Маг. Попаданец с другой стороны.

Глава 1

Перемолотов Владимир Васильевич.

Незваный гость.

11,95 авторских листа

1.

С чего началась вражда и что не поделили меж собой славные короли Мект и Саник, маг Прат не знал да и знать не хотел. Хватало и того, что Мект нанял его и платил золотом, а Прат честно это золото отрабатывал, так что какие разногласия имелись у схватившихся между собой корольков, мага совершенно не интересовало – своих забот хватало…

А вот закончилась королевская ссора осадой и штурмом королевского замка, который ему, Прату, пришлось оборонять.

Что говорить – схватка вышла жаркой! Настоящее побоище, какие потом, оставшиеся в живых летописцы, вписывают в летописи, как образцы доблести, мужества и магического искусства. Всем тогда досталось– и людям, и стенам, и ему самому.

Прат попытался вздохнуть, но не получилось…

Перед глазами, зажатая куском разрушенной стены, как раз полувисела покореженная оконная рама. За ней, за рваными, сочащимися едким дымом златоткаными парчовыми занавесями, виднелись вершины далёких гор, покрытых зеленью, голубое небо и снежно-белые облака…

Огненных шаров тогда не жалели ни защитники, ни нападавшие, вот один из таких, не смотря на установленную защиту, и залетел сюда. Незваный гость поджег все что смог, отбил голову у статуи одного из королевских предков, проплавил дыру в витраже, изображавшем коронацию какого-то древнего короля, предшественника Мекта, а после этого – взорвался.

Теперь разноцветные стеклянные осколки неряшливо лежали по всему полу вместе с кусками штукатурки, обугленными деревянными щепками и тлеющими кусками парчи. Ветер, время от времени залетавший в разбитое окно, шевелил их, словно прозрачный речной поток водоросли в глубине себя и от этого сухой горький шелест неприкаянно бродил от стены к стене.

И запах…

От него свербело в носу, но каждый, кто тут стоял, сдерживал себя, не чихал – уж больно торжественный близился момент!

Наверное, есть ситуации, когда беспомощность не так обидна, как опасна. Как раз сейчас так оно и было – страшно и опасно… Даже так – смертельно опасно. В зале пахло гарью и смертью. Тут сошлись победа и поражение…

Прат лежал на жертвенном столе, а вокруг высились фигуры врагов. Что делать – он проиграл, а они – выиграли.

Страх от того, что сейчас может произойти сводил внутренности, но Прат держался. Да и что мог бы сделать прикованный заклятьями к жертвенному столу человек?

Что убежать от сосущего сердце страха он подумал о недавнем прошлом.

Собственно, другого и не ожидалось – король Саник набрал магов больше, чем король Мект. Он не пожалел золота и вот – закономерный итог. Мект пожадничал и проиграл. А вместе ним проиграл и сам Прат.

Хотя что тут удивительного? Один против четверых! Четверо против одного!

Если он и мог упрекнуть себя в чем-то, то только в том, что подобрал плохого помощника. Во всем остальном – нет!

Какая же сволочь этот Лайзик!

Снова появилось желание сжать челюсти до хруста, но ничего не получилось. В этом состоянии плененный маг мог только глазами двигать да неглубоко дышать.

Пришла пора расплачиваться за королевскую жадность, ну и, разумеется, за собственную доверчивость.

Если б не измена ученика, Прат ушел бы – времени хватало на все, но предательства с этой стороны он не предусмотрел. Удар медным блюдом по голове оказался неприятной неожиданностью.

Кто ж знал, что пригрел на груди змею? А теперь оставалось только в бессилие злиться и ругать себя.

Он снова попытался вздохнул поглубже, стараясь успокоиться и снова ничего у него не вышло.

Скосив взгляд, поверженный маг посмотрел на бывшего ученика и представил, что сделает с предателем, если повезет выйти из переделки живым и здоровым. О, что он с ним сделает! Можно превратить его в жабу или дерево... Или в колоду, на которой мясники разделывают туши… Или в осла… И каждый день избивать его до полусмерти… А когда сломается железная палка или надоест – надоест же это ему когда-нибудь – продать мерзкую длинноухую тварь подземным жителям, чтоб тот никогда не увидел солнца и пропал в их подземельях навечно…

От этих мыслей на душе становилось легче. Они хоть как-то примеряли с неприятной действительностью.

А предатель, словно почувствовав исходящую от пленника злобу, отошел поближе к победителям.

Прат знал и того и другого, но сейчас их имена для него ничего не означали. Одно на всех у них было для него имя – Судьба. Рок. Проигрыш…

– Куда его? –тоненьким голосом спросил бывший ученик.

Пектор пожал плечами.

– Куда и всех таких, проигравших. В Бессилие.

От этого слова Прат содрогнулся.

Лайзик с опасением посмотрел на бывшего учителя. Что за мысли бродили у него в голове Прат читал «на раз»: обещать-то они все мастера, а вот получится, или не получится… Расхлебывать-то придется ему, Лайзику, а не этим… Вдруг вернется его учитель не вовремя.

– А он не может вернуться оттуда?

Во взгляде Пектора зажглась какая-то искорка.

– До сих пор этого никому не удавалось… Вряд ли удастся и ему. Есть законы, через которые не перешагнет даже самый сильный из нас, что тогда уж говорить об…

Он кивнул в сторону стола.

– И все же… Чудо…

Прат увидел, что его ненависть и в самом деле как-то дошла до предателя и тот его попросту боится! Это ощущение чужого страха успокаивающим бальзамом пролилось на истерзанное сердце.

Ничего, ничего… Посмотрим еще… Везде люди живут. И он. Он тоже… Язык выучить, а там посмотрим… Нет таких мест, откуда невозможно вернуться! Прат понимал, что врет самому себе, но эта ложь успокаивала и давала надежду. Бывают же чудеса?

– Чудес не бывает, – успокоил предателя Цансалан, словно прочитав Пратовы мысли. – Есть законы, которым повинуется все, в том числе и магия.

Он присмотрелся к столу и, поправил рисунок на нем, продолжил.

– Магия – она ведь тоже закон Природы. Если у него не окажется накопителя.

Маг дотронулся до богато изукрашенного драгоценными камнями и золотом медальона на груди.

– А его у него никак не окажется... Там такого нет ни у кого. Значит ему оттуда не вернуться. Никогда.

Цансалан засмеялся, и вдогон дребезжащему смеху за окном загрохотало, капли дождя полетели к земле, оставляя на осколках витражей мокрые дорожки. Небосвод прорезала молния, похожая на высохшее дерево. Мгновение – и дождь стеной обрушился на землю.

– И что же будет дальше?

– Плохо же тебя учил твой учитель…

Пектор все-таки ответил.

– Мы лишим его силы и он, как та капля воды, канет в Бессилие, в бездны, откуда не возвращаются. Там у магов попросту нет сил, чтоб вернуться назад, в наш мир. Там наши враги становятся обычными людьми, а этот, скорее всего, станет чьим-то рабом.

Прат все это знал, сам, бывало, отправлял туда неудачников, ставших ему поперек дороги, но никогда не примерял этот путь на себя. Он попытался зажмуриться от накатившего страха, но ничего у него не вышло– глаза не закрывались. Его тело принадлежало не ему, а врагам.

Сами собой вспыхнули свечи вокруг стола, маги одним слитным движением протянули руки и простерли над ним ладони, облитые оранжевым, словно предзакатное солнце, светом.

И все кончилось…

2.

В жизни любой научной лаборатории хватает разных ситуаций, которые требуют присутствия в её стенах посторонних, далеких от науки, людей.

Этими посторонними могут быть сантехники, корреспонденты, проверяющие из Налогового Департамента, конгрессмены, да мало ли кто еще, но в этот раз это были ни те, ни другие и ни третьи. Слава Богу, в эти помещения таким визитерам доступ перекрывали военные.

Профессор Бахтар смотрел на людей в масках, что бегали внизу и с внутренней радостью думал о том, что слава всем законам физики, что это не гангстеры, а всего лишь санитарная инспекция, борцы с крысами и мышами. Согласитесь, что в физической лаборатории, занимающейся фундаментальнейшими вопросами строения материи нет места ни крысам, ни мышам.

А эти твари, ну мыши, считали иначе.

Не далее, как три дня назад одна из них чуть не сорвала ключевой эксперимент, перегрызя освинцованный кабель. Хорошо, что это вовремя успели заметить и отменить старт.

«Наука, наука... – подумал профессор. – Что бы мы без неё делали? Без химии, без физики…»

Настроение его было несколько самодовольным. Честно говоря, Наука, та самая, что с большой буквы, кормила не только Человечество, но и его самого… Иногда он честно удивлялся, как это ему удалось так хорошо устроиться – он получал деньги за то, что и сам с удовольствием делал бы бесплатно – удовлетворял собственное же любопытство! Хотя в такое время, когда на выигрыш в гонке двух систем бросались колоссальные средства, это было не удивительно. Почти наверняка где-нибудь в России сейчас стоял свой профессор и также смотрел на приборы. Разница была, возможно, только в том, что тамошний профессор наверняка был коммунистом, а он сам оставался вне политики… Президенты приходят и уходят, а Физика остается!

Сейчас шла гонка с Советами, в которой от его лаборатории ждали только выигрыша. Проигравшего хоронила История. Та самая, что с такой же большой буквы, как и Наука. И именно за это, а не за удовлетворения личного любопытства ему платили.

Профессор вспомнил недавний репортаж с поверхности Луны, проведенный американскими астронавтами. Тоже ведь Наука, только что с того достижения?

«Луна, Луна… Подумаешь. Постояли там одной ногой и что? Если тут у меня получится, то никакая Луна с этим и рядом не встанет…» Мысль эта не была лишена малой толики высокомерия. Он-то отлично представлял, что будет в случае успеха для США и всего Человечества в целом, да и персонально для него тоже, и потому раздражался.

«Господи! Ну когда же они закончат и уйдут?»

– Долго еще?

Профессор обернулся, пожал плечами. Его и самого это интересовало.

Ассистент, храня на лице выражение, словно у него зубы болели, смотрел, как фигуры в масках обследуют выставленные с вечера ловушки.

В ответе смысла не было, да ассистент ответа и не ждал.

Внизу возникло оживление. Люди в масках забегали. Их движения обрели осмысленность и целеустремленность. Профессору показалось, что они наконец-то нашли врага, которого и собирались уничтожить.

– Ты смотри… Настоящая войсковая операция, – заметил зам по безопасности, бесшумно возникший за спиной. Белый лабораторный халат прикрывал полковничий мундир. Этот знал, что говорил. Пришлось повоевать и покомандовать. Профессор читал его личное дело – Корея, Вьетнам… Ранение…

– Солидно, – продолжил полковник. -Разведка есть, обеспечение тыла наблюдаю, ударная группа накапливается.

И правда -люди в масках сгрудились перед столами.

Они были разные и там тоже имелась своя иерархия. Кто-то держал в руках длинные щупы, у кого-то за плечами горбились цилиндры с каким-то антисептиком-мышевыводителем, а кто-то руководил всем этим цирком. Военный увидел и оценил это раньше других.

– Надеюсь, что…

Полковник не договорил. Там, внизу, засуетились, народ рассыпался по залу, словно услышал грозное гудение штурмовиков над головами.

– Ай! – воскликнул кто-то из лаборантов. Профессор обернулся. Пульт, что занимал пол стены у него за спиной, живо отреагировал на действия дератизаторов. Стена расцвела световыми узорами.

Пробежала цепочка ярких огоньков. Яркие точки замигали вразнобой, что-то заскрипело, и зал внизу начал заливать оранжевый свет. Профессор от удивления вцепился обеими руками в спинку стула. Так могли светиться только угли в преисподней…

– Уроды безрукие! – донеслось из зала. Голос полоснул таким отчаянием, что стало ясно – беда пришла…

Каждый из тех, кто стоял рядом, понял – хорошим это не закончится.

Профессор не успел отдать ни одной команды, как внизу горестно взвыли.

– Выключай! Выключай! Обесточивай!

Только скорость звука отстала от скорости действий.

Как всегда бывает в экстремальной ситуации, кто-то рванул вперед, кто-то назад, люди столкнулись, покатились прямо в этот оранжевый свет. В этот момент внизу тягуче грохнуло, свет стал еще ярче, и вместе с ним в мир ворвалась сила, расшвырявшая людей.

Взвыла тревожная сирена, замигала пожарная сигнализация.

– Ложись!

Нижний зал залил свет. Теперь его поток дышал холодом… От обрушившихся неизвестно откуда ярких переливов глаз не мог определить какой он, это свет – голубой, белый, желтый… Поток возникал из ниоткуда, напоминая в разные мгновения то солнечные лучи над чистым-чистым морем, то безжизненный свет медицинской лампы в операционной. В мгновение этот поток, только что бесплотный, вдруг стал материальным телом. Все, что оказалось вокруг него взмыло воздух и завертелось, словно и людей, и предметы подхватил поток воды, сливающийся в дырку в ванной. В неестественной тишине все это крутилось, озаряемое сиреневыми вспышками…

Не прошло и нескольких секунд, как в центре этой кучи-малы радужными переливами засверкала точка. Она росла, росла, превращаясь из бильярдного шара в футбольный мяч и далее, становясь все больше и больше.

Профессор, сохранивший хладнокровие, подумал, что камеры, вероятно, работают и многое может стать ясным, когда они посмотрят записи, хотя чего тут гадать… Получилось! Портал, наконец, возник. Как и каким образом – пока непонятно, но вот он, его можно пощупать руками! Значит теория верна!

Он невольно поднялся и в этот момент грохнуло…

3.

Только что он чувствовал спиной жесткость стола и запах гари, и в один миг все это исчезло. Ничего не стало вокруг, а тело словно повисло в воздухе. Пропала сила, пропал свет, даже ощущение тяжести исчезло. Прат попытался вздохнуть, но и воздуха, казалось, также не осталось.

А потом обрушился грохот… Маг словно очутился в середине тучи, из которой непрерывно лупили молнии, и грохотал гром. Звук обрел плотность предмета, стал болью... Прат вскинул ладони к вискам, мимоходом удивившись, что ничто их больше не сдерживает, зажал уши и закричал, стараясь криком заглушить страх и боль. Не помогло…

Через мгновение возникло ощущение, что мир вокруг скручивается, сминается, как кусок бумаги, и – свет...

Появился свет– чистый, незамаранный, словно первый снег на вершинах гор. В одно мгновение сияние стало нестерпимым. Белое стало алым. Алые сполохи резали глаза. Боль и свет, свет и боль волнами накатывались на Прата, растворяя сознание, утаскивая его в Бессилие.

В страхе он попытался дернуться и у него получилось!

Его перевернуло, потянуло в сторону. Страх заставил задержать дыхание, словно перед прыжком в вожу… Нет, не вода там была, а что-то потверже. Голова, плечо, снова голова… Больно… Появился звук. Человека поволокло, ударяя обо что-то невидимое, но вот движение прекратилось. В последний раз Прат спиной, затылком ударился обо что-то твердое и остановился. Кажется, все. Прибыл…

Вдохнув, маг впустил в себя воздух нового мира, выбранного его врагами не как место для его жизни, а как место для его смерти. Опасный мир, готовый его убить.

Глаза открылись сами собой.

В мире Бессилия имелись свои опасности – и дикие звери и дикие люди. И те и другие готовы были сожрать пришельцев, но, кроме них хватало и иных опасностей, например имелись желающие прихватить себе нового раба, так что первым делом – осмотреться и увидеть опасность. Магии в нем нет, но ведь руки-то и ноги на месте!

Прат провел рукой вокруг себя – может быть хотя бы камень или палка… Ничего.

Быстро оглядевшись по сторонам удивился.

Его выбросило не в поле и не в лес! И даже не на невольничий рынок! Он оказался в огромной пещере. Более внимательный взгляд на стену показал на ошибку. Нет, не в пещере. Стены ровные, без украшений, словно попал в барак ремесленников-каменотесов. Вдоль стен тянулись какие-то толстые веревки, протянутые по блестящим стенам и висящие там на железных крючьях.

Пока разглядывал все это, успел сообразить, что стены – не дерево и не камень – металл.

Все это было не просто необычное – чужое. Железо, толстые железные веревки и огромные, затянутые слюдой окна где-то наверху.

Как услышав первые звуки незнакомого языка, сразу понимаешь, что перед тобой человек из другой страны, так и тут. Один взгляд и все понятно. Мир Бессилия. Мир чужой и негостеприимный и в этом мире ему и предстоит теперь жить…

Прат заорал от невозможности что-либо изменить, но, заглушая его, сверху обрушились вой и треск. Он задрал голову, страшась увидеть там чудовище и не заметил, что рядом появились несколько фигур в ярко-оранжевой одежде.

Его ухватили за руку, но ему удалось вырваться. Оранжевый неслышно покатился по полу, продолжая тянуть к нему руку.

«Нет уж… – подумал Прат. – Надо бежать… Пока есть возможность – бежать!»

Но он не успел даже сообразить в какую сторону он побежит, как его снова сшибли и не давая подняться на ноги потащили волоком в сторону. Попытка отбиться ник чему не привела – его опрокинули на пол, где уже лежало несколько туземцев перекатываясь и завывая от боли.

Там Прат все-таки поднялся, но кто-то другой в такой же оранжевой одежде, подхватил его, бросил на плечо и рванулся вперед.

«Людоловы?» – подумал Прат. – «Охотники за беглыми? Или все-таки нет?»

Его тащили, а он вертел головой, выхватывая картинки нового мира. Толстые металлические веревки, металлические шкафы, блестящие яркими цветными огоньками, словно за каждым из них горела праздничная свеча…

«Мир железа? Сколько же его тут»?

Он перевел взгляд вниз. Квадраты пола, собранного из каменной плитки, показались ему приветом от своего мира.

«Не все тут так плохо…» – мелькнула мысль, но её в единый миг вышибло из головы. В блестящем боку опрокинутого на пол бака Прат уловил движение.

Сверху на него падала колонна.

Громадная, толщиной с хорошую бочку, она летела вниз задерживаясь на мгновение всякий раз, когда на её пути попадалась провисшая из конца в конец пещеры металлическая веревка. Магу даже показалось, что сквозь шум до него доносится противное «дзинь», «дзинь», «дзинь» от рвущихся металлических нитей.

Его губы сами собой пробормотали заклинание, способное остановить падающую смерть.

Если б тут была магия! Всего насколько слов, но они стоили жизни! Уже произнося первый звук, Прат ощутил, что ничего не получится. Губы шевельнули воздух, но колдовства не случилось. Не было тут волшебных сил, которыми он смог бы повелевать!

Маг горестно взвыл, мимолетно подумав не шутка ли это его врагов. Мысль мелькнула и ушла, смытая подступившим ужасом. Колонна валилась вниз, грозя придавить его вместе с туземцами. Один из них отстал, зацепившись за что-то, а другой продолжил тащить мага на себе…

Колонна обрушилась у них за спиной, задев отставшего и прокатившись по нему, но через несколько мгновений не повезло и другому. Его спаситель наступил на одну из тех толстых веревок, что в беспорядке лежали на полу, словно в разгромленной канатной мастерской. Один неверный шаг – и из-под его ног ударил фонтан искр.

Прату тоже досталось. Его тело свело холодной судорогой. Лишенный силы маг изогнулся от боли и разум вылетел птицей, вырвавшейся на свободу…

«Все…– успел подумать Прат. – Сейчас точно все…»

4.

Человек за столом разогнулся и потер шею.

Гора бумаг на столе никак не давала возможности принять его за клерка или книжного червя. Полковничий мундир с орденскими планками не казался тут лишним, как и несколько фотографий, где хозяин кабинета стоял в форме и с оружием. Правда там он выглядел помоложе, и талия была поменьше, но лицо оставалось тем же. Жестким и волевым.

Полковник вздохнул, поморщился от запаха.

В воздухе еще носилась вонь горелого металла и пены из системы пожаротушения. Убытки в несколько тысяч долларов и снова задержка исследований. За такое по головке не погладят.

ЧП получилось не из рядовых – восемнадцать пострадавших, но хорошо, что хоть никто не погиб.

Выудив из кучи лист, военный провел по нему пальцем, отслеживая напечатанные строчки. Точно. Семнадцать… Вот список. Палец пробежался по листу сверху донизу и замер.

Так… А это что?

Недобро прищурившись, начальник службы безопасности пошарил рукой и взял еще лист.

То, что он там увидел, заставило его потянуться к телефону.

Через минуту перед ним стоял капитан. Держа в каждой руке по листу бумаги, полковник спросил:

– Сколько их вошло?

Капитан вытянулся, раскрыл папку, что принес с собой.

– Полная бригада. Шестнадцать человек по списку.

– А вышло?

Капитан недоуменно поднял брови. Он не понимал. Полковник зло тряхнул рукой, сбрасывая раздражение, повысил голос.

-Увезли сколько? В госпиталь?

Капитан поднял к глазам папку.

– Семнадцать… – севшим голосом ответил военный.

Полковник качнулся ему навстречу, словно хотел боднуть и вбить в него свою злость.

– Ты понимаешь, что это означает, капитан?

Длинно выругался. Взмахом руки разметал бумаги, и те бабочками разлетелись по полу. Ответа хозяин кабинета не ждал – какой тут может быть ответ?

– Вместе с ними вышел кто-то еще… -заторможено сказал подчиненный.

– Да не «кто-то еще»! Посторонний! Посторонний присутствовал на объекте!

Ему захотелось в раздражении постучать костяшками пальцев по капитанскому лбу.

– Русский? – наконец дошло до капитана. – Русский!

Это было страшнее самых страшных фантазий. Полковник даже не стал расшифровывать, что этот «некто» наверняка русский шпион, настолько очевидным был вывод. Кому еще тут что-то могло понадобиться? Но мгновение прошло и страх переродился в азарт. Вскочив со стула он сделал шаг к двери, остановился, повернулся к Капитану. Командир не должен все делать сам. Командир должен отдавать приказания!

– Где все они сейчас?

Злость из эмоции переплавилась в желание что-то сделать.

– В госпиталь повезли, – уже от двери бросил капитан. Вот ему следовало бежать и как можно быстрее. – Всех отправили уже...

– Пулей туда. Не упусти!

5.

Сознание возвращалось кусочками, мелкими порциями. Такими мелкими, что непонятно почему ему представилась птичка, кормящая птенцов червяками. Один червячок, другой… Он попробовал мотнуть головой, но ничего не вышло. Зато вернулся слух, обрушивший на него незнакомую речь, низкий рев, похожий на рев зверя, но только вот в нем не ощущалось жизни. Так могла реветь река на перекатах, или падая откуда-то сверху.

Прат вспомнил, что случилось. С благодарностью помянул здешних богов, отведших от него смерть, но тут в памяти всплыло то, как он попал сюда. Разгорающийся оранжевый свет потащил за собой воспоминания. Прат вспомнил и кто он и что случилось. Холодный ужас тысячей игл ударил в душу. Цансалан и Пектор все-таки забросили его в Бессилие, в мир, подобный пустому кувшину на пиршественном столе, который не успели унести и заново наполнить вином нерасторопные слуги, в мир, где все его умения ничего не стоят.

Прату захотелось взвыть, но даже этого он сейчас не мог сделать – тело скованное холодной судорогой не слушалось.

Механическая дрожь и рев прекратились. Его подхватили и куда-то понесли. Через слегка приоткрытые веки увидел людей в белых халатах. Незнакомая речь резала слух. Над головой пролетали длинные, похожие на светящиеся трубки, светильники.

«Это Бессилие?» -подумал он. – «Оно же другое! Я же там был…!»

То, что он успел увидеть сегодня, сильно отличалось от того, что ему приходилось видеть собственными глазами, тогда, когда бывал в мире Бессилия или слышал чьи-то рассказы о нем. Одни светильники, каких никто никогда не видел, чего стоили и такая прорва железа в той пещере! Не было в Бессилии такого! Или все-таки было?

Пока, по его ощущениям, эти два мира – Бессилия и этот – роднило только одно: тут не было магии, зато все остальное оказалось настолько непохоже, что...

Не было в Бессилии всего того, с чем он успел столкнуться тут за это время! Не было! И в первую очередь не было железных стен и веревок, да и таких вот повозок тоже, кстати не видел...

Так что же это за мир?

Его продолжали нести и он забеспокоился.

«Куда меня?» – мелькнула мысль. – «В барак к рабам? Или снова на жертвенник?»

Даже если это и в самом деле не Бессилие, то тут вполне мог существовать обычай приносить свалившихся на голову незнакомцев в жертву. От этой мысли холод в животе Прата стал еще невыносимее. Он попробовал встать, дернулся, но чьи-то руки уложили его обратно. Голоса над головой что-то успокаивающе забормотали.

На душе стало немного поспокойнее. Нет. Не в жертву. Таким тоном на жертвенник не оправляют. Остановились. Его подхватили подмышки, перенесли с движущегося стола на неподвижный. Женские голоса затараторили, их перебивал грубый мужской голос. Они наверняка говорили о чем-то важном, о том, что касалось его самого, а он не понимал ничего!

«Язык!» – подумал маг. «Нужен язык!»

Он снова захотел встать и снова ему не позволили. Чьи-то пальцы бесцеремонно раздвинули веки. Свет – белый, холодный – стал почти невыносим.

Снова незнакомые слова, снова поток звуков…

Прат застонал от бессилия. Хотя бы малую толику Силы, хоть немного магии!

Не желая смириться с действительностью, маг напрягался, отыскивая следы магических энергий, но тщетно… Этот мир и впрямь оказался пустым. Пустым как опорожненный кувшин.

Мысли снова заметались словно перепуганные мыши.

Прат сцепил зубы и сумел взять себя в руки, унял внутреннюю дрожь. Нужна была точка опоры, что-то такое, что поможет ему принять правила этого мира.

Сцепив зубы повторял про себя как заклинание: «Это не Бессилие. Значит магия тут есть! Должна быть! Это не Бессилие!..»

Плавное движение носилок увлекало его вглубь здания.

Он найдет выход! Обязательно найдет! Надо только немного времени и выход будет найден!

Может быть дело в том, что он как-то неправильно её ищет? Может быть те приемы и заклинания, что работали в иных мирах в этом мире не работают? Может быть тут есть что-то своё, никому пока не известное?

Но вспомнил читанную когда-то древнюю книгу, взятую в библиотеке разбитого им мага. Там кто-то из еретических авторов писал, что возможны миры, где магическая энергия имеет иные свойства, что отличаются те миры настолько, что привычной в их мире энергии там нет, а есть только что-то похожее на магию, но и ей можно овладеть! Там еще было заклинание...

Обостренная страхом память услужливо подсказала его… Оно повисло перед мысленным взором соблазняя бывшего мага. Прат зажмурился. Еретическое знание просилось на язык, но стыд... Что подумают другие маги, если узнают? Как ему жить, если хоть кто-нибудь…

«А кто? Где тут другие маги?» – подумал он. – «Что я потеряю, прикоснувшись к нечистому знанию? В этом мире уже ничего. Тут мне нечего терять! Да и не предательство это истинной магии, а опыт. Попытка установить истину!»

Если презираемые всеми настоящими магами Отщепенцы неправы, он только получит подтверждение правоты той дороги, которой шли маги его мира до этого дня, но ведь они могут оказаться и правы… Не на пустом же месте возникла отступническая школа Шлам-Шена?

Мира, где вовсе нет магии, быть не могло! Просто не могло! Не могло быть так, чтоб тут вообще ничего не существовало! Хоть чуть-чуть, хоть горсточка, хоть щепотка! Хотя бы по той причине, что она ему сейчас очень нужна!

Решившись, Прат не стал медлить, подстегиваемый желанием найти и использовать для своего спасения то, что удастся найти и произнес заклинание…

Он напрягся и вдруг ощутил где-то совсем рядом источник магии! Проклятые Отщепенцы оказались правы! Благословенны их изыскания и поиски Истины!

Слабенький, словно огонек свечи на ветру, он теплился где-то рядом… Прат мысленно рванулся к нему, захваченный одним желанием. Язык! Ему нужен язык! Ему давно уже следовало понять, что тут происходит!

И чудо свершилось!

Огонек волшебства погас, но слова вокруг стали понятны… Звуки, возгласы, чужая речь обрели смысл.

– Что с этим?

– Поражение электрическим током…

– Из Центра?

– Оттуда. Все они оттуда…

– Этот легкий. В палату его… А этого и этого в операционную… Черт! Мы его теряем! Жгут и пять кубиков стимулятора!

Непонятные слова сыпались горохом, летали бабочками.

Кусочек чужой жизни мелькнул перед ним и пропал. Люди в белых халатах с замотанными чем-то белым лицами отошли в сторону, пропали из виду.

Он немного повернул голову, скосил глаза, разглядывая мир вокруг себя. Длинный коридор. Факелов нет, но светло. Свет исходит из нескольких светящихся трубок под потолком. Все вокруг не из камня и не из дерева, а из чего-то непонятного... Любопытство заглушило страх и заставило попробовать осторожно коснуться стены. Не получилось. Кто-то из аборигенов подхватил руку и уложил обратно.

Мимо промелькнули боковые двери. Мимо трех его провезли, а четвертые распахнулись, принимая каталку. Он понял, что путешествие оканчивается и закрыл глаза. Ничего плохого Прат теперь не ждал – уже сообразил, что попал в лекарню.

Ловкое движение и спина прочувствовала мягкость перины. Чья-то рука коснулась лба.

Странный мир… Но главное – Отщепенцы оказались правы! Опыт удался! Какое-то колдовство тут все-таки есть! Ничтожно мало, но есть! Это вселяло надежду. Прат напрягся, пытаясь с нового места отыскать еще один источник магии, но… Пусто. Где-то на грани восприятия вроде бы ощущалось что-то такое, но это могло оказаться и иллюзией, самовнушением. Хотя какое там самовнушение? Язык-то он теперь знает! Значит, есть магия в этом мире! Есть!

На него накатил вал веселья. Прат представил растерянные лица Пектора и Цансалана и чуть было не рассмеялся.

Он еще им всем покажет!

Дверь негромко скрипнула, провожая людей в белом. Прат осторожно открыл глаза.

В комнате шесть кроватей, и на каждой из них кто-то лежал. Рядом стояло нечто, чему он пока не мог подобрать названия. Трубки, черные зеркала, по которым, извиваясь словно паутинки под ветром, тянулись разноцветные нити – то толстые, то тонкие…

Над телом у дальней кровати склонилась фигура в белом халате. Было тихо, но в коридоре шла своя жизнь. Там слышался колесный скрип, шаги, негромкие энергичные возгласы.

«Новый мир…» – эти два слова объясняли сразу все. – «Бессилие, но какое-то другое… Да и не Бессилие, пожалуй…»

Разноцветные паутинки за черным стеклом продолжали бесшумный танец.

Прат не стал размышлять хорошо это или плохо. Пришло время действовать – осторожно пошевелившись, охнул. Этот мир встретил его если не жестоко, но жестко... Хотя… Он невольно ухмыльнулся, вспомнив своих врагов. Ведь все могло быть еще хуже.

Новые звуки, новые запахи… Незнакомый мир пах странно. Запахи резкие. Тут пахло не просто незнакомым, но явно неживым. Запахи острые, кислые, иглой вторгающиеся в мозг.

Ладно… С этим разберемся потом.

Главное– руки и ноги. Взмах, другой... Больно, но терпимо. Обошлось без переломов. Наверняка еще будут синяки, но это все мелочи. Удача его не оставила, хотя главное, конечно же, было не в руках и ногах, а в том, что тут все-таки имелась магия. Просчитались маги короля Саника! Что-то у них не сложилось… Пусть её тут оказалось ничтожно мало, но она тут все-таки была! Вопрос состоял только в том, как и где её добыть… Если получится, то все остальное не имело значения. Если добыть…

Маг тряхнул головой.

Это все потом. Сейчас надо уходить отсюда. Вряд ли жители этого мира доверчивее, чем того, откуда он попал сюда. Лазутчиков-то ловили и в его мире, наверное, и тут умеют делать это не хуже.

Фигурка у дальней кровати разогнулась и пошла к двери. Это оказалась симпатичная девушка в неприлично коротком халате. Туго стянутый пояском халат облегал ладную фигурку и Прат почувствовал желание остаться. Эйфория победы просила наделать каких-нибудь глупостей…

Он одернул себя. Может быть, когда-нибудь потом он и вернется сюда в блеске силы и славы! Вот тогда… Но не сейчас…

Ох, как бы ему не помешала еще одна малая толика магии! Та капелька, что досталась ему, исчезла и теперь он, как ни старался, ничего не чувствовал. Отвести глаза дело нехитрое, но требующее Силы. Будь она у него его побег сложился бы просто. Он ушёл бы и никто их туземцев его бы не заметил, но где взять эту силу? Маг невольно оглянулся, в надежде, что как-то удастся увидеть то, что и в его мире оставалось невидимым. Нет. Так что надеяться приходилось только на себя.

В первую очередь – одежда. На кровать его уложили, просто прикрыв куском материи, и сейчас на нем ничего не было.

Усевшись на кровати Прат огляделся. На спинке соседней кровати лежали полосатые штаны самого простецкого вида. Поглядывая на спящего товарища по несчастью, маг подхватил их, натянул и прошелся по комнате. Оглядываясь негромко произнес:

– Одежда, Рубаха, костюм…

Язык слушался. Слова выходили какие-то округлые, мягкие… Но понятные.

Несколько шагов и –окно. Именно оно станет для него дверью…

Ах, какое окно! Маг провел по стеклу пальцами, чтоб удостовериться, что оно там есть. Огромное, чистое, светлое. Мастера стекольщики тут наверняка в почете! Ну да ладно…

До земли недалеко. Если открыть, то можно вылезти, без риска сломать себе ноги или шею. Выбирать не приходилось. Через дверь-то точно не выйти, значит оставалось окно.

Запоры… Все просто. Ручка? Понятно. Вверх и вбок…

В лицо ударил поток свежего воздуха. Новый мир перестал пахнуть лекарней. Вместо запаха лекарств в воздухе ощущался запах гари и цветов.

Встав на колени, Прат перебрался через подоконник и спрыгнул вниз.

Самым неожиданным, обрушившимся на него словно мешок, оказались кусты, что росли внизу. Знакомые до последнего листика кусты. Сирень. Такая же сирень, как и в его мире! Цвет, оттенки, запах… Глаз как-то сам собой ухватил цветок с пятью лепестками. Осторожно, боясь потерять, он ухватил его пальцами и легонько потянул. В его мире ходило поверье, что стоит съесть такой, как все в жизни наладится: поймается удача, сойдутся концы с концами и на врагов нападет икота…

В голове на мгновение помутилось. «На секунду – поправил он себя – На секунду. Надо привыкать к новому миру».

Эта мысль и знакомая до последнего цветка сирень как-то подстегнули, добавили оптимизма в краски мира.

Он почувствовал себя зверем, добравшегося до нового леса. Сюрпризов и непонятностей для него тут нашлось множество. Прат, например, еще не мог понять, кем себя считать – хищником или жертвой… Но ничего... Время покажет, расставит все по местам.

Домов без ограды не бывает. В полусотне шагов от кустов нашлась и она. Не добрая каменная стена, а необычного строения, словно из копий, поставленных на небольшом расстоянии друг от друга.

Маг побрел вдоль него, рассуждая про себя, что раз нет дома без стены, то и забора без ворот не бывает. Шаг за шагом он уходил от раскрытого окна.

Ощущение победы не покидало, давало силы. Он выживет! Он обязательно выживет! Эти мерзавцы просчитались! Есть в этом мире магия! Ничтожно мало, но – есть…Он еще разберется, что тут к чему! Магия – она ведь как золото. Его мало, но где-то, в сокровищницах владетелей, в рудниках, в лавках купцов оно собирается в огромные груды.

Прат одернул себя, заставляя думать о другом. Сейчас не стоило терять время на философские размышления. Все вокруг него теперь означало опасность. Без магии у него нет защиты от напастей этого мира, а значит -бежать! Бежать! Подальше отсюда…

Кусты закончились, давая возможность оглядеться. Кстати откуда это «отсюда»?

Он оглянулся, чтоб рассмотреть лекарню.

За спиной… Не лекарня это была… Это, пожалуй, был самый настоящий замок – громадное здание аж в пять этажей! Хозяин наверняка самонадеян и жизнью не учен – то, что Прат видел совершенно не годилось для обороны – слишком уж много окон, и тем не менее, без всякого сомнения, это замок!

Удвоив осторожность, маг двинулся вдоль забора. Мысли теперь потекли по иному пути. Раз это замок, то наверняка есть и дружина и слуги… И тогда ворота из него наверняка охраняются…

Он вздохнул сквозь зубы, сожалея о несбыточном. Эх, если б малую толику магии! Хотя бы такую, какая только вот недавно нашлась в этом мире, но…

Прикрыв глаза, маг снова попытался почувствовать магию, но чуда не произошло. Что ж, видно, придется пока обойтись своими силами.

И тут Судьба, смилостивившись, сделала шаг навстречу! Два стоящих рядом копья оказались немного раздвинуты. Словно кто-то, обладающий изрядной силой, то ли потянул их в разные стороны, то ли захотел протиснуться.

Прат просунул между прутьев руку, потом голову…

За оградой полосу вскопанной земли украшали желтые и розовые цветы. Еще дальше – просматривалась дорога.

Беглец направился к ней, вертя головой. Сам этот мир был, конечно же удивительным, но пока он не видел вокруг ничего для себя опасного. Ни чудовищ, ни стражников. Просто парк вокруг замка и в нем никого. Странно? Да! Но ничего необычного. Конечно вряд ли кто в его мире в здравом уме стал бы рядом с замком рассаживать цветы да кусты, но вот у короля Герка в замке имелся огород… А от огорода всего один шаг до такого вот парка с аккуратно подстриженными деревьями и посыпанными песком дорожками…Прат как раз вышел к песчаной дорожке и присел, разглядывая.

Глаза сами искали на желтом песке следы копыт, но ничего такого тут не было. Только отпечатки обуви и не одного отпечатка босой ноги. Жили тут, получается, богато или, что скорее всего, для простолюдинов сюда ходу не было…

Он постоял недолго перед дорожкой, вздохнул, оглянулся и… пошел уже как свободный человек, оставляя лекарню за спиной. На дорожку он на всякий случай не заступал – шел по траве рядом. Мало ли что…

Шагов через пятьдесят песчаная дорога уткнулась в полосу черной-пречерной земли…

Прат снова присел на корточки, осторожно коснулся этой черноты рукой. Не земли. Странного камня, гладкого, монолитного.

Впереди раздался громкий звук. Он нарастал, приближаясь. Не страх, но осторожность заставили беглеца отступить в кусты… Остановился, присел. Перед глазами мелькнуло очередное местное чудо.

Несколько мгновений маг смотрел в сторону, куда умчалась железная повозка.

Всплыло новое слово. Это автомобиль, он создан для передвижения. Это как конь его мира… Магии в промелькнувшем механизме не ощущалось ни капли. Интересно чем его кормят, если в нем нет колдовства?

А потом накатило новое ощущение. Странное. Он словно заглянул в будущее или каким-то неведомым чутьем понял, что это – за ним. Может быть этот страх ничего не стоил и не значил, а был отголоском всех его недавних несчастий, но Прат привык доверять своим ощущениям и предчувствиям.

Старым врагам в этом мире места не было, значит у него появились новые… Но откуда они тут? Он ведь себя еще никак не проявил.

Тряхнув головой, Прат отбросил ненужные мысли на потом, рассудив, что тратить свое удивление на такие мелочи ему еще рано. Главные открытия поводы удивиться ждали его впереди.

Он угадал.

Черная лента дороги закончилась изгибом, и вывела его к новой дороге. Прат в нерешительности остановился. У него дух перехватило от увиденного. Видывал он королевские тракты, прямые и ухоженные, но это… Это было нечто особенное. По серой ленте, расчерченной белыми полосами, летел поток машин.

Ни одной лошади! Ни одной повозки! Только летящее с неимоверной скоростью железо.

Ленту разделял белый пунктир. По ближней стороне машины неслись в одну сторону, по другой – в другую. Маг невольно проводил взглядом тех, кто мчался по ближней дороге.

Волосы на затылке зашевелилось.

У горизонта зыбкие, словно мираж, вставали громадные башни.

Было еще светло, хотя небо над головой затягивали тучи, но он видел башни своими глазами! Десять, двадцать... Да что там, может быть, целая сотня этажей…

Как такое можно было сделать без колдовства?

Ноги дрогнули, и он опустился на траву. Гость нового мира сидел и смотрел на его могущество, а машины безостановочно бежали перед ним, сверкая огоньками. Взгляд перебегал с машин на далекие башни и обратно. В небе, чуть в стороне, проплыли огоньки, и Прат даже подумать побоялся, чем те могут оказаться.

Этот мир оказался не простым… Очень непростым. Да. Магии тут почти не было… Но какие силы оказались подвластны жителям этого мира! Какие силы!

Башни приковывали внимание, тянули к себе. С трудом оторвав взгляд от них, маг посмотрел в другую сторону. Там сверкала россыпь огоньков, словно тлели уголья нескольких костров.

Почему-то они показались ему ближе и роднее, чем те громады, что виднелись на краю земли. Прат смотрел на них и чувствовал, как прибывает уверенность. Оставаться на месте значит уже проиграть, а он не хотел этого.

Ничего! Он только пришел сюда и когда разберется, еще потягается с этим миром! И с этими туземцами!

Глава 2

6.

Трай Баррел вел машину в самом благодушном настроении – не было у него поводов грустить.

Из приемника несся бодрый рок-н-рол. Местная радиостанция транслировала какой-то рок-фестиваль и слышно было, как в перерывах между песнями беснуются фанаты. Трай представил, как сейчас там белые девчонки срывают с себя майки с лифчиками и размахивают ими над головами, а волосатые ребята, держащие их на плечах, орут вместе с ними и над головами взлетает сладковатый дымок правильных сигарет…

Ничего. Пусть. Наверняка там нет ни одного черного. Так что пусть, самое там таким сигаретам место.

Подпевая, открыл бардачок, достал сигарету, что сам скручивал час назад, и с удовольствием понюхал. Хорошая марихуана, правильная… Такую не везде нынче найдешь. С тех пор как братья начали прижимать дилеров и бороться с наркотиками на улице, спрос на них поднялся, и дилеры, чтоб не терять прибыли, повадились разбодяживать её черти чем, чуть ли не сухими кленовыми листьями или ивовой корой.

Он щелкнул зажигалкой, прикуривая… Ароматный дым вошел в легкие, и мир обрел новые краски. В глазах все слегка поплыло – небо, огни. Он немного сбавил скорость, снова затянулся. Хорошо… Хорошо, что братья из «Черных пантер» не знают об этой его невинной слабости. Да и не слабость это вовсе, а так... Шалость. Вот, верное слово.

На душе стало хорошо, спокойно. Даже захотелось сделать доброе дело. Неважно кому. Пусть даже и белому.

Он снова пыхнул дымком…

В сигарете что-то затрещало, оттуда выстрелила длинная искра.

– А, черт!

Он бросил руль, стараясь отмахнуться от неожиданно появившегося в кабине метеорита, и в ту же секунду увидел прямо перед капотом силуэт человека. В свете фар тот показался ему белым и плоским, словно фигура, вырезанная из картона. Уронив сигарету, водитель завопил, крутанул руль, уходя от столкновения, уже понимая, что все это зря.

Так оно и вышло.

Машина пошла юзом, и под ругательства Трая, боком подлетев к дурному пешеходу, не знающему где и как надо переходить дорогу, если уж у тебя нет денег на самый захудалый автомобиль, поддала тому задней дверцей. Человека швырнуло в сторону, и под визг стирающейся резины, тот пропал из виду. Во всяком случае в зеркальце заднего вида никого видно не было… Там, за стеклом виднелись только дальние высотки Далласа, да огни догоняющих автомобилей.

В голове Трая мелькнула цепочка нехороших мыслей: искалеченный труп, белые полицейские, запах травки в машине, наручники, тюрьма…

Он изо всех сил вцепился в руль стараясь успокоиться. Собрался. Побежали мысли. Сбежать? Или может быть что-то можно сделать?

Слава богу, и никто не остановился поинтересоваться, что тут произошло – конец недели, все ехали по своим делам. Несколько секунд водитель пребывал в неопределенности, но потом все-таки решился выйти из машины и посмотреть. Ну, вдруг, все обойдется?

Незнакомец сидел на обочине, встряхивая головой. Жаркая волна радости окатила Трая– жив, дурак!

Он присел на корточки, ощупал его руками. И даже целый!

С облечением он подумал: «Вот эти проклятые белые. Везде они. В полиции, в бизнесе. И даже вот под колеса лезут.»

-Ты живой?

Сбитый замедленно качнул головой.

В глазах незнакомца Траю почудился огонь безумия. Тот смотрел на него так, как сам Трай глядел бы на тот самый знаменитый Лунный Модуль, что буквально на днях свозил астронавтов до Луны и обратно. Страх, восторг, восхищение, недоумение…

«Сумасшедший!» – подумал Трай, а вслух произнес:

– Ты что, черных, что ли никогда не видел?

От явной нелепости предположения он расхохотался, но потом посерьезнел.

– Или ты против черных что-то имеешь?

Приемник в машине продолжил выдавать рок-н-ролл, мотор тихонько урчал, напоминая, что стоять тут не время и не место.

– Не видел, – с трудом разжал рот незнакомец. – Не имею.

-Ты кто?

Белый поднес руку к голове. Посмотрел на кровь.

– Кто ты такой? – повторил вопрос Трай, но уже медленнее.

– Я Прат...

Трай оглядел его, потрогал рукой. Находка выглядела сильно непрезентабельно. Одного взгляда на одежду хватило чтоб понять, что не с вечеринки этот тип возвращается. Как он тут, кстати, в таком виде оказался?

– Ты откуда такой? –спросил он, думая, что все-таки делать. Уехать или нет? Бросить этого непонятного белого на дороге или все-таки забрать с собой и довезти до города?

– Откуда? ...

– Такое впечатление, что ты сбежал из дурдома... А?

Прат только отрицательно затряс головой.

– Что такое дурдом?

– Это я тебе потом расскажу. Ты помнишь хоть что-нибудь?

– Нет…

Трай облегченно вздохнул: бедняга после удара потерял память. Чистый белый лист – это не худший вариант! Он усмехнулся, увидев забавную аналогию. Это даже хорошо. Это здорово!

– Понятно. Тебя кто-то сбил… Я тебя нашел тут. Ты лежал весь в крови.

Вдалеке на дороге показались сигнальные огни полицейской машины. Пора было убираться.

– Так,– подвел итог Трай. – Ты сейчас садишься в машину, и мы едем ко мне домой. Там я тебе помогу, приведу в порядок! Согласен?

– Согласен, – выдавил из себя белый.

– Одежда твоя где?

– Одежда?

Он беспомощно оглянулся, поднял какую-то тряпку. Простыню, не иначе. Когда-то белую, а теперь– в грязных разводах… Трай ухмыльнулся и кивнул, показывая на заднюю дверь с характерной вмятиной.

– Тогда залезай сюда…

7.

Прат сидел на диване и щелкал пультом, переключая каналы на телевизоре – так назывался волшебный ящик, что стоял в его комнате. Разумеется, никакого волшебству в ящике места не нашлось, но именно так ему было проще объяснять это для себя...

Последние три дня Прат только и делал, что удивлялся новому миру. Сейчас волна удивления уже пошла на убыль, но этот мир все еще мог озадачить его чем-то эдаким!

Его занесло в очень странный мир. Странный и опасный. Туземцы, что тут жили, наверняка были немного сумасшедшими. По волшебному ящику круглые сутки показывали, как мир взрывается, стреляет, убивает тех, кому посчастливилось жить в нем… Большая часть новостей была об одном и том же – где-то происходили волнения, катастрофы, уносившие тысячи жизней, люди тонули, горели, взрывались. И все это показывал стоявший в доме его спасителя волшебный ящик.

А когда с экрана не лилась кровь, его заполняли красивые полуобнаженные, а иногда и вовсе без одежды, женщины… Как его это потрясло, когда он увидел это бесстыдство в первый раз! Пожалуй, даже больше, чем тот момент, когда впервые увидел Трая, своего доброго духа. Оказывается, в этом мире жили не только белые, но и черные люди! Мало того! Тут обитали еще и желтые, и красные! Прат их еще не видел, но Трай клялся, что именно так дело и обстоит.

Прат вздохнул, заново переживая восторг удивления.

Не иначе Творец делал этот мир из остатков всего, что раньше пошло в дело в других Мирах и в веселую минуту…

Его спаситель оказался не любопытным. Нет, сперва-то он старался разговорить его, но Прат притворился, что потерял память. Еще бы! Начни маг рассказывать о том, откуда он и как живут на её родине, то наверняка угодил бы в другую больницу. Для умалишенных. Тут, оказывается, были и такие.

Прат быстро сообразил, откуда растут ноги у такой любознательности. Хозяин опасался, что его гость вспомнит, что поводом для их знакомства стало, то, что тот сбил его своим автомобилем. Узнай об это местная стража, которую тут зовут копами, ему бы не поздоровилось. И это правильно! Ну как бы если б он сам в своем мире случайно затоптал кого-нибудь своим конем. Дознайся кто – пришлось бы самое меньшее платить виру за то, что покалечил чужого человека.

Так что в расспросах чернокожего было меньше любопытства, а больше опасений, что его гость припомнит, обстоятельства знакомства и отсутствие памяти в этом случае устраивало сразу всех.

Все это время Прат постепенно знакомился с новым миром и продолжал искать магию в нем, но пока ничего не получалось. Какие-то крохи, отголоски блуждали в новом мире, но… Вот и все… Удача пролетала мимо этого дома.

Зато он, кажется, догадался, почему этот несуразный мир оказался обделенным магией.

В нем оказалось столько простого металла, что для колдовства места не осталось. Магическая энергия растворялась, нейтрализовалась железом. В древности – он узнал это из того же телевизора – волшебники в этом мире еще встречались, но техника тут развивалась, железо заполняло этот несчастный мир постепенно вытесняя из него колдовство и магию.

Можно было бы пожалеть волшебников прошлого, не увидевших этой опасности, но теперь это касалось и его самого. Этот мир надолго, если не навсегда, стал его миром. Мир железа…

Он поморщился.

На экране телевизора снова полыхал огонь. Решетчатый мост, собранный из стальных полос медленно заваливался куда-то вниз. Хвосты дыма рвались в небо, что-то там взрывалось, бежали люди.

Неудобный, неуютный мир…

Город, в который его занесло, оказался небольшим. То есть небольшим по меркам этого мира, а по меркам его родины – огромным. Если его новый товарищ не оговорился, то тут жило порядка пятидесяти тысяч туземцев. Зато совсем рядом, опять же по меркам этого мира стоял другой город, в котором жили миллионы людей!

Он снова посмотрел на экран. Там больше не извивались языки пламени. Теперь показывали какой-то лес, весь в лианах и по нему, обвешенные железным оружием, шли одетые в зеленое войны с полосатыми лицами…

Всколыхнулось любопытство.

Неужели тут еще и полосатые люди живут? Звери такие тут точно есть! Он видел… Может быть и люди есть?

Встав с дивана, Прат прошелся по комнате. Куда идут эти люди? Зачем? Что у них за оружие? Сумасшедший мир! Придется во всем этом разбираться.

Хозяина дома не было. Тот прямо с утра уехал, не побоявшись оставить дома незнакомого человека. Так ведь и ограбить могут.

Прат улыбнулся мысли. Нашелся грабитель… Что грабить-то? Что он понимает в этой жизни и что умеет, кроме как включать волшебный ящик? Что тут ценно, а что не имеет никакой цены? Что сколько стоит? Привыкший к солидной тяжести золота, Прат удивился, что тут умудряются обходиться без него. Благородным металлическим монетам местные жители предпочитали какие-то бумажные клочки с портретами пожилых людей.

Была бы у него его Сила… Сделать бумажку ведь вовсе не трудно…

Прат снова вздохнул, возвращаясь из своих грез в этот самый дом.

В дом без магии.

Магии в этом доме не было.

Ни капли.

Это он проверил едва только перешагнул порог, а значит особенно долго задерживаться тут не стоит. Надо скорее разбираться в чем в этом мире прячется магия. Даже самая малая малость пойдет ему на пользу. Выучил же он как-то язык? Разобраться бы как!

Прат вздохнул.

Одна непонятность тащила за собой другую.

Он смотрел на дверь и понимал, что рано или поздно ему придется выйти за неё.

Там лежал новый мир и где-то в нем – его сила. Именно его, а не чья-то еще. Раз магия этому миру не нужна, раз тут нет своих магов, значит, вся она принадлежит ему – магу Прату.

8.

В кабинете два вентилятора перемешивали воздух, но помогало это мало. Духота давила, подстегивала побыстрее закончить совещание. За длинным столом сидело восемь человек. Шестеро военных и двое штатских. Профессор Бахтар не стесняясь, разглядывал второго штатского. Все военные были ему знакомы, а вот эту личность он видел впервые.

– Итак, господа, хочу вас огорчить. К нам пролез русский, – начал совещание полковник.

– Как?

– Вот это нам и предстоит выяснить. Система безопасности где-то дала сбой.

Никто ничего не сказал, не стал оправдываться. Каждый из сидящих понимал, что начнется расследование, и вот там-то и нужно будет говорить. Там спросят так, что даже не захочешь отвечать, а все равно придется.

– Кроме того, нам предстоит этого русского поймать!

– А почему его вообще упустили? Насколько я в курсе, практически сразу была послана группа оперативников в больницу, – сказал штатский.

– Все верно. Только к приезду группы в больнице его не оказалось.

Штатский вроде как с одобрением покачал головой.

– Сразу видно профессионала.

– Верно. Он ушел, едва его положили на койку и оказали первую помощь.

– Как ему это удалось? Уйти, я имею ввиду.

– Просто вылез в окно. Как легкораненого, его положили в палату на первом этаже, и он не стал дожидаться другого удобного случая. Случай сам пришел к нему в руки… Далее пролез через дыру в заборе и парком ушел к дороге. Возможно, что там его уже ждала машина. Все наши попытки отыскать беглеца по горячим следам к успеху не привели. И вот еще что…

Полковник протянул руку к мешку и вытряхнул на бумаги кучу тряпья.

– Это то, что он оставил в госпитале.

Подхватив карандашом одну из тряпок приподнял её над столом.

– Это его одежда.

– К нам проник клоун? – спросил штатский, разглядывая что-то похожее на цирковое трико, украшенное кружевами. – Как он смог пройти через охрану во всем этом?

Полковник качнул карандашом, и трико соскользнуло обратно на стол.

– Вот это мы у него самого и спросим. Когда поймаем.

Он помолчал и продолжил.

– Резюмирую… Сейчас ясно одно – русских интересуют исследования, что ведутся в лаборатории, а значит, нам надо ждать новых попыток проникновения.

– Вы предлагаете сидеть и ждать?

– Я предлагаю получше подготовится к прибытию очередного шпиона и задерживать его не в лаборатории, а на подступах к ней, – резко ответил полковник. – А что предлагаете вы?

– А я предлагаю отыскать его…– вдруг сказал профессор.

– Как?

– В соответствии с нашими правилами внутренние камеры, снимающие площадку, не отключались. Так что все, что там произошло, есть на записи, а значит…

Повеселевший штатский продолжил:

– А значит, мы можем найти фотографию того, кто без спросу пасется на нашей лужайке!

9.

На четвертый день Прат решился выйти из приютившего его дома.

– Пройдусь, – объявил он. – Может быть, чего и вспомню…

Между ними был заключен молчаливый уговор, что как только к Прату вернется память, то тот покинет дом Трая. Однако маг понимал, что для него поиски своего места в этом мире могут продолжаться бесконечно, а испытывать терпение этого человека до бесконечности не хотелось. Нужно было куда-то уходить, но куда?

Где найти крышу над головой? Тут имелось что-то вроде постоялых дворов его мира, но чтоб там жить, нужны были деньги. Чем он мог заработать их? Только своими знаниями, только магией, а для этого ему понадобится отыскать её источник в этом мире... Только вот это, похоже, дело не одного дня… А где жить, пока идут поиски? В телевизоре показывали каких-то оборванцев живших прямо на улице, но Прат не хотел такой жизни. Вот и получался какой-то заколдованный круг. И, хочешь – не хочешь, ему предстояло найти выход из него.

– Смотри не заблудись, -сказал в спину товарищ. Получилось у него как-то не искренне, да и сам Прат понимал, что слишком уж зажился в гостях.

Три ступени вниз, несколько кустов, калитка и вот улица…

Познав жизнь по телевизору, маг невольно ждал всего того, чего там насмотрелся, но действительность оказалось проще. Мимо шли туземцы, но ничего вокруг не взрывалось, не горело. Единственной неудобной странностью оказалось то, что большая часть людей вокруг оказались такими же черными, как и его новый друг.

«Черный район» – всплыла в памяти странная фраза товарища. Он много чего странного слышал от него за эти дни, но не торопился переспрашивать. По его вопросам только глупец не догадается, что он не здешний, так что до много приходилось додумываться самому.

Люди как люди, если не замечать, что черные.

Джинсы, цветные майки… Вокруг стояли дома, но уже не в окружении кустов, как у Трая, а пятиэтажные каменные громады. Вокруг становилось грязнее и то и дело попадались мусорные баки, но Прат брел вперед, не столько глядя по сторонам, сколько прислушиваясь к самому себе – не мелькнет ли где-то рядом магия, не поманит ли к себе Сила, не задавленная железом, окружавшим его, но… Ничего. Несколько раз вроде бы что-то мелькало, но ощущение пропадало, не становясь реальностью. Его толкали в спину, заставляя сдвинутся с места, однажды он зазевался и вовсе упал под незлобный смех окружающих.

Он свернул в первый попавшийся переулок и пошел по нему. Народу тут ходило гораздо меньше, правда и порядка не было. Вокруг лежал мусор, стояли раскрытые мусорные баки, лежало какое-то тряпье и ветер вместе с запахами тащил по переулку листы газет.

– Это белый! – услышал маг позади себя восторженный вскрик. – Белый!

В переулок зашла компания подростков.

– Эй, белый, что тебе нужно в нашем районе?

Он смотрел, как они подходили и неожиданно для себя почувствовал, что мир вокруг меняется. Только что рядом с ним не было магии, и вдруг она появилась! Мало, очень мало, но она нашлась! Мало того! Он чувствовал, что она была в ком-то из этих подростков!

Взгляд мага перебегал с одного лица на другое. Молодые. По здешним понятиям еще дети… Цену жизни не знают и потому могут быть жестоки.

Ребята, словно молодые хищники, взяли его в полукольцо, прижав к стене. Прат догадывался, чем это может для него кончится – у волчат чесались клыки и они считали, что в своих-то охотничьих угодьях могут делать с чужаками все, что захотят. В их недлинных жизнях такое наверняка случалось уже не раз и подростки думали, что этот раз окажется точно таким же, как и многие прошлые. Так бы оно и случилось, если бы не…

Они ждали испуга, растерянности, но незнакомый белый вместо этого радостно улыбнулся.

Прат не был воином в своем мире, но незабытая еще уверенности в своих силах не дала ему испугаться. Все-таки королевский маг! Да и та частичка магии, что витала где-то рядом, поворачивала ситуацию совершенно иным образом.

Нагловато прищурясь, самый крупный из местных достал сигарету и, щелкнув зажигалкой, затянулся. Потянуло сладковатым дымком. Знакомый запах! Такие же иногда покуривал и его друг Трай!

– Ну, что, белый… Что у тебя есть интересного для нас? Ты же ведь не просто так сюда пришел, а с подарками?

Прат его не слушал. Закрыл глаза, маг потянулся к той искорке Силы, что тлела где-то совсем, совсем рядом.

Тут!

Ему даже показалось, что магия просвечивает сквозь кулак заводилы. Зажигалка! Вот как это тут называется! В ней, в этом кусочке пластика и таилось волшебство! Мало, очень мало, но оно там было!

– Оглох?

Прат замер, словно пьяница перед бокалом вина. Его выдернули из блаженного предвкушения.

– Часы и бумажник! Ты же не хочешь, чтоб все у нас получилось по-плохому?

Волной накатило странное чувство. Умиление и даже, пожалуй, благодарность. Наверное, боги его не оставили вниманием и в этом мире. Пришли дети и принесли ему магию. Ему надо быть благодарным, а не думать, как убить их.

Убивать? Зачем? Милые дети… Меньше всего ему хотелось привлекать к себе внимание… Да и не хватит той малости, что тут есть на хорошее убийство.

Судя по фильмам, что показывал волшебный ящик, здешняя полиция работала очень эффективно. Без колдовства, ясновидящих и предсказателей они как-то сами могли находить убийц и воров. Правда возникал другой вопрос – почему, местные преступники, зная все это, все-таки совершали преступления, но разобраться в этом можно будет позже, когда опасность быть избитым и ограбленным исчезнет.

Улыбка стала еще шире. Есть штука получше убийства. Мысленно рванувшись к частичке волшебства, что пряталась у кого из подростков произнес заклинание...

Магия оставалась магией даже в этом мире!

Раздался треск и запахло тухлятиной. Нападавшие застыли сперва с недоумением, а потом с ужасом переглядываясь друг с другом.

Прат протянул руку и спокойно сказал:

– Дай!

Вожак его не понял.

– Дай то, что у тебя в кулаке... –объяснил маг. – Или хотите добавить в штаны?

Подростки стояли ошеломленные случившимся и даже вроде бы не слышали его.

– Как говорят ваши врачи из волшебного ящика в каждом из нас до двадцати килограммов дерьма. Хотите, чтоб все оно оказалось у вас в штанах?

10.

Сотрудник советского посольства сидел на веранде под пологом от солнца и потягивал прохладное пиво. Рядом, заголовком вверх, лежала газета. Внешне его трудно было отличить от американцев из среднего класса, отмечавших тут конец рабочей недели – добротный костюм, галстук, но отличия все же имелись. Те, кто сидел вокруг него – действительно отдыхали, а он – работал. В ожидании своего агента сотрудник неспешно прикладывался к кружке, бросал чипсы в рот и поглядывал по сторонам. Агент попросил об экстренной встрече, видимо случилось нечто очень серьезное. Хотелось бы надеяться, что эта серьезность не таит в себе неприятности.

Нужный человек появился через десяток минут. Прошел к стойке, взял кружку пива и оглянулся, выбирая место. Как и было условлено, подошел к столику и спросил разрешения присесть.

– В чем срочность? – спросил чекист. – Что у вас случилось?

– Вы интересовались любыми сведениями о работах в лаборатории профессора Бахтара.

– И?

– Пришел приказ найти в городе вот этого человека.

Он незаметно вложил между газетных страниц фотографию. Разведчик аккуратно отогнул лист. Качество изображения было никудышным. Словно почувствовав, что думает куратор, американец извиняющимся тоном сообщил.

– Все фото такие. Наверное, снимки внутренней системы безопасности.

– Как это связанно с Университетом?

– Этот человек сумел как-то пробраться в интересующую вас лабораторию и что-то там увидел.

– Он был там во время проведения исследований? – удивился чекист, вполне представлявший степень секретности, окружавшую работы лаборатории.

– Возможно. Похоже, ему удалось пробраться туда вместе с крысобоями. Я подумал, может быть, он ваш…

– Может быть, – пробормотал чекист. – Все может быть…

На фотографии виднелось лицо совершенно незнакомого человека. Конечно, возможно, что побывавший в засекреченной лаборатории счастливчик работает в ГРУ или еще где-то, но для него это лицо было незнакомым.

– Спасибо… Если что-то изменится или просто появятся новости, вы знаете как со мной связаться…

11.

Домой Прат вернулся окрыленным.

Всю дорогу он вертел в руках пластиковый цилиндрик, который только что был обителью волшебства.

Вот оно! В руках! Забытое ощущение всемогущества щекотало нервы. Все просто. Все тут, оказывается есть! Осталось только разобраться как тут все взаимосвязано.

Одно огорчало – магия была – но её уже не было. Она исчезла. Но ничего...Он разберётся.

В предвкушении близкой победы и обретения могущества, Прат уселся за стол, положив сокровище перед собой. Гладкий цилиндрик зеленый, полупрозрачный. Что-то там внутри него плескалось. Маг смотрел на все это, примериваясь к тайне, как к кувшину вина, который нужно откупорить, чтоб насладиться…

За спиной ругался Трай, отыскивая что-то в ворохе рекламных буклетов, что загромождал стол.

– О! Зажигалка, – раздалось у Прата над ухом. – Газовая? Отлично…

В руках Трая белела сигарета. Хозяин дома подхватил её и щелкнул зажигалкой раз, другой… Огонь так и не появился. Выражение ожидаемого удовольствия, только что гулявшее на лице, сменилось раздражением. Трай тряхнул зажигалкой, для чего-то посмотрел на свет… Но огня так и не добыл.

– Не работает!

Разочарованно бросил цилиндрик на стол перед Пратом.

– Не работает, – повторил следом за ним маг, наблюдавший за всем этим. – Не работает…

Разбросав журналы хозяин, наконец, нашел на столе блестящую коробочку зажигалки. Щелкнула поднятая крышка и вверх взлетел язычок пламени. Прат мысленно рванулся к нему, но в этом огне не нашлось ни капли магии.

– Бензин!

Чернокожий хозяин с удовольствием выдохнул из себя дым.

– Зажигалки «Зиппо» можно брать с собой даже в космос! Представляешь? Вечная гарантия! Вечная! И никакой газ не нужен.

Маг протянул руку, чтоб снова убедиться в том, что и так было ясно. Стальной корпус… Откуда тут может быть магия? Он подбросил зажигалку на ладони, словно взвешивал.

– Что тут внутри?

– Ты что, и про такие вещи все позабыл?

С видимым удовольствием снова выдохнув дым, Трай объяснил:

– Там кремень, фитиль и бензин. Ты крутишь колесико...

Он показал, что и где надо крутить.

– Сталь чиркает по кремню, получается искра, которая поджигает фитиль пропитанный бензином.

– А тут?

Прат толкнул к нему свой трофей. Товарищ пожал плечами.

– Да везде все примерно одинаково. Только тут искра поджигает горючий газ.

Бросив зажигалку на стол, Трай пошел на кухню.

Прат остался на месте. Зажигалка лежала поверх глянцевой фотографии полуголой красотки с красивым ожерельем на шее. Девушка была хороша, но недоступна, а магия сейчас для него была еще недоступнее этой девицы. Это было одной из загадок, вызовом нового мира. Но он точно знал, что рано или поздно отгадает её.

Дважды ему повезло поймать здешнюю магию. Дважды! В лекарне, три дня назад и вот сегодня. Осталось сообразить, что общего у газовой зажигалки и той лекарней, точнее госпиталем, куда его привезли…

12.

Референт Председателя КГБ Юрия Владимировича Андропова остановился в дверях кабинета, ожидая приглашающего жеста. В руках референт держал папку, полную тайн.

Андропов оторвался от бумаг. Обзор Западногерманской прессы мог и подождать. Наверняка принесли что-то срочное.

– Что у вас?

– Новости из Штатов, Юрий Владимирович.

Референт положил на стол папку и отступил. Отодвинув бумаги, Председатель взял в руки папку. Под лакированным листом жесткого картона лежала черно-белая фотография.

Подержав в руках снимок, Андропов бросил его на стол и вопросительно глянул на референта.

– Чем интересен этот человек?

– Он оказался свидетелем эксперимента в лаборатории профессора Бахтара. Напомню, что мы неоднократно пытались найти подходы к этому объекту, но каждый раз терпели неудачу.

– И что?

– А вот это человек как-то сумел туда пробраться. Теперь его ищут как советского шпиона, однако это, увы, не наш человек.

– Может быть, это человек наших коллег из Штази или СТБ? Запрос делали?

– Делали. У них там никого нет.

– И не наш? Точно?

Референт виновато развел руки, потом сказал:

– А вы, Юрий Владимирович, приглядитесь, как тот одет…

На этот раз Председатель КГБ изучал фотографию несколько дольше.

-То есть непонятно кто, в нижнем белье, пробрался в лабораторию, куда ни мы ни наши коллеги, несмотря на наши возможности, попасть не смогли?

Его собеседник кивнул. Формулировка была смелой, но очень точной.

– Да. Более того! Ему удалось скрыться оттуда! Этот тип сбежал из госпиталя…

– Его ищут?

– Да. Городской полиции раздали такие вот фотографии. Собственно, от наших людей там мы и узнали об этом.

Андропов рассматривал фото, размышляя, что такого могло произойти. Сейчас, когда американцы высадились на Луне, обогнав СССР в космической гонке, не хватало еще ждать прорыва в физике пространства. Этим вроде бы занималась эта лаборатория. А с другой стороны это настолько дико, настолько нелогично выглядит, что…

– Возможно это провокация, но все-таки проследить за тем, куда это дело двинется, нам не помешает…

13.

Из того, что на него напали эти странные дети, для него вышла только польза.

Во-первых, не только узнал, что где-то тут может быть еще один источник магии, а во-вторых еще и обзавелся деньгами. Немного их было, но все-таки кое-что с напавших ему перепало… Точнее, они отдали сами, когда он пригрозил им повторением неприятностей. Угроза применить магию оказалась такой же действенной, как и сама магия.

Так что теперь Прат располагал капиталом в семьдесят три доллара.

Нахватавшись знаний из телевизора, он понимал, что это очень немного, но уж если такая зажигалка нашлась у бедных черных детей, то и он сможет купить несколько штук. Главное -найти их.

Следующим утром, выйдя из дома вместе с Траем, он пошел в другую сторону.

Прат уже понял, что здешние города делятся на части, как это, собственно было и в его мире.

Богатые жили в одной части города, а бедные – в другой. В этом мире различия между первыми и вторыми казались ему не такими яркими, но это, скорее всего только потому, что он еще плохо знал эту жизнь.

Хотя различия, конечно, бросались в глаза.

Эта часть выглядела благополучнее – и магазины тут смотрелись побогаче и почище, и железных безлошадных повозок было побольше, да и редкие люди казались больше довольными свой жизнью.

Повозки носились туда-сюда, но из них не гремела музыка, как из тех, что носились рядом с домом Трая, да и черных лиц тут было явно меньше.

Но тут не было простора…

Многоэтажные дома росли прямо из земли, блестя стеклом и загораживая небо. Они казались хрупкими, готовыми обрушиться от толчка посильнее, но наверняка жители понапихали в них столько железа, что стоять они могли вечно.

Вертя головой, Прат дошел до места, где сходилось сразу несколько улиц. Площадь. Уже издали маг увидел плотный поток туземцев, переходивший её. Железным повозкам въезд туда был, похоже, запрещен вот и приходилось туземцам пользоваться ногами.

Сделав несколько шагов вперед, Прат внезапно ощутил перемены в себе.

Неожиданно он испытал ощущение, словно оказался внутри рыбьей стаи, где каждая рыбка блестела серебристой спинкой, манила к себе.

Магия! Сила! Вот она где!

Он остановился, наслаждаясь мгновением счастья. Его толкали, но он стоял, думая только об одном – он обязательно найдет способ воспользоваться этим богатством.

Частички магии тут двигалась вместе с туземцами. Невидимые и ненужные туземцам десятки частичек магии двигались вместе с ними, блестели, манили к себе.

Маг испытал такой восторг, что отошел в сторону и прислонился к стене дома. Несколько мгновений он стоял, приводя мысли в порядок и только придя в себя, пошел вперед, ловя отголоски своего будущего могущества…

Там, там и там – везде посверкивали манящие искры.

Он поравнялся с ближайшим человеком, отмеченным такой искрой, и мысленно приказал: «Урони сумку» Огонек магии, только что ощущаемый им исчез, а угловатый ящик с ручкой, в котором многие тут носили свои вещи, упал на землю. Человек недоуменно посмотрел на ручку, что продолжал держать в руках, выругался, подхватил потерю и пошел дальше.

Прат облегченно вздохнул. Да. Ему снова удалось использовать ту мелочь, что незнакомец нес где-то в себе, но и только. Это никак не приближало его к ответу на главный вопрос – частью чего тут является магия, где прячется.

Он шел, рассматривая дома вокруг себя, пока не увидел витрину. За стеклом хозяин магазинчика разложил разные вещи. Чего там только не было! Там лежали какие-то коробки, стекляшки, цепочки… Несмотря на то, что сейчас Прат знал язык, половине того, что там хранилось он даже не смог подобрать названия. Наверное, тот туземец, там, в больнице, что поделился с ним своими знаниями, тоже не знал, как называется большая часть того, что сейчас лежало перед его глазами… А, нет! Вот один знакомый… Лорнет! Так эта штука называлась, и местные пользовались ею для исправления зрения.

Прата потянуло туда, словно тепло костра – озябшего путника. Он чувствовал, что и там есть то, что его более всего интересовало в этом мире.

Неужели лорнет? А как же больница? И те подростки с зажигалкой?

Он остановился, прислушиваясь к себе – не ошибся ли?

Нет. Все так и есть. Но не может же быть... Должно быть, что-то иное… Прислушиваясь к ощущениям Прат прошел вдоль фасада лавки, чувствуя, как ощущение близкого присутствия магии истончается и исчезает. Вот пропало совсем… Получается вещь и впрямь лежала в витрине. Разбить стекло?

Он машинально поглядел под ноги, отыскивая камень, но остыв, тряхнул головой, отгоняя глупую мысль. Не нужны ему неприятности.

-Ты чего башкой трясешь?

Он так увлекся, что не почувствовал, что позади него возникли два полицейских.

– Прикидываешь, как ограбить бедного старьевщика? – весело спросил тот, что помоложе, радуясь и хорошей погоде, и незатейливой шутке. – Зря стараешься… Все равно краденое придется идти сдавать к нему же – Старый Ицхак из всех старьевщиков дает больше других.

Копу было весело. Ему и в голову не приходило, что этот явно нездешний человек – по поведению видно было провинциала – задумал что-то нехорошее.

Его товарищ – повыше и покрупнее – безразлично смотрел на веселящегося напарника, но вдруг лицо его напряглось, отвердело.

– Сэм!

– Да.

– Фото у тебя?

Молодой вытащил из нагрудного кармана лист бумаги. Прат попробовал из любопытства заглянуть в него, но ему не дали. Молодой положил ему руку на плечо, придержал и прищурился, перебегая взглядом с лица на лист бумаги и обратно.

– Он, – неуверенно сказал молодой. – Точно он…

Полицейский постарше, придерживая дубинку разглядывал фотографию то одним, то другим глазом, но не спешил соглашаться.

Это и решило дело…

Ничего хорошего от таких вот встреч Прат для себя не ждал. В полицию, особенно такую, какой её показывают в здешних волшебных ящиках, ему попадать никак не следовало. Телевизор и тут наверняка врал, но скорее всего не так чтоб уж сильно. Сейчас задержат, и поведут в полицейский участок, а там ему по любому делать было нечего – начнутся расспросы: кто, оттуда, документы… Насмотрелся уже. Прат мысленно рванулся к витрине... Нет. Далеко!

Он мысленно взвыл и, что было сил, припустил назад, порочь от магазинчика. Люди расступались, освобождая дорогу, с недоумением смотрели вслед, невольно загораживая его от полиции. А те замешкались. Пользуясь форой, маг попытался сбить погоню со следа и нырнул в переулок, только ошибся...

Дальше пути не было – переулок заканчивался кирпичной стеной. Тупик.

Не сбавляя скорости и все-таки на что-то надеясь, Прат рванулся вперед. Кирпичная кладка, стеклянные витрины магазина, дверь…

Страх вопил: «Беги! Спасайся!», но разум хладнокровно возражал: «Поймают…Тупик!» Прат привык доверять мозгам, а не чувствам. Убежать он точно не сможет, а вот спрятаться… Тут у него шансы имелись.

Как там поступали разбойники из здешних волшебных ящиков? В магазине должен быть проход в служебные помещения, а там – другая улица!

Дверь впереди открылась, и оттуда вышел мужчина с коробкой в руках. Створка не успела захлопнуться, как маг юркнул туда.

Быстрым взглядом обежал помещение. Повезло. Действительно магазин.

Навстречу вышел продавец, желая спросить, что ему нужно, но колдун только рукой махнул, мол, сам посмотрю. Зал перед ним разделялся несколькими стеллажами. На них стояло множество стеклянных приборов, которые туземцы использовали для освещения домов. Одни были похоже на причудливые колпаки на тонких ножках, другие – на странные мутновато-прозрачные наросты, там висели и лежали прозрачные шары и даже что-то похожее на сосульки.

Он метнулся за ближайший стеллаж и тяжело дыша, стал тихонько отходить назад, стараясь не потерять из виду входную дверь. Вдруг преследователи пробегут мимо, и ему снова удастся выиграть время?

Не повезло… Дверь хлопнула, и сквозь полупрозрачную стеклянную перегородку Прат увидел запыхавшихся полицейских. Им эта погоня также далась недешево.

– Сюда только что забежал человек, – услышал он. – Где он?

Размытая полупрозрачным стеклом фигура продавца махнула в его сторону. Обида захлестнула Прата. Их много и они друг за друга, а он– один! Это не справедливо! Он почувствовал себя совершенно чужим в этом мире, и только в памяти всплыло лицо его единственного друга тут – Трая.

Маг метнулся дальше, туда, где, если верить волшебному ящику, обязательно должна оказаться еще одна дверь.

Он уже почти добежал до стены, когда почувствовал присутствие колдовства. Мысли скрутились в клубок. В голове меняли друг друга два желания – стать незаметным и чтоб его никто не узнал… Где-то рядом с шелестом осыпалось стекло и колдовство исчезло. Все… Конец…

– Эй, вы там! – заорал продавец. – Осторожнее! Что, разбили?

Шаги за спиной делались все ближе и ближе. Прат отвернулся, в надежде, что его примут за покупателя, но не получилось.

– Эй, ты, повернись…

Его ухватили за плечо и развернули.

– Он!

– Да ты что? Как это он? Ты на фото посмотри…

– Так одежда…Тот бежал точно в такой же…

– Ты шефу его одежду показывать будешь?

Прат стоял, боясь пошевелиться, но полицейским он почему-то перестал быть интересен.

– Мимо тебя кто-то пробегал? Куда?

Машинально маг показал в сторону, куда собирался и сам сбежать. Оттолкнув его, полицейские бросились к задней двери, не теряя надежды настигнуть беглеца, а тот смотрел им в спины, еще не веря в то, что все закончилось. Почему?

С убегающих фигур он перевел взгляд на свою руку и охнул от неожиданности. Потом зажмурился, потряс головой, посмотрел еще раз и выругался по-местному, как ругался Трай. Рука была… черной. Кисть руки и предплечье… А вот ладони остались белыми. Маг снова повернул руки. Черные. Теперь ему стало понятно, куда и на что пошло исчезнувшее колдовство.

Где-то рядом за одним из стеллажей послышалась ругань продавца – что-то там у него разбилось и теперь он, то ругался, то причитал, то грозился. Под эту ругань Прат вышел из дверей. Не торопясь – торопиться теперь было некуда, он дошел до сквера на площади.

Усевшись на лавочку, он, поглядывая на свои руки, постарался успокоиться и привести мысли в порядок. Опять магия. И опять неизвестно откуда…

Он смотрел на резные тени на дороге, под ногами туземцев, спешащих по своим туземным делам и время от времени чувствовал, как в ком-то из проходящих мимо него живет частичка магии. Но как узнать, в чем она заключена, эта частичка?

– Я же не дурак, – пробормотал Прат. – Я должен понять, что общего между всем этим?

Но озарения не наступило.

– Лекарня, – продолжил он. – Там я подхватил язык.

Как это делали туземцы при подсчете чего-нибудь он загнул один палец.

– Зажигалка у тех обгадившихся мальчишек.

Второй палец уткнулся в ладонь.

– Магазин, превративший меня в негра.

Прат поднял голову, чтоб рассмотреть вывеску и пожал плечами. Никакой ясности. «Электрические товары». Третий палец устроился рядом с братьями.

Места, где он чувствовал магию не походили друг на друга, но магия там была одна и та же. Что же объединяло всех их? Пока в голову пришло единственное объяснение. Это он сам, маг, чувствующий Силу.

Не место и не время. Только он сам…

Перед глазами встал тот самый закоулок, где его остановили полицейские. Что-то ведь там было такое за стеклом что хранило в себе магию.

Правда, полиция…Прат снова посмотрел на руки и усмехнулся. Ну, вряд ли они его сейчас узнают. Сейчас его, пожалуй, и родная мать не узнала бы.

До памятной лавчонки, около которой им заинтересовались полицейские, удалось добраться быстро – ноги сами нашли дорогу. Знакомая витрина и знакомое прикосновение магии. Тут все осталось по-прежнему

Глава 3

14.

Старый Ицхак, услышав колокольчик, выдвинулся вперед. Обитатели этой части городского дна часто приносили ему вещи, о происхождении которых он не спрашивал, а те сами благоразумно умалчивали. Торговля всегда была сосредоточением маленьких тайн, а его бизнес – особенно. За вещи просили недорого, и сам он, не желая, чтоб вещи задерживались в его руках более, чем следовало, отдавал их дешево, чтоб полиция, знавшая о его гешефтах и надоедавшая обысками, не успевала навредить торговле.

Но в этот раз все получилось как-то не так….

Человек у прилавка стоял спиной к нему, разглядывал выходящую на улицу витрину. Ничего ценного Ицхак там не держал – витрина просто обозначала широту его интересов. Там болталась бижутерия, непонятные шкатулки, пожелтевшие фотографии, книги в псевдодорогих переплетах из кожзаменителя, стоял кальян…

Когда покупатель повернулся, торговец понял, что не знает его.

Палец гостя указывал на шкатулку в витрине.

– Сколько это стоит?

– Это?

Хозяин лавки задержался с ответом.

Что-то неправильно было в этом человеке. Словно один там прятался за другим. Ицхак попробовал оценить его платежеспособность и к собственному удивлению, не смог.

Разбирать витрину не хотелось. Там так все чудно, так славно было устроено! Открывать её. Лезть внутрь, чтоб получить пару долларов, а потом искать чем заставить получившуюся в привычной уже композиции дыру, что получится вместо сколько уж лет стоявший там коробочки… Ну уж нет…Ицхак знал, как отбрить нахала. Имелся верный способ…

– Давай тридцатку и она твоя!

Не торгуясь, не пытаясь воззвать к совести, вообще не говоря ни слова, покупатель выложил на прилавок три бумажки по десять баксов.

Опешивший Ицхак хотел, было сказать что-то еще, но гость качнул головой, показывая на витрину.

– Шкатулку мне.

Голос покупателя дрогнул…

В это мгновение Ицхак почувствовал, что совершил одну из самых выгодных негоций в своей жизни, но при этом точно знал, что его обманули. Он получил за этот кусок старого дерева в пятнадцать раз больше, чем рассчитывал, но этот человек… Этот человек получил от него гораздо больше, чем он, Ицхак, хотел бы ему дать.

Мгновением спустя, пришелец превратился в ушельца, дверь хлопнула, выпуская гостя на улицу.

– Гарун-аль-Рашид, – пробормотал продавец. – Не иначе как Гарун-аль-Рашид… Надо посмотреть в газете не заявился ли к нам кто-то из этих проклятых арабских принцев.

15.

От дверей магазина до скамейки было всего ничего – с десяток шагов.

Прат шел, чувствуя спиной взгляд хозяина лавки. Хотелось остановиться и прямо сейчас заняться шкатулкой – она просто жгла руку – но он прошел дальше по переулку, вышел на улицу, повернул и только в сквере присел на лавочку. Вот оно!

Он не торопился. Он понимал, что держит не просто силу, но возможно, самую главную тайну этого мира. Тут, под его пальцами жила магия и он, если хотел тут выжить, должен понять где, в чем она заключена…

Шкатулке в этой жизни уже досталось – лак, покрывающий дерево растрескался и несколько стекляшек, что придавали ей вид фальшивого богатства, тускловато поблескивали в углах. Роспись красной и серебристой краской…

Что-то там лежало внутри ларчика…

Пальцы откинули крышку. Пусто… Для верности Прат пошарил там рукой – мало ли. Может быть двойное дно? Ошибся. Никакого двойного дна не нашлось, но и магия никуда не исчезла!

Прат снова провел ладонью над крышкой, ловя ощущение всемогущества… Вот оно! Один из камней – невзрачный, плохо ограненный, словно обдал пальцы жаром. Как кувшин наполняли вода или вино, так и этот камень наполняла магия.

Именно так, по крайней мере, сейчас он ощущал это. Сила ограничивалась гранями, не в состоянии выйти за пределы камня, но он-то знал, как освободить её. На всякий случай маг коснулся камней, что сверкали рядом. Ничего! Ему хватило опыта разобраться, чем отличается этот камень от других. Этот – настоящий, а вот все остальные – подделки. Точнее даже не так. Они не подделки, никто и не собирался выдавать их за настоящие. Просто кому-то пришло в голову спрятать один из настоящих камней среди десятка стекляшек. Правильно говорят: хочешь что-то спрятать – клади на видное место.

Он любовался камнем, и сердце его успокаивалось, на душе становилось легче.

Впервые в этом мире он видел, где тут может прятаться магия. Камни. Драгоценные камни… Поглаживая грани, неожиданно рассмеялся – осталось совсем немного: сообразить, что связывает этот камень, зажигалку подростка и дважды неизвестно что-то там, в госпитале и в магазине электроприборов. Он не сомневался, что найдет ответ, но хотелось бы сделать это с первого раза – доказать самому себе, что перенос в этот мир не сделал его глупее.

Итак – задача…

Четыре случая проявления магической энергии. Первый – совершенно непонятно как. Что могло найтись в госпитале оставалось только гадать. Второй случай – встреча у памятной витрины с малолетними хулиганами. Там была зажигалка – кусочки пластика, газ, невзрачный камешек, металлическая пружинка. Третий случай — это когда пришлось скрываться от местных стражников в магазине электротоваров. Что там оказалось наполненным магией также оставалось только гадать. И вот – четвертый случай. Камень в шкатулке. Сколько не рассуждай, а уверенность у него была только в двух случаях – зажигалка и этот вот камень. Он уже почти было решился сказать, что все дело в камне, как пришла другая мысль.

А вдруг это не вещь? Вдруг это особенное место?

Прат поднялся и вернулся к переулку. Вон она витрина… Нет. Нет там ничего… Значит оставались только зажигалка и этот камень. Самым простым было сложить один и один. Камень и камень. Скорее всего, там, в лечебнице и в магазине, также были камни, хоть он их и не видел.

Он стукнул себя кулаком по ладони. Одно из решений лежало на поверхности и странно, что оно с таким опозданием пришло ему на ум – надо сходить в любой магазин электротоваров и прикинуть, в чем еще может таиться магия!

Мелькнула мысль, а не вернуть ли себе прежний вид и цвет кожи, но Прат остановился.

Вот в этом-то виде стражники его теперь вряд ли узнают, а значит, и ходить по городу он может совершенно не опасаясь неприятностей. Значит, пусть все остается как есть!

Ему повезло в первом же магазине!

Входя в зал, уставленный разными светильниками, Прат почувствовал магию. Стеллажи, уставленные причудливыми люстрами, тянулись шагов на пятьдесят, и маг, наслаждаясь ситуацией, медленно пошел вдоль них, разглядывая стекло. Ощущение Силы становилось все острее… Вот оно стало ярче… Он замер.

За спиной послышался голос продавца.

– У вас хороший вкус…

Светильник, что висел перед ним более всего походил на друзу каких-то кристаллов. Из середины выходил черный шнур с вилкой на конце. Ткнув её в стену, продавец объяснил:

– Это кристаллы розового кварца. Редкой красоты зрелище для понимающего человека…

Прат не ответил. Не до продавца ему было. Он стоял с закрытыми глазами, ощущая, как магия переполняет камень и просится на свободу.

– Сейчас это модно… – продолжил продавец. Выключатель рядом со светильником щелкнул и кристалл изнутри вспыхнул розоватым светом.

– Знаете, есть такая тяга в обществе к истокам… К настоящему… Посмотрите как свет словно бы стекает по граням

Продавец болтал, а Прат купался в невидимой никому Силе.

«Значит все-таки камень… Точнее камни…» – подумал он. Ответ на свой вопрос он получил. Радость вскипела горным ручьем и повод для этого имелся нешуточный.

Он, пришелец из другого мира, нащупал то, что в этом мире позволит ему стать его хозяином! Игроком, а не безымянной фигуркой, на которую и внимания не обратят и сметут с игровой доски так и не заметив. Со своим знанием он становился тут такой Силой, перед которой меркло его былое могущество в родном мире. Там у него были соперники. Тут же он– один и вся магия этого мира – его! Здравый смысл подсказывал Прату – где есть нечто малое, то, если поискать, можно найти и большое. Раз есть маленькие камни, значит есть и куда большие вместилища Силы. Нужно только время, чтоб их отыскать. Что ж… Цель в этой жизни у него теперь есть – найти такие вместилища и вернуться… Или не возвращаться, а остаться в этом мире навсегда…

Прат тряхнул головой отбрасывая мысль. Рано еще об этом думать. Рано….

Это– мысли завтрашнего дня. Сперва надо устроиться тут.

– Сколько он стоит?

Продавец назвал цену. То, что у него таких денег не имелось Прата не остановило бы, но он подумал, что тратить магию на то, чтоб заставить продавца позабыть, про то, что тот кому-то отдал просто так дорогой светильник – глупо. Да потом еще придется снова или все объяснять, или тратить магию на то, чтоб и у Трая не появилось вопросов зачем это ему светильник, если у него нет дома.

Так что вместо светильника маг на остатки денег, отобранных у малолетних разбойников, купил в одном из отделов магазина несколько зажигалок. Сегодня для него это оказался самый простой путь к могуществу.

Жизнь налаживалась.

До самого вечера Прат бродил по этой части города, прислушиваясь к ощущениям. Магии тут нашлось если не много, то достаточно. Вполне достаточно для одного мага, а других тут и быть не могло… Он был один и это замечательное ощущение одиночества наполняло душу радостью.

Страха более не было.

С рассованным по карманам запасом магии, Прат ничего не боялся. Даже наоборот интересно будет посмотреть, как его попытаются ограбить.

Жизнь в городе оказалась дорогой и бумажники тех, кто захочет его обидеть окажутся не лишними. Должна же быть справедливость в и этом мире.

Теперь, когда, наконец, наступила ясность, следовало решить, что следует делать. Задерживаться в этом городе было опасно – полиция наверняка продолжит его искать, а отвлекаться на борьбу со здешними стражниками ему не хотелось. Перед ним сейчас стояли совсем иные задачи – сперва удобно устроится в этом мире, а потом поискать дорогу обратно в тот мир, в котором родился.

И отомстить!

16.

Домой Прат возвращался с настроением победителя.

Перед тем, как возвратиться в дом Трая, он, выбрав место по безлюднее, вернул себе прежнюю внешность – совершенно не стоило пугать товарища, приютившего его, такими крутыми переменами во внешности.

Стражников бояться ему уже не следовало, теперь ему даже обращать внимание на неё не стоило – что-что, а отвести глаза самое плевое дело тому, кто знает, как это делать. Сил на это почти вовсе не нужно и в полученном камне и её хватало.

Он шел по улице, сжимая его в кулаке. Не от страха потерять – просто ему нравилось ощущать гладкость граней, скрывающих под собой магию. Как оказалось, для того, чтоб превратится обратно из черного в белого, хватило части Силы, что заполняла накопитель и теперь камень словно бы стал прохладнее, но тепло волшебства никуда не исчезло и этот остаток Прат хотел пустить на доброе дело…

Постепенно улица стала многолюднее и маг пошел среди туземцев уже привычно ощущая то тут, то там частички Силы. Теперь-то было понятно – зажигалки и украшения.

«Ювелирные магазины,» – подумал Прат. – «Ремесленники, что делают такие зажигалки… Вот куда надо в первую очередь! Где-то ведь они достают эти камешки… Наверняка ведь есть такие и побольше размером.»

Задумавшись, он чуть не сбил туземца, что не шел как все, а стоял на месте.

Тот высился среди движущейся вокруг толпы словно кусок камня посреди реки и раздавал проходящим разноцветные листки. Кто-то из брал, кто-то отказывался и площадь после этого человека усеивали и выброшенные за ненадобностью листочки.

Он посмотрел на один из лежащих на камнях листочков. Точно такой же!

«Да они все тут одинаковые! Надо же как тут точно могут рисовать художники. Если есть такое умение, то им и никакой магии не нужно. Наверняка что-то изобрели, какую-то очередную машину…»

В этой мысли мага не было зависти, но имелось уважение к сообразительности туземцев.

Ему стало любопытно. Он подошел поближе и получил точно такой же листок в руки. На небольшом, с ладонь, листе бумаги красовалась – иначе не скажешь – внутренность какого-то зала, уставленного креслами. Сиденья даже на первый взгляд казались дорогими – художник постарался, а над всем этим богатством царило настоящее великолепие.

Он не сразу даже сообразил, что это такое. А когда сообразил – остановился. Для него светильник – это факел, свеча… Тут ему уже попадались и другие светильники– разные небольшие лампы, стоящие на столах, или светильники необычных форм на потолке, но то, что висело в зале…

Прозрачно-воздушная, больше похожая не на светильник, а на серёжку, забытую красавицей-принцессой (обязательно красавицей-принцессой, так как такую красоту кому-попало носить не дадут!) там висела огромная люстра, сверкающая ледяным блеском. Подвески искрились, свет играл на строгих прозрачных гранях.

Вспомнив ощущение Силы, коснувшейся его около небольшого светильника в недавно покинутом магазине электротоваров, Прат представляя чудовищный размер такой «сережки» представил и какое море магии окутывает её в этом зале. Свет, лившийся из неё казался ему Силой, попусту рассылаемый во все концы света и бесполезно там пропадающей.

Туда. Он должен быть там!

До дома он добрался быстро – ноги сами несли куда нужно.

Дверь оказалась не заперта. Прат в который раз поймал себя на мысли– как беспечно живет этот туземец. И тут же погасил свое недоумение. То, что с его взгляда было богатством, по меркам этого мира считалось бедностью– таким тут был весь район. Все жили одинаково. Те, что побогаче, как объяснил Трай, жили в других местах… В тех, где он прогуливался сегодня.

На звук открываемой, двери хозяин всхрапнул, поднялся из кресла…

Прат протянул ему листок. Ему казалось, что тот и сам все поймет, но он ошибся. Пришлось объяснить.

– Где это? И что?

Трай не удивился. Он уже успел привыкнуть у чудачествам постояльца и сделал то, что не пришло тому в голову -перевернул листок и прочитал на обратной стороне:

– Городской оперный театр. Приглашают на открытие сезона…

Прочитал и посмотрел на Прата с уважением. Надо же! Любитель оперы! Он-то сам предпочитал музыку полегче и поритмичнее, другими словами современную, которую играли его современники – чернокожие братья с гитарами, такие как Чак Бери. Но и такую, классическую тоже уважал, хотя чернокожих певцов среди оперных практически не было.

– Это городской оперный театр, – объяснил он. – Это тут, недалеко…

Прат молчал. Слово «недалеко» очень много для него значило. Где-то рядом. Совсем близко его ждали запасы магии! Трай его молчания не понял.

– Ты что так смотришь? – спросил он. – Припоминаешь? Оперу любишь? Может быть ты и сам пел в опере?

В голосе товарища прозвучала надежда – вспомни, быстрее вспомни и давай убирайся отсюда, хотя бы и в эту самую оперу.

Прат не стал отвечать – не интересно было даже разбираться что это такое– «опера».

– Где это? Я хотел бы посмотреть… Мне кажется, я что-то вспоминаю…

Трай нерешительно оглянулся. Волшебный ящик за его спиной не останавливаясь показывал все новые картинки. Теперь там мчались странные повозки, сталкивались друг с другом, разлетались на части окутанные огнем и дымом. Возникали злые бородатые лица, гремело и сверкало…

– Ты можешь меня отвести туда?

Трай вздохнул, пожал плечами, махнул рукой.

– Давай сходим… Вдруг…

Действительно идти оказалось совсем близко. Пара кварталов– не более того.

Трай показал на необычной формы здание, не такое, как все тут. Низкое, всего в два этажа с широко плоской крышей.

Они подходили все ближе и ближе, но для Прата ничего не менялось. Он не чувствовал ни капли, ни дуновения Силы. Наверное, лицо его что-такое выражало, что товарищ спросил:

– Узнаёшь? Бывал тут?

Маг молчал, шел вперед.

Перед дверью стоял туземец-стражник.

– Внутрь не пустят, – с сожалением сказал Трай. Прат не стал разбираться какого сожаления тут больше – того, что дальше не пустят или того, что Прат не узнал свою оперу. Не тратя времени на разговоры он отвел глаза стражу и пошел вперед.

– Стой. Сюда нельзя, – раздалось у него за спиной.

– А…?

Трай хотел спросить почему одним нельзя, а другим можно, но не стал спрашивать, подумав, что охранник узнал Прата, который тут, скорее всего и работает. Певцом или в оркестре.

– Я тут подожду…– крикнул маговой спине.

Внутри дворца царили строгая роскошь и красота. Прат шел по коридору, заглядывая в двери и наконец увидел её. Все тут было как на картинке – и кресла и люстра, но сейчас она не светилась.

Не светилась, но это была именно она. Для верности маг посмотрел в бумажку. Точно она… Разочарование накатилось и сшибло его, как недавно автомобиль Трая. Обида, недоумение, горечь... Все смешалось в душе Прата. Он уселся в оббитое бордовым бархатом кресло, обхватил голову руками. Только что выстроившаяся система мира рушилась.

«Почему?» – Подумал он. – «Это же тоже кристалл… Или нет?»

Он просидел там несколько минут, ожидая что вот-вот откуда-то взявшаяся магия накатит на него и… Но ничего не изменилось. Повернувшись и вздохнув, он пошел назад.

– Магия тут есть! – сказал Прат полголоса идя по коридору. – Но я, похоже, что-то снова не понимаю…

– Ну как? – спросил Трай с надеждой – Узнал чего-нибудь?

– Почему она… – маг чуть было не спросил: лишена магии. Вовремя сообразил, что Трай его попросту не поймет, не уловит смысла.

– Нет. Ничего не узнал.

Рука в кармане продолжала сжимать камень. Сила в нем давала надежду. Даже не надежду, а уверенность, что все будет хорошо.

– Но я скоро от тебя съеду…

Трай не стал спрашивать «куда». Для него сейчас было самым важны «откуда».

– Я пока погуляю…

17.

Когда Прат вернулся домой, Трай уже сидел перед волшебным ящиком. Там как обычно по экрану бегали люди, стреляя друг в друга из маленьких железных палок, а полуодетая худая красотка с кинжалом неумело подкрадывалась к кому-то со спины….

На столе стояло несколько бутылок, лежала коробка с полюбившимся Прату здешним пирогом – пиццей. Стаканы, россыпь сигарет из пачки хозяина. Трай уже достаточно выпил, но и оставалось на столе порядочно. Несколько небольших картонных ящичков с ручками, в которых тут продавали пиво, стояли под столом, да и на самом столе.

Маг оглядел комнату, на несколько дней ставшую его пристанищем, вздохнул. Это конечно не своя башня, но все-таки крыша над головой и какой-никакой уют… Даже жаль, что придется уходить отсюда.

Однако оставалось еще кое-что… Документы. У каждого взрослого жителя этой страны имелись бумаги с рисунками и печатями, удостоверявшими, что он и есть тот самый, а не какой-то другой человек. С точки зрения властей это был очень правильный ход: вот ты, а вот – рисунок на документе, который ты должен носить с собой. Разумеется, несложно отвести глаза здешним стражникам, но Прат не хотел с таким трудом достающуюся магию тратить так бездарно. Проще тут пока не выделяться и поиграть по правилам этого мира.

На экране телевизора теперь щеголяли полуодетые красотки, предлагая какой-то товар. Трай смотрел на них сквозь стакан с пивом и задремывал.

Маг тронул товарища за руку.

– А? – встрепенулся тот. – Что? Вернулся?

– Ты не мог бы оказать мне еще одну, последнюю услугу? Помоги мне и я уйду.

– Какую услугу?

– Мне нужно то, что вы тут называете документами.

Трай помолчал, потом уточнил:

– Водительские права, что ли? Или паспорт? Или идентификационную карту?

Прат не стал умствовать.

– Такие же, как и у тебя…

Маг кивнул в сторону висевшего на стуле хозяйского пиджака. Именно там, в боковом кармане, его друг хранил бумажник.

– Значит права…

Прат пожал печами – тебе виднее, что тут нужно. Трай отхлебнул из горлышка.

– Ладно. Попробую что-нибудь сделать.

Подумав, он потянулся к телефону.

– Джах? Да я.... Спасибо… Где тебя можно будет завтра найти. Одному нашему другу хотелось бы поговорить с тобой… Ага… Это где? А! А когда? Хорошо… Ну, разумеется… Цены не изменились? Понятно, инфляция… Хорошо. Увидимся…

Трубка вернулась на телефон. Прат развернулся.

– Считай, что проблема решена. Будут у тебя права получше даже, чем настоящие! Завтра в полдень около кинотеатра «Рокси».

– Во сколько мне это обойдется?

– Двести баксов. Найдешь? Или одолжить?

– Найду, – кивнул Прат. – Заработаю…

Он знал, о чем говорил. Гуляя сегодня о городу, он как чувствовал, присмотрел проходной двор, в котором кое-кому завтра придётся потерять свой бумажник.

18.

Пир тянулся уже четвертый день.

Пектор смотрел на то, что творится вокруг и улыбался. В улыбке мага было больше язвительности, чем удовольствия. Да и наплевать – все вокруг, даже стража, были настолько пьяны, что никто на это не стал бы обращать внимания. Победу праздновали – не что-нибудь!

Ну и ясно, что не кто-то там улыбался, а тот, без кого этой победы не было бы.

Конечно, это здорово, когда ты в фаворе у короля, тем более тот точно знает, за что ему тебя любить – ведь это ты, именно ты сделал то, что сейчас и празднуется, но всему должны быть границы. Получил услугу, награди за неё и отпусти с почетом, а тут волей-неволей закрадывалось сомнение – не хочет ли новый властелин отделаться от них большим количеством еды, вина и танцев…

Пектор посмотрел в сторону возвышения, на котором сидел король. Ничего нового. Саник сидел в обнимку со своим недавним врагом и что-то втолковывал тому, покачивая золотым кубком. Вино оттуда выплескивалось на скатерть, на ноги Мекта, но тот терпеливо внимал своему врагу– победителю, а может быть также был пьян до невменяемого состояния и ничего не слышал и не ощущал. Этому-то было с чего напиться – проиграл.

Ничего. Они там между собой разберутся – кто у кого сколько земли отрежет или выгребет золотишка из сокровищницы. У магов же имелся свой интерес – закрома поверженного врага. Ну, кроме королевского золота, разумеется. По слухам, в сундуках побежденного врага хранился не один десяток старинных рукописей, в том числе и еретических!

Мимо понесли очередную перемену блюд.

Аромат по-особому приготовленного мяса поплыл по залу, перебивая все иные запахи. Победителям хватило ума не истреблять всех жителей захваченного замка, и поэтому кухонная обслуга лезла из шкуры, отрабатывая собственные жизни. Пир вновь вскипел весельем. Со всех сторон заорали здравицы королю Санику. Маги переглянулись. Ни одному из этих воинов не приходило в голову, что здравицы надо кричать не королю, а его казначею – пожадничай тот, отговори короля хорошенько заплатить им, магам, и еще неизвестно кто бы тут сейчас сидел и что кричал бы…

– А мы молодцы, – сказал Цансалан негромко. – Ей-ей молодцы… Ничего бы этого сейчас тут не было, если б не мы.

– Ты смотри этим ничего не скажи, – Пектор кивнул на покачивающегося от распирающих его чувств рыцаря, поднявшегося с кубком в руках и пытавшегося докричаться до короля, показать свою преданность. Цансалан небрежно махнул рукой.

– Эти уже в прошлом… Меня беспокоит будущее…

Пектор поднял брови.

– Чем же? Дела сделаны, враги повержены, золото мы получим… Да и славы нам эта битва добавила. Пороемся вот еще в хозяйских закромах и – все. Можно уходить.

– Повержены ли? – спросил Цансалан. – У тебя нет ощущения, что с Пратом у нас что-то пошло не так?

Он пошевелил в воздухе пальцами, словно плел какую-то сеть, чтоб поймать ускользающую мысль. Пектор повторил его движение.

– А что?

Маг пожал плечами.

– Мы честно отработали полученное золото, а остальное… Пусть живет там как хочет.

– Это меня и смущает… – Признался Цансалан. – Там ли? Что-то… Что-то не так.

Он передернул плечами.

– Не могу сказать точнее.

– Ты хочешь проверить?

Цансалан кивнул.

Мир Бессилия, в котором теперь пребывал их недавний враг, хоть и был ничуть не меньше их собственного мира, но найти там нужного человека не представляло большого труда. Прат там был не первый такой. В тамошних королевствах хватало подобных ему, таких, кто когда-то проиграл схватку с соперниками за власть и силу. Прозябающие там бывшие маги теперь, в лучшем случае, занимались торговлей или становились советниками местных корольков. Покинуть этот мир-тюрьму они не могли, и чтоб найти там любого их этих бедолаг всего-то и нужно было захватить какую-нибудь из вещей, сохранивших в себе ауру проигравшего мага, а таких штучек в башне хватало.

– А давай, – согласился Пектор. – Давай! Найдем и убедимся…

Рыцарь, что орал очередную здравицу,накренился и упал через стол, прямо в блюдо с рыбой. Из блюда брызнуло, что-то опрокинулось и потекло по скатертям. Глядя как рубиново-красный ручеёк подбирается к нему, Пектор поднялся.

– Давай… На душе спокойнее будет.

Он кивнул в сторону рыцаря, которого никто так и не бросился поднимать.

– Тут все одно тут уже делать нечего…

…Самым лучшим местом для задуманного дела была башня их недавнего соперника. Стены и вещи тут хранили ауру Прата, их пропитывало прежнее колдовство, все еще несшее в себе отпечаток личности недавнего хозяина.

Слава всем Богам захватчики замка не посмели сюда сунуться. Ученые уже были – знали, чем могут закончиться такие вот визиты непрошеных гостей. Маги часто оказывались мастерами на изощренные ловушки и непрошеные гости бывало либо превращались в камень, либо сгорали, либо попросту пропадали куда-нибудь, не оставив после себя даже горстки пепла. Ухватишься за поставленную на виду золотую фигурку, откинешь крышку попавшейся на глаза шкатулки и… И все. Поминай как звали.

Усевшись в кресла по обе стороны стола, они коснулись ладонями своих амулетов накопителей и исчезли.

…Мир, в котором маги появились, на первый взгляд мало чем отличался от того мира, где они родились. Такое же небо, такие же горы и камни…

Может быть только небо здесь было чуть голубее и тутошнее солнце светило чуть ярче. Да деревья встречались такие, каких никогда не бывало на их родине… Простой человек, какой-нибудь ремесленник или крестьянин, вечно смотрящий в землю, мог попросту и не заметить этой разницы, но отличие было. В этом мире не было магии. Совсем… И именно поэтому маги выбрасывали сюда своих врагов, чтоб более не вспоминать о них и не бояться получить, от когда-то проигравших свои схватки волшебников, удар в спину. Такие удары почему-то следуют в самый неподходящий момент. Так что это была дорога в один конец. Даже если сосланный маг мог бы найти дорогу в свой родной мир, то без запаса магической энергии отсюда выхода не было, а принести её с собой мог только другой маг. Получалось, что запертый тут враг не знал, как попасть в свой мир и не имел для этого сил, то есть, словно бы сидел под двумя замками.

Гости встали на холме, оглядывая окрестности.

-Ты его чувствуешь?

Пектор раскинув в стороны руки, медленно поворачивался, отыскивая сосланного сюда врага. Раскрытыми ладонями он словно ощупывал пространство вокруг, отыскивая след нужного человека.

Именно человека. Не мага! Тут жили простые люди…

Еще до того, как про этот мир прознали маги иных миров, тут жили какие-то дикари, но первые сосланные сюда маги сумели подчинить их себе и создали несколько королевств. Их скрепляла не сила магии, а сила оружия. Потихоньку племена объединялись в народы и теперь династии правителей, позабывших о своих некогда могучих родоначальниках, управляли ими, принимая новых изгоев и храня память о магах, иногда появляющихся тут и вмешивающихся в их жизнь.

Так что Прат, выброшенный из своего мира как никому ненужная вещь, должен быть обязательно где-то рядом, в одном из них. Шансов выжить тут в одиночку практически не было. Прат это знал – наверняка и сам кого-то сюда забрасывал. Так что проигравшему схватку магу только что и оставалось влачить такое же, как и у всех тут, жалкое существование, вспоминая в бессильной злобе, разъедающей душу, былую свою силу и былые возможности.

Может быть, ему придется пахать землю, может быть мастерить что-то, может быть – это если повезет – стать мелким чиновником при каком-нибудь здешнем самодержце.

«Что ж не он первый, не он последний», – думал Цансалан, глядя на товарища. Тот молча крутился и только когда Цансалан присел, устав стоять, ответил с нескрываемым удивлением:

– Нет. Его тут нет…

Оба испытали не то чтоб страх, но что-то очень похожее. Казалось бы, враг заточен в такую тюрьму, из которой не сбежишь, где не подкупишь тюремщика, не пробьешь стену и не пророешь подземный ход, но получается, ничего этого между ними и их врагом нет – ни стены, ни тюремщика, ни крепкого замка.

– Не может быть! – на всякий случай сказал Цансалан.

– Может, – мрачно возразил Пектор. – Может. Если его тут и не было. Давай-ка сам попробуй…

Они снова и снова поочередно пробовали отыскать потерю и каждый раз поиски оборачивались разочарованием и пустотой.

С каждым разом ощущение близких неприятностей становилось все явственнее.

Оба понимали – сами были точно такие же – тот ни добра не забудет, ни зла. А уж зла-то особенно.

Маги стояли и с озадаченными выражениями лиц смотрели друг на друга прикидывая, что им теперь придется делать. Миров вокруг имелось немало, почти три десятка и искать пропажу придется в одном из них. Только вот в каком?

Ощущение опасности, что прибывало как вода в половодье, заставляло оставаться настороже.

Только это и спасло их, когда из-за кустов на них бросились люди…

Вместо сгинувшего неизвестно куда мага к ним, размахивая острой сталью, бежали семеро мужчин.

Над ухом с озадаченным видом стоящего Цансалана свистнуло и тут же заорал от боли Пектор.

Отвлекшись на нападавших Цансалан не увидел, как стрела пробила руку Пектора, что все еще из упрямства старался нащупать след сосланного сюда колдуна.

Стрела пробила руку мага насквозь и теперь торчала из ладони.

Пектор рычал, оседая на камни не в силах побороть боль.

Еще трое заорав от радости, принялись пускать стрелы, но Цансалан уже был готов отразить нападение.

Стрелы ударили в выставленный щит, щепками разлетелись по земле. Искаженные злобой лица ударились в преграду и замолотили по ней руками, камнями, мечами… Повредить им они не могли, но все могло получиться плохо. Каждый удар, точнее защита от него, требовала магии, а у них запас её в этом мире был не бесконечен. Магия в этом мире расходовалась быстро и накопители, с которыми они пришли сюда, не могли вечно сдерживать этих людей, тем более, что Пектор не защищался, а лечил себя.

– Надо уходить! – сказал Цансалан. – Мы всегда сможем вернуться…

И они вернулись в башню…

Там все оставалось по-прежнему. Усевшись друг против друга, маги молчали, размышляя о неприятностях.

– Да что там думать, – наконец сказал Цансалан раздраженно. – Очень похоже, что его выкинуло в какой-то иной мир.

– И что теперь?

Пектор, баюкая раненую руку, не хуже товарища понимал, что это означает. Неизвестность означала, что их враг мог возникнуть за спиной в любой момент и отомстить за себя, за свой недавний проигрыш. И все это было более чем вероятно – только один мир боги обделили магией, а в других мирах она существовала. Другое дело, что её количество в разных мирах было разным – где-то больше, где-то меньше, но чтоб совсем ничего – только в одном. А это значило для них, что рано или поздно, накопив достаточный запас Силы Прат вернется в этот мир и вот тогда...

– Если не хотим получить нож в спину, то его надо найти!

Легко сказать! В иных мирах местные маги не смотрели сквозь пальцы на пришельцев, занимающихся в их мирах своими делами. С хозяевами нужно было как-то договариваться, просить о помощи или хотя бы о том, чтоб не мешали.

Но делать было нечего – ждать, когда их враг появится сам собой, они не хотели.

Работа предстояла серьезная, и сбрасывать её на учеников они не хотели.

На кону-то стояла не чья-то там жизнь, а своя!

19.

Солнце поднялось высоко, превратив тень в пятно под ногами, но смотрел Прат не под ноги, а по сторонам. Он уже не ждал опасностей от нового мира, тем не менее, был готов встретить их бегством.

Он никак не мог сложить в голове две правды – ту, что показывали по волшебному ящику и ту, что видел собственными глазами и от этого ему было несколько не по себе.

Он поймал себя на мысли, что назвал телевизор волшебным ящиком и довольно улыбнулся. Не было в нем никакого волшебства, и вообще не имелось вокруг иного волшебства кроме того, что хранилось у него по карманам!

И все-таки следовало быть настороже. Новый мир нес в себе новые, пока еще не всегда понятные опасности, да и понятные тоже – местные стражники-копы наверняка продолжали его искать.

Нужного ему человека он узнал по разноцветному вязаному берету. Десяток разноцветных полос всех цветов радуги спускались с головы на плечо… Как его там? Прат нахмурился, припоминая... Джах!

Тот, кто ему был нужен сидел на скамейке перед большим зданием и курил, лениво поглядывая по сторонам. За спиной стену закрывал огромный плакат, на котором мускулистый брюнет сжимал здешнее оружие. За спиной брюнета вздымалась покрытая чем-то белым гора и парила летательная машина. Прат уже мог читать по-местному и поэтому легко прочитал огромную надпись «На секретной службе её Величества».

– Добрый день Джах. Я от Трая.

Негр вытащил сигарету изо рта.

– Ну и что тебе?

– Мне нужны документы. Те, что у вас называют автомобильные права.

– Иностранец? – черный посмотрел на него с интересом. – Русский что ли…

Про русских Прат уже что-то слышал, но кто такие эти самые «русские» не знал – не успел еще разобраться. Это все, как и познание мира, было впереди. Знал только, что к ним тут относятся с неодобрением, считают врагами.

– Это важно?

Черный выдохнул ароматным дымком. Взгляд его затуманился.

– А мне плевать. Давай фотографию и двести баксов.

Прат протянул приготовленный конверт.

– Когда будут документы?

– Через час. Вон, иди на бульвар и подожди.

Джах махнул в сторону, где между деревьями стояли лавочки.

– Садись на любую, а я как сделаю – принесу…

Посмотрев в удаляющуюся спину, Прат прошелся около кинотеатра и, последовав совету, пошел на бульвар мимо разносчика еды. Он потихонечку втягивался в этот мир, точнее мир втягивал его в себя. Маг уже представлял местные меры длины и времени. Час – это не мало. Но и немного. Можно было подождать, никуда не уходя, а чтоб ожидание не стало скучным, можно купить еды.

Через минуту в одной руке маг держал хлеб с мясом и яйцом – тут его называли «гамбургер» – а в другой – стакан со странным коричневым напитком, пузырящемся, словно разогретая смола, но вкусным, надо сказать.

Усевшись на лавочке и попеременно то откусывая, то потягивая через трубочку газировку, маг принялся наблюдать за странной жизнью этого мира. Хотя почему «этого»? Его. Его мира… Волей-неволей теперь ему приходилось сращивать себя с ним. Теперь какое-то время он и сам будет частью того несуразища, что со всех сторон окружало его.

В воздухе пронесся далекий грохот.

Магов, как он уже понял, тут не было, а вот чудеса – были. Как это могло получаться у туземцев, он еще не вполне понимал. Вот, например, это…

Прат поднял взгляд, проследив несколько мгновений за возникшей в небе тонкой белой плоской. Где-то там, безо всякого колдовства, летела штука под названием «аэроплан». Как он летел без магии? Почему? А вот летел – и все тут! Взгляд опустился на землю. А дома в десять, а то и больше этажей, что виднелись за деревьями? Как можно построить такие? Камень и стекло! Только камень и стекло!!! Да и стекла там явно больше чем камня! И все это как-то держалось безо всякой магии, не разваливалось!

Кстати о камнях… Вот еще одно чудо у него под ногами. Камень, который при разогреве размягчался до состояния теста, а когда остывал, то обретал прочность настоящего камня.

Прат топнул ногой и чуть не расплескал питье.

Были бы тут просто камни, каких он немало повидал в своем мире, было бы понятно. В дороге вымощенной камнями ничего необычного не было, но тут не отдельные камни. Тут – камень-монолит без единого шва. Словно тесто, раскатанное скалкой доброй хозяйкой… Видел он, кстати, эти механические скалки – фыркающие сизым дымом вонючие утюги неимоверного веса на широченных металлических колесах. Если такие машины пускать впереди отрядов панцирной пехоты, то такой удар не остановит ни одно войско его мира!

Не знай он, как обстоит дело на самом деле, снова сказал бы – магия, но даже в этом безумном мире он не надеялся найти дурака, который захотел бы тратить магию на столь глупое дело, как разравнивание дороги. Не королевской, а добычной дороги, дороги для всех…

А повозки, что сами собой несутся по дорогам?

Он вздохнул и незаметно пожал плечами. Странный мир, странные вещи, странные нравы…

Теперь, когда он осмотрелся в новом мире и обрел хоть какую-то уверенность в будущем, тот все же остался для него тайной. Говорить о мире он пока мог только с Траем и то с осторожностью. Тот вроде бы ничего от него не скрывал, но частенько только еще больше запутывал Прата своими объяснениями, заставляя ко всему, что его товарищ говорил, относиться с недоверием…

Например, Прат никак не мог поверить, что весь этот мир расположился на поверхности шара, который сам собой летит в каком-то «космосе» и что спутник планеты – Луна точно такой же шар, и расположен так далеко, что до него и на коне не доскакать…

Что такое космос, кстати, тоже не укладывалось в голове.

Отложив «на потом» тонкости здешнего мироустройства маг решил для себя, что, скорее всего, этот мир находился в какой-то своей Вселенной, не той, где ранее жил он. Дома все было просто и понятно – плоская поверхность в центре мира, а на ней – королевства, моря, люди. Тут же все было по-другому. По-другому, но у него язык не повернулся бы сказать, что хуже. Жизнь туземцы сумели устроить себе удобную безо всякого колдовства.

Прат уже понял, что этот мир отличается от его мира только отсутствием волшебства, которое туземцы остроумно заменили развитием техники. Все остальные человеческие отношения оставались теми же самыми. Тут были мужчины и женщины, тут были государства. Какие-то дружили друг с другом, какие-то враждовали. Но главное – тут были и богатые и бедные. Конечно, здешние бедные ни в какое сравнение не шли с бедняками его мира, но это ничего не значило – богачи его мира отставали от здешних богачей как бы не больше, чем здешние нищие от нищих его мира. Приютивший его туземец по меркам своего мира никак не мог считаться богачом – у него не было ни летающей машины, ни сундуков с деньгами… Та повозка, что сбила его на дороге, по здешним меркам вовсе не была признаком богатства, как он попервоначалу подумал. Эти механизмы имелись тут во множестве. Они стояли в каждом дворе, рядом с каждым домом.

Но все это – сундуки, летающие машины и корабли – было у других людей этого мира!

Ему, попавшему в этот мир не своей волей, нужно было определяться – как жить дальше. Нужна была цель.

Самое простое, что приходило в голову – стать таким же богатым, как и самые богатые жители города или мира. Ему, единственному магу, живущему в этом городе, это было бы сделать довольно просто, но добиваться успеха он хотел не в этом городе, где-нибудь подальше

Он откусил кусочек гамбургера, глотнул из стакана. Необычный вкус напитка лишний раз подтверждал, что этот мир для него пока чужой, за гранью здравого смысла, но только «пока».

Какое-то время придется жить с ними по их правилам и искать способ вернуться к себе. Сделать это можно только если он найдет источник силы, способный перебросить его из одного мира в другой. И к тому времени, как он найдет такой кристалл он должен уже понять, как ему пробиться в свой мир.

Пока у него нет ни этого знания, ни кристалла, но ему очень хотелось надеяться, что это только пока.

На счастье своих врагов, он пока не может вернуться в свой мир, а те… Прат усмехнулся, подумав, что те сейчас наверняка не меньше него обеспокоены– куда это он запропастился и как бы его отыскать?

Более местного мироустройства и правил жизни сейчас Прата интересовало другое – почему это его враги забросили именно сюда?

Это был расчёт на что-то или случай? Или благородство сыграло с ними такую шутку?

Честно говоря, в случайности и ошибки ему верилось больше, чем в благородство. А это означало то, что враги захотят их исправить и обязательно появятся тут.

Он вздохнул. То, что после этого произойдет, будет даже не войной магов, не схватка «двое на одного», как это произошло в его родном мире. Враги придут с накопителями, которых у него нет и – все…

У него имелся шанс уцелеть. Но только тогда, когда он спрячется или найдет серьезный источник магии тут. Не мелочь из зажигалок или светильников, а действительно что-то большое.

Прошедший утром дождь оставил на дорожках лужи. Около них сейчас прыгали мелкие птицы в этих краях совершенно не боящиеся людей.

Отщипнув кусочек гамбургера, маг бросил его перед собой и тут же к его ногам побежали голуби. Толстые, упитанные, наверное давно разучившиеся летать.

Один из них подошел поближе и требовательно постучал клювом по ботинку.

Прат, усмехнулся, представив, как поступил бы бедняк его мира – перед ним сейчас ворковал, склевывая с земли крошки изысканный обед и ужин.

Маг подумал, что это ведь тоже по-своему характеризует богатство мира. В его мире ни одной птице не могло прийти в голову так вот слоняться вокруг человека без риска попасть в его горшок с супом, а тут…

А потом ему пришло в голову, что в какой-то степени и он тут оказался таким вот голубем. Местные боги помогли ему – бросили перед ним немного магии и он, если не хочет попасть в кастрюлю с супом, должен теперь потрудиться сам. Не ждать милостей, а поискать такие места, где Сила собирается также же «лужи», как эта вот вода у него под ногами…

Наверняка ведь где-то, в неизвестных пока ему местах, также вот небрежно, как лужа или кусок булки, лежало нечто, нужное ему и совершенно ненужное местным обитателям – магия. Сунь кто-нибудь им её под нос – они бы даже не потрудились нагнуться, чтоб подобрать её. Она не имела ценности и смыла для них, а для него –имела. С её помощью он сможет и защитить себя и найти место в этом мире.

И тогда он вернется и отомстит тем, кто выбросил его сюда.

Если они, конечно не найдут его раньше…

Вот уже два дня его изводило ощущение, что ему кто-то дышит в затылок.

Он тряхнул головой, отбрасывая неприятные мысли. Придут или не придут– кто знает? Хочется надеяться, что ему удастся почувствовать угрозу.

– Спишь?

Прат открыл глаза. Джах стоял перед ним с бумажным пакетом, из которого выглядывало бутылочное горлышко.

– Жду…

Джах протянул конверт.

– Тут все. Если будет нужно что-то еще – обращайся. Но имей ввиду – у меня для коммунистов теперь наценка.