Любви не нужны слова

1 курс. Глава 1.

Последний день Рождественских каникул. Коридор. Ночь.

Гарри снова вспоминал слова профессора Дамблдора о том, что артефакт показывает желаемое, а не возможное будущее. Да он сказал, что не будет больше приходить к зеркалу, но мальчик не смог побороть свое желание последний раз взглянуть на родителей, да и зеркало Еиналеж уже завтра здесь не будет.

Тем более, что Гермиона по возвращению в замок снова засела в библиотеке, перечитывая множество книг, в поисках тайны личности Николоса Фламеля, а Рон вместе с братьями отправлял письмо родителям, желая узнать поподробнее об одном из братьев — Чарли Уизли, которого они отправились проведать в Румынию.

Не дойдя до конца коридора он снова повернулся и посмотрел на дверь в комнату с магическим артефактом.

Гарри не хотел обманывать профессора, но лишенное материнской любви детство не прошло для него без следа, а потому Поттер скрылся за нишей с рыцарскими доспехом, сонно щелкающим забралом.

Через пару минут директор покинул комнату и прошел мимо затаившегося под мантией-невидимкой Гриффиндорца. Когда Гарри уже потянулся к ручке двери, то через щель чуть прикрытой двери он увидел светловолосую девочку. На мантии не было отличительных знаков факультета, но мальчика привлекло далеко не это — она стояла перед зеркалом и тихо лила слезы.

Гарри удивленно застыл, так и не коснувшись ручки двери. Она казалась ему смутно знакомой, но… это слишком личное, а потому мальчик осторожно прикрыл дверь, и стараясь издавать поменьше звуков, вернулся в общую гостиную, пропуская мимо ушей ворчания Полной Дамы.

Следующий день. Большой Зал. Утро.

Ловец сборной Гриффиндора отпил из кубка уже несколько поднадоевший тыквенный сок и внимательно осмотрел столы остальных факультетов, обращая особенное внимание на первокурсников. Та девочка никак не могла быть из Гриффиндора — уж за четыре то месяца совместной учебы, своих однокурсниц из дома благородных он запомнить смог.

Стараясь не так открыто смотреть на других, он снова оглядел столы, но так и не смог увидеть ее. Уже собираясь подняться из-за скамьи, он зацепился взглядом за сидящую у самого края Слизеринского стола, блондинку. Рядом с ней никого не было. Создавалось ощущение, слово ее сторонились, но девочку это не задевало.

Но Гарри знал. Одиночество — это боль, скрытая в душе, прячущаяся на задворках сознания, а то и в глубине глаз. Он сочувствовал ей, ведь сам лишь всего пять месяцев назад обрел первого друга и второго через месяц. Но… Она — Слизеринка, он — Гриффиндорец. Война факультетов стоит незыблемой стеной уже тысячу лет и никто не пытался ее разрушить.

Вот только… никто не должен страдать от одиночества! И если для этого нужно просто подружится с тем, с кем постоянно спорят твои друзья и знакомые, а твой враг на той же стороне противостояния, то почему бы все равно не попробовать?!

4 Февраля. Библиотека. Вечер.

Гарри сомневался. Сомневался в самом же себе и своем выборе. Может Распределяющая Шляпа была права и его место среди змей? Ибо храбрости львов в себе он больше не видел.

Целый месяц он краем глаза следил за той девочкой, Дафной Гринграсс, сидя за соседним столиком. Да и ее имя мальчик услышал только во время урока трансфигурации, когда профессор МакГонагалл проводила перекличку, но сама слизеринка просто подняла руку, а профессор на это не сделала никаких замечаний, словно так и должно быть.

Во время урока он еще немного удивился — она колдовала без слов! Результат был не самым лучшим, но сам факт! Как он позже убедился со слов Гермионы — это очень трудно сделать, да и их самих будут обучать невербальной магии только на пятом курсе.

Целых три часа он сам пытался выполнить простейшее заклинание «Люмос» и лишь когда рука начала ныть, а силы были уже на грани ему удалось выдать небольшую вспышку света на секунду! А потом уснуть за партой в пустой комнате. Проснулся он только перед самым комендантским часом. Всю ночь Поттер спешно выполнял вылетевшие из головы домашние работы. Хорошо хоть Гермиона с Роном уже легли спать, так и не дождавшись его возвращения.

Рон потом еще пару дней ходил обиженным, за то что Гарри его не взял с собой, так еще и скрывал то, что именно Поттер подшутил над первокурсниками Слизерина. На его попытки убеждения про выполнение домашнего задания он просто отмахивался. Кажется, Уизли не верил в то, что Гарри может сам сесть за уроки без часовых нотаций и нравоучений Гермионы.

Лишь через две недели до него дошло, что же казалось ему странным — Гринграсс ни разу не отвечала на уроках и ни с кем не разговаривала, при этом никаких выговоров и отработок от преподавателей она не получала!

Время от времени, сидя в библотеке и выполняя домашнее задание, он спрашивал у нее ту или иную книгу, если он действительно выполнял работу по тому же предмету. Девочка просто кивала на его вопросы или сразу же протягивала книгу.

Он никак не мог решиться с ней заговорить на какую-нибудь тему. Даже спросить про лекцию у Флитвика, прошедшую часом ранее у Слизерина и Гриффиндора.

Но все это никак не получалось логически связать. До тех пор, пока вместе с Гермионой возвращаясь из библиотеки после очередного неудачного поиска информации о Николасе Фламеле он не услышал противный голос Малфоя, презрительно обсуждающего свою однокурсницу под противные смешки своих подпевал.

Гарри старался все пропустить мимо ушей, но одно предложение колокольным звоном зазвучал в его голове:

Дафна Гринграсс — нема.

Его охватил ужас, когда мимо него пробежала светловолосая девочка в зеленом галстуке, старательно пряча дорожки слез, бегущие по щекам.

Не осознавая, что он делает, Гарри просто вбежал в толпу черных мантий с зеленой подкладкой и ударил Малфоя по высокомерно вздернутому носу.

4 Февраля. Больничное крыло. Ночь.

Проснулся он от резкого запаха спирта и увидел белый потолок Больничного крыла. Рядом стояли профессора МакГонагал, Снейп и директор. Декан Слизерина выглядел взбешенным и уже собирался закричать на него, как проффесора остановил Дамблдор.

— Гарри, мальчик мой, как ты себя чувствуешь? — участливо поинтересовался старик в алой мантии со звездами, не замечая побледневшие от сжатия кулаки Северуса.

— Голова звенит, — простонал он, прислушавшись к себе. Спустя пару секунд он вспомнил последние произошедшие события и со страхом уставился на директора — он только начал учиться магии и не хотел исключения из школы, но и не мог пройти мимо такого.

Если бы Малфой оскорбил его — он бы проигнорировал. Если бы он оскорбил его родителей — кинулся бы на него. Но вот просто так пройти мимо него, когда он так открыто оскорблял собственную однокурсницу, доведя ту до слез — нет. К тому же, она не выбирала быть ли ей немой, а он не выбирал участь сироты. Если бы у него был шанс, крошечный, но хоть какой-то — то он не задумываясь обменял бы всю свою раздутую славу на полноценную семью.

— Профессор, я… — не успел он начать объяснять, как Дамблдор снова остановил его, мягко положив руку поверх его собственной

— Все в порядке, Гарри, твоя подруга — мисс Грейнджер уже все рассказала мне. Можешь не волноваться, никто тебя исключать не будет, но отработку я тебе не могу не назначить. Драка посреди коридора с представителем другого факультета это тебе не Тролля оглушить, верно? — сверкнув очками половинками тихо посмеялся директор. — Мадам Помфри сказала, что уже завтра утром ты сможешь снова вернуться к учебе, но готов тебя уверить, что она хотела тебя тут задержать на намного большее время

Забавляясь реакцией мальчика, Дамблдор добро усмехнулся и продолжил:

— Завтра профессор МакГонагал тебя проведет в мой кабинет. У меня в последнее время все руки не доходят до уборки в кабинете. Ну как, поможешь старику?

— Профессор, я настаиваю! Этот мальчишка должен провести отработку со мной! Чистка котлов ему явно пойдет на пользу, к тому же… — шипя не хуже талисмана собственного факультета, Северус Снейп уставился на него прожигающим взглядом.

— Северус! — тихий окрик директора тут же заткнул зельевара. — Кажется мы уже во всем разобрались и я сам назначил отработку мистеру Поттеру или тебе не хватает студентов? Я думаю, что мистер Малфой, мистер Кребб и мистер Гойл прекрасно с этим справятся.

Гневно выдохнув, зельевар развернулся и стремительно вышел из Больничного крыла. Снова посмотрев на лежащего на кровати мальчика, директор сказал:

— Жду тебя завтра после ужина. Ах да, мне вчера так понравились магловские сладости! В особенности булочка «Челси» — изумительный вкус, советую попробовать!

Закончив беседу в своем любимом стиле, директор с мягкой улыбкой развернулся и вышел за дверь. Посмотрев на шокированного первокурсника, Минерва МакГонагал объяснила что это пароль от кабинета директора.

— Выздоравливайте, жду Вас завтра у выхода из Большого Зала. — декан алознаменных так же, как и ее коллеги, поспешила оставить его одного и вернуться к своим обязанностям. Вскоре из собственного кабинета вышла целительница, неся в руках поднос со склянками зелий.

5 Февраля. Кабинет директора Хогвартса. Конец ужина.

Гарри с удивлением оглядывал кабинет бывшего преподавателя трансфигурации, он был полностью завален пергаментами, учебниками и писчими принадлежностями. Некоторые валялись на полу у открытых свитков, словно Дамблдор писал на них лежа на полу. Тихо прыснув от пришедшей на ум картины, первокурсник с восхищением уставился на феникса — фамильяра директора. Алые перья время от времени вспыхивали багровым пламенем. Темные глаза бусинки с интересом рассматривали гостя.

— Ах, Гарри! Надеюсь я не заставил тебя долго ждать? — внезапно послышался голос директора из открывшейся боковой двери, откуда старик вышел с книгой в руках, делая пометки в летящем рядом пергаменте.

— Нет, профессор, я только подошел! — ответил Гарри, снова взглянув на огненную птицу.

— Вижу тебе понравился Фоукс? Ты ему тоже нравишься! Не бойся, подойди к нему. Думаю, он будет рад поглаживаниям. В последнее время у меня много дел и не всегда удается уделить ему время, не говоря уже о бардаке. А ведь через две недели у меня собрание деканов! — веселое настроение директора немного омрачилось, но тут же вернув себе прежний настрой, Дамблдор продолжил, — я немного ошибся в расчетах и часть материалов пока не нужны, а потому можешь начать вон с того уголка. Чистые свитки в этот ящик, а остальные на этот стол. Перья и чернила в ящик ниже. Книги собери в стопки, я потом их сам уберу. Если что заинтересует — можешь спрашивать! Побудешь в компании старика до восьми вечера в течение следующих десяти дней, хорошо? — дождавшись кивка, Дамблдор присел за стол, углубившись в чтение.

Осторожно погладив мягкие перья феникса, стараясь держать руку подальше от огненных всполохов, Гарри приступил к разбору горки свитков.

Работа была нетрудной и уже через пол часа он рассматривал книги, аккуратно собранные им в стопку у дальней стены.

— Можешь взять почитать, если тебя что-то заинтересовало, Гарри, — заметив взгляд мальчика, Альбус отложил на минуту перо и откинулся на спинку своего напоминающего трон, кресла.

— Профессор, …можно ли как-то помочь… — замялся Гарри, не зная как точнее выразить свои мысли.

— Мисс Гринграсс? — грустно и понимающе улыбнулся старец, опустив глаза на исписанный свиток с еще не высохшими чернилами. — Сейчас ты можешь предложить ей дружбу и поддержку. Не стоит давить на нее и проявлять жалость — так ты лишь оттолкнешь девочку и обидишь. К сожалению, нет еще такого целителя, который смог бы вылечить нарушения головного мозга и нет такого артефактора, который смог бы создать чудо, способное помочь ей.

Директор Хогвартса погрузился в свои мысли, вспоминая о погибшей сестре, также страдавшей от психических травм детства из-за чего сама и запечатала магию в себе, которая иногда вырывалась неконтролируемыми выбросами.

Гарри же прокручивал у себя в голове слова директора. Да, он мог бы подружится и помочь ей, но… это ведь не излечит ее травму.

6 Февраля. Библиотека. После уроков.

Устав от нотаций Гермионы, Гарри сославшись на поиск другой книги для написания эссе, отошел подальше. Слова Верховного чародея Визенгамота все никак не выходили из его головы. И как назло — сегодня не было ни одного совместного урока со Слизерином.

Гермиона точно не обрадуется, если он придет без книги, ведь поймет, что он ее обманул. Выдохнув он оглядел окружение и взгляд зацепился за одно из слов, никак не желающих покидать его сознание — Артефакты. Быстро достав книгу, он открыл первую страницу, оказавшуюся вводной .

«Артефакт — это предмет, сооружение или вещество, иногда даже местность, обладающая определенными магическими свойствами.

Возникновение этих свойств обусловлено, как правило, целенаправленными действиями магов, но иногда бывает побочным эффектом от творимого рядом сильного чародейства.

Сила артефактов может варьироваться в очень значительных пределах. От совсем слабых оберегов, изготовленных самоучками в рядовых мирах, которые способны защитить разве что от заклятий таких же самоучек, до сверхсильных артефактов, изготовленных опытными магами. Наиболее мощные артефакты порой способны противостоять заклятиям других магов или существ, способных к высшей магии.

Наиболее простые и слабые артефакты — это кусочки веществ, животных или растений, обладающих природной способностью накапливать магическую силу. Они позволяют магу использовать скопленную силу во время волшбы. Такие артефакты чаще всего используются в качестве ингредиентов в ритуальной магии. Как правило, они кладутся в узлах магических фигур, или используются при обрядах.

Более сложные артефакты — это изготовленные из тех же материалов предметы, магические свойства которых усилены либо путем придания им определенной формы. Эти два типа артефактов изготавливаются и применяются колдунами-самоучками и жрецами примитивных племен.

Профессиональные артефакты как правило изготовлены специально обученными магами, либо также путем придания первичному материалу определенной формы, либо путем соединения нескольких специально подготовленных материалов (например посохи, полученные путем соединения дерева и камня). На такие артефакты, как правило, наложены заклятия, или руны, усиливающие и закрепляющие их свойства.

Обычно создатель наделяет артефакт свойством, или рядом свойств, для выполнения определенной задачи или ряда сходных задач. Классификация артефактов по назначению совпадает с соответствующей классификацией заклятий, поскольку оно в основном и определяется ими. Артефакты могут быть боевыми, коммуникационными, исцеляющими, скрывающими и т.д. Большой класс артефактов предназначен для накопления, хранения, перенаправления магической энергии или фокусировки ее потоков. Особый подвид составляют негаторы магии.

От умения создателя зависит, будет ли действие артефакта простым или же обусловленным внешними факторами, либо управляемым…»

После введения шла глава, посвященная описанию требований к знаниям, силам и самому магу, нужные для овладения этим невероятно сложным разделом магии.

Основными требованиями к знаниям было изучение стандартных процедур выращивания, обработки, изменения, зачарования и придания новых свойств, а также умения вести правильные расчеты. Т.е. изучения магических растений и животных, обработка и зельеварение, трансфигурации, наложение чар, рунология и нумерология. Также отмечалось, что иногда для обработки требовались те или иные фазы Луны, планет или созвездий. А значит и астрономия не такой уж и скучный предмет, каким он ему изначально показался.

Далее целый параграф посвящался важности самостоятельного всего ранее перечисленного, т.к. на каждом этапе материалы насыщаются энергией самого артефактора и тогда чары и руны накладывать становилось в разы легче из-за того, что не происходило контакта двух и более видов энергий магов. Порой при смешениях маны уже на вторых этапах возникали взрывы таких масштабов, что приходилось всю лабораторию заново отстраивать, если еще останется в живых сам маг и решит продолжить заниматься этим делом.

Гриффиндорец так сильно погрузился в чтение и раздумья, что не обратил внимание на окрик подруги, уже несколько минут пытающейся дозваться его.

— Гарри, ты меня вообще слушаешь?! — неожиданно закричала гриффиндорка ему в ухо, на мгновение ошеломив и уж точно на ближайшее время оглушив.

— А?! — перевел взгляд на густоволосую подругу Гарри, пытаясь справиться со звоном в ухе.

— Я до тебя уже пару минут пытаюсь докричаться! Если тебе не хочется узнать, что я нашла о Николасе Фламеле, то так и скажи!

— Стой, ты сказала, что смогла что-то узнать о нем? — повернулся к ней Гарри.

— Да, и должна сказать, что не просто что-то, а очень даже что-то! Идем быстрее в гостиную, сразу же и Рону объясню. — На выходе из библиотеки, когда Гермиона записывала у мадам Пинс огромный талмуд, неведомо как удерживаемый ею в руках, Гарри вспомнил о своей книге, которую забыл положить обратно. Немного подумав, он решил взять ее с собой.

Облегченно выдохнув от исчезнувшего после выхода из библиотеки тяжелого буравящего спину взгляда «хранительницы храма знаний» Поттер вместе с подругой направились в гостиную.

6 Февраля. Кабинет директора Хогвартса. После ужина.

Все еще шокированный открытием подруги, Гарри постучался в дверь и, дождавшись разрешения, вошел внутрь.

— Добрый вечер, профессор!

— Добрый, Гарри. Проходи, присаживайся. Чаю? Лимонных долек? — Альбус Дамблдор сидел за столом и держал в руках открытое письмо. — Сегодня ничего не нужно убирать, в ближайшее время они мне понадобятся. Можешь взять книгу и почитать, если хочешь. Мы же не хотим, чтобы профессор Снейп нас в чем- то заподозрил, верно? — заговорщицки усмехнувшись, Дамблдор добро посмотрел на сына своих двух любимых студентов, взявшем от своих родителей все самое лучшее.

От испытываемой им чувства вины за разрушенное детство мальчика он хотел дать ему хоть сколько-нибудь счастливые студенческие годы. Перед зимними каникулами он решил посетить семейство Дурслей и пожалел, что не сделал это раньше. Кто бы мог знать, что Петуния перенесет ненависть и зависть к родной сестре ее же едва ли не чудом выжившему сыну.

— МакГонагал, — противно нашептывало подсознание, выводя воспоминания десятилетней давности, когда нынешний преподаватель трансфигурации убеждала его не отдавать ребенка маглам.

В один момент ему даже захотелось вернуться в прошлое и уговорить себя тогда еще мальчишку от изучения искусства Легилименции, но к счастью или к сожалению, маховики времени позволяли перенестись в прошлое самое большее на двенадцать часов и то, нельзя изменять глобальные события.

Отмахнувшись и вернув внимание первокурснику, Дамблдор заметил задумчивый взгляд мальчика и решил не давить на него — пусть соберется с мыслями.

— Профессор, — неуверенно начал Гарри, не отрывая глаз от страниц книги, — можете рассказать мне побольше о профессии артефактора? Где ему можно обучиться и что требуется знать?

Смотря на покрасневшее лицо мальчика, Альбус уверился в одном:

Гарри пошел в мать!

1 курс. Глава 1.

6 Февраля. Кабинет директора Хогвартса. Перед комендантским часом.

Да, чего Альбус не ожидал от Гарри, так это столь благородного порыва и желания помочь бедной девочке. Нет, это было все же ожидаемо, но Гарри выбрал самый трудный путь для достижения цели - мальчик решил изучить искусство магии, которую не просто так называют "черной дырой". Количество требуемых знаний, средств и терпения просто невообразимо.

И Дамблдор не мог остаться в стороне, видя возможность помочь мальчику. Тем более юный Поттер напоминал ему самого же себя в юности, но гораздо-гораздо лучшую версию. И старый директор хотел хоть чем-то помочь ему в начале пути.

Дать правильные указания посредством книг, ведь сам он никогда углубленно не изучал артефакторику, только поцарапал верхушку айсберга, когда искал истории про силы тех или иных легендарных артефактов.

Поднявшись из-за стола, Альбус двинулся на второй этаж кабинета, где находились его покои. Зайдя в комнату, Дамблдор оглядел пару книжных шкафов в поисках искомой книги.

Как он и говорил раньше юному Гарри перед началом второго семестра - ему присылают слишком много книг, а так хотелось бы получить пару шерстяных носков!

Тепла камина в зимние вечера порой не хватает, чтобы согреть старые кости, но не убедившись в окончательной смерти своего талантливого, но жестокого ученика он не мог уйти на покой. Знание того, что он мог изменить все будущее магического мира Британии к лучшему, стоило только ему взять мальчика хотя бы к себе на время каникул, и все бы было совсем по другому.

Гарри не пришлось бы расти без родителей, Невилл бы мог обнять своих мать и отца, получая ответную ласку, а не пустой взгляд. Фабиан и Гидеон Пруэтты могли бы вместе с близнецами Фредом и Джорджем устроить не один веселый розыгрыш над родными или друзьями.

Неподъемная тяжесть гранита ответственности не давало ему покоя и тянуло назад, но Альбус продолжал упорно идти вперед, пока не уверится, что исправил свои деяния, а потом... потом он будет готов встретить праведный гнев Лили, ярость Джеймса, укор доверившихся ему друзей, обвинения сестры и ненависть лучшего друга, а до тех пор - идти вперед, помогая живым.

Тряхнув седой от прожитых лет и пройденных испытаний бородой, Дамблдор наконец нашел искомое - книгу, подаренная ему старым другом - Флимонтом Поттером, на пять лет младше его самого, но постоянно интересовавшийся магией и расспрашивавший в первую очередь его самого, тогда ещё студента.

Дед Гарри сам начинал постижение искусства зельеварения - одного из составляющих артефакторики - с изучения этой книги, впоследствии сколотив еще большее состояние своим потомкам, изобретя зелье "Простоблеск".

Книга все равно оставалась собственностью рода Поттер и Альбус не открывал его, опасаясь узнать тайну семьи, которую глубоко уважал. Он желал вернуть его еще Джеймсу, но опасался, что его школьные шутки перейдут на совершенно новый уровень и решил подождать немного времени, но после все так стремительно закрутилось, что внезапно пришлось явиться на похороны любимых учеников.

- Думаю, ты не был бы против, Флимонт. Ведь ты сам подарил ее мне, а я подарю его твоему внуку и будь уверен, он переплюнет нас обоих вместе взятых, друг мой.

11 Февраля. Кабинет директора Хогвартса. Перед комендантским часом.

Альбус сидел за своим столом и, время от времени отрывая взгляд от письма, смотрел на сосредоточенно читающего мальчика. Действительно, сын Лили! Когда часы пробили пол девятого, Гарри вздрогнул, будто от удара и закрыв книгу, положил ее на книжную полку.

- Мальчик мой, сегодня был последний день отработки. Если тебе понадобиться помощь или совет, то двери моего кабинета для всегда открыты, - обратился к ожидавшему его разрешения уйти студенту.

- Но ведь ещё не прошло десяти дней? - с недоумением спросил мальчик.

- Да, но я уже не знаю, какое задание тебе дать. Не беспокойся, все вопросы я возьму на себя.

- Спасибо профессор, - благодарно кивнул Гарри, - в таком случае, можно мне идти? Сегодня ведь дежурство профессора Снейпа...

Дамблдор со смешинками в глазах наблюдал за передернувшим плечами учеником.

- В таком случае, - взяв в руки перо и обмакнув в чернила, Альбус написал коротенькую записку, поясняющую причину задержки Гарри и поставил свою подпись. - Возьми это, на всякий случай.

- Спасибо, директор! - радостно ухватился за лист пергамента гриффиндорец, но неожиданно его за руку крепко схватил старый учитель. От страха он начал заикаться. - П-профессор?

- Гарри, у Северуса есть свои причины так относиться к твоему отцу, но я ничего не могу поделать с тем, что он переносит свою злость на тебя, сына его школьного врага. Но обещай мне, что бы ни случилось, не забрасывай предмет зельеварения - он тебе может жизнь спасти в непредвиденной ситуации. Не обращай внимание на колкости профессора Снейпа, даже если у тебя не вышло - это не повод расстраиваться, ведь теперь у тебя есть то, чего не было до неудачи - опыт. Попробуй приготовить зелье заново в заброшенном классе, но предупреди хоть кого-нибудь об эксперименте. Например, своих друзей и не забывай про меры предосторожности.

- Хорошо, директор. - Поняв, что он дает ему только совет и не собирается причинять вред, Гарри внимательно слушал старика, у которого опыта явно побольше его будет.

Дамблдор прав, зельеварение - одно из составляющих артефакторики и может иметь ключевую роль для помощи Дафне Гринграсс.

- Спасибо, Гарри. - Альбус открыл верхний ящик стола и вытащил оттуда небольшую коробку, завернутую в непрозрачную материю, и вложил его в руки мальчика и провел к двери. - И вот еще, возьми это, оно по праву твое. Твой дед, Флимонт Поттер, с помощью нее придумал зелье "Простоблеск", которое приумножило состояние твоей семьи. Думаю, ты найдешь для себя много интересного в нем. И там же небольшой подарок от меня, за помощь в наведении порядка в хаосе моего кабинета. Доброй ночи! - Не прекращая говорить и пропуская мимо ушей отказ мальчика от такого дорогого подарка. Он видел, что юный Поттер хотел взять ее и узнать поподробнее о своей семье, но воспитание противилось, а потому Альбус сам, "не замечая" внутренней борьбы мальчика, провел его к двери.

- Доброй ночи, - все еще не выйдя из внутренних споров с самим собой, Поттер сам не заметил, как за его спиной на место встала статуя гаргульи, закрыв вход на башню директора.

13 февраля. Библиотека. После уроков.

Гарри завороженно смотрел на маленькую резную шкатулку, внутри которой была книга "Введение в искусство зельеварения, 1876 г." Автор книги не был указан, но на форзаце мелким, убористым почерком указан владелец - Флимонт Поттер. Поля страницы исписаны множеством заметок, глядя на которые, ему становилось стыдно за собственные кривые-косые буквы и миллионы помарок с пятнами от лишних пролитых чернил.

-Надо поработать над этим, - подумал про себя Гарри, отвлекаясь от страниц книги и посмотрев на дно шкатулки. - Профессор говорил, что положил туда еще что-то.

И правда, под книгой находился небольшой контейнер, внутри которой оказалось множество малых отсеков с ингридиентами. Часть из них была рассчитана на трех студентов первого курса, некоторые использовались уже вторым курсом, если он правильно расслышал от Кэти Белл.

Дамблдор не просто так сказал, чтобы он пытался сварить не получившиеся зелья заново. Вот только...

Гермиона занята составлением расписания подготовки к летним годовым экзаменам и отвлекать ее себе дороже, а Рон вместе с Дином Томасом пошли в сторону подземелий в поисках кухни Хогвартса, по слухам находящийся недалеко от гостиной факультета Пуффендуй и искать их там бесполезно - проще наткнуться на слизеринца.

-Кстати о слизерницах! - в голову неожиданно пришла идея, от которой любой представитель факультета Львов пришел бы в благоверный ужас.

Убрав контейнер и книгу обратно в шкатулку и взяв свою сумку, Гарри пошел в дальний угол библиотеки, где обычно в одиночестве сидела Дафна Гринграсс. И правда, она оказалась здесь.

За последнюю неделю он с ней почти не виделся, только замечал во время приема пищи и переклички на занятиях - он не мог постоянно отвлекаться ведь, в книге уже предупреждалось что просто так стать артефактором невозможно, требовались просто титанические усилия. Он пару раз присаживался около нее в библиотеке и старался вести себя так же как и до того, как узнал о ее немоте. И девочка, кажется, немного расслабилась, ведь стала поменьше отводить взгляд от него, когда он просил у нее ту или иную книгу.

- Привет, можно тебя попросить кое о чем? - спросил он, стоило только подойти поближе к ее столику. Слизеринка отложила на стол книгу по чарам. Если судить по движениям палочки, то она повторяла "Вингардиум Левиоссу".

Внимательный несколько настороженный взгляд голубых глаз наклоненная набок голова, словно говорили:

- "Что тебе нужно?"

Такое "общение" было немного странным, но учитывая обстоятельства, то это чудо, что она смогла научиться общаться мимикой и движениями.

- Ммм, н-не могла бы ты, - сглотнув неожиданно возникший в горле ком, Гарри смог выдавить из себя просьбу. - Не могла бы ты помочь мне и проследить за тем, чтобы я не совершил ошибку, когда буду готовить пройденное сегодня зелье? Я хотел попробовать заново в одном из неиспользуемых классах, запас ингредиентов у меня есть.

Не смотря на охватившее ее волнение, Дафна смогла сохранить внешнее спокойствие и сильнее наклонила голову, внимательно следя за реакцией своего... знакомого.

- Ну-у, - потупившись и подавив желание еще сильнее взлохматить волосы, помня о их вечном состоянии хаоса, Гарри продолжил. - Ты же знаешь, как ко мне относиться профессор Снейп. Профессор МакГонагал, как и другие деканы, постоянно занята, а директор сейчас не в школе. Рон с Гермионой заняты своими делами и я не хотел их лишний раз отвлекать, они ведь и так каждый день со мной - не хочу забирать у них еще больше времени. Ну и среди моих знакомых ты - лучше всех знаешь зелья и чары. И-ии, я могу тебе довериться!

По конец речи Поттер снова начал заикаться и, отведя глаза на ближайшу книжную полку, притих.

Да, это было немного странно, доверять ученику дома Слизерин, но он верил своим чувствам. Он всем сердцем желал верить в лучшее.

Тишина затягивалась.

Гринграсс не знала как ей поступить.

С одной стороны хотелось согласится - Поттер не издевался над ней, как тот же Малфой, даже узнав о ее недуге и, к тому же, разбил ему высокомерно поднятый нос за оскорбление однокурсницы с другого, вражеского факультета. Может он воспользовался этим как поводом, но даже так - мальчик относился к ней так же, как и раньше.

С другой стороны, как она поможет ему? Предупредить перед ошибкой - не может. Остановить - может возникнуть опасная ситуация и, как следствие, травма их обоих.

Но зная отношение ее декана к нему и постоянную занятость других, а тем более МакГонагал, то не удивительно, что он подошёл к ней, ведь даже его друзья заняты. А потому, хоть и с малым желанием, но она согласилась.

- Спасибо! - воскликнул Гарри и пристыженно втянул голову, услышав окрик мадам Пинс со стороны выхода. - Тогда завтра я буду ждать тебя у второй комнаты справа первого этажа в восточном, неиспользуемом крыле после ужина.

Гарри с непониманием посмотрел на девочку, старательно отводящую взгляд и с ещё большим удивлением заметил покрасневшие кончики ушей, но не стал больше прерывать ее и вышел из библиотеки.

14 февраля. Башня Гриффиндора. Утро.

Гарри с непониманием смотрел на о чем-то шепщущихся девушек и парней, кидающих друг на друга обреченные взгляды.

Он явно что-то упускал из виду.

Рона с Гермионой не было уже с утра, вероятно они уже пошли на завтрак.

В общей гостиной, среди его знакомых присутствовали только близнецы Уизли и Кэти Белл. Если первые возбуждённо обсуждали какую-то новую шутку, то вторая хихикнула со своими подружками, а потому он пошел к близнецам.

- О, Гарри... - начал Фред... или это был Джордж?

- ...чем можем... - продолжил второй близнец.

- ...помочь? - закончил первый.

От их стиля общения с другими у него, да и не только, начинала кружиться голова.

- Привет, вы не знаете, чего это девушки смеются?

Близнецы переглянулись удивленно-веселыми взглядами и уставились на друга их младшего брата.

- Я что-то упускаю, да? - задал он риторический вопрос, ибо уже и самому стало очевидно - он не видел того, что происходит у него под носом. И близнецы этим явно забавлялись.

- Гарри, а какой, по твоему...

- ...сегодня день?

Переглядывания и хитрые взгляды уже начинали действовать ему на нервы, но Гарри решил ответить на вопрос, заранее ожидая подвоха:

- Четырнадцатое февраля.

- А что празднуется...

...в этот день...

- ...друг наш?

- День Святого Валентина. - и тут все встало на свои места. И покрасневшие кончик ушей смущенной Дафны Гринграсс, и смешки девушек, и переглядывания парней и веселье близнецов Уизли. А ещё он только сейчас осознал, что фактически пригласил Гринграсс на свидание.

Не выдержав Джордж и Фред Уизли громко засмеялись, забавляясь сменой эмоция на лице первокурсника. Все присутствующие с любопытством смотрели на них, но не спешили подходить, опасаясь нарваться на очередную шутку рыжих.

Гарри, не обращая внимание на смех, судорожно пытался придумать, что же ему подарить девочке. Нет, он не влюбился в нее, просто будет несколько невежливо прийти на встречу без подарка. Тем более, когда он сам ее назначил. И тут ему в голову пришла идея. Простая, но по своему "гениальная".

- Фред, Джордж, вы можете помочь? - Уизли уже успокоились, но улыбки ещё не собирались сходить с из лица.

- Братец, Фордж, думаю нам стоит отблагодарить нашего маленького друга за хорошее настроение с утра пораньше!

- Согласен, братец Дред, и я думаю у нас как раз есть хорошая идея!

Близнецы встали с кресел и двинулись к выходу из гостиной, как их достиг окрик Гарри:

- Только без шуток, пожалуйста!

14 февраля. Башня Гриффиндора. Перед ужином.

Гарри с волнением смотрел на проем, закрываемый портретом Толстой Дамы, ожидая возвращения шутников. В гостиной почти никого не было, только пара второкурсников сидели за партией в игру в "плюй камни".

Рядом с креслом, за которым сидел первокурсник, стояла сумка, где уже были заранее подготовленные им книги по зельеварению, котел с магической спиртовкой, инструменты для разделки и помешивании, ингредиенты и защитная одежда.

Уже через пол часа ему нужно быть в комнате и приготовить место для занятия, а ведь путь туда займет ещё минут двадцать.

Весь нервный от волнения он резко повернулся в сторону открывшегося прохода, услышав отчётливый хруст позвонков и короткую вспышку боли. Нетерпеливо встав и подхватив сумку, Гарри сам не заметил, как оказался около близнецов.

- Спокойнее, Гарри, не волнуйся,...

- ...твоя дама сердца будет довольна! - лисья ухмылка отзеркалилась от первого, украсив лицо второго Уизли. Опустив руку в карман сумки, третьекурсник достал небольшую коробку белого шоколада.

- Спасибо, ребята, - не глядя опустив руку в карман и вытащив пару золотых монет, он передал их Фреду... или все же Джорджу? Не суть, Уизли. Приняв коробку, он быстро попрощался и обогнул близнецов, направляясь на выход.

- Рады были помочь!

- У нас скидки постоянным клиентам, обращайся!

1 курс. Глава 3.

14 февраля. Неиспользуемое крыло. Перед ужином.

Расставив подальше от дальнего угла комнаты парты и стулья и наполнив котел водой невербальным заклинанием "Aguamenti", Гарри поспешил вытереть выступивший на лбу трудовой пот.

По крайней мере, он сам пытался себя в этом убедить и отрицать мысли о том, что руки также вспотели от работы, а не от нервов.

Глубоко вздохнув и отвесив себе неслабую пощечину, чтобы быстрее прийти в себя, Гарри взял в руки книгу «Магические отвары и зелья» Жига Мышъякоффа, повторяя этапы приготовления зелья и подготовки ингредиентов.

Ожидание начинало поедать его изнутри, посадив семена сомнений.

Сейчас идея пригласить сюда Гринграсс не казалась такой уж и хорошей, но внутренне крепясь, Поттер решил, что если уж пригласил, то будет ждать и смело продержится до конца встречи, как представитель собственного факультета благородных львов! Вот только сомнения лишь крепли:

- "А может Шляпа была права, и я змей?..."

Так, снедаемый внутренними сомнениями, Поттер ждал прибытия... знакомой.

14 февраля. Коридоры второго этажа. После ужина.

Дафна Гринграсс пыталась отсрочить встречу, делая мелкие шаги по каменному полу широкого коридора. Звон каждого шага эхом разносился вокруг, теряясь вдали темного коридора - света от свечей явно не хватало.

Девочка уже который раз прокручивала в голове тот "разговор", пытаясь понять, что же заставило ее согласится. Да еще и Поттер нашел день, когда попросить о помощи - день всех влюбленных...

- "НЕТ!" - яростно покачала она головой, отгоняя мысли.

Даже на первый взгляд было заметно, что он даже не понял подтекстов, которые невольно сам же и вложил. Похоже, что Поттер даже забыл, что празднуют маглы в этот день. От них же эта традиция передалась и магическому миру.

И все же, не получится идти в комнату целых шесть часов, а то и больше - профессора не позволят гулять после отбоя по коридорам. Ей не хотелось слушать гневные тирады зельевара.

Даже не смотря на нежелание, воспитание не позволяло прийти с опозданием, тем более - быстрее начнут, быстрее закончат!

14 февраля. Неиспользуемое крыло. После ужина

Гарри с волнением посмотрел на старые часы Дадли, секундная стрелка которой была сломана пополам, а ремешок с бляхой потеряна еще в первый день, когда Дурсль его надел. Насколько понял Гарри, часы просто упали в щель между ступенек чулана - Дадли часто бросал свои игрушки где попало, если его что-то заинтересовало.

Один лишь корпус и остался относительно целым, если не брать в расчет пару царапин, то его можно назвать и целым. Так они и завалялись у него в чемодане, пока он не наткнулся на них в поисках перьев.

Вот уж чего он не понимал в среде магов, так это использования перьев, пергамента и чернил. Не проще ли пользоваться шариковыми или перьевыми ручками и тетрадями? Вот он и попросил Хагрида, когда узнал, что он по выходным выбирается в Косую Аллею.

На Рождество полувеликан презентовал ему альбом с фотографиями его родителей - Джеймса и Лилиан Поттер. Гриффиндорец, не найдя слов, просто обнял своего добродушного первого друга. И старался разузнать, что он добавляет в свои каменные кексы, ибо даже если лесничий их доставал прямо из печи, кулинарные шедевры уже имели каменную структуру.

Все свои мысли он начал записывать в общую тетрадь. От простых заметок по домашним заданиям, до книг, советуемых профессорами "для общего ознакомления". Что странно, с начала отработки некоторые преподаватели начали давать ему "советы".

Гарри не стал придавать этому особого внимания, тем более, что он смог почерпнуть несколько идей оттуда.

Бросив еще один взгляд на часы и отметив приближающееся время встречи, Поттер начал нервно постукивать ботинком по каменной поверхности пола. Сломанная стрелка остановилась на двенадцати, а часовая совершила последний шаг, гордо указывая на семь часов вечера.

Выйдя в коридор и оглянувшись по сторонам, он заметил появившуюся из-за угла девочку.

- Привет, - поздоровался он, не зная как ещё начать беседу. Отойдя в сторону и придержав дверь перед ней, Гарри проследовал в класс.

Гринграсс оглядела комнату, приметив у дальней, очищенной от хлама, стены стол с котлом и ингредиентами.

- Эм, вот, это тебе! - сгорая от стыда и не зная куда деть взгляд, Гарри протянул коробочку белого шоколада.

Дафна снова не знала что делать. С одной стороны, это же белый шоколад! Ее любимый сорт! А с другой, вдруг в него что-то добавлено? Яд? Амортенция?

Если второе, то он мог разрушить ее семью через нее же или склонить на сторону Дамблдора. Вбитые ещё в детстве уроки кричали отказаться от подарка. Но...

Откуда он мог узнать про ее страсть к белому шоколаду? Девочка сама не говорила - просто физически не могла. Друзей, как бы от этого горько не было, тоже нет. Да и про ее особые отношения с этой сладостью знала лишь младшая сестра. А она не могла написать гриффиндорцу, ведь про... "знакомство" Гринграсс никому не сообщала, предпочтя скрыть это. Все же факультеты накладывает свои отпечатки на всех студентов. Каждый свой, но оставляет.

Гарри уже собирался выбежать из класса и, сев на экспресс, уехать в Литтл-Уингинг. Пусть его там не любят, но зато никто не увидит его позор.

- "Шляпа была права!" - окончательно убедившись сказал Поттер самому себе, отворачивая голову в сторону.

Почувствовав, что коробочку сладостей все же приняли, Гарри испытал облегчение и, не глядя на слизеринку, направился к столу, принявшись аккуратно поворачивать винт, усиляя пламя под котлом, доводя воду до кипения.

- "Надеюсь, все пройдет нормально..."

Взяв один из разделочных ножей и собираясь начать подготавливать первый из ингредиентов, Гарри почувствовал прикосновение к руке. Повернувшись, он увидел, как Гринграсс мягко покачивала головой из стороны в сторону. Отобрав инструмент, девочка вложила ему в руку другой, лезвие которого было потоньше.

- "А ведь это только начало..." - отчаянно подавляя стон разочарования в самом себе, Гарри приступил к разделке, пытаясь не смотреть на Дафну.

Щеки пылали одним из цветов знамен родного факультета.

27 марта. Спальня мальчиков 1 курса. После уроков.

Рон поднимался по лестнице в спальни, но стоило открыть дверь, как увидел друга среди множества книг. Мальчик подумал, что близнецы добавили ему в тыквенный сок зелье галюцинаций. Теория разрушилась, как только, подобно ему, в дверях застыл Невилл. А может подлили не только ему? Но ведь не бывает коллективных галлюцинаций, верно?

Надежда о книгах про квиддич были задавлены, когда Поттер перелистнул страницу и показалась схема движения палочкой.

Третьей мыслью стал вариант, в котором Гермиона каким то образом приняла внешность его друга и залезла со своими книгами на его кровать. Но... короткий взгляд на размер книг и снова отказ от теории, но их количество оставляли крохи надежды...

- Невилл, ты не видел, как Гермиона кусала Гарри? Это заразно? - спросил Дин, поглядывающий на товарища по комнате через плечи однокурсников. Возмущенный крик густоволосой девушки снизу был проигнорирован.

- Нет, - протянул Лонгботтом, - может он делает домашнее задание? Преподаватели к нему в последнее время очень требовательны.

Верно, Рон сам видел и слышал, как МакГонагал распекала его друга за недостаточную обоснованность эссе, выговаривая длинные названия книг и еще более не запоминающимися именами их авторов.

- Тогда давайте не мешать ему, - предложил Симус, неведомо когда оказавшийся позади тройки гриффиндорцев. - Ему еще сегодня от Снейпа досталось.

Согласившись кивком, Рон взял из тумбочки волшебные шахматы и спустился вниз, рассматривая просто отдыхающих студентов, с кем можно было бы сыграть.

Разговор прошел мимо погрузившегося в книгу Поттера. Отвлекшись на звук прикрываемой двери, Гарри оглянулся и окинул взглядом комнату, но никого не увидев, вернулся к открытым страницам.

Прошло уже чуть больше месяца с той памятной встречи, а Гарри так и не смог преодолеть своего стыда за те ошибки, совершенные во время варки зелья, а ведь они были банальны. Не желая испытывать те чувства снова, гриффиндорец целую неделю досаждал мадам Пинс, выпрашивая книги сверх разрешенного лимита.

На его счастье, проходивший мимо профессор Флитвик помог не только убедить библиотекаршу, но и закрыл его своей крошечной спиной от нависшей коршуном женщины, прожигающей его взглядом. Видно, не просто так старшекурсники порой говорят о ней нелицеприятными словами. Тем более у них экзамены и легче самим сдавать экзамен, готовясь по лекциям прошлых курсов, чем получить у нее хоть одну книгу.

Когда Гарри впервые открыл "Введение в искусство зельеварения" Оливера Ферста, чуть не погрузился в чтение книги с головой, забыв про сон. Каково же было его удивление, когда в когда в последней главе указывалось, что это лишь первый том из шести. И в каждом описаны лишь базовые знания, требуемые для начала обучения.

Уже больше месяца он не мог взглянуть на Гринграсс без смущения. Гарри не хотел чтобы она думала, будто он избегает ее, а потому продолжал приходить в библиотеку. Слизеринка сидела все там же, в конце зала между книжных полок, за самым дальним столом, обложившись книгами и свитками конспектов.

Их односторонняя "беседа" со стороны казалась странной, но не для них. Гарри специально подстраивался под девочку и задавал вопросы так, чтобы ответ на них был положительным или отрицательным. Иногда, правда, приходилось уточнять, если собеседница не совсем понимала суть вопроса.

Дафна была рада, не смотря на свою сдержанность и настороженность. Иметь хоть одного... собеседника, с которым можно "поговорить" и кого можно послушать, пусть даже на тему школьных предметов и прописных истин магического мира, известных любому магу, но не Гарри... было приятно. Очень.

Гриффиндорцу не нравилось чувствовать себя глупым, особенно когда некоторые мелочи жизни обычных магов для него становились целым открытием, а иногда... казались сущим бредом. Нельзя словами передать его шок, когда Гринграсс советовала ему книги, в которых объяснялись значения и важность тех или иных действий в среде магов. Так подарок в виде дорого защитного артефакта можно было расшифровать как:

- "Я буду добиваться тебя!".

Или:

- "Твоя жизнь для меня важнее своей".

А небрежный взмах палочкой или указывание ей же в сторону мага могли расценить как пренебрежение и вызов на дуэль. Порой, даже со смертельным исходом.

Самым большим открытием для него стало знание, что его отец был из такого же аристократического рода, как сама Гринграсс или Малфой. Собственное сравнение с последним ему не нравилось, из-за чего он старался об этом не задумываться.

Потому сейчас он и сидел с кучей книг, начиная от трансфигурации, заканчивая правилами этикета. От такого количества информации его голова была готова взорваться. Но... упрямство львов, начинающее зарождаться в его душе, и природное любопытство, долгие годы задавливаемое тетей и дядей, не давали ему на полпути бросить скучные, но имеющие вес знания. А потому, Гарри с удвоенным рвением погрузился в книги, делая пометки в своем журнале-ежедневнике.

Как бы он не желал в этом признаваться, но опыт готовки у тети дало немного больше понимаю процесса зельеварения. Например, если рвать листья какого-либо растения, а не резать их, то они сохранят больше сока. Так капля за каплей он и постигал и даже улучшал свои навыки в искусстве изготовления зелий.

Углубляя знания по гербологии, ему в голову пришла идея.

- "А почему бы не учитывать происходящие процессы на уровне химических реакций? А для лучшего понимания стоило изучить и биологию с физикой."

Поттер не хотел писать Дурслям, ведь знал, что те на него даже пенсу не потратят. Когда он уже хотел обратится за помощью к профессору МакГонагал, то вспомнил, как сегодня Гермиона получила от родителей какую-то книгу. Вскочив с кровати, Гарри подхватил кошелек, где, к счастью, нашел несколько десятков фунтов, оставшихся еще с лета, когда он поменял горсть галеонов на фунты-стерлинги.

Не откладывая дело в долгий ящик, гриффиндорец выскочил в общую гостиную.

24 июня. Подземелья под люком на третьем этаже закрытого крыла. Перед ужином.

Гарри оглянулся на лижущий потолок дверного проема стену огня. Назад уже не пройти, ведь в флаконе была доза лишь на два глотка и половина уже была использована. Снейп уже в комнате и ищет философский камень, если еще не нашел.

Он слишком сильно задержался, ведь снова пришлось сражаться с троллем. Даже не смотря на его потерянный вид, этот оказался выше того, которого они встречали в Хэллоуин. События все еще были яркими и Гермиона просто застыла на месте, а тварь двинулась вперед.

Рон, отталкивая подругу неудачно упал, подвернув лодыжку и приложившись об каменную стену. В этот раз уже девочке пришлось вытаскивать рыжеволосого из комнаты. Гарри старался отвлечь внимание существа на себя и увести его подальше.

Старый прием с выхватыванием дубинки тролля и удара им по затылку вновь оказался действенным и с жутким грохотом тот упал на каменный пол, подняв немного пыли.

- Гермиона, уходите отсюда и предупредите профессорв, что я пошел дальше!

- Но Гарри, ты один не спра... - не дав той договорить, Гарри развернулся и пошел к противоположной двери.

- Нельзя ему позволить завладеть философским камнем! Отведи Рона к мадам Помфри! И сообщи профессорам!

Непозволительно много времени он потратил на магические шахматы, но периодические игры с шестым из братьев Уизли не оказались зря потраченным временем, как он порой задумывался.

В комнате с зельями и загадкой, явно приготовленной деканом факультета Слизерин ему удалось достаточно быстро найти решение, но... зелье рассчитана явно на проход в обе стороны на одного человека. Вот только... профессор Снейп не мог допустить такой банальной ошибки. Либо у него есть с собой запас этого же зелья, либо... либо там не учитель зелий...

И Гарри даже не знал, какой из вариантов хуже. Он понимал, что не сможет ничего противопоставить взрослому магу, но не мог отступить теперь, когда зашел так далеко. Накинув мантию-невидимку на плечи, Поттер осторожно пошел вперед, крепко сжимая в руке палочку.

Гарри не знал, как он сдержал свой крик ужаса, когда увидел профессора защиты от темных искусств - Квиринуса Квиррела. Но его напугал не сам преподаватель, так как он привык к его пугливому характеру. Тот спокойно общался с торчащим из его затылка отвратительным лицом. В ужас вводили его змееподобный щелевидный нос и багровые глаза, тоже напоминающие как таковые у змеи.

Из ступора его вывели слова обращения к лицу, ранее скрываемому за фиолетовым тюрбаном:

- Лорд Волан де Морт, я не могу вытащить камень! И мне больно!

По телу мужчины расползались темные трещины, с каждой секундой они оплетали все больше и больше поверхности тела.

Вытянув из-под мантии кончик палочки, Гарри держал его направив в спину Квиррела, прячась от взгляда алых глаз за одной из колонн. Учитель защиты от темных искусств начал стонать от боли, когда трещины достигли лица. Долгие пять минут он пытался что-то извлечь из зеркала, но постоянно прерывался и взвывал от боли и подкашиваясь падал на колени, пока в один миг просто не рассыпался прахом, откуда с яростным ревом вылетел темный дым, устремившись в потолок.

Гарри с тихим выдохом сполз по каменной колонне вниз, радуясь, что Рона нет рядом - он бы не понял такого поступка.

- "Змей в шкуре льва, да?" - усмехнулся мальчик, выплескивая в смехе весь накопившийся стресс за время, что он провел в одной комнате с убийцей собственных родителей. Спустись он сюда без мантии или раскройся врагу и ушел бы вслед за родителями. Он даже не сомневался, что не смог бы наложить на него "Petrificus Totalus", как ранее Гермиона этим вечером Невиллу. Все же иметь глаза на затылке - удобно!

Все еще отходя от напряженных минут ожидания и наблюдения за происходящим в десятке метров от себя, Гарри с трудом поднялся и на негнущихся ногах подошел к кучке черного праха. Заметив движение в зеркале Еиналеж, Гарри резко поднял голову, всматриваясь в поверхность зеркала и вскидывая палочку. Но никого постороннего не было. Если за такового не считать себя, в расслабленной позе улыбающегося самому же себе. Засунув руку в карман брюк, Гарри-из-зеркала продемонстрировал ему темно-красный камень и снова засунул его в карман.

Притронувшись к потяжелевшему карману брюк, Поттер с трепетом вытащил философский камень, удивленно смотря на самого себя в зеркале, стоящего рядом с родителями. Рядом с мальчиком виднелась размытая тень его же роста.

1 курс. Глава 4.

24 июня. Кабинет директора. До комендантского часа.

Альбус Дамблдор вывалился из изумрудного огня камина и, не заботясь о прилипшем к полам алой мантии со звездами пепла, бросился прочь из кабинета, в мгновение ока проскочив лестницу и горгулью.

Не стоило ему сегодня отлучаться из школы по делам в министерство, куда его уже какую неделю зовет Корнелиус Фадж. И как раз посреди встречи он почувствовал, как люк в запретном коридоре был открыт. Приспешник Воландеморта начал действовать.

Подорваться с места его заставило другое - он верил, что тот не сможет изъять камень из зеркала, как бы не старался. Не прошло и пяти минут, как это повторилось. На этот раз вошли трое студентов. И зная от Хагрида, что он проболтался при Гарри, то вопрос "Кто?" снимался сразу.

Сердце сковал холод, заставив болезненно сжаться. Подорвавшись с кресла и, ничего не объясняя бывшему ученику, Альбус выскочил из кабинета и бросился к лифтам. Он терял непозволительно много времени! Старик многим обязан юному Поттеру

Вначале он сам лишил его детства, когда не поддался на уговоры Минервы, отдав мальчика магглам, а потом решив дать ему требуемые книги и ингредиенты для начала становления артефактором.

Да, это было желанием мальчика, но... Дамблдор хотел, чтобы гриффиндорец больше времени проводил с друзьями, играл в квиддич, от которого он постепенно начинал отказываться. Гарри признавался ему, что его больше тянет именно летать на метле и чувствовать потоки ветра на высоте, а не ловить неуловимый золотой снитч.

Во втором семестре у него резко подскочила успеваемость, многие преподаватели не могли на него нахвалиться и советовали книги по более углубленному обучению предмету, под видом критики к конспектам, которые были выше всяческих похвал. Даже Северус неохотно признавал, что тот пошел больше в Лили, чем в Джеймса.

Отворяются двери и стремительным шагом войдя в вычурную, позолоченную кабинку, Альбус нажал на кнопку, желая быстрее оказаться в Атриуме. Беспокойство за ученика перебивалось яростью к последователю бывшего, такого же многообещающего ученика.

Как же похожи их жизни, но... Гарри решил развиваться ради помощи своему другу из "вражеского" факультета, тогда как Том искал силу и знания ради себя. Два столь одинаковых начала пути и диаметрально противоположные решения на развилке.

Столь ожидаемый щелчок отворяемых дверей и быстрой походкой, почти срываясь на бег, директор школы магов исчезает во вспышках изумрудного огня.

Коридоры пролетали так стремительно, что и не скажешь о его почтенном возрасте. И вот поворот к закрытому крылу, куда также шагала обеспокоенная Минерва.

- Альбус!

- Я знаю! Что с детьми?

Несколькими минутами ранее он почувствовал, как люк открылся в третий раз за день, но оттуда вышли двое студентов.

- Мистер Уизли подвернул ногу и получил легкое сотрясение. Сейчас он без сознания, а мисс Грейнджер отделалась испугом. Нужно спешить, мистер Поттер там один!

Взмах палочки и каменная дверца открывает свой зев к скрытой части подземелья, куда он и прыгнул, подхватив себя в конце чарами левитации. Следующая комната оказалась открыта и они быстро вошли в нее, пробежав мимо оглушенного тролля.

Позади остался загнанный в угол доски под угрозой белых королевы, слона и коня черный король, опустивший свой меч. И вот, стоило только им оказаться в предпоследней комнате, как вход и выход перекрыли стены огней разных цветов. Достав из кармана запасную бутылочку с зельем сопротивления огню, два взрослых мага смело шагнули в объятия золотых языков.

Два пролета и директор с заместителем входят в небольшую комнату с палочками наготове, окидывая помещение в поисках Квирелла, кем и оказался последователь Реддла.

Их ждали темная мантия на кучке пепла, Еиналеж и не замечающий их Гарри, привалившийся к ножке зеркала, выполненного в виде золотой драконьей лапы. В руках гриффиндорец держал крупный, не огранённый рубин - философский камень

25 июня. Больничное крыло. Полночь.

Гарри сидел, привалившись к изголовью кровати. Послышались отдаленные звуки двенадцати ударов, ознаменовавших наступление следующего дня.

В голове все еще крутились слова директора, сказанные мальчику после его рассказа обо всем случившемся в скрытой подземной комнате:

- Отсупление - это не трусость. Ты лишь показал, что умеешь думать в тяжелой ситуации, в которой не каждый сможет выдержать общества Волан де Морта. Насколько бы он ослабленным не был, он все равно оставался столь же опасным.

После того разговора ему действительно стало легче. Да и и мысль о том, что Шляпа, возможно, оказалась права, желая направить его в дом Слизерина уже не вызывала такое отторжение. Но на душу закралась тяжесть вопроса:

- А смог бы я подружиться с Дафной Гринграсс?

Точного ответа не было.

Но Поттер склонялся больше к положительному, ведь он сам понимал какого это - не иметь друзей. Дадли уж очень хорошо постарался.

Сейчас он больше всего хотел узнать кто это был рядом с ним в зеркале Еиналеж, ведь в прошлые разы там никого не было. Изображение было расплывчато. Мальчик не мог даже точно назвать цвет волос, не то что глаз.

Но сейчас это не важно, ведь он смог! Наконец-то он смог дочитать книгу деда!

Было трудно, часто приходилось отрываться и искать определение тех или иных терминов, порой имеющих столько же определений, сколько было авторов. Гарри не мог сказать, что понял абсолютно все, но большую часть уж точно! Это был большой шаг вперед.

Вперед, в будущее!

25 июня. Больничное крыло. Утро.

Гарри не мог спать долго и часто просыпался еще задолго до рассвета. Но, видимо вчерашние безрассудные приключения утомили его сильнее, чем он предполагал.

Шок от адреналина и встречи с убийцей собственных родителей постепенно отступал и он мог уже читать, вчитываясь в смысл написанного, не отвлекаясь на тяжелые думы и шорохи, постоянно вздрагивая от слышимых звуков.

Директор преподнес ему новую книгу - "Введение в Алхимию" авторства самого Николаса Фламеля! Внутри было письмо с благодарностью от самого легендарного мага за возвращение камня и его защиту от темного мага. Да и сам директор просил позже зайти к нему, как только его выпишут.

Вдруг в комнате вспыхнул золотой свет и раздалось пение, дарящее спокойствие и покой его напряженному сознанию и Поттер не заметил, как уснул.

29 июня. Кабинет директора. Полдень.

Коротко постучавшись в дверь, Гарри зашел в комнату, получив разрешение.

- Добрый день Гарри, проходи. Как себя чувствуешь? Я так понимаю, ты сразу пришел сюда? В таком случае приглашаю тебя разделить со мной обед.

Короткий взмахом палочки и столик у камина ломиться от еды.

- Директор, можно вопрос?

- Конечно, что тебя интересует?

- Как вы создаете еду? Ведь по закону Гэмпа это невозможно, только если это не чистая вода?

Альбус Дамблдор по доброму усмехнулся в свою пышную бороду.

- Я ее не создаю, Гарри. Это невозможно, даже для меня. - Было так приятно наблюдать, как лицо мальчика наливается краской, но не став заострять на этом внимание, старик принялся объяснять студенту, не став его томить. - Я ее просто призываю из кухни.

- Кухни? Но я не слышал о ней ничего!

- О существовании знают очень мало людей, в числе которых профессора и несколько студентов. Мистер и Мистер Уизли очень любят подкрепится между составлением планов очередной шалости и тренировками в квиддич!

- Близнецы? Тогда понятно, почему они так редко обедают с другими. Но профессор, кто тогда все это готовит?

- Домовики, Гарри, очень добрые существа. И наибольшее их количество проживают в самом Хогвартсе! Не думаю, что мистер Филч в одиночку бы справился с поддержанием порядка в огромном замке.

Видя заинтересованное лицо своего ученика, директор пустился в рассказ о магических существах, все также испытывая сожаления за свои поступки и еще сильнее уверяясь в верности решения, принятого накануне.

После окончания трапезы, выждав несколько минут и дав мальчику осмыслить все услышанное, Альбус озвучил свое предложение, ради которого и вызвал гриффиндорца к себе:

- Гарри, не хочешь провести это лето со мной?

30 июня. Поезд. Утро.

Гарри смотрел, как вдалеке исчезают башни Хогвартса, ставшего ему домом за эти десять месяцев. Когда уже стало невозможным разглядеть что-то на горизонте, Поттер перевел взгляд на фотоальбом, собранный Хагридом для него в память о его родителях.

Отстранившись от разговора Рона с Гермионой, он принялся рассматривать лица Джеймса и Лили Поттер, улыбавшихся и махавших ему с первой страницы.

Так, переворачивая одну страницу за другой, он читал приписки на обороте. оказывается у его отца были друзья - Питер Петтигрю, Ремус Люпин и Сириус Блек, а его мать дружила с его учителем зелий - Северусом Снейпом. Но отношение профессора к нему просто вводило его в ступор и единственным объяснением этому было лишь то, что после школы они расстались не в самых лучших отношениях, так еще и его отца он, судя по всему, не переносил на дух. Надо будет уточнить у директора позже.

Профессор сказал, что заберет его у родственников сегодня вечером, предварительно объяснив им ситуацию самостоятельно.

- Я схожу в туалет, - встав со своего места и спрятав альбом в чемодан, Гарри вышел из купе. Проходя мимо других кабинок, он заглядывал внутрь, пытаясь найти знакомые светлые волосы.

Уже решив возвращаться обратно в свое купе, он неожиданно нашел девочку. Гринграсс села в самом начале поезда, которую обычно занимают старшекурсники. Не удивившись отсутствию соседей, он коротко постучался о косяк двери, привлекая ее внимание.

Увидев кем является новоприбывший, Дафна кивнула, указав рукой на место напротив себя.

- Привет, прости, что раньше не смог подойти. Мадам Помфри выпустила из больницы только позавчера, а потом вызвал к себе директор.

Наблюдая за лицом... друга, девочка признавала, что волновалась за него, когда он несколько дней не появлялся на уроках. Лишь на третий день она услышала, что он лежит в больнице, но так и не решилась его навестить.

- Этим летом я буду проводить каникулы в другом месте, не у родственников. Я потом тебе сам отправлю письмо с адресом, хорошо? - Получив утвердительный кивок, Гарри под любопытным взглядом одногруппницы принялся рассказывать о том, что произошло на самом деле и куда делся учитель Защиты от Темных Искусств. Конечно он заранее спросил разрешения у директора и не стал говорить про Воландеморта в затылке самого профессора. Он не хотел ее пугать или, что еще хуже, оттолкнуть ее, выставив себя этаким героем и хвастуном.

Когда уже оставался час до прибытия на станцию в Лондоне, он попрощался со слизеринкой и вернулся в свое купе, объяснив все ребятам тем, что задержался болтая с несколькими знакомыми и не заметил, как пролетело время.

Какого же было его удивление, когда он увидел дядю Вернона, стоящего у дальней стены и с подозрением косящегося на проходящих мимо волшебников. Попрощавшись с друзьями и не став долго задерживаться, мальчик подошел к родственнику и вслед за ним вышел на магловскую сторону платформы.

Обратный путь прошел в молчании, но наливающееся багровым цветом лицо мужчины не предвещало ничего хорошего.

Не успел дядя открыть рот, как за кто-то постучался. Скривившись Вернон резко открыл дверь, собираясь высказать все накипевшее в лицо неизвестного, как при виде Дамблдора с его лица тут же схлынула вся краска.

- Добрый вечер, Мистер Дурсль. Можно пройти внутрь? Не думаю, что некоторые вопросы стоит обсуждать на пороге, - не дождавшись ответа, директор школы волшебства прошел внутрь, попутно интересуясь, - Миссис Дурсль дома?

Вышедшая на голоса Петунья, так же как и ее муж, застыла на месте.

- Не буду занимать ваше время, уверен, вы еще не ужинали. Итак, я бы хотел Вам сообщить, что Гарри не будет больше проживать в этом доме, но это не значит, что он не сможет не приехать, чтобы навестить Вас, хотя это мне кажется несбыточным.

Аура, окружающая старика незримо изменилась, начав давить на окружающих. Привыкнув к вечно активному и слегка ребячливому образу доброго дедушки, Гарри позабыл немаловажные факты его жизни - Дамблдор одолел в магической дуэли Геллерта Гриндевальда, терроризировавшего западную Европу Второй Мировой Войной и был единственным магом, против которого боялся выйти Воландеморт.

- Я бы хотел поблагодарить Вас за то, что воспитали мальчика, хоть и не так, как я надеялся. - Атмосфера снова стала "светлой" и уже ничего не напоминало про старого мага, пережившего Мировую и Гражданскую войну, находясь если не на самом ее острие, то уж на фронте точно. - Что же, думаю нам пора, Гарри.

Положив руку на плечо своего ученика, Дамблдор аппарировал на Годрикову Впадину.

1 июля. Дом Альбуса Дамблдора. Утро.

Альбус не привык к тому, чтобы спать больше необходимых шести часов, но был удивлен, когда спустившись вниз обнаружил Гарри, не расставшегося с подаренной книгой даже во время завтрака. Но вот то, что мальчик проснулся раньше его, отправившись спать гораздо позднее его самого - сомневаться не приходилось.

- Доброе утро, мой мальчик, не смог уснуть? - поприветствовал своего ученика старик, присаживаясь за стол и пригубив зеленый чай, тут же появившийся перед ним.

- Доброе утро! Нет, что вы, сэр! Все хорошо, просто я привык вставать рано. - Ответ мальчика заставил его немного напрячься, но вот воспоминания, прочитанные у Дурслей давали ясный и полный ответ - он вставал раньше всех остальных, чтобы приготовить другим завтрак, а потом его просто загружали работой по дому, чтобы у него не осталось свободного времени, при том, что их родной сын мог с утра и до ночи пропадать на улице и играть со своими игрушками. Для Гарри все это было непозволительной роскошью, а потом и вовсе стало привычной рутиной.

- Вот и хорошо, - скрывать свои истинные чувства было тяжело, но ему уже давно было не привыкать к подобному. - Гарри, я бы хотел показать тебе сегодня несколько мест. Ты знаешь, что это за место?

- Нет, сер.

- Просто Альбус, мой мальчик, я еще не настолько стар! - посмеявшись над смущенным лицом мальчика на собственную шутку, Альбус принял серьезный вид и продолжил. - Это Годрикова Впадина - поселение, в котором маги и маглы живут бок о бок. Мои предки, как и твои, издавна жили здесь. Да, здесь находится твой дом, Гарри, дом твои родителей и здесь же они и нашли свой покой. Идем.

Положив суховатую ладонь на плечо мальчика, пережившего слишком многое для своего возраста, он вывел его на улицу.

1 курс. Глава 5. Летние каникулы

6 июля. Дом Альбуса Дамблдора. Утро.

Директор школы магии и колдовства Хогвартс сидел у себя в кабинете и не мог понять причину исчезновения всей корреспонденции третий день подряд. И ладно бы, не приходили только газеты, но ведь даже отчеты преподавателей, письма от знакомых, из министерства или Гринготтса - ни одна. Ему пришлось самому отправляться на встречу с их представителями и получать копию требуемых бумаг.

С той же проблемой столкнулся и юный Гарри, когда Хедвиг вернулась вся всклокоченная и злая с обрывком письма от юного Рональда Уизли в когтях.

Перебирая в уме все известные ему возможности кражи писем и отвергая самые маловероятные, Верховный чародей Визенгамота мгновенно перевел взгляд на вспышку пламени и вскрик Фоукса, усевшегося на маленького, даже для домовика, со стопкой пергаментов в руках.

- Пусти-и! - заверещал эльф, отчаянно пытаясь скинуть с себя феникса переместиться, но птица была массивнее и весила уж явно больше его.

Дамблдор тут же достал палочку и запечатал комнату от перемещения домовых. Довольно курлыкнув, Фоукс взлетел и сел на плечо своего спутника с интересом начав наблюдать за попытками эльфа перенестись к своему хозяину, на что намекал измазанный герб на наволочке.

- Не просветите меня на счет писем, которые вы сейчас держите в своей руке, мистер... - Альбус положил палочку на стол и стал внимательно наблюдать за метающимся по комнате большим зеленым глазами.

Паника так и плескалась в его глазах, стоило только домовому заметить старого мага. Вскочив на ноги, тот попытался снова переместиться, но дернулся и тут же закачался, схватившись за голову и застонав.

Да, попытаться прорваться через барьер признанного сильнейшим мага на Британских островах и далеко за его пределами - это не уши печной дверцей щемить. Вот и эльфа словно волной впечатало на незыблемую скалу.

- Не стоит паниковать, я вам не наврежу. Присаживайтесь и мы немного поговорим.

Мягкий и спокойный голос старого мага тут же привлек внимание существа, пытавшегося вернуть ориентацию в пространстве.

- Фоукс, старый мой друг, не мог бы ты пригласить к нашей беседе Гарри? - очки половинки перевели свой блеск в сторону самого старейшего среди них в комнате, не теряя из виду щуплое тельце домовика.

Согласно курлыкнув, феникс вспышкой огня метнулся к брюнету.

Не ожидавший такого мальчик, внезапно обнаружил себя на полу - кресло осталось гостевой комнате, которую занял мальчик в доме на Годриковой Впадине. Доме, находившемся буквально в трех десятках метров от его родного, где он провел свое детство. В Доме, где случилось то самое событие.

Видимо выражение его лица было слишком забавным, раз феникс разлился звонкой трелью, а борода директора пришла в движение. Даже домовик несмело дрогнул уголками губ.

- Итак, мистер домовой эльф, почему же вы крали нашу почту? - Внезапный вопрос выбил эльфа состояния созерцания своего кумира.

- Мистер Гарри Поттер, - наконец он подал голос полный обожания в каждом слове. - Вам нельзя возвращаться в школу, сэр!

Ни Альбус, ни тем более сам Гарри не ожидали такого ответа, но старик еще не растерял свой опыт и тут же продолжил распрос:

- И почему же? - доброжелательные нотки приобрели сталь и эльф начал дрожать.

- Заговор! - В этот раз прорезалось отчаяние. - Событие пятидесятилетней давности снова повторится!

Домовик усиленно пучил свои глаза цвета зеленой листвы, словно пытаясь акцентировать внимание на своих словах.

- "Пятидесятилетней давности? Неужели?!" - директор поспешил прервать свои думы - еще успеет. Намек он понял, а это уже более чем весомое указание. - Благодарю за ваше предупреждение, мистер домовой эльф! Мистер Поттер будет под моим присмотром, можете не волноваться. И я хотел бы вас попросить больше не забирать наше имущество.

Домовой пристыженно опустил ушил и поспешил переместится домой, стоило директору снять чары с комнаты, пропищав напоследок:

- Домовик Добби!

Проводив своего студента, убедив его не волноваться на счет предупреждения, директор отвлек внимание мальчика письмами, которые мальчик тут начал просматривать, а сам Альбус сел за бумаги, которые еще в конце учебного года забрал с собой из школы, но никак не мог сосредоточиться на сухих строках текста и цифр. Или не хотел.

Мысли крутились вокруг предупреждения домового эльфа Добби - заговор пятидесятилетней давности. Факты были прямыми, как волшебная палочка - умерла ученица Когтеврана - Миртл Элизабет Уоррен. Обвинитель - Том Марволо Реддл из Слизерина, очевидно и есть убийца, скинувший свою вину на сокурсника с Гриффиндора - Рубеуса Хагрида. Орудие убийства - аккромантул. Также очевидно, что ложь.

Укусов на теле девочки не было, а вот глаза - широко открыты в ужасе. Смотрели где-то на уровне расположения, а не вниз - магический паук был слишком мал.

Но никого это не волновало. Хагрид держал в школе опасное существо? Умерла ученица? Обвинил лучший студент Хогвартса? Все ясно, правда установлена. Его не желали слушать, а бедному Хагриду даже палочку не разрешили новую приобрести. История столь же запутана и полна дырочек, как его палочка.

И шанс повторения того ужаса холодил пальцы, вцепившиеся в официальные бумаги, но его это не волновало. Бумагу можно рвать и вернуть ей ту же форму, а нити жизни - нет. Оборвется раз - значит навсегда.

25 июля. Дом Альбуса Дамблдора. Обед.

Гарри провожал взглядом Буклю, унесшую очередное письмо школьной подруге. Ну, он так считал... Дафна, к его огромного сожалению, не могла выражать свои мысли устно. Он уже решил, что поможет ей. И у него появилась идея, временная. Но для этого нужно и ему самому изучить язык жестов.

Мальчик сидел за столом в выделенной ему директором комнате и в очередной раз вчитывался в аккуратный почерк короткого письма. Он боялся. Боялся ее обидеть, но отчаянно желал помочь слизеринке. И в этом страхе он не смел смотреть на пару книг в углу стола. Самоучители языка жестов.

- Нет, скажу это лично, через письмо... Не смогу объяснить всю идею и извиниться, если обижу.

31 июля. Дом Уизли. Утро.

- С днем рождения! - первое, что услышал Гарри, стоило ему вывалиться из камина и покатиться по ковру. Лучший и самый молодой ловец школы магии и колдовства Хогвартс за последние сто лет не удержал равновесие. Близнецы тут же заливисто рассмеялись и с двух сторон приподняли друга.

Миссис Уизли по доброму улыбнулась и взмахом палочки очистила его одежду и сам ковер от сажи и пепла.

- Извините, я не привык еще к магическим способам перемещения! - Почувствовав, как нагреваются уши, Гарри уверился, что сравнился со цветом волос данного семейства, если не переплюнул их.

- Ничего, дорогой, к ним не каждый взрослый маг привыкает за всю свою долгую жизнь.

- Мам! - Обратился к женщине Фред. - Мы в квиддич пока поиграем! Там Рон и Джинни уже заждались нас.

- Да, не волнуйся, - Джордж?

- Мы приведем Гарри... - Или все таки Джордж?

- Целым и сохранным! - не слушая ответ матери, близнецы подхватили друга и потащили к опушке, где над верхушками деревьев виднелись три кольца, расположенные на разных уровнях.

- Чтоб к обеду все были! - донесся до них стихший крик.

- Конечно, - вот тут уже Гарри не пришлось ломать мозги, так как ответили школьные раздолбаи-шутники полностью синхронно.

Дальнейшие события для него смазались в одну картину. Рон с Джинни успели его коротко поздравить, как Фред, точно он, впихнул ему в руки семейный Чистомет, а второй рукой держал биту. Подозрения Гарри подтвердились, когда Джордж подкинул фиолетовый мяч вверх и освободил один из бладжеров. Мелькнула золотая вспышка и тут же исчезла из его поля зрения, а Перси, вставший в пару к сестре, ка охотник, уже кинул мяч в кольца. Рон возмущенно полетел за квоффлом - ему не дали времени встать на защиту колец.

Игра уже началась, думать некогда, да и бладжер выбрал своей целью его голову, а она ему еще нужна. Быстро вскочив на метлу, Гарри сорвался ввысь, жалея, что не прихватил с собой Нимбус 2000, но он и так летал. Большего ему не надо.

31 июля. Дом Уизли. Обед.

Миссис Уизли наготовила целый пир. Будущий второкурсник не сомневался, что при желании и некоторой экономии, можно было накормить половину факультета Гриффиндор. Хотя... Рон иногда ел за троих, а то и четверых. Его друг вообще был любителем набить желудок поплотнее и добавить сверху, если тот чуть опустел.

На обеденный перерыв заскочил мистер Артур Уизли, тут же начавший спрашивать Гарри про маглов, стоило ему узнать, что мальчик раньше жил с ними. Беседа продолжилась бы и дальше, если бы жена не напомнила ему, что мужчина опаздывает на работу.

Кроме отца семейства рыжеволосых, в отпуск вернулись и двое старших братьев, уже закончивших обучение. Поттер с интересом слушал рассказы Чарли о драконах, но стоило ему услышать слово "Руны" от Билла - первого из братьев, как Гарри нашел себе интереснейшего собеседника.

Парень был не против поболтать о своем опыте работы в Гринготтсе разрушителем проклятий, да и рассказывать он умел интересно. Вот ему и выпала роль сопроводить младших братьев и их гостя на Косой переулок за покупками - количество магов должно было уменьшиться.

В магазине книг Гарри застрял надолго. Настолько, что Рон начал ворчать, что Гермиона укусила Гарри. И как бы его самого не заразили.

Вытащить его смог только сам Билл:

- Идем уже, Гарри! Я дам тебе свои книги по которым учился на разрушителя!

Только это обещание и оторвало его от стеллажа.

Вид сборника книг по ЗоТИ вызвало удивление, а кратко просмотренные случайные страницы полностью отказаться от покупки. Еще десять минут заняли убеждение продавца вынести книги прошлого года обучения. На всех Уизли и Гермиону с Дафной.

Точный день рождения Гринграсс он так и не узнал, но зато сумел выяснить, что оно летом. Но это ведь не повод не отправлять подарок, верно?

По возвращению в дом к Уизли, матриарх попыталась раздробить ему кости в стальных объятиях. Вновь посыпались поздравления, а в руках оказался первый подарок. Самым ценным для него была подборка книг от Билла, вместе со списком тех книг, которые можно было найти в самой школе.

Ужин был выше всяких похвал. Гарри готов был признаться всем и каждому, что он объелся - Рон вне конкуренции.

Жалел он лишь о том, что не мог разделить радость этого дня с молчаливой подругой.

17 августа. Дом Альбуса Дамблдора. Обед.

Гарри только вчера осознал, что совершенно забыл уделить время летней домашней работе. И если бы не ежедневные хитрые прищуры директора с веселой улыбкой, он так и пришел бы в школу, не имея ни одного из тех исписанных длиннющих свитков.

Гермиона, наверное, была в ярости, когда он признался во вчерашнем письме о таком промахе. Но был искренне рад, когда в ответном письме, если не считать полфута гневных тирад густоволосой подруги, пришел список ссылок на страницы и абзацы по пройденным книгам.

Он сомневался, что подруга как-то даст списать, но был рад даже такой помощи. Потому и сидел он сейчас за эссе по зельям. Задали написать четыре фута, а у него всего полтора едва набиралось. Мысленно проклиная вредного профессора, Гарри откинулся на спинку стула, переводя взгляд на книгу деда.

Может, там он сможет найти что-то еще?

31 августа. Хогвартс экспресс. Утро.

Гарри сидел в одном из пустующих купе, глядя в окно. Было всего лишь семь утра, никого из магов не видно. Профессор торопился и не мог оставить мальчика одного в доме, а самому Альбусу надо было в Хогвартс. Вот и пришлось оставить студента на перроне так рано.

Маг, конечно, мог и с собой забрать того в школу, но что там будет делать двенадцатилетний студент почти двенадцать часов, пока профессора подготавливают школу к приему детей? Вот и решил старик, дать ребенку прокатиться с друзьями.

В поле зрения появились черные мантии и Гарри повернулся в сторону прибывших на перрон. Это была его школьная подруга со своими родителями. Коротко попрощавшись с родителями, девочка направилась к поезду. Гарри вскочил с места и вышел из купе, тут же помахав девочке. Протянув руку, Гарри помог ей поднять чемодан в вагон.

- Привет, Даф! Сядешь со мной? - Межфакультетская вражда была тем барьером, который он очень хотел разрушить, но не ценой здоровья, дружбы и доверия блондинки. Лучше он оттянет вредность Малфоя на себя, чем подставит подругу.

Неуверенно кивнув, девочка вошла вслед за брюнетом, устраиваясь напротив. Приветливо ухнувшая полярная сова тут же завладела всем ее вниманием, вызвав маленькую улыбку краешком губ.

- Это Букля, не помню, говорил ли тебе, - неловко почесал затылок зеленоглазый. Его непокорные ни одной из расчесок, гелей или шампуням волосы жили своей жизнью. Гарри иногда казалось, что те постоянно возвращаются в одно и то же положение, как бы он эти самые волосы не пытался расчесать. Пробовал даже пальцами придать им более "стильный" вид. Не помогло.

Согласно кивнув, Дафна перевела взгляд на друга и вопросительно склонила голову набок.

Гарри же радостно начал рассказывать о том, как пролетело лето. Про предупреждение домовика и его кражу писем, день рождения и свои страдания над написанием домашних заданий под конец каникул, вызвав тихие смешки однокурсницы.

Вопрос книг языка жестов он решил оставить на потом - начали прибывать другие дети. Брюнет не хотел как-то обидеть подругу, тем более при других - ей все еще неудобно при других.