Любовь солдата. Книга 2.

Часть первая. Одна из клана Митору. 1

Солнце щедро заливало землю светом, на деревьях занялась молодая зелень.

Алиша застыла перед дверью в нерешительности, которой сама от себя не ожидала. Что теперь ждет ее в этом городе? В чем ее новое предназначение? Оскол они освободили, государство Го снова едино. Кажется, все восприняли это как должное. Сколько поколений должно смениться, прежде чем Агнир перестанут воспринимать главным миротворцем, обязанным решать проблемы не только между другими странами, но и внутри чужих государств?

Хотя Алирия не была агниркой, прожив два года в военном городке этой страны, она была возмущена поведением политиков. Они без зазрения совести сваливали на Агнир всю ответственность за происходящее на их территории. Множество храбрых агнирских воинов-мастеров погибло в Осколе, но правитель Го вряд ли даже задумается о том, чтобы предложить компенсацию. А убару Яни снова придется вести тонкую дипломатию, чтобы получить хоть какие-то дотации не то что от Го, но хотя бы от агнирского правительства.

Остается открытым и вопрос с отступниками. Алиша не забыла полгода, проведенные в джунглях Танши вместе с таинственным мастером Мао Дьюи. Помнила она и о множестве мастеров, намеренно или вынужденно дезертировавших со службы и теперь скрывающихся в подполье, словно крысы в водосточной трубе. В нищете и вечном страхе перед охотниками за головами, они часто вступали в криминальные группировки или сами их создавали. А всего-то нужно изменить подход к оценке деятельности мастеров и дать возможность реабилитироваться тем, кто сошел с верного пути под давлением обстоятельств. В этом случае добрая половина отступников смогла бы вернуться домой и служить своим правителям так же верно, как прежде. Но, чтобы изменить систему, и, тем более — мышление людей, понадобится не одно десятилетие и серьезная переработка имеющихся правил и уставов. Может, ей стоит попробовать заняться чем-то подобным?

Алиша набрала в грудь побольше воздуха и толкнула дверь. В конце концов, она Митору, и это ее дом. Более того, она вроде как герой: вместе со знаменитым Всевидящим Скроу они смогли ликвидировать лидеров «Тени», освободив тем самым Оскол от повстанцев. Но Алиша прекрасно понимала, что убару Яни не забыла о ее полугодовом отсутствии и внезапно обретенных способностях. Что, если она сочтет Алишу слишком сильной и при этом неуправляемой? Будет ли пытаться давить на Скроу, чтобы он предпринял меры? Вдруг они решат поставить на нее ограничивающую способности печать или вовсе перекроить мозг с помощью дознавателей? Алиша читала о таких приемах, хоть и сомневалась, что сейчас они в ходу. Все же времена крайних мер и кровопролитных войн прошли. Но кто знает?

Побродив по комнатам, Алиша попыталась оценить, чем ей стоит заняться в первую очередь. Нужно было навести порядок и вновь вернуть дому обитаемый вид. И, конечно, забрать Хайда из клана псарей, где он прожил почти весь последний год. А еще продолжить исследования по внедрению эмоциональных состояний в биополе врага: в краткосрочной и долгосрочной перспективах. Но это уже более глобальные планы.

Девушка дошла до своей комнаты на втором этаже и обессиленно рухнула в кресло. Из окна открывался вид на улицу, хорошо просматривались дома через дорогу. Частный сектор рядом с лесом был одним из самых старых районов в военном городе: здесь издавна селились семьи и целые кланы мастеров, некоторые потом отстроили себе большие особняки, а то и вовсе хозяйства со множеством строений. Порой в одном клане жило до полусотни человек, включая дальних родственников и прислугу.

Дом Скроу был куплен, судя по всему, позже, когда от их клана осталась всего одна семья: родители да юный Скарскроу с сестрой Миту. Но и их вскоре не стало, а двухэтажный дом пришел в запустение, как и участок вокруг него. Скроу постоянно пропадал на заданиях, а если и ночевал в городе, то или в каморке у входа, которую комнатой назвать язык не поворачивался, или вовсе в военном корпусе, где каждому мастеру была выделена койка.

А потом в его жизни появилась Алиша. Вернее, свалилась на голову, совершенно случайно для них обоих. Он мог бы избавиться от нее в любой момент, но нет, решил взять с собой в военный город, а когда понял, что она неплохо освоилась — принять в свой клан. Огромная честь, которую она попрала после первой же проведенной с легендарным мастером ночи, отправившись с миссией в Танши и пропав там на полгода.

Все произошло не по ее воле, ведь девушку пленили, и она чуть было не погибла от рук представителей криминальной группировки «Тень». Скроу все это время служил в Осколе и понятия не имел, что с ней произошло. Тут уж убару Яни хорошо замела следы, чтобы не лишать главнокомандующего агнирскими войсками душевного равновесия.

Но что же сделала сама Алиша? Влюбилась в отступника Мао, спасшего ее жизнь, в одночасье выкинув благородного Скроу Рэма из головы. А когда она вернулась, Скроу принял ее как ни в чем не бывало. Понимая, что она изменила ему, совершила то, за что раньше члена клана могли казнить, подвергла риску древнюю энергию Митору, он все равно простил ее и остался с ней.

Тяжело вздохнув, Алиша поднялась с кресла и направилась на рынок. Оставаться дома и наводить порядок ей казалось некорректным, пока она не поговорит со Скроу. Хотя бы попытается понять его истинное отношение к ситуации.

Выздоровление далось ей нелегко. Несмотря на тренировки Мао и усиленные способности, после операции по захвату здания банка Оскола, в котором скрывался лидер «Тени» Энка, у нее ушло порядка трех месяцев на восстановление. За это время Скроу не только успел оправиться, но и вернулся к службе, продолжив освобождение города от оставшихся повстанцев и наведение порядка. В этот период они почти не виделись, зато Савалья-дано и юная лекарка Зара, с которой Алиша училась в школе для мастеров-медиков, почти от нее не отходили.

А потом их всех отозвали в Агнир. Мастера возвращались с победой, в целом довольные выполненной миссией. Но у главнокомандующего, конечно, было полно работы. Сразу по прибытии он отправился докладывать убару, и Алиша даже не была уверена, коснется ли этот разговор ее скромной, но нарушившей целый ряд пунктов устава мастеров, персоны.

Она купила на рынке кучу продуктов, запечатала их в свиток перемещения и решительно направилась домой готовить обед. Или ужин — не имело значения. Хайда можно забрать и завтра, когда она немного придет в себя.

Наступил вечер, а затем на военный город Агнира опустилась ночь. Скарскроу все не приходил. Впрочем, зная о многочасовых совещаниях убару, Алиша не удивилась.

«Интересно, а ребята будут праздновать свое возвращение? И пригласят ли теперь меня?», — подумала девушка, с горечью осознав, что ее могут и постесняться позвать. Мэрот, Курава и другие видели ее новые способности, видели, что она вошла в высший эшелон командования. Но ведь есть и другие: Олла, Алек, Исира, с которыми она дружила раньше, и они вряд ли поверят, что она настолько сильно изменилась. А еще есть Стрелы, бывшие ученики Скроу и тоже герои операции в Осколе, с которыми у Алиши сложились теплые отношения. Может, стоит навестить их?

Сидеть дома без дела оказалось невыносимо, и Алиша отправилась бродить по городу. С потаенной радостью она поняла, что в первый день после возвращения никаких гулянок никто не устроил: «Таверна мастеров» была заполнена обычными местными посетителями, другие злачные места города тоже пустовали. Зато во многих домах: от особняков, в которых проживали кланы, до маленьких квартирок, царило явное оживление.

«Я не заслужила этого счастья: праздновать победу в кругу семьи. Моя семья — один человек со сложной судьбой, переживший страшные испытания. И того я предала».

Чувство вины не покидало Алишу. Пока она лежала в госпитале, у нее было время подумать, и с каждым днем она все больше убеждалась, что по отношению к Скроу поступила подло. Хорошо, ее спас Мао, она была при смерти и выбрала вместо жизни инвалида необычные тренировки под присмотром странного целителя-отступника. Но никто не заставлял ее влюбляться в него и уж тем более — вступать в интимную связь. Мао и сам временил с этим, будто не желая ставить ее и Скроу в неудобное положение. Но она настояла, пошла на поводу своих желаний, даже не думая о чести или ответственности перед кланом Митору. Влюбилась как школьница, хотя умом понимала, что Мао оставит ее. Понимала, но не хотела верить. Наивная, о, какая же она наивная дура! И как ей теперь жить с этим грузом вины?

Ноги сами вынесли Алишу к зданию администрации. Скроу еще здесь? Беседует с убару или занят другими делами? Девушка знала, что в здании установлена особая защита, реагирующая на попытки как физического, так и ментального воздействия. Так что пытаться проникнуть за барьер и понять, находится ли внутри Скроу, бесполезно.

За прошедшие почти три года Алирия пережила многое: одиночество, беспомощность, страх и даже отчаяние. Но никогда она себя не чувствовала настолько потерянной, как в этот момент, стоя в ночи перед зданием, где, возможно, решалась ее судьба.

«Наберись терпения! Ну же, хватит везде лезть на рожон!», — сжав челюсти, мысленно убеждала себя Алиша.

Домой она вернулась глубоко за полночь. Скроу по-прежнему не было.

На следующий день Алиша, как и планировала, забрала Хайда у псарей. Там ее встречали чуть ли не с почестями: некоторые члены клана тоже вернулись из Оскола и успели рассказать о ее роли в освободительной операции.

Девушка с трудом отделалась от непривычного ей внимания, уведя обрадованного пса домой. А ведь когда-то именно Хайд стал причиной их более близкого знакомства со Скроу: девушка подобрала дрожащего щенка под скамейкой и просто не знала, куда с ним пойти. Скроу, большой любитель собак, согласился оставить щенка у себя, а Алиша вызвалась приглядывать за ним в отсутствие мастера.

Теперь Хайд вырос в огромного лохматого пса, и Алиша с облегчением отметила, что он не забыл своих настоящих хозяев. Всю дорогу Хайд вертелся и прыгал вокруг нее, периодически пытаясь дотянуться и лизнуть в лицо.

На пути к дому Алиша увидела, что к дверям уже подошел Скроу, опередив ее на считанные секунды. Он приветственно махнул ей рукой и потрепал по голове виляющего хвостом Хайда, который тут же обнюхал веранду перед входом и помчался исследовать участок.

При виде главы клана Митору в сердце Алиши что-то болезненно сжалось. Настолько сильно, что она чуть не задохнулась. А ведь все считают, что управление эмоциями ее сильная сторона! Загвоздка в том, что, когда имеешь дело с тонкими материями, то и сам становишься особо чувствителен к ним.

Девушка подошла почти вплотную к Скарскроу и достала метательный кинжал, который по привычке всегда носила с собой за поясом помимо множества других инструментов и оружия, спрятанных в одежде.

— Я много думала, пока лежала в госпитале, — тихо произнесла она. — О случившемся и о твоих словах. Что меня сломали и собрали заново. Ты прав. Я обрела особые силы, но не стала от этого мастером в полном смысле слова. Я нарушила множество правил, даже не задумываясь о последствиях. Таким, как я, не место в таком древнем клане, как Митору, я лишь продолжу добавлять тебе головной боли, выводя все из равновесия. Вряд ли это хороший путь, Скроу. Поэтому, если хочешь, можешь забрать у меня энергию клана. Я знаю, что это травматично, но возможно сделать, если невольный носитель обладает определенными умениями. Или просто убей меня — все равно я не представляю, как жить со всем этим грузом вины и силы, которые я в себе ощущаю.

Алиша понимала, что говорит несколько импульсивно, но ждать, пока Скроу сам что-то предпримет или заговорит с ней, не было сил. Она протянула Скроу кинжал, не отрываясь глядя на мастера. Нижняя часть его лица по обыкновению была скрыта под маской, а левый глаз с вертикальным шрамом на веке был наполовину закрыт, отчего его взгляд часто казался безразличным.

Скроу не стал брать протянутый ему кинжал. Он мягко направил руку Алирии и заставил ее вложить оружие в короткие ножны за поясом.

— Исключено, — произнес он, словно выносил приговор. — Ты стала членом клана Митору и останешься им до конца. В этом и я, и убару полностью согласны.

— А в чем вы не согласны? — по инерции задала вопрос Алиша, понимая, что вся ее эмоциональная тирада пролетела мимо. Скроу, как всегда, извлекал из слов лишь сухие факты.

— В некоторых моментах. Я бы назвал их деликатными, но ничего критического. Что же касается энергии Митору, то ты настолько глубоко в нее погрузилась, что нет никакой возможности тебе полностью выйти из клана. Зато у тебя есть все возможности не добавлять мне головной боли, как ты сама выразилась.

Скроу развернулся, переступил порог и прошел на кухню. Алиша выдохнула, но при этом горестно покачала головой. Ответ Скроу ее не удовлетворил и не избавил от чувства вины. У нее на языке крутилось множество вопросов, но вместо этого она сказала:

— Я вчера приготовила поесть. Рагу с мясом в сковородке, нужно только разогреть. И чай заварен…

Мастер поставил чайник на плиту.

— Славно, хотя я бы ограничился легким перекусом.

— И что мы будем делать дальше? — сорвался с губ Алиши вопрос.

— В смысле? — не понял Скроу.

Девушка пожала плечами.

— Сегодня. Завтра. В принципе. Ты прекрасно понимаешь, что меня интересует.

Скроу сел на табурет и жестом показал Алише сесть с другой стороны стола.

— Судя по всему, у тебя сейчас «синдром вернувшегося солдата». Такое бывает по началу. Серьезная миссия позади, и ты вроде как теряешь цель, не можешь приспособиться заново к мирной жизни. Это пройдет, надо просто потерпеть и привыкнуть заниматься повседневными делами. Ты раньше много времени проводила в лаборатории, например…

— Я не об этом! — перебила Алиша Скроу. — Вернее, и об этом тоже, но меня больше интересует будущее и… Мы. Вы что-то решили с убару? Я смогу участвовать в операциях? Какая моя роль в Агнире?

— Ты принадлежишь к клану Митору, — чуть склонив голову, произнес Скроу. — Разумеется, ты останешься здесь. Что до заданий, то, если захочешь, сможешь снова начать выполнять их, но только когда полностью придешь в норму. Как физически, так и психологически.

— Ты вот сразу продолжил службу, хотя тебе досталось не меньше моего… — чувствуя себя капризным ребенком, произнесла Алиша. И, чтобы не встречаться со Скроу взглядом, принялась наливать чай.

— К этому меня обязывает ранг и положение. Ты со своей ролью справилась на славу, даже более чем. И сейчас заслужила отдых. Можешь продолжить заниматься тем, что оставила перед поездкой в Танши: вроде ты хотела обновить что-то в доме и продолжить исследования.

— Ты так говоришь, будто переговоры в Танши были для меня обычным заданием. Будто потом полгода я не пропадала в проклятых джунглях и не боролась со смертью. Будто ты не был обескуражен, когда узнал, что убару скрывала от тебя мое исчезновение. Пойми, я не могу сделать вид, будто ничего этого не произошло!

Алиша резко поставила полные кружки на стол так, что чуть не выплеснулся кипяток. Однако она научилась рассчитывать свои силы даже в мелочах, да и ожоги ей были больше не страшны.

— Прости, я и не думал делать вид, что ничего не случилось, — как всегда спокойно произнес Скроу. — Для тебя это стало переломным моментом. Но для мастера в конечном итоге всегда важно только одно — остался ли он жив. Мы оба выжили, несмотря на все сложности. Я привык ценить это и не зацикливаться на прошлом. Надеюсь, и ты со временем будешь поступать так же.

Скроу аккуратно взял кружку и отправил в нее два кусочка сахара с блюдца, стоящего на столе.

«Надо бы купить нормальную сахарницу», — пронеслось в голове у Алирии, и она чуть было не покачала головой в ответ на собственную мысль. Столько всего хотелось выяснить, а она думает о деталях интерьера!

— А в каких это деликатных моментах вы не сошлись с убару? — спросила вдруг девушка, взглянув на Скроу.

Мастер как раз стянул воротник-маску и отпил из кружки. Открытое лицо Скроу всегда действовало на Алишу гипнотически. Даже после всех произошедших с ней изменений, с этим она ничего поделать не могла.

Скарскроу Рэм Митору какое-то время молчал, будто взвешивал в уме слова.

— Конечно, у убару возникли некоторые опасения относительно тебя, Алирия. Но я за тебя поручился. Так что, случись что-то непредвиденное, отвечать за последствия мне, — мягко произнес он и поднял руку, когда Алиша хотела что-то сказать.

— Что касается деликатных моментов, — продолжил он, сделав еще один глоток, — то тут у убару есть свой единственный интерес. Ей нужно, чтобы древний клан Митору продолжился.

Алиша ожидала чего-то подобного, но услышать эти слова из уст Скроу все равно было неприятно. Внутри девушки забурлил гнев, но она сдержала его и холодно спросила:

— То есть, убару Яни настаивает, чтобы мы спали вместе и поскорее обзавелись детьми?

Ей надоело ходить вокруг да около. В этом мире мастеров не было ни личных границ, ни запретных тем. Так пусть ей и отвечают прямо, как есть.

Но Скроу Рэм прекрасно понял ее раздражение.

— Она бы никогда не выразилась таким образом. Да и, как я уже упомянул, как раз в этом мы с ней не сошлись. Времена, когда брак заключался исключительно для продолжения рода, давно миновали. Поэтому никто не будет никого принуждать. Ты можешь быть полностью свободна, если хочешь.

Алише послышалось, или за словами Скарскроу проскользнула едва уловимая обида? Значит ли это, что инцидент с Мао все же задел его и до сих пор доставляет боль, как глубоко засевшая заноза?

Укол вины поразил девушку, и она опустила взгляд. Потом набрала воздуха в грудь, вновь посмотрела прямо в глаза Скроу и сказала:

— Я не хочу быть свободна, Скроу. Я хочу быть с тобой. И продолжение рода — вполне оправданный и важный вопрос в нашем, вернее, в твоем случае.

Слова прозвучали немного резче, чем она планировала. Но главную мысль она донесла: ей нужна была определенность. Если уж продолжать просто жить, как советовал Скроу, то продолжать и все то, на чем они остановились в начале.

Какое-то время мастер сверлил ее своим правым глазом, будто оценивая, в себе ли она.

— В любом случае, тебе сначала нужно отдохнуть и восстановить душевное равновесие, — сказал он, наконец.

Алиша кивнула, но решила не отступать.

— Ты можешь помочь мне в этом. Разумеется, если захочешь, — сказала она, постаравшись смягчить свой тон.

Скроу не ответил, будто задумался о чем-то. Разобраться бы, что вообще происходит у него в голове. Мастера, конечно, по определению не являются обычными людьми, но Скроу Рэма со всей его уникальностью и вовсе можно было назвать не от мира сего.

— Послезавтра в полдень состоится торжественное собрание, — сказал Скроу, наконец. — Будут награждать всех участников операции, в том числе и тебя. Так что будь готова.

Алиша сначала рассердилась, поняв, что мастер ушел от обсуждаемой темы, но, услышав его слова, сразу подобралась.

— Награждение? Но я никогда не участвовала в подобных мероприятиях. Там есть какой-то особый церемониал? Что мне надеть?

Пока она говорила, в кухню забежал Хайд. Видимо, быстро вспомнил, что они не закрывают заднюю входную дверь. Скроу поднялся, поставил кружку в раковину и достал из нижнего ящика миски для пса.

— Никакого особого церемониала нет, — ответил он, наполняя одну миску водой, а другую — собачьими консервами из холодильника. — Нас будут награждать первыми, так что просто делай все, как я. Правда, убару настояла, чтобы мы были в официальных одеяниях клана. Надо посмотреть в сундуке в спальне родителей, там должны храниться парадные халаты с нашивками. Я прошу тебя этим заняться, так как у меня сейчас много бумажной работы по итогам операции.

— Конечно, — кивнула Алиша, невольно обрадовавшись, что Скроу доверил ей разбираться с фамильными ценностями.

Парадная одежда бережно хранилась в каждом клане для подобных торжественных случаев. Возможно, ее придется перешить или отдать в химчистку, ведь наверняка Скроу не пользовался своим костюмом много лет.

Алиша хотела сказать что-то еще, продолжить разговор, но Скроу поставил миски для Хайда в привычный угол и вышел из кухни, лишь на пороге вскользь поблагодарив девушку за чай, а заодно и за готовность заняться приготовлениями к церемонии. Ясно было, что он уйдет с головой в работу и о мелочах предстоит позаботиться ей. Если бы еще знать, о каких именно…

Вымыв обе чашки, Алиша поднялась к себе в комнату. Когда-то это была комната юного Скроу, а чуть позже — его сестры Миту. Сам Скроу вроде как перебрался из каморки внизу в бывшую спальню родителей, но за последний год вряд ли ночевал там больше десяти раз.

«Значит, он готов продолжать жить со мной как ни в чем не бывало. Только вот не получится: даже я вижу, что его отношение ко мне изменилось. Та ночь перед операцией по освобождению Оскола была, словно наваждение. Я много медитировала, накопила колоссальные запасы энергии, но немного не рассчитала и чуть было не рассталась с собственным телом. Скроу тогда помог мне заземлиться, выбрав самый банальный, но действенный способ — занялся со мной любовью».

Алирия была уверена, что он сделал это не только чтобы она была в форме перед операцией. Он все еще что-то чувствовал к ней. Или просто хотел заявить на нее свои права после того, как она провела ночь с Мао? Или даже все сразу… Такой мастер, как Скроу, никогда ничего не делает просто так. Теперь же, казалось, он не рвется делить с ней постель. Как он выразился, «никто не будет никого принуждать». Даже если она захочет, ей придется пробивать эту броню отчуждения. Что же, Алиша считала, что вполне заслуживает такого отношения. Правда, на душе от этого легче не становилось.

Перебрав кое-какие свои вещи, Алиша решила не откладывать с приготовлениями к награждению и пошла в комнату Скроу. Дверь была закрыта неплотно, а мастер, по обыкновению, растянулся на кровати и читал какую-то книгу. Девушка решила не вступать в беседу, а молча подошла к задвинутому в угол сундуку и легко открыла его тяжелую, украшенную орнаментом крышку.

Внутри лежали какие-то ткани, платки, покрывала, а чуть ниже — завернутые в особую бумагу четыре парадных халата с широкими поясами. Правда, поясов было всего три, ведь один Скроу Рэм уже подарил Алише в честь сдачи экзамена на мастера-дана и вступления в его клан.

Девушка бережно развернула один из халатов: тяжелая синяя ткань, отороченный коротким мехом серый воротник, а на спине — огромная эмблема в виде трех соединенных между собой треугольников. Последняя невольно повергла Алирию в трепет, ведь символ указывал на древнее происхождение и особую силу клана Митору.

— Ты когда-нибудь надевал его? — невольно поинтересовалась у Скроу Алиша.

— Да, дважды. На похороны отца, когда формально стал главой клана, и когда убару сделала меня своим заместителем. Второй принадлежит матери, примерь, возможно, его следует немного перешить.

В очередной раз Алиша испытала укол стыда. Скроу без колебаний предложил ей надеть халат матери, но достойна ли она даже просто держать его в руках?

Впрочем, он сам сказал, что прошлое оставляет в прошлом. Значит, им надо двигаться дальше.

Она не стала мерить халат перед Скроу, а унесла его вместе с мужским в свою комнату. Нужно было дать ткани разгладиться на вешалке и проветриться.

Занявшись парадными одеяниями, Алиша невольно стала перебирать и собственный гардероб, пересмотрев многие вещи и наведя порядок. Примерно через час Скроу сказал ей через дверь, что уходит разбираться с делами в администрации.

«Хорошо!», — откликнулась Алиша, но на сердце стало еще тяжелее.

Неужели теперь они так и будут жить, словно соседи, а вместе появляться лишь на церемониях и торжественных вечерах?

Однако Алиша была не из тех, кто быстро опускает руки. Скроу советовал ей заняться повседневными делами, чтобы заново привыкнуть к обычной жизни. Мысленно решив следовать его совету, девушка с энтузиазмом продолжила спонтанно начатую уборку.

Когда вся пыль в доме была вытерта, а полы вымыты, Алиша переместилась на веранду, где с осени остались неубранные листья и засохшая грязь. Девушка не без удовольствия применяла небольшие хитрости из своего нового арсенала мастера, чувствуя, как быстро и ловко справляется с повседневной рутиной.

В этот момент к калитке дома Митору подошла Олла.

Алиша радостно приветствовала подругу и повела на кухню пить чай. В отличие от Скарскроу, Олла не стала отказываться от обеда: она только что закончила занятия с учениками-данами и еще не успела поесть.

— Я вчера еще хотела зайти, но подумала, что ты только вернулась и захочешь отдохнуть. И, конечно, я слышала про все те фантастические вещи, которые случились с тобой за последний год. Даже волновалась, не изменилась ли ты, я имею в виду, настолько, что не захочешь больше общаться или что-то подобное, — без обиняков выдала Олла, как всегда, оставаясь верной своей прямолинейности.

За это Алиша ее и любила.

— Наоборот, мне сейчас важна поддержка окружающих, — улыбнулась девушка. — Понимаешь, все эти вещи… Да, многое случилось, но в итоге я все равно осталась той пришедшей из ниоткуда девочкой без какого-либо опыта в деле мастеров. Это не то, что я развивала с детства, и моя психика сейчас просто трещит по швам…

— А разве Скарскроу-тэм тебе никак не помогает? Я имею в виду, есть множество техник, но лучше, когда члены одного клана помогают друг другу восстановиться… Ему сбалансировать энергию будет раз плюнуть! — черные брови Оллы вопросительно дрогнули.

Алиша покачала головой.

— Он по-своему помогает, Олла. Но мы с ним очень разные. Из разных поколений, разных миров, с разным опытом. Я не уверена, что обретенная мною сила сильно нас сблизила. Скорее, даже наоборот. То, что он и другие мастера нарабатывают годами, на меня обрушилось за несколько месяцев. И дело тут не в энергии клана, с этим мы вроде как разобрались. Дело во мне. В том, что я не могу сразу все переварить.

— Это как раз понятно, — кивнула подруга. — Полагаю, Митору и сам не привык к такому. К тому же сейчас у него полно дел в администрации, как и у всех советников убару. Моя тетя там работает, говорит, они с ног сбиваются. А надо же еще продолжать вести переговоры с Го по ряду вопросов, вот убару все и скинула на своих заместителей.

— Послезавтра будет награждение участников операции, это тоже наверняка добавляет хлопот, — поделилась Алиша.

— Да, кстати! — воскликнула вдруг Олла. — Я же как раз пришла пригласить тебя. Мы устраиваем большой праздник для всех вернувшихся из Го. Так получилось, что Алек, я и Гирокиру вроде как организаторы, и нам удалось выбить целый зал в военном корпусе. Это должно быть грандиозно! Разумеется, я настаиваю, чтобы ты тоже была там. Возможно, даже как гвоздь программы! — хихикнула Олла, обычно сдержанная на эмоции.

Внутри Алиши сразу разлилось блаженное тепло. Значит, друзья ее не забыли! Приглашают на праздник, еще и как почетную гостью!

— Я с радостью приду, конечно же. Даже могу помочь с подготовкой. Когда вы планируете его провести?

— Думаю, в пятницу, через два дня после церемонии у убару. Как раз все отдохнут и будут готовы оторваться по полной, — улыбнулась мастер-медик.

— Отлично! Послушай, а можно я тебя попрошу помочь и с подготовкой к этой церемонии? Я ничего не смыслю в торжественных приемах у убару, а из Скроу Рэма сейчас и слова не вытянешь, он действительно сильно занят. А я подключусь к организации праздника.

— Договорились! — просияла Олла.

Следующие полтора дня девушки провели в приготовлениях. В сундуке Алиша нашла также небольшие кольца-печатки с символом Митору, правда, золото сильно потускнело. Она отнесла украшения к ювелиру, а затем они с Оллой отправились на рынок, где приобрели новые платья для вечеринки, а для Алиши также мягкие туфли и длинную традиционную тунику под халат. Немало времени ушло и на парикмахерскую, а вечером первого дня Олла и вовсе затащила Алирию в бани на горячих источниках. Домой та вернулась поздно вечером, проверила, что Скроу по-прежнему нет, и отправилась спать.

2

На следующий день после полудня Алиша стояла перед зеркалом, облаченная в парадный халат клана Митору. Тяжелая бляшка в виде трех соединенных треугольников на поясе и кольцо на пальце сверкали, тщательно начищенные и отполированные. Алиша сумела отыскать на рынке золотые серьги, подходящие под костюм, а волосы собрала заколкой на затылке. Легкий макияж и туфли из мягкой черной кожи завершали образ, которым девушка осталась вполне довольна.

За час до церемонии появился Скроу. Его костюм давно был собран, неоднократно проверен и разложен на кровати в его комнате.

«Хорошо иметь рядом кого-то, кто позаботится обо всех мелочах. Надеюсь, он это оценит», — подумала про себя Алиша, заходя в его комнату.

Мастер довольно бесцеремонно накидывал халат прямо поверх своей обычной формы. Хотя последняя, кажется, была свежей, но Алиша быстро смекнула, насколько безразлично Скроу Рэм относится к подобным мероприятиям.

— Цвета клана тебе к лицу, — посмотрев на Алишу, деловито отметил Скроу.

— Сочту это за комплимент, — слабо улыбнулась девушка.

— Не волнуйся, это обычное мероприятие после подобной операции. Мы по очереди пройдем мимо советников и почетных гостей к убару, поклонимся, она зачитает официальные слова и вручит знаки отличия. Затем сядем на указанные места и будем смотреть, как награждают других. Вот и все.

— Да, я примерно представляю, как все пройдет. Поспрашивала у знакомых, — сдержанно ответила Алиша. — Я также нашла в сундуке ваши фамильные кольца и отнесла их ювелиру на обработку. Думаю, это хорошее дополнение к основному костюму, — добавила она, показав кольцо на своем пальце.

Скроу аккуратно взял кольцо главы клана, лежащее на небольшом письменном столике. Поднес к глазам, будто что-то вспоминая, потом снова положил на стол.

— Мой отец никогда не надевал его. В последний раз я видел кольцо на пальце деда, который указывал моим родителям на дверь. Сложный был у него характер.

— Что? Твой дед выгнал вас с родителями из дома? Но за что? — удивилась Алиша.

Скроу пожал плечами.

— Я был ребенком, а Миту и вовсе младенцем, поэтому не помню. Кажется, они в чем-то не сошлись с отцом. Да и мама стала гораздо спокойнее, когда мы перебрались в этот дом. Она его очень любила, поэтому я так и не решился его продать, хотя такие мысли не раз меня посещали.

— А что стало с домом, в которым жил твой дед? Это ведь был ваш клановый особняк, насколько я понимаю? Но ваша семья в итоге осталась последней? — Алишу разбирало любопытство. Она остро осознала, что почти ничего не знает о прошлом Скроу, по крайней мере, в подробностях. И уж тем более о его детстве…

Митору поправил халат и начал наматывать на него широкий пояс. Он был задумчив.

— Когда деда и дяди не стало, в особняке осталась только вдова моего дяди и несколько слуг. Она не хотела там задерживаться, но пойти ей было некуда. Мой отец продал особняк, а деньги поделил между той женщиной и нашей семьей. И, как мне кажется, сделал это без особых сожалений.

— Видимо, у твоего отца не ладились отношения с дедом… — только и смогла сказать Алиша, не желая задавать новые вопросы.

Скроу неопределенно повел плечами. Он закрепил на поясе бляшку, кинул мимолетный взгляд в зеркало и подошел к девушке.

— Нам надо поспешить. Церемония начнется через полчаса.

В отличие от обычных дней, когда они передвигались легким шагом, пришлось взять такси. Впрочем, многие кланы добирались до здания администрации именно таким образом: необходимо было соблюдать церемониал, да и костюмы могли помяться, если прыгать по крышам домов сломя голову.

Было непривычно видеть Скроу в парадном халате. Хотя он и не изменил своей привычке, оставив маску, закрывающую половину лица. Но ему и не такое позволено: Алиша предполагала, что убару многое прощала Скарскроу, понимая, что у гениев свои причуды. Интересно все же, насколько эти двое были близки. А, возможно, достаточно близки и сейчас?

Через десять минут они остановились у здания, где жила и управляла военным городом убару Яни. Но Скроу повел Алишу не к главному входу, а к неприметной двери сбоку. Он явно не хотел привлекать к себе лишнего внимания. Да и Алирия была не против: она все еще робела перед предстоящей церемонией.

«Когда я шла освобождать Оскол, а потом участвовала в операции, ничего подобного и близко не испытывала. А на военном совете выступала так, будто собравшиеся — не многоопытные мастера-командующие, а мои давние приятели. Куда же сейчас подевалась эта уверенность в себе? Или, быть может, Мао Дьюи запрограммировал меня проявить все свои способности, чтобы очистить Оскол от повстанцев, а сейчас, когда магическое действие его убеждения прошло, я снова превратилась в ту студентку, застигнутую жуткими агнирскими мастерами врасплох в одном из кабинетов университетского корпуса…», — размышляла Алиша, поднимаясь вслед за Скроу по узкой слабо освещенной лестнице.

— Подождем здесь, — сказал глава клана Митору, остановившись на этаже, где, судя по всему, располагался приемный зал.

Алиша послушно остановилась рядом с ним.

«Из-за произошедшего я боюсь ему лишнее слово сказать. Чувствую себя и вправду девятнадцатилетней девушкой, попавшей в лагерь мастеров по нелепой случайности», — вздохнула Алирия, прислушиваясь к доносящимся за небольшой дверью звукам. Кажется, там собирались гости и постепенно начиналась церемония.

Убару стояла на длинном постаменте, изгибающимся дугой вдоль округлой стены. Окна в зале располагались высоко под потолком, а вдоль стены позади нее были расставлены кресла для почетных гостей и приближенных. Часть уже занимали заместители и главные советники убару, а также один из князей-представителей агнирского правительства с сопровождающими.

Зал быстро наполнялся гостями: здесь должны были собраться представители практически всех кланов военного города. Члены по меньшей мере тридцати из них принимали участие в освободительной операции в Го. Их главы пришли сегодня поддержать мастеров, ставших гордостью семей.

Событие и вправду выдалось знаменательным, ведь за последние лет десять подобных по масштабу и важности операций с участием агнирцев не проводилось. Вот бы правительство Агнира по достоинству оценило вклад своих воинов, а еще лучше — вытрясло хоть какую-то компенсацию за понесенные потери из политиков Го. Говорят, Улузир, правитель Го, в последнее время совсем плох. Трон вроде как должен наследовать племянник, довольно опытный в политических делах муж. Но некоторые гоанцы поговаривают, что нужно установить в Го выборное правительство, как в Агнире, и поставить во главе государства избранного представителя. Как бы при смене власти у них снова не началась смута…

Убару Яни прекрасно понимала, что Го воспринял многолетнюю помощь Агнира, как должное, и не выплатит и одного золотого за оказанную поддержку. Значит, нужно было выбивать деньги из своего правительства. А для этого надо как минимум впечатлить присланного князя-представителя и потом отправиться с ним в столицу и хорошенько поездить избранному правителю по мозгам. Ведь на то, чтобы восполнить потери и вырастить новое поколение мастеров, понадобятся многие годы…

Обведя глазами зал, Яни решила, что пора начинать, и подошла к специально установленной трибуне. Все собравшиеся тут же обратились взглядами к ней, а разговоры смолкли.

— Приветствую всех присутствующих! — привычно начала убару. — Мы собрались здесь сегодня, чтобы чествовать героев и почтить память павших. Как вы знаете, последние два с половиной года Агнир, следуя благородной миротворческой цели, помогал нашим союзникам и соседям — стране Го, бороться с повстанцами. Было проведено более трех сотен операций, построено несколько десятков форпостов, создан защитный барьер вокруг города Оскол. Агнир принял у себя тысячи беженцев, оказывал гуманитарную и военную поддержку всем пострадавшим от действий криминальных группировок, захвативших часть территории Го. Наконец, наши совместные с гоанцами действия принесли свои плоды: в середине января Оскол был очищен от повстанцев и мирные жители, наконец, смогли вернуться домой. Конечно, пройдет немало времени, прежде чем город восстановит свое былое значение, а страна оправится от постигшего ее кризиса. Однако благодаря усилиям наших людей, наших мастеров, на материке сохранен мир. Более трех тысяч жителей военного города Агнира приняли участие в борьбе с повстанцами, помощи беженцам и главной освободительной операции. И сегодня мы чествуем каждого из них. Каждого, кто приложил усилия к установлению мира, к искоренению зла, ибо отступники, захватившие город союзного нам государства, и есть несомненное зло, несущее лишь смерть и террор окружающим! Мы чествуем каждого и скорбим по каждому, кто отдал свою жизнь, сражаясь за будущее для наших потомков, сражаясь за жизнь без войны, голода и страха. За два с половиной года более сотни мастеров и трехсот служащих, направленных из Агнира в Го, погибли в тех местах. Для нашего времени, для нашей мирной эпохи это большие потери. И открыть церемонию награждения я хочу с дани памяти тем, кто не вернулся, поставив долг превыше собственной жизни!

Убару Яни хлопнула в ладоши. Затем, выдержав паузу, хлопнула еще раз. Заместители и советники, агнирский князь и его сопровождающие встали со своих кресел, вторя ее хлопкам. Вторил ей и весь зал. Это были особые, традиционные аплодисменты тем, кто уже никогда их не услышит. Минута славы в память о павших воинах.

После ритуала прощания в зале воцарилась почти звенящая тишина. Яни выдержала небольшую паузу, потом чуть склонила голову перед присутствующими:

— Благодарю вас. Многие из собравшихся здесь являются представителями кланов, члены которых принимали непосредственное участие в борьбе с повстанцами. Многие из вас сами были там, вступали в жестокие бои, возводили укрепления и поддерживали огромный барьер вокруг города, преграждая путь нашим врагам. Немало здесь и тех, кто участвовал в главной операции по освобождению Оскола, включая отвлекающие маневры, зачистку города, спасение мирных жителей. Как вы знаете, ключевой зоной в операции стало здание городского банка, внутри которого забаррикадировался главарь криминальной группировки «Тень» и предводитель повстанцев. Он окружил себя хитроумной защитой и опытными воинами, большая часть из которых — опаснейшие преступники в международном розыске. Для преодоления защитного барьера и победы над таким сильным врагом требуется неординарная сила и сверхчеловеческие способности, гениальная стратегия и не менее гениальное ее воплощение в жизнь. Спешу отметить, что, несмотря на сложность высшего уровня, в заключительной операции мы понесли меньшие потери, чем за все предыдущие бои с противником. И это заслуга одного человека, мастера-воина, о котором даже в нашем военном городе давно слагают легенды. И для меня честь сегодня наградить орденом Агнира Освободителя первой степени главнокомандующего агнирской армией мастеров, моего заместителя и советника, представителя древнего и могущественного клана Скарскроу Рэм Митору.

Только когда произнесли его имя, Скроу открыл небольшую дверь сбоку от входа в зал и вышел на ковровую дорожку. Алиша вышла вслед за ним и застыла сбоку от дверей, не желая, чтобы ее заметили раньше времени. Скроу слегка кивнул ей, будто ободряя, и невозмутимо вошел в зал, направившись прямо к убару Яни. Сквозь небольшую щель между створкой двери и стеной Алиша видела, как многие собравшиеся склонялись, когда он проходил мимо. С волнением провожала она взглядом его прямую, но совершенно расслабленную спину, на которой красовался древний символ его клана. Их клана…

«Что же ты, Алиша? Это твой звездный час, надо держать марку! Будет до нелепого странно, если ты войдешь в зал вслед за своим легендарным то ли мужем, то ли главой клана, краснея и потея, как во время школьного выступления! Куда же подевалась твоя проклятая сила? Эй, Мао, ты обещал, что я буду подобна бессмертному божеству, что буду существовать за гранью этого и иного мира! Что мне какое-то сборище кланов в военном городе Агнира, когда я столько раз умирала и воскресала, будто цветок после суровой зимы?!»

Алиша сделала глубокий вдох и перенеслась мысленно в те времена, когда они с Мао беспечно жили в далекой от мира необычной роще деревьев-великанов. В то время, когда она уже преодолела страх перед смертью, когда инстинкты собственного тела стали подчиняться ей, и больше ничто не могло ее взволновать.

Как же странно, что в такой момент она ищет поддержки в воспоминаниях о жизни с мастером-отступником, от мыслей о котором старалась отделаться в последние месяцы, как от проклятия!

Тем временем агнирский князь торжественно надел через плечо Скроу шелковую ленту, на которой золотой нитью был вышит древний текст с орнаментом тонкой работы. Агнир Освободитель — легендарная личность, давшая имя нынешнему государству. Кажется, он тоже был из мастеров, возможно, даже относился к клану первых мастеров Ци. Получить награду первой степени считалось самой высокой честью.

Убару Яни искренне радовалась за Митору. Он действительно заслужил этот почетный знак отличия. Пусть он всегда и относился пренебрежительно к подобным вещам и едва ли переваривает текущее мероприятие, но Скроу полезно иногда возвращать в этот бренный мир. Тем более по таким поводам.

Главнокомандующий держался, как всегда, невозмутимо, будто не принимал участия в награждении, а проходил медицинский осмотр: нужно просто потерпеть, пока все это закончится.

Скроу легким поклоном поблагодарил агнирского князя и убару за оказанную честь и подошел к трибуне.

— Благодарю правителей Агнира и убару Яни за оказанную мне честь, — в свойственной ему бесстрастной манере произнес Скроу, а затем обратился к публике: — Как вы знаете, я не большой любитель подобных мероприятий, не сочтите мои слова за пренебрежение традицией или неуважение к героям, с которыми мы служили и сражались бок о бок в Го. Но такова уж моя натура. Честно говоря, я согласился открыть церемонию только по одной причине. Я хотел бы вслед за нашей уважаемой убару представить к награде человека, без которого операция по освобождению Оскола и победа над лидером «Тени» Энкой не была бы возможной. К моей гордости, этот человек является членом моего клана. Поэтому на правах главы клана Митору я приглашаю сюда девушку, за три года сумевшую добиться непревзойденных успехов в мастерстве и продемонстрировавшую высшую степень отваги и самоотверженности в самой сложной операции агнирских мастеров за последнее десятилетие. К награде Агнира Освободителя второй степени представляется Алирия Митору.

Алиша совершенно не ожидала, что именно Скроу будет приглашать ее, еще и так лестно отзовется о ее скромной персоне.

Слова главы клана Митору чуть было не лишили ее внутреннего равновесия. В последний момент Алиша собралась, прошептав про себя, как мантру: «делай, что хочешь, но не посрами честь великого клана, в который тебя приняли», и спокойно вошла в зал.

Она смотрела только на Скроу, сосредоточившись на одном единственном вопросе: он и вправду так думает о ней или произнес свою краткую, но емкую речь, чтобы подать ее перед собравшимися в более выгодном свете?

Впервые все главы кланов, все влиятельные люди города видели ее в подобной роли. Член клана Митору, никому не известная, непонятно откуда взявшаяся и еще более загадочно обретшая свои невероятные силы девушка. Кто-то знал ее как привлеченного ученика на мастера-дано, приступившего к занятиям с нуля в девятнадцать лет. Кто-то — как медсестру-практиканта в госпитале. Со многими она познакомилась, пока работала вторым помощником советника Охама. И лишь некоторые знали, что она стала действующим мастером, пропала без вести в Танши и вернулась в Оскол, чтобы помочь в освобождении города.

Краем глаза Алиша заметила несколько знакомых лиц: кажется, какие-то генералы и выделявшийся массивной фигурой Гарон Лепреколь, под предводительством которого она отправилась с дипломатической миссией в Танши.

Алиша не помнила, как ноги донесли ее до постамента, на котором стояла трибуна, и агнирский князь был готов надеть ленту через ее плечо. Убару сдержанно улыбалась, по лицу Скроу, как обычно, невозможно было что-либо сказать. Алиша подошла к князю, невольно радуясь, как под длинным халатом не видно ее ног, и вряд ли бы кто заметил, задрожи у нее вдруг коленки.

Она чуть склонилась, когда агнирский князь надевал на нее шелковую ленту.

— Для Агнира честь принять в свои ряды столь талантливую басилиску! — с одобрительной полуулыбкой произнес он.

— Благодарю и служу Агниру! — ответила ему Алиша, не отступая от норм этикета.

Затем повернулась и поклонилась убару, а потом Скроу Рэму — ему немного ниже, чем остальным. Вот это, пожалуй, было уже отступлением от принятых норм, но окружающие могут списать ее поклон на благодарность за лестные слова мастера о своей подопечной.

Подопечной? Интересно, многие ли из присутствующих в зале сейчас задумались, какие отношения связывают ее со Скроу? Кто-то, возможно, решит, что он взял под опеку талантливую басилиску, кто-то вспомнит о его младшей сестре. А некоторые наверняка про себя усмехнулись, позавидовав Скроу. Нашел-таки себе достойную спутницу, одаренную и к тому же молодую. Да и она сейчас всем видом показала, что он для нее несомненный авторитет.

Да и пускай судачат, ей-то что. Хорошо, что сознание на замке и даже опытный дознаватель не может прочесть ее мысли.

Алиша, стараясь оставаться такой же невозмутимой, как и Скроу, заняла отведенное ей место — рядом с ним, заместителем убару. К счастью, ей не надо было говорить никаких благодарственных речей, церемониал этого не предусматривал. Зато предстояло просидеть добрых три часа, пока награждали других героев.

После Митору к трибуне пригласили «Стрел». Рината после операции тоже с трудом поправлялась, почти так же долго, как Алиша. Девушки пересекались в госпитале и заметно сблизились. На награждении Джет шел рядом с Рин, слегка поддерживая ее под локоть. Хоть все «Стрелы» были из разных кланов, им не впервой было выходить на вручение наград единым отрядом.

После началось награждение генералов и других командующих военными подразделениями. Затем перешли к отдельным солдатам. Были среди них и Осори Курава, и Кхон Мэрот, и Таолун Гирокиру. Алиша насчитала с десяток хорошо знакомых ей мастеров и еще несколько десятков тех, с кем пересекалась мельком.

Церемония закончилась ближе к восьми часам вечера. В зале стало довольно душно, и всех пригласили на летнюю веранду во внутреннем дворе здания, где должен был состояться ужин.

Алиша вопросительно взглянула на Скроу.

— Завтра много работы, так что я предпочту отправиться домой. Но ты можешь остаться, разумеется, — сказал он.

Девушка покачала головой.

— Я тоже не слишком-то люблю все эти церемонии и званые ужины. Если позволишь, я поеду с тобой.

Скроу лишь молча кивнул.

Им удалось практически незамеченными пройти через полупустой зал и выйти из здания по той же боковой лестнице, по которой они вошли.

Убару, кажется, была полностью занята обхаживанием агнирского князя, а со Стрелами Митору перекинулись взаимными поздравлениями. Алиша шепнула Рин, что заглянет к ней на днях, чтобы обсудить план тренировок. Она также поинтересовалась, приглашены ли «Стрелы» на молодежный праздник, но Мелли, чуть смутившись, сказала, что ее с Джетом родители не в восторге от таких мероприятий, а Оттон и Рината не ходят туда из солидарности. Алиша спохватилась, что «Стрелы» все еще подростки, и, несмотря на выполнение сложнейших миссий, остаются несовершеннолетними под опекой родителей или кланов.

Домой они со Скроу добрались, воспользовавшись одним из приемов ускоренного переноса: костюмам это не навредит, а растрепанные волосы уже не в счет.

Кажется, глава клана Митору сразу направился к себе продолжать работу с документами. Алиша даже не удивилась, настолько привыкла к такому поведению мастера.

Сама она спустилась на нижний этаж, чтобы принять душ. Она смыла макияж и долго стояла под струей горячей воды, с наслаждением ощущая, как расслабляется тело после многочасового напряжения. Девушка бросила случайный взгляд на висящее чуть в стороне запотевшее зеркало. Зачем-то плеснула в него водой, наблюдая, как из-под затянувшего стекло пара выглядывает ее собственное отражение. Рост чуть выше среднего, узкая талия, сильное, дышащее здоровьем тело. Плечи, возможно, чуть широковаты, а таз, наверное, наоборот, немного узкий, по крайней мере, крутыми бедрами природа ее не наделила. Но, несомненно, это тело было весьма привлекательным. Отросшие темные волосы будто увеличились в объеме от влаги, а мокрые кончики, наоборот, прилипли к лопаткам и плечам.

«Мне уже двадцать два года! В Осколе я должна была только начинать карьеру, а то еще и продолжать учиться. Должна была веселиться с друзьями, встречаться с парнями и переживать из-за экзаменов или денег на оплату комнаты. Но я здесь, в доме Скарскроу Рэм Митору. В его клане, под его полной опекой и… властью. Хоть он никогда и не использует ее, хоть всегда и будет подчеркнуто вежлив и деликатен, я полностью от него зависима. А с моей нынешней силой зависима вдвойне. Ведь никогда обладателю такой силы вкупе с энергией Митору не позволят не то что уйти из клана, даже выйти за пределы военного городка без спроса!»

Алиша не знала, радоваться ей оказанной чести и обретенным способностям или ужасаться ограничениям, пришедшим вместе с ними.

Она вышла из душа и завернулась в полотенце, закрепив один из концов на груди. Парадные костюмы девушка бережно развесила у себя в комнате: перед тем, как убрать в сундук, стоило все же отдать их в химчистку. А вот кольцо снять забыла и оставила его уже в предбаннике, куда из душевой пробралась влага.

Забеспокоившись, что кольцо снова может потускнеть, Алиша поспешила протереть его и отнести наверх.

Скроу сидел за маленьким письменным столом, который, должно быть, когда-то принадлежал его матери. Правда, он говорил, что выкинул всю мебель из комнаты родителей, но стол перекочевал сюда уже позже, с нижнего этажа. Перед Митору были разложены бумаги, включая несколько папок со скрепленными скобами листами. Он что-то сверял и переносил на чистовик.

— Забыла сразу снять кольцо, хочу убрать, — объяснила Алиша в ответ на вопросительно поднятые брови Скроу.

Конечно, она осознавала, что стоит перед ним в одном полотенце на голое тело, но, раз уж он согласился жить с ней под одной крышей, то пусть привыкает. Пренебрегать присутствием молодой привлекательной женщины с его стороны тоже не самое правильное поведение.

Алиша хотела было уже направиться к сундуку, но тут вспомнила, что второе кольцо по-прежнему лежит у Скроу на столе.

— Давай и твое тоже уберу, — обратилась она к мастеру, все еще наблюдающему за ней из-под полуприкрытых век.

Он нашарил рукой кольцо под кипой бумаг, встал, подошел к Алише и протянул ей фамильную ценность. Когда она брала кольцо, их пальцы соприкоснулись, и Алишу буквально пронзило что-то вроде электрического разряда. Энергия Скроу, повелевающего молнией, выбивала ее из колеи сильнее, чем сотни любопытных глаз в зале для награждений.

Она посмела поднять на него глаза, в то время как тело перестало ее слушаться.

«Зачем нужны были все эти тренировки с Мао, если я цепенею перед Скроу так же, как и в нашу первую встречу?», — с досадой подумала Алиша, в то время как на ее лице читалось желание, смешанное с почти открытой мольбой.

Скроу забрал у нее из руки оба кольца, небрежно бросил их на стоящий позади стол. Другой рукой взялся за скрученный на груди девушки узел полотенца и придвинул ее вплотную к себе.

Больше всего на свете она хотела, чтобы он стянул со своего лица маску и коснулся губами ее губ. Как тогда, когда они сидели в его любимом месте на ветке старого дуба в лесу, и он отважился на первый поцелуй. Или позже, когда провели первую ночь…

Но вместо этого Скроу развернул ее спиной к себе, одним плавным движением развязав узел, отчего полотенце тотчас же упало на пол. Алиша стояла обнаженная, ощущая тепло, исходившее от тела мастера, мерное биение его сердца и нарастающее желание, заставившее ее задрожать.

Одной рукой Скроу ласкал ее грудь, вторую опустил ниже, будто проверяя готовность девушки. Горячая волна прошла по телу Алиши, в этот момент она готова была сделать что угодно, чтобы он не останавливался.

Она так хотела повернуться к нему лицом и прижаться к его груди, но в следующий миг Скроу одним ловким движением уложил ее животом на кровать, сам так же стремительно оказавшись сверху.

Алиша лишь сдавленно застонала, когда его пальцы снова проникли в нее уже сзади, а упругое тело буквально придавило к кровати, не давая возможности двинуться. Она ощущала себя его собственностью, которой он бесцеремонно распоряжался, и с ужасом осознала, что ничего не имеет против. Она готова была на любые унижения, лишь бы быть рядом. Почти так же было поначалу с Риккертом. Но смешно сравнивать молодого самоуверенного студента с легендарным воином-мастером.

Он вошел в нее почти грубо, но Алиша все равно ощутила волны наслаждения, разливающиеся по телу. Сколько раз она мечтала ощутить его внутри еще во время своего медленного выздоровления в госпитале! Сколько месяцев ее молодое тело изнывало по его прикосновениям!

Алиша вгрызлась зубами в подушку, чтобы не закричать. Скроу все сильнее прижимал ее к кровати, почти не давая вздохнуть. Перед глазами начали плясать искры, Алиша задыхалась, но не от нехватки воздуха, а от нахлынувшего удовольствия.

Скроу скатился с нее так же резко, как и бросил на кровать. Он даже не снял маску, а молнию на штанах застегнул таким же размеренным движением, как делал и все остальное. Лишь немного учащенное дыхание и застывший на минуту взгляд выдавали, что он тоже что-то чувствует.

Алиша подумала, что так, должно быть, обычно обходятся мастера с теми особыми женщинами, которых держат в закрытых борделях для поддержания здоровья у тех воинов, которые еще не обзавелись семьей. И сейчас она для него была такой же: просто объектом для удовлетворения похоти. В конце концов, им же велели продолжать род, так что они вроде как выполняют задание убару, служат на благо стране.

Это просто смешно… Алиша могла бы заплакать, могла бы закатить истерику. Могла бы попытаться разжалобить Скроу или вывести его на откровенный разговор. Но у нее не было на это никаких сил. Что же, если он повел себя с ней, как с одной из тех девок, то и она не будет размениваться на лишние эмоции.

Алиша молча встала, повернувшись к Скроу спиной, подобрала валяющееся на полу полотенце, обернула вокруг себя и вышла.

Фамильные кольца клана Митору так и остались лежать на письменном столике.

3

С утра, когда Алиша проснулась, Скроу Рэма уже не было дома. Она оделась, позавтракала и вышла прогуляться с Хайдом. Свежий летний ветерок немного развеял ее мысли. Девушка собрала волю в кулак и отбросила хаос, норовящий в очередной раз охватить ее душу. Хватит уже зацикливаться на этом Скроу и их отношениях. Пускай она зависит от него, а он затаил обиду. Пускай злится, игнорирует ее, пытается вести привычный замкнутый образ жизни. Пускай… Она больше не будет пытаться сблизиться с ним. У нее есть друзья, исследования в лаборатории, недописанная книга. Ей есть чем заняться. В военном городе она тоже не пустое место: рано или поздно ее привлекут к какой-нибудь серьезной деятельности или миссии. В крайнем случае, всегда можно попросить Мэдо-дано устроить ее работать в госпиталь или убару — снова служить в администрации на какой-нибудь непыльной должности. В общем, она не принцесса в башне, хотя дракон, кажется, в этой истории все же присутствует.

Даже сейчас у Алирии хватало своих дел. Она обещала Олле помочь с организацией вечеринки, которая будет уже послезавтра. А еще собиралась заглянуть к Ринате.

С Оллой встреча была назначена на обед, поэтому Алиша решила начать с визита к одной из «Стрел». Она знала, что Рината живет в клане, а Джет — в семье. В отличие от Оттона с Мелли, у которых вышла несколько иная история.

Мелли осталась сиротой, но ее старшая сестра вышла замуж за члена клана Тито, куда в итоге была принята и воспитывалась сама Мелли. Оттон же принадлежал к клану Сохуто, и после окончания школы Мелли перевели в него, так как она не прониклась энергией Тито, зато очень быстро переняла энергию клана Оттона. У последнего при этом была собственная небольшая квартира, доставшаяся по наследству от погибшего отца, и в последнее время ребята жили там.

Рината же принадлежала к клану Двэг и проживала в отдельном особняке в том же районе, где находился дом Митору. Алиша без проблем нашла его, тем более что на многих почтовых ящиках, стоящих у домов, традиционно рисовали символы кланов. Хотя, например, отец Скроу, купив отдельный дом, пренебрег этой традицией, а его сын не счел нужным что-либо менять.

Алиша поморщилась, вспоминая, как искала его дом под дождем со щенком на руках. Это было довольно унизительно, хотя, видимо, тем поступком она в числе прочего и привлекла Скроу. Правда, ничего хорошего из этого пока не вышло.

Дверь старого деревянного дома открыла мать Ринаты, на которую дочь была очень похожа. Она даже чуть склонилась, когда Алиша представилась, и охотно впустила Митору внутрь.

Рин, видимо, отдыхала в своей комнате, но поспешила спуститься, услышав Алишин голос. Девушка была немного бледна.

— У меня всегда плохо получалось восстанавливаться после серьезных ранений, — поделилась она с Алишей, когда они разместились на заднем дворе особняка. — А после такого разрушительного воздействия и вовсе чувствую себя разбитой. Уже столько времени прошло, а у меня порой то сердце заходится, то слабость накатывает. Даны уже не могут ничего сделать, это только моя внутренняя работа. Мне кажется, она плохо движется.

— Это была трудная операция, я тоже еще не до конца восстановилась, — сказала Алиша, решив, что ободряющие слова Рината и так каждый день слышит от друзей и семьи, и лучше предложить что-то более дельное. — Поэтому я решила, что нам с тобой особенно полезно будет начать тренировки. Это отвлечет потрясенную психику от ненужных воспоминаний. Не зря говорят: в здоровом теле — здоровый дух. Ну а недуги нужно просто принять как некую временную неизбежность. Мы обе еще молоды, спустя время организм все равно восстановится. К счастью, на материке снова установился мир, и в сложных операциях нет потребности.

Рин улыбнулась, на ее красивых скулах выступил небольшой румянец.

— Вы правы, госпожа. Я буду рада заниматься с вами. Просто боюсь подвести наш отряд: без дела мы никогда не сидели, а теперь из-за меня нам могут не давать заданий, и это может плохо сказаться на наших навыках. Или, еще хуже, временно решат заменить меня другим мастером ближнего боя, а это может внести разлад. Да и мне не хотелось бы…

— Не накручивай себя, — перебила Алирия Рину. — Убару вряд ли планирует какие-то сложные операции, где понадобится ваше участие, сейчас гораздо важнее дипломатическая работа и установление новых отношений между Агниром и Го. У тебя есть время спокойно восстановиться и прийти в себя. А другим «Стрелам» ничего не стоит посвятить время тренировкам в городе, что тоже весьма полезно.

Алиша чувствовала себя наставницей, произнося эти слова, хотя прекрасно осознавала, что опыта у знаменитых «Стрел» во много крат больше, чем у нее самой. Да и разница в возрасте не такая уж большая. Но, став Митору, она будто взвалила на себя с десяток лишних лет, а заодно и понятия долга и чести, сопутствующие каждому члену клана.

Рината, кажется, была рада найти в Алирии кого-то наподобие старшей сестры, еще и из клана обожаемого Учителя. А Алише как раз не хватало общения с кем-то, кто по определению считает ее мудрее и сильнее, перед кем не нужно притворяться или доказывать что-либо.

Они договорились начать занятия с понедельника. Рин обещала рассказать о планах остальным, заверив Алишу, что все Стрелы будут рады регулярному делу. Ведь они привыкли все время проводить на заданиях или в интенсивных тренировках, поэтому сейчас немного растеряны из-за состояния здоровья Рин и внезапно освободившегося времени.

Алирия же про себя решила, что после первой недели тренировок можно будет попробовать поработать с психикой Ринаты. Возможно, определенные техники в процессе помогут и ей самой.

С такими мыслями девушка направилась в военный корпус, где у нее была назначена встреча с Оллой и Алеком. Остаток дня она провела с друзьями, улаживая разные мелочи к празднику и наряжая зал. Благодаря способностям мастера все получалось в несколько раз быстрее, чем могло бы выйти у обычных людей, а Алек по достоинству оценил ее новые физические данные.

В итоге молодой учитель стал упрашивать Алишу снова начать тренироваться с ним, но теперь уже для собственной пользы. Два года он обучал девушку основным приемам и техникам боя с самых основ, и теперь ему не терпелось проверить свои силы на фоне новых способностей Алиши.

При этом мастер деликатно воздерживался от вопросов, откуда, собственно, эти способности взялись. Возможно, Олла что-то рассказала ему в двух словах, или он опирался на слухи, ходившие по городу.

Алиша ни от кого особенно не скрывала, что в джунглях Танши ее отравили представители «Тени», а затем она попала к одному отступнику, чье имя поклялась не раскрывать, и он смог спасти ее от смерти, для чего, собственно, и провел через особое обучение. Алиша также не отрицала, что тренировки стоили ей серьезных преобразований психики, и сейчас она находится как бы между двумя своими альтер-эго: девушки Алирии, которая хорошо помнит, как была обычной «гражданской», попавшей в военный город в девятнадцать лет, и Алирией-басилиской, которая может одним прикосновением остановить сердце человека. И в мирной жизни она предпочитала пользоваться первой своей личностью, пусть даже это означало сомнения и неуверенность в себе.

Два дня пролетели незаметно. В ночь с четверга на пятницу Скроу, если и ночевал дома, то всего несколько часов, и пришел уже после того, как Алиша заснула. С утра она ощутила даже не запах, а скорее дух его пребывания в доме, а в раковине обнаружила пустую кружку, но мастера уже и след простыл.

«Сложно было посуду за собой помыть? Или считает, что я теперь еще и его служанка!», — с досадой подумала Алиша, невольно разозлившись.

Постепенно она приходила к мысли, что они сравняли счет. Она ему изменила, он — принял ее обратно в клан и явственно показал, что имеет над ней безраздельную власть. И она отнеслась к этому так смиренно, как только могла. Что же, теперь они квиты, и если он еще обижен на ее предательство, то она вполне может злиться на него за проявленную бесчувственность.

Позавтракав и выгуляв Хайда, Алиша в очередной раз отбросила плохие мысли и направилась к военному корпусу, где надо было закончить подготовку к празднику.

К вечеру зал начал наполняться гостями, в основном молодыми мастерами, вернувшимися из Го. Олла с Алишей старались приветствовать каждого входящего, пока их не стало слишком много, а девушек увлекли разговорами.

Обе они надели купленные на неделе платья, в которых выглядели одновременно практично и элегантно.

Олла по обыкновению зачесала волосы в высокий хвост, отказалась от каких-либо украшений, но смотрелась очень мило в синем наряде из плотного денима, что вполне соответствовало ее решительной и прямолинейной натуре.

Алиша заколола волосы точно так же, как во время церемонии награждения, но выбрала короткое прямое платье с поясом из темно-красной ткани и с декоративными заклепками-пуговицами по всей длине. В платье был небольшой вырез и рукава три четверти, что делало его довольно закрытым, но оно едва доходило до колен, добавляя раскрепощенности. В отличие от подруги, девушка надела сережки и тонкую нить золотого браслета, завалявшегося у нее еще со времен учебы в Осколе.

Обуты обе девушки были в сандалии, так как на дворе стояло лето, а провести весь вечер на каблуках было бы утомительно, учитывая некоторые особенности перемещения мастеров.

Гирокиру с Алеком приветствовали каждую группу входящих громкими криками, нанятые официанты следили, чтобы столы не опустели от закусок и питья, а фоновая музыка создавала нужный настрой.

— Нам нужно выпить! Ну, чтобы расслабиться немного, а то весь вечер будем только переживать, хватит ли всем еды и напитков! — обратилась к Алише Олла.

— Выпить — это прекрасная идея. Предлагаю первый тост за самых пунктуальных! — просиял Гирокиру, будто только и ждал от кого-то «отмашки».

Мастера Оук и Ван Ди, которые приходились Гирокиру лучшим другом и кузеном, полностью поддержали предложение. Алек, улыбаясь, протянул девушкам две маленьких рюмки.

— Это же настойка Гарона, с козырей зашли! — воскликнула Олла.

— Гарон? Я знаю одного Гарона Лепреколя… — вспомнила Алиша главу их отряда в Танши.

— Ну, вряд ли он как-то причастен к изобретению рецепта, но его предки точно приложили руку, раз эту убийственную штуку до сих пор так называют. Уверяю, после нее мир обретет новые краски! — засмеялся Гирокиру.

«Будет ужасный позор, если героиня операции в Осколе, принятая в клан Митору, напьется до беспамятства. Но, с другой стороны, неужели я не могу хоть один вечер отдохнуть? Как и все мастера в этом зале, я это заслужила!», — подумала Алиша, вслед за остальными опрокидывая в себя хмельной напиток.

В этот момент в зал вошел ее давний знакомый Мэрот.

— Уже пьете? Подождали бы! — проворчал он, быстро подходя и здороваясь с соратниками.

— Узнаю нашего всем недовольного Мэрота! — просиял Оук. — Что же, тогда давайте сразу по второй!

Алиша самолично протянула Мэроту стопку. Она ожидала, что мастер, который всегда относился к ней с неприязнью, и в этот раз выкажет свое недовольство. Но он с легким кивком принял из ее рук рюмку и поднял над головой.

— Я хочу выпить за Алирию Митору, спасшую мне жизнь в Осколе! И ответственно заявляю, что весь сегодняшний вечер буду пить только за нее, ибо без нее меня бы тут с вами не стояло!

Вокруг собралось уже человек двадцать, и все согласно загалдели, заставив Алишу покраснеть. Она молча выпила, невольно встретившись с Мэротом взглядом. И прочла в его глазах искреннее уважение.

«Ого! Вот уж не ожидала! Хотя, по правде сказать, я ведь действительно его тогда спасла», — подумала она.

Через полчаса в зале развлекалось уже несколько десятков мастеров. К Алише многие подходили, выражали то благодарность, то восхищение, в итоге совсем засмущав девушку. Видимо, Мэрот это заметил, и, проявив несвойственную ему деликатность, произнес:

— Как я уже сказал, эта басилиска спасла мою жизнь! Поэтому отстаньте от нее со своими вопросами и комплиментами, сегодня я никого к ней больше не подпущу!

Алиша не удержалась от смеха, ведь Мэрот уже порядочно набрался. Вот уж кто решил расслабиться сегодня по полной…

В этот момент среди гостей она заметила одного не такого уж веселого мастера. Тяжелым взглядом ее смерил Курава Осори, Неуловимый Мечник, которого она здорово осадила во время показательных боев в форпосте.

— Что-то ты совсем невесел, Курава, — не удержался от шпильки Мэрот, проследивший за взглядом Алиши.

— Я просто удивлен, что знаменитая басилиска Митору появилась на таком разгульном мероприятии, — не без сарказма произнес тот.

Алиша, хоть и была навеселе, сокрушенно покачала головой.

— Вижу, ты все еще обижен на меня, Мечник. Но обижаться тебе следует на себя самого. Бросить вызов главнокомандующему, ты о чем думал?! Хорошо еще, удалось сделать из всего этого шоу, а иначе мог бы разразиться скандал.

— О, так значит, ты спасла положение. Как самоотверженно. А ты не думала, что, может, главнокомандующему неплохо было бы самому постоять за себя, а не прикрываться молоденькой…

— А ну заткнись, Курава! — прошипел Мэрот, в то время как за его спиной уже выросли Гирокиру с Ван Ди. — Не порти нам праздник своими нереализованными амбициями. Мы, мастера, должны ценить, что остались живы, и, кстати, благодаря клану Митору и «Стрелам»! Ни ты, ни я не смогли бы одолеть Энку и прекратить рост этой гоанской опухоли, из-за которой годами погибали наши товарищи! А сейчас все позади! Так что, если тебе не хочется праздновать, просто уходи отсюда.

— А ты, значит, резко поменял мнение о ней! — уже тише, но не менее презрительно фыркнул Курава. — Раз Алирия Митору обрела невиданную силу и жизнь тебе спасла, значит, она достойна твоего внимания, будешь теперь пылинки с нее сдувать? А совсем недавно, помнится, ты весь кипятился, что какую-то пришлую приняли в древний клан, и, кстати, это я тебя тогда переубеждал!

Алише порядком надоела эта перепалка двух подвыпивших мужчин. Она и сама чувствовала легкое опьянение, отчего нарастающие возмущение и гнев с трудом поддавались контролю.

Одним молниеносным движением она всучила каждому из мастеров по бутылке упомянутой настойки, сжав их руки так, что едва ли они смогли высвободиться из ее хватки.

— Значит так, господа павлины. Или вы сейчас забудете все, что сказали или хотите высказать друг другу и выпьете залпом эти бутылки, или, даю слово, я в каждого из вас запущу достаточный разряд молнии, чтобы вы сразу легли тут без чувств.

Мастера, явно напрягшиеся от назревающей ссоры, согласно загалдели. Им явно не хватало подобного зрелища, и хоть Алиша импровизировала, ей удалось немного разрядить обстановку.

Курава с Мэротом пару секунд сверлили друг друга взглядами, потом синхронно вырвали руки с бутылками из хватки Алиши и опрокинули их в себя.

Олла, пряча улыбку, сокрушенно хлопнула себя рукой по лбу.

— Алиша, это конец! Они сейчас напьются и все здесь разнесут, — произнесла она, правда, не сильно опечаленная открывающейся перспективой.

— Ничего, мы их придержим! — хохотнул кто-то из толпы, и Алиша узнала Гэммая. Он пришел немного позже остальных, и девушка не успела его поприветствовать.

— Гэммай, рада тебя видеть! — протиснулась к нему Алиша.

— И я рад видеть вас в добром здравии, госпожа Митору, — искренне улыбнулся он.

— Пожалуйста, не нужно этого официоза! — отмахнулась Алиша.

Она знала, что Гэммай возглавлял один из северных форпостов, построенных вокруг Оскола, и изловил немало отступников, пытавшихся проникнуть через барьер и уйти этим путем.

— Нет, нужно. Ты, возможно, и пришла к нам неожиданно, но стала тем глотком свежего воздуха, которого так не хватало. Я не шучу. Для многих ты стала примером, и, я не сомневаюсь, Скарскроу-тэм тоже обрел новый смысл благодаря тебе. Что касается Мэрота, то не обижайся на его прежние слова. Он всегда был консервативен и держался за пережитки прошлого, но после того, как ты вытащила его из-под того громилы-отступника, он стал твоим самым верным товарищем, не сомневайся.

Алиша хотела, было, поспорить с Гэммаем, особенно про новый смысл для Скроу, но не стала, а лишь повела плечами.

Тем временем Мэрот с Куравой умудрились выпить бутылки до дна, хотя половина содержимого явно пролилась мимо ртов. Курава раздраженно разбил свою и отвернулся, намереваясь уйти. К счастью, его тут же подхватила Кира Осори, басилиска из одного с ним клана, с которой Алиша пересекалась на каком-то задании. В сторону Алиши Кира бросила немного виноватый взгляд, но та намеренно ободряюще улыбнулась в ответ. Ну что взять с этих пьяных мужчин?

Мэрот же, довольный выполненной миссией, подошел к ним с Гэммаем, чуть покачиваясь.

— Если он еще раз хоть слово скажет, я вызову его на бой! — заявил он.

— Лучше закуси! — вздохнул Гэммай.

— Нет, ну кто бы мог подумать! Мы живы, мы с честью выполнили свой долг, а он переживает из-за каких-то показательных драк! — фыркнул Мэрот.

— Жаль, не все вернулись, — опечаленно вздохнула Алиша, вспоминая события последних двух лет.

Тут ее словно осенило.

Девушка поспешно схватила очередную стопку и легко запрыгнула прямо на стол так, что ее смогли увидеть все собравшиеся.

— Воины Агнира! — крикнула Алиша, и любопытные взгляды тотчас обратились к ней. Однако в этот раз ее совсем не смутило повышенное внимание. — Я сейчас беседовала с мастерами Мэротом и Гэммаем — первыми мастерами, с которыми так близко столкнула меня жизнь, когда я еще ничего не знала ни об этом городе, ни о вас. Вы можете считать меня пришлой, как когда-то думал Мэрот, или сразу принять за свою, важно не это. Важно то, что помимо них в том отряде был еще один храбрый мастер, который показал мне, что выдающиеся способности можно использовать и во благо, что воины из закрытых кланов — тоже живые люди, способные чувствовать, сопереживать, смеяться. Этим мастером был Геруд из клана Тори, и именно благодаря ему я отважилась переступить врата этого города, надеясь, что найду здесь таких же жизнерадостных, стойких духом и при этом легких на подъем людей, каким был он. Увы, как и многие подобные ему, он пал жертвой этой глупой расточительной войны с повстанцами. И сейчас я хочу выпить за него и других павших воинов, которые могли бы стоять здесь рядом с нами! Да будет их душам легко в лучшем мире!

— За наших братьев и сестер, отдавших жизнь за нашу жизнь! — крикнул Мэрот традиционный тост за погибших в бою.

Зал вторил ему, хоть и нестройно, но торжественно. Алиша выпила и спрыгнула со стола, тут же затерявшись в толпе.

Гэммай одобрительно кивнул.

— Я тоже часто вспоминаю Геруда. Способный был парень. Жаль, иногда удача поворачивается спиной даже к талантливым мастерам.

— Хотелось бы верить, что больше на материке не будет войн и восстаний, и мы перестанем терять близких, — сказала Алиша.

— Время войн прошло, но кланам лишь предстоит адаптироваться под мирную жизнь. Изначально ведь способности мастеров вовсе не были направлены на военные цели. Великий клан Ци был, прежде всего, кланом целителей, — поделился подошедший к ним мастер Сирош, еще один друг Гирокиру и Мэрота.

— Странно то, что именно с гибелью последних представителей этого клана войны как раз и пошли на спад, — отметил Алек.

— Может, просто мир был готов к этому. Война перестала приносить прежнюю выгоду и стала слишком опасной, — сказала Олла.

— Но ведь непрямые потомки клана Ци до сих пор живут среди мастеров? — поинтересовалась Алиша.

— Да, — кивнул Гэммай. — А еще ходят слухи о всяких удивительных реликвиях, типа медальона Ци, в которых хранится энергия этого клана, способная исцелять людей.

— А я слышал, они своей силой могли нейтрализовать любые воздействия со стороны мастера, будь то иллюзия или блокировка способностей, — вставил Мэрот.

— Ну, нам на них вряд ли дадут даже взглянуть в таком случае, — улыбнулся Гэммай.

— Ладно, хватит о серьезном. Предлагаю переходить к части соревнований и игр! — четко следуя расписанию, заявила Олла. — Только Курава и Мэрот не участвуют!

— Эй, а я-то за что!? — возмутился Мэрот, выглядевший, надо признать, довольно трезвым после выпитой бутылки.

— А вы, мастер Кхон Мэрот, вообще-то обещали сегодня от меня не отходить! — с улыбкой напомнила Алиша.

Мэрот тут же сменил гнев на милость и действительно не отходил от нее весь оставшийся вечер праздника.

Они покинули военный корпус среди последних. Алишу порядком покачивало, и Мэрот галантно предложил ей локоть.

— Ох, я все же выпила лишнего! Ну разве можно так порочить честь великого клана Митору? Ты, наверное, снова будешь презирать меня! — пытаясь четко выговаривать слова, сокрушенно обратилась Алиша к мастеру.

— Алирия, на самом деле я хотел перед тобой извиниться, — неожиданно серьезно произнес Мэрот. — Не потому что ты спасла мне тогда жизнь, и я теперь чувствую вину, а потому, что действительно был не прав. Дело в том, что моя бабка была родом из Митору, а я всегда с особой щепетильностью относился к тому, что происходит и в моем, и в родственных кланах. Но Гэммай правильно сказал: ты стала примером для всех нас. Примером, подтверждающим, что многие простые люди обладают неординарными способностями, просто им не представилось шанса или потребности их развить. Эти клановые устои, конечно, порядком устарели! Намного важнее находить таких, как ты, чтобы общество мастеров продолжало развиваться.

— О, это очень лестно слышать! Особенно болтаясь пьяной на твоей руке! — хихикнула Алиша.

Мэрот закатил глаза, хотя и сам при этом чуть не сбился с шага.

— Нам всем нужно было отдохнуть после операции. И ты этого заслуживаешь не меньше остальных. К тому же, уверен, появись перед нами враги, ты бы вмиг протрезвела и разделалась с ними. Так что будь пьяной, будь какой угодно! Величия Митору это не умалит!

Они шли по летним ночным улицам военного города. Кое-где раздавались крики и песни выпивших компаний, и на душе у Алиши было как никогда тепло и радостно.

— Пьяная ли, мертвая ли, а честь клана я попрать не могу! — гордо заявила она. — Может, я не так хорошо знаю вашу историю, но ответственность осознаю сполна.

— Значит, Скроу-тэму повезло, — кратко отметил Мэрот.

Алиша кинула на него напряженный взгляд. Она хотела было сказать, что вряд ли Скроу так уж рад ее присутствию, но смолчала. Даже в пьяном угаре она не стала бы обсуждать их отношения с посторонними.

Вскоре они подошли к дому Скроу. По пути Мэрот обучал Алишу словам веселой песни, которую горланили мастера на празднике, и все хмурые мысли вылетели у девушки из головы.

— Спасибо, что проводил, — с улыбкой поблагодарила Алиша мастера.

Тот аккуратно отпустил ее руку, явно желая убедиться, насколько уверенно она стоит на ногах без поддержки.

— Мне это в радость, госпожа Алирия, — чуть склонился Мэрот, на что девушка лишь закатила глаза и махнула рукой.

А про себя невольно подумала, как ей все же не хватает таких простых знаков внимания: совместного веселья, легкого флирта, осторожных ухаживаний со стороны близких по возрасту и духу мужчин. Но все, что они могли позволить, это лишь выпить с ней и убедиться, что она благополучно добралась домой. Ведь случись что, Скроу Рэм наверняка им голову снесет.

«И как меня угораздило стать членом именно клана Митору!», — вздохнула про себя Алиша, идя по дорожке к дому.

Тот встретил ее темными окнами и тишиной, отчего-то показавшейся Алише осуждающей. Она нутром чувствовала, что Скарскроу находится в своей спальне и наверняка слышал их с Мэротом прощание и ее неровные шаги по мелкому гравию.

«Нечего волноваться, Скарскроу-тэм! Принцесса уже идет к своему дракону!», — не без горечи подумала девушка, намеренно небрежно открывая входную дверь.

4

С утра ужасно болела голова.

Впрочем, Алиша нисколько не удивилась. И даже решила не тратить резервы организма на немедленное исцеление: по правде сказать, после трех месяцев в госпитале она предпочитала применять любые техники с крайней осмотрительностью.

Мучаясь от похмелья, Алиша кое-как выбралась из кровати и, держась за стены, аккуратно спустилась вниз в поисках воды.

К ее удивлению на столе стоял полный стакан, а рядом в блюдце лежала спасительная таблетка.

«Скроу что, издевается надо мной?», — скрипнула зубами она, но от заботливого жеста мастера отказываться не стала.

Половину дня она провалялась в кровати, листая разные книги и журналы, а потом и вовсе уснула на несколько часов. Разбудил ее заскучавший Хайд, явно требующий прогуляться с ним в близлежащий лес.

Девушка снова поднялась, чувствуя себя на порядок лучше. Усталость и переживания предыдущих дней будто остались в прошлом. Она оделась, выгуляла пса, на обратном пути купила готовый ужин, в одиночку с аппетитом его съела и направилась в душ.

«Завтра пойду в лабораторию и продумаю заодно схему тренировок со “Стрелами”», — решила она, вытираясь и надевая халат.

С недавнего времени у мастеров были в ходу небольшие передатчики информации, которые они использовали на заданиях как дополнение к телепатическим сигналам. Но во время пребывания в городе эти устройства вполне годились и для небольших переписок на повседневные темы. Алиша не без удовольствия увидела, что ей пришло несколько сообщений. Весь вечер она общалась с Оллой, обсуждая впечатления от вечеринки, ответила Мэроту на короткий вопрос о своем самочувствии, а потом убеждала Киру Осори, что нисколько не обижается на Кураву за его поведение.

Спать она легла с ощущением неожиданного счастья: несмотря на все обстоятельства ее положения, Алиша провела день, как если бы оставалась обычной студенткой в Осколе. Она от души повеселилась накануне, а теперь отлеживается с легким похмельем, болтая о всяких глупостях, флиртуя с парнями и хихикая с подружками. Пожалуй, в этой концепции Скроу вполне мог быть для нее всего лишь фоновым главой клана-опекуном, не мешающим ее молодой беззаботной жизни.

Вот только Скроу Рэм таковым не являлся. Он занимался с ней сексом, а убару ждала пополнения клана. А еще каждого из них могли направить на опасное задание в любой момент, ведь восстанием в Го проблемы этого мира не ограничивались. И нельзя было забывать об их способностях, слишком уникальных и развитых, чтобы жизнь двух Митору долго оставалась заурядной.

Но Алиша старалась не зацикливаться на этих тягостных мыслях. Сейчас она жила, как подобает любой девушке в ее возрасте, и не хотела думать о будущем.

Следующие две недели пролетели незаметно. Алирия возобновила исследования в лаборатории, засиживаясь там по вечерам, стала помогать Мэдо-дано по разным медицинским вопросам в госпитале и, конечно же, начала тренироваться со «Стрелами». Утром она вставала пораньше, быстро завтракала, гуляла с Хайдом по проторенным в лесу тропинкам, а потом бежала на тренировочную площадку.

Их упражнения с юными воспитанниками Скроу под конец всегда собирали группу зрителей, что невольно льстило Алирии. А вот с самим главой клана Митору они практически не пересекались: девушка поймала себя на мысли, что начинает избегать его почти так же, как когда-то Риккерта. Нет, все же, видимо, дело в ней самой, раз все ее отношения строятся по одному сценарию! Правда, в отличие от бывшего ухажера, Скроу Рэм никак не докучал Алише и сам приходил домой лишь на несколько часов, чтобы переночевать.

Но однажды они все же пересеклись. Накануне Скарскроу не ночевал дома, явившись только утром, как раз, когда Алиша завтракала. Она между делом поздоровалась с ним, почти не отрывая взгляда от справочника по лекарственным (а во многом и ядовитым) растениям.

Скроу против обыкновения вошел на кухню и сел на табурет у стола.

— Алирия? — обратился он к ней.

Алиша с удивлением взглянула на него и отложила книгу.

— Вы хотите мне что-то сказать, Скарскроу-тэм? — девушка намеренно обратилась к нему официально, но в ее тоне не было холодности или издевки. Просто вежливый вопрос, из которого при желании можно сделать много выводов.

Скроу вздохнул и посмотрел куда-то в сторону.

— Я всегда считал своим единственным долгом службу, — начал он издалека. — Никогда не встречался с друзьями, не развлекался в компании. Не сложилось у меня с этим. Как в принципе не складываются и отношения с людьми. Но я понимаю, что обидел тебя, поступил неправильно. И я прошу прощения за свое поведение. И буду признателен, если ты примешь от меня небольшой подарок в качестве извинений. Дарить подарки я тоже толком не научился, поэтому чувствую себя довольно глупо, если тебя это как-то утешит.

И Скроу протянул Алише небольшой футляр.

Та с недоверием взглянула на мастера.

«Нет, не получится у меня обычной жизни молодой девушки. Скроу, конечно, долго раскачивается, но в итоге все равно выводит ситуацию нам обоим в плюс, относясь ко мне как к своей женщине, а не какой-то воспитаннице. И за эти усилия я не могу злиться на него», — подумала Алиша, молча беря из рук мастера деревянную коробочку.

Поддела пальцем замок, открыла — внутри лежал довольно изысканный кулон в виде нескольких пересекающихся кругов с небольшим драгоценным камнем, закрепленным на одном из пересечений узора. Красивая вещь и явно недешевая.

— Вы сами его выбрали? — внимательно посмотрев на Скроу, спросила Алиша.

— Я, конечно, только что жаловался на отсутствие некоторых навыков жизни в социуме, но украшение в подарок, пожалуй, способен выбрать самостоятельно, — спокойно отвечая на ее взгляд, сказал Скроу.

Алиша провела пальцем по золотым линиям кулона.

— Вы когда-нибудь ухаживали за женщиной? — спросила вдруг она, вновь подняв глаза на Скроу.

Тот, кажется, немного удивился ее вопросу.

— Я уже рассказывал о своих… любовных историях, если можно так выразиться, — осторожно ответил он.

— Вы рассказывали мне о юношеских влюбленностях. Это не одно и то же. Вам тридцать восемь лет, если мне не изменяет память, и я крайне сомневаюсь, что вы все их провели исключительно на заданиях или в военном корпусе.

— Почему это тебя вдруг заинтересовало? — не стал отвечать на предположение Алиши Скроу.

Та неопределенно повела плечами.

— Считайте это женским любопытством. Я — женщина, вы за мной ухаживаете… По-своему. Но при этом я почти ничего не знаю о вас и вашем прошлом. И, раз ворошить воспоминания о детстве и семье для вас болезненно, так расскажите хотя бы о романах…

Скроу, кажется, закусил под маской губу. Алишу это позабавило. Возможно, она никогда не одолеет его в бою, но в разговоре ей ничего не стоит загнать его в угол.

— Я никогда об этом не распространялся и не считаю, что это было бы корректно, в том числе и по отношению к тем женщинам, — произнес, наконец, он.

— О, значит, они все же были, и даже несколько! Очень интересно. А как же клановая энергия? Или вас связывали исключительно платонические отношения?

— Алирия! — не выдержал Скроу. — К чему этот допрос? Возможно, ты пытаешься поиздеваться надо мной, потому что все еще таишь обиду? Что же, имеешь право. Но на подобные вопросы я отвечать не намерен.

Девушка покачала головой.

«Ведь и вправду завелась на пустом месте. Бедняга Скроу, вот у него голова кругом идет от моих замашек. Ну, надо было в молодости учиться общаться, а теперь придется привыкать».

Она закрыла лежащий на столе справочник, засунула его под мышку и встала.

— Раз не хотите отвечать, то не буду вас более тревожить. А за подарок спасибо — украшение очень красивое. Считайте, ваши извинения приняты.

Взяла коробочку и ушла к себе, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. Ну что она за человек? После той истории с Мао она, в отличие от Скроу, ни разу не извинилась, а на его шаг навстречу ответила издевками и высокомерием. Он явно решит, что она еще незрелый подросток, раз так себя ведет, и будет, вероятно, прав.

Куда-либо выходить Алише резко расхотелось, и она сосредоточилась на работе с собственным рецептурным справочником, аккуратно занося записи с названием и объемом различных веществ, которые обычно в пылу исследования делала на обрывках листов, попавшихся под руку.

«А ведь и вправду стоило бы что-то подарить Скроу, хотя бы просто чтобы показать, что он мне небезразличен. Разумеется, у нас сейчас непростой период, и все же мы считаемся парой. Да и обновить кое-что в доме давно хотелось. Хотя бы у меня в комнате — ну что это за старая мебель? Поверхность стола вся изрезана, видимо, когда-то Миту, а то и юный Скроу здорово поорудовали тут ножом вместо того, чтобы учить уроки. Да и кухня у него просто допотопная…»

Неожиданно девушка оставила свое кропотливое занятие, взяла свиток перемещения и вышла из дома. Ее переполняли эмоции, и она не хотела выплескивать их в новой истерике или череде камней, пущенных в огород Скроу.

Чтобы отвлечься, Алиша пошла на рынок, где без зазрения совести заказала себе новый письменный стол и кресло, присмотрелась к кухонным гарнитурам, купила новые коврики в коридор и кучу других домашних мелочей. К счастью, после оскольской операции ей выплатили достойный гонорар, и банковской картой Скроу она почти не пользовалась.

В доме девушка остервенело начала раскладывать новые вещи, без сожаления выкидывая старые, а затем измерила габариты кухонных шкафчиков.

Скроу, если и слышал ее перемещения со второго этажа, то виду не подавал.

«А у него, судя по всему, выходной. И, вероятно, он хотел провести его со мной, если я приму его подарок и извинения. И я приняла, но так, что он теперь на глаза мне не показывается», — не зная, смеяться ей или плакать от собственной импульсивности, думала Алиша.

К вечеру ее запал порядком иссяк, она даже решила не выходить за пределы участка с Хайдом — он и так весь день носился вслед за ней, активно участвуя во всех обновлениях и обнюхивая каждую новую вещь.

«Вот бы еще хозяин дома хоть как-то отреагировал», — фыркнула про себя Алиша, заваливаясь на кровать. Та была застелена новым бельем, включая одеяло и подушку. Саму кровать тоже давно было пора сменить, но этим она займется после кухни.

Девушка забралась под одеяло и принялась за чтение. Перед сном она предпочитала сугубо художественную литературу, чтобы расслабить ум. Эх, а ведь еще свою книгу надо закончить!

— Я не помешаю? — Скроу, хоть и не скрывался специально, все равно возник в дверном проеме совершенно бесшумно.

Алиша инстинктивно натянула одеяло повыше, но прогонять мастера не стала.

— Конечно, проходите, — сказала она, хотя Скроу Рэм и так уже вошел в комнату и уселся ни много ни мало на край ее кровати.

— Вы спрашивали меня про женщин, а потом сказали, что мало обо мне знаете, — также перейдя к Алише на «вы», начал он. — На самом деле, мне сложно говорить о себе, потому что я никогда сам о себе не задумывался. Большую часть жизни я воспринимал себя исключительно как инструмент для эффективной службы, и лишь после того, как у меня появились ученики, стал… Очеловечиваться, что ли. Поэтому мне до сих пор трудно вас понять. Любой скажет, что между нами непреодолимая пропасть, но обстоятельства заставляют нас быть вместе, жить под одной крышей. И меньше всего мне бы хотелось, чтобы это было в тягость вам.

— А вам разве не в тягость? — задала Алиша вопрос, который давно вертелся у нее на языке.

— Мне? Нисколько. Конечно, многое непривычно, но… Не неприятно. Порой мне кажется, что я снова возвращаюсь в годы, когда мы жили вдвоем с сестрой. Чем-то вы мне ее напоминаете по манерам, характеру. А иной раз я просыпаюсь и чувствую себя, как в детстве, будто где-то рядом хлопочет мать. И это скорее приятные чувства. Но вряд ли то же можно сказать о вас.

Алиша удивленно склонила голову.

— Честно говоря, понятия не имела, что произвожу такой эффект своим присутствием. Тем более что вы практически не появлялись дома последние две недели. Но вы зря волнуетесь — я ведь тоже рано потеряла семью и привыкла жить или одна, или с какими-то посторонними людьми, типа соседок в общежитии.

— Но вряд ли вы рассчитывали существовать под одной крышей с таким, как я, — чуть усмехнулся Скроу и аккуратно опустил с лица маску-воротник, будто вспомнил, что в откровенных разговорах принято не закрывать лицо.

Алиша невольно задержала на нем взгляд. Нет, на вид ему не дашь почти сорок. Но и двадцать не дашь. Внешность мастеров с улучшенным геномом и впрямь выбивалась за нормы времени. Эти утонченные черты, пересеченные старыми шрамами: интересно, почему он не хочет убрать их? Наверняка любой медик-дано мог бы обновить его кожу. Хотя, вероятно, у мастеров это не принято. Многие воины, которых Алиша знала, оставляли полученные шрамы как память о сражениях. Тяжелых сражениях, в которых они победили. И не только мастера, но и басилиски не стеснялись отметок на теле.

— Мне это подходит, — сказала Алиша, наконец. — Подходит такая жизнь. Вы уважаете мое личное пространство, не контролируете каждый мой шаг. И у вас довольно уютный дом, в котором я чувствую себя защищенной. Если вы невольно окунаетесь в воспоминания о своем детстве, то я, напротив, порой ловлю себя на мысли, что примерно так же я могла жить в свои годы, если бы родители были живы. Они тоже не вмешивались в мои дела, уважали мой выбор… В отличие от дяди с тетей, например. Наверное, если бы все сложилось иначе, я бы сейчас встречалась с друзьями, занималась какой-то работой или учебой, а вечером возвращалась домой и читала книги…

— Вот только мы с вами отнюдь не родители и не дети друг другу, — не сводя с Алиши взгляда из-под полуприкрытых глаз, произнес Скроу.

Он медленно взял ее лежащую поверх одеяла руку, и от его прикосновения Алиша снова почувствовала, как внутри что-то взрывается, подобно шаровой молнии.

— Это правда, — только и смогла вымолвить она, но руку не отдернула.

— Только, если вы не против, — со всей серьезностью сказал Скроу. — Я пойму, если вы теперь чувствуете отторжение или что-то подобное…

Алиша отвела взгляд, ощущая, как лицо заливает румянец. В повседневной жизни Скроу порой двух слов связать не мог, а в такой личной теме столь прямолинеен, что способен смутить даже одной фразой.

— Я не чувствую отторжения, — негромко произнесла Алиша. — Вы всегда действуете на меня гипнотически, и я ничего не могу с этим поделать. Может, это энергия клана или что-то еще…

Она сжала его руку, когда он нагнулся к ней и поцеловал. Она могла бы ненавидеть его за то, что он отказал ей в поцелуе в прошлый раз, за то, что был с ней груб. Но ведь и она тогда была не против. Более того, она явно его провоцировала, заявившись в его комнату в одном лишь полотенце.

Рука Скроу решительно скользнула под ее тонкий шелковый халат. Его губы и язык становились все настойчивее, хотя Митору оставался предельно нежен, будто и вправду пытался искупить вину за прошлую холодность.

«Может, он вообще это делает, потому что прошло две недели, а он отказался от походов к этой особой женщине. Или чтобы выполнить задание убару, которая наверняка заметила, что он безвылазно сидит в администрации и на что-то намекнула. Или ему просто захотелось, и тут же нашелся и красивый подарок, и слова извинений», — проносились в голове Алиши мысли, но ей было все равно. Она не могла сопротивляться мягкой, но при этом требовательной страсти Скроу, которая буквально сводила ее с ума.

Он стянул с нее халат и ласкал ее тело, пока она не стала практически всхлипывать от переполняющего ее желания. Зачем он так мучает ее? Ей хватает одной мысли о нем, чтобы возбудиться, чтобы быть готовой принять его. Все, что ей надо сейчас, это ощутить его внутри себя, раствориться в этом странном, пугающем, но удивительно чувственном человеке.

Скроу проник в нее пальцами, заставив тело сладострастно выгнуться. Девушка задыхалась, отдаваясь ритму его уверенных движений.

Его пальцы довели ее до оргазма прежде, чем ей хотелось. Алиша тяжело дышала, испытывая одновременно удовольствие и досаду.

— Я же уже сказала, что извинения приняты. Ты мог бы не задерживаться на этой части, — с хрипотцой в голосе произнесла она, когда Скроу заботливо укрыл ее одеялом и прилег рядом.

— А я и не сказал, что мы закончили. Просто хотел сделать приятное, — безмятежно ответил он.

Алиша сумела в процессе стянуть с него водолазку, но мастер по-прежнему был в своих обычных форменных штанах. Девушка не сомневалась, что ему немало сил стоит сдерживать свое желание. Она аккуратно провела пальцами по его груди, коснувшись пересекавшего ее тонкого шрама.

Скроу упреждающе схватил ее руку.

— Ты уже готова продолжать? Так быстро? — поинтересовался он.

— Мне просто нравится прикасаться к тебе. Тем более, что удается это нечасто, — улыбнулась Алиша.

— Можем делать это чаще, если хочешь, — улыбнулся в ответ Скроу.

«Какая красивая у него улыбка! Увидеть ее, когда он без маски — настоящая редкость!», — поразилась собственному впечатлению Алиша.

— А сил у вас хватит, Митору-тэм? — кокетливо спросила она, потянувшись к его губам.

Скроу ответил на поцелуй и больше не стал размениваться по мелочам. Подмяв девушку под себя, он стянул штаны и вошел в ее горячее влажное лоно, отчего Алиша застонала, обхватив его ногами и притянув к себе. Наслаждение накрыло ее с головой, и она снова ощутила то необыкновенное духовное единение, которое произошло между ними перед операцией в Осколе.

Но тогда она чувствовала себя чуть ли не бессмертным существом, равным, а в чем-то и превосходящим Скроу. Сейчас же она оставалась той Алишей, которая влюбилась в загадочного мастера, сама того не ведая, где-то между военным лагерем под Осколом и их укрытием в горах, где он лежал обессиленный и беспомощный на ее руках. И для этой девушки, выросшей в маленькой мирной Рисии, было непостижимо, как она оказалась под одной крышей, в одной постели с самым необычным и скрытным воином-мастером материка. И ее это ужасно возбуждало, выводя на новые круги наслаждения, пока Скроу не пришел к завершению и освободил ее из своих крепких объятий.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты очень страстный мужчина? — прошептала Алиша через пару минут, немного отдышавшись. — Хотя зачем спрашивать, наверняка говорили и не такое…

— Ты опять хочешь вызнать подробности моей интимной жизни в прошлом? — улыбнулся, глядя куда-то в потолок, Скроу. — Не думаю, что сейчас подходящий момент.

— Вообще-то я тебе комплимент сделала, — фыркнула Алиша беззлобно.

— Премного благодарен за столь лестную оценку, — Скроу Рэм искоса глянул на нее. — Я вот в комплиментах не преуспел, хотя, надеюсь, все понятно и без них.

— Что понятно? — встрепенулась Алиша. — Мы, женщины, любим ушами, так что изволь уж пояснить.

Она перекатилась на живот и практически нависла над Скроу, игриво улыбаясь.

Мастер осторожно провел пальцами по ее щекам, обвел припухшие от поцелуев губы.

— Что я без ума от тебя, Алирия Митору, — глядя ей в глаза, сказал он.

5

— Не думаю, что вы пока полностью готовы выполнять задания, — убару Яни говорила мягко, но решительно.

Алиша чуть заметно сжала челюсти.

— Я не прошу о сложных миссиях, убару, а просто о каком-то регулярном занятии или простых заданиях. Мои показатели в норме, я прошла полный медицинский осмотр и не хочу растрачивать время зря.

На лице убару не дрогнула ни одна мышца.

— Алирия, я понимаю ваше рвение. Однако сейчас давать вам какую-либо работу не вижу целесообразным. Не так давно вы прошли через глубокую трансформацию и пока находитесь под особым наблюдением, в том числе и Скарскроу-тэма. Наберитесь терпения, в конце концов, в пределах города вы совершенно свободны.

«Неужели она намекает, что в ином случае могла бы запереть меня?», — пронеслась неприятная мысль в голове Алиши. Она не стала скрывать, что ответ убару ее разочаровал, но вежливо поклонилась и вышла. Да ничего иного ей и не оставалось.

«Я думала, что Яни сейчас не хватает людей, и она с радостью мне что-нибудь предложит. Не ожидала получить такой от ворот поворот. Хотя, возможно, она видит во мне потенциального продолжателя рода Митору и вообще бы предпочла, чтобы я стала домохозяйкой. Только вот эта роль совсем мне не по нутру».

Алиша решила, что, раз ей отказывают в официальной работе, она продолжит свои обычные занятия в госпитале, на тренировочном плацу и дома с книгой.

После ночи, проведенной со Скроу, их отношения ожидаемо улучшились. Он снова стал оставлять ей короткие записки, хотя по-прежнему работа в администрации занимала у него большую часть суток. Алиша поняла, что скучает, ведь он приходил глубокой ночью и, не желая ее будить, ложился спать в своей комнате, а с утра уходил прежде, чем она просыпалась.

— Я чувствую себя так, словно горы могу свернуть, а приложить эту энергию некуда, — как-то раз пожаловалась она Заре, басилиске-дану на пару лет младше ее.

— Ты же и так весь день пропадаешь в госпитале, ставишь на ноги тяжелобольных. Тебя скоро на руках там носить будут, — покачала головой Зара.

Алиша даже немного удивилась. Да, она помогала Мэдо-дано и, конечно, подталкивала многих больных в сторону выздоровления при помощи известных ей техник, но делала это всегда незаметно для них самих, чтобы организм не истощился от резкого наполнения энергией и усиления метаболизма. Алиша очень осторожно подходила к процессу исцеления, помогая только там, где тело уже не могло само справиться.

Были случаи, когда она понимала: человек не хочет жить, и тело послушно отказывается работать, следуя установкам хозяина. В таком случае, если психотерапия уже не помогала или человек находился без сознания, она предпочитала не вмешиваться.

В военном городе у многих людей искалеченные судьбы, и далеко не всегда исцеление тела могло идти на благо души. Поэтому она не ожидала такой оценки со стороны Зары.

— Я всегда хотела помогать другим, но я бы делала это и без наличия особых способностей. А с ними я никак не могу усидеть на месте, — объяснила она.

Так получилась, что именно Заре стали известны многие подробности пребывания Алиши в джунглях Танши и обучения у Мао Дьюи. Девушка даже узнала имя таинственного отступника, перекроившего тело и сознание Алирии. Все из-за того, что Зара оказалась ее лечащим врачом и постепенно выспросила все детали, чтобы разработать наиболее эффективную схему лечения.

На слова Алиши Зара лишь пожала плечами.

— Я тоже не могу назвать себя таким уж увлеченным дано. Медицина мне интересна, но как составная часть чего-то большего. Устройства мироздания, что ли. Однажды мне предложили заняться научными исследованиями, ведь меня действительно интересовала более широкая тема, чем постановка диагнозов или лечение пациентов, но я отказалась. Сама не знаю, чего хочу. Пожалуй, как и ты.

— Тебе хотя бы убару дает задания, а меня попросту отшила, — не сдержалась Алиша.

— Да ну, какие там задания? Все та же помощь в лагере беженцев, из которого постепенно начался отток в Го, или работа в том же Осколе, куда возвращаются беженцы из лагеря и сталкиваются с разрухой, нищетой и голодом. На днях вот снова поеду спасать тех, кого собственное государство бросило на произвол судьбы.

— Слышала, Го опять попросил Агнир о помощи, теперь уже в восстановлении Оскола и региона, — покачала головой Алиша.

— Да, работы там хватит надолго. И это при том, что у них самих неплохая медицинская школа в военном городе. И их мастера не уступают нашим по многим параметрам.

— Только вот с убару им не повезло. Видимо, правду говорят, что рыба гниет с головы. Так и тут — разбазарили мастерство, а дырки соседей просят затыкать.

Зара кивнула. Девушки еще немного повздыхали и разошлись, вернувшись к своим делам в госпитале.

Ночью Алиша все никак не могла заснуть. Выпила чаю, почитала пару журналов, проверила сообщения на передатчике, потом выключила свет и долго ворочалась в постели.

Скроу вернулся около полуночи, довольно рано по сравнению с прошлыми днями. Алиша уже начала засыпать и сквозь сон услышала, как он принимает душ и поднимается к себе в спальню. Это ее разбудило, и она раздосадованно села в постели. Выпив воды из кувшина, стоящего на столе, Алиша поднялась, накинула халат и отважилась заглянуть в комнату Скроу.

Тот сидел на кровати, разбирая какие-то вещи из своей поясной сумки.

— Я не могу уснуть, — надула губы Алиша, будто мастер был во всем виноват.

— Уверен, что можешь. Для этого у мастеров много специальных приемов, — добродушно улыбнулся Скроу, не поведясь на ее «детский спектакль».

— Ты прав, — вздохнула девушка. — Но я стараюсь не применять мастерские приемы в повседневной жизни. По крайней мере, сейчас, когда мне хочется пожить в иллюзии, что я обычный человек.

Алиша зашла в комнату и присела на кровать рядом со Скроу.

— Может, поэтому убару и не дает мне никаких заданий? — спросила она у него.

— Не могу знать, мы не общались на эту тему. Но я вижу, что сейчас тебе действительно важно «пожить, как обычный человек». И я стараюсь этому не мешать. Это важный трансформационный период, возможно, поэтому Яни и не спешит загружать тебя работой.

— Или хочет, чтобы мы сосредоточились на семейной жизни, — предположила Алиша.

Скроу мельком взглянул на нее, но ничего не сказал. Повисло неловкое молчание.

— Убару сегодня подписала мое назначение на командование группой помощи мастеров по восстановлению оскольского региона в Го, — произнес Скроу, наконец.

— Что? Ты уезжаешь? — удивилась девушка.

Алиша сама не ожидала, что ее так потрясет эта новость. Казалось бы, совсем недавно она бы обрадовалась известию, что глава клана Митору надолго уедет. Но теперь, когда их отношения наладились, ей стало обидно.

— Это было ожидаемо. Я же командовал освободительными отрядами мастеров. Теперь нам предстоит помогать в поддержании порядка и проверке прибывающих в город, а также в оказании медицинской помощи и обустройстве временного жилья. В общем, хлопот после деятельности «Тени» будет достаточно.

— А меня взять с собой ты убару не предложил? — вопрос прозвучал резче, чем Алиши того бы хотелось.

Скроу покачал головой.

— Она ясно дала понять, что тебе лучше остаться здесь. Хочет, чтобы один из Митору был в городе на всякий случай.

Алиша скрипнула зубами. Не зря ей не спалось! Но смысл сейчас ныть или жаловаться? Она знала, куда шла: в военном городе строгие порядки, мастера могут послать на долгосрочное задание посреди медового месяца, и ничего с этим не поделаешь. Она выбрала это, понимая все риски. А для Скроу Рэма это и вовсе образ жизни.

— Не расстраивайся, Яни сейчас сильно издергана из-за переговоров с правительствами Го и Агнира. Уверен, очень скоро она сама тебя призовет, чтобы дать задание, — по-своему трактовал ее мрачный вид мастер.

Вдруг девушка рассмеялась и обвила шею Скроу руками. От неожиданности тот на минуту оцепенел.

— Ты подумал, что я расстраиваюсь из-за решений убару? Да я просто не хочу расставаться с тобой! Это меня гложет!

Мастер повернулся к Алише, осторожно, будто боясь сделать что-то не так, приобнял ее за талию.

— Понимаю, ты явно к такому не привык. Но мы договорились, что будем пытаться узнавать друг друга лучше, — прошептала Алиша куда-то в щеку Скроу, наполовину закрытую тканью маски-воротника.

И игриво подцепила ее край зубами, с интересом наблюдая, как поведет себя мастер.

Скроу привычным движением опустил маску и повернулся к ней, оказавшись вплотную к лицу девушки.

— Ничего не имею против. И раз дело во мне, то давай я скажу убару, что собираюсь взять тебя в Оскол.

— Вот так просто? — удивилась девушка. — И как же ты ее убедишь?

Скроу чуть заметно пожал плечами.

— Мне не нужно ее убеждать. Я глава клана и имею право решать, если мне на задании нужен компаньон из Митору. А убару обязана с этим считаться.

— Но минуту назад ты вроде как был иного мнения, — все еще с недоверием произнесла Алиша.

— Минуту назад я считал, что ты упрямишься. Но раз ты просто не хочешь расставаться со мной, то соображения Яни останутся при ней. А ты — при мне.

— Должно быть, нелегко ей лавировать то между правительствами наших стран, то между кланами военного города, — неожиданно прониклась сочувствием к Яни Алиша.

Но Скроу не стал разделять ее мнения.

— Она не первый год занимает пост убару и вполне прилично справляется. А также прекрасно осознает, что любое решение имеет свои последствия.

И, красноречиво взглянув на Алишу, Скроу одним легким движением повалил ее на кровать. Девушка рассмеялась, и больше в ту ночь к разговорам они не возвращались.

Оскол встретил Алишу ярким солнцем, невольно вернув ее во времена, когда она уже сдала экзамены и работала в университете, наслаждаясь начавшимся летом и одновременно мучаясь от настигших ее одиночества с безысходностью.

«Как быстро все начало меняться потом», — подумала она, проходя по знакомым улицам.

Агнирские мастера разместились в центральном районе города, заняв здание главной гостиницы и старый административный корпус. Рядом располагалась первая городская больница, в которой трудились агнирские и гоанские медики-даны, и полуразрушенное здание центрального банка, с которым у Алиши были связаны особые воспоминания.

Поскольку Скроу Рэм решил взять ее в качестве компаньона, убару, видимо, из упрямства, не подписала Алише никакого официального назначения. Девушка невольно напряглась, подумав, что, разжалобив Скроу, в то же время настроила убару против себя. Она и так подозревала, что между этими двумя были какие-то отношения, которыми Яни пожертвовала, чтобы у клана Митору могло быть продолжение. Может, она и вовсе рассматривает Алишу, как племенную кобылу, а глубоко внутри ревнует Скроу к ней?

Эти мысли не давали Алирии покоя до тех пор, пока они не покинули Агнир. В Го, вдалеке от военного города, ей стало дышаться легче. И она, плюнув на отсутствие бумаг, устроилась в госпиталь на правах медика-дано, а потом неожиданно для себя занялась организацией расселения прибывающих людей.

Случилось это спонтанно. Благодаря натренированной памяти Алиша без труда помнила всю карту города, практически каждый дом и его состояние. Она помогла приглашенным градостроителям установить приоритеты, а потом самолично с несколькими другими мастерами, включая гоанских, оценила сохранившийся жилищный фонд и соотнесла его с картотекой владельцев.

Все возвращающиеся оскольцы делились на несколько групп: те, чьи дома и квартиры уцелели, могли сразу заселяться в них. Те же, чье жилье было разрушено или серьезно пострадало, расселялись в здания гостиниц и общежитий. Были и те, кто пришел в Оскол впервые, чтобы начать новую жизнь — их тоже расселяли и привлекали к общественным работам.

Не прошло и месяца, как Алиша стала главным координатором и ведала практически всем населением города и его инфраструктурой: кто где живет, где уже открылись магазины и столовые, сколько койко-мест осталось в гостиницах и другой нужной информацией.

Скарскроу занимался решением более глобальных вопросов, контролировал местную полицию и общался с новым мэром Оскола и представителем гоанского военного города.

В среднем оба они работали часов по восемнадцать в день и почти не виделись, разве что иногда Алиша ощущала через сон, как Скроу ложится в кровать рядом с ней, а наутро они желали друг другу продуктивного дня, изредка вместе завтракали и разбегались по делам.

Но потом гоанскому правительству показалось, что Агнир слишком уж плотно занялся наведением порядка в Осколе, наращивая свое влияние в регионе не по дням, а по часам. Обезличенные документы отправились срочной почтой в столицу Агнира, оттуда какие-то указы ушли в военный город, и в итоге Алиша внезапно оказалась не у дел.

Произошло это до обидного банально. Посреди дня, когда она как раз распределяла машины с провизией по пунктам питания в городе, пока те загружались из вагонов пришедшего по железной дороге товарняка, гоанский мастер вручил ей бумагу с требованием срочно явиться к главнокомандующему агнирских мастеров.

Не без внутреннего напряжения Алирия, перейдя на легкий шаг, в кратчайший срок вернулась в здание администрации и предстала перед Скроу, чувствуя себя неуютно от их подчеркнутой разницы в статусе: он сидел за тяжелым столом, а она стояла перед ним, будто вызванная на ковер подчиненная.

— Алирия Митору, я пригласил вас по нескольким поводам, — довольно официально начал Скарскроу, возможно, потому что в кабинете стоял один из его секретарей. — Сегодня пришли распоряжения от убару на основании очередных указов агнирских правителей.

Во-первых, вы представлены к награждению гоанской медалью за мужество и героизм, проявленные в операции по освобождению Оскола. Награждение состоится в эту пятницу в главном зале администрации в девятнадцать часов.

Во-вторых, гоанское правительство, собирая досье на представленных к награждению, отметило, что вы учились в университете Оскола. Университет прислал нам запрос на включение вас в список почетных выпускников, а также приглашение для вручения особого почетного знака и диплома, который, как обнаружилось, вы так и не забрали по завершении обучения.

В-третьих, с сегодняшнего дня вы освобождаетесь от деятельности координатора по инфраструктурному восстановлению города. На это место назначили гоанского специалиста.

Поскольку вы находитесь на территории Го в качестве моего помощника и не имеете официального назначения, вы будете привлечены непосредственно к моей работе в качестве сопровождающего референта.

Скроу замолчал, а Алиша не сразу нашлась, что сказать. Первая мысль, посетившая ее после слов главнокомандующего — что убару ей мстит. Узнала, что девушка добилась успехов, а когда гоанцы попросили придержать энтузиазм агнирцев, тут же сместила ее с поста, на котором она и так работала в качестве волонтера.

Обида и гнев заполонили Алирию изнутри. И еще обиднее было от того, что Скроу явно пытался смягчить удар и начал с перечисления наград и приглашений от гоанских структур.

— Разрешите переговорить с вами наедине, — холодно обратилась она к Скроу, метнув взгляд на застывшего секретаря.

Глава клана Митору кивнул тому, и юноша дипломатично удалился.

— Значит, убару не хочет, чтобы я вкладывалась в восстановление Оскола? — сдерживая гнев, спросила Алиша, подойдя вплотную к столу Скроу и чуть нагнувшись над ним.

Мастер ответил ей спокойным взглядом.

— Дело не в убару, Алирия. Просто гоанцы боятся, что мы внесем слишком большую лепту, и Оскол станет зоной влияния Агнира. Ты принесла неоценимую пользу городу и его жителям, да и мне оказала огромную помощь. Но теперь пусть они сами разбираются. Думаю, к осени правитель Го не захочет видеть тут агнирских мастеров, предпочтя вместо этого материальные дотации.

— А мне кажется, убару была рада воспользоваться возможностью унизить меня. Все потому, что ты взял меня с собой в обход ее желания. Да, разумеется, в первую очередь она действует как политик, но не отрицай: она явно испытала удовольствие, увидев возможность остановить мою кипучую деятельность.

— Алиша, пожалуйста, не накручивай себя на пустом месте, — нахмурился Скроу. — Убару действует в интересах Агнира. Наш клан Митору испокон веков живет в Агнире и служит ему, значит, убару действует и в наших интересах. И наш долг — подчиняться ее приказам, а не создавать препоны.

Слова Скроу нисколько Алишу не успокоили, скорее наоборот — она уличила в нем определенные двойные стандарты.

— Когда ты внезапно решил взять меня с собой, ты что-то не думал об абсолютном подчинении убару! Может, ты сделал это нарочно, чтобы ее позлить? Я знаю, вы с ней давно знакомы, и между вами есть определенные разногласия!

— Мои отношения с убару агнирского военного города тебя не касаются, Алирия, — неожиданно холодно произнес Скроу. — Тем более что они носят сугубо официальный характер. Что касается твоей занятости здесь, то повторю: в пятницу ты будешь присутствовать на награждении, а с понедельника приступишь к работе в качестве моего помощника. Я позабочусь, чтобы тебе было куда приложить свою энергию. А этот разговор окончен.

Жесткость, прозвучавшая в словах Скроу, обидела Алишу сильнее, чем сами его слова. Она понимала, что он поступает так, как должен. И ведет себя, как подобает главнокомандующему союзными силами. Но все же ей хотелось услышать от него слова поддержки, а не нотацию. Она так много сделала за последний месяц, а в итоге лишилась любимого занятия, еще и получила нагоняй!

«Зачем я вообще сюда приехала? Скроу полностью занят работой, а я болтаюсь рядом непонятно зачем. Еще и с убару отношения осложнились», — с досадой подумала Алиша.

Она не стала отвечать Скарскроу, как следует по уставу. Отошла от его стола, демонстративно поклонилась и вышла, едва удержавшись от того, чтобы не хлопнуть дверью.

Внутри себя девушка прекрасно понимала, что ведет себя подобно капризному ребенку, что не может уследить за переключением социальных ролей, в которых им со Скроу приходится существовать.

Он всегда был и останется мастером из клана Митору, а она словно балансирует между попытками жить, как обычный человек, и применением своих сверхспособностей.

Постепенно в Алише установились будто две грани, две разные натуры. В повседневной жизни она сознательно оставалась молодой девушкой, нередко даже забывая о принадлежности к Митору или сообществу мастеров. Но где-то в закулисье ее души, словно тень, жила другая Алирия, — басилиска, которая залечивала мелкие порезы, когда девушка промахивалась кухонным ножом во время готовки, направляла ноги легким шагом, когда она куда-то спешила, помогала поднимать тяжести или исцелять недуги других, если случалась такая необходимость. Эта расчетливая, зрелая натура, в которой Алиша пребывала, вернувшись из джунглей Танши, обычно находилась на втором плане. Но девушка знала: если что-то выбьет ее из колеи, басилиска внутри нее тут же возьмет верх.

И это произошло, когда Алиша в расстроенных чувствах вышла из кабинета Скроу. Ей захотелось убежать от жестокого мира, в котором сухие решения, принимаемые за дверями кабинетов, влияют на жизни и судьбы людей. Яни, Скроу, агнирские и гоанские правители — все ей показались воплощением бездушной системы, от которой она постаралась отгородиться. И басилиска Алирия, скривив губы в презрительной усмешке, выскользнула из здания администрации и растворилась в городе, который так хорошо успела изучить.

6

Она решила не возвращаться на ночь в гостиницу, а вместо этого отправилась прямиком в университет. Его кампус был расположен в одном из окраинных районов города и, к счастью, практически не пострадал от деятельности «Тени» и освободительных боев.

С внутренним удивлением девушка прошла по привычным улочкам, вспоминая, сколько раз, будучи студенткой, пробегала здесь, спеша из общежития в здание университета, а оттуда вечером — в магазин. Она нашла беседку, где они с подругами-первокурсницами выпивали дешевые коктейли из алюминиевых банок, и даже обнаружила нетронутой скамейку в лесопарке, на которой она рыдала, когда рассталась с Риккертом.

Сейчас корпуса университета опустели, здесь явно почти никто не жил, пока Оскол был оккупирован повстанцами. Конечно, распределяя прибывающих людей по городу, Алирия не забыла про местные общежития, и пара зданий были заселены людьми, потерявшими свои дома. Кроме того, администрация явно готовилась принимать студентов в новом учебном году: было заметно, что некоторые дороги отремонтировали, а в воздухе витал запах свежей краски.

Алиша без труда нашла свою комнату в одном из корпусов и проникла внутрь: уж сейчас она знает, как это делается!

Подумать только, всего три года назад на этом самом месте стоял Скроу, невозмутимый, как всегда, и смотрел, как какая-то испуганная студентка хаотично упаковывает вещи!

В комнате Алиши почти ничего не изменилось. Кажется, после ее исчезновения остальные студенты и сотрудники тоже покинули университет, и никто сюда не заходил. Поэтому девушка с грустной усмешкой задернула шторы, зажгла свет и обвела взглядом оставленные впопыхах вещи и мебель, покрытую изрядным слоем пыли.

— А я уже было мысленно попрощалась с вами всеми, — вслух сказала она, пробегая пальцами по подушке.

Откинувшись на кровать, Алирия закрыла глаза и представила, что за последние годы с ней ничего не произошло. Вот она проснется завтра и пойдет в университет на работу. Только поставит на место приставалу-Риккерта, потому что больше его не боится. И вести себя будет на порядок увереннее. Допишет и издаст вторую книгу, получит медицинское образование, устроится на престижную работу.

Однако такая перспектива не показалась девушке слишком уж заманчивой. Да и с ее способностями и энергией клана Митору никто не позволит ей так поступить.

А вот бы Скроу появился здесь, как в тот раз, и они бы смогли нормально поговорить, вспомнить былые времена… Возможно, даже занялись любовью на этой самой студенческой кровати. В этих мыслях было что-то волнующее.

Но Скроу, конечно, не придет. Даже зная, где она, мастер решит, что лучше ее не беспокоить и дать выпустить пар, а то и вовсе так погрузится в работу, что не заметит ее отсутствия.

Как же порой хочется, чтобы он был немного больше человеком… Со всей его замкнутостью, расчетливостью, стратегическим мышлением, но без мастерских замашек и вечным долгом перед родиной. Хотя привлек бы он ее тогда как мужчина?

Алиша не смогла ответить на этот вопрос, однако остро почувствовала, что скучает по нему. По тому Скроу, которого она знает, который стоял здесь с книгой в руках и ждал, пока она упакует свои вещи в свиток перемещения. Именно такого: внешне безразличного, но чуткого внутри, она и полюбила. И теперь ей нести это бремя любви всю свою жизнь.

Ночь опустилась на Оскол, и Алиша незаметно для себя уснула. Последние дни порядком ее измотали, и девушка позволила себе расслабиться, полностью отпустить эмоции и ситуацию. Ее сознание уплыло глубоко в миры снов, и она крепко проспала до самого утра.

А на следующий день Алиша встала, умылась в общей ванной и направилась в здание университета.

По пути на ее поясе запищал передатчик: агнирским мастерам прислали сообщение о завтрашней церемонии вручения наград. Алиша вспомнила, каким тоном Скроу Рэм велел ей явиться на награждение, и настроение девушки значительно испортилось.

Она вошла в главный корпус университета. Охраны на проходной не было: то ли еще не успели нанять, то ли решили, что пока университет только готовится вновь принять студентов, она без надобности.

Зато в коридоре ее встретила молодая сотрудница, кажется, раньше работавшая секретарем одного из начальников управлений. Разумеется, она не узнала в Алише прежнюю студентку и работника одного из подразделений.

— Я Алирия Митору, мне пришло приглашение от ректора, и вот я здесь. Проводите? — обратилась к растерянной девушке Алиша.

Она уже знала, что ректор и часть его заместителей и помощников на месте: видела припаркованные машины и энергетический след спешащих на работу людей. Определенно, сегодня Алирия была больше басилиской, чем простой девушкой.

Сотрудница провела ее в кабинет администрации. Ректор, едва узнав о визите представительницы клана Митору, со всеми почестями принял Алирию и обращался с ней как с дорогим гостем, заявив, что для университета Оскола огромная честь иметь такую удивительную и отважную басилиску в рядах выпускников. От вопросов, как девушка из Рисии, учившаяся на служащего, стала отважной басилиской, ректор деликатно воздержался. Очевидно, для него был важен исключительно репутационный статус учебного заведения, которое он возглавлял.

Алиша почти ничего не говорила, вяло улыбалась и кивала на его слова. Ей тут же вручили диплом служащего, оформленный еще на старую фамилию, и попросили расписаться на грамоте, которую собирались не вручить ей, а поставить под стекло в один из центральных университетских стендов с наградами.

Алиша убрала документ во внутренний карман куртки, в то время как ректор поспешил вручить ей значок почетного выпускника и целый пакет подарков с эмблемой университета на память. Такие обычно дарят в крупных компаниях корпоративным клиентам: в комплект входила пишущая ручка, блокнот, футболка и небольшой свиток перемещения, выполненный в университетских цветах, куда, к счастью, и можно было упаковать все эти дары.

Из университета Алиша вышла в задумчивости и побрела по городу, не желая никуда спешить. Погода стояла ясная, солнце приятно припекало, а девушка раздумывала, где бы ей перекусить. В итоге ее выбор пал на недавно открывшуюся закусочную в центральном районе города, до которой она дошла минут за сорок.

Купив горячую кукурузу — одно из любимых своих лакомств в пору студенчества, Алиша разместилась на одной из скамеек небольшого бульвара и с удовольствием вгрызлась в сочный початок.

К ней тут же подлетела стайка жаждущих поживиться птиц, и Алиша бросила им несколько кукурузных зерен.

— Госпожа Митору? — вывел ее из задумчивости чей-то голос.

Алиша повернула голову и увидела приближающегося к ней Риккерта. Надо же, а ведь она как раз вспоминала о нем накануне!

Юноша был одет в привычные рубашку и брюки, но его лицо покрывала трехдневная щетина, а черты лица еще больше обострились.

— Ах, да, лидер сопротивления! Слышала, вы стали заместителем мэра, поздравляю! — Алиша откинулась на спинку скамейки, откусывая еще партию кукурузных зерен.

Риккерт подошел к ней, какое-то время смущенно потоптался и присел на самый край.

— Признаться честно, издалека я принял вас за другую. И до сих пор немного смущен… — вглядываясь в черты девушки, сказал он.

Алиша вытерла тыльной стороной ладони рот и криво улыбнулась.

— Иногда нам в жизни приходится играть разные роли, не так ли? — хмыкнула она, смеряя Риккерта испытывающим взглядом. — Впрочем, я развею ваши сомнения. Алирия Катовска и Алирия Митору — одно лицо. Вот, у меня даже есть подтверждение.

И она достала из-за пазухи полученный в университете диплом.

— Долго у них пылился, решила забрать. Все ж память о прошлой жизни, — пояснила она, пока Риккерт растерянно пробегал глазами по корочке.

— Я ведь не должен спрашивать, как это произошло? Что вообще произошло? — спросил он, наконец.

— Это не имеет значения, — глухо ответила Алиша, одним точным броском отправляя лысый початок в урну на другой стороне дороги.

Девушка забрала из рук Риккерта диплом, встала и пошла прочь. Юноша, несмотря на явную растерянность, последовал за ней.

— Хорошо, я не стану донимать вопросами. Это не мое дело. Но я вижу, что тебе… вам нелегко. И хотя мы не очень хорошо расстались, смею надеяться, что смогу рассчитывать на дружеские отношения. К тому же, я не забыл, что вы спасли наши с Шалли жизни. И всегда буду за это благодарен.

— Как поживает эта девушка, кстати? Я о ней ничего не слышала после операции, — поинтересовалась Алиша.

— Ну… Она помогала в восстановлении города, как и я. Потом я отвез ее на западное побережье немного отдохнуть. В Аверт, вы знаете…

Алиша усмехнулась. Он называл ее на «вы», хотя в курортном городе Аверте они провели две вполне романтичные недели, в течение которых Риккерт из кожи вон лез, чтобы показать Алише, какой он надежный и серьезный ухажер. И всегда, с самого начала, обращался с ней несколько покровительственно. Но то уже былое.

— В общем, я сделал ей предложение, и в начале лета мы зарегистрировали брак, — будто боясь реакции Алиши, произнес Рик.

Девушка слегка повела плечами.

— Поздравляю с началом семейной жизни! Шалли хорошая девушка и многое пережила. Надеюсь, с тобой она будет счастлива.

— Спасибо. А вы? — спросил вдруг Риккерт.

— Что я? — посмотрев на него, спросила Алиша.

— Что вы будете делать?

— Мастер не выбирает, что ему делать. Он служит родине и выполняет приказы. Именно это я и буду делать. Служить, — Алиша смерила Риккерта тяжелым взглядом.

— Прости… Я просто не знаю. Ничего не знаю! Как правильно обращаться, что там произошло и почему ты стала такой! Но я вижу, что что-то не в порядке, и хотел бы помочь.

Риккерт отвел от нее взгляд. Алиша знала, что он говорит искренне. Да, у юноши в голове была четкая модель отношений и своей роли в них, и когда-то давно он пытался подогнать Алирию под эту модель. Возможно, сейчас примерно то же происходит у них с Шалли, но это уже не ее дело. Зато она хорошо знала, что Риккерт радеет за справедливость и никогда не оставит друзей в беде. Возможно, поэтому он вел себя так сейчас.

— Риккерт, — произнесла она, и юноша вздрогнул. — Я принадлежу к древнему могущественному клану воинов-мастеров. Теперь это моя судьба и мой путь до последнего вздоха. Мои чувства не имеют такого уж большого значения. Очень скоро они изменятся, потому что мы, мастера, воспринимаем свое настроение и работу психики иначе, чем другие люди. Это огромный древний мир, в который вход большинству обычных людей заказан, понимаешь? Поэтому нет смысла искать во мне что-то прежнее. Как и я никогда не буду видеть в тебе своего прежнего знакомого.

— Но, я надеюсь, как госпожа Митору ты позволишь мне называть тебя своим если не другом, то хотя бы добрым товарищем? — тихо спросил Риккерт.

Они остановились в конце бульвара. Тени раскидистых деревьев скрывали яркое солнце, легкий ветерок играл с листьями, заодно унося по улицам мелкий мусор.

— У меня нет возражений, хотя не исключено, что мы больше не увидимся, — не без грусти в голосе произнесла Алиша.

Риккерт удовлетворенно кивнул.

— Мне было важно это услышать. Разумеется, я понимаю, что прежние времена и прежних нас уже не вернуть. Наверное, это к лучшему. Хотя я всегда считал, что знаменитый Скарскроу Митору — единственный представитель своего клана. Об этом даже в энциклопедии в разделе про мастеров написано. Поэтому так удивился, когда узнал, что в клане есть еще и женщина. И уж тем более теперь обескуражен, что это именно ты.

— Что ты хочешь узнать? — устало улыбаясь, обратилась к нему Алиша. Она чувствовала учащенное сердцебиение Риккерта и видела, каких усилий ему стоит подбирать правильные слова.

— Каково это — быть частью Митору? Быть в одном клане с гением? — наконец, спросил он.

Алиша отвернулась и снова пошла по улице. Деревья остались позади, и яркое солнце ослепило девушку.

— Это все равно что идти под таким ярким солнцем: порой оно согревает, а порой — слепит. И не всегда вовремя удается найти тень, — задумчиво ответила Алиша.

Впереди замаячили стены полуразрушенного здания банка.

— Ну, мне пора, да и ты наверняка шел в администрацию, — обратилась басилиска к Риккерту.

— Да, я возвращался с обеда. Нам с Шалли выделили служебную квартиру неподалеку, и на обед я стараюсь приходить домой. Но не буду более вас задерживать. Надеюсь, еще увидимся, — и Риккерт поклонился, немного смутив Алишу.

Когда юноша выпрямился, басилиски перед ним уже не было.

— Госпожа Митору, вам пришло письмо из военного города Агнира, — один из бывших помощников-координаторов, видимо, по-привычке продолжал заниматься корреспонденцией Алирии.

— Спасибо, Блассет, — поблагодарила Алиша, беря в руки небольшой конверт. На нем стояла пометка «срочное».

Алиша остановилась в главном холле администрации, чувствуя себя немного потерянной: от работы ее отстранили, сталкиваться со Скроу не хотелось, а сидеть без дела казалось сущим мучением.

Теперь еще и это письмо! Может, убару решила дать ей какое-то задание? Но тогда бы о назначении уведомили бы Скарскроу…

Алиша поспешно вскрыла конверт. К удивлению девушки, письмо было от ее сестры Киры: она выслала его на указанный адрес дома Митору в военном городе, но поскольку подобная корреспонденция проверялась, видимо, его решили сразу переслать в Оскол.

Из письма Алиша узнала, что ее дядя, папин брат, вот уже второй месяц тяжело болеет. Кира не могла приехать, так как была на последних сроках беременности, и родители просили ее не рисковать. Поэтому сестра обратилась к Алише, надеясь, что та сможет навестить дядю и передать лекарства, которые наверняка есть в госпитале военного города. Кира деликатно предложила финансовую помощь, хотя Алиша, разумеется, в любом случае не взяла бы с нее никаких денег.

Прочитав письмо, Алиша направилась напрямую к Скроу. Ссоры ссорами, но, когда дело касается семьи, она готова наступить на горло своей гордости и умолять главнокомандующего отпустить ее в Рисию.

С родственниками она не виделась уже более трех лет. Когда она приезжала к дяде с тетей в последний раз на каникулы, то училась на последнем курсе. Тетя Ивэ тогда осудила ее за разрыв с Риккертом, который казался ей «удачной партией», назвала упрямицей за то, что девушка после расставания избегала бывшего парня, а также намекнула, что они с дядей не смогут материально помогать ей, так как копят деньги на ремонт, да и вдруг Кире понадобится их поддержка.

В общем, расстались они не слишком хорошо, но это касалось отношений Алиши с тетей. Дядя Берин, старший брат ее погибшего отца, не присутствовал при разговоре, а к Алирии всегда относился, как к собственной дочери, не делая между ней и Кирой никакой разницы.

Теперь же Алиша могла спасти дяде жизнь, а так как болел он уже давно, медлить было нельзя.

Алиша вежливо поинтересовалась у секретаря, возможно ли встретиться с господином Митору. Девушка ответила, что у него совещание, но тут же предложила чай и постаралась окружить Алирию заботой.

Неудивительно, ведь Алиша остается членом клана Митору и, по сути, законной супругой Скарскроу! А их отношения окружающих уж точно не касаются.

Алиша прождала где-то полчаса, выпив чай и раз десять перечитав тревожное письмо от сестры. Разумеется, она не показывала своего беспокойства: уж скрывать эмоции от посторонних она прекрасно научилась, став басилиской.

Как только последний посетитель вышел из кабинета Скроу, Алиша, не дожидаясь приглашения секретаря, вошла внутрь.

Она протянула Скроу письмо.

— Я прошу вас отпустить меня в Рисию хотя бы на несколько дней. Я никогда себе не прощу, если, при наличии у меня способностей к исцелению я упущу возможность помочь собственному дяде. Как вы знаете, он принял меня в семью после гибели своего младшего брата, моего отца. Я в долгу у его семьи, к тому же, он — последний и самый старший родственник по мужской линии. Мне совершенно необходимо к нему попасть как можно скорее.

Алиша замолчала, выжидающе глядя на главнокомандующего. Тот прочел письмо и поднял на девушку глаза.

— Признаться честно, отпускать тебя одну кажется мне рискованным. Хотя до Рисии отсюда совсем недалеко. Речь идет, как я понимаю, о городе Туриси?

— Да, это на востоке страны.

— Тебе понадобится как минимум два дня, чтобы добраться туда.

— Я могу использовать и более быстрое перемещение, вы же знаете…

— Знаю. Дело не в этом. И не только в энергии клана, которой ты обладаешь. Завтрашнее награждение очень важно для установления корректных взаимоотношений между Агниром и Го. Ты была ключевой фигурой в операции, поэтому тебе надлежит быть там. Иначе старания многих дипломатов не возымеют нужного действия. Это тот случай, когда служба становится превыше личных интересов, Алирия, как бы тяжело нам ни было. Но я пойду тебе навстречу, насколько это в моих силах: ты сможешь отправиться в путь сразу после награждения. Я иду на эту уступку только потому, что знаю твой уровень и что ты сможешь постоять за себя. А еще доверяю твоему здравомыслию.

Скроу был предельно тактичен, и Алиша почувствовала, что он смягчился по отношению к ней. Возможно, ощущал некоторую вину за их предыдущий разговор или сочувствовал известию о болезни дяди.

Конечно, больше всего на свете девушке хотелось отправиться в путь прямо сейчас, тем более, что и письмо пришло с опозданием в несколько дней. Но в этот раз она решила сдержаться. Кира написала, что состояние пока не критическое, а Митору и так сделал ей большую поблажку.

— Благодарю, Скарскроу-тэм, — чуть поклонилась Алиша. — Я отправлюсь сразу же, как мне вручат награду.

— Я несу за тебя полную ответственность, — внимательно глядя на нее, напомнил Скроу. — Поэтому прошу тебя не задерживаться, а также взять на складе отслеживающее устройство, чтобы в случае непредвиденной ситуации мы могли найти тебя.

Алиша понимающе кивнула, хотя идея с передатчиком данных о местонахождении совсем ей не понравилась. Но она это как-нибудь переживет. Главное, что Скроу Рэм отпустил ее, несмотря на определенный риск. Осталось только дождаться этой проклятой церемонии.

7

Сбежать с мероприятия оказалось не так-то просто. Сначала пришлось выслушать долгие речи представителей посольства Агнира, правительства Го и прочих должностных лиц. Потом началось награждение, на котором Алиша оказалась лишь пятой в списке: в первую очередь решили вручить медали генералам Го и Агнира, и только потом перешли к членам самой операции.

На церемонию даже приехали «Стрелы», и Алиша перекинулась с ними парой слов.

А вот убару не смогла присутствовать, и все ее обязанности взял на себя Скроу.

В этот раз Алиша не чувствовала ни трепета, ни страха произвести неверное впечатление. Почти так же, как Скроу Рэм в военном городе Агнира, она восприняла награждение как неприятную, но формально необходимую процедуру.

Журналистов до мастеров, как правило, не допускали, позволяя освещать только саму церемонию. Но после награждения Алишу остановил какой-то ушлый паренек и попросил дать короткий комментарий вопреки правилам. К ней сразу же подлетел гоанский чиновник, демонстративно оттеснил журналиста и сам начал засыпать Алишу вопросами о деталях операции. Она отвечала сухо и почти не вдавалась в подробности, считая минуты, чтобы уйти.

В итоге выбраться ей удалось только через два с половиной часа после начала. У девушки с собой уже был собран свиток, а на церемонию она явилась в военной форме, не удосужившись надеть хоть какой-нибудь парадный элемент. Зато это позволило ей сразу отправиться в путь.

Жаль, она не смогла попрощаться со Скроу, который был слишком занят своими представительскими функциями. Настоящее испытание для него, учитывая, как Митору не любил весь этот формализм! Но пустить под хвост усилия убару он, понятное дело, не мог. И Алиша была благодарна, что Митору не заставил ее оставаться подле него и участвовать во всех этих светских беседах.

Она перешла на самый стремительный «легкий шаг», который могла себе позволить. Когда-то такая скорость казалась ей недостижимой, но благодаря тренировкам Мао Дьюи девушка хорошо освоила эту технику ускоренного перемещения. Быстро бегать и уворачиваться всегда было ее сильной стороной.

Алиша выбрала прямой путь через поля и леса, невольно радуясь, что оскольский регион до сих пор находится в запустении, и вряд ли она помешает жителям. Вскоре и этот ландшафт сменился предгорьем.

Рассвет Алиша встретила на вершине перевала, за которой начиналась равнинная местность — территория ее родины.

Рисия располагалась на небольшом клочке земли, окруженном Го с запада, Агниром с юга и Танши с севера, а с востока омывалась морем. Вернее, к морю выходил горный массив, который составлял примерно треть территории страны и сменял равнинную местность на западе. Именно в тех горах и располагался третий по величине город Рисии — Туриси, а также небольшая деревушка, в которой родилась сама девушка.

По правилам Алирии следовало отметиться на пограничном посте, и она решила ими не пренебрегать, чтобы не доставлять лишних неприятностей Скроу. Кроме того, все свое детство она слышала разговоры об уязвимости Рисии и нахальстве мастеров, пересекающих границу страны, когда и где им заблагорассудится. Поэтому девушка повела себя законопослушно, заявившись на ближайший пост, хоть для этого и пришлось сделать крюк.

Солдаты, служившие на границе, с сомнением отнеслись к ее рассказу о больном дяде, недоверчиво окидывая взглядом типичную агнирскую форму басилиски. Пришлось показать старое удостоверение личности, в котором было записано место рождения, и диплом, который Алиша так и не выложила из внутреннего кармана куртки.

Прошел час, прежде чем начальник пограничного поста, перерыв все доступные базы данных, все же поставил заветную печать. И то потому, что Алирия несколько раз повторила ему пункты соглашения между союзными странами материка, согласно которым у него не было ни одной причины ее задерживать.

Отойдя на несколько сотен метров от границы, Алиша углубилась в лес и снова взяла легкий шаг. Ее путь пролегал через столицу Рисии город Одлер, но она предпочла обогнуть его, так как использовать ускоренное перемещение в населенных пунктах было запрещено.

Алиша пообедала в придорожной забегаловке столичного пригорода. Когда-то давно они с родителями ездили в Одлер к друзьям и останавливались подкрепиться в подобных местах, так что девушка не могла отделаться от ностальгических воспоминаний.

Много лет после смерти родителей Алирия не позволяла себе вспоминать о детстве, словно с их гибелью и оно ушло в небытие. Она жила настоящим, смутно представляла себе будущее и, скорее, просто пыталась выжить в слишком резко обрушившемся на нее мире.

Теперь она стала басилиской и могла управлять своими эмоциями. Она не боялась воскрешать в памяти дорогие моменты, и они, словно памятные вещи из старого сундука, навевали щемящее чувство доброй грусти.

Какая прекрасная у нее была семья! Отец работал в деревенском совете — местном самоуправлении, и был уважаемым человеком. Их с радостью принимали в любом доме, а несколько раз в год они ездили к папиному брату в Туриси или к друзьям в другие города Рисии. Летом Кира часто приезжала в их деревню и гостила по нескольку недель, а то и месяцев.

Деревенский дом достался отцу от дедушки с бабушкой, которые умерли до рождения Алиши. Его брат, дядя Берин, часто шутил, что отцу следовало бы закончить обучение в филиале столичного университета в Туриси и остаться работать в городе, но тот всегда отвечал, что его вполне устраивает жизнь в деревне.

И вот однажды, когда Алише было двенадцать лет, родители оставили ее у дяди с тетей и зачем-то отправились домой, кажется, что-то проверить по хозяйству. Из той поездки они так и не вернулись, а через несколько дней спасательный отряд нашел сорвавшийся в небольшое ущелье снегоходный транспорт. Правда, никаких следов или тел рядом так и не обнаружили, но в ту ночь был сильный снегопад, а с гор вполне мог сойти оползень.

Порой Алиша тешила себя фантазиями, что родители просто уехали куда-то далеко, а не погибли, но потом одергивала себя, ведь не было смысла жить в иллюзиях. Она быстро повзрослела, провела два не самых радужных года под опекой дяди с тетей, а потом перевелась в старший класс специальной школы при университете Оскола и перебралась жить в другую страну.

«Объективно говоря, мою жизнь нельзя назвать простой или даже обычной. Но все мои злоключения ничто по сравнению с биографией Скарскроу», — раздумывала девушка, продолжая путь.

В Туриси она прибыла к вечеру, немного позже, чем рассчитывала.

Алиша заранее решила, что снимет гостиницу недалеко от больницы, в которой проходил лечение дядя. Ей повезло попасть под конец приемного времени, но медсестра на посту сказала, что Берина Катовски два дня назад отправили домой — его состояние стабилизировалось, а стационар обходился недешево, поэтому, видимо, дядя с тетей решили не тратиться.

Девушка все же сняла номер, чтобы привести себя в более человеческий вид. Родственники, конечно, знали, что она работает в военном городе Агнира, но про ее истинный род занятий и принадлежность к клану Алиша им, разумеется, ничего не рассказывала.

Она переоделась, а затем спустилась к стойке администратора и попросила позвонить.

Трубку взяла тетя. Ее голос не слишком изменился, чему Алиша даже обрадовалась: значит, дела у них идут более или менее сносно. Девушка поведала, что узнала о состоянии дяди и отпросилась с работы на несколько дней, чтобы навестить их. Ивэ искренне обрадовалась, а потом возмутилась, что Алирия сняла номер, а не остановилась у них.

Девушка проигнорировала теткино бурчание и пообещала вскоре прийти. Она прикинула, что, если взять такси, то она доберется до их квартиры минут за пятнадцать. Что же, в городе приходилось вести себя, как обычный житель.

— Алирия, дорогая, я бы тебя теперь и не узнала! — воскликнула тетя Ивэ, открывая ей дверь.

— Конечно, столько времени прошло! Рада вас видеть! — улыбнулась Алиша, проходя внутрь. Квартира навеяла старые воспоминания.

— Алиша, солнце, проходи! Жаль, не могу тебя встретить, — раздался дядин голос из комнаты.

Алиша послушно обула поданные тетей тапочки и вымыла руки, прежде чем подойти и обнять дядю Берина. Тот лежал на диване, накрытый пледом, и, судя по всему, только что читал газету. Он сильно постарел, но Алиша и не удивилась: ей не нужно было даже проводить особой диагностики, чтобы понимать, какие сбои произошли в теле старика.

По его биополю, цвету кожи и белков глаз, пульсации жилки на виске и прочим признакам она ощутила, какие системы организма выходят из строя. Пару лет назад он перенес микроинсульт. Есть явные проблемы с сосудами и сообщением нервных окончаний. Обострилась почечная недостаточность, которой он страдал с молодости.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Алиша, усаживаясь на подставленный тетей стул.

Дядя отмахнулся.

— Не стоит беспокоиться, дочка, я уже в порядке. Прошел очередное обследование, да что поделаешь — старость.

Пока Берин говорил, Алиша приглядывалась к его мимике, слушала дыхание и даже запах изо рта. Для медика-дано этого было вполне достаточно, чтобы почувствовать пациента изнутри и начать формировать схему лечения.

Но Алише все равно было приятно, когда дядя назвал ее дочкой. Он часто так делал, будто пытаясь заменить ей отца, и это вовсе не вызывало у нее отторжения.

— Могу я проверить кое-что? Это недолго, — спросила Алиша, прикладывая руки к его голове.

— Ты этому научилась в агнирском военном городе? Я слышал, там всякие необычные вещи делать умеют, — с улыбкой произнес дядя.

Алишу порадовало, что Берин настроен позитивно и хорошо держится. Оптимизм и жизнелюбие в таких случаях — неоценимые помощники для дано. А вот повышенный холестерин и стенки сосудов, потерявшие эластичность, конечно, создают определенный риск. И за один сеанс ситуацию не поправишь.

— У меня есть лекарство, — сказала Алиша так, словно обладает волшебной палочкой. — Я принесу его завтра. Будешь принимать по таблетке в день и следовать прочим моим рекомендациям. Если получится, в больницу ты больше не вернешься.

— Ох, какая радость-то! — всплеснула руками Ивэ. — Не зря я Кире написала, попросила узнать у тебя, вдруг есть какое-то средство! Подумала, раз ты близка к этим военным в закрытом городе, наверняка они для себя уже придумали всякие чудодейственные лекарства, которые можно достать. И не ошиблась!

— Чудодейственных лекарств там нет, но есть прогрессивные методы лечения, — покачала головой Алиша. — В любом случае, половина дела зависит от самого человека, его желания жить и вести рекомендованный образ жизни.

— О, я уж прослежу, чтобы все было как надо, Алиша! Мы уже давно и за питанием следим, и гулять я его выгоняю почаще… — и тетя ударилась в перечисление благотворных средств и приемов, которые она применяет на муже.

Девушка слушала вполуха, про себя раздумывая, где ей достать таблетки-пустышки, чтобы зарядить их правильной энергией.

«Надеюсь, их применение не приведет к прямой утечке энергии клана, а даже если что-то отразится на дяде, то никто об этом не узнает», — размышляла девушка.

Тетя накормила ее домашним ужином и уговорила переночевать у них. Алиша решила не отказываться: ей неожиданно и самой захотелось окунуться в воспоминания о прошлом, когда они с Кирой часто спали на одном диване или болтали полночи о сокровенном.

«Надо ж мне было стать басилиской и войти в клан Митору, чтобы в итоге вернуться в места своего детства и с тоской на сердце вспоминать, как беззаботно я проводила время с родителями и сестрой», — думала Алиша, лежа на стареньком диване и глядя в потолок.

На следующее утро девушка отправилась в аптеку и долго стояла перед стеллажом с витаминами, пытаясь оценить их потенциал для своих энергетических манипуляций. Наконец, купив несколько банок, она уединилась в гостиничном номере и до вечера насыщала белые круглые таблетки собственной силой.

Должно быть, в давние времена именно так заговаривали разные амулеты или обычные на вид припарки, которые в итоге оказывали целительное действие на больных. Сейчас же, в их прогрессивный век технологий, внутренние токи энергии, объединенные с правильным химическим составом, были способны творить настоящие чудеса.

Правда, создавать такие лекарства мало кому было под силу, да и девушка за подобные умения заплатила большую цену.

Помимо основных таблеток, которые она переложила в коробочку без опознавательных знаков, Алиша заготовила еще несколько травяных составов и средств, которые должны были оказать общеукрепляющий эффект. Наконец, она тщательно изложила на листе план лечения, включая питание, физические нагрузки и оздоровительные процедуры.

«Конечно, стоит через несколько месяцев навестить дядю Берина и проверить, как продвигается процесс выздоровления. Надеюсь, ему хватит силы воли не забросить мои рекомендации, почувствовав первые положительные сдвиги», — думала Алиша, складывая все лекарства и листы с планом лечения в отдельный пакет.

Вечером она снова поехала к дяде с тетей.

Берин, кажется, чувствовал себя уже лучше, и они сели за стол все вместе, как в старые времена.

За едой Алиша подробно объясняла план лечения, отчасти потому, что не хотела отвечать на вопросы о своей жизни, которые явно крутились на языке у тети. Постепенно разговор зашел о Кире, и Ивэ тут же переключилась на излюбленную тему: она очень гордилась дочерью и с нетерпением ждала внука.

— Алирия, дорогая, надеюсь, и у тебя вскоре появятся дети. Это такое счастье! — воскликнула тетушка.

Алиша нисколько не удивилась, ожидая подобного поворота. Как, впрочем, и последующим словам дяди, который упрекнул жену в отсутствии такта.

— Алиша занята серьезной работой, обладает уникальными знаниями, у нее своя благородная миссия! А ты лезешь со своими советами. Она с детства была самостоятельной, и сама решит, как устраивать свою жизнь! — заступился за Алирию Берин.

Раньше такие разговоры вызывали у нее сложно скрываемое раздражение, но в этот раз Алиша улыбнулась. Дядя всегда защищал ее, а тетя пыталась во всем контролировать. Как-то в беседе с подругой, которую Алиша случайно услышала, Ивэ обронила, что боится «как бы оставшаяся сироткой девочка не попала в плохую компанию и не загубила себя». В общем, в голове тети все было разложено по своим полочкам, и у Алиши не было никакого желания с ней спорить или тем более пытаться изменить.

«Дорогой дядя Берин, спасибо тебе за поддержку. Вот бы ты удивился, если бы узнал, что тетя Ивэ как никогда близка к истине, и я напрочь лишена права выбора. Но даже если я забеременею от Скроу, едва ли вы об этом узнаете, по крайней мере, в первое время», — с улыбкой глядя на пререкающихся родственников, думала девушка.

Постепенно спор сошел на нет, и Берин обратился к Алише:

— Дорогая, я из-за своей болезни совсем запустил дела в деревне. Конечно, тетя Разану приглядывает за домом, но без хозяйской руки он приходит в упадок. Весной отопительная система дала сбой, а я даже не могу съездить починить.

— А что именно сломалось? Может, просто вызвать бригаду, которая все сделает? В администрации, где работал папа, всегда дежурила специальная служба, — рассудила девушка.

— Ой, да разве можно чужих людей в дом пускать! Там же надо пол вскрывать, трубы менять, если обнаружат протечку. А Разану тоже ничего в этом не понимает, да и неудобно просить ее торчать там целый день! — тут же откликнулась тетя.

— Да еще бы вывезти оттуда семейные альбомы, думал в последний раз забрать, но так и не собрался, — задумчиво добавил дядя. — Ну да ничего, надеюсь, твое лечение поможет, и в начале осени мы с Ивэ туда съездим!

— Могу и я туда съездить, — сказала Алиша, сама удивившись своему спонтанному решению. — Прослежу за ремонтом, а альбомы отправлю вам почтой.

— Ой, да туда добираться целый день, столько времени потеряешь! Понимаю, это твой родной дом, да только никому он уже толком не нужен, — покачала головой тетя.

— У меня еще есть несколько дней, а доберусь я быстро. Воспользуюсь… Скоростным спецтранспортом. Это, скажем так, привилегия жителей военных городов. Здесь я вам все равно больше ничем не помогу, все зависит от соблюдения схемы лечения и приема лекарств, — объяснила Алиша, про себя все больше убеждаясь, что решение верное.

— Не волнуйся, я прослежу, чтобы он все принимал и занимался! — заверила Алишу тетя. — Ну а если успеешь домом заняться, то будем очень признательны!

— Давай дам тебе ключ и денег на ремонт, — вставая со стула, сказал дядя.

— Ключ я возьму, а в деньгах не нуждаюсь, спасибо. Тетя верно сказала, это мой дом. Так что позволь позаботиться о нем самостоятельно хотя бы в этот раз, — обратилась к дяде Алиша.

— Двадцать два года, а уже не нуждается в деньгах! Чем ты там в этом городе занимаешься? Еще и в Агнире! — всплеснула руками тетя.

«Сплю с последним мастером из клана Митору и стараюсь мимикрировать под басилиску. Хотя и то, и другое получается ужасно», — с иронией подумала Алиша, но на слова тети только покачала головой.

Несмотря на намерение как можно скорее отправиться в путь, Алиша уступила уговорам тети сразу по двум фронтам: согласилась еще раз переночевать у них и упаковать в свиток перемещения несколько памятных вещей и тетиных заготовок, без которых Ивэ ни за что бы ее не отпустила.

Ночь Алиша скоротала, балансируя состояние дяди. Его спящий организм был, словно открытая книга, но девушка оставалась предельно осторожна, ведь даже слабое влияние на биополе человека могло оказать серьезное действие на его психофизическое состояние. Поэтому она, словно реставратор, где-то убирала, где-то очищала или подтягивала тонкие энергетические нити, активировала акупунктурные точки, создавала «депо» с запасами энергии в потайных уголках организма, чтобы тот мог воспользоваться резервом, если что-то пойдет не так.

Тетя просыпалась рано и обычно сетовала, что дочь и племянница подолгу валяются в постели. Но в это утро, когда Ивэ вышла из спальни, Алиша была уже на ногах и заваривала чай.

— Позавтракаем, и отправлюсь в путь, — поделилась своими планами девушка.

— Вот смотрю на тебя, и дрожь берет. Не зря говорят, кто водится с этими древними воинами, сам становится не от мира сего, — покачала головой тетя.

«Это ты еще не знаешь, что я успела с утра из гостиницы выселиться», — с усмешкой подумала Алиша, которой на сон вполне хватило четырех часов.

Попрощавшись с проснувшимся дядей, Алиша с легким сердцем покинула Туриси и направилась на восток. Разумеется, никаким спецтранспортом она не воспользовалась, перейдя на привычный «легкий шаг», который в ее случае можно было смело назвать «стремительным».

Короткое пребывание в местах детства неожиданно укрепило и даже обогатило девушку. Она почувствовала, как к ней возвращается внутренняя сила, будто корни рода вновь питают ее.

«Возможно, так и есть. Места, где мы выросли, люди, которые нас воспитали, всегда будут универсальным источником энергии, которая так свободно лилась в нас в детстве, когда мы были беззаботны и умели радоваться мелочам. Хорошо, что я отправилась в Рисию. И еще лучше, что смогла помочь дяде!»

Алиша легко передвигалась по равнинной местности своей родины, укрываясь от ненужных глаз то в небольших лесах, то в полях, на которых росли высокие зерновые. Она летела, словно ветер, вдалеке от дорог, заведомо чувствуя людей и обходя их стороной.

Не прошло и нескольких часов, как под ее ногами заскрипели первые камни: девушка начала подниматься в горы. Это были ее горы, земля ее детства, край, в котором она родилась и выросла.

Для большинства мастеров горы Рисии были всего лишь посредственной возвышенностью, через которую легко проходить, если надо срезать путь от Танши до Агнира. Но для Алирии именно они были самой что ни на есть землей обетованной. Здесь начался ее путь: между этих камней они играли в прятки с друзьями, на эти вершины забирались, научившись скалолазанию раньше, чем езде на велосипеде. Тут они знали все тропинки, гроты и ущелья, о которых неведомо было иному взрослому.

В долинах гор Рисии испокон веков существовали небольшие поселения. Все они давно были связаны между собой сетью надежных дорог, вдоль которых встречались и гостиницы, и заправочные станции для машин. Быт местного населения был благоустроен, а многие использовали дома, оставшиеся от предков, не иначе как загородные, куда можно выбраться на выходные или в отпуск — отдохнуть от городской суеты.

От Туриси до деревни, в которой родилась Алирия, добираться обычным транспортом было порядка восьми часов, а в былые времена и того дольше. И дело даже не в расстоянии, а в многочисленных горных серпантинах, на которых особо не разгонишься.

Но своим стремительным шагом девушка добралась до места часа за четыре, не успев устать или даже проголодаться. День только вступал в свои права, когда Алиша, затаив дыхание, прошла по знакомой аллее из старых деревьев, ведущей в поселение.

Она намеренно никуда не торопилась, каждой клеточкой тела пытаясь впитать энергетику этих мест. Ее дома.

Аллея переходила в улицу, которая пронизывала деревню насквозь и упиралась в красивое, но старое здание администрации или, как говорили раньше, — сельского совета. Здесь когда-то работал ее отец, несколько лет даже занимая пост избранного главы администрации.

Алиша повернула налево, спустившись по второстепенной дороге чуть вниз, к парку. Обогнув его, она прошла мимо здания школы, в которой училась, и углубилась в частный сектор, где недалеко от леса в предгорье находился ее дом.

Жители деревни занимались своими делами, да и не так много тут было людей. Молодежь разъехалась на каникулы, многие из взрослых предпочли перебраться в город, и в деревне остались большей частью люди старшего возраста да семьи с маленькими детьми. Наверное, когда-нибудь такие места окончательно станут дачными поселками, либо последним пристанищем уставших от суеты города стариков.

Одноэтажный деревянный дом потемнел, крыша выцвела. Последний раз Алиша была здесь около четырех лет назад вместе с дядей, тетей и Кирой. Тогда она и подумать не могла, что вернется сюда уже совершенно другим человеком.

В груди защемило от грусти и нахлынувших воспоминаний. Но девушка не подала виду, лишь спокойно открыла калитку и вошла во двор. Старые каменные ступеньки местами стали крошиться. Алиша помнила каждую выемку, каждое пятно на этих камнях. Присмотревшись, она даже обнаружила въевшийся след от крови. Он остался, когда она порезала палец и с воплем бежала в дом к маме, зажав рану рукой.

— А я думаю, кто это там приехал? — раздался за спиной голос соседки Разану. Конечно, Алиша слышала, как та выходит из своего дома, чувствовала на себе напряженный взгляд женщины, но решила не подавать виду.

— Алирия, подумать только, как же ты стала похожа на свою мать! — Разану всплеснула руками, а Алиша повернулась к ней, с улыбкой раскрыв объятия.

Тетя Разану была ей словно вторая мама, даже ближе тети Ивэ. Она нянчилась с ней с самых первых дней, а дочь Разану, бойкая круглолицая Мэрин, была для нее второй сестрой после Киры.

— Дядя дал мне ключ, сказал, в доме надо проверить отопительную систему, вот я и приехала, — объяснила Алиша, выпуская Разану из объятий.

— Я слышала, Берин в последнее время неважно себя чувствует? — спросила у нее соседка.

— Уже лучше. Думаю, он поправится, но пока ему рано еще совершать длительные путешествия в горы, — улыбнулась девушка.

— А ты, я слышала, где-то в Агнире устроилась на работу? Вроде как во время этой гражданской войны в Осколе смогла уехать? Я даже слышала, что-то с военными связано! — Разану не была сплетницей, но, как и все деревенские жители, высоко ценила собственную осведомленность.

— Все верно, я работаю в военном городе Агнира. Там все ужасно секретно, так что ничего рассказать не могу. Но я довольна.

— Ну и славно. Я бы подумала, что это из-за жизни среди этих мастеров ты такой сделалась, но, видимо, гены свое берут — очень стала похожа на маму, такая же изящная и статная.

— Да, она всегда была такой, я помню. Ну, посмотрю, что там в доме, — Алиша достала ключ.

Вместе с Разану они зашли внутрь, и соседка принялась рассказывать девушке, где и что требуется починить. Под конец посоветовала оформить срочный вызов ремонтников, а когда придут, заплатить им немного мимо кассы, тогда и сделают все быстро. Ведь наверняка у Алиши не так много времени.

Девушка в основном слушала, кивала и задавала уточняющие вопросы, параллельно пытаясь оценить, какие изменения произошли в доме после последнего приезда. Как ей показалось, кроме постепенного обветшания ничего особенно не изменилось. К тому же, Разану регулярно протапливала дом зимой и следила за его состоянием летом, насколько могла.

— Кстати, моя Мэрин приедет завтра со своим мужем погостить. Сможете повидаться! — закончила свой почти-монолог Разану, подходя к двери.

— Буду рада ее видеть, — искренне сказала Алиша.

— Я сейчас на стол соберу, а ты тут располагайся и приходи обедать. И вообще приходи к нам, нечего тут одной сидеть и перекусами питаться, — по-доброму скомандовала соседка.

— Обязательно, — заверила ее Алиша.

Разану ушла, а девушка еще раз обошла все комнаты, вдыхая немного затхлый, но невероятно родной запах дома. Она оценила масштаб работ: если сегодня вызвать службу, то за пару дней те должны управиться. А если неполадки окажутся более серьезными, она подключит свои способности и что-нибудь придумает. Собрать же родительские альбомы и другие вещи, за которые переживал дядя, не займет и пары часов.

Поэтому девушка, прежде чем приступать к делам, блаженно растянулась на родной кровати.

«Точь-в-точь как сделал бы Скроу», — подумала она. События последних дней и воспоминания из детства вытеснили переживания об отношениях с загадочным мастером. Но теперь, когда она лежала на собственной кровати и думала о возвращении в Оскол, образ сосредоточенного, невозмутимого Митору вновь предстал перед ее глазами. Неужели всю жизнь она будет пытаться пробить его холодную броню? Угадывать, какие мысли в его голове, чего он на самом деле хочет?

Их отношения вроде как наладились, но миссия в Го снова отдалила их друг от друга. Наверное, надо учиться говорить с ним, выходить на прямой диалог. Если дуться и замыкаться в себе, можно прожить недели, прежде чем он сделает первый шаг. И не потому, что он бесчувственный, просто его мозг работает иначе, и поведение Алиши, близкое к поведению обычных людей, ему понять сложнее, чем провести операцию по ликвидации вражеской группировки.

«Кажется, я соскучилась. Несмотря на все сложности, я скучаю по Скроу. А еще по Хайду, по нашему дому. С такими хозяевами, как мы, пес скоро совсем одичает. Надо бы попробовать сосредоточиться на жизни в городе, тем более что занятий у меня там было предостаточно. Эх, вот бы с Оллой и Алеком устроить еще одну веселую вечеринку!»

От размышлений Алишу отвлек стук в дверь. Оказывается, энергичная Разану успела сама вызвать ремонтную службу, а когда мужчины начали работу, зазвала девушку на обед.

— Заодно пусть кран в ванной починят, а то он уже несколько лет капает, я там воду перекрыла, — посоветовала рачительная соседка.

— Может, я им заплачу, чтобы они все системы проверили и настроили? — в полушутку спросила Алиша.

— Разве что тебе деньги некуда тратить. Они же рады стараться, тут, знаешь ли, не Одлер, зарплата не слишком высокая. Но в целом ваш дом еще не одно десятилетие простоит, да и я пригляжу, коли надо.

Алиша подумала, что надо бы и Разану оставить если не деньги, то какой-нибудь подарок за старания. Девушка решила дождаться завтрашнего дня и узнать у Мэрин, что может порадовать ее мать…

Последовав совету соседки, Алиша приплатила бригаде, которая за день и вправду славно потрудилась. Протечку устранили, кран починили, но рекомендовали поменять отопительный бак, который от старости работал на честном слове. Алиша договорилась, чтобы ей привезли и установили новый не позднее завтрашнего дня.

Вечер девушка провела, разбирая старые вещи и предаваясь воспоминаниям. Она стряхнула пыль со старых игрушек, провела пальцами по толстому стеклу изящной вазы, которая так нравилась ее маме, открыла шкатулки, в которых хранились нитки и прочая швейная фурнитура.

Помнится, когда Алиша была совсем маленькой, она обожала перебирать пуговицы, которых накопилась целая коллекция еще со времен жизни ее бабушки. С улыбкой девушка извлекла из шкатулки красную продолговатую и большую черную пуговки, которые ей особенно нравились в детстве.

«Им, наверное, лет вдвое больше, чем мне», — подумала Алиша.

На дне шкатулки лежали то ли ленты, то ли небольшие лоскутки ткани. Их Алиша тоже хорошо помнила. Усевшись на диван, девушка бережно достала их, сама удивляясь силе нахлынувших воспоминаний. Наверное, она слишком долго все держала в себе, а теперь, будучи басилиской и работая с эмоциями, воспринимает собственные чувства совсем в ином свете…

Пальцы девушки прошлись и замерли на широкой темной ленте с красивой вышивкой посередине. Ее она помнила плохо, хотя не исключено, что раньше просто не обращала внимания. На ленте была вышита знакомая эмблема военного города Танши. Конечно, такие знаки не были под запретом, да и через деревню прошло немало мастеров не только со стороны Танши, но и Агнира, и даже Го. Но интересно, как и почему этот символ попал в их дом, еще и был сложен с другими лентами в отдельную шкатулку?

Алиша внимательно пригляделась к предмету в своих руках. Судя по ткани и качеству вышивки, изделию было больше двадцати лет. Когда она была на миссии в военном городе Танши, она видела похожую на рукавах некоторых мастеров, а эмблема в виде заостренного листка внутри круга встречалась повсеместно.

Осмотрев ленту со всех сторон, Алиша положила ее рядом с собой на диван и глубоко задумалась. Затем подошла к серванту, где в одном из ящиков лежали старые документы родителей.

Диплом об окончании школы отца, его удостоверение главы администрации, справка о том, что он поступил в училище Туриси, которое так в итоге и не окончил, водительское удостоверение с пометкой о праве управлять снегоходным транспортным средством, которое их с мамой в итоге и погубило…

Перебрав все документы, Алиша принялась за фотоальбомы, начав с самых старых. В детстве она десятки, если не сотни раз, просматривала эти фотографии, но теперь ее внимательный взгляд подмечал детали, которых раньше девушка не замечала.

Фотографии дедушки и бабушки, маленьких Берина и Ивлина, ее отца, деревенских и городских праздников, присутствовали в изобилии. Свадьба Берина и тети Ивэ, первые годы отца в училище Туриси. А вот появляется мама, Лая Катовска. Они с отцом познакомились именно в училище, потом как-то раз он позвал ее в гости сюда, в деревню, где они в итоге и остались, так толком и не доучившись в городе.

Алиша до боли в глазах всматривалась в старые черно-белые фотографии. Да, у них с матерью несомненно были общие черты: узкие скулы, темные тяжелые волосы, тонкие стрелы бровей. На фотографиях мама все время выходила как-то неудачно: то смотрела в сторону, то смеялась, закрывая рукой лицо. Может, Алише показалось, но она как будто пряталась от камеры. И при этом оставалась неизменно грациозной и прекрасной, даже в самых нелепых позах.

Девушка хорошо помнила, как ее мать управлялась с хозяйством. Она была очень трудолюбива, вставала засветло и весь день занималась самыми разными делами: от прополки огорода до участия в различных женских кружках по интересам. Ее энергии и при этом чуткости к чужим горестям можно было позавидовать. Она везде успевала, много занималась дочерью, а еще слыла первой красавицей.

Алиша с детства привыкла к мысли, что ее мама — сирота, а ее родственники живут где-то за границей. Бабушка с дедушкой пали жертвами очередной войны между государствами, а ее воспитала мамина подруга, жившая в Туриси, которая умерла, когда Лае было семнадцать лет. Девушка уже поступила в училище, вполне удачно для себя влюбилась и создала семью с отцом Алиши.

Но возможно ли, что все было не так? Возможно, ее мать была не той, за кого себя выдавала? Или у Алиши просто приступ паранойи?

«Самородок, который может стать самоцветом», — сказала про нее убару, принимая в военный город под попечение Скроу, о чем сама Алиша узнала гораздо позже.

Но может ли быть, что ее мать — беглая басилиска, и способности Алиши, так удачно подпитанные энергией клана Митору и раскрытые Мао Дьюи, вовсе не такие самобытные, как казалось раньше?

Никаких документов матери, включая удостоверения об учебе в Туриси, Алиша не обнаружила. Так же, как и другие вещи или фотографии из ее прошлого. Неужели мать после встречи с отцом ничего не перевезла в их дом из города? Или ничего не сохранилось?

Всю ночь Алиша перебирала вещи, альбомы и документы родителей, но так больше ничего и не нашла. Решив, что на нее явно повлияла атмосфера военного городка Агнира, девушка убрала все необходимое в коробки и ближе к рассвету легла спать.

8

Мэрин приехала к полудню следующего дня. Алиша была рада провести время с подругой, ведь они не виделись почти пять лет.

Та недавно вышла замуж и жила в Одлере, столице Рисии. За прошедшие годы девушка почти не изменилась ни внешне, ни по характеру: была все такой же веселой, жизнерадостной и с очаровательными ямочками на круглых щеках. Ее муж же, напротив, оказался серьезным вдумчивым юношей, который вежливо поздоровался с Алирией, а после обеда тут же вызвался помочь Разану по хозяйству. Так что девушки могли позволить себе вдоволь пообщаться и вспомнить былое.

Воистину, поездка в места детства и встреча со старыми друзьями стали для Алиши бальзамом на душу.

Мэрин, разумеется, не удержалась от расспросов по поводу новых обстоятельств жизни Алиши, да и Разану, до этого деликатно молчавшая, тут же навострила уши.

— Как вообще получилось, что ты попала в военный город Агнира? Туда же берут на работу только по специальному контракту, и, как я слышала, зачастую на постоянное место жительства… — поинтересовалась подруга у Алирии.

— Это произошло случайно, — не стала скрывать та. — Я как раз закончила университет в Осколе, когда началась эта история с повстанцами. Но никто сначала не воспринимал ситуацию серьезно: город жил обычной жизнью, население и не думало эвакуироваться. В газетах писали, что это отдельные группировки взбунтовались в политической верхушке, и вскоре их утихомирят отряды специального назначения. Никто и подумать не мог, что за всем стоит криминальное объединение «Тень», которое планирует захватить город и округу. А когда спохватились, было уже поздно. Начались боевые действия, Оскол поделили на секторы, где орудовали то повстанцы, то союзные войска Го и Агнира. Это продолжалось несколько недель. Район, в котором расположен мой университет, находится на окраине города в живописной зоне, и волнений у нас почти никаких не было. А потом пришли агнирские мастера, и я с ними столкнулась, когда они проводили операцию. Меня перевели к ним в лагерь, а оттуда я попала в военный город Агнира. Мне предложили учиться у них на медика, ведь я всегда мечтала о медицинской карьере, а в университете испугалась сложностей и перевелась на факультет для служащих. Так что я расценила предложение, как второй шанс, и решила его не упускать. Разумеется, было еще много всего, о чем мне рассказывать не следует, но времена меняются, и военные города уже не такие закрытые, как раньше. Кланы мастеров, о которых у простых людей ходит столько легенд и слухов, тоже по-своему вырождаются, им нужны новые люди, новые специалисты. Убару Яни, нынешняя глава города, не зря считается одним из самых открытых и прогрессивных в этом плане правителей. Только благодаря ее политике такие, как я, могут получать места для учебы и работы в городе.

— Ты ведь, наверное, подписала множество документов о неразглашении и согласилась остаться там жить? Я совсем недавно читала, что все жители города должны иметь постоянную прописку и сообщать обо всех своих перемещениях, — уточнила Мэрин.

— Да, за этим действительно строго следят, и вряд ли я смогу когда-нибудь надолго оттуда уехать, разве что в рамках какого-то задания, — подтвердила догадки подруги Алиша. — Но меня это не слишком волнует, ведь благодаря произошедшему я имею доступ к необычным знаниям, которые мне как медику крайне интересы.

— Значит, ты смогла помочь Берину с его недугом? Ты ведь поэтому приехала? — спросила Разану.

— Да, как только узнала от Киры, что он болен, сразу отпросилась. Но у дяди не просто какая-то травма, а множество хронических болячек, для лечения которых необходимо соблюдение режима и курс целого комплекса лекарств, — пояснила Алиша. — Поэтому ближайшее время он все равно должен проводить в покое.

— Разумеется, мы хоть и слышим про всякие чудеса этих мастеров-медиков, но все их методы ведь были созданы во время войны, чтобы спасать солдат. А старость — она всех берет, даже этих воинов из закрытых кланов, — рассудила Разану.

— Я слышала, они живут гораздо дольше нашего. Если, разумеется, выживают в боях, — глядя на Алишу, произнесла Мэрин.

Девушка пожала плечами.

— Да, если организм не слишком пострадал, а дух не искалечен болью от потери родных и близких, мастер легко может прожить больше ста лет. Но таких на деле не так уж много, слишком опасными вещами они занимаются на службе. Конечно, сейчас мирное время, и убару, насколько я знаю, постепенно направляет способности мастеров в созидающее русло, но даже при спасении гражданских во время стихийных бедствий или террористических актов риск пострадать или погибнуть довольно велик.

— Ох, как много интересного хочется у тебя спросить об этих мастерах и их городе! Но я понимаю, что там все равно множество своих секретов, и не хочется из тебя их вытягивать, — улыбнулась Мэрин.

— Главное, что Алиша нашла свое призвание, — накрыв ладонью руку девушки, сказала Разану. — Тем более, у вас это явно семейное. Твоя мать тоже была искусным лекарем, хоть никогда всерьез не относилась к своим способностям.

— Я вот что-то такого и не припомню. В детстве я болела, как все обычные дети, — удивилась Алиша.

Разану кивнула.

— Да, Лая говорила, что детскому иммунитету даже полезно бороться с разными вирусами. В пределах разумного, конечно. Но вот, помнится, я как-то сильно ушибла колено, упала на него со всего маха, да еще и на камень! Покойный муж Уртир тогда отвез меня в районную больницу. Там сказали, что перелома нет, но ткани сильно повреждены. И вот тогда твоя мама меня буквально спасла — я думала, недели две лежать теперь буду, а на дворе лето, сама понимаешь, дел по хозяйству невпроворот! А она мало того, что за Мэрин присмотрела и взяла на себя все хлопоты, так еще и перевязывала мне ногу, какие-то припарки делала, и через неделю боль совсем прошла!

— А я помню историю, как она какого-то мальчика спасла! — вставила вдруг Мэрин.

Об этой истории Алиша слышала, но помнила смутно.

— Верно, — кивнула Разану на слова дочери. — Это было в первый год, когда они с твоим отцом здесь обосновались. К стыду своему, я ведь сначала не очень хорошо твою мать приняла. Городская, вся такая возвышенная, красивая, сдержанная, куда уж мне! А мы с твоим отцом в школьные годы дружили, была у нас симпатия некоторая, которая в итоге в большее и не переросла. Но все же молодые были, кровь горячая, и я поначалу ужасно ревновала! И другие девчонки заодно. В общем, нелегко твоей матери пришлось, полдеревни на нее зуб точило. Но недолго, и помог как раз тот случай с мальчиком. Это был кузен Шэлера, он вас с Мэрин на несколько лет старше. Пошли они с друзьями на пруд в парке купаться, там мальчишка этот и захлебнулся. Никак откачать не могли, кто-то побежал дежурного фельдшера искать, женщины кричат, мужики мечутся, у всех паника. Тут твоя мать и появилась, спокойная, как всегда — говорят, ни одна мышца на ее лице не дрогнула. Подошла к лежащему у берега телу мальчика, что-то сделала, массаж сердца там или еще что, уж не знаю. И спасла его в итоге — он очнулся, откашлялся и задышал. С тех пор Лая стала героем деревни, а твой отец, не прошло и полгода, как на ней женился. За мной тогда уже Уртир начал ухаживать, так что я самолично помогала им к свадьбе готовится. Тогда мы с твоей матерью, собственно, и подружились.

— А как моя мать вообще появилась в деревне? Я слышала, она приехала из Туриси к отцу в гости и просто осталась? — спросила Алиша. Хотя она не раз уже слышала эту историю с множеством подробностей и вариаций, но закравшиеся подозрения заставили девушку посмотреть на прошлое в новом свете.

— Да спонтанно как-то появилась, никто и не заметил, — кивнула Разану. — Твой отец приехал на каникулы, хотя прошел год, как они с Берином схоронили родителей, и оба тогда жили в Туриси. Но дом есть дом, сама понимаешь — он требует внимания. А у Берина свои дела были, тетя Ивэ, кажется, как раз твоей сестрой забеременела, в общем, Ивлин приехал один. А потом я как-то выхожу и вижу через забор, что с ним какая-то девушка. Как мне показалось — неземной красоты, и точно городская! Он нас представил, сказал, что они с Лаей учатся вместе, и он ее пригласил погостить. Я тогда два дня рыдала! Эх, дура молодая, что с меня было взять? Потом твои родители вроде уезжали в Туриси на какое-то время, но вернулись. А вскоре произошел тот случай со спасенным мальчиком, и после этого Лая почти сразу обосновалась в доме Ивлина и больше они уже не расставались. Красивая была пара, что уж говорить. Очень жаль, что ты так рано их потеряла, Алиша. Я сама порой вспомню, сердце сжимается. Друг детства и лучшая подруга! Гордость нашей деревни, до сих пор добрым словом их вспоминают!

Разану достала платок и промокнула слезы. Алиша с Мэрин тут же поспешили ее успокоить.

— Давайте не будем о грустном. Мне в военном городе не привыкать к постоянным вестям о потерях и травмах мастеров, даже в наше мирное время. Лучше на этом не концентрироваться, а то долго не продержишься, — сказала Алиша.

— Да, ты же в госпитале работаешь, насколько я поняла, — произнесла Мэрин. — Должно быть, всякого там насмотрелась. Как хорошо, что войны остались позади, и даже кланы мастеров теперь выполняют миротворческую миссию! Наш мир точно меняется к лучшему!

— Уж они-то нашу Рисию побороздили в свое время, сколько их только по горам этим прошло! — переключилась на другую тему Разану. — Моя бабка часто рассказывала историю, как выхаживала раненого агнирского мастера, пожалела его. Спустя много лет его потомки даже ее разыскали и отблагодарили. Но зачастую такие истории плохо заканчивались: то мастер оказывался дезертиром, если вообще не преступником, а часто такие и деревни захватывали, и заложников брали! Правильно говорите, девочки, хорошо, что сейчас такого беспредела нет.

— А могли ли такие беглые мастера оседать здесь? Я слышала, не раз местные их укрывали, причем вне зависимости, из каких стран они приходили, — поинтересовалась Алиша.

— Да наверняка и не такое было. Тут у половины жителей в роду какой-никакой мастер да затесался. Не зря говорят, что способности, которые у них развивают с детства, в некоторой мере дремлют в каждом человеке, просто кланы держат в секрете, как их развить. Поэтому, может, и ты не просто так агнирским мастерам приглянулась. Я уж с расспросами не полезу, но вдруг они что-то в тебе нашли? — с улыбкой предположила Разану.

Алиша неопределенно пожала плечами. Она и сама часто думала об этом. Дело могло быть не только в энергии клана Митору. И все же интересно, могла ли ее мать оказаться беглой басилиской? Лента с символом Танши все никак не давала Алише покоя. Правда, мама внешне совершенно не походила на таншинку. Те, как правило, небольшого роста, с бронзовой или желтоватой кожей, мелкими чертами лица. А мать была довольно высокой, белокожей, с большими серыми глазами.

Возможно, она просто дитя войны, потерявшая родных во время кровопролитных боев и разбоев на территории их страны. А способности Алиши могли достаться ей и по отцовской линии: кто знает, какие мастера оседали в горах Рисии и могли оставить здесь потомство?

Вечером Алише на передатчик пришло сообщение от Скроу:

Алиша чуть скривилась, но ответила примирительно:

Ответ пришел примерно через полчаса:

Кажется, Скроу был не против, если она немного задержится на родине. Это ободрило девушку, и она набрала текст:

Алиша хотела сначала написать «сообщи», но потом решила, что лучше оставаться предельно официальной. Тем более, все сообщения отслеживались и сохранялись в базе данных агнирского военного города.

Алиша слышала, убару наняла команду специалистов, сведущих в компьютерных технологиях или чем-то вроде кибербезопасности. Девушка мало в этом понимала, хотя не сомневалась, что вскоре эти люди займут важную роль координаторов в операциях мастеров. В развитом Серузе, например, это уже практиковалось: пока мастер действовал на месте, оператор удаленно следил за его перемещениями и оценивал общую обстановку, давая рекомендации. Фактически это была работа в паре, делавшая мастера гораздо более эффективным, а выполнение заданий — безопасным. И убару явно не хотела отставать от соседей в этом отношении.

В итоге Алиша провела в деревне еще целых пять дней. Они с Мэрин обошли все памятные места и обсудили самые разные темы, да и Разану была рада компании и помощи девушек. Кроме того, Алиша взялась за масштабную уборку дома и участка, по мере необходимости привлекая ремонтную службу.

Девушка не знала, когда в следующий раз вернется сюда и вернется ли вообще. Не знала она и того, понадобится ли дом дяде и будет ли он сюда приезжать. Возможно, ее усилия напрасны, и после отъезда Алиши ее родовое гнездо придет в упадок. Но она не могла просто жить в нем и ничего не делать. Ей хотелось отдать хоть какую-то дань месту, где она родилась и выросла, почтить память родителей, у которых даже не было могил.

За хлопотами неделя пролетела незаметно. Мэрин с мужем уехали в Одлер, и Алиша подумала, что неплохо бы и ей вернуться в Оскол. Тем более, что Скроу не беспокоил ее все это время, видимо, удовлетворяясь тем, что местоположение девушки все эти дни фактически не менялось.

Она не стала скрывать от Разану, что, возможно, вернется сюда очень не скоро. Зато взяла у соседки номер банковского счета и обещала переводить ежемесячно небольшую сумму в счет присмотра за домом. Та, конечно, отпиралась, но Алиша быстро перевела разговор на другую тему, написав Разану свой адрес в Агнире, чтобы та могла отправлять ей письма или сообщить, если в доме снова что-то сломается или кому-то понадобится помощь.

На десятый день своего пребывания в Рисии Алиша упаковала все памятные для нее вещи в свиток перемещения, отправила короткое сообщение Скроу, закрыла дом на ключ и покинула родную деревню.

Погода стояла пасмурная, и при спуске с гор девушка несколько раз попадала под дождь. От этого путь дался тяжелее и занял больше времени, чем она рассчитывала, и Алиша решила остановиться в Туриси, выбрав ту же гостиницу, которую снимала во время своего первого визита.

Дядю с тетей девушка намеренно решила не тревожить, так как прошлым вечером позвонила им от Разану и сообщила, что все неисправности в доме устранены, а фотоальбомы и некоторые другие вещи высланы почтой на их адрес. Ключ дядя Берин велел ей оставить у себя, видимо, надеясь, что когда-нибудь девушка решит еще раз посетить родные пенаты.

Зато у Алиши закралась мысль разыскать училище, в котором якобы познакомились родители. Шанс, что летом она найдет там работников, которые могли бы ей помочь, был невелик, но девушка решила, что попытка не пытка. К своему удивлению Алиша поняла, что не знает девичью фамилию матери, а свидетельства о браке ей найти не удалось. Но она надеялась, что, если удастся разыскать личное дело отца, то где-то рядом окажется и дело девушки по имени Лая.

Поэтому с утра, выспавшись и позавтракав в гостинице, Алиша нашла в справочнике адрес училища и решительно направилась проверять свои смутные догадки.

Пожилая дама в очках, дежурившая в корпусе и явно недовольная, что вынуждена проводить летние месяцы на работе, а не в загородном доме, никак не хотела выполнять Алишину просьбу.

— Все документы старше десяти лет размещены в архиве. Он расположен в отдельном помещении под ключом, для доступа туда нужно особое разрешение, — произнесла она с интонацией, явственно означавшей «я ничего для вас делать не стану, уходите».

Но Алиша не собиралась сдаваться.

— А у вас как у сотрудника разве нет особого разрешения? — удивилась девушка, втягивая женщину в беседу.

— Я работаю тут не первый год, разумеется, есть. Но вам следует оформить заявление, а срок его рассмотрения в связи с каникулами в нашем учебном заведении может составлять до пяти дней.

— Такого времени у меня нет, но я оформлю заявление. А вы пойдете мне навстречу и прямо сейчас возьмете ключ, который наверняка хранится где-то у вас, и мы пойдем в архив и посмотрим личные дела студентов указанного года. Ведь дело касается моей семьи, моих погибших десять лет назад родителей. Понимаете, насколько это для меня важно? — Алиша перегнулась через стойку, буквально впившись в лицо женщины взглядом.

Та сначала хотела что-то сказать, но Алирия уже взяла с ее стола листок бумаги и ручку, начав составлять необходимый документ.

— Если вы пытаетесь применять на мне какие-то запрещенные техники, то знайте, я на вас пожалуюсь! — воскликнула вдруг дама, будто очнувшись от полусна.

Алиша с удивлением взглянула на нее.

— Госпожа, о каких техниках речь? И разве их главная особенность не в том, что жертва потом сама не может вспомнить, как и почему действовала, находясь под влиянием?

— Ну, наверное… — неуверенно произнесла дама.

— Я думала, вы просто готовы мне помочь, потому что я здесь проездом и хочу взглянуть на личные дела погибших, между прочим, родителей. Я вас очень прошу о помощи.

Алиша протянула женщине заполненное заявление, на котором подписалась своей старой фамилией. Та приняла документ, вздохнула и встала из-за стола, поманив девушку за собой.

Не прошло и пяти минут, как они спустились в темное полуподвальное помещение, и сотрудница, видимо, сама заинтересовавшись, начала азартно выискивать стеллаж, в котором хранились личные дела студентов нужного года.

«Так-то лучше», — улыбнулась про себя Алиша. Если бы женщина заупрямилась, басилиска, не задумываясь, применила бы и более мощную манипуляцию. Хотя, с другой стороны, Алирия была рада, что до этого не дошло — мало того, что подобные приемы строго карались по закону, так еще и с этической точки зрения были совершенно неприемлемы. Сколько раз она сама осуждала мастеров, слушая рассказы о таких выходках! И вот, теперь без зазрения совести пользуется своей силой в личных целях… Неудивительно, что воинов с особыми способностями опасались и откровенно недолюбливали в народе, а правители вкладывали целые состояния, чтобы разработать защиту от их манипуляций, а заодно и привлечь к себе наиболее лояльные кланы.

Поэтому Алиша отнюдь не гордилась своим поступком, оправдывая его тем, что цель у нее отнюдь не политическая и она просто ускорила вполне обыденный бюрократический процесс.

Однако, даже чтобы найти личное дело Ивлина Катовски понадобилось немало времени. Так как он не закончил обучение, папка с его документами лежала отдельно от выпускников. А уж дело какой-то Лаи и вовсе не удалось найти.

— Жаль, вы не знаете фамилию. Но обычно дела отчисленных несколько лет хранятся в кабинетах, ведь студент может и восстановиться. Поэтому с годами что-то могло затеряться. Если бы ваша матушка закончила учебу, ее дело совершенно точно оказалось бы здесь, — под конец сотрудница явно прониклась просьбой Алиши и несколько раз перебрала все папки, включая и те, что лежали в отдельных коробках.

«Интересно, отсутствие личного дела мамы — это недоразумение или новое подтверждение моим догадкам?», — задавалась вопросом Алиша, покидая училище.

И думала об этом на протяжении всего пути.

Когда она достигла столицы Рисии, неожиданно сработал передатчик.

«Алирия, у нас перебои со связью. Вижу, ты возвращаешься?»

Судя по всему, Скроу отправил сообщение довольно давно, но уже после того, как она покинула деревню.

«Я направляла сообщение, что иду в Оскол. Сейчас рядом с Одлером. Планирую быть завтра утром», — набрала она ответное сообщение. Только вот дошло ли оно?

Алиша решила поспешить. Она обогнула столицу с юга и направилась прямиком к пограничному пункту. В душе поселилась смутная тревога.

При приближении к границе Рисии с Го и Агниром, расположенным южнее, передатчик Алиши снова поймал сигнал и завибрировал на запястье девушки.

«Получил оба сообщения в 16:28, видимо, помехи. Мы возвращаемся в Агнир, операция в Го завершена. Сворачивай на юг».

Девушка затормозила прямо посреди дикого поля, растерянно перечитывая сообщение от Скроу.

«Интересно, почему они так резко прекратили деятельность в Го? Может, правительства снова не договорились или, как и предполагал Скроу, Го показалось, что Агнир слишком сильно влияет на оскольский регион?».

Что же, для Алиши это означало разворот на девяносто градусов. Даже больше, ведь пограничный пост с Агниром располагался на юго-востоке от нее. Эх, если бы сообщение от Скроу пришло хоть немного раньше…

С другой стороны, ничто не мешает ей пройти пограничный контроль здесь, на западном посту, до которого осталось совсем немного. А там она свернет на юг в горы и доберется до Агнира в обход официальных границ. За это ее, пожалуй, простят, зато бумажной волокиты будет меньше: она пришла из Го и в Го вернулась, а там узнала про отзыв агнирских мастеров и сразу направилась в военный городок.

Алиша решила, что этот вариант для нее оптимален, хоть и придется сделать крюк. Но с ее способностями басилиски лишняя сотня километров не так уж накладна.

За каких-нибудь полтора часа она добралась до границы Рисии и Го, довольно быстро прошла пограничный пункт и, обрадовавшись отсутствию бюрократических проволочек, решила перекусить в одной из первых придорожных закусочных на территории Го.

После этого перебрала некоторые вещи в свитке, готовясь к длительному переходу через горы, и с легким сердцем направилась на юг.

Видимо, дождевые тучи накрывали материк с востока. Пока Алиша двигалась на запад, она легко обогнала их, но теперь, свернув южнее, снова столкнулась с непогодой.

Ливень с грозой заставили басилиску снизить скорость и внимательнее выбирать дорогу по скользким скалам. Даже при всей ее ловкости лишние травмы были ни к чему.

В конце концов девушка решила укрыться под нависающей скалой, образующей что-то наподобие грота, и передохнуть. Электроника в горах, еще и в непогоду, конечно, не действовала, и Алиша не могла отправить сообщение или даже передать информацию о своем местоположении. Но до недавнего времени никаких передатчиков информации не применялось вовсе, поэтому она не слишком паниковала по этому поводу. Переждет непогоду, подкопит силы и снова отправится в путь.

Как и ожидала девушка, наутро дождь прекратился, хотя небо до самого горизонта заволокло тучами. Что же, в такую погоду идти даже приятнее, не так жарко.

Алиша перекусила и бодрым шагом направилась на пять часов, стремясь преодолеть горную гряду по диагонали и углубиться в леса, за которыми располагался военный город.

По иронии судьбы три года назад именно через эти горы, только значительно южнее, Алиша в сопровождении Скроу Рэма впервые попала в Агнир и начала свой путь мастера-дана, а позже и басилиски.

Скорее интуитивно, чем явно, Алиша уловила стремительное движение сбоку и резко прыгнула вверх. На первый взгляд могло показаться, что на нее решил напасть дикий зверь, но девушка сразу определила, что манера движения и фигура принадлежит человеку и не иначе, чем мастеру.

И еще неприятнее ей было осознать, что в прыжке она оказалась опутана ядовитой сетью, которую используют некоторые мастера в бою. Видимо, противники, а их явно было двое, заранее просчитали ее движение и подстроили засаду. Только вот они не знали, что на пути им попалась непростая басилиска.

Алиша тут же перешла в измененное состояние сознания. Кожа вытолкнула яд, а сквозь сеть во врагов полетели металлические звезды и иглы.

Одним изящным движением девушка оттолкнула сеть наверх, позволив законам физики играть на ее стороне — она приземлилась на землю и тут же ушла в бок, избегая как падающей сверху сети, так и атаки возникшего из ниоткуда мастера со световым лучом.

«Все-таки их трое», — с досадой подумала про себя Алиша, замечая мечущиеся вокруг нее тени.

Ими оказались двое мужчин-мастеров и басилиска. Первый обладал способностью к ускоренному перемещению, именно он и атаковал ее сначала. Второй был явно воином ближнего боя. А басилиска традиционно предпочитала дистанционные атаки и ловушки.

Они окружили ее, используя горную местность как прикрытие. Алиша почувствовала, как ей в спину впиваются парализующие иглы. Чтобы вытолкнуть их и нейтрализовать действие яда понадобилось больше сил, чем она рассчитывала. Это порядком разозлило девушку. Неужто она настолько пришла в негодность, сидя в военном городе?

Алиша сделала обманный рывок в сторону, на деле спрятавшись за одним из валунов. Один из уроков, который ей преподавали еще в медицинской школе данов, а потом не раз повторял Мао Дьюи: мастер должен найти момент, чтобы из добычи превратиться в охотника.

Первой жертвой Алирии стала басилиска. Довольно ловкая и искусная в дистанционном бою, женщина была сильно истощена и являлась самой слабой в тройке. Алиша использовала отвлекающий маневр, скользнула между скал, отправила в сторону мастеров дымовую бомбу из своего арсенала и, применив стремительное перемещение, оказалась у басилиски за спиной.

Ее жизнь оборвалась прежде, чем женщина успела что-либо понять. Зато по ее внешнему виду многое смогла понять сама Алиша: напавшие на нее люди были отступниками и, скорее всего, одними из «Тени». Возможно, им удалось вырваться из Оскола во время освободительной операции, и они скрывались в горах, стремясь перебраться через Рисию в сторону Танши, где могли бы укрыться в непроходимых джунглях. Только вот Агнир и Го тщательно следили за границей с Рисией, и риск нарваться на патрули мастеров был довольно высок.

Алиша вытерла об одежду басилиски кровь со своего клинка и поспешила скрыться. Однако она недооценила противников — тот, что напал на нее первым, и вправду был очень быстрым. Он преградил ей дорогу шагах в пятидесяти от тела басилиски, и его лицо не выражало ничего, кроме жажды разделаться с Алирией поскорее.

«Агнирские выродки», — прошипел он, доставая из-за пояса то ли веревку, то ли необычную плеть. Та была напитана его энергией и извивалась в руках отступника, будто живая змея.

На этот раз Алиша ушла от атаки, пригнувшись и скользнув в сторону, хотя большинство на ее месте снова взметнулись бы вверх на стоящий рядом валун. Но наверху ее ждал бы второй мастер, который, увидев маневр девушки, поспешил спрыгнуть с валуна и бросить в нее несколько десятков камней.

«Типичный тяжеловес, неплохо работающий с грубой материей, особенно с землей», — оценила про себя Алирия.

С ним не должно было возникнуть больших проблем. Куда больше ее беспокоил третий мастер, явно самый опытный и сильный из всех.

Она послала в него напитанный своей энергией кинжал, который когда-то подарил ей Скроу. Пока оружие летело, Алиша выпустила несколько микроигл в мастера ближнего боя, одновременно уклоняясь от камней. Однако необычная плеть в руке нападавшего с легкостью отбила как кинжал, так и микроиглы.

Алиша снова совершила стремительный перенос, хотя и понимала, что главный противник достаточно силен, чтобы заметить ее перемещение. Но девушка резко изменила траекторию, пойдя в наступление и мгновенно сблизившись с мастером-тяжеловесом. Тот не ожидал такой скорости, как не ожидал и металлической звезды со смертельным ядом, пробившей его броню секундой ранее. Мастер покачнулся и начал медленно оседать на землю.

К сожалению, совершая свой трюк, Алиша пожертвовала и своим главным преимуществом — дистанцией. И хотя она успела отскочить от сраженного ею отступника, плеть последнего противника сумела обвиться вокруг ее лодыжки.

Девушка ощутила жгучую боль, не имевшую ничего общего с ядом или любым другим веществом органического происхождения. Плеть словно и вправду была живой и вцепилась в Алишу, подобно пиявке, высасывая ее жизненную силу!

Причем сила это явно переходила ее хозяину, который с довольной ухмылкой смотрел на Алишу, уверенный, что теперь она никуда от него не денется.

Счет шел на секунды.

Девушка попыталась применить особый прием, которому ее обучил Мао — выйти из тела и атаковать противника исключительно ментально. Но коварная плеть, кажется, блокировала такую возможность.

Тогда Алиша решилась на крайние меры: она отвлекла мастера беспорядочной атакой игл, кинжалов и звезд, выпустив почти все, что было у нее припасено и сделав вид, что поддалась панике.

Пока тот довольно лениво отбивался от вороха метательного оружия, Алиша достала световой луч и молниеносно отсекла себе ногу.

Глаза отступника недобро сощурились, плеть тотчас же освободила ставшую бесполезной плоть и снова ринулась в сторону Алиши, стремясь, прежде всего, выбить у нее из руки смертоносный луч.

Алиша, мысленно останавливая кровотечение, позволила плети обвиться вокруг луча, а потом и вовсе схватила ее рукой, послав через тонкое черное щупальце разряд молнии такой силы, на какую только была способна. Это был прием из арсенала клана Митору, над которым она особо тщательно работала, тренируясь вместе со «Стрелами». И, видимо, не зря.

Отступник явно не ожидал подобного поворота событий. Он был связан с плетью также, как с собственной рукой, и не успел отбросить ее прочь. Разряд электричества достиг его сердца в считанные доли секунды.

Алиша мешком повалилась на землю, сумев лишь немного смягчить падение. Она незамедлительно занялась ногой и ни на что более не отвлекалась, пока отсеченная конечность вновь не встала на место. Операция отняла у нее почти все силы, а ведь требовалось еще излечить тело от остаточного влияния ядов и значительных ушибов.

«Черная плеть Ко-Нуча, я читала об этом мастере. Он действительно был отступником, родом не с материка, а с далекого острова Кракоту, что лежит к востоку от берегов Агнира. Видимо, Ко-Нуч примкнул к “Тени” по каким-то своим соображениям, а когда группировка потерпела поражение, решил скрыться, прихватив двух подельников. Что же, я могу собой гордиться: одолеть трех отступников, один из которых числится особо опасным, еще и при нападении из засады — это немалое достижение. Правда, победа обошлась мне большой ценой», — размышляла Алиша, пытаясь прийти в себя.

Больше всего ее беспокоило, что она почти не ощущает сил, хотя в ее резерве было довольно много энергии. Сколько успел высосать из нее отступник за те секунды, когда вокруг лодыжки оплелась эта проклятая плеть? Алиша пыталась вспомнить, какие приемы Ко-Нуча были известны миру мастеров и насколько разрушительно влияние его оружия, но ничего конкретного на ум не приходило.

Оставалось только надеяться, что силы постепенно восстановятся. А пока Алиша закинула в себя целую горсть лекарств: от обезболивающего до стимуляторов и антибиотиков, и попыталась подняться, чтобы найти какое-то укрытие.

Трупы поверженных ею мастеров она предала огню, взяв только немного биоматериала от каждого для экспертизы, а плеть Ко-Нуча так и вовсе связала особой блокирующей печатью и поместила в свиток перемещения: вот убару порадуется такому трофею!

Кое-как девушка добралась до валуна, под которым смогла бы в случае необходимости укрыться от дождя. Сверху камень порос мхом и мелким кустарником, образуя естественную крышу.

Алиша достала спальник, поставила вокруг места ночлега особые ловушки и уснула, едва забравшись в походную постель.

9

До военного города Агнира было всего около дня пути «легким шагом», а если применять особые техники, и того быстрее. Но после схватки Алиша едва переставляла ноги. Вновь и вновь она вызывала исцеление, пытаясь черпать силы из резерва, а под конец и вовсе войти в состояние измененного сознания и подключиться к вечному источнику, питающему все во Вселенной.

Но не получалось. Вернее, получалось, но выходило по капле, и это выматывало еще больше.

Она нашла палку, чувствуя себя калекой, и продолжила брести по горной местности, с трудом преодолевая препятствия, с которыми ранее могла разделаться в два прыжка.

«Что сделала со мной эта плеть Ко-Нуча? Не так уж много я отдала ей сил, так почему теперь они не возвращаются?», — в сотый раз спрашивала себя Алиша, но ответа не находила.

Все ее знания и способности были на месте, но токи энергии будто сузились, из полноводных рек превратившись в пересохшие ручейки. Басилиска перепробовала все: медитацию, внутреннюю балансировку, массаж акупунктурных точек и особые приемы данов, улучшающие энергетический ток в теле, но практически ничего не добилась.

Каждые полчаса она проверяла датчик, но сигнала все еще не было. С такой скоростью она застрянет в горах на неделю, а он через день-другой разрядится. Вот бы Скроу заподозрил неладное и отправился на ее поиски! Но надежды было мало, к тому же, она исчерпала ее, еще когда ожидала помощи Митору в джунглях Танши.

Увы, легендарный Всевидящий Скроу оказался не таким уж всесильным. Занятый операцией в Осколе, он даже не поинтересовался, почему от нее полгода нет никаких вестей. И обида за это до сих пор жила где-то в глубине сердца девушки.

В тот раз ее вернул к жизни отступник Мао Дьюи. Наверняка он бы легко разобрался и с текущей ее проблемой, только вот найти его не представлялось возможным. Он сказал, что решил покинуть джунгли Танши, но даже если и остался там, то шансов обнаружить его почти нет.

Что же, для начала ей надо добраться до военного городка, а там с Савальей и Мэдо-дано они что-нибудь придумают. Только вот каждый шаг давался все тяжелее.

Алиша обессиленно опустилась на землю прямо посреди звериной тропы. Если бы сейчас на нее напала дикая собака, у девушки едва ли хватило бы сил отбиться. Нельзя продолжать путь в таком состоянии.

Немалых сил ей стоило успокоиться и начать действовать рационально. Если не получается быть басилиской, остается вновь стать обычным человеком. А для человека важен отдых, хорошее питание и лекарства, которых, к счастью, у Алиши было достаточно.

Она перекусила, проглотила пилюли и запила их водой. Потом извлекла из переносного свитка бинты и перевязала ушибы и раны, которые плохо затягивались, несмотря на все усилия девушки. Это были старые мамины бинты, которые она взяла вместе с аптечкой, решив более подробно исследовать ее в лаборатории. Ведь если Лая Катовска обладала хоть какими-то знаниями мастеров, наверняка в лекарствах и заготовках могла остаться ее энергия или элементы, применявшиеся только медиками-данами. Пусть на первый взгляд в старой аптечке не было ничего особенного, а большинство препаратов и вовсе пора было выкинуть, Алиша все же решила их проверить. И как неожиданно пригодилось ее содержимое в этот непростой для девушки час!

На небе снова собирались дождевые тучи. Надо было искать укрытие, ведь с нынешней скоростью Алиша точно не уйдет от дождя. Девушка заставила себя подняться и побрела вперед, высматривая грот или расщелину в скале, где можно было бы переждать непогоду.

Скалистая местность шла под уклон, становившийся все круче, а под конец и вовсе обрывалась почти под девяносто градусов. Но именно там когда-то скатившиеся сверху камни образовали нагромождение, под которым находилось нечто, похожее на пещеру.

Чтобы добраться туда, не переломав себе ноги, Алиша потратила почти полчаса. Еще и руки едва не оцарапала о колючий кустарник, то и дело преграждавший ей путь. Была бы она простым человеком, восприняла бы все тяготы как неизбежность. Сейчас же психика остро реагировала на неожиданную слабость, повергая Алишу в отчаяние.

Кое-как она съехала вниз, обошла сбоку скопление валунов и попыталась срезать лучом слишком густой кустарник, чтобы расчистить себе место под естественным навесом. Дождь уже начал накрапывать, и у Алиши на глаза тоже навернулись слезы. Она плакала от бессилия и своей беспечности. Разве нельзя было догадаться, что на нейтральной территории между Агниром, Го и Рисией могут скрываться беглые отступники? Теперь она расплачивается за свою самоуверенность, и поделом.

Девушка развернула спальник, спрятала в обступающем ее кустарнике датчики движения, разложила оружие так, чтобы было под рукой в случае внезапного нападения. Теперь ей оставалось только спать, вдыхая влажный воздух и слушая шум дождя. Вскоре влага потоками стала стекать по склону, к счастью, огибая камни и оставляя убежище басилиски сухим. Хорошо, что летние дожди быстро проходят, и через несколько часов можно будет продолжать путь. Очень долгий и выматывающий путь.

Датчик местонахождения и устройство для обмена сообщениями разрядились на третий день после схватки с отступниками, так и не поймав заветный сигнал. Запасы Алиши подходили к концу, но голод и жажда ей не грозили: флягу легко можно было наполнить в многочисленных ручьях, а помимо припасов у девушки оставались питательные пилюли и гостинцы от тети, которые пришлись неожиданно кстати.

С упрямым упорством Алирия Митору двигалась вперед, но едва ли преодолевала за день больше двадцати километров. Пересеченная местность и постоянная усталость сильно тормозили ее, хотя девушка уже смирилась, что «легким шагом» ей не пройти, а на преодоление некоторых препятствий, таких как обрывы или слишком крутые скалы, требовались почти все ее силы.

На четвертый день она добралась до последнего перевала, с которого начинался спуск в леса, окружающие военный город Агнира. Но до него самого с ее нынешней скоростью оставалось еще несколько дней пути.

В очередной раз сжав челюсти и преодолевая боль, Алиша начала спуск. Погода заметно улучшилась, а последние часы землю щедро поливало солнце, отчего становилось довольно жарко. Щурясь, девушка смотрела под ноги, раздумывая над тем, не остановиться ли ей и поискать в свитке какую-нибудь широкополую шляпу или солнечные очки. Хотя вроде ничего подобного у нее там не завалялось.

— Алирия! — знакомый голос заставил девушку резко остановиться.

Она заслонила солнце рукой и увидела Скроу, спешащего к ней. За доли секунды мастер преодолел оставшиеся между ними пару десятков метров и заключил девушку в объятия. Ее тут же обволокла энергия клана Митору, дарующая прохладу и благодатный покой. Девушка выдохнула и позволила себе потерять сознание.

Скроу поднял ее на руки, набрал в передатчике короткое сообщение, отправил остальным. Поисковая операция велась уже третьи сутки, и мастера прочесали огромную территорию от прилегающих к городу лесов до гор, забравшись даже на условную территорию Го.

Их ошибкой стало предположение, что Алиша свернула на пограничный пост между Рисией и Агниром, как и велел ей Скроу, поэтому сначала поиски велись на севере. Сам Скарскроу направился прямиком к границе и уточнил у дежурящих там солдат, что девушка не пересекала пост. Зато удалось связаться с западными пограничниками Рисии, которые подтвердили, что в указанный период некая Алирия Катовска была пропущена на территорию Го. Скроу рассудил, что дальше путь его подопечной лежал через главную горную гряду, разделяющую три страны, и поиски перенесли туда. Примерно тогда же он начал догадываться, что с басилиской могла приключиться беда, ведь в горах могли укрываться беглые отступники.

Его догадки оказались верными. В начале третьего дня он почти интуитивно ощутил ее биополе где-то на окраине гор, и то потому, что оказался сравнительно недалеко. Если бы не опыт и клановое чутье, Скроу Рэм вряд ли смог бы обнаружить девушку на такой огромной территории.

Алиша пришла в себя, когда он нес ее в разбитый на окраине агнирских лесов лагерь. Несмотря на слабость, девушка оставалась в сознании: выучка басилиски и выработанные рефлексы не позволяли ей надолго лишаться чувств даже в ситуации, когда опасность миновала.

Находиться на руках у Скроу было приятно. Он нес ее бережно, передвигаясь так, что почти не чувствовалось тряски.

Однако потеря силы и истощение организма не давали Алише покоя, и когда над их головами сомкнулись первые густые кроны, девушка подняла руку и схватилась за куртку Скроу, сжав в руке плотную ткань.

Мастер вопросительно взглянул на нее и остановился. Он бережно опустил Алишу на землю у поваленного ствола.

— Как ты себя чувствуешь? Ты принимала стимуляторы? — спросил Скроу, доставая из кармана на груди мешочек с таблетками.

— Принимала, и не только их. Но ничего не помогает… — ответила Алиша.

Она достала флягу и выпила воды, пытаясь прийти в себя.

— Что случилось? — поинтересовался Скроу, присев рядом с ней на корточки.

— В шестидесяти километрах на юго-восток от границы Рисии с Го на меня напали трое мастеров-отступников. Вернее, два мастера и басилиска. Беглые из «Тени», видимо, хотели проскользнуть на север и скрыться в Танши. Басилиска была сильно ослаблена, возможно, поэтому они задержались в горах так долго. Отступники устроили засаду на моем пути. Я смогла с ними разобраться, но одним из них был мастер в международном розыске Ко-Нуч. Он коснулся меня своей плетью, и с тех пор… Я не могу восстановить силы. Я пробую и пробую, но ничего не получается!

Алиша стиснула зубы, чтобы сдержать подступающую истерику. Выплеснула последнюю воду из фляги и умыла лицо.

Скроу положил руку ей на плечо.

— Одолеть трех мастеров, среди которых отступник такого уровня — это большая удача, Алиша. Слава Всевышнему, ты осталась жива и теперь в безопасности. Временная потеря силы — дело поправимое, не переживай из-за этого. Теперь тебе важно поправиться, я отнесу тебя в лагерь, а оттуда переправим тебя в госпиталь.

Девушка взглянула на него, позавидовав невозмутимости мастера. Конечно, он сам сотни раз бывал в подобных ситуациях и для него тяжелые ранения являются неотъемлемой частью жизни.

Когда-то давно, когда Алиша только начинала учиться в школе мастеров-данов, она понимала, что между ней и таким мастером, как Скарскроу Рэм Митору лежит настоящая пропасть. И подсознательно поставила себе цель если не преодолеть, то хотя бы сократить ее.

Он стал ее путеводной звездой, недостижимой, но зовущей за собой. Тогда она и подумать не могла, что вступит в его клан. Алиша шла на этот свет, черпая в нем силы, и в итоге добилась очень многого за прошедшие три года. Однако между ними все еще была пропасть. Пропасть разного жизненного опыта, разного отношения к вещам. Она выживала, совершая подвиг над самой собой, а для него это была повседневная рутина. И не было никакой надежды ей когда-нибудь стать равной ему. Единственное, что она могла — занять место рядом с ним, как велели устои клана и военного города. Быть его опорой, его спутницей, хозяйкой в их доме. Это уже гораздо больше, чем она надеялась в самых сокровенных своих мечтах. Пора было смириться со своим положением, перестать тянуться за ним, разгадывая ребус сложной натуры Митору. Пора было повзрослеть и принять роль, выполнение которой от нее все ждут.

Девушка отбросила флягу и обняла Скроу, отчего тот чуть не потерял равновесие.

— Спасибо, что нашел меня, — прошептала Алиша, зарываясь рукой в его жесткие темные волосы на затылке.

— Я забил тревогу сразу же, когда ты не вернулась в установленный срок, — сказал мастер. — Только думал, что ты пересекла границу с Рисией на юге, поэтому поиски мы начали с той стороны и потеряли время…

Алиша не дала ему договорить. Она стянула со Скроу маску и впилась губами в его губы с исступлением утопающего, хватающегося за последнюю соломинку. На секунду он замер, немного растерявшись, но потом ответил на ее внезапный поцелуй.

Через несколько секунд он мягко отстранил девушку.

— Ты многое пережила и нуждаешься в помощи. Давай я отнесу тебя в лагерь, до него осталось минут десять легким шагом.

Алиша кивнула, подобрала с земли флягу и позволила Скарскроу взять ее на руки.

Кхон Мэрот едва успел скрыться в зарослях, чтобы не попасться им на пути. Мастер стал случайным свидетелем интимной сцены и был совершенно не готов разоблачать себя, еще и перед командиром.

«В этой девушке точно что-то есть от прирожденной басилиски, даже Митору не может устоять!», — со смущенной ухмылкой подумал Мэрот, следуя на порядочном удалении от парочки.

* * *

В госпитале Алиша провела две недели, лишь дважды выбираясь в административный корпус, чтобы доложить убару об инциденте с нападением и позже сдать подробный отчет.

Алиша не была просто пациентом. Она принимала самое активное участие в обследованиях, вплоть до изучения собственных анализов. Вместе с Зарой, Савальей и Мэдо они провели немало времени, применяя различные техники и исследуя их эффект на Алише.

— Восстановление происходит, но довольно медленное. Судя по всему, большая часть резервов либо утрачена, либо каким-то образом заблокирована. Как если бы горную реку завалило камнями, и остался небольшой ручеек, — рассуждал Мэдо-дано.

— Я думала об этом. Все способности при мне, и, подкопив силы, я могу выполнять кое-какие приемы, но это не дотягивает даже до уровня ученика на мастера, — покачала головой Алирия.

— Плеть Ко-Нуча сейчас изучают, возможно, нам удастся найти какие-то ответы, — обнадежила Савалья. — Однако тебе следует приготовиться к длительному восстановлению. Убару считает, что самое оптимальное для тебя сейчас — это продолжить спокойную жизнь в городе. Для этого и особые силы не нужны.

Алиша усмехнулась.

— Убару во всем находит плюсы. Конечно, для нее такой сценарий более чем благоприятен. Но я не намерена сдаваться. Даже если потребуются годы, я верну свои силы и по камешку разобью этот завал, блокирующий мою энергию.

— Я помогу тебе, — сказала Зара. — Это необычный случай, но человеческая воля способна преодолеть даже то, что кажется невозможным. Просто для этого требуется немного больше времени.

После этого Алиша вернулась домой, где ее встречал Хайд и, как не удивительно, Скроу. Он даже сам заварил чай и заказал ее любимый суп из ресторанчика неподалеку.

— Подумал, тебя это немного порадует. С возвращением, — приветствовал он Алишу.

Хайд норовил прыгнуть на нее, чтобы лизнуть в лицо, и девушка рассмеялась, отталкивая пса.

— Я думала, ты снова пропадаешь в администрации. Сегодня ведь рабочий день.

— Пусть медленно, но я делаю выводы из своих ошибок. В такие минуты я предпочту находиться рядом, а работа в лес не убежит.

Они уселись за стол, и Скроу подвинул к ней тарелку.

— Ешь, пока горячее. Тебе надо хорошо питаться. А после обеда принимать лекарства, Савалья дала мне целый список.

— Будешь теперь опекать меня, как ребенка? — спросила Алиша, принимаясь за суп.

— Ты достаточно взрослая, чтобы сама о себе позаботиться, и не раз это доказала на деле. Но присматривать за тобой буду, — без тени улыбки сказал Скроу.

Когда с основной трапезой было покончено, у Алиши чуть пар из ушей не шел — огромная плошка горячего супа прошибала на пот. Чтобы как-то оттянуть момент, когда Скроу Рэм начнет вливать в нее только что заваренный чай, девушка спросила:

— Скроу, а почему на самом деле свернули операцию в Осколе? В госпитале мне говорили, что таковы новые договоренности между Агниром и Го, но наверняка есть и внутренняя причина. Го что, и вправду испугался, что мы оказываем слишком большое влияние на регион?

— В том числе, — кивнул Скроу. — Пока ты отсутствовала, все ключевые позиции начали занимать гоанские мастера или управленцы из гражданских. Очень удобно, когда для них подготовили отлаженную систему. Не прошло и недели, как пришел указ агнирским мастерам и вовсе покинуть оскольский регион. Мы свое дело сделали.

— Политика, — вздохнула Алиша. — И мы всего лишь удобные инструменты для достижения целей тех, кто сидит наверху.

— Мы можем влиять на них, и довольно серьезно, — не согласился с девушкой Скарскроу. — Да и убару вовсе не была против отправить нас в Оскол. Ведь так мы получили доступ к тому, что оставила после себя «Тень», а также смогли поймать некоторых отступников, скрывающихся в регионе. И ты тоже внесла свою лепту.

— Плеть этого отступника Ко-Нуча, конечно, славное приобретение для Агнира, только вот цену за такой сувенир я заплатила немалую, — озвучила Алиша давно крутившуюся в голове мысль.

— Главное, что ты жива, — в своей манере заметил Скроу. — А твои способности постепенно восстановятся. Только, прошу тебя, будь терпелива и не рвись в бой при первой же возможности. Война окончена, пора тебе найти мир и внутри себя.

Алиша задумалась, потом кивнула.

— Я понимаю, о чем ты, Скроу. Разумеется, я переживаю за утраченные силы. Но все равно я знаю и умею гораздо больше, чем большинство людей на материке. И это в том числе и твоя заслуга. Ты привел меня в этот город и показал, на что я способна. Я не хочу больше опасных заданий или внезапных боев. Но буду признательна, если со временем убару даст мне работу в администрации. Чтобы быть при делах и поближе к новостям… И к тебе.

Алиша неожиданно покраснела, но Скроу, казалось, не заметил или сделал вид. Он задумался о чем-то своем, потом кивнул.

— Это очень хорошее решение, Алиша. Я рад, что ты приняла его. Подождем месяц-другой, когда ты окрепнешь, и я попрошу убару дать тебе должность.

Они закончили обед, Скроу убрал посуду, а Алиша приняла целую горсть лекарств.

— Чем хочешь заняться? До завтра я свободен, — обратился к ней мастер.

Девушка задумалась. Они так мало времени проводили вместе вне работы, что найти общее занятие оказалось непросто. Взгляд девушки остановился на кухонном шкафчике, и она внезапно хлопнула себя по лбу.

— Я же заказала новую мебель перед отъездом в Оскол! Кровать и стол в мою комнату уже давно должны были привезти, а по поводу кухни попросили зайти через месяц, так как делали ее под заказ!

— Что же, тогда давай отправимся на рынок и уточним. Уверен, для клана Митору они придержали товар, — улыбнулся под маской Скроу.

— В этом, пожалуй, плюс закрытого городка — все друг про друга знают и готовы пойти на уступки, если мастер, например, задерживается на задании.

— Я редко пользуюсь подобными услугами, — пожал плечами мастер. — Но, наверное, ты права.

Они отправились на рынок, где договорились о доставке мебели на следующий день, а потом решили прогуляться по лесу с Хайдом. Вторая половина лета выдалась теплой и солнечной, отчего особенно приятно было укрыться в тени старых деревьев.

— Ты теперь будешь снова выполнять обязанности заместителя убару? Яни не собирается отправить тебя куда-нибудь еще с каким-то заданием? — поинтересовалась Алиша.

— Она хочет привлечь меня к переговорам с правительством Агнира. Так что, возможно, иногда мне придется ездить в столицу.

— Наверное, ты не в восторге от этой идеи, — предположила девушка.

— Нравится мне или нет, но я перерос тот возраст, когда можно было посвящать свою жизнь выполнению заданий в качестве рядового мастера. Яни стремится применить мой авторитет в других областях, и это вполне оправданно, — объяснил Скроу.

— Ей, видимо, хочется иметь рядом дополнительную поддержку. В правительстве в основном заседают мужчины из княжеских родов, и ты произведешь на них нужное впечатление быстрее, чем Яни, — поделилась соображениями Алиша.

— Ты так считаешь? В правительстве есть и женщины, хоть их и единицы. Но не думаю, что дело только в гендерной принадлежности. Скорее, убару надеется воспользоваться тем, что я действующий главнокомандующий и хорошо понимаю положение вещей.

— Возможно, и так. Я понимаю, почему ты в свое время отказался становиться убару. И согласна с тобой, что Яни хорошо справляется с этой ролью, возможно, даже рождена для нее. Но очевидно и то, что ей важна твоя поддержка. Последние события в Го и постоянные переговоры сразу с несколькими сторонами ее явно вымотали. Твой авторитет и взгляд на вещи явно придутся очень кстати.

— А ты, кажется, решила и сама податься в политики? — улыбнулся вдруг Скроу. — Раз так уверенно рассуждаешь.

Алиша пожала плечами.

— Я лишь строю предположения, тем более что дело, которое касается тебя, косвенно касается и меня, и нашей семьи. Вам следует привыкнуть к этому, Скарскроу Рэм Митору.

— Постараюсь, — бросив на нее короткий взгляд, снова улыбнулся Скроу.

Вечером Алиша без стеснения зашла в его спальню.

Мастер читал, лежа на кровати, и немного удивленно взглянул на девушку.

— Тебе что-нибудь нужно? — спросил он, прикрыв книгу.

— Возможно, — неопределенно повела плечами Алиша. — Немного твоего внимания, например.

Она подошла и забралась на кровать рядом с ним.

— Что читаешь?

— Роман Ру Огуру «Таинственный лес», — Скроу показал ей обложку.

— Слышала о нем, надо тоже почитать. Там есть эротические сцены? — Алиша придвинулась ближе, якобы рассматривая книгу.

Мастер вздохнул.

— Алирия, ты только сегодня вернулась из больницы. Тебе лучше отдохнуть.

— Я и собираюсь отдохнуть. С тобой, — заявила девушка, положив подбородок Скроу на плечо.

Тот отложил книгу на тумбочку и немного отодвинулся, повернувшись к ней боком.

— Алиша, я волнуюсь за твое здоровье. А такой «отдых» может привести к последствиям, на которые организму придется тратить и так истощенные ресурсы.

Алиша чуть заметно фыркнула.

— А как же поддержание вашего здоровья, господин Митору? Это уже мой долг, получается.

— Не надо заниматься самопожертвованием, тем более в угоду собственным желаниям. На сложные миссии я в ближайшее время не собираюсь, куда больше меня волнует твое самочувствие.

Скроу подпер рукой голову и со всей серьезностью взглянул на девушку. Глаза Алиши недобро сузились, но вместо того, чтобы спорить, она подцепила пальцем край маски Скроу и медленно потянула вниз.

Тот упреждающе перехватил ее руку.

— Прошу, не провоцируй меня.

Девушка покачала головой.

— Буду, даже не сомневайся. Я хочу тебя, и очень расстроюсь, если не получу желаемого. А негативные эмоции, знаешь ли, вредны для процесса выздоровления, — прошептала Алиша, почти вплотную приблизившись к лицу мастера.

Теперь его глаза недобро сощурились. Скроу перехватил запястье Алиши, когда она попыталась снова коснуться его.

— Что же, тогда пеняй на себя, — произнес он над ее ухом, мягко опрокидывая девушку на спину.

В этот раз Скроу быстро перешел к делу — не прошло и минуты, как вся одежда Алиши отправилась на пол, а он стал медленно целовать ее колено, двигаясь все выше по бедру. Девушка извивалась, постанывая, но мастер не спешил, одной рукой поглаживая ее по ноге, а большим пальцем второй руки медленно массируя клитор.

— Это сводит меня с ума. Пожалуйста, не тяни, — хриплым шепотом взмолилась она.

Скроу перенес вес тела вперед и склонился над ее лицом.

— Уверен, где-то внутри ты хочешь, чтобы я не спешил, — произнес он, одновременно проникая в нее пальцами.

Его движения становились все более интенсивными, он почти довел Алирию до пика, но, когда она уже готова была взорваться от сладострастных волн, он резко достал руку и вошел в нее.

Девушка выгнулась всем телом, но Скроу придавил ее и двигался мощными толчками, выводя Алишу на все новые круги наслаждения. Ей хватило нескольких секунд, чтобы кончить, Скроу продержался не намного дольше. Только вот, в отличие от нее, едва ли у мастера даже сбилось дыхание.

Он лег на спину вплотную к Алише, и девушка переплела свои пальцы с его, глядя куда-то в потолок. Было нечто очень нежное и доверительное в этом простом жесте.

Постепенно сон сморил ее, и Скроу укрыл девушку одеялом. Она притянула его к себе, не давая уйти, и мастер послушно забрался вслед за ней в мягкую постель и позволил обнять себя.

— Спасибо, — прошептала девушка, утыкаясь носом в его грудь и погружаясь в блаженную негу сна.

10

Как и говорил Скроу, следующие месяцы убару Яни привлекала его исключительно к дипломатическим миссиям. Часть времени он проводил в столице Агнира, а иногда и в Го.

Алиша довольно быстро восстановилась физически, однако способности возвращались к ней крайне медленно. Вернее, почти не возвращались, да и она, к стыду своему, тренировалась довольно редко. Остаток лета она провела дома, затеяв обновление вплоть до частичного ремонта, а еще наслаждаясь вниманием Скроу. Он старался не задерживаться допоздна в администрации, иногда брал выходные и уделял Алирии все свободное время. Про себя девушка подумала, что, пожалуй, именно таким и мог быть их медовый месяц, если бы они официально зарегистрировали брак и начали налаживать общий быт.

С началом осени Митору стал чаще задерживаться на работе, и Алиша решила осуществить свой план и попросить у убару должность в администрации.

К ее удивлению, Яни отнеслась к просьбе благосклонно (вероятно, Скарскроу успел с ней поговорить), и предложила Алише позицию главы секретариата, то есть человека, который ведает всеми помощниками советников и заместителей убару и распределяет человеческие ресурсы в зависимости от нагрузки и ситуации, а также отвечает за основные документопотоки администрации, как внешние, так и внутренние.

Работа была непыльная, но ответственная, ведь от слаженности целого штата секретарей и референтов вкупе со своевременной доставкой корреспонденции, приказов и распоряжений зависела эффективность всего административного аппарата военного городка.

Алирия чувствовала себя центральным компьютером в разветвленной сети, а ее непосредственные помощники, две девушки и один юноша, порой сбивались с ног, разнося документы и поручения по кабинетам.

С головой окунувшись в новую работу, девушка, как и во времена, когда она была помощником одного из заместителей убару, советника Охама, забросила исследования в лаборатории, тренировки и даже помощь в госпитале. Она понимала, что таким образом избегает всего, требующего применения навыков мастеров, а часть ее просто хочет жить обычной человеческой жизнью: работать по специальности, полученной в обычном университете, обставлять дом новыми вещами, а в выходные выбираться со Скроу Рэмом в кафе или на пикник.

К тому же, в сентябре пришла радостная весть: ее сестра Кира благополучно родила сына. А дядя Берин оправился настолько, что уговорил тетю поехать в Агнир проведать дочь и внука. Они собирались задержаться у Киры на несколько месяцев.

Алиша искренне обрадовалась появлению племянника, но это заставило ее еще раз задуматься о своей роли в отношениях со Скроу. Убару ни одним словом не дала понять, что ждет пополнения клана, возможно, потому что Савалья докладывала ей о состоянии здоровья девушки. Но ведь и они с мастером не теряли времени зря…

Их общение в летнее время в основном крутилось вокруг работы администрации, обсуждения положения дел на материке, либо решения разных бытовых вопросов. Иногда Алише хотелось перейти на более личный уровень, затронуть сокровенные темы, но в итоге все снова сводилось к разговорам об истории кланов, каких-то отдельных эпизодах из жизни или предложений по покупке новой мебели, на что Скроу Рэм обычно всегда соглашался, скорее из уважения выслушивая идеи Алиши.

В итоге девушка довольствовалась и этим, а также временем, которое они проводили в постели. Так как порой Скроу отсутствовал по несколько дней или работал допоздна, эти моменты Алиша особенно ценила и всегда тщательно планировала свой распорядок дня так, чтобы выкроить возможность застать Скроу в спальне даже на непродолжительное время.

Так как мастеру для сна было достаточно всего несколько часов, приходилось приноравливаться. Алиша постепенно перешла на шестичасовой сон, решив, что даже с урезанными способностями ее организм должен иметь достаточный ресурс, чтобы восполнять силы в случае небольшого недостатка сна. Но все равно выходило, что Скроу вставал раньше нее и часто первым уходил на работу или по своим делам.

Зато она научилась просыпаться, когда он начинал вставать, и часто этот момент заканчивался очередным бурным сексом. Все же не зря мастеров считали опасными людьми, но при этом умелыми любовниками: способности кланов позволяли им более чутко воспринимать партнера и применять маленькие хитрости, делавшие совместное времяпровождение гораздо более ярким и разнообразным. У Алиши порой кровь вскипала от одних воспоминаний, и она считала любовные утехи более чем достойной компенсацией за ограничения, которых должен придерживаться любой человек, ставший носителем энергии клана.

Напряженная работа порядком охладила пыл девушки, но она даже невольно обрадовалась этому: хотелось отвлечься на что-то постороннее, кроме домашних дел и попыток застать Скроу Рэма без дела еще и в нужном расположении духа.

К тому же, несмотря на сносное самочувствие, у девушки сохранялись определенные проблемы со здоровьем. Ее иммунитет был явно ослаблен, на губах от осеннего ветра то и дело выскакивала досадная простуда, волосы стали сухими и ломкими, а через месяц после начала работы в администрации еще и неожиданно сломался зуб. Она пила горстями витамины и прочие препараты, ходила на различные процедуры в госпиталь, а по выходным — вместе с Оллой на горячие источники, где девушки не отказывали себе в массаже и прочих приятных манипуляциях. Это стало их доброй традицией, а постепенно к ним присоединились и Зара с Исирой, воспитанницей убару.

С Исирой Алиша сблизилась во время работы, так как именно она была правой рукой Яни в разных мелких делах и часто передавала Алише различные поручения или ориентировала по расписанию убару.

Девушке недавно исполнилось шестнадцать, но, несмотря на разницу в возрасте почти в семь лет, они с Алишей стали довольно близки.

Исира, рано повзрослевшая после гибели родителей, ведала практически всем, что происходит в здании администрации, а часто и в военном городе. Знала она и многое, что творится за дверями рабочих кабинетов и даже клановых особняков. Но Алиша ни на минуту не сомневалась, что даже в дружеской обстановке Исира не выдаст ни капли конфиденциальной информации. Что не мешало ей оставаться неизменно дружелюбной и жизнерадостной.

Постепенно осень стала переходить в зиму. Начались первые заморозки, листья с деревьев облетели, а военный город Агнира начал готовиться к главному празднику года: Дню Йоро, совпадающему с зимним солнцестоянием.

Вокруг праздника давно сложилось множество традиций, главными среди которых были украшение дома яркими гирляндами и приготовление особых пряников с добавлением различных сухофруктов, а порой и острых специй.

Поскольку с момента освобождения Оскола прошло уже почти девять месяцев, а после в серьезных операциях мастера не участвовали, город успел оправиться от потерь и вовсю готовился к празднику.

Зато работы в администрации заметно прибавилось, как обычно бывает к концу года, и Алиша едва успела купить украшения, решив во что бы то ни стало придать их со Скроу дому праздничный вид.

— Можно еще в администрации взять, мы каждый год разную тематику делаем, а большая часть старых гирлянд в коробках пылится, — подсказала Исира, когда Алиша посетовала, что ничего не успевает.

— Спасибо, это очень выручит! — обрадовалась девушка.

Она как раз возвращалась от заведующего хозяйством, неся в руках несколько пакетов с гирляндами, когда навстречу ей из-за поворота вышла Дея Кохан — специалист из отдела по цифровой безопасности и небезызвестный в своих кругах хакер с позывным «Стрекоза».

— Алирия, кажется, у нас назревает скандал! — округлив глаза, негромко произнесла Дея.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Митору. Еще не хватало им проблем под новый год!

— Я только что просекла по камерам — Кхона Мэрота привели в город в наручниках! Что-то он натворил, но информация пока строго конфиденциальна, даже я ничего не смогла нарыть!

Алиша поспешила оставить пакеты в своем кабинете и вместе с Деей направилась к кабинету убару. Если информация оказалась настолько срочной, что ее доставили напрямую Яни, и даже Алиша ничего не знает, значит, случилось и вправду нечто серьезное.

Конечно, девушки не собирались задавать вопросы самой убару, но в приемном зале можно было встретить Исиру и узнать подробности.

«Хотя, если бы она что-то знала, я бы точно это поняла, ведь мы общались буквально полчаса назад! Значит, что-то совсем свежее. Что еще мог натворить Мэрот!? Неужто нагрубил какому-нибудь чиновнику или ослушался приказа?», — раздумывала Алиша, идя по коридорам.

Насколько она знала, в течение последних месяцев Мэрот с другими мастерами несколько раз бывал в Го с различными заданиями, а пару раз сопровождал Скарскроу в дипломатических миссиях, в том числе и в столицу Агнира. Но у Алиши не было никаких предположений о том, что именно могло пойти не так.

Поэтому она с тревогой зашла в приемный зал, откуда Стрекоза тут же потянула ее к небольшой боковой дверце, за которой располагался кабинет Исиры. В этот момент воспитанница Яни как раз вышла от убару, и Алиша первая направилась к ней.

— Исира, что там с Кхоном Мэротом? За что его арестовали? — опередила ее Дея, преграждая девушке путь. У «цифровиков», обычно получавших информацию одними из первых, явно не было привычки ходить вокруг да около.

Исира вздохнула, окинула взглядом приемный зал, где постоянно кто-то ходил, и позвала девушек в свой кабинет.

— Сама только узнала, но скрывать смысла нет, скоро разразится… — тихо пробормотала Исира, плюхаясь на стул. — В общем, у мастера Мэрота случился роман с гражданкой Го. И, судя по докладу, доставленному убару, та забеременела.

— Что? Как такое возможно? — Алиша, с самого начала принявшая все правила игры по поводу клановой энергии и древних традиций мастеров, опешила.

— А что с той девушкой? Она басилиска? — задала новые вопросы Дея.

— Нет, она гражданская, его напарница. Они вместе работали летом в Осколе и потом пару раз пересекались, когда он выполнял задания в Го. То-то он туда напрашивался в последнее время. Видимо, между ними возникли чувства…

— Ее теперь должны принять в клан Кхон… — все еще переваривая услышанное, сказала Алиша.

— В этом-то и проблема, — покачала головой Исира, сделавшаяся вдруг бледной. — Та женщина — гражданка другой страны, ученый-медэксперт, работает в полиции в отделе криминологии. И она не собирается менять страну и род деятельности.

— Но ребенок… Как Мэрот мог допустить такое? — прошептала Алирия.

— Вот это новость под Новый год! — перебила ее Стрекоза. — Это же интернациональный скандал!

— Я не знаю, как это получилось. Но у нас большие проблемы, — вздохнула Исира, прикладывая ладонь ко лбу.

— Бедная Яни, ей же теперь как-то выкручиваться из ситуации, — покачала головой Алиша. — И с девушкой нехорошо получилось, неужели она, работая с мастерами, не понимала, на какой риск идет?

— Ну, тут могло быть достаточно одного порыва страсти, никто ж не застрахован, — развела руками Дея. — А вот как дело миром уладить — это задачка непростая. Го с Агнира только рад будет три шкуры содрать.

— Они и так нас ободрали, словно голодный олень дерево зимой, — поморщилась Исира. — А теперь и вовсе не отстанут.

— Может, мне с Мэротом поговорить? Он, конечно, сейчас в полном смятении, но мы вроде как друзья, вдруг скажет что-то дельное? — предложила Алиша.

— Им уже дознаватели занимаются. Ведь есть и риск подстроенной ситуации, возможно, парочку спровоцировали, чтобы этот скандал инициировать, — сказала Исира. — Когда закончат, поймем, как на самом деле обстоят дела и что можно сделать…

Алиша планировала пойти украшать дом, но после свалившейся на нее новости не решилась покидать здание администрации. Вдруг станет еще что-нибудь известно?

Она проработала около часа, после чего узнала от помощника, что доклад дознавателей недавно передали убару Яни, и та созвала срочный совет. Скарскроу наверняка тоже там…

Не в силах усидеть на месте, Алиша отправилась в отдел по кибербезопасности, где заседали «цифровики». Не сказать, что она тесно общалась с этими ребятами, но за последние месяцы у них сложились довольно теплые отношения.

— Что слышно? И что видно? — спросила она у Деи и ее молодого напарника Лордану, увидев, что они как раз смотрят трансляцию с камер видеонаблюдения.

— Кхона Мэрота поместили во временный изолятор. А убару собрала совещание, — ответила Стрекоза, опрокидывая в себя остатки кофе из стакана.

— Отчет в систему пока не загрузили, но у меня есть файл на эту девушку, — произнес Лордану.

Он открыл электронный документ на компьютере, и Алиша, не скрывая любопытства, уткнулась в экран.

Сирин Кравицка, двадцати семи лет от роду, к удивлению Алиши, была, как и она, уроженкой Рисии. Однако ее родители переехали в Оскол, когда девочке было пять лет, а позже она поступила в столичный университет Го, где получила сразу два образования: криминолога и судмедэксперта. К тому же, оба диплома были с отличием, а по фотографии можно было догадаться, что молодая женщина довольно амбициозна и обладает если не крутым, то точно твердым характером: серо-зеленые глаза смотрели с вызовом из-за очков в толстой оправе, которые скорее придавали Сирин строгости, чем создавали образ «ботаника». Небольшие крепко сжатые губы, чуть округлое лицо, сужающееся к подбородку, высокий лоб и небрежно зачесанная на бок челка свидетельствовали о том, что женщина умна, уверена в себе, а, возможно, и упряма. Примерно такой же и оказалась характеристика под фотографией в колонке «личные качества».

— Вот попал Мэрот, — вздохнул Лордану, вместе с Алишей рассматривая фотографию.

— Если психологический портрет составлен верно, то эта женщина вполне его достойна, — сказала Алиша. — С характером Мэрота неудивительно, что стерва-карьеристка чем-то его зацепила даже при всей сдержанности.

— Стерва-карьеристка — хорошо сказано, — усмехнулась Дея. — Но в этом и вся проблема. Она не собирается расставаться с привычным образом жизни, но и про ребенка пока ничего определенного не говорит. А правительство Го, разумеется, встало на сторону своего гражданина, им это только на руку, чтобы выжать из Агнира компенсацию покрупнее.

— Интересно, как поступают в таких случаях? Даже прерывание беременности здесь не решение, ведь она все равно является носителем энергии клана Кхон, — поделилась мыслями Алиша.

— Об аборте даже речь не идет. Детьми мастеров дорожат как зеницей ока, хотя в этом случае, конечно, прервать беременность ей никто не запретит. Но тогда у Го останется меньше веса для манипуляции в переговорах, поэтому, уверен, они сами ей не советуют так поступать, — сказал Лордану.

— Может, она и не хочет избавляться от ребенка. Все же ей не восемнадцать, она сделала успешную карьеру, но я пробила о ней кое-какую информацию, в общем, не думаю, что она так поступит. К тому же, как я слышала, срок уже довольно большой, — пояснила Дея.

— Значит, она скрывала свою беременность. Возможно, даже Мэрот не сразу узнал. Или она сама не сразу поняла… — продолжила рассуждения Алиша. — В любом случае, ситуация сложная. Надеюсь, убару с советниками что-нибудь придумают.

Праздничное настроение как рукой сняло. Новость еще не успела распространиться по городу, но в клан Кхон наверняка уже сообщили.

Его возглавляла досточтимая Эмая Руд Кхон, приходящаяся Мэроту то ли теткой, то ли вообще двоюродной бабкой. Женщина старой закалки, после смерти мужа много лет державшая своих подопечных под строгим надзором. Алише страшно было представить, какой позор и порицание обрушатся на Мэрота, даже если его отпустят или удастся уговорить девушку стать частью клана или хотя бы передать ребенка после родов. Хотя последнее тоже выглядело маловероятным, да и Сирин могла не согласиться расставаться с ним, на что имела полное право.

Еще больше девушка напряглась, когда увидела старомодный транспорт, подъехавший к зданию администрации. Из него вышла глава клана, госпожа Кхон, которую под руку поддерживал то ли помощник, то ли кто-то из молодых родственников. Она была одета в дорогое меховое пальто и, несмотря на то, что опиралась на трость, выглядела очень достойно и шла уверенно.

— Кажется, Мэроту хана, — прошептала Дея, с которой они как раз вышли пополнить запасы кофе и наблюдали картину через окно.

— Совещание длится уже час, наверняка ее специально вызвали, — поделилась соображениями Алиша.

Уже стемнело, рабочий день подходил к концу, но никто и не думал покидать администрацию. Наконец, еще часа через полтора двери переговорной распахнулись, и советники с заместителями стали выходить в приемный зал.

Алиша, получив сигнал от Стрекозы, постоянно мониторившей камеры видеонаблюдения, поспешила туда, стремясь застать Скарскроу, а то и убару.

Они действительно задержались дольше остальных, но, когда Алиша подошла, уже закончили разговор.

— Ты, наверное, еще останешься работать? — спросила Алиша Скроу, не желая тут же задавать вопросы.

— Напротив, я направлялся домой, — удивил ее ответом Скроу. — Если ты закончила, пойдем вместе.

Они зашли в кабинет Алиши, где она надела пальто, и вышли из здания, окунувшись в зимний холод.

— Пора тебе переодеться во что-то более теплое, — глядя на девушку, произнес мастер.

— Хоть я и не вернула себе все силы до конца, но и не перестала быть басилиской, — возразила ему Алиша. — Холод мне не страшен, и так я одеваюсь, как обычный человек.

— Вот и не надо перегибов. Лучше поберечь организм, если есть возможность, — отметил Скроу.

— Я, конечно, не просто так тебя встретила в приемной убару. Я переживаю за Мэрота, ты же знаешь, у нас с ним дружеские отношения, — перешла Алиша к беспокоящей ее теме, не видя больше смысла отвлекаться на что-то другое.

Скроу какое-то время шел молча.

— Все дело в этой девушке. Если бы она согласилась приехать сюда хотя бы на период беременности, проблем бы возникло гораздо меньше. Но она испугалась, а политики этим воспользовались, — сказал, наконец, он.

— Мне не показалось, что она из пугливых, но ее можно понять, — кивнула Алиша.

— Так ты уже успела и ее дело изучить? Времени зря не теряла, — усмехнулся Скроу.

— Я же сказала, что волнуюсь за друга. Что его теперь ждет?

— Пока сложно сказать. Зависит от переговоров с Го и решения девушки. Но репутацию себе Мэрот загубил. Госпожа Кхон собирается исключить его из клана, и даже убару не смогла ее переубедить.

— Что? — не поверила ушам Алиша. — Исключить из клана? Разве это возможно?

— Формально — да, это закреплено в уставе. Что-то вроде изгнания, когда энергию клана блокируют, а мастер либо становится обычным человеком, как правило, с искалеченной психикой, либо переходит служить в какое-нибудь иное подразделение, где самое место таким, как он.

— Как «Красное солнце»? — вспомнила Алиша о тайной организации, в которой когда-то служил и сам Скроу.

— Да, или подобной ему, — кратко ответил Митору.

— И ему придется выполнять там грязную работу, о которой не принято распространяться, — сжав челюсти, с досадой выплюнула Алиша. — Но неужели нет иного выхода? Можно ли ему как-то помочь?

Скроу кинул на нее взгляд, в котором Алиша не прочла сочувствия. Это ее невольно напугало.

— Выход есть всегда. Но Мэрот попрал древние устои кланов, и в очень неудачное время. Раньше за такое могли казнить и мастера, и его пассию. А теперь убару придется искать наименее травмирующий выход из ситуации. Если кому и можно посочувствовать, так это ей.

Алиша втянула голову в плечи, прячась от холода: как зимнего, так и сквозящего в словах Скроу. Она решила больше не донимать его вопросами. О том, чтобы провести вечер за украшением дома, тоже не могло быть и речи. Самое лучшее, что она может сделать — это закрыться в своей комнате и не мешать Митору думать. А она не сомневалась, что именно этим он и займется по приходу домой: будет, вслед за Яни, искать выход из ситуации.

Поэтому девушка смиренно пропустила Скроу вперед, когда тот зашел в дом и поднялся по лестнице в свою комнату. Она сама погуляла с Хайдом, разогрела и съела порцию ужина, приняла душ и забралась в постель, пытаясь еще раз переварить случившееся.

В этот момент на ее тумбочке запищал передатчик. Пришло сообщение от Гирокиру:

«Алиша, привет! Это правда? Мэрота арестовали из-за связи с гоанкой?»

Девушка ответила:

«Добрый вечер! Да. Он что-нибудь тебе говорил об этом раньше?»

Ответ пришел меньше, чем через минуту:

«Я сразу понял, о ком речь. Они с Сирин вечно собачились, но ясно было, что между ними что-то есть. Но чтобы такое… Вот же… Что-то решили?»

«Будут переговоры с Го. Праздник испорчен, в администрации переполох. Мэрот под охраной в изоляторе. Госпожа Кхон вне себя, боюсь, она пойдет на крайние меры», — поделилась опасениями Алиша.

«Если его исключат из клана, это конец. Хуже смерти для мастера. Черт! Я невероятно зол, что не предусмотрел, мы работали вместе летом. И Сирин дура, неужели не понимает? У меня нет слов…», — Гирокиру ответил с опечатками, видимо, действительно был полностью выбит из колеи.

Прежде чем Алиша набрала сообщение, он спросил:

«А Скарскроу-тэм ничего не может предложить? Не делился с тобой?»

Алиша покачала головой, будто Гирокиру мог ее увидеть, и написала:

«Он думает. Надеюсь, к утру что-то решит. Я бы рада помочь, но ума не приложу, как…»

Какое-то время Гирокиру молчал, хотя его кодовый номер на устройстве светился зеленым — значит, он оставался в сети.

Потом мастер написал:

«Я не знаю, идея в порядке бреда, но все же… Мэрот ведь на четверть Митору. И часто служил под началом Скроу, тот его всегда высоко ценил. Если будет совсем худо, может, Митору примут его к себе?»

Алиша искренне удивилась.

«Разве такое возможно?», — написала она.

«Теоретически, да, такое редко, но происходило в нашей истории. Но тут, конечно, репутационный момент. И решать, конечно, Скарскроу-тэму», — ответил Гирокиру.

Алиша задумалась. Убедить Скроу Рэма принять Мэрота в клан, если его исключат из Кхон, может оказаться непростой задачей. Скарскроу, конечно, моложе госпожи Кхон и не настолько полон устаревших предрассудков. К тому же, он много лет работал бок о бок с убару, которая явила миру концепцию куда более открытого военного города. Правда, из-за этого инцидента на нее сейчас обрушится очередная волна критики, мол, распустила мастеров, что брюхатят теперь простых женщин без разбору. Страшно было представить, что напишет об этом желтая пресса…

Но любой скандал имеет особенность угасать, а вот жизнь Мэрота можно спасти. Как бы заговорить об этом со Скроу?

«Спасибо за идею, я обдумаю. Спокойной ночи», — написала она Гирокиру и отложила передатчик.

Решив, что утро вечера мудренее, Алиша постаралась уснуть. Однако посреди ночи проснулась оттого, что Скроу беззастенчиво забирается к ней в кровать.

— Прости, что разбудил. Хотя на тебе тоже есть часть вины: я теперь чувствую себя неуютно, если тебя нет рядом, — сказал мастер, сгребая девушку и придвигая вплотную к себе.

— Ого! Мне надо дать медаль за приручение такого нелюдимого зверя, как вы, господин Митору, — не удержалась от колкости Алиша.

— Медаль не обещаю, но кое-что я точно сейчас сделаю, — обдав горячим дыханием ухо девушки, произнес Скроу.

Алиша совершенно не ожидала от мастера такой инициативы. Обычно она приходила к нему, каждый раз придумывая маленькие трюки или слова, способные зацепить Скроу и распалить его инстинкты. Оказывается, такое поведение имело и обратный эффект.

Митору решительно сорвал с нее ночную рубашку. Его руки почти требовательно прошлись по телу девушки, и на миг Алиша вспомнила тот вечер, когда заявилась к нему в комнату в одном полотенце, и он довольно грубо взял ее на кровати, явно вымещая свою обиду или злость. Несмотря на это, от воспоминания о той сцене Алиша сильно возбудилась. Она не могла знать, что происходит в голове Скроу Рэма и почему иногда он начинает вести себя с ней, как собственник. Ночью, в моменты животной страсти ей это невероятно нравилось, хотя днем она ни за что бы не позволила обращаться так с собой даже ему. Возможно, это и вправду было что-то из первозданных инстинктов — от волчьей стаи, где вожак утверждает свое превосходство над остальными. Не зря же волки считались мифическими прародителями клана Митору.

В этот раз Скроу не был груб с ней, но явно не собирался раззадоривать девушку долгими ласками. Сжав одной рукой ее грудь, другой он раздвинул колени Алиши и вошел в нее сверху, отчего девушка не удержалась от стона. Он двигался жестко, быстро наращивая темп, а она отчего-то сжала челюсти, как будто боялась, что за лишние звуки он решит наказать ее. Через какое-то время Скроу перевернул ее на живот и вошел сзади, вжав ее голову в подушку, и Алиша ощутила приближение оргазма. Через секунду ее тело пронзило мелкими молниями, она сжала пальцами ткань подушки и упала в нее лицом, стремясь отдышаться. Скроу, судя по всему, закончил примерно в это же время, и девушка поспешила устроиться у него под боком, пока мастер не решил уйти или начать что-то спрашивать.

— Не ожидала от вас такой страсти в это время суток, господин Митору, — немного поддела мастера Алиша.

— Я пошел на поводу у своих желаний, госпожа Митору. Надеюсь, это не причинило вам больших неудобств, — в том же стиле ответил Скроу.

Он уже привык к ее манере речи и неплохо изучил реакции на разные слова. Хотя порой девушка все равно вела себя непредсказуемо, сейчас они чувствовали себя друг с другом куда свободнее, чем даже пару месяцев назад.

— А я думала, ты всю ночь будешь думать над создавшейся ситуацией, — осторожно произнесла Алиша, боясь получить какой-то односложный ответ.

— Я думал. И еще не закончил. Мои мысли отвлеклись на то, что я даже не пожелал тебе спокойной ночи и не провел с тобой вечер. Кажется, ты хотела украсить дом.

— Ты даже это помнишь! Но после сегодняшних событий мне было не до украшений. Я тоже думала.

— О том, как помочь этому бедолаге? И что, твою голову посетили какие-то идеи? — чуть повернулся в ее сторону Скроу, уперевшись подбородком в макушку девушки.

Та приподнялась на локте, взглянув в его лицо.

— Я не настолько хорошо знаю тонкости клановых отношений, поэтому вряд ли этот деликатный случай мне по силам. Но мне очень хочется помочь Мэроту. Да, он совершил ошибку, грубую ошибку, но сделал ее не из жестоких наклонностей, а в порыве чувств. Та девушка, Сирин, должно быть, вскружила ему голову, а он из-за воспитания долгое время держал чувства в себе. Это как бомба замедленного действия… Да и она, судя по всему, была не против. Впрочем, дело этим не поправишь, но факт в том, что Мэрот хороший человек, верный друг, а еще талантливый мастер и профессионал своего дела. Его условное изгнание в любом случае будет большой утратой для города, особенно с учетом потерь, которые мы понесли в Осколе за последние годы…

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался Скроу.

— Я не знаю, насколько это приемлемо, и решать тут точно не мне, но ведь Мэрот по крови на четверть принадлежит к клану Митору. И если его выгонят из Кхон, то… Не будет ли возможности, пусть спустя время, когда скандал утихнет, включить его в наш клан? Чтобы он мог продолжить службу и постепенно восстановил свое имя. Разумеется, если это вообще возможно и приемлемо в создавшейся ситуации.

Алиша с опаской взглянула на Скроу. Он оставался спокоен, но девушка знала, что это еще ни о чем не говорит.

— Я тоже думал о такой возможности, — произнес он. — Хотя и удивлен, что тебе пришел в голову этот вариант. Принять в один клан человека из другого клана — довольно рискованное мероприятие. Не только с позиции формальностей, но и в энергетическом смысле. С женщинами в этом плане легче, так как, выходя замуж, вы принимаете энергию другого клана через близость с мужем. Так это работало испокон веков. С мужчиной все сложнее, тем более, в клане нет даже женщины, которую Мэрот смог бы назвать своей женой, и которая могла бы провести ритуалы, способствующие передаче энергии мужу. Такое тоже возможно, особенно с опытными басилисками. Но в нашем случае… Мэрот должен не просто захотеть стать частью клана, а пройти серьезную трансформацию, отказавшись от Кхон и приняв энергию Митору. Для мужчины это серьезное испытание, иногда тяжелее, чем изгнание.

— Но это хоть какой-то выход, чтобы не списывать его со счетов, — тихо заметила Алиша.

— Возможно. Многое зависит от него. И вопрос с его ребенком тоже пока не решен, — сказал Скроу.

— Хорошо, тут тебе явно виднее, — пожала плечами Алиша. — Нам стоит немного поспать. Чувствую, завтрашний день будет не из легких.

11

На первый взгляд, в администрации не было никакого переполоха, здание даже начали украшать ко дню Йоро. Но напряжение внутри кабинетов ощущалось даже через стены.

Цифровики наконец получили данные по досье Мэрота. К сожалению, догадки Алиши оказались верны — мастер влюбился, но скрывал свои чувства, а Сирин с ее показной независимостью и острым языком выводила его из себя, и в итоге оба они сорвались. Уникальность случая была в том, что девушка быстро забеременела, что для мастера было большой удачей.

— А вот самое интересное, что удалось выяснить, — прошептала на ухо Алише Стрекоза, открывая очередной документ на компьютере. — Сирин упоминала в разговоре с Мэротом, что отправится на день Йоро к родственникам в Рисию, в Одлер. Я проверила — она действительно вчера пересекла границу.

— У тебя есть данные пограничных постов Го и Рисии? — удивилась Алиша.

— Появились после случая с тобой, — усмехнулась Дея. — А что, Скарскроу-тэм всех на уши поднял, а я сидела и ничего не могла сделать. Терпеть не могу это чувство! Повозилась пару недель и пробила кое-какой доступ.

— Ого! И что, теперь можешь отследить все базы данных по людям, пересекающим границы? Это попахивает киберпреступлением…

— Да брось ты, — махнула рукой Дея. — Я же не в рабочих целях, а из личного любопытства. И я, что ли, виновата, что у них система безопасности из трех бревен сделана?

Тут у Алиши сработал передатчик, и она поспешила вернуться к работе.

Несмотря на большое количество дел, весь день девушка невольно возвращалась мыслями к ситуации Мэрота. Она надеялась, что Скроу все же что-то придумал или хотя бы поговорит с мастером насчет перехода в их клан.

Но в обед Митору зашел к ней и уведомил, что ему надо будет завтра отбыть на краткосрочную проверку нескольких пограничных постов с Го. Он надеялся вернуться к вечеру следующего дня, но предупредил, что может задержаться.

Алиша кивнула, хотя про себя немного расстроилась. До дня Йоро оставалась неделя, и лучше уладить все дела сейчас, а теперь заточение Мэрота и неизвестность по поводу его будущего затянется…

В конце концов желание хоть что-то сделать пересилило, и Алиша спустилась в архив, чтобы найти записи о клане Кхон и бабке Мэрота из клана Митору.

Доступ к архиву девушка получила сравнительно недавно, видимо, оправдав доверие убару на месте главы секретариата. Она с трепетом достала из кармана ключ и открыла неприметную дверь на цокольном этаже здания. Затем ввела особый код на замке и вставила свой пропуск в специальное отверстие. Только после тройного подтверждения доступа дверь, наконец, открылась, и впереди показалось огромное помещение, сплошь заставленное стеллажами.

«Это вам не пыльный архив училища в Туриси», — подумала Алиша, проходя между полками, доверху заполненными коробками, папками и свитками. Часть информации уже оцифровали, но Яни не считала хранение в электронном виде слишком надежным, а недавно сформированная команда по кибербезопасности, включая Дею и Лордану, только приступили к разработке усовершенствованной защиты. Так что основные данные о кланах, их представителях и истории по-прежнему хранились здесь.

Расположение информации в архиве можно было посмотреть на схеме, которую выдавали только имеющим доступ сотрудникам. Никаких подписей на стеллажах или коробках не было.

Алиша развернула лист и быстро нашла отдел с данными по кланам. Тут даже хранились сведения о вымершем клане Ци! Вот бы когда-нибудь посмотреть, что там? Но времени было немного, и Алиша сосредоточилась на главной задаче.

Для начала она нашла и пролистала папку, посвященную нынешней главе клана госпоже Эмае Руд Кхон. Информация была неутешительной: Эмае было уже за девяносто, ее детство и молодость выдались на две страшных войны, потрясших материк. К тому же, она часто высказывалась против нововведений не только убару Яни (которую, судя по слухам, считала неразумной соплячкой), но и предыдущего убару. Человек, переживший смерть большинства родственников и половины собственных детей, в том числе и от рук соклановцев в качестве наказания за проступки, вероятно, считает изгнание Мэрота слишком гуманной мерой.

Аграно Митору, ровесница Эмаи, почившая гораздо раньше нее, вошла в клан Кхон по договоренности между главами, что было по тем временам более чем естественным. Ее муж был действующим мастером, они практически не виделись, а сама Аграно оказалась ценна только своими уникальными генами Митору. Тогда клан пребывал в расцвете и мог позволить себе отдать одну из дочерей более «низкому» по происхождению, но ставшему довольно могущественным клану Кхон. Однако этот брак заметно усилил линию Мэрота, ведь и его мать, дочь Аграно, и дядя, и он сам с двумя кузинами оказались довольно сильными мастерами и басилисками. Возможно, именно сила их родовой линии дала Мэроту шанс несколько отдалиться от клана, которым жестко руководила госпожа Эмая. Так же, как Курава Осори, прославленный Мечник, пользовался многими привилегиями, прославив талантом свой клан. Только вот в итоге Курава возгордился, а Мэрот пал жертвой страсти к иностранной гражданской. Может, давать слишком большие преференции мастерам в расцвете сил, добившимся успехов, — не такая уж умная политика?

Алиша вздохнула и закрыла папку. Нет, с этой стороны ничего не поделаешь. Эмаю Кхон не переубедить, а Мэрот слишком горд и может не принять предложение Скроу Рэма из принципа.

А что, если зайти с другой стороны? Поговорить не с Мэротом, а с Сирин? Ее, видимо, запугали, но, если она сейчас в Рисии, значит, надзор за ней не так уж силен…

Девушка решительно покинула архив и направилась к Дее.

— А ты можешь пробить, где она сейчас? — с ходу спросила Алиша.

— Кто? Эта гоанка-медэксперт? Ну, из дознания мы выяснили, что должна быть в Одлере. А там — как отследишь…

— А сопровождение у нее было? При пересечении границы? — не унималась Алирия.

Стрекоза покачала головой.

— Записей о спутниках не было, но ее могли проводить до границы, а родственники — встретить с той стороны, например. Да и частную охрану в Рисии никто не отменял… Погоди, ты что, хочешь встретиться с ней?

Алиша молча посмотрела на Дею. Глаза той расширились, а потом в них вспыхнул азартный огонек.

— Вот это тема! Ты, как басилиска, конечно, сможешь такое провернуть, только вот найти ее в этом Одлере… Чай, не деревня!

— Больница! — воскликнула вдруг Алиша. — В Одлере есть только одна больница, в которой принимают в том числе и мастеров. Может статься, что ей велели туда встать на учет, пока она в Рисии? Все же беременна она от мастера…

«Хотя, откуда у Деи доступ к базе данных госпиталя? Да и не факт, что у них там что-то оцифровано…», — подумала Алиша следом.

Но Стрекоза, на минуту задумавшись, вдруг склонилась над компьютером и стала что-то усиленно печатать. Это длилось минуты три, потом она повернулась к Алише и сказала:

— Пять с половиной тысяч.

— За взлом базы данных госпиталя? — уточнила та.

— Нет! — засмеялась Дея. — Какая база данных в больнице Рисии? Они еще картотеки не до конца освоили! Но есть человек, который сможет все разузнать…

— Шпион? Это попахивает… Не очень хорошо. Да и времени у нас в обрез, — покачала головой Алиша.

— Поэтому и такса двойная. К вечеру все будет, он не подведет. Деньги можно постфактум, но лучше занеси, не люблю задерживать. А потом давай… Готовься.

— Хорошо, деньги принесу, — кивнула Алиша. Дее она вполне доверяла — несмотря на кажущуюся импульсивность, хакер Стрекоза славилась своей ловкостью и всегда доводила задуманное до конца. В определенных кругах она явно слыла авторитетом, так что указанная сумма точно не пропадет зря. Придется, правда, немного обналичить со счета Скроу, который он ей доверил, но она в последнее время и так много тратилась на обустройство дома, может, он и не заметит…

Девушка поспешила в банк, а затем решила разыскать Гирокиру и Сироша, друзей Мэрота, которые точно находились в городе. По дороге у Алиши в голове постепенно складывался план.

К счастью, с первым пунктом — найти двух мастеров — ей повезло. Гирокиру довольно быстро ответил ей на сообщение, написав, что они с Сирошем как раз находятся в одном из увеселительных заведений, куда Алише наведываться не следовало, но готовы минут через двадцать переместиться в обычное кафе.

Девушка подтвердила встречу и вскоре направилась в указанное место.

— Есть план по спасению Мэрота, но он не прост и связан с риском. В общем, как вы любите, — без приветствия начала Алиша.

— Выкладывай, — тут же оживился Сирош.

Они с Гирокиру явно переживали за друга и, судя по всему, последнюю ночь пытались сами что-то придумать, но в итоге отчаялись и залечивали душевные раны в соответствующем месте.

— Мэрот под охраной и, зная его характер, злится на себя и весь мир, — начала объяснять Алиша. — С ним говорить бесполезно, даже если удастся получить доступ. Да и ничего это не решит. С госпожой Кхон еще хуже, она уже направила убару уведомление о его исключении из клана. Значит, остается эта Сирин.

— Да ее сейчас гоанцы за семью замками держат, это же их козырь… — начал Гирокиру.

— А вот и нет, — оборвала его Алиша. — То ли женщина имеет связи, то ли есть какие-то договоренности, однако на праздник она уехала в столицу Рисии к родственникам. Вчера пересекла границу.

— И что, предлагаешь ее там найти и похитить? — с недоверием спросил Гирокиру.

Алиша покачала головой.

— Все бы вам принцесс из башен похищать. Она взрослая женщина, но в особом положении. А тут еще такое давление и политика… Самое разумное, что мы можем — это поговорить с ней. Но для этого нужно решить два вопроса: первый — установить ее точное местонахождение, и этим я уже занимаюсь, второй — незаметно выбраться из города хотя бы на пару дней. Досадный минус в том, что я еще не восстановилась, поэтому вам придется мне помочь, если, конечно, готовы.

— Мы с Гирокиру можем на пару дней улизнуть, скажем, пошли проверять тренировочные маршруты, на которых зимой сдают экзамены ученики. Но вот как ты уйдешь? И неужели скроешь все от Скарскроу-тэма? — резонно отметил Сирош.

— Скарскроу будет на проверке границ как раз следующие два дня, а убару уедет в столицу обсуждать сложившуюся ситуацию, поэтому для нас это единственный шанс — заверила их Алиша. — Так вы со мной?

— А даст ли толк разговор? — спросил Гирокиру. — Может, она тебя пошлет или подумает, что ты пытаешься навязать свою волю. Да и охрана рядом будет наверняка…

— Тем более странно, что ее так просто отпустили. Может, это провокация, а мы на нее попадемся? — рассудил Сирош.

— Все может быть, но пугать ее я не собираюсь. Я сама из Рисии, и вряд ли какая-то девушка привлечет внимание охраны, тем более, если дело будет проходить в людном месте. А результат… Лучше делать хоть что-то, чем вообще ничего не делать. Даже если это риск.

Сирош с Гирокиру напряженно переглянулись. Алиша понимала, что предлагает им нарушить сразу несколько пунктов устава мастеров. А незаконное пересечение границы могло и вовсе повлечь еще один международный скандал, если о нем станет известно. Но сложные ситуации требуют порой крайних мер.

— Разумеется, мы готовы на все ради Мэрота, — сказал, наконец, Сирош. — Но действовать надо крайне осторожно.

— Будем надеяться, приближение праздников нам на руку. Все будут отвлечены приготовлениями, — поделилась Алиша. — Тогда я возвращаюсь в администрацию. Там договорюсь о дополнительном прикрытии, чтобы наше исчезновение никто не заметил. А вы пока подайте заявку на проверку маршрутов, некоторые из них и вправду могут увести довольно далеко…

— Только ты это, не пиши больше по передатчику, там же все читают, — напомнил вдруг Сирош.

— Думаю, мне не сложно будет организовать нам конфиденциальный канал, — вспоминая азартные искорки в глазах Деи, улыбнулась в ответ Алиша.

Она встала, намотала шарф поверх пальто и вышла из кафе, поспешив в администрацию. Сердце громко стучало в груди, но именно в этот момент Алиша вновь ощутила жажду жизни. Чувство, которое в последний раз испытывала во время операции в Осколе. И это несмотря на ослабленное здоровье и отсутствие былой силы!

Придя в администрацию, Алиша оставила пальто в своем кабинете и зашла к Дее. Она положила перед ней деньги и попросила организовать закрытый канал для обмена сообщениями между передатчиками, зарегистрированными на нее, Гирокиру и Сироша.

Стрекоза кивнула, внимательно выслушала план Алиши и без зазрения совести предложила маршрут, по которому они могут покинуть город, не попав под камеры видеонаблюдения или специальные датчики, установленные по периметру стены.

— Под парочку все равно угодите, но я их отключу, так уж и быть, — хмыкнула она.

— Знала бы убару, кого на работу пригласила… — усмехнулась Алиша.

Стрекоза пренебрежительно фыркнула.

— Убару пригласила первоклассных хакеров, зная, что только мы можем создать достойную защиту для информационной сети города. Ну а риски — они есть всегда, и сейчас ей придется с ними смириться.

Алиша подумала, что, пожалуй, нынешнее сообщество хакеров чем-то напоминает сообщество мастеров. У них тоже есть внутренний устав и уникальные знания, только при этом они не ограничены пространством и точно уж плюют на границы и отношения различных государств. У этого, разумеется, была и обратная сторона, но у девушки не было желания слишком долго рассуждать.

Она тщетно пыталась сосредоточиться на работе, в итоге выполнив только основную текучку. С утра она планировала написать помощникам, что неважно себя чувствует: это объяснит ее отсутствие, а также тот факт, что с Хайдом будет гулять Наоба из клана псарей, с которой девушка также собиралась договориться с утра.

Почти все время она обдумывала план: как сделать, чтобы проницательный Скроу Рэм ничего не заподозрил? Какие вещи взять с собой? Как поступить, если на любом из этапов их раскроют? Где лучше пересечь границу, чтобы остаться незамеченными? А, самое важное, если удастся определить местонахождение Сирин, что ей все-таки сказать?

От размышлений Алишу отвлекла Дея, войдя в ее кабинет и положив на стол листок.

— Ты была права, Сирин завтра придет в главный госпиталь Одлера на обследование. Записана на 12:00, врач Атори Муроч, кабинет 415. Успеете?

— Скроу Рэм уедет в семь… У нас останется пять часов, этого едва хватит, чтобы добраться до границы… — сокрушенно покачала головой Алиша.

— Что же, тогда переходим к плану «Б». Мой человек проследит за ней, а потом передаст вам координаты. Вот, здесь написано, как с ним связаться, — как ни в чем не бывало ткнула пальцем в листок Дея.

— Как он вообще выяснил, что она идет к врачу в это время? Нас точно не раскроют? — удивилась девушка.

— Не переживай, он чисто работает. Я уже перевела ему аванс. Правда, за слежку придется заплатить дополнительно, но уже немного.

— Тут написано «Скарабей» — это его псевдоним? Вы все берете себе названия насекомых в позывные? — поинтересовалась Алиша.

— Типа того. Это признак членства в особой группе, — подмигнула Дея-Стрекоза. — Так что пользуйся, пока имеешь доступ.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Алиша.

Она поздно вернулась домой, по пути еще раз встретившись с Гирокиру и Сирошем, чтобы обсудить с ними детали плана. Несмотря на наличие закрытого канала связи, они предпочли не пользоваться им в пределах города.

Мастера сумели получить разрешение на осмотр маршрутов, хотя обычно такое мероприятие было сущей формальностью. Но любому сидящему в городе мастеру иногда хочется вырваться из его стен и побродить по близлежащим горам и лесам, так что никто не высказал никакого удивления.

Условившись встретиться завтра в семь пятнадцать утра, все трое поспешили по домам. Мороз крепчал, а перед их рискованным мероприятием надо было хорошенько выспаться.

* * *

Скроу покинул дом даже чуть раньше оговоренного — собирался завершить кое-какие дела в администрации. Алиша намеренно встала перед самым его уходом и упомянула, что неважно себя чувствует, видимо, от навалившихся переживаний. Про себя же девушка даже обрадовалась, что у нее будет время спокойно собраться. Кое-что она уже приготовила с вечера, малодушно спрятав форму в шкаф, а свиток с вещами — под кровать. Ей было стыдно, что она скрывает от Скроу правду, еще и в такое напряженное время. Но выпавший шанс хоть как-то помочь Мэроту упускать было нельзя.

С Гирокиру и Сирошем они встретились в условленное время в лесу, где она обычно гуляла с Хайдом.

Уладив все мелочи, мастера и басилиска незаметно выскользнули из города, воспользовавшись одним из неприметных ходов после того, как Дея передала Алирии сообщение о временных «помехах» на близлежащем датчике движения.

Оказавшись за стенами, Алиша обреченно взгромоздилась на спину Гирокиру — долго держать легкий шаг она бы не смогла, а это затормозит всю команду.

Мастер, казалось, был только рад размяться. Они с Сирошем рванули вперед с такой скоростью, будто вырвались на волю из клетки. Конечно, мороз, снег и наледь несколько тормозили их продвижение, а Алише с непривычки было больно дышать режущим легкие воздухом, но зато до границы они добрались в рекордно быстрый срок — четыре с половиной часа. Помнится, когда Алиша впервые шла примерно этой же дорогой в Рисию с миссией в Танши, их отряду понадобился практически целый день… Но тогда они не спешили, да и людей в группе было больше, к тому же, нагруженные рюкзаками даны замедляли путь.

В этот раз мастера нарочно отклонились от пограничного поста, а в зоне границы применили несколько техник невидимости, чтобы точно не попасться никаким уловителям шагов или патрулю. Технологический прогресс не стоял на месте, и многие страны, которые не могли себе позволить содержать военные городки, уповали на все более чуткие датчики, хитроумные ловушки и прочие блокирующие устройства, ограничивающие возможности мастеров.

Успешно миновав границу, троица продолжила путь вглубь страны. Они немного отклонились на запад, чтобы попасть прямиком в Одлер. У Алиши давно затекло все тело и ныли мышцы, но она упорно держалась за Гирокиру, считая физическую боль платой за лень и трусость, не позволявшие ей уделять достаточно внимания тренировкам. Сирош нес их свитки и дважды предлагал Гирокиру поменяться «поклажей», но последний бодро отвечал, что Алиша ничего не весит, явно ей льстя.

Когда часы показали двенадцать, девушка невольно начала нервничать. Сирин должна была прийти в госпиталь, а дальше все зависело от добросовестности таинственного «Скарабея».

До Одлера им оставалось несколько часов, а перед городом придется значительно снизить скорость, так как вокруг начнутся открытые поля, селения и плотная сеть дорог.

В итоге к столице Рисии они добрались только к пяти часам вечера, и Алиша нервно кусала губы, думая лишь о том, как поскорее связаться с доверенным лицом Деи и узнать, где сейчас находится Сирин.

При подходе к Одлеру все трое надели извлеченные из свитков длинные пальто, скрывшие их форму, и воспользовались такси. Алиша сделала вид, что уснула, чтобы водитель не полез с вопросами, а в центре города быстро нашла указанный Деей бар, зашла внутрь и решительно назвала стоящему за стойкой парню кодовое слово, попросив дать телефон.

Набрав номер, который давно выучила наизусть, девушка напряженно вслушивалась в гудки.

— Слушаю, — прозвучал, наконец, мужской голос.

— Это от Стрекозы. Мы в Одлере, бар «Нижний». Есть данные?

— Улица Верхняя Садовая, дом двенадцать.

В трубке снова послышались гудки.

— Поехали, — повернувшись к мастерам, сказала Алиша, отдавая бармену телефон.

Они взяли другое такси и через десять минут прибыли в частный сектор, остановившись неподалеку от указанного дома. Здесь Гирокиру с Сирошем применили свои навыки, быстро определив, что в доме находится шесть человек, включая двоих детей и, несомненно, Сирин. Гирокиру узнал ее, упомянув, что живот уже довольно заметен.

— Что будем делать? Завтра нам надо возвращаться, а ночью тебе следует поспать, чтобы усталость не слишком бросалась в глаза, — рассудил Сирош.

«Черт бы побрал эту слабость! Раньше я бы добралась до Одлера часов за семь и всю ночь могла бы не смыкать глаз!», — раздосадовано подумала Алиша, но на слова мастера кивнула.

— Вряд ли Сирин сегодня выйдет из дома, но лучше пусть кто-то из вас подежурит. А со вторым нам надо найти и снять ближайшую гостиницу.

— Хорошо, я останусь, — вызвался Сирош. — Связь, если что, по передатчикам.

Оставив мастера, Алиша и Гирокиру отправились на поиск ночлега. Больших гостиниц рядом не оказалось, но один из частных домов был переделан под гостевой. Правда, в преддверии праздников все комнаты в таких домах были заняты, но хозяин обрадованно сообщил, что на одну ночь у него есть небольшой номер на верхнем этаже, который по сути оказался обустроенным чердаком с низкой кроватью.

— Попробуй отдохнуть, хозяин сказал, внизу можно сделать чай. Я немного отогреюсь и сменю Сироша, — сказал Гирокиру, когда Алиша расплатилась с хозяином, и они поднялись на «чердак».

Девушка вновь не стала спорить, а пошла приняла душ и не отказалась от чая с вареньем, услужливо предложенного хозяином. Хотя остальные комнаты были заняты, гости то ли гуляли по городу, то ли отдыхали, так что в общей кухне особо никто не толкался.

Когда Алиша возвращалась в комнату, у нее сработал передатчик.

— Эта Сирин внезапно вышла из дома! — шепнул выходящий навстречу ей Гирокиру, получив то же сообщение от напарника.

— Черт! — выругалась Алиша и бросилась переодеваться.

Через пять минут, сделав вид, что вышли в магазин, басилиска с мастером поспешили вглубь частного сектора.

Сирин Алиша увидела быстрее, чем они столкнулись с Сирошем. Девушка, судя по всему, тоже направлялась за покупками (мало ли, что ввечеру захотелось беременной?), а на поводке вела огромного пса, который явно служил ей прекрасной защитой. На голову она накинула капюшон и, если бы не предупреждение Сироша, Алиша никогда бы не догадалась, что перед ней нужный человек.

— Ладно, мой выход. Свяжись с Сирошем и будьте наготове в случае чего, — шепнула Алиша Гирокиру, и мастер тут же растворился где-то в темноте.

Алиша вышла на дорогу, глубоко спрятав лицо в шарф. Но пошла не навстречу Сирин, а от нее по направлению к магазину, который они приметили ранее.

Как и надеялась девушка, Сирин оставила пса у входа, а сама зашла внутрь. Алиша же в последний момент ускользнула из ее поля зрения и подошла знакомиться с собакой, флегматично сидящей у крыльца.

Пес оказался совсем неагрессивный и вряд ли представлял угрозу, по крайней мере, если кто-то не пытался причинить вред его хозяйке. Алиша, многому научившись у клана псарей, дала собаке себя обнюхать, а когда Сирин выходила из магазина, поспешила встать и отойти в тень.

Теперь оставалось самое важное — заговорить с возлюбленной Мэрота.

Набрав в грудь побольше воздуха, Алиша сделала несколько шагов вперед, как вдруг ей под ногу попал обледенелый камень, и девушка поняла, что теряет равновесие.

«Ладно, можно воспользоваться и этим», — решила она, отпустив ситуацию и с тихим криком падая на скользкую дорогу.

Пес тут же поспешил на звук, интересуясь состоянием своей новой знакомой.

— Ох, давайте я помогу! Гер, ко мне! — не осталась равнодушной Сирин, одновременно натягивая поводок и предлагая Алише руку.

— Спасибо! Неловко вышло, — принимая помощь, вздохнула Алиша.

Она кое-как встала, отряхиваясь.

— Вот ирония судьбы, я как раз с вами хотела поговорить, но не знала, как подступиться. Вообще-то я от Мэрота, — негромко произнесла Алиша.

Сирин тут же отступила на несколько шагов, но девушка подняла руки в перчатках в сдающемся жесте.

— Нет-нет, не волнуйтесь, я его друг и тоже, кстати, уроженка Рисии. Меня зовут Алиша.

— Уж не Алирия ли Митору? — сузив глаза, произнесла Сирин. Храбрости женщине было не затнимать.

— О, так он про меня рассказывал? Да, я была студенткой в Осколе, когда все закрутилось. Потом попала в военный город Агнира и даже выучилась на медика и стала сносной басилиской. А летом вот возвращалась через южный хребет из Рисии от родственников домой и наткнулась на мастеров-отступников, устроивших мне засаду. Один из них буквально выпил всю мою силу, и порой я чувствую себя хуже, чем когда мне было восемнадцать и я просто училась в университете. Но все же я не смогла сидеть на месте, видя, что происходит, — намеренно подробно стала рассказывать Алиша.

— Зачем вы приехали? — холодно спросила Сирин.

— Только чтобы поговорить, — пожала плечами девушка, пряча руки в карманы. — Завтра мне надо вернуться в военный город, иначе мое отсутствие заметят и мне может влететь. А там и так все сейчас на нервах…

— Что с Мэротом? — не удержалась, наконец, женщина. Вряд ли она поверила Алише, но личные чувства явно пересилили.

Митору некоторое время молчала.

— Не буду скрывать, его дела плохи, госпожа. Сейчас он под стражей, а глава его клана, эта старушенция Кхон, уже уведомила убару, что исключает Мэрота. Для мастера это все равно, что смерть, и уж точно позор. Мой муж готов принять его в свой клан, ведь бабка Мэрота была Митору, но Мэрот тот еще упрямец, не думаю, что он согласится, а даже если согласится — чтобы мастеру стать частью другого клана, надо очень сильно этого хотеть. А Мэроту явно не до этого, ведь его карьера, репутация и жизнь фактически разрушены. Однако он и слова про вас не сказал, хотя дознаватели, конечно, много выбили из его памяти. Я сама проходила через эту процедуру однажды — будто копаются в твоем грязном белье. Любой после этого будет чувствовать себя угнетенным. Но я читала досье и поняла одно — несмотря на сложный характер, он действительно вас любит и ни о чем не жалеет. Поэтому я и захотела встретиться с вами. Не чтобы убеждать все бросить или чем-то жертвовать, а чтобы понять, за кого он приносит такую жертву?

Алиша пристально посмотрела в глаза Сирин. Та ответила с вызовом, но быстро отвела взгляд, видимо, вспомнив, что басилиски могут легко гипнотизировать своих жертв.

— Я думала, хотя бы здесь отдохну от всех этих манипуляторов. Но нет же, добрались, — сквозь зубы прошептала она. — Не каждый готов, как вы, госпожа Митору, бросить все и переехать в военный город. Думаете, Мэрот не приводил вас в пример? Или я не предупреждала его о своей позиции?

— Госпожа, признаться честно, мне за вас страшно, — сказала вдруг Алиша. — Когда я переезжала в военный город Агнира, я бежала от войны и одиночества, к тому же, я не была беременна. Однако вы, став центром международного скандала, со своим ребенком невольно окажетесь втянуты в политические дрязги между Агниром и Го. За последний год даже я, напрямую не имея отношения к политике, нахлебалась по горло. Если думать логически, самое безопасное место для вас и вашего ребенка — как раз рядом с Мэротом. Он, сам того не ведая, во многом подражает Скарскроу Митору, а тот ради защиты близких готов поставить мир с ног на голову. Вы много работали с мастерами, вам ли не знать их психологию и сколько испытаний им приходится выносить. Если же вы думаете, что сохраните прежний образ жизни после родов, то, боюсь, это не так, вам не дадут покоя. В общем, уверена, вы и сами все понимаете, но цепляетесь за иллюзию былой стабильности, которой уже нет.

— Вы говорили, что не будете меня убеждать, а сами именно этим и занимаетесь, — заметила Сирин. — И этим отменяете все сказанное вами.

— Что бы я ни сказала, вы все равно воспримете это с недоверием и будете искать подвох, — пожала плечами Алиша. — А я устала подбирать слова, я просто хочу спасти друга. Человека, благодаря которому я оказалась в мире мастеров, который не раз спасал меня от смерти, а однажды и мне выпала честь спасти его. Который поддерживал меня, когда было хреново, и с которым мы весело проводили время в короткие периоды спокойствия. Я нарушила с десяток правил и даже скрыла от мужа, что отправилась сюда, но я действительно готова на многое, чтобы помочь Мэроту. Однако, если у вас есть действительно веские причины, разумеется, вы не должны перебираться в Агнир и можете принять ту судьбу, которую сами себе выберете. Надеюсь, ребенок родится здоровым, а вы найдете достойных защитников, которые уберегут его от сумасшедших журналистов и политических манипуляций, а также покушений отступников, которые заполонили Го. Возможно, гоанский военный город сможет стать такой опорой, хотя я не очень высокого мнения об их убару.

Алиша резко замолчала. Стоило ли ей говорить Сирин эти вещи? Может, она сейчас окончательно настраивает женщину против Мэрота, против Агнира, против всего, что ей самой дорого?

Сирин тоже молчала. Тогда Алиша подняла на нее глаза и сказала:

— Именно поэтому я, Алирия Митору, приглашаю вас в военный город Агнира от имени моего клана, более того, предлагаю вам стать частью нашего клана. И лично гарантирую вам и ребенку защиту, а также вправление мозгов Мэроту, если он будет упрямиться и не захочет должным образом становиться Митору. К сожалению, для него это единственный путь остаться на плаву. Вот, собственно, и все, что я хотела сказать. Простите, что отняла ваше время, пожалуйста, возвращайтесь домой, тут ужасный мороз.

Закончив, Алиша наклонилась и потрепала пса за ухом.

— Кстати, Митору очень любят собак, у нас тоже живет большой пес по кличке Хайд, — добавила она. — Ну, всего вам доброго.

Не дав Сирин ничего ответить, Алиша растворилась в темноте, потратив на это последние запасы своих сил.

12

Как и ожидала Алиша, возвращение в военный городок оказалось еще более изнуряющим. Она чувствовала себя вымотанной, даже несмотря на то, что проспала семь часов в гостевом доме, а обратный путь они проделали быстрее, чем в ту сторону. Сказывалась накопленная усталость и переживания за то, что она наговорила Сирин.

В одном Алиша не могла себя упрекнуть — в своих словах она была совершенно искренней. Но девушка даже не надеялась, что Сирин изменит свое решение после одной короткой встречи с незнакомкой и довольно резкого разговора.

С тяжелым сердцем и совершенно без сил Алиша добрела до дома, кое-как распихала вещи и упала на кровать.

Скроу должен был приехать вечером, а может, и позже. Однако у него точно возникнут вопросы, почему она второй день болеет, но до сих пор не сообщила об этом Заре, своему лечащему врачу. Поэтому Алиша собрала волю в кулак и заставила себя отправиться в госпиталь.

Пришлось врать, что плохо почувствовала себя еще вчера утром, целый день спала, надеясь на улучшение, но сегодня все же решила обследоваться. Видимо, все дело в переживаниях за Мэрота, да и в администрации все на ушах стоят.

Зара отметила, что внутренние резервы Алиши и впрямь истощились, и посоветовала после праздников возобновить курс балансировки, да и в целом возвращаться к тренировкам. Девушка и сама об этом думала — совершенная вылазка наглядно показала, насколько сильно она растеряла свои навыки.

Вернувшись домой, Алиша немедленно легла спать и проснулась только в пять часов утра, когда Хайд поспешил на первый этаж встречать хозяина.

Девушка решила не искушать судьбу и дождалась, когда Скроу примет душ и уединится в своей спальне. Потом все же встала, привела себя в порядок и спустилась вниз приготовить завтрак.

— Я тебя разбудил? — спросил Скроу, появившись в дверном проеме с книгой в руках.

— Я и так собиралась вставать. Пока тебя не было, я плохо себя чувствовала и не ходила на работу. Но сейчас уже все хорошо. Хочу сегодня закончить дела, чтобы не оставлять на новый год, — сказала Алиша.

Она налила чай и села за стол.

— Выглядишь утомленной. Может, и сегодня останешься дома? Завтра ведь выходной, — предложил Скроу.

Но девушка покачала головой:

— День Йоро уже во вторник, после выходных поработать не получится, лучше закончить все сегодня. Нам еще дом украшать, — напомнила она.

— Сделаем, завтра я должен быть свободен. Ладно, вздремну пару часов и тоже отправлюсь в администрацию, — сказал Скроу.

Алиша облегченно вздохнула. Пока все шло гладко, главное, чтобы Гирокиру с Сирошем нигде не попались. А там, глядишь, их проделка так и останется незамеченной.

Следующие дни прошли в суете. Мало того, что нужно было закончить работу и навести порядок в доме, так еще и подготовиться к празднику, который для всех советников и заместителей убару традиционно проходил в здании администрации. Алише как спутнице Скарскроу и главе секретариата тоже надлежало быть там, что называется, при полном параде. Скроу предпочел облачиться в традиционную одежду клана, и Алише пришлось подобрать строгое вечернее платье темно-синего цвета в тон его халату. Девушка едва успела выбрать себе аксессуары и записаться в салон красоты.

В итоге, когда все приготовления были закончены, Алиша совершенно не чувствовала атмосферы праздника. Прибежав во вторник вечером из парикмахерской, она поспешно переоделась, чтобы отправиться в администрацию на торжественный прием. Все эти званые вечера порядком ее утомляли, но, как и Скроу, она вынуждена была с ними мириться. Радовало лишь то, что через день ее друзья собирали молодое поколение на вечеринку в военном корпусе, точно так же, как и летом после церемонии награждения. Вот там Алиша и планировала расслабиться, насколько получится — ведь Мэрот все еще находился под стражей, а без него в их компании наверняка будет царить совсем не праздничное настроение.

Переговоры с Го пришлось прекратить из-за наступающего дня Йоро, который считался выходным почти во всех странах материка. Все дела были отложены, даже если от них зависели судьбы людей. Алиша пыталась узнать у Скроу, не хочет ли убару хотя бы на праздники отпустить Мэрота, но Яни была непреклонна: поскольку мастера исключили из клана, ему лучше было оставаться на одном месте и под охраной.

Скроу планировал поговорить с Мэротом в день праздника, чтобы у мастера было, о чем поразмыслить, пока остальные пьют вино и строят планы на новый год. Момент был подобран удачно, но Алиша не видела Скроу Рэма с утра и не могла знать, как Мэрот отнесся к предложению стать частью клана Митору. С одной стороны, это была большая честь, о которой мечтали многие, в ком текла хоть капля крови клана Митору. С другой, Мэрот все равно будет чувствовать себя выброшенной из дома собакой, которую подобрал добродетель, причем в ущерб репутации клана. В общем, ситуация оставалась крайне непростой.

Поэтому Алиша, вызвав такси и в одиночестве добираясь до здания администрации, думала о чем угодно, только не о празднике. А ведь это был ее первый День Йоро в статусе госпожи Митору, который она встречала на традиционном мероприятии в администрации.

Она оставила пальто в своем кабинете, решив, что так будет удобнее, и направилась в зал, в котором полгода ранее состоялось ее первое официальное награждение.

В этот раз обстановка была куда менее официальной: вдоль стен были расставлены столы с закусками и уютные диванчики, постамент переоборудован под сцену, а стены и портьеры под потолком украшены яркими гирляндами.

Алиша искала глазами Дею или Исиру, которые должны были быть в зале, но вместо этого столкнулась взглядом с убару Яни, о чем-то мило беседовавшей с генералом Ухидо.

— Алирия, приветствую! Скарскроу-тэм пока не пришел? — поманив Алишу к себе, спросила Яни.

— Нет, видимо, улаживает кое-какие дела. Он должен скоро появиться.

— Сегодня он говорил с Мэротом, — произнесла убару. — Я знаю о принятом вами решении и нахожу его очень благородным. Хотя от нынешних Митору я иного и не ожидала.

— А вам известно, чем закончился их разговор? — поинтересовалась Алиша.

— Мэрот, разумеется, согласился. Он понимает, что это его единственный шанс. Но согласия здесь мало, — в больших темных глазах убару проскочило искреннее сочувствие.

— Уверен, он справится. У него будет время подумать, — пробасил генерал Ухидо, возвышаясь над женщинами на добрых полторы головы. Он недавно овдовел и был облачен в строгий черный костюм. Кажется, убару всячески пыталась его поддержать.

— Думает он не о себе, а о той женщине. И это ему же самому мешает утвердиться в верном решении, — заметила Яни.

— Надеюсь, несмотря на смятение в душе, он сможет пересилить себя и сосредоточиться на энергии Митору, — поделилась надеждами Алиша, но во взгляде Яни прочла явное сомнение.

В этот момент к ним подошла Исира, одетая в простое, но элегантное золотистое платье. Девушки оставили убару и генерала, решив немного перекусить.

Минут через двадцать появился Скроу, и большую часть вечера Алише пришлось держаться рядом с ним, как было заведено по этикету. Она не раз ловила на себе любопытные взгляды, тем более что мастер в длинном парадном халате, и она в облегающем вечернем платье привлекали внимание.

Вскоре на сцену вышли музыканты. Пока они настраивали инструменты, убару сказала несколько приветственных слов. Яни была само очарование и всем видом показывала, что главное сегодня — забыть все проблемы и насладиться вечером. Гости охотно последовали ее примеру, и постепенно зал наполнился гулом голосов, редким звоном бокалов, а следом и звуками мелодичной музыки.

— Я слышала от убару, Мэрот согласился с вашим предложением. Что вы об этом думаете? — спросила Алиша у Скроу, когда они остались вдвоем.

— В таком состоянии, как он сейчас, о присоединении не может идти и речи. Он сильно подавлен, а это мешает концентрироваться на своем будущем, — как всегда прямо сказал Скроу, но, заметив изменившееся выражение лица Алиши, добавил:

— Мы попробуем в любом случае. Может, не с первого раза, но получится.

— Может, нам построить небольшой гостевой домик в углу участка? Пусть пока живет там и приходит в себя, — предложила Алиша.

Мастер покачал головой.

— К сожалению, это не вариант. Он должен выйти из изолятора с сильной мотивацией быть Митору, проникнуться этой идеей насквозь. Чтобы не оставалось мысли убежать или кому-то отомстить. Вот почему и я, и убару находим саму идею сомнительной. Но я готов дать ему шанс, ведь если вам он друг, то для меня — верный товарищ и соратник.

Алиша прекрасно понимала позицию Скроу и его отношение. Но она не могла воспринимать ситуацию так же отстраненно. Она ощутила, как горло перехватывает спазм от нахлынувшего страха, что ничего не получится, и они потеряют Мэрота навсегда.

В этот момент к ней подошла Дея: по обыкновению с чуть насмешливым взглядом и застывшей на губах полуухмылкой, что вкупе с коротким красным платьем делало ее похожей на роковую женщину.

— Господин Митору, могу я на минуту украсть госпожу?

— Признаться, я бы с удовольствием посидела где-нибудь, где потише. Видимо, я еще не совсем оправилась, — обратилась Алиша к Скроу.

Она и так хотела где-нибудь уединиться, и появление Стрекозы оказалось как нельзя кстати. К Скроу Рэму то и дело подходили разные люди: советники, генералы, заместители убару, и ей приходилось стоять рядом, мило улыбаться и иногда вставлять ничего не значащие фразы. Это ужасно утомляло. И как только Скроу все это терпит с его нелюдимостью?

— Разумеется, отдохни немного, — отпустил ее Митору, тем более что к нему как раз приближался генерал Ухидо.

Дея, убедившись, что внимание главы клана переключилось на другого человека, тут же потащила Алишу к выходу из зала.

— На проходную, быстро! — шепнула она и умчалась вперед, насколько позволяло узкое платье.

Алиша, ничего не понимая, бросилась за ней.

Вопреки ожиданиям девушки, Дея не стала выскакивать на улицу, а открыла своим пропуском дверь, ведущую в подвал. Администрация была связана со многими важными стратегическими точками города чем-то наподобие подземных тоннелей. Пропуск к ним был не у многих, но, поскольку Дея налаживала систему безопасности, то частенько пользовалась ими для ускоренного перемещения, за полгода своей работы в городе узнав больше его тайн, чем многие за всю жизнь.

— Дея, да куда мы так спешим? — догнав, наконец, Стрекозу, спросила Алиша.

— Садись, я доставлю нас к северным воротам, — не отвечая на вопрос, велела Дея Алише и буквально силком усадила ее в то ли вагонетку, то ли небольшой вагончик, на котором можно было передвигаться по подземному лабиринту.

Набрав нужную комбинацию на внешнем электронном блоке, Стрекоза запрыгнула на узкое сиденье рядом с Алишей и решительно взялась за рычаг управления.

Транспорт на удивление мягко сдвинулся с места, и колеса быстро понесли девушек по запрограммированному маршруту прямиком на север.

— Теперь, может, расскажешь, зачем мы так спешим в своих вечерних платьях по засекреченным тоннелям, в которых вообще-то у меня нет права находиться? — не без раздражения обратилась Алиша к Дее.

— Со мной работает Килту, ты знаешь, блондин-бородач, — начала рассказывать Дея. — Он тоже из моей тусовки, свои его знают под именем Шершень. Разумеется, я посвятила его в вашу небольшую экспедицию в Рисию. Не беспокойся, мы своих не палим, да и мне требовалась помощь, так что Шершень меня прикрывал. Сегодня он остался на дежурстве в комнате трансляций с камер видеонаблюдения, других сотрудников мы отпустили. Поэтому первым делом он сообщил новость мне… Короче, твоя затея, кажется, выгорела! Эта Сирин сейчас у северных ворот города. Убару наверняка уже сообщили, и она явно окажется там быстрее нас. Поэтому я так спешу.

— Погоди, что? Сирин здесь? Но как? — для Алиши новость была как гром среди ясного неба.

— А очень просто, — усмехнулась Дея, наваливаясь на рычаг, отчего их вагончик понесся с еще большей скоростью. — Разумеется, я попросила Скарабея потом последить за нашей «беременной проблемой». Следующий день ничего не происходило, а к вечеру второго дня она поехала в центр города и встретилась там с кое-какими людьми. Кажется, у этой женщины и вправду есть связи. Так вот, сразу из Одлера они направились на восток Рисии, там переночевали в гостинице, а потом, судя по всему, пересекли границу с юга — там есть такой пограничный пост сельского типа, только местные с горных деревень Рисии или приморских поселков Агнира туда-сюда проходят. Базу данных они передают в центральное управление раз в несколько дней, так что проверить, пересекла ли она границу, даже я не смогла. Идеальное место, чтобы улизнуть незамеченной для Го, да и для властей Рисии, которые явно предупреждены об обстоятельствах Сирин. В общем, девка кремень!

— А кто ее сопровождал? В Го-то она работает, но откуда у нее связи в Рисии? — поинтересовалась Алиша.

Дея пожала плечами.

— Откуда мне знать? Скарабей сказал, что какие-то люди довезли ее до границы и убедились, что она ее пересекла. Я получила от него сообщение буквально пару часов назад, когда он добрался до мест, где есть стабильная связь. Хорошо еще, заглянула в компьютер перед выходом из дома!

— Это невероятно. Яни ни за что ее не отпустит, и она все равно на такое решилась! — пробормотала Алиша.

В этот момент их фургончик начал тормозить и постепенно встал у такого же электронного передатчика, на котором Дея набрала маршрут в стартовой точке.

— Поспешим наверх! — воскликнула удалая Стрекоза, с удивительной ловкостью в узком платье выскакивая из транспорта на землю.

Алиша выбралась следом, и вскоре девушки уже ехали на специальном лифте вверх. Тут у Деи сработал передатчик.

— Килту пишет, убару уже здесь и, кажется, Митору тоже.

«Черт!», — выругалась про себя Алиша, понимая, что ее обман вот-вот раскроется. Хотя, чего она ожидала при таком раскладе?

Лифт останавливался внутри стены, окружающей город, но на втором этаже, поэтому девушкам надо было спуститься вниз. Стрекоза бодро побежала по ступенькам, однако на промежуточной площадке резко затормозила, отчего Алиша практически налетела на нее.

— Я готова остаться в городе, но в обмен требую, чтобы Мэрота немедленно освободили из-под стражи! — уверенности в голосе Сирин можно было позавидовать.

Женщина стояла внизу, одетая в теплое зимнее пальто, под которым уже очерчивался живот. Убару стояла рядом, видимо, хотела предложить девушке зайти в небольшую комнату поблизости, но та решила озвучить свою позицию прямо в коридоре. За спиной убару возвышался Скроу, в парадном халате выглядевший более чем внушительно.

На шум сверху все трое тут же оглянулись. Повисла недолгая пауза, которую прервала Дея, как ни в чем не бывало шепнув Алише на ухо:

— Кажется, у нас получилось!

Брови Скроу чуть заметно дрогнули, и для Алиши это был совсем недобрый знак. Сирин, узнав ее, перевела на Дею немного возмущенный взгляд, и Алирия поняла — та вовсе не собиралась ее выдавать.

— Ее все равно проверят дознаватели, чего молчать уж теперь! — фыркнула Стрекоза, нисколько не смущенная напряженной сценой.

Алиша вздохнула, обошла подругу и спокойно спустилась вниз.

— Я рада, что вы приняли верное решение, Сирин. Поскольку Мэрот согласился стать частью клана Митору, полагаю, ваше включение в наш клан также предопределено. И это добавит ему мотивации. Вам необходимо будет пройти ряд процедур, чтобы получить пропуск в город, после чего мы с господином Митору будем рады принять вас в нашем доме.

Сирин явно поняла, что стоящий чуть сбоку мастер в маске и есть глава клана Митору. Она не смогла сдержать легкую улыбку, оценив создавшуюся ситуацию, но тут же со всей серьезностью повернулась в его сторону и слегка поклонилась.

— Я благодарна вам за то, что вы решили принять Мэрота в ваш клан, а госпоже Митору — за ее гостеприимство и смелость. Таких людей, как она, надо ставить в пример, они развенчивают мифы о жестокости и бесчувственности мастеров.

Убару со Скроу обменялись тяжелыми взглядами.

— Госпожа Кравицка, вы действительно несказанно порадовали нас своим поступком, еще и в канун Йоро! Я провожу вас к дознавателям, а затем вас осмотрит мой личный врач. Не беспокойтесь, все процедуры формальны, полагаю, вам хорошо известны внутренние правила военных городов, — произнесла Яни, потом повернулась к остальным. — У нас еще есть несколько часов до праздника. Господин Митору, раз вы приняли решение включить в клан Мэрота, в связи с новыми обстоятельствами займитесь им, пожалуйста. Дея, вас я попрошу пройти со мной. Госпожа Митору, — кивнула Алише Яни, как бы подчеркивая, что разбираться с ней должна не она, а Скроу.

Алиша сжала челюсти, но кивнула в ответ.

«Дее сейчас тоже влетит, но она наемный работник, от которого Яни сильно зависит. Да и уверена, она выкрутится на раз-два. А вот меня сейчас явно распнут как минимум», — подумала Алиша, молча разворачиваясь и выходя из пропускного пункта в город.

Только тут она вспомнила, что на ней по-прежнему одно лишь вечернее платье, и мороз тут же накинулся на девушку, заставив недовольно поежиться.

«Ладно, я же басилиска, несколько сотен метров пройду, а там попробую поймать такси», — решила Алиша, хотя прекрасно понимала, что Скроу за ее спиной мог иметь и другие планы.

— Отвезите нас на Лесную улицу, — услышала она его голос.

Мастер обращался к водителю служебного транспорта, как раз подъехавшего к воротам.

— Как прикажете, — кивнул мужчина, бросив взгляд на Алишу в платье и, видимо, оценив ситуацию.

Алиша села на заднее сидение, Скроу устроился рядом с водителем. Всю дорогу они провели в гробовом молчании, к счастью, частный сектор располагался в северо-восточной части города, и ехать было недалеко.

Водитель остановился у дома Митору, и Алиша первая вышла на морозную улицу.

Хайд, обрадовавшись возвращению хозяев, выскочил во двор и начал прыгать вокруг, поскуливая и виляя хвостом. Алиша потрепала пса за ушами, велев ему следовать за ней домой.

Скроу зашел последним, закрыв за собой дверь. Воздух в коридоре тут же будто наэлектризовался, даже Хайд предпочел выбежать в гостиную.

Алиша вздохнула, сняла с крючка теплую шаль, так как все равно успела замерзнуть и, укутавшись в нее, повернулась к Скроу. Внешне он оставался невозмутим, но почему-то девушка была уверена, что мастер в ярости.

Он молча зашел на кухню, выдвинул стул и взглядом велел Алише сесть. Сам отошел к новому кухонному гарнитуру, оперся на него спиной и произнес:

— Рассказывай.

— Семь и три, — ответила Алиша, глядя на Скроу.

— Что семь и три?

— Семь правил устава и три правила клана. Столько я нарушила, чтобы убедить Сирин прийти сюда. Можешь подвергнуть меня за это страшным мучениям, но я не жалею. Она здесь, причем добровольно. Скандал это, быть может, и не исчерпает, но Мэроту должно помочь.

Скроу медленно приблизился и наклонился к лицу Алиши.

— Тебе настолько близок Мэрот? Больше, чем мое доверие? Чем честь нашего клана?

Несмотря на укол стыда, Алиша не отвела взгляд.

— Дело не только в Мэроте. Дело в принципах дружбы. Я никогда бы себе не простила, если бы не попыталась спасти его.

— И ты решила сделать это в тайне от меня.

— Прости, — Алиша все же отвела глаза, неожиданно осознав, что дело тут не только в правилах. Она действительно обидела Скроу своим поведением, фактически она предала отношения, которые они с таким трудом выстраивали все это время. Но отступать было уже поздно.

— Но ты никогда не позволил бы мне так поступить. И как глава клана, и как заместитель убару.

— Мне нужны подробности. Убару и так все узнает от дознавателей и Деи. Так что выкладывай. Можешь в порядке правил, которые ты нарушила, — не без сарказма в голосе сказал Скроу.

Алиша поднялась со стула. Хоть она была и ниже ростом, ей не хотелось, чтобы мастер над ней возвышался.

— Первое, — гордо вскинув подбородок, начала она. — Неправомерный доступ к компьютерной информации. Я выяснила, что Сирин находится в Одлере. Второе. Подстрекательство к нарушению устава мастеров. Я попросила Гирокиру Таолуна и Сироша Оматирана, друзей Мэрота, помочь мне. Третье. Несанкционированное проникновение во внутреннюю сеть безопасности города. Мы организовали отдельный информационный канал для своих передатчиков и отключили датчики движения при пересечении границы города. Четвертое. Выход за пределы военного города без уведомления уполномоченных лиц. В среду с утра мы вышли из города с северной стороны. Пятое. Незаконное пересечение границы другого государства. Днем того же дня мы оказались в Рисии. Шестое. Использование способностей мастеров на территории другого государства без получения соответствующего разрешения. Мы применяли скрывающие техники и легкий шаг. Седьмое. Слежка и вступление в контакт с гражданином другого государства в личных целях. Нам удалось найти Сирин и подкараулить ее, когда она была одна, чтобы я могла спокойно с ней поговорить. Кроме того, мы воспользовались кое-какими связями, благодаря которым изначально вышли на нее. Разумеется, мы замели свой энергетический след и приняли все меры предосторожности. Этих подробностей достаточно?

— Вы применяли на Сирин внушающие техники? — спросил Скроу, будто находился на допросе.

— С ней говорила только я. Разумеется, никаких воздействий я не оказывала, кроме обычного человеческого слова.

Скроу посмотрел куда-то мимо нее.

— Эта выходка очень дорого будет тебе стоить, — произнес он тихо и вышел.

Алиша не успела оглянуться, как мастер уже растворился, видимо, поспешил переместиться в администрацию для разговора с Мэротом.

Девушка обреченно рухнула на стул. Вот вам и День Йоро! Она включила передатчик и запустила скрытый канал, который Стрекоза предусмотрительно оставила для общения с Гирокиру и Сирошем.

Быстро набрала:

«Ребята, Сирин пришла в город. Мэрота должны выпустить. Он и Сирин согласились вступить в Митору. Но убару и Скроу все знают, и у нас явно проблемы».

Она стала ждать, чувствуя, как неровно бьется сердце в груди. Мысли медленно текли в голове, сменяя одна другую.

«Спокойно, Алиша, ты же знала, что так может случиться. Так что теперь соберись и не ной. Ну, подуется на тебя Скроу какое-то время, может, даже несколько месяцев, зная его натуру. Но тебя из клана не выкинешь, да и убару в итоге будет его тюкать по поводу детей. Рано или поздно он вернется к тебе, главное, чтобы Мэрот и Сирин сейчас встретились и были в безопасности, вошли в клан. По крайней мере, здесь будет оживленнее, и ты должна быть сильной, чтобы поддержать беременную женщину. Ведь скоро у нее появится ребенок. Не думай об отношениях со Скроу, сосредоточься на миссии хозяйки клана», — убеждала себя девушка.

Вспомнив, что Мэрот с Сирин действительно могут прийти к ней домой, не сегодня, так завтра, Алиша поспешила оборудовать им спальное место в гостиной. Она уже предположила, что Скроу предпочтет ночевать в военном корпусе, не желая ее видеть, и следует приготовиться к долгому периоду отчуждения и разлуки.

Только вот стоило ли жертвовать отношениями с ним и душевным равновесием Скарскроу Митору ради счастья друга и одного нерожденного ребенка? Алиша не раз задавала себе этот вопрос, но все равно из упрямства или женской солидарности с Сирин решила, что цена оправдана.

Тем временем сработал передатчик.

«Не переживай, мы были готовы к последствиям. Главное, Мэрота выпустят. Сделай все, чтобы он стал Митору, а там и шторм утихнет», — написал Гирокиру.

Алиша была искренне благодарна за слова поддержки. Конечно, как соучастники, они тоже получат от убару нагоняй, но терять еще двух ценных мастеров Яни вряд ли захочет. Значит, она постарается замять это дело, а Сирин, будучи умной женщиной, в официальном обращении заявит, что сама приняла решение отправиться в военный город Агнира.

Конечно, Го наверняка попробует обвинить Агнир в манипуляциях с сознанием женщины, а то и в похищении, но доказательств у них нет. Да и Сирин изначально сама решила уехать в Рисию, причем знал об этом крайне узкий круг лиц. Гоанцам невдомек, что она упоминала о такой возможности Мэроту, а у Деи есть доступ к базам данных людей, пересекающих границу Рисии, да и саму Сирин должны были проверить местные дознаватели перед отъездом.

Значит, единственный риск — если они с Гирокиру и Сирошем засветились где-то в Рисии. Но мастера на то и мастера, чтобы оставаться невидимыми и заметать любые следы. А так как в Рисии нет своих подразделений мастеров, что-то определить спустя столько времени будет уже крайне сложно. И праздники здесь только на руку.

При лучшем раскладе получится, что огребут три нарушителя только от собственных кланов, и то по-тихому, чтобы не привлекать внимание чиновников и журналистов. Но убару, как и Скроу, конечно, совершенно не в восторге, что за их спинами провернули столь опасную, даже безрассудную операцию.

Алиша, не в силах усидеть на месте, надела свое второе пальто, в котором обычно гуляла с Хайдом, и поспешила в администрацию. В конце концов, Скроу же не запрещал ей перемещаться по городу или выходить из дома.

Ей удалось поймать такси и через пятнадцать минут она уже второй раз за день подъехала к зданию администрации. В пути ей пришло сообщение от Сироша:

«Мы с Гиром пошли сдаваться убару. Нет смысла оттягивать. Выгородим тебя».

«Нет, идея была моя, я так и сказала Скарскроу. Не жертвуйте собой, тем более, дознание все покажет», — быстро ответила ему Алиша.

«Дознание дознанием, а друзей мы в беде не бросаем», — пришел ответ.

Когда девушка поспешно вошла в здание, на лестнице она столкнулась с Мэротом, которого охрана, видимо, как раз выводила с нижнего уровня, где располагался изолятор и комнаты дознавателей.

Выглядел мастер совершенно обескураженным.

Алиша, с облегчением отметив, что Скроу Рэма нет рядом, улыбнулась мастеру.

— Все будет хорошо, — сказала она как можно увереннее. — Сирин здесь, и я все сделаю для безопасности ее и ребенка. И ты тоже постарайся.

Мэрот, остановившись, покачал головой. Охрана рядом с ним тоже притормозила.

— Ты уже второй раз спасаешь меня из безнадежной ситуации, Алирия. Я тебе благодарен, но Скарскроу-тэм в бешенстве. Я-то хорошо знаю этот его взгляд. После такого жить не хочется.

Алиша гордо вздернула подбородок.

— У тебя есть любимая женщина и ребенок. Думай о них, а не о нем. А еще лучше о том, как счастливо вы заживете под именем клана, члены которого готовы на все, чтобы защитить друг друга.

— Он велел мне подождать в какой-то комнате, куда меня ведут, а оттуда, видимо, отправит нас с Сирин к вам домой. Если не убьет по пути, — в своей манере усмехнулся Мэрот.

Алиша улыбнулась.

— Если ты не утратил своего черного юмора, значит, дела не так уж плохи. Тогда встретимся дома. Чувствую, нам придется расширяться, но так даже веселее. А где сейчас Скроу, не знаешь?

— Судя по всему, должен быть у убару. Им нужно обсудить ситуацию, как я понял, дел ты натворила. И не только ты, да?

— Нам следует идти, — сказал один из стражников.

— Я потом все расскажу. Не тревожься ни о чем, — ободряюще улыбнулась Алиша.

Она оставила второе пальто в кабинете и поспешила в приемный зал. До полуночи, когда день Йоро традиционно считался завершенным, и солнце брало курс на весну, оставалось около двух часов. Значит, убару должна вернуться на торжество к этому времени. Ох уж и задали они ей хлопот перед самым праздником! Но, с другой стороны, разве появление Сирин в городке не сродни настоящему подарку?

К своему удивлению, в приемном зале Алиша встретила Гирокиру и Сироша.

— Исира сказала, убару со Скарскроу-тэмом и несколькими советниками как раз совещаются, — поделился с ней последний.

— Что же, пускай. Примем наказание, что бы они ни решили, — вздохнула Алиша. — И еще раз простите, что втянула вас во все это.

— Мы же не малолетки какие-то, знали, на что шли, и ради чего, — серьезно произнес Гирокиру. — Но в итоге все обернулось даже лучше, чем мы смели надеяться. И, кстати, ты выглядишь сногсшибательно.

Алиша только сейчас вспомнила, что весь вечер бегала по городу в вечернем платье. И даже умудрилась не навредить прическе и не испортить макияж!

— Спасибо, праздник все-таки! — улыбнулась девушка, а потом рассказала друзьям о Мэроте, которого встретила по пути сюда.

Минут через пять из переговорной выглянула Исира и тут же скрылась. Еще через пятнадцать она снова вышла, уже спокойно, и пригласила всю троицу внутрь.

В комнате за столом сидели убару, Скарскроу, Ухидо и еще трое ее заместителей.

«Второй раз за сегодня ощущение, что иду на казнь», — глядя на невозмутимые лица руководителей военного города, подумала Алиша.

Надо признать, рядом с двумя мастерами в форме она в своем наряде выглядела довольно необычно.

— Итак, как удалось выяснить из дознания Сирин Кравицки и показаний Алирии Митору, в прошлую среду, числа пятнадцатого, месяца декабрь, вы втроем, воспользовавшись пособничеством нашего специалиста по информационной безопасности Деи Кохан, тайно покинули военный город Агнира, незаконно пересекли границу с Рисией, где, воспользовавшись услугами неопознанного шпиона и киберпреступника, выяснили местоположение Сирин. После чего Алирия Митору поговорила с женщиной, высказав опасения за своего друга Мэрота, бывшего в клане Кхон, и от имени главы клана Митору пригласила девушку в военный город Агнира и в клан Митору. После чего так же тайно вы вернулись в город, оставив женщину с новоприобретенными воспоминаниями о разговоре с Алирией на территории другой страны, откуда она могла в любой момент вернуться в Го и поделиться ими с гоанскими мастерами. Вы хоть понимаете, какому риску подвергли всех нас, весь Агнир?

От убару веяло такой волной холодной ярости, что Алиша не посмела поднять глаза. Тут бы удержаться, чтобы колени не задрожали…

— То, что женщина решила, не возвращаясь в Го, отправиться в Агнир. То, что у нее достало ума сделать это тайно и нашлись нужные связи — почти исключительная удача для нас всех, — продолжила убару. — И это нисколько не оправдывает тот риск, на который вы пошли. Если хоть что-то из этой выходки станет известно любому за пределами этого кабинета и дойдет до нужных ушей, мы все окажемся втянуты в крайне тяжелую дипломатическую ситуацию сразу с двумя соседними странами! И уж наше правительство нам тем более спасибо не скажет! Разумеется, вы все это понимали, как понимаете и то, что именно по этой причине я не назначу вам никакого официального наказания, чтобы не допустить лишних домыслов. Но это не значит, что ваш проступок окажется безнаказанным. Вам придется иметь дело с главами ваших кланов. Уж они позаботятся о том, чтобы у вас больше и мысли не возникало поступать подобным образом. А сейчас, господа Таолун и Оматиран, будьте любезны вернуться по домам и отпраздновать День Йоро со своей семьей, ведь завтра я оповещу глав ваших кланов о содеянном во всех подробностях.

На Алишу убару даже не взглянула. И так понятно — она должна быть в зале рядом со Скроу. Мило улыбаться, беседовать и праздновать наступление «светлой» поры календаря.

Применив всю силу воли, девушка спокойно вышла из зала вслед за мастерами. Они молча кивнули друг другу на прощание, и Алиша направилась в сторону отдела цифровиков, надеясь застать там Дею. Но в кабинетах было пусто, если не считать Килту, следящего за происходящим в городе через камеры видеонаблюдения.

Алиша решила не вступать с ним в разговоры и направилась в общий зал. Праздник вовсю продолжался, кажется, отсутствие убару и ряда заместителей никого особо не удивило — на то она и убару, чтобы решать возникшие вопросы в любое время суток и года.

К счастью, в зале Алиша нашла Стрекозу. Та стояла у стены и опустошала бокал вина, судя по всему, уже не первый.

— Ты как? — коротко спросила девушка, подходя и опрокидывая в себя порцию алкоголя целиком.

— В гневе убару страшна, конечно, но, уверена, я отделалась легче всех вас. Она стала заложником ситуации, знала же, с кем связывается, — недобро ухмыльнулась Дея.

— Конечно, в былые время нам бы головы отрубили и насадили на копья, а тут она даже должностей нас лишить не может, чтобы не привлекать внимания, — вздохнула Алиша, потянувшись за вторым бокалом.

— Политика — дело тонкое. Но мы ведь на это и ставили, — сощурилась Дея. — Просто эти стариканы никак не могут смириться, что их обвели вокруг пальца при помощи современных технологий.

Девушка с удивлением взглянула на подругу. У Стрекозы явно был свой пунктик по поводу неприятия советом убару нововведений, которые могли нанести большой вред ранее непревзойденному миру мастеров. Гнев убару вполне можно было понять.

— Самое сложное еще впереди. Кланы наверняка придумают нам наказания, да и тебе работать в такой обстановке окажется непросто.

— В какой обстановке? Килту все знает, а перед другими будем делать вид, будто ничего не случилось, чтобы сохранить наш маленький секрет, — улыбнулась вдруг Дея. — Пойми же, мы, хакеры, особенно наша группа — постоянно на острие ножа. Это здесь я и Шершень строим информационную защиту, что не мешает нам проворачивать свои личные дела далеко за пределами военного города в частности и Агнира — в целом. Вот за тебя мне страшнее всего, подруга. Мастера отделаются каким-нибудь осуждением или выговором, ну, может, заставят их посидеть на коротком поводке какое-то время. А тебе придется иметь дело со Скарскроу один на один, а параллельно еще принимать в клан новеньких, помогать залечить их душевные раны, а Сирин с нуля адаптировать.

— Как-нибудь справлюсь, — вздохнула Алиша. — Все равно иного не остается.

— Ну, коли будет совсем хреново, заходи ко мне, — ободряюще похлопала Дея ее по плечу.

Алиша благодарно улыбнулась, чувствуя, как внутри нее разверзается холодная бездна.

13

Весь праздник она находилась подле Скроу, намеренно улыбаясь и аплодируя выступлению убару и некоторых других представителей администрации. Это у главы клана Митору пол-лица скрыто маской, и никто не заметит, даже если он будет вне себя. А ей надо было всем видом показывать, как она рада новому году и как замечательно они живут в своем клане!

Мэрот с Сирин встретили полночь, сидя в маленькой комнате в конце одного из коридоров администрации. Позже Алиша узнала, что для обоих это был один из самых памятных моментов в жизни, так что усилия девушки и ее напарников хотя бы в этом случае оказались вознаграждены.

Через полчаса после заветной полуночи Скроу Рэм сухо велел ей отправляться домой, взяв с собой Мэрота и Сирин. Алиша подчинилась, тем более, что оставаться на празднике не было никакого желания.

Кивнув на прощание Дее, она зашла за воссоединившимися влюбленными и на такси отвезла их домой.

Мэрот решил не задавать Алише лишних вопросов при Сирин, ограничившись благодарностью и общими фразами. Алиша сказала, что пока они поживут на первом этаже в гостиной, а потом можно будет договориться о постройке дополнительного дома в углу участка — конечно, большой там не поместится, но, если сделать два этажа, для семьи из трех человек будет вполне просторно.

За такими разговорами они добрались до частного сектора, и Алиша проявила все свое гостеприимство, чтобы потенциальные члены клана чувствовали себя как можно комфортнее.

Пожелав спокойной ночи, девушка приняла душ и поднялась к себе в спальню. Впервые она молилась, чтобы Скроу не ночевал дома и тем более не решил наказать ее так, как уже однажды наказывал, когда она попыталась его соблазнить. В этот раз Алиша решила быть более осмотрительной и пореже попадаться ему на глаза.

«К счастью, я растеряла не все навыки басилиски, и уж почувствовать его присутствие точно сумею», — успокаивала себя девушка.

Она была уверена, что ночью ей будут сниться дурные сны, а энергия клана ополчится против нее, заряженная гневом его главы. Но, к удивлению Алиши, она крепко проспала всю ночь и не ощущала осуждения предков. Более того, ей казалось, что племя Митору вовсе не разгневалось на нее за совершенный поступок. Возможно, родовая энергия даже одобряла увеличение клана, тем более, что ребенок уж точно станет его полноценным членом — с детьми в этом плане было еще легче, чем с входящими в клан через замужество женщинами. А раз так, значит, у Митору был шанс на выживание. Ведь в ребенке Сирин и Мэрота как-никак есть толика их крови!

С этими мыслями Алиша оделась и спустилась вниз умыться и приготовить завтрак. Мэрот уже проснулся и выглядел довольно помятым, а Сирин еще спала.

— С детства не спал столько времени кряду, — поделился мастер. — И с детства не верил в чудеса. Поэтому происходящее до сих пор не укладывается у меня в голове. Но вы с ребятами пошли на ужасный риск, и я чувствую себя вдвойне виноватым и признательным Сирин за ее поступок. Она спасла нас всех в прямом смысле, а вы спасли меня. В общем, такое никакой настойкой Гарона не запьешь!

— Кстати, о настойке. Через день будет праздник для молодежи, — ответила Алиша, расставляя чашки.

— О, нет, на него мы явно не попадем. Не в этом году, — покачал головой Мэрот и уселся на стул.

— Вероятно, да. Но, чтобы ситуация быстрее нормализовалась, ты должен стать Митору. Сейчас я чувствую, что даже Сирин к этому расположена больше, чем ты, — серьезно посмотрев на мастера, сказала девушка.

Тот согласно кивнул.

— Я сегодня же уединюсь где-нибудь и займусь настройкой на клановую энергию. Только вот, мне кажется, Скарскроу-тэм совсем это не одобряет…

— Одобряет, просто сомневается, достанет ли тебе желания. А ты должен жаждать стать Митору любой ценой, Мэрот. Иначе все, что мы тут устроили, было зря, — Алиша склонилась над мастером так же, как вчера Скроу над ней.

— Да все я понимаю, — негромко произнес тот. — И сделаю все возможное. С Кхон я давно не очень-то ладил и, признаюсь, про себя жалел, что не могу как-то самоудалиться от них. Не зря говорят, берегитесь своих желаний… Только вот захочет ли меня принимать Митору? Я имею в виду, сам род, в широком смысле. Ведь глава клана, ясное дело, сейчас сильно разозлен.

— Энергия Митору одобряет происходящее, — заверила его Алиша. — Кстати, это еще одна причина Скроу так злиться. Мы сильно рисковали и даже сглупили на фоне политической ситуации, это так. Но энергии Митору плевать на политику. Ей важно возродить клан, а тут ты, на четверть Митору, да еще с ребенком, в котором тоже течет кровь клана. И Сирин, готовая на многое ради тебя и на все — ради вашего сына. А я знаю, что будет мальчик, — улыбнулась Алиша. Дея успела прочесть досье дознавателей, работавших с Сирин, а та в Рисии как раз посетила госпиталь в день встречи с Алишей, где и узнала пол ребенка.

Мэрот смущенно отвел взгляд.

— Так что клан встречает тебя с распростертыми объятиями, как бы Скроу ни кипятился, — добавила Алиша с улыбкой.

— Меня это, конечно, только радует. И твоя поддержка тоже. Но я волнуюсь за Скарскроу-тэма и… за вас. Иронично, учитывая, как скептически я раньше ко всему относился.

— То былое, — махнула рукой Алиша. — А за мои нынешние взаимоотношения с главой клана не переживай. Как-нибудь все образуется.

Мэрот с сомнением посмотрел на девушку, но ничего не сказал.

Вскоре проснулась Сирин, и они сели завтракать. Места на кухне едва хватало на троих, но это никого не смущало. А Алиша впервые ощутила, что у нее появляется настоящая семья. Не просто она и замкнутый Скроу, но и еще какие-то люди, пусть родные, скорее, по духу, чем по крови.

Днем Мэрот уединился в гостиной на втором этаже, начав работать с энергией клана, а девушки отправились на рынок. Сирин, конечно, прихватила с собой из Рисии свиток с вещами и документами, но этого явно было недостаточно, чтобы полноценно обжиться на новом месте.

Алиша покупала женщине все необходимое, радуясь, что Скроу Рэм не заблокировал ее доступ к банковскому счету. Сирин порывалась оплатить все сама, ведь она предусмотрительно обналичила все деньги еще в Рисии, чтобы не пользоваться гоанской картой в Агнире и не привлекать внимания банков. Часть рисийской валюты она смогла поменять на агнирские деньги после пересечения границы, но этого едва ли хватило, чтобы расплатиться за такси до военного города. Обменять же оставшуюся сумму в праздники не представлялось возможным.

Но Алиша убедила Сирин, что как хозяйка клана она несет полную ответственность за благосостояние всех его членов, и после праздников обязательно откроет отдельные банковские субсчета для Мэрота и Сирин как новых членов Митору. В этот день Алиша впервые почувствовала себя аббасу — так называли главных женщин в клане, которые распоряжались хозяйством и иногда имели авторитет не меньший, чем глава клана.

Весь день прошел в хлопотах, а на ужин Сирин наготовила целую кучу вкуснейших блюд — оказывается, женщина была искусным кулинаром. Они поели и провели время за приятной беседой, порой даже смеясь каким-то шуткам. Мэрот с Сирин рассказали о своей истории знакомства и как поначалу люто ненавидели друг друга и даже подстраивали мелкие пакости.

Тревога закралась в сердце Алиши только когда она поднялась на темный второй этаж и легла спать. Хорошо, хоть Хайд увязался за ней, и девушка без зазрения совести пустила пса на свою кровать.

«Где же пропадает Скроу? Может, сидит один в пустом военном корпусе и страдает от обиды и одиночества? Или пошел искать утешения у убару, памятуя их былую дружбу? Хотя, кажется, убару уделяла слишком много внимания овдовевшему Ухидо Юши, и явно не первый день. Но это не значит, что она не примет давнего друга. Или он и вовсе покинул город и отправился по одному ему известным местам срывать свою злость или готовить мне какое-нибудь изощренное наказание… Мне надо быть готовой ко всему, абсолютно ко всему…», — девушка почти силой заставила себя заснуть. В такие моменты некоторые приемы мастеров очень пригождались. Она не сомневалась, что Скроу действует так же, только вот сна ему требуется совсем немного.

Глава клана Митору появился в доме на следующий день. Он кивнул Сирин и поднялся наверх, где Мэрот как раз продолжал свою практику по сонастройке с клановой энергией, а Алиша, закрывшись в своей комнате, сводила расходы в отдельной тетради и раздумывала, во сколько может обойтись клану постройка отдельного жилища «для новобрачных». Поэтому заявление Скроу Рэма особенно огорошило девушку:

— Я продал этот дом. У тебя неделя, чтобы перебраться на новое место и перевезти Мэрота и Сирин, — он положил перед ней документы.

— Продал? Но куда мы переезжаем? — растерянно спросила Алиша.

— В клановый особняк Митору. Его как раз недавно выставили на продажу, и я его выкупил. Раз наш клан снова начал расширяться, то вернемся туда, откуда начинался мой род.

Скроу говорил без тени эмоций. Алиша только молча кивнула, а он развернулся и зашел в маленькую гостиную, где находился Мэрот.

— Завтра на рассвете жду тебя у камня памяти Митору. Начнем ритуал оттуда, — услышала Алиша слова Скроу, обращенные к мастеру. Ей показалось, или с Мэротом он говорил менее холодно, чем с ней?

— Принято, — ответил Мэрот.

Алиша взяла лежащие на краю стола документы. Надо же, клановый особняк… Судя по всему, там сами стены пропитаны историей клана, даже несмотря на то, что последние лет двадцать в нем жили другие люди. Кажется, тоже какой-то клан, который начал уменьшаться в численности и в итоге переехал в меньший по размеру дом.

«Скроу никогда не любил то место, но все же решил его выкупить. Может, тем самым он пытается показать, что теперь будет управлять кланом так же, как и его дед, как его предки? Но ведь нас все равно пока совсем немного, насколько мне известно, для пятерых людей такой особняк — неоправданная роскошь».

Но в ее ситуации перечить не пристало. Она поделилась новостью с Мэротом и Сирин, и они решили не терять время и осмотреть новый дом.

Сирин сильно волновалась, чувствуя, что глава клана не в духе. Если бы она сразу поехала в Агнир, этой ситуации не произошло бы, и девушка начинала винить себя. Мэрот с Алишей в два голоса ее успокаивали, убеждая, что любая ситуация к лучшему.

— Поверь, лучше нам жить вдвоем в клане Митору, чем с кучей моей родни под надзором Эмаи Кхон, — заверил ее Мэрот, и Алиша полностью разделяла его мнение.

Особняк Митору располагался через три улицы от их прежнего дома, на самом краю частного сектора, и половина его территории с западной стороны захватывала часть лесного массива, по которому Алиша каждый день гуляла с Хайдом. С южной стороны участок шел вдоль реки, через которую всего в ста метрах был перекинут мост, соединяющий этот район с остальным городом. Соответственно, фасад особняка выходил на восток, к тянущейся от реки вглубь района улицы. И только с севера он граничил с соседним участком, с которым их разделяла высокая бетонная стена, поросшая старым, как весь этот район, плющом.

Сам особняк представлял собой двухэтажное деревянное здание, построенное с большим размахом.

Алиша заранее договорилась с управляющим района, чтобы он прислал помощника показать им дом. Они с Мэротом и Сирин прошли в небольшую металлическую калитку рядом с такими же коваными воротами, и оказались на небольшой площадке перед домом, засаженной клумбами.

— Ого! Чувствую себя то ли княжной из любовного романа, то ли незадачливым исследователем дома привидений, — глядя на дом, произнесла Сирин. Она рефлекторно положила руки на живот, а Мэрот чуть приобнял ее за плечи.

— Что ж, хотя я тоже вижу этот дом впервые так близко, на правах хозяйки клана должна сказать: добро пожаловать в родовое гнездо Митору! — попыталась разрядить обстановку Алиша.

— Все клановые особняки строились по одному принципу, — сказал Мэрот. — У Кхон примерно такой же, только вокруг он давно оброс хозяйственными постройками и дополнительными домами, где живут родственники или слуги. Эдакий город в городе. Здесь хотя бы дом выглядит, как дом.

Они зашли внутрь, оказавшись в просторном холле.

— Позвольте провести небольшую экскурсию, — вежливо обратился к ним помощник управляющего районом, обведя рукой пространство. — Справа дверь в рабочий кабинет, изначально предназначенный для приема посетителей главы клана. Из кабинета есть проход в библиотеку, видите, небольшая дверца слева в углу? Если вернуться в холл, то по правой стороне идет небольшой коридор, из которого мы попадаем в семейную гостиную. Кстати, так как особняк проектировался более двухсот лет назад, традиционно посередине в подвальном помещении расположили купальню, в которую можно было спуститься вниз из небольшой комнаты, расположенной по коридору слева. Но потом спуск в купальню отделили, а в комнате оборудовали современный санузел для гостей. Однако схема, по которой весь дом как бы строится вокруг «мокрой точки» здесь сохранилась.

Мужчина показал туалетную комнату и довольно просторную купальню с небольшим бассейном внизу, а потом провел новых хозяев в вышеупомянутую гостиную.

— Из гостиной также есть дверь направо, ведущая в библиотеку. И здесь же — лестница на второй этаж, довольно узкая для такого дома, но так получилось при перепроектировании второго этажа прежними жильцами. Мы поднимемся туда чуть позже, тем более на второй этаж есть еще одна лестница из кухни, ведущая на летнюю веранду.

Итак, из этой уютной гостиной мы пройдем налево в еще одну дверь. Здесь традиционно располагается столовая. Из столовой есть выход на задний двор, а также небольшая дверь слева, ведущая на кухню. Кухня пристроена с другого бока от мокрой точки, как вы видите, именно здесь выведена раковина. Отсюда на второй этаж ведет небольшая металлическая винтовая лестница, чтобы слуги могли подавать блюда сразу на летнюю веранду, если семья устраивает прием или решила в теплое время пообедать на открытом воздухе. Но сейчас, конечно, веранда непригодна для таких мероприятий, к тому же, пока дом был выставлен на продажу, ее успело засыпать снегом. Поэтому мы пройдем через кухню и выйдем в дверь, расположенную слева, тем самым вновь оказавшись в холле. Таким образом, как вы поняли, основные помещения первого этажа соединены между собой и образуют как бы кольцо вокруг центральной мокрой точки. Отдельными помещениями является только библиотека и небольшая комната для слуг, да-да, вот эта дверка в холле рядом с кухней ведет как раз туда. А теперь предлагаю пройти на второй этаж…

Чувствуя себя не иначе как посетителями музея, Алиша, Мэрот и Сирин поднялись по лестнице, ведущей из гостиной, на второй этаж особняка. Здесь они попали в темный коридор, окружающий лестничный пролет и тянущийся поперек дома.

В стене напротив лестницы чуть слева и справа от нее располагались две двери, ведущие в спальни хозяев. Причем посередине они соединялись чем-то вроде общей внутренней гостиной, а также в каждой были обустроены дополнительные каморки для слуг. Из окон этих комнат открывался вид на северную часть участка и даже была видна часть соседнего особняка, хотя между ними успело вырасти несколько довольно пышных деревьев, которые летом должны были совершенно лишить соседей возможности подглядывать друг за другом.

Вход в хозяйскую ванную располагался чуть позади лестницы. Второй санузел в блоке выходил дверью на другую сторону, а напротив него располагались сразу три двери — немного поменьше и поскромнее размером.

Таким образом, весь второй этаж условно делился на два крыла: хозяйскую и других жителей клана, будь то дети, близкая родня или даже просто гости. Для последних, правда, был построен отдельный домик на участке.

Кроме того, как вскоре выяснилось, устройство второго этажа было куда хитрее: левая дверь в крыле для «родственников» вела не в спальню, а на летнюю веранду, которая действительно представляла собой изящное пространство с крышей, поддерживаемой полукругом колонн, между собой соединенных довольно высокими перилами. Разумеется, для снега такое ограждение не было преградой, а спуск по винтовой лестнице на кухню в зимнее время был закрыт специальным люком.

Средняя из трех дверей вела в комнату, в данный момент оборудованную под детскую, что было видно по ярким обоям и оставленной предыдущими хозяевами мебели.

Что касается крайней правой двери, то за ней находился еще один внутренний коридор, который почти сразу резко уходил направо и тянулся по территории столовой и частично гостиной на первом этаже. В коридоре располагались еще три двери в маленькие спальни, чьи окна выходили как раз на задний двор.

— Даже не знаю, где вам будет уютнее — в бывшей детской или в этом блоке из трех тесных комнатушек. Выбирайте сами или забирайте все крыло, — тихо сказала Мэроту и Сирин Алиша.

— Разве не стоит для начала обсудить это со Скарскроу-тэмом? — удивился Мэрот.

— Разумеется, я скажу ему об этом, но девяносто девять процентов, что он просто кивнет. Не в его привычке решать подобные вопросы, — заверила друга Алиша.

— Но содержание такого особняка обойдется в целое состояние. Даже если я устроюсь на работу, а Мэрот со временем снова будет выполнять задания как мастер, мы вряд ли внесем значимый вклад в такое хозяйство, — сказала вдруг Сирин.

— Поверьте, клан Митору может себе позволить и не такое. Поэтому если ты и захочешь работать, то только ради своего удовольствия. Я уверена, Сирин, что убару даст тебе место в любой лаборатории: при полицейском участке, научном центре или госпитале, только попроси. Но сейчас тебе лучше сосредоточиться на обустройстве жилья и подготовке к рождению малыша. Честно сказать, я буду рада, если ты мне поможешь, я сама впервые оказалась в таком огромном доме.

— Не беспокойся, я тоже тебе помогу. Скарскроу-тэм дал мне понять, что ближайшие полгода мне лучше не высовываться. Вот и буду сидеть в этом особняке, куда деваться… — поделился Мэрот не без раздражения в голосе.

— Зато с ребенком понянчишься, — улыбнулась Алиша. — А там поутихнет все, и Скроу возьмет тебя в оборот, не сомневайся.

— Кстати, а ты все так же будешь работать главой секретариата убару? — поинтересовался Мэрот.

— Видимо. Убару же сказала, что официально никого не снимет с постов, чтобы не привлекать внимания. Но если она будет создавать мне препоны или атмосфера станет невыносимой, я сама уйду. Дел в таком особняке будет по горло, нам же еще слуг нанимать, да и няня не помешает. К тому же, мне надо возвращаться в форму, а тренировки тоже требуют времени и сил.

За этими разговорами они уже самостоятельно повторно осмотрели особняк и задний двор. Участок действительно захватывал часть леса, в котором даже обнаружились развалины какой-то старой кирпичной постройки, похожие на настоящие руины. Кроме того, здесь у самого леса был разбит небольшой фруктовый сад, а ближе к дому выкопан декоративный пруд. С северной части двора стояло несколько хозяйственных построек, а с южной, с видом на реку — уже упомянутый гостевой домик. Алиша про себя посчитала, что в общей сложности в клановом особняке могло проживать до двадцати человек, включая слуг, а если потесниться, и того больше.

«А вдруг Скроу задумал еще кого-то принять в клан? Надеюсь, он не приведет какую-нибудь женщину, сделав ее по сути второй женой? Это будет страшная месть», — подумала вдруг Алиша, и холод тотчас сковал ей сердце.

Особенность кланов была в том, что все его представители, как кровные родственники, так и нет, были объединены одной энергией. И это было главное, а внутренние взаимоотношения — кто с кем живет и спит, никого кроме членов кланов не касались, за исключением близкородственных связей. Вот и получалось, что все зависело от главы клана и его моральных ценностей. Случился разлад с женой — он мог привести в клан другую женщину, и это было уже навсегда. Либо воспользоваться служанкой, а то и молодой женой какого-нибудь из родственников. Раньше и такое нередко случалось. Алиша читала о целой сложной системе сексуальных взаимоотношений в клане, когда любая новая женщина, например, могла войти в клан, только проведя ночь с его главой, а там уже он решал, отдавать ее возлюбленному или нет. Читала Алиша и о том, что мужчины, вступая в новый клан (неважно, были ли это мастера или обычные гражданские), также могли пройти ритуал соития с басилиской клана, которая посвящала их тем самым в родовую энергию. Девушка содрогнулась, поняв, что по факту никто бы не осудил, если бы Скроу провел ночь с Сирин, а ее заставил бы переспать с Мэротом, чтобы присоединить их к клану.

К счастью, такие практики давно сошли на нет и использовались в каких-то исключительных случаях. Устойчиво сохранялось лишь вхождение в клан женщины через замужество и особое отношение к клановой энергии, носители которой не могли без пропуска и сопровождения покидать военный город, а в старые времена и территорию кланового особняка без разрешения его главы. Особенно это касалось женщин, которых могли похитить даже соседи, ведь далеко не сразу разные кланы ужились друг с другом в одном городе.

Всей этой информацией и многим другим Алиша делилась с Сирин, пока они упаковывали вещи в их прежнем доме. Первый рабочий день должен был наступить в понедельник, и у них оставались одни выходные, чтобы закончить основные сборы: дальше Алиша собиралась вернуться в администрацию, а Сирин с Мэротом по мере сил будут обживаться в особняке.

Алирия тщательно изучила документы на их новое жилье: основным владельцем и подписантом значился Скарскроу, про остальных членов не было сказано ни слова. Но с того дня, когда глава клана Митору объявил о своем решении, Алиша его больше не видела и, честно сказать, не знала, что лучше: радоваться ей или тревожиться.

Мэрот в условленное время ушел «принимать энергию клана» на кладбище, где традиционно у каждого именитого рода был установлен свой обелиск или памятная плита, а прах почивших мастеров закапывался рядом с ней.

День пролетел незаметно, а Мэрот появился ближе к полуночи и совершенно без сил. Он ничего не сказал, но Алиша не удержалась от расспросов:

— Не говори, если не хочешь, но как ведет себя Скроу? Он случаем не истязает тебя в течение этого «ритуала»?

Мэрот устало опустился прямо на пол в гостиной.

— Ему и не нужно, отказ от энергии, в которой вырос в пользу той, которая находилась в тебе за счет толики крови предков — само по себе тяжелое испытание. Иногда мне казалось, что я не выдержу, и тогда именно Скроу помогал мне. Он все делает правильно, Алиша, как и всегда.

Это все, что услышала девушка от друга в тот день. На рассвете Мэрот опять ушел, а они с Сирин продолжили упаковку вещей, которых в доме накопилось предостаточно.

— Мебель брать не будем, разве что по мелочи, — решила Алиша. — Но надо как можно быстрее заказать хотя бы минимум в особняк и нанять прислугу. Сами мы там не управимся.

В итоге она сделала запрос управляющему района и уже в субботу взяла на работу двух женщин: двадцатипятилетнюю Лару и ее мать Алариду. Лара какое-то время работала в особняке у прежних хозяев, а ее мать служила кухаркой в другом богатом доме. Женщин устроило, что они будут работать вместе, к тому же, с проживанием и за достойную плату.

В воскресенье Алиша с новой прислугой отправилась в особняк, чтобы еще раз осмотреть его и решить, что стоит обновить или купить в первую очередь.

Основную мебель, кухонный гарнитур и санузлы прежние жильцы оставили в целости, хотя что-то немного износилось от времени. Но пока и так сойдет.

— Матушка может занять комнату для слуг на первом этаже, а я буду ночевать на втором, чтобы быть рядом, если ночью Вам или госпоже Сирин что-то понадобится, — предложила Лара.

Алиша подумала, не поселить ли девушку в специальную каморку для слуг в своей части «хозяйского крыла». Она до сих пор опасалась, что однажды Скроу вломится в ее спальню и заставит исполнить непосредственные супружеские обязанности, что, учитывая их отношения, вряд ли помирит их или доставит ей удовольствие. При этом Алиша отдавала себе отчет, что уже порядком соскучилась по нему, и от этого еще страшнее была мысль, что он удовлетворяет свои потребности где-то на стороне: с «особой» женщиной или даже с убару…

В итоге Алиша решила, что Лара может занять одну из небольших спален в коридоре, а вызывать ее можно и по передатчику. А чтобы хоть как-то успокоить себя, под подушку своей новой кровати засунула нож, когда-то подаренный ей Митору. Конечно, от профессионального мастера он ее не спасет, но хотелось иметь под боком хоть какое-то оружие.

Мэрот с Сирин решили занять комнату, которая была прежде детской, и Алиша уже заказала ремонтную службу. Про то, чтобы обновить собственную спальню, девушка даже думать не хотела. Ее вполне устроила двуспальная кровать и массивный туалетный столик, который легко было приспособить под рабочий. Она только купила новый матрас и ковры, а Лара пообещала за воскресенье вымыть до блеска спальни хозяев, а потом уже заняться остальными помещениями.

«Единственный, кто будет рад такому раздолью, это Хайд», — подумала про себя Алиша, спускаясь по лестнице на первый этаж. Во двор она решила пока не выходить — его обустройство можно смело оставить до лета.

Ночью толком выспаться не удалось — две машины с вещами (половину из них, кажется, составляли книги из библиотеки) окончательно разгрузились только после обеда, а на то, чтобы хотя бы ориентировочно разнести коробки и сумки по нужным помещениям, а также разложить личные вещи, ушло все время вплоть до середины ночи.

Именно тогда Алиша оценила пользу наличия слуг: пока они с Сирин и Ларой хлопотали, Аларида приготовила ужин, и они хотя бы смогли нормально поесть.

Первая ночь на новом месте девушке совершенно не запомнилась. Она уснула, едва голова коснулась подушки на непривычно большой кровати, а через минуту (как показалось Алише) уже сработал сигнал на передатчике о том, что пора вставать.

На работу она собиралась, как на войну. Приняла душ, сделала идеальную укладку, выбрала лучший из деловых костюмов, надела любимые украшения и заранее вызвала такси.

Приехав к зданию администрации без пятнадцати восемь утра, когда большинство сотрудников только завтракали у себя дома, девушка решительно открыла кабинет, настроила компьютер и, нарочно оставив дверь открытой, погрузилась в работу.

Вскоре пришли ее помощники, как и большинство горожан, не подозревающие о случившемся за пару часов до Нового года. Началась обычная деловая круговерть, и только на обед Алиша заглянула к Дее, чтобы убедиться, все ли в порядке у подруги.

— Клановый особняк — это круто! — откликнулась на новость о переезде Стрекоза. — А мне вот убару серьезно сроки урезала, чтобы, цитирую «у вас не было лишнего времени на киберпреступления». Наивная, думает, что тут все от времени зависит! Если есть нужные программы, запустил их в правильной последовательности — и все, ждешь результата…

— Ты бы ее все-таки не злила, — покачала головой Алиша. — С басилисками ее уровня шутки плохи, а с убару так вообще…

— Да знаю я, — отмахнулась Дея. — Поэтому и не нарываюсь. Так что прости, Алиша, обед я сегодня пропущу. Надо реабилитироваться перед руководством.

Выйдя из отдела цифровиков, Алиша решила попробовать разыскать Исиру. Если та, конечно, еще во что-то ее ставит после такой вопиющей выходки. Исира многое успела повидать на своем коротком веку, но ведь Алиша с напарниками действовала за спиной не просто убару, но и ее приемной матери.

Исиру Алиша застала в ее кабинете и невольно ощутила скрытое чувство вины. Но воспитанница убару, как всегда, вела себя приветливо.

— Послушай, а вы с Оллой больше на источники не ходите? — спросила вдруг она, когда Алиша вот-вот готова была задать вопрос по своей ситуации.

— Я с этим переездом совсем счет времени потеряла, даже с друзьями не повидалась, — посетовала девушка. — С Оллой мы переписывались, само собой, я ей подробности не рассказала, кроме того, что Сирин пришла в город и они с Мэротом должны войти в наш клан. Но это и так уже все вскоре узнают. Мы условились быть на связи, так что можно организовать и источники.

— Отлично! — бодро ответила Исира. — Тогда я с вами! Ни часа не отдохнула на праздниках, впрочем, как и Яни с половиной замов. Очень хочется хоть немного расслабиться.

«И заодно поговорить наедине», — читалось во взгляде девушки.

Алиша кивнула, чувствуя, как падает камень с плеч. Она поспешила связаться с Оллой, и они решили устроить банный день в четверг, когда народу на источниках должно быть поменьше. Неплохо было бы познакомить с ними и Сирин, но врачи запретили ей подобные процедуры, так что лучше в выходные организовать совместный выход в кафе.

Еще больше Алиша обрадовалась, когда поняла, что Скроу, судя по всему, большую часть праздников по своему обыкновению работал. А ночевал явно в военном корпусе или прямо в администрации. Позже она узнала, что убару уже на второй день после Дня Йоро уехала в столицу, видимо, оповестить князей о ситуации с Сирин, а, значит, Скроу Рэм остался в городе за главного. Наверняка она велела ему поскорее заняться Мэротом, а через него и окончательно включить в клан Сирин. Судя по цветущему виду последней, Мэрот не стал откладывать с дальнейшей передачей энергии возлюбленной и теперь все зависело от усердия самого мастера.

Время до четверга пролетело быстро. Алиша видела Скроу лишь однажды, когда заносила Исире документы, а он как раз выходил из переговорной. Девушка предпочла поскорее скрыться в кабинете помощницы убару и подождать, пока он пройдет мимо. Скроу, конечно, заметил ее, но никак не отреагировал.

«И снова я начала прятаться по кабинетам, как много лет назад от Риккерта. И откуда только эта привычка?», — раздраженно подумала Алиша, но признала, что в этот раз опасность была куда более ощутимой, чем в прошлый.

Риккерт, конечно, мог пытаться ею манипулировать, запугивать или упрекать, но вряд ли нанес бы ей какой-то непоправимый вред. А от Скроу она ощущала такой холод, что сердце пропускало удар. Она чувствовала его, даже когда мастер находился далеко, ведь клановая энергия все равно держала их на глубокой ментальной связи. И Алиша старалась максимально отстраняться, чтобы не попасть под ледяную волну отчуждения и ненависти.

«Может, Исира расскажет что-нибудь интересное?», — надеялась Алиша, в очередной раз падая на свою новую кровать глубоко за полночь.

14

Наконец, наступил долгожданный четверг. Отработав положенное время, Алиша взяла небольшой свиток перемещения, в который заранее упаковала необходимые вещи, и отправилась на источники, расположенные в западной части города.

Они встретились с Оллой и Исирой недалеко от бань. С первой обменялись подарками, подготовленными еще до Дня Йоро, и все вместе отправились понежиться в горячем естественном бассейне, что зимой было особенно приятно.

— У тебя, конечно, жизнь не стоит на месте! Новые члены клана, эта беременная Сирин, отчаянная бедолага, да еще переезд! Наверное, голова кругом? — сочувствующе поинтересовалась Олла.

— Не то слово, чувствую себя как выжатый лимон, — вздохнула Алиша. — Но ничего, главное, я очень рада, что удалось вытащить Мэрота. Сирин действительно отчаянная, раз накануне праздника пересекла границу и втайне от своих явилась к нам в город. Я бы хотела вас познакомить, но ей на источники пока нельзя. Может, на выходных соберемся в кафе?

— Только если в воскресенье, в субботу у меня планы, — лукаво улыбнувшись, сказал Олла.

— О, неужели кто-то появился? У тебя, я смотрю, жизнь тоже не стоит на месте, — рассмеялась Алиша.

— Ладно, вы знаете, я не люблю ходить вокруг да около. Я встречаюсь с мастером Оуком, так уж вышло, — поведала Олла.

— Оук из нашей команды, хороший друг Гирокиру и Мэрота! Рада, что вы вместе, — искренне сказала Алиша.

— Согласна, я слышала о нем только хорошее, даже от начальства, — вставила до этого молчавшая Исира.

Вскоре они переоделись в купальные костюмы и блаженно погрузились в мутноватую, но неизменно горячую воду источников.

— Значит, в воскресенье? Можешь и Оука пригласить, а я Мэрота, чтобы Сирин не так неуютно было, — продолжила прерванный разговор Алиша.

— Тогда уж и Алека надо звать. А вот Гирокиру с Сирошем не дозовешься, что-то их там в кланах серьезно припахали последнее время, — поделилась Олла.

— Да и Мэроту, наверное, пока особо не надо высовываться, — осторожно вставила Исира.

— Ладно, тогда давайте чисто женской компанией. Позовем только Зару, — нашла компромисс Алиша.

На том и порешили.

Наедине с Исирой они смогли остаться, только завершив приятное времяпровождение на источниках. Олла поймала такси и отправилась домой, а Алиша с Исирой решили немного прогуляться.

— Давай сюда заглянем, погреемся, — предложила воспитанница убару, указав на кофейню. И хотя они только что напились чаю, как и требовалось по традиции после принятия горячей ванны, Алиша согласилась.

Взяв по стакану сока, девушки уединились за столиком в углу.

— Алиша, ты не обижайся, но это Яни просила меня с тобой поговорить, — начала Исира, немало удивив юную Митору. — Я, конечно, и сама хотела, но после всей этой ситуации признаться, даже не знала, как поступить. Но Яни меня успокоила.

— Правда? — брови Алиши еще больше взметнулись вверх. — Мне кажется, она еще долго будет относиться ко мне с неприязнью, и вполне заслуженно. Да и я бы поняла, если бы ты не захотела со мной больше водиться.

Исира резко замотала головой.

— Нет-нет, я не хотела портить наши отношения. Просто не знала, как себя вести в создавшейся ситуации, и что будет уместно. Но убару, она ведь на то и убару, чтобы не зацикливаться на прошлом. Конечно, она совершенно не одобряет вашего поступка, пусть он и совершен из самых лучших побуждений, но риск был просто чудовищным. Ее гораздо больше волнует Скарскроу-тэм, — голос Исиры понизился почти до шепота.

— Понимаю, но я ему даже на глаза боюсь попадаться, — нахмурилась Алиша. Ей не понравилось, что убару снова сует свой нос в их личную жизнь, хотя прекрасно понимала, что в этот раз, пожалуй, без ее совета не обойтись.

— Она не хочет лезть в вашу жизнь и дела клана, — будто вторя мыслям девушки, произнесла Исира. — Но видит, что Скарскроу-тэм чернее тучи ходит.

— Что я могу сделать? — прямо спросила Алиша. — Убару хорошо знает господина Митору, а я вот, хоть и стала хозяйкой клана, но не росла среди мастеров и ни черта в этом не понимаю. Если у нее есть совет, я его выслушаю.

— Ну, она считает, что тебе нужно извиниться. Не формально, а прямо изо всех сил. Я имею в виду, если понадобится, то прямо умолять. Я понимаю, мы все гордые, но тут нет иного выхода. Он — глава клана, а ты, получается, нарушила очень серьезные его законы. Здесь можно пронять только с позиции смирения и раскаяния, пусть даже хитростью женской взять. Слезы там…

— То есть применить все средства из арсенала басилиски, это она хочет сказать? Как будто он не почувствует фальши? — усмехнулась Алиша.

— Значит, надо искренне. Но к этому тебе надо прийти самой, переступив через гордость и поставив себя на его место.

Алиша предупреждающе подняла руку.

— Я знаю, что он чувствует. Одними слезами и мольбами здесь не обойтись. Я уже дважды предала его, понимаешь? Мне никогда не вернуть его доверия после такого.

Исира тяжело вздохнула.

— Я говорю лишь то, что слышала от Яни и что мне самой кажется верным. Поэтому не обижайся, если это звучит как-то… Поучительно, что ли. Но время ведь многие раны лечит, и, в отличие от многих тех, кого Скарскроу-тэм потерял, ты все еще здесь, живая. Это само по себе большая ценность для мастера.

— Исира, я не обижаюсь на тебя или убару. Я знаю, что она хочет как лучше. Ей важно, чтобы в нашем клане царил мир. Но я много дней не видела Скроу. Не знаю, разлука ли мое наказание, или он приготовил мне что-то еще страшнее, но пока его гнев хоть немного не уляжется, я предпочту его избегать. Иначе я просто не вынесу всего этого…

Исира понимающе положила ладонь на руку Алиши.

— Прости меня, Алиша, прости… — пробормотала вдруг девушка. — Но разлуки у вас точно не получится. Я уверена, убару скоро прикажет Скарскроу-тэму не валять дурака и вернуться домой. В ваш клановый особняк, то есть. И ты понимаешь, что будет дальше.

Алиша поджала губы и откинулась на спинку стула.

— Ах вот, к чему меня готовит Яни. Что он вскоре придет исполнять свой супружеский долг, а я должна буду у него в ногах валяться и молить о прощении? Что ж, спасибо ей за заботу и добрый совет…

Девушка поднялась, с трудом пытаясь унять внутреннюю дрожь. Вся прелесть вечера тут же улетучилась, в душе снова разверзлась темная бездна, ставшая для Алиши почти привычной. Только она старалась игнорировать ее, пока работала или занималась делами в особняке.

Исира сидела, потупив взгляд. Да уж, нелегко быть на побегушках у приемной матери, еще и по таким деликатным вопросам.

— Исира, я разберусь с этим. Другого выхода у меня просто нет. А убару передай мою благодарность, что пытается восстановить мир в нашем клане. Теперь извини, мне надо идти. Хорошего вечера.

Исира чуть вымученно улыбнулась и попрощалась, а Алиша быстро направилась домой. До особняка она добралась пешком, что заняло у нее порядка получаса. Теперь дома всегда были слуги и Сирин, и не надо было волноваться за Хайда. Пес даже не всегда слышал, когда она приходила, занимаясь своими важными делами на окраине участка или заснув в дальней комнате на втором этаже.

Алиша поздоровалась с Алариду и Ларой, быстро умылась и поднялась в свою спальню, отказавшись от ужина. Сирин, кажется, уже уснула, а Мэрота еще не было дома.

Теперь, когда в администрации вновь закипела работа, Скроу Рэм проводил все необходимые процедуры с мастером поздним вечером, а то и по ночам. Сирин даже начала жаловаться, что Мэрот приходит совершенно без сил и потом отсыпается целый день. Женщина явно тщательно держала свой характер в узде, но было видно, что она не привыкла долго терпеть или смиренно ждать. Алиша уже сейчас понимала, что Мэроту придется с ней очень непросто.

Но вряд ли у них все дойдет до крайности, как у нее в отношениях со Скроу.

Девушка зашла в спальню, провела кое-какие манипуляции с покрывалом и уселась на кровать, погрузившись в себя. В такие моменты, когда она окуналась в пропасть боли и обиды на Скроу, ее выручала разве что энергия клана. Она, как целительный бальзам, питала ее душу, затягивая щемящую бездну. К сожалению, Скроу совсем не использовал клановую энергию, чтобы залечить душевные раны. Он носил их почти с остервенением, не желая признавать, что это мучает его самого, а через него касается и всех остальных Митору, даже уже почивших предков. Впрочем, любой клан мастеров был пропитан такой родовой болью, что требовались немалые усилия, дабы исцелить даже очень старые раны.

Глубоко дыша, Алиша молила Митору о помощи, молила о том, чтобы они помогли Скроу, чтобы он преодолел холод отчуждения, а она смогла ему помочь. С ее губ срывались древние слова, подсмотренные недавно в одной книге.

В этот момент внизу послышались голоса, которые Алиша распознала лишь благодаря тому, что находилась на ином уровне восприятия.

— Завтра пробуем еще раз, — спокойно звучал голос Скроу.

— Это сложнее, чем я мог себе представить. Гораздо сложнее. Но я не сдамся, — отвечал ему Мэрот, едва ворочая языком. Судя по всему, Скроу помогал ему подняться на второй этаж, настолько мастер ослаб.

Алиша явственно ощутила вспышку страха, исходящую, кажется, от Лары, случайно столкнувшейся с мужчинами в холле и поспешившую укрыться в своей комнате. Неужели Скроу Рэм одним своим видом наводит ужас на простых жителей военного городка? Или просто сейчас он именно такой?

— Ты будешь стараться, пока мы не закончим, — сказал Скроу Мэроту, отпуская мастера у двери в его комнату.

— Конечно, командир, — устало произнес тот.

Скроу развернулся и пошел в «хозяйское» крыло. Черт, он подходит к ее двери! Алиша с трудом сдержалась, чтобы не попытаться выскочить в окно, такой ужас наполнил ее изнутри. Но она знала, что этот ужас — не только тот, что она испытывает здесь и сейчас, а весь, который она накопила, еще прячась по кабинетам от Риккерта, а потом избегая Скроу после своего первого предательства. Это был ужас, появившийся в ответ на определенные обстоятельства ее жизни, и сегодня она была полна решимости с ним покончить.

— Алирия? — услышала она голос Скроу и открыла глаза.

Он стоял перед ней напротив окна, в свете которого его силуэт напоминал наемного убийцу, пришедшего забрать ее жизнь.

Алиша вспомнила о совете убару броситься ему в ноги и молить о прощении, рыдать и стенать, но вместо этого больше всего на свете ей хотелось с криком броситься прочь. Так сильно, что вся воля уходила на то, чтобы просто не двигаться с места. Она оцепенела, словно мышь, увидевшая змею.

— Ты знаешь, для чего я здесь. И знаешь, какие чувства я испытываю. А я знаю, что сейчас испытываешь ты. Но не могу сказать, что меня это сильно волнует, — Скроу подошел к ней и слегка нагнулся, глядя ей прямо в глаза.

— Делай, что должен, — глухо ответила Алиша. Но все же отвела взгляд.

— Ну уж нет, я не насильник, к тому же, уверен, как бы я ни был отстранен, тебе все равно понравится. Понравилось же тогда? Так что я предпочту сделать так, чтобы ты просто ничего потом не вспомнила.

— Не смей применять на мне запрещенные техники, — прошипела Алиша, на этот раз серьезно испугавшись. Скроу, которого она знала, никогда бы не пошел на такое.

— Боюсь, время, когда ты диктовала условия, прошло, — заметил Скроу. — Поверь, у меня нет никакого желания делить с тобой постель. Но долг есть долг.

Алиша фыркнула.

— Сомневаюсь, что от такой связи получится благополучный ребенок и полноценная семья. Это нанесет клану больший вред, чем если бы ты оставался в нем один. А свою похоть можешь удовлетворить и в борделе, уверена, тебя там еще не забыли.

Неожиданно Скроу рассмеялся. Его смех показался Алише самым страшным, что она слышала в своей жизни.

— Что ж, по крайней мере, я попытался. Несмотря на все тобой совершенное, я все равно сделал первый шаг. Но нет, так нет. Кое-где, возможно, меня и вправду заждались.

В этот момент внутри Алиши будто что-то надломилось. Она вскочила и молниеносным движением схватила Скроу за рукав прежде, чем тот растворился в пространстве.

— Хорошо. Хорошо, Скроу, делай со мной, что хочешь. Я виновата, я это заслужила. Я дважды предала тебя, твое доверие, те отношения, которые мы так долго старались выстроить. Как будто мало ты намучился в жизни. Думаешь, я не понимаю этого? Думаешь, чувство вины не сжигает меня каждое утро, когда я просыпаюсь, и каждую ночь, когда ложусь в кровать? Однажды я предлагала тебе убить меня, но ты мне отказал и мучил меня своим отчуждением долгие недели. Что же, если в этот раз ты найдешь наказание изощреннее — я приму и его. Но прежде я приму всю ту боль, которую ты испытываешь. Я беру всю твою боль на себя, Скраскроу Рэм Митору.

Она произнесла последнюю фразу, глядя ему прямо в глаза. Скроу вдруг отшатнулся, а потом резко оттолкнул ее, отчего девушка упала на кровать.

— Что ты творишь? В твоем состоянии ты не вынесешь и половины!

— Но ты же несешь! Несешь это в себе уже много лет, накапливая все новые и новые витки отчаяния, обиды и чувства несправедливости. Я с этим покончу, и пусть это будет главным моим наказанием! — воскликнула Алиша.

Только сейчас Скроу заметил, что она сидит на покрывале, расчерченном символом его клана. Мастер метнулся к Алише, но словно натолкнулся на невидимую преграду.

— Ты погубишь себя, — прошептал он, но Алирия его уже не слушала. Она читала слова древнего заклятия клана, ножом вырезая на ладони три пересекающихся треугольника.

Книгу клана Митору она нашла, когда они упаковывали библиотеку Скроу для перевозки. Фолиант хранился на одной из дальних полок и никогда не привлекал внимания Алиши. Она тайком унесла книгу на работу и в свободные минуты читала ее, кропотливо разбираясь с написанным старинным языком текстом.

В книге излагались родословная и основные события из истории клана, и в чем-то она напоминала справочник, обрывающийся на поколении деда Скарскроу. Но встречались здесь и описания интересных техник и обрядов, с помощью которых члены клана могли влиять друг на друга или поддерживать в критических ситуациях. Отсюда Алиша и узнала о древнем ритуале перенятия боли другого члена клана. Якобы изобрели его чуть ли не первые целители из клана Ци, а к Митору он перешел по наследству. И Алиша решила, что, даже если все сработает, но она умрет, то хотя бы заберет с собой в могилу всю прежнюю боль и груз переживаний Скроу. В конце концов, эмпатия — одна из основных ее специализаций.

Скроу очнулся на рассвете, который в это время года наступал довольно поздно. Он лежал на полу в спальне Алиши и чувствовал себя превосходно. Словно и вправду заново родился, снова стал беззаботным ребенком. Но, вспомнив, какую цену за это пришлось заплатить, мастер вскочил, поспешно бросив взгляд на кровать.

Девушка лежала на ней без сознания. Узор на покрывале потемнел, будто пропитанный ее кровью, а рана на ладони покрылась тонкой бурой коркой. Рядом валялся злополучный кинжал.

Глаза Алиши были широко открыты, невидящим взглядом пронзая потолок комнаты. Скроу бросился к ней, подхватил легкое тело на руки, прислушался. Никакого биения сердца или токов энергии не было. Девушка не дышала.

Часть вторая. Остров Кракоту. Возвращение к корням. 1

Красивая стройная женщина с темными волосами и бледной кожей сидела в изголовье кровати и гладила ее по волосам. От этого простого, давно забытого жеста сердце Алиши болезненно сжалось.

«Как давно мы не виделись, мама…»

«Я всегда рядом. Просто раньше ты меня не замечала».

«Я очень скучаю».

«Да, родная, я тоже. Все будет хорошо».

Потом ноздри Алиши наполнил аромат яблок. Это было лучшее, что она ощутила за много дней. Или недель.

К ней часто приходили волки. Она всех их посчитала, всех знала по повадкам и цвету лохматых шкур. Они тыкались в нее носами, бодали и терлись жесткими боками. Девушка обнимала их и плакала.

Потом Мэрот стал одним из Митору.

«У тебя получилось, милый друг!»

Большой волк с рыжиной в густой шерсти почти не отходил от нее, иногда жалобно скуля.

«Ну что ты, как маленький? Хватит уже, прекрати!», — отпихивала его от себя Алиша.

Наконец, он ушел. У него появился детеныш. Сирин родила сына, его назвали Яромиру — в честь дяди Скарскроу.

Значит, она провела здесь уже около трех месяцев?

«Мама, почему я не могу вернуться? Я умерла?»

«Ты сможешь. Они выдернули тебя из мира мертвых, но твое сознание не хотело возвращаться. И теперь ты одновременно здесь и там».

«Значит, надо просто захотеть?»

Женщина провела длинными пальцами, поправляя прядь на лбу Алиши.

«Желание — это важный компонент. Но это не все».

Девушка задумалась, глядя куда-то перед собой.

«Он простил меня?»

«Он словно ветер. Все дует и дует, пока весь песок не сойдет и не обнажится истинная натура. И вот уже ты одна из Митору. Ловко он это провернул! А я так старательно скрывала…»

«Мама, тебе он что, не нравится?»

«Хотела бы я, чтобы моя дочь стала супругой Скарскроу Рэм Митору? Нет, даже в самых страшных снах. Я хотела, чтобы ты была счастлива. Ты нашла счастье с ним? Если да, то и я спокойна, дорогая».

«Ты ведь больше не покинешь меня? Мы сможем вот так видеться?»

«Обязательно. Они перекроили твое тело, и все сокрытое стало явным. Они открыли подземный ключ, и он бьет с новой силой, вознося тебя выше и выше. Когда сила наполнит тебя, ты очнешься».

Снова этот аромат яблок. Он просто сводил ее с ума.

Олла, это ты? Принеси мне яблок, ради всего святого!

Зара, Зара! Черт, ты ходишь здесь по несколько раз на дню, неужели так сложно выполнить мою просьбу?

Вода проводит электричество. Вот почему наша связь всегда так будоражила. Я — вода, он — молния. Это новое тело совсем не знало твоих ласк, Скроу Рэм. Но у меня есть память, есть воспоминания о ночах, которые мы провели вместе.

Ты здесь? Сидишь и винишь себя во всем? Для того ли я очищала энергию клана, чтобы ты снова затягивал его в пучину самобичевания?

Лучше бы ты занялся со мной любовью! Вода все очистит, все исцелит. Конечно, ты не слышишь меня, я ведь просто овощ, подключенный к аппаратам.

Я сама работала с такими пациентами, эти трубочки, капельницы, маска для дыхания. Спасибо хоть, отключили искусственную вентиляцию легких, я ведь вполне могу дышать сама. Какая же все это гадость!

Когда Алиша открыла глаза, стояла глубокая ночь. Она осторожно пошевелила пальцами рук и ног. Сначала чувствовалось онемение и словно чужеродность тела. Затем постепенно ее плоть стала наполняться теплом.

«Все тонкие тела будто присоединяются к физическому и подключаются к единой системе управления. А между собой их держит вода, повсюду вода», — Алиша наслаждалась этой невидимой жидкостью, заполнявшей все ее существо. Кажется, именно так ее и возвращали к жизни — поместили в закрытую капсулу с водой и буквально заново заставили работать все части тела.

«Да, мама, в ваше время такого не было», — подумала про себя Алиша, проваливаясь в сон.

— Савалья-дано, посмотрите на показатели — она больше не в коме, она просто спит! — Зара, видимо, только что вызвала личного медика убару. И Алишу разбудила заодно.

— Похоже на то. Пока ничего не предпринимай, надо понаблюдать. Я оповещу Скарскроу-тэма.

«Не надо! Он придет, а я в таком виде!», — капризно подумала Алиша, но ее сознание снова уплыло во тьму.

Следующей ночью, открыв глаза, девушка увидела дремлющую в углу молоденькую сиделку. Видимо, приставили на случай, если Алиша проснется. Но ей совсем не хотелось, чтобы сейчас начинался переполох. Не когда она так слаба и в столь ужасном виде.

Кожа да кости! Небось глаза ввалились, а лицо все желтое. А что с волосами?

Алиша аккуратно подняла руку и потрогала голову. На ней оказалась надета шапочка, но даже через нее девушка поняла, что волосы в ужасном состоянии.

«Они что, не мыли их все эти месяцы? Какой кошмар!»

Девушка вздохнула и решила взять ситуацию в свои руки. Кажется, все ее тела: физическое и энергетические, снова были связаны друг с другом. Можно было начинать балансировку и накопление резерва.

Алиша погрузилась в медитацию, плавно перешедшую в сон. Это было исцеляющее состояние, в котором каждая клетка тела наполнялась жизненной энергией. Как легко ей теперь это дается! И неудивительно, ведь она стала, как вода…

— Мне нужны яблоки, — Зара вздрогнула и отшатнулась, едва не выронив инфузионную систему.

Алиша устало открыла глаза. Ее рот был наполнен слюной, хорошо смочившей голосовые связки, отчего голос после долгого молчания оказался на удивление ясным, но словно чужим. Или дело в проведенной балансировке?

— Медовый сорт, они на рынке продавались три монеты за кило. Зара, я тебя очень прошу, беги сломя голову, — буравя своего лечащего врача взглядом, сказала Алиша.

Зара неожиданно улыбнулась, бросила манипуляции с капельницей и вышла из палаты.

«Отделение реанимации, мест в палате на три пациента. Значит, в военном городе все хорошо, раз я столько времени лежу тут одна», — подумала Алиша, оглядывая комнату.

Она снова попробовала пошевелить разными частями тела. Получалось все лучше.

Где-то через полчаса вернулась Зара с полной корзиной яблок.

— Прости, на рынке не было, пришлось бежать к одной знакомой торговке, ей с юга привозят. Вот, дай только помою, — девушка хотела уже зайти в санузел, но вдруг резко остановилась.

— Алирия, ты что, гипнотизируешь меня? Какие яблоки после четырех месяцев комы? Черт, а я и повелась на радостях!

— Извини, Зара, но мне они очень нужны. Я не хотела применять манипуляции, видимо, плохо еще себя контролирую. Мыть не надо, я так, — Алиша аккуратно приподнялась на руках, выдернула назальные канюли из носа и поспешно схватила яблоко левой рукой, свободной от катетера.

Зара обреченно упала на стул.

— Алиша, как ты себя чувствуешь? Помнишь что-нибудь?

— Погоди, мне надо поесть. Расскажи лучше, что это за новая технология такая? Я ведь не должна была выжить, верно?

Алиша вгрызлась в яблоко с жадностью путника в пустыне, наконец нашедшего воду.

— Осенью, пока ты трудилась в администрации, мы действительно завершили кое-какие разработки. Вернее, выкупили в Серузе чертежи и инструкции, и не без помощи специалистов, которых наняла убару. Я имею в виду специалистов по кибербезопасности. Но не суть. Ты стала первой, на ком опробовали новую технологию. Это, конечно, сродни чуду. Тебя как бы погрузили в криогенный сон, а потом искусственно привели в норму все органы и системы. Заново завели сердце и заставили все процессы работать. Но, самое главное, что этот аппарат удерживает не только жизнедеятельность физического тела, но и не позволяет энергетическим телам отделяться от него. Конечно, пришлось попотеть, но получилось! Поэтому я и спрашиваю: как ты себя чувствуешь?

Алиша закончила с одним яблоком и принялась за другое.

— А кто вместо меня теперь работает главой секретариата? — спросила вдруг она. Мысли в голове все еще скакали, причудливо переплетаясь.

— Честно говоря, я точно не знаю. Кого-то наверняка поставили, пока с тобой ситуация не прояснится, — ответила Зара.

— Скроу меня вовремя сюда доставил. Еще немного, и вы бы меня не вытащили, — задумчиво произнесла Алиша, не переставая жевать.

— Ты полночи пролежала на кровати, а Скарскроу-тэм — на полу без сознания, и только с рассветом он очнулся и отнес тебя к нам. Я все же поверить не могу, что ты пришла в себя, еще и так быстро восстанавливаешься!

Алиша хмыкнула под нос и вгрызлась в третье яблоко. Она поглощала их практически целиком, включая семечки, оставляя лишь самую сердцевину с веточкой.

В этот миг дверь в палату распахнулась, и внутрь вошел Скроу. За ним бежала медсестра.

— Господин Митору, накиньте хотя бы халат!

Но он быстрыми шагами подошел к больничной койке и уселся на второй стоящий подле нее стул.

— Алиша?

В его глазах не осталось ни обиды, ни отчуждения. Бедный, через какие муки он прошел за эти четыре месяца! Но выглядел Скарскроу даже моложе, чем Алиша помнила.

«Конечно, я ведь унесла всю его боль с собой в могилу. Страдания старят людей. А вдруг я, наоборот, стала старше, приняв этот груз на себя?»

Застыв с яблоком, не донесенным до рта, Алиша испуганно взглянула на Зару.

— У тебя есть зеркало? Неси сюда!

Зара встала, задумчиво посмотрела на стоящую рядом с кроватью корзину и вышла из палаты в поисках зеркала.

Алиша продолжила жевать спелый плод, молча глядя на Скроу.

Да, он точно помолодел и стал еще сексуальнее! Даже под всей этой одеждой, под скрывающей лицо маской его тело влекло девушку, как магнит. Вода проводит электричество…

Вернулась Зара, неся простенькое карманное зеркальце в пластмассовой оправе. Алиша с опаской взглянула в него.

Ей показалось или она вправду стала похожа на мать? Бледная, худая, глаза, словно черный омут на фоне белой кожи! А губы стали алыми от активного поглощения плодов. Но эта нелепая шапочка и волосы под ней… Нет, никуда не годится!

— Прости, но сейчас я не готова. Тебе лучше уйти, — глядя на Скроу, произнесла девушка и снова вгрызлась в яблоко.

Скарскроу посмотрел на Зару. Та слегка пожала плечами.

— Дайте ей время прийти в себя. Главное, она очнулась и быстро идет на поправку.

Мастер тяжело поднялся, бросил на Алишу задумчивый взгляд и вышел из палаты.

— Жаль его, но я совершенно не готова. Вот, когда выпишут… — вздохнула Алиша, глядя ему вслед.

Да он и со спины был чертовски привлекателен! Надо выздоравливать побыстрее…

Когда в корзине осталось три или четыре яблока, Алиша снова уснула. Ночью ее разбудил урчащий живот, явно не ожидавший внезапного нашествия фруктов. Алиша поерзала и поняла, что на нее надет подгузник для взрослых, но это ее совершенно не устроило.

Она приподнялась и первым делом вынула катетер из вены. Пришлось применить технику регенерации несколько раз, прежде чем дырочка на коже полностью затянулась. Видимо, ее силы все еще очень ограничены.

Затем Алиша попробовала свесить ноги с кровати. Сидеть пришлось минут двадцать, борясь со слабостью и головокружением. Но она справилась. Призвав все свои силы, девушка осторожно поставила стопы на прохладный пол. Пошевелила мышцами ног. Выдержат ли? Алиша медленно перенесла вес и соскользнула с больничной кровати, держась при этом за край. Поскольку она лежала в реанимации, койка располагалась довольно высоко от пола, и девушка использовала ее как дополнительную опору.

Устоять было непросто, но голова уже не кружилась. Алиша выпрямилась и, перебирая руками по кровати, переместилась к изножью. Схватилась за спинку стоящего стула, оттуда — привалилась к стене и медленно поползла вдоль нее в сторону санузла.

Ближе к входу был вмонтирован унитаз, а дальше размещалась небольшая душевая кабина. Девушка с неприязнью стащила с себя подгузник, а, сидя на стульчаке, избавилась и от длинной больничной рубашки. Смыв воду, она буквально соскользнула на пол кабины, медленно открыв оба крана. Поток воды набрал силу, Алиша с досадой скинула шапочку и подставила голову под струю. И тут же почувствовала, как становится легче. Словно вода укрепляла ее, помогала исцелить то, что не смогла она сама.

После душа Алиша ощутила себя на порядок лучше. Правда, никаких средств гигиены, кроме куска мыла, в санузле не нашлось, но девушка довольствовалась и этим. Она вышла распаренная, с влажными спутанными волосами и уже гораздо меньше держалась за стену. Возвращаться на прежнюю кровать не хотелось, и девушка легла на койку рядом, укрывшись свежей простыней, которую обнаружила на небольшой полке.

«Надо будет попросить хотя бы подушку, а то совсем неудобно», — подумала Алиша, блаженно проваливаясь в сон.

* * *

На следующий день Алирию навестила убару, недавно вернувшаяся из столицы. В сопровождении Савальи, Зары и Мэдо она прошла в палату, обнаружив девушку безмятежно спящей на соседней койке.

— Мы пока не можем понять, что с ней. Восстановление происходит очень быстро, но она явно не в себе. К ней также вернулась часть прежних способностей, однако она их плохо контролирует.

— Переведите в отдельную палату терапии и наблюдайте, — распорядилась убару.

Зара подошла к Алише и тронула за плечо, но девушка и так уже не спала.

— Пить… — попросила она, не открывая глаза.

Ей принесли бутылку с водой, и она выпила ее до дна.

— Алирия Митору, мы все очень рады, что вы вернулись к нам. Скажите, как вы себя чувствуете? — обратилась Яни к пациентке.

Алиша с трудом сконцентрировала взгляд на убару.

— Я все еще очень слаба. Отведите меня домой.

— Боюсь, пока вам лучше побыть в госпитале. Савалья-дано лично будет наблюдать за вашим восстановлением и распишет лечение. Прошу неукоснительно выполнять все процедуры.

— Позовите Скроу, — попросила Алиша, снова проваливаясь в забытье.

Она очнулась уже в другой палате, поменьше размером, но более уютной. Кровать была обычной, с удобным матрасом и подушкой.

На стуле рядом с кроватью сидел Скроу. Вне обыкновения, его маска была стянута, а на плечи накинут белый халат. Он неотрывно смотрел на нее, и только левый глаз, пересеченный шрамом, оставался слегка прищуренным.

— Это ты! — улыбнулась Алиша и потянулась к нему, заключив в объятия.

Он наклонился, бережно обняв ее в ответ, и оба ощутили неимоверное облегчение. Алиша зарылась пальцами в его всклокоченные волосы, вдыхая аромат тела, и ощутила в груди почти щемящую тоску по нему.

Ее губы скользнули по его уху, потом по щеке, и она стала целовать его лоб, глаза, поросшие щетиной щеки…

— Что ты делаешь? — удивленно спросил Скроу, беря лицо Алиши в ладони и чуть отстраняясь.

— Я очень соскучилась по тебе, — прошептала она.

— Я тоже. Видеть тебя в сознании, говорить с тобой — это словно какое-то волшебство. Впервые в моей жизни произошло что-то на самом деле хорошее.

Алиша взяла его руки в свои.

— Прости меня. Я доставила тебе столько хлопот, столько ненужных переживаний. Я ничего так не хочу, как просто быть рядом. Чтобы мы жили, как раньше, одной семьей…

— Ну, если ты помнишь, семья у нас теперь несколько расширилась, — улыбнулся Скроу.

— Я знаю. Ты назвал мальчика в честь своего дяди, не так ли?

— Значит, ты запомнила то, что я тебе здесь рассказывал? Правду говорят, что люди в коме часто видят и чувствуют все, что происходят вокруг?

— Все очень запутанно. Я помню то, что было и чего не было. И что происходило не здесь, тоже помню.

— Уверен, со временем твои мысли улягутся. Главное, что ты снова здесь, со мной. И я желаю лишь, чтобы ты скорее поправилась и вернулась домой.

— А убару вернет мне должность? — спросила зачем-то Алиша.

— Если захочешь. Или даст новую, — хмыкнул Скроу, поднимаясь.

Алиша заметила, как на поясе его штанов блеснула необычная пряжка: тонкие металлические линии изображали символ клана Митору — три пересекающихся треугольника.

Девушка удивленно коснулась их, на секунду заставив Скроу замереть — жест вышел довольно интимным.

— Это раритет клана Митору, найденный, между прочим, не без помощи твоей подельницы Деи, — пояснил Скроу. — Оказывается, она состоит в группе охотников за разными артефактами и, видимо, таким образом попыталась загладить вину.

— Я слышала, Дея и ее команда также помогли раздобыть чертежи для восстановительной капсулы, с помощью которой меня вернули к жизни. Пользы от Стрекозы явно больше, чем вреда.

— У вас есть нечто общее — пренебрежение многими правилами, например. К счастью, она хотя бы не басилиска. А к несчастью — первоклассный хакер, и сейчас я уже сомневаюсь, что из этого хуже… — вздохнул Скроу.

— Мне не хочется больше нарушать правила. Я слишком устала… — пробормотала Алиша, откидываясь на подушку.

— Ну, это только пока, — усмехнулся Скроу. — Отдыхай, я зайду вечером.

«Надо поскорее поправиться, чтобы вернуться в особняк. Вернуться к Скроу», — твердо решила девушка и провалилась в сон.

2

В этом году весна выдалась ранней, в апреле было тепло, словно летом. Каждый день Алиша с завистью смотрела в окно на синее небо и стремительно покрывающиеся зеленью деревья. И каждый день просила то Зару, то Савалью, то Мэдо отпустить ее домой. Но они хотели понаблюдать за состоянием Алиши, ведь ее случай для агнирских медиков-дано был и впрямь уникальным.

Скроу проводил с ней каждую свободную минуту, но их у заместителя убару было не так уж много. Как и ожидалось, Го пошел на все ухищрения, чтобы обвинить Агнир в манипуляциях с Сирин, и Яни бросила основные силы на тонкую дипломатию.

Саму Сирин, к счастью, практически не трогали: она стала членом клана Митору, как и Мэрот, и их новорожденный сын. И никакие политики не могли с этим ничего поделать. А вот Скарскроу, как главе клана, а вместе с ним и убару изрядно доставалось. Они много времени проводили в столицах Агнира и Го, но, насколько поняла Алиша, совет князей даже нашел некоторые плюсы в создавшейся ситуации и в кои-то веки начал прижимать экономически ослабленное Го к стенке.

Поэтому Скроу Рэма Алиша видела нечасто. К тому же она спала порой по шестнадцать часов в сутки. Спала без снов и видений, хотя иногда ей хотелось снова встретиться со стаей волков Митору или, еще больше — со своей матерью. Девушка не сомневалась, что Лая Катовска была басилиской, но из какого клана или страны, не имела ни малейшего понятия.

Наконец, в конце апреля Савалья уступила просьбам Алиши и выписала ее из госпиталя, назначив постельный режим в течение следующих пяти недель. Зара-дано должна была навещать ее минимум дважды в день и фактически выполнять роль сиделки.

Алиша поблагодарила врачей и подписала все необходимые документы. В те дни убару и Скроу снова отсутствовали, а Зара оказалась занята и обещала зайти ближе к вечеру, поэтому Алише удалось выскользнуть из госпиталя в одиночестве и насладиться неспешной прогулкой.

«Вот уже в который раз новый этап моей жизни начинается после того, как я покидаю стены этой больницы, — раздумывала Алирия. — Впервые я попала сюда после изнуряющего перехода по горам из Го в Агнир в сопровождении Скроу. Затем, когда плеть Ко-Нуча лишила меня всех с таким трудом приобретенных сил. И вот теперь, после четырех месяцев комы и восстановления я выхожу отсюда, снова чувствуя себя новым человеком».

Алиша тщетно пыталась осознать, что и насколько изменилось в ней за этот период. Тело, пусть и сильно исхудавшее, принадлежало, несомненно, ей и только ей. Да, системы организма перезапустили, а ее дух долго блуждал между мирами, но она все та же Алиша, родившаяся в горной деревне Рисии, переехавшая в Го, а затем ставшая членом клана Митору.

Куда сложнее дело обстояло с сознанием. Если раньше девушка четко ощущала две живущие в ней субличности: студентки, пытающейся всем доказать, что она достойна быть мастером-дано и частью легендарного клана, и басилиски, чьи способности и знания находились за гранью понимания даже некоторых состоявшихся мастеров, теперь эти сущности будто слились воедино и к ним добавилось нечто третье.

Возможно, то запечатанное наследие, о котором говорила ее мать? Вдруг в ДНК Алиши проснулись гены материнского клана, который, судя по всему, черпал свои силы из водной стихии? И эта новая энергия, плавная, успокаивающая, исконно родовая, смывала все тревоги, метания и страхи, которые раньше беспокоили Алишу.

Она стала другой, но не могла до конца понять, какой именно. Возможно, она повзрослела, так как начала чувствовать себя еще более похожей на мать.

Только вот ее способности все еще находились в весьма плачевном состоянии. И дело не только в боевых приемах, для них Алиша была еще слишком слаба. Даже мелкие техники, которые свободно использовали мастера в повседневной жизни, давались ей с трудом. Неужели после трансформации влияние плети K°-Нуча продолжало действовать? Алиша поделилась своими опасениями с Зарой и Савальей, но пока они ничего не могли с этим поделать. Оставалось ждать, когда организм окрепнет, и начинать все сначала. Радовало лишь то, что знаний и опыта у Алирии было достаточно, чтобы не чувствовать себя первоклассником в первый день школы.

В этих мыслях юная Митору миновала центр города и повернула в северную часть, где в частном секторе располагался их клановый особняк. Интересно, Сирин продолжила делать ремонт и обновлять это огромное хмурое здание? Вероятно, после родов ей было не до обустройства, но, может, дом стал хоть немного уютнее.

Перейдя через мост реку, которая отделяла старый район от остального города, Алиша в нерешительности застыла, издалека глядя на виднеющуюся темную крышу особняка. На ее месте любой бы задался вопросом, что делать дальше и какое место ей теперь занять в клане, да и в военном городе?

Алирия знала ответ: несмотря на юный возраст и произошедшие с ней злоключения, она была аббасу — главной женщиной клана Митору. Неважно, какие отношения у них были со Скроу и смогут ли они обзавестись детьми. Это ее место в существующей иерархии, и пора ей занять его. Она больше не студентка, да и в обычной жизни вполне могла бы уже обзавестись семьей. Никто не забирает у нее свободу оставаться собой или иногда проводить время с друзьями. Но и относиться к Скроу как к опекуну, к которому она попала по иронии судьбы, на деле желая лишь веселиться и не думать о последствиях своих выходок, она больше не могла.

Первое, что услышала Алиша, зайдя в дом, был детский плач. На втором этаже в комнате, где у бывших жильцов располагалась детская, Сирин укачивала малыша. От нее веяло усталостью и легким раздражением.

Внизу Аларида готовила обед. Лара, судя по всему, вышла по делам, а Мэрот сопровождал Скроу Рэма в столице. Кажется, мастер постепенно реабилитировался, и не без помощи главы клана, который не упускал возможности использовать его как личного помощника и компаньона.

Алиша не стала заходить к Сирин, а уединилась в своей спальне. Здесь все было чисто вымыто, а от проведенного ритуала не осталось и следа. Девушка ясно вспомнила, при каких обстоятельствах они встретились со Скроу в «том» периоде ее жизни. Сколько боли и обиды было в них обоих и какой лютый холод они породили. Сердце болезненно защемило, и больше всего на свете Алише захотелось обнять Скроу, прижать к себе и никогда не отпускать.

Девушка глубоко вздохнула и легла на кровать. Все же сил у нее было еще не так много.

— Госпожа, как вы тут оказались? — Лара и Сирин застыли над Алирией в полном недоумении.

— Меня выписали, — сонно ответила та, приподнимаясь.

— И ты не сообщила? — резонно удивилась Сирин.

Алиша пожала плечами.

— Я просто вернулась домой. Суета и шум мне нужны в последнюю очередь, тем более, у тебя и своих хлопот хватает.

Сирин лишь покачала головой.

— Лучше бы предупредила. Мне жаль, что я не смогла навестить тебя в госпитале, но могла хотя бы подготовиться к твоему возвращению.

— У тебя только родился ребенок, а вокруг меня, к счастью, хватало врачей и нянек. Не переживай об этом. Какое-то время я буду еще восстанавливаться и подолгу спать. И ко мне часто будет заходить Зара-дано, мой лечащий врач.

Алиша спустила ноги с кровати.

— Госпожа, может, вам принести обед? Мама приготовила овощное рагу и гуляш, — предложила Лара.

— Я спущусь поесть в столовую. Наконец-то какое-то разнообразие в пище! — попыталась отшутиться Алиша.

— Ты ужасно похудела, кожа да кости. Готовься, Аларида это так не оставит, — хмыкнула Сирин, присаживаясь рядом с Алирией на кровать. Было видно, что женщина и сама сильно утомлена.

Лара тем временем ушла хлопотать на первый этаж.

— Почему ты не наняла няню? Сама еле на ногах держишься! — поинтересовалась Алиша у Сирин.

Та неопределенно повела плечами.

— Яромиру всего два месяца, и вроде сначала мы неплохо справлялись. Ты же знаешь, мастерам для сна хватает трех-четырех часов, и Мэрот почти всегда был рядом с сыном, а я могла выспаться. Но потом его стали чаще привлекать к различным заданиям, а я сама не заметила, как погрузилась в вечный недосып.

— Что же, тогда подыщем хорошую нянечку в ближайшее время. Материнством нужно наслаждаться, особенно когда есть возможность обеспечить себе и ребенку комфорт.

— Алиша, мне до сих пор кажется, что все это какой-то нереальный сон. Я мать, живу в огромном старом особняке, мой муж и сын — носители редких генов мастеров. Понимаю, это ни в какое сравнение не идет с тем, что ты пережила, но в голове никак не укладывается…

— У меня так было, когда я оказалась наедине с мастерами в горах между Го и Агниром. Мне было девятнадцать, и я поверить не могла, как меня за пару дней из университета занесло в зону боевых действий, еще и в компанию агнирского спецотряда, за которым велась погоня. А Скроу был абсолютно беззащитным в те дни, прямо как твой ребенок сейчас, — улыбнулась забавному сравнению Алиша.

Сирин кивнула.

— Мы обе попали сюда по воле необычных обстоятельств. Но я всегда знала, чего хочу от жизни, и не могу до конца смириться с таким поворотом. Разумеется, я осознаю, что навсегда привязана к клану, ребенку и Мэроту, но иногда прихожу от этого в ужас.

Алиша снова откинулась на подушку, ощутив легкий приступ дурноты. Но виду не подала, только сказала:

— А для меня самое ужасное — потерять клан. Потерять кого-то из вас или Скроу. И другой жизни, другой семьи мне не нужно.

* * *

Дома спалось гораздо лучше. К ней в комнату повадился заходить Хайд, и иногда Алиша позволяла псу залезть на кровать и согревать ее. Тот, разумеется, был в восторге, а девушка быстро засыпала и набиралась сил.

Но однажды в сумерках к ней на кровать забрался вовсе не Хайд. Алирия сонно потянулась к источнику тепла, с удивлением наткнувшись на мускулистую грудь Скарскроу.

— Ты вернулся! — обрадованно прошептала она, прижимаясь к нему.

— Куда важнее, что ты вернулась, — сказал в ответ он, обнимая ее. — И тебе срочно надо набирать вес, иначе я рискую однажды потерять тебя на этой огромной кровати.

— О, господин Митору шутит? Это что-то новенькое. Видимо, мои старания не прошли зря, — игриво заметила Алиша, запуская пальцы в его отросшие темные волосы.

Она почувствовала, как тот слегка покачал головой.

— Твои старания чуть не свели тебя в могилу. И меня заодно. Надеюсь, слова о том, что ты хочешь спокойной жизни, все еще в силе, потому что в следующий раз судьба может и не оценить неоправданный риск, которому ты то и дело подвергаешь себя и окружающих.

Алиша вздохнула.

— Разумеется, я понимаю, что совершила, и как это выглядит в глазах опытных мастеров, таких как ты или убару. Я была словно ребенок, которому дали взрослое оружие. Моя психика не была к этому готова, я постоянно искала способ вернуться в состояние беззаботной юности и принимала решения, исходя из этой позиции, не осознавая, что несу ответственность за силу, которой обладаю, а еще — за клан, частью которого стала. Только вот и сейчас я еще не знаю, какой стала, не до конца понимаю, что во мне изменилось…

— Не спеши с этим, — в темноте Скроу провел рукой по ее щеке. — Физическое восстановление займет у тебя еще не один месяц, но трансформация внутренняя — возможно, не один год. Такое происходит с мастерами после больших потрясений, да и не только с мастерами. Но тебе предстоит заново собирать себя, свою суть. Это не то дело, которым стоит заниматься впопыхах.

— Ты прав. Я морально к этому пока и не готова. Но кое-что все же предпочту не откладывать в дальний ящик, — с улыбкой произнесла Алиша и приникла губами к губам Скроу.

Она думала, он начнет отговаривать ее, убеждать, что ей следует подкопить сил или что возможные последствия в виде беременности окажут нежелательную нагрузку на ее и так ослабленный организм.

Но он ничего не сказал, ответив на поцелуй со своей обычной сдержанной страстностью, сводящей ее с ума.

И вскоре она поняла, почему Скроу не сопротивлялся — он использовал близость с ней, балансируя их клановую энергию! Воистину, этот мастер ничего не делает просто так.

Но все же в ней кое-что изменилось. Из потаенных недр ее существа поднималась волна новой стихии, ранее спящей глубоко внутри. Скроу ласкал ее тело, а Алиша чувствовала, как с каждым новым движением всепоглощающий поток будто окутывает их обоих.

Он ощутил этот поток, когда вошел в нее. Теперь не только Алиша содрогалась под ним от наслаждения, словно ее пронзали электрические разряды — Скроу тоже оказался вовлечен в водоворот сладострастия, ощущая, как не только его тело, но и душу охватывает благословенное течение, смывающее все мысли и тревоги, заполняющее сознание неведомым умиротворением, удивительным образом сочетающимся с тонким эротизмом.

После они лежали бок о бок, в тишине ночи пытаясь понять и принять новые ощущения. Алиша чувствовала себя наполненной энергией клана, и эта энергия увеличивала ее жизненные силы, органично проникая и сочетаясь с ее новым состоянием.

Скроу же думал о том, являются ли его ощущения итогом исцеления рода Митору, после которого он и впрямь стал острее чувствовать все происходящее, или же Алиша обрела какие-то новые способности. И были ли эти способности результатом медицинского эксперимента, личной трансформации или влияния каких-то иных сил, которые проснулись в ее генах за период пребывания в коме?

Девушка и сама задавалась подобными вопросами. Но сон сморил ее скорее, чем она решилась их задать.

А с утра Скроу поспешил в администрацию, поцеловав Алишу на прощание, пока она еще спала.

Последующие дни девушка провела в особняке под тщательным присмотром Зары, а половину суток и вовсе пребывая во сне. Но часы бодрствования Алирия не собиралась терять зря.

Прежде всего, она попросила Лару посвятить ее в текущие финансовые дела клана, которые та взяла на себя в силу сложившихся обстоятельств. Кроме того, Алиша старалась хотя бы пару часов в день проводить во дворе, где для нее установили садовые качели. Также она занялась подбором няни для Яромиру и по возможности пыталась помочь Сирин в уходе за малышом, хотя чаще всего просто присматривала за ним, пока тот спал, давая женщине время хоть немного заняться собой.

Через неделю Алиша стала приглашать в гости старых подруг. У нее пока не было сил участвовать в мероприятиях или даже добраться до горячих источников, но зато были все условия, чтобы принимать гостей. К ней стали заходить Олла, Исира, Дея и Рина, а к последней иногда присоединялась и Мелли.

Гирокиру, Алек и Сирош воздерживались от визитов, не желая излишне обременять девушку и ограничиваясь вежливой перепиской. Оук передавал пожелания о скорейшем выздоровлении через Оллу, с которой у них вроде установились серьезные отношения. Алиша не преминула уточнить, идет ли дело к официальному воссоединению, но Олла только пожала плечами. Клан Оука был немногочисленным и давно превратился в несколько отдельно живущих семей. Олла была знакома с его родственниками и полагала, что в их ситуации правильным будет начать жить отдельно. Но все же связь с мастером — шаг серьезнее, чем сожительство с обычным мужчиной, и девушка пока находилась в раздумьях, готова ли она раз и навсегда связать свою жизнь с его родом. Алиша понимала сомнения подруги и ни к чему ее не склоняла.

Не менее интересно ей было узнавать от Исиры новости из администрации и происходящих в мире событиях. Именно воспитанница убару поведала ей обо всех хитросплетениях дипломатии между Агниром и Го, за которой с напряжением наблюдали соседние страны. Рисия, как всегда, держалась в стороне, Серуз по исторической памяти пытался поддерживать Го, но не слишком осложнять жизнь Агниру, памятуя, что с сильнейшим открыто не спорят. Танши в дела «белолицых», как они называли представителей основной расы материка, не лезли — им хватало проблем с островными государствами и колониями, где то и дело вспыхивали мятежи, а то и вершились революции. Северные страны также балансировали между нейтралитетом и точечной поддержкой то одной, то другой стороны в зависимости от собственной выгоды.

Зато Агнир продолжал укреплять отношения с островным государством Кракоту, расположенным на востоке за несколько сотен миль от побережья материка. Остров Кракоту по территории едва ли уступал Рисии, был вытянут с севера на юг и последние десятилетия укреплял не только свою политическую независимость, но и торговые связи со многими материковыми странами. Поскольку восточное побережье материка было поделено между Агниром, Рисией, Танши и северной страной Балаквой, именно с ними Кракоту и имел наиболее тесные экономические отношения. Агнирские князья делали ставку на дипломатические связи с островом и его правителем Момору Ардом, который, кроме всего прочего, сам происходил из древнего рода мастеров.

Рассказы Исиры о дипломатических взаимоотношениях в мире и укреплении позиций Кракоту навели Алишу на мысль о главной головной боли: отступнике Ко-Нуче и его треклятой плети, лишившей ее силы. Девушка подумала, что было бы неплохо спуститься в архив администрации и постараться найти побольше данных об этом мастере и его способностях. Возможно, это поможет ей в разрешении вопроса о возврате к прежнему состоянию.

Правда, вход в архив ей был теперь заказан, поскольку она больше не работала в секретариате убару. Зато у нее были Исира и Дея, которые имели почти абсолютный доступ к любым помещениям и источникам данных военного города.

Неунывающая Стрекоза приходила к Алише чаще остальных. Она же снабдила девушку первым в ее жизни портативным компьютером, показав, как заходить в открытые базы данных администрации и знакомиться с основными новостями города.

Митору же не упустила возможности поинтересоваться у мастера по информационной безопасности, как ей удалось раздобыть редкую реликвию клана в виде поясной пряжки, о которой даже сам Скроу имел весьма смутное представление.

Дея в своей деловой манере поведала, что ее сообщество хакеров помимо борьбы с отдельными киберпреступниками или целыми структурами на досуге занимаются так называемым поиском сокровищ: собирают и структурируют информацию о редких реликвиях, принадлежавших высокородным семьям, включая кланы мастеров, в надежде обнаружить их местонахождение. Самое интересное, что в случае обнаружения таких редких предметов сообщество обычно отправляло их анонимной почтой либо представителям семей, либо в главные музеи или министерства культуры государств, с которыми была связана история реликвии. Для хакеров это был своеобразный квест без цели обогащения, и одной из таких находок оказался древний символ клана Митору, который изначально якобы был прикреплен на какое-то оружие, а позже использовался как бляшка для ремня главы клана, однако был утерян одновременно с гибелью прапрадеда Скарскроу во время очередной войны на материке.

— И много таких вещей было вами найдено? — поинтересовалась Алиша у подруги.

Дея неопределенно повела плечами.

— Такого уровня — единицы, что естественно. Куда чаще удается найти не столь уникальные вещи: различные свитки с записями, обычные вещицы, принадлежавшие знаменитым семьям или кланам в старые времена, а то и вовсе их обломки. Но ты же знаешь, любой музей или пекущиеся о своем наследии представители древних родов отдадут многое, чтобы получить даже мало что значащий для нас предмет. Ведь это их история, кусочек их памяти. Так что мы не скупимся и тем самым нарабатываем себе положительную репутацию, — усмехнулась Стрекоза.

— Надеешься, когда-нибудь она поможет выйти тебе или твоим подельникам из сомнительных ситуаций? — с улыбкой спросила Алиша.

Дея рассмеялась.

— Это вряд ли. Но мы не позиционируем себя каким-то определенным образом. Кто-то считает нас своеобразной полицией нравов в информационном пространстве, кто-то, напротив, опасными киберпреступниками, а вот работники культурной сферы видят в нас эдаких «охотников за головами», от которых пользы явно больше, чем вреда. Наверное, поиск различных занятных вещиц для нас сродни социальной миссии. Не все же хитроумные коды придумывать.

— Кстати о хитроумных схемах. Я бы хотела изучить доступную информацию об отступнике Ко-Нуче и его оружии, жертвой которого я стала, — поделилась Алиша. — Конечно, я читала отчеты экспертизы по исследованию как его ДНК, так и особенностей плети, но, видимо, надо копать глубже. Понять, как он создал такое оружие и какими особенностями обладал сам, чтобы разгадать ее влияние на тело и биополе человека. Ведь даже после моей фактической смерти и воскрешения я так и не смогла вернуть себе былые способности.

— Да, это загадка не из легких. Я посмотрю, что есть у нас об этом мастере и его оружии. Можно прошерстить и бумажный архив, я давно убедилась, что там хранится огромное количество информации, о которой наша команда понятия не имеет. Жаль, у меня нет времени до нее добраться, да и цели особой нет, если это не касается очередной зацепки в наших поисках сокровищ, — усмехнулась Стрекоза.

— Славно! Тогда, как только я немного окрепну, выберем день и проведешь меня в архив, — воодушевилась Алиша.

3

Осуществить свой план девушке удалось только в июне. И не потому, что она долго выздоравливала, а из-за постоянных дел, которые возникали то у Деи, то у нее самой.

Зара по-прежнему регулярно навещала Алишу, а несколько раз в неделю ее и вовсе отвозили в госпиталь на дополнительные обследования. Мэдо-дано придирчиво изучал анализы и советовался с Савальей, после чего они подолгу перебирали пути лечения, действуя подчас интуитивно.

Алиша понимала их замешательство. Никого раньше не возвращали к жизни с помощью подобной технологии, тем более, когда смерть наступила не от болезни или ранения, а вследствие проведения древнего кланового обряда. И если с восстановлением после комы медики имели немало опыта, то причина произошедшего явно сбивала их с толку.

— Ты же тоже дано, Алирия, — обратилась к ней однажды Зара. — Сама не думала, что может пойти тебе на пользу?

— Думала, конечно, — пожала плечами та. — Но кроме обычного в таких случаях медленного восстановления с приемом поддерживающих препаратов и процедур ничего в голову не приходит. А я, честно признаться, безумно устала от всего этого. И главной проблемой считаю вовсе не свою клиническую смерть или как там правильно в моем случае, а тот факт, что способности ко мне так и не возвращаются. И не потому, что я ослабла, а все из-за той же плети K°-Нуча. Она не дает мне покоя, понимаешь?

Зара задумалась.

— Тут явно кроется какая-то загадка. Я не так пристально занималась этим вопросом, разве что когда мы только столкнулись с действием оружия, но экспертиза не показала ничего особенного. Обычный предмет, который питает энергия носителя. В данном случае плеть просто высасывала силы противников, передавая их хозяину. У тебя все должно было давно восстановиться, и доступ к резервам в том числе.

— Я хочу отправиться в архив и более пристально познакомиться со всей информацией, — серьезно произнесла Алиша. — Не только с экспертизой наших ученых, но и с биографией этого Ко-Нуча и вообще всем, что только смогу о нем найти.

После этого разговора она не стала откладывать дело в долгий ящик. Алирия договорилась с Деей и через пару дней, когда убару со своими заместителями, включая Скроу Рэма, отбыла на очередные переговоры в Го, отправилась в администрацию.

Немного горько было осознавать, что она больше здесь не работает. Пришлось получать обычный гостевой пропуск, а потом следовать за Стрекозой, открывающей все запертые электронными замками двери. Но Алиша прекрасно отдавала себе отчет, что на постоянную деятельность в администрации у нее пока совершенно нет сил.

Архив встретил их обычной тишиной и рядами аккуратных стеллажей с коробками.

— Когда захожу сюда, каждый раз думаю, что именно так в реальности и выглядели бы наши виртуальные хранилища с информацией. Все очень похоже, на самом деле, — поделилась мыслями Дея.

— А я думала, ты переживаешь, что все это когда-нибудь предстоит оцифровать, — улыбнулась Алиша в ответ.

Стрекоза махнула рукой.

— Если этим и будет кто заниматься, то какой-нибудь техник. А если что-то понадобится мне, из-под земли достану в любом виде.

— Что же, рада такому энтузиазму. С ним мы точно накопаем все необходимое об отступнике Ко-Нуче, — подзадорила подругу Алирия.

С этого дня началась ее работа в архиве. Раздел с информацией об отступниках был отделен от остальных стеллажей. Информация по Ко-Нучу ожидаемо быстро нашлась по алфавитному указателю и состояла из нескольких папок. Алиша погрузилась в изучение документов.

Мастер происходил, как она уже знала, с острова Кракоту, где в период его взросления хозяйничали таншинцы. Он участвовал в освободительном движении, где и раскрыл свой потенциал в полную силу. Но в установившейся монархии места амбициозному Ко-Нучу не нашлось, и он какое-то время промышлял в полукриминальных кругах острова, а после перебрался на материк. Примерно в этот период у него и появилось оружие, прославившее его в мире отступников. Но о плети K°-Нуча было известно немногое, да и экспертиза самой плети, предусмотрительно принесенной Алишей в военный город, не дала ответов на интересующие ее вопросы. Наверное, дело было все же в самом хозяине и его мастерстве.

Алиша скрупулезно знакомилась с бумагами, понимая, что ей может помочь любая случайная крупица информации. Дея по возможности присоединялась к ней, а чаще рыскала по соседним полкам, ища информацию об упомянутых в отчетах других мастерах или событиях, которые были как-то связаны с Ко-Нучем и могли пролить дополнительный свет на происходящее.

Девушки довольно много узнали о мире отступников, связях между преступными группировками и непростой истории Кракоту, но о самом Ко-Нуче и его подельниках удалось раздобыть лишь крохи.

В итоге Дея наткнулась совсем на другую информацию, которая ее сильно заинтересовала.

— Уже в нескольких местах читаю упоминания, что якобы нынешний король Кракоту Момору Ард и его династия держатся у власти благодаря некому талисману, который они хранят у себя во дворце. Наверняка это какая-нибудь древняя реликвия, возможно, одна из тех, которую мы ищем, — вслух размышляла Стрекоза, но Алиша видела, как загорается в глазах искательницы сокровищ азартный огонек.

— Может, они просто выдумали это, чтобы укрепить свою власть? — пожала плечами Алиша. — Во всяком случае, вряд ли вы доберетесь до этой штуки.

— Цель — не добраться, а узнать, что это, и, возможно, закрыть какое-нибудь белое пятно в наших поисках, — уточнила Дея. — Ты пока продолжай, а я сбегаю к компьютеру, надо кое-что пробить.

И Стрекоза, в своем стиле, умчалась наверх.

Алиша закрыла последнюю папку с документами о Ко-Нуче и решила пройтись по отступникам, родиной которых был Кракоту, и жившим на острове в период, когда там промышлял обладатель злополучной плети.

Девушка распрямила затекшие ноги и стала перебирать папки, стоящие по алфавиту дальше буквы «К». Внимание Алиши привлекла толстая папка, содержащая данные о басилиске Эрзане, которая была родом из Агнира, но сбежала на Кракоту сразу после обретения островом независимости. Кажется, Кракоту принимал у себя многих дезертиров и давал им укрытие подчас надежнее таншинских джунглей. Интересно, эта басилиска до сих пор скрывается там?

На Эрзане список закончился, и Алирия перешла к началу. Она тщательно просматривала даже самые тонкие папки, пытаясь составить общую картину происходящего на острове в последние двадцать лет.

Очередное дело, вытащенное ею со стеллажа, на секунду заставило девушку оторопеть. Под незнакомым именем на тонкой картонке была приклеена фотография молодой женщины, в которой явно угадывались черты Лаи Катовски, ее матери.

Алиша даже присела, сжав в руках худую папку. На обложке значилось «Лайан Геруди», а внутри лежала всего пара листов.

Девушка торопливо пробежалась глазами по написанному, все еще плохо осознавая происходящее.

Согласно скудным документам басилиска из клана Геруди, уроженка острова Кракоту, была направлена в Танши то ли в составе дипломатической миссии, то ли в качестве соглядатая. Но обязательств своих не выполнила и, предположительно, сбежала, после чего была объявлена в международный розыск.

Произошло это еще до революции на Кракоту, а дипломатическая миссия была организована временным правительством, которое пыталось договориться с бывшими колонизаторами, но в итоге было сменено монархической властью. Монарх, видимо, на проступок Геруди закрыл глаза, но небольшое досье успело разлететься по странам материка, и вот уже двадцать пять лет мать Алирии считалась отступницей.

Девушка снова и снова перечитывала пожелтевшие от времени листки, пока в ее голове неумолимо складывалась мозаика.

Неожиданно появившаяся в доме отца девушка Лая — вовсе не студентка училища Туриси, а беглая басилиска, которую юноша либо пожалел, либо был ею очарован. В итоге Лайан решила остаться в деревне, несмотря на возможные риски, ведь в те времена с отступниками все страны поступали довольно безапелляционно.

И в этот момент вставал еще один вопрос, давно подсознательно мучивший Алишу: а действительно ли ее родители погибли более десяти лет назад? Или, возможно, Лайан почувствовала угрозу, и они с Ивлином решили сбежать? Наверняка он был посвящен в прошлое жены и не захотел расставаться с ней. Но тогда, получается, они сознательно бросили Алишу. Оставили на попечение родственников, надеясь, вероятно, тем самым обеспечить ей «нормальную» жизнь. Но может ли жизнь быть нормальной у двенадцатилетней девочки, потерявшей обоих родителей?

Алиша ощутила, как что-то сдавливает ее грудь, затрудняя дыхание. Вся ее жизнь была окутана ложью. Какая ирония, что в итоге она все-таки оказалась среди мастеров и даже стала аббасу легендарного клана. От судьбы все-таки не уйдешь…

Сунув папку подмышку, девушка медленно поднялась с пола, составила в прежнем порядке разложенные вокруг нее документы и вышла из архива. Больше ее здесь ничего не интересовало.

* * *

Добираясь пешком до особняка (а ей точно нужно было прогуляться), Алиша решила для себя две вещи: во-первых, надо рассказать обо всем Скроу. Неважно, кем была ее мать, сама Алирия стала Митору, и ей никакой угрозы эта информация не несет. Во-вторых, и это было гораздо важнее — необходимо было убедить Скроу Рэма отпустить ее на Кракоту. Ведь она не успокоится, пока не узнает настоящую историю своей матери, а возможно и что-то о судьбе родителей, если те инсценировали свою смерть.

Она прокручивала в голове варианты, взвешивала слова, продумывала детали. Уснуть смогла только с помощью особых приемов, воспользовавшись накопившейся усталостью тела. В кои-то веки ее ослабленное состояние принесло пользу, иначе бы Алирия ворочалась в кровати всю ночь, так и не сомкнув глаз.

Дее девушка написала, что ушла из архива, так как почувствовала себя неважно и решила сделать перерыв. О своем небольшом похищении конфиденциальных данных она решила пока умолчать.

В ожидании убару и Скарскроу Алиша заняла себя сбором информации об острове Кракоту. Пригодились здесь и компьютер с выходом в сеть города, и библиотека Митору. Сирин, как обычно, не навязывала Алирии своего присутствия — после появления няни женщина немного расслабилась и переключилась на свои дела. Алиша ей не мешала, уважая чужие интересы и личное пространство. Поэтому следующие три дня никто ей не мешал, и девушка с жадностью впитывала все интересующие ее сведения.

На данный момент, как и рассказывала Исира, Кракоту активно выстраивал отношения с материковыми государствами, устанавливал новые экономические связи и даже принимал у себя туристов. Столица острова, город Эрд, была крупным портом, центром торговли и культуры. Он утопал в зелени, а многочисленные дворцы и богатые особняки привлекали внимание историков и гостей. Но было в Эрде и немало жилых районов, состоящих из настоящих лабиринтов узких улиц — напоминание о том, что инфраструктура города была заложена при правлении Танши.

Остальная территория Кракоту была поделена между небольшими поселениями, вырубленными под посевы и пастбища полями и густыми джунглями, в которых, по слухам, продолжали промышлять различные группировки, с которыми неустанно вели борьбу войска и полиция острова. Было известно, что даже спустя четверть века не все представители знатных семей Кракоту были довольны правящей династией и частенько подначивали недовольное то одним, то другим население к мятежам и бунтам. В общем, несмотря на уверенную внешнюю политику, у монархии оставалось немало внутренних проблем, хотя благодаря жесткой руке Момору Арда большую часть времени удавалось сдерживать недовольных и обеспечить стабильное развитие страны.

Когда из Го вернулся Скроу, Алиша успела не только переварить тонну информации, но и свыкнуться с мыслью, что в ее жизнь ворвались новые, совершенно неожиданные вводные.

— Как ты себя чувствуешь? — начал с обычного вопроса Скроу, заходя на веранду, где Алиша расположилась с ворохом документов и портативным компьютером.

— Лучше, наверное. Но есть серьезный разговор, — подняла она глаза на мастера, пытаясь по внешнему виду прочесть его настроение и готовность к беседе.

Она научилась более или менее сносно читать даже по его закрытому маской, обычно мало что выражающему лицу. Левый глаз был привычно прикрыт, будто так и не оправился от ранения, о котором давно свидетельствовал лишь бледный шрам. В правом читалось едва уловимое беспокойство за нее, возможно, участие. А вот слегка поднявшаяся бровь явно говорила о возникшем интересе.

— Если серьезный, разумеется, я готов тебя выслушать, — сказал он, присаживаясь напротив нее за круглый столик.

Алишу сразу окутала волна энергии Митору, и девушка почти с раздражением прогнала наваждение. Теперь, когда она знала о прошлом своей матери, ее связь со стихией воды стала окончательно ясна. Только вот открывшийся уровень восприятия и вправду впадал в удивительный резонанс с электрической натурой Скарскроу, и Алиша ощущала себя почти так же, как когда впервые соприкоснулась с энергией его клана. Это лишало концентрации и выбивало из колеи.

«Может, кто-то бы и мечтал спустя несколько лет пылать все таким же желанием к своему партнеру, но в повседневной жизни такие гормональные всплески подчас мешают. Хотя, что говорить, мы не виделись почти неделю», — приводя себя в чувство, размышляла Алиша, глядя на главу клана Митору.

— Когда мы были в Го прошлым летом, я, как ты помнишь, несколько недель провела в Рисии, помогая дяде и приводя в порядок дом своего отца в родной деревне, — начала Алиша издалека.

Скроу кивнул.

— В доме я перебирала вещи и предавалась ностальгическом воспоминаниям о своем детстве и жизни с родителями. Именно тогда у меня в душе поселились некоторые смутные догадки, но я не нашла им надежного подтверждения. А потом все эти события с нападением в горах и так далее… В общем, я решила, что это всего лишь мои домыслы. До этого понедельника.

И Алиша достала из-под исписанных листов досье на Лайан Геруди.

— Это моя мать. Объявлена временным правительством Кракоту отступницей почти двадцать пять лет назад. Впрочем, там все написано.

Скроу с интересом взял папку, быстро пробежал взглядом по листкам. Чуть дольше задержался на фотографии, будто что-то высматривая.

— Вы похожи. Вернее, стали похожи после того, как ты вернулась из комы, — произнес он, взглянув на Алишу.

— Да. Потому что после комы во мне не осталось наложенной в детстве печати клана Геруди. Если это вообще клан. Тем не менее, я теперь обладаю арсеналом каких-то новых способностей, правда, не могу их развить из-за блокировки плети K°-Нуча. Я, как человек, который нашел ключ от сокровищницы, но не может открыть дверь, потому что замок оказался сломан. Но дело не в этом. Мои родители погибли в автокатастрофе во время снежного бурана в горах, когда мне было двенадцать. Нашли их сорвавшийся с серпантина транспорт, но не их тела. И у меня есть немалые подозрения, что они могли инсценировать свою смерть, если поняли, что на след моей матери вышли охотники за головами или кто-то из заинтересованных лиц Танши или Кракоту. И таким образом сбежать.

— Но тогда к твоей персоне неизбежно возник бы интерес, — резонно отметил Скроу. Он вел себя, как истинный стратег, не поведя и бровью на новые удивительные факты биографии Алиши.

Но иного она и не ожидала.

— Возможно. А может, все было иначе, поэтому до меня так и не добрались. Или Лайан Геруди настолько хорошо запечатала во мне свои гены басилиски, что меня признали «пустоцветом» и решили не трогать. Все же в те годы нравы уже начали смягчаться… Да и мог ли возникнуть интерес к отступнице, исчезнувшей из поля зрения властей столько лет назад?

— Однако теперь ваша связь восстановлена. Теперь и я ясно осознаю это. Может, доступ к новым генам у тебя и ограничен, но что-то в твоем биополе неумолимо изменилось, Алиша. Я думал, все дело в трансформации тела после применения медицинской технологии. Но с большей степенью вероятности дело здесь именно в связи с родовым кланом. И это позволит тебе понять, жива твоя мать сейчас или нет и даже где ее найти, — во взгляде Скроу, наконец-то, мелькнул неподдельный интерес, будто ему в руки попала увлекательная головоломка.

Алиша покачала головой.

— Я пробовала. Ничего определенного сказать не могу. Кроме того, что мне совершенно необходимо попасть на Кракоту, чтобы узнать об истоках моей семьи. И я не успокоюсь, пока не осуществлю свой план. Надеюсь, ты меня понимаешь и поспособствуешь.

Скроу откинулся на спинку стула и задумался, постукивая пальцами по папке с досье на Лайан Геруди.

— Я обсужу это с убару. А папку стоит вернуть в архив.

Вот и весь вердикт. Только по делу и предельно ясно. Ну и ладно, проявление чувств она оставит на ночь. Там уж Скарскроу Митору никуда от нее не денется.

Алиша покорно отдала ему досье и вернулась к работе. Она кропотливо собирала информацию не только о Кракоту, но и завела отдельную виртуальную папку, куда складывала все данные об отступниках, и еще один отдельный файл по Ко-Нучу. Наконец девушка подняла свои старые исследования по влиянию направленных эмоций на биополе человека через попавшие в физическое тело вещества, и продолжила изыскания, углубляясь в исследования непосредственно генетики, которая, по сути, служила остовом и хранилищем данных и для физического, и для более тонких тел человека.

Ей отчаянно хотелось понять, какими способностями обладала ее мать и как получить к ним доступ. Хотя бы теоретически. Но рассказывать о своих открытиях кому-то, кроме Скроу, Алиша пока не решалась.

На следующий день ее вызвала к себе убару.

Девушка оделась официально, выбрав узкие брюки и приталенный пиджак. Она давно не встречалась с Яни, фактически с момента своего пребывания в больнице, и хотела показать убару, что теперь она более, чем когда-либо, стала аббасу Митору, и отношения к себе требует соответствующего.

— Алирия Митору, приветствую, — Яни мельком скользнула по ней взглядом, кивком указав на одно из кресел, стоящих у ее стола.

Глава военного города Агнира по-прежнему выглядела восхитительно, используя, вероятно, немало средств из арсенала басилиски: короткая стрижка, большие голубые глаза, бледная, идеально гладкая кожа и строгий темно-синий костюм. Неудивительно, что она раз за разом добивалась успеха во всех своих инновационных проектах: отточенное годами практики обаяние и красноречие постепенно склоняли на ее сторону даже самых неуступчивых членов агнирского совета, и для этого не нужно было прибегать ни к каким мастерским техникам. Многие побаивались ее, были и те, кто почти открыто ненавидел. Но с годами в Яни все больше укреплялась вера в то, что она в свое время избрала верный путь, а с ним крепло и желание довести задуманные реформы до конца. И Алиша отметила то новое, чего раньше не замечала в убару: от нее будто исходила уверенность, что она занимает истинно свое место и готова сражаться за свои идеи, свой город и своих людей до конца.

Все эти мысли проскользнули в голове девушки за несколько секунд, пока она шла к предложенному креслу, со спокойным достоинством глядя на главу военного города.

— Скарскроу-тэм рассказал мне о вашей находке. Впечатляет. Я слышала, вы пишете книги — это, пожалуй, можно использовать как интересный сюжет, — уголком рта улыбнулась Яни, внимательно глядя на Алирию.

Та чуть улыбнулась в ответ.

— А вы уже придумали, как можно использовать эти новые данные? — поинтересовалась она у убару.

Яни усмехнулась.

— Вы хотите попасть на Кракоту, чтобы провести там личное расследование. Ваш интерес понятен, госпожа Митору. К счастью, у нас с Кракоту сейчас хорошие взаимоотношения. Но это также значит, что отправить такую персону, как вы, инкогнито, было бы довольно опрометчиво. Что касается официального визита, для него сейчас нет достаточных оснований. Однако поездка может носить и полуофициальный характер, — убару потерла пальцем подбородок, будто о чем-то задумавшись. Алиша заметила довольно большое кольцо, на миг сверкнувшее увесистым бриллиантом. Раньше за убару носить подобные украшения привычки не водилось. Или, быть может, это чей-то подарок?

— Разумеется, — продолжила Яни Санкура, — даже для полуофициального визита требуется как минимум один опытный дипломат, которого будет сопровождать небольшая делегация. Поэтому с вами отправится Скарскроу Митору. Полагаю, это устроит все стороны. Кроме того, в силу вашего состояния здоровья, за вами по-прежнему требуется наблюдение медика-дано. Зара Канкуро, будучи вашим лечащим врачом, вполне сгодится на эту роль. Остальных членов делегации определит Скарскроу-тэм.

Алиша почти с облегчением выдохнула. Ей не только разрешили покинуть Агнир в текущем состоянии, но еще и Скроу поедет с ней! Лучше не придумаешь! Кажется, в этот раз ее желания, наконец, совпали с интересами Яни и политическими целями страны. Редкая удача, как оказалось…

— Благодарю, убару, для меня это действительно наилучший вариант. Полагаю, всю остальную информацию мне сообщит господин Митору, — произнесла Алиша, чуть склонив голову в знак признательности.

Убару, улыбаясь, кивнула.

— У него будет своя миссия, он посвятит вас в детали, если сочтет нужным. Но это едва ли помешает вам попробовать разыскать информацию о родителях, а, возможно, и найти кого-то из родственников. С нетерпением буду ждать от вас новостей, — и Яни откинулась на спинку стула, все так же внимательно глядя на Алишу.

Та поднялась и, поклонившись, с легким сердцем вышла из кабинета. Ей хотелось немедленно обсудить со Скроу детали поездки и начать собирать вещи, но девушка сдержалась — сейчас заместитель убару занят, стоит подождать до вечера. Интересно, кого он решит взять с собой? Может, Мэрота? Но не хотелось бы надолго разлучать его с Сирин. Будет лучше, если он, наоборот, останется здесь как формальный представитель клана Митору. Значит, выбор падет на других опытных мастеров и, возможно, какого-нибудь помощника-секретаря.

Не меньше волновал Алишу и вопрос, как она сможет хоть что-то узнать на острове о своей семье. Допустят ли ее к информации о матери и возможных родственниках? Кем вообще является клан или семья Геруди?

Наконец, стоило быть готовым и к возможным культурным барьерам. Допустим, с языками у мастеров нет проблем, а на острове распространен таншинский диалект, который знает любой школьник, рожденный на материке. Но Кракоту все же монархия, и порядки у них совсем иные, отличные от всего, что кажется само собой разумеющимся в других государствах. Это может создать большие трудности, чем кажется поначалу…

За этими размышлениями Алиша провела остаток дня, одновременно изучая уже вполне официальную информацию о посещении острова и его инфраструктуре.

Чтобы добраться до Кракоту, им предстояло сесть на один из лайнеров, регулярно отбывающих с восточного побережья Агнира, и провести в море порядка трех дней. Разумеется, за простых туристов им себя не выдать, скорее всего, убару оформит какое-то особое разрешение на визит. Но с этим Скроу разберется. Далее, вероятно, их встретят в порту и проведут небольшую экскурсию, а вместе с тем и ряд процедур, вплоть до дознания или анализа крови. Вот тут и может выясниться кое-что интересное, поскольку способности Алиши заблокированы, и скрыть от дознавателей информацию о своей матери и цели визита на Кракоту она вряд ли сможет. А по анализу крови местные мастера и вовсе могут определить ее принадлежность к семье Геруди, что явно их заинтересует… Но, наверное, и тут стоит довериться опыту Яни и Скарскроу.

Насколько поняла Алирия из прочитанного об острове, на Кракоту не было как таковых военных городов, а мастера жили среди простых жителей, выполняя самую обычную работу. Конечно, большинство применяли свои навыки по назначению, например, состоя на службе у короля в отрядах специального назначения, но в любом госпитале мог попасться медик-дано, а немало людей с генами мастеров служили и в полиции Эрда. Будет интересно посмотреть на такой симбиоз обычных людей и мастеров в обществе!

На военный город Агнира опустился вечер. Скроу прислал короткое сообщение, что задержится по рабочим делам. Алиша поморщилась от досады, но подавила недовольство и отправилась навестить Сирин, которая уложила Яромиру и вышла во двор подышать свежим воздухом. Они обсуждали домашние дела, пока не вернулся Мэрот. Алиша ничего не сказала паре о предстоящей поездке, а Мэрот ничего не спрашивал, из чего девушка сделала вывод, что Скроу не посвятил мастера в их планы. Возможно, не успел или рассудил так же, как Алиша, что кому-то из Митору надо будет остаться в Агнире.

Оставив Сирин с Мэротом, она отправилась спать, чувствуя себя скорее разбитой, чем воодушевленной. Все же ее здоровье оставляло желать лучшего, но чем больше проходило времени, тем больше такое состояние раздражало девушку. Ей отчаянно хотелось вернуть свои силы и способности, снова стать полноценным медиком-дано и выполнять задания. Возможно, на Кракоту она сможет найти не только вести о своей семье, но и ключ к возвращению своего мастерства?

4

Со Скроу Рэмом ей удалось переговорить только утром. Как обычно, мастер пришел за полночь, а в шесть утра уже был на ногах. Но Алиша проснулась и нашла в себе силы выбраться из постели и застать главу клана Митору за завтраком.

— Я думал об этой экспедиции и обсуждал ее с убару, — ответил Скроу на ее вопрос. — На подготовку понадобится пара недель. Мне надо закончить кое-какие дела, а тебе — еще немного восстановиться. Прошу, потрать это время на себя, так как поездка предстоит насыщенная. У военного города с Кракоту давние связи, а это значит, что мы будем участвовать в официальных приемах и нас не оставят без внимания. Хотя вас с Зарой это коснется в меньшей степени, так как в направленном прошении на посещение острова сказано, что ты сопровождаешь меня исключительно как аббасу клана в целях лечения после перенесенной операции, а Зара — как твой лечащий врач. На острове есть неплохие санаторные базы, да и морской воздух еще никому не помешал. Но поскольку ты Митору, интерес к твоей персоне будет не меньше, чем к моей. Возможно, порой и больше. Имей это в виду.

— А кто еще отправится с нами? Тебя же будет сопровождать официальная делегация? — поинтересовалась Алиша.

— В качестве телохранителей отправятся Гэммай и Кира Осори, а также мой секретарь Шэннот и младший советник Боро.

— Боро из клана Слепых? — удивилась девушка. А про себя порадовалась, что Скроу выбрал Гэммая и Киру в основное сопровождение — она хорошо знала обоих и вполне им доверяла.

— Да, он уже возглавлял несколько делегаций на Кракоту и хорошо знает местные обычаи. К тому же, он опытный воин, хотя не думаю, что нам может грозить существенная опасность.

Девушка согласно кивнула. Клан Лунглу, он же клан Слепых, был известен своими способностями видеть биополе человека и улавливать малейшие оттенки эмоций, а также скрытые тревоги и зарождающиеся «темные» энергии, которые в будущем могли привести к развитию болезней на физическом уровне. В боях такие мастера обычно действовали с закрытыми глазами, а советник Боро, насколько знала Алиша, использовал свои способности для ведения тонкой дипломатии на благо Агнира. Такого человека, еще и сведущего в менталитете местного населения, было полезно иметь рядом.

Скроу поспешил закончить завтрак и отбыл в администрацию, а Алиша устроилась на веранде, укутавшись в плед. Настроение было не слишком радужным. Несмотря на предстоящую поездку и солнечную погоду, девушка хмуро смотрела на лесную чащу, занимающую часть их участка с западной стороны.

С тех пор, как она вернулась из госпиталя, их отношения со Скроу скатились в обыденность. Мастера это наверняка более чем устраивало: его возлюбленная выжила, он создал подходящие условия для ее выздоровления, а сам посвящает себя тому, что умеет лучше всего — службе стране. А вместе с этим вернулись и его привычные замкнутость и невозмутимость, из-за чего у Алиши порой челюсти сводило. Скроу казался слишком отстраненным и при этом — слишком правильным, прямо придраться не к чему.

«Я тоже хороша — жить бы да радоваться, что он не пропадает на опасных заданиях, и я могу не переживать, а меня все больше раздражает этот непробиваемый рационализм во всем. Поставил цель — достиг цели, получил задание — выполнил задание. Никаких лишних эмоций, никаких переживаний, из которых обычно и вырастают душевные разговоры между супругами. Даже Мэрот более откровенен с Сирин — она то успокаивает его, то отчитывает, а порой они ожесточенно о чем-то спорят. Но их отношениям это придает хоть какой-то краски, а у нас — серые будни по расписанию».

Алирия надеялась, что поездка на Кракоту хоть немного разнообразит ее жизнь, а вместе с этим и их отношения со Скроу.

Две недели пролетели быстро. Девушка успела переговорить отдельно с Зарой, Кирой и Гэммаем, собрать необходимые и купить недостающие вещи. Даже заглянула к советнику Боро, чтобы побольше узнать о Кракоту и местном населении.

Для Мэрота, Сирин и прочих причастных поездка на остров была представлена как очередная дипломатическая миссия во главе со Скарскроу-тэмом, который брал Алишу с собой для укрепления ее здоровья. Отчасти так оно и было.

Накануне отъезда Скарскроу снова допоздна задержался в администрации. Алиша понимала, что он должен закончить дела, но не могла сдержать раздражения: ей хотелось провести с ним ночь, возможно, поговорить по душам, ведь последние две недели выдались полными суеты, и ее не покидало напряжение.

К счастью, когда солнечным июльским утром за ней заехала Зара, и они отправились к городским воротам, настроение Алиши значительно улучшилось. Она не осознавала, насколько ей не хватает перемены обстановки, и предстоящее путешествие захватило дух девушки, заставив позабыть все тревоги.

С остальными членами делегации они встретились уже в специальном транспорте, который должен был довезти их до порта на восточном побережье Агнира. Скарскроу с Боро и секретарем сели впереди, а Алиша, Зара, Кира и Гэммай расположились сзади и большую часть дороги болтали, делились знаниями о Кракоту и соображениями о том, что может их там ждать. Кажется, все были рады перспективе побывать на экзотическом острове с полуформальной миссией, и Алиша, будучи невольным инициатором поездки, еще больше воодушевилась.

Через несколько часов они прибыли в портовый город Ланга, где их уже ждал пассажирский лайнер. Алише впервые предстояло путешествовать по морю, но Зара заверила ее, что, будучи басилиской, даже с ослабленным здоровьем девушка без проблем справится с морской болезнью, если таковая возникнет.

— В случае срочных миссий на Кракоту мы летаем военным самолетом, но сейчас есть возможность насладиться морским бризом на туристическом лайнере. Возьмите все от внепланового отпуска, — с улыбкой произнес советник Боро, пока секретарь показывал их документы проверяющему на судне.

Алиша улыбнулась в ответ, всей грудью вдохнув свежий воздух. Их со Скарскроу поселили в отдельную каюту высшего класса, Зару и Киру определили неподалеку, а остальным мужчинам досталось по небольшой одиночной каюте этажом ниже.

— Нам с Боро и Шэннотом необходимо обсудить кое-какие дела, а ты пока можешь осмотреться, — сказал Скроу, закинув свиток с дорожными вещами в прикроватную тумбочку и тут же направившись к выходу.

— Будешь работать допоздна даже здесь? — не скрывая недовольства, спросила его Алиша.

— Это займет не больше пары часов. Мы спустимся к обеду, — сообщил ей мастер и вышел.

Девушка поджала губы, чувствуя, как снова портится настроение.

«Я будто в какой-то вязкой трясине рядом с ним. И никак не удается из нее выбраться», — глядя на бескрайнее море в иллюминаторе, подумала она.

Через полчаса к ней заглянули Зара с Кирой, и девушки отправились осматривать лайнер. Гэммай, как и требовалось по протоколу, остался в качестве телохранителя при Скарскроу.

Лайнер представлял собой внушительных размеров судно, в связи с туристическим сезоном почти полностью заполненное людьми. Пришлось заранее занимать места у перил, чтобы посмотреть, как они отчаливают от берега, а на узких лестницах пропускать идущих навстречу пассажиров, чтобы разминуться.

— Хорошо, хоть обедать будем в отдельном банкетном зале, — отметила Кира, как всегда живо воспринимавшая все происходящее.

— Для нас как для членов делегации здесь масса привилегий, а толкучку можно и потерпеть, — более оптимистично отметила Зара.

А Алиша про себя порадовалась, что ей повезло с попутчицами. Не будь их, пришлось бы ей шататься по лайнеру в одиночестве, пока Скроу решает свои важные дела.

Впрочем, советники с секретарем, как и сказал Митору, закончили свое совещание к обеду и присоединились к девушкам в банкетном зале.

— Вечером здесь дают представления, если хотите, можем сходить, — предложил Боро Лунглу.

Он был истинным дипломатом и проявлял сдержанное дружелюбие и неизменную доброжелательность ко всем окружающим. Даже Алиша не могла понять, искренен ли уроженец клана Слепых или такая сдержанная обходительность просто стала частью его натуры.

— Почему бы и нет? — взглянув на Скроу, сказала Алиша.

Тот неопределенно повел плечом.

— Как пожелаешь.

После обеда они вернулись в каюту, где Скроу не без удовольствия вытянулся на кровати, достав книгу. Алиша привычно присмотрелась к нему, взглядом медика оценивая общее состояние. Кажется, заместитель убару был слегка утомлен.

— Тебе отдых тоже пошел бы на пользу. Попробуй хотя бы на лайнере поменьше заниматься делами, — обратилась она к нему, усаживаясь в одно из кресел.

Скроу оторвал взгляд от страницы.

— Вероятно, ты права, последние недели выдались напряженными. Не против, если я просто полежу тут и почитаю?

— Конечно, отдыхай, — кивнула Алиша.

«И как тут выведешь его на откровенный разговор? Как аббасу я должна, прежде всего, заботиться о его самочувствии, и сейчас явно не время выяснять отношения».

Девушка вздохнула и уставилась в иллюминатор. Шум морских волн и мерное покачивание судна успокаивало.

Может, дело в самой Алише? Она боится размеренной жизни, боится вновь скатиться в состояние, из которого с таким трудом выбралась в Осколе благодаря случайной встрече с агнирскими мастерами. С тех пор в ее жизни все время происходило что-то неожиданное, можно сказать, она постоянно ходила по острию ножа. Приключения, опасные задания, новые места и люди… Да, сейчас они тоже отправились к неизведанным берегам, но их отношения со Скроу явно не собираются выходить из привычного русла. И это оказалось для нее очень утомительно! А ему, наоборот, вполне импонирует спокойная обстановка после всех злоключений, которые происходили в его жизни.

Алирия смотрела на волны и кусала губы. Меньше всего ей хотелось причинять Скроу Рэму какой-либо дискомфорт или обрушивать на него поток жалоб и претензий. Но и оставаться безучастной к ситуации она не могла. В ней копилось неудовлетворение, и девушка прекрасно знала, что рано или поздно оно прорвется эмоциональной тирадой или истерикой. Наверное, все же стоит поговорить со Скроу, тем более что на лайнере деваться ему некуда.

Вечером они отправились в концертный зал на шоу, а потом вышли на верхнюю палубу полюбоваться закатом. Обстановка настраивала на романтический лад, и Алиша незаметно увлекла Скроу в сторону от остальных.

— Тебе, наверное, все это довольно скучно? — обратилась она к нему, глядя на заходящий солнечный диск.

— Что именно?

— Такой пассивный отдых и развлечения обычных людей. Представления, прогулки по палубе, очарование заката…

— Закат и вправду очень красивый. Я стараюсь ценить такие моменты, ведь они проникнуты умиротворением. Но ты знаешь, как я устроен — больше думаю о том, не замерзла ли ты и стоит ли раздобыть плед, — попытался отшутиться мастер.

Алиша покачала головой.

— Я, конечно, еду на лечение и все такое, но я все же еще и басилиска, которой едва ли опасен морской ветер июльским вечером. А вот насчет твоего образа мышления ошибаешься — порой я понятия не имею, о чем ты думаешь, и стоит ли тебя отвлекать.

— Если есть что сказать, конечно, стоит. Разве я когда-то уходил от разговора с тобой? — удивился Скроу.

— Дело не в этом. Дело в разнице между нами. Даже не нами, а нашим мировоззрением, жизненным опытом. Например, сейчас ты ведешь размеренный, комфортный для себя образ жизни. Наш клан всем обеспечен, дела под контролем… А я от такого однообразия готова за борт выброситься. Не знаю, как объяснить.

Алиша отвернулась, обратив взор на темные волны. Ей совсем не хотелось жаловаться, она даже не могла подобрать подходящих слов, чтобы описать свое состояние.

— Ты пережила много потрясений за последнее время. Я думал лучшее, что могу сделать, это обеспечить тебе полный покой, — сказал Скроу. — Да и сейчас мы же отправились в путешествие на поиски твоей семьи — понимаю, ты встревожена этим, но чем тебе не приключение?

— Все верно. Поэтому я и не хотела об этом говорить. Наверное, я просто с жиру бешусь, — досадливо поморщилась Алиша и направилась в их каюту.

Скроу последовал за ней.

— Если я чем-то могу помочь, просто скажи, как, — предложил он, закрывая за ними дверь.

— Если бы я сама знала, — усмехнулась Алиша, поворачиваясь к нему. — Может, нужно чуть больше эмоций?

Она сделала шаг навстречу к Скроу, невольно качнувшись вместе с полом судна, идущего по волнам. Мастер поддержал ее за плечи. Алиша смотрела ему в глаза, ожидая хоть каких-то действий.

Скроу отвел взгляд.

— Мы все же на задании здесь, Алиша…

Девушка фыркнула.

— Ты совсем не можешь расслабиться? Об этом я и говорю — ты будто живешь по протоколу, от такой правильности начинает тошнить…

— Я всего лишь думаю о последствиях. На Кракоту мы пробудем по меньшей мере месяц, вдруг ты забеременеешь? В твоем состоянии это может оказаться непросто, еще и вдали от дома…

— И что, нам месяц теперь держаться друг от друга подальше? Учитывая, что и последние две недели у тебя тоже не находилось на меня времени? А как же пресловутое здоровье мастеров? Или тебе просто опостылело мое общество?

Алиша отступила, стряхнув руки Скроу с плеч. Ей было до горечи обидно. Так хотелось нормального разговора, а в итоге получились одни упреки! На фоне невозмутимости Скроу она и вправду выглядит, как неуравновешенная истеричка! Но накопившиеся эмоции рвались наружу, накрывая ее горячей волной.

— Алирия, ты же знаешь, что прежде всего я забочусь о твоем здоровье. Меньше всего мне бы хотелось, чтобы ты еще как-то страдала из-за моих действий, едва придя в себя после четырех месяцев комы. Возможно, тебе удалось позабыть об этом, но я так быстро не могу, — по тону Скроу невозможно было понять, отчитывает ли он ее или больше оправдывается.

— Значит, наши отношения стали жертвой твоих собственных страхов. Ты так боишься снова потерять меня или подвергнуть опасности, что в итоге предпочитаешь отстраниться. Умом я это понимаю, но в душе чувствую себя брошенной, неинтересной тебе! — Алиша глубоко вдохнула, пытаясь унять бурлящие в душе чувства. Если она не может разобраться в себе, куда уж понять ее состояние Скроу! Донести свои мысли оказалось совсем непросто.

— Это не так, и ты это знаешь, — устало произнес Скроу, стягивая маску и проводя по лицу рукой. — Как и то, что мне не всегда удается понять, чего ты хочешь, и я неоднократно просил тебя прямо говорить мне об этом. Жаль, что я снова не угадал, а ты не сказала. Могу только пообещать, что постараюсь уделять тебе больше внимания, когда мы вернемся в Агнир.

— Я бы предпочла, чтобы ты не дожидался возвращения в Агнир. Это для тебя жизнь — череда заданий, где надо вести себя согласно правилам. Для меня же — это время, в течение которого я либо радуюсь, либо переживаю. Мне не хотелось бы еще целый месяц жить как на иголках и изводить себя. Отношения так не строятся, и не все на этом свете можно запланировать, Скроу Рэм.

Алиша сжала челюсти и отошла к иллюминатору. Глаза обожгли слезы, но плакать не хотелось. Она чувствовала себя истощенной этим нелепым разговором.

Скроу подошел к ней и положил руку на плечо. Алиша взглянула на его открытое лицо, вновь ощутив существенную разницу между ними. Неужели так будет продолжаться всю жизнь? Неужели ей все время придется показывать этому замкнутому, скрытному мастеру, что значит настоящие отношения между людьми, основанные на проявлении эмоций? Она так устала ждать его инициативы, так устала от его непроницаемости, непоколебимого спокойствия в любой ситуации.

— Необязательно оказывать публичные знаки внимания, — тихо сказала она, глядя на Скроу. — Достаточно просто, чтобы я понимала, что ты со мной и готов меня поддержать.

— Разумеется, я всегда готов тебя поддержать, — Скарскроу привлек ее к себе и обнял. У Алиши невольно вырвался всхлип. — И постараюсь уделять тебе больше внимания, когда нам удастся остаться наедине. Но сейчас мы на пути в другое государство с дипломатической миссией, которую я возглавляю, а это немалая ответственность. Поэтому заранее прости, если не смогу так часто проводить с тобой время, как нам обоим бы хотелось. Я прошу тебя потерпеть до возвращения домой, и тогда мы сможем еще раз все обсудить.

Алиша кивнула куда-то в его плечо. Да и что ей еще оставалось? Разве что набраться храбрости и поцеловать его солеными от слез губами.

Скроу неохотно, почти с обреченным смирением ответил на поцелуй. Но уже через несколько секунд Алиша поняла, насколько сильно он ее хочет. Все эмоции, которые он держал под контролем последнее время, переживания и уступки, на которые пошел ради нее — все это смешалось в один огромный поток напряжения, который искал в нем выхода.

Он зарылся рукой в ее волосы и чуть требовательно потянул, заставив отстраниться. Алиша открыто смотрела в его глаза, которые казались ей бездоннее морских волн, рассекаемых лайнером.

— Хорошо. Твоя взяла. Но не обещаю, что смогу растянуть удовольствие, — хрипло сказал он.

— Не нужно. Я же сказала, побольше эмоций, — едва заметно хмыкнув, произнесла Алиша.

Скроу опрокинул ее на кровать, через минуту оставив полностью обнаженной. Она задыхалась от желания, глядя, как он сбрасывает на пол водолазку и расстегивает ремень.

«Вот таким я хочу тебя видеть перед собой, Скроу. Горящим от желания, сходящим по мне с ума, как ты однажды сказал. И если секс — единственный доступный для тебя способ проявлять свои чувства, мы пока будем довольствоваться этим», — она обхватила его ногами, притянув к себе и выгибаясь навстречу. Он уткнулся носом в ее шею, вдыхая аромат и одновременно лаская рукой грудь. Вторая рука решительно скользнула ниже, почти небрежно пройдясь по ее клитору и малым губам, куда через мгновение начал погружаться его возбужденный член.

Алиша вскрикнула, и Скроу накрыл ее губы своими. Он брал ее страстно, но без грубости, которую порой мог проявить, полностью отдаваясь своей первобытной природе. В эти моменты Алиша понимала, что он не просто привязан к ней или выполняет свой долг, но действительно желает ее и готов на многое, чтобы она была с ним.

И каждый раз это доказательство его тщательно скрываемых чувств становилось для нее открытием и утешением одновременно. В этом эмоциональном вихре она достигала пика наслаждения, уверенная в своей желанности и любимости этим сложным, подчас непонятным для нее человеком. И это на какое-то время делало Алишу счастливой.

* * *

Через условленных три дня лайнер причалил к пристани в порту Эрда, столицы Кракоту. Алиша с сопровождающими наблюдала за приближением острова с верхней палубы, где могли располагаться только особо важные гости. На небе не было ни облачка, солнце щедро одаривало светом и теплом, заставляя людей не пренебрегать солнечными очками и широкополыми шляпами.

К последнему дню пути Алирия, Зара и Кира слились с толпой туристов — постепенно сменили форму на шорты и платья и даже успели немного загореть. Мужчины большую часть дня проводили в каютах, перемещаясь из переговорной в зал ресторана или бильярдную, а на палубу выходили обычно на закате, поэтому в их облике мало что поменялось.

Скроу оставался довольно сдержанным, но по крайней мере они с Алишей теперь больше беседовали и засыпали в обнимку. Это девушку более чем устраивало, а днем она весело проводила время со своим лечащим врачом и телохранителем. На деле они выглядели если не подругами, то хорошими приятельницами на отдыхе. Девушки посещали бассейн, ели мороженое в буфете, за день обходили почти все палубы, а однажды вечером даже позволили себе выпить по коктейлю в баре. В общем, три дня путешествия пролетели довольно быстро.

Теперь Алиша смотрела на приближающуюся полоску суши, поросшую зеленой шапкой буйной растительности. Вытянутый с севера на юг остров постепенно загораживал собой весь горизонт. А девушка думала, что ждет ее в этом экзотическом краю и удастся ли ей отыскать хоть какую-то информацию о своей родне. И при этом не ударить в грязь лицом перед официальными лицами Кракоту, с которыми предстоит иметь дело их делегации.

Для агнирских гостей был подготовлен отдельный трап, и их группа без лишнего шума и толкотни сошла на землю. С непривычки на ровной почве немного покачивало, но Алиша быстро справилась с последствиями продолжительного пребывания на воде.

Их встретила милая женщина в легком деловом костюме и провела в белоснежное здание, стоящее у самой пристани. Там у членов делегации проверили документы и, к скрытому удивлению Алиши, без всяких досмотров и анализов пригласили в такси.

— Добро пожаловать на Кракоту! — лучезарно улыбаясь, приветствовал их юноша лет двадцати на вид. — Меня зовут Азару, и я буду вашим сопровождающим. Пожалуйста, обращайтесь ко мне по любым вопросам. Сейчас мы проследуем в гостевой дом в курортном секторе, а вечером вас ждут во дворце на официальный прием. Также для вашего удобства во дворце будут отведены отдельные покои, если кто-то из вас решит переночевать там.

«Все ясно. Скроу с мужчинами, скорее всего, останется во дворце, а гостевой дом, несомненно, предназначен для меня как его супруги, приехавшей поправить здоровье», — смекнула Алиша. Надо признать, впечатления от встречи были самые положительные. Правда, сравнивать ей было особо не с чем, разве что с их дипломатической миссией в военный город Танши, по сравнению с которым Кракоту выглядел оплотом гостеприимства.

С интересом глядя в окно автомобиля, Алиша впервые почувствовала себя почетной гостьей из именитого клана. Их неспешно везли по улицам города в фешенебельный район, где обычно отдыхали приезжие богачи и местные аристократы. Здания ослепительно сияли белоснежными фасадами, перемежаясь с не менее изысканными строениями из красного кирпича. Милые декоративные башенки гармонично сочетались с коваными оградами вокруг домов и усадеб, тротуары были выложены фигурной плиткой, и на каждом шагу красовались клумбы, разлапистые пальмы и кипарисы, отчего город и впрямь выглядел очень зеленым и живописным.

Через полчаса такси подъехало к кипенно-белому дому за металлической оградой с белыми столбами, которая подчеркивала общий стиль и облик здания.

Трехэтажный дом стоял на склоне крутого холма и мало чем выделялся на фоне других строений района, что создавало эффект камерности, но не умаляло представительности: перед входом раскинулись клумбы с фонтаном, а на заднем дворе, как выяснилось позже, располагалась внушительных размеров зона отдыха с бассейном. У дома также был свой выход к парку, который огибал район с севера и мог привести гостей к пляжу. Однако Азару, ненавязчиво повествующий о городе и зданиях, которые они проезжали, отметил, что купаться там не стоит — близость порта и открытый океан создают не самые лучшие условия, и большинство гостей предпочитают просто гулять вдоль берега, а плавать в бассейнах.

В просторном холле Алишу с Зарой тут же увлек услужливый персонал: две горничных и медсестра, приставленная к Заре для помощи.

— На втором этаже есть несколько кабинетов для оздоровительных процедур. Госпожа может прийти на массаж, принять минеральные ванны или воспользоваться услугами косметолога, — поведала медсестра, обращаясь в большей степени к Заре, но неизменно кланяясь Алише в знак почтения.

Для девушки такое обращение было довольно необычным, но она вежливо улыбалась, понимая, что сейчас пожинает плоды своей принадлежности к древнему клану. К тому же сказывался местный менталитет — многолетнее владычество Танши и монархические порядки накладывали отпечаток на отношения между людьми разных сословий.

После небольшой экскурсии по дому Алише показали их с господином Митору спальню. Постепенно суета улеглась, и девушка наконец смогла расслабиться и принять душ. Скроу она застала на небольшом балконе, с которого он осматривал окрестности.

— Ты тоже чувствуешь себя немного неловко? — с улыбкой спросила его Алиша, кладя руки на перила и обводя взглядом открывшийся вид. С третьего этажа расположенного на холме дома как на ладони был виден и утопающий в зелени район, и узкая полоска белого пляжа, и бескрайние воды Кракотского моря, которое по сути являлось океаном, не имея с ним четких границ.

— Это всего лишь дань уважения, хотя к такому не сразу привыкаешь. Кракотцы говорят о своем острове как о лучшем месте для отдыха и вкладывают немало средств в курортную инфраструктуру. Меня больше интересует не она, а то, что за пределами города, — и Скроу кивнул головой в сторону джунглей, расположенных позади окружавшего их район парка.

— Я читала, в тех дебрях укрылось порядочно отступников, которые доставляют немало хлопот правительству острова, — тихо произнесла Алиша, глядя вслед за Скроу на вполне миролюбивые кроны.

— Именно. За внешним благополучием скрываются внутренние распри и проблемы. Кракотцы умеют не выносить сор из избы, — отметил Скарскроу.

— В твою миссию входит что-то, связанное с этими группировками в джунглях? — не удержалась от расспросов Алиша.

Заместитель убару чуть наклонил голову.

— Разве что косвенно. Посмотрим, как пройдет встреча во дворце. Есть основания полагать, что нас самих попросят о помощи. И у меня есть право дать на нее согласие, если условия будут достаточно выгодными.

«Всюду политика», — со вздохом подумала про себя Алиша, а вслух спросила:

— А как же я подступлюсь к поиску своих родных? Придется рассказать обо всем официальным лицам?

— Предоставь это мне, — ответил Скроу. — В ближайшие дни мы решим этот вопрос.

Алише ничего не оставалось, как довериться главе клана Митору.

5

Скарскроу выполнил свое обещание даже быстрее, чем ожидала Алиша. Уже вечером, на официальном ужине с советником короля по иностранным делам, он попросил помочь найти представителей семьи или клана Геруди, объяснив, что в военный город Агнира пришел запрос в связи с обнаружением потомков представителей этого клана.

Ситуация довольно обыденная, так как периодически во время расширенного анализа ДНК у людей выявлялись те или иные улучшенные гены, унаследованные от мастеров, после чего по семейным преданиям и анализу генеалогического древа пытливые родственники сами находили, что за мастер оставил след в их роду. Учитывая, что в подавляющем большинстве случаев эти гены оказывались неактивными, а подобные исследования по-прежнему были довольно дорогостоящими и трудоемкими, повальной моды на выявление у себя суперспособностей в обществе не возникло, но некоторые люди побогаче не упускали случая докопаться до истины, если уж выявили у себя генетическую особенность.

Алиша про себя удивилась, насколько непринужденно может Скроу врать, когда ему это требуется, и почему совершенно не опасается разоблачения: ведь, случись крайняя необходимость, не только его, но и ее саму могли подвергнуть дознанию.

Но, видимо, доверие между государствами диктовало свои правила поведения, и королевский советник обещал сделать соответствующий запрос по базе данных и прислать результаты Скроу Рэму.

На следующий день делегацию пригласили с визитом к первому советнику короля, поэтому Скроу с мужчинами остался ночевать в дворцовых покоях, а Алиша с Зарой и Кирой вернулись в гостевой дом отдыхать и поправлять здоровье.

Опасения Алиши не оправдались: ее не донимали журналисты или любопытные кракотцы, информация о ее семье вот-вот сама должна была прилететь в руки, а разница в культуре и менталитете оказалась даже меньше, чем с таншинцами.

Девушка расслабилась и решила позволить себе немного отдохнуть: в конце концов, официальной целью ее поездки считалось именно лечение.

За следующий день они с Зарой и Кирой обошли весь курортный район, включая парк и береговую линию, а дневную жару скоротали в частном спа-салоне, не экономя средств на оздоровительные процедуры.

Вечером старшая служанка передала Алирии записку от Скроу — тот написал, что через день у них назначена аудиенция у короля, на которой Алише желательно присутствовать.

Девушка предполагала такое развитие событий и заранее позаботилась о соответствующих нарядах, захватив с собой несколько платьев для разных поводов и времени суток.

Впрочем, больших затруднений не возникло, ведь Скарскроу традиционно предпочел официальные одеяния своего клана, а аббасу Митору надлежало одеваться в одной цветовой гамме с главой клана и не пренебрегать клановой символикой хотя бы в аксессуарах. Поэтому девушка предпочла длинное узкое платье на манер кимоно с вышитой на спине эмблемой клана, но позволила себе большую свободу в выборе обуви и украшений, надев изящные туфли на каблуке, тонкие браслеты и тяжелые серьги. Высокая прическа подчеркнула сдержанность образа и прибавила Алирии солидности, сделав незаметнее разницу в возрасте со Скарскроу.

Но все равно потребовалось полдня, чтобы привести себя в порядок: посетить парикмахера и мастера маникюра, а также пригласить визажиста для нанесения макияжа в день аудиенции.

Она надеялась, что Скроу решит провести ночь с ней перед приемом, но тот не приехал и даже не написал. Вместо него записку передал Шэннот, заодно приложив основные указания по поводу встречи.

В условленный час Алиша с сопровождающими села в служебный автомобиль и при полном параде отправилась в королевский дворец, стоящий на поросшем тропическими деревьями холме в восточной части Эрда.

Дворец оказался не слишком большим, но очень представительным: два крыла в три этажа уходили в стороны от центральной части изящными дугами, входная зона включала в себя композицию из прудов с фонтанами, вокруг которых раскинулись клумбы и выложенные брусчаткой дороги, достаточно широкие, чтобы мог проехать современный транспорт. Тяжелые двери были открыты, а на крыльце госпожу Митору уже встречал управляющий в сопровождении нескольких слуг и приставленного к делегации Азару. Все они низко поклонились при ее приближении, а Алиша в очередной раз порадовалась, что навыки басилиски позволяют ей легко подниматься по лестнице и ни одним жестом не выдать своего волнения.

— Госпожа Митору, рады приветствовать вас во дворце династии Ард! Позвольте проводить вас в комнаты для делегации, — учтиво обратился к ней Азару.

Алиша вежливо улыбнулась и чуть склонила голову, с достоинством последовав за провожатым. По пути Азару, как и в прошлый раз, непринужденно рассказывал ей о дворце и назначении тех или иных залов или вещей. Дворец был обставлен со вкусом и отличался изысканностью, а каждый второй предмет интерьера мог бы смело стать музейным экспонатом.

«У Деи бы слюнки потекли от такого количества редких и дорогих вещиц. Может, и вправду Момору Ард припрятал во дворце не только антиквариат, но и настоящий артефакт?», — подумала Алиша.

Через несколько минут они вошли в зал, где вокруг небольшого стола за креслами расположились члены агнирской делегации.

Скроу тут же встал и поблагодарил Азару за то, что тот привел госпожу Митору. Последний поклонился и поспешил удалиться.

— Прекрасно выглядишь! Кажется, морской воздух всем нам идет на пользу, — окинув Алишу взглядом, отметил Скроу.

— Благодарю, здесь действительно чудесно. Нас вскоре вызовут к королю? — решила уточнить она.

— Да, как только у его величества Момору закончится заседание совета, он нас примет. Не беспокойся, надолго это не затянется, скорее просто дань уважения, — сказал Скроу, усаживая Алишу в одно из кресел. Зара и Кира заняли места рядом.

Гэммай предложил им прохладительные напитки.

Следующие полчаса мужчины продолжали прерванный появлением Алиши разговор, обсуждая детали по большей части экономических соглашений и совместных проектов между Кракоту и Агниром. Вернее, говорили в основном советник Боро и Скарскроу, Шэннот иногда задавал уточняющие вопросы и делал короткие заметки, а Гэммай, как и положено телохранителю, отмалчивался, иногда прохаживаясь по залу и поглядывая в окна.

И хотя Алиша успела справиться с внутренним волнением перед встречей с королем, деловой тон беседы невольно заставил ее почувствовать себя не в своей тарелке.

«Я словно нарядная кукла, которую приставили к Скарскроу для сопровождения на официальных приемах. Я ничего не смыслю в обсуждаемой теме, а Скроу, понятное дело, не счел нужным меня посвящать. В этом, конечно, и не было необходимости, но все же я чувствую себя здесь предметом интерьера больше, чем даже во время дипломатической миссии в Танши», — не без сожаления подумала девушка.

К счастью, вскоре их пригласили в приемный зал.

Момору Ард оказался моложавым темноволосым мужчиной атлетического телосложения. Алиша знала, что в его жилах течет кровь мастеров, поэтому едва ли можно было угадать его истинный возраст по внешности. Момору был женат, но бездетен, а жена не интересовалась политикой и принципиально не участвовала в официальных приемах и визитах, оставаясь в тени. Наследовать королю должен был его младший брат, довольно опытный и известный политик.

Сам Момору придерживался довольно современных взглядов — никакого трона в зале не было, король сидел за столом в обычном кресле, а при приближении гостей приветственно встал и указал на стоящие вокруг овального стола стулья.

— Приветствую делегацию Агнира на Кракоту! Скарскроу Митору, Боро Лунглу, для меня радость принимать столь прославленных мастеров в нашем дворце. И, конечно же, госпожа Митору, большая честь познакомиться с вами!

Момору говорил легко и естественно, давая гостям время осмотреться и занять места, одновременно вежливо отвечая на его приветствия.

Слуги принесли прохладный травяной чай и закуски каждому из гостей. Алиша негромко поблагодарила, украдкой наблюдая за королем.

— Я и вправду был рад узнать, что вы с супругой выбрали Кракоту для сезонного отдыха и заодно нашли возможность поговорить о международных делах, — обратился Момору к Скроу, который сидел ближе всех.

— Ваше величество, Кракоту в последние годы прославился как лучшее место для оздоровительного отдыха. Было бы опрометчиво не воспользоваться возможностью оценить ваши санаторные базы, — так же непринужденно ответил Скроу.

Алиша про себя отметила, что впервые видит его в качестве дипломата. А ведь последние годы он только и делал, что общался с представителями власти то в Агнире, то в несговорчивом Го. И опыта в светских разговорах тоже накопил немало, хотя всегда избегал публичности.

«На какие еще жертвы ради службы готов пойти человек, подобный Скроу? Скрытный и нелюдимый в жизни, на приемах у князей и королей он легко любезничает, а параллельно лоббирует интересы убару или всего Агнира. Сколько раз он наступал себе на горло, чтобы освоить искусство подобных разговоров?», — невольно задалась вопросом Алиша, наблюдая за мужчинами.

А они тем временем плавно перешли к обсуждению некоторых проектов между государствами. Алиша навострила уши, только когда король Момору неожиданно произнес:

— После печальных событий в Го и у нас прибавилось головной боли, господин Митору. Мой советник уже обсуждал с вами проблему отступников, которые смогли улизнуть от агнирского правосудия и добрались до моего острова, воспользовавшись поддержкой кое-каких общеизвестных криминальных группировок. К несчастью, те давно оплели своей сетью весь цивилизованный мир, но действуют предельно осторожно, не доставляя правителям больших хлопот. Однако теперь равновесие нарушено: вчерашние повстанцы смущают умы добропорядочных граждан Кракоту, и я обеспокоен состоянием некоторых регионов острова. Я готов немедленно передать этих преступников Агниру, но, боюсь, для их поимки нам не обойтись без вашего опыта.

— Мы обсуждали с советником Берканом сложившуюся ситуацию, — кивнул Скроу. — Все страны сейчас так или иначе страдают от последствий затяжной гражданской войны в Го, ведь многим преступникам удалось скрыться и рассеяться как по материку, так и за его пределами. Разумеется, мы готовы оказать союзному государству посильную помощь, тем более что Агнир много лет прилагает усилия в установлении мира и процветания нашей общей цивилизации и никогда не отказывал в поддержке тем, кто за ней обращается.

«Значит, Скроу все же решил согласиться помочь кракотцам. Интересно, что обещал взамен советник короля? И в чем будет заключаться наша помощь? Не отправится же Скроу сам на передовую в джунгли? Да и делегация наша совсем не военного назначения», — подумала Алиша.

Момору искренне поблагодарил Скарскроу за готовность помочь, хотя всем присутствующим было понятно, что договоренность достигнута задолго до этого разговора.

В целом визит продлился не более получаса и заключался все в том же обмене любезностями и перечислении ранее обозначенных шагов и совместных проектов.

Под конец король вежливо поинтересовался у Алирии, нравится ли ей на острове и устраивают ли предоставленные условия. Девушка не менее вежливо ответила, что она в восторге и от острова, и от климата, а отдых в благоприятной обстановке наверняка поправит ее здоровье.

На этом встреча делегации с Момору завершилась и их проводили в выделенные покои. Азару предложил гостям накрыть обед в отдельном зале, но Боро вдруг заявил, что обещал Скарскроу и другим членам делегации показать милый ресторанчик в городе, и оставшуюся часть дня они предпочтут провести там.

И опять Азару без тени беспокойства кивнул и лишь предложил обращаться к нему, если что-нибудь понадобится. Кажется, с Боро они были неплохо знакомы, а в перемещении по Эрду не было никаких ограничений.

Алиша ощутила облегчение, когда они покинули дворец, посетовав только, что не слишком подходяще одета для прогулок по полному туристов городу.

— Простите, я совершенно упустил этот момент. Мы можем сначала заехать в гостевой дом, чтобы вы могли переодеться, — обеспокоенно обратился к ней Боро.

— Или можно просто пройтись по магазинам и купить что-нибудь подходящее здесь, — предложила вдруг Кира.

— Неплохая идея. Сольюсь с местными туристами, — улыбнулась Алиша. — А мужчины пока могут прогуляться до ресторана и сделать заказ.

Она намеренно решила отделиться от Скроу и его сопровождающих. Кажется, советник убару полностью поглощен заданием и надеяться на знаки внимания с его стороны не приходится. А искать его общества и тем более таскать по магазинам Алиша совершенно не хотела. У нее для этого есть две замечательные попутчицы.

В итоге они вышли на пешеходную улицу, пестрящую вывесками различных лавок, кафе и развлекательных заведений. Мужчины неспешно направились в сторону ресторана, а девушки довольно быстро отыскали несколько одежных бутиков, где Алиша сменила узкое платье на бриджи и обтягивающую футболку, а туфли — на вполне удобные сандалии.

Когда троица выходила из обувного магазина, Алиша заметила, что на другой стороне улицы дежурит отряд местной полиции. Они почти не выделялись среди обычных людей, хотя и были одеты в официальную форму бежевого цвета — в такой легко можно слиться с толпой, но при этом никто не усомнится в официальном статусе блюстителя порядка.

Неожиданно из-за угла близлежащего здания вывернул неприметно одетый мужчина и, увидев представителей правоохранительных органов, бросился наутек. Одна из женщин кинулась за ним, и по отточенным движениям Алиша сразу распознала в ней басилиску, а по отличительным знакам на форме — офицера полиции. Неосознанно девушка направилась в ту же сторону, куда убежал предполагаемый преступник. В этот момент позади раздался глухой хлопок — и полиция тут же оцепила здание, со стороны которого выскочил беглец.

«Значит, он пытался заложить бомбу в самом центре курортного района!», — пронеслось в голове у Алиши, и она не устояла на месте, бросившись следом за террористом и преследующей его полицейской.

Женщину она ощущала очень ясно, будто за доли секунды, когда та проскользнула мимо, Алиша смогла прочувствовать ее биополе. Девушка даже не поняла, последовали ли за ней Кира с Зарой или их отвлекла толкучка вокруг взрыва. Вместо этого Алиша невольно порадовалась, что может держать «легкий шаг», легко лавируя среди людей и практически не ощущая усталости.

Преступник свернул с пешеходной улицы и поднялся по пожарной лестнице на одно из зданий. Офицер следовала за ним по пятам. Не прошло и пяти минут, как они покинули туристическую зону и углубились в один из спальных районов на северо-востоке города.

«Вероятно, он стремится попасть в местные трущобы, а то и вовсе скрыться в джунглях за городом. Значит, и вправду один из отступников», — подумала Алиша, скользя по крышам и железным лестницам зданий. И хотя ее прыть поуменьшилась, она решила, что проще продолжить преследование и по возможности помочь полицейской, чем искать дорогу домой по лабиринту незнакомых улиц.

На одной из плоских крыш старого на вид здания преступник отважился на атаку. Он тоже был мастером, но низкого калибра — владел некоторыми метательными техниками и ускоренным перемещением. Даже издалека было видно, что полицейская превосходит его и в мастерстве, и в опыте.

Однако мужчина явно понимал, кто его противник, и продумал подобный вариант развития событий. В его руке мелькнуло какое-то устройство, и пока басилиска уклонялась от летящих в нее кинжалов, он метнул странный маленький диск вперед.

Раздался даже не взрыв, а протяжный скрежет. Полицейская вскрикнула, крепко выматерилась и зажала уши руками, поспешно отпрыгнув. Преступник поспешил скрыться, а басилиска, уйдя на некоторое расстояние от устройства, вдруг резко выбросила руку вперед. В лежащий на земле и издающий душераздирающий звук диск хлынула струя воды, в считанные мгновения выведя его из строя.

Алиша видела это краем глаза и по достоинству оценила необычный талант басилиски. Но та потеряет еще несколько секунд, завершая технику и приходя в себя, а преступник считает, что ему удалось оторваться — нельзя было упускать такой шанс, поэтому девушка сразу же бросилась в погоню.

«Как жаль, что при мне нет никакого оружия! Придется напрячь силы и использовать приемы Митору с электричеством. Резерва должно хватить на пару таких трюков», — на ходу оценивала Алиша свои возможности.

Мужчина, поплутав среди улиц, пришел к выводу, что ему удалось оторваться. В одном из переулков он остановился перевести дыхание, и Алиша без труда настигла его.

— Ты еще кто такая? — почти беззлобно спросил он, оглядывая типичную «туристку».

— Вы хотели устроить взрыв посреди улицы, полной ни в чем не повинных людей. Значит, вы террорист, и я намерена вас задержать, — спокойно ответила ему Алиша, пряча руки в карманы и расслабленно подходя к мужчине.

Тот сделал несколько шагов назад.

— Ты не местная и выводы делаешь неверные. У меня не было цели вредить туристам, а с полицией Эрда у нас свои счеты. Так что не лезь не в свое дело.

Мужчина выпрямился, но на всякий случай положил ладонь на рукоять режущего луча, торчащего у него из-за пояса.

— А что же это тогда был за хлопок? — поинтересовалась Алиша, остановившись примерно в двух метрах от мастера.

— Я же сказал, не твое дело, — выплюнул тот, доставая оружие.

— Зато мое, — раздался за его спиной голос.

Полицейская одним ударом обездвижила противника, а затем ловким жестом скрутила его, заставив выронить рукоять луча и сковав руки наручниками.

— Вовремя, — хмыкнула Алиша, не вмешиваясь в процедуру задержания.

— Вы басилиска? Судя по всему, с неофициальным визитом здесь. Прошу прощения за этот инцидент, вам не стоило подвергать себя такой опасности, — окинув Алишу почти сканирующим взглядом, произнесла женщина.

— Вы правы. Сработал рефлекс, ничего не поделаешь, — чуть виновато улыбнулась Алиша.

Полицейская, успевшая вырубить пойманного преступника, небрежно откинула его тело к стене и подошла к Алише.

— В любом случае, благодарю за помощь. Офицер полиции Кларисия Авитари, — представилась женщина, протянув Алише руку.

— Алирия Митору. Из Агнира, — ответила на рукопожатие Алиша.

Девушка ожидала, что полицейская заинтересуется ее известной фамилией, но Кларисия только кивнула.

— Я уже вызвала патруль, через пару минут будет здесь, — сказала она и чуть заметно поморщилась.

Алиша заметила, как из уха полицейской капает кровь.

— Дайте-ка взглянуть, я медик, — поспешила предложить она, поворачивая голову женщины ухом к себе.

— Эти чертовы звуковые бомбы узкой направленности. Повезло, что вас не зацепило, — вздохнула Кларисия.

— Зато ваш прием с водным потоком эффективно их нейтрализует, — приободрила Алиша басилиску, прикладывая пальцы к ее уху и активируя исцеление. К счастью, она почти не потратила энергию из своего скудного резерва и могла применять базовые техники врачевания.

— Здесь многие владеют водной стихией. Сказывается жизнь на острове, видимо, — чуть улыбнулась полицейская.

«Значит, моя мать точно была родом с Кракоту», — удовлетворенно подумала Алиша, завершая лечение. К переулку уже подъехал полицейский транспорт.

— Офицер, все в порядке? — к ним поспешили два мастера в форме.

— Полный порядок, преступник обездвижен. Басилиска Алирия оказала полиции Кракоту неоценимую помощь, — кивнула Кларисия в сторону Алиши. — Мы подвезем вас к центральному участку, это как раз в начале улицы, где произошел досадный инцидент.

Девушка поблагодарила служительницу закона и следом за ней забралась в машину. Тем временем мужчины-полицейские разместили так и не пришедшего в сознание преступника в специальной камере кузова.

Они отъехали метров пятьсот от переулка, когда с соседней улицы в них на скорости врезался потрепанный автомобиль, отчего машину отбросило в стоящий у проезжей части столб.

— Да что ж за день сегодня такой! — выругалась Кларисия, ощупывая место над виском, которым при столкновении приложилась о металлическую часть двери. Алиша по инерции налетела на нее, невольно усилив удар. У полицейских, сидевших впереди, сработали подушки безопасности, из которых те пытались поскорее выбраться.

А из врезавшейся в них машины уже выходили двое мужчин в натянутых на лица масках, и Алиша сразу поняла, что эти люди — настоящие отступники-мастера.

Кларисия выбралась из машины первой. Мужества и ловкости женщине было не занимать — она достала режущий луч и вступила в бой с одним из преступников, пока второй открывал двери кузова, судя по всему, планируя освободить пленника.

Тот уже успел очнуться, но был скован наручниками и выглядел неважно.

Алиша поспешила на помощь новой знакомой. К счастью, перед тем, как погрузить террориста в машину, у него забрали все оружие, и девушка воспользовалась его режущим лучом и парочкой метательных кинжалов.

Кинжалы доставшийся ей противник легко отбил, параллельно пытаясь освободить товарища. Но ему пришлось отступить, когда Алиша включила режущий луч. Им надо было продержаться несколько мгновений, пока полицейские вылезут с передних сидений покореженного автомобиля и обеспечат численный перевес.

Однако отступники были опытными ребятами и не собирались упускать драгоценное время. В сторону Алиши полетела дымовая бомба, а Кларисия, кажется, была отброшена к стене здания какой-то особой техникой.

К этому времени ее напарники выбрались-таки из транспорта и даже успели нацепить защитные маски. Один из отступников чертыхнулся, что-то крикнул другому, метнул, будто наобум, кинжал, и скрылся за углом. Второй молниеносно последовал за ним.

Алиша вместе с полицейскими поспешила отойти от дымового облака, оставленного вокруг места происшествия разорвавшейся бомбой.

— Вызываю подкрепление, прием, пересечение Косой и Ткаческой, повторяю, — тут же включил приемник один из полицейских.

— Офицер, вам бы в госпиталь, — обратился второй к Кларисии. Та тяжело дышала, и Алиша сразу отметила поврежденные внутренние ткани и сильный ушиб в районе печени. Да и рана на голове могла привести к серьезному сотрясению.

— Отсюда до больницы минут двадцать даже на машине, — сплевывая кровь, ответила Кларисия.

— Я медик-дано и могу помочь. Если найти спокойное место, за час справлюсь, — вмешалась Алиша.

— Окажите первую помощь. Я живу через пару улиц отсюда, спокойнее места не найдем, — обратилась к ней женщина.

Мужчины-полицейские, посчитав данную проблему решенной, принялись ликвидировать дымовое облако и оцеплять территорию. К счастью, прохожих в этой части города почти не было.

Как оказалось, кинжал, будто случайно выпущенный отступником, попал прямо в горло пленному. Террористы безжалостно ликвидировали соратника, как только поняли, что выручить его не удастся.

«Кажется, король Момору преуменьшил масштаб бедствия, раз преступники порой забираются в самый центр столицы», — подумала Алиша, залечивая основные повреждения Кларисии, которая лежала прямо на земле.

— Второй раз за день вы меня выручаете. Что же, с меня как минимум ужин, — пошутила отважная полицейская, осторожно вставая.

— Не спешите на службу, передохните пару дней, мы отрапортуем, — сказал ей напоследок один из напарников.

Кларисия лишь махнула ему рукой.

Алиша поддерживала ее под локоть, а женщина показывала дорогу. Оказалось, она и вправду живет совсем недалеко — через пару улиц начинался вполне обычный спальный район, где в одном из четырехэтажных домов располагалась ее квартира.

— Повезло, что вы живете так близко, — сказала Алиша, пока они неспешно поднимались на второй этаж.

— Паршиво, что я не могу обеспечить безопасность даже в собственном районе, — вздохнула Кларисия, открывая дверь.

Небольшая квартира с двумя спальнями была обставлена со вкусом. В глаза бросалось обилие игрушек и прочего детского «инвентаря».

— Моя дочь сейчас гостит у дедушки, к счастью, — проследив за взглядом Алиши, сказала Кларисия. — Впрочем, как и всегда, когда я на смене.

— Хорошо, когда есть с кем оставить ребенка. Ей не следовало бы видеть мать в таком состоянии, — заметила Алиша.

Полицейская чуть усмехнулась.

— Боюсь, в свои три года она видела и не такое. Время нынче неспокойное, как вы поняли, хотя правительство и пытается это скрыть от отдыхающих. Но вы и сами могли убедиться, так что не вижу смысла утаивать — обстановка крайне накаленная.

— Из-за отступников из «Тени» и других криминальных группировок? — решила уточнить девушка.

Кларисия покачала головой.

— Внутренние распри никогда не покидали Кракоту. Слишком многие недовольны правлением короля Момору, и отступники здесь лишь удобное орудие для разжигания конфликта. Не хочу вас пугать, госпожа Митору, но, боюсь, революция на Кракоту неизбежна. И это уже давно не государственная тайна, как бы не сдерживали народные массы сторонники династии Ард.

Алиша не без удивления взглянула на басилиску. Если уж даже она, офицер полиции, так открыто говорит о государственном перевороте, дела на острове и вправду плохи. Остается открытым вопрос, стоит ли Агниру, а в частности, их делегации, вмешиваться во внутреннюю политику Кракоту?

«Об этом, конечно же, необходимо поговорить со Скроу. Надо бы связаться с ним, ведь он наверняка взволнован моим внезапным исчезновением», — подумала Алиша, но неожиданно ощутила, как в ней снова просыпается жажда жизни. Кажется, остров возвращал ей силы отнюдь не при помощи морского воздуха и оздоровительных процедур.

Что же, если риск и опасность — ее истинные лекарства, она не будет ими пренебрегать. И даже Митору не удастся теперь запереть ее в гостевом доме.

6

У Кларисии дома был телефон, и Алиша связалась по нему с менеджером Азару, чей номер без труда запомнила с самого начала. Она попросила его разыскать господина Митору и передать, что с ней все в порядке и вскоре она вернется в гостевой дом. Азару деликатно воздержался от расспросов, поинтересовавшись лишь, не доставила ли гостям из Агнира хлопот ложная тревога в курортном районе этим вечером. Алирия, про себя иронично хмыкнув, заверила менеджера, что беспокоиться не о чем.

— Ложная тревога? Ну, логично… — вздохнула Кларисия, наливая чай.

До этого басилиска провела почти час на диване в гостиной, пока Алиша при помощи домашней аптечки и своих целительских способностей ликвидировала последствия недавнего инцидента.

— Понимаю, они не хотят скандала, и все же, есть предположения, что на самом деле собирался устроить этот подрывник? Он уверял, что его целью не было навредить туристам, — не скрыла любопытства Алирия.

— Это правда, — к удивлению девушки, ответила Кларисия. — Это была часть продуманной операции. Фальшивый взрыв должен был отвлечь полицию и посеять панику среди отдыхающих, в то время как другая организованная группа вершила более серьезные дела в другой части города. К счастью, мы были предупреждены и заранее дежурили в предполагаемых зонах нападения. Жаль только, что преступник не выжил, у него в памяти могли храниться важные для нас сведения.

— Значит, у полиции Кракоту все под контролем? — ободряюще улыбнулась Алиша, стремясь выудить побольше информации.

— У нас есть надежные люди по ту сторону баррикад. Но вы басилиска и знаете, что далеко не всегда все идет по плану, — взглянув на Алишу, ответила Кларисия.

— В политике любой страны не все так просто. Есть и внутренние враги, и внешние, — с серьезным видом кивнула та. — И я не так много знаю об острове, чтобы делать какие-либо выводы.

— Наше дело — обеспечивать порядок, — пожала плечами полицейская. — А как повернется ситуация наверху — никому не известно. Как и то, что на самом деле лучше для Кракоту и его людей.

Алише показалось, или Кларисия не так уж рьяно защищала правительство при короле Момору? Видимо, у блюстительницы порядка были свои соображения на этот счет.

— Если позволите, я бы заглянула к вам через пару дней проверить, как идет выздоровление, — сменила тему Митору. — И еще, если вдруг потребуется дать показания о случившемся, можете обращаться, я не против.

— Благодарю вас, — кивнула Кларисия. — Однако с показаниями как раз лучше не торопиться. Возможно, это некорректная просьба с моей стороны, но у полиции возникнет гораздо больше проблем, если выяснится, что в инциденте было замешано иностранное лицо, причем, насколько я понимаю, прибывшее в составе официальной делегации.

Алиша снова не смогла скрыть своего удивления.

— И когда вы успели все разузнать?

— Такая у меня работа, — рассмеялась Кларисия. — Хотя, разумеется, здесь нет большого секрета — мне прислали необходимую информацию, еще когда мы ехали в машине.

— Тогда сделаем вид, что меня здесь не было, — улыбнулась Алиша. — Но как медик-дано, начавший лечение, я бы все равно навестила вас до того, как вы вернетесь на службу.

— Мне дали два дня на восстановление. Если хотите, заходите послезавтра, хотя это вовсе не обязательно — в первый рабочий день мне все равно предстоит дополнительное медицинское обследование, иначе не допустят.

После ужина Кларисия вызвала для Алиши такси. Та вернулась в гостевой дом поздно вечером. Несмотря на насыщенность дня, настроение у девушки было приподнятое. Что, конечно, вошло в диссонанс с хмурым лицом Скроу, который поджидал ее, сидя в одном из кресел в гостиной.

— С тобой все в порядке? — внимательно оглядывая Алишу, спросил он.

«О, значит, мне надо обязательно влипнуть в неприятности, чтобы ты обратил на меня внимание», — съязвила про себя она, усаживаясь во второе кресло напротив главы клана Митору.

— Я в полном порядке, чего не скажешь об этом острове, — попыталась перевести разговор на другую тему Алиша, задумчиво глядя в окно.

— Что произошло? — Скроу продолжал напряженно смотреть на нее.

— Я стала свидетелем некоторых событий, которые пролили свет на истинное положение дел на Кракоту. Кажется, у них назревает революция, — встретившись со Скроу взглядом, серьезно произнесла Алиша. — Вопрос в том, наше ли это дело. Второй вопрос: если Агнир так стремится наладить с Кракоту отношения, не пойдет ли все прахом, если король будет свергнут? — понизив голос, спросила она. Конечно, будь в здании припрятаны датчики для прослушивания, они бы наверняка их обнаружили, но все же не стоило задаваться такими вопросами в полный голос.

Скроу потер подбородок.

— Есть доказательства, что все так плохо?

— Пока догадки и мнения. Я познакомилась кое с кем из кракотской полиции, и даже там настроены довольно скептически. Кроме того, по центру Эрда разгуливают террористы, которых едва удается сдерживать. Судя по всему, у правящей династии серьезные проблемы.

Алиша поднялась и налила себе воды из графина. Почему-то ей не хотелось рассказывать Скроу обо всех подробностях прошедшего дня. Будто спустя долгое время у нее наконец появилось какое-то личное пространство, отдельное от Митору.

К счастью, ее внимание привлек бумажный пакет, лежащий на журнальном столике. Алиша решительно вскрыла его.

— Мне сегодня передал наш сопровождающий Азару. Это про семью Геруди. Я ждал тебя, чтобы вместе посмотреть, — пояснил Скарскроу.

— Спасибо, что дождался, — отозвалась Алиша. Она действительно была признательна Скроу, что не стал изучать документы без нее.

— Это же про твою родню, я прекрасно представляю, насколько это важно для тебя, — сказал мастер и подошел вплотную к Алише, чтобы вместе с ней посмотреть на содержимое пакета.

Внутри лежала пара листков. Это были выписки из архива. В них значилось, что почти семьдесят лет назад некий Адвард Геруди, уроженец одного из северных островов, прибыл на Кракоту вместе с группой беженцев. Вскоре он завел семью и его трое детей оказались носителями довольно сильного генома мастеров. Все они поступили на государственную службу и служили телохранителями, начальниками стражи и даже следователями при местном правительстве. Так продолжалось и в следующих поколениях, вплоть до Лайан Геруди, дочери Ирона и Яруны Геруди, которая избрала карьеру дипломата и была направлена в составе делегации в Танши, когда Кракоту уже обрел независимость и пытался выстроить новые отношения с бывшим колонизатором. В колонке, где указывались даты смерти представителей семейства, у Лайан Геруди стоял вопросительный знак, ниже были перечислены даты с пометками: «пропала без вести», потом «объявлена в международный розыск», и последняя «признана пропавшей без вести, обвинения в измене сняты».

— Значит, твоя мать так и не вернулась на Кракоту. Либо же сделала это под фамилией твоего отца и осталась неузнанной, — читая документ, задумчиво произнес Скроу.

— Интересно не это, — покачала головой Алиша. — Посмотри на даты смерти моих бабушки и дедушки. Ирон Геруди умер, когда мне было десять, а Яруна — за полгода до гибели моих родителей. Могла ли ее смерть как-то сподвигнуть маму на возвращение сюда?

— Мы можем попробовать навести справки и по фамилии твоего отца, вдруг что-то обнаружится? — предложил Скарскроу.

— Надеюсь, это не будет выглядеть слишком подозрительным, — задумчиво произнесла Алиша. — Впрочем, я сегодня вроде как сделала одолжение местной полиции, может, стоит теперь попросить помощи у моих новых знакомых? Заодно попробую узнать побольше о проблемах на Кракоту. Полагаю, агнирским князьям не хотелось бы сделать неверные ставки в своей политике…

— Мне бы не хотелось, чтобы ты вмешивалась в это, — покачал головой Скроу. — К тому же, меня привлекли к поимке некоторых отступников, уверен, я смогу что-то выяснить.

— Что же, тогда я ограничусь расследованием о своей семье, а ты сосредоточься на делах политических, — убирая документ обратно в бумажный пакет, сказала Алиша. — А теперь, если ты не против, я бы приняла душ.

— Конечно, — кивнул Скроу, хотя у него явно оставались еще вопросы. Но Алиша не собиралась и дальше ориентироваться на его желания. Пусть Скроу выполняет свой дипломатический долг, все равно это не помешает ей зайти с другой стороны. А отчитываться перед ним она не станет, пока он сам не найдет нужный подход.

Девушка зашла в спальню, чтобы взять сменную одежду и кое-что из косметических средств. Скроу снова опустился в кресло, взяв в руки какие-то документы.

— Полагаю, ты сегодня ночуешь тут? — спросила она его, проходя в ванную.

— Да, завтрашнюю встречу с советником отменили, и я подумал, что могу провести день с тобой. Я же обещал уделять тебе больше времени, — чуть улыбнулся Скроу, и Алиша прочла в его взгляде уже совсем другой интерес.

«Кажется, сменная одежда мне не понадобится», — удовлетворенно подумала Алиша, но ничего не сказала.

Ночью они занимались любовью, и впервые девушка взяла инициативу в свои руки. Остров будто вправду напитывал ее новыми силами, заставляя выходить за рамки привычного. Она оседлала Скроу, по-хозяйски проведя рукой по его лицу: пересекающему веко шраму, чуть впалой щеке и чувственной линии губ, пока ее бедра продолжали наращивать темп. Мастер неотрывно смотрел ей в глаза, и Алиша, наконец, ощутила, как сбивается его дыхание, а взгляд застилает пелена неконтролируемого наслаждения. Оно захлестывало его волнами, которым он не мог сопротивляться, пока все не слилось в один всепоглощающий водный поток, а Алишино существо буквально затопило его до краев. Он сдался и на миг испугался собственной беспомощности, словно утопающий, вынужденный смириться с гибелью в морской пучине. Но вместо боли пришло удовольствие, а вместо смерти — умиротворение. Скроу полностью растворился в этих новых ощущениях, хотя, наверное, должен был прийти в себя и что-то сказать, обнять и поцеловать ее.

— Спи, — прошептала Алиша ему на ухо. — Просто спи.

И сама заснула, забравшись под легкие простыни у него под боком.

* * *

— Не будем сегодня о делах, — отрезала Алиша, когда за завтраком Скроу попытался вызнать у нее подробности вчерашнего дня.

Мастер смирился и не стал задавать вопросов. Они прекрасно провели время: искупались в бассейне, прогулялись по пляжу и немного позагорали, пообедали в летнем ресторанчике в парке и даже покатались на аттракционах, расположенных на окраине района. Алиша попросила купить ей соломенную шляпку, съела две порции мороженого и заставила Скроу пойти на сеанс массажа.

Вечером Скарскроу пригласили в военный штаб для обсуждения операции по разведке и возможной поимке гоанских отступников. Алиша даже обрадовалась — ей нужно было время, чтобы обдумать завтрашний визит к Кларисии. Та дала девушке свой номер, и Алиша позвонила ей, справившись о самочувствии. Басилиска, как всегда, ответила доброжелательно, и пригласила Алишу на обед, пообещав заодно познакомить с дочерью.

— Может, будет лучше, если я отправлюсь с тобой? — предложила Кира, когда аббасу Митору поведала ей и Заре о своих планах после сжатого рассказа о вчерашних событиях.

— На острове, конечно, есть свои проблемы, но не думаю, что со мной что-то случится за несколько часов. Я уеду и приеду на такси, тем более, мой долг медика-дано убедиться, что с полицейской все в порядке, — заверила телохранительницу Алирия. — Вы с Зарой вполне можете отдохнуть денек, в конце концов, побродить по городу, может, подметите что-то интересное или разведаете места, куда мы могли бы сходить.

— Я бы с удовольствием наведалась в медицинский музей, — сразу зажглась идеей Зара. — И еще я списалась с одним из местных ученых, с которым мы обменивались мнениями по поводу результатов исследований, когда я еще работала в лаборатории госпиталя в Агнире. Он будет рад принять меня и показать их лабораторию при исследовательском центре.

— Вот и съездите туда как раз, — обрадовалась перспективе окончательно «сплавить» сопровождающих Алиша.

Скроу вернулся довольно поздно и выглядел слегка утомленным. Алиша, разморенная морским воздухом и обилием впечатлений, быстро уснула в его объятиях, надеясь, что у них еще будет шанс повторить беззаботный день обычных туристов.

С утра Скарскроу отбыл в штаб, откуда они с Боро, Шэннотом и Гэммаем должны были поехать на встречу с советником. Насколько поняла Алиша, операция по поимке отступников планировалась давно, и участие в ней такого опытного и прославленного стратега, как Скроу Рэм Митору, оказалось как нельзя кстати.

Алиша не спешила выбираться из постели. Встреча с Кларисией была назначена на обед, а в первой половине дня девушка планировала посетить несколько процедур, все еще создавая видимость оздоровительной цели пребывания на Кракоту. Да и кто в здравом уме откажется от услуг массажиста и принятия минеральных ванн в личных лечебных кабинетах?

Зара с Кирой как раз отправились в медицинский музей, позже планируя встретиться со знакомым Зары из лаборатории. Алиша же в условленное время вызвала такси и с легким сердцем поехала к своей новой знакомой, не забыв захватить как заветный пакет с документами о своей семье, так и пирожные к чаю и небольшой игровой набор для дочери Кларисии.

При свете дня спальный район Эрда после фешенебельной курортной зоны создавал неприятный контраст. Узкие улицы с разрисованными стенами и обшарпанными фасадами зданий не вязались с представлением о Кракоту как о богатом экзотическом острове.

Девушка вышла из такси и без труда поднялась на второй этаж нужного подъезда — в прошлый раз она хорошо запомнила дорогу.

Кларисия встретила ее со всем гостеприимством. Басилиска вообще отличалась доброжелательным нравом, что не всегда вязалось с ее образом решительного, порой даже грубоватого полицейского, без тени сомнения вступающего в ожесточенные схватки с преступниками. Но такое сочетание очень нравилось Алише, она чувствовала себя одновременно расслабленно и защищенно в обществе этой отважной женщины.

Из гостиной в прихожую выглянула девочка трех с небольшим лет. От матери ей достались большие карие глаза, которые скорее с любопытством, чем со страхом, взирали на незнакомку.

— Алирия, познакомься, это моя дочь Яра. Яра, подойди, пожалуйста, и познакомься с тетей Алирией, она на днях очень помогла твоей маме на службе и теперь пришла справиться о моем здоровье и познакомиться с тобой.

Яра вышла из комнаты, а Алиша присела на корточки, чтобы оказаться с девочкой на одном уровне. Сразу чувствовалось, что перед ней ребенок непростых кровей — девочка буквально сканировала Алирию взглядом и пока, по всей видимости, не сделала для себя никаких выводов на ее счет.

— Приятно познакомиться, Яра! Я мастер-дано, и мы с твоей мамой славно сработались во время службы пару дней назад. Рада, что у вас все хорошо. Я принесла тебе небольшой подарок, надеюсь, тебе понравится, — Алиша протянула девочке коробку.

Та мельком взглянула на мать, потом чуть смущенно улыбнулась и приняла подарок.

— Спасибо, — тихо произнесла Яра и опустила глаза, невольно напомнив Алише ее саму в детстве. Этот неловкий момент, когда надо соблюсти приличия, но так не хочется оставаться рядом с незнакомыми людьми дольше положенного времени.

— Думаю, ты можешь пойти посмотреть подарок в комнате, а мы пока накроем на стол, — поднимаясь, предложила Алиша, улыбнувшись Кларисии. Та кивнула, и девочка ретировалась в гостиную.

Алиша зашла в кухню и поставила на стол упаковку с пирожными.

— Вы выглядите гораздо лучше, теперь я спокойна, — обратилась она к басилиске.

— На моей службе не принято пренебрегать состоянием здоровья. Поэтому я регулярно занимаюсь восстановительными и укрепляющими техниками, это помогает быстро встать на ноги после подобных инцидентов. Да и когда у тебя на руках маленький ребенок, особо не расхвораешься, — пояснила Кларисия, расставляя посуду. — И спасибо большое за подарок и угощение, это было ни к чему.

— В гости не принято приходить с пустыми руками, — добродушно пожала плечами Алиша. — Да и мне, признаться, приятно расширить круг знакомств и посмотреть на жизнь города с разных сторон.

— Я и сейчас полагаю, что для госпожи Митору наш район не слишком-то подходящее место, — сказала вдруг Кларисия.

Алиша поняла, что женщина за эти дни навела о ней, а, вернее, о клане Митору более подробные справки. И, скорее всего, наткнулась на официальную информацию о том, что господин Митору является первым заместителем убару и вторым лицом военного города Агнира, а его аббасу управляет родовым особняком и имеет несколько государственных наград за подвиги на службе.

— Бросьте, я выросла в бедной деревеньке, не имеющей отношения к военному городу, а потом несколько лет жила в общежитии, когда училась в университете. Это здесь нас принимают как почетных гостей, и, честно говоря, я даже рада убежать в более знакомые для меня условия, — хихикнула Алиша, стремясь разрядить обстановку.

Кларисия слегка удивилась.

— Я, разумеется, не знаю деталей вашей биографии, но господин Митору очень важная и именитая персона. Простите, если сделала неправильные выводы.

Алиша махнула рукой.

— Господин Митору аскет даже больше, чем я. Когда мы познакомились, он ночевал в кладовой собственного дома, ему это было удобнее, чем обустраивать спальню. Потом наш клан расширился, и мы переехали в старый особняк, к жизни в котором я до сих пор не привыкла. Как и к повышенному вниманию к своей персоне.

Она сама не знала, почему так легко рассказывает Кларисии довольно личную информацию. Конечно, ничего секретного в ней не было, но женщина все же является официальным представителем другого государства.

Однако Кларисия не расценила слова Алиши, как какое-то откровение.

— Напоминает мне слухи о королеве Альбе. Когда Момору стал королем, она принципиально отказалась от публичности, хотя в итоге прославилась в творческих кругах как талантливая художница и меценат. Но в политике она не принимает участия и ведет довольно скромный образ жизни, насколько я знаю.

— Слышала, она родом из обычной семьи, — поделилась знаниями Алиша.

— Да, у нее два брата и три сестры, но родители всем дали достойное образование. А ее отношения с Момору сложились случайно и задолго до государственного переворота. В народе ее любят и уважают гораздо больше, чем короля.

— Но чем же так не угодил местным Момору? Я не хочу выведывать какие-то тайны, но мне интересно понять, чем так плох монарх, при котором остров экономически окреп, окончательно отделился от Танши и стал популярным курортом, приносящим еще больший доход в казну? — полюбопытствовала Алиша.

Кларисия поставила на стол чашки и нагнулась, чтобы проверить готовность аппетитно пахнущего блюда в духовке.

— Именно в казне и дело, госпожа Митору. Вы видели наш район, а ведь он считается довольно зажиточным. Эрд, конечно, процветает, но за его пределами царит нищета. Несколько сильных аристократических родов, у вас бы их назвали кланами, поддерживают бедные регионы и создают ощутимую конкуренцию правящей династии. Момору держится только благодаря тому, что эти кланы конкурируют между собой и у них нет единого лидера. К тому же король в последние годы заручился поддержкой лидеров других стран — им выгоднее видеть во главе государства его, а не какого-то малоизвестного выскочку-аристократа. Но даже у меня сжимается сердце, когда я вижу, в каких условиях живут люди за пределами или даже на окраинах города и какой криминал там процветает…

Кларисия вытащила из духовки шкварчащее жаркое на подушке из капусты и картофеля. У Алиши даже слюнки потекли от такой простой и вкусно пахнущей пищи.

— Выглядит потрясающе. В моей семье часто готовили нечто подобное, но мать предпочитала запекать рыбу, — поделилась она воспоминаниями.

— У нас, как понимаете, в свежей рыбе дефицита нет, а вот мясо стоит дороже и считается почти деликатесом. Возможно, я просто пошла на поводу у желания приготовить что-то более представительное. Ну и порадовать дочь, она рыбу не очень любит, к сожалению, — с чуть виноватой улыбкой произнесла Кларисия.

Она поставила на стол несколько овощных салатов и тарелок с закусками. На аппетитный запах в кухню заглянула Яра, и вскоре они втроем принялись за еду.

Под конец трапезы у Кларисии на запястье сработал передатчик, похожий на те, что носили мастера Агнира для связи с товарищами во время заданий, а часто и просто для обмена сообщениями.

— Что-то случилось? — поинтересовалась Алиша, глядя на нахмурившееся лицо Кларисии.

— Честно говоря, в паре миль отсюда кое-что произошло, — она подняла на Алишу напряженный взгляд. — Простите, но могу я попросить вас посидеть с Яруной ближайшие полчаса? Мне очень важно побывать в том месте и кое в чем убедиться.

— Да, конечно, — кивнула Алиша, затем обратилась к девочке: — Ты ведь не против, если мы с тобой побудем тут, пока мама отлучится по работе? Ты могла бы показать мне свои игрушки.

Яра вопросительно взглянула на маму, потом как-то обреченно, совсем по-взрослому вздохнула.

— Конечно, мне не привыкать.

— Спасибо, девочки, я мигом туда и обратно, — сказала Кларисия, поспешно собираясь. Она накинула свою полицейскую куртку, проверила пару карманов и выскользнула из квартиры со скоростью истинной басилиски.

— У твоей мамы очень ответственная работа, — обратилась Алиша к девочке, не желая создавать неловкое молчание.

— Да, она защищает людей от преступников, — очень серьезно ответила Яра. — Но только толку мало. Она одна, а плохих дядь и теть много.

— Ну, она не одна, у нее много товарищей по службе. К тому же, все опытные мастера и басилиски. Я впечатлена работой местной полиции, — поделилась Алиша, решив, что с юной Яруной вполне можно говорить на равных.

Та только снова вздохнула, уставившись в тарелку.

— Будешь доедать или пойдем в комнату? — спросила Алиша.

— Пойдемте. А чай попьем, когда мама вернется.

— Конечно, — кивнула Алиша девочке.

В гостиной Яра немного расслабилась и принялась знакомить гостью со своими игрушками. Затем они внимательно рассмотрели подаренный набор, и Яра стала показывать Алише, как строить из конструктора дом, правильно совмещая детали.

По улице, громко воя сиренами, промчался полицейский патруль. Алиша невольно напряглась, но Яра вроде не обратила на звук внимания. Возможно, здесь это не такое редкое явление, или девочка не связала машину с работой матери. Оставалось надеяться, что Кларисия не подвергнет себя опасности в очередном столкновении, если дело вообще было в нем.

— Я сейчас принесу семью лошадок, и мы поселим их в этот дом! — отвлекла от тяжелых размышлений Алишу Яра и умчалась в другую комнату.

Девушка встала, чтобы последовать за ней и заодно осмотреться, когда на кухне вдруг что-то звякнуло и повеяло свежим воздухом.

Басилиска резко оглянулась и увидела мужчину, застывшего в дверном проеме. По его одеянию, косому шраму на щеке и зажатому в руке кинжалу сразу можно было догадаться, что перед ней мастер-отступник.

— Ты еще кто такая? — тихо произнес он, но Алиша уже сделала выпад, воспользовавшись единственной возможностью атаки. Через ее пальцы, сомкнувшиеся на запястье мужчины, прошел электрический разряд, но отступник резко толкнул ее, и девушка со всего маха ударилась затылком о стену. Последнее, что она услышала, был крик Яры, а затем мастер нажал на какую-то точку, и Алиша мгновенно погрузилась во тьму.

7

Пробуждение было тяжелым. Как только первые проблески сознания вернулись к ней, Алиша активировала самоисцеление. К счастью, кроме шишки на голове никаких значимых травм не было, что девушку крайне удивило. А еще она ощутила тоненький, но ошеломительно свежий поток энергии, как будто кто-то вливал в нее силы, находящиеся в ее собственных, закрытых до сего дня резервах.

Алиша открыла глаза и увидела Яру, сидящую рядом с ней на диване в гостиной.

— Вам уже лучше? — спросила девочка, и басилиска с удивлением поняла, что поток энергии исходил от маленькой дочери Кларисии.

— Яра, с тобой все в порядке? — вспомнив произошедшее и силясь подняться, спросила в ответ Алиша.

— Госпожа, мы просим у вас прощения за это недоразумение.

Алиша, наконец, села и смогла охватить взглядом комнату. Перед ней на стуле сидел сухопарый мужчина, а в проеме дверей застыл мастер, который, собственно, и приложил ее о стену.

Девушка напряженно взглянула на него, но опасности не почувствовала. Прощения у нее просил мужчина постарше, и она повернулась к нему, тут же растерянно заморгав. Возможно, при других обстоятельствах ей потребовалось бы больше времени на узнавание, но теперь она умела прощупывать ауру людей, и сомнений у нее не осталось. Сидящий перед ней мужчина не был мастером, но его биополе она бы не спутала ни с чьим другим на свете.

— Папа? — с хрипотцой в голосе спросила она, и сидящий на стуле мужчина на миг оторопел.

Лицо стоящего в проеме мужчины тоже удивленно вытянулось. Яруна непонимающе переводила взгляд с одного взрослого на другого.

— Алиша? — наконец, тихо произнес мужчина, будто боясь собственных догадок.

— Кажется, здесь открывается какая-то интересная история, — первым очнулся мастер, подойдя к дивану и взяв Яру на руки. Только тогда Алиша с досадной очевидностью поняла, что напавший на нее мужчина приходится девочке отцом: это было понятно и по их общей родовой энергии, и по внешнему сходству.

— Тетя Алирия помогла маме, я же говорила! — подала голос Яра.

— Это и вправду ты? — все еще не мог прийти в себя Ивлин Катовски.

Алиша потерла висок.

— Значит, вы с матерью все же инсценировали свою гибель? — вопрос прозвучал резче, чем ей хотелось бы. Возможно, потому, что обстоятельства встречи застали ее врасплох, а, может, из-за делового тона отца Яруны, который к тому же стал причиной Алишиного сотрясения.

Ивлин выдохнул и вдруг закрыл рот рукой, в то время как на его глазах выступили слезы.

Стоящий с дочерью на руках мужчина, оценив ситуацию, повернулся к Алише.

— Кларисия рассказывала, что ее мать была вынуждена долгие годы скрываться на материке, но потом нашла способ вернуться. Ивлин — мой тесть и дедушка Яруны. Меня зовут Тристану Авитари, я, как вы поняли, мастер, и теперь вижу, что вы действительно принадлежите к этой семье. Хотя мне не было известно, что у Кларисии есть сестра, и уж тем более удивительно, как вы нашли нас.

Он не стал извиняться за свое нападение и все еще с недоверием поглядывал на Алишу. Она же почти интуитивно поняла, что Тристану — вовсе не полицейский и вряд ли принадлежит к сторонникам официальной власти Кракоту. Возможно, поэтому Кларисия довольно лояльно настроена к оппозиции Момору, ведь отец ее дочери, судя по всему, находился как раз по другую сторону баррикад. Хотя, возможно, он и был тем особым человеком, который играет на оба лагеря.

— Мы решили никому здесь не рассказывать, — произнес тем временем Ивлин, справившись с чувствами. — Первые годы пришлось вести себя очень осторожно, Лайан переживала, чтобы не навредить тебе или Кларисии. Потом жизнь постепенно вошла в обычное русло, нам удалось узнать, что ты уехала в Оскол на учебу… Мама хотела поехать к тебе, но не успела.

— Что с ней? — напряженно спросила Алиша, вглядываясь в давно забытые, похороненные в памяти черты отца.

— Вот уже несколько лет, как ее нет с нами, — голос Ивлина дрогнул, и он поспешно смахнул набежавшую слезу.

Алиша сжала челюсти. Она предполагала, что может узнать нечто подобное. Что, даже если найдет следы родителей, они могут быть уже мертвы, а, скорее всего, что она ничего не найдет… Она готовила себя к разным вариантам развития событий, и все же услышать о смерти матери из уст отца оказалось гораздо более болезненно, чем девушка могла себе представить.

— Как это произошло? — тихо спросила она, понимая, что столь сильная басилиска, как Лайан Геруди, вряд ли могла бы погибнуть в сорок с небольшим лет в результате несчастного случая.

— В южном регионе острова разгорелась эпидемия. Она поехала туда, чтобы помочь местным жителям, и лечила одну семью, члены которой были должны что-то одной криминальной группировке. На острове уже тогда было неспокойно, и она предпочла погибнуть, защищая незнакомых ей людей от преступников, — глядя в сторону, рассказал отец.

Алиша молча кивнула. События на острове обретали для нее все более личный характер.

— Возможно, мой вопрос покажется бестактным, но следует разобраться в ситуации, — подал голос Тристану. — Получается, Алирия младшая сестра Клари? И вы оставили дочь в Рисии, а сами перебрались на Кракоту?

Мастер выжидательно посмотрел на Ивлина. Тот тяжело вздохнул, на миг Алише даже стало жаль отца: из-за прошлого матери ему теперь приходится расхлебывать семейные неурядицы.

— Так и есть, — взглянув на Алишу, сказал Ивлин. — Твоя мать была басилиской из сильного рода, живущего на Кракоту. Она рано вышла замуж и родила Кларисию. Ее муж был одним из лидеров движения по освобождению Кракоту от гнета Танши. К сожалению, он погиб, выполняя свой долг. Лайан всегда поддерживала его и после смерти продолжила его дело — когда остров получил независимость, ее назначили атташе в посольство, призванное наладить отношения с бывшими колонизаторами. Я сам до сих пор не знаю подробностей, но, когда она прибыла в Танши, то ли их предал глава посольства, решив вступить в заговор с таншинцами, то ли таншинцы повернули дело так, чтобы делегация выглядела предателями, но твоей матери пришлось бежать, как и еще нескольким ее коллегам. Танши, конечно, выставили ситуацию в свою пользу, и Лаю объявили отступницей, что тогда было равносильно смертному приговору. Она скрывалась в горах Рисии несколько недель, и в итоге добралась до нашей деревни. Там мы с ней и познакомились, когда я приехал на каникулы присмотреть за домом. Она была старше меня на несколько лет и гораздо опытнее, но нуждалась в защите. И еще она была обречена, по крайней мере, она так считала. Она оплакивала малолетнюю дочь, оставленную на попечение родителей, и свою несправедливую судьбу.

Но я твердо решил, что смогу сделать ее счастливой. И у нас действительно неплохо получилось. Когда родилась ты, Алиша, горе твоей матери иссякло. Примерно в это время Кракоту стал монархией, и совершенно случайно мы узнали, что с членов посольства в Танши сняли все обвинения. Твоя мать стала думать, как бы ей связаться с близкими — к счастью, под другой фамилией и со способностями басилиски ей не составило труда навести нужные справки и в дальнейшем поддерживать с ними связь. И поскольку Клари считала своими родителями Ирона и Яруну Геруди, Лайан решила остаться в Рисии с нами.

— Однако, когда ее мать и отец умерли, она решила вернуться, а меня оставить на попечение твоего брата? — перебила Ивлина Алиша. Этот момент волновал ее больше всего.

Но мужчина покачал головой.

— В ту переломную ночь мы действительно попали в аварию. Был сильный буран, и я не справился с управлением — транспорт сорвался в обрыв. Если бы не целительские способности твоей матери, я бы погиб. Мы попытались выбраться, но, сама помнишь, насколько дикие места приходится проезжать по пути к нашей деревне. На рассвете мы почти достигли дороги, где надеялись встретить спасателей или снегоуборщиков, которые всегда очищают дороги после непогоды. Но вместо этого нам попались мастера-отступники. Они пробирались из Танши в Го, и буран тоже застал их врасплох и сбил с пути. Эти люди без промедления убили бы нас, но твоя мать созналась, что она сама отступница и много лет скрывается в горах Рисии. Нам пришлось пойти с ними. Сейчас, не скрою, я считаю те дни самыми страшными в своей жизни — я был полностью беспомощен перед их силой и жестокостью, моя жизнь зависела только от Лаи и ее полезности для них. Она залечила их раны, а также сделала вид, что верит в их идеи о возможности реабилитации мастеров-отступников, если они объединятся и смогут основать собственное государство.

— Так те отступники были из «Тени»? — удивленно спросила Алиша.

Ивлин пожал плечами.

— Я слышал об этой группировке, но не знаю, причисляли ли те мастера себя к ней. Но их замыслы были ясны — они хотели создать страну, где все отступники смогут жить свободно и наниматься на службу к тем, кто лучше заплатит. Надо признать, это логичный выход в их положении, но методы, которые они избрали, претили и мне, и твоей матери. К счастью, когда мы вывели их из гористой местности Рисии, нам с мамой удалось улизнуть. Она почти сутки несла меня на своих плечах обратно вглубь гор — мы надеялись, что зимой отступники не захотят преследовать нас, а продолжат путь в Го, как и собирались. Но вернуться домой мы тоже опасались — когда-нибудь эти люди могли начать искать нас или нанять профессиональных охотников за головами. Это навлекло бы беду на нашу семью и всю деревню. Поэтому мы решили повернуть на юг — с помощью твоей мамы мы добрались до поселения у границы Агнира. Там ей пришлось пойти на некоторые хитрости, чтобы нас пропустили в соседнюю страну, а затем безбилетными взяли на судно, отплывающее на Кракоту из ближайшего порта. Но другого выхода у нас не было.

— А разве вы не знали, что к тому времени родители Лайан умерли и Кларисия осталась, по сути, одна? — уточнила Алиша.

— Мы получили весть о смерти Яруны за два месяца до этого, и Лая, конечно, обдумывала вариант навестить или даже забрать в Рисию старшую дочь, — кивнул Ивлин. — Но для этого нужно было решить немало вопросов с документами, а попасть на Кракоту можно только из портов Агнира или Танши, из Рисии тогда суда на остров не ходили, да и сейчас приходят только грузовые. Поэтому, когда произошла вся эта ситуация, мы рассудили, что единственная возможность уберечь тебя и не пропасть самим — это скрыться на острове, а уже оттуда постараться связаться с Берином и перевезти тебя.

— Но вы так и не сделали этого, — Алиша не хотела, чтобы ее слова звучали, как обвинение, но горечь, которую она испытала, не могла не прорваться наружу. Сколько лет она провела в неведении относительно судьбы родителей и своего происхождения! Оказывается, сложись все иначе, она могла бы жить на Кракоту в полноценной семье, обрести старшую сестру…

— Первый год нам пришлось скрываться, — продолжил тем временем Ивлин. — Мы прибыли нелегально, жили в поселениях в джунглях. К счастью, там было много подобных нам. Но связь с ними одновременно ограничила наши возможности узаконить свое положение, ведь официальные власти всех нелегалов считали потенциальными преступниками. Лайан связалась с Кларисией, та как раз поступила в полицейскую академию Эрда. На второй год мы смогли оформить кое-какие документы в статусе беженцев. Тогда же познакомились с Тристану, и он очень помог нашей семье, — кивнул Ивлин в сторону мастера, присевшего на корточки и занявшего Яруну какой-то игрой.

— А я тем временем переехала в Оскол, — сопоставляя даты, произнесла Алиша.

— Да, когда нам удалось навести о тебе справки, мама обрадовалась, что ты, видимо, нашла цель в жизни и уверенно к ней движешься. Она хотела приехать к тебе, но думала, что ты можешь отказаться переезжать на Кракоту, так как поступила на подготовительный курс университета.

— Я поступила даже не на курс, а перевелась в последний класс местного лицея при университете. Мне ведь было всего четырнадцать, — уточнила Алиша. — Но для меня это было лучше, чем жить с дядей и тетей. Я была подростком, потерявшим родителей, а ты знаешь, тетя Ивэ бывает довольно невыносимой. Да и Кира к тому времени стала студенткой и переехала из Туриси в Одлер, а позже и вовсе эмигрировала в Агнир.

Ивлин кивнул.

— Мы узнавали все новости, хоть и с опозданием. И мне очень жаль, что тогда нам не хватило сил выйти из тени, оформить все документы и приехать за тобой в Го. На Кракоту мы разрывались между желанием помочь новым друзьям, которые бедствовали в джунглях, и жить спокойной жизнью в Эрде, поддерживая Кларисию. Да и сами при этом постоянно оказывались между двух огней. Страсти уже тогда кипели нешуточные, а твоя мама… у нее после всех событий развился страх, что ее снова объявят отступницей, что снова придется бежать и скрываться. Это гложило ее, как и переживания за обеих дочерей. Она винила себя за то, что оставила сначала Клари, а потом и тебя. Жизнь обошлась с ней жестоко, ведь она всегда действовала по совести и стремилась помогать окружающим ее людям.

Ивлин сдавленно замолчал, пытаясь справиться с душащими горло слезами.

Тристану тем временем снова выпрямился в полный рост.

— Что же, получается, вы нашли свою семью, Алирия. Мне жаль, что вы не застали в живых вашу мать, Лайан действительно была выдающейся женщиной и басилиской. И вы очень на нее похожи, гораздо больше, чем Клари, — смягчив тон, произнес он.

Потом, выдержав паузу, добавил:

— Однако мне по-прежнему интересно, как вы смогли найти нас. Как из Оскола, где вы учились в университете, не зная ничего о вашей причастности к роду мастеров, смогли попасть в Агнир, а потом прибыть сюда в составе официальной делегации, еще и под фамилией небезызвестного клана Митору?

Алиша выдохнула, готовясь поведать отцу и мужу своей новоявленной сестры собственную историю, но в этот момент ручка входной двери опустилась и в квартиру зашла Кларисия.

— Что вы все здесь делаете? — удивленно спросила она, расстегивая куртку. — Госпожа Митору, с вами все в порядке?

Они уставились друг на друга, и никто не решался заговорить первым.

— Для начала скажи, на Загородной улице все нормально? — как всегда, взял инициативу в свои руки Тристану.

— Не совсем… Я договорилась о встрече. Вечером, — не желая, видимо, сболтнуть лишнего, ответила Кларисия.

Алиша, вздохнув, решительно поднялась с дивана.

— Мы так и не успели попить чай с пирожными, а у меня горло сводит после того, как твой муж приложил меня головой о стену, — девушка улыбнулась, давая понять, что не держит обиды, но и спуску зятю давать не собирается.

Тристану нахмурился.

— Я увидел, что ты спешишь на место происшествия, и решил убедиться, все ли в порядке с Ярой. А тут — неизвестная басилиска! — начал оправдываться он перед Кларисией, в одночасье растеряв свою спесь.

Женщина поджала губы, готовясь уже что-то сказать, но Алиша предупредительно подняла руку.

— Я уже его простила, он ведь защищал вашу дочь. К тому же, благодаря этому выяснилось то, ради чего я приехала на Кракоту.

Она подошла к своей куртке, висевшей в коридоре, и достала из внутреннего кармана сложенный вдвое пакет.

— Я хотела обратиться к тебе за помощью как к представителю полиции, поэтому взяла с собой эти документы. Мне их прислали позавчера из архива Эрда.

Алиша протянула Кларисии листки. Та быстро пробежалась по ним глазами.

— Это сведения о семье Геруди от первых жителей на Кракоту до моей матери. Правда, здесь не указано, что она числилась потом под другой фамилией и даже не проставлена дата смерти, видимо, данные так и не обновили. Но какое отношение это имеет к вам?

Кларисия подняла на Алишу напряженный взгляд. Впервые девушка увидела в нем недоверие, и это невольно ее покоробило, ведь прежде полицейская была очень приветлива с ней.

— Лайан Геруди была и моей матерью тоже, — тихо произнесла Алиша. — А Ивлин — мой родной отец. Они оставили меня в Рисии, когда вынуждены были бежать на Кракоту. Так же, как много лет назад мама оставила тебя, когда ее объявили отступницей в Танши. Папа мне все рассказал.

Кларисия растерянно отвела взгляд, что-то в ее лице дрогнуло.

— Это правда! — подала вдруг голос Яруна. — Неужели ты не чувствуешь, мама, у тети Алирии дух такой же, как у меня!

Все взгляды тут же обратились на девочку.

— Она поделилась своей силой с Алирией, чтобы та скорее пришла в сознание. Еще и отругала меня за поспешность действий… — хмыкнул Тристану, пытаясь сгладить ситуацию.

— Я же сказала, что не таю обиды. Я решила, что вы, Тристану, очередной преступник, пришедший по душу храброй полицейской Эрда или ее дочери. Я первая начала атаку, — объяснила Алиша Кларисии.

— Это все невероятно, — покачала головой та. — Как я могла быть настолько слепой! Вы ведь копия мамы! И с Яруной у вас точно есть нечто общее!

— Я полагаю, Яру назвали в честь нашей бабушки, которая тебя воспитала? — поделилась догадками Алиша.

Кларисия кивнула.

— Да, ведь она заменила мне мать. И была не менее отважной и сильной басилиской, чем Лайан Геруди. Это у нас в роду, и ваш пример это только доказывает.

— Тогда, может, перейдем на «ты» и заварим-таки чай? — улыбнулась Алиша.

— Простите… Прости, у меня просто не укладывается все это в голове, — пробормотала Кларисия.

Тристану протиснулся из гостиной в коридор и положил руку на плечо жены.

— Алирия как раз собиралась рассказать нам, как она из простой студентки гоанского Оскола стала басилиской агнирского клана Митору. Полагаю, нам стоит все обсудить, пока есть время.

И снова по молчаливым взглядам, которыми обменялись супруги, Алиша поняла, что вечером им предстоит какое-то дело, о котором они предпочитают не распространяться.

— Я все расскажу, — проходя на кухню, сказала Алиша. — Только для начала объясните мне, почему мама числилась на Кракоту под девичьей фамилией, хотя была замужем за отцом Кларисии? Фамилия Авитари, очевидно, досталась тебе от Тристану, но как о Геруди в архивной выписке о тебе тоже ничего не сказано…

— Все просто, — пожала плечами Кларисия. — Мама не брала фамилию отца, поскольку он был довольно известной персоной и не хотел в те сложные времена подвергать мать лишней опасности. Но когда родилась я, ситуация немного сгладилась, и мне досталась фамилия отца. Я носила ее, пока не вышла замуж за Тристану. Хотя, по иронии судьбы, он тоже был против, чтобы я брала его фамилию.

Тристану бросил на жену тяжелый взгляд. Явно не хотел, что в разговоре акцентировали внимание на его персоне и то, на чьей он стороне.

— Вам не о чем беспокоиться, мастер Авитари, — обратилась к нему Алиша. — Мне уже понятно, что ситуация на Кракоту сложная, но я не принимаю участия в политике и прекрасно осознаю, сколько достойных мастеров стали отступниками из-за отживших свое традиций.

— А ваш муж господин Митору это осознает? — глухо спросил Тристану.

Кое-как они разместились на маленькой кухне. Кларисия хлопотала, убирая грязную посуду и заваривая чай, Ивлин молча уселся на табуретку в углу, поглядывая на выросшую дочь, будто все еще не веря, что она оказалась здесь. Тристану уселся на соседний стул, усадив Яру к себе на колени. Алиша примостилась с другой стороны стола.

— Он осознает даже больше, чем я. Но вынужден вести себя в соответствии с протоколом, так как представляет здесь убару военного города и совет князей Агнира. Однако он никогда не поступал и не поступит против совести, в этом я уверена, — глядя Тристану в глаза, ответила Алиша.

Во взгляде мастера читалось сомнение. Кларисия то и дело застывала с посудой в руках, словно переваривая открывшиеся ей факты. Только Яра смотрела на Алишу с простодушным доверием. Та улыбнулась девочке и решила рассказать свою историю:

— Всегда считала, что человек сам определяет свой путь. Но все чаще убеждаюсь, что обстоятельства порой оказываются выше нас. Тристану смотрит на меня с подозрением, потому что думает, что я могу как-то навредить вам. Что не может студентка-сирота из Оскола за несколько лет обрести силы басилиски и стать аббасу прославленного клана. Но жизнь порой ведет нас дорогой, которую мы сами едва способны разглядеть.

Я действительно не имела понятия о происхождении своей матери. Я училась в университете, подрабатывала, где могла, и строила смутные планы на будущее. Потом в Го началась гражданская война, и я попала в лагерь к агнирским мастерам. Вскоре на лагерь напали повстанцы, и командующий Скарскроу Митору был тяжело ранен, соратники едва успели перенести его в укромное место. Рядом не оказалось мастеров-дано, чтобы помочь ему. Я вызвалась выхаживать его, и благодаря случайному стечению обстоятельств попала в военный город Агнира. Там я окончила школу данов и стала частью клана Митору. Я служила басилиской и мастером-дано, выполняла разные задания, а еще прожила полгода в джунглях Танши среди отступников. Поэтому я хорошо представляю, как обстоят дела в нашем мире, и как сильные и достойные мастера и басилиски вынуждены порой присоединяться к криминальным группировкам без надежды реабилитироваться перед своей страной.

— Если ты целых полгода жила среди отступников, то как же тебя приняли обратно? — поинтересовался Тристану.

— Наша убару Яни так решила. Возможно, потому что я нужна была ей для выполнения кое-какой особой миссии или потому что я была аббасу Митору, и Скроу Рэм поручился за меня.

— А что же с мамой? Как ты выяснила, что она была басилиской и, возможно, вовсе не погибла? — обратилась к ней Кларисия.

— Снова череда случайностей. Прошлым летом я навещала дядю Берина в Туриси и заезжала в нашу деревню, — рассказала Алиша. — Там я по-новому взглянула на некоторые вещи, которые показались мне подозрительными: изучила фотографии и документы, даже побывала потом в архиве училища Туриси, пытаясь понять, училась ли там Лайан, как родители всегда рассказывали, или нет. Но мое маленькое расследование не дало прямых ответов, и я решила вернуться в военный город Агнира. Хотела срезать путь через горы и, почти как вы с мамой, угодила в западню к беглым отступникам. Среди них был выходец из Кракоту по имени K°-Нуч, — Алиша перевела взгляд с отца на Тристану. Тот кивнул, будто подтверждая, что знаком с названным именем. — Мне удалось одолеть их, но я сильно пострадала и до сих пор не могу до конца восстановиться. Его оружие, знаменитая плеть, будто заблокировала основные мои силы. В поисках ответов я стала изучать биографию отступника и близких к нему мастеров. И в архиве Агнира наткнулась на дело своей матери, Лайан Геруди, которое пылилось там с тех пор, когда временное правительство Кракоту объявило ее в розыск и разослало по всем странам характеристику. Вот так порой стечение обстоятельств открывает перед нами правду.

Алиша замолчала и поднесла к губам кружку чая, который успела налить Кларисия.

— Значит, ты прибыла сюда с агнирской делегацией, чтобы найти следы своей семьи… И случайно познакомилась с Кларисией… — потирая подбородок, произнес Тристану.

Девушка чуть улыбнулась и покачала головой.

— Сказать по-честному, я инициировала эту поездку под видом необходимости лечения, а убару решила совместить два дела и отправила со мной Скроу для обсуждения некоторых общих проектов между Агниром и Кракоту, о которых я имею довольно смутное представление.

— Ну вот, а вы считали, что Момору привлекает военные силы другой страны для решения внутренних проблем, — обратился к Тристану Ивлин, впервые заговорив после долгого молчания.

Тот смерил тестя тяжелым взглядом, но мужчина не смутился.

— У меня нет причин не доверять собственной дочери, Тристану.

— Дело не в госпоже Алирии, а в ее принадлежности к клану и роли господина Митору в этой ситуации. Он один из сильнейших мастеров современности и представляет для нас немалую опасность, если его привлекут к подавлению тех, кто не согласен с политикой короля, — тихо произнес муж Кларисии.

— Его действительно привлекли к кое-каким операциям по поимке отступников, якобы перебравшихся сюда после поражения в Го, — не стала скрывать Алиша. — Поэтому будет лучше, чтобы вы хотя бы частично посвятили меня в истинное положение дел. Мне тоже неохота лезть в политику, но вы — моя семья, и я буду защищать вас, на какой бы стороне вы ни оказались. И Скарскроу Митору будет вынужден считаться с моим выбором.

Тристану, Кларисия и Ивлин переглянулись. Алиша обвела их взглядом и принялась есть пирожное. Решение, в конечном счете, принимать им, она свою позицию высказала.

— Я покажу тебе, — сказала наконец Кларисия, хотя Тристану явно не разделял доверие жены к новоявленной родственнице. — Сегодня мы отправимся к нашим товарищам в джунгли, туда, где жили твои родители, пока не смогли стать легальными гражданами Кракоту. Как моя сводная сестра и их дочь ты должна знать, что происходит на самом деле, — скорее для Тристану, чем для Алиши, произнесла она.

Девушка кивнула одновременно с отцом. В глазах Ивлина читалась решимость, и она помнила этот взгляд — он означал, что отец уже не отступит от выбранного пути.

— Что же, не хочу обижать вас, госпожа Митору, но должен предупредить, если вы лукавите или решите отступиться от своих слов, на нашей стороне тоже есть сильные мастера, которые легко вас раскроют, — обратился к ней Тристану.

Алиша пожала плечами.

— Я всегда шла своим путем и никогда не отступала от своих слов, мастер Тристану. Надеюсь, вы сможете убедиться в этом на деле.

А про себя подумала:

«Как бы мне хотелось вернуть все свои силы. Я бы чувствовала себя гораздо увереннее, если бы могла распоряжаться уникальными знаниями Мао, способностями Митору и открывшимися во мне генами Геруди. Но, возможно, в диких джунглях Кракоту найдутся те, кто поможет мне восстановить доступ к резервам? Надо непременно попасть туда и разобраться в ситуации».

8

Некоторое время они еще обсуждали создавшееся положение дел. Отец поинтересовался у Алиши здоровьем Берина и в целом ситуацией в Рисии.

Тристану пытался разобраться, какую роль должен сыграть Скарскроу Митору в поимке гоанских отступников. Он был уверен, что агнирцев непременно втянут в более масштабное дело, чтобы постараться ослабить противостоящие Момору силы.

Только Кларисия все больше молчала, а потом и вовсе ушла укладывать Яруну на дневной сон.

— Толку в бою от меня сейчас мало, так что, надеюсь, мы не попадем ни в какую передрягу, — обратилась Алиша к Тристану. — Если со мной что-нибудь случится, Скарскроу, несомненно, предпримет меры, и тогда будет сложнее убедить его занять нашу сторону.

— А ты ее разве уже заняла? — усмехнулся Тристану.

— Я, как и моя мать, тоже целительница, забыл? Если в государстве процветает несколько тысяч людей, а другие ежедневно погибают от голода и болезней в жутких условиях, я никогда не приму такой порядок вещей. Даже если Агниру будет выгоднее остаться в стороне или сотрудничать с правящей династией. Другое дело, какой у вас план действий, и кто является лидером противоборствующих сил. Затяжная гражданская война не пойдет на пользу обычным жителям, пример с Го это ярко показывает. А среди бедных и несправедливо изгнанных скрываются и настоящие преступники, которые будут рады поживиться под шумок. И таких нельзя допускать до власти, иначе Кракоту погрузится в анархию.

— Не будем здесь о планах и политике. Скоро мы все обсудим и решим, сможем ли использовать ваше присутствие себе на пользу или все же агнирское вмешательство скорее навредит нам, чем поможет, — отрезал Тристану, вставая.

Ивлин, как и ожидалось, остался приглядеть за Ярой. Когда Алиша вслед за Тристану и Кларисией готова была уходить, мужчина впервые взял ее за руки.

— Алиша, ты себе представить не можешь, как я рад тебя видеть. И одновременно обескуражен. Я виноват, что все эти годы не отважился найти тебя, хотя мог бы связаться с Берином, мог бы узнать… И виноват, что не уберег твою мать, и вы так и не встретились. Но я очень надеюсь, что мы сможем еще обо всем поговорить в спокойной обстановке.

— Разумеется. Забвению пришел конец, мы обязательно все обсудим, — ободрила его Алиша, хотя ее горло сжалось от подступивших слез.

Она повернулась и вышла из квартиры, надеясь, что предстоящие встречи не слишком осложнят ее положение.

В машине, которую вела Кларисия, у Алиши разболелась голова. Она, конечно, нейтрализовала боль, но знак все равно нехороший — недавний удар и болезненные переживания оставили след на нервной системе.

Неприметный автомобиль легко петлял между улочками, двигаясь к окраине города. Алиша ожидала увидеть жуткие трущобы, но они проехали через небольшой частный сектор и неожиданно вынырнули из Эрда, оказавшись на открытом пространстве среди засеянных полей. Грунтовая дорога вела через них к возвышающимся впереди горам, покрытым густыми тропическими лесами. Через десять минут они начали подниматься вверх по узким серпантинам, а еще через столько же Кларисия свернула на неприметную дорогу, уходящую в густые дебри.

Они забирались все выше, иногда раскидистые ветви били по крыше машины.

— В горах расположено немало любопытных мест: заброшенные военные базы таншинцев, кемпинги для туристов и самострой местных жителей. А еще немало поселений, найти которые может лишь опытный проводник, — поведала Кларисия. — Мы остановимся в небольшой гостинице в деревне, люди которой работают в основном на плантациях за этой горой. Собранные фрукты поступают на экспорт в другие страны, хотя последние годы правительство рассматривает вариант перенести предприятие вглубь острова, а здесь продолжить развивать туристическую инфраструктуру.

— Ясно, — кивнула Алиша. — Но меня больше интересует сложившаяся ситуация, а еще — с кем мы встречаемся в этой деревне.

— Всему свое время, — сказал Тристану. — Для начала послушаем, что нам расскажут, а потом уже я тебя представлю.

Наконец Кларисия еще раз повернула, и они въехали в небольшое поселение, которое на первый взгляд даже показалось Алише уютным: деревянные домики, некоторые крыши которых были покрыты широкими пальмовыми листьями, образовывали несколько узких улочек. Кое-где вывески указывали магазин, лавку или парикмахерскую, а вдоль главной улицы даже тянулась линия электропередач.

Машина остановилась в неприметном дворике у двухэтажного здания, на котором значились надписи: «Гостиница», «Кафе» и «Центр обслуживания».

В холле царил приятный полумрак и не было людей, кроме то ли администратора, то ли бармена по совместительству, который при виде Тристану и Кларисии приветственно кивнул. Алиша же ощутила, что ее втягивают в мероприятие, выпутаться из которого так просто не удастся.

«Надеюсь, я не слишком подставляю сейчас Скроу», — с опозданием подумала она, спускаясь за недавно обретенными родственниками в полуподвальное помещение. Здесь горела всего одна лампа, едва освещая несколько обшарпанных столов. В помещении было пусто.

— Подождем здесь, — сказала Кларисия, усаживаясь за один из столов.

Тристану и Алиша последовали ее примеру.

Одинокая муха билась о тусклую лампу. Под потолком были проделаны узкие окна, запылившиеся от времени и почти не дававшие света.

— Вы всегда встречаетесь здесь или в разных местах? — решила узнать хоть что-то Алирия.

— По-разному, — ответила Кларисия. — Иногда встречаемся в Эрде. Мы ведь, прежде всего, правозащитники, и наша миссия — устранить несправедливость, но не допустить возникновения хаоса и роста преступности. Ты правильно заметила про анархию — я как раз считаю своей миссией предотвратить подобный сценарий.

У Алиши вопросов только прибавилось, но в этот момент пол этажом выше скрипнул, и к ним спустились двое. Впереди шла женщина, несомненно, басилиска, с выразительной фигурой и копной светло-русых кудрявых волос. Благодаря наметанному глазу и умению считывать состояние биополя людей Алиша смогла определить, что женщине уже хорошо за тридцать и в свое время она прошла отменную боевую подготовку.

Следом за ней спустился мастер чуть помоложе, щуплого телосложения и с таншинскими чертами. Такие были особо опасны в бою благодаря своей ловкости и изворотливости.

К счастью, сейчас им предстояли переговоры, а не сражение.

— Чета Авитари, приветствую. Вы не предупреждали, что будут гости, — беззлобно отметила басилиска, оценив ситуацию.

— Эрзана, Чедий, доброго дня. Эта девушка — сводная сестра моей жены, и может быть нам полезна. Прошу, присаживайтесь, — спокойно ответил на замечание басилиски Тристану.

«Эрзана? Уж не та ли эта беглая басилиска из Агнира, дело которой мне попалось в архиве? Как тесен бывает мир!», — разглядывая женщину, удивилась про себя Алирия.

— Что же, если ты за нее ручаешься, я буду говорить прямо, — смерив Алишу взглядом, произнесла Эрзана. — Чедию сейчас опасно появляться в Эрде, поэтому я назначила встречу здесь.

— Зачем ты вообще так сильно подставлялся? — спросила вдруг Кларисия у щуплого мастера.

— Я доставил вам неудобства, простите, госпожа Авитари. Но мне нужно было предупредить Пэри, что ситуация осложнилась.

— Пэри перешел на сторону Лэнсу, а они сотрудничают с группировками, которых я никогда не допущу до Эрда и буду по возможности уничтожать на корню. Пэри свой выбор сделал, а ты рисковал не только собой, но и всеми нами, — Кларисия говорила сдержанно, но Алише сразу стало понятно, что днем ей пришлось играть на две стороны, спасая этого Чедия и при этом выполняя долг полицейского.

— Да, риск был лишним, тем более спасти Пэри не удалось, — вздохнула Эрзана, а Чедий стал темнее тучи. — Но меня больше беспокоит, что Момору привлек на свою сторону агнирцев.

— Тебе удалось что-то узнать об этом? — поинтересовался Тристану, а Алиша попыталась не выдать своего любопытства.

— Удалось, — чуть самодовольно хмыкнула Эрзана. — Я переговорила с главой их делегации, Скарскроу Митору. Кажется, он в курсе насчет того, что Момору вешает лапшу им на уши. И готов разбираться в ситуации.

Брови Алиши слегка дрогнули от удивления. Ну, конечно, они со Скроу наверняка были знакомы в Агнире. Интересно, Эрзане он тоже в свое время помог скрыться, как и Мао Дьюи? Во всяком случае, если он проявил лояльность, значит, считает ее достойной доверия.

Тристану бросил на Алишу изучающий взгляд, потом обратился к Эрзане:

— А он не назвал имена, на кого именно решили поохотиться королевские псы?

— Ему назвали имена отступников, которые действительно сбежали на остров после неудачи в Го. Но предупредили, что они вошли в террористические группировки, поимка лидеров которых будет особенно предпочтительна для Момору. А туда вошли и члены клана Лэнсу, и И-Чэн, и, что самое скверное, Рору Годо с его ближайшим окружением.

— Рору предупреждали, чтобы он был осторожнее, — хмуро заметила Кларисия.

— Да, но он не мог знать, что охотником за его головой станет мастер Митору, — вздохнула Эрзана.

— Ты обещала защищать его, — напомнила сестра Алиши.

Басилиска кивнула.

— Да, поэтому и связалась с Митору напрямую. Если надо, в ноги ему упаду, чтобы он не тронул Рору.

— Почему Рору так важен для вас? — впервые за беседу подала голос Алиша.

Эрзана, видимо, до этого не слишком принимавшая девушку в расчет, удивленно взглянула на нее.

Алише ответила Кларисия:

— Рору является одним из самых явных претендентов на престол Кракоту, если династия Ард будет смещена. До недавнего времени на это место претендовал его дядя, глава клана Эшон Годо, он мало чем уступал по влиянию Момору Арду. Но несколько недель назад его убили. Рору — перспективная кандидатура, но он довольно молод и неопытен, хоть и популярен среди молодежи. Случись все лет на пять позже, мы бы так не переживали, но сейчас…

— То есть, вы все силы бросили, чтобы уберечь потенциального наследника и подготовить для него трон? — уточнила Алиша, игнорируя напряженные взгляды окружающих.

— Это один из наиболее предпочтительных вариантов, — кивнула Кларисия.

— И на какой стадии подготовка к перевороту? — полюбопытствовала девушка, будто спрашивала о планах на отпуск.

— Авитари, вы что же, совсем ничего не рассказали своей родственнице? Я вижу, что она басилиска, судя по всему, пришлая. Но мы вообще-то рискуем жизнями, и подобный тон здесь неуместен, — резко обратилась Эрзана к Алирии.

Та проигнорировала слова женщины, продолжая выжидающе смотреть на Кларисию.

— Мы копим силы и договариваемся со всеми сторонами. Есть еще сильные кланы, которые не в восторге от идеи видеть на троне Рору Годо. Их надо убедить, — негромко произнесла та.

Алирия задумчиво потерла подбородок. Ситуация прояснялась и выглядела не слишком радужной. С другой стороны, если убедить Скроу встать на сторону повстанцев, в случае успеха Кракоту по гроб жизни будет обязан Агниру. Сейчас Момору диктует свои условия, поставляя на материк редкие товары. А вокруг Кракоту есть множество островов и источников полезных ископаемых, разработка которых на льготных условиях обогатила бы Агнир. Интересно, Скроу уже думал о таком повороте событий? Жаль она не сведуща во всех деталях международной политики!

Тристану хотел уже что-то сказать, но Алиша его опередила:

— Если Скарскроу Митору сочтет, что сотрудничество с юным Рору Годо выгоднее для Агнира, чем текущие проекты с Момору Ардом, а переворот приведет к очищению Кракоту от преступников, осложняющих жизнь всем странам, а также, возможно, реабилитации некоторых мастеров, скрывающихся там, то дело может оказаться перспективным, даже несмотря на сопротивление отдельных кланов. Но сначала нам придется убедить его, а потом ему — добиться согласия убару и совета князей.

Эрзана, раздраженная игнорированием Алиши и ее деловым тоном, повернулась к Тристану.

— Я всегда доверяла тебе, но мне очевидно, что эта басилиска родом из Агнира. Не слышала, что у Кларисии есть там родственники.

— Прости, что сразу вас не представил, очень уж ставки высоки, — спокойно произнес мастер. — Эта басилиска действительно сестра Клари, дочь Лайан Геруди и Ивлина Катовски. Они оставили ее на материке, когда обстоятельства вынудили Лайан вернуться на Кракоту. А еще она аббасу Митору и, уверен, у нее есть определенное влияние на господина Митору и агнирскую делегацию в целом.

Эрзана посмотрела на Алишу, будто видела ее в первый раз.

— Если и так, то вы очень хорошо скрываете вашу принадлежность к кланам Митору и Геруди. Это говорит либо о непревзойденных способностях, либо об их полном отсутствии, — обратилась басилиска к ней.

Алиша пожала плечами.

— В кои-то веки сейчас важен мой статус, а не способности. Уверена, у господина Митору уже составлен план действий и, пока я его не узнаю, вряд ли смогу помочь чем-то определенным.

Эрзана нахмурилась, потом повернулась к Тристану.

— Видимо, мы оба удачно собрали тузов в рукаве, Тристану. На самом деле я хотела устроить тебе и Скарскроу Митору встречу. Ты один из лидеров и держатель связи с полицией Эрда, и сможешь убедить его.

«Значит, Тристану все же полностью на стороне заговорщиков. Но благодаря Кларисии имеет влияние на правоохранительные органы Эрда. Да уж, в непростую ситуацию он втянул мою сводную сестру. А она поддерживает мужа, как когда-то наша общая мать поддерживала ее отца», — подумала Алиша, а вслух спросила:

— И когда назначена встреча?

— Сегодня в десять вечера, — ответила Эрзана. — Правда, место вызывает у меня опасения. Скарскроу сказал, что его жена, очевидно, имея в виду вас, проживает в гостевом доме в районе «Белого берега». Он пригласил нас туда. Мне такие места для богатых не по нраву, но он сказал «раз вы вхожи в город, то сможете приехать на такси, как обычные люди, и никто ничего не заподозрит».

— Ловко, — улыбнулась Алиша. — В гостевом доме я якобы нахожусь на лечении, и никаких прослушек в нем нет, а прислуга — простые гражданские, отвлечь которых не составит труда. Никто не заподозрит, что в столь представительном месте обсуждается заговор. Тем более, если вместе с Тристану приедет Кларисия, я всегда могу объяснить, что решила пригласить в гости сестру с семьей.

Алиша умолчала, что сестра «появилась» у нее только сегодня, и сам Скроу об этом еще не знает.

— Дело обретает все более интересный поворот, — усмехнулся Тристану. — Вопрос только, не ждет ли нас там засада?

— Если хотите получить в союзники Митору, вам придется ему довериться. Да и засада не понадобится — у него не займет много сил обезвредить всех нас, если он сочтет это правильным, — криво улыбнулась Алиша.

— Уверена, кроме него и вас там будут и другие члены делегации. Мы сильно рискуем, хотя история с родственными связями здесь очень на руку, — задумчиво произнесла Эрзана.

Алиша понимала ее опасения — весь план по государственному перевороту может сорваться, если Скроу обманет ее доверие. И все же девушка видела, что басилиска готова пойти на риск и устроила эту встречу, чтобы убедить Тристану. Значит, со Скроу их действительно связывает какое-то прошлое, вселяющее в нее уверенность.

— Решать вам, — второй раз за день сказала Алиша. — Я могу лишь повернуть ситуацию так, будто пригласила в дом родственников и ни о каких заговорах не может быть и речи. Так что алиби вам обеспечено, по крайней мере, Тристану и Кларисии.

— Эрзана числится главой полиции Градника, небольшого города к северу от Эрда. Собственно, поэтому она и была приглашена в штаб для разработки операции и смогла пересечься с господином Митору. Также они давно дружат с Клари, поэтому ее присутствие в гостях у четы Митору вполне можно будет объяснить, — обратился к Алише Тристану.

— А ты кем и где числишься? — поинтересовалась Алиша.

— Я инспектор по безопасности на горнодобывающем производстве. В глубине острова немало таких предприятий, поэтому мне редко удается побыть в Эрде с семьей, — впервые ответив Алише улыбкой, произнес Тристану.

— Что же, тогда проблема решена. До встречи осталось не так много времени, полагаю, мы можем вернуться в город, откуда я отправлюсь готовиться к приему гостей, а вы подготовитесь и приедете к нам на такси. И лучше в восемь, а не в десять вечера — слишком поздний визит будет выглядеть подозрительно. Адрес, полагаю, Скроу оставил.

Эрзане явно не понравилось, что Алиша взяла инициативу в свои руки, а ее роль в «семейном ужине» сведена к непонятно зачем приехавшей подруге сестры госпожи Митору.

Может, она уже строила планы по сближению с главой клана Митору, и появление его жены в гуще событий спутало ей карты? Для басилиски обычные женщины редко могли составить конкуренцию, другое дело — настоящая аббасу Митору.

«Если дело в этом, то надеждам Эрзаны не суждено сбыться. Скроу никогда не попрет честь и верность семье, а его семья — это я», — не без внутреннего превосходства подумала Алиша. Впрочем, она решила не делать поспешных выводов.

Все согласились с ее планом, и через несколько минут они вышли из полумрака гостиницы на улицу. Чедий простился и исчез в одном из переулков, а Эрзана села в машину, заняв заднее кресло рядом с Тристану, в то время как Кларисия пригласила Алишу сесть вперед.

Девушка была благодарна сестре за такое решение — ехать даже полчаса рядом с беглой агнирской басилиской ей было бы не по себе.

— Я подберу тебе что-нибудь подходящее для визита, — обратилась через плечо Кларисия к Эрзане, выруливая из деревни.

— Вечерних туалетов не потребуется, но на всякий случай сделайте вид, что тщательно готовились к приему, — сказала Алиша.

— Понятное дело, — фыркнула Эрзана. — Но, как мы знаем, басилиска и в длинном платье остается басилиской, одежда не имеет решающего значения.

Прозвучали ли ее слова, как предупреждение? Возможно, она хотела донести до Алиши, что готова ко всяким неожиданностям и будет сражаться даже с самим Скроу, если тот решит раскрыть их людям Момору?

Но в таком сценарии Алиша сильно сомневалась. Митору никогда не пойдет на подлость, а вот разобраться в ситуации явно готов. Осталось только ей, добравшись до гостевого дома, открыть ему новые обстоятельства дела и выслушать его соображения. Он-то со своей стороны явно уже продумал, что ей сказать.

Да, они оба сегодня не теряли времени зря. И день еще не закончен.

9

Однако, вернувшись на такси в гостевой дом, Алиша не застала там Скроу. Это ее встревожило и расстроило одновременно. Зары с Кирой, что удивительно, тоже не было. Девушка предупредила слуг, что вечером к ней приедут гости, и попросила накрыть ужин в небольшой гостиной на третьем этаже. Затем, почувствовав накатившую усталость, позволила себе закрыться в спальне и немного отдохнуть.

Примерно через час пришел Скроу в сопровождении Гэммая. К этому времени Алиша пересмотрела свою позицию и решила, что все оборачивается как нельзя кстати — Митору уверен, что она провела день в поисках своей семьи и ничего не знает о предстоящем визите.

Скроу распорядился выделить Гэммаю комнату, так как тот останется на ночь, а потом зашел к Алише в спальню.

— Слуги, как я вижу, накрывают на стол. Ты решила устроить богатый ужин? — поинтересовался он, присаживаясь на край кровати.

— Да, у нас ведь сегодня гости, как я понимаю, — не скрывая лукавой улыбки, ответила Алиша.

Но Скарскроу и бровью не повел, подумав совсем о другом.

— Неужели ты нашла кого-то из семьи?

Алиша улыбнулась еще шире.

— О, да, и теперь я поняла, что влипать в неприятности — это у меня явно семейное.

— Что ты имеешь в виду?

Девушка привстала, сев рядом со Скроу Рэмом на кровати.

— Я пригласила на вечер свою сводную сестру, офицера полиции Эрда Кларисию Авитари. Ее муж, Тристану Авитари, кажется, как раз собирался встретиться с тобой. Ах да, с ними еще прибудет подруга моей сестры, госпожа Эрзана. Не знаю ее фамилии, но точно знаю, что ты с ней знаком, ведь эта женщина — отступница родом из Агнира. Представляешь, сколько совпадений за день?

Алиша могла лишь надеяться, что не разрушила своими словами какой-то хитроумный план Скроу, который он вынашивал весь этот день. Но удержаться от самодовольной иронии тоже не смогла.

Только вот Скроу, как всегда, трактовал ее интонацию по-своему. Он не стал скрывать своего удивления и даже стянул маску, потерев подбородок.

— Признаться, редкое совпадение. Значит, у нас сегодня семейный ужин… Славно. А сводная сестра по какой линии?

Алиша подавила едва вспыхнувшее разочарование. Она видела, что ей удалось впечатлить Скроу, но на бо́льшие эмоции от него не стоило и рассчитывать. Как всегда, прежде всего он выуживал факты и говорить стоило по делу.

Отбросив ребячество, девушка постаралась напустить на себя серьезный вид.

— Моя мать была замужем и родила Кларисию еще до злополучного путешествия в Танши. Ее муж к тому времени скончался, кажется, он был одним из лидеров-революционеров, боровшихся с таншинской властью на Кракоту. А моей сестре пришлось расти с бабушкой и дедушкой. Впрочем, если тебе интересна вся история, я готова рассказать подробнее. Это может пригодиться на грядущей встрече.

— Конечно, расскажи. Я и так переживал, удалось ли тебе что-то выяснить о своей родне здесь, — откликнулся Скроу.

«Ого, даже переживал! Смогу ли я когда-нибудь научиться понимать, что у него на уме?», — подумала Алиша, а вслух сказала:

— Но прежде я хочу узнать, как прошел твой день. Что обещали тебе власти Кракоту и что предложила басилиска Эрзана? И насколько хорошо вы с ней знакомы?

Алиша надеялась, что ее слова звучат не как проявление пустого любопытства, а как встречная необходимость получить информацию. И, кажется, Скроу именно так к ним и отнесся.

— Как я и ожидал, меня попросили не столько помочь выследить и ликвидировать отдельных отступников, которые представляют особую ценность для Агнира и Го, сколько приструнить целые группировки, в которые эти отступники якобы вошли, — все еще почесывая подбородок, произнес Скроу. — Сделать грязную работу чужими руками — довольно очевидный ход для Момору в создавшейся ситуации. В ответ он готов пойти на существенные уступки в ряде совместных проектов и дать льготы по категориям товаров, которые Агнир потом сможет перепродать другим странам. В стратегическом смысле предложение достаточно выгодное, чтобы группе мастеров вроде нас немного запачкаться во внутренних междоусобицах. Да, — отвечая на Алишин взгляд, кивнул Скроу. — Разумеется, мне тоже это не по нраву. И когда Эрзана посвятила меня в положение дел, которое совпало с тем, о чем рассказала ты накануне, я задумался, стоит ли игра свеч. И до этого момента точных выводов не делал. Но если этот Тристану — твой зять, а сестра служит офицером местной полиции, ситуация становится одновременно как более острой, так и более понятной.

— Уверена, они тебе немало еще расскажут. Но у меня нет причин не доверять сестре — она офицер полиции, заинтересованный в порядке и справедливости. И сама не прочь избавиться от настоящих преступников, терроризирующих остров. Но кроме них тут полно людей, страдающих от политического курса Момору, а также отступников, которых вполне можно реабилитировать. Я к тому, что прежде, чем делать выводы и принимать решение, возможно, нам стоит самим оценить ситуацию? — Алише вовсе не хотелось давить на Скроу или выглядеть слишком доверчивой. Пусть его убеждают Тристану и Эрзана, ее дело — лишь подготовить почву и сделать все, чтобы защитить сестру, а с ней и отца с племянницей.

Поэтому она без утайки поведала Скроу о своих приключениях за последние несколько дней. Он слушал внимательно, лишь иногда задавая уточняющие вопросы, и все продолжал тереть едва появившуюся на подбородке щетину — будто оценивал, как новые родственники и их связь с политическими событиями Кракоту могут повлиять на позицию Агнира, на которую, в свою очередь, мог повлиять сам Скроу.

— Я рад, что ты нашла отца и сестру, Алиша, — произнес он, когда девушка закончила свой рассказ. — Это большая удача, а семья всегда делает нас сильнее. И я буду рад познакомиться с Кларисией сегодня. Но, как я уже говорил прежде, с делами, касающимися политики, нам следует быть очень осторожными. Я отправлю соответствующую информацию убару — мы решили, что, пока я помогаю Момору с отступниками, советник Боро отвезет кое-какие документы в военный город. К счастью, на служебном самолете это можно сделать всего за один день. Ну а пока послушаем, что расскажут твои родственники и Эрзана. Никто из нас пока не видел на острове бедствующих кракотцев, а нам важно убедиться, что грядущий заговор — не просто желание одной элиты свергнуть другую.

— Согласна. Я и не отрицаю, что даже моя родня может быть пешками в чьей-то большой игре или преследовать свои интересы. Но не слишком ли сильно мы рискуем, ввязываясь во внутренние дела острова? Это ведь может отбросить тень на взаимоотношения Агнира и Кракоту, разве нет?

Алише хотелось знать, насколько далеко Скроу может зайти, следуя своим убеждениям. Но мастер, как всегда, действовал согласно простой логике:

— Кракоту много лет налаживает отношения с материковыми государствами и, в первую очередь, стремится к сближению с Агниром: отчасти как с самой сильной страной, отчасти в противовес былому противостоянию с Танши, по принципу «враг моего врага — мой друг». В силу происходящих событий нам важно оценить, насколько велик шанс, что переворот все же произойдет, и что выгоднее Агниру — поддерживать династию Ард на троне или проявить лояльность к потенциально новым правителям. Или, быть может, оказать поддержку одной из сторон, чтобы связать ее обязательствами. Агнир заинтересован в сильном союзнике, который недолюбливает Танши и не так тесно связан с другими материковыми государствами. Значит, нам важно способствовать тому, чтобы власть на Кракоту оставалась достаточно стабильной.

Алиша удовлетворенно кивнула. Кажется, ее интересы и личные интересы Скроу, например, желание реабилитировать несправедливо осужденных отступников, совпадали и с общей политической линией Агнира. Оставалось надеяться, что убару или совет князей не испугаются новых вводных и не предпочтут отозвать делегацию, вместо того чтобы ввязываться в сомнительные междоусобицы островных кланов.

Под конец Алиша не удержалась от последнего, особенно волнующего ее вопроса:

— Ты не ответил мне по поводу басилиски Эрзаны. Я читала ее дело в архиве, когда искала информацию о Ко-Нуче. Ты знал, что на острове она занимает пост главы полиции небольшого города?

— Нет, это мне не было известно, но она поменяла фамилию, а офицером полиции стала благодаря договоренности между Ардами и местным кланом. Эрзану реабилитировали и решили не выдавать Агниру, а она в обмен обеспечила порядок в поселении и округе. Такая вот простая сделка, — пожал плечами Скроу.

— А как она стала отступницей? — не унималась Алиша.

— У нее был конфликт с убару военного города, предшественником Яни. Он отправил ее на заведомо провальную миссию, а она сбежала, — в голосе Скроу проскользнули грустные нотки. Кажется, его эта история до сих пор задевала за живое. Но Алиша решила, что это даже к лучшему — если он сочувствует Эрзане и подобным ей, проще будет убедить его встать на сторону заговорщиков.

— Мне казалось, предыдущий убару был мудрым и опытным главой города. Как он мог пойти на такое? — намеренно возмущенно спросила она, пытаясь выведать побольше подробностей.

— Покойный Сэтоби многим внушал уважение и страх. Он был человеком старой закалки, которому часто приходилось принимать сложные решения. А Эрзана была… почти как ты, — взглянув на Алишу, сказал вдруг Скроу. — Игнорировала многие правила и хотела жить по-своему. Только за ее спиной не оказалось сильного клана, и терпение убару быстро лопнуло. Яни в этом плане куда деликатнее.

Ответ Скроу Алише совсем не понравился. Мало того, что Митору сравнил ее с Эрзаной, так еще и намекнул, что ее поведение не вписывается в общепринятые нормы военного города, и лишь благодаря лояльности Яни и защите Скарскроу ее еще не изгнали или устранили.

— Кажется, все независимо мыслящие мастера раньше становились жертвами системы. Что Эрзана, что тот же Мао Дьюи, — решила не оставаться в долгу Алиша, вставая с кровати. — Что же, до прихода гостей осталось меньше часа, нам надо подготовиться.

Скроу не стал отвечать на ее реплику и молча поднялся следом. Они переоделись в клановые халаты: не слишком броские, но достаточно представительные, чтобы встретить гостей. Слуги успели сервировать стол, а по дому начал разноситься аппетитный запах горячих блюд.

— Пойду предупрежу Гэммая о новых обстоятельствах сегодняшнего вечера, — сказал Скроу. — Кстати, я думал, Зара с Кирой тоже будут присутствовать.

— Они сегодня собирались в медицинский музей и в местную лабораторию. Кажется, у Зары там работает знакомый. Может, их тоже пригласили на какой-нибудь ужин? — предположила Алиша.

— Жаль, тут не работают наши браслеты, — вздохнул Скроу.

— Если бы работали, едва ли я бы встретилась с сестрой, ты бы меня остановил еще на полпути, — усмехнулась Алиша.

— И то правда, но ты снова пошла на необоснованный риск, ввязавшись в погоню и уличные стычки. Сейчас удача на твоей стороне, Алирия, но я боюсь, что когда-нибудь она подведет тебя. Впрочем, не будем пока об этом.

Скроу ушел переговорить с Гэммаем, оставив Алишу в слегка раздраженном состоянии.

«Он слишком расчетливый и не может понять мою импульсивность, хотя именно благодаря ей я и добивалась своих целей: убедила Сирин прийти в военный город, освободила клан Митору от груза родовых грехов и проклятий, нашла свою семью… Может, именно поэтому я его и привлекаю? Не зря говорят, что противоположности притягиваются. Но значит ли это, что раньше он питал какие-то чувства к Эрзане, такой же бунтарке, не подчиняющейся правилам? Может, между ними действительно что-то было, пока она не сбежала на Кракоту?», — мысли крутились в голове девушки, вызывая одновременно беспокойство и легкие уколы ревности. Убару Яни, басилиска Эрзана… не такой уж этот Скроу и затворник, как могло показаться на первый взгляд.

Но Алиша решила выкинуть эти мысли из головы. Сейчас перед ними стояли куда более важные задачи.

Не прошло и получаса, как к гостевому дому подъехало такси. Слуги учтиво проводили гостей на третий этаж, где Скарскроу с Алирией встречали их почти как на официальном приеме.

— Господин Митору, позвольте представить вам мою сводную сестру Кларисию Авитари и ее мужа, Тристану Авитари, — представила Алиша своих родственников. — С офицером полиции Эрзаной, полагаю, вы уже знакомы. Она гостит у Кларисии, пока находится в Эрде.

Сказанное было отчасти правдой, отчасти пылью в глаза для слуг. Обстановка оставалась несколько натянутой: Кларисия с Тристану улыбались, но Эрзана, кажется, была скорее недовольна тем, как складывается ситуация.

Тристану со Скроу обменялись рукопожатием, что было добрым знаком: приди сюда мастер лишь как один из лидеров сопротивления, а не как родственник, Скроу бы ограничился вежливым кивком.

Не менее радушно глава клана Митору пожал протянутую руку Кларисии.

— Госпожа Митору рассказала мне о поистине удивительном обретении своей родни. То, что вы к тому же служите в полиции и знакомы с офицером Эрзаной — поразительное совпадение. Я очень рад знакомству. Прошу вас, садитесь за стол, нас ждет ужин.

Вскоре все чинно расселись за небольшим столом. Алиша про себя посетовала, что не может пока отослать слуг — те постоянно ходили туда-сюда, разнося напитки и предлагая гостям блюда. Поэтому приходилось вести светскую беседу и тщательно выбирать слова.

Гэммай к ужину не вышел — они со Скроу решили, что он будет дежурить в одной из комнат на этаже, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей. Кто знает, вдруг слугам велено сообщать, кого приглашает к себе госпожа Митору? А залезть потом в память любого гражданского и считать необходимую информацию, которую сам слуга, быть может, уже забыл, для дознавателей не составит большого труда. В связи с этим они действовали предельно осторожно.

Скарскроу вел непринужденную беседу, задавая гостям вопросы то о семье, отце Алиши и маленькой Яруне, то о службе в полиции. В результате этой вроде бы ни к чему не обязывающей беседы Алиша узнала много нового. Например, что отец увлекается садоводством и у него есть домик с небольшим участком, где иногда вся семья собирается пообщаться и отдохнуть. Что Кларисию не так давно повысили в чине, а Эрзана держит под контролем значимую часть доверенного ей города и округи и практически изгнала оттуда все криминальные группировки. У Тристану же есть двоюродная сестра, недавно переехавшая из Кракоту в Балакву — страну на севере материка.

Наконец, когда ужин подошел к концу, Алиша велела слугам убрать со стола, а гостей пригласила перейти в соседнюю комнату, откуда одна из дверей вела в их со Скроу спальню. Здесь можно было расположиться в удобных креслах, а при желании выйти подышать на балкон.

Гэммай, как и договаривались, проследил, чтобы слуги ушли вниз и третий этаж остался только в распоряжении Митору и гостей.

— Мы здесь точно можем говорить открыто? — уточнил Тристану, обводя взглядом своды стен.

— Перед заселением мы проверили, что никаких прослушивающих устройств нет. А мой человек проследит, чтобы слуги не услышали лишнего, — ответил Скроу.

— Так вот кто все это время сидел в комнате по ту сторону коридора, — хмыкнула Эрзана. — Я думала, уж не поджидают нас здесь неприятности.

— Если я пригласил вас в этот дом, значит, гарантирую безопасность, — спокойно ответил на ее шпильку Скроу.

— Госпожа Митору и офицер Эрзана убедили меня, что вы человек слова. Поэтому я решил встретиться с вами, несмотря на очевидный риск, — обратился Тристану к Скроу.

Тот выжидающе взглянул на мастера. В течение всего вечера Скарскроу не надевал маску, что было для него нехарактерно. Но то ли он хотел показать гостям свою открытость, то ли решил, что во время трапезы все равно придется ее снять, поэтому в ней нет смысла.

— Я родился и вырос на Кракоту, — продолжил Тристану. — Я и мои родители застали разные исторические периоды острова: правление Танши, несколько лет республики под началом временного правительства и, наконец, монархию. Каждый государственный переворот сопровождался своими жертвами, но и своими надеждами.

К сожалению, нынешняя власть обостряет внутренние проблемы острова. Вы знали, что когда-то на Кракоту существовало несколько феодальных государств, постоянно враждовавших друг с другом? У меня есть стойкое ощущение, что сейчас происходит то же самое. Просто одна из династий взяла под контроль столицу и сумела выстроить некий идеализированный образ острова в глазах материковых стран. К сожалению, это иллюзия. С Ардами конфликтуют многие сильные кланы, если угодно — тоже своего рода династии. В последние годы к ним прибавились криминальные группировки, которые преследуют свои интересы: кто-то стремится породниться с одним из таких кланов, обещая свою помощь в свержении текущего правителя, кто-то сам хочет занять место, равное с древними родами. А многие играют роль «шестерок», довольствуясь трудом наемников.

Вы спросите, чем в данном случае один клан лучше другого и почему многие настроены против Ардов, которые, казалось бы, превратили Кракоту в процветающий курорт? К сожалению, из-за постоянных междоусобиц страдают мирные жители, и Арды вовсе не заинтересованы в процветании всего населения острова. Когда Момору пришел к власти, он вырезал добрую половину местной аристократии, а под горячую руку попали и многие их приближенные, и простые люди. Один из сильных кланов Годо активно участвовал в освободительном движении от власти Танши и несколько лет укреплял республиканское правительство. Глава клана доверился Момору, когда тот запросил убежища в Эрде, скрываясь от преследователей клана И-Чэн. Но Момору, войдя в Эрд со своими людьми, ликвидировал правительство, убил главу клана Годо и провозгласил Кракоту монархией под своим правлением, представив вовне информацию о себе как об освободителе острова от клановых угнетателей.

С тех пор кланы Годо, И-Чэн и многие присоединившиеся к ним противостоят Ардам, и их ненависть более чем понятна. Само собой, всех их назвали государственными преступниками, и уже много лет на них идет травля. Вы, как опытный стратег и главнокомандующий мастеров Агнира, несомненно, должны были задаться вопросом, почему же спустя столько времени люди Арда не ликвидировали столь опасные для династии семейства? Ответ прост — им не достает сил. Под контролем кланов находятся важные регионы острова, и, несмотря на вражду, они были вынуждены договориться о сотрудничестве, иначе остров был бы обречен на экономический крах.

Но скрытая борьба не утихает по сей день: процветают шпионаж, интриги, наемные убийства. Страдает от этого простой народ, задушенный налогами, нищетой, низким уровнем медицины и образования. И на фоне этих несчастных расцветает Эрд, куда съезжаются богачи получить лучшее лечение, где в ресторанах подают изысканные блюда, а гости даже не подозревают, что творится за стенами города. Скажете, что у Эрда нет стен? Вы их не увидите, господин Митору, но могу вас заверить — они существуют. Чтобы любому кракотцу пройти в город, нужен специальный пропуск, а чтобы поселиться в нем — постоянные работа и жилье. Каждый житель Эрда как на ладони, и город не слишком радужно принимает переселенцев из бедных районов. В столичных школах детей приучают к мысли, что за его пределами живет сброд, обязанный содержать и обслуживать столицу. А в регионах до недавнего времени царил хаос, который вряд ли оставит равнодушным любого здравомыслящего человека.

Тристану сделал паузу, кинул задумчивый взгляд на открытое окно.

— Однако в последние годы Годо удалось объединить многие другие кланы или то, что от них осталось, — продолжил он. — Они стали отстраивать школы и больницы, даже открыли несколько научных лабораторий. А также начали привлекать на службу отступников, которые были несправедливо осуждены в своих странах, либо стали жертвами слишком строгих и устаревших уставов мастеров. Такие люди смогли обрести на Кракоту новый дом. И Арды, конечно же, опасаются возмездия. Они кичатся обладанием какими-то магическими вещицами и своим высшим предназначением, но все это — чтобы набить себе цену.

Я делаю ставку на Годо, господин Митору, потому что вижу у них иные стремления и иной подход к людям. К тому же, их недавний глава клана Эшен хотел вслед за своим погибшим отцом возродить республику, сформировать правительство из самых ярких представителей семей и кланов Кракоту. Так же, как это было сделано когда-то в Агнире. Такая система хорошо себя зарекомендовала.

— Однако я слышал, что Эшен Годо не так давно был убит. Продолжит ли преемник придерживаться его политики? — задал вопрос Скарскроу.

— Племянник Эшена Рору Годо молод, и кого-то это смущает. Но он не менее отважен, чем его дядя, и имеет большую поддержку среди молодых кракотцев, верящих в лучшее будущее для острова. Поэтому, хоть Арды и попытались подрезать крылья своему главному врагу, по сути они только подлили масла в огонь.

— После убийства Эшена еще несколько кланов присоединились к Годо и заключили соглашение о формировании правительства в случае свержения Ардов, — негромко произнесла Кларисия.

— Есть ли доказательства, что Эшена Годо устранили именно сторонники династии Ардов? — поинтересовался Скроу.

Эрзана поморщилась.

— Чтобы добраться до такого опытного мастера, как Эшен Годо, необходимо нечто большее, чем кучка наемных убийц. Ходит легенда, что у Момору во дворце припрятан амулет клана Ци, который нейтрализует все наложенные мастерскими техниками эффекты у своего носителя. То есть обладатель амулета становится уязвим только непосредственно к физическим атакам. Как офицер полиции и басилиска уверяю, что на Годо напал человек с таким амулетом, ведь Эшен обладал редкой способностью своего клана — взглядом полной луны. Это делало его практически неуязвимым, ведь он мог наложить иллюзию или гипноз на любого недоброжелателя. А зарезан был, как свинья, будто его техника просто не сработала, и убийца спокойно подошел и воткнул нож ему в горло, — объяснила она.

— Господин Митору, мы знаем, что вас попросили помочь династии якобы с очисткой джунглей Кракоту от отступников, — обратилась к Скроу Кларисия. — Это еще одна подлость со стороны Ардов — убрать врагов чужими руками, сославшись на конфликт в Го и перебравшихся сюда отступников. Среди скрывающихся в лесах острова действительно есть опасные элементы, которых я сама бы с удовольствием упекла за решетку. Однако Арды планируют под шумок ликвидировать своих врагов и уже назвали вам их имена. Все, о чем мы просим — это сосредоточиться на настоящих преступниках, но не трогать невинных либо борящихся за справедливость мастеров. И в этом я лично, Тристану и остальные готовы вам помочь.

Кларисия говорила искренне, обращаясь к Скроу скорее как к родственнику и обычному человеку, чем представителю власти и главе иностранной делегации.

Скроу чуть склонил голову.

— Поймите меня правильно, но, чтобы убедиться в том, что вы рассказываете, я должен увидеть это собственными глазами. Пока ни я, ни госпожа Алирия не видели трущоб и бедствующих жителей Кракоту, о которых вы постоянно говорите. Однако, благодаря доверенной мне операции по ликвидации отступников, у меня есть такая возможность. Разумеется, если вы готовы познакомить меня с Рору Годо и другими вашими лидерами, — произнес он.

Эрзана с Тристану обменялись тяжелыми взглядами. Стоило ли настолько доверять представителю другого государства, пускай и оказавшемуся в относительном родстве с семьей Авитари? Если Скроу решит, что Агниру выгоднее поддержать Ардов, встреча с Рору может плачевно закончиться для последнего.

— Мы должны обсудить это с Годо и остальными, — сказал, наконец, Тристану. — Насколько я знаю, операция назначена на послезавтра?

— Да, в этот день я смогу беспрепятственно зайти в джунгли с доверенным мне отрядом. В случае надобности мы уже обсуждали с Эрзаной возможность небольшой диверсии. У меня будет пара часов, чтобы встретиться с представителями сопротивления.

— А если вы решите не поддерживать их? Или князья Агнира примут такое решение? — подавшись вперед, спросил Тристану.

— Раз госпожа Митору убедила вас, что я человек слова, разве могу я предать доверие собственной жены? — чуть улыбнулся Скроу. — В случае, если аргументы ваших лидеров не покажутся мне достаточными для революции на острове, я немедленно покину его вместе со своей делегацией и рекомендую правительству Агнира не вмешиваться. Устроит вас такой вариант?

Тристану сдержанно кивнул.

* * *

— Меня не устроит, — едва сдерживаясь, выпалила Алиша, когда гости покинули дом, и они со Скроу остались наедине. — Думаешь, я позволю своей только что обретенной семье пострадать в беспорядках, которые грядут в случае гражданской войны на острове? А Кларисия ни за что не бросит Тристану и борьбу за свои идеи!

— Тристану с Кларисией — взрослые люди, которые самостоятельно выбирают свой путь. Ни ты, ни я не можем повлиять на их решения, — успокаивающим тоном произнес Скроу, подойдя к ней. — Но ты можешь вывезти отсюда отца и племянницу, так как они как раз являются уязвимыми местами твоей сестры, и их могут использовать как заложников. Она сама должна понимать это и вряд ли будет препятствовать.

Алиша покачала головой.

— Это всего лишь меньшее из зол.

— Так и мы рассматриваем лишь худший из вариантов.

Скроу положил руку ей на плечо.

— Я бы хотел, чтобы ты поменьше ввязывалась во все это, но уже поздно. К сожалению, поскольку твои способности не восстановлены, я прошу тебя хотя бы воздержаться от прямого риска. Ведь и тебя могут взять в заложники, если захотят на меня надавить.

— Значит, я — твое уязвимое место? — хмуро произнесла Алиша.

— Не переживай об этом. Пока я рядом, тебе ничего не грозит, а когда я отбуду на операцию, с тобой останутся Гэммай, Кира и Зара. Кстати, с Гэммаем связывался Азару, передал, что девушки остались ночевать в покоях во дворце. Завтра они приедут сюда.

— А ты что будешь делать завтра?

— С утра мне надо будет составить и передать документы для убару, а потом у меня несколько встреч с представителями власти. Пока Боро в отъезде, придется нам попотеть вдвоем с Шэннотом, — чуть улыбнулся Скроу. — Зато мы сможем поужинать вместе. Кстати, Кларисия упоминала, что завтра будет на службе — если хочешь, встреться с ней на нейтральной территории в городе, возможно, наедине она расскажет тебе что-нибудь важное, а вечером обсудим.

— Ого, задание почти как для шпиона-лазутчика, — не удержалась от легкой иронии Алиша. — Вы начинаете воспринимать меня всерьез, господин Митору?

— Я всегда воспринимаю тебя всерьез, — удивился Скроу.

Девушка поморщилась.

— Наверное, ты просто хочешь уберечь меня от всей этой политики, но в итоге, как ты сам сказал, я уже по уши в ней, а мне все время кажется, что ты что-то не договариваешь. Будто я недостойна доверия или неспособна чего-то понять.

— И в мыслях не было, — покачал головой мастер. — Ты ведь ехала сюда искать семью и заодно поправить здоровье, поэтому я не собирался вовлекать тебя в официальные переговоры. Думал, ты и сама не хочешь лишний раз участвовать в приемах.

Алиша вздохнула.

— Тем не менее, во дворце я чувствовала себя будто кукла, которую таскают за собой для красоты. И при первой встрече с Эрзаной мне пришлось напустить туману, будто я что-то знаю, но пока недостаточно ей доверяю, чтобы рассказать. А на деле я понятия не имела, что там тебе предложили советники Арда и какие у тебя планы.

— Никто не мог знать, что вы встретитесь при таких обстоятельствах, — пожал плечами Скроу. — Но в этом есть и свои плюсы, как, кстати, и в том, что ты предпочла напустить туману. Порой полезнее чего-то не знать.

— У нее явно были на тебя другие планы, — не удержала давно вертящуюся в голове мысль Алиша.

— Разве? — удивился Скроу, но большой искренности в его голосе девушка не услышала.

— Я не зря дважды спросила у тебя, насколько хорошо вы были знакомы в Агнире. На ее месте я бы из кожи вон вылезла, чтобы убедить старого знакомого встать на свою сторону. А с ее опытом она наверняка уже продумала с десяток таких приемов.

Скроу рассмеялся, чем застал Алишу врасплох.

— Так значит, ты думала, что она попытается меня соблазнить или нечто в этом роде? Но даже будь я тут один, вряд ли она могла бы на что-то рассчитывать, и ты прекрасно знаешь, почему.

— Клановая энергия и все в таком роде? — нахмурилась Алиша.

Митору взял ее за плечи и заставил встать почти вплотную к себе.

— Прежде всего, мои чувства к тебе, Алирия. Возможно, я нечасто говорю тебе о них и так и не научился их проявлять, как это положено обычным людям. Но они есть, не сомневайся. И ты тоже об этом знаешь, хоть постоянно и требуешь подтверждения.

Алиша неожиданно покраснела, почувствовав себя ужасно глупой. Пока она мечется между попытками понять, что она сама чувствует к Скроу и как он к ней относится, он уже давно все для себя решил и просто заботится о ней, как умеет. И вся эта опека и попытка оградить ее от лишней информации, которые она расценивала как недоверие к ней и ее способностям, на деле и есть то проявление искренних чувств, на которое способен Скроу.

— Я смутил тебя? — спросил мастер, глядя на нее.

Алиша подняла взгляд и положила руку ему на грудь.

— Просто я не ожидала, что ты заговоришь о своих чувствах именно сейчас. Когда я уже и не надеялась услышать нечто подобное.

— Ты же знаешь, романтик из меня никакой. Но ты всегда можешь спросить прямо, а не ждать, тем более если в чем-то сомневаешься. Как я уже говорил, мне порой сложно понять, что у тебя на уме.

— Обычно я бьюсь над ребусом, что же у тебя в голове, Скарскроу Митору, — покачала головой Алиша. — Впрочем, мы уже как-то раз говорили об этом. И, наверное, прямые вопросы и искренние ответы — лучшее, что мы можем сделать для понимания друг друга. Ну, и еще кое-что…

Она коснулась пальцами его щеки и пробежалась по едва заметной щетине. Скроу перехватил ее руку и поцеловал сгиб запястья, отчего мурашки побежали по всему телу девушки. Он прижал ее к себе и распустил широкий пояс халата, продолжив прокладывать дорожку поцелуев по Алишиной руке. Вскоре их парадные одежды соскользнули на пол и Алиша застонала, когда Митору переместился к ее шее, нежно прихватывая губами тонкую кожу. Он редко уделял столько внимания поцелуям, обычно действуя с едва сдерживаемой страстью, но в этот раз Алиша словно погружалась в томительную бездну удовольствия, следуя за его неторопливыми губами.

Скроу легко поднял ее, отнес в спальню и стащил узкую тунику, а следом и нижнее белье. Его терпение явно подходило к концу, и на место неторопливых ласк пришли привычные страстные движения. Он раздвинул ее ноги, пройдясь рукой по внутренней стороне бедра и найдя большим пальцем клитор.

Алиша резко притянула его к себе, заглянув в потемневшие от желания глаза.

— Я хочу почувствовать тебя в себе, Скроу. Немедленно, — прошептала она, с удовольствием замечая, как волна страсти накатывает на него с новой силой. Издав в ответ то ли сдавленный стон, то ли рык, Скроу прижал ее к кровати и вошел в нее, заставив все тело изогнуться навстречу.

«Ни Яни, ни Эрзане не на что рассчитывать. Скарскроу Митору только мой», — не скрывая собственнического превосходства, подумала Алиша, уносясь навстречу экстазу.

10

— Госпожа, простите, но вас просят подойти к телефону, — услышала Алиша голос служанки сквозь сон.

Утро уже наступило, Скроу уехал по делам.

Девушка разлепила веки и, накинув халат, поспешила в гостиную, где был установлен телефонный аппарат.

— Алиша? Доброе утро! — раздался в трубке голос Кларисии. — Прости, что беспокою, но сегодня на рассвете Тристану получил сообщение… по работе, он уехал и до сих пор не выходит на связь. Раньше такого никогда не было…

— Клари, я поняла, буду у тебя через сорок минут, — ответила Алирия, понимая, что по телефону подробности лучше не расспрашивать.

Она быстро оделась, прихватив на всякий случай кое-что из инвентаря медика-дано, и вызвала такси.

Дома у Кларисии уже был Ивлин. Он собирался забрать Яру в свой загородный домик, поскольку как раз планировал поехать туда на выходные. Глядя на отца с племянницей, Алиша невольно вспомнила слова Скроу, что они представляют собой главное уязвимое место Кларисии, да и самого Тристану.

«Надеюсь, ничего плохого не случится, и папа с Ярой не пострадают», — обнадежила себя девушка.

— Клари, давай начистоту, что могло произойти и почему ты так встревожена? Разве раньше Тристану не пропадал в джунглях по всяким… небезопасным поводам? — тихо спросила Алиша сестру на кухне, где та заворачивала в пищевую бумагу несколько бутербродов.

— Мне до сих пор неудобно, что я тебя побеспокоила, но после вчерашнего разговора подумала, что твое участие может быть кстати, если вдруг что-то пошло не так… Нет, я не подозреваю, что господин Митору как-то замешан, но ведь нас все же могли подслушать… В том, что Тристану позвонили рано утром и попросили прибыть в один из наших штабов, нет ничего подозрительного. Но мы всегда носим с собой браслеты, оборудованные датчиками с геолокацией, и можем связываться друг с другом по зашифрованному каналу. Но пару часов назад эта связь оборвалась, а датчик показывает, будто Тристану находится на одном и том же месте. И даже это меня бы не так взволновало, но потом позвонили из полицейского участка и сказали, что сегодня меня на смене подменит коллега, а мне на основании медицинского обследования прописали оставаться дома еще несколько дней. Это при том, что мои показатели практически в норме, раньше выпускали на службу и в худшем состоянии…

— И какие у тебя предположения? Что могло случиться за прошедшую ночь? — решила уточнить Алиша.

Кларисия неопределенно повела плечами.

— Если нас раскрыли, то за мной будет вестись наблюдение. Поскольку я хорошо знакома с применяемыми методами, они понимают, что установить прослушку или что-то подобное не удастся. Вероятно, они будут следить, только если я куда-то выеду из дома. Если же это скорее стечение обстоятельств, то мне тревожно за Тристану — любая из сторон в любой момент может подумать, что ее предали, и если Ардам или Годо стало известно о нашей вчерашней встрече, каждый мог подумать что-то не то и начать действовать…

— Мне от Скроу пока никакой информации не поступало. Но его могут не поставить в известность и уж точно не тронут как представителя дипломатической миссии. Как, вероятно, и меня. Однако мы можем попытаться узнать, что случилось с твоим мужем, и заодно выяснить, есть ли за нами слежка, — рассудила Алиша.

— Ты предлагаешь отправиться на поиски Тристану? — почти шепотом спросила Кларисия.

— Какой смысл сидеть и гадать, что произошло? И наши мотивы для полиции Эрда вполне логичные — нам нет смысла скрывать, что мы сводные сестры, что вчера состоялось, если угодно, воссоединение семьи, а сегодня ты поделилась со мной тревогой об исчезновении мужа, и я вызвалась помочь отыскать его. Тем более что тебе продлили больничный, и формально ты свободна.

— Ну а если дело не в официальных властях?

— Тогда нам еще важнее добраться до противостоящих Ардам кланов и показать им, что Митору — не угроза, — пожала плечами Алиша.

Но Кларисия покачала головой.

— Если рассматривать эту версию, то тебя запросто могут взять в заложники. А этого господин Митору не простит ни Годо, ни мне.

— Но это лишь одна из версий. Если продление твоего больничного неслучайно, то это, скорее всего, дело рук официальных властей, а не кланов, играющих на другой стороне.

Кларисия все еще с сомнением посмотрела в окно. Потом что-то для себя решила и повернулась к Алише.

— Хорошо. Мы отвезем Ивлина и Яруну в наш дом за город и заодно проверим, нет ли за нами слежки. Потом, если все чисто, отправимся вглубь острова в точку, на которую указывает геолокация датчика Тристану. Но нам нужно быть предельно осторожными…

— Разумеется. Я припасла кое-что из своего боевого инвентаря. Но если у тебя завалялся запасной режущий луч, он пришелся бы кстати — по крайней мере, физическую подготовку я растеряла не так сильно, как внутренние резервы, — вздохнула Алиша, а потом добавила:

— Кстати, ты не хочешь дать папе и Яре подобные устройства, чтобы мы могли отслеживать их местонахождение или оперативно связаться с ними? В текущей ситуации это не будет лишним…

Кларисия кивнула.

— Ивлин знает, как связаться со мной по специальному каналу. А детские часы с датчиком перемещения я всегда надеваю Яре на руку, когда мы выходим за пределы квартиры. К сожалению, с моим образом жизни это вынужденная, но необходимая мера.

— Хорошо, — немного успокоилась Алиша. — Тогда собираемся и едем.

Через полчаса, упаковав все вещи и игрушки Яры в небольшой автомобиль Кларисии, семья выдвинулась в сторону загородного дома Ивлина. По пути Алише удалось перекусить приготовленными сестрой бутербродами и немного поговорить с отцом. Они специально не поднимали острых тем, чтобы не беспокоить Яруну и снять с себя подозрения в случае прослушивания. Хоть Кларисия и была убеждена, что никаких датчиков в ее доме или машине не установлено, у мастеров и без современных технологий хватало уловок выудить у подозреваемых нужную информацию.

Ивлин, к счастью, за годы жизни в джунглях научился руководствоваться правилом: «меньше знаешь — крепче спишь». Не обладая способностями мастеров, он смиренно принял роль дедушки, который присматривает за внучкой, и не задавал лишних вопросов.

К сожалению, последнее не касалось Яруны, чутко реагировавшей на настроение матери.

— А вы с тетей Алишей потом куда-то поедете? — начала девочка издалека.

— Да, Яра, я обещала твоей тете показать кое-какие места. Возможно, мы заберем папу с работы и вечером все вместе приедем к вам. Или переночуем в городе, а приедем завтра — я позвоню дедушке ближе к делу, и мы решим, — улыбнулась дочери в зеркало заднего вида Кларисия.

Яруна кивнула, хотя Алиша могла зуб дать, что девочка просто решила не продолжать расспросы, по каким-то одной ей понятным интонациям в голосе матери поняв, что большего она не добьется.

Домик Ивлина и Лайан находился в восточном пригороде Эрда, и добираться туда пришлось довольно долго. Алиша тщательно запоминала дорогу, чтобы в случае необходимости иметь возможность приехать сюда самостоятельно.

— Надеюсь, вы еще сможете заглянуть в гости, и мы, наконец, спокойно посидим и поговорим, — с понимающей улыбкой сказал на прощание Ивлин и крепко обнял Алишу.

Девушка невольно поразилась его выдержке и не без щемящей грусти в сердце смотрела, как отец уводит маленькую Яруну по вымощенной булыжником дорожке к маленькому утопающему в цветах и зелени домику. Кларисия как раз поставила на небольшую деревянную веранду пару сумок и открыла входную дверь.

— Какое красивое место и уютный дом! — поделилась с ней Алиша, когда они шли обратно к машине.

— Да, я рада, что Яра может хоть иногда проводить здесь время на природе. Жаль, что ты не смогла посмотреть дом изнутри, но, надеюсь, такая возможность еще представится, — приободрила Кларисия девушку.

— Сначала нам надо найти Тристану, — заявила Алиша, решительно садясь в автомобиль.

Клари выехала на объездную дорогу и прибавила газу. На первый взгляд никакой слежки за ними не велось, с геолокацией Яры все было в порядке, а оставшееся у Алиши эмпатическое чутье подсказывало, что прямой опасности нет. И все же в создавшейся ситуации было слишком много непонятного.

— Вот бы у нас со Скроу была хоть какая-то связь. Мы вечером вроде собирались поужинать, — поделилась Алиша.

— Да, это было бы не лишним. Но любые секретные устройства, привезенные с Агнира, вызвали бы ненужные вопросы. У вас же дипломатическая, а не разведывательная миссия, — резонно заметила Кларисия. — И я надеюсь, что мы управимся до вечера и не нарушим ваших планов.

— Это все пустяки. Если что, я просто позвоню нашему менеджеру и попрошу передать господину Митору, что задержусь и не успею в город к ужину. Да и у него могут возникнуть дела. Разберемся, — махнула рукой Алиша.

Кларисия мельком взглянула на нее, но ничего не сказала.

Как и в прошлый раз, вскоре они свернули на второстепенную дорогу и стали углубляться в джунгли. Датчик Тристану застрял почти в восьмидесяти милях к северо-западу от Эрда, неподалеку от места, которое Кларисия назвала штабом.

— Это одна из точек, где иногда встречаются представители кланов и такие, как мы — живущие в столице, но поддерживающие тех, кто противостоит Ардам, — пояснила полицейская.

— Не буду скрывать, со стороны это выглядит не очень надежно. В том числе для тебя и Яры. Ты ведь представитель полиции, а играешь на другой стороне. В твоем случае риск очень велик, а последствия в случае раскрытия еще хуже… — поделилась давно мучавшими ее опасениями Алиша.

Кларисия пожала плечами.

— Я привыкла. Единственное, за что я боюсь, что из-за меня пострадает дочь. Но я ничего не могу с этим поделать, и мы договорились с Ивлином, что он специально не будет ничего знать и лезть в наши дела, чтобы в случае чего присмотреть за Ярой.

— Наверное, очень сложно жить, постоянно думая о том, что тебя могут раскрыть или даже предать. Да и отца с Ярой могут использовать против тебя. Уверена, об этом ты тоже думала, — решив не ходить вокруг да около, сказала Алиша.

Кларисия поморщилась.

— Думаешь, меня не мучает чувство вины по этому поводу? Нет ничего хуже постоянно подвергать опасности близких! Но и Тристану я бросить не могу, как не смогла бросить маму, когда узнала, в каком они с Ивлином положении в джунглях. Тогда и начался мой путь. Я сама его выбрала и уже не могу повернуть назад. Так что давай больше не будем об этом.

— Хорошо, — кивнула Алиша. — Я не хотела бередить твою душу. Но если с тобой или Тристану что-то случится, обещаю, что сделаю все возможное, чтобы забрать Яруну и отца с собой в Агнир. Я их тут не оставлю.

— Может, так и вправду будет лучше, — хмуро вперившись взглядом в дорогу, сказала Кларисия.

Остаток пути они проделали молча. Дорога петляла, уходя вверх, и Алиша немного удивилась, когда Кларисия резко свернула в глухие заросли и остановилась.

— Дальше пойдем пешком. До нужной нам точки полторы мили, и лишнего внимания лучше не привлекать. В багажнике лежит основная амуниция.

Они облачились в легкие бронежилеты, Алиша с удовлетворением пристроила чехол с рукоятью режущего луча у себя на поясе. Кларисия же в одночасье из встревоженной жены превратилась в басилиску: ее лицо выражало полную сосредоточенность, движения стали четкими, в голосе зазвучали грубоватые нотки.

В полной боевой готовности сестры оставили машину и, перейдя на легкий шаг, углубились в джунгли.

«Прямо как в Танши несколько лет назад», — невольно подумала Алиша.

— Берегись! — Кларисия резко ушла в бок, и Алиша едва успела вслед за ней. Краем глаза она уловила россыпь мелких игл, полетевших в их сторону. Парочка даже смогла их задеть, но к счастью те попали в защитные жилеты.

— Ловушка? — спросила Алиша сестру, но та схватила девушку за рукав и почти силой поволокла куда-то.

Они мчались сквозь густые заросли на предельной скорости, и Алирия не без благодарности вспомнила тренировки Мао — не научись она тогда двигаться быстрее большинства мастеров, сейчас с ее ограниченными способностями пришлось бы совсем туго. Но тело все же кое-что помнило, и она могла как минимум не отставать от полицейской Эрда.

Где-то в стороне, а потом и впереди послышались тревожные звуки: до боли знакомые по операции в Осколе выстрелы и скрежет режущих лучей, а иногда и глухие хлопки.

«Мы что, попали в эпицентр боевых действий?», — задалась вопросом Алиша, но озвучить его не было времени.

В зарослях мелькнула чья-то тень, Кларисия притормозила, доставая режущий луч, и ушла влево. Алиша повторила ее движение, но предпочла уйти вправо, чтобы дезориентировать противника. Тот ожидаемо метнулся за первой целью, и девушка смогла развернуться и напасть с тыла. Она не знала, кто этот мастер: представитель официальных властей, какого-то местного клана или просто преступник. Но раз он нападал на ее сестру, Алиша не могла остаться в стороне. Она незаметно метнула кинжал, направив его по хитрой траектории, а сама перешла в лобовую атаку. Мастер легко отбил ее луч, отбросив девушку назад, и успел блокировать удар Кларисии, но кинжал не заметил. Тот впился ему под лопатку, и Алиша возблагодарила высшие силы за удачу, так как подобный трюк был весьма простым, да и противник мог успеть изменить свое местоположение.

Кларисия легко пронзила мужчину лучом и скинула с ветки, на которой он задержался.

— Кто это был? — решила уточнить Алиша, глядя на падающее вниз тело.

— Шестерка из клана Лэнсу. Кажется, они все же решили играть по своим правилам, — ответила Клари.

— Против Годо?

— Возможно. Лэнсу никогда напрямую не поддерживали ни Годо, ни Ардов, преследуя свои интересы. Но это меня не удивляет. Удивляет то, что происходит там, — и женщина указала на джунгли, где явно шли ожесточенные бои.

— Что будем делать? — спросила ее Алиша.

— Надо добраться до штаба. Может, там сможем что-то прояснить. Но это может быть опасно. Не хотела бы я, чтобы ты ввязывалась…

— Это уже неважно, иного выхода все равно нет. Попробуем прорваться, только дорогу показывай, — заявила Алиша, не желая признавать свою уязвимость. У нее был луч и набор элементарных боевых навыков — не так уж и мало по сравнению с рядовым гражданским солдатом.

— Мили три с половиной на десять часов. Если вдруг разминемся — там будет небольшая площадка с несколькими приземистыми зданиями, похожими на склады. В крайнем левом есть проход в подземный бункер. В нем обычно всегда кто-то дежурит, — поведала Кларисия и тут же взяла легкий шаг в указанном направлении.

Алиша сжала рукоять луча и направилась за ней.

Звуки боя начали отдаляться, и указанное расстояние они проделали без остановки.

Кларисия легко спустилась с деревьев на землю перед незаметными на первый взгляд зданиями, чьи крыши полностью поросли мхом и кустарником.

— В джунглях сгинет лишь тот, кому они не дом, — произнесла полицейская, судя по всему, кодовые слова.

От левого из зданий отделился мастер, совсем молодой еще юноша. Он был сильно напряжен.

— Госпожа Авитари, как вы сюда добрались? Весь сектор охвачен боем.

— Что произошло? Доложи, — велела басилиска.

— Я и сам не все понимаю. Должна была состояться встреча господина Авитари и представителей Годо и И-Чэн. Кажется, по поводу привлечения Ардами агнирцев к операции. Но потом на нас напали. Сначала все подумали, что господин Авитари привел хвост, но затем я услышал, что это дело рук Лэнсу. Наши вступили с ними в бой, и он длится уже довольно долго, хотя боевые действия явно смещаются все дальше от штаба. Я тут вне себя от беспокойства.

— Ясно. Не переживай и продолжай дежурство. Я постараюсь помочь и вернусь с новостями. Алирия, я очень прошу тебя остаться здесь. Ты ни в коем случае не должна пострадать, — неожиданно обратилась Кларисия к Алише.

Та покачала головой.

— Я ни за что не останусь тут, пока ты подвергаешь себя опасности. Моих сил хватит для боя с мастерами, уж поверь. Обещаю, что не стану лезть на рожон и только буду тебя прикрывать, — заявила девушка.

Кларисия поморщилась, но спорить не стала.

Через минуту они опять продирались через заросли на восток, приближаясь к звукам боя.

В этот момент неподалеку прозвучал взрыв, заставивший девушек спрыгнуть на землю. По джунглям начал распространяться запах гари, в небо вспорхнули стаи птиц, а лес наполнился то ли криками, то ли стонами.

— Еще пожара тут не хватало! — покачала головой Кларисия.

— Попробуем посмотреть, что там? Может, раненым понадобится помощь, — предложила Алиша.

Они направились в сторону прогремевшего взрыва, взяв севернее. На одной из ветвей полулежал раненый, но Кларисия опознала в нем одного из Лэнсу и хладнокровно оборвала мучения. Запах гари, покореженные деревья и ошметки веток и листвы говорили о близости к эпицентру, и вскоре девушки оказались у кромки огромной лунки, от которой исходил удушливый жар.

Откуда-то сбоку раздался стон.

— Это наш! — опознала Кларисия мужчину в изорванной одежде, лежавшего под наполовину вырванным из земли стволом. Мастер сильно обгорел, к тому же Алиша быстро определила внутреннее кровотечение.

Не жалея сил, она принялась за лечение, ведь, несмотря на серьезные раны, мастера еще можно было спасти.

Десять минут спустя, убедившись, что его жизни ничего не угрожает, девушка, пошатываясь, встала и оглянулась в поисках сестры. В джунглях наступила необычная тишина.

Алиша интуитивно направилась в сторону, где исчезла Кларисия в поисках других раненых. Она двигалась вдоль черной лунки, оставленной взрывом, пытаясь нащупать биополе сестры и восстановить силы.

«Всего один пациент, а я так сильно выдохлась!», — разочарованно думала она.

Где-то в зарослях она уловила хаотичные движения. Все последующее произошло очень быстро: Алиша запрыгнула на ветку повыше, чтобы разобраться в ситуации, и ее будто чем-то ударили по голове. Она схватила противника за рукав, пустив разряд молнии, и вместе с нападавшим сорвалась вниз, краем глаза заметив на земле Кларисию, склонившуюся над чьим-то телом. Потом она почувствовала биополе Зары, что еще больше ее удивило — откуда агнирскому медику оказаться посреди поля боя в джунглях? Но кто-то налетел на нее сзади, впиваясь то ли когтями, то ли холодным железом в спину, а Зара действительно мелькнула перед глазами, ликвидировав атаковавшего Алишу противника кинжалом.

Девушка кое-как уцепилась за нижние ветви дерева, пытаясь смягчить падение, но ее пронзила нестерпимая боль, и Алиша потеряла сознание.

11

Ее привел в чувство запах. Удивительно знакомый и от этого пугающий. Алиша попыталась открыть глаза, но волна боли, накатившая на все тело, заставила еще сильнее зажмуриться.

— Ей больно! Почему ты не нейтрализуешь? — раздался голос, по которому девушка без труда узнала Зару.

«А почему ты ее не нейтрализуешь, ты ведь мой врач?», — очень хотелось поинтересоваться Алише у молодой даны.

Но ответ заставил ее буквально замереть.

— Она и сама способна с этим справиться.

Этот голос, этот запах… Алишу чуть было не пробил холодный пот. Она резко распахнула глаза, если бы могла — незамедлительно вскочила бы на ноги. Будто не было этих лет, будто не прошла она через личный ад после всего случившегося.

Даже обстановка комнаты показалась ей знакомой: деревянный потолок, стеллажи вдоль стен, заваленные книгами, пузырьками с лекарствами и какими-то склянками. Девушка резко выдохнула и сосредоточила взгляд на стоящей рядом фигуре.

Это действительно был он: в своем неизменном черном балахоне. Разве что без золотых полос, а волосы оказались обрезаны по плечи.

— Так вот куда ты ушел «в поисках себя», Мао Дьюи, — прохрипела Алиша, морщась от пронзающей спину боли.

— И я рад встрече, Алирия Митору. Вижу, дела твои не так плохи, раз хватает сил на сарказм.

— Может, ты объяснишь, в чем причина? Мы год бились над заблокированными резервами, перечитали все, что известно, про эту плеть Ко-Нуча, но все без толку! — Зара, сидя на одном из столов, требовательно смотрела на Мао.

«Очевидно, что они знакомы, но откуда? Как?» — задалась вопросом Алиша.

Мао тем временем повернулся к Заре с мягкой улыбкой.

— Дело не в плети K°-Нуча и не в клинической смерти, которую пережила госпожа Митору. Дело в ее собственной психике.

— Что ты хочешь этим сказать? — не унималась агнирская дана.

— Что она сама не захотела, чтобы ее способности возвращались. Сознательно, возможно, она пыталась их восстановить, но на бессознательном уровне ее психика воспользовалась инцидентом с Ко-Нучем, чтобы заблокировать все возможности. Это нормальная защитная реакция для человека, который ощущает в себе слишком могущественные силы и не может принять их сразу.

Алиша почувствовала, как горло сдавливает спазм. Ее обсуждали, будто какого-то кролика в ходе эксперимента. Еще и выяснилось, что в ее проблеме виновата она сама.

— Ты ведь сам обучил меня, вывел за грань жизни и смерти, дал мне эти способности! А теперь говоришь, что я сама их заблокировала? — с возмущением прохрипела девушка, в то время как Мао заботливо протянул ей кружку с водой.

— Тогда ты хотела остаться басилиской, а не превратиться в калеку после действия яда. И я помог тебе в этом. Не вини меня или себя в произошедшем — в том, что твоя психика в итоге предпочла сделать тебя «обычным человеком», чтобы ты могла вести жизнь, к которой привыкла с детства, нет ничего странного или постыдного. Это совершенно естественная реакция. Наше бессознательное вообще удивительная штука, куда более сильная, чем может показаться на первый взгляд.

— Учитывая, сколько всего мы перепробовали, звучит вполне логично. Даже подготовленный с детства мастер не факт, что выдержал бы силу, которой ты обладала, когда присоединилась к освобождению Оскола, — заметила Зара.

Алиша, опустошив кружку, недовольно поморщилась.

— Лучше объясни мне, как ты здесь очутилась. Я имею в виду, в джунглях, а теперь еще, судя по всему, в очередном убежище легендарного Мао Дьюи, — обратилась девушка к Заре.

Та смущенно потупила взгляд.

— Я так поняла, у нас обеих многое случилось за последние дни. Мне стоило быть рядом с тобой, ведь я здесь нахожусь как твой лечащий врач… Прости.

Алиша махнула рукой, отчего россыпь острых игл снова будто врезалась в спину. Мао, судя по всему, намеренно не собирался ей помогать. Ждет, когда она снова захочет стать басилиской больше, чем обычной девушкой? Методы у него, конечно, так и остались весьма своеобразными…

— Как и планировалось, мы с Кирой отправились к моему знакомому в лабораторию. А он познакомил нас со своим напарником Мао Дьюи. Я, конечно, сразу узнала его по биополю, ведь… Я ощущала его через тебя, Алиша, а у медиков на такое особое чутье, сама знаешь. Потом выяснилось, что за пределами Эрда начались волнения, какая-то преступная группировка взбунтовалась, и Ард послал туда войска, попросив господина Митору также принять участие в операции. Тогда Мао признался, что на самом деле волнения инсценированы, чтобы устранить некоторых нежелательных для короля Момору людей из влиятельных кланов. Он щедро заплатил одному из них, чтобы те устроили диверсию, а также выманили лидеров сопротивления в джунгли. Я решила, что должна предупредить господина Митору или как минимум помочь пострадавшим. И с самой ночи мы тут спасаем раненых и помогаем мирным жителям окрестных деревень скрыться…

— Ясно, — кивнула Алиша, несмотря на накатывающие волны боли. — Значит, Тристану Авитари специально выманили из города, а дальше Арды действовали руками Лэнсу, чтобы устранить основных своих конкурентов. Подлецы…

— А ты неплохо разбираешься во взаимоотношениях местных кланов. Зара-дано утверждала, что ты приехала на лечение и нам придется иметь дело со Скарскроу… — Мао не скрыл своего удивления.

— Мне пришлось вникнуть в последние дни. Ведь жена Тристану, Кларисия — моя сводная сестра, — объяснила Алиша.

Мао с Зарой обменялись тяжелыми взглядами. Это девушке совсем не понравилось.

— Алиша, — обратилась к ней Зара, когда та уже хотела задать вопрос. — Мне очень жаль, но когда мы нашли тебя… В общем, Тристану Авитари погиб.

Сердце девушки болезненно сжалось. Ее сестра только что лишилась мужа, а племянница — осталась наполовину сиротой. Кларисия будто и вправду повторяла судьбу их матери…

— Мне надо найти сестру, — пытаясь встать, сказала Алиша.

Но Мао упредительно подошел и коснулся ее плеча.

— В нынешнем состоянии ты ничего не сможешь сделать. К тому же, с тех пор прошло много времени: ты проспала здесь всю ночь.

— Неважно. Я должна быть рядом с ней. Да и она за меня будет беспокоиться. Она вообще не хотела, чтобы я впутывалась во все это, а если еще до Скроу дойдет, что я пропала, нам всем будет только хуже.

— Я сообщу Скроу-тэму и постараюсь разыскать твою сестру, — спрыгивая со стола, сказала Зара.

— Лучше я, — произнес вдруг Мао. — А ты оставайся здесь и помоги госпоже Митору восстановиться.

И прежде чем девушки смогли что-либо возразить, мастер-отступник исчез.

Алиша обессиленно легла животом обратно на кровать, борясь с нахлынувшей тошнотой и стараясь снизить болевой порог. Зара незамедлительно принялась за лечение.

— Это были серпы с ядом? — поинтересовалась у нее Митору.

— Да, и несколько игл. Кровотечение ты остановила, но раны еще не затянулись, а яд продолжает влиять на организм…

— Как мне надоела собственная слабость! — почти зарычала в подушку Алиша. — Легко Мао сказать, что все дело в моем подсознании! Я столько месяцев всеми фибрами души жаждала вернуть свои силы!

— Я знаю, я же была рядом все это время, — успокаивающим тоном произнесла Зара. — Но, возможно, наше бессознательное работает хитрее, чем мы можем себе представить. Уверена, у Мао есть способ помочь тебе.

— Что у вас с ним? — поинтересовалась Алиша, пока юная медик продолжала исцелять ее раны наложением рук.

— У нас с ним? Вроде как ничего… — удивилась Зара.

Алиша усмехнулась.

— Знакомы вы всего пару дней, а ведете себя как закадычные друзья. И я вижу, как он на тебя смотрит…

— Брось, — отмахнулась дана. — Во-первых, он гений со сложной судьбой. Что у таких на уме, никогда не поймешь. Во-вторых, несмотря на путь отступника, он остается медиком до мозга костей. Что в Танши по твоим рассказам, что здесь, он, прежде всего, помогает людям и стремится улучшить их жизнь. И это вызывает уважение. Поэтому, если у меня есть возможность провести время рядом с таким человеком, перенять его опыт, я ее не упущу. Лучше ты расскажи, как на Кракоту обнаружилась твоя сводная сестра? Если это не тайна, разумеется.

Зара, как всегда, была в своем репертуаре: прямолинейна, но при этом достаточно учтива, чтобы не нарваться на конфликт.

Алиша кратко поведала ей истинную причину своего визита на Кракоту и события последних дней. К концу рассказа девушка ощутила облегчение — Зара завершила лечение, яд был ликвидирован, а ткани практически полностью затянулись.

— Значит, помимо энергии Митору и способностей, которые ты развила благодаря Мао, есть еще и энергия твоего собственного рода. Потрясающе, — подытожила дана. — Нам надо во что бы то ни стало упросить Мао Дьюи помочь тебе вернуть доступ к резервам!

— Кажется, дело все-таки во мне самой, — ложась снова на спину, вздохнула Алиша. — Мао прав — умом я жаждала снова стать сильной, но в подсознании боялась своих способностей и связанную с ними опасность. Мне хотелось быть обыкновенной девушкой, и это даже отразилось на моих отношениях со Скроу. Мне хотелось просто жить с ним одной семьей, но в итоге я даже побоялась взять на себя ответственность и стать настоящей аббасу клана.

— Я тебя понимаю. Ты боялась упустить годы юности, боялась, что слишком серьезные роли лишат тебя чего-то важного. У меня тоже такое было после смерти родителей — я чувствовала, что слишком рано становлюсь взрослой, особенно на фоне сверстников. От этого и стала метаться: то училась на медика, то ночи напролет сидела в лаборатории, но все время чувствовала, что это не то… — поделилась Зара.

— Нам надо принять свою жизнь такой, какая она есть, — заключила Алиша. — Мы обе рано осиротели, а потом на нас обрушились обязательства, взять которые мы не были готовы. Но время настало. В конце концов, никто не запрещает нам весело проводить время и наслаждаться жизнью, когда выдается возможность.

Зара молча кивнула.

— Мне надо связаться с Кирой, — сказала вдруг она. — Мы решили, что, пока я разыскиваю господина Митору, она вернется в гостевой дом к тебе. Уверена, она места не находит и уже вовсю тебя ищет…

— Надеюсь, что нет. Слуги наверняка сказали ей, что вчера у нас был званый ужин, а сегодня с утра я уехала к своей родственнице. Но сообщить, конечно, надо, ее помощь бы здесь пригодилась.

— Когда Мао вернется, постараюсь узнать, можно ли как-то связаться с Эрдом отсюда. У них тут куча каких-то зашифрованных каналов, тайных мест и все под особыми паролями. Шагу ступить нельзя… — покачала головой Зара.

— Кстати, где мы вообще? — поинтересовалась, наконец, Алиша.

— Одно из убежищ Мао, насколько я поняла. Милях в пяти от того места, где мы с тобой столкнулись.

— Мао сказал, что Кларисия с соратниками забрала тело Тристану. Значит, бой уже прекратился?

— Не знаю. Когда я ощутила твое присутствие и увидела, как на тебя нападают, то, конечно, дальше думала только о твоем благополучии. Мао это понял и отнес тебя сюда. Но на том месте я действительно видела тело мужчины и женщину рядом с ним, а потом к ней вроде присоединились и другие люди.

— Значит, Мао все верно сказал. Это была Кларисия, я ее искала. Но не поняла, что она склонилась над телом Тристану — даже не успела понять, что мужчина уже мертв. Думала, может, она пытается помочь раненому. Если сейчас она в кругу друзей, это немного утешает. Но то, как он погиб, и что Яруна осталась без отца… Это ужасно, Зара!

На глаза Алиши навернулись слезы. Дана участливо погладила ее по плечу.

— Мне очень жаль, Алиша. Может, я не вовремя со своими словами, но когда я поняла, что творится на этом острове, увидела, как мой знакомый Кливлен, Мао и их товарищи ведут подпольную жизнь, чтобы помочь местным жителям… Я поняла, что не могу это так оставить. Будто в одночасье обрела здесь цель, которую так долго искала. Пусть я нарушу Устав, даже пойду против интересов Агнира, но я не уеду отсюда, пока вместе с остальными не восстановлю справедливость, а эти Арды получат по заслугам…

Алиша вытерла слезы и взглянула на Зару.

— Хорошо, что ты так решила. Потому что я тоже не покину Кракоту, пока дело, за которое погиб муж Кларисии, не восторжествует. И с этим придется смириться и Агниру, и убару, и Скарскроу Рэм Митору.

* * *

Мао вернулся через несколько часов и поведал, что Кларисия с соратниками находится в одном из штабов сопротивления. Он пришел вовремя, поскольку полицейская Эрда, несмотря на гибель мужа, готова была отправиться на поиски сестры. Мао заверил ее, что Алиша под его присмотром и беспокоиться не о чем.

Сложнее оказалось со Скарскроу — сторона Ардов не знала, где он, и была сильно встревожена исчезновением главы агнирского посольства. Вероятно, Скроу действительно улизнул во время операции в джунгли и не без посторонней помощи. Мао упомянул также пропавшую басилиску Эрзану, и Алиша невольно скривилась. Значит, она все же устроила встречу Митору с противостоящими Ардам кланами, но из-за диверсии Лэнсу их планы могли измениться, либо Скроу по каким-то причинам решил не возвращаться пока в Эрд.

Зара, выслушав Мао, предложила связаться с Кирой и другими членами агнирской делегации. Но дано-отступник рекомендовал подождать до утра, так как в регионе все еще было неспокойно.

— Ты поможешь Алирии вернуть доступ к ее резервам? — закончив с другими делами, без обиняков спросила Зара.

— На этот раз все зависит от самой госпожи Митору. Боюсь, сделать что-либо я тут не в силах, — внимательно глядя на Алишу, произнес Мао.

Девушка нахмурилась.

— Мао, я прекрасно понимаю, что ты хочешь сказать. Что я снова должна захотеть стать басилиской больше, чем обычным человеком. Но я понятия не имею, как достучаться до своего бессознательного. Поэтому я вряд ли справлюсь без посторонней помощи.

— Не стоит лукавить с самой собой, Алирия. Ты все еще надеешься, что сможешь найти какую-то волшебную кнопку, по нажатии на которую будешь то всесильной басилиской, то обыкновенной гражданской. Но так не бывает, более того, длительное пребывание в таком состоянии приведет к настоящему психическому заболеванию сродни раздвоению личности. Тебе придется выбрать что-то одно, а со второй сущностью проститься навсегда.

Алиша закусила губу. Где-то в глубине души она и сама понимала, что ей дороги обе ее ипостаси, и полностью выкинуть девушку-из-Оскола или попрощаться с силами басилиски-даны она не готова. Во всяком случае, не до конца.

— Ты прав, Мао Дьюи, я должна выбрать. Но мне понадобится время, а его у нас, похоже, нет.

— Несколько дней есть точно, а то и неделя, — возразил ей Мао. — Пока Арды ищут Скарскроу, а тот, судя по всему, общается с другими кланами, самое время тебе определиться со своей ролью.

— А я прослежу, чтобы Кира и остальные получили весть и не сильно беспокоились, — заверила Зара Алишу.

И девушка, наконец, сдалась.

— Надеюсь, из этого выйдет толк, — с сомнением произнесла она.

— Не попробуешь, не узнаешь, — резонно заметил Дьюи.

И следующие несколько дней она действительно пыталась стать той, кем должна была быть.

Но если в джунглях Танши Мао мягко направлял ее, обучая контролю над телом и сознанием, то здесь он лишь давал жесткие инструкции, заставляя Алишу буквально разбирать свою психику по кусочкам. На поверхность выплыли сюжеты, в которых ей самой себе было стыдно признаться: как она всегда чувствовала слабость отца на фоне совершенной, как ей казалось, матери. Как из-за этого искала потом сильного мужчину-защитника, желая с его помощью отгородиться от мира. Как при этом хотела быть похожей на мать, что заставляло ее раз за разом бунтовать и восставать против этого самого мужчины.

Ее отношения с Риккертом, а позже со Скроу предстали перед Алишей совсем в другом свете. И на фоне всего этого в душе девушки жила обида за то, что ее бросили: смерть родителей она невольно перекладывала на любое невнимание или непонимание со стороны своих партнеров, и это заставляло ее обострять конфликты и лезть на рожон. Тем обиднее было сознавать, что родители, пусть и под давлением обстоятельств, действительно не погибли, а оставили ее, сбежав в другую страну и даже не дав о себе никакой вести за столько лет.

Это самокопание под присмотром безапелляционного Мао порядком выматывало девушку. Но она понимала: пока не разберется с собственными душевными травмами, взять ответственность за свою жизнь, а вместе с нею и за свои силы она не сможет.

Тем временем Арды и вправду забили тревогу, ведь Скроу будто сквозь землю провалился. Заре удалось связаться с Кирой, и та тайно прибыла в джунгли. А вот Боро, Шэннот и Гэммай остались в Эрде, где разыгрывали возмущенных членов делегации, заставляя окружение Момору еще больше нервничать.

На следующий же день после диверсии Лэнсу Алиша попросила Мао отвести ее к Кларисии, и тот не смог ее отговорить. Девушка присутствовала на кремации Тристану и предложила сестре свою помощь, но та, узнав, что Мао помогает Алише вернуть ее силы, выразилась довольно категорично.

— За меня не волнуйся, сестра. Я приложу все усилия, чтобы отомстить за Тристану, и в Эрд больше не вернусь. Ивлину я уже отправила сообщение, и он останется с Ярой, сколько потребуется. А вот тебе стоит послушаться мастера Дьюи — он большой авторитет в народе, причем по обе стороны баррикад, и если его методы помогут тебе вернуть способности, это станет неоценимой помощью для всех нас.

Алиша поинтересовалась, знает ли Кларисия что-то о местонахождении Скроу. Та подтвердила, что Эрзана увела мастера для встречи с кланами, но большего ей неизвестно.

И девушка смирилась. Смирилась с тем, что лучшее, что она может сделать — это не пытаться помочь другим, а сосредоточиться на своих проблемах.

Через пару дней Алиша в сопровождении Зары выбралась в одно из поселений неподалеку от их убежища. Это была обычная деревня на берегу мелководной речушки. Люди здесь жили более чем скромно — не в таких условиях, как отступники в Танши, но на грани нищеты и в вечном страхе перед голодом или разбойниками. И если в случае с отступными мастерами и басилисками Алиша хоть и сочувствовала, но понимала, что эти люди сами выбрали себе такую судьбу, то здесь сердце девушки болезненно сжималось совсем по другой причине: жители деревни с малых лет гнули спины на близлежащих плантациях, зарабатывая гроши, дети не получали никакого образования, а джунгли были рассадником инфекций и источником разных опасностей, отчего смертность, особенно детская, в подобных местах всегда оставалась высокой. И все это на фоне процветающего Эрда с его вымощенными белым булыжником улицами и медициной по последнему слову техники.

Пожалуй, рассказы Кларисии, Тристану и отца были правдой, а стремление многих знакомых Алиши помочь повстанцам и улучшить жизнь местных жителей — вполне обоснованным.

Девушка решила не отворачиваться от неприглядной реальности. Так же, как она заглядывала в потайные уголки своей души, вытягивая на свет детские обиды, гнев и горечь, смотрела она и на убогое существование окружающих ее людей: тощих детей, купающихся в пересыхающей речке, женщин, варящих жидкую кашу в старых закоптелых котелках, покалеченных стариков, чудом доживших до своего возраста.

«Смотри, смотри же! Это тоже — твоя реальность, мир, в котором ты живешь. Эти люди родились здесь и не знают иной жизни, а многие из них и не узнают, ведь для изменения порядка вещей понадобятся годы. Но если ничего не делать уже сейчас, не пытаться хоть что-то сделать, то их внуки и правнуки будут так же прозябать в нищете, не имея ни сил, ни возможностей хоть капельку улучшить свою жизнь. Смотри! Не забывай, что, будь у тебя прежние силы даны, ты могла хотя бы исцелить их раны и болезни. А будь у тебя силы басилиски — смогла бы помочь свергнуть этого Арда и проследить, чтобы другой правитель не стал тираном, угнетающим собственный народ лишь потому, что тот находится за пределами подконтрольной ему столицы!»

Так твердила себе Алиша, сидя на стволе какого-нибудь неприметного дерева, растущего в деревне.

На четвертый день ее усиленной работы над собой девушка, сама того не ожидая, стала свидетелем разговора, который вывел ее из равновесия.

— Я дал предварительное согласие, но без одобрения убару не стану предпринимать никаких действий. Это, кажется, очевидно, — Скарскроу Митору, в своей обычной расслабленной манере, шел по одной из деревенских улиц, спрятав руки в карманы.

Рядом с ним шла басилиска Эрзана, выглядевшая на его фоне куда более встревоженной.

— Даже спустя столько лет ты пытаешься делать все в соответствии с Уставом. Но посмотри вокруг, Скроу — стоит ли соблюдение правил выеденного яйца, если в итоге столько людей, включая талантливых мастеров, несправедливо страдают? Тебе самому не надоела эта лицемерная служба на местных князьков? Несомненно, убару Яни немало сделала для улучшения жизни в военном городе, а ты долго оставался ее правой рукой. Может, пора теперь сделать более решительный шаг? Ты уже бывал за этой гранью, но теперь многое изменилось, к тебе многие прислушаются, твой авторитет…

— Эрзана, не продолжай. Я понимаю, что ты хочешь помочь местным жителям, а заодно и изменить устоявшиеся порядки среди мастеров. Но резкие движения здесь не помогут, скорее, только осложнят ситуацию. Поверь, если Агнир даже тайно решит поддержать вашу коалицию, пользы от этого будет больше, чем если я демонстративно встану на вашу сторону.

— Я в этом не уверена. Агнир сделает это ради политических целей, князьям плевать на реабилитацию мастеров или помощь кракотцам. Другое дело, если ты заявишь, что порядки пора менять и привлечешь внимание мировой общественности к этим проблемам. Это благородная цель, и она стоит определенной жертвы!

— Не питай иллюзий, мой авторитет не так уж велик для международного сообщества. А вот объявление моего поступка предательством не принесет ничего, кроме проблем для убару и краха всех начинаний, в которые она вложила столько сил.

— Она почти десять лет уже, как убару, но если ей чего-то удалось добиться, то самой малости! Путь, который она выбрала, не такой уж действенный! — возмущенно возразила Эрзана.

— А твой путь оказался более действенным? Все, что ты можешь, — это помогать единицам, в то время как для изменения системы, из-за которой страдают эти люди, требуется много лет и серьезные реформы, — спокойно отметил Скроу.

Басилиска, кажется, вспыхнула.

— Ты знаешь, что меня вынудили уйти. Как ты можешь заявлять, будто я выбрала эту жизнь? Ты ведь лучше всех знал, почему это произошло. И сам тогда нарушил приказ убару, между прочим. Просто у тебя было больше шансов, что последнего из клана Митору пощадят. Так что не смей мне ничего говорить о моем пути!

«А вот уже интереснее», — невольно навострила уши Алиша, стремясь одновременно слиться с деревом, на котором сидела.

— Прости, не хотел тебя обидеть. Мне до сих пор горько от того, что тебе тогда пришлось бежать. Агнир потерял талантливую басилиску из-за чрезмерно жесткого нрава убару. Хотя, признай, ты сама его не раз провоцировала.

— Под конец убару Сэтоби стал упрямым стариканом. Порой у меня руки чесались привести его в чувство, но не хватало мудрости и терпения. У вас с Яни, к счастью, хватило. Когда я узнала, что Яни стала убару, сочла это достойной местью за мое изгнание. Хотя, признаться, я больше ожидала, что ты займешь это место.

— Я моложе Яни и никогда не стремился стать убару. Возможно, роль ее правой руки, как ты выразилась — и вправду удачное решение для нас обоих. И я не собираюсь менять положение вещей, объявляя себя отступником на стороне мятежных кракотцев. Если я и поддержу вас, то не таким способом.

Эрзана сокрушенно вздохнула.

— Твоя непоколебимая верность своим принципам с годами совсем не изменилась, Скроу. Меня это и радует, и огорчает одновременно. Как жаль, что нам тогда пришлось расстаться. Все могло бы сложиться совсем по-другому.

— Ну да, например, твоя ревность не позволила бы мне поддерживать Яни, чтобы та в итоге закрепилась в позиции убару, — с улыбкой произнес Скроу.

— Говоришь так, будто я была всего лишь досадной занозой в одном месте, — фыркнула Эрзана, но в ее голосе прозвучали кокетливые нотки.

— В те годы так и было, разве нет? Не обижайся, я ведь тоже признаю, что был порядочным занудой. Но время меняет людей, особенно если мы сами готовы работать над собой.

— Да, хотя некоторые вещи остаются неизменными, как мы только что выяснили. Что же, раз ты все уже решил, мне остается уповать на прозорливость нашей умницы Яни…

Голоса постепенно затихали, пока спутники все больше удалялись от Алишиного невольного укрытия. Девушка сидела, до боли сжав челюсти и вдавив спину в ствол дерева. Значит, ее догадки были верны: в юности между Скроу и Эрзаной была симпатия, если не нечто большее. Потом ее вынудили стать отступницей, и она сбежала, а Скроу стал поддерживать Яни, с которой у него, Алиша не сомневалась, был вполне длительный роман. Ее появление в жизни мастера оказалось случайностью, которую он принял как должное, тем более что отношения с Яни к тому времени, судя по всему, уже исчерпали себя. Сейчас убару получает знаки внимания от овдовевшего генерала Ухидо, и всех это вполне устраивает. Как и то, что Скроу при этом хорошо проводит время с молодой женой, которая, в отличие от убару, может подарить ему детей, что тем более важно для клана.

Неожиданные ревность и горечь от осознания своей роли в жизни легендарного Всевидящего Скроу поднялись в душе девушки жгучими волнами. Она столько раз пыталась узнать о его прошлом, столько раз прямо спрашивала хотя бы в общих чертах про его отношения с другими женщинами! Но он либо отмалчивался, либо отшучивался, будто не считал ее достойной доверия знать хоть что-то из его биографии.

«Кажется, у меня появилась новая мотивация стать басилиской раз и навсегда, и больше не зависеть от отношения ко мне Скарскроу Митору, — с внутренним ожесточением подумала Алиша. — Раз я для него — лишь очередной этап в жизни, то и мне не следует делать из него смысл своего существования. В конце концов, я происхожу из семьи сильных мастеров Геруди, а благодаря Мао обладаю знаниями, о которых многим мастерам можно только мечтать. Возможно, я даже сильнее Скарскроу, просто у меня не достает опыта их применить».

Девушка легким движением поднялась на ноги и направилась в укрытие Мао.

12

Зара просматривала записи Мао и настолько увлеклась, что даже не подняла голову, когда Алиша вошла в комнату.

— А где Кира? — поинтересовалась девушка, закрывая за собой дверь.

— Мао сказал, что Скарскроу-тэм в деревне, и она решила отправиться с ним на встречу, а по пути разыскать тебя.

— А ты что же не пошла? — удивилась Алиша.

— Подумала, будет лучше, если я останусь здесь, если ты придешь раньше, чем Кира тебя найдет. И, судя по всему, я все сделала правильно, — улыбнулась Зара, отрываясь от записей.

— Что же, разумно. А Скроу я видела издалека, но решила не отвлекать от важного разговора. К тому же, мне кажется, я нащупала в себе что-то сродни нити, ведущей к моим силам. И в связи с этим прошу тебя помочь мне.

— Конечно, — охотно согласилась Зара. — Хочешь попробовать медитацию или, наоборот, боевые приемы?

— Хочу, чтобы мы углубились в джунгли, и там ты попыталась меня убить, — с энтузиазмом заявила Алиша.

Зара не стала удивляться и размениваться по мелочам. В ее взгляде мелькнуло понимание, и когда девушки покинули укрытие и по переплетенным ветвям переместились в заросли, дана без зазрения совести атаковала Алишу, использовав не только метательное оружие, но и ментальную атаку.

За доли секунды девушка вспомнила, как легко справлялась с опытными противниками во время операции Оскола. Вспомнила, чему учил ее Мао. Вспомнила разговор Скроу с Эрзаной об их прошлом.

«Я вовсе не девочка-сирота из Рисии, — пронеслись мысли в ее голове. — Я — прирожденная басилиска, потомок рода Геруди, аббасу Митору, много раз прошедшая через смерть и вернувшаяся обратно. Это и есть моя истинная природа. Мне не нужны защитники, я сама готова защищать тех, кто в этом нуждается. Моя сила — в моей крови и моем духе, и ответственность за нее я несу без страха, ведь она часть меня самой».

Алиша отбила летящие в нее серпы и иглы, вытолкнула из биополя дезориентирующую энергию, направленную Зарой. Но она и так бы с этим справилась: нужна была атака сильнее. Нужно было, чтобы ее действительно хотели убить.

Тонкая леска обвилась вокруг лодыжки, точь-в-точь, как когда-то плеть Ко-Нуча. Алиша ощутила почти такую же жгучую боль, хотя сейчас никто не вытягивал из нее энергию. Но в сознании ярко всплыл тот момент и ее ощущения: тогда она была басилиской, разделавшейся с тремя опасными отступниками, но одновременно в ней жила испуганная девочка, не желавшая проливать кровь и отринувшая силу, из-за которой раз за разом она сталкивалась с опасностью и смертью.

И сейчас эта самая девочка должна была умереть.

Алиша издала то ли рык, то ли всхлип, чувствуя, как ее плоть растворяется в пространстве, пропуская леску сквозь себя. Тогда, в схватке с Ко-Нучем, она тоже могла бы применить такой трюк, но предпочла вместо этого отсечь себе конечность. Словно самоистязание было платой за отобранные у отступников жизни. Но воины так не поступают — они пытаются выжить с минимальными потерями, чтобы в итоге победить и продолжить защищать то, что для них дорого.

Словно тень, скользнула Алиша в сторону Зары, и они сошлись в ближнем бою с таким остервенением, будто обе давно жаждали прикончить друг друга. Надо признать, Зара успела кое-что изучить из приемов Мао, и справиться с ней оказалось не так-то просто.

Но в конечном счете Алиша сумела одолеть юную дану — она вспомнила о водной технике Кларисии и решила обратиться к стихии, которую пока еще ни разу не использовала. Стихии рода Геруди. Где-то между ее клетками текла жидкость — много жидкости, гораздо больше, чем можно было себе вообразить. Она сама была, словно водный поток, и все, что требовалось — это направить его, проложить по нужному руслу.

Упругая струя ударила Зару прямо в грудь, столкнув с ветки в переплетение висящих лиан.

— Ого, способности твоего родного клана! — удивилась Зара, когда Алиша приблизилась к ней и протянула руку, помогая девушке вновь занять место на дереве.

— Это была чистая импровизация, и, честно сказать, я выдохлась, — признала Алиша, ощущая боль во всем теле. Все-таки резкие нагрузки по-прежнему отражались на ее состоянии не самым лучшим образом.

— Зато прогресс на лицо! Ты явно снова можешь черпать силы из своих внутренних резервов! Остальное — дело практики! — Зара, кажется, радовалась больше самой Алиши.

Вместе они направились обратно к убежищу Мао, обсуждая полученные результаты и варианты дальнейших тренировок.

Перед неприметным домом под сводами тропических деревьев девушки застали Скарскроу, Мао, Эрзану и Киру.

— Мы как раз собирались вас искать, — обратился к ним Мао, при этом буквально сканируя Алишу взглядом. И, кажется, сделал для себя какие-то выводы.

— Мы решили немного размяться. Скроу, рада тебя видеть, несколько дней мы не получали никаких вестей, — добродушно ответила Алиша.

— Я считал, что ты все еще в Эрде, но потом узнал о случившемся с Тристану и решил навести справки. Соболезную, кстати. Как Кларисия?

— Жаждет мести, что в ее случае понятно. Я присоединюсь к ней, как только окончательно восстановлю свои силы.

— Скроу говорил, ваши силы были блокированы действием плети K°-Нуча, когда тот напал на вас, — повернулась к ней Эрзана.

«Как о многом вы успели побеседовать», — не без сарказма подумала Алиша, но вслух сказала:

— Такой инцидент действительно имел место быть, но наложилось еще кое-что. К счастью, Мао, как всегда, помог мне вернуть доступ к резервам. Очень скоро я буду в форме и присоединюсь к сестре.

Кажется, под маской Скроу немного нахмурился. Что же, легкая ревность ему не помешает — у Алиши тоже есть свои «скелеты в шкафу».

— Алирия, нам следует дождаться распоряжений убару. Я возвращаюсь в Эрд, чтобы переговорить с Боро.

— Я провожу господина Митору. Поскольку меня все знают как странствующего лекаря, это не вызовет подозрений, — добавил Мао.

Алиша пожала плечами.

— Будь по-вашему. Надеюсь, что Агнир окажется благосклонен к противостоящей Ардам коалиции, хотя бы неофициально. Кстати, об этом. Поскольку формально я не являюсь членом делегации, то продолжу помогать сестре в любом случае. Как Геруди, а не как Митору, так что в случае конфликта интересов не бери меня в расчет.

Скроу нахмурился еще больше, а Эрзана, наоборот, воспряла духом. Ведь Алиша, по сути, делала то, от чего отказывался сам Митору.

— Алиша, во-первых, не брать тебя в расчет не получится, поскольку ты — аббасу клана Митору. Во-вторых, пока мастер Дьюи не убедится, что твои силы полностью к тебе вернулись, я прошу тебя не ввязываться в бои. И лучше бы вам с Зарой вообще не показываться представителям Ардов.

— Мы постараемся и не будем лезть на рожон. Но и ты не задерживайся с ответом убару, — не стала спорить Алиша. — Мы уже играем на обе стороны, и ничем не отличаемся от Кларисии, Мао или Эрзаны.

Скроу смерил ее тяжелым взглядом, но ничего не сказал. Вместо этого он обратился к Мао:

— Что же, госпожу Митору я оставляю под твою ответственность, хоть и делаю это без большой охоты. А сейчас нам лучше вернуться в столицу.

Мао кивнул, и оба мастера растворились в джунглях.

— Я навещу Кларисию, — решила Алиша, несмотря на накатывающую усталость.

— Я тоже хотела повидаться с ней и выразить соболезнования, — сказала вдруг Эрзана.

Хотя Алиша не слишком была рада компании басилиски, она решила, что отказываться от сопровождения не стоит.

— Я отправляюсь с вами. И так уже до постыдного пренебрегла своей ролью телохранителя, — заявила Кира.

Зара же, напротив, вызвалась остаться — ей наверняка не терпелось продолжить изучать записи Дьюи, да и сам мастер мог вернуться довольно скоро, проводив Скроу.

Через несколько минут Алирия с сопровождающими уже передвигалась по джунглям «легким шагом» и невольно радовалась, что даже после изматывающего тренировочного боя у нее хватает концентрации держать достаточную скорость. Силы постепенно возвращались к ней, а с ними и осознание, что быть басилиской — ее истинное и единственное предназначение.

Они быстро преодолели несколько миль и оказались у одного из многочисленных укрытий, в котором остановилась Кларисия и часть ее соратников. Чуть выше в горах располагалось довольно крупное поселение, а за поросшими лесами возвышенностями начинался регион, подконтрольный клану И-Чэн.

Кларисия после гибели Тристану впала в состояние отчужденности и одновременно активной деятельности. Алиша понимала ее: когда горе слишком сильно, все, что тебе остается — это отстраниться от него и сосредоточиться на чем-то другом. С ней после известия о гибели родителей произошло то же самое: она просто продолжила жить, усиленно училась и далеко не сразу пустила боль в свою душу и позволила ей излиться слезами.

Поэтому девушка не поднимала болезненную тему с сестрой, а заняла ее разговором о ближайших планах их коалиции.

— Скроу отправился в Эрд, чтобы узнать от советника Боро мнение Яни о ситуации. От этого будут зависеть и его дальнейшие действия. Но я предупредила, что в любом случае стану тебя защищать, если понадобится.

— А я по-прежнему не хотела бы рисковать твоей жизнью. К тому же, если убару решит поддержать Ардов или просто не вмешиваться, ты своими действиями можешь навредить авторитету Митору, — покачала головой Кларисия.

Алиша пожала плечами.

— Я же не буду на каждом столбе писать, что я из Митору. Мало ли в джунглях беглых басилиск! К тому же, мои силы возвращаются, и я хотела попросить тебя показать мне какие-нибудь интересные приемы нашего рода. Например, с водной стихией. Я чувствую, что они дадутся мне легче, чем даже некоторые прежние техники.

— Что же, — вздохнула Кларисия. — Раз так, то я с радостью потренируюсь с тобой, но лучше завтра. У меня остались кое-какие дела.

— Конечно. От папы никаких вестей? С ним и Ярой все в порядке? — поинтересовалась напоследок Алиша.

— Судя по датчикам, они по-прежнему в загородном доме. Все в порядке, не беспокойся, — заверила ее Клари.

На ночь Алиша с Кирой решили остаться в укрытии, а Эрзана вернулась в поселение, ведь Мао мог принести важные вести из Эрда.

И он действительно их принес, но беглая агнирская басилиска не успела предупредить соратников: как только ночь опустилась на джунгли, в некоторых стратегически важных местах прогремели взрывы.

Разбуженные ими Алиша, Кларисия и Кира тут же поспешили в небольшую комнату, где уже собирались другие обитатели убежища. В этот момент туда вошел знакомый Алише по первой встрече с повстанцами Чедий.

— Я от И-Чэн, сегодня вечером их атаковали. Причем не только базы, о которых было известно Ардам, но и Торд, город, где находится их главный особняк. Но плохо не это, а то, что среди нападавших помимо предателей Лэнсу замечены иностранные отряды.

— Агнирские? — не смогла сдержать удивления Алиша.

Но Чедий покачал головой.

— Как раз нет. Я сам видел форму таншинцев, а еще слышал, что в операции принимают участие гоанцы.

— Но как это может быть? Мы прибыли на Кракоту пару недель назад, и никакой речи о военных силах других государств и близко не шло! — воскликнула девушка.

— Видимо, Момору давно задумал разобраться с противостоящими ему кланами руками мастеров других стран. И Агнир, судя по всему, он как раз впутывать не хотел, но, когда узнал, что на остров приезжает сам Скарскроу Митору, не удержался и попросил его присоединиться к операции.

— Но Скроу ничего не говорил о… — все еще растерянно начала Алиша, но Кларисия мягко положила руку ей на плечо.

— Как бы то ни было, Момору свой шаг сделал. Мастера других стран считают нас всех отступниками, которых непременно нужно ликвидировать. А нам ничего не остается, как встать на защиту И-Чэн. Чедий, Годо и другие кланы коалиции предупреждены?

— Да, глава И-Чэн Рэтоби разослал гонцов, а я поспешил к вам. Необходимо как можно скорее присоединиться к защитникам клана, уничтожить угрозу и спланировать скорую контратаку на силы Ардов. Главы кланов вот-вот соберутся, чтобы обсудить стратегию.

Алише совсем не понравилась идея сражаться с мастерами из Танши и Го, которых явно дезинформировали. Но другого выхода у них не было. Через несколько минут мастера и басилиски в полной амуниции покинули убежище и вступили в бой с врагами, выискивая их в ночных джунглях.

Они с Кирой следовали за Кларисией и прикрывали, а попутно Алиша старалась оказывать помощь раненым и не забывать балансировать силы, которых, как она опасалась, все еще было не так много.

Казалось, ночь тянется вечно, а ее сестре чужда усталость. Кларисия скользила по ночному лесу, словно хищная кошка, выискивая врагов, заходя им в тыл и атакуя с холодной жестокостью. Они действительно столкнулись с несколькими мастерами из Танши и Го, причем последние явно отбились от своих во время боя в непривычно густых джунглях. Но повстанцам это, конечно, было только на руку.

Через несколько часов их троица оказалась на территории, подконтрольной клану И-Чэн, где шли основные боевые действия. Здесь орудовали объединенные отряды официальных военных сил Кракоту, Танши и Го. Им хватало ума не поджигать джунгли, но несколько поселений все равно оказались в огне. Многие жители уже покинули свои дома, в панике бежав под укрытие леса, но немало стало случайными жертвами хаотичных атак и удушливого дыма.

Алиша послала поток воды в сторону занимавшейся огнем хижины, стоящей вплотную к растительности. В этот момент кто-то возник за ее спиной, но басилиска не зря находилась в измененном состоянии сознания — ее реакции хватило, чтобы резко скользнуть в бок, одновременно разворачиваясь и направляя поток воды в противника. Тот не ожидал такой скорости и был отброшен назад, где кинжал Киры оборвал его жизнь, впившись в спину.

— Надо быть осторожнее, они убивают всех, на ком нет официальных опознавательных знаков, — тихо произнесла басилиска-телохранитель.

— Я чувствую их смятение, — ответила Алиша. — Они явно не ожидали, что в джунглях будет столько повстанцев. И к иностранным отрядам уже приходит понимание, что их просто использовали в каких-то внутренних разборках, а не отправили выискивать беглых отступников. Момору Ард поплатится за дезинформирование союзников.

И они поспешили дальше на помощь Кларисии, которая присоединилась к небольшому отряду служащих И-Чэн мастеров и продолжала методично истреблять врагов. Алиша же решила сосредоточиться на помощи раненым: если кто-то из отряда получал травмы или выбывал из боя, срываясь с ветвей на землю, она оказывалась рядом и исцеляла, насколько было возможно, повреждения. Кира прикрывала ее на случай неожиданных атак, и в таком тандеме они действовали до самого рассвета, пока атакующие, наконец, не получили команду об отступлении.

Отряд, к которому они присоединились, в итоге повернул на запад и достиг штаба, где собрались представители основных кланов, составляющих коалицию против Ардов.

— Атака успешно отбита, и мы наглядно показали не только Момору, но и иностранным отрядам, которые он привлек, что наши силы куда больше, чем они могли представить. Пострадало три поселения, включая Торд, но мы восстановим их. Сейчас главное не просто перейти в контратаку, а направить послания в Го и Танши, что человек, которого они называют законным правителем Кракоту, на самом деле — предатель и обманщик! — голос главы И-Чэн Рэтоби гремел, сотрясая своды подземного зала.

— Мы уже составили соответствующие послания, гонцы ждут отправления, но не хватает подписи от клана Годо, — доложил кто-то из приближенных.

— Эмотору-тэм, от мастера Рору нет вестей? — Рэтоби, видимо, обратился к присутствовавшему на собрании представителю клана Годо.

— Мастер Рору, как всегда, предпочел лично вступить в бой, и пока не вернулся. Я уже послал за ним людей, — ответил Эмотору.

— В крайнем случае я попрошу вас поставить свою подпись как представителя от Годо. Долго ждать мы не можем.

— Хорошо, но я бы попросил вас дать хотя бы еще полчаса.

В зале было полно народу и Алише не удалось проникнуть внутрь, да и желания особого не было. Все переговоры она и так слышала из коридора, где тоже толкалось немало людей.

Кларисия устало прислонилась к стене.

— Ты выглядишь совсем вымотанной. Тебе надо отдохнуть, — обратилась к ней Алирия.

Та покачала головой.

— Надо послушать, что они решат, так как связь с Эрдом поддерживается через Мао и Эрзану, а мы знаем об их местонахождении. Если понадобится, сразу направимся к ним.

— Я в любом случае собиралась направиться к Мао и узнать, есть ли вести от Скроу. А еще лучше — посетить сам Эрд. А вот тебе лучше уже там не светиться.

— Разумное решение. Раз здесь появились представители Го и Танши, будет правильно, чтобы агнирская делегация вновь держалась вместе, — подала голос Кира, и Кларисия согласно кивнула на ее слова.

— Отправляйтесь в столицу. Я могу проводить вас до места, где мы оставили машину, мне как раз надо кое-что из нее забрать. Потом вернусь сюда.

Пошатываясь, женщина выпрямилась, и втроем они направились к выходу.

В джунглях было все еще сумрачно, но не стоило терять бдительности — отдельные отряды или даже отбившиеся от них одиночки могли представлять немалую опасность. Кларисия двигалась впереди, на полшага позади нее — Алиша, а тыл прикрывала Кира.

Они уже обогнули покатый холм, отделяющий владения И-Чэн от условно нейтральной территории, где находилось укрытие Мао и несколько поселений, когда Кларисия вдруг оступилась и сорвалась с ветки вниз. Алиша с Кирой вовремя подхватили ее, не дав удариться о землю.

— Она потеряла сознание. Видимо, переутомление, — произнесла Кира, хоть и не была медиком.

Алиша кивнула.

— Надо отнести ее к Мао, мы с Зарой ее обследуем.

— Я смогу, но тебе придется следить за обстановкой, — сказала телохранительница, взваливая Кларисию к себе на спину.

— Не беспокойся, справлюсь. Осталось недалеко, — заверила ее Алиша, и они продолжили путь.

Еще чуть более десяти миль, и девушки, порядком измотанные после проведенной в боях ночи, достигли деревушки, где провели последние дни.

Алиша открыла дверь в домик Мао, чтобы Кира смогла занести Кларисию внутрь.

В убежище, к счастью, обнаружилась не только Зара, но и сам Мао Дьюи.

— Что случилось? — тут же встала из-за стола дана.

— Мы всю ночь отбивали поселения И-Чэн от объединенных сил Кракоту, Го и Танши. Когда они отступили, Кларисия предложила вывести нас из джунглей, но по пути потеряла сознание. Я еще не проводила диагностику, — пояснила Алиша, пока Кира укладывала басилиску на кровать.

Мао подошел к изголовью и провел рукой над ее телом, а Зара присела на табурет и взялась слушать пульс.

— Тебе бы и самой отдохнуть, Алирия. Такие резкие нагрузки после длительной блокировки могут возыметь неприятные последствия, — резонно отметил Мао.

— О себе я позабочусь. Меня больше волнует сестра, — сухо ответила Алиша.

— С ней все в порядке, — произнес Мао, красноречиво посмотрев на Зару.

Та кивнула.

— Кларисия сильно истощена, но причина не только в ночных сражениях и эмоциональной истощенности от потери мужа. Она ждет ребенка, — повернувшись к Алише, сказала Зара.

Девушка оторопела.

— Срок пока небольшой, недели три. Но лучше бы оградить ее от участия во всех этих событиях, — продолжила дана.

— Разумеется, я постараюсь удержать ее… Надеюсь, эта новость и ее саму немного образумит. Ради памяти о Тристану, — вздохнула Алиша.

К своему стыду, девушка ощутила внутри нечто вроде укола: то ли зависти, то ли обиды. Не столько по отношению к сестре, сколько к самим обстоятельствам. Кларисия с Тристану годами ходили по острию ножа и умудрились зачать двоих детей, а их со Скроу попытки за несколько лет не принесли результатов, несмотря и на вполне спокойные периоды. Конечно, и в их жизни было полно потрясений, да и завидовать сестре после гибели мужа — совершенно глупо, и все же Алише стало горько, что у нее никак не получается дать продолжение вымирающему роду Митору.

Хотя, возможно, все эти чувства нахлынули просто от усталости.

— Алирия, — вывел ее из задумчивости голос Мао. — Я должен кое-что тебе рассказать. На Кракоту приехал представитель агнирского совета князей, Гаруш Вэллиторн, а также убару Яни. Они сейчас общаются с Момору Ардом и его советниками. Скарскроу, разумеется, тоже принимает участие в переговорах…

— Черт! Значит, Агнир хочет поддержать Ардов? — совсем расстроилась Алиша.

— Это же политика, не стоит делать однозначных выводов, — улыбнулся Мао. — Формально они сейчас, естественно, будут на стороне Момору, но сведения, которые передал Скроу и которые с утра доставили остатки отрядов Го и Танши своим командирам, дали определенную пищу для размышлений. Но тебе лучше быть рядом со Скроу.

— Разумеется. Но я не могу оставить сестру.

— Я присмотрю за ней и не дам никуда уйти, а потом отвезу в Эрд. Для Кларисии эта война окончена, а что касается ее положения, то я предлагаю придерживаться версии, что она отправилась на поиски мужа, когда не смогла получить от него вестей, и попала под атаку повстанцев. Тристану был зверски убит, а я спас полицейскую, и все эти дни она находилась у меня.

— Спасибо, — благодарно кивнула Алиша Мао. — Нам важно ее реабилитировать, чтобы в случае необходимости я смогла вывезти ее, Яруну и отца с острова.

— Пока мое слово кое-что значит для Момору, не беспокойся об этом, — усмехнулся Мао, и Алиша поняла, что странствующий отступник-дано еще более непрост, чем ей казалось.

— Зара, ты с нами? — обратилась тем временем Кира к агнирской дане.

Но та ожидаемо покачала головой.

— Мао уже сообщил, что я нахожусь у него и заодно помогаю отслеживать ситуацию с обеих сторон. Скарскроу-тэм не стал скрывать, что часть его людей побывали в джунглях, чтобы самостоятельно оценить силы противника. Возможно, Момору с приближенными и испытывает сомнения в нашей верности, но сейчас мы, как и Эрзана, его единственные «шпионы», которые якобы притворяются двойными агентами и могут доставлять какую-то полезную информацию с этой стороны. Поэтому он вынужден нам доверять.

— Кстати, а Эрзана снова перебралась в Эрд? — поинтересовалась Алиша.

— Да, она сопровождает Скарскроу, — кивнул Мао. — Тот рассказал Ардам и агнирскому князю, что басилиска помогла ему интегрироваться в общество повстанцев и свела с представителями основных кланов якобы для установления союзных отношений. Убару, кстати, подтвердила, что Скроу действовал по ее приказу, и к Эрзане отнеслась довольно благосклонно, назвав «опытной басилиской, прошедшей прекрасное обучение в агнирской школе» и намекнув на ее реабилитацию в дальнейшем.

Алиша невольно нахмурилась. Была парочка, а теперь и вся троица нарисовалась… И Скроу от нее будто все дальше и дальше…

— Ну а тебя не собираются реабилитировать? — не удержалась она от вопроса.

Дьюи рассмеялся.

— В свое время я сделал Момору парочку важных одолжений. Поверьте мне, госпожа Митору, мне не требуется реабилитация — Агнир сам будет рад признать меня своим уроженцем, когда придет время.

Брови девушки удивленно дрогнули.

— Видимо, Мао, ты все продумал заранее. Что же, я буду рада, если ты и Эрзана перестанете считаться отступниками и прятаться по лесам. А теперь отведи нас с Кирой в Эрд и, пожалуйста, держи в курсе по поводу Кларисии.

— Разумеется, — кивнул Мао, и они втроем направились к выходу.

13

В столице Кракоту за прошедшую неделю ничего не изменилось. Город жил своей размеренной жизнью, по-прежнему принимая гостей со всего света, будто и не шли за его границами ожесточенные бои.

Вернувшись в Эрд, Алиша испытала противоречивые чувства: одновременно облегчение, что больше не требуется постоянно быть начеку, и нарастающую тревогу. Даже Кира, обычно настроенная благодушно, всю дорогу молчала, а в гостевом доме предпочла сразу отправиться в душ. Алиша последовала ее примеру: все это время на ней была та же одежда, которую она надела, отправившись с Кларисией выручать Тристану. Но для встречи с убару и агнирским князем требовалось подобрать другой наряд.

И все же девушка ощущала себя басилиской куда больше, чем когда только прибыла на остров. И под парадным халатом клана Митору незаметно скрылись тонкие иглы и режущая леска, а в маленький свиток были упакованы метательные кинжалы, яды и сменная форма.

После приготовлений Алиша связалась с менеджером Азару, готовая в тот же час отправиться во дворец Ардов, однако узнала, что Момору со своим младшим братом и представителями иностранных делегаций уехали в военный штаб и проводят там большой совет.

— Раз так, нам лучше остаться здесь и отдохнуть, а вечером разыскать Скарскроу-тэма и узнать все новости, — рассудила Кира.

Алиша неохотно кивнула.

— Пожалуй, после прошедшей ночи поспать не помешает. Еще и на улице такая жара… Я предупрежу слуг, чтобы в случае вестей от Скроу или Мао тут же мне сообщили.

Они перекусили и разбрелись по спальням, где Алиша заставила себя мгновенно погрузиться в сон.

Наступил вечер, но никаких вестей они так и не получили. Наконец терпение девушки подошло к концу и она велела вызвать такси.

— Сначала разыщем Азару, он должен быть во дворце. Скроу наверняка приедет ночевать туда, да и убару тоже. Подождем их, если понадобится, — поделилась она с Кирой мыслями.

Менеджер действительно встретил их у дворцовых ворот, а вот члены делегации, как и сам король, еще не вернулись. В итоге Азару предложил госпоже Митору изысканный ужин, а перед этим провел подробную экскурсию по зданию.

— Как вы знаете, Ее Величество является большой ценительницей искусств и использует дворец как свой личный музей. Многие экспонаты хранятся не только в его залах, но и в подвале, где соблюдается специальный температурный режим и влажность, — поведал менеджер.

— Наверняка в коллекции королевы есть редкие ценности, которые она предпочитает хранить подальше от посторонних глаз, — для поддержания беседы произнесла Алиша, рассматривая инкрустированную драгоценными камнями диадему, скрытую под стеклом.

— Определенные предметы наверняка есть, хотя даже я имею об этом довольно смутное представление, — кивнул Азару. — Часть из них вполне может храниться в главном музее Кракоту или в личном особняке Ее Величества.

В неспешной прогулке по залам дворца Алиша с Кирой скоротали пару часов. Когда в покоях, выделенных для агнирской делегации, подали ужин, вернулся Скроу в сопровождении убару, советника Боро, Шэннота и, разумеется, Эрзаны.

От Алиши не скрылось напряжение во взгляде, которым он окинул их с Кирой, сидящих за большим обеденным столом.

— Приветствую, — девушка поднялась, в основном чтобы отдать дань уважения убару.

Яни благосклонно кивнула.

— Рада видеть вас в добром здравии, госпожа Митору. Я слышала, вам удалось разыскать родственников, и вы большую часть времени проводите с ними, — как ни в чем не бывало произнесла она, в одночасье задав светский тон беседы.

— Так и есть, но последние события заставили меня вернуться во дворец. Прошу вас, присоединяйтесь к трапезе.

Все молча расселись за столом.

— Как ваша сестра? — негромко поинтересовался Скроу, заняв место рядом с Алишей.

— Мне нечем вас порадовать, господин Митору. В этих внутренних распрях она потеряла мужа, и сама едва не погибла. Сейчас она в лечебнице Мао Дьюи, он переправит ее в Эрд, как только она немного окрепнет.

— Она ранена? — обеспокоенно спросила Эрзана.

— Она в положении, — ответила Алиша, смерив басилиску тяжелым взглядом.

— О! — только и сказала та, явно огорошенная такой новостью.

— Ситуация на острове приобретает довольно критический характер. Полагаю, будет лучше, если вы с сестрой и новообретенными родственниками как можно скорее покинете Кракоту и вернетесь в Агнир, — сказал вдруг Скроу.

Алиша едва удержалась, чтобы не вступить с ним в открытый спор. Ну, конечно! Теперь, когда здесь собралось сразу несколько делегаций разных стран, все решит большая политика. Куда уж ей впутываться в это, тем более, что симпатии ее явно на стороне повстанцев, и Скроу не уверен, сможет ли она удержать язык за зубами в официальной обстановке.

С другой стороны, в свете открывшихся обстоятельств, таких как беременность Клари, лучшего выхода не найти. Тристану не вернешь, а защитить отца и Яруну для нее особенно важно…

— Давайте обсудим это завтра, господин Митору, — сказала Алиша, намеренно беспечно отправляя в рот очередную вилку с едой.

— Зара-дано, полагаю, осталась присматривать за вашей сестрой, — поинтересовалась убару, решив сменить тему.

— Да, они с мастером Дьюи присмотрят за ней. А где Гэммай? — спросила Алиша.

— Он сейчас вместе с другими членами агнирской делегации, прибывшими вместе с убару, — подал голос Боро.

— Кстати, среди них приехал и Джет, — поведал Скроу.

— Как, один? Без других «Стрел»? — удивилась Алиша.

— У каждого из них есть свое задание, поэтому в этот раз пришлось разделить нашу непревзойденную четверку. Тем более, это не военная миссия, — пояснила Яни.

В последнем Алиша не была так уверена, но на слова убару кивнула.

— Я как раз думал о том, чтобы отправить Джета обратно в Агнир с вами в качестве сопровождающего, — снова «взялся за свое» Скроу.

Алиша не стала никак реагировать на его реплику.

«Пусть для начала Кларисия поправится и освоится со своим новым положением, а там мы еще поговорим», — подумала она.

Единственное, что несколько утешало девушку в создавшейся ситуации — что ночь Скарскроу проведет в одной с ней постели. Не то чтобы она сильно опасалась за его верность, но присутствие басилиск вроде Яни или Эрзаны не давало ей покоя.

И даже пускай между ними ничего не будет, ведь глава клана Митору сосредоточен совсем на другом и не позволит себе расслабиться в полном глаз и ушей дворце, но они хотя бы проведут время вместе.

Однако Скроу большую часть ночи скоротал, изучая какие-то записи, а спать лег ближе к рассвету всего на несколько часов. Алиша решила его не тревожить, но ей самой не спалось: она наблюдала за мастером из-под полуприкрытых глаз и раздумывала над ситуацией.

Возможно, им с Кларисией и вправду будет лучше уехать? В особняке Митору они с отцом будут в полной безопасности, а Яруна и будущий ребенок смогут получить то, чего явно недоставало им на острове — спокойное детство.

Кларисия, конечно, погорюет и оплачет Тристану, но в военном городе полно интересных мастеров, и рано или поздно она может снова влюбиться и выйти замуж. А отец, наконец, повидается с братом, наведается в отчий дом, если захочет…

Определенно, это наилучший из выходов. Вот только что не дает Алише покоя? Ситуация на Кракоту, ради которой ее мать и другие родственники отдали свою жизнь, а она собирается просто уехать? Или ее отношения со Скроу, который ведет себя, будто непробиваемая стена, и на его фоне она выглядит потерянной и запутавшейся девчонкой?

В итоге Алиша так до конца и не разобралась со своими чувствами. Она уснула только когда Скроу лег рядом с ней, и проснулась через три с небольшим часа, когда он сам начал вставать.

— Поспи, еще совсем рано. Я сам сегодня свяжусь с Мао и попрошу привезти Кларисию, если ее здоровью ничто не угрожает, — сказал он.

— Хорошо, я пока побуду во дворце, присылай все вести сюда. Но спать мне больше не хочется. Ты собираешься завтракать? — выбираясь из-под одеяла, спросила Алиша.

— Вообще-то я собирался обойтись без завтрака, но раз ты встаешь, давай попросим слуг накрыть нам в гостиной, — предложил Скроу.

Алиша быстро умылась и присоединилась к нему за столом. Мастер снова перебирал какие-то бумаги.

— Скроу, я слышала о делегациях из других стран. Король решил попросить дополнительную помощь? — спросила она.

— Как я уже говорил, ситуация довольно напряженная, и Момору послал за помощью. Тем более и Го, и Танши заинтересованы в поимке некоторых отступников, скрывшихся на острове, — ответил Скроу.

— Видимо, мы со своим приездом стали своего рода катализатором этих событий, — тихо сказала Алиша.

Она понимала, что во дворце, в отличие от гостевого дома, вполне могут быть установлены прослушивающие устройства, и говорить стоило особенно осторожно.

— Как один из факторов, возможно, наш полуформальный визит стал толчком для повстанцев к действиям. Они подумали, что Момору хочет запросить помощь у Агнира, хотя у Его Величества планы были несколько другие. Но, кажется, все обернулось даже удачнее, чем он предполагал. Враг сам показал свое лицо, и призванным на помощь отрядам будет легче обнаружить в джунглях отступников, за которыми ведется охота. Впрочем, это уже не нашего ума дело, и уж тем более ты не забивай себе этим голову. Мне важнее, что нам удалось разыскать твою родню, а теперь лучшее, что можно сделать — это забрать их в Агнир хотя бы на период волнений.

Алиша вздохнула.

— Пожалуй, ты прав.

Ей очень хотелось обсудить со Скроу подробности нападения на клан И-Чэн и настоящее мнение властей Агнира, Го и Танши о ситуации на острове, но в стенах дворца Ардов это было, само собой, невозможно.

После завтрака Скарскроу с делегацией вновь направился в штаб. Алиша вышла поприветствовать Джета и Гэммая и слышала, как Скроу попросил Эрзану добраться до Мао и справиться о здоровье Кларисии, а если ее состояние позволит — перевезти ее и Зару в гостевой дом, откуда они через несколько дней отбудут с Алишей в Агнир.

Девушка невольно обрадовалась, что Эрзана хотя бы этот день не станет крутиться вокруг Скарскроу, тем более, басилиска сама переживала за подругу и охотно согласилась на предложение мастера.

«Что же, как только Кларисия вернется в Эрд, надо будет съездить к отцу и помочь им с Яруной собраться. Хлопот предстоит немало», — подумала Алиша.

Большую часть дня они с Кирой провели, шатаясь по опустевшему дворцу и в итоге неплохо изучив все его этажи и залы. Они даже спустились в какое-то полуподвальное помещение, куда гостям явно не следовало совать нос: пройдя по темному коридору, они вскоре натолкнулись на внушительных размеров запертую дверь.

— Выглядит, как вход в сокровищницу, — пошутила Кира, беззастенчиво дергая холодную железную ручку.

— Может, как раз за этой дверью королева и хранит какие-то особо ценные экспонаты своей коллекции? Впрочем, мне достаточно того, что тут прохладно и можно отдохнуть от жары, — Алиша прислонилась к каменной стене, облегченно вздохнув.

Она явственно ощущала, как возвращаются к ней утраченные, казалось бы, навсегда, силы: несмотря на события последних дней, она чувствовала себя лучше, чем последние полгода. В этот момент будто дверь в ее собственную сокровищницу внутренних резервов начала медленно открываться. Тонкая золотистая нить опутывала все препятствия ее сознания, и они растворялись в пространстве, высвобождая не просто энергию Митору, но и родовую энергию семьи Геруди.

— Как хорошо! — прошептала девушка, буквально распластываясь по прохладной стене.

— Алиша, мне кажется, нас ищут, — прервала ее релаксацию Кира, отходя от запертой двери и прислушиваясь.

Девушки поспешили подняться наверх и встретились в холле с Азару.

— Госпожа Митору, мне велели передать, что к вечеру Кларисия Авитари приедет повидаться с вами в гостевой дом, — доложил менеджер.

— Благодарю. Тогда после обеда отправимся прямиком туда, — решила Алиша.

Она ожидала, что Кларисию привезет Зара, и крайне удивилась, увидев, что Клари приехала одна на машине, которую они оставили в джунглях более недели назад.

Встретившись у входа в гостевой дом, сестры обнялись.

— Тебе уже настолько лучше, что ты решила добраться сюда самостоятельно? — поинтересовалась девушка.

— Я беременна, а не ранена, — улыбнулась Кларисия. — И очнулась почти сразу после того, как вы с Кирой отправились в Эрд. Конечно, Мао настоял, чтобы я отдохнула денек, а спорить с ним совершенно бесполезно.

— А что же Зара? Скроу сказал, она должна приехать с тобой.

— Она осталась. Категорически не захотела ехать. И не мудрено — упросила Мао обучить ее каким-то приемам, и тот, как ни странно, согласился.

— Он явно к ней неравнодушен, — улыбнулась Алиша.

— Вполне может быть, хотя на него это не похоже, — не стала спорить Кларисия.

Вместе они вошли в дом и следующий час обсуждали создавшуюся ситуацию и предложение Скроу уехать в Агнир.

— Эрзана тоже убеждала меня, что так будет лучше. Я все понимаю: мое положение, безопасность Яры, твоего отца… Хотя и не могу до конца смириться, — вздохнула Клари.

— Ты волнуешься, что жертва Тристану окажется напрасной. Что все ваше дело окажется напрасным, если Момору склонит иностранные делегации и через них другие государства на свою сторону, — понимающе кивнула Алиша.

— Да, я волнуюсь, что ничего в итоге не изменится. Момору Ард сделает все, чтобы обезглавить кланы, выступающие против него. А потом продолжит эксплуатировать их земли и простой народ. Но я также понимаю, что лично я вряд ли смогу что-то противопоставить тем политическим силам, которые здесь собрались. Скарскроу-тэм и ваша убару, кажется, прекрасно понимают ситуацию. Если даже они не смогут ни на что повлиять, то едва ли я, ты или та же Эрзана сможем…

— Я тоже думала об этом. И долго ли еще нашей семье страдать из-за нестабильности на острове? Наши с тобой жизни оказались поломанными только потому, что наша мать и твой отец посвятили себя этой борьбе. А мой отец в итоге остался вдовцом. Может, стоит хотя бы нашим детям обеспечить нормальное детство вдали от политических распрей?

— Ивлин и Яра заслужили спокойную жизнь. Да и будущий малыш тоже, — Кларисия положила руку на живот. — К тому же, с моей стороны было бы неблагодарно отклонить предложение господина Митору. Признаться, я ужасно устала от всего этого, хоть мне и стыдно перед памятью о Тристану…

— Уверена, он бы больше всего хотел, чтобы ты с детьми была в безопасности. На острове полно других людей, сражающихся за свободу и справедливость. Давай оставим это дело им, — сжав ладонь сестры, произнесла Алиша.

И они решили покинуть Кракоту на ближайшем отбывающем в Агнир лайнере.

Следующие дни прошли в ожидаемых хлопотах. Скроу, убедившись, что Алиша последовала его совету, полностью переключился на политические дела. Эрзана заранее попрощалась с Кларисией и последовала его примеру. Алирия не была в восторге от поведения Эрзаны, но смирилась. В конце концов, когда-нибудь все это закончится, Скарскроу вернется в Агнир в их особняк, и они заживут, как прежде. А басилиске-отступнице останется довольствоваться лишь воспоминаниями об их молодости и крупицами внимания, которые она получит от мастера во время их совместной операции на Кракоту.

В сопровождение Алише и Кларисии был выделен Джет, настроенный к происходящему более чем равнодушно. Он помогал им с упаковкой вещей, присматривал за Яруной, если требовалось, но ситуация на острове в целом и Алиши — в частности, его совершенно не трогала.

Через два дня контейнер с вещами был погружен на лайнер, и Кларисия не без сожаления заперла дверь своей квартиры.

— Даже не знаю, когда в следующий раз вернусь сюда. Вернусь ли вообще… — тихо сказала она.

Алиша положила руку ей на плечо.

— Когда-нибудь обязательно вернешься. Но сейчас важнее уберечь от опасности Яру и отца, да и тебе залечь на дно на какое-то время. Я тоже не в восторге от отъезда, но понимаю, что так будет лучше.

Кларисия повернулась к ней. Они стояли вдвоем на темной лестничной клетке, пока остальные располагались в машине. После отъезда Клари договорилась с коллегой, что он продаст автомобиль.

— Возможно, сейчас не совсем подходящее время, но я чувствую, что у вас со Скроу не все ладится. И тебе не хочется оставлять его здесь, — обратилась к Алише басилиска.

Девушка покачала головой.

— Скроу — птица другого полета. Мне никогда не стать равной ему по влиянию и авторитету. Чудо уже, что по способностям басилиски я смогла приблизиться к его уровню. А в остальном мы словно из разных миров. Убару или та же Эрзана гораздо ближе к нему в этом плане — они опытные басилиски и из одного поколения.

— Не терзай себя понапрасну. Ты сильная и отважная девушка, Алиша. И ты — аббасу клана Митору. Другой такой быть не может, и я вижу, что Скарскроу тебя очень ценит. И, само собой, пытается уберечь, — постаралась ободрить ее сестра.

— Вообще-то это я должна тебя утешать, — нахмурилась Алиша.

Кларисия вздохнула.

— Я пережила немало потерь. И стараюсь думать о том, как обеспечить безопасность тех, кто пока еще рядом со мной. Возможно, Скарскроу-тэм действует в той же логике.

Вместе они спустились во двор и заняли передние места в машине. Алиша задумалась над словами Кларисии — ее мысль показалась девушке на удивление простой и при этом очевидной. Может, ей не стоит настолько себя накручивать по поводу Скроу? А его поведение — как раз и есть лучшее доказательство привязанности и глубоких чувств?

Мастер приехал в порт попрощаться. Но его сопровождал советник Боро и менеджер Азару, поэтому ни о каких проявлениях чувств не могло идти и речи.

— Я рад, что скоро ты будешь дома. Там ты лучше сможешь позаботиться о своей семье. Все ресурсы клана в твоем распоряжении, разумеется, — сказал Скроу на прощание.

— А я надеюсь, что беспорядки на Кракоту улягутся, и ты тоже как можно скорее вернешься в Агнир, — постаралась придать своему голосу бодрости Алиша.

Ей так о многом хотелось поговорить со Скроу, но из-за присутствия чужих людей приходилось ограничиваться общими фразами.

— Посмотрим. Ты не хуже меня знаешь ситуацию, а убару хочет во всем тщательно разобраться.

— Она вроде как собиралась побывать в джунглях, я слышала? — поинтересовалась девушка. Эрзана в их последнюю встречу действительно упоминала что-то подобное.

— Да, а меня Его Величество попросил присутствовать в главном штабе при разработке дальнейшей стратегии борьбы с повстанцами.

— Что же, хотя вы — опытный воин, господин Митору, я рада, что вы не станете подвергать себя опасности, — сказала Алиша.

Скроу чуть наклонился вперед, коснувшись ее локтя.

— Впутываться в неприятности — больше по вашей части, госпожа Митору. Но если убару примет решение, которого ты так ждешь, можешь быть уверена, я в стороне не останусь.

Алирия метнула взгляд в сторону Азару, но тот, кажется, был занят разговором с советником Боро.

— Спасибо, — тихо произнесла она. — Не хочу, чтобы жертва моей матери, Тристану и многих других оказалась напрасной.

Скроу кивнул и отпустил ее руку.

К ним подошла Кларисия, чтобы еще раз выразить господину Митору признательность за гостеприимство. Пока они со Скроу обменивались любезностями, Алиша обвела взглядом пристань и виднеющиеся за портом крыши Эрда. Она пробыла на острове чуть более месяца и получила от этого путешествия гораздо больше, чем могла ожидать: вернувшегося из мертвых отца, сводную сестру с племянницей и, что немаловажно — ключ к своим прежним и новообретенным способностям. Кракоту словно напитал ее новыми силами.

— Пора на посадку, — мягко обратился к ним подошедший с Ярой Ивлин.

Кларисия кивнула и взяла дочь на руки. Она не стала скрывать от девочки гибель отца, хоть и постаралась преподнести новость как можно мягче. Но Яруна, разумеется, была напугана и растеряна из-за произошедших событий и внезапного отъезда. Она постоянно тянулась к матери и выглядела подавленной. Алиша не могла смотреть на племянницу без слез.

Она кивнула на прощание Скроу и остальным провожающим, после чего поднялась по отдельному трапу для пассажиров первого класса. За ней последовали Кларисия с Ярой и Ивлин, а замыкал группу Джет, которому Скроу что-то сказал на прощание.

С Кирой, Зарой и Мао Алиша простилась накануне, невольно уповая, что они смогут склонить Скарскроу и убару к поддержке противостоящей Момору коалиции. Конечно, если агнирские власти или сама убару решит иначе, надежды на это будет немного. И все же Алише хотелось верить, что старания сотен людей на Кракоту не пропадут зря.

Следующие двадцать минут ушли, чтобы расположиться в каюте, напоминающей большие апартаменты с общей гостиной. Кларисия и Ивлин никогда не плавали первым классом и не могли сдержать своего восторга. Алише же отчего-то было неудобно, особенно перед Ярой, которая в противоположность матери и деду оставалась равнодушной к окружающему ее комфорту.

— Жаль, что папа не видит всего этого, — тихо произнесла девочка, и Клари с Алишей обменялись тяжелыми взглядами.

— Он видит, просто из другого мира. И радуется, что впереди тебя ждет увлекательное путешествие в страну, где нет войны и твоей маме не придется рисковать своей жизнью на службе, — постаралась приободрить Алиша племянницу.

— Лучше бы мы остались дома, но он был рядом, — опустила голову Яра. Кларисия поспешила взять ее на руки.

— Ты явно устала, дорогая. Давай-ка я уложу тебя, — прижав дочь к груди, она ушла в свою каюту.

Алиша опустилась в одно из кресел. Ивлин в нерешительности застыл посреди гостиной.

— Ты тоже иди отдохни, папа. Через пятнадцать минут отчаливаем, и можно будет выйти на палубу посмотреть на удаляющийся остров, — предложила девушка.

— Честно признаться, я рад, что мы уезжаем. Кракоту не принес мне ничего, кроме лишений и горя, хотя я привык к жизни здесь и с трудом представляю, как смогу обжиться в Агнире, — покачал головой мужчина.

— Все образуется. Если не понравится в военном городе Агнира, переедешь обратно в наш дом в Рисии, делов-то, — улыбнулась Алиша, надеясь, что хотя бы отца ей сегодня удастся ободрить.

— Я бы с радостью навестил Берина, — кивнул на ее слова Ивлин. — Но я все еще чувствую вину за то, что много лет назад оставил тебя. Обрек на сиротство, которого ты не заслужила, Алиша. Поэтому я бы хотел быть рядом с тобой, чтобы хоть как-то наверстать упущенное время.

— Я не держу обиды на тебя или на маму, — махнула рукой девушка. — Иногда обстоятельства оказываются сильнее нас.

«И все же я верю, что выбор в конечном итоге за самим человеком», — подумала она.

Эта мысль, которая всегда была ее жизненным принципом, не отпускала Алишу и через полчаса, когда они с Кларисией вышли на палубу лайнера, чтобы в последний раз взглянуть на покрытый пушистыми шапками джунглей Кракоту. Яруна уснула, и Ивлин остался присмотреть за ней. Джет с самого начала уединился в своей каюте, формально считая миссию телохранителя выполненной.

— Я читала Яре сказку, чтобы немного отвлечь… — глядя на удаляющуюся береговую линию, сказала вдруг Кларисия. — О храброй басилиске, которая выступила против вражеской армии, несмотря на серьезный перевес в силах. Когда ее отговаривали от этого шага, она сказала, что так же, как всего капля может переполнить чашу, так и один человек может изменить исход сражения, которое без него обернулось бы крахом для целого войска.

— Хочешь сказать, ты или я могли бы стать такой каплей? Что нам не стоит уезжать? — спросила ее Алиша.

— Мы уже говорили о том, что отъезд — самый разумный выход. И все же… — Кларисия повернулась к сестре, и в ее взгляде Алиша будто увидела отражение собственных мыслей.

— И все же если мы уедем, то потом будем жалеть об этом, возможно, всю жизнь, — тихо сказала девушка.

Клари кивнула.

— Между нами и островом уже приличное расстояние… по воде, — Алиша указала взглядом на колышущиеся волны.

— Разве Геруди может остановить вода? — с усмешкой произнесла басилиска.

Не сказав больше ни слова, они вернулись в каюту, собрались и переговорили с Ивлином. Алиша отдала отцу все необходимые документы и проинструктировала насчет действий по прибытии в Агнир и, далее — в военный город.

— Джет вас сопроводит и все расскажет, — заверила она его.

Кларисия попрощалась с Яруной.

— В память о папе я должна закончить кое-какие дела. Мы не можем вернуть его, дорогая, но можем поддержать то, что было для него действительно важно, за что он сражался, — услышала Алиша слова Клари, обращенные к дочери.

— Думаю, папа бы хотел, чтобы ты закончила его дело. Помнишь, он сказал, что такие, как мы, всегда ставят счастье других выше, чем свое? — Яра, как всегда, говорила совсем по-взрослому. — Мама, ты точно не можешь взять меня с собой? — затем добавила она уже совсем другим тоном.

— Это небезопасно. Вам с дедушкой лучше уехать, чтобы мне не пришлось постоянно за вас переживать. Мы с тетей Алирией уладим все дела и приедем к вам. А ты помни, что и я, и папа очень тебя любим и всегда находимся рядом. Ты можешь почувствовать нашу любовь в любой момент и с ее помощью преодолеть любые трудности.

«Жаль, мне в свое время никто не сказал таких слов», — подумала Алиша, поджидая сестру у выхода из каюты.

Через минуту они выскользнули из пассажирского блока, спустились на нижнюю палубу, где располагались в основном служащие на борту моряки, и незамеченными проникли в кормовую часть судна.

— Это будет какая-то новая для меня техника семьи Геруди? — с улыбкой взглянув на сестру, поинтересовалась Алиша, когда они стояли у перил, наблюдая за бурлящим потоком внизу.

— Вода — наша стихия. Ты сама не заметишь, как сольешься с ней, — улыбнулась в ответ Кларисия и сжала Алишину ладонь. А затем добавила:

— Спасибо тебе.

Алиша молча кивнула.

— Нам пора. Показывай.

Во взгляде Кларисии будто закрутился водоворот. Время остановилось, и Алиша ощутила, как все ее тело охватывает жидкость, из которой состоит и она сама.

А потом они оказались в толще морской воды и с умопомрачительной скоростью стали удаляться от лайнера по направлению к острову. И все это время Алиша чувствовала, как сестра сжимает ее руку.

14

Первый вдох был сродни возвращению с того света. Алише захотелось откашляться, но воды в легких не оказалось. Она резко поднялась, обнаружив себя на каменистом берегу. Перед ней простиралось бескрайнее море, а позади шумел густой тропический лес. В небольшом пятне у горизонта едва угадывались черты уплывающего лайнера.

— Я не совсем поняла, как работает эта техника, — повернулась она к сидящей рядом Кларисии.

Та чуть загадочно улыбнулась.

— Никакой техники, сестрица. Ты принадлежишь к стихии воды, и когда она охватывает тебя, просто становишься ее частью. Здесь только практика поможет, попробуем еще раз позже.

— И что теперь? — поинтересовалась Алиша.

— Думаю, нам надо найти Мао и уточнить ситуацию. А потом решить, где мы будем наиболее полезны. Но, сразу предупрежу, репутация Митору не должна пострадать, и я буду это учитывать. Ты и так идешь против договоренностей с главой клана, который, между прочим, еще и твой муж, — Кларисия даже пальцем погрозила.

— О, не волнуйся, господин Митору сам на прощание мне сказал, что я мастер нарушать правила. Вот пусть и пожинает плоды собственных суждений, — не без иронии в голосе произнесла Алиша. — Я же со своей стороны прослежу, чтобы ты не рисковала собой и не лезла на рожон. Ты в положении, помни об этом.

И она погрозила Кларисии пальцем, вернув ее жест.

— Что же, идет, — рассмеялась басилиска.

— Тогда в путь.

Сестры поднялись, достали из свитков кое-какую амуницию, чтобы была под рукой, и растворились в джунглях.

До убежища Мао было около двух часов пути «легким шагом». Алиша наслаждалась возможностью снова использовать приемы мастеров, не опасаясь за расходование сил. А сам факт авантюры, которую они провернули, сбежав с судна, только еще больше вдохновлял ее. Хотя в глубине души девушка прекрасно понимала, что своим поведением доставляет новые неприятности Скроу, и вряд ли ее выходка положительно скажется на их отношениях. Но, как и прежде, она не была намерена отступать.

Когда сестры добрались до места, оказалось, что Мао с Зарой в убежище нет. Кларисия предложила отправиться в штаб на стороне клана И-Чэн, надеясь узнать там какую-то информацию. К счастью, по пути они натолкнулись на патруль повстанцев, и знакомый Клари рассказал, что мастер Дьюи с агнирской басилиской еще вчера прибыли в подпольный госпиталь на помощь пострадавшим от последнего нападения солдат Момору.

Прошло еще около часа, прежде чем басилиски добрались до указанного места. И хотя госпиталь оказался прилично оборудованной больницей в полуподвальном помещении, Алише все равно вспомнились времена, когда они с Мао странствовали по джунглям Танши, помогая скрывающимся от официальных властей отступникам. Правда, в этот раз роль Алиши выполняла Зара, причем с такой холодной сосредоточенностью, что девушка невольно ей позавидовала. А вот Мао, кажется, был явно очарован целеустремленной даной и выполнял все ее поручения, как послушный пес.

К счастью, зарождающаяся влюбленность не лишила мастера деловой хватки. Он даже не особо удивился, узнав, что дочери Лайан Геруди решили вернуться на Кракоту вопреки договоренности со Скарскроу и убару Яни. На вопрос Кларисии о текущем положении дел Мао тяжело вздохнул.

— Есть две новости: хорошая и плохая. Хорошая заключается в том, что убару Яни недавно передала через Эрзану весть главам коалиции, что готова тайно встретиться с ними. И не только она. Представители других государств также почувствовали, что Момору многое не договаривает. Сейчас они находятся на условной «линии фронта» и делают вид, что изучают возможности новой попытки выследить и изловить отступников. И им даже не надо притворяться, так как, уверен, если командиры отрядов Танши или Го выйдут на таких, то не упустят возможности их ликвидировать.

Теперь о плохой новости, которая всех нас сильно встревожила: как оказалось, Рору Годо во время последнего нападения на территорию И-Чэн был захвачен в плен. У меня плохое предчувствие на этот счет — учитывая присутствие иностранных делегаций, не исключено, что король Момору решит устроить показательную казнь или что-то наподобие этого. Я уже передал с басилиской Кирой просьбу Скарскроу-тэму, чтобы он постарался узнать планы Ардов насчет Годо. Но вряд ли господин Митору предпримет попытку освободить нашего «принца»: пока король ему доверяет, Скроу не станет рисковать. Прости уж, Алиша, но я слишком хорошо его знаю. Другое дело басилиска Эрзана, для которой Рору почти как сын родной. Боюсь, она может наделать глупостей.

— А где она сейчас? — обеспокоенно спросила Кларисия.

— Должна была вернуться к убару и передать координаты встречи с главами кланов. Но, уверен, после этого она поспешит в Эрд и постарается подговорить Скарскроу вызволить Рору.

— И ты надеешься на то, что Скроу сможет охладить ее пыл? — поинтересовалась Алиша.

— Да, и это вторая просьба, которую я передал с агнирской басилиской.

— Но ведь спасти Рору Годо действительно очень важно. Если ты сам говоришь, что Скроу не пойдет на такой риск, опасаясь разоблачения, то почему отпустил Эрзану, которая приложит к этому все усилия… — удивилась невозмутимости Мао Алирия.

Мастер-дано провел рукой по волосам. Его медово-карие глаза на миг будто потемнели, и Алиша, заглянув в них, не смогла найти и толики того чарующего «Млечного пути», который раньше гипнотизировал ее каким-то потусторонним очарованием.

Мао Дьюи посмотрел на них с Кларисией со всей серьезностью, а потом будто что-то для себя решил.

— Спасти Рору Годо — значит бросить прямой вызов Момору Арду и его приспешникам. Госпожа Авитари хорошо знает, что это значит, — тихо произнес он.

— Это значит сразиться с кланом Кровавого солнца, которые служат ему телохранителями. А еще — покуситься на жизнь официального лица, правителя государства, — сказала Кларисия.

— Именно, — кивнул Мао. — И для этого у нас должен быть козырь. А лучше несколько.

— Внезапность нападения, поддержка со стороны Скарскроу, а также твои экстраординарные способности. Я насчитала уже три, Мао, — загнула пальцы Алиша, раздраженная кажущимся спокойствием мастера.

Но тот покачал головой.

— Поддежрка Скроу под вопросом, Алирия, а мои способности недостаточны, чтобы одолеть охрану Момору даже при поддержке группы опытных мастеров.

— Ну а мы? Мы можем стать дополнительным козырем? — спросила Кларисия.

— Я думал об этом, когда только увидел вас в коридорах госпиталя, — ответил Мао. — Но не для открытого сражения. Особенно в вашем положении, госпожа Авитари. Куда разумнее будет доверить вам кое-какое другое дело. Я бы сказал, определяющее исход этой ситуации.

— Какое же? — поторопила мастера Алиша.

— Выкрасть из дворца Момору амулет клана Ци.

— Он все же существует? — удивилась девушка.

— Разумеется. И несет в себе немалую силу. Мне доводилось бывать во дворце и спускаться в подвальное помещение — там даже стены пропитаны его энергией. Ты должна была это почувствовать, ведь Митору в свое время породнились с кланом Ци, — внимательно глядя на Алишу, поведал Мао.

Девушка на миг задумалась.

— Ты прав, хоть я и не кровь от крови Митору, но в подвале дворца действительно ощутила какую-то необычную исцеляющую меня силу. Но я и подумать не могла, что это связано с амулетом клана Ци. И что он в конечном счете может нам дать?

— Как гласит легенда, амулет нейтрализует любые ментальные техники и нанесенные ими эффекты. Такая неуязвимость окажется определяющей в схватке с мастерами из клана Кровавого солнца, которые в основном оплетают своих врагов иллюзиями и путают мысли. Если амулет будет доступен мастерам нашего с тобой уровня, шансы на победу возрастают в геометрической прогрессии.

— Но как же нам его раздобыть? Допустим, Алиша примерно понимает, как проникнуть во дворец и где найти этот амулет. Но его наверняка тщательно охраняют, — поделилась опасениями Кларисия.

— Да, поэтому в первую очередь я хотел понять, когда Момору Ард и его сопровождающие не будут находиться во дворце. И это была моя третья просьба к Скроу.

— И ты просто помогаешь здесь с ранеными и ждешь от него вестей? — не без сомнения спросила Алиша.

— Не только. Я собираю людей и продумываю план по краже амулета. Но, возможно, сейчас будет лучше доверить последнее вам.

Алиша хотела возразить, но Кларисия неожиданно кивнула.

— Мы добудем для тебя амулет, даже если придется затопить подвалы дворца, вызвав с моря тайфун. А ты сосредоточься на формировании отряда и, ради всего святого, не дай Эрзане наделать глупостей.

Мао кивнул.

— Я рассчитываю на вас, сестры Геруди. Алиша, если дворец опустеет, поверь, с твоими способностями и чутьем на энергию клана Ци ты легко обойдешься и без тайфуна.

Девушка вздохнула.

— Пожалуй, ты прав, Мао. Мы сделаем все возможное. И последнее: если Скроу начнет сомневаться, стоит ли оказать тебе, Эрзане и остальным помощь, просто скажи ему, где я и чем занимаюсь.

— Мне не хотелось бы таким образом портить ваши отношения, поэтому оставлю это на крайний случай, — серьезно произнес Мао.

Через несколько минут басилиски из рода Геруди углубились в джунгли, держа курс на Эрд.

* * *

Ранним утром двадцать первого августа Его Величество Момору Ард был особенно воодушевлен: на полдень планировалась казнь юного Рору Годо, которая фактически означала лишение ненавистного ему клана последнего сильного лидера, а с ним и обезглавливание всей вражеской коалиции. Момору об заклад готов был биться, что другого представителя, которого согласятся видеть во главе восстания все противостоящие ему кланы и группировки попросту не смогут выбрать.

Разумеется, казнь состоится в военном штабе, куда нет доступа гражданским, и будет осуществлена максимально гуманно — Рору попросту расстреляют на заднем дворе, а представители Го, Танши и Агнира смогут увидеть действо через большие окна второго этажа. Конечно, присутствие на мероприятии представителей Агнира, а именно Скарскроу Митору, немного беспокоило Момору — Агнир, выступая всеобщим миротворцем, не одобрял казни, тем более проводимые фактически без суда и следствия.

Король Кракоту постарался убедить иностранные делегации, что Рору Годо, несмотря на громкое имя своего клана, является преступником, поддерживающим самых гнусных и опасных мастеров, в том числе и бежавших с материка. И все же нельзя было исключать, что в будущем это очернит образ Момору в глазах правителей других стран.

Радовало лишь, что убару военного города Яни Санкура и официальный представитель совета Агнира Гаруш Вэллиторн со вчерашнего дня отбыли на места военных действий и не станут очевидцами казни. И все же король решил подстраховаться.

С утра он специально приказал своим сопровождающим выдвинуться в военный штаб на час раньше запланированного, надеясь, что представители других государств опоздают, и казнь не станет для них главным событием дня. В случае с Го и Танши так и получилось, а вот Скарскроу Митору присоединился к королевской свите, будто и не было спонтанного переноса времени — Момору порой задавался вопросом, спит ли вообще легендарный мастер и как умудряется все время оказываться в нужном месте в нужное время?

В итоге Момору в окружении свиты, телохранителей и невозмутимого Всевидящего Скроу прибыл в военный штаб на северной окраине Эрда. Там он расположился в привычном приемном зале и тихо отдал приказ о подготовке к казни, стараясь не привлекать лишнего внимания.

— Значит, ты хочешь избавиться от юного выскочки пораньше? — проницательно заметил младший брат Момору и его фактический наследник.

— Это наши внутренние дела, ты же понимаешь. Я бы вообще не хотел, чтобы кто-то из иностранцев присутствовал, но сам ни за что не пропущу конец клана Годо, — не стал скрывать своих намерений король.

Брат кивнул, но ничего не ответил: за ними и так следило множество внимательных глаз.

В половину двенадцатого, на полчаса раньше срока, Момору с ближайшими к нему офицерами и охраной выдвинулся на второй этаж штаба, чтобы из окон внутреннего двора насладиться своей полной и окончательной победой над давним врагом.

К сожалению, Скарскроу Митору невозмутимо последовал за ним, и королю пришлось смириться с присутствием представителя Агнира.

Тем неожиданнее для Момору стал резкий выпад Скарскроу, когда в сторону Его Величества полетел метательный кинжал. Мастер среагировал быстрее, чем королевская охрана, а потом из-за поворота буквально вылетела офицер полиции басилиска Эрзана, по пятам которой гнались местные стражники. Король давно подозревал, что женщина играет на две стороны, но считал, что пока она приносит больше пользы, чем вреда. Неужели Эрзана попыталась вызволить Рору и так глупо попалась?

Но ситуация обрела совсем другой поворот, когда перед Момору возник сам Рору Годо и чуть было не всадил режущий луч ему в сердце. Телохранители в этот раз сумели вовремя среагировать, а вот Скарскроу, наоборот, предпочел отступить и не принимать участие в схватке.

— Я же сказала тебе уходить! — крикнула Эрзана, когда Годо вступил в неравный бой с королевской охраной.

Отчаяние придало басилиске сил, и она буквально раскидала преследующих ее солдат. Началась суматоха, и Момору укрылся за спинами телохранителей, оказавшись рядом с хладнокровно наблюдавшим за схваткой Скроу.

«Вдвоем они долго не продержатся. Не против моих верных псов из клана Кровавого солнца», — оценил ситуацию Момору, но все же обратился к своему младшему брату, которого так же быстро оттеснили в заднюю часть коридора:

— Уходи отсюда. Отправляйся во временный лагерь в джунглях и сообщи советнику Беркану и генералу Та-Дору о попытке покушения.

Тот кивнул и поспешил удалиться.

Тем временем битва набирала обороты. Стекло в оконной раме разлетелось вдребезги, и в коридор проникли подельники Эрзаны. Некоторые из них были из клана Годо, а значит, могли обладать способностями блокировать гипнотические техники клана Кровавого солнца.

Момору поморщился и начал отступать за поворот, понимая, что даже одна случайно пущенная микроигла может нанести серьезный ущерб его здоровью. А умирать он пока не собирался.

Но даже с прибывшим подкреплением перевес оставался за королевской охраной. И Ард не смог сдержать довольного смешка, когда один из его лучших людей, офицер Тэлен Кроваду, сумел наслать на Эрзану гипнотическую технику оцепенения. Басилиска застыла, словно статуя, и лишь во взгляде ее читалось отчаяние. Тонкая леска Тэлена вот-вот должна была оплести ее горло и попросту перерезать нежные вены, когда между Эрзаной и офицером возник Рору. Мастер ловко намотал летящую леску на свой кинжал, но Тэлен выхватил режущий луч и легко пронзил грудь молодого наследника Годо, не дав ему и шанса на спасение.

Из уцелевшего горла Эрзаны вырвался то ли всхлип, то ли рык. Несмотря на близость смерти, Рору вскинул руку и успел снять гипнотическое заклятие Тэлена, в результате чего басилиска снова ожила и повалилась на пол почти одновременно с бездыханным телом Годо.

Тэлен, чертыхнувшись от грубого вмешательства в свое биополе, тряхнул головой и снова выпустил режущий луч, намереваясь прикончить Эрзану, но в этот миг тонкая игла пронзила его, а заодно и нескольких других людей Арда, и все они мешками свалились на пол.

Момору не был трусом, с детства неплохо владел несколькими видами оружия и даже освоил кое-какие техники мастеров, пользуясь наличием генов, унаследованных им от одного из предков. Но он прекрасно понимал, что ему нечего противопоставить настоящим воинам вроде Скарскроу Митору или даже басилиски Эрзаны.

Поэтому он резко отпрянул, когда рядом с ним возникла фигура в черном плаще. Этого человека он всегда побаивался, но считал, что пока его защищает клан Кровавого солнца, опасаться нечего. Однако часть его людей уже погибла, а часть еще сражалась, и помощь могла запоздать.

— Как жаль, что такие одаренные, сильные мастера, как ты, оказываются предателями, — не давая волю страху, произнес Момору.

Но мастер даже не взглянул на него. Его взгляд был обращен назад, и он явно ждал какой-то реакции от другого человека, все это время хладнокровно наблюдавшего за схваткой.

Момору обернулся и тоже посмотрел на Скарскроу Митору. Увиденное ему совсем не понравилось: обычно агнирский генерал был спокоен и учтив, а в его фигуре прослеживалась даже чрезмерная расслабленность. Сейчас же Всевидящий Скроу будто скинул присущий дипломату флер и обнажил свою истинную природу: воина из древнего клана, который много лет выполнял опасные миссии и убивал десятки, если не сотни людей. Его левый глаз со шрамом был почти закрыт, а в правом плясал недобрый огонек. И Момору не мог понять, на кого обращен этот внушающий ужас взгляд убийцы: на него или застывшего рядом предателя Мао Дьюи.

— Защищайте короля! — раздался чуть запоздалый, но воистину спасительный крик.

Несколько людей из клана Кровавого солнца бросились к Мао, однако тот буквально растворился, не дав им возможности атаковать себя. Но телохранители короля отнюдь не были рядовыми мастерами: они развили в себе редкие способности своего клана, а еще хорошо представляли, с кем имеют дело. Трое из них уже сплели невидимую ментальную сеть, блокирующую способности любого противника. Пусть не сразу, но рано или поздно Мао в нее попадется.

Момору достал из-за пояса рукоятку режущего луча — хоть какая-то защита в случае, если враг все же окажется быстрее его телохранителей. На мгновение внимание короля отвлеклось на происходящее в другом конце коридора — басилиска Эрзана с остатками своих людей ожесточенно сражалась с офицерами, сопровождавшими Момору, и прибывающей на подмогу охраной. Кажется, им осталось недолго.

Мао Дьюи возник где-то за спиной Эрзаны и в один прием буквально прирезал часть ее противников. Этот отступник и вправду обладал экстраординарными способностями, но желание спасти товарищей сыграло с ним плохую шутку: он обнаружил себя перед телохранителями короля и, несмотря на попытку избежать ментальной ловушки, угодил-таки в сплетенную ими сеть.

Его Величество облегченно вздохнул. Рору Годо погиб, самый опасный из участвующих в схватке повстанцев обездвижен, а Эрзану и ее подельников вот-вот убьют или захватят в плен. Все же не зря он сегодня планировал казнь: вместо одного предателя сможет совершить правосудие сразу над несколькими.

Момору расправил плечи и шагнул вперед, чтобы оказаться перед поверженными врагами, едва закончится схватка. В этот момент ему показалось, что он упустил нечто важное. Странное ощущение окутало все его тело, и король поспешно оглянулся на Скарскроу Митору, о присутствии которого на минуту позволил себе забыть.

Агнирский мастер стоял в шаге от него и снова выглядел совершенно невозмутимым, несмотря на то, что с его ладони потоком стекала кровь. В сжатых пальцах Митору король увидел нечто сродни пульсирующему органу и с удивлением понял, что это сердце. Его сердце.

Через мгновение жизнь короля оборвалась.

15

Помимо Устава у мастеров были свои негласные принципы. Один из них гласил: если сделал выбор, отступать назад уже нельзя. Скарскроу сделал свой выбор. Он отбросил еще теплое сердце короля Момору в сторону, будто ненужный мусор, с усмешкой глядя на вытянувшиеся лица телохранителей. Это и вправду были верные Ардам и опасные во всех отношениях люди: Скроу здраво оценивал свои силы и понимал, что справиться даже с одним из них будет для него непростой задачей. К счастью, трое удерживали в ментальной ловушке Мао, а обычные служащие в штабе солдаты продолжали сражаться с Эрзаной и не лезли в битву «высокого эшелона». Таким образом, против Скроу готовы были выступить двое оставшихся телохранителей из клана Кровавого солнца и еще один наемник, ненамного уступавший им в силе.

Первым атаковал именно он. Хорошо придумано: пока наемник устраивает дальние и ближние атаки, изучая особенности ведения боя противника, представители Кровавого солнца готовят ментальные ловушки, преодолеть которые может лишь человек с исключительно сильным эмпатическим чутьем.

Единственный выход здесь — уклониться от физического боя и атаковать членов клана, не дав им времени завершить манипуляции.

Скарскроу легко ушел от атак, на максимально доступной скорости переместился вперед и выпустил молнию: наемник поспешно отскочил, хотя целью был вовсе не он, а один из «кровавых». Но намеченная жертва резко прыгнула, увеличив расстояние до Скроу, а между ними вновь возник мастер, целью которого было отвлечь противника хаотичными физическими атаками.

Пришлось снова отбивать летящие иглы и кинжалы. Скроу и сам выбросил серию метательного оружия: пусть наемнику тоже будет чем заняться. Вслед за ними полетела и тонкая леска, но предназначалась она, опять же, плетущему ментальную сеть мастеру. Тот позволил оплести свою лодыжку, и в этот момент Скроу почувствовал грубое вторжение в свое биополе. Ему стоило немалых усилий устоять на ногах и не поддаться окутывающему сознание гипнозу.

По леске он пустил электричество, и «кровавый» был вынужден прервать свою невидимую атаку. Его товарищ, вопреки ожиданиям, вдруг прыгнул вперед, выпустив режущий луч. Одновременно наемник атаковал Скроу сбоку. Мастер позволил одному кинжалу скользнуть по рукаву, слегка задев кожу, зато смог уклониться от луча и при этом резко опустился вниз — наемник, сократив дистанцию, как раз наступил в лужу крови, разлившуюся далеко за пределы бездыханного тела короля Момору. Угодил в нее и представитель клана, но он быстрее напарника понял, что стоять на любой мокрой поверхности — не лучший вариант, когда сражаешься с мастером, владеющим стихией молнии.

Наемник не успел отскочить, когда по всей луже пробежал сильнейший электрический разряд. К сожалению, его не хватило, чтобы остановить сердце врага, но телохранитель упал без сознания и возможности продолжать бой.

Тем временем третий противник из клана снова атаковал Скроу с помощью ментальной техники. Митору ощутил резкую слабость и сонливость, и в первую долю секунды подумал, уж не пропустил ли он микроиглу с ядом или не был ли отравлен злополучный кинжал, скользнувший по его плечу. Дыхание перехватило, и в этот миг второй из «кровавых» налетел на него с лучом. Скроу едва успел уклониться и перехватить руку нападавшего. Ткань куртки оплавилась, бок обожгло холодное пламя. Под пальцами хрустнула кость противника, и луч упал на пол, но второй рукой мастер из клана уже успел схватить Скарскроу за плечо, немного не успев дотянуться до шеи. Митору ощутил, как его биополе все больше опутывает ментальная сеть, сопротивляться которой он уже практически не мог. Чертовы гипнотизеры! Не зря их давным-давно изгнали с материка, сочтя такие способности слишком опасными.

Из последних сил он вывернулся из хватки врага, воспользовавшись болевым шоком от сломанного запястья, который противник не сразу успел блокировать.

Но второй представитель из клана Кровавого солнца не медлил: он прекратил ментальные атаки и стремительным движением всадил кинжал Скроу прямо между ребер, пронзив легкое.

Митору поморщился, ощущая, как через холодное лезвие в его тело проникает яд, а вместе с ним — и ментальное воздействие на тонкие тела. Кажется, именно такие приемы отрабатывала в свое время Алиша. Но у нее они не выглядели настолько агрессивными и при этом эффективными.

Сильный толчок заставил мастера согнуться вперед. Он позволил себе упасть на колени и прикоснуться обеими ладонями к липкой крови, покрывшей, казалось, весь коридор. Последний разряд электричества — вот все, что он мог себе позволить, надеясь, что противники не успеют отскочить, и он хотя бы ненамного обездвижит их, чтобы выиграть время и попытаться исправить нанесенные повреждения.

Но вместо этого глава клана Митору ощутил, как холодное пламя луча пронзает его со стороны спины. Правда, луч не успел пройти насквозь, будто врагу помешали закончить выпад. Но сознание Скроу уже расплывалось, и мастер направил остатки резервов на слабую попытку самоисцеления.

«Совсем ты потерял форму на административных должностях, Скроу. Тебя уделали какие-то телохранители, будто рядового мастера. Какой печальный и бессмысленный конец», — пронеслась в голове досадная мысль, и Скарскроу Митору провалился во тьму.

* * *

Пробраться во дворец оказалось проще, чем Алиша думала. Большинство его обитателей еще с утра отправились в военный штаб, а слуги суетились вокруг членов делегаций Танши и Го, которые отчего-то опоздали и теперь стремились догнать королевскую свиту.

Для двух басилиск не составило большого труда проникнуть в подвальное помещение: Алиша хорошо помнила схему здания. А вот запертая дверь заставила их попотеть, ведь она оказалась защищена рядом сложных техник. К счастью, Кларисия, всю жизнь проработавшая в полиции Эрда, знала большинство приемов блокировки дверей и смогла спустя полчаса снять основную защиту. Остальное пришлось пробивать грубой силой, рискуя привлечь ненужное внимание. Но время в конечном счете оказалось дороже.

Открыв дверь, женщины оказались в хранилище, где под стеклами или в специальных коробках расположились различные экспонаты, реликвии, а порой и просто обломки, представляющие определенную ценность, но недостаточно презентабельные, чтобы быть выставленными в залах дворца.

— И как мы найдем амулет? — негромко спросила Кларисия, осматривая погруженные в полумрак стеллажи.

— Что-то мне подсказывает, что он хранится отдельно. Если это самый ценный предмет и символ власти Ардов, вряд ли мы найдем его в одной из коробок, — предположила Алиша.

— Мао сказал, ты способна почувствовать его через энергию клана Митору. Есть какие-нибудь ощущения?

Алиша кивнула, но довольно неуверенно.

— Я ощущаю, что весь подвал дворца будто напитан целительной энергией. Но определить ее эпицентр довольно сложно. И я не знаю, означает ли это присутствие амулета или что-то еще.

— Попробуй сосредоточиться на этих ощущениях. Если что, я прикрою, — предложила Кларисия.

Алиша закрыла глаза и стала осторожно двигаться вдоль стены, ведя по ней руками и стараясь не наткнуться на стеллажи и отдельные короба с редкими предметами. Тонкие золотистые нити словно пронизывали все пространство, мерцая и даря удивительное умиротворение и спокойствие. В них было столько гармонии и вселенского покоя, что стремиться найти их источник казалось воистину пустой тратой времени! Но девушка продолжала идти вперед, хотя ощущение, что она занимается чем-то очень примитивным и не имеющим смысла, только усиливалось.

И руки, наконец, коснулись участка стены в задней части помещения.

— Стена полая, за ней проход. Но я чувствую, что любое применение силы тут же обнаружит нас. Не знаю, установлена ли здесь сигнализация или применена какая-то мастерская техника, на которую отреагируют люди Ардов, но следует действовать крайне осторожно, — поделилась она с Клари.

Сестра подошла и положила ладонь на холодный камень, пытаясь понять природу защиты.

— Ты можешь пройти сквозь стену? — спросила, наконец, она.

— Да, но наверняка для этого здесь и стоит блокировка, — ответила Алиша.

— Попробуем прием с водой. Иногда защитные техники перестают действовать, если соприкасаются с определенной стихией. Я окутаю стену водным слоем, а ты проникни через него и камень и попробуй снять защиту с той стороны. Потому что именно там она и установлена — от таких лазутчиков, как мы, — усмехнулась Кларисия.

— Что же, давай попробуем, — пожала плечами Алиша.

Клари провела руками в нескольких сантиметрах от стены, и постепенно очерченное ей пространство стало заполняться водой.

— Долго я такую площадь в одиночку не удержу, так что поспеши, — обратилась она к Алише.

Девушка кивнула и перешла в измененное состояние сознания. Она постаралась не просто раствориться в пространстве и пройти сквозь камень — она представила, что является частью воды, своей родовой стихии, чтобы защитная техника вообще не смогла распознать, что ее целостность нарушается живым существом.

Когда ее тело стало вновь собираться воедино на другой стороне стены, Алиша ощутила нечто сродни ментальной ловушке, в которую попало ее биополе. Значит, здесь начинается уже серьезная защита от грабителей, установленная, судя по всему, сильными эмпатами из клана Кровавого солнца.

Не без труда ей удалось разобраться с охватывающей сознание липкой сетью, и то лишь благодаря тому, что сама Алиша в тот момент все еще балансировала между двумя мирами.

Наконец, гипнотическая техника спала, и басилиска смогла вернуться к разблокировке стены. Защита действительно стояла по эту сторону: как несколько техник, которые наложили мастера, так и обычная сигнализация. Но первые развеялись, когда Алиша преодолела их при помощи водной стихии и своей ментальной силы, а сигнализацию девушка легко отключила, вспомнив приемы, которым ее учили еще в школе мастеров-данов.

После этого оставалось лишь пробить камень, не создав лишнего шума. Кларисия, ощутив, что между ней и сестрой осталась только физическая преграда, использовала воду, направленным потоком буквально выбив в стене узкий проход, через который протиснулась в коридор.

— Отлично сработано! — улыбнулась она.

— Будь осторожна, здесь могут стоять ментальные ловушки. Лучше я пойду вперед, — предупредила ее Алиша.

— В них я, увы, не сильна. Да и преодолеть гипнотические техники «кровавого» клана у нас мало кто способен. Ты тоже будь крайне внимательна, — обеспокоенно произнесла басилиска.

Вместе они начали медленно продвигаться вперед.

— Я же говорил, тут кто-то есть! — атака последовала сразу после восклицания.

Алиша пригнулась, а Кларисия ловко отбила выпущенные серпы и металлические звезды, в тот же миг выпустив в противников направленный водный поток. Те тоже не остались в долгу, буквально затопив узкий коридор.

— Клари, под потолок! — крикнула Алиша, пропуская по воде молнию.

К счастью, даже если Кларисия не успела бы взмыть над водной поверхностью, электричество было направлено в сторону противников и почти ее не задело. А вот двум охранникам пришлось несладко — разряд в одночасье сразил их.

Алиша по колено в воде подошла к плавающим на поверхности телам. Оба мужчины были мертвы.

— Жаль, но не было времени рассчитывать силы, — вздохнула девушка.

— Сочетание стихий воды и молнии — почти уникальная способность. Я восхищена, сестренка! Может, нам не так уж нужен этот амулет? — в своей манере усмехнулась Кларисия, на всякий случай все еще балансируя на каменной стене.

— Боюсь, против гипнотических техник этих ваших «кровавых» телохранителей Ардов обе стихии окажутся бессильны, — покачала головой Алиша.

— Кстати, о силах, после такого приема ты хорошо себя чувствуешь? — поинтересовалась басилиска.

— Как ни странно, да, — прислушалась к себе Алиша. — А еще, кажется, я стала лучше чувствовать золотые нити. Они будто пытаются напитать меня, восполнить потраченный резерв. Быть может, это и вправду влияние амулета Ци?

— Тогда нам стоит поспешить. Веди, — кивнула Кларисия, снова опускаясь на пол.

Водный поток постепенно спал, впитавшись в щели между камнями. Трупы мужчин так и остались лежать на полу, а басилиски продолжили свой путь. Коридор вывел их к лестнице, по которой, судя по всему, и спустилась охрана. В стене за лестницей оказалась неприметная дверь, и Алиша не сомневалась, что она приведет их к цели.

Дверь оказалась заперта на простой замок без применения каких-либо техник, а внутри был расположен обычный чулан, сырой и темный.

— Это иллюзия, — сказала Кларисия, просканировав пространство.

— Хитро придумано! Для обычных обитателей дворца это лишь подсобное помещение, а на самом деле… — Алиша собрала свое эмпатическое чутье в направленный луч и сосредоточилась, буквально разрезая внутренним намерением установленную опытными мастерами технику.

Воздух в помещении заколыхался, и через несколько секунд на Алишу обрушился мягкий золотистый свет. Так вот откуда идут эти нити! Им все же удалось найти эпицентр!

Чулан на деле оказался засекреченным хранилищем. На полках вдоль стен в коробках бережно хранились предметы, представляющие немалую ценность. Но Алиша сразу подошла к шкатулке, стоящей в углу — та оказалась заперта, но никаких защитных техник, как и в случае с чуланом, на нее наложено не было.

— Видимо, Момору Ард хотел иметь доступ к своей реликвии в любое время, и не велел применять мастерские приемы для защиты, — поделилась мыслями Кларисия, глядя, как Алиша достает из шкатулки тяжелую подвеску на золотой цепи.

— Надо же, на обратной стороне вычерчены треугольники, как у клана Митору. Может, предки Скроу заимствовали символику у Ци? — рассматривая амулет, произнесла Алиша.

— Главное, что ты обладаешь с ним клановой связью. Такие древние и заряженные силой предметы могут быть опасны для простых или неподготовленных людей, — поделилась Клари.

— Я никогда не интересовалась подобными вещами, но амулет действительно обладает могущественной, хоть и мягкой энергией. Я бы сказала, что он несет в себе исцеление, а не угрозу.

— Как и гласит легенда — он должен нейтрализовывать любые ментальные воздействия. А вот физические раны не вылечит.

— Для этого есть мы, мастера-даны, а еще куча отработанных годами приемов, — улыбнулась Алиша, захлопывая опустевшую шкатулку.

— Что же, надевай амулет и поспешим на помощь Мао и Рору Годо, — скомандовала Кларисия.

— Думаешь, это будет правильно, если я его надену? — перебирая в руках золотую цепь, засомневалась девушка.

— А кто же еще? Мао он может не подойти, а Скрарскроу-тэм даже не знает, что мы здесь. Ты единственная, кто может использовать его максимально эффективно, — заверила сестру Кларисия.

Алиша вздохнула и надела на шею холодящую кожу цепь. Пятиугольная подвеска с хитроумным рисунком и россыпью мелких красных камней плотно прилегла к груди, скрывшись за воротом. Девушка ощутила облегчение. Наконец они нашли его, и, казалось, сама реликвия была не против сменить хозяина.

Из дворца они вышли по лестнице, проверив заодно, что кроме двух нерадивых охранников никто не обратил внимание на их вторжение и кражу. Делегации Танши и Го недавно выехали в военный штаб, и слуги, кажется, выдохнули с облегчением, вернувшись к обычным делам.

А две басилиски поспешили вслед за иностранными гостями, обогнав их на полпути.

— Интересно, почему они задержались? И почему Момору Ард уехал раньше? — задалась вопросом Кларисия.

— Да, это странно, может, у него возникли срочные дела, которые он хотел решить без лишних глаз? Казнь того же Годо? — предположила Алиша.

Клари поморщилась.

— Надеюсь, что нет, хотя в твоих словах есть логика. Но в таком случае возникает вопрос: почему Скарскроу-тэма нет среди иностранцев?

— Если Момору хотел скрыть что-то, Скроу наверняка это почувствовал и увязался следом. Его не так-то просто обвести вокруг пальца. Возможно, Момору просто не посмел его останавливать или решил довериться…

Все это были лишь догадки. Девушки незаметно скользили по крышам зданий, пока не достигли северной части Эрда. Впереди за промышленной зоной и высокими стенами располагался главный военный штаб Кракоту. Уже при приближении к нему обе басилиски почувствовали, что дело неладно.

— Через контрольно-пропускной пункт нас точно не пропустят, а остальной периметр тщательно охраняется, — задумчиво произнесла Алиша.

— Есть еще один въезд с севера комплекса, там обычно дежурит меньше людей. Мы потеряем пару минут, но сможем обезвредить охрану и пройти незаметно, — предложила Кларисия.

Они быстро обогнули внушительных размеров территорию, избегая камер и ловушек, расположенных вдоль ограждения. К удивлению девушек, КПП на севере никем не охранялся, а внутри штаба явно царил переполох.

Не прошло и минуты, как обе басилиски проникли внутрь и достигли коридора, в котором продолжался бой. Алише составило немало труда не поддаться эмоциям при виде лежащего на полу Скроу — мастер был еще жив, но находился в крайне тяжелом состоянии. И его вот-вот должны были добить.

Внутренне зарычав, девушка рванула к двум мастерам из клана Кровавого солнца. Кларисия же ударила в спину солдатам, сражающимся с Эрзаной и оставшимися с ней людьми.

«Кровавые», намеревающиеся прикончить Скарскроу, с неохотой отвлеклись на юную басилиску. Алиша жаждала разделаться с ними, и ментальный толчок со стороны заставил ее недовольно поморщиться. Но все же она бросила взгляд в сторону и увидела Мао, которого удерживали в ловушке сразу трое телохранителей. Тот взглядом призывал ее отвлечься от расправы и сначала освободить его.

В этот же миг Алиша ощутила, как ее пытаются опутать невидимой сетью, туманящей сознание. Но та растворялась, едва коснувшись Алишиного биополя. Амулет работал, и нельзя было терять эффект неожиданности! Несмотря на умоляющий взгляд Мао, басилиска буквально обрушилась на двух мастеров, использовав шквал метательного оружия. Те стали хаотично уклоняться и не заметили смертоносные микроиглы, которые девушка выпустила в подходящий момент. Оба полегли замертво за считанные секунды.

Только после этого Алиша бросилась к Мао и с помощью амулета разрушила гипнотическую технику. Трое мастеров из клана Кровавого солнца, почувствовав, что их ловушка не действует, тут же перешли в атаку. Алиша снова использовала прием с водой и электричеством, но у врагов хватило опыта увернуться от атаки. Зато Мао успел переместиться к ним в тыл и прирезать одного из «кровавых». Оставшиеся двое поспешно отступили в другой край коридора, где лежал Скроу и труп короля.

— Мао, помоги Скарскроу! Я разберусь с ними, — скомандовала Алиша, буквально тараном идя на двух врагов. Те явно не ожидали такой безрассудной атаки от басилиски, привыкшей к дальнему бою. Но Алише нужно было отвести их как можно дальше от тела Скроу, чтобы они не смогли оборвать его и так едва теплящуюся жизнь. Мао Дьюи, кажется, последовал ее совету и не стал ввязываться в дальнейший бой.

Телохранители неохотно отскочили к концу коридора, где начиналась лестничная клетка. Они уже поняли, что использовать эмпатическое влияние и ментальные ловушки на Алише бесполезно, но даже без основного арсенала приемов своего клана «кровавые» оставались грозными противниками.

В свою очередь, Алиша вполне могла использовать на них любые знакомые ей техники. Вторжение в свое биополе мастера восприняли болезненнее, чем следовало. Видимо, никто раньше не осмеливался оказывать эмпатическое воздействие на людей, умеющих на расстоянии помутить сознание противника.

Один из них метнул кинжал прямо в Алирию, но оружие прошло сквозь нее. Мастер быстро понял, что его восприятие искажено — сам того не ведая, он позволил навеять на себя иллюзию! Силой воли мужчина избавился от наваждения, но его напарник к тому времени был уже мертв: Алиша остановила его сердце электрическим разрядом, пока тот пытался вернуть ясность сознания.

За долю секунды «кровавый» оценил ситуацию: Момору Ард погиб, из клана остался он один, а обычные солдаты и мастера среднего звена не продержатся и пары минут против таких противников, как Мао Дьюи и басилиска из клана Митору.

И тогда последний из оставшихся телохранителей короля бросил в коридор ручную гранату, а сам растворился в воздухе.

Алиша, будто в замедленном кино, смотрела, как смертоносный шар летит по воздуху, чтобы разорваться в пространстве где-то между ней, Мао, склонившимся над Скроу, и бьющимися на том конце коридора мастерами и басилисками. У нее был всего один миг, чтобы попробовать поглотить материю гранаты, но для этого следовало перейти на еще более глубокий уровень восприятия, на что требовалось хотя бы пара секунд.

Кажется, Мао поднял голову, пытаясь оценить ситуацию, но даже он с его скоростью не успел бы что-либо сделать.

Тогда Алиша решила, что лучше ей перехватить гранату и выпрыгнуть с ней в окно, пожертвовав собой ради остальных. Она уже оттолкнулась от пола, чтобы в прыжке достать смертоносный снаряд, но в этот миг между ней и гранатой будто разверзлась потусторонняя бездна, и боевой припас исчез прямо в воздухе.

Алиша упала обратно на пол и увидела убару Яни, стоящую в конце коридора у трупа последнего из поверженных девушкой телохранителей короля. Из-за ее спины на стремительной скорости вылетел Гэммай и еще несколько мастеров, обогнув Алишу и быстро скрутив оставшихся людей Момору.

— Кажется, мы вовремя, — произнесла Яни тоном, скорее констатирующим факт, чем показывающим самодовольство.

Ее взгляд тут же обратился на Скроу и Мао, который продолжал бороться за жизнь мастера.

Алиша тоже обернулась, но сразу поняла, что ей не следует вмешиваться. Она вполне доверяла отступнику-дано и знала, что если он не сможет помочь главе клана Митору — то уже никто не сможет.

Вместо этого девушка поспешила на другую сторону коридора. К счастью, Кларисия не успела получить серьезных травм, а вот Эрзана и ее четверо уцелевших соратников были серьезно ранены. Если бы не прибытие сначала двух басилиск с амулетом, а затем убару, ситуация могла бы сложиться совсем не в их пользу.

Алиша принялась за лечение, постаравшись выкинуть из головы любые посторонние мысли. Вскоре к ней присоединилась Зара, подоспевшая вместе с Кирой из укрытия в джунглях. Девушки полностью сосредоточились на процессе исцеления. До них долетали какие-то обрывки разговоров, кажется, людей в коридоре прибавилось.

— Что здесь происходит?

— Нам следует обсудить ситуацию…

— Брат Момору станет наследником?

— Мы нашли его тело… Рору Годо, как я вижу, тоже мертв…

— Кто же тогда возглавит Кракоту?

— Давайте проследуем в переговорную.

Последнее предложение исходило от убару Яни. Голоса в коридоре тут же затихли, и Алиша снова полностью погрузилась в лечение раненых. Один из мастеров-повстанцев балансировал между жизнью и смертью почти как Скроу, и она вознамерилась вытащить его. Это стоило басилиске длительного времени и немалых сил, но в последний момент душа мужчины все же покинула тело. Он решил, что так будет лучше.

— Алиша, ты уже ему не поможешь. Все, хватит на сегодня, мы сделали все возможное, — голос Зары звучал на удивление мягко, а ее руки буквально обвили Алишины плечи.

— Что со Скроу? — прошептала девушка, решив, что если и предстоит услышать тяжелую весть, то лучше прямо сейчас.

— Мао вытянул его, но большой ценой. Его состояние еще тяжелое. Но надежда есть. И тебе нужны силы, чтобы помочь ему. Нас всех вызывают в зал переговоров. Давай, пойдем, — Зара потянула Алишу вверх, заставляя подняться. Ее тут же подхватили под локоть, и девушка узнала твердую руку Кларисии.

— Как ты? — спросила она.

— О, уж точно получше тебя, сестренка! — хмыкнула басилиска. — Тебе следует все же поберечь резервы. Пойдем, полагаю, сейчас мы станем свидетелями начала новой эпохи Кракоту.

В окружении других оставшихся в живых участников боя женщины последовали в переговорный зал штаба.

Заключение

В переговорном зале собрались представители делегаций Агнира, Го и Танши, а также советники и оставшиеся в живых офицеры Кракоту, среди которых было и несколько генералов. Последние выглядели растерянными, особенно когда в помещение вошли представители кланов Годо, И-Чэн и прочих объявленных преступными группировок острова.

Алиша с другими участниками боя устало разместилась на стульях для секретарей, стоящих вдоль стен. В этот момент убару Яни призвала всех к молчанию, и слово взял представитель агнирского совета, князь Гаруш Вэллиторн:

— Сегодня воистину судьбоносный день для Кракоту! — поднявшись с кресла, произнес он. — И тем важнее, что в этом зале собрались не только представители разных кланов острова, но и наши уважаемые коллеги из Го и Танши. Я, как член совета князей Агнира, в последние годы оказывавшего поддержку разным странам в урегулировании внутренних и внешних конфликтов, возьму на себя смелость говорить от лица всех собравшихся. Наша делегация во главе с известным своей дипломатичностью и стремлением к справедливости Скарскроу Рэм Митору, уже несколько недель тщательно изучала ситуацию на острове. Нам с убару военного города Агнира Яни Санкурой также посчастливилось пообщаться со всеми сторонами и оценить возможные пути восстановления мира и порядка на Кракоту. К сожалению, сегодняшние события резко изменили расстановку сил и потребовали принятия незамедлительных, но мудрых решений.

Во-первых, прежний король Момору Ард и наследующий ему брат погибли при попытке совершить казнь над Рору Годо, наследником клана Годо, который являлся выдвинутым претендентом на трон у коалиции кланов, не желающих видеть род Ардов единовластным правителем острова. В результате завязавшегося боя сам Рору Годо, к сожалению, также погиб. Таким образом, Кракоту лишился сразу трех лидеров, по факту оставшись без правителя.

Во-вторых, и я считаю данный факт оправдывающим мое право выступать от лица международного сообщества, в схватке между противоборствующими группировками острова пострадал наш легендарный мастер и заместитель убару Скарскроу Рэм Митору, состояние которого на этот момент оценивается как крайне тяжелое. Для Агнира потеря личности такой величины будет серьезным ударом, и поэтому я намереваюсь во что бы то ни стало погасить этот политический конфликт и взять личный, я повторюсь — личный патронаж над новой властью Кракоту.

Перейдем к главному вопросу: кто же станет этой новой властью? Очевидно, острову необходим сильный лидер, но не монарх, а избранный представитель, опирающийся на надежное правительство. Так же очевидно, что избрание любого главы местного клана приведет к новому витку конкуренции и ненужных народу Кракоту волнений. Поэтому я предлагаю избрать человека, прежде всего авторитетного для всего острова: кланов, жителей столицы и регионов. Человека, обладающего способностями, достаточными для удержания власти и разоблачения обмана, но руководствующегося принципами честности и стремящегося учитывать интересы всех сторон. Человека, благодаря усилиям которого многие люди Кракоту остались живы, и который пожертвовал немалой частью своей уникальной силы, чтобы спасти жизнь тяжело пострадавшему в бою Скарскроу Митору. Предлагая его кандидатуру, я также от имени Агнира заявляю о начале глобальной реформы устава военного города и пересмотра статуса отступников для всех мастеров и басилиск. Потому что у меня не вызывает сомнений факт, что такой человек, как мастер Мао Дьюи, должен быть полностью реабилитирован. Он обладает всеми качествами, чтобы встать во главе нового правительства Кракоту.

Все взгляды тут же обратились на мастера в черном, потрепанном после боя балахоне. Алиша только сейчас заметила, что Мао сидит за столом наравне со всеми, но с противоположной стороны от агнирской делегации. И все же было видно, что большинство собравшихся не ожидало такого предложения.

Мао Дьюи медленно поднялся. Он был бледен, но в его глазах не было и намека на усталость.

— Благодарю за оказанное доверие, князь Вэллиторн, — произнес он в своей чуть безразличной манере. — Однако, полагаю, будет справедливо, если представители всех кланов и влиятельных групп Кракоту определят, кто станет во главе нового правительства острова. Я со своей стороны могу лишь добавить, что всю свою жизнь я боролся с угнетением простого народа и несправедливо осужденных мастеров и басилиск. И на Кракоту прибыл с той же целью. Разумеется, во всем нужен баланс, и среди скрывающихся в джунглях людей имеются настоящие преступники. Но разбираться с ними следует специально созданной комиссии, а не путем самосуда. Поэтому, в каком бы статусе я ни оказался, я готов приложить максимум усилий для установления справедливости и единой законодательной системы для всех жителей Кракоту. Достижения столичного региона стоит сохранить и преумножить, при этом дав возможность и ресурсы равномерно развиваться всем регионам страны, сохраняя уникальность их культурного и исторического наследия. Только тогда остров станет образцом благополучия и величия, которого он, несомненно, заслуживает.

«Да, красиво говорить ты всегда умел! Но и работы тебе предстоит немало. Особенно с учетом твоего состояния. Ведь ты действительно отдал немалую часть своей силы», — подумала Алиша, когда Мао закончил свою речь и сел обратно за стол.

Девушка не сомневалась, что все кланы поддержат его кандидатуру. Пускай он был пришлым и считался отступником, за несколько лет на Кракоту Мао успел завоевать симпатию большинства групп влияния, никому при этом не перейдя дорогу. К тому же, поддержка Агнира значительно укрепляла его авторитет, хотя наверняка Мао первым делом постарается избавиться от влияния со стороны князей, и это, возможно, еще больше сплотит его с местными кланами. А его пусть ослабленные, но выдающиеся способности мастера не позволят кланам сделать из него марионетку.

— Ловко убару придумала, — тихо произнесла сидящая на соседнем стуле Кларисия. — Мао родом из Агнира, да еще и часть своей силы отдал Скарскроу-тэму. Это бесценный дар, но и большой риск для мастера — теперь, если Мао начнет что-то замышлять против Агнира или просто отклонится от согласованного политического курса, Скарскроу-тэм может доставить ему немало проблем, оказывая на него влияние через общую энергию…

— Если выживет, — прошептала Алиша.

Кларисия повернулась и сжала ее руку.

— Обязательно выживет. Я слышала о таких техниках. Скарскроу-тэм сейчас будто на якоре биополя Мао. Если с последним ничего не случится, он точно выкарабкается, а в дальнейшем всегда будет ощущать состояние Дьюи, будто близкого родственника.

— Мао Дьюи действительно принес большую жертву. Честно признаться, я не ожидала от него такого поступка, — поделилась Алиша.

— Он не просто гениальный медик и мастер, но еще и верен своим принципам. Так же, как и Скарскроу Митору. Все с ними будет хорошо, — подбодрила Алишу Кларисия.

Тем временем в зале начали выступать представители различных кланов и группировок. Как и ожидала Алиша, все кланы коалиции поддержали кандидатуру Мао, как и несколько бывших советников Ардов. Сомнение читалось на лицах некоторых генералов, а также представителей делегаций Го и Танши — было очевидно, что с избранием Мао правителем Кракоту попадает под влияние Агнира. Но в текущей ситуации вряд ли они могли предложить лучшую альтернативу.

Алиша медленно поднялась со стула. Ее слегка покачивало.

— Что же, раз с политическими вопросами определились, я отправлюсь к Скроу, — обратилась она к Кларисии и сидящей рядом Заре.

Мастера увезли в медицинский блок штаба и определили в реанимационное отделение. Но ни один аппарат не смог бы поддержать в нем жизнь, если бы не мягкая энергия Мао Дьюи, буквально связавшая его и главу клана Митору. Алиша сразу узнала ее, ведь когда-то и в ней были крупицы удивительной силы Мао. Только в случае со Скроу Рэмом ее понадобилось гораздо больше.

Алиша села на стул рядом с кроватью и сжала руку лежащего без сознания Скроу.

— Когда-то ты так же лежал, словно труп, а я заботилась о тебе, не зная никаких медицинских приемов мастеров. И никак не могла определить, что же я к тебе чувствую: восхищение, уважение, вожделение или настоящую любовь? Сейчас я стала опытной басилиской-даной и буду помогать тебе на пути исцеления, покуда хватит моих сил. Но я все так же не могу определиться в своих чувствах к тебе. Какими бы способностями или генами мы ни обладали, когда дело доходит до чувств — мастер ничем не отличается от простого человека, не так ли?

Она провела у его постели всю ночь, а потом еще много последующих дней, пока Скарскроу Рэм Митору наконец не пошел на поправку.

* * *

Волны бились о борт пассажирского лайнера, но стоило ему набрать скорость, как вода стала выстилаться вдоль него потоком, шипеть и пениться, уходя назад пышным хвостом.

Несмотря на то, что уже наступила осень, на Кракоту все еще было тепло, и туристы продолжали стекаться на бархатный сезон. Алиша же, напротив, была рада наконец покинуть остров. Она соскучилась по дому, по Хайду, по друзьям. А еще волновалась, как там отец с Яруной: они прислали весть, что благополучно добрались до военного города, где их тепло приняли и разместили в особняке Мэрот с Сирин. Но девушка все равно переживала — ведь она была аббасу клана и считала своим долгом позаботиться о родственниках.

Алирия невольно завидовала выдержке Кларисии: сестра была беременна и, само собой, переживала за оставленную на Ивлина дочь, но за последние недели ни разу не пожаловалась. Наоборот, басилиска активно помогала Мао и другим своим соратникам установить новый порядок на Кракоту. Будто пыталась сделать как можно больше, прежде чем уедет к семье на неопределенный срок.

Мао Дьюи, кстати, предложил ей высокую должность, но Клари предпочла оставить службу и посвятить ближайшие годы себе и воспитанию детей. Быть может, они вернутся к этому разговору чуть позже.

А вот Зара, напротив, осталась на Кракоту, и Алиша уже не сомневалась, что причиной такого решения стал новый правитель острова. Как и предполагали они с Кларисией, Мао Дьюи явно положил на девушку глаз, а та в свою очередь быстро стала его главным помощником и подспорьем, из талантливого медика в одночасье перевоплотившись в проницательного политика. Убару, разумеется, сочла такую партию крайне удачной для Агнира и позволила Заре остаться. Возможно, именно через нее Яни планировала в будущем влиять на Мао, но Алиша сомневалась, что юная дана пойдет на поводу у бывшего руководства. Зара нашла свое место в этом мире и ни за что не откажется от верности Мао.

Сама Алиша в политику не лезла — все ее время уходило на лечение, а потом и реабилитацию Скроу. Дни пролетали быстро, и девушка даже удивилась, обнаружив себя на палубе судна, которое, по иронии судьбы, доставило ее на Кракоту два с небольшим месяца назад, а теперь увозило обратно. Она вдыхала свежий ветер и любовалась морем — своей родной стихией.

— Мы так толком и не поговорили, — произнес Скроу, подходя к ней и облокачиваясь на перила. Он все еще был бледен, но быстро шел на поправку — все же не зря здравницы Кракоту считались лучшими для восстановления. — Ты все эти недели не отходила от меня, но я чувствую, что между нами накопилось много недосказанностей.

— Обычно подобная чуткость тебе несвойственна, Скроу Рэм, — улыбнулась Алиша. — Но, пожалуй, ты прав.

— Так, может, поделишься? — предложил мастер.

— Раз стал инициатором разговора, то начни лучше ты. Ведь я тоже чувствую, что тебе есть что сказать, — повернулась к нему Алиша.

Скроу же, напротив, обратил свой взгляд к морю.

— Что же, я скажу. Мне кажется, ты обижена на меня. И в отместку постоянно нарушаешь правила или данные мне обещания. Хотя я всегда пытаюсь понять тебя и действовать открыто. Но никогда не угадываю. Это словно качели, которые выводят меня из равновесия. И хуже всего то, что, идя против наших договоренностей, ты в итоге всегда спасаешь ситуацию, — глава клана Митору пристально посмотрел на Алишу.

Он уже месяц как перестал носить маску — врачи советовали ему больше дышать чистым воздухом. И Алиша постепенно привыкла к его открытому лицу. А вместе с этим привыкла воспринимать его как равного себе: мужчину со своими внутренними проблемами, страхами и слабостями. Таинственность, которая, как ей казалось, окружает легендарного Скарскроу Митору, постепенно развеялась. Он был мастером, а она была басилиской. Он был мужчиной, а она была женщиной. Судьба свела их вопреки различиям, и в итоге они сблизились, став во многом похожими.

На слова Скроу Алиша вздохнула, покачав головой.

— Мы договаривались быть друг с другом откровенными, так что я тоже скажу как есть. Прежде я видела лишь разделяющую нас пропасть: считая себя неопытной девчонкой, я восхищалась тобой и думала, что никогда не достигну твоего уровня. Но в отношениях никаких уровней нет, есть лишь умение разговаривать и находить решения. Вместо того, чтобы зажечь свечу, я продолжала ругать тьму, из которой то и дело возникали мои личные демоны: убару или Эрзана, которые были в твоем прошлом и к которым я ревновала, либо твоя увлеченность службой, которую я воспринимала как равнодушие к себе. То, что ты называешь нарушением правил — всего лишь мой способ обратить на себя твое внимание или совершить нечто выдающееся, доказать самой себе, что я достойна тебя. Довольно инфантильный способ, надо признать.

— Это непросто понять, — усмехнулся Скарскроу, на что Алиша махнула рукой.

— Не бери в голову, мне просто надо было повзрослеть.

— Ну уж нет, — Скроу приобнял ее за плечи. — Я никогда не отказывался от сложных задачек, а отношения для такого, как я, как раз одна из них. Что касается твоих демонов, то пойми, наконец: ты одна в моей жизни и никого другого в ней быть не может. За эти годы ты стала частью меня, моей семьей, аббасу моего клана. Для мастера это значит больше, чем просто брак или даже супружеская любовь. Это глубокая связь, которая с годами будет становиться только крепче. Такие отношения всегда казались мне самыми естественными. Моя вина в том, что, прося тебя прямо высказывать мне свои мысли и чувства, я сам не поступал так же. Поэтому я тоже постараюсь повзрослеть: понять, что для другого человека многие понятные мне вещи не очевидны. Ты за последние годы многое пережила, дважды спасла мою жизнь, а у меня не хватило ума просто почаще говорить тебе теплые слова и по-человечески поддержать…

— Не кори себя за это, Скроу. Не надо, — прервала его Алиша. — Ты же уже обещал проводить со мной больше времени, а в последний месяц мы и так были почти неразлучны.

— Это другое, — не согласился Скарскроу. — Ты вылечила меня, буквально поставила на ноги. Без тебя я бы восстанавливался гораздо дольше, ведь помимо физических увечий я пострадал и от ментального воздействия, которое, словно яд, разрушало мое биополе и блокировало токи энергии. В одиночку я бы от такого не оправился. Зато я теперь хорошо тебя понимаю. Понимаю, каково это — лишиться своей силы и восстанавливать ее по капле. Я каждый день словно вылезаю из болота, но всегда нахожу спасительную нить, исходящую от тебя, и она раз за разом помогает мне подниматься. К своему стыду, больше всего я боюсь, что однажды не найду ее, и болото меня поглотит.

— Не бойся, эта нить всегда будет рядом, пока ты полностью не поправишься, — ободрила его Алиша. — И произойдет это быстрее, чем в моем случае.

Девушка расстегнула куртку и вытащила из-за пазухи амулет. Подвеска на золотой цепи сверкнула в лучах яркого солнца, и Скроу тут же ощутил, как целительная энергия клана Ци наполняет его.

— Ты увезла его с собой? Неужели Мао не захотел оставить реликвию на острове? — удивился мастер.

Алиша пожала плечами.

— Амулет принадлежит клану Ци, а Митору — последние, кто несет в себе энергию и толику их крови. Мао расценил, что лучше будет оставить его в наших руках. Да и раз я его выкрала, то имею некоторое моральное право на такой раритет.

— И снова нарушение тобой правил принесло пользу для клана и всего военного города, — усмехнулся Скроу, развернув Алишу к себе спиной и обняв сзади. Будто боялся, что его слова могут задеть девушку.

— Возможно, это в последний раз. По крайней мере, в таких масштабах. Но не думай, что я дам тебе заскучать, — спрятав амулет под одежду, как ни в чем не бывало сказала Алиша.

— В этом я не сомневаюсь, — засмеялся мастер ей в макушку. — Как и в том, что я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — прижавшись к Скроу спиной, произнесла Алиша, глядя на горизонт.

Контакты автора:

anabel.vi.world@gmail.com

Анабель Ви

Обложка by Елена Львова

elenatregubova6@gmail.com

@jelena_lvova