Маг на полную ставку: первый охотник

Глава 1

В городе Бо, известном своими магическими традициями, в школе магии каждый год происходило знаменательное событие — церемония пробуждения магии. В элитном классе, где обучались самые одарённые ученики, всё было готово к ритуалу. Центром внимания был пробуждающий камень — способный раскрыть магический потенциал ученика. Учитель, строгий и опытный маг, с достоинством объявил о начале церемонии и вызвал первого участника.

— Му Бай, подойдите к камню пробуждения, — произнёс он, и в классе воцарилась тишина.

Синеволосый парень с золотистыми глазами, известный своим талантом и высокомерным характером, медленно встал со своего места. На его лице играла самодовольная улыбка — он явно наслаждался моментом. Му Бай неторопливо направился к камню, чувствуя на себе взгляды одноклассников.

— Му Бай — первый, как всегда, — с ноткой восхищения в голосе заметил толстяк Чжань Кунь. — Вот что значит быть талантливым и усердным! Не то что некоторые… — он сделал паузу, намекая на тех, кто попал в школу не благодаря своим способностям, а из-за связей.

Эти слова не остались незамеченными. Один из учеников, парень с зелёным цветом волос которого звали Сяо Хоу ответил:

— Че сказал, толстяк? Брат Фань тебя так отделяет, что ни один целитель не поможет! — бросил он с ехидцей.

— Да что ты говоришь? — с насмешкой ответил , не теряя самообладания.

Напряжение в классе нарастало, но Му Бай, казалось, был полностью сосредоточен на предстоящем ритуале. Он положил руку на пробуждающий камень, закрыл глаза и медленно вошёл в состояние полутранса. В этот момент шар засветился ярким синим светом, и в классе на миг стало заметно холоднее. В воздухе закружились снежинки, создавая волшебную атмосферу. Но то, что произошло дальше, превзошло все ожидания — события приняли неожиданный оборот, который не был предусмотрен ни в одной из известных историй этого мира.

***

Очередная смерть в этом странном мире… Сколько уже я живу, сам уже толком не знаю. Кажется, время здесь течёт по своим, неведомым мне законам. Первый раз я открыл глаза в странном первобытном племени. Сколько всего необычного я тогда увидел! Помимо людей в шкурах, меня поразило их внешнее совершенство. Вместо привычных неандертальцев или обычных людей я увидел сверхлюдей: идеально красивые лица, сильные, накачанные тела — даже у детей и женщин. А наличие развитой речи и письменности сразу дало понять, что я оказался далеко не в каменном веке.

Но самое удивительное ждало меня впереди. Я увидел хранителей людей — истинных драконов, которые могли принимать два облика: человеческий с некоторыми драконьими чертами и облик самого дракона. Причём дракон был не восточного типа, а именно европейской модели: не змееподобный, а с мощными крыльями, длинным и объёмным туловищем, сильными конечностями и хвостом. В высоту это величественное существо достигало, наверное, метров двадцати, а может, и тридцати.

С одним из драконов я завёл дружбу. Его звали Драйгох, и он рассказал мне о природе драконов. Оказалось, что с рождения они обладают силой младшего полководца, а в зрелости достигают практически лжеимператорского уровня. Но у драконов была и своя особенность: некоторые из них рождались без способности превращаться в зверя. По сути, люди в этом мире были драконами, лишёнными возможности смены облика. Если бы жители моего родного мира узнали об этом, они были бы в полном шоке.

У драконов было ещё несколько отличительных черт. Например, высокий уровень разума, доступный только высшим существам, и наличие дополнительных магических ядер. У обычных зверей есть одно магическое ядро, а у драконов — несколько мини-ядер, которые напоминают звёзды.

Со временем я попросил Драйгоха помочь мне пробудить магию. И у меня получилось! Строение моего магического ядра оказалось похожим на драконье, но с некоторыми отличиями. У драконов на начальном этапе развития есть три магических ядра, каждое из которых составляет треть от основного. У человека же их семь, но они гораздо меньше по размеру.

Освоение магии заняло у меня пять долгих лет. Я пробудил элемент земли и научился взаимодействовать с ним, а также подчинять себе мини-ядра, которые из-за своего сходства со звёздами получили такое название. Это вознесло меня над остальными людьми, ведь, хотя драконы и защищали людей от многих угроз, существовали опасности, с которыми людям приходилось справляться самим.

Когда мне исполнилось около семидесяти лет, магия уже распространилась среди немногочисленных жителей этого мира. Появились маги, которые владели не только землёй, но и водой, ветром и огнём. Иногда мне даже казалось, что я попал во вселенную «Аватар: легенда об Аанге» за тысячи лет до появления первого аватара.

В сто сорок шесть лет я стал стариком, который мог только лежать в своей кровати и ждать, когда смерть придёт за мной. Я закрыл глаза, а открыв их снова, понял, что начался новый цикл моей жизни. В какой эпохе я окажусь на этот раз? Истреблялось ли человечество императором тёмного измерения? Мой природный талант к пробуждению воспоминаний прошлых реинкарнаций работает хаотично и не позволяет сохранять даже двадцать процентов силы из предыдущих жизней. Каждый раз всё начинается заново.

Мимолётный момент моего пробуждения без воспоминаний о новом теле быстро закончился….

***

Воспоминания Му Бая и первого мага среди людей смешивались, распадались и отчаянно пытались найти необходимую позицию для общего существования в его сознании. Если бы внутрь заглянул маг элемента высокого уровня, он бы обнаружил невероятное зрелище: синее и голубое свечение переплеталось в причудливом танце, затапливая всё внутреннее пространство зелено-голубым сиянием. Снаружи класс сходил с ума — ученики были в панике, не в силах оторвать взгляда от Му Бая. Охваченный сине-зелёным сиянием с отблеском коричневого цвета, он стоял и кричал от невыносимой боли, которая разрывала его на части. Его волосы, прежде тёмные с голубым отливом, постепенно белели от сильнейшего стресса, который переживал его организм. Ситуация становилась всё более угрожающей: из пола и стен начали стремительно расти зелёные кристаллы, которые даже на вид вызывали опасения — казалось, они были наполнены какой-то зловещей силой.

Му Бай, не в силах больше выдерживать эту боль и хаос в своём сознании, внезапно покачнулся и упал на пол без сознания. Ему невероятно повезло: кристаллы, которые выросли рядом с ним, расположились так, что не задели сердце и голову. Но даже при таком «удачном» стечении обстоятельств падение на странные кристаллы нанесло ему серьёзный урон — с каждой минутой состояние Му Бая могло стать смертельным. Его органы и кости, несмотря на магические способности, были далеко не неуязвимыми — он получил множественные переломы и разрывы тканей. Если бы не его магические силы, он бы умер на месте.

В этот момент учитель осознав всю серьёзность ситуации, громко крикнул —

Дети, оставайтесь на месте! Я за лекарем!» — и стремительно выбежал из класса. Ему предстояло найти приштатного мага исцеления и доложить о нештатной ситуации, которая возникла во время ритуала пробуждения магических сил у учеников. Время шло на секунды, и от скорости его действий зависела жизнь Му Бая.

***

Мо Фань сидел, словно на него обрушилась вся тяжесть мира, и чувствовал себя полностью подавленным. Он не мог поверить в то, что сейчас видел. Пусть отношения с Му Баем у них были далеко не дружескими, и между ними часто возникали конфликты, но Мо Фань никогда не желал ему смерти. Да, Му Бай не был идеальным человеком, совершал ошибки и порой действовал эгоистично, но и сам Мо Фань не мог похвастаться безупречным характером и поступками. Он прекрасно осознавал свои недостатки и не пытался себя обманывать — был далеко не образцом доброты и благородства. Даже то, что он оказался в совершенно другой вселенной, не изменило его мировоззрение и не сделало его другим человеком.

Внутренне волнуясь и с трудом подавляя нарастающую тревогу, Мо Фань всё же собрался с духом, встал и осторожно обошёл выступающие из земли сверкающие кристаллы. Он приближался к лежащему на земле Му Баю, вокруг которого уже образовалась лужа крови. Белые пряди волос Му Бая, обычно аккуратно уложенные, теперь были спутанными и слипшимися от крови; они смешались с чёрными прядями и полностью закрывали его глаза. Вид знакомого человека, который был на грани смерти, вызывал у Мо Фаня противоречивые чувства — в нём боролись и злорадство, и жалость, и осознание того, что жизнь хрупка и непредсказуема.

Выдохнув, Мо Фань начал тщательно анализировать ситуацию, напряжённо вспоминая базовые принципы оказания первой помощи. Он прекрасно понимал: без своевременной помощи Му Бай может не выдержать потери крови и погибнуть. Первоочередной задачей было остановить кровотечение.

— Эй, чего застыли?! Нарвите тряпок, достаньте аптечку, чёрт возьми! — громко крикнул Мо Фань. — Чжань, шевелись, а то твой друг умрёт! Сяо Хоу, ты сможешь заняться закупоркой ран? И найдите что-нибудь, чем можно накрыть Му Бая!

Класс наконец пришёл в движение, подчиняясь чётким командам Мо Фаня. Тот, хоть и чувствовал неуверенность, начал закрывать наиболее кровоточащие участки тела. Ситуация была критической — пришлось наложить жгут, чтобы остановить кровь, сочившуюся из переломанных рук и ног Му Бая. Мо Фань засек время наложения жгута, сел рядом и начал внимательно отслеживать пульс и дыхание друга. Одновременно он аккуратно прочистил дыхательные пути Му Бая. Все с тревогой ждали появления целительницы — пусть она и не сможет полностью исцелить раны, но хотя бы поддержит жизненные силы до приезда скорой помощи.

Время, казалось, остановилось. С каждой секундой вероятность того, что Му Бай умрёт от полученных травм, возрастала. Наконец вбежала Сао Рантоу. Окинув взглядом накрытого Му Бая, она резко скомандовала:

— Все в сторону!

Осторожно проведя осмотр, она с каждой секундой хмурилась всё сильнее. Спустя пять минут Сао Рантоу начала применять заклинание исцеления, пытаясь стабилизировать состояние парня. Мо Фань, немного расслабившись, отошёл в сторону — напряжение понемногу отпускало. Мысли о том, что он похож на героев маньхуа с «золотым пальцем», казались теперь нелепыми. Вид крови на своих руках быстро вернул его к реальности.

Мо Фань вдруг отчётливо понял: этот мир — не сказка, где можно собрать гарем, стать непобедимым и отомстить всем врагам. Глупая обида на клан Му теперь казалась детским капризом. Он больше не думал о том, как круто попасть в мир магии, — его терзала мысль о том, что и сам он может так же лежать в луже крови, и никто не придёт на помощь. В его короткой жизни было немало людей, которые с удовольствием увидели бы его мёртвым. Клан Му, например, мог в любой момент перерезать ему горло в тёмном переулке, а тело расчленить и уничтожить.

Мир магии, конечно, открывал невиданные возможности, но и таил в себе опасности, о которых в техногенном мире можно было только догадываться. Мо Фаню нужно было тщательно всё обдумать и засесть за книги, чтобы узнать, какие ещё угрозы могут подстерегать его в этом новом мире.

— Внимание, класс! Идите домой. В связи с произошедшим пробуждение будет проводиться завтра. Предупредите родителей, что, возможно, завтра вам нужно будет задержаться, — сказал учитель, и школьники начали собираться. Сегодня им хватило потрясений.

Мо Фань всё же решил остаться. Может быть, он сможет чем-то помочь — например, заменить давящую повязку.

— Мо Фань, почему ты не идёшь домой? — спросил учитель.

— Учитель, я хочу остаться и помочь. Пусть в последнее время у нас с Му Баем были напряжённые отношения, но он всё-таки мой старый друг, — ответил Мо Фань.

— Не знал об этом. Но тебе лучше пойти в общежитие. Завтра ты узнаешь, что случилось с Му Баем. Не волнуйся, помощь скоро прибудет, — сказал учитель.

— Хорошо, учитель, — ответил Мо Фань и вышел из кабинета, где произошло столько драматических событий. Но направился он не домой, а к сестре — она была слаба здоровьем, и он был единственным, кто мог о ней позаботиться.

***

Штатная магистр-целительница выжимала свой магический элемент до последнего капли. У неё была лишь третья ступень начального уровня элемента магии исцеления, а её магический резерв был весьма ограничен. С такими возможностями она могла рассчитывать только на поддержку организма пациента, но не на серьёзное лечение. Её образования хватало лишь на то, чтобы справляться с лёгкими ранами, которые могли получить неосторожные ученики во время тренировок или занятий. Однако нынешняя ситуация совершенно не походила на те случаи, с которыми она сталкивалась раньше. Происшествие вышло далеко за рамки того, что обычно могло произойти во время церемонии пробуждения магии. Состояние парня было крайне тяжёлым, и от усилий целительницы зависела не только его жизнь, но и то, останется ли он в будущем полноценным магом. Если он выживет и не утратит способности полноценно пользоваться магией, то, без сомнения, достигнет больших высот. Понимая это, она направляла всю свою магию, все свои силы на то, чтобы поддержать его состояние. Целительница знала: ей нужно продержаться всего полтора часа — затем прибудет маг исцеления среднего уровня, который сможет взять ситуацию в свои руки и оказать более квалифицированную помощь. Но эти полтора часа казались ей бесконечностью, и каждая секунда была наполнена напряжением и борьбой за жизнь молодого мага.

***

В помещение стремительно вошёл старик в белоснежной мантии. Не теряя ни секунды и не задавая лишних вопросов, он сразу применил магию исцеления среднего уровня — заклинание «Сильная Регенерация». В тот же миг бледное, почти безжизненное лицо молодого человека начало медленно светлеть. Кровь, которая последние пять минут практически перестала сочиться из раны, вновь начала понемногу выделяться — это было признаком того, что процессы в организме запускались. Сердце парня, которое едва билось, постепенно начало работать активнее.

Вслед за стариком в кабинет буквально влетели врачи и спасатели. Их задача была аккуратно освободить тело пациента от странных кристаллических наростов, которые проникли в ткани и нанесли другой урон. Среди прибывших был маг звука среднего уровня — он осторожно использовал резонансную волну, чтобы филигранно разрушить кристаллы, не причинив при этом вреда организму парня.

Санитары, действуя быстро, но предельно аккуратно, поместили пациента на каталку. Они решительно повезли его к выходу, чтобы как можно скорее доставить в главную городскую больницу. Там парня и сопровождающих ждали долгие часы сложной операции и опытные хирурги, которые должны были сделать всё возможное для его спасения.

Парня срочно погрузили в машину скорой помощи и стремительно повезли в больницу — прямо в отдел хирургии. В приёмном отделении его сразу же передали в руки опытных врачей, которые, не теряя ни минуты, приступили к сложной процедуре извлечения осколков из ран. Процесс был долгим и кропотливым: каждый осколок требовал тщательного и аккуратного извлечения, чтобы не повредить внутренние органы и ткани. В общей сложности Му Баю пришлось перенести около десяти операций подряд — одна следовала за другой практически без перерывов.

На протяжении всего времени его постоянно поддерживал маг элемента исцеления средней ступени. Благодаря его помощи, которая заключалась в регулярном восстановлении жизненных сил и снижении болевого шока, состояние парня стабилизировалось, и врачи смогли провести все необходимые манипуляции без риска для жизни пациента. Лечение оказалось чрезвычайно дорогостоящим: школа и клан Му понесли значительные финансовые потери. Расходы включали не только оплату работы лучших врачей и магов, но и стоимость редких лекарственных препаратов, материалов для операций и последующего восстановления. Сумма расходов оказалась настолько велика, что на Му Бая был наложен долг в двести миллионов юаней — бремя, которое ему предстоит выплачивать долгие годы.

К тому же ситуация осложнилась тем, что Му Бая выгнали из клана, поскольку расходы на его лечение были признаны чрезмерно высокими и нецелесообразными. Если бы не маг исцеления среднего уровня, который был заинтересован в редкости — новом элементе мутационного типа с совершенно непонятными свойствами, — то был шанс того, что парень остался бы просто калекой. Маг видел в Му Бае уникальный объект для исследований, что и стало одной из причин его активного участия в процессе лечения.

***

Спустя восемь месяцев.

Мо Фань направлялся в больницу, чтобы в очередной раз навестить Му Бая. За это время в его жизни произошло множество перемен: он не только смог наладить отношения со старыми друзьями, но и переосмыслил многие вещи. Даже со стариком Му Хэ, который когда-то заставил его отца продать дом и унижаться, ползая на коленях, Мо Фань сумел найти общий язык. Теперь он видел в Му Хэ не жестокого и бездушного человека, а искренне переживающего за своего племянника. Мо Фань отчётливо помнил, как старик плакал рядом с Му Баем, лежащим в коме, и это изменило его отношение.

Когда Му Хэ заметил Мо Фаня, он подполз к нему на коленях и стал горячо благодарить за помощь племяннику. В тот момент старик был так похож на отца Мо Фаня, что у того защемило сердце. Со временем Му Хэ начал помогать Мо Фаню: давал ценные советы, подсказывал, где и как можно достать необходимые ресурсы, не рискуя жизнью. Отношения наладились настолько, что отца Мо Фаня вновь взяли на работу в клан Му и предоставили ему жильё. Туда же на время, пока Мо Фань учился перед собственным поступлением , переехала Син Ся.

Сам Мо Фань принял важное решение — раскрыть свой талант. Он больше не скрывал, что владеет сразу двумя элементами на начальной ступени. Это было непростое решение, ведь такой талант встречался редко, и его раскрытие могло принести определённое ненужное внимание. Однако Мо Фань понял, что раскрытие способностей откроет перед ним новые возможности. После этого его рейтинг в классе взлетел до небывалых высот, и многие начали интересоваться им с точки зрения вербовки. Клан Му через Му Хэ намекнул о возможности присоединиться к ним, и Мо Фань задумался: почему бы и нет? К тому же это дало бы ему шанс наладить отношения с Му Нинсюэ, что тоже было немаловажно. Парень отчётливо понимал что он до сих пор по уши влюблён в эту девушку.

Наконец Мо Фань подошёл к палате и осторожно открыл дверь, чтобы увидеть своего друга. Он оставил позади все надуманные обиды и был полон решимости измениться.

— Ну привет, спящая красавица, — сказал он с лёгкой грустью в голосе. — Наверное, ты будешь кусать локти, когда узнаешь, что я достиг пика первой ступени в обоих элементах. Давай уже приходи в себя побыстрее, чтобы мы могли поговорить, — добавил он, надеясь на скорое выздоровление и налаживания отношений с другом.

Внезапно Му Бай открыл глаза на больничной койке, отчего Мо Фань был настолько удивлён, что на мгновение потерял дар речи. Его лицо мгновенно озарила радостная улыбка, и он тут же бросился к кнопке связи, чтобы вызвать доктора. Пальцы дрожали от волнения, пока он нажимал на кнопку, и в динамике почти сразу раздался голос дежурного медбрата. Мо Фань быстро объяснил ситуацию, и уже через несколько минут в палате появился обеспокоенный доктор. Тем временем Му Бай медленно озирался, словно пытаясь осознать, где он находится. Мо Фань наклонился к нему и с искренней заботой в голосе спросил:

—Му Бай, ты как вообще себя чувствуешь? Что-то болит? Наконец-то ты пришёл в себя!» В его голосе слышались нотки облегчения и радости, ведь он уже начал терять надежду.

***

Я открыл глаза, и в голове всё перемешалось, словно фрагменты мозаики, которые никак не удавалось собрать в единую картину. Я не мог толком понять, кто я: Му Бай, который в ходе нестандартного пробуждения поглотил личность реинкарнатора и теперь борется с наплывом чужих воспоминаний, или же реинкарнатор, который слишком сильно слился с воспоминаниями своей новой жизни и теперь не может отделить их от собственных? Мысли кружились в голове, словно листья в осеннем вихре, и я никак не мог уловить их суть.

Рядом я обнаружил врача, которого вызвал Мо Фань. Врач внимательно осматривал меня, пытаясь понять, в каком я состоянии. Присутствие Мо Фаня в палате было удивительно — мы с ним всегда были в натянутых отношениях, можно даже сказать, что люто не любили друг друга. Казалось, что весь мир перевернулся с ног на голову, и теперь даже такой человек, как Мо Фань, заботится обо мне.

В целом я совершенно не понимал, что происходит. События последних дней казались сном или лихорадочным бредом — всё выглядело настолько нереальным и запутанным, что разум отказывался принимать происходящее за действительность. В голове царил хаос, мысли путались, и я не мог собрать их в единую картину. Но из-за своего самочувствия я был достаточно безразличен ко всему — слабость в теле сковывала меня, не давая сильным эмоциям разгуляться. Каждое движение давалось с трудом, будто я тащил на себе невидимый груз. Я чувствовал себя опустошённым, словно из меня выкачали все силы, и теперь я мог лишь беспомощно наблюдать за происходящим, как сторонний наблюдатель, не способный ни повлиять на события, ни даже полноценно осознать их. Внутри была странная пустота, которая заглушала любые попытки ощутить что-то кроме апатии и усталости..

— С вами, на удивление, всё относительно неплохо. Через неделю сможете приступить к реабилитации, — с этими словами доктор развернулся и покинул палату. Я же, ощутив внезапное облегчение от его слов, медленно повернул голову в сторону Мо Фаня и, не скрывая иронии в голосе, задал вопрос:

— Что, все императоры зверей вдруг вымерли, раз сам Мо Фань соизволил навестить жалкого меня? Вообще, что произошло? — мне действительно было интересно, как я оказался в таком плачевном состоянии. В голове царил полный хаос, и я никак не мог собрать воедино обрывки воспоминаний.

Мо Фань, слегка нахмурившись, ответил:

— Это достаточно длинная история. Скажи, что ты последнее помнишь?

Я на мгновение задумался, пытаясь воскресить в памяти последние события:

— Я помню, как пробуждал элемент, а потом — темнота. Очнулся уже здесь, на больничной койке, едва способный пошевелиться.

Мо Фань кивнул, словно ожидая такого ответа, и продолжил:

— Во время пробуждения элемента у тебя, как объяснил учитель, проявился талант двух элементов — как у меня. — В доказательство своих слов он выпустил с правой руки огненное пламя, а с левой — сверкающую молнию.

Я не смог сдержать усмешки:

— Вот ты везунчик! В отличие от меня, после пробуждения таланта ты не лежишь в больнице.

Мо Фань серьёзно посмотрел на меня и объяснил:

— По сути, ты тоже не должен был оказаться здесь. Но судьба сыграла с тобой злую шутку. Камень пробуждения, который был в тот день, содержал повышенное количество магии элемента земли. А ты, как мы поняли, ты пробуждал свет и лёд. Но в этот процесс вмешалась третья стихия, и именно она стала причиной того, что произошло. По сути, вместо двух элементов ты получил один, но мутационный. Он как-то связан с кристаллами. Ведь именно они стали появляться по всему классу, когда ты начал светиться зелёным и синим с коричневым. Эти кристаллы и нанесли твоему телу достаточно сильный урон.

— А сколько я уже валяюсь здесь? — спросил я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

— Месяцев восемь, — ответил Мо Фань.

Я невольно выругался про себя — столько времени улетело в пустоту!

— Есть ещё что-то, что я должен знать? — спросил я, чувствуя, что история далеко не окончена, и в воздухе витает нечто большее, чем просто разговор.

— Из важного, наверное, только это, — ответил мой собеседник после небольшой паузы.

Тут Мо Фань склонился в глубоком поклоне — в Китае такое поведение не очень типично, ведь обычно так делают японцы. Его поза выглядела непривычно и даже немного странно, но в то же время в ней чувствовалась искренность и серьёзность намерений.

— Му Бай, прости, что я был таким придурком всё время. И за то, как поступил тогда в детстве. Мне правда искренне жаль! — произнёс он, не поднимая головы.

На мгновение я был настолько удивлён, что несколько раз моргнул, пытаясь осознать происходящее. В голове сразу стало очень неуютно — настолько неожиданными были слова Мо Фаня. Ведь если даже такой человек, как он, который всегда казался мне эгоистичным и самовлюблённым культиватором, вдруг начинает вести себя как нормальный человек, это не сулит ничего хорошего. Либо завтра император тёмного измерения начнёт истреблять человечество, либо случилось что-то настолько невероятное, что я даже не могу представить.

Спустя минуту я всё же решил нарушить молчание — смотреть на то, как Мо Фань стоит в поклоне, уже было неловко. К тому же я уже не тот Му Бай, что раньше питал к нему справедливую и оправданную неприязнь. К тому же, похоже, он один из тех, кому я обязан тем, что не ушёл в очередной раз на реинкарнацию.

— Ладно, забыли. Один чёрт я тебя даже по роже твоей врезать не могу. Тем более мы уже с тобой не дети, чтобы лелеять детскую обиду, — сказал я, стараясь скрыть своё удивление. — Ты там говорил о двух элементах — на какой ты сейчас ступени?

— На каждом — пик первого, — гордо задрал нос Мо Фань, выпрямившись. Его самодовольство было почти осязаемым.

— Ох, блин, это сколько мне теперь нужно времени, чтобы догнать тебя? — не смог удержаться я от саркастичного замечания.

— Не думай об этом. Тем более двойное пробуждение — не столь редкое явление, как мутационный или вообще совершенно новый элемент. Можно сказать, ты теперь уникальный маг, у которого нет аналогов в мире, — с лёгкой насмешкой ответил Мо Фань.

— Ага, и также нет подходящих семян элемента, нет необходимых ресурсов элемента. Ну или они стоят как целое поместье главной семьи Му в Шанхае, — с иронией добавил я.

— Ну да, на низкой ступени придётся потрудиться, но на средней вполне можно, если пробудить подходящий элемент, стать достаточно сильным, — невозмутимо ответил Мо Фань.

— Ладно, хрен с ним. Ты мне лучше скажи, вот я ещё числюсь в школе, и сколько мне нужно будет заплатить за лечение? — решил я сменить тему.

— В школе ты числишься, а заплатить тебе придётся немало. Двести миллионов юаней — это ещё без учёта того, что маг среднего уровня элемента лечения лечил тебя практически бесплатно, — ответил Мо Фань, и от услышанного мне захотелось провалиться сквозь землю. Сумма была настолько астрономической, что на мгновение я потерял дар речи.

-Хааа, да блин, лучше я бы просто пробудил чёртов лёд! А теперь столько головной боли теперь ждёт… Кстати, Мо Фань, ты в охотники не хочешь податься? — спросил я, уже подспудно зная, что скоро он захочет получить опыт сражения с монстрами. Мо Фань немного задумался и ответил:

— Думал после того, как добью оба элемента до пика второго уровня.

— Тогда у меня к тебе предложение, — сказал я. — Как только ты добьёшь второй уровень, я, скорее всего, буду полностью здоров и минимум овладею первой ступенью своего пока непонятного элемента. Думаю, вместе мы сможем вступить в одну хорошую группу охотников.

— Неплохая идея. Думаю, мне уже пора, а то Син Ся будет волноваться, — ответил Мо Фань, слегка нахмурившись.

— Да, кстати, как она вообще? А то после вашего неудачного побега с Му Нинсюэ мы как-то перестали общаться, — поинтересовался я.

— Да в принципе всё нормально, — коротко ответил он. — А что ты так о ней внезапно забеспокоился? Неужели что ли влюбился?

— Пока я лежу на больничной койке, пожалуй, не буду ничего говорить. А то я даже от ревнивого брата прелестницы не смогу сбежать, — усмехнулся я.

— Хах, ты, похоже, не только посидел, но и поумнел, — сказал он, смотря на меня с небольшим ехидством.

— В смысле «посидел»? — спросил я, слегка удивившись.

— Полюбуйся, — достал он из кармана смартфон и переключил камеру в режим селфи. Я увидел в экране седого парня с ярко-синими глазами, чья причёска была не в лучшем состоянии. Он напоминал мне одного персонажа из компьютерной игры — Вергилия со спущенными волосами, только более молодой версии.

— Знаешь, если раньше я был просто красив, то сейчас я точно стал неотразимым красавчиком. Теперь придётся искать маску, а то, боюсь, меня девочки порвут на части, — с иронией произнёс я.

— Вот же ты говнюк, Му Бай! — раздражённо улыбаясь, смотрел на меня Фань. А мне было достаточно видеть, как он сделал такое лицо, будто рожает ёжика чтобы день стал хорошим.

— Я бы тебе посоветовал прятать Син Ся или предупреждать меня, когда она будет рядом. А то, боюсь, она, взглянув на меня, влюбится в такую красоту, — провёл я рукой по волосам, пытаясь им придать привычную укладку.

— Ты всё тот же раздражающий засранец! — прошипел Мо Фань, забрав телефон, и, раздражённый, пошёл на выход из моей палаты.

— Ну не злись, я ведь не виноват, что природа решила из моего лица сделать совершенство, — крикнул я ему вслед.

Шаги Мо Фаня стали только более раздражёнными. На выходе он обернулся и сказал:

— Выздоравливай, высокомерный засранец, давай быстрее. А то даже посоперничать в школе не с кем.

— Не волнуйся, я скоро заставлю тебя глотать пыль, — ответил я с ухмылкой.

— Вот это мы ещё посмотрим, — бросил Мо Фань и вышел из палаты, направившись домой.

Я остался совершенно один и погрузился в глубокие раздумья. Судьба, казалось, улыбнулась мне: в этом мире, в отличие от манхвы, Мо Фань — довольно обычный парень, хотя и с некоторыми странностями. Но мысли о долге в двести миллионов омрачали моё настроение. К тому же оставался загадкой мой необычный элемент, а потеря почти целого года, проведённого на больничной койке, только усиливала беспокойство. Всё это не давало мне покоя, и я не мог не задаваться вопросом: когда же я смогу вернуться к нормальной жизни и приступить к реализации своих амбициозных планов?

А планы у меня действительно были интересными и масштабными. Но сейчас, лишённый других занятий в больничной палате, я решил сосредоточиться на исследовании своего внутреннего мира. Привычным движением я вошёл в транс и проник в своё духовное пространство. Сначала всё было погружено во мрак, но вскоре я увидел свою элементную звёздную систему — от её вида у меня едва не сорвался транс. В центре сияли три звезды: зелёная, синяя и коричневая, и их свет непрерывно менялся, перетекая друг в друга.

Переведя взгляд на более мелкие звёзды, которые вращались вокруг центральных, я заметил ещё одну необычную деталь. Звёзды двигались тройками, и хотя таких троек было семь, общее количество звёзд составляло двадцать одну. Это было крайне нестандартно. Кроме того, у меня имелись третьи духовные границы — особенность, которая на моём уровне развития была далеко не обычной. Всё это указывало на то, что мой путь будет непростым, но в то же время открывало новые возможности.

Я приступил к процессу налаживания работы своих звёзд — это был сложный и кропотливый труд, требующий не только огромных запасов духовной энергии, но и глубокого понимания их природы. Первая тройка звёзд, которую я попытался взять под собственное управление, совершенно не реагировала на мои попытки. Я начал потихоньку пропитывать их своей духовной энергией, осторожно направляя потоки силы, пытаясь установить контроль. Но сложность заключалась в том, что нужно было управиться сразу с тремя звёздами — они словно сопротивлялись объединённому воздействию, создавая энергетические вихри, которые затрудняли управление. Даже при моих высоких духовных границах задача обещала растянуться на месяц, а возможно, и на гораздо более длительный срок — не меньше полугода, если учитывать все возможные сложности и непредвиденные обстоятельства. Я понимал, что одновременное подчинение трёх звёзд сразу — это путь, который потребует колоссальных затрат энергии и времени, а все семь троек ещё сложнее и затратнее. Но, к счастью, мне была известна небольшая хитрость: не нужно пытаться подчинить всею семерку звёзд сразу, по нарастающей. Гораздо разумнее сначала подчинить каждую звезду по отдельности, постепенно устанавливая над ними контроль. После этого объединить их под своим управлением будет гораздо проще — процесс займёт намного меньше времени и потребует значительно меньше усилий. Этот подход давал надежду на то, что я смогу справиться с задачей в разумные сроки.

Гг в будущем когда приоделся

Глава 2

Неделя прошла незаметно, словно её и не было. Всё это время я практически не отрывался от культивирования — либо спал, чтобы восстановить силы, либо погружался в практику. Но, к сожалению, все усилия оказались тщетными: прогресс был нулевым, как бы я ни старался. Даже несмотря на то, что мог культивировать без перерыва по девять часов, ничего не менялось. Ни одна звёздная тройка не желала поддаваться моему влиянию, как бы я ни пытался.

Я испробовал множество методов. Иногда старался мягко направить энергию, словно уговаривая её подчиниться, а иногда, наоборот, максимально сжимал её духовными тисками, выжимая свой запас духовной силы до последнего капли. Пробовал менять сочетания звёзд, которые пытался подчинить, — сначала выбирал те, что казались наиболее податливыми, потом те, что, наоборот, сопротивлялись особенно яростно. Но всё было без толку.

(Плохая попытка с помощью нейросети сделать изображение как выглядит элемент гг из нутрии)

Каждый раз я надеялся, что на этот раз что-то получится, что я наконец почувствую сдвиг, но всё оставалось по-прежнему. Даже то, что мне удалось на две секунды немного уменьшить скорость полёта звёзд, вряд ли можно считать достижением. Это было похоже на каплю в море, на тщетную попытку сдвинуть гору голыми руками. Я начинал сомневаться в своих способностях и в том, что вообще способен добиться успеха в культивировании до того как человечество в очередной раз отформатируется одним не хорошим негером из другого измерения .

Благо тело быстро восстанавливалось, и к концу недели я уже мог нормально двигаться. Если была опора, то я даже мог немного стоять и передвигаться, хотя каждое движение всё ещё давалось с трудом и сопровождалось лёгкой болью. Я старался не думать о том, сколько времени мне ещё потребуется на полное восстановление, и просто радовался каждому маленькому успеху. В такие моменты я прямо чувствовал себя Син Ся, которая тоже могла двигаться некоторое время, а потом снова оказывалась в кресле. Я представлял, как она преодолевает свои трудности, и это придавало мне сил с Пауэр Мотивейшин. Я даже подумал, что было бы неплохо познакомиться с ней — узнать её историю не через память Му Бая, помочь в укрощение духа Парфенона. Мы могли бы стать «братками по несчастью» и двигаться вперёд вместе — ну или по очереди. Хотя Мо Фань явно будет против чтобы гадский Му Бай лез к невиной Син Ся. А по морде молнии и огнём пока не хотелось. Да и второй раз я точно уже не хочу чтобы девушка к которой я подбиваю клинья видела меня побитым. Очень уж это бьёт по мужскому достоинству.

Зато я смог более или менее понять, какие элементы входят в состав моего мутационного элемента, и предположить, чем я на самом деле владею. После долгих раздумий и анализа своих способностей мне удалось разобраться в их природе. Те, кто говорил, что у меня должен быть пробуждён элемент света, — просто невежды, которые не разбираются в теме. Да, они угадали с элементом льда и земли, но как они могли перепутать свет с ветром — для меня загадка. Ведь все знают, что у каждого элемента есть своё цветовое обозначение, и они же видели, что цвет был зелёным, а это явное обозначение ветра. Кому-то явно нужно пройти тесты на проф пригодность. Хотя кумовство в Китае похоже не меньше чем в России . Вот как сейчас помню свою жизнь когда меня называли Кощей Бессмертный. Знаете прикольно быть в прошлой жизни одним из персонажей фольклора .

Мой мутационный элемент, без преувеличения, можно было назвать «летящим кристаллом». Его основа — лёд, который под влиянием земли становится более крепким и приобретает уникальную способность создавать минералы и магические кристаллы. При соединении с земной энергией лёд не просто затвердевает — он трансформируется, обретая новые свойства. Ветер же в этой системе выступает в роли движущей силы: он придаёт моим кристаллам скорость и направление, позволяя метать их с поразительной точностью. С помощью своей магии я могу не только создавать кристаллы, но и управлять их формой и размером, что делает моё оружие невероятно гибким и мощным. Интересно, смогу ли я создавать все типы кристаллов? Если это окажется возможным, то мой элемент станет поистине сломанным. Те, кто знаком с таблицей Менделеева, наверняка согласятся со мной: практически все элементы в твёрдом состоянии имеют кристаллическую структуру. Это означает, что если мой мутационный элемент позволит мне управлять металлами и углеродистыми соединениями, то я смогу манипулировать огромным спектром материалов. Я смогу создавать не только острые как бритва кристаллы для атаки, но и прочные защитные барьеры, а также сложные конструкции для ловушки. С такими возможностями я смогу победить любого мага и монстра, независимо от их силы и умений ну практически .

Даже если будут ограничения на контроль, я знаю, как можно повысить духовные границы, не прибегая к камню разума, вплоть до пятых границ. Мысленно я уже представлял, как стреляю свинцовыми ядрами или ртутью, которая скашивает армии монстров, а потом расстреливаю рожу нигера что император тёмного измерения урановыми снарядами. Победив все угрозы человечества, я сажусь на пластиковый стул с катаной, зачёсываю рукой волосы назад, ловлю мощный павер мотивейшин и становлюсь императором человечества, а Мо Фань становится моим первым примархом.

Слегка остановив полёт фантазии, я вернулся в реальность. Всё-таки у нас с вахой сеттинги немного разные. Наверняка с моим элементом будет какой-то подвох. Например, я действительно смогу создавать и контролировать металлы, но только на пике высокого уровня и при наличии седьмых духовных границ. К тому же скорость, с которой я смогу метать кристаллы, будет зависеть от того, насколько быстро я смогу разогнать их с помощью магии ветра. Скорее всего, я даже не смогу использовать магию ветра в чистом виде, поскольку она является лишь частью моего мутационного элемента.

Мне нужно попытаться пробудить пространство, когда я достигну среднего уровня, иначе я буду просто хрустальной пушкой без возможности свалить. Но до этого момента ещё очень далеко. Сколько времени займёт культивация моего мутационного элемента? Возможно, десятилетия или даже столетия, если я найду способ продлить время своей очередной реинкарнации. Но мне не хочется снова становиться еретиком. Слишком неудобно существовать в мире, где тебя пытается убить каждый, кому не лень.

***

Спустя две недели реабилитации я уже мог относительно нормально передвигаться, опираясь на трость. Физическое состояние постепенно улучшалось, но вместе с тем я узнал новость, которая не перевернула мой мир, но явно испоганило немного настроение: я больше не принадлежу клану Му. Это известие не стало для меня шоком, но и радости особой не принесло. Особенно если учитывать, что клан Му предоставил мне счёт в четыреста миллионов юаней, от которого я не могу отказаться. Теперь я уже не Му Бай, член уважаемого клана, а просто Бай, обременённый гигантским долгом и неопределённым будущим. Перспективы так и манят попробовать ресутнутся на очередной круг реинкарнации.

Ситуация осложнялась тем, что в моих костях остались частички кристаллизованной маны. Благодаря им мои кости стали значительно прочнее, и риск их перелома практически исключён. Однако есть и обратная сторона: эти частицы постепенно увеличивают вес моего скелета, что создаёт дополнительную нагрузку на тело. Врачи объяснили, что во время лечения они планировали использовать магические минералы для создания прочных имплантатов. Но во время обследований выяснилось, что мои кости начали самостоятельно адаптироваться, укрепляясь без потери функций и без вреда для организма. Прям продавай берцовую кость. Хорошо хоть дедя Му Хэ выступал для меня крышей на время. Иначе разобрали меня на косточки , да продали на аукционе.

Как и все маги, я обладал определённой устойчивостью и мог с помощью элемента немного без контрольно пасивно усиливать своё тело элементом . Это было несомненным плюсом, если бы не одно «но»: из-за почти годового лежания мои мышцы атрофировались, а вес приблизился к ста пятидесяти килограммам , хоть толстяком я не стал . В результате мне даже тяжело ходить больше десяти минут — каждое движение даётся с трудом. Жизнь снова поставила передо мной ряд испытаний, которые нужно преодолевать шаг за шагом. Похоже, мне никогда не суждено переродиться наследником богатого клана с неограниченными ресурсами. В этом мире походу точно.

Сейчас я медленно ковылял к квартире, которая принадлежала моему дяде Му Хэ. По каким-то непонятным мне причинам он так и не обзавёлся наследниками за всю свою жизнь. Видимо, он видел во мне потенциального преемника, иначе я не могу объяснить его заботу и поддержку. Он помогает мне, даже рискуя конфликтом с главой ветви клана Му в Бо, да в целом есть риск что глава всего клана Му может убрать дядьку. Я не понимаю, почему он так стремится поднять меня выше моего нынешнего положения, не требуя ничего взамен. Но я искренне благодарен ему за помощь. Конечно, мне не впервой сталкиваться с трудностями и даже выживать в самых сложных условиях, но я всё же предпочёл бы обойтись без бомжеваний. Да и решил всё-таки заканчивать школу экстерном. Сейчас она будет только жрать из меня время не принося мне полезных ресурсов.

***

Зайдя в трёхкомнатную квартиру, я внимательно огляделся. В целом обстановка производила приятное впечатление ухоженности и порядка. В прихожей было достаточно свободного места, чтобы разместить шкаф с вешалкой и удобную подставку для обуви. Стены украшали приятные на вид обои в синих тонах с изящным узором из белых завитков, которые создавали спокойную и располагающую к себе атмосферу. Моё физическое состояние оставляло желать лучшего, поэтому я не стал наклоняться — вместо этого я аккуратно стянул обувь с ног. Это получилось не с первой попытки, но в конце концов я смог разуться.

Повернув налево, я подошёл к резной двери, которая, судя по всему, была сделана из красного дерева, и осторожно её открыл. За дверью оказалась кухня, которая сияла чистотой. Она была функционально разделена на несколько зон. В одном углу располагался гигантский холодильник, работающий на магических камнях элемента льда, — настоящий мини-склад продуктов. Рядом стоял удобный стол с нижним отсеком, предназначенным для хранения нескоропортящихся продуктов, таких как картофель, рис и другие овощи. Чуть выше был отдел, где хранились печенья и различные сорта чая. В этот момент мне особенно захотелось заварить себе кружку ароматного чая — ведь настоящий крутой парень всегда находит время для такого простого, но приятного ритуала. К тому же каждый крутой парень, как правило, носит зачёсанные назад волосы — кумир старого меня Айзеном Соуске был именно таким.

Забавно, но в этом мире существовала манга «Блич», хотя её популярность была гораздо ниже, чем на далёкой Земле. Восхищение старым Баем Айзаном Соуске казалось интересным, но не более того — за множество прожитых жизней ко многим вещам становишься более равнодушным. В этой жизни меня, по крайней мере, утешал чай — его тёплая жидкость ненадолго раскрашивала серые будни меланхоличного реинкарнатора, чей суммарный возраст приближался к возрасту всего человечества — около миллиона лет. Не самое весёлое существование — быть ходячим реликтом, свидетелем прошедших эпох человечества.

Достав чайные принадлежности, я направился к плите, работающей на магической энергии огня. Рядом стоял чайник, который выглядел как настоящее произведение искусства. Я наполнил его водой и поставил нагреваться. Затем засыпал в заварник смесь из разных чайных листьев и стал ждать, когда закипит вода. Благодаря маготехнической технике это произошло очень быстро — одно из её главных преимуществ. Хотя, признаться, я всё же предпочитал, чтобы вода зашипела на обычном костре. Я уже настолько привык к жизни в диких условиях, что даже слияние с личностью Му Бая не изменило моих предпочтений.

Когда чай был готов, я с удовольствием вдохнул приятный аромат, который поднимался от заварника. Налив себе кружку чая, я начал пить его мелкими глотками, наслаждаясь каждым моментом. Тёплый напиток плавно спускался по пищеводу и разливался теплом в желудке. В эти мгновения в моей памяти всплывали воспоминания о сотнях миллионов ночей, проведённых в открытом лесу возле костра — иногда в компании, но чаще в одиночестве. Сколько бы я ни видел костры и снежные бури, они никогда не надоедали мне. Порой мне даже хотелось реинкарнироваться в магическое животное, полностью раствориться в инстинктах и забыть о сотне прожитых жизней. Но, увы, мой дар, похоже, не позволял мне этого.

Тем не менее я надеялся, что эта жизнь будет более интересной, чем предыдущие. Особенно теперь, когда рядом был герой, который, без сомнения, станет катализатором множества захватывающих событий. Промелькнула мысль, что, возможно, в этот раз мне удастся одержать победу в бесконечном противостоянии с владыками тёмного измерения. Хотя сейчас это уже не так сильно меня волновало — похоже, фаза возбуждения постепенно прошла, и я снова погружался в привычную меланхолию. Так всегда бывает: сначала, после слияния с новой личностью, наступает период эмоционального подъёма, а затем всё возвращается к привычному состоянию.

Сделав последний глоток чая, я тщательно помыл кружку и поставил её в сушилку. После этого я отправился на поиски места, где можно было бы удобно расположиться и начать процесс культивации.

Зайдя в комнату, я сразу смог понять, что это зал. Помещение было просторным и светлым, с большими окнами, сквозь которые проникал мягкий дневной свет. В центре комнаты стоял огромный плазменный телевизор, его экран казался почти бесконечным. По бокам от телевизора располагался массивный деревянный стол, на котором лежали какие-то журналы и пульты от техники. Рядом с столом — гигантский диван, с виду очень мягкий и удобный, с высокими подлокотниками и пышными подушками. Его обивка была выполнена в спокойных тонах, что придавало комнате особую атмосферу уюта. С другой стороны комнаты стояли три массивных кресла, обитые той же тканью, что и диван. Они выглядели так комфортно, что я сразу направился к ним с намерением присесть. «Ну, начнём», — сказал я себе, погружаясь во внутренний мир.

***

Снова всё то же самое: семь строенных звёздочек, словно танцующих в космическом балете, летают в собственном ритме, создавая завораживающую картину. В центре галактики сияют три гигантские звезды, каждая из которых излучает свет своего уникального цвета — словно три драгоценных камня, вплетённых в полотно вселенной. В этот раз я решил сделать акцент на центральных звёздах. Переместившись поближе к этому сияющему трио, я собрал все свои духовные силы, чтобы попытаться взглянуть на центр галактики изнутри, понять немного его сущность своего тройного энерго ядра. Но в тот же миг, когда я попытался проникнуть в его структуру, на меня словно упала тяжёлая наковальня — такой мощный был духовный откат. Он мгновенно выбил меня из внутреннего мира во внешний, и голова загудела, как заведённый трактор. Казалось, что это была не метафора, а самая настоящая наковальня, рухнувшая на мою голову. Минут десять я приходил в себя, пытаясь справиться с гулом в голове и звоном в ушах. Постепенно состояние начало нормализовываться, и я смог снова ясно мыслить.

Видимо, пока не стоило лезть в тот запутанный клубок проблем. Взяв пульт, я включил телевизор, чтобы отвлечься от тревожных мыслей. На экране появилась сцена из какого-то мелодраматического сериала. Герои вели напряжённый диалог:

— Ты не можешь быть вместе с этим мерзавцем, Лиянь! Прошу, дай мне времени, и я смогу достичь высокого уровня! — с отчаянием в голосе говорил один из персонажей.

— Прости, Тан, но Яйхоу уже на пике высокого уровня. Я не могу отказаться от этого брака — у меня есть долг перед кланом, — твёрдо ответила Лиянь, и в её голосе слышалась непреклонность.

Я поморщился и переключил канал, устав от эмоциональных переживаний вымышленных героев. На другом канале двое мужчин увлечённо обсуждали рыбалку:

— Когда ловишь иглохвостого карася, лучше всего использовать мормышку с добавлением Маны земли и растений. Рыба очень любит эти ресурсы, — давал советы один из них.

— А какого самого большого иглохвостого карася вы ловили? — с интересом спросил его собеседник.

— Как-то на Фэсенху, с правой стороны, мне удалось выловить рыбину в семьдесят сантиметров! Видимо, в том месте в воде было очень много ресурсов земли и растений, раз он смог так отъесться, — с гордостью рассказывал рыболов, и в его голосе чувствовалось восхищение собственным уловом.

— Достойный улов! — одобрительно кивнул его собеседник.

Я снова переключил канал. Хотя я и любил охоту и рыбалку, мне больше нравилось заниматься этим самому, а не наблюдать за процессом с экрана телевизора. Следующий канал транслировал новости Китая.

— Внимание, вы смотрите новости Китая! — объявила ведущая. — Недавно была замечена миграция огненных Дзерен раньше сезонной миграции. Охотники из Китая и Монголии выполняют заказы от правительства, выясняя, какая причина вызвала столь необычное явление.

Далее ведущая, одетая в элегантное платье с магическими узорами, которые слегка мерцали в свете студийных ламп, сообщила об изменениях на рынке магических бытовых камней. Её голос, мягкий и мелодичный, приятно разливался по студии, придавая новостям особую атмосферу. Она сказала:

— Ожидается повышение цен на камни молнии на пять процентов, на камни огня и ветра — на три процента. В то же время цены на камни света и земли, к радости многих потребителей, упадут на процент. Цены на остальные виды магических камней останутся без изменений.

В её голосе чувствовалась уверенность и спокойствие, что невольно передавалось слушателям. Ведущая умело держала внимание аудитории, и даже самые скептически настроенные зрители невольно прислушивались к её словам.

Я внимательно слушал новости, пытаясь понять общую обстановку в мире. Пока что я не видел каких-то значительных перемен, но новости из мира магов всё больше и больше меня заинтересовывали.

Затем диктор сообщил, что Университет магии Жемчуга объявил о повышении количества бюджетных мест и снижении цен на платные места на двадцать процентов. Директор университета, Сяо Бинсэнь, заявил: «Китай должен взрастить свои молодые таланты. Мы хотим создать здоровую атмосферу соперничества, которая позволит молодым талантам прогрессировать быстрее».

—На этом всё на сегодня. Следом будет прогноз погоды, а также объявление о ближайших миграциях монстров. Не переключайтесь! С вами была Нин Шен, до скорой встречи! — завершил выпуск новостей диктор.

Я выключил телевизор — экран потух, и комната сразу будто погрузилась в тишину. Заняться было решительно нечем: книги не привлекали, компьютер казался скучным, а выходить на улицу не хотелось. В конце концов, я решил лечь спать — в конце концов, сон всегда помогал мне восстановить силы. Я знал, что во время сна духовная энергия восстанавливается быстрее на пятнадцать процентов, чем при бодрствовании.

Войдя в спальню, я замер от удивления: вместо привычной кровати я увидел нечто невероятное — настоящий «мега траходром три тысячи». Сначала я даже не поверил своим глазам. Я, конечно, понимал, что дядя Хэ иногда любит пошутить, но сейчас его шутка казалась чересчур экстравагантной. Казалось, он решил, что я какой-то полоумный кролик, который, стоит ему выписаться из больницы, сразу начнёт соблазнять всех девушек вокруг. Либо это была действительно шутка, либо у него было очень своеобразное представление о комфорте.

То, что сейчас стояло в моей спальне, мало походило на обычную кровать. Один только матрас поражал воображение — его толщина была примерно равна расстоянию от локтя до кисти. Я сам измерил и на мгновение даже растерялся, не зная, как реагировать на такое «изобретение». Но после нескольких минут удивления я просто смирился с ситуацией. Снял только носки и кофту и лёг, не раздеваясь до конца, на этот необычный матрас. Почти сразу я погрузился в сон, отправившись в царство Морфея. Даже когда сквозь занавески пробились первые лучи дневного солнца, они не помешали мне продолжать спать.

***

Проснулся уже под вечер, часов в восемь. В комнате царил полумрак, и первые мгновения казалось, что ещё рано, но взгляд на часы быстро расставил всё по своим местам. Запас духовной энергии был полон — чувствовалось, что пора заниматься делами. Встав с кровати, я неторопливо потянулся и пошёл в туалет. Умылся, смывая с себя остатки сна, и посмотрел в зеркало — отражение показало немного сонного, но уже готового к новым свершениям человека.

Потом направился на кухню, чтобы приготовить себе еду. Аппетит был отличным, желудок настойчиво напоминал о том, что пора подкрепиться. На кухне сразу стало ясно, что сегодня будет картошка — она всегда выручала в такие моменты. Достал картошку из холодильника, тщательно почистил, помыл под холодной водой и нарезал ровными кусочками. Взял сковородку, налил немного масла и поставил на плиту. Пока картошка жарилась, наполняя кухню аппетитным ароматом, я поставил чайник, чтобы после еды выпить чашечку горячего чая.

Когда картошка была готова, быстро перекусил, наслаждаясь вкусом и теплом блюда. После еды помыл посуду, чувствуя, как внутри разливается приятное ощущение сытости и готовности к новым делам.

Снова пошёл в зал, уселся в удобное кресло с высокой спинкой и погрузился в медитацию, начав процесс культивации внутренней энергии. В зале царила тишина, лишь изредка нарушаемая лёгким шорохом листьев за окном. Дыхание постепенно замедлилось, мысли прояснились, и я словно отделился от внешнего мира. Я вошёл во внутренний мир — пространство, которое каждый раз встречало меня неизменной картиной: бескрайняя вселенная с мириадами звёзд , в будущем конечно. Я приступил к привычному делу — попытался подчинить себе звёзды, которые, как и всегда, почти никак не реагировали на мои манипуляции. Как и в прошлые разы, прогресс был мизерным: звёзды лишь слегка дрожали, не желая поддаваться моему влиянию. Но я помнил поговорку: «Вода камень точит» — и продолжал попытки взять их под контроль, не теряя настроя и веры в успех. Часа текли медленно, а я всё продолжал свои усилия, чувствуя, как истощается энергия, но не позволяя себе сдаться. В какой-то момент мысли начали путаться, тело просилось отдохнуть, но я упрямо продолжал практику. Спустя девять долгих часов непрерывных попыток я наконец вышел из внутреннего мира. Открыв глаза, взглянул на часы — было ровно пять часов утра. В зале уже проникали первые лучи рассвета, бросая тусклый свет на пол. Тело затекло от долгого отсутствия движений, словно застыло в кресле, а мышцы будто окаменели. Встав, я почувствовал, как затекли мышцы, и начал делать растяжку, чтобы немного привести тело в тонус и вернуть ему гибкость. Медленные, плавные движения постепенно возвращали ощущение лёгкости и силы, и вскоре я снова почувствовал себя готовым к движению.

Я вновь направился на кухню, чтобы приготовить еду. В этот раз я решил сделать жареный рис с овощами и мясом — одно из моих любимых блюд. Сначала я открыл холодильник и достал кусок мяса. Это была глубоководная утка — мясо у неё особенно вкусное и сочное. Я положил его на разделочную доску и начал медленно нарезать тонкими ломтиками, стараясь сделать их как можно более ровными. Параллельно я поставил замачивать рис — предварительно я тщательно его промыл под холодной водой, чтобы избавиться от лишнего крахмала.

Пока рис замачивался, я занялся овощами. Я выбрал свежие морковь, болгарский перец и брокколи — они отлично дополнят мясо и придадут блюду яркий цвет. Овощи я почистил и нарезал кривыми ломтиками — так они будут лучше прожариваться и придадут блюду интересную текстуру.

Затем я достал хорошую глубокую сковородку, в которой можно будет приготовить всё в один приём. Налив в неё немного подсолнечного масла, я поставил сковородку на медленный огонь, чтобы масло равномерно прогрелось. Пока сковорода прогревалась, я взял контейнер, сложил в него нарезанное мясо и овощи, добавил кисло-сладкий соус со специями. Я хорошенько встряхнул контейнер, чтобы соус равномерно распределился по ингредиентам. Побольше добавил перца — я люблю, когда блюда получаются пикантными.

Когда сковорода достаточно прогрелась, я выложил в неё мясо с овощами и прибавил огонь. Слегка прикрыв крышкой, я переключился на рис. Вылив излишки воды, я поставил его вариться в рисоварке. Пока рис варился, я периодически помешивал мясо с овощами, чтобы они не пригорели и равномерно прожарились. По кухне начал распространяться аппетитный запах жареного мяса и варящегося риса. В животе зашевелился голод — настолько соблазнительными были ароматы.

Когда рис был готов, я вывалил его в сковородку с мясом и овощами. Прибавил огонь и стал медленно перемешивать, чтобы рис пропитался соками и ароматами. Спустя двадцать минут жареный рис с мясом и овощами был готов — он получился рассыпчатым, сочным и невероятно вкусным. Я выложил блюдо на тарелку и взял ложку. Хотя я умею пользоваться палочками, я всё же предпочитаю есть ложкой — так мне кажется удобнее. Наверное, для обычного китайца я сейчас творил гастрономическое извращение, но мне было всё равно на традиции — главное, чтобы было вкусно.

Поев, я убрал остатки еды в холодильник, помыл посуду, поставил её в сушку, а потом убрал в шкаф с посудой. На кухне снова царила чистота и порядок, а я чувствовал себя сытым и довольным.

***

Следующую неделю я жил по строгому расписанию. Каждое утро я просыпался в одно и то же время, делал зарядку, завтракал и погружался в практику — культивировал энергию в течение девяти часов. После этого я снова ел, затем выделял время для отдыха и сна, чтобы восстановить духовную энергию, и снова брался за подчинение звёзд. Техника была непростой, но за неделю я добился заметного прогресса: если раньше мне удавалось замедлить звезду лишь на две секунды, то теперь — на целых пять, причём с любой звездой, без исключения.

Однако в понедельник всё изменилось — дядька Му Хэ вызвал меня на разговор. Делать было нечего, поэтому я переоделся в белую футболку и чёрные штаны и вышел из квартиры. За эту неделю из-за недостатка физической активности я немного поправился, но это меня не слишком беспокоило. Я знал, что жир несложно превратить в мышцы, а с моим кристаллическим скелетом, который добавлял пятьдесят килограммов к моим обычным восьмидесяти (да ещё, наверное, пара килограммов добавилась из-за небольшого набора веса), мне не придётся слишком усердствовать — достаточно просто двигаться побольше. К тому же моё тело сохраняло подвижность, и это не могло не радовать.

Выйдя из квартиры, я закрыл дверь, подошёл к лифту и нажал кнопку вызова. Дом был двенадцатиэтажным, и я стал ждать, пока кабина спустится на пятый этаж. Когда лифт приехал, внутри я увидел девушку и её парня. Девушка окинула меня заинтересованным взглядом, а вот её спутник смотрел как-то недобро, оценивающе , но безуспешно намеренья набить мне рожу.. Это меня насторожило, и на мгновение я даже подумал, что лучше пройтись пешком. Но всё же пересилил себя и вошёл в лифт, нажав кнопку первого этажа.

— Простите, а как вас зовут? — вдруг обратилась ко мне девушка. — Мы с братом из семьи Ляо, я — Ляо Пан, а это мой брат.

— Я сам могу представиться, — немного резко ответил я. — Моё имя — Ляо Шин.

— Рад знакомству. Моё имя — Бай, — сухо ответил я, мысленно назвав эту парочку странной.

— Вы не хотели бы поучаствовать в празднике? У нас скоро будет празднование совершеннолетия, и нам было бы приятно, если бы вы посетили его. Мы недавно в этом городе и у нас пока мало знакомых, — продолжала девушка.

— Не буду лгать, но, скорее всего, нет. В последнее время у меня очень мало свободного времени, — ответил я.

Лифт достиг первого этажа, и я поспешил выйти, направившись на встречу с дядей. «Нужно держаться от этой квартиры подальше, — подумал я. — Кто знает, что у них на уме? Судьба бережёного бережёт. А вдруг они вообще Чёрноцековники?»

Выйдя из подъезда, я направился к ресторану, где меня ждал дядька Му Хэ. Но тут меня начало беспокоить что-то другое — взгляды прохожих. Они смотрели на меня так, будто я был куском сочного мяса, который они мечтали съесть. Я понимал, что выгляжу как модель с обложки журнала, но не настолько же, чтобы привлекать столь пристальное внимание, причём даже со стороны мужчин! Я невольно прибавил шагу, надеясь поскорее избавиться от этого неприятного ощущения.

— Хей, парень, можешь уделить мне минутку? — окликнул меня кто-то.

— Нет, я спешу, — бросил я, не останавливаясь.

— А, ладно, извини, — послышалось в ответ.

Но на этом всё не закончилось. Ко мне снова и снова обращались прохожие: кто-то просил помощи, кто-то пытался познакомиться, кто-то стрелял номер телефона. Несколько раз даже останавливались машины — видимо, водители хотели покрасоваться передо мной. Мне уже хотелось бежать, но мой вес не позволял двигаться слишком быстро. Я продолжал идти, ускоряя шаг и мечтая поскорее добраться до места назначения.

Наконец я подлетел ко входу в ресторан традиционной китайской кухни, который располагался в старинном здании с характерной архитектурой — с крышами, напоминающими пагоды, и декоративными драконами, украшавшими карнизы. У входа меня встретила высокая длинноногая девушка, которая сразу привлекла моё внимание. У неё была пышная грива ярко-рыжих волос, которые словно пылали в лучах заходящего солнца. Глаза её были зелёными, как дьявольский огонь в глазах призраков, а лицо — хищным, нет, даже львиным: в нём читались сила и уверенность. Строгая форма одежды не скрывала подтянутого тела, в котором гармонично сочетались плавные изгибы и мощные мышцы.

Рядом с девушкой стояла женщина с блондинистыми волосами, аккуратно уложенными в причёску, и алыми, словно раскалённые угли, глазами. «Кого-то она мне напоминает», — промелькнуло в мыслях.

Женщина с алыми глазами подошла к хостес и сказала сильным, властным голосом:

— Здравствуйте, у меня встреча за пятым столиком в вип-зоне.

Такой голос обычно говорил о внутренней силе и уверенности того, кто им говорил. Хостес, не растерявшись, ответила:

— Можете назвать своё имя?

— Е Чан.

— Да, проходите, вы есть в списке.

Я подошёл к девушке, которая стояла на входе, и сказал:

— Здравствуйте. У меня назначена встреча с Му Хэ, можете, пожалуйста, проверить в списке имя Му Бай?

— Секунду, подождите, — ответила она, берясь за список.

Не удержавшись, я добавил:

— А также позвольте задать нескромный вопрос: вы заняты чем-то после работы?

Девушка, слегка приподняв бровь, ответила:

— Простите, но я предпочитаю знакомиться с кем-то в нерабочее время. Ваш столик под номером пять в вип-зоне.

— Понимаю, значит, мне нужно туда же, куда и той женщине. Ещё раз спасибо и извините за беспокойство, — сказал я и прошёл в ресторан.

В голове я сделал пометку о данной девушке. Она была из того типа людей, которые были в моём вкусе: уверенная, сильная, с характером. Особенно меня впечатлил её редкий рост — она была выше меня на целую голову. «Что ж, видимо, фетиш на сильных женщин, который сформировался в жизнях до нового времени, остался и в этой жизни», — подумал я. И тут же добавил про себя: «Как бы мне потом не пришлось испытывать от него определённые неудобства». Внутри ресторана царила атмосфера восточного уюта: приглушённый свет, традиционные китайские орнаменты на стенах и негромкая музыка, создающая ощущение спокойствия и гармонии.

Рядом проходил официант, у которого я решил спросить, где находится вип-зона и столик под номером пять. Я подошёл и вежливо произнёс:

— Простите, не могли бы вы подсказать, где находится вип-зона и столик номер пять?

Официант, слегка поклонившись, ответил:

— Прошу прощения, но в данный момент я обслуживаю другой столик и не могу вам помочь.

После этих слов он развернулся и направился в сторону кухни. Я огляделся и заметил другого официанта, который пока был свободен. Я подошёл к нему и спросил:

— Не могли бы вы отвести меня к пятому столику в вип-зоне?

Официант с улыбкой ответил:

— Конечно, следуйте за мной.

Мы направились к лестнице, ведущей на второй этаж. Поднимаясь, я обратил внимание на атмосферу места: стены были украшены изысканными китайскими высказываниями философов, а также рисунками, на которых были изображены змеи, черепахи, тигры, журавли и драконы. Эти детали придавали помещению особый восточный колорит.

Когда мы достигли нужного места, официант указал на дверь и сказал:

— Вот пятый столик в вип-зоне. Прошу перед входом постучаться. Могу я быть свободен?

— Да, конечно, — ответил я, отпуская официанта.

Постучав в дверь, я решил подождать, пока мне разрешат войти. В голове промелькнули мысли: «Мало ли что обсуждает Му Хэ с той блондинкой. Может, у них там важные переговоры, а может, и вовсе личные дела. Не стоит вмешиваться, лучше подождать, пока меня позовут».

— Му Бай, заходи, — послышалось из-за двери. Я осторожно открыл дверь и увидел в комнате своего дядю и рядом с ним — блондинку с яркими красными глазами.

— Здравствуйте, — махнул я рукой, проходя и усаживаясь за стол.

Дядя представил мне свою подругу:

— Му Бай, позволь тебе представить мою подругу Е Чан.

— Здравствуйте, рад познакомиться, — приветливо улыбнулся я.

Е Чан сразу же проявила интерес к моей работе с необычным магическим элементом:

— Как успехи в работе с твоим необычным элементом?

— Не так хорошо, как хотелось бы, но и не столь плохо, — ответил я. — У меня даже есть пара мыслей о том, что это может быть.

— Не мог бы ты рассказать? — заинтересованно взглянув на меня, спросила Е Чан.

Я посмотрел на дядю, словно спрашивая разрешения говорить. Он едва заметно кивнул.

— Мой элемент как-то связан с кристаллизацией материала и его передвижениями в пространстве, — пояснил я.

— Звучит интересно, — сказала Е Чан. — В умелых руках это открывает множество возможностей.

— Да, но требует безумного количества контроля и времени, — добавил я. — За это время я даже не приблизился к полному контролю над хоть одной звёздочкой, не говоря уже о всех звёзд.

— Зато награда в конце окупит все усилия, поверь мне, — слегка улыбнувшись, сказал дядя.

Я слегка прокашлялся, смущённый похвалой дяди:

— Хорошо, кхе-кхе. Но, думаю, ты вызвал меня сюда не просто так. Скорее всего, у тебя есть какие-то поручения для меня.

Е Чан, словно подтверждая мои слова, сказала:

— Твой Му Бай быстро всё схватывает. Именно поэтому тебя пригласили сюда. Точнее, я тебя пригласила. Скажем так, я известная личность в узких кругах. В будущем я хотела бы, чтобы ты помог мне в нескольких делах. Сейчас ты пока без магии, но твои физические способности кратно выше любого мага до среднего уровня. А если потренировать, то, наверное, сможешь дать отпор даже магу среднего уровня.

— То есть вы хотите сделать меня своим ликвидатором? — прямо спросил я. — Я согласен, но с несколькими условиями. Первое: я буду устранять только тварей, обычных людей трогать не буду. Второе: мне нужен грамотный инструктор, а также желательно полноценное питание с мясом, пропитанным не смертельным количеством маны. Третье: мне нужны артефакты, хотя бы пока я не подчиню звёзды.

— А тебе палец в рот не клади — откусишь, — с усмешкой сказала блондинка.

— Как и вам, — ответил я. — Вы можете заинтересовать дядю Му Хэ, значит, с вами возможно вести дела.

Я встал, подошёл и протянул руку как знак заключения сделки.

— Что ж, тогда до встречи, Му Бай, — пожав мою руку, сказала Е Чан, развернулась и вышла из комнаты.

Я остался в раздумьях, пытаясь вспомнить, кто это мог быть. Память словно зудела, пытаясь выплеснуть что-то связанное с ней, но ничего конкретного не приходило в голову. Я снова сел за стол и решил продолжить разговор с дядей.

— Дядя, дай угадаю: это очень влиятельная леди, связанная с тобой, — сказал я. — Мне на самом деле не нужно влезать в ваши отношения, но скажи, насколько с ней действительно можно вести дела без риска потом быть уничтоженным?

— Ты стал более крепким и взрослым, — ответил дядя. — Побывав на пороге смерти, мы всегда меняемся. Ей не советую доверять. В сделках она не отходит от данных слов ни на букву, но если ты сам что-то упустишь, не скажешь, не добавишь условия, то она этим воспользуется.

— А стоило ли вообще тогда знакомить меня с ней? — спокойно спросил я, не будучи в обиде. Му Хэ слишком много сделал для меня.

— Увы, ты в такой ситуации, когда такая «крыша», как она, необходима, — ответил дядя.

— Неужели всё настолько плохо? — спросил я.

— Клан Му несколько раз хотел нанять убийц для твоего устранения, — пояснил Му Хэ. — Мой брат слишком печётся о своей власти, ты можешь стать угрозой. Угрозой того, что Нинсюэ может перестать быть наследником всего клана Му. Твой мутационный элемент — это редкое, практически единичное событие. Скажи, что ценнее: талант одной девчонки, пусть сильный, но далеко не уникальный, или же тот, кто может создать новый талант для клана? Если твой элемент окажется сильным, клан захочет, чтобы он передался другим. Особенно если брать в расчёт твой интеллект, который тоже играет немалую роль. Ты на данный момент можешь вполне стать наследником клана Му, тебе нужно лишь показать талант. Но стоит тебе так поступить, как Му Чжоюнь подошлёт лучших из возможных убийц, чтобы наверняка тебя устранить.

— Знаешь, я даже рад, что я не принадлежу этому клану, — сказал я. — Прости меня, дядя, но, видимо, я больше не смогу как-то хорошо взаимодействовать с кланом.

— Нет, я не в обиде, — ответил Му Хэ. — Сам давно ушёл, да только тогда клан совершенно распоясался бы, а так хоть порядок могу поддерживать. Ладно, давай сменим тему. У меня для тебя подарок — вот, держи.

Му Хэ достал меч и передал его мне. Лезвие меча было тёмным, гарда выполнена в виде галки, а от неё вверх шли несколько маленьких кривых лезвий.

— Дядя, а как называется этот меч? — спросил я.

— О, это не просто красивый меч, — ответил Му Хэ. — Это полуартефакт, который обладает полезным свойством накапливать небольшую часть маны владельца. При атаке он высвобождает ману, создавая сопровождающий эффект режущей атаки. Плюс в ране остаётся мана, от чего в зависимости от элементов она может наносить урон со временем. Но меч не завершён. По легенде его ковал сам царь — еретик Ирод. Им также, по легенде, был убит трёхголовый император «Царь Гор» из страны вечных снегов и бесконечного льда.

— То есть этот меч, по легенде, родом из России? — спросил я. — Вот только у меня вопрос, дядя: как этот меч оказался в клане Му?

— Тебя совсем не интересует, почему, несмотря на такое большое количество кланов и талантливых бойцов на территории страны, клан Му считается одним из самых сильных игроков на арене Китая? И почему, кстати, в этом клане почти в девяноста процентах случаев рождаются люди, способные пробуждать силу льда?

— Честно говоря, я как-то особо не задумывался над этим, — ответил собеседник, равнодушно пожав плечами.

— Клан Му берёт своё начало в России. Именно там, благодаря большому количеству энергии льда в окружающей среде, рождается наибольшее число людей, наделённых этим элементом. Нынешний император России — самый сильный человек, владеющий элементами льда, ветра и воды. В мировом рейтинге он занимает пятое место. Старое название клана — Муриковы. До революции его представители были изгнаны из страны и поселились в Китае.

— Интересно получается, дядя! Выходит, весь клан в какой-то мере представляет собой смесь китайцев и русских? — собеседник явно заинтересовался рассказом.

— Да, но сейчас от русского происхождения остался лишь талант к элементу льда, — с ноткой грусти в голосе ответил старший собеседник.

— Ах да, и за меч, кстати, спасибо! Он будет для меня верным подспорьем и сейчас, и в будущем, — с благодарностью добавил молодой человек.

— Не стоит благодарности. Сейчас тебе, Бай, нужно больше внимания уделять питанию. Ешь, тебе сейчас требуется больше еды, — заботливо произнёс старший.

— Спасибо, — коротко ответил молодой человек, чувствуя тепло и заботу со стороны своего наставника.

***

Сытый и слегка расслабленный, я покинул ресторан, с удовольствием вдыхая свежий воздух. В запасе ещё две недели до начала обучения на ликвидатора магов — время, которое я намерен использовать с максимальной пользой. Перед тем как уйти, дядя передал мне не только меч, но и браслет, увеличивающий эффективность культивации на тридцать процентов. Этот браслет — подарок от Е Чан, которая, по сути, является не только любовницей моего дяди, но и весьма влиятельной и богатой личностью. Для меня же это первый шаг на пути к новым возможностям и привилегиям, связанным с работой на столь значимую фигуру.

На данном этапе мне действительно стоит вести себя сдержанно и не привлекать лишнего внимания. Пока у меня нет силы даже первого уровня и ни одного работающего заклинания, лучше держаться в тени и не рисковать.

Идя по улицам города Бо, я наблюдал за суетой городской жизни: кто-то направлялся на обед, кто-то — в магазин, кто-то спешил на работу, а некоторые возвращались домой после смены. В небе парили маги, легко и грациозно перемещаясь между зданиями. В этот момент в моей голове промелькнула мысль, словно эхо из далёкого прошлого.

Сколько же в мне осталось от того человека, который когда-то попал в этот мир? Сколько процентов моей нынешней личности приходится на того, кем я был до сотни пережитых реинкарнаций и слияния с другими личностями? Уже сложно определить, к какому полу я себя отношу — в прошлых жизнях я был и мужчиной, и женщиной, переживал самые разные судьбы. Были жизни, когда я рожал детей и испытывал все радости и горести, присущие материнству. Кем же я стал после всех этих бесчисленных перерождений? Сам порой не могу этого понять.

Мой талант, возможно, является самым страшным проклятием в мире. Я способен понять любого человека, ведь в прошлом мне довелось побывать и праведником, и еретиком, и героем, и чудовищем. Я создал русский вариант элемента некромантии, провёл бесчисленные эксперименты над людьми, возможно, больше, чем кто-либо другой в этом мире. Я заканчивал войны, убивал императоров и опасных зверей, спасал людей от угроз, которые могли уничтожить целые народы. Мои деяния неоднозначны: я положил начало светлому городу и чёрной церкви, и каждое из этих начинаний имеет свои светлые и тёмные стороны.

***

Небольшая пояснилка.

ГГ — трансцендентное существо как таковое, имеющее в себе сотни личностей, с которыми слился.

Му Бай — из-за необычных обстоятельств и других пока скрытых факторов слился с месивом из разных личностей не как все.

Душа ГГ — по строению человеческая, но является носителем дара реинкарнации в других телах.

Механизм реинкарнации — обычно души с плотной структурой могут реинкарнировать не более десяти раз в одном мире. После они уходят дальше.

Взаимодействие души и магии — душа это то самое пространство, в котором существует магия. Сила одного растёт практически независимо от другого. Чем выше уровень магии, тем больше взаимодействия с душой.

Духовные границы и духовная сила — граница показатель, насколько духовная структура развита, духовная сила в сущности своей является волей души.

***

Я автор данного, можно сказать, произведения. Моя цель — показать мир МНПС с нового ракурса, с позиции моего собственного понимания и видения. В произведение могут быть добавлены некоторые персонажи из других вселенных, которые, возможно, внесут дополнительные оттенки и нюансы в общую картину. При этом базовая структура мира останется практически неизменной по сравнению с оригиналом — я планирую внести лишь минимальные коррективы, чтобы не потерять ту атмосферу, которую ценят любители данной вселенной. Однако эти небольшие изменения, как мне кажется, смогут придать истории новое звучание и открыть новые грани знакомого мира.

Почему это не AU, хотя произведение и отходит от канона? Всё дело в том, что сам канон представляет собой альтернативную реальность, где есть субъект под кодовым именем Мо Фань. Именно он повлиял на многие события, и без его вмешательства всё развивалось бы совершенно по-другому. Если бы не попадание из техногенного мира в магический, судьба Мо Фаня и всего мира сложилась бы иначе. Мне всегда было интересно представить, каким был тот Мо Фань, который изначально жил в магическом мире. Я уверен, что различия должны быть существенными и заметными — личность и путь такого персонажа неизбежно отличались бы от того, кого мы знаем по канону.

Я рад, что моя попытка создать что-то новое приносит кому-то радость и интерес. Надеюсь, вам понравится приключение «чайного мальчика», который, помимо всего прочего, на пол ставки оказывается ещё и одним из самых древних существ в этом мире что наворотил столько всего. Пусть его путь будет для вас увлекательным и неожиданным! До скорой встречи!

Глава 3

Две недели я провёл, строго следуя распорядку дня, который сам составил, — это стало своего рода испытанием рутиной на прочность воли и дисциплины, своеобразным развлечением, позволяющим проверить себя. Каждый мой день начинался в семь утра: я просыпался ровно в нужное время — за свою жизнь я научился вести внутренний отсчёт времени и просыпаться не только по часам, но и от определённых звуков, например, от едва уловимого шелеста утреннего ветра или первых птичьих трелей или посреди ночи от звуков движения или приглушённого дыхания. Я тут же вставал, не позволяя себе ни минуты слабости или соблазна поваляться в постели — в эти две недели я был твёрд в своих намерениях и решительно отвергал любые проявления лени. Мне уже было плевать на слабые позывы непостоянной плоти, я был сосредоточен на своей задаче. Время тратить на глупости как всегда не было.

Первым делом я шёл умываться. Холодная вода струилась по лицу, пробуждая каждую клеточку тела, а капли стекали по шее, оставляя ощущение свежести и бодрости. Я любил мыться в холодной воде — постепенно к ней привыкаешь, и потом уже не боишься утреннего умывания даже в прохладное время года. Мне казалось, что такой ритуал помогает не только проснуться, но и собраться с мыслями, настроиться на весь предстоящий день. К тому же холодная вода, в отличие от горячей, намного доступнее — не нужно ждать, пока нагреется бойлер, и можно не беспокоиться о счетах за электроэнергию. В лесу или другой дикой местности, где часто бывает непросто найти источник горячей воды, холодная вода становится настоящим спасением. Я замечал, что после такого умывания улучшается кровообращение, а кожа становится более упругой. Иногда я даже делал несколько глубоких вдохов, вдыхая свежий утренний воздух, чтобы усилить эффект от умывания.

Этот утренний ритуал задавал тон всему дню, наполняя меня энергией и готовностью к новым свершениям.

После умывания я завтракал — трапеза была продуманной и сбалансированной в китайском стиле: несладкая рисовая каша конджи с яйцом и водорослями нори, паровые баоцзы со свининой и зелёный чай с жасмином. Я ел медленно, осознанно, стараясь прочувствовать каждый вкус и аромат, чтобы зарядиться энергией на весь день.

Тёплая рисовая каша с нежными кусочками яйца и тонкими полосками нори приятно обволакивала, даря ощущение уюта и сытости. В ней чувствовалась лёгкая солоноватость водорослей — она гармонично сочеталась с нейтральным вкусом риса. Я наслаждался мягкой текстурой: крупинки разваренного риса буквально таяли во рту.

Рядом на тарелке лежали ароматные баоцзы — мягкие, пышные булочки, приготовленные на пару. При первом укусе тонкое тесто подавалось легко, открывая сочную начинку: свиной фарш с нотками имбиря и зелёного лука, слегка сладковатый и пряный одновременно. Тёплый пар, исходящий от булочек, наполнял воздух аппетитными восточными ароматами.

Каждый глоток жасминового чая завершал вкусовую палитру — нежный цветочный оттенок напитка освежал рецепторы, подчёркивал сытность основных блюд и готовил меня к предстоящей физической нагрузке. Лёгкая сладость и тонкий аромат жасмина создавали ощущение гармонии и настраивали на продуктивный день.

Я ел не спеша, смакуя каждый кусочек, позволяя себе полностью погрузиться в этот утренний ритуал. С каждым глотком чая и каждой ложкой каши я чувствовал, как энергия постепенно наполняет тело, а разум проясняется — я был готов приступить к разминке.

Затем я приступал к разминке, которая длилась около 20 минут и была крайне важна для безопасного и эффективного занятия — без неё риск получить травму значительно возрастал, а эффективность тренировки снижалась. Тело должно было настроиться на интенсивную работу после долгого периода бездействия. Сначала я выполнял круговые вращения суставами — начиная с кистей рук и заканчивая голеностопными суставами. Я уделял особое внимание каждому движению, стараясь прочувствовать каждый сустав. Цель этих упражнений — улучшить подвижность и разогреть все суставы. После длительного периода без физической активности тело было слегка «деревянным», движения давались с трудом. К тому же прошлый Му Бай занимался спортом ровно столько, сколько нужно было для поддержания хорошей формы, но не для развития силы и функциональных возможностей, которые требовались бойцам.

Затем я переходил к наклонам и поворотам корпуса. Я старался выполнять их плавно, медленно, внимательно чувствуя, как каждый позвонок мягко расправляется и разогревается. Было странно ощущать, что мои кости теперь крепкие, как алмаз, но при этом такие же гибкие, как раньше. Я размышлял о том, что пока эти изменения не дают ощутимого преимущества в бою, но в будущем могут стать значительным плюсом. После наклонов и поворотов я делал махи руками и ногами, постепенно увеличивая амплитуду движений. Я внимательно следил за своими ощущениями, чтобы не перегрузить мышцы и суставы. Эти упражнения помогали подготовить мышцы к более серьёзным нагрузкам.

Завершал разминку я лёгкой растяжкой шейных мышц. Медленно наклонял голову из стороны в сторону и вперёд-назад, стараясь расслабить напряжённые мышцы шеи. Я чувствовал, как напряжение постепенно уходит, а мышцы становятся более податливыми. Эти упражнения не только разогревали тело, но и снижали риск травм с учётом моего нового веса. Разминка подготавливала тело к более интенсивным нагрузкам. Я чувствовал, как с каждым движением улучшается кровообращение, повышается общий тонус, но при этом ощущал и усталость. Резкий скачок веса от девяноста килограммов до ста пятидесяти из-за преобразования костей сильно перенапрягал мышцы, которые ещё не привыкли к такой нагрузке. В быту это ощюлось менее напрягающи чем в тренировках.

Следующие два часа были посвящены интенсивным физическим упражнениям. Программа была выстроена так, чтобы задействовать все группы мышц и дать телу серьёзную нагрузку. Сначала были отжимания — три подхода по 15 раз, причём с постепенным усложнением: сначала классические, а затем с узкой постановкой рук. С каждым повторением пот всё сильнее струился по телу, а мышцы начинали гудеть от сильной нагрузки. Казалось, что лишние шестьдесят килограммов чистого дополнительного веса давили на меня, словно неплохой набор утяжелителей. Но это был отныне мой постоянный вес — приходилось принимать этот факт и двигаться дальше. Хорошо ещё, что фигура осталась прежней.

После отжиманий перешли к приседаниям — четыре подхода по 20 раз. С каждым приседанием ноги болели всё сильнее, они начинали потряхивать от напряжения. Затем были скручивания пресса — три подхода до отказа, с особым акцентом на медленное опускание корпуса. Мышцы живота буквально горели от перенапряжения, словно их прокалывали тысячами иголок.

Далее следовала серия упражнений для укрепления шейного отдела и поясницы — наклоны головы и тела. Даже эти, казалось бы, несложные движения давались с усилием. Затем была планка в различных позах — от классической до боковой, с постепенным увеличением времени удержания. Две минуты в планке показались настоящим адом: каждая мышца кричала от напряжения, а время, казалось, тянулось бесконечно. Я прикусил губу чтобы отвлечься от неприятных ощущений.

К концу всех упражнений тело тряслось, как у пьяного человека при сильном похмелье. Одежда была настолько мокрой от пота, что с неё буквально капал пот, образуя небольшие лужицы на полу. В глазах мельтешили мушки, словно рой мелких насекомых, а дыхание было тяжёлым и прерывистым, будто каждый вдох давался с огромным трудом. В этот момент я подумал, что, не будь у меня достаточной воли и опыта более сложных ситуаций, наверное, бросил бы всё уже после первого подхода на отжимания. Мысль о прекращении тренировки мелькнула и тут же исчезла — я не мог позволить себе сдаться. Хорошо ещё, что страдали только мышцы — кости были совершенно «свежими», а суставы не болели и с лёгкостью двигались. Это ощущение было немного странным на фоне общей усталости и напряжения: тело словно разделялось на две части — измученные, но не сдавшиеся мышцы и совершенно не затронутые нагрузкой кости и суставы.

Особое внимание я уделял упражнениям на гибкость, понимая, насколько это важно для общего состояния организма. Делал глубокие выпады, стараясь максимально растянуть мышцы ног и улучшить баланс. Шпагаты выполнял постепенно, с каждым разом увеличивая амплитуду движений — чувствовалось, как мышцы становятся более эластичными. Также я выполнял асаны из местного варианта йоги: «собака мордой вниз» помогала укрепить мышцы спины и рук, «кобра» — раскрыть грудную клетку и укрепить мышцы позвоночника, а «поза красы перед атакой» способствовала гармонизации энергии в теле и улучшению концентрации. Я понимал, как важно поддерживать подвижность суставов и эластичность мышц, чтобы избежать травм и сохранить здоровье в долгосрочной перспективе. Регулярные упражнения на гибкость не только снижали риск повреждений во время тренировок, но и помогали поддерживать общее физическое состояние на высоком уровне, улучшали осанку и способствовали лучшему самочувствию в повседневной жизни.

Затем я целый час бегал по беговой дорожке. Начинал я с медленного темпа — примерно 6–7 километров в час, чтобы дать организму адаптироваться к нагрузке. Первые несколько минут я чувствовал себя довольно комфортно, но потом даже такой темп начал казаться спринтом: дыхание стало учащённым, а мышцы — напряжёнными. Постепенно я начал ускоряться, внимательно следя за пульсом. Когда он достигал 170–180 ударов в минуту, я ощущал, как кровь буквально бурлит в венах, а лёгкие работают на полную мощность, стараясь обеспечить организм кислородом. В желудке словно появился ком, а в глазах иногда мелькали тёмные вспышки — признаки того, что организм работает на пределе.

Такой интенсивный бег был неотъемлемой частью моей тренировочной программы — он помогал мне целенаправленно улучшать кардиореспираторную выносливость и развивать способность выдерживать длительные физические нагрузки. Во время бега я чувствовал, как учащается пульс, усиливается дыхание, а мышцы работают на пределе своих возможностей. После каждой тренировки я буквально ощущал полное истощение: мышцы ныли, а дыхание ещё долго не могло прийти в норму. Но я твёрдо понимал, что только такой подход позволит мне адаптироваться к постоянному увеличению веса в шестьдесят килограммов. Только через тренировку на истощение можно было достичь нужного уровня выносливости. Я знал, что если не работать над этим качеством, то даже небольшая нагрузка, например, подъём на несколько этажей пешком, может стать серьёзным испытанием для сердца и сердечно-сосудистой системы. А обычный шаг, если немного ускорить темп, будет ощущаться как лёгкий бег — настолько низким будет уровень физической подготовки. Поэтому я не сдавался и продолжал тренировки, несмотря на усталость и дискомфорт, ведь понимал: только так можно достичь желаемых результатов.

После изнурительных физических нагрузок я делал перерыв, чтобы принять душ и смыть с себя усталость и пот, накопившиеся за время тренировки. Вода помогала немного расслабиться и привести мысли в порядок, после чего я переходил к следующему этапу — медитации и попыткам научиться контролировать свои звёзды. Это всегда было просто в плане концентрации, но сложно в конкретном действии.

Я садился в удобное кресло, закрывал глаза и погружался во внутренний мир, где старался уловить тончайшие вибрации, чтобы понять, как направить каждую звёздочку в нужное русло. За время своих попыток я понял, почему прежние методы давали настолько скудные результаты. Дело в том, что мои звёзды были не одиночными, а строенными — они существовали в виде троек, каждая из которых требовала особого подхода.

Первая звезда в тройке откликалась только на строгий контроль, вторая, напротив, нуждалась во взаимном сотрудничестве, а третью можно было привести в нужное состояние лишь с помощью просьб и уговоров. И самое сложное заключалось в том, что работать приходилось сразу с тремя звёздами одновременно, поскольку они были тесно связаны между собой и считались одной звездой. А таких троек под моим «подчинением» было целых семь! И в каждом случае необходим свой подход, где-то необходимо было проявить совершенно отличный способ взаимодействия с каждой звездой. В некоторых случаях подходы были похожи, но не одинаковые. Словно я пытаюсь договориться с двадцать одним человеком, а не дополнительным энергоедром.

Да, создать русскую версию элемента некромантии было гораздо проще, чем разобраться с этим непонятным элементом, и этим достижением я буду гордиться во всех своих будущих воплощениях.В отличие от египетского, азиатского и европейского вариантов, мой элемент некромантии был гораздо меньше зависим от тёмного измерения. Правда, для его использования требуется гораздо больше времени, ресурсов и высокого уровня духовных границ. Зато на начальном этапе он позволял использовать атакующие заклинания: на первом уровне русский некромант не поднимал нежить, а выпускал заряд некроэнергии; на втором — мог создать защитный купол для отражения атак; а на третьем — пропитать некроэнергией труп, в зависимости от обстоятельств смерти создавая утопленников, упырей и других необычных не живых.

(Кащей , точнее одна из реинкарнации сущности гг)

В своей прошлой жизни, когда я был Кащеем Бессмертным, мне пришлось пережить немало испытаний. Мою семью убили в период смуты после смерти Святослава, меня объявили «нечистым магом» и начали преследовать, а весь наш род был истреблён. Именно тогда я и решил стать тем самым «нечистым» или еретиком. У меня было достаточно знаний, к тому же род Кащевских владел магией элемента тени, а для создания элемента некромантии необходимо было иметь хотя бы минимальную связь с энергией темного измерения и его искажающей реальность воздействием.

Заложить основу элемента некромантии было невероятно сложно — потребовались огромные знания и усилия. Затем нужно было вручную создать слабый центр нового элемента, вложить в него правила работы и условия, а после распространить его среди других магов так, чтобы его энергия осела на территории страны и формируя русский элемент некромантии.

По сравнению с некромантами всего мира те, кто использует мою вариацию элемента некромантии, находятся в более выгодном положении. Да, у моей версии больше ограничений, но они менее выражены, чем в других вариантах. Например, египетская нежить не боится света, но ограничена связью с магом, местом или пирамидой. Если она отойдёт за пределы допустимой области, то рассыплется прахом, а сгусток духовной энергии рассеется в пространстве. Чтобы возродить такого мертвеца, нужно будет вложить в него новую душу. К тому же силы египетской нежити ослабевают по мере удаления от центра территории, на которой она может существовать.

Моя же нежить обладает большим разнообразием и способна компенсировать подобные слабости своей командой работой. Например, домовой дух привязан к территории дома, а упырь может свободно перемещаться только ночью, но у каждого из них есть свои преимущества. Упырь лишь слабеет под воздействием света, а не погибает, а домовой способен охранять свою территорию круглосуточно, причём его сила на этой территории на ранг выше его собственного уровня, а запас магической энергии и скорость её восстановления в пять раз больше, чем у монстра того же ранга. И это лишь один из сотен возможных вариантов нежити.

Чем выше ранг некроманта, тем более уникальную нежить он может создать. В принципе, можно вывести совершенно новый вид мертвецов, не обладая при этом исключительными магическими талантами — достаточно иметь хорошее понимание того, чего ты хочешь добиться, и представить, какими слабостями будет обладать результат твоих заклинаний.

Конечно, у русского элемента некромантии есть и свои недостатки: например, он уступает египетскому в территориальном усилении — египетский элемент позволяет значительно лучше контролировать зону влияния некроманта . Китайский элемент, в свою очередь, демонстрирует превосходство в усилении ночью — его мощь возрастает в тёмное время суток, что делает его особенно опасным в ночных сражениях. Другие варианты элемента некромантии также имеют свои уникальные преимущества, которые делают их незаменимыми в определённых ситуациях. При этом каждый из вариантов элемента, который имеет свои более выраженные слабые стороны, обладает и мощными сильными сторонами. Русский элемент, в сравнении с ними, можно назвать более усреднённым — он не выделяется какими-то особенно впечатляющими характеристиками, но и не имеет критических недостатков. Однако главное преимущество русской версии заключается в том, что на ранге «вожак стаи» нежить получает возможность усиливаться за счёт элементной энергии, которая разлита в пространстве. Эта энергия не только восстанавливает способности нежити к росту и развитию без необходимости дополнительного вливания сил со стороны некроманта, но и выполняет роль своеобразного фильтра для природной энергии. Благодаря этому нежить может поглощать и перерабатывать энергию других элементов, а затем передавать её своему хозяину. Конечно, количество такой энергии невелико, можно сказать, мизерное, но её поток постоянен и практически не прекращается, что в долгосрочной перспективе может дать некроманту определённые преимущества на долгосрой дистанции в культивации.

Вернув мысли в нужное русло, я продолжил попытки подчинения звёзд. Раньше для достижения даже минимального прогресса в практике мне требовалось проводить в медитации без перерыва девять часов. Это, конечно, не слишком утомляло физически, но отнимало огромное количество времени, которое можно было бы потратить на другие важные дела. Каждый день я только тратил на сон и медитацию.

Однако всё изменилось, когда мне в руки подарили артефакт, который увеличивал продуктивность медитации на 30 процентов. Он выглядел как небольшой браслет с кристаллом в центре, излучающий мягкий свет. С тех пор как я начал использовать его во время практик, мои результаты заметно улучшились. Теперь для достижения того же мизерного результата, который раньше требовал девяти часов медитации, мне хватало всего пяти часов. Это позволило мне более рационально распоряжаться своим временем и уделять внимание другим аспектам своего усилия.

Артефакт, инкрустированный редкими кристаллами, мягко пульсировал на моём запястье, усиливая эффективность духовных манипуляций благодаря особым эффектам духовных пертурбаций. Кристаллы, словно маленькие резервуары, хранили в себе силу элемента «Духа» другого мага с повышенными границами. Эта сила помогала мне лучше чувствовать свои звёзды, а попытки управлять ими, делая более успешными, делали процесс «подчинения» более эффективным.

После медитации я снова принимал пищу — обед был более плотным: запечённая рыба с овощным рагу и цельнозерновой хлеб. Я старался есть осознанно, не отвлекаясь на посторонние мысли, и благодарил себя за проделанную работу. Затем возвращался к спортивным занятиям, стараясь поддерживать баланс между физическим и ментальным состоянием — чередовал силовые упражнения с дыхательной гимнастикой.

Далее следовали ещё четыре часа медитации. В этот период я полностью погружался в свой внутренний мир, пытаясь подчинить звёзды.

Отбой у меня был в районе двенадцати часов ночи — я старался придерживаться этого графика, несмотря на его монотонность и постоянную усталость. Перед сном я проводил короткий ритуал: выпивал чашку травяного чая, записывал в дневник свои достижения и ощущения за день, а затем выполнял дыхательные упражнения, чтобы успокоить ум.

Но моя жизнь уже давно, за тысячелетия существования, превратилась в сплошную рутину. Каждый новый цикл кажется повторением предыдущего, и это ощущение застоя лишь усиливается с течением времени. Из жизни в жизнь практически ничего не меняется — одни и те же ритуалы, одни и те же цели, и лишь небольшие детали варьируются. Сегодня я добавил новый элемент в разминку, как уже делал сотни раз в прошлых воплощениях; завтра изменил маршрут бега, как уже случалось миллионы раз; послезавтра попробовал иной подход в подчинении звёзд во время медитации — я делал это так часто, что не сосчитать. Но даже эти незначительные изменения не вносят настоящего разнообразия, не разрывают порочный круг однообразия. Я словно бегу по замкнутому кругу, где каждый шаг уже заранее предопределён, а каждый новый опыт оказывается лишь вариацией на тему уже пережитого. Знакомые лица, места, события — всё это повторяется снова и снова, создавая иллюзию движения вперёд, но на самом деле лишь укрепляя ощущение застоя. Знакомства и расставания, потери и обретения — всё это часть бесконечного цикла, который не приводит ни к развитию, ни к истинному пониманию себя. И каждый раз, когда я достигаю какой-то цели или обретаю новое знание, неизбежно наступает момент обнуления — всё достигнутое исчезает, и я снова оказываюсь в начале пути, потеряв изначального себя в очередной раз , и все накопленные силы.

***

Е Чан позвонила только на третью неделю, хотя изначально обговаривали срок в две недели. Её голос в трубке звучал как всегда уверенно и немного холодно:

— Добрый день, Му Бай. Как поживаешь?

Му Бай, немного удивившись такому внезапному звонку, ответил:

— В последнее время у меня появились заметные успехи — могу пробежать три километра в спринте без остановки и не потерять сознание в конце.

Е Чан, явно наигранно впечатлённая, ответила:

— О, впечатляюще! Я звоню, чтобы сообщить тебе о том, что мне удалось уговорить своего коллегу из России помочь тебе в обучении. Этот человек занимается общими делами со мной и обладает редким магическим талантом, связанным с усилением физического тела. У него за плечами огромный опыт ликвидации магов без использования магии — он знает множество приёмов и техник, которые могут оказаться крайне полезными для тебя.

Му Бай, слегка насторожившись, спросил:

— Надеюсь, он не убьёт меня в процессе обучения? И когда ждать его прибытия?

Е Чан ответила:

— Он прибудет на следующей неделе. Но учти, этот человек — личность весьма неоднозначная. Его разыскивают святой город, слуги порядка и международный магический суд. В общем, он интересный персонаж. Поэтому ваши занятия будут проходить в глубине тайги — там, где вас никто не найдёт. Ты полетишь туда через три недели после начала подготовки. Он сказал, что сначала необходимо повысить твои физические и магические показатели, а уже потом можно будет приступать к обучению техникам ликвидации магов.

Му Бай не мог не заметить иронии в её словах и с лёгкой усмешкой произнёс:

— Звучит так, словно ты хочешь меня изощрённо убить.

Е Чан рассмеялась:

— Нет, конечно! Зачем мне убивать любимого племянника моего лучшего и самого преданного подчинённого?

Му Бай, не скрывая беспокойства, заметил:

— Ты в курсе, что в тайге официально живёт сотня монстров на уровне лже император и десятка императоров?

Е Чан спокойно ответила:

— Если ты сможешь выжить в таких условиях, то ликвидация мага высокого уровня покажется тебе прогулкой по парку.

Му Бай задумался и после небольшой паузы сказал:

— Ну, в чём-то ты права.

Е Чан продолжила:

— Остальные вопросы и детали обсуждай с Му Хэ.

— Понял, — коротко ответил Му Бай.

Она повесила трубку, а Му Бай ещё долго сидел, размышляя о её словах. «Кто ты такая, Е Чан? И почему мне кажется, что в будущем ты принесёшь много проблем?» — произнёс он вслух, вспоминая свои прошлые реинкарнацию и пытаясь понять, откуда у него это странное чувство.

***

Этим днём я решил пройтись и подышать свежим воздухом. Прогулка всегда помогала мне собраться с мыслями и немного отвлечься от всего, что происходило в последнее время. Я уже как месяц живу под именем Бай. Хотя полное имя звучит как Бай Ан — прямо как БайЯн. Мне ещё повезло с китайским именем, ведь некоторым не так везёт: например, беднягам с именем Гон Дон лучше не ездить в Россию — представляю, какие каламбуры могут возникнуть!

Я шёл, и прогулка доставляла мне удовольствие. Тело уже немного привыкло к новому весу костей — адаптация к изменениям в организме шла своим чередом. Идя по вечернему Бо, я наблюдал привычную суету города: люди торопились по своим делам, где-то слышался гул машин, в воздухе витал аромат уличной еды. Всё это когда-то, возможно, тронуло бы меня, заставило бы задержать взгляд и погрузиться в созерцание. Но сейчас магия, которая была частью этого мира, стала для меня чем-то обыденным, таким же привычным, как восход солнца по утрам и закат вечером.

Мысли невольно унеслись к прошлому. Я задумался о том, как там поживает мой прошлый класс. Наверное, ребятки сейчас усердно грызут гранит ненужной информации, переключаясь между учёбой и культивацией . А как поживает главный герой этого мира — Мо Фань? Стал ли он тем человеком, чьё ЧСВ полностью заменило мозг, или всё-таки он оказался немного другим, не таким, как я ожидал? И как изменится будущее из-за того, что Му Бай пошёл не тем путём, который изначально подразумевался? Эти вопросы крутились в голове, не давая полностью расслабиться и насладиться прогулкой и чистым созерцанием.

Я свернул по улице, решив прогуляться по парку и немного отвлечься от повседневных забот. День был тёплый, солнце мягко освещало деревья и дорожки, и я наслаждался спокойствием и тишиной. На пути я встретил Мо Фаня — он катил коляску со своей сестрой Син Ся; они были в метрах десяти от меня и выглядели очень умиротворённо. Мо Фань что-то увлечённо рассказывал, а Син Ся внимательно слушала, и они были настолько поглощены беседой, что не заметили моего приближения.

На мне была простая синяя футболка с ярким принтом в виде змей, которая выгодно подчёркивала мои мышцы, и лёгкие штаны зелёного цвета — удобный наряд для прогулки. Волосы, как обычно, были зачёсаны назад, и в целом я выглядел так же, как и всегда. Внезапно в голове возникла мысль подшутить и слегка подстебать Мо Фаня — старая привычка давала о себе знать. «Сделал гадость — на сердце радость», — вспомнилась древняя мудрость. Да, возможно, я и стал другим Му Баем, но старые долги помнил прекрасно. И хотя сейчас я старался быть более сдержанным, мысль о том, что можно немного поиздеваться над Мо Фанем в отместку за детские обиды, вызывала у меня злорадную улыбку. «Хе-хе-хе, мстя моя будет поистине страшна», — мысленно усмехнулся я, представляя, как могу разыграть своего старого знакомого на её почве любви к тегу "сводня сестра и сводный брат".

Я осторожно подошёл ближе, практически вплотную. Человек передо мной лишь мельком бросил взгляд в мою сторону, не узнавая. Тогда я решил привлечь к себе внимание. С ехидной улыбкой я произнёс:

— Ну, привет, Мо Фань! Как поживает мой дорогой друг?

Только после этих слов на меня обратили более пристальное внимание.

— Эм, простите, а вы кто? — прозвучал неуверенный вопрос.

(Мо Фань , решил подыскать скажем более красивое изображение. В манхве и аниме МНПС он выглядел внешне как бы не слишком. Да там в принципе уровень картинок один. Не самый лучший так скажем)

Я посмотрел на Мо Фаня слегка сверху и вдруг вспомнил, что раньше мы были одного роста — два метра. Но теперь, из-за некоторых обстоятельств, я заметно подрос, да и мышцы стали гораздо более выраженными.

— Неужели забыл старого доброго Му Бая? — спросил я с лёгким вызовом в голосе.

Теперь Мо Фань смотрел на меня с явным удивлением.

— Му Бай? Ты как-то сильно подрос. И мышцы у тебя стали гораздо более выраженными. Ты что, всё это время занимался в спортзале?

— Мой скелет из-за моих особенностей теперь добавляет мне около шестидесяти килограммов веса, — пояснил я. — Тут волей-неволей начнёшь заботиться о физической форме. Да и где мои манеры! Привет, Син Ся, давно не виделись. Наверное, с того момента, как твой братец решил выкрасть себе в невесты Нинсюэ.

( Ну да это примерно так я вижу Син Ся. )

— Здравствуй, Му Бай, давно не виделись, — ответила Син Ся. — Ты довольно сильно изменился. Я совершенно не узнаю того «чайного мальчика», ха-ха-ха. Сейчас ты выглядишь как какой-то мачо или крутой бандит, а не тот заучка, которым был раньше.

— Время точит скалы и хорошо умеет менять людей, — философски заметил я. — Хотя некоторые люди, как были влюблёнными дураками, так и останутся.

Мо Фань немного нахмурился.

— Зато некоторые становятся более ехидными и раздражающими, — сказал он.

— Ты о ком? — я слегка оглянулся по сторонам и вопросительно наклонил голову.

— Бай, порой я хочу тебе врезать, — произнёс Мо Фань, — причём сильно.

— Да ладно, брат, он ведь просто шутит, — с лёгкой улыбкой вмешалась Син Ся.

— Шутка — это сложная концепция, — продолжил я. — Мо Фань — человек простых и универсальных суждений: «моя сила — самая сильная, моя крутость — самая крутая». Сделать что-то одухотворённое и высокоинтеллектуальное — это не про него.

— Ну, Бай, и шутник же ты, — сказал Фань, и в воздухе чуть заметно затрещала молния.

— А ещё и красавчик, — добавил я с усмешкой. — Дорогая Син Ся, какую высочайшую оценку вы дадите столь прекрасному мне?

— Ну, наверное, десять из десяти, — приложив пальчик к губам, сказала она.

Мо Фань явно начал искрить ещё сильнее.

— Ладно, выдохни уже, громоотвод на полставки с обогревателем, — сказал я уже без шутливости. — Как успехи в культивации элементов? Вообще, сам как поживаешь?

— Пока ещё на пике второго уровня, — ответил Мо Фань, немного успокоившись, — но в ближайший месяц прорвусь на третий. За оставшееся время до открытия святого источника города хочу достичь пика в обоих элементах и перейти на новую ступень в огне и молнии. На источнике же хочу перейти на среднюю стадию развития в обоих элементах. Кстати, меня одноклассники спрашивают, как ты поживаешь. И смог ли разобраться со своим элементом?

— С элементом — полная швах, — честно признался я. — Звёзды практически не поддаются контролю, понимаю, что мне досталось что-то нулевое. Но благо дядя познакомил меня с одной своей знакомой, на которую я в будущем буду работать. Скоро, кстати, поеду за границу. Сувениры из России привести?

Мо Фань и Син Ся переглянулись.

— В смысле в Россию? Зачем тебе туда ехать? — удивлённо спросил Мо Фань.

— Во-первых, хочу повидать историческую родину клана Му, — объяснил я. — Во-вторых, там есть один человек, который сможет научить меня многому, очень полезному.

Оба посмотрели на меня с лёгким удивлением в глазах, словно не могли сразу понять услышанное.

— Ну, я могу понять ваше удивление, — сказал я с лёгкой улыбкой. — Сам был немного шокирован, когда узнал, что клан Му берёт своё начало в другой стране. Это открытие стало для меня настоящим сюрпризом.

Син Ся, слегка наклонив голову, добавила:

— В целом это даже объясняет, почему ваш клан так искусно владеет элементом льда. Видимо, суровый климат исторической родины наложил свой отпечаток на способности ваших предков. Плюс большая территория , и маленькое население с обиелием ресурсов.

Мо Фань, не удержавшись от колкости, вставил:

— А ещё это объясняет, почему ты такой «отмороженный».

Я притворно схватился за сердце и с притворной обидой ответил:

— Ой-ой, Фань, ты ранишь моё сердце! Может, тебе тоже стоит поинтересоваться у своего отца, не происходит ли ваша семья из Германии? Это бы объяснило, почему ты так не любишь меня.

Мо Фань, явно раздражённый моими словами, отвернулся. А мне, напротив, было искренне весело от осознания того, что мне удалось вывести его из равновесия. Особенно учитывая то, что он сам постоянно пытается довести меня до белого коления . В этих взаимоотношениях и перепалках всегда было своеобразное соревнование — кто кого перехитрит и перевесит в эмоциональном плане. И в этот момент я чувствовал себя победителем. Ведь даже не смотря на свой возраст и знания, я пусть на словах смог уделать героя сянси.

— Предлагая сесть где-нибудь на скамейку, — сказала Син Ся, — а то вот так просто стоять посреди дороги как-то не очень удобно для разговора. Вокруг кипела городская жизнь, шум и суета отвлекали, и действительно, беседа в таком месте казалась нелепой.

— Соглашусь с этой леди, — поддержал её Мо Фань. — Тем более мне интересно, что происходит в городе. Последний месяц я провёл в тренировках, не сильно обращая внимание на окружающих. За это время я почти утратил связь с реальностью и теперь жаждал узнать последние новости.

— Пойдёмте, я знаю хорошую лавочку под деревом, — сказал Мо Фань, покатив Син Ся. Я последовал за ними, размышляя о том, какие сюрпризы ещё преподнесёт этот день.

Пока мы шли, я не мог удержаться от вопроса:

— Я слышал, ты, кстати, решил вернуться к клану Му? Честно говоря, я думал, ты скорее ведро земли съешь, но не станешь возвращаться обратно работать на клан Му, и в особенности на Му Чжоюнь. Ведь всем известно, какие непростые отношения у тебя с этим кланом.

— Ну, чисто технически я и не в клане Му, — слегка уводя взгляд в сторону, сказал Мо Фань. — Я согласился с предложением Нинсюэ стать её подчинённым.

— Ого, ты решил действовать по-крупному! — воскликнул я. — Но тогда, раз ты решил забрать себе мою сестру, как насчёт компенсации? Дорогая Син Ся, вы будете не против стать откупом?

Син Ся хитро улыбнулась:

— Раз так, то мне придётся всё-таки согласиться. Иначе вы, Му Бай, развяжете вендету. Поэтому ради мира между семьями Му и Мо я согласна выйти замуж за вас.

Мо Фань скривил лицо:

— Хватит делать драму на ровном месте, Син Ся. Ты смотришь слишком много драм.

Му Бай вновь подлил масла в огонь, сказав:

— У тебя нет выбора. Иначе наши семьи будут страдать. Я буду подкалывать вас с Нинсюэ до конца жизни.

Мо Фань вздохнул:

— Ахх... Когда просто высокомерный правильный Му Бай стал такой противной жабой?

— О нет, брат, — вмешалась Син Ся, — неужели мне придётся ещё поцеловать тебя прямо сейчас, чтобы снять проклятье? И тогда ты станешь «чайным принцем».

Мо Фань посмотрел на сестру:

— Син Ся, делай что хочешь. Тем более раз на то пошло... Хех, моя очередь вас подкалывать. Я ведь помню, как ты в детстве... — Он сделал паузу, хитро и ехидно улыбаясь.

Я посмотрел на Син Ся, которая немного покраснела.

— Брат, не говори, — попросила она.

— Нууу, мне же всё же хочется сказать, — протянул Мо Фань, наслаждаясь моментом.

— Тогда я покажу коллекцию твоих «интересных» журналов Нинсюэ, — пригрозила Син Ся.

— Откуда ты знаешь? Я же хорошо прятал! — удивился Мо Фань.

— Как ты их нашла? Я ведь надёжно их спрятал! — воскликнул он.

— Ты действительно думаешь, что способен скрыть что-либо от своей младшей сестры? — высокомерно задрала нос Син Ся.

— Хммм... Это гордость или попытка показаться милой? — посмотрел я на Мо Фаня, задавая вопрос скорее риторически.

— Думаю, что-то среднее, — ответил он, глядя на Син Ся.

— Это напоминает мне детство. Вы тогда были такими же, как сейчас. Только потом почему-то поссорились. Я всегда хотела спросить: почему? — с лёгкой и спокойной улыбкой произнесла Син Ся, сидя в своём инвалидном кресле рядом со скамейкой, на которой расположились мы с Мо Фанем. В её взгляде читалась искренняя заинтересованность, а в голосе — теплота, которая сразу же перенесла нас в те далёкие времена.

— История довольно-таки глупая, — начал свой рассказ Мо Фань, слегка смутившись. — Ты ведь знаешь, что твой брат влюблён в мою двоюродную сестру. Ну, я тоже испытывал к ней чувства, но больше как к сестре. Но этот тупица (он махнул рукой, словно отбрасывая неприятные воспоминания) подумал, что я в неё влюбился. Увидел во мне конкурента. Хех, смешно! И решил показать, какой я слабый. В то время я был тем ещё любителем почитать и попить чая, как вы помните. Поэтому он «отделал» меня, как бог черепаху, на глазах у Нинсюэ. Всё усугубилось её безразличием ко всему, кроме Мо Фаня. Тогда я задался целью победить его всеми возможными способами везде. И следовал этой цели до пробуждения магии, что не закончилось для меня смертью. Когда я узнал, что человек, которого я хотел втаптывать в грязь, спас мне жизнь, я просто не смог лелеять детские обиды.

— Брат, ты идиот! — надулась Син Ся и ущипнула своего брата. В её движениях чувствовалась игривость, но в то же время и серьёзность, ведь она действительно была расстроена тем, что они когда-то не смогли понять друг друга.

— Вы так прекрасны, Син Ся, когда причиняете боль Мо Фаню, я, наверное, влюбился? — с лёгкой насмешкой в голосе произнёс Му Бай, пытаясь разрядить обстановку.

— Ай, ай-яй, Син Ся, хватит уже, пожалуйста, — взмолился Мо Фань, чувствуя боль от щипка. — Я давно понял, что тогда поступил очень некрасиво. Да, ай, я ведь был ай тоже ребёнком. Тем более Му Бай всегда был таким хорошим, лучшим во всём, мне просто было обидно, обидно тогда, что я во всём уступаю ему. Я уже понял свою глупость. Поэтому, честно, извини меня, Му Бай.

Мо Фань, пусть и чувствовал боль от того, что его щипала Син Ся, но смог сказать своё искреннее извинение. Казалось, что пережитые испытания, включая его «смерть» и попадание в совершенно другой мир, где он оставил свою настоящую семью, смогли изменить его. Он стал более зрелым и осознанным, и это не могло не радовать.

— Ладно, хватит его щипать. Иначе, Син Ся, я влюблюсь в тебя не по-шуточному, — с улыбкой произнёс Му Бай. От этих слов она отпустила брата и слегка отвела взгляд в сторону, словно смутившись.

— Надеюсь, теперь мой друг и брат будут дружить как раньше, — тихо произнесла она, глядя куда-то вдаль, где виднелись очертания далёких гор. В её голосе звучала надежда, которая, казалось, могла преодолеть любые преграды.

— Как раньше не получается, — с улыбкой ответил Му Бай. — Ведь я хочу покруче. Особенно теперь, когда Мо Фань вполне может становиться Му Фань.

— Хватит уже, Бай, смущать меня, — рассмеялся Мо Фань. — Ты сам знаешь, что мне нравится Нинсюэ, но мне хрен так просто получается добиться её.

— Почему? Ты уже её подчинённый. Ты знаешь, что это значит. Особенно если твои журналы… У тебя точно есть подобные сюжеты, и не один, — с лёгкой насмешкой произнёс Му Бай, намекая на то, что Мо Фань мог бы использовать свои знания и умения, чтобы добиться расположения Нинсюэ.

— Хах, неужели, Бай, весь такой милый, добрый, правильный, начал показывать свою суть? — с улыбкой спросил Мо Фань, понимая, что Му Бай, несмотря на свою внешнюю мягкость, может быть весьма прямолинейным и практичным.

— Ну, я и сильно не скрываю её. Просто я не ору: «Женщина, сиськи, хочу». Я делаю комплименты, не раздевая её глазами. Ну и предпочитаю не смотреть, а достигать, — спокойно ответил Му Бай, словно излагая очевидные вещи.

— А… Это… На удивление честно, да и получается, можно сказать о своём желании, не выглядя как животное. Почему столь простые условия я сам не понял, — задумчиво произнёс Мо Фань, словно впервые осознавая эту простую истину.

— Ты идиот, — с лёгкой усмешкой произнесла Син Ся.

— Честный в выражениях желаний, но совершенно не знаешь, как правильно их подать. Научись уже вести себя прилично, и всё у тебя выйдет. Тем более тебе достаточно только начать себя вести нормально, и Нинсюэ вполне пойдёт на встречу. Клан Му уже заинтересован в твоём присоединении к нему. Так что дерзай, давай. И да, мне уже пора. Встретимся, может, через полгода. Ждите сувениры из России.

— Ага, удачи, — сказал Мо Фань, провожая взглядом уходящего Му Бая.

— Буду рада вновь увидеться, Бай, — с тёплой улыбкой произнесла Син Ся, и в её глазах мелькнула искра надежды на то, что в следующий раз они встретятся в более радостных или иных приятных обстоятельствах.

***

Му Бай незаметно отошёл на достаточное расстояние, чтобы не слышать разговора брата и сестры семейства Мо. Он понимал, что это личное дело семьи, и не хотел вмешиваться. В то же время его интересовали отношения между Син Ся и тем парнем, о котором они говорили.

Мо Фань, явно обеспокоенный состоянием сестры, сказал:

— Ну и долго ты ещё будешь страдать по этому парню? Когда же ты наконец перестанешь мучиться из-за своих чувств?

Син Ся, с грустью в голосе, ответила:

— Брат, а долго ты сам будешь страдать по Нинсюэ? Ты ведь тоже не можешь забыть её.

Мо Фань, признавая правоту сестры, ответил:

— Туше. Сестра, туше. Но всё же, как ты собираешься привлечь его внимание? Ты должна как-то показать ему свои чувства.

Син Ся вздохнула и сказала:

— Не сейчас. Позже. Когда я смогу преодолеть хотя бы часть своих недостатков. Я должна стать лучше, прежде чем снова пытаться с ним заговорить.

Мо Фань, глядя на сестру, покачал головой:

— Свою слабость ты ещё долго не одолеешь. А он не будет жить в ожидании. Время идёт, и он может найти кого-то другого.

Син Ся опустила голову. Она понимала правоту брата, но не могла переступить через свои страхи и неуверенность.

— Но сейчас я явно принесу ему только сложности. Да и ты сам знаешь, что у него сейчас нехилые проблемы. Ему сейчас не до романтических отношений. А тут ещё я, инвалидка, со своими, не факт что взаимными, симпатиями.

Син Ся сгрустнула, и её глаза наполнились печалью. Мо Фань, видя состояние сестры, попытался её подбодрить:

— Не говори так. Ты моя сестра, самая милая сестрёнка. Ты замечательная, и не стоит себя недооценивать. Если бы ты не была мне сестрой, то я никому тебя не отдал бы.

Син Ся, немного улыбнувшись, спросила:

— Хах, а как же твоя Нинсюэ? Ты ведь до сих пор думаешь о ней.

Настроение Син Ся немного изменилось, и она решила немного поддразнить брата.

Мо Фань, улыбнувшись, ответил:

— Ну, я всегда буду фанатом гарамов.

Син Ся, с хитринкой в глазах, сказала:

— О-о-о, значит, ты рассматриваешь свою свободную сестру?

Мо Фань, не удержавшись, ответил игривым голосом:

— А что, у меня есть шанс?

Син Ся, смеясь, сказала:

— Ну, у тебя есть шанс. Но микроскопический. Ладно, соблазнитель, поехали домой.

Мо Фань, шутливо согласившись, взял в руки коляску и направился домой. Син Ся, сидя в коляске, смотрела на брата и думала о том, как ей повезло с таким заботливым и понимающим родственником.

***

Виктор, Виктор из рода русских некромантов Романовых — красный кардинал страны, которая веками сопротивляется бесконечным угрозам. Россия — страна, на территории которой обитает наибольшее количество монстров. Её ресурсы одновременно являются и сильной стороной, и проклятием. Обширные пространства, с одной стороны, предоставляют множество мест для жизни, но, с другой стороны, создают и немало проблем. Количество монстров на российских землях невероятно велико, и среди них немало тех, кто по силе превосходит вожаков стай.

Из-за того, что численность населения в России ниже, чем в других крупных странах, а территория — больше, местные маги стали одними из самых сильных одиночных бойцов. Русские маги предпочитают развивать силу отдельного мага, а не создавать мощные магические отряды. Это не значит, что они не умеют сражаться сообща: в групповых сражениях они часто демонстрируют высокий уровень взаимодействия. Однако приоритет всё же отдаётся индивидуальным способностям. Благодаря практически неограниченным ресурсам страна может воспитывать магов-индивидуалистов, а не солдат для армии. Создавать одного могущественного мага выгоднее, чем содержать целую армию: один такой воин может заменить пять армий.

В России не получили широкого распространения такие направления, как магические формации. Зато популярны методы прямого использования магии, без сложных манипуляций с магическими потоками. Даже маг начальной ступени в России обладает силой и выносливостью, сравнимыми с силой слуги. Он способен насыщать свои физические атаки свойствами своего элемента.

Виктор принадлежал к числу магов уровня Высшего Заклятия. У него была уникальная особенность: в отличие от других магов, он не пробуждал в себе другие элементы, а полностью сосредоточился на некромантии. Более того, он — единственный в мире некромант, который владеет сразу пятью её вариантами. Многие называют его просто «Красная смерть». Его мастерство в некромантии не имеет равных среди людей; сильнее него — лишь такие существа, как Хеопс, Цин Хуанди, Дракула, Кощей и Зохак. Когда-то они были людьми, но потом превратились в одних из самых ужасных существ, которые породили вампиров, упырей, зомби, призраков и прочую нежить.

Некромантия — один из самых странных элементов, даже более странный, чем те, что относятся к классификации «измерения». Её варианты тесно связаны с землёй, на которой она была пробуждена. Некромантия одновременно отрицает смерть и является её олицетворением. Иногда Виктор задумывался о том, что в конце своего пути может присоединиться к пятёрке «немёртвых царей смерти» — так называют Хеопса, Цин Хуанди, Дракулу, Кощея и Зохака. Некоторые, не зная всей правды, могут подумать, что принадлежность к Чёрной церкви свидетельствует о его стремлении к подобной судьбе. Но это не так: Виктор искренне желает процветания человечеству. Он верит, что люди, которые изначально были драконами, но потеряли способность принимать драконью форму, должны занять заслуженное место на вершине.

Лишь немногие из красных кардиналов знают истинную сущность Чёрной церкви, её изначальную задачу и великую цель. Мало кто в курсе, что у этой организации два правителя — Серый и Чёрный генералы, своего рода отцы. Виктор принадлежит к серой ветке церкви, цель которой — помогать человечеству развиваться. Чёрная же ветка, наиболее известная, выступает в роли контролируемой угрозы, подталкивая человечество к прогрессу. С точки зрения выживания всего вида жертвы миллионов людей допустимы. Главная цель Чёрной церкви — уничтожить главную угрозу существования человечества, ту силу, которая периодически уничтожает большую часть людей, ввергая их в пучину деградации.

Эти мысли блуждали в голове мужчины сорока лет, который летел на магическом левитационном поезде. Он мог бы мгновенно добраться до Китая с помощью магии пространства, воспользовавшись телепортом, или отправить свою летучую нежить, чтобы через час быть в Бо. Однако такие способы перемещения привлекали слишком много внимания, а он, как кардинал, должен был оставаться в тени. Поэтому он выбрал более долгий, но менее заметный способ прибытия.

Салан обратилась к нему с довольно странной, но интересной просьбой, которая в перспективе могла оказаться очень важной для достижения его целей. Она сама не до конца понимала, что в её руки попал практически уникальный алмаз. Речь шла о Му Бае — парне, который с первого же пробуждения получил элемент с мутационным характером. Случай был редким, но не беспрецедентным: например, Ленг Джуэ из чёрной ветки, будучи получеловеком, смог пробудить гибридный элемент Хаоса и Проклятия. Проклятие приобрело хаотичный эффект, из-за чего могло распространяться на территории, а не только на отдельные объекты. Но случай с Му Баем был совершенно иным: у него три элемента слились в один, а не просто один элемент приобрёл черты другого.

По легенде, подобное случалось лишь однажды — с царём Соломоном, который при пробуждении магии совместил Проклятие, Хаос и Призыв в единый вид магии, получивший название «Гоэтия». Поэтому Му Бай был ценнее многих магов, владеющих заклинаниями любой стихии: он мог стать тем, кто принесёт в этот мир нечто невиданное ранее.

Виктор тщательно изучал психопортрет Му Бая, рассматривал каждую деталь его биографии под микроскопом. Для него Му Бай был не просто мальчиком, которого Салан попросила научить убивать. Виктор видел в нём потенциал, который мог стать его наследием. Желание Виктора не превратиться в «Немёртвого царя смерти» было искренним. Уже сейчас его тело почти перестало быть человеческим: он не болел, практически перестал стареть после тридцати пяти лет, мог обходиться без сна и отдыха месяцами, не нуждался в пище. С каждым годом он всё отчётливее чувствовал, как утекает его человеческая жизнь, приближая его к нежити, к своему элементу, а не к жизни. Он был стерилен — не существовало ни малейшего шанса, что у него появится ребёнок, который мог бы продолжить его дело, воплотить его мечту о человечестве, стоящем на вершине.

«Словно сама жизнь свела меня с тобой, — произнёс Виктор глубоким голосом, в котором слышались лёгкая вибрация и отголоски стали и огня. — Быть может, именно ты станешь причиной того, что я смогу умереть как человек. Надеюсь, ты сможешь помочь мне не превратиться в нежить, не стать тем, чем я управляю».

Он смотрел на планшет, где было изображение Му Бая, и в его взгляде читалась глубокая задумчивость.

Глава 4

Мне пришёл звонок с телефона, который мне одолжила Е Чан — мы договорились использовать его для связи. В трубке раздался знакомый голос, и она шутливо спросила:

— Это Му Бай?

Я ответил с иронией:

— Это мой босс?

Она рассмеялась и сказала:

— Хах, как всегда остроумен! Я звоню, чтобы сообщить: твой учитель прибыл. Его зовут Виктор. Советую быть с ним уважительнее — он довольно прямолинейный человек и не терпит непочтительности.

— Учту, — коротко ответил я. — Что-то ещё?

— Учись прилежно, — продолжила она. — Я оплатила твой долг Му.

Я усмехнулся:

— Не оплатила, а скорее выкупила. Что ж, теперь я должен тебе двести миллионов. Сверху ещё оплата за обучение…

Она подтвердила:

— Да, теперь ты мне должен. И мы с тобой будем работать вместе не один год.

Я вздохнул:

— У меня и так нет выбора.

— До скорого, — сказала она.

— Ага, до скорого, — ответил я и завершил звонок, погружаясь в мысли о том, какие испытания ждут меня впереди.

***

Спустя час я был в резиденции дяди. На входе меня уже ждал Иль Шу Ань — пожилой мужчина с выразительными чертами лица и седыми волосами, который служил дворецким и подрабатывал у моего дяди. Он слегка поклонился и с учтивым выражением лица пригласил меня войти. Мы медленно направились к дому, и с каждым шагом моё волнение нарастало — я знал, что там меня ждёт нечто важное.

Внутри дома меня встретил мужчина по имени Виктор. Он был одет в простую, но аккуратную одежду, которая не скрывала его подтянутого телосложения. В нём не было громоздких мышц, но каждая линия его тела говорила о силе и ловкости. Его красные волосы и пронзительный взгляд сразу навевали мысли о крови и смерти, а аура, которую я чувствовал своим духовным чутьём, была поистине пугающей.

Виктор был не просто человеческим магом — он был связан с тёмным измерением. Его аура напоминала провал в бездну, и я отчётливо ощущал эту связь. Я понимал: если император тьмы завладеет таким сильным и подходящим сосудом, последствия будут катастрофическими. Все, кто умер в этом мире, встанут из могил или переродятся во что-то иное — начнётся настоящий парад мертвецов, который превзойдёт по масштабам всё, что когда-либо происходило. Вентай казался бы детской забавой по сравнению с тем, что может произойти.

На мгновение меня охватило замешательство, но я быстро взял себя в руки. С моими третьими духовными границами я способен мыслить с невероятной скоростью и уже просчитывал в уме все возможные сценарии. Я понимал: мне необходимо уничтожить Виктора как можно скорее, пока он не стал настоящей угрозой для всего мира.

***

— Здравствуйте, меня зовут Му Бый, — поздоровался я с ним на слегка ломаном русском языке, старательно выговаривая каждое слово.

Собеседник внимательно посмотрел на меня и кивнул:

— Вижу, ты уже повысил духовные границы. Это хорошо. Значит, будет проще. Меня, наверное, ты знаешь, зовут Виктор. Я, скажем так, не совсем обычный маг. В отличие от многих, я могу использовать магию не через заклинания, а усиливая собственное тело. Именно этому я сначала и займусь — твоей физической формой. У нас есть три недели, и за это время мы сможем добиться значительных результатов. Твой дядя уже позаботился обо всём: предоставил необходимые вещи и место для тренировок.

Я внимательно слушал Виктора, осознавая масштаб предстоящих испытаний.

— Хорошо, всё понял, — ответил я, стараясь скрыть волнение.

***

Мы были на большой спортивной площадке, предназначенной для тренировок магов. Вокруг простирались тщательно ухоженные газоны, а в центре располагались различные тренировочные устройства и магические круги. Солнце уже клонилось к закату, и его косые лучи придавали всему окружающему золотистый оттенок.

— Ты пробовал когда-нибудь выпускать ману, не проводя её через звёзды и не формируя заклинание? — спросил учитель, внимательно глядя на меня.

— Да, но это совершенно ничего не даёт, разве что получаются небольшие кристаллы, — ответил я, слегка разочарованно.

— Хм, интересно, — задумчиво протянул учитель. — Но ты ведь понимаешь, что кристаллы — это лишь побочный продукт, смешения мана? Тебе, видимо, не хватает контроля над самой магией, — добавил он, слегка нахмурившись.

— И как можно это исправить, учитель? — спросил я синтересом в голосе.

— По сути, это непросто, — ответил он, немного помолчав. — Но есть некоторые моменты, на которые стоит обратить внимание. Вот три камня: один содержит элемент ветра, другой — льда, а третий — земли. Они помогут тебе разбить свою ману на три составляющие. Попытайся отдельно найти способ разделять свою смешанную энергию, — сказал учитель, протягивая мне камни. — Это будет непросто, но если ты сможешь научиться контролировать каждую составляющую своей маны, то сможешь значительно усилить свои магические способности.

Я тщательно высвободил ману, аккуратно пропуская её через каждый камень — словно дирижёр, управляющий оркестром. Сначала мана прошла через камень ветра — и тут же я ощутил, как она преобразилась, высвободившись в виде слабой, но режущей волны ветра, которая едва заметно всколыхнула воздух. Затем я направил ману через камень земли — и с удивлением заметил, как тот начал медленно увеличиваться в размерах, словно впитывая в себя энергию. А когда мана прошла через камень льда, пространство вокруг начало покрываться тонкой коркой инея — мана распространяла холод, замораживая всё дальше и дальше.

— Хм, достаточно интересно, — задумчиво произнёс Виктор, наблюдая за происходящим. В его глазах читалось любопытство, смешанное с лёгким недоверием, словно он пытался осознать всю глубину и многогранность этого магического процесса.

— Вставай. Сейчас я попытаюсь дать тебе основы тактики борьбы с магами. Это непросто, но у тебя есть шансы выжить, если будешь внимательно слушать и запоминать. Первое, что ты должен помнить: манёвренность для тебя — вопрос жизни. Маги обладают мощными заклинаниями и могут атаковать с большого расстояния, поэтому твоя главная задача — не дать им прицелиться, постоянно находиться в движении, — Виктор зловеще ухмыльнулся и вытянул руку, словно уже видел, как его ученик применяет полученные знания в бою. Его глаза сверкали холодным огнём, а в воздухе повисла напряжённая атмосфера ожидания.

Я мгновенно отреагировал на его слова и жест. Адреналин хлынул в кровь, и я резко ушёл с направления его руки. Память сотни жизней сработала как программа, мгновенно подсказывая нужные действия. Перекат, разрыв дистанции — всё происходило будто в замедленной съёмке. Мышцы работали слаженно, тело двигалось почти автоматически, словно само помнило все необходимые движения. Я чувствовал, как каждый нерв в моём теле напряжён, а разум сосредоточен только на одной мысли: выжить в предстоящем бою с магом.

— Твоя задача — выжить, мальчик, — прозвучал жёсткий голос, от которого по спине пробежал холодок.

В меня полетела первая ступень элемента некромантии русского варианта — «Прикосновение смерти». Лучи некроэнергии рвали воздух, оставляя за собой тягучие, словно пропитанные могильным холодом, шлейфы. Они неслись ко мне не просто как потоки силы — благодаря повышенной духовной граници я замечал своим духовным чутьём не мгновение преодоления магии расстояние. А то как она высвобождается и проходит путь до меня.

Я рванулся в сторону, едва успевая уловить миг, когда пространство вокруг исказилось от надвигающейся угрозы. Мышцы взвыли от резкого рывка, я как делал сотни раз в других жизнях до этого начал уворачиваться — будто само время на долю секунды замедлилось, давая шанс заметить, как первый луч скользнул там, где мгновение назад была моя грудь.

Перекат по шершавому камню — и снова вверх, уже не по прямой, а по ломаной траектории: я метался, как попрыгунчик отскакивая от всего, только не от страха, а от предельной концентрации. Каждый прыжок, каждый поворот был выверен на грани возможного: я считывал малейшие колебания воздуха, улавливал, как тьма сгущается перед очередным ударом, и уходил — в миллиметре, в волоске от гибели.

Ещё один луч ударил туда, где я только что стоял, — камень под ногой треснул, почернел, будто истлел за секунду, и осыпался пеплом. Я кувыркнулся вперёд, уходя под низкий свод, и тут же рванул вбок, когда сверху полоснула ещё одна нить некроэнергии — она прошила воздух с сухим, мёртвым треском, похожим на хруст старых костей.

Мир сузился до точек угрозы и путей спасения: я не думал, я чувствовал. Инстинкты, отточенные миллионами битв , слились с каким‑то звериным чутьём — я угадывал траекторию лучей по тому, как стыл воздух, как темнели тени, как сама реальность будто съёживалась перед ударом.

В какой‑то момент я замер на краю обрыва — за спиной зияла пустота, а спереди на меня накатывала волна некроэнергии. Секунда, две — и я прыгнул не в сторону, а вперёд, прямо навстречу лучу, чтобы в последний миг изогнуться, проскользнуть по касательной, использовать инерцию врага против него самого. Ветер взвыл, обдав меня ледяным дыханием смерти, но я ушёл — вырвался из кольца тьмы, тяжело дыша, с дрожащими от перенапряжения руками, но всё ещё живой.

— Неплохо, вполне неплохо, — похвалил меня Виктор. — У тебя явно талант к этому, Му Бай. Пусть я и использовал простейшие прямые траектории без изменения направления движения, но для такого молодого мага, как ты, это хороший результат.

— Хах, рад стараться, — ответил я, пытаясь восстановить дыхание. Тело, в котором я теперь существую, оказалось куда тяжелее прежнего, и даже простейшие прыжки и увороты давались с трудом. Каждый рывок отзывался в мышцах непривычной тяжестью, а лёгкие горели, словно я пробежал не один километр.

Виктор скрестил руки на груди, и в его взгляде мелькнуло нечто похожее на уважение — редкий дар из уст такого сурового наставника. Часть меня Му Бая от его крутости хотела пищать. Сущность же трандцидента отмечала в очередной раз что его нужно уничтожить как можно скорее.

— Ты не просто уворачивался, — произнёс он, чуть наклонив голову, будто заново оценивал меня. — Ты читал магию. Чувствовал, как она рождается, как тянется к тебе… Это не навык новичка. Даже несмотря на третью духовную границу. Слишком уж хорошо выходит.

Я хотел было отмахнуться, сказать что-нибудь вроде «просто повезло», но слова застряли в горле. Признаваться, что моя душа помнит сотни битв из прошлых жизней, пока не стоило, вообще не стоило . Виктор и без того смотрел на меня так, словно видел не ученика, а непонятную хрень, которую ему предстояло разгадать — и не факт, что к моей пользе.

— Наверное, просто инстинкт, — говорил ровно, без дрожи в голосе. — Когда смерть дышит в затылок, тело само знает, что делать.

Он хмыкнул, будто не поверил ни единому слову, но развивать тему не стал. Вместо этого шагнул ближе, и воздух вокруг него словно потяжелел, пропитался той самой тёмной энергией, от которой у меня по коже бежали мурашки.

— Инстинкт — это хорошо, — сказал Виктор. — Но на одном инстинкте в настоящем бою не выжить. Некромантия — не детская игрушка. Даже простейшие ступени могут выжечь душу, если дать им хоть малейший шанс. Сегодня ты справился с прямыми траекториями. А что будешь делать, если магия начнёт изгибаться, преследовать тебя, как голодный зверь? Да и другие виды магии тоже могут превратить тебя в кусок порванной плоти.

Я посмотрел на него с лёгкой улыбкой и ответил.

— Буду двигаться быстрее.

Уголки его губ едва заметно дрогнули — то ли в намёке на улыбку, то ли в усмешке.

— Быстрота — это сила, но и она имеет предел. Твоя проблема не в скорости, Му Бай. Твоя проблема в том, что ты полагаешься только на тело. А магия — это не только движение, это контроль. Ты должен научиться чувствовать не только угрозу, но и саму суть энергии — её вкус, запах, вес. Только тогда сможешь предсказывать её путь, а не просто убегать. С твоим талантом ты быстро этому научишься.

Он сделал ещё один шаг, и между нами осталось не больше метра. Его голос стал тише, но от этого звучал ещё весомее:

— Возьми камни, которые я дал тебе раньше. Сейчас мы попробуем кое‑что другое. Ты будешь уворачиваться от моих атак — но одновременно пропускать ману через камни. Не по очереди, а одновременно. Раздели свою энергию на три потока и удерживай их, пока я буду бросать в тебя «Прикосновение смерти».

У меня внутри всё слегка сжалось в предчувствие того самого, а именно тренировок до изнеможения. Одновременно контролировать ману и уворачиваться? Это казалось довольно сложным в моём нынешнем положении. Но при этом я очень, очень сильно не хотел получать заряд некроэнергии в тушку.

— Но это будет практически невыполнимо — начал было я, но Виктор резко оборвал меня взмахом руки.

— Сможешь или нет — узнаем через минуту. В этом и есть суть тренировки: делать то, что кажется невозможным, пока оно не станет привычным. Выходить за рамки возможного это и есть путь настоящего мага.

Я выдохнул, сжал в ладонях три камня — ветер, лёд и земля — и почувствовал, как их энергия отзывается внутри меня, сплетаясь с моей собственной маной. Холод льда сковывал кончики пальцев, ветер шептал где‑то под кожей, а земля тянула вниз, придавая телу устойчивость.

Виктор чуть прищурился, будто оценивая, насколько я готов, а затем его рука снова взметнулась вперёд. На этот раз из неё вырвалось не просто несколько лучей — воздух перед ним дрогнул, и некроэнергия хлынула волной, изгибаясь, растекаясь, словно живая, и устремляясь ко мне сразу с нескольких сторон.

Время будто раскололось на осколки. Я не успел даже подумать — только почувствовал, как мана внутри меня разделилась на три потока: один скользнул в камень ветра, второй — в лёд, третий — в землю. И в тот же миг я рванулся вперёд, не убегая, а бросаясь навстречу угрозе, как делал в тех забытых жизнях, где смерть была старым знакомым.

Волна некроэнергии ударила в воздух, и я проскользнул сквозь её прорехи, чувствуя, как каждый из камней в моих руках отзывается на магию вокруг. Камень ветра вдруг вспыхнул серебристым зелёным светом, будто пытаясь рассеять тьму; лёд создал тонкую стенку впереди, впитывая часть атаки; а камень земли вытянул платформу из спрессованной земли вверх , от чего волны не задела меня.

Я кувыркнулся, уходя от очередного изгиба некроэнергии, и в тот момент, когда волна должна была накрыть меня, резко выбросил вперёд руку с камнем ветра. Серебряная зелёна вспышка рванулась навстречу тьме, на мгновение разрывая её, создавая крошечную брешь, через которую я и проскочил, приземлившись на одно колено и тяжело дыша.

Вокруг повисла тишина — на долю секунды, достаточную, чтобы услышать собственное сердце, колотящееся где‑то в горле. Тело ещё не адаптировалось к своим изменениям.

Виктор медленно опустил руку. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло что‑то новое — не просто интерес, а признание потенциала что он раскроет.

— Неплохо, — снова произнёс он, и на этот раз в его голосе звучало больше, чем просто похвала. — Очень неплохо. Ты не скачешь как курица без головы — ты начинаешь взаимодействовать с магией. Это уже не бегство. Это танец.

Я поднял на него взгляд, всё ещё сжимая камни в дрожащих пальцах.

— Я едва успел… — прохрипел я недовольно.

— Именно поэтому ты и успел, — спокойно ответил Виктор. — Потому что не думал. Ты чувствовал. А теперь встань. Мы повторим. И на этот раз я не буду сдерживаться.

И прежде чем я успел что‑либо ответить, воздух снова дрогнул — и новая волна некроэнергии устремилась ко мне, ещё плотнее, ещё темнее, чем прежде.

Я едва успел выровнять дыхание — и тут же понял: пауза будет короткой. Виктор не из тех, кто даёт передышку. Его глаза по-прежнему сверкали тем самым холодным огнём, а аура, будто сгустившись, давила на плечи, словно невидимый груз.

— Не стой столбом, — бросил он, и в голосе не было ни намёка на мягкость. — Пока ты собираешься с мыслями, тебя уже трижды убьют.

Я стиснул камни крепче. Пальцы ныли от холода льда, ветер всё ещё шептал где-то под кожей, а земля тянула вниз, будто укореняя меня в этом месте. Всё это было привычно, сколько раз я проходил подобное в прошлом и не счесть поэтому я выпримерил спину готовясь продолжить.

Новая волна ударила раньше, чем я успел додумать эту мысль. На этот раз она не просто текла — она извивалась, как живая змея, разделяясь на десятки тонких нитей, которые тянулись ко мне со всех сторон, сплетаясь в смертоносную сеть.

В голове вспыхнуло как сотни раз я уже проходил подобное. Как тысячу раз уворачивался от вспышек молний, огня , света и множества других магических атак.

Камень земли я вжал в землю, и из почвы рванулся вверх не просто столб — целая платформа, грубая и неровная, но прочная. Я взлетел на неё, минуя нижние нити тьмы. В тот же миг лёд в другой руке отозвался резким холодом — я швырнул перед собой сгусток морозной энергии, и он ударил по ближайшей нити некроэнергии, заставляя её рассыпаться, словно ледяные иглы пронзили тьму.

Но этого было мало. Сеть сжималась, и я видел, как новые нити тянулись к платформе, грозя оплести её и обрушить вместе со мной. Камень ветра я направил не вперёд, а вниз — создал резкий порыв, который ударил по основанию платформы, заставляя её дрогнуть и сдвинуться в сторону. Я прыгнул, уже не вверх, а вбок, скользя по воздуху, будто сам ветер держал меня на лету.

Приземление вышло жёстким — камень под ногой треснул, но я тут же ушёл в перекат, гася инерцию. Лёд снова пришёл на помощь: я провёл рукой по земле, оставляя за собой тонкую корку, и по ней скользнул дальше, ускоряясь потоком ветра. Нити некроэнергии ударили туда, где я только что был, и зашипели, соприкасаясь со льдом, словно тьма не терпела холода.

Виктор стоял неподвижно, но его рука снова поднялась, и на этот раз воздух вокруг него потемнел, будто сама реальность истончилась.

— Достаточно! — рявкнул он, и волна некроэнергии замерла, не долетев до меня всего на пару метров. Она зависла в воздухе, дрожа и пульсируя, словно живое существо, которому приказали остановиться.

Я замер, тяжело дыша. Грудь вздымалась, мышцы горели, а пальцы почти онемели от холода и напряжения. Камни в руках тускнели, их энергия таяла, будто они тоже выдохлись.

Виктор медленно опустил руку. Тьма вокруг него рассеялась, и воздух снова стал прозрачным. Он смотрел на меня не с прежней холодностью, а с чем-то, похожим на уважение — редкое и оттого ещё более ценное.

— Ты не просто реагировал, — произнёс он, чуть наклонив голову. — Ты начал управлять ситуацией. Это уже не танец новичка, который мечется от удара к удару. Ты начал диктовать условия.

Я хотел было что-то ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого я просто кивнул, стараясь не показать, насколько сильно дрожат руки.

— Но ты всё ещё полагаешься на камни, — продолжил Виктор, и его голос снова стал жёстким. — Они — лишь костыли. Твоя сила должна быть внутри тебя, а не в этих кусках минерала. Сегодня ты научился чувствовать энергию. Завтра ты научишься обходиться без них.

Он сделал шаг вперёд и протянул руку, словно собираясь забрать камни. Но вместо этого остановился, не дойдя пары шагов.

— Отдохни десять минут, — сказал он. — Но не расслабляйся. Потом мы попробуем то же самое, только без камней. И без поблажек.

Я медленно опустился на землю, прислонившись спиной к тёплому камню. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и длинные тени легли на тренировочную площадку. В воздухе пахло озоном и чем-то горьким — видимо, остатками некроэнергии.

В голове крутились мысли. С одной стороны, я понимал: Виктор прав. Камни — это лишь инструмент, а настоящая сила должна быть во мне. С другой — я отчётливо осознавал, что без них я бы уже лежал, выжженный некроэнергией. И не просто лежал — а, возможно, уже не был бы собой.

А ещё где-то в глубине души шевельнулась та самая сущность трансцендента, которая всё это время наблюдала, оценивала, просчитывала. Она шептала, что Виктор — угроза, что его нужно уничтожить, пока он не стал сильнее. Но сейчас, глядя на него, на его суровую сосредоточенность, я вдруг поймал себя на мысли, что впервые за долгое время вижу в нём не просто сосуд для тьмы, а учителя. Человека, который может сделать меня сильнее — настолько, чтобы я смог справиться не только с ним, но и с той угрозой, которую он несёт.

Десять минут пролетели быстрее, чем хотелось бы. Виктор стоял неподалёку, скрестив руки на груди, и смотрел куда-то вдаль, будто размышляя о чём-то своём. Когда я поднялся, он повернулся ко мне, и его взгляд снова стал острым, как лезвие.

— Готов? — коротко спросил он.

Я кивнул, хотя внутри всё сжималось от напряжения.

— Тогда начнём, — произнёс Виктор, и в его голосе прозвучала та самая сталь, которая не оставляла места сомнениям.

На этот раз он не стал тратить время на предупреждения. Его рука взметнулась, и тьма хлынула вперёд — не волной, не сетью, а сплошным потоком, густым и тяжёлым, словно сама ночь обрушилась на меня.

Я закрыл глаза на мгновение, пытаясь почувствовать энергию, как учил Виктор. Не думать, не просчитывать траектории — чувствовать. И вдруг я увидел её: не глазами, а каким-то внутренним зрением. Тьма текла, пульсировала, её края были неровными, будто она дышала. Я шагнул вперёд, не убегая, а навстречу, и в тот же миг почувствовал, как моя собственная мана откликнулась, сплетаясь с энергией вокруг.

Без камней. Без костылей. Только я и магия.

Первый удар тьмы встретил не отскоком, а встречным движением. Я направил свою ману вперёд, не пытаясь рассеять тьму, а словно обтекая её, позволяя ей скользить мимо, не задевая меня. Второй удар я принял, чуть изменив плотность своего энергетического поля — так, чтобы тьма прошла сквозь меня, не причинив вреда, будто я стал полупрозрачным для неё.

Виктор не останавливался. Его атаки становились всё сложнее, всё изощрённее. Тьма изгибалась, закручивалась в спирали, пыталась проникнуть сквозь малейшие щели. Но я двигался вместе с ней, подстраиваясь, чувствуя каждый её импульс, каждый сдвиг.

И вдруг я понял: это действительно был танец. Не бегство, не борьба, а диалог с магией. Каждый мой шаг, каждый поворот был ответом на движение тьмы, и она, казалось, тоже начинала прислушиваться ко мне.

Когда волна наконец рассеялась, я стоял, тяжело дыша, но уже не дрожа от напряжения. Виктор смотрел на меня долго, не говоря ни слова. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалось что-то новое — не просто признание, а удивление.

— Ты быстро учишься, — наконец произнёс он, и в его голосе впервые прозвучало что-то похожее на тепло. — Даже слишком быстро.

Я хотел было отшутиться, сказать что-нибудь вроде «просто повезло», но вовремя остановился. Сегодня везение тут было ни при чём.

— Спасибо, учитель, — вместо этого сказал я, склонив голову в лёгком поклоне.

Уголки его губ едва заметно дрогнули.

— Не благодари раньше времени, — ответил он. — Завтра будет сложнее. А послезавтра — ещё сложнее. Но если ты продолжишь в том же духе… — он помолчал, будто взвешивая слова, — возможно, у тебя действительно есть шанс стать чем-то большим, чем просто магом.

Я снова кивнул, чувствуя, как внутри разгорается не просто усталость, а странное, почти забытое чувство — азарт. Впереди было ещё много испытаний, много боли и много работы. Но впервые за долгое время я чувствовал, что иду по правильному пути.

— Тогда до завтра, учитель, — сказал я, выпрямляясь и стараясь не показывать, насколько тяжело даётся каждое движение.

— До завтра, Му Бай, — ответил Виктор, слегка кивнув. — И помни: сила — это не только умение выживать. Это умение видеть то, что скрыто. Даже в самой густой тьме.

С этими словами он развернулся и пошёл прочь, оставляя меня одного на опустевшей тренировочной площадке. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и первые звёзды зажглись на тёмном небе. Я стоял, вглядываясь в эту тьму, и думал о том, сколько ещё секретов она хранит — и сколько из них мне предстоит раскрыть.

***

Неделя прошла в непрерывных трудах и изнурительных тренировках. Виктор взял меня в плотный оборот, и каждый день был расписан по минутам. С самого утра и до обеда я занимался физическими упражнениями — бегал, поднимал тяжести, отрабатывал боевые приёмы. После обеда начиналась ещё более сложная часть дня: меня буквально пытались «поджарить» некроэнергией — это было непросто, но необходимо для развития моих способностей. Вечером, когда наступал короткий период свободы, я уделял время звёздам. Они постепенно начинали слушать меня, и я чувствовал, как укрепляется связь с между ними . Я всё больше ощущал, что могу влиять на их поведение. Скоро, наверное, уже к концу этого года, я смогу полностью взять под контроль все свои способности и, наконец, применить свою мутационную магию в полную силу. Это будет переломный момент в моей жизни.

***

Настал долгожданный день, когда мы отправимся прямым рейсом в тайгу — место, где магия витает в воздухе и где природа раскрывает свои самые сокровенные тайны. Для этого Виктор купил магический артефакт — магу пространства, который позволял использовать телепорт. В одно мгновение, во вспышке ослепительно белого света, мы оказались посреди монументальных елей, которые казались невероятно огромными, словно древние стражи этого волшебного края. Воздух был пропитан магией — он был настолько чистым и лёгким, что каждый вдох наполнял тело энергией и свежестью. Казалось, что вместе с воздухом в меня вливалась сила этого места, и от этого на душе стало как-то спокойнее и радостнее.

— Красиво, правда? — сказал Виктор, задумчиво глядя на бескрайний лес, где солнечные лучи пробивались сквозь густую крону деревьев, создавая причудливые узоры на земле.

— Невероятно красиво, — согласился я, не в силах оторвать взгляд от этого великолепия. В каждом листке, в каждом стебле чувствовалась жизнь, и это было поистине завораживающе.

— Порой я думаю, что самый лучший элемент для мага — это «Растение», — продолжил Виктор. — Представь, что на высшем уровне маг этого элемента способен сотворить нечто даже более прекрасное и полезное, чем этот лес. Он может создать живое существо, которое будет не просто красивым, но и невероятно полезным, — чистое создание, которое и есть на самом деле чудо.

— Вам не нравится ваш элемент — некромантии? — спросил я, чувствуя, как в голосе проскальзывает лёгкая настороженность.

— Да, если честно, я ненавижу его, — с горечью в голосе ответил Виктор. — Он, несомненно, полезен и силён, и многие считают его невероятным. Но не я. Для меня некромантия — это извращённая насмешка над понятием жизни. Это грубый и однобокий инструмент, который на самом деле годится только для приумножения смерти, не более.

— Разве не маг решает, как можно использовать свой элемент? — поинтересовался я, пытаясь понять его точку зрения.

— Маг лишь решает, как использовать элемент, — покачал головой Виктор. — Но он не изменит его природу. К примеру, маг огня выбирает, как и что будет сжигать его огонь. Но от этого огонь сжигать не перестанет. Так и с некромантией — она по своей сути связана со смертью, и как бы ты ни старался, ты не сможешь превратить её в инструмент жизни.