Маг низшей категории

Глава первая, в которой все время что-то происходит

Деметриос приехал к воротам школы магии на ослике. Высокая крепостная стена нависала над путешественниками как красная каменная глыба. Деметриос спешился и осторожно постучал в массивную деревянную дверь, на которой было нарисовано желтое солнце.

- Кто там? – раздался из-за стены старческий голос.

- Меня зовут Деметриос. Я приехал учиться.

- А, еще один, - проскрипел голос. – Потяни на себя дверь и войди. Не заперто.

Путешественник осторожно взялся на красную медную ручку.

- Не открывается! – крикнул он.

- А ты сильнее потяни.

- Так ведь ручка сломается. Они всегда ломаются, когда я сильно тяну!

- Не выдумывай. Не сломается. Тащи, тебе говорят! Не заставляй старика бегать туда-сюда.

Деметриос потянул сильнее. Раздался треск.

- Что это? – встревожился старик. – Ручка сломалась?!

- Да нет..., ручка прочная, - со вздохом ответил Деметриос. – Даже удивительно, что не сломалась.

- Ух, - с облегчением выдохнул старик. – Хорошо! Но погоди... а что за треск-то был?

- Дверь.

- Что «дверь»?

- Дверь отвалилась, уважаемый.

Раздались торопливые шаги и вскоре в пустующем дверном проеме возник старик, закутанный в серый длинный халат.

- Что ты наделал, злыдень?! – возопил привратник, изумленно взирая на хрупкого юношу, держащего на себе большую дверь.

- Виноват, - с грустью сказал Деметриос. – Я же говорил, что мне нельзя ничего сильно тянуть. Все ломается. Я силен как бык. Даже наверное сильнее.

Старик обхватил руками голову, опоясанную желтой тесьмой.

- Эх, дверь-то дверь.... Ух! Ну ты, парень, даешь. А ведь по тебе и не скажешь. Вон какой худющий!

Привратник с удивлением рассматривал тонкие руки юноши, одетого в заплатанный видавший виды синий кафтан. Местами на кафтане зияли прорехи. Свежие, судя по обнажившейся чистой белой подкладке.

- Виноват, - повторил Деметриос.

- Поставь дверь к стене. Мы ее потом починим. Ты к кому?

Юноша старательно прислонил дверь к кирпичной кладке.

- К магу-настоятелю. У меня к нему письмо от нашего старосты. Хочу к вам в ученики.

- Проходи, - старик с горечью махнул рукой. – Если бы знал, что так выйдет, сам бы тебя впустил.

Деметриос взял ослика за уздечку и медленно вошел во внутренний двор школы магии. Двор был большой, но довольно узкий, ведь располагался между каменным четырехэтажным домом и крепостной стеной. Первое же, на что Деметриос обратил внимание, были красные мишени, местами обугленные. Юноша сразу понял, что здесь маги оттачивают свое мастерство в огненных заклинаниях. Чуть поодаль располагались многочисленные горшки на полках под деревянным навесом и оттуда вкусно пахло супом.

- Оставь осла здесь, а сам иди..., - старик взял из рук юноши уздечку. – А почему бок у животного в царапинах? Ты что, через кусты на нем ехал?

- Нет, уважаемый, я люблю Люси и никогда не поехал бы на ней через кусты. Дело в гоблинах. Они напали на меня не так далеко отсюда. За ближайшим леском, даже не знаю, почему....

- Что?! – привратник подпрыгнул так, что затряслись длинные седые космы.- Гоблины?! Эти разбойники?! Они совсем обнаглели, рядом со школой промышляют. Ну-ка, отвечай, когда напали?

- Да только что, я ведь....

- А сколько их было? – старик направил палец на грудь юноши.

- Шестеро, но....

Привратник развернулся и с неожиданной прытью бросился в большое четырехэтажное здание. Деметриос в недоумении посмотрел ему вслед.

Однако юноша недолго оставался в одиночестве. Вскоре из здания высыпала толпа магов в разноцветных халатах. Во главе вышагивал важный господин, чья серебристая одежда отражала солнечный свет веселыми бликами.

- Этот, что ли? – господин приблизился к юноше и посмотрел ему в глаза цепким взглядом.

- Этот. Хочет у нас учиться. На него гоблины напали только что за тем леском, настоятель, - привратник семенил прямо за спиной важного господина.

- Где именно? Помнишь? – настоятель в серебристых одеждах взял Деметриоса за плечо.

- Да, помню. Где три дороги сливаются. Там еще опушка...

- Знаю! Это совсем рядом! – глаза настоятеля грозно сузились.

- Я же говорил, что обнаглели разбойники! – тут же отозвался привратник.

- Туда, все туда! – рука настоятеля решительно показала направление. – Мы догоним их!

Разноцветная толпа сразу резво двинулась к сиротливо зияющим воротам.

Деметриос не посторонился, чтобы дать путь магам, а вместо этого подбежал к настоятелю.

- Господин, послушайте....

- Подожди, мальчик! – настоятель отодвинул его резким жестом. – С тобой потом. Жди тут!

- Но..., - Деметриос сделал последнюю попытку остановить мага, однако все было впустую.

Пестрая толпа выкатилась за пределы замка и помчалась к лесу, набирая скорость. Маги умели двигаться удивительно быстро, а старый привратник от них не отставал.

- Да, жаль, что мы не увидим это сражение, - раздался чей-то печальный голос.

Деметриос обернулся и обнаружил нескольких парней в белых ученических халатах. Самый старший из учеников выглядел лет на семнадцать-восемнадцать, как и Деметриос, а самому младшему было лет девять, не больше.

- Так не будет никакого сражения, - сказал Деметриос. – Гоблины мертвы. Я хотел сказать настоятелю, но не сумел. Он у вас такой быстрый!

Ученики с недоумением воззрились на путешественника.

- Как мертвы? – переспросил самый старший, чьи черные короткие волосы так сверкали, что казались покрытыми слоем жира. – Кто их убил?

- Я, - сказал Деметриос. – Но я не хотел даже. Они вели себя плохо. Визжали, смеялись, кололи меня каким-то железками. Я сначала терпел, но потом, когда они поцарапали Люси, рассердился.

По толпе учеников пробежали смешки.

- Ну ты и трепло, - с уважением сказал старший. – Сам убил их всех? Один? И шамана тоже?

- Почему трепло? – обиделся Деметриос. – Я был один и всех убил. Не хотел даже убивать, но они легко умирали. Насчет шамана не знаю. Кто он такой вообще?

- Маг с зачарованным бубном, - усмехнулся старший ученик. – Это бубен со стальными магическими лезвиями. Если его бросить, то он пробьет все на своем пути, а потом вернется к владельцу. Шаман у гоблинов – это, примерно, маг шестой категории. Его так просто не убьешь.

- Был бубен, был, - кивнул Деметриос и почесал серый бок ослика. – Его в меня бросил какой-то тип в перьях. Я бубен поймал и отправил обратно....

- Ха-ха-ха! – старший схватился за бока от смеха, остальные ученики не отставали. – Поймал бубен шамана! Ха-ха-ха! Вот трепло!

- Я не трепло, - Деметриос обиделся еще больше. – Я всегда говорю правду.

- Правду?! – старший от возмущения даже перестал смеяться. – Бубен шамана нельзя поймать! Его можно остановить лишь заклинаниями. Возьмем, к примеру, нашего настоятеля. Он – маг четвертой категории. И даже ему пришлось бы повозиться с шаманом гоблинов.

За спором время летело быстро, и Деметриос даже не заметил, что маги вернулись. Юноша опомнился лишь тогда, когда настоятель снова положил руку ему на плечо.

- Они все мертвы. Почему ты нам не сказал?

Деметриос снова принялся извиняться.

- Простите, господин настоятель, я хотел сказать, но вы удалились так стремительно, не дослушали меня, что....

- А кто их убил, ты знаешь? – мужчина в серебристом халате снова прервал новичка.

- Знает! – закричал старший ученик. – Это он их убил! Ха-ха! К нам приехал знатный фантезер, господин настоятель!

- Не вмешивайся, Ерой, я к тебе не обращался, - черные брови хозяина школы нахмурились. – Это правда? Ты наплел ученикам небылиц? А знаешь, кто их убил на самом деле?

Деметриос потупился. От него явно хотели услышать, что угодно, кроме правды.

- Я, - тихо сказал он.

- Понятно, - настоятель отпустил плечо новичка и отправился внутрь здания.

Пестрая толпа последовала за ним. С Деметриосом остались лишь привратник и ученики.

- «Я убил», - передразнил новичка старик. – Думать же надо, что говоришь. Там не только были опытные воины, но и шаман. И кто-то этого шамана так отделал, что... короче, у него сейчас вместо головы – бубен. Даже не знаю, как такое получилось-то!

- Это он, наш человек-легенда! – радостно откликнулся Ерой. – Поймал бубен на лету, и бросил его обратно! Нам все рассказал!

- Эх, молодежь, - вздохнул старик и взял ослика за узду. – Воображение так и бурлит, так и бурлит. Я и сам когда-то был таким. Но лучше бы ты сказал настоятелю правду. Дескать, да, убили их, а кто – не знаю, не успел заметить. Или что там произошло?

- Я всегда говорю правду, - упрямо повторил Деметриос. – Но мне почему-то часто не верят. Другим верят, а мне – нет. И это у меня с самого детства. Помню, впервые мне не поверили лет в пять. Когда я упал в ров с ядовитыми змеями, сплел из них веревку, а потом....

- Не надо «потом», - печально сказал привратник. – Иди к настоятелю со своим письмом. Да извинись хотя бы за глупые выдумки.... Эх, молодежь!

Деметриос проводил взглядом Люси, внутренне собрался и вошел в большой дом. Новичка провожал Ерой и указывал путь. Они поднялись на второй этаж по скрипучей лестнице и очутились в роскошной комнате, стены которой были обиты синим бархатом. У Деметриоса даже захватило дух от сверкающих позолоченых статуэток, декоративного оружия и мягких кресел. Он еще никогда не видел ничего подобного.

- Господин настоятель! Можно? К вам новичок! – Ерой вежливо постучал в открытую дверь.

- Пусть заходит! – раздался зычный голос.

- Иди! – Ерой подтолкнул Деметриоса. – Только там не увлекайся всякими россказнями. А то настоятель рассердится и прогонит.

Деметриос постарался подавить волнение и вошел в кабинет. Здесь просто все утопало в роскоши. Стол и стулья из темного дерева были покрыты причудливыми узорами. На стенах висели картины, изображающие магов в бою. Позолоченные рамы этих картин были толщиной в ладонь.

- Ну-ка, присаживайся, выдумщик ты наш, - настоятель улыбнулся и показал на один из величественных стульев.

Деметриос осторожно присел на самый краешек, чтобы не запачкать красную шелковую подушку.

- Что тебя привело к нам? – весь вид настоятеля излучал дружелюбие.

Юноша подумал, что здешние обитатели, конечно, недоверчивы, но не очень-то страшны. Волнение начало улегаться.

- Староста нашей деревни думает, что из меня получится хороший маг. Он написал вот это письмо, - Деметриос достал из-за пазухи желтый лист бумаги, сложенный вчетверо.

- Так-с, посмотрим, - белые руки настоятеля ловко развернули письмо. – Хм.... Он тут пишет, что ты оказывал деревне большую помощь и что твои способности не для обычного человека.... Ага... Денег на обучение нет, но ты можешь отработать. Например, можешь перекопать все поле за... десять минут?!

- Даже меньше, - сказал Деметриос.

- Наверное, это очень маленькое поле. Ну ладно. Наша школа позволяет учиться бесплатно особенно одаренным ученикам. С условием, что потом они будут нам помогать. Проверим, насколько ты одарен. Ты владеешь заклинаниями? Знаешь что-нибудь о магии?

- Ничего не знаю, - Деметриос развел руками. – У нас в деревне не было мага. Нам приходилось самим отбиваться от всяких напастей.

Настоятель посмотрел на большие деревянные часы, стоящие на полу.

- Ты ощущаешь эфир хотя бы?

Деметриос на секунду задумался.

- Может, ощущаю, а может нет. А что такое эфир?

Хозяин школы покачал головой. Этот жест много сказал Деметриосу – в его магических способностях сильно сомневались.

- Эфир пронизывает пространство вокруг нас. Каждый маг ощущает его и использует для заклинаний. Мы как бы зачерпываем эфир и превращаем его в разрушительную энергию, к примеру. Магами рождаются, и потому мы ощущаем эфир с раннего детства.

Деметриос даже растерялся. Он не чувствовал никакого эфира.

- И что же мне делать, господин настоятель?

- Не знаю. Бывали, конечно, случаи, когда ощущение эфира приходило позже. Из таких людей не получалось хороших магов. Но я считаю, что каждому человеку нужно дать шанс проявить себя. Вот смотри, я покажу тебе простое заклинание. Оно называется «Огненная стрелка». Его используют в быту, чтобы зажигать свечи или разводить огонь в камине. Заклинание очень слабое и каждый маг обязан его знать.

Настоятель придвинул к себе серебряный подсвечник с тремя свечами.

- Слушай внимательно, Деметриос, и наблюдай. Почувствуй эфир вокруг своей руки. Направь его на палец, ощути, как эфир густеет, как он втягивает в себя эфир соседнего пространства. Легкий холодок коснется твоей руки и... готово!

Из пальца мага вылетела красная стрелка, больше напоминающая искру, чем настоящий огонь. Свеча зажглась ровным оранжевым пламенем.

- Это – самое простое, что может сделать маг, - продолжал настоятель. – Здесь не требуется уплотнять эфир, пропускать его через твое тело, создавать неровности, узоры.... Если ты сможешь это сделать с нашей помощью, то хорошо. Будешь магом. Но если нет, то увы.... Я дам тебе два дня. Походи по школе, пообщайся с учителями и учениками, они помогут тебе. Если получится овладеть этой простой магией, то оставайся, я не буду брать с тебя плату.

Деметриос только сейчас оторвал взгляд от белой свечи и оранжевого огонька.

- Но вы же сказали, что бесплатно обучаются только хорошие маги. И еще сказали, что если маг поздно почувствует эфир, то хорошим ему не стать.

Настоятель рассмеялся баском и даже откинул голову на подголовник черного кресла.

- А ты умеешь подмечать главное. Если ты овладеешь магией в таком возрасте.... Тебе сколько? Восемнадцать? Ну да... так вот, тогда ты будешь представлять собой диковинку, редкость. Я даже напишу о тебе моим коллегам в Академию. Будет редчайший случай! Иди, Деметриос, тренируйся. Хотя постой. Кто все-таки убил гоблинов, а?

Деметриос вздохнул и посмотрел на мага так печально, что тот больше ничего не спрашивал и отпустил его.

Юноша вышел от настоятеля в расстроенных чувствах. От деревни до школы – восемь дней пути. Получается, что он ехал напрасно? Как же он вернется домой, что скажет? Сельчане верили в него. Староста признался перед расставанием, что не хотел его отпускать, но потом решил, что так будет лучше для мальчика. Деметриос подозревал, что его никогда бы не отпустили, если бы рядом с деревней местный граф не построил большой замок и тем самым защитил все окрестные земли.

- Ну, что тебе сказал настоятель? – Ерой прервал размышления новичка.

Черные волосы старшего ученика в помещении блестели тускло.

- Ничего хорошего. Он велел выучить заклинание «Огненная стрелка».

- Так это же просто! – Ерой разом заулыбался. – Это каждый знает. Я помогу тебе!

- Спасибо. Только я, наверное, не маг.

Деметриос даже растрогался. Он не ожидал поддержки от того, кто не верил в его рассказы.

- Ничего, - с энтузиазмом откликнулся Ерой. - Мы потренируемся все равно! Ты мне сразу понравился. У нас никто не умеет травить такие байки.

Деметриос снова погрустнел.

Он спустился вниз, проведал Люси, а потом позанимался с Ероем. Как и следовало ожидать, два часа занятий прошли впустую. Старший ученик и рассказывал и показывал и прибегал к образным сравнениям – ничего не помогало, никакой огонь из пальцев новичка не выскакивал.

Потом настало время ужина. Маги сидели за одним столом, а ученики – за другим. Подавали вкусный суп, и он немного улучшил настроение Деметриоса. Юноша даже решил не расстраиваться. Не получится стать магом и ладно. Он вернется в деревню в свой дом из толстых бревен. Будет продавать дрова солдатам замка и все пойдет по-прежнему.

На выходе из столовой один из младших учеников дернул за рукав Деметриоса. Наверное даже самый младший, тот самый, которому было лет девять. Кажется, его звали Викто.

- А я ведь сначала тебе поверил, - рассерженно зашипел мальчик. – А Ерой-то прав. Ты наврал все!

- В чем поверил и в чем наврал? – Деметриос отошел в сторону, чтобы освободить путь для магов, покидающих столовую. – Ничего не понимаю!

Мальчик выглядел взъерошенным и напоминал воробья.

- Я сначала поверил про гоблинов. Ну, что ты их убил! А потом ты рассказал про змей. Что связал их, чтобы выбраться из ямы. А ведь любой знает, что змей связать тяжело и такая веревка ничего не может выдержать!

Деметриос невольно улыбнулся.

- Так ведь меня не дослушали. Прервали на середине рассказа. Я хотел добавить, что веревку-то я сплел из змей, но она тут же развалилась. Тогда я стал искать другие пути спасения и обнаружил, что умею очень высоко прыгать... ну, если постараюсь. Понимаешь, в чем дело..., мне не только обычно не верят, но и перебивают все время. Почти никто не дослушивает до конца!

- А, - мальчик тоже посторонился.

Он отошел от арки и прислонился к гобелену, изображевшему осенний день у пруда.

- Так ты теперь будешь с нами? Остаешься в школе?

- Нет, - вздохнул Деметриос. – У меня не получается даже простейшая «Огненная стрелка». Ерой со мной столько провозился и все впустую. Дара к магии нет.

Мальчик хмыкнул и почесал затылок.

- Да-а.... А ты учителей поспрашивай. Может, они что посоветуют. Мне они всегда помогают. Завтра прямо с утра и поспрашивай.

Деметриос решил послушать совета. Вечером он еще позанимался с Ероем, конечно, без всяких успехов, затем пожелал Люси спокойной ночи и отправился спать. Его разместили в комнате с младшими учениками, где стояли двухъярусные кровати.

Бессоница никогда не мучала Деметриоса. Он мог заснуть в любой обстановке, в любую погоду, а наутро проснуться свежим и с ясной головой. Так случилось и на этот раз. Когда солнечный луч проник через стекло и пополз по белой стене, юноша проснулся. К его удивлению, жизнь в школе уже бурлила. Во дворе стояли какие-то повозки, суетились люди, а привратник отдавал указания прибывшим крестьянам и энергично жестикулировал.

Деметриос подошел к нему, вежливо подождал, пока тот закончит с крестьянами и поинтересовался, у каких учителей можно попросить помощь и где их найти.

Привратник наморщил лоб, от чего тесьма на лбу поднялась выше.

- Найди Ренкиста или Даодао. Они хорошо учат новичков. Хм... вот что еще, у тебя ведь есть осел..., так что, съезди сразу перед обедом за водой в соседнюю деревню. Настоятель любит воду именно из того колодца.

Деметриос воспринял эту просьбу как справедливую. Он ведь ест и спит в школе, значит, должен что-то делать в ответ. Но до обеда было еще далеко, поэтому Деметриос отправился на поиски учителей и первый, кого он нашел, был Даодао.

Маг, одетый в ярко-красный халат, сидел на скамейке и с задумчивым видом водил гусиным пером по листу белой бумаги. Лицо Даодао казалось отрешенным, а две тонкие черные косички, свисающие на щеки, будто подчеркивали это впечатление.

- Господин Даодао, я – Деметриос. Пришел, чтобы спросить вашего совета..., - юноша быстро изложил суть своей проблемы.

Маг оторвал взгляд от бумаги.

- Вряд ли получится, - сказал он, стряхивая в траву остатки чернил. – Тебе уже столько лет, а эфир не ощущаешь. Да и вообще, чтобы стать полноценным магом, мало владеть заклинаниями. Нужно быть Личностью. Какое у тебя образование?

Деметриос следил глазами на гусиным пером, раскачивающимся в руке мага.

- Образование? Да никакого. Писать, читать умею, спасибо нашему старосте. Но плохо, конечно.

- Сколько ты книг прочел? – Даодао наконец прекратил размахивать пером.

- Только одну. Об удивительном монстре, у которого не было ни рук, ни ног, ни туловища, только одна голова. Он сбежал от создавших его магов и катился по дороге, пока его не съела лиса.

Даодао хмыкнул.

- Это была просто короткая сказка. Ну что ж, проверим, стоит ли с тобой возиться. Посмотрим, есть ли у тебя дар к искусствам. Ты умеешь писать стихи?

- Никогда не пробовал, - Деметриос даже поперхнулся от удивления. – Хотя слышал, конечно. К нам в деревню пару раз приезжали менестрели. Вот было весело!

- Стихотворный дар дан не каждому, - важно произнес Даодао. – Я предлагаю такую проверку. Скажу тебе две строки... допустим, о природе... о закате..., а ты продолжишь и придумаешь две заключительные строчки. Понял?

- Понял, - ответил Деметриос. – Что тут непонятного?

- Ну ладно, вот начало стиха про закат:

Дракон багряного заката

Навис над полем и селом...

- Теперь продолжай.

Деметриос задумался на несколько секунд, но потом вздохнул и решительно произнес:

Дракон багряного заката

Навис над полем и селом.

Кричали в ужасе девчата,

Но я убил его горшком.

Пальцы Даодао разжались и гусиное перо упало в траву.

- Кого ты убил горшком? – маг прищурил один глаз.

- Дракона, - просто ответил Деметриос. – Он же напал на село.

Маг потер лоб и покачал головой.

- Похоже, у тебя нет таланта к поэзии. Это ведь был метафорический дракон. Преувеличенное описание заката, так сказать.

- Да, - охотно согласился Деметриос. – Горшок ведь тоже был преувеличением. На самом деле я убил дракона пустым чугунком из-под клея. Сбил его прямо в полете. Он нам успел три дома сжечь. Может быть тот дракон был тоже метафорический, я ведь не разбираюсь в них.

Даодао посмотрел на новичка тоскующим взглядом.

- Мальчик, ты о чем говоришь? Ты вообще знаешь, что такое дракон? Только маг высших уровней может с ним справиться. И то, это будет долгий, нелегкий бой. А ты тут – про чугунок из-под клея....

- Вот и староста мне это сказал, - вздохнул Деметриос. – Он ведь не видел, как я бросал чугунок. А когда дракон упал, все стали думать, чего это он вдруг сдох....

- Иди, - устало произнес Даодао. – Найди мастера Ренкиста. Может, он сумеет помочь тебе. А мне нужно закончить одну вещицу.

Деметриос пожал плечами и отбыл, размышляя о том, какие еще бывают драконы, кроме метафорических.

Ренкист нашелся почти сразу. Этот маг сушил свой зеленый халат на солнце, а сам стоял рядом, одетый в желтую пижаму.

- Чего тебе? – хмуро спросил он, увидев новичка. – Говори быстрее, у меня скоро занятия.

- Я долго вас не задержу, - успокоил его Деметриос. – Хочу стать магом, а способностей нет. Вот и все.

- Вообще никаких нет? – маг осмотрел собеседника с головы до ног, будто прикидывая, где могли затеряться магические способности.

- Вообще. Эфир даже не ощущаю. Настоятель сказал, что выгонит меня завтра, если не овладению заклинанием «Огненная Стрелка»

Ренкист потрогал халат, определяя, не высох ли он.

- Если способностей нет, то тебе ничто не поможет. А если они есть, но малы, то попробуй вот что. Возьми свечу и представь, что тебе нужно зажечь ее во что бы то ни стало. Не думай об эфире, о концентрации энергии на пальце, ни о чем не думай, кроме свечи. Даже небольшие способности рано или поздно себя проявят. А если нет, то ничего не поделаешь.

Нельзя сказать, что Деметриос возлагал большие надежды на этот метод, но, конечно, решил попробовать. Он ведь мечтал стать магом с раннего детства, когда впервые увидел человека, летящего в небе. Тот незнакомец был одет в простой голубой халат без всяких узоров и блесток. Но он летел так быстро и уверенно, что Деметриосу оставалось лишь восхищаться. Староста потом объяснил мальчику, что незнакомец был, видимо, великим магом, ведь только они умеют летать. Деметриос летать не мог, но очень хотел научиться.

Ерой раздобыл свечу по просьбе новичка, и Деметриос уединился на улице, в самом узком пространстве между домом и крепостной стеной, там, где сушилось белье на веревке. Юноша поставил свечу перед собой на древний табурет, проведший свою жизнь на свежем воздухе, а сам присел рядом на корточки.

Белая свеча с веревочным фитилем смотрелась странно на улице. Дул сильный ветер, и Деметриос подумал, что если вдруг заклинание получится, то огонь тут же погаснет. Но это будет неважно, если свеча зажжется. Главное – чтобы огонь моргнул хотя бы на секунду!

Деметриос сосредоточился. Он направил свои взор и палец на бледное тело свечи и пожелал искру. Понятное дело, что ничего не произошло. Деметриос пожелал сильнее. Он даже сжал кулаки от внутреннего напряжения. И... снова ничего. Ветер дул, а свеча стояла целехонькая.

Трудно сказать, сколько Деметриос потратил времени, бесцельно глазея на свечу. Может, час, но, скорее всего, больше.

Однако юноша не стал отчаиваться, ведь уже пережил это чувство вчера. Он решил зайти с другой стороны. Деметриос стал вспоминать своих врагов, тех, которых хотел бы поджечь, чтобы спроецировать это желание на непослушную свечу. Но проблема заключалась в том, что таких врагов у него не имелось. Деметриос, однако, не растерялся и дал волю воображению. Он начал перебирать в уме друзей и представлять, как его лучшие друзья замерзают холодной зимой в самом центре ледяной северной пустыни, а он, Деметриос, может их спасти, если разведет огонь!

Но даже столь богатое воображение оказалось бесполезным. Свеча стояла в полный рост, будто издеваясь над юношей.

Но Деметриос был не так-то прост. Если он не мог спасти друзей, то нужно постараться спасти себя! Деметриос представил, как он, именно он, гибнет в снежной пустыне. Но тут воображение дало осечку. Дело в том, что Деметриос никогда раньше не чувствовал холод. Он вообще не замерзал! Даже в самую лютую стужу он мог выйти на улицу и бродить по деревне, любуясь заснеженными крышами и темными собачьими будками, где сжались от холода и дрожали их обитатели.

Снова прошел час или даже больше. Деметриос наконец встал с корточек и начал ходить вокруг свечи, словно пытаясь отыскать слабую, уязвимую сторону. Но все стороны свечи выглядели одинаково плохо.

Деметриос рассердился ни на шутку. В этой злости объединилось все: несбывшие надежды, разочарование в себе и сожаление о том, что он отнял столько времени у могущественных занятых магов.

- Да провались ты! – крикнул юноша в адрес наглой свечи.

Он взмахнул рукой, чтобы перевернуть табурет и сбросить свечу на землю, влажную от капель сохнущего белья. Но тут случилось нечто. Из его руки вылетел сгусток пламени. Никто и никогда не назвал бы это искрой, ведь сгусток моментально сжег и свечу и табурет и веревки и белье, а затем с ревом врезался в крепостную стену и разбился о нее, оставив после себя огромное черное пятно и сильно потрескавшиеся камни.

Деметриос оцепенел. Он даже сначала не понял, что произошло, а просто смотрел на дело своих рук, вытаращив глаза. Из шока его вывел голос привратника.

- Что ты опять натворил, изверг?! – завопил старик за его спиной. – Сначала ворота, а теперь вот это! Кто тебе позволил использовать свиток с таким могущественным заклинанием?! И где ты взял его вообще?!

Деметриос обернулся.

- Да я..., это был не свиток.... Это я! Я сумел создать «Огненную стрелку»!

Старик схватился за голову.

- Лучшие простыни! Шелковые! Все сгорели! А стена... что ты сделал со стеной?! Как мы ее починим?! И где, вот скажи, где ты взял этот свиток?! Ты вообще знаешь, сколько он стоит?!

- Но... это не свиток был, - повторил Деметриос успокаивающим тоном. – Это я научился заклинанию «Огненная стрелка».

- О! – еще громче завопил старик. – Какая еще стрелка?! Что ты мелешь, наглый врун?! Стрелка вызывает лишь искру, а не пожар. Ты посмотри на стену! Такое чувство, что здесь потрудился десяток магов-огневиков!

- Я не вру, - с обидой произнес Деметриос. – Могу показать. Думаю, что опять получится, вот смотрите....

Юноша поднял руку, но старик остановил его отчаянным жестом.

- Хватит мне тут представлений! – привратник продолжил кричать. – Я не знаю, что с тобой делать! Ты несешь разрушения! Разрушения и хаос! И еще врешь, врешь и врешь напропалую. Бери своего осла и привези воды из соседней деревни. Сейчас же! А я пока поговорю с настоятелем. Мы решим, что с тобой делать. Ты же просто ходячая катастрофа!

- Но..., - попытался возразить Деметриос.

- Немедленно за ослом! – привратник кивнул в сторону конюшни. – Делай, что тебе говорят, а иначе я выгоню тебя прямо сейчас! Своей властью, без настоятеля!

Деметриос решил не спорить, а пойти за Люси. Какая разница, когда он покажет свои умения? Понятно, что теперь настоятель признает его магом. А стену... починить можно.

Юноша вышел через ворота, которые, кстати, снова висели на своем месте. Деметриос бросил уздечку, но Люси привычно брела сзади без понуканий. На ее боках болтались два пустых кожаных бурдюка.

Когда Деметриос отошел подальше от школы, он обернулся, чтобы убедиться, что никто не наблюдает за ним, а потом вытянул руку по направлению к полю, чтобы вновь проверить свои способности. Однако благоразумие одержало верх и рука поднялась повыше. Деметриосу не хватало только пожара в поле для завершения череды неудач.

Огромное облако пламени взмыло над дорогой, едва не опалив бедного осла. Люси даже вскрикнула и отскочила назад. Деметриос затруднился бы сказать, какого размера было это облако, но обуглившийся гравий на дороге намекал на большую величину.

- Хватит, пожалуй, экспериментов, - рассудительно произнес Деметриос, обращаясь к испуганной ослице. - Сдается мне, что свечу моей «огненной стрелкой» поджечь не удастся. Сжечь дотла – да, конечно! Но не в этом же суть заклинания. Мне придется много учиться....

До деревни оставалось часа два пути. Деметриос несколько раз порывался снова испытать заклинание, но потом пошли деревья, а их уничтожать было жаль вдвойне.

Искомая деревня состояла из шести домов, вокруг которых бродили козы, утки и куры. Колодец располагался у околицы. Деметриос подошел к нему и только сейчас заметил девочку лет семи, которая пряталась за большим ведром.

- Что ты тут делаешь? – поинтересовался юноша, снимая бурдюки с осла.

Девочка, одетая в белое холщовое платье, вышла из-за ведра и нахмурилась.

- Я видела гоблинов. Много. Они прошли мимо деревни, не заметили нас. Я прячусь, боюсь, что вернутся.

- А, гоблины..., - Деметриос взял ведро и бросил его в колодец. – Знаю их. Вчера встретил в первый раз. Я бы и не догадался, что они – гоблины, так они сами сказали. Сказали: «Мы – могучие воины», но как-то быстро умерли. Наверное, хвастались.

- А ты разве не боишься гоблинов? – девочка широко раскрыла голубые глаза. – Вдруг ты им встретишься?

- Конечно, встречусь, - кивнул Деметриос, вытаскивая ведро за веревку. – Непременно. Я всегда со всеми встречаюсь. Наш староста говорил, что мне везет на плохих людей. Впрочем, гоблины – не люди, но с ними тоже встречусь. Вот увидишь.

- А ты не боишься?! – повторила девочка, с удивлением глядя на незнакомца.

Деметриос на секунду задумался.

- Нет. Не боюсь. Ну ладно, мне пора. До встречи!

- До свидания и счастливого пути! – девочка старательно помахала рукой.

Обратная дорога казалась веселее. Деметриос уже не думал, испытывать или нет «Огненную стрелку». Он решил, что сделает это перед наставником, во дворе, подальше от стены и от дома. Еще Деметриос пропустил обед и теперь надеялся, что его покормят во внеурочное время в связи с тем, что он выполнял задание привратника.

Солнце давно миновало полдень и тени от деревьев становились все длиннее. По краям грунтовой дороги виднелись свежие следы копыт и Деметриос так пристально смотрел на них, что не сразу заметил препятствие, возникшее на его пути.

Когда же юноша наконец поднял глаза, то в трех ярдах от себя увидел гоблина в полном воинском облачении: в черных чешуйчатых доспехах, с круглым щитом и широким мечом в ножнах. Огромный рогатый шлем гоблина, украшенный синим пером, казалось, служил лишь одной цели – заставлял хозяина казаться выше. Гоблин вместе со шлемом достигал шести футов.

Деметриос поначалу хотел просто пройти мимо, но гоблин, опешив от такой наглости, выпростал руку и перекрыл путь.

- Ты куда собрался?

- Прямо, - ответил Деметриос. – Отойди, ты мне мешаешь.

- Что?! – зеленоватая физиономия гоблина искривилась. – Да ты знаешь, кто я такой?!

- Знаю, - кивнул Деметриос. – Могучий воин, потрясающий скалы одним своим голосом.

Гоблин на секунду опешил.

- Д-да. Откуда знаешь?

- Мне вчера сказали. Трое по очереди. Сказали бы еще двое, но не успели.

- Что ты несешь?! – взревел гоблин и выхватил меч. – Тебе жить надоело?! Думаешь, что ты лучше меня?!

- Думаю, - устало ответил Деметриос. - Люди лучше, чем гоблины.

- Чем?! Чем лучше? – заорала зеленоватая физиономия.

- Чем гоблины.

Гоблин замолчал, переваривая сказанное. Его жидкая черная бородка раскачивалась в такт жевательным движениям челюсти.

- Слушай, ты, - гоблин направил меч в грудь юноши. – За моей спиной пятьдесят бойцов и двадцать шаманов. Они сейчас захватили школу магии и уже наверное перебили всех, а ты...

Гоблин не договорил. Ему помешал кулак Деметриоса, который врезался в большой шлем. Раздались два глухих звука: от удара по голове и от падения тела на гравий. На физиономии гоблина застыло выражение бессмысленного удивления. Если бы Деметриос не торопился, то непременно подумал бы о том, почему многие его противники предпочитают переходить в иной мир именно с этим глупым выражением. Неужели они не могут как-то сосредоточиться хотя бы перед смертью? Ведь смерть – серьезное и ответственное дело, венец всех дел! Но Деметриос спешил и не успел ни о чем таком подумать.

- Побежали, Люси! – крикнул юноша ослице. – Может, еще успеем!

Деметриос рванул вперед и Люси сразу же отстала. Юноша даже сам не знал, как быстро он добежал до крепостной стены школы. Эта стена представляла собой плачевное зрелище. Огромные дымящиеся прорехи сразу в нескольких местах с валяющимися тут и там телами людей и гоблинов указывали на то, что здесь только что был бой.

Некоторые мертвые люди были одеты в белые ученические халаты. Деметриос узнал Ероя. Его тело свисало с крепостной стены. Руки Ероя были устремлены к земле, словно пытались найти в ней поддержку и опору.

Деметриос бросился к ближайшей прорехе. Он перепрыгнул через два трупа гоблинов и натолкнулся на привратника. Старик был мертв. Он сидел, прислонившись к столбу, на котором раньше сушилось белье. Его глаза были открыты и, казалось, смотрели на происходящее с осуждением.

Из дома раздавались громкие звуки: хлопки, а иногда скрежетание. Там еще шел бой. Деметриос ринулся к дверям и тут же столкнулся с гоблином. Тот даже не успел понять, что происходит, - его сбили на бегу.

Юноша помчался на четвертый этаж. Там действительно шел бой. В узком пространстве коридора сгрудилось несколько гоблинов, нападавших на кого-то, кого Деметриос не видел. Враги были обращены к юноше спинами. Деметриос пробежал сквозь вражеские ряды, не снижая скорости, и вмял гоблинов в стены.

Перед ним предстала безрадостная картина: тяжело раненый настоятель в одиночестве защищал младших учеников. Рана в левом боку выглядела скверно, и маг зажимал ее рукой, пытаясь другой рукой создавать заклинания.

- Я здесь! – крикнул Деметриос. – Я спасу вас!

Настоятель в суматохе даже не понял, отчего упали гоблины.

- Беги! – крикнул он новичку. – Спасайся! Я долго не продержусь!

- Так больше не нужно держаться, - с недоумением ответил Деметриос. - Я ведь привычный. В нашей деревне мне приходилось и не с таким встречаться....

Настоятель только сокрушенно мотнул головой, но вдруг его лицо изменилось.

- Шаман! – крикнул он.

Деметриос резко обернулся. В него летел бубен – вращающееся оружие, ощетинившееся магическими лезвиями.

Юноша поймал бубен одной рукой и запустил обратно, прямо в голову шамана.

Глаза настоятеля округлились.

- Что?! – прошептал он.

Шаман вжался в угол и напоминал бабочку, пришпиленную к стене за голову.

Какой-то гоблин поднялся и бросился на Деметриоса с мечом. Юноша увернулся и нанес удар в грудь, прямо в доспех. Пластины доспеха треснули, а гоблин повалился ничком.

- Что? – повторил настоятель.

- Я ведь сильный, - с гордостью произнес Деметриос. – Для меня гоблины – пустяк. Вот, помню, быстрая мантикора....

Поднялся еще один гоблин, но юноша пнул его ногой и он затих.

Настоятель медленно сел на пол, прислонился спиной к двери, печально оглядел свою рваную рану, а потом перевел взгляд на выживших учеников. Их осталось всего пять. Дети испуганно прижимались к черным пустым рыцарским доспехам.

- Выводи учеников, - сказал настоятель. – Только они выжили. Справишься?

- Справлюсь, если надо, - кивнул Деметриос. – Но зачем их выводить? Я сам выйду во двор и разберусь с оставшимися гоблинами.

Настоятель посмотрел на него так, как еще не смотрел ни на кого. В этом прищуренном взгляде встретились сомнения и надежда. Настоятеля мучила боль, но любопытство пересилило.

- А с неуязвимой мантикорой что случилось? – спросил он пересохшими губами.

- Быстрая она для меня слишком, - с сожалением ответил Деметриос. – Я не смог ее догнать, когда она убегала.

Настоятель закрыл глаза. За всю свою жизнь он видел двух мантикор (опаснейшие твари!), но никогда даже не слышал о том, чтобы они от кого-то убегали.

- Что с вами? – встревожился Деметриос.

Маг выглядел скверно. Из раны медленно сочилась кровь и падала на красный ковер крупными каплями. Настоятель был бледен как белая стена и казалось, что он вот-вот умрет.

- Послушай, - маг с трудом открыл глаза. – Возьми младших учеников и иди с ними в соседнюю школу. Она в пятидесяти милях отсюда. Передай учеников Нурсеану. Он там главный.

- Хорошо, - сразу же кивнул Деметриос. – Все сделаю.

- Я назначаю тебя старшим учеником, - настоятель едва говорил. – Позаботься о детях.

Веки мага смежились, чтобы никогда больше не открыться.

Деметриос сразу понял, что настоятель умер. Юноша оглядел учеников, перешедших под его начальство. Дети выглядели неважно. Они сбились в кучу, будто перепуганные щенки. А самого младшего, Викто, вообще не было видно – он прятался за спинами товарищей.

- Подождите здесь, - сказал Деметриос. – Я выйду во двор и быстро вернусь.

Ковры на лестнице почернели от сажи, вызванной заклинаниями. Юноша быстро сбежал вниз, перепрыгнул через несколько мертвых гоблинов и очутился лицом к лицу с шаманом. Этот зеленоватый тип был одет краше остальных. Перья, воткнутые в меховую шапку, казались длиннее, среди них встречались даже розовые, возможно, выдернутые из хвоста фламинго. Даже бубен выглядел более толстым и солидным.

- Ты кто такой? – презрительно спросил шаман, оглядывая неказистую одежду Деметриоса. – Крестьянин?

- Почему крестьянин? Нет. Я – старший ученик этой школы, - с достоинством произнес Деметриос. – А ты кто такой? Главарь гоблинов, что ли?

- Наглец! – физиономия гоблина скривилась. – Какой еще главарь?! Я – Ужасный Убу! Великий шаман. Я уничтожил больше людей, чем ты видел за свою жизнь. И сейчас добавлю к общему счету такого ничтожного червяка, как ты. Старший ученик! Ха-ха! Хочешь сразиться со мной? Или дрожишь от страха?

Деметриос прислушался к себе.

- Нет, не дрожу, - ответил он. – А сразиться, конечно, можно. Хочешь магический бой? Я знаю одно заклинание.

Гоблин удивился не на шутку. Его выпученные глаза выпучились еще больше.

- Одно заклинание?! И это – старший ученик?! Я был о людских магах лучшего мнения. Да знаешь ли ты, что я лично убил четырнадцать магов? Когда я убью тебя, то это не зачтется, ведь ты не маг. Ты – человеческий недоучка. Давай свое заклинание. Моя защита однажды выдержала удар ифрита. А до него магам расти и расти! Покажи, на что ты способен, бей первым, а потом я....

Деметриос, конечно, не старался сдерживать свою «Огненную стрелку». Пламя получилось хоть куда. Можно было даже услышать звук, радостный рев огня. Но когда все погасло, а дым рассеялся, Деметриос, к своему удивлению, шамана не обнаружил. Нет, бубен был на месте, валялся на земле. Тапочки тоже были тут. Они просто стояли и выглядели весьма сиротливо. А вот то, что составляло начинку тапочек, бесследно пропало.

Деметриос на всякий случай посмотрел по сторонам, а потом лишь пожал плечами. Первый магический поединок вышел скомканным ввиду исчезновения противника.

Юноша прошествовал дальше, вдоль стен дома, на которых тут и там попадались пятна крови или выбоины. Еще три гоблина неожиданно напали из-за угла. Они что-то кричали, размахивали мечами, но Деметриосу долго разбираться с ними было недосуг – он слишком разозлился и покончил с ними с помощью «Огненной стрелки».

Казалось, двор опустел. Вокруг лежали трупы, струились столбики дыма, стоял терпкий запах паленой плоти. Деметриос нашел тело Даодао. Ярко-красный халат мага почти полностью скрывал пятна крови. Рядом с Даодао находилась кисточка для письма.

Деметриосу было очень жаль всех этих людей. Он еще не успел подружиться с ними, но ведь собирался! Судьбе было угодно послать его за водой в то время, когда враг напал на школу. Староста, например, предпочитал не отпускать Деметриоса далеко от деревни. Так, просто на всякий случай.

Внезапно тонкий стебель выскочил из-под земли и обвился вокруг ноги юноши. К нему присоединился еще один. На этот раз в плену оказалась и вторая нога. Стебли выпустили шипы, которые тут же впились в потрепанные штаны Деметриоса. Он очень удивился такому повороту и попытался осторожно освободить ноги.

- Что, попался?! – раздался торжествующий голос откуда-то сверху. – Ловко ты разделался с Убу, ничего не скажешь, но теперь пришло время расплаты! Я тебя буду убивать медленно, с помощью природной магии. Ветки, направляемые мной, пронзят твои мышцы и войдут в печень и сердце! А я буду отсюда наблюдать за твоими мучениями!

Деметриос посмотрел наверх. Там, на крыше, над теми окнами четвертого этажа, где виднелись бледные лица детей, расположился шаман. Зеленые перья вызывающе колыхались над черной меховой шапкой.

- Убери шипы, слышишь?! – крикнул Деметриос. – Спускайся, мы сразимся честно, лицом к лицу!

Гоблин расхохотался.

- Еще чего! Я видел, что ты вытворял. Ничего, сейчас тебя насквозь пронзят мои ветки. Я направляю их прямо внутрь тебя! Ты кто вообще такой?!

- Я - старший ученик этой школы! – ответил Деметриос, с тревогой наблюдая, как ветки поднимаются все выше. – Убери шипы и спускайся! Я не буду тебя убивать, если ты уберешь шипы!

- Ты не будешь меня убивать?! Ха-ха-ха! Конечно, не будешь! Ты же там, а я здесь! Ты умрешь, а не я! Чувствуешь, как ветки входят в твое тело?

- Убери шипы! – заорал разгневанный Деметриос.

- Испугался?! – ликующе завопил шаман и даже начал пританцовывать. – Вот твой конец! Не думал, что умрешь таким образом?! Будешь знать, как сметь противостоять мне, Нару-природнику!

- Да, испугался! – подтвердил Деметриос. – Из-за твоих дурацких шипов!

- Уже ощущаешь, как они пробираются к твоему сердцу?! – с удовольствием произнес гоблин.

- Уже ощущаю! – в гневе крикнул Деметриос. - Как тетушка Лайза расстроится!

Шаман на секунду умолк.

- Какая тетушка Лайза? – осторожно спросил он. – Ты, что, уже спятил от боли?

- От какой еще боли?! – Деметриос завопил что было мочи. – Тетушка Лайза сшила эти штаны и подарила их мне на прошлый день рождения! Посмотри, что с ними сделали твои шипы! Если я дернусь, то штаны совсем порвутся! И когда я вернусь в деревню, тетушка Лайза спросит, где штаны! Что я ей отвечу? Что они порвались в клочья за каких-то два года?!

Шаман перестал пританцовывать.

- Штаны? – озадаченно спросил он и потер макушку под меховой шапкой. – Ты беспокоишься о каких-то штанах? А как же боль? Как же шипы в твоем теле?

- Вот заладил! Нет в моем теле никаких шипов. Они в штанах! Сколько раз тебе говорить?! – Деметриос был вне себя от бестолковости гоблина.

- Но я же направляю их прямо в тебя..., - неуверенно пробормотал шаман.

- Или ты убираешь шипы или я сам приду к тебе! – заорал Деметриос. – И пусть штаны испортятся!

Шаман совсем притих. Он внимательно посмотрел вниз на собеседника, опутанного ветками, потом – на крышу, где находился сам.

- Ты не успеешь до меня добраться, - гоблин подытожил свои наблюдения. – Как только ты освободишься, я убегу! Ты же не умеешь летать? Да нет, конечно! Ты только ученик!

Деметриос сжал руки в кулаки и посчитал до трех, чтобы хоть немного успокоиться.

- Послушай, ты! – закричал юноша. – Месяц назад корова из нашей деревни свалилась в овраг. Мы не могли ее вытащить веревками. Мне пришлось спуститься туда, взвалить ее на плечи и выпрыгнуть вместе с ней! Убери шипы! В последний раз говорю!

- Так овраг наверное был совсем маленький! – ответил шаман и неуверенно поежился. – Какая там была глубина?

- Примерно как от меня и до тебя! – заорал Деметриос и прыгнул.

Дети внимательно наблюдали за поединком из окна. Они увидели, как старший ученик взмыл вверх в поразительном прыжке, а потом заметили тело шамана, летящее прямо к земле. Шапка отделилась от его головы и спускалась более медленно, даже плавно, видимо, за счет перьев.

Через пару минут Деметриос показался на лестнице. Он вывел учеников из пострадавшего здания. Откуда-то тут же появились крестьяне. Они наверное прятались поблизости, выжидая, чем закончится бой. Деметриос поручил им заботу о доме, а сам вместе с учениками сразу отправился в соседнюю школу, выполняя последний завет настоятеля.

Люси все это время ждала у ворот. Деметриос взял ее за уздечку, похлопал по боку рядом с бурдюками с водой и взвалил на ослицу еще пару сумок, наполненных снедью. Юноша рассудил, что вода и еда пригодятся в пути. Они тронулись и поначалу шли не очень бодро, совсем не разговаривали. Даже безветреная погода, казалось, не хотела никого беспокоить. Однако им удалось уйти от школы только на пару миль, как им встретился большой боевой отряд.

Их было человек сто. Рыцари в сверкающих начищенных доспехах и боевые маги в дорогущих блестящих халатах оккупировали всю дорогу. Деметриосу и ученикам пришлось посторониться. Глава отряда, воин в золотистом шлеме и с магическим искрящимся желтыми искрами копьем, подъехал к юноше.

- Вы откуда? Из школы Первого Солнца?

- Да, - кивнул Деметриос.

- А гоблинов видели? – прогудел рыцарь из-под шлема.

- Видели. Они только что напали на школу. Выжили лишь эти ученики, - Деметриос показал на пятерых ребят.

- Ничего себе! – рыцарь зычно выругался и обернулся к подчиненным. – Слушай меня! Разделимся! Нападаем двумя отрядами, чтобы никто не ушел!

- Но..., - сказал Деметриос, протягивая руки к рыцарю.

- Подожди, мальчик! – рыцарь смотрел назад. - Сергиус, ты идешь с юга! Понял?

- Понял! – отозвался воин с длинным красным плюмажем на закрытом шлеме.

- Послушайте! – вскричал Деметриос.

- Потом, мальчик! Потом! – главный рыцарь пришпорил коня и отряд моментально разделился на две половины.

Одна помчалась по дороге, а другая – через поле, напрямик.

- Стойте! – Деметриос махал руками. – Куда вы?! Все гоблины мертвы!

Но, понятное дело, его никто не слышал.

Глава вторая, в которой рассказывается о том, зачем вампирам вторая голова

Деметриос с учениками бодро двигались к намеченной цели, изредка делая привалы. Дорога из гравия извивалась, тщательно обходя холмы и овраги. Юноша неосторожно задал Викто один-единственный вопрос о местных порядках. Он ведь вырос в деревне и многого не знал. Викто, член семьи потомственных магов, возгордился от такого внимания «непобедимого Деметриоса» и с энтузиазмом принялся рассказывать обо всем подряд: о больших городах, принадлежащих графам и герцогам, о столице и короле Ромуле III, о Гильдии, и даже о склоках внутри нее. Деметриос тут же узнал, что у короля сотни рыцарей и тысячи воинов, что ходят слухи о войне с соседями, что король приказал выдать магические доспехи всей своей гвардии, а землевладельцы подозревают, что эта гвардия пойдет против них. Еще Викто рассказал, что часть магов оставили королевскую службу и примкнули к герцогу Коти, кузену короля, а Гильдия ничего не предприняла. Он поведал и о волнениях на западной границе, откуда просачиваются всякие твари. Эти твари пробираются лесами и достигают иногда даже столицы.

У Деметриоса опухла голова от потока сведений. Он пытался остановить Викто, но того просто несло. Мальчик слышал разговоры взрослых, все запоминал дословно и теперь вываливал информацию на бедного Деметриоса. От короля Викто перешел к местным сеньорам.

- У нашего графа Преста огромный замок, - заливался соловьем мальчик. - А еще у него есть маг-ледовик и даже фаворитка....

Он шел у края дороги и, не глядя, сбивал рукой травинки.

- Кто такая фаворитка? – поинтересовался Деметриос, оглядываясь назад, чтобы убедиться, что никто из учеников не отстал.

- Не знаю, - Викто сорвал большой белый одуванчик. – Но он называет ее зайкой. Наверное, она – оборотень, перевертыш. А маг-ледовик очень могуч. Кстати, это мой дядя. Он очень плохой, я его боюсь. У нас на Праздник Урожая принято загадывать желания. И если ты вел себя хорошо, то желание непременно исполняется. Я весь прошлый год вел себя хорошо! Всем помогал, слушался старших, делал добрые дела.... А потом я попросил пустяк: чтобы мой дядя отбросил копыта. Но не исполнилось! Наверное, я вел себя недостаточно хорошо....

К счастью для Деметриоса, вдали показался караван и Викто умолк. Караван стоял неподвижно. Еще издалека были видны десяток телег и две красные кареты. Солнце как раз двигалось к закату и кареты казались черно-багряными.

Деметриос вскоре поравнялся с караваном и его взору открылось удивительное зрелище. Семеро воинов, вооруженных мечами, копьями и щитами, сражались в поле с мантикорой, несколько женщин и торговцев испуганно жались к телегам, а два странных господина в черных сюртуках стояли около ближайшей к Деметриосу кареты и неспешно обсуждали ход боя.

Мантикора выглядела как положено: на массивном желтом львином туловище прочно сидела огромная человекоподобная голова в обрамлении коричневой гривы. Единственное, что отличало зверя от собратьев – отсутствие хвоста, на котором, как известно, должно располагаться ядовитое жало. Мантикора двигалась стремительно, подпрыгивала и наносила быстрые удары лапами. Воинам приходилось туго, они полагались на стальные щиты, которые трещали под могучими лапами зверя. Некоторые воины падали, даже отлетали на пару ярдов, но поднимались и вновь включались в бой.

- Что здесь происходит? – Деметриос подошел к людям в черных сюртуках.

Старший из них, человек с длинным лицом и внимательными глазами, ничего не ответил. Зато младший, белобрысый парень лет двадцати пяти, дружелюбно улыбнулся.

- А, ученики магов! Вы что, сами не видите, что происходит? Те люди сражаются с мантикорой! Мой наставник, господин Мегг, - парень кивнул на старшего, - постоянно учит меня наблюдать и делать выводы. Но этот вывод очень простой. Если люди защищаются щитами и бьют копьями, значит, они сражаются! Ха-ха.

Деметриос, прищурившись, смотрел на поле боя. Один из воинов упал и выронил меч. Мантикора хотела было прыгнуть на упавшего человека, но его товарищи помешали. Они навалились на зверя со всех сторон и мантикора была вынуждена уворачиваться.

- Может, им помочь надо? – спросил Деметриос.

Парень в сюртуке поправил пятерней свои светлые волосы и хмыкнул.

- Чем ты им можешь помочь? Отвлечешь на себя мантикору на пару секунд? Чтобы они передохнули, пока тварь будет тебя убивать? Ты лучше наблюдай и делай выводы. Видишь того человека с коротким копьем? Он еще не начал сражаться в полную силу. Посмотри на его скупые точные движения! Какой можно сделать вывод? Что он ждет удобного момента, чтобы нанести решаюший удар!

Деметриос попытался сконцентрироваться и сделать хоть какой-нибудь вывод. Но все, что он видел, - это избиение людей мантикорой.

- По-моему, тот воин с копьем просто слишком осторожен, - сказал юноша.

- Но посмотри на другого, который слева, - продолжал парень в сюртуке. – Видишь, у него на поясе кожаная трубка? Какой можно сделать вывод? Что у него там магический свиток, и он его использует, если дело станет совсем плохо!

- Так уже все плохо! – воскликнул Деметриос.

Мантикора сбила пятерых с ног и оставшиеся двое с трудом блокировали удары щитами.

- А тот, что справа, упал слишком уж ловко, - продолжать гнуть свое парень в сюртуке. – Какой можно сделать вывод? Он притворяется. Ждет, когда зверь прыгнет на него, а он нанесет неожиданный удар!

- Гм..., - пробурчал Деметриос.

Ему казалось, что он и этот парень видят разные сражения.

- А другой взял щит обеими руками! – продолжал незнакомец, опираясь на колесо кареты. – Какой вывод следует из этого? Что, скорее всего, он хочет поразить зверя острым краем щита!

Деметриосу происходящее нравилось все меньше и меньше. Он никогда не оставлял своих соседей в беде.

- Этот со свитком упал, - снова прокомментировал парень в сюртуке. – Руку сломал, что ли? Вывод же....

- Все! – сказал Деметриос. – С меня хватит выводов. Я помогу им.

Парень в сюртуке вытянул руку, чтобы его задержать.

- Постой! Если ты пойдешь, то умрешь!

Деметриос просто стряхнул руку.

- Ждите здесь, я мигом! - он обратился к ученикам.

Затем Деметриос отдал уздечку Викто, а сам побежал к месту битвы.

За ним следило множество пар глаз. Парень в сюртуке – с сожалением, а ученики – с восхищением и любопытством. Они-то видели его в деле и верили в него.

В это время мантикора уже взгромоздилась на одного из воинов и разинула пасть с тремя рядами зубов, чтобы перекусить ему шею. Но что-то заставило ее еще раз оценить обстановку, она подняла голову, бросила быстрый взгляд вокруг и увидела бегущего к ней Деметриоса. Ее морда, почти лицо, тут же перекосилась от ужаса. Мантикора забыла о своей жертве и высоко подпрыгнула на месте, издав визжащий звук. Потом она развернулась прямо в прыжке и дала деру с поразительной сноровкой, демонстрируя слаженную работу могучих ягодиц. Скорость зверя была так велика, что за несколько секунд мантикора полностью скрылась из виду.

Деметриос остановился и разочарованно махнул рукой. Наученный предыдущим опытом, он не собирался гоняться за стремительной мантикорой. Юноша двинулся назад к ученикам, широко ступая по высокой траве.

Парень в сюртуке от увиденного онемел и застыл с открытым ртом. Он даже достал серебристую флягу из кармана и сделал большой глоток. Однако после этого его понесло в прежнем русле.

- Мы наблюдали бегство мантикоры! – торжественно провозгласил он, постукивая кулаком по колесу кареты. – Какой можно сделать вывод? Что мантикора – животное глупое! Она считает, что может сражаться только с определенным числом противников. Скажем, с семью. Если появляется восьмой, то мантикора бежит. Она не в состоянии оценить силу этого восьмого из-за своей глупости. А ведь она могла бы запросто убить....

- Этот вывод неправильный, - хмуро перебил его Деметриос. Он только что подошел к красной карете и теперь отмахивался от назойливой пчелы.

- Интересно, почему? – снисходительно спросил парень в сюртуке. – Ты, что, спец по мантикорам?

Деметриос не ответил. Он прогнал пчелу и принял уздечку из рук Викто.

- Какой вывод тогда правильный? – не унимался парень в сюртуке.

- У мантикоры хорошая память, но плохое зрение, - буркнул Деметриос.

Это прозвучало так неожиданно, что даже молчаливый господин Мегг выгнул дугою левую бровь.

- Объясни! – потребовал парень в сюртуке.

- Что тут объяснять? – пожал плечами Деметриос, забирая уздечку у Викто. - Когда мы с Люси шли в школу магии, эта самая мантикора напала на меня. Пыталась ужалить своим дурацким хвостом! Пришлось оторвать ей хвост.

- Как?! – собеседник чуть не выронил флягу. – Ты оторвал ей хвост?! Ха! Ну, ты загнул! Слышал я много разных вещей.... Погоди! С чего тогда вывод, что у нее хорошая память?

- Когда она меня сейчас увидела, то сразу узнала и убежала, не дожидаясь, когда я приближусь, - Деметриос почесал Люси за ухом.

Парень в сюртуке посмотрел на старшего товарища и расплылся в улыбке:

- Она тебя испугалась, да? Ну и ну! Хотя постой! А почему ты сделал вывод, что у нее плохое зрение?

- Увидела-то она меня не сразу!

Парень в сюртуке окинул Деметриоса веселым взглядом и залился смехом.

- Ты передразниваешь меня? Шутишь? Оторвал ей хвост?! Ха-ха-ха! Ты только посмотри на себя! У тебя даже оружия нет!

- Мне не нужно оружие, - спокойно ответил Деметриос. – В прошлом году наш кузнец дал мне дубинку, чтобы я убил ею гигантского медведя-людоеда. Я ударил его дубинкой один раз, но она сломалась. Пришлось добивать рукой.

Парень в сюртуке расхохотался еще громче.

- Господин Мегг, я не слышал ничего более смешного! – задыхаясь, произнес он.

Молчаливый господин Мегг ничего не сказал, но смерил юношу внимательным взглядом.

Ученики же бросились на защиту Деметриоса.

- Нет! – закричали они. – Деметриос всегда говорит правду!

Викто даже затрясся от злости.

- Все знают, что Деметриос никогда не врет! – крикнул мальчик, покраснев как помидор. - Если он сказал, что убил медведя рукой, так оно и было! Если сказал, что оторвал хвост мантикоре, значит, оторвал!

Парня в сюртуке просто скрючило от смеха. Господин Мегг же неторопливо достал из-за пазухи коричневый блокнот, на котором красовался выпуклый череп. Блокнот украшали два ремня и непонятные знаки. Раньше он принадлежал некроманту, который ошибся в заклинаниях и теперь в имуществе не нуждался.

Господин Мегг также извлек из кармана перо и миниатюрную чернильцу, а потом записал в блокноте: «Встретил человека, который утверждает, что смог оторвать хвост мантикоре. Худощав, среднего роста, на вид лет семнадцать, рыжеватые волосы, нос картошкой. Маловероятно, что смог оторвать хвост. А если да? Тогда это - великий маг, притворяющийся юношей. Путешествует под именем Деметриос».

Господин Мегг всегда записывал необычные случаи. Он работал королевским сыщиком и считал, что может пригодиться любая мелочь. Но в эту минуту господин Мегг не испытывал особенного интереса к персоне Деметриоса, да и не верил ему. Дело в том, что главный королевский сыщик был сильно занят одним делом. А именно – он конвоировал опаснейшего вора, запертого в одной из красных карет.

Вора звали Нубиус и он был поистине выдающимся человеком. Прожженный негодяй и прощелыга мог украсть что угодно и у кого угодно, на чем, впрочем, недавно погорел. Нубиус стащил магическую чашу у королевского мага первой категории, и лучший сыщик господин Мегг бросился в погоню со своим ассистентом.

Сейчас Нубиус сидел, прикованный к стенке кареты, и не только внимательно прислушивался к разговору, но и почесывал лысину, одновременно наблюдая за происходящим через щель между штор. В отличие от господина Мегга, Нубиус полагался исключительно на интуицию. И эта самая интуиция подсказывала ему, что некто по имени Деметриос не врет. Что он действительно способен оторвать хвост мантикоре и убить медведя голыми руками. Нубиус еще не знал, что будет делать с этими сведениями, но уже чувствовал, что они понадобятся ему в будущем.

В это самое время генерал Туко Великолепный принимал доклад о бесславной кончине двух отрядов, высланных на разведку. Точнее, на разведку был выслан первый отряд, а второй собирался отмстить за гибель первого.

Когда Деметриос говорил, что он убил всех гоблинов, то невольно преувеличивал. Один гоблин выжил. Он сначала находился в первом отряде, а потом перешел во второй.

Этот гоблин по имени Дуадук Скрытный не отличался храбростью. В сложных ситуациях он всегда умело прятался или убегал. Начальство ценило его как раз за скорость бега, а товарищи.... товарищей у Дуадука не имелось. Они все погибли в тех боях, откуда Скрытный бежал, не получив ни единой царапины.

- Осмелюсь доложить, о Великолепный, - Дуадук мялся в походном шатре генерала. – И первый и второй отряды разгромил один человек. Конечно, второй отряд к тому времени был неполон, мы понесли потери от магов, но Убу был еще жив. Да и Нару тоже.

Туко сидел на раскладном кресле и ел виноград. Его черная борода, заплетенная в косички, уже хранила в себе две виноградины.

- Напомни мне, где ты был, когда первый отряд погиб, - пробасил генерал, вытирая руку о коричневый мундир.

- В кустах, о Великолепный! В прекрасных густых кустах. Я выбрал их с таким расчетом, чтобы видеть все до мельчайших деталей!

- Почему не помог остальным? – Туко взял с белой тарелки еще одну гроздь красного винограда.

Дуадук низко поклонился. Его редкие волосы сразу свесились на лоб.

- Если бы я вылез из кустов, то Жуткий Деметриос убил бы и меня вместе с другими. И тогда я не смог бы доложить о причинах постигшей нас неудачи.

- Что в нем жуткого? – Туко принялся неторопливо чавкать темно-зелеными губами.

- В том-то и дело, о Великолепный, что ничего! Он выглядит как обычный человек. И если не знать его в лицо, то очень просто ошибиться. Смертельно ошибиться! Но теперь я знаю его в лицо! И готов опознать....

Туко важно поднял руку с гроздью винограда. Дуадук тут же смолк.

- Где ты был, когда погиб второй отряд?

Скрытный снова поклонился.

- В кустах, о Великолепный! В прекрасных густых кустах. Я выбрал их с таким расчетом, чтобы видеть все до мельчайших деталей!

- Ты в них сидел с самого начала?

- С самого начала мы побеждали, о Великолепный. Я глумился над поверженными врагами. А в кусты залез, когда заметил, что к нам приближается Жуткий Деметриос. Сдается мне, его демоническая сила не позволяет видеть сквозь ветки и листву! Мать-природа защищает нас!

Туко взглянул на разведчика из-под насупленных черных бровей.

- Почему не предупредил остальных?

Дуадук замялся и потупил взор.

- Я пытался предупредить, но уже из кустов. Никто не услышал мой шепот. Даже Убу, хотя он стоял совсем рядом.

Генерал сжал в кулак правую руку. Туко очень хотел обрушить удар на голову трусливого подчиненного, но сдержал себя. Ни один гоблин не бегал так быстро, как Дуадук. Ни один гонец не мог доставлять послания и приказы с такой скоростью.

- Ты видел, как сражается этот твой Деметриос, - прорычал Туко. – Кто его может победить? Какими силами нужно действовать?

Дуадук задумался и обхватил лоб костлявой пятерней, чтобы быть похожим на мыслителя. За это Туко еще раз захотел его убить, но снова сдержался.

- Два лучших шамана справятся с ним, если нападут внезапно! – вынес свой вердикт Скрытный.

Генерал мрачно нахмурился и кивнул.

- Мы не можем планировать успешное вторжение на замок Преста, пока этот твой Деметриос орудует в округе. Следует устранить неведомую силу. С тобой пойдут три пса-гоблина. Ты опознаешь его, а они уберут злодея.

Дуадук охнул и даже присел. Псы-гоблины являлись элитой, боевыми шаманами высоких уровней, обученными стремительно убивать.

Деметриос ничего не знал об этих приготовлениях гоблинов. Он торопился в школу настоятеля Нурсеана. После встречи с мантикорой караван двинулся дальше, а Деметриос с учениками – в противоположном направлении. Их путь лежал мимо замка Преста, где родился Викто. Деметриоса распирало от далекоидущих планов. Он думал о том, что новая школа теперь уж точно примет его, научит всему, чему нужно, и он, Деметриос, станет настоящим магом.

Поля быстро сменились лесостепью, усеянной дикими вишневыми деревьями. Их розовые и белые цветы потрясающе смотрелись на фоне темно-зеленой травы. Деметриосу даже показалось, что он попал в чудесный мир, где давно не бывало смертей или сражений.

И, действительно, юноша с учениками наталкивались на хорошо одетых крестьян, всадников на лошадях, украшенных лентами, и роскошные кареты. В одной из таких карет, белой с позолотой, ехала знакомая Викто. Она отодвинула атласные шторки и помахала мальчику рукой. Деметриос успел заметить, какой она была красавицей.

- Кто это? – спросил он у Викто, когда карета скрылась в облаке пыли.

- Так это же и есть она! – мальчик был горд, что ему помахали рукой. – Фаворитка нашего графа!

- А! – ответил юноша. – Никогда бы не подумал, что она может превращаться в зайку по ночам. Выглядит обычным человеком.

Деметриос торопился выполнить указание настоятеля, но все-таки решил остановиться на ночлег в одном из сел. Когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, на пути как раз встретилась деревенька. Она располагалась в полумиле от дороги и была хорошо видна. Десяток домов выстроились в ряд вдоль небольшой речки. Каменными дома с красной черепицей казались крепкими, что указывало на зажиточность местных жителей.

Деметриос постучался в самый большой дом. Ему открыл староста деревни, долговязый старикашка с белыми пушистыми бакенбардами, одетый в светлые рубаху и штаны.

- Мы – ученики магов, - без обиняков представился Деметриос. – Пустите переночевать?

Юноша знал, что говорить. Никто не отказал бы ученикам магов. По той простой причине, что скоро эти самые ученики станут настоящими магами. Любой здравомыслящий крестьянин не стал бы портить отношения с такими людьми.

Однако староста неувернно посмотрел за спины детей, туда, где виднелись огни другой деревни.

- Вы не могли бы пойти в Две Мельницы? – он вытянул длинную руку, показывая направление. – А то у нас тут неспокойно.

- Туда же еще мили три, - Деметриос оглянулся и оценил расстояние. – Ребята устали. У них был тяжелый день.

Староста тяжело вздохнул.

- Ну ладно, заходите. Только тогда уж сидите в избе.

Компания учеников ввалилась в дом и разместилась по лавкам, коих присутствовало большое множество. Жена старосты щедро поделилась пловом, а потом еще сварила гречневую кашу, чтобы хватило на всех.

Деметриос плов ел не стал, но зато съел миску каши. Староста сидел рядом на скамье и изо всех сил молчал. Он даже не расспрашивал, откуда и куда идут ученики магов. Юноша удивился такой неразговорчивости и начал беседу первым.

- Что у вас тут случилось? – спросил он.

Старик снова вздохнул, но поняв, что ему не отвертеться от любопытного взгляда гостя, все-таки ответил:

- Позавчера у нас пропал человек. Помощник Расула, его дом соседний. А вчера ночью пропали еще двое. Один приезжий, а второй – старший сын Гамзы. Его дом на отшибе. Они вышли на улицу, но так и не вернулись. Приезжего нашли к вечеру. Мертвее мертвого. Думаю отправить гонца к графу завтра же поутру.

- Где нашли? – тут же поинтересовался Деметриос.

Он отставил пустую миску и даже вытер ложку синим платком, который достал из кармана.

- За домом Гамзы. Где лесок, - старик неопределенно кивнул. – Два дня назад Гамза копал там колодец, но натолкнулся на камни и бросил.

Деметриос хмыкнул. Ученики уже стали укладываться спать прямо на жестких лавках. Викто, впрочем, постелил себе большое полотенце.

- Похожая история случилась и в моей деревне, - произнес юноша. – Мы нашли мертвеца в горах. Совсем высохшее тело. Староста попросил графа прислать мага-следопыта, чтобы узнать, кто и как убил незнакомца. Хотя в наши места маги не очень-то любят заглядывать, один все-таки приехал. Он нашел, что незнакомца звали Беркви Йоти, что убил его двоюродный брат предательским ударом в спину, и что причиной ссоры явился большой золотой самородок. Также он установил, что убийство произошло тысячу лет назад. Мы, конечно, сразу же выслали погоню за убийцей.

Староста изумленно потрогал бакенбарды.

- А... э-э-э... что, поймали кого-то?

- Трех разбойников. Но они были ни при чем. Просто по новым королевским законам положено всегда высылать погоню, если находишь убитого. Так сказал маг. Он очень ругал главного министра, который принял эти глупые законы. Называл его бю... бюро... кра... ну, как-то так. Нехорошим словом, короче.

- Дела-а, - протянул староста.

- Но я все-таки хочу посмотреть на то место, где вы нашли мертвеца, - Деметриос привстал со скамьи.

- Что, прямо сейчас?! – старик снова поразился. – Лучше до утра подождать. Мало ли что!

- У нас в деревне я был ответственен за всякие погони, - Деметриос стряхнул крошки со своего потрепанного кафтана. – Куда идти?

- Опасно ведь! – староста тоже встал и загородил собой дубовую входную дверь. – Что я скажу твоим учителям, если ты тоже сгинешь? А дети что будут делать? Ты главный среди них!

Деметриос бочком стал оттирать старика от двери.

- Не волнуйся. Я ведь – старший ученик! Знаю заклинания.. е.

- Не могу! – старик уперся руками в дверную раму. – Не могу и все!

Но после нескольких минут препирательств он все-таки сдался.

- Я покажу тебе это место, но только с крыльца, - сказал старик. – Иди туда сам, если так хочешь рисковать своей жизнью. Но возьми тогда факел.

Староста сунул в руки юноши деревяшку, обмотанную паклей и зажег ее свечой.

Деметриос вышел на порог, освещая желтым светом двор и сараи.

- Где это место?

- Там, за последним домом, где начинается лесок, - старик вытянул руку и зацепился рукавом за дверную ручку.

- Понял! – Деметриос шагнул в темноту. – Сейчас вернусь.

Староста тут же захлопнул дверь, но сам остался за ней, чтобы прислушиваться.

Деметриос двинулся в указанном направлении, стараясь не сойти с дорожки. Он вскоре обошел последний дом Гамзы и очутился перед рядами деревьев. Листва слегка шелестела на ветру, и можно было почуять запах лесной влажной земли и грибов.

Юноша быстро нашел наполовину выкопанный колодец. На дне виднелись каменные белые плиты. Деметриос посветил вокруг факелом, посмотрел по сторонам, услышал какой-то шум за ближайшим деревом и спросил:

- Кто здесь?

Шум усилился, казалось, кто-то переминается с ноги на ногу.

- Кхе... еще один! Ну, здравствуй! – голос незнакомца был глух и плохо разборчив.

- Добрый вечер! – откликнулся вежливый Деметриос. – Ты кто?

- Кхе... я – Талас Нетопырь! Последний из великого рода Таласов.

- А что ты тут делаешь так поздно? – резонно поинтересовался юноша, пытаясь разглядеть что-то, кроме кроны темных узких листьев.

- Я недавно тут. Провел в заточении несколько веков. Но меня выпустили, и я счастлив! – голос заскрежетал так сильно, что никакого счастья в нем не ощущалось.

- Ого! – присвиснул Деметриос. – Несколько веков в заточении? Бедный! А за что тебя так?

За деревом показалась тень и сразу же исчезла.

- Граф Гуго собрал магов. Меня изловили, но убить до конца не захотели, - незнакомец был явно словоохотлив. - Граф думал, что я ему потом пригожусь. Меня заточили в каменный саркофаг и забыли обо мне. Только два дня назад меня выпустил какой-то крестьянин.

- Гм... интересная история, - Деметриос старался светить факелом на дерево, чтобы рассмотреть собеседника. – Однако за что тебя заточили-то?

- За то, что я хотел жить! – неожиданно загрохотал голос. – Я питаюсь жизненными соками. Только они поддерживают мое существование. Кхе... Граф собрал слишком много магов. Будь их в два раза меньше, то я совладал бы с ними! Дотянул бы до ночи и совладал!

- А что такое жизненные соки? – спросил любопытный Деметриос, все еще тщетно пытаясь разглядеть как выглядит незнакомец.

- О, это прекрасная вещь! Она присуща каждому живому! Но никто не хочет делиться со мной.... Два дня назад я был слаб, но теперь вновь полон сил! Кхе... если бы сейчас здесь были бы те маги и граф Гуго... я бы им показал....

- Наверное, показал бы, - согласился Деметриос, потирая левой рукой глаз. – А ты ничего не знаешь о трех пропавших людях? Они исчезли где-то здесь, но нашли лишь одного, уже мертвого.

- Кхе... кхе..., кхе....

Деметриосу показалось, что незнакомец смеется.

- Нет, я ничего не знаю о них.... Кхе... кхе..., кхе.... А ты кто такой? Почему спрашиваешь?

- Жаль, что ничего не знаешь, - с сожалением ответил Деметриос. – А я – старший ученик школы Первого Солнца. Ищу этих людей, потому что их исчезновение – непорядок. Я не люблю непорядок. К этому меня с детства приучил наш староста. Как только что-нибудь случалось, он мне говорил: «Деметриос, иди-ка наведи там порядок». Я шел и наводил.

- Так ты тоже маг, - проскрипел голос. – Мне нравятся маги! Их жизненные силы отличаются от жизненных сил простых людей... Обожаю!

Внезапно из кустов позади Деметриоса выскочило высокое черное существо с длинными кожистыми крыльями. Оно вцепилось когтистыми лапами в грудь юноши и вонзило зубы в плечо. Деметриос почувствовал запах тлена и услышал, как трещат и ломаются зубы неизвестной твари.

Юноша был занят разговором с интересным собеседником и не хотел отвлекаться. Он просто одним движением оторвал твари голову. Тело тут же разжало когти и повалилось на землю, выбрасывая потоки темной крови. Тварь даже подергалась на земле, но не очень долго.

- Прости, - сказал Деметриос, обращаясь к незнакомцу за деревом. – Тут на меня кто-то напал. Так о чем ты говорил? О магах? Что с ними? Почему ты их обожаешь?

Однако тишина была ответом.

- Ты где? – продолжал спрашивать Деметриос. – Испугался этого существа, что ли? Ну да, оно неприятное, но не более. К тому же, уже умерло. Отвечай!

Раздавались только стрекот сверчков и далекое квакание лягушек.

- Ох! Да где же ты?!

Деметриос оглянулся по сторонам, прошелся туда-сюда, заглянул за то самое дерево, потом еще за пару кустов, но никого не обнаружил.

- Непонятно. Сбежал куда-то, - сказал сам себе Деметриос и побрел к деревне, удивляясь, почему его собеседники иногда исчезают.

Это ведь был уже не первый случай такого рода!

Староста тут же открыл дверь, когда Деметриос постучал и назвался.

- Нашел что-нибудь? У тебя кафтан в крови, - старик потрогал черное пятно на плече Деметриоса.

Юноша зашел в дом и отдал факел.

- На меня кто-то напал. Еще я познакомился с таинственным незнакомцем, который сказал, что несколько веков провел в заточении. Потом он исчез. Его звали Талас. Возможно, вернется.

Но Талас никуда возвращаться не собирался. Он пытался отрастить новую голову и думал о том, что с ним случилось. Он помнил, как говорил с доверчивым юношей, как подкрался к нему, как бросился... а что было дальше – забыл. Талас мучительно припоминал, почему вдруг он лишился головы. По всем рассчетам выходило, что к этому причастен тот самый юноша, ученик магов. Но ведь такого не могло быть! Даже группа боевых магов не сумела бы лишить Таласа головы после того, как древний вампир насытился кровью. Ему оставалось лишь гадать о том, что произошло. Но он не прожил бы почти тысячу лет, если бы не прислушивался к голосу осторожности. Этот голос утверждал, что не стоит повторять уже пройденное, и что второй раз голова может не отрасти. И потому, когда Деметриос с учениками утром покинули деревню, Талас был уже далеко.

Над школой настоятеля Нурсеана гордо развевался черный флаг с серой головой волка – знак специализации в животной магии. Деметриос с учениками вошли в зеленые ворота, распахнувшиеся прямо перед ними.

Привратник оказался молодой девушкой, которая с расширенными от ужаса глазами выслушала рассказ об уничтожении школы Первого Солнца и тут же побежала докладывать настоятелю.

Деметриос недолго ждал во дворе, разглядывая причудливые растения и цветы, которыми была усыпана земля. Эти цветы росли везде. Какие-то алые розы даже поднимались вдоль каменных кладок и цеплялись за небольшие зубья крепостной стены. Юноше цветы всегда нравились. В деревне их выращивала тетушка Полли, которая каждые выходные пекла пирожки и угощала Деметриоса. Иногда он даже размышлял о том, что хорошо бы научиться создавать цветы. Магическим путем, конечно.

Девушка вскоре вернулась, чтобы проводить гостя к настоятелю. Ученики остались во дворе, а юноша снова прошел по коврам роскошной лестницы. Его старенький дырявый кафтан выглядел ужасно на фоне выглаженных халатов и дорогих сюртуков. Деметриос даже подумал, что надо бы прикрывать руками явные прорехи, но рук было всего две, а прорех значительно больше.

Настоятель принял старшего ученика в кабинете. Свет в эту огромную комнату проникал через четыре ажурных окна и отражался от позолоты на стенах, шкафах и даже креслах.

Нурсеан был настоятелем уже лет тридцать. Он выглядел как старый-престарый гриб из-за большой зеленой широкополой шляпы и узкого халата такого же цвета. На его шее красовалась серебряная цепь с головой волка и цифрой три. Перед Деметриосом сидел маг неслабой третьей категории.

- Это правда, что мне рассказала Анна? Школа Первого Солнца погибла? – Нурсеан говорил тонким дребезжащим голосом.

- Да, - Деметриос осторожно приблизился к столу.

- Садись же, - сухой палец настоятеля указал на золоченое кресло. – Как это произошло?

Деметриос решился сесть только на подлокотник.

- Всех магов убили гоблины, - ответил он. – Я увел оттуда лишь пять младших учеников. Настоятель приказал, чтобы я передал их вам.

Нурсеан смахнул невидимую пылинку с черной полированной поверхности стола.

- А гоблины? Мертвы? Сколько их было?

- Мертвы. Около сорока-пятидесяти, - Деметриос поднял глаза к потолку, пытаясь вспомнить точное число и увидел ослепительную хрустальную люстру.

Настоятель встал из-за стола и подошел к окну. Его шелковый халат тоже блестел в лучах солнца.

- Такой отряд – неспроста, - задумчиво сказал он сам себе. – Это не похоже на разведовательный рейд, для разведчиков группа слишком велика. Скорее всего, где-то неподалеку притаились более крупные силы. Но чего они хотят? В чем их цель?

Деметриос не знал, что маг говорит сам с собой, а потому ответил:

- Да чего они хотят? Как обычно. Что-то украсть. Может, свинью? Помню, года два назад в нашу деревню пришли какие-то беглые воины. Хотели украсть свинью.

Нурсеан обернулся к юноше.

- Эти вряд ли за свиньей. Маленький приз.

- Cмотря сколько она весит, - рассудительно сказал Деметриос.

Нурсеан вернулся в свое кресло, по пути зацепившись краем халата об угол стола.

- Анна мне сказала, что ты – единственный Старший ученик в твоей группе. Остальные – младшие. Это так?

- Да, - согласился Деметриос.

Настоятель покачал головой, и его зеленая широкополая шляпа затряслась.

- Ты привел ко мне младших учеников. Я их возьму. Но тебя взять не смогу. Правила запрещают.

Деметриос удивился несказанно. Он-то был уверен, что поступит в эту школу!

- Какие... правила?

- Новые, - Нурсеан взял красную книгу, потряс ею и бросил на стол. – По ним выходит, что если школа перестает существовать, то старшие ученики должны продолжать занятия самостоятельно. Они не имеют права примыкать к другой школе, но могут брать индивидуальные уроки. А мы такие уроки не даем....

Деметриос недоуменно развел руками:

- Как же я буду заниматься самостоятельно, если я ничего не знаю? Знаю лишь одно заклинание, но и оно выходит не так, как положено!

Теперь уже Нурсеан удивленно поднял брови, которые коснулись края его шляпы.

- Как одно? Почему одно? В программе обучения любой школы сказано, что старшим учеником назначается учащийся, знающий не менее пяти основных заклинаний и не менее трех предпоследнего уровня сложности. Старший ученик – это почти готовый маг низшей категории!

Деметриос с тоской посмотрел на блестящую люстру и вздохнул.

- Со мной все произошло совсем не так. Настоятель назначит меня Старшим учеником перед своей смертью. Наверное, чтобы младшие ученики пошли за мной. Я даже ни дня не учился в той школе!

Нурсеан по-стариковски хмыкнул и подвигал нижней челюстью из стороны в сторону.

- Н-да! Я о таком даже никогда не слышал. Ты вообще знаешь, откуда взялось это правило? Нет? Так я расскажу. Несколько лет назад погибла одна школа. Примерно, как твоя. Но несколько старших учеников не стали принимать бой, а сбежали. Их запретили принимать в другие школы и ввели новое правило.

Деметриос горько вздохнул.

- Но это несправедливо! Я хотел стать магом. Чтобы летать... даже цветы выращивать хотел научиться тоже!

Нурсеан развел руками и край его правого рукава обмакнулся в чернильницу и тут же потемнел.

- Ничем не могу помочь, к сожалению. Если хочешь учиться, то тебе придется идти в город и брать частные уроки. Я тебе выдам бумагу, что ты – старший ученик, иначе могут не поверить.... Хотя... постой-ка! Бумагу-то я тебе выдам, но ты ведь ее можешь потерять!

Настоятель хитро прищурился одним глазом и даже подмигнул.

- Как потерять? Я редко что теряю, - недоуменно ответил Деметриос.

- Какой ты непонятливый! Бумагу ты потеряешь, потом пойдешь в другую школу и скажешь, что ты – младший ученик! Кто будет проверять? Даже если проверят рано или поздно, ты уже станешь магом к тому времени. Понял?

Деметриос вздохнул еще горше.

- Понял... но я так не могу. Не могу сказать, что я – младший, когда я уже старший!

- Как знаешь, - Нурсеан махнул рукой и снова попал рукавом в чернильцу. – Тогда копи деньги. Частные уроки дорого стоят, ведь их могут давать лишь маги высших категорий. По тем же правилам.

Деметриос вскоре попрощался с настоятелем и спустился во двор. Он хотел сразу же уйти, чтобы не затягивать расставание с учениками, но Викто и другие его долго не отпускали. Дети даже хотели пойти с ним город! Юноша с трудом убедил их остаться, чтобы они могли научиться хоть чему-нибудь. Викто клятвенно пообещал побыстрее выпуститься из школы, чтобы присоединиться к Деметриосу в его путешествиях.

Некоторые розы огибали крепостную стену, и Деметриос мог видеть алые цветки, когда оглядывался. Дети еще долго махали ему рукой, стоя перед воротами школы. Юноша перестал оборачиваться только, когда и младшие ученики и само здание с крепостной стеной скрылись из виду.

Деметриос шагал бодро, иногда похлопывая Люси по серым бокам. Царапины на шерсти ослика почти зажили. Дул небольшой ветер, разогреваемый жарким солнцем. Недавно прошел небольшой дождь и пыли на дороге почти не было. Деметриос собирался идти еще часа четыре, а потом сделать привал. Однако этим планам не суждено было сбыться.

Примерно через полчаса после начала пути, впереди показалась карета. Она неслась как сумасшедшая, и Деметриос поначалу решил было, что кто-то куда-то сильно торопится. Однако и это оказалось неверным – юноша услышал крики.

Похоже, кучера на карете не было вообще, а четыре черных лошади мчались, закусив удила и разбрасывая пену. Эту белую карету с позолотой Деметриос узнал сразу – в ней ехала та самая фаворитка местного графа, которая вчера встретилась им. Да и в левом окне кто-то размахивал руками и кричал, взывая о помощи.

Любой простой деревенский парень, такой как Деметриос, легко догадался бы, что лошади понесли. В такой ситуации следовало что-то немедленно предпринять, и юноша не стал мешкать. Он выскочил на середину дороги прямо перед каретой и схватил за узду одну из передних лошадей. Та попыталась остановиться, даже взвиться на дыбы, но задние животные напирали, а упряжь кареты оказалась не такой прочной, чтобы выдержать столкновение с Деметриосом. Лошади попадали, а карета завалилась набок. Она даже проскользила несколько ярдов, прежде чем остановиться.

Деметриос бросился к дверце кареты. Она треснула и распахнулась без труда. Там, в глубине кареты копошилась прекрасная женщина. Она барахталась в кружевах, а ее длинные светлые волосы растрепались. Деметриос ее сразу узнал – именно эта женщина вчера помахала рукой Викто.

- Помогите же мне подняться, - прошептала она губами, бледными от переживаний. – Я не могу. Запуталась в платье.

Ее синее кружевное платье выглядело столь же роскошно, как и карета. Деметриос даже не мог представить, сколько это все должно стоить. Он осторожно взял женщину за руку и вытащил наружу.

Ее пальцы тряслись, и она пыталась скрыть эту дрожь, непрерывно трогая длинные широкие рукава платья. Левая рука была покрыта рассыпавшейся пудрой. Деметриос просто стоял и смотрел на женщину.

- Ну что же вы... что вы смотрите, как истукан? – спросила она слабым голосом. – Скажите что-нибудь!

До этого Деметриоса ни разу не просила ни одна красавица, но он попытался не ударить лицом в грязь. Он собрался, откашлялся и произнес:

- Э-э-э... Я всегда хотел узнать, какая она, жизнь оборотня?

Глава третья, в которой объясняется, откуда взялись боевые еноты

Деметриосу и его новой знакомой Виоле пришлось идти в замок графа Преста пешком. Точнее, Виола ехала на ослике, а юноша шел рядом. Лошадей оставили на месте происшествия - женщина наотрез отказалась воспользоваться их услугами.

Они шли через небольшой хвойный лесок. Некоторые колючие ветки нависали над дорогой и Деметриосу даже приходилось их отодвигать.

- Нет, подумать только, меня еще никто не называл оборотнем, - Виола возмущалась уже битый час. – Конечно, завистники... завистницы обзывали меня по-разному, но оборотнем – никогда!

Деметриос и сам был не рад, что начал этот разговор. Он шел впереди ослика и мучительно кривился в такт каждому упреку.

- В детстве я была немного полной и меня называли коровой, - продолжала причитать безжалостная Виола. – Но изредка! Те, кто меня не любил. А если теперь и называют зайкой, то только те, кто любит! Я не превращаюсь по ночам в зайку. Наоборот, меня сравнивают с тигрицей.... Мальчик! Сделай вид, что этого не слышал. Я в тигрицу тоже не превращаюсь.

Ветра почти не было, и высокий женский голос доносился до ушей Деметриоса без всяких искажений. Это продолжалось вплоть до того момента, как арбалетный болт вылетел из леса и впился в грудь юноши.

Деметриос остановился, наклонил голову и посмотрел на стальной стержень, торчащий около левой подмышки.

- Что случилось? Я слышала какой-то звук, - Виола придержала подол синего платья и спрыгнула с ослика.

- В меня стреляли, - Деметриос схватил правой рукой стрелу и вытащил ее. – Вот! Кажется, из арбалета.

Юноша с интересом разглядывал, как болт блестит в лучах заходящего солнца.

- Ты ранен? Тебе больно?! – девушка хотела было подойти поближе, но скрежущий злорадный голос остановил ее.

- Ему не больно! Яд не дает почувствовать боль! – голос доносился со стороны леса, из-за большой разлапистой сосны.

Деметриос прищурил глаза и увидел трех гоблинов, выходящих из-за толстого ствола.

- Ох! – Виола отпрыгнула от испуга и оказалась за осликом. – Кто это?!

- Это гоблины, - спокойно ответил Деметриос. – Наверное, они в меня стреляли. Вот же неугомонные. И чего им дома не сидится?

Самый мелкий и шустрый гоблин выбежал вперед. Его редкие черные волосы слиплись от пота. Только он из троицы был без шлема.

- Это он! – голос гоблина был визглив и противен. – Точно он! Жуткий Деметриос! Мы настигли его!

Зеленоватый палец гоблина указывал на добычу.

- Так ты не был уверен? Чего тогда сказал, чтобы мы стреляли? – другой гоблин говорил важно, с расстановкой.

Этот казался значительной птицей. Его кожаный шлем украшало короткое черное перо, впрочем, такое же, как и на голове его товарища. Однако у него был черный лоснящийся плащ, придававший ему сходство со странствующим воином. У обоих на левых руках красовалась татуировка в виде оскаленной собачьей морды.

- Был почти уверен! Почти! – заверещал шустрый. – И я оказался прав!

- Что вам надо? – Виола спросила из-за ослика дрожащим голосом.

- Он! – шустрый снова начал тыкать черным ногтем в Деметриоса. – Нам нужен он! Он должен умереть!

Юноша посмотрел на него, как на дурачка.

- Но я не собираюсь умирать.

- Не собираешься, а придется, - важно произнес гоблин в плаще. – Яд уже проник в тебя и начинает действовать. Это не какой-то магический яд, а самый настоящий. Из золотистой водяной кобры. Нет такого человека, такого немагического существа, который бы выжил после этого яда. Даже гиганский ящер... хотя ему потребуется начинка двух-трех таких стрел.

Деметриос взглянул на болт с уважением.

- Интересный яд. Как же он проник в меня? Через кожу, что ли?

Главарь в плаще сморщил зеленый нос.

- Через кровь! Яд плывет по твоим венам. Скоро он охватит все тело, и тебе придет конец. Чувствуешь, как немеют руки?

- Нет, - Деметриос сжал в кулак левую кисть. – Ничего не чувствую.

- Сейчас почувствуешь! – зловеще пообещал главарь. – Ты умрешь, а девицу мы заберем. Продадим ее в наложницы. Такие красотки дорого стоят.

Виола охнула и отшатнулась.

- Какие еще наложницы? Что за глупости? - Деметриос взвесил на руке арбалетный болт. – И как этот ваш яд может плыть по венам, если стрела даже кожу не пробила?

- Как не пробила?! – опешил главарь.

Он и его напарник в шлеме сделали шаг вперед, обнажая короткие мечи, а шустрый гоблин – два шага назад.

- Великий господин Грогу, - пропищал шустрый, нервно теребя коричневую пуговицу на темно-серой куртке, - осмелюсь предложить отступление. Я ведь знаю его. Если внезапно убить не получилось....

- Молчать! – рявкнул главарь, очерчивая магическим мечом сверкающий белый круг. – Неужели мы, псы-гоблины, убийцы магов, не справимся с каким-то деревенщиной? Мой меч купался в крови людей сотни раз. Он взламывает магическую защиту, словно яичную кожуру!

- Скорлупу, - робко поправил шустрый.

- Кожуру! Я сказал, что кожуру, значит, так оно и есть! Отойди, ничтожный трус, и смотри, как работают псы-гоблины!

Шустрого не надо было просить дважды – он отошел почти к самому лесу, к ближайшей большой сосне. Помялся там, с тревогой взирая на медленные перемещения воинов, и решился возразить.

- Генерал Туко меня не простит, если я и на этот раз никого не предупрежу, - писклявый голос шустрого слегка окреп. - Я ведь предлагал не ограничиваться ядовитой стрелой, а прибегнуть ко всем методам, пока Жуткий Деметриос ничего не подозревает. А сейчас уже поздно. Нам надо бежать, вот что скажу.

Деметриос ничего не говорил, а лишь с интересом наблюдал за происходящим.

- Молчать, трус! – снова рявкнул Грогу. – Я не вижу тут никого, от кого нужно драпать! Смотри!

Главарь псов-гоблинов бросился на Деметриоса справа, его помощник бросился на Деметриоса слева, а шустрый бросился в лес. Он бежал, что было мочи, и оглянулся только один раз, в тот момент, когда тело великого господина Грогу взмыло над верхушкой сосны от какого-то невероятного удара. Шустрый гоблин даже успел заметить выражение бескрайнего удивления на лице великого господина Грогу. Впрочем, Дуадук Скрытный не пытался остановиться или как-то помочь. Наоборот, он нарастил скорость.

Дуадук бежал, уворачиваясь от веток, и думал о том, что скажет генералу на этот раз, как объяснит свое спасение и исчезновение псов-гоблинов. Еще он думал, почему ему так не везет, чем он провинился перед богами, чтобы ему все время приходится бегать или прятаться. Дуадук уже давно мечтал дезертировать и теперь размышлял, не пришло ли время. Его, конечно, будут искать, но быстро бросят это дело, ведь подумают, что он погиб вместе с псами-гоблинами.

Но если кому-то не везет, то не везет до конца. Дуадук едва успел выбежать из леса, как магический аркан спеленал его быстрые ноги, и гоблин повалился на землю, пропахав носом неслабую борозду.

- Это что у нас такое? – раздался чей-то излишне спокойный голос.

Дуадук с трудом развернул голову и увидел человека в черном сюртуке. Его внимательные глаза, казалось, не оставляли ни единого шанса для уверток, а правая рука крепко сжимала синий прозрачный аркан.

- Это я, Дуадук, - пропищал гоблин. – Можно меня отпустить? Я безвредный.

- Ты слишком быстро бегаешь, чтобы тебя отпускать, - человек почесал подбородок левой рукой. Его лицо казалось удлиненным и напоминала морду лошади. – А что безвредный – верю. Только безвредный может так быстро бегать, вредному такая скорость ни к чему. Выкладывай!

- Ч-что выкладывать? – аркан болезненно сдавливал ноги.

- Все, что знаешь. Если скажешь что-то полезное, то я тебя отпущу. Если ничего не скажешь, то останешься здесь навсегда. Начинай.

Дуадук еще раз внимательно посмотрел на длинное спокойное лицо и понял, что человек не шутит. Будет так, как тот сказал, и только от него, от Дуадука, зависит, останется он в живых или нет. Поразмыслив несколько секунд, гоблин заговорил.

Человек же достал черную записную книжку с изображением черепа и приготовился записывать. Если бы Дуадук заглянул ему через плечо, то увидел бы самую последнюю запись. Она гласила: «Нубиус снова сбежал, но чаша в сохранности. Что он сделает на этот раз? Он не может не выдать себя. Нужно просто подождать».

Тем временем Дуадук подробно рассказывал все, что знал о последних событиях. О небольшой армии, притаившейся неподалеку, о планах генерала атаковать замок Преста, о своих печальных приключениях и, конечно, о Деметриосе.

Когда гоблин в первый раз произнес имя «Деметриос», человек в сюртуке полистал свою записную книжку и наткнулся на старую запись: «Тогда это - великий маг, притворяющийся юношей. Путешествует под именем Деметриос».

И, буквально через несколько минут разговора, эта запись обогатилась дополнением: «Судя по боевым качествам, Деметриос – действительно великий маг. Но что он хочет? Почему путешествует инкогнито? Надо бы узнать».

У сыщика Мегга были основания больше переживать по поводу великих магов, чем из-за атаки гоблинов на какой-то замок. Лет двадцать назад могучий Протеус повел себя странно. Сначала на это никто не обратил внимание, ведь долгоживущие великие маги на каком-то этапе, обычно лет через сто-двести от своего рождения, начинали чудить. У большинства чудачества были безобидны. Их объясняли тем, что великим магам невесело живется, что они ошалели от могущества и пытаются искать развлечения в неожиданных местах. Но в случае Протеуса дела приобрели скверный характер. Он решил, что является царем енотов и находится в состоянии войны с людьми. Столица королевства понесла серьезные разрушения, прежде чем его удалось нейтрализовать с помощью трех других великих магов, специально приглашенных для этой миссии. Но даже до сего дня рукотворные боевые еноты не были отловлены полностью. С тех пор первой обязанностью всех королевских сыщиков стало наблюдение за великими магами, чтобы сразу заметить приближение опасных странностей в поведении. И Деметриос теперь попал под подозрение.

В то самое время выдающийся вор современности по имени Нубиус брел рядом с тем же леском, но с другой стороны. Он тоже думал о том, что ему не очень-то везет в последние месяцы. Три крупных провала – и все благодаря этому проклятому Меггу. Нубиус даже считал, что пришла пора залечь на дно. В том смысле, чтобы откопать сундук, заготовленный на черный день, и притвориться обычным бездельником. Но эта мысль не нравилась энергичной натуре вора.

Лес сделал крутой поворот, и Нубиус вдруг заметил вдалеке фигуры юноши, женщины и ослика. В отличие от мантикоры, у вора было хорошее зрение, и он без труда опознал в юноше того самого Деметриоса, который был способен прикончить голыми руками разнообразных тварей.

Нубиус на секунду задумался, что ему делать: догнать удаляющихся путников или нет. Но потом решил, что не стоит торопиться. Он последовал за Деметриосом на некотором расстоянии и вскоре обнаружил прелюбытную вещь. А именно – два трупа гоблинов, которых еще не успели разграбить мародеры.

Столь опытный вор как Нубиус тут же узнал татуировки. Перед ним бесславно валялись псы-гоблины – элита зеленоватых неуживчивых существ. А это означало лишь одно: мечи и другая экипировка у этих воинов будут магическими и крайне дорогими, если это все собрать и толкнуть на рынке крупного города.

Нубиус с уважением и даже благодарностью посмотрел вслед удаляющему Деметриосу. Чутье вора не подвело: этот юноша уже сильно пригодился. Нубиус деловито потер свою лысину и сложил один из коротких мечей в ножны, а ножны – в мешок. Второй гоблин валялся крайне неудачно – по сути, он висел на дереве вверх тормашками. Нубиусу пришлось лезть за ним, но ловкий вор справился с этим без труда. Помимо мечей он обнаружил два тугих кошеля, два арбалета, пучок ядовитых стрел, метательные ножи, кожаные магические доспехи и какую-то мелочовку в виде амулетов непонятного предназначения и пузырьков с неизвестной жидкостью. Все вместе это тянуло на крупную сумму.

В голове хитроумного вора тут же сложился блестящий план. Нубиус уже не собирался на покой, нет. Но и к своему прежнему ремеслу он тоже не намеревался возвращаться. Вор смекнул, что если этот Деметриос просто бродит по округе и убивает всех подряд, то почему бы ему, Нубиусу, не ходить следом и не подбирать останки всяких тварей или экипировку павших врагов? За тот же оторванный хвост мантикоры маги-знахари заплатили бы золотом.

Когда Нубиус закончил собирать добычу, Деметриос уже скрылся за дальним холмом. Следовало торопиться! Нубиус закинул на плечи огромный коричневый кожаный мешок и бросился в погоню за своей путеводной звездой. Вор намеревался стать тайным, но твердым последователем Деметриоса.

Глава четвертая, в которой появляется несварившееся яйцо

- Где этот хлыщ?! – кричал генерал Туко, обращаясь к своему заместителю. – Где Дуадук? Где псы-гоблины?!

Его собеседник, умудренный сединами Кренуко, тоскливо смотрел в открытую дверь палатки. Он не знал ответы на эти вопросы, но зато видел красную птичку, которая порхала с ветки на ветку.

- Куда делся этот мерзавец?! Я прикажу медленно откручивать ему голову! – продолжал орать Туко. – Он, что, повел псов на верную смерть? Но если так, где он?! Он всегда выживает!

- Что будем делать? Провиант на исходе, - мудрый Кренуко предпочел сменить тему. – Если начнем рыскать по округе, нас обнаружат.

Туко встал с раскладного черного стула и сделал пять шагов, пока не уперся в серую матерчатую стену.

- Больше ждать мы не можем, - сказал он. – Неподалеку от замка Преста еще две магические школы. Они могут прийти на помощь замку. Но нападать на них опасно. Я так и не понял, что случилось в школе Первого Солнца. Не знаю, что делать.

Кренуко медленно снял перчатки, сделанные из кожи крокодила.

- У меня есть план, генерал. Мы можем взять замок и раздобыть артефакт, но потеряем большую часть войск.

- Говори! – желтые глаза Туко впились в собеседника.

Генерала не заботили потери. Цель – главное.

Кренуко кашлянул.

- Мы разделим армию на три отряда. Первый, самый большой, нападет на крупное село, которое находится в двадцати милях от замка. Граф бросится туда со своими войсками. Завяжется долгий бой. Туда побегут все: и магические школы и таинственные странствующие воины. Тем временем, второй отряд, самый быстрый, подойдет к замку и разрушит стены с помощью каменного тролля. За ним последует третий отряд, в котором будем мы, и завершит начатое. Потом мы отойдем. Что останется от первого отряда...

- Неважно, что останется от первого отряда! – Туко хлопнул старика по спине. – Гениально! Гениальный план! Я давно заметил, что по утрам ко мне в голову приходят только гениальные планы!

Деметриос еще никогда не был внутри замков. Когда Виола провела его под большими воротами, он поразился тому, что все, даже дороги и площадь, были сделаны из камня. Башенки, торчащие то тут то там, огибались причудливой каменной лентой, которая будто подчеркивала их красоту.

- Пойдем! Не стой! – Виола требовательно потащила Деметриоса внутрь большого круглого донжона. – Отдай осла Стесу, это наш конюх. Не переживай ни о чем. Ты в надежных руках!

Они прошли по длинному серому ковру и Виола показывала то на одну, то на другую дверь:

- Здесь живет сын графа, здесь – его дочь, здесь я, но пока не буду заходить, а здесь – Ернык. Он нам как раз нужен.

Виола без обиняков толкнула дверь и, обнаружив, что она заперта, громко постучала кулаком.

- Ернык! Открывай!

За дверь раздались шаги, она отворилась и на пороге возник хмурый пожилой мужчина, сжимающий в руке массивный кусок льда. Он был одет в синий халат мага.

- Чего тебе?

Голос Ерныка звучал глухо и хрипло.

- Я привела к тебе ученика! – Виола деловито показала на Деметриоса.

- Чего?! – пальцы мужчины разжались и ледяная глыба разлетелась мелкими осколками.

- Ученика, говорю, привела. Ты что, оглох? – Виола ответила неприветливо. – Его зовут Деметриос. Он был старшим учеником в школе Первого Солнца. В той, которую разгромили. Теперь его никуда не берут. А он хочет учиться!

Мужчина стал еще более хмурым, его черные косматые брови сошлись к переносице, а бледное лицо стало еще бледнее.

- Мало ли что он хочет.

Ернык попытался закрыть дверь, но Виола помахала указательным пальцем.

- Куда? Или ты забыл, что я ничего не сказала графу, когда ты стащил ту шкатулку? Красную такую, в ней было яйцо какой-то птицы. Граф мне поведал по секрету, что оно магическое, принадлежало фениксу, и стоит кучу денег. А ты мне сказал, что просто хочешь его сварить, потому что проголодался. За дуру меня принимал. Но я промолчала!

Ернык посмотрел на нее с тяжелым подозрением во взгляде.

- Почему промолчала?

- Чтобы ты был у меня вот где! – Виола показала ему красивый маленький кулачок.

Мужчина на секунду задумался, а потом злорадно улыбнулся.

- А я его съел. Не знал, что оно магическое. Проголодался и съел.

- Врешь! – уверенно сказала Виола.

Ернык улыбнулся еще злораднее бледными губами.

- Лежала красная шкатулка. Я ее открыл. Смотрю – яйцо. Я всегда яйца храню в красных шкатулках. Был голодный. Взял и сварил. Потом узнал, что оно ценное. Шкатулку спрятал, чтобы подумали, что ее украли. Можешь рассказать графу. Пусть он меня выгонит из-за моей рассеянности. И катись со своим учеником. Еще никто не держал меня, Ерныка, в своих руках!

- Ну ты подонок! – восхитилась Виола. – Ну, жук! А кто писал любовные письма дочке графа и выдавал себя за молодого воздыхателя? Кто предлагал ей встретиться ночью в саду в масках?

Ернык отшатнулся.

- Ты... знаешь?

- Или тоже скажешь графу, что хотел сварить его дочь и съесть? Или что ты там собирался с ней сделать, а?

- Чего тебе нужно от меня, вертихвостка? – с гневом вопросил мужчина. – Я не имею права никого учить. У меня пятая категория. А уроки дают маги второй и выше. Меня гильдия накажет!

Виола подтолкнула Деметриоса вперед.

- Вот тебе ученик и учи его хорошо! А не то граф узнает обо всем. Не только о том, что я тебе сказала, а обо всех твоих делишках. Заходи, Деметриос. Если он будет плохо себя вести, то скажи об этом мне.

Виола помахала юноше рукой и упорхнула.

Ернык неприязненно посмотрел женщине вслед и еще более неприязненно на Деметриоса.

- Ты вообще кто такой?

- Я – Деметриос! – вежливо ответил юноша.

- Это я уже слышал. А что умеешь-то?

- Ничего, наверное, - Деметриос пожал плечами. – Знаю одно заклинание. Огненную стрелку. Но делаю ее неправильно.

- Вот что, у меня на тебя нет времени, - грубо сказал Ернык. – Я занят! Но эта девица от меня не отстанет, пронырливая бабенка. Давай так. Я тебя по-быстрому чему-нибудь научу и вали отсюда.

Деметриос кивнул. Он очень хотел хоть чему-нибудь научиться!

- Я, маг-ледовик, должен терять время на каких-то сопляков, - Ернык втащил юношу внутрь и захлопнул дверь. – И это с моей-то квалификацией! Я мог бы уже давно получить четвертую категорию, если бы не тратил свои силы на всякую чушь. Вот как может старший ученик магической школы ничего не знать? Нет, не отвечай! Я не хочу выслушивать бред.

Апартаменты мага казались огромными. Большой зал был застелен красным пушистым ковром, на стене висела шкура белого медведя. В дальнем углу стоял шкаф, заполненный желтыми фолиантами.

- Ты вообще быстро учишься? – Ернык повернул сердитое лицо в сторону Деметриоса. – Ах да! Ты же знаешь только одно заклинание. Значит, медленно. Но это твои проблемы. Я быстро покажу тебе одну вещь и все. Понял ты, не понял... мне без разницы! Идем!

Маг прошел в дверь, расположенную слева, Деметриос последовал за ним и очутился в странном помещении, похоже, комнате для тренировок. Стены были обиты блестящими стальными листами, а у решетчатого окна стоял железный стол. Размеры комнаты не внушали уважения, по сравнению с залом. Деметриос предположил, что в длину будет ярдов шесть, не больше, а в ширину около пяти.

- Становись тут! – распорядился маг, показывая на место около порога. – Покажи мне свою огненную стрелку. Хочу посмотреть, сколько эфира ты расходуешь. Может, ты вообще ни на что не способен. Тогда мне и стараться не стоит. Скажу этой дуре, что пытался, но не получилось.

Деметриос с опаской посмотрел по сторонам. Хоть стены и были обиты сталью, он что-то сомневался в разумности этой идеи.

- Может, лучше не здесь, а на улице? – предложил юноша. – А то....

- Делай, что тебе говорят! – рявкнул маг и даже вмахнул синими рукавами от злости. – Ты слышал, что я сказал?! У меня нет вре-ме-ни!

- Но и защиты у вас нет, - Деметриос не сдавался. – Нужна защита, если так!

- Какая, к демонам, защита?! От чего?! От твоего заклинания, что ли?! Ты не смеши меня!

Но Ернык не смеялся. Его бледное прежде лицо побагровело, а ноздри раздулись.

- К твоему сведению, такие опытные маги, как я, всегда выставляют защиту в случае опасности. У ледовиков против огня особенно хорошая защита. У нас это выходит само собой. Мы даже думать об этом не должны. Тебе до такого мастерства никогда не дожить. Ты просто не понимаешь этого и не поймешь. Делай!

- Но...

- Делай, что тебе говорят! – заорал Ернык, выпучивая глаза.

- Ладно, - со вздохом согласился Деметриос и вытянул руку вперед.

Хоть он и пытался создать заклинание как можно более слабым, но пламя все-таки получилось на славу. Оно снова взревело как дикий зверь и бросилось на стены и полоток веселой плотной волною. В последнее мгновение Ерных все-таки успел почуять приближение катастрофы и поставил щиты. Но они ему не очень-то помогли. Потому что через несколько секунд, когда пламя рассеялось, Деметриос увидел оплавившиеся стены, стол, хлопья сажи и мага, валяющегося в дальнем углу.

Юноша вытащил наставника в зал, подальше от раскаленной комнаты, и заодно быстрыми ударами погасил свой тлеющий кафтан.

Маг выглядел не очень. Его волосы почти сгорели, лицо из красного стало красно-синим, а халат превратился в лохмотья со вставками золы.

Деметриос подумал было, что его учитель умер, но веки мага вскоре дрогнули и попытались раскрыться.

- Что... это... было... - прошептали сухие губы.

- Ну как же.... Огненная стрелка, которую я не умею делать, - ответил Деметриос. – Вам, что, совсем плохо? Может, позвать кого? Дать чего? Воды?

- Воды..., - едва слышно согласился маг.

- Сейчас!

Деметриос бросился искать воду. В зале ее не было, даже под фолиантами. Он увидел дверь слева и побежал туда. Там распологались какие-то деревянные столы, на которых стояли колбы и даже сковородки. Еще в углу чернел большой шкаф. Воды не было.

Юноша вернулся к магу.

- Нет воды! Не могу найти. Где она?

Тот выглядел совсем скверно, но попытался пошевелить обожженными бровями.

- Воды, - прошептал маг. – Хоть лоб смочить....

Деметриос вернулся в комнату со сковородками и распахнул черный шкаф. Там стояли пустые вазы, лежали кипы бумаг, а за ними, за этими кипами, в глубине пряталась красная шкатулка. Юноша раскрыл ее и увидел яйцо.

Это яйцо выглядело как гусиное, только с каким-то золотистым отливом. Деметриос вспомнил, как тетушка Полли готовила мазь из белков яиц. Старушка говорила, что эта мазь помогает от ожогов.

Юноша подбежал к учителю, посмотрел на его багрово-синее лицо, щелчком разбил яйцо, вылил содержимое на лоб Ерныка, а потом заботливо убрал желток и отбросил его в сторону.

Маг приоткрыл глаза.

- Что... что на мне? Липко...

- Яйцо, - живо пояснил Деметриос. – Я взял яйцо и смочил им лоб. Вам лучше?

Веки снова моргнули.

- Но... здесь... нет... яиц.

- Как же нет? – удивился Деметриос. – А то, которое в красной шкатулке? Вы сами недавно сказали, что храните яйца в красных шкатулках!

Маг широко открыл глаза и тут же закрыл их. Он потерял сознание.

Утром следующего дня Деметриос покинул замок. Он торопился в город, как ему советовал настоятель. Надежды на помощь Ерныка не оправдались. Графский лекарь сказал, что маг-ледовик может быть без сознания еще долгое время. Он сильно пострадал. Однако даже лекаря удивлял тот факт, что при упоминании имени Деметриоса находящийся без сознания Ернык начинал глухо стонать.

Рассветные лучи только пробивались через крону деревьев, дул легкий ветерок, и ослик шел бодро, весело. Деметриос не знал, что как только он ушел из замка, туда прилетел гонец с известием о том, что гоблины напали на Черную Дубраву, крупное село, расположенное в двадцати милях на запад. И графу пришлось сразу же выступить на подмогу.

Деметриос двигался на восток. За ним, на некотором расстоянии, крался знаменитый вор Нубиус. Тому удалось продать добычу прямо в замке. Конечно, выручка оказалась не такой хорошей, как на рынке крупного города, но вор рассчитывал на новые трофеи.

Однако в это же самое время к замку с востока бежал небольшой отряд гоблинов. Туко и Кренуко называли этот отряд вторым. Он состоял из каменного тролля и семерых быстрых шаманов.

Деметриос заметил эту странную компанию первым. Да и немудрено - тролль достигал пяти ярдов в высоту, и его рубиновые глаза сверкали яркими магическими искрами.

Юноша удивился такому зрелищу и даже слегка прибавил шаг. Ему еще не приходилось видеть троллей. Второй гоблинский отряд же несся на всех парах и встреча была неминуемой.

Нубиус тоже вскоре увидел и тролля и шаманов. Это все очень не понравилось вору. Он заколебался и даже остановился. Еще в детстве ему приходилось слышать рассказы о могучих каменных троллях, которых практически невозможно убить. Холодное оружие, огонь и даже лед были бессильны против них. Нубиус сильно сомневался, что Деметриос справится. А если прибавить сюда семерых шаманов, которые способны разить заклинаниями, пока тролль ведет бой... нет, вор заколебался в высшей степени. Ему совсем не хотелось оказаться на пути этого отряда. Эдак можно и лишиться жизни, да так быстро, что и не заметишь.

Нубиус захотел бежать. Он даже попятился. Его коленки затряслись от страха, а на теле выступил липкий пот. Но, как часто бывало в подобных случаях, вор вспомнил одно заклинание. Это заклинание помогало побеждать страх, можно сказать, уничтожало его на корню. Даже когда Нубиус испытывал животный ужас, вот как теперь, магические слова неизменно возвращали храбрость и решительность.

Несмотря на то, что страх сковывал челюсти, Нубиус прошептал первые два слова заклинания: «Ты можешь...». Однако вид бегущего тролля, от которого тряслась земля, вызвал новый приступ отчаяния. Коленки затряслись так, что стало трудно стоять. Лишь неимоверным усилием воли Нубиус продолжил произносить магические слова, коих было всего три: «Ты можешь разбогатеть!». Вор повторил их снова и снова. После третьего раза магия подействовала – страх прошел, уступив место жадности.

И действительно, экипировка шаманов плюс рубиновые глаза тролля тянули на очень крупную сумму. Ради такого стоило рискнуть! Нубиус рассудил так: допустим, Деметриос не справится со всеми, но одного-двух убьет. Тогда он, вор, отбежит в сторону, когда увидит, что его добытчик проигрывает, а потом вернется сюда за снаряжением павших.

Тем временем любознательный Деметриос уже оказался совсем рядом от тролля. Их разделяло всего ничего. И неизвестно, что было тому виной, то ли тролль заинтересовался одиноким человеком, стоящим на дороге, то ли по какой другой причине, но он остановился тоже.

Деметриос внимательно посмотрел на ярко-красные глаза, пышущие холодным гневом, на разгоряченных шаманов в шапках с перьями и похлопал ослика по боку:

- Иди, Люси, погуляй.

Ослик не заставил себя просить дважды и потрусил прочь.

Шаманы переглянулись и один, одетый в красную куртку с пришитыми к ней лисьими хвостами, вышел вперед.

- Как ты остановил тролля, человек?

- Не знаю, - честно сказал Деметриос, переводя взгляд то на серую каменную глыбу, нависшую над ним, то на зеленоватого собеседника. – Он сам остановился. А что вы тут делаете? Куда идете? Там, впереди, деревни, люди... ваш каменный зверь может их растоптать.

Ответом был магический бубен, который метнул один из шаманов, одетый в немыслимый разноцветный балахон с перьями. И Деметриос поступил так, как поступал всегда: бубен поймал и отправил обратно.

И началось! Тролль взревел, поднял огромные кулаки и попытался раздавить Деметриоса ударами. Шаманы вмиг рассыпались по полю, чтобы каждый пустил в ход свое, коронное, заклинание. Тут же поднялся ветер, полетели огненные искры, поперли из-под земли какие-то растения, набежал ядовитый туман....

Нубиус следил за битвой, замерев в особом положении – прижав руку к сердцу, словно удерживая его в груди. Он вздрагивал при каждом громком вопле шаманов, при реве тролля, при треске разрываемой земли. Но когда три шамана пали, сраженные их же собственными бубнами, вор устало сел на землю и горько заплакал, размазывая слезы по морщинистым щекам. А когда Деметриос запрыгнул на голову тролля, стал вырывать из нее камни и разбрасывать их вокруг дороги, вор принялся бить себя по макушке кулаками, рвать остатки волос и рыдать в полный голос. Он плакал о том, что взял с собой только один мешок для трофеев.

Глава пятая, в которой возникает сердитый мистик

Когда Деметриос входил в небольшой город под названием Аракез, Нубиус следовал за ним на почтительном расстоянии, смешавшись с толпой купцов. Вор тащил огромный коричневый мешок и тоже казался начинающим торговцем, который еще не раздобыл денег на вьючное животное.

Нубиус уже который час находился в приподнятом настроении, несмотря на то, что ноша была тяжела и громоздка. Нутро вора пело и наверное даже плясало. Семь шаманских бубнов, четыре посоха, три ремня и кинжала, шесть магических курток, пять шапок и одни чрезвычайно магические штаны – таков был улов, не говоря уже о внушительных рубиновых глазах тролля. Мешок трещал по швам приятным треском, радующим душу.

Вероятно по причине приподнятого настроения Нубиус утратил свою обычную осторожность. Когда он входил в распахнутые ворота, то, вопреки обыкновению, не пытался спрятаться за чью-то спину или скрыть лицо под плащом. Напротив, вор шагал уверенной походкой честного человека, который не сделал ничего плохого.

Нубиус отдал красную медную монету стражнику у ворот, вышел на главную улицу, покрытую булыжниками и тут только услышал слова: «Вот он! Хватай его!». Эти слова для вора все равно, что красная тряпка для быка. Они моментально взбадривают. Благодушное настроение Нубиуса как рукой сняло. Он бросился бежать, оглядываясь на ходу, но знакомый магический аркан плотно спеленал его ноги. Нубиус упал, продолжая сжимать мешок изо всех сил.

- И снова ты попался, - раздался спокойный голос. – Я так и знал, что ты придешь сюда, в Аракез. Но на этот раз я тебя не упущу. Что ты несешь с собой? Где это украл?

Нубиус изловчился, выглянул из-под мешка и узнал сыщика Мегга. Вор, который только что думал о себе как об очень богатом человеке, вдруг почувствовал себя ограбленным.

- Нигде не украл! – как можно более твердо простонал Нубиус из-за боли в спине. – Это мое!

- Украл, - уверенно произнес Мегг, ощупывая мешок мягким черным сапогом. – Но ничего. Пожалуй, пришла пора прекратить твою деятельность. А то ты прыткий слишком. Мне надоело за тобой бегать.

- Мое! – захрипел Нубиус. – Я сам снял эти вещи с тел убитых шаманов!

- Да? – Мегг приподнял мешок и вор вздохнул чуть свободней. – Наверное все же стащил у кого-то трофеи. Впрочем, неважно. Ты не понял, что я сказал. Поднимите его!

Один дюжий воин в синей накидке с белым львом – гербом города Аракеза – взял мешок, а два других подхватили Нубиуса подмышки.

- Закончились твои приключения, - Мегг улыбнулся, и у вора мурашки пошли по спине.

- Меня, что, в тюрьму? – неуверенно спросил Нубиус, вглядываясь в продолговатые скулы и холодные глаза сыщика.

- В тюрьму? Нет. Ты еще оттуда сбежишь, - усмехнулся Мегг, ощупывая драгоценный мешок. – На эшафот. Прямиком на эшафот. Я, как главный королевский сыщик, имею право казнить и миловать. Тебя вот решил казнить. Давно пора было.

В глазах вора сразу потемнело. Он никак не ожидал такого поворота.

- На эшафот? Сейчас? За что?!

- Тебе перечислить? – голос сыщика казался ледяным. – Я не хочу. Слишком много всего накопилось. Несите его на площадь.

Дюжие стражники тут же поволокли бедного Нубиуса прочь. Его ноги пересчитывали каждый булыжник.

- Как на площадь?! – превозмогая панику, завопил вор. – Там же ничего не готово! Эшафот сколачивается два дня!

- Готово! – крикнул ему вдогонку сыщик злорадным голосом. – Тут собирались повесить одного, а он умер в камере. Тебе повезло. Все готово.

Нубиус чуть не потерял сознание из-за этих слов. Его мысли смешались. Он словно погрузился в бездонную пучину, откуда нет выхода. Вор так сильно распереживался, что даже не помнил, как его доставили к месту казни. А ведь ведь обычно он запечатлевал в своей памяти каждого прохожего, каждое здание и вообще каждую деталь.

Очнулся Нубиус уже на деревянном полу эшафота. Над головой незадачливого вора болталась петля, а рядом стоял невысокий прочный табурет. Вокруг эшафота собиралась толпа в предвкушении увлекательного зрелища. Неподалеку находился господин Мегг и переговаривался о чем-то с человеком с толстой серебряной цепью на шее. Такую цепь обычно надевали распорядители экзекуций.

Из-за спины вора показался палач в красном колпаке с прорезями для глаз и ободряюще похлопал Нубиуса по плечу. Дескать, не дрейфь, мы – люди опытные и отправим тебя на тот свет без задержки.

Появились многочисленные стражники в синих плащах и оцепили эшафот.

- Начнем, когда появится мэр, - до ушей Нубиуса донеслись слова распорядителя экзекуций.

Вор видел, как наполняется площадь. Прибыло несколько карет с дамами. Даже на балконах зданий показались зеваки. Несколько магов в халатах заняли почетные места около эшафота.

Палач одним рывком поднял Нубиуса и поставил рядом с табуретом.

Вор посмотрел на толстую веревочную петлю и необъятная тоска охватила его сердце. Он подумал, что вот он, конец пути. А ведь путь был такой веселый, полный неожиданностей, часто приятных. Нубиус даже припомнил свое детство. Он давно уже не вспоминал ранние годы, ведь вырос в бедности. В его детстве не было ничего хорошего, за исключением Мариши, девочки, жившей по соседству. Нубиус пытался найти ее долгие годы, но не преуспел.

Вскоре появился мэр – пожилой мужчина в зеленом бархатном костюме. Он пришел пешком прямо из магистрата, расположенного за углом.

Господин Мэгг приблизился к Нубиусу и произнес своим обычным спокойным голосом:

- Прощай. Ты доставил мне массу неприятных часов.

После этого сыщик развернулся и удалился. Вор увидел, как исчезает в толпе спина в черном сюртуке.

Распорядитель с одышкой поднялся на эшафот и развернул свернутый в трубочку приговор.

- Сегодня волею короля к смертной казни приговаривается известный вор Нубиус! Он виновен в в многочисленных кражах! Его вина усугляется побегами!

Нубиус надеялся, что приговор будет длинным, но господин Мегг, очевидно, торопился и написал всего три фразы.

Вор закрыл глаза и попытался припомнить что-нибудь приятное, чтобы хоть на секунду забыть о происходящем. Перед внутренним взором снова мелькнули светлые косички Мариши.

- Прошу! – палач отвлек Нубиуса от воспоминаний.

Вор открыл глаза и увидел, что ему предлагают встать на табурет.

Сопротивляться не было смысла. Нубиус шагнул на табурет и мысленно попрощался со своей бурной жизнью.

- Последнее слово? – деловито осведомился распорядитель и потряс звенья цепи левой рукой.

Раздалось тихое позвякивание.

Нубиус был не в том настроении, чтобы произносить речи. Он словно уже умер и не чувствовал не только рук и ног, но и языка.

Не дождавшись ответа, палач потянулся за петлей, чтобы набросить ее на шею осужденного. И тут, в этот самый момент, Нубиус заметил в дальнем конце площади знакомую фигуру с осликом.

Через секунду в голове вора все перевернулось. Если до этого он казался пассивным обреченным человеком, то сейчас в его глазах зажегся прежний огонь, а в груди забурлила энергия.

- У меня есть последнее слово! – воскликнул Нубиус, приподнимаясь на цыпочки. И, не дожидаясь разрешения, продолжил. – Деметриос!!! Спаси меня, добрый Деметриос!!!

Вопль был такой силы, что разнесся не только по площади, но и проник в самые дальние переулки.

- Что такое? – удивился распорядитель. – Какой еще Деметриос? Тебе уже никто не поможет.

- Деметриос! Мой благодетель! – не унимался Нубиус. – Помоги мне! Умоляю!

Распорядитель посмотрел на толпу и увидел, как к эшафоту пробираются два человека. Один из них - господин Мегг. Похоже, имя «Деметриос» было знакомо сыщику, потому что обычно спокойные глаза сейчас наполнялись сомнением и даже тревогой.

Вторым человеком был юноша с осликом. Этот двигался к эшафоту с поразительной скоростью, рассекая толпу, будто меч масло.

Распорядителю показалось, что оба прибыли на крики осужденного одновременно, но юноша заговорил первым.

- Что здесь происходит? – его голос звучал как голос обыкновенного отрока. – Почему этого человека хотят казнить?

Распорядитель хотел было проигнорировать наглого юношу, а стражник даже занес секиру, чтобы ударить вновь прибывшего тупым концом, но тут вмешался господин Мегг.

Если распорядитель думал о юноше, как о назойливом зеваке, которого стоило бы научить субординации, то сыщик смотрел на происходящее совсем иными глазами. Он узнал Деметриоса и, с точки зрения Мегга, странствующий великий маг снизошел до того, чтобы принять участье в судьбе вора и пожелал выяснить, что происходит.

- Стой! – господин Мегг крикнул стражнику. – Сдай назад!

Тот подчинился, опустил секиру и позволил юноше с ослом приблизиться прямо к эшафоту.

Мегг был тонким знатоком психологии и знал, что если ударить великого мага секирой, то это его немножко расстроит. Перед внутренним взором сыщика явственно предстали дымящиеся руины славного города Аракеза, и Мегг даже помотал головой, чтобы прогнать ужасное наваждение.

- Мы хотим казнить этого преступника, - вежливо ответил сыщик и, к удивлению распорядителя, даже слегка поклонился.

Деметриос перевел взгляд на Нубиуса и тот тут же завопил с новой силой, стараясь вложить в голос побольше жалостливых нот:

- О, Деметриос! Ты же не оставишь старика в беде?! Посмотри на мои седые волосы. Они выпали от неустанных трудов. Прошу тебя, спаси мою жизнь! Избавь меня от этих злодеев!

Распорядитель хотел было отдать приказ о продолжении казни, но медлил, ведь не понимал, почему осужденный все время просит о помощи этого Деметриоса, словно означенный юноша может на самом деле помешать казни. Хуже того, королевский сыщик говорит с этим юношей вполне вежливо и даже уважительно.

- Это правда? – Деметриос спросил Мегга как самого словоохотливого. – Вы – злодеи?

Сыщику очень не понравились и формулировка вопроса и чистый простой взгляд этого юноши. Мегг даже подумал, что если вдруг кто-нибудь в шутку ответит «да», то смеха не последует. Дальше все будет совсем невесело.

Мегг поспешил прояснить ситуацию.

- Мы - представители закона. Я - главный королевский сыщик. А на эшафоте известный вор Нубиус. Он совершил такое количество краж, что они даже не поддаются подсчету.

- Это правда? – Деметриос принялся задумчиво перебирать шерсть осла и снова повернулся к осужденному.

- Признаюсь! – закричал Нубиус, справедливо рассудив, что отречься от краж не получится. – Крал! Был плохим, подлым человеком! Брал чужое! Но не более того! Я и мухи за свою жизнь не обидел! Никого не убил и даже не ударил! К тому же, я ведь исправился! Раскаялся во всех проступках! А меня на эшафот! Разве это справедливо?! Я взываю к твоему милосердию! Спаси меня!

Распорядитель ничего не понимал в происходящем. Стражники ничего не понимали тоже. Народ находился в недоумении. Один только Мегг как-то сразу все понял. Он внезапно осознал, что казнь не состоится, что этому пройдохе Нубиусу снова невероятно повезло. Великий маг явно собирался взять его под свое покровительство.

- Это несправедливо, - просто сказал Деметриос. – Он же вор, а не убийца. Его не надо казнить. Он обещал исправиться.

Сыщик хотел было возразить для порядка, но вспомнил проклятого Протеуса, спятившего великого мага. Его безумие обострилось после какого-то спора. В глазах Мегга Деметриос тоже выглядел очень подозрительным. С какой это стати великий маг в своем уме будет притворяться юношей, да еще и странствовать инкогнито в компании осла? Что должно быть у Деметриоса в мыслях, чтобы так поступать?

Сыщик спорить не решился. Горький опыт научил его, что общение с непредсказуемыми великими магами требует максимальной сосредоточенности и осторожности.

С другой стороны, как отменить казнь и не уронить собственное достоинство? Можно, конечно, сказать, что сыщик вынужден уступить требованиям великого мага, но и тут кроется ловушка. Деметриос явно желает быть неузнанным.

Мегг поднапряг извилины и выбрал самый безобидный вариант.

- Мы не собирались его казнить. В самом деле, за что? За какие-то кражи? Нет, хотели просто попугать. Преподать урок. Чтобы он и в самом деле исправился.

Стон разочарования пронесся по толпе. Люди принялись топать ногами и свистеть, а распорядитель лишь моргал в недоумении. Никто не понял, что произошло, кто такой этот Деметриос, и почему Мегг отвечал на вопросы какого-то юноши. И только Нубиус думал о том, потребовать ли вернуть ему мешок или не испытывать дальше судьбу и просто тихо смыться.

Деметриос не особенно задумывался о том, что случилось на площади. Его позвали на помощь, и он пришел. Так было всегда. Мысли юноши заботило совсем другое – где взять наставника-мага? Потому Деметриос рассеянно выслушал сбивчивые благодарности Нубиуса и совсем не обратил внимание на Мегга, который утратил свое хваленое спокойствие и что-то яростно строчил в блокноте. Деметриос просто покинул площадь и пошел туда, куда собирался с самого начала - в местное здание Гильдии.

Гильдия магов не жалела денег на показуху. Ее конторы всегда были отделаны белым мрамором, украшены массивными колоннами и разноцветными витражами.

Деметриос поговорил с важным привратником в фиолетовой ливрее, поднялся по лестнице и вскоре оказался на приеме у помощника местного босса Гильдии.

Тот был разряжен как павлин: темно-зеленый халат на тучном теле украшали многочисленные золотые брошки, значки и цепочки.

Деметриос изложил свою просьбу, что так и так, ищет наставника. А потом отдал два письма. Одно от настоятеля, а второе – от графа, который подписал письмо по просьбе Виолы.

Помощник прочитал оба послания и почесал круглую розовую щеку:

- Значит, старший ученик школы Первого Солнца... Ясно. Граф очень просит найти тебе наставника. Понятно. А ты-то сам что? Может, уже готов к экзамену на мага?

- Может, и готов, - с энтузиазмом согласился Деметриос. – А что для этого нужно?

- Вот! – помощник вытащил из черного стола какую-то бумажку и потряс ею. – Для двенадцатой категории надо знать шесть заклинаний, сдать экзамен по философскому диспуту и решить три задачи по математике.

Деметриос несколько секунд переваривал сказанное.

- А... нельзя ли просто кого-нибудь сокрушить или что-нибудь разрушить? Это у меня хорошо получается, - робко поинтересовался юноша.

- Нет! – отрезал помощник. – Наши ученые показали, что сила мага прямо зависит от способности решать математические задачи и вести диспуты. Без этого ты никто. Кого ты можешь победить, если не знаком с математикой и философией? Ведь у каждого боя должна быть стратегия, должен быть смысл! Ты вообще сражался всерьез?

- Да, приходилось, - ответил Деметриос, зачарованно взирая на желтую бумажку с инструкцией. – Только не знаю, было ли это всерьез... меня ни разу даже не ранили.

- Видишь! – толстые пальцы помощника продолжали трясти бумажку. – Всерьез не сражался, а споришь! Молодежь! Когда тебе придется туго, то ты вспомнишь наш экзамен и поймешь, как тебе пригодился диплом.

Деметриос пожал плечами. Он не знал, что такое диплом, но подумал, что это наверняка что-то полезное, особенно, в бою.

- Как ты сражался? Без плана, что ли? – с осуждением спросил помощник.

- Без плана, - признался Деметриос. – Просто бил и все. Иногда разрывал... или отрывал... или выдергивал... или сбрасывал вниз... или подбрасывал вверх... или раздроблял... или расшибал... или душил... или откручивал... или жег... или топил. Но все это без плана, конечно.

- Ай-яй! Ты делал все неправильно. То, в чем не приврал. Тебя, конечно, нужно учить и философии и математике. Мы поступим так, - помощник наконец убрал бумажку обратно в недры стола. – Свободных наставников сейчас нет. Но граф за тебя очень просит, мы должны это учесть. Я прикреплю тебя к Ралуанту. Это маг второй категории. В письме графа сказано, что ты хочешь научиться летать и выращивать цветы. Ну, до летать тебе еще далеко, это удел высших магов, но Ралуант цветы выращивать умеет и любит. Есть только одна проблема. Ралуант – маг-мистик. Примерно год назад он потерял все свои способности в ходе тяжелого боя. И учеников брать не хочет. У него вообще непростой характер.

- Как же он меня возьмет в ученики, если не хочет? – Деметриос задал резонный вопрос.

- Так, что я пойду с тобой и сам с ним поговорю, - помощник тяжело поднялся из-за стола. – Все-таки графа надо уважить.

Они вышли из дворца Гильдии и миновали пять-шесть кварталов, прежде чем оказались перед высоким трехэтажным домом. Здание производило мрачное впечатление то ли из-за потрескавшейся серой штукатурки на фасаде, то ли из-за плюща, охватившего добрую половину дома своими объятиями.

На стук дверного молотка откуда-то сверху раздался раздраженный голос:

- Входите! Открыто!

Деметриос взялся за железную ручку и потянул. Раздался треск и ручка осталась в кулаке у юноши.

- Ручка. Все, - лаконично сказал Деметриос.

Несмотря на скупость сообщения, хозяин дома оказался понятливым. Он мигом сбежал вниз и толкнул дверь изнутри. Она открылась и посетители увидели мужчину лет сорока, одетого в мятую белую рубаху и черные штаны. На лице Ралуанта белели два длинных шрама.

- Что вам надо? – голос хозяина дома звучал раздраженно.

- Вот, возьмите, уважаемый, - Деметриос с почтением протянул дверную ручку. – Я не хотел. Она сама....

- Н-да. Заклинание, похоже, ослабло, - Ралуант взвесил ручку на длинной и узкой ладони и пояснил, обращаясь к помощнику. – Некоторое время назад я наложил заклинание на дом. Дверь можно было открыть только с моего разрешения. А сломать ее было почти невозможно. Так что вам надо?

- Я привел к вам ученика, - помощник кивнул на Деметриоса.

- Что?! – голос Ралуант взвился ввысь. – Я не...

- Спокойно, не нужно так нервничать, - помощник бесцеремонно перебил мага. – Вы ведь состоите в гильдии, так? От взносов мы вас освободили. Помощь оказываем. Если вы хотите, чтобы так продолжалось и впредь, то вам придется взять этого юношу в обучение. Больше некому, а наш граф просил найти ему учителя.

Ралуант насупился. Его каштановые брови будто сделались гуще.

- Я не... вы не понимаете! Я не хотел брать учеников и раньше, но теперь тем более не могу. Мне угрожает опасность. Если что, то со мной погибнет и ученик.

- Да-да, мы уже слышали об этом от вас, - с вежливой улыбкой произнес помощник. – Что тут якобы хранится Малая Печать, а враги могут попытаться ее украсть.

- Не могут, а точно попытаются, - Ралуант нервно сорвал лист с плюща. - До начала следующего месяца. Я пока лишен силы. Она наверное восстановится, но никто не знает, когда это будет. Я не смогу защитить ни себя, ни ученика.

- Мы знаем о ваших переживаниях, - улыбка помощника стала шире. – И чтобы вас успокоить, в ночное время приставили охрану к вашему дому. Видите, мы все делаем для вас. Теперь ваша очередь. Возьмите ученика!

Последняя фраза звучала уже не как просьба, а как требование.

Ралуант заколебался. Он посмотрел на Деметриоса таким взглядом, будто оценивал, много ли потеряет мир после смерти этого ученика. Потом, видимо решив, что не очень много, просто взял юношу за руку и втащил в дом. А затем захлопнул дверь прямо перед носом помощника местного босса магов.

- Здравствуйте, учитель! – обрадованно сказал Деметриос. – Я – Деметриос. Со мной еще тут ослик по имени Люси. Я привязал ее неподалеку.

Маг-мистик недовольно зыркнул на него.

- Я не знаю, кто ты такой и как к тебе относиться, но скажу сразу, что в моем доме должна быть строгая дисциплина, если хочешь выжить. Идем! Я покажу тебе самое главное. Осел может подождать.

Ралуант устремился прошел чуть дальше по темному коридору и открыл неприметную дверь. Деметриос увидел железную лестницу, которая вела в подвал.

Хозяин дома пошел вниз, бормоча себе под нос, как он ненавидит магов и особенно руководство Гильдии. Что никто не пришел к нему на выручку, когда было нужно, а теперь все рассчитывают отделаться мелкими услугами. Что Гильдии кажется, что она оказывает такую большую помощь, что имеет право что-то требовать. И что придет время, когда он, Ралуант, сквитается с этими бездельниками и трусами.

Деметриос тоже спустился по гулкой лестнице с решетчатыми ступенями и оказался в большом подвале. Вдоль потолка тускло горели желтые магические светильники, напоминающие чайные блюдца. Кирпичный дымоход от камина находился справа от лестницы, а посередине подвала темнело непонятное сооружение. Оно выглядело как громоздкий железный шкаф с толстыми стенами, только вместо двери была решетка.

- Видишь, здесь линия? – Ралуант показал на едва заметную серую полоску недалеко от «шкафа». – Если за нее заступишь, то тебя укусит змееглав. Для людей его укусы просто болезненны, а для магических существ могут быть очень опасны. Он сторожит Малую Печать. Попробуй, заступи за линию, но слегка. Ты успеешь отпрыгнуть. Лучше сразу увидеть змееглава, чтобы потом не мучиться любопытством и не подвергать свою жизнь опасности в мое отсутствие. Он кусает, когда я отворачиваюсь. Змееглав знает, что я тут главный.

Деметриос сделал несколько шагов и оказался посередине между линией и «шкафом». В ту же секунду из темноты за решеткой на юношу бросилась огромная черная змеиная голова на толстой шее. Деметриос не стал отпрыгивать, а встретил змеиную голову щелбаном. Голова отдернулась и закачалась около решетки.

Ралуант обернулся.

- Ты слишком близко стоишь! Змееглав тебя укусил?

- Нет, не укусил, - честно ответил Деметриос.

- Странно. Был какой-то звук.... Что-то змееглав неважно выглядит.

Загадочная тварь напоминала змею разве что своей шеей и чешуей. Енотовидные близкопосаженные глаза, широкий нос и массивные челюсти – все это было похоже на что угодно, только не на змею. Тела не было видно, оно пряталось за решеткой «шкафа».

- Но ты отойди подальше на всякий случай.

Ралуант отвернулся на какую-то секунду и змееглав опять атаковал. Деметриос снова дал ему щелбан. Голова отпрянула и задрожала.

Маг посмотрел на Деметриоса.

- Ты все еще здесь стоишь! Он тебя укусил?

- Нет, - опять честно ответил юноша.

- Хм.... был какой-то звук. Может, змееглав заболел? Он выглядит совсем нехорошо. Глаза в кучу.

Теперь зверь действительно явственно косил и вроде бы даже едва слышно поскуливал.

- Но даже если и заболел, то странно, почему он на тебя не нападает. Ты ведь так близко стоишь.

Деметриос открыл было рот, чтобы ответить, но маг прервал его.

- Погоди, сейчас проведем эксперимент. Ты отойди прямо к линии на всякий случай, а я спрячусь за хранилищем.

Ралуант сам отвел ученика на линию, а затем скрылся за «шкафом». Голова твари снова закачалась. Было видно, что ей одновременно и хочется и не хочется броситься. Но боль от щелбанов была слишком свежа и голова не решилась.

- Удивительно! – Ралуант вышел из-за «шкафа». – На тебя не нападает. На всех нападает, а на тебя нет! Хотя, постой, ты говорил, что у тебя есть осел. Тебя вообще любят животные?

- Любят, - уверенно ответил Деметриос.

- Да. Поразительно! Змееглав тебя, похоже, тоже полюбил.

В это самое время в лесу неподалеку генерал Туко Великолепный устроил совещание со своим заместителем. Оба военачальника находились в подавленном настроении. Первый отряд погиб почти полностью, впрочем, как и второй, а замок взят не был. Выжил только третий отряд, который сейчас ютился на сиротливой опушке.

- Ты еще не знаешь последних новостей? – Туко меланхолично перебирал виноградины, рассыпанные по большому деревянному блюду. – Так вот, следопыт вернулся. Он определил, что на месте боя с троллем и сопровождающими его шаманами присутствовал не только человек, но и осел.

- Вот это поворот! – Кренуко грузно сел на походный стул. – Осел ведь у Деметриоса. Получается, что это он? Снова Деметриос?!

- Да, - с тоской ответил генерал. – Я даже не могу сосчитать, сколько моих воинов он погубил. Наш заказчик не будет счастлив. А все из-за этого мерзавца. Интересно, кто он такой и откуда взялся.

Кренуко поерзал в кресле. Он боялся гнева заказчика.

- Но у нас есть шанс частично исправиться, - продолжил Туко, ставя миску с виноградом на стол. – Если не удалось завладеть Большой Печатью, то мы можем захватить Малую Печать. Она находится поблизости, в Аркезе. В доме мага Ралуанта.

- О! Это хорошая мысль! – Кренуко воспрял духом. – Там большая охрана?

- Почти нет. Ралуант когда-то был сильным магом, но временно утратил могущество. Его дом охраняется спустя рукава. В самом доме наверняка живет змееглав, все мистики используют их как сторожей. Вот и все.

- А кого пошлем? – Кренуко поднял глаза к серому матерчатому потолку, словно подсчитывая оставшихся гоблинов.

- Ха! – Туко приподнялся и хлопнул заместителя по спине. – Помнишь, лет двадцать назад... кто были самыми лучшим лазутчиками?

- Нет, не помню..., - неуверенно ответил Кренуко.

- Мы! Мы с тобой! – Туко громко захохотал. – Ну что, тряхнем стариной? Что нам какой-то маг, лишенный силы, и тупой змееглав? Что скажешь?

Седые брови Кренуко поднялись почти до волос.

- Х-рр. Да, это правда. Мы были. Но... хотя из кого сейчас выбирать?

- Да! – Туко продолжал смеяться. – Пойдем мы с тобой. Быстро обернемся! И знаешь, что меня особенно радует? Что в том доме не будет этого Деметриоса!

Глава шестая, в которой Нубиус снова волнуется

После того, как Ралуант познакомил своего ученика со змееглавом, маг вдруг вспомнил, что он – все-таки хозяин дома, и накормил Деметриоса. Спаржа, морковь, огурцы и кабачки – вот что было на скромном столе мистика. И пока ученик ел, Ралуант пытался понять, кто ему достался.

- Так что ты умеешь? Сколько заклинаний знаешь? Какой направленности? – основательный маг приготовил лист бумаги, чтобы составить список.

- Знаю «огненную стрелку», - откликнулся Деметриос, уминая зеленый кабачок. – Но не очень хорошо.

- «Огненная стрелка», - произнес Ралуант, записывая белым гусиным пером. – Еще что?

- Все, - Деметриос принялся за спаржу. – Больше ничего не знаю.

- В смысле? – не понял маг. – Другими еще хуже владеешь?

- Вообще не владею! – Деметриос вилкой пользовался плохо и помогал себе рукой.

Ралуант отложил список и посмотрел на юношу по-новому.

- Но... ты же старший ученик!

Деметриос оторвался от еды и тяжело вздохнул. А потом принялся рассказывать свою историю о том, как он пытался спасти детей, как настоятель перед смертью назначил его старшим учеником, а другой настоятель выдал справку об этом.

- Н-да, - сказал Ралуант, когда рассказ завершился. – Они бы мне еще подсунули ученика без всяких способностей к магии.

Хозяин дома разочарованно покачал головой. До этого рассказа в глубине души он надеялся, что ученик попадется способный, что потом, когда сила Ралуанта восстановится, в мире появится еще один молодой мистик. Все-таки старший ученик должен быть почти готовым магом!

Но Ралуант решил пока не устраивать очередной скандал в Гильдии. Ведь у него было одно неотложное дело, в котором мог помочь даже человек с минимальными магическими способностями.

- Если хотя бы «огненная стрелка» получается, то это значит, что эфир хоть чуть-чуть, но дрогнет, - задумчиво произнес маг. - Деметриос, ты не хочешь мне немного помочь?

- Конечно, хочу! – юноша снова оторвался от спаржи. – Только скажите, что нужно делать!

Ралуант отодвинул бесполезный лист бумаги.

- Сначала я должен объяснить, что вообще происходит. Малая Печать хранится у меня не просто так. Она может быть использована, чтобы освободить Заусао, одного из древних некромантов, и его миньонов. И я вынужден защищать эту Печать практически в одиночестве, ведь никто не верит в его существование. Все думают, что он давно мертв. А на самом деле – заперт в одном из магических миров. Я это точно установил!

Деметриосу еще никто и никогда не открывал тайн. Его глаза расширились, и он подался вперед.

- Но ты, наверное, не знаешь, чем занимаются мистики, - продолжал маг. – Мы как раз путешествуем в магические миры. Туда и обратно. Эти миры просто дополнение к нашему. Они могут быть большими, но чаще маленькие. Самый известный – Спиральный мир. Там я раздобыл змееглава, магического стража. У меня сохранились Врата, ведущие в этот мир. Они частично закрыты, но в последнее время кое-кто пытается проникнуть в мой дом оттуда. Я знаю, кто. Это – один из ракшасов, который служит Заусао. Я бы хотел снова открыть Врата, чтобы бросить туда магический заряд, а потом быстро закрыть. Это отучит ракшаса приближаться к ним. Но беда в том, что сил у меня сейчас нет, а чтобы открыть Врата, нужно хотя бы небольшое колебание эфира. Я подумал, что твоей огненной стрелки будет достаточно.

- Я готов! – Деметриос вскочил из-за стола. – Куда идти?

- Подожди! – маг рассмеялся такой прыти. – Конечно, это надо сделать как можно быстрее, но я должен сначала объяснить кое-что о ракшасах. Чтобы ты знал, с кем столкнешься, хоть и опосредованно. Пойдем, я расскажу тебе по пути.

Они снова отправились в подвал и спустились по той же гулкой лестнице.

Ралуант шел впереди, рассказывал и иногда оборачивался.

- Ракшасы – отвратительные существа. Они, по сути, духи. Магические создания. Могут принимать любой облик, а питаются людьми. Им нельзя доверять. Вонзают в людей когти, которые появляются почти мгновенно. Вот представь, перед тобой юная прекрасная девушка. Она приближается к тебе, а потом – у нее возникают когти!

- У Виолы были длинные когти, - задумчиво сказал Деметриос. – Ну, у фаворитки нашего графа.

Ралуант улыбнулся.

- Виола вне подозрений. У ракшасов когти гораздо длиннее. И эти твари такие прыткие! Даже когда я был в расцвете своих сил, то старался избегать боя с ними. Даже один мог бы меня измотать и убить. Мы пришли.

Они остановились у дальней стены. Вроде бы ничего не напоминало никакие Врата. Стена как стена – кирпичная, но почему-то покрашенная в черный цвет.

- Видишь рукоять? – маг кивнул на тонкий рычажок, который был почти незаметен на фоне стены. – Если за нее потянуть, то Врата закроются. А открыть их можно, только если нарушить состояние эфира вот здесь.

Ралуант показал на место в стене, которое ничем не отличалось от других мест.

- Магический заряд со мной, - маг достал из кармана штанов небольшой синий шар, который переливался маленькими молниями. – Заряд может даже оглушить ракшаса! Они стараются не приближаться к нему.

- Так что же, мне придется применить «огненную стрелку» прямо тут? – поздновато догадался Деметриус. – Она же сожжет весь дом!

- Ты наверное совсем не разбираешься в магии, - печально покачал головой Ралуант. – «Огненная стрелка» способна создать лишь небольшой язык пламени. Ох! Неужели ничего не выйдет? Мне придется просить помощи у этих бездельников? Ты и «огненной стрелкой» не владеешь?

- Владею, только она у меня выходит не так, как надо, - с горечью ответил Деметриос, оглядываясь по сторонам, словно пытаясь оценить возможный ущерб. – Кирпичные стены ее выдержат, наверное, но оплавятся и потрескаются. Огонь может заполнить подвал и пойти наверх. Это опасно. Тогда весь дом сгорит.

Ралуант посмотрел на ученика таким взглядом, будто у юноши был жар.

- Послушай, - принялся увещевать маг. – Ты что-то не то говоришь. О каком пламени речь? Может, ты заклинания перепутал? Но даже если перепутал, я не представляю себе даже огневика, который мог бы одним заклинанием расплавить и разрушить каменную кладку.

Деметрис сделал шаг вперед и потрогал кирпич.

- Точно расплавится, - вынес он свой вердик. – В моей школе крепостные стены попрочнее были, да и те почти рухнули. Нет, я не буду тут применять заклинание. Опасно!

Маг задумчиво поскреб один из белых шрамов на своем лице. Его ученик казался совсем безграмотным путаником. Но проблема заключалась в том, что ракшас был прямо за этими Вратами. Мистик ощущал его. Ралуант решил отложить выяснение отношений с учеником на потом, а пока прибегнуть к дипломатии.

- Послушай, а ты можешь направить это свое пламя в стену? Ведь Врата откроются сразу, как только эфир поколеблется. Пламя появится потом. Ты успеешь весь свой огонь пустить туда, в Спиральный мир.

- Д-да, я могу попробовать, - неуверенно сказал Деметриос.

- Отлично! – Ралуант ободряюще похлопал юношу по плечу и подумал, что Гильдия специально подсунула ему такого растяпу, чтобы позлить его, мистика. – Мы поступим так: ты начинаешь заклинание, Врата открываются, пламя идет туда, я бросаю заряд, а потом закрываю Врата. Понятно?

- Понятно, - Деметриос подошел к стене близко-близко. – Я постараюсь не сжечь ваш дом. Но вы тоже стойте как можно дальше.

Ралуант опять не смог сдержать улыбки. Фантазии этого юноши выглядели забавно. Маг решил, что если ничего не выйдет, то придется все-таки просить кого-то из Гильдии.

- Готов?

- Да, - произнес Деметриос, вытягивая руку так, что она уперлась в холодную стену.

- Давай!

И Деметриос сделал все то же, что делал прежде. Но, к его удивлению, ревущее пламя, вырвавшееся из его руки, не встретило пряпятствия в виде стены, а устремилось куда-то вперед, в странное пространство, возникшее почти мгновенно. Впрочем, отголоски пламени все-таки проникли в подвал и даже слегка опалили одежду юноши.

- Получилось! – радостно крикнул Деметриос, когда пламя еще продолжало извиваться, будто толстенная змея. – Я смог! Все ушло туда!

Он оглянулся на учителя, ожидая похвалы. Однако Ралуант стоял, вытаращив глаза. Его брови тлели, но он не думал об этом. Маг забыл даже, что собирался бросить заряд и закрыть Врата. Он просто смотрел на Деметриоса и на затихающее пламя.

- Учитель? – спросил юноша встревоженно. – У вас брови горят.

- А? Что? – Ралуант поднес руки к бровям и сбил слабый огонь. – Что? Что это было?

- Огненная стрелка, - охотно пояснил Деметриос. – Я же говорил, что она у меня не выходит, как надо. Но посмотрите! Учитель! Там кто-то есть!

Ралуант кое-как собрался с мыслями и взглянул в отверстие в стене. Там на фоне ярко-голубого неба стояла чья-то черная фигура, напоминающая человека высокого роста. Она пошатывалась. Было невозможно разобрать, в чем фигура одета, из-за сажи, покрывавшей и лицо и руки и ноги и туловище.

- Это ракшас! Проклятый ракшас! – крикнул маг и замахнулся зарядом, чтобы бросить его прямо во Врата.

Но ракшас вдруг вытянул черную руку и сказал:

- Бу!

Потом он упал и больше уже не двигался.

- Я перестал его ощущать, - маг все еще держал руку с зарядом над головой. – Он умер!

- Понятно, что умер, - ответил Деметриос как ни в чем не бывало. – Он же был прямо там, куда пошло пламя. Я видел его, но он мне сразу не понравился. Клыки у него были большие... Сгорели, к счастью. Я обычно когда вижу людей с клыками, не расспрашиваю их о житье-бытье. Меня этому наш староста научил. Он мне когда еще говорил: увидишь человека с клыками – не вздумай лясы точить. Первым делом вырви клыки, убедись, что они не приклеены. А то всякие шутники встречаются. А затем стукни по макушке. Или голову открути. Как получится. Главное – чтобы не убег!

Маг сделал назад несколько медленнных шагов, будто во сне. Он потянул за рукоять дрожащей рукой, и Врата ту же схлопнулись. На месте голубого отверстия возникла черная крашеная кирпичная стена.

- Я думал, что ракшасы не умирают от огня, - невпопад сказал Ралуант. – Их обычно побеждают заклинания духов.

Деметриус и не собирался сомневаться в словах учителя и потому сразу ответил:

- Так может, он не от огня умер. Просто расстроился и того! Всякое ведь бывает. Может, с сердцем у него швах. Впечатлительный попался!

- У ракшасов нет сердца, - медленно произнес маг. – Они не расстраиваются. Знаешь... а кто ты, собственно, такой?

- Так я же говорил: меня Деметриос зовут, - охотно сказал юноша. – Если вы забыли мое имя, то я могу его записать. Умею писать, хоть и плохо. Меня староста научил.

Ралуант отошел к соседней стене и прижался лбом к холодной кладке.

- Погоди. Мне нужно собраться с мыслями.

Деметриос немного подождал, а потом принялся прогуливаться по подвалу и рассматривать загадочный железный шкаф, в котором хранилась Малая Печать. Змееглав хотел было броситься из своего укрытия, но узнал гостя и тут же спрятался обратно.

В голове Ралуанта тем временем метался вихрь возможных объяснений произошедшего. Маг даже допускал, что это неопознанное заклинание вышло у Деметриоса случайно. Но одновременно он не исключал того, что к нему забрел кто-то очень могущественный, который по какой-то причине просто валял дурака.

Нубиус был озадачен, а также мучим бессонницей. Его благодетель Деметриос вроде бы не собирался путешествовать в ближайшее время. Наоборот, он поселился в доме мага Ралуанта. И Нубиуса одолевал вопрос, когда Деметриос снова двинется в путь и примется оставлять за своей спиной прекрасные трофеи?

Бывший вор бродил ночью вокруг дома мага в сумрачном настроении, ждал и жалел о чудесном мешке, который ему так и не вернули. Забрали в качестве судебных издержек, хотя никакого суда вовсе не было. Нубиус не роптал, он надеялся на новые мешки. Только когда они будут? Через неделю? Через месяц? Когда Деметриос покинет дом мага? Деньги нужны были Нубиусу как можно быстрее.

Во второй половине ночи бывшему вору надоело ходить вокруг дома мага, и он принялся закладывать круги вокруг квартала. И вскоре на пустынных ночных улицах ему встретилась странная троица. Их рост был чуть ниже среднего, но лиц Нубиус не смог разобрать из-за тяжелых черных капюшонов. Из-под плащей выглядывали рукояти дорогих мечей.

Нубиус сразу вычислил этих путников – наверняка собираются кого-то обокрасть ли убить. А иначе зачем ходить по темноте, скрывая лица? Явно работают по заказу. Что ж, кому-то сегодня не повезет. Но бывшему вору и дела не было до чужих проблем. Он был озабочен собственной – где взять денег.

Однако один из троицы окликнул его:

- Эй, бродяга! Ты знаешь город?

Нубиус город не знал, но рассчитывал получить хотя бы медяк за консультацию и ответил:

- Конечно! Я здесь вырос. Каждый закоулок как родной!

И действительно, один из троицы бросил на булыжники монету:

- Где здесь дом мага Ралуанта?

Нубиус задумчиво посмотрел на монету и тут же потерял к ней интерес.

- Три дорогих меча..., - прошептал он. – За сколько их можно продать? И что у них под плащами?

- Что? Что ты бормочешь?! Говори громче! – потребовал незнакомец в черном плаще.

- Совсем рядом, господин! – встрепенулся Нубиус. – Идите прямо, потом направо, и дом мага третьим будет! Он трехэтажный, не перепутаете.

Воины отвернулись и направились к повороту.

- Постойте! – закричал Нубиус, одолеваемый любопытством насчет того, что прячется под плащами. – Один мой друг торгует магическими кольчугами. Они вам не нужны? Очень прочные! Вдруг у вас нет?

- Отвали. У нас получше есть, - хохотнул один из незнакомцев.

- Получше... - прошептал Нубиус.

В его глазах разгорался огонь предчувствия добычи.

- В добрый путь! - крикнул он вдогонку незнакомцам. – Счастливой дороги!

Потом чуть подождал и покрался следом, подсчитывая будущую прибыль. Он изрядно волновался о том, чтобы его благодетель Деметриос, когда будет убивать ночных гостей, не повредил кольчуги. Ведь тогда они потеряют в цене.

Генерал Туко, его заместитель Кренуко и искушенный следопыт Ауго подошли к дому мага Ралуанта. В окнах огни не горели, и гоблины справедливо рассудили, что хозяин спит.

- Как пойдем? – поинтересовался Туко, разглядывая темный плющ, обвивший почти весь дом.

- Через задний двор, - ответил заместитель, тревожно принюхиваясь. – Так лучше. Здесь какое-то животное. Не могу понять, какое. Корова, что ли?

- Люди не держат коров в центре города, - Туко первым полез через деревянный забор, примыкающий к дому. – О! Осел!

- Кто осел? – Кренуко тоже стал тяжело карабкаться на забор. – Эх! Осел!

Во дворе за домом около небольшой яблони мирно стоял серый осел, освещаемый почти полной луной.

Следопыт одним прыжком тоже оказался наверху.

- У меня плохие предчувствия, - вдруг сказал Кренуко. – Там осел.

В его голосе прозвучали тревожные нотки.

- Ну и что, что осел? – прошептал Туко, раздражаясь. – Мало ли ослов в этом городе? Может, их тут большинство! Ты боишься ослов?

Кренуко прищурил глаза, пытаясь рассмотреть животное во всех деталях. Гоблины гордились своим зрением в темноте.

- Я боюсь не ослов, а одного конкретного осла. Точнее, его хозяина.

Туко снял с головы капюшон и тоже воззрился на мирное животное, которое вдруг повернулось к ним хвостом.

- Не может быть! Это не тот осел!

Кренуко с сомнением покачал головой. Он тоже не верил в совпадения, но проклятый Деметриос ведь каждый раз оказывался у них на пути!

- Генерал, вы знаете этого осла? – шепотом спросил следопыт, который не понимал, о чем ведется речь.

- Нет! – Туко отверг предположение с ужасом. – Я не знаю этого осла! Я никогда не слышал о нем! Это просто обычный осел!

Хитрому Кренуко пришла в голову удачная мысль.

- Послушай, братец, - он обратился к следопыту. – Сходи-ка в дом. А мы подождем тут. Разведай там, что да как. Если все спокойно, то мы потом вместе разберемся со змееглавом и заберем Печать.

Туко молчаливо согласился с предложением и молодой следопыт бесшумно побежал к двери черного хода. Он быстро открыл нехитрый замок отмычкой и шмыгнул в темноту помещения.

- Подождем, - сказал Кренуко.

Туко слегка наклонил голову.

Секунды шли, но ничего не происходило. Из дома не доносилось ни звука.

- Осел все-таки не тот, - заключил генерал.

- Подождем, - повторил осторожный заместитель.

Прошла минута или даже две.

- Точно осел не тот. Мы зря волновались. Откуда Деметриусу здесь взяться? Даже если он в этом городе, то явно не в этом доме, - сказал генерал со вздохом облегчения.

- Да, - согласился Кренуко, бросая на животное последний подозрительный взгляд. – Осел не тот.

Внезапно дверь отворилась вновь и из нее стрелой вылетело тело следопыта. Оно врезалось в забор и затихло. Дверь сразу же захлопнулась.

Туко и Кренуко переглянулись.

- Не может быть, - сказал генерал. – Неужели это тот осел? Нет! В доме кто-то другой. Не Деметриос!

- Не зна... – заместитель хотел было ответить, но его прервал вопль, доносящийся откуда-то сбоку.

- Деметриос! – кто-то орал во всю глотку. – Они на заборе! Твои враги! Они хотят убить тебя, твоего мага и осла! Я твой друг, я тебя предупредил! Но прошу – не повреди кольчуги!

Никогда еще генерал и его заместитель не бегали так быстро. Они спрыгнули с забора и понеслись по городу со скоростью молнии, теряя на ходу плащи. Им удалось достичь тайного хода, ведущего под крепостную стену, за рекордное время. Они шмыгнули вниз, промчались по подземелью и перевели дух, только когда оказались за пределами города, в леске.

- Что... как... – Туко задыхался.

Он стоял на ковре из мелких веток, опираясь руками на колени.

- Как... это... возможно? Что... будем делать?

Несмотря на пожилой возраст, Кренуко первым обрел дыхание. Он остановился рядом с большим дубом и меланхолично гладил шершавую кору.

- Все-таки это был тот осел, - Кренуко говорил скорбным голосом. - Придется все рассказать заказчику. Залог мы вернем. Может, обойдется.

- Но что мы расскажем?! – Туко не знал, что ему делать: гневаться или впадать в отчаяние. – Что все время натыкались на этого Деметриоса?! Что потеряли войска? Кто он вообще такой?

- Расскажем правду, - Кренуко провел по коре длинным ногтем. – Так и так, не совладали с могучим духом. Но ведь мы не были готовы к такому. Заказчик был обязан нас предупредить.

- С каким духом? – Туко с трудом разогнулся, упершись ладонью в спину. – Ты о чем?

- Думаю, я знаю, что произошло, - Кренуко внимательно посмотрел на далекие стены города, словно пытаясь удостовериться, что погони нет. – Этот маг, Ралуант, ведь мистик. Он посещал магические миры, включая сущий ужас – Спиральный мир. Тот, откуда мистики берут змееглавов. Но эти звери водятся в самом начале. А что там дальше – лишь демоны разберут. Мало кто решается углубляться в Спираль. Я слышал об этих магах. Они или гибнут там или приобретают сильных союзников. Ралуант, похоже, решился пойти дальше по Спирали, и не только выжил, но и нашел могучего духа. Деметриоса. Маг поручил ему охранять и Большую и Малую Печати. Вот так и случилось, что мы все время сталкивались с этим Деметриосом. Это единственное объяснение.

- Хм.... Выходит, заказчик нанял неправильных исполнителей, - Туко веселел на глазах. – Нашей вины тут нет.

- Да, - подтвердил Кренуко. – Что до задатка, то....

- Не будем возвращать! – быстро сказал Туко.

- Это как? – заместитель снова встревожился.

- Встретимся с заказчиком, задержку объясним, а затем наймем специалистов по духам. Время еще есть, успеем!

Глава седьмая, в которой кое-кто наконец согрелся

Ранним утром, когда солнце еще не появилось из-за городских крыш, Деметриос и Ралуант вышли из дома.

- Суматошная ночь! – сказал маг, оглядываясь по сторонам. – Я же говорил, что за Малой Печатью кто-нибудь, да придет. А где грабитель-то? Мы ведь оставили его здесь до утра!

Тело ночного гостя пропало. Трещина в заборе была, вмятина на земле была, а самого гоблина не было.

- Где он? – маг подошел к забору, пощупал трещину и вытер влажную от росы руку о черные штаны.

- Не знаю, - сказал Деметриос. – Кто-то его забрал.

- Забрал? – с сомнением произнес мистик. – Он наверное сам ушел.

- Слишком быстро летел, - поделился ночными наблюдениями Деметриос. - Гоблины недостаточно прочные, чтобы на такой скорости врезаться в забор, а потом уйти.

- Но кому он нужен, чтобы его забирать? – маг посмотрел на землю, пытаясь отыскать следы ног. – Поднялся и ушел!

Покладистый Деметриос не хотел спорить с учителем.

- Да, - сказал он. – Наверное, превратился в зомби и ушел.

Ралуант рассмеялся шутке и отправился обратно в дом. Но вдруг вспомнил о вчерашних происшествиях, о необъяснимом заклинании ученика, о смерти ракшаса и тут же вернулся к забору. Он захотел проверить, не шатает ли поблизости зомби. Этот маг теперь уже даже не знал, что можно ожидать от ученика.

Между тем, отсутствие следов ног объяснялось просто – над телом поработал знаменитый вор, который следов вообще не оставлял. Как только два гоблина, сидевших на заборе, убежали, опечаленный Нубиус собрал с трупа всю экипировку и припрятал ее, чтобы продать днем на рынке. Но затем бывший вор случайно прошел мимо лавки с тканями, после чего хлопнул себя рукой по лбу, вернулся к телу и снял с гоблина всю одежду. Нубиус намеревался пристроить ее какому-нибудь портному. Потом, когда «друг Деметриоса» возвращался уже с одеждой, то вдруг увидел больницу. Он почесал свою лысину и вновь вернулся к уже обнаженному телу. Нубиус взвалил это самое тело на плечи, пошел с ним в больницу и продал труп гоблина магам-лекарям. Для опытов.

Ралуант зомби не нашел и все-таки решил последовать своей первоначальной идее - изучить феномен Деметриоса. У мистика за ночь сложился отличный план. Он пригласил ученика следовать за ним, отправился в библиотеку, там расположился в огромном коричневом кресле, обитом плотной тканью, и достал несколько книг.

- Здесь сказано все о заклинании «Огненная стрелка», - мистик показал на внушительную стопку потертых фолиантов, лежащую на столе. – Разные авторы, выдающиеся маги описали его. Сейчас мы выясним, что происходит, когда ты используешь это заклинание. Узнаем, почему оно у тебя получается таким сильным!

Деметриосу тоже хотелось понять наконец, что он делает не так. Юноша уселся напротив, в кресло поменьше, но обитое все той же коричневой тканью, и приготовился ждать.

Маг листал фолианты один за другим. Сначала лицо Ралуанта было добрым от предвкушения скорой разгадки. Но потом, постепенно, по мере истончения стопки, мистик все больше хмурился. Наконец, примерно через час занятий, уже на последней книге, его морщины вдруг разгладились.

- Вот! – воскликнул он. – Нашел!

И даже радостно постучал пальцем по развернутым страницам.

- «Если заклинание выходит слишком сильным»! Такой заголовок! Эту книгу написал несравненный Тобиас триста лет назад. Эврика! Слушай, Деметриос!

Юноша даже подался вперед от предвкушения разгадки.

Маг откашлялся и продолжил чтение:

- Если заклинание «огненная стрелка» выходит слишком сильным, то нужно в первую очередь проверить, нет ли рядом источника природного хорошо воспламеняющегося газа.

Мистик оторвал глаза от книги и изумленно уставился в окно.

- Ничего не понимаю.... Какого еще газа? В моем подвале нет никакого газа. Что за ерунда?

Деметриос тоже пожал плечами. Он вообще не понимал, о чем речь.

- Ладно! – произнес Ралуант. - Тут есть продолжение. Раздел не так уж мал. Читаем.

Он снова обратил взор на книгу:

- Если газа нет, а заклинание «огненная стрелка» все-таки выходит слишком сильным, то нужно убедиться, что заклинатель не находится в ворохе сухой листвы или не закопан в обрывки бумаг....

Ралуант задумчиво поскреб рукой белый шрам.

- Этот Тобиас, что, выпил, перед тем как написать эту ахинею? О чем вообще речь?! Какой маг в своем уме станет вызывать огонь, будучи закопан в бумажные обрывки?

Деметриос тоже находил это загадочным, но ему не терпелось узнать, о чем говорится потом.

- А дальше там что? Дальше? – спросил ученик.

- Ладно! – маг решительно вернулся к желтым страницам. – Дальше вот что. «Если вы исключили газ, сухие листья и обрывки бумаг, а заклинание все равно выходит слишком сильным, тогда заклинатель – огненный джинн, ифрит. Рисунок ифрита прилагается».

Деметриос даже привстал, чтобы разглядеть схематичное изображение существа с горящими руками, туловищем и головой. Ног у ифрита не было.

Ралуант тоже сначала долго смотрел на рисунок, потом поднял взгляд на Деметриоса, затем снова вернулся к рисунку и так несколько раз.

- Не похож! – маг наконец вынес свой вердикт. – Клянусь чем угодно, ты на ифрита не похож!

- Да, - произнес Деметриос. – Я в одежде, а ифрит вроде как голый.

Маг снова пристально воззрился на ученика. Ему показалось, что Деметриос издевается. Но зеленые глаза юноши были столь простодушны и чисты, что мистик отбросил недостойное подозрение.

- Чувствую, мы не разберемся с этим заклинанием, - сказал Ралуант и принялся расставлять потрепанные тусклые тома обратно на полки. – Что ж, тогда начнем сначала. Скажи-ка, кто твои родители?

Деметриос поерзал в кресле. Раздался скрип.

- Не знаю. Я найденыш. Меня нашла тетушка Лайза в лесу около деревни. Я лежал в корзинке, весь усыпанный снегом, и агукал. Так она сказала.

Ралуант скептически хмыкнул.

- Если лежал недолго, то почему был снегом засыпан? А если долго, то почему не замерз?

- Не знаю, - Деметриос беззаботно махнул рукой. – Я вообще не мерзну.

Маг вернулся на место и протер рукавом полированную поверхность стола, чтобы очистить от пыли, оставленной книгами.

- Хорошо. А что еще там было? Может, записка какая? Белье с монограммой?

- Ничего не было, только корзинка и я. Ну, еще три дохлых волка рядом. Вот и все.

Ралуант забарабанил пальцами по столу. Деметриос выдавал информацию скудными порциями. Это мистику не нравилось.

- Любопытно. Младенец в корзинке в мороз в лесу.... Рядом три дохлых волка. Кто их убил?

- Не знаю, - простодушно сказал Деметриос. – Не помню. Может, и я.

- Ох, - маг вскочил с кресла и быстро зашагал по комнате вдоль низкого окна. – Как ты мог их убить, ведь был новорожденным! Так мы ничего не решим. Ты еще ведь слишком кратко отвечаешь! А потом что с тобой произошло?

- Я вырос в деревне, - голова юноши двигалась влево-вправо, в зависимости от того, куда шел учитель. – Ко мне все хорошо относились. Потом староста отправил меня в школу Первого Солнца. В ту самую, которая погибла.

Ралуант резко остановился. Его рубашка пропускала солнечные лучи, а черные штаны – нет. Маг решил уже не расспрашивать о деревне, а перейти к главному.

- Как получилось, что ты выжил, когда всех магов убили?

Деметриос ответил честно и прямо:

- Я всегда выживаю. Что со мной может случиться? Гоблины на меня нападали, конечно, но потом умерли.

Ралуант слегка вспылил из-за того, как скупо отвечал ученик.

- Как умерли?! От чего умерли?! От долгой болезни, что ли?!

Демтриос на секунду задумался.

- Пожалуй, от болезни. Но не от долгой.

Ралуант закрыл глаза и досчитал до десяти, чтобы успокоиться. Он понял, что здесь нужно запастись терпением.

- Расскажи подробно, как они умерли. Кто их убил?

- Я, - простодушно ответил Деметриос.

- Каким образом? – подчеркнуто терпеливо спросил маг.

- По-разному. Некоторых сжег, других просто ударил, одного сбросил с крыши, а шаманов еще бубнами приложил. Знаете, учитель, это так увлекательно – перебрасываться бубнами. Я бы даже не отказался это сделать много раз. Ну, чтобы шаманы бубны снова ловили и бросали обратно мне. Но они не ловили.... Точнее, ловили, но головой. Потом уже обратно бросить не могли.

Маг не знал, удивляться ему или отчаиваться. Он вернулся в кресло и закрыл лицо руками.

- Невозможно поймать шаманский бубен на лету, - простонал Ралуант.

- Я не вру, - сказал Деметриос.

- Да. Я уже понял, что не врешь, - мистик убрал руки, его взгляд был печален. – Но все равно невозможно поймать шаманский бубен на лету! Хотя... вот что. Скажи-ка, ты быстро бегаешь?

- Нормально, - юноше очень хотелось прочитать все книги, расположенные за спиной мага, но он сомневался, что осилит. – Не всех могу догнать, правда.

Если бы Ралуант был менее расстроен и более сосредоточен, то он, внимательнейший маг, понял бы истинный смысл фразы «Не всех могу догнать». Но мистик был слишком озабочен другими проблемами.

- Я бы никогда не решился подвергнуть ученика опасности, - продолжал он, - но мне кажется, что ты можешь выжить, раз уж каким-то образом справился с гоблинами. И это хорошо! Дело в том, что я оставил в Спиральном мире сумку. Это случилось как раз перед моим последним боем. Она лежит рядом со скалой из белого кристалла, совсем недалеко от входа. Моего входа! Я сам туда пойти не могу, ведь поблизости бродит Золотистый Октопус, а магических сил у меня еще нет. Да и бегаю я так себе. Что скажешь? Рискнешь?

- Еще бы! – Деметриос даже подскочил на месте.

Маг печально кивнул.

- Но сначала я должен немного рассказать о Спиральном мире, чтобы ты знал, куда идешь. Так вот, этот мир, как считается, создан Великим мистиком Дрюдо. В него очень легко попасть, но, если углубился, то трудно вернуться. Дрюдо поместил туда разнообразных тварей, чтобы было почти невозможно добраться до конца спирали. Твари опасны тем, что хорошо соображают. У многих из них человеческие лица и они умеют говорить. Если тебя заметит Золотистый Октопус, то беги изо всех сил. Он славится тем, что любит отрывать людям руки и ноги. Бросай все и беги. Вопросы есть?

- Конечно! – Деметриос был очень рад, что сможет побывать в мире, созданном великим магом. – А что там в самом конце спирали?

Маг снова взял с полки книжку, на этот раз в ярко-красном переплете, повертел ее в руках и поставил обратно, будто не решившись открыть.

- Никто точно не знает. Некоторые говорят, что там находится исполнитель личных желаний. Другие – что Дрюдо построил свой замок прямо в центре Спирали и живет в нем до сих пор. Я, когда был совсем маленьким, но уже обладал большими способностями, попытался туда добежать. Мне так повезло, что добрался почти до самого конца! Я был так безрассуден. Удивительно, что вообще выжил. Наверное твари не обращали внимания на такого малявку. Ну что, пойдем?

- Да! – бодро Деметриос вскочил с кресла.

Они снова спустились в тот самый подвал, где прятался змееглав и находилась черная стена, ведущая в Спиральный мир.

- Применишь свое заклинание? Огненную стрелку? – спросил маг, показывая на заветное место. – Мы должны снова открыть ворота с твоей помощью.

- Применю! – с удовольствием произнес Деметрий и приготовился.

***

В это самое время заклинатели духов, нанятые генералом Туко, собирались попасть в дом мага Ралуанта через уже существующий проход в Спиральном мире. Их план был прост: ворваться в дом через врата, а затем найти и нейтрализовать духа по имени Деметриос. Это были два матерых шамана, поднаторевших в изгнании магических существ.

- Что за погода в Аракезе? Надеюсь, не так холодно, как здесь? – самый старший изгонятель, седобородый Неуко, ставил железные магические колышки около врат, расположенных в серой скале.

Он хотел взломать защиту.

- Даже жарко! Мне так нравится жара. Я совсем замерз тут, - второй шаман по имени Ирукез был лет на десять младше. – Дрожу весь. Как только получу вознаграждение за этого Деметриоса, поеду на юг. В теплые страны!

- И то верно! – Неуко, кряхтя, приподнялся и подошел к кожаным дорожным мешкам, сложенным неподалеку, чтобы взять еще один, предпоследний, колышек.

- Ничего! – старший шаман поставил этот колышек так, что получился почти полукруг вокруг скалы. - Сейчас откроем эти врата и наконец согреемся.

***

Заклинание «Огненная стрелка» получилось, как обычно, большим. Струя озлобленного пламени влетела в только что открывшиеся врата и исчезла синеве, оставив после себя дым и золу.

- Зола! – сказал Деметриос, показывая на темные хлопья. – Ее не было в прошлый раз.

Ралуант осторожно заглянул в темно-синий проход, появившийся в черной стене.

- Странно. Да. Здесь какие-то две кучки золы. Прямо рядом со входом. О, нет!

- Что? – живо спросил Деметриос, тоже заглядывая внутрь.

- Колышки! Видишь эти колышки? – палец Ралуанта показывал на расплавленные металлические болванки, которые превратились в блестящие блины.

- Разве это колышки? – с сомнением произнес Деметриос.

- Да. Только что были колышками. Еще дымятся. Тогда получается, что эти две кучки золы... только что пытались проникнуть в мой дом с другой стороны. Со стороны Спирального мира!

- Вот это да! – не на шутку удивился Деметриос. – Никогда бы не подумал, что две кучки золы могут желать пройти сквозь магические врата.

Это прозвучало так неожиданно, что Ралуант оторвался от лицезрения останков шаманов и с подозрением воззрился на юношу. Мага не покидало чувство, что над ним смеются.

- Это не кучки золы желали пройти, а шаманы-мистики, - на всякий случай пояснил Ралуант. - Наверняка хотели украсть Малую Печать. Но почему одни? Обычно их сопровождают воины. Шаманы-мистики умеют сражаться лишь с духами. Странно.... Они, что, полагали, что у меня тут живет дух? Или что я – это дух? Ничего не понимаю....

- Может, там где-то еще есть воины? – с надеждой спросил Деметриос. – Может, они на нас нападут?

Ралуант вышел из врат, но ничего не увидел, кроме желтого гравия, серых скал, нереальной синевы неба и далеких ярко-зеленых деревьев.

- Нет тут никаких воинов. Шаманы были одни. Странно. Хотя... чего бесплодно ломать голову? Нужно решать важные задачи! Ты готов, Деметриос? Сможешь принести сумку?

- Да! – юноша тоже вышел из врат и завертел головой, словно пытаясь разом охватить все буйство необычных ярких красок.

- Хорошо. Она там, - маг вытянут руку в сторону деревьев вдали. – Где ущелье. Под сосной с двумя стволами. Точнее, это выглядит как сосна, только иголки красноватые. Сумка же белая, холщовая. Я оставил ее перед битвой, думал, заберу потом. Но не смог. Если бы у меня были силы, то отвлек бы Золотистого Октопуса. Есть такое заклинание «Манок».... Да чего уж там.... Деметриос?! Ты куда?!

Последний вопрос полетел в спину ученика, уже набирающего разгон.

- Как куда? – обернулся удивленный Деметриос. – За сумкой!

- Но я же не дал инструкции, как убегать от Октопуса! Послушай, он будет где-то в ущелье. Ты крадись! Если он тебя заметит, просто убегай. Обычно из ущелья он не выходит. Тогда попробуем в другой раз. Главное – не давай ему приближаться к тебе. У него ведь щупальца!

Деметриос махнул рукой в знак того, что услышал инструкции, а потом помчался еще быстрее. Ралуант только головой покачал.

Щебенка вылетала из-под ног бегущего юноши веселыми брызгами. В этом мире даже воздух казался более свежим, чем в молодом весеннем лесу.

Вскоре деревья приблизись настолько, что Деметриос увидел овраг. Покатые стены были покрыты большими камнями, между которыми нагло росли деревья и кусты. Вдали, посередине оврага, высилось дерево с двумя стволами и красноватыми иголками. Других похожих деревьев поблизости не наблюдалось, и юноша решил, что это и есть – главная цель. Он весело запрыгал по камням, спускаясь вниз.

Травы в овраге почти не было, но мелкие кусты все-таки цеплялись за штаны. Деметриос очень хотел оказаться полезным учителю и потому бежал прямо к дереву с двумя стволами, чтобы побыстрее раздобыть сумку и вернуться. И действительно, матерчатая белая сумка лежала там, на самом видном месте, на каком-то светлом валуне. Юноша радостно схватил ее, развернулся и только тогда подумал, что не последовал советам мага, и не стал оглядываться по сторонам. На эти мысли его натолкнуло огромное существо золотистого цвета, нависшее над головой.

Это существо выглядело довольно странно. Шесть ног-щупалец удерживали круглой тело, напоминающее шар. На переднем конца это шара красовалось огромное человеческое лицо, тоже золотистое. В высоту существо достигало, пожалуй, пять ярдов.

- Ого! – сказал Деметриос, задирая голову вверх. – Вот это да!

- Ты – мистик? – лицо разжало губы и рокочущие слова прокатились по оврагу.

- Я? Нет! – улыбнулся юноша. – Я тут так... А ты... этот... Золотистый... Золотистый... тьфу ты! Забыл! Золотистый... Фокус?

Лицо искривилось. В глазах появился хищный яростный блеск.

- Только что я думал, что с тобой сделать! Но ты сам решил свою судьбу безумными словами! – загрохотал голос. – Сначала я оторву тебе руки!

- Подожди-ка..., - Деметриос, казалось, не слышал, что только что произнесло существо. – Ты ведь не Фокус.... А кто же? Кто?... Фокус-Покус, что ли?

Огромное щупальце схватило юношу за левую руку.

- Все! Я буду отрывать тебе руки и ноги постепенно! С расстановкой! Чтобы ты почувствовал...

- Фикус! – прервал Деметриос зловещую речь. – Ты – Фикус, да?

Физиономия твари страшно перекосилась.

- Нет, не Фикус, - юноша почесал затылок свободной правой рукой. – А кто же ты? А, вспомнил! Кактус! Точно! Ты – Золотистый Кактус!

Глаза существа выпучились.

- Молись своим богам! – завопило оно и дернуло щупальцем, держащим левую руку Деметриоса.

Однако ничего не произошло.

Лицо искривилось еще больше, на этот раз от напряжения.

- Почему... не выходит?! – загрохотал голос.

- Не получается? – участливо спросил Деметриос. – Наверное, трудно жить с именем Золотистый Кактус, если ты на самом деле не кактус, а шар на ножках.

Существо взревело и уперлось другим щупальцем в бок юноши, чтобы выдернуть руку наверняка.

- У тебя не выходит потому, что ты не очень сильно тащишь, – философски заключил Деметриос. - Я сейчас покажу, как надо.

И он дернул за одно из щупалец правой рукой.

Глава восьмая, в которой лич продолжает умирать

Каждый лич считает себя бессмертным. И у него есть право так думать. Он рождается как обычный человек, долго учится, чтобы стать хорошим магом, затем увлекается некромантией и... вступает на скользкий путь погони за могуществом. Хороший некромант может поднять зомби или создать вампира, которые способны жить вечно. Это мага расстраивает. Как же так, он, творец этих созданий, смертен, а они нет? Зависть проникает черными щупальцами в сердце мага и, рано или поздно, он приходит к выводу, что мир несправедлив к нему. И надо это исправить. Что нужно поднять не только зомби, но и самого себя, предварительно заключив свою сущность в предмет, в филактерию. Так человек проходит путь от ученика мага до полноценного лича.

Бенуа Годаур был учеником мага лет двести назад. Он вырос в хорошей семье почтенных торговцев, в детстве ни в чем не нуждался и попал в отличную магическую школу. Нельзя сказать, что там его обижали потомственные маги или дворяне. Наоборот, Бенуа проявил твердые лидерские и магические способности, великолепно окончил школу и сразу получил десятую категорию. Затем он поступил в секретари к одному из выдающихся магов, проработал там три года и еще больше повысил свой уровень. Его будущее казалось безоблачным – лет через двадцать он мог бы претендовать на одну из высших категорий, но.... Как обычно, появилось одно «но». Невеста Бенуа скончалась от несчастного случая, когда ударилась головой о ветку дерева во время скачки на лошади.

Похороны прошли скромно. Годаур не плакал. Он стоял в стороне и молчал. Может, Бенуа вообще не произнес бы ни слова на тех похоронах, но к нему приблизился человек в черном пиджаке.

- Господин маг, - сказал незнакомец. – Я предлагаю вам сделку. Ваша невеста вернется к вам, но взамен....

Бенуа даже затрясся от отвращения и гнева, когда понял, что ему предлагают.

- Да как вы посмели?! – вскричал он. – Как посмели такое мне сказать?! Чтобы моя прекрасная невеста, моя Стелла, превратилась в зомби! Да я....

Далее честный Годаур ругался и проклинал мерзавца несколько минут подряд. Однако незнакомец терпеливо ждал. И когда поток проклятий иссяк, человек в черном пиджаке откашлялся:

- Вы, наверное, не совсем поняли. Мой хозяин не любит поднимать зомби. Они получаются совсем безмозглыми. А мой хозяин в силах сделать нечто иное. Получше. Сохранить разум.

Бенуа давно уже сдерживался, чтобы не ударить подонка. Но все-таки ответил:

- Зомби не могут быть разумными. Заклинание превращает остатки мозга в светящуюся массу.

Человек в пиджаке снова сдержанно улыбнулся тонкими синими губами.

- Мы не говорим о зомби, повторяю. Мой хозяин сделает из вашей невесты вампира. Она будет такой же, как прежде... почти такой.

Бенуа вновь хотел было резко ответить, но его сердце дрогнуло. Он вспомнил Стеллу. Ее смех, походку, движения... вспомнил, как она радовалась ему при встречах и бросалась в его обьятия.

- И... что взамен? – неожиданно для себя спросил он, даже не пытаясь оценить могущество мага, который может из обычного трупа сделать полноценного вампира.

- Вы будете его учеником, - кратко ответил незнакомец.

Так Бенуа стал некромантом.

Потом минуло несколько лет. Жизнь Годаура наладилась, но его уже никто не назвал бы честным. Днем он казался обычным магом, теперь уже пятой категории, а ночью был совсем другим. Его черный балахон, расшитый серебристыми узорами, частенько появлялся не только на кладбищах, но и в парках и на пустынных улицах. На кладбищах Бенуа оттачивал свое мастерство, а в парках и на улицах добывал еду для своей вечной невесты.

Может, такая жизнь продолжалась бы еще некоторое время, но однажды некромант Годаур заметил, как пробиваются на его висках седые волосы. Он подошел к своей прекрасной невесте, чьи длинные черные локоны струились как весенний водопад, и вдруг понял, что пора что-то предпринять. А иначе вскоре он будет выглядеть как стареющий ловелас рядом с молодой красавицей.

Тогда Бенуа отправился за советом. К своему учителю. И, конечно, получил исчерпывающую помощь. Так когда-то честный и добрый маг стал личем.

С тех пор прошли те самые двести лет. Бенуа уже было не узнать. Во всех смыслах. Его сущность жила в филактерии, в небольшом черном кувшине. А тело казалось молодым полным сил человеческим магом. У Бенуа больше не было невесты. Как только он стал личем, то избавился от надоедливой и бесполезной вампирши. Потому что не ощущал больше никакой любви.

Тело Бенуа существовало под именем Бриан. Его принимали за талантливого мага четвертой категории и никто не подозревал, что им управляет древний лич, чей реальный магический уровень значительно превышал эту категорию. Бриан жил при Гильдии и был на хорошем счету у начальства. Он много путешествовал и никто не удивился, когда молодой маг внезапно сорвался с места и бросился в городок Аракез. Его знакомые не подозревали, что всему виной было краткое письмо:

«Бенуа! Немедленно поспеши в Аракез. Найди там мага Ралуанта и забери Малую Печать. Большую Печать мы не успеем раздобыть, на штурм замка уже нет времени. Генерал Туко не справился с задачей. У него был еще какой-то план в запасе, но мы уже не можем на это полагаться. Ралуанта ты должен знать, это мистик второй категории. Он утратил силы и не способен на сопротивление. Сбежать в другой мир не сумеет. Туко сообщил, что в том же доме живет некий Деметриос. Выясни, кто он такой. Туко утверждает, что Деметриос опасен. Мне кажется, что генерал не в своем уме. Не нужно было поручать ему такое дело».

Когда Бенуа шел по улицам Аракеза, Ралуант встречал Деметриоса с сумкой.

- Достал! – вскричал маг, простирая руки вверх. – Достал-таки сумку!

- Да. Вот, - Деметриос протянул светлую сумку и Ралуант почти выхватил ее.

- Она! Все здесь! Все на месте! – маг судорожно копался в матерчатых глубинах.

На его губах расцветала улыбка.

- Заленая лампа... указующая бечева... мел! Мел сохранился! Не пропал! Теперь, Деметриос, нам снова начнет везти, даже если мои силы и не вернутся вскоре!

Юноша кивал. Он был рад, что осчастливил учителя.

- А ты как? Октопуса не видел? – рассеянно спросил Ралуант.

- Видел, - ответил Деметриос, заглядывая через плечо мага, чтобы рассмотреть этот загадочный мел, который вызвал столько радости.

- И что? Убежал от него? – маг все еще рылся в сумке.

- Нет. Он со мной говорил.

- Говорил? – Ралуант поднял взгляд. – Говорил? О чем?

Деметриос пожал плечами.

- Он очень сердился. Я тогда не понял, почему. Но сейчас понял. Я забыл, как его зовут.

- Хм... и он не причинил тебе никакого вреда? – губы мага удивленно искривились. – Я не знаю никого, кто говорил бы с Октопусом и выжил после этого!

- Мне? Нет, не причинил, - мотнул головой Деметриос.

- И позволил тебе уйти?

Юноша на секунду задумался, вспомнив огромного золотистого колобка, летящего от пинка вдоль оврага, и кивнул:

- Да. Позволил, выходит. Щупалец ведь мало было.

Ралуант торжественно вытащил кусок синего мела из сумки. Судя по сияющим глазам, маг уже не думал об Октопусе.

- Смотри, Деметриос! Это Морской Камень. Он так называется потому, что его можно отыскать только в одном месте, на берегу моря. Для мистиков он необходим, потому что позволяет открывать врата в другие миры даже с самыми слабыми способностями. Я надеюсь, что мне тоже вскоре поможет, когда хоть какие-то силы появятся....

Юноша с уважением посмотрел на небольшой камень, который помещался у мага на ладони.

- Хотя... знаешь что? – мистик слегка подбросил мел. – Почему бы не проверить пока, получится из тебя мистик или нет? Идем-ка.

Учитель и ученик вышли из Спирального мира через врата, ведущие в подвал, и маг захлопнул «дверь», дернув за рычажок.

- Мел работает очень просто, - Ралуант приблизился к черной стене и прищурил левый глаз, будто прицеливаясь. – Нужно нарисовать круг. А потом ты попробуешь представить, как проходишь сквозь него. Обычно у мистиков получается с первого раза. Они попадают в самый подходящий для себя мир. В тот, в котором им легко и приятно. А потом уже учатся выбирать, куда попасть.... Если у тебя все пойдет, как надо, то мы увидим, где тебе живется легко, что ты считаешь своим домом.

Деметриос радостно улыбнулся. Ему тоже хотелось увидеть тот мир, который можно назвать домом. Ралуант опытной рукой начертал почти идеальный синий круг.

- Вот... теперь....

Но в эту секунду раздался настойчивый грохот дверного молотка.

- Демоны раздери! Кого там принесло? – выругался Ралуант. – Нам тут сосредоточиться надо! Через несколько минут мел перестанет действовать.

Молоток продолжал грохотать.

- Придется открыть, - зло сказал маг. – Они не оставят в покое. Откроем и сразу назад!

Ралуант и Деметриос заспешили по скрипучей лестнице наверх. Они прошли по коридору быстрым шагом и оказались перед парадной дверью, которая сотрясалась от ударов молотком.

Маг распахнул дверь. На пороге стоял высокий и статный молодой человек в фиолетовом халате. К его вороту была приколота серебряная заколка с цифрой «4», обвитой виноградом.

- Господин Ралуант? – хорошо поставленным голосом произнес маг. – Я – Бриан. Помните, мы познакомились в прошлом году на конклаве в Руссете?

- Помню..., - мистик наклонил голову. – Тогда у вас, кажется, была пятая категория.

- Теперь четвертая, - гость расплылся в улыбке. – Меня прислала Гильдия. Вот письмо от...

- Подождите! – Ралуант замахал руками. – Мы сейчас очень заняты. Открываем новые врата. В первый раз! Если не возражаете, присоединяйтесь. Полюбуетесь, как пойдет. А то действие мела скоро закончится.

Бенуа с энтузиазмом согласился. Проникновение в дом входило в его планы, а вот бой на улице – нет.

И теперь уже компания из трех человек вернулась в подвал, к синему кругу на черной стене.

- Вот, - Ралуант показал на круг рукой, будто сие творение можно было не заметить. – Сейчас мой ученик Деметриос попробует открыть первые врата в своей жизни.

Бенуа мог бы попробовать прямо сейчас забрать Малую Печать, но решил присмотреться к этому загадочному Деметриосу, которого так боялся бравый генерал Туко. Что за врата получатся у него? Если вообще получатся....

- Пожалуйста, начинайте. Считайте, что меня здесь нет, - галантно произнес Бенуа и отошел подальше, размышляя, не хранится ли Малая Печать прямо здесь, в подвале, в мрачном стальном шкафу.

- Что я должен делать? – с интересом спросил Деметриос, разглядывая круг.

- Просто думай о чем-нибудь приятном. О каком-нибудь месте. Любом, где тебе хорошо, - произнес Ралуант. – Если у тебя есть дар мистика, то тебе откроется мир, сходный с этим местом.

- Я подумаю о доме тетушки Лайзы, - с удовольствием произнес Деметриос. – О коте Мурре, о козе Кусе, об утках и гусях. Еще подумаю о пруде, где водятся большие рыбы, и о коровах старосты.... Да, конечно, о тетушке Полли и ее пирогах, о Тине, моей соседке, и даже о шумной собаке Шуше. О....

- Достаточно, - с улыбкой прервал речь ученика Ралуант. – Подумай вот о них. Этого хватит. Приступай.

Деметриос нахмурился и даже сжал кулаки. Но, конечно, ничего не происходило. Тогда юноша приложил палец ко лбу, изображая напряженную умственную деятельность. Круг оставался просто синим кругом на черном фоне.

- Просто вспоминай, - посоветовал Ралуант. – Козу... кота... кто там у тебя еще был?

- Собака Шуша и....

- Не надо перечислять, - быстро сказал маг. – Вспоминай и все.

Деметриос обхватил руками голову и даже зажмурился. Бенуа с интересом наблюдал за происходящим и медленно постукивал по железному шкафу с тыльной стороны. В подвале раздавался только этот размеренный тихий стук.

- Не получается..., - горесто произнес Деметриос, открывая глаза. – Чувствую, что не получается.

- Ничего-ничего, - успокоил его мистик. – У нас еще осталась минута-другая. Пробуй.

Юноша вновь сосредоточился и покраснел от напряжения. Снова безуспешно.

- Пробуй, - ободряюще сказал Ралуант, уже не надеяясь на успех и жалея о потраченной части мела. - Пробуй как можешь.

Деметриос закрыл глаза, на этот раз его лицо оставалось спокойным. Конечно, секунды шли, а круг и не собирался превращаться во врата.

Ралуант громко вздохнул, а Деметриос махнул рукой. Взгляд юноши был печален.

- Не вышло, - сказал ученик. – Наверное не стать мне мистиком.

Бенуа был единственным, кто не огорчился. Наоборот, он наблюдал за происходящим, хоть и с потаенной усмешкой, но внимательно. Именно поэтому лич первым заметил изменения в синем круге.

- Там что-то происходит, - сказал Бенуа, показывая рукой на светло-синие блики, замелькавшие на черной стене.

Хитрый лич сразу смекнул, что если маг с учеником бросятся в открывшиеся врата, то он сможет спокойно обыскать шкаф.

- Деметриос! – вскричал Ралуант. – Получилось! Ты открыл свою первую дорогу в другой мир! Из тебя выйдет мистик!

Юноша обернулся с изумлением на лице. А блики становились все заметнее. Из голубых они превращались в фиолетовые, в черной стене появлялись желтые трещины.

- Очень хорошо! – Ралуант радовался, что мел оказался потрачен не напрасно. – Чудесно! Теперь мы узнаем, какой мир ты считаешь родным. Может, это будет мир Торри? С фиалковыми полями, домиками будто из сказки, веселыми ручьями! Многие начинающие мистики открывают врата именно в этот мир.

Деметриос подошел поближе, чтобы первым увидеть то, что окажется за стеною. Он тоже был готов и к фиалкам и к домикам и к веселым ручьям.

Через врата пробежала последняя желтая трещина, и они распахнулись. Деметриос смотрел вдаль широко открытыми глазами. На его лице не отражались никакие эмоции. Ралуант же, когда заглянул внутрь, отшатнулся так быстро, будто увидел перед собой разъяренного дракона.

- Дем... Деметриос! Что это? – прошептал мистик. – Это куда ты открыл проход?

- Не знаю, - спокойным голосом сказал юноша. – Только здесь нет домиков. И собаки Шуши тоже нет. И кота...

Перед взором учителя и ученика находилась картина зловещего сумрачного увядания. Рядом с вратами коричневело поле. Трава была мертвой, но пока еще не распавшейся. Рядом темнели деревья. Их сухие желтые листья беспомощно висели на ветках, но не падали вниз. Вдали неподвижным черным стеклом застыла река. Посередине ее было что-то, похожее на лодку. Серый тяжелый небосвод наводил на мысли, что здесь никогда не бывает ни солнца ни тьмы.

- Бриан, подойдите, - слабым голосом произнес мистик, хватаясь за сердце. – Посмотрите. Я лично такого еще никогда не видел. И даже не слышал о подобном.

Бенуа приблизился. Хотя лич и лишен глубоких чувств, но он может ощущать поверхностные. Любопытство, например.

Мир, открывшийся Бенуа, произвел даже на него впечатление. Некромант обычно комфортно чувствует себя даже среди мертвых или умирающих. Но Бенуа почуял, как легкая тревога кольнула его застывшее сердце. В том мире было что-то непонятное, опасное и неприятное даже для него, бессмертного лича.

- Я... не понимаю, - Ралуан произнес фразу, уже ставшую привычной для него в последние дни. – Там нет ветра... листья не шевелятся... но почему они не падают вниз? Посмотрите, под деревьями нет ни одного листочка. Только эта жуткая трава. Она тоже стоит и не пригибается!

Бенуа ясно понял, что мистик в тот мир не пойдет, что его туда не заманишь ничем. Да и лич бы тоже не пошел.

- Деметриос, что это? – повторил Ралуант. – Это ты так себе представляешь свой дом?

Деметриос легкомысленно пожал плечами.

- Да, тусклое местечко. Но даже уютное.

- Уютное?! – Бенуа не выдержал и вмешался в разговор. – А что случится с теми, кто войдет в этот мир? Там вообще можно находиться?

- Мне да, - ответил Деметриос. – И другим тоже. Только они умрут.

Ралуант поднял свою светлую сумку, лежавшую тут же, покопался в ней и извлек маленькую зеленую масляную лампу и огниво. Маг чиркнул огнивом, высек искру и лампа зажглась трепетным красно-желтым пламенем. Как только этот легкий свет коснулся врат, они задрожали и... схлопнулись, оставив после себя прежнюю черную стену.

- Нельзя держать открытыми врата, ведущие в опасный мир, - пояснил свои действия мистик. – Это азы нашего ремесла. Я потом почитаю об этом мире. Вдруг кто-нибудь что-нибудь написал? Надеюсь только, не так, как Тобиас об огненной стрелке.

Бенуа понял, что его намерение забрать Малую Печать спокойно и без хлопот практически провалилось. Но он решил вернуться к первоначальному плану.

- Раз мы выяснили все с вашим учеником, то давайте вернемся к делам. У меня есть письмо от Гильдии, предписывающее вам отдать мне Малую Печать. Вот письмо.

Лич достал из-за пазухи тонкий свиток и протянул его мистику.

Ралуант развернул белый лист бумаги, не догадываясь, что держит подделку.

- Из столицы, - сказал он. – Любопытно. А где вы раньше-то были? Почему мне не верили? Почему считали, что Заусао нет, что он исчез и больше никогда не вернется?

- Мы же люди, мы совершаем ошибки, - обезоруживающе улыбнулся лич. – Где Малая Печать? Я ее заберу и помещу под надежную охрану.

Мистик сделал было шаг к железному шкафу, но остановился.

- Вы же маг четвертой категории. Простите, при всем уважении, я не могу доверить такую вещь. Сходите в наше отделение Гильдии, пусть вам выделят сопровождающих. Так надежней будет.

Бенуа на миг задумался. Он моментально взвесил эту возможность и понял, что поход в местное отделение Гильдии отпадает, подделку могли там разоблачить.

- Не нужно меня недооценивать, я справлюсь, - лич прищурил глаза и они стали холодными, злыми.

Но Ралуант не понял намек.

- Не могу, - сказал он. – Нужен конвой.

- Малая Печать здесь? – вместо ответа Бенуа показал рукой на железный шкаф. – Охраняется змееглавом?

- Здесь, - Ралуант приблизился к шкафу и любовно погладил стену. – У меня хорошая защита.

- Она вас не спасет, - произнес Бенуа жестким голосом. – Отдавайте печать по-хорошему.

- Что вы имеете в виду? – недоуменно переспросил мистик. – С каких это пор Гильдия начала мне угрожать?

- Это не Гильдия, - лицо Бенуа стало совсем угловатым и злым. – Мне нужна Малая Печать, и я ее возьму. Вы не сможете мне помешать. У вас нет магических сил. А ваш ученик слишком юн. Предлагаю в последний раз: отдайте.

Реакция Ралуанта оказалась стремительной. Он метнул под ноги гостю горящую зеленую лампу, которая тут же взорвалась небольшой огненной вспышкой, и повалил обильный серый дым. Мистик тут же схватился за сумку и извлек оттуда короткую палку, напоминающую веретено. Ралуант нацелил палку на гостя, резко встряхнул ее и оттуда вылетела молния.

Однако тот, кого принимали за Бриана, неожиданно быстро погасил пламя под ногами, а молния вообще не оказала никакого эффекта.

- Ну-ну, - сказал Бенуа, ухмыляясь. – Вы теперь можете лишь амулетами пользоваться. А посмотрите, что могу я.

Он вновь сунул руку за пазуху и извлек маленький кинжал.

- Я ведь специализируюсь на оружии, господин Ралуант. Попробуйте отбить мой удар.

Лезвие кинжала начало быстро вытягиваться и вскоре превратилось в тонкий длинный стержень, который несся по направлению к мистику. Глаза Ралуанта расширились. Он вдруг понял, что не успеет отскочить и стержень вопьется в его грудь.

Бенуа уже раздвинул губы в хищной улыбке... но эта полуулыбка вдруг застыла на его лице. Стержень врезался в ладонь Деметриоса и сломался.

- А что это тут такое происходит? – спросил ученик. – Сдается мне, вы хотите убить моего учителя.

- Какой проницательный юноша, - с иронией произнес Бенуа. – Я уже несколько минут собираюсь его убить, а ты....

Он не договорил, потому что Деметриос одним прыжком оказался около него и ударил рукой куда-то в район живота. Гостя согнуло, он отлетел к лестнице и распластался на ступенях, как дохлая лягушка.

- Ты убил его! – воскликнул мистик, переводя дух.

- А что, не надо было? – удивился Деметриос.

- Да почему... может и надо, только как-то это неожиданно..., - Ралуант подошел к магу, распростертому на собственном фиолетовом халате. – Ты прыгнул столь быстро, что я не успел ничего увидеть. Теперь понимаю, как умерли твои гоблины. Вот так!

- Не так, - поправил учителя Деметриос. – Иначе. На них не было фиолетовых халатов.

Мистик открыл было рот, чтобы ответить на непредсказуемое возражение, как вдруг заметил, что Бриан поднимается.

Гость медленно сел, опираясь на руки. Его лицо казалось безжизненным, а пустые глаза смотрели на Ралуанта, не моргая.

- Что за демоны! – выругался мистик. – Он жив? Судя по лицу, нет! Это зомби, что ли? Но как тогда он смог удлинить кинжал? Зомби не владеют магией. Или он стал зомби после смерти?

Бриан поднялся на ноги. Кисти его рук принялись темнеть, окутываясь клубами черного дыма, который струился прямо из кожи.

- Ч... что? Что это? Это не зомби! – светлая кожа Ралуанта еще больше побледнела от волнения. – Деметриос! Ты видишь?

- Вижу, - спокойно отозвался ученик. – У него что-то с руками. Может, он горит? Может, тушить надо?

- Деметриос! Это не зомби! Он и не был зомби! Это... лич! О, нет! Лич! – в ужасе закричал Ралуант. – Он просто притворялся человеком, магом! Даже когда у меня были силы, я бы не смог с ним справиться! Теперь он заберет Печать! Я не знаю, что делать!

- Можно сбегать за водой, - пожал плечами Деметриос. – Он еще дымится.

Черный чад вырывался теперь уже из рукавов халата. Казалось, что руки Бриана превратились в этот самый дым.

- У тебя ловкий ученик, Ралуант, - безжизненные губы едва шевелились. – Недаром Туко его боится. Но он тебя не спасет. Мне немного интересно, что чувствуют люди сразу перед смертью? Вот что ты чувствуешь, Ралуант?

- Мы с вами не на ты, - мистик почти сразу успокоился.

Он волновался больше за Печать, чем за себя. И теперь, когда счел, что Печать сохранить не удастся, беспокоиться перестал.

- Я предлагаю сделку, - продолжил Ралуант. – Я отдам вам Малую Печать, а вы отпустите моего ученика.

- Ты предлагаешь мне то, что тебе уже не принадлежит, - лич усмехнулся одними уголками тонких посиневших губ.

- Зачем меня отпускать? – вмешался в разговор Деметриос. – Куда меня отпускать? Я здесь учиться собираюсь.

Лич перевел взор с мистика на юношу. Что-то, похожее на сомнение, мелькнуло в мертвом взгляде.

- Ты чувствуешь лишь любопытство, - сказал Бенуа. – Ралуант волнуется, а ты нет.

- Мне любопытно, почему у тебя руки из дыма, - Деметриос почесал нос. – Что ими можно делать? А если ты захочешь чаю?

Лич Деметриоса знал плохо и потому рассудил, что нам ним издеваются. Древние неживые некроманты не любят насмешек. Каждый из них полагает себя властителем мертвых. Они считают, что не для того обрели мрачное могущество, чтобы над ними потешались.

- Эти руки, чтобы убивать и поднимать, - резко сказал лич и двинулся к Деметриосу.

- Беги! – крикнул мистик, обращаясь к ученику.

Но юноша стоял, слегка наклонив голову на бок. Ралуант подумал, что Деметриос растерялся, хотел броситься к нему, чтобы оттолкнуть, но не успел. Лич опередил на целую секунду и обнял ученика черными дымовыми объятьями.

Через мгновение оба скрылись в дыму, ничего нельзя было различить. Ралуант уже мысленно попрощался с перспективным, но непутевым учеником, и в голове мистика даже стал складываться план по спасению Малой Печати, если бой лича и Деметриоса затянется.

Но бой не затянулся. Лич неожиданно разжал объятия и бросился наутек вверх по лестнице. Ралуант даже не успел удивиться такому повороту, как Деметриос включился в преследование.

Юноша нагнал лича уже во дворе. Деметриос прыгнул на плечи гостя и принялся наносить поразительно быстрые удары. А потом, видимо, решив, что дело сделано, просто перебросил обмякшее тело через забор.

Лич пролетел несколько ярдов и шлепнулся на тротуар. Сознание Бенуа, конечно, работало, но связь с телом стремительно пропадала. Разум лича затрепыхался в своей филактерии. С одной стороны, ему было жаль терять отличное тело, которое он попытался спасти в последнюю минуту. С другой стороны, лич пытался понять, с кем или с чем он столкнулся. Почему темная магия не оказала вообще никакого эффекта, даже наоборот, кажется раззадорила эту загадочную сущность, притворяющуюся юношей. Но был и третий вопрос, который лича тоже интересовал. Погибающее тело мага Бриана уже не могло видеть, но слух сохранялся. И вот этими остатками слуха лич услышал таинственные фразы, раздавшиеся сразу после падения тела на тротуар.

- Так-с, что тут у нас? Кошель? Есть! Халат? Ну, так себе. Заколка тоже сгодится. Еще всякие магические штуки на нем. Эти пойдут оптом, я не знаю их. Эх... ну почему мой благодетель никак не отправится в путешествие? Неужели ему не понятно, что мне нужно больше денег? На этих трупах около дома особо не разживешься. А старость не за горами.

Глава девятая, в которой убийца учится летать

Появление лича наделало настоящий переполох. У дома Ралуанта собрались все городские маги Пришел даже важный господин Тэри – начальник местного отделения Гильдии.

- Ралуант, вы убеждены, что это был лич? Полностью убеждены? – Тэри переспрашивал уже об этом в пятый раз со страдальческим видом.

Подумать только, все было тихо, да гладко, а теперь столица пришлет комиссию, которая еще неизвестно, что может обнаружить. Тэри сомневался, что финансы отделения Гильдии находятся в порядке. Он был даже уверен, что нет.

- Я еще не разучился отличать черную магию, - терпеливо повторял Ралуант, пренебрежительно разглядывая золотую вязь и мелкие драгоценные камни на халате собеседника.

Господин Мегг закончил осмотр трупа и приблизился.

- Похоже, что лич, - сказал он, стряхивая со строгого сюртука невидимую нить. – Тело умерло довольно давно, а поддерживалось в приличном состоянии с помощью магии. Вы знаете, что это за магия. Я думал, что личей уже нет, а вот поди ж ты.... Надо его срочно найти. Хотя я не понимаю одну вещь....

- Какую? –Тэри с надежной воззрил на сыщика свои бесстыжие голубые глаза. – Может, все-таки он не лич?

- Лич, - Мегг качнул своей шапкой, напоминающей цилиндр. – Я не могу понять, почему на нем нет личных вещей. Кошеля там, бумаг, свитков каких-нибудь, даже завалящей цепочки нет! Это необычно для мага. Все таскают с собой кучу барахла на всякий случай.

- Но как Ралуант, маг без магии, мог справиться с личем! – Тэри хватался за соломинку. – Даже я со своей второй категорией поостерегся бы вступать в такой бой.

- Мы справились с помощью подручных средств, - уклончиво ответил Ралуант.

- Да каких подручных средств! – вспылил Тэри. – Что это за средства такие!

Однако господин Мегг уже знал ответ на этот вопрос, ведь увидел подходящего к ним знакомого юношу. Подручные средства носили имя. Их звали Деметриос.

- Забор придется чинить, - сказал юноша, беззаботно протискиваясь на место напротив Ралуанта и оттесняя важного господина Тэри. – Этот тип сломал несколько досок. Ну, своей головой когда летел через забор. Но это ничего! Я знаю, как чинить заборы.

- Это еще кто?! – Тэри и так находился на грани, а бесцеремонный юноша окончательно вывел босса из себя.

- Мой ученик. Деметриос, - Ралуант представил юношу.

Мистик не собирался делиться с Гильдией своими знаниями о Деметриосе. Он намеревался использовать их более эффективно.

Господин Мегг мгновенно насторожился. Его глаза сузились, а ноздри тревожно раздулись. Он достал свой блокнот и записал быстрым размашистым почерком:

- Великий маг Деметриос поступил в ученики к другому, обычному, магу. Похоже, Деметриос окончательно спятил. Надо установить за ним круглосуточное наблюдение, чтобы он не наделал дел.

Господин Мегг уважал великих магов, но очень боялся их долголетия. Магия могла почти бесконечно поддерживать тело, но не разум. После двух-трех сотен лет жизни разум частенько начинал сдавать. Но сколько лет Деметриосу? Никто не знал! А спросить напрямик боязно – вдруг это спровоцирует приступ?

- Я схожу на базар, куплю новые доски, - Деметриос ударил по кафтану на груди и поднялось небольшое облачко пыли. – Возьму с собой Люси, пусть прогуляется. Учитель, у вас есть деньги?

- Да, возьми, - Ралуант покопался в карманах и достал две серебряные монеты. – Купи, что надо.

Деметриос столь же бесцеремонно протиснулся между Тэри и Меггом и удалился.

Сыщик выждал минуту и устремился за юношей. Он не знал, что безумный великий маг собирается делать с досками, но его богатое воображение подсказывало удручающие и разрушительные картины.

Юноша беззаботно шагал по городу и не догадывался, что за ним по пятам следуют двое – сыщик и Нубиус. Бывший вор был очень рад, что его благодетель наконец покинул дом мага и теперь даже трепетал от ожидания богатой добычи, если вдруг Деметриос решит оставить город.

Между тем, дела Нубиуса явно налаживались. Трупы гоблина и мага немного обогатили вора, он даже собирался купить новую куртку и раздобыть какой-нибудь магический мешок, куда можно положить побольше трофеев.

Вор даже принялся мечтать, что вот, он походит за Деметриосом еще немного, потом купит большой дом на берегу какого-нибудь озера. Нубиусу нравилась рыбалка, хотя в последний раз он ловил рыбу еще мальчишкой. Ему даже явственно представился этот дом с зеленым ставнями и большой верандой, куда можно будет поставить кресло-качалку.

И как обычно это с ним бывает, Нубиус отвлекся из-за мечтаний, расслабился и не заметил вовремя своих недругов, бывших собратьев по ремеслу. Их звали Есок и Уно. Первый был раньше младшим партнером Нубиуса, а второй – просто подручным.

Есок считал, что угодил на рудники из-за Нубиуса, затаил глубокую обиду и мечтал воспользоваться шансом, чтобы отомстить. И вот, неожиданно, этот шанс представился. Нубиус крался за кем-то и ни на что не обращал внимания.

Бывший вор даже не успел заметить, кто его ударили дубинкой по голове сзади. Он также не чувствовал, что его тело завернули в ткань и куда-то тащат. Нубиус очнулся лишь позже и обнаружил себя связанным, сидящим около окна небольшой комнаты на втором этаже какого-то дома.

Перед глазами вора плавали разноцветные круги, голова нестерпимо болела, но он нашел в себе силы сосредоточиться и узнать улыбающееся лицо своего бывшего партнера. У Есока не хватало левого переднего зуба, отчего улыбка получалась не совсем страшной.

- Ну что, оклемался? – издевательским голосом спросил Есок. – Сколько лет, сколько зим!

- Ты, - выдохнул Нубиус. – Чего тебе? Меня предупреждали еще давно, что ты за мной охотишься. Но зачем?

Убранство комнаты оставляло желать лучшего. Там стояли хлипкая кровать, стол и стул. Больше ничего не было. Похоже, похители просто у кого-то снимали эту комнату.

- Зачем?! – расхохотался Есок и обернулся к Уно. – Он спрашивает зачем! Да я три года из-за него на рудниках! Три! Чудом сбежал!

Бывший партнер даже растопырил три пальца, будто подчеркивая важность сказанного.

Плавающие круги перед глазами Нубиуса постепенно уменьшались. Вор вообще привык к передрягам и быстро восстанавливался. Однако теперь он чуял, что дело пахнет жареным, что восстановление ему не поможет. Репутация у Есока была еще та в прежние времена, а сейчас наверное еще и ухудшилась.

- Я тебе говорил не убивать того старика. Говорил ведь! – Нубиус предпринял попытку воззвать к разуму бывшего партнера. – Предупреждал, что если ты это сделаешь, то я уйду сам, а ты выпутывайся, как можешь.

- Ты знал, что в том лабиринте демоны ногу сломят, и оставил меня там! – взвился Есок. Его морщинистое лицо побагровело от злости. - Ты помнил, как выходить! А я нет! Вот меня и сцапали. Хотели повесить, но им нужны были работники на рудники.

- Это дело давнее, - Нубиус несколько раз моргнул, чтобы прогнать оставшиеся круги. – Мы же ладили с тобой. Я честно делился.

- Делился он! – зло хохотнул Есок. – Я три года провел в пекле из-за тебя. Целых три года! Мне там все ребра переломали. Несколько раз!

- Что ты хочешь? – Нубиус осмотрелся, но путей к спасению не находил.

Через окно был виден рынок вдали, люди на нем и даже Деметриос со своим ослом. Но благодетель был далеко и не услышал бы призыв о помощи. Даже хуже, если бы Нубиус стал кричать, то Есок быстро заткнул бы ему рот. Возможно, раз и навсегда.

- Я хочу, чтобы ты ощутил то же, что и я, - Есок осклабился щербатым ртом. – Я не буду тебя убивать. Просто переломаю ребра. И запру тут. Ты сам сдохнешь вскоре.

- Послушай, мы же были друзьями, и ты знал, что я – просто вор, а не убийца, - Нубиус предпринял еще одну попытку урезонить похителя.

- Не убийца?! Да ты меня почти прикончил! – лицо Есока пунцовым. – Друг! Уно, гляди, как он складно брешет!

Его молчаливый подручный наконец решил вставить словечко:

- Да что мы тянем? Я могу и сам его прикончить.

Уно достал из-за пазухи нож и поиграл лезвием.

Нубиус с сожалением посмотрел на еще молодого подручного.

- Когда ты к нам пристал совсем мальчишкой, то не был таким, - сказал бывший вор. – Красть толком не мог, это да. Но зачем убийцей-то стал? Мало ли других занятий...

Уно ничего не ответил, а Есок вытащил из грязного холщового мешка дубинку.

- Видишь? Хороша? – похвалился он ей перед Нубиусом. – Мала только. С первого удара она ребро не сломает. Придется несколько раз бить. Но ниче. Щас начнем, а через час закончим.

Нубиус отчетливо понял, что дела его плохи, а помощи ждать неоткуда. Он еще раз посмотрел в окно, а потом на своих похителей. Бывший вор не любил убийц.

- У меня припрятан сундучок в лесу, - сказал Нубиус. – Возьми его, а меня отпусти.

- Ха! Сундучок! Откупиться хочешь! Не выйдет! – Есок смотрел на бывшего приятеля с ненавистью. – Хотя... ты мне и так скажешь, где сундучок.

- Не скажу, - мотнул головой Нубиус, отчего она опять заболела. – Или навру. Как проверишь?

- И то верно, - Есок пожал плечами. – Подавись своим сундучком! Пусть он шакалам достанется! Те три года стоят дороже твоего барахла!

- Ты все такой же. Не бережливый и злой, - Нубиус теперь уже опасался мотать головой. – Мстительный. Это до добра не доведет.

- Заткнись, а то хуже будет! Больнее! – Есок взмахнул дубинкой, будто пробуя ее силу.

- Но если ты такой мстительный, то поймешь меня, - Нубиус продолжал говорить как ни в чем не бывало. – Я дам тебе сундучок просто так. Если поможешь мне отомстить.

- Кому это? – Есок замер с отведенной для удара рукой. – Ты меня не сбивай. Я тебя тут не брошу, чтобы улаживать твои делишки.

- Так далеко и не нужно ходить. Мой обидчик там, - Нубиус показал глазами на базар. – Я его вижу.

Есок приблизился к окну, а потом посмотрел на пленника с большим сомнением.

- Врешь ты все. Толкаешь меня в западню. Я помню твои хитрости. Ты наверняка предложишь убить какого-то громилу. Или мага! Да, точно, мага! Засунь свой сундук себе в....

- Там много золота, - Нубиус произнес волшебное слово. – И мой обидчик вовсе не маг. Я тебе скажу, кто он. Только не смейся.

- Откуда я узнаю, маг он или нет, если он не будет в халате? – резонно спросил Есок, впечатленный однако словом «золото».

- Узнаешь оттуда, что он не человек, - вздохнул Нубиус. – Меня обидел не человек.

- А кто же? Если это какая магическая тварь, то я....

- Осел, - с грустью произнес Нубиус. – Нет, не ты осел! Не бей меня! Меня обидел осел. Больно лягнул, когда я собирался украсть роскошный кошель. Меня повязали, но я сумел сбежать. Тогда же и поклялся найти проклятую скотину! И сейчас ее вижу. Осел там, за окном. Бредет вон за каким-то мальчишкой.

Есок нахмурил лоб и снова посмотрел в окно. Там, вдали, действительно шел осел.

- Не понимаю, в чем подвох, - задумчиво протянул похититель. – Вроде как обычный осел. А кому он принадлежит?

- Откуда мне знать? – пожал плечами Нубиус. – Может, тому мальчишке. Может, еще кому. И я не предлагаю тебе убивать осла даже. Врежь ему как следует, вот и все. Дубинкой. И я скажу, где сундук. Зуб даю.

- А за что ты его так ненавидишь? – Есок продолжал сомневаться.

- Он мне всю жизнь испортил, - прочувственно сообщил Нубиус. – Если бы не он, я бы стащил тот кошель, полный самоцветов, и меня уже тут давно не было. И с тобой бы не повстречался.

Последний аргумент развеял сомнения похитителя.

- А далеко сундук-то зарыт? – спросил он с живым интересом.

- Миль десять отсюда будет. Но там место приметное. Я все расскажу.

Есок вмиг стал решительным и деловитым.

- Уно, следи за ним. Я сейчас врежу тому ослу и вернусь. А Нубиуса... мы его в мешок положим и к тому месту оттащим. Если он наврал про сундук и просто тянет время....

Похититель быстро подошел к двери, отворил ее и скрылся в темноте. Раздался скрип старой деревянной лестницы.

Вскоре Есок показался в поле видимости окна. Он был одет в белую рубаху, и за ним было легко наблюдать. Оба: и Нубиус и Уно смотрели в окно. Первый размышлял о том, как переменчива жизнь, а второй ни о чем не думал, потому что думать не любил и не умел.

Нубиус отчетливо видел, как Есок проталкивается сквозь людей, как он подходит к ослу, стоящему около прилавка плотника, как достает дубинку, как размахивается... короче говоря, он видел все.

Есок от души размахнулся и врезал по крупу осла. Животное дернулось, Деметриос резко обернулся, его лицо исказилось, он схватил Есока, и дальше началось интересное.

- Человек летит! Человек летит! - раздались отовсюду крики, настолько громкие, что достигли даже ушей Нубиуса.

И действительно по небу летел человек. Обычно люди летят вниз, если у них есть такая возможность, но Есок после удара палкой по ослу умудрился полететь вверх.

Нубиус даже слегка позавидовал такому прекрасному полету. Ему показалось, что лицо у летящего Есока было одухотворенным и каким-то светлым, как у человека, познавшего наконец мудрость и отвергнувшего всякие злые мысли.

Однако чувство зависти было недолгим, ведь полет быстро закончился. Есок взлетел вверх ярдов на двадцать, а потом шлепнулся на крышу большого четырехэтажного дома.

Уно издал нечленораздельный звук за спиной Нубиуса, но быстро взял себя в руки и смог выдавить пару слов:

- Ч-что... такое?

Нубиус обернулся.

- Ты еще тут? – спросил он. – Твой же босс там! Посмотри! Вон его рубаха белеет на красной крыше! Почему ты стоишь? Беги, спасай его! Может, он еще жив!

Уно бросился к дверям и затопал по лестнице.

Нубиус вновь вздохнул и полез в потайное место за маленькой пилой, чтобы разрезать веревки. Он думал уже не о том, как переменчива жизнь, а о том, чем отличаются воры от убийц. Убийцы туго соображают и потому бьются о крыши, а воры попадают в переделки, конечно, но потом все-таки возвращаются домой.

***

Что чувствует лич, когда обманывает смерть? То же, что и любой другой жулик – радость от удачного предприятия. Но у лича это чувство смазано и превращено в злорадство.

Однако теперь у Бенуа к привычному злорадству примешивался отчетливый привкус тревоги. Он не мог понять, с кем столкнулся в доме неудачника Ралуанта. Мысль о том, что это был просто ученик мага, Бенуа отмел сразу же. Ученики магов не обладают природной устойчивостью к черной магии.

Лич с трудом выползал из своей филактерии. Он сейчас выглядел как бесплотная серая тень. В той подвальной комнате, где стоял кувшин-филактерия, было бы совсем темно, если бы свет не пробивался через щель под железной дверью, ведущей в соседнее помещение.

Бенуа не любил быть развоплощенной тенью. В этом состоянии мир казался совсем тусклым, ненастоящим. Потому Бенуа заранее заботился о том, чтобы запасное тело было всегда поблизости. Вот и сейчас в соседней комнате на кровати лежал молодой мужчина. Его опаивали снотворным зельем и держали в таком положении уже несколько недель. Как только его мышцы окончательно ослабли бы, мужчина был бы умертвлен и заменен другим.

Но неизвестному мужчине «повезло» - лич нуждался в новом теле. Серая тень проскользнула в щель под дверью и оказалась в комнате, освящаемой пятью магическими лампами, приделанными к потолку.

Бенуа приблизился к кровати. Ее массивные деревянные ножки, покрашенные черным лаком, могли выдержать десяток человек. Лич посмотрел на пленника. Мужчина выглядел не очень. Его рыжая борода была подстрижена кое-как, закрытые глаза казались запавшими, а из полуоткрытого рта вырывалось хриплое дыхание. Лич, конечно, предпочел бы кого-нибудь получше, но выбирать не приходилось. Бенуа прикоснулся ко лбу пленника серой дланью и убил его. А потом, не мешкая, вошел в свежий труп. Лич не любил давно умерших, ведь не умел обращать процессы гниения вспять, но зато мог «законсервировать» хорошее тело так, что оно еще долго выглядело бы живым.

На мертвое тело зелье уже не действовало, и Бенуа сразу же поднялся. Мышцы, отвыкшие от движений, слушались кое-как.

Рядом с кроватью висел колокольчик с красным шелковым шнуром. Лич сначала промахнулся мимо шнура, но потом сконцентрировался и позвонил.

Загрохотал замок второй железной двери и на пороге возник маг в простом черном халате.

- Господин Бенуа! Что случилось?! – маг сокрушенно простер руки. – Кто разрушил ваше прекрасное тело?!

- Грх..., - лич прочистил горло. – А... э.... я сам... хотел бы... это знать.

- Кто-нибудь из великих? – предположил маг, нахмурив коричневые брови. – Вы не знаете его имя? Как он выглядел? Я хорошо помню всех местных!

- Уф... выглядел как мальчишка. Худой..., одет... плохо..., говорит... не пойми что, ... лет семнадцать на вид, - лич неловко взял со стула синий халат в серебристых узорах и набросил на себя. – Как дела в замке, Ромус?

- Все в порядке, господин Бенуа. Мы закончили ремонт восточной башни. Скоро завезем мебель. Но я не совсем понял, что вы имели в виду. Маг, убивший ваше тело, был худощав? Так худощав, что казался подростком?

Лич зацепился халатом за стул, раздался грохот.

- Он не казался подростком, Ромус. Он им был. И я бы многое отдал, чтобы узнать, в чем тут дело.

- Может, это был Тутмас? Он очень худой. Как он убил ваше тело?

Бенуа отодвинул ногой упавший стул и с досадой произнес:

- Не Тутмас. Я бы узнал его. Меня убили кулаками.

- Как кулаками? – опешил Ромус. – Разве можно мага убить кулаками?!

- Выходит, что можно. Он устойчив к черной магии. Вообще никакого эффекта. Я такого никогда не встречал. И это опасно, Ромус. Меня предупреждали насчет этого Деметриоса. Наш Повелитель написал, что генерал Туко не справился из-за него. Надо во что бы то ни стало узнать, кто он такой.

Ромус кивнул в знак согласия. Его волосы были заплетены в косичку, и она забавно дернулась.

- Я распоряжусь приготовить ванну. Как вы собираетесь узнавать? Поспрашиваете?

Бенуа медленно двинулся к выходу, держась рукой за холодные камни стены.

- Поспрашивать не получится. Если Повелитель ничего не знает, значит, практически никто ничего не знает. Я думаю использовать Прозрачный Ключ.

- Прозрачный Ключ?! Вы хотите потратить вопрос к Ключу на этого Деметриоса? – Ромус вытаращил глаза. – Ведь тогда мы сможем задать другой вопрос лишь через пять лет! А вдруг что-нибудь случится?

- Ты не понимаешь ситуацию, - Бенуа оперся плечом на стену. - Я разоблачил сам себя. Теперь Ралуанту известно, что я – лич. Мне не удалось его убить из-за Деметриоса. Скоро по нашему следу пойдут королевские ищейки. Все думали, что личей уже нет, а теперь всполошатся. Но ищейки еще ладно. Потом маги начнут формировать поисковые отряды. Тоже пока не страшно. Многие размякли, разленились... я не жду особенной активности. Такие энергичные, как Ралуант, в меньшинстве. Однако у Ралуанта есть некто, называющий себя его учеником. Деметриос! Что это за существо? Что случится, если Ралуант натравит его на нас? Вот вопросы, которые требуют немедленных ответов.

Бенуа заковылял прочь, по-прежнему опираясь на стену. Однако с каждым шагом он двигался все увереннее и когда достиг лестницы, довольно бойко принялся переставлять ноги, хоть и наваливался на резные перила всем телом.

Таким макаром Бенуа и Ромус добрались до самого верхнего этажа башни замка. Оттуда открывался чудесный вид на степь, речку и лес, но маги не любовались природой. Они приблизились к трехногому столику, на котором лежала толстая книга в черном переплете. Солнце светило прямо на золотистые буквы названия «Прозрачный Ключ» и было заметно, что книга окутана сероватой дымкой.

- Конечно, господин Бенуа, если вы хотите задать вопрос, то не смею препятствовать, - обреченным голосом произнес Ромус.

- Это необходимо, - спокойно ответил лич и запахнулся поплотнее в синий халат. – Только не очень понятно, что будем спрашивать.

- Как не очень понятно? Вы хотели спросить, кто такой Деметриос! - Ромус оторвал взгляд от книги и уставился на Бенуа.

- Мы можем это узнать, да, - лич важно кивнул. – И что потом? Вдруг окажется, что Деметриос - такое существо, о котором никому ничего не известно? И мы не сможем его убить, потому что тоже не будем знать, как это сделать.

- Тогда спросим, как его убить! – Ромус взмахнул рукой, показывая, что легко справился с пустяковой проблемой.

Бенуа задумчиво наклонил голову.

- Ты еще молод и не заглядываешь далеко в будущее, - размеренно произнес он. – Вот когда поживешь с мое, то поймешь, что жизнь не проста. Иногда ты точно знаешь, как кого-нибудь убить, но не можешь это сделать. Подай-ка мне журнал. Тот, в который записывались все предыдущие вопросы к Прозрачному Ключу.

Ромус отворил небольшой стеклянный шкаф и достал потертую кожаную тетрадь.

- Ищи вопрос «Как убить радужного дракона?». Это спросили пятьдесят назад. Еще до того, как Ключ перешел в мои руки.

Маг принялся осторожно шелестеть пожелтевшими страницами.

- Что-то не могу найти.... Простите, господин Бенуа, я стал какой-то рассеянный. А, вот, нашел! – он ткнул пальцем в черные прописные строчки.

- Читай, - лич кивнул.

В его глазах на миг зажегся интерес, но тут же погас.

- Самый верный способ убить радужного дракона – воспользоваться вибрацией, которая разрушит тело дракона изнутри, - Ромус читал размеренно и с выражением. - Чтобы эту вибрацию создать, нужно сильно ударить дракона небольшим живым существом, обработанным специальным образом. Лучше всего использовать только что вылупившегося черного цыпленка, смоченного в настое из сорока трав (список прилагается на отдельном листе). Удар должен быть нанесен между тысяча четыреста пятым и шестьсот пятьдесят шестой чешуями ровно в восьмую полночь девятого месяца. Год может быть любым.

Ромус закончил читать и недоуменно заморгал.

- Ну, что скажешь? – с усмешкой поинтересовался лич. – Чем тебе поможет этот способ, если ты решишь убить радужного дракона?

- Гм..., - озадаченно протянул Ромул. – Тяжело, но выполнимо. Я представляю это себе так. Нужно ночью подкрасться к дракону с корзиной яиц, которые вот-вот вылупятся. Мы же не знаем, где будет черный цыпленок! Подождать вылупления, отобрать черного цыпленка, смочить и ударить! Нам не повезет, если вылупятся одни желтые.

- А голова у тебя соображает, - одобрительно кивнул лич. – Даже корзину учел. Полагаю, что ты подкрадешься к дракону, когда он спит?

- Да. Конечно! – с энтузиазмом ответил Ромул.

- Так вот, он никогда не спит и обычно мчится на бешеной скорости. Очень редко спускается на землю. Тебе придется лететь рядом с ним вместе с корзиной, полной яиц, и ждать искомую полночь. Этот способ, вероятно, хорош, но на практике не применим. Мы теперь знаем, как лучше всего убивать радужных драконов, но это знание не делает нас счастливее. Подобное может случиться и с убийством Деметриоса. Нет, тут надо задать вопрос поумнее.

- Какой же?

- Сейчас подумаем. Нам ведь надо просто избавиться от этого Деметриоса. Чтобы он не вредил.... Так...

- Может, ванну пока приготовить? – услужливо предложил Ромус.

- Ванна подождет, - отмахнулся лич и заковылял взад-вперед по комнате. – Нам нужно что-то, что нейтрализует его наверняка... Обсудим!

Они принялись обсуждать и это продолжалось несколько часов кряду до позднего вечера. Бенуа не любил откладывать важные дела на потом. Ромус совсем выбился из сил и охрип. Лич тоже охрип и не мог уже ходить, тело отказалось работать без отдыха. Бенуа сидел на стуле, опираясь руками на колени. Наконец, после долгих споров, вопрос был сформулирован.

Лич кое-как придвинул стул к книге и положил на нее правую руку. Золотистая надпись сразу вспыхнула красноватым светом, а по черной обложке заструились прозрачные синеватые змейки. Бенуа знал лишь о трех Ключах. Большой и Малый открывали путь в другие миры, а Прозрачный заглядывал в будущее и прошлое.

- Сейчас книга загорится еще ярче и можно будет спрашивать, - сказал лич. – Приготовь журнал, чтобы записать вопрос и ответ.

Ромус вновь зашелестел желтыми страницами. Бенуа же прокручивал в голове вопрос, на который они потратили столько времени. «Как проще и эффективнее нейтрализовать угрозу, исходящую от Деметриоса?» - так он звучал. Лич считал, что раз уж вопросы можно задавать лишь раз в пять лет, то нужно очень тщательно готовиться.

Золотисто-красноватое сияние, исходящее от книги, усиливалось на глазах. Солнце давно зашло и комната освещалась лишь двумя слабыми магическими светильниками и этим сильным сиянием, от которого на стенах плясали красные блики.

Бенуа сосредоточился. Скоро он узнает, как лучше всего противостоять этому загадочному Деметриосу, который нарушил планы генерала Туго и даже встревожил Повелителя.

Золотисто-красноватый свет стал нестерпимо ярким. Бенуа открыл было рот, но тут Ромус хлопнул себя рукой по лбу.

- Перо забыл, чтобы записывать! – воскликнул он. – И почему я такой рассеянный?

Раздалась тихая мелодия, исходящая от книги.

- Твой отец был рассеянный, это наследственное, - ответила книга приятным женским голосом и сразу погасла.

Глава десятая, в которой появляется черный мститель

Господин Мегг был незаурядным магом. Он родился в очень богатой и знатной семье. Но вместо того, чтобы стать огневиком, как и все его одаренные родственники, Мегг сбежал из дома, прибился к труппе странствующих артистов и овладел музыкальной магией. Когда ему исполнилось четырнадцать лет, труппу уничтожили разбойники. Мегг спасся, но затаил глубокую ненависть к разбойничьему племени. Он вернулся домой, закончил Академию, а потом предложил свои услуги при дворе. Мегг заявил, что наведет порядок в самых злачных местах столицы. Он сдержал обещание, был замечен королем и постепенно стал главным сыщиком.

Теперь же господин Мегг следил за Деметриосом и оказался в трудной ситуации в связи с полетом человека на крышу. С одной стороны – налицо пострадавший, с другой – это дело рук безумного великого мага, которого не следует ни в чем обвинять из чувства самосохранения. Или пока не подойдет существенное подкрепление. Подкреплений не ожидалось, ведь не принимать же всерьез местное отделение Гильдии! И сыщик решил уладить дело любой ценой.

Однако народ волновался. Один баламут, одетый в зеленую куртку, обсыпанную мукой, тыкал в Деметриоса пальцем и вопил:

- Я все видел! Это он его бросил! Прямо р-раз... и в небеса! Не иначе использовал магический свиток!

Деметриос с интересом смотрел на сдвигающуюся вокруг него толпу, и господин Мегг понял, что нужно что-то немедленно предпринять, иначе население славного города Аракеза резко сократится. Будь Деметриос в халате мага, то люди поостереглись бы, а так видели перед собой просто юношу.

Господин Мегг не любил разгонять толпу именем короля и прибегал к этому лишь в крайних случаях. Ведь если толпа не разойдется, то получится форменный бунт. Поэтому для начала сыщик посмотрел по сторонам и наметанным взглядом тут же нашел помощника. Господин Мегг схватил за шиворот какого-то бродягу, дал ему пару монет и что-то шепнул на ухо. Оборвыш оказался понятливым, он быстро кивнул и тоже завопил, что было мочи:

- Я тоже все видел! Парень ни при чем! Он пытался удержать того от полета!

Народ от этого известия слегка опешил и переключил внимание на бродягу.

- Как удержать? Ты о чем? – баламут в зеленой куртке выпучил глаза.

Бродяга усмехнулся с манерой заправского рассказчика и позвенел монетками в руке.

- Парень с ослом просто вцепился в того, в белой рубахе, и не пускал. А тот все равно полетел!

Народ замер в недоумении. Две противоположные картины просто не укладывались в обобщенной голове народа. Но баламут не сдавался.

- Да как он мог сам полететь-то?! – закричал он.

Бродяга покачал головой с мудрым видом человека, видавшего всякое.

- Я скажу, как было. Всю правду, как на духу! Этот в белой рубахе говорил: я сейчас собираюсь полететь на крышу. Очень хочу на крышу! Кушать не могу, а хочу на крышу! А вот этот парень с ослом отвечал: зачем тебе? Там нечего делать! Крыша раскалилась на солнце и тебе будет жарко.

Мегг подумал, что такого ловкача можно было бы и на службу взять.

Народ окончательно отупел от противоречий и застыл на месте как вкопанный. Но тут подоспел Уно.

- Да как Есо мог сам полететь на крышу, если он даже не маг! – закричал он.

Мегг посмотрел на него, узнал и красноречиво провел рукой по горлу. Уно сразу затерялся в толпе.

В этот миг раздался еще один вопль.

- Держите меня! Я тоже хочу на крышу! – вдруг закричал из толпы какой-то припадочный.

Народ снова всколыхнулся и в ошеломлении принялся расходиться. Дело вмиг запуталось так, что никто ничего не мог уже понять. Конечно, кроме господина Мегга.

Деметриос за время разбирательств не проронил ни слова. Он изумленно озирался, переводя взгляд с одного оратора на другого, и думал о том, что ничего такого не хотел, а просто вышел за досками.

Постепенно все успокоилось. Люди вернулись к своим делам, а городские стражники даже быстро сняли с крыши бесчувственное тело. Солнце светило уже не так жарко из-за низких серых туч, беззаботно дрейфующих по небу. Деметриос купил доски, отправился с ними к дому Ралуанта и, к удивлению Мегга, действительно починил забор.

За время происшествия на базаре маг-мистик успел переругаться со всеми шишками местной Гильдии. Он обвинял их в лени и требовал немедленно отыскать лича.

- Мы должны тщательно подготовиться, - отвечал Тэри и щурил наглые глаза. – Надо изучить вопрос!

Они по-прежнему стояли около парадного входа в дом.

- Трус! – Ралуант бросил это слово магу в лицо. – Вы просто боитесь лича!

- Да кто же не боится лича? – Тэри философски пожал плечами. – Сколько ему лет? Мы не знаем! А ведь сила лича зависит от возраста. Кому охота рисковать понапрасну? Нужно собрать большой отряд....

Ралуант разозлился бы еще сильнее, если бы не знал, с кем имеет дело. Мистик глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

- Я сам займусь личем. Сам найду его! Но в доме останется Малая Печать без присмотра...

Тэри широко улыбнулся. Он понял, что удастся вступить в борьбу с неведомым личем, не прикладывая сил.

- Я прикажу спрятать Малую Печать в казне, - сказал он. – Среди сундуков. Под очень хорошей охраной. Вы ведь знаете, как охраняется казна!

Ралуант не сомневался, что Тэри сторожит деньги лучше, чем голодная собака - кость.

Когда Деметриос починил забор и вернулся в дом, то все уже разошлись. Он нашел Ралуанта в библиотеке. Тот усердно перебирал книги.

- Помоги мне, - мистик поманил ученика рукой. – Ты ведь умеешь читать. Недавно один мой друг умер и его библиотека перешла ко мне. Я еще не успел ничего разобрать.Нужно найти книги по черной магии. Ты тоже их ищи и клади на стол. Я хочу узнать побольше о личах.

Деметриос энергично кивнул и уже почти принялся за дело, как вдруг остановился около коричневой книжной полки.

- А что такое эта черная магия? – спросил он, взвешивая в руке какой-то красный том.

Ралуант на миг оторвался от книг.

- Черная магия – самая неприятная и опасная. Она убивает, а потом как бы воскрешает, но не до конца. Получается ходячий труп. Черная магия опасна не только для окружающих, но и для самого некроманта. Одна маленькая ошибка в заклинаниях и он – покойник.

Деметриос кивнул, показывая, что все понял, и рьяно принялся за дело. Он стремительно снимал книги с полки, медленно читал названия и молниеносно ставил их обратно.

- Нашел! – вдруг воскликнул Деметриос. – Вот! Автор – какой-то Нукшт. Книга называется «Описание смертоносных заклинаний черной магии»!

- Отлично! – Ралуант снова обернулся. – Клади на стол!

Мистик только успел перебрать три-четыре книги, как Деметриос опять обрадовался:

- Нашел! Снова этот же Нукшт!

- А название какое? – насторожился Ралуант.

- «Теперь уже точное описание смертоносных заклинаний черной магии. Издание второе, исправленное», - отбарабанил Деметриос.

- Хм... интересно, - нахмурился Ралуант. – Ну, положи его на стол.

Он не успел взять в руки следующую книгу, как Деметриос вновь ликующе воскликнул:

- Нашел! Снова Нукшт!

- А называется как? – спросил Ралуант, терзаемый дурными предчувствиями.

- «Теперь уже гарантированно точное описаний смертоносных заклинаний черной магии. Издание третье, тщательно исправленное. Извинения семьям погибших некромантов прилагаются», - прочитал название Деметриос.

Ралуант задумчиво почесал книгой лоб.

- Ты убери их со стола, сбрось на пол. Мы лучше не будем читать этого Нукшта, - произнес он. – Если найдешь четвертое издание, то бросай туда же.

Солнце садилось стремительно, но Ралуан и Деметриос работали быстрее и управились до заката. На столе возвышалась разноцветная стопка из десятка книг. Мистик оглядел ее хозяйским взглядом и произнес:

- Конечно, тут не все хороши. Мы возьмем эту и... пожалуй, еще эту. Потом можем добавить, если надо.

Ралуант зажег толстую белую свечу, чтобы разогнать сумерки, взял книгу в зеленой обложке и принялся читать вслух:

- Лич – существо почти неуязвимое. Его сущность спрятана в филактерии, которая может находиться в тридцати милях от тела обыкновенного лича. Но если это древний архилич, то расстояние значительно увеличивается. Чтобы убить обыкновенного лича, достаточно разрушить филактерию, а потом уничтожить тело. Если сначала уничтожить тело, а затем уже найти филактерию, то лич превратится в призрака, которого трудно будет поймать. Но уничтожение архилича требует больших усилий. У него может быть несколько филактерий.

Ралуант перевернул страницу.

- Будем надеяться, что имеем дело с простым личем. Деметриос... я хотел спросить, а ты как думаешь – что это за лич? Ты же его убил как-то.

Деметриос сидел за столом, подперев руками подбородок. Ему ужасно нравилось, что учитель читает вслух. Раньше только тетушка Полли читала юному Деметриосу сказки из одной-единственной книжки. Он помнил все эти сказки наизусть, но все равно очень любил слушать.

- Не знаю, что за лич, - ответил юноша, не отрывая подбородок от рук. – Он слишком быстро умер. И ничего не сказал перед смертью. Может, не успел.

Ралуант подавил тяжелый вздох.

- Личи обычно не говорят перед смертью, кто они такие.

- Да? – разочарованно произнес Деметриос. – Жаль. Я бы хотел, чтобы он что-то сказал. Даже не бил бы его по голове, чтобы не мешать говорить.

- Ты очень добр, - усмехнулся Ралуант. – Конечно, нужно бить только по туловищу, чтобы голова могла спокойно говорить при этом. Занятная картинка получится! Но вернемся к книге.

Мистик откашлялся и снова принялся читать вслух:

- Выследить филактерию можно с помощью призрачной гончей. Она будет полезна, если известно, где погибло одно из тел лича. Призрачная гончая возьмет след в течение месяца после уничтожения тела.

- А кто такая призрачная гончая? – с интересом спросил Деметриос, щурясь на свечу.

- Обитатель одного из миров. Если бы у меня были силы, то мы бы ее запросто отыскали. Но придется попросить Антуана. Что поделать.... Это мистик. Он живет тут, неподалеку. – Ралуант захлопнул книгу и встал. – Идем! Нанесем ему неожиданный визит.

Они вышли из дома и тут же натолкнулись на стоящую у порога большую корзину, наполненную морковкой. Сверху лежала краткая записка: «Ослу благодетеля. Спасибо и прости».

- Что это? – поинтересовался Ралуант.

- Не знаю, - честно ответил Деметриос. – Но морковка хорошая. Люси понравится.

Юноша затащил корзину в дом, и они наконец отправились к Антуану.

Вечерний город скупо освещался магическими фонарями и тени казались слишком темными и длинными.

Второй мистик этого города жил в двухэтажном доме. Крыльцо подпирали две небольшие белые колонны. Ралуант постучал дверным молотком и дверь сразу распахнулась. На пороге стоял вовсе не Антуан, а господин Мегг.

- Вы тоже за гончей? – деловито осведомился он. – Мистик уже отбыл. Ищет ее. Нам нужно только подождать.

Ралуант довольно хмыкнул.

- А королевский сыск работает лучше, чем наша Гильдия.

- Вы даже не представляете, насколько лучше, - Мегг выразительно посмотрел на Деметриоса. – Но заходите! Подождем вместе.

Они прошли в уютную гостиную, заставленную красными креслами и диваном. Антуан уже успел отпустить слугу и господину Меггу пришлось самому готовить чай.

Сыщик был очень рад, что все так здорово получилось. Он ведь разрывался между двумя разными желаниями: следить за Деметриосом и найти лича. В конце концов Мегг дождался, когда юноша вернется в дом и помчался к Антуану за гончей. Теперь дело шло к тому, что получится следить за Деметриосом, почти и не таясь. Если, конечно, они договорятся о совместном путешествии.

- Антуан добудет только одну гончую, - закинул удочку Мегг, когда чай был готов. – Может быть объединим усилия? Или вы хотите, чтобы королевский сыск сам занялся этим делом? Нам тогда придется искать квалифицированного мистика... для консультаций.

Он не сводил глаз с лиц посетителей и когда Ралуант собрался ответить, тут же вставил еще словечко:

- Мы можем вам заплатить.

- Мне? – Ралуант приподнял левую бровь. – Но ко мне пока не вернулись магические силы.

- Вам! – Мегг показал глазами на Деметриоса. – Вам обоим! Магу и... гм... ученику.

Ралуант из всего этого переглядывания сделал лишь один вывод: сыщик что-то знает о силе Деметриосе, потому что иначе не предлагал бы платить какому-то ученику. А раз так, то Меггу придется поделиться этой информацией.

- Мы согласны, - сказал Ралуант. – Мы же сможем еще раз убить лича, Деметриос?

- Конечно! – юноша оторвался от большой белой чашки с чаем. – Нужно дать ему почитать книгу.

- Какую книгу?! – Мегг и Ралуант спросили одновременно.

- Нукшта. Первое издание, - спокойно ответил Деметриос.

Ралуант засмеялся, а сыщик нахмурился.

- Что такое? Какого еще Нукшта?

- Да был такой автор-некромант, который сильно напортачил в первой книге. Там много неправильных заклинаний черной магии, - объяснил мистик. – Если их применить, то ... сами понимаете, заклинателю конец. Это Деметриос так шутит о книге.

- Я не шучу, - тут же откликнулся юноша и поставил белую чашку на черный столик. – Просто заглянул в тот том, где Нукшт приносит извинения семьям погибших. Их там сотни. Мы можем даже ничего не делать. Просто дадим личу книгу и все.

Мегг хмыкнул. Он тоже не мог понять, шутит Деметриос или нет.

- К сожалению, личи уже ничего не читают по некромантии, - Ралуант взял из железной сахарницы три куска сахара и бросил в чай. – Но идея хорошая. А без книги мы сможем его убить?

- И с книгой сможем и без нее, - Деметриос тоже бросил несколько кусков сахара в чай. – Без книги – как в прошлый раз. И с книгой все-таки получится. Я могу ей его бить, пока он не умрет.

Мегг потер рукой лоб. Он еще не встречал великого мага с такими методами уничтожения противников.

В это же время послышались шаги на лестнице, ведущей из подвала, и вскоре в комнате возник бородатый человек в пыльном сером халате. Он держал на поводке удивительную тварь: размером с шакала, на четырех ногах, существо казалось полупрозрачным. Оно было синеватым, а вокруг большой головы с длинными висячими ушами клубился легкий фиолетовый дым.

- Ого! Да тут целая компания собралась! – бородач присвистнул. – Ралуант! А ты что тут делаешь?

- За гончей пришел, Антуан, - без улыбки ответил мистик. – Хоть мы с тобой и не дружны, подумал, что ты не отказал бы.

- Так вот господин Мегг тоже за гончей! – Антуан показал левой рукой на сыщика.

Мегг широко улыбнулся. У его врагов пошел бы мороз по коже от такой улыбки.

- А мы уже договорились тут. Пойдем все вместе. Кстати, не желаете к нам присоединиться и изловить лича?

Антуан даже отшатнулся от такого предложения.

- Болею я. Не могу личей ловить. Гончую и ту насилу нашел.

- Какая интересная собака, - сказал Деметриос, встал с дивана и потянулся рукой к синеватой морде.

- Не трогай! – Антуан дернул за поводок. – Она слушается лишь того, в чьих руках аркан!

- Что-то сомневаюсь, что она сможет принести вред нашему Деметриосу, - Мегг тоже поднялся с места, чтобы получше рассмотреть гончую. – Я предлагаю выступить завтра рано утром.

***

Если бы Бенуа мог злиться в полную силу, то его помощнику Ромусу настал бы немедленный конец после происшествия с Прозрачным Ключом. Но лич испытывал только холодную ярость, приглушенную отсутствием настоящего живого тела. Это Ромуса и спасло.

- У меня было много слуг, - лич стоял у окна той самой башни, где хранился Прозрачный Ключ, и выговаривал подчеркнуто спокойным размеренным тоном. – Но ни один из них не был столь бесполезен. А ты даже вреден!

Ромус отлично представлял, что его ждет. Он ведь был начинающим некромантом и никакой ценности для могущественного лича не представлял. Жизнь бедного Ромуса висела на волоске и он понял, что если сейчас же, в эту минуту, не сделает что-то полезное, то другой минуты у него уже не будет.

- У меня есть одна способность! Очень редкая! – затарабанил он, запинаясь. – Я тоже умею предсказывать будущее! Почти как Прозрачный Ключ! Это у нас семейное!

Лич строго и недоверчиво взглянул на дрожащего помощника.

- Если ты бы мог предсказывать будущее, то не был бы некромантом. А сидел бы в собственном замке и к тебе маги ходили бы на поклон.

Ромус судорожно поправил растрепавшийся воротник простого черного халата.

- Я не всегда могу... это делать... предсказывать... а только, когда....

- Когда что? – отрешенно переспросил лич.

- Когда напьюсь в стельку, - выдохнул Ромус.

Брови Бенуа невольно поползли вверх. Ему показалось, что Ромус говорит правду или то, что принимает за правду.

- И что ты предсказываешь? – голос лича был ровен и холоден, как стекло.

- Все! Почти все могу предсказать! Просто отвечаю на вопросы. Только часто получается запутанно. Ведь в таком состоянии трудно говорить или писать. А потом, когда трезвею, все уже забываю.

Лич провел рукой по белому подоконнику.

- Это легко проверить.

- Что, прямо сейчас? – Ромус чувствовал, как липкий страх постепенно уходит и уступает место облегчению.

Теперь его не убьют, пока не проверят способность предвидения.

- Да, сейчас, - Бенуа не любил откладывать важные дела в долгий ящик. – Что тебе нужно? Вино? Ром?

- Вино как-то мягче, - промямлил Ромус. – Но ром – быстрее....

- Значит, ром! – подытожил лич. – Пошли.

Они спустились по винтовой лестнице прямо в подвал. У каждого уважающего себя владельца замка там хранились запасы спиртного. У непьющего лича этих запасов было особенно много.

Бенуа достал толстую зеленую бутылку рома двадцатилетней выдержки, вспомнил сказанное помощником "в стельку" и присовокупил еще одну.

- Здесь? В этом подвале? – с тоской спросил Ромус.

- Да, - равнодушно ответил лич. – Начинай.

Ромус со вздохом раскупорил бутылку и приложился к горлу. Прозрачная жидкость потекла по его щекам.

Бенуа терпеливо ждал. Для него, привыкшего измерять время десятилетиями, несколько минут не играли никакой роли.

Ромус хотел получить хороший результат, а потому усердствовал. Когда он опустошил первую бутыку и налег на вторую, в голове уже отчетливо шумело. А когда закончилась и вторая, то Ромус был уже почти готов.

Однако дотошный лич подождал еще некоторое время и принялся расспрашивать, только когда помощник сполз на пол вдоль деревянных винных стеллажей.

- Говори! – произнес лич. – Какие опасности нас ожидают в ближайшие дни?

- Ммм.., - ответил Ромус.

Бенуа поднял его одной рукой и встряхнул.

- Говори! – крикнул лич. - Какие опасности нас ожидают в ближайшие дни?!

Мутные глаза помощника распахнулись.

- Хрр... ви-жу! – сказал он через силу.

- Что видишь? – скептически спросил лич, продолжая удерживать Ромуса одной рукой.

- Всадник смерти! Всадник смерти! – неожиданно тонким голосом выкрикнул некромант. – Он приближается!

Бенуа разжал руку и Ромус рухнул на пол.

- Что за бред. Ты начитался бульварных романов о магах-мстителях, - брезгливо произнес лич. – Еще в мое время, когда я был жив, писали о всадниках смерти. «Всадник в черной одежде мчится как молния на черном коне!». Вот такую чушь писали.

- Мчится как молния на черном коне, - повторил осоловевший Ромус.

- Да! – прогрохотал лич. – Не смей мне....

- Мчится как молния на черном коне, - пьяный Ромус осмелился перебить своего господина. – Нет! Все не так!

- А как? – лич все-таки сохранил способность удивляться.

- Он не мчится, а еле плетется, - тихо произнес Ромус и зажмурил глаза от ужаса. – И не на черном коне, а на сером осле. Он скоро будет тут! Непременно! Наш всадник смерти!

Глава одиннадцатая, в которой происходят битвы за престол

Когда солнце позолотило верхушки деревьев, запели птицы, очнулся рынок, а осел наконец проснулся, компания двинулась в путь. Она состояла из четырех человек. Ралуант важно шагал с небольшой котомкой на плече, впереди двигался господин Мегг с гончей и загадочным видом, а позади всех на ослике ехал Деметриос, которого вдруг потянуло к верховой езде. Юноша наотрез отказался оставить Люси в городе у знакомых Ралуанта. Четвертый участник предприятия крался чуть поодаль и предвкушал наконец истинно богатую добычу. Ведь в самом деле, в городе особо не разживешься. За пару дней в дом Ралуанта пришло лишь несколько посетителей, из которых некоторые остались живы.

Гончая шла четко по следу, но эманации духов не двигаются вдоль дорог. Они соединяют тело лича и филактерию напрямую. Собака с самого начала рванула в поля, и господин Мегг понял, что путешествие предстоит еще то.

Сыщик оказался прав в своих предчувствиях. Уже к обеду компания форсировала два глубоких оврага, преодолела рощу и вышла прямо к лесу.

- Похоже, скоро придется идти через чащу, - без энтузиазма заметил Ралуант, рассматривая кудрявые березы и осины. – Что там нам встретится?

Многие магические твари пробирались лесами с запада. Они не всегда решались выходить на открытую местность, но в лесах их концентрация могла превосходить самые смелые предположения.

Господин Мегг пожал плечами.

- Ладно, двинули, - вздохнул Ралуант. – Будем держаться поближе друг к другу, чтобы не потеряться.

Деметриос согласно кивнул. Он не любил теряться.

Но как только компания вошла в лес, Люси тут же принялась хватать губами листья с низких веток. Особенно ей нравились акации. Деметриос, конечно, принялся увещевать осла, что, дескать, нужно торопиться, а то они сильно отстанут. Люси согласно кивала, но продолжала жевать. И вскоре они действительно отстали.

Когда учитель и господин Мегг скрылись из виду, Деметриос принялся настойчиво подталкивать Люси. Он двигался на голоса, которые были едва слышны. И наверное вскоре догнал бы компанию, если бы ему не помешали.

Внезапно чуть не прямо перед ним из кучи старых веток стало выползать какое-то существо. Оно медленно поднималось и поначалу было облеплено этими самыми ветками, так что разглядеть его не представлялось возможным. Но потом, когда существо поднялось во весь свой рост, Деметриос увидел нечто, напоминающую обезьяну, покрытую длинной зеленой шерстью. Непонятное создание было на три головы выше юноши. Шерсть на лице закрывала и нос и рот. Большие красно-желтые глаза злобно блестели, отражая тонкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь листву.

Деметриос остановился и наклонил голову, чтобы внимательно рассмотреть колоритного незнакомца. Тот же потянулся, будто бы разминаясь, засопел и вдруг наставил на юношу огромный палец с длинным ногтем.

- Ты вторгся в мои владения! – голос существа казался больше скрежещущим, чем громким.

Деметриос удивился. Ему казалось, что он находится в диком лесу, а не в чьих-то владениях. Он даже огляделся по сторонам, чтобы убедиться в этом еще раз.

- Тут лес, - сказал юноша. – Какие еще владения?

- Мои! – существо повысило голос. – Я - Рекс Силвам! Царь этого леса! Никто не может пройти через него, не заплатив мне дань!

Это озадачило Деметриоса еще больше. Он ведь никогда не встречался с царями, но представлял их немного иначе. У царей должен быть трон, золотые одежды, разнаряженные придворные.... Не пучки листьев и не зеленая шерсть. Юноша задумался о причинах такого противоречия.

- Что-то ты не выглядишь как царь. Может, ты – царь в изнании? – рассудительно спросил он. – Тетушка Полли читала мне сказки о царях, которых прогоняли. Их, кажется, сажали в бочки и бросали в море. Им пришлось долго плыть, пока бочка не разбивалась о берег острова. Тогда цари выходили, садились на берегу и плакали. Потому что выглядели примерно как ты. Тут любой бы заплакал. Но к ним всегда потом кто-то приплывал или прилетал, чтобы исполнять их желания. И они снова превращались в царей. Так что, не переживай. Если ты – царь в изгнании, то к тебе обязательно кто-то прилетит или приплывет... нет, приплывет вряд ли, здесь лес все-таки. Кто-то прилетит или приползет и твое желание сбудется! Так было во всех книжках про царей.

Зеленые брови Рекса Силвама сдвинулись в мучительном желании понять, что происходит. Перед ним стоял какой-то худощавый парень с ослом и нес чушь. Даже, похоже, что издевался.

- Кто ты такой, чтобы так говорить с могучим Рексом Силвамом! - обезьяна повысила голос. – Меня создал великий маг Лориант! Я вел его армию в бой! У меня было целое царство!

- Царь все-таки, значит, - Деметриос потер рукой шею. – Неожиданно. Но а здесь ты как оказался?

Рекс Силвам не знал, что ему делать. С одной стороны, мальчишку хотелось немедленно убить. С другой – нужно сделать так, чтобы дерзкий понял всю глубину своей дерзости.

К разговору прислушивался еще один человек. Его одолевали противоречивые чувства. Он прятался за деревом и четко уловил слово «царь». Это обнадеживало. Цари, даже бывшие, могут быть вполне состоятельными. Однако обезьяна не выглядела состоятельной. Это расстраивало. Кому нужен царь, если у него вообще ничего нет?

- Ты даже не представляешь себе размеры моей силы! – грозно сообщил Рекс. – Смотри и трепещи!

Существо обхватило руками ствол ближайшего дерева и сжало его так, что по нему пошли трещины.

- Я сотворен для того, чтобы сокрушать! – возвестил Рекс Силвам и поднял кулаки вверх. – Мой создатель наделил меня силой и магией! Я умею пробивать доспехи врагов одним ударом! Даже зачарованные! Ты потрясен моей силой?

Это был интересный вопрос, и Деметриос задумался.

Впрочем, Нубиуса тоже мучил вопрос, но другой. Есть ли у царя карманы?

- Даже не знаю, - наконец ответил Деметриос. – Когда я был маленьким, то тоже портил деревья. Но староста объяснил мне, что это нехорошо. Деревья растут, никого себе не трогают. Зачем их портить?

Рекс Силвам зарычал и наклонился к человечку так, что их лица оказались почти на одном уровне.

- Ты наверное не понял меня! Я это сказал для того, чтобы ты знал, что тебя ждет! Я разорву твое тело прямо сейчас!

В это время Люси подошла поближе и принялась меланхолично жевать зеленое ухо Рекса Силвама.

Нубиус уже по опыту знал, что если в дело вовлекается осел, то оно движется к развязке семимильными прыжками.

Рекс Силвам отпрянул, гневно взглянул на Люси и замахнулся....

Нубиус не успел закрыть глаза и потом раскаивался в этом всю жизнь. Потому что образ крупной зеленой обезьяны, которой били об уже поврежденное дерево, часто преследовал его в снах.

Впрочем, по мнению Нубиуса, Рекс Силвам оказался не таким прочным, как ожидалось. Когда Деметриос разжал руки, царь мешком повалился на землю и больше не шевелился.

Нубиус хотел было броситься к телу, но его остановил посторонний шум. Это были господин Мегг и Ралуант. Они услышали звуки ударов и прибежали на них.

- Что тут произошло? – господин Мегг остановился в растерянности, когда увидел большое зеленое тело, валяющееся в куче веток.

- Да вот..., - Деметриос развел руками. – Оно само как это вышло.... Царь это, вроде бы. Только непонятно, чего именно.

- Гомункул Лорианта, - хмуро произнес Ралуант, наклоняясь, чтобы потрогать длинную шерсть. – Не думал, что они еще остались. Помните историю с этим магом?

- А, да! – Мегг хлопнул себя по лбу. – Очередной безумец, который решил, что люди хуже искусственных существ. Он ведь создал целый отряд таких тварей. Это было... лет сорок назад. Интересно, их тут еще много? В этом лесу?

- Не знаю, он не сказал, - Деметриос снова оглянулся по сторонам, надеясь увидеть других зеленошерстных противников. – Сказал просто, что царь. Вел куда-то какие-то армии.

Мегг облегченно махнул рукой.

- Если это их главарь, то он последний. Я читал, как они нападали. Бежали толпой, полагаясь на силу. Надо сказать, что наши рыцари тогда подкачали. Или доспехи.... Непонятно что... уже не помню.

Нубиус терпеливо ждал, пока Ралуант и Мегг закончат обсуждение, а Деметриос отгонит осла подальше от тела, чтобы тот не жевал длинные зеленые волосы. Когда компания вновь двинулась в путь, бывший вор осторожно приблизился к огромной обезьяне.

- Ну, и где хранится имущество этого царя? – Нубиус задумчиво оглядывал тело, на котором было невозможно заметить ни одного признака одежды.

– У царей должна быть казна! Даже у беглых, - он продолжал тихо разговаривать сам с собой. – Особенно у беглых. Потому что они ее берут в первую очередь. Где она?

Нубиус на всякий случай осмотрел ветки, из-под которых выбрался царь, но и под ними ничего не обнаружил, кроме сырости и мха.

- Вот правители пошли! Еще беднее меня! – он хотел уже махнуть рукой и удалиться, как вдруг заметил какой-то блеск на груди павшей твари.

Опытная рука вора тут же метнулась и туда и обнаружила круглый медальон на красноватой цепочке. Разочарованный Нубиус снял медальон и тяжело вздохнул:

- Медь! Да что же это за царь такой?

Внутри медальон был пуст. Только на крышке красовалась надпись: «Моему денщику Рексу Силваму за верную службу!»

Нубиус совсем погрустнел. Он размахнулся медальоном и забросил его подальше.

- Вот жулик! – сказал бывший вор. – Денщик, а назвался царем. Самозванец! Полководец нашелся... армии он водил! Негодяй! Ничего святого! На плаху таких надо сразу же! Поделом было бы! А я-то так рассчитывал на казну....

Безутешный вор, потрясенный обманом, двинулся вслед за Деметриосом. Но постепенно страдальческие морщины Нубиуса разглаживались. Он думал, что путь, судя по всему, предстоит еще длинный, а в лесу водится множество тварей, у которых наверняка найдется хоть что-то ценное. Зубы там или рога или рубиновые глаза... Нубиус даже подумал о том, сколько будет стоить зеленая шкура обезьяны, но возвращаться поленился, ведь выходило, что не очень дорого. Хрустальной мечтой бывшего вора была бы встреча Деметриоса с богатыми разбойниками. Вот это стало бы настоящей удачей!

Но Нубиусу в тот вечер не повезло. Никто никого больше не встретил и компания расположилась на ночлег на какой-то опушке, усыпанной множеством заплесневелых пней. Он видел, как Мегг развел огонь с помощью простого заклинания, а Деметриос принялся причесывать осла и угощать его морковкой. Той самой, корзину которой подарил Нубиус.

Бывший вор решил пройтись по периметру опушки, чтобы подыскать подходящее дерево для ночлега. Опытному бродяге было не привыкать спать в самых неожиданных местах.

И вот, когда он уже присмотрел большой дуб с развилистой кроной, ему показалось, что откуда-то со стороны густого леса доносится стон. Нубиус сразу же покрался в том направлении. Не то, чтобы он собирался кого-то спасти, нет. Просто хотел разведать, что там. Вдруг стонет какая-то знатная дама, привязанная к дереву? Такие дамы легко заплатят за свое спасение увесистыми золотыми слитками.

Но, к пущему разочарованию Нубиуса, оказалось, что никакой дамы там не было. Даже наоборот. В ветвях огромного бука висел кокон из паутины. На фоне темнеющего неба виднелась лишь одна мужская голова. А вокруг тянулись белые толстые липкие паучьи нити, обхватывающие сразу несколько деревьев.

Голова заметила Нубиуса раньше, чем тот успел вымолвить хоть одно слово.

- Тише! – зашипела голова. – Не шуми и не прикасайся к нитям! Иначе он тут же прибежит!

- Кто прибежит? – таким же шепотом ответил Нубиус, цепко оглядывая деревья и паутину.

- Гигантский паук! Я попался как дурак. А ты уходи. Беги отсюда! – голова мотнулась в сторону, будто показывая направление, куда надо бежать.

- А, - сказал Нубиус и развернулся. – Ну ладно. Тогда досвидос.

Он уже сделал шаг к отступлению, но внезапно передумал.

- А это какой паук? Он не ценен? Может, его получится продать на запчасти? Кровь там... хитин....

- Просто тварь, - вздохнула голова. – Не знаю, кто его купит.

- А ты не из богатых будешь? – шепотом спросил не теряющий надежды Нубиус. – Что дашь за свое спасение, а?

Голова печально дернулась.

- Я – бедный школяр. Ученик магов. Недавно начал учиться на травника, пошел в лес за синим мхом и вот что случилось. У меня ничего нет. Я беден как мышь.

Нубиус печально кивнул.

- Давай тогда. Пойду спать.

Однако голова продолжила свою речь:

- Да и как меня спасти? Паук-то устойчив к магии. Я испортил три огненных свитка. Эх...

Нубиус махнул рукой, прощаясь, но последние слова школяра звучали так жалобно, что тронули даже очерствевшее сердце вора. Ему почему-то вспомнился один из друзей во времена его бурной молодости. Этот друг попал в ловушку и точно так же отправил Нубиуса прочь, а сам остался умирать.

- Ладно, - нехотя произнес бывший вор. – Помогу тебе выбраться. Просто так. Будешь моим должником. Вдруг ты разбогатеешь. Тогда и расплатишься.

- Да как ты мне поможешь? – обреченно спросила голова. – Кто с ним совладает? С этим пауком.... Он ярда четыре в длину, а то и пять.

- Ты же и поможешь сам себе, - Нубиус говорил тихо, но отчетливо. – Я научу тебя заклинанию. Одному из самых великих заклинаний, которое пригодится почти в любой ситуации.

- Это что за заклинание такое? – с сомнением произнесла голова. – Мои учителя говорили, что таких заклинаний нет.

- Они многого не знают, твои учителя, - с мудрым видом заметил Нубиус и даже приложил палец ко лбу, как бы указывая на бесценный кладезь знаний. – Ты их не слушай. Ты меня слушай. Это заклинание можно назвать самым важным, единым, совершенным! Если ты его знаешь и находишься в благоприятной ситуации, то считай, что твоей жизни ничто не угрожает. Даже если ты висишь, завернутый в кокон.

- Такого не бывает, - печально ответила голова. – Мои учителя говорили, что нет единого заклинания, которое объединяет все. Небо и землю, огонь и воду, затишье и ветер....

- Есть! – твердо сказал Нубиус. – Но, кстати, о ветре. Когда ты произносишь это заклинание, то ветер очень важен.

- О чем ты говоришь, старик? – без всякой надежды спросила голова. – Ответь уже, не томи. Что там за заклинание такое? Слова какие-то? Я ведь жесты не осилю.

- Слова, слова, - успокоительно произнес Нубиус. – Никаких жестов. Но тебе придется произносить эти слова очень громко. Ну, чтобы они сработали. Объединили, как говорится, небо и землю, огонь и воду, затишье и ветер. Готов?

- Да, - тускло ответила голова, ни на что не надеясь.

- Нужно сказать очень громко всего три слова, - шепотом произнес Нубиус. – И ты будешь в порядке.

- Что это значит? – недоуменно спросила голова. – Что за слова такие? Это выглядит слишком просто для такого великого заклинания, которое ты мне описывал.

Нубиус пожал плечами.

- Если кажется простым, то изволь. Я его могу улучшить. Можно еще подходящие слова добавить. Они не повредят. Добавить слова «великий», «могучий» или там «благородный». Я с этим заклинанием хорошо знаком. Оно не подведет. Ты тоже можешь поработать над его улучшением, если уловил суть. И говори громче. Ори во всю глотку. Кстати, как тебя зовут?

- Орлунд, - голова явно находилась в замешательстве.

- А меня – Нубиус. Но держи мое имя в секрете. Это я тебе говорю на тот случай, если ты разбогатеешь. Тогда заплатишь мне как следует. Такими ценными заклинаниями ведь не разбрасываются.

В это время, когда Ралуант и господин Мегг разжигали огонь и разворачивали походные постели, Деметриос внезапно перестал причесывать осла.

- Слышите? – юноша повернул голову. – Кто-то кричит.

- Кто? – Мегг и Ралуант тоже прислушались.

- Да, действительно, чей-то голос, - опытный мистик не стал обращать лицо к источнику звука, а повернулся правым ухом. – Кажется, кому-то нужна помощь против ос.

- Ос? – удивился Мегг. – Каких ос? Хотя да... вы правы. Кто-то кричит: «Спаси меня...» ... потом неразборчиво... «... ос»!

- Там, похоже, три осы, - сказать Ралуант. - Слышите? «... три ос»! Неправильно говорит как-то. Иностранец, что ли?

- Наверное, на какого-то иностранца напали три гигантские осы, - сделал вывод господин Мегг.

Деметриос рванул в лес по направлению звука. Мистик и сыщик бросились за ним следом.

Эти двое прибежали позже юноши и увидели, как тот разрывает руками паутину, освобождая какого-то несчастного из кокона. А вокруг, над головами, в свете ранней луны, серебрились толстые нити паучьей сети.

- Вот это да. Какая огромная паутина! – Мегг быстро выхватил из заплечного мешка свиток, содержащий огненное заклинание. – А где же хозяин? Где паук? И где осы?

- Я спасен! Я спасен! – освобожденный незнакомец сначала не мог стоять, но от радости бил руками по черной земле и целовал ее. – А я не верил! Не верил ведь, что заклинание поможет!

- Подожди-ка, - прервал его Мегг. – Тут должны быть три гигантские осы и, очевидно, паук. Где они?

Незнакомец вздрогнул. Выражение счастья потускнело.

- Паук... да. Его нет! А он ведь всегда приходит, когда паутина трясется! Насчет ос не знаю. Не видел их. Но где этот гад?

Все стали озираться, но в темной листве не было заметно даже малейшего движения.

- Может, паук умер, когда я произнес заклинание? – предположил незнакомец. – Может, оно такое мощное, что сразу убивает?

- О чем речь? – вмешался в разговор Ралуант. – О каком заклинании?

Незнакомец уселся на мшистую кочку и вздохнул. Переживания захлестывали его, но он попытался справиться с ними и вновь обрести рассудительность.

- Тут кое-кто мне только что сказал, что есть единое великое заклинание, объединяющее небо и землю, огонь и воду, затишье и ветер. Если его произнести в нужное время и в нужном месте, то обязательно спасешься. Даже если и не надеялся!

Ралуан скептически хмыкнул и улыбнулся.

- Ну-ну. Я слышал много историй о таких заклинаниях. Все они оказывались выдумкой. Так что это? Как оно звучит?

- «Спаси меня, Деметриос», - торжественно произнес незнакомец.

Ралуант перестал улыбаться. Он понял сразу три вещи. Во-первых, никаких трех ос действительно не было. Во-вторых, рядом с ними находится кто-то, кто знает о Деметриосе. В-третьих, паук жив и притаился где-то рядом.

- Нда-с. Не существовало «три ос», - Мегг пришел к тем же выводам. – Был «Деметриос». И где же эта тварь, что сплела паутину?

Они принялись ждать нападения паука, вспоминать о поведении этих существ и обсуждать стратегию по отражению атаки. Мегг указал два возможных направления, откуда зверь может появиться незамеченным, а Ралуант расставил несколько магических фонариков, чтобы лучше осветить место будущего боя.

Незнакомец сидел под деревом. Он тяжело дышал от волнения.

- Кто тебе рассказал об этом «заклинании» с Деметриосом? – между делом осведомился мистик.

Орлунд помнил, что Нубиус просил не выдавать его и потому ответил так:

- Какой-то старик. Он случайно проходил мимо и сжалился надо мной.

Ралуанта в целом очень интересовали осведомленные люди, которые случайно проходят мимо в чаще леса глубокой ночью, но мистик решил отложить дальнейшие расспросы на потом.

- Да что это за паук такой? – спросил у него Мегг, уставший вглядываться в темные кроны деревьев. – Почему он не идет?

- Не знаю. Обычно быстро приходил, - выдохнул тот. – Помню, олень попался. Так паук его сразу же и сожрал. А меня сказал, что еще подержит. Ему нравилось со мной разговаривать.

- Так эта тварь еще и говорящая..., - со злостью произнес господин Мегг. – Чье создание, интересно?

- Он сказал, что Лорианта. .....

- Опять этот Лориант! – Мегг зло сорвал лист к ближайшего дуба. - Его недобитыши все сюда перебрались, что ли? Что он еще сказал?

- Что тут неподалеку прячется зеленая обезьяна, которая называет себя царем этого леса. Так вот, это неправда. Паук говорит, что на самом деле, он - царь этого леса.

Деметриос схватился за голову. Еще один! Ралуант нервно усмехнулся, а господин Мегг хмуро пожал плечами.

Но возмущение Нубиуса, который прятался неподалеку, просто было невозможно передать. «Лес кишит проходимцами и голодранцами, - подумал он. – Если ты – честный и порядочный, то должен сначала разбогатеть, а потом выдавать себя за царя. Иначе что после тебя останется, кроме долгов или зеленой шкуры?»

Паук же находился рядом, нападать не спешил и прислушивался. Он был хитрый, этот паук Раук, и никогда не бросался на добычу, которая могла оказать серьезное сопротивление. Около его паутины сейчас находились три взрослых человека и один... не совсем взрослый по имени Деметриос. Если первые трое не вызывали у него опасений, то Деметриос заставлял сомневаться в решительном успехе атаки. Раук не знал ни одного человека, способного разорвать паутину голыми руками.

- Конечно, паук – никакой не царь, - рассудительно заметил господин Мегг, направляя синий светильник в виде короткой палки вверх, чтобы осветить нижнюю часть крон деревьев. – Лориант верил в человекоподобных существ. Считал, что они лучше людей. Остальных создавал только для сражений.

Раук хотел было заскрежетать челюстями, но сдержался. Его творец однажды выразился вполне ясно: паук создан для того, чтобы повелевать лесом, чтобы обладать подданными, которые приносили бы ему жертвы.

- Я тоже думаю, что не царь, - мистик достал из мешка точно такой же светильник, только желтый, и также принялся светить им вверх.

Раук позеленел бы от злости, если бы умел это делать.

- И я, - вдруг отозвался Деметриос, который с беззаботным видом тыкал пальцем в липкие ошметки паутины. – Я больше верю обезьяне. А два царя в одном лесу – это слишком.

Раук никогда не отличался терпеливостью и уже не мог сдерживаться. Он спрыгнул вниз, прямо в центр небольшой поляны, и его острые ноги вонзились в землю.

- Я вам сейчас покажу, какой я не царь! – проскрежетал он и метко плюнул кислотой в Деметриоса.

Раук был опытен в боях и сразу попытался вывести из строя самого непредсказуемого противника с помощью кислотной слюны, пожирающей все живое. Паук был так велик, что даже в высоту превосходил самого высокого человека, а в длину был подобен восьминогому слону, покрытому синим переливающимся панцирем.

Ралуант выхватил из заплечного мешка свиток, переливающийся зеленоватыми искрами, а господин Мегг тут же активировал свой, который уже держал в левой руке. Эти свитки представляли собой упакованную энергию заклинаний. Они стоили безумные деньги, ведь изготавливались сразу несколькими магами, одним из которых обязательно был мастер-артефактор. Свиток господина Мегга превратился в огромный огненный шар, который устремился к пауку, оставляя за собой желто-красный след.

Орлунд, только что вызволенный из кокона, в ужасе закрыл лицо руками. От волнения он забыл сказать, что паук устойчив к магии.

Шар врезался в тварь, на мгновение обнял ее своими огненными щупальцами и бесславно растаял.

- Вот же демоны! На него огонь не действует! – воскликнул Ралуант и активировал свой свиток.

Коричневые лианы рванули из-под земли, обвивая ноги и темно-синее туловище паука. Растения казались живыми, они извивались, пытаясь найти щель в панцире и проникнуть в нее.

Однако Раук лишь слегка подпрыгнул и лианы порвались. Они пали на землю, лишенные опоры.

- Я покажу, какой я не царь! – повторился разневанный паук и ударил длинной ногой господина Мегга прямо в грудь.

Сыщик отлетел прочь, каким-то чудом избежав столкновения с деревом. Вокруг его черного сюртука на мгновение появился белый прозрачный обруч. Мегг всегда пользовался одеждой с хорошей защитой.

Другая паучья нога просвистела рядом с лицом Ралуанта. Мистик понял, что бой приобретает нехороший оборот.

- Деметриос! – закричал он.

Но ответил Раук с неприятным шелестящим смешком:

- Твой Деметриос уже расплавился! Сначала умер он, а потом умрешь ты!

- Сначала штаны, а потом кафтан, - отозвался грустный голос из-за спины паука. – Теперь я даже не знаю, что скажет тетушка Лайза. Обычно я ношу такие хорошие вещи несколько лет. А тут пара недель и все! На меня ведь материала не напасешься!

Паук разом забыл о Ралуанте и торопливо развернулся. Он увидел Деметриоса, живого и невредимого, который печально рассматривал остатки кафтана, растворенного кислотой. Серая ткань скукожилась, почернела и пропиталась ядом. На землю падали дымящиеся зеленые капли.

Раук весь подобрался и напружинился. Опытный боец всегда знает, когда надо выходить из схватки. Паук прыгнул, устремляясь вверх, к кронам деревьев. Но прыжок вышел неудачным. Одна нога за что-то зацепилась и громоздкое синее тело рухнуло на прежнее место.

- Нет, - сказал Деметриос, удерживая рукой паучью ногу. – Ты мне не нравишься. Ты помещаешь людей в кокон и даже портишь одежду.

На мгновение все участники событий замерли. И Ралуант и Мегг и даже Нубиус, сидящий в засаде, ожидали действий паука. И они последовали.

Раук тонко запищал, перевернулся, упал на спину, задрыгал лапами и затих.

- Чего это он? – с недоумением спросил Деметриос. Он отпустил паучью ногу и потрогал панцирь на брюхе. – Сдох, что ли?

- Цари не дохнут, они отправляются в лучший мир, - поправил ученика Ралуант, который всегда приходил в себя быстро. – Но этот сдох.

Раук проглотил обиду и даже не шевельнулся. Он не понимал, с кем связался, но твердо решил спастись.

Глава двенадцатая, в которой появляется и исчезает невидимка

Каждого вампира одолевает жажда крови, а лича – желание снова стать живым. Примерно через десять лет после обретения бессмертия, бывшего некроманта начинает терзать такая тоска, что хоть сдавайся властям. Ему ничто не нравится! Все его прежние привычки перестают радовать, давние подружки кажутся бессмысленными и приставучими, а позабытых друзей-собутыльников просто хочется убить при случайной встрече, чтобы они не мучились от безделья. И тогда лич начинает куролесить, пытаясь вновь обрести чувства и желания.

Прежде всего он под видом обычного человека идет к врачу-магу и жалуется на депрессию. Вскоре испуганный врач понимает что к чему и убегает прямо с приема в сторону Гильдии магов, чтобы просить у них защиты. Опытные люди говорят, что по скорости бега врача можно судить о могуществе лича.

Затем лич ищет помощи у нетрадиционной медицины. Он перебирает всяких знахарей, бабок, дедок и случайно может встретить такое существо, что только держись. Вот и Бенуа ходил по разным целителям, надеясь вновь обрести полноценные чувства, пока не натолкнулся на прелюбопытную личность.

Это случилось примерно за пять лет до того, как Деметриос пришел в школу магии. Лич успел напугать до полусмерти трех врачей, превратить в зомби пять знахарей и задушить одну слишком крикливую старушку, как вдруг нашел знаменитого травника, который продавал чудодейственные зелья.

Бенуа сомневался, что травы помогут мертвому личу, но полностью уверен не был и решил рискнуть. Он пришел в роскошный трехэтажный дом в центре крупного города, отдал плащ привратнику, одетому в красную ливрею, поднялся по гранитной лестнице в приемную и обнаружил травника, утопающего в шелковых подушках.

Личу прежде не приходилось видеть, чтобы посетитель сидел на стуле напротив стола, а хозяин развалился бы на диване с противоположной стороны этого стола. Ни маги, ни знать не позволяли себе такое нарушение приличий. Впрочем, речь шла всего-навсего о торговце травами, и Бенуа решил, что хозяин слишком быстро разбогател и это вскружило ему голову.

- Вы тоже за моим чудесным усилителем? – вместо приветствия осведомился травник.

Он был укрыт синим шерстяным пледом, а на его бледном лице лежала печать бессонной ночи или даже ночной оргии.

- Усилителем чего? – поинтересовался Бенуа, усаживаясь на новенький стул с резной спинкой.

- Ну как же, - травник выпростал руку из-под пледа и взмахнул ей, показывая куда-то вниз. – Усилителем силы!

- Какой еще силы? – прищурился лич.

- Настоящего мужчины! – важно произнес травник. – Мое средство дает несгибаемую мощь!

Бенуа тотчас понял, откуда взялось внезапное богатство, и пожалел, что пришел. Но все-таки решил забросить удочку, надеясь больше на авось.

- Я не по этому вопросу. Меня одолевает депрессия. Почти ничего не чувствую. Ни радости, ни страха. Есть только легкая, но постоянная печаль. Такое ощущение, что вовсе не живу.

Травник на секунду нахмурил толстые длинные брови.

- Усилитель поднимает настроение. Он все поднимает! С вас пять золотых.

- Вы не понимаете, - лич сделал еще одну попытку. – Усилитель мне не нужен. У меня все в порядке. Просто желаний нет. И вот еще что.... Я не совсем обычный человек. На меня не действуют многие травы. Почти ничего не действует, включая яды.

Травник задумчиво поскреб коричневую щетину на щеке, а потом вдруг рассмеялся неприятным резких смехом:

- Как могут не действовать яды?! Они не годятся только для мертвецов. А для живых еще как!

Лич выразительно посмотрел на хозяина дома, гадая, поймет ли этот тупица, что к чему. И если поймет, то что станет делать. Кричать и звать на помощь?

- Что вы на меня так смотрите? – встревожился травник. – У меня холодок по коже из-за вашего взгляда! Если не хотите усилитель, то не надо. Есть еще несколько сборов, только их нужно приготовить. В последнее время я занимался только усилителем.

- Это должны быть необычные сборы, - продолжал гнуть свое лич. –Обычные на меня не подействуют. Поймите!

- Мои сборы подействуют, - хвастливо сообщил хозяин. – Я – потомственный травник! Секрет усилителя нашел в тетрадях деда. Там же был и секрет эликсира неуязвимости. Видите? Найдется что-нибудь и для вас.

- Неуязвимости? – заинтересовался лич.

Он даже подался вперед и принялся изучать потертую физиономию собеседника с удвоенным вниманием.

- Да, но изготавливать его тяжело. Требуются редкие ингредиенты. Я сумел сделать лишь одну порцию. Для себя, конечно.

- И? Подействовало? – Бенуа теперь уже был полон внимания.

- Конечно! Дед ведь не станет врать! – травник самодовольно усмехнулся.

- Вы что, не проверяли? – разочарованно спросил Бенуа.

И было неясно, в чем он разочарован: в ответе или в умственных способностях собеседника.

- Не успел. Только вчера изготовил и выпил, - развел руками травник.

- Что тут успевать? – вздохнул лич. – Нужно взять нож и попытаться разрезать свою кожу. Если не разрежется, то зелье подействовало. Вот и все!

- Но тут нет ножа, - хозяин посмотрел на коричневый стол и даже оглянулся по сторонам. – Я потом попробую.

Бенуа слегка наклонил голову. Травник явно ошибался, ведь нож-то был. Причем, хозяин дома не знал об этом и знать не мог, потому что сей предмет находился за его спиной. А именно – нож был в руках невидимки, который медленно приближался к травнику, стараясь не издать ни звука.

Гость же отлично видел невидимку, ведь зрение лича было способно отчетливо различать живое, а также предметы, на которых сохранялось тепло тел. Для Бенуа любое существо казалось заключенным в красноватый колышущийся ореол.

Лич оказался в сложной ситуации. Во-первых, он не понимал, зачем невидимка хочет убить наивного травника. Во-вторых, Бенуа не мог решить, стоит ли вмешиваться. С одной стороны, травник еще не приготовил свои зелья, а с другой – шансы на успех лечения были малы. Еще лич подумал о том, что в этой ситуации можно заодно проверить неуязвимость, и... не стал ничего предпринимать.

- Было бы неплохо, если бы ваш дед оказался прав, - сказал Бенуа, краем глаза посматривая на невидимку, чтобы не насторожить его. – Ведь неуязвимость – залог здоровой и долгой жизни. Можно успеть сделать много дел. Например, продать невероятное количество усилителей, чтобы укрепить дух у жителей этого прекрасного города. А если дед неправ и его средство не сработает..., тогда даже не знаю..., рождаемость упадет, конечно.

- Почему упадет? – удивился травник. – Я не собираюсь еще умирать.

Невидимка приблизился к дивану почти вплотную.

Лич красноречиво развел руками, будто показывая, что не все зависит от намерений человека:

- Это ничего. Некоторые люди даже после смерти живут.

- Как это? – травник вытаращил глаза.

- Живут – сильно сказано, конечно, - уточнил лич, поглядывая на красноватый ореол невидимки. – Так... существуют. Мучаются от депрессии.

Убийца остановился. Он прислушивался к разговору и, казалось, размышлял, бить сейчас или чуть позже.

- С другой стороны, - продолжал рассуждать лич, - от депрессии страдают только высшие неживые. А всякие там зомби или вампиры слишком просты. Зомби особенно примитивны. Так что, не переживайте заранее. Если вы умрете и станете зомби, а мне кажется, что это вполне вероятно, то....

- Как я стану зомби?! – травник даже приподнялся на своем диване. – Почему?!

Невидимка отбросил колебания. Он подозревал, что происходит что-то не то, что разговор имеет какое-то отношение к нему, но все-таки решил ударить. Ведь если он раскрыт, то убегать придется в любом случае, а так хотя бы дело будет выполнено.

Нож вошел в спину травника, не встретив никакого сопротивления. Хозяин дома умер почти мгновенно – убийца явно знал свое дело. Невидимка оставил нож в ране и рванул к выходу, точнее, в сторону балкона.

Однако лич оказался ловчее. Он вскочил на ноги и выбросил черное дымящееся щупальце, исходящее прямо из руки.

Невидимка остановился как вкопанный, когда увидел то, что отделяет его от балкона. Горизонтальный столб дыма толщиной в два фута разрезал надвое большую комнату приемного покоя. Он начинался от Бенуа, а заканчивался в дальнем углу, там, где находился новенький шкаф из красного дерева.

- О, нет! – застонал невидимка, обхватывая голову руками. – Вот это я попал!

- Попал, - равнодушно согласился лич. – Ты кто? Зачем его убил?

Невидимка обреченно качнул головой и... стал видимым. Его материализация заняла несколько секунд. Теперь Бенуа мог рассмотреть и черный цвет волос и карие глаза и смуглую кожу и простой коричневый халат. Перед ним находился, вероятно, выходец с юга.

- Отвечай быстрее, а то этот испортится, - лич кивнул на труп травника. – Память у несвежих зомби хуже становится. А мне она нужна.

- Я тоже стану зомби? – печально спросил бывший невидимка.

- Нет, если будешь быстро и четко отвечать на мои вопросы, - терпеливо произнес Бенуа. - Ты мне пригодишься в живом качестве. Невидимость – редкая способность магов. У зомби она пропадет. Итак, кто ты?

- Меня зовут Тень, - ответил бывший невидимка. – Это кличка. Я убиваю за деньги. Мне платят, указывают жертву, и я ее убиваю. Обычно ножом.

Бенуа на миг задумался и... одобрительно кивнул.

- Это еще лучше. Мне нравится. С тобой не будет больших хлопот. Примерно для таких целей я и хотел тебя приспособить.

Черное щупальце растаяло, оставив после себя грязно-серую дымку, которая тоже вскоре исчезла.

- Кто заплатил тебе за смерть этого? – лич показал рукой на бездыханное тело, лежащее около дивана на пушистом красном ковре.

- Знахарь какой-то, - просто ответил Тень, вытащил нож из тела убитого и вытер лезвие синим пледом. – Конкурент, видимо. Я не спрашивал о причинах. И что со мной теперь будет?

Бенуа тоже подошел к трупу.

- Сначала я подниму этого, а потом мы с тобой проведем ритуал Фибиуса. Знаешь такой?

Тень наморщил лоб, притворяясь, что думает. А на самом деле украдкой смотрел по сторонам, словно оценивая свои шансы на побег. Знакомство с личем никому не сулило ничего хорошего, даже если остался бы в живых.

- Это ритуал, после которого мы сможем обмениваться мыслями на любом расстоянии? – Тень решил, что побег сейчас слишком рискованное мероприятие. – Он же трудный! Часто проваливается!

- У обычных магов проваливается, не у меня, - усмехнулся Бенуа. – Или ты думал, что я тебя просто так отпущу? Нет, ты мне еще послужишь сполна.

С тех пор лич много раз прибегал к помощи невидимки. Тот был очень удобен для разных делишек. Но настоящая необходимость в неуловимом убийце возникла только через пять лет после их знакомства, когда к замку Бенуа приближался загадочный Деметриос.

В тот день Тень занимался одним из своих хобби. У этого мага всегда было много развлечений. Он использовал невидимость на полную катушку еще с самого детства. Например, Тень любил играть в шахматы. Точнее, он в них даже не умел играть, но активно помогал другим– переставлял фигуры, когда игроки отворачивались. А потом смотрел, начнется драка или нет. Еще Тень принимал участие в театральной жизни. Он забирался на сцену и ждал, когда актеры запоют. Тогда Тень колол их булавками, чтобы проверить, кто закричит, а кто покажет силу духа и продолжит петь. У него были любимцы, которые никогда не кричали, а только смешно подпрыгивали. Каждое воскресенье Тень устраивал потасовки на рынке. Он бил кого-то так, чтобы тот думал, что его ударил кто-то другой. И начиналось эпическое сражение. Господин Мегг голову ломал над тем, что происходит по воскресеньям на столичном базаре. Маг помогал и художникам писать портреты и музыкантам играть на инструментах и кучерам обращаться с лошадьми. Все это тоже заканчивалось скандалами и стычками. Но иногда Тень чувствовал, что ему нужно отдохнуть от баловства и по-настоящему отдаться тяге к прекрасному. Все-таки прекрасное манило даже таких отъявленных мерзавцев, как он. И тогда Тень забывал и о шахматах и о театрах и о драках и торжественно шел в женскую баню. Подглядывать.

Потому задание ликвидировать Деметриоса Тень получил в бане. Маг сидел на скамье и любовался Лусерой. Эта девушка выглядела потрясающе, ей на вид было лет восемнадцать, но на самом деле она представляла собой грозную магичку первой категории, специалиста по воздуху. Лусера посещала элитные бани каждый четверг в одно и то же время, и Тень старался не пропустить этот момент. Он даже тайком прикасался к ней, и тогда магичка вздрагивала, нервно оборачивалась, но, конечно, никого не обнаруживала.

- Тень, ты слышишь меня? – раздался в голове у мага голос лича.

- Да, господин, я весь внимание, - почтительно ответил невидимка, зная, что если у тебя нет выбора, то лучше разговаривать вежливо.

- У меня есть задание. Нужно убить человека по имени Деметриос. Впрочем, я не уверен, что это человек, но его все равно нужно убить.

Помощница Лусеры в этот момент поливала ее из кувшина, и Тень старался одновременно и смотреть и принимать сообщения.

- Я сделаю это, господин, - отозвался маг, не сводя глаз с девушки.

Бенуа помедлил с ответом и Тень воспользовался моментом – он встал со скамьи и снова тронул Лусеру. Девушка как обычно вздрогнула, оглянулась, но никого не увидела.

- Не торопись, - сказал лич. – Этот Деметриос не так-то прост. Ты должен будешь использовать все свои умения и знания. Невидимость – твой главный козырь.

Помощница выронила мыло, но не стала его поднимать, а потянулась за одним из новых свежих розовых кусков, которые лежали в ряд на деревянной скамье.

- Осмелюсь спросить, какие с ним могут быть проблемы? – учтиво поинтересовался маг.

- Такие, что я не смог его убить, - отрезал Бенуа. – Не сумел и потерял свое тело. Сейчас скажу, где ты его встретишь....

Если бы лич сообщил, что небо вот-вот упадет на землю, то это возымело бы такой же эффект. Тень так удивился тому, что могущественный господин не сумел кого-то убить, что невольно сделал шаг назад, наступил на мыло и упал, приложившись спиной о мраморный пол. От такого происшествия концентрация мага рассеялась и... Тень стал видимым.

Надо отдать должное Лусере – магичка соображала быстро и четко.

- Мужчина! – воскликнула она. – Здесь! Погоди-ка.... Откуда он тут? Он, что, был невидим?! О-о-о! Тогда это он только что тронул меня! О, нет! И даже не один раз! На прошлой неделе тоже! И на позапрошлой! И месяц назад!

- Ты готов запомнить место, где нужно встретить Деметриоса? – голос лича раздался в мыслях мага.

- Да..., не совсем..., нет! – эмоционально воскликнул Тень.

- Почему? – требовательно спросил Бенуа.

- Меня бьют головой о стену, господин, - печально ответил маг. – Наверное убьют....

- Держись, - после паузы сказал лич. – Помни, ты мне нужен живым.

Тень и сам себе был нужен живым. Его тело окутывал небольшой смерч, который то подлетал к стене, то отлетал от нее, но неизменно бил бывшего невидимку головой о белый мрамор.

Магу было трудно сосредоточиться под влиянием таких незавидных обстоятельств, и он уже почти простился с жизнью, как вдруг напор урагана немного ослаб. Видимо, разгневанная магичка на какой-то миг потеряла контроль над воздушной стихией. Тень шлепнулся на пол и за секунду затишья совершил почти невозможное – снова стал невидимым. И быстро-быстро пополз прочь так, что новый смерч лишь слегка задел его ноги.

Тень даже не обернулся и продолжил ползти со скоростью хорошей змеи. Его голова раскалывалась, и маг прилагал все усилия, чтобы не потерять сознание. Кое-как он выбрался из опасной комнаты, встал на четвереньки и таким образом покинул баню. В тот момент Тени хотелось лишь одного – поскорее упасть на землю и больше не вставать. Но героическим усилием он добрался до глухого переулка и там сел, привалившись спиной к красной кирпичной стене.

- Господин, - мысли Тени работали с трудом, но он все-таки решил не испытывать судьбу дальше и доложить о своем самочувствии. – Я выжил! Если она не проломила мне череп, то я готов выполнить ваше задание.

- Рад слышать, - сухо ответил Бенуа. – Перед моим замком есть большой заливной луг. Постарайся быть там послезавтра, чтобы встретить Деметриоса. Ты все понял?

- Да, господин! Если он опасный противник, то я воспользуюсь обсидиановым кинжалом. Еще ни один маг не смог выжить после встречи с ним.

- Пользуйся чем хочешь, только не позволяй Деметриосу себя схватить или ударить. Завтра я снова выйду на связь. И вот еще что. Постарайся не попадать в глупые передряги. Иначе я отыщу твое бездыханное тело, и ты у меня два века будешь жалеть о том, что сдох из-за одной из своих дурацких выходок. Ты имеешь право умереть, только выполняя мое задание.

Голос лича пропал, а Тень наконец закрыл глаза и расслабился. Он собирался немного отлежаться, потом отправиться к магу-лекарю, а уже затем наточить как следует обсидиановый кинжал.

***

Когда Деметриос и компания вышли из леса, солнце стояло в зените. Орлунд простился с ними и пошел своей дорогой. Из чувства благодарности он так и не назвал имя человека, который его спас. Ралуант и Мегг терялись в догадках по поводу того, откуда взялся этот хорошо осведомленный старик.

Компания двигалась через бескрайний луг, покрытый люцерной. Деревья попадались лишь изредка. А небольших фиолетовых цветков было так много, что зеленое море казалось крапчатым.

Каждый думал о своем. Деметриос о том, каким хитрым оказался паук: притворился мертвым, подождал, пока все отвернутся, и тут же сбежал, просто скрылся среди вершин ночных деревьев. Ралуант размышлял о предстоящем сражении с личем и сожалел, что магические силы так и не вернулись. Господин Мегг не мог вообще понять, откуда взялся неживой некромант, и подозревал, что самые ужасные находки еще впереди. А Нубиус, который по-прежнему крался поодаль, молился всем богам, чтобы лич обитал не в склепе, а в каком-нибудь месте поприличней, в котором есть имущество, имеющее хорошую рыночную стоимость.

Призрачная гончая поначалу энергично бежала впереди и казалось, что она тащит за собой упирающегося господина Мегга. Но затем, примерно через полмили после выхода из леса, гончая остановилась, начала бросаться то влево, то вправо и закладывать небольшие круги. Ее висячие полупрозрачные уши тревожно подрагивали, будто пытаясь распрямиться.

- Что, след потеряла? – встревожился Ралуант. – Здесь же открытая местность! Нет преград!

Он даже обвел рукой луг, показывая, что ближайшее одинокое дерево находится в сотне ярдов от них.

- Скоро найдет! – уверенно ответил господин Мегг. – Она будет кружить, пока снова не наткнется на след.

Отряд остановился. Деметриос, Ралуант и даже осел с интересом наблюдали за маневрами гончей. Нубиус притаился вдалеке – он прятался за одиноким деревом и прикидывал, как незаметно перебежать к следующему дереву.

Но был еще один наблюдатель. Невидимый. Он находился совсем рядом, но нападать не спешил, ведь мысленно общался с личем.

- Сначала послушай, о чем они говорят, - напутствовал Бенуа своего слугу. – Вдруг получится узнать, кто такой этот Деметриос.

Тень превратился во внимание. Он занял стратегическую позицию за спиной Ралуанта и приготовился к раскрытию тайн. Невидимку тоже интересовал вопрос, кто такой Деметриос, и почему могущественный лич потерпел поражение в схватке с ним. Тень подозревал, что имеет дело с великим воином. Он вообще с большим пиететом относился к ним и считал, что они полны глубокой рассудительности и невиданной мудрости, которую закаляют длительными медитациями.

- А костюмчик-то не жмет, - сообщил Деметриос своему учителю. – Я думал, что сначала будет жать, а он – нет! Как раз в пору!

Ралуант скептически оглядел ученика. Тот был одет в один из запасных сюртуков господина Мегга. Русые вклокоченные волосы и потертые желтые сандалии смотрелись престранно в сочетании со строгим черным костюмом.

- Мне эта одежка нравится! – Деметриос выглядел довольным, его лицо сияло. – Даже очень нравится! Конечно, прежний кафтан был удобней, но этот новее.

- О чем они говорят? – требовательно спросил лич невидимку. – О чем-то важном?

- На первый взгляд о моде, - задумчиво ответил Тень, тоже осматривая Деметриоса и пытаясь найти отпечатки невиданной мудрости.

- О какой еще моде?! – насторожился лич.

- Не знаю. Но это на первый взгляд. Может, я просто слышу код.

- Что за код? Ты внимательно слушай, - напутствовал его Бенуа.

Деметриос похлопал Люси по боку и спросил у Ралуанта:

- А этот лич, что, может любое тело занять?

- Не любое. Оно должно быть подготовлено специальным образом, - ответил мистик.

- Теперь о вас говорят, господин! – мысленно доложил Тень.

- Что говорят? – заинтересовался Бенуа.

- Но все-таки этот лич глуповат, - поразмыслив, произнес Деметриос.

- Плохо слышу, что говорят, - мысленно откликнулся Тень.

- Так поближе подойди! – потребовал Бенуа.

Тень не стал сообщать, что он и так находится прямо за спиной Ралуанта и ближе подходить просто некуда.

- Почему глуповат? – Ралуант тоже потрепал ослика за жесткую серую холку.

- Разве можно вот так бросаться на людей? – Деметриос сорвал пучок люцерны и поднес к морде Люси. – Ни за что ни про что! Он просто дурак.

- Хвалят вас, господин, - Тень решил, что дальше притворяться глухим невозможно. – Говорят, что вы мудры и очень опытны.

Пчела на лету врезалась в невидимку, отскочила и полетела вдаль, недовольно жужжа. К счастью для убийцы, никто ничего не заметил.

- Что ты несешь? – с подозрением спросил лич. – С чего им хвалить мою мудрость? Я провалил бой и потерял тело.

- Но они увидели ваши возможности! - нашелся Тень.

- Какие возможности? – Бенуа недоумевал. - Я драпал оттуда как угорелый и все равно не смог убежать.

- Зато они теперь знают, как вы разозлились! И боятся!

- Ты что, выпил? – с угрозой поинтересовался лич. – Пошел на мое задание пьяный?

Тень понял, что Бенуа не падок на лесть и решил срочно исправить дело.

- Простите, господин! Они говорили о вас неприятные вещи.

- Передавай их слова четко и ясно, - холодно ответил лич. – Что они сказали? Меня интересует правда.

Тень мысленно вздохнул, хотел было выложить все, как есть, но Деметриос вновь заговорил.

- Зачем маги становятся личами? – спросил он. – Как могут живые умирать по своей воле?

Ралуант следил глазами за полупрозрачной синей гончей, закладывающей круги по траве.

- Обычно личами становятся те, кто недоволен своими магическими способностями. Кто знает, что выше головы не прыгнет. Маги высших уровней в личей редко превращаются. Это удел плохих магов. Кто не хочет упорно трудиться, а хочет все сразу.

- Так что они сказали? – поторопил своего слугу Бенуа.

Тень зажмурился и... решил говорить только правду.

- Сначала сказали, что вы – просто дурак, господин.

Лич не отвечал несколько секунд.

- Понятно. А еще что?

- Потом - что у вас никогда не было хороших магических способностей. Что вы – бездарь.

- Еще что-то? – зловеще осведомился лич.

- Да. Что вы лентяй и лодырь каких мало.

- Это все, надеюсь? – Бенуа все-таки мог испытывать некоторое раздражение.

- Не совсем. Они добавили, что несмотря на то, что вы дурак, бездарь и лодырь, хотелка у вас поистине необъятных размеров.

- Хватит! – лич прервал поток мыслей слуги. – Надеюсь, ты не забыл обсидиановый кинжал?

- Не забыл, господин! – браво отрапортовал Тень.

- Используй его прямо сейчас.

Невидимка обошел Ралуанта и приблизился к Деметриосу. Осел что-то почуял и его длинные уши стали нервно подергиваться. Однако это не остановило Тень. Он занял удобную позицию за спиной юноши, вынул черный кинжал и опытным глазом наметил траекторию удара.

Далее примерно целую минуту от невидимки не было никаких известий, и лич забеспокоился.

- Что ты там делаешь? – грозно осведомился он.

- Бегу, - лаконично ответил Тень.

- Зачем? Ты ударил его?

- Затем и бегу, что ударил, - так же кратко сообщил невидимка.

- А что такое? Тебя преследуют?

- Поле горит.

- Почему горит? – не понял лич. – Ты подробнее объясни.

Тень помедлил и ответил.

- Сложно на бегу, но я постараюсь. Так вот, Деметриос обернулся и закричал. Прибежал господин Мегг. Он посмотрел на кинжал, который я выронил, и сказал, что это дело рук невидимки, за которым он давно охотится. Деметриос продолжал кричать, но после слов господина Мегга использовал заклинание «Огненная стрелка». Ну, то, которым свечи зажигают. - Мысли Тени путались, но он старался докладывать четко. - Половина поля коту под хвост. У меня обувь дымится. Рад бы остановиться, но не могу. За мной стена огня. Кажется, он преследует.

- Почему кричал Деметриос? От боли? Ты его ранил? – догадался лич.

- Какое там ранил! – мысленно воскликнул Тень. – Он кричал из-за порванной ножом куртки. Новая куртка, ему только что ее подарили.

Лич снова взял паузу, осмысливая услышанное.

- Значит... обсидиановый кинжал не помог, - рассудительно сообщил он. - Это интересно. Получается, он не маг. Как ты думаешь?

- Как же не маг, если за мной стена огня? – Тень выдвинул неопровержимый аргумент. - Мои туфли горят!

- Да, это верно. Но не расстраивайся, - обнадежил лич. – Не все потеряно. Когда ты потухнешь, проверим еще кое-что.

Бенуа прервал связь. Он подумал о том, что хорошо иметь помощников. Пока они не закончатся, Деметриосу будет чем заняться.

Глава тринадцатая, в которой все встречают разбойников

Поле после пожара выглядело как развороченная угольная шахта. Редкие струйки дыма еще поднимались ввысь, но огня уже не было видно.

Деметриос был сильно разочарован тем, что невидимку так и не удалось поймать. Он даже поискал следы, хотя ничего не обнаружил. Порыв ветра не только затушил остатки пламени, но и поднял поземку из золы.

- Не расстраивайся, - попытался утешить Деметриоса господин Мегг. – Этот мерзавец снова сбежал. Я вот сколько за ним гоняюсь! Он же наемный убийца. Да ладно бы только это. Он все время пакостит. Иногда по-мелкому, но бывает и по-крупному. Разрушение храма Тулеи – его рук дело. Но интересно, что невидимка напал на нас в тот момент, когда мы выслеживали лича. Неужели они в сговоре?

Ралуант только что перестал кашлять. Он стоял на неповреженной половине поля, однако едкий дым проник в его легкие.

- Понятное дело, что в сговоре, кхе-кхе, - мистик отряхивал сажу со своего синего халата. – Я вообще теперь не удивлюсь, если окажется, что этот лич – не единственный. Возможно, там целое гнездо негодяев. Предлагаю его выследить, а потом послать за подкреплениями. Десяток магов нам не помешает. Рыцари тоже придутся кстати.

Мегг кивнул, соглашаясь. Ралуант предлагал обычную тактику, проверенную годами: маги атакуют, а рыцари, спрятанные за магической броней, их защищают. Если расположить войска правильно, то никакой лич с ними не совладает. Если, конечно, у него тоже не будет рыцарей и магов.

- Гончая все еще не может найти след, - сообщил сыщик, показывая на рыщущую на уцелевшей части поля прозрачную собаку. – Хотя мне кажется, что мы где-то рядом.

Длинный поводок был натянут до упора и гончая описывала полукруги, бегая туда-сюда.

- Если рядом, то выбор невелик, - ответил мистик, оглядываясь. – Я знаю эти места. Там, за рощей, небольшая деревня. А впереди, через несколько миль, замок барона Ергика. За нами осталось несколько придорожных трактиров. Больше в округе нет ничего. Когда я был учеником, то часто бывал здесь с товарищами. Мы собирали грибы для... впрочем, неважно. Это были юношеские шалости.

- Я тоже люблю собирать грибы, - произнес Деметриос, который окончательно потерял надежду найти следы невидимки в черной золе. – Правда, мне говорили, что среди них могут попасться ядовитые. Я ведь не разбираюсь.

- И кто тебе помогал отбирать съедобные грибы? – поинтересовался Мегг.

- Да никто! Я ел все подряд, - Деметриос вспомнил об испуганном осле и подошел к нему, чтобы успокоить. – Особенно мне нравились красивые. Ну, знаете, такие красные с белыми точками.

Ралуант и Мегг многозначительно переглянулись. «Мухоморы на него тоже не действуют», - эта мысль читалась на их лицах.

- Так что будем делать? Давайте уже найдем поскорее этого лича! – Деметриос был полон кипучей энергии.

- Если он где-то неподалеку, то мы имеет смысл проверить и деревню и замок, - произнес Ралуант и вытер платком слезящиеся от гари глаза. – Гончая тоже может отыскать след рядом с ними.

- Да я сам проверю эту деревню. Сбегаю туда и обратно! Заодно воды наберу. У меня вот бурдюк лопнул. Нечем Люси поить. А она хочет пить, - Деметриос потряс коричневым кожаным мешком, из которого вытекали последние прозрачные капли.

- А это мысль, - одобрил Мегг. – Мы тут пока след поищем. А ты возвращайся побыстрее. Если что, то кричи. Или даже пробежаться не грех в таком случае.

- Да, если лич в деревне, то он может и пробежаться. В прошлый раз мы весело с ним побегали, - Деметриос все понял по-своему. – А кричать я умею. Зачем только?

- Чтобы его дружки услышали и примчались ему на помощь, - сориентировался Ралуант. – Так мы накроем всех одним махом.

Деметриос широко улыбнулся, взял ослика за узду и бодро направился к зеленой полоске деревьев. На черном сюртуке юноши сзади зияла дыра от удара обсидиановым кинжалом.

В это же время невидимка выполнял очередное задание лича, а именно – встречался с разбойниками. Точнее, эти люди были не совсем разбойниками. Они жили в окрестностях замка, подчинялись личу и устраивали рейды по соседним землям. Их экипировке мог бы позавидовать элитный отряд какого-нибудь герцогства средней руки. Бенуа планировал на основе этой банды создать свою регулярную армию.

Невидимка, руководствуясь мысленными приказами лича, быстро обнаружил главаря с шестью воинами. Они находились в придорожном трактире неподалеку. Тень уже знал их по предыдущим встречам и без обиняков приблизился и уселся за стол.

- Что, опять налет будем готовить? – главарь Терри, рослый чернобородый мужчина, с интересом воззрился на вновь прибывшего. – На кого на этот раз? Или опять золото повезут? И чего это ты такой взъерошенный?

Тень действительно выглядел неважно. Его волосы и одежда местами обгорели, на лбу виднелись пятна от сажи, а руки тряслись.

- Не налет, - кратко ответил он, забрал деревянную кружку с пивом у ближайшего воина и сделал несколько жадных глотков. – У нашего господина серьезные враги. Их надо остановить. Я использовал обсидиановый кинжал. Не помогло. Тут нужно оружие повнушительней.

- Что может быть внушительней хорошего доброго меча? – Терри усмехнулся и похлопал себя по боку.

Тень с сомнением покосился на простую рукоять, обмотанную кожаными полосками.

- Если обсидиановый кинжал не справился, то как поможет твой меч?

Терри потянул оружие из ножен. Окружающие сразу заметили красные искорки, прыгающие по лезвию меча. Когда же главарь оружие легло на стол, то Тень невольно залюбовался огненными змейками, скользящими по остриям.

- Этот меч сделан магом-артефактором Петросом, - с гордостью произнес Терри, поглаживая рукоять. – Он закален в крови дракона. Если им ударить скалу, то она треснет.

- Скала-то может и треснет, - все еще с сомнением пробубнил Тень. – А как насчет Деметриоса? Треснет ли он?

- Кто такой Деметриос? – главарь приподнял черную широкую бровь. – Маг, что ли?

- Да кто его знает... Господин считает, что не маг. А я думаю, что маг, только странный, - Тень пожал плечами и покосился на черное пятно на рукаве. – Когда я его ударил кинжалом изо всех сил, то пробил лишь одежду.

- Защита Набура, - безошибочно определил главарь. – Маги высших уровней ее всегда поддерживают.

- Ему на вид лет шестнадцать, - парировал Тень.

- Ха! – Терри вложил меч обратно в ножны. Его вид выражал задумчивость. – Шестнадцать? Рановато для того, чтобы овладеть этой защитой. Разве что пускает пыль в глаза. Притворяется юным. А как говорит? Как опытный маг? Мудрец? Ты слушал его? Подслушивал? Я знаю, ты это любишь.

- Подслушивал, - согласился Тень. – Как же без этого. Я всегда слушаю перед тем, как ударить.

- И что?

- Да ничего! Он обычно говорил односложно. А если нет, то ничегошеньки невозможно понять. Вроде как слова знакомые, правильные, а вот что он нес иногда... даже не знаю.

- Наверное, какая-то запредельная мудрость, - сделал вывод главарь. – Не для средних умов.

Тень промолчал. Он не нашел, что ответить.

- Не переживай, - Терри хлопнул невидимку по плечу. – Мой меч еще и не с такими справлялся. Защита Набура выдержит один удар... ну, два максимум. А я ведь фехтованию обучался с четырех лет. Я нанесу пять ударов до того, как маг успеет моргнуть. Где сейчас этот твой Деметриос?

- На лугу рядом с замком, - Тень встал из-за стола. – Идите туда. Их призрачная гончая потеряла след. Что неудивительно, ведь господин принял меры, чтобы сбивать гончих с толку. Впрочем, собака может правильно сориентироваться. Поторопитесь! С Деметриосом еще два мага. Один – временно лишенный способностей, его не нужно принимать в расчет. Второй – не очень сильный, но полагается на могущественные свитки и артефакты. Их у него великое множество, ведь он – королевский сыщик. Я приведу еще людей. На всякий случай.

Тень не сильно хотел плестись две мили, чтобы найти остаток отряда. Но еще меньше он желал снова встретиться с огненным заклинанием Деметриоса. Невидимка рассудил, что пусть Терри покажет себя и свое могущественное оружие. Это у воинов защитные доспехи, а у него, у Тени, ничего такого нет. Когда Деметриос умрет, тогда можно и вернуться.

- Да, вот еще, - Тень направился к выходу, но обернулся. – Этот Деметриос выжег поллуга. Вы через золу не езжайте, там сплошная гарь, лошади этого не любят. Лучше идите через деревню. Это будет неожиданная атака со стороны тихого и безопасного места.

***

Деметриос быстро нашел колодец. Все деревня состояла из шести домов, которые примостились вокруг небольшой площади, покрытой кое-как покошенным бурьяном. Посередине площади располагался посеревший от времени сруб колодца.

Юноша бросил ведро в воду и энергично загрохотал цепью. Люси стояла рядом и переминалась с ноги на ногу.

- Ты откуда такой прибыл? – раздался сзади дребезжащий старческий голос.

Деметриос обернулся и увидел дряхлого деда, одетого в белые штаны и рубаху, напоминающие нательное белье.

- Из города. Я тут мимоходом, - Деметриос поставил ведро с водой на землю. – Ловлю какого-то лича. Есть ли у вас целый бурдюк? А то мой порвался.

- Лича... не слышал о таком. Разбойники у нас есть, это да. Совсем замордовали. Житья от них нет. Молодежь разбежалась. Хаты стоят пустые. А о личе не знаю. Пойдем, посмотрю, не завалялся ли хороший бурдюк.

Дед, кряхтя, направился к ближайшему скособоченному деревянному дому. Деметриос последовал за ним, оставив Люси около колодца.

Нубиус же, сидя в ближайших кустах, прислушивался к разговору. Бывший вор с трудом пережил жуткий пожар, который устроил Деметриос в погоне за невидимым убийцей. Нубиусу пришлось улепетывать во все лопатки, чтобы не попасть под горячую руку своего покровителя. Ему досталось, конечно, не так сильно, как Тени, но все-таки бывший вор перенес большой стресс и теперь чувствовал, что нужно чем-то утешиться.

Слово «разбойники» пришлось как раз кстати. Оно разом улучшило моральный настрой вора. Он почуял, что сбываются его молитвы. «Разбойники» означало то же самое, что «имущество». Пусть даже не деньги, пусть, но хотя бы оружие и доспехи. Разбойники не обидятся. Зачем мертвым имущество? А Нубиусу пригодится.

Теперь он начал думать лишь об одном: как помочь разбойникам набрести на Деметриоса. Или Деметриусу – на разбойников. Тут уже не суть важно. Главное – чтобы эта эпохальная встреча состоялась. Уж Нубиус сможет позаботиться о том, чтобы лихие люди не приглянулись его кормильцу. Но первым делом следовало найти этих самых разбойников....

Когда Деметриос скрылся в доме, Нубиус вылез из кустов и хорошенько осмотрелся. Вокруг не было ни души, за исключением осла. Даже спросить не у кого, где тут обитают разбойники!

Нубиус походил туда-сюда, прислушиваясь и пытаясь уловить хоть какое-то движение. Как на зло, никого не наблюдалось, а дома казались заброшенными. Нубиус уже всерьез начал размышлять о том, чтобы спросить у того самого старика, который беседовал с Деметриосом, как вдруг услышал ржание.

Бывший вор еще никогда так не радовался конскому ржанию. На миг ему почудилось, что это – звон золотых монет, который будто бы говорил: «Твое богатство близко, иди на звук».

Нубиус рванул через кусты, не обращая внимания на колючки, и выскочил на хорошо разъезженную проселочную дорогу. По ней двигались семеро всадников.

Настроение вора слегка понизилось, когда он рассмотрел тех, с кем столкнулся. Всадники выглядели как отлично вооруженные и экипированные воины, которые наверняка состояли в свите какого-то большого вельможи. Нубиус подумал, что такие люди не знают, где прячутся разбойники, ведь иначе сами бы истребили их.

Впрочем, он никогда не сдавался и решил рискнуть, вдруг получится выудить хоть какую-то информацию.

- Господа! – Нубиус бросился на дорогу с вытянутыми вперед руками. – Простите меня за беспокойство! Я отниму лишь пару секунд вашего драгоценного времени. Я слышал, что в этих краях водятся разбойники. Вы случайно не знаете, близко ли они? А то я волнуюсь. С детства боюсь разбойников.

Кавалькада остановилась. Всадник, который ехал впереди, одетый в шелковый синий плащ с золотым шитьем и стальной блестящий шлем с фиолетовым плюмажем, слегка нахмурился, а потом благодушно улыбнулся.

- Почему ты боишься разбойников, странник? Ты, что, торговец?

- Торговец! – быстро согласился Нубиус, любуясь шлемом, от которого отражались желтые солнечные лучи. – Потомственный торговец!

- А где твой товар? Деньги хоть при тебе? – всадник недоверчиво оглядел Нубиуса, который был одет в простую кожаную дорожную куртку и сжимал в руках пустой мешок.

- Товар? Какой товар? – Нубиус сначала даже не понял, почему они говорят не о разбойниках. – А... товар... так он там, в деревне. Вы мне лучше скажите, поблизости ли опасность? Я ведь человек мирный, меня любой обидеть может.

- В какой деревне? В этой, что ли? – всадник кивнул в ту сторону, откуда прибыл Нубиус.

Бывший вор насторожился. Его чутье никогда не подводило. Почему всадник так интересуется товаром?

- Да. В этой. А по какой причине вы спрашиваете, уважаемый генерал? – осторожно произнес Нубиус.

- Я не генерал, - незнакомец усмехнулся в черную бороду. – Я собираю налоги для армии. Думаю, что тебе предстоит поделиться своим товаром. Пойдем, покажешь, где он.

- Налоги? Для армии? – Нубиус не смог сдержать широкой счастливой улыбки. – О, господин! О, генерал! О, фельдмаршал! Поправьте меня, если я ошибаюсь, но мне кажется, что вы и есть те самые разбойники!

Воины засмеялись.

- Ты удивительно прозорлив, торговец, - усмехнулся главарь. – Так что будем делать? Отдашь все добровольно или как?

- Отдам! – Нубиус прижал ладони к груди. – Все отдам до гроша! Все расскажу и покажу! Товар находится вместе с моим подмастерьем в доме у колодца. Я покажу, какой дом! Только... как это говорится... а, вспомнил.... пощадите! Не убивайте меня, у меня дома жена и дети! Следуйте за мной, я вас отведу прямо к месту.

Всадники пристально смотрели на странного путника, предполагая, что он просто тронулся умом от неожиданной встречи с опасностью. А Нубиус, в свою очередь, разглядывал рукояти кинжалов, усыпанные самоцветами, красные сафьяновые сапожки, доспехи, наверняка магические, и седельные сумки, набитые таинственными сокровищами.

Нубиус резво двинулся в сторону деревни, призывно размахивая рукой и даже слегка подпрыгивая. В его голове невидимая свирель играла мелодию радости. Ведь встреча разбойников с Деметриосом становилась неизбежной.

Сам же юноша не подозревал, что к нему идут гости. Он разглядывал желтый потертый бурдюк, который дед обнаружил в ветхом сундуке, и гадал, удержит ли воду этот доисторический сосуд.

Дверь внезапно отворилась и на пороге предстал Терри, главарь разбойников, во всей своей красе. В шлеме с фиолетовым плюмажем, матовом панцире и с длинным мечом на поясе.

- Ты и есть тот подмастерье, - главарь даже не спрашивал, а утверждал, весело глядя на Деметриоса. – Ну что ж... где товар и деньги?

Юноша удивился. Он посмотрел по сторонам, пытаясь понять, к кому обращается незнакомец, и лишь потом догадался, слова адресованы именно ему, Деметриосу.

- Какой товар? Какие деньги? Какой подмастерье? Я просто ученик.

Терри рассмеялся, показав ровные желтые зубы. Он взял со стола деревянную кружку, наполненную водой, и скептически посмотрел на нее, будто прикидывая, стоит ли отсюда пить или нет.

- Вы все так говорите. Торговцы такие предсказуемые. Вас послушать, так у вас ничего нет. А поищешь, сразу найдешь и серебро и золото.... Слушай, приятель, к чему эта канитель? Отдавай все по-хорошему.

Деметриосу не нравилось, когда с ним так говорят, даже если принимают за кого-то другого.

- Не отдам, - сказал он и упрямо поджал губы.

Главарь продолжал улыбаться. Он медленно приблизился к Деметриосу.

- Такой молодой, а ищешь смерти.

Деметриос пожал плечами. Он до сих пор не понимал, чего от него хотят, но испытывал к собеседнику антипатию.

- Я ищу не смерти, а только лича.

Терри изумленно замер.

- Откуда ты знаешь о личе, парень? – медленно спросил он и положил руку на эфес меча.

- Да тебе какое дело? – возмутился Деметриос, которого незнакомец раздражал все больше и больше.

Но потом неожиданная догадка влезла в голову юноши.

- Постой, - сказал он, пристально разглядывая серые глаза собеседника. – А ты случайно не лич?

Терри хмыкнул, его лицо перекосилось.

- Ну, если и лич, то что? – издевательски спросил он.

Деметриос даже хлопнул в ладоши от избытка чувств.

- Лич! – заорал он во всю глотку. – Сюда! Скорее! Здесь ваш лич!

- Ты чего орешь? Испугался? – главарь отшатнулся от неожиданности.

- Нет, просто мне посоветовали кричать, как только встречу лича, - просто ответил Деметриос. - Тогда твои дружки услышат и прибегут тебя спасать. Так я накрою всех вас одним махом.

Бандит чуть не выронил кружку, которую держал в левой руке

Деметриос же подошел к окну, широко открыл его и принялся кричать «Лич!», «Здесь лич!», «Спасайте его!», поворачивая голову в разные стороны.

Публика, находящяяся во дворе, испытала разные эмоции. Бандиты подумали, что происходит что-то не то, дела явно идут не по плану. Нубиус же справедливо рассудил, что дела как раз движутся в верную сторону. И, пожалуй, обойдутся без его участия.

Так как Деметриос не собирался отдавать имущество, а вместо этого решил покричать в окно и зачем-то призвать помощь для лича, Терри подскочил к нему и размахнулся, чтобы ударить. Главарь и сам не понял, как получилось, что он вылетел через окно, пролетел десяток ярдов и врезался в подельника у колодца.

Другой бандит, который держал Нубиуса за шиворот, от удивления разжал руку, и бывший вор моментально испарился из поля зрения. Нубиус считал, что мешать кормильцу не стоит, а помогать тем более. Случай с выжженным полем еще напоминал о себе першением в горле от дыма.

Деметриос неторопливо вылез из окна.

- Ты не уйдешь от меня, лич! - сказал он. - Я возьму тебя в плен. Мне поручили узнать, где находится твоя... филок... филук... филлюк.... Как же она называется?

Один из разбойников пришел в себя, выхватил изогнутую саблю и бросился на Деметриоса.

- Ты что, не видишь, что я занят? - укоризненно спросил юноша, провожая глазами тело, несущееся в сторону большого дуба. - Я вспоминаю, как называется эта штуковина, о которой я должен спросить у лича. Как же я спрошу о ней, если забыл название? Вот незадача! Помню точно, что как-то на «ф», но не фига.

Терри с трудом приподнялся после полета из окна. Его прекрасный блестящий шлем свалился и откатился в бурьян. В черных волосах главаря застряли пучки соломы.

- Подмастерье говоришь...., торговец...., - Терри обвел глазами присутствующих, но Нубиуса не увидел. – Где этот человек, который привел нас сюда? Впрочем, ладно. Слушай, парень, не знаю, как тебя там.... Ты все равно не совладаешь с семерыми....

Главарь посмотрел в сторону дуба, на ветке которого живописно повисло тело члена шайки, и исправился:

- С шестерыми. Потому скажи прямо, что ты знаешь про лича?

Деметрис молча подошел к Люси, отвел ее к дому, подальше от колодца, и только потом ответил:

- Это такое слово.

- Какое слово? – опешил Терри, который внимательно наблюдал за маневрами собеседника.

- Ну, «лич». Ты же спросил, что я знаю. «Лич» - это слово.

Терри задумчиво посмотрел куда-то вдаль, поверх верхушек деревьев. Разговор предстоял непростой.

И так подумали все, кроме Нубиуса. Бывший вор же твердо знал, что его покровитель имеет привычку издеваться над противником перед боем.

- Откуда ты узнал про лича? - главарь решил зайти с другой стороны.

- Он на меня напал, - просто ответил Деметриос и тоже посмотрел поверх деревьев, пытаясь выяснить, что там увидел собеседник. – На меня и на моего учителя. Знаешь, как я считаю? Если кто-то хочет остаться незамеченным, то ему не нужно ни на кого нападать. Он должен вести себя тихо, как мышка. Но лич – это ты. И я тебе скажу так: если ты не помнишь, откуда я тебя знаю, то смерть плохо подействовала на твою голову. Я вообще не понимаю, зачем ты проводил ритуал и становился личем, если после этого ничего не соображаешь. К чему тебе вечная жизнь, если ты забыл, что было два дня назад?

- Что вообще происходит? – озадаченно спросил главарь. – Ты кто такой?

- Я об этом и говорил. Ты ни шиша не помнишь, - печально произнес Деметриос. - Лучше скажи, где твоя штука на «ф». Как ее там? Или ты тоже забыл, как она называется?

Прежде бледные щеки главаря стало покрываться красными пятнами, которые были весьма заметны поверх черной бороды.

- Ты смеешься надо мной, да? – сквозь зубы процедил Терри. – Потешаешься?! А ну-ка, парни! Навались!

Пятеро бандитов обнажили оружие и бросились на Деметриоса. Главарь остался на месте и наблюдал за схваткой. Сначала он злорадно улыбался, но по мере того, как ломались магические доспехи, его улыбка превращалась в гримасу изумления.

Звуки сражения заставили вибрировать старые дома и даже колодец. Разбойники орали, оружие лязгало, броня трещала и никто не слышал стоны бедного Нубиуса, который хватался за сердце всякий раз, когда Деметриос раскалывал какой-нибудь дорогостоящий панцирь.

Птицы от такого шума вспорхнули и повисли над рощей разноцветным облаком. Даже Люси, привычная к битвам, попятилась и скрылась за углом покосившегося дома. Но столь бурное сражение оказалось кратковременным. Вскоре на поле боя на ногах остались лишь трое: разгневанный Деметриос, ошарашенный главарь и безутешный Нубиус, как обычно сидящий в зарослях.

- Вот, значит, как, - Терри мрачно лицезрел побоище, в эпицентре которого находился целый и невридимый Деметриос. – Что ж, придется мне лично заняться тобой.

Главарь извлек из ножен искрящийся меч и отсалютовал.

- Готовься к суровому бою, незнакомец. Только один из нас уйдет отсюда живым.

Нубиусу очень понравилась эта фраза. От богатства его отделяла лишь минута-другая.

Деметриос обернулся, чтобы убедиться, что с ослом все в порядке, а потом вновь посмотрел на растрепанного противника.

- Да, это верно. Хотя и сейчас только один из нас ходит тут живым. Ты – ведь лич, а значит, неживой. Живой тут только я.

- Я не лич! – воскликнул Терри, раздасадованный тем, что его все время понимают неправильно. – Я – его охрана. Мое имя – Терри, я – четвертый сын барона Акурс.

- Деметриос, - представился вежливый юноша.

Терри даже отшатнулся.

- Так вот ты какой, Деметриос! А я гадал, кого это сюда занесло. Меня о тебе предупреждали. Жаль, что я не принял его слова всерьез. Но посмотрим, как ты выстоишь против моего меча. Я ведь учился им владеть чуть ли не с младенчества.

- Хороший меч, - одобрил Деметриос. – Красивый. Ишь как переливается. С таким мечом можно и по ночам ходить. Он как фонарик.

- Какой фонарик?! – Терри даже подпрыгнул на месте. – Мой меч закален в крови дракона! Он создан, чтобы разить врагов, а не освещать путь!

«В крови дракона..., - прошептал Нубиус из зарослей. – Это сколько же он стоит? Лишь бы мой благодетель его не сломал!».

- Мы поступим с тобой так, - Терри быстро выходил из себя, но столь же быстро возвращался в относительную норму. – Я ведь приехал с Северных гор, а у нас есть особый обычай. Перед смертельной битвой мы открываем своему врагу самую страшную тайну. У тебя есть такая тайна?

- У меня? – Деметриос наморщил лоб. - У меня нет страшных тайн! Хотя... постой! Есть одна! Просто ужасная. Я еще никому о ней не говорил, но тебе расскажу, если уж так принято.

- Заметано! – Терри важно кивнул. – Слушай же. Тайна в том, что я ненавижу своего господина. Моя рука не дрогнула бы в подходящую минуту. Но если он узнает об этом, то быть мне зомби до скончания веков. Теперь твоя очередь.

- И я открою ужасную тайну, - Деметриос тоже важно кивнул, подражая собеседнику. – Она в том, что Люси любит вишневый компот и один раз пила прямо из кастрюли. И если тетушка Полли узнает об этом....

Терри раздраженно очертил мечом сверкающую восьмерку.

- Какой компот? Какая Люси? Какая Полли? Ты продолжаешь смеяться надо мной! Защищайся, как можешь!

Главарь подбежал к Деметриосу и замахал мечом. Юноша стоял и просто смотрел на сияющие голубыми искрами зигзаги.

- Ты почему не защищаешься? – Терри остановился и отступил на шаг.

- Но ты же не собирался меня бить. Машешь тут мечом перед глазами без толку, - Деметриос в недоумении поднял левую руку.

- Откуда ты знаешь?! – Терри не мог понять, как вести себя в такой ситуации, и сильно сердился. – Я всегда наношу сначала три обманных удара, а потом уже бью. Меня так учили.

- Знаю и все, - Деметриос опустил левую руку. – Ты будешь нападать или болтать? Мне еще Люси напоить надо.

- Ну, держись! – Терри оскалился, нанес свой самый стремительный и сильный удар, потом немного помедлил и сказал, - Отпусти меч. Слышишь?

- А что такое? – Деметриос хмурился. – Не можешь сражаться без него?

Главарь на миг задумался, а потом бросил рукоять. Меч остался в руке юноши, который как ни в чем не бывало держал его за сверкающее лезвие.

- Я все понял, - внезапно произнес Терри, с тоской оглядывая противника в черном сюртуке, деревянную избу за ним, примятую траву и разбросанные тела товарищей. – У тебя ведь не защита Набура, а что-то другое, о чем я не имею никакого представления. Вот зря связался с тобой.... Что ты хочешь? Каковы твои условия?

- Какие еще условия? – Деметриос залюбовался мечом и даже подвигал рукой в разные стороны, чтобы искры казались ярче.

- Условия, чтобы ты отпустил меня и раненых. Тогда я позабочусь о них, - Терри показал на побоище.

- Где лич-то? – спросил Деметриос. – Меня он интересует. Мы его найти не можем. Рыщем тут с собакой.

- Лич в замке, - просто ответил Терри. – А его филактерия находится в подвале, в тайной комнате.

- Держи! – Деметриос протянул меч главарю. – Делай, что должен, а я пойду.

- Как «пойду»?! – раздался вопль со стороны деревьев. – Почему?! Это же разбойник! Его убить нужно!

- Кто там?! – произнес Терри, осматривая коричневые стволы деревьев и ярко-зеленые кусты жимолости. – А-ну, выходи!

- Не выйду! Мне и тут хорошо! – раздался ответ. – Деметриос, вы же великий воин! Как вы можете допустить, чтобы этот бандит ушел восвояси?!

- Мы с ним договорились, - Деметриос развел руками. – Он сказал мне, где найти лича.

- А ты вообще кто такой? – зловеще поинтересовался Терри.

- Я – неравнодушный гражданин! Мне больно от несправедливости, что такой бандит, как ты, уйдет от наказания!

- Я же тебя поймаю. Ты понимаешь, что поймаю? – с угрозой спросил главарь.

- Деметриос! Он же хочет меня убить! Меня, ни в чем неповинного человека!

Юноша прищурившись посмотрел на Терри.

- Нет-нет! – тот интенсивно покачал головой. – Я не хочу его убить. Я вообще бросаю свое грабительское ремесло и возвращаюсь домой. Ну ее к демонам такую жизнь, когда мой меч рукой ловят.

- Он больше не будет разбойничать! – крикнул Деметриос в сторону жимолости. – Не будет никого убивать!

- Он врет! – последовал ответ. – Разбойники всегда врут! Я сейчас это докажу. Эй, Терри!

- Чего тебе? – мрачно произнес главарь.

- Выхухоль!

- Кто выхухоль?! Я – выхухоль?! – лицо Терри стало багровым. – Да я тебе...!

- Вот видите, Деметриос! Это – убийца! Его надо остановить, пока не поздно!

- Да я тебе... благодарен за твои слова, - сквозь зубы процедил Терри.

- Удод!

Главарь рванул воротник красной рубахи, который виднелся над верхним краем кольчуги:

- Деметриос, я не буду его убивать. Обещаю. Можно я просто поймаю его и посмотрю в глаза?

- А что это за удод, который водится в лесу? – поинтересовался юноша. – Они все живут в полях. А выхухоли – в воде.

Установилась тишина. Такая, что птицы вернулись на свои ветки. Каждый думал о своем. Деметриос – о том, откуда в лесу удоды и выхухоли, а главарь – о том, что он чего-то не понимает в этой жизни.

- Терри! – наконец раздался голос из-за кустов. - Да провались ты со своими доспехами. Жмот! Лич богаче тебя будет! Деметриос! Надо поспешить, мой господин! А то вдруг лич сбежит! И будете гоняться за ним по пустырям. А его нужно брать в замке! Там ему помешают биться сундуки с добром и золотые подсвечники!

Глава четырнадцатая, в которой головорез рассуждает о кроликах

Когда Деметриос вернулся с Ралуанту и господину Меггу, те все еще искали следы лича с помощью призрачной гончей. Дым от пожара уже совсем улетучился и только ветер гонял туда-сюда черные осколки пепелища.

- Ну что, набрал воды? – Ралуант щелчком сбросил осу с воротника своего синего халата.

- Ага, - Деметриос кивнул на старинный бурдюк, притороченный к Люси. – Я там еще встретил солдат. В деревне, то бишь. Они сказали, где тот, которого мы ищем.

- Лич, что ли? – Ралуант от удивления наклонил голову.

Господин Мегг, прислушивающийся к разговору, тут же приблизился, волоча за собой на поводке безутешную прозрачную собаку.

- Да. Он в замке, - Деметриос неопределенно махнул рукой. – Солдаты его не любят. Меньше, чем мы, но сильно не любят.

- Все-таки в замке..., - Мегг посмотрел в правильном направлении, туда, где зеленела неповрежденная половина поля. – Любопытно. Я слышал о его хозяине, бароне Ергике. Он нелюдим и почти не выходит. Своими угодьями не занимается, разбойников не ловит. Некоторые гадали, что там у него происходит. А теперь понятно, что.... Кстати, надо проверить и других нелюдимых баронов.

- Как поступим? – Ралуант тревожно нахмурился. – Пойдем к замку или как?

Мегг наклонился, поднял щепоть золы и раскрыл ладонь, будто гадая по полету пепла.

- Или как. Нам с вами туда соваться нельзя. Лич ведь даст бой. Деметриосу-то еще ладно, похоже ему все как с гуся вода. А мы ведь не настолько защищены, чтобы выдержать битву с отрядом замковой стражи. Нужно дождаться подкрепления. Я пошлю письмо с ласточкой.

Сыщик достал из сумки маленькую чернильницу, пергаментный свиток и небольшой белый лист бумаги. Затем он подошел к Люси, положил на ее спину пергамент, сверху – бумагу и быстро набросал несколько фраз с помощью черного длинного пера. Затем Мегг свернул написанное в трубочку и снова полез в сумку. На этот раз в его руке оказалась крохотный серебристый медальон. Сыщик поддел крышку ногтем мизинца и над медальоном возникло облако, будто состоящее из золотистой пыли. Пыль немного покрутилась в хаотичном вихре и вскоре соединилась вместе, образовав нечто похожее на птицу с удлиненным хвостом и острыми крыльями.

- Ласточка Далекого Слова, - Ралуант с восхищением посмотрел на магическое существо. – А вы хорошо экипированы.

- О да, я же главный сыщик, положение обязывает, - Мегг говорил строго, но по легкой улыбке было видно, что ему приятна похвала. – Скоро тут будет целая армия.

Сыщик привязал трубочку к ноге птице и сверкающая золотыми бликами ласточка взмыла в небо.

Деметриос с восхищением проводил глазами сияющего посланца. Он даже сильно запрокинул голову, чтобы видеть, как птица набирает высоту. Но вдруг какая-то мысль отвлекла его и юноша насупился.

- А если лич уйдет, пока мы будем его ждать? – спросил Деметриос. – Голос из кустов сказал мне, что он может и сбежать. Что потом его по пустырям ловить придется.

Теперь уже и Мегг и Ралуант отвлеклись от птицы.

- Кто сказал? – осторожно поинтересовался сыщик.

- Голос из кустов.

- Чей это был голос? – мистик приблизился к ученику.

- Не знаю. Он мне незнаком. Знаю лишь, что голос совсем не разбирается в повадках выхухолей и удодов. Я думаю, что это – магический голос, только не очень образованный.

- Деметриос, - со вздохом сказал Ралуант, – я никогда не слышал о магических голосах.

- И я тоже не слышал, - покладисто согласился юноша. – Но ведь он есть! Смотрите!

Деметриос развернулся в сторону рощи, сложил руки рупором, чтобы усилить звук, и закричал:

- Эй! Голос из кустов! Ты здесь?!

Люси удивленно посмотрела на своего хозяина любопытными черными глазами. Это было все, чего он добился.

- Вот видишь, - Ралуант потрепал юношу по плечу. – Нет никакого магического голоса из кустов.

- Я попробую еще раз, - произнес упрямый Деметриос.

Он слова сложил руки рупором и заорал:

- Эй! Голос из кустов! Куда нам идти?! Домой, что ли?!

Несколько секунд ничего не происходило, но затем от рощи прилетел едва слышный ответ:

- Идите к личу! ... подсвечники!

Ралуант и господин Мегг изумленно переглянулись.

- Какие еще подсвечники? – мистик прищурился, будто пытаясь разглядеть среди далеких деревьев того, кто им отвечал.

- Не знаю, - Деметриос пожал плечами. – Но он уже о них что-то говорил. Вспомнить бы что....

- Ничего не понимаю, - господин Мегг нервно потер длинную переносицу. – С тех пор, как я повстречал Деметриоса, мой разум отказывается находить объяснения происходящему.

Ралуант взглядывался в темно-зеленую полоску рощи, пока у него не заболели глаза.

- Я не знаю, что это за голос, - наконец сказал мистик, - но он дело говорит. Лич ведь может и сбежать. Насколько я понимаю, гончая выслеживает путь только его духа. Если лич снова войдет в тело и возьмет филактерию с собой, то найти мерзавца будет трудно.

- Я могу посмотреть, чтобы он не убег, - тут же откликнулся Деметриос. – Вы останетесь здесь с Люси, а я покараулю ворота замка.

Мегг пожевал тонкими губами.

- А это неплохая мысль. Что думаете, Ралуант?

Мистик посмотрел на Деметриоса, а затем бросил взгляд в сторону, где должен находиться замок, будто примеривая одного к другому.

- Сумеешь задержать лича, если он выйдет? С ним же будет охрана. И еще... если удастся отобрать у него филактерию, будет совсем хорошо.

- Если увижу лича, то все у него отберу, - энергично пообещал Деметриос и почему-то помахал рукой роще. – Ну ладно тогда. Я пойду.

- Если что, бегите сюда, у меня есть свитки с могущественными защитными заклинаниями, - Мегг похлопал рукой по сумке. – Мы еще немного подойдем к замку, но близко подходить не будем.

- Если что, то прибегу, - многозначительно произнес Деметриос и резво зашагал по

невыжженной части поля.

Его потертые сандалии приминали траву, а черные штаны цеплялись за фиолетовые цветки.

Солнце уже стремилось к горизонту, когда Деметриос достиг замка. Это была основательная постройка с шестиярдовыми толстыми крепостными стенами, многочисленными бойницами и двумя приземистыми башнями донжона. Замок казался серым, невзрачным, но построенным на совесть.

Деметриос поначалу остановился в задумчивости ярдах в двадцати от ворот, обитых ржавым железом. Он не мог решить, оставаться здесь или подойти поближе.

Юноша пребывал в этом состоянии до тех пор, пока ворота не начали открываться, и кто-то не окликнул его сзади:

- Эй, парень, посторонись!

Деметриос обернулся и увидел человека в кожаных доспехах, который вел за узду лошадь, запряженную в телегу с сеном. Меч незнакомца торчал прямо в стогу.

Юноша отошел в сторону, но когда солдат поравнялся с ним, то остановил лошадь.

- Ты что тут делаешь, парень? Не знаешь что ли, что сюда скоро заявится головорез на осле? Тут такое начнется!

- Головорез на осле? – удивленно переспросил Деметриос. – Надо же! Осел ведь трудолюбивое, мирное и доброе животное. Он не согласится везти головореза.

Солдат вытаращил глаза. Его седоватые брови стали напоминать крышу домика.

- Осел – самое глупое животное из всех, что я видел. Он повезет и обезьяну, если ее к нему привязать, конечно.

Деметриос нахмурился и посмотрел на собеседника неприязненно.

- Ты ничего не понял в ослах. Или тебя обманули. Те животные, которых ты видел, назывались не ослы.

Глаза незнакомца выпучились еще больше.

- Ты говоришь, что я не разбираюсь в ослах?! Что я могу их не узнать?!

- Тебя просто обманули, когда учили в детстве, - хладнокровно ответствовал Деметриос. - Наверняка тебе показали кого-то другого, и сказали, что это – осел. Может, это был кролик.

Солдат воздел кулаки к небу.

- Какой кролик?!

- Легко проверить, кролик или нет, - спокойно произнес Деметриос. - У твоих ослов были длинные уши?

- Длинные..., - слегка растерялся солдат.

- Видишь? Кролик. А зубы большие?

- Большие....

- Ну вот. Кролик. А цвет шкуры серый или коричневый? Задние лапы сильные?

Солдат разжал кулаки и сжал их опять.

- Ты думаешь, что я – идиот, да? Что кролика от осла отличить не могу?

- Не знаю. Можем ещё так проверить. Когда обезьяна сидит на твоем осле, то ее ноги волочатся по земле или нет?

Незнакомец хотел что-то сказать грубое, но сдержался и махнул рукой:

- Мне некогда с тобой тут лясы точить. Сейчас головорез приедет. А ты иди прочь. Тоже мне, шутник выискался.

Он повел лошадь к воротам, но Деметриос все-таки крикнул ему вслед:

- Смотри, не перекорми своих кроликов! Им нельзя давать столько сена, сколько ослам!

Солдат обернулся, но даже не ответил. Телега медленно въехала в ворота, и они со скрипом закрылись.

Деметриос принялся прохаживаться взад и вперед прямо перед стеной. Рва у замка не было, потому юноша касался рукой грубых камней и насвистывал песенку, услышанную недавно на рынке. Он даже отбивал дробь на воротах, шествуя мимо.

Когда Деметриос прошел рядом с воротами в десятый раз, они слегка приоткрылись и в щели показалась бородатая голова, украшенная круглым стальным шлемом.

- Ты что тут делаешь, парень? Чего тебе? – раздался неприветливый голос.

- Да ничего, - Деметриос прекратил насвистывать. – Жду, когда выйдет ваш хозяин. Мне поручили отобрать у него... эту... финтифлюшку.

Ворота тут же захлопнулись и юноша услышал чей-то голос за стеной:

- Господин барон! Там какой-то парень стоит. Он хочет отобрать у вас вашу финтифлюшку.

- Что? Какой парень? – раздался приглушенный ответ.

- Не знаю!

- Он один?

- Да!

- Дай-ка я на него посмотрю.

Ворота снова открылись и перед Деметриосом предстал пожилой крепкий воин, закованный в матовые стальные доспехи с ног до головы. Запрокинутое назад забрало шлема открывало длинные седые усы, короткий нос и внимательные близкопосаженные глаза.

Барон хотел что-то произнести, но юноша опередил его.

- А где твоя финтифлюшка? Мне сказали, что ты выйдешь из замка вместе с финтифлюшкой.

- О чем ты говоришь, парень? – раздраженно прогудел барон Ергик.

Его шлем с темно-зеленым плюмажем усиливал звук.

Вопрос «О чем ты говоришь, парень?» Деметриосу задавали уже много раз, и юноша к нему привык.

- Отдавай финтифлюшку! – потребовал Деметриос и протянул руку.

Лицо барона изменилось. Сначала в серых глазах зажегся гнев, но потом мелькнуло сомнение.

- А ты кто такой? Как звать тебя?

- Деметриос, - сразу же ответил юноша.

Барон метнулся внутрь замка. Это у него получилось удивительно ловко, несмотря на доспехи. Ворота захлопнулись с громким хлопком.

- Все по местам! – раздался истошный баронский бас. – Приготовиться! Это он! Сообщите господину!

Топот многочисленных ног напомнил Деметриосу выступление барабанщиков, которое он слышал, проходя мимо бродячего театра. Юноша подождал, пока топот угомонится, и вежливо постучал в ворота.

- Я за финтифлюшкой пришел, - напомнил он. – Вы ее принесете или как?

С крепостный стен свесились вниз несколько голов в шлемах. Они хотели рассмотреть гостя.

- Уходи! – раздался приглушенный ответ. – Мы слышали о тебе и готовы дать отпор!

Деметриос постучал громче, так, что ворота затрещали.

- Отдайте финтифлюшку, и я уйду!

Он ударил в последний раз, посильнее, и ворота дрогнули.

- Господин барон! – чей-то голос отчетливо долетел из-за ворот. – Может, отдадим ему эту финтифлюшку? Может, она нам ни к чему?

Барон не отвечал несколько мгновений. Но потом Деметриос вновь услышал знакомые гудящие интонации.

- Парень! А как выглядит твоя финтифлюшка? Что это такое?!

- Никогда ее не видел, - вздохнул Деметриос. – Но она не моя, а твоя. С ее помощью ты улетаешь в поле.

Барон хмыкнул. Чей-то голос тонко пропищал:

- Господин барон, он имеет в виду ту курительную трубку с травой. Ну, которую вы от жены прятали.

- Да я уже понял, - расстроенно пробасил барон. – Остался последний запас. В этом году такого урожая уже не будет.

Вновь раздался топот.

- Подожди, парень, я сейчас принесу трубку с чердака.

- Но финтифлюшка в подвале, - тут же ответствовал Деметриос. – В тайной комнате.

Барон замолчал. Юноше даже показалось, что из-за стены доносится чье-то тяжелое дыхание.

- Я понял тебя, парень, - раздался нетвердый голос. – Эту штуку мы не можем отдать. Она принадлежит господину. Тебе придется ее забрать, если сможешь.

- Мне сказали подождать здесь, за воротами. Но если ты хочешь, чтобы я ее забрал, то могу и забрать, - просто ответил Деметриос и ударил рукой по воротам так, что треснуло не только дерево, но и толстая ржавая железная пластина.

- И кто меня тянул за язык! – воскликнул барон. – Арбалетчики! Готовы?!

Деметриос не стал выяснять, готовы ли арбалетчики, а только повалил правую створку ворот, миновал высокий свод каменной арки и вошел во внутренний дворик замка.

Его встретил рой из арбалетных болтов. Деметриос отступил на шаг под арку, а потом продолжил свой путь, не обращая внимания на палки с оперением, впившиеся в одежду.

- Еще! – закричал барон, взбегая по каменной лестнице на стену. – Еще раз!

Арбалетчики перезаряжали свое оружие, но Деметриос уже наметил цель. Это была высокая светлая дверь внутреннего замка. Юноша рассудил, что подвал должен быть там, под главными помещениями.

Путь ему заслонили три мечника с магическими щитами, по которым струились голубые прозрачные нити. Если бы Деметриос разбирался в оружии, то понял бы, что все три щита изготовил один и тот же мастер. Но он не разбирался, ему вообще было все равно, кто что изготовил.

Мечники стояли плечом к плечу. Деметриос немного помедлил, но лишь с одной целью – чтобы решить, нужно идти вокруг них или через них. Однако подумать он так толком и не успел, ведь светлая дверь внутренного замка распахнулась и оттуда повалил густой черный дым.

- Бегите! – истошно закричал барон, сначала обращаясь с своим людям. – Скорее! Все прочь!

Но потом он повернул лицо к белой двери и воскликнул:

- Господин! Зачем?! Он же их еще даже не убил!

Первыми черный дым достиг трех мечников, и они упали. Правда, чтобы сразу же встать. Их движения, поначалу шаткие, быстро обрели какую-то неестественную резкость и скорость.

Деметриос совсем остановился. Он наблюдал за происходящим с интересом, слегка наклонив голову. Пока черный дым поднимался вверх и полз в стороны, три мечника синхронно шагнули по направлению к юноше.

- Сейчас посмотрим, насколько ты хорош против свежих зомби! – раздался хриплый голос из двери, ведущей в замок. – Они быстры и сильны! Только великолепный воин может противостоять им некоторое время! С тремя свежими зомби почти никто не может справиться! Они разорвут любого, даже такого, как... Неважно... проехали.... Теперь посмотрим, как ты одолеешь тех пятерых.

С крепостной стены на Деметриоса прыгнули еще пятеро. Но голос уже не комментировал происходящее, его обладатель спешно удалялся от места битвы по коридорам замка. И немудрено: юноша бежал за ним, а замыкали шествие пятеро новых зомби.

Бенуа мчался так быстро на новых худых ногах, что Деметриос, не знакомый с коридорами замка, слегка заплутал. Пока он разбирался с зомби, лич успел спуститься в подвал к своей драгоценной филактерии. Он схватил ее и вышел в соседнюю комнату, где лежал на полу пьяный Ромус, пытающийся предсказывать будущее.

- Говори, – лич и поднял помощника за воротник черного халата. – Что сейчас будет? Что мне делать?

- Он здесь, - четко произнес Ромус, открывая мутные глаза. – Здесь! Всадник на....

- Это я и без тебя знаю, – прорычал Бенуа. – Он уже тут. Хотя осла нет.... Что делать?

Ромус снова закрыл глаза и протянул:

- Бе... бе... бе...

- Что это за «бе... бе... бе...»? – Бенуа ощущал прилив холодной ярости, которая была так свойственна почти бесчувственным личам.

- Бе... бе... бе..., - гнул свое упрямый Ромус.

- Ты, что, козлом притворяешься? Или ослом Деметриоса? Но ослы говорят «Иа», – и Бенуа ударил помощника о стену. – Отвечай, ну.

- Бе... бе..., - Ромус на миг отрезвел и взглянул на господина ясным вглядом. Однако язык его все равно не слушался.

- Я убью тебя. Сейчас же, - лич схватил помощника за горло. – Если ты....

- Бе... бе... бежать вам надо! – сумел выдавить из себя Ромус.

Бенуа даже руки разжал от неожиданности.

- Бежать? Да ты гений, как я посмотрю. Дал такой ценный совет. Я-то и не додумался бы. Мыслитель наш.

Лич посмотрел сначала на черный кувшин, который держал в руке, а потом на комнату, где располагались большая кровать и два шкафа. Казалось, он хотел спрятать филактерию, но не мог решить, куда. Потом его внимание вновь обратилось на помощника.

- Что ты мелешь, придурок? Куда тут бежать?! Мы в подвале, а Деметриос идет сюда. Кто мне сказал, что мы можем проверить его скорость, и у нас есть шанс победить, если натравим на него свежих зомби? Что они его отвлекут, в крайнем случае? И будет время воспользоваться черным ходом?

- Простите. Я… был… недостаточно пьян… - пробормотал Ромус.

- Тебя, конечно, нужно убить как-то по особому, - лич подытожил разговор с помощником. – Но на это времени нет.

- Бе… бе… бежать нужно, - не унимался Ромус.

Он попытался встать на ноги, но безнадежно запутался в черном халате.

- Куда? – в голосе лича мелькнули едва уловимые тоскливые нотки.

- К Заусао, - на удивление твердо произнес помощник.

Лич на мгновение замер. Мысль о визите к Заусао даже не приходила ему в голову. Он просто опасался появиться там с пустыми руками. Ведь Заусао спросит: «А где Большой Ключ?». И Бенуа не найдет ответа. Тогда Заусао спросит: «А где хотя бы Малый Ключ?». И лич снова ничего не скажет. Разве будет Повелитель слушать о юноше, который расстроил все великие планы?

- Нужно торопиться, - прошептал Ромус. – Я чувствую его. Он близко.

Бенуа взвесил на руке черный кувшин, словно пытаясь решить, где филактерия будет в большей безопасности, здесь или там. Лич слышал, зачем сюда пришел Деметриос, и подумал о том, что можно было бы попытаться обмануть наивного юношу. Подсунуть ему что-то другое вместо настоящей филактерии. Но здесь таился большой риск. Бенуа не был уверен, что Деметриос – тот, за кого себя выдает. И если лич совершит промах, то наверняка расстанется с драгоценной бесконечной жизнью.

С другой стороны, с Заусао могло повезти больше. Повелителю нужны слуги, которые не закованы в кандалы могущественных заклинаний, и могут действовать. Скорее всего, он пощадит Бенуа, даст еще один шанс.

Лич поднял черный хрупкий кувшин на уровень глаз и направил черное щупальце прямо сквозь него. Бенуа всегда опасался брать лишний раз в руки свою филактерию. Она была весьма непрочной и могла легко разбиться. Но любой некромант знает: чем тоньше сосуд лича, тем сильнее дух, заключенный в нем.

Щупальце прошло через филактерию и ударилось о стену, превращаясь в хаотично клубящийся дым. Стена потемнела и пошла призрачными трещинами. Лич открывал дверь в другой мир иначе, чем обычный мистик. Филактерия сама указывала дорогу к Повелителю, к существу, создавшему ее.

Бенуа уже не стал медлить. Решившись, он шел до конца. Лич шагнул прямо в клубы дыма и остановился на границе между комнатой и миром, где томился в заключении Заусао.

- Что случилось, господин? – прошептал Ромус, сидящий у соседней стены. – Почему вы....

Помощник повернул голову и увидел то же, что видел лич, - на пороге комнаты стоял Деметриос.

Юноша выглядел свежим и смотрел пронзительным взглядом, полным нескрываемого интереса. Левый рукав его черного сюртука где-то так сильно запылился, что казался облитым молоком.

- Финтифлюшка, - Деметриос вытянул руку, указывая на филактерию. – Я пришел за ней.

Ромус с ужасом посмотрел на хозяина, но тот остался бесстрастным.

- Знаешь, мне достаточно сделать один шаг назад, чтобы исчезнуть, - произнес лич, - И окно тут же закроется. Однако перед тем, как сделать этот шаг, я хочу узнать кое-что. Деметриос, ты можешь мне ответить откровенно на один-единственный вопрос?

- Да. Но в обмен на что? – спросил предприимчивый юноша, оставаясь в дверях. – Мне тут недавно сказал один разбойник, что нужно обмениваться тайнами.

- А что тебе надо? – устало произнес лич. - Я могу сказать, кто ждет меня по ту сторону этого черного окна. Подойдет такой обмен?

- Конечно. Скажи. Любопытно, - Деметриос с пиететом потрогал прекрасную покрытую лаком светло-коричневую дверь.

Бенуа помедлил и с расстановкой произнес:

- Там находится великий господин Заусао. Повелитель личей! Это он создал большинство личей на свете. Много лет назад великие маги объединились, чтобы заточить его. И что же? Где они? Все умерли. А Заусао жив!

- Не совсем жив, - уточнил Деметриос. – Но ладно. Так что ты хотел спросить?

- Ты только ответь на мой вопрос прямо, ничего не скрывая и не валяя дурака, как ты обычно поступаешь.

- Я всегда отвечаю прямо, - сказал юноша и поковырял дверной лак пальцем.

- И без всяких идиотских выкрутасов, - произнес лич. – Хоть раз в жизни! Не так, как ты разговаривал со мной и Ралуантом. И не так как с господином Меггом и всеми остальными. Это важный вопрос, и я хочу знать ответ!

- Да спрашивай уже. Скажу, как есть, - Деметриос поглядывал то на лича, то на гладкий и блестящий лак.

- Откуда ты здесь взялся? – выдохнул лич.

Деметриос оторвался от изучения двери и внимательно посмотрел на собеседника. Лицо юноши стало серьезным и сосредоточенным. Казалось, даже его растрепанные волосы слегка пригладились.

- Ты получишь свой ответ, - важно сказал Деметриос. - Я пришел сюда сверху.

- Сверху? С какого именно верха? – лич превратился во внимание, ведь не каждый день неизвестные существа открывают свои тайны.

- Ну, оттуда, - Деметриос махнул рукой куда-то вверх. – Со двора. Где на меня сначала напали арбалетчики, потом повалил черный дым, а затем и зомби напрыгнули. Поплутал немного в твоем замке и пришел.

Пока лич наполнялся холодной злостью, Ромус вдруг подумал, что его шеф так и не научился правильно формулировать вопросы.

Глава пятнадцатая, в которой Деметриос метко бросает копье

Через три часа после бегства лича обстановка в замке разительно изменилась. Ни было ни черного дыма, ни слуг в синих ливреях. По всем этажам сновали королевские солдаты, а в подвалах велись допросы выживших защитников замка.

Деметриос сидел за темно-красным баронским столом и, писал письмо, от усердия высунув кончик языка.

Ралуант располагался на диване в том же кабинете и рассеянно листал желтые страницы какого-то манускрипта. Мистик был расстроен тем, что до сих пор не вернул свои магические силы и не мог немедленно организовать погоню за личем.

- Как вы думаете, учитель, господин Мегг быстро отправит мое письмо? – Деметриос поднял взгляд на Ралуанта.

- Конечно. Он ведь обещал, что сразу же пошлет гонца, - мистик положил манускрипт на диван рядом с собой. – А что, ты уже закончил писать?

- Да. Думаю, да, - Деметриос удовлетворенно оглядел белый лист бумаги, покрытый черными свежими чернилами. – Тетушка Лайза останется довольна. А то она уже давно ждет письма. А сейчас такой случай – королевские гонцы тут!

- Что ты ей написал? – заинтересовался Ралуант.

- Так я сейчас покажу! – с энтузиазмом откликнулся юноша.

Он не стал дожидаться ответа, а взял лист обеими руками и громко с расстановкой начал читать:

Дорогая тетушка Лайза! Это я тебе пишу. Деметриос! У меня много новостей. Они почти все плохие. Гоблины порвали мои новые штаны. Ну, те которые ты сшила два года назад. Паук плюнул ядом в мой тоже почти новый чудесный кафтан, с которым я не расставался лет пять. Я знаю, что его до меня носили еще несколько человек. Но мало, всего лет тридцать. И тем горше потеря.

Господин Мегг подарил мне свою черную куртку. Она всем хороша, только стрелы и ножи оставляют в ней некрасивые дырки. Тетушка, может ты зашьешь ее при случае?

Люси кто-то ударил на рынке в городе. Я не успел спросить его имя. А потом было поздно спрашивать – он улетел. Вообще я заметил, что многие улетают, не поговорив со мной толком. А некоторые просто исчезают посередине разговора. Может, они теряют голову от моих неожиданных вопросов?

Еще я познакомился с царем леса. Жаль, что он быстро умер. Я думал, что у царей более прочная голова, натренированная ношением короны. Но у этого короны не было. Может, потому он и умер. Но мне кажется, что вообще зеленые обезьяны долго не живут. Они выглядят незрело.

Пауки же очень хитрые. Им ни в чем нельзя верить. Они такие лгуны, что даже не умирают, а просто притворяются мертвыми. С ними трудно. Но можно расплющить, конечно.

Еще на меня нападал очень злой, нехороший человек. Именно он порвал мою черную куртку. Я бы хотел поймать его и заставить зашить дыру, но не знаю, как он выглядит, потому что он невидимка. Вообще жаль, что за всю свою жизнь я не увидел ни одного невидимку. Ты говорила, что от моркови улучшается зрение. Я наверное теперь буду есть только ее.

Теперь хорошие новости. Я познакомился с фавориткой графа, которая превращается по ночам то ли в зайку, то ли в тигрицу. Мне бы хотелось посмотреть, как она это делает. Но она сказала, что граф сильно расстроится, если я это увижу. Не знаю, что так его огорчит. Он странный.

Я хочу дать тебе совет, тетушка. У кустов есть голоса. Они полезны, но только в животных совсем не разбираются. Ты у них о коровах не спрашивай. Но если тебе понадобится поймать лича, то первым делом поговори с кустом. Я вот не поговорил перед нападением на замок, и лич от меня сбежал к своему Заусао.

Передавай привет всем,

Твой Деметриос.

Ралуан задумчиво приподнял брови, пожевал губами и резко встал с дивана.

- Ну знаешь... Я читал, конечно, много всяких писем... Но чтобы так! Тигрица, морковь, говорящий куст.... Интересно, что подумает твоя тетушка Лайза?

- Я ведь много раз ей рассказывал о разных вещах, - Деметриос аккуратно свернул белый лист в трубочку. – И знаю, что она подумает. Тетушке покажется, что я шучу. Ей всегда так кажется, когда что-то говорю. Не знаю почему.

Мистик с подозрением посмотрел на Деметриоса. Ралуанту тоже часто приходила в голову мысль, что юноша часто шутит, почти всегда. И это письмо тоже могло быть из разряда подобных шуток.

Когда-то, еще в детстве, Ралуант видел представление бродячих артистов. Один из них нес смешную чепуху с наисерьезнейшим выражением лица. И вот уже которую неделю мистик невольно вспоминал того артиста и сравнивал его с Деметриосом.

- Нам надо бы продолжить твое обучение, - сказал Ралуант. – Ты уже научился открывать простые порталы в... в... не знаю куда... в очень странное место, но нужно идти дальше.

- Дальше? – встрепенулся Деметриос. – Может погонимся за Заусао?

- Это будет нелегко, - вздохнул мистик. – Лич скрылся с помощью филактерии, а нам понадобятся обе Печати. Большая и Малая. Малая укажет путь, а Большая откроет дверь. Заусао заточён в особенном месте. Несколько великих магов приложили максимум усилий, чтобы поместить его туда. Убить не смогли... а жаль.

- Что он вообще сделал? Этот Заусао, - Деметриос перевязал письмо красной тесемкой и сунул свиток за пазуху.

- О, это был страшный человек, - Ралуант подошел к шкафу и принялся водить пальцем по корешкам баронских книг. – Единственный великий маг, который захотел стать личем. Не знаю зачем. Он принес много горя. Захватил два королевства. Собрал армию нежити. Мирных жителей превращал в зомби. Говорили, что он хочет вообще избавиться от людей. Чтобы не осталось никого. К счастью, общими усилиями с ним справились. С тех пор личи вне закона.

- Если бы все люди превратились в зомби, то новые люди перестали бы рождаться. А значит, перестали бы и умирать. Это непорядок. За рождением всегда идет смерть. Это порядок, - неожиданно сказал Деметриос. – Так должно быть всегда.

Ралуант резко обернулся. Он впервые услышал от своего ученика рассуждение на серьезную тему.

Но Деметриос уже вновь вооружился серым гусиным пером и принялся с увлечением наляпывать кляксы на чистых листах бумаги. Юноша щурился от удовольствия, когда ему удавалось поставить какое-нибудь особенно уродливое черное пятно.

- Пойдем, - произнес Ралуант. – Я научу тебя попадать не только туда, куда тебе хочется, но и туда, куда нужно. Лич жив. Ситуация требует решительных действий. На Гильдию и на короля я бы не полагался. А так, если получится, мы с тобой рано или поздно сможем поймать лича.

Деметриос без сожаления положил перо на стол. Юноша был всегда готов учиться.

Они вышли в коридор и пошли по мягкому ковру. Но уже через несколько шагов Ралуант принялся недоуменно оглядываться и даже трогать руками узкие коричневые тумбочки, стоявшие вдоль стен.

- Странно, - сказал он, - я мог бы поклясться, что когда я шел в кабинет барона, здесь везде были серебряные подсвечники. Стояли вот тут. Теперь же ни одного нет!

- Может показалось? – Деметриос тоже завертел головой в разные стороны. – Кто мог их взять? И зачем?

- Не знаю. Но пойдем, займемся делами.

Они спустились по лестнице и вышли во двор.

Там находилось несколько королевских рыцарей и господин Мегг. Рыцари держали в руках свои шлемы с длинными разноцветными плюмажами.

- Я написал письмо! – гордо возвестил Деметриос и протянул Меггу белый свиток. – Вот.

Сыщик взвесил послание на ладони.

- Подробное, большое письмо, - Деметриос продолжал говорить с нескрываемой гордостью за свое творение. – Тетушка Лайза останется довольна.

- Да уж, - вздохнул Ралуант. – Я уверен, что таких писем она еще не читала.

- Я отправлю гонца, как обещал, - Мегг спрятал свиток в свою черную сумку. – Организовать погоню за личем сейчас не удастся. Нужно подготовиться.

- Мы с Деметриосом тоже позанимаемся, - кивнул Ралуант, который не ожидал услышать ничего другого. – Я хочу посетить Мир Сильнейших.

- Это где соревнования проводятся? – уточнил Мегг.

- Да. Там великие маги судят. Единственное место, где их можно наверняка застать. Я хочу спросить, как ускорить процесс возвращения моих магических способностей.

- Хорошо, - Мегг наклонил голову. – Я пока буду тут. В этом замке что-то непонятное происходит. Вещи пропадают. Просто исчезают на глазах. Я осмотрел золотую шкатулку, думал, вдруг там важные бумаги. Потом отвернулся, а ее уже и нет. И не только ее. Люди жалуются.

- Да? Я тоже заметил! – сразу же отликнулся Ралуант. – Из коридора пропали все серебряные подсвечники.

- Подсвечники? – Мегг крепко задумался. – Ты помнишь, совсем недавно кто-то упоминал их? Кричал о них из рощи.

- Это был голос из кустов, - объяснил Деметриос. – Он наверное предупреждал, что подсвечники пропадут. Я всегда знал, что к нему нужно прислушиваться. Наверное в замке после лича осталась какая-то злая сила, которая похищает вещи.

- Это очень подозрительно, - Мегг почесал подбородок. – Я знаю только одну злую силу, которая способна нагло украсть шкатулку у меня из-под носа. Она называется Нубиус, но сейчас находится далеко отсюда.

- Проще всего спросить у голоса из кустов, что происходит, - сказал Деметриос, а потом завопил так, что обернулись на только люди, стоящие во дворе, но и те, кто был далеко на крепостной стене. – Эй, голос из кустов! Кто крадет вещи в замке?!

Выражение лиц и Ралуанта и Мегга поначалу было скептическим, но потом на их лицах отразилось глубокое удивление. Ведь ответ раздался через несколько секунд.

- Проклятые мародеры!– голос звучал непонятно откуда: то ли со стороны стены, то ли донжона.

Ралуант и Мегг переглянулись.

- Так это мародеры крадут вещи из замка?! – громко крикнул сыщик. – Ты видел их?!

- Вот сейчас вижу! – голос ответил тут же. – Смотрю на них! На вас, мерзавцев! Эти вещи мои! Чего вы сюда приперлись?!

- Ничего не понимаю, - пробормотал Мегг, а потом снова крикнул. – Это ты, барон?! Ты же арестован!

- Я не барон! – раздался злобный ответ.

- А кто?! – спросил Мегг.

- Конь в пальто! Голос из кустов! Сказали тебе уже!

Ралуант внимательно посмотрел куда-то вверх.

- Сдается мне, голос доносится оттуда, - он показал рукой на верхний этаж башни. – Как думаешь, Деметриос? У тебя хороший слух.

Юноша тоже выглядел озадаченным.

- Не пойму, как конь в пальто может прятаться в кустах, да еще и говорить при этом? – задумчиво произнес Деметриос.

- Если это не прекратится в ближайшее время, то я сойду с ума, - просто сказал господин Мегг. – Сколько может продолжаться этот абсурд? Мне нужны ответы!

- С другой стороны, - продолжал рассуждать Деметриос, как ни в чем не бывало, - если голос доносится со стороны замка, получается, что конь там. Трудно представить коня под крышей башни. Или этот голос просто зовут так? «Конь в пальто». Тогда мне надо исправить письмо. Чтобы тётя могла обращаться к голосу из кустов по имени.

- Сегодня ваш так называемый ученик превзошел самого себя, - Мегг обратился к мистику. – Но я все-таки проверю башню!

Сыщик увлек за собой несколько рыцарей и быстро бросился к донжону. Однако Деметриос успел крикнуть ему вслед:

- Осторожнее с конем! Не порвите ему пальто! А то знаете, как трудно шить одежду для коня!

Мегг обернулся со страдальческим выражением лица и лишь рукой махнул.

Ралуант покопался в своей белой сумке и достал мел синего цвета – «Морской камень».

- Не знаю, что это за история с конем, и кто там кричит, но у нас есть другие дела, - произнес мистик, любуясь темной синевой мела. – Нам нужно попасть в мир Сильнейших. Я поговорю с великими магами, и они наверное дадут совет, как мне вновь обрести свои силы. А попадем мы туда с твоей помощью.

Ралуант подошел к ближайшей стене, сложенной из грубых серых булыжников.

- Я нарисую проход, а ты представишь мир, где трибуны и стадионы! Он один такой, ты не перепутаешь. Есть вопросы?

- Нет, - энергично и радостно покачал головой Деметриос. – Я готов!

Мистик опытной рукой прочертил линии на стене.

- Начинай! У нас есть несколько минут до того, как действие мела закончится.

Деметриос подошел поближе и сосредоточился.

К удивлению и восторгу Ралуанта, проход почти сразу же покрылся серой рябью, которая прямо на глазах превращалась в желтые и синие блики.

- Получилось! Сразу! – мистик не удержался и хлопнул в ладоши. – Все-таки у тебя есть способности к путешествиям между мирами!

Деметриос улыбался. Он был доволен собой.

Трещины в проходе стремительно расширялись и вскоре перед учителем и учеником предстал ход, ведущий в другой мир.

Ралуант быстро подскочил, заглянул внутрь и... отшатнулся.

- О, боги! – вскричал он. – Это же не то!

- Почему не то? – улыбка сползла с лица Деметриоса.

Он посмотрел в проход и увидел, от находится в каком-то футе от дорожки из желтого песчаника, которая ведет прямо к стадионам и трибунам, расположенным совсем недалеко.

- Они пусты! – Ралуант показал рукой на ближайшую трибуну. – Смотри! Пусты и обуглены. Там был пожар, все сгорело!

Деметриос взглянул еще раз.

- Да. Был пожар. Получается, что мир Сильнейших сгорел?

Ралуант молча достал из холщевой сумки огниво и зеленую масляную лампу, которую купил недавно взамен прежней, утраченной. Он чиркнул огнивом, высек искру, зажег лампу и врата тут же задрожали, схлопываясь и превращаясь в обычную стену.

- Я слышал об этом месте, - наконец объяснил свои действия мистик. – До нашего мира Сильнейших был еще один. Там тоже проходили соревнования. Но однажды что-то пошло не так.... А именно – две могущественные команды поссорились. И стали сражаться друг с другом. Пока не уничтожили все вокруг. Этот мертвый мир уже давно забыт. Даже не знаю, как тебе удалось его обнаружить. Давай попробуем еще раз.

- Ладно, - откликнулся разочарованный Деметриос.

Ралуант снова взялся за мел и остановился.

- Знаешь что? – сказал он. – Представь высокую зеленую трибуну с башенкой. Она как бы нависает над стадионом. Чтобы оттуда было лучше видно.

- Представлю, - пообещал Деметриос.

Мистик вновь очертил проход. И дверь покрылась бликами почти мгновенно.

- Работает! – прошептал Ралуант. – Теперь даже быстрее получается.

- Да, - Деметриос снова улыбнулся.

Через несколько мгновений проход был полностью открыт. Из него струился ровный желтоватый свет.

Ралуант вздохнул, заглянул внутрь и схватился за голову, выронив мел.

- Ч-что это? Опять? – тихо произнес мистик.

Юноша тоже посмотрел в проход и, конечно, увидел зеленую трибуну, нависающую над стадионом. Только все вокруг было покрыто сажей, а невдалеке валялись несколько истлевших тел в халатах непонятных цветов.

- Опять? – повторил Деметриос. – Так что, этих погибших миров было два?

- Похоже на то, - выдохнул Ралуант, пытаясь сосредоточиться.

Он вновь зажег трясущимися руками лампу и проход пропал.

- Я даже не предполагал, что было два погибших мира, - произнес мистик. – Но попробуем еще раз. Представь не только трибуну, но и разноцветные флаги. Они расставлены вокруг ближайшего стадиона.

- Хорошо, - тут же согласился расстроенный Деметриос. – Уже почти представил!

Мистик вновь нарисовал дверь. И, как в прошлый раз, синеватые блики появились почти без задержки.

Как только проход открылся, Ралуант осторожно заглянул внутрь и застонал.

Деметриос сделал шаг вперед и увидел высокую зеленую трибуну, разноцветные флаги вокруг ближайшего стадиона и огромное количество трупов на зеленом поле и желтых дорожках.

- Ого, - сказал юноша. – И в этом мире что-то пошло не так?

Ралуант зажег лампу и закрыл проход.

- Вот что, я никогда бы не подумал, что миров Сильнейших было столько и все они погибли. Это наводит на мысль, что и тот мир, куда мы собираемся попасть, рано или поздно ждет такая же участь. Похоже, соревнования магов до добра не доводят. Я не знаю, как тебе удается попадать все время куда-то не туда, но мы попробуем еще раз. Я постараюсь быть предельно точным в своих описаниях. Представь высокую трибуну, разноцветные флаги и статую небольшого сфинкса с отломанным ухом около трибуны. Я думаю, что миров с такими приметами больше нет.

- Я готов, - Деметриос важно кивнул.

Ралуант очертил мелом проход, и тот тут же заколыхался, растворяясь между двух миров. Мистик очень осторожно подошел к стене, заглянул внурь и облегченно вздохнул:

- Уф! Мы на месте! Смотри! Все живы! Наконец!

Ралуант решительно шагнул на желтую дорожку, и Деметриос последовал за ним. Впереди действительно ходили взад и вперед живые люди. Они копошились на зеленом стадионе и около деревьев и под высокой трибуной там, где стояла статуя тощего сфинкса длиной примерно в пару ярдов, если не считать тонкий хвост.

Людей было великое множество. Вероятно, тысячи, ведь вдали тоже виднелись несколько стадионов с большим количество зрителей.

- Следуй за мной, - обернулся Ралуант. – Постараемся управиться быстро. Ох, и задал ты мне задачку с этими мертвыми мирами. Интересно, как это у тебя получалось? Все начинающие мистики всегда попадают в живые миры. А ты – в мертвые! Парадокс.

Мистик подошел к крутой лестнице, ведущей наверх ближайшей высокой трибуны, перешагнул через хвост сфинкса и резво полез ввысь. Деметриос последовал за ним, и вскоре оба оказались в большой комнате, стены которой состояли целиком из окон. На диванах удобно расположились маги. Халаты некоторых из них сверкали золотой вышивкой и даже жемчугами, указывая на высочайший магический уровень их обладателей.

Деметриос впервые в жизни увидел великих магов и скромно замер в сторонке около лестницы.

- Ралуант? Что вас привело сюда, любезнейший? – один из магов, одетый в фиолетово-золотистый халат, радушно улыбнулся.

- Господин Гициан, я надеялся, что сумею застать именно вас, - вежливо ответил мистик. – У меня небольшая проблема, о которой хотелось бы посоветоваться.

- Присаживайтесь, - маг показал на пустующее кресло. На его руке блестели многочисленные перстни. – Я слышал, что вы потеряли силу. Не с этим ли связано ваше дело?

- С этим, - печально вздохнул Ралуант и присел на самый край. – Если вы уделите мне несколько минут вашего времени, то я все расскажу.

Гициан снова улыбнулся. Его короткая черная бородка была тщательно подстрижена, а волосы на голове уложены с помощью душистого брильянтина.

- У меня найдется время, пожалуй. Моя команда, состоящая из учеников, все равно проигрывает. Не хватает людей. Трое выбыло, а заменить некем. Мне больно смотреть на проигрыши.

- Я бы рад помочь вам, но не держу сейчас учеников, - Ралуант с сожалением поерзал в кресле. – Только одного.

- Вот этого? – Гициан бросил на Деметриоса оценивающий взгляд.

- Да. Он прибыл из далекой деревни. Мало чему успел научиться. Да и трудно мне учить в теперешнем состоянии.

- Жаль, - Гициан достал изящную расческу из слоновой кости и принялся неторопливо причесывать бородку. – Он совсем ничего не умеет? Слаб даже в немагических делах?

- В немагических не слаб, - невольно рассмеялся мистик. – Если, допустим, нужно принять участие в перетягивании каната, то Деметриос справится.

- Это уже интересно, - великий маг убрал расческу в карман халата. – Подойди-ка, мальчик.

Деметриос сделал два шага вперед.

- Ты можешь бегать? – важно спросил маг.

- Да, - ответил юноша.

- А еще что можешь?

- Могу не бегать, - выражение лица Деметриоса было совершенно серьезно.

- Хорошо встретить ученика, не лишенного чувства юмора, - терпеливо произнес Гициан. – А сражаться на мечах умеешь? Мы сейчас ввели новое соревнование по фехтованию. Командное, конечно. Чтобы всякие хитрецы не выставляли опытных рубак против обычных учеников один на один.

- Я не люблю пользоваться мечом, он мне мешает, - Деметриос посмотрел в окно на зеленое поле, где группа людей бегала по кругу.

- Чем мешает? – удивился маг.

- Мешает сражаться с людьми, которые тоже используют мечи, - Деметриос сказал это таким тоном, будто изрекал очевидную истину.

Гициан слегка нахмурил черные брови и перевел взгляд на Ралуант в поисках пояснения.

- Я бы не стал брать его в команду, вот мой совет, - осторожно произнес мистик.

- Почему? – великий маг был любопытен, как и все великие маги.

- Будут проблемы, - кратко ответил Ралуант.

- Отчего же? Он остроумен, знает анекдоты, наверное, умен.

Ралуант загадочно усмехнулся. Он не хотел ничего рассказывать о Деметриосе, чтобы не привлекать внимание великих магов к ученику.

- А чем ты сражаешься против других мечей? – Гициан учел совет мистика, но решил разобраться с необычным учеником самостоятельно.

- Чем придется, - честно ответил Деметриос. – Но больше всего мне понравилось использовать кисточку для краски. Когда ей отбиваешь меч, то брызги краски летят в разные стороны. Получается очень красиво. Я даже после того случая всегда оглядываюсь в поисках кисточки для краски, когда на меня нападает кто-нибудь с мечом.

Маг снова нахмурился.

- Не совсем понимаю, о чем речь. Ты хочешь сказать, что владеешь всеми подручными предметами для самообороны? Это очень похвально. Делает честь твоей смекалке. Однако твой учитель сказал, что в магии ты слаб. Сколько заклинаний знаешь?

- Только одно. Огненную стрелку. Но еще могу открывать врата в другие миры. Конечно, лучше получается, если эти миры полны мертвых тел.

Гициан недоуменно заморгал, но все-таки обратился к Ралуанту:

- Вы не возражаете, если я возьму вашего ученика в команду? Просто людей не хватает. И он может помочь. Наверное.

Мистик колебался. Ему не хотелось отказывать великому магу, но, с другой стороны, неизвестно, что сделает Деметриос в команде. Если бы Ралуант мог изложить причины своих сомнений, не раскрывая способностей ученика, то так бы и сделал. Но пришлось согласиться.

- Разве что только для количества, - сказал мистик. – Пожалуйста, не поручайте ему задач, в которых требуется с кем-то сражаться. Иначе это все плохо закончится.

- Договорились! – великий маг расплылся в улыбке. – Э-э..., Деметриос? Тебя ведь так зовут? Спустись, пожалуйста, на поле и найди там человека в ярко-красной куртке. Его зовут Антур. Это наставник моей команды. Скажи ему, что ты новенький, и чтобы он не поручал тебе ничего особенного.

Деметриос радостно кивнул и пошел вниз по лестнице. Ему еще никогда не доводилось принимать участие в соревнованиях, и он решил приложить все усилия, чтобы помочь команде.

- Ну-с, рассказывайте, что стряслось с вашими магическими способностями, - Гициан откинулся на спинку синего шелкового дивана.

- Это случилось год назад, - Ралуант поморщился от неприятных воспоминаний. – На меня напали три некроманта. Я тогда не знал, чего они хотели. А теперь думаю, что искали Малую Печать. Одного я убил сразу, но два других порядком наседали, и я быстро выбился из сил. Они давили и давили, мне пришлось уйти в глухую оборону. Это продолжалось довольно долго. Даже не знаю, как я умудрялся черпать энергию для защиты. Но кое-как отбился. Мимо моего дома проходили маги, они услышали шум и спасли меня. Однако перенапряжение сил сказалось. Я лишился способностей.

Гициан на миг задумался, но потом успокаивающе махнул рукой в золотисто-черном рукаве:

- Это ерунда, не переживайте. Такое со многими случалось. Ваши силы восстановятся. Удивительно только, что этого до сих пор не произошло.

- Именно. Я волнуюсь. Мне нужно силы прямо сейчас. У нас тут нешуточные бои, - веско сказал Ралуант. – И потому я пришел к вам за советом. Как ускорить возвращение сил?

Маг снова достал белую расческу для бороды.

- Есть несколько способов. Обычно силы возвращаются внезапно, во время стресса или трудной ситуации. Но есть и необычное средство. Можно поймать Шипастый Кораблик, это медуза такая. Если со времени исчезновения магических способностей прошло много времени, то они вернутся наверняка после того, как медуза ужалит.

- Я о такой и не слышал, - Ралуант даже слегка растерялся. – А где они водятся?

- В Восточном океане. Там, где белый мелкий песок.

- Туда же месяц добираться, - Ралуант схватился за голову.

Гициан покровительственно улыбнулся.

- Не переживайте так, опять вам говорю. Кажется, у нашего короля есть. У него ведь большой зверинец. Думаю, Шипастый Кораблик тоже найдется.

Ралуант поднялся так стремительно, что кресло заскрипело.

- Спасибо за гостеприимство и совет, уважаемый Гициан, но мне пора. Дела не ждут.

- Куда же вы? – маг изогнул левую бровь. – А ваш ученик? Он же хотел принять участие в состязаниях. Мне показалось, что он любит приключения.

- Да. Любит, - согласился Ралуант, выглядывая в окно. – И готов щедро делиться приключениями со всеми вокруг. Кстати, мы ловим лича. Как только я верну свои силы, то открою дверь к Заусао. Будет весело. Присоединяйтесь, если хотите.

Когда раздалось слово «лич» все присутвующие маги подняли головы и стали прислушиваться.

- Заусао? – тревожно переспросил Гициан. – В самом деле? Мне кажется, что этот уровень веселья превышает мои скромные потребности.

Два других праздных мага, сидящих неподалеку, синхронно нахмурились и кивнули. Мистик и не рассчитывал получить в этом месте помощь в борьбе с личем. У здешних обитателей было лишь одно любимое занятие – соревнования.

- Как угодно, - Ралуант направился к лестнице. – Хотя мне кажется, что у вас сейчас начнется свое веселье. Этот ваш Антур вроде бы решил проверить, умеет ли драться Деметриос. И в качестве мишени для удара выбрал один из столбов, подпирающих эту трибуну. Очень неосмотрительно. Я рекомендую вам....

Что рекомендовал мистик остальным магам, они так и не узнали, ведь трибуна резко наклонилась и принялась падать. Ралуант был готов и потому успел широкими прыжками сбежать вниз по лестнице. Остальным повезло меньше. Опытные маги славились тем, что всегда поддерживали защиту, и потому их потери ограничились следами штукатурки на халатах и затратой сил на поспешную эвакуацию через уцелевшие окна.

Гициану досталось тоже. Его прекрасный фиолетовый халат побелел, припорошенный пылью с потолка трибуны. Рядом, среди развалин, суетились другие маги, но Гициан не обратил на них никакого внимания, а направился прямиком к мистику.

- Уважаемый Ралуант, что это было, разрешите спросить? Это сделал ваш ученик? Ударом руки, как я понимаю?

Лицо мистика слегка искривилось. Ему совсем не хотелось вдаваться в подробности насчет дарований Деметриоса.

- Да. Мой ученик очень силен. Таким родился.

Глаза Гициана сверкнули, наполняясь радостью.

- Так это отлично! – вскричал он. – Здорово просто! Он будет жемчужиной в моей команде. С такой-то силой!

- Извините, но мы торопимся, - сухо ответил Ралуант и обернулся к ученику. – Деметриос! Идем! Нам пора!

Юноша выглядел расстроенным. Он огорченно разглядывал дело своих рук: рухнувшую трибуну и людей, копошащихся на развалинах в поисках утраченных вещей.

- Подождите! – Гициан протянул руки ладонями вверх. – Вы не можете просто так уйти. Это мой единственный шанс на победу. Я же вам сказал, что трое моих учеников получили травмы и выбыли. Трое лучших! А я поспорил с уважаемым Утурсом, что моя команда окажется сильнее. Вот он стоит, кстати.

Гициан показал головой на мага, одетого в белый сверкающий халат. Точнее, этот халат был сверкающим до того, как на него просыпалась штукатурка.

- Ралуант, я ведь помог вам. Вы же не хотите испортить мне победу? На кону большие деньги и моя репутация!

Мистик заколебался. Он, конечно, спешил, но портить отношения с дружественным великим магом не следовало.

- А что Деметриос будет делать? – осторожно осведомился Ралуант.

Юноша подошел поближе и прислушивался к разговору.

- Для начала – метать копье. А дальше - борьба и другие виды, - буднично произнес Гициан. – У нас большая программа. Зато потом, в конце, будет сражение с черным драконом. Конечно, не ученики с ним сразятся, а маги-рыцари. Как кульминация этого дня! Мы выберем того, кто проявит себя лучше всех.

- Черный дракон? – отшатнулся Ралуант. – Вы что? Да с ним и десяток магов-рыцарей не справится!

- У нас будет сотня, - с гордостью улыбнулся Гициан. – Они скоро придут. А дракон уже доставлен. Опоен зельем и спит за холмом позади этого стадиона. Как только все рыцари окажутся тут, сразу же его разбудим. Иначе действительно слишком опасно. Даже мы, великие маги, не горим желанием с ним сражаться. Это удел бойцов. Он устойчив к магии. Знаете, сколько сил и средств мы потратили на доставку твари?

Мистик не сомневался, что ради развлечения они притащат сюда кого угодно. Кроме Заусао, разумеется. По той причине, что пределы могущества архилича никому не были известны. А великие маги не любят рисковать своим совершенным здоровьем.

- Ну что, юноша, - Гициан радушно обратился к Деметриосу. – Сможете метнуть копье?

- Я бы на вашем месте еще раз подумал, - вмешался Ралуант. – Посмотрите, что случилось с трибуной. А тут целое копье!

- А что с трибуной? – маг оглянулся на развалины, посредине которых возвышалась сероватая голова каменного сфинкса. – Я думаю, что в колонне была трещина, вот и все. Мы не доглядели. Рано или поздно падение трибуны должно было случиться.

- Однажды я уже бросал копье, - запоздало ответил Деметриос. – Правда, чужое. Его владелец вцепился в древко и не хотел отпускать. Пришлось бросить вместе с ним, и я промахнулся. Если бы он обвился вокруг копья и руками и ногами, тогда наверное я бы попал. Но он держался одними руками, а ноги просто болтались... сильно мешали прицелиться.

Глаза Гициана широко раскрылись, и он рассмеялся.

- Ну, выдумщик! Вашему ученику, Ралуант, только романы писать! Настолько богатое воображение, что можно позавидовать.

- Я не уверен, что у Деметриоса есть достаточное воображение, чтобы такое придумать, - тихо произнес мистик, и маг его не услышал.

Пока разгребали завал, Антур увел команду подальше на стадион. Ралуант последовал за ними. Его все-таки одолевали плохие предчувствия.

Ученики Гициана носили синие накидки, а Утурса – белые. Копья метали без разбега одновременно по два человека из каждой команды. Впереди красовалась разметка длиной примерно в сто ярдов. По ней замеряли длину броска, а потом собирались вычислить средний результат по команде. Ралуант удивлялся, как ученикам удается хоть чему-нибудь научиться у великих магов, если они все ходят на соревнования почти каждый день.

Но пока мистик наблюдал за спортсменами, то невольно проникся мыслью, что состязания все-таки интересны. Кто-то бросал копье хорошо и радовался, кто-то похуже и расстраивался. За ними было весело наблюдать. Позади обеих команд Гициан и Утурс яростно спорили о том, кто окажется сильнее в конечном итоге.

Судя по всему, ни одна из сторон не смогла решительно вырваться вперед, когда к барьеру подошел Деметриос. Его каштановые волосы растрепались еще больше, а дыры в задней части черного сюртука заставляли встречных перешептываться.

- Видишь тот флажок? - спросил Антур у юноши, показывая на самую дальнюю белую линию, рядом с которой колыхался небольшой красный флаг. – Это рекорд десятилетней давности. Постарайся его превзойти. Я это говорю всем новичкам. Надеюсь, конечно, что кто-нибудь когда-нибудь... эх, начинай.

Ралуанта так и подмывало остановить Деметриоса даже тогда, когда юноша уже замахивался. Но мистик сдержался. Он сказал себе, что копье – это пустяк. Вряд ли Деметриос может случайно попасть в кого-нибудь из зрителей. Впереди большое пустое пространство, а люди на дальних трибунах – лишь маленькие мишени.

Деметриос улыбнулся своему учителю и метнул копье. Ралуант даже прищурился, чтобы увидеть, куда именно оно летит. Юноша взял высоковато. К изумлению присутствующих, копье миновало и разметку и флажок, оставаясь на приличной высоте. Оно пролетело даже над трибунами противоположной стороны стадиона. И мало того: копье устремилось в сторону большого зеленого холма, пронеслось над ним и упало только где-то там, за этим холмом.

- Ничего себе! – ошарашенно воскликнул Антур, хлопая себя по бедрам. – Вот это бросок!

Ученики тоже взволнованно загалдели. Такого им еще не приходилось видеть. Они повторяли слова наставника «Вот это бросок!».

Но Ралуант уже все понял. Еще даже до того, как копье приземлилось где-то там за холмом, мистик догадался, почему его терзали плохие предчувствия, и чем все закончится. И потому, когда он услышал неземной низкий утробный рёв, то нисколько не удивился. А наоборот, стал искать глазами ближайшую стену, через которую можно сбежать из этого мира.

- Что это?! – закричали недогадливые маги. – Что это за звук?!

Ралуант хотел было объяснить им значение услышанного рёва, но дракон справился сам. Он взмыл в небо стремительным черным трезубцем. Его алая пасть была раскрыта в крике, и любой мог заметить огромные зубы и тонкие струйки разгорающегося пламени.

- Все назад! – оба мага одновременно закричали своим ученикам.

На стадионе возникла паника. Люди метались туда-сюда, словно пытаясь решить, в какой стороне будет безопаснее. Ралуант впервые в своей жизни увидел, как улепетывают сразу два великих мага.

- Нам тоже пора, - сказал он Деметриосу. – Загостились мы тут.

- А как же он? – юноша показал на черную молнию, метавшуюся по небу.

- Он скоро спустится, но ждать мы его не будем. Смотри! – мистик кивнул на открывающиеся порталы, через которые эвакуировались спортсмены и зрители. – Когда подойдут маги-рыцари, некоторые вернутся. Однако мы испортили им праздник.

Ралуант и Деметриос побежали, чтобы успеть к порталу, который открыл Гициан для себя и учеников. Они оказались там в тот момент, когда маг уже покидал мир Сильнейших.

- Ралуант, я совершил лишь одну ошибку за последнее время. Совсем маленькую, - Гициан остановился на границе, там, где исчезала серая стена, поддерживающая скамьи зрителей. – И видите, к чему она привела? Мир Сильнейших на грани исчезновения! Нужно уделять мелочам больше внимания. Из них слагается наша жизнь и даже иногда смерть.

- О какой мелочи вы говорите? – Ралуант настолько заинтересовался признанием великого мага в ошибке, что даже на миг забыл о драконе, который выписывал в небе мертвые петли.

- О совсем маленькой, крохотной, - Гициан сложил вместе большой и указательный пальцы, будто показывая размер этой самой мелочи. – Я ведь подумал, что в колонне трибуны была трещина. А ее там не было.

Маг с большим интересом посмотрел на Деметриоса, и Ралуант понял, что объяснений не избежать.

Юноша же от дракона не отвлекался и, как зачарованный, следил за взмахами длинных черных крыльев.

- А мне жалко драконов, - вдруг сказал он. - Я не люблю их убивать. Они такие одинокие и несчастные. Вот крадут девушку, хотят наверное жениться и наладить быт. А потом проголодаются – и снова нужно искать девушку. Никак не могут совладать с одиночеством.

Глава шестнадцая, в которой древний вампир принимает экзамены

Господин Мегг как вихрь ворвался на верхний этаж башни, едва не снеся дверь с петель ударом ноги. Сыщик был готов ко всему, но его встретила лишь пустота. Конечно, следы указывали, что в башне кто-то был совсем недавно. Небольшой черный угловой столик был опрокинут, ваза с цветами разбита, шкаф для зимней одежды распахнут, а на полу валялся один-единственный серебряный подсвечник.

Сыщик крикнул воинам, шедшим следом, чтобы они оставались на круговой лестнице, а сам присел на корточки перед подсвечником. Его интересовали следы, которые можно было выявить магическим путем. Мегг достал из плечевой сумкм устройство, напоминающее веретено, и подсвечник зажегся тусклым красноватым светом. Теперь можно было видеть, куда ушел тот, кто только что касался его.

Красноватая воздушная нить вела от подсвечника прямо в окно. Но не в то окно, которое выходило на площадь, а в противоположное. Сыщик распрямился и подошел к белому подоконнику. Нить струилась вниз, на крышу соседнего здания. Мегг сказал солдатам на лестнице, чтобы они вышли во двор и следили за ним, а сам схватился руками за подоконник и полез в окно. Высота до соседней крыши была совсем небольшой, может, ярда три. Сыщик повис на руках, а потом спрыгнул на серые черепицы. Они затрещали, но выдержали.

Мегг двинулся дальше, следуя за воздушной нитью. Она некоторое время струилась по крыше, а потом опять двинулась вниз, уже на другую крышу. Сыщик прыгнул и туда, потом подошел к самому краю, где шел водосточный желоб, и понял, что преступник здесь спустился на землю. Мегг повторил свой прежний маневр и спрыгнул. Было чуть повыше, но приземление оказалось удачным. Сыщик очутился прямо перед входом в конюшню.

Мегг обернулся, призывно махнул рукой солдатам, уже другим, находящимся неподалеку, а сам храбно шагнул в приоткрытые ворота. Первое, что он обнаружил, был оглушенный конюх, лежащий на полу. Сыщик сразу понял, что имеет дело с профессионалом, ведь только специалист мог оглушить так, чтобы не убить, но надолго вывести из строя.

В стойлах находились лошади. Они выжидательно посматривали на гостя, но Мегг не обращал на них никакого внимания, ведь неотступно следовал за нитью. Она вела мимо стойл, в дальний конец конюшни.

В помещение ворвались трое королевских солдат.

- Тихо! – прикрикнул на них Мегг. – Вор где-то здесь! Видите эту нить? Сейчас она приведет прямо к нему. И мы его схватим.

- Видим, чего ж тут не видеть, - пробормотал пожилой ветеран, по виду, опытный вояка.

Сыщик бросился вдоль красной нити. Одно стойло было распахнуто, и нить вела прямо туда.

Мегг ускорился, почти побежал. Знакомое чувство охотника, почуявшего добычу, охватило его. Он на бегу вытащил меч из ножен, и крикнул, подбегая к стойлу:

- Сдавайся! Я знаю, что ты там!

Сыщик был готов разить, если дерзкий вор, прячущийся в конюшне, окажет сопротивление. И действительно нить оборвалась именно перед обиталем стойла. Но сыщик, вместо того, чтобы разить, растерянно остановился перед воротцами. Его бледное лицо пошло красноватыми пятнами от злости.

- Э... господин, это наш вор, что ли? – опытный вояка прогудел за спиной сыщика.

Рука воина указывала на единственного обитателя стойла – потертого от времени рыжего коня. Но если бы там была просто лошадь, это не произвело бы на сыщика такого впечатления. Проблема в том, что на шее у коня висела небольшая черная сумка, какие обычно используют городские воры, а на спину... было надето пальто. И конь выглядел так, будто собрался в дожливую погоду идти на дело. Обокрасть какую-нибудь лавку, например, или даже чей-то дворец.

Обычно сдержанный Мегг выходил из себя, когда кто-то начинал водить его за нос. Тем не менее, он отослал солдат спокойным голосом, а сам принялся изучать коня в надежде найти следы вора-шутника. Конь выглядел обыкновенно и Мегг сразу исключил, что животное является пособником. Сыщик установил, что воровская сумка использовалась на протяжении нескольких лет, а также что пальто было взято из шкафа в башне. Остальные следы вор уничтожил, что указывало на его огромный опыт. Больше ничего не добившись, рассерженный Мегг вышел во двор и вспомнил о письме Деметриоса.

Сыщик ведь обещал послать гонца в деревню юноши и потому решил подробно проинструктировать посланца. Чтобы тот побольше разузнал о Деметриосе: о его детстве, взрослении и разнообразных подвигах. Мегг до сих пор не верил в то, что Деметриос юн.

Портал, который открыл Гициан, вел прямо к ослепительно белому зданию Академии. Ученики побежали к высоким колоннам как ни в чем не бывало, а Деметриос снова поразился тому великолепию, которое окружало магов. Вокруг дорожек, ведущих к зданию, росли аккуратно подстриженные кусты роз, а сама Академия выглядела как высокий ровный айсберг с круглыми золотистыми башенками.

- Пожалуйте за мной, - Гициан обернулся к Деметриосу и Ралуанту. – Нам есть о чем поговорить.

Деметриосу очень нравилось прибретать новых знакомых и посещать места, в которых еще никогда не был. Юноша охотно последовал за магом и не забывал оглядываться по сторонам, чтобы не пропустить ни мраморные лестницы ни портреты на стенах.

Гициан привел гостей в свой собственный кабинет. Маг был деканом, очень важной шишкой в Академии, и размер его кабинета не уступал небольшому спортивному залу.

Гициан усадил посетителей в красные мягкие кресла, поинтересовался не голодны ли они, и только услышав отрицательный ответ, перешел к делу.

- А что, собственно, произошло в Мире Сильнейших? – маг хитро поглядывал то на Ралуанта, то на Деметриоса. – Я немного не уловил суть событий. Заметил, что ваш ученик сначала обрушил трибуну, а потом метнул копье, но так ловко, что его полет побил все рекорды и заодно разбудил дракона. Как это вообще получилось? А?

Ралуанта не смущала роскошная обстановка. Он откинулся на спинку кресла и даже положил ногу на ногу.

- Я скажу, ничего не утаивая. Мне бы тоже хотелось узнать, что происходит. Но я эту задачу решаю уже которую неделю. С того самого дня, как Деметриос появился на пороге моего дома.

- Даже так..., - Гициан почесал черную бровь. – Это ничего. Мы вместе решим. Э... Деметриос, не хотите ли посмотреть на то, как у учеников принимают экзамены на мага? Сейчас сдают математику и философский диспут.

- Очень хочу! – Деметриос привстал.

- Тогда идите, а мы тут немного поговорим с Ралуантом. Вам нужно спуститься на первый этаж и повернуть налево. Там спросите. А мы вас позовем, когда закончим.

Юноше не нужно было предлагать дважды. Он понесся к дверям, едва не сбив по пути горшок с огромным зеленым кактусом.

Деметриос выскочил на лестницу и побежал вниз, перепрыгивая сразу через несколько ступенек. На первом этаже он свернул налево и едва успел затормозить, чтобы не врезаться в толпу учеников, одетых в белые торжественные мантии.

- Стой! Куда! Ну, ты даешь! – раздались нестройные голоса.

- А экзамен тут, да? – торопливо спросил Деметриос, вглядываясь в высокую дверь, обитую коричневой кожей.

- Тут, - нервно ответил ученик с длинными светлыми волосами. – Математику сдаем.

- Ох! Я так хочу посмотреть! – Деметриос ринулся к двери и, в ответ на удивленные взгляды учеников, сообщил. – Мне разрешили! Разрешили смотреть!

Юноша так быстро открыл дверь, что не услышал даже поднявшийся за спиной ропот.

Он оказался в большом светлом помещении, где стоял десяток полированных столов. За ними находились ученики и понуро разглядывали белые бумажные листы. Рядом с дверью за таким же столом сидел бородатый маг, одетый в темно-зеленый халат.

Бородач рассерженно приподнял голову, когда Деметриос бесцеремонно ввалился в дверь.

- А ты кто еще такой? Как зовут? – сердитый голос не предвещал ничего хорошего, но юноша утешил себя тем, что он ведь не собирается сдавать экзамен, а пришел просто посмотреть.

- Деметриос.

- Что же ты врываешься, Деметриос? Я еще не позвал следующего, - маг потрогал свою длинную, но узкую бородку. – Впрочем, ладно. Один уже вышел. Сейчас я тебя впишу.

Экзаменатор окунул белое перо в чернильницу и размашисто вывел имя Деметриоса в конце списка других имен.

- Кто твой наставник? У нас тут беда с этими ведомостями. Их с утра не принесли, потому и спрашиваю, - устало пояснил маг.

- Ралуант, - ответил юноша, оглядывая длинный список учеников, которые уже сдали экзамен.

Напротив каждого имени стояла оценка. Троек было больше всего, а четверки и пятерки практически не встречались.

- Ралуант..., - задумчиво нахмурился маг. – Это наверное один из новеньких? Последний набор преподавателей-ассистентов? Впрочем, ладно. Какая разница. Ты готов?

- К чему? – удивился Деметриос.

- Блох ловить, - мрачно произнес маг. – Ты чего сюда притащился? Экзамен сдавать! Вот и бери вопрос.

Юноша решил не спорить, а взял со стола одну из картонных карточек, на которые показал собеседник. На ней было что-то написано.

- Читай вопрос вслух, - сказал маг. – Ты имеешь право уточнить условие, если непонятно.

Деметриос попытался прочитать сначала про себя, но это не получилось. Он начал медленно проговаривать текст, чуть ли не по слогам, но бросил это занятие.

- Тут что-то написано об огненном шаре. Еще цифры есть. Нужно найти какую-то фигню. Я не могу прочитать.

- Дай-ка! – экзаменатор взял картонку из рук юноши. – Так-с. Нужно найти не фигню, а антисимметричный тензор угловой скорости второго ранга огненного шара. Задание сложное, трехуровневое.

- О, - сказал Деметриос. – Тогда конечно. А... зачем его искать?

- Чтобы стать магом! – отрезал бородач.

- Ух, - произнес юноша.

- Есть вопросы по заданию? Тебе еще что-то непонятно? – спросил экзаменатор.

- Да вроде бы все понятно, - Деметриос пожал плечами. – Ясно как день. Нужно найти этот... на «т».... Что тут непонятного?

-Тогда иди туда и напиши ответ, - маг показал на пустой стол в углу.

Однако юноша замялся. Он рассматривал билет так, словно видел перед собой самую большую диковинку на свете.

- Хотя у меня есть еще один вопрос.

- Задавай! – маг махнул рукой.

- А что такое математика? – спросил Деметриос. – Мне сказали, что здесь по ней будет экзамен. По математике.

Экзаменатор пристально посмотрел на юношу и даже прищурился.

- Еще один шутник, - сказал он. – Откуда вы только беретесь?

Деметриос на всякий случай обернулся, но не обнаружил за своей спиной никаких шутников.

- Откуда кто берется, я не знаю, - юноша принялся обстоятельно отвечать на вопрос. – А я только что пришел из мира, где проходят соревнования. Все оттуда убежали, чтобы их не съел черный дракон, которого я разбудил. А до этого мне почти удалось поймать лича в замке какого-то барона. Но он скрылся. Лич! Замок и барон остались.

Ученики с интересом прислушивались, а Деметриос продолжал как ни в чем не бывало.

- А родился я в лесу. Так мне сказали. Матери у меня нет, отца тоже, меня нашли волки, но они мне не понравились, и я их убил. Потом меня нашла тетушка Лайза. Она мне понравилась.

- И ты ее не убил, - раздался голос ближайшего ученика.

- А ну тихо! – крикнул маг. - Хватит! Что только не придумают, чтобы не учить математику. Ты ведь ее не знаешь, признай.

- Не знаю, - горестно согласился Деметриос. – Совсем не знаю.

Экзаменатор осуждающе потряс бородкой.

- Каждый маг должен знать математику. Иначе что вы будете делать, если на вас нападет вампир, например? Как посчитаете, куда нанести удар? Вот что ты будешь делать, если на тебя нападет вампир?

- Как получится, - сказал Деметриос. – Можно просто голову оторвать. Или раскатать его целиком. Но это если время будет. Раскатывание – дело медленное, десяток секунд занимает. А так, если торопишься, то лучше всего выдернуть голову и можно идти по своим делам.

- Как раскатать? – опешил маг. – Как выдернуть голову? Ты что, бредишь? Это же вампир! Ты должен создать огненный шар, рассчитать тензор его угловой скорости и бросить в вампира. Иначе никак. Ничего не получится. Без математики вампира не победить.

Деметриос призадумался.

- Выходит, я все делал неправильно? Ну и ну. Ладно тогда. Я могу вампира оглушить или засунуть в какую-нибудь щель. Это даст мне время, чтобы посчитать... эту вашу... скорость. А потом убью вампира по правилам.

- Иди уже, - маг снова махнул рукой в сторону свободного белого стола. – Пиши ответ.

Деметриос развернулся, но опять остановился

- А я ведь тоже знаю одну задачку! – воскликнул он. – Ну, когда надо считать! Вот послушайте. Горели три свечи. Потом две погасли. Сколько осталось свечей?

- Одна осталась, - устало сказал маг.

- Нет! – юноша гордо поднял палец. – Остались две, ведь одна сгорела!

- Иди туда! – бородач показал пальцем на пустое кресло. - Просто иди туда!

Деметриос спорить не стал, а отправился куда велено. Он уселся за белый стол и с грустью принялся разглядывать картонку. Буквы на ней были ему знакомы, а слова – нет.

- Эй..., - раздался чей-то голос сбоку. – Послушай!

Юноша обернулся и увидел темноволосого ученика, подающего загадочные знаки.

- Деметриос! Тебя ведь так зовут? Я видел, как ты бросал копье в Мире Сильнейших. Я сам только что оттуда. Мой учитель – великий маг Утурс, друг твоего Гициана.

Деметриос слегка нахмурился. Он не мог понять, чего от него хотят.

- Слушай, а ты не наврал про вампира? – прошептал ученик. – Что можешь его убить? Мне кажется, что не наврал! Ты вон как копье бросил. Давай меняться, а?

- Что на что будем менять? – недоуменно произнес юноша.

- Математику на вампира! – страшным шепотом ответил ученик.

Деметриос поскреб щеку пальцами. Он ничего не понимал.

- Слушай, я решу за тебя задачку, а ты убьешь вампира, - пояснил загадочный собеседник. – Согласен?

Деметриос все равно не понимал сути сделки.

- Я и так убью вампира, - ответил он. – Без всякого торга! Не люблю их просто.

- Заметано! – прошептал ученик. – Давай свою карточку. Я тебе все решу. Кстати, меня зовут Атус. Я из Оттиата.

Деметриос передал ему свою карточку и некоторое время сидел, изучая белые стены и потолок. Создавалось впечатление, будто строители не жалели краски и моментально замазывали любое пятнышко, которое только могло появиться в этой комнате.

- Держи! – прошептал Атус и передал обратно карточку и исписанный лист бумаги. – Готово! Ты иди, а я за тобой.

Деметриос посмотрел на таинственные цифры, пожал плечами и направился к бородачу.

- Что, готово уже? – темные и широкие брови экзаменатора взметнулись вверх.

- Да, вроде, - неуверенно ответил юноша и положил на стол карточку и лист.

- Быстро ты справился! – маг сделал отметку в журнале, что работа сдана.

- Это не я, - сказал честный Деметриос.

Бородач раздраженно поморщился.

- Некоторые молодые люди просто не знают, когда нужно остановиться со своими шуточками, - посетовал он. – Все. Проваливай. Я проверю, как ты написал, и позже повешу результаты.

Деметриос вышел из комнаты. Ученики, ждущие в коридоре, смотрели на него исподлобья, как на человека, который влез без очереди.

Вскоре показался и Атус. Он, не обращая ни на кого внимания, схватил Деметриоса за рукав и потащил прочь.

- Идем! Скорее! Посмотришь на него и скажешь, сможешь с ним справиться или нет! Вряд ли сможешь, конечно, но попытка – не пытка, - ученик тарахтел почти на бегу, увлекая юношу за собой.

- А что, вампир здесь? В Академии? – не на шутку удивился Деметриос, пытаясь на ходу рассматривать большие портреты магов прошлого, висящие на стенах.

- Конечно, здесь. Он уже столетия тут всех терроризирует, - Атус мчался по широкой лестнице вниз. – Житья никакого нет. Вот как ты считаешь, надо от него избавиться или как?

- Надо, - охотно согласился Деметриос, перепрыгивая через ступени, покрытые красной ковровой дорожкой. – А маги куда смотрят? В Академии ведь их уйма!

- А они его питают своей силой. Сами же и подкармливают! – с горечью воскликнул Атус. – Поддерживают его жизнь целые столетия.

- Вот это да! – Деметриос даже остановился. – Выходит, маги-то предатели?

- Они - мерзавцы, - с чувством произнес Атус. – А вампир, кстати сказать, его называют Патилиус, набрал такую мощь, что даже опытным бойцам с ним не совладать. Маги Академии еще гордятся этой тварью. Называют его «Наша Драгоценность». Хвалятся, что больше ни у кого такого нет. Тьфу! А эта драгоценность на прошлой неделе сломала нос моему лучшему другу. А еще одного так приложила, что он до сих пор лечится. И скажи, разве не надо с ним покончить раз и навсегда?

- Обязательно, - кивнул Деметриос. – Где это видано, чтобы вампиры разгуливали по магической школе и нападали на учеников. Веди к нему!

Они побежали вниз по лестнице еще быстрее.

- Маги заботятся об этой твари, а мы, простые люди, страдаем, - жаловался задыхающийся от бега Атус. – Куда такое годится? Надо его как-то извести.

- Непременно извести, - поддакнул возмущенный Деметриос.

- Я не знаю, справишься ты или нет, но постарайся, прошу, - запыхавшись произнес Атус. - Хотя бы порань его так, чтобы он не успел очухаться до завтра. Иначе мне кранты. А ведь он так быстро восстанавливается! Его хоть чем бей, любым заклинанием, а он через мгновение как свеженький. Это его так за столетия энергией накачали. Наши маги, чтоб их!

- А почему до завтра-то? – Деметриос повернул за угол на большой скорости и чуть не врезался в противоположную стену коридора.

- Завтра у меня экзамен по магии, - Атус уже не мог бежать. Он остановился и оперся руками на свои колени. – Мне нужно выстоять против Патилиуса целую минуту. Атакующие заклинания не приносят ему особого вреда, а моя защита слаба. Он за эту минуту меня так отделает, что родная мама не узнает.

Пока Атус отдыхал, к ним приблизился степенный маг, одетый в яркий сиреневый халат. Обветренное лицо наставника казалось отрешенным, но изменило выражение, когда он заметил учеников.

- Куда это вы направляетесь? Что потеряли в подвале?

- Да мы так... гуляем, господин Рец, - ответил запыхавшийся Атус.

Но словоохотливый Деметриос тут же пояснил.

- Идем убивать этого вашего... Патилиуса. Ну, вампира, которого сами же маги и кормят.

Тонкие губы наставника сложились в улыбку.

- Какие веселые студенты! Вы там осторожнее только. Помните о технике безопасности. Издалека смотрите, а близко не подходите. Патилиус ведь не станет с вами церемониться, если сумеет дотянуться. Лет пять назад он умудрился схватить ученика за рукав и втащил его в клетку сквозь прутья. Мы парня еле спасли. Кстати, а ты кто такой? Я тебя что-то не видел здесь.

- Меня зовут Деметриос. Я только что прибыл вместе с моим учителем Ралуантом, - пояснил юноша. – Все убегали от дракона и мы побежали. Почему-то.

- А, я знаю Ралуанта, - радушно улыбнулся Рец. – Хороший мистик! Ну, передавай ему привет от меня. И поосторожнее там. Держитесь подальше от прутьев.

Наставник удалился важной, размеренной походкой.

- Все, я отдохнул немного, - сообщил Атус. – Можно дальше двигать. Видишь, никто не верит, что Патилиуса удастся одолеть. Признаться, и я тоже. Но тут уже будешь за соломинку хвататься. Побежали!

- Но это же учебный вампир! – крикнул Деметриос вдогонку.

Атус, который успел отбежать на несколько шагов, остановился.

- Ну и что, что учебный? Он же все равно вампир! Разве это справедливо – натравливать вампира на людей? Вот скажи, справедливо?

Деметриос на миг задумался.

- Нет, несправедливо, - произнес он.

- Вот! К тому же ты мне обещал убить вампира. Обещал ведь?

- Обещал, - согласился Деметриос.

- Тогда побежали!

И они вновь помчались по коридору туда, где томился в железной комнате древний Патилиус, весьма ценное имущество магической Академии и гроза выпускников.

Удивительно, но перед дверью, ведущей к вампиру, не было охраны. Там просто висела табличка:

«Патилиуса не кормить, к клетке не подходить, а заклинания испытывать с расстояния не менее двух ярдов от прутьев».

- Видишь, - Атус показал на табличку. – Они уверены, что Патилиусу невозможно нанести ущерб!

Деметриос открыл матовую металлическую дверь и вошел в большую комнату. Там, ровно посередине, находилась клетка с толстыми стальными прутьями, внутри которой стоял вампир. Он был два с половиной ярда ростом, со светлой кожей и с покатыми широкими плечами, покрытыми редкой темной шерстью. Возможно, Патилиус когда-то и выглядел как человек, но сейчас его лицо напоминало приплюснутое свиное рыло, и даже торчащие клыки казались принадлежащими матерому секачу.

- Он не умеет разговаривать, - почему-то сказал Атус. – Давно разучился. Только дерется. Кулаками, в основном. У него ведь нет когтей. Думаю, что их маги убрали. Да и на его физиономию перед экзаменом надевают намордник. Но все равно он может избить так, что ты превратишься в один большой синяк.

Деметриос подошел к дверце клетки, прямо к огромного амбарному замку. Патилиус оскалился и зарычал, явно изготовившись к прыжку.

- Ну что, справишься с ним? – Атус нервно почесал шею. – Хотя бы выведешь из строя до завтра?

- Он неприятный, - сказал Деметриос. – Сразу видно, что злой.

Атус даже не заметил, как его спутник сорвал замок с двери клетки. Однако вампир оказался внимательнее. Он поскочил к двери как раз в тот момент, когда она начала открываться. В его пасти хищно поблескивали будто полированные клыки, а в красноватых глазах разгорался гнев.

- Ой! – тонко взвизгнул Атус. – На нем же нет намордника! А ты открыл дверь! Что делать?! Что делать?! Бежать надо! В коридор! Скорее! Ско....

Деметриос своей спиной загораживал происходящее, но когда юноша посторонился, ученик резко умолк. Да и в самом деле, зачем кричать, если грозный вампир мирно лежал на полу клетки и, по всей видимости, ни о чем не думал. Ведь о чем может думать существо, лишенное головы?

- Зачем бежать-то? – обернулся к нему Деметриос, поворачиваясь спиной к поверженному противнику, из которого тонкой струей вытекала желтоватая жидкость. – Все. Можешь завтра идти на свой экзамен спокойно.

Гамма эмоций пронеслась по лицу Атуса, от удивления до радости.

- Ну, ты даешь! Знаешь ли... Не ожидал..., - ученик с восторгом причмокнул языком, но через мгновение снова встревожился. - Смотри! – Атус нацелил указательный палец на вампира. – Голова растет!

Деметриос обернулся.

Действительно, на плечах упавшего тела стремительно отрастала новая голова. Она словно выплывала из грудной клетки, и на поверхности уже показался не только покатый лоб, но и приплюснутый нос.

- Я же говорил, что они напитали его энергией! – снова закричал Атус. – Маги! Чтобы нас мучить! Столетия мучений! Что будем делать?!

-А что тут сделаешь? – философски ответил Деметриос. – Пожалуй, отрывать голову второй раз глупо. Она снова вырастет.

- И что?! Что?! – воскликнул ученик. – Запрем снова клетку? Ну, чтобы как было, а потом убежим?

- Можно и убежать, если хочешь, - согласился Деметриос. – Тебе виднее насчет местных порядков.

Атус рванул к выходу, но остановился в дверях, ведь его спутник замешкался. Ученик оглянулся и увидел, как юноша взваливает на спину вампира и и аккуратно закрывает клетку.

- Что ты делаешь?! – в ужасе закричал Атус.

- Готовлюсь убегать. Ты же сказал, что надо убегать почему-то, - рассудительно произнес Деметриос, перемещая тело вампира так, чтобы и руки и ноги болтались на одинаковом расстоянии от пола.

- А его зачем берешь?! – Атус указал на Патилиуса неуверенным пальцем.

- Ну как же... вампиров положено добивать. И если голову оторвать не получается, то есть и другие методы.

В это же самое время маг второй категории Рец прошел через коридоры Академии и прибыл к своему начальнику, к тому самому Гициану, который разговаривал с Ралуантом о его ученике.

Когда дверь распахнулась, обсуждение было в самом разгаре.

- Я не знаю, как и где родился Деметриос, - говорил Ралуант, покачиваясь в красном мягком кресле. – Он сказал, что его младенцем нашли в лесу под снегом среди убитой им стаи волков.

Мистик кивнул Рецу как старому знакомому. Гициан же просто показал вошедшему на свободное кресло.

- Это необычно, - согласился великий маг и поправил воротник своего фиолето-золотистого халата. – Я думал, что младенцы не столь кровожадны. Мне даже трудно представить, как это произошло. Допускаю, что младенец мог бы одолеть одного волка... но целую стаю!

- Господин декан! – Рец вмешался в разговор, не успев погрузиться в кресло. – Позвольте спросить, как младенец может убить волка? Это невероятно! Такого не бывает!

- Бывает, - печально сказал Гициан. – Я слышал о подобном происшествии. И это случилось тоже в лесу. Крестьянин убегал от огромного волка на телеге. На ней же лежал младенец. Волк запрыгнул на телегу и сбил крестьянина с ног так ловко, что тот упал и выронил топор. Потом зверь устремился к ребенку, чтобы его проглотить. Но на счастье у младенца в руках была погремушка. Волк немного промахнулся, схватился зубами за погремушку, подавился и сразу умер. Вот почему я верю в то, что младенец может справиться с волком! Но насчет стаи не поверю никогда. Ведь обычно у младенцев только одна погремушка. Максимум – две.

Ралуант улыбнулся, а Рец отчаянно взмахнул рукой.

- Вам бы только шутить, господин декан. Кстати, я только что встретил на нижнем этаже какого-то Деметриоса. Он шел убивать Патилиуса, нашего славного вампира! Представляете? Вот это весело.

Гициан тоже заулыбался.

- Да. Я надеюсь, что у Деметриоса хватит ума не лезть в саму клетку. Иначе Патилиус сильно намнет ему бока. Что вы думаете об этом, Ралуант?

Декан обернулся к мистику и осекся.

Ралуант побледнел и рывком встал с кресла.

- Когда это было, Рец? Когда вы встретили Деметриоса?

- Может, минут десять назад.... А что? Что случилось? – недоуменно заморгал маг. – Думаете, этот Деметриос полезет в клетку и погибнет там? Однако с ним один наш ученик.... троечник по магии, но все же он объяснит, что к чему.

- Деметриос не погибнет, - наставительно произнес мистик. – Господин Гициан, вы улыбаетесь лишь потому, что не совсем поняли то, что я вам только что рассказывал. Впрочем, если мы побежим, то может еще успеем его спасти.

- Подождите! Кого спасти-то? – великий маг поднял руку ладонью вверх. – Деметриоса или ученика-троечника?

- Патилиуса, - выдохнул Ралуант. – Мне кажется, что после тысячелетней службы нашему вампиру пришел конец. Побежали, господа! Побежали!

Глава семнадцатая, в которой архилич встречает гостей

В замке, где томился Заусао, стены были покрыты зеленым мхом. Толстенные призрачные цепи, прикрепленные к сторожевым башням, уходили внутрь замка через высокие окна. Цепи проникали в главный зал и опутывали сидящего на золотом троне человека. По сути, только голова с горящими неугасимым гневом глазами возвышалась над сплетением призрачных звеньев.

Заусао был необычным личем. После смерти он сохранил свои эмоции. Это ему удалось то ли потому, что при жизни он был великим магом, то ли оттого, что эмоций у него всегда было не очень много и терять было нечего. Пожалуй, он испытывал только одно сильное чувство – злость на существующий порядок.

Заусао любил называть себя Дваждырожденным. Он воспринимал свою смерть как второе рождение. Один его друг, умерший уже давным давно, шутил, что Заусао дразнит смерть, и рано или поздно она найдет способ ему отомстить.

Каждый день Заусао проверял прочность своих цепей. Он знал, что они слабеют, что пройдет еще сто, двести, триста лет и звенья не выдержат. Нужно только подождать. Однако он устал ждать. Повелитель неживых хотел вырваться на волю и постоянно думал о том, как ускорить освобождение. Его гневили и замшелые стены и холодный зал и даже слуги, которые могли ходить туда-сюда, в то время как их господин сидел, прикованный к ненавистному золотому трону.

Заусао принял Бенуа внешне спокойно, несмотря на промахи подчиненного. Когда лич приблизился и сообщил, что не смог найти ни Большой ни Малый Ключи, узник никак не выразил свое недовольство. Он просто прикрыл глаза и так застыл, погруженный в раздумья.

Бенуа опасался, что разговор примет нежелательный поворот, и сразу поспешил с оправданиями.

- Это все тот, о котором вы меня предупреждали, господин, - лич посматривал на мрачные серые стены и говорил торопливо, будто боясь, что его могут прервать в любую секунду. – Деметриос! Я недооценил его. Сначала он убил мое тело, а потом ворвался в замок. Его не смогли остановить даже свежие зомби! Я подсылал к нему убийц. У одного из них был даже обсидиановый кинжал.

Заусао открыл глаза и уставился на собеседника немигающим темно-синим взглядом.

- Обсидиановый кинжал не сработал? Убийца, что, промахнулся? – голос узника был столь же красивым, как и его бледное лицо. После смерти Заусао вселился в тело знаменитого певца и с тех пор тщательно заботился о своем носителе.

- Говорит, что попал, - лич жестикулировал левой рукой, а правой держал небольшой медальон, только что извлеченный из-за пазухи. – Но только порвал одежду. Это сильно разозлило Деметриоса. Почему-то он привязан к своим вещам. Может, он – маг-артефактор?

Заузао пошевелил черной левой бровью.

- Артефакторы могут быть очень опасны, если как следует подготовятся к сражению, - торопливо добавил Бенуа.

- Надеюсь, ты воспользовался Прозрачным Ключом? – ровным голосом поинтересовался Заусао. – Узнал у него, кто такой Деметриос или как его обезвредить?

Бенуа замялся и посмотрел в дальний угол зала.

- Я собирался спросить, но произошла ошибка. Прозрачный Ключ ответил на другой вопрос.

- На какой? – теперь Заусао приподнял обе брови.

- Почему мой помощник стал рассеянным, – Бенуа вытянул обе руки вперед, будто стараясь защититься от возможного нападения. - Но это не моя вина! Так вышло. Случайно!

Заусао помолчал несколько секунд, а потом произнес бесстрастным голосом.

- Я вручил тебе могущество. Сделал тебя личем. Подарил Прозрачный Ключ. Приказал барону отдать замок в твое распоряжение. Снабжал тебя всем необходимым. И для чего? Чтобы ты потерял и Ключ и замок и ничего не принес мне взамен, кроме оправданий? Я возлагал на тебя надежды. Думал, что ты окажешься верным и расторопным. И к чему привели все мои труды? К тому, что ты узнал, почему твой помощник стал рассеянным.

Бенуа потупился, но тут же вновь посмотрел на тусклый трон. Нужно было во что бы то ни стало ответить на обвинения, иначе конец. Когда повелитель говорит таким тоном, это не предвещает ничего хорошего. Заусао явно собирался избавиться от неудачливого лича.

- Я пришел не с пустыми руками, - Бенуа раскрыл правую ладоль и показал круглый амулет из красного металла. – Я взял на себя смелость предварительно договориться с нашими потенциальными союзниками. С ифритами. Они ведь давно мечтают посчитаться с магами Академии. С тех самых пор, как люди пленили их князя. Я обнаружил медальон Пекана. Потратил много сил на его поиски, но все-таки нашел! Ифриты практически согласились нам помочь. Их останавливает лишь одно – они не уверены, что маги не столь сильны, как прежде. Если их переубедить, то ....

Заусао едва заметно повернул голову. Из-за трона тут же выскочил низкорослый зомби в ржавых доспехах, резво подбежал к Бенуа и протянул руку. Лич отдал свой драгоценный амулет и пристально смотрел, как зомби открывает крышку. Костлявые пальцы двигались неловко, но вскоре справились с тонким делом.

- Я полагал, что все эти медальоны уничтожены, - Заусао на миг прищурил глаза из-за яркого красного света, вырвавшегося из-под небольшой крышки. – Ты правильно сделал, что нашел и принес его мне.

После этих слов Бенуа расслабился. Такое могущественное существо, как его господин, не стало бы хитрить. Если бы Заусао хотел прикончить помощника, то не притворялся бы и не похвалил.

С медальоном же продолжались метафорфозы. Красноватое сияние усилилось и вскоре стало напоминать самое настоящее пламя. Зомби держал медальон в костлявой руке, вытянутой над головой. Языки пламени лизали дряхлые наручи и освещали весь зал трепещущим и тревожным светом.

Бенуа наблюдал за господином и пропустил момент, когда из медальона появилась верхняя часть туловища ифрита. Пекан был мастером своего дела, он умел изготавливать вещи, которые связывали друг с другом целые миры.

Ифрит выглядел как пламя, состоящее из множества огоньков, которые не стремились ввысь, а просто закручивались, приобретая форму человеческого тела. Почти все огоньки были красноватые и только глаза сверкали ярким желтым пламенем.

Сначала ифрит увидел Бенуа и на огненном лице появилось подобие снисходительной улыбки. Но эта улыбка исчезла без следа, когда желтые глаза обнаружили сидящего на троне Заусао.

- А дела-то серьезней, чем я думал, - голос ифрита был высок и хрипл.

- И я не предполагал, что мы встретимся так скоро, Фламер, - равнодушно произнес Заусао. – Я считал, что пройдет еще лет четыреста, прежде чем верну свою власть и призову джиннов к покорности.

- Ты всегда мыслил масштабно, - задиристо ответил ифрит и цвет его пламени стал темно-красным. – Только твои начинания провалились. Великие маги сумели заключить союз против тебя. Ты ошибся.

Заусао пошевелил пальцами на левой руке. Призрачная цепь охватывала только запястье.

- Лишь результат важен, Фламер. Где сейчас эти великие маги? Или сошли с ума от долгой жизни или погибли. А я еще здесь.

- Здесь, но в цепях, - с сарказмом уточнил ифрит.

- Это ненадолго. И на твоем месте я бы не радовался. Ты не в лучшем положении. Где сейчас твое племя? На задворках. Вы прячетесь, чтобы люди не переловили вас поодиночке и не заключили в свои амулеты. Твое существование лишено смысла. Но это временно, потому что я готов дать тебе этот смысл.

Голос узника звучал внушительно и бесстрастно, отдаваясь эхом от зеленоватых замшелых стен.

- И что такое ты собираешься мне дать? – с подозрением осведомился ифрит. Его пламя приобрело синеватый оттенок.

- Власть, - веско произнес Заусао. Его глаза на миг прищурились. - Ты будешь повелителем джиннов. Всех джиннов. Также я подарю тебе множество миров впридачу. И все это в обмен на одну-единственную услугу.

Фламер хотел что-то сказать, но помедлил. Он смотрел оценивающе, будто торговец, который выбирал товар для перепродажи.

- Даже опасаюсь спросить..., - наконец произнес ифрит, вспыхнув снова ярко-красным светом. – Но все-таки спрошу. Что это за услуга, которая так дорого оценивается тобой?

- Ты объявишь войну людям, - синеватые губы Заусао едва шевелились, но узник не стал медлить с ответом. – Ударишь там, где я скажу, в тот момент, который нужен мне. Сначала мы захватим одно королевство, а потом дело пойдет. Никто не успеет даже понять, что произошло. Наш удар будет стремителен.

- Ха-ха! – натужно рассмеялся ифрит и покрылся пятнами голубого пламени. – А маги? Они, что, будут сидеть и смотреть, как мы предаем огню их друзей? Они ведь так проредят моих подданных, что...

- Это уже не те маги, - Заусао грубо и решительно прервал собеседника. Голос узника стал сильнее и звонче. - Они разленились и стали трусливыми, как перекормленные шакалы. В этом может убедиться кто угодно, лишь бы было желание.

- Чтобы убедиться, нужно начать войну, - резонно заметил ифрит, вмиг ставший светло-желтым.

- Не обязательно. Ты можешь просто сделать вылазку, чтобы проверить. Скажем, прямо в цитадель того королевства. В Академию! И увидишь сам, что человеческие маги уже ничего не стоят. Если ты будешь решителен, то люди разбегутся, а великие маги будут мчаться впереди паникующей толпы. Говорю тебе, они уже не те. Их волнуют деньги и почет, сытая и спокойная жизнь. Они не захотят ей рисковать. Мой соратник Бенуа, - Заусао кивнул на лича, который застыл с сосредоточенным вниманием на недавно приобретенном веснушчатом лице, – водил их за нос много лет. Они старались ничего не замечать. И знаешь, как трудно им было не заметить лича, орудующего прямо в столице? Но у них получилось. И если бы не досадное стечение обстоятельств, Бенуа до сих пор был бы там, поднимал бы зомби по ночам и обращал добропорядочных граждан в вампиров. Ему бы все сошло с рук.

- Хм..., - ифрит крутанулся вокруг своей оси и оранжевые искры брызнули в сторону. – Да, Бенуа говорил мне об этом. Признаться, я не верил. Но теперь сказал ты, и это меняет дело. Ты знаешь, у моего народа большой счет к людям. Но все-таки я проверю. Пожалуй, не буду откладывать. Проникну в Академию и нападу на магов. Посмотрим, что они сделают.

- Побегут, - Бенуа наконец вмешался в разговор. – Уже поверь наконец. Они бы и от меня драпали, если бы не Ралуант с его энергичным учеником. Чтоб эти двое провалились! Но тебе нечего опасаться. В Академию сейчас принимают по знакомству. Большинство преподавателей там весьма слабые маги. А великие развлекаются на соревнованиях. Настоящего боя они боятся как огня. Хм. Как огня! Простите за каламбур.

- Я проверю, - повторил ифрит. – У меня есть лазейка в Академию. Она находится в том здании, где учатся философы. Пожалуй, поджарю парочку этих философов сегодня же. Мне очень любопытно узнать, какую мудрость они изрекли бы при этом. Может, «Нет дыма без огня» или «С огнем шутки плохи» или еще что-нибудь веское, но бесполезное. Интересно послушать!

- Ты все узнаешь, - уверенно произнес Заусао. – Иди к философам и ничего не опасайся. Ты убедишься, что сопротивления не будет.

***

Когда маги прибыли в комнату, где раньше содержался Патилиус, то обнаружили лишь пустую клетку, сломанный замок и одинокую вампирскую голову.

- Что здесь произошло? – Гициан наклонился к голове и потрогал бледные щеки. – Такое чувство, будто она оторвана.

- Это чувство верно, - Ралуант не стал приближаться к клетке, а что-то внимательно рассматривал на блестящем паркетном полу у выхода.

- Как верно? – Гициан резко выпрямился. – Кто может оторвать древнему вампиру голову?

- Деметриос, - спокойно ответил мистик. – Я же вам говорил, а вы мне не верили. Этого юношу не мешало бы изучить как следует. Ибо кто его знает, на что он еще способен.

Гициан и Рец переглянулись.

- Если надо, то изучим, - произнес великий маг. – Мы же в Академии. Но сейчас меня интересует, где находится ваш Деметриос? И куда подевалось туловище вампира?

- Уверен, что мы скоро их найдем, - ответил Ралуант. – На полу остались капли крови Патилиуса.

И три мага поспешили по коридору, присматриваясь к мелким желтоватым брызгам на коричневом полу. Через несколько минут следы привели их на задний двор, который был окружен с трех сторон величественными зданиями Академии. Этот двор казался сосредоточением всей мудрости королевства. Здесь возвышались мраморные статуи великих магов прошлого, чтобы внушать ученикам трепет и уважение. Даже Гициан испытывал почтение к этому месту. Ученики Академии знали наизусть деяния каждого из магов, чья белоснежная статуя украшала задний двор.

Когда Ралуант прошел несколько ярдов, то помедлил, пытаясь отыскать следы вампирской крови на светлых каменных плитках. Гициан же устремился вперед. Он увидел толпу студентов у памятника великому Дарию, основателю Академии. Декан предположил, что все это неспроста. Но Гициан хотел верить в добрые устремления людей и потому для начала подумал, что ученики решили обсудить этого замечательного человека перед экзаменами.

Гициан приблизился к толпе и хотел уже поблагодарить ретивых и старательных студентов, как вдруг услышал нечто неожиданное.

- Спешите видеть! – раздался чей-то звонкий голос. – Потрясающий аттракцион с вампиром! Неограниченное количество голов! Отрываешь одну – вырастает следующая!

Декан раздвинул толпу и увидел нерадивого Атуса, которому, собственно, и принадлежал этот звонкий голос. Также великий маг узнал Деметриоса, который с улыбкой фокусника откручивал бедному Патилиусу очередную голову. Три головы уже валялись на земле.

- Спешите! – снова закричал Атус, но резко осекся, когда заметил великого мага.

Декан решительно проложил себе путь через толпу. Студенты в тревоге расступились.

- Все расходитесь! – скомандовал Гициан суровым голосом и показал пальцем на двух учеников. – Ты и ты доставите Платилиуса в клетку. Замок на двери починить!

Потом декан обратился к Деметриусу.

- Я снова недооценил вас, юноша. Непростительно с моей стороны. Пойдемте. Нам нужно о многом поговорить.

За спиной великого мага возник Ралуант, и они втроем отправились обратно в кабинет декана. По дороге все молчали. Гициан думал о том, как повезло всем этим балбесам-ученикам, что Деметриос крепко держал Платилиуса, Ралуант – о том, как повезло вампиру, что он не погиб, а юноша – о том, как повезло ему самому в том, что в сражении с вампиром он справился без математики.

Деметриос так крепко об этом задумался, что нарушил молчание уже у самых дверей кабинета.

- Это ничего, что я не смог найти этот... как его? ... Тензор! Ну, когда отрывал вампиру голову, – встревоженно спросил Деметриос. – Я искал, но не нашел! Где он у них обычно?

- О чем ты говоришь, парень? – недоуменно спросил Гициан, открывая светло-коричневую дверь.

- Для поиска тензора нужны бумага и перо, - рассеянно добавил Ралуант, погруженный в собственные раздумья.

- Да..., - глубокомысленно ответил Деметриос. – Выходит, вот что мне надо – перо и бумага.

Оба мага не обратили внимания на это замечание.

- Итак, давайте обсудим, как мы оказались в такой ситуации, - Гициан не стал садиться за стол, а опустился в одно из красных мягких кресел. – Перед нами юноша, который может играючи одолеть древнего вампира. Юноша нигде не учился магии.... Не учился ведь?

- Нет, - покачал головой Деметриос. – Только наш староста учил меня показывать фокусы. Он мог сделать так, чтобы монетка исчезала в его руке. А потом сказал мне, что настоящий фокусник может заставить исчезнуть даже корову. И знаете что? Я попробовал и у меня получилось! Я смог заставить исчезнуть корову. Ее никто не сумел отыскать!

- Да? – Гициан приподнял черные брови. – Совсем никто?

- Конечно! – Деметриос хлопнул ладонью по креслу. – Никому и в голову не пришло искать корову на чердаке. Туда вели приставная лестница и очень узкий лаз.

- И как же корова спустилась оттуда? – с улыбкой поинтересовался Ралуант.

- Староста предлагал спустить ее по частям. Но я подумал, а вдруг они потом ее неправильно соберут? И сам снял ее с чердака.

- Н-да, - Гициан оценивающе смотрел на юношу и его черный костюм. – Я так понимаю, что вы уже рассказали Ралуанту все о своем появлении в деревне?

- Конечно! – энергично произнес Деметриос. – Ответил на каждый вопрос!

Великий маг перевел взгляд на мистика.

- Я расспросил обо всем, - подвердил Ралуант. – Когда его нашли, при каких обстоятельствах. Была ли монограмма на белье....

- Даже так, - протянул Гициан и сложил ладони вместе. – И что? Была монограмма?

- Нет, - уверенно ответил Деметриос.

Ралуант кивнул.

- Ясно, - великий маг пошевелил тонкими пальцами. – Скажите, юноша, а вы вообще знаете, что такое монограмма?

- Понятия не имею, - откровенно сказал Деметриос.

Мистик схватился за голову.

- Так-так, - в глазах Гициана зажегся нескрываемый огонь интереса. – Монограмма – это рисунок, состоящий из букв. Или просто небольшое изображение чего-либо. Это было?

- Да, - Деметриос ответил без колебаний. – Конечно. Тетушка Лайза показывала мне пеленку, в которой меня нашли. Там везде были рисунки качелей.

Гициан и Ралуант невольно снова переглянулись.

- Каких качелей? – внимательно спросил великий маг. – Как они выглядели?

- Обычно, - Деметриос развел руки, будто показывая рисунок. – Палка, которая лежала на другой палке. Похоже на качели. Я на таких катался в детстве. Ну знаете, садятся двое и отталкиваются ногами по очереди.

- Нарисовать сможешь? – Ралуант кивнул на стол.

Деметриос встал с кресла, подошел к массивному столу, взял большой тонкий лист бумаги и несколькими движениями закончил рисунок.

- Да... действительно, качели, - Гициан взял у юноши изображение и повертел его, рассматривая под всеми возможными углами. – Очень похоже.... Ничего не понимаю. Я-то рассчитывал на какой-нибудь серьезный знак. Скорпиона, например. Ралуант, знаете этот магический орден? Они пытаются приманивать богов. Сначала создают какое-нибудь существо покрасивее, потом долго вливают в него энергию. В результате получается кто-то вроде Патилиуса. Очень могущественный, почти неуязвимый и способный к магии. Правда, он быстро выдыхается, особенно, если использует заклинания. Редко существует дольше, чем два месяца. Потом они с почетом хоронят его, ставят памятник, а на следующий год создают еще одного. Это у них называется «приманка для богов». Они все надеются, что их создание понравится какому-нибудь богу, он войдет в него и там останется навсегда. У них ни разу не получилось, хотя они трудятся над этим уже которое столетие. Очень упрямые, фанатики. Еще и на соседей нападают, пытаются их приучить к тому же. Конечно, понятно, что Деметриос – не их творение. Он слишком долго живет, да и вообще они не умеют создавать существ, столь похожих на настоящих людей. Хотя знак Скорпиона нес бы хоть какой-то смысл! Но при чем тут качели?

- Я слышал об этом ордене, - Ралуант взял рисунок из рук великого мага. – Да, Деметриос не из них. Одно время они даже объявили богом Заусао. Дескать, он стал таким могущественным, что просто не мог быть человеком. Конечно, не мог! Это же архилич! Когда он превратил половину из них в зомби, они одумались. Видимо, полные идиоты превратились первыми, как часто бывает, а те, кто поумнее, успели сбежать.

- Это так, - согласился Гициан и подошел к столу, чтобы посмотреть, как юноша пытается нарисовать ровный круг на другом листе бумаги. – Скажите, Деметриос, а было ли такое, чтобы вы проиграли сражение или состязание?

Ровный круг никак не получался. Ученик отложил серое перо в сторону и задумался.

- Да, - сказал он. – Такое бывало. Староста меня иногда побеждал.

- Это была борьба? – оживился великий маг.

- Пожалуй, что борьба, - неуверенно ответил Деметриос. – Но мы использовали эти... как их? Что-то вроде оружия. Сабли! Нет... не сабли, но похоже... Как же они называются? Это особенное слово.

- Мечи? – подсказал Ралуант. – Палаши? Кинжалы?

- Нет, как-то иначе, - юноша мотнул головой.

- Шпаги? Эспадроны? – предложил Гициан.

- Немного не так..., - Деметриос возвел глаза к потолку и поскреб подбородок.

- А как эта сабля выглядела? Она была длинной и закругленной? – спросил великий маг.

Деметриос помедлил с ответом.

- Пожалуй, что короткой, - он сделал неопределенное движение рукой. – И закругленной, конечно. Сильно закругленной.

- Это очень важный вопрос, - Гициан покачал указательным пальцем, на котором блеснул рубин. – Видите, Ралуант, мы уже готовы найти ключ! Ключ к оружию, перед которым уязвим ваш ученик. И когда мы обнаружим, что это за вещь, мы сумеем понять суть силы Деметриоса.

- Да, - мистик был восхищен скоростью, с которой великий маг открывал тайны.

Гициан взял со стола хрустальный колокольчик и позвонил. Раздался едва слышный звон, но Ралуант знал, что этот магический звук сейчас звучит гораздо громче в нужной комнате Академии.

И действительно через пару минут в дверях возник седой слуга, одетый в шелковую синюю ливрею.

- Робер, - Гициан обратился к слуге. – Пожалуйста, принесите справочник по холодному оружию. Также пригласите нашего мастера-оружейника и на всякий случай его учеников-чужеземцев. Вдруг им известны названия экзотических сабель, которых нет в справочнике.

Слуга кивнул и спешно удалился. Ралуант знал, с какой скоростью великий маг проворачивает дела, но даже сам поразился тому, что буквально через несколько минут комната наполнилась людьми в доспехах и с тренировочными мечами. Здесь собрался цвет магов-фехтовальщиков Академии.

- Господа! – провозгласил Гициан, глядя поверх голов в сверкающих серебристых шлемах. – Я пригласил вас для очень важного дела. Вот этот загадочный и могущественный юноша сообщил, что он уязвим перед каким-то холодным оружием, которое похоже на саблю, но не сабля. У этого оружия есть особое название и нам предстоит его найти. Я предлагаю начать со справочника и двигаться по алфавиту. Если вы припомните дополнительно какое-то название, которого в справочнике нет, то смело говорите.

Великий маг взял толстый коричневый фолиант и открыл его на содержании.

- Итак, буква «А». Алебарда! – Гициан вопросительно посмотрел на Деметриоса, но юноша отрицательно мотнул головой.

- Еще есть атлатль, - раздался сочный бас из толпы. – Это приспособление для метания копья.

Деметриос не проявил никакого интереса к новому слову. Вид юноши выражал глубокую озабоченность.

- Б, - возвестил Гициан. – Бебут, бо, буздыхан, булава.

Кто-то произнес неразборчивое слово и мастера-фехтовальщики принялись уточнять, что он имеет в виду. Разгорелся спор, впрочем, быстро прекращенный великим магом.

Гициан призвал публику не отвлекаться на второстепенные вопросы и снова принялся перечислять. Названия самых разнообразных видов оружия сыпались одни за другим. Деметрис качал головой и искушенные маги-фехтовальщики морщили свои умудренные опытом лбы, пытаясь припомнить самые редкие названия. То и дело вспыхивали яростные споры. Гициан тогда призывал к тишине и продолжал чтение. С течением времени в кабинет заходили другие посетители, чтобы помочь. Когда появились два великих мага, собрание стало напоминать Ученый совет Академии в полном составе.

- Нагината и ната! – Гициан добрался до буквы «Н».

Внезапно глаза Деметриоса, которого уже посадили на возвышение – спинку кресла, широко распахнулись. В них засияла радость.

- Есть? – с воодушевлением переспросил Гициан. – Это нагината или ната?

- Нет, но я вспомнил! – воскликнул юноша. – Слово такое странное просто! Оно напоминает шипение змеи. Ну, это слово.

Глаза всех присутствующих с нескрываемым интересом воззрились на Деметриоса. Юноша даже смешался от такого внимания и замолчал.

- Так что же это за слово? – подчеркнуто терпеливо поинтересовался великий маг.

- Да обычное, - смущенно произнес Деметриос. – Ничего особенного. Шашки. Я, конечно, иногда побеждал, но чаще проигрывал. Староста очень хорошо играет в шашки. Особенно, в поддавки.

Гициан ничего не сказал, да и никто не произнес ни слова. Печать отрешенной и грустной задумчивости легла на лица великих магов и фехтовальщиков. Все люди словно замерли, за исключением Ралуанта, который привычно схватился за голову.

- Гм..., - произнес Гициан после продолжительного молчания. – Гм... я полагаю, что... можно расходиться. Спасибо за помощь, господа. Я чрезвычайно благодарен всем вам.... н-да.

Публика разошлась без единого слова или жеста. Только два великих мага остановились в дверях, пристально посмотрели на Деметриоса, синхронно пожали плечами и тоже отбыли.

Гициан подошел к окну, машинально взглянул на белую площадь и печально сказал, обращаясь к мистику:

- Я теперь понимаю, как вам тяжело с учеником. Это сложный случай. Но, конечно, не стоит отчаиваться.

Великий маг обернулся к Деметриосу, который все еще сидел на спинке кресла:

- Скажите откровенно, юноша, вы хотели подшутить над нами?

Деметриос развел руками.

- Наш староста говорил, что у меня шутки получаются плохо.

Гициан горько усмехнулся.

- Староста ошибся. Если это была шутка, то она удалась. Теперь мои коллеги будут долго припоминать мне шашки.

Великий маг подошел к юноше и положил руку ему на плечо.

- Деметриос, нам снова нужно поговорить с Ралуантом. Вы не хотите посмотреть на то, как принимают экзамен по философии? Это очень интересно. Экзамены проходят на первом этаже в левом крыле. Идите прямо туда и там скажете, что я разрешил.

- Да, очень хочу! – Деметриос так резво вскочил с кресла, что оно скрипнуло.

- Только, пожалуйста, не пытайтесь больше убивать вампиров или других существ, которых вы встретите в Академии, - поспешно добавил Гициан.

- Конечно, не буду, - ответил Деметриос уже в дверях. – Обещаю!

Глава восемнадцатая, в которой ифриту все становится понятно

Тарлан никогда не мог толком сосредоточиться, как и всякий уважаемый учитель философии. Пока он обдумывал одну мысль, на ее место тут же приходила другая, потом третья и весь этот водоворот заставлял Тарлана произносить настолько мудрые речи, что их никто не мог понять. Учителя это немного расстраивало, ведь он искренне желал делиться знаниями, а не только не пойми чем. И потому, идя по коридору на очередную лекцию, он пытался отрепетировать будущую речь и привести ее в порядок.

- Философия – это мать всех наук, - Тарлан размашисто шагал и одновременно читал вслух свою рукопись. – От нее произошли все остальные знания, включая математику.

Учитель немного замедлил свой шаг и оторвался от свитка.

- Интересно, если философия мать, то кто же отец? – Тарлан задумчиво почесал лоб гусиным пером. – Это сложный вопрос! Хорошо, что мои ленивые умом ученики до него не додумаются. Ведь получается, что математика – безотцовщина.

Он хотел было записать эту новую мысль, но передумал, чтобы не перегружать лекцию избыточной информацией.

Ему оставалось пройти всего лишь пару сотен футов, а потом свернуть направо, чтобы оказаться перед своими студентами. Однако на его пути возникло непредвиденное препятствие. Тарлан даже поначалу не понял, что это, и лишь жаркий красный огонь, полыхнувший прямо в лицо философа, отрезвил и настроил на практический лад.

- Ифрит! – закричал учитель и отшатнулся.

Посередине большого коридора в воздухе висел пылающий пришелец. Его голова достигала высокого потолка и, если бы стены Академии не были огнеустойчивыми, то все помещения вокруг давно бы уже сгорели. Пришелец состоял из многочисленных красно-желтых огоньков, а на его шее каким-то чудом на цепочке держался медальон из красного металла.

- Ифрит, - подвердил Фламер высоким хрипловатым голосом. – А ты кто такой? Маг?

Тарлан продолжал пятиться, пока не уперся спиной в мраморную статую копьеносца.

- Маг... наверное... мы все здесь немного маги, - черные ресницы Тарлана подрагивали от страха.

- Боевой маг? – уточнил ифрит и его огоньки покраснели еще больше.

- Нет... что ты, - Тарлан махнул рукой, и его узкий серый пиджак предостерегающе затрещал. – Я просто учитель. Учу студентов философии.

- Так ты наверное мудрец! – вскричал ифрит и почему-то расхохотался. – И над чем ты думаешь, мудрец? Какую задачу мироздания решаешь? Говори! Но только побыстрее, я тороплюсь.

Горло Тарлана пересохло то ли от жара, то ли от ужаса. Но учитель все-таки выдавил из себя несколько слов.

- Я думал... о науках. Я же ученый! И сейчас размышлял о том, кто чей отец.

- Ха! – ифрит запылал синеватым огнем и деловито произнес. – Как это сложно у людей. У вас отцы часто в бегах, я знаю! А с матерями тебе все ясно?

- С матерями как-то проще, - признался Тарлан, нервно дергая серый воротник. – У всего есть мать. И это философия!

Оранжевые глаза ифрита стали чуть меньше, словно он их прищурил.

- Ты не заговаривайся, человек. Моя мать – Вечное Пламя!

- Это все тоже философия, – гордо заявил учитель, забыв на миг даже о страхе. – Я сейчас объясню. Когда ты будешь думать день и ночь о тайнах мироздания, когда ты потеряешь покой и забудешь о еде, решая загадки Вселенной, тогда в один прекрасный день ты все поймешь! Прозреешь! И ты узнаешь ее. Твою мать.

- Я убью тебя, - сказал ифрит и позеленел. – Я поджарю тебя так, что твоя голова примет подобающий ей вид и превратится в головешку! Ты узнаешь, как издеваться над принцем Фламером!

Длинное и толстое огненное щупальце устремилось к философу. Бедолага едва успел вспомнить азы защитной магии и поставить хлипкий водяной блок. Это не очень помогло – Тарлан оказался на полу, его пиджак тлел и дымился.

- Помогите! – хрипло прошипел философ.

Жар мешал ему говорить.

И тут из-за угла, будто услышав эту просьбу, показался юноша, одетый в модный черный сюртук, который, впрочем, мешкообразно болтался на нем.

Тарлан с мольбой вытянул покрасневшие руки.

- Ты – маг?! – просипел он. – Здесь ифрит!

Деметриос окинул взглядом поле боя и важно кивнул, будто подтверждая, что он понял, что перед ним ифрит.

- Я ученик. Старший ученик! – с благоговением произнес юноша.

- Но заклинаниями ты владеешь?! – с последний надеждой вскричал Тарлан.

- Владею! – уверенно ответил Деметрис.

- Уф..., - философ выдохнул, не скрывая облегчения.

- Одним, - уточнил юноша.

Тарлан крепко зажмурил глаза.

- Мы пропали, - прошептал он. – Вот и все. Нам конец.

Ифрит ничего не стал предпринимать, а с интересом наблюдал за разыгрывающейся сценкой.

- Как получилось, что ты, старший ученик, ничему так и не научился здесь, в Академии? – у Тарлана все еще теплилась мысль, что произошла какая-то ошибка, и этот юноша что-то не так понял.

- Так я тут недавно, - Деметриос откровенно любовался сверкающим ифритом, переливающимся то красным, то желтым цветом. – Вот только что посетил экзамен по математике, а сейчас иду на экзамен по философии.

- Не будет экзамена, - горестно вздохнул Тарлан и снова закрыл глаза.

Его ресницы выгорели после атаки ифрита и стали почти незаметными.

- Почему не будет? – спросил любопытный Деметриос.

- Потому что он и принимает экзамен, наверное, ха-ха-ха, - ифрит наконец вмешался в беседу и огоньки, формирующие его тело, затряслись от смеха. – И уже не сможет этого сделать!

- А-а, - протянул Деметриос, внимательно разглядывая горестное лицо философа. – Так вы заболели?

Тарлан посмотрел на юношу диким непонимающим взглядом.

- Это ифрит, - сказал философ таким тоном, будто говорил с нерадивым учеником. – Он хочет нас убить.

Деметриос печально покачал головой.

- Я почему-то не удивлен, - сказал он. – Сегодня все пытаются друг друга убить. А началось это с черного дракона, в которого я случайно попал копьем.

Взгляд Тарлана не изменился, философ был все так же полон отчаяния, а вот ифрит заинтересовался.

- Ты попал копьем в черного дракона? – по телу Фламера пробежала волна из синих искр.

- Это случайно вышло, - отмахнулся Деметриос. – Но я чувствую, что сейчас должен вмешаться, хоть и обещал магу Гициану оставаться в стороне. Нет, не так было! Я вспомнил! Я обещал ему, что не убью никого, когда встречу в Академии! Вот как было. И потому прошу тебя удалиться.

Фламер наклонил голову с видом глубокой задумчивости.

- Если меня попросить удалиться, то, конечно, я так и сделаю.... Все брошу и удалюсь. Ты что несешь, парень?! Я здесь для того, чтобы проверить, на что способны человеческие маги.

- Они ни на что не способны! Ты можешь теперь возвращаться домой с этими известиями, - Тарлан храбро стал возражать, рассудив, что терять уже все равно нечего.

- Я бы последовал твоему совету, но не могу, - Фламер снова захохотал, и его огоньки заплясали. – Вы, люди, такие обманщики. Никто не поверит вам на слово. Я должен сам убедиться.

Ифрит стал ярко-красным, а его пламенеющие подобия рук внезапно стали толще и длиннее.

- Какое заклинание ты знаешь?! – завопил Тарлан, обращаясь к Деметриосу.

Фламер тоже остановился. Было видно, что ему любопытно, каким магическим навыком сейчас похвастается ученик.

- Я знаю Огненную Стрелку, – с гордостью ответил юноша.

- О нет! – Тарлан стукнул себя кулаком по лбу от избытка чувств. – Это ведь заклинание для начинающих! К тому же ифриты невосприимчивы к огню!

Фламер крутанулся вокруг своей оси, и в стены полетели брызги искр.

- Покажите уже, на что вы способны, люди! Я пока что увидел лишь бестолковый водный щит. Он был очень плохо сделан.

- Да пожалуйста, - ответил Деметриос и задумчиво посмотрел на свою руку, будто решая, стоит ли прибегать к Огненной Стрелке или нет. – Только я пропущу вперед уважаемого учителя. Он же философ, а философы сильны в спорах. Пусть переспорит.

- Кого переспорит? – ифрит от неожиданности даже замер.

- Тебя, кого же еще? – неподдельно удивился Деметриос. – Я с ним ведь согласен. Он хочет, чтобы ты ушел, и я хочу того же. У нас с ним этот... кон... конь... скунс... Нет, не так, сейчас! ... Конь и скунс? Скунс на коне? Вроде нет.... Конь на скунсе? А, вот! Коньскунсус!

- Консенсус, - слабым голосом поправил Тарлан. – Я его уже пытался убедить. Философия тут не поможет.

- Пытался? – переспросил Деметриос. – Ну хорошо, теперь мой черед, значит.

Юноша сделал шаг вперед, чтобы Тарлан остался за спиной, и вытянул руку. Из ладони словно вылетел огненный вихрь и понесся, закручиваясь вдоль стен, пола и потолка. Полет пламени сопровождался бодрым громким гудением, будто играло сразу несколько десятков медных труб. Огнеупорные стены отталкивали вихрь и вскоре образовалась желто-красная воронка, которая устремилась по направлению к ифриту.

Фламер сразу же увидел, что происходит, и увиденное ему не понравилось. Ифрит рванул прочь по коридору, но не успел. Воронка вобрала его в себя и огненный вихрь закружил Фламера будто безумная карусель. Ифрит пытался сопротивляться, хотя бы оставаясь в одном положении, но ничего не мог поделать – его швыряло из стороны в сторону, бросало вверх тормашками, крутило и перекручивало, меняло местами ноги, голову и остальные части тела. Внезапно ифрит потерял красный медальон, который до этого исправно держался на огненной шее. Медальон звякнул о стену, потом об пол, подскочил и замер неподалеку от Тарлана.

Постепенно огненный вихрь стих, и в коридоре, который уже потерял свой презентабельный вид из-за слоя копоти на стенах, установилось затишье. Ифрит кое-как собрал себя воедино и парил, слегка покачиваясь. Тарлану он теперь напоминал пьяного матроса, но философ не решился поделиться своим наблюдением вслух.

- Я хотел бы уточнить, - высокий голос ифрита отдавал хрипотцой. – С магами не сталкивался уже лет двести. За это время люди изменили обычную Огненную стрелку? Теперь она так действует, да?

- Да, - Деметриос на миг задумался и кивнул. – Получается, что так. Я по-другому не умею.

- Ну личи, ну мерзавцы, обманули все-таки! – злобно процедил ифрит, покрываясь пятнами красного огня. – Им ни в чем нельзя верить. Сказали мне, что человеческие маги совсем ничего не умеют. А тут смотрите – они даже Огненную Стрелку улучшили!

Тарлан снова скромно промолчал. Он мог бы, конечно, сказать, что такую Стрелку ему ни разу в жизни не приходилось видеть, и что это не Стрелка вовсе, а непонятно что. Однако учитель философии знал, когда надо помалкивать. Некоторые из его предшественников именно так и делали: молчали всю жизнь, и их принимали за великих мудрецов.

- Я так и не понял, работает мое заклинание против ифритов или нет? – Деметриос задумчиво приложил палец ко лбу. – Учитель ведь сказал, что ифриты невосприимчивы к огню.

Фламер злобно посмотрел на юношу.

- Работает, - сказал он. – У меня такое чувство, что мою голову и остальные части тела поменяли местами. Я, конечно, вроде бы это исправил, но мне все равно кажется, что я уже думаю не головой.

Ифрит покрутил башкой, будто проверяя на месте ли она.

- Мне пора, - произнес Фламер после этого. – Я узнал все, и смысла задерживаться нет. Если каждый ученик Академии владеет таким заклинанием, то тут нам, ифритам, вообще делать нечего.

Пошатываясь на лету, он устремился прочь по коридору, но не стал сворачивать за угол, а скрылся в одном из ближайших помещений, пройдя через распахнутые двустворчатые двери. После его ухода остался лишь след из небольших желтых искр, который быстро погас.

- Там находится диск застывшей магмы, в той комнате, - произнес Тарлан, опираясь на стену, чтобы подняться. – Это особая магма, созданная Вечным Пламенем ифритов. Мы думали, что она уже давно утратила все свои свойства. И вот поди ты – ифрит обратился к ней и с ее помощью проник прямо в Академию. Я должен сообщить об этом. Иначе у нас тут получится проходной двор, ифриты будут шнырять туда и сюда.

- А это что? – Деметриос нагнулся и поднял красный медальон, который еще сохранял тепло от огня ифрита.

- Не знаю, - Тарлан бросил на находку быстрый взгляд и принялся отряхиваться от сажи. – Но ты отнеси эту штуку декану. Кстати, ты ведь шел на экзамен по философии?

- Да, - подтвердил Деметриос, вертя в руках медальон и прислушиваясь к тихому звону цепочки.

- На экзамен можешь уже не идти. Ты его сдал, - Тарлан закашлялся. - Как зовут тебя и твоего наставника?

- Меня зовут Деметриос, а учителя – Ралуант, - с недоумением ответил юноша. – Как сдал? Я же там даже не был!

- Только выдающийся философ способен сдать экзамен, даже не побывав на нем! – торжественно произнес Тарлан. – Поздравляю!

Деметриос заморгал от удивления. Он немного не так представлял себе обучение в Академии.

- Но я ничего не знаю о философии, - продолжал настаивать юноша.

- Я тебе открою большую тайну, только ты никому о ней говори, - прошептал Тарлан и даже оглянулся, чтобы убедиться, что никого поблизости нет. – Если человек способен прогнать ифрита, то ему никакая философия не нужна! Но тсс... об этом больше ни слова!

Деметриос спрятал медальон в карман черного сюртука.

- Но это не я один прогнал ифрита, а мы вместе прогнали, - произнес юноша.

Теперь пришел черед удивляться Тарлану.

- Как вместе? – переспросил учитель. – Я-то что сделал для этого?

- Вы его почти убедили уйти, а я лишь немного подтолкнул, - пояснил Деметриос, глядя на наставника чистым и честным взглядом. – Без вашей помощи ничего не получилось бы.

- Мне кажется, что ты переоцениваешь мои возможности как оратора, - Тарлан поднял кверху указательный палец и красноречиво потряс им.

- Да нет, все верно, - Деметриос смотрел на палец с большим интересом. – Это как с макаронами.

- С какими еще макаронами? – опешил Тарлан.

- Самыми простыми, - словоохотливо пояснил юноша. – Однажды нам в деревню торговец привез новую еду. Макароны назывались. Мы их сварили, все как положено.... Но потом староста долго пытался подцепить вилкой готовую макаронину. У него почему-то ничего не получалось. Но когда я взял вилку, то подцепил ей ту макаронину с первого раза. И я сразу понял, почему у меня получилось сразу. Потому что староста ее хорошенько утомил! Так и с ифритом. Вы его утомили, а я лишь....

- О боги! Что ты несешь, парень?! – Тарлан теперь воздел обе руки к небу. – Как можно утомить макаронину?

В это время из-за угла вышла толпа студентов в белых ученических халатах. Вновь прибывшие остановились, озадаченные видом повреженного коридора и своего учителя в обугленном пиджаке. Еще они пытались понять, какое жестокое и беспощадное сражение, произошедшее здесь, в конце концов привело к фразе «Как можно утомить макаронину?».

Деметриос последовал совету Тарлана и не стал продолжать свой путь на экзамен. Вместо этого юноша вернулся к декану и рассказал о появлении ифрита. Гициан незамедлительно устремился к месту действия, чтобы предотвратить дальнейшие вторжения.

- Я никогда не видел ифрита вживую, - произнес Ралуант, когда дверь за великим магом захлопнулась. – Как он вообще выглядел вблизи?

Деметриос озабоченно разглядывал свой черный костюм, который с каждым новым событием этого суматошного дня становился все более непрезентабельным.

- Он выглядел как обычное пламя, которое разговаривало. И у него не было никакого уважения к философии! Может, он сошел с ума? - юноша принялся отряхивать рукава. – Может, когда пламя сходит с ума, оно становится ифритом? Как вы думаете?

Ралуант только хмыкнул, подошел к столу декана и взял пачку исписанных бумаг.

- Тут нам принесли интересные отчеты, - мистик задумчиво разглядывал какую-то запись, сделанную черными чернилами. – Они касаются экзамена по математике на двенадцатую категорию мага. Здесь написано, что ты сдал этот экзамен....

Ралуан устремил на Деметриоса взгляд, полный недоумения.

- Я сдал, да? – оживился юноша. – Надо же! Я ведь совсем ничего в математике не понимаю.

Мистик смотрел на своего ученика так, будто видел его в первый раз.

- Но все-таки ты написал правильные ответы.

Деметриос перестал отряхивать рукава и улыбнулся.

- Так это мы поменялись. Математику на вампира. Атус мне сказал, что это выгодный обмен. Наверное на местных базарах их постоянно меняют друг на друга... Ну, математику на вампира.

Ралуан непонимающе наморщил лоб, но быстро догадался, что к чему.

- Этот Атус решил за тебя математику, а ты за это оторвал голову бедному Патилиусу? Ну знаешь! Если ты еще и философию сдашь таким же макаром, то....

Мистик развел руками, будто показывая, что нет никаких преград для человека, сдавшего философию.

- Ее-то я точно не сдал бы, - с искренней печалью произнес Деметриос. – Куда уж мне. Я в ней вообще ничего не понимаю! И если бы я пошел на этот экзамен, то меня бы прогнали наверное.

- Да, - Ралуант понимающе кивнул. – Я и сам философию сдал с третьего раза. Пришлось помучиться! А с тобой даже не знаю, как быть. Ты ведь слова забываешь!

- Забываю, - с еще большей печалью посетовал юноша. – Все сложные слова вылетают из моей головы. Я просто ничего не могу запомнить. Недавно я читал справочник по высшей магии. Там было столько хороших и умных слов! Я даже пару десятков записал, чтобы не забыть. Не помогло! Все вылетели из головы, кроме одного слова. Это был «Бульбулятор»!

- Бульбулятор? – изумленно повторил Ралуант. – А что это слово делало в книге по магии? Оно означает, если не ошибаюсь, устройство для курения всякой дряни.

- Но оно было в книжке, - со вздохом произнес Деметриос. – Его написал на полях какой-то хулиган. И я запомнил только его.

- Вот что, - Ралуант решительно махнул рукой. – Мы с тобой будем заниматься философией. День и ночь! Пока ты хоть что-то не запомнишь. А потом я нажму на нужные рычаги, пройдусь по своим связям и все получится. Пусть у нас уйдет на занятия хоть целый год, ничего!

- Так это..., - Деметриос посмотрел на своего учителя чистым и ясным взглядом. – Я уже ее того... Ну, сдал.

- Как сдал? – мистик тяжело оперся о спинку красного кресла и машинально зашарил рукой по обшивке. – Как... тебе это удалось?

- Не знаю, - искренне ответил юноша. – Тарлан сказал мне не приходить, что он все зачтет. Сказал, что если человек может прогнать ифрита, то философия ему ни к чему. Но это тайна! Хотя какие у меня могут быть тайны от моего учителя?

Ралуант ничего не произнес, а просто задумчиво смотрел на ученика.

- Получается, - продолжал говорить Деметриос, - что философия нужна только тем, кто не способен прогнать ифрита.

Мистик потер виски круговыми движениями указательных пальцев. Ему все больше казалось, что цепь недавних немыслимых событий произошла не просто так, а по каким-то причинам, пока неизвестным.

- Кстати, я забыл спросить, а что это такое? – Деметриос достал из кармана красный медальон и протянул его учителю. – Эта штука висела на шее у ифрита.

- О-о! – глаза Ралуанта засияли от восторга. Он даже перестал думать о злополучной философии. - Медальон Пекана!

Мистик бережно взял блестящий кругляш и взвесил его на ладони.

- Любопытственно. Зачем ифриту эта вещь? Она же для связи. Очень древний амулет, редкий и дорогой. С кем ифрит связывался?

Деметриос с удовольствием помог бы учителю в его размышлениях, если бы знал чем. Но юноша все равно попытался.

- Может, ифрит носил медальон на память? – предположил он. – Бабушка могла подарить или младшая сестренка.

Ралуант хмыкнул и несколько раз провел пальцем по узорам медальона.

- Сейчас мы узнаем, что это за бабушка такая.

Мистик поднял с пола свою белую холщовую сумку и достал хорошо знакомый Деметриосу мел синего цвета – «Морской камень». Далее Ралуант отодвинул угол красного пушистого ковра и прямо на паркете нарисовал небольшой круг. Медальон лег рядом с этим кругом.

- Посмотри на медальон и подумай о том, где находится такой же, его брат-близнец, - мистик обратился к юноше. – Видишь эти узоры? Они похоже на бабочку. Есть только два медальона с такими же узорами. Пекан всегда делал одинаковые пары. С их помощью можно общаться друг с другом, независимо от расстояния. Но мы не будем говорить с владельцем другого амулета, а просто подглядим, чтобы узнать, где он и кто он.

Деметриос попытался сосредоточиться. Задача выглядела простой, ведь медальон был перед глазами. Юноша невольно отвлекался лишь на мысли о создателе столь интересных связующих вещей.

Вскоре синие блики побежали на паркету, очерченному мелом. Ралуант наклонился вперед, черты его лица заострились от любопытства. Паркет на глазах становился прозрачным и вскоре учитель и ученик увидели ровный серый камень, лежащий на траве. По гладкой поверхности камня курсивом шла надпись: «Здесь лежит Пекан, великий артефактор. Он создал много устройств, но оказался бессилен перед устройством нашего мира, где мы живем, лишь пока смерть добра к нам».

- Н-да, - произнес Ралуант, повернув голову к яркому окну, полному солнца. – Это немного не то, что я ожидал. Похоже, ты подумал о самом Пекане, а не о втором медальоне. Попробуй еще раз.

Мистик стер ногой часть круга и камень исчез, уступив место обычному паркету. Потом Ралуант обновил мелом линию, а Деметриос снова сосредоточился. На этот раз блики появились быстрее.

Учитель и ученик наклонились над полом и вскоре увидели призрачную цепь, тянущуюся прямиком к золотому трону, на котором восседал человек с бледным лицом.

Ралуант быстрым движением стер часть круга и изображение пропало.

- Заусао, - с отвращением произнес мистик. – Так вот кто науськивал на нас ифрита. Подожди здесь, Деметриос. Я должен найти Гициана. Похоже, ситуация хуже, чем я думал. Ифрит – это неспроста. Заусао готов переходить к немедленным действиям. Великим магам Академии не удастся отсидеться.

Когда учитель ушел, Деметриос взял мел, оставленный на столе Ралуантом, и бережно сложил его в белую холщовую сумку. Юноша хотел сунуть туда же медальон, но узор заинтересовал его. Красные линии действительно походили на бабочку. Деметриос принялся водить по ним пальцем, как это прежде делал Ралуант. Узор был выпуклым и очень гладким.

Неожиданно для себя Деметриос нажал на небольшой выступ, расположенный на краю медальона. Что-то щелкнуло, и красная крышка тут же откинулась. Из раскрывшегося медальона заструился поток яркого света, который сверкал и переливался, пока наконец не сложился в человеческое лицо. Деметриос чуть не выронил медальон от удивления.

Лицо тоже недоуменно нахмурило брови, но даже этот жест не смог скрыть маску равнодушия, которое пронизывало и выражение глаз и форму губ.

- Это еще что? – в кабинете декана зазвучал хорошо поставленный тенор. – И где Фламер?

- А Фламер вышел, - ответил юноша, пристально разглядывая бледное лицо. – Он был тут, но вышел.

- Куда вышел? – собеседник нахмурился еще больше.

- Неизвестно, но его уже нет, - Деметриос быстро справился с удивлением и принялся охотно говорить. – Он сказал, что не хочет тут оставаться, потому что все узнал. Эх, вот незадача! Я только сейчас сообразил, что его нужно было расспросить поподробней. Мне ведь ни разу не доводилось сталкиваться с тем, кто все знает! Два года назад я потерял брошь тетушки Лайзы. Надо было спросить у Фламера, где она, куда закатилась.

Губы на лице Заусао поджались, прежде чем раздался ответ.

- Что ты мелешь, человек? Ты шутки шутить со мной вздумал? – голос пронесся по кабинету и слабым эхом отразился от стен.

Юноша медленно покачал головой, словно осуждая собеседника за вопрос.

- Все почему-то часто думают, что я шучу. А если я не шучу? – горестно ответил Деметриос. - Если брошь действительно пропала? Между прочим, тетушка Лайза на меня две недели обижалась после этого! Какие тут могут быть шутки? Я вообще всегда серьезен.

Глава девятнадцатая, в которой Нубиус строит карьеру

Заусао захлопнул медальон и окинул тяжелым взглядом замшелые стены замка, своих подопечных зомби и несчастного Бенуа.

- Люди потеряли всякий страх, обнаглели от спокойной жизни, - голос архилича был, как обычно, ровным и тихим. – Они стали как комнатные собачки. Лают из безопасного укрытия, а на улицу не выходят.

- Этот выходит, - Бенуа во время разговора между Заусао и Деметриосом не проронил ни слова, а лишь наблюдал с недоуменно-настороженным выражением лица. Ему оставалось лишь догадываться о том, как юноша завладел медальоном, и эти догадки были печальны.

- Кто выходит? – переспросил Заусао.

- Деметриос. Вы только что говорили именно с ним. Он не только выходит из дома, но и проводит много времени на улице. На мой взгляд, лучше бы он поменьше гулял, - Бенуа выглядел весьма озадаченным.

- Хм, - Заусао прикоснулся бледными пальцами к прозрачной цепи, обвивающей подлокотник трона. – Я представлял его другим. Не таким юным. Как ты считаешь, нам удастся заманить его сюда?

Бенуа от неожиданности несколько раз моргнул. Ему почудилось, что он ослышался.

- Господин... может, нам и удастся его заманить, но... зачем? Деметриос опасен!

Заусао улыбнулся тонкой едва заметной улыбкой.

- Я уже даже забыл, когда в последний раз кто-то предупреждал меня об опасности. Я – архилич, повелитель неживых! Кто может мне угрожать? Человек? Маг? Я все время преумножал свое могущество. Даже великие маги, объединившись, не смогли уничтожить меня, а просто заточили. У меня нет врагов, которые бы справились со мной.

Бенуа хотел поспорить, даже открыл рот, но не решился ничего сказать и сомкнул губы, не произнеся ни слова.

- Если мы заманим Деметриоса сюда, я смогу освободиться раньше срока, - Заусао продолжал улыбаться холодной улыбкой. – Это место опутано магией, которая находится в равновесии. Если к нам заглянет могущественный маг, то само его присутствие повлияет на магический баланс. Он слегка сдвинется, а мне многого и не надо. Конечно, мага, находящегося в своем уме, будет трудно заманить. Но Деметриос, как я понял, - другое дело. Он выглядит доверчивым. Вопрос лишь в том, насколько велико его могущество. Хватит ли его, чтобы я стал свободным? Мне кажется, что хватит. Даже маг среднего уровня не смог бы совершить то, что сделал он по твоим описаниям. Любой был бы мертв, а он жив! К тому же, Деметриос храбр, ему не страшны трудности. Он слишком самоуверен, что тоже нам на руку. Но как его заманить?

Бенуа потрепал свою недавно приобретенную рыжую бороду. Лич хотел ее подстричь, но из-за непрекращающейся суматохи все откладывал это мероприятие.

- Так вы думаете, что Деметриос – очень могущественный маг? – Бенуа уже знал ответ на этот вопрос, но хотел посеять зерна сомнения в мысли своего господина. Деметриос не нравился личу.

- А кто же еще? – Заусао пожал плечами и призрачные цепи слегка сдвинулись. – Я встречал лишь двоих, способных выдержать удар обсидианового кинжала. Оба были великими магами.

- Они еще живы?

- К счастью, нет. Один погиб в сражении со мной, а другой сошел с ума и создал армию боевых енотов. После этого его уничтожили собственные друзья и коллеги. Люди - такие паникеры. Когда они видят любого чудака, то первым делом оценивают, опасен он или нет. И горе тому, кто не будет казаться безобидным.

Бенуа посмотрел на узкие окна замка, через которые вливался серый свет, и решился произнести:

- Думаю, что заманить сюда Деметриоса проще простого.

***

Деметриос провел в Академии целых два дня. Он осмотрел все: и большие аудитории, полные скамеек, и библиотеку, забитую фолиантами до самого потолка, и тренировочные залы, где учились боевой магии. Деметриос удивлялся не только чудесным новинкам, но и тому, что за эти два дня ни разу не остался в одиночестве. С ним все время кто-то был из преподавателей или старших студентов. Юноша не подозревал, что декан распорядился не спускать с гостя глаз во избежание скандальных происшествий.

На третий день прибыл господин Мегг и привел с собой Люси и Нубиуса, причем сыщик понятия не имел, что вместе с ним путешествует знаменитый вор.

- Ралуант, любезный друг, наконец я вас отыскал! – воскликнул господин Мегг, когда встретил мистика прямо на белой мраморной площади напротив главного здания. – Я-то уж отчаялся, никто не знал, куда вы подевались. Но стало ясно, что после случая с черным драконом вас нужно искать здесь и нигде больше! Ну-с, как поживаете?

Ралуант поправил воротник скромного серого халата и горько усмехнулся.

- Поживаем как обычно. Отрывам головы вампирам, изгоняем ифритов и ведем беседы с Заусао. А что у вас нового?

Мегг широким жестом показал на свою свиту, состоящую из осла и таинственной особы в желтом крытом паланкине, который держали четверо крепких носильщиков.

- Я привел Люси. И еще баронессу Растак. Думаю, что Деметриос будет рад своему ослу. Хотя насчет баронессы не ручаюсь. Она тоже прибыла к нему. У нее какое-то дело к нашему подопечному.

Мегг наклонился и быстро шепнул:

- Эта баронесса – препротивная особа. Такая капризная! Ничем ей не угодить! За все время она так и не вышла из паланкина. Зато командует оттуда – будь здоров.

Сыщик выпрямился, одернул свой черный сюртук и более деловым голосом поинтересовался:

- А что за беседы с Заусао? Кто их ведет?

- Деметриос, кто же еще? Он сказал, что Заусао плохо воспитан.

Мегг нервно усмехнулся.

- Мы-то думали, что архилич, повелитель неживых, - враг рода человеческого. А оказывается, он плохо воспитан. Надо же! Я считаю, что юноша...

Договорить сыщику не дали.

- Где Деметриос?! – раздался скрипучий старушачий голос из паланкина. – Я желаю его видеть!

- Да подождите, баронесса! – отмахнулся Мегг. – Тут важные дела.

- Чего еще ждать? Я, может, всю жизнь жду! – голос из паланкина просто взревел. – Вы знаете, как тяжело живется женщинам? Того подожди, этого... То жениха, пока он разбогатеет, то мужа, чтобы он вышел из тюрьмы и наконец украл что-нибудь приличное, то любовника, чтобы он выиграл в карты и пришел с выигрышем к тебе, а не к твоей соседке. У нас, у женщин, вся жизнь так проходит. Мы ждем мужчин и деньги. Вернее, мужчин с деньгами. Некоторые не дожидаются и выходят замуж за нищебродов. Плодят нищету! А потом нищета вырастает, превращается в девицу и тоже принимается ждать. А вы, мерзкое мужичье, вместо того, чтобы побыстрее переписать завещание на вашу женщину и со спокойной совестью сьесть отравленный суп, решаете какие-то дела. Да что может быть важнее того, чтобы немедленно дать женщине то, что она хочет?

- Вот увязалась, - вздохнул Мегг, обращаясь к Ралуанту. – Вы только послушайте, что она несет. Баронесса ведь получила свой титул не по замужеству, а от короля за особые услуги. Она мне показала указ. Даже страшно представить, что это были за услуги такие.

- Люси! – Деметриос вышел из здания Академии и осел понесся к своему хозяину, выбивая четкий ритм по мраморной мостовой.

Пока юноша трепал животное за холку, из паланкина тяжело вылезла грузная дама в черной плотной вуали и платье такого же цвета. Она раздраженно ударила клюкой одного из носильщиков, который хотел помочь хозяйке и взять из ее рук саквояж, а потом направилась к Деметриосу.

Юноша сначала не обратил на женщину внимания, будучи поглощен чесанием Люси за ухом. Однако баронесса была не из тех, кто скромно стоит в стороне и ждет, когда их заметят.

- Благодетель! – быстро шепнула она, оглядываясь, чтобы убедиться, что их не подслушивают. – Я пришел, чтобы узнать, какие у тебя планы.

Деметриос обернулся и с удивлением уставился на закутанную в черную ткань особу.

- Планы? – переспросил юноша. – Очень простые. Я собираюсь стать магом.

Загадочная дама сунула руку под вуаль, чтобы почесать макушку под шляпкой.

- Я не знаю, что это означает, о благодетель, но я лишь хотел уточнить, стоит мне следовать за вами или уже нет? Замок уже принес неплохой барыш. Я не только забрал все подсвечники, но и нашел целый тайник, набитый золотом и драгоценными камнями. Если вы не собираетесь разгромить еще один такой замок, то думаю, мне пора на покой. У меня много врагов, завистников и дальних родственников, которые так и мечтают прикарманить мои сбережения. Я считаю, что уже не стоит рисковать.

- Я не собираюсь громить никакие замки, - Деметриос недоуменно приподнял светлые брови. – А почему вы говорите о себе так, будто вы – мужчина?

Дама еще раз оглянулась.

- Потому что я и есть мужчина, а платье – маскарад. В том тайнике был королевский указ о том, что госпожа Растак получает титул баронессы. И я подумал, что наконец мне улыбнулась удача. Почему бы не стать баронессой? Я слышал, что некоторые люди становятся даже королями, если повезет. Мне повезло стать баронессой!

- Но вы мужчина, - возразил Деметриос, перестав даже поглаживать загривок Люси. – Королями ведь становятся тоже мужчины. А женщины – королевами.

- Это такие мелочи, - всплеснул руками Нубиус. – От баронессы до барона гораздо ближе, чем от вора до баронессы. Я собираюсь медленно расти по служебной лестнице, чтобы не привлекать внимания. Так все делают. Титул баронессы у меня уже есть, значит, потом я стану бароном, затем – графиней, потом – графом, немного погодя - герцогиней и, кто знает, может так и до герцога доберусь.

- Я даже не думал, что это возможно, - Деметриос озадаченно нахмурился.

- Все возможно в этом мире, если знать, где прячут документы, - Нубиус глубокомысленно поднял палец.

Вор слегка взмахнул своими юбками и сделал шаг назад, к паланкину.

- Прощайте, благодетель, может, мы еще свидимся, - Нубиус потряс саквояжем, от чего там отчетливо звякнуло глухим звоном плотно уложенных золотых монет.

- Уже уходите?! – с облегчением крикнул вслед даме господин Мегг. – Слава богам! Я имею в виду, счастливого пути!

- Прощайте и вы, сыщик, - Нубиус явно находился в благодушном и сентиментальном настроении.

- Право же, если бы у меня был букет цветов, то я бы подарил его вам на дорожку, - Мегг был явно обрадован расставанием со знатной дамой.

Нубиус услышал, раздвинул желтые шторки паланкина и заорал, что было сил:

- Для нас, женщин, главное не подарок, а внимание! Мужчина должен быть внимательным к тому, что мы хотим. И нам не нужны цветы, если мы хотим золото и бриллианты или белую карету с лучшими лошадьми. Внимание – вот что нужно женщинам, а не всякие там подарки.

И после этого знаменитый вор отбыл.

- Я избавился от нее наконец, - с облегчением вздохнул господин Мегг. – Сейчас прозвучала лишь малая часть той чуши, которую мне пришлось выслушивать. Я почти уверен, что эта новоиспеченная баронесса выросла в каком-то притоне. Но не будем о ней, а то настроение портится. Лучше поговорим о Деметриосе.

Оба и Мегг и Ралуант взглянули на юношу, который неподалеку чесал осла за ушами.

- Я ведь дождался возвращения гонца, которого отправлял в деревню. И знаете, все подтвердилось. Дела обстояли именно так, как Деметриос рассказывал. Его нашли в лесу и растили как могли. Староста сообщил, что вокруг деревни на многие мили не осталось ни одного враждебного существа. Все более-менее разумные твари обходят ту местность стороной. На гонца же на пути туда напали разбойники. Но когда они узнали, куда он направляется и что везет послание к жителям деревни, то подняли его, отряхнули, сказали, что пошутили и просили никому о них там не рассказывать. У деревни сложилась зловещая репутация в криминальных кругах. Кстати, они ведь написали ответ на письмо Деметриоса!

Господин Мегг извлек из черной сумки лист бумаги, сложенный вчетверо.

- Деметриос! Деметриос! Иди скорее сюда! Тебе письмо! – сыщик говорил громко и в такт словам размахивал бумагой.

Юноша поднял голову, увидел письмо и быстро подошел. Осел двигался за ним, что-то задумчиво пожевывая.

- Вот! Держи, - бумага перекочевала в руки юноши.

- Это от твоей тети, - пояснил господин Мегг. – Гонец вернулся, он побывал у тебя в деревне.

Деметриос улыбнулся, быстро развернул письмо и принялся читать вслух:

- Здравствуй, Деметриос! Пишет тебе тетя Лайза. Мы все очень рады, что ты здоров и немного огорчены количеством твоих врагов. Это ведь ужасно! Староста прочитал письмо, пересчитал твоих врагов и сказал так: «Бедный ребенок, ему там может быть скучно». Я сказала, что ты наверное о многом не написал, и на самом деле врагов было больше. Мы все хорошо знаем, как ты любишь преследовать вампиров. Скажи, скольких удалось встретить?

Мы долго гадали над тем, кто такой царь леса и почему он выглядел как зеленая обезьяна. Полли сказала, что все заколдованные принцы превращаются в обезьян, если их не расколдовать вовремя. А староста сказал, что расколдовывать принцев в наше время никому неинтересно, и что скоро везде будет полным-полно зеленых обезьян.

Юноша оторвал взгляд от письма и с недоумением посмотрел сначала на Ралуанта, а потом на господина Мегга.

- Почему никому неинтересно в наше время расколдовывать принцев? – спросил Деметриос.

Ралуант пожал плечами, а Мегг ответил.

- Потому что все хотят принца, уже готового к использованию, - произнес он с едва заметной усмешкой. – Чтобы не возиться с расколдовыванием. Это твой староста так пошутил.

Деметрис непонимающе кивнул и продолжил чтение:

- А от всяких тигриц я советую тебе держаться подальше. И особенно – от заек. Тигрицы опаснее в лесу, а среди людей – зайки. Насчет своей новой черной куртки не переживай. Я попробую ее зашить, поставлю заплатки, у меня где-то оставался кусок белой простыни, которую моей бабушке подарили на свадьбу. С голосами из кустов я тоже хорошо знакома. Мой покойный дядя, когда выпивал, падал в куст, лежал там и мог даже что-то говорить. Тебе тоже привет от всех, Деметриос! Мы ждем тебя в гости! Кстати, когда будешь преследовать вампиров, берегись, ведь придется быстро бежать. Тогда ты надевай шарфик, а то простудишься. Твоя тетя Лайза.

- Ответ такой же, как и письмо Деметриоса, - заключил господин Мегг, покачивая невысоким черным цилиндром на голове. – Они к Деметриосу все так привыкли, что даже пишут точь в точь как он. Или от них все пошло? Загадка!

Солнце вышло из-за туч и мрамор площади заискрил и засиял так, что пришлось щуриться. Студенты сновали туда-сюда и недоуменно оглядывались на осла и двух людей в черных строгих сюртуках: господина Мегга и Деметриоса.

- Хорошо, что вы прибыли сегодня, - произнес Ралуант, пока юноша перечитывал письмо, на этот раз про себя. – Гициан хотел устроить небольшое совещание. Великие маги академии наконец прониклись серьезностью ситуации и начали думать, что делать с Заусао. Хотя мне кажется, что они собираются болтать, а не предпринимать хоть что-то. Идемте! Может мы вдвоем расшевелим здешнее болото.

Но даже таким простым планам Ралуанта не суждено было сбыться. Только вся компания развернулась, чтобы идти внутрь здания, как воздух прямо посередине площади стал сгущаться.

Темно-синее облако образовалось очень быстро и буквально из ничего. Сначала оно напоминало по размеру слона, но постепенно уплотнилось до величины человеческого роста. Его цвет тоже изменился, потемнел и, в конце концов, стал совсем черным.

Присутствующие наблюдали за метаморфозами облака с нескрываемым интересом и задрав головы. Даже Люси поглядывала вверх, забывая пожевывать пучок травы.

Тем временем облако приобрело явственные очертания человеческой головы.

Опытные маги сразу поняли, что происходит что-то нехорошее. И действительно голова стала удивительно похожей на Бенуа. Маги не знали его новое лицо, но этого и не нужно было, потому что он представился сам.

- Слушайте, смертные! – звучный голос был отлично слышен во всех закутках Академии. – Я – лич, и принес послание от великого господина Заусао. Повелитель неживых желает сразиться с Деметриосом. Вы наверное удивляетесь, почему великий Заусао решил бросить вызов ученику вашей Академии, а не какому-нибудь великому магу. Однако то, что Деметриос – просто ученик, доказывает,

что глупость и бюрократия погубят человечество. Хотя, конечно, горевать тут особо не о чем. Итак, это будет поединок по всем правилам вашего рыцарства. Что тоже дурость, разумеется, но ничего не поделаешь. Деметриос войдет в наш мир и сможет использовать любое оружие, что захочет, против великого господина Заусао. Я думаю, что ваших умений хватит, чтобы отправить Деметриоса к нам. А если не хватит, то мы поможем. Пусть поединок состоится завтра. Но если у ваших магов есть неотложные дела, например, дать кому-то взятку или принять новый закон, который бы им самим позволил брать взятки, то поединок можно перенести. До встречи, смертные!

Маги и ученики, толпившиеся на площади, замерли в изумлении. Все сдвигали брови, чуть ли не синхронно, и гадали о том, столкнулись ли они с массовой или личной галлюцинацией. Только господин Мегг хладнокровно приподнял цилиндр и пригладил волосы.

- Вот это поворот, - произнес Ралуант, ни к кому толком не обращаясь. – Я не думал, что они способны спроецировать голову лича прямо над Академией... Кстати! Как Заусао может сражаться, если он прикован? Или он уже освободился? Я что-то не пойму.

- Нам придется с этим разобраться, - сыщик водрузил цилиндр на прежнее место. – И заодно с поединком. Я не думаю, что Деметриосу стоит принимать этот вызов.

***

Буквально через час собрание лучших магов Академии было в самом разгаре. Деметриос сидел за столом в огромном зале. Перед ним на красных бархатных креслах восседало около двадцати магов. А рядом, за тем же столом, находились Гициан, Ралуант, господин Мегг, маг первой категории Цуг, который заведовал хозяйственной частью Академии, и почтеннейший ректор Балуан.

- Мы не знаем, как быть, - Гициан взял слово. Его фиолетово-золотистый халат смотрелся ярким пятном на фоне одеяний соседей. – Если Заусао вызвал Деметриоса на поединок, получается, что архилич свободен или скоро будет свободен. Иначе в чем смысл вызова? Наши мистики даже предполагают, что как только Деметриос пересечет границу миров, ослабевшие цепи Заусао падут. Тогда выходит, что мы сами освободим нашего врага. Но, с другой стороны, ему все-таки придется сразиться с Деметриосом. В любом случае. И здесь возникает другой вопрос, очень простой. Кто победит?

- Я немного не понимаю..., - с одного из бархатных кресел поднялся пожилой маг в синем халате. – А кто такой Деметриос? Вы простите, я только что прибыл. Мне сказали, что он – ученик. Что-то я не представляю, как ученик может сразиться с Заусао. Нет, конечно, он может, но бой получится очень коротким.

Гициан кивнул на юношу, который сидел справа от декана.

- Вот наш Деметриос, уважаемый господин Пачуч. И это особый ученик. Мы не уверены, что бой получится коротким.

- Но как это возможно? – участник собрания в синем халате не спешил усаживаться назад. – Если даже опытный маг проиграет в схватке с самим архиличем.

- Мы не знаем, как это возможно, - терпеливо объяснил Гициан. – Мы на данный момент вообще мало что знаем. Однако до сих пор Деметриос не проиграл ни разу. Последний его бой был с ифритом. Их князем! Фламер бежал.

Ропот пронесся по залу. Не все присутствующие решились бы бросить вызов князю ифритов.

- И вот Заусао сформулировал весьма простые условия поединка, - продолжил Гициан. – Он предложил Деметриосу явиться завтра в Мир Призрачной Цепи и взять с собой любое оружие. Абсолютно любое, без ограничений. Что говорит, конечно, о том, что Заусао уверен в победе. Однако у нас есть варианты. Например, мы можем направить туда не только Деметриоса, но и несколько великих магов. Из тех, кто согласится, конечно. Но даже при этих условиях я не уверен, что мы победим. Заусао вовсе не утратил своих сил, а просто долгое время ждал, пока ослабнут цепи. Я думал, что этот момент настанет еще не скоро, но мой друг Ралуант оказался прав. Момент уже настал! Заусао вот-вот вырвется в наш мир. А ведь у нас, у людей, нет уже такого сплочения как раньше. Прежние империи развалились на мелкие королевства, маги погрязли в бумажной волоките, никто не хочет заниматься черновой работой. Ни для кого не секрет, что чтобы получить очередную категорию, вовсе не обязательно тренироваться. Достаточно иметь знакомства или деньги. Этот лич, который передал вызов, в чем-то прав. У нас почти не осталось хороших бойцов. И даже такие, как я, любители состязаний, давно уже не рискуем, а просто усиливаем зрелищность поединков с известным исходом. Мы ведь все драпали от черного дракона, вместо того, чтобы принять бой! Я вообще не уверен, что нам удастся собрать сильную армию против Заусао. Скорее, это будет показуха, как обычно. Вы простите, что я так говорю, но наконец пришло время сказать правду. Заусао был способен за сутки поднять сотни зомби, создать десятки вампиров и несколько личей. Через месяц он станет непобедим. А за этот месяц мы даже не успеем договориться с соседями.

- Гм, - ректор Балуан прокашлялся в густую квадратную бородку.

Старик предпочитал халаты вообще не носить и сейчас щеголял в белом костюме-тройке и розовом галстуке.

- Вы, конечно, немного сгустили краски, Гициан, но в целом все верно. Хотя мы в пылу обсуждений забыли о самом главном – спросить Деметриоса, а что он обо всем это думает.

Юноша, до этого погруженный в изготовление бумажной лягушки из дорогущих белых листов, поднял голову и его глаза засияли.

- Если уж ехать на поединок, то как настоящий рыцарь! – сказал Деметриос с восторгом. – Я всегда об этом мечтал. Ну, чтобы в доспехах, с копьем и на коне! Хотя, конечно, в доспехах жарко и они гремят. Но это ничего. Если мне дадут белую холщовую рубашку, то я просто нарисую на ней доспехи. Так и поеду. Копье для меня тоже ни к чему. Я видел такие длинные складывающиеся зонты. Вот его можно взять. Зонт гораздо полезнее, чем копье, ведь может пойти дождь.

Ралуант закрыл лицо руками, господин Мегг заулыбался, а остальные, не знакомые с речами Деметриоса, застыли в оцепенении.

- А лошадь все-таки пригодится? – поинтересовался сыщик, пытаясь тщетно спрятать улыбку. – Я думаю, что ее может быть трудно протащить в мир Заусао.

- Да? – с разочарованием спросил Деметриос. – Ну, если трудно, тогда обойдусь без лошади. Дайте хотя бы седло. Я понесу седло, и Заусао подумает, что у меня есть лошадь, просто где-то привязана. Когда мне попадаются навстречу люди с седлом, то я всегда отношусь к ним уважительно. Понятно же, что они – почтенные владельцы лошади. Вот и Заусао так решит, глядя на меня с седлом.

Буквально через пару минут всеобщего молчания заведующий хозяйственной частью справился с изумлением и взял слово.

- Итак, если я правильно понимаю, то Поединщик от Академии пойдет на битву с архиличем, оснащенный холщовой рубахой, раскрашенной под доспехи, а также с зонтом и седлом? – голос спрашивающего звучал так, будто его обладатель утратил способность различать сон и реальность.

Ралуант осознал, что уже терять нечего, оторвал руки от лица и произнес:

- Если ему хочется так, то пусть будет. У Деметриоса скромные желания.

Гициан поднялся с места и взмахнул свитком, перевязанным золотистой тесьмой.

- В связи с тем, что разговор зашел о Деметриосе, я хочу сделать объявление. При любом развитии событий получится нехорошо, если он выйдет на поединок в качестве ученика. Деметриос отлично сдал экзамены на математике и философии. Правда, практические навыки владения магией мы не успели проверить, но все знают, что тут может быть исключение, не обязательно так уж хорошо владеть магией, чтобы стать магом, в отличие от математики и философии. И потому мы с господином ректором приняли решение о присвоении Деметриосу звания мага начальной двенадцатой категории.

Все присутствующие в зале одобрительно заулыбались, а юноша вскочил и замахал руками.

- Я буду магом?! – вскричал он, опрокидывая графин с водой. – Вот это да! Не ожидал, что так быстро получится! Это же так трудно – быть магом. Маги ведь очень сильны! Они владеют могущественными заклинаниями и служат образцом поведения для обычных людей. На магов мы все равняемся!

«И он опять валяет дурака, - подумал господин Мегг. – Потешается. Узнать бы, зачем».

- Тогда я встречусь с этим... с Заусао как можно скорее, - Деметриос продолжал размахивать руками. – Я ведь стал магом! А значит, благородные дела зовут меня вперед! Значит, мне что-то нужно сделать для людей! Немедленно! Помочь как-то... Чтобы быть достойным высокого звания мага!

«Вот дает. И лицо такое серьезное», - снова подумал господин Мегг.

- Подождите, - Гициан успокоительно кивнул и переложил свои бумаги подальше от лужи воды из графина. – Мы еще не выбрали великих магов для сопровождения. Приглашения только разосланы...

Ралуант вдруг встрепенулся. Его посетила неожиданная мысль, разом отвлекшая от проделок Деметриоса.

- А что, если Заусао только этого и ждет? – спросил мистик. – Вдруг ему нужны именно великие маги? Какой Заусао прок от Деметриоса, который и заклинаний-то толком не знает? Никакого! А теперь представьте, если Заусао сумеет убить одного или двух великих магов и поднять их в качестве личей. Что тогда будет? Катастрофа! Вдруг он готовится именно к этому?

Разом стихли и перешептывания и вообще всякое движение в зале.

- Это серьезный аргумент, - задумчиво произнес Гициан. – Такое развитие событий мне не приходило в голову... Что вы тогда предлагаете?

- Подготовить армию. Но туда ее не посылать. Подготовить и ждать, пока Заусао сам выйдет.

Ралуант с печалью посмотрел на муху, пролетевшую над его головой.

- А как же Деметриос? – Гициан моментально убил муху на лету образцовой маленькой Огненной стрелкой. – Что с ним?

- Деметриос уже маг, а не ученик. Он сам решает, - буркнул Ралуант. – Я могу лишь советовать. Что ты думаешь о поединке, Деметриос?

Юноша же не сводил глаз со свитка, который Гициан все еще держал в левой руке.

- Я не могу отказаться. Меня впервые вызвали на поединок как положено, по имени, - с гордостью произнес Деметриос.

- Что ты имеешь в виду? – Ралуант нахмурился.

- Обычно меня вызывали на поединки иначе, - юноша вздохнул. – Вот, например «Эй ты, иди сюда!», «Кто еще сидит в избе?», «Кого я забыл прихлопнуть?» или «Если ты не освободишь дорогу, то встретишься со своей бабушкой». А часто просто рычали, визжали, вопили и бросались даже без предупреждения. И хоть бы кто-нибудь, хотя бы один-единственный раз сказал мне «Деметриос, защищайся! Я сейчас подойду и сзади ударю тебя дубиной по голове».

- Я думаю, надо подождать с поединком, - сказал Гициан и переглянулся с Ралуантом. – Если Заусао дать дубину, то он тоже ударит сзади без предупреждения.

Могущественные, но осторожные маги согласились с деканом, что лучше бы с поединком не спешить. И только господин Мегг подозревал, что не так все просто, и что это собрание на самом деле ничего не решает.

Глава двадцатая, в которой Деметриос становится не только магом, но и рыцарем

Деметриос двигался по коридору Академии, весело и энергично размахивая свитком, перевязанным золотистой тесьмой. Юноша улыбался, а тесьма билась о бумагу, издавая приятный мерный стук. Позади Деметриоса шел старший ученик Макрус, которому было поручено следить за перемещениями новоиспеченного мага и предотвращать убийства учебных вампиров и прочие беспорядки.

Фиолетовые магические лампы, расположенные на потолке, освещали коридор холодным синим светом. Макрус зорко следил за черной спиной своего подопечного, но учеником двигало не чувство ответственности за порученное дело и даже не зависть к успехам таинственного юноши. Нет, его направляли совсем другие мотивы.

- Деметриос! – окликнул ученик своего подопечного. – Я слышал, что есть медальон, который позволяет вызвать самого Заусао.

Юноша обернулся. Судя по его приподнятым бровям, он был так увлечен свитком, что не замечал следующего за ним ученика.

- Да. Есть. Он лежит в кабинете декана. - Деметриос вытянул руку в сторону ближайшего поворота, где в нише стояла мраморная статуя одного из магов прошлого. – Хочешь посмотреть?

Макрус энергично кивнул, и юноша без лишних раздумий отправился прямо в логово Гициана.

Кабинет выглядел так, будто его хозяин вышел на минутку и вот-вот вернется. На одном из мягких кресел покоился роскошный черный халат с золотистой вышивкой, а на столе лежали неровные стопки исписанных листов.

Деметриос подошел к желтому деревянному шкафу, украшенному завитушками, открыл стеклянную дверцу и вытащил медальон.

- Он мой, - пояснил юноша. – Это ведь я его нашел. Гициан сказал, что я могу им пользоваться, если надо, но пусть пока он полежит здесь. Смотри! Если нажать на этот выступ, то появится Заусао!

Макрус с уважением посмотрел на магическое устройство. Ученика заранее тщательно проинструктировали, как обращаться с медальоном.

- А разве декан не боится оставлять такую ценную вещь без присмотра? – вкрадчиво поинтересовался Макрус, поглаживая двумя пальцами свой аккуратно выбритый затылок. – Вдруг возьмет кто?

- Да кому он нужен! – Деметриос взмахнул свитком так, что чуть не разбил стеклянную дверцу шкафа. – Он же только для разговоров и годится. Кому захочется лишний раз видеть Заусао? Он невоспитанный.

Макрус промолчал. Ученик знал то, о чем не догадывался даже Гициан. Брат-близнец медальона пробыл у Заусао достаточно долго, чтобы архилич разобрался в его устройстве и мог внести свои изменения. Теперь Макрусу осталось дело за малым – активировать и этого «близнеца», который принадлежал Деметриосу.

- А можно его подержать? – Макрус вытянул слегка дрожащую руку.

- Сколько угодно! – Деметриос отдал медальон и отвернулся, чтобы аккуратно прикрыть шкаф. – Можешь даже с Заусао поговорить. Скажи ему что-нибудь веселое. А то за все время разговора со мной он ни разу не улыбнулся. Хотя я ему рассказал смешную историю о том, как наш староста назвал молодого петуха «Архилич». А петух сразу взял да и помер. Наверное, имя не понравилось.

- Что на это ответил великий господин Заусао? – Макрус даже на секунду отвлекся от своих планов по активации медальона.

Деметриос пожал плечами.

- Он сказал, что скоро мой староста перестанет глумиться. Не знаю, что Заусао имел в виду. Как может староста перестать глумиться, если он даже еще не начинал?

Макрус криво улыбнулся. Как и многие, он не мог понять, шутит Деметриос или нет, и потому решил на всякий случай улыбаться одной стороной рта.

- А ничего, если я попробую пропустить через этот медальон магическую энергию? – спросил ученик. – Интересно, что получится!

Заусао уже проделал большую часть работы со своим медальоном. Осталась лишь малость – чуть-чуть подправить этот.

- Да пожалуйста, - Деметрис уже переключил свое внимание на книгу в красивом золотистом переплете, которая стояла в том же шкафу.

Макрус изготовился, сосредоточенно насупил свои тонкие темные брови, но вдруг прямо над медальоном закружилась муха. Ученик тут же замахал руками, пытаясь прогнать досадную помеху.

- А ты не можешь как Гициан убить ее огненной стрелкой на лету? – Деметриос не смог не заметить маневры собеседника.

- Нет, - с сожалением ответил Макрус. – Это какое нужно тонкое владение магией! Я промажу. А ты можешь?

Юноша оценивающе посмотрел на летающее насекомое.

- Я-то могу, но боюсь, что попаду не только в муху, но и в полкабинета. Зато я мог бы сбить ее чем-то другим. Раньше я бросал камни в пролетающих мимо мух-кровососов, чтобы защитить Люси, и всегда попадал.

- Не может быть! – Маркус произнес эти слова с явным недоверием. – Невозможно сбить муху камнем!

- Как невозможно? Вот смотри, - Деметриос поискал глазами подходящий предмет. Медальон метать в муху было жалко, но зато на столе у Гициана лежало тяжелое деревянное пресс-папье в форме подковы.

Юноша поднял его, едва не рассыпав кипу бумаг.

- Смотри, - повторил он и подкова устремилась точно в летающую цель.

Изумленный Маркус увидел, как пресс-папье поразило муху и врезалось куда-то в угол комнаты. Раздался вскрик и звук падения тела. Но кричала отнюдь не муха. Да и звук падения был таков, словно упало что-то весом не менее чем в сотню фунтов.

- Что это? – Деметриос оглядывал комнату и ничего не находил, кроме стен с отделкой от светлого дерева.

Но постепенно ситуация стала проясняться. Когда маг-невидимка теряет сознание, то уже не может поддерживать невидимость. И Деметриос вдруг увидел тело, одетое в простой серый халат и распластавшееся в углу комнаты, как раз рядом с упавшей на пол подковой.

- Ты попал прямо в лоб, - Маркус показал на наливающийся синим и красным цветами шишак.

- Кому попал? – Деметриос даже потер глаза руками, чтобы удостовериться, что это не мираж.

- Ему, - Маркус был лаконичен.

- А кто это?

- Не знаю, - соврал ученик.

- Но я в него даже не целился! Откуда он взялся вообще? Его тут не было минуту назад!

Пока Деметриос в бесплодных догадках ходил вокруг потерявшего сознание невидимки, Маркус быстро активировал медальон.

- Смотри, Деметриос! Что-то еще происходит! – ученик затряс рукой, в которой горел ярким красным светом холодный огонь.

- Что еще?! – юноша забыл о жертве летающей подковы и бросился к Маркусу.

- Медальон пылает. Что-то случилось, - ученик протянул руку к Деметриосу.

Красный свет был так силен, то все предметы в кабинете казались окутанными зловещей кровавой дымкой.

Не успел Деметриос взять медальон, как в воздухе появилась уже знакомая проекция Заусао. Это произошло гораздо стремительней, чем раньше. Казалось, одно мгновение и все – из пустоты возникло бледное лицо.

- Так вот кто за всем этим стоит! – Деметриос тут же сделал неожиданный вывод.

Судя по тону его слов, Заусао был виновен не только в метаморфозах медальона, но и в том, что подкова попала в лоб незнакомцу.

- Деметриос, - Заусао произнес это слово с ледяным пренебрежением. – Вы получили мое послание?

Юноша на всякий случай помахал перед собой рукой, чтобы снова убедиться, что собеседник нематериален.

- Наверное нет.

- Почему наверное? Вы не уверены? – Заусао сдвинул брови.

Деметриос привычно пожал плечами.

- Вроде не получал. Хотя я ведь даже не знаю, какого размера было это послание. Может, оно такое маленькое, что мне его принесли, и оно тут же потерялось.

- Я имею в виду вызов на поединок! – прогрохотал Заусао.

- А, вызов, - Деметриос с облегчением махнул рукой. – Он был, да.

- Вы принимаете его? – архилич вонзил в собеседника немигающий взгляд и, видя, что тот не спешит говорить, добавил. – Согласие на поединок – поступок поистине благородный. К тому же, вы ведь хотите сразиться с исчадием зла?

- Конечно, хочу! – глаза Деметриоса зажглись огнем великого интереса. – А где же это исчадие зла?

Заусао почти было схватился за голову, но опомнился, подумав, что архиличу такой поступок не к лицу.

- Это я – исчадие зла! – воскликнул он.

- Так вот оно что, - понимающе кивнул Деметриос. – Тогда да.

- Бенуа, я не знаю, как с ним общаются живые. Мне кажется, что он выведет из себя кого угодно, - сказал Заусао какому-то собеседнику, который стоял за его спиной и не был виден юноше.

Немигающий взгляд архилича вновь обратился к Деметриосу.

- Я сейчас открою проход, и вы сможете прийти ко мне. Тогда мы сразимся. Вы готовы? Оружие нашлось?

- Оружие? – Деметриос недоуменно зашарил взглядом по кабинету.

Никто так и не принес ни магических мечей ни доспехов. Однако рядом с дверью стояла черная узкая корзина для складных зонтов. Рука Деметриоса вытащила один зонт наугад. Он оказался ярко-розовым.

- Я готов, - сказал Деметриос и несколько раз взмахнул зонтом будто фехтовальщик, проверяющий балансировку меча. – Полностью.

- А что это? – подозрительно спросил Заусао, прищурившись.

- Зонт, - ответил Деметриос, делая еще один выпад в пустоту. – Тут мы на этом... Ученом совете Академии решили, что зонт лучше меча защищает от дождя. И потому я пойду с ним.

- Я так и знал, что этим закончится, - кивнул Заусао. – Что люди станут слишком глупыми. И начнут обсуждать всякую чушь даже в Академии. А все почему? Потому что старость становится длиннее. В первую половину своей жизни люди просто не успевают набрать достаточно знаний, чтобы было что терять во вторую половину. Получается, что в старости люди утрачивают не только все знания, но и остатки здравого смысла.

Рядом с Заусао начал появляться портал. Сначала возник небольшой красный шар, соединенный с медальоном небольшой призрачной нитью. Потом он стал быстро расширяться, будто надуваясь, и вскоре прямо перед Деметриосом возник проход, ведущий на мост перед замком, где томился Заусао. Юноша видел и замшелые перила моста и даже скелеты птицы, сидящие на поручнях.

- Идите же сюда и сразитесь со мной! – архилич говорил твердо и уверенно. – Поступите как настоящий рыцарь-маг!

Деметриос скромно улыбнулся.

- Я ведь только что стал магом и не смогу быть таким же, как рыцарь-маг. Но рано или поздно мне повезет. Наш староста говорил, что ... что-то такое говорил про цель в жизни, я точно не помню. Кажется, когда идешь к своей цели, главное – не прийти к чужой цели или на худой конец не развернуться полностью и не вернуться туда, откуда начал идти... или не сбиться с дороги ночью, когда ты не видишь свою цель... или не забыть вообще обо всем, как только вышел из дома, и не пойти просто за молоком к соседке. Как-то так говорил, я позабыл уже.

Заусао смерил собеседника подозрительным взглядом. Но Деметриос к таким взглядам уже привык и даже бровью не повел.

- Идите же и сразимся! – торжественно произнес архилич.

Деметриоса не надо было просить трижды, и он уверенно шагнул в портал. Красный шар начал быстро сжиматься, изображение Заусао – исчезать, и через несколько секунд в комнате остались лишь Маркус и бессознательное тело невидимки.

Впрочем, ученику пришлось недолго скучать. Он даже не успел как следует подумать о том, что ему теперь делать, как вернулся декан вместе с Ралуантом и господином Меггом.

- Что это?! – первые слова Гициана были ожидаемы. – Чье это тело? И где Деметриос?

Маркус сосредоточился изо всех сил, чтобы сварганить хоть какое-то объяснение. На его молодом лбу пролегла глубокая морщина.

- Я не знаю, кто это, - ученик кивнул на тело в сером халате. – Но наверное он может становиться невидимым. Вернее, он стал видимым после того, как Деметриос попал в него этой подковой.

- Понятно, - Гициан кивнул после небольшого раздумья, а господин Мегг посмотрел на невидимку со скрытым и нетерпеливым злорадством. – Эй, дежурный! Сюда!

Как из-под земли возник еще один ученик с красным шарфом поверх белого халата.

- В кандалы его и в подземелье! – Гициан кивнул на неподвижное тело. - Приковать к стене. На шею повесить чугунное ядро. А если будет становиться невидимым, то не кормить и не поить.

Декан явно знал, как нужно обращаться с невидимками.

- Так где Деметриос? – Гицин вернулся к главному вопросу, пока дежурный звал в коридоре подмогу, чтобы оттащить пленника вниз.

- Н-не знаю, - запинаясь произнес Маркус, его щеки порозовели. – Неожиданно возник портал... непонятно как... Там был Заусао. Он вызвал Деметриоса на поединок и тот пошел. Больше я ничего не знаю!

- Уф! – Ралуант тяжело выдохнул.

- Дела-а, - протянул Гициан и даже оперся о кресло. – Вот это поворот.

Один только сыщик ничего не сказал. Он поглядывал то на невидимку, то на Маркуса.

- Что же теперь будет? – Ралуант задал интересующий всех вопрос.

- Пока неясно, - неожиданно ответил господин Мегг. – Но ученика, который присматривал за Деметриосом, тоже нужно посадить под арест. До выяснения, так сказать.... Мне это все не нравится.

Сыщик твердо знал азы своего ремесла и если заставал на месте преступления несколько человек, то предпочитал сначала задержать всех, а потом уже уточнять детали.

***

Когда портал захлопнулся, Деметриос увидел себя на мосту, ведущему к мрачному замку. Булыжники под ногами казались дряхлыми и древними. Зеленоватый налет наводил на мысли, что люди не проходили здесь уже много лет.

Деметриос бодро зашагал к замку, часто поворачивая голову, чтобы получше рассмотреть скелеты птиц, сидящие на каменных перилах. Ему казалось, что там были не только вороны и коршуны, но и даже пеликаны.

Замок был покрыт тяжелой серой дымкой, которая размывала контуры предметов, если смотреть издали, и поэтому юноша не сразу заметил рыцаря в ржавых доспехах, приближающегося с другой половины моста. Точнее, Деметриос сначала увидел огромный сверкающий меч, а уже потом ржавые доспехи.

Рыцарь подошел поближе, грохоча изо всех сил. Юноша остановился и с удивлением разглядывал это чудо. Доспехи поражали не только неухоженным внешним видом, но и загадочным внутренним: под забралом и наручами просто ничего не было.

- Я – Аниматрон, живой меч, – раздался низкий металлический голос. – Только достойный имеет право пройти по этому мосту!

- Какой еще достойный? – Деметриос удивился еще больше.

- У которого будет оружие с именем! – важно прогрохотал Аниматрон, его шлем затрясся, и с него посыпалась ржавчина.

- С каким именем? – снова спросил изумленный юноша.

- С именем, которое я дам оружию моего противника! – мрачно прогундел голос, а сверкающий меч описал широкую дугу. – Ибо я уважаю лишь оружие! Даже мои доспехи – лишь придаток к мечу. А я есть меч! Потому каждому проходящему здесь я перед битвой присваиваю имя. И смотрю лишь на оружие в выборе имени. Например, «Воин Огненного Меча», «Рыцарь Ледяного копья», «Паладин Сабли-Молнии»! Покажи свое оружие, незнакомец, и я дам тебе имя!

Деметриос внимательно оглядел себя, но не увидел ничего, напоминающее оружие, кроме розового зонта. Тогда юноша услужливо протянул его вперед.

Аниматрон взял небольшую паузу, будто для того, чтобы еще раз внимательно оглядеть противника, и снова грозно завыл:

- Покажи свое оружие, незнакомец!

Деметриос опять протянул зонт.

Аниматрон замешкался и в третий раз прогундосил:

- Покажи скорей оружие!

- Да вот! – Деметриос нетерпеливо потряс розовым зонтом. – Вот же оно!

Аниматрон умолк, на этот раз надолго. Сверкающий меч ритмично подрагивал в пустой железной перчатке.

- Что это, незнакомец? – наконец спросил Аниматрон.

- Зонт, - просто ответил Деметриос. – Чем не оружие?

В это самое время Заусао ликовал, если, конечно, это слово можно применить к личу. Как только Деметриос ступил на мост из портала, призрачные цепи ослабли, и повелитель неживых, поднатужившись, сумел разорвать их. Они рухнули беззвучно, но архиличу показалась, что в его голове звонко и мощно лопнула невидимая струна, символизирующая несвободу.

Заусао тут же встал на ноги, посылая потоки магической энергии к давно уже мертвым мышцам. На его лице отражалось самодовольство и даже, возможно, едва заметная радость. Архилич пошатывался, но все-таки сделал шаг впервые за сотни лет.

- Повелитель, получилось! – Бенуа не улыбался, но пытался показать своим видом подобострастное ликование. – Все вышло, как мы задумывали! Деметриос нарушил магический баланс этого мира одним своим появлением. Цепи рухнули!

Архилич благосклонно кивнул. Ему определенно нравилось ходить, несмотря на то, что походка была медленной и шаткой.

- Теперь весь мир в наших руках, - Заусао криво и зловеще улыбнулся. – Точнее, миры. Магам конец. Но я начну, разумеется, с великих магов. Посмотрим, во что они превратились и как долго продержатся.

Он доковылял до окна и оперся о подоконник. Заусао видимо хотел еще что-то сказать по поводу своего долгожданного освобождения, но происходящее на мосту сразу же завладело вниманием архилича. Его взгляд снова стал цепким и мрачным.

Бенуа уверенной походкой тоже подошел к окну.

- Интересно, - сказал он. – Легко ли победить Аниматрона?

- Нет, - отрезал Заусао, нахмурившись. – Почти невозможно. Он ведь магическое оружие, способное действовать само по себе. У него нет слабостей. Ваш Деметриос проиграет этот бой.

- А если расплющить доспехи? – спросил Бенуа, не сводя глаз с моста. – Все доспехи. Одним ударом.

- Это неважно, - пробурчал Заусао. – Доспехи существуют для видимости. Они не несут особой функции. Видишь, меч может действовать самостоятельно!

- А если схватить меч и бить им о перила моста?

- Ничего не выйдет. Так Живое оружие не победить, - Заусао ответил уверенно и твердо.

- Гм..., - Бенуа в свою очередь постарался скрыть скепсис в голосе. – А если бросить Аниматрона на землю и попрыгать на нем?

Архилич провел пальцем на подоконнику, на котором лежал толстый слой зеленоватой пыли.

- Не поможет. Аниматрон феноменально прочный. Я даже не знаю, какой молот способен перековать его.

- Да, он прочный, - Бенуа прищурился и провел рукой по рыжим волосам своего носителя. – А если... обмотать Аниматрона вокруг розового зонта и сбросить с моста в бездонную пропасть?

Заусао сжал руку в кулак и отвернулся от окна.

- Да... Я это не учел.

Архилич поковылял обратно к трону.

- Похоже, нам все-таки придется встретить Деметриоса здесь, в замке.

И действительно, не успел Заусао облокотиться на спинку тусклого золотого трона, как в зал вошел Деметриос. Архилич знал, что его покой охраняли также пятеро зомби, которые должны были встретиться юноше на пути, но не стал интересоваться их судьбой.

- Вот мы и встретились, - коварный Заусао попытался придать своему голосу радушие. – Все-таки личная встреча лучше, чем переговоры через медальон. Я рад приветствовать мага такого высокого уровня в моем замке!

Деметриос успел было уже дойти до середины зала, но услышав эти слова остановился и оглянулся. Только Бенуа понял, в чем дело: юноша искал за своей спиной мага высокого уровня, к которому обращался Заусао.

- А где ваш защитный купол? – вежливо осведомился архилич.

- Какой еще купол? – недоуменно нахмурился Деметриос, отряхивая свой черный пиджак от зеленоватой пыли.

- Чтобы дышать, - Заусао пронзительно смотрел на собеседника. – Только могущественные маги могут выжить здесь. В воздухе этого мира мало кислорода.

- Чего мало? – Деметриос даже повернул левое ухо к собеседнику, чтобы правильно расслышать незнакомое слово.

Архилич взглянул на Бенуа, но тот лишь развел руками.

- Неважно, - задумчиво произнес Заусао. – Купол отсутствует... Скажите, Деметриос, а вас сейчас ничего не беспокоит?

Юноша прислушался к своим ощущениям и уверенно кивнул.

- Конечно, беспокоит. Я внезапно подумал, что столько путешествовал, а гостинцев никому не купил. Ни тетушке Лайзе, ни тетушке Полли, ни даже нашему старосте. Вот, может, брошь какую поискать на базаре?

Заусао забарабанил пальцами по изогнутой спинке трона рядом с золотым цветком лилии.

- А кто вы вообще такой, разрешите спросить?

- Как кто? – юноша распахнул глаза от удивления. – Мы ведь с вами недавно разговаривали. Я – Деметриос, маг низшей категории! Меня совсем недавно повысили из старших учеников.

- Н-да, - глубокомысленно произнес Бенуа.

- Но вы же не только «маг низшей категории», - вкрадчивым голосом сказал Заусао. – Признайтесь уже наконец. К чему скрывать ваши тайны? Вы находитесь передо мной, а я – архилич. Я равен императорам! Мне бы хотелось знать, с кем имею дело.

- Да, скрывать ни к чему, - Бенуа тоже постарался придать своему голосу максимальную убедительность. – Перед поединком такого уровня требуется представиться как положено.

Деметриос задумчиво почесал пятерней светлые всклокоченные волосы. Казалось, он безуспешно пытается что-то выудить из своей памяти.

- Да нет... вроде я – лишь маг низшей...

Вдруг лицо юноши преобразилось.

- Я вспомнил! Вспомнил, кто я еще такой! – воскликнул он звонким голосом.

- Вот видите, - коварный Заусао говорил тихо, но твердо. – Говорите правду, как есть!

- Я – рыцарь, - торжественно ответил Деметриос и поднял вверх указательный палец.

- Рыцарь? – настороженно переспросил Заусао.

- Наконец хоть что-то, - отозвался Бенуа.

Лицо лича отражало глубокие раздумья. Было заметно, что он перебирает в уме все возможные варианты и последствия заявления Деметриоса и даже пытается вспомнить, какие древние рыцарские магические ордена представляли собой самую серьезную опасность.

- Так что вы за рыцарь? – глаза Заусао слегка сузились.

- Не простой! – гордо сказал Деметриос. - У меня есть особый титул!

- Какой же? – спросил архилич посуровевшим голосом.

- Я – Рыцарь Нелепого Зонта! – важно произнес юноша.

Заусао и Бенуа переглянулись. Физиономии личей были скупы на эмоции, но очевидно, что ответ Деметриос сумел произвести на них неизгладимое впечатление.

- Какого зонта? – осторожно переспросил Заусао.

- Нелепого, - Деметриос махнул рукой. – Аниматрон ведь отказывался дать мне имя, когда я показал ему зонт. И так стало обидно, что других он как-то назвал, а меня нет. Но в конце концов он сдался и дал мне имя.

Теперь Деметриос взмахнул обеими руками, будто показывая, что ожившему мечу не стоило так упрямиться.

Заусао вновь забарабанил пальцами по трону, на этот раз прямо по позолоченой лилии. Бенуа же поначалу насупился, но вдруг встрепенулся, озаренный новой идеей.

- Повелитель, а что если Деметриос – лич? – внезапно спросил он. – Ведь если подумать, то многое сходится. Ему не нужен кислород, магия на него действует очень слабо, он силен и быстр.

- Да? – в голосе Заусао звучало сомнение. – Это, конечно, интересная мысль. Но скажи, что за лич будет гордиться тем, что он – рыцарь какого-то зонта?

- Нелепого, - тут же уточнил Деметриос.

- Однако это предположение легко проверить, - Заусао неожиданно оторвал лилию от трона и положил ее на ладонь.

Золотистый цветок сначала заискрился, казалось, что он вот-вот загорится, но вдруг сияние стихло, и металлические лепестки почернели.

- Личи очень чувствительны к развоплощающей магии. Мы просто возвращаемся в свои филактерии. К счастью, этой магией мало кто владеет. А я всегда обучаю ей моих учеников. Бенуа, попробуй, проверь Деметриоса.

Подручный Заусао одернул халат и нехотя направился к Деметриосу. Юноша смотрел на него голубыми чистыми глазами, слегка наклонив голову набок.

- Я сейчас буду тебя развоплощать, - сообщил Бенуа, благоразумно остановившись в пяти ярдах от гостя. – Если получится, то твой дух вернется обратно в филактерию. И потому скажи лучше прямо: лич ты или нет.

Сквозь узкие окна замка свет проникал неохотно. И трон и людские фигуры отбрасывали длинные тени.

- Мне так и не объяснили толком, кто такие эти личи, - Деметриос достал из бокового кармана свиток, выданный Академией, и переложил его во внутренний карман.

- Бессмертные маги, - пояснил Бенуа, не сводя с противника глаз. – Обычные маги рано или поздно умирают, а мы нет.

- Так не бывает. Рано или поздно умирают все. Мне староста говорил, - Деметриос же вовсю разглядывал мрачный зал и высокие темные потолки. – Он сказал, что живущие люди уйдут, а им на смену придут другие, потому что так задумала природа.

- Она другое задумала, - Заусао вмешался в разговор. – Природе не нужны люди, которые уже не могут или не хотят давать начало новой жизни. И потому они умирают.

Архилич отошел от трона, его походка стала немного уверенней.

- И мало того, что умирают, так они еще сначала превращаются в зомби, которые смертны. Это ваша природа большая насмешница.

- В каких зомби? – удивился Деметриос. – О чем речь? Я ведь встречался с зомби. Они не очень похожи на обычных людей. Зомби ходят неуклюже, рычат, кусаются, да и одеты небрежно. Еще они не любят математику. Мне об этом сказал один ученик из Академии. Что если войти в вольер с зомби и громко крикнуть ему на ухо: «Сколько будет три плюс два?!», то он обязательно бросится.

Заусао отпустил почерневший цветок и тот упал на пол, расколовшись на мелкие части.

- Перед тем, как стать личем, я много лет наблюдал за людьми, - сказал он, притворившись, что не слышал предыдущую речь собеседника. – И знаете, что заметил? Примерно после тридцати лет большинство людей утрачивает душу. Не все, но очень многие. Они перестают воспринимать новое и думают, скорее, по привычке. Глупеют. Будто телега, которая катится по уже проложенной колее. Причем, эта телега ездит кругами. Я сначала заметил это на примере друзей детства. Что и побудило меня задуматься о том, чего на самом деле хочет природа.

- Ничего не понимаю, - Деметриос по привычке почесал макушку. – Все мои друзья в порядке. Конечно, они иногда глупели, но ненадолго. Вот посмотрит на моего друга красивая девушка, он становится глупым. Отвернется – снова умный!

- Ваши друзья наверное еще слишком молоды, - голос Заусао был полон терпения. –Много лет тому назад, во время моего обучения, я изучал зомби. Тогда я увидел, что между моими повзрослевшими друзьями и свежими зомби нет никакой разницы. Эксперимента ради я даже убил одного знакомого и тут же поднял его. Знаете что? Никто ничего не заметил. Его поведение мало изменилось. Свежие зомби все хорошо помнят, но разучиваются думать. Так я понял, что они ничем не отличаются от зрелых людей.

- Не может быть! Есть ведь отличия, - Деметриос недоверчиво покачал головой. – Разве зомби умеют говорить?

- Свежие зомби умеют все, что умел живой человек, но не могут развиваться, - ответил Заусао. – Потом я превратил в зомби часть города. В целях эксперимента, конечно. Результат тот же. Они ходили, разговаривали и даже обсуждали новости. Говорили привычными, заученными фразами. Я так веселился, когда видел двух зомби, которые часами беседовали о своем здоровье и о ценах на молоко! Некоторые спорили друг с другом о том, какой правитель лучше: их или соседний. Другие зомби даже занимались торговлей. С молодежью этот фокус не проходил, но после тридцати-сорока невозможно было найти никаких различий между живым человеком и неживым. Если бы я тогда умел полностью останавливать разложение, то создал бы целый город, состоящий исключительно из общительных зомби.

В этот самый момент Бенуа наконец решился применить свое заклинание развоплощения. При жизни он был прилежным магом, и потому все делал качественно. Заклинание получилось на редкость красивым, в виде едва заметного облачка светлого дыма. Осторожный Бенуа направил его на Деметриоса издалека с помощью черного полуматериального щупальца лича.

Юноша с таким интересом разглядывал это облачко, что даже не счет нужным увернуться. Заклинание охватило его целиком, и он стоял, будто погруженный в легкий туман.

- Вы не отошли в сторону, хотя могли бы. Ралуант вас так ничему и не научил, - произнес Бенуа, прищурившись. – Я ведь давно наблюдаю за ним. Он слишком правдив, и это делает его никуда не годным учителем, бесполезным и нерадивым...

Заусао даже не успел заметить, как Деметриос оказался рядом с личем. Раздался громкий звук удара и Бенуа взлетел в воздух, чтобы врезаться в каменную стену и тяжелым мешком осесть на пол. Из-за пазухи лича выкатился черный кувшин, который от удара треснул.

- Никто не имеет право оскорблять моего учителя! – с гневом произнес Деметриос. – Он научил меня всему! Благодаря ему я стал магом!

Заусао медленно пожевал губами и задумчиво погладил пальцем правую бровь.

- Бенуа не слышит вас, - сказал архилич. – Видите, филактерия разрушена? Он уже не оживет. Точнее, не восстанет ни в этом теле ни в каком-либо другом. Вы убили лича, поздравляю. Мало кто из магов может этим похвастаться.

Деметриос отвернулся от Бенуа и внимательно посмотрел на Заусао.

- Я не закончил объяснять, как все устроено, - как ни в чем не бывало продолжил архилич. – Люди взрослеют и становятся ненужными вашей природе, она их превращает в живых зомби, а потом они еще и умирают. И когда я понял это, то подумал о несправедливости. По бедным людям наносятся сразу два удара: превращение в зомби и смерть. Не будет ли гуманным просто убить их и взамен сразу подарить бессмертие?

Юноша нетерпеливо качнул головой.

- Когда мы начнем поединок? У меня мало времени. Я еще хотел сходить на базар за морковкой для Люси или за бусами для тетушек.

- Вы не понимаете всей важности сказанного! – продолжал настаивать Заусао. – Я несу людям истинное счастье. У меня получится остановить смерть!

- А когда я вернусь в деревню с дипломом, то все обрадуются, - рассудительно ответил Деметриос.

- Люди станут сильнее и быстрее, а маги – могущественнее!

- А если мне встретятся разбойники, что нужно делать сначала: показывать им диплом или сразу бить? Интересно, они умеют читать? – Деметриос задумчиво посмотрел на темный потолок замка.

- Я теперь понимаю, что имел в виду Бенуа, когда сказал, что с вами невозможно иметь дело, - между рук Заусао начал появляться шар из черного дыма. – Но посмотрим, сколько вы сумеете продержаться против архилича в бою. Я не собираюсь затягивать поединок и применю сразу заклинание Темного Солнца!

Шар на высокой скорости устремился к юноше и почти мгновенно обволок его целиком, включая руки и ноги.

На лице Заусао появилась едва заметная улыбка.

- Ну вот и все, - сказал он. – Вы не успели отскочить и избежать столкновения с Темным Солнцем. Теперь оно поглощает ваше живое тело. Скоро на том месте, где вы стоите, останется лишь ваша одежда.

Ответом был какой-то странный звонкий звук.

- Почему вы, личи, сражаетесь только этими чадящими штуками? – раздался недовольный голос Деметриоса. – Дым набивается в нос и хочется чихать.

Лицо Заусао вновь одеревенело.

- Странно. Темное Солнце – очень могущественное заклинание, - медленно произнес он.

- Что могущественного в каком-то дыме? – юноша развел руки в стороны так, что из облака выглянули его пальцы.

Заусао задумчиво закусил нижнюю губу.

– Хм. Вы не лич, это уже понятно. Но может у вас устойчивость к магии личей? Тогда попробуем нечто другое.

Пока черный шар вокруг Деметриоса рассеивался, в руке Заусао начал формироваться длинный меч яркого синего цвета. Сначала появился круглый стержень, который стал быстро обрастать небольшими кристаллами.

- Хрустальный Клеймор, - пояснил архилич. – Клинок из пустоты. Он режет все. Только великие маги способны использовать это заклинание.

Деметриос внимательно посмотрел сначала на переливающийся синими бликами меч, а потом на свою и так уже потрепанную куртку.

- У меня плохие предчувствия, - сказал он.

- Да, - с энтузиазмом откликнулся Заусао. – У вас обязательно должны быть плохие предчувствия! Никто еще не мог устоять против моего Клеймора.

- Да я вообще-то не это имел в виду, а..., - закончить Деметриос не успел, потому что архилич мгновенно удлинил свой клинок.

Синее лезвие ринулось прямо к юноше с немыслимой скоростью. Оно пронеслось совсем рядом с плечом Деметриоса, который посторонился, и врезалось в стену, разбившись на десятки небольших кристаллических кусочков.

- Осторожней! Это же осколки. Они могут повредить..., - Деметриос снова не успел завершить фразу, ведь Заусао атаковал.

- Обязательно повредят! – архилич опять удлинил магический клинок, который прошел в каком-то дюйме от юноши.

- Повредить мою..., - Деметриос в третий раз не смог закончить фразу.

Заусао упорствовал в своем стремлении поразить противника вытягивающимся клеймором.

Тот снова врезался в стену и взорвался кристаллами.

- Куртку, - закончил Деметриос, глядя на множественные белые прорехи на черном рукаве.

- О чем вы говорите? – красивые брови Заусао нахмурились.

- О том, что это будет трудно зашить. Даже тетушка Полли вряд ли справится, - сердито произнес Деметриос. – И это называется поединком? Просто порча вещей!

Заусао на миг опустил руки.

- Я не могу понять, в чем дело, - сказал он, прищуривщись. – Что с вами не так? Я вам рассказываю о бессмертии человечества, о зомби, в которых сами по себе превращаются обычные люди, применяю к вам магию высшего порядка, а вас беспокоит какая-то одежда.

Деметриос продолжал озабоченно осматривать рукав.

- Любой дурак может болтать и портить костюмы, - мрачно ответил он. – А куртку, между прочим, мне подарили.

Голубые глаза Заусао злобно сузились.

- Я думаю, что высшая магия тут не нужна, - произнес он. – Обойдусь просто грубой силой. Посмотрим, как вы выдержите огненный удар великого мага.

У Заусао слово никогда не расходилось с делом. Он при жизни был великим магом, а после перерождения в архилича значительно усилил свое могущество. Заусао мог черпать энергию не только рядом с собой, как многие, но и во всей ближайшей округе. На место, где стоял Деметриос, обрушился самый настоящий огненный шквал.

Казалось, огонь возникал одновременно в радиусе десяти ярдов вокруг юноши. Пламя выглядело таким ярким и сильным, что даже не ревело, а рычало. В замке поднялся ветер, ведь Заусао специально пытался наполнить могучее пламя кислородом, которого было мало в местном воздухе. Стены замка вмиг покрылись копотью, а местами даже потрескались. Густой дым устремлялся вверх и скапливался под высоким потолком в черные плотные облака.

Архилич ничего не говорил, когда поддерживал шквал огня, но на его губах блуждала легкая улыбка. Она, казалось, говорила, что все наконец кончено. Что никакое живое существо не способно выдержать такой натиск сумасшедшего пламени. Что нужно подождать еще чуть-чуть, и от Деметриоса не останется даже горстки пепла. Конечно, Заусао было жаль терять столько сил, но он считал, что с врагами нужно разбираться при первой же возможности. Раз и навсегда. А силы потом вновь накопятся.

Секунд через двадцать после начала атаки, Заусао уже принялся размышлять о том, не пора ли остановить пламя. По его расчетам выходило, что обычный маг продержался бы пару секунд, выдающийся – наверное пять, великий – десять, а архилич – пятнадцать. И в этот ответственный момент, когда Заусао уже хотел завершать столь расточительное заклинание, он вдруг увидел на границе огня и потоков раскаленного воздуха какую-то тень.

Приглядевшись, Заусао понял, что это даже не тень, а тело обнаженного человека, который яростно пробирается сквозь пламя и явно направляется к нему, к архиличу. На лице этого человека был написан такой гнев, что Заусао сразу догадался, что физический контакт между ним и этим человеком состоится в самое ближайшее время. И ничто не сможет этому помешать.

Впрочем, архилич предпринял попытку уклониться от неприятного события и даже попытался побежать в сторону окна. Но то ли бег его был медленный, то ли напротив юноша двигался слишком быстро, однако контакт состоялся прямо около трона.

Он был кратковременным. Заусао почувствовал, как его тело взлетает вверх, а потом приземляется на этот же трон, только поперек.

- Это был мой самый лучший костюм! – хотя сознание архилича стало затухать, но это громкое восклицание услышало очень отчетливо. – И мне его подарил господин Мегг!

Потом архилич услышал, как кто-то быстро ходил вокруг трона, словно находясь в отчаянии. Мысли Заусао крутились вокруг двух вещей. Во-первых, ему было жаль такое прекрасное тело, к которому он к тому же привык за тысячелетия. А во-вторых, Заусао думал о том, что не все еще потеряно, что война только начинается и несомненно будет выиграна. Ведь архилич отличается от обычного лича тем, что у него имеется несколько филактерий. Чтобы убить Заусао, надо будет уничтожить их все. А это было почти невозможно: они хранились в четырех разных и тайных местах. Одна – в городке Кадур, что на севере, вторая – во дворце герцога Норийского, о чем этот герцог даже не подозревал, третья – в горной пещере Шехсткого излома, а четвертая – в склепе одного столичного кладбища.

- Мы еще с вами встретимся, - прошептал Заусао из последних сил. – Когда вы отправитесь домой, а я тем временем захвачу полмира.

Шаги Деметриоса стихли. Он остановился и даже о чем-то задумался.

- Так жаль костюм, - горестно произнес юноша. – И да, мне нужно собираться домой. Вот только староста просил заглянуть еще в четыре места. Он сказал, что они очень красивые и важные, эти места, и будет жаль их не увидеть. Во-первых, это город Кадур. Там прекрасные белые башни. Второе место – замок герцога Норийского. Староста сказал, что он очень древний. Третье место – Шехтский излом. Говорят, у него нет дна, но зато есть глубокая пещера. А четвертое место – одно кладбище в столице, где похоронен родственник старосты.

После этих слов Заусао окончательно утратил сознание.

***

Примечание от автора. На этом книга практически закончена, остались лишь эпилог и редактирование.