Маг двух стихий. Книга 1

Глава 1. Уйти с поднятой головой

– На колени, – раздался голос отца.

– Это не…

– Замолчи.

Отец был в бешенстве. Тот, кто его не знал, не заметил бы этого, но вот Корн имел счастье общаться с ним довольно долго, чтобы понимать, что сейчас ему лучше не перечить… Голубые глаза смотрели холодно, хотя на губах застыла улыбка. Корн опустил взгляд. Сердце бешено колотилось, в горле пересохло. Он прикусил губу и встал на колени.

– Корн, – голос отца дрогнул. Наверху зашуршало, Корн поднял голову и увидел, как отец разворачивал свиток.

В голове эхом отдавался стук сердца, Корн глубоко вдохнул, надеясь успокоиться. Но ничего не вышло. “Не может же отец…”

– Я, глава семьи, Стедд Массвэл, в присутствии всех наследников, лишаю тебя своей фамилии и изгоняю из семьи.

Сердце болезненно кольнуло. Слова отречения эхом звучали в голове Корна.

За полчаса до этого

– Сэн тебя опять доставал? – сочувственно спросила симпатичная девочка.

Мальчик, которому был адресован вопрос, смутился. Он не хотел, чтобы его сестра спрашивала о таком.

– Неважно. Кидай, – он передал ей три кинжала.

Она прищурила синие глаза, задержала дыхание… Мелькнули три серебряных молнии, и послышались глухие удары. Все кинжалы вошли по рукоять в ствол дерева, они вонзились близко друг к другу, но не коснулись красной точки.

– Да! – радостно воскликнула девочка, резко оборачиваясь.

Дети были очень похожи. У обоих были яркие синие глаза, длинные чёрные волосы, бледная кожа и худощавое телосложение. Сложно было бы определить их пол, если бы не одежда: девочка носила синее шёлковое платье до колен и того же цвета сапожки, мальчик – чёрные штаны и алую рубашку. Под ней угадывался кулон, из-за ворота виднелась широкая золотая цепь. На вид им было около десяти.

– Ты великолепна, сестрица, – хмыкнул мальчик.

– Ещё бы, – девочка приосанилась, и её улыбка стала шире.

– А я так пока не могу, – грустно вздохнул её брат.

– У тебя всё впереди, Корн!

– Спасибо, – он подошёл к дереву, взялся за рукоятку одного из кинжалов и попытался вытащить, но лезвие не выходило. Тогда он схватился двумя руками и упёрся ногой в ствол, поднатужился и…

– Давай я, – девочка подошла сзади и с лёгкостью вытянула два других кинжала.

Корн со вздохом оставил попытки и грустно смотрел на то, как Корнелия без труда достаёт последний.

– Держи, – она передала ему оружие. Корн молча взял кинжалы и вернулся к исходному месту.

Он прищурился. Серебристыми рыбками из тонких пальцев выскользнули лезвия и впились в ствол. Кинжалы задрожали, и один из них, скользнув по стволу, упал на землю. Оставшиеся два застряли на два пальца вглубь, близко к друг другу – они делили красную точку в самом центре ствола.

– Вау! – протянула Корнелия. Корн печально улыбнулся и пошёл забрать кинжалы.

Неожиданно налетел ледяной ветер.

– Бр-ра-та-та-та, – застучала зубами Корнелия. – Вот же холодрыга… Откуда такая непогода? – она подняла голову. Небо застилали тучи. – Будет дождь. Бежим!

– Ага, – кивнул Корн, не отрывая взгляда от Рэи*, окончательно скрывшейся в серой мгле.

(Рэя* – дневное светило мира).

Они побежали в сторону огромного белого дома, издалека виднеющегося на пригорке. Вскоре деревья закончились, они пересекли поле и попали в парк с фонтанами, лишь когда стал накрапывать дождь.

– А-а-а! – завопила Корнелия. Она очень не любила мокнуть под дождём, потому что ей потом приходилось долго распутывать волосы и сушить одежду. Хоть она ещё и не выросла в прекрасную девушку, она уже внимательно следила за своим внешним видом.

– Беги, не жди меня, – прокричал Корн, не поспевающий за сестрой.

Он был благодарен ей за то, что она бежала рядом, и в то же время ему было неловко. Ведь он мужчина и должен быть сильнее и выносливее её, а на деле всегда уступал сестре. Обидно.

– Но как же ты? – Корнелия обернулась, покусала губы и вновь встревоженно посмотрела на небо. Дождь усиливался.

– Я не боюсь вымокнуть, – хихикнул Корн. Сестра виновато улыбнулась, кивнула и умчалась вперёд.

Дыхание сбилось, холодный воздух врывался в горло, царапая его, волосы спутались и закрывали лицо. Корн согнулся, опираясь руками в колени и пытался отдышаться. Он не боялся промокнуть, просто не хотел отставать от сестры. Теперь же было незачем спешить. Никакого смысла.

Он увидел, что сестра уже скрылась за высокой позолоченной дверью. Корну же до неё было бежать ещё минуты две, но он решил просто дойти. Ветер ерошил волосы, которые, намокая, закрывали глаза, мешая видеть дорогу. Ледяные струи воды попадали за шиворот.

Корн мгновенно промёрз до костей. Зря он не поторопился, хотя… всё равно бы не успел.

Когда до заветного тепла оставалось шагов двадцать, из внезапно открывшегося окна выглянул старший брат Сэн. Ему исполнилось пятнадцать, и он был уже выше отца, хотя это скорее из-за слишком низкого роста последнего… У Сэна были голубые глаза и короткие светлые волосы. Он всегда казался немного вялым, как будто не выспался.

Встретившись взглядом с младшим братом, он зловеще улыбнулся. Сэн вытянул вперёд руку, выставив ладонь в сторону Корна.

Нет, только не это!

Корн сорвался на бег, но было поздно. Ветер многократно усилился, неожиданно сильный порыв ветра отшвырнул Корна от заветной двери. Холодные потоки воздуха пробирали до дрожи. Как ему теперь дойти до дома? Шаг за шагом он продвигался всё медленнее. Силы таяли.

Ветер стих так же внезапно, как и начался. Корн посмотрел в ещё открытое окно и увидел, что Сэн говорит с дворецким. Недовольно поджав губы, брат сверкнул глазами в сторону Корна, и окно будто бы само по себе захлопнулось. Обошлось.

Корн дошёл до дома,с его одежды и волос ручьями стекала вода. У дверей в просторный белоснежный холл его встретила сестра. Она провела руками, засветившимися голубыми искрами, вдоль тела брата, и вода на теле Корна собралась в небольшой водяной шар, зависший перед его носом. Одежда и волосы полностью высохли, по телу расползалось тепло. Корн улыбнулся. Похоже, она не заметила Сэна и то, что он делал, что не удивительно, ведь окно, в которое он выглянул, находилось далеко от холла.

– Извини, что пока не могу прикрыть от дождя… – пробормотала сестра, выкидывая шар в стоящий рядом горшок с длинным кактусом. Корн с улыбкой помотал головой. Корнелия воспряла. – Идём на кухню.

Он пошёл вперёд. Сестра последовала за ним. Через пять минут они сидели за столиком в небольшой гостиной и пили чай.

– Смотри, что мне отец купил, – Корнелия вытащила из кармана небольшую отполированную шкатулку и, повернув к брату, раскрыла её.

На чёрном бархате лежала небольшая, с мизинец размером, заколка. Серебряный вытянутый контур, три маленьких синих камня на равном расстоянии друг от друга. Она выглядела слишком просто, чтобы быть интересной Корнелии. Корн вопросительно поднял бровь и уставился на сестру. Та хитро улыбнулась.

– Сейчас покажу, – она собрала часть волос, откинула их назад и скрепила заколкой.

Как только щёлкнул замочек, причёска Корнелии стала меняться. Волосы росли, пока не достигли талии. Затем посветлели до золотистого цвета. Сестра встала и покружилась.

– Ну как тебе?

Корн взял очередное пирожное и расплылся в улыбке. Корнелия нахмурилась:

– Ты смотришь?!

Под её пристальным взглядом Корн прожевал кусочек пирожного, запил его чаем и сказал:

– Удивительная вещица. Дашь потрогать? – Корн потянулся к волосам сестры, она чуть подошла, чтобы ему было удобнее. Он ощупал их и воскликнул: – Они настоящие! Как это работает?

– Не знаю, – пожала плечами Корнелия, сняла заколку, и её волосы в то же мгновение изменили цвет и длину на прежние. Теперь они вновь стали чёрными, чуть ниже плеч. – Отец и его работники что-то придумали. Но, как видишь, настоящих волос это не касается. Наверное, иллюзия…

Глаза Корна зажглись интересом.

– Дашь мне? – он жадно посмотрел на заколку.

Корнелия положила украшение в шкатулку, закрыла её и прижала к груди, опасливо поглядывая на брата:

– Не дам! Ты её на кусочки разберёшь!

– Ах, как жаль… – понуро опустил голову Корн, а затем перевёл взгляд на малиновое пирожное, покрытое взбитыми сливками, и улыбнулся.

– Мало же тебе для счастья надо, – рассмеялась сестра.

Послышались шаги, и в гостиную вошёл Сэн. Их с Корном глаза встретились, и Корн тут же отвёл взгляд. Пока он не мог противостоять ему.

– Отец сказал собраться в главном зале, – Сэн одёрнул красный с жёлтым узором пиджак.

Недавно старший брат открыл вторую стихию, которая очень сочеталась с его первой. Теперь он мог пользоваться и огнём, и воздухом. В их семье, владение несколькими стихиями было нормой, но для остальных магов это было неслыханное чудо и большая редкость. Корнелия пока управляла только водой. Это было нормальным показателем для их возраста. Но вот Корн… он сильно отставал от принятой нормы, не имея магии вообще. Именно поэтому Сэн просто не мог выносить Корна, и с каждым днём его недовольство младшим братом становилось сильнее.

Корн никогда не обсуждал ни с кем вопрос отсутствия у себя магии, но он его тяготил. Почему у него до сих пор её нет? Что с ним не так? Он хотел быть сильным и надёжным. Но в итоге был слишком слаб.

Когда отец так внезапно позвал, у него возникло нехорошее предчувствие.

– Ты уверен? В Главном? – переспросила Корнелия. – Празднество же завтра, зачем нам туда сегодня?

– Приказ отца, – хмуро ответил Сэн и перевёл тяжёлый взгляд на Корна.

– Идём, – Корн взял Корнелию за руку и потянул в Главный зал. Сэн следовал за ними.

Главный зал был просторным, отличаясь от остальных помещений чёрно-золотой цветовой гаммой. Хотя в оформлении использовались, в основном, тёплые оттенки, всё же он казался холодным и мрачным.

Бежевые стены покрывала золотая лепнина в форме зверей и птиц, причудливо отражавшая свет. С потолка свисали тяжёлые бронзовые люстры.

По чёрному лакированному паркету посетители подошли к возвышению, на котором стояло кресло из тёмного дерева с высокой резной спинкой, очень похожее на трон. К нему вели обсидиановые ступени.

Отец в официальном красно-жёлтом костюме сидел с прямой спиной и холодно смотрел на подходивших к нему детей.

Сэн замер первым, поклонился. Корнелия повторила его движение. Когда Корн собрался последовать их примеру, вмешался отец:

– Замри.

Корн так и застыл со склонённой головой: “Что происходит? Почему отец прервал его?”

– Займите свои места.

Корнелия украдкой поймала взгляд Корна, вопросительно подняла бровь, мол, что ты учудил? Корн чуть заметно помотал головой. Он и сам не понимал, в чём провинился.

Сэн, поднявшись по обсидиановым ступеням, встал за правым плечом отца, Корнелия – за левым. В глазах брата читалась насмешка, в глазах сестры – испуг. Корн остался на месте, лишь выпрямился, стараясь не смотреть вверх.

– На колени, – раздался голос отца.

Корн нахмурился: “С чего бы ему стоять на коленях, даже перед отцом? Он точно ни в чём не виноват”. Поэтому он не собирался делать что-то настолько постыдное. Он хотел объясниться:

– Отец, это не…

– Замолчи, – оборвал его отец. Корн не понимал, что происходит, поэтому нарушил этикет, поднимая взгляд.

Отец был в бешенстве. Тот, кто его не знал, не заметил бы этого, но вот Корн имел счастье общаться с ним довольно долго, чтобы понимать, что сейчас ему лучше не перечить… Голубые глаза смотрели пристально и холодно, хотя на губах застыла улыбка. Корн опустил взгляд. Сердце бешено заколотилось, в горле пересохло. Он прикусил губу и встал на колени.

– Корн, – голос отца едва заметно дрогнул. Наверху зашуршало, Корн поднял голову и увидел, как отец разворачивает старинный свиток.

В голове эхом отдавался стук сердца, он глубоко вдохнул, надеясь успокоиться. Но ничего не вышло. “Не может же отец… Ведь не может же…”

– Я, нынешний глава семьи Массвэлов, Стедд Массвэл, в присутствии всех прямых наследников, лишаю тебя своей фамилии и изгоняю из семьи.

Сердце упало. Слова отречения эхом звучали в голове Корна. Он посмотрел на развернутый свиток с изображённым на нём семейным древом Массвэлов. Его имя, написанное рядом с именами Сэна и Корнелии, вспыхнуло и исчезло. Отец убрал свиток.

– Отныне у меня лишь один сын и дочь. Ребёнок, который в девять лет так и не стал магом, – величайший позор для нашей семьи. Ты волен идти, куда вздумается. У тебя есть пять минут на сборы, потом тебя выведут.

Отец спустился с возвышения и прошёл мимо Корна, как будто того уже не было в зале.

Корн поднялся с колен и взглянул на брата с сестрой. Сэн не смотрел на него, а словно сквозь, как будто на этом месте никого не было. Затем он спустился с возвышения и, почти пройдя мимо, остановился:

– Это было предсказуемо, – его рука легла на плечо Корна и чуть сжала, он понизил голос и со смешком добавил: – Спасибо тебе за столь лёгкое получение титула наследника. Признаться, я немного разочарован… Но всё же, благодарен, – он оглянулся на Корнелию: – Мне кажется глупостью, что я тебе напоминаю – но… чтобы ты не сделала ошибки, я скажу: нам запрещено общаться с этим простолюдином, – он особенно выделил последнее слово.

Сэн толкнул Корна в плечо так, что тот чуть не упал, и вышел из зала. Корн потерянно смотрел в пустоту, всё ещё не веря в произошедшее. Послышался лёгкий стук каблучков, шуршание юбки… Проходя мимо, Корнелия шмыгнула носом и что-то вложила в руку Корна. Её холодные пальчики аккуратно сжали его руку, заставляя удержать гладкую деревянную поверхность прямоугольного предмета.

Она ничего не сказала, а Корн не смог взглянуть ей в глаза. Корнелия ушла, и только тонкий аромат лилий напоминал о том, что она здесь только что находилась.

Корн выдохнул и потеряно взглянул на герб Массвэлов, изображённый на стене за троном. Золотой щит с огромной жемчужиной в центре, и летящие со всех сторон четыре разноцветные стрелы: красная, жёлтая, синяя и зелёная.

Он опустил глаза и увидел в руке знакомую шкатулку, ту, в которую Корнелия убирала новую заколку. Корн убрал её в карман и вышел из зала.

Он понял, что не успеет собрать вещи.

Дом словно вымер, у Корна возникало ощущение, будто здесь никогда никого не было. А он, на самом деле, давно и жил здесь один, словно призрак… Хотя память воскрешала недавние картины прошлого.

Вот здесь, на этом постаменте, раньше стояла дорогая ваза, до тех пор, пока он случайно не уронил её. Его даже не сильно ругали за это, правда, одного из слуг уволили.

Здесь Сэн создавал свой первый огненный шар, он тогда плохо контролировал силу, поэтому на полу до сих пор есть след от подпалины. Корн этого не помнил, потому что был слишком маленьким, но слуги часто рассказывали об этом. А Сэн смущался и требовал сменить тему.

Здесь Корнелия разбила коленку и ревела навзрыд. Корн взял её на руки и поднял до второго этажа, пока не прибежали слуги, а мать не отругала его за то, что он чуть не надорвался… Мать…

Корн уже дошёл до холла, но обернулся в нерешительности. Он так редко её видел. Отцу не нравилось, когда дети навещали мать. Но теперь его это не касалось!

Корн помнил, что ему дали всего пять минут, которые, скорее всего, уже почти истекли, поэтому он бросился к покоям матери, ворвался без стука.

Темноволосая женщина стояла у окна и смотрела на дождь, льющий стеной. В серой комнате всё казалось мрачным и душным. Единственное, что здесь было тёплым, это сама женщина и запах лесных ягод.

– Мама, – робко позвал Корн.

Она обернулась. На её безжизненном бледном лице появилась улыбка:

– Мальчик мой, Корн, ты пришёл… – она раскинула руки, ожидая, что тот кинется к ней.

Но Корн не делал так уже очень давно, с тех пор как ему исполнилось семь. Но сегодня он, всхлипывая, бросился в объятия женщины.

– Корн? – удивилась она. – Всё в порядке?

Он ничего не ответил, лишь сильнее обнял её. У входа послышалось покашливание слуги:

– Я должен вас проводить.

Корн отстранился от матери и натянуто улыбнулся:

– Не волнуйся. Я просто на время уеду. Но обещаю, я вернусь, – он стиснул зубы и решительно взглянул в синие глаза.

Мать тревожно посмотрела на него, потом мягко кивнула:

– Хорошо, – широко улыбнулась она. – Я буду ждать тебя.

Корн кивнул и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Слуга проводил его до выхода, накинул плащ и сунул в руки чемодан. Корн с удивлением поднял на него взгляд. Вряд ли отец разрешил такое… Слугой оказался молодой мужчина Мит, он часто помогал Корну и был ответственным за него. Он подмигнул своему бывшему господину и шепнул:

– Я тоже буду ждать, – и открыл дверь, ведущую прочь, в холодные струи дождя.

Корн гордо выпрямился и ответил, делая шаг за порог:

– Жди.

Глава 2. Забраться на вершину

Спустя шесть лет

Стройный молодой человек с волосами до плеч, стоял среди множества людей. Все, запрокинув голову, с интересом смотрели, как снижается летающий остров, на котором находилась знаменитая Академия магии. Сначала тень поглотила всё вокруг, и стало прохладно, а затем запахи земли и цветущих трав разлились вокруг.

Корн, а это был именно он, носил простую серую форму из грубого хлопка, одежду детей его приюта. Ему исполнилось пятнадцать – по законам Аталии он официально считался взрослым и более не нуждался в опеке. Теперь юноша был полностью в ответе за свою судьбу. Хотя… как будто когда-то было иначе.

Когда его изгнали из семьи, поскольку отцу стало очевидно, что Корну стихию не открыть, юноша, несмотря на сотни изученных книг, так и не нашёл решения проблемы. Академия Ниро стала последней надеждой. Если ему и здесь не помогут, то уже нигде.

Корн смотрел на длинные верёвочные лестницы, свисающие с края острова, к которым уже начали стекаться молодые люди, и влился в их поток, некоторые девушки задерживали взгляд и краснели... Аккуратно лавируя в толпе, он оказался первым в очереди желающих попасть на остров.

– Вы не против? – он обернулся, но молчание было ему ответом. Корн пожал плечами и взялся рукой за перекладину.

Это было непростым делом – подняться по ней, мало кому это удавалось. Считалось, что только те, в ком высок магический потенциал, могут забраться наверх и стать студентом Академии. Но Корн знал секрет. Ведь именно его семья сделала эти верёвочные лестницы.

Он знал их особенность. Никто не мог оценить потенциал будущего мага, лестницы проверяли лишь решимость человека, который лез по ней, сбрасывая недостойных, а вернее, не желающих попасть в Академию. Корну хватало и желания, и решимости. Он был готов рискнуть жизнью, если это хотя бы немного приблизило его к цели.

Корн спокойно и уверенно встал на нижнюю ступень, вскоре он уже спокойно поднимался, удерживая равномерный темп, лишь иногда его нога или рука соскальзывали, но он быстро находил опору и медленно, но верно двигался.

Вот и последняя ступенька. Корн оказался на поверхности острова и встал в полный рост.

– Поздравляю с поступлением, молодой человек, – слегка кивнул молодой преподаватель, по виду маг земли. Об этом говорила ярко-зелёная форма, состоящая из пиджака и брюк. Цвет означал стихию, а яркость – учителя.

Преподаватель улыбнулся и больше ничего не добавил. Корн посмотрел на два роскошных дворца, стоявших на небольших холмах, и, несмотря на то, что те находились очень далеко, даже отсюда было понятно, что они огромны и как минимум в несколько раз больше прежнего дома Корна.

– У вас уже есть открытые стихии? – спросил маг.

Корн покачал головой.

– Вы хотите обучаться в Белом или Чёрном дворце?

– А в каком находится кабинет лорда Ниро? – Корн, наконец, взглянул на собеседника. Преподаватель чуть нахмурился, но ответил:

– Его кабинет находится в Чёрном дворце, но он является главой всей Академии.

– Тогда в Чёрный.

– Там обучаются боевые маги. Если вы не уверены в своём решении, я советую пересмотреть его.

– Я уверен.

Преподаватель недобро посмотрел на Корна и чуть поджал губы:

– Вам туда, – он указал в сторону Чёрного дворца. – Там будет проводиться отбор.

Корн кивнул и отправился к дворцу. Преподаватель проводил его недовольным взглядом.

Оказалось, что придётся подождать, пока все желающие залезть на остров попробуют свои силы. Поэтому Корн подошёл к раскидистому дереву и расположился в тени. Через минут двадцать к учителям подошёл белокурый парень и с улыбкой что-то спросил, после чего преподаватель в жёлтом указал в сторону Корна. Парень кивнул и направился к нему.

– Привет! Мне сказали, что придётся дожидаться остальных и ты пока единственный, кто сегодня выбрал боевое направление. Так что я примощусь здесь? – и, не дожидаясь ответа, присел рядом. – Ты же не против? – с ухмылкой спросил он у Корна, который, даже не взглянув на него, чуть нахмурился и промолчал.

– Я Сур, приятно познакомиться, – наглец не протянул руку, так как сидел плечо к плечу с Корном, а просто легонько толкнул его.

Корн пересел к другому дереву. Сур удивлённо посмотрел, оставшись неподвижным, но через несколько минут, он вновь подошёл к Корну.

– Я понял, что ты не слишком общительный, но тут слишком скучно! Нам тут ещё полдня маяться. Давай поговорим!

Корн неохотно посмотрел на возмутителя спокойствия. Парень был невысокий, со светлыми кудрявыми волосами. Улыбка, чуть вздёрнутый, в веснушках, нос и мягкие черты лица, серьга в форме небольшого янтарного веретена на тонкой серебряной цепочке в левом ухе. Необычными были только глаза – радужка тёмно-жёлтого цвета рождала ощущение, что они излучают золото. У Корна создалось впечатление, что он младше. Только вот в Академию таких не пускают, значит, они ровесники.

Одет парень был в непонятную серую хламиду, прожжённую в нескольких местах, чем-то напоминавшую халат.

Корн не собирался общаться с чудаками, и был уверен, что отбор этот парень не пройдёт. Поэтому ему было жаль тратить на него своё время. Но и ругаться, чтобы тот от него отстал, было лень.

– Корн, – буркнул он и отвернулся.

– Ура! Ты всё-таки снизошёл до меня?!

Корн вздохнул, надеясь, что скоро подойдёт кто-нибудь ещё, и чудаковатый парень прицепится к новой жертве.

– Скажи, а у тебя девушка есть? – спросил Сур, присаживаясь рядом.

Корн пожалел, что позволил втянуть себя в беседу:

– Не твоё дело.

– Ну да, конечно, не моё. Просто любопытно. Ты ведь такой красавчик… Наверняка девушки гурьбой бегают? Ах, ну расскажи, как это? – он схватил Корна за плечо и чуть потряс.

– Не трогай меня! – Корн грубо стряхнул его руку.

– О, ты не любишь, когда тебя касаются? Извини, постараюсь исправиться…

– Ты меня раздражаешь. Уйди.

Парень начал заикаться:

– Я? Я… Раз… д-дро… жаю? – он открывал и закрывал рот, недоумённо хлопая глазами.

Корн встал и перешёл к дереву, под которым сидел раньше. Сур остался сидеть на месте, больше не предпринимая попыток пообщаться с Корном, но иногда обиженно косился в его сторону. Корн делал вид, что не замечает этого.

В течение дня к преподавателям подходили будущие студенты. К концу дня их собралось до двадцати пяти человек. Но Сур не стал к ним подходить, а достал из холщовой сумки баночки с какими-то жидкостями и стал перебирать их, рассматривая на свет содержимое, иногда добавляя что-то внутрь из мешочков. Потом он читал потрёпанную книгу и вновь смешивал жидкости в склянках. Корну стало интересно, что он делает, но подходить и спрашивать он не собирался.

На закате объявили об окончании сегодняшнего набора. Студентов проводили к большому прямоугольнику на земле, очерченному линиями. С четырёх сторон от него расположились студенты в зелёной форме лекарей. Чуть поодаль, рядом с несколькими ящиками, стояло трое преподавателей.

Одним из них был уже знакомый Корну маг в зелёном. У него была невзрачная внешность: среднее телосложение, чуть сутулая спина, недлинные тёмно-русые волосы и тусклые серо-бурые глаза. На фоне яркой формы, его лицо казалось фоном, а не тем, на что было принято смотреть.

Вторым был маг воздуха – светловолосый мужчина в жёлтом, что указал Суру на Корна, поэтому этот учитель сразу ему не понравился.

Третьей была пышногрудая женщина с длинными тёмными волосами, убранными в пучок – маг огня. Она носила алый облегающий комбинезон. Практически все студенты мужского пола не могли отвести взгляд от её фигуры.

Все трое были довольно молоды, особенно невзрачный маг в зелёном. Его можно было бы спутать со студентом, если бы не форма.

Преподаватели построили перед собой студентов и рассказали правила отбора, они были просты. Нужно было победить своего соперника, любым способом, с магией или без.

Маг в зелёном откинул крышку одного из ящиков, там оказались всевозможные учебные оружия, напоминавшие копья, мечи, ножи и прочее.

Сообщили первую пару и ей оказались Сур и Корн. Корн направился к ящику выбирать подходящее оружие.

– Эм… Вы должно быть что-то перепутали… – замялся Сур.

– Тебе не нравится твой соперник? – недовольно спросила женщина-преподаватель.

– Не… – Сур покосился на Корна, и оборвал себя, перевёл взгляд обратно: – Мне сказали, что не нужно сдавать проходной экзамен.

– Кто сказал? – нахмурилась женщина.

– Директор.

Преподаватели переглянулись.

– Почему это тебе не надо сдавать экзамен?

Сур почесал светлые кудри, подошёл к женщине и что-то тихо начал говорить…

– Чего ты там шепчешь? Громче, – начала раздражаться та.

Сур возвёл глаза к небу и глубоко вздохнул, затем, хмуро посмотрев на женщину, нарочито громко, почти крича, произнёс:

– Меня из Белого дворца выгнали! С факультета алхимии! Сказали, что обратно не возьмут, даже если завалю всё, что можно, – он поджал губы и уставился в глаза учителя.

– А-а-а! Так ты тот самый, что взорвал три кабинета?

– Говорят, что он половину запасов трав на эксперименты перевёл, – добавил учитель в жёлтом. – А ещё у него перед комнатой постоянно вырастают хищные цветы, и никак не удаётся их извести… Студенты жалуются на травмы…

– Про тебя мы знаем. Ты зачислен без экзамена. Постой в сторонке, – сказал ему маг в зелёном.

Сур скрестил руки на груди и, закинув сумку на плечо, с довольным видом пошёл к дереву. Студенты перешептывались и, смеясь, посматривали на блондина.

– Тогда ты, Грэг, – учитель указала на высокого парня лет восемнадцати.

Корн оценивающе на него посмотрел. Противник был выше его и шире в плечах. Его серые глаза смотрели на Корна очень спокойно, поэтому казалось, что он был уверен в своих силах. У него был короткий ёжик рыжеватых волос, нос был с горбинкой, которая делала лицо хищным. Одет он был в добротный костюм, характерный скорее для богатого торговца, нежели знати.

Корн выбрал два деревянных меча, устраивающих его по весу и размеру, и встал в центр арены, ожидая пока его противник подготовится.

Грэг взял из ящика первый попавшийся меч и встал в стойку напротив Корна. Его позиция была правильной, но всё ещё несколько неуклюжей, похоже Корн имел преимущество в навыках.

Была дана команда начинать, и соперники, сблизившись, скрестили деревянное оружие. Корн был быстрее, удары были сильнее, техника также превосходила мастерство Грэга, и второй меч давал ещё большее преимущество Корну. Он стал теснить противника.

Грэг шаг за шагом отступал, еле успевая отбивать опасные выпады, он запыхался и не мог восстановить ровное дыхание. Корн решил нанести завершающий удар и, отведя одним мечом меч соперника, другим нацелился ему в корпус. Вдруг лодыжку Корна сильно дёрнуло назад, меч, что блокировал оружие противника вырвался из рук. Сам он потерял равновесие и упал, однако быстро поднялся на ноги, успев увидеть, как на том месте, где только что лежал, из-под земли выскочил зелёный побег растения.

Корн перевёл взгляд на противника. Тот приложил руку к грудной клетке, и та, засияла мягким золотистым светом,он запустил процесс исцеления от полученных травм. Он был магом!

Корн понял, чем дольше он будет медлить, тем больше шансов у него проиграть. Нужно закончить бой как можно быстрее.

Он подскочил к Грэгу, не давая закончить лечение, одновременно отвлекая его устремившимся к его лицо мечом. Но цель Корна состояла в другом – он подобрал потерянное оружие и проворно отскочил от двух лиан, раскидавших почву в попытке его схватить.

Маги земли считались самыми слабыми в плане боя, но были незаменимыми лекарями. Если бы это был другой маг, Корну вряд ли бы удалось его одолеть. Но так у него всё ещё оставались шансы. Проблемой было то, что не настоящее оружие не могло перерубить гибкие стебли.

Грэг направил руку в сторону Корна – два растения, что были около мага, закопались в землю. Корн насторожился, понимая, что скоро они выскочат рядом с ним. Но этого не происходило. Грэг ждал подходящего момента.

– Если вы будете просто стоять, мы объявим ничью, – поторопил их учитель.

Грэг нахмурился и под его ногами стал расти небольшой росток с необычным маленьким белым бутоном, который постепенно раскрывался. Корн не знал, что это значит, но поспешил его уничтожить. Если Грэг зачем-то его вырастил, то ничем хорошим для Корна это быть не могло.

Два растения вырвались из-под земли как раз тогда, когда он находился рядом с бутоном и собирался его растоптать. У них были заточенные концы, один из них устремился к голове Корна, и тот едва успел отпрянуть, но почувствовал боль на правой щеке. Острые, нельзя им попадаться… Он отскочил ещё дальше, где растения не могли его достать.

Корн понял, что противник сильнее, и пошёл на уловку. Он стал часто дышать, пошатываясь при движениях, присел на одно колено, опираясь на один из мечей. Весь его вид показывал, что он на пределе своих сил. Хотя на самом деле, он чувствовал себя хорошо и мог бы продолжать сражаться.

Грэг слегка побледнел, видно, он ещё не умел достаточно хорошо управлять своей магией и перенапрягся. Корн уловил момент, когда маг сосредоточился на раскрытии бутона.

Вскочив, Корн молнией бросился к противнику, Грэг не успел среагировать, и растения шевельнулись слишком поздно. Корн уже стоял на бутоне, старательно его давя, а между двух скрещенных мечей находилась шея мага.

– Сдаюсь, – через силу проговорил Грэг.

– Молодец, – похвалил его учитель, который был также магом земли. – Очень хороший бой для лекаря, – улыбнулся он.

Корн промолчал, подумав, что как бой может быть хорошим, если студент без магии, победил мага. Даже если принять во внимание слабую боевую подготовку лекарей, они всё-таки должны уметь постоять за себя в бою, и никто не отменял того, что у них всё же гораздо больше внутренней энергии*, помогающей быть физически сильнее.

(Внутренняя энергия (вэ)* – базовая энергия, циркулирующая в любом человеке. Её количество разнится, гораздо больше её имеется у магов. Маги – те, кто смог трансформировать вэ в магическую энергию одной из стихий.)

– Корн, ты победил и можешь пройти в Чёрный дворец или дождаться остальных. Встречаемся здесь через час.

Корн кивнул и молча пошёл к дворцу.

Сур проводил его задумчивым взглядом, незаметно двинувшись следом.

Глава 3. Узреть директора

Корн подошёл к величественному дворцу и с натугой толкнул входные двери. Внутри было просторно, светло богато. Пол и стены были выполнены из белого камня, поодаль прямо посреди коридора расположилась огромная лестница наверх.

По левой стене шёл элегантный лиственный орнамент сочно-зелёного цвета. Лекарское крыло. Корн понадеялся, что ему не придётся здесь оказаться. Чуть в стороне от двери в лазарет висели объявления и расписание занятий.

Корн пересёк холл и вошёл в коридор. Справа находился вход в столовую, из которой доносились ароматные запахи выпечки. Он подошёл к широкой мраморной лестнице.

Прежде чем подняться на второй этаж, Корн остановился: скорее всего, то, что ему нужно, находилось наверху.

Лестница выводила к нескольким аудиториям и залам, расположенным по бокам коридора, а впереди виднелась заветная дверь с надписью “директор”. Она-то и нужна Корну.

Сердце бешено колотилось, когда он подшёл ближе. Около самого входа в кабинет его перехватил охранник:

– Что ты здесь делаешь?

– Мне нужно к директору, – хмуро посмотрел на него Корн.

– Ты же новенький? – охранник в серой форме осмотрел обычную одежду Корна и кивнул своим мыслям. – У директора нет времени разговаривать с каждым поступившим в Академию.

Корн молча стоял перед дверью, раздумывая, как ему попасть внутрь.

– Уходи, – в голосе охранника появилось раздражение.

– Передайте ему, что Корн хочет поговорить с ним.

– У тебя какие-то проблемы? У директора нет времени решать их. Поговори с куратором вашего курса. Он разберётся…

– Мне нужно поговорить именно с директором, – Корн зло посмотрел на охранника. Тот нахмурился:

– Я уже всё сказал. Иди отсюда.

Корн прожёг его взглядом, но ему ничего не оставалось, как отойти от кабинета. Спустившись, он столкнулся с Суром, с любопытством смотрящим на него.

– Подслушивал?

– Подсматривал, – подмигнул в ответ Сур.

Корн оттолкнул его и стал спускаться по лестнице.

– Тебе нужно попасть к директору? – спросил Сур в спину Корна, догоняя его.

– Не твоё дело.

– А если я могу помочь? – чуть тише спросил Сур.

– Как? – Корн обернулся.

– В прошлом году меня часто вызывали в кабинет к директору, думаю, он и сейчас может принять меня.

– Как это поможет мне? Я хочу поговорить с директором наедине. Какой смысл, если к нему попадёшь ты?

– А как насчёт небольшого представления? – хитро улыбнулся блондин, вытаскивая из рюкзака пару склянок.

– Что это?

– Будет много дыма и… в общем-то больше ничего. Но обычно преподаватели не любят такие шутки. А у ж рядом с кабинетом директора… – Сур захихикал. – Обоих повяжут, а там уж скажешь ему о своём желании пообщаться… Вдруг примет.

– Тебе влетит…

– Как будто в первый раз, – махнул он рукой.

– Но зачем тебе рисковать ради меня? – с подозрением спросил Корн.

– А я кое-что попрошу взамен. Не то чтобы ты будешь мне чем-то обязан, но мне будет приятно, если ты выполнишь одну мою небольшую просьбу.

– Не обязан? – Корн скрестил руки на груди. Он был не прочь использовать этого парня, чтобы попасть в кабинет директора, но вот выполнять просьбу у него не было ни малейшего желания. – Чего ты хочешь?

– Не-не, я сейчас тебе не скажу… Но не волнуйся, никто тебя не сможет заставить её выполнять. Не захочешь – не будешь. Идём? – он склонил голову набок и предвкушающе посмотрел на небольшой прозрачный флакон с мутно-коричневой жидкостью внутри. Второй флакон он, чуть помедлив, вернул в сумку, аккуратно закрепив в одной из многочисленных петель.

Корну не понравилась таинственность и немного странное поведение нового знакомого, но он слишком хотел поскорее оказаться в кабинете директора, иначе всё было бы напрасно. Поэтому он кивнул. Сур расплылся в улыбке и, тряхнув кудрями, направился наверх.

Навстречу Корну спускался длинноволосый блондин в бордовой форме первокурсника. Из-за его спины выглядывал огромный меч. Увидев Корна, студент замер, широко улыбнулся и воскликнул:

– Да быть не может, неужели Корн?

– Знакомый? – оглянулся Сур.

Корн нахмурился, пытаясь вспомнить видел ли он парня с огромным мечом раньше. Но ничего на ум не приходило. По длине волос было понятно, что первокурсник в алом – дворянин. Значит, если Корн и знал его, то во времена, когда был Массвэлом, поэтому ждать ничего хорошего не приходилось.

– Чего тебе? – хмуро спросил Корн.

– Кажется, ты меня забыл. Эх, я так опечален, – рассмеялся парень. – Я Терран. Терран Гифан.

Корн чуть поднял брови – он вспомнил, что в детстве встречался с наследником Гифанов, довольно знаменитой семьи Аталии, видимо, это он и был. Тогда он был нескладным мальчишкой, которого постоянно ругали няни за небрежность. Никакого сходства с крепким молодым человеком, стоявшим перед ним сейчас.

– Куда ты идёшь? – он выразительно посмотрел наверх и, догадавшись, открыл рот, словно от удивления: – Неужели к директору? Вот это смелость! Потрясающе! Я бы на твоём месте не посмел.

– У тебя ко мне какое-то дело? – Корну надоел этот фарс. Было очевидно, что Терран просто издевался.

– О, я повременю со своим делом. Мне очень любопытно для начала взглянуть, как директор вышвырнет тебя из Академии.

– Не знаю, зачем ему это делать. Но в любом случае, для этого надо бы сначала к нему попасть, – хмыкнул Сур, встревая в разговор. – Ты такой весь крутой… Может у тебя есть идейка? – он поиграл бровями.

– А-ха-ха-ха-хах! – рассмеялся Терран. – Значит даже попасть на приём не можешь… Хах… – он согнулся от хохота. – Давно я так не смеялся.

– Ладно, не обращай внимания на этого сумасшедшего, кажется, ничего кроме, как ржать попусту, он не умеет… – Сур отвернулся и вновь зашагал по лестнице.

– Я не умею? – Терран вытянул вперёд руку и рядом с Суром пролетел огненный шар, который растворился раньше, чем ударился о стену. Сур развернулся и, зло прищурившись, посмотрел на Террана.

– Что вы себе позволяете? – донёсся голос охранника.

Дзэньк!

Раздался звон разбитого стекла, и Террана окутала сизая дымка. Он прикрыл слезящиеся глаза рукой. Корн бросился вверх по лестнице, опасаясь, что его догонит дым, который быстро расстилался, пока не поглотил всю лестницу и часть второго этажа.

Неожиданно кто-то тронул Корна за плечо и потянул в сторону, он услышал шёпот:

– Можешь свободно дышать, но глаза лучше закрой…

Раздался резкий треск, даже сквозь закрытые веки, была различима яркая вспышка. Корн открыл глаза. Дым разделился на части и повис в воздухе небольшими клочками, каждый из которых стремительно уменьшался. Вскоре коридор очистился, и все, кто оказался рядом, смогли увидеть злого директора, стоящего в коридоре рядом со своим кабинетом.

Это был стройный и высокий мужчина, с короткими чёрными волосами, бледной кожей и холодными серыми глазами, одетый в фиолетовый строгий костюм и рубашку цвета графита. Он раздражённо смотрел на стоящих перед его кабинетом.

– Лорд Ниро… – первым в себя пришёл Корн.

Директор повернулся на голос и чуть приподнял брови.

– Вы трое, ко мне в кабинет, – он поочередно посмотрел на Сура, Террана и Корна, чтобы ни у кого из них не возникло сомнений, кого именно приглашают войти.

– Вызови мага воздуха, чтобы проветрил помещение, – сказал он охраннику и зашёл в кабинет, оставив дверь открытой.

– Есть, – отчеканил охранник и побежал искать подходящего мага.

Сур переглянулся с Корном, и они вошли в кабинет, за ними последовал Терран и закрыл за собой дверь.

Помещение было уютным. Стены были затянуты плотной бежевой тканью с геометрическим рисунком. Ближе к окну стоял массивный стол с коричневым креслом. У двери расположился светлый диван с двумя креслами и длинный кофейный столик.

– Кто зачинщик? – спросил директор, строго посмотрев на ребят.

– Он! – Сур радостно указал на Террана.

– Я? – возмутился тот. – А кто сделал дымовую завесу?

– Это я, – с улыбкой кивнул Сур. – Но я только защищался…

– Я тебя и пальцем не тронул!

– Ты в меня огненным шаром зарядил! Щека до сих пор горит, – он похлопал себя по лицу и резко зажмурился, будто от боли.

– Так, стоп, – лорд Ниро устало опустился в кресло и с любопытством посмотрел на Корна. – Ты, расскажи, что произошло.

– Терран запустил в Сура огненный шар, который пролетел очень близко. Затем всё заволокло дымом.

– Итак, значит, вы оба понесёте наказание. Например, вычистите все туалеты на первом этаже.

Лицо Террана побледнело, а Сур с улыбкой прищурился, искоса поглядев на мага огня.

– Ах, точно… – директор смерил хмурым взглядом Сура. – Тебе нельзя туалеты, а то мы потом плавать в помоях будем. – Почистишь тренировочные комнаты. Там стены и пол восстанавливаются, никаких предметов внутри нет, а грязь всё ещё бывает. На тебе все арены дюжин*.

(Чёрная дюжина – элитная группа студентов, по одной на каждом курсе. Всего их пять.)

Сур обиженно взглянул на директора.

– Вы двое свободны, – лорд Ниро подождал, пока они выйдут и закроют за собой дверь. После чего он поставил на стол небольшой хрустальный шар с выгравированной внутри печатью и активировал артефакт. Корн вспомнил, что похожие использовал его отец, когда не хотел, чтобы его подслушивали. По всему помещению разлилась прохлада, и стены комнаты засияли тусклым светом.

– О чём ты хотел поговорить со мной, Корн? Ты законно поступил в Академию, забравшись на остров, и имеешь полное право находиться здесь. Но если ты не сдашь экзамен на стихию, то покинешь это место.

Корн лихорадочно искал слова, которые помогли бы убедить лорда Ниро ему помочь, поэтому, больше немедля, перешёл к делу. Со всей учтивостью он поклонился и произнёс:

– Лорд Ниро, прошу Вас, научите меня магии, – затаив дыхание, он ждал ответа.

– Научить магии? – холодно спросил директор. – Насколько я знаю, ты не смог открыть стихию, хотя уверен, Стедд нанимал лучших учителей, – он чуть помолчал и добавил тише: – Даже, если бы это было возможно, зачем мне это делать? Чтобы усилить Массвэлов?

Две великие семьи королевства – Ниро и Массвэлы – всегда были в состоянии холодной войны. И хотя и те и другие служили верой и правдой королю, но соперничество не позволяло им наладить отношения.

– Я не Массвэл.

– Потому что тебя изгнали за отсутствие магии. Но, возможно, тебя примут обратно, как только откроешь стихию, более того, поскольку ты всё же из семьи Стедда, то думаю, магия твоя не будет слабой. Так зачем же мне усилять моего врага?

Директор не выставил его за дверь сразу, значит, возможно, он что-то хотел взамен? Корн взглянул в серые глаза директора с надеждой:

– Значит, у меня есть шанс?

Лорд Ниро улыбнулся.

– Посмотрим. Ты должен выполнить несколько условий. Первое – ты не будешь против использования экстремальных методов, которые, как я предполагаю, помогут открытию твоей стихии. Второе – ты подпишешь договор с обязательством доучиться в Академии до конца. Третье – пройдёшь двухлетнюю практику по распределению Академии.

– Хорошо, – быстро согласился Корн.

– Ты уверен? Если мне удастся восстановить твою способность к магии, ты определённо столкнёшься с недовольством своего отца.

– Если я не соглашусь, то каков шанс, что я открою стихию?

Директор, усмехнувшись, достал из стола позолоченный лист бумаги, составил договор и подписал его. Он придвинул лист к Корну, который внимательно его прочитал. Дрогнувшей рукой Корн вывел аккуратную подпись.

Договор засветился и, поднявшись в воздух, разделился на две части.

– Оба экземпляра также останутся у меня. Ты не сможешь его разорвать.

Корн кивнул и глубоко поклонился:

– Благодарю, лорд Ниро.

– Пока ты студент, называй меня директор. Свободен.

Корн вышел из кабинета. Сердце радостно стучало в груди. Неужели получилось?

Глава 4. Встретить соседа

Корн вернулся к ребятам. Они всё ещё проходили отборочные бои. Пришлось немного подождать, пока они завершились.

Грэга даже после поражения взяли на боевой факультет, наверное, потому что он был магом земли. Остальным же проигравшим не делали никаких уступок и они отправились в Белый дворец изучать бытовую магию.

Преподаватель в жёлтом проводил студентов, поступивших на боевой факультет, к общежитию. Это было ничем не примечательное серое здание с шестью этажами. Внутри тоже всё было строго и без излишеств. Комнаты студентов представляли собой небольшие помещения с одним окном, стояли две кровати, рядом с ними – тумбы, у окна находился стол со стульями. Рядом с входом была дверь, ведущая в уборную.

Сур подошёл к Корну, когда тот уже выбрал свободную комнату в светлых тонах: кремового цвета стены, деревянный пол, белоснежные занавески на окнах. Она находилась в конце коридора, но не была угловой.

– Можно с тобой? – спросил он.

– Почему ты хочешь жить со мной? – нахмурился Корн.

Сур зашептал:

– Потому что я надеюсь, что ты меня не выдашь преподавателям, если я буду делать кое-какие зелья… – он заискивающе посмотрел на Корна. – Это как раз та просьба, о которой я говорил ранее, – улыбнулся он.

Корн вздохнул. Ему совсем не хотелось жить среди резких запахов и зелий неизвестного назначения, но всё-таки Сур ему помог, его даже за это наказали.

– Я не позволю тебе создавать что-то дурно пахнущее.

Сур довольно закивал:

– Да, да, просто отлично! Я и ящики специальные раздобыл, из которых запах не просачивается. Так что будь спокоен. Кроме того, я разучил пару очищающих заклинаний, как раз на этот случай, – он прошёл внутрь комнаты, опережая Корна. – Я возьму левую, – он указал на кровать с зелёным покрывалом. – Не против?

– Без разницы, – Корн опустился на кровать справа под белоснежным покрывалом. – Так ты маг?

– Разумеется… Я же тут уже год обитаю… – комната наполнилась звоном стекла. – Сур заполнял свой комод многочисленными пузырьками.

– Они точно не будут вонять? – посмотрел на них Корн.

– Обещаю, не будут, – Сур оглянулся и подмигнул. – Я учился на факультете алхимии, и по основным предметам у меня всё было пучком, но я завалил артефакторику и сельское хозяйство. В общем, не было повода меня исключать – я был слишком крут в алхимии, но и на второй курс не прошёл. И вот, меня оставили на второй год. Но все из Белого дворца в один голос выли, что меня надо выгнать, потому что они больше не могут выносить мои выходки, и директор решил, что в Чёрном мне привьют дисциплину и я стану послушным студентом. Ха-ха-ха… – он рассмеялся. – Я, конечно, сильно в этом сомневаюсь, но почему бы не попробовать? Ведь тут я ещё не учился… Сюда даже не пускают студентов из Белого дворца, опасаются, что их ненароком пришибут. Я слышал, что большинство занятий – изучение практической боевой магии. Это немного не моё… – он вздохнул, поставил последний пузырёк, кинул пустую сумку на кровать и повернулся к Корну. – Но мне и не предлагали ничего другого. А ты как сюда попал? Почему не пошёл в Белый? Любишь драться?

Корн промолчал, раскладывая свои немногочисленные вещи.

– Дай угадаю… Не моё дело? – хмыкнул Сур. Корн опять проигнорировал его. – Эх, а с тобой довольно тяжело иметь дело. С таким подходом, ты себе много врагов наживёшь… Вокруг много вспыльчивых магов, которые тебя за один косой взгляд на дуэль вызовут. Магии у тебя нет, так что ходить тебе побитым. Послушай совета, держался бы ты поприветливее.

Корн холодно посмотрел на Сура.

– Ой, боюсь, боюсь… – хмыкнул блондин.

– Будешь много болтать, я поищу другую комнату…

– Да ладно тебе… постараюсь тебя не доставать… Но знаешь, по своей натуре я довольно болтлив, а против себя не попрёшь… Кстати, если ты пока не маг, хочешь научиться алхимии? Сможешь хотя бы защитить себя при необходимости.

– Ты сомневаешься в моей способности защититься?

– Эмм… – Сур почесал щёку. – Не будешь же ты утверждать, что выиграл бы у того же Террана в честной схватке один на один?

– Значит, я у него могу выиграть только в нечестной схватке? Например, при помощи алхимического зелья?

– Эй! Не оскорбляй алхимию… Что в этом нечестного? Любая возможность в бою, что может привести к победе – абсолютно честна… Разве ты не согласен? Победителей не судят, – алхимик ухмыльнулся.

– Тогда что ты называешь нечестным боем?

– Хым… – Сур замялся, – например, десять на одного.

– Ясно, – Корн немного подумал и решил, что предложение довольно хорошее и у него нет поводов от него отказываться. – Если у меня будет время, я буду учиться алхимии.

– Договорились, – Сур улыбнулся. – Тогда тебе нужно найти в библиотеке книгу: “Алхимия для лентяев”.

Корн удивлённо посмотрел на соседа:

– Ты шутишь?

– Название смешное? Не бери в голову. Там всё, что нужно знать начинающему, и есть даже несколько крутецких дополнений, которые при небольшой фантазии и должном старании помогут сварить небывалые шедевры! Кстати… я видел, ты распаковывал книгу.

Корн вздрогнул, он и правда достал небольшую красную книгу, которая лежала в чемодане с вещами, – подарок Корнелии. В ней были собраны оригинальные заклинания рода Массвэлов. Это было его сокровищем, пока бесполезным, но когда он откроет стихии, с помощью неё он сможет достичь больших высот. Он не хотел, чтобы кто-то, кроме него, читал её.

– В Академии запрещено выносить книги из библиотеки, а поскольку определить, где чья книга, затруднительно, то студентам вовсе не разрешают держать их у себя. Периодически бывают проверки. Если ты не хочешь потерять книгу, то спрячь, иначе её отнимут, и неизвестно, куда уберут. Вполне возможно, что в закрытый отдел. Без доступа ты её вообще больше никогда не увидишь! Со мной вот так и было… Книга моей учительницы пропала в отделе для Чёрных дюжин. Хорошо хоть, я её почти выучил за то время, что она находилась у меня, но всё равно оби-и-идно…

Корн кивнул Суру, припоминая, что в правилах действительно это значилось, и стал думать, куда же ему спрятать книгу.

– Ладно, я за ящиками, заодно принесу несколько колб для тебя.

– Где ты их возьмёшь?

– У меня всё ещё остались связи в Белом дворце… – Сур подмигнул и заглянул в шкаф.

Там он взял огромную синюю форму и быстро в неё переоделся. Штаны, спадающие с невысокого Сура, внезапно зашевелились и сели по его фигуре. То же самое произошло с белоснежной рубашкой и синим пиджаком.

Корн с любопытством наблюдал за изменениями одежды. Судя по её цвету, Сур был магом воды. Довольно сильная стихия, лишь немного уступающая огню.

– Твоя – коричневая, поскольку у тебя нет магии, всё, ушёл, – он выскользнул за дверь.

Корн медленно подошёл к шкафу, в котором висели все цвета формы и переоделся в коричневый пиджак и брюки. Рубашка для всех была одинаковой – белая, с длинным рукавом из добротной ткани, давно Корну не приходилось носить такую.

Окончание дня он провёл в библиотеке за чтением “Алхимии для ленивых”, которая сначала показалась ему несерьёзной, но потом понравилась. Книга была написана с юмором, порой довольно чёрным, поэтому походила больше на художественное произведение, чем на учебник, но всё же содержала в себе множество интересных, подробно расписанных, рецептов приготовления зелий. Когда он вернулся в комнату, Сур уже спал. Корн тихо разделся и тоже лёг.

* * *

Утром Корна разбудил внезапно раздавшийся вой, он сам не понял, как очутился на ногах, стоя посреди комнаты.

– А-ха-ха-хах, – Сур утирал от смеха слёзы, указывая рукой на Корна. – Ой, не могу… аха-ха-хах… – он наконец отсмеялся и объяснил: – Это местный будильник, все поначалу на него так реагируют. В Белом общежитии такой же, так что я привык. У нас сегодня линейка, на которой определят состав дюжины. Так что пойдём, глянем на счастливчиков.

Через десять минут они подошли ко входу Чёрного замка. Перед ним уже стояло около сотни студентов в разноцветной форме.

Сур сладко зевнул и спросил:

– Как думаешь, Терран пройдёт?

– Кто знает… Я бы предпочёл, чтобы нет.

Сур рассмеялся:

– Не поверишь, но я тоже. Кажется, он невзлюбил меня, странно, да? – ухмыльнулся он. – Эх, мне ещё три зала сегодня драить… Итак вчера до ночи ползал. Туалеты были бы веселее…

– А что бы ты сделал с туалетами? – заинтересовался Корн. Ему ещё у директора показалось странной улыбка Сура, когда ему назначили столь неприятное наказание.

– Хах, интересно? – он поиграл бровями. – Но это тайна, которую я не могу раскрыть… О, смотри, представление начинается! Я ещё в прошлый год приходил поглазеть. Кто-то волнуется, кусает ногти, а кто-то жрёт булочки, а когда его вызывают, роняет кусок и ошарашенно переспрашивает. Артефакт порой такие вензеля выдаёт – указывает на тех, про кого никто бы не подумал, что он силён и достоин места в дюжине, но говорят, что всегда выбирает заслуженно.

Артефакт принадлежал семье Ниро, Корн не знал, как тот работает, но предполагал, что вряд ли возможно при помощи него выбрать кандидатов в дюжину. Хотя по слухам, как и говорил Сур, он выбирал сильнейших ребят на курсе. Позже их право состоять в элитной группе могли оспорить, но мало кому удавалось победить членов дюжины, чтобы отнять у них место.

Директор вышел перед студентами и произнёс краткую речь о значении Чёрных дюжин и том, что в неё могут попасть лишь самые достойные. Он подкинул небольшой металлический куб, тот завис в воздухе и раскрутился. Вспышки молний скрыли его поверхность. Раздался звук, похожий на чириканье птиц. Многие из тех, кто находился в первых рядах, прикрыли глаза от режущего света.

Куб остановил вращение, и из него вырвался алый луч. Заскользив по толпе, он замер, высветив студента в красной форме. Парень улыбнулся, люди вокруг него расступились. Он прошёл вперёд и встал рядом с директором. Второй красный луч остановился на Терране. Сур с Корном переглянулись и подавили вздох.

– Пришёл конец моей спокойной жизни… – пробурчал Сур. Корн разделял его мнение. Терран вряд ли оставит их в покое. Теперь он был наделён не только силой, но и властью. Впрочем, Терран отчего-то не выглядел счастливым.

– Наверное, хотел стать капитаном… – прокомментировал его выражение лица Сур. – Тогда бы луч был чёрного цвета. Так что он обломался… – алхимик ухмыльнулся.

Отбор продолжался. В дюжину попадали маги разных стихий и каждый раз луч был соответствующего цвета, всего лишь раз он окрасился в зелёный и остановился на Грэге. Тот облегчённо выдохнул и улыбнулся, вставая рядом с другими избранными. Среди десяти выбранных человек было всего три девушки.

Оставалось три места.

– Интересно, кто станет капитаном… В прошлый раз чёрным засветился третий студент, которого выбрали, так что не думаю, что порядок здесь имеет значение…

– Зачем мы здесь стоим? – недовольно проворчал Корн. Ему не доставляло никакого удовольствия смотреть на счастливые улыбки избранных. – Я бы лучше поучился…

– Согласен, – зевнул Сур. – Но вот я бы лучше поспал.

– Я вчера почитал ту книгу, – Корн решил не терять зря времени и расспросить Сура про непонятное. – Там есть странная формула, которая… – Корн оборвал себя, поскольку алхимик, глядя на него, широко распахнул глаза.

– У меня что-то на лице? – спросил он, прищурившись от луча Рэи, попавшего в глаз. Сур кивнул.

– Тебя выбрали…

– Куда? – не понял Корн.

Вокруг стояла тишина. Белый луч артефакта светил прямо на него.

Корн открыл рот от удивления, но последовал к остальным.

Что бы это значило? Причуда директора? Артефакт можно настроить, чтобы он выбрал кого-то конкретного? Но даже если так, зачем было директору нарушать собственные правила ради него. Тогда, это причуда самого артефакта?

Корн вспомнил слова директора о себе, что если бы он обладал магией, то она была бы довольно сильной. Артефакт может определять потенциал человека?

Куб закрутился вновь, и белый луч остановился на незнакомом парне в коричневом. Значит, Корн не единственное исключение – без магии всё ещё попадают в дюжину.

Остался последний невыбранный студент, и судя по тому, что Корн слышал, луч должен был стать чёрным и указать на капитана.

Луч остался белым и заскользил по толпе. Он замер на Суре, который выглядел удивлённым. Он направился не к остальным избранным, а к директору и спросил:

– Почему луч был белым, а не синим? У меня ведь есть магия воды.

– Мне самому интересно, – ответил тот.

Директор объявил:

– Первая дюжина выбрана, и по правилам через полгода все желающие смогут вызвать любого из её членов на бой. А одержав победу, занять место проигравшего. В этот раз артефакт не указал на капитана. Это значит, что его изберут сами участники дюжины.

После этого студенты разошлись, а Чёрную дюжину собрали на Первой арене, построив их в шеренгу. Студенты пестрили разноцветной формой: маги огня, воды, воздуха, земли и даже те, кто не открыл магию – в этой дюжине собрались все.

Первая арена представляла собой отдельную тренировочную комнату, выглядящую как большой зал из хелиропа, серого камня, который восстанавливался при повреждении за счёт рассеянной энергии в окружающем пространстве.

К студентам вышла магесса, одна из тех, что принимала у Корна вступительный экзамен. Вчера она была в алом брючном костюме, но теперь на ней было длинное красное платье в пол. На этот раз она представилась:

– Меня зовут Миранда Блэр. Как вы уже, безусловно, заметили, я маг огня, – она подняла руку ладонью вверх, и над ней взвилось рыжее пламя. – Предупреждаю, у меня вспыльчивый характер и не советую мне перечить. Итак, стихии ваши очевидны, имена пока меня не волнуют, разве что вот вы, – она указала на Корна и широкоплечего парня в коричневой форме. Оба они не имели магии. – Чудо, что вы оказались в дюжине, я не хочу отстранять вас от занятий, но если вы будете слишком часто получать раны, мне придётся это сделать. У вас в группе всего один целитель, – она вывела Грэга в зелёной форме из шеренги и поставила перед всеми. – Вот он. Давай, представься.

– Я Грэг, – чуть поклонился он. – Рад познакомиться.

– Простолюдин… – брезгливо фыркнул один из парней, у него было унылое лицо, невыразительные глаза и русые волосы, убранные в низкий хвост. Судя по жёлтой форме, он был магом воздуха.

– Верно, – ухмыльнулся лекарь, совершенно не стушевавшись. – Но, как только закончу Академию, мы будем равны по статусу, да и сейчас я одного с тобой ранга, как и ты я маг Первой дюжины. Более того, если ты не будешь меня уважать, полагаю, я могу случа-а-айно, – Грэг скрестил руки на груди и ухмыльнулся, – забыть лечебную печать, когда ты что-нибудь себе повредишь… или не успеть к тебе подойти, когда ты будешь истекать кровью и так остро нуждаться в моей неотложной помощи.

Он с вызовом посмотрел на воздушника. Тот порывался ответить, но магесса его прервала:

– Вот именно, молодец, – она хлопнула лекаря по плечу, отчего тот еле удержал равновесие. – Здесь нет простолюдинов и аристократов. Вы все – теперь одна команда, конечно, вы соперники до тех пор, пока не выбран капитан. Но вам потребуется поддержка друг друга, постарайтесь подружиться. А Грэг – ваша единственная надежда на лечение, поэтому уважайте его и заботьтесь о нём. Вы меня поняли?

– Поняли…

– Вот и замечательно. Сегодня знакомьтесь друг с другом, можете позаниматься здесь самостоятельно. Не забудьте посмотреть ваше расписание на завтра, оно вывешено на первом этаже, не опаздывайте, – и развернувшись, Миранда покинула арену.

Глава 5. Не высовываться

Вперёд вышел Терран и развернулся лицом к остальным ребятам:

– Я Терран Гифан. Пока капитан не определён, давайте выберем временного капитана. Предлагаю себя на его роль. Если кого-то моя кандидатура не устраивает, то можем сразиться. Уверен, что я – самый сильный из вас, поэтому с удовольствием приму вызов от любого и докажу, что достоин повести вас за собой.

– Пф… – фыркнул Сур и тихо, так, чтобы Терран его не услышал, проговорил: – Сразу хвост распушил…

– Что, нет желающих? – Терран схватил рукоять своего огромного меча и, вынув из ножен, закинул его на плечи, после чего обвёл всех взглядом, остановив его на Корне, Терран усмехнулся. – Может быть, ты не согласен?

– Не согласен. И думаю, что такой я не один… С чего бы нам соглашаться на твою кандидатуру, если нас не просили выбирать временного капитана? Я не собираюсь подчиняться кому-либо до официального назначения, – он пожал плечами.

– Поддерживаю! – воскликнул Сур. – Кто с нами? – он огляделся.

Вперёд выступила пышная блондинка в жёлтом. У неё были короткие вьющиеся волосы цвета пшеницы, приятное округлое лицо, серо-голубые глаза и курносый нос.

– Угида, – представилась она, ткнув себя пухленькой ручкой в объёмную грудь. – Поддерживаю… – она взглянула на Корна и ткнула пальцем в его сторону: – … его. Ты, Терран, не имешь права захватывать власть. Ты не доказал, что подходишь на роль нашего лидера. Я тебя впервые вижу, а ты уже себя ведёшь, как будто все в этом зале – твои слуги. Предлагаю вопрос решать не силой, а голосованием. Не всегда сильнейший – лучший кандидат на роль руководителя. И уж прости, ты – очевидный тому пример.

– Что ты сказала? – возмутился Терран. – Только слабые так говорят. Ты из себя очевидно ничего не представляешь, поэтому и предлагаешь решать всё голосованием. Но будь по-твоему! Кто против меня? Поднимите руки! – мечник зло прищурился, будто собирался пронзить насквозь каждого, кто поднимет руку.

Блондинка не испугалась его взгляда и подняла руку одновременно с Суром. Остальные не спешили к ним присоединяться.

Корн едва заметно вздохнул и вышел вперёд, встав плечо к плечу с Терраном. Мечник был выше его на пол головы и сложен более крепко, Корн рядом с ним казался хрупким, он заговорил:

– Позволь, я спрошу… Мне кажется, ты в своём вопросе немного неправильно расставил ударение.

– Ты вообще не лез бы, куда не полагается… – прошипел Терран.

– А что, у нас тут нет равноправия? Меня тоже выбрал артефакт, – Корн ухмыльнулся, взглянув в блекло-голубые глаза мечника. – А значит, я имею право стоять тут и высказывать своё мнение, точно так же, как ты высказал своё.

– Давай, Корн, жги! – Сур поднял сжатую в кулак руку вверх.

Корн повернулся к ребятам и внимательно посмотрел на каждого из них:

– Будьте добры, поднимите руку те, кто хочет, чтобы Терран прямо сейчас стал нашим временным капитаном.

Одна девушка и двое парней подняли руки, потом к ним робко присоединилась ещё одна мужская рука.

– Четыре из двенадцати, – подвёл итог Корн. – Думаю, вопрос закрыт.

Терран зло на него посмотрел, но он не обратил на него внимания и продолжил: – Давайте лучше познакомимся. Я – Корн. Моё любимое оружие – кнут, но я также могу сражаться на мечах, предпочитаю два меча.

Все поочерёдно представились, говоря о своих предпочтениях в бою или основных умениях. Последним заговорил Сур:

– Я Сур, у меня нет любимого оружия, не люблю драться и вообще напрягаться. Моя страсть – алхимия. Из-за неё я и остался на второй год, переведён из Белого дворца, – он с широкой улыбкой подмигнул.

– Скажи нам, Сур, – спросил его Регерт, тот самый невзрачный воздушник, который вначале занятия придирался к Грэгу. – Отчего артефакт, когда тебя выбирал, даже цвета не приобрёл? Если ты тут целый год, то должен был открыть стихию, иначе бы тебя уже исключили.

– Даже не знаю, – протянул Сур. – Самому интересно отчего…

– А не от того ли, что твоя магия настолько слаба, что артефакт её просто не уловил? – ухмыльнулся Регерт.

– Вполне возможно, – легко согласился Сур. – Моя магия действительно довольно слабая.

– Ты так спокойно говоришь, что ты слабак? – Регерт поднял брови. Похоже, он не ожидал, что алхимик так просто признает его утверждение. – Это несмотря на то что ты тут уже год учился?

Сур нахмурился:

– Кто сказал, что я слабак? Уши прочисти. Я только сказал, что моя магия слабая.

– Разве это не одно и то же? – рассмеялся воздушник. Сур посмотрел на него, как на идиота, и поцокал языком:

– Тяжело тебе придётся… с птичьими мозгами-то…

– Что? – вскинулся Регерт, потоки воздуха ударили Сура в лицо, но он даже бровью не повёл, лишь медленно улыбнулся.

– Прекратите, – вмешался Грэг. – Что за ужас вы тут устраиваете? Мне жаль себя, вы же так все передерётесь, а мне лечи…

– Разве для тебя это не будет хорошо? – спросил Корн.

– Почему это для меня может быть чем-то хорошим? – не понял Грэг, он развернулся и посмотрел на Корна, который стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди.

– Практика в магии… Опыт ведь самое главное? – Корн едва заметно усмехнулся.

Грэг задумался, расплылся в улыбке и кивнул.

– Прошу прощения, – он отошёл в сторону от Сура и Регерта, – деритесь, на здоровье… Я вам, ни в коем случае, не мешаю.

Девушка в синей форме с длинными русыми волосами, представившаяся Борой Нави, закатила глаза:

– Мне надоело. Я ухожу. Увидимся завтра.

– Похоже, что сегодня у нас никакой тренировки уже не выйдет, – заметила Угида. – Предлагаю сегодня всем отдохнуть.

Терран хотел было возразить, но ребята один за другим покидали помещение. Корн тоже направился к двери, но Терран преградил ему путь.

– Чего тебе? – недовольно спросил Корн.

Мечник не отвечал ему, пока они не остались в помещении вдвоём.

– Ты что о себе возомнил? – Терран толкнул Корна. – Бывший Массвэл в Академии Ниро качает какие-то там права? Да это просто шутка века! – глаза его были холодны, как ледяная трава.

Сур заглянул в зал:

– Ты идёшь? – спросил он Корна. Но Терран захлопнул перед его носом дверь и опустил задвижку. С той стороны послышался шум, будто по двери стучали кулаками, но задвижка держала крепко.

– И что ты собираешь делать? – напряжённо спросил Корн, с презрением смотря на избалованного аристократа. К сожалению, у него просто не было сейчас сил противостоять ему.

– Как это что? – ухмыльнулся мечник, разминая кисти. – Учить не перечить.

Корн сжал зубы.

Академия относилась к дракам по большей части положительно, поэтому ждать какой-либо помощи от руководства или преподавателей было глупо. Миром правят сильнейшие, несмотря на то, что Корн предложил выбрать капитана голосованием большинства, он очень хорошо понимал, что сила решает всё. Просто он не рассчитал, что его предложение заденет гордость Террана настолько сильно.

Мечник аккуратно прислонил своё оружие к стене.

– Ты растерял всё своё чувство самосохранения. Как ты можешь быть таким наглым до сих пор? Удивительно, что ты вообще с такими выходками дожил до сего дня, – Терран подходил к Корну, тот хотел оказаться от него как можно дальше, но было глупо бегать по всему залу, особенно учитывая разность в их скорости. Даже Корнелия в детстве и то его перегоняла. Так будет всегда. Маг физически гораздо сильнее обычного человека с низкими запасами вэ. Корн заставил себя стоять на месте, он просто холодно смотрел прямо в глаза подходящего всё ближе блондина.

Прилетевший в живот кулак заставил Корна выдохнуть и согнуться. Удары посыпались один за другим, слишком сильные и быстрые чтобы Корн смог увернуться или защититься. Он был гораздо слабее. Мечник старался наносить удары в незаметные места, не оставляя значительных травм.

Корн тяжело дышал, до скрипа сжимая зубы. Царапающая боль пронзала каждую клетку тела. Но гораздо хуже было от того, что он ничего не мог с этим поделать. Он злился на свою слабость, в какой-то мере даже считая, что всё, что с ним сейчас происходит – вполне заслуженно. Сейчас он просто муравей под ногами Террана, и не имеет права осуждать его. Корн ненавидел себя за это.

Шум за дверью нарастал, наверное, это Сур подсуетился . Хотя Корн предпочёл бы, чтобы о его позоре никто не знал.

Он свернулся в клубок, схватившись за живот, в который пришёлся очередной удар. Лицо уткнулось в прохладный хелироп. В щеку впились небольшие камушки, должно быть, грязь с подошвы ботинок.

– Даже сейчас упираешься? – Терран пнул в бёдра. Корн молчал. За всё время, пока мечник избивал его, он старался не издать ни звука, хотя не поручился бы за то, что у него это действительно вышло.

Терран сплюнул и поднял задвижку. В зал ворвались Сур с Грэгом. Лекарь смерил Террана укоризненным взглядом, а Сур бросился к Корну.

– Ты как? – он осторожно прикоснулся к его плечу, но тот вздрогнул, и Сур отпрянул.

– Думаю, на сегодня тренировка закончена, – хмыкнул Терран и вышел из зала.

Грэг подошёл к Корну и поставил над ним руки. Под ним развернулась золотистая печать, волна тепла пронеслась по телу Корна, неприятные ощущения отступили. Он позволил себе расслабиться и поморщился от остаточной боли. Осмотрев его, Грэг резюмировал:

– Наш несостоявшийся временный капитан бил в места, которые не угрожают жизни, даже без магии травмы в этих местах вылечились бы быстро, а уж с её помощью… Это похоже на предупреждение.

Корн почувствовал, что может безболезненно шевелиться, и поднялся.

– Эмм… Благодарю, – смущённо сказал он Грэгу, отведя взгляд в сторону, и поспешил уйти из зала.

– Я же не закончил… – донеслось ему вслед, но он уже направился в свою комнату. Сур тихо следовал за ним.

Когда Корн опустился на кровать, алхимик заговорил:

– Очень странно, что он выбрал целью именно тебя, а не меня, например, ведь я на хвост наступал ему чаще, чем ты. Почему он не оставил нас обоих в том зале, чтобы избить? Вряд ли бы он мог подумать, что не справится с нами обоими. Есть, что-то, чего я не знаю?

Корн молчал.

– Ах да, – хмыкнул блондин, – я забыл, с кем имею дело, конечно, ты не ответишь… Дай-ка осмотрю твои раны, коль ты не дал себя Грэгу долечить. У меня есть кое-какие заживлялки.

– Не надо.

– Будешь весь в синяках ходить? И тебя совсем не будут смущать взгляды студентов и преподавателей?

– Со мной всё впорядке. Когда мне действительно будет нужно лечение, я обращусь к Грэгу. Если у тебя есть время на глупости, лучше научи меня чему-нибудь полезному из алхимии. Желательно тому, чем можно отбиться от нападения.

– О-хо-хо! Это ты молодец, давай покажу… – глаза Сура заблестели от предвкушения.

Рэя уже ушла за горизонт, её сменила Уна*, сияющая голубым светом среди искорок звёзд. Стало слишком темно и ребята включили плоские магические лампы на потолке. Они придавали комнате рыжеватый оттенок.

(Уна* – ночное светило, голубого цвета).

Двое склонилось над небольшим котелком, стоящем на небольшой переносной жаровне.

– Нет, стой, не добавляй пока! – Сур вытащил из мешочка нечто, напоминавшее коричневый камешек с ноготь размером. Зажав нос двумя пальцами свободной руки, он кинул его в варящееся зелье. Прозрачная жидкость стала буро-красной, по комнате разлился отвратительный запах тухлой рыбы.

Глаза заслезились, Корна замутило, запах был настолько невыносим, что он выкинул приготовленную ветку на пол, и ринулся в уборную. Через пару минут он вернулся бледный и злой. Вонь в комнате уже стала менее раздражающей, но всё ещё висела в воздухе. Котелок был пуст, а четыре длинных склянки было заполнено бурой жидкостью и крепко закрыто притёртыми пробками.

– Не злись. Я поделюсь, – виновато улыбнулся Сур, потряхивая бутылочками, которые ловко уместил между пальцами одной руки. – Половина твоя.

– Три из четырёх, – хмуро произнёс Корн, садясь на пол перед затухающей жаровней. – И научи меня зелью, что на время лишает обоняния.

– А-ха-ха-хах, идёт, – Сур передал три склянки Корну. – Будь осторожен и не разлей. А то нам придётся переезжать!

– Где твоё чудо-заклинание, что уберёт эту вонь? – Корн махнул рукой и брезгливо поморщился. – Как к нам с такого аромата ещё соседи не прибежали?

– Потому что я установил барьер, чтобы запах не выходил за пределы комнаты. По началу, когда я варил без него, так и случалось: не проходило и десяти минут, как около моей двери стояли недовольные. Так что я уже опытный, – он подмигнул и поднялся на ноги. – Смотри на чудо!

Сур прикрыл глаза и вздохнул. Он медленно поднял вперёд руки и развернул их ладонями к друг другу. Между его руками начало формироваться тусклое голубое сияние, постепенно оно уплотнялось в небольшую печать. Несмотря на то что заклинание не требовало много силы и являлось всего лишь одноуровневым, оно было гораздо с более сложным узором, чем обычное. Замысловатые письмена, вписанные внутрь круга, засветились более отчётливым голубым цветом, печать вспыхнула и быстро завертелась, по комнате разлетелись многочисленные мелкие брызги воды. Они скользнули по каждой поверхности в комнате, по лицу и телу Корна, чуть намочив его одежду, и отхлынули обратно, забирая с собой неприятный запах.

Ощущение было таким же, как после дождя. Аромат свежести заполнил комнату. Сур держал на руке небольшой водный шар, который медленно вращался вокруг своей оси, алхимик подошёл к окну, распахнул его и выкинул шар на улицу.

– Готово, – довольно проговорил он. – Впечатляет, да?

– Какое впечатляет? Ты должен был сделать это давно. К тому же если бы не это заклинание, я бы съехал от тебя сегодня же!

Сур недовольно надулся:

– Я не такой сильный, чтобы одновременно и барьер держать, и комнату очищать по несколько раз на дню, – он прищёлкнул пальцами, и едва заметное сияние на стенах исчезло. – Если такой умный – открой стихию воды и делай это вместе со мной. Я иду спать! – он демонстративно потопал к своей кровати.

Когда они легли, Сур всё ещё обиженно сопел в стенку. Корн тихо фыркнул, и на губах у него расползлась улыбка. Он знал, какое зелье хочет изучить третьим… Но сначала то, что лишает обоняния. После сегодняшнего он бы не променял его ни на что иное.

Глава 6. Участвовать в эксперименте

Корн проснулся в холодном поту. Опять кошмар… Он глубоко вздохнул, приходя в себя. Сердце бешено колотилось в груди. Он не помнил, что ему снилось, но был уверен, что во сне присутствовал его отец.

С утра были лекции. Первая проходила в Зале земли на первом этаже. Он был оформлен в коричнево-зелёных оттенках. В аудиториях Академии зачастую не было никакой мебели, студенты располагались в удобном для себя месте на полу, подстелив небольшой коврик. В этом зале все они были зелёными, а преподаватель располагался на центральном, более большом, он также мог сидеть или бродил вокруг студентов, рассказывая изучаемый материал.

Большинство лекций Чёрной дюжины проходило отдельно от остальных групп, не стала исключением и эта, поэтому в зале всего с тринадцатью студентами, было полно свободного пространства.

Корн пытался внимательно слушать, время от времени делая заметки в тетради, но его неуклонно тянуло в сон. Сур насмешливо на него посматривал. Сам он был бодр и весел, и не скажешь, что полночи колдовал над котелком ужасно вонючего зелья.

Всё из-за того же недосыпа, Корн абсолютно игнорировал Террана, который, похоже, пытался найти повод для придирок.

Лекция была посвящена основам защиты в бою и велась магом земли Рэйном, одним из тех, что принимал у Корна вступительный экзамен. Преподаватель был молод, похоже сам недавно выпустился из Академии. Но вёл себя спокойно и рассказывал полезные вещи: не только про защиту с помощью магии, но и об обычном уклонении, как сделать его более эффективным. Следующим занятием стояла практика защиты, на нём бы Рэйн наверняка проверил бы то, насколько хорошо его слушали студенты.

Корн в очередной раз широко зевнул, запоздало пытаясь прикрыть рот рукой, когда к нему в рот залетел комок смятой бумаги. Он чуть им не подавился, поспешно откашливаясь. Преподаватель обратил на него внимание, но не заметив ничего подозрительного, вернулся к лекции. Он подошёл к тёмно-зелёной доске на полстены, которую обрамляли витиеватые золотые листочки, и начал специальным белым стилусом, рисовать на ней расположение противников, ведущих бой. Рисунки получались корявыми, у Рэйна явно не было таланта к рисованию. Послышались смешки, но преподаватель, проигнорировав их, серьёзно продолжал рассказывать о том, какую защиту лучше выбрать при той или иной ситуации.

Корн аккуратно развернул бумагу. Из-за того, что он прикрыл глаза, когда зевал, он не понял, от кого прилетела эта записка. Конечно, он мог бы и догадаться… Она была от Сура. Он предлагал после урока найти управляющего и попросить у него разрешения взять некоторые ингредиенты из запасов Белого дворца. Когда Корн понял, кто так метко попал листком бумаги в его рот, он перевёл на алхимика убийственный взгляд, тот сделал вид, что всецело поглощён рассказом лектора, хотя до этого даже не смотрел на доску.

Когда лекция закончилась, Сур подмигнул Корну и взглядом показал, что ждёт его на выходе. Корн подхватил небольшую поясную сумку, в которой он теперь носил зелья, и последовал за Суром. Терран следил за ним, но Корн, хоть и замечал его холодный взгляд, старательно игнорировал, хотя в глубине души и понимал, что рано или поздно терпению мечника придёт конец.

– Ты Корн? – спросил его незнакомый парень лет восемнадцати, поджидающий на выходе из зала.

Стройный и высокий, бледнокожий, с чёрными волосами до плеч и прозрачными серыми глазами в официальной форме дюжины, он притягивал взгляды окружающих. Впрочем, его осанка выделяла бы его, даже будь он в невзрачной одежде прислуги. Серые глаза источали толику любопытства, а голос – полное безразличие.

Корн остановился как вкопанный. Кто это такой, и зачем он понадобился этому парню?

– Я спросил, ты Корн? – парень немного сдвинул брови, в голосе появились нотки раздражения.

– Да. Чего нужно?

– Мао? – раздался позади тихий голос Террана. – Ты же Мао? – спросил он уже громче, подходя к Корну.

– Я Мао Ниро, капитан Третьей дюжины, – чуть кивнул брюнет, безразлично глядя на Террана, и посмотрел на Корна. – Приятно познакомиться, – формально сказал он, но в его суженных глазах стоял лёд.

Сердце Корна забилось быстрее. Это был старший сын директора, Мао. Ниро славились тем, что владели самой сильной стихией – молнией. Мао был с детства одарён ей, и считался очень умелым магом, что доказывал его пост капитана дюжины.

Не стоит упоминания, что Массвэлы никогда не ладили с Ниро, это было так же естественно, как вражда кошек с собаками. Поэтому Мао ещё довольно доброжелательно разговаривал с ним. Не говоря о том, что нынешний статус Корна, как простолюдина без магии, опускал его ниже подошв стоящего перед ним мага из великой семьи.

– После занятий директор ждёт тебя в кабинете, – Мао развернулся и ушёл.

Терран с сомнением посмотрел на Корна и, пройдя мимо него, отправился на арену. Сур и Корн на некотором отдалении последовали за ним.

– Тобой заинтересовался сам Ниро? Корн, ты такой таинственный… – Сур щурился, смотря на яркое небо.

Терран обернулся и сказал:

– Нет здесь ничего таинственного. Просто он, – мечник указал рукой в сторону Корна, – бывший Массвэл, которого изгнали из семьи. На месте Мао, я из любопытства бы тоже пришёл посмотреть на это ничтожество.

Сердце Корна пропустило удар. Он не хотел, чтобы кому-то стало известно о его прошлом. Сур был бы последним, кому бы он об этом рассказал. Но Терран не стал держать язык за зубами, и теперь неизвестно как изменится отношение алхимика. Какой смысл общаться с тем, кто ничего в жизни не добьётся, да и вообще через несколько месяцев покинет Академию… Корн опустил взгляд в землю.

– Это правда? – спросил Сур. Корн молча кивнул. – О… Это всё объясняет. Так вот зачем тебе так нужно было к директору… – протянул Сур. В его голосе не слышалось презрения. – А зачем, кстати? Я бы на твоём месте ему на глаза постарался даже не попадаться.

Корн поднял взгляд и посмотрел в золотистые глаза, искрящиеся любопытством.

– Я тебе потом расскажу… – хмыкнул он.

Терран недовольно посмотрел на Сура, отвернулся и ускорился ещё больше.

– Эй, Терран! – проговорил алхимик ему в спину. – Тебе не кажется, что чужие секреты раскрывать довольно подло? – мечник остановился, развернулся и схватился за рукоять меча. Алхимик не испугался и продолжил свою речь. – Может тебе об этом для начала поговорить с директором? – он со смешком добавил: – Ведь очевидно, что он в курсе всей ситуации и у него имеется какой-то план. Если ты вдруг в него вмешаешься… Это, наверное, не принесёт тебе ничего хорошего?

– Заткнись, – Терран нахмурился, но не стал отвечать и просто развернулся, чтобы скрыться во входе в тренировочный корпус.

– Зачем ты его злишь? – спросил Корн.

– Он меня забавляет, – хихикнул Сур.

– Нарвёшься же…

– Скорее всего, – кивнул он. – Нужно припасти больше зелий, – он широко улыбнулся и подмигнул Корну.

На занятии они практически оттачивали то, что им преподавали на теории. Потом Корна и Вэна отправили на отдельное занятие, предназначенное помочь им в освоении магии. Но веры в то, что подобные занятия смогут принести ему пользу, уже не осталось.

У Вэна была похожая ситуация, он был аристократом, а значит, его уже обучали в семье, но раз отчего-то его магия до сих пор не открылась, то и в его случае всё было не так просто. Парень выглядел унылым настолько, что Корна слегка подташнивало, когда он смотрел на него. Его бесило выражение беспомощности на его лице, он еле сдерживался, чтобы не разбить ему нос.

Как же он раздражал! Как он вообще залез на остров с таким-то “рвением”?

После занятий Корн постучался в кабинет директора. Сегодня станет понятно, есть ли у него шанс открыть магию, или стоит задуматься об алхимии, как о своей основной специальности… К сожалению, даже в таком случае без магии настоящим алхимиком было не стать. Не упоминая о том, что так он не сможет вернуться в семью.

– Войдите, – послышалось из-за двери, и Корн прошёл внутрь.

Директор пил чай у себя за столом. Увидев Корна, его глаза прищурились в предвкушении.

– Это ты. Отлично. У меня возникла идея и я кое-что собираюсь попробовать. Не хотелось бы, чтобы все были в курсе происходящего, поэтому будем экспериментировать в подвале. Для остальных можем сказать, что ты что-нибудь нарушил, хм… Ну, например, грубо со мной разговаривал, – весело хмыкнул лорд Ниро, – и теперь постоянно драешь подземные казематы. Как тебе?

– Эм… Я не буду врать, – Корн чуть опустил голову. – Извините.

– О… – задумчиво протянул директор. – Я позабочусь об этом слухе. Тебе не придётся ничего говорить. Так подойдёт? – Корн посмотрел в серые глаза, которые как будто бы посмеивались над ним, хотя выражение лица директора было нейтральным и спокойным.

Корн кивнул.

– Хочешь чаю? – спросил лорд Ниро, поднося чашку к носу и с наслаждением вдыхая приятный аромат, витающий в комнате.

– Нет, благодарю, – сухо отозвался Корн.

– Тогда можешь начинать отработку с сего момента, – лорд Ниро поставил чашку на блюдце, так и не отпив. – Я соберу инструменты и подойду через несколько минут. Хотя наверняка несмотря на наши небольшие предосторожности, когда-нибудь растекутся слухи, что я экспериментирую над бедным студентом, не иначе как из чувства мести к его бывшей семье, – Корн внимательно поглядел на директора, но тот лишь с улыбкой кивнул в сторону двери. – Иди.

Корн вышел и постарался понять, где был проход на нижний этаж. Наверное, стоило об этом у кого-нибудь спросить…

Мао стоял рядом и как будто ожидал, когда его отец освободится, он мазнул по Корну безразличным взглядом и собирался постучаться в дверь.

– Стой, – попросил Корн. – Подскажи, где находится вход в подвал.

Мао чуть удивлённо спросил:

– Зачем тебе?

– Эм… – замялся Корн, не зная, стоит ли ему отвечать. Мао пожал плечами:

– Дверь находится под лестницей на второй этаж. Её охраняют с внутренней стороны, тебя так легко не пропустят, – он постучался в кабинет и, дождавшись ответа, вошёл.

Несмотря на слова Мао, Корна без вопросов пропустили, видимо, директор уже предупредил охрану, его даже провели в пустой просторный зал и выдали весь полагающийся для уборки инвентарь.

Зал напоминал квадратную тренировочную комнату, её размер был таким же большим, как и арена, на которой тренировалась Первая дюжина. Корну сразу стало очевидно, что помещение не предназначалось для задержания преступников, и скорее подходило для испытания заклинаний. Он провёл ладонью по прохладной поверхности стен. Камень напоминал хелироп, но был светлее, и на нём не было характерных для того молочного цвета прожилок. Это был другой минерал. Возможно, Корн бы смог почувствовать некоторые колебания окружающего фона, если бы он был магом, а так камень казался обычным. И всё же он был уверен, что это было не так.

Он взял ведро и покрутил его.

Стоило ли ему действительно здесь убраться? Для большей достоверности, так сказать? Немного подумав, Корн решил, что не будет такого делать, если только его действительно не заставят. Он отставил ведро в дальний угол и сел на пол, облокотившись на стену, достал из поясной сумки флакон и задумчиво стал его крутить, после чего вытащил тетрадь, и принялся карандашом записывать идеи для следующего зелья. Вдруг он вспомнил Сура, который сидел под деревом и копался в своих зельях, наверное, он сейчас выглядел так же странно, как и он сейчас. Корн хмыкнул и углубился в разработку рецепта.

Через полчаса дверь открылась, и в зал зашёл директор.

– Ты учишься варить зелья? – он увидел заметки Корна. – Хорошая вещь, как вспомогательное средство. Однако без магии, ты не сможешь приготовить ни одного достойного эликсира, и сумеешь стать разве что помощником алхимика. Так, держи… – он сунул в руки Корна огромный увесистый свёрток и опять вышел.

Вскоре он вернулся с сундучком и тяжело опустил его на пол. Если сам директор, наделённый несметным количеством магии, испытывал затруднения в его перемещении, то сложно представить, насколько много тот весил.

– Я уже всё подготовил, – лорд Ниро прошёл в центр помещения и топнул ногой. Вокруг него вспыхнули белые искры и пробежали во все стороны по полу.

На нём проявился сложный узор. Корн сосчитал кольца у замысловатой печати. Четыре! Самой сложной печатью являлась печать с пятью кольцами. Но уже многие века никто не мог её создать – четырёхуровневая была пределом нынешних магов. Корн восхищённо посмотрел на лорда Ниро. Не зря он считался великим в мире магии.

– Это для того, чтобы проанализировать твои каналы внутренней энергии.

Корн недоумённо посмотрел на директора. Тот понимающе кивнул, забрал свёрток, развернул его и положил на пол два небольших металлических жезла. Он принялся объяснять:

– Внутренняя энергия обычно протекает сквозь всё тело. Но это необязательно так. У некоторых людей она течёт по определённым путям и не заходит за их пределы, у некоторых совпадает с током крови или лимфы. Гораздо проще стать магом тем, у кого она пропитывает всё тело, у некоторых она даже выходит за пределы тела, они рано открывают стихию. Ты, будучи сыном Стедда, должен бы относиться к последним.

Корн нахмурился.

– Да, в твоём случае это, вполне возможно, не так, поэтому и нужно проверить, – директор расставлял усиливающие артефакты по четырём сторонам печати.

Они представляли собой полупрозрачные камни разных стихий, каждый был цвета соответствующей магии. Корн видел такие раньше – это были элементарные накопители, только очень большие, обычно они были размер с перстень, а тут с целый кулак. Их главной особенностью было то, что они накапливали энергию определённой стихии. Маги не могли воспользоваться ей для создания заклинания не своей школы, поэтому они не были популярны.

– Готово! – директор напряжённо посмотрел на Корна. – Будет… больно, возможно, очень… – добавил он. – Я пропущу через тебя молнию, это далеко не самое приятное ощущение.

– Я понял, – Корн безразлично кивнул, хоть его сердце и забилось быстрее. Разумеется, он не хотел ощущать боль. Но ради того, чтобы обрести магию, готов был потерпеть.

– Тогда снимай пиджак, рубашку, обувь, бери в каждую руку по жезлу и ложись в центр, голыми ступнями касайся пола, раскинь руки в сторону, – директор инструктировал, а Корн выполнял. – Сюда положи голову, здесь – стопы. Теперь сожми зубы, а в остальном постарайся не напрягаться.

Корн послушно напряг челюсть и расслабил тело, глубоко вдохнул.

Раздалось чириканье молний, и белые вспышки ослепили его. По телу пробежал разряд жгучей боли, его выгнуло дугой, мелко затрясло. Корну казалось, что он оказался в центре пламени, чтобы сгореть заживо. Он резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и широко распахнул глаза.

Директор стоял с задумчивым видом, хмурился и что-то шептал. Наконец, мышцы Корна расслабились, и чуть подрагивающее тело рухнуло на пол. Корн застонал.

Лорд Ниро смотрел на него. Когда тот через пару минут полностью пришёл в себя и медленно сел, заговорил:

– С твоей вэ всё в порядке. Её гораздо больше, чем у среднестатистического человека без магии, и она проходит через всё твое тело. Мне не удалось определить, выходит ли она за его пределы. Но, в любом случае, причина того, что ты не открыл магию – не в ней. Но есть кое-что, что довольно интересно. Покажи, как ты управляешь вэ.

– Управляю? – удивился Корн. – Разве это возможно до открытия стихии?

– Разумеется это возможно, но ты меня не понял… – он огляделся и указал на сундук, который ранее принёс. – Подними его.

Корн с сомнением посмотрел на сундук, который был нелёгким даже для сильного мага с огромным количеством вэ, но всё же осторожно встал, подождал, пока голова прекратила кружиться, и подошёл к сундуку.

Директор двигался вместе с ним, и когда Корн собирался взять сундук, положил руку ему на плечо и прикрыл глаза. От его кисти пробежали небольшие молнии, Корна словно ударило статическим электричеством. Он понял, что директор делает это для того, чтобы определить, как Корн использует вэ, поэтому перестал обращать внимание на его манипуляции.

Сундук был тяжёлым и Корн не мог его поднять. Через несколько попыток он встал, так и не сдвинув его, утёр со лба струящийся пот.

– Как я и думал, – директор раскрыл сундук и стал перебирать в нём вещи. – Твоя вэ не используется. Она как будто существует отдельно от тебя. Это довольно странно, потому что, когда живые существа нуждаются в силе или скорости, они подсознательно активируют незадействованные ранее резервы организма. Однако в твоём случае этого не происходит.

Наконец, он нашёл, что искал, вытащил из сундука и всунул в руку Корна. Его пальцы ощутили холодную гладкую поверхность, это был белоснежный шар. Он напоминал камень, он комфортно ложился в руку, и от него пахло известняком, но он был гораздо тяжелее. На его поверхности выступали мелкие письмена в форме геометрических фигур: точка, линия, треугольник, квадрат.

– Что это? – с любопытством спросил Корн.

– Артефакт, сделанный нашим студентом. Твоё задание влить вэ в эти символы. Начинай с точки. Если получится, они засветятся. Тренируй это в свободное время. Я не уверен, что это поможет твоей проблеме, но даже если ты сможешь просто использовать вэ для повышения своих физических качеств – это тоже будет неплохо. Встретимся здесь через два дня в то же время. Не задерживайся.

Лорд Ниро скрылся за дверью. Вскоре за ним последовал Корн, в руках он сжимал белый шар.

Глава 7. Обойти ловушки

Занятия шли своим чередом. Корн практиковался с белым шаром, хотя пока у него выходило заставить светиться лишь точку, и то она загоралась едва заметно, но всё же это был уже результат! Ведь поначалу у него не выходило и этого. Он с волнением ждал очередной встречи с директором.

Занятия наконец-то закончились. Корн быстро перекусил в столовой, не забыв умять пару восхитительных булочек с малиновым вареньем, и шёл по коридору, направляясь к подвалу, а его настроение становилось всё лучше. Отчего-то казалось, что именно сегодня они с директором сдвинутся с мёртвой точки.

Между столовой и Залом пяти стихий располагались многочисленные подсобные помещения. Из ближайшей доносились странные звуки, напоминающие борьбу. Корн остановился и прислушался.

– Пусти! – раздался приглушённый девичий голос.

– Ты уже второй раз оспариваешь моё решение, – отвечал злой мужской голос, что показался Корну знакомым.

Раздался звук пощёчины и тихий стон.

– Как простолюдинка посмела раскрывать свой гнилой рот! – донёсся другой мужской голос. – Ай! Она кусается!

– Вы – трусы! – девичий голос слышался отчётливее. – Как вам трём бугаям не стыдно зажимать девушку в углу? Вот так выглядит ваша аристократическая гордость?

– Держи её…

Послышались звуки возни.

На мгновение Корн пожалел, что заскочил в столовую. Пошёл бы голодным в подвал – и не пришлось ввязываться в неприятности.

По голосам он понял, что говорили его знакомые. Девушкой была Угида, а одним из парней – Терран, второго по голосу он не узнал.

Корн задумался, а стоит ли вмешиваться. Несомненно, после такого, он сам станет вечной мишенью для издёвок мечника. Если бы он мог достойно противостоять Террану, проблем бы не было, а так, ради почти незнакомой девчонки… Этого определённо не стоило делать… Но просто пройти мимо было… не по нутру.

Корн осторожно подошёл к помещению, до его носа донеслось смешение ароматов леса, полевых цветов и еды. Он тихо приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Это была небольшая кладовка, где хранились смеси, используемые для добавления в пищу. Несколько шкафов с многочисленными баночками на полках, и травы, подвешенные сушиться на потолке – вот и всё убранство.

Угиду прижимал к стене Вэн, не давая ей двигаться, одна его рука держала её рот закрытым. Терран стоял чуть поодаль и смотрел на них. Регерт находился спиной к двери, так близко, что, казалось, в любую секунду мог заметить Корна.

Трое… Корн мысленно застонал. Из них только у Вэна не было магии, зато он был самым мощным по телосложению, всё ещё являясь сильным противником.

Вряд ли Терран пал так низко, чтобы приставать к девушке в подсобке, да и простолюдинки не были в его вкусе. Впрочем, по мнению Корна, избивать одногруппницу, чтобы она не возникала, было ненамного лучше. Корн вспомнил, что Угида действительно сегодня опять повторила свои слова о том, что не считает Террана достойным поста капитана. Вот теперь за это и расплачивалась.

Угида попыталась призвать воздух на помощь. Маги её стихии отличались от других тем, что на первом уровне* уже могли использовать её.

(Первый уровень* – когда маг может использовать только существующую вокруг стихию, но не может её создавать. Например, маг воздуха, способен вызвать ветер, а для мага огня для использования своей стихии нужен костёр)

Но как только вокруг сгустился воздух, Терран прищёлкнул пальцами, и рядом с лицом девушки полыхнул огонёк, сбивая её концентрацию. Она в испуге зажмурилась.

Регерт подошёл к боковому шкафу и достал из банки пучок трав. По помещению распространился тошнотворный запах. Придерживая нос закрытым двумя пальцами, парень подошёл к Угиде и кивнул Вэну.

Корн сразу понял, что они собирались сделать. В последнее время он много читал про различные алхимические ингредиенты, и он вспомнил, что Регерт держал в руках траву, называемую аморфотитом. В малом количестве она помогала укрепить иммунитет. Но если бы Угида проглотила весь пучок, она слегла не меньше, чем на неделю, причём её бы постоянно рвало, а лекари не смогли ощутимо ей помочь, пока трава естественным путём не вышла из организма. А занимало это порой около месяца.

Девушка сопротивлялась, брыкалась и кусалась, но она была не очень сильным магом, и у неё было недостаточно вэ для значимого улучшения физических возможностей. Все её попытки призвать магию, отбивал Терран. К Вэну подключился Регерт, который грубо взяв девушку за челюсть, открыл ей рот. У неё просто не было шансов самостоятельно освободиться и не проглотить аморфотит.

Корн вытащил из сумки зелье, которое Сур прозвал “бурая вонючка” и скривился от одной мысли о его тухлом рыбьем запахе. К сожалению, он так и не успел подготовить снадобье, отбивающее нюх, поэтому перейти на дыхание через рот – единственное, что ему оставалось.

Он медленно потянул ручку двери, чтобы расширить щель до того размера, чтобы можно было закинуть внутрь склянку, но несмазанная дверь издала скрип.

Демоны! Корн не мог не проклянуть ленивых работников академии.

Все лица в помещении повернулись к нему…

– Ты? Иди своей дорогой, тобой я займусь позже, – брезгливо фыркнул Терран отворачиваясь.

Корн обычно оставался спокойным и не поддавался на провокации, но такое явное пренебрежение отчего-то его задело. Он двинулся раньше, чем осознал это. Он уже швырнул флакон прямо в голову Террану.

Мечник среагировал – поднял руку, полыхнувшую огнём. От жара склянка лопнула. Мелкие осколки брызнули в стороны. Терран отшатнулся. По его лицу из многочисленных мелких порезов сочилась кровь. Правый глаз был прикрыт и залит алым.

Остальным досталось меньше, но запах уже заполнил помещение. Регерт и Вэн побледнели. Терран согнулся – его выворачивало. Угида, оказавшись свободной, быстро среагировала и, зажимая рот и нос рукой, ринулась к своему спасателю, схватила его за руку и потащила прочь из кладовой.

Они выбежали на улицу и остановились лишь тогда, когда достигли центрального парка, где всегда было многолюдно. Девушка, наконец, не выдержала и, удалившись в кусты, оставила в них свой обед. Корна мутило от неприятных звуков и отголосков запаха, хотя он очень старался не дышать, но всё-таки зелье было слишком мощным. Казалось, запах пробивался даже сквозь поры и закрытый нос.

Измождённая девушка вышла из кустов и покраснела, когда взглянула на Корна. Она отвела взгляд и выдавила:

– Спасибо. Если бы не ты, мне бы пришлось очень худо.

Корн кивнул, принимая её благодарность.

– Я пойду, – сказал он, всё ещё намереваясь успеть на встречу с директором.

– А… – раздалось со спины, будто девушка хотела сказать что-то ещё. Но, кажется, она передумала, или не решилась. – Да, конечно. Ещё раз спасибо.

Проблема Корна состояла в том, что чтобы попасть в комнату для экспериментов, где была назначена встреча с директором, ему всё ещё нужно было пройти мимо злосчастной подсобной комнаты. Как жаль, что в подвал вела всего лишь одна дверь.

В столовой царила неразбериха, запах распространился, и студенты просто не могли продолжать есть. Они столпились на улице и возмущались. Работники раскрыли окна, маги ветра пытались выдуть испорченный воздух из обеденной. Охрана кружила вокруг, расспрашивая очевидцев.

Корн услышал сзади тихий шорох. Он хотел обернуться, но в глазах внезапно потемнело, колени подогнулись, а тело обмякло – Корн потерял сознание.

Он очнулся в общежитии, в незнакомой комнате, на стуле, стоящем по центру помещения, со связанными руками и кляпом во рту.

Комната была стандартной, на двух человек, в ней были ярко-жёлтые занавески, а покрывала на кроватях были из красного бархата. На прикроватных тумбах лежали мелкие вещи. Самыми примечательными были золотой перстень и изящный кинжал – на одной из тумб, несколько тетрадей с утончённым серебряным кулоном – на другой. Предметы были дорогими. Судя по всему, здесь жило двое аристократов, причём один из них – был очень богатым, кольцо, скорее всего, было артефактом, да и большой красный камень в его центре напоминал камень огня, ценившийся дороже рубина. Скорее всего, его владельцем был Терран. Кто ещё, кроме него, мог бы так неосмотрительно оставить на видном месте такую ценную вещь?

Кроме Корна, в комнате никого не было, сейчас был его наилучши шанс для побега, поэтому он стал медленно двигать стул к тумбе Террана. У Корна была надежда вытащить кинжал из ножен и перерезать верёвки. Но двигаясь, стул заскрежетал о пол. В проеме двери тут же показалась голова Вэна, который, увидев очнувшегося пленника, тут же скрылся. Ну точно пошёл звать Террана!

Корн задвигался быстрее, наплевав на издаваемый шум. Он стал резко дёргаться, заставляя стул практически прыгать в нужную сторону. Корн коснулся рукой угла тумбы и подскочил на стуле, придвинув его ещё ближе, чтобы рука оказалась над центром поверхности. Он отклонился назад и стал шарить пальцами. Они нащупали кольцо с драгоценным камнем, но Корн почувствовал лишь разочарование, отбросил его и зашарил в поисках кинжала. Наконец, пальцы ощутили холодный продолговатый предмет. Есть!

Он схватил его: одной рукой держал рукоять, второй пытался снять ножны. Медленно, по чуть-чуть ему удавалось стаскивать чехол, пока лезвие полностью не обнажилось. Он ловко крутанул нож, переворачивая остриём вниз, и стал перерезать плотные верёвки.

Он должен успеть до того, как хозяева комнаты вернутся! Послышались поспешные шаги. Шавр! Руки Корна задвигались ещё быстрее, он ощутил боль – это лезвие соскользнуло и поранило палец. Он не обратил на это внимания, надавливая кинжалом сильнее.

Дверь распахнулась.

– Где он? – закричал Терран.

Корн прятался за дверью, стараясь дышать тихо. Ему казалось, что его сердце стучит так громко, что по одному этому шуму его найдут. Он затаился и ждал момента, когда Терран с остальными пройдёт внутрь. Тогда у Корна появится шанс убежать.

– Он… – голос Вэна задрожал. – Он был тут.

– Был тут… Кретин! Что ты видел, когда в последний раз зашёл в комнату?

– Он очнулся и пытался сдвинуть стул в ту сторону…

– Почему ты ему не помешал, идиот?

– Он на меня посмотрел таким страшным взглядом… Я думал, он меня убьёт…

– С завязанными руками? Без магии и своих зелий? Ты совсем кретин?

– Но… – замялся Вэн.

Терран прошёл в комнату и стал ощупывать разрезанные верёвки.

Корн решил действовать.

Он резко толкнул дверь, навалившись на неё всем телом. Раздался удар. Как и было задумано, Вэн получил дверью и осел на пол.

Корн ринулся мимо него, перепрыгивая удивлённого подростка. Коридор!

Получилось.

Вдруг в спину толкнуло. Магия воздуха! Корн споткнулся, но поймал равновесие и побежал дальше. Толчок повторился и на этот раз был сильнее. Корн растянулся на полу, а через несколько секунд ощутил, как его тело стало тяжелее, ему стало трудно дышать, что уж говорить о том, чтобы подняться.

– Как хорошо, что я подготовил на всякий случай заклинание, – раздался сверху голос Регерта. – Не думай, что мы тебя отпустим, ты нам слишком задолжал.

Корн ощутил сильное давление на голову. Этот гад на него наступил! Он хотел убить его, но мог лишь рычать от досады и бессилия.

Корна затащили обратно в комнату, повторно связав руки за спиной, рот на этот раз не затыкали. Но Регерт создал звуковой барьер, поэтому это было не к чему. С мерзкой ухмылкой Терран покачал перед глазами Корна связкой аморфотита. Корн лишь плотнее сжал зубы. От запаха травы сразу начинало подташнивать…

В итоге его всё равно поколотили. После чего заставили проглотить траву и дождались, пока она попадёт в кровоток. Только тогда его вышвырнули из комнаты.

За окнами в коридоре проглядывали лучи Уны, была ночь. К директору он не успел, тело ужасно болело, да ещё и травой его накачали. Вот и помогай ближним своим…

Он отправился в лазарет и сказал, что ему плохо. Лекари не задавали вопросов и делали свою работу, похоже, к ним слишком часто поступали подобные пациенты. Сначала они исцелили его раны, но магия не принесла никакого ослабления тошноты. Она накатывала всё сильнее. Корн читал, что симптомы отравления аморфотитом наступают не сразу, просто с каждой минутой человеку становится всё хуже, пока его не начинает беспрестанно рвать.

– Похоже, у тебя отравление. Я не могу здесь помочь, позову главного… Ты лежи пока, не вставай – русоволосая девушка в зелёной форме проводила Корна к свободной кушетке и убежала.

Голова начинала кружиться. Он лёг и вскоре заснул.

* * *

Пробуждение Корна вышло отвратительным. Голова болела, будто была расколотым грецким орехом, во рту царила засуха. Даже слюна не набиралась, а голос и вовсе отсутствовал. В глазах стояла мутная пелена.

Он почувствовал прикосновение к плечам, но не смог разглядеть, кто это был. Донёсся запах, словно он стоял у лесного ручья. Корн попытался приподняться и ему помогли, легко усадив и облокотив на подушку. Через секунду к губам прижалась кружка с драгоценной влагой. Он сделал несколько глотков. Стало немного легче.

– Как ты? – спросил его довольно высокий мужской голос.

Корн постарался сфокусировать взгляд, но у него не вышло. Он сдался и просипел:

– Кто ты?

– Ох… Как тебя. Ты меня не узнаёшь? – голос стал взволнованным. Потом перед глазами Корна что-то замелькало, он отвёл голову назад.

– Что со зрением? – человек перед ним не отвечал на вопросы, зато сыпал своими: – Как себя чувствуешь? Какие ещё симптомы? Ты помнишь, что случилось?

Эта манера говорить казалась знакомой…

– Сур? – предположил Корн.

– Ты видишь меня? – обрадовался хозяин голоса.

– Нет. Просто так игнорировать мои вопросы можешь только ты.

К горлу подкатила волна тошноты, и Корн зажал рот рукой. Надо было не болтать, а спрашивать, где туалет… Хотя не обязательно, что он бы смог до него добраться.

Он не успел ничего предпринять, его вырвало. Но Сур что-то подставил. Затем в руки Корну всучили чистую тряпку, а затем и воду. После этого Сур использовал заклинание, и неприятные запахи исчезли, будто и не было.

– Что с тобой случилось? Рассказывай. Всё, – строго потребовал Сур. – И лучше кратко, пока тебя опять не накрыло.

– Аморфотит…

– Да, молодец, это – достаточно кратко. Что ты сказал? Миазмы шестиногой личинки! Аморфотит! – выругался Сур. – Сколько ты его сожрал?

– Большой пучок.

– Как давно?

– Я сразу пришёл…

– Вот же гнидство! Сок буро-фиолетовой поганки! Это так дерьмово, насколько вообще возможно… Просто утырки ненормальные! Это же Терран сделал? Ну конечно, кто бы ещё на такое решился… – голос колебался из стороны в сторону. Похоже, что Сур ходил по комнате.

– Сядь… – тихо попросил Корн. От его хождений начинала кружиться голова, а от этого опять тошнило. – Где туалет?

– Демонические отродья! – зло воскликнул Сур.

Он помог Корну подняться, дойти до уборной и нащупать унитаз.

Со стороны раздался негромкий стук, судя по удаляющимся шагам – алхимик пошёл открывать, послышались голоса.

Вскоре кто-то подошёл к Корну, сидящему на полу и облокачивающемуся на унитаз.

– Что ещё? Я вам цирковая лошадь? Уйдите вы уже все! – его раздражало быть настолько слабым, что он даже не мог понять, кто стоит перед ним. Он не хотел, чтобы его видели в таком состоянии. Но сейчас он нуждался в чьей-то помощи, как не больно было это признавать, поэтому он не выгнал Сура, но терпеть ещё кого-то…

– Я присмотрю. Ты иди и займись делом… – раздалось сверху, и вскоре опять послышались удаляющиеся шаги, но на этот раз к нему добавился хлопок двери. Тот же голос, что и до этого, проговорил. – Это Грэг. Я не оставлю тебя, поскольку присматривать за больными членами дюжины – моя обязанность, – сухо сказал он. – Если хочешь, можешь оставаться здесь, я только принесу подушку и одеяло. Говори, если что-то будет надо, – наверху хмыкнули. – Я всё-таки не умею читать мысли и предугадывать желания.

– Шавр… – простонал Корн, его опять начало мутить.

Глава 8. Победить аморфотит

Корн мучился уже около суток, его самочувствие становилось всё хуже. Лекари нашли подходящее заклинание, чтобы его не рвало. Может быть, организму в целом это и помогало, но вот только чувствовал Корн себя после этого заклинания ещё хуже, чем до него. Его всё так же, если не сильнее, мутило, казалось, что сейчас он вывернет всего себя наизнанку, но ничего не происходило. Голова то кружилась, то болела. Грэг погружал его в сон, в это время лекарь мог спокойно уходить и заниматься своими делами.

Корн кричал от кошмаров, просыпался, как будто побывал в демоническом пламени, но никогда не помнил, что ему снилось. Он устал от тошноты, но никуда не мог от неё деться. Только во время сна она проходила, но там было гораздо хуже, чем наяву…

Через сутки опять пришёл Сур. Зрение так и не вернулось, Корн узнал его по торопливым шагам.

– Я приготовил противоядие, – с ходу выдал он, всовывая Корну в руку пузырёк. – Запах и вкус – полный отстой. Поэтому откупоривай быстро и сразу глотай. Оно должно сработать.

– Ты же на мне не ставишь опыты? – Корн усомнился в безопасности зелья. – Спрашивал у лекарей?

– Не спрашивал. Они не разрешат. Так что, можно сказать это экспериментальный образец. Но я уверен, что после него тебе станет значительно лучше. Я могу перечислить ингредиенты, входящие туда, но боюсь ты и треть из них не знаешь, поэтому по сути это бесполезно. В общем, если доверяешь мне – пей. А если нет, то мучайся дальше… Больше я тебе ничем не могу помочь.

Сур больше не говорил, но и не уходил. Корн тоже молчал, думая. С одной стороны, у него не было поводов не доверять Суру. С другой, он знал его слишком недолго, чтобы пить не пойми что из его рук.

Корн решил, что хуже, чем сейчас, ему вряд ли может стать. Он быстро откупорил пробку и вылил содержимое в рот, язык ощутил горечь с привкусом чеснока. Запах и вкус были отвратительны, как и предупреждал алхимик, но только он сильно преуменьшал! Корн заставил себя проглотить ужасную жидкость. После чего его стало клонить в сон.

Когда он проснулся и открыл глаза, изображение комнаты перед его глазами сфокусировалось. Он видел! Одно это стоило жертвы его вкусовых рецепторов. Корн прислушался к ощущениям – в теле чувствовалась слабость и оно едва шевелилось.

Но тошноты не было!

Корн решил, что отныне будет верить в возможности Сура, как алхимика. У него действительно получилось создать антидот к аморфотиту!

Корн медленно поднялся, но ноги не удержали его, он свалился обратно на кровать.

Открылась дверь, в палату вошёл Грэг и пристально посмотрел на Корна, тот встретил его взгляд.

– Ты меня видишь?

– Да, – улыбнулся Корн.

– Как это может быть? Потеря зрения – один из редких побочных эффектов аморфотита, но он проходит только тогда, когда вещество полностью выводится из организма.

– И я не чувствую тошноты, – с улыбкой добавил Корн.

Грэг приблизился к кровати, и под ней развернулась одноуровневая печать. Она была золотой, с небольшим количеством простых символов. Корн ощутил лёгкое покалывание по всему телу.

– У тебя обезвоживание, но, в целом, ты в порядке. Как будто аморфотита действительно нет в твоём теле… Как это возможно?

– Сур дал мне зелье.

– И ты выпил его? Он же самый настоящий… – Грэг оборвал себя.

– Чокнутый? – дверь открылась и в помещение вошёл Сур. – Или гений? – он посмотрел на Грэга и поднял бровь.

– Как ты можешь давать пить непроверенные зелья больному?

– Кто сказал, что непроверенные? Я его пробовал.

– Да у тебя такой послужной список, что ты наверняка выработал иммунитет ко всем ядам!

– Фи-и-и… Как грубо, – поджал губы Сур. – Всё же классно вышло. Даже без последствий.

– Только чудом! Ладно уж, оставляю его на тебя. Всё равно вы живёте в одной комнате, – Грэг вышел и громко хлопнул дверью.

– Какой темпераментный, – хихикнул Сур. – Ну что, поползём в комнату? Или останешься здесь? Тебе пока можно только водичку, есть начнёшь завтра.

– Спасибо, – тихо произнёс Корн.

Сур улыбнулся.

* * *

Через пару дней Корн себя прекрасно чувствовал и стучал в кабинет директора, чтобы назначить новую “отработку”. Ведь он так и не смог в тот злополучный день, когда его отравили, дойти до подвала. Он немного волновался. Вдруг директор будет принципиален и откажется помогать ему дальше, сославшись на пропуск Корна и его несерьёзное отношение.

– Открыто, – отозвался голос директора.

– Светлой Рэи, – поздоровался Корн. Лорд Ниро отложил бумаги и поднялся.

– Ты не пришёл, когда мы договаривались, – он сделал паузу, а у Корна засосало под ложечкой. Предчувствия его не обманули. А директор продолжил: – Теперь у меня нет времени. Я же правильно понял причину твоего прихода?

– Да.

– Тогда я позову тебя, когда найду свободное время.

– Хорошо, – Корн кивнул и направился на выход, гадая, действительно ли лорд Ниро когда-нибудь его позовёт.

– Ещё кое-что.

Корн обернулся и внимательно посмотрел на директора.

– Что ты слышал о кураторах? – спросил он.

– Некоторым талантливым студентам назначают кураторов со старших курсов, и они помогают осваивать магию.

– Верно. Талант, правда здесь ни при чём. Имеет место лишь согласие куратора и его подопечного. Или распоряжение руководства, как в твоём случае… – улыбнулся лорд Ниро.

– Что это значит? – нахмурился Корн.

– То, что я назначил тебе куратора. Он найдёт тебя сам. Теперь можешь идти.

– А… – Корн хотел задать вопрос, но ему не дали этого сделать.

– Иди, – с нажимом повторил директор, Корну ничего не оставалось делать, как подчиниться.

Интересно, кого же он назначил ему в кураторы. И очень-очень жаль, что из-за того инцидента, его овладение магией откладывается на неопределённый срок. Или вообще навсегда…

Корн понимал, что вряд ли директор оставил его в Академии, если бы действительно не планировал обучать магии. С другой стороны, как лорд Ниро как-то сказал, сейчас Корн находился здесь полностью на законных основаниях, поэтому директор при желании избавиться от него, мог бы просто подождать экзамена, который Корн ни за что не сдаст. Тогда его исключат, всё также на абсолютно законных основаниях…

Пока Корн восстанавливался от аморфотита, пропуская занятия и тренировки, у него было много свободного времени, и он тратил его на тренировки с артефактом в форме белого шара. Теперь точка светилась куда уверенней, и даже линия стала более отчётливой.

Для интереса он как-то передал шар Суру. Тот покрутил его в руках, после чего поочерёдно зажёг каждый из символов, потом широко улыбнулся и заставил мигать все одновременно.

После этого Корн отобрал у него артефакт и запретил к нему притрагиваться. Сур лишь расхохотался, но шар больше не трогал.

Когда Корн появился на уроках, Терран посмотрел на него в недоумении, видимо, не ожидал, что его жертва восстановится так скоро, но прилюдно не стал ничего спрашивать. Сур же не сводил с него взгляда, будто планировал открыть стихию огня и тут же спалить Террана заживо.

Занятия шли своим чередом. Пока был освобождён от практики, Корн углубленно изучал зелья, потом, когда Сур приходил с тренировки, он спрашивал у того то, что не понимал.

– У тебя определённо есть талант к зельеварению. Если ты всё-таки не сможешь открыть стихию, я возьму тебя в подручные, – Сур сидел на кровати и хитро смотрел на Корна, колдующего над жаровней.

– Мечтай… – Корн проигнорировал его, продолжая свои манипуляции с жидкостью в котелке.

На этот раз, он делал зелье, блокирующее нюх. В его планах было сварить “серую вонючку”, как называло это зелье книга “Алхимия для лентяев”, а оно было в несколько раз хуже, чем то, что он использовал на Терране. Корн не мог вообразить, насколько это плохо, но не хотел проверять, чтобы узнать. Даже при варке этой усиленной “вонючки” он определённо использует зелье, лишающее обоняния, иначе просто не выдержит. После аморфотита, чувство тошноты Корн ненавидел даже больше боли.

– Кстати… Есть рецептик, который отобьёт обоняние навсегда. Некоторые профессиональные алхимики используют его. Всё-таки ароматы в нашем деле не самые благоухающие. Хочешь себе такое?

– Я не планирую становиться алхимиком. А боевому магу лишиться обоняния – значит не заметить вовремя опасность. Я бы и тебе не рекомендовал его применять.

– Да? – ехидно протянул Сур. – Так ты беспокоишься о моём здоровье?

– Кто тут беспокоится? – фыркнул Корн. – Лучше иди сюда и посмотри, всё ли правильно…

– Ох, Корн, ты такой неискренний! – расхохотался Сур, потом подошёл, внимательно изучил зелье и добавил в кипящую бесцветную жидкость ещё пару травок. – Вот так лучше, хотя у тебя тоже вышло вполне сносно.

– Сносно? – нахмурился Корн.

– Ну… Примерно в полтора раза хуже, чем сейчас, – ответил Сур. – Или ты думал, что у тебя всё с первого раза получится идеально? Да твоё самолюбование не имеет границ! Скажи, это ведь всё из-за того, что на тебя девушки вешаются и прохода не дают?

– Да где ты такое увидел?

Сур часто подтрунивал над Корном, а любимой его темой были девушки.

– Оу, так у тебя зрение после аморфотита так и не восстановилось? Нет, погоди. А раньше ты тоже слепой ходил?

Корн недовольно насупил брови.

– Ой, не гневайся… – Сур сделал испуганное выражение лица и отошёл назад, загородившись руками. – Я тебя боюсь, когда ты делаешь такой свирепый взгляд…

– Ага, как же.

– Так ты правда не замечаешь, как на тебя смотрят представительницы нежного пола? – Сур перестал кривляться и с интересом рассматривал Корна, будто впервые увидел. – Особенно Угида. Да она слюни на тебя пускает после своего спасения. Ох, бедная она… Ещё не поняла, что положила глаз на полного профана в любовных делах.

Корн нахмурился. Он правда был в этом полным профаном.

– Отстань.

– Не могу… Дразнить тебя слишком весело, – захихикал Сур. – Так что, Корн, почему игнорируешь Угиду? Она недостаточно красива для тебя? Ну, соглашусь, она немного полновата, но зато какие округлые формы… Или тебя смущает, что она простолюдинка? – Сур всё ещё улыбался, но глаза его смотрели серьёзно.

– Как это может меня волновать? Я и сам теперь с ней одного уровня. К тому же для магов это вообще не имеет значения, ведь все мы после выпуска станем аристократами, – он пожал плечами. Если, конечно, выпустимся…

– Значит не в твоём вкусе… Как насчёт Хены? Она самая красивая из наших девчонок и по силе уступает только нескольким парням. Нежное белое личико, контрастирующие длинные тёмные локоны и огромные голубые глаза. Мне кажется, я влюбился… – Сур мечтательно прикрыл глаза.

– А она вообще смотрит в сторону парней? – удивился Корн.

– О! Всё, я тебя раскрыл! Если Корн, что не смотрит ни на кого, знает о её холодном отношении к парням, то точно на неё запал! – Сур закивал. – Ну что ж, одобряю твой выбор, – его улыбка погасла и он недовольно глянул на Корна. – Жаль, что теперь у меня нет шансов.

– Не запал я на неё, у меня вообще нет времени на такое… Мне нужно открыть стихию, иначе я вылечу из Академии!

– Ты прав. Зачем нужна девушка, если повстречаться с ней ты сможешь только пару месяцев. Нужно остаться в Академии, и тогда это время может продлиться до целых пяти лет! А ещё этого времени хватит, чтобы расстаться и повстречаться с другой… Девушки со старших курсов просто восхитительны.

– Сур, скажи, а что для тебя важнее… – Корн с хитринкой посмотрел на своего соседа, – девушки или алхимия?

– Эм… Деву… Нет, алхи… Нет, а-а-а-а! Это нечестно! Я не могу выбрать! – Сур показушно схватился за голову, а потом серьёзно продолжил: – На самом деле, главное для меня – иное. Хотя оно связано и с алхимией, и с девушками… я уже взялся за это…

– О чём ты? – не понял его Корн.

– Скажу, когда получится, – загадочно прошептал Сур.

* * *

Через неделю Корн полностью восстановился, лекари разрешили ему посещать практические занятия. Сегодня их учителем была Миранда, она разбила всех по парам. Корну, как всегда, достался Вэн, так как только у них двоих не было магии.

Они хмуро смотрели друг на друга. Ни один из них не был счастлив такому разделению.

– Итак, один нападает, второй защищается. По сигналу меняетесь. Определите, кто нападает первым.

Террана поставили в пару с Суром. Корн не мог время от времени не смотреть в их сторону.

– Я первый, – пробурчал Вэн.

Корн сам хотел быть первым, но это не было принципиально, поэтому он не стал спорить.

Вэн налетел на него с кулаками. Хотя он и был немного выше Корна и раза в два шире, он был довольно неуклюж. Корну было достаточно чуть отступить в сторону, а парень, с разбега набравший скорость, пролетел мимо. После того, как он промахнулся, он продолжал размахивать кулаками с яростью дикого кабана. Корн легко уворачивался от его атак, чуть двигая ногами.

Миранда посмотрела на их пару и угрюмо вздохнула. Но пока не вмешивалась. Она хлопнула в ладоши, подавая сигнал к смене атакующего.

Корн ухмыльнулся, никто не говорил, что нельзя атаковать сразу после сигнала. Вэн ещё не успел ничего предпринять, как Корн обошёл его и немного подтолкнул со спины по ходу его движения. Парень потерял равновесие и споткнувшись, полетел на пол. По залу пронёсся громкий бум и тихий стон парня. Корн улыбнулся.

Миранда подошла к ним.

– Вэн. Не будь таким прямолинейным. Что за глупый способ атаковать? Ты просто бежишь и пытаешься снести своего противника. Что бы ты делал, если бы у него был меч? Напоролся бы на него? Думай хоть немного головой, – она оглядела Вэна, который смотрел на неё с лёгко читаемым чувством недоумения на лице, и опять вздохнула, видимо, сдаваясь. – Я запрещаю тебе разбегаться! Понял?

Вэн закивал.

– Корн, будь по снисходительнее. Ведь это всего лишь тренировка.

Слева раздалось шипение, а вслед за ним ругань. Корн посмотрел в сторону раздающихся звуков, это был Сур. Он покачивал обожённой рукой, проклиная Террана.

– Снисходительнее, да? – переспросил Корн с кислой улыбкой.

– Ему я тоже скажу, – недовольно ответила учитель и пошла к Террану.

– Ты его научить чему-то пытаешься или покалечить? – стала она ругать мечника. – Совсем силу не научился соизмерять? Тебя же с детства учили. Не то, что его, – она махнула в сторону Сура.

Терран возмутился:

– Я тут меньше месяца, а он год! Я просто не мог предположить, что он не сумеет защититься даже от маленького огненного шара. А вы меня ещё и обвиняете! – он скрестил руки на груди и хмуро упёрся взглядом в Миранду.

Она устало вздохнула и перевела взгляд на Сура, которого уже исцелял Грэг.

Было очевидно, что Терран пользовался случаем и отыгрывался на алхимике за прошлые обиды. Но похоже, это было очевидныи не для всех, либо учитель игнорировала это сознательно. Через десять минут Сур получил ещё четыре ожога. Грэг воскликнул:

– Я больше так не могу! Моя мана не безгранична. Либо зовите ещё лекарей, либо поменяйте наконец Суру партнёра. Ещё пару исцелений и я свалюсь!

– Так, Грэг, заканчивай лечить, иди встань в пару с Вэном.

Лекарь со счастливым выражением лица поспешил выполнить распоряжение преподавателя.

– А ты к Корну, – сказала она Суру. – Уж он тебя не сможет покалечить…

Алхимик неспешно приблизился к Корну.

– Тебя избили… – прокомментировал тот ситуацию Сура.

– Кто бы говорил… – огрызнулся алхимик и напал первым. Корну оставалось защищаться.

В него полетел небольшой водяной клинок. В исполнении Сура он не представлял большой опасности, потому что не развил нужной скорости. Он мог бы оставить на теле только синяк. Но Корн всё равно уклонился. Губы Сура расширились в улыбке, Корн понял, что здесь что-то не так, и обернулся, чтобы посмотреть на пролетевшую мимо него струю воды. Она изменила направление, устремляясь к нему. Корн не успевал увернуться, водяной клинок ударил его в грудь.

– Шавр! – Корн удивлённо потирал ушибленное место. Несмотря на небольшую скорость снаряда, было довольно больно.

– Хо-хо, лорд Самолюбование, а в вас довольно легко попасть, – ехидно прокомментировал свою победу алхимик.

– Атаковать нужно непрерывно, в течении всего времени до смены. – раздался недовольный голос Миранды. – Хватит болтать!

Она хлопнула в ладоши, и Корн мгновенно оказался рядом с Суром с занесённой рукой.

– Вах! Боюсь-боюсь… – Сур отскакивал от Корна, едва уворачиваясь от его ударов.

Наконец, Корну удалось его подловить. Его кулак нёсся к его лицу. Вшух! Он врезался в тонкую прозрачную завесу. Она мягко изогнулась и упруго спружинила, полностью поглотив силу удара.

– Ты слишком хитрый! – возмутился Корн.

– Не болтай… – с улыбкой шепнул Сур.

Корн продолжал атаковать, Сур на грани своих возможностей уклонялся, а когда не успевал – перед ним возникала маленькая завеса, в которую проваливались удары.

Терран же тренировался с самой Мирандой. Её ему не удалось победить ни разу. В конце занятия он был измученным и избитым. Корн не мог не порадоваться такому его виду.

После тренировки Сур убежал в Белый дворец, он должен был забрать новые флаконы для зелий. Те, что были у него, подходили к концу.

Корн забыл на арене номер один, на которой и проходило большинство занятий их группы, свою поясную сумку, которую он теперь постоянно носил с собой для самозащиты. Ему пришлось вернуться за ней.

Там находилось четверо. И троих из них Корн предпочитал бы не видеть.

– Ты вовремя, – с улыбкой сказал Ихет, потряхивая сумкой Корна в руке. Он жил с Терраном в одной комнате, поэтому ждать от него хорошего не приходилось.

Ихет был загорелым шатеном с волосами ниже плеч. Сегодня он убрал их в ассиметричный пучок. Он смотрел на окружающих с лёгкой улыбкой, выглядел спокойным, но серо-зелёные глаза были жёсткими и безразличными. Корн не мог понять, о чём думает этот парень, но опасался его.

Что значит, он вовремя? Корн ещё больше напрягся.

Глава 9. Поладить с куратором

Ихет был довольно сильным водником, умеющим применять заклинания первого уровня, не возникало у него проблем и с владением мечом. Корн очень надеялся, что шатен не переметнулся в команду поддержки Террана.

– Я не смог унять своего любопытства и краем глаза заглянул внутрь, – Ихет пристегнул сумку к себе на пояс. Корн нахмурился. – Я не то чтобы так хорош в алхимии, как Сур, но кое-что понять могу. И то, что находится здесь, – он похлопал ладонью по поясу. – Нам очень не понравилось.

– Отдай. Ты же не вор?

– Разумеется, я не вор. Как только избавлюсь от всего опасного, верну тебе остальное.

– Не твоё дело, что там лежит. Верни мне сумку.

– Иначе что? – ухмыльнулся Регерт.

– Я не с тобой говорю, – холодно ответил ему Корн и перевёл взгляд обратно на Ихета. Регерт хотел ответить, но Ихет взглянул на него и тот замолчал. – Даже если ты решил поддержать Террана в его становлении капитаном, зачем тебе заниматься такими мелкими и низкими вещами? Ты себя совсем не ценишь? – продолжил Корн.

– О чём ты? – шатен сделал вид, что не понял. – Я всего лишь забочусь о сохранности своих одногруппников. Некоторые зелья внутри этой сумки взрывоопасны. Ты можешь себе представить, что случится с тобой, если одно из них вдруг откроется, пока будет находиться вплотную рядом с твоим телом? – он задумчиво посмотрел на сумку. – Понимаю, что тебе хочется стать сильнее, но самостоятельное обучение алхимии, чревато. Не стоит пренебрегать безопасностью. Если же ты хочешь заняться этой замечательной и увлекательной наукой вплотную, тебе стоит перевестись в Белый дворец, – его безразличные глаза смотрели прямо на Корна, Ихет мягко улыбнулся.

По позвоночнику пробежали мурашки. Этот человек пугал гораздо больше Террана. Неужели придётся оставить сумку? Корну очень не хотелось этого делать, там были все его запасы атакующих зелий, с ними он бы мог обезопасить себя.

Но если он сейчас продолжит настаивать, его опять изобьют, а сумку он так и не вернёт. К тому же неизвестно, что придумает Ихет, если его разозлить. Возможно, идея с аморфотитом принадлежала именно ему? Терран не казался настолько изобретательным.

Корн злился, но молчал. Он сжал зубы и пытался уговорить себя уйти. Это всего лишь зелья, он сделает их ещё, но если его отправят в лекарское крыло ещё на пару недель, шансы открыть магию значительно сократятся. Нужно просто наплевать на гордость и уйти…

Корна трясло от гнева. Он всё понимал головой, но тело не хотело подчиняться, он не мог уйти. Пауза затягивалась. Терран начал притопывать ногой, похоже, ему тоже было сложно сдерживаться.

– Ну раз ты не против, то я сделаю для тебя это небольшое одолжение и избавлюсь от них. Можешь не благодарить, мы ведь коллеги, – насмешливо проговорил Ихет, забрав сумку.

Терран прошёл мимо Корна, слегка толкнув. Ихет и остальные последовали за ним.

Корн повернулся им вслед. В двери возникла заминка. Парни так и не вышли из зала, наоборот, они попятились внутрь и расступились, пропуская капитана Третьей дюжины, Мао.

С ним поздоровался нестройный хор растерянных голосов.

Мао кивнул им, при этом совсем не изменившись в лице, и подошёл к Корну.

Тот уставился на него, совершенно не понимая, что происходит. Но на всякий случай спросил:

– Ты искал меня?

– Да. Ты должен был закончить десять минут назад, – он недовольно посмотрел, будто они договаривались о встрече, но Корн опоздал. – У тебя здесь ещё остались дела?

Корн перевёл хмурый взгляд на парней, что настороженно замерли рядом с дверью. Взгляд Мао последовал за ним.

– Что-то не так? – улыбнулся Ихет.

– Это вы мне скажите, – Мао подошёл ближе к нему и перевёл взгляд на сумку. – Твоё?

– Э… Капитан, почему ты спрашиваешь?

– Твоё? – он чуть повысил голос, и в воздухе раздался треск молний.

– Нет, я одолжил… у друга.

– Одолжил. У друга? – Мао смерил его холодным взглядом и посмотрел на остальных ребят. – Это так?

Регерт с Вэном быстро закивали. Терран остался неподвижен.

– Терран? – спросил его Мао.

– Это Корна… – ответил мечник и чуть отвернулся.

– Эй? – возмутился Ихет, смотря на предателя. Терран пожал плечами.

– Так Корн ваш друг? – тон голоса Мао не изменился от самого начала разговора. Холодный и бесстрастный.

– Нет, – вмешался Корн. Уж друзьями он их точно не назовёт.

– Насколько я вижу ситуацию, вы пользуетесь слабостью своих одногруппников и издеваетесь над ними. Просто потому, что они не могут вам возразить, – подвёл итог Мао.

Корн прищурился. Мао вроде как и помогал ему, но в это же время не преминул унизить и пройтись по всем болевым точкам. К тому же он был Ниро, от этого становилось вдвойне больней.

– Пока это не заходит слишком далеко, и меня не касается – мне всё равно. Это часть развития и роста, – после слов Мао парни расслабились.

Третий капитан медленно вытянул руку, раскрытой ладонью придвинул её к лицу Террана на расстояние меньше четверти жезла. Со свистом перед ладонью Мао возник шар из молний, по залу пронёсся пронзительный звук, напоминающий визг.

Парни отшатнулись. Терран дёрнулся, но не двинулся, со страхом смотря полуприкрытыми глазами на шар перед ним. Сгусток фиолетовых искр двигался вокруг своей оси, озаряя его лицо яркими вспышками.

– Ваша ошибка в том, что это дело меня касается, – Мао приблизил шар к лицу Террана ещё ближе, и мечник, сжавшись, закрыл глаза. Капитан убрал магию и положил руку на лоб Террана, толкнул его голову, тихо проговорил: – Это предупреждение.

После чего оглянулся на Корна:

– Идём.

– Куда и зачем? – Корн и не подумал шевелиться.

– Ах да. Позволь представиться. Я – Мао Ниро, твой куратор. Директор попросил заняться твоим обучением, что я и планирую сделать, – Мао не смотрел на реакцию Корна и просто направился к выходу, парни же поспешили исчезнуть с его пути.

Корн приоткрыл рот и не мог поверить в то, что только что услышал. Он вспомнил слова директора, о том, что он назначил ему куратора. Но Мао? Разве не принято выбирать лучших подопечных для тех, кто имеет высокий потенциал? Почему он так подставил собственного сына?

И как Корну общаться с ним? Вряд ли они поладят, скорее вконец переругаются. Корн совершенно не был доволен выбором директора. А оттого, что Мао “спас” его, вообще становилось дурно.

– Держи, – Ихет швырнул Корну сумку и смерил презрительным взглядом.

– Какой порядочный вор, – ухмыльнулся Корн, отряхивая свою собственность, и последовал за Ниро.

Что бы они с Мао ни думали по поводу кураторства, приказ директора в Академии – закон.

Они пришли на одну из многочисленных маленьких арен. Серые стены и пол из хелиропа и небольшое отгороженное пространство. Там активировался барьер, за которым мог спрятаться наблюдатель, это было обычным местом для лекаря, который следил за здоровьем студентов, проводящих бой.

– У нас с тобой в любом случае различные стихии. Я не помогу тебе с ними, – начал Ниро. – Директор сказал мне, что у тебя трудности с манипулированием вэ. Тут я смогу подсказать, поэтому начнём с этого, – он достал из кармана небольшой чёрный шар, напоминающий белый, на котором Корн часто тренировался, только этот был поменьше, а символы на нём – более разнообразными и сложными. – Покажи, что ты сейчас умеешь, – Мао почти вложил шар в руку Корна, когда остановился и внимательно его осмотрел.

– Что? – напрягся Корн.

– Дело в том, что этот шар имеет побочный эффект. При тебе есть артефакты? Наверное, я должен это спросить, хотя я их и не вижу на тебе, ты всё-таки жил в семье Массвэлов. Возможно, я их просто не могу заметить.

– А в чём проблема?

– Если они на тебе – сними. Шар может вывести их из строя. Это и есть его побочный эффект. К сожалению, студенты-артефакторы не смогли создать что-то действительно хорошее.

Корн колебался. Он на самом деле носил один артефакт, который почти никогда не снимал. Если бы он был защитным, он бы тоже раздумывал какое-то время, но этот артефакт было чревато снимать при Мао, поэтому Корн пытался найти выход, который позволит этого избежать:

– Давай я принесу белый шар, он не требует таких предосторожностей.

Мао удивлённо на него взглянул:

– Значит, на тебе действительно есть артефакт, и ты не хочешь его снимать?

Корн не ответил, он считал, что это и так очевидно.

– Белый шар хорош, но не подходит для настоящей тренировки. А все чёрные сделаны так, что имеют эти негативные особенности. Кроме того, я и так уже потратил на тебя много времени, не хочу терять его больше необходимого. Или мы занимаемся с ним, – Мао чуть приподнял чёрный шар. – Либо ты один сколько угодно тренируешься с тем, что в твоей комнате.

Корн внимательно посмотрел на Мао, вздохнул и потянулся к волосам. Они у него были чёрными и не достигали плеч, с такой длиной он даже не мог убрать их в хвост. Он нащупал невидимую заколку и раскрыл её.

Волосы хлынули тёмным водопадом, и достигли середины спины. Иллюзия исчезла.

Простолюдинам не разрешали носить такую длину, но Корн никогда не обрезал волосы, он просто носил заколку, подаренную ему сестрой при их прощании. Это было символом того, что он не сдастся. Что он не принимает того, что не способен освоить магию и того, что он теперь навсегда простолюдин.

Глаза Мао едва заметно расширились, затем он быстро отвернулся, скрывая свою реакцию.

– Если ты разозлён, просто скажи. Я пойму, – Корн положил заколку в сумку и убрал её за контур барьера.

– Студенты Академии равны. До поступления одни из них были аристократами, другие – их слугами, но во время обучения они равны друг другу. И только сила решает, кто прав, – Мао смотрел в сторону, продолжая говорить, его голос оставался безликим, как будто он в сотый раз читал лекцию студентам. – В Академии Ниро нет правил, которые могут тебе запретить длинные волосы. Если ты закончишь обучение, сможешь оставить эту длину. Иначе, тебе придётся поменять причёску. Но пока – у меня к тебе нет претензий.

Корн удивился. Либо Мао действительно это не разозлило, либо он просто превосходно умел себя держать в руках. Корн бы поставил на второе. Даже он слышал, как этот Ниро относился к простолюдинам. Он их, мягко сказать, на дух не переносил. Наверное, на самом деле он был в бешенстве, услышав приказ директора, что он должен стать куратором одного из них. А теперь ещё и выяснилось, что этот простолюдин носит неполагающийся ему символ аристократов.

У самого Мао были волосы короче Корна, но всё ещё ниже плеч. Похоже, он выбрал самую короткую длину, подчёркивающую его статус.

– Если больше на тебе нет артефактов, то возьми шар, – пальцы Корна прикоснулись к холодной гладкой поверхности камня.

Он сконцентрировался и заставил точку ярко светиться. Следующей по сложности была линия. У него получилось заставить загореться и её. Дальше шёл круг, но у него никак не вышло обвести его полностью. Когда он вливал вэ с одной стороны, она пропадала с другой – в итоге светилась дуга, а не круг.

– Достаточно. Твой уровень мне понятен. Расскажи, как ты это делаешь.

– Хм… – Корн задумался, он не представлял, как описать то, что он делал, но он попробовал. – Я ощущаю, что моя ладонь удлинилась и стала шаром, потом я концентрируюсь на отдельной её части и… не знаю как, но в итоге она становится более горячей и покалывает…

– Это правильный метод. Ты ощущаешь форму рисунка этой мысленной ладонью?

– Как это возможно? – Корн нахмурился.

– Держи шар. Я покажу.

Корн держал шар на раскрытой ладони, ощущая его, как продолжение своего тела. Мао легко прикоснулся указательным пальцем к чёрному камню. Корн почувствовал движение энергии внутри шара. Она потекла к сложному изображению, напоминающему фигуру лисы. Вскоре контур её хвоста засветился фиолетовым. Пока Мао продолжал вливать свою вэ в хвост лиса, Корн ощущал, как это происходит. Было действительно похоже, что Ниро сосредотачивал вэ в фигуре маленького, заострённого с двух сторон, эллипса, изображавшего хвост зверька.

Мао сдвинул вэ, все линии рисунка заполнились фиолетовым, полностью высветив лису. Он оторвал палец от шара, и изображение потухло.

Корн был в восторге. Он никогда ещё не ощущал магию так близко. Казалось, он сам всё это делал! Теперь он был уверен, что ему будет легче высвечивать рисунки. Он закусил губу от нетерпения, и направил вэ в круг.

Круг ярко засветился белым, полностью! Корн перешёл к треугольнику, квадрату, пятиугольнику… Всё получалось так легко, будто бы он всегда это умел. Потом у него закружилась голова.

– Ты бледный, прекрати. Теперь тебе нужно научиться не тратить так много вэ. Ты выливаешь вёдра, пытаясь заполнить бокал. А большая часть льётся мимо. Твоё задание – научиться высвечивать поочерёдно все рисунки за раз. Не перестарайся. Вэ нужно время для восстановления, если истратишь её всю – потеряешь сознание и навредишь здоровью.

– Понял, – кивнул Корн.

– Я найду тебя через неделю, – Мао вышел из зала.

Корн немного отдохнул, а затем практиковался до самой ночи, теперь уже жёстко регулируя количество вливаемой энергии. Затем взял сумку, надел заколку, которая тут же стала невидимой, привычно сформировал в голове образ того, как он хотел бы выглядеть, и вернулся к себе.

– О? Неужели живой? – Сур подскочил к нему, как только он пересёк порог. – Даже здо-ро-о-вый? – протянул он. – Тогда куда ты пропал?

– Расскажу – не поверишь, – Корн кинул сумку на кровать и любопытно уставился на котелок, в котором бурчало очередное зелье.

На этот раз, оно благоухало нежным цветочным запахом. То, что аромат не был отвратительным, так поразило Корна, что он не мог не задаться вопросом, для чего это зелье предназначено.

– Заинтриговал! Давай, колись, – алхимик слегка пихнул Корна в бок. Тот недовольно на него посмотрел.

– У меня появился куратор, – Корн замолчал.

– Кто появился? – воскликнул Сур и расширил глаза, потом в них мелькнуло понимающее выражение, и он затараторил. – У тебя проблемы? Куратор решил тебя использовать для экспериментов? Или как уборщика, или… – он прикрыл рот рукой. – Как куклу для битья? Ты должен отказаться. Имей в себе силы сделать это! Даже если это вызовет его недовольство, то это всё равно лучше, чем быть его рабом!

– Всё не так, – Корн помотал головой. Вечно Сур придумывает сказки на пустом месте, а Корн даже не понимал, шутит он или нет. Алхимик замер, а потом хитро улыбнулся:

– Значит, это девушка, которая нацелилась на твоё симпатичное личико? О, такой вариант уже не так плох. Если, конечно, на неё саму можно смотреть без слёз. Какая она?

Корн закатил глаза:

– Заткнись и дай сказать! – Сур обиженно посмотрел на него, а Корн наконец-то получил возможность вставить слово. – Это – Мао!

Сур уставился мимо и смотрел туда, пока Корн не подошёл к нему и не встряхнул. Тогда он словно оттаял:

– Что за демонические экскременты? Хвост толстоногой пятнистой ящерицы! Слизь блестящего моллюска! Почему тебе в кураторы достался самый сильный маг Академии?! А у меня вообще нет никакого! Ах, какая несправедливость, – он прервал свою пылкую речь и после небольшой паузы уже спокойно продолжил. – Как такое может быть, ведь ваши семьи – непримиримые враги… У тебя точно нет проблем?

– Не знаю, – Корн тяжело вздохнул. – Похоже, что он серьёзно настроен исполнять роль куратора.

– Если это действительно так, то поздравляю. Не знаю, каков учитель из этого помпезного бога самолюбования, но у тебя есть шанс чему-то научиться.

– Что? Разве это не я был богом самолюбования? – рассмеялся Корн.

– Нет. Ты – лорд, а он – бог. Его эго не помещается даже в пределы Парящего острова, твоё – со скрипом, но влезает, – захихикал Сур. – На самом деле, я видел его лишь издалека, но, честно говоря, он во мне вызывает стойкий рвотный рефлекс. А тебя я ещё перевариваю…

– Ох, Сур, дождёшься… Когда я открою стихию, я буду тебя каждый день вызывать на дуэль!

– Дуэли нельзя проводить так часто, – Сур показал язык. – И вообще, кто тебе сказал, что ты хоть раз победишь?

Корн хитро на него посмотрел, но промолчал.

Он принял душ, когда вышел – алхимик уже доварил зелье и очистил комнату. Корн повалился в мягкую постель засыпая. Ему снилось прошлое.

Глава 10. Найти друга

Корн проснулся от собственного крика. Он пытался выбросить это из памяти, забыть, но кошмар напомнил о прошлом, от него было никуда не деться. Корн уже начал скучать по тем временам, когда он не помнил, что ему снилось. Теперь он отчётливо мог увидеть каждый фрагмент сна, лишь прикрыв глаза.

Заспанный Сур сидел на своей кровати и испуганно косился на соседа. Когда Корн оборвал крик, тихо спросил его:

– Ты проснулся?

– Да, – хрипло прошептал Корн.

– Ты и раньше беспокойно спал, но, чтобы так… Ты в порядке?

– Беспокойно?

– Да. Я думал, ты помнишь, что тебе снится, и просто отговариваешься тем, что нет. Но, кажется, ты действительно не помнишь…

– Лучше бы и в этот раз я забыл, – едва слышно прошептал Корн.

– Что ты сказал?

– У тебя есть зелья на такой случай? Чтобы не было снов?

– Нет, у меня хороший сон, но мой бывший сосед из Белого дворца, умеет такие делать. Могу попросить его. Ты не будешь запоминать снов.

– Запоминать? Но они всё ещё будут сниться?

– Верно. Когда мы не помним снов, это не значит, что их не было, – Сур чуть улыбнулся. – Но, кроме меня, никто не будет знать, что ты видел кошмар. Наутро ты ничего об этом не вспомнишь. Проверено.

– Не везёт тебе с соседями… Твой прежний тоже не давал тебе спать?

– Ну… Он действительно поначалу мешал… но потом я стал подсыпать ему снотворное вместе с “антикошмариком”, так что проблем не было, – хихикнул Сур.

Корн посмотрел на него, как на демона. Ему совсем не хотелось быть отравленным неизвестным зельем, да ещё и без собственного ведома!

– Шучу! – рассмеялся Сур, падая в кровать. – Давай, ещё поспим.

Корн перевёл взгляд на часы в форме дракончика, стоящие на его тумбе. Был ещё час до подъёма. Но он больше не хотел спать.

Сур мерно засопел. Тогда Корн взял чёрный шар и, сняв заколку, начал практиковаться в контроле вэ. И не заметил, как задремал.

Раздался протяжный и тревожный вой будильника Академии. Корн медленно открыл глаза, в руке был зажат тяжёлый артефакт. Он широко зевнул и сел на кровати.

– Корн? – удивлённо спросил Сур.

– Что?

– У тебя длинные волосы? – алхимик с любопытством рассматривал его.

– А… Ну да, это долгая история, – Корн убрал шар в тумбу и закрепил заколку, вновь создавая обычную иллюзию.

– Ва! Как круто! Покажи-покажи! Это артефакт? Ах… интересно, как он работает. Ты знаешь как, а?

– Уймись, я тебе его не дам.

Сур теребил Корна по поводу заколки целое утро, но он стойко отбивал нападки, а потом просто перестал реагировать. Сур надулся и на занятиях сидел в самом дальнем от Корна углу. К их концу он, кажется, уже забыл, что обижался.

Они шли после ужина из столовой.

– А тебе не бывает плохо после такого количества сладкого? – поинтересовался Сур.

– Нет.

– Да? Мне бы точно стало плохо, если бы я съел три десерта за раз. А ты, значит, теперь тренируешься с Мао?

– Не то, чтобы часто, но да.

– Тогда он ждёт не тебя случаем?

– Где?

– Вон, – Сур указал на стоящего у выхода из Чёрного дворца Мао.

Они приблизились к нему.

– Вот и ты. Идём, – он посмотрел на Корна и двинулся внутрь.

– Куда?

– Куда меня попросили тебя привести.

Можно было и не спрашивать. Мао делал только то, что положено, порой казалось, что ни на единое движение больше.

Корн оглянулся на Сура и пожал плечами, тот изобразил смешную рожицу, указав на спину Мао, и помахал рукой. Корн кивнул и последовал за куратором.

Они дошли до подвала.

– Мне туда? – уточнил Корн. Мао кивнул.

Корн зашёл один. Когда он открыл дверь, то почувствовал лёгкое дуновение и приятный запах свежести, который вскоре исчез.

Охранников не было на их местах, и он последовал в зал, в котором они занимались с лордом Ниро ранее. Сам директор уже находился там.

В центре помещения слабым сиреневым светом светилась сложная четырёхкольцовая печать. Она отличалась узором от той, что была ранее. Кроме того, вокруг неё не стояло артефактов.

– Светлой Рэи, Корн. Как твои успехи с манипулированием вэ?

– Светлой Рэи, директор. Есть улучшения, но пока я могу лишь зажечь один пятиугольник на белом шаре. На чёрном – квадрат, но это не всегда получается.

Его вэ просто не хватало на большее, чёрный шар был гораздо сложнее белого. Казалось, Корну нужно преодолеть свой предел, прежде чем заполнить фигуру энергией.

– Столь небольшая разница. Неплохо. Отличные результаты за короткий срок. Я сегодня планирую осмотреть твои каналы маны. Будет немного похоже на то, что ты испытывал в прошлый раз. Для этого нам понадобится маг. Вэсса? – директор посмотрел в пустое пространство, расположенное чуть правее Корна. Увидев непонятные действия директора, Корн нахмурился и тоже перевёл взгляд на это место.

Из воздуха вдруг появился колеблющийся контур фигуры, а затем показалась элегантная брюнетка в ярко-синей спортивной форме. У неё была очень светлая кожа, спокойные серо-синие глаза, длинные волосы были собраны в высокий хвост на затылке.

– Вы опять меня нашли, – отстранённо произнесла она, на её лице отразилось едва заметное разочарование.

Корн испугался её внезапного появления, но заставил себя остаться стоять на месте. Способность этой девушки к сокрытию просто ужасала.

– Это Вэсса. Она – новый преподаватель, в прошлом году ещё была капитаном Пятой дюжины, и она нам поможет. Ты не против? – улыбнулся директор.

Корн понимал, что это всего лишь жест уважения, но ему стало приятно, от того, что всё-таки его мнением интересуются, пускай и лишь для формальности. К тому же ему действительно было интересно, насколько сильной должна быть бывшая капитан пятого курса.

– Я буду рад вашей помощи, учитель, – он поклонился Вэссе.

– Хорошо, – она кивнула в ответ. – Я сделаю всё, что в моих силах.

Она подошла к печати и присела на корточки, после чего прикрыла глаза и коснулась пальцами внешнего контура. Пару минут ничего не происходило, но потом некоторые символы начали светиться голубым, затем внутренний круг полностью окрасился синим. Директор подошёл и присел на корточки рядом с Вэссой, он положил руку на контур печати и те символы, что оставались сиреневыми, загорелись фиолетовым.

– Ложись также, как в прошлый раз, в этот раз без артефактов, – он оглянулся на Корна. Тот кивнул, скинул обувь, рубашку и лёг в центр. Вэсса немного поправила его.

– Всё ещё будет больно? – отстранённо спросил Корн.

– Пожалуй… да, – ответил директор. – Начинаем.

Первым вспыхнуло внутреннее кольцо. Оно загорелось насыщенным цветом индиго, от него понеслась прохладная волна, которая вошла в тело Корна, от неожиданности он вздрогнул. Символы вокруг засияли синевой. Остальные три кольца заискрились фиолетовыми молниями, которые помчались к Корну.

Он смотрел на фиолетовое свечение, которое приближалось к нему, но ему не было страшно. Наоборот, сердце замерло от восхищения. Казалось, время остановилось.

Молнии коснулись его тела, и Корн почувствовал, как будто прыгнул с огромной скалы. После донеслись отголоски боли. Накрыла темнота.

Очнулся он на каменном полу. Спину ломило от холодного камня, зубы выбивали дробь.

– Ты цел? – он услышал голос директора.

– Да, – хрипло прошептал Корн.

– Тогда поднимайся. А то Вэсса уже побежала за лекарем. Подожди тут, перехвачу их, скажу, что ты в норме, – раздался звук открывающейся и закрывающейся двери.

Через пять минут Корн дополз до стены и облокотился на неё. Слабо светящаяся печать погасла, как только он покинул её пределы.

Вернулся директор:

– Я проверил твои водные каналы маны. Всё отлично, думаю, ты вполне бы мог их активировать. Не могу сказать ничего о других стихиях, пока мы не проверим их. Думаю, следующим стоит позвать мага огня.

– Постойте, директор. Вы только что сказали, что я, скорее всего, могу стать магом воды. Верно?

– Да, если мы сможем преодолеть ту проблему, которая не даёт тебе открыть магию, ты станешь водным магом.

– Тогда зачем проверять огонь? Ведь вода и огонь несовместимы!

– Именно поэтому нам и стоит проверить их в первую очередь, – широко улыбнулся директор. – Ты попросил о помощи. Так доверься же мне и дай делать то, что я прекрасно умею.

– Простите. Я не имел в виду… больше не буду вмешиваться, – Корну стало не по себе. Он действительно не должен был сомневаться в методах лорда Ниро. Ведь тот собирался ему помочь и имел обширный опыт.

– Не то, чтобы ты совсем не имел права распоряжаться своим телом, – рассмеялся директор. – Поэтому, это была скорее просьба, нежели приказ.

Корну показалось, что лорд Ниро ждёт его ответа, поэтому он на всякий случай кивнул.

Они попрощались, и Корн вернулся в свою комнату. Его удивило, что Сура до сих пор не было. Котелок стоял под его кроватью и был холодным. Похоже, что его сосед ещё не возвращался.

Но где он? Неужели, у него всё-таки получилось сблизиться с очередной девушкой, на которую он положил глаз?

Корн тренировался с чёрным артефактом до ночи, но Сур так и не вернулся. Тогда он отложил шар и пошёл его искать. Возможно, его поймали ребята Террана? Нужно было его найти.

Но где бы ни смотрел, он не находил и следа алхимика. Белый дворец ему был незнаком, поэтому Корн не решился идти туда поздней ночью, решив, что лучше будет дождаться утра.

Сердце было не на месте, но Корн успокаивал себя мыслью, что Сур просто заснул за своими зельями где-то в Белом дворце, наверняка он находился именно там.

На утро Корн встал под вой будильника, сонный и разбитый. Он сразу взглянул на постель Сура – она оставалась нетронутой. Он так и не появился.

Корна гложило неприятное предчувствие. Он шёл на занятия по коридору Чёрного дворца в аудиторию, был задумчивым, не смотрел по сторонам, и поэтому не заметил Террана, столкнувшись с ним.

Мечник поднял бровь:

– Ты, наверное, сошёл с ума, если пытаешься в меня врезаться.

– Я просто тебя не заметил…

– Так ты ещё после аморфотита зрение не вернул? – ухмыльнулся Терран. – То-то я думаю, рановато тебя выписали.

Корн нахмурился. Наверняка в исчезновении Сура виноват именно он!

– А что, боишься, что займу место капитана, если буду находиться в полном здравии? – Корн поднял бровь.

– Ты-то? – Терран рассмеялся. Он чуть придвинулся и прошептал: – Простолюдин ещё не проснулся ото сна, когда он был Массвэлом? Тебе никогда не стать капитаном. Даже магом… Никогда!

В Корне вспыхнул гнев. Терран переходил все рамки. Кроме того, непонятно, что он сотворил с Суром! Неужели, и его накачал аморфотитом? Только вот никто, кроме алхимика, не знал рецепта антидота, поэтому ему бы пришлось мучаться в лазарете целый месяц.

– Где Сур?! – Корн действовал раньше, чем успел подумать, что этого ни в коем случае не стоит делать.

Он схватил Террана за воротник и тряхнул. Хотя Корн был чуть ниже мечника, и гораздо слабее, у него это получилось из-за того, что Терран не ожидал.

Голубые глаза мечника расширились от гнева. Вокруг Террана поднялась волна жара. Корн поспешил отшатнуться, но все открытые участки кожи, такие как кисти рук и лицо, уже нещадно пылали, а глаза слезились.

От боли гнев схлынул, и Корн смог здраво мыслить, понимая, что он совершил ошибку, нападая на Террана, потому что сейчас он не мог его победить.

Они находились рядом с аудиторией, наверное, это и позволило Корну уйти почти невредимым. Терран лишь гневно прошипел:

– Не смей ко мне прикасаться. Сожгу, – его кулаки были сжаты. Похоже, он едва сдерживался, но всё-таки отвернулся от Корна и зашёл в аудиторию.

Реакция была несколько не та, на которую рассчитывал Корн. Разве это не он? Терран вёл себя совсем не так, как если бы был виноват в исчезновении одногруппника.

В зале были все, кроме Сура. Корн закусил губу, алхимик не был самым прилежным студентом, но занятия не пропускал. Значит, с ним случилось нечто, что не позволило ему их посетить. Определённо, нужно его найти!

Корн развернулся и хотел выйти, но столкнулся с преподавателем. Под его строгим взглядом, ему пришлось пройти внутрь и сесть.

После занятия Корн выбежал из аудитории, у него не было никакого намерения идти на следующую лекцию до того, как он отыщет алхимика. Первым делом он проверил лекарское крыло, но и там Сура не оказалось. Тогда Корн отправился к Белому дворцу.

Чёрная форма привлекала к себе лишнее внимание, студенты в белом оборачивались и перешёптывались. Корн чувствовал себя шутом, хотя и понимал, что наоборот, так выглядит уважение и почёт. В глазах некоторых он даже видел затаённый страх. Он усмехнулся про себя, ведь наверняка большинство из встреченных были гораздо сильнее, даже имею кроху магии, они бы уже превзошли его. Эта ситуация казалась абсурдной.

Дверь Белого дворца, в отличие от Чёрного поддалась неожиданно легко, Корн от неожиданности чуть не ввалился внутрь. Бежевая отделка стен и пола напоминала Чёрный дворец, но всё же обстановка здесь была более уютной. Слева на стене были нарисованы узоры из листьев, поэтому Корн сразу понял, что это лекарское крыло. Такое же расположение, как и в его родном дворце.

Он прошёл вглубь и распахнул левую дверь, ведущую в просторную комнату. Несмотря на то, что она была приличных размеров, она уступала лекторскому крылу Чёрного дворца. Обстановка была такой же: кровати и тумбы рядом с ними.

Веснушчатая блондинка в белой форме, с узором из листьев на манжетах, улыбнулась Корну и подошла к нему:

– Чем могу быть полезной? – потупив взгляд, спросила она.

Из внутренней двери вышла девушка постарше. Она выглядела лет на восемнадцать, у неё были красивые изгибы тела и длинные тёмные волосы. Корн бы даже мог бы заинтересоваться ей, если бы не выражение её лица. Оно было злым и неприветливым, как будто Корн не меньше, чем убил кого-то из её знакомых.

– Что здесь забыла Чёрная дюжина? Совсем ошалели? Уже и в наш замок припираетесь правила свои строить? – она упёрла руки в бока. – Проваливай.

Корн расширил глаза. Он не понимал, как реагировать на такую откровенную грубость. От чего-то сама собой улыбка возникла на его губах. Все так боятся дюжин, а эта девчонка ругает его за то, что он в ней состоит.

– Тебе ещё и смешно?! – девушка схватила со столика графин с водой и угрожающе замахнулась.

– Я не хотел вас обидеть, – сказал Корн на всякий случай отходя на безопасное расстояние. – Просто у меня пропал сосед по комнате. Я нигде его не мог найти, решил проверить здесь.

– А, ты друга ищешь… – длинноволосая девушка поставила графин обратно. – Как он выглядит?

– Блондин с кудрявыми волосами, светлые золотистые глаза, очень болтлив. Из примечательных черт – янтарная серьга. Он должен был здесь раньше учиться, возможно, вы его встречали. Его зовут Сур.

– Ах этот болван… – девушка закатила глаза. – Тут он. Казалось бы, уже и учится не здесь, а всё равно нет от него спасу. Но ты правда пришёл за ним? Удивительно, что он нашёл там друга, который даже ищет его, когда он пропал…

– Я не… Что с ним?

– С ним всё в порядке, – улыбнулась веснушчатая девушка и сделала жест, чтобы Корн следовал за ней. Они двинулись, а брюнетка пошла позади них, она ворчала:

– Да что с ним будет… Как обычно, надышался всякой ядовитой дряни и отключился. Хорошо, хоть я проверяю его иногда в лаборатории, зная его любовь к самоубийственным поступкам. Ох, окочурился бы без меня.

– Ты так о нём заботишься, – удивился Корн. – Ты – его девушка?

– Что?! – брюнетка закашлялась. – Да кто в своём уме будет его девушкой!

Они уже вошли в палату, где на кровати лежал Сур и горстями ел виноград. Он помахал им рукой и с набитым ртом издавал непонятные звуки, потом прожевал и сказал:

– Ты просто недостойна ей стать, поэтому и завидуешь той счастливице, что будет обласкана моим вниманием, – он подмигнул блондинке. Та подошла и отобрала виноград, подала с прикроватной тумбы чашу. Сур скривился.

– Пей, – твёрдо произнесла она.

– Не-е-ет, оно такое горькое, – алхимик отполз от неё на дальнюю сторону кровати.

– Пей. А то я тебя больше не буду спасать! – пригрозила брюнетка, и Сур со страдальческим выражением лица подчинился.

После чего вскочил с кровати и стал скидывать с себя одежду.

– Чего чудишь, изращенец! – воскликнула блондинка и, покраснев, поспешно прикрыла глаза руками.

– Кретин, мог бы подождать, пока мы выйдем. А ты, Мельна, хватит смущаться! Лекарь, ты или кто?

Сур разделся до трусов, сжал кулак и поиграл мышцами:

– Мне нечего стесняться! Я позволю вам смотреть на моё прекрасное тело… – он продолжал кривляться.

Корн закатил глаза и кинул Суру в лицо его одежду, лежавшую ранее на стуле. Он не понимал, почему стыдно было не алхимику, а ему за него.

– И ты туда же? – фыркнул Сур. – Но мне правда нечего стесняться, я довольно хорошо сложен, – бубнил он, натягивая штаны.

Блондинка выбежала из комнаты, брюнетка, не спеша, последовала за ней. Корн проводил её взглядом, она показалось ему необычной.

– Положил глаз на Тэри? – Сур, как всегда, подмечал всё, что касалось девушек.

– Её так зовут? – Корн устал отнекиваться и просто смирился с тем, что теперь ему не избежать комментариев алхимика. С другой стороны, может, он расскажет что-нибудь интересное про брюнетку.

– Зовут её Тэрия, – Сур стал возиться с рубашкой. – Не советую. Несмотря на её ладный стан и чарующий альт, слишком недоступна… Да и характер, мягко сказать, не мёд… Даже, если тебе каким-то чудом удастся забраться ей под юбку, она определённо сживёт своего парня со свету, причём ей хватит для этого и недели, – Сур подмигнул, а Корн начал сомневаться, что достаточно закалён, чтобы вынести его беспардонный трёп. – А я жить хочу-у-у, иначе как я смогу наслаждаться видом соблазнительных красоток. Поэтому лучше выберу лапочку Мельну. Конечно, общество тёмноволосой язвы немного вредит её характеру, но смотри, какая она прелесть – даже виноградику мне принесла! Думаю, с ней можно будет жить припеваючи.

– Но она… несимпатичная, – нахмурился Корн.

– Хо? Да у тебя высокие стандарты. По мне вполне ничего. Особенно грудь.

– Ты только на неё и смотришь? – Корн начал раздражаться.

– Нет, ещё на мордашку и характер, чтобы не прибила, если что пойдёт не по плану. Как трудно быть слабым магом! Если девушка сильнее тебя, она может тебя прикопать, если сильно разозлится! Так что я заранее учитываю риски, – Сур ухмыльнулся. Было такое ощущение, что он был абсолютно уверен, что его девушке будет, за что на него злиться.

– Ты бабник, придурок, ещё и не знаешь меры со своими зельями! Как ты умудрился оказаться в лазарете? Тебе вообще на свою жизнь плевать? – внезапно сам для себя выпалил Корн. Он редко не мог сдержать раздражение. Приют научил терпеть. Но этот был тот случай, когда Корн не смог промолчать. Алхимик порой был невыносим.

Сур поднял брови:

– Думал, уж ты-то точно сможешь меня понять, – он накинул на белую рубашку удлинённый чёрный пиджак и застегнул его.

– Что это я должен был понять? – спросил Корн, он испытывал иррационально сильное желание вмазать одному напыщенному идиоту.

– Стремление осуществить свою цель, – холодно ответил Сур, он повернулся к Корну и взглянул ему в глаза. Алхимик казался не таким, как обычно, он словно стал другим человеком. Мрачным и пугающим. – Невзирая ни на что. Разве ты не планируешь вернуться в свою семью и доказать им, что они не достойны даже ползать по земле, по которой ходишь ты? Разве ты не мечтаешь стать великим магом и заткнуть рты всем, кто посмел говорить что-то о твоих недостаточных способностях? Разве не хочешь, чтобы Терран и остальные подчинялись твоим приказам?

По спине Корна поползли мурашки. Этот парень перед ним легко озвучил самые страстные желания, скрытые в глубине его существа. Неужели его так легко читать? Или, может, Сур придумал зелье, позволяющее слышать мысли. Он ведь никому не говорил… даже себе не позволял полностью осмыслить…

Сур медленно приблизился. Корн напрягся, он не знал, чего ждать от такого алхимика, стук сердца отдавался в висках. Сур тихо и проникновенно продолжил:

– Так вот. Я такой же. Я достигну своей цели и докажу всем, что они недостойны быть пылью под моими ногами. И для этого я легко поставлю свою жизнь на кон, – он медленно перевёл взгляд за спину Корну, и прошёл мимо, выйдя из комнаты.

Корн растерянно посмотрел ему вслед.

Что, демон побери, это было? Кто этот парень? Он точно тот, кого Корн видел каждый день на протяжении месяца?

Глава 11. Узнать секреты противника

Когда Корн вернулся на следующие лекции, Сур вёл себя, как прежде, изображая весёлого самодура, разве что к Корну не приближался. Тот уж было подумывал, что ему померещилось всё произошедшее в лазарете. Но поскольку галлюцинациями он не страдал, то сомневаться в своём рассудке у него не было поводов. Приходилось признать, что он просто совершенно не знал своего соседа. От этого осознания Корну становилось не по себе. А он ведь даже искал его, когда тот пропал, но на самом деле даже не имел представления о том, какой он!

Сегодня вечером Сур опять не вернулся в комнату. На этот раз Корн и не подумал идти его искать. Даже если он надышится алхимическими реагентами и умрёт, это – его выбор, и он это дал ясно понять.

Корн пытался практиковать вэ, но сегодня ему не хватало концентрации. Варить зелья было бы ещё большим абсурдом, там нужна была полная сосредоточенность, он не хотел становиться, подобным одному знакомому, потенциальным самоубийцей. Таким образом, делать ему было совершенно нечего. Директор его не звал, Мао тоже не появлялся. Разве что наведаться к нему самому? Но неделя ещё не прошла…

Тогда Корн вышел на улицу прогуляться. Тёмное небо озаряли звёзды, Уна* освещала белые дорожки голубым светом, отчего они казались ненастоящими. Воздух приносил вечернюю прохладу и причудливые запахи цветов, которые разводили студенты Белого дворца.

(Уна* – ночное светило мира).

Корн не имел какой-то цели в своей прогулке, он просто шагал, куда несли ноги, и когда он уже собирался возвращаться за очередным поворотом аллеи увидел знакомую сцену. Угида и Терран.

Угида хмурилась и прижималась спиной к пышному кусту. Живая изгородь за ней росла плотно, и пролезть через неё можно было лишь на животе, и то возникли бы трудности. Она была в тупике.

Спереди от неё стоял Терран, который медленно наступал на девушку. Корну захотелось проклясть свою удачу. Но в чём-то ему повезло. Он шёл тихо, не привлекая внимания, поэтому его и не заметили. Он проворно скользнул за дерево, надеясь, что это так и останется.

На этот раз Терран был один, без своих приспешников, но это ничего не меняло – он был самым сильным среди их дюжины, Корн даже с зельями всё ещё не мог бороться с ним на равных. Кроме того, он хорошо помнил, чем закончилось его предыдущее вмешательство. А теперь ещё и Сур не поделится своим спасительным снадобьем…

На этот раз, Корн решил не вмешиваться, даже если Терран будет нагло приставать к девушке, ему хватило мучений и от прошлого раза. Но уходить прямо сейчас было чревато. Вряд ли Терран выбрал столь немноголюдное место для того, чтобы его застали случайные очевидцы.

Неожиданно до плеча Корна дотронулись. Его сердце почти выскочило, пока он разворачивался, на рефлексах доставая склянку.

– Т-с-с-с… – приложила к губам Тэрия и тихо с улыбкой прошептала. – Так ты тоже извращенец?

Что это вообще за вопрос такой?!

Корн расширил глаза, показывая брюнетке не шуметь. Она спряталась за кустом рядом, но всё ещё посылала выразительные взгляды Корну, указывая глазами на Угиду с Терраном и подмигивая. Непонятно, что именно она имела в виду, но Корн даже не хотел этого знать. Очевидно, что она подумала, что эти двое – пара. Она не могла ошибиться больше!

Тем временем двое продолжали разговаривать. Терран больше не приближался, Угида также хмурила брови. Потом они замерли и замолчали, смотря друг другу в глаза.

Корн стал сомневаться в том, что видел. Неужели, Тэрия была права? Но Терран никогда бы не посмотрел на простолюдинку в этом смысле! Хотя, если задуматься, Угида была неплохим магом, а после окончания ей был гарантирован статус аристократки. Тогда ведь, особых проблем не было?

Угида кивнула, Терран чуть улыбнулся и вытащил из кармана коробочку, протянул её девушке. Она некоторое время не шевелилась, а потом медленно вытянула руку и взяла коробочку.

– Как думаешь, что он ей подарил? – Тэрия оказалась рядом с Корном. От неё доносился слабый запах духов. Дерево не могло скрыть их двоих, но брюнетку это совершенно не волновало.

– Уходи… – шепнул Корн. – Если он нас заметит, нам конец…

– Ты слишком волнуешься о мелочах… – она выпрямилась в полный рост и вышла прямо на поляну.

Корн выругался и переместился за куст, который находился дальше, чтобы его точно не заметили.

Терран обернулся на шаги. Он выглядел растерянным и смущённым. Когда Тэрия проходила, как будто держа курс мимо них, мечник поспешил уйти, не прощаясь с Угидой.

Когда он направился в сторону Корна, мысли того заметались в поисках решения, куда же исчезнуть. Но ему было некуда бежать, поэтому он лишь присел на корточки, надеясь, что Терран не будет осматривать кусты на предмет тёмных личностей, засевших в них…

Терран прошёл мимо, Корн облегчённо вздохнул и вышел на поляну к Угиде.

– Корн? – испугалась она, когда его увидела.

– Привет, – Корн подошёл к ней.

Тэрия сделала вид, что просто проходила мимо, но, покинув поляну, на самом деле, притаилась за ветвями. Корн мог видеть её изящную кисть в просвете листьев. Прятаться она совершенно не умела.

– Ты… Ты только пришёл?

Корн хотел бы соврать, но не мог. Ему это претило с малых лет. Не отвечать было совсем некрасиво, поэтому он сказал правду:

– Нет. Не только.

– И… как много ты видел? – её голос стал тоньше, Угида покраснела.

– Минут пять. Я пришёл, когда Терран подходил к тебе.

– Ммм… – блондинка покраснела ещё сильнее. – Это не то, что ты думаешь. Мы не встречаемся!

Корн слегка удивился. Он как раз хотел спросить, но она почему-то сказала это сама.

– Ясно… – только он и ответил. Он раздумывал, насколько уместным будет его вопрос о том, что же нужно было Террану от девушки. Это казалось слишком бестактным, хотя любопытство было сильнее.

Когда он уже решился было спросить Угиду, та поспешно сказала:

– Мне пора, увидимся… – и быстро ушла.

Корн так и не успел ничего сделать.

Что же тут произошло? Ему казалось очень важным это понять. Но он мог лишь провожать задумчивым взглядом исчезающую в зарослях фигуру.

– Что это вы тут делаете? Это какая-то новая игра? – на поляну вышел Сур. Корн стал подумывать, что это место проклято, всеобщим вниманием. Алхимик направил взгляд в сторону затаившейся в кустах девушки. – Выглядит не слишком интересной. Только и сидеть в засаде, зная, что все тебя видят…

– Эй! – в Сура полетел камень. Он поставил водяной щит, и камень отлетел обратно, хотя и мимо Тэрии. – Ты! – она выскочила из своего укрытия и быстрым шагом направилась к Суру. – Посмел руку на девушку поднять?

– О чём ты? Просто у меня щит такой, отражает все попавшие в него удары. Правда, он ещё очень плох, разве что твою атаку и способен отразить…

Тэрия сделала зверское выражение лица и погналась за алхимиком. Тот, не желая быть избитым, резво припустил. Девушка была быстрее, но Сур прятался за различными укрытиями и иногда исчезал из поля зрения лекаря, она никак не могла его достать.

Корн с интересом смотрел на их догонялки и радовался, что ему не надо в них участвовать. Хотя, наверное, это было отчасти даже весело…

Тэрия пронеслась рядом и возмущённо крикнула Корну:

– А ну лови его!

– Зачем? – Корн безразлично пожал плечами.

– Буду должна услугу! – Тэрия унеслась вперёд и скрылась из поля зрения Корна.

Эти двое впали в детство?

Оба были магами, Корну было глупо с ними соревноваться в проворстве, но если он поможет девушке, то шанс у того поймать Сура увеличится. К тому же услуга целительницы могла бы оказаться полезной.

Будет должна услугу? Она была из Белого дворца, и её исцеление можно было заполучить скрытно. Это могло пригодиться.

Алхимик спокойным шагом вышел на поляну, на которой стоял Корн.

– Куда она побежала? – с улыбкой спросил Сур, подходя к нему.

Корн промолчал. Почти подошедший к нему сосед вдруг остановился и спросил:

– Ты же на моей стороне? – он поднял бровь. Но не дождавшись ответа, сам себе ответил, – значит, нет…

Корн рванул к алхимику. За последние дни практики вэ, его физические качества значительно улучшились. Но это не было новостью для Сура, с которым у них были ежедневные тренировки.

Алхимик ухмыльнулся:

– И не мечтай! Вы меня не поймаете, – он развернулся и стал убегать.

Очень быстро он отдалился от Корна.

– Он здесь! – закричал Корн. И вскоре алхимику перекрыла дорогу Тэрия.

Сур оказался в коридоре между плотно растущих зарослей. С одной стороны, его поджидала разъярённая Тэрия. С другой – Корн. И что-то ему подсказывало, что алхимик выберет его направление…

Сур обернулся и побежал на Корна, но вместо того, чтобы попробовать проскользнуть мимо него, он резко развернулся вбок и подпрыгнул, как будто хотел перемахнуть через кусты, но это превосходило его возможности – они были с рост человека. Алхимик находился в воздухе, когда выпустил из ладони небольшую водную печать. Из его руки выстрелила широкая струя воды, тело ускорилось из-за отдачи, и он исчез за кустами.

Корн и Тэрия встретились на том месте, откуда прыгнул Сур и расширенными глазами смотрели на зелёную изгородь, за которой он скрылся.

– Что это было? – удивлённо спросила девушка.

– Это я хотел спросить. Значит, раньше он так не делал?

– Он плохо управлялся с магией! А тут печать, и он очень ловко её применил, будто делает так через день… Когда он научился? Это вам преподают на тренировках? – казалось, Тэрия вдруг начала уважать дюжины.

Корн пожал плечами:

– У меня пока нет магии. Из-за этого я часто пропускаю. Вернее, мне не разрешают присутствовать. Без понятия, чему их там учат.

– О, – только и вымолвила Тэрия. – Думала туда немагов не берут…

Корн нахмурился.

– Пойду… – этим словом он попрощался с девушкой и ушёл в общежитие. Он полагал, что встретит алхимика там.

Так и случилось. Сур сидел на полу над тетрадью, в зубах у него был зажат карандаш.

– Как ты этому научился? – с порога спросил его Корн.

– А? – Сур выплюнул карандаш и засунул его за ухо, непонимающе посмотрел на Корна.

– Я про заклинание для того, чтобы ускорить тело в воздухе.

– А-а-а, – улыбнулся Сур. – Ты потрясён моей изворотливостью?

Корн хмыкнул:

– Можно сказать, и так. Но одной её недостаточно, чтобы такое провернуть. Ты создал печать очень быстро.

– А, ну да… В этом нет ничего такого… У меня низкий запас маны, но печати я умею создавать, правда, такие маленькие, что их применение больше похоже на шутку, чем на настоящую атаку, – улыбка алхимика стала печальной. – Когда ты откроешь стихию, ты быстро меня переплюнешь.

Корн едва заметно улыбнулся. Сур сказал “когда”, а не “если”.

– С чего ты так решил?

– Шар, – алхимик кивнул на тумбу, на которой лежали белый и чёрный артефакты. – Ты весьма талантлив. Раньше ты ничего не мог, а теперь запросто высвечиваешь фигуру по своему усмотрению, да ещё и на чёрном шаре. Я пробовал, это сложно, а ведь я уже много лет управляю своей стихией, у тебя же её даже нет. У тебя пугающе хороший контроль энергии. Если ты сохранишь его, будучи магом, ты станешь монстром. Кстати, относительно этого… есть какие-то подвижки?

Корн помотал головой и задумался. Казалось, Сур действительно хотел, чтобы у него открылась стихия, и даже когда Корн пострадал из-за аморфотита, алхимик навещал его и даже создал антидот. Тот Сур, который сейчас сидел перед ним, походил на хорошего парня. Но когда он говорил, что готов на всё ради цели, он был полностью другим, ощущение от его присутствия неуловимо резало и давило, Корну было некомфортно находиться рядом. Тот парень пугал. Корн не понимал Сура.

Какой же он настоящий?

– Ты смотришь на меня, будто задумал препарировать. Перестань. Я не лягушка, а ты даже не лекарь!

Корн проигнорировал его шутку:

– Над каким зельем ты сейчас работаешь? Ты так увлечён, но перестал варить в нашей комнате. Тэрия обмолвилась о лаборатории.

– Эм… – Сур отвёл взгляд и уткнулся в тетрадь. – Понимаешь, то, что я делаю, действительно не совсем безопасно… Поэтому я не могу совершенствовать рецепт здесь. Думаю, ты просто убьёшь меня, если я так поступлю… Или как минимум пожалуешься преподавателям, и меня исключат, – алхимик мельком глянул на Корна и с виноватым выражением лица развёл руки в сторону.

– Я могу поучаствовать?

Сур уставился на него, как на сумасшедшего, смотрел на него так несколько секунд, а затем заливисто расхохотался:

– Ох, пресветлая Рэя, – он отсмеялся и с улыбкой продолжил. – Ты создаёшь впечатление суперправильного студента. Я думал, дело в твоём аристократическом воспитании, они же строго относятся к правилам, нормам, приличиям и прочей, извини уж, возне, – он махнул руками, как будто эта “возня” была ниже его. – А тут я только сказал, что меня могут исключить за зельеварение и ты уже хочешь поучаствовать? – Сур хитро прищурился. – Ты уверен? Разве у тебя нет более важных дел, чем дурачиться с зельями?

– Не похоже, что ты дурачишься…

– Я – нет. Но ты… другое дело. Ты можешь получить всё, лишь открыв магию. Тебе не нужны для этого зелья. Я же уже испробовал с заклинаниями всё, что было в моих силах, и понял, что с моими мизерными способностями, они не смогут мне помочь.

Корну было не по себе. Потому что Сур был абсолютно прав, сейчас ему нужно было сосредоточиться на открытии магии. Корн понимал это, но в то же время ему не хотелось, чтобы алхимик занимался опасным делом в одиночестве. Если он опять потеряет сознание, но только на этот раз его никто не найдёт вовремя?

Хотя, с другой стороны, разве это вообще его дело?

Сур вздохнул:

– Какой же ты упёртый. Я признателен, что ты готов мне помочь, даже не зная сути дела, но ты в любом случае не разбираешься в этом, – отрубил алхимик. – Будешь только мешаться и лишь замедлишь меня.

– Понял, – недовольно ответил Корн и замолчал.

Сур говорил факты, но всё равно было обидно. А ещё Корну показалось немного странным, насколько его сосед берёг тайну зелья, над которым работал. Корн решил при случае заглянуть в тетрадь алхимика.

Что было ещё более подозрительно, удобного случая просто не подворачивалась! Как только Корн отвлёкся, тетрадь исчезла. Он понятия не имел, куда она делась. Рыться в чужих вещах ему показалось слишком грубым, а Сур больше не доставал при нём её. Поэтому Корну стало ещё любопытнее, что же в ней такого секретного было написано.

Глава 12. Стать Ниро?

Корну передали, что директор ждёт его на отработку. Он шёл в подвал и не мог скрыть радостной улыбки. Он понимал, что у Лорда Ниро и своих дел по горло, а тут ещё и отпрыск Массвэлов, не имеющий магии… Корн был благодарен ему за то, что он выделял на него время. Но почему так мало? Корн боялся, что такими темпами он не успеет открыть стихию до экзамена. А значит, вообще не откроет её. Как же можно ускорить этот процесс?

Войдя в знакомую просторную комнату, Корн ожидаемо увидел на полу печать. На этот раз она была той же, что и в первый раз. Корн припомнил, какие она вызывает ощущения и поморщился.

Директор усмехнулся, оценив гримасу Корна:

– Похоже, это было действительно неприятно.

– Неприятно немного неподходящее слово, – Корн не смог сдержаться, чтобы не уточнить этот “небольшой” факт. – Светлой Рэи, директор.

– И тебе, и тебе… Что ж, как ты уже наверняка понял, – он кивнул на печать, – я просто решил проверить, какова твоя ситуация с каналами внутренней энергии. По изменениям в них, я могу рассчитать параметры, которые помогут определить… Ну… Думаю, не так важно вдаваться в подробности. Мне нет надобности объяснять тебе весь процесс, ты уже участвовал в этом, – он улыбнулся и приглашающе указал на печать.

Корн скинул обувь и верхнюю часть одежды, взял два металлических артефакта – по одному в каждую руку и пошёл в центр круга. Пол холодил босые ступни, они ощущали небольшие щербинки и рытвины в камне. Пахло свежестью, как после грозы. Наверное, это от использования молнии…

– Корн, – тихо позвал лорд Ниро, но потом замолчал. Корн уже находился в центре узора, но ещё не успел лечь. Он обернулся и вопросительно посмотрел на директора. Тот продолжил: – Я понимаю, что мой вопрос прозвучит нетактично, но всё-таки не могу его не задать. Если ты станешь магом, и я предложу тебе войти в мою семью, ты согласишься?

Корн не смог сдержать своего удивления и широко распахнул глаза, его брови поднялись.

Стать Ниро?

У аристократов была такая практика – принимать в семью сильных магов, после чего они становились родственниками лорда. В зависимости от договорённостей, вновь принятый мог стать даже приёмным ребёнком. Он всё ещё не мог получить титул наследника, если в семье был кто-то из кровных родственников лорда. Но тем не менее положение у такого человека было довольно высоким.

Лорд Ниро намекал на очень выгодное предложение, которого Корн никак не ожидал. Но задумавшись, он понял, что на самом деле оно бесполезно для него и его планов. Он бы предпочёл вновь стать Массвэлом.

– Ты ведь не хочешь вернуться к Стедду? Сейчас обе семьи и Ниро и Массвэлы в равных условиях, но если ты присоединишься к одной из них, будучи сильным магом, она получит преимущество. Если я помогу тебе открыть стихию, то заслуживаю первоочередного рассмотрения, не так ли? – директор улыбнулся.

– Думаю, это рано обсуждать.

– Я хочу, чтобы ты ответил на мой вопрос, – лорд продолжал улыбаться, но глаза его чуть сузились.

Корн мысленно проклинал свою неспособность солгать. Если бы он мог это сделать, он бы точно сказал, что такой вариант возможен, но он не мог! Он успокоился: от судьбы не сбежишь, и твёрдо встретил взгляд проницательных серых глаз:

– Я не присоединюсь к Ниро. Если у меня будет возможность, я вернусь в свою семью.

– А ты довольно смел, чтобы говорить такое, стоя на созданной мной печати, – лорд перестал улыбаться и осматривал Корна, будто раздумывал, что с ним делать.

У Корна по спине до самых пят пробежали мурашки, но он спокойно стоял, а голос его стал ещё равнодушнее, чем обычно:

– Если бы вы хотели меня убить, вы бы убили. Нет никакой разницы, где я нахожусь: в пределах действия вашей печати, в столовой на тренировке или в собственной комнате.

– Зачем же ты так, Корн? – он улыбнулся. – Какой директор убьёт своего ученика? Не говоря уж о том, что я ещё не закончил исследование твоего случая.

Корну стало не по себе, когда он понял, что тот взгляд означал не задумчивость по поводу его дальнейшей судьбы, нет, он был похож на взгляд исследователя, наконец, нашедшего достойную его внимания загадку. Корн закусил губу, чтобы не поддаться панике.

Как он мог подумать, что директор хорошо к нему относится? Помогает практически задаром? Разве он не такой же лорд великого дома, как его собственный отец? А тот пугал даже своих детей. Лорда Ниро стоило опасаться даже больше! Но вместо этого Корн полностью доверил ему свою жизнь. С другой стороны, у него просто не было других вариантов. Корн вздохнул.

– Ты так и будешь стоять? Ложись, – скомандовал директор.

Корн послушно лёг на печать. Вспыхнул свет, тело пронзили миллионы раскалённых игл, его выгнуло дугой, и Корн отключился.

“Хоть бы ещё раз открыть глаза…” – думал он, уносясь в тёмный туннель.

***

– Я знаю, ты пришёл в себя. Поднимайся, – по залу прокатился глубокий голос директора.

Корн шевельнул пальцами рук. Тело онемело и не хотело слушаться.

– Изменения небольшие, но есть. Ты теперь неплохо управляешь вэ, её запасы увеличились. Я уже измерил и записал всё, что мне было нужно. Пока по общей картине, я склоняюсь к тому, что ты будешь магом воды или огня… Поэтому следующий раз с помощью Миранды измерим твоё предрасположение к огненной стихии.

Что ж, то, что он очнулся, означало, что лорд Ниро принял решение в его пользу. Хотя что будет дальше, никто не предскажет. Во всяком случае можно не переживать за свою жизнь, пока исследование не завершится, результатом или провалом.

Корн сел и попытался сфокусировать взгляд на высокой расплывшейся фигуре.

– Эм… директор?

– Плохо себя чувствуешь? – видимо, тот увидел, что Корн не может сосредоточить на нём взгляд, и догадался о проблеме.

– Всё плывёт.

– Да? Похоже, это последствия воздействия молнии на твой организм. На самом деле все реагируют абсолютно по-разному. У кого-то переносимость лучше, у кого-то хуже. Ты, похоже из последних. Из-за того, что я довольно часто использую на тебе высокоуровневые печати молнии, возник такой эффект. Возможно, нам стоит отложить следующую встречу.

– Нет. Не надо! – Корн встал, пол чуть покачнулся перед его глазами, но вскоре вернулся на место. – Я справлюсь. Это всего лишь небольшие неудобства.

– Понимаю твоё стремление, но здоровье… – он с сомнением посмотрел на Корна.

– Для меня имеет значение только, открою я магию или нет. Осталось всего два месяца до экзамена. Я не могу терять время.

– Что ж, как хочешь. Это твоё решение, – директор пожал плечами. – Я надеюсь, что ты всё ещё подумаешь о вариантах на будущее, – он покинул комнату.

Корн наконец спокойно вздохнул.

***

Корн не заметил, как это произошло, но отчего-то первоначально недружелюбная атмосфера внутри их дюжины изменилась в лучшую сторону. Три девушки часто болтали меж собой и выглядели очень расслабленными, Регерт не хамил простолюдинам, вспыльчивый Вэн вёл себя сдержанно, Ихет хохотал с парнями, а Терран часто общался с Грэгом, да и с остальными нередко перекидывался ничего не значащими фразами. Угида же при встрече кивала Террану и нежно улыбалась, Корн так и не понял, действительно ли они встречались. Вокруг царили гармония и дружелюбие. Что он пропустил?

Он стоял в отдалении и наблюдал за ребятами, ожидая начала тренировки.

– Тебе не холодно здесь в одиночестве? – ехидно спросил знакомый голос, и Сур приобнял его за плечи. Неожиданно возникший вес, чуть не свалил Корна. Он разозлился и попытался спихнуть Сура, но тот уворачивался, умудряясь всё ещё висеть на нём.

– Свали! – не выдержал Корн. Его голос был довольно громким и на них обернулись. Сур показал язык и, наконец, встал нормально.

– Я всего лишь сжалился над одиноким соседом по комнате. Как истинный друг, я хотел приободрить его и составить компанию… – алхимик показушно вытер несуществующую слезу. – А ты…

Корн мечтал о том моменте, когда сможет отметелить этого болвана. Тогда он не сможет безнаказанно подтрунивать над ним! Внешне Корн оставался спокойным, и как будто игнорировал все потуги алхимика подколоть его, но внутри еле подавлял желание дать ему подзатыльник.

– Лучше расскажи, какого демона все стали такими дружелюбными. Даже Терран перестал ко мне цепляться.

– Хм… Тебе тоже кажется странным? Увы, я тоже не в курсе. Но одно то, что Терран и Ихет постоянно улыбаются другим… Знаешь, у меня мурашки бегают по коже, когда я вижу их такими. Самое обескураживающее в этом то, что при всём этом они выглядят вполне естественно. Вот скажи, его улыбка поддельная? – он махнул в сторону размахивающего руками Ихета, который болтал с Фананом, невысоким русоволосым парнем со спокойным нравом. Несмотря на то что он принадлежал богатой семье Имберт, он не кичился своим положением и ровно относился ко всем окружающим, не взирая на силу или статус. Сейчас Фанан смеялся и кивал Ихету.

– Всё кажется слишком хорошим, чтобы оказаться правдой… – пробормотал Корн, Сур насмешливо посмотрел на него. – Что? Считаешь, я не прав?

– Да нет… Просто подумал, что ты оказался не таким наивным, как я полагал…

Корн больше не мог терпеть его насмешки и кинулся на алхимика с кулаками. Тот увернулся, захохотал и стал бегать по всему залу, внося ноту хаоса в царящую идиллию.

Скоро его перехватил Терран. Сур пробегал за его спиной, когда мечник быстро снял со спины оружие и выставил его на пути алхимика. Тот не успел затормозить и, споткнувшись, полетел на землю. Терран поймал его у самой земли за шиворот и мягко опустил на пол.

Корн нёсся следом и едва успел затормозить, чтобы не споткнуться о распластавшееся на земле тело Сура. Кажется, здесь и закончится мир, царившей в их группе… И они вдвоём сами нарвались на проблемы. В этом даже винить некого.

– Зачем ты это сделал? – Сур поднялся на ноги и бросил недовольный взгляд на Террана.

– Затем, что вы мешали остальным. Будьте осторожнее, – он даже немного улыбался, когда с нейтральным выражением лица произносил это.

– Мешали? – хмыкнул алхимик. – А с чего это ты говоришь за всех? Кому мы мешали?

– Вы чуть не сбили меня с ног, – проворчала Бора.

– Да ладно, они ничего страшного не делали… – заступилась Угида.

– Забудьте… Это вообще не стоит слов, – закатила глаза Хена. – Когда уже начнётся занятие? Где пропадает Миранда?

– Уже пора? – Терран вышел чуть вперёд и заговорил громче, его голос звучал в каждом уголке зала. – У меня объявление. Сегодня учитель не сможет прийти, поэтому я – ответственный за тренировку. Есть возражения? – по его тону можно было догадаться, что он уверен в том, что возражения будут. Мечник мельком оглядел всех собравшихся вокруг него, их с Корном глаза встретились, Терран не отвёл взгляд, продолжая пристально смотреть, Корн стоял неподвижно и молчал. Чуть подождав и не услышав от него возражений, мечник оглянулся на Сура.

– О, это так лестно, что ты интересуешься моим мнением, – усмехнулся алхимик и пару раз моргнув, улыбнулся шире. – Если никто не против, почему я должен? – он пожал плечами, его улыбка оставалась неестественно широкой.

– Отлично. Если возражений и правда нет, то я начну. Сегодня я хотел бы попросить тебя, Сур, помочь в тренировке.

Корн заподозрил что-то неладное. Алхимик всё также широко улыбался, совершенно не поменявшись в лице.

– И что мне нужно будет де-е-елать? – протянул Сур.

– Использовать свои зелья. Считаю, такой опыт может всем пригодиться. Сражаться против алхимика тоже нужно уметь.

– Это слишком затратно и запарно, – Сур развёл руками в стороны. – Каждое зелье стоит моего пота и времени, зачем мне их тратить на простую тренировку?

– Как на счёт этого? – Ихет бросил в сторону Сура маленький чёрный мешочек. Алхимик лениво поймал его и заглянул внутрь. Как только он увидел, что находилось внутри, его глаза прищурились, он глянул на Ихета. – Плата за твои зелья, – подмигнул тот. Сур ещё раз посмотрел внутрь мешочка и убрал его в карман.

– Годится, – ухмыльнулся он. – Каковы правила?

– Тебе решать. Если ты сможешь напасть на всех нас разом, то нападай. Если нет, назови тех, кого атакуешь, остальные посмотрят со стороны.

– Лады… Только не обещаю вашу безопасность, – Сур хихикнул. – И ещё кое-что – Корн не должен вам помогать.

– Почему? – возмутился Корн.

Ему было любопытно, сможет ли он противостоять атакам алхимика, который не будет сдерживаться. Он кое-что знал, но его опыт был весьма мал.

– Потому что ты можешь вывести меня на чистую воду и тогда будет неинтересно… Если хочешь, я сражусь с тобой после, отдельно.

Корн нахмурился, но кивнул.

– Что ж, тогда ты вместе с остальными уклоняешься от его атак, но не помогаешь нам уничтожать эффект от его зелий, – подытожил Терран. – Корн хмуро на него глянул и отвернулся. Мечник продолжил: – Буду считать это согласием, – он стал давать распоряжения остальным. – Грэг, следишь за здоровьем. Ихет, Фанан, защищайте его.

Фанан кивнул, Ихет пробормотал:

– Я атакующий маг, почему я должен защищать лекаря?

– Не согласен? – спросил Терран.

– Сделаю, – недовольно поморщившись, Ихет встал рядом с Грэгом.

Терран продолжил инструкции:

– Остальные – действуйте по ситуации. Только не атакуйте Сура сильными заклинаниями.

– А ты плохого обо мне мнения. Думаешь, не выдержу? Атакуйте всем, чем сможете, вы все равно не достанете меня! – похвастался алхимик.

– Средними, – прокомментировал Терран, и Сур поджал губы, на этот раз не возразив.

Через пять минут все стояли на местах. Алхимик находился в центре зала, остальные распределились по его периметру. Корну было сложно даже представить, что мог сделать Сур против двенадцати членов дюжины в такой ситуации. Но по тому, как он ухмылялся от уха до уха, звякая флаконами внутри сумки, кажется, сам алхимик совершенно не переживал по этому поводу.

Посмотрев на него, нос Корна сильно зачесался, он вспомнил любимые зелья Сура “серые вонючки”, определённо алхимик не пренебрежёт ими. Корну очень захотелось заранее принять зелье, блокирующее нюх. Он не стал сопротивляться этому навязчивому желанию. Быстро откупорив пробку, сделал пару глотков неприятной жидкости и убрал остатки обратно в свою поясную сумку.

– Начали! – скомандовал Терран.

Глава 13. Победить в двенадцать на одного

Вместе с окончанием слов Террана раздался звук разбивающейся склянки под его ногами. Ещё две приземлились рядом с Грэгом и Регертом, которые находились в разных концах зала, Корну повезло стоять далёко от всех них.

Терран зажал нос и прокричал:

– Дышите через рот!

А вот и любимое зелье Сура “вонючка”.

Корн порадовался своей предусмотрительности, он уже не чувствовал запахов, однако его глаза всё равно заслезились. Он не обращал на это внимания и кинулся к алхимику. Один Корн с ним не справится, но если кто-то ему помог бы, шанс обязательно появится. Сур не был слишком уж силён, скорее просто изворотлив и хитёр.

Сторону Грэга заволокло дымом. Регерт рухнул на пол и больше не шевелился.

Корн с поддержкой Хены сражался с алхимиком. Брюнетка, хотя и была хороша в попадании водных стрел в мишень, предпочитала ближний бой. Вокруг её головы кружился небольшой водяной вихрь. Видимо, из-за него она не чувствовала эффектов зелья и могла свободно двигаться.

– Как ловко, – прокомментировал Сур, когда она ударила ногой в его сторону.

Он отскочил, в руках у него было уже четыре пробирки с разного цвета жидкостями.

– Осторожно! – крикнул Корн.

Он видел, как Сур собирается бросить одну из склянок в брюнетку. Но в самого Корна полетела небольшая водная стрела и, пока он вынужден был уклоняться, Сур уже выплеснул жёлтую жидкость в лицо девушки.

Хена не растерялась и сформировала из окружавшего её вихря небольшой щит. Однако жидкость проникла в него и щит поменял свой цвет на золотистый. Глаза брюнетки расширились:

– Что это? – опешив, спросила она.

– Был твой, стал мой, – хмыкнул Сур, он махнул рукой и вода, из которого состоял щит, атаковала девушку, будто превратилась в золотого змея.

Она уклонялась, но не успевала активировать заклинания для защиты.

Рядом с Суром сверкнула серебристая сталь. Терран со слезящимися глазами и бледным лицом размахивал огромным мечом, пытаясь попасть по алхимику. Его движения были медленными и неловкими, Сур легко уклонялся:

– Хах, кто там говорил, что меня нельзя атаковать в полную силу? Скажи, ты сейчас специально не стараешься? А у тебя очень хорошо получается поддаваться! – подтрунивал над ним алхимик.

Корн оглядел остальных. Большинство из них зажимало нос, или держалось за рот. Маги воздуха пытались очистить помещение от запаха, но на это требовалось время. Ребята же уже вдохнули достаточное количество “аромата”, чтобы не восстановиться быстро. Угида сдула испорченный воздух вокруг Грэга, и тот начал помогать тем, кто пострадал больше остальных. Сейчас он исцелял Регерта, вскоре тот открыл глаза.

Только трое сражались непосредственно с алхимиком, но девушка потеряла защиту, Терран размашистыми и неточными движениями напоминал пьяного, сам же Корн, без магии, не мог сделать многого. Таким образом, Сур в мгновение ока смог вывести из строя всю их дюжину. Даже если Корн попытался бы помочь, он бы вряд ли что-то смог. Словно услышав его мысли, Сур громко произнёс:

– Я слишком переоценил вас, ребята. Так что я не против, если Корн поможет.

Терран посмотрел на Корна, тот пожал плечами. Едва ли он способен сделать хоть что-то, чтобы переломить ситуацию в их пользу. Но противоядия от пахучего зелья у него были. Другое дело, что, как и говорил ранее Сур, Корну было слишком хлопотно тратить их на тренировку. Ингридиенты не падали из воздуха, и каждое зелье варилось по меньшей мере полчаса. Это не считая неудачных попыток, которые у Корна происходили два раза из пяти.

– У моей семьи была старая книга по алхимии, если поможешь нам его победить, я отдам её тебе, – произнёс Терран, отскочив от Сура.

– Так не честно! Мне теперь самому захотелось проиграть! – воскликнул алхимик. – Корн, ты ведь дашь почитать?

– Если ты проиграешь – я заберу у тебя то, что тебе передал Ихет, – пригрозил Терран, замахиваясь на Сура мечом.

– Вдвойне нечестно! Я никак не могу получить обе вещи сразу! – Сур уворачивался от Хены и Террана, спокойно продолжая болтать.

Корн наконец понял, насколько потрясающий у него сосед. Теперь он был уверен, что артефакт, определяющий в дюжину не так плох, как он раньше о нём думал.

Может быть, тогда и сам Корн не безнадёжен?

Определив всю ситуацию на поле боя, он решил действовать. Корн вытащил из сумки несколько зелий и держал их за спиной, чтобы Сур не мог понять по их виду, для чего они предназначались. После того, как алхимик стал пропадать в Белом дворце, Корн наварил много того, о чём тот и не подозревал. Пришло время попробовать это на практике!

Корн подловил Хену, когда она взяла секунду передышки, и зашептал ей на ухо. Девушка расширила глаза и кивнула. После чего он отошёл ещё дальше от сражавшихся, оказавшись рядом с Регертом. Тот уже восстановился, но не понимал, где бы больше он пригодился, он хмуро посмотрел на Корна, который передал ему один из флаконов, через некоторое время объяснений Регерт едва заметно кивнул и убрал зелье в карман.

Дальше Корн направился к Угиде, после чего она стала следовать за ним.

Грэг встал ближе к Террану, и под мечником возник круг исцеляющей печати. В лекаря сразу же полетело две склянки от Сура. Одну из них поймал на щит Фанан, вторую в воздухе разрубил Ихет. Она неожиданно взорвалась, раскидав в стороны троих парней. Грэг с трудом удержался на ногах, слегка отойдя назад, а водники, которые должны были его защищать, попадали на пол от ударной волны.

Угида поспешно сдула возникшее из второй склянки синее облако.

Корн подобрался поближе к алхимику. Теперь некоторые из отравленных в самом начале уже пришли в себя и пытались достать Сура. Сейчас его атаковало уже четверо. Сур ловко ускользал от их ударов, вокруг него держалось прозрачное, едва заметное, марево. Как только маги попадали в его диапазон, они замедлялись, и алхимику было легче уворачиваться.

– Ох, Сур действительно силён, – прошептала рядом стоящая Угида. Корн обернулся к ней и шепнул:

– Давай!

– Да, – она подготовила несколько печатей воздуха.

Корн скользнул за спину Ворга, одного из водников, сражавшегося с Суром, и когда тот отвлекся на летящий в него меч Террана, и незаметно подкинул склянку в сторону алхимика. Сур, будто спиной почувствовав опасность, обернулся, прищурился, заметив летящий в него бутылёк. Хена выпустила в его лицо поток воды. Он не уклонился, ему пришлось закрыть глаза. Напор заклинания отшвырнул его на пару шагов.

– Разойдись! – одновременно крикнули Регерт и Корн.

Терран, Хена и ещё двое сражавшихся с Суром, отхлынули от него в стороны. Склянка разбилась под ногами алхимика. Раздался оглушающий взрыв, и Сура заволокло дымом.

Регерт откупорил пробирку с серым порошком и поспешно вытряхнул его, под ним светилась жёлтая печать магии воздуха, из неё подул ветер, подхвативший порошок и распространивший его по всему помещению. Корн не почувствовал изменений, но знал, что запах в комнате стал нейтральным, и пока порошок не осел и кружился в воздухе, зелья типа “вонючек” им больше не угрожали. Те маги, которые до сих пор не могли прийти в себя с начала боя, поднялись на ноги и, наконец, были готовы сражаться.

Дым вокруг Сура рассеялся, его волосы стояли практически вертикально, одежда покрылась пылью, но сам он казался в полном порядке. Вокруг него чуть блестела тонкая прозрачная плёнка в форме шара. Он стоял в нескольких жезлах от того места, где произошёл взрыв, хелироп* медленно затягивал небольшую яму в полу.

(Хелироп* – самовосстанавливающийся камень)

– Недурственно. Продолжим? – ухмыльнулся алхимик. И сорвался с места, направившись прямо к Корну.

“Шавр! Какого он мчится ко мне?” – подумал Корн, пытаясь убежать, но тело было вялым и непослушным. Он двигался, словно улитка!

Стоящая рядом Угида направила на Сура поток воздуха, но лишь немного замедлила его. Алхимик вытянул в сторону Угиды руку и схватил её кисть, после чего быстро отпустил и помчался дальше. Блондинка после прикосновения упала, как подкошенная.

В Сура летели огненные шары и водяные стрелы. Ребята только начали обучаться, и поэтому их залпы были редкими, а меткость оставляла желать лучшего. То, что они не попадали в союзников, уже было хорошо. Сур уворачивался от них, но чаще просто игнорировал – большинство из них летело мимо.

Подбежав к Корну, он также, как и Угиду, схватил его за кисть. Из-за замедленного тела, у Корна не получилось увернуться.

На тренировке все были одеты в чёрные костюмы с длинными штанами и рукавами, поэтому руки оставались единственной открытой частью тела, не считая лица. Корн ощутил, как его тело завибрировало, после чего голова закружилась, а ноги подкосились, и он упал. Сур сорвал с него поясную сумку, подложил туда свою склянку и, обернувшись с широкой улыбкой, кинул её Террану.

Шавр! В сумке находилось ещё несколько поддерживающих зелий, но, что хуже, там оставалось пять огненных! Сур наверняка планировал взорвать сумку. Хотя алхимик даже не подозревал, что там находится столько взрывоопасных зелий!

От Террана ничего не останется, если они активируются у него в руках!

Язык Корна плохо слушался, но он всё-таки нашёл в себе силы закричать мечнику:

– Не лови!