пересечённой местности уводя тварь от машины. НЭШ ему был на один присест, так что никаких догоняшек вокруг авто и быть не могло.

Конечно, бегать с медведем наперегонки тоже весьма экзотический вид самоубийства, но… я ведь говорил, что тварь получилась тупая? Да, при своём весе и физической мощи нежить могла спокойно не замечать мелкие неудобства, но пытаться пройти через две близкорастущие берёзы у него всё же не получилось. Равно как и свалить их, ну по крайней мере сразу, а вот сдать назад и обойти ума уже не хватало. В итоге я сначала удачно подрубил передние лапы, фактически обезопасив себя с этой стороны и значительно уменьшив мобильность монстра, а потом методично добил задние и уже совсем спокойно отрубил дохлятине голову. На чём моя миссия завершилась, осталось только вернуться к машине, трясущимися руками набрать родной ПМАК, чтобы те связались с местными, затем дождаться наряд на ковре-самолёте, заполнить кучу бумаг, посмотреть, как маг второй категории сжигает тушу медведя в неугасимом пламени и… вставать на ночёвку. После таких приключений ехать куда-то было выше моих сил, а спать в машине посреди дикого леса я уже даже привык.

Последняя драка, хотя скорее стычка произошла в последний день работы, когда я уже фактически закончил проверку всех указанных кладбищ и собирался возвращаться. Просто заехал в первую попавшуюся деревню хотя бы пожрать купить, а то пилить пять или шесть часов на голодный желудок удовольствие слабое. Зашёл в столовую, взял куриный суп с лапшой, картофельное пюре, три котлеты, салатик. Компот, конечно не забыл и песочный коржик, на десерт. С удовольствием пообедал, а на выходе меня встретила толпа с дрекольем и охотничьими ружьями.

Да, я в какой-то мере сам виноват, уже привык, что Старые кости постоянно болтаются за спиной, а Морон или сидит на плече, или кружит над головой. После медведя я в принципе птицу не загонял, ведь в тот раз только благодаря ему меня не прихватили с голой задницей. Гипотетически, хотя кто знает, туалетов в тайге как бы тоже не было предусмотрено. Да и атам тоже висел на поясе, рукоятью намекая, что это не просто нож колбасу резать. Напоминаю, что область уже две недели как лихорадило проверками, а сопровождение я отпустил, решив, что всё, мне оно больше не требуется. Ну и нарвался. Нашёлся в деревне мужичонка один, по прозвищу Крякаш, трепло неимоверное, но харизматичный и умеющий завести народ. Вот он их и завёл, рассказав, что это я, оказывается, кладбища поднимаю, меня милиция ищет, не зря же вон аж несколько машин по трассе пролетели, а сейчас, значит, решил их деревню со света сжить. И если они хотят уцелеть, то меня надо непременно сжечь, иначе всё, кровь, кишки и Содом с Гоморой.

Я честно не знаю, как дело не окончилось кровавой баней. Толпа была угрюма и жаждала крови, а я не собирался позволить разорвать себя на части. Мою просьбу просто дать мне уехать проигнорировали. Точнее заводила начал орать что-то типа ага, испугался некрот, но не верьте ему люди, он потом вернётся, проклянёт всех вас скопом и каждого отдельно, у коров пропадёт молоко, бабы на сносях родят полено, а деревенская молодёжь все как один перекрасятся в радужные цвета и станут любить друг друга крайне противоестественным способом. К чему было последнее я не знаю, но судя по поминанию Содома у мужичка на этом деле была фиксация и латентное желание попробовать. Правда я тут причём было совершенно непонятно, пробовал бы сам, я к этим вещам крайне отрицательно настроен.

Не остановила людей и демонстрация Старых костей с Плетью тлена. Народ лишь набычился и принялся надвигаться на меня и кровопролитие казалось неизбежным, когда появился глава сельской администрации, ездивший на охоту. Мгновенно оценив ситуацию, он сначала дал залп в воздух, заставив жителей осадить назад, а затем отвесил знатного леща провокатору, даже не став слушать его лепет.

Как оказалось, у говорливого мужичка была справка из жёлтого дома. Там его признали безвредным, чтобы отпустить домой, но вся деревня знала, что кукушечка подтекает. А почему повелись на его бредни никто пояснить так и не смог. Говорят, словно наваждение какое-то, слушаешь и понимаешь, а ведь прав Крякаш! Чего бы некромант просто так к нам заезжал? Да ещё вот такой весь с оружием и призрачным вороном. Явно же что-то плохое замыслил. Значит надо взять и проучить, чтобы неповадно было.

То, что большинство из них могло так и остаться лежать неаппетитными кусками гнилого мяса до мужиков дошло сильно позже. Я не обольщался, меня бы всё равно смяли. Люди это тебе не упыри, они куда опаснее, пусть по отдельности каждый из них проигрывает нежити. Но не зря человек стал доминирующим видом на Земле, не имея ни выдающихся когтей, ни клыков. Да и мускулатура у нас была не такой выдающейся как у той же гориллы. Я уже не говорю про мамонтов, но именно люди охотились на гигантов, а не наоборот.

Так что за те минуты я уже успел попрощаться с жизнью, а когда всё разрешилось, подавать заявление не стал. Просто посмотрел на главу, как взрослый матёрый мужик мнётся, не зная как уговорить двадцатилетнего сопляка, чтобы тот не подавал заявление. Ведь если начнутся разбирательства всем будет плевать, что зачинщиком стал психически неуравновешенный человек. У вас то голова где была? Значит и отвечать будете по полной программе. Короче промолчал я и своим ничего не сказал. Бог им судья, а я хоть и не считал себя верующим, но и грех на душу брать не хотел.

— Кар!!! — вырвал меня из воспоминаний голос Морона. — Кар, кар!!!

— Нашёл? — я обрадованно вскинулся. — Ну наконец-то!!! Давно пора, а то я скоро в сосульку превращусь, вот Карачуну будет забава! Веди! Давай уже найдём этих потеряшек и домой двинем. Хован обещал утку запечь. Будем долго возиться, он её, конечно не съест, но разогретое совсем не то, что сразу из печи. Так что вперёд, за утку и человечество! Хороший лозунг, может мне его своим официальным сделать?

Глава 2

— Сюда? — я скептически осмотрел чистую снежную равнину и полез запазуху. — Не нравится мне всё это, ой не нравится!

Подаренная берендеями свистулька давно стала моим постоянным спутником но применять её пришлось считанное число раз. И похоже, что сейчас настало то самое время, когда без неё не обойтись. Я задрал балаклаву, освобождая рот, дыхнул пару раз, согревая холодное дерево и примерившись, дунул изо всех сил. Громкий перелив разнёсся над заснеженными полями и реальность дрогнула. С неё словно бы сдёрнули занавеску, с нарисованным миром, а за ней скрывалась настоящая действительность. Куда менее приглядная и жестокая.

Потеряшек, двух мужиков-охотников на снегоходах, отправившихся за зайцами да пропавших почти на сутки я заметил сразу. Поставив снегоходы “галкой” они укрылись за ними от пронзительного ледяного ветра и грелись у едва тлеющего костерка. Всё поле и ближайшие кусты было буквально изрезано следами, но все как один они возвращались в центр, будто мужики просто катались, а сейчас сели отдохнуть. На самом деле передо мной была классическая, я даже бы сказал идеальная картина наведённого морока. Именно так лесной хозяин заставляет плутать случайного путника. Вот только лесной хозяин уже давным-давно спал крепким сном, я лично это проверял.

Да и не стоило считать деревенских жителей дураками. Понять, что тебя леший водит мог даже ребёнок и наизусть знал что при этом надо делать. Вывернуть рубаху наизнанку, одеть левый ботинок на правую ногу, а правый на левую. Ничего сложного, но работает. И раз охотники не смогли таким способом выбраться, ситуация намного сложнее чем казалась. Однако, пока я никаких признаков опасности не наблюдал. Но, думаю, это ненадолго.

— Здорово, добытчики! — я лихо затормозил возле вскинувшихся мужиков. — Ну что, сколько зайцев поймали?

— Л-Лука А-арт-тёмович! Родненький!!!— закопошились они, пытаясь подняться. — С-слава Господу Б-богу!!! Спасены!!! А мы думали всё, смертушка пришла. Бензин закончился, дров нет, хорошо хоть амулеты новые перед сезоном взяли. Но за ночь их почти высосало. Тряпки вот в бардачке были промасленные, их зажгли, думали хоть согреться напоследок.

— Отставить похоронные мысли! — я спрыгнул с седла и принялся отцеплять от багажника канистру на двадцать литров. Их у меня было целых две, потому что первая мысль что пришла на ум, это что у охотников закончилось горючее. — Давайте не стойте, заливайте в баки! И костёр свой потушите! Не хватало ещё из-за него бензин полыхнул. Давайте, давайте, не спим! Движение — жизнь! И чем быстрее мы двинем отсюда, тем дольше проживём, потому что я понятия не имею, кто вас тут водил кругами!

В принципе мужиков и так подгонять не надо было. Шустро затоптав свой костерок, они не гнущимися от холода пальцами ухватили каждый по канистре и принялись переливать горючее. Благо горловина бака снегохода была широкой и дополнительная воронка не требовалась. Помогать им я не спешил и не из-за врождённого либо приобретённого снобизма. Просто занявшись этим я отвлёкся бы от наблюдения за окрестностями, а там кто знает, что бы могло случиться. Нечисть штука такая, чуть отведёшь взгляд исчезнет, а потом кинется со спины. А уж если кто-то начала зимой морочить людям голову ничего хорошего ждать точно не приходилось. Я с ходу мог назвать с пяток тварей, способных на это включая Карачуна, но если бы это был он, мужиков живыми я бы уже не нашёл. Тут кто-то попроще, но не значит, что неопасный.

— Г-готово! — управились мужики быстро, сказывался опыт и возраст. Даже канистры не бросили, а ловко принайтовали к багажникам. Это ведь немалая ценность, чтобы ими разбрасываться, а мужики были крестьянами до мозга костей, а значит хозяевами рачительными и бережливыми. Они даже добытых зайцев не выкинули а так с собой и таскали. — П-поехали?

— Заводитесь и валите! — я не отрываясь от наблюдения махнул рукой. — Я за вами! Следы видите?

— А-ага, — закивал один и на секунду задержался. — С-спасибо.

— Езжайте уже!!! — пока мне приходилось оберегать горе-охотников я был по сути связан в своих действиях вот и старался их побыстрее отправить домой. — В селе всё скажете!

На удивление, двигатели завелись с полпинка и это послужило спусковым крючком, после чего события понеслись вскачь. Стоило мужикам прыгнуть в сёдла, как ближайший куст, метрах в тридцати от нас зашевелился. Тут надо понимать, что в местном наречии куст означало не только заросли кустарника, типа можжевельника или чего-то подобного, но и отдельные, совсем небольшие рощицы, заросшие осинником, ивой и прочими тополями. Назвать рощей такие заросли было нельзя, ну что за роща десять метров в диаметре, да даже если тридцать или сорок, ну несерьёзно. А вот куст самое оно. Однако деревья там росли самые настоящие. И сейчас на моих глазах одно из них вдруг ожило и выскочило на открытую местность, а я в голос выматерился.

Ну конечно! Лешак-шатун!!! Какая ещё падаль будет сутками мужиков кружить. Стоило сразу догадаться. Глядя на скособоченную фигуру напоминающее ожившее дерево, но не живое и зелёное, а старое, гнилое, без листьев, левой руки и части морды, бегущую наперерез пытающимся спастись мужикам, я внешне спокойно избавился от Сайги, открыл багажник снегохода, спрятанный под седлом, достал оттуда Старые кости, а вот внутренне судорожно вспоминал всё, что когда-то читал про этот вид нечисти.

Лешаки, ближайшие родственники леших, но, так сказать, порченные. Если последние были хранителями лесов, с возможностью в итоге обрести человеческий облик и стать лесным хозяином, то лешаки такую возможность теряли. Это отражалось и во внешнем виде. Нет листвы, гниль, плесень, отсутствующие конечности или иные травмы. Некоторые учебники даже относили лешаков к нежити, но это всё же было не так. Эта нечисть словно зависла на полпути между обычным видом и нежитью. Поэтому вымещала злобу на всём, что шевелится.

Там где заводился лешак начинались несчастные случаи. Леса становились тёмными, гнилыми. Животные болели бешенством. Но больше всего лешак ненавидел людей. Странно что при этом сам он на них нападал редко. Предпочитал запутывать, заставлять плутать пока несчастный не умрёт с голоду или его не разорвёт какой-нибудь бешеный зверь. Однако иногда мог и сам защекотать насмерть. И лишь в самом крайнем случае атаковал напрямую, вот как сейчас. Отпускать попавшую к нему в лапу добычу монстр точно не собирался. Зимой они как и лешие впадали в спячку, но если какой-то не засыпал, становясь шатуном, характер у него портился стократно, и такая нежить подлежала обязательному уничтожению. Впрочем, лесные хозяева лешаков ненавидели люто и никаких возражений с их стороны не поступало.

— Vid muerta! — взмах жезла застал лешака на полпути к точке перехвата охотников. Снег вдруг взорвался, выпуская длинные мёртвые лозы, покрытые шипами. Они безошибочно нашли свою цель, мгновенно опутав нечисть и повалив его на землю. Правда удержать надолго не смогли. Своей единственной рукой лешак принялся рвать лозы, утробно ревя от боли, только я не собирался ждать пока он освободится. — Comburo!

Кутайсов выполнил своё обещание и как только я вернулся из командировки сразу же взял меня в оборот. Даже отдохнуть не дал, н-н-наставник! Но несомненным плюсом оказалось значительное расширение моего некромантского арсенала. Нет, поднимать нежить я по-прежнему не умел, да и не хотел, но вот по части боевых заклинаний уже кое-что из себя представлял. И эти два были именно оттуда. Первое оказалось переработкой знакомого мне аркана “ловчей лозы”, смещённого к некроспектру, а вот второе более простой версией массового сожжения нежити, которое сам н-наставник демонстрировал в Краснозёрке. Правда, заклятия были прожорливыми и требовательными к магу, так что без жезла я их не тянул, но сейчас то Старые кости были со мной!

Вой разъярённого лешака накрыл округу, но мужики уже набрали скорость и валилили отсюда на всех парусах. Заморочить снова их нечистый может и попытался бы, но был слишком зол для этого. И естественно выбрал новую цель. Меня. И честно говоря, когда горящая гнилым пламенем трёх с половиной метровая дура медленно поднимается с земли, разрывая путы мёртвых лиан это выглядит внушительно. Я бы сам дёру дал, честное слово, но к сожалению, не имел на это права. Потому что после такого лешак точно не успокоится, а значит село ждёт много интересных дней.

— Аард! — знак я использовал чисто на удачу, вдруг получится, но нет, ублюдок даже не покачнулся, продолжая рвать на себе удерживающие его лианы. Вот ведь паскуда! Давай тогда попробуем что-то посерьёзней. И переложив жезл в левую руку правой я выхватил атам, описав им замысловатую траекторию. — Flecha mágica múltiple!

Вот сейчас получилось хорошо, не зря с премии закупился новым заклинанием. Главное, что базовую версию я уже знал, а эта лишь увеличивала количество магических снарядов с трёх до двенадцати. Зато как они влетели в лешака, это ж загляденье, только щепки во все стороны! Правда завалить всё же не смогли, но изрядно покоцали, оставив грубые вмятины по всему телу, что ещё больше выбесило лешака. Он одним рывком дорвал лозу, оказавшись на ногах, сбил могильное пламя и тут же, утробно взревев, кинулся на меня.

— Да что ж ты такой упёртый. — я убрал атам обратно. — Ну давай попробуем иначе. Muro!

Тоже базовая магия, которую отрабатывать мы начинали ещё в школе. По факту создаёт невидимый барьер чистой арканы в месте указанным магом. Медиатором выступает перстень и да, это самая первая, простейшая вариация щита. Не сильно прочная, не слишком удобная, но вполне рабочая. Особенно против гигантского ожившего дерева, желающего то ли расплющить меня, то ли сыграть в сорокопута, наколов на ветви и оставить умирать. Так-то нечисть чует магию и будь лешак поспокойней он бы увернулся или обошёл барьер, но когда они вообще спокойными бывают, особенно шатуны? Вот он и влетел всей тушей в созданную мной стену. Проломил, но и сам на ногах не удержался, покатившись по снегу.

— Кар!!! — надо мной возник Морон, до этого кружащий по округе. — Ка-ар!!!

— Да я и сам знаю, — отмахнулся я и махнул рукой. —Aplastar!

Лешак взревел ещё громче, потому что ему на спину словно упала бетонная плита, расплющивая и не давая подняться. Надолго задержать нечистого это не могло, но мне много времени и не требовалось. Пришла пора проверить кое-что из нового арсенала, а точнее как это назвал бы мой альтер-эго ульту, то бишь ультимативную способность. И надо сказать, данное заклинание полностью подходило под данное определение.

— Per terram, per ferrum, per silentium… — Я поднял Старые кости и принялся выписывать им плавные фигуры, оставляющие за собой в воздухе зеленоватый след. Эти линии пересекались и переплетались, с каждым словом наливаясь цветом и силой, а я ощутил, как из меня тянет энергию, высасывая всё до донышка, но всё равно продолжал водить и читать, чтобы закончить финальной точкой, указывая на вырвавшегося из-под пресса лешака. — vincula sepulcri!!!

Земля дрогнула. Там, куда я указал, разверзлась громадная могила, из которой пахнуло гнилью, тленом и распадом. Даже лешака проняло и он отшатнулся от могилы, но было уже поздно. Из глубины ямы вдруг вырвались металлически цепи с ржавыми крюками на концах, впиваясь в тело нечисти. Тот взревел, рванувшись в другую сторону, но цепей с каждой секундой становилось всё больше, они впивались всё глубже и тащили свою жертву в могилу. Конечно, это была лишь визуализация магических потоков, однако лешак был не тем существом, чтобы развеять такую плотную иллюзию, и как бы не сопротивлялся, его подтягивало всё ближе и ближе, пока в какой-то момент количество цепей превысило критический объём и количество перешло в качество. Нечистого буквально сдёрнули в разверзшийся зев и земля сомкнулась над ним, погасив последний отчаянный вопль. Мгновенье, и на округу опустилась тишина и кроме большого, чистого от снега пятна, больше ничего не напоминало, что секунду назад тут кипел бой. А я выдохнул и без сил опустился на снег. Дело было сделано. Даже два. Я избавился от бешеной нежити, подлежащей уничтожению и проверил заклинание “Оковы могилы” в деле. Теперь будет чем отчитаться перед н-наставником.

— Закончили, — из-за потери сил мой голос звучал хрипло, напоминая карканье ворона. — Упрямая была скотина.

— Кар! — согласился Морон пикируя мне на плечо. — Кар, кар!

— Да, теперь не выберется, до весны точно, — я взглянул на чистое от снега место, которое уже начала заносить позёмка. — А там это будет уже проблема лесного хозяина. Жуткое заклинание. Недаром н-наставник говорил, что его категорически запрещено применять к людям. Мало кто захочет быть похороненным заживо. Но лешак это заслужил. Он ведь и так наполовину нежить, а могила из него вытянет некро.

— Кар! — не согласился Морон и долбанул меня клювом по голове. — Карар!!!

— Даже так? — я почесал место удара, благо клюнули меня не сильно, а чисто для профилактики. — Если Морана забрала, так даже лучше. Значит и вовсе беспокоиться не о чем, разве что летом посмотреть, что тут вырастет. Тела лесной нечисти часто на амулеты пускают, пусть это и запрещено, но если она удобрением станет, то может и велесово древо подняться, дуб или ясень, хоть для них у нас не тот климат. А дело то хорошее, это сразу всему лесу защита и благословение. Ладно, видно будет. Лесного хозяина предупрежу, он присмотрит. А пока поехали домой, а то что-то меня потряхивает. Перестарался, похоже.

К счастью, мужики ждать меня не стали. И правильно сделали, мы тут не в бирюльки играем. В село нечисть бы не сунулась, а вот если бы я проиграл, они бы точно стали следующими. А может и ещё кто-то, кто поехал бы нас искать, пока догадались бы в район позвонить. А так, меня хоть и мутило от истощения, но я довольно быстро приходил в себя, сказывалась связь с вороном из свиты Мары. Так что уже минут через двадцать я вполне бодро рулил, направляясь к дому. Причём даже сам мог примерно сказать, где нахожусь, пусть и не точно, но я набирался опыта, изучал окрестности и уже неплохо ориентировался на местности.

— Дом, милый дом! — я лихо затормозил у ворот гаража. — Наконец-то добрались!

За прошедшие пять с половиной месяцев я действительно мог назвать это место своим домом. И пусть вместо семьи меня тут ждали лишь домовой с кикиморой, хуже от этого оно не становилось. А семья, что семья. Как и ожидалось, моё длительное отсутствие позволило немного выправить отношения с родителями. К тому же хоть через месяц, но информация о происшествии в Краснозёрке добралась до средств массовой информации. Понятное дело, в сильно усечённом виде и упирали там на героизм защитников, среди которых промелькнул и один молодой, но подающий надежды универсальный маг, одним из первых откликнувшийся на призыв о помощи.

Некромантом меня называть не стали, поскольку официально я им не являлся, но по телевизору показали, по первому каналу в программе “Время”. Оказалось, что кто-то подсуетился и заснял, как я грязный и уставший обсуждаю что-то с сотрудниками одного из районных отделений. Ни ворона, ни Старых костей тогда со мной не было, так что прокатило. А родители раздулись от гордости, что вот, вы думали наш сын в этой самой Сибири пропадёт, а он вон какой героический, его даже к награде представили! И это было правдой, но только не к государственной а к ведомственной, и ещё не факт что дадут. Но я не переживал, мне и так было хорошо. А вот сейчас наверну горячей солянки, станет ещё лучше! И с этими мыслями я загнал снегоход на место, разрядил дробовик, и направился в дом, не подозревая, что поесть спокойно мне не дадут. А ведь так всё хорошо начиналось!

Глава 3

— Медленно!!! Пока ты будешь сопли жевать, тебя уже самого сожрут! — голос Кутайсова хлестал словно плетью. Да и по-настоящему он тоже мог приложить, за недостаточные старания. И не надо говорить, что в Астрале понятие настоящести сильно размывается, менее больно от этого не становится. — Ещё раз! Я вообще не понимаю, как с такой скоростью ты сумел упокоить лешака!

— Per terram, per ferrum, — я без комментариев и возражений вскинул руку, начав по-новому выписывать фигуры “Оковы могилы”. Спорить смысла не было. Сам согласился на это издевательство, чего уж теперь отнекиваться.

— Медленно, — в Астрале Варлаам Илларионович выглядел весьма представительно. — Ещё раз!

Красная боярская ферязь, с рукавами достающими до носков яловых сапог. Золотой кушак. Высокая горлатная шапка. Золотое шитьё по всей одежде. Красные остроносые сапоги и солидный посох увенчанный тяжёлым навершием. Чисто русский боярин шестнадцатого века, хотя я точно знал, что род Кутайсовых был внесён в Бархатную книгу лишь в конце восемнадцатого века. Специально узнавал, да. Как и то, что моему наставнику стукнуло уже за сто двадцать. Родом он был из Иркутска, являясь сыном иркутского генерала-губернатора и генерала от инфантерии Кутайсова Иллариона Ипполитовича.

Во время революции вместе с белогвардейцами ушёл в Китай. Но вернулся ещё до Великой Отечественной, поучаствовав в боях за Монголию. Уже тогда являясь магом второй категории или, точнее, Арканистом по старой терминологии, оказался крайне ценным приобретением молодого советского государства, особенно когда взялся обучать других некромантов. Сейчас Кутайсов готовился к аттестации на Архимага, или же мага высшей категории, если по-современному, но находил время на тренировки со мной, за что я был ему крайне благодарен и никогда не возражал. Глупо кусать руку тебя обучающую.

— Довольно. — дождавшись, пока я в очередной раз сотворю “Оковы могилы” и практически рухну без сил, Варлаам Илларионович остановил экзекуцию. — Плохо! Медленно! Но большего мы сегодня не получим. Поработай с манекенами на ротации. Алишер, ты тоже! Третий уровень!

— Держись, — я подмигнул Нарбекову, правда он этого не увидел под глубоким капюшоном, но по интонации догадался. — Хотя ты привычный.

— Это да, — кивнул таджик. — Но последнее время мурабби-чон много сердится.

— Это из-за умертвия? — несмотря на разговор я уже занял своё место и на меня выскочил первый упырь. Я никогда не знал, что с астралом можно работать на таком уровне, создавая фактически полноценный тренировочный полигон, но у ММГУ хватало средств и возможностей, всё же ведущий магический ВУЗ страны. Правда как именно Кутайсов выбил для меня фонды я представлял с трудом. Магов третьей категории в стране десятки тысяч, даже некромантов тысячи. Тратить на каждого столько средств и сил было слишком расточительно. Мне просто офигеть как повезло, поэтому я никогда не спорил с наставником, взявшим меня под крыло и послушно выполнял всё что сказано. И это давало результат, по крайней мере по появившемуся упырю я отработал “Прахом” гораздо быстрее чем раньше и даже без всяких палочек или жезлов. — Его так и не нашли?

— Нет, никаких следов. — В отличии от моего первого уровня, на Алишера вылетели сразу три упыря, но личный ученик Варлаама Илларионовича с лёгкостью уложил всех троих, но расслабляться не спешил. Опасность увеличивалась с каждой новой волной. И сейчас на него уже летел вурдалак. А мне опять достался упырь, просто более шустрый. — Как в воду канул. Мы пока снег не лёг трижды весь район чуть ли не на коленях проползли и ничего. Да ты и сам знаешь. А теперь вон на тебя лешак вышел. И думай, это он сам по себе такой сделался или нашего мертвяка повстречал.

— Раз вам хватает времени болтать, значит увеличим сложность! — Кутайсов был суровым наставником и слова у него не расходились с делом, так что очень быстро нам с Нарбековым стало вообще не до разговоров.

Нежить лезла и лезла, по одиночке, парами, тройками или по пять штук разом. Упыри, вурдалаки, умруны, кадавры, дрекавацы, игоши, богинки, шуликуны. Многих я видел в первый раз в жизни, а ведь здесь не было и десятой части существующей нежити. Те же вампиры во всём своём многообразии не попали в список, да и призраков тоже не наблюдалось. Но даже так под конец я едва дышал, выложившись на полную. Алишеру пришлось ещё тяжелее, но у него и опыта было куда больше моего. Но когда наставник скомандовал завершение упражнения образ таджика подрагивал, расплываясь и снова обретая чёткость. Мой, несмотря на потерю сил, держался, но тут скорее была заслуга моего альтер-эго. Он слишком долго обитал в астрале и его образ приобрёл особую устойчивость. Недаром изменить его у меня никак не получалось.

— Закончили на сегодня. — наконец, Варлаам Илларионович удовлетворённо кивнул. — Лука, не прекращай наработку. Ты каждую свободную секунду должен отрабатывать заклинание, пока не уйдёт жестовая и вербальная часть. Настоящий маг творит чары силой мысли! Ни дай Бог кому-то из вас столкнуться с Ордой, но в нашей жизни ничего нельзя отрицать со сто процентной вероятностью, поэтому нужно быть готовым к самому худшему развитию событий. И в таком случае только скорость сотворения чар даст вам хоть какой-то шанс! Мы некроманты, в отличии от обычных магов, пополнение собственного резерва для нас не составляет труда, а у тебя, Лука, этот вопрос вообще не стоит, но здесь же таится и другая проблема. Переполнение выжжет тебя надёжней любого опустошения. В прошлый раз ты прошёл буквально по краю, ещё немного бы и всё, тебя бы не спасли. Именно поэтому принципиально важен контроль! Ты занимаешься по методике, что я дал?

— Конечно! — врать я даже не пытался, на самом деле последнее время мои медитации превратились в тренировки по схеме, переданной старым некромантом. — Но я уже вам говорил, источника силы смерти у меня в округе нет. На кладбище я сам не сунусь, а скотомогильник всё же не то, да и есть риск его поднять случайным выплеском.

— А я тебе повторю, работай с эфиром. — не повёлся на это Кутайсов. — Эфир — это чистая аркана, без аспектной окраски. Тебе безумно повезло получить в своё распоряжение его линию. Было бы время побольше, я бы Алишера к тебе послал, поработать над чувствительностью и тонкими манипуляциями, но пока не получится. А ты — работай! Каждый день, каждую минуту! У тебя прекрасные перспективы за три года взять вторую категорию, если не будешь лениться.

— Я понимаю, — поднять категорию было очень заманчиво. Нет, не так, это была голубая мечта девяносто девяти процентов магов. Сделать это за три года означало войти в крайне малое число гениев от магии. Я себя таким не считал, но был согласен, что мне безумно повезло. То самое переполнение в Краснозёрке, когда я прошёл по самому краешку сделал мой резерв и каналы пластичными. Да, я потерял две недели пока гайсал по всем кладбищам области, но как мне объяснили, меня и спасло. Если бы я сразу начал работать на развитие вероятность травмы была слишком высока. А так энергетика немного успокоилась, а упражнения позволили её раскачать и заложить отличные перспективы. — Работаю. Каждый день, без пропусков и выходных. Два раза в день, утром и вечером. Я прекрасно понимаю, что второго шанса может не быть.

— Хорошо, — по лицу Варлаама Илларионовича мало что можно было понять, но это стандартная проблема в астрале. Опытные медиумы чувствовали эмоции собеседника, однако я был не настолько хорош, да и Кутайсов был куда более грамотным магом. — Тогда закончили на сегодня. В ближайшую неделю тренировок не будет. Попробуй связаться со мной в будущий вторник. Может что-то прояснится. И повысь бдительность. Лешак может появиться сам по себе, а может это след. Внимательно изучай сводки.

— Конечно! — отказываться я даже не собирался. — До свидания! Алишер, бывай! Если всё же соберёшься — милости прошу! Место всегда найдётся!

Мне махнули рукой и я выпал из астрала. Про сводки я не шутил. Более того, последнее время ко мне стекались сводки со всей области и не только из ПМАКов, но и милицейские, по несчастным случаям и необычным происшествиям. Руководство области понимало, что лучше перебдеть, чем получить ещё одно поднятое кладбище. И так в Облисполкоме головы полетели, причём зацепило и районное руководство и магов и ментов, даже конторские под раздачу попали. И хоть в области были ещё некроманты кроме меня, даже весьма опытные, но почему-то все дружно решили, что моя связь с Кутайсовым куда важнее, так что свалили на меня контроль.

Ну или из меня делали козла отпущения, но тут бабушка надвое сказала. Кутайсов Кутайсовым, но компетентные органы вполне могли спросить, а какого, собственно, мужского полового органа вы все понадеялись на молодого специалиста, который мало того, что профильно не оформлен, так ещё работает без году неделя? И надо сказать, я не хотел бы оказаться на их месте. Спрашивать там будут по полной и на дурака отмазаться не получится. Но при этом желающие соскочить никогда не переводились.

— Э-э-эх!!! — я поднялся и со вкусом потянулся, с неудовольствием отметив, что за сеанс тренировки пропотел насквозь. — Опять мыться придётся. И жрать снова охота. Хован! Вода в титане ещё есть?

— Как ни быть, хозяин! — откликнулся нечистик, не удосужившись показаться на глазах. — А ну не жульничай, пернатый вор!!!

— Ка-ар!!! — Морон не остался в долгу — Кар-рар!

Я заглянул в гостиную, ну да, так и есть. Снова в шашки играют. Домового я научил в первую же неделю после дня рождения и ожидаемо, шашки ему понравились куда больше шахмат. И неожиданно, ворон тоже умел играть. И теперь эти двое каждый вечер и ночь устраивали целые турниры, а кикимора наблюдала, всеми силами болея за мужа. Надо сказать, за последние месяцы она серьёзно изменилась и уже не напоминала тут зелёную скорченную старуху, что я принёс домой. Посвежела, похорошела, даже порозовела. Но давать имя я ей всё равно не спешил, рано ещё. Но то, что нечистица освоилась радовало. Теперь у меня в доме был идеальный порядок, да и пользы она приносила не мало, достаточно только рубаху из астральной паутины вспомнить.

— Я мыться. — разбираться кто прав, кто виноват, мне было откровенно лень, да и не нужно. Жульничество являлось частью игры, и оба получали от этого удовольствие. — На стол пока соберите. Чего-нибудь лёгкого, чисто червячка заморить. Не хочу на ночь сильно наедаться, но перекусить тоже надо.

— Сделаем, хозяин. — несмотря на то, что казалось будто Хован не двинулся с места, я точно знал, что по возвращению меня будет ждать накрытый стол с разносолами. — Ходи давай, пернатый. И дамку мою верни!!!

Через двадцать минут, освежившийся и относительно бодрый я прошлёпал на кухню и замер в изумлении. За столом, подогнув под себя ноги сидела Наталья. Домовой её по-прежнему не любил, но всё же перед ведьмочкой стояла большая кружка чая, лежали какие-то плюшки и варенье, налитое в розетки. Без меня Хован её в дом не пускал, но если я был дома, то всё же выказывал некое гостеприимство.

— Привет, — я кивнул Натке, плюхнувшись на своё место и пододвигая к себе одуряюще пахнувшую яишенку с жидкими желтками. Жрать хотелось просто дико, и ведь ужинал не так давно. Но астрал сам по себе сжигал кучу энергии, а уж тренировки в нём и вовсе выжимали меня досуха. — Какими судьбами? Я думал настоящей ведьме в падлу общаться с каким-то там магом.

Да, последнее время наши отношения дали трещину. Чувств между нами по прежнему не было, но встречаться мы продолжали, ровно до конца октября. До Самайна, когда наши ведьмы уехали на Большой шабаш. Я, честно говоря, тогда даже внимания на это не обратил, мне хватало проблем с Дзядами, или ночью мёртвых, тут уж каждый сам себе название выбирает. Главное, что граница с навью истончается куда сильней чем в тот же Овсень, и надо сказать, это заставило меня понервничать. Ещё были свежи воспоминания о Краснозёрке, но прошло всё относительно неплохо. Пара призраков, расшалившаяся нечисть, которую пришлось припугнуть, но в целом терпимо. Разве что устал как собака и стоило пропеть первым петухам вырубился, чуть ли не где стоял. А потом вернулись Марфа с Наткой и оказалось, что моя подруга с привилегиями этой ночью прошла посвящение, став настоящей ведьмой.

Как именно оно проходит я не спрашивал, но точно был уверен, что без оргии не обошлось. Любят ведьмы это дело, только вот тем мужикам, что захотели в ней поучаствовать я не завидую. Раньше, до прихода советской власти, их вполне могли и насмерть заездить. Если ведьмы тёмные, то в финале таких мужчин обязательно приносят в жертву с последующим ритуальным поеданием сердец и печени. Но даже природные, типа Марфы с ними особо не церемонились. Но это всё фигня, я и сам не ангел, и не собирался требовать от Натки верности. Глупое это дело, ведьма всегда останется ведьмой, как бы ты её не пытался удержать. Натуру не спрячешь. Другое дело, что по возвращению девчонка вдруг решила, что я ей не ровня. Задрала нос, распустила хвост, ну как же, она ведь самая настоящая ведьма теперь. Правда, оказалось, что желающих закрутить с ней не так чтобы уж сильно много. Скорее наоборот.

Оно и понятно, ведь сначала Наташка сделала всё, чтобы показать будто мы вместе. А желающих ссориться с магом даже в крупном селе, таком как Ужаниха, особо не нашлось. Нет, и здесь встречались и безбашенные отморозки, и, так сказать, контингент, но с такими девчонка и сама не хотела дел иметь. В итоге мне по секрету половина села рассказала, что “мою” ведьмочку Гаевских катал в район. Там угощал в кафе, дарил цацки, и вёл, так сказать, разгульный образ жизни. Я на это лишь пожимал плечами, к вящему неудовольствию доброжелателей. Никаких скандалов, никаких истерик. Зачем? Никто никому ничего не должен.

Единственное, что пришлось успокаивать девчонок. Диляра и Ирка когда узнали об интрижке Натальи ей чуть волосы не повыдергали и в итоге рассорились напрочь. Им видите ли, за меня обидно стало. Я такой весь героический герой, с мертвяками сражался, людей спасал, а эта коза совсем страх Божий потеряла! Пришлось проводить воспитательную беседу на тему наших отношений, и буквально заставить помириться. Вроде бы сработало, но прежней лёгкости в общении подруг уже не было. Впрочем, со мной обе поддерживали связь, в приличном понимании этого слова, и меня лично это устраивало. Что думала Наталья всем было совершенно пофиг. И вот ведьма снова сидела у меня за столом, будто ничего и не произошло. Всегда поражался таким людям, но… ведьма же. В их вселенной существовали только они сами и мир вращался вокруг них.

— Твой домовой не хотел меня пускать! — и естественно, разговор начался с обвинений. — А сам ты за весь месяц ни разу даже в гости не заехал!!!

— А смысл? — я пожал плечами, даже не собираясь испытывать чувства вины. — Чтобы рогами в ворота постучать, как говорят в таких случаях? Так мы друг другу ничего не обещали, клятв никаких не давали. Захотелось тебе развлечься — бога ради. Только вот я тоже тебя ждать не обязан.

— А ну конечно, у тебя же эта сучка татарская есть! — понятное дело, что критику Натка категорически не приемлила. Виноваты были все вокруг, только не она. — Я ей все космы повыдираю!

— Успехов. — Если ведьмочка думала, что я сейчас на защиту кинусь то сильно ошибалась. — Я вмешиваться не буду, если ты границы не перейдёшь. Правда, не уверен, что у тебя что-то получится.

В отличии от Натки, за последний месяц поругавшейся почти со всем селом, Алсу наоборот, сумела встроиться в сельский быт. Подружилась с педагогическим коллективом, пусть это было и не просто, нашла общий язык с детьми. Даже занятия по йоге набирали популярность. Мы продолжали общаться, но опять же, чисто как знакомые. Девушка бегала ко мне позвонить домой, её Хован пускал, даже если меня дома не было. И как оказалось, постоять за себя она вполне могла. А тут ещё, пока я воевал с мертвяками, её братец приезжал, с друзьями. Тоже маг, третья категория, но уже опытный боец, как раз проходил стажировку в Томске, на Васюганских болотах, ну и к сестрице заглянул. Говорят, очень хотел со мной пообщаться, но не срослось. Их буквально в тот же день сдёрнули на усиление и вместо изучения особенностей болота, молодые маги как и я, шуршали по всем кладбищам области. Правда, Томской, но не суть.

А в разборки лезть я не собирался, потому что Алсу вполне могла постоять за себя сама. Оказалось, что дома она не только йогой занималась, но и вполне была подготовлена в плане самообороны. Плюс амулеты, подаренные папой, защита разная, пара весьма непростых колечек, невзрачных с виду, но способных приласкать нападавшего так, что света белого не взвидишь. Короче в драке я бы поставил на Княжну. Но зуб даю, никакой схватки в грязи не будет. Так как уже зима, с грязью имеются некоторые проблемы, да и Натка при всей своей дури всё же голову на плечах имеет. Да и не для этого всё затевалось.

— Я тебе что, совсем не нужна, да?!! — на огромных голубых глазах застыли слёзы. — Я как дура по ночи пёрлась к тебе, а ты…

— А я не повёлся на твои уловки, ага, — я закинул в рот кусочек хлеба, которым собрал остатки яишни и в упор уставился на ведьму. — Нат, давай без этого спектакля. Я понимаю, что твоя натура требует сделать меня виноватым. Понимаю, но не принимаю и участвовать в постановке не будут, тем более в роли терпилы. Ты сама решила, что достойна лучшего. И чего? Посрались с Гаевским?

— Этот мудак меня бросил! — слёзы на глазах высохли словно по волшебству. — Припёрся с цепочкой и серёжками, ой дорогая, ну ты же должна понять, у меня дети я не могу их оставить. Да кому ты, кобель сивый, нужен!!!

— Прокляла? — я спросил наугад, но судя по тому как Натка на мгновенье отвела глаза тут же сделал вывод. — Та-а-ак! Ты совсем оборзела?!! Что наложила?!! Отвечай!

— Не ори на меня! — окрысилась ведьмочка. — Подумаешь, облысеет! Так ему, козлу и надо!

— Не беси меня, Наталья! — я хлопнул ладонью по столу. — Ты что хочешь, чтобы тебя за задницу взяли? В плохом смысле этого слова?!! Совсем сдурела?!! Завтра же сваришь зелье, чтобы и проклятье снять, и волосы у него гуще росли! И только попробуй отказаться, я тебя прямо тут через колено перегну и выпорю! Не стану Марфу ждать, а она потом ещё добавит!

На самом деле ничего сильно страшного в проклятье не было. Аркаша сам дурак, что с ведьмой связался, да ещё бросил её таким образом. Но на карандаш возьмут и в папочку подошьют. В мою в том числе. А оно мне надо? Вот именно что нет. Натка дурында, от того что её полноценной ведьмой признали мозгов не добавилось. Скорее уж наоборот, куражится от нового статуса. А вот мне расслабляться не стоило.

Уже намекали, что быстрый взлёт породил массу доброжелателей. Желающий попасть пусть не в ученики, но в подопечные к Кутайсову масса, и далеко не все их них обычные маги без роду без племени. Хватало и тех, у кого папа, мама были на весьма высоких должностях, и тут их чадушек обскакал какой-то непонятный маг сельского профиля. Ни поддержки, ни родни, ничего за спиной, а ишь ты, ему и мощности астрального полигона ММГУ выделяют, и такой человек лично занимается. Не позволим, не простим! Короче, осторожность мне точно не помешает. Только вот девчонка совсем надулась, но у меня от этого было проверенное средство.

— Всё поняла? — давить больше чем нужно на ведьму не стоило и я сбавил тон, переходя доверительно-домашний. — О тебе же, дуре, забочусь, чтобы проблем не было. И это… если будешь ещё чего — скажи Ховану. А я спать. Умаялся сегодня — жуть. Пришлось двоих охотников от лешака-шатуна отбивать. Глаза слипаются. Так что хозяйничай, а я в люлю.

— От лешака?!! — тут же вскинулась девчонка, мигом забыв про свои обиды. — расскажешь? Пожалуйста, пожалуйста!!! Только я сейчас мигом в душ и обратно! Не засыпай, у меня столько вопросов! Надо же, лешак-шатун и здесь у нас! Не вздумай спать, я быстро!

— А ты, хозяин, опасный, — домовой появился как только за ведьмой захлопнулась дверь ванной комнаты. — эва как её приручил. Но поверь, поганая ведьмовская натура своё всё равно возьмёт.

— Я знаю, дружище, я знаю. — Спать хотелось неимоверно, но ничего не поделаешь, придётся подождать. Впрочем тут были и плюсы, месяц воздержания мне дался непросто. Пора было с этим заканчивать. — Но вот когда возьмёт, тогда и посмотрим. А пока брать буду я. И брать по полной!

Глава 4

Натка обиделась. Да, я её не дождался, вырубившись как только коснулся подушки. Маги тоже устают, они тоже люди, о чём многие забывают. Вот и ведьмочка забыла и дулась всё утро, несмотря на мой обстоятельный рассказ про лешака. И про то, что может вырасти на его могиле. Но плевать. Возможно это тоже была попытка приручить меня как и вчерашний визит. Да, мы с ней друг другу ничего не обещали и тем более не обязались хранить верность, но могла бы ради приличия хоть немного выждать. Но нет, примчалась, как только перспективный кошелёк на ножках её кинул. Что ведьма чувств к нему не питала ни в эмоциональном, ни в половом плане я мог зуб дать, ибо любят они только себя, а трахал я Натку качественно, до звона в голове. Оставалась лишь материальная выгода и для ведьм это было нормально. Они вообще моралью не заморачивались и я тоже не ждал от неё чего-то особенного, но блин, понимание же должно иметься.

Ну да ладно, ей полезно. Даже если отношения между нами не наладятся, я особо убиваться не стану. Да, в постели Натка ураган, и ведь не скажешь что ещё недавно девицей была. Вот что значит ведовская натура. Но плевать, найду с кем пар сбросить. Это только кажется, что в селе либо желающие выскочить замуж разведёнки, либо сопливые девчонки, что до свадьбы ни-ни. А на самом деле тут такие страсти кипят, что куда там тому Шекспиру. И я уже познакомился с парой тройкой дам до тридцати, что хотели бы провести время приятно и без последствий. Даже к одной заглянул в гости, пока Натка с Аркашей шашни крутила.

Там вообще случайно всё получилось. Осень в селе пора свадеб. Самые нетерпеливые ещё в сентябре начали играть, но традиционно самыми свадебными месяцами были ноябрь и декабрь. И внезапно, ко мне пошли делегации селян с просьбой обязательно прийти на торжество. В принципе тут не было ничего особого, традиционно на свадьбу всегда приглашали батюшку и мага, как защиту от нечисти, обожающей людские сборища. А уж свадьба для них — это самое лакомое время.

Будущие супруги зачастую были совсем из разных деревень, родни приезжало много, и затеряться среди них можно было с лёгкость. А потом глядишь, или ребёнок пропал, или девку на выданье увили. Последним черти промышляли, оборачиваясь добрым молодцем, крайне презентабельного вида. Каждая сторона считала, что он от кумов, а по итогу оказывалось, что его никто и не знал. Зато чёрт под личиной успевал нашептать какой-нибудь дурочке о любви, заморочить её как следует и увести с собой. Бывало, что их успевали перехватить до околицы, тогда ещё был шанс вернуть девчонку целой и невредимой, но если беглецы добирались до окраины — всё. Можно было уже не искать.

Сейчас с этим было попроще, да и амулеты защитные в той же столовой я лично обновлял, но всё же отказываться было неудобно. Разве что деньги я поначалу брать отказывался, пусть Хован и считал, что я дурью маюсь. Мол, всю жизнь маги этим зарабатывали, да и триста рублей, что деньги что ли? Так мелочь из уважения. Но я стоял на своём пока мне лично Акулина Сафроновна не позвонила и попросила сложившийся уклад жизни не ломать. Дескать, плата магу это не взятка и не эксплуатация трудового народа, а вполне себе традиция. Даже больше того, считается, что если не заплатить, то счастья в молодой семье не будет. Глупость и мракобесие, но что поделать.

У нас ещё по божески брали, триста или пять сотен рублей максимум, а вот на Кавказе и в Средней Азии оплата мага входила в калым и могла достигать десятков тысяч, в зависимости от того, какого мага позовут. Самым шиком считалось пригласить высшей категории, и как рассказала Небогатова, клан богатых скотопромышленников заплатил за это двухкомнатной квартирой в Москве, в кооперативном доме. Мне, конечно, такое не светило, но всё же пришлось унять своего внутреннего совестливца и брать деньги как все. Правда, я сразу установил таксу по минимум и честно старался не бухать, а присматривать за гостями. И вот в один из пригожих ноябрьских дней ко мне ввалилась очередная делегация желающих поменять товар на купца по сходному курсу.

Я поначалу и не понял, чего это взрослый суровый мужик, комбайнёр с руками, настолько мозолистыми, что ими можно было морковку тереть, мнётся и краснеет как красна девица. Да и жена его постоянно шпыняла, требуя, чтобы тот, значит, мне в ноги поклонился, да прощения просил. Даже можно сказать умолял барина, значит.

— Да что ты стоишь. — за этим последовал тычок в бок, уже десятый наверное, за последнюю минуту. — Проси прощения у товарища мага. Вот же кретин. Говорила мне мама иди за Абрамова, будешь как сыр в масле кататься, так нет, не послушала. Да что ты мямлишь. Нормально скажи!

— Я это… — мужик не поднимая взгляда от пола помялся немного, а затем выложил на стол стопку новеньких сотенных купюр. Что новеньких понятно, основными платёжными единицами были четвертаки и полтинники, всё же цены держались на вполне адекватном уровне и крупные суммы нужны были лишь в редких случаях, а сейчас явно был именно такое. — Короче — вот!

— Это что? — я чувствовал, что у меня глаза от удивления на лоб лезут, но старался придерживать их руками. — Это что вот?

— Я тебе говорила — мало. — тут же из-за спины мужика зашипела жена, снова ткнув его в бок, а после тут же переключилась на меня, расплывшись в фальшивой насквозь улыбке и сделав елейным голос. — Вы уж извините, Лука Артёмович, он у меня немного дурак. Я тебе сказала быстро сделай как надо!

— Дак я чего, я ничего, — ещё сильней смутился мужик и достал из кармана ещё одну пачку денег. — Вот. Как говорится, от всей души и… это…

— Стоп! — я понял, что сейчас всё повторится по новой и успел вклиниться до того, как мужик снова получил по щам от супруги. — Тихо! Отвечать чётко и конкретно. Говорит только мужчина! Вы кто?

— Ермолаев я, Николай Владимирович. — когда задача была ясна мужику явно стало легче. — Механизатор я, колхоза Победа.

— Понятно. — я кивнул, подтверждая, что принял информацию и указал на деньги. — А это что? Стоп! За что?

— Так дочка, старшая. — развёл руками Ермолаев. — Замуж значит. Свадьба, честь по чести. Кумовья приедут с Чикмана, значит. Как у людей чтобы.

— Зафиксировали. — я остановил объяснения и задал очередной наводящий вопрос. — Почему так много? Я чётко установил таксу — триста рублей. А тут… тысячи полторы на вскидку.

— Так это… — ещё секунду назад вполне адекватно говоривший механизатор вдруг снова замялся, отведя взгляд в сторону. — По осени-то… с Сергеичем, значит… ведьму того, этого, значит. А вы же с ней, значит, этого, того…

— Стоп! — пока дело не дошло до конкретного описания чего я там с ведьмой того и этого я решил остановить поток мыслей. — Значит, вы были со Шмелёвым, когда он Наталье хотел за залом предъявить, так?

— Точно так, — не стал отнекиваться мужик. — Сергеич, он же как порох. Сам вспыхнул ну и мы, значит тоже. Оно ведь обидно до слёз, сил столько угрохали, техника работала, горючки потратили и что, всё зря?

— Обидно, согласен. — я кивнул, подтверждая правоту механизатора. — но всё закончилось, слава Богу, хорошо. Поэтому смотрите. Я беру триста рублей, остальное забирайте. Не спорьте! Это обсуждению не подлежит! На вас у меня никакого обиды нет, зуб не точу, камень за пазухой не держу. Было и было, дело житейское. Тем более что сам Аркадий Сергеевич перед ведьмами уже извинился и с ними помирился. Со мной у него тоже никаких ссор нет. Поэтому забирайте деньги, буду я на вашей свадьбе, только дату точную скажите, чтобы я заранее запланировал.

— Так через неделю же! — не утерпела Ермолаева, всё же влезла в разговор. Те две минуты что я сказал ей молчать, показались женщине адом. Слушать как мужик что-то говорит и не иметь возможность ему вынести мозг, для её характера было сродни пытки, вот и прорвало. — Я ему говорила, надо раньше идти, а он… у, Ирод! Все нервы мне вымотал, всю душу вытряс! Говорила мне мама…

— То что говорила ваша мама мы обсудим когда-нибудь потом. — смотреть как унижают матёрого мужика, всю жизнь посвятившего тяжёлому труду было физически больно, но и влезать в чужую семью я не собирался. — времени ещё достаточно, никаких других дел у меня пока не запланировано, так что давайте определимся с датой и на этом на сегодня закончим. Если вдруг появится какой-то форс-мажор, я конечно, вас предупрежу, но думаю, что всё же, всё пройдёт без накладок.

В целом так и получилось. Никаких срочных дел у меня не появилось. С приходом заморозков работы вообще становилось всё меньше. Многочисленная летняя нечисть засыпала, на её место приходила куда менее распространённая, но куда более опасная зимняя, правда её время тоже ещё не настало. Ноябрь и апрель были самыми спокойными месяцами в этом вопросе, даже несмотря на Самайн и Комоедицу. Нечисти хватало одной ночи чтобы надуреться на целый месяц и дальше можно было спать спокойно до самого Бельтейна весной или Йоля если речь шла о зиме. Конечно, всегда бывали форсмажоры, но всё же в основной своей массе всё было спокойно. Так что ничего мне не помешало прийти на бракосочетание Надежды Николаевны Ермолаевой и Сергея Дмитриевича Иванова.

К этому времени я уже успел побывать на четырёх свадьбах и теперь не путался под ногами у тамады и не пугался странных конкурсов. Ну подумаешь, попадают ручкой в бутылку, это видимо несёт глубокий смысл… наверное. Может быть. Главное что всем нравится, хотя от свадьбы к свадьбе ничего не меняется, и было у меня подозрение, что в ближайшие лет двадцать меняться не будет. Хорошо ещё меня к этим увеселениям не привлекали, а сам я не пил, поэтому позывов присоединиться не ощущал вовсе. Однако, когда заканчивалась официальная часть и начинались танцы случалось… разное.

Вот и в этот раз я сразу понял, что без проблем не обойдётся, как только увидел в числе родни невесты Ваську Петрова, того самого ублюдка, что пытался мне кастетом затылок проломить и его кореша Кольку-десантника. Они меня тоже сразу срисовали и нахмурились, однако в драку не полезли. Сразу по крайней мере. Конечно, можно было мечтать, что прошлый раз их чему-то научил, но я в такую магию не верил. Не научная она была, как ни крути.

К чести забияк, во время поздравлений и здравиц в честь молодожёнов они не полезли. Как и все сидели за столом, как и все участвовали в конкурсах, даже удовольствие от этого получали. А вот когда начались танцы и все гости уже основательно нагрузились спиртным тогда и подкатили. Но опять же, не как в прошлый раз, а почти культурно. Я даже изрядно удивился, что они так могут. Впрочем, на результат это не повлияло.

— Здорово, — передо мной оказались оба главных задиры Ужанихи, Колька-десантник, пропитавшийся духом ВДВ в армии с такой силой, что даже на гражданке продолжал таскать тельник и Васька, куда более агрессивный и безбашенный. Как мне рассказали, если бы не помощь от Хвостова он ещё бы по малолетке уехал на зону, но трупов за ним не числилось, а от обладателей поломанных челюстей он откупился. Правда, теперь должен быть директору Маяка как земля колхозу. — Говорят, ты с Григорьевым трёшься, типа занимаетесь.

— Занимаемся, — я не видел смысла отказываться. — Точнее я просто форму держу, а Свят всерьёз занимается, хочет на ринг вернуться.

— И чё, прям выступать будет? — вылез Васька. — Да я его на раз рубану! Только позориться станет и село наше опозорит!

— Ну я вас всех троих раскатал, а Свят у меня два боя из трёх спокойно забирает. — я пожал плечами, — даже уже дело идёт к трём из четырёх. А я ведь маг, да и тренировки тоже не забрасываю.

— Да чё ты там раскатал! — попытался было наехать на меня Петров, но Колька его перехватил.

— Погоди, не лезь. — Десантник и на ногах держался получше. Было видно, что он если и пил, то в меру. — Тогда мы не ожидали, что ты такой резкий окажешься. Да и бухие уже были. С устатку считай два пузыря на нос накатили. Давай сейчас, раз на раз. Только ты и я!

— Или зассал?! — Васька никак не мог угомониться. Есть такие люди, которые после трёх рюмок теряют всяческие тормоза. Обычно это ничем хорошим не заканчивается, ни для них, ни для окружающих. — Пойдём выйдем!

— Ну пошли. — в отличии от этих двоих я не пил и последние пару часов чисто отбывал номер, изредка сканируя пространство. Есть уже давно не хотелось. Танцевать тоже. Хотелось домой и спать, а тут хоть какое-то развлечение. — Только потом не жалуйтесь.

Драки как таковой не получилось. Что-то Николай умел, в рамках того, чему его обучили в армии, но по факту это было всего несколько ударов, доведённых до автоматизма, да пара бросков. Для солдата этого было достаточно, ведь согласно известной байке, чтобы вступить в рукопашный бой ему надо пролюбить автомат, штык-нож, сапёрную лопатку, каску, флягу, найти ровную площадку без палок и камней и ещё одно такого же идиота. Я же последние два месяца со Святом занимался в полную силу и даже сам ощущал, что вышел на новый уровень. Всё же бойцом Григорьев был отменным. Вот и сейчас я просто пропустил мимо пару почти техничных ударов десантника, потом отклонил ещё один и жёстко пробил ему в солнышко. И тут же уложил ударом в челюсть Ваську, не усидевшему на месте. Тот рухнул в снег и к нему тут же кинулась молодая и симпатичная женщина.

— Вася! Ты опять?! — фигуристая шатенка склонилась над телом, ощупывая его на предмет повреждений. — Господи, да сколько ж можно! Ну не умеешь ты пить, так не пей!

— Не переживайте с ним всё в порядке, — и действительно, главный забияка Ужанихи завозился приходя в себя. — Вы бы лучше в тепло зашли, всё-таки не лето. А я сейчас этих бойцов комнатных затащу.

— Спасибо вам, Лука Артёмович! — девушка, какая там женщина, и весьма симпатичная, поднялась на ноги. — Я Таня, сестра этого балбеса. Всю жизнь за ним присматриваю, только толку от этого нету. Трезвый — золото а не парень, но стоит капле попасть всё, кидается на всех, словно собака бешеная. Я знаю, что летом он на вас тоже бросался, а вы ему пальцы переломали. Вот знаете, зря так быстро вылечили. Полезно было бы ему в гипсе походить.

— Танька, закрой рот! — к этому моменту Петров очухался настолько, что попытался наехать на сестру. — Я тебя…

Закончить ему я не дал, ещё одним ударом вырубив наглухо. Не то, чтобы я магией его не мог угомонить, но мне просто захотелось. И я не видел причин немного себе не потрафить. При этом ни у кого из присутствующих возражений не было, даже у десантника. Он уже немного пришёл в себя и подхватив друг поволок его в столовую. А мы с Татьяной направились следом и немного задержались, разговорившись.

Оказалось, что девушка после школы закончила аграрный по специальности зоотехника и вернулась в родное село, устроившись работать в Маяк. Ещё в институте вышла замуж за однокурсника, родила в двадцать два, но муж в итоге решил, что ему не место в сибирской глуши и подался куда-то на юга. Вроде бы у него родственники были в Крыму, так что пару лет назад они развелись. Таня же осталась работать тут, тем более что хорошо себя зарекомендовала, выходя на работу даже в декретном отпуске. Хвостов был доволен, не обижал ни с зарплатами, ни с премиями, родители были рядом и помогали с малым, который уже пошёл в детский сад.

Жизнь вроде наладилась, но вот мужика у Тани не было, несмотря на то, что девушкой она была видной. Десантник Николай вроде бы подкатывал к ней свои яйца, но Петрова, вернувшая свою девичью фамилию, друзей брата в принципе не рассматривала как кандидатов в партнёры. А вот на меня поглядывала с явным интересом. И не удивительно, что спать я в ту ночь домой не вернулся. Сын Тани был у бабушки, дома никого, сам дом стоял немного на отшибе, и вполне можно было добраться не привлекая лишнего внимания, а если ещё и заговор “отвода глаз” наложить, так и вовсе никто ничего не заметил. И слухи что зоотехничка гуляет с магом не пошли.

Самое интересное, пусть и отдающее неким шкурничеством, было то, что Таня прекрасно понимала, что наша связь временная. Уезжать из Ужанихи она в принципе не собиралась, но оно и понятно. Тут были все условия для жизни, если конечно, тебя не манит большой город, интересная работа, возможности для профессионального роста, ведь Маяк постоянно работал с новыми гибридами пород. Деньги опять же очень неплохие даже по московским меркам. Скажем так, у меня родители вместе примерно столько же получали. А это что-то да значило.

Так что девушка сама попросила не афишировать наши отношения. Провели ночь вместе, получили удовольствие — разбежались. А дальше у всех своя жизнь. Цинично, и может быть как-то неправильно в её отношении, но так было удобно всем. Кроме Натки, которая потеряла возможность влиять на меня, а сама об этом даже не узнала. Я правда, не надеялся что это продлится долго, женщины, а тем более ведьмы, такое нутром чуют, но у меня уже были способы скрыть Таню от ведовской силы. Что и проделал с самого начала. Не нужны мне были драмы, так что Наташа до сих пор пребывала в полной уверенности, что может мной манипулировать. А я не спешил разрушать её иллюзии. Незачем оно ей. А что будет дальше увидим. Зима ведь только началась.

Глава 5

— Может быть, стоило вчера выехать? — я бросил косой взгляд на соседнее место. — Переночевали бы спокойно, ты бы подготовился нормально, без спешки.

— Не, нормально, — отмахнулся Григорьев. — Мы часов в девять уже будем в городе. Бои с семи вечера. Успею и размяться и подготовиться. Так что нечего там два дня делать, только бабки тратить.

— Сколько, кстати, обещали? — у нас ходили слухи, что профессиональные бойцы зарабатывают бешеные деньги, чуть ли не по миллиону за бой. — Ну если не секрет, конечно.

Я лично раньше очень сомневался в суммах, но с появлением альтер-эго вдруг понял, что это вполне может быть правдой. За границей вон миллионы долларов боксёры получают. У нас, правда, такие суммы будут вряд ли, но что-то всё равно должны платить, учитывая бешеную популярность лиги смешанных единоборств, появившейся ещё аж в тридцатых. А после войны и вовсе лига разрослась, разделилась на профессиональную и несколько любительских и неизменно собирала полные залы зрителей. Лучшие бойцы были так же известны как киноактёры или певцы. И не надо говорить мне про жестокость. Вон на улицах бывало куда жёстче дрались район на район, а тут и медики были, а на самые знаковые бои даже лекарей приглашали. Зато сколько молодёжи потянулось с улиц в секции и на тренировки.

— Да почему секрет, — пожал плечами Свят. — Пятьсот за участие. О победных даже речи не было, мол они так не работают. Ну или просто решили, что их боец меня сразу положит. Он там какой-то кандидат на титул, идёт на серии из семи побед. Но я справки о нём навёл, ему специально подыскивают проходных противников, чтобы рейтинг накрутить.

— А ты чего, проходной? — я от удивления даже глаза выпучил. — Или что, с глаз долой из сердца вон? Забыли уже о тебе за три считай года?

— Выходит так, — физрук откинулся на кресле с довольной ухмылкой. — Но ничего я им напомню, кто такой Отморозок!

— Это твоё прозвище? — как много, оказывается, я не знал о своём приятеле. — Солидно звучит. А за что получил?

— Да по дурости, — немного смутился Григорьев. — По молодости мяса в башке вообще не было. Постоянно с кем-то хлестался, в неприятности влипал. И главное, понимаешь, у меня в эти моменты словно планка падала. Пофиг сколько против меня и кого, я шёл до конца. А потом меня тренер заметил, взял под крыло, начал работать со мной, в том числе и с психикой. Но в записной книжке телефона я у него до сих пор как “Отморозок” записан. Ну а когда на ринг вышел это моим прозвищем сделали.

— Как ты с таким характером в школу работать-то пошёл? — я с удивлением покосился на соседа, который всегда мне казался чуть ли не эталоном спокойствия. — Не боишься прибить кого ненароком? Дети они кого хочешь выведут из себя.

— Знаешь, а на удивление мне с ними вполне комфортно, — пожал плечами Свят. — Я их не гоняю без повода, отношусь с уважением, и они тем же отвечают. Поначалу, когда только поступил в пед думал, что просто получу образование, потом, когда карьеру закончу, это поможет тренером стать и самому уже натаскивать бойцов. Но потом познакомился со Светкой и словно голову потерял. Даже на лекции стал ходить, потому что она сказала, что с двоечником встречаться не будет. Собственно, тогда уже с карьерой бойца проблемы наметились. Ну а на пятом курсе перед выпуском поженились, уехал вместе с ней отрабатывать, да так в Ужанихе и остались. Нет, в целом можно хоть сейчас собраться и свалить, снять квартиру в городе, родители помогут поначалу, да у нас своих немного сбережений есть. С работой опять же не думаю, что сложности возникнут, учителя нужны всегда. Но знаешь, вот что-то не даёт. Малые ещё малые, чтобы их куда-то тащить, да и с Иваном Фёдоровичем мы общий язык нашли. Ребята мои, опять же. Видел, как мы Золотую гриву порвали? Как Тузик грелку!

— Семь три, и это учитывая что у вас фактически была третья игра, а у них почти профессиональная команда. — я удовлетворённо кивнул. На матч собралась считай вся Ужаниха, и пацаны дали джазу. Конечно, заслугу самого физрука никто не отрицал, всё же именно он натаскивал парней, когда стоит применять заклинания, разрабатывал тактику и стратегию, мотивировал пацанов, но и сами ученики тоже показали себя с лучшей стороны. Даже два первых поражения в играх на них никак не повлияли. — А этот гол “бабочкой” вообще просто шедевр. Хоть в палату мер и весов помещай. Всё сделал идеально. Защитников обвёл, вратаря обманул. Грамотная работа.

— Да, Серёга талант. — согласился физрук. — ему ещё полтора года учиться, но я своим на кафедру уже мульку заслал. Так что если всё нормально будет, пойдёт учиться на мой факультет. Оттуда спортобщества часто вербуют игроков, глядишь и его заметят.

— Слушай, а может тебе и не возвращаться на ринг? — я повернулся к Григорьеву. — ты так за учеников топишь, болеешь прям. Со стороны — это прям твоё. А если в профи лигу вернёшься, вряд ли получится совмещать.

— Не, я и так уже чувствовал, что засиделся, — помотал головой Свят. — Прям зудело внутри что-то устроить какой-нибудь погром. Я за собой такое знаю и так долго продержался. Так что нормально. А насчёт высшей лиги, то посмотрим. Если без фанатизма, за чемпионство не грызться, то вполне можно выступать.

— А ты прям не будешь, — за эти несколько месяцев я довольно неплохо узнал приятеля, чтобы понимать, насколько тот азартен. Не в плане карточных игр или там ставок, но если тот цеплялся за что-то то пахал до кровавых соплей. Собственно успехи команды по магическому футболу были весьма показательны. Если бы они сразу начали выигрывать, Григорьев так бы не закусился. А раз проиграли, он с пацанов живым не слезал, пока они не сыгрались и не отработали взаимодействия и применение браслетов. — По глазам вижу, пойдёшь до конца. Хрен тебя что остановит. Не зря же тебя Отморозком прозвали, ты сам это сказал.

— Да блин! — Свят откинулся на спинку кресла. — Думаешь, я сам над этим не размышлял?! Только и делаю что голову ломаю!!! Но, понимаешь, я не могу отступить. Только не сейчас. Я и так ради Светки и малых считай от своего прошлого отказался, но оно давит изнутри, зовёт. Если я пар не выпущу — сорвусь. А мне нельзя, я же учитель, я пример должен подавать.

— Вот и подашь, научишь как морды бить, — заржал я, но справедливости ради, Свят и так учил деревенских пацанов драться. Правда и следил за ними по полной. Если кто-то начинал беспредельничать, то вылетал из секции быстрее собственного визга. Обычно за этим шла эпичная порка нерадивого отрока от родителей, извинения перед учителями и жертвами беспредела и длительные нотации на тему поведения. Обычно этого хватало, чтобы вернуть блудное дитя на путь истинный, хотя имелись и маргиналы, принципиально идущие против системы. Но с такими Свят не работал. Точнее он давал один шанс, а когда видел, что толку нет, просто выгонял и всё. И никакие уговоры или угрозы на него не действовали. — Хотя может ты и прав. Всегда должен быть громоотвод. Семья — это хорошо, но иногда и от неё надо отдыхать.

— Ты женись сначала, умник, — хмыкнул Григорьев, но развивать тему не стал, переключившись на более интересную для него тему. — Чего у тебя с Княжной? У нас уже ставки делают, когда вы сойдётесь.

— Чего?!! — от неожиданности я чуть руль не упустил, с трудом удержав машину на трассе. — С чего вы вообще взяли, что между нами что-то есть?!!

— Ну а к кому она постоянно домой бегает? — с каменной мордой пожал плечами этот… провокатор. — К тому же почему нет? Девка молодая, красивая, из хорошей семьи. Ты тоже вон жаних хоть куды! Маг, москвич в энном поколении, на морду вроде ничо так, хотя я, понятное дело, куда лучше. Но Светка ятра оторвёт, если только посмотрю в ту сторону. А тебе почему нет? Я бы давно замутил, будь на твоём месте. Тем более что ведьма тебя кинула, с Гаевским замутила.

— Так у нас с Наташкой ничего серьёзного и не было, — я ничуть не обиделся на упоминание так называемой измены. — мы ничего друг другу не обещали, поэтому никому ничего не должны. Тем более что с кожемякой они уже разбежались. Натка, дура, его даже проклясть умудрилась, но и Аркаша хорош. Решил от ведьмы откупиться, типа погуляли и хватит.

— Кретин, — согласился Свят. — Тут надо было делать, чтобы сама бросила, тогда бы ещё чего поиметь смог. Но Гаевский он всегда такой, бестолковый. Мы вот сколько здесь живём, он постоянно какие-то гениальные проекты начинает и все они прогорают нафиг. Только на коже, да кафешке и держится. Но без Хвостова и тут бы прогорел. Помогает ему Виктор Михайлович, не даёт загнуться, а Аркаша гоголем ходит. Ушлёпок.

— Не любишь ты его, — замечание было справедливым, но Гаевского на самом деле в селе не любили. И не потому что нэпман, их хватало, только далеко не все вели себя как он. И не смотрели на простых колхозников как на говно. — Ладно, пофиг на него. Ты в спорткомплексе будешь? Я тогда тебя высажу, а сам посылки развезу, а то меня нагрузили под завязку. А потом к началу соревнований приеду.

— Да, ты говорил, — кивнул Григорьев. — не вопрос. Я уже большенький мальчик, сам справлюсь.

— Так я не за тебя беспокоюсь, а за окружающих. — не удержался я от подколки. — Как начнёшь на них кидаться! Ты же Отморозок!

— Ещё какой! — поддержал шутку физруку. — Но я лучше боя дождусь. Покажу что рано они меня со счетов списали. Но ты особо не задерживайся, вдруг понадобиться меня от соперника оттаскивать.

Так, перешучиваясь, мы и добрались до “Спартака”, где сегодня проходили бои. Как пояснил Свят, это, заодно и показывало невысокий уровень соперников. Серьёзные поединки именитых бойцов могли устроить в цирке, или в ЛДС “Сибирь”. Были места и попроще, типа спорткомплексов, спортивных корпусов ВУЗов или даже техникумов. Но стадион “Спартак” и его спорткомплекс считался самым проходным. Хоть и располагался в самом центре. Так что подъехав, я высадил Григорьева, и махнув ему, двинулся по своим делам. Мне предстояло объехать половину города. Как назло все адресаты находились в разных частях города, кто-то на левом берегу, кто-то на правом, кто-то вообще в Академгородке. А Новосибирск я знал не то чтобы очень хорошо, да вообще почти не знал. Но куда ехать посмотрел заранее по автомобильному атласу и надеялся, что успею управиться к заданному сроку.

По здравому размышлению начал я с самого дальнего пункта назначения, Академгородка. Его лет тридцать назад построили, сразу после войны, и сейчас уже это место считалось самым умным на планете. По количеству научно-исследовательских институтов на квадратный километр Академгородок опережал любой другой город мира, пусть сам и считался лишь Советским районом Новосибирска. Там же находился Новосибирский Государственный Университет, где училась на химика Маша Сидорова, краса и гордость всей Ужанихи. С ней я был мельком знаком, но отказывать родителям не стал, девчонка реально с головой ушла в учёбу, и ездить домой ей было просто некогда. Мне было не сложно, так что заскочил и оставил на вахте в общежитии мешок картошки и туго набитую сумку с соленьями и деревенскими разносолами. Суровая старушка со взглядом прокурора дальше не пустила, сама же девчонка была на парах. Но и так нормально, у такой охранницы даже сухарик не пропадёт.

Следующим в списке был пед, где на третьем курсе училась Ира Губанова, дочка директора школы. Отказать Ивану Фёдоровичу я не мог, да и не хотел. С девчонками мы неплохо подружились, я и Диляре передачку привёз, так что припарковавшись у крыльца “копейки”, то бишь общежития номер один, носившего так же гордое название “ЦПХ”. Что особо актуально было для курсантов Новосибирского Высшего Командного Училища, что располагалось всего в пятнадцать километрах по прямой. Можно сказать, практически по соседству. А ведь была ещё “тройка”, тоже общага, но в которой в основном жили парни с факультета физической подготовки. Те самые спортсмены, о которых мы говорили со Святом. И стоило мне выйти из машины, как я тут же попал под прицел внимательных взглядов. Всех интересовало, кто я такой, и к кому приехал

— День добрый. — я поставил сумки на пол перед вахтой, — Не подскажете, Ира Губанова здесь или на занятиях?

— Губанова? — вахтёрша, ещё одна бабуська, переглянулась с дежурными, парой девчонок, сидящих тут же на диване. — Это из четыреста пятой которая? Да, здесь, пришла с пар недавно. Марина, сбегай! А вы ей кто будете?

— Друг, — я постарался улыбнуться максимально дружелюбно, но видимо, не убедил, поскольку подозрительность из глаз бабки не исчезла. — Гостинцы привёз ей из дома.

— Друг, ага, — меня просканировали сверху донизу. — Знаем мы таких друзей. Привозят гостинцы, а девки потом в декрет уходят. Внутрь не пущу! Тут разговаривайте!

— Как скажете, — я покосился на сумки, набитые так, что даже я их поднимал с трудом, но решил не обострять. Разберутся, чай не первый день учится. — Долго ждать?

— Ну это как твоя зазноба соберётся! — не оставила своей идеи бабка. — Ничего, не развалишься, подождёшь!

Спорить я не стал, принявшись разглядывать помещение. Оно оказалось довольно просторным, на стене висел телевизор, а вдоль стен стояли лавки и стулья. Судя по всему вечером тут проходили просмотры, ведь купить телевизор в комнату было не всем по карману. Имелись двери, судя по табличке и доносящимся запахам ведущие в столовую. Тут же кнопкой было прикреплено меню и надо сказать, кормили будущих педагогов неплохо. Хотя надо было ещё посмотреть как тут готовят. Я-то был избалован Хованом, но не везде же есть свой домовой с кикиморой. А исследовать доску с объявлениями и информацией мне не дали ввалившиеся в холл трое спортсменов, целенаправленно двинувшиеся ко мне.

— Это ты, что ли, к Ирке приехал?! — троица нависла надо мной, хоть я и сам был немаленького размера. — Ты ваще, кто такой?! Чё от неё надо?!!

Выглядели парни внушительно. Крепкие, высокие, с символикой клуба “Локомотив” высшей лиги килы на дутых цветных куртках. Я за третье по популярности командной игрой Союза особо не следил, предпочитая магический футбол, да и на него времени не хватало, но символику основных спортивных команд знал. На голове у парней красовались красные петушки с надписью СССР, а на ногах дутые финские сапоги, на белой подошве. Короче прикинуты парнишки были по полной, в отличии от меня, чья парка защитного цвета, выцветшие джинсы и банальные зимние ботинки никак по сравнению с ними не котировались. Но это не означало, что я тут же спёкся, поражённый сверхдозой их улётности.

— А вы с какой целью интересуетесь? — я оценил наезд и тихонько перевернул кольцо печаткой внутрь. Пусть парни хамят, но это не повод их калечить. А вот проучить стоит. — И не нависайте, не люблю.

— Кузнецов!!! — тут же среагировала бабка, впрочем, предусмотрительно не выходя с территории вахты. — Ты опять хулиганишь?!! Я на тебя в деканат напишу, пусть отчисляют!!! Губанова!!! А ну разберись со своими ухажёрами или тоже вылетишь из института как пробка из бутылки! Тоже мне Кармен, устроила тут аргентинские страсти!

— Кузнецов, ты опять?!! — Ира спустилась с лестницы, грозно сверкая очками. — Ты опять да?!! Привет, Лука. Ты извини, этот… этот… троглодит, с чего-то решил, что я его девушка. И теперь проходу не даёт.

— Только скажи, помогу, — я подмигнул всем троим, демонстративно переворачивая перстень на левой руке обратно печаткой вверх, от чего парни немного сдулись. Ну да, связываться с магом себе дороже. — Ладно, я ненадолго. Родители тебе сумки передали с оказией, так что вот, забирай. А то мне ещё к Диляре заехать надо, и ещё в пару мест успеть до шести вечера. Я же со Святом Григорьевым приехал. Он на Спартаке сегодня дерётся.

— Григорьев? — спортсмены тут же переглянулись. — Это что ли, который Отморозок, с Гришей Кувалдометром? Ха! Да Гриша от него мокрого места не оставит!!! У него семь побед и пять нокаутом! Он твоего Отморозка по рингу размажет!

— Конечно, — я не видел смысла спорить со специалистами. — Слышьте, знатоки, сумки девушке помогите занести. А то как женихаться так они вот они, а как помочь, так никого. Ир, я побежал, времени нет совсем, но если вдруг соберёшься Свята поддержать, найди меня. Вместе болеть интересней, особенно когда на арене целый Кувалдометр. Заодно и посмотрим, как он Свята будет кувалдометрить. По любому будет то ещё зрелище.

Глава 6

— Никогда здесь не был, — Пётр крутил головой по сторонам, разглядывая довольно-таки невзрачную улочку. Да и сам спорткомплекс “Спартак” выглядел весьма обыденно. Обычное четырёхэтажное здание, ничего особого. Разве что традиционный лозунг про быстрее, выше, сильнее над входом, но такой встречается на каждом втором спортивном зале. Вот с другой стороны, где стадион и кассы, там комплекс гораздо симпатичнее. Но нам сегодня именно сюда. — Даже на футбол или килу не ходил. Как-то не получалось, хоть по радио за чемпионатами слежу.

— Бывает, — я высмотрел свободное место и резво повернул, пока не заняли. — Я тоже не большой любитель стадионов, хоть в Москве и возможностей побольше будет.

— Вон Ирка! Приехала! — перебила нас Диляра. — Останови, останови! Я к ней пойду!

— Сейчас припаркуюсь… — я хотел было возразить, но потом махнул рукой и затормозил. — Выметайся!

— Ага, спасибо! — Диля тут же выпрыгнула из машины, хлопнув дверью и принялась махать руками. — Ирка!!! Мы тут!!!

— Детский сад. — я покачал головой и аккуратно припарковался. Среди остальных машин мой НЭШ выделялся, но не так чтобы очень. Имелись тут и старые “Победы” и “Волги”. Даже пара горбатых “Запорожцев” встретились. Правда на ряду с ними стояли и Форды всех мастей и новенькие “Лады”, которые лично для меня выглядели немного диковинно. Точнее в этом виноват был альтер-эго, уверенный, что завод должен был строить Фиат, а не Фольксваген, как это произошло в нашей реальности. Но я давно уже привык к подобным выкрутасам, так что не обращал внимания. — Вылазь. Я машину закрою.

Заглушив двигатель я немного подумал и всё же погасил печку. Да, в целом ей бы ничего не было за это время, зато машина осталась бы тёплой, но я предпочитал не рисковать. Потерплю немного, зато никакого ЧП не случится. Закрыв защёлки на всех дверях, я вылез из машины, запер водительскую дверь и направился к друзьям. За эти несколько месяцев я на самом деле подружился с ребятами, и теперь не стеснялся их так называть. Собственно потому и позвал смотреть на бой Григорьева. Сами они со Святом особо не общались, даже Губанова. Всё же и возраст у них не слишком совпадал, да и интересы тоже, но поддержать односельчанина согласились дружно.

Народу было не то чтобы много. Всё же бои проходные, пусть и пятница вечер. К чести советского правительства, народу было чем занять себя в преддверии выходных дней. Многочисленные нэпмановские кафе и рестораны принимали гостей. В кинотеатрах крутили новые фильмы Московской, Одесской и Ленинградских киностудий. И это только из крупных, а ведь имелась масса более мелких, но с этими тремя мастодонтами соперничать было сложно. Особенно с Одессой, ставшей советским Голливудом. Там каждый день снималось масса фильмов, многие из которых потом уходили на телевидение, и надо сказать, фабрика грёз оправдывала своё название.

Так же посетителей ждали театры, концертные площадки, ночные клубы, дискотеки и дворцы спорта. Сегодня, кстати, как раз в ЛДС наша “Сибирь” играла с казанским “Итилем”, а хоккей традиционно входил в тройку самых популярных командных игр страны. Естественно, основная масса любителей спорта была там, поэтому нам даже толкаться не пришлось у гардероба. Мы с Петькой помогли раздеться девушкам, а после я тоже скинул свою парку, отдав суровой гардеробщице в обмен на алюминиевый номерок. Но пройти в зал не успел, на пути у меня вдруг выросли два крепких парня с суровыми мордами.

— С оружием не положено! — в первые секунды я даже не понял о чём идёт речь. — Вы не можете пройти!

— Вы об этом? — я лишь теперь сообразил, что речь идёт об атаме, который я носил горизонтально на ремне за спиной. Оказалось что достаточно удобно. Даже в парке достать его не проблема, не мешается и всегда под рукой. Но дело даже не в том, что я привык к ножу за последние пару месяцев, а в том, что маг сам по себе оружие. У меня на левой руке оставался перстень с печаткой рунического круга, а в рукаве была спрятана волшебная палочка, на всякий случай. Но даже без всего этого у меня было чем удивить. Маг есть маг, и если он не полный бездарь, то к моему возрасту у него точно будет два три заклинания отработанных до автоматизма, для которых медиаторы не нужны. И тем более странным выглядело такое заявление. — У меня разрешение имеется.

— Без разницы! — упрямо мотнул головой один из бугаёв. — Вы не проходите.

— Вы чего тут устроили! — тут же сунулась в атаку Диля, но я перехватил её, засунув себе за спину. Скандал мне был не нужен. Даже если я прав. И дело не в том, что мне не всё равно, а в том что это может повредить Святу.

— Начальство вызывайте, — самым простым способом решить вопрос не скатываясь в ругань был именно этот способ.

— Не положено! — а вот охрана идти мне на встречу не собиралась. — покиньте здание!

— Ребята, давайте жить дружно. — мне, честное слово, не хотелось доводить до скандала, а им попахивало всё более явно. Может быть мой общий вид не тянул на высокий доход, а бедных магов не бывает, но уж проверить маг я или нет можно было запросто. Однако бугаи упёрлись, даже не собираясь идти на компромисс. А это уже была дискриминация, чего я терпеть не мог. — Это мой инструмент, у меня и документы на него есть.

— Что здесь происходит? — отвлёк нас от разборок властный голос человека, явно привыкшего командовать. — Что за пробка на входе?

— У гражданина оружие, Владлен Борисович! — невежливо ткнул в меня пальцем один из бугаёв. — С ножом нельзя.

— Идиоты, — подошедший к нам мужчина лет двадцати семи был прикинут по полной программе, а главное, у него на левой руке тоже виднелся перстень с руническим кругом. На поясе висел чехол с палочкой, а под одеждой выделялись несколько амулетов. Классический молодой маг, уже обросший связями и деньгами, не то что я. Вон одни ботинки стоят как половина моей машины. И взгляд который он кинул на охранников был явно далёк от вежливости. Да и в целом было видно, что паренёк несёт себя весьма высоко, по крайней мере по манере общаться это чувствовалось. — Кто такой?

— Лука Новиков, Чулымский ПМАК. — я не стал нагнетать, решив оставить культуру поведения на его совести. — У меня сегодня знакомый выступает.

— А, сельский профиль, — если огонёк интереса и имелся в глазах городского мага, то сейчас он сразу потух. — Судя по атаму призыватель? Да пропустите его, идиоты! Это маг из области. Сами что ли не видите? Бестолочи! Понаберут по объявлениям у пивных ларьков, а мне потом мучайся. Погоди! Ты говоришь, знакомый выступает, да?

— Григорьев Святослав. — Я не стал называть прозвище Свята, уж слишком претенциозно оно звучало. — Раньше выступал, но потом перерыв был большой.

— Нет, не слышал, — задумался на секунду Владлен. Сам он, кстати, не потрудился представиться, но и так было понятно, что за ровню меня не считает. Впрочем, меня это никак не трогало. После двух недель блужданий по заброшенным кладбищам области и того, как Кутайсов часами гонял по астральному полигону, чьи-то понты вообще не впечатляли. — Видимо кто-то из низшей лиги.

Спорить и что-то доказывать я не стал, да и меня уже никто не слушал. Отдав распоряжения городской маг удалился, по-другому я это назвать не мог. Ну и я, одёрнув кофту так, чтобы спрятать под ней клинок, махнул ребятам и двинулся в зал. Петя взял на буксир недовольно бухтящую Далю, с трудом удерживающую себя в руках, чтобы не показать этому снобу что такое деревенские девчата, а Ира хоть и хмурилась, но контролировала себя гораздо лучше подруги. Впрочем, довольно быстро девчонки забыли об обиде, с интересом крутя головами по сторонам. Хотя смотреть особо было не на что. А вот Петьку заинтересовало совсем не это.

— Видал, видал у него на боку? — Кузьмин-младший толкнул меня локтем. — Пейджер! Бомбезная штука! Прикинь, ты его просто с собой носишь, а туда любой может позвонить!

— Звонят не тебе, а оператору, — сам я особо в этом не разбирался, пейджеры появились совсем недавно, и стоило очень дорого, но вот альтер-эго знал что это такое, правда почему-то ощущения по отношению к этому устройству было словно к детской игрушке. Хотя в целом я восторг Петьки понимал прекрасно. Тот же “Алтай” значительно расширил мои возможности. Всё-таки доступ к оперативной информации много стоит. А способность вызвать помощь могла спасти множество жизней. — надиктовываешь сообщение, а оператор его отправляет уже по адресу. А сколько строчек у него? Я просто таких не видел, чтобы с текстом были. В Москве в больничке, где мы обследования и диспансеризацию проходили, у врачей голосовые были в основном.

— Одна, — Пётр удивлённо поглядел на меня. — А что бывает больше?

— Да понятия не имею, я не интересуюсь, — я пожал плечами. — Но наверняка если сейчас нет, то потом появятся. Штука реально полезная. Нам, магам, проще. Мы астрального вестника послать можем, хоть это тоже без шара не все могут, но обычным людям что делать? Амулеты не у всех работать будут. Так что логично, что подобные устройства появились. Думаю, что через какое-то время и телефоны появятся, что с собой носить где угодно можно. Типа Алтая, только ещё меньше, на батарейках.

— Ну ты скажешь тоже, — отмахнулся Кузьмин. — Ты прикинь сколько ему батареек нужно будет? Он же всегда включен должен быть чтобы тебе позвонить могли. А антенна?!! Что, будешь ходить с обручем с антеннками на голове, как в кино?! Да ну, бред!

— Вы достали! — шикнула на нас Диля. — Нашли тоже место и время. Пойдём быстрее, а то все лучшие места займут!

Ради проходных боёв никто не собирался оборудовать полноценный зал хотя бы сидячими местами. Для самых уважаемых вокруг ринга стояли стулья, выглядящие так, будто из приволокли из какого-то кафе. Остальным предлагалось стоять на своих двоих. Да и в целом было видно, что это обычный тренировочный зал, просто инвентарь растащили к стенам, да убрали в кладовки то, что поменьше, чтобы не спёрли.

— Как-то тут… простенько всё, — резюмировала результат осмотра Диля. — Я думала тут как по телевизору будет. Празднично всё, народу много, представление какое. А тут словно на районные соревнования приехал.

— Так они районные и есть, — я пожал плечами. — По сути это проходные бои, чисто отборочные. Когда дело к основным подойдёт там конечно всё по другому будет. Но и проходить они станут не тут, а где-нибудь в специальном зале. Каком не знаю, я у вас тут не ориентируюсь. В Москве бы назвал десяток адресов.

— Динамо, Чеколда, — подал голос проходящий мимо мужик. — Ну Чкаловец который, там хороший зал борцовский и часто проводят соревы по смешанным единоборствам. У водника неплохой зал, в НГУ, в педе, у НЭТИ, да мало ли мест хороших. Спартак — это так, чисто междусобойчик, для низшей лиги.

— Ну вот что я и говорил, — я кивком поблагодарил мужика. — Давайте место найдём, чтобы поближе к рингу. Я обещал Святу ему ассистировать.

Бои начались как-то буднично, под стать залу. Просто вдруг на ринг вышел судья, громко закричал, чтобы лишние отошли за определённую зону и буквально через пару минут назвал первую пару участников. Уровень бойцов был низким. Первые пара схваток и вовсе больше напоминали толкотню, чем поединки. Молодые пацаны, выставленные тренерами для того, чтобы набрались опыта, пробовали применять ещё плохо отработанные приёмы, били неуверенно, и то и дело висли на сопернике, пытаясь перевести борьбу в партер. Третий бой и вовсе прошёл почти исключительно на полу, вызвав возмущённые крики зрителей. Одно дело, когда идёт рубка, пусть и не слишком уверенная, и совсем другое, когда соперники просто ползают по полу, в надежде взять руку на болевой или задушить оппонента. Скучно и неинтересно.

Но дальше стало веселее. Разогрев закончился, пошли уже серьёзные ребята. Эти рубились по полной, кость в кость, иногда основательно заливая кровью канвас. Теперь уже в воздухе постоянно стояли вопли восторга, да и зрителей изрядно прибавилось. Два боя явно раскачали толпу, да и имена победителей зрители дружно выкрикивали, показывая, что это уже не проходняк, это уже как минимум районные звёзды. Мы тоже что-то кричали, хотя чисто на волне азарта. Болеть за незнакомцев было странно, но бойцы мне понравились. А после началась финальная часть вечера и первым же на ринг пригласили Свята. Теперь уже начал работать конферансье, так что нашего бойца объявляли как положено.

— Сегодня у нас неожиданный претендент! — никакой аудиосистемы в зале не было, поэтому конферансье пользовался мегафоном с тангентой. — Когда-то он успешно выступал в высшей лиге, но потом ушёл из спорта. Однако, как рыба не может без воды, так и настоящий боец не может без боя!!! Встречайте, Святослав “Отморозок” Гри-и-и-и-горьев!!!

Свята встретили свистом. Слишком давно он не выступал, о нём забыли, а весьма претенциозное прозвище резко настроило против себя большинство зрителей. Впрочем, физруку это было пофиг, он вышел из раздевалки, полностью сосредоточенный и готовый к бою, не обращая внимания на крики и вопли. От посягательств его охраняли те самые бугаи, если честно, справлявшиеся с работой так себе. Как я понял, это не профессиональная охрана, а ребят из зала взяли на подработку. Впрочем, зрители были довольно адекватные и никто на Свята не кидался.

— Готов? — я встретил его у ринга, забрав толстовку и футболку. — Давай, размажь этого ублюдка!

— А в другом углу ринга у нас боец, идущий на волне из семи побед, пять из которых были одержаны досрочно нокаутом!!! — а вот оппонент Свята у конферансье вызывал гораздо более тёплые чувства, это прям ощущалось по подаче. — Сможет ли стать бывший “Отморозок” препятствием на пути будущего чемпиона? Итак встречайте!!! Воспитанник клуба “Фаланга”, не имеющий на данный момент ни одного поражения!!! Григорий “Кувалдометр” Ку-у-узне-е-ецов!!!

Тут даже организаторы расщедрились на музыку, но присмотревшись, я понял, что это играл бумбокс в руках одного из свиты бойца. Гриша выходил словно уже был чемпионом, в окружении толпы поддержки, в халате с символом клуба, тремя выстроившимися в ряд боксёрами в узнаваемых греческих шлемах. Зрители его встретили восторженными воплями и овациями. И было за что. В отличии от довольно скромно выглядящего Свята Гриша вымахал здоровенным кабаном, с кулаками размером с мою голову. Ладно, утрирую, но не сильно. Кувалдометр носил своё прозвище не зря и мне даже стало немного страшно за приятеля, разминавшегося на ринге.

— Ты в порядке? — я заметил, как физрук наблюдает за приближающимся к рингу сопернику. — Что-то ты выглядишь каким-то злым.

— Эти ублюдки предложили мне лечь, — Свят говорил немного невнятно из-за капы во рту, но в целом всё было понятно. — Прикинь? Так и заявили мол, или ложишься и получаешь две штуки или ляжешь потом.

— Козлы, — я скрипнул зубами, вглядываясь и запоминая рожи команды соперников. — Зассали. Я надеюсь, ты отказался?

— Конечно! — Григорьев обжёг меня взглядом. — Я этого засранца по канвасу размажу! Будут они мне ещё угрожать!

— А вот это правильный настрой! — я хлопнул физрука по плечу. — Давай, иди и без победы не возвращайся!

В этот момент бойцов позвали к рефери, Свят кивнул, вставил на место капу и двинулся к судье. Кувалодометр смотрел на противника с насмешкой, даже презрением, но я точно знал, что его ждёт крайне неприятный сюрприз. А вот что мне не нравилось, так это то, что его аура была подёрнута какой-то дымкой. Я поначалу даже не заметил её, всё же у меня нет привычки постоянно смотреть через грань, но после обретения Морона моя чувствительность значительно выросла. И теперь я часто видел такое, что раньше даже не замечал или мне приходилось прикладывать значительные усилия. Ну как с тем шаром на проверке детей на способности. Вот и сейчас что-то с этим Гришей было не так. Но что именно я понять не успел, потому что судья закончил зачитывать правила и махнул рукой. Грянул гонг и противники принялись кружить друг напротив друга. Бой начался!

Глава 7

Кувалдометр рванул вперёд стоило только рефери объявить начало боя и тут же попытался достать Свята, выбросив мощную двоечку в голову. И помазал, не дотянувшись какие-то считанные миллиметры. Пропустив пудовые кулаки Григорьев тут же качнулся вперёд и сам вмазал сопернику, сразу обозначив, что просто не будет. Зал взвыл. Гриша явно был фаворитом и тут в первом же размене он жёстко получает по морде. От такого кто хочешь завоет.

Только вот Кувалдометру достаточно жёсткий удар был всё равно что слону дробина. Он только тряхнул головой, оскалился и попёр вперёд, снова и снова пытаясь достать шустрого и вёрткого соперника. Свят держался очень хорошо. Не давал прижимать себя к канатам или запереть в углу, двигался постоянно, идеально контролировал дистанцию и бил. Методично, с ирландской яростью и русским пофигизмом. Убойное сочетание, если разобраться. Но при всём при этом Отморозок не терял голову, работал чётко, словно вбивал гвозди, и надо сказать, выглядело это очень внушительно.

— Да что ты делаешь!!! Порви его!!! — в зале стоял вой разочарованных болельщиков Кувалдометра. Они явно рассчитывали на стремительную победу, но шла уже вторая минута, а их любимец только получал плюхи, не нанеся практически ни одного удара. — Откуда вообще взялся этот ублюдок?!!

Я лишь улыбался, стоя у самого края ринга. Видимость не очень, но кто-то же должен был подать Святу полотенце и воду. Да и в целом приятно осознавать себя причастным к чему-то особому, хотя казалось бы, у меня вся жизнь из этого состоит. Магов было немного, где-то лишь один из ста пересекал тот порог, что отличал нас от обычных людей. Но даже так, арифметика выходила не в нашу пользу. Ведь часть отваливалась ещё во время обучения, оставаясь подмастерьями или стажёрами. Раньше они составляли девяносто процентов магов и именно их натаскивали в церковных приютах. Сейчас, с новой системой образования, а главное, развития, процент упал до сорока, остальных вытягивали до полноценной третьей категории. Правда, до второй доходило уже от силы процентов десять а то и меньше. Но не суть. Сейчас меня не особо волновала статистика, я больше переживал за Свята, потому что его соперник, поняв, что не может достать вёрткого Отморозка, плюнул на ударную технику и попытался пройти в ноги.

Оказалось, что и борьбой у Кувалдометра дела обстоят неплохо, в отличии от Григорьева, который был чистым ударником. Бороться Свят умел, точнее знал основы и как противостоять борцам, этого ему хватало. Вот и сейчас он ужом принялся выворачиваться из рук более мощного соперника, при этом умудряясь то и дело пробивать то по голове, то по печени. Казалось, его не могли удержать ни захваты, ни болевые, Григорьев даже в неудобной для него позиции продолжал доминировать, хоть было видно, что в борьбе он менее техничен, чем противник.

— Да что ты с ним возишься!!! — тренер Гриши от возбуждения чуть на канаты не залез, благо охрана вовремя успела его поймать и вернуть на место. — На гильотину его бери!!! Шею, шею захватывай!!! Да не давай ты ему вырываться!!! Дави, дави!!!

И Гриша давил, причём я очень удивился, когда он закинул ногу за шею Свята, попытавшись надавить на неё обеими руками, уперевшись плечом в горло. Не знаю, может это и работало, но Григорьев довольно легко освободился, а после и вовсе выкрутился, попутно удачно пробив по печени сопернику. Тот уже даже не пытался идти на размен ударами, продолжая ползать по канвасу, и то и дело отхватывал по морде, но держался. И атаковал сам, пытаясь затащить Отморозка в партер.

Возню на канвасе прекратил гонг. Судья тут же кинулся к противникам, разнимая их, но Свят уже вырвался и отступил, двинувшись в свой угол. Я подхватил полотенце и воду, принесённую им и поднялся к рингу. Несмотря на весьма вязкий и тяжёлый раунд, дышал физрук вполне нормально. Было видно, что силы у него ещё есть. И выпив воды, Свят уселся на табурет, подсунутый ассистентами ринга, а я начал махать на него полотенцем.

— Хорошо идёшь. — понятное дело, советовать что-то я ему не мог, Свят был куда опытней меня как боец, но подбодрить, почему нет. — ударку он тебе точно проиграл, и похоже, так и будет возиться в партере. А ещё Кувалдометр!

— Да плевать! — выдохнул Григорьев. — Слушай, какой-то он… не такой. Слишком живой. Слишком много дури. Давил так, что я думал кишки вылезут.

— Допинг? — я нахмурился. — А проверка…

— Нету, это ж младшая лига. — Свят глубоко глотал воздух, насыщая кровь кислородом. — Даже если претензию подать, то могут на тормозах спустить.

— Суки, — я оглянулся на Гришу Кувалдометра, который сидел в своём углу и прищурившись, заметил, как над от него расходится призрачный дымок, растворяясь в воздухе. Понятное дело, никто кроме меня видеть его не мог, я и сам бы раньше ничего не заметил. Но сейчас понимал, что всё же уроды чего-то ему дали. Скорее всего зелье силы или выносливости. Простенькое, но весьма надёжное. По идее можно было потребовать проверку у дежурного мага, того самого, что мы встретили возле гардероба, но… я был не уверен, что от этого будет толк. — Короче даже если раньше он был чистый, то теперь под зельями. Я не знаю, получится ли у тебя его вырубить. И скорее всего он сейчас пойдёт в рубку.

— Пусть попробует! — Свят немного безумно оскалился, и я понял, почему его называли Отморозком. Раньше он никогда таким не был, но теперь этот блеск в глазах, это предвкушение тяжёлой схватки ясно показывало, что тот, кто придумал это прозвище не ошибся. И похоже, Кувалдометру сейчас будет несладко. — Смотри, что сейчас будет!

Повинуясь сигналу судей я спрыгнул с ринга, ассистенты выдернули табурет, а Свят двинулся к центру ринга. Судья по очереди посмотрел на бойцов и дал команду “Бой” и тут же соперники кинулись друг на друга. Гриша двигался легко, будто не было предыдущего тяжёлого раунда. Точно выносливость, зуб даю. Только вот заёмная сила не прибавила ему ни опыта, ни умения. И Отморозок, на этот раз полностью оправдавший своё прозвище, доминировал, буквально подавив противника яростью и напором.

Кувалдометр попытался было пойти напролом, положившись на высокую выносливость, но Свят очень быстро доказал ему что это плохая идея. Сколько бы сил у тебя не было, но тяжёлые плюхи прилетающие раз за разом это не то, что мотивирует бойца. Так что неудивительно, что буквально через тридцать секунд Гриша снова полез в клинч, чтобы перевести борьбу в партер. И у него это даже получилось, всё же зелье давало ему неплохой бонус. Вот только и на нижнем ярусе всё пошло не так, как он планировал.

На этот раз Отморозок боролся в три раза яростней, буквально осыпая противника градом ударов и сам доминируя над ним. Гриша честно старался, дури ему хватало, но всё же явно сливал. И буквально на второй минуте второго раунда совершил ошибку. Пытаясь вывернуться из под оказавшегося слишком яростным Свята Кувалдометр не слишком удачно выбрал направление движения и в итоге позволил Григорьеву забрать спину.

Собственно, на этом всё было кончено. Да, дури у Кувалдометра хватало и соперники ещё почти целую минуту барахтались на канвасе, но опыт и боевая ярость передавили молодость и зелье. Гриша сдался не сразу, даже когда ему полностью перекрыли кислород и передавили сонную артерию, он продолжал брыкаться, всё ещё надеясь уйти из захвата, но всё же природа взяла своё и Кувалдометр просто отключился, обмякнув в руках Свята. И только после этого судья остановил бой, буквально отодрав руки Отморозка от шеи соперника.

Толпа выла и орала, всё же хороший бой оказался куда важнее поддержки какого-то одного бойца, хоть среди них явно выделялась группа фанатов “Фаланги”, кричавших что-то про обман, нечестное судейство и прочее. Некоторые даже попытались было к рингу пробиться, но вот тут охрана сработала чётко. Может быть крепкие парни в чёрных футболках не слишком быстро соображали в каких-то делах, но сейчас махом остановили зачинщиков, да и маг помог, поставив Щит на их пути. Ну а дальше было делом техники и пока врачи и секунданты приводили в чувство Кувалдометра, мы со Святом успели порадоваться его победе, к тому же тут ещё и все наши подскочили, тоже желая поздравить.

— Святослав Игоревич, ну вы вообще!!! — Диля от возбуждения и азарта аж подпрыгивала на месте. — Как вы его!!!

— Да уж! — дочка директора тоже глядела на физрука огромными от удивления глазами. Она явно не ожидала, что Свят настолько яростный боец, да и в целом, наверно, думала, что здесь будет что-то вроде школьной спартакиады. А тут морды били вполне себе всерьёз. — Честно говоря, я в шоке, товарищ Григорьев. Вы такой… такой… как только вас Светлана Владимировна отпустила!

— Молодец! — я хлопнул Григорова по плечу, забирая капу и давая ему напиться. — Грамотно сработал!

— Мой первый самбишн. — Свят покосился на ринг, где всё ещё пытались привести в чувство Гришу. — Я ж ударник! Я и бороться почти не умею.

— Ну мало ли, — я пожал плечами. — зато задавил кабана, и никакие зелья не помогли. Кстати, жалобу будешь подавать?

— Нафиг, — отмахнулся Отморозок. — положил и положил. А с дерьмом этим связываться не хочу.

— Может оно и правильно, — я на этот счёт своего мнения не имел, поскольку был бесконечно далёк от внутренней кухни спорта и всего, что с этим связанно. — Иди, тебя зовут! Объявлять победителя будут.

— В бою за звание претендента, — не стал затягивать рефери, сразу перейдя к сути. — победу удушением одержал Святослав Григорьев!

Свят потряс поднятой судьёй рукой, кивнул зрителям, затем повернулся к сопернику, чтобы поблагодарить его за бой, но Кувалдометр, вместо того, чтобы пожать протянутую руку, резко отбил её в сторону, бросив Григорьеву что-то явно нелицеприятное. Впрочем, Отморозок, вопреки прозвищу, не стал нагнетать, просто пожал плечами и кивнув рефери направился в свой угол. И оттуда мы с ним уже двинули в раздевалку. Ребята с нами не пошли, я отдал им свой номерок, чтобы забрали парку, время было уже довольно много, так что я собирался развести их по общагам и рвануть домой. Новосибирск, конечно, был городом большим и интересным, но спать я предпочитал в своей кровати.

— Совсем молодёжь охамела, — Свят плюхнулся на лавку, принявшись стягивать перчатки. — Я за такое своим тут же леща прописываю. Ты можешь проиграть, можешь выиграть, но уважение к противнику — это основа!

— Ты сам-то давно таким правильным стал? — нет, я с ним был полностью согласен, но прозвище Отморозок просто так не дают.

— Как женился, — вздохнул Григорьев. — До этого… да разное было. Но я когда ещё сопливым пацаном был, мне тренер на этот счёт мозги вправил. На ринге — делай что хочешь. Но соперника уважай. Помню, я когда в первый раз жёстко срубил противника, бросил ему что-то типа слабак, или чмо, так наставник меня потом на месяц от тренировок отстранил. Так что это я накрепко заучил, на всю жизнь.

— Кстати хотел спросить, — я прошёлся по раздевалке, разглядывая шкафчики. Кроме нас здесь никого не было, так что можно было поговорить спокойно. — А почему ты к тренеру не обратился, когда надумал возвращаться в спорт? Всё же у него и возможностей больше, да и опыта тоже. Помог бы, поддержал. Как минимум ассистента нормального на бой нашёл бы, я всё же особо не шарю во всей этой кухне.

— Да мы расстались не очень хорошо, — внезапно смутился Свят. — Он меня на союз сватал, уже о боях была договорённость, а я тут женился и сказал что уезжаю. Посрались мы тогда знатно. И сейчас если позвоню, решит, что прибежал обратно с поджатым хвостом. А оно мне надо?!

— Ну да, ты же гордый, — я понимающей кивнул. — Но я бы на твоём месте ему набрал. Чисто в известность поставить. Ты же понимаешь, что тоже был не прав? Так чего вам размерами мериться?

— Да я… — начал было Свят и в это время в раздевалку ввалились двое, плотно прикрыв за собой двери.

Мне они сразу не понравились. Невысокие, худощавые, с какими-то костистыми лицами эти двое вызывали инстинктивное опасение. Чёрные спортивные штаны, короткие кожаные куртки, и ярким пятном красные “петушки” на головах. Одежда, удобная для уличной драки, особенно если посмотреть на тяжёлые берцы, явно с металлическими вставками. Откуда они и зачем пришли догадаться было не сложно, я видел этих двоих в толпе представителей клуба “Фаланга”. Собственно, они и сами это подтвердили, стоило им открыть рот.

— Ну что, фуфел, ты русский язык не понимаешь? — двинулись вперёд красношапочники, — Тебе что было сказано, васёк? Лечь! Короче, теперь ты нам пятнаху торчишь! Срок — неделя. А если нет…

— А если нет, то вы идёте оба на хрен! — поднялся на ноги Свят и набычился. — Пока я вам эти ваши шапки не засунул туда…

— Погоди, — что-то мне в этих двоих не нравилось и не только их явная принадлежность к криминалу. Да и Морон предупредительно каркнул, намекая, что не всё так просто. Так что я сосредоточился, и от удивления чуть не присвистнул. Мало того, что аура этой парочки была размыта, и по ней нельзя было прочитать ничего конкретного, так она ещё явно была нечеловеческой. И я недолго думая ткнул в первого пальцами, сложенными в хитрую фигуру. — Аард!

Одного из красношапочников снесло с места, впечатав в стену. Второй, впрочем, ничуть не испугался, схватившись за нож, спрятанный под курткой, но ничего сделать не успел. Свят скользнул к нему, тут же чётко пробив троечку в голову, от чего чёрный лёг прямо там же где и стоял. А я уже выхватил атам, готовясь к продолжению схватки, но пока этим двоим хватило, чтобы не торопить события.

— Ты чего? — физрук удивлённо уставился на меня. — Ладно они те ещё гандоны, но магией зачем?

— Это гоблины, — я внимательно следил за обеими поверженными противниками, потихоньку приходящими в себя. — Их аура. Если не ошибаюсь, красные шапки.

— Красные шапки? — удивился Свят. — Типа пирожки бабушкам носят?

— Нет, типа скальпы с прохожих снимают, затем режут их и свои шапки в крови жертв вымачивают. — я припомнил всё, что писали об этих тварях в учебниках. — Как любые фэйри благого и неблагого двора могут жить среди людей и даже оставлять потомство. Правда, считается, что они предпочитают Европу, особенно Англию, где у них дом под холмами. Но эти видишь, и до нас добрались. Похоже, в братве подвизаются, бабки выколачивают.

— И чего делать? — теперь Григорьев смотрел на визитёров совсем другими глазами. — Может ментов вызвать?

— А толку? — я пожал плечами. — предъявить им нечего. То что они гоблины у нас по закону не преследуется. Сам знаешь, у нас все равны, пока уголовный кодекс не нарушают, а тут им пришить что-то сложно будет. Свидетелей нет.

— Вы чё, фраера, попутали… — очнулся первый, поднимаясь на ноги, но замер, увидев нож в моих руках. И главное мигом понял, что это за нож такое. — The Raven-King! Проклятье!

— Язык отрежу! — я угрожающе поднял атам. — Захлопни пасть, пёс!

— Король… ворон? — перевёл Свят. — Это из-за твоего ворона?

— Не знаю, — я не слишком разбирался в мифологии Англии, мы её проходили в рамках общеевропейской, но там своих нюансов хватало, — возможно. Вороны вообще прочно ассоциируются со смертью. Но не суть. Главное, что эти ублюдки поняли, кто я.

— И что, некрот, думаешь, что тебе это сильно поможет? — а теперь очухался второй, но бычить не стал, а отступил к товарищу. — Шелкопряд от тебя мокрого места не ост…

— Заткнись! — первый гоблин заставил замолчать товарища тяжёлым ударом по печени. — Короче, мы вам маляву передали. Не хотите неприятностей — бабки гоните. Некросу заработать нефиг делать. Не будет бабла через неделю — врубаем счётчик.

— Может их прямо тут кончить, — я повёл атамом, и красные шапки заметно дёрнулись. Несмотря на браваду, они меня боялись и это было видно. — Передайте… Шелкопряду, правильно? Так вот передайте ему, что платить мы не будем. А если он хочет по плохому… Фаланга же — это его клуб? Так у меня найдётся, с кем передать ему привет. Уяснили? Теперь валите!

— Увидимся ещё. — гоблины обожгли нас взглядом, но задерживаться не стали, выскочив за дверь.

— И что теперь, — было видно, что Свят растерян. Одно дело кому-то морду на ринге разбить, или просто в подворотне люлей напихать, а совсем другое — бодаться с братвой. — Они же не отстанут.

— Значит им же хуже. — возможно я был излишне самонадеянным, но… почему-то после упырей и вурдалаков вся эта возня вызывала лишь ухмылку. — Собирайся, а то надо ещё ребят по общагам развести. И домой хорошо бы до полуночи успеть. А про этих… посмотрим. Пока гнать волну рано. Но если полезут… придётся познакомить их с Марой. И пусть кто-то скажет, что я начал первый.

Глава 8

— Слушай, может зря я этому Шелкопряду угрожать начал? — пока развозили ребят, я всё крутил в голове произошедшее. Правильно ли поступил, может стоило как-то по другому себя повести, и никак не мог прийти к единому выводу. — Судя по всему, дядька крутой, раз у него гоблины на подпевках ходят.

— Да ну, брось, — легкомысленно отмахнулся Григорьев. — Ну гоблины и чего? Позволить об себя ноги вытирать и на бабки поставить? Тут ведь чуть слабину дашь, потом не отмоешься. Спорт у нас самая криминализированная сфера жизни, между прочим. А с этим Шелкопрядом мы ни о чём не договаривались, никаких дел не вели, ничего не обещали. Так что предъявить нам нечего.

— А ты вообще за этого Шелкопряда чего-нибудь слышал? — не сказать, что Свят меня прям успокоил, но я и не напрягался особо. — Он кто? Серьёзный кто-то или так, шушера подзаборная? Так-то гоблины кому попало служить не будут. А если тип серьёзный, может закуситься.

— Я мало о нём слышал, только по спорту, — задумался Григорьев. — Маг второй вроде бы категории, занимается частной практикой. Чем именно — не знаю, но бойцов своих он регулярно выставляет. Фаланга, это его клуб, на Родниках базируются, там у них неплохой спортивный центр построен. Краем уха слышал, что Шелкопряд ставками тоже занимается, но официально или в чёрную, не знаю, не интересовался. Но вообще если они Гришу тащили на какой-то крупный бой, то скорее всего так и есть.

— А ты им всю схему поломал, — я задумчиво почесал подбородок. — А почему его вообще не закроют? Разве ставки — это законно? Я не про Спортпрогноз, а про частников.

— Ты не знаешь как это работает? — удивился Свят, и дождавшись моего подтверждения, мол никогда не интересовался, пустился в объяснения. — Смотри. У нас массовый спорт весь государственный. В каждом квартале коробка и спортплощадка, можно прийти с улицы в ДЮСША и записаться в любую секцию, хоть бокса, хоть плаванья. Но если ты хочешь развиваться как профессионал, то потом переходишь в клуб, и вот тут уже рулят нэпманы. Есть, правда, ведомственные клубы, приписанные к крупным заводам или там институтам, но это тоже скорее полупрофессионалы. А вот профи все частники. Им можно билеты продавать на соревнования, рекламу, иметь покровителей, кто бабки даёт, но за это они платят весьма солидные налоги, которые, в свою очередь, идут как раз на развитие массового спорта. Я подробностей не знаю, никогда не интересовался, мне это всё тренер рассказывал, но когда выступал, мы таскали символику “Точмаша”. Они как раз тогда новый магнитофон выпустили, Комета-212-стерео, так что рекламу массово скупали. Но и мелких была куча. Пекарня какая-то, ещё кто-то. Сейчас уже не вспомню. Пекарей запомнил, они нам на подписание договора несколько поддонов пирожков разных привезли.

— Не, ну ты из меня совсем тёмного не делай! — возмутился я. — Даже дети знают, что Форд поддерживает высшую лигу килы, а ГАЗ — магический футбол. Да и бойцы постоянно в телевизоре мелькают, недавно вон Игорь Высоцкий часы “Полёт” рекламировал. Я даже подумал себе такие взять, но мне с моей работой лучше “Восток” командирские подходят. За них хоть не так страшно будет. Правда выбрать не могу пока, но не суть. Я тебя понял. А это Шелкопряд в этой схеме где? Процент со своих спортсменов берёт?

— И это тоже, но если он чёрный букмекер, то всё вполне логично становится, — помрачнел физрук. — Слушай, а эти вот, ты говоришь, гоблины. Они опасные? Людей-то я не боюсь, а вот нечисть всю эту… недолюбливаю.

— Как и все остальные, — я пожал плечами. — нам два года читали курс “Физиологии и психологии нечеловеческих и магических рас” и я сделал только один вывод, любая нечисть опасна. Будь это домовой, овинник или какой-нибудь сатир, все они владеют своей магией. Те же сатиры, раз уж я их вспомнил, или фавны, тут кому как ближе, могут напугать до грязных штанов. Паника, она же в честь бога Пана, а он считается первым сатиром, все они от него пошли. Сейчас правда, что козлоногих, что кентавров встретить очень сложно, но тем не менее их умения мы изучали. Вот и шапки эти тоже кое-что умеют. Другой вопрос, что гоблины эти конченные ублюдки даже по меркам нечисти. Я честно говоря, слабо представляю что нужно, чтобы держать их в узде. Так-то они должны на всех подряд бросаться, просто по своей сволочной натуре. А эти нет, даже нас по сути не пытались убить. И это очень странно.

— Странно, — повторил Свят, и повернулся ко мне. — А чего, этих всяких разных действительно много? Не, я в курсе про берендеев там, русалок и прочих. Про сатиров слышал, с кентаврами. А кто ещё бывает?

— Да много кого, — я пожал плечами. — если брать Англию, с её малым народцем, там вообще куча разных рас. Хотя все они вроде бы как фэйри, но там разброс такой, что не поверишь даже, что те же красные шапки родственники каким-нибудь феям. А ведь есть ещё скандинавские альвы, цверги и прочие йотуны, греческие и римские сатиры, кентавры, и дриады, да даже наши родные псоглавцы. Тут видишь, другой вопрос, что большинство из нечеловеческих рас обычно обитает в пространствах богов. Ну знаешь там, Олимп, Асгард, Полые холмы, Беловодье, вот это вот всё. Есть подтверждённая теория, что это эдакие подпространственные карманы, где, собственно боги и тихарятся. Ну и эти вместе с ними. На Земле их остаётся относительно немного и большинство либо никак не привязано к богам, либо ближе к духам мест, типа тех же домовых.

— А Урмановы? — физруку всё было интересно. — Они почему среди людей живут?

— Оборотни, берендеи, волколаки, арыси и прочие, они нейтральны. — мне было не сложно объяснить, хоть я сам не слишком разбирался в этих темах. В технаре нас учили больше прикладным вопросам. Что можно говорить и делать, что нельзя, и всё такое. А вот теории, философия и прочее это уже изучали в универе. — точно так же как русалки, лешие и прочие природные духи. Но насколько я знаю, там дело не в привязке к какому-то определённому пантеону, а просто тем кто ушёл так удобней. Те же цверги и альфы вообще свои измерения имеют. Ну по крайней мере так считается. Как там на самом деле понятия не имею, я в эти дела не лезу.

— Погоди, но значит все эти боги существуют? — дошло до Свята как до жирафа на пятые сутки. — А как же христианская церковь?! Она же их не признаёт.

— Ну это её проблемы, — я пожал плечами. — На самом деле одно другого не отменяет. Проблема лишь в толковании Ветхого завета, про то, что мол, бог создал землю за шесть дней и всё такое. Но при этом если посмотреть на проблему чуть шире, не как на прямое создание, а как на волю, сформировавшую из космической пыли планету, а затем шаг за шагом развившей на ней жизнь, убравшей динозавров, мешающих развитию млекопитающихся, спустивших обезьяну с веток на равнину, что привело к развитию головного мозга и появлению человека разумного, то как бы это вполне может быть реальностью. Хотя бы потому что шанс появления подобной цепочки исчезающе мал. Там на каждом этапе огромное количество вариантов было и к появлению человека вело всего один или два. Ну ты понял, да?

— Типа создатель провёл нас за руку до того момента как мы стали людьми? — несмотря на стереотипы про боксёров, дураком Григорьев не был, даже скорее наоборот. — Слушай, вот сейчас когда ты это рассказал, это стало прям явно заметно. Тогда почему церковь этого не признаёт?

— Да кто ж их знает? — в дела церковников я не совался, и никому бы не советовал. — Там же всё сложно, причём не столько с верой, сколько именно с толкованием. Православные по своему считают, католики по своему. А ведь ещё есть протестанты разных мастей, всякие другие ветки, даже вуду! Они кстати, вудуисты, то бишь, тоже христиане, прикинь!

— Да ладно! — выпучил глаза на меня Свят. — Это вот те самые которые куклам иглы втыкают? С этого, как его… Таити, тьху, Гаити! И они христиане?

— Самые что ни на есть. — я криво ухмыльнулся, — и это при том, что у них, например, колдун-бокор, для увеличения своей силы может сожрать другого колдуна. Живьём. По кусочкам отрезать и жрать.

— Тьху, мля, какая мерзость! — скривился Григорьев. — мне даже жрать перехотелось. Ты как ляпнешь чего, хоть стой, хоть падай.

— Ритуальный каннибализм штука весьма распространённая, не знаю, что ты так возбудился, — я со смехом покосился на товарища. — И не только у дикарей, если копнуть, там почти у каждого народа есть следы поедания человека человеком. А уж магических существ жрут реально все, не обращая внимания, разумные они или нет. Слышал недавно скандал с японцами был? У них сашими из русалки или тритона считается самым изысканным лакомством. Даже рыболовные флотилии есть, которые только на тритонов охотятся. Одну такую на нашей территории погранцы перехватили, а там два десятка тел уже разделанных и трое живых. Самый цинус у японцев, когда повар нарезает мясо прямо с живого тритона.

— Грёбанные извращенцы! — у Свята был вид, будто его сейчас реально стошнит. — Лука, завязывай! Я не брезгливый, но тебя послушал, аж воротить начало. Давай о чём-нибудь приятном лучше. Ты ставку на меня не делал?

— Слушай, как-то в голову не пришло, — я смущённо улыбнулся. — Я не играю, не азартен. Поэтому даже не подумал что можно.

— Зря, можно было неплохо подняться. — вздохнул Григорьев. — Ну теперь чего уже. Я, блин, тоже не подумал, просто раньше этим тренер занимался.

— А разве на себя можно ставить? — честно говоря, в этих вопросах я был полным профаном. Да и во многих других тоже. Учёба времени на развлечения особо не оставляла, хочешь быть настоящим магом — паши до одурения, и я пахал, особенно после травмы, стараясь нагнать сверстников. Не скажу, что незнание мне как-то мешало, но всё-таки мало ли что в жизни пригодится. — Или вы тайком ставили, через этих самых чёрных букмекеров?

— Да почему? — пожал плечами Свят. — Нельзя ставить против себя. Ну типа, что проиграешь. На себя можно, почему нет. Правда на допинг могут проверить, ну типа, чтобы убедится, что ты честно играешь, но в целом никаких проблем с этим нет. Да ладно, на следующий бой поставим, хоть там коэффициент ниже будет, сто пудов.

— Ты уже знаешь, с кем и когда будешь драться? — ответ я знал, но почему бы не поговорить, а то ночная дорога дело такое, не будешь трепаться, всегда есть шанс уснуть, каким бы выносливым ты ни был. А уснуть на зимней сибирской трассе это весьма нетривиальный способ самоубийства, пусть даже по этой дороге не идут потоки тяжёлых фур. — Как часто вообще бои проводят?

— В младшей лиге могут каждые две недели ставить, — охотно сменил тему Свят. — Так что думаю, перед новым годом выйду на ринг, там как раз будет много боёв проводиться. А противник… пока не ясно. После Кувалдометра многие насторожились и начнут наводить справки. Всплывёт моё прошлое и вот тут сложно предсказать, что именно случится. Кто-то откажется, кто-то наоборот, постарается добиться схватки, чтобы продвинуть своего кандидата. Всё же какое-никакое имя у меня имелось. Так что вполне может быть, что кто-то захочет записать меня на свой счёт.

— А ты, я смотрю, этому только рад. — я с ухмылкой покосился на товарища. — О! Гляди! Заяц!!! Чего он ночами носится?

— А чего нет? — пожал плечами физрук, глядя на грызуна, к счастью, не ослеплённого фарами, и сейчас улепётывающего от нас по дороге. Газу я не прибавлял, наоборот, чуть притормозил, чтобы не сбить косого. А тот, сверкая белоснежной шубой, наворачивал по полной. — Глянь как несётся. И главное ведь не сворачивает. Балбес.

— Да сейчас догадается, — насколько я уже знал, зайцы редко долго бегут по прямой. Их стиль резкие повороты, кольца, соскоки в бок и прочие ухищрения, не позволяющие желающим пройти по следу. Вот и сейчас ушастый в итоге сообразил и метнулся куда-то вбок, выскочив из светового пятна, и растворился во тьме. — я же говорил. Но забавно, конечно. Едешь так ночью по дороге, кого только не встретишь. Я как-то хомяка подобрал, маленького такого.

— Джунгарского, — подсказал Свят. — У нас сейчас два таких живут. Мелкие от них пищат просто. Я им клетку купил, с колесом. Прикольная зверюга.

— Вот я тоже удивился, — я улыбнулся воспоминаниям. — Еду, а он сидит и не уходит. Его фарами ослепило. Ну я взял его, в варежку засунул, уже прохладно было. Приехал домой, а в варежке, кроме хомяка горсть зерна. Натурально горсть целая. Этот засранец мелкий его в защёчных мешках волок. А потом решил что это его новая норка и высыпал.

— Куда потом дел хомяка? — Григорьев тоже улыбнулся, представив эту картину. — У себя ты точно его держать не будешь, ты же не ребёнок. Да и некогда тебе.

— Домовой бы присмотрел, но так-то ты прав, — я вздохнул. Собака была моей голубой детской мечтой. Но у матери была аллергия, а потом, когда у меня нашли способности, ни о каком питомце вопрос просто не стоял. А сейчас у меня призрачный ворон, играющий и жульничающий в шашки, и уводящий души на небо. Сбылась мечта идиота. — Урусовым отдал. Как раз заезжал к ним за новыми амулетами, так младшие как увидели зверька, отпускать не захотели. Пусть возятся. Демьян Архипович сказал, по весне его отпустит на волю.

— Ну если он сказал, значит сделает. — в деревне главу семейства берендеев уважали, и было за что. Слово своё он держал всегда, что бы ни случилось. Да и в целом был честным человеком с глубокими моральными принципами. А что иногда в медведя оборачивался, так у каждого свои недостатки, этот ещё не самый худший. Как говорили бабы у магазина, мол, зато не пьёт. — Я тут с ним говорил насчёт браслетов для футбола. Так он утверждает, что может сделать такие же. Не все, но большинство.

— Берендеи всегда были неплохими артефакторами, — я пожал плечами. — Не лучшими, что-то сложное им не по зубам, точнее не так. Они хорошо работают с деревом, так что вполне могут делать вещи типа того же скайборда, или там даже приличного посоха для мага природной направленности. А вот что-то другое им даётся с трудом. С камнем почти не работают, с металлом вовсе не могут. Кость ещё туда-сюда. Так что скорее всего “Бабочку” они тебе не сделают, там основа как раз камня идёт, хризолит если мне память не изменяет, или что-то другое, поделочное. Но вот “пушечный удар”, “ракету” или те же щиты вполне могут. Правда стоить это будет немало.

— С деньгами разберёмся, Хвостов обещал подкинуть, если рекламу колбасного цеха повесим. У него там немалая доля. — отмахнулся Свят. — Я уже и форму ребятам заказал, и бутсы новые. Главное чтобы не подвели. А вот где теперь брать “бабочки” ума не приложу.

— Если деньги есть, то вообще не проблема. — я пожал плечами. — Ты, как тренер футбольной команды может в областном МАКе закупиться. Уж браслеты нифига не дефицит и к свободному распространению доступны. Правда, это будет дороже чем сделать на заказ. Ну как минимум если работу мастера брать, а не поделки студентов технаря. Хотя для вас особой разницы нет. Можно и подешевле взять.

— Нет уж! — отрезал Григорьев. — Знаю я это подешевле. Если платишь как за говно, говно и получишь, которое развалится через неделю. Если брать, то только то, что гарантированно будет работать.

— Ну тут даже не поспоришь, — я сам предпочитал пусть дорогие, но качественные вещи. — Но тебе же и не горит. Комплектные в целом весьма неплохи. Пару лет должны проходить без нареканий, да и запас прочности у них высокий, камень всё же. А там уже по ходу докупишь.

— Ну это тоже да, — кивнул Свят и потянулся. — О, знак. Скоро уже дома будем. И Лука… спасибо, что впрягся. Я этого не забуду.

— Всегда пожалуйста. — я кивнул, принимая благодарность. — Я всегда считал и считаю, что за своих стоять надо до конца, что бы не происходило. Так что если будет нужно — обращайся. Покажем этим гоблинам и их хозяину где раки зимуют. Пусть только попробуют сунуться. Есть и на них управа. Пусть даже потом мне придётся кучу бумаг писать, оно того стоит. И на том я стоять буду.

Глава 9

— Ну ка, ну ка, — я ещё раз провёл по кругу еловой мешалкой и принюхался. — Пахнет вроде как надо. Сладко, одновременно зерном и землёй. Что скажешь, Хован?

— Правильно пахнет, хозяин, — домовёнок тоже втянул носом парок от котла. — Викентий когда варил “Мёртвое зерно” так же пахло. Но он это дело не любил, не получалось у него толком.

— Вот сейчас проверим получится ли у меня, — я ухватил медную копейку начала века, покрытую патиной и кинул в огонь, снова начав помешивать зелье против часовой стрелки. — Шерсть, к шерсти, зуб к зубу, тень к тени. Что пришло — останется. Что вкусило — уснёт. Что уснёт — не встанет.

По ходу заговора в котёл полетели сухая белладонна, полынь, стебельки дурмана, растёртые цветки болиголова, вех, а также щепоть печной золы и завершил процедуру крысиный хвост. Теперь оставалось лишь выпарить лишнюю влагу, скатать полученную массу в комки, подсушить из в печи и “Мёртвое зерно”, оно же “Тихий корм или “Серый пир” будет готов. Приманка и отрава для крыс, весьма надёжная особенно если до этого ничего подобного не использовалось. Ну а если да, то рецепт насчитывал восемнадцать вариаций, в зависимости от привыкания серых тварей, наличие рядом энергетических потоков или мест силы, могущих вызвать мутацию и ещё десятка факторов. Зелье было весьма востребовано как в городе, так и в деревне, но для максимального эффекта требовало силы смерти у создателя. И это было одно из немногих зелий которое получалось у меня почти идеально.

— Крысятиной смердит, — поморщился сусед. — Хорошая приманка получилась. Ни одна серая тварь не уйдёт.

— Дай Бог, — конечно, просить содействия высших сил в деле убийства прям такое себе, но крыс не зря считали слугами дьявола. Серые хвостатые твари были очень падки на эманации инферно, легко мутировали и ещё быстрее попадали под контроль даже самых слабых бесов. Да и чернокнижники с тёмными ведьмами обожали с ними работать. Так что как по мне, Создатель не должен был обидеться. — Так, это в печь, пусть выпаривается. Кого там бесы принесли?!

В дверь колотили суматошно, не жалея кулаков. Плохое предчувствие заставило меня буквально подскочить на ноги, одним махом оказавшись возле дверей, щёлкнул замок и в прихожую ввалились двое смутно знакомых мужиков в фуфайках и ушанках. А что, нормальная сельская одежда, тёплая, достаточно удобная и недорогая. Я даже сам себе такую прикупил, для каких-нибудь работ. Не парку же портить. Вот и мужики были явно с работы, по крайней мере на это намекали клочки сена, застрявшие за отворотами. И что-то их серьёзно напугало. После лешака-шатуна я уже ничему не удивлялся.

— Лука Артёмович!!! — как-то разом выдохнули мужики и наперебой завопили. — Мы это… за сеном! Стог привезти! Трактор на МТС взяли, с листом, значит. К моему стогу поначалу двинули, думали сегодня две ходки успеем. Значит начали грузить, вилами кидаем сено, Митька Щукин с Санькой подают, я скирдую! Митька ткнул вилами в стог, а оттуда этот чёрт как прыгнет!!! Как даст Митьке, он в одну сторону, шапка в другую!!! А этот заревел и в лес утёк!!!

— Так стоп!!! — прервал я сумбурный рассказ. — Первое, Митька где? Что с ним?

— Так мы его на сене привезли! — замахали руками мужики. — В больничке он! Порвали его, аж кишки выпустили! Фёдор Ростиславович его штопает!

— Что живой уже хорошо, — я незаметно для них выдохнул и продолжил расспросы. — Того кто на вас кинулся рассмотрели? Это точно чёрт был?

— Да что мы чертей не видели? — обиделись мужики, которые на самом деле ни разу настоящего чёрта не встречали. — Здоровый, рыжий, лохматый, с рогами на голове.

— С одним рогом, — вдруг пошёл поперёк один из мужиков, как я понял, тот самый Санька с кем Митька Щукин сено подавал. — Один у него был, прямо изо лба рос.

— Да чё ты свистишь!!! — возмутился хозяин стога. — Два было! Два должно быть, два и было!

— Да ты на скирде стоял, что ты там видел!!! — не пошёл на попятную Санька. — А я от Митьки вот так стоял, только руку протяни! Я этого чёрта на всю жизнь запомнил! Морда гнусная такая и рог изо лба!!!

— Так, тихо!!! — оборвал я спор. — Спокойно! Где это было? Как давно. И почему вы прибежали ко мне, а не в церковь? Я больше по обычной нечисти работаю, а черти — это забота батюшки.

Снегоход утробно урча, пожирал расстояния, неся меня по следам трактора. Несмотря на обеденное время, было сумрачно, тяжёлые тучи нависали, казалось, прямо над головой и хорошо ещё что обошлось без снегопада. Пока. Но я был уверен, что вскоре округу завалит пушистым одеялом, и это заставляло торопиться. Повезло, что мужики за сеном собрались ещё по темну, иначе мне пришлось бы переться в ночь, искать этого чёрта, а это, скажу я вам, удовольствие ниже среднего.

На самом деле я не думал, что деревенские столкнулись именно с чёртом. Поведение было слишком нетипичным для существа инферно, тот никогда бы не бросил подранка, да и чего ему делать в стогу. А спрашивал я их для собственного понимания, насколько плотно в головах поселилась мысль, что в любой непонятной ситуации надо бежать к магу, то бишь ко мне. Судя по тому, как мужики начали мяться, для них это было уже аксиомой. И на самом деле такое положение вещей радовало. Да, суеты от такого подхода больше, но и результат лучше.

Например, сегодня, перед выездом, я успел заскочить в больницу, проверить раненного, к счастью легко. Спасла фуфайка, и вместо того, чтобы выпустить Дмитрию Щукину, водителю с МТС, кишки, нападавший лишь оставил четыре глубокие борозды, жуткие с виду, но не несущие серьёзной опасности для жизни. Их пришлось обработать не только антисептиком, но и особым зельем, называемым обычно “Очистителем” или попросту “Хлоркой”, “Дустом”, убирающим лёгкое магическое поражение. Такое обычно остаётся после атак нечисти или заклинаний, не давая ранам нормально заживать. И это стало решающим фактором, после чего я не пошёл в церковь, а по-быстрому собрал рюкзак и прыгнул на снегоход. Читал я об одном рыжем, мохнатом существе с одним рогом, обожающим селиться в стогах. И похоже мужики именно с ним и столкнулись.

— Значит, здесь всё и произошло. — чтобы найти наполовину разворошённый стог ушло около сорока минут. Всё же сибирские просторы до сих пор вгоняли меня в дрожь. Казалось бы, покос, должен быть практически в шаговой доступности, ан нет! Ну справедливости ради, руками сейчас уже мало кто косил. Зачем, если можно выписать путёвку на МТС, взять трактор и за день обработать столько же, сколько руками будешь возиться пару недель. — А вот и кровь. Значит всё же Митяй ткнул его вилами.

Редкие капли мутно-бордовой, почти чёрной крови, уходили в сторону леса. Конечно, глупо ожидать, что раненная лесная нечисть будет выбирать дорогу, ей и в лесу хорошо. А вот мне не очень. Тяжело вздохнув, я снял со снегохода охотничьи лыжи, широкие, предназначенные не для скорости, а чтобы идти по любому, даже самому глубокому снегу, и надев на их на ноги, забросил за спину рюкзак. Рядом повисла “Сайга” так, чтобы можно было без труда за секунду скинуть её и привести в боевое состояние. А восемь выстрелов картечью в упор это не то, что может игнорировать даже нечисть. Особенно если картечь пересыпана крупной солью пополам с осиновой золой. Надёжное народное средство, древнее как говно мамонта, но от этого ничуть не менее эффективное.

Идти пришлось долго. Это нечисти хорошо, они в лесу дома, а я тут даже не в гостях. Я вообще городской житель и только начал познавать премудрости обитания на природе. Если бы не Морон, след бы я потерял минут через двадцать, но призрачная птица чётко держала курс, перелетая с ветки на ветку и подбадривая меня ехидным карканьем. Я рычал сквозь зубы, но пёр вперёд. Оставлять на своей территории раненную нечисть, обозлённую на жителей, это верный путь через какое-то время получить один, а то и несколько трупов. И дай Бог она этим удовлетворится. Бывали случаи, когда обозлённые нечистые вырезали целые деревни за реальные или мнимые обиды. И именно чтобы этого не произошло, я здесь и находился.

— Кар!!! — вместо того, чтобы двигаться дальше, Морон вдруг слетел мне на плечо, и пару раз стукнул по шапке. — Кар-кар-рар!!!

— Чего? — запыхавшийся я не сразу сообразил, чего хочет птица, а потом до меня дошло, и я одним рывком скинул с плеча ружьё. — Пришли значит. Ну давай посмотрим, прав ли я был в своих предположениях.

Впереди передо мной был крупный куст зарослей молодого осинника. Тонкие стволы росли густо, усеивая приличную площадь, и с виду казались нетронутыми. Ни следов, ни сломанных веток. Ничего. Но это как раз было бы нормально. Я бы наоборот удивился, если бы здесь был пролом. Вот тогда имело смысл подумать о том, что мужики были правы и им действительно попался чёрт. А так, всё было в пределах нормы. Лесная нечисть следов не оставляет и если бы не рана я бы никогда так просто её не нашёл. Но раз уж я здесь и на меня никто не нападает… я подождал ещё пару минут и решительно скинул с плеч рюкзак, а вот ружьё повесил обратно.

— Здрав будь, житель лесной! — я обозначил поклон в сторону куста. — Обида между нами случилась, кровь пролилась. Но то непонимания да случайности произошло. Не было злого умысла, за своим мужики приехали. Да и ты хоть погорячился, но жизнь не взял. Выйди же на свет, преломим хлеб, забудем обиды. Нам нечего делить, долг крови взят и выплачен в полной мере. Так не станем же врагами, нет у меня на то желания.

Со стороны я выглядел психом, разговаривающим с пустым местом. И действительно казалось, моя речь не произвела никакого эффекта. Минута тянулась за минутой и ничего не происходило. Но в какой-то момент в глубине куста кто-то заворочался, заворчал, ухнул, рыкнул и попёр в мою сторону. С хрустом и шумом ломая молодую осину. Выглядело это жутковато, однако я не двинулся с места, и ружьё трогать не стал даже когда на чистое от зарослей место вывалился здоровенный двухметровый монстр.

Высокий, с ног до головы покрытый рыжей шерстью пришелец внушал уважение. Мощные трёхпалые руки с ладонями такого размера, что в них легко могла поместиться голова подростка, а пальцы венчали короткие, но острые медные когти. Лицо ближе к человеческому, никакого свиного пятка как у чертей, но из-под губ выглядывали клыки. Уши крупные, заострённые, тоже покрытые шерстью. И действительно из середины лба рос настоящий рог. Не слишком длинный, но заметный.

— Кто потревожил покой шурале?!! — рыжий наступал на меня, сжимая свои громадные кулаки. — Кто посмел тревожить хозяина леса?!!

— Ты смотри, чтобы это настоящий лесной хозяин не услышал, — я усмехнулся, не выказывая никакого испуга. Шурале любят пугать и запутывать людей, но делают это скорее из озорства. Хотя при желании вполне могут растерзать человека, когти у них на самом деле металлические и очень острые. — Если бы он не спал, сейчас бы по всем деревьям клочки рыжей шерсти висели. Да и меня пугать тоже не стоит. Я пришёл с миром, но могу и мех подпалить.

— С миром?!! — возмутился нечистый, тем не менее прекратив наступать на меня и с подозрением покосившийся на Морона, мирно сидевшего на ветви неподалёку. — Напали, ткнули острым железом, навьего поводыря натравили!!! Не будет у нас мира!!!

— Так ты сам в чужой стог забрался, — я пожал плечами, ничуть не обескураженный неласковым приёмом. — Тебя сюда никто не звал, здесь никто не ждал. Сам пришёл, когда лесной хозяин спать лёг. Сам место выбрал, чужое занял. Но за кровную обиду ты кровью взял. А чтобы вовсе стереть её меж нами отведай угощения, да зла не держи. Не по злому умыслу кровь пролили, по случайности. Так пусть она в прошлом и останется.

Я развязал горловину рюкзака и прямо на снег рядом с собой постелил полотенце, точнее рушник. Как положено вышитый красной нитью, с петухами да лошадиными головами. На самом деле такой рушник весьма сильный оберег, так сказать, проверенный временем, и просто так нечисть его даже коснуться не может, но когда кто-то с уважением на нём угощение подносит, это прям особый почёт. Вот и шурале замер, глядя на бело-красное полотнище, на которое легла краюха хлеба, покупного, но подового, была на селе пекарня, где шикарные караваи пекли. Рядом встала плошка мёда от берендеев, заставив рыжего судорожно сглотнуть. Не знаю почему, но почти вся нечисть была сладкоежками. А медок у оборотней-медведей был знатный, душистый, вкусный до умопомрачения.

Так же я выставил двухлитровую банку молока, пряники, конфеты, дешёвые леденцы, такие же как я Глуботе возил, и пирог с яблоками, что кикимора испекла буквально сегодня с утра. Никакого мяса, никаких овощей, всё сделано или собрано руками человека. Для нечисти это самая желанная еда, недаром тот же лесной хозяин или русалки с Глуботой иного подношения не принимали. Что, собственно, по моему мнению подтверждало теорию об их появлении. Нечисть, любая, неважно какая она и откуда, тянулась к человеку и обитала только там, где есть люди.

— Угощайся, гость дорогой, — я отломил кусочек хлеба, макнул его в мёд, прожевал, а затем отступил от рушника на пару шагов, демонстративно сложив руки на груди, — Отведай моего угощения.

Шурале налетел на импровизированный стол словно ураган. С каким-то утробным урчанием он ломал хлеб, совал его в мёд, тут же жевал, попеременно откусывая то от куска хлеба, то от пряника. Запивал всё это молоком, его уже заедал конфетами и пирогом. Было видно, что рыжий боится, что я пошутил и сейчас шугану его от неожиданного пиршества, пока жевал, он постоянно косился на меня, не потянусь ли я к оружию, не начну ли колдовать, но я стоял спокойно, не собираясь нападать. Тем не менее закинул в себя еду шурале буквально с олимпийской скоростью и даже плошку от мёда вылизал. И отвалился от импровизированного стола немного осоловелым. Уселся на задницу и икнул.

— С-славное угощение, — от обилия еды нечистого явно слегка развезло. — Добрая еда. Благодарствую чаровник. Нет меж нами обиды.

— А раз так, поведай, — на “Физиологии и психологии нечеловеческих и магических рас” нас учили общаться с нечистью почему-то именно с использованием старинных и просторечных оборотов, хотя логика в этом имелась. Магические создания жили долго, и такая речь им была привычней, вот я и автоматически перешёл на подобный говор. — что повело тебя в путь-дорогу. Или места не нашлось в родном лесу? Или нужда какая приключилась?

— Дома плохо стало, — покачал головой шурале. — Дома лес большой, тайга. Я жил, жена жила, братья жили. Люди ходили, шишку били, соболя били, грибы собирали. Дорогу им путали, шутки шутили, люди хлеб давали, молоко давали. Весело. Потом ОН пришёл. Злой, тёмный, навью пахнет. Нет ему места среди живых, но по земле ходит. Пришёл, что-то искал. Жену забрал. Сказал, чтобы я тоже искал. Не найду — жене плохо будет. Не хочу. Пошёл. Долго шёл, далеко шёл, устал. Сено нашёл, мягкое, душистое. Спать лёг. Уснул. Железом ткнули, разбудили. Сюда убежал, здесь ты пришёл. Хлеб принёс, мёд принёс, молоко принёс. Вкусно. Идти надо, спать надо. Беда мне, беда.

— А когда этот чужак к вам пришёл? — не знаю почему, но сердце словно кольнула острая игла. Не верил я в такие совпадения. — И где вы жили? Далеко отсюда?

— Далеко! — махнул рукой шурале куда-то на север. — За большим, плохим болотом! Долго шёл, людей хоронился, с лесными хозяевами спорил. С самих Осенин иду. Десять раз солнце поднималось с Обжинок, как ОН пришёл.

— Понятно, — Десять суток. Могло ли умертвите добраться до Васюгани, а ничем другим большое плохое болото быть не могло. А за ним уже тайга начиналась, излюбленное место обитания шурале и прочей лесной нечисти. Что-то не нравились мне такие совпадения, совсем не нравились. — А чего искал-то этот чужак пахнувший навью? За чем он тебя послал?

— Золото, — вздохнул рыжий. — Ему нужно было золото. Много. Сказал, не найду, жену не вернёт.

— Золото. — Эхом повторил я, чувствуя, как волосы становятся дыбом. А перед глазами словно наяву встала фигура призрачного медведя, уходящая в лес. — Золото манит кровь. Права была ведьма. Ладно! Пойдём, провожу тебя в одно место. Есть тут неподалёку один стог заброшенный. Его никто не тронет. Отоспишься до весны, а там решим, что с твоим чужаком делать. Жена — это серьёзно. И мы постараемся тебе помочь. Нам такие чужаки тоже не нужны, а значит это и наша проблема тоже. И решать её мы должны все вместе!

Глава 10

— Значит, десять солнц после Осенин, — хмурый Всеволод Кириллович побарабанил пальцами по столу. — Навью пахнувший чужак, который взял в заложники шуралиху. Даже если это совпадение, всё равно выглядит крайне опасно. Особенно если в тот раз ты действительно видел пересушенный клад. Тогда всё и вовсе выглядит крайне неприятно.

— Или иногда сигара, это просто сигара, — подала голос Небогатова. — Пахнувший навью не обязательно умертвие. Это может быть некромант, маг смерти, или просто колдун. Вариантов масса. Точно так же как и с золотом. Мало ли кладов здесь зарыто. Начиная от шёлкового пути, Золотой и Синей орды, заканчивая сокровищами тех же селькупов. Поэтому я предлагаю не гнать горячку. Информацию по инстанциям передать, озадачить товарищей на местах, но вопрос отложить до весны. Лука, ты же шурале спать положил?

— Да, — я кивнул, подтверждая. — Ещё когда из села уезжал, заскочил в сельсовет, поинтересовался на предмет заброшенных стогов. Таких оказалось три, но два промокли и загорелись, поэтому их и бросили, а третий оказался нормальным, но старым. Там что-то с хозяином, то ли умер, то ли уехал, я так и не понял, но стог уже несколько лет стоит. Его косули объели, но в целом нормальный. Самое то для шурале. Я ещё и табличку поставил, чтобы не совались.

— На карте отметишь, включим в рапорт. Вдруг кто-то из начальства захочет проверить, — одобрительно кивнул Коротков. — В остальном, считаю, что Акулина Сафроновна права. Сейчас мы всё равно ничего сделать не сможем. Поэтому оставляем вопрос до весны, а там уже видно будет. Может вопрос сам решится, а нет, значит получим больше информации и начнём работать. Сейчас даже узнать откуда пришёл этот шурале будет проблематично. Спячка, до весны никакого движения не будет. Даже если этот чужак ищет тот самый клад, тот всё равно до Остары себя не проявит. А скорее всего до Белтейна лежать будет. Так что время есть.

— Так то логично выходит, — я почесал затылок и так и эдак прикидывая сказанное начальником. По всему получалось что он прав. — Тогда горячку пороть не будем, а как шурале из спячки выйдет, я с ним побеседую. Узнаю точно где он раньше обитал, где баба его жила. И уже от этого будем плясать.

— Совершенно правильно, — похвалил меня Всеволод Кириллович. — А пока у нас и своих дел хватает. Слышал, недавно в районе ходаг объявился? И откуда только вышел непонятно. Хотя чего там, у нас леса во все стороны, иди не хочу. Ефим со Спиридоном его двое суток гоняли, пока не прижучили.

— Читал в сводке, но не понял, чего с ним в итоге получилось, — а вот эта тема меня очень заинтересовала. Ходагом звалось громадное существо, размером с зубра или бизона, но по природе ближе к ящерам и имеющее длинный мясистый хвост, при этом густо покрытое шипами. Клыки и зубы вызывали уважение своей остротой, но самое удивительно, что обитало оно в основном в Северной Америке, в районе Великих озёр. Я поначалу даже не понял, о ком речь идёт, благо в сводке краткое описание дали. И как эта тварь вообще у нас оказалась тоже было совершенно непонятно. — Они её прибили что ли?

— Нет, зачем? — удивился Коротков. — Ходаги твари редкие, к тому же находятся под охраной магического сообщества штата Висконсин. Убьёшь такого — будет международный скандал, оно нам надо? Самое смешное, что несмотря на всю свою внешнюю агрессивность, ходаг травоядный, точнее древоядный, хоть кто-то считает, что они питаются исключительно белыми бульдогами. Акулина Сафроновна, вы у нас вообще хоть одного бульдога видели? Даже не белого, обычного?

— В Куйбышеве вроде бы питомник есть, — на секунду задумалась Небогатова. — Только я не уверена, что это те бульдоги что нужно, там вроде бы французских выращивали. Ну знаете этих мелких уродцев, которые храпят как паровоз, вечно пачкают вокруг как свиньи и у которых глаза выпадают. Я бы на месте ходага таких есть бы не стала, хоть белых, хоть рыжих в крапинку.

— Вот видимо, он тоже так подумал, поэтому грызёт стволы, и, зараза такая, осушает их наглухо. — вздохнул начальник районного ПМАКа. — Так бы пусть бродил, не жалко, но ведь эта паскуда лучший лес выбирает, понимаешь? И прибить его нельзя, скандал. Оперативники трое суток с егерями и добровольными помощниками по лесам гайсали, чтобы загнать ходага и усыпить его. Поедет в Новосибирский зоопарк жить, машина с утра ушла. Уж не знаю, как они его там кормить собираются, но это не наша проблема. Мы своё дело сделали, а дальше пусть сами разбираются.

— Надо будет заехать, посмотреть, — я и так много слышал про областной зоопарк, находящийся на уровне лучших мировых, но теперь точно решил, что надо глянуть на результат охоты старших товарищей. — Я думал, хоть зимой спокойно будет, а тут постоянно какие-то происшествия, одно за одним.

— Привыкай, это Сибирь матушка, — хохотнул Коротков. — Тут всё что угодно случиться может. То махаха из Арктики по льдам забредёт, то шадхавар по степям из Сирии. Его, кстати, тогда тоже живым поймали, но пришлось отдать. Дамаск встал насмерть, что их легендарный единорог не может жить у неверных. А зверь красивый, благородный. И поёт потрясающе.

— Это пока ветер не поменяется, — усмехнулась Небогатова. — Слышала я флейты, сделанные из рога шадхавара. При их звуке даже самые стойкие мужики портки пачкали. Избавились и шут с ним, будто у нас своих проблем мало. Вон одна Васюгань чего стоит. Неизвестно вообще мы когда-нибудь с этим наследством селькупов разберёмся или нет. Постоянно что-то новое вылазит. Кстати, Лука, скорее всего летом тебе придётся на стажировку туда отправиться. Это обязательно для всех инспекторов, работающих в прилегающих областях.

— Надо, значит съезжу. — я пожал плечами. Мне и самому было интересно посмотреть на легендарное болото, равных которому не было во всём мире. — Ладно, поеду я, пожалуй. У меня там “Серый пир” сохнет, как бы не пересушить. Домовой, конечно, вынет, если что, но он всего что со смертью связано сторонится.

— Да, домашнюю нечисть к таким вещам лучше не подпускать, — согласился Всеволод Кириллович. — Езжай конечно.

— И за воду спасибо! — поддакнула Небогатова. — у нас как раз большой заказ на мази от обморожения. Забери, кстати, свою долю, передай, пожалуйста, в вашу больницу. Лишним не будет. У вас, конечно, Марфа своё дело знает, но к ведьмам не каждый пойдёт, а последнее время она заказы почти не берёт, а у Натальи опыта нет. Да и дурит она последнее время.

— Молодая ещё, — я постарался чтобы мой голос звучал уверенно. — образумится.

— Дай то Бог, — а вот Акулина Сафроновна мою уверенность явно не разделяла. И правильно делала. Согласно статистике, минимум треть ведьм после загула к нормальной жизни не возвращается. Не все из них становятся тёмными, кто-то удерживается от падения за край, но чудить начинают жёстко. И редко когда уже в зрелом возрасте решают остепениться. Точнее все, кто во тьму не свалился рано или поздно к этому приходят, но далеко не все доживают до этого момента. — ну не будем тебя задерживать. Всё же ехать долго, а ночью на трассе лучше не рисковать.

Я кивнул, поднимаясь. Действительно, хоть я был полностью готов к дороге, зимой стоило быть осторожным, особенно на это направлении, где движение было не то чтобы интенсивным. Скорее уж его не было даже летом, а зимой и вовсе жизнь затихала. Поэтому помощи ждать можно было часами и не дождаться. Понятное дело, мне это не грозило, я и астрального вестника послать мог и Алтай стоял, но всё-таки, всё-таки, как говориться, бережёного Бог бережёт.

В этом я убедился буквально через полчаса, где-то посредине перегона между райцентром и самой Ужанихой, когда из снежной пелены перед моей машиной выскочил мужик без шапки, с разбитым лбом и совершенно шалыми глазами. Снег шёл настолько плотно, что видимость упала до минимума, а дворники почти не справлялись, поэтому я не гнал, если это слово вообще применимо к моему НЭШу, и успел затормозить вовремя. Правда тут же схватился за атам, уж слишком момент для появления нежити был подходящим, но мужик оказался живым и настоящим. Стоило мне остановиться, как он кинулся к водительской двери, распахнул и принялся махать руками, захлёбываясь словами.

— Там… жена… я это… кювет!!! — было видно, что он очень сильно волнуется и я даже начал догадываться почему. — Быстрее!!!

— Тихо! — я рявкнул так, что мужик отступил на шаг назад и икнув, замолчал. — Садись в машину! Слетел и перевернулся?

— Да, — нежданный встречный, наконец, догадался, что можно не стоять на ледяном ветру, а забраться в тёплое нутро машины и через несколько секунд сидел на соседнем кресле, пытаясь отдышаться. — Торопился сильно, а не видно ничего, хоть глаз выколи. Вот и ушёл в кювет.

— Куда гнал-то, — я скривился. Никогда не понимал любителей рискнуть не только собой, но и своими близкими. — На похороны свои торопился?

— Так жена рожает, — мужик глянул на меня ошалелыми глазами, в которых смешались в кучу самые разные эмоции. — Воды отошли. Ну я и вдавил педаль. А теперь она там… я не смог её достать.

— Твою мать! — я сцепил зубы и сам топнул по газам, — что сразу не сказал?!! Далеко улетел?

— Вон! — уж не знаю, по какими признакам он ориентировался, но направление указал точно. — Вон моя машина!!!

— Да в рот мне ноги. — я выскочил из машины, остановившись на самом краю глубокой канавы, посреди которой на крыше лежала “Лада”, — Ну сука, кто бы сомневался.

Лады мне не нравились. И не из-за предубеждения альтер-эго, я уже научился чётко разделять мои собственные ощущения и навеянные чужой половиной души. Наши “Лады” были далеко не “ведром с болтами”, Фольксваген постарался на славу, их инженеры до сих пор работали на Волжском АвтоЗаводе, а за брак вполне можно было попасть в места не столь отдалённые. Нет, машина получилась отличная, но… городская.

Я раньше этого не понимал, но за полгода в деревне сделал выводы. Те, кто был побогаче брали Форд, верный своим традициям и не ставящий на свою технику двигатели меньше трёх литров объёмом. Не обязательно понтовую “Сибирь”, можно было куда более бюджетного “Фермера” или вовсе что-то типа “Тарпана”, хоть у того и не было открытого кузова. Ушлые брали Газели в исполнении пикап или фургон. Их начали выпускать в начале шестидесятых, после того как закрыли производство “полуторок” ГАЗ-ММ-В. С двигателем от “Волги”, достаточной грузоподъёмностью и проходимостью, они стали буквально хитом продаж у колхозников и всех, кому нужна была надёжная и неприхотливая машина.

У кого денег на “Газель” и Форд не было, брали УАЗы. Здесь модельный ряд был победнее, и основной поток машин шёл в армию и милицию, но люди любили и ценили “УАЗы” за проходимость и надёжность. А вот “Ладу” в деревне дружно признали “машиной для городских”. Ибо двигатель один и три литра выдавал всего сорок лошадей, только задний привод и узкие шины не позволяли выбраться из хоть немного серьёзной грязи, а о грузоподъёмности и вовсе говорить не стоило. Но сейчас меня заботило не это вот всё, а то, что канава была весьма глубокой, и как назло, машина не просто перевернулась, она сейчас зарылась в снег правым боком. Именно тем, где сидела пассажирка.

— Вот! — встал рядом со мной горе водитель, тыкая рукой в машину. — Вон она!!! Сашенька, я сейчас…

— Куда?!! — я еле успел поймать его за воротник, не дав спрыгнуть в канаву. Судя по следам выбирался он ползком и не факт, что у него хватит сил на второй заход. — В машине сиди!!! Чулымский ПМАК! Сам всё сделаю, а ты не мешайся!

Уж не знаю, сработал мой окрик или то, что достав палочку я подвесил над машиной сразу три светляка, максимального размера каких смог создать, но будущий отец послушался. Осталось только сделать так, чтобы он стал настоящим отцом, а не вдовцом, а это было не так просто как казалось. Но и выбора у меня не было, так что подсветив место работы я шагнул в канаву, мигом оказавшись в глубоком сугробе. И кое как добравшись до машины первым делом заглянул в открытую водительскую дверь, оценивая состояние роженицы.

Женщина была жива, но без сознания. С ребёнком тоже всё было в порядке, я убедился в этом на секунду сосредоточившись на ауре роженицы. И она и дитя светились тревожным оранжевым цветом, но пока умирать не собирались. Однако, это не означало, что не нужно торопиться. И вытащив атам я забрался в машину и перерезал ремни безопасности, которыми “Лады” комплектовались в обязательном порядке.

Роженица тяжело осела и я с трудом удержал её, не дав удариться об потолок, ставший полом. Если бы машины лежала чисто на крыше, не смог бы, слишком неудобное положение, а поскольку она на правый бок была сильно завалена сумел. И следом, придерживая женщину, сломал спинку кресла, создавая себе оперативный простор. Другого варианта вынуть её из машины кроме как через заднее стекло я не видел. Может быть мне и хватило бы дури вытянуть её через водительскую дверь, но не факт, что этим я не наврежу ребёнку, а рисковать я права не имел.

— Аард! — под воздействием знака стекло вылетело целиком, словно его изнутри пнул великан. Идеально! Никаких осколков, никакой опасности. — Ну поехали милая.

Если кто-то считает, что выползти через заднее стекло из машины это просто — пусть попробует сам. А уж вытащить за собой глубоко беременную женщину и вовсе вопрос нетривиальный. Но я справился. И даже сумел не слишком растревожить роженицу. И всё равно она глухо застонала, не приходя в себя. А аура опасно мигнула алым светом. Времени у меня почти не оставалось, а ведь впереди был самый сложный квест, а именно вытащить безвольное тело из глубокой канавы, засыпанной снегом. И это была задача со звёздочкой.

— Сейчас, милая, сейчас, — я стянул перчатки, пряча их в карман. До этого они мне особо не мешали, но сейчас придётся колдовать. Причём так, как я никогда до этого не пробовал. — Сейчас будет тепло. Поедем в роддом, и там уже врачи тебе помогу. Иди к дяде на ручки!

На самом деле роженице было под тридцать, но мне сейчас было не до точных определений, я и болтал лишь для собственного успокоения. И параллельно собирался с силами. Точнее дури у меня хватало, я был уверен, что резерва достаточно для того, что я задумал, вопрос был лишь в контроле и точном позиционировании магии. Хорошо колдовать когда ничего не мешает, но когда у тебя на руках глубоко беременная женщина без сознания, снег забивает лицо за какое-то мгновение, плюс ветер, словно сорвавшийся с цепи, хлещет ледяным крошевом, забираясь даже в самые мелкие отверстия, это уже не так просто. Особенно когда нужно создавать небольшие Щиты для каждого следующего шага, иначе я просто тонул в глубоком снегу и уж тем более не смог бы выбраться из канавы.

Я так и шёл. Шаг, левая нога и левая рука вперёд, каст Щита, опустить ногу, опереться. Шаг, правая нога и правая рука пошли вперёд, каст нового Щита, встать на него, утвердится. Развеять уже не нужные, чтобы они не тянули силу. И снова шаг левой. Просто со стороны, но требует серьёзного напряжения и координации. Конечно, в идеале можно было просто поднять женщину заклинанием, но… я такого не знал. А те что у меня имелись действовали только на неодушевлённые предметы, причём с ограничением по весу. Ковёр бы какой, даже не летающий, обычный, чтобы использовать как основу, но чего не было того не было. И так справился. Несколько минут напряжения и я шагнул на дорогу, держа роженицу на руках. И к ней тут же кинулся муж, который не пошёл в машину как я сказал, а метался вдоль дороги, хорошо ещё не пытаясь кинуться на помощь.

— Сашенька, Саша… — он ухватил безвольно висящую руку. — Она… она без сознания. Что… да сделайте же что-нибудь!!! Вы же маг!!!

— Заткнись!!! — пусть это прозвучало грубо, но у меня не было времени возиться с истерикой. — Двери в моей машине открой. Да задние, кретин!!! И сам залезай, сейчас примешь жену. Не стой столбом, чем быстрее мы довезём её до роддома, тем выше шансы что она и ребёнок останутся живы!!!

— Да да, конечно, — наконец засуетился мужик и сделал как я сказал. Я с его помощью осторожно уложил женщину на заднее сиденье, и подавив желание выдать беспокойному пассажиру чепалах, за то, что тот не закрыл двери машины и полностью её выстудил прыгнул за руль.

Вот теперь я выжимал из НЭШа всё, на что он способен, параллельно набирая номер на Алтае. Ноль один один, эти цифры знали все жители Советского Союза, номер общей диспетчерской, организованной сразу после войны. Неважно, что у тебя случилось, пожар, высокая температура или учуял запах газа, звони ноль один один, расскажи всё оператору и скоро к тебе прибудет помощь. Правда, сейчас я сам ехал помощи навстречу, но надо было предупредить роддом, чтобы готовились, да и гаишников неплохо было бы в известность поставить.

В райцентр я ворвался словно ураган… но этого никто не увидел. Жители уже попрятались по домам, не желая морозить задницу на пронзительном ветру, но мне это было только на руку. Промчавшись по пустым улицам я влетел в ворота больницы, начав сигналить ещё на подъезде. И меня услышали. Из дверей выскочило несколько человек, с носилками, и стоило мне остановиться, как они шустро кинулись вынимать роженицу, уже совсем тревожно светящуюся алой аурой. Но ребёнок был ещё жив, а значит шанс спасти их оставался. Я сунулся было помогать, но меня шуганула невысокая женщина в белом халате, почти в прямом смысла ожегшая взглядом.

— Куда?!! — она встала у меня на пути. — Некроманту здесь не место!!! Убирайся!!!

— Да понял, понял, ухожу. — обидно мне не было, получил за дело. — Здесь стоять буду.

Действительно магия смерти и посмертия была категорически противопоказана как роженицам так и младенцам. Рождение ребёнка являлось таинством и смерти там места не было. Так что я послушно сдал назад, примирительно подняв руки. А женщина, развернувшись к роженице, выхватила палочку и принялась выводить замысловатые фигуры, слабо светящиеся в воздухе.

Если бы я раньше не догадался, что передо мной лекарь, то теперь это буквально бросалось в глаза. И не фигуры, а волшебная палочка, являющаяся явным инструментом мага-врачевателя. Изогнутая ветка ивы, покрытая резьбой в виде листьев дуба и папоротника. Рукоять резная в виде змеи, обернувшей кедровую шишку, частично обмотана льняной нитью с узелками и бусинками сердолика и янтаря. За своим инструментом лекарка следила и о нём заботилась. Не удивлюсь, если палочка уже имя получила, чувствовалась в ней значительная сила. И моё присутствие вполне могло помешать врачам работать, так что я не стал играть в обиженку, а отошёл подальше. Моё дело было сделано, теперь оставалось только ждать. И я надеялся, что всё будет хорошо. Иначе стоит ли вообще говорить о какой-то справедливости в этом мире.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге