Лунное затмение. Убывающая Луна.

Пролог

Голые деревья зловеще возвышались над крышами темных домов. Небо затянуло свинцово-серыми тучами. Ветер пронизывал все пространство стремительным потоком холодного воздуха. Одинокий мужчина неспешным шагом прогуливался вдоль пустынных дворов, которые были поглощены темнотой наступающих сумерек. Мужчина в светлом одеянии остановился посреди улицы и стал озираться по сторонам. Вокруг не было видно ни единой души. Не обнаружив ни единого признака присутствия кого-то живого рядом, незнакомец продолжил свой путь. Дойдя до неприметного дома, мужчина сверил адрес дома с адресом в своём телефоне. Убедившись, что он нашёл нужный дом, мужчина убрал мобильный телефон в карман и уверенным шагом направился в сторону входной двери. Заметив приоткрытую дверь, незнакомец усмехнулся, а в его темных глазах промелькнули искры. Незнакомец поспешил войти внутрь темного помещения. Для него было непривычно входить в чужой дом без приглашения. Как только фигура мужчины оказалась в доме, он сразу почувствовал присутствие другой энергии. Незнакомец прошёл в сторону гостиной и остановился в дверном проёме. На белоснежном ковре лежало два тела, которые по всем признакам были давно мертвы. Оба трупа успели посинеть, а глаза на лицах мертвецов впали глубоко в глазницы. В доме начало образовываться характерное для трупов зловоние, которое сильно ударило в нос пришедшему мужчине.

– Теперь понятно, как ты смог заполучить это жилище. – надменно произнёс мужчина, заметив темную фигуру на одном из кресел.

– Я решил две проблемы сразу, – из темноты комнаты послышался холодный и грубый мужской голос. – Накормил своих питомцев и обеспечил себе укромное место для привала.

– Твои питомцы слишком необузданные и неконтролируемые. Ты мог и без лишних убийств накормить их.

– Ты знаешь, что я не опускаюсь до уровня падальщиков, – голос второго мужчины стал ещё более холодным и надменным.

– Но допускаешь ненужные убийства твоими «питомцами».

– Для меня человеческая жизнь ничего не стоит. Это всего лишь расходный материал, не более.

– Вот как? У меня на этот счёт иное мнение.

– Странно слышать это от тебя, Норман, – мужчина повернулся к гостю лицом, смотря на высокую фигуру темными глазами.

– Не страннее, чем убивать людей в качестве развлечения.

– Я уже сказал, что их смерть была выгодна мне во всех отношениях.

– Ты хочешь сказать, что если бы тебе не нужно было свободное жилище, и ты не хотел подкормить своих питомцев, то не убил бы этих двоих?

– С большей вероятностью, что убил.

– Мирчи, хотя бы будь честен самим с собой.

– Как давно я не слышал это имя, – мужчина, сидящий на кресле, задумался. – Но лучше зови меня обновлённым именем.

– И как тебя зовут на этот раз?

– Майкл, – на лице мужчины заиграла усмешка. – Просто и со вкусом.

– Слишком просто. Для тебя, так тем более.

– Чем проще, тем незаметнее, – мужчина встал со своего места и подошел к одному из окон.

– Ты расскажешь о причинах нашей сегодняшней встречи. Я знаю тебя довольно хорошо, чтоб надеяться на беспричинный диалог.

– Непременно, – мужчина у окна сверкнул темно-зелеными глазами, которые в ночном свете казались практически черными. – Мне требуется небольшая услуга от тебя.

– Это требуется всем моим «клиентам». Вопрос лишь в том, какая мне от этого выгода.

– Я думаю, ты знаешь о моих возможностях и знаешь, что я могу выполнить любой твой запрос. Особенно в части мести.

– Знаю. В ином случае меня бы здесь не было. Теперь поясни, что тебе нужно конкретно от меня?

– Твои навыки и твои способности. А так же умение располагать к себе сметных.

– Даже так? – глаза гостя сверкнули и изменили свой цвет. Один глаз мужчины стал пронзительно голубого цвета, а второй приобрёл ярко-зелёный оттенок.

– Вижу, ты не потерял сноровки за все это время, что ты находишься в изгнании.

– Я всегда в форме и всегда во всеоружии.

– Что не может меня не радовать. Ты нужен мне, Норильмавен, так же, как и я нужен тебе.

На улице наступила тьма. Последние лучи заходящего солнца скрылись за горизонт. Комната и внутреннее убранство дома медленно погрузились во мрак. Пришедший мужчина ещё раз покосился на лежавшие на ковре трупы и брезгливо поморщился.

– Ты бы хоть убрался здесь. Запах стоит просто невозможный.

– Издержки профессии, – зеленоглазый мужчина засмеялся холодным и металлическим смехом, который эхом разнесся по темному дому.

– Эти издержки нужно прибирать за собой. Когда тебе нужна будет моя помощь и в чем конкретно она заключается?

– А это, мой старый друг, я тебе собираюсь поведать прямо сейчас.

– Неужели? Я думал, что не дождусь этого, – светловолосый мужчина переступил через лежащие на ковре тела и сел на свободное кресло.

– Зря. Я ведь со всей душой к тебе.

– Я бы в это поверил, если бы у тебя была душа.

– А тебя нелегко провести. Ты все еще чувствуешь каждого из нас, как и души всех существ этого мира.

– Поэтому я лучший в своём деле. Лучше меня лишь одно существо во Вселенной.

– Несомненно, – мужчина отошел от окна и вернулся на своё прежнее место. – А теперь, я хочу поведать тебе о своих планах и о целях, которые нам надо будет воплотить в жизнь.

– Нам? Ты все еще надеешься, что я поверю тебе и буду на твоей стороне?

– Нам. Ты центровая фигура моего плана. К тому же я знаю, что ты не меньше меня одержим местью нашему общему знакомому.

– В таком случае я весь во внимании.

Наступившая темнота давно поглотила все пространство комнаты. Сквозь небольшое окно в гостиной пробивался лунный свет, который рассеивался сквозь мутное стекло. На небе светила полная луна, свет которой ярко освещал улицу и многочисленные крыши домов. В этом свете оголённые деревья отбрасывали длинные тени, казавшиеся тонкими пальцами невидимого чудовища. Жуткие пальцы могли в любой момент сомкнуться и утащить в неизвестном направлении любого, кто окажется поблизости. Две мужские фигуры, поглощённые тенью комнаты, ярко выделялись в лунном свете. Мужчина в черном одеянии сидел напряжённый и взволнованный. Его собеседник, который был одет во все светлое и имел видную и привлекательную внешность, был более расслаблен и спокоен, чем его оппонент. В свете полной луны обе фигуры ярко выделялись на общем фоне, а их лица отбрасывали зловещие тени. Разговор мужчин длился практически всю ночь. Лишь под утро они простились друг с другом и разошлись каждый по своим делам, собираясь воплотить все обговорённые планы в жизнь.

Глава 1

США. Штат Нью-Йорк. Год спустя.

Я стояла около большого зеркала и внимательно рассматривала своё отражение. Темные волосы были зачёсаны назад, приподнятые у самых корней. Мои глаза были непроглядно чёрного цвета, которого я смогла добиться благодаря специальным линзам, купленным накануне. Я была против настолько кардинального преображения, но Кейт настояла на том, что мой образ должен быть полным. Она была слишком дотошна в вопросах моды и красоты. Попытаться переубедить Кейт в обратном было задачей за гранью реальности. Сегодня на календаре был Хэллоуин, который означал праздничную вечеринку в доме Джеймса. Я всячески пыталась избежать своего появления на этом празднике. Все мои домочадцы тут же напали на меня с обвинениями в нежелании быть частью праздника, что заставило меня пойти на поводу у членов моей нынешней семьи. Больше всех возмущалась Кейт. Мэтт и Джеймс как всегда поддержали сестру в ее стремление расшевелить меня. Накануне вечером я сильно возмущалась нападками троих оборотней, обвиняя их в стадном инстинкте.

– Мы не стадо, а стая, – в такие моменты Джеймс закатывался громким смехом, реагируя на мои слова с долей юмора.

– Какая разница. Принцип один.

– Разница огромная, – с обвинением заявил Мэтт. – Стая держится друг за друга и всячески защищает своих членов. В стаде все сами за себя и действуют хаотично и не слажено.

– Мэтт прав, – Кейт была не менее уверенной, чем Джеймс и Мэтт в своих словах. – Мы единое целое. А вот стадо просто сборище глупых и неразумных существ.

– Знаете, что? – я окончательно вышла из себя, устав от урока, адресованного в мою сторону. – Мне без разницы. Стадо так стадо, стая так стая. Я в это все не сильно вписываюсь в любом случае.

– Стеф, прекрати. Ты такой же член нашей стаи, как и каждый из нас.

– Я горжусь тобой, Кейт, – Мэтт не часто хвалил Кейт и не был с ней солидарен, но в этом вопросе они всегда были на одной стороне. – Наконец-то я слышу правильные слова и рассуждения с твоей стороны.

– Не без твоей помощи, Мэтт, – сестра широко улыбнулась и покосилась на Джеймса с самодовольным выражением лица. – И конечно же твоей, Джеймс.

– Брось, – Джеймс отмахнулся от Кейт. – Мы все здесь заодно.

Мне было приятно осознавать, что Кейт прекрасно влилась в общество оборотней и чувствовала себя, как полноценный член их стаи. Но лично я не могла разделять ее ощущений. Я была обычной двадцатишестилетний девушкой, которая так и не смогла найти своё место в мире. Хоть Джеймс и вся его семья пытались убедить меня в моей значимости и моем бесспорном членстве в их стае, я придерживалась иного мнения. Я понимала, что подобные слова они говорили лишь из жалости. Все эти люди видели во мне слабую и беззащитную девушку, которая была не в состоянии защитить себя от различных напастей. Кейт уже год была оборотнем и прекрасно научилась контролировать себя и свое новое состояние. Она училась в своей прежней школе, и каждое утро ездила на занятия на одном из автомобилей Джеймса. Я видела, что новая жизнь приносила сестре неимоверное счастье и настоящую радость. Каждый день Кейт святилась и была безумно счастлива. Она возбужденно и восторженно рассказывала про свои занятия музыкой и про свои школьные будни. Вечерами мы часто собирались все вместе в гостиной дома Джеймса и обменивались новостями, что произошли за прошедший день. Джеймс и я продолжали играть на работе начальника и подчинённого. С недавних пор все в офисе узнали про наше родство. Многие вопросы у коллег тут же отпали, а наша с Джеймсом любовная связь была опровергнута. Мэтт работал на себя, из-за чего мне пришлось в полной мере занять должность первого и главного помощника Джеймса. В самом начале мне было сложно справляться с таким объемом работы. Но через некоторое время я смогла организовать свою работу так, что практически всегда успевала все сделать вовремя.

Сегодня Джеймс решил устроить вечеринку в честь Хэллоуина, на которую должны были прийти как его партнеры с семьями, так и члены его стаи. К этому времени я знала практически всех участников стаи Джеймса, и была не против разбавить свое обычное общество новыми лицами. Обязательным условием на вечеринке было наличие тематического костюма. Кейт весь прошлый уикенд таскала меня по магазинам в поисках подходящего костюма для неё и меня в том числе. В отличие от меня, Кейт горела идеей нарядиться в костюм и мечтала подобрать подходящий образ для предстоящей вечеринки. В одном из магазинов сестра увидела ряды костюмов для Хэллоуина и тут же стала с безумным взглядом бегать по ним глазами.

– Смотри, Стеф, какие классные!

– Особенно для тебя. И кем ты хочешь быть?

– Я ещё не решила. А ты что думаешь? Какой костюм мне подойдёт?

– Тебе даже не надо тратиться на костюм, – на моем лице появилась злорадная ухмылка. – Пару минут и ты в костюме.

– Стеф! Ты совсем из ума выжила? Я не собираюсь идти на вечеринку в качестве волка. Что за бред?

– Я просто предложила, – меня накрыл приступ смеха. – Ведь ты, таким образом, сэкономишь себе немало денег.

– На чем, а на костюме я не собираюсь экономить, – взгляд Кейт впился в одну из вешалок, на которой весело чёрное откровенное платье, к которому прилагались темные крылья с бархатистыми перьями. – Смотри, какой классный!

– Да, симпатичный, – я бегло осматривала наряд в руках Кейт. – Но кто это?

– Как кто? Здесь, на самом деле, много вариантов. Это может быть демон, темный ангел, или же вампир… – на последнем слове Кейт замолчала и покосилась в мою сторону. – Прости, Стеф. Я случайно.

– За что ты извиняешься? – я постаралась не выдавать нахлынувших на меня чувств, и говорила совершенно обыденным тоном.

– Ты знаешь, за что. Разговоры о вампирах напоминают тебе о нем, и о событиях прошлого года.

– Напоминают. Но это все в прошлом, – я старалась говорить максимально уверенно, убеждая больше себя, чем сестру, в правдивости своих слов. – Не переживай на этот счёт. А на счёт костюма. Тебе он должен подойти.

– Вообще-то я хотела предложить его тебе.

– Мне? А как же ты?

– Я решила надеть костюм женщины-кошки. Я даже успела купить идеальный по-моему мнению костюм и все необходимые аксессуары к нему.

– Тогда что мы делаем сегодня во всех этих магазинах?

– Мы выбираем наряд тебе. И, кажется, мы его наконец-то нашли.

Кейт посмотрела на меня блестящими глазами, которые излучали радость и яркую надежду. Мне сложно было отказать сестре в ее просьбах. Особенно, когда она смотрела на меня подобным взглядом. Я примерила предложенный Кейт наряд, и на мое удивление он оказался идеальным вариантом.

Воспоминания о прошедших днях яркими вспышками заиграли у меня в разуме. Я решила поскорей откинуть все лишние переживания и постаралась расслабиться на предстоящей вечеринке. Кинув беглый взгляд на своё отражение, я попыталась изобразить счастливое выражение лица. Мой образ темного ангела дополнял яркий макияж, и необходимые аксессуары. Высокие сапоги красиво обтянули стройные и худые ноги, а шелковистые перья за спиной переливались темными бликами. В который раз я повторила себе установку, что мне надо быть счастливой и вести себя со всеми соответственно. Приобретя максимально уверенный и твердый взгляд, я вышла из комнаты и направилась в гостиную. Спускаясь по лестнице, я расслышала эхо множеств голосов в доме. Различить хоть один из них я не могла, поскольку не обладала таким острым слухом, как все остальные жители дома. Когда я спустилась в фойе первого этажа ко мне подошла тёмная фигура в костюме Бэтмена.

– Кого я вижу, – из костюма послышался звонкий мужской голос. – И кто ты у нас?

– Для начала я бы хотела узнать, кто ты. Я не откровенничаю с незнакомцами и не собираюсь доверять неизвестным мне личностям.

– Мисс Пайнс, вы совершенно невнимательны. Сколько раз я пытался научить вас быть более внимательной и все безрезультатно. Хорошо, что ваша сестра не похожа на вас, – после недолгих рассуждений я смогла понять, кому принадлежал голос моего собеседника и кто скрывался за маской Бетмена.

– Мэтт? Это ты? Да, ладно. Тебя не узнать.

– Тссс, – Мэтт приложил палец к губам. – Ты же знаешь, что личность Бэтмена нельзя раскрывать.

– Нет, не знаю. И почему это?

– Так просто тебе не объяснить. Там все довольно сложно и запутано. А кто у нас ты?

– Я, вроде как, темный ангел. И могу забрать твою душу в любой момент.

– А-ха-ха, – Мэтт рассмеялся, что происходило второй раз на моей памяти. – Как только найдёшь ее, то забирай.

– Прекрати так говорить. У тебя есть душа. Мне ли не знать.

– Не могу сказать однозначно, но твоя сестра не согласится с подобным мнением.

– В том, что Кейт считает тебя монстром и деспотом только твоя вина. Если судить по ее рассказам, ты бываешь слишком строгим в обучении.

– Ты сама всегда говоришь о том, что Кейт слишком любит все приукрасить. История со мной не исключение.

– Конечно, – я постаралась вложить как можно больше сарказма в свои слова. – Особенно, когда дело касается работы.

– Я давно работаю отдельно от вас, – Мэтт стал сильно ворчать и я заметила, как под маской подкатились его глаза. – Поэтому не стоит говорить мне про работу.

– Мистер Райт, вы бываете просто невыносимым, – я знала, как задеть Мэтта и немного привести его в чувство.

– Что?! Я ни капли не похож на Джеймса! Даже не пытайся сравнивать меня с ним.

– Ну да. Особенно, когда ты учишь Кейт и отчитываешь по поводу и без своим строгим приказным тоном.

– Стефани, просто заткнись, – Мэтт продолжал сильно ворчать. – Может, пройдем в общий зал? А то стоим здесь и шушукаемся.

– Я бы хотела дождаться Кейт и Джеймса.

– К твоему сведению Кейт уже давно в зале вместе с Синди. А Джеймса я ещё не видел сегодня.

– Кейт уже там? Она мне ничего не сказала, – я почувствовала легкую обиду на сестру. – Ты знаешь, в каком костюме будет Джеймс? Как его узнать?

– Я не в курсе его образа. Но думаю, что это будет что-то помпезное и слишком броское.

– Посмею не согласиться с тобой, – я сверкнула глазами и покосилась на Мэтта. – Самый помпезный костюм забрал себе ты.

– Что? В каком смысле?

– Что может быть помпезнее, чем образ миллиардера-затворника, ведущего двойную жизнь?

– Так ты все-таки знаешь, кто такой Бэтмен.

– Конечно, знаю. Я не в лесу живу, Мэтт.

– Очень смешно. Как раз ты живешь в лесу, а я в центре огромного мегаполиса.

– Все, сдаюсь. Ты меня уделал. А теперь давай закончим этот обмен любезностями и пройдем на вечеринку.

– То-то же, – на лице Мэтта заиграла самодовольная ухмылка. – Тёмный ангел и тёмный рыцарь Готэма. Идеальное сочетание на мой взгляд.

– И не говори. Только ты тёмный рыцарь Нью-Йорка, а я далеко не ангел.

Я взяла Мэтта под руку и всем своим весом опёрлась на его локоть. Под покровом костюма я почувствовала, как мышцы парня стали каменными, а на ощупь они были намного больше, чем при нашем с ним знакомстве. За прошедший год я не заметила, как Мэтт изменился и стал более мужественнее и взрослее. Мы зашли в общий зал, где десятки людей в разнообразных костюмах рассредоточились по всей комнате. Я осмотрела всех присутствующих гостей выискивая взглядом знакомые лица. За яркими образами было сложно разглядеть и узнать кого-либо. На вечеринке присутствовал Тор, Халк, супермен, чудо-женщина, Харли Квинн и Джокер. Далее я заметила Малифесенту и маленькую девочку, которая по всей видимости изображала Аврору. В комнате находилось большое количество людей, и мне так и не удалось вычислить среди них Джеймса. Мэтт толкнул меня в бок и, наклонившись, тихо прошептал мне на ухо:

– Смотри, там Кейт и Синди.

– Где? – я стала активно бегать глазами по толпе в поисках сестры и ее миниатюрной фигуры.

– Около бара. Насколько мне известно твоей сестре нет ещё двадцати одного года, чтоб она могла употреблять выпивку.

Кинув свой взгляд в сторону, куда указал Мэтт, я увидела две знакомые фигуры, стоящие у бара. Одна из них была в чёрном обтягивающем костюме кошки, с острыми ушами на голове и пушистым хвостом. Глаза Кейт были ярко накрашены в стиле кошачий глаз, что придавало ее образу максимальную схожесть с оригиналом. В ее глазах стояли линзы, которые создавали эффект зауженного зрачка. Видеть ее в образе кошки, а не волка было для меня непривычно и странно. Но я отметила про себя, что ей идёт весь этот образ. Рядом с Кейт стояла светловолосая девушка, волосы которой были заплетены в толстую и объемную косу. Все ее волосы были усыпаны блёстками, что придавало им сказочный вид. Осмотрев светловолосую девушку, я поняла, что она была одета в Эльзу из мультфильма «Холодное Сердце». Что было примечательным, образ девушки был скорее порнографической версией Эльзы, далекий от оригинала. Яркий макияж, блестящее платье, высокие каблуки и диадема в волосах. Все это идеально гармонировало между собой в образе девушки. Мэтт, так же, как и я осмотрел девушек, а затем потащил меня в их сторону.

– Стефани? Ты ли это? – восторженно вскрикнула блондинка.

– Привет, Синди, – я улыбнулась девушке и она тут же крепко обняла меня.

– Как же давно я тебя не видела! Джеймс, ты совсем совесть потерял так нагружать ее работой. Стефани практически живет у тебя в офисе.

– Джеймс? Где он? – я стала озираться по сторонам в поисках Джеймса.

– Разве твой спутник не Джеймс?

– Даже рядом с ним не стоял и никогда не буду.

– А кто тогда скрывается под маской Бэтмена?

– Не Джеймс уж точно, – Мэтт стал сильно ворчать, при этом в его голосе чувствовалось нарастающее раздражение.

– Ворчун, каких поискать.

– Ворчун говоришь, – Кейт внимательно осмотрела Мэтта, прищурив свой взгляд. – Только один человек подходит под это описание. Правда, Мэтью?

– Я уже год, как прошу тебя никогда не называть меня полным именем. Меня это выводит из себя.

– Я это знаю. Поэтому я и делаю это.

– Мэтт? Сто лет тебя не видела, – молчавшая все это время Синди удивлённо посмотрела на фигуру стоявшего рядом со мной парня. – Тебя не узнать.

– С чего это? Я все еще похож сам на себя. А тебе, Кейт, выговор и штраф.

– Что? Это ещё почему и за что мне выговор?

– Во-первых, ты нарушила мой приказ. Во-вторых, ты не учуяла меня и не распознала меня в костюме. Ты все ещё полагаешься на зрение, а не на свои чувства и обаяние, а это грубейшая ошибка.

– Вот теперь точно Джеймс воплоти, – проворчала Синди. – Он меня так же отчитывал каждый раз, когда я ошибалась.

– Я не Джеймс. И никогда им не буду. Точка.

– Успокойся, – я решила немного влезть в эти волчьи разборки и сгладить нарастающий конфликт. – Мэтт, мы все знаем, что ты не Джеймс.

– К тому же Джеймс классный, весёлый, общительный и добрый. А ты полная противоположность всего этого.

– Кейт, не будь такой занозой, – я покосилась на сестру с сильным недовольством. – Мэтт целый год с тобой возится. Имей уважение.

– Ладно тебе, – отмахнулась Кейт. – Я же немного совсем. Могу же я отыграться на нем за все свои наказания?

– Ты их получаешь заслуженно. А я просто так не докапываюсь ни до кого и всеми силами пытаюсь привить тебе хоть малейшее понятие дисциплины.

– Я, пожалуй, пойду чего-нибудь выпью, – мне захотелось оставить эти бесполезные споры и немного побыть в тишине. – Надеюсь, за это время вы не перегрызете друг другу глотки.

– Друг другу нет, но вот за вампиров не ручаюсь.

Синди засмеялась, чем вызвала цепную реакцию у Мэтта и Кейт. Я оставила всю компанию в стороне и направилась к столу с напитками. Здесь стояло множество коктейлей и бокалов с разнообразными видами алкоголя на любой вкус и цвет. Я хотела взять бокал шампанского, но что-то внутри меня уговорило в итоге взять красивый бокал с ярко-зелёной жидкостью в нем. Я даже не могла предположить, что за жидкость была там намешана, но в итоге решила рискнуть. Взяв неизвестный напиток, я отошла в сторону, желая хоть немного уединиться от толпы. Я стояла около камина и медленно поглощала содержимое бокала. Вдруг кто-то сзади аккуратно взял меня под руку и притянул к себе. От неожиданности я вскрикнула и уронила бокал на пол. Он тут же разбился на множество осколков, а остатки напитка растеклись по каменному полу.

– Господи, только не это, – виновато ворчала я, смотря на мусор под ногами. – Что скажет Джеймс?

– Он скажет, что ничего страшного не произошло. А это всего лишь бокал, разбитый на счастье.

Голос Джеймса около моего уха сильно напугал меня. Я не поняла откуда он здесь взялся, но вспомнив, что он умеет бесшумно передвигаться мгновенно расслабилась. Повернув голову в его сторону, я сразу оцепенела. Джеймс сейчас был сам на себя не похож. Его светлые волосы были сейчас темно-каштанового цвета. Карие глаза горели янтарём, а на лице была тёмная щетина. Он был одет в чёрную атласную рубашку, которая плотно обтянула его крупное тело. На бёдрах Джеймса красовались чёрные прямые брюки, которые идеально гармонировали с его рубашкой. Что было примечательным, за спиной у него были крылья подобные моим, а из волос торчали два аккуратных рога.

– Джеймс? Тебя с трудом можно узнать.

– А вот тебя с лёгкостью, – Джеймс усмехнулся и оценивающе осмотрел мой внешний вид. – Дай угадаю. Ты сегодня демон.

– Не совсем. Скорее тёмный ангел, пожирающий души.

– А в чем разница между этими существами? Разве это не одно и то же?

– Разница в том, что демоны хотят поглотить душу, обрекая ее на вечные мучения в аду, а ангел заберет душу, но не склоняя ее на определенную сторону. Ангел помогает душе обрести покой, не поглощая ее.

– Ого, – Джеймс удивлённо поднял брови. – А я так надеялся на то, что смогу вновь быть твоим боссом.

– Ты итак мой босс. Тебе разве этого мало?

– Я то босс, но вот мой сегодняшний образ предполагает большую власть над подчинёнными.

– Да? И что за образ у тебя?

– Ты не поняла?

– Нет, не поняла. И я даже не могу предположить, о ком идет речь.

– Это же так очевидно. Я Люцифер Морнингстар. Ты что, сериалы не смотришь?

– Когда мне их смотреть? У меня каждый день море работы, если ты не в курсе. И кто такой Люцифер Морнингстар? Это какой-то демон?

– Люцифер – это король всех демонов и владыка самого Ада. Он возглавляет Ад и подчинил себе все проклятые души, после того, как Бог изгнал его из Рая за его бунтарский характер.

– О, Боже. Так это ещё и библейский персонаж?

– Изначально да, но сейчас его сделали положительным благодаря фильмам и сериалам. Поэтому я решил, что этот образ прекрасно подойдёт мне.

– Ты поэтому хотел, чтоб я была демоном? Чтоб вновь я была в твоем подчинении?

– Отчасти. Так мы с тобой идеально гармонировали бы и в принципе играли самих себя.

– То есть босса и его подчиненную?

– Его правую руку, а не просто подчиненную. Я готов повысить тебя до главного демона.

– Вот успокоил, – я закатила глаза, при этом громко фыркнув. – Ради тебя могу переквалифицироваться в демона.

– Нет, – Джеймс произнес это слишком резко, чем вызвал у меня легкое негодование. – Ты прекрасна в роли свободного ангела тьмы, а не подчинённого демона. Твой образ лучше отражает тебя. Поэтому не стоит его менять ради меня.

– Ты сам себе противоречишь. Тебе стоит иногда отдыхать и давать себе возможность разгрузить голову от работы.

– Кстати, на счёт отдыха. Зайдёшь ко мне в понедельник? Нужно кое-что обсудить.

– Обсудить? Что? Я готова выслушать тебя прямо сейчас.

– Ничего серьёзного, но достаточно важное для меня, – Джеймс говорил со мной своим фирменным тоном большого босса.

– Когда ты так говоришь, мне становится не по себе.

– Брось, – Джеймс вновь стал веселым и открытым для диалога. – Не хочешь выпить вместе с королем Ада?

– Если только сам король Ада принесёт мне выпивку.

Я засмеялась, и Джеймс тут же сорвался с места и отошёл от меня в сторону бара. Какое-то время я стояла в одиночестве, не понимая, что сейчас произошло. «Что могло случиться такого, что Джеймс хочет поговорить со мной да ещё и на работе, а не дома». Я стала мечтать о том, что Джеймс объявит мне о возвращении Мэтта на работу, но надеяться на это мне явно не стоило. Мэтт твёрдо дал понять, что он не собирается возвращаться на работу к Джеймсу. Больше теорий и мыслей по поводу предстоящего разговора у меня не было. Я растеряно водила глазами по присутствующим, и не могла сосредоточиться на ком-либо конкретном. Тем временем ко мне вернулся Джеймс и протянул бокал с ярко-красной жидкостью.

– Что это? – я недоверчиво покосилась на бокал в руках оборотня.

– Это? Лучший напиток в аду. А если быть точнее, неплохой коктейль с вермутом.

– Решил начать с легкого?

– И начать, и продолжить, и закончить на лёгком. Я никогда не позволяю себе находиться в алкогольном опьянении.

– Я заметила.

Я одарила Джеймса широкой улыбкой и отпила из своего бокала. Коктейль действительно оказался очень вкусным и приятным на вкус. Игра вкусов клубники, вермута, газировки и ананаса приятно окутали мои вкусовые рецепторы. Джеймс довольно хмыкнул, заметив мою реакцию. После этого мы решили найти Кейт, Синди и Мэтта, чтоб не бросать их без присмотра. Всю компанию мы нашли на одном из диванов в гостиной. Синди и Кейт сидели рядом в обнимку, а Мэтт находился чуть в стороне от обеих девушек.

– Вновь бездельничаете? – строго спросил Джеймс и подмигнул мне.

– Джеймс? – Кейт и Синди удивлённо уставились на меня и Джеймса. Мэтт же спокойно посмотрел на своего бывшего босса, никак не реагируя на его появление.

– С утра ещё был им. Но конкретно сейчас я кое-кто другой.

– Ты же Люцифер! – воскликнула восторженно Кейт. – Как круто!

– Очень «круто».

– Мэтт снова бурчит. Джеймс, прикажи ему быть помягче и вежливее. Своим недовольным видом он портит всем нам настроение.

– Кейт, я не приказываю, – Джеймс говорил своим мягким, но строгим голосом. – Я лишь даю указания, либо вежливо прошу. Другого не дано.

– Я знаю это. Но для Мэтта можно сделать исключение.

– Он его сделал, когда укусил меня и тебя, – Мэтт смирил Кейт недовольным взглядом. – А теперь перестань пререкаться с альфой.

– Что вы делали все это время?

– Ничего. Общались и доставали Мэтта, – Синди звонко рассмеялась и показала Мэтту свой миниатюрный язык.

– Синди, тебе почти тридцать лет, а ведёшь себя, как малый ребёнок.

– Прости, но мне сложно взрослеть и менять себя. А возраст, это всего лишь цифры, не более.

– Именно, – Кейт одобрительно закивала в сторону Синди. – И нам разница в возрасте не мешает быть на одной волне. Да, Синди?

– Ещё как, – Синди вновь улыбнулась и притянула Кейт ближе к себе, заключив в крепкие объятия.

– До сих пор не могу понять что вас так сблизило.

– Враг моего врага – мой друг.

– И что это значит? – я покосилась на всю компанию, пытаясь хоть что-то понять из слов Синди.

– Что их объединила нелюбовь ко мне и моим методам.

– Может, тебе стоит немного измениться? – Джеймс говорил мягко, но внимательно следя за реакцией Мэтта.

– Ты пытался меня менять с детства, и как видишь, ничего из этого не вышло.

– С чего ты так решил? По мне, так ты стал лучшей версией себя.

– Не начинай включать заботливого папочку. Меня лестью не купить.

– А кто говорит про лесть? – Джеймс стоял со своим фирменным невозмутимым лицом. – Ты знаешь, я всегда за честность.

– Может, вам обсудить это не на всеобщем обозрении?

– Если Мэтт согласен, я не против пообщаться об этом в более приватной обстановке.

– Только ради тебя, Стефани, и ради того, чтоб уйти от двух надоедливых волчиц я пойду на это.

Мэтт и Джеймс встали со своих мест и направились в сторону фойе. Я смотрела на их удаляющиеся фигуры и грезила о налаживании отношений между двумя мужчинами. «Они же одна семья. Что может быть важнее этого?» думала я про себя. Жизнь внутри настоящей семьи показала мне, что такие моменты надо беречь и дорожить ими. Как только я подумала об этом, то сразу стала тосковать по Чарльзу и Сью. Они ещё несколько дней назад уехали в отпуск, и должны были вернуться только через пару недель. Мне стало немного душно и возникло непреодолимое желание выйти на свежий воздух. Оставив Кейт и Синди вдвоём, я взяла тёплый плащ в коридоре и вышла на улицу. Было по-осеннему свежо, и в своём откровенном наряде я стала трястись от холода. Мне осложняло жизнь наличие крыльев за спиной, которые не давали мне плотно застегнуть плащ на теле. Я сняла плащ с плеч и попыталась убрать крылья со своей спины. В этот момент послышался легкий шелест приближающихся шагов, а затем я услышала мелодичный и приятный мужской голос, который я слышала впервые в жизни.

– Что может быть прекраснее, чем наблюдать падение ангела.

– Простите?

Я повернулась к незнакомцу лицом и внимательно осмотрела загадочную фигуру. Это был светловолосый мужчина, на вид которому было лет тридцать максимум. Его светлые волосы доходили до плеч, но были зачёсаны назад. На его теле красовался светлый костюм и белоснежная рубашка, которые подчеркивали его высокую и хорошо сложенную фигуру . Что было примечательно, его глаза были разного цвета. Один из глаз мужчины имел зелёный цвет, а второй был небесно-голубого оттенка. Я сразу поняла, что это были линзы, поскольку нормальный человек не мог обладать подобным цветом глаз. Мужчина был мне не знаком, поэтому я предположила, что незнакомец являлся одним из партнеров Джеймса, которого я ещё не успела узнать.

– Я про ваши попытки оторвать себе крылья и пасть с небес на землю.

– Вы об этом, – я постаралась быть мягче и вежливее в разговоре с предполагаемым партнёром банка. – Иногда приходится пасть, чтоб вновь подняться с колен и достигнуть большего.

– Мудрые слова, – с восторгом заявил незнакомец. – Я поражён вашим мышлением.

– Спасибо… – я сильно замялась, не зная, как правильнее продолжить разговор. – Я могу узнать ваше имя?

– Прошу прощения за свою бестактность, – незнакомец подошел ко мне и, аккуратно взяв мою руку в свою, поцеловал ее слабым касанием губ. – Меня зовут Норман Пирс.

– Стефани Пайнс, – неуверенно произнесла я и поспешила высвободить свою руку из рук своего собеседника.

– Я знаю, кто вы, мисс Пайнс. Правая рука самого Джеймса Райта, к тому же его кузина. Вы уже стали своеобразной звездой в наших кругах.

– В ваших? Это в каких?

– Во многих, – на лице незнакомца играла усмешка. – Что вы делаете одна на улице? Почему решили покинуть праздник?

– Я решила выйти и подышать свежим воздухом. Большое количество людей вызывает у меня неприятные чувства, – не знаю, с чего я стала откровенничать с незнакомым мне человеком, но его взгляд почему-то располагал к этому. – А что на счёт вас. Почему вы решили покинуть праздник?

– Вы не поверите, но я придерживаюсь такого же мнения, что и вы.

– И какое это мнение?

– Я про вашу нелюбовь к огромным сборищам и про ваши неприятные ощущения перед незнакомцами. Я вас прекрасно понимаю в этих чувствах.

– Впервые слышу такие разговоры от человека подобного круга. Это немного нетипично для подобных вам людей.

– Я могу вам доказать правдивость моих слов.

– Каким образом, мистер Пирс?

– Я хотел бы пригласить вас на деловой ужин. Вы не подумайте ничего плохого. Это будет банальная встреча делового характера.

– Даже не знаю, – я растерялась от услышанного предложения. – Мистер Райт будет не сильно рад подобному предложению.

– А зачем вам посвящать мистера Райта в такие тонкости? Разве вы во всем обязаны ему подчиняться, и ваша жизнь полностью и беспрекословно принадлежит ему?

– Нет, не принадлежит. Она принадлежит только мне и никому другому.

– Вот и я так решил, поэтому и сделал вам подобное предложение, – мужчина широко улыбнулся, оголив ряды неестественно белых зубов.

– Я не могу вам дать точный ответ по поводу этой встречи, но если вы не передумаете, вы можете набрать меня через пару дней.

– Я не передумаю, будьте уверены в этом, – незнакомец выждал небольшую паузу. – Могу я узнать, каким образом я смогу с вами связаться?

– Запишите мои данные для обратной связи.

Мистер Пирс записал мой номер и теперь стоял с довольной улыбкой на лице. Я испытывала смешанные чувства по поводу всех этих событий. Каким-то волшебным образом этот незнакомый мужчина сразу расположил меня к себе и вызвал во мне сильное чувство доверия к нему. Я не могла объяснить этого, но решила постараться узнать этого загадочного и притягательного человека поближе. После всех произошедших со мной событий, общение с простым человеком показалось мне наиболее правильным действием. «Немного нормальности в общении тебе не помешает, Стеф» услышала я голос своего подсознания. Я тут же вернулась мыслями назад к своему собеседнику.

– Я буду ждать вашего звонка, мистер Пирс.

– Мисс Пайнс, соизволите ли вы подождать моего звонка недели две? Мне придётся отлучиться по срочному делу. Но как только я вернусь, то первым делом свяжусь с вами.

– Как вам будет угодно, мистер Пирс. Я ни в коем случае не настаиваю на нашей встрече.

– Зато я настаиваю, мисс Пайнс, – мужчина подошел ко мне вплотную, и вновь взяв мою руку, нежно поцеловал ее. – До встречи, Стефани. Я безмерно рад нашему знакомству.

Мужчина развернулся, и направился в сторону выхода со двора. Я пребывала в сильном недоумении, испытывая растерянность внутри себя. «Что сейчас произошло? И зачем я согласилась на встречу с незнакомцем?». Мне вдруг стало стыдно за свою реакцию, и мой разум всячески отказывался принимать все это. Мне показалось, что во время разговора я находилась в каком-то лёгком трансе и не совсем отвечала за свои действия. «Брось страдать паранойей, Стефани. Ты просто отучилась общаться с нормальными людьми. Неужели ты теперь во всем будешь видеть что-то зловещее и необъяснимое?». Я сразу же отбросила все эти мысли из своей головы. Для себя я решила постараться быть более расслабленной и общительной, особенно с обычными людьми. Эта мысль придала мне дополнительной уверенности, и я с решительным взглядом направилась в сторону дома.

Глава 2

В понедельник утром я ехала вместе с Джеймсом на работу и, молча, смотрела в окно. В салоне автомобиля играла лёгкая музыка, что немного разбавляло повисшую между нами тишину. Сегодня Джеймс был в своём классическом виде. Его светлые волосы были уложены в лёгкую и небрежную причёску, а классический костюм темно-серого цвета идеально сидел на его фигуре. Сидя на своём месте, я вспомнила о просьбе Джеймса во время вечеринки и решила обсудить этот вопрос без присутствия лишних людей рядом.

– Джеймс, я сейчас кое-что вспомнила.

– Да? И что же? – Джеймс кинул в мою сторону удивлённый взгляд, но затем поспешил вернуть его на дорогу.

– Помнишь, на вечеринке ты меня просил зайти в понедельник к тебе на разговор.

– Помню. И в чем проблема?

– Сегодня понедельник, а мы сейчас вдвоём. Можем прямо сейчас обсудить все, что ты хотел.

– Стефани, у нас до работы осталось примерно пятнадцать минут пути. Давай огородим нас обоих от своевременного начала рабочего дня.

– Не поняла. Почему ты не хочешь поговорить об этом сейчас?

– Потому что все рабочие вопросы я привык решать только в рабочее время. Ты знаешь мои правила. Работу и дом никогда нельзя совмещать.

– Знаю. В таком случае, когда мне можно будет зайти к тебе и поговорить?

– Я сам тебя вызову, когда придет время.

Джеймс и я въехали на парковку банка и, оставив автомобиль в гараже, направились в сторону лифта. С тех пор, как весь офис узнал о том, что я кузина генерального директора, многие из сотрудников обращались ко мне вежливо и с некоторым почтением. Когда мы с Джеймсом вошли в фойе и направились в сторону служебного лифта, все вокруг тут же стали здороваться с нами, широко улыбаясь. Мы поднялись на верхний этаж, и я прошла к своему рабочему месту в приемной. Когда Джеймс остановился около стойки приемной, я подняла глаза на него, и как ни в чем небывало спросила:

– Мистер Райт, у вас есть какие-нибудь указания для меня?

– Направьте копии вчерашних запросов мне на почту. И, мисс Пайнс, запросите у отдела аналитики необходимые мне данные.

– Я поняла вас, мистер Райт. Я все сейчас же сделаю.

– Можете не спешить. Все это мне надо до конца сегодняшнего дня. Желательно ближе к вечеру.

– Все будет сделано вовремя. Что-нибудь ещё?

– Мисс Пайнс, если вас не затруднит, принесите мне капучино без сахара, но со сливками.

– Конечно, мистер Райт.

Джеймс направился в сторону своего кабинета, после чего я тут же расслабилась. Для меня граница между боссом и моим названным братом практически стерлась. Каждый раз, обращаясь к Джеймсу «мистер Райт», внутри себя я испытывала противоречивые чувства. С одной стороны я понимала, что это правильно и в пределах офиса необходимо вести себя подобающим образом, но с другой, я видела в Джеймсе члена своей семьи. Мне было сложно теперь воспринимать его как серьёзного начальника. Сделав запрошенный капучино, я направилась в кабинет к Джеймсу. Отдав напиток адресату, я пожелала боссу хорошего дня и вернулась за свой стол. Работы действительно оказалось много, и я за весь рабочий день практически не вставала со своего места. Когда на часах было почти пять часов вечера, Джеймс набрал меня по внутреннему телефону и вызвал к себе в кабинет.

– Мистер Райт, к вам можно?

– Да, мисс Пайнс, входите, – спокойно произнёс Джеймс и указал на кресло напротив себя.

– Я направила все запрошенные вами документы и данные вам на почту, – я сходу начала оправдываться, предугадывая причину своего появления у Джеймса в кабинете.

– Я видел, мисс Пайнс. С вашими данными все в порядке.

– Я рада это слышать. Тогда в чем причина моего прихода к вам в кабинет?

– Как я говорил ранее в понедельник у меня будет к вам разговор, – Джеймс посмотрел на меня с лёгкой ухмылкой после чего подмигнул.

– Так мы наконец-то поговорим с вами? Я уже успела забыть об этом разговоре.

– Мисс Пайнс, когда вы были в последний раз в отпуске?

– В отпуске? – я глубоко задумалась, вспоминая весь последний год. – В прошлом декабре, когда летала на Карибы вместе с кузеном.

Услышав мои слова, Джеймс тут же посветлел, а его улыбка стала максимально широкой. Его взгляд вновь стал взглядом заботливого брата, но никак не начальника. Я тоже улыбнулась Джеймсу, и с лёгким озорством в глазах внимательно смотрела на него.

– Точно. Как я мог позабыть об этом.

– Так я вам напомню, мистер Райт. Но зачем вы спросили меня об этом?

– Вы уже год как не были в отпуске, поэтому отдел кадров требует от меня вашего выхода на заслуженный отдых.

– Серьезно? Кадры обычно не требуют таких мер. Что вы задумали и зачем вам все это?

– Вас не проведёшь. Но за это вы мне и нравитесь с момента вашего самого первого появления в моем офисе.

– Так вы поясните, о каком отпуске идёт речь?

– Признаюсь вам, инициатором вашего отпуска был я.

– Вы? Но почему и зачем вам отправлять меня в отпуск?

– Потому что вы весь год упорно работаете без отдыха. Я не хочу вашего физического истощения. Поэтому хочу дать вам шанс восполнить потраченные силы.

– Мистер Райт, я полна сил и мне не требуется отдых… – я не успела окончить свою мысль, как Джеймс меня резко перебил.

– Это не обсуждается, мисс Пайнс. Эту неделю отрабатываете в полном объеме, но с понедельника вы уходите на заслуженный отдых.

– Но, Джеймс… – я попробовала возмутиться, из-за чего тут же ощутила строгий взгляд Джеймса на себе. – Мистер Райт, я бы попросила вас передумать и изменить свое решение.

– Нет, мисс Пайнс, я не передумаю. Найдите чем себя занять и чем заняться в свободное от работы время. Я уверен, у вас точно найдётся какое-нибудь интересное дело, которым вы сможете заняться во время вашего отпуска.

Услышав слова Джеймса, я вспомнила об одном очень важном деле. В моей голове мгновенно сложился план дальнейших действий и впервые за все своё время работы в банке, я обрадовалась решению Джеймса.

– Мистер Райт, вы совершенно правы. Мне действительно не помешает отдых.

– Вот как? С чего произошли такие резкие перемены?

– Я вспомнила об одном деле, которым смогу заняться во время своего отпуска.

– Я рад это слышать, – на лице Джеймса появилась его классическая широкая улыбка. – В таком случае не смею вас больше задерживать, мисс Пайнс,

– Благодарю вас, мистер Райт, – я встала со своего места и направилась в сторону выхода из кабинета.

– Мисс Пайнс, ровно в шесть часов я буду ждать вас на парковке.

– Вы сегодня не задерживаетесь?

– Нет. Мой график сегодня в норме. И, мисс Пайнс, что бы вы хотели на ужин?

– На ужин?

– Как вы можете помнить у нас дома ещё неделю не будет хозяйки, а это значит, что дома нас ждут три голодных рта.

– Это каких?

– Как же. Вы, я и Кейт, – с улыбкой произнёс Джеймс. – Предлагаю вам заехать в какой-нибудь ресторан и взять как можно больше еды на вынос. Два голодных зверя в доме это не дело.

– Не буду возражать, мистер Райт. Я подумаю, что мы можем с вами придумать на этот счет.

– Прекрасно. Тогда жду ваш список вместе с вами на парковке ровно в шесть часов.

– Как скажите, мистер Райт. До встречи.

Я вышла из кабинета и вернулась на своё рабочее место. Оставшееся рабочее время прошло для меня незаметно. Я набросала список желаемых мною блюд, как того просил Джеймс, и направилась в сторону парковки. В гараже я заметила заведённый автомобиль Джеймса и сразу же направилась к нему. Как только я села в салон автомобиля, Джеймс открыл ворота, и мы выехали на улицы вечернего Нью-Йорка.

В субботу утром я проснулась со странным ощущением внутри. Хотя сейчас был выходной день, но для меня этот день означал начало моего не запланированного отпуска. За окном светило яркое солнце, но судя по колыхающимся во все стороны деревьям на улице держалась ветряная и морозная погода. Я не спеша встала с кровати и направилась в душ. После этого я решила спуститься на кухню и приготовить себе завтрак. По всем признакам Кейт куда-то уехала из дома, а Джеймс мирно отсыпался в своей комнате. Тишина в доме была непривычной, но сейчас она не напрягала меня. Сделав себе кофе и хлопья с молоком, я плотно позавтракала и решила вернуться к себе в комнату. Как только я зашла в спальню, то тут же поспешила прикрыть дверь. Включив ноутбук, я достала небольшой блокнот из потайного отделения в письменном столе, и стала листать его содержимое. Блокнот был исписан моим почерком, а на каждой странице были заметки по много раз перечёркнутые чернилами. Я открыла нужную мне страницу в блокноте и стала бегать глазами по таким важным для меня словам. «Дэмиан – Европа или Америка?», далее следовали мои умозаключения с процентной вероятностью, где он может быть. Я не могла найти абсолютно никакой информации по поводу такой личности, как Дэмиан Вайт. Единственная информация, которую я нашла, была информация о том, что Дэмиан Вайт является преподавателем Колумбийского университета и преподает в данном учебном заведении последние пять лет. Он имеет несколько научных степеней, и большое количество научных публикаций. Профессор Вайт являлся автором нескольких книг по истории, а так же автором учебников по этой же дисциплине. Далее в интернете следовала информация о том, что в ноябре прошлого года Дэмиан Вайт бесследно исчез, и никто не обладает информацией о его нынешнем местоположении. В который раз я стала вчитываться в слова, которые знала наизусть. Вот уже долгое время я каждый вечер читала одни и те же статьи и заметки, надеясь найти в них хоть какую-то подсказку в попытках найти Дэмиана. Я обречённо положила голову на стол и тяжело вздохнула. В этот момент я услышала слабый стук в дверь. Поняв, что это был Джеймс, я поспешно закрыла крышку ноутбука и громко прокричала:

– Входи.

– Доброе утро, – в дверном проёме показалось сонное лицо Джеймса. – Не помешаю?

– Нет. Я здесь… – я осмотрела свои записи, пытаясь найти быстрое и правдивое объяснение своей деятельности для Джеймса . – Занималась делами.

– Это случайно не те дела, про которые ты вспомнила в офисе? – Джеймс зашёл в спальню, и сел на край моей кровати

– Можно и так сказать. Ты что-то хотел?

– Если честно, то да, – Джеймс смутился. – Мне стало интересно узнать, что за дела у тебя появились, а так же я хотел поинтересоваться, нужна ли тебе моя помощь.

– Ты для этого отправил меня в отпуск?

— В отпуск я тебя отправил для отдыха и восстановления сил. Но мне стало интересно, что за дела у тебя появились. За год такое происходит впервые на моей памяти.

– С чего такой интерес к моим личным делам? Или ты мне не доверяешь?

– О чем ты? Я тебе доверяю как никому в своей жизни.

– Надеюсь, что это действительно так.

– Так что ты скрываешь от меня?

– Скрываю? – я постаралась максимально правдоподобно изобразить искреннее непонимание вопроса Джеймса, боясь каким-то образом выдать ему свою тайну и раскрыть себя.

– Стефани, ты же помнишь, что я слышу частоту твоего сердцебиения, – взгляд Джеймса вновь стал классическим взглядом любого родителя, поймавшего своего ребенка на лжи. – И если до этого момента я лишь предполагал, что ты что-то скрываешь, то теперь я в этом полностью уверен.

– Вот черт. У меня этот факт вылетел из головы.

– Ещё одно доказательство правдивости моих слов.

– Если я скажу тебе правду, обещай не ругаться и понять меня, – я виновато опустила свои глаза вниз, перейдя при этом на шепот.

– Стефани, я тебе не родитель, чтоб ругаться на тебя. Ты взрослый, самодостаточный человек, который полностью контролирует свою жизнь и принимает собственные решения.

– Ты так считаешь?

– Я в этом уверен. Поэтому прекрати строить из себя провинившегося подростка, и будь наконец-то взрослой и ответственной девушкой.

Дрожащей рукой я протянула свой блокнот Джеймсу. Он аккуратно взял его из моих рук и внимательным взглядом стал рассматривать каждый исписанный лист бумаги. Когда глаза Джеймса дошли до последнего листа, я открыла крышку ноутбука и повернула его в сторону Джеймса. Он стал с интересом рассматривать открывшуюся статью и внимательно читать каждое слово в ней.

– Знаешь, я сейчас ни разу не удивлён, – спокойно пояснил Джеймс после непродолжительного молчания с его стороны.

– И что это значит?

– Начиная с прошлого Рождества я все гадал, когда ты займёшься его поисками. Я думал, что ты немного раньше все это организуешь. Но ты продлила предполагаемые мною сроки, – Джеймс ухмыльнулся и посмотрел на меня с победным выражением лица. – Как успехи?

– Как видишь, никак. Все, что о нем есть в интернете бесполезная информация, которая никак не подскажет, где Дэмиан может быть. Честно признаюсь, я в тупике.

– Стефани, если я тебе дам одну подсказку, ты обещаешь держать себя в руках?

– О чем ты? – я дернулась и громко вскрикнула от накрывшего меня возбуждения. Впервые за год у меня что-то могло сдвинуться с места, и, возможно, я нащупаю ту ниточку, которая поможет мне найти Дэмиана.

– Я могу подсказать в каком направлении продвигаться в твоем расследовании, но не обещаю, что это поможет. Я лишь предполагаю, что после моей подсказки у тебя получится найти что-то большее, чем сейчас.

– Что за подсказка? О чем идеи речь?

– Так ты обещаешь держать себя в руках, чтобы я не сказал тебе сейчас?

– Да, Джеймс, обещаю. Рассказывай все, что ты знаешь!

– Хорошо, – Джеймс замолчал и неуверенно стал смотреть на экран ноутбука. Было видно, что он все ещё сомневался в том, стоит ли мне говорить свою мысль или нет. Джеймс поправил свои волосы и прошептал тихим голосом. – Влад, надеюсь, ты простишь меня за это и не оторвёшь мне голову.

– Что? Что ты сказал? – я ни слова не расслышала из фразы Джеймса, но стала пристально смотреть прямо в его карие глаза, требуя ответы.

– Стефани, попробуй забить в поиске имя Влад Цепеш Третий.

– Что? – возмущённо вскрикнула я. – Это кто ещё такой?

– Ты совсем историю не знаешь?

– История никогда не была моим интересом.

– Просто задай в поисковике подобный запрос,и ты тут же все поймёшь.

Я повернулась к ноутбуку и дрожащими пальцами стала набирать нужный мне запрос. Как только я щелкнула по кнопке «поиск» страница перегрузилась, и появились сотни статей и ссылок. Я открыла самую первую из них, и как только страница загрузилась, меня резко бросило в жар. Первое, что попалось мне на глаза, это изображение картины, на который был изображен молодой мужчина. У него были тёмные волосы, густая борода, и острые черты лица. Я сначала не поняла, кто это такой, но посмотрев в глаза изображённого мужчины, меня затрясло. Оттуда на меня смотрели знакомые пронзительные глаза ярко-зелёного цвета. Я стала внимательно бегать глазами по статье, все больше трясясь от волнения. В статье говорилось о том, что Влад Цепеш Третий был наследным принцем Валахии или нынешней Румынии. В раннем возрасте данную страну захватила Османская империя, а юного принца вместе с младшим братом на долгие года отправили проживать при дворе османского султана. Он провёл там все свое детство и юность, после чего вернулся в свою страну уже взрослым юношей. Парень захватил власть в своей стране и сел на престол вместо старшего брата, который вместе с отцом был убит руками предавшей своего правителя знати. Влад всеми силами старался освободить свою страну от османских захватчиков и вернуть ей независимость. Ему это даже отчасти удалось, и принц стал полноценным правителем независимой страны, хоть и не на продолжительный период. Через время он женился на испанской графине по имени Стефания Веласко и долгое время граф и графиня жили спокойной и размеренной жизнью. Спустя десять лет графиня трагически умерла при неизвестных обстоятельствах. После потери любимой жены граф стал сходить с ума от накрывшего его горя, и стал гоняться за чем-то необъяснимым. Граф стал безумен и жесток, и убивал десятки тысяч людей без особых на то причин. Правителя Валахии пленил один из соседних королей, и он какое-то время просидел в темнице. После этого граф окончательно изменился и тронулся рассудком. Именно за эти эпизоды в народе его стали считать проклятым и безжалостным чудовищем. Молодого графа сверг младший брат на престоле, который принял ислам и стал частью семьи османского султана. В конце статьи было сказано о том, что в возрасте сорока пяти лет граф окончательно спятил и покончил с собой, перед этим убив сотни невинных людей. Я смотрела на текст и не могла уложить в голове прочитанную информацию.

– Ты как? – где-то на затворках своего подсознания я услышала тихий голос Джеймса.

– Пытаюсь хоть что-то понять.

– И как, получается?

– Не очень, – мой голос дрогнул, а на глазах выступили редкие слёзы.

– Стефани, ты…

– Расскажи мне, Джеймс. Все, что ты знаешь.

– Я обещал ему не рассказывать.

– Ты уже это сделал. Так какая разница прочитаю я все дальше сама, или мне расскажешь ты? По крайней мере, ты являешься более достоверным источником информации, чем интернет.

Джеймс смотрел на меня внимательным взглядом, при этом практически не мигая. Сейчас он напоминал больше восковую фигуру, застывшую в одном положении, чем живого человека. Спустя пару минут он глубоко вздохнул и тихим голосом произнёс.

– Имя твоего возлюбленного не Дэмиан Вайт. Это его личность, которую он создал двести лет назад, чтоб скрыться от всех и убежать от своего прошлого.

– Зачем ему это?

– Влад решил покончить с прошлой жизнью и начать спокойную жизнь без убийств и вампиров рядом. Он понимал, что если рядом будут его подопечные, то ни о какой спокойной жизни не может быть и речи. Влад уехал из Европы на новый континент в новую страну, где каждый мог быть тем, кем сам захочет. Поэтому он и создал новую личность и новое имя. Настоящее же имя Дэмиана, Влад Дракула Бесараб Третий, или Влад Цепеш Третий.

– Дэмиан и есть знаменитый Дракула, – я говорила слова в утвердительной манере, но мой голос предательски дрожал.

– К счастью или, к сожалению, но да, он и есть знаменитый граф Дракула. И в основном все россказни про ужасного и беспощадного графа правдивы. Влад был неимоверно жесток после потери жены и действительно потерял рассудок в свое время.

– Здесь в статье постоянно пишут о том, что он тронулся умом. Но я бы никогда этого не сказала, зная прежнего Дэмиана.

– Видимо, почти шесть веков жизни ему хватило, чтоб восстановить рассудок. Согласно нашей истории, Влад вначале обезумел от ее потери, будучи человеком, а затем, когда он нашёл способ вернуть ее душу, окончательно потерял себя.

– Так что он сделал?

– Он нашёл самую древнюю ведьму на земле, которой больше нескольких тысяч лет. Во все времена и у всех народов было принято считать, что существование подобной ведьмы – это банальная страшилка для детей и легенда. Но как видишь, Влад доказал обратное.

– Так это ведьма с ним сделала?Она превратила его в беспощадного монстра?

– Не совсем. Влад сам это сделал с собой, но с ее помощью.

– Каким образом тогда он стал кровожадным убийцей?

– Здесь не спорю. Ведьма сыграла свою роль.

– Почему он не остался прежним?

– Стефани, как я уже говорил, Влад был безумен ещё до встречи с ведьмой. Она провела ритуал, по которому одну душу меняют на другую. Как ты понимаешь, он свою отдал за Стефанию, точнее за тебя. Поэтому здесь невозможно ожидать полноценного и здорового разумом человека.

– За меня… – я вновь задрожала и плотно вжалась в своё кресло. – Но он же, фактически, убил себя.

– Убил. Но я думаю, он ни разу не пожалел о своём выборе.

– С чего ты взял? Откуда тебе знать, что он чувствует ко мне? Вдруг ненависть ко мне намного выше, чем все остальное? Ведь именно из-за меня он обречен на подобное существование.

– Стефани, я не молодой щенок, чтоб не понимать таких вещей. К тому же каждый раз, когда я общался с твоим вампирским другом, он всегда говорил только о том, что я должен сделать все для тебя и твоего счастья. Так ответь мне, говорил бы он так, если бы испытывал ненависть к тебе? Попрощался бы он со своей нормальной жизнью ради той, кого он презирает? К тому же, именно Влад заставил меня спасти Кейт. Если бы не он, я бы никогда на это не решился.

– Так это Дэмиан все сделал?

– Да, Стефани. Кейт жива благодаря Владу. Все эти факты должны говорить тебе о многом, а в частности об его отношении к тебе.

– Ты же сказал, что он отдал свою душу за мою. Как тогда он мог быть таким…– я замолчала, тщательно подбирая наиболее подходящие слова. – Живым и настоящим?

– Вот этого я до сих пор не могу понять. При нашей первой встрече в офисе я был уверен, что ты будешь убегать от него, а оказалось, что ты совершенно его не боишься. Да и при личном общении я бы не сказал, что он похож на того, кто лишился души.

– Я никогда его не боялась, – я тут же замолчала и отвела взгляд в сторону. – Кроме того рокового случая.

– Надеюсь, я ответил на многие твои вопросы на счёт Дэмиана.

– Ответил, но так, что породил ещё большее количество вопросов, чем ответов.

– Вот как? В таком случае давай попробуем найти ответы на них вместе.

– В каком смысле?

– В таком, что ты можешь поделиться со мной своими вопросами, а я попробую на них ответить. Если у меня не будет ответов, то мы вместе попробуем их найти. Идет?

– Ты хочешь помочь мне разобраться во всем этом? И даже без осуждений, порицаний и обвинений в безрассудстве?

– Даже без всего этого. Я искренне хочу помочь тебе, Стефани.

– Зачем тебе это? – я сощурила глаза. – Разве Дэмиан не твой заклятый враг?

– Я пересмотрел своё отношение к нему.

– С чего это?

– С того, что в прошлом году нам пришлось объединиться в борьбе за твою жизнь и жизнь твоей сестры. Обычно, после такого сложно испытывать ненависть к кому-то, даже если этот кто-то один из сильнейших представителей самой тьмы на земле.

– И что это значит?

– Что твой Дэмиан самое концентрированное зло в этом мире. Он самый сильный из ныне живущих демонов.

– Он же вампир.

– А разве это не одно и то же? Он высасывает жизнь из людей и восполняет тем самым свою.

– Вампир и демон не одно и то же. В чем я беспрекословно уверена.

– Не перестаю удивляться твоей упёртости даже в тех вопросах, где ты не сильна.

– Даже если так, я не могу просто так отказаться от него и отпустить.

– Вот именно этих слов я и ждал от тебя весь наш разговор.

– Позволь узнать почему?

– Потому что даже узнав правду о Владе ты не отказалась от него и продолжаешь держаться за него и его чувства.

– Это плохо?

– Наоборот. Это поражает меня. Ведь именно эти чувства и смогут помочь тебе вернуть его из тьмы.

– Думаешь, это возможно?

– Не могу утверждать со стопроцентной уверенностью, но шанс достаточно велик.

– Что теперь делать? Я без понятия, как и где его искать.

– Дай мне несколько часов. Я попробую хоть что-то узнать

– И как ты это сделаешь?

– Не забывай, что я являюсь таким же представителем нечисти, что и он, – Джеймс сверкнул своими глазами и на мгновение в них промелькнул его звериный взгляд.

– Точно. Иногда я действительно об этом забываю.

– Так я напомню, – с усмешкой заявил Джеймс и встал со своего места. – Я сейчас вернусь.

– Что? Куда ты?

– Сделать пару звонков, – лицо Джеймса немного поникло и напряглось. – Хотя я до последнего надеялся, что обойдусь без этого.

Джеймс вышел из моей комнаты и скрылся в коридоре. Вскоре послышался хлопок двери в его комнату, и сразу же после этого наступила тишина. Я не знаю, сколько просидела в одиночестве, но ожидание давило. Решив отвлечь себя прочтением статей о Владе Дракуле, я повернулась к монитору компьютера и вновь стала бегать глазами по светящейся поверхности экрана. Я решила изменить свой предыдущий запрос и набрала в поисковике «Влад Цепеш в 2021 году». Нажав на поиск, я с замиранием сердца ждала ответ от компьютера. Первые статьи содержали всю ту же информацию из легенд и страшилок, что я читала ранее. Немного ниже мне попалась статья, в которой что-то было написано, но не на английском языке. Включив переводчик, я внимательно стала читать размещенную в статье информацию. Согласно статье в Румынии объявился далекий родственник древнего графского рода, чьи представители вели свое начало с самых древнейших времен. Парень не знал о своём происхождении долгие года и не имел понятия о своём родстве с именитой семьей. Сейчас молодой граф пытается навести порядки и скоро собирается устроить прием для местной знати в честь своего восхождения в качестве графа. Мои глаза широко открылись, а тело парализовало от сильной дрожи. В дверь постучались, и на пороге вновь появился Джеймс. Он виновато посмотрел на меня и тихо произнёс:

– Прости, Стефани, но мой источник оказался бесполезен

– Зато мой нет, – я довольно улыбнулась и откинулась на спинку своего кресла.

– О чем ты?

– Иногда технологии современного мира эффективнее ваших сверхъестественных штучек.

– Ха-ха. Очень смешно. У тебя явные проблемы с юмором.

– А то! И у меня с юмором все в порядке.

– Так что у тебя там?

– Вот что, – я передала ноутбук в руки Джеймса и указала на статью. – Как думаешь, это может быть подсказкой?

– Если честно, сомнительная подсказка. Мне с трудом верится в то, что спустя столетия он решил так открыто объявить о себе

– А вдруг он специально так действует? Чтоб привлечь наше внимание.

– Боюсь тебя огорчить, но Влад дал ясно понять, что не собирается с нами встречаться. Он хотел простой и обычной жизни для тебя, вдали от всего сверхъестественного.

– Да? Поэтому я больше года живу в семье оборотней, одним из которых является моя родная сестра.

– В который раз убеждаюсь в твоей способности найти нужные аргументы в споре.

– Как я могу помнить именно это умение помогает мне на твоей работе.

– И то верно, – Джеймс вернул свой взгляд к монитору ноутбука и вновь стал смотреть на него с сильным напряжением. – Я так понимаю, мы собираемся лететь в Румынию?

– Мы? – я резко поперхнулась и стала сильно откашливаться

– Как минимум, одну тебя туда никто не отпустит. А как максимум сомневаюсь, что ты справишься без знаний местного языка.

– Как же я тебя ненавижу в такие моменты.

– Это в какие?

– Когда ты на все сто процентов оказываешься прав.

– Тогда ты ненавидишь меня круглые сутки.

– Не надейся. И у тебя бывают оплошности.

– Хорошо. Здесь я с тобой соглашусь, – Джеймс широко улыбнулся, а затем достал свой телефон и стал сосредоточенно набирать в нем что-то. Спустя пять минут он оторвал свой взгляд от телефона и посмотрел на меня.

– Что?

– Как думаешь, можно будет оставить твою сестру на несколько дней одну?

– Знаешь, в последний раз это не очень хорошо закончилось. Она чуть не умерла от зубов кровожадных и обезумевших кровопийц.

– Верно. Придется устроить ей неприятный сюрприз.

– Какой ещё сюрприз?

– Вызовем ей ее любимую няню, – Джеймс за малым сдерживал смех внутри себя .

– Только не говори, что ты вызовешь…

– Мэтью Попинс спешит на помощь.

– Он убьёт тебя. А если не убьёт, то пошлёт куда подальше.

– Возможно, но стоит попробовать.

Я обречённо вздохнула, а Джеймс в этот момент, достав свой телефон, стал набирать номер Мэтта. Он включил громкую связь, а я стала сильно нервничать, ожидая ответа в динамике телефона.

– Джеймс, чего тебе.

– Ты еще спишь? Мэтт, Мэтт, Мэтт. Ты стал ленивым.

– Даже если так, то это мое личное дело. Не тебе меня отчитывать.

– Мэтт, привет. У нас к тебе есть одно дело.

– Стефани? – Мэтт тут же проснулся, а затем напряжённо проговорил. – Что случилось?

– Требуется твоя безграничная и бесценная помощь.

– Какого рода помощь?

– Нам с Джеймсом надо будет ненадолго отлучиться из города, и нужно, чтоб ты какое-то время пожил с Кейт.

– Только не это! Даже не просите меня о таком. Это выше моих сил.

– Мэтт, пожалуйста. Для меня это очень важно, а Сью и Чарльз ещё несколько дней будут в отпуске.

– Мэтт, в прошлый раз, когда мы оставили Кейт одну мы совершили грубейшую ошибку. Прошу тебя, давай в этот раз будем умнее и осторожнее.

– Вы мне оба будите должны и довольно крупно.

– Как скажешь, мы на все согласны и будем тебе очень благодарны за твою помощь.

– Я на досуге подумаю, как вы будите со мной расплачиваться – в голосе Мэтта слышался лёгкий задор, что не могло меня не обрадовать.

– Спасибо тебе, Мэтт. Я рад твоей помощи.

– В таком случае я скоро буду.

Мэтт положил трубку, а я и Джеймс сидели с довольными выражениями на наших лицах. В скором времени Джеймс заказал нам два билета до Румынии на завтрашний рейс, который вылетал из аэропорта Нью-Йорка в обед. Я впервые за год испытывала неимоверное возбуждение и нетерпение. Эта поездка могла многое изменить и помочь мне найти того единственного, чей образ заполнил весь мой разум и все мои мысли. «Не важно, кем ты был в прошлом, или кем себя считаешь сейчас. Я знаю, какой ты настоящий и могу спасти тебя от всей этой тьмы внутри».

Глава 3

Мы приземлились в аэропорту Румынии, когда на дворе был вечер. В ноябре в Европе темнело слишком рано, поэтому мы добрались до гостиницы при полной темноте. Джеймс не стал светиться и афишировать свой приезд в Румынию, поэтому, чтоб сохранить наш визит инкогнито, он решил взять машину напрокат. Гостиницу мы резервировали на мое имя, но переговоры ввёл везде Джеймс, как единственный носитель языка. Мы заселились достаточно быстро и разошлись по номерам, чтоб разложить вещи и привести себя в порядок после длительного перелёта. Когда со всеми приготовлениями было покончено, Джеймс зашёл за мной и предложил спуститься в местный ресторан и поужинать. Я была не против впервые за сутки поесть, и с радостью согласилась на его предложение. Перед тем, как отправиться поужинать, мы набрали Мэтта и Кейт, чтоб убедиться, что они в порядке и ещё не поубивали друг друга. Как оказалось, у них было все стандартно. Мелкие разборки, небольшая тренировка, но в целом все проходило хорошо. Убедившись, что дома все в порядке, мы со спокойной совестью отправились с Джеймсом в ближайший ресторан. Придя в местное заведение, которое было в достаточно колоритном стиле, мы заняли место перед окном, где из источников света находился лишь светильник с восковыми свечами внутри. Этот вид на меня тут же навеял воспоминания о моем первом вечере с Дэмианом на крыше ресторана в Праге, где было точно такое же освещение. Джеймс сразу заметил мое грустное выражение лица, и потерянный взгляд в сторону.

– Что-то случилось? На тебе лица нет.

– Ничего страшного. Просто воспоминания разыгрались в голове.

– Что за воспоминания?

– Мы с Дэмианом в Праге сидели в похожем заведении, когда первый раз встретились. Там было точно такое же мягкое освещение.

– Вот как? Я не хотел тебе напоминать.

– Здесь не за что извиняться. Мы для этого сюда и прилетели, чтоб эти воспоминания не приносили больше боль в мою душу.

– Стефани, я все хотел с тобой поговорить об этом, но боялся неправильно начать разговор.

– И о чем ты хотел поговорить?

– Не обидишься, если задам вопрос напрямую?

– Как ты сам сказал недавно, я не обидчивый подросток, чтоб показывать детские обиды.

– Рад это слышать. Стефани, а ты думала о том, что есть вероятность того, что он нас не захочет видеть.

– Думала и до сих пор не перестаю об этом думать. Но я не хочу сдаваться, не попробовав поговорить с Дэмианом.

– Хорошо. Но что, если он совсем закрылся от всех, и не подпустит ни на шаг к себе. Влад может намеренно сделать тебе больно, чтоб оттолкнуть тебя от себя.

– Если он так сделает, тогда мне ничего другого не останется, как оставить его в покое и уехать домой.

– И ты сможешь это сделать?

– Смогу. Я не могу потратить всю свою жизнь в погоне за призраком. Как бы я его не любила, но я не могу потратить всю жизнь на возвращение Дэмиана, – мой голос дрогнул, и я опустила глаза вниз, боясь поднять их на Джеймса.

– Тебе нечего стыдиться. Мы попробуем что-то сделать и вернуть его из тьмы. Но если ничего не выйдет, то мы вернёмся домой, и ты сможешь спокойно жить дальше. Со временем эта боль утихнет. Поверь мне.

– Думаешь?

– По крайней мере, я буду на это надеяться.

– Какой план наших дальнейших действий здесь, в Румынии?

– Хочу выяснить, где так называемый новоиспеченный граф устраивает свой приём.

– И что дальше?

– А дальше достану туда пригласительные на две персоны, и отправимся на званый вечер. Но предупреждаю сразу, твой вампирский друг точно нас там не ожидает, поэтому его реакция может быть непредсказуемой.

– Я готова к этому. Мне нужно понять, все ли у нас потеряно или нет.

– Тогда за завтра, я думаю, мы все организуем, и испортим приём графу Дракуле.

Джеймс злобно сверкнул своими янтарными глазами, чем вызвал некоторый дискомфорт у меня.

Поужинав, мы сразу же направились назад в гостиницу. Усталость брала свое, и я испытывала неимоверную сонливость. Как только мы с Джеймсом попрощались, и я ушла к себе в номер, то я сразу приняла душ и легла в кровать. Сон не заставил себя долго ждать, и я провалилась в небытие буквально за несколько минут. Впервые за всю мою жизнь мне снился слишком реалистичный сон, который больше напоминал видение из прошлого

1457 год н.э. Валахия

Ночное небо возвышалось над величественными башнями замка. Свет тусклой луны слабо пробивался сквозь узкие окна спальни. Из света в большой комнате горели только несколько свечей и камин. Перед камином сидела молодая девушка в ночном платье. Ее темные волосы были собраны в массивную косу, а большие карие глаза следили за тлеющими дровами в камине. Девушка держала в руках кисти, которыми рисовала каждый день перед сном. Сон никак не шёл, поэтому она пыталась хоть как-то занять мысли и руки ремеслом. Девушка не услышала, как с кровати поднялась мужская фигура и, подойдя к ней вплотную, нежно положила массивную руку на ее плечо.

– Ты так и игнорируешь сон по ночам?

– Ты же знаешь, мне ночью легче работается, чем днём.

– Стефания, иногда мне кажется, что ты больше ночной житель, чем человек, – молодой мужчина нежно погладил девушку по голове. – Мне стоит тебя опасаться?

– Влад, ты как никто знаешь, насколько я безобидна, – девушка повернулась в сторону мужчины и прижалась щекой к его массивной ладони. – Особенно для тебя.

– Знаю, но это не отменяет того факта, что твоя ночная деятельность не устраивает меня.

– А вдруг я в прошлой жизни была каким-нибудь ночным зверем? Волком, например, – девушка громко рассмеялась, чем вызвала лёгкое негодование у стоявшего рядом с ней мужчины.

– Не говори так. Такое нежное и милое создание никогда не смогло бы быть кровожадным зверем.

– Меня и вправду пугает кровь. Каждый раз, когда я замечаю ее на тебе, меня пробирает ужас.

– Главное, что она не моя, а моих врагов, – мужчина гордо вздернул свой величественный подбородок. – Я все же правитель, который совсем недавно отвоевал свой трон и пытается утвердить себя и свой авторитет.

– И у тебя все получится, – девушка отложила кисти в сторону и, встав со своего места, подошла вплотную к мужчине. – Ты же знаешь, как я тебя люблю и что я буду всегда с тобой рядом.

– Я хочу в это верить и надеюсь на это. Но в любом из походов меня могут убить, и тогда мы навсегда потеряем друг друга.

– Даже в этом случае я найду твою душу на том свете и буду рядом с тобой, любовь моя, – девушка задрожала, шепча слова еле уловимым голосом. – Чтобы не произошло, моя душа принадлежит тебе, как и твоя мне. И даже сквозь прожитые жизни и века я найду тебя, и подарю тебе вновь свою любовь.

Девушка плотно прижалась к телу мужчины. Он тут же нежно взял ее лицо своими пальцами и, посмотрев в сверкающие глаза супруги, поцеловал страстным и полным любви поцелуем. В этот момент весь мир уходил на второй план, а их души воссоединялись в единое целое.

Я проснулась ранним утром в холодном поту. Я не ожидала увидеть подобные картины перед своими глазами. Явно, что это был Дэмиан и его жена в прошлом. А если быть точнее, то это были я и Дэмиан в давно прошедшие времена. «Неужели между ними была такая сильная любовь? А вдруг из-за того, что я не Стефания, Дэмиан все ещё ждёт ее, а не меня». Все это посеяло во мне сомнения по поводу моего стремления найти Дэмиана. Вдруг, все это было ошибкой и я не должна больше трогать Дэмиана и искать с ним встречи? Я тут же поникла, и меня накрыло сильное расстройство. В дверь моего номера постучали. От неожиданности я громко вскрикнула, испытав дикий ужас и страх. В дверь вновь постучали, но в этот раз я услышала знакомый голос за ней:

– Стефани, ты в порядке? – голос Джеймса за дверью успокоил меня, и я сразу открыла ее.

– Джеймс? Ты меня напугал. Откуда ты здесь взялся, да ещё так рано?

– Некогда спать. Пока ты отсыпалась я выяснил необходимую нам информацию.

– Да? И что за информация?

– Завтра в восемь вечера граф устраивает приём для местной европейской знати, но по факту для сливок тёмного общества. Вроде как познакомиться и утвердить свой авторитет, – Джеймс усмехнулся. – А он, оказывается, похуже меня позер. А казался таким скромным.

– Джеймс, прекрати. Мне сейчас не до шуток.

– Ладно, прости. Не хотел задеть твои чувства. Я зайду?

– Входи. Коридор не лучшее место для обсуждения дел.

Джеймс зашёл ко мне в номер и тут же закрыл дверь за собой. Он был одет в рубашку, джинсы и кроссовки, а на его широких плечах красовался утепленный плащ. По всем признакам на улице был легкий мороз. Я это поняла, поскольку как только Джеймс переступил порог моего номера, от него потянулся шлейф морозного воздуха. Меня от столь неприятной особенности пробрала дрожь. Я стояла в коротком комплекте для сна, состоящим из шорт, топа на бретельках, и короткого халата, трясясь от возникшего в номере холода.

– Ты только встала?

– На часах десять утра местного времени. Чем я, по-твоему, должна заниматься в такую рань?

– Не знаю, – Джеймс пожал плечами, а я вернулась в свою кровать, кутаясь с головой в одеяло.

– Так что тебя привело ко мне так рано?

– Я уже сказал, что завтра состоится приём нашего многоуважаемого графа. Нам с тобой необходимо появиться на этом закрытом торжестве. Или ты не согласна со мной?

– Согласна. Но как мы туда попадём?

– Имея за душой неплохое состояние задача в разы упрощается. Я уже достал пригласительные на себя и свою кузину.

– Как «умно». Что нам ещё потребуется?

– Как любой приём этот требует определённого дресс-кода и соответствующего внешнего вида.

– Что-то вроде осеннего бала?

– Можно не настолько помпезное, – заметил Джеймс и задумался. – Вечернего платья и лёгкого макияжа хватит с головой.

– С этим есть небольшая проблема, – я замялась. – Я не брала с собой вечерних нарядов, и без Кейт мне тяжело привести себя в подобающий вид.

– У нас есть сутки, чтоб выбрать тебе наряд и всю необходимую атрибутику к нему. Завтра утром отправишься в салон, где тебе помогут с внешним видом.

– Спасибо, мистер «фея-крестная», – я вновь стала сильно ворчать на Джеймса. – Я и сама в состоянии справиться.

– В который раз повторю тебе одну и ту же фразу. Я не сомневаюсь в твоих способностях, но я хочу поддержать тебя и помочь, облегчив тебе задачу.

– Ты итак помог мне, когда привёз нас сюда.

– Это само собой, но ты могла бы и самостоятельно долететь до Румынии.

– Могла, а вот дальше я бы растерялась на месте, не зная, что делать дальше.

– Рад быть полезным.

– Что предлагаешь делать дальше?

– Для начала позавтракать, а дальше отправимся по делам. Как тебе такой план?

– Меня устраивает, – я одобрительно кивнула и вылезла из-под своего одеяла. – С тебя завтрак, а я пока отправлюсь в душ. Приведу себя хоть в какой-то порядок.

– Завтракаем в номере, или пойдём куда-то?

– Давай куда-нибудь сходим. Не хотелось бы просиживать свободное время в номере.

– В этом я с тобой полностью солидарен.

Я взяла чистые вещи из шкафа и направилась в ванную комнату. Стоя под горячими каплями, я полностью потеряла счёт времени. Когда я привела себя в порядок, высушила волосы, оделась и нанесла легкий макияж, то поспешила выйти к Джеймсу, который уже давно ожидал меня в номере. Я вышла из ванной комнаты и вернулась в номер. Первое, что я увидела, как Джеймс сидел в кресле и тихо сопел, склонив голову на своё плечо. Впервые за долгое время я видела его таким умиротворенным и расслабленным. В этот момент мне стало его по-настоящему жалко. Джеймс был полностью одинок и решал все проблемы самостоятельно, при этом не позволяя себе никаких лишних эмоций или жалоб. Я очень тихо подошла к парню и тронула его за плечо.

– Джеймс, ты спишь?

– Нет, – сонный голос Джеймса и его невнятное бормотание говорили мне об обратном.

– По мне так ты спал. Я не виню тебя ни в коем случае, но хотя бы не пытайся врать мне.

– Я и не врал тебе. Ты готова?

– Я полностью готова и могу спокойно покорять румынские просторы.

– Я рад это слышать, – Джеймс наконец-то открыл глаза и осмотрел меня в собранном виде. – Ты стала более внимательной к своему внешнему виду. Мне нравится.

– Лучше замолчи по-хорошему. Я могу быть достаточно злобной, если меня сильно вывести из себя.

– Хотел бы я на это посмотреть. Наверно, ничего милее я не видел за всю свою жизнь.

– Ты специально меня провоцируешь и портишь мне настроение?

– Ладно, ладно. Больше не трогаю тебя. Договорились?

– Вполне. Главное, чтоб ты сдержал своё слово.

Весь оставшийся день мы с Джеймсом обходили многие заведения в Румынии. Это были кафешки в старом стиле, с прекрасной и вкусной кухней. Все окружающая обстановка напомнила мне Прагу и ее убранство. Я не показывала Джеймсу свои истинные чувства, но что-то внутри меня подсказывало, что он итак все чувствовал и знал. Я была благодарна Джеймсу за то, что за все время нашей прогулки он ни разу не обмолвился и словом на счёт всей сложившейся ситуации. Мне было намного проще делать вид, что никаких эмоций у меня нет, и меня не разрывает от двойственных чувств по поводу предстоящей встречи с Дэмианом. Как Джеймс и говорил мы успели за день выбрать все необходимое для завтрашнего приёма, а так же записаться в один из местных салонов красоты. В очередной раз я поблагодарила судьбу за то, что мой спутник владел языком на достаточно хорошем уровне и решал все вопросы самостоятельно.

Утром следующего дня мы с Джеймсом по обыкновению позавтракали в одном из близлежащих ресторанов. Сегодня было намного холоднее, чем в предыдущие дни. С самого пробуждения я сильно тряслась от накрывшего меня озноба. Джеймс сидел все время с невозмутимым лицом, поскольку натура оборотня не позволяла ему мёрзнуть. Когда принесли наш заказ, я сразу же накинулась на горячий чай и свежие вафли. Горячая еда помогла мне согреться и справится с внутренним холодом. Как только мы с Джеймсом позавтракали, то сразу отправились готовиться к предстоящему вечеру.

В семь вечера я и Джеймс стояли около входа в гостиницу, и ожидали наш автомобиль. На Джеймсе был надет классический чёрный смокинг. Я решила поддержать стиль своего спутника и выбрала себе строгое платье такого же черного цвета, что и костюм Джеймса. На мое лицо был нанесен неброский макияж, а густые и темные волосы были уложены в аккуратные локоны. Сверху платья я накинула строгий плащ, поскольку с наступлением темноты температура воздуха заметно понизилась. Когда нам подогнали наш автомобиль, мы с Джеймсом сели в салон и направились в неизвестное место. Спустя пару минут молчания я наконец-то решила поговорить с Джеймсом.

– А где будет проходить приём?

– На удивление не в ресторане. Твой граф решил до конца рисоваться и заказал банкет в самом замке Брана.

– Почему именно там?

– Это его родовое поместье, – спокойно пояснил Джеймс. – Видимо, в графе сыграла своеобразная ностальгия.

– Джеймс, я боялась признаться все это время, но сейчас мне жутко страшно.

– В такой ситуации страх – это нормально. Но я могу дать тебе один совет по поводу страха и эмоций.

– Какой ещё совет? На счет чего?

– Не зацикливайся на Дэмиане. Будь готова к тому, что это уже далеко не он. И скорее всего Дэмиана Вайта никто там знать не будет. Для всех он Влад Цепеш и Влад Дракула. Постарайся не забывать об этом.

– Тогда как мне вести себя на этом приеме?

– Примерно так же, как и на осеннем балу. С достоинством и с высокомерием. Не показывай ему все свои эмоции. Это может сыграть с тобой злую шутку. Мужчина должен сам захотеть добиться женщину, но никак не наоборот.

– Это ты мне сейчас советуешь?

– Я. А что тебя так в этом удивляет?

– Как-то странно слышать подобные речи от тебя.

– Я сейчас в роли твоего старшего наставника, который пытается тебе помочь и научить разумным вещам, – строгий голос Джеймса мгновенно осадил меня, и я тут же притихла.

– Хорошо. Тогда я буду придерживаться тебя на вечере, и стараться никак не реагировать на Дэмиана, – я увидела строгий и нахмуренный взгляд Джеймса в свою сторону. – На Влада. Я не буду реагировать на Влада.

– Так-то лучше. Поверь, тебе стоит сразу принять его личность, чем мучить себя, создавая тем самым ненужные проблемы .

– Поняла, – пробурчала я недовольно. – Какие ещё будут указания?

– Для начала общайся со всеми на вечере, как и всегда на подобных мероприятиях. Покажи Владу, что ты спокойна и независима. Поверь, подобная тактика должна задеть его хоть на сколько.

– Странная тактика

– Зато рабочая. А там смотри сама, как тебе поступить лучше. Мое дело предложить.

За разговорами я не заметила, как мы подъехали к огромному замку, который был весь заставлен автомобилями и освещён со всех сторон фонарями. Было довольно странно видеть приём вампира в такой яркой обстановке. В своей душе я была уверена, что все будет довольно мрачно и зловеще, но на практике приём оказался самым рядовым вечером любого людского сборища. Джеймс вышел из машины и тут же помог мне выбраться наружу. Наш автомобиль сразу забрал служащий и уехал в неизвестном направлении. Я стала с опаской озираться по сторонам, а напряжение в душе возрастало с каждой новой минутой нахождения в замке. «Что я скажу Дэмиану когда увижу, и что он скажет мне» думала я про себя, пока кровь в моих висках пульсировала неудержимыми волнами. Мы подошли к входу, где Джеймс предоставил наши приглашения охране. Нас без проблем пропустили внутрь, пожелав хорошего вечера. Мне показалось, что все гости приема были скрытой нечестью. Все движения гостей, их манера общаться и самое главное их взгляды говорили об этом достаточно громко. Я схватила Джеймса за руку, и прижалась плотнее к его массивному телу. Впервые за все время моего знакомства с миром сверхъестественных существ я была к ним настолько близко. Джеймс сразу заметил накрывшую меня панику и нарастающий страх. Он наклонился максимально близко к моему уху и тихо прошептал:

– Эй, тебе нечего бояться. Я рядом, а все гости вокруг пришли сюда далеко не охотиться. Сегодня все они просто знать и гости на приёме местной знаменитости.

– И эта знаменитость Дэмиан?

– Он первородный вампир, начавший огромную историю жизни для многих присутствующих здесь. Его безумно уважают и почитают, практически, как короля.

– Как этот факт должен меня успокоить?

– Тебя они не посмеют никогда тронуть. При любой опасности твой друг тут же покажет, кто здесь главный. Они его боятся и уважают, поэтому тебе нечего опасаться.

– Он даже не в курсе моего нахождения здесь.

– Я же тоже рядом, – Джеймс слегка толкнул меня в бок и улыбнулся. – Тебе ничего не угрожает. Поверь мне.

– Надеюсь, что так оно и есть.

В зале заиграла музыка, и люди вокруг стали разбредаться по парам для медленного танца. Я смотрела на все происходящее с долей страха, но и интереса. Джеймс стоял рядом со мной и боковым зрением следил за каждым моим движением. Я никак не ожидала со стороны Джеймса каких-то манипуляций, но вот он протянул мне руку, безмолвно приглашая меня на танец. Мы с ним не танцевали с самого осеннего бала, когда меня накрыло жуткое стеснение и страх. Сейчас у меня не было страха перед Джеймсом или совместных действий наподобие общего танца. Я улыбнулась Джеймсу и протянула свою руку в его сторону. Под звуки какой-то классической композиции я двигалась в такт с Джеймсом. В этот раз у меня не появилось ни стеснения, ни страха, ни чувства смущения. Я наслаждалась моментом и звуками инструментальной музыки, пытаясь хоть немного отвлечься от тревоги, что ярким пламенем горела в моей душе. Под успокаивающим действием музыки я даже не заметила, как песня давно закончилась, а мы с Джеймсом продолжали стоять посреди танцпола и танцевать. Спустя пару минут Джеймс резко напрягся и наклонившись ко мне вплотную прошептал:

– Мне надо на пару минут отлучиться по делам. Справишься без меня?

– Да, – прошептала я с долей неуверенности. – Что со мной будет?

– В том то и дело, что я боюсь представить, что с тобой может быть.

– Прекрати меня так яростно опекать. Я взрослая девочка и в состоянии за себя постоять. К тому же не забывай, меня не могут убить сверхъестественные существа, поэтому я в безопасности.

– А вот это действительно весомый аргумент. Тогда постой пока тихо в стороне. Я быстро.

Джеймс отстранился от меня и ушёл в неизвестном направлении. Я впервые осталась в полном одиночестве, не представляя, как мне себя вести дальше. Вокруг были сотни неизвестных мне людей, и понять, кто из них кем являлся было практически невозможно. Вновь заиграли звуки саксофона и рояля, а я продолжала стоять аккуратно в стороне, наслаждаясь музыкой. Ко мне подошел неизвестный мужчина. Незнакомец имел видную и привлекательную внешность. Черные густые волосы на голове, темно—зеленые глаза и бледная кожа, напоминающая фарфор высшего качества. Его глаза были скрыты за большими очками в толстой оправе, а на теле красовался чёрный смокинг. Весь мрачный образ незнакомца немного пугал, но когда он обратился ко мне, возникший страх стал тут же отступать.

– Могу ли я попросить у вас один танец? – бархатистый голос незнакомца гипнотизировал. Меня парализовало и захотелось немедленно согласиться на озвученное предложение. Я около минуты стояла и, молча, смотрела на незнакомца.

– Прошу прощения, но кто вы? Мне немного неуютно танцевать с незнакомым мне человеком.

– Большую половину присутствующих здесь гостей сложно назвать людьми, – загадочно произнёс незнакомец. – Но мы с вами все же являемся представителями этого редкого вида на данном мероприятии.

– Так вы человек?

– Практически, да. Поэтому вам нечего бояться, мисс… Как я могу к вам обращаться?

– Стефани Пайнс, – я наконец-то посмотрела в глаза своему собеседнику. – А кто вы?

– Майкл Цепер, – незнакомец взял мою ладонь и поцеловал ее. – Безмерно рад знакомству, мисс Пайнс.

– Взаимно, мистер Цепер.

– Зовите меня Майкл, мы с вами не настолько различны, чтоб создавать этих никому ненужных границ.

– Нормы этикета требуют определённых формальностей в общении с незнакомцами.

– Мы, вроде как, познакомились с вами, – мужчина подмигнул мне. – Я позволю себе ещё раз пригласить вас на танец.

Я долго не решалась принять предложение мужчины, но затем я решила, раз он тоже человек, а не очередной представитель нечисти, почему бы и не согласиться. Бояться мне было нечего. В любой момент ко мне вернётся Джеймс и спасёт меня при любой экстраординарной ситуации. Я аккуратно кивнула своему новому собеседнику, и мы отправились танцевать. В каждом прикосновении Майкла я отчётливо чувствовала энергию уверенности и силы. Словно этот человек был нечто большим, чем просто гостем на званом вечере. Он вёл меня уверенно и слишком активно. Меня немного пугала его напористость, но я ни единым своим видом не показала возникшего страха и смущения. Майкл притянул меня за талию ближе к себе, и расстояние между нами сократилось на максимально возможный уровень. Я почувствовала его горячее дыхание около своей шеи. По всему телу прошлась сильная дрожь. Когда песня наконец-то закончилась, мое лицо пылало, а руки предательски тряслись. Майкл заметно ухмыльнулся, а затем поцеловал мою кисть.

– Благодарю вас за этот танец, мисс Пайнс. Надеюсь, это не последняя наша встреча.

Мужчина отпустил меня из объятий и медленно направился в сторону выхода из зала. Я так и осталась стоять парализованная, не понимая, что сейчас произошло. Я всем своим нутром желала увидеть Джеймса рядом, но его нигде не было видно. Я направилась к столу с шампанским и сразу же осушила пару бокалов, желая хоть немного заглушить стресс внутри себя. Меня все ещё пугало отсутствие Дэмиана на вечере. Я внушила себе мысль о том, что мы зря приехали сегодня и Дэмиан решил проигнорировать вечер, узнав о нашем появлении. Осушив несколько бокалов с шампанским, я почувствовала небольшое воодушевление и дополнительную уверенность. Стеснение и страх стали проходить, и впервые я почувствовала силы в себе. Ища глазами Джеймса, я вышла ближе к середине зала и тут же получила приглашение на танец от очередного незнакомца. Я не задумываясь согласилась, поскольку алкоголь уже дал о себе знать и меня заметно раскрепостило. Я не обращала особого внимания на своего партнёра, но сразу поняла, что он был вампиром. Его взгляд и движения слишком яростно на это намекали. Во мне не было и доли страха к держащему меня монстру, ведь я была уверена, что в любом случае он меня не тронет. Я смотрела жестоким и уверенным взглядом на незнакомого парня, от чего он заметно поёжился. В зале заиграла композиция, которую я не ожидала услышать на подобном вечере. Услышав слишком знакомые слова, я широко открыла глаза и стала безумным взглядом смотреть на своего собеседника. Со стороны музыкантов заиграла инструментальная версия песни «Wicked game», которую исполняет Chis Isaak. Я слишком хорошо знала эту песню и любила ее. Мой собеседник, заметив мою реакцию, вновь потянул меня танцевать в медленном танце.

Тhe world was on fire and no one could save me but you (Весь мир был охвачен огнём, и только ты одна могла спасти меня.)

It's strange what desire will make foolish people do (На что только не способны глупцы ради воплощения своих желаний)

And I'd never dreamed that I'd knew somebody like you (Я и не мечтал о том, чтобы познакомиться с такой, как ты)

And I'd never dreamed that I'd need somebody like you (Я даже не думал, что мне будет нужна такая, как ты.)

No I don't wanna fall in love (This world is only gonna break your heart) (Нет, я не хочу влюбляться (Сердце будет разбито, вот и всё)

No I don't wanna fall in love (Нет, я не хочу влюбляться)

With you… (В тебя…)

With you… (В тебя…)

What a wicked game you played to make me feel this way (Ты сыграла со мной злую шутку, заставив меня почувствовать любовь)

What a wicked thing to do to let me dream of you (Ты проявила бессердечие, позволив мне мечтать о тебе.)

What a wicked thing to say you never felt this way (Ты поступила нечестно, сказав, что не испытывала ничего подобного)

What a wicked thing to do to make me dream of you (Ты поступила подло, заставив меня мечтать о тебе.)

And I don't wanna fall in love (И я не хочу влюбляться)

No I don't wanna fall in love (This world is only gonna break your heart) Нет, я не хочу влюбляться ( сердце вновь будет разбито в дребезги)

With you… (В тебя…)

Слова лились в моей голове так, что я совершенно не замечала реальности и окружающее пространство. В этот момент я почувствовала, как руки моего собеседника оторвались от меня, а его место занял кто-то другой. Меня накрыло сильное чувство страха перед тем, кто занял место моего партнёра. Я продолжала танцевать, как ни в чем не бывало, пряча свои глаза от нового партнёра. Когда песня заканчивалась, я услышала шёпот над ухом, который полностью лишил меня возможности думать и шевелиться.

– Ты сыграла со мной злую шутку, заставив меня почувствовать любовь. Ты проявила бессердечие, позволив мне мечтать о тебе. Ты поступила подло, заставив меня мечтать о тебе.

Собрав всю свою волю и силы, я наконец-то повернулась в сторону своего нового партнёра по танцу. Оттуда на меня смотрели знакомые черты лица, которые сложно было не узнать. Лишь чернота глаз и тьма во взгляде говорили о том, что это не мой Дэмиан, а кто-то совершенно другой.

Глава 4

Я стояла полностью парализованная, не имея возможности двигаться и рационально соображать. Холодный и жестокий взгляд Дэмиана ввёл меня в ступор и лишил последнего здравого смысла. Я могла ожидать всего, но не его резкого появления рядом с собой, да ещё и в танце. Несколько секунд я стояла в полнейшем шоке, но затем отголоски моего здравого смысла напомнили мне слова Джеймса в автомобиле и его советы по поводу моего поведения по отношению к Дэмиану. Собрав всю волю и силы внутри себя, я сделала максимально безразличное выражение лица и сквозь зубы процедила:

– Я так полагаю, вы и есть знаменитый граф Цепеш, и вы являетесь хозяином данного приема. Рада с вами познакомиться лично, мистер Цепеш.

– И что это значит? – Дэмиан стоял с растерянным лицом, явно не ожидая такой реакции с моей стороны.

– Что я рада познакомиться с вами лично, Владислав Цепеш – я специально сделала акцент на настоящем имени Дэмиана, после чего пристально впилась в него своим взглядом.

– Джеймс тебя посвятил?

– Я не понимаю, о чем вы. Но ваша личность не так уж и скрыта от глаз. Обладая хоть небольшим, но рациональным мышлением, несложно было прийти к определённым выводам, мистер Цепеш.

– Может, хватит делать акцент на моем имени?

– А разве это не имя, данное вам при рождении? Вы так долго его скрывали, а теперь стесняетесь? – я старалась вложить в свои слова максимальное количество сарказма и презрения, чтоб вызвать у Дэмиана самые неприятные чувства.

– Я не стесняюсь своего имени. Но от тебя не очень комфортно его слышать.

– А в чем разница между мной и вашими гостями? – я наиграно усмехнулась. – Лишь в том, что ни одно существо на сегодняшнем вечере не может меня убить. Хотя, вдруг у вас это получилось бы? Ведь вы, по факту, и дали мне жизнь.

– Стефани, прекрати нести эту чушь, – Дэмиан начинал постепенно выходить из себя, и его лицо становилось все острее и острее.

– Я не считаю свои умозаключения чушью, – гордо заявила я, повернувшись к Дэмиану спиной. – Хорошего вам вечера, мистер Цепеш.

В этот момент я безумно хотела обернуться и посмотреть на реакцию Дэмиана. Но все мое нутро кричало о том, что этого никак нельзя допустить. Нужно всем своим видом и отношением показать, что я свободна от него и ни в коем случае не одержима, хотя по факту, так оно и было. Я не знаю, что Дэмиан чувствовал или не чувствовал ко мне, но когда я вышла на пустынную террасу, то почувствовала присутствие кого-то рядом с собой. Не оборачиваясь на своего преследователя, я спокойно встала у края ограждения и стала глубоко вдыхать морозный воздух холодной ноябрьской ночи. Несложно было догадаться, что Дэмиан последует за мной. Впервые за прошедший год мы остались наедине без лишних глаз и ушей рядом. Я не хотела начинать разговор, ожидая, что Дэмиан начнет его первым.

– Что ты здесь делаешь и как ты нашла меня? А самое главное, зачем?

– Я пришла со своим спутником на званый вечер представителя местной знати, – мой голос оставался таким же холодным и безразличным, как и в помещении, что вызывало у Дэмиана противоречивые чувства.

– Только не рассказывай мне эти сказки. Ты приехала с определёнными целями и для чего-то. Поэтому я спрошу тебя еще раз. Что ты здесь делаешь и чего ждёшь.

– А вы стали нетерпеливы, мистер Цепеш. Помнится, раньше у вас было намного больше выдержки и терпения.

– Я не вижу смысла в долгих пререканиях и в хождении вокруг да около.

– А кто говорит о пререканиях? Разве у вас есть ко мне претензии или недовольства?

– У меня лишь одно недовольство по отношению к тебе, – Дэмиан перешёл на шёпот. – Ты не должна была меня искать и приходить на встречу.

– То есть, вы жалеете о моем присутствии сегодня здесь? Я правильно вас поняла?

– Да… Нет… Стефани, все сложно, – лицо Дэмиана и его голос стали немного рассеянными и неуверенными, что было не типично для него.

– Если все так сложно, тогда я признаю свою ошибку

– Ошибку?

– Да. Моя ошибка в том, что я искала встречи с вами все это время и в том, что хотела увидеть вас ещё раз. Все это время я мечтала отыскать в вас все того же человека, которого когда-то встретила в Праге на ступенях того злополучного ресторана… – мой голос дрогнул и эмоции дали трещину. Было сложно сохранять самообладание, поэтому я резко отвернула своё лицо от Дэмиана, чтоб он не видел моих истинных эмоций.

– Стефани, ты должна была понять, что я давно уже не тот человек. И в общем уже не человек.

– По мне, так при нашей первой встрече твоя сущность вампира никуда от тебя не делась и была все время при тебе, – не знаю почему, но весь мой формализм в одно мгновение спал, и я стала разговаривать с Дэмианом в обычной манере.

– Отчасти, ты права, но тогда все было иначе. Сейчас все намного сложнее и не так просто.

– Так объясни в чем сложность? Что могло так поменять тебя? – я резко повернулась к Дэмиану лицом и впилась в него своими карими глазами.

– Ты знаешь, что.

– Нет, не знаю. Ты убил Викторию ради меня, подчинил своих подданных, опять-таки ради меня. Но я не понимаю, почему ты решил отказаться от меня?

– Я решил? – Дэмиан резко вскрикнул, и его лицо исказилось от злости. – Ты смотрела на меня как на чудовище, крича и умоляя меня исчезнуть из твоей жизни! Ты испытывала неимоверное отвращение и говорила о том, что никогда не примешь меня таким. Так о чем ты сейчас говоришь?

– Я… Я просто… – я вспомнила ту страшную ночь на складе, и все болезненные воспоминания мигом вернулись ко мне. Я уже и забыла, как кричала и отталкивала Дэмиана в тот вечер. Осознание своего же провала болезненно отдалось в моей душе.

– Не я это начал. Это была твоя просьба и твоё решение. Я всегда поддерживаю свободу воли и выбор человека, каким бы тяжёлым он для меня не был.

– Дэмиан, я была не права и совершила ужасную ошибку.

– Нет. Ты была права. Теперь все мы на своих местах и занимаемся тем, чем и должны заниматься. Я теперь буду держать всех под жёстким и пристальным контролем, и тебе ничего не будет угрожать. Ты спокойно проживешь свои шестьдесят лет и проживёшь их полноценно.

– Откуда у тебя уверенность в том, что так оно и будет? Я живу в доме оборотня и в стае, будучи обычным человеком.

– Оборотни не самая плохая и опасная компания для тебя, – для меня было очевидно, что Дэмиан больше убеждает себя в этом, чем меня.

– Я не согласна с тобой, – прошептала я и на моих глазах выступили слёзы. – Я не могу чувствовать себя полноценно и счастливо. Я всегда буду отличной от них и до конца не смогу влиться в их общество. Я не смогу быть счастливой без тебя.

– Тебе и не надо этого делать. Тебе стоит оставить все позади и жить обычной и размеренной жизнью самого обычного человека. Это будет самым целесообразным для тебя решением.

– Как ты себе это представляешь? Я делаю вид, что ничего этого не было, что мы никогда не встречались, что я не в курсе обитающей вокруг меня нечисти? Ты так себе это представляешь?

– Я ничего не представляю. Я лишь пытаюсь вразумить тебя и пытаюсь убедить тебя жить дальше и жить нормально.

– Дэмиан, ты серьезно считаешь, что после всего того, что было, я смогу жить нормально?

– Я на это надеялся и до сих пор надеюсь.

– Тогда ты глубоко ошибаешься.

– Даже если и ошибаюсь, это ничего не меняет. Я принял для себя решение с которым буду жить дальше.

–А я вот не принимала никаких решений. Я не хочу оставлять все как есть, и я хочу попытаться помочь тебе прийти в себя.

– Стефани, хватит, – Дэмиан резко оборвал меня, а его лицо вновь озарила сильная злоба. –Я не хочу этого слышать. Только не теперь.

– Объясни, что сейчас заставляет тебя так себя вести со мной?

– Я уже несколько раз тебе объяснил все. Я не Дэмиан Вайт и больше никогда им не смогу быть. Я Влад Дракула, правитель Валахии и первый вампир в истории человечества. Я положил начало всем бесчинствам и убийствам, что преследуют человечество последние шесть веков. Разве тебя это не пугает?

– Нет, не пугает. То, что было в прошлом осталось там. Важно лишь то, что ты хочешь от жизни в будущем.

– Я хочу одного, – шёпот Дэмиана был еле различим в полумраке темной террасы.

– И чего же?

– Чтоб мы навсегда оставили эти иллюзии и расстались подобающим образом.

– Ты… Ты уверен? – я не могла поверить в услышанные слова. Я ожидала любой реакции от Дэмиана. Но чтоб он так открыто меня отталкивал я никак не могла представить даже в своих самых худших кошмарах.

– Я уверен в этом, как никогда. Ты должна уехать домой и заниматься своей жизнью. Я могу пообещать тебе, что никогда не нарушу твой покой и отныне никогда не появлюсь в твоей жизни. Ты свободна от всего этого бардака и у тебя есть шанс построить нормальную жизнь.

– Жизнь без тебя не будет нормальной.

– Поверь, без меня она будет как никогда нормальной. Выйдешь замуж, заведёшь семью, построишь карьеру. Что ещё тебе для счастья надо?

– Ты… – прошептала я и мой голос сорвался. – Мне нужен ты.

– Нет, Стефани. Я тебе не нужен и никогда не нужен был.

– А как же прошлое? – я вспомнила свои видения накануне ночью. – Ты и Стефания. Вы были здесь, в замке. Вы были счастливы и клялись друг другу в вечной любви.

– То, что было тогда давно прошло и не имеет отношение к настоящему.

– А мне так не кажется. Я вижу видения прошлого, Дэмиан. Как ты и она, то есть я вместе. Мы в темной комнате с огромным камином, Стефания рисует, а ты обвиняешь ее в ночном образе жизни. Она клянётся тебе в вечной любви, так же как и ты ей. Вы обещаете найти друг друга даже сквозь жизни и года. В конце она говорит тебе о том, что у вас одна общая душа на двоих. Разве такая любовь может просто так пройти в никуда? Сомневаюсь.

– Ты… Ты это видела? – Дэмиан широко открыл глаза от удивления и теперь немигающим взглядом смотрел на меня.

– Да, видела. Вот уже несколько ночей вижу и не могу ничего поделать с собой.

– С чего начались эти видения? – Дэмиан как будто резко откинул все свои мысли в сторону и теперь был сосредоточен только на моих видениях.

– Не знаю с чего. Просто начались и все.

– Что-то должно было их запустить.

– Здесь я тебе не помощник. Я не разбираюсь в сверхъестественной чертовщине и в принципах работы древних душ. Я знаю лишь одно, как только я прилетела сюда и стала думать о тебе и о нас, тогда все и началось.

– Думаешь, тебя пробудила родная земля?

– Я не знаю! Я лишь хотела увидеть любимого человека и вернуть тебя. Но как я поняла, это все было бесполезным занятием. Ты сделал выбор остаться во тьме и без меня. Значит, так тому и быть.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Что я устала гоняться за призраками. Раз ты решил, что так тебе и мне будет лучше, отлично. Этот вечер будет нашим последним вечером, а далее каждый пойдёт своей дорогой. Ты же этого хотел?

Между нами повисло тяжелое молчание. У меня больше не осталось сил спорить или припираться с Дэмианом, а он, видимо, сильно растерявшись, тоже не говорил ни слова. Мы долго стояли, молча, на балконе, и каждый из нас погрузился в собственные мысли. Дэмиан подошел ко мне вплотную и, взяв меня за руку, прижал к себе и стал медленно танцевать. Я не проронила ни слова, но поддалась порыву и прижалась к его груди. Было странно вот так качаться вместе с Дэмианом, слегка касаясь его своей кожей. По мне прошлась сильная дрожь, но не от холода, царившего вокруг на улице, а от нервного перенапряжения. Дэмиан это все чувствовал, но продолжал сжимать меня в своих объятьях.

– И как нам дальше быть?

– Как мы и сказали, станцуем этот прощальный танец и разойдёмся навсегда каждый своим путем.

– Мне теперь называть тебя Владом? Или как к тебе теперь обращаться?

– Называй меня, как хочешь. Влад – это мое истинное имя, и как ты сказала, это имя данное мне при рождении. Дэмиан Вайт был лишь маской и способом казаться тем, кем я, по сути, не являлся.

– А мне нравился Дэмиан Вайт, – прошептала я и по моей щеке медленно скатилась одинокая слеза. – Я буду скучать по нему.

– Я тоже, Стефани. Я тоже.

Дэмиан прижал меня ещё крепче к себе и казалось, что он пытался запомнить каждый сантиметр моего тела, каждый изгиб и каждый мой вздох. Я стояла рядом и боялась пошевелиться. Всем своим существом я хотела остаться в этом моменте навечно, и никогда не прекращать его. Спустя неопределённое количество времени я все ещё стояла плотно прижимаясь к Дэмиану. Не знаю, сколько мы так простояли в подобном положении, но вскоре Дэмиан отстранился от меня и посмотрел прямиком в мои глаза:

– Чтобы не произошло моя любовь к тебе будет жить, и жить вечно.

– Дэмиан, прошу…

– Нет. Молчи и ничего сейчас не говори. Я хочу просто высказаться тебе и отпустить. Выслушай меня молча.

Я еле заметно кивнула и подняла свои глаза на Дэмиана. Сейчас он вновь напомнил мне того самого парня, которого я помнила и любила. Его глаза прояснились и приобрели знакомый зелёный оттенок, волосы аккуратно спадали на глаза, а черты самого лица разгладились и стали более плавными. Я протянула руку к лицу Дэмиана и нежно провела ладонью по его поверхности. Что было удивительным, Дэмиан не остановил меня. Он закрыл глаза и стал учащенно дышать в ночи.

– В таком случае я слушаю тебя.

– Я пытаюсь собраться с мыслями и подобрать нужные слова. Но мне не хватает всех слов в этом мире, чтоб описать свои чувства и эмоции.

– Если тебе так сложно, то может не стоит все это начинать? – я говорила с надеждой в голосе, цепляясь за любой шанс вразумить и остановить Дэмиана.

– Стефани, все кончено, – прозвучавшие в тишине слова словно гром среди ясного неба пронзили окружающее пространство. – Я навсегда останусь Владом Дракулой, который будет держать вампиров под контролем и я буду пытаться контролировать всю нечисть в мире. Я никогда не вернусь к прежнему образу жизни обычного человека. Я прошу тебя оставить все попытки вернуть меня и оставить идею вернуть наши отношения.

– Но, Дэмиан…

– Влад. Называй меня своим именем. Хватит поддерживать эту иллюзию.

– Хорошо. Влад, ты вот так разом готов перечеркнуть все свои эмоции и обещания?

– О каких обещаниях идёт речь?

– О тех самых, который ты давал Стефании. Ты ее воскресил, но бросил одну. Точнее говоря ты меня бросил одну, а это, в принципе, одно и тоже.

– Ты не права. Ради тебя я все это и делаю. Ты просто пока этого не понимаешь.

– Внушай себе что хочешь, но я знаю, что сейчас тобой движет эгоизм.

– Эгоизм?! И в чем он проявляется?

– В том, что ты выбрал самый лёгкий путь из всех доступных. Просто оставлю эту девушку одну и пусть она сама справляется со всем. Я же буду себе сидеть на своём кровавом троне и строить из себя великого предводителя нечисти.

– Ты совершенно не права сейчас в своих выводах.

– Может быть, а может и права. У каждого из нас своя правда.

– Правда всегда одна. Ее не может быть несколько.

– Значит, каждый из нас видит ее по-своему.

– Стефани, прошу тебя в последний раз, просто живи дальше и забудь обо всем этом.

– Это твоё последнее слово?

– Это моя просьба к тебе.

– Раз ты так просишь, хорошо, – меня резко передернуло и мое лицо исказилось от злости и обиды. – Я больше не буду искать встречи с тобой и оставлю тебя в покое. Теперь ты счастлив?

– Нет, и никогда не буду, – Дэмиан шептал свои слова слабо уловимым голосом, отведя свои глаза от меня, но затем он более уверенно добавил. – Никто не говорит о счастье. Здесь речь идет о спокойствии нас обоих.

– Я рада, что принесла тебе спокойствие, – я отвечала Дэмиану с максимальной злостью и презрением. – На этой ноте я оставлю вас, мистер Цепеш. Всего вам наилучшего в вашей вечной жизни, граф Дракула!

Не выдержав давления, я резко подорвалась со своего места и кинулась прочь от Дэмиана. Горло обжигала желчь и недосказанность, а глаза щипало от слез. Вбежав в зал, где огромное количество незнакомцев активно проводили этот вечер, я не могла сообразить, что мне делать дальше и куда идти. Бегая глазами по толпе в поисках Джеймса, я заметила хоть одно, но знакомое лицо. Плюнув на все нормы приличия и морали, я быстро направилась в сторону своей цели.

– Мисс Пайнс, рад вновь встретиться с вами, – я расслышала бархатистый голос Майкла сквозь шум окружающих меня голосов.

– Взаимно, мистер Цепер, – я произнесла слова слишком нервно, что не мог не заметить мой собеседник.

– Вы в порядке? Вы чересчур бледны по сравнению с нашей последней встречей.

– Я в порядке. Просто немного перехватило дыхание. Видимо, большое количество людей вызвало у меня лёгкую панику и недостаток кислорода.

– Могу ли я предложить вам стакан холодной воды на свежем воздухе? – Майкл говорил мягко и учтиво, что вновь вызвало у меня чувство уверенности в нем и в его благих намерениях на мой счёт.

– Признаюсь честно, не откажусь от столь заманчивого предложения.

Майкл протянул мне свой локоть и, жестом указав на него, подставил мне руку для опоры. Я немного поколебалась, но вспомнив последние события, откинула все сомнения прочь и взяла своего нового знакомого под руку. Впервые я обратила внимание на то, что несмотря на свою худобу в Майкле чувствовалась сила и уверенность. Он был словно миллиардер из фильмов про слишком самоуверенных супергероев. Когда мы вышли на улицу Майкл повёл меня куда-то в сторону от замка, где по всей видимости располагался сад. В ночном свете здесь было довольно мрачно, но я давно перестала испытывать страх перед темнотой. Я знала, что твари, обитающие в тени если и опасны, то точно не для меня. Майкл шёл уверенным шагом вглубь сада, периодически кидая на меня короткие взгляды. Мы дошли до небольшого фонтана, вокруг которого располагались каменные лавки и Майкл предложил устроиться на одной из них. Когда мы расселись, я поняла, что жутко смущаюсь своего поступка. Я вытащила незнакомого мне мужчину в ночной сад наедине с собой. Теперь я не знаю, что ему сказать и как себя вести. Ситуация была абсурдной и глупой одновременно. Майкл, заметив мое смущение и неуверенность, в итоге первый начал разговор, говоря при этом слова как можно мягче.

– Мисс Пайнс, вам легче?

– Прошу вас, называйте меня Стефани. Когда вы так говорите я чувствую себя так, словно мне далеко за пятьдесят.

– Пятьдесят лет не самый плохой возраст, – впервые Майкл шутил и на его лице промелькнули озорные искры.

– Вы так считаете?

– Считаю. Не ставьте себе границ из-за возраста, ведь по факту это всего лишь цифры, не более.

– Интересная у вас философия для человека.

– Вампир, человек, или ещё кто-то, какая разница между нами? Все мы испытываем чувства, все мы живем и хотим одного.

– И чего же?

– Жить счастливо и полноценно. Разве не к этому стремится каждое живое существо во вселенной?

– Если честно я не могу вам дать однозначный ответ на этот вопрос, – я задумалась. – Но я знаю одно. У каждого понятия счастье и счастливая жизнь различны.

– Полностью с вами солидарен. Но общие понятия у всех едины.

– А какие у вас понятия? Что для вас счастье и счастливая жизнь? – я пристально смотрела на своего собеседника, пытаясь хоть немного почувствовать эмоции этого загадочного мужчины.

– Для меня счастье жить без гнета и свободно. Я хочу полностью контролировать свою жизнь и делать в ней то, что я считаю нужным.

– Довольно туманное определение.

– Зато правдивое, – голос Майкла в миг стал холодным и твёрдым. – Я не признаю ложь и всегда говорю правду, какой бы горькой и неприятной она не была.

– Громкие слова, не находите? – я попыталась изобразить скептицизм на лице, но Майкл не обратил особого внимания на мои слова.

– Если вы не против, то проверьте на практике мои слова.

– Что вы имеете в виду?

– Спросите меня о чем угодно, и я вам отвечу максимально честно.

– А как я узнаю, правду вы говорите, или нет?

– Здесь вам придётся положиться на свою интуицию или шестое чувство, – вновь Майкл усмехнулся и пристально посмотрел на меня. – Согласны?

– Даже не знаю, – от столь странного предложения я сильно растерялась. – Я вас не знаю, чтоб о чём-то спрашивать.

– Вот вам и повод узнать. Любой вопрос и я ваш.

– Хорошо, – я выпрямила спину и стала судорожно перебирать в голове варианты того, что я могу спросить у незнакомого мне человека. Банальные вопросы о семье, работе и жизни задавать не хотелось. Мне хотелось узнать что-то личное, что-то тайное и интересное. В голове никак не мог сформироваться вопрос, но вот на меня резко снизошло озарение. В голове возник чёткий образ и связанный с ним вопрос, который я тут же озвучила вслух. – Что вас связывает с хозяином вечера? Если вы человек, то это довольно странно, что он пригласил вас на свой вечер. В связи с чем возникает логичный вопрос, откуда вы знаете Влада Цепеша.

Услышав мой вопрос мужчина замер. Он сидел неподвижно в одной позе и его глаза стали непроницаемые. Казалось, что он смотрел куда-то за пределы сада, а его разум отправился в небытие. Меня это немного напугало и вызвало сильное чувство тревоги внутри. Прошло большое количество времени прежде чем Майкл ответил на мой вопрос.

– С Владом нас связывает очень многое, – голос мужчины стал задумчивым. – У нас было бурное совместное прошлое.

– И что конкретно вас связывает? – ответ Майкла меня удивил, и я захотела узнать более подробно о его связи с Дэмианом.

– Как я сказал, у нас было общее совместное прошлое.

– Это не полноценный ответ, – я говорила с легким обвинением в голосе. – Вы обещали быть честным, так держите своё слово.

– Я его и не нарушал. Влад и я были когда-то близки, и меня с ним связывает очень многое.

– Например?

– Я думаю, этот вопрос вы при желании зададите самому Владу, – Майкл усмехнулся, как будто зная, что я этого не сделаю.

– В таком случае ответьте мне на вопрос. Как вы познакомились с Владом Дракулой?

– Это было случайное знакомство, которое каждый из нас никак не планировал специально. Можно сказать, что нас свела сама судьба.

– Вы снова говорите загадками, – я напряглась и недовольно покосилась на Майкла.

– Так, вроде, Влад сам по себе личность загадочная, – я заметила знакомые искры в зеленых глазах мужчины. – Поэтому все вокруг него окутано тайнами.

– От ваших ответов этих тайн становится только больше.

– Это не от меня и моих ответов тайн становится больше. Скорее сам Влад порождает эти тайны вокруг себя.

– Что вы хотите этим сказать?

– Ничего, – Майкл резко встал с лавки, вернув при этом своё непроницаемое лицо. – А что вас связывает с ним?

– Мы… – меня немного затрясло от страха и волнения. Такого вопроса я никак не ожидала, поэтому ответа на него у меня не было. – Он был клиентом банка, где я работаю. Так получилось, что меня направили в Европу провести с ним переговоры, где мы собственно и познакомились. Влад оказался очень любезным и гостеприимным хозяином, который провёл мне интересную экскурсию. После этого мы стали поддерживать дружественные отношения.

– Интересно, – задумчиво произнёс Майкл. – Откуда тогда вы просвещены о его природе и истинной сущности?

– Это вышло случайно, – я стала перебирать в голове все варианты правдивой лжи для Майкла. – Мою сестру схватил вампир, а Влад помог ее спасти и раскрыл себя.

– Он раскрыл себя ради вас? Это нетипично для него.

– Я бы так не сказала. Не знаю, какое у вас было прошлое, но Влад довольно учтивый и внимательный, пусть даже и вампир. Я бы сказала, что он истинный человек чести. Более благородных людей я не встречала.

– Правильно, потому что Влад не человек, – Майкл произнёс слова с издевкой и легким презрением.

– Даже если так, но он по поведению больший человек, чем многие настоящие люди.

– У вас к нему довольно трепетное отношение. Он его разделяет?

– Нет. Это одностороннее отношение с моей стороны. Точнее, отсутствие отношений. Мы с мистером Цепешем все выяснили, и остались хорошими друзьями.

– Вот как? – брови Майкла поднялись вверх от удивления, а затем он загадочно улыбнулся.

– Да. Поэтому давайте закроем неприятную для меня тему. Мне немного неловко об этом говорить.

– Как скажите, Стефани, – Майкл стал что-то обдумывать у себя в голове. – Предлагаю вернуться в зал, пока вы совсем не околели.

Мы медленными шагами вернулись в зал, где приглашённые гости продолжали веселиться. Музыка, танцы, алкоголь и веселые голоса, все это наполняло окружающее меня пространство. Как только мы вернулись в зал Майкл распрощался со мной, пожелав мне удачи. Я не поняла, что все это значило, но что-то подсказывало мне, что это не последняя наша встреча. Оставшись одной, я вновь стала бегать глазами по окружающим меня людям потерянным взглядом. В этот момент кто-то схватил меня крепко за руку, от чего я громко вскрикнула.

– Твою мать, Стефани, где тебя носило?!

– Джеймс, ты меня напугал! – я повернулась к Джеймсу лицом и ударила его по руке.

– Это я тебя напугал? Ты пропадаешь неизвестно куда и с кем. Я бегаю по всему замку в поисках тебя, а ты говоришь, что это я тебя напугал? Извини, но по испугам ты занимаешь почётное первое место.

– Никуда я не пропадала. Посмею тебе напомнить, что это ты оставил меня одну и ушёл в неизвестном направлении. По-твоему, мне надо было часами стоять у стенки и ждать тебя?

– Ты права, – Джеймс изобразил тяжелый вздох. – Я не должен был тебя оставлять надолго одну. Ты в порядке?

– Если честно, то нет. Я не в порядке.

– Что-то случилось?

В зале наступила гробовая тишина, а свет стал приглушённым. Все присутствующие устремили свой взгляд в сторону лестницы, куда был устремлен яркий луч прожектора. Луч света освещал несколько фигур, одной из которых был Дэмиан. Вперёд вышел статный мужчина, которому на вид было лет пятьдесят. Он взял в руки микрофон и твёрдым уверенным голосом произнёс:

– Добрый вечер, многоуважаемые гости. Настало время представить вам виновника сие торжества. Прошу вас любить и жаловать потомственного дворянина, унаследовавшего титул своих предков. Владельца многих земель и богатств своего рода. Человек большой чести, олицетворяющий благородство и силу своего вида. Граф Владислав Дракула Бесараб Третий.

Все окружающие стали громко хлопать и восторженным взглядом смотреть на фигуру в темном костюме. Мне резко стало плохо, и в животе возникла нестерпимая тошнота. В голове всплыл наш недавний разговор, от чего защемило грудь, а дыхание перехватило. Джеймс, заметив мою реакцию, подхватил меня под руку, удерживая на своих руках.

– Что с тобой?

– Ничего, – прошептала я, задыхаясь.

– Не думаю, что это так называется. Может, расскажешь, что здесь произошло пока меня не было?

– Я тебе расскажу, но после того, как мы уйдём отсюда и желательно как можно дальше и скорее.

– Уверена, что мы закончили?

– На все сто. Я хочу уйти прямо сейчас и больше никогда не возвращаться сюда.

– Хорошо. Надеюсь, ты расскажешь мне по дороге обо всех событиях этого вечера.

– Я тебе расскажу все, но на борту самолёта, который будет везти нас домой, как можно дальше отсюда. Хватит с меня Европы и всего этого «вампирского» общества.

Глава 5

За окном вечерело, а лучи закатного солнца скрывались за линией горизонта. Температура опустилась до минусовой и на стекле стали проявляться незамысловатые морозные узоры. Я внимательно наблюдала за этим процессом, когда за окном стали мелькать белоснежные крапинки снежинок. Зима только недавно вступила в свои права, но первый снег не заставил себя долго ждать. Завтра заканчивался мой отпуск, чему я была безумно рада. Я с нетерпением ожидала возвращения на работу, и возвращения к обычной человеческой жизни. Мы с Джеймсом вернулись домой без особого настроения, что не утаилось от наших домочадцев. Чарльз и Сью не стали задавать никаких вопросов, в отличии от Кейт. Она всеми силами пыталась вытянуть из нас хоть слово о нашей поездке, но все ее попытки с треском проваливались. В один момент Джеймс даже включил альфу и успокоил Кейт с помощью своего приказного тона, не дав ей шансов на дальнейшие расспросы. Сестра мгновенно подчинилась и оставила свои попытки узнать интересующую ее информацию. Я не горела особым желанием распространяться о нашей с Джеймсом поездке, поэтому все, что произошло в Румынии, мы решили оставить в тайне. По факту, ничего страшного в этом путешествии не было, но мой разум отказывался обсуждать Дэмиана. Единственным человеком, кто знал все от начала и до конца был сам Джеймс, которому я рассказала обо всем ещё во время нашего с ним полёта домой. На мое удивление Джеймс воспринял все довольно спокойно и без доли осуждения. Он попробовал поддержать меня, но говоря при этом о том, что все это к лучшему и мне не стоит убиваться из-за всего произошедшего.

– Как бы тебе не было тяжело, ты должна идти дальше не смотря ни на что. В любом случае рано или поздно, но все наладится.

В такие моменты Джеймс говорил со мной тоном любого психотерапевта на сеансе. Я не знала, как реагировать на эти слова, но в душе понимала, что он был прав. Все это стоило оставить в стороне, как всего лишь воспоминание о прошлом, которое когда-то было, но прошло. Судьба сложилась так, что наши пути с Дэмианом разошлись, и нам не суждено было быть вместе по всем законам любовного жанра. С этой мыслью я теперь просыпалась и засыпала каждый новый день. Не буду отрицать, я все ещё чувствовала обиду, боль, злость и ненависть ко всему произошедшему. В тоже время я пыталась перебороть все эти чувства и отпустить их.

Сегодня выпал первый снег, что символизировало приближение Рождества. В этом году вновь намечался рождественский ужин в доме Джеймса, что не могло не радовать меня. Я до сих пор благодарила высшие силы за то, что послали мне Джеймса и всю его семью. Эти люди для нас с Кейт стали настоящей семьей, которая с теплом приняла нас в свои ряды. Совместные выходные, обмен рассказами и новостями, а так же совместные праздники, создавали ощущение близости и семейного единства. Не знаю, как бы я справлялась со всеми своими переживаниями без Джеймса и его семьи, но думаю, что это было бы довольно сложно без близких людей рядом. Я решила, что все свое внимание и силы буду отдавать работе и устройству Кейт в колледж. Несмотря на все мои уговоры, сестра решила пойти учиться на писателя. Она решила направить свои документы во все университеты Нью-Йорка, после чего выбрать один из тех, куда она пройдёт по результатам вступительных испытаний. Хоть я и не сильно одобряла ее решение, но поддержала сестру и пожелала удачи в поступлении. Она стала много времени проводить в школе после занятий, занимаясь общественной деятельностью. Помимо этого Кейт стала дополнительно заниматься с преподавателями по необходимым ей предметам, и много времени отдавала учебе. Стремление младшей сестры и ее упорство радовали и вдохновляли меня. Раз моя сестра смогла пережить смерть и превращение в оборотня, то и я смогу жить дальше и жить полноценно, даже после расставания с любимым, но не совсем человеком моего сердца.

На следующий день я сидела на своём месте в приёмной Джеймса и пыталась влиться в рабочий процесс. Сегодня мы с Джеймсом опоздали на работу. Из-за выпавшего снега с самого утра на дорогах возникли жуткие пробки. Из-за нашего опоздания Джеймс сильно завёлся и был не в духе в течении всего рабочего дня. Когда Джеймс был таким, я старалась как можно меньше контактировать с ним, чтоб не допустить ссор между нами. Отвечая на очередное письмо одного из наших партнеров, я услышала, как мой мобильный телефон стал активно вибрировать, оповещая о входящем вызове. Я смотрела на цифры неизвестного номера с недоверием и тревогой. Телефон замолчал, но через минуту вновь раздался звонок от неизвестного мне абонента. В моей душе разыгралась фантазия на счёт того, что вызывающим абонентом мог оказаться Дэмиан. «Вдруг, он одумался и понял, что все это ошибка, как и наше прощание?». Тем временем телефон замолчал, а я стала заново набирать неизвестный мне номер. После недолгих гудков я услышала мужской голос, который явно принадлежал не Дэмиану:

– Мисс Пайнс, я уже подумал, что вы решили меня игнорировать.

– Мистер Пирс?

– Весь к вашим услугам.

– Чем я могу вам помочь?

– Вы действительно можете мне помочь. Надеюсь, что вы помните о нашей договорённости?

– Договорённости? – я непонимающе смотрела в сторону окна, перебирая в голове все возможные варианты.

– Мисс Пайнс, насколько я могу помнить, вы мне обещали деловой ужин.

– Точно… – теперь я вспомнила о нашем разговоре у Джеймса во дворе. Мне стало дико неудобно и стыдно за своё обещание, данное совершенно незнакомому мужчине.

– Как вы смотрите на возможность выполнить своё обещание?

– Я никогда не отказываюсь от своих обещаний и прилежно выполняю все свои обязательства.

– Не сомневаюсь в этом, – в голосе Пирса я уловила лёгкую усмешку. – Какие у вас планы на сегодняшний вечер?

– Отправиться после работы домой.

– Я хотел быпредложить вам провести этот вечер вне дома и в интересной компании.

– Сегодня я не планировала встреч, тем более делового характера. Мой внешний вид не предназначен для подобной встречи.

– Разве ваше место работы не предполагает поддержание делового стиля в одежде?

– Предполагает, но на деловые ужины приходят немного в ином виде.

– Прекратите искать отговорки. Вы сами говорили о том, что не отказываетесь от своих обещаний, но сейчас вы делаете как раз все с точностью да наоборот.

Слова Пирса меня задели и обидели. Никто и никогда не обвинял меня в нечестности. Этот мужчина явно был из тех людей, которые являлись психологическими манипуляторами. Он знал на что и как давить, чтоб добиться своих целей. Это и пугало и напрягало одновременно. Моя гордость в этот момент взбунтовалась и требовала доказать мужчине, что он неправ в своих выводах на мой счет.

– Хорошо. Скажите, где и во сколько вы будите ждать меня.

– Рад, что вы решили пойти ко мне на встречу и переступить через себя.

– Я через себя не переступала, но моя совесть не позволяет мне поступить иначе. Назовите место и время встречи мистер Пирс.

– Ресторан «Per se» на углу 60й и Бродвея в семь вечера. Вас устроит?

– Вполне – я говорила как можно увереннее, при этом испытывая жуткое волнение.

– До скорой встречи, мисс Пайнс.

– Всего доброго, мистер Пирс.

Было странно идти на встречу с незнакомым мне мужчиной. Мне было безумно интересно узнать, зачем Пирсу эта встреча и чего он хотел ею добиться. Если это была очередная попытка подката или очередной способ затащить меня в постель, то он явно обращался не по тому адресу. Я решила остаток рабочего дня не перегружать себя посторонними мыслями, а с головой уйти в рабочий процесс. Вечером, перед окончанием рабочего дня, я зашла к Джеймсу и сообщила о том, что сегодня я добираюсь домой самостоятельно. Джеймс был удивлен моими словами и стал расспрашивать о причинах подобного решения с моей стороны.

– У меня есть кое-какие дела в городе.

– Дела? И какого характера эти дела? – Джеймс сидел напряженный, а его глаза превратились в узкие щелки.

– Джеймс, разве у меня не может быть личной жизни и личных дел? – я знала, как можно защититься от нападок Джеймса, в связи с чем решительно стала нападать на него в ответ – Или я, как и Кейт, числюсь у тебя в качестве подростка, которого надо воспитывать и держать под контролем?

– Нет, Стефани, ты не подросток – Джеймс понял свою оплошность, а я уяснила, что этот раунд остался за мной – Ты вправе ходить куда угодно и с кем угодно.

– Вот именно. Поэтому сегодня после работы я задержусь в городе. Езжай домой без меня.

– Как ты собираешься добираться домой?

– Вызову такси.

– В пригород? К нам ехать через тёмный и довольно густой на растительность лесной участок.

– Таковы жестокие правила жизни – я попыталась пошутить и улыбнуться, но моя уловка не сработала. Джеймс продолжал сидеть напряжённый, выражая злость на своем лице.

– Напомни мне отдать тебе один из автомобилей, стоящих у меня в гараже.

– Не буду я о таком напоминать. Мне не требуется личный автомобиль. Мы с тобой ездим на работу и с работы всегда вместе.

– Но сегодня у тебя есть дела и тебе надо добраться домой самостоятельно – Джеймс покосился на меня с недовольством – В общем, сегодня берёшь мою на вечер, а завтра разберёмся.

– Что? О чем ты? – у меня из рук выпала папка с документами, которые разлетелись по полу в разные стороны.

– Ты вроде слышала о чем – Джеймс достал пульт от своего автомобиля и положил на край своего стола – Тебе понадобится это.

– Джеймс, я сидела за рулём всего пару раз в своей жизни, и последний был год назад и то, потому что Дэмиан меня уговорил.

– И как все прошло?

– Нормально и без происшествий. Но я была не одна в машине и Дэмиан мне помогал.

– Так вот тебе повод ещё раз доказать себе, что ты все можешь и без его присутствия в твоей жизни – Джеймс пристально посмотрел мне в глаза. – Я удивлён, что ты настолько не веришь в себя и сомневаешься в себе, что даже водить не можешь самостоятельно без его помощи.

– Я не сомневаюсь в себе и могу водить самостоятельно. Но у меня не было времени и возможности это делать одной и без посторонней помощи.

– Вот тебе и время, и возможность – уголки губ Джеймса дрогнули в улыбке и я заметила, как осознание победы в нашем небольшом споре придало ему дополнительной уверенности.

– Ладно. Твоя взяла – я подошла к столу и схватила пульт от автомобиля – В таком случае у меня будет условие.

– Какое ещё условие?

– После работы я отвезу тебя домой, а затем уже отправлюсь по своим делам.

– Зачем тебе накручивать круги в пригород и обратно?

– Затем, что в таком случае меня не будет мучить совесть из-за того, что я лишила тебя средства передвижения и оставила без колёс.

– Я найду другого дилера, – Джеймс разразился громким смехом, а я стояла жутко растерянная из-за его неожиданной реакции.

– Ты ещё и шутишь. Вот как тебя назвать после этого?

– Как заботливого родственника, который пытается оберегать тебя от непредвиденных проблем, – Джеймс продолжал насмехаться, при этом мягко улыбаясь мне.

– Джеймс, я серьезно. Если ты разрешаешь мне взять свой автомобиль на вечер, то позволь отвезти тебя домой. Заодно, во время нашей поездки домой, поможешь мне освоиться и почувствовать твою машину.

– Моя очередь признать, что твоя взяла. Ровно в шесть буду ждать тебя на нашем привычном месте.

Я вышла из кабинета Джеймса с отличным настроением. Мало того, что мне удалось избежать вопросов по поводу моего вечера, так ещё и автомобиль получилось заполучить. Это означало, что мне не придётся пользоваться ночью услугами такси. Перспектива ехать одной с неизвестным мне человеком в пригород меня сильно напрягала и вызывала некоторую панику. Я была слишком мнительной и сторонилась подобных ситуаций всю свою жизнь. После недавних событий у меня возник страх перед встречей с неизвестным мне мужчиной. Я боялась при общении с кем-то выйти за рамки и перейти грань дозволенного. Для себя я твёрдо решила больше ни с кем не сближаться и не общаться на отвлеченные темы. Главным запретом для меня теперь был запрет на поездки с кем-то незнакомым. Я не боялась нападений или изнасилования. Но я жутко опасалась сближения и контактов в замкнутом пространстве с незнакомцами. Я прекрасно понимала, что если я приеду на встречу к Пирсу на такси, то с большой вероятностью он настоит на поездке до моего дома в его обществе. Такая перспектива меня не устраивала, и я не знала, в курсе ли Пирс на счет моего проживания вместе с Джеймсом. Такой личный вопрос я не очень хотела обсуждать или выставлять напоказ, и всеми силами хотела сохранить этот факт в тайне.

В назначенное время мы с Джеймсом встретились на парковке и заняли свои места в салоне его автомобиля. Он помог мне с азами вождения внедорожника. Когда я стала выезжать с парковки офиса банка про себя отметила, что водить автомобиль Дэмиана было намного проще и комфортнее, чем громоздкий внедорожник Джеймса. До дома мы добрались за полчаса. К вечеру дороги были уже расчищены от снега и мне было легко управлять автомобилем даже сквозь небольшую наледь на них. На мое удивление за весь наш путь я всего пару раз ушла в небольшой занос. Джеймс в такие моменты хватал руль и быстро выравнивал автомобиль обратно на дорогу. Когда мы приехали домой Джеймс предложил мне поменять автомобиль на более комфортный для меня. Недолго думая, я выбрала комфортный седан немецкого производства и, взяв документы и ключи от автомобиля, отправилась назад в город. Дорога до ресторана для меня оказалась намного проще, чем до нашего с Джеймсом дома. Седан был намного приятнее в управлении и за его рулём я чувствовала себя намного комфортнее и увереннее. Приехала я к ресторану ровно в семь часов вечера. Служащий ресторана предоставил мне парковочное место, и я бегом направилась внутрь помещения. Это был небольшой по размерам ресторан, имевший довольно скромное на первый взгляд оформление. Немногочисленные столики, небольшой постамент и барная стойка. Все это составляло основной декор помещения. Ко мне подошел официант, и я самым деловым тоном произнесла:

– Я к Норману Пирсу на встречу. Меня зовут Стефани Пайнс.

– Мистер Пирс ожидает вас.

Служащий ресторана провел меня по всему залу, ведя вдоль рядов переполненных людьми столов. Мы пришли к небольшому столику у окна из которого открывался чудесный вид на вечерний Нью-Йорк. Этот вид я уже привыкла видеть из окна своего офиса, но вот его снежный вариант все ещё завораживал и пленил меня.

– Мисс Пайнс, вы немного позже назначенного времени, – Пирс обратился ко мне с небольшим укором в голосе.

– Как вы можете знать приличная девушка всегда должна хоть немного, но опоздать, – не знаю почему, но я решила разговаривать с Пирсом в такой же манере, что и он, отвечая колкостью на колкость.

– Это правило, вроде, относится к свиданиям, но не к деловым встречам, – Пирс с победной ухмылкой посмотрел мне в глаза, предвкушая свою победу в этой словесной дуэли.

– Будем считать, что у нас с вами деловое свидание, на которое я по всем нормам приличия немного опоздала, – я сильнее Пирса усмехнулась, чем вызвала у него небольшое удивление на лице.

– А вы не так просты, мисс Пайнс, как мне могло показаться на первый взгляд. Теперь я понимаю почему мистер Райт взял вас на роль своего помощника.

– У него на это было достаточно причин.

– Не сомневаюсь, – Пирс улыбнулся и, встав со своего места, отодвинул свободное кресло напротив себя. – Прошу, присаживайтесь.

– Благодарю вас, мистер Пирс.

– Зовите меня Норман. Мистер Пирс звучит слишком официально.

– В таком случае зовите меня Стефани.

– У вас довольно необычное и красивое имя. Не часто встретишь его на американской земле.

– Бросьте. Стефани достаточно часто используемое имя девушек в США. Чего только Стефани Майер стоит.

– Вы интересуетесь литературой о вампирах и оборотнях? – Пирс с интересом стал следить за моей реакцией, но я оставалась непроницаемой.

– Не я, а моя младшая сестра. Она меня просветила обо всех этих любовных историях.

– А вам они не нравятся? – Пирс продолжал смотреть на меня так, будто что-то выжидая.

– Нет. Слишком все слащаво и радужно. В жизни такого не бывает.

– С чего вы так решили?

– Мы живем в реальном мире. А книги — это сказки, которые позволяют уйти людям от жестокой реальности. Я не люблю уходить от проблем или фантазировать о том, чего никогда не может случиться в жизни.

– Довольно жестокие рассуждения для молодой и привлекательной девушки.

– Мне скоро тридцать. У меня нет времени на сказки и фантазии.

– Вам только двадцать шесть, насколько мне известно. Зачем вы приписываете себе лишние года?

– Мне так больше нравится и мне так комфортнее.

– Быть старше своих лет?

– Чувствовать себя более уверенно и значимее, а главное мудрее своего настоящего возраста.

– Я с вами не соглашусь. Возраст – это всего лишь цифры, не более. Не стоит ставить себе возрастных рамок.

Меня ударило током, а тело парализовало. Перед глазами вспыхнула яркая вспышка, а затем возникло четкое воспоминание. Я сижу на лавке в саду. Вокруг непроглядно темно, а где—то вдалеке виднеется очертания огромного средневекового замка. Лишь свет луны освящает небольшую площадь в саду. Рядом со мной сидит темноволосый и статный мужчина. Его холодное и непроницаемое лицо вызывает страх, но и притягивает к себе одновременно. Тёмные глаза сверкают странным огнём в ночи, а острые черты лица придают мужчин ещё более значимый вид. Мужчина придвигается ближе ко мне и бархатистым, статным и высокомерным голосом произносит:

– Не ставьте себе границ из-за возраста. По факту, это всего лишь цифры, не более.

Видение пропало также резко, как и возникло. Я сидела парализованная и напуганная. «Пирс и Цепер буквально дублирую друг друга. Как такое возможно? Они не могут быть знакомы, в чем я беспрекословно уверена. Но как объяснить их одинаковые мысли? Могут ли они по какому-то невообразимому совпадению все же знать друг друга? Что, если все люди вокруг меня связаны между собой и все ещё хранят тайны недоступные мне?». Паранойя и опасения начали одолевать меня с новой силой. Пирс не производил впечатление человека, связанного с нечистью или чём-то сверхъестественным. Он был типичным избалованным богачом, строящим из себя интеллигента, и представить его в роли вампира или оборотня мне никак не удавалось. По глазам мужчины, которые без цветных линз имели ярко—карий оттенок, было видно, что вампиром он не являлся. Да и до оборотня ему было далеко. Затянувшееся молчание с моей стороны стало беспокоить моего собеседника. Пирс легким прикосновением коснулся моей руки и взволновано произнес:

– Вы в порядке?

– Что? – голос Пирса вывел меня из оцепенения и вернул мой разум, – Да, все в порядке. А почему вы спросили?

– Вы довольно долго сидели в одном положении и даже не моргали. Я испугался, что у вас случился какой-нибудь приступ.

– Приступ? Могу вас заверить, что я не страдаю подобными недугами.

– Рад это слышать, – Пирс заметно расслабился и стал самим собой. – Могу я узнать, что с вами произошло?

– Я слишком сильно задумалась о ваших словах по поводу возраста, – я решила как можно убедительнее соврать, сохранив часть правды. – Вы правы. Возраст – это всего лишь цифры, но биологию тела никто не отменял.

– Согласен с вами. Важно какой ты в душе, а не снаружи.

– Странно слышать подобные речи от человека вашего положения.

– А какое у меня положение?

– Раз вы знакомы с мистером Райтом и посещаете подобные заведения, могу предположить, что привилегированное. У вас явно имеются большие возможности и неограниченные финансовые средства.

– А вы прямолинейны. Это достаточно редкое явление в современном мире, который наполнен фальшью, предательством и нескончаемой ложью.

– Мне все об этом говорят. А вот плюс это или минус я так и не решила.

– Смотря с какой стороны посмотреть. Не всегда прямолинейность будет являться положительной чертой. В некоторых ситуациях нужно уметь держать язык за зубами и не болтать лишнего.

– Вы сейчас мне напомнили гангстеров из фильмов прошлого столетия, – я усмехнулась, чем вызвала у Пирса удивление на лице. – «Ты приходишь ко мне в дом и просишь моей помощи, но ты делаешь это без должного уважения…»

Цитируя Дона Корлеоне, я сделала свой голос максимально грубым и хриплым. Произнеся знакомые каждому слова из «Крестного отца», я протянула руку наподобие того, как это делал главный герой фильма, а затем засмеялась. Пирс смотрел на мое небольшое выступление с широко открытыми глазами, но к концу моей импровизации его лицо озарила широкая улыбка.

– «И ты даже не называешь меня крестным отцом…», – закончил мою цитату Пирс.

– Вы знакомы с трудами Копполы?

– Скорее я знаком с трудами Пьюзо. Но киноверсия его произведения мне тоже понравилась.

– Вы меня приятно удивили, – впервые за весь вечер мой взгляд потеплел, а презрение по отношению к моему собеседнику стало проходить, – Не ожидала от вас познаний в подобных художественных произведениях.

– Я очень разносторонний, мисс Пайнс, и у меня множество интересов.

– Например?

– Я коллекционирую редкие художественные произведения в первозданном виде. У меня в библиотеке хранится множество оригиналов классических произведений.

– Вы серьезно? Вы коллекционируете оригиналы художественных произведений?

– Что вас так удивило в моих словах? – Пирс говорил немного высокомерно, но при этом намеренно разыгрывая интерес к данной тематике.

– В вас сложно разглядеть ценителя литературных произведений.

– Вы ещё многого обо мне не знаете, мисс Пайнс.

Произнося эти слова, Пирс как-то странно посмотрел на меня, чем вызвал небольшой дискомфорт. Остаток вечера мы провели в дружественной и непринуждённой беседе. Для себя я подметила, что Норман оказался достаточно интересным собеседником и в отличие от моих прошлых деловых ужинов этот прошёл самым классическим образом. Когда мы с Пирсом выходили из ресторана, он остановился около входа, не давая мне возможности пройти к парковке.

– Я хотел поблагодарить вас, мисс Пайс, за проведённый вечер.

– Не стоит благодарности, мистер Пирс. Я была рада провести этот вечер с вами.

– Прошу вас, зовите меня Норман.

– В таком случае, Норман, спасибо вам за приятный и интересный вечер. Я получила определённое удовольствие от нашей встречи.

– Взаимно, мисс Пайнс.

– Стефани, просто Стефани.

– Стефани, я боюсь показаться навязчивым, но могу ли я рассчитывать на повторение нашего сегодняшнего вечера?

– Вы предлагаете мне еще один деловой ужин?

– Я бы назвал это банальной встречей не делового характера.

– Тогда какого характера будет эта встреча?

– Встреча неформального общения двух интересных друг другу людей, – глаза Пирса сверкнули, и он улыбнулся мне широкой улыбкой.

– Не стоит говорить настолько громкие слова на счёт интереса. Я вас не знаю, так же, как и вы меня, – я постаралась говорить как можно строже, тем самым пресекая любой флирт в мою сторону.

– Поэтому я предлагаю исправить столь досадный факт. Так что вы скажите на это?

– На этот раз я не буду давать вам никаких обещаний, а буду ориентироваться на жизненные обстоятельства при принятии решения относительно вашего предложения.

– Теперь я понял, почему вы стали помощником мистер Райта так быстро. Вы очень остры на ум, и невозможно прекрасны одновременно, что является редким явлением в современном мире.

– Норман, я вас предупреждаю, что не очень поддерживаю лесть в любых ее проявлениях.

–А кто говорит о лести? Это всего лишь констатация факта, который заметен невооруженным глазом.

– Давайте прекратим этот обмен любезностями и закончим наш вечер на положительной ноте, – вновь мой голос звучал спокойно и невозмутимо. Я чувствовала и понимала, к чему ведёт Пирс, но всячески изображала своё неведение и непонимание ситуации. При этом я пыталась не дать ему возможности надеяться на что-то по отношению ко мне.

– Согласен с вами. Вечер был слишком хорош, чтоб закончить его на негативе.

– А вы, оказывается, не так невозможны в общении, как я предполагала. С вами можно найти общий язык.

– Могу сказать о вас аналогичное мнение.

Норман аккуратно взял меня за руку и поцеловал ее, еле заметно коснувшись моей кожи своими губами. Его губы обжигали поверхность моей кисти и вызвали небольшую судорогу в пальцах. Не знаю, откуда взялась подобная реакция, но я и не хотела больше ничего этого знать. С меня хватило первого раза бесконечных вопросов и догадок по поводу моих прошлых собеседников. Я решила всеми силами постараться вернуться в нормальную жизнь и наладить личную жизнь без вампиров и оборотней в ней. Норман был абсолютно нормальным человеком, с чересчур самоуверенным настроем. В этом не было ничего необычного или необъяснимого, и его персона больше не вызывала у меня антипатий. Когда Норман предложил довести меня домой, я сразу же ответила ему отказом, сославшись на наличие личного автомобиля. Я увидела на лице мужчины лёгкое расстройство из-за моего отказа, и на моей памяти он впервые показал свои негативные эмоции прилюдно. В этот момент я увидела в нем обычного парня с эмоциями, которые могли быть как позитивного, так и негативного характера. В итоге я решила приободрить своего собеседника и ответила ему согласием на вторую встречу. Услышав мои слова, Норман сразу пришел в себя и вновь был весел и уверен в себе. Он провёл меня до моего автомобиля, при этом внимательно осматривая его со всех сторон. Я так и не поняла, что вызвало такой интерес в Нормане, но спустя несколько минут он вернулся в своё обычное состояние. На этом мы с ним попрощались, и каждый разошёлся в свою сторону. На самом деле причина моего отказа Норману заключалась в большей степени не в наличии у меня автомобиля, а из-за моей новой фобии. Дело в том, что после истории с Дэмианом я всячески боялась сближаться с кем-то и доверять незнакомцам. Я старалась избегать повторения тех моментов, которые были у меня с Дэмианом. Поэтому вспомнив наш с ним ужин в Праге и его предложение подвести меня домой после него, я сразу же дала свой отказ Норману. Я ни в коем случае не желала повторить историю, и совершить одни и те же ошибки. Для себя я категорически решила делать все по-другому, с кем бы то не было. Больше никаких поездок в машине, пения общих любимых песен, прогулок по паркам и оказание помощи беспомощной даме. Отныне все это я буду избегать в общении с мужчинами и не допускать возникновения подобных ситуаций в жизни.

Я села в автомобиль и хотела тут же выдвинуться домой, но в моей голове возникло более сильное желание. Спустя полчаса я стояла в ночном центральном парке с пластиковым стаканчиком в руках. Я смотрела на чёрную гладь воды в озере, обдумывая все произошедшее. Как и прежде зеркальная поверхность озера отражала в себе огни небоскребов и окружающих меня фонарей. В такое время в парке было немноголюдно, поэтому он казался безжизненным и пустым. Для меня это было огромным плюсом в стремлении скрыться от посторонних глаз. Вечер с Норманом заставил меня задуматься о моей дальнейшей жизни. Какая она будет, что я буду делать со всеми полученными знаниями, и как буду жить, любя кровожадного монстра. Все эти вопросы терзали меня и заставляли задуматься над своим будущим. Тот факт, что я продолжала любить Дэмиана, не смотря ни на что, я уже приняла, но вот что со мной сделает эта любовь, сложно было представить. «Но можно найти счастье и на стороне. Сегодня ты же смогла общаться с обычным парнем и получить удовольствие от его общества. Так что мешает тебе двигаться в том же направлении дальше по жизни?». Я не знаю, сколько прошло времени, прежде чем у меня возник ответ на свой же вопрос. «Мне мешает моя беспрекословная любовь к самому темному существу в мире. Но раз он решил игнорировать эти чувства и навсегда оставить меня и нас в том числе, то я должна сделать, то же самое».

Глава 6

Спустя неделю я шла с Рэйчел по торговому центру, испытывая жгучую усталость в ногах. Мы с раннего утра ездили с ней по магазинам одежды, в поисках идеального образа для ее первого официального выступления на телевидении. Один из ее пациентов пригласил Рейчел поучаствовать в ток шоу в качестве эксперта на одном из центральных каналов. Для неё это было очень важным и радостным событием, по поводу которого она сильно переживала. Рэйчел твердила без умолку о том, что она должна быть идеальна во всех отношениях, как внешних, так и внутренних.

– Стеф, я буду выступать на телевидении! Меня увидят миллионы людей, поэтому я должна показать свой профессионализм и обаяние.

– А что из этого ты больше хочешь показать своим зрителям?

– Оба этих аспекта важны! Ты хоть понимаешь важность этого всего?

– Могу только представить.

– После этого ко мне могут хлынуть сотни клиентов, – мечтательно заявила подруга. – Кстати, я тебе говорила, что арендовала отдельный офис?

– Нет! Как ты могла о таком умолчать? Какая ты подруга после этого?

– Прости, видимо совсем замоталась и забыла сообщить. Можем поехать посмотреть, как только у тебя будет время на это.

– У меня оно всегда есть, особенно для тебя. По вечерам и на выходных я вся твоя.

– Ну да, – Рэйчел скептически покосилась в мою сторону. – Особенно сейчас.

– А что сейчас? – я непонимающе смотрела на подругу и пыталась понять, о чем она мне пытается сказать и на что она намекает.

– Стеф, давай будем откровенными друг с другом. Раньше мы могли болтать с тобой, обмениваясь новостями и переживаниями, поддерживая друг друга и делясь самым откровенным. А что сейчас? Ты закрылась у себя в квартире, не выходишь оттуда и не зовёшь к себе. Мне порой кажется, что ты намеренно меня отталкиваешь и отдаляешь от себя.

– Рэйчел, я…

От услышанного откровения подруги меня накрыло жуткое чувство вины. Я никак не могла представить, что у Рэйчел возникло подобное мнение обо мне. В душе я понимала, что в основном она была права. За весь этот год я так ей и не сказала, что живу не в квартире, а в пригороде. На это у меня был ряд причин, основная из которых заключалась в том, что я не знала, как ей объяснить проживание в доме своего босса. Рэйчел была не глупа, поэтому она бы сразу заподозрила неладное и задавала слишком много вопросов, на которые у меня не было разумных ответов. Все произошедшее со мной сложно было объяснить, и уж тем более открыто врать Рэйчел по поводу всего этого я не смогла бы. В связи с чем я старалась сторониться ее общества, чтоб не выдать своих истинных эмоций. Но в душе я безумно скучала по лучшей подруге и нашему общению. Мне не хватало наших вечеров с кино и попкорном, наших посиделок с вином и китайской едой и разговоров по душам. Хуже всего, что я не могла теперь поговорить с ней по-настоящему и откровенно. Я не могла поделиться всеми своими переживаниями, своей болью в душе, так же, как и не могла рассказать про источник этой боли.

– Я все понимаю. У тебя теперь есть сестра, которая наконец-то рядом с тобой спустя много лет, и у тебя перспективная и элитная работа в крупной корпорации, которая занимает все твоё время. Я не в обиде на тебя, Стеф, и все прекрасно понимаю.

– Рэйчел, дело не в этом.

– А в чем тогда?

– Это не простой разговор. У меня сейчас все слишком запутано в жизни.

– Ты говоришь об этом психоаналитику?

– Психоаналитику – лучшей подруге, если быть точнее, – я попыталась сгладить наше небольшое разногласие лёгкой шуткой, но мой манёвр не сработал.

– Что делает тебя ещё более худшей подругой. Я же могла в любой момент выслушать тебя и помочь советом, – Рэйчел говорила строгим голосом и с полным решимости взглядом. – Стефани, я всегда буду рядом, никогда не осужу тебя, и попробую в любом случае понять, чтобы у тебя не случилось.

– В таком случае давай договоримся о следующем. Как только мы найдём тебе подходящий наряд для твоего дебюта на телевидении, то мы обязательно поговорим обо мне и я тебе все расскажу. Идёт?

– Идёт – Рэйчел посмотрела мне прямо в глаза и, нахмурившись, добавила – Но если ты вновь попробуешь уйти от разговора, то я за себя не ручаюсь.

В итоге мы с Рэйчел бродили ещё часа два по торговому центру, и в одном из магазинов она нашла идеальный по нашему общему мнению образ. Поскольку она была блондинкой, то ей захотелось добавить темного оттенка в свой внешний вид. Рэйчел и я выбрали ей брючный костюм изумрудного цвета с широкими штанами и свободным пиджаком. Под этот костюм она купила себе чёрный топ в виде корсета, который слишком сильно выделял ее итак не маленькую грудь. Конечным штрихом ко всему этому набору стали чёрные строгие туфли на огромной шпильке. Когда мы вышли из торгового центра и направились к моему автомобилю, Рэйчел притормозила и стала сверлить меня строгим взглядом.

– Теперь, когда первая часть уговора выполнена, ты готова выполнить вторую?

– Ты все ещё хочешь обо всем этом поговорить?

– Нет, не хочу, – Рэйчел выждала паузу, а я зажглась надеждой, что наш разговор не состоится. – Я сгораю от нетерпения поскорее его начать.

– В таком случае нам надо найти более уединённое место, чем торговый центр.

– Предлагаю совместить в себе две важные задачи.

– Не поняла. О чем ты? Какие ещё задачи?

– Как же? У тебя ворох проблем и событий, которые так и требуют, чтоб их излили лучшей подруге-психоаналитику, а у меня как раз есть в наличии арендованный офис психоаналитика в центре Нью-Йорка. Как думаешь, можно связать эти два события?

– Даже не могу представить, каким образом мы это сделаем.

– А вот я могу, – уверенно заявила Рэйчел и села в салон автомобиля. Я сразу последовала ее примеру и расположилась на месте за рулём.

– Я все никак не могу понять, что ты предлагаешь делать.

– Я предлагаю отправиться в мой новый офис, и провести там первый сеанс психотерапии для мисс «я скрытая и недоверчивая подруга» Пайнс.

– Рэйчел, прекрати уже. Я не скрытая и доверяю тебе. Просто не всегда считаю правильным грузить своими проблемами. Ты же меня не грузишь своими.

– А у меня их и нет. Моя карьера идёт в гору, у меня много клиентов, я стала неплохо зарабатывать и в итоге осуществила свою мечту и сняла офис в центре Нью-Йорка. На что мне жаловаться?

– А как же отсутствие должной пары и кого-то близкого рядом? – я спросила это мягким, но тихим голосом, зная, что эта тема немного затронет Рэйчел и охладит ее пыл.

– Это немного другое. Всему своё время, Стеф, и у меня в том числе.

Мы обе замолчали, и я стала выезжать с парковки торгового центра. До нового офиса Рэйчел мы доехали за двадцать минут, что немного обрадовало меня. Во время нашей поездки, я про себя решила рассказать Рэйчел произошедшую со мной историю, но без упоминаний всего сверхъестественного в ней.

Мы зашли в небольшую, но довольно уютную комнату, в которой царил легкий беспорядок. Повсюду стояли коробки и мебель, накрытые целлофаном. Стены были приятного нежно-голубого цвета, и на одной из них располагалось окно среднего размера. Света, что окно пропускало в комнату, хватало для уютного и яркого освещения всего окружающего пространства.

– Что думаешь?

– Что здесь очень уютно. Как тебе удалось отхватить такой офис, да ещё и в центре?

– Не без помощи моих многочисленных клиентов, которые по совместительству являются моими поклонниками.

– Твои методы я, конечно, не до конца поддерживаю, но я рада, что ты осуществила свою мечту.

– Это только начало, – восторженно заявила Рэйчел. – Как видишь, работы здесь еще много. Мне только вчера привезли мебель, часть которой соберут только на днях.

– Когда ты все успеваешь?

– У меня двадцать пять часов в сутках, – Рэйчел рассмеялась и, подойдя к одному из целлофановых пакетов, резким движением руки сорвала его с небольшой, но мягкой кушетки. – Мисс Пайнс, готовы поделиться со мной своими переживаниями и откровенно поговорить?

– Мисс Торн, я все ещё сомневаюсь, что это хорошая идея, – я изобразила свой обычный официальный тон, которым общалась на работе, но при этом искренне улыбаясь.

– Поверьте моему опыту. Каждый второй человек, приходящий на сеанс к психоаналитику до последнего считает, что это ошибочное решение.

– Правда?

– Я серьезно. Стеф, почти все мои сеансы начинаются со слов клиента о том, что он зря сюда пришёл и это не очень хорошая идея.

– Я и не знала об этом. Мне казалось, что люди осознано приходят на сеанс, готовые высказаться и тем самым попытаться разрешить свои проблемы.

– Они хотят решить свои проблемы, но не все. Практически каждый из приходящих ко мне людей не готов высказаться об истинных причинах своих проблем. Они все рассказывают только то, что они считают нужным, скрывая при этом основную причину своих проблем.

– И как ты это понимаешь?

– Я тебе так скажу, ложь при разговоре несложно уловить, так же, как и недосказанность. Когда человек скрывает что-то или какие-то события, рассказ получается невнятным, рассеянным и нелогичным, что даёт мне право делать подобные выводы. В девяносто процентах случаев я оказываюсь права.

– Что ты делаешь в таких ситуациях?

– Я направляю человека по такому пути, чтоб он сам решился в итоге рассказать настоящую причину или понял ее самостоятельно. Я никогда открыто не говорю людям, что они не правы или они ошиблись в тех или иных выводах или действиях. К таким выводам я стараюсь их подводить самостоятельно.

– Теперь я начинаю понимать, как ты так быстро поднялась по карьере.

– Так что, ты готова открыться мне и максимально откровенно поговорить обо всем произошедшем?

Рэйчел подвинула огромное и мягкое кресло ближе к мягкой кушетке и села в него. Она рукой указала на пустующее около нее место, приглашая меня начать сеанс. Я смотрела на подругу неуверенным взглядом, полного рассеянности. Рэйчел смирила меня максимально уверенным и строгим взглядом, который говорил о том, что она не оставит меня в покое и в любом случае добьётся своего. Обречённо вздохнув, я подошла к кушетке и легла на ее мягкую поверхность. Во время своего разговора с Рэйчел я поведала ей историю о боссе, с кем мы сблизились и с которым мы якобы оказались дальними родственниками, не предполагающие до недавнего времени о существовании друг друга. О Кейт, которая в том году пережила сильное генетическое заболевание, после чего долго лечилась гормональными средствами, которые немного изменили ее физическое состояние. О том, что Джеймс и по совместительству наш с сестрой общий кузен помог с лечением Кейт, и забрал нас жить в пригород к своей семье. Что касается Дэмиана, то я решила выдать Рэйчел банальную историю расставания двух несчастных влюблённых. Она была не в курсе наших близких отношений, поэтому свой рассказ мне пришлось изменить под сложившиеся обстоятельства. Я рассказала ей о том, что красавчик из Праги оказался профессором истории, который жил и работал в Нью-Йорке. Что по итогу у нас возникла взаимная симпатия, которая переросла в нечто большее. Я рассказала Рэйчел о том, что Дэмиан помогал мне с поиском жилья для нас с Кейт, что из-за него я сначала потеряла квартиру, а затем нашла свою нынешнюю. Рассказала в красках о нашей встрече на осеннем приеме, после чего наши отношения возобновились с новой силой и разыгрались с новой страстью после трёхмесячного перерыва. Закончила я свою историю на том, что Дэмиан помог Кейт с редким лекарством от ее неизлечимого заболевания, но ценой собственной жизни. Рэйчел сидела с широко открытыми глазами, давно убрав со своего лица профессиональное и внимательное выражение психотерапевта.

– Что значит Дэмиан пожертвовал собой? Он отдал какой-то жизненно важный орган, чтоб его трансплантировали Кейт?

– Нет. Все было не так. Это было фигуральное выражение.

– Тогда что все-таки случилось с Дэмианом и вашими отношениями? – на лице Рэйчел отражалось сильное волнение и переживание — И как он пожертвовал собой?

– Ради Кейт и лекарства от ее болезни Дэмиан обратился к своей семье, от которой он скрывался многие года. Ему пришлось встать во главе семейного бизнеса, чтоб достать это лекарство и спасти ей жизнь. Но его деятельность не совсем законна, поэтому он решил оборвать все связи со мной, чтоб обезопасить от всего безумия, что сопровождает его с давних времен.

На последних словах мой голос дрогнул и я заплакала. Моя придуманная история в общих чертах сохраняла смысл всего произошедшего с нами, не выдавая при этом всех настоящих подробностей. Рэйчел встала со своего места и, сев на кушетку рядом со мной, крепко обняла.

– Ты все ещё любишь его?

– Люблю, – прошептала я сквозь слёзы. – В этом и проблема. Из-за этой любви я не могу ни быть с ним рядом, ни идти дальше, но уже без него.

– Можно я тебе скажу своё профессиональное мнение, каким бы болезненным оно для тебя не было?

– Можно. Ведь для этого я и делюсь всем этим с тобой.

– Дэмиан поступил благородно, но эгоистично на мой взгляд. Он не захотел бороться за тебя, даже не смотря на твой страх перед его деятельностью. Ему было проще признать тот факт, что ты его не примешь и остаться одному, чем бороться за тебя и попробовать доказать тебе обратное. На самом деле у меня возникло к нему некоторая жалость из-за его поступка. Самое простое решение в нашей жизни сдаться и просто поступить так, как будет легче.

– Если быть до конца честной с тобой, то я действительно очень сильно оттолкнула его. Я буквально назвала его чудовищем и видела в нем безжалостного монстра, который способен на страшные вещи.

– А что ты видишь сейчас в нем?

– Сейчас я понимаю, что даже если я была и права на счёт него, то мне плевать. Я готова принять его любого и с любым прошлым, настоящим и будущим.

– Даже так? Ты пыталась после всего этого связаться с ним и поговорить?

– Ты не поверишь, но да, пыталась. Я тебе больше скажу, мы даже встречались с ним после всего произошедшего.

– Серьезно? – от услышанных слов лицо Рэйчел приобрело удивлённое и шокированное выражение. – Как я могу предположить, прошло все не слишком успешно.

– Точнее сказать, совершенно провально и невозможно болезненно.

– Расскажешь?

– Джеймс и я нашли его новое место жительства, – начала я свой рассказ, все так же планируя опустить все ненужные подробности. – Оно оказалось в Румынии, куда мы сразу же отправились. Дэмиан устраивал приём в честь своего возвращения в семейный бизнес в качестве его главы, и мы с Джеймсом достали туда приглашения.

– Так вы проникли на закрытый приём босса европейской мафии?

– Можно и так сказать. У Джеймса много связей и возможностей, поэтому ему не составило особого труда достать пригласительные.

– Твой бывший, как он отреагировал на ваше появление?

– Дэмиан не знал, что я пришла с Джеймсом, но думаю, он догадывался об этом. Когда он встретился со мной, то вначале вёл себя холодно и безразлично, но затем его маска спала и в нем стали проявляться его прежние эмоции и чувства.

– И как ты это поняла?

– По его словам, фразам, манере поведения и по его отношению ко мне, – перед глазами возникла картина, как Дэмиан в последний раз прижимает меня к себе на террасе, и мы под светом луны безмолвно стоим вдвоём в объятиях друг друга.

– А какое у него было отношение?

– Для начала, он первый подошел ко мне. Я танцевала с незнакомым парнем медленный танец, но вдруг я чувствую, как его руки меня отпускают, а их место занимает кто-то другой.

– Дай угадаю. Эти руки принадлежали Дэмиану.

– Да, ему. Вначале я стала поддевать Дэмиана и общалась с ним довольно грубо, показывая ему своё безразличие и холодность. Но змои чувства взяли вверх, и я дала волю эмоциям. Дэмиан это все не принял, и всячески отталкивал меня. Хотя в конце нашего разговора он крепко прижал меня к себе и долгое время не отпускал. Он даже сказал, что любит меня, и всегда будет любить, но никогда не позволит нам больше сближаться. Рэйчел, я не верю в то, что Дэмиан мог так просто отказаться от меня и от нас. Я просто в это не верю. И смотря в его глаза, даже в его нынешнем положении и статусе, я все ещё вижу в них тот свет, что видела с нашей самой первой встречи.

– Так он от тебя и не отказывался, – голос Рэйчел стал вновь голосом психотерапевта.

– Как же? Ты внимательно меня слушала? Он меня отверг и даже не захотел до конца выслушать! Для него его власть, его дела и его «бизнес» важнее нас, важнее меня.

– Ты уверена в этом?

– Что значит уверена? – во мне нарастала злость из-за реакции Рэйчел и ее непонятных вопросов. – Конечно, я уверена. Он мне открыто об этом сказал!

– Что конкретно он тебе сказал? Ты можешь вспомнить дословно?

– Я…

Я стала напрягать свою память и ворошить воспоминания о том вечере и о нашем с Дэмианом разговоре. В памяти возник яркий образ каменной террасы, открывающей вид на огромный и величественный сад перед замком. На этой террасе стоят две фигуры, одна из которых принадлежит мне, а вторая Дэмиану. Его лицо сейчас выражает боль, замешательство и… любовь. Я же в этот момент стою с перекошенным от злости лицом и кричу с лютой ненавистью:

– Ты убил Викторию ради меня, подчинил своих подданных, опять таки ради меня. Но я не понимаю, почему ты решил отказаться от нас?

– Я решил? Ты смотрела на меня как на чудовище, крича и умоляя меня исчезнуть из твоей жизни! Ты испытывала неимоверное отвращение и говорила о том, что никогда не примешь меня таким. Так о чем ты сейчас говоришь?

– Я… Я просто…

– Не я это начал. Это была твоя просьба и твоё решение. Я всегда поддерживаю свободу воли и выбор человека, каким бы тяжёлым он для меня не был.

Дальше вспоминать я была не в состоянии. Все это прошлое вновь возродило во мне чувство отчаянья и безнадёжности. В один момент я ещё раз перебрала в голове этот эпизод, и меня резко озарило по поводу того, о чем мне пыталась сказать Рэйчел все это время.

– Не он отказался от меня. Я первая отказалась от него. И всегда отказывалась…

– Я рада, что ты в итоге самостоятельно пришла к этому осознанию, – Рэйчел крепко обняла мое дрожащее тело. – Стефани, ты сама отказалась от Дэмиана, а учитывая тот факи, что оноднажды потерял свою любовь, то второй раз он не смог это пережить. Психологическая травма парнч вновь разорвалась с твоим уходом и непринятием его. Поэтому твой Дэмианрешил больше не верить в чувства и не давать себе надежд на что-то. Ты даже не можешь представить какую боль он пережил, когда сначала поверил в тебя и в вас, а затем ты своим поступком уничтожила эту надежду, вырвав ее из его души и растоптав в пыль. Это очень большая травма, Стефани, которую в будущем практически невозможно перебороть в себе.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Что тебе не стоит надеяться на то, что он когда-то станет прежним и примет тебя. С большей долей вероятности он построил железобетонную стену вокруг своего сердца, чтоб пресечь любую возможность выхода чувств оттуда.

– Но я люблю его и должна вернуть.

– А он до сих пор любит тебя. Но… – Рэйчел замолчала, подбирая нужные слова для своего дальнейшего монолога. – Но он закрыл в себе эти чувства. Он больше не хочет их выпускать или как-то проявлять. В его душе любовь ассоциируется только с болью потери, поэтому ему сложно поверить или принять чувства, связанные с любовью. Стефани, я не хочу, чтоб ты тешила себя ненужными иллюзиями и убивалась по всему этому. Он тебя любит, и будет любить, но ты должна идти дальше, не надеясь на что-то.

Слова Рэйчел снова ввели меня в состояние транса. Я сидела с отрешённым взглядом, смотря куда-то в пустоту. Все эмоции, чувства, воспоминания разом стихли, истощив меня окончательно. Мне показалось, что я настолько опустошена, что у меня больше не осталось сил на слёзы и боль. Сеанс Рэйчел помог мне понять то, что это было только моя вина и мне стоит ее принять и наконец-то смириться. Считать нас обоих виноватыми и обвинять Дэмиана в нежелании вернуть наши отношения я больше не могла, не хотела, и не видела в этом смысла. Дэмиан до последнего тянулся ко мне и держался за меня. Об этом говорит даже его поведение на заброшенном складе в ту ночь, когда он после всего произошедшего спас Кейт и попытался поговорить со мной, но я его отвергла. В этот момент еще одно воспоминание встало перед моими глазами яркой вспышкой.

– Теперь ты наконец-то боишься меня..

– Не подходи. Ты не человек и даже отдалённо не можешь им быть. Ты чистая тьма и кровожадное чудовище.

– Мне жаль, что ты все это увидела. Надеюсь, что ты когда-нибудь поймёшь, почему я это сделал.

– Я не собираюсь ни понимать тебя, ни видеть тебя. Я больше не хочу никогда знать тебя. Прошу тебя, уходи и уходи навсегда. Оставь меня в покое…

Это жуткое воспоминание наконец-то сложило полную картину реального положения вещей. Я и только я сделала из Дэмиана того, кем он сейчас являлся. Ни Виктория, ни кто-либо ещё. Только я. Мой стеклянный и пустой взгляд стал сильно беспокоить Рэйчел, которая все это время внимательно наблюдала за мной и моей реакцией.

– Стеф, ты как? Прости за все это. Я не хотела делать тебе настолько больно. Я лишь хотела помочь тебе разобраться в себе и своих переживаниях.

– Тебе не за что извиняться, – я говорила совершенно безжизненным голосом. – Ты все сделала правильно.

– Введя тебя в состояния живого зомби? Стефани, я не могу до конца понять, что ты пережила, и что произошло на самом деле, но теперь я боюсь, что могла сделать тебе хуже.

– На счёт этого не переживай. Хуже, чем мне было, уже не будет. А я теперь понимаю, как ты так быстро поднялась в своей карьере.

– Что? О чем ты? – резкая смена темы разговора ввела Рэйчел в ступор и растерянность.

– За час ты помогла мне понять то, что я не смогла понять за год. Теперь, после принятия правды, я смогу идти дальше, оставив все свои сожаления, обиды и пустые надежды позади.

– Так что ты поняла?

– Я думаю, мы обе знаем, что, – я повернулась к Рэйчел заплаканным лицом и улыбнулась.

– Все же я теперь переживаю за тебя. Такие травмы порой прорабатываются человеком неделями, а то и месяцами.

– Я сэкономила нам обоим время .

– Ты точно уверена, что в порядке?

– Уверена. Теперь я точно буду в порядке. А нам с тобой предстоит превратить эту комнату в уютный кабинет лучшего психотерапевта в Нью-Йорке.

– Ты хочешь помочь мне с обустройством моего офиса?

– Я не хочу. Я сгораю от нетерпения начать наше обустройство.

Практически всю ночь мы с Рэйчел провозились с разбором коробок и вещей, хранившихся в них. Мы расставили ту часть мебели, что уже была собрана, оставив при этом место для остальной ее части. На стенах теперь красовались разнообразные незамысловатые картины с пейзажами и с видами разнообразного абстракционизма. На самом видном месте в кабинете теперь висел диплом Рэйчел о квалификации психоаналитика. Все эти вещи превратили офис в довольно уютное и комфортное для нахождения в нем помещение. Подруга со слезами на глазах благодарила меня за помощь, и еще сотни раз спросила меня в порядке ли я. Психоанализ Рэйчел действительно что-то во мне изменил и выключил. В душе, как будто, стало больше места, а боль, обиды, сожаления постепенно уходили из моего разума. Один из моих преподавателей в университете часто повторял: «Осознание собственных ошибок даёт нам надежду и шанс на то, что в будущем мы сможем избежать повторения подобного». Это фразу я запомнила на всю оставшуюся жизнь, и довольно часто применяла ее в жизни. Теперь, когда Рэйчел узнала обо всем пусть и в искаженном виде, мне не нужно было избегать ее. С этого дня я могла вернуться к самой обычной жизни, и начать все с самого начала. В моей голове возникло осознание того, что я должна делать дальше, а самое главное, как дальше жить.

Домой я ехала в хорошем настроении и с чувством того, словно я пробудилась после долгого сна. Мне показалось, что мне вновь шестнадцать лет и я в своём городке сижу в парке на траве и пытаюсь понять, как мне строить свою жизнь в будущем. В тот период своей жизни я мечтала об одном, вырваться из бесконечного «дня сурка» и не допустить впредь его возникновения в моей жизни. Сейчас, ситуация была похожей. Я застряла в мыслях об оборотнях, вампирах и о моей связи с ними, позабыв о реальной жизни. Я настолько зациклилась на мысли вернуть Дэмиана, что в итоге стала проживать «день сурка», раз за разом придумывая план по его возвращению. Реальная жизнь проходила мимо меня, а я этого не замечала. Осознание этого факта ещё сильнее отрезвило мой ум и вернуло меня в реальный мир. Все, что сегодня случилось, стало для меня своеобразным пинком и стимулом к решительным действиям. Плотно сжимая кожаный руль в пальцах рук, я ехала за рулём автомобиля Джеймса полной решительности взглядом. В своей голове я рисовала картины того, что я должна и сделаю для того, чтоб стать наконец-то счастливой, не смотря ни на что.

Глава 7

– Стефани, ТЫ ЧТО? – крик Джеймса громким эхом отдавался у меня в ушах.

– Я увольняюсь. Вот мое заявление.

– Ты совсем рехнулась? – Джеймс продолжал кричать с неимоверной злостью в голосе. – Что на тебя нашло?

– Не нашло, Джеймс, а пришло, – я выждала небольшую паузу в разговоре. – Пришло осознание того, что мне надо изменить свою жизнь, иначе я никогда не вырвусь из этого «дня сурка».

– И что это значит?

– Что я должна начать все с чистого листа.

– Стефани, это все звучит полным бредом. Что мешает тебе жить дальше, не увольняясь с работы и не бросая нас?

– Джеймс, в том-то и дело, что если я останусь жить у вас и работать на тебя, то я никогда не вырвусь из этой истории. Я хочу начать все заново, без сверхъестественного рядом с собой.

Лицо Джеймса в этот момент исказила гримаса отчаянья. Он сидел в своём кресле и впервые на моей памяти был подавлен и опустошён до глубины души. Его живой и уверенный взгляд сейчас был растерянным и поникшим. Можно было подумать, что из него вырвали душу, оставив лишь пустую оболочку. Я испытывала вину из-за всей этой ситуации и из-за того, что доставляю Джеймсу неимоверную боль. Но я твёрдо решила отнести все переживания за других на второй план и впервые за свою жизнь подумать в первую очередь о себе и о своей жизни.

– Ты точно все решила?

– Да, Джеймс. Я все решила. Но это не значит, что мы прекратим общаться. Конечно, если после всего этого ты захочешь общаться со мной.

– Как я говорил тебе ранее я никогда не брошу членов своей семьи. И даже если ты решила покончить со всем, я все ровно буду рядом, чтобы не случилось.

– Спасибо тебе. За все, что ты делал и делаешь для меня и Кейт.

– А как же Кейт? Она в курсе твоего решения?

– Я с ней уже поговорила, и она меня поняла, – я произнесла слова с тяжелым вздохом. – Я уговаривала ее пойти со мной, но она сказала, что останется жить с вами, как член вашей стаи.

– Ты расстроилась из-за ее отказа?

– Если быть откровенной, то да, расстроилась. Но как и я, Кейт приняла самостоятельное решение, которое я принимаю и уважаю.

–Я рад, что хоть в этом вопросе мы солидарны, – Джеймс замолчал и посмотрел куда-то за пределы кабинета. – На счёт Кейт можешь не переживать. Я присмотрю за ней и дам ей все, что ей будет необходимо.

– Только прошу тебя, не избалуй ее, – я впервые улыбнулась за этот тяжёлый для нас обоих разговор. – Твои деньги и твои возможности могут испортить Кейт, и лишить понимания того, что всего в жизни нужно добиваться.

– Не бойся. Кейт уже ничем не испортить. Она большая молодец. Так же, как и ты.

– Джеймс, я, правда, не хотела делать тебе больно. Но пойми, что мне это необходимо.

– Я понимаю, Стефани. Я все прекрасно понимаю, – Джеймс встал из-за своего стола и, подойдя ко мне, крепко обнял. – Я буду скучать. И мне будет сильно не хватать тебя как на работе, так и дома.

– Я тоже, – я обняла Джеймса в ответ, и в этот момент мои глаза наполнились слезами.

– Что ты планируешь делать дальше?

– Пока не решила. Для начала начну с того же, с чего и при окончании университета. Найду себе жильё и буду искать работу.

– Я верну тебе ключи от твоей квартиры в Бэттери-Парк-Сити, а с моим рекомендательным письмом тебя возьмут на пост министра финансов США.

– Джеймс, могу я попросить тебя кое о чем?

– Конечно. О чем идёт речь?

– Мы можем переоформить квартиру на Кейт, но так, чтоб она не знала об этом до своего поступления в университет?

– Зачем тебе это?

– Я хочу покончить с прошлым во всех его отношениях. А эта квартира является его неотъемлемой частью. Моя сестра часть всего этого, поэтому она может спокойно забрать ее себе.

– Ты уверенна?

– На все сто. Так мы сможем это сделать?

– Теоретически, это возможно, но не совсем законным способом. Ты точно не передумаешь?

– Точно. Это теперь квартира Кейт, в которой она сможет начать свою отдельную и счастливую жизнь. А может даже заведёт семью в будущем, на что я очень надеюсь.

– Твоё право, Стефани. Я здесь бессилен.

– Рада, что ты это понял, – я стояла с улыбкой на лице. – На счёт рекомендательного письма. Я буду рада, если ты составишь его без особых преувеличений. Я за честность во всех ее проявлениях.

– Я это знаю с первых секунд нашего знакомства, и я сделаю для тебя все, что только попросишь. Могу я что-то для тебя сделать напоследок?

– Если только помочь собрать мои вещи и перевести их временно к Рэйчел.

– Вновь вернёшься к своей подруге?

– Нет. Я временно оставлю у нее свои вещи, а сама отправлюсь за пределы штата.

– Вот как? – лицо Джеймса из удручённого стало удивлённым. – Если не секрет, куда собираешься?

– Хочу съездить к отцу в Огаста. Мы не виделись почти десять лет.

– К отцу? Я думал, вы с Кейт знать его не хотите.

– Ты прав, но мне захотелось за много лет поговорить с ним обо всем нашем прошлом. Я всю свою жизнь молчала и не задавала ему интересующие меня вопросы, а теперь я хочу узнать все, что не дает мне покоя вот уже пятнадцать лет.

– Что заставило тебя прийти к этому?

– Не могу тебе точно сказать. Пришло осознание того, что я должна это сделать, чтоб отпустить и эту часть своего прошлого.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, и это не принесёт тебе ещё большую боль.

– Знаешь, что я поняла за все это время? – я пристально посмотрела в карие глаза Джеймса, в которых последний год видела знакомый янтарный отблеск его звериного взгляда.

– Не могу знать.

– Что лучше заставить себя пережить неимоверную боль внутри, но затем отпустить ее, чем испытывать меньшую боль, но постоянно и нескончаемо.

– Довольно противоречивое заявление, если честно.

– Возможно, но для меня оно правдиво и правильно.

– Когда планируешь переезд?

– Сегодня я соберу свои вещи, а завтра покину твой дом. Рэйчел освободила в своем графике день для меня. Не хочу напрягать ее ещё больше.

– Тогда я последую ее примеру и возьму на завтра выходной. Я помогу тебе с переездом.

– Джеймс, не стоит настолько жертвовать собой.

– Это даже не обсуждается, – твёрдо заявил Джеймс, своим фирменным голосом большого начальника. – На этом у вас все, мисс Пайнс?

– Да, мистер Райт, у меня все.

На следующий день я стояла в своей бывшей комнате в доме Джеймса и внимательно осматривала каждый сантиметр полюбившегося мне помещения. В этом доме, впервые за пятнадцать лет, я почувствовала семейное тепло и домашнюю атмосферу. Я даже была местами счастлива здесь, находясь рядом с этими близкими моему сердцу людьми. Каждый обитатель этого дома стал мне таким же близким и родным душе человеком, как и моя родная сестра. Чарльз, Сьюзан и, конечно же Мэтт, стали для меня настоящей семьей. Особенно, в эту категорию попадал Джеймс, который был для меня ближе всех. Я с трудом представляла свою жизнь без всех этих людей рядом, но я была твёрдо уверена в правильности своего решения идти дальше одной. Я боялась, что Кейт может решить, что я ее бросаю. Но на мое удивление сестра все восприняла совершенно спокойно и заверила, что прекрасно понимает мое решение и не осуждает меня.

– Я тебя всегда поддержу, чтобы ты не решила, Стеф.

– А как же ты? Я не могу тебя бросить. Я же тогда буду ничем не лучше матери и отца.

– Ты не родители, и никогда ими не будешь. И если ты считаешь, что ты бросаешь меня, то ты ошибаешься. Ты оставляешь меня в надежных руках, чтоб впервые за свою жизнь строить жизнь для себя.

– Кейт, я…

– Даже не спорь с этим, – Кейт взяла меня за руку и, смотря мне в глаза, тихо прошептала. – Стефани, я хочу, чтоб ты сделала именно то, что ты решила. Оставь все это позади и иди дальше.

– Ты уверенна?

– Да. Я справлюсь со всем. Тем более не забывай, что я не одна и никогда не буду одной. А ты навсегда останешься моей старшей сестрой, которую я люблю больше жизни.

Слова сестры вызвали новый поток слез и истерик. В ту ночь мы ещё долго вспоминали нашу жизнь, наше детство и юность. Счастливые моменты из прошлого, так же, как и болезненные. Мы с Кейт говорили о многих вещах, но только не о последних двух годах. Мы избегали любые упоминания вампиров, оборотней и всего сверхъестественного. Этот вечер мы хотели провести, как самые обычные сёстры, по воле судьбы расстающиеся на неопределённое количество времени.

Я в последний раз кинула свой взгляд на комнату, и, выйдя за ее пределы, тихо закрыла дверь за собой. В холле первого этажа все члены семьи собрались, чтоб проводить и попрощаться со мной. Чарльз стоял с таким же удрученным выражением лица, что и Джеймс. Сьюзан, с полными слез глазами, вытирала свое лицо салфеткой, громко всхлипывая. Спускаясь медленно по лестнице, я услышала доносящиеся из холла голоса.

– Сью, она же не улетает на другой конец света, – с лёгкой усмешкой произнёс Мэтт. – Стефани всего лишь переезжает жить отдельно. А у тебя слёз, как будто ты ее в последний путь провожаешь.

– Мэтти! Не говори так никогда! Я слишком сильно привыкла к ее присутствию у нас в доме.

– Ты и ко мне привыкла, но отпустила же и спокойно реагируешь на мое проживание отдельно от вас.

– Ты можешь за себя постоять, и ты часто приезжаешь к нам. А вот Стефани… – послышались звуки громких рыданий, которые эхом разносились по всему дому.

– Сьюзан, возьми себя в руки, – в холле раздался строгий бас Чарльза. – Я согласен с Мэтью. Девочка должна идти дальше, как бы нам всем не было тяжело от этого решения. Джеймс, ты как считаешь?

– Я оставлю своё мнение при себе, – голос Джеймса практически был не различим среди всеобщего разговора.

– Как так? Великий Джеймс Райт не скажет своё главенствующее мнение великого вожака и начальника? – Мэтт говорил с привычной издевкой и озорством, но Джеймс впервые на моей памяти никак не отреагировал на Мэтта и его слова.

– Нет, не скажет.

Я решила прервать все семейные споры и баталии, показавшись в лестничном проёме.

– Всем добрый вечер.

– Стефани, ты уже все собрала? – с заботой спросил меня Чарльз, стараясь изображать невозмутимое и беспристрастное выражение лица.

– Вроде, все.

– Если что забудет, у нее будет повод вернуться, – Кейт улыбнулась мне и подмигнула.

– Она итак будет возвращаться. Правда же?

– Сью, прости меня, но я пока буду держать небольшую дистанцию между нами. Я вам уже говорила, мне нужно время прийти в себя и все это переосмыслить. А главное понять, чего я хочу от жизни.

– Это не мешает тебе приезжать к нам! – взревела Сьюзан и уткнулась в грудь Чарльза.

– Сьюзан, Стефани нужно время, которое мы ей хоть и без особой радости, но дадим, – Чарльз еле заметно кивнул мне, чем вызвал у меня новую улыбку и нескончаемую благодарность.

– А ты, Мэтт, не вернёшься домой? Здесь, вроде как, вакантное место появилось.

– Спасибо за предложение, но я воздержусь. Мне твоего общества хватает на тренировках, чтоб разделять с тобой все своё свободное время. Стефани, куда ты теперь?

– Пока оставлю вещи у подруги и съезжу к отцу. Затем планирую найти работу и снять жильё.

– Жизнь с чистого листа?

– Можно и так сказать. Но как только я устрою эту жизнь,то я верну наше с вами общение. Обещаю.

Сью оторвалась от груди Чарльза и, начав рыдать с новой силой, заключила меня в самые крепкие объятия в моей жизни. Находясь в объятиях Сью мне казалось, что это тот самый момент прощания с матерью, который я всю жизнь мечтала ощутить после ее ухода. Я не мечтала вернуть мать, а лишь услышать или почувствовать ее прощание со мной. Наверное этот жест подарил мне небольшой покой в душу, потому что я крепко обняла Сьюзан в ответ, и со слезами на глазах пролепетала:

– Спасибо тебе за все. Мне будет безумно не хватать тебя, – я отстранилась от Сьюзан и, посмотрев на всех присутствующих, громко добавила. – Как и всех вас.

– А нам тебя, Стефани, – с печалью на лице говорил Чарльз. – Вы с Кейт принесли в этот дом неимоверную энергию и вдохнули в него новую жизнь.

Джеймс стоял все время в стороне и, молча, смотрел на все происходящее. На слова Чарльза он никак не ответил, а лишь потупил свой взгляд в сторону. Взяв мои вещи в обе руки, он молча вышел из дома, не разу не обернувшись в нашу сторону. В комнате повисло неловкое молчание, которое первым нарушил Мэтт.

– Что с ним? Я его первый раз таким вижу.

– Не может принять ее выбор, — пояснил Чарльз, обнимая плачущую Сьюзан. – Вот и пытается удержать контроль над собой и своими эмоциями.

– Не думал, что такое возможно. Я был уверен в том, что Джеймс непоколебим и его невозможно лишить контроля.

– Не забывай, мы в большей степени люди, с эмоциями, чувствами и психологическими особенностями. Каждый из нас испытывает такие же радостные и болезненные чувства, что и любой человек. Джеймс не исключение, поэтому зря ты считаешь его бесчувственным солдатом. Он всего лишь человек, один из многих миллиардов.

– Чарльз, вы сейчас всерьез говорите об этом? – Кейт стояла с взволнованным выражением лица. – Я думала, что альфа всегда холоден и рационален. И что он не может позволить себе потерять контроль над собой.

– Не может, но из всех правил есть исключения, Кейт. И, видимо, это одно из них.

– Надеюсь, он будет в порядке.

– Будет, но не в ближайшее время.

– Я попробую с ним поговорить, – Мэтт продолжал смотреть в след ушедшего Джеймса. – Может, хоть немного смогу помочь ему справиться с эмоциями.

– Попробуй, Мэтт, – тихо произнесла я подойдя к ближе к парню. – На тебя вся надежда.

– Я тебе обещаю, Стефани. Я его не брошу и буду с ним рядом.

– Даже не смотря на ваши разногласия?

– Какие бы у нас не были разногласия, но Джеймс когда-то спас меня и заменил мне отца. По факту, он стал мне вторым отцом, о котором я переживаю и волнуюсь не смотря на все наши разногласия. В такой ситуации я не могу его оставить наедине со всеми эмоциями. Поэтому впервые в жизни возьму на себя ответственность и попробую помочь Джеймсу.

– Ты стал другим, Мэтт. Более мудрым и зрелым. Ты точно уже не тот парнишка из приемной.

– Спасибо, Стефани. Приятно слышать это от тебя. Береги себя и не забывай о своей семье.

На этой ноте я попрощалась со всеми домочадцами и, глубоко вздохнув, направилась к выходу из дома. Окинув тяжелым взглядом дом, подаривший мне тепло и уют, я уверенным шагом вышла за дверь. Внедорожник Джеймса стоял перед входом в дом и испускал клубы дыма из выхлопной трубы. На улице был сильный мороз, и мое лицо мгновенно закололо от холода. Не смотря на это, я двигалась к автомобилю медленным шагом, понимая, что это последний раз моего нахождения в этом доме и неизвестно, когда я здесь появлюсь в следующий раз. Когда я открыла пассажирскую дверь и села около Джеймса, то увидела его пустые глаза, направленные в сторону лобового стекла автомобиля. Казалось, что рядом со мной сидит не живой человек, а восковая фигура со стеклянными глазами, сделанными из хрусталя.

– Ты в порядке?

– Ты знаешь, что нет.

– Джеймс, прошу тебя…

– Я тоже тебя просил подождать с переездом и со своей новой жизнью хотя бы до Рождества, но ты меня не послушала. Так почему я должен слушать сейчас тебя? – впервые Джеймс говорил со мной сквозь зубы и с сильной обидой в голосе.

– Ты знаешь почему. Так же, как знаешь то, почему я должна это сделать без отлагательства.

– Нет, я этого не знаю.

– Если я отложу свое решение, то никогда не решусь сделать первый шаг. Я так и буду бояться и сомневаться совершить настолько кардинальные перемены в жизни. В итоге это приведёт меня к полному разочарованию в жизни и к потере интереса к ней. Я хочу жить, Джеймс, и жить полноценно. И для этого мне необходимы кардинальные перемены.

– Но я не понимаю, зачем отказываться от всех нас?

– Я никогда от вас не отказывалась и не собираюсь этого делать. Я лишь прошу у вас дать мне свободное время для того, чтоб разобраться в себе.

– И сколько тебе нужно на это времени?

– Я не могу тебе сказать. Месяц, полгода, год, пять лет. Я не могу знать точно, Джеймс.

– Это будет невыносимое время для меня. Я не знаю, как я смогу спокойно жить каждый день не зная, как ты и что с тобой, – в голосе Джеймсая вновь различала отчаянье и безнадёжность.

– Джеймс, ты же как-то жил до моего появления в твоей жизни. Вернись на два года назад, – я попыталась улыбнуться Джеймсу, но он даже взгляда не повёл в мою сторону.

– Это невозможно, Стефани. Ты должна это понимать.

– Тогда попробуй переключить своё внимание на что-то другое. Или кого-то.

–– Стефани, не начинай. Точно не сейчас, – прошептал Джеймс, сжимая руль настолько крепкой хваткой, что кости его рук посинели.

– Хорошо. Но я прошу тебя не реагировать на все это так бурно.

– Как мне реагировать только мне решать. Не так ли ты говоришь всегда?

– Я согласна с тобой, но прошу тебя подумать о другом и успокоиться.

– Стефани, неужели ты готова бросить меня точно так же, как и Влада?

– Джеймс… – мой голос сорвался, а подходящих слов так и не нашлось, чтоб ответить на его вопрос.

– Хотя я уже знаю ответ на этот вопрос. Можешь ничего не отвечать.

Когда Джеймс привез меня по нужному адресу, он, молча, взял мои вещи и понёс за мной в новую квартиру Рэйчел, которую она совсем недавно сняла. Нынешняя квартира подруги находилась относительно недалеко от ее нового офиса, и располагалась практически в центре города. Она хоть и была небольшой, но по стилю довольно уютной. Когда я позвонила в звонок, Рэйчел открыла дверь с широкой улыбкой на лице, и радостно обняла меня. Она тут же заметила за моей спиной Джеймса и его безжизненное выражение лица.

– Вы должно быть кузен Стефани, а по совместительству ее босс Джеймс Райт? Я Рэйчел. Ее лучшая подруга ещё со студенческих времен.

– Приятно с вами познакомиться лично, Рэйчел. И я ее бывший босс, как вы могли понять.

– Я немного упустила этот момент. За что прошу у вас прощения.

– Не стоит этого делать. Конкретно вам, в данной ситуации, не за что извиняться.

– Рэйчел, где я могу поставить свои вещи?

– Заноси пока в гостиную, а там дальше разберемся куда их деть.

Рэйчел отошла в сторону от дверного проема, пропуская нас внутрь своей квартиры. Я поспешила зайти вслед за ней, а вот Джеймс еще несколько минут колебался. Заметив реакцию Джеймса, Рэйчел вернулась к нему в коридор и максимально добродушным голосом произнесла:

– Мистер Райт, я знаю, что вам сейчас не просто отпускать Стефани и прощаться с ней. Но я могу вас заверить, что это ещё принесёт свои плоды. Вот увидите.

– Откуда вам знать?

– Я не могу знать этого наверняка. Так же, как и вы не можете знать, что случится завтра или через неделю. Жизнь скоротечна, мистер Райт, и в ней происходят независящие от нас перемены. Вопрос только в том, можем ли мы их принять и дальше идти по жизни, принимая эти изменения. Или же мы погрязнем в сожалениях и однообразии, вызвав тем самым стагнацию нашей личности.

Не знаю, что Рэйчел такого сказала, но на мгновение Джеймс поднял на неё глаза и своим ясным и пронзительным взглядом стал прожигать ее насквозь. Он смотрел на Рэйчел в течении нескольких минут, а затем своим твёрдым и уверенным голосом произнёс:

– В ваших словах есть доля правды, но не всегда перемены могут идти на благо. Иногда они вызывают слишком трагичные последствия.

– Если бы вы меня внимательно слушали, то могли бы заметить, что я вам ни слова не сказала о положительных переменах, мистер Райт.

– Я… – Джеймс был растерян и ошеломлён одновременно. Впервые на моей памяти незнакомая девушка отчитывала его, как школьника.

– Если вы не против, мистер Райт, то я хотела бы предложить вам зайти в квартиру и не стоять в коридоре.

Джеймс еле заметно кивнул Рэйчел и, взяв мои вещи, наконец-то зашёл внутрь квартиры. Он поставил мои чемоданы на место, куда указала Рэйчел, а затем вернулся ко входной двери.

– Рэйчел, был рад знакомству с вами и спасибо за ваше гостеприимство.

– Взаимно, мистер Райт. Но из-за вашего отказа остаться с нами на ужин я не имела возможности продемонстрировать вам свое гостеприимство.

– Зовите меня Джеймс. И мне хватило того, что я увидел за это непродолжительное время.

– В таком случае хозяйка из меня так себе.

– Не скромничайте. Ваше гостеприимство держится на хорошем уровне. Поверьте мне.

– Джеймс, перед своим уходом возьмите вот это, – Рейчел протянула Джеймсу картонную карточку с номером своего телефона.

– Визитка психотерапевта? – посмотрев на визитку Джеймс ужаснулся и сильно напрягся. – Мне это точно не потребуется.

– Все так говорят. Но если вам будет все же невмоготу и будет тяжело — звоните. Я приму вас в любое время.

– Спасибо вам за столь неординарное и необычное предложение, – Джеймс замялся, и было видно, как сильно он сконфужен. – Рэйчел, желаю вам доброй ночи.

– И вам доброй ночи, Джеймс.

– Джеймс, могу я проводить тебя до твоей машины? – я подошла к Рэйчел, и стала выглядывать из-за неё, смотря прямиком на Джеймса.

– Если ты этого хочешь. Я не могу тебе диктовать правила, или запрещать что-то делать.

Джеймс кинул на меня короткий взгляд и, кивнув Рэйчел, направился в сторону выхода из квартиры. Я отправилась следом за ним, передвигаясь ватными ногами по полу. Осознавать, что это наша последняя встреча и неизвестно, когда я увижу Джеймса в следующий раз было мучительно больно. Когда я вышла на улицу Джеймс стоял около входа в подъезд и смотрел куда-то на вверх. Сегодня хоть и был сильный мороз, но небо было ясным и без единого облака на нем. Слабый свет звёзд отражался в глазах Джеймса, поднятых прямиком к небу. Сегодня была убывающая луна, поэтому ее света практически не было заметно, как и самой луны.

– Джеймс, прошу, поговори со мной нормально.

– Что в твоём понимании нормально?

– У меня сейчас возникло жуткое чувство дежавю, – я хихикнула и, сделав свой голос грубее, попыталась скопировать интонацию самого Джеймса. – Мисс Пайнс, что в вашем понимании адекватные люди?

– Я понимаю это так. Человек не принимает спонтанных и необдуманных решений в своей жизни. Он руководствуется здравым смыслом и не действует на удачу. Он не отдаляется от семьи и близких ему людей, а продолжает быть с ними рядом.

– Джеймс, я не бросаю вас, – поняв, что мой манёвр не сработал, я вновь вернулась к обычному разговору. – Я просто хочу привести свои мысли в порядок и вернуться нормальным человеком.

– А чем ты сейчас не нормальная?

– Я слишком потеряна и запутанна в собственных мыслях, чтоб быть нормальной.

– Как ты планируешь вернуть свою «нормальность»?

– Начну с первоисточника всего этого хаоса.

– Для этого ты и едешь к отцу?

– Как я уже много раз говорила, да. Нужно начать с отца и с его отношения к нам с сестрой. Я хочу узнать о причинах маминого ухода, о причинах его отношения к нам и об его отрешённости. Джеймс, пойми, мне необходимо это узнать. В противном случае я могу… – мой голос сорвался, и я так и не смогла закончить свою мысль.

– Что ты можешь? – в одно мгновение голос Джеймса стал вновь заботливым и мягким. – Стефани, о чем ты хотела сказать?

– Я боюсь стать своим отцом в будущем, – прошептала я, опустив взгляд вниз. – Ведь он был нормальным человеком, и ничем не отличался от любого классического семьянина в этой стране. В один день мама ушла, бросив нас, чем вызвала у отца эту замкнутость и вечное горе в душе, которое он так и не смог побороть. Он не смог понять причины этих событий и не проработал их, что в итоге погубило его и нас заодно.

– Даже так? Я даже подумать об этом не мог.

– Я впервые кому-то призналась в этом.

– Откуда взялись подобные мысли и страхи у тебя? Ты всегда говорила о том, что не похожа ни на одного из своих родителей.

– Я внушала себе это с двенадцати лет, как только поняла, какие у нас с Кейт родители. Но если быть откровенной, то я очень похожа на своего отца, как внешне, так и внутри… – я замолчала, не в силах продолжить свою мысль

– Да? Никогда бы не подумал, судя по твоим рассказам об отце.

– В молодости он был таким же, как и я. Амбициозным, характерным, сильным и острым на ум. Он умел справляться со многими проблемами и всегда решал неразрешимые задачи. Ты заметил, что Кейт совершенно не такая. Она копия матери, которая была слишком эмоциональной и противоречивой. До сих пор не понимаю, как они с отцом сошлись, но видимо правду говорят о том, что противоположности притягиваются.

– Тогда твой идеальный партнёр тихий и молчаливый айтишник из отдела цифровой аналитики, – впервые я увидела на лице Джеймса легкий намёк на улыбку.

– Видимо, так. Поэтому у меня ничего не получается с уверенными в себе мужчинами.

– У тебя все получится, – такой тихий, но уверенный голос Джеймса буквально пронзил все окружающее нас пространство. – Может не сейчас, но в будущем обязательно получится.

– И в этот момент я смогу тебе уверено сказать, что ты был прав.

– Стефани, запомни навсегда. Чтобы не случилось, я всегда буду рядом с тобой.

– Я знаю, Джеймс. Так же, как и я с тобой.

После этих взаимных откровений мы попрощались. У меня было жуткое чувство повторения истории, когда я выпускницей была уверенна, что вся моя жизнь впереди, а все двери передо мною открыты. Единственное различие было в том, что во мне теперь было чувство того, что мир не так прост и в нем много необъяснимых и опасных вещей, которые могут в любой момент возникнуть в моей жизни, но с которыми я обязательно должна буду справиться.

Глава 8

Я сидела в салоне автобуса и внимательно осматривала окрестности за окном. Возвращаться домой, спустя долгие девять лет было довольно странно. Как я и предполагала, родной город ни капли не изменился с моего последнего появления здесь. Все те же улицы, с теми же магазинами, и все те же рекламные вывески, пожелтевшие в некоторых местах под действием времени. В этом месте казалось, что время остановило свой ход и люди вокруг застряли во временной петле. Выйдя на автовокзале, я сразу направилась в сторону выхода в город, чтоб словить попутку или такси. В отличие от Нью-Йорка погода в Огаста была немного теплее, и здесь до сих пор ещё не было снега. До Рождества оставалось несколько дней, поэтому весь городок был по праздничному украшен разнообразными гирляндами и украшениями. Мне показалось, что я вернулась на двадцать лет назад, и сейчас я с родителями зайду в ближайший магазин с игрушками, и буду мечтательно перебирать все игрушки в качестве потенциального подарка от Санты. Воспоминания вызвали у меня лёгкую улыбку на лице, а мои глаза заблестели от выступивших слез. В последнее время я стала слишком сентиментальной и эмоциональной, что сказывалось на моем поведении.

Спустя двадцать минут поисков попутки я поймала семейный минивэн с милой девушкой за рулём. Вместе с незнакомкой в салоне автомобиля находились двое детей. Это были мальчик и девочка, имевшие между собой года два разницы. Мальчику на вид было лет семь, а девочке по моим предположениям около пяти.

– Так куда тебе надо? – за рулем минивэна сидела полноватая девушка с короткими волосами пшеничного цвета.

– Вейверли Лэйн 3197, – я попыталась проявить дружелюбие и улыбнулась девушке.

– Нам как раз по пути. Как тебя зовут?

– Стефани. Стефани Пайнс.

– Пайнс? Ты родственница мистера Пайнса?

– Точнее говоря, я его дочь, – почему-то в этот момент я испытала небольшое чувство вины из-за своего признания.

– Я и не знала, что у него есть вторая дочь. Я помню только Кейт. Кстати, я Трикси.

– Очень приятно. А ты давно здесь живёшь?

– Пять лет. Мне хотелось сбежать от прошлого, вот я и решила забрать детей и уехать на другой конец страны от своего бывшего мужа.

– Смело с твоей стороны. И как, получилось сбежать и начать новую жизнь?

– Не совсем, – девушка засмеялась. – Мой бывший муж нашёл нас и приехал с извинениями, раскаянием и фургоном, набитым под завязку его вещами.

– И что в итоге?

– В итоге мы уже четыре года вновь живем вместе счастливой семьей. После этого я сделала вывод о том, что как не беги от прошлого, оно тебя все ровно настигнет.

Я притихла, растерянная от откровения моей попутчицы. Ее слова вновь вызвали во мне волну противоречивых чувств, которые я попробовала отогнать от себя. Мне никак нельзя было вновь поддаваться эмоциональным слабостям и допустить сомнений в своем выборе. После непродолжительного молчания я решила перевести разговор с Трикси в другое направление.

– Ваша история похожа на сценарий классической мелодрамы, но со счастливым концом.

– Есть такое. Так ты к отцу на Рождество приехала?

– Не совсем. Я приехала к нему по личному вопросу, который не давал мне покоя долгие года.

– Я со своими родителями до сих пор общаюсь только по телефону. Они живут в Канаде, а у меня не хватает времени выбраться к ним даже на праздник. Да и в Рождество у меня самое рабочее время.

– А кем ты работаешь?

– У нас с мужем небольшой магазин на Кэлвари-драйв со всякими мелочами. Как понимаешь, в последний месяц перед Рождеством работы было много.

– Могу только представить.

– А чем ты занимаешься?

– Я сейчас временно без работы, но до этого была помощником генерального директора банка.

– Ничего себе! Что заставило тебя уйти с такой работы? Шеф домогался?

– Нет, что ты! Мистер Райт был самым лучшим шефом, о котором можно только мечтать. Мы с ним остались близкими друзьями после моего ухода.

– Могу предположить, что дело касается неразделенной любви, – в голосе Трикси слышалось лёгкое сочувствие, чего я не могла не уловить в ее словах.

– Можно и так сказать. Дело касается любви, но не совсем неразделенной.

Весь оставшийся путь прошёл в тишине. Трикси и ее дети привезли меня прямо под дом, который совершенно не изменился за все эти года. Серый фасад дома кое-где потрескался, а ставни окон на втором этаже были расшатаны и при дуновении ветра испускали легкий скрип. Ветки когда-то аккуратно подстриженных кустов небрежно торчали в разные стороны, а подъездная дорожка к гаражу была вся завалена опавшими листьями соседних деревьев. Осмотрев дом своего детства, я тяжело вздохнула и подошла ко входной двери. На табличке около двери красовалась аккуратно выжженная надпись «Арчи и Грейс Пайнс. 20. 05. 1993». Ниже, гвоздем небрежно была выцарапана подпись: «Стефани и Кейт Пайнс». Я на минуту засмотрелась на все это, и грудь неприятно защемило от подступающей боли. Рука все никак не могла решиться постучать в дверь. Она зависла в паре сантиметров от деревянной поверхности, словно в замедленной съемке. Не знаю, сколько прошло времени прежде чем мои пальцы стали замерзать и я лёгким движением постучалась в дверь. Внутри дома послышался шум и еле заметные шарканья по полу. Затем хриплый и уставший мужской голос произнёс.

– Кто?

– Пап, это я

Послышался шум открывающегося замка и дверь открылась. На пороге стоял мужчина лет пятидесяти, на котором были надеты мятая клетчатая рубашка и грязные джинсы. Его темные волосы беспорядочно торчали во все стороны, а когда-то смуглая кожа приобрела болезненно бледный оттенок. Лицо мужчины было покрыто крупными морщинами, особенно в областях около глаз и переносицы. Сами глаза смотрели на меня все тем же пустым и безжизненным взглядом, что я помнила с последней нашей встречи. Смотря в отцовские глаза, я увидела отблеск собственного взгляда, что сильно напугало меня.

– Стефани? Что случилось? – взволновано произнёс отец, осматривая меня с ног до головы.

– Ничего такого, что может тебя взволновать, – язвительно произнесла я, окинув отца презрительным взглядом. – Я могу войти?

– Конечно. Проходи скорее.

Как только я зашла внутрь, то сразу заметила перемены во внутреннем убранстве дома. Висящие на стенах фотографии и наши с Кейт детские рисунки куда-то пропали, оставив после себя пустоту. Лестница на второй этаж выглядела грязной, с большим слоем пыли на ступеньках. Мебель вся была потертой и слишком неухоженной по сравнению с моими детскими воспоминаниями.

– Здесь все поменялось, – проговорила я, осматривая убранство вокруг. – Раньше было намного уютнее. Куда делись все фотографии?

– Прости. Я не успел прибраться. Фотографии пришлось убрать после наводнения. Они все были испорчены. Я сам только недавно вернулся домой.

– Очередная длительная смена?

– Что заставило тебя приехать ко мне, да ещё и в канун Рождества?

– Много чего, – уклончиво ответила я, не желая начинать свой разговор прямо сейчас.

– А как же твоя работа в банке?

– Я уволилась.

– Вот как? Могу поинтересоваться почему?

– Мне надо было переосмыслить свою жизнь и изменить ее.

– Могу предположить, что что-то заставило тебя прийти к этому. Что-то, или кто-то.

– Даже если так, тебе разве есть до этого дело?

– Есть. И я хочу выслушать тебя, если ты готова со мной поделиться подробностями.

– Ты четырнадцать лет не спрашивал меня, как я и что у меня происходит. Откуда возник этот интерес сейчас?

– Я не видел тебя почти десять лет. Могу же я узнать подробности жизни своей старшей дочери.

– Помнится, что на нее тебе было совсем наплевать. Так же, как и на младшую.

– Кстати, о ней. Как Кейт и где она сейчас?

–Ты не имеешь право спрашивать о Кейт. Не после того, как бросил ее на полгода в одиночестве!

– Ты просто ничего не понимаешь. Но тебе и не надо об этом знать.

Отец повернулся ко мне спиной и направился в сторону гостиной. Я не поняла, что с ним произошло, и что отец имел в виду. Я стояла с растерянным лицом около лестницы по которой я с самого рождения бегала к себе в комнату и пряталась от всего мира. Сейчас у меня почему-то возникло подобное желание. Мне хотелось подняться по скрипучим ступенькам на второй этаж, зайти в боковую дверь с большой буквой «S» на ней, закрыть за собой дверь и зарыться в тёплое и пушистое одеяло, подаренное мне Кейт. Я обречённо вздохнула и решила проследовать следом за отцом. Как я и предполагала, он сидел в своём затертом до дыр кресле, и пил пиво. Слабый запах алкоголя ударил в нос, вернув все негативные воспоминания из детства.

– Ты так и не бросил пить? Ты настолько слаб, что не можешь отказать себе в алкоголе и перебороть свою тягу к нему?

– Не вижу в этом особого смысла.

– В принципе, как и во всем вокруг тебя, – я села на старый диван и пристально посмотрела на отца. – Как ты можешь жить такой жизнью?

– Какой такой?

– Во всем этом! Без целей, без интересов, без общения и социальной активности. Как можно быть настолько ограниченным и безразличным ко всему, и позволить себе бросить собственных дочерей на произвол судьбы?

– Я вас не бросал, а делал то, что было лучше для вас обеих.

– Ты сейчас шутишь? Это какой-то извращенный юмор? Ты пропадал месяцами, бросив нас без денег, без еды, без внимания в конце концов. С двенадцати лет я научилась выживать, находя деньги на жизнь и еду для себя и маленькой сестры.

– Что научило тебя всегда справляться со всеми трудностями, какими бы непреодолимыми они не казались.

– Так ты это делал, чтоб меня закалить и научить выживать? Как это мило с твоей стороны! – меня накрыл неконтролируемый психоз, который я испытывала каждый раз, говоря с отцом. – Можешь быть разочарован. Я не смогла справиться со всеми трудностями своей жизни и именно поэтому я здесь!

– О чем ты? Что у тебя случилось? – тон отца приобрёл ноты напряжения, что я слышала впервые. Он никогда не проявлял эмоций с самого ухода матери от нас, но сейчас в нем что-то изменилось.

– Я не уверенна, что тебе интересна моя история.

– Стефани, – отец отставил пустую бутылку в сторону, и внимательно на меня посмотрел. – Поверь, мне есть дело. Я хочу услышать, что у тебя стряслось. Я, может, и не интересовался этим на протяжении последних четырнадцати лет, но на это у меня были причины.

– Причины? Какие?

–– Давай сейчас ты поднимешься к себе и переоденешься с дороги, а я в это время соображу нам ужин на двоих. Что скажешь?

– Мы сможем поговорить после этого?

– Сможем. Даю тебе слово.

Я кивнула отцу, а он одарил меня ответной улыбкой. Что-то в нем изменилось, и это было слишком очевидным фактом. Я не могла понять почему, но он проявлял хоть какие-то эмоции, что было не типично для него. «Может, после ухода Кейт он понял, что виноват в том, что потерял вас обеих?». Отец помог донести мои вещи до комнаты, а затем удалился на кухню. Зайдя в свою старую комнату, я не могла отделаться от жгучего чувства дежавю. Все та же аккуратно заправленная кровать, та же мебель и плакаты на стенах. Мой стенд с памятными моментами, где в основном висели фотографии меня и Кейт. На полке около стенда красовались кубки и награды за всевозможные научные конкурсы и олимпиады. «А ведь ты была сильной и добивалась победы любой ценой когда-то» напомнила я себе и ухмыльнулась. Открыв свой старый шкаф с одеждой, я обнаружила, что мой размер никак не изменился со школьных времён. Взяв чистую футболку и спортивные штаны, я направилась прямиком в душ. Предполагая подобное развитие событий, я заранее сложила с собой необходимую мне парфюмерию и гигиенические средства. После душа мне стало немного лучше, а голова стала яснее. Я спустилась медленной походкой вниз, и прошла в сторону кухни. Отец стоял у плиты и что-то аккуратно помешивал в сковороде.

– Ты научился готовить?

– Не могу тебе в этом похвастаться, но минимальные азы кулинарии пришлось освоить.

– Это ты после ухода Кейт этим занялся?

– Да. Но предупреждаю сразу, не жди кулинарных шедевров от меня.

– Я не ела с самого Нью-Йорка. Сейчас я согласна и на банку разогретого томатного супа.

– Это тоже имеется в наличии. Но я предлагаю тебе поужинать более приятным блюдом.

– И чем же?

– Разогретая паста болоньезе вчерашнего приготовления вместе с только что приготовленными спагетти.

– Звучит неплохо, особенно для тебя.

– Спасибо, Стефани. Знай я, что у меня будут гости, то приготовил бы что-то особенное.

– У тебя никогда не бывает гостей и не стоит напрягаться из-за меня. Я здесь ненадолго.

– Почему? Ты спешишь куда-то?

– Мне надо найти новую работу и жилье. Да и ты не частый гость в собственном доме.

– Что даёт тебе право находиться здесь неограниченное количество времени.

– Спасибо за предложение, но я не думаю, что это удачная идея.

– Ты все же подумай на досуге об этом, – как можно мягче произнёс отец и выключил газовую плиту. – У меня все готово.

Мы с отцом накрыли небольшой обеденный стол и приступили к ужину. Вкус еды оказался действительно недурным и даже отчасти приятным. Для меня это было неожиданностью, ведь от отца я ожидала намного худшего результата. После того, как с едой было покончено, отец предложил выпить по чашке чая в гостиной и поговорить.

– Все же я хочу узнать, что у тебя произошло.

– Все довольно сложно и запутано.

– Так распутай ниточка за ниточкой, – отец взял меня за руку, чем сильно удивил меня. – Я знаю, ты сможешь.

– Я… – меня парализовала от спонтанного действия со стороны отца. Впервые он сделал подобный жест в мою сторону. Последний раз отец брал меня за руку в десять лет, когда водил нас с Кейт в зоопарк. – Не знаю, как тебе рассказать обо всем так, чтоб ты понял меня.

– Расскажи все, как есть. Я в любом случае тебя пойму.

– Как ты знаешь пару лет назад я устроилась работать в банк.

– Знаю. Как и знаю то, что работала ты довольно успешно.

– Так все и было. Но затем…

Я начала вновь пересказывать аналогичную историю, что я рассказала Рэйчел. Отец слушал внимательно, и его глаза становились все яснее и яснее. Было сложно понять, что он думал или чувствовал во время моего рассказа, но я не могла не заметить перемены на его лице. Как только я закончила рассказывать свою историю, отец посмотрел куда-то за меня и твёрдым тоном спросил:

– Что с Кейт сейчас? Она в порядке?

– Она жива и невредима, если ты об этом. Живет обычной жизнью словно ничего этого не было.

– У неё нет приступов в школе, или когда она одна?

– Каких приступов?

– Ты говорила, что она сильно болела. Я могу предположить, что что-то подобное с ней в любом случае происходит.

– Нет, ничего такого нет и никогда не было. Она за малым не умерла из-за сердечной недостаточности, которая была вызвана генетическими проблемами, как нам объяснили врачи, – ложь давалась мне не просто, но я старалась сделать свой голос максимально убедительным.

– Вот как? Довольно странно, учитывая тот факт, что я и ваша м.... – отец замолчал и закрыл свои глаза. Я понимала, кого он имел в виду, но не стала ничего говорить вслух, а покорно ждала, пока он придёт в себя. – Что оба ее родителя не имели подобных проблем.

– Возможно, этот недуг передался через многие поколения. Такое довольно часто происходит у людей, поэтому здесь нет ничего необычного.

– Может, ты и права, – задумчиво произнёс отец. – Где Кейт живет сейчас, если ты собираешься искать новое жильё.

– Она живет с моим близким другом и его семьей. Он приличный мужчина и всеми силами помогает Кейт с реабилитацией. Так же, как и вся его семья, которая приняла нас с Кейт, как своих.

– Что значит приняла?

– То, папа, что мы жили вместе с ними последний год, и эти люди подарили нам настоящую семью. В отличие от вас с матерью.

– Мы в этом не виноваты, Стефани. Так сложились обстоятельства.

– Да? И в чем вы не виноваты? В том, что развелись и бросили нас, каждый по-своему? Мать просто развернулась и в один момент, молча, исчезла, бросив родных дочерей. А ты, погрязнув в своём горе и в одержимости ее персоной, оставил нас одних. Так ответь мне, в чем вы не виноваты?

– Все намного сложнее, чем ты предполагаешь.

– Так посвяти меня в эти сложности. Впервые за четырнадцать лет я вправе узнать причины вашего расхождения и дальнейших ваших решений, – я взорвалась, не в силах больше контролировать все эмоции, что забурлили внутри меня.

– Мы поговорим об этом, но немного позже. Я все же хочу узнать, почему ты решила все бросить в Нью-Йорке и приехать сюда.

– Я хочу начать новую жизнь, забыв прошлое. Для этого мне надо проработать все травмы, связанные с ним. Я решила начать с главной травмы. С вас.

– Я хочу помочь тебе, Стефани, но боюсь, что мои слова будут бессмысленными.

– Это уже мне решать. От тебя мне требуется откровенность и честность в словах, не более.

– А что твой Дэмиан, где он сейчас? – такой неожиданный вопрос застал меня врасплох и я резко замолчала.

– Понятия не имею. Да и зачем мне это знать?

– Так ты оставила попытки его вернуть?

– Ты меня внимательно слушал? Мы с ним расстались окончательно на его приеме. На этом все. Точка.

– Значит, он уехал в Европу и уехал навсегда?

– Да. Это сейчас вообще к чему?

– Ни к чему. Просто интересуюсь, как далеко находится подонок, разбивший сердце моей дочери.

– Прекрати так говорить. Он не подонок и никогда им не был. Я сама оттолкнула Дэмиана от себя. Его вина во всем этом минимальна.

– Ты так считаешь?

– Пап, я не хочу больше говорить о Дэмиане. Я устала, и у меня был непростой день сегодня.

– Конечно, детка. Пойди и отдохни у себя, а завтра мы сможем ещё раз поговорить, если у тебя будет желание.

– Я надеюсь на это.

– Доброй ночи, Стефани.

Я направилась к себе в комнату, пытаясь анализировать наш с отцом разговор. Он вёл себя довольно обыденно, но его интерес к моей жизни меня немного пугал и смущал одновременно. Я не могла понять, откуда этот интерес мог взяться, но мне захотелось всеми силами выяснить это.

Моя поездка к отцу на пару дней затянулась на месяц. Весь январь я провела дома, отдыхая и приводя свой разум в порядок. Простая жизнь в замершем во времени городке помогла забыть практически все мои переживания и тревоги. Я каждое утро вставала на пробежку и бегала вдоль аккуратных домов с их ухоженными двориками. Впервые за всю мою жизнь такой размеренный образ жизни и повторяющийся «день сурка» приносили мне удовольствие и спокойствие в душу. Сейчас все было просто и легко в моей жизни. Я сдружилась с Трикси, которой периодически помогала с детьми в качестве няни и тем самым получала небольшую финансовую компенсацию за потерянные нервы и время. Стив и Рита, так звали детей Трикси, были довольно забавными малышами, с которыми я хоть и не сразу, но нашла общий язык. По вечерам мы с отцом вместе ужинали и пили чай в гостиной. За нашими разговорами я узнала много нового о своей семье. Отец впервые был со мной максимально откровенным, что не могло не радовать меня, и я впервые посмотрела на него другими глазами. Теперь он был для меня несчастным мужчиной, который остался один с двумя дочерьми, не в состоянии смириться с потерей любимой женщины. Мать я по-прежнему ненавидела и испытывала к ней сильную ненависть. Что касалось отца, то мои чувства к нему сильно изменились.

В один из последних январских дней я прогуливалось вдоль набережной, и смотрела, как небольшие суда качаются на водной глади. В этот момент на мой телефон поступил звонок, который я никак не ожидала получить:

– Добрый день, мисс Пайнс, – я услышала молодой и мелодичный голос в динамике. – Как ваши дела?

– Мистер Пирс? Не ожидала вас услышать.

– Я хотел извиниться перед вами за столь долгое молчание. Позвольте загладить свою вину, как вы в прошлый раз сказали «деловым свиданием».

– Мистер Пирс, я…

– Норман. Вы же помните нашу договорённость.

– Норман, видите ли в чем дело. Я больше не работаю на мистера Райта и не проживаю в Нью-Йорке.

– Вот как? Могу я поинтересоваться, где вы сейчас обитаете и нашли ли вы новое место работы?

– Я пока нахожусь в родном городе в гостях у отца, но в ближайшее время планирую заняться поисками и того и другого.

– В таком случае могу ли я предложить вам место своего заместителя в одном из филиалов моей организации?

– А чем вы занимаетесь, мистер Пирс? За все время нашего знакомства вы так мне об этом и не рассказали.

– У меня небольшая организация, которая занимается продажей полезных ископаемых на мировом рынке.

– Звучит довольно серьезно.

– Не серьёзней, чем один из крупнейших банков в США. Что скажете, мисс Пайнс, готовы рассмотреть мое предложение?

– Норман, спасибо вам за предложение, но я не могу его принять.

– Могу я узнать о причинах вашего отказа?

– Мы с вами стали общаться немного неформально, а рабочие отношения могут испортить наши с вами отношения. Мне бы не хотелось переходить эту тонкую грань и нарушать субординацию, работая на вас.

– Так вы из-за этого отказали? Других причин у вас нет?

– Если говорить честно, то я не хочу быть у вас в подчинении и работать близко с вами.

– Я могу предложить вам более подходящее место работы.

– Да? И какое же?

– Встанете во главе одного из моих филиалов в Бостоне, и сможете быть независимой. По факту, вы никому не подчиняетесь, и лишь изредка вам придётся отчитываться о проделанной работе и контактировать со мной.

– Вы уверены? Я занималась немного другой работой у мистера Райта.

– Я в вас уверен, Стефани, и искренне хочу вам помочь в ваших стремлениях.

– Норман, я даже не знаю, что сказать.

– Скажите да, и я пришлю за вами самолёт.

– Я могу и самостоятельно долететь до Бостона в случае чего.

– Можете, но так будет быстрее.

– Я никуда не спешу, мистер Пирс, и все ещё не дала вам свой ответ.

– В этом вы правы, – в голосе Нормана слышались нотки слишком сильной самоуверенности. – Но я надеюсь получить его в ближайшее время.

– Я подумаю над вашим предложением и обязательно перезвоню вам.

– На счёт жилья не переживайте. Вам будет предоставлена корпоративная квартира в Бостоне.

– Даже так? Такие условия не часто встретишь среди работодателей.

– Для вас, мисс Пайнс, все самое лучшее. До связи, Стефани. Берегите себя.

– Всего вам доброго.

Я не могла поверить, что подобное могло произойти со мной. В один момент две самые большие проблемы в моей жизни на сегодняшний день разом разрешились. У меня могла быть новая и довольно хорошая работа, хорошее жильё, и что самое главное новая жизнь. Я чувствовала, что готова к ней и готова идти дальше. После проработки наших с отцом отношений и моего прощения его поступков мне стало легче на душе. Я больше не испытывала страх стать отцом в будущем, а дала себе обещание никогда не погрязнуть в подобном состоянии. За все это время я ни разу не связалась с Джеймсом и его семьей. Мне безумно хотелось это сделать, но каждый раз я себе напоминала, что необходимо держать дистанцию со всем сверхъестественным. Самым тяжелым во всем этом было перебороть желание набрать Кейт. Держать расстояние с ней было невыносимым и болезненным. Довольно редко, но я себе позволяла написать хоть несколько сообщений сестре, на которые всегда сразу получала довольно обширные и подробные ответы. Сестра знала, где я и с кем я, но она ни разу не осудила меня за мой поступок. Реакция Кейт и ее поддержка воодушевляли меня ещё больше. Я пообещала себе, что как только устроюсь на новом месте, то первым делом приглашу сестру в гости. Может, от всего сверхъестественного я и решила отойти, но оставить в стороне сестру я не могла. Она как была, так и осталась самым важным человеком в моей жизни, ради которого я была готова на все. За прошедшее с моего приезда время я поняла, что мне уже не настолько больно думать о прошлом. Воспоминания о Дэмиане и о нашем совместном прошлом все ещё приносили боль, но эта боль больше не сопровождалась обидами и сожалениями. Скорее, эта была благодарная боль, за все, что у нас с ним было. Все эмоции, все разговоры, все интимные моменты для меня были тёплыми воспоминаниями о счастливых моментах моей жизни, которые я навсегда сохраню в своей душе.

Придя домой, я сообщила отцу о предложении Нормана, опустив тот факт, что мы были знакомы до этого момента. Отец не сильно обрадовался подобным новостям и пытался отговорить от подобной затеи.

– Стефани, ты не должна никуда уезжать.

– Должна. На моей памяти мне не часто поступали подобные предложения и такие шансы редко выпадают в жизни. Я не хочу его упустить.

– Именно поэтому ты должна быть как никогда осторожной. Пообещай быть начеку и больше не подпускать к себе подобных личностей.

– Ты про Дэмиана?

– Особенно про него и ему подобных. Все они не для тебя и тебе стоит держаться от них подальше.

– Я постараюсь, но не могу тебе обещать.

– Не постараюсь, а сделаю ровно так, как я сказал.

– Пап, ты чего? Я девять лет жила в Нью-Йорке и ты мне подобного слова в жизни не сказал. А сейчас, когда мне почти двадцать семь, ты решил включить заботливого отца?

– Я не думал, что ты начнёшь творить безрассудные вещи. И я до последнего верил в твоё благоразумие. Но, видимо, напрасно.

– Что? – вскрикнула я, – Что это вообще значит?

– Что было глупо отправиться на другой конец света неизвестно к кому, – впервые в жизни отец повысил свой голос на меня. – Ещё глупее было сходиться с неизвестными мужчинами, чьё поведение выходит за рамки дозволенного. Но самым глупым поступком было решение втянуть этих мужчин в твои проблемы, и уж тем более втягивать сюда Кейт.

– Это я ее втянула? – я громко закричала, не выдержав нападок отца. – Я ее вытянула с того болота отчаянья в котором ты ее утопил!

– Лучше бы она утонула в этом болоте, чем находилась бы неизвестно с кем в огромном мегаполисе.

– Это ты говоришь? Ты ее на полгода оставил одну в семнадцать лет! Она в одиночестве просиживала месяцами в пустом доме, работая в забегаловке, где всякие подонки пытались приставать к ней. А ты мне говоришь, что лучше бы она продолжала жить во всем этом?

– Стефани, оставить Кейт одну было довольно глупо с твоей стороны.

– Это не тебе решать. Это жизнь Кейт и ее решение. Ты приучил нас все делать самостоятельно, вот мы и делаем.

Я не стала слушать ответ отца на мои слова, а развернувшись на одном месте, ушла к себе в комнату. Ссора с отцом произошла спонтанно и довольно неожиданно для меня. От отца я никак не ожидала обвинений в безрассудстве и отсутствии благоразумия. «Уж кому, а не ему меня в этом обвинять!» кричало мое подсознание, вновь испытывая сильную злость и ярость. Как только я успокоилась, то решила незамедлительно действовать. Я взяла свой мобильный телефон со стола и, набрав необходимый мне номер, громким и максимально уверенным голосом произнесла:

– Мистер Пирс? Я готова дать своё согласие на ваше предложение.

Глава 9

Я вышла из самолета, и сразу направилась прямиком в здание аэропорта. Здание Бостонского Аэропорта было небольшим по размеру, но довольно комфортабельным по своему оформлению. Здесь не было сотней магазинов и кафе вокруг, но это и придавало ему комфорт и удобство для нахождения. Получив свой багаж, я стала искать выход на улицу, где меня должны были уже давно ожидать. Норман сказал, что пришлет за мной автомобиль, чтоб я ненароком не заблудилась в новом для меня городе. Когда я вышла на улицу, то сразу увидела стоящий у аэропорта автомобиль. Около него стоял Норман в своем безупречном виде. Его пепельные волосы заметно отросли с нашей последней встречи и спадали практически на плечи коренастого мужчины.

– Стефани, я от всей души приветствую вас в Бостоне, – Норман подошел ко мне и вручил букет цветов.

– Спасибо, но не стоило так напрягаться, – мой взгляд скользнул по ярко-красным бутонам роз в моих руках.

– Девушка вашего уровня должна получать должное внимание.

– Не ожидала, что вы лично встретите меня. Обычно деловые люди посылают водителей на подобные мероприятия.

– Вас я решил встретить лично, чтоб развеять любые ваши сомнения по поводу ошибочности принятого вами решения.

– На данный момент у меня не возникало подобного рода мыслей.

– Я надеюсь, что не возникнут.

Мы сели в салон дорогой иномарки и отправились в сторону центра города. Оказалось, аэропорт Бостона располагался всего в пяти километрах от центра города. Я и Норман довольно быстро доехали до нужного нам адреса, где я сразу увидела огромное многоэтажное здание со стеклянным фасадом. Мой проводник указал на вход в дом, и мы вместе поспешили проследовать внутрь. Поднявшись на пятнадцатый этаж, мы подошли к одной из непримечательных дверей, которую Норман поспешил открыть передо мной. Внутри оказалась небольшая по размерам квартира, имевшая одну спальню, санузел, кухню-гостиную и небольшой коридор. Вся квартира была оформлена в белых тонах, но в отличие от моей прошлой квартиры в Нью-Йорке, она имела всего лишь одно панорамное окно небольшого размера в районе гостиной. Я про себя отметила, что квартира мне нравится, ведь в ней на первый взгляд было тихо, мило и довольно уютно.

– Что скажете, мисс Пайнс. Вас устроят подобные условия?

– Вы шутите? – удивленно воскликнула я. – Это намного больше, чем то, что я себе представляла под категорией «корпоративное жилье».

– Моя организация не такая и бедная, поэтому может позволить себе предоставить ведущему специалисту жилье должного уровня.

– В таком случае я безумно рада подобному развитию событий. Квартира действительно прекрасна и ее месторасположение в центре города является ее огромным плюсом для меня. Бостон для меня не знаком и мне придется заново учиться ориентироваться в этом неизвестном мне городе, – я выждала паузу и, посмотрев в окно, с интересом спросила. – В каком районе города мы сейчас находимся?

– Франклин-стрит располагается в финансовом районе, что очень удобно для вас.

– Я так понимаю, место моей работы находится где-то недалеко отсюда.

– Несколько кварталов вверх по улице. Вам даже транспорт не понадобится. Хотя, при желании могу и его организовать.

– Норман, бросьте. Я итак вам безмерно благодарна за все ваши труды.

– Не стоит благодарности. Ваше душевное спокойствие и ваша размеренная жизнь будут лучшей наградой для меня.

– С чего это? Вы меня не так хорошо знаете, но проявляете ко мне активное внимание. Почему?

–– На все есть свои причины, мисс Пайнс. Но я хочу вас заверить, что мои максимально благородны.

– Со временем я надеюсь в этом убедиться.

– Постараюсь как можно скорее вам это доказать.

– Так в чем заключается моя нынешняя работа? – я решила перевести разговор в нужное мне русло и снять возникшее между нами напряжение.

– Я все вам расскажу, как только мы направимся в офис, и я представлю вам вашим подчинённым.

– Как это странно звучит. Ваши подчиненные. Мне не нравится такая формулировка.

– Отчего же? – Норман стоял с удивленным выражением лица, внимательно наблюдая за мной.

– Это напоминает мне о временах рабовладельческого строя, или феодальной зависимости крестьян от своих феодалов. Мы живем в двадцать первом веке, где все равны между собой в правах и обязанностях.

– Боюсь вас разочаровать, но эти «все» никогда не будут равны между собой. Всегда будут те, кто подчиняется, и те, кто управляет первыми. Вопрос только в том, к какому числу вы себя отнесёте.

– Ни к тем, ни к другим, – как можно увереннее заявила я. – Как вы могли понять, я никогда не подчиняюсь, а если и делаю это, то в определённых рамках и обстоятельствах. Управлять я не пробовала, да и начинать как-то не хочу. Скорее я планирую направлять и руководить, но никак не управлять. А подчиняюсь я еще хуже, чем управляю.

– Я ещё раз поражён остротой вашего ума и мышления мисс Пайнс. Вы словно с другого мира пришли к нам на эту безжалостную и грешную землю.

– Спасибо за столь лестное замечание, но попрошу впредь стараться не говорить таких громких слов в мой адрес. Я этого не выношу.

– В таком случае, прошу прощения у вас. Впредь, буду аккуратнее в своих высказываниях, особенно в ваш адрес.

– За что я вам буду очень благодарна.

– Если у вас нет ко мне вопросов или пожеланий, предлагаю отправиться в офис и ознакомиться с вашим новым местом работы.

– Я думаю, что повторно дам вам свое согласие на очередное предложение, поступившее с вашей стороны в мой адрес

Спустя полчаса я и Норман отправились в Бостонский филиал организации Пирса. По своим масштабам здание моей новой организации было меньше, чем здание банка Джеймса. Но не смотря на это, оно все ровно было достаточно массивным и высоким. Зайдя внутрь, я увидела большой холл, который являлся приемной для посетителей. Здесь не было огромного количества сотрудников, как в банке, поэтому и людей здесь находилось в разы меньше. Норман повел меня к лифту, параллельно рассказывая об устройстве здания и его внутренней структуре. Мой новый кабинет располагался аналогично кабинету Джеймса на последнем этаже офисного здания, и имел собственную приёмную. Когда мы с Норманом поднялись туда, из-за стойки приемной к нам выбежала миниатюрная девушка с широкой улыбкой на лице.

– Вы должно быть мисс Пайнс? Я Миранда. Ваш помощник и личный секретарь.

– Очень приятно, мисс… – я улыбнулась девушке, смущенная ее реакцией. – Как я могу к вам обращаться?

– Миранда Дюран. Ее имя Миранда Дюран.

– Все верно, – девушка тоже смутилась, и поправила небольших размеров очки на глазах. – Я могу быть вам чем-то полезной?

– Пока что нет. Я только первый день на новой работе. Хочу немного освоиться, и понять, что к чему.

– Мисс Пайнс, если у вас будут вопросы или пожелания, то сразу обращайтесь ко мне. Я всегда к вашим услугам.

– Благодарю вас, мисс Дюран.

– Зовите меня Миранда.

Девушка вернулась за стойку приемной, а Норман повёл меня в мой новый кабинет. По масштабам он был скромнее, чем кабинет Джеймса, но при этом не менее уютным. Огромное окно, панорамный вид, дорогая и комфортная мебель, все это теперь принадлежало мне. Я стала внимательно осматривать все окружающее пространство, рисуя в голове свою будущую деятельность. Я все еще до конца не могла понять, что я конкретно буду делать, и в чем будет заключаться моя работа. То, что я буду руководить, это я уже поняла, но вот каким образом я буду это делать, все еще было непонятно. Как только я закончила с осмотром кабинета, Норман стал мне объяснять всю организацию компании и основные задачи, стоящие передо мной, как руководителем. Я внимательно слушала своего нового босса и, в конечном счёте, поняла, что половину из своих новых обязанностей я прекрасно знаю ещё со времён работы на Джеймса. Со всем остальным я решила разобраться уже непосредственно во время рабочего процесса и на практике.

– Если что-то не поймёте или не сможете выполнить всегда можете поручить работу кому-то другому, – Норман рассмеялся, заметив мое озадаченное лицо.

– О чем вы говорите? Разве можно советовать такое руководителю своего же филиала?

– Я могу все на свете, мисс Пайнс.

– Довольно громкие слова, мистер Пирс. Вам не кажется?

– Нет. Я в них уверен так же, как и в наступлении завтрашнего дня.

– Вы знаете, что рано или поздно, но завтрашней день может не наступить?

– Знаю. Но это делает нашу жизнь ещё более интересной.

– Что именно?

– Ощущение неминуемого конца и гибели. Что все когда-нибудь закончится, как бы нам этого не хотелось избежать.

Слова Пирса меня не на шутку напугали. Я боялась думать о смерти или об ее наступлении, особенно после последних событий. Разговоры об этом доставляли мне неимоверный дискомфорт и болезненные ощущения. В такие моменты я сразу начинала задумываться о том, как я в итоге умру. Если меня не могут убить сверхъестественные создания, означает ли это, что меня может убить обычный человек? А что на счёт болезней, могу ли я подхватить смертельный вирус и умереть от него? И могу ли я скончаться, к примеру, от сердечного приступа или инсульта? Все эти вопросы мучили множество раз мое сознание и обеспечивали мне бессонные ночи. После моей перезагрузки в родном доме все эти мысли сошли на нет, но после слов Нормана я вновь вспомнила о своих переживаниях.

– Норман, знаете, как говорит моя близкая подруга? Всему своё время.

– Я с ней согласен, но признайте, хочется это время в некоторых случаях оттянуть.

– А на этот счёт есть ещё одно мудрое выражение. Чему быть того не миновать.

– А вы ходячий словарь народных мудростей. Вы родом не из России случайно? – Норман еле заметно засмеялся, чем вызвал у меня небольшой ступор.

– Я похожа на русскую?

– Скорее на испанку или латиноамериканку.

– Вот и я про это говорю. На русскую я совсем не похожа.

– Стефани, а кто вы по национальности, если не секрет, – в глазах Нормана зажегся слабый интерес, который был заметен даже невооруженным глазом.

– Я американка. Родилась и всю жизнь прожила на территории США, так же, как и мои родители. Но, вроде, когда-то давно в моей семье были испанцы в роду, – мой ответ был правдивым, хоть и немного искаженным от реальности. Норман как-то странно на меня посмотрел, а затем, как ни в чем не бывало, произнес:

– Люди славянских национальностей любят использовать народные мудрости в разговоре. Я решил, что вы могли оказаться русской или украинкой.

– Я не знакома с особенностями славянских национальностей. Я даже русский не смогла выучить, не говоря уже о большем.

– Что вам помешало?

– Отсутствие времени и концентрации. Русский язык довольно сложный для изучения и на него требуется очень много сил и времени.

– Как на любое изучаемое ремесло, – впервые голос Нормана был поучительным, чем сразу напомнил мне голос Джеймса. – Советую вам вернуться к вашим занятиям. Самосовершенствование – лучший путь для возвышения любой личности и ее духовного роста.

– Теперь моя очередь быть с вами солидарной.

– В таком случае, прошу вас пройти со мной. Настало время провести вам полную экскурсию по вашим новым владениям.

С этого дня началась череда моих трудовых будней на новом месте. Помимо новой работы я полностью стала жить новой жизнью, практически не обращаясь к прошлому. Я несколько раз звала Кейт к себе в Бостон, но каждый раз она отвечала мне отказом на мое предложение, ссылаясь на подготовку к экзаменам. Сестра пообещала мне приехать летом, как только поступит в университет. Вновь разлука с Кейт горечью отдавалась у меня в душе, но я напомнила себе, что это все необходимость, которая пойдет нам обеим на пользу. Дни стали пролетать как листья на осеннем ветру. Мы с Норманом стали довольно близко общаться, и довольно часто проводили время вместе. Мы много гуляли по Бостону, ходили на совместные обеды и ужины, а иногда позволяли себе выходы в кино и на спортивные мероприятия. Норман оказался довольно интересным собеседником, и полностью развеял мое первое впечатление о нем. Как я позже узнала, он был сиротой, и с самого рождения не имеет близких людей рядом. По жизни он всего добивался сам, чем безумно гордился и считал это своим главным достижением.

– Моя главная сила заключается не в деньгах, – заявил мне Норман на одной из наших прогулок. – А в умении найти слабости и использовать их в нужном мне русле.

– А ты, оказывается, жесток.

– Не буду отрицать этого. Но в нашем деле без этого никак. Либо ты, либо тебя. Этот закон работает всегда, везде и абсолютно со всеми.

– А как же я? Я не могу быть жестокой.

– Стефани, каждый в этом мире жесток. Кто-то менее, кто-то более, но при определённых обстоятельствах эта жестокость выходит наружу и меняет человека навсегда.

– Я это знаю. И видела, что с человеком может сделать жестокость.

– Да? И что же?

– Превратить его в монстра, жаждущего лишь мести, – прошептала я, вспоминая искажённое злостью лицо Виктории.

– Не самая худшая участь, скажу я тебе, – заключил Норман, смотря куда-то сквозь меня.

– По мне так самая худшая.

– Даже хуже смерти? – Норман посмотрел пристально на меня, при этом практически не моргая.

– Хуже. Лучше умереть свободной и чистой душой, чем стать безжалостным и бездушным монстром.

Норман ничего не ответил мне. Он лишь молчаливо отвел свой взгляд от меня и с еле заметной грустью посмотрел в сторону водной глади. Дальше наш разговор вновь перешёл на нейтральные темы, и мы провели нашу прогулку без особых напрягов. Такие моменты откровений имели место быть в наших с Норманом разговорах. У меня постепенно стали возникать к нему определённые чувства, которые сложно было назвать любовью, но симпатией однозначно. Норман в свою очередь держал между нами дистанцию. Он всегда был галантен и внимателен, но никогда не позволял себе лишних действий в мою сторону. Зачастую, я не могла до конца понять, испытывает ли он что-то ко мне или мне это всего лишь кажется. Норман каждую неделю доставлял мне в кабинет букет цветов ярко-красного цвета, и это всегда были розы, что было для меня немного удивительным. В таком ритме прошли несколько месяцев. Я постепенно освоилась на новом месте, и Бостон мне уже казался таким же родным, как когда-то Нью-Йорк. На работе я смогла добиться признания своего авторитета как руководителя, поэтому организовать эффективную работу на предприятии не составило особого труда. Мне во всем помогала Миранда, которая стала моей новой подругой в незнакомом для меня городе. Мы с моей помощницей сильно сблизились и в свободное от работы время могли вместе пойти в бар или в какой-нибудь ночной клуб. Оказалось, Миранда была замужем, но ее муж погиб от рук уличного грабителя три года назад. Ей было тридцать лет, а она больше не хотела иметь брачные отношения и отношения вовсе.

– Миранда, я понимаю, что твой муж много значил для тебя, но ты не должна закрываться от новых возможностей.

– Я не могу так. Мне кажется, если я стану с кем-то общаться или сближаться, я предам память Карла.

– Поверь мне. Если ваша любовь была настоящей, то его душа хотела бы, чтоб ты прожила остаток своей жизни счастливо, а не проживая ее в одиночестве.

– Карл был очень ревнив, поэтому сомневаюсь, что ему понравилось бы это.

– Миранда, ты подумай немного о себе. Ты достойна быть счастливой не смотря ни на что. А гоняться за призраками прошлого самая большая ошибка, которую мы можем совершить в жизни.

– Говоришь так, как будто сама так делала.

– Делала, о чем когда-то глубоко пожалела. Но знаешь, что? Я оставила все это в прошлом и убежала от этих призраков на другой конец страны.

– Ты поэтому переехала в Бостон?

– Если честно, то да. Я хотела начать новую жизнь подальше от своего прошлого.

– И как, удалось тебе это сделать?

– Вроде, удалось. Я с самого Рождества не сталкивалась с прошлой жизнью и живу совершенно по-новому.

– Разве там не остались люди, которые дороги тебе?

– Остались, но такова цена спокойствия.

– К черту такое спокойствие! Я лучше буду страдать по погибшему мужу, чем уеду в одиночестве на другой конец страны, оставив всех дорогих мне людей. Это эгоизм чистого вида, скажу я тебе. Ты бросила все и всех, только ради того, чтоб быть спокойной и счастливой. Но ты даже не подумала о том, что оставила после себя дорогим людям, которым не все ровно на тебя. А если им нужна будет помощь или твое присутствие рядом? Ты вновь убежишь и проигнорируешь их? Это ужасно, и такой путь приведет, в конечном счете, к непроглядному и глубокому одиночеству. Стефани, без обид.

– Я не обижаюсь, – как можно увереннее ответила я, а затем тихим шепотом добавила. – Возможно, ты в чем-то права.

– Возможно. Подумай над моими словами. Жизнь одна, Стефани, и нельзя прожить ее, бегая и прячась от всего и всех вокруг себя.

После слов Миранды мое хорошее настроение сразу пропало, оставив после себя неприятный осадок внутри. За три месяца, что я жила в Бостоне, я впервые задумалась о Джеймсе и его семье. Как Джеймс и обещал, он ни разу не пытался со мной связаться или как-то напомнить о себе. Я предполагала, что он получал информацию обо мне от Кейт, поэтому он и не пытался меня вычислить все это время. Слова Миранды теперь эхом отдавались у меня в голове. Мне впервые за это время стало грустно от того, что Джеймса и его семьи не было со мной рядом сейчас. Мне показалось, что в одно мгновение ту яму в сердце, что я плотно закрыла внутри себя, разрыли, и оставили вновь открытой. Я вернулась домой в состоянии подавленности и удрученности. Как и прежде, тишина квартиры стала давить на меня и возрождать забытое чувство одиночества. Не знаю, что на меня нашло, но я кинулась к мобильному телефону и дрожащими пальцами стала набирать номер Джеймса. Гудки сменяли друг друга нескончаемой чередой звуков в динамике телефона. Я с сильным волнением внутри стала ожидать ответа, продумывая в голове сценарий своего разговора с Джеймсом. Спустя десять минут ожиданий трубку так никто и не взял. Видимо обида на меня была для Джеймса выше наших отношений, и он не хотел меня слышать. Я не испытывала обиду или злость по отношению к Джеймсу и к его игнорированию меня, а чувствовала лишь сожаление, ясно понимая причины такого отношения к себе. «Значит, я дам ему время перебороть эту обиду, либо попробую при первой возможности сгладить ее у Джеймса в душе» рассуждала я про себя.

На следующий день я сидела в своем кабинете и занималась проверкой финансовых отчетов. По некоторым данным у нас была небольшая брешь в бюджете, которую срочно необходимо было закрыть. Я набрала Миранде и строго спросила ее:

– Миранда, мистер Пирс был сегодня в офисе?

– Насколько я могу знать, нет. Его сегодня никто не видел.

– Если увидишь его, то передай, что я его искала.

– Конечно, мисс Пайнс. Я все передам. Что-нибудь еще?

– Нет. На этом у меня все.

Я положила трубку и стала нервно стучать пальцами по поверхности своего письменного стола. За все эти месяцы я ни разу не дёргала Пирса по рабочим делам, а всегда справлялась со всем сама. Сейчас ситуация была немного выше моих сил и мне нужно было сообщить о ней. Я всячески пыталась придумать план, по которому я могу обойтись без вмешательства Пирса в дела моего филиала. Просчитав кое-какие цифры в своей голове, я поняла, что единственным правильным решением будет взять небольшую ссуду в банке на непродолжительное время. Такое решение могло помочь мне закрыть брешь в финансах и сделать это так, чтоб Пирс так и не узнал об этом. Настроение сразу поднялось, и я почувствовала лёгкое воодушевление внутри. Работая долгое время в банке, я знала все тонкости банковских систем и принцип их работы, поэтому я была уверена в своём решении. Обмануть меня или выписать мне лишние услуги и проценты по ссуде у банка в любом случае не получится, не с моими познаниями во всем этом. Я уверено зашелестела по клавишам клавиатуры, набирая заявку в разнообразные банки. Как только заявка была готова, я направила ее на сайт для бизнесменов, где система самостоятельно направляла мою заявку по наиболее подходящим под мои требования банкам. Как только дело было сделано, я с довольным выражением лица откинулась на спинку своего огромного кресла и улыбнулась сама себе.

Спустя пару дней я поднималась в свой кабинет в новом брючном костюме, купленном накануне. У меня сегодня были назначены важные встречи с представителями банков по поводу моей заявки. Как оказалось, желающих дать мне ссуду нашлось достаточно много, и теперь мне предстояло выбрать одного из них. Для меня главным критерием выбора были условия предоставления ссуды, срок ее погашения и, конечно же, репутация самого банка. Я была мнительной и не могла доверять сомнительным финансовым учреждениям в столь важном вопросе. Как только я зашла в приёмную, Миранда подбежала ко мне с бегающими глазами и возбужденно произнесла:

– Мисс Пайнс, вы помните, что у вас сегодня довольно плотный график на день?

– Конечно, помню. Через сколько назначена первая встреча?

– Через час, – Миранда опустила глаза в свой ежедневник. – А следующая встреча у вас в полдень.

– Я думаю, нам хватит и часа на разговор с каждым из представителей.

– И вы как раз успеете пообедать и выпить кофе.

– Как раз кофе я сегодня буду пить в слишком большом количеств.

Спустя час Миранда сообщила мне, что первый посетитель на месте и ждёт встречи со мной. Я велела Миранде проводить его ко мне в кабинет и сделать кофе с сиропом. «Чего ты так нервничаешь? Все же нормально и это часть твоей новой работы. Быть по другую сторону банковских переговоров для тебя теперь должно быть нормой. Тем более ты знаешь их довольно глубоко, поэтому никаких трудностей в переговорах у тебя не возникнет». Мой внутренний монолог самой с собой добавил лишней паники, и я почувствовала, как сахар в моей крови вновь был на низком уровне. Как можно скорее я желала выпить кофе с сиропом, чтоб не показать своего слабого состояния потенциальному партнеру. В его глазах я должна была быть сильной и уверенной в себе, а не бледным и слабым подобием руководителя. Услышав стук в дверь, я громко проговорила «войдите» и стала ожидать своего гостя. Когда дверь открылась, я сначала не поверила своим глазам, но услышав до боли знакомый голос убедилась, что все происходит взаправду:

– Мисс Пайнс, рад встретиться с вами лично.

– МЭТТ?! Что ты здесь делаешь?!

– Как что? Не вы ли назначили встречу со мной?

– Что? О чем ты? Я ничего не назначала!

– Хотя, о чем я говорю. Это сделала ваша помощница, как мы оба знаем, – Мэтт усмехнулся и подошел ближе к моему столу. – Ведь мы с вами занимались когда-то тем же самым.

– Мэтт, во-первых, прекрати говорить со мной в официальном стиле. Во-вторых, ты ответишь на мой вопрос?

– Мисс Пайнс, а как же ваша политика по поводу всех прошлых связей? Вы, вроде, все их обрубили и не желаете восстанавливать их, – голос Мэтта стал презрительным и безразличным.

– Мэтт, прошу тебя, не начинай.

– И не собирался. Мисс Пайнс, вы готовы начать переговоры прямо сейчас? У меня для вас есть весьма выгодные условия.

– Пока ты мне не расскажешь, что происходит, никаких переговоров не будет.

– Мисс Пайнс, это довольно неэтично с вашей стороны звать меня на встречу, а затем от неё же отказываться. Я человек занятой, и у меня нет лишнего времени на подобные выходки.

– Я не отказываюсь от встречи! – я не выдержала и вскочила на ноги с громким возгласом. – Я лишь хочу узнать, что ТЫ здесь делаешь!

– Представляю свой банк, мисс Пайнс, – Мэтт хитрым взглядом покосился на меня

– Ты вернулся к Джеймсу? – спросила я, а затем тихо добавила. – Как он?

– Разве вам есть до этого дело? Ваша новая жизнь не предполагает нахождения в ней людей из вашего прошлого.

– Мэтт, я прошу тебя, закончим этот спектакль, – я обречённо вздохнула и, упав на своё кресло, дрожащим голосом прошептала. – Я прошу прощения за своё молчание. Я была не права, когда исчезла, ни разу не написав никому из вас.

– Кейт ты писала, – поддел меня Мэтт, но при этом его тон стал немного мягче.

– Я не смогла ее бросить до конца. Но с вами я поступила эгоистично и несправедливо. Прости меня, Мэтт. Я большая эгоистка.

– Не очень большая, но эгоистка, – Мэтт усмехнулся и, сев напротив меня, строго спросил. – Твои методы принесли плоды? Ты нашла себя?

– Не совсем. До недавнего времени я считала, что моя жизнь наконец-то стала нормальной и счастливой, но однажды ко мне пришло осознание того, что я все ровно остаюсь несчастной.

– Да? И с чего такие выводы взялись у тебя?

– С того, что быть счастливой, находясь в одиночестве без близких и дорогих людей рядом невозможно.

– И тебе, чтоб понять такую простую истину понадобилось четыре месяца?

– Точнее говоря неделя. Остальное время я, как эгоистка, думала о себе.

– Раз ты это признаешь, так же, как и свою вину, тогда наши переговоры можно считать удавшимися.

– Не поняла. О чем ты?

– Я дам тебе необходимую сумму, причём под самый минимальный процент в истории нашего банка. График платежей мы с тобой составим так, чтоб ты даже не поняла, что деньги ушли к нам. Согласна?

– Мэтт, я не понимаю… – я испытывала неимоверный шок после услышанного предложения. – Джеймс одобрит такие действия? Ты с его подачи здесь?

– Нет, Стефани, – Мэтт стал говорить слишком напряженным голосом. – Я здесь только по собственной инициативе.

– Каким это образом? А как же Джеймс? Как он на это все смотрит?

– Никак, – вновь холодный и отрешенный голос Мэтта вызвал во мне нарастающее чувство паники.

– Мэтт, что случилось?

– Как я уже говорил, тебя это больше не касается. Я здесь лишь для того, чтоб помочь тебе. Затем, я оставлю тебя в покое, как ты и просила.

– Мэтт, неважно, что я просила ранее. Я вижу, что что-то случилось.

– Прости, Стефани, но я не буду с тобой об этом говорить. А теперь ответь мне. Ты согласна принять мою помощь, или будешь рассматривать другие предложения?

– Мэтт, я…

– Ответьте, мисс Пайнс. Немедленно, – сейчас голос Мэтта был копией Джеймса. Даже его взгляд и манера общаться была точно под копирку взята с Джеймса. Я смотрела на Мэтта и не могла ничего понять. Я была уверена, что после моего звонка Джеймс послал Мэтта, чтоб стимулировать меня вернуться, или узнать, как у меня дела. Но слушая его слова и наблюдая за его поведением, я поняла, что ошибалась. Понять, что Мэтт пытался мне сказать или что он скрывал от меня я так и не смогла. В конечном счете холодный взгляд Мэтта прожег меня до глубины души и я медленно произнесла:

– Я согласна принять вашу помощь, мистер Стокер.

– Разумное решение, мисс Пайнс, – Мэтт протянул мне папку с документами. – Ознакомьтесь со всеми условиями и свяжитесь с нашим банком. При скором подписании данного соглашения деньги поступят на счёт вашей организации незамедлительно.

– Мэтт, я… – я не слушала ни единого слова, что произносил сейчас Мэтт. Я хотела поговорить с ним и разузнать обо всем, что происходило в Нью-Йорке.

– На этом я вынужден проститься с вами, мисс Пайнс. У меня есть срочные дела, которые не требуют отлагательства.

– В Бостоне? Что за дела у тебя здесь могут быть?

– Я думаю, информация такого характера конфиденциальна, и никакого отношения к нашему с вами делу не имеет. Всего доброго, мисс Пайнс.

Мэтт кивнул мне и, развернувшись спиной, медленно вышел из кабинета. Я сидела с папкой в руках и вся тряслась. Открыв дрожащей рукой папку, я начала бегать глазами по имеющимся там документам. Мои глаза скользнули по словам, которые лишили меня движений и перехватили дыхание в горле. На листке белоснежной бумаги было аккуратно напечатано чёрными чернилами «Генеральный директор Bank of America(BofA) Мэтью Стокер».

Все внутри меня похолодело и упало. Я не могла понять смысла написанных слов и как такое возможно. Ещё полгода назад Мэтт отрицал любую связь с деятельностью банка Джеймса, а сейчас он числится генеральным директором вместо Джеймса? Я подорвалась со своего места и кинулась вслед за Мэттом. В приёмной Миранда что-то неспешно набирала на своём компьютере. Я подбежала к ней и с истерикой крикнула:

– Миранда, парень, который только что вышел от меня, давно ушёл?

– Минуты три назад. А что случилось?

Я уже не слышала ее обращений ко мне. Я забежала в лифт и стала судорожно вдавливать кнопку первого этажа, как будто это ускорит движение кабинки. Как только кабинка остановилась, открыв свои двери, я выбежала в холл и стала бегать глазами по толпе людей. Через минуту я заметила фигуру Мэтта, выходящую на улицу из дверей офиса, и побежала к нему. Я успела догнать Мэтта в тот момент, когда он садился во внедорожник Джеймса.

– Мэтт, ЧТО ВСЕ ЭТО ЗНАЧИТ? – закричала я, тряся перед лицом Мэтта документами с его именем.

– Что именно? Это договор предоставления ссуды.

– Я не про это! Я про твою должность. Почему ты числишься в качестве генерального директора?

– Потому что на данный день я им являюсь, Стефани.

– Как так получилось? Где Джеймс? – мой голос был полон истерики и страха, а внутри разыгралась настоящая буря эмоций.

– Джеймс уже месяц, как находится в беспробудной коме, и неизвестно, когда он придет в себя.

Глава 10

Я стояла в оцепенении, не имея больше возможности говорить и двигаться. Мои глаза были широко открыты, приобретя при этом отрешенный и пустой взгляд. Казалось, что вместо глаз в мои глазницы вставили два стеклянных кристалла, которые не умели выражать никаких эмоций. Что касается разума, то он совершенно не понимал, что происходит. Все мои ощущения и чувства замерли, будто выжидая чего-то. Я совершенно отказывалась воспринимать слова Мэтта всерьез и брать их во внимание. «Но теперь все сходится. Он не взял трубку от тебя, потому что банально был не в состоянии это сделать. А появление Мэтта здесь и его поведение во время вашего разговора. Вспомни, как он реагировал на все вопросы о Джеймсе. Мэтт говорит правду, Стефани. Прими и признай это, наконец». Голос собственного подсознания громко звучал у меня в ушах, не давая мне возможность заглушить его. Когда мой разум осознал все это, и в конечном счете принял, то меня накрыла самая сильная истерика, которую можно было представить.

– И ТЫ МОЛЧАЛ? КАК ТЫ МОГ? – кричала я с истерикой, вызывая недоуменные и опасливые взгляды у прохожих.

– А что могли изменить мои слова? Ты разве в состоянии что-то изменить, или поднять его на ноги?

– Нет, но я могла…

– Ты ничего не могла и не можешь, – Мэтт продолжал разговаривать со мной сквозь зубы, а затем тихо и с презрением добавил. – Но ты могла держать с ним связь на протяжении всего этого времени, что помогло бы избежать всего этого.

– Избежать? Чего этого? – вновь мой голос перешел на крик, на который Мэтт абсолютно никак не реагировал.

– Стефани, у меня нет времени с тобой общаться по душам посреди улиц Бостона. Как я тебе сказал ранее, у меня еще есть дела.

– Эти дела связаны с Джеймсом? Так?

– Даже если так, тебя это не касается. Вернись на работу и занимайся своими делами. Как я мог заметить у тебя их предостаточно в твоем нынешнем положении, – вновь холодный и презренный голос Мэтта слышался в моих ушах, что вызвало у меня жгучее чувство злости.

– Для меня нет, и не будет ничего важнее вас, – заявила я, перегородив Мэтту путь к автомобильной двери. – И после того, что я узнала, ты думаешь, что я останусь в стороне от всего этого?

– Я был в этом уверен. Тебе же хотелось спокойной жизни без присутствия сверхъестественного в ней. А это все связано как раз со сверхъестественным.

– Как сказала одна моя знакомая: Плевать на все! Я еду с тобой.

Я подошла к пассажирской двери и села внутрь автомобиля. На меня сразу нахлынули потоки воспоминаний о наших с Джеймсом поездках на этом внедорожнике. Вспомнилась первая поездка за Кейт на центральный вокзал Нью-Йорка, наши совместные поездки на работу и с работы, и наша последняя поездка перед самым моим уходом. Перед глазами встал образ Джеймса с пустым и печальным взглядом, просящего меня не уходить и не бросать его. «А ты бросила. И вот, к чему это все привело». Меня затрясло, и я крепко схватилась за подлокотник около моей руки. В эту минуту дверь с водительской стороны открылась, и в салоне автомобиля появился Мэтт.

– Что ты делаешь?

– Раз дело касается Джеймса я еду с тобой.

– Да? А как же твоя работа и нормальная жизнь?

– Мне плевать, как. Главное сейчас Джеймс.

– Довольно странно слышать эти слова от тебя, после всего произошедшего. Да и доверия к твоим словам так себе если честно.

– Заткнись, Мэтт, – прошипела я со злостью. – Одно дело обижаться на меня за мое молчание и исчезновение, но другое обвинять меня в безразличии. Все вы дороги мне и являетесь моей семьей. Для меня жизнь каждого из вас важнее, чего-либо в этой жизни. А особенно жизнь Джеймса…

– Тогда объясни мне одну вещь, – впервые на моей памяти Мэтт повысил свой голос на меня. – Как человек, говорящий такие громкие слова мог просто замолчать и никак не отзываться Джеймсу? Ладно я, Сью и Чарльз, но Джеймс больше всех за тебя переживал. Он все это время не мог избавиться от мысли, что с тобой может что-то случиться, поэтому он все больше уходил в себя. В конечном счете, он решил найти тебя и проверить, все ли с тобой в порядке.

– Он искал меня? Но зачем, и почему не спросил Кейт где я?

– Ты думаешь, мы не спрашивали? Но Кейт нам и слова не сказала. Как бы мы ее не расспрашивали, Кейт твердила, что ты просила молчать, и твою просьбу она будет выполнять строго и беспрекословно

– Она вам не сказала где я?

– Я тебе больше скажу, Кейт вообще о тебе отказывалась говорить, поэтому твоя жизнь все это время для нас была неизвестной.

– Мэтт, я была уверенна, что Кейт в любом случае вам передаст, что со мной все в порядке, – прошептала я, и мой голос вдруг стал отрешенным. – Она же никогда не слушала меня и поступала по-своему. Кейт должна была вам все рассказать.

– Видимо, в этот раз она решила сделать исключение из своих же правил и послушаться тебя. За что сложно ее винить, ведь она сдержала данное тебе слово. А я учил ее всегда выполнять данные ею обещания.

– Мэтт, пожалуйста, расскажи мне, что произошло с Джеймсом?

– В том то и дело, что никто не знает этого.

– В каком смысле? Как можно этого не знать?

– Вот так, – голос Мэтта разом стал тихим и отрешенным. – Втайне от всех он стал искать тебя и начал с твоего отца. Я не знаю точно, как он искал и где, но месяц назад мне позвонили с пригорода Бостона и попросили срочно приехать, поскольку они нашли Джеймса в лесу без сознания. Я вылетел первым рейсом, не сказав никому, куда и зачем я уехал.

– И что ты обнаружил по прилету?

– Что Джеймс был в отключке и не подавал признаков жизни. Как рассказали мне нашедшие его люди, они пришли на пикник и обнаружили тело Джеймса без сознания, без видимых травм. Его сразу доставили в больницу Бостона, но после нескольких дней пребывания там стало ясно, что физически он в порядке.

– Это что еще значит?

– Что его раны не физического, а больше духовного характера. Его кто-то насильно ввел в это состояние, и кто-то очень сильный.

– Кто мог это сделать и зачем ему это?

– Вот это я пытаюсь выяснить последний месяц.

– Что сейчас с Джеймсом?

– То же, что и месяц назад. Он лежит в своеобразной коме, причину которой никто не может понять.

– Даже не могу представить всего этого в своей голове, – прошептала я и сглотнула огромный ком в горле. – А как ты согласился занять его место?

– Я не соглашался, а сам принял это решение. Когда стало ясно, что Джеймс не придёт в себя, то мне пришлось взять все в свои руки. Если б я пустил все дела на самотёк, то потом никогда не отделался бы от нотаций Джеймса. Да и чувство ответственности не давало мне покоя.

– Мне казалось, ты всегда был против всего этого и говорил Джеймсу о том, что никогда не займешь его место.

– Ты, вроде, любишь применять в разговоре разнообразные крылатые выражения. Отвечу тебе в твоей же манере. Никогда не говори никогда.

– Мэтт, ты сейчас себе десять очков в свою пользу заработал.

– При других обстоятельствах я был бы рад этому факту, но сейчас немного не до этого. Если ты и вправду хочешь помочь, и намерена поехать со мной, то пристегни ремень безопасности.

Я удивленно посмотрела на Мэтта, при этом ничего не говоря. Быстро застегнув ремень на себе, я немного воодушевилась и приготовилась к предстоящей поездке. Я не знала, куда, зачем и к кому мы едем, но одно я знала точно. Я сделаю все возможное и невозможное, чтоб помочь Джеймсу и вернуть его. Тем временем Мэтт вывел автомобиль на автостраду и направил его в сторону выезда из города. Спустя несколько минут я решила нарушить царившее в автомобиле молчание, и аккуратно спросила Мэтта:

– Куда мы направляемся?

– На место, где нашли Джеймса.

– Правда? А откуда ты знаешь, где находится это место?

– Для начала напомню тебе, что я все еще оборотень, – со слабой усмешкой произнес Мэтт. – Люди, что нашли Джеймса, показали мне примерное место, где они его обнаружили.

– Так ты там уже был?

– Был. Но поскольку я сильно спешил, а мои эмоции переполняли разум, то я не смог ничего найти или почувствовать.

– И ты хочешь попробовать сделать это спустя месяц?

– Лучше поздно, чем никогда. К тому же сейчас со мной ты. Вдруг я первый раз что-то упустил.

– Разумно. Наверное, – я проговорила это неуверенным голосом, что не скрылось от Мэтта.

– Тебя что-то смущает, или есть другие предложения?

– Нет. Я не про это, – поняв, что Мэтт чувствует мои эмоции, я попыталась хоть немного, но заглушить их. – Я не уверенна в том, что смогу сейчас хоть чем-то помочь тебе.

– Забавно, – на лице Мэтта играла издевательская ухмылка.

– Что именно?

– Каким бы руководителем ты не была сейчас, и каким бы уверенным и серьезным начальником не пыталась казаться, в душе ты все та же мнительная девчонка, стесняющаяся спросить, где находится уборная на этаже, – Мэтт засмеялся, чем вызвал у меня волну недоумения и растерянности на лице.

– Как это мило с твоей стороны, вспоминать об этом именно сейчас.

– Вот. Еще и вечно смущаешься. Говорю же, ты осталась прежней, и все твои месяцы самобичевания были бесполезны и прошли напрасно.

– Я изменилась и все это не зря.

– Да? И в чем же? Мнительность – присутствует. Легкая неуверенность – на месте. Смущение и стеснительность – цветут и пахнут внутри тебя. Так скажи мне, в чем ты изменилась, кроме как в безразличии к людям, которым ты важна и дорога?

– Ты прав, – я выждала относительно долгую паузу прежде чем продолжить разговор. – Все эти месяцы ничего не поменяли в моей жизни. Они были лишь отдыхом от вещей, которые приносили мне боль и были связаны с Дэмианом. Теперь, я вновь испытываю боль, но уже из-за возможности потерять Джеймса. По факту ничего не изменилось в моей жизни, а стало лишь хуже.

– В девяносто процентов случаев я оказыюсь прав.

– От чего мне еще паршивее. Умеешь ты правильно «поддержать».

– Я сейчас не поддержать тебя хотел, а привести к правильным умозаключениям. Надеюсь, что ты сделаешь для себя определенные выводы и сможешь вынести правильный урок из всего этого.

– Ты случаем с моей подругой не знаком? Говоришь прямо, как она.

– Ты про Рэйчел?

– Ты знаешь Рэйчел?

– Я слышал о ней от тебя. Как думаешь, мы сможем найти твоего бывшего в случае чего?

– Ты Дэмиана имеешь в виду?

– А у тебя есть другие бывшие, являющиеся всесильным порождением тьмы и обладающие безграничными возможностями?

– Твой сарказм сейчас совсем не к месту.

– А по мне, так в самый раз. Так что ты думаешь, найдем мы твоего дружка?

– Не знаю, Мэтт. Дэмиан дал понять, что его больше не интересует прошлая жизнь и он решил оставить все в прошлом, что довольно эгоистично с его стороны.

– Да что ты говоришь, – Мэтт громко фыркну и покосился в мою сторону. – Где-то я уже это видел. Дай подумать. Кто бы еще так поступал.

– Прекращай! Я все уже прекрасно поняла! Мне итак максимально паршиво сейчас. А ты продолжаешь подливать масла в огонь и делаешь только хуже.

– Я всего-то даю тебе почувствовать последствия твоего глупого решения, не более.

– Поверь, я его прочувствовала.

– Еще нет, Стефани. Тебе только предстоит это сделать.

Автомобиль остановил движение. За окном я увидела нескончаемую череду густых деревьев и кустов. Над плотной растительностью леса возвышалось свинцово-серое небо, что создавало зловещую атмосферу вокруг. Мне почему-то стало не по себе от всей этой картины, а мысль о том, что где-то здесь кто-то или что-то напало на Джеймса и оставило его без сознания, вызвала у меня панику и страх. Мэтт сразу почувствовал все мои эмоции, но в этот раз никак не отреагировал на меня. Он лишь мимолетно осмотрел окрестности и вышел на улицу. Тяжело вздохнув, я еще раз посмотрела на обстановку за окном и вышла вслед за Мэттом. На улице был практически май, но мне показалось, что воздух был словно в феврале, холодным и пронизывающим. Я сильно поёжилась, и обхватила себя руками. Мэтт посмотрел внимательно на меня и, сняв с себя пиджак, накинул его мне на плечи.

– Зачем?

– Ты вся трясешься, хотя на улице довольно тепло.

– Тебе разве не холодно в одной рубашке в лесу?

– Видимо ты забываешь, кем я являюсь, – усмехнулся Мэтт, но тут же вновь вернул себе серьезное выражение лица. – Готова к небольшому походу?

– Конечно, – буркнула я. – Особенно в классическом костюме и туфлях.

– Туфли, да, желательно оставить в машине, а вот с костюмом придется смириться.

– И что я, по-твоему, должна обуть?

– Могу одолжить свои кеды, – Мэтт открыл автомобиль и достал оттуда пару черных конверсов.

– Какой у тебя размер?

– Сорок третий

– И как я со своим тридцать восьмым буду в них ходить?

– Лучше, чем на каблуках, – Мэтт рассмеялся и протянул мне свою обувь. Я тяжело вздохнула, но поняв, что парень был прав, переобулась.

– Если у тебя с собою есть запасные вещи, почему ты не переоделся прежде, чем приехать сюда?

– Во-первых, я планировал это сделать сразу после нашей встречи с тобой. Во-вторых, я предполагал осуществлять поиски немного в другом виде.

– То есть, я нарушила твои планы своим присутствием?

– Можно и так сказать. Но я привык действовать не по плану, а по обстоятельствам.

Мы направились в сторону деревьев, и Мэтт повел меня вглубь лесной чащи. Блуждать между густой растительностью не в одиночку было намного приятнее, чем одному. Мой последний поход в лес закончился не совсем удачно, и привел к довольно плачевным последствиям. На меня напала вампирша, которую Джеймс разорвал на куски, а я еще долгие месяцы считала себя умалишённой. Воспоминания вновь разыграли во мне чувство паники и страха. Мне стало казаться, что где-то между деревьев за мной наблюдают, и в любой момент могут напасть. Мэтт, все это время уверенно шедший впереди меня, резко остановился, и я врезалась прямиком в его спину.

– Что случилось? Ты что-то почуял? – прошептала я, испытывая нарастающий и неконтролируемый страх.

– Если только твой невыносимый страх и панику. Стефани, в чем дело?

– В каком смысле?

– В том смысле, что от тебя страхом разит на сотни миль вперёд. Могу я поинтересоваться, почему и чего ты так боишься?

– Я боюсь того, что за нами кто-то наблюдает в тени и может неожиданно напасть, прямо как в тот раз, в заповеднике.

– Это тот раз, когда Джеймс перегрыз горло той вампирше и спас твою задницу?

– Фактически, он ее не спасал. Если ты забыл, то меня не могут убить вампиры, так же, как и вы.

– Тогда чего ты боишься? Я могу тебя заверить, что здесь находимся только я и ты, и ни одной души больше нет.

– У вампиров нет души. Поэтому твои слова не очень успокаивают.

– Вампирами теперь рулит твой дружок, который вряд ли допустит их появления рядом с тобой.

– Откуда такая информация у тебя? Мы с ним больше никак не связаны и Дэмиан дал понять, что я его никак не интересую.

– Это не сложно понять. Чтобы не происходило между вами, но он все ровно присматривает за тобой. Поверь мне.

– Маловероятно. И я надеюсь, что ты ошибаешься.

– Это еще почему?

– В таком случае это будет означать, что Дэмиан все еще привязан ко мне и я ему не безразлична. А мне это ощущение ни к чему.

Я обошла Мэтта стороной и направилась прямо по тропинке в неизвестном для меня направлении. Я не имела понятия, куда следует идти, но хотела всем своим видом показать Мэтту, что этот разговор окончен. Мэтт сразу же меня догнал и, не говоря ни слова, направил меня в противоположную сторону. Спустя полчаса блужданий по лесу, я стала проклинать себя за отсутствие удобной обуви. «Вот стоило тебе отправиться блуждать по лесу именно в тот день, когда ты впервые за долгое время надела туфли на каблуке». Мой собственный голос в голове в последнее время был слишком агрессивен и чаще всего осуждал или возмущался в мой адрес. Тем временем Мэтт остановился около небольшой расчищенной поляны и пристально стал осматриваться.

– Это здесь. Здесь нашли Джеймса.

– Точно? Ты уверен? – во мне стало нарастать дикое волнение, а голос задрожал.

– Уверен. Я все еще чую его слабый след.

– Что ты хочешь здесь найти?

– Я не знаю, но что-то явно здесь должно быть. Хоть что-то, что укажет на того, кто это сделал с Джеймсом.

Мэтт стал внимательно осматривать поляну и все находящиеся на ней растения. Я последовала его примеру и тоже стала осматривать кусты, не представляя, что я должна найти. Спустя час поисков и осмотров мы так ничего и не нашли. Мэтт все больше терял самообладание и контроль, и было заметно, как тяжело ему удается держаться себя в руках. В одно мгновение его глаза стали янтарно-желтого цвета и приобрели звериный взгляд.

– Мэтт? Ты… Ты в порядке?

– Нет, я не в порядке, – прорычал Мэтт не своим голосом. – Я не могу ничего найти.

– Так же, как и я. Наших с тобой сил на это явно не хватит. Здесь нужны особые приспособления, имеющиеся у детективов и судмедэкспертов из сериалов. А нам, простым людям, эти средства недоступны.

– Но зато нам доступны более действенные средства.

– О чем ты?

– Ты права в том, что простым людям здесь не справиться, а вот оборотню вполне, – Мэтт стал снимать рубашку с себя. – Отвернись.

– Что? Ты будешь превращаться прям здесь и сейчас?

– Нет, я просто решил устроить тебе стриптиз-шоу посреди лесной глуши.

– Как же я тебя иногда ненавижу. Ты даже не можешь себе этого вообразить.

Послышались звуки застёжек и расстёгивающихся молний, а затем шуршание и набор довольно странных звуков. Спустя пять минут я услышала легкий лай и наконец-то повернулась к Мэтту. На месте, где ещё пару минут назад стоял Мэтт, сейчас стоял светло-серый волк с желтыми глазами, которые отдавали серым отблеском глаз Мэтта. Волк был размером меньше волка Джеймса, но не менее мускулистым и устрашающим. Мэтт смотрел на меня немного напряжённо, что я списала на его стеснение.

– А ты симпатичный и такой же страшный, как и Джеймс в таком виде. Не знай я, что это ты, то уже тряслась бы от страха, – Мэтт что-то прорычал, но было понятно, что это было ворчание недовольства. – Что дальше? Ты что-то чуешь?

Морда волка стала вмиг серьёзной, а его нос стал сильно раскрываться, глубоко вдыхая воздух вокруг себя. Мэтт стоял так несколько минут, а затем, рыкнув, пошёл куда-то в сторону.

– Мэтт, ты куда? Не бросай меня! – взвизгнула я, и побежала вслед за волком.

Быстрыми перебежками Мэтт двигался по траве, низко склонив голову к земле. Я внимательно наблюдала за ним и следовала буквально по пятам. Мэтт периодически останавливался и своей большой лапой разрывал землю под собой. После нескольких подобных эпизодов, Мэтт поднял голову и побежал в сторону дерева, стоящего неподалёку. Я мгновенно сорвалась со своего места и поспешила его догнать. Мэтт стоял на задних лапах, оперившись передними на ствол огромной ели. Из его пасти доносились непонятные мне звуки, напоминающие то ли скулёж, то ли рычание. Я не могла понять, что Мэтт пытался сказать или показать мне, но осмотрев внимательно ствол, я поняла, о чем шла речь. На стволе дерева были отметины крупных когтей, и вмятые участки. По всем признакам здесь произошло сражение или потасовка с участием сильных соперников.

– На Джеймса напали, – озвучила я наши с Мэттом выводы вслух. – И следы его когтей говорят о том, что он защищался и пытался дать отпор.

Мэтт повернул морду в мою сторону и кивнул. Не нужно было слов, чтоб понять его мнение по поводу озвученных выводов. Он вновь навострил уши и стал глубоко принюхиваться. Сорвавшись со своего места, Мэтт побежал вглубь леса куда-то в сторону от поляны. Я даже не успела опомниться, как его серая шерсть скрылась среди кустов. Я поспешила проследовать в ту же сторону, откуда доносились шорохи лап Мэтта. Идя сквозь густую листву и пробиваясь сквозь острые ветки кустов, я несколько раз зацепилась своим костюмом и сделала множество затяжек на ткани. Мэтт пропал из виду, что вновь возродило во мне чувство страха и скрытой опасности. «Вдруг тот, кто напал на Джеймса все ещё здесь, и в любой момент может настигнуть меня и Мэтта». Я поспешила ускорить свой шаг, желая поскорее встретиться с Мэттом. Среди деревьев мельтешили птицы и мелкие зверьки, что создавало иллюзию бурлящей жизни в лесу. Я была рада не находиться в полном одиночестве, а хоть отдалено, но видеть и чувствовать живых существ рядом с собой. Уменьшив темп, я стала обычным шагом передвигаться сквозь кусты и ветки, обращая внимание на снующих рядом зверьков. Сейчас, лес казался тихим и безмятежным. Создавалось ощущение, что я нахожусь внутри сказки о лесных зверьках, которые нашли своё волшебное место на земле, вдали от злых людей. От собственных мыслей на моем лице появилась лёгкая усмешка. Мне было двадцать шесть лет, я руководила крупной компанией и оформляла многомиллионные сделки. Но сейчас я стояла посреди чащи и думала о сказках. Подобные мысли звучали слишком абсурдно и бредово. Придя в себя, я направилась обратно на поляну, где решила подождать Мэтта с его разведки. Я повернулась в противоположную сторону и направилась в сторону поляны. Сменялись деревья, кусты, ветки и облака на небе, а я все шла и шла, не видя конца и края всех этих видов. По моим расчетам прошло около двадцати минут с тех пор, как я отправилась обратно на поляну. Ко мне пришло осознание того, что я заблудилась. Остановившись на одном месте, я стала быстро крутить головой в поисках хоть какой-то подсказки, в какую сторону мне идти. После безуспешных поисков подсказок, я окончательно отчаялась и села на траву. Ноги гудели от жуткой усталости, стопы болели, а пятки были стёрты до такой степени, что из них выступала кровь. Я сняла кеды и, осмотрев окровавленные пятки, тяжело вздохнула. Мои дела были плохи. Я заблудилась в незнакомом месте, ноги были стёрты до крови, и я не имела никаких запасов провизии на непредвиденный случай. «А ведь ты даже не знаешь, что можно собирать в лесу, а что нет. Ты же городской житель до мозга и костей!». Голос подсознания не помогал, а только ещё больше нагонял паники. Сидя в светлом костюме на грязной земле, я пыталась собраться с мыслями и придумать план дальнейших действий. С одной стороны я надеялась, что Мэтт в любом случае обнаружит мою пропажу и найдёт меня. С другой стороны, была вероятность того, что на него могли напасть, и он где-то лежит без сознания, как когда-то Джеймс. Мысль о подобной перспективе не на шутку напугали меня. Я встала на ноги и решила проследовать в обратный путь. Когда я вышла к знакомым видам, мне стало немного легче. Я стала осматривать окружающее меня пространство и местность. С дерева спрыгнул енот, который держал что-то в своих цепких лапках. Как только зверек повернулся ко мне, то сразу ощетинился и, кинув предмет из своих лап на землю, скрылся из виду. Я нагнулась к небольшому предмету и обнаружила, что это была мужская запонка.

– Откуда в лесу взялась запонка?

За моей спиной послышался шорох, который с каждой минутой нарастал свой темп. Меня накрыла неимоверная и всепоглощающая паника, вместе с неконтролируемым страхом. Я даже не могла представить, что или кто может сейчас ко мне выйти. Когда шорох стал максимально громким из-за кустов вышел Мэтт, с горящими от возбуждения глазами. Он стал рычать и пристально меня осматривать. Не знаю, каким образом я поняла Мэтта и его посыл, но, посмотрев в глаза волка, я уверенно произнесла:

– Я в порядке. А мой страх вызван твоим резким появлением после длительного исчезновения.

Мэтт продолжал пристально на меня смотреть, но поняв, что я говорю правду, коротко кивнул мне. Он поднял вверх свой нос и, вдохнув глубоко воздух рядом с собой, посмотрел на мою руку. Я сначала не поняла, что это значило, но затем вспомнила о запонке, зажатой в моей ладони. Я открыла ладонь и показала Мэтту ее содержимое. Он медленно подошел ко мне и, наклонив морду к моей руке, стал нюхать запонку. Мэтт отпрянул от запонки и зарычал. Его рык сейчас был наполнен злостью и яростью, которые были легко уловимы в его тембре. Мэтт изобразил подобие лая и, кивнув мне мордой в сторону, направился быстрым шагом по указанной им дороге. Я последовала за Мэттом, но в этот раз, не теряя его из виду. В скором времени мы вышли на уже знакомую поляну и направились в сторону нашего автомобиля. Здесь все так же было безмятежно и тихо, а из звуков слышалось лишь пение птиц. Мэтт подошел к внедорожнику Джеймса, и залаял. Я смотрела на волка и не понимала, что он хотел этим сказать. Я подошла ближе к Мэтту, за что получила недовольное рычание.

– Что? Я тебя не понимаю.

Я не могла скрыть своего возмущения, смотря на волка с недовольной гримасой на лице. Тот зарычал вновь и головой стал кивать в сторону. Я посмотрела туда, куда указывал Мэтт, но ничего не заметила. Мэтт заскулил и, подойдя ко мне, зубами взял край моей штанины. Его мощная пасть стала тянуть меня в сторону.

– Ты меня куда-то хочешь увести?

Мэтт мотнул отрицательно головой и стал вертеть меня по кругу. Только сейчас я поняла, чего он от меня добивался. Резко дёрнув ногой, я отцепила зубы Мэтта от своих брюк, и повернулась спиной к волку. Мэтт изобразил подобие облегчённого вздоха и скрылся из виду. Я стала вновь рассматривать запонку в своей руке, даже не предполагая, кому она могла принадлежать. Рассматривая загадочный предмет, я не заметила, как Мэтт вернулся в своем классическом человеческом виде.

– Нашла что-нибудь интересное? – я громко вскрикнула и кинулась на Мэтта, вцепляясь в его лицо ногтями. – Это я! Совсем с ума сошла?

– Мэтт, твою мать! Разве можно так делать?!

– Как так? Возвращаться человеком к тебе? – Мэтт тронул своё лицо и скривился. – Ты мне нос поцарапала!

– Значит звери и всякие монстры тебя не пугают, а мои ногти да? А ты, оказывается, довольно ранимый.

– Я был застигнут тобою врасплох. И я не был готов оказывать сопротивление.

– Сделаю вид, что поверила, – я ухмыльнулась, а затем более серьезно добавила. – Ты что-нибудь нашёл?

– Нашёл, – лицо Мэтта помрачнело, а под глазами залегли тени.

– И что же? – меня вновь накрыло чувство обеспокоенности и тревожности.

– Ничего хорошего, – Мэтт посмотрел на мою ладонь. – Ты, как я смотрю, оказалась полезной. Даже без острого зрения и нюха.

– Ты про это? – я раскрыла ладонь и показала Мэтту зажатую в ней запонку. – Но что она означает?

– Большие проблемы. Идём. Нам пора.

– Куда? Куда мы теперь?

– Ты, по всей видимости, домой. Я же отправлюсь обратно в Нью-Йорк. Мне надо поговорить с Чарльзом, и я хочу сделать это как можно скорее .

– Что все это значит? Что ты узнал?

– Я ничего не узнал, но почувствовал. Теперь я хочу убедиться в том, что я ошибаюсь.

– А если не ошибаешься?

– Тогда у нас очень большие проблемы.

– Мэтт, я еду с тобой.

– Что? Что ты несёшь?

– Что слышал. Я еду с тобой и точка.

– Я не давал своего разрешения тебе.

– А я тебя и не спрашивала. Я ставлю тебя перед фактом.

– Чувствую, дорога будет непростой.

– Мэтт, у меня будет одна просьба. Заедем ко мне за вещами? Я хочу принять душ перед дорогой. После такой экстремальной прогулки на мне живого и чистого места не осталось.

– Тогда встань в очередь. Если мы едем к тебе за вещами, то я первым отправлюсь в душ. Прогулки по лесу в образе волка, знаешь ли, немного выматывают.

– Договорились. Но ты мне должен рассказать, что ты узнал и почуял.

– Расскажу все уже в Нью-Йорке. Я в таких вещах не силён, и все мои пробелы сможет заполнить только Чарльз с его многовековым опытом.

Я не стала спорить с Мэттом и оставила все попытки добиться от него внятных ответов. Мы с ним отправились ко мне в квартиру, а я про себя думала о том, что вся эта история приобретала загадочный характер. Мэтт ранее мне уже говорил, что это все связано с чём-то сверхъестественным, но какого рода это что-то мне сложно было предположить. По реакции и словам Мэтта я поняла, что он так же как и я не сильно понимает о чем или о ком идёт речь. Неизвестность пугала и вызвала во мне дикую злость на сложившуюся ситуацию, и в миллион первый раз я стала винить себя за все произошедшее. «Если бы ты не пропала, Джеймс не искал тебя и не столкнулся бы с чем-то необъяснимым» слышала я осуждения своего подсознания. Откинувшись на кресло родного автомобиля, я попробовала успокоить себя мыслями о том, что все ещё можно исправить, и мы обязательно вернём Джеймса к жизни.

Глава 11

Проснувшись после беспокойного сна, я пыталась понять, где я сейчас нахожусь. Как только сознание прояснилось, я вспомнила все произошедшие ранее события, а главное то, где и зачем я нахожусь. За окном была непроглядная темнота, среди которой можно было разглядеть бескрайние поля и линии электропередач. Как только мои глаза открылись, то я сразу услышала голос Мэтта рядом с собой:

– Доброе утро. Точнее говоря, доброй ночи. Выспалась?

– Не особо, – прохрипела я сонным голосом. – Долго я спала?

– Часа два или три. Я не засекал.

– Ты так и не спал всю дорогу? – в моем голосе впервые заиграли ноты беспокойства и заботы.

– Нет. Волки ночные звери и могут не спать долгие дни напролёт, – Мэтт пытался отшутиться, но я заметила следы сильной усталости, которые он тщательно пытался скрыть.

– Волки может, и могут, но вот люди-волки нет. Я уверена, что даже оборотням нужен сон, – я осмотрела Мэтта и его усталый вид. – Мэтт, ты паршиво выглядишь.

– Как жаль. Значит, обложки «People» мне не видать.

– Если только после того, как ты выспишься, – улыбнулась я и сильно зевнула. – Далеко нам ещё?

– Примерно сто сорок миль.

– Заедем куда-нибудь за едой? Я хочу есть и в уборную.

– Теперь я понял, почему в древности моряки говорили женщина на корабле к беде, – Мэтт засмеялся, чем вызвал возглас возмущения у меня.

– Мэтт, заткнись, пожалуйста. Клянусь, я не посмотрю что ты оборотень, и надеру тебе задницу.

– Попробуй. Я на это с удовольствием посмотрю.

– Ты не только посмотришь, но и почувствуешь. Я тебе обещаю.

Спустя полчаса мы остановились на заправочной станции, где я первым делом направилась в уборную. После этого я накупила разнообразных снеков и, решив купить еще и кофе, вернулась к Мэтту. Наша дорога проходила во взаимных подколах, которых мне так не хватало с момента его ухода из банка. Возникло ощущение сильного дежавю и того, что не было всех этих событий последних двух лет, а мы с Мэттом по-прежнему просто хорошие друзья и коллеги. Когда на горизонте показались знакомые виды мегаполиса я начала испытывать сильное волнение. Огни большого города рассеивали темноту вокруг, освящая все окружающее пространство наподобие второго солнца. Мэтт свернул в сторону пригорода и вскоре выехал к дороге, ведущей к дому Джеймса. Не верилось, что я вновь вижу знакомые виды и нахожусь здесь. Прошло всего четыре месяца, а мне показалось, что целая жизнь. Как только автомобиль въехал в ворота и направился к дому, мое волнение стало нарастать с новой силой. Заметив мою реакцию, Мэтт незаметно покосился на меня и фыркнул, но в этот момент мне было не до Мэтта и его реакции. Мои мысли были заняты встречей с родными, а главное с сестрой и Джеймсом. Как она отреагирует на мое появление, что я всем скажу, и что они скажут мне, все эти вопросы крутились у меня в голове. Когда автомобиль наконец-то остановился около дома, Мэтт заглушил двигатель и обратился ко мне:

– С возвращением домой, блудный сын.

– Я тебе ещё год назад говорила, правильнее говорить блудная дочь. И в этот раз ты прав.

– Не устаю напоминать, что я всегда прав, – Мэтт усмехнулся, а затем более серьезно добавил. – Чего ты боишься?

– Я не боюсь, а переживаю.

– По поводу чего?

– Мэтт, меня не было четыре месяца здесь, и все это время я молчала и игнорировала всех вас. Мне теперь кажется, я не достойна находиться в этом доме.

– Стефани, ты не перестаёшь меня удивлять, – Мэтт изобразил тяжелый вздох. – У меня уже мозоль на языке, но я повторюсь. Чтобы не произошло, ты как была частью этой семьи, так ей и осталась. Твой поступок ужасен, но не настолько, чтоб озлобиться на тебя. Поэтому прекрати себя накручивать и заканчивай с излишними и нервными напряжениями. Нервные клетки не восстанавливаются, между прочим.

Мэтт открыл свою дверь и вышел на улицу. Я ещё какое-то время просидела на своём месте, но собравшись с силами, последовала за Мэттом. Очертания знакомого дома согрели душу и вызвали калейдоскоп непонятных мне эмоций. За свою жизнь я ничего подобного не чувствовала даже в тот момент, когда вернулась в родной дом спустя десять лет отсутствия в нем. «Ты вернулась домой. Это чувство возвращения в родные стены». Мэтт направился в сторону дома, и я пошла следом за ним. Открыв входную дверь, он первой впустил меня в дом, а затем прошёл сам. Внутри дома как всегда пахло свежестью, хвоей и едой. Запахи вызвали во мне бурю эмоций, которые смешивались в единый поток, накрывший меня с головой. Где-то в доме послышался звук хлопающей двери, и спустя пару минут, в холл вошёл Чарльз. Хоть на улице было глубокая ночь, но мужчина был бодр на лицо, без единого признака сонливости. На его лице можно было сразу заметить следы небольшого истощения и сильной усталости. «Что Мэтт, что Чарльз выглядят одинаково изнеможёнными и уставшими. Видимо, все свои силы они отдают на разгадку тайны беспробудного сна Джеймса и его причин». Чарльз, заметив меня, мягко улыбнулся и протянул свою массивную ладонь.

– С возвращением. Я рад, что ты снова дома.

– Привет, Чарльз, – виновато проговорила я, испытывая сильный стыд. – Я так перед вами виновата…

– Не говори ерунды, – строгий голос мужчины заставил меня поднять глаза. – Мы не знаем из-за чего и почему это все произошло. Ты здесь совершенно не причем.

– Но Джеймс отправился искать меня. И из-за этого он теперь находится в этом состоянии!

– Поверь, он находится там не из-за того, что искал тебя, а из-за того, что кому-то это было необходимо. А вот кому и зачем, я хочу узнать больше всего на свете.

– С чем я тебе могу помочь, – подал голос Мэтт, который молча, стоял все это время в стороне. – Привет.

– Мэтт, ты что-то узнал?

– Узнал. И новости будут не из приятных.

– Давайте мы с вами пройдем в гостиную и там поговорим.

Мы втроем направились гостиную, где сразу расселись по своим местам. Вновь меня накрыло это чувство того, что я нахожусь дома в родном месте. Не смотря на все обстоятельства мне было комфортно находиться в этом доме и сидеть на таком знакомом кресле. Обычно в наши вечера, я сидела именно на нем, попивая при этом горячий чай или кофе. Тем временем Мэтт и Чарльз сидели с напряженными лицами и активно обсуждали поездку в Бостон.

– Так что ты нашел в пригороде?

– Запах и довольно странный.

– Странный? В каком роде странный?

– В таком, что я такого никогда не чувствовал.

– Как такое возможно?

– Не знаю как, но это факт. Чарльз, здесь что-то нечисто.

– Этот след, на что он был похож? Может, ты уже подобное чуял?

Мэтт замолчал и задумался. Его лицо напряглось, и глаза смотрели в одну точку, совершенно не моргая. Мне показалось, что он мгновенно окаменел и был статуей, а не живым человеком. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем Мэтт очнулся, но для меня эти минуты длились бесконечно долго.

– Я уже чуял нечто подобное, и не один раз, – Мэтт покосился в мою сторону. – Этот запах исходил от нее.

– От меня?! – вскрикнула я, до этого молча сидя в стороне. – Как это возможно?

– Легко. Это запах твоего бывшего.

– Дэмиана? – меня парализовало от шока. – Но он не мог…

– Я не был так уверен в этом, – Мэтт резко меня перебил. – Вдруг ему захотелось начать вражду заново.

– Я не верю в это. Дэмиан не тронул бы Джеймса.

– И что ему помешает это сделать?

– Мэтт, остынь немного, – строгим, но спокойным тоном вставил Чарльз, а затем задумчиво произнес. – Я тоже не верю, что вампир был в состоянии совершить нечто подобное. Точно не с Джеймсом.

– Но он не простой вампир, а первородный. Он может многое, чего не могут обычные вампиры.

– Ты прав, но это еще ни о чем не говорит нам. Тем более, что ты сам сказал, что след был схож со следом вампира, но он не принадлежит ему.

– А ведь Чарльз прав, – я решила встать на защиту Дэмиана и доказать Мэтту ошибочность его выводов. – Это был не Дэмиан. Ты сам об этом сказал.

– Но запахи чем-то схожи. Может, это один из его приближенных?

– Так этот запах принадлежит вампиру или нет? – Чарльз говорил максимально уверенным, но и поучительным тоном, чем ввел меня и Мэтта в сильную растерянность.

– Не совсем… – Мэтт сильно замялся и потупил свой взгляд. – Точнее сказать, запах не был похож на вампира, но и на человека он тоже не похож. А по ощущениям он приближен к нашему королю нечисти.

– Прекрати так говорить о нем.

– Так если это правда, которую каждый в этой комнате знает, чего стесняться?

– Но можно не озвучивать этого вслух! – взревела я и со злостью посмотрела на Мэтта. – Мне тяжело это слышать.

– Мэтью, прекрати это ребячество хотя бы сейчас. Ты сейчас остался за главного, а ведешь себя словно капризный ребенок.

– Прости, Чарльз. Я немного забылся.

– Чарльз, что вы думаете по этому поводу?

– Мне сложно что-то сказать. На словах так просто не сделать никаких выводов, а уж тем более на словах сложно понять, с чем мы имеем дело.

– Может, нам стоит отправиться туда с вами и вы все на месте разузнаете?

– Я не могу бросить семью и стаю без присмотра. Не после последних событий – в глазах Чарльза вспыхнул огонь, которого до этого я никогда не видела.

– Чарльз прав, сейчас опасно ходить поодиночке – в один миг лицо Мэтта стало серьезным и собранным. Сейчас он вновь был копией Джеймса, когда он включал вожака.

– Тогда что мы можем сделать?

– Придется искать князя тьмы. Я надеялся, что обойдемся без него.

– Нет! – я громко вскрикнула, не сумев сдержать свои эмоции под контролем. – Больше никаких контактов с Дэмианом я не буду осуществлять. Мне последнего раза хватило.

– Даже ради Джеймса? – спросил Мэтт немного высокомерным тоном. – Или ты и сейчас ради себя его бросишь?

– Не говори так. Я готова на все ради Джеймса…

Я замолчала, не желая больше разговаривать с Мэттом. Своими словами он сильно ранил меня, и вновь возродил чувство вины в душе. Я понимала, что Мэтт прав в своих выводах, но я хотела всеми силами опровергнуть подобное мнение. Мне необходимо было переступить через себя и все обещания, что я дала сама себе. «Раз другого выбора нет я лучше испытаю боль, встретившись с Дэмианом, чем боль от потери Джеймса». Чарльз, который, молча, наблюдал за нашими с Мэттом перепалками, устало вздохнул.

– Мэтт, ты мог бы хоть горсть земли с запахом привести, или что-то, что содержит в себе этот запах.

– Я как-то не подумал об этом. Прости меня за это

– Подождите!

– Чего ждать? – проворчал Мэтт и кинул на меня напряженный взгляд

– Мэтт, помнишь, я нашла запонку в лесу, а ты еще рычал на нее. Я так понимаю она имеет тот же запах, что и наш загадочный нападавший?

– Стефани, ты гений! – крикнул Мэтт и подскочил на ноги, переполненный возбуждением. – Она у тебя?

– Спрашиваешь, – усмехнулась я. – Мне надо сходить за ней в машину. Она лежит у меня в сумке.

– Я принесу ее.

Мэтт быстро направился в сторону выхода и пропал из виду. Мы с Чарльзом сидели какое-то время, молча, каждый думая о своем. Повисшее молчание меня загоняло в еще большую тоску, поэтому я решила нарушить его:

– Чарльз, как вы?

– Я? – мужчина удивлённо поднял седые брови. – Не могу сказать, что хорошо, но терпимо.

– Вам, наверное, безумно тяжело видеть Джеймса в таком состоянии.

– Не буду отрицать, это действительно оказалось очень тяжелым зрелищем. Я растил его с самого рождения и помню день, когда он появился на свет. Мне впервые дали его на руки, маленький и беззащитный сверток, но таящий в себе силу и неимоверную мощь, – лицо мужчины озарилось мягкой улыбкой, а его взгляд потеплел.

– Что случилось с родителями Джеймса? – я спрашивала с долей страха в голосе, боясь задеть болезненные для старика темы

– То же самое, что и со многими людьми. Они полетели в отпуск, оставив мальца на меня и Карен, но их самолет не долетел до места назначения.

– Они разбились в авиакатастрофе?

– Знаю, удивительно и банально, тем более для таких, как мы, но это факт. Выжить после падения самолета даже оборотень не в состоянии. Они скончались уже в больнице от полученных увечий.

– Сколько Джеймсу было тогда?

– Около десяти. После этого я полностью взял шефство над внуком и стал ему вторым отцом. Поэтому Джеймс не смог оставить Мэтью когда-то. Ведь он знал, какого это остаться одному со всем этим.

– Это многое объясняет, как и то, почему он не жаждет убить Дэмиана.

– Джеймс вырос без ненависти к другим видам, в отличие от многих из нас, чьих родных убили вампиры. Ему не за что и некому мстить, поэтому он справедлив, как и его отец.

– Каким были его родители?

– Вильям всегда противостоял мне и любил поспорить за лидерство. Его могла сдержать лишь Лилиан, которая волшебным образом единственная имела на него влияние.

– Лилиан — это мать Джеймса?

– Да. Девушка добрая душой, сильная характером и красивая на лицо, – вновь лицо Чарльза засияло от накрывших его воспоминаний. – Видимо, поэтому Джеймс так к тебе привязался. Ты напоминаешь ему мать.

– А он помнит своих родителей?

– Помнит. У нас прекрасная память, даже на ранние периоды жизни.

– Чарльз, как я поняла, Сьюзан не ваша жена. Получается, родная бабушка Джеймса другая женщина?

– Ты все верно поняла. Мою настоящую жену зовут Карен и мы довольно долго прожили бок о бок и вместе воспитывали Джеймса.

– Зовут? Она жива?

– Конечно. А ты что подумала?

– Что с ней так же произошло какое-то несчастье.

– Нет. Наша с Карен история покажется тебе слишком банальной.

– Теперь я тем более хочу ее услышать.

– Пятнадцать лет назад, когда Джеймс поступил в колледж, а я собирался передать ему место вожака, моя жена изъявила желание уехать подальше от всего этого на другой конец земного шара в Австралию. Мы начали спорить, ведь я не представлял, как можно бросить родные места, охраняемые нами еще с незапамятных времен. Карен начала высказывать мне, что это неправильно и пора кончать с этим вечным караулом. Я не мог решиться на такое и дал ей отказ. Она поставила мне ультиматум, либо она, либо жизнь здесь на этих землях. Как ты понимаешь, я выбрал второе.

– Почему вы не уехали за любимой женщиной?

– Открою тебе свой небольшой секрет, – Чарльз немного смутился и отвел глаза в сторону. Это удивило меня, ведь он никогда на моей памяти такого не делал. – Я никогда не любил свою жену, а наш брак был чистым взаимовыгодным политическим ходом.

– Это как? Я не понимаю немного.

– Моя жена была дочерью вожака соседнего штата, а я сын другого сильного вожака. Союз их детей мог решить разом многие вопросы, а главное объединить две стаи и помочь расширить территории. В итоге нас поженили насильно, даже не спросив нашего мнения друг о друге. Нам пришлось выполнять свой долг перед членами наших стай, а потом у нас появился Вильям, и мы со временем привыкли друг к другу.

– Ого, – я сидела с удивленным лицом, после услышанной истории. – Вы поэтому ее так просто отпустили.

– Мне незачем было ее держать и жертвовать собой ради нее. Для меня важнее всего был тогда Джеймс. Он был молодым неопытным вожаком, не представляющим, что надо делать на своем новом посту. Я не мог его бросить одного со всем этим, поэтому и остался с ним и был всегда рядом.

– А когда вы встретили Сьюзан, и как это произошло?

– Это еще одна банальная история, которую я тебе расскажу, но позже.

В доме раздался звук открывающейся двери. Спустя пару минут в гостиной появился Мэтт с моей дорожной сумкой в руках. Он подошел ближе ко мне и, поставив ее на пол, с наигранной галантностью произнес:

– Ваш багаж, мисс Пайнс.

– Благодарю, мистер Стокер. Чаевые получите позже. У меня с собой нет наличности.

– Можно переводом на банковский счет. Я не обижусь.

– Если вы закончили обмен любезностями, могу ли я взглянуть на загадочную запонку?

– Простите нас, – я открыла сумку и, достав из внутреннего кармана запонку, дрожащей рукой протянула ее Чарльзу. – Вот она.

В ту минуту, когда я достала запонку из сумки и протянула Чарльзу, его лицо поменялось. Еще недавно теплые глаза старика в одну секунду наполнились холодом и злостью. Мне показалось, что многие морщины на лице Чарльза мигом разгладились, что придало ему более молодой и сильный вид. Впервые его глаза горели желтым огнем, наподобие Мэтта и Джеймса, когда они выходили из себя. Подобный образ придал Чарльзу устрашающий и опасный вид.

– Чарльз, что происходит? – спросил Мэтт, испытывая аналогичные со мною чувства.

– Ты говорил, что запах был странный, и ты его слышал на первородном.

– Не конкретно его, но схожие черты в них присутствуют. Что случилось? Ты что-то понял?

– Ты был прав. Это был не человек, но и не вампир.

– Как? Но это и не ведьмы!

– Не они… – прошептал Чарльз, пытаясь собраться и успокоиться.

– Но кто это был?

– Это был демон. Причем один из самых страшных и опасных в известном нам мире, – устало произнес Чарльз и тяжело вздохнул. – А я надеялся, что все это детские сказки.

– Демон?! – я и Мэтт в один голос вскрикнули и уставились на Чарльза полного безумия взглядом.

– Что значит демон? Это какое-то название для всесильного убийцы сверхъестественного?

– Если ты об охотниках на нас, то нет. Я не их имел в виду.

– В мире есть еще и охотники на сверхъестественных существ? Как братья Винчестеры?

– Есть. Их немного, но все же они существуют. Демон значит демон, Мэтт. Исчадье Ада из преисподние, если тебе так проще понимать.

– Они существуют? Почему я не знал об этом?

– Потому что даже Джеймс о них не знает. Я все это держал втайне подальше от вас и надеялся, что никто из вас никогда не столкнется с подобным.

– Вы уже встречались с демонами? – я со страхом посмотрела на Чарльза. – Что они из себя представляют.

– Зло в самом его концентрированном виде. По сравнению с ними, вампиры покажутся вам веселыми ребятами.

– Но чем они опасны и откуда они берутся?

– Чему тебя учил Джеймс? – возмутился старик и рыкнул. – Демонов порождает тот же источник, что и когда-то породил первого вампира. Что породил нас.

– Для тех, кто не понимает, о чем идет речь, можно рассказать всю историю сначала? – я пристально посмотрела на Чарльза, глазами отстаивая свое право на посвящение в тонкости этой истории.

– Видимо, придется повторяться. Как вы можете помнить из рассказов о сотворении мира, Бог создал людей по своему образу и подобию. Они были чисты и непорочны, пока не были изгнаны на землю из Рая. Уже на земле люди все ровно привлекали внимание Бога, что дико злило одного из его сыновей. На лицо банальная ревность одного ребенка к другому. В общем, когда озлобленный сын был изгнан из Рая за свою злость и жестокость и стал править Адом и самой тьмой, он решил отомстить отцу, испортив его любимую игрушку.

– То есть, он хотел испортить людей?

– Именно. Он решил показать Богу, что его создания такие же безнадёжные и неинтересные в своем виде, как и другие живущие на земле существа. Что люди не заслуживают того внимания, которое Бог им уделяет. В одну из ночей владыка ада сошел на землю в поисках способа осуществления своего плана. В тот момент перед его взором предстала картина того, как из леса выбежал волк, напавший на человека и держащий его плоть в своих острых зубах. В этот момент Князь тьмы понял, как ему испортить создания отца и подорвать его любовь к ним. Он убил того волка, а его сердце вставил умершему человеку, тем самым воскресив его. Тот человек не был уже человеком, он был зверем в людском обличии.

– Это был первый оборотень в истории? – в моих глазах горел безумный интерес к услышанным словам.

– Да, Стефани, это был он.

– Так сработал план Дьявола подорвать любовь Бога к людям?

– Отчасти. Первый оборотень действительно стал убивать своих же бывших сородичей, но так же он стал изменять некоторых из них, делая обычных людей подобными себе. Волчья натура воззвала у него потребность в стае, что естественно для волков. Конечно, тогда это больше были звери чем люди, но многие столетия спустя они поняли, что могут жить как и самые обычные люди, скрывая и контролируя свою звериную природу.

– А что на счет демонов. Кто они такие?

– Демоны берут свое начало еще до нас. Как ты можешь понимать, как только падший ангел попал в Ад, ему нужны были помощники и слуги, поэтому все души, кто был готов отдаться тьме, он тут же превратил в таковых.

– Ты думаешь, это один из этих демонов напал на Джеймса? Но какой, и зачем?

– Зачем это было сделано, я тебе не скажу, а вот кто это был, у меня есть догадка.

– Правда? И кто же? – мы с Мэттом удивленно переглянулись.

– В моем детстве нас пугали страшилкой об одном демоне, который был наиболее опасным и страшным среди всех. Это был безжалостный демон, не признающий другие виды и других детищ Дьявола. Он считал, что в состоянии контролировать всю нечисть и держать всех под своим контролем. Убивал он на раз-два всех, кто хоть слово говорил против его воли или проявлял любой признак неподчинения. Самое удивительное, он был самым молодым демоном. Точнее сказать, он был бывшим человеком, принявшим тьму и переродившийся после смерти в нечто новое.

– Как это возможно? – Мэтт недовольно скривился. – Люди не могут стать демонами, и уж тем более переродиться в них.

– Уверен? – Чарльз покосился на Мэтта. – Ты забыл историю Влада Дракулы, который заключил сделку с Дьяволом, став таким же порождением тьмы, что и мы, и демоны?

– Но Дракула делал это во имя любви, а не из корыстных побуждений.

– Вот именно. Изначально, Влад должен был стать таким же демоном, что и все, но любовь к его супруге была настолько сильной, что сохранила частичку души в нем. Именно поэтому он не смог переродиться в полноценного демона, а стал нечто средним, между ним и человеком. Любовь к Стефании и сохранила в нем часть человечности.

– Я думала, что его ведьма таким сделала, – растеряно произнесла я, переваривая все услышанное.

– Ведьма лишь помогла Дракуле удержать душу жены на земле и обменять свою, но само перерождение и сделку осуществлял Влад с самим Дьяволом.

– Боже… Какой кошмар! И все это из-за меня.

– Стефани, мы много раз об этом говорили. Ты здесь не причем, а все это вина одной стервы по имени Виктория, прах которой уже давно рассеян по миру.

– Знаешь, от этого не легче. Чарльз, так что мы имеем?

– Мы имеем самого кровожадного демона в истории мира, который выбрался прямиком из страшилок, рассказываемых у костра ночью.

– И что нам с ним делать? Его можно как-то найти?

– Мы с ним ничего не сделаем. А на счет найти, можешь не переживать. Он сам нас найдет, когда ему это понадобится.

– В каком смысле? Зачем ему все это и разве его нельзя остановить?

– В таком, что против него нет приемов, а его сила безгранична. Он имеет влияние на всех представителей тьмы, поэтому он и смог усыпить Джеймса. Мы все против него бессильны.

– Не может быть, – Мэтт вскочил на ноги и громко закричал. – Я не верю!

– Чарльз, неужели мы никак не сможем помочь Джеймсу? – в этот момент все мои эмоции, что бурлили во мне дали трещину, и вырвались наружу в виде потоков слез.

– Боюсь, что нет, – прошептал старик и спрятал свои глаза от всех. – Мы здесь бессильны.

– Нет! Я не собираюсь сдаваться и просто сидеть сложа руки, считая, что какой-то там демон непобедим.

– Мэтт, ты просто не понимаешь, о ком идет речь. Он тебя одним движением мизинца уничтожит.

– Пускай, а я до этого успею ему разорвать горло! – Мэтт стоял с трясущимися руками, а его глаза вновь были желто-серого цвета.

– Чарльз, может, есть хоть что-то известное о нем и его слабостях? – с надеждой спросила я

– Если оно и есть, то мне об этом ничего неизвестно. Я думаю, на сегодня хватит разговоров. Вам стоит отдохнуть после долгой и тяжелой дороги. Стефани, тебе нужно помочь донести твои вещи?

– Спасибо, Чарльз, но я справлюсь самостоятельно.

– Мэтт, ты можешь остановиться в комнате Джеймса, пока он… – Чарльз так и не окончил свое предложение, а лишь сглотнул ком в горле и тихо произнес. – У меня будет к вам просьба. Пока не стоит распространяться о нашем с вами разговоре другим. Пусть еще какое-то время будут в неведении.

Чарльз вышел из комнаты, оставив нас с Мэттом наедине. Мы оба сидели опустошенные, испытывая дикую усталость. Самое удивительное, эта усталость не была следствием нашей долгой дороги из Бостона в Нью-Йорк. Она была вызвана произошедшим разговором, который забрал все оставшиеся силы. Понимание того, что мы в безвыходном положении и нам никто не в состоянии помочь, окончательно сломило и вызвало дикую сонливость. Мэтт помог мне донести вещи до комнаты, где я раньше жила, и теперь стоял с растерянным лицом.

– Мэтт, ты чего?

– Странно идти в комнату Джеймса и находиться там вместо него, – прошептал Мэтт, сжав свои кулаки. – Стефани, я не могу еще и Джеймса потерять. Только не его.

– Мы его не потеряем Мэтт, – я подошла к Мэтту и обняла его. – Мы будем искать любую информацию об этом всем и о том, как мы можем помочь Джеймсу.

– Ты думаешь, у нас есть шанс?

– Шанс есть всегда. Главное не упустить его и использовать по назначению. Если потребуется, то я отправлюсь к Дэмиану и потребую его участия во всем этом. Я верну Джеймса, чего бы это ни стоило.

Я распрощалась с Мэттом и направилась в душ. Мне хотелось одного, смыть усталость прошедших дней и отрезвить ум. Теплые капли воды подействовали безотлагательно, и спустя полчаса я лежала на знакомой кровати в свежей и чистой одежде. В голове крутилось множество мыслей, которые касались лишь Джеймса и способов его возвращения. Я была не сильна в знаниях о сверхъестественном мире, но всеми силами хотела разобраться в нем. «Ты хотела уйти от всего этого и быть в стороне, но судьба говорит об обратном. Ты всегда будешь частью этого неизвестного тебе мира, в котором тебе необходимо будет разобраться». В душе я пыталась смириться с той мыслью, что теперь это и мой мир, и я буду до конца жизни являться его частью, как бы я этого не избегала.

Глава 12

Меня не часто мучили кошмары, да и сны я видела довольно редко. Лишь с появлением Дэмиана в моей жизни, периодически, я видела разнообразные видения прошлого и события, связанные с ним. Но в этот раз все было иначе. Сон был слишком реалистичным и вызывал дикий ужас. Я видела картины того, как мрачная темная фигура, не имевшая лица, находит всех дорогих мне людей, после чего убивает их на моих глазах. Каждая смерть была изощрённее предыдущей, и каждый член моей семьи умирал в ужасных мучениях. В конечном счете, незнакомец жестоко расправляется с Дэмианом, и оставляет меня в этом мире совершенно одну среди кишащих повсюду чудовищ. Страшные видения прервал сильный крик в ушах, который вначале я посчитала частью сна. Мои уши пронзил жуткий визг, и я резко подорвалась с кровати, и тоже закричала.

– СТЕФ, ЭТО ТЫ! Это правда ты! – услышала я голос своей сестры, и ее цепкие руки обхватили меня плотным кольцом.

– Кейт! Ты с ума сошла так врываться ко мне в комнату и пугать меня?

– Я когда проснулась, то почуяла твой запах. Думала, меня проглючило, и я уже совсем поехала головой. Но вот я выхожу в коридор, а тут повсюду твой свежий след!

– Мы с Мэттом приехали домой сегодня ночью.

– С Мэттом? Но он же уехал на деловую встречу, по крайней мере мне он так сказал, – процедила Кейт и буркнула. – Вот лживый…

– Кейт, он не обманул тебя, – я улыбнулась, увидев до боли знакомую реакцию Кейт на Мэтта. – Мэтт действительно был на деловой встрече со мной.

– С тобой? Он ездил к тебе в Бостон и не сказал мне ничего? – лицо сестры исказилось в злой гримасе и ее глаза загорелись, после чего она прокричала. – Мэтт, ГОТОВЬСЯ К СМЕРТИ!

– Тише! Не кричи ты так, – я сильно скривилась от звонкого и громкого голоса сестры. – У меня сильно болит голова.

– С чего это? Ты в порядке? Ты не больна?

– Я в порядке. Просто сказывается сильная усталость после долгой дороги и беспокойной ночи.

– Стеф, ты из-за Джеймса решила приехать к нам?

– Да… Я не могла остаться в стороне. Не после того, как узнала о нем от Мэтта.

– А сам заставил меня молчать и не говорить тебе ничего, – вновь голос Кейт был наполнен злостью. – Иногда я хочу его убить.

– Признаться, я тоже, – я мягко улыбнулась сестре, желая сменить ее гнев на милость. – Как ты?

– А что я? Езжу на учебу, готовлюсь к экзаменам, организую весенний бал.

– Бал в конце учебного года? Это как?

– Как глава оргкомитета я могу позволить организовать нечто подобное, – гордо заявила Кейт, но ее взгляд тут же поник, и она тихо проговорила. – Правда все это было до случая с Джеймсом. Знай я о нем, то не стала ничего подобного организовывать.

– Проблемы твоей семьи не должны отражаться на школе, и лишать твоих одноклассников хорошего вечера перед выпускными экзаменами. Ты все правильно сделала, сестренка.

– Спасибо, Стеф. Я так по тебе скучала.

– И я по тебе.

Мы крепко обнялись, а затем, приведя себя в порядок, направились на первый этаж. Как всегда на кухне в полную силу орудовала Сьюзан, которая была сильно возбуждена. Ее полная фигура носилась из стороны в сторону, словно небольшой ураган, сметающий все на своем пути. Как только мы с Кейт показались в дверном проеме, Сьюзан сразу бросила все свои дела и бросилась ко мне, заключив в крепкие объятия.

– Стефани, детка! Я так рада тебя видеть! – голос Сьюзан дрожал, а нос громко шмыгнул.

– Привет, Сью. Я тоже безумно рада встретиться с тобой после столь долгой разлуки.

– Я так волновалась и переживала за тебя, особенно после всей этой истории с Джеймсом.

– Я в порядке. А как ты?

– Как видишь я тоже в норме, но моя душа болит с неимоверной силой за всех вас.

– Сью, я тебе говорила, не доводи себя напрасно. Мы со всем справимся, – уверенно произнесла Кейт, и обняла Сьюзан.

– Кейт, пока мы не поднимем Джеймса на ноги, я не могу быть спокойной.

– Как и все мы, – произнесла я, и в кухне повисло тяжелое молчание.

– Что мы стоим на месте? Пройдемте, я вас накормлю завтраком.

Сьюзан бегом направилась назад на кухню, а мы с Кейт прошли вслед за ней. Все вместе мы быстро накрыли стол в столовой, и расселись за большим столом. Посмотрев на пустующее место рядом с собой, я невольно вздрогнула. С самого нашего первого дня в этом доме все окружающее пространство негласно поделилось между обитателями дома. Каждый член семьи всегда старался занимать определенный стул и определенное место на диване, которое со временем закрепилось за каждым из нас. Место рядом со мной практически всегда занимал Джеймс, который торопил меня с завтраком каждое утро перед работой. Воспоминания об этом вновь болью отдались в душе, и мне стало не по себе. В этот момент в столовую вошел сонный Мэтт, который выглядел довольно плохо. Волосы торчали в разные стороны, спина немного осунулась, глаза потускнели и под ними залегли тени, говорящие об усталости и изнеможении молодого волка. Он подошел к одному из стульев и сел рядом с Кейт.

– Мэтти, ты в порядке? – взволнованный голос Сью говорил о том, что она разделяла мои мысли по поводу Мэтта и его внешнего вида.

– Конечно. А с чего мне быть не в порядке?

– Просто ты ужасно выглядишь. Как будто ты всю ночь провел в клубе с приятелями, либо разгружал вагоны, – заключила Кейт, осмотрев Мэтта. – Тебе бы отдохнуть.

– А что я, по-твоему, сегодня ночью делал?

– Я не слежу за тем, чем ты занимаешься по ночам. Меня это не интересует.

– Вот и я так считаю, что тебя это не должно интересовать. Поэтому оставь свои замечания при себе.

– Мэтти, ты не прав сейчас, – Сьюзан поставила чашку с чаем перед Мэттом. – Кейт переживает за тебя и пытается тебе это показать.

– Чего? Я за него? Сью, не говори глупостей, – взревела Кейт, но я заметила лёгкий румянец смущения на ее щеках. – Мне нет сильного дела до дел Мэтта.

– Сью, а где Чарльз? – Мэтт решил закончить этот неловкий разговор, и перевёл тему в другое русло.

– Он ещё рано утром уехал к Джеймсу, а потом у него были дела в городе.

– Могу ли я сегодня тоже поехать к Джеймсу?

– Я думаю, в этом нет никаких проблем. Стефани, я могу поехать с тобой и показать дорогу.

– Не стоит. Я тоже собирался навестить Джеймса. Стефани может поехать вместе со мной.

– Значит, поедем вместе. Я буду рада твоей компании, Мэтт.

– Как бы я хотела с вами, – промямлила Кейт обижено. – Но у меня важный тест, поэтому мне придется уехать в школу.

– Тебе действительно не стоит пропускать занятия перед самыми экзаменами, – строго произнёс Мэтт. – Не повторяй моих ошибок.

– Я и без тебя это знаю, – огрызнулась Кейт. – Стеф, а ты… Ты когда планируешь обратно в Бостон?

– Я не знаю, – растеряно произнесла я, не зная, что ответить сестре. – Я ушла, молча, и даже не сообщила руководству, куда и насколько уехала.

– Можешь быть спокойной, тебя в таком случае давно уже уволили – усмехнулся Мэтт, тем самым получив от меня недовольный взгляд.

– Я надеюсь, что ты не прав.

– Так ты планируешь вернуться? – Сьюзан стояла с лицом полного разочарования и боли. В такие моменты я ненавидела весь мир и все, что в нем есть. «Черт. Вот что мне сказать Сью? Соврать я не могу, но и правду сказать я тоже была не в состоянии, потому что сама ее не знаю. Я до сих пор не решила, что делать мне дальше с работой в Бостоне и с Норманом».

– Я ещё не решила, – уклончиво ответила я, что по сути было правдой. – Пока Джеймс не очнётся я точно буду здесь.

– Кстати, о Бостоне, – Кейт взяла небольшую булочку со стола и кинула прямиком Мэтту в голову. – Это тебе за обман!

– Что?! Ты совсем с ума сошла?!

– Что слышал. Ты не сказал мне, что едешь к Стефани в Бостон, и не предложил поехать с собой. Я тебе этого не прощу, предатель.

– Если я так поступил, значит, у меня были причины, – процедил злобно Мэтт. – А ты постарайся держать свои эмоции при себе.

– Кто бы говорил.

– Так, хватит! – крикнула я, отчего Мэтт и Кейт сразу притихли. – Я нахожусь дома несколько часов, а меня уже выводят из себя ваши пререкания. Сейчас не время для споров и разногласий. Кейт, взрослей уже и помоги Мэтту справиться со всем, что на него сейчас свалилось. А ты Мэтт, не подначивай ее лишний раз. Относись к Кейт более серьезно.

– Неужели хоть кто-то это сказал вслух. Думала, они так и будут вечно пререкаться.

– Ладно, вы развлекайтесь, а мне в школу пора, – пробурчала Кейт и вышла из-за стола. – До вечера.

– До вечера, Кейт.

– Одной проблемой стало меньше, – проговорил довольно Мэтт, за что получил от меня шлёпок. – За что?

– Я же просила тебя. Прекрати ее задевать.

– Кейт же рядом нет, а за спиной можно, – усмехнулся Мэтт, но заметив мое выражение лица сразу добавил. – Ладно, ладно. Прости. Больше не буду.

– Смотри мне.

После этого мы собрались с Мэттом и сразу отправились к Джеймсу. Как оказалось, Джеймс находился в частном медицинском центре недалеко от Нью-Йорка. Дорога в тридцать миль показалась мне бесконечной. Мэтт все Это время крепко сжимал руль в руках, а его лицо было постоянно в напряжении. Дорога до центра прошла в молчании, ведь каждый из нас не знал, что можно ещё добавить ко всему сказанному ранее. «Если все так, как говорит Чарльз, то все мы обречены. Но вот в чем вопрос, когда этот демон нападет в следующий раз и кто его следующая жертва…». Вскоре мы подъехали к большому зданию, с аккуратными клумбами и ухоженным садом. Здание имело современный стиль оформления и состояло из дерева, бетона и стекла. Я внимательно осмотрела окружающее пространство, и у меня снова встал ком в горле. Где-то там, за этими стенами находился Джеймс без сознания, лишенный нормальной жизнедеятельности. Я не могла представить в своей голове картину безжизненного тела Джеймса, поэтому моя психика все ещё оставалась в неведении. Посмотрев на Мэтта и его бледно-белое лицо я поняла, что Мэтт в отличие от меня прекрасно представлял эту картину. Я взяла Мэтта за руку, и он слабо кивнул в сторону центра.

– Он там, внутри, – проговорил тихо Мэтт. – Идём.

– Что это за место?

– Его держит один из родственников члена нашей стаи. Он, как врач, настоял на том, что Джеймс должен находиться под наблюдением докторов.

– Так если он в магической коме, чем ему может помочь современная медицина?

– Поддержанием нужного уровня жизнедеятельности организма. Капельницы, уколы с необходимыми веществами, Наблюдение за деятельностью сердца и головного мозга, все это осуществляют здесь.

– А местные врачи знают, кто он?

– Нет. Для них Джеймс простой мужчина, находящийся в необъяснимой коме. А вот их хозяин да, знает, – Мэтт замолчал, но затем увереннее добавил. – Идём. Нам на верхний этаж.

Мы зашли в центр, где служащие сразу узнали Мэтта. Они пожелали ему хорошего дня и отчитались за состояние Джеймса. Что было удивительным, по всем документам Мэтт действительно был племянником Джеймса, и имел доступ к информации о состоянии его здоровья. Медсестра провела нас до комнаты, где находился Джеймс, и во время этого рассказала нам, что пациент находится в одной паре без каких-либо изменений. Мэтт и я поблагодарила девушку за информацию, и отпустили ее. Дверь из темного дерева возвысилась над моей головой, пугая меня своей неизвестностью. Я безумно боялась того, что может находиться за этой дверью, и что я увижу там. Как только дверь стала открываться, и дверной проем расширился, я собрала все свои силы и зашла в палату. Это была светлая просторная комната с большим окном, выходящим на зелёный сад. Здесь стояли стол, кресла, и большое количество комнатных растений. На стене висел огромный телевизор, а напротив него стояла кровать, где лежал Джеймс. Увидев его, я встала на месте, потеряв способность шевелиться. Тело Джеймса лежало на большой кровати, и мне показалось, что он просто спит, и в любой момент может проснуться. Тем временем Мэтт первый подошел к Джеймсу и мягко произнёс:

– Привет, большой босс. Надеюсь, ты все-таки слышишь меня и сейчас все чувствуешь. Как и обещал, я нашёл Стефани, и даже привёз ее домой. Я даже помог ей решить несколько финансовых вопросов в ущерб твоему банку, но думаю, ты не сильно обидишься из-за этого, – Мэтт еле заметно усмехнулся. – У меня не очень приятные новости. Пока мы все ещё в тупике и не знаем, как тебе помочь прийти в себя. Я смог лишь узнать, кто это с тобой сделал, что ещё больше осложнило нам задачу. Джеймс, как ты вообще умудрился столкнуться с демоном и зацепиться с ним? Ты учил меня сдерживать эмоции и всегда идти на диалог со всеми, а ты получается, сам нарушил своё же слово.

– Мэтт, я думаю, он защищался, и у него не было другого выбора, – я наконец-то решилась подойти к кровати и посмотреть на Джеймса. – Он словно спит.

– По факту, он итак спит. Но спит глубоко и нескончаемо.

– Ты разговариваешь с Джеймсом так, словно он все слышит.

– Я хочу в это верить. И каждый раз убеждаю себя в том, что Джеймс жив, и он все слышит и чувствует.

– Будем верить вместе, – прошептала я и взяла Джеймса за руку. Его всегда обжигающая кожа была непривычно прохладной и влажной на ощупь. – Он холоднее на ощупь, чем обычно.

– Его биологические процессы заторможены, как и во время сна у любого живого существа. Температура его тела сейчас ниже, чем должна быть.

– Это так странно и непривычно для меня.

– Для меня все это является странным, – прошептал Мэтт и резко отошёл от кровати Джеймса. – Я на минуту выйду.

Мэтт быстрым шагом вышел из комнаты, оставив меня в одиночестве. Я поняла, что ему стало тяжело держать свои эмоции под контролем. Мэтт не хотел показывать свои слабости и ранимость, поэтому в моменты их проявления старался скрываться от всеобщего обозрения. Я посмотрела на лицо Джеймса, которое было бледнее обычного, и провела по его щеке рукой. Небольшая щетина заколола пальцы, и мне показалось, что его ресницы немного дрогнули в этот момент.

– Прости меня – прошептала я и мои глаза наполнились слезами – Чтобы не говорили остальные, но я знаю, что это моя вина. Ты искал меня и поэтому столкнулся с этим демоном. Не знаю, зачем и почему ты это сделал, но я уверена, это все связано между собой. Ты просил меня быть рядом, не бросать тебя и не пропадать. А я…

В этот момент меня накрыла истерика и я разревелась. Крепко сжимая руку Джеймса, я села перед его кроватью и положила свою голову на его грудь. Внутри отчётливо слышалось сердцебиение, но оно было слабее, чем в жизни. Мне в голову мгновенно ударило воспоминание о нашем с Джеймсом первом танце на осеннем балу. Его немного смущённый, но в то же время уверенный взгляд на мне. Его руки, обжигающие сквозь тонкую ткань моего красного платья. Но самое яркое воспоминание было о нежных прикосновениях Джеймса под звуки песни «lady in red».

– Прошу тебя, очнись, – прошептала я сквозь всхлипы. – Ты мне нужен с того дня, как подошел ко мне в своей приёмной и спросил, что я там делаю. Ты так уверено и твёрдо разговаривал, что мне сразу надо было понять, кто ты. В тот момент могла ли я знать, что разговариваю со вторым самым близким человеком в своей жизни. А я, как последняя эгоистка, развернулась и ушла в поисках новой жизни. Я не думала о тебе, и о том, какого тебе будет. Теперь я должна смотреть на твое бессознательное тело, не в состоянии что-либо изменить.

Меня накрыл настоящий психоз. Я сидела около кровати Джеймса и содрогалась в диких всхлипах. Мое рыдание переросло в настоящую судорогу, которая охватила все мое тело.

– Ты не права, – услышала я голос Мэтта, который все это время тихо стоял в дверном проёме. – Мы можем попытаться изменить это все.

– Каким образом? Ты слышал Чарльза. Мы имеем дело с всесильным демоном. А я всего лишь девчонка, которая совсем недавно узнала о существовании оборотней, вампиров и прочей нечисти. Мэтт, я далека от всего этого сверхъестественного мира и совершено в нем не разбираюсь.

– Не забывай, что ты являешься древней бессмертной душой, которая перерождается каждые сто лет. Ты такая же часть этого мира, как и я например. И если я стал таким, то ты уже родилась частью всего этого.

– Но я не обладаю никакими силами и не имею таких возможностей, как все вы.

– Ты права, ты не обладаешь такими возможностями. Ты обладаешь возможностями намного выше.

– Спасибо за поддержку, но я не люблю бессмысленную лесть. Я реалист до мозга и костей.

– Я это прекрасно уяснил за все время нашего с тобою знакомства. Но посмею тебя поправить. Ты не реалист, а скорее пессимист начального уровня.

– Мэтт, я вправду не понимаю, что в этой ситуации можно сделать.

– Для начала нужно выяснить о каком демоне идёт речь и все, что известно о нем. А дальше будем действовать по обстоятельствам.

– И как мы сможем это сделать?

– Как я понял Чарльз не сильно желает разговаривать о нем, а других источников, обладающих древними знаниями, я не знаю.

– А среди вашей стаи нет никого похожего на Чарльза?

– Нет. Чарльз самый старший и древний среди нас. Его два века жизни дают ему определённых преимущества.

– О чем ты? Какие два века?

– Ты не в курсе? Чарльзу больше двухсот лет от роду.

– Как это возможно? Он же на лет шестьдесят выглядит.

– Оборотни могут замедлять свои биологические процессы, тем самым растягивая процесс старения на срок дольше положенного.

– Так вы можете жить, как вампиры столетиями?

– Нет, конечно. Мы стареем и умираем так же, как и все живые существа. Просто в нашем случае этот процесс может длиться долгое время.

– А сколько тогда Джеймсу?

– Будет тридцать пять, – тихо проговорил Мэтт. – Он пока ещё не собирался тормозить свой возраст.

– Когда уже думаешь, что тебя ничем не удивить, появляются новые факты удивительного мира сверхъестественных существ, – я проговорила слова с сарказмом, что вызвало у Мэтта ухмылку на лице. – Так что мы будем делать дальше?

– Наверное, у меня сейчас возникла самая абсурдная и глупая идея в жизни.

– И что за идея?

– Отправиться в центральную библиотеку Нью-Йорка и поискать информацию там.

– Куда? – тому удивлению, что я испытывала после слов Мэтта, не было предела. – Ты сейчас шутишь?

– Нет, Стефани, я говорю серьезно. Нам надо поискать в разнообразных источниках. И самые достоверные данные хранятся в бумажных носителях, а не в интернете. Поэтому нам надо воспользоваться крупнейшим архивом в этом городе и просмотреть все книги, газеты, журналы и записи о различных демонах.

– Так я и задам запрос. «Окей, Гугл. Демон, желающий подчинить всю нечисть в мире и жаждущий устроить второй Ад на земле».

– Именно поэтому мы и поедем в библиотеку.

– Мэтт, а если мы там ничего не найдём, что тогда будем делать?

– Обратимся к самому древнему историку в этом мире.

– Думаешь, Дэмиан поможет?

– Не исключаю такой возможности, – Мэтт повернулся к Джеймсу и мягко добавил. – Я тебе обещаю, мы тебя вытащим, и ты вновь будешь поучать меня своим лидерским приемам. Как оказалось, они действительно очень полезны в жизни.

– Джеймс, мы рядом с тобой. Я рядом с тобой и больше не оставлю тебя. Обещаю.

Попрощавшись с Джеймсом, мы с Мэттом вышли из клиники и направились в центральную библиотеку Нью-Йорка. Здание публичной библиотеки являлось одной из достопримечательностей города Нью-Йорка. Огромное каменное строение с величественными колоннами, расположенное в самом центре города среди массивных небоскребов. Библиотека сильно выделялась среди всего этого бетона и стёкла, и была своеобразной машиной времени, ведущей в прошлое. До этого момента я никогда не была внутри библиотеки, поэтому с первых секунд поразилась ее размерам и внутреннему убранству. Для меня был удивительным тот факт, что Мэтт был зарегистрирован в библиотеке и прекрасно ориентировался внутри неё.

– Ты ходил в библиотеку?

– И довольно часто. Я сбегал от Джеймса и его учений в разнообразные миры, которые я находил на страницах книг.

– Как поэтично это звучит. Ты же мне когда-то говорил, что больше читаешь научную литературу, а не художественную.

– Я люблю научную литературу, но и художественную не исключаю.

– Ты много книг прочёл здесь?

– По масштабам библиотеки не так и много. А по масштабам современного общества достаточно.

– А как мы найдём информацию о демонах среди всех этих стеллажей? Здесь же миллионы книг!

– На счёт этого не волнуйся. У меня есть небольшой план. Подыграй мне немного.

– О чем ты?

Мэтт направился к стойке, где сидели работники библиотеки. Подойдя к пожилой женщине, которой на вид было лет шестьдесят, он широко улыбнулся и, изобразив беспечный голос, добродушно произнёс:

– Добрый день. Вы не могли бы нам помочь?

– Добрый. Юноша, что я могу для вас сделать?

– Я пишу диссертацию по мифам и легендам средневековья, которые оказали влияние на людей того времени. И вот у меня небольшой ступор в моем исследовании и мне не хватает информации для продолжения моей статьи. Не могли бы вы помочь с поисками необходимой информации?

– Какие-то определённые легенды вас интересуют, и какого временного периода?

– Нас интересуют легенды средневековья, но можно и упоминания более раннего периода, – вставила я, находясь под пристальным взглядом пожилой женщины.

– Какие легенды вас интересуют?

– Легенды о демонах, оборотнях и нечисти. Их происхождение и истории, связанные с ними в тот временной период.

– Я вам сейчас принесу подходящие книги, где может содержаться подобная информация. А ещё есть журналы и статьи, которые были распространены в восемнадцатом веке церковными деятелями.

– Безмерно благодарны вам за вашу неоценимую помощь, – Мэтт снова широко улыбнулся. – Вы наш спаситель.

Спустя час я и Мэтт сидели за большим деревянным столом в читальном зале, зарытые в стопках книг. Библиотекарь действительно снабдила нас большим количеством информации, на просмотр которой у нас могло уйти больше суток. Мы с Мэттом стали просматривать статью за статьей, книгу за книгой, но ничего стоящего нашего внимания мы так и не находили. Для нас время стало идти иначе, и в итоге мы просидели в библиотеке до позднего вечера. Уже под самое закрытие я смотрела очередную книгу, название которой было довольно странным. «Божественная кара и проклятые души» значилось на обложки книги. Название вызвало у меня сильный скептицизм, и мне казалось, что книга не совсем подходит под нашу тематику. Когда я стала бегать беглым взглядом по страницам, неожиданно мое внимание привлекла одна из глав книги. «Глава 10. Дьявольские проклятья». Читая это главу, я настолько погрузилась в текст, что совсем не замечала ничего вокруг себя. Текст показался мне довольно интересным и содержательным. В этой главе рассказывалось о том, что не смотря на устоявшее мнение о том, что Дьявол может проклясть душу и обречь ее на вечные мучения, сделать это без согласия самой души он не может. «Пока душа не даст своё согласие на сделку, Дьявол не сможет проклясть душу и подчинить ее тьме. И если сделка будет совершена неподобающе, душа может сопротивляться проклятию Дьявольскому». Читая эти слова во мне, почему-то возникло сильное ощущение того, что это является чём-то важным.

– Мэтт, мне кажется, я что-то нашла.

– Правда? – Мэтт отложил в сторону книгу в своих руках, и посмотрел на меня. – Что?

– Я не знаю, как тебе объяснить, но здесь пишут довольно интересные вещи.

– Поздно ты ее нашла. Уже скоро закрытие и нам придётся уйти.

– А нельзя как-то взять книгу домой на время? Я хочу ее прочитать теперь.

– Сомневаюсь, что библиотека разрешает совершать такие действия. Каждая книга здесь уникальна и является ценностью самой библиотеки.

– Но мне нужна эта книга. Мне кажется, мы сможем в ней что-то найти, что поможет нам.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Что нам надо каким-то образом добыть эту книгу.

– Стефани Пайнс, вы предлагаете мне совершить кражу книги из государственной библиотеки?

– Конечно, нет! Я предлагаю взять ее, но потом сразу вернуть.

– Так это воровство скажу я тебе.

– Это одолжение вещи на время. К тому же у нас вопрос жизни и смерти. Книга необходима нам.

– А ты не хочешь купить такую в интернете?

– У нас нет времени, чтобы ждать пока она придёт. Нам надо как можно быстрее узнать хоть что-то об этом демоне.

– Я с тобой согласен, но твои методы не одобряю.

– Отчаянные времена требуют отчаянных методов. Мы это делаем ради Джеймса и всех дорогих нам людей. Одна взятая на время книга это меньшее зло, чем демон, жаждущий подчинить всю нечисть.

– В твоих словах есть доля правды. Как ты собираешься вынести книгу из библиотеки?

– Я думала, ты мне в этом поможешь. Я не специалист в таких вещах.

– А я, по-твоему, специалист? Я в жизни не совершал правонарушений и к твоему сведению здесь камеры повсюду.

– Твою же, – я не смогла сдержать эмоции и позволила себе выругаться вслух. – И что нам делать?

– У меня возник один план, но он абсурдный и не очень понравится тебе.

– Что за план?

– Для начала сразу скажу тебе, что нам понадобиться Кейт и ее умение много говорить.

– Кейт? Ты хочешь посвятить ее во все это? Чарльз же велел не говорить пока ничего ей.

– Это глупо и я с ним не согласен. Я сейчас замещаю Джеймса, а значит, могу принимать подобные решения как ИО вожака.

– ИО? Что это значит?

– Исполняющий обязанности. Стоило бы догадаться. И я, как ИО вожака, считаю нужным посвятить Кейт во все это и привлечь ее для помощи нам.

– Раз сам вожак Мэтт так считает, то вперёд.

Мэтт недовольно покосился на меня, но ничего не сказал. Он достал мобильный телефон и стал активно набирать пальцем по его яркому экрану. Минут десять я ждала, пока Мэтт оторвёт свой взгляд от экрана и повернётся ко мне.

– Готово. Теперь сидим и ждём Кейт.

– Так это ты с ней переписывался сейчас?

– Не с подружкой же. Мне надо было объяснить Кейт свой план, и что требуется от неё. Она вроде все поняла и скоро будет здесь.

– А меня ты не хочешь посвятить в ваши планы?

– У тебя второстепенная роль, поэтому от тебя требуется сидеть и делать вид, что ты не в курсе происходящего.

– Так я итак не в курсе.

– Что является необходимым условием моего плана. Сиди и не напрягайся.

Спустя некоторое количество времени в библиотеку пришла Кейт. Она со своей привычной манерой стала забалтывать библиотекаршу долгими разговорами, от чего та вскоре устала. Кейт так измотала своим обществом пожилую женщину, что та всем своим видом и действиями пыталась показать, что ей пора заканчивать. Когда библиотекарша оставила Кейт и ушла в неизвестном направлении, сестра подошла к нам с улыбкой на лице.

– Может, мне пойти не в писатели, а в артист?

– Подожди, это ещё не конец. Все взяла?

– Да. Я все помню, Мэтт, – Кейт сильно закатила глаза и дёрнула пакетом в своей руке. – Все здесь.

– Отлично. Давай все сюда.

Мэтт достал стопки книг из пакета Кейт и стал выкладывать их на стол. Затем Кейт и Мэтт сделали вид, будто ищут что-то в книгах. Спустя пятнадцать минут «поиска» Мэтт и Кейт стали складывать книги обратно. В один момент стопка книг выпала из рук Кейт и по залу библиотеки разнёсся глухой звук удара. Кейт и Мэтт стали быстро поднимать книги с пола и возвращать их в пакет. Когда все было закончено Мэтт повернулся ко мне лицом.

– Я думаю, нам пора. Мы итак пол дня просидели здесь.

– А как же книга? – я посмотрела на заветную книгу, лежавшую на столе, разочарованным взглядом.

– Книга подождёт нас, – Мэтт посмотрел мне в глаза и кивнул. Я не поняла, что он имел в виду, но решила довериться ему.

– Как скажешь. Тогда можем идти.

Я, Мэтт и Кейт собрали все свои вещи и, распрощавшись с библиотекарем, направились в сторону выхода. На улице уже темнело и вечерние сумерки озаряли ясное небо. Я не знала, что делать дальше и какой шаг можно предпринять на пути разгадки тайны загадочного демона, но одно я знала точно, что-то в этой книге было. Что-то важное, что может стать нашим спасением в этой неравной борьбе.

Глава 13

Вот уже какой день я сидела у бассейна и читала заветную книгу. С того дня, как мы вынесли ее из библиотеки, я не могла оторваться от чтения. По своему содержанию книга была очень сложной и тяжелой для восприятия, особенно те части, где текст был написан библейским языком. Я была не сильна в религии, поэтому многие вещи в этой книге были мне непонятны. Сама книга теперь была надежно спрятана под обложкой «Фольклор Старого Света», что надёжно укрывало ее от посторонних глаз. Как я потом узнала, Мэтт и Кейт намеренно устроили весь тот спектакль в библиотеке, чтоб отвлечь внимание сотрудников. По плану Мэтта Кейт должна была заболтать служащего так, чтоб та хотела поскорее избавиться от болтливой девушки. Кейт со своей задачей справилась на отлично, поэтому, когда она ушла к нам, библиотекарь могла вздохнуть спокойно. После этого женщина даже мимолетно не смотрела в сторону Кейт, чтоб ненароком не привлечь ее внимание к себе. Позже Мэтт и Кейт намерено уронили книги, что принесла сестра и смешали их с библиотечными. Пока они собирали книги по стопкам, Мэтт незаметно подменил обложку одной из книг Кейт на обложку «Божественная кара и проклятые души». В итоге мы ушли с нужной книгой, спрятанной под другой обложкой, а книга Кейт осталась в библиотеке. Я еще раз пообещала себе обязательно вернуть взятую книгу на место, но вот придумать, как я это сделаю, мне было проблематично.

Который день я изучала текст книги, но пока не нашла в ней ничего полезного. Я прочитала несколько глав, но все они были посвящены истории, которую нам рассказывал ранее Чарльз. В книге дьявол не был одержим идеей отомстить отцу. Он хотел уничтожить его творение и создать вместо него свое, после чего и появилась разнообразная нечисть, берущая свое начало от человека. Моя голова болела от переизбытка сложной для понимания информации, из-за чего я не могла сосредоточиться на содержащейся в тексте информации. Мэтт сегодня весь день должен был работать в офисе, а Сьюзан уехала по своим делам. Чарльз был немногословен, поэтому редко когда выходил из своего сарая. Сараем мы называли небольшую мастерскую, стоящую недалеко от дома во дворе. Чарльз мог сутками пропадать там, редко показываясь на люди. Все домочадцы старались не трогать его в такие моменты и оставляли наедине с собой. После случая с Джеймсом Чарльз стал еще чаще пропадать в своем укрытии, редко показываясь на глаза. Сегодняшний день не стал исключением, и я в полном одиночестве сидела под ярким солнцем, впитывая в себя каждый его лучик. Настроение напрочь отсутствовало, но ощущение горячего прикосновения солнечных лучей согревало меня не только изнутри, но и снаружи. Когда моя кожа стала горячей от перегрева, я решила охладиться в прохладной воде бассейна. Холодная вода помогла освежить голову и немного охладить взбудораженный поисками разум. Погружаясь с головой в голубую и чистую жидкость, я не могла отделаться от мысли, что я что-то упускаю. Словно во всей этой истории отсутствовало важное звено, либо я напрочь его не замечала. Когда я вышла из воды и устроилась на шезлонге, на моем телефоне раздался звонок, оповещающий о входящем вызове. На экране телефона высветилось имя Нормана, что безумно меня напугало. «И что я ему скажу? Меня уже неделю нет на работе и в Бостоне. Я просто исчезла, никому ничего не сказав». Несколько минут я не решалась поднимать трубку, но затем решила пересилить свой страх и попробовать объясниться с Норманом.

– Норман, я думаю, у тебя ко мне много вопросов… —я говорила с максимальной виной в голосе, пытаясь показать всю глубину своего раскаяния перед ним.

– Стефани, рад тебя слышать целой и невредимой, – тон Нормана был спокойным и невозмутимым, что вызвало у меня небольшой ступор.

– Норман, прости меня за все. У меня в семье случилось горе и пришлось срочно уехать к родным. Я не могу пока вернуться в Бостон и не знаю, когда смогу это сделать.

– Нечто подобное я и предполагал услышать.

– Я очень сожалею о своем бестактном и недопустимом поступке, но для меня семья всегда будет на первом месте.

– Я не осуждаю тебя за это. Но не могу понять одного, – Норман сделал паузу, словно обдумывая свои следующие слова. – Как ты смогла так просто оставить все то, что между нами было.

В этот момент у меня все внутри похолодело. Все то время, что я жила в Бостоне и была с Норманом он ни разу не заговорил о чувствах ко мне. Но теперь, когда у меня все усложнилось и я не могу позволить себе вернуться обратно в Бостон, он говорит мне о «нас»? В очередной раз я стала проклинать мир и судьбу за их несправедливость, и жестокость по отношению ко мне. «Ты не можешь обманывать Нормана и делать вид, что он все еще тебе интересен. Это не так, и ты это прекрасно понимаешь. Твой разум все ровно принадлежит другому. Тому, кто как и ты является частью этого сумасшедшего мира сверхъестественных существ». Голос в моей голове как всегда говорил все напрямую, без доли преувеличения. Я поняла, что та мимолётная симпатия к Норману, что у меня возникла за время проживания в Бостоне, была вызвана моим желанием забыться и почувствовать себя нормальной. Теперь, когда я приняла правду о себе и о своей принадлежности к «ненормальному» миру, я поняла, что Норман мне был совершенно не интересен. Да, как друг и как знакомый он был прекрасным человеком, но никак не большим. Это осознание пришло так резко, что меня даже немного передёрнуло. Тяжело вздохнув, я сжала крепко телефон в своей руке и уверено проговорила:

– Норман, между нами ничего не было. Мы стали близки по общению и проводили много времени вместе, но все это время мы все же были далеки друг от друга. Ты хороший человек, добрый, веселый, интересный и грамотный, но у нас никогда не могло ничего быть.

– Вот как? – в одно мгновение голос Нормана стал отрешенным и холодным. – У меня сложилось иное мнение.

– Оно ошибочное, – я старалась сохранять хладнокровие в голосе. – Я благодарна тебе за помощь и твою поддержку, но я не хочу тебя обманывать и давать мнимых надежд. Мое сердце принадлежит другому.

– Значит, все кончено? Ты решила снова начать жизнь заново и оставить все?

– Скорее я решила вернуться к прежней жизни, но с небольшими изменениями в ней.

– Ты же говорила, что тебе доставляет боль твоя прежняя жизнь, и ты не хочешь ее больше испытывать.

– В мире существует множество видов боли, – мой голос стал тяжёлым, а дыхание участилось. – И боль от потери кого-то близкого сильнее боли от неразделенной любви.

– Как сказать. Как я понимаю, ты больше не вернёшься.

– Нет, не вернусь. Я останусь с семьей и больше ее не брошу.

– Ты совершаешь сейчас огромную ошибку. Это все может плохо закончиться.

– О чем ты? – меня сильно удивили слова Нормана и вызвали страх внутри.

– Я старался тебя сберечь и защитить, но раз ты решила быть с ним, то я здесь бессилен.

Телефонный звонок оборвался, а в динамике раздались короткие гудки. Слушая громкие и навязчивые звуки, я все никак не могла понять, что сейчас произошло. Норман вёл себя странно, а его слова были ещё страннее и вызвали сильное негодование. Я сидела с полным отрешения лицом и пыталась хоть что-то понять в этой истории. Меня стал выматывать этот нескончаемый поток загадок, бурлящий вокруг меня. Отец, Дэмиан, Джеймс, а теперь ещё и Норман. Почему все мужчины в моей жизни такие странные и хранят множество тайн вокруг себя? Ответить на этот вопрос я не могла, так же, как и на вопрос о последних словах Нормана. «Что значит его слова о том, что он хотел сберечь и защитить меня? Связан ли Норман со всем происходящим здесь? А если и да, то каким образом?». Череда вопросов возникала в моей голове нескончаемой очередью. Когда мне стало совсем худо от мыслей, я решила вернуться к чтению книги и к поискам хоть какой-то зацепки. Весь день до самого позднего вечера я читала историю о демонах, их происхождении, их целях и методах работы. Когда я дошла до главы под названием «Проклятые души. Истории дьявольских проклятий» то мое внимание стало максимально сосредоточенным. В этой главе говорилось о том, что когда-то давно один дворянин согласился на сделку с дьяволом будучи обычным человеком. Парень был одержим идеей власти, которой его когда-то лишили. Ради власти и силы он был готов на все, поэтому цена в виде души показалась ему равнозначной за безграничные возможности. В итоге он стал одним из демонов, но его человеческая сущность осталась при нем. Это был синтез демона и человека, что дало ему силы намного выше обычных демонов. Благодаря своей лютой ненависти, неимоверной злобе и одержимости идеей мести, этот монстр единственный из демонов мог воздействовать на таких же темных существ, как и он сам. В итоге, получив эту силу, демон был одержим идеей устроить свое царство ада на земле, где он будет являться верховным правителем. Когда мощь демона стала нарастать кланы оборотней, ведьмы со всего света и некоторые из вампиров объединились и пленили его, сильно ослабив. Демон поклялся вернуться вновь, но уже с новыми силами. Из книги я узнала, что демона звали Мирчи, и происходил он откуда-то из Европы. Точную дату рождения и место его происхождения никто не знал, но предполагалось, что ему больше шести веков. Первые упоминания о нем датировались в 1500 году в церковных писаниях одного из европейских церковных деятелей. Он рассказывал о страшных временах, когда пришел некий странник с тёмными глазами и с отсутствующей душой, который стал подвергать людей страшным пыткам. Он наслал дьявольских существ, чьи звериные души были всецело подчинены ему. Эти существа разрывали людей в обличии волков, и их звериные глаза не отражали ничего человеческого. После этого пришли другие порождения тьмы. Это были не звери, но и не люди. Это были существа, чьи холодные лица отражали лишь безразличие и хладнокровность. Они убивали так же безжалостно, как и звери, но в отличие от волков выпивали лишь кровь человека, не тронув плоть. Иногда, после встречи с такими существами люди могли меняться, становясь таким же порождением тьмы. В итоге люди объединились и нашли управу на монстров, но темную фигуру демона так и не удалось найти и уничтожить.

Я читала весь этот текст с широко открытыми глазами, и моему удивлению не было предела. История была для меня неимоверной и сложной для понимания. Мне с трудом верилось, что события, о которых рассказывалось в тексте, действительно могли происходить в прошлом. Для меня оборотни были сравнимы с людьми, которые имели разум и думали всегда рационально. На счёт вампиров я не была так уверена, но образ Дэмиана в моей голове так же говорил о невероятности прочитанного мной текста. История этого демона с точностью повторяла историю, рассказанную ранее Чарльзом. Это давало мне основания сделать вывод о том, что этот демон мог быть тем, кого мы ищем. «Значит, этого демона зовут Мирчи, и он подчиняет себе сверхъестественных существ. Но что в таком случае ему надо было от Джеймса? И почему он вогнал его в кому, а не подчинил себе?». Снова эти нескончаемые вопросы в голове крутились, словно вихрь в ураган. Теперь, когда предполагаемый демон был вычислен, нужно было решить, что дальше делать с этой информацией и как использовать против него. Найти слабости всесильного демона было задачей не из лёгких, и пока что я не понимала, как мы ее выполним. В итоге я решила дождаться Мэтта и Кейт и вместе с ними поговорить обо всей полученной информации.

Когда Кейт и Мэтт приехали домой, я никак не выдала своего возбуждения, которое сильно бурлило у меня внутри. Во время ужина за общим столом я сидела с невозмутимым лицом и спокойно разговаривала со всеми домочадцами. Сьюзан как всегда бегала между кухней и столовой, принося новые блюда и унося грязную посуду. Когда ужин прошёл и все стали расходиться по своим местам, я предложила Кейт и Мэтту выпить чай на улице у бассейна, намекая на приватный разговор. Оба волка сразу поняли мой намёк и спустя пятнадцать минут мы втроём сидели у воды с горячим напитком в руках.

– Стеф, ты что-то хотела?

– У меня возник тот же вопрос, – произнёс Мэтт с небольшим напряжением в голосе. – Что-то случилось?

– У меня есть две новости.

– Дай угадаю, одна хорошая, а другая плохая.

– Примерно так и есть. С какой начнём?

– Начинай с хорошей. Всегда приятнее начать с позитива, чем с негатива

– В общем, я сегодня читала книгу, что мы вынесли из библиотеки. Как я и предполагала, в ней содержалась довольно интересная для нас информация о нашем загадочном демоне.

– Ты выяснила что-то?

– Да, выяснила. По моим предположениям нашего демона зовут Мирчи, и как говорил Чарльз, он является самым молодым демоном из ныне живущих. Он является синтезом демона и человека, чья злоба, зависть, и одержимость властью дала ему неимоверную силу.

– И что это за сила? – Кейт приобрела сосредоточенное выражение лица, что для неё было редким явлением.

– Она заключается в способности подчинять себе не только души людей, но и темных существ наподобие вас.

– То есть, он может контролировать нечисть? – переспросил Мэтт. – Ты это хотела сказать?

– Именно. В истории говорится о том, что с помощью этой силы он решил устроить на земле свой личный Ад. Точнее он хотел устроить своё царство здесь, подчинив всех темных существ себе, а людей оставив в качестве расходного материала.

– Какой ужас! – воскликнула Кейт с ужасом в голосе. – И что произошло?

– В итоге, чтоб его остановить многие оборотни, ведьмы и даже вампиры объединились между собой и каким-то образом ослабли его. Демон после этого пропал и о нем больше никто ничего не слышал.

– Назревает логичный вопрос. Откуда он взялся сейчас здесь, а самое главное для чего.

– Вот здесь я тебе не отвечу, – я тяжело вздохнула. – Что и являлось моей плохой новостью.

– О чем ты?

– Что в книге нет информации об его слабостях или о том, как его остановили ранее.

– Вот черт! – Мэтт пнул камень под своей ногой и громко выругался.

– И что нам тогда делать?

– Если честно, то я не знаю. Я в полном тупике.

– Да уж. Это и вправду тупик.

– Давайте узнаём подробную информацию об этом Мирчи.

– А это неплохая идея, – в голосе Мэтта послышалось некоторое удивление.

– Что я слышу! Ты согласен со мной? Ты случайно не одержим этим демоном?

– Я никем не одержим и в данном случае, да. Я считаю это прекрасной идеей и единственным нашим шансом на продвижение в этой истории.

– Теперь понятно, почему скоро конец света, – Кейт громко рассмеялась, чем вызвала на наших с Мэттом лицах сильное негодование.

– Какой конец света? Кто тебе сказал о конце света?

– Как кто? Стефани сама сказала, что он хочет поработить мир и устроить своё царство здесь. Значит, наступит конец света.

– Никакого конца света не наступит, – уверенно воскликнула я, желая немного осадить сестру и ее бурную фантазию. – Я говорила лишь о том, что он хочет это сделать, но не то, что это произойдёт.

– Снова твоя невнимательность, Кейт, играет против тебя.

– А нет, все в порядке. Конца света не будет. Мэтт пришел в норму и снова стал занозой, – Кейт громко рыкнула и демонстративно подкатила свои глаза.

– Давайте прекращать эти споры, а лучше вернёмся к нашей проблеме.

– Согласен, – в одну секунду Мэтт взял себя в руки и стал серьёзным. – Что мы имеем?

– Мы имеем всесильного демона-маньяка, одержимого властью и идеей порабощения мира, – Кейт произнесла это максимально уверено, а затем мягче добавила. – Если конечно мы не сможем остановить его.

– Не думаю, что тебе стоит участвовать в этом, – я пристально посмотрела на сестру. – Ты новичок в этом мире и ещё сама не понимаешь его устройство.

– А ты как будто понимаешь. Стеф, не стоит оберегать меня и делать из меня неразумного и слабого ребенка.

– Стефани, я не согласен с тобой, – слова Мэтта вызвали удивление у нас обеих. – Кейт уже полтора года как оборотень и прекрасно справляется со своей ролью. Она ни разу не вышла из себя и даже отдалённо не потеряла контроль над собой и своей звериной сущностью. Я в ней уверен больше чем в себе, поэтому тебе не стоит считать ее слабее кого-то из нас.

– Ого, – я и Кейт сидели в полном недоумении от услышанного откровения со стороны Мэтта. – Ты не поверишь, но твои слова меня переубедили на счёт Кейт.

– Мэтт я… – начала неуверенно Кейт и резко замолчала. Она смотрела на Мэтта огромными глазами, в которых читалось дикое удивление, смешанное с чём-то ещё, чего я не могла распознать. – Прости меня.

– За что? – Мэтт сидел с потерянным лицом полного непонимания.

– За все. С самого первого дня ты отвечал за меня и помогал мне разобраться во всем, что касалось моей новой жизни. Эмоции часто мешали мне, но ты никогда не давал слабину и заставлял меня сквозь «не могу» подчинять их. Без тебя я не смогла бы жить этой полноценной жизнью, наполненной яркими событиями и мечтами. Мэтт, я хочу сказать тебе спасибо за все и попросить прощение за мои немного грубые слова в твой адрес.

– Ты про те слова, которые ты кричала каждый раз при потере контроля на наших занятиях?

– И не только, – щеки Кейт заметно покраснели. – И за множество других эпизодов. Прости меня. Я вела себя как неблагодарный ребёнок.

– И я рад, что этот ребёнок смог повзрослеть и вырасти в того человека, которого я сейчас вижу перед собой, – впервые за все время Мэтт говорил слова с заботой и мягким голосом. Он не был напряжён или язвителен как обычно, поэтому в каждом слове Мэтта чувствовалась правдивость и искренность.

– Вы умеете удивлять.

От увиденной картины я испытывала небольшой шок и растерянность. Вечно спорящие между собой Кейт и Мэтт, которые не могли найти общий язык, сейчас проявляли друг к другу тёплые и семейные чувства. Это было странным и радостным фактом для меня. Я не знала, может ли это означать их окончательное примирение и принятие друг друга, но я хотела на это надеяться. В итоге, когда со всеми трогательными моментами было покончено, вся наша компания стала думать о дальнейших планах.

– Как сказала Кейт, нам надо узнать, как можно больше информации об этом Мирчи.

– Правильно, – я активно кивнула головой, выражая тем самым свое согласие со словами Мэтта. – И нам надо понять, где мы можем ее найти.

– Хороший вопрос. Я думаю интернет можно сразу исключить.

– Уверен, что да, интернет нам явно здесь не поможет. Остаются библиотеки и церковные записи.

– Церковные записи? А они, каким образом нам помогут?

– Да, – я повернулась к сестре и строго произнесла. – В книге говорится о записях одного средневекового деятеля. Они могут быть полезными, если прочитать их в оригинале.

– Но кто сможет это сделать? Вряд ли Гугл переводчик справится с этим, – Кейт уронила свою голову на стол, изобразив вздох отчаянья.

– Гугл переводчик нет, но вот один историк вполне, – Мэтт перевёл свой взгляд на меня и виновато произнёс. – Прости, Стефани, но он нам нужен. Он единственный, кто сможет помочь нам с этим делом.

– Я поняла… И что ты предлагаешь делать?

– Для начала узнаем, о каких записях говорится в твоей книге.

– О записях некоего Луки Рицели. Он был священником где-то в Европе и делал записи о Мирчи и его похождениях.

– Предлагаю начать именно с этого.

– Да, остановимся на этом. И напомню всем присутствующим, что все наши дела мы держим в строгом секрете и делаем все инкогнито. Я ясно выражаюсь?

– Мэтт, мы и с первого раза это запомнили. Не стоит каждый раз об этом напоминать.

– Я всего лишь пытаюсь обезопасить всех нас от Чарльза и его гнева.

После этого мы разошлись по своим комнатам, желая отдохнуть после насыщенного дня. Я решила умолчать о звонке Нормана мне и о его словах в мой адрес. «Неужели Норман настолько обиделся на меня, что мог опуститься до угроз? Или он действительно в курсе того, что здесь происходит и как-то связан со всем этим». Уже лёжа у себя в кровати я продолжала мучить себя разнообразными теориями. В конечном счете, я заснула, так и не придя к какому-то логичному объяснению происходящего.

Спустя несколько дней я сидела в интернет-кафе с ноутбуком и читала очередную бесполезную информацию. Вот уже три дня я искала любую информацию о Луке Рицели, но все мои попытки оказались бесполезными. С того самого дня, как мы с Мэттом вернулись с Бостона, я не выходила из дома, за исключением случаев поездок к Джеймсу. Каждый день я просыпалась и после завтрака ездила в клинику. Джеймс был все таким же бледным и безжизненным, но я каждый день общалась с ним, как будто он был в себе. Теория Мэтта о том, что, возможно, он все слышит и чувствует, воодушевила меня. Я тоже прониклась этой мыслью и старалась верить в эту теорию. Сегодня я решила немного разбавить свои обыденные будни и поискать информацию, находясь в небольшой кофейне. Ароматный кофе, вкусная еда и живая атмосфера придавали мне немного лишних сил на поиски. Я в очередной раз смотрела в экран ноутбука и просматривала бесполезную для меня информацию. Все, что говорилось о Луке в интернете, сводилось к тому, что это был священник и церковный деятель средневековья, живший в пятнадцатом веке на территории современной Европы. Конкретное место его обитания нигде не было указано, что сильно осложняло мои поиски. О его трудах тоже мало что было сказано, словно это были какие-то засекреченные файлы. У меня возникло мнение, что все данные намеренно были удалены или вовсе недоступны для широкого распространения. Обречённо вздохнув, я закрыла крышку ноутбука и закрыла уставшие глаза.

– Видимо, дела у тебя совсем плохи, раз ты спишь на ходу.

– Дела действительно неважны. Я снова в тупике.

– Тогда позволь пробить твою стену и вывести тебя из тупика.

– О чем ты? – я резко открыла свои глаза и выпрямилась, посмотрев на фигуру сестры севшую рядом со мной.

– Я тут кое-что узнала, что может помочь нам в нашем расследовании, – Кейт положила передо мной какой-то буклет и самодовольно ухмыльнулась.

– И что это такое?

– Это место, где по всем признакам мы найдём подсказки.

– Поясни, а то я ничего не могу понять из твоих слов.

– Это буклет католической школы Святого Петра.

– Причем здесь католическая школа?

– Стеф, дослушай меня, а потом задавай вопросы.

– Хорошо. Я вся во внимании.

– В общем, в этой католической школе работает один старый священник, который является ее директором по совместительству. По моим вычислениям он в молодости писал в своей диссертации о Луке Рицели, а значит, он может что-то знать о нем, чего мы не знаем.

– Вот это да, – я удивлённо смотрела на сестру. – Откуда ты это узнала?

– Секрет фирмы. Проблема лишь в том, как попасть к нему на разговор.

– А в чем проблема с ним поговорить?

– Он довольно скверный старик, да ещё и страдающей паранойей. Он принимает только учеников и их родителей, и то по специальным пропускам.

– И в чем причина его паранойи?

– Вот этого я не знаю, но то, что он сложно идёт на контакт – факт.

– И что нам с ним делать?

– У меня есть одна идея, но маловероятно, что она сработает.

– Что за идея?

– По идее, он, как любой директор, обязан принимать учеников и их родителей. Так?

– Допустим. И что дальше?

– А то, что как любая частная школа они обязаны принять любого обеспеченного ученика, а перед этим встретиться с его родителями.

– Не пойму, к чему ты клонишь.

– Стеф, включи логику. Мы с тобой можем записаться к нему на встречу как потенциальные ученики. Точнее я как ученик, а ты как мой родитель.

– Как ты можешь быть учеником, заканчивая школу через месяц?

– А откуда он узнаёт об этом? Представимся потенциальным учеником и ее сестрой, которая хочет устроить младшую сестру в хорошую католическую школу. Как только попадём на встречу с этим стариком, то попробуем выяснить у него все, что он знает о Луке.

– В твоих словах есть доля истины, но мне кажется, мы можем с треском провалиться.

– Брось. Наденешь свой костюм, туфли и сделаешь своё классическое выражение лица во время переговоров. Ты же умеешь находить нужные аргументы в разговоре, вот и примени свои навыки на нем.

– Я давно этого не делала, – в этот момент я почувствовала сильную неуверенность в себе. – Да и последние переговоры закончились моим побегом с работы.

– Переговоры с Мэттом не в счёт. Тебе стоит вспомнить свои умения, Стеф. Ради всех нас и ради Джеймса в том числе.

– Хорошо. Я постараюсь.

– Вот и отлично. Единственное, нам перед этим надо сделать пожертвование в фонд этой школы, чтоб показать нашу заинтересованность в них и наше благосостояние.

– Теперь твой план становится сложнее. И где я должна взять деньги на это все?

– Напомни, кто из нас три месяца возглавлял корпорацию по продаже полезных ископаемых? И не говори, что у тебя не осталось денег.

– А это немного нагло с твоей стороны лезть в мой кошелёк.

– Деньги сейчас не важны. Важно достать нужную нам информацию.

– Ты права. Тогда расскажи мне поэтапно суть своего плана.

– Тогда понадобится ещё одна чашка с кофе, и желательно побольше.

В итоге, мы ещё долгое время говорили с Кейт о наших дальнейших действиях. Ее план был прост и казался слишком уж легким. Мне даже показалось, что его невозможно будет осуществить из-за его простоты. Но Кейт меня убедила в том, что все у нас получится и план сработает на ура. По приезду домой мы посвятили Мэтта в наш план, на что получили одобрение с его стороны. После этого Кейт ещё больше воодушевилась, получив одобрение от вожака, хоть и временного. Это чувство уважения к вожаку мне было не понять, но видимо оно было важным в жизни каждого оборотня. Я же решила во всем этом действовать решительно и рационально. Встреча с неизвестным стариком, страдающим излишней паранойей для меня была в новинку, но я внушала себе мысль о том, что мы с Кейт справимся и добьёмся нужных нам ответов.

Глава 14

Мы с Кейт медленно двигались в сторону школы святого Петра, пробираясь сквозь многокилометровые пробки. Как и сказала Кейт, директор школы не сильно горел желанием встречаться с нами, но после моего довольно крупного пожертвования в фонд его школы он был вынужден пойти к нам на встречу. Директора школы звали Бернард Попеску, и как мы позже выяснили, он был потомственным священником. Многие поколения мужчин в его семье отдавали себя служению церкви и Богу, что было для нас большим сюрпризом. Поэтому я еще раз постаралась убедить себя в том, что идея Кейт действительно может сработать, и мы сможем хоть что-то узнать об интересующем нас демоне.

Несмотря на пробки, мы с Кейт приехали в школу вовремя. Перед самым входом я постаралась расправить складки на своем костюме и поправить рубашку под пиджаком. Была жаркая погода, но мне пришлось соблюсти полный дресс-код, из-за чего я испытывала сильный дискомфорт. Я впервые за всю свою жизнь позавидовала сестре, которая была одета в легкое платье и кеды, как самый обыкновенный подросток. Мы вошли в здание школы, и сразу попали на проходной пункт. Охрана школы долгое время не пускала нас внутрь, и мы еще несколько раз напомнили о том, что мы опаздываем на встречу с директором. После долгого ожидания в приемной, нас наконец-то записали в журнал посещения и выдали пропуска. Я с раздражением вырвала карточки из рук охранника и поспешила удалиться от входа. Коридоры школы были пустынны, без единой души внутри. Занятия были давно окончены, но в некоторых классах виднелись силуэты учеников. Стены коридора были увешаны разнообразными религиозными плакатами, а центральное место занимало изображение папы Римского и Христа. Я немного поежилась, ведь религия была для меня сложной темой, которую я не очень любила поддерживать. Кейт смотрела на все это с неприкрытым ужасом в глазах, смешанным с отвращением. Вскоре мы подошли к кабинету, на котором виднелась надпись «Директор католической школы Святого Петра Бернард Попеску».

– По всем признакам нам сюда.

– Ты видела эту школу? – лицо Кейт было сильно искривлено в недовольной гримасе. – Здесь только и говорят о церкви и Христе. Никаких объявлений о танцах, вечерах, кружках или поездках за город. Это просто концлагерь какой-то! Как можно отдать своего ребенка учиться в такое место, да еще и за свои же деньги?

– Кейт, каждый сам выбирает, как лучше ему поступать в своей жизни. Я думаю, родители желают своим детям добра, отправляя их в подобные заведения.

– Маловероятно, что ребёнок добровольно выберет подобное место для обучения. Единственное, за что я благодарна отцу, что он не отдал меня в подобное заведение.

– Кстати, я все хотела с тобой поговорить о нем… – я не успела договорить, как Кейт меня резко перебила.

– Давай позже об этом. Сейчас у нас есть более важное дело.

– Ты права. За дело.

Как только моя рука коснулась двери, то по всему телу у меня пробежали мурашки. Стало жутко неуютно и боязно от того, что ждет меня за этой дверью. Услышав скрипучее «войдите» мы с Кейт поспешили войти в кабинет. Это было небольшое помещение с большим количеством стеллажей заставленных книгами, и на стенах которого висели разнообразные дипломы и грамоты. Посреди комнаты стоял массивный письменный стол, за которым сидел преклонного возраста мужчина. Сложно было сказать, какого он был возраста, но мне показалось, что ему было далеко за семьдесят. Все его лицо было в морщинах, а редкие волосы были белоснежно седого цвета. Что было примечательным, глаза старика были мутными, что могло говорить о его слепоте. Я немного смутилась от осознания того факта, что директор школы был слеп, но постаралась сохранить хладнокровность и никак не проявлять своего смущения.

– Как я могу полагать вы и есть мисс Пайнс, а это ваша сестра Кейтлин, – в комнате раздался скрипучий голос старика.

– Добрый день. Меня зовут Стефани Пайнс, и мы с сестрой хотели бы с вами поговорить.

– Я уже это понял, – старик говорил холодным тоном, с нотами презрения в нем, из-за чего мне вновь стало не по себе. – Иначе вас бы здесь не было. Что вас интересует?

– На самом деле мы пришли поговорить не совсем о школе, – Кейт, как и я, говорила неуверенно, с долей боязливости.

– Вот как? Тогда зачем вы явились ко мне на встречу, и отнимаете мое время?

– Мистер Попеску, – я постаралась заглушить свою нервозность и вернуться к классическому тону переговорщика. – У нас к вам есть важный разговор, но он действительно не касается вашей школы и ваших учеников.

– Я повторюсь, что вам от меня надо? – мужчина повысил голос и его тон стал слишком взволнованным, что было сложно не заметить даже на его морщинистом лице.

– Мы пришли поговорить с вами на счет вашей диссертации, которую вы писали довольно давно.

– Диссертации? Какая конкретно вас интересует? У меня их было несколько за всю мою жизнь.

– Мистер Попеску, нас интересует ваше исследование одного древнего демона по имени Мирчи.

Как только я произнесла имя демона вслух, старик резко подорвался со своего стола и кинулся к серебряному распятью. Он направил его в нашу сторону, и стал что-то быстро шептать себе под нос. Я и Кейт растеряно посмотрели друг на друга, не понимая, что сейчас произошло.

– Что с вами? – я стала медленно двигаться в сторону сидящего на полу старика. – Мы не те, о ком вы подумали.

– Тогда кто вы? Что вам от меня надо?

– Мы люди, которые хотят помочь близкому нам человеку, пострадавшему от рук этого демона.

– Вы лжёте. Из людей здесь только я, – старик крепко сжал распятье и вновь направил его в мою сторону. – Хотя в тебе нет тьмы. Ты не порождение дьявола.

– Нет, я человек, – я аккуратно протянула старику свою руку. – Поэтому нам и требуется ваша помощь.

Старик долго не решался подать мне руку, но спустя пару минут протянул свою ладонь ко мне. Я помогла ему подняться с пола и усадила на его прежнее место. Мутные глаза старика были направлены на Кейт, от чего мне вновь стало неуютно. По лицу сестры было видно, что она испытывает подобные мне чувства.

– Может, вы и человек, но вот ваша спутница не является таковой. Я прав?

– Я… – я жестом остановила сестру и дала понять, что ей стоит промолчать.

– С чего вы это взяли? Простите за мою бестактность, но вы же не обладаете способностью видеть.

– Что является моим преимуществом перед этими созданиями дьявола, – вновь незрячие глаза старика устремились на Кейт. – Я слышу сердцебиение оборотня и чувствую его температуру. Она выше человеческой.

– Стеф, он знает, – прошептала Кейт мне на ухо. – Что нам делать?

– Я не знаю. Такого развития событий я не ожидала.

– Вам не надо ничего делать. Раз вы боитесь, значит, вы пришли не с тёмными побуждениями в душе.

– Могу вас заверить, что нет. Мы пришли за помощью, – мой голос был твёрдым, что позволило старику ощутить уверенность в произнесённых мною словах.

– Позвольте спросить, что оборотень и человек могут делать вместе в моей школе? Какого рода помощь вам нужна?

– На самом деле мы вправду родные сёстры. А я стала такой, спасаясь от более худшей участи.

– Могу предположить, что вас спасли от вампирской жизни таким образом, – голос старика меня все больше пугал, как и его сильная осведомлённость обо всем происходящем.

– Вы правы, – Кейт говорила спокойным и размеренным тоном. – И я считаю, что мне досталась наилучшая участь из двух возможных.

– Ваша участь не сильно отличается от их участи, – старик перевёл свой незрячий взор на меня. – А какая у вас роль в этой истории?

– Самая, что ни на есть главная. Но давайте мы вернёмся к вашей диссертации. Расскажите, что вы выяснили о Мирчи.

– На самом деле не так много, как хотелось бы. Я так и не услышал, зачем вам эта информация.

– Наш кузен пребывает в магической коме, в которую его ввёл предположительно этот демон, – воскликнула Кейт. – И мы ищем способ его пробудить.

– Тогда можете сразу бросать это гиблое дело. Ваш брат обречён, как и все мы.

– О чем вы? – мы с Кейт со страхом смотрели друг на друга.

– Если все так, как вы говорите и Мирчи вновь восстал, то мы все обречены.

– Вы уже второй человек, кто нам об этом говорит, но я так и не могу понять, что в нем такого особенного и страшного?

– И тот человек был прав. Мирчи подчинит себе таких как она, – старик махнул рукой в сторону Кейт. – А после натравит их на нас, простых смертных. Тогда он захватит всю власть в мире и устроит второй ад на земле.

– Вы его изучали и довольно глубоко. Что вы выяснили? Есть ли у него слабости?

– Я не уверен, что они у него есть. Но кое-что интересное мне попалось.

– Что вы нашли?

– Мирчи был одержим идеей власти после того, как трон достался его младшему брату. Он был изначально жесток, но после рождения соперника окончательно отдался тьме, еще будучи обычной смертной душой.

– И он продал душу дьяволу лишь ради того, чтоб свергнуть брата? – Кейт сильно напряглась. – Бред какой-то.

– Не свергнуть, а уничтожить и отомстить. Он хотел быть выше, сильнее и показать брату его ничтожность перед ним.

– Что произошло далее? Что стало с его братом?

– Его младший брат, в итоге, превзошёл демона во всем.

– Каким образом?

– Он стал таким же порождением тьмы, но более сложным, чем рядовой демон.

– Кем он стал?

– Я думаю, мы все знаем, о ком идёт речь. Тем более ты должна таких, как он, за милю чувствовать.

– Мы о вампирах сейчас говорим? – Кейт сильно напрягалась, а я пыталась переварить услышанное. Внезапно слова старика словно недостающий кусочек пазла сложили у меня в голове единую картинку и мне пришло страшное осознание.

– Вы говорите о Владе Дракуле. Он являлся братом Мирчи, – прошептала я мысль, которая теперь разъедала меня изнутри.

– Я смотрю, вы хорошо осведомлены об истории этих дьявольских созданий, – старик смотрел на меня слишком пристально. Я не понимала зачем он это делал, будучи незрячим, но его мутный взгляд сильно напрягал меня.

– В силу некоторых обстоятельств мне пришлось немного углубиться в эту историю. Так что вы можете сказать о Мирчи и о его брате. Что их связывает?

– Тоже, что и вас. Кровная связь. Они родные братья, какой бы сущностью сейчас они оба не являлись. Такую связь невозможно разрушить.

– И что это даёт?

– Это даёт небольшую слабость любому из нас. Но в случае Мирчи это его сила. Ненависть к брату его питает и даёт ему силы для осуществления своего плана по захвату мира. Я бы сказал все, что Мирчи делает, он делает для своего брата.

– Зачем ему уничтожать мир ради брата? – глаза Кейт были широко открыты, и в них был заметен страх и накрывавший ее ужас.

– Затем, чтоб доказать ему свою силу и возвышенность над ним. Мирчи мечтал покорить брата с того момента, как тот стал правителем Валахии вместо него. Затем, Влад вновь обрёл власть, но уже как дьявольский посланник, что ещё больше подтолкнуло Мирчи в его целях. Но он не учёл того факта, что его брат был немного другим и его не так просто покорить, как другую нечисть.

– Во Владе Дракуле сохранилась часть души, – проговорила я, и мой взгляд стал стеклянным. – Любовь к жене сохранила душу Влада.

– Точнее говоря, ее малую часть, – старик ещё пристальные посмотрел на меня. – Но этого хватило, чтоб он остался хоть немного, но похожим на человека.

– Ведь так и появились вампиры, – воскликнула Кейт чересчур возбужденным голосом. – Влад был первым из них и он стал тем, кто создал синтез демона и человека.

– Именно. Но в отличие от других вампиров только во Владе душа осталась на месте. В основном все остальные обращённые лишаются души, отдаваясь тьме. Поэтому Мирчи не имеет власти над братом, но что касается остальных, он может подчинить любого из них или из вас, – старик повернул своё лицо в сторону Кейт и его тяжелый взгляд переместился в ее сторону.

– Получается, его никак не одолеть? Но этого не может быть!

– Я вам не могу сказать однозначно, но в своём исследовании я не нашёл слабостей у него.

– Такого не бывает, – теперь Кейт говорила холодным и уверенным голосом. – У каждого в этом мире есть слабость, кем бы он не являлся.

– Если вам удастся ее найти, то я буду рад за вас, – в один миг голос старика стал уставшим и отрешённым. – А я уже слишком стар для всего этого.

– Как вы узнали обо всем этом? – мой голос стал дрожать, а уверенность таяла на глазах.

– Мой отец поведал мне обо всем еще в раннем детстве, а ему его отец. В моей семье с давних времён передавались эти знания от отца к сыну. Мы храним эту тайну многие века и пытаемся найти способ уничтожения демонов и угрозы, исходящей от них.

– А что на счёт оборотней и вампиров, вы и их убиваете?

– Нет. Вас моя семья не касается. Я лишь учёный, изучающий дьявольских тварей, что породила сама тьма. Эти твари не несут таких угроз, как самый темный из демонов, поэтому моя семья занималась лишь изучением Мирчи. Мой далекий предок начал эту войну, а я всегда мечтал ее закончить.

– Ваш предок? – я удивлённо смотрела на старика и резко воскликнула. – Это был Лука Рицели?

– Вы первая, кто узнал об этом. До сегодняшнего дня моя семья держала в тайне наше происхождение.

– Ваш предок посвящал исследованию Мирчи пристальное внимание и написал большое количество рассказов о нем. Как вы думаете, сохранились ли оригиналы его трудов?

– Сохранились. Но они надёжно спрятаны от всех дьявольских тварей.

– То есть, они спрятаны от нечисти?

– Да. Их не достать дьявольским посланникам. Лишь светлая душа сможет достать эти труды и прикоснуться к священным писаниям.

– Но где они хранятся? Как нам их найти?

– Я не могу вам этого сказать. Поскольку сам этого не знаю. Эта информация давно потерялась и была позабыта.

– Как так? Это же очень важно!

– Эти знания были утеряны давно до моего рождения. Поэтому при всем моем желании я не могу вам помочь. Но это и к лучшему. Эти знания не должны попасть к дьявольским отродьям в руки.

– Мы не посланники тьмы, а наоборот, пытаемся эту тьму побороть. Моя старшая сестра самый светлый человек, которого я знала, и она точно смогла бы достать эти писания из вашего тайника.

– Знания Луки надёжно запечатаны. Чтоб их открыть и достать, нужна сильная душа, обладающая неимоверным светом и энергией. Эта душа должна быть многогранной и непростой.

– У меня это все имеется. Ведь я не совсем простой человек.

– Я это уже понял. Но вот понять, кто вы и что вы из себя представляете, я до сих пор не могу.

– Я древняя душа, перерождающаяся каждые сто лет. Меня давно заперли в этом мире, без возможности уйти на тот свет и найти покой. Но я не жалею об этом и я уверена, что для чего-то, но я должна находиться в этом мире.

– Теперь все встало на свои места, – впервые за весь наш разговор губы старика дрогнули в лёгкой улыбке.

– Что и куда встало? – Кейт косилась хмурым взглядом на старика. – О чем вы?

– Это же ты несчастная жена графа. Ради тебя он и отдался тьме.

– Да. Это, вроде как, я.

– Тогда неудивительно, что ты так печёшься об этом монстре, а твоё сердце выскакивало из груди при упоминании о нем.

– Мы разошлись, как только он вновь вернулся к тьме. Но эта история никак не должна вас беспокоить. Это наше обоюдное решение.

– И ты считаешь, что он больше никогда не сможет быть тем, кого ты сможешь полюбить и принять? Идут века и десятилетия, а женщины не меняются.

– Что вы имеете в виду?

– Что как бы ты не отдалялась от него, но вы связаны. Его сила заключается не в его тёмной стороне, а в тебе. Ты источник его света и только ты сможешь помочь ему вернуть его душу.

– Он дал мне понять, что ему это не надо. А я отвергла его и не приняла. Все кончено между нами и для нас. Каждый из нас разошелся в свою сторону. Нас больше ничего не связывает.

– Пусть так. Но помни об одном. Без тебя он пропадёт, а остатки его души находятся в твоих нежных руках.

Мне стало дурно. Голова закружилась, а во рту появился странный кислый привкус. Грудь сдавливало тошнотой, а горло перехватывало от недостатка дыхания. Этот неизвестный мне приступ стал полной неожиданностью для меня, к которому я была не готова. Мои ноги подкосились, но Кейт успела меня подхватить, тем самым не дав упасть на пол. Приходя вновь в сознание, я словила себя на мысли о том, что все это было вызвано сильным волнением от полученной информации. Вновь судьба и история приводили меня к Дэмиану и нашему прошлому. Мне стало дурно от осознания того, что как бы я не пыталась держаться от него в стороне, но жизнь и судьба не дадут мне этого сделать. Я навеки и до скончания времен повязана с кровожадным чудовищем Владом Дракулой.

– Стеф, ты в порядке?

– Да, я в норме.

– Мне так не показалось, – Кейт продолжала коситься на меня с подозрением. – Что с тобой случилось?

– Видимо, бывшая графиня вспомнила своего супруга, и груз воспоминаний обрушился на нее словно снежная лавина.

– Это не груз воспоминаний, а осознание некоторых неизбежных вещей свалились на меня. Я прошу у вас прощения за напрасное беспокойство. Кейт, нам пора.

– Что? Но мы же ничего не узнали!

– И не узнаем. Мистер Попеску дал нам понять, что он ничего не знает и не может нам помочь.

– Я бы так не сказал, – старик встал со своего места и, подойдя ко мне, взял мою руку в свою влажную ладонь. – Все же я смогу быть немного полезным.

– О чем вы? Чем вы сможете нам помочь?

– Возможно, ты и есть та душа, что сможет достать записи Луки. Я не могу сказать, где конкретно они хранятся, но я знаю, что Лука в последние свои года обитал на территории нынешней Румынии, поближе к Мирчи и его месту рождения. Он пытался понять истоки всей этой истории и найти в этом его слабость.

– Ему удалось это сделать?

– Я не могу знать, но возможно в его записях что-то об этом есть.

– Вы хотите сказать, что нам стоит искать где-то в Румынии? Но где?

– Этого я тоже не могу сказать, но надеюсь, что мои слова вам помогут в ваших поисках.

– Спасибо, мистер Попеску. Вы нам очень помогли. Кейт, теперь нам точно пора.

– Благодарим вас за помощь. И не все нелюди являются монстрами. Среди людей есть более страшные представители, чем среди нас.

Дорога домой проходила в тишине и безмолвии. Мы с Кейт настолько были истощены встречей, что сил на разговоры у нас не осталось. Домой мы вернулись, когда на улице было темно, а луна ярко светила на небосклоне. Мэтт куда-то уехал по срочному делу, поэтому сегодня не мог приехать к нам на разговор. Я даже обрадовалась этой новости и возможности немного отдохнуть от разговоров о дьяволе и всесильных демонах. Сегодняшний разговор вновь разбудил весь тот страх и отчаянье по отношению к моей судьбе. Наша с Дэмианом история не была окончена, как бы я этого не хотела. Она имела бесконечное продолжение в лице разнообразных врагов, таивших в себе большую опасность для нас и для всех, кто был нам дорог. «Но, не смотря на все это, я не хочу встречаться с Дэмианом и видеть его холодные и безжизненные глаза. Это слишком тяжело и больно для меня». Думая обо всем этом, я и не заметила, как на меня нашла усталость и я заснула.

На следующий день я проснулась от сильной головной боли. Всю ночь мне снились кошмары, которые еще больше взбудоражили мой итак разыгравшийся разум. Мне снились кадры прошлого, где Дэмиан, а точнее Влад Дракула держит в руках окровавленное тело Стефании, или то, что от него осталось. Его глаза были пусты, и в них отсутствовал какой-то отблеск разума. Затем картинка сменилась на другое видение, где Влад стоял в обществе темной фигуры и просил любой ценой вернуть его жену к жизни. Темная фигура заявляет, что это можно устроить, но цена за такие действия будет высока. Влад жестоким и ненавистным голосом говорит о том, что какова бы не была цена за это, он заплатит ее. В этот момент глаза монстра загораются красным светом, а его руки начинают тянуться к светлой душе убитого горем графа Влада Цепеша. В этот момент я проснулась, трясясь от ужаса и страха. Все это было слишком жутко и невообразимо для моего понимания. Я лежала в кровати, не желая особо производить каких-либо движений. В своей голове я пыталась понять, что нужно делать дальше и продумать план своих действий. В этот момент телефон на моем столе завибрировал, а на экране высветился скрытый номер. «Скрытый номер? Кому понадобилось скрывать его от меня, и кто бы это мог быть?». В голове я пыталась быстро найти ответ на свой вопрос, и мне на ум пришло всего лишь одно имя. С надеждой я взяла телефон в руки и, нажав кнопку вызова, твердо произнесла:

– Я слушаю.

– Мисс Пайнс.

Услышав холодный голос в динамике телефона, мне стало не по себе. Голос был мне неизвестен, но он принадлежал человеку с неимоверной силой. Твёрдый и уверенный тембр был слишком уловим даже в двух произнесённых словах. Я сидела в полном недоумении и не знала, чего мне ждать от загадочного собеседника.

– Это я. Но вот кто вы мне неизвестно.

– Вы так уверенны? – металлический голос говорил со мной с легкой издевкой, что не могло не возмутить меня.

– Если вы решили поиграть со мной в шарады, то я вынуждена закончить этот разговор, – я хотела нажать сброс вызова, но вдруг в телефоне раздались слова, заставившие меня вновь прислушаться к моему собеседнику.

– Я не собираюсь играть с вами в шарады, а вот помочь вам в ваших поисках готов.

– О чем вы?

– Я о ваших поисках информации о рукописях Луки Рицели.

– Откуда вам… – голос на том конце телефона не дал мне договорить и перебил поток моих слов.

– Неважно, откуда я это знаю. Важно лишь то, что я могу вам помочь.

– И что вы можете сделать?

– Я могу дать вам подсказку по поводу места нахождения этих рукописей, а так же их дальнейшего поиска.

– Кто вы такой? – мой голос был полон злости и недоверия. – Я не имею дел с незнакомыми мне людьми.

– Но мы с вами знакомы, мисс Пайнс, – голос моего собеседника стал уверенным и насмешливым одновременно. – Я даже помню ваш потерянный и опустошенный взгляд в темном саду под светом полной луны.

– Мистер Цепер? Это вы? – От неожиданности я уронила телефон на пол. Придя в себя, я быстро подняла телефон с пола и поспешила вернуть его на прежнее место.

– Я рад, что вы наконец-то узнали меня, – теперь я наконец-то услышала знакомые металлические ноты в голосе и убедилась в том, что они действительно принадлежали Майклу Цеперу. – Так что вы скажите по поводу моего предложения?

– Я не слышала от вас конкретных предложений. Лишь непонятные мне намеки.

– В таком случае, мисс Пайнс, у меня к вам имеется деловое предложение.

– Да? И какого характера это предложение?

– Довольно выгодное для вас.

– А если конкретнее? Я не люблю этих хождений вокруг да около.

– Сразу к делу? Меня в вас это всегда привлекало.

– Мы с вами виделись всего один раз. Вас не может ничего во мне привлекать.

– Личные встречи не всегда играют роли. А вы личность достаточно известная.

– Я немного не понимаю ваших намеков. Давайте закончим с этим и перейдем непосредственно к делу.

– Как вам будет угодно, мисс Пайнс, – мой собеседник замолчал, и какое-то время между нами повисло гнетущее молчание. Но спустя некоторое время Майкл продолжил свой разговор со мной – Я знаю, что вы ищите труды Луки Рицели, а конкретно его рукописи. Я могу вам помочь в поисках этих рукописей.

– Я все же хотела бы знать, откуда у вас столь конфиденциальная информация.

– У меня свои источники, мисс Пайнс, и я хотел бы оставить их в тайне.

– В таком случае нам не о чем разговаривать.

– А я все же думаю, есть о чем. Или вы хотите сказать, что вам не требуется помощь, и вы знаете, что вам делать дальше?

– Я ничего не хочу вам сказать. Я лишь хочу понять, могу ли я довериться вам.

– А это решать только вам, – Майкл говорил так уверенно, что ненароком вызвал у меня краткосрочное желание согласиться на его помощь. – Или вы не готовы рискнуть ради помощи дорогим вам людям.

– Ради близких я готова на все. Что вы можете мне сказать о Луке и его рукописях?

– Мисс Пайнс, вы как никто должны знать, что переговоры такого рода ведутся только при личной встрече.

– Вы хотите встретиться? Где и когда?

– Предлагаю встретиться в районе бруклинского моста завтра в полночь. Там нет ни души в это время и нас никто не сможет подслушать.

– Мне немного не по себе ехать на встречу к вам в подобные места.

– Как я сказал ранее, выбор за вами. Вам потом отвечать за принятые решения.

– Мистер Цепер, давайте мы встретимся с вами на смотровой площадке Эмпайер-Стейт-Билдинг. Это открытое место в центре города, но ночью маловероятно, что там будет кто-то посторонний.

– Если вам так будет спокойнее, то я согласен. Тогда завтра в полночь я буду ждать вас там.

– Договорились.

– Мисс Пайнс, у меня будет небольшое условие.

– Условие?

– Я личность слишком недоверчивая. Учитывая ваше звериное окружение, я бы хотел попросить вас оставить нашу встречу втайне от ваших родных.

– Мои родные заодно со мной и никогда не предадут.

– Может, оно и так, но я не доверяю звериным отпрыскам. Если вы хотите получить необходимую вам информацию, то вы согласитесь на мои условия. Посмею вам так же напомнить, что я с легкостью узнаю, если вы нарушите свое слово.

– Не в моих правилах так поступать. Я всегда держу данные мною обещания.

– Я надеюсь на это. До скорой встречи, мисс Пайнс.

Как только разговор был окончен, во мне смешалось множество чувств и эмоций, которые я не могла обуздать. Я не могла понять, правильно ли я поступлю, доверяя Цеперу. По факту, я совсем не знала его и даже отдаленно не представляла, что он за человек. Его звонок меня сильно напугал, но сейчас я хотела надеяться, что этот звонок поможет мне в моих поисках и в разрешении сложившейся ситуации. С этой мыслью я твердо решила идти завтра на встречу с Майком Цепером, в надежде найти необходимые ответы. В свою очередь я решила соблюсти данное Цеперу слово и не рассказывать своим родным о предстоящей встрече.

Глава 15

Мы с Кейт сидели на террасе около бассейна и смотрели на лучи заходящего солнца. Сегодня в полночь я должна была убежать из дома на встречу с Майклом Цепером, но придумать точный план своего побега я еще не успела. По всем моим расчётам любой из обитателей дома мог легко меня заметить, а вечно бодрствующий Чарльз так подавно. В моей голове была лишь одна мысль, как можно убежать, не вызвав при этом лишних подозрений. В итоге я набрала Рэйчел и попросила прикрыть перед родными, если у кого-то возникнут вопросы по поводу моего отсутствия.

– Зачем тебе это надо?

– Мне надо сходить на встречу к одному мужчине, но я не хочу, чтоб мои родные знали об этом.

– И почему это?

– Зная Кейт, я могу предположить, что она начнёт расспрашивать меня обо всем. Я боюсь сглазить свои отношения и не хочу позволить Кейт включить свою бурную фантазию.

– В этом тебя можно понять, – услышав мои доводы, Рэйчел расслабилась и бодро произнесла. – Не вопрос, Стеф. Я тебя прикрою.

– Спасибо, подруга. Я твоя должница.

– Сочтёмся.

После разговора с Рэйчел я немного успокоилась и убедила себя в успехе моего плана побега. Как я и предполагала, ни у кого не возникло ни единого сомнения в моей истории о предстоящей встрече с Рэйчел, поэтому никто из домочадцев не стал меня ни о чем расспрашивать. После ужина мы с Кейт решили выйти на улицу и посидеть вдвоём у бассейна. Я была немного взволнована перед предстоящей встречей и из-за этого была сильно напряжена. Мое состояние не скрылось от сестры, и она после пристального взгляда на меня в итоге обратилась с вопросом.

– Стеф, что с тобой?

– А что со мной?

– Ты вся на нервах и от тебя исходит сильное волнение. Что-то случилось?

– Я могу тебя заверить, что со мной все в порядке.

– Тогда в чем дело? И помни, меня не обмануть.

«А ведь сестра права. Если ты начнёшь рассказывать Кейт сказки по поводу того, почему ты в таком состоянии, то она сразу это поймёт. Нужно быстро придумать такое, о чем я и вправду могу волноваться». Я сидела и быстро соображала, о чем я могу поговорить с сестрой. В голову резко пришла мысль, которая точно могла скрыть истинные причины моего переживания.

– Кейт, я все боялась начать этот разговор, но думаю сейчас самое время.

– О чем может речь?

– Мы с тобой так и не обсудили мою поездку к отцу в Огасто…

– Стефани, я не хочу говорить о нем, – сестра резко перебила меня, и сильно напряглась.

– Кейт, прошу тебя, выслушай меня сейчас. После этого ты примешь решение по поводу отца, которое я в любом случае приму и поддержу.

– Как ты вообще можешь спокойно говорить об отце, да ещё и защищать его?

– Я пересмотрела свои взгляды на отца, особенно после наших разговоров и после того, что я узнала от него.

– С тобой он хотя бы поговорил, – прошипела Кейт и ее глаза стали светиться яростным огнем.

– Кейт, не злись, – я взяла сестру за руку, пытаясь успокоить ее. – Просто выслушай то, что я тебе расскажу и на этом мы навсегда закроем эту тему.

– Обещаешь?

– Обещаю, – я посмотрела прямиком в серые глаза сестры. Глаза Кейт постепенно вернули свой нормальный вид и она глубоко выдохнула.

– Хорошо. Я выслушаю тебя. Что ты хотела мне сказать.

– Кейт, на самом деле отец не тот монстр, которого мы в нем видели. После твоего ухода он понял, что лишился нас обеих и немного изменил свои взгляды на нас.

– Да? Так почему мы так и остались за все это время не в удел?

– Как сказал отец, он боялся нас беспокоить и мешать жить своей жизнью. Он хотел приучить нас жить отдельно и независимо от кого-то, чтоб мы не мучились как он. Я тоже злилась на все это, но отец объяснил своё отношение к нам неимоверной болью в душе, которую он испытывал после потери мамы и ее ухода. Он так и не смог справиться со своей утратой, поэтому отрицал все, что было связано с мамой и игнорировал все, что могло напомнить ему о ней. Все и всех, если быть точнее. Поэтому отец учил нас независимости и хладнокровию, чтоб мы никогда не страдали, как он.

– Довольно паршивые у него методы, скажу я тебе.

– Я не спорю с этим, но я впервые за всю свою жизнь его поняла и то, почему он поступал так с нами.

– Да? И что ты могла в этом понять?

– Что я такая же, как и он, а его методы со мной не увенчались успехом.

– Что? Как ты можешь так говорить? Ты на него совершенно не похожа!

– Разве? Это не я закрылась от всех вас из-за боли после потери Дэмиана? Разве не я бросила вас, не думая о ваших чувствах и эмоциях? Разве не я на четыре месяца пропала без вести, ни разу не отозвавшись? Скажи мне?

– Ты… – голос Кейт задрожал. – Но ты…

– Ничем не лучше отца, а точнее, я его точная копия. Я только недавно это поняла и осознала, поэтому я больше не вправе осуждать отца и злиться на него. Не после того, что я сделала.

– Ты не бросала родных дочерей на произвол судьбы. Не сравнивай себя с ним!

– Но я бросила вас. Свою истинную семью. А это то же самое!

– Ты не права. Ты сделала это из-за сильного потрясения, не в состоянии справиться с навалившимся на тебя грузом. Тебе этот поступок помог прийти в себя, даже не смотря на все обстоятельства. Поэтому я ни разу не жалею о том, что ты ушла от нас и так поступила. Тебе это было необходимо.

– Кейт, в таком случае ответь мне на вопрос, – я сглотнула ком в горле. – Разве отец не вправе был поступить так же? Разве он не делал то же самое, что и я сейчас? Отец не смог справиться со своей болью, потому что у него не было никого рядом. Он остался со своей болью наедине, поэтому он так и не отошёл от нее. Кейт, отец такая же жертва обстоятельств, как и я. Я верю в то, что отец нас любит, но его боль выше этой любви.

– Стеф, но это слишком тяжело принять и простить, – сестра говорила полушепотом, смотря куда-то за меня.

– Возможно, но я хочу верить, что когда-нибудь ты к этому придёшь. Ты смогла простить меня и принять мой выбор. Попробуй поставить его на мое место.

– Я попробую, Стеф. Но не буду гарантировать, что у меня получится.

– Спасибо, Кейт. Для меня это много значит.

Мы просидели ещё какое-то время вместе, и я максимально подробно рассказала сестре о своём пребывании дома. Она слушала меня внимательно и на мое удивление ни разу не возразила мне и не возмутилась. Я смотрела на лицо сестры и видела в ней совершенно нового человека, ежели несобранную девчонку с косичками на голове. Это была взрослая и собранная девушка, которая не руководствовалась эмоциями, а использовала рациональное мышление и свой холодный ум. После разговора с Кейт мне стало немного легче на душе. Я пыталась поверить в то, что когда-нибудь мне удастся наладить отношения отца и Кейт, и однажды мы все вместе сможем провести совместный вечер единой семьей. Немного позже я пошла к себе в комнату, желая отдохнуть перед предстоящей встречей с Майклом. Меня все ещё пугала эта встреча, но выбора у меня не было. В одиннадцать вечера я собранная и при параде вышла из дома и, взяв один из автомобилей в гараже Джеймса, направилась в город. Ночная трасса была пустынной, и лишь редкие встречные машины встречались мне на пути. Приехав в центр города, где жизнь била ключом даже ночью, я кое-как нашла парковку и направилась в сторону высотки. Эмпайер-Стейт-Билдинг располагался в центре Нью-Йорка, недалеко от Таймс сквер и уже знакомой мне публичной библиотеке. Эта высотка была третей по величине во всей Америке, и второй в самом Нью-Йорке. Подойдя к огромному зданию, я запрокинула голову на вверх, пытаясь увидеть его край в высоте. Из-за облачной погоды разглядеть верхние этажи было невозможно, поэтому я оставила попытки сделать это и сразу направилась внутрь здания. Посещение смотровой площадки здания в такое время суток было закрыто для туристов, и служащий башни никак не хотел меня туда пускать. Мне пришлось дать ему двести долларов свыше цены билета, чтоб он наконец-то пустил меня. Как только я поднялась на вверх, то почувствовала дуновение прохладного ветра на своей коже, а высота немного кружила голову. Осмотревшись, я поняла, что нахожусь на смотровой площадке в гордом одиночестве, без единой души рядом. Мне стало немного не по себе от этого, но я напомнила себе о целях своего прихода сюда. «Ты это делаешь ради Джеймса и помощи своим родным. Если Майкл сможет тебе помочь, то возможно ты спасёшь Джеймса и не допустишь новых жертв. А главное, ты все это сделаешь без помощи Дэмиана и его присутствия рядом». Эта мысль помогла мне прийти в себя и ещё раз убедиться в правильности моего решения. Ожидание Майкла длилось для меня бесконечно долго, и каждая минута тянулась словно долгий день. От испытываемого нетерпения я стала осматривать вид, открывающийся со смотровой площадки, желая отвлечь себя от тревожных мыслей. Смотря на виды ночного мегаполиса и его ярких огней, я не могла отделаться от мысли, что я все же что-то упускаю. Мое внутреннее нутро говорило мне о том, что я должна понять крайне важную вещь, но какую конкретно оно умалчивало. Внизу, тысячи людей хаотично двигались по длинным улицам и проспектам, а потоки автомобилей мчались по освещённым фонарями дорогам. Вид сверху напоминал мне огромный муравейник, кишащий мелкими жучками внутри. Я настолько сильно погрузилась в собственные мысли, что не заметила, как ко мне подошла фигура и мелодичным голосом произнесла:

– Безмятежность мира извечная иллюзия, на которую можно смотреть бесконечно.

От неожиданности я сильно дернулась, и мои ноги пошатнулись. В один момент я потеряла равновесие, и меня потянуло вниз. Мой собеседник в одно мгновение схватил меня руками и удержал на площадке, не дав упасть вниз навстречу неминуемой гибели. От осознания того, что еще минуту назад я могла отправиться в свой последний полет, я лишилась дыхания, что вызвало короткий приступ удушья. Я пыталась глубоко дышать, приводя свои мысли в порядок, и успокаивая бурлящий ужас внутри. Как только мне удалось немного прийти в себя, то я сразу повернулась с своему спасителю и увидела знакомые черты лица.

– Мистер Цепер? Вы меня до ужаса напугали.

– Вам не стоит меня бояться, мисс Пайнс, – с легкой усмешкой произнес Майкл и сверкнул глазами. – Или вы мне не доверяете?

– Я не могу вам доверять, не зная вас. Вы для меня загадочная личность, мистер Цепер.

– Вы всегда откровенничаете с незнакомцами, мисс Пайнс?

– Простите?

– Я о нашей с вами встрече на приеме, – вновь глаза Майкла горели непонятным для меня огнем возбуждения. – Вы отправились со мной в темный и пустынный сад, расспрашивали о моей связи с Владом, и я не заметил в вас страха в тот момент.

– В тот момент я действовала немного спонтанно и необдуманно. Я пришла на слишком сильных эмоциях и немного не соображала, что делаю.

– Эмоции – самая большая слабость для любого из нас. В них кроется наша погибель, но в то же время эмоции могут дать нам большие возможности и силы.

– Я вас не совсем понимаю. О чем идет речь?

– Вы поймете, но немного позже, – Майкл отвернулся от меня и, подойдя к краю смотровой площадки, посмотрел на город. – Всему свое время.

– Мистер Цепер, ваши загадки и непонятные мне речи дают мне основания полагать, что эта встреча была бессмысленной, – во мне начинало нарастать сильное раздражение из-за поведения Майкла.

– Ваши предположения являются ошибочными, мисс Пайнс.

– Тогда давайте закончим эти бессмысленные разговоры и вернемся к нашему вопросу.

– Каждое сказанное и услышанное нами слово имеет определенный смысл в наших жизнях.

– Мистер Цепер, прошу вас, давайте перейдем непосредственно к делу, – меня вновь накрыла волна раздражения и злости.

– Как вам будет угодно, мисс Пайнс, – Майкл повернулся ко мне лицом, продолжая стоять на своем месте. – Ответьте мне на вопрос, что вы знаете о Луке Рицели?

– Немногое, – я все еще сомневалась в том, что я могу доверять Майклу. – Он был церковным деятелем и писал разнообразные церковные повествования.

– Вот как? Вам известно еще что-нибудь о нем?

– Если бы мне было известно еще что-то, то наша с вами встреча не состоялась сегодня, – меня накрыл настоящий и всепоглощающий гнев, и я говорила каждое слово с сильной желчью.

– А вы довольно эмоциональны. Это может сыграть с вами злую шутку.

– Это угроза, мистер Цепер?

– Это предупреждение.

– Мистер Цепер, я думаю, нам не стоило встречаться, – я с презрением покосилась на своего собеседника и холодным презренным тоном произнесла. – На этой ноте я буду вынуждена с вами проститься.

– Вы куда-то спешите?

– У меня нет времени рассуждать о высоком и играть с вами в шарады. У меня много дел и я безумно устала за сложные для меня дни.

– В таком случае не смею вас задерживать, – Майкл усмехнулся и стал смотреть на меня с довольной ухмылкой. Я развернулась и быстро направилась в сторону выхода со смотровой площадки. Подойдя к массивной двери, я услышала едва различимый, но отчётливый голос за спиной. – Надеюсь, ваши дела стоят жизни Джеймса.

– Что вы сказали? – прошептала я, остановившись на месте. Моя рука зависла в нескольких сантиметрах от ручки двери, словно замороженная временем.

– Что ваш друг так и останется в нынешнем состоянии без должной помощи.

– Вы знаете, что с Джеймсом?

– Знаю, – Майкл демонстративно стал поправлять воротник своей рубашки.

– Скажите мне, что вам известно о Джеймсе и о том, как ему помочь.

– Еще минуту назад вы твердили об усталости и неотложных делах, – теперь пришла очередь Майкла говорить со мной с презрением. – Как же вы не постоянны, мисс Пайнс.

– Если речь идет о Джеймсе, то для меня не существует других дел и я готова продолжить наш с вами разговор.

– Как же женщины переменчивы, – Майкл ухмыльнулся и подошел ко мне на достаточно близкое расстояние. – На что вы готовы ради спасения Джеймса?

– Я готова на все.

– Довольно громкие слова. Но я рад их слышать от вас, и надеюсь, что вы их вспомните, когда придет время.

– О чем вы? Какое время?

– Это вы узнаете немного позже. А сейчас, заранее прошу у вас прощение.

– За что?

– За то, что произойдет с вами прямо сейчас.

В этот момент моя голова закружилась, а сознание стало медленно угасать. Перед тем, как я окончательно потеряла сознание, я услышала второй мужской голос, произнёсший мелодичным голосом: «Дело сделано. Она наша».

Сознание медленно возвращалось ко мне, пробуждая все остальные функции моего организма. Мне казалось, что я полностью лишилась возможности двигаться или шевелить хоть одной частью тела. Голова неимоверно болела такой болью, что ее сложно было стерпеть. Когда мое сознание вернулась ко мне, я попыталась открыть глаза, но с первого раза мне не удалось этого сделать. Веки были налиты свинцом, и было ощущение, словно они намертво приклеились друг к другу. Не знаю, сколько прошло времени прежде чем я смогла заставить себя открыть глаза и увидела свет. Как только мой взгляд смог сфокусироваться на окружающем меня пространстве, то я попыталась хоть что-то разглядеть вокруг. Я лежала в тёмной комнате, обставленной под старину. Здесь была массивная и грубая деревянная мебель, плотные бардовые шторы на окне, а на стенах горели лишь канделябры со свечами вместо лампочек. Я хотела встать, но мое тело словно приросло к кровати, и я была полностью парализована.

– Что за…? – произнесла я и, собрав все свои силы, подняла своё туловище с кровати.

Я была в совершенно неизвестном мне месте. У меня в голове крутилось тысячи вопросов. Где я, как я сюда попала и самое главное, зачем я здесь. Пытаясь вспомнить последние события перед потерей сознания, я сильно напрягла память. В голове стали мелькать отрывки воспоминаний. Вечер, Кейт, разговор об отце, мой звонок Рэйчел, побег из дома, здание Эмпайер-Стейт-Билдинга, смотровая площадка, Майкл и его странные разговоры, а затем мое помутнение и темнота. Воспоминания сложили во мне единую картину происходящего, и в этот момент мной овладел неимоверный и неконтролируемый ужас. «Цепер похитил меня! А самое страшное, что никто из моих близких об этом не узнаёт». Пришедшее ко мне осознание ещё больше возродило во мне сильную панику и поглощающий разум страх. Меня сильно затрясло, а по всему телу расходились волны холода. Я даже не могла представить, зачем Майкл это сделал и что ему нужно было от меня, но в одном я была уверена точно, все это не к добру. Бурлящий адреналин в крови и моя неимоверная злость придали мне сил и я заставила своё парализованное тело встать с кровати. Голова вновь закружилась, но в этот раз я стерпела эту боль и продолжила своё движение. Тяжелыми ногами я кое-как дошла до двери комнаты и дёрнула ручку. На мое удивление она сразу поддалась мне, и массивная деревянная дверь со скрипом распахнулась. Я вышла в коридор, который напоминал мне декорации из фильмов о средневековье. Каменные стены были увешаны картинами и светильниками с восковыми свечами. Их тусклый свет давал слабое освещение столь большому пространству, и многие участки коридора находились в тени. Меня это немного смутило, но я решила двигаться дальше и постараться найти выход. Я пыталась идти как можно тише и аккуратно наступать на пол ногами, но все ровно от моих тяжёлых ног исходило лёгкое шарканье. Я не знаю, сколько я шла, но выйдя к огромной каменной лестнице, ведущей вниз, я жутко обрадовалась. «Там может быть выход и я смогу сбежать, пока меня не хватились». Эта мысль вновь дала мне новый прилив сил и я продолжила своё движение вниз. Как только я спустилась на первый этаж, то сразу попала в огромный холл, который являлся и гостиной. Здесь ярким светом горел огромный камин, около которого сидела одинокая фигура. В тусклом свете сложно было разглядеть, кто это был, но как только неизвестный обратился ко мне, то все сразу стало на свои места.

– Мисс Пайнс, я рад, что вы пришли в себя, – голос Майкла, словно острая сталь пронзил царившую до этого тишину. – Хоть и намного раньше, чем я предполагал.

– Что все это значит?

– Что пришло время выполнять свои обещания, – Майкл встал со своего кресла и подошел ко мне.

– Вы меня похитили, – мои глаза горели неимоверной яростью. – Я ничего не буду выполнять, пока вы не вернёте меня домой.

– Правда? А как же ваши слова на счёт Джеймса? Или ваша готовность на все это ещё одно пустое обещание?

– Ещё одно? О чем идёт речь? Я вам никаких обещаний не давала, а для Джеймса я все ещё готова на все.

– Вот с этого и нужно было начать, – вновь в глазах Майкла появились искры озорства. – Поговорим?

– Давно пора. И я надеюсь, в этот раз мы обойдёмся без шарад и философских рассуждений с вашей стороны.

– Как вам будет угодно, мисс Пайнс.

Майкл жестом пригласил меня к камину, где располагался большой диван и два кресла. Я села в одно их них и стала пристально смотреть на своего похитителя. В отблески огня, лицо Майкла казалось острее, а под его глазами залегли тени. Общий вид мужчины был довольно зловещий, но самым страшным был его взгляд и пустые глаза.

– О чем вы хотели поговорить?

– О вашем стремлении всех спасти, мисс Пайнс, – Майкл впервые на моей памяти говорил тихим и размеренным голосом.

– Я вас вновь не понимаю. Я хочу лишь помочь своему другу, не более.

– Труды Луки Рицели вам нужны лишь для спасения мистера Райта?

– Это первое, что я должна сделать.

– А что ещё вы хотите найти в этих трудах?

– Это не должно вас касаться, мистер Цепер. Это уже мои личные дела.

– Я бы так не сказал, – в один момент лицо Майкла вновь стало жестоким, а глаза стали холодными и непроницаемыми. – Меня касается все.

– Либо вы страдаете манией величия, либо вы не в себе, – во мне возродилась та неконтролируемая злость, что была у меня ранее. – Скажите, как помочь Джеймсу, и мы с вами разойдёмся.

– Боюсь, что так просто я не могу вас отпустить, мисс Пайнс.

– В каком смысле? Что вам от меня надо?

– Конкретно от вас небольшая услуга.

– Что за услуга?

– Вы мне поможете достать труды Луки из тайника, а я освобожу оборотня из его плена.

Слова Майкла эхом отдавались у меня в голове. Я сидела со стеклянным взглядом, смотря в одну точку на стене. «Я освобожу оборотня…» слышала я звонкое эхо внутри. Мой разум заработал на полную мощность, а картина стала складываться в единое изображение. Пришедшее ко мне осознание ударило меня словно неимоверной силы пощёчина, которая оставила яркий и болезненный отпечаток в душе. Как только я попробовала справиться с нахлынувшими на меня эмоциями, то вжавшись в кресло, я прошептала:

– Вы и есть он…

– Он? – на лице Майкла промелькнуло легкое удивление. – Я бы хотел немного конкретики.

– Вы Мирчи, – мои глаза были наполнены всепоглощающим страхом. – Вы и есть этот безумный демон.

– Я бы не назвал себя безумным, скорее жестоким и безжалостным.

– Вы старший брат Дэмиана, – прошептала я. – И мечтаете его убить.

– Дэмиана? – Майкл засмеялся металлическим смехом, от которого по всему моему телу побежали мурашки. – Если вы об альтер эго моего брата, то это неправильное мнение. Я не мечтаю убить Влада. Я хочу превратить жизнь этого жалкого выродка в нескончаемый ужас и заставить испытывать неимоверные муки до скончания времён, раз он смог обрести бессмертие.

– Он же ваш брат. Как можно желать такое своей семье?

– У меня нет семьи! Они все бесполезный мусор, который я растоптал под своими ногами. Всех, кроме Влада. Он последний остался в живых. Хотя его смерть была основной целью моей жизни.

– Вы убили свою семью?

– Всех, – процедил он. – Правда самого младшего я пожалел и дал ему прожить достаточно долго по человеческим меркам.

– Младшего? У вас был ещё один брат?

– Его звали Раду, точнее он взял себе это имя. Но он вырос совершенно иным и чужим для меня, поэтому никак не мешал моим планам. Тем более мальчишка свергнул Влада с престола в своё время, а это для меня показатель его полезности.

– Это все ужасно. Вы же братья.

– Мисс Пайнс, мы с вами родились в разное время. В мое время все решала сила и власть, а не семейные узы. Хотя сейчас мир не сильно изменился.

– Что вы хотите сделать с Владом? И как во всем этом замешан Джеймс?

– Ваш друг оборотень это просто жертва, оказавшаяся не в то время не в том месте. Он лишь кусочек пазла в моем плане по уничтожению братца.

– Я уверена, Влад даже не в курсе, что произошло с Джеймсом, поэтому ваш план довольно сомнительный.

– Вы так считаете? Может на счёт оборотня он не в курсе, но что касается вас, то он вскоре обо всем узнаёт.

– Я для вас приманка для Влада. Он должен прийти за мной и тогда вы его настигните.

– Вы действительно не глупы, мисс Пайнс, – лицо Майкла озарила зловещая улыбка. – Можно мне называть вас Стефания?

– Я Стефани. Вот уже двадцать шесть лет. И я не она!

– Как вам угодно. Стефани. В таком случае у меня для вас деловое предложение. Вы же, вроде, человек с хорошими знаниями в этой области.

– Чего вы хотите?

– Как я сказал ранее, вы поможете мне достать труды Луки, а я освобожу из плена мистера Райта.

– Как мне узнать, что вы сдержали своё обещание? Я так полагаю, вы не планируете меня отпускать, и в любом случае я умру.

– Не все так просто. Вы же не можете умереть от рук сверхъестественного, а я таким являюсь. Поэтому вам пока ничего не угрожает.

– И все же, как я узнаю, что Джеймс в порядке?

– Я вам покажу его, как только он придёт в себя.

– Обещаете?

– Я не человек, чтоб нарушать своё слово. Как говорят легенды, сделки с демоном это святое и нерушимое соглашение.

– В таком случае я согласна. Моя помощь в обмен на жизнь Джеймса. И вы не тронете моих родных.

– Довольно высокая ставка, мисс Пайнс.

– Если вы не согласны, то я могу отказаться от всего этого.

– Ну что ж, только из уважения к вашей стойкости и силе духа я соглашусь на это, – Майкл протянул мне свою рукуm – По рукам?

– По рукам.

Я протянула руку и пожала холодную ладонь Майкла. Он достал мобильный телефон и вызвал кого-то. Я сильно удивилась столь простому жесту со стороны всесильного демона. Я даже боялась предположить, кого и зачем он сюда вызвал, но все мои ощущения кричали о том, что пока что мне нечего бояться. Где-то вдалеке послышались глухие шаги по полу и спустя минуту в комнату вошёл человек, которого я никак не ожидала увидеть.

– Норман?! Откуда ты здесь взялся?

– Привет, Стефани, – Норман стоял с виноватой улыбкой на лице в своём классическом белом костюме.

– Ты… Так ты с ним? – я истерично закричала, а мой голос дрожал. – Ты все это время был с ним заодно?

– Он с самого начала со мной заодно. Да и выбора у него особо не было.

– Как так? Ты же был самым обычным парнем без единого признака сверхъестественного существа.

– Я не являюсь вампиром или оборотнем. Я более сложная сущность.

– Кто ты такой?

– Норман один из первых демонов этого мира. Он был приближён к создателю, но немного упал по карьерной лестнице и сбежал на землю.

– Не стоит в это углубляться, Мирчи. Я этого не выношу.

– Без проблем. Теперь вы с Норманом должны отправиться за рукописями.

– Так вы тоже не знаете, где они, – высказала я свою догадку. – Тогда я вам не смогу помочь.

– Зато он знает, – Майкл улыбнулся злорадной улыбкой и перевёл взгляд на Нормана. – Пришло время выполнить свою часть сделки.

– Я всегда их выполняю. Стефани, нам пора.

– Что? Куда?

– За рукописями Луки. Единственная душа, что сможет помочь их достать мне их – это ты.

– Норман, я не понимаю. Ты никогда не был злодеем и не был похож на того, кто жаждет уничтожить мир…

– Я и не хочу его уничтожать, а вот отомстить, да.

– Отомстить? Кому?

– Твоему суженому, – глаза Нормана в этот момент испускали неимоверную злость и ярость.

– Дэмиану? Но как ты связан с ним?

– Довольно тесно. Они же близкие друзья. Практически «братья» по несчастью.

– О чем вы? Норман, о чем он?

– Влад был мне близок и дорог, пока не пропал и не бросил меня. Я остался один, без поддержки. Он променял меня на человеческую жизнь в тени, охраняя твою душу от Виктории.

– Как известно, враг моего врага – мой друг, – Майкл засмеялся, а я сидела с полным отрешения взглядом.

– Вы оба решили ему отомстить с помощью меня. И устроить Дэмиану ловушку.

– План таков. Но для его успешного исхода мне нужны записи Луки. Этот священник слишком многое узнал и его знания могут мне дорого стоить.

В этот момент я поняла, что Майкл боялся записей Луки. «Значит, там действительно содержится информация о том, как его уничтожить». Догадка меня немного воодушевила, но вспомнив все обстоятельства, я вновь поникла. Даже если там и содержались эти знания, как только я и Норман передадим их Майклу, он их уничтожит и тогда будет непобедим. Я сидела, молча с обречённым взглядом, когда заметила рядом с собой светлую фигуру Нормана.

– Довольно разговоров. Стефани, нам пора в дорогу.

Глава 16

Зелёные кроны деревьев качались на ветру, солнце ярко освещало дорогу, а голубое небо было девственно чистым без единого облачка на нем. Я сидела в салоне автомобиля и смотрела на природу за окном. Западная Европа была для меня не новым местом и виды за окном казались мне до боли знакомыми. Всю дорогу от дома, где меня держал Майкл, между мной и Норманом царило непроницаемое молчание. Я пыталась совладать со своими эмоциями в душе, поэтому способность говорить временно была не активна. Да и желание разговаривать с Норманом у меня напрочь отсутствовало. Боль, обида, злость, это все я испытывала по отношению к нему сейчас. Страха или ужаса у меня не было, но каждый раз, когда он приближался ко мне, я ненароком вздрагивала. Наша дорога длилась уже больше часа, поэтому окончательно взяв себя в руки, я решила все-таки поговорить с Норманом.

– Может, ты хоть что-то объяснишь, пока мы вдвоём и твоего хозяина рядом нет.

– Он не мой хозяин и никогда им не был. Мы практически равны.

– У меня сложилось другое мнение. Он же Мирчи – самый страшный из демонов.

– Может страшный да, но не самый сильный.

– Ты сказал, что вы практически равны. Значит, ты приближен к нему по силам?

– Я бы так не сказал. Наши силы совершенно разные.

– Может, хоть немного пояснишь свои слова, а то ваши загадки меня уже изрядно достали.

– Я немного выше Мирчи, – Норман шептал слова себе под нос, а его глаза практически впились в лобовое стекло автомобиля.

– Выше?! Как это возможно?

– Это долгая история, которую я не очень люблю рассказывать.

– Я никуда не спешу. Мы оба знаем, что я умру. Поэтому ты можешь излить мне душу и рассказать, что тебя гложет. Знаешь, я уже говорила это однажды одному близкому человеку и повторюсь снова. Делиться болью с кем-то значит разделить ее с ним и освободить место для новых и счастливых моментов.

– С чего ты взяла, что ты умрешь?

– Норман, я не настолько глупа. И прекрасно понимаю, как будут разворачиваться дальнейшие события.

– И как же?

– Вы заманите Дэмиана в ловушку, а когда он придёт, убьете нас обоих.

– Ты знаешь о себе все?

– Если ты о том, что я не могу умереть от рук сверхъестественного, и что я являюсь реинкарнацией древней графини и жены Влада Дракулы, то да, я в курсе.

– Тогда откуда такие выводы? Никто из нас не может тебя убить.

– Я уверена, вы что-нибудь придумаете. Так ты расскажешь о себе?

– Зачем тебе это знать?

– Вспоминая твою ложь, я хочу теперь услышать правдивую историю твоей жизни. Чтобы не было, но когда-то ты был хорошим другом для меня, хоть и фальшивым.

– Стефани, я…

– Не стоит оправдываться, – я не дала Норману закончить его диалог. – Я не хочу ничего слышать. Да и не вижу в этом особого смысла.

– Хорошо. Что ты хочешь узнать?

– Что значат твои слова по поводу того, что ты сильнее Мирчи? Сколько я не изучала эту тему, имя Мирчи всегда озвучивали, как самого злого и могущественного из демонов.

– Может, он могуществен и силён, но это не значит, что он самый сильный. Есть и сильнее.

– И ты являешься одним из таких демонов.

– Признаюсь тебе, формулировка демон не совсем применима для меня. Демон – это темное существо без души, а у меня она есть, хоть и тёмная.

– У тебя есть душа? Как это возможно, если ты демон и помогаешь демону?

– Благодаря моим родственникам и моей семье, – взгляд Нормана стал далеким и отрешённым, будто собственные мысли унесли его куда-то далеко отсюда.

– А твоя семья разве не погибла?

– Нет. Точнее говоря, они погибли для меня, но они оба живы.

– А если точнее? – мой голос стал немного требовательным, а желание узнать историю с каждой минутой возрастало.

– Мое происхождение – это самая большая тайна, которую ни одно живое и не живое существо не знает. Кроме Влада… – Норман замолчал и изобразил непроницаемое и безжизненное выражение лица.

– Если тебя это успокоит, то я умею хранить секреты. Ты должен был понять это по истории моей жизни.

– Я это давно понял. Так и быть. Я тебе все расскажу, – Норман выждал долгую паузу, прежде чем продолжил свой рассказ. – Как сказал Мирчи я был одним из первых существ, которых породил Дьявол, павши с небес, и воссев на трон Ада.

– Так ты все-таки демон? А говорил, что таковым не являешься.

– Я не демон, Стефани, – Норман заметил мой озадаченный и растерянный взгляд на себе. – Поясню понятным тебе языком. Люцифер мой отец. Настоящий и биологический отец, чтоб ты понимала степень нашего родства. Если простых демонов он создавал из человеческих душ и тьмы, то я был именно его плотью и кровью.

– Твою же… – в который раз я не смогла сдержать эмоции и выплеснула их наружу. – Ты сын Дьявола?!

– Я скрывал этот факт на протяжении многих тысяч лет.

– Почему? – мой голос перешёл на шёпот. – Ты же, фактически, принц тьмы и второй по власти в аду.

– Можно и так сказать. Но меня изгнали за… – Норман замялся, а затем после недолгого молчания смущенно процедил. – За излишнюю человечность.

– Что это значит?

– Что я был слишком мягок на характер для сына великого и ужасного Люцифера. Отец стыдился меня и всегда скрывал факт моего существования. А затем он вовсе изгнал меня на землю, где мне нравится намного больше, чем в Аду.

– И как давно тебя изгнали?

– В начале вашей эры, если исчислять по земному времени. Вроде так, если мне не изменяет память.

– Ты уже много тысяч лет ходишь по земле?! Но ты же очень молод и выглядишь, как человек. В чем заключается твоя демоническая особенность?

– На самом деле ни в чем, – впервые за наш разговор Норман ухмыльнулся. – Как ты помнишь, ангелы и люди созданы по образу и подобию Бога. Мой дедуля не стал менять дизайн новой модели, поэтому мой отец, как бывший ангел, выглядит как самый обычный человек.

– Но как… Он же Дьявол! А как же рога, хвост, жуткие крылья?

– Это все людские сказки и фантазии. На самом же деле все намного проще. Дьявол по внешнему виду такой же человек, как и все вы.

– Ничего не понимаю. Так, а демоны, какие они?

– Ты Мирчи видела? – вновь Норман говорил размерено и спокойно. – Он показался тебе зловещим?

– Если честно, то да. Но во второй раз. В первую нашу встречу он мне таким не показался.

– Здесь сыграли роль твои эмоции, которые были обращены к Владу и к вашей драме, но не к окружающим тебя людям и нелюдям.

– Ты знаешь о Владе и обо мне?

– Знаю. Когда мы заключили с Мирчи соглашение по поимке Влада, то моим заданием была ты и твоё расположение. Я должен был расположить тебя к себе и лишить его твоего общества, но все оказалось намного проще, когда я узнал о вашем тяжелом разрыве.

– Так это все была игра, – мой голос задрожал. – Ты притворялся другом и был рядом лишь из-за Мирчи и ваших планов.

– Стефани, не буду врать, вначале так оно и было, но со временем… Со временем я понял, что ты не заслужила той участи, что тебя преследует все эти века. Ты не Стефания, которую настигла жестокая кара, и ты не должна повторить ее судьбу.

– И что это значит?

– Что я не хочу, чтоб ты умерла, – пальцы Нормана крепко сжали руль. – Я слишком привязался к тебе, чтоб дать тебе умереть в муках.

– Как это благородно. Тебе не кажется, что ты поздно спохватился? Мирчи никого из нас не пощадит.

– Ты забываешь, что я сильнее его и в случае чего смогу противостоять ему. Я единственный, на кого его власть не распространяется и он не может подчинить меня своей воле.

– Вот как? Это из-за того, что ты сын дьявола?

– Да. А это значит, что я являюсь внуком самого Бога, и во мне живет малая частица божественности.

– А вот это уже интересно. И что это тебе даёт?

– А что даёт сила Бога? Я могу создавать некоторые вещи и управлять земной материей в мелких масштабах.

– Например?

– Например, свою фирму, которой ты управляла, я создал за день. И как ты понимаешь, все остальное было сделано примерно тем же способом.

– Подумать только. Так ты ещё и колдун.

– Никогда не говори так обо мне. Они мелкие прислужники, которые даже воздухом одним дышать со мной не достойны.

– А вот самомнение было все-таки настоящим. Так что ты имел в виду, когда говорил о Мирчи?

– Я тебе уже говорил по телефону, что хотел тебя защитить от всего этого, но ты сбежала и раскрыла себя,

– О чем ты? Что я раскрыла?

– Как ты думаешь, почему я пригласил тебя в Бостон?

– Как я могла понять, ты это делал, чтоб заслужить мое расположение и сблизиться со мной, согласно вашему плану.

– Нет, Стефани. Я пригласил тебя туда, чтоб спрятать от Мирчи и его обнаружения. Я знал его план и пытался скрыть тебя от него и защитить. Но Мирчи оказался умнее и воспользовался твоим дружком оборотнем, тем самым выманив тебя.

– Все-таки Джеймс пострадал из-за меня. Я виновата в его положении.

– Из-за тебя. Но если быть до конца откровенным, то основная вина лежит на мне. Я тебя скрыл от Мирчи, поэтому он и решил выманить тебя через твоих близких.

– Норман, ты можешь мне ответить честно на один вопрос?

– Да. Я больше не намерен тебе врать, и не вижу в этом никакого смысла.

– Мирчи действительно отпустит Джеймса, если я принесу ему рукописи Луки? Он сдержит своё слово?

– В этом можешь не сомневаться. Мирчи всегда выполняет условия сделки.

– Значит, я смогу не так сильно жалеть обо всем этом и моя смерть будет не напрасной.

– Я тебе уже сказал, я не дам тебе умереть.

– Обижайся или нет, но я тебе не верю. Ты либо вновь пытаешься играть на моих чувствах, либо преследуешь ещё более извращённые цели. Но я никогда больше не поверю в твоё благоразумие. Может, душа у тебя есть, но она не имеет и доли света в ней.

Я отвернулась в сторону окна и больше не произнесла ни единого слова. Норман смотрел на меня взглядом полного боли и сожаления, но продолжил путь, молча, не проронив ни слова. Когда автомобиль подъехал к плотно заросшему участку леса я невольно поёжилась. Лесная чаща ассоциировалась у меня лишь с неприятностями и проблемами, поэтому перспектива вновь пробираться сквозь густые заросли меня не радовала. Я с недовольным лицом стала коситься в окно, что не скрылось от моего попутчика.

– Не любишь природу?

– Скорее не люблю последствия, наступающие после нахождения на природных просторах. Я так полагаю, нам нужно в самую глубь.

– Правильно полагаешь.

– На мне видимо проклятье, раз постоянно все мои пути ведут меня в лесную глушь.

– Поверь специалисту. На тебе нет проклятий. Точнее есть, но оно не даёт тебе полноценно умереть, что является в большей степени плюсом для тебя.

– Спасибо за напоминание. А, теперь хватит разговоров, и давай уже покончим с этим.

С этими словами я взялась за ручку двери и вышла на улицу. Был ясный день, и майское солнце ярко светило в глаза. Я стала сильно щуриться из-за яркого света и жжения в глазах. Норман вышел вслед за мной и, покосившись на меня, немного усмехнулся.

– Не любишь солнце?

– Все с точностью, да наоборот. Я люблю солнце, а особенно ощущение его тепла на коже. Но вот яркий и слепящий свет в глаза да, я не очень жалую. А поскольку вы похитили меня без сумки и вещей, то я вынуждена мучиться без очков.

– Так дело в очках? Так бы сразу и сказала.

Спустя минуту Норман протянул мне футляр, в котором лежали солнечные очки. Я с недоверием смотрела на футляр, но спустя минуту колебаний взяла его из рук Нормана. Достав тёмные очки из футляра, я сразу надела их на глаза и мгновенно почувствовала облегчение. Когда мои глаза перестали слезиться, то я с опаской стала осматривать окрестности. Темные, непроглядные заросли уходили далеко за горизонт, и казалось, что там таится сплошная тьма. Смотря на густоту леса, я сильно сжалась, боясь войти в его пределы. Норман подошел ко мне и стал рядом со мной на одной линии. Он безмолвно смотрел на мое напряженное лицо, и от этого его лицо стало сильно хмуриться.

– Далеко нам идти?

– Достаточно, – Норман с опаской смотрел в мою сторону. – Что с тобой?

– Я уже говорила, что не люблю лесные просторы. И они вызывают у меня самые негативные чувства.

– В этот раз не бойся. Я рядом, а значит, тебе ничего не угрожает.

– То, что ты рядом со мной и дает мне основание испытывать весь этот негатив. Так в какую нам сторону идти?

– Иди за мной. Я нас проведу.

Норман повел меня вглубь темного леса. Наша дорога пролегала между массивными и плотными деревьями. Этот лес был намного глубже тех, в которых я бывала ранее. Все это темное пространство казалось мне зловещим, и даже свет яркого солнца сквозь густую листву не помогал мне развеять это чувство. Норман шел уверенно, но при этом постоянно кидая на меня короткие взгляды. Я же шла аккуратно, стараясь не показывать ни единой эмоции на лице. Не знаю, сколько мы шли, но спустя примерно полтора часа я жутко устала и готова была на все, лишь бы сесть и отдохнуть. Вскоре, Норман заметил мое настроение и уставшее состояние, но продолжил следовать вперед. В такие моменты мне хотелось ударить его или сделать ему какую-нибудь подлость, чтоб заставить страдать.

– Далеко еще?

– Не так далеко, как мы уже прошли, – в голосе Нормана слышалась легкая издевка, что меня еще больше возмутило.

– А конкретнее?

– Осталось совсем немного. А ты что, уже устала?

– Представь себе. Еще вчера я была в Нью-Йорке, а сегодня непонятно где иду по лесу с сыном самого дьявола. Как, по-твоему, устала ли я?

– По правде говоря, вчера ты не была в Нью-Йорке. Это было пять дней назад.

– ПЯТЬ ДНЕЙ? – я истерично закричала и встала на одном месте. – И ты молчал?

– А как я должен был это сказать? И я не думал, что это существенно.

– Вы столько дней держали меня в неведении, непонятно где, а ты говоришь, что это не существенно?

– Мирчи хотел тебя отключить на более длительный срок, и если бы не я, то ты…

– Так это ты со мной сделал? И это ты тогда был на крыше?

– Да, я. Но пойми, мне пришлось подыграть ему, чтоб не дать навредить тебе. Благодаря мне ты смогла встать и быстро прийти в себя! – впервые за всю время нашего знакомства Норман повысил тон и говорил со мной с раздражением.

– И ты теперь ждешь благодарности за это? Даже не надейся на это.

– И не надеялся.

– Норман, ответь мне на один вопрос.

– Какой?

– Где мы вообще находимся? Я все никак не могу понять. Мы где-то в Европе?

– В Европе. А если быть точнее мы сейчас в Румынии. Ты разве не знала, что Лука в последние года своей жизни жил здесь, и изучал Мирчи непосредственно на его родной земле?

– Знала. Но не думала, что вам это тоже известно.

– Нам известно многое. А главное, где искать его рукописи.

– Зачем они Мирчи? Он хочет их уничтожить?

– Что он хочет с ними сделать мне неизвестно, но меня это и не сильно волнует, – лицо Нормана было полно безразличия и холодности. – Мы на месте.

Мы стояли на небольшой поляне, около разрушенного деревянного дома. По факту, здесь остались лишь очертания дома, а вся его крыша давно прогнила и обрушилась. Прогнившие от времени стены давно почернели и имели огромные щели и дыры, что делало дом полностью открытым. Двери и окна отсутствовали, а внутри дома все поросло высокой травой. Я с опаской смотрела на окружение вокруг себя и пыталась хоть что-то разглядеть. Вся эта картина никак не вязалась у меня с тайником древних и опасных рукописей, но судя по лицу Нормана, это был именно он.

– Ты уверен, что рукописи хранятся здесь? Как-то это место не вяжется с хранилищем древних рукописей.

– Уверен. Я был здесь, когда Лука прятал свои рукописи.

– И как он это допустил? Ты же демон, а он вроде как был борцом с такими, как ты.

– При желании я умею хорошо маскироваться.

В одно мгновение глаза Нормана поменяли свой цвет. Я помнила, что глаза Нормана были светло-карего цвета, но сейчас они вдруг стали разного оттенка. Один из глаз Нормана теперь был голубым, а второй зеленым. Я смотрела на него безумным взглядом и сразу вспомнила, что уже видела его глаза на Хэллоуине в доме Джеймса.

– Так это и есть твой настоящий взгляд. Тогда, в доме Джеймса ты пришел ко мне, будучи собой настоящим.

– Прости меня, но тогда я использовал на тебе свои силы.

– Поэтому твои глаза были такими. Ты можешь использовать силу только будучи собой.

– Именно. И сейчас эти силы говорят мне о том, что мы пришли по адресу.

Норман стал осматривать поляну, а я послушно следовала за ним. Спустя минут пятнадцать хождений Норман подошел к одному из деревьев и стал внимательно его осматривать. Это был большой дуб, имевший толстый ствол и огромную шапку зеленой листвы. Тень, исходящая от дуба покрывала практически все пространство поляны, погружая ее в прохладную темень. Я с интересом стала смотреть на дуб, и подойдя к нему близко коснулась рукой жесткого ствола дерева. Не знаю почему, но в этот момент я почувствовала слабый разряд тока, прошедший по всему телу. Все это время Норман смотрел на меня с интересом, при этом держась немного в стороне. Я отдернула руку от дерева и посмотрела на Нормана.

– Что это было?

– Знак того, что мы нашли их. Теперь дело за тобой.

– В каком смысле за мной? А ты не можешь достать эти рукописи?

– При всем своем желании я не смог бы этого сделать.

– Почему? Не хочешь запятнать свой идеальный белый костюмчик?

– Нет. Не хочу испытать неимоверную и нестерпимую боль. На рукописях лежит защита от таких как я. Точнее от любых нежданных гостей. Как тебе уже сказал Мирчи, Лука сделал так, что только светлая душа сможет их достать. А по всем признакам эта душа принадлежит тебе.

– Точнее сказать Стефании. Я лишь одно из ее воплощений.

– Я бы не был так в этом уверен. Ты являешься отдельной и непохожей ни на кого личностью. Можешь быть уверена, что ты уникальна в своем роде

– Забавно, но ты уже второй человек, кто мне об этом говорит.

– Да? И кто же был первый?

– Дэ… – я резко осеклась, и практически шепотом произнесла. – Влад. Это был Влад.

– И почему я не удивлён, – я заметила, как Норман подкатил свои глаза, но потом он, как ни в чем не бывало, продолжил наш диалог. – Готова поработать руками?

– В каком смысле?

– В таком, что тебе придется немного поработать лопатой, чтоб достать рукописи из тайника

– А ты не можешь этого сделать?

– Я уже несколько раз сказал, что не могу из-за стоящей на рукописях защиты.

– Ну да, выгодная отговорка.

– Стефани, это не отговорка, а факт.

Норман протянул мне лопату. Обреченно вздохнув, я схватила лопату из рук своего попутчика и подошла к дереву. Через полчаса работы мне стало неимоверно жарко, и я сняла накинутый на плечи пиджак. Я осталась лишь в тонком топе, который сильно облегал мое тело. В этот момент я почувствовала взгляд Нормана на себе и, недовольно покосившись на него, продолжила свою работу. Не знаю, сколько прошло времени, но когда моя лопата уперлась во что-то твердое, на улице уже вечерело. Глухой звук удара лопатой вызвал во мне новый прилив адреналина в кровь и придал дополнительных сил. Кинув лопату, я быстро потянулась к деревянному сундуку и стала вынимать его из земли. В одиночку доставать массивный сундук было непростым занятием, но Норман никак не мог мне помочь, поэтому наблюдал за мной со стороны. Когда мне наконец-то удалось вытащить сундук на поверхность и открыть его, я увидела, что внутри лежали пожелтевшие от времени свертки бумаги, от которых сильно разило сыростью и плесенью. Норман смотрел на это все с широко открытыми глазами, в которых читалось дикое удивление.

– Не может быть. У тебя получилось.

– Чего не может быть? Чему ты так удивляешься?

– Я не до конца был уверен, что у тебя получится открыть его и снять защиту, но это действительно ты. Ты та светлая душа, что достойна прочитать рукописи Луки.

– Как это «мило». Что дальше?

– Дальше нам стоит отправиться к Мирчи и выполнить условие твоей сделки. Если ты конечно готова отдать ему рукописи.

– У меня нет выбора. От этого зависит жизнь Джеймса и моих родных. А ведь все проблемы с Джеймсом произошли по моей вине…

– Оборотень так дорог тебе?

– Джеймс мне как старший брат. Он приютил меня и был всегда рядом. Именно он дал мне семью и избавил от чувства одиночества. А я бросила Джеймсом и он пострадал. Я буду ему должна до конца своих дней.

– А как же Влад? Что у тебя с ним?

– Общее положение ты знаешь. Как я тебе уже говорила, мы расстались и довольно болезненно. Теперь же, нам вовсе никогда не сойтись, поэтому о Владе можно больше не беспокоиться.

– Ты все еще любишь его?

Неожиданный вопрос застал меня врасплох. Я никак не ожидала, что Норман спросит меня о Дэмиане и о моем отношении к нему. Врать я не хотела, но и говорить правду не горела особым желанием. Норман продолжал смотреть на меня требовательным взглядом, от чего мне стало не по себе.

– Я люблю его и буду любить всегда. Но я смирилась с тем фактом, что нам лучше держаться подальше друг от друга.

– Откуда такие выводы?

– Я узнала его, как милого и внимательного парня, который гулял со мной по парку и угощал кофе в холода. Затем этот образ заменил образ монстра, с красными глазами и огромными окровавленными клыками. Мне сложно принять его настоящую сущность, но я была готова на это. Сам Влад дал мне понять, что нам не стоит встречаться и ему больно находиться рядом со мной.

– И ты поверила ему? Значит, ты слишком плохо успела узнать Влада.

– Достаточно, чтоб понять, что он слишком уперт и никогда не отступит от своих слов и решений.

– С этим не поспоришь. Но из всех правил есть исключения. Уже темнеет. Нам пора возвращаться. Дорога до резиденции Мирчи не близка как помнишь.

Мы с Норманом вернулись к нашему автомобилю и направились в обратный путь. Всю дорогу мы молчали и не стремились к разговорам. В один момент мне стало интересно узнать, что было в загадочных свитках до того момента, пока их не пришлось отдать Мирчи. Я взяла один из свитков и, раскрыв его дрожащими руками, стала внимательно рассматривать его содержимое. На пергаменте был текст на непонятном мне языке. Почерк был на удивление каллиграфическим, и каждое слово было аккуратно выведено чернилами. Кое-где были нарисованы изображение темной фигуры, которая корчиться в мучениях смотря на яркий шар света. Я непонимающе смотрела на пергамент, при этом сильно хмурясь. Норман кинул на меня короткий взгляд, а затем его глаза стали периодически обращаться к пергаменту в моих руках. Таким образом, просмотрев все пергаменты, я так и не поняла, что там было написано. Вскоре я вовсе оставила попытки что-либо понять из непонятных мне текстов. Когда мы вернулись в дом Мирчи, на улице уже было темно, и ночь давно вступила в свои законные права. Мы прошли в здание и вернулись в помещение гостиной. Мирчи сидел все в том же кресле, что и при нашей первой встрече, держа в руках бокал с какой-то темной жидкостью.

– Я выполнила условия нашей сделки. Теперь дело за вами.

– Я рад это слышать, мисс Пайнс, – демон повернулся ко мне лицом, улыбаясь зловещей улыбкой. – Выпьете со мной вина? Урожай 1679 года. Прекрасный и терпкий вкус с благородными нотами слабой горечи.

– Спасибо, но я откажусь. Меня сейчас интересует Джеймс и его состояние.

– Конечно. Сделка есть сделка. Но давайте посмотрим на принесённые вами записи.

Я достала свертки пергамента и протянула их демону. Он с опаской посмотрел на сверток в моей руке и, аккуратно коснувшись его, резко отдернул руку. В этот момент я заметила, как палец Мирчи начал дымиться и краснеть. «Значит, они говорили правду, и рукописи действительно заговорены». Как только демон пришел в себя, я свернула пергамент и уверено произнесла:

– Теперь, когда вы убедились в их подлинности, прошу выполнить вашу часть уговора.

– Конечно, мисс Пайнс. Сию минуту, – Мирчи закрыл глаза и с минуту сидел, молча, не дыша и не двигаясь при этом. Когда он открыл свои глаза, они были непроглядно черного цвета, и не имели белков. Я сразу вспомнила фильмы о демонах, и как оказалось, они были правдивы в своих художественных изображениях. Когда глаза Мирчи пришли в норму и стали вновь своего цвета, он посмотрел на меня и произнес. – Все сделано, мисс Пайнс. Оборотень в эту самую минуту приходит в сознание.

– Как я могу в этом убедиться?

– В этом нам поможет Норман, – Мирчи перевел свой взгляд на Нормана. – Позволишь даме взглянуть одним глазком на волка?

– Позволю, – Норман говорил с заметным напряжением, но он подошел ко мне вплотную, смотря прямиком в мои глаза. – Я сейчас возьму тебя за руки, а ты должна будешь довериться мне и открыть свое сознание для перемещения в пространстве.

– Что? Какое перемещение? И я тебе не доверяю!

– Если хочешь увидеть своего друга, то тебе придётся это сделать. Выбор за тобой.

– Ладно. Я попробую довериться тебе. И я надеюсь, что я не буду об этом жалеть.

Норман взял меня за руки, и в этот момент я заставила себя закрыть глаза. Я ничего не видела, но слышала собственное дыхание и дыхание Нормана рядом с собой. Я пыталась думать о Джеймсе и о том, как он целый и невредимый где-то там, в Нью-Йорке пришел в себя. Эта мысль теплом отдалась в моей душе и в этот момент меня ослепила яркая вспышка. Как только мои глаза привыкли к свету, я увидела, что стою посреди знакомой мне палаты и смотрю на тело Джеймса. Рядом со мной стоял Норман и так же внимательно следил за лежащим на кровати телом.

– Где мы, и что происходит? – я говорила шепотом, боясь выдать себя служащим больницы.

– Можешь говорить громче. Нас никто не видит и не слышит. Мы лишь проекция наших душ во времени и в пространстве.

– А если по нормальному пояснить тому, кто не смотрел сериал «Сверхъестественное» и совершенно не разбирается во всех этих магических вопросах.

– Мы с тобой сейчас вроде призраков, которых никто не может увидеть или услышать. Наши тела все еще в Румынии, но наши души здесь.

– Так это все происходит в эту самую минуту? Почему тогда Джеймс все еще лежит без сознания?

– Этого я не могу тебе сказать.

В этот момент приборы, подключённые к телу Джеймса стали пищать и мигать, словно огни на рождественской ели. Я смотрела с ужасом на эту картину, боясь самого страшного. Тело Джеймса стало содрогаться и его лицо исказилось в ужасной гримасе. Джеймс резко распахнул глаза, которые сейчас горели тем ярким звериным огнем, который я так привыкла в нем видеть. Его золотого цвета глаза судорожно бегали по палате, отражая в себе неимоверную панику и ужас. Джеймс стал тяжело дышать, хватая ртом воздух. В этот момент в палату вбежала медсестра и, громко вскрикнув, подбежала к Джеймсу

– Мистер Райт, мистер Райт, – в голосе медсестры слышалась сильная паника и дрожь. – Вы меня слышите?

– Где я? Кто вы?

– Вы в частном медицинском центре. Я Кортни ваша медсестра. Вы помните, что с вами произошло?

– Я все помню, – Джеймс, говорил слабым голосом, дыша слишком учащенно и часто.

– Вам сделать укол обезболивающего или успокоительного?

– Нет. Мне нужно, чтоб вы, как можно скорее кое-что сделали для меня.

В этот момент мне в глаза ударила яркая вспышка и видение пропало. Когда я открыла глаза, то вновь оказалась в холле дома Мирчи, продолжая держать за руки Нормана. Я резко отдернула свои руки, а на моих глазах появились слезы. Норман и Мирчи смотрели на меня внимательным взглядом, а затем демон произнес:

– Судя по вашей реакции, вы убедились, что я выполнил данное слово.

– Убедилась. Что будет дальше? Что вы сделаете со мной?

– К вашему сожалению до поры до времени вам придется побыть в неведении, пока мы все не подготовим для встречи с главным виновником этого торжества. Но перед этим вы поможете мне в изучении этих рукописей.

– Я не буду вам помогать. Больше я не стану с вами сотрудничать. Вы обещали не трогать моих близких, поэтому вам нечем меня запугать.

– Мисс Пайнс, в жизни нужно быть немного рассудительней, – на лице демона отразилась самодовольная и жестокая улыбка. – Ведь помимо ваших близких есть еще такие простые люди, как Рэйчел или ваш отец, который является небольшой помехой для всех нас.

– Причем здесь мой отец?

– Так вы не в курсе? – металлический смех Мирчи заполнил все пространство темной комнаты. – Как это забавно.

– Что вы хотите этим сказать?

– Нет, мисс Пайнс, я не буду вам ничего говорить. Пусть ваше неведение съедает вас изнутри и доставляет вам нестерпимые мучения.

– Вы настоящее чудовище. Вы самый страшный из всех, кого я когда-либо знала и вы истинный безжалостный монстр.

– Так обо мне говорят, и я стараюсь поддерживать свою репутацию на должном уровне. А теперь прошу вас пройти в свои покои для достаточно продолжительного сна.

Вновь мои ноги подкосились, а голова пошла кругом. Я понимала, что погружаюсь куда-то в глубины собственного сознания, но не могла ничего с этим поделать. Последнее видение, что я увидела перед глазами, прежде чем погрузиться во тьму, было видение о том, как Влад и Стефания сидят у камина и произносят следующие слова: «Я найду твою душу на том свете и буду рядом с тобой, любовь моя. Чтобы не произошло, моя душа принадлежит тебе, как и твоя мне. Даже сквозь прожитые жизни и века я найду тебя и подарю тебе вновь свою любовь».

Глава 17

Неделей ранее. Турция. Стамбул.

Я сидел в своём кабинете и пытался хоть немного расслабиться. Последние месяцы были слишком напряжёнными и небольшое затишье было как нельзя кстати. Вот уже месяц, как я приехал в Стамбул и проживал на османских землях. Сложно признать, но мне даже нравилось это место, ведь оно напоминало мне о моей юности во дворце султана Мурада. Нынешняя Турция была совершенно иной, но небольшие отголоски прошлого здесь все ещё сохранялись. Довольно часто я прохаживался по этим узким улочкам, наблюдая весь этот восточный колорит, и вспоминал своё прошлое. Было странно осознавать, что вся эта чужая культура была так же и моей культурой и частью меня. Османы лишили меня семьи, дома, и всего, чем я дорожил когда-то. Мой отец и старший брат погибли от рук предателей, которые сдали мой дом Мураду, а мой младший брат примкнул к врагам и пошёл против меня. Все эти воспоминания о прошлом вызывали во мне смешанные чувства, ведь это было прошлое человека, который был слаб и немощен. Я не любил вспоминать свою человеческую жизнь, поскольку она была наполнена лишь болью потерь и разочарований, за исключением воспоминаний о Стефании. Но теперь мои воспоминания о ней меркли, а их место заняли другие воспоминания. Все мои мысли теперь были обращены к Стефани и нашим общим воспоминаниям. Я не мог прогнать их, как бы я не старался и чтобы я не делал для этого. Я даже пытался упиваться кровью и возрождать в себе того кровожадного и безжалостного монстра, которому чужды человеческие чувства и сожаления. Но все это проходило, как только разум вызывал образ Стефани и возрождал очередное воспоминание о ней. Я вновь возвращался к своей боли и тем чувствам, что хранил внутри себя. С нашей последней встречи прошло уже полгода, а я все ещё думал о том, как она перенесла все произошедшие события. Ее дрожащий голос и ее боль во взгляде говорили мне о многом, но я не мог поступить иначе. Все эти полгода я занимался тем, что искал приспешников Виктории и уничтожал их один за другим. Были и те, кто подчинялся мне и умолял о пощаде. Некоторых из них я действительно прощал и даровал им жизнь. Но в основном все они были развеяны в виде праха по всему свету. Все это я делал для неё и ради нее. Я надеялся, что Стефани живет спокойно жизнью рядом с Райтом, который обеспечит ей достойную жизнь. Этой мыслью я утешал себя каждый раз, как только у меня возникали сомнения по поводу сделанного мною выбора.

Сегодня был день, когда я решил отбросить все дела и отдохнуть в уединении. Моя нынешняя резиденция находилась прямо на берегу Босфорского пролива, что позволяло мне наслаждаться звуком плещущейся воды в проливе и его соленым и свежим воздухом. Фактически, я был мёртв, но аромат свежего бриза прекрасно ощущался мною и приносил неимоверное удовольствие. Каждое утро я стоял с чашкой зелёного чая около панорамного окна и смотрел на восходящее солнце над проливом. «Эта картина вызвала бы у Стефани неимоверный восторг» думал я каждый раз, наблюдая за рассветом. Ход моих мыслей прервали чьи-то шаги, которые увеличивали свой темп с неимоверной скоростью. Спустя минуту дверь моего кабинета настежь распахнулась и в ней показалась знакомая мне персона.

– Ты все сидишь затворником и разъедаешь себя размышлениями? – тишину кабинета пронзил грубоватый женский голос моей гостьи.

– Грета, ты в курсе, что ты единственная, кто может позволить себе разговаривать со мной подобным образом.

– В курсе, – Грета усмехнулась и, пройдя в кабинет, села в ближайшее ко мне кресло. – А ты в курсе, что я единственная, кто терпит тебя и может в случае чего привести тебя в чувство.

– В курсе, – я намерено отвечал в той же манере, что и Грета. – Что ты здесь делаешь?

– Я? Пришла к тебе с подарками. Я не люблю ходить в гости с пустыми руками. Это является дурным тоном.

– Ты мне это заявляешь, как бывшая гувернантка?

– Это я тебе заявляю, как твой единственный друг в этом мире, — Грета демонстративно подкатила свои большие глаза, выражая мне свое яростное недовольство. Я знал, что мое замечание немного выведет ее из себя, но я не мог упустить возможность лишний раз поддеть свою подопечную .

– Как вам будет угодно, мисс Кроссман, – на моем лице заиграла самодовольная усмешка. – Так с каким подарком вы ко мне пожаловали?

– Влад, я терпеть не могу всю эту формальщину. Мы давно не в семнадцатом веке, чтоб так общаться.

– А чем тебе не нравился семнадцатый век?

– Дай подумать, – Грета скривилась и недовольно покосилась на меня. – Я работала за еду в доме богатого ублюдка, тупых детей которого я должна была обучать этикету. Параллельно с этим я должна была спать с этим толстым недоумком, когда ему вздумается. Затем я заболела чумой и умирала в страшных муках в госпитале, после чего я оказалась в общей погребной канаве, куда сбрасывали трупы.

– Откуда я тебя, в итоге вытащил, не дав тебе умереть

– Фактически, я умерла. Но очнулась вампиром, за что я тебе до сих пор благодарна и из-за чего по-прежнему тебя терплю.

– Разве так разговаривают со своим владыкой и королем? – я знал, как окончательно взбесить Грету и решил идти до конца в своей цели.

– Может, для остальных ты и тёмный владыка, но для меня ты все ещё заносчивый парень из Уайтчепела, который слишком много строит из себя и не умеет держать себя под контролем.

– Как мило, что ты это вспомнила, – теперь пришла моя очередь выражать недовольство по поводу услышанного в мой адрес замечания. – Но довольно этих воспоминаний. Что у тебя?

– Как я уже сказала подарок для тебя. А точнее сказать ещё один приспешник твоей психованной подружки, который отказывался верить в ее смерть и в то, что знаменитый Влад Дракула существует.

– Вот как? И как же ты его убедила в моем существовании?

– Никак. Лучший способ усвоить любой урок — применить его на практике. Поэтому я привезла его сюда, чтоб недоумок убедился в этом лично.

– Даже так? И где же он?

– В багажнике моей машины. Ждёт аудиенцией у вашего темнейшего величества, – Грета произнесла это с таким сарказмом, из-за чего мне захотелось разорвать ее на мелкие кусочки.

– Не говори так. Я этого терпеть не могу. Только не с твоей стороны.

– Я знаю. Поэтому я так и сказала.

– В таком случае веди его сюда. Узнаём, из какой он категории.

– Смертник или трус?

– Скорее труп или жилец. Веди его ко мне.

Грета вышла из кабинета, а я остался на своём прежнем месте. Каждый раз, когда мне приходилось встречаться с бывшими приспешниками Виктории разыгрывалась одна и та же сцена. Они обвиняли меня во лжи и в том, что я самозванец и играю на их страхе. Они считают меня позером, взявшим образ страшного графа Дракулы для устрашения. Но как только я показываю своё истинное лицо и силу, они молят меня о прощении и клянутся в вечной верности. Все это нескончаемый сценарий, который практически всегда заканчивался смертью моего гостя. Я не знал, как поступлю в этот раз с вампиром, но надеялся, что сегодня обойдется без жертв. Тем временем дверь в кабинет распахнулась и на пороге вновь показалась Грета, держащая в руках парня, на первый взгляд которому было лет двадцать. Его пустые и тусклые глаза могли говорить о сильном голоде и физическом истощении вампира. Видимо, Грета давно его поймала и успела изрядно истощить.

– А вот и обещанный подарок. С Рождеством, Влад, – пропела Грета, швырнув тело парня на пол перед моими ногами.

– Рождество было полгода назад, – язвительно заметил я и покосился на парня. – Кто ты?

– Кто я? – прохрипел тот слабым, но озлобленным голосом. – Кто вы такие?

– Разве она тебе не сказала, кто я такой.

– Сказала, но думаешь, я настолько тупой, чтоб верить в эти сказки? Я был обращён в сороковых на войне и читал роман Стокера.

– Вот как? И что же ты узнал из романа?

– Да пошёл ты. Недоумки, я вас обоих порешаю. Или это сделает Виктория, как только узнаёт о вас.

– Я же говорила, ещё один смертник. Влад, может, убьём его сразу без лишних объяснений?

– Ну что ты, – я говорил строгим голосом любого руководителя. – Он должен узнать всю правду и понять свою ошибку.

– Я ни хрена не собираюсь понимать, – парень из последних сил приподнялся и попробовал плюнуть в мою сторону, но он был слишком слаб и его манёвр не удался.

– Значит, по-хорошему не хочешь. Придётся по-плохому.

Я схватил парня за воротник и одной рукой поднял его над собой. Вампир всеми силами пытался вырваться из моей хватки, но у него не хватало сил. Я пристально посмотрел на парня и стал пробуждать в себе сокрытую внутри меня тьму. Вновь я стал вспоминать склад, Викторию с ее ненавистным и омерзительным лицом, ее прихвостней, что причинили боль Кейт. Самое главное, я вспоминал Стефани и ее неимоверный крик, раздающийся по всему складу. В такие моменты моя тьма высвобождалась, и я давал волю внутреннему и кровожадному чудовищу. Я мгновенно почувствовал происходившие во мне изменения. Глаза налились кровью, лицо менялось, а зубы заострялись. Слюна становилась кислой, словно кислота, а ногти на руках заострялись, наподобие острому лезвию. Парень смотрел на меня с неимоверным ужасом, перестав брыкаться и вырываться из моей крепкой хватки. В его глазах читался лишь всепоглощающий страх, который наполнил все окружение комнаты. Грета как всегда стояла в стороне и с усмешкой наблюдала знакомую ей картину. Обретя свою истинную форму, я швырнул парня на пол и тот резко попятился к стене и вжался в нее.

– Нет. Этого не может быть. Влад Дракула это всего лишь выдумка и страшилка на ночь.

– Тогда я просто плод твоего воображения и тебе нечего бояться.

– Да, и твоя смерть будет от рук воображаемого персонажа – Грета громко рассмеялась, что не могло не возмутить меня.

– Ты настоящий Дракула и ты действительно самый жестокий среди нас?

– Не знаю насколько жестокий, но то, что я самый сильный среди вас – факт. Я пережил всех вас и для меня вы никто.

– Но как это возможно? Мне всегда говорили, что ты вымысел и всего лишь страшилка на ночь.

– Сказки на чём-то основаны. А перед тобой первородный вампир, породивший всех нас. Поэтому я бы хорошо думала над тем, что сейчас говорить и как вести себя с великим графом Дракулой.

– Нет. Это невозможно. Прошу вас, не убивайте меня!

– Наша песня хороша, начинай сначала. Влад, как ты не устаёшь это слушать столько раз?

– Таков, видимо, мой удел. Слушать мольбы мелких, ничтожных недомерков, которые ничего не понимают в жизни и в смерти.

– Я пойму, клянусь вам. Только дайте мне шанс!

– Вот, а теперь он будет обещать тебе своё вечное поклонение и нескончаемую преданность. Можно я его убью?

– Знаешь, я сегодня действительно не настроен убивать, – мое лицо стало вновь возвращаться в свой обычный человеческий вид. – В этот раз я позволю Грете убить тебя.

– Прошу вас! Не убивайте! Я не сделал ничего плохого.

– Ты помогал Виктории убивать невинных людей? И ты поддерживал ее планы по убийству девушки?

– Нет! Я не в курсе, о чем вы сейчас говорите! Я просто помогал ей в сороковых, находя безнадёжных жертв, но не более.

– По всем признакам он говорит правду. Влад, что будем с ним делать?

– Пытаюсь понять.

Лежащий на столе телефон стал вибрировать. Я и Грета удивлено переглянулись, после чего я отошёл от парня и направился за телефоном. Мой номер никто посторонний знать не мог, ведь только узкому кругу людей он был известен. На экране высветился неизвестный мне номер, и его цифры говорили о том, что звонок исходил из Америки. Меня пробила слабая дрожь, а руки похолодели. Я боялся, что это был звонок от той, от кого я так долго бежал и от кого я так тщательно скрывался. В этот момент во мне возникло дикое желание услышать ее голос и почувствовать ее дыхание в динамике телефона. Я не знал, откуда Стефани могла узнать мой номер, но я хотел надеяться, что это была она. После нескольких минут сомнений я нажал на кнопку вызова и как можно тверже произнёс.

– Слушаю.

– Влад, это ты?

В динамике телефона голос принадлежал далеко не Стефани, да и не женщине вовсе. Это был мужской и мелодичный голос, по всем признакам принадлежавший молодому парню. По тембру и манере общения я сразу узнал хозяина голоса, что вызвало у меня приступ сильного удивления.

– Это я, а вот ваш звонок, мистер Стокер, меня сейчас безумно удивил.

– Давай без формальностей. Ты почти на шесть веков старше меня, чтоб обращаться ко мне на «вы», – голос парня отдавал сарказмом, что ещё больше удивило меня.

– А ты смелый, раз позволяешь себе вести подобные разговоры со мной. Что тебе надо, Мэтью?

– Для начала просто Мэтт. Я бы не звонил тебе, но у меня не было выбора, – в одно мгновение голос парня стал отрешённым и потерянным.

– О чем речь?

– Влад, как бы мне не было тяжело это признавать, но нам нужна твоя помощь.

– Нам? Помощь? Кому нам и в чем она заключается?

– В поисках Стефани, и в спасении Джеймса.

Слова молодого оборотня, словно гром среди ясного неба прозвучали у меня в голове. Я мог предположить все что угодно, но то, что я услышал от воспитанника Райта, вызвало во мне дикий ужас и гнев. Я вновь обрёл вид монстра, а мои глаза горели ярким огнём. В этот момент я хотел убить любого, кто попался бы мне на глаза. Из этого состояния меня вывела Грета, которая подойдя ближе, стала прожигать меня пристальным взглядом.

– Мэтт, ты можешь мне пояснить, что случилось?

– Стефани несколько дней назад отправилась ночью на встречу с подругой и после этого пропала без вести. А Джеймс уже два месяца находится в коме, куда его отправил какой-то древний демон.

– Демон? Ты ничего не путаешь?

– Нет, Влад. Я уже несколько месяцев во всем этом пытаюсь разбираться. Недавно Стефани вернулась к нам, но она вновь пропала и в этот раз мне кажется, это было не ее желание.

– Что значит в этот раз? Она уже пропадала?

– На последние четыре месяца она пропала из нашей жизни и уехала жить своей жизнью в Бостон.

– И вы ее отпустили? – меня накрыла настоящая злость и ярость. – Вы совсем рехнулись?

– Эй, полегче с обвинениями. Между прочим, она это сделала из-за тебя.

– Я не понимаю. Причем здесь я?

– Притом. Сам подумай и ответь на свой вопрос, – парень замолчал и выждал относительно долгую паузу, прежде чем продолжить наш разговор. – Так ты поможешь нам?

– Что от меня требуется?

– По факту, я не могу тебе сказать. Я и Кейт не знаем, что со всем этим делать. И из всех своих знакомых я сейчас могу доверить только тебе поиски Стефани.

– В таком случае я прилечу к вам первым рейсом.

– Ты поможешь?

– Конечно, я помогу. Или ты считал, что я останусь в стороне после твоего рассказа?

– Я не исключал такую вероятность после всей этой истории.

– Ты слишком молод, чтоб понять всю картину целиком – я говорил с волком тоном типичного отца, поучающего сына житейским мудростям.

– Влад, я давно уже не мальчик, чтоб учить меня жизни.

– Мэтт, поверь мне, мы учимся всю нашу жизнь, сколько бы лет нам не было.

– Приму к сведению. Тогда мы с Кейт будем ждать тебя у Джеймса в доме.

– А ваша стая не загрызет меня на подходе? – я произнёс это с издевкой, желая поддеть молодого волка.

– Пока я за главного в нашей стае. Я не позволю никому на тебя нападать.

– А как же Чарльз?

– Чарльз был тем, кто помог мне достать твой номер. А это, скажу я тебе, задача не из простых.

– Вот как? Чарльз позволит мне прийти в свой дом?

– Как и в то Рождество, когда ты следил за ней, – процедил Мэтт а затем более строго добавил. – Влад, без тебя мы не справимся. Не в этот раз.

– Я понял тебя, Мэтт. Я обязательно разберусь с этим всем.

– Надеюсь на это.

– До встречи, волчонок.

– До встречи, ужасный граф Дракула.

Я стоял с телефоном в руке и не шевелился. Мое сознание пыталась переварить услышанное, а самое главное принять. Мое лицо сейчас принадлежало не живому существу, а восковой фигуре, с пустым и безжизненным взглядом. «Стефани пропала, и возможно ее похитили. Но кто? Кому это понадобилось, если Виктория давно мертва». Во мне возродились чувства, что довольно долго дремали в глубине моей темной души. Я впервые за долгое время ощутил настоящую панику и растерянность. В один момент все остальные дела отошли на второй план и стали мне неважны. Моим разумом завладела единственная мысль, как можно скорее попасть в Нью-Йорк и выяснить все подробности произошедшего. Грета заметила произошедшие во мне перемены и теперь с напряжённым лицом следила за каждым моим движением.

– Влад, что-то случилось?

– Мне надо будет уехать на некоторое время.

– Куда ты собрался и зачем? У нас же много дел!

– Дела подождут. Сейчас у меня есть более важное дело.

– Может, пояснишь, в чем дело и что произошло.

– Мне нужно в Нью-Йорк.

– Куда?! Ты же сказал, что не вернёшься туда никогда!

– Никогда не говори никогда, – прошептал я и сжал кулаки. – Я улетаю, Грета, а ты пока займёшься делами.

– Это из-за неё? С ней что-то случилось? – вампирша смотрела на меня с опаской, но в ее взгляде можно было заметить тень волнения и обеспокоенности.

– Стефани пропала, и скорее всего ее кто-то похитил.

– Как? Кому это понадобилось? Виктория же мертва и все давно кончено.

– Это я и должен буду выяснить. И даже не смей меня отговаривать. Я не желаю слушать твои обвинения.

– И не собиралась. Раз дела так плохи, то ты должен вернуться к ней.

– Серьезно? Ты же всегда осуждала меня за любые воспоминания и разговоры о Стефани.

– Они приносили тебе боль, поэтому я, как твой единственный друг хотела огородить тебя от всего этого. Но раз сейчас встаёт вопрос о ее жизни, то я считаю, что тебе стоит вмешаться.

– Не ожидал твоей поддержки в этом вопросе. Спустя триста лет ты все ещё умеешь удивлять.

– Чего только не сделаешь, ради близкого друга, – Грета покосилась на молодого вампира в углу. – Что мы сделаем с ним?

– С ним? – я только сейчас вспомнил о присутствии кого-то еще в комнате. – Отпустим его.

– Что? Почему?

– Он не причастен к убийствам Стефани и не был приближённым к Виктории, поэтому вряд ли он знал о ее планах.

– Я ничего не знал. Клянусь вам!

– Видишь, он не врет. Поэтому я не вижу смысла его убивать.

– Влад, ты не боишься отпускать их после того, что ты узнал только что?

– О чем ты?

– Я о том, что твою подружку и вроде как бывшую жену кто-то похитил. Неизвестно, кто это сделал, поэтому я могу предположить, что это мог быть один из подручных Виктории.

– Ты так думаешь?

– А кто ещё? Других претендентов на ее руку я не вижу.

– Я сам не могу предположить, кому это могло понадобиться спустя почти два года после смерти Виктории.

– Поэтому мне кажется, что их лучше убивать, чтоб пресечь любые угрозы, – глаза Греты загорелись знакомым мне огнём, говорящем о проснувшейся в ней тьме.

– Возможно, ты права и мне стоит быть немного рассудительней, – я посмотрел на дрожащего от страха парня. – Прости, но сегодня не твой день.

– Нет, прошу вас! Я правда не помогал Виктории ни с какими похищениями и не заслужил смерти!

– А вот здесь уже решать не тебе, недоумок. Я так понимаю честь совершить сегодняшнюю казнь выпала мне?

– Правильно понимаешь. Меня ждут дела.

Грета схватила кричащего вампира за воротник и потащила прямиком из кабинета. Ещё долгое время по дому разносились его крики и их громкое эхо. Я уже не обращал никакого внимания на все это, ведь мои мысли были заняты совершенно другим. Открыв сайт по покупке авиабилетов, я забронировал себе ближайший рейс до Нью-Йорка и отправился собирать вещи в дорогу.

Спустя пять часов я сидел на пассажирском сидении своего автомобиля, пока Грета уверенными движениями вела его в сторону аэропорта. Она все ещё нервничала из-за моей поездки в Нью-Йорк, и из-за моего внутреннего состояния. Я всячески заверял ее, что я в порядке и со всем спокойно справляюсь. В глазах моей воспитанницы я видел долю недоверия к моим словам, но она его никак не показывала мне в жизни. Мой рейс должен был прилететь в Нью-Йорк завтра вечером, что было для меня как нельзя кстати. Для меня солнце было совершенно безвредным, но я все же не любил его жаркие лучи, особенно в летний период. Как только мы подъехали к зданию аэропорта, Грета заехала на парковку и, оставив автомобиль, заявила мне о своём намерении идти в аэропорт вместе со мной. Как я не препирался с ней и не спорил, но Грета осталась непреклонной. В итоге я сдался и позволил ей идти со мной, не имея сил и желания продолжать этот бессмысленный спор. Как только я прошёл регистрацию на свой рейс, Грета прошла со мной в зону ожидания, с легкостью пройдя мимо охраны.

– Ты в курсе, что здесь имеют право находиться только пассажиры.

– И что? Когда меня останавливали человеческие правила?

– Никогда, что меня иногда в тебе возмущает.

– Влад, ты думал, что могло с ней произойти?

– Думал. Но не смог прийти к какому-то логичному объяснению этой ситуации. Я в полном тупике и не имею никаких предположений, что могло произойти и что все это означает.

– Так позволь мне поехать с тобой. Я лучший поисковик и могу найти иголку в огромном поле.

– Но меня ты не смогла найти за двести лет моего отсутствия, – я посмотрел на Грету с лёгкой усмешкой. – К тому же мне надо кого-то оставить вместо себя на время моего отъезда.

– Тебя я не нашла, потому что ты – это ты. И догадаться, что великий и ужасный граф Влад Дракула живет в Америке под именем Дэмиан Вайт и преподаёт историю в университете было невозможно.

– Зато действенно и эффективно. И Дэмиан Вайт был неплохим человеком.

– В том то и дело, что он был человеком. А ты первородный вампир, который заигрался в человечность.

– Хватит тебе возмущаться. И я ни о чем не жалею.

– Я это уже давно уяснила. Так что ты собираешься делать по прилету в Нью-Йорк?

– Для начала выслушаю младшего волка, и что он расскажет, а затем уже буду думать, что с этим всем делать дальше.

– А если у тебя не получится что-то сделать?

– Только не у меня. Ты же понимаешь мои возможности.

– Я их как никто понимаю, но Влад, в жизни не все строится на силе.

– Это мне говоришь ты? – я с удивлением смотрел на свою подругу. – Вампир, который разрывает любого одной левой без малейшего угрызения совести?

– Я это делаю при необходимости. Влад, я серьезно. Не все в мире крутится вокруг силы и не всегда сила помогает нам выиграть сражение.

– Грета, когда ты включаешь гувернантку, я чувствую себя твоим неразумным учеником.

– Так может, стоит иногда прислушиваться к моим урокам?

– Грета, я со всем справлюсь. Верь мне.

В этот момент объявили посадку на мой рейс. Я ухмыльнулся, но заметив обеспокоенный взгляд своей спутницы, подошел к ней и взял ее лицо, повернув его в свою сторону. Глаза Греты теперь смотрели на меня, а я в свою очередь посмотрел на нее пристальным взглядом. Я решил немного схитрить и применить силу внушения на разум Греты. Она была моим единственным другом и единственным существом, кому я всецело доверял как себе. Я понимал, что когда она узнаёт о моем поступке, то сильно обидится на меня и долгое время не сможет простить, но я решил рискнуть. Я хотел сделать так, чтоб она не мучила себя ненужными переживаниями, а спокойно занималась порученными мной делами. Грета смотрела в мои глаза широкими глазами, и ее взгляд был полностью сосредоточен на мне. Я сконцентрировался на ее разуме, а затем твёрдым и уверенным голосом произнёс.

– Грета, мне ничего не угрожает, и я спокойно и без проблем справлюсь с возникшими в Нью-Йорке проблемами. Ты не будешь сильно переживать за меня, и будешь уверена в том, что я в полном порядке. Если ты мне понадобишься, то я сразу тебя позову, но до этого момента ты будешь находиться здесь и заниматься порученными тебе делами. Ты поняла?

– Да, Влад. Я все поняла, – словно безжизненный робот Грета произносила эти слова на автомате, точнее их произносил ее разум, а не сама она.

– Я рад это слышать. А теперь, пришло время нам прощаться, – как только я произнес эти слова Грета пришла в себя и смотрела на меня своим обычным высокомерным взглядом.

– Влад, пообещай мне одну вещь.

– Какую?

– Не потеряйся как в прошлый раз.

– Не потеряюсь. Но я должен вернуть ее, Грета. Я не могу поступить иначе.

– И ты вернёшь ее. Но что дальше? Что ты будешь делать с ней потом?

– Я не знаю, что будет дальше. Я не хочу об этом думать.

– Ты не думал попробовать объясниться со своей возлюбленной?

– Думал и много раз. Но в моем сознании не было удачного сюжета этого разговора.

– Ты не думай, а делай. Иногда спонтанные решения лучше обдуманных.

– Я запомню.

– Влад, береги себя и найди Стефанию, – Грета говорила тихим и размеренным голосом, что для неё было редкостью.

– Грета, ее зовут Стефани. Запомни это на всю оставшуюся вечность. До встречи, мисс Кроссман.

Я направился в сторону выхода на посадку. Фигура Греты продолжала стоять на месте и пристально за мной следить. Хоть меня немного напрягала ее опека надо мной, но в душе я был рад, что несмотря на все, я был не совсем одинок в этом мире. В моей душе теперь вновь разгоралась самое страшное для меня чувство, которого я сторонился долгое время. Все это время я боялся почувствовать нечто подобное и пресекал любые подобные проявления. Долгое время я боролся с этим чувством, и мне даже показалось, что я успешно смог заглушить его в себе. Звонок младшего оборотня вновь возродил во мне что-то, что я так тщательно глушил. Я вновь чувствовал то, что не имел право чувствовать в своей бессмертной жизни. Это запретное чувство, что я так боялся испытать было надеждой.

Глава 18

Самолёт приземлился на трап, вызвав при этом сильный толчок в салоне. Все пассажиры напряглись, и лишь мое холодное лицо осталось непроницаемым. В любой момент я мог выйти отсюда и спокойно добраться до земли, но угроза миновала и мы приземлились без происшествий. Отсутствие багажа помогло мне быстро закончить с регистрацией и выйти в город. Я решил взять такси до дома оборотней, чтоб не заморачиваться с арендой автомобиля. У меня осталось имущество в Нью-Йорке, поэтому позже я планировал приехать в свой бывший дом и забрать свой автомобиль из гаража. Дорога до дома Райта заняла большое количество времени, которое для меня длилось бесконечно долго. Я стал жалеть о том, что не воспользовался своими силами и не переместился туда самостоятельно. Иногда соблюдение человеческих правил было лишним, в чем я уже не раз убеждался в своей жизни. Когда водитель свернул на дорогу, ведущую к дому оборотня, я попросил его остановить автомобиль около входных ворот.

– Вы уверены? Здесь такая непроглядная глушь вокруг – мужчина за рулем говорил с сильным восточным акцентом, опасливо озираясь по сторонам.

– Уверен. Мне бояться нечего. Я не из пугливых.

– Такие места могут таить много опасностей.

– Вы верите во всякую нечисть, обитающую в темноте?

– Моя культура знает, что в темноте обитает много всякого, – говоря эти слова, мужчина перешел на слабо уловимый шёпот. – Но если вам угодно, то я оставлю вас здесь.

– Буду вам благодарен за это.

В такие моменты мне было довольно забавно осознавать тот факт, что человек даже не предполагал с кем он сейчас рядом находится. Узнай он правду, или хоть на долю секунды поняв, кто сидит у него в машине, водитель уже бежал бы на другой конец страны. Как только я вышел на улицу, таксист поспешил как можно скорее удалиться от этих мест. Я ещё раз усмехнулся реакции своего водителя и направился в сторону дома. Пройти ворота не составило мне никакого труда, так же, как и добраться до знакомого мне дома. Здесь практически ничего не изменилось, и все было точно так же, как и при моем последнем визите в дом Райта. Дом был тёмным, но на первом этаже горел свет в большом окне. Я решил соблюсти все нормы приличия и позвонить в дверной звонок. Раздавшийся звонок громко отдался у меня в ушах и почему-то вызвал лёгкое волнение. Я не знал, чего мне ожидать от этой встречи, но хотел верить, что все это не напрасно. Дверь резко открылась и на пороге показалась пожилая женщина, которая пристальным и опасным взглядом осматривала мою персону.

– Я так полагаю, вы и есть Дэмиан, – женщина говорила с нескрываемым презрением, что в принципе было ожидаемым явлением.

– Не совсем. Я Влад Цепеш, – я старался сохранять спокойствие и невозмутимость в голосе. – Дэмиан мое прошлое и ненастоящее имя.

– Но это не меняет вашей сущности, – каждое слово женщина произносила с сильным напряжением в голосе. – Мэтью говорил, что вы прийдете и что без вас нам не справиться. Надеюсь, он не ошибся, пригласив вас сюда.

– Я тоже на это надеюсь, мисс… – я испытал слабое смущение, не зная, как правильнее обратиться к своей собеседнице.

– Вы можете обращаться ко мне, как к Сьюзан. Раз вы приехали так быстро, видимо, вы так же заинтересованы в разрешении возникших проблем.

– Могу вас заверить, что для меня сейчас нет ничего важнее, чем разобраться со всем этим беспорядком.

– В таком случае прошу вас пройти в дом, мистер Цепеш.

– Зовите меня Влад.

Я никогда не был в доме Райта, но по первому взгляду здесь было довольно уютно. Красиво и гармонично обставленный интерьер, большое количество живых растений и приятные глазу цвета. Все это создавало ощущение уюта и семейного дома, даже не смотря на отсутствие жены у оборотня. Сьюзан провела меня в гостиную и предложила устроиться на одном из кресел. Я уселся на дальнее кресло, и с напряжением посмотрел на волчицу.

– Может, вы желаете чай или кофе с дороги? Прошу прощения, но крови у нас не имеется, – волчица произнесла это с лёгким укором и сарказмом, на который я решил не реагировать.

– Я сыт, если вы об этом. Но от зелёного чая не откажусь.

– Мэтью сейчас спустится к вам. Подождите его здесь.

Сьюзан удалилась из гостиной, оставив меня в одиночестве. Я стал с интересом рассматривать гостиную и ее убранство. «Типичный дом богача» подумал я с усмешкой. Хотя, я был не вправе осуждать или не понимать Райта в его стремлении к богатому окружению. Я был таким же и ничем не отличался по поведению от оборотня. Где-то в глубине дома послышались громкие шаги, и в гостиной показалась Кейт. Она словно небольшой ураган влетела в комнату и резко остановилась с безумным взглядом на лице.

– ДЭМИАН?! Это и вправду ты?

– Я, – уголки моих губ дрогнули в улыбке. – Добрый вечер, Кейт.

– Охренеть! – девушка громко вскрикнула и, подбежав ко мне, крепко обняла. От этого действия со стороны девушки я немного смутился и пребывал в небольшой растерянности. – Прости, я немного не сдержалась.

– Ничего страшного. Я не в обиде на тебя.

– Но ты самый главный и опасный вампир во всем мире и самый сильный среди них, – Кейт продолжала говорить с сильной виной в голосе. – А я тут со своими объятиями к тебе лезу, будто мы давние приятели.

– Кейт, тебе не за что извиняться. И мы с тобой действительно давние приятели, – я попробовал изобразить дружественную улыбку на лице. – Это я должен просить у тебя прощения.

– За что?

– За все, что с тобой произошло на том складе. Как я понимаю, твоя сестра рассказала тебе обо всем, что произошло в тот день.

– Да, рассказала, – за одно мгновение голос Кейт перешёл на шёпот и стал отражать в себе душевную боль его обладателя. – Стефани мне рассказала о том, что произошло и о тебе в том числе. Я знаю, кто ты и что ты сделал. Но я могу тебя заверить, что ни разу не пожалела о сделанном тобою выборе. Моя нынешняя жизнь мне нравится намного больше прежней.

– Я рад это слышать, Кейт, – я выждал небольшую паузу, собираясь с силами для главного своего вопроса. – Стефани она…

– Она пропала почти неделю назад.

Мы резко обернулись и увидели фигуру молодого оборотня в гостиной. Мэтт стоял с отрешённым лицом, наполненным горечью, болью и усталостью. Я его видел несколько лет назад, но за это время парень словно возмужал на десять лет. Он стал крупнее на внешность и жёстче на лицо. Вся его детская наивность и молодые нотки в глазах стёрлись, а их место занял холодный и рациональный взрослый разум. Мэтт подошел к нам с Кейт и я почувствовал его пристальный взгляд на себе.

– Как я и обещал, прилетел первым рейсом.

– Я не сомневался, что ты сдержишь своё слово.

– Мэтт, ты паршиво выглядишь.

– Вот и я ему то же самое говорю, – проговорила Кейт с волнением. – А он не верит.

– Даже если так, это сейчас совершенно не важно, – голос парня стал вмиг строгим и напряжённым. – Я вызвал тебя не для обсуждения моего внешнего вида.

– Что со Стефани? С чего вы взяли, что она пропала?

– Дай подумать, – Мэтт демонстративно изобразил задумчивость на своем лице. – Несколько дней назад она была ещё здесь и вместе с нами пыталась разгадать тайну комы Джеймса. Затем она с Кейт пошла к какому-то священнику, который им толком ничего не рассказал. После этого она идёт на вроде как встречу с подругой и больше не отзывается и не появляется дома. Как ты думаешь, что это может значить?

– Что за подруга? Вы ее знаете?

– У Стефани одна подруга. И это Рэйчел.

– Ее бывшая соседка по квартире? – уточнил я, вспоминая рассказы Стефани о ее подруге и их совместной жизни.

– Именно, – Кейт активно закивала головой. – Я звонила Рэйчел с вопросами о Стефани, но она уклончиво ответила, что не в курсе и поспешила закончить разговор, сославшись на дела.

– То есть, она не сказала ничего об их встрече и как она прошла?

– Нет, – на лице Кейт отразилась боль и разочарование. – Рэйчел теперь избегает меня и не даёт возможности связаться. Все это не просто так, Дэмиан. Я это чувствую. Здесь что-то не чисто и Стефани явно попала в беду.

– Кейт, его зовут не Дэмиан, а Влад. Я же тебе много раз говорил об этом. Ты оскорбляешь первородного своим неуважением к его истинному имени.

– Я забываю, – глаза девушки стыдливо опустились вниз. – Прости меня, Влад. Я привыкла тебя называть по-другому.

– Это сейчас не важно. Главное сейчас восстановить ход событий, предшествовавших исчезновению Стефани.

– Я пытался это сделать, но все тормозится на Рэйчел и ее молчании, – глаза молодого волка загорелись.

– Мэтт, не нервничай, – в один миг голос Кейт стал обеспокоенным, и она с волнением посмотрела на парня. – С нами теперь Влад и он нам поможет.

– В этом она права. Я здесь не для задушевных бесед нахожусь. А что с Джеймсом? Ты сказал он в коме, но что это значит?

– То и значит. Джеймс два месяца лежит в коме и не приходит в себя. По нашим данным его туда вогнал какой-то всесильный демон, который одержим идеей покорения мира.

– Мэтт, открою тебе секрет. Каждый второй демон одержим этой идеей.

– Меня не волнуют планы демонов, а вот состояние Джеймса, да.

– Влад, как ты думаешь, что могло произойти? Зачем кому-то вгонять Джеймса в кому и похищать Стефани?

– Я не могу сказать. Пока я в таком же тупике, что и вы. Но у меня возник план.

– План? Что за план?

– Раз подруга Стефани не идёт на контакт и скрывается от вас, то я сам попробую с ней поговорить.

– И каким образом? Я думаю, что она знает о тебе из рассказов Стефани и маловероятно, что она захочет поговорить с тобой.

– Разве подруга Стефани не практикующий психоаналитик? Скорее всего она знает Дэмиана Вайта, но не Влада Цепеша.

– Ты хочешь записаться к Рэйчел на приём?

– Да. И для этого использую своё настоящее имя.

– Умно. Даже добавить нечего.

– Я все-таки прожил не одну сотню лет, Мэтт, и кое-что смыслю в жизни. У тебя есть ее номер?

– У меня есть, – Кейт протянула мне свой телефон. – Вот он.

– Благодарю.

Я сохранил себе телефон подруги Стефани и на этом решил распрощаться с молодыми волками. Мы договорились встретиться сразу после моей встречи с психоаналитиком и обменяться полученной информацией. Было видно, как тяжело даётся молодому оборотню сохранять самообладание и контроль. Я даже немного восхитился силой духа молодого парня, но никак не показал своего отношения к нему. Я хотел добраться до дома самостоятельно, но Кейт настояла на том, чтоб самой отвезти меня домой. Мэтта она отправила отдыхать, сославшись на его уставший и изнеможенный вид. Парень хоть и пререкался, но в итоге уступил ей и согласился на такой исход событий. В итоге Кейт взяла один из автомобилей Райта, и мы вместе с ней выехали в сторону города.

Почти два года отсутствия в Нью-Йорке показались мне коротким мгновением. Словно не было всех этих событий, а я снова простой преподаватель в Колумбийском университете. Я с грустью в глазах смотрел на знакомые мне виды, и меня стала одолевать сильная ностальгия. Вот я встречаю Стефани в центральном парке, где она пряталась от суеты этого мира. Я решаюсь на откровенный разговор с девушкой, во время которого она признаётся в том, что тоже потянулась ко мне ещё в Праге при нашей первой встрече. Я безмерно рад этому и решаюсь на более решительные действия в ее адрес. В другой раз мы едем по вечерним улицам, и я везу эту же девушку домой. В динамике играет песня, которую Стефани начинает напевать в голос. Я растворяюсь в звуках ее голоса и впитываю каждое пропетое ею слово. «Somebody save me (Кто-нибудь, спасите меня!) – напевает Стефани мелодичным и нежным голосом – Let your warm hands break right through (Пускай тепло твоих рук пробьётся ко мне). Somebody save me (Кто-нибудь, спасите меня!). I don't care how you do it (Мне все равно, как ты сделаешь это, просто). Just stay! Stay! (Останься, останься!). C'mon, I've been waiting for you… (Пожалуйста, я ждал тебя…)». Другая картина. Мы со Стефани едем по городу, где за рулём теперь она. Стефани ведёт с опаской и со страхом в глазах, а ее руки сильно дрожат. Девушку пару раз заносит, и она теряет контроль над автомобилем, но мои руки быстро перехватывают руль и возвращают Стефани контроль. Наши руки в этот момент плотно соприкасаются, и я чувствую неимоверный жар от ее прикосновения. Следующая картина самая яркая для меня. Я сижу у себя в гостиной, а она выходит ко мне в моей рубашке на голом теле, которая оголяет ее стройные и идеально ровные ноги. Она ступает немного неуклюже из-за сильного стеснения передо мной. Ее детская реакция меня ещё больше возбуждает и разводит внутри меня неконтролируемый огонь чувств. Стефани садится рядом со мной и прижимается ко мне. Ее обжигающие руки касаются моей холодной кожи, что вводит меня в неимоверный экстаз. Она шепчет мне слова, которые доказывают ее ответные чувства ко мне, и я теряю голову. Эта ночь самое яркое воспоминание для меня, которое я храню сильнее любого сокровища. Очертания ее тела, мои руки на ней и ощущение ее максимальной близости, все это слишком яркое воспоминание, которое невозможно ничем заглушить. Последнее видение становится самым тяжелым. Темный склад, оскал Виктории, и ее пустые угрозы. Молодые вампиры вокруг, тело практически мертвой Кейт и Стефани, которая испытывает дикий ужас от всего происходящего и увиденного ею. Но самым страшным является ее неконтролируемый страх, вызванный моим внешним видом. Она смотрит на меня с ужасом, отвращением и страхом. Ее огромные глаза полны слез и ужаса, и она мне говорит слова, которые я все это время боялся услышать от неё. Она отвергает меня и зовёт чудовищем, которое она никогда не примет. Эти слова эхом звучали у меня в голове, и вновь больно сдавливали мне грудь. Хоть там не должно ничего болеть, и мое сердце было давно мёртво, но оно болело и довольно сильно. Я не мог понять, как это возможно, но мои чувства доказывали, что все это реально. Из череды моих воспоминаний меня вырвал голос Кейт, прозвучавший где-то рядом со мной.

– Дэмиан, ты в порядке?

– Не совсем, но это минутная слабость.

– От тебя исходит сильная боль или обида. Я ещё плохо разбираю эти чувства и как их различать.

– Ты ошиблась, – я попробовал соврать, не желая показывать свои слабости перед сестрой Стефани. – Это просто усталость после перелета.

– С трудом верится, что всесильный первородный вампир мог устать от какого-то перелета через Атлантику.

– А ты становишься похожей на сестру. Она сказала бы тоже самое.

– Я серьезно, – Кейт сильно нахмурилась и глубоко вздохнула. – Я знаю, что произошло между вами. Стефани мне рассказала о многом. Но вот чего я не могу понять, почему каждый из вас не попробовал пойти на встречу к другому? Вы просто разбежались по разным углам мира, прячась друг от друга. Это так глупо.

– Все немного сложнее, – проворчал я, испытывая небольшую неловкость. Объясняться с восемнадцатилетней девчонкой было не в моих правилах, и я хотел закончить этот разговор как можно быстрее.

– Дэмиан, я не знаю, кто из вас был инициатором всего этого, но в одном я уверена точно.

– Да? И в чем же?

– Чтобы Стефани не делала или не говорила тебе, но она тебя любит и жалеет о содеянном. Все это время она плакала по ночам и писала дневники о тебе и о своём сожалении. Она даже сходила к Рэйчел на сеанс, что в итоге и стало ее толчком на пути к новой жизни. Как и ты, она хотела сбежать от этой боли, которую она сама и вызвала своими словами и действиями. Я не оправдываю ее поступок, но поверь, Стефани пострадала от него гораздо больше, чем ты.

– Кейт, я…

– Просто поверь мне. Я не собираюсь лезть в ваши жизни, но я мечтаю хоть раз в жизни помочь сестре и ответить Стефани добром на ее добро.

– Она всегда говорила о тебе с теплом и большой любовью, – заключил я, радуясь возможности перевести разговор в другое русло.

– Я знаю. Стефани всегда была, есть и будет лучшей сестрой в мире. И если с ней что-то случится, я не знаю, как это переживу… – голос Кейт сорвался, а по щекам девушки потекли слёзы. – Я не смогу без неё. Стефани вся моя жизнь.

– Как и моя, Кейт. И я не допущу, чтоб с ней что-то случилось.

– Но с ней уже случилось. И мы не знаем в порядке ли Стефани и жива ли она вообще!

– Что-то мне подсказывает, что Стефани жива. Прости за такие слова, но если бы ее хотели убить, то убили бы на месте.

– Ты так считаешь? Что, если они не смогли ее убить, потому что ее похитители не люди?

– Они могли заставить Стефани убить себя или придумать другие способы убийства. Поэтому я уверен, что она все ещё жива.

– Буду надеяться, что ты прав.

Кейт привезла меня в мою старую квартиру в башне Мэдисон, после чего попрощавшись со мной, уехала обратно в пригород. Я стоял и смотрел ей вслед, все ещё слыша ее слова в своей голове. «Я не оправдываю ее поступок, но поверь, Стефани пострадал от него гораздо больше, чем ты». Сестра Стефани вызвала новый приступ боли в груди и тяжесть сожалений. Я глубоко вздохнул и направился в сторону своего бывшего дома. Уже сидя у себя на террасе и смотря на вечернюю панораму города, я решил не ждать утра и набрать подругу Стефани. Я был нацелен отстаивать своё желание встретиться с подругой Стефани и решил уговаривать девушку на встречу любыми способами.

– Я вас слушаю, – в динамике своего телефона я услышал мелодичный и приятный женский голос.

– Рэйчел Торн? – я решил начать с официального приветствия, прикинувшись обычным наивным парнем.

– Да, это я. С кем имею честь разговаривать?

– Меня зовут Влад Цепеш и мне посоветовали вас, как довольно эффективного психоаналитика.

– Мистер Цепеш, вас интересует консультация со мной? Я правильно вас поняла?

– Все верно, мисс Торн. Я хотел бы попасть к вам на сеанс, – я намерено говорил немного смущённо и растеряно, чтоб убедить свою собеседницу в своей застенчивости.

– В таком случае могу предложить вам место в конце этой недели.

– Мисс Торн, а не могли бы мы встретиться как можно скорее. Допустим, завтра.

– Прошу прощения, но на завтра мой день расписан до самого вечера. Могу предложить вам обеденное время в пятницу.

– А если я заплачу вам втрое больше за сеанс, чем предполагает ваш прейскурант, – я знал на что давить и как можно привлечь внимание любого человека. – Вы согласитесь пересмотреть своё расписание?

– Довольно неожиданное предложение, мистер Цепеш, – как я и предполагал в голосе девушки возник интерес ко мне. – Вас устроит встреча завтра после восьми вечера?

– Конечно, мисс Торн. Я готов приехать в любое удобное для вас время.

– У вас что-то личное или ваша проблема более сложного характера?

– Вы знаете, я бы сказал, что это личная проблема сложного характера.

– Вот как? Тогда я не удивлена вашей нетерпимости. Мистер Цепеш, запишите адрес по которому я буду ждать вас завтра.

Я записал адрес офиса Рэйчел и попрощался с ней. Девушка была дружелюбна по голосу, и я не удивился, что они со Стефани были лучшими подругами. Вспоминая фотографии в их общей квартире, я помнил, что Рэйчел была девушкой эффектной внешности, и Стефани иногда стеснялась себя из-за этого. Я вновь усмехнулся, предавшись воспоминаниям о наших со Стефани общих моментах. Весь следующий день я провёл в раздумьях по поводу сложившейся ситуации. Я все никак не мог понять, кому понадобилось похищать Стефани, и у кого могло хватить на это смелости. «А если это сделали для тебя, чтоб выманить тебя и сыграть на твоих чувствах к ней». Эта мысль возродила во мне тьму, и мне вновь захотелось рвать и убивать всех вокруг. Если я окажусь прав, то тому, кто позволил себе такую глупость просто не выжить. Я заставлю его мучиться в сильной агонии и сделаю его жизнь невыносимой, кем бы он не был.

К вечеру этого дня я собрался на предстоящую встречу с Рэйчел и в своём лучшем виде направился к выходу. В гараже по-прежнему стоял мой Сamaro, по которому я успел соскучиться. Этот автомобиль мне нравился, и вновь почувствовать его мощь в своих руках было огромным удовольствием для меня. Я вновь словил себя на мысли, что снова являюсь обычным рядовым человеком, ничем не отличающимся от таких же людей рядом со мной. Спустя мгновение я отогнал подобное мышление и направился по нужному мне адресу. Офис психоаналитика оказался практически в центре, поэтому я был там спустя десять минут своего пути. Я подошел к двери офиса, на которой висела табличка с надписью «Рэйчел Торн. Психоаналитик». Аккуратно постучав в дверь, я стал ожидать ответа с другой стороны. Услышав громкое «входите» я нажал на ручку двери и зашёл внутрь.

– Мисс Торн? Я Влад Цепеш. Мы с вами договаривались вчера о встрече.

– Мистер Цепеш, а вы прямо в точно назначенное время, – передо мною сидела блондинка с уверенным, но мягким выражением лица, которая с интересом стала осматривать мою фигуру.

– Точность признак королей.

– Хотите начать сразу, или поговорим с вами на отвлечённые темы?

– Знаете, я бы начал с отвлечённых тем, – я прошел вглубь кабинета и сел не на кушетку, а в стоящее у окна кресло.

– Прошу прощения, но на сеансе ваше место на кушетке, а это место обычно занимаю я, – блондинка проговорила слова с недовольством и легким возмущением, а ее лоб немного нахмурился.

– Но у вас же есть место, мисс Торн. И я, на самом деле, не нуждаюсь в психотерапии, – я решил не ходить вокруг да около, и сразу перейти к сути своего разговора.

– Что-то подобное я и предполагала услышать, как только вы вошли ко мне в кабинет, – вновь строгий взгляд серых глаз блондинки прожигал меня насквозь. – Вопрос в одном. Зачем вы назначили мне встречу, и к чему был весь этот спектакль?

– Не сочтите меня невежественным, но по-другому встречи с вами не добиться, а у меня имеется к вам срочное дело, которое не терпит отлагательства.

– Дело? Что за дело? Кто вы вообще такой? – девушка заметно напряглась и ее глаза стали наполняться сильным волнением.

– Не бойтесь меня, мисс Торн. Я здесь лишь по одному вопросу. Что вы можете рассказать о вашей последней встрече со Стефани Пайнс.

– Стефани? А она здесь причём? Кто вы и зачем вам Стефани?

– Я детектив, которого наняли родные мисс Пайнс, чтоб найти ее, – эту ложь я заранее продумал ещё дома, чтоб не выдать своей истинной личности.

– Детектив? Вас наняла Кейт? – голос девушки задрожал. – Так это правда и она действительно пропала?

– Да, мисс Торн. Стефани Пайнс уже неделю, как пропала и не выходит на связь с семьей. Последний человек, с которым она встречалась перед своим исчезновением, были вы.

– Но мы с ней не встречались с того раза, как провели этот дурацкий сеанс в моем офисе!

– Как вас понимать? – я был немного ошеломлён подобными новостями. – Cемья мисс Пайнс сообщила мне, что в ночь пропажи она уехала к вам.

– Это была легенда для родных Стефани, – девушка говорила тихим голосом, опустив свои глаза вниз. – Перед этим Стефани позвонила мне и попросила прикрыть ее перед семьей.

– Прикрыть ее? В каком смысле прикрыть? Для чего ей это надо было?

– Она собиралась на встречу с каким-то мужчиной. Видимо, решила наконец-то пойти на свидание после своих страданий по этому загадочному профессору. Стефани попросила меня сказать Кейт, что она якобы встречается со мной, чтоб об этом никто не узнал.

– Свидание? С кем?

– Я не знаю. Она мне об этом не сказала. Но попросила не выдавать ее родным.

– Вы знаете, где проходило это свидание? – последнее слово я произнес с сильным презрением и ненавистью.

– Вроде, на смотровой площадке Эмпайер-Стейт-Билдинг. По крайней мере, Стефани мне так сказала.

– И вы ничего не знаете о ее предположительном партнёре на этом свидании?

– Нет. Она как всегда умолчала обо всем, – на глазах девушки выступили слезы. – Я ее полгода убеждала в том, что надо идти дальше и не надеяться, что ее Дэмиан когда-то вновь придёт в себя и станет прежним. А она не поверила, и в итоге сама закрылась в себе. Я хотела как лучше, хотела донести до неё мысль о том, что он просто не сможет перенести причинённую ей боль и ей стоит оставить попытки винить его во всем этом. Тот парень не заслужил этой боли, а она не заслужила убивать себя из-за него. И вот после всей этой истории я была рада услышать о том, что она идёт на свидание, и решила ей в этом помочь.

– Вы это решили после рассказов мисс Пайнс? – я стоял со стеклянным взглядом, пытаясь переварить услышанные слова. – О чем еще вы с ней говорили?

– Стефани считала, что бывший отверг ее, и он отказался от их отношений ради себя. Стефани не могла понять, почему он так поступил с ней, любя ее. Но я показала ей, что лишь она устроила это расставание, причинив парню нескончаемую боль. Ведь, по факту, она оттолкнула любимого человека, испугавшись его. А затем, когда Стефани уже отошла и готова была его принять, он уже был не готов к этому. Чего еще можно ожидать от человека, пережившего две потери любимых женщин? Вы даже не можете представить, что этот парень пережил, потеряв сначала жену, а затем и надежду на жизнь с другой девушкой, которую он полюбил во второй раз, не смотря на свою внутреннюю боль. Это слишком большая травма, которую сложно перебороть.

– И все это вы поняли из рассказов Стефани? Что она вам рассказала о своем бывшем?

– Не знаю, что из ее рассказа было правдой, но то, что он не тот злодей, которым он себя считает, это я поняла сразу. Стефани не смогла бы любить безжалостного монстра.

– Это она вам сказала, что он монстр?

– Ну а кем может являться босс европейской мафии? – Рэйчел пристально посмотрела на меня, словно отойдя от накрывшего ее помешательства. – Зачем вам все это знать? Как эта информация поможет вам в поисках Стефани?

– Мне может помочь все и мне необходимо знать все детали жизни мисс Пайнс. Мисс Торн, как вы думаете, что могло произойти?

– Не знаю. Я лишь хочу надеяться, что она не совершила глупость на эмоциях и не попала в беду.

– В таком случае можно последний вопрос?

– Конечно.

– Вы сказали, что ее возлюбленный не сможет справиться с полученной травмой. Вы, правда, считаете его безнадёжным и что они обречены в своих отношениях?

– На самом деле я считаю иначе. Я пыталась огородить Стефани от лишних переживаний и внушить ей это для того, чтоб она пришла в себя и перестала морально убиваться.

– А как на самом деле вы считаете?

– Что при должном стимуле тот парень сможет пережить все это, но ему на это надо время и силы. А возможно, необходимо какое-то событие, которое поможет ему переосмыслить его нынешний образ жизни. Я уверена, что каждый заслуживает счастье, но для этого придётся много работать над собой. А надежда на их счастливое воссоединение есть всегда.

– Благодарю за столь честный ответ, мисс Торн. Вы мне очень помогли в моем расследовании.

– Не за что. Надеюсь, вы найдёте ее и разберётесь в этой странной истории.

– Я сделаю все возможное для этого, – я встал со своего места и направился в сторону выхода. – Доброй ночи, Рэйчел.

– Доброй ночи, Дэмиан.

Я застыл на месте, и мои ноги приросли к полу. Моя рука дрогнула, а глаза были полны удивления. Я медленно повернулся к девушке лицом, смотря в ее глаза пристальным взглядом.

– Как вы меня назвали?

– Назвала вас своим именем, – уверено заявила Рэйчел и сверкнула глазами. – Или вы хотите сказать, что я не права?

– А Стефани была права, когда называла вас гениальным психоаналитиком. Как вы поняли, кто я?

– На самом деле это было понятно после ваших слов о том, что вы частный детектив. Ваш внешний вид, ваша манера разговора и поведение. Все с точностью совпадало с описанием вас Стефани. Вы Дэмиан Вайт.

– На данный момент я использую другое имя.

– А Дэмиан Вайт было ваше прикрытие в побеге от семьи и вашего криминального прошлого?

– Примерно так все и было. Вы должны понимать, что мне нельзя было сильно высовываться и афишировать свое настоящее имя.

– Вас разыскивает Интерпол или другие спецслужбы?

– Нет, мисс Торн. Я не настолько криминальная личность. Меня никто не разыскивает. А вот я разыскиваю Стефани и тех, кто ее похитил.

– Тогда я ещё больше надеюсь, что вы найдёте этих ублюдков и расправитесь с ними должным образом, – в холодном голосе Рэйчел я впервые уловил неимоверную жестокость и безжалостность. «Когда она так говорит, то напоминает мне Грету. Эти две нашли бы общий язык» подумал я про себя и усмехнулся.

– Не сомневайтесь, мисс Торн. Они получат сполна за содеянное.

Глава 19

На следующий день я проснулся в тяжелом состоянии и сразу набрал Мэтта. Молодой волк был рад услышать новость о том, что я смог поговорить с Рэйчел и не безрезультатно. Я не стал пересказывать ему суть нашего разговора по телефону, а решил поговорить с оборотнем лично. В итоге я назначил Мэтту встречу у себя дома и на этом наш разговор был закончен. Не знаю, сколько прошло времени до того момента, когда в моей квартире раздался звонок, оповещающей о пришедшем госте. Мне не надо было смотреть в камеры, чтоб понять, кем являлся мой гость. Как я и предполагал Мэтт приехал вместе с Кейт, и от обоих моих гостей исходило дикое волнение.

– Приветствую вас в своём скромном убежище, – я открыл дверь перед своими гостями и одарил их самодовольной улыбкой.

– Не скромничай, – лицо Мэтта исказилось в кривой усмешке. – Оно далеко не скромное.

– Но не намного лучше вашей резиденции за городом.

– Ты что-то узнал? – из-за спины молодого волка выглянула сестра Стефани.

– Давайте продолжим наш разговор в более удобном месте. Приглашаю вас пройти внутрь и поговорить обо всем там.

Мэтт и Кейт зашли в квартиру. Оба молодых оборотня рассматривали каждый сантиметр моего дома пристальным взглядом, а я тем временем стоял немного в стороне. Когда они немного осмотрелись, Мэтт подошел к большому панорамному окну, смотря на виды мегаполиса за окном.

– Влад, что ты узнал?

– Для начала я хочу предложить вам чай или кофе, как полагается гостеприимному хозяину.

– Я не откажусь от кофе.

– Я присоединюсь к Кейт и выпью кофе.

Мэтт изобразил вздох отчаянья и отошел от окна, направившись к дивану. Я направился на кухню, где я не был уже два года. Все осталось ровно так, как я оставил при своём последнем визите сюда. Недомытая чашка с чаем до сих пор стояла в раковине, поросшая густой плесенью. Я немного скривился от этого зрелища и поспешил избавиться от чашки с мерзостью. Найдя остатки кофе и заварной чай для себя, я принялся готовить заказанные моими гостями напитки. «До чего ты дожил, Влад. Ещё несколько дней назад ты был главным среди всех вампиров и был всесильным порождением тьмы, а теперь ты делаешь кофе двум малолетним волкам». Собственная ирония вызвала у меня вздох отчаянья. Я понимал, что все это довольно забавная и глупая ситуация, но я не стал заострять на этом внимание. Сейчас мы были на одной стороне, а эти молодые оборотни были безобидными и довольно близкими мне людьми. Может воспитанник Райта и не был мне близок, но что касалось Кейт, к ней у меня были своеобразные отцовские чувства. Я словил себя на мысли, что действительно отношусь к обоим волкам как к детям, которых нужно оберегать и направлять в нужное русло. «Ты точно не в себе, раз мнишь себя их родителем» слышал я голос собственного разума. Когда с приготовлением напитков было покончено, я вернулся в гостиную с подносом и расставил все на небольшом журнальном столе.

– Спасибо, Дэ… – Кейт резко осеклась, заметив на себе недовольный взгляд своего спутника. – Спасибо, Влад.

– Не за что, Кейт.

– Влад, давай вернёмся к твоей встрече с Рэйчел, – молодой волк говорил строгим и хорошо поставленым голосом, чем мгновенно напомнил мне Райта.

– На счёт этого. Рэйчел рассказала мне довольно интересные вещи.

– Что конкретно она тебе сказала?

– Что никакой встречи со Стефани у них не было в тот день.

– Как?! – оба моих гостя одновременно вскрикнули, смотря на меня удивлёнными взглядами.

– Вот так. Рэйчел прикрывала Стефани перед вами, пока та отправилась на встречу с каким-то мужчиной.

– С мужчиной? Но с каким?

– А вот этого Стефани не сказала. Но зато сказала место их предполагаемой встречи.

– И где это место?

– Эмпайер-Стейт-Билдинг, а точнее говоря его смотровая площадка.

– Но это звучит бредово, – воспитанник Райта был переполнен возмущением. – Смотровая площадка закрыта для посещения по ночам.

– Ты думаешь, туда сложно попасть ночью?

– Думаю, что нет, не сложно. И что ты предлагаешь делать дальше?

– Нам стоит отправиться туда и поискать какие-нибудь зацепки, где мне как раз и понадобится ваш острый нюх.

– А вот это уже интересно. Когда выезжаем?

– Как когда? – сестра Стефани подскочила на ноги с громким возгласом. – Нужно не терять время и ехать прямо сейчас!

– Нет, Кейт, мы поступим более рационально. Мы поедем вечером, после закрытия смотровой площадки. Сейчас там много туристов и будет сложно что-то уловить, но когда там никого не будет это будет сделать намного легче. Мэтт, я прав?

– Со стопроцентной точностью. В таком случае ждём вечера и едем на место этой загадочной встречи. Кейт, я думаю, мы можем пока быть свободными.

– Не останетесь на обед?

– Вынужден отказаться от этой идеи. Кровь не входит в мой дневной рацион.

– Я могу предложить стейк с кровью. Вы, вроде, предпочитаете мясо не совсем прожаренное.

– А я вот люблю более зажаренное. Мэтт, заканчивай свои выпады. Влад, до вечера.

– До встречи вам обоим. И прошу вас, будьте осторожны и постарайтесь не попасть ни в какие передряги.

На этой ноте мы распрощались друг с другом, и молодые оборотни покинули мой дом. Я был немного удивлён их разговорами и их поведением. Эти двое вновь вызвали во мне странные и смешанные чувства, которые я не должен был испытывать. У меня в запасе было слишком много времени, которое нужно было как-то убить. Внезапно мне в голову пришла идея, которая показалось мне абсурдной и глупой. После небольшого сомнения я все же решил воплотить ее в жизнь и направился в сторону выхода из дома.

Спустя два часа я был в частном медицинском центре, находившемся за городом. Здесь царила полнейшая идиллия и безмятежность, что вызывало во мне дискомфорт. Служащие клиники были людьми, поэтому мне не составило труда пройти мимо охраны и узнать всю интересующую меня информацию. Медсестра с улыбкой на лице провела меня до нужной палаты и поспешила оставить меня одного. Я зашёл в палату и сразу увидел тело Райта. Он лежал на больничной койке словно безжизненная кукла. Обычно смуглая кожа оборотня была неестественно бледной, и от него не исходило совершенно никакой энергии. «Из него словно высосали всю энергию и оставили пустую оболочку. Ему не хватает жизненных сил, чтоб прийти в себя и вернуться в сознание» рассуждал я, смотря на Райта. Мне почему-то стало не по себе от его внешнего вида. Я медленно подошел к больничной койке и стал внимательно осматривать оборотня.

– И как ты мог так оплошать, Райт? Ты же великий Джеймс Райт. Вожак всех оборотней штата Нью-Йорк и великий финансовый деятель. Самый молодой банкир в истории Америки, привёдший свою компанию к финансовому успеху. Как ты мог поддаться какому-то демону и позволить ему себя погасить? Это недопустимо! Ты не сдержал своё слово и теперь должен мне. Ты обещал следить за ней и быть с ней рядом. А что теперь? Мне надо искать ее и искать способ вытащить тебя из этого состояния. Твой малец, конечно, хорош, и он делает все, что может, но мы оба знаем, что его сил на такое не хватит. Он ещё слишком молод для проблем такого уровня. Джеймс, ты должен вернуться. Ты обещал мне помочь, если что-то случится и мне понадобится твоя помощь. Так вот. Я официально признаю, что мне сейчас нужна твоя помощь и твоё личное присутствие. Райт, ты должен прийти в себя. Должен…

Я стоял и смотрел на оборотня отрешённым взглядом. В тот момент, когда я произносил свои слова, мне показалось, что его ресницы дрогнули. Я вновь стал пристально вглядываться в лицо Райта, в поисках хоть малейшего признака его активности. Лицо волка было по-прежнему холодным и безжизненным. Я решил наклониться к телу Райта максимально близко, чтоб убедиться в своих выводах. В тот момент, когда я наклонился к оборотню, по мне прошла странная дрожь, которая отдавала чём-то давно забытым. Я резко отшатнулся от тела Райта и попытался отогнать от себя это ощущение. «Что за чертовщина? Видимо, я вновь теряю контроль, что мне уже мерещатся безумные вещи».

Когда я выходил из клиники, на улице уже потемнело, и у меня как раз хватало времени на то, чтоб добраться до Эмпайер-Стейт-Билдинг вовремя. Дорога до города была для меня ещё одним поводом переосмыслить последние события. Разговор с Рэйчел вновь будоражил во мне множество чувств. Эта простая смертная девушка настолько разобралась в моем состоянии и в тех чувствах, что я испытывал, что меня это сильно напугало и приводило в замешательство. Как простой человек, лишь по рассказам, мог понять то, на что у меня ушло почти шесть веков времени? Все это было странно и довольно жутко для моего понимания. Я решил разобраться с этим после того, как найду Стефани и поговорю с ней обо всем этом. За размышлениями я не заметил, как добрался до своего места назначения. Подойдя к зданию, я увидел две знакомые фигуры, которые в городском окружении казались самой рядовой влюблённой парой.

– Рад снова приветствовать вас обоих. Не помешаю?

– Влад? – сестра Стефани дернулась и отшатнулась от фигуры воспитанника Райта. – Ты как раз вовремя.

– А мне показалась, что я немного нарушил ваше свидание.

– Влад, давай без этого сейчас, – я не мог не заметить следы смущения на лице молодого волка. – Попробуем подняться?

– А что здесь пробовать. Мы просто зайдём и поднимемся на вверх.

– Но как нас пропустят? Время посещений уже закончилось.

– Кейт, я очень вежливо попрошу. К тому же я умею быть довольно убедительным.

– Ты их загипнотизируешь? – Кейт перешла на шёпот, чем вызвала вздох недовольства у Мэтта.

– Скорее немного вторгнусь в их разум. Но это никак не отразится на их жизни и личности.

– Ты можешь стереть личность человека?

– С легкостью. Но я не вижу особого смысла в этом.

– Хватит этих разговоров. Давайте вернёмся к делу.

Мы с Кейт переглянулись и поспешили догнать Мэтта. Молодой волк стоял около входа и озирался по сторонам. Я жестом указал ему на проходной пост смотровой площадки и проследовал к будке охраны. Как я и предполагал, в будке сидело двое охранников, которые спокойно смотрели какое-то шоу на экране планшетного компьютера. Я спокойно смог овладеть разумом обоих охранников и внушить им мысль пропустить нас на вверх. Я и мои молодые спутники поднялись на лифте и тут же оказались на смотровой площадке. Открывшийся мне вид я видел каждый день из окон своей квартиры все время, что я жил в Нью-Йорке. Сейчас я был слишком напряжен, понимая, что где-то здесь со Стефани произошло что-то зловещее. Кейт и Мэтт с опаской осматривались по сторонам, а их лица изображали сильное напряжение.

– Ну что, чувствуете что-то?

– Я, нет, – растеряно воскликнула Кейт. – Здесь слишком много людей прошло после Стефани.

– А ты, Мэтт, что чувствуешь?

– Сложно понять, будучи человеком. Мне надо перевоплотиться.

– Ты это будешь делать здесь?

– А что тебя смутило? Кроме нас здесь никого нет, и не будет. По-другому нам не найти следов.

– Он прав. Так будет проще найти подсказки.

– Дайте мне минуту. Мне надо «переодеться».

Мэтт ушёл куда-то в сторону, а мы с Кейт остались на своих местах. Спустя некоторое время к нам вышел довольно крупный волк со светло-серой шерстью. Его янтарные глаза имели серое обрамление, что говорило о том, что это все ещё глаза молодого парня. Кейт совершенно никак не отреагировала на волка, а лишь саркастично произнесла:

– Вперёд, Мэтью, искать!

Волк сильно зарычал на Кейт, на что девушка показала ему язык. Я вновь усмехнулся от всей этой картины, и даже немного позавидовал молодым волкам. Они были такими открытыми и беспечными, что могли позволить себе шутки и взаимные издевательства друг над другом. Они ещё сами не понимали, к чему это все приведет, но для меня картина была понятна, как ясный день. Тем временем Мэтт прекратил свои звериные пререкания с Кейт, и стал глубоко втягивать воздух. Его уши сильно дёргались, а ноздри широко раскрывались при каждом вздохе. Резко волк подорвался со своего места и кинулся к одному из краев смотровой площадки. Вновь оборотень стал глубоко вдыхать окружающий воздух и сильно напрягаться при этом. То, что произошло дальше, сильно удивило меня. Оборотень резко поднял голову и стал рычать с неимоверной злостью и яростью. Казалось, что парень готов разорвать любого, кто попадётся ему на глаза, а его зубы оголились в сильном оскале. Кейт смотрела таким же ошеломлённым взглядом на своего друга и растеряно произнесла:

– Он что-то нашёл. Что-то явно плохое. От него исходит неимоверная ярость и злость.

– И что это?

– Видимо, он узнал запах того, кто здесь был со Стефани. Большее мы уже узнаем от самого Мэтта.

Тем временем волк прекратил свою истерику и его рык стал слабеть. Оборотень убежал куда-то за пределы нашего с Кейт зрения и пропал из виду. Спустя пять минут к нам снова вернулся Мэтт, но уже в человеческом виде. Что было примечательно, его глаза горели все тем же огнём, что и у волка ранее.

– Мэтт, что ты узнал?

– Ты узнал, кто похитил Стефани?

– Узнал, – оборотень рычал совсем нечеловеческим голосом. – Это был он.

– Кто он?

– Мирчи. Этот подонок и здесь поучаствовал!

– Кто? – я с ужасом посмотрел на Мэтта. – Повтори.

– Это был демон, что вогнал Джеймса в кому! Этот ублюдок ещё и Стефани похитил. Я убью его!

– Так, стоп, – Кейт подошла к Мэтту и крепкой хваткой взяла его за руку. – Прошу тебя, успокойся и возьми себя в руки. Ради Джеймса и Стефани. Они всегда верили в тебя, так теперь и ты поверь в себя.

– Ты права. Мне нельзя терять контроль. Джеймс будет разочарован мною…

– А теперь поясните мне, о чем здесь идёт речь, – я дождался пока оборотень придёт в себя, и теперь требовал ответы на интересующие меня вопросы.

– Мэтт, Я думаю, нам стоит все ему рассказать с самого начала.

– Видимо, стоит. Но предлагаю это сделать не здесь, а у нас дома.

Спустя час мы вернулись в дом оборотней, где нас ожидали остальные члены семьи Райта. Мне было немного неловко встречаться с Чарльзом спустя почти сто лет расставания, но я решил взять себя в руки и не показывать своего смущения. Как только мы вошли в дом, нас встретила уже знакомая мне Сьюзан, которая тут же провела нас во двор к старому волку. Чарльз сидел с потерянным выражением лица и впервые на моей памяти его взгляд был пустым и уставшим. Всегда сильный и статный волк, сейчас был похож на самого обычного старика, уставшего от жизни. Мне стало даже жаль его, но я постарался отогнать все эти человеческие чувства куда подальше.

– Вы вернулись. И привели с собою гостя.

– Ты сам был инициатором его приезда сюда. И ты был прав. Влад действительно помог с поисками.

– Вот как? И что вы выяснили?

– Для начала приветствую тебя, Чарльз, – я протянул руку старику. – Давно не виделись.

– Это было в 1907 году при заключении нашего с тобою соглашения.

– И как я хочу заметить, никто из нас его за все это время не нарушил.

– Что и дало мне основания довериться тебе и впустить тебя в свой дом. Сью, организуешь чай? Нас ждёт долгий разговор.

Сьюзан подорвалась со своего места и удалилась в дом. Все присутствующие во дворе расположились вокруг небольшого стола на плетеных креслах и стали с напряжением переглядываться. Я решил первым нарушить возникшее молчание, и обратиться к старому волку.

– Чарльз, твой внук сейчас лежит полностью лишённый энергии. Ты не думал попробовать вернуть ее?

– Ты думаешь, я настолько недальновиден? Может, ты и старше меня, но я не настолько глуп, чтоб не додуматься до этого.

– Просто я не могу понять, неужели ничего нельзя было сделать и как-то помочь ему?

– Он мой внук и моя семья! Я готов отдать жизнь за его спасение, если это поможет ему.

– Чарльз, я не это имел в виду. Я не меньше твоего хочу помочь Джеймсу и найти Стефани. Ты должен понимать, что она для меня значит

– Мы все этого хотим, Влад. Но хватит ли наших сил на это. Вот в чем вопрос.

– Ты знаешь, кто я и на что способен. Моих сил на все хватит.

– Не в этот раз. Так что вы узнали?

– Что это был один и тот же демон, – молодой волк громко фыркнул и сильно сжал кулаки. – На высотке был тот же запах, что и на Джеймсе и на той запонке. Это все один и тот же человек.

– А точнее говоря, это был демон, как я могу предположить. Значит, это все дело рук этого Мирчи.

– Мирчи? – я вновь слышал слишком знакомое мне имя, и меня начинала одолевать паника. – Вы ничего не путаете?

– А что тут путать, – прорычал Мэтт. – Этот ублюдок отключил Джеймса, а затем захватил Стефани. Теперь все стало очевидным. Он отключил Джеймса, когда тот искал Стефани, чтоб добраться до неё без помех.

– Но зачем ему Стефани? Что она может для него сделать?

– Стефани ему не важна, как и Джеймс, – меня резко осенило, из-за чего мне стало неимоверно дурно. – У него более глубокие цели. Она ему нужна косвенно.

– О чем ты? Ты что-то знаешь? – вся компания пристально на меня посмотрела, ожидая мой ответ.

– Знает, – я чувствовал, как Чарльз прожигал меня своим тяжелым взглядом, отчего мне становилось не по себе.

– Чарльз, ты уверен, что мы думаем об одном человеке? Это не может быть он.

– Уверен. Я этот запах ни с чем не спутаю.

– Но его давно одолели и отправили обратно в преисподнюю! Он не должен был вернуться.

– О чем речь? Может, поясните.

– Мирчи твой брат, – тихий голос Кейт разнёсся глухим эхом по всему двору. – Вы же родные братья. Верно?

– Верно. Он мой старший брат. Точнее, он был им когда-то. Но откуда тебе это известно?

– Мне тоже интересно, откуда у тебя такие знания, которыми ты не соизволила со мной поделиться.

– Прости, Мэтт. Мы со Стефани узнали это от того священника, прямо перед ее исчезновением и не успели тебе рассказать. Священник сказал, что Мирчи одержим идеей подчинить себе всю нечисть и доказать Владу, что он слабее и хуже своего брата.

– Не думал, что он все ещё одержим этой идеей, – в одно мгновение я почувствовал сильную усталость и опустошенность, словно силы покинули меня. – Прошло столько времени, а он так и не изменился и все еще сходит с ума из-за решения нашего отца.

– Он продал душу Дьяволу ради этого. С чего ему меняться?

– Знаешь, Чарльз, всегда хочется верить в свою семью.

– Не в твоём случае, Влад, – голос старика стал болезненным, а взгляд изображал сочувствие. – Твоя семья не лучший пример крепких семейных уз.

– Ты о попытках моего старшего брата убить меня и о его одержимости местью? Или о предательстве младшего брата и моего свержения с престола?

– Я обо всем сразу. Но давай вернёмся к сегодняшнему дню. Ты разве не знал о своём брате?

– Нет, Чарльз, я даже не мог предположить, что он жив. Теперь все стало ясно. Зачем Мирчи ввёл Джеймса в кому и зачем ему Стефани. Все это цепочка его плана по выманиванию меня и лишении меня всего, что мне дорого.

– Ты так считаешь? – молодой волк сильно скривился и стал косится на меня с некоторым недоверием. – Не слишком ли сложный план для такой простой задачи.

– Мирчи любит извращённые и жестокие игры. И все это как раз в его стиле. Он всегда любил наказывать меня подобным образом. Даже в то время, когда мы еще были детьми, он поступал аналогично.

– Какой ужас, – Кейт смотрела на меня глазами полного ужаса. – И что теперь делать?

– Искать Мирчи. Ведь Стефани сейчас у него, а значит Мирчи хочет, чтоб я его нашёл.

– И как его найти? Где он может ее держать?

– Сложно сказать. В мире слишком много мест, где он мог спрятаться.

– Неужели у тебя нет никаких предположений?

– В этот раз нет. Он может быть где угодно. Здесь даже я не могу повлиять на ситуацию каким-то образом.

– Влад, тебе что-то известно о рукописях Луки Рицели?

– Это был священник в одном из храмов моей страны. Он был одержим демонами, точнее их искоренением и всю свою жизнь гонялся за ними. Когда Мирчи был покорён, Лука записал свои исследования в письменных трудах и запечатал их с помощью ведьм на родной земле, где он и помер. А к чему ты это спрашиваешь?

– До того, как Стефани пропала, мы с ней искали эти труды. По легенде, там должно содержаться знание, как победить твоего брата и усмирить его, поэтому мы искали хоть что-то об этих рукописях. Далекий родственник этого Луки живет в Нью-Йорке, и он поведал нам о том, что его предок запрятал свои труды где-то в Румынии и что их сможет достать только светлая душа. Не мог ли твой брат захватить Стефани, чтоб с помощью неё добраться до этих записей? Раз они так опасны для него.

– Кейт, ты гений. Мирчи сейчас в Румынии, как и Стефани. Он в любом случае заставит ее принести ему эти труды, и получит доступ ко всем исследованиям Луки на его счёт. После этого он будет непобедим.

– Влад, что мы можем сделать в таком случае?

– Конкретно вы – ничего. А я должен отправиться за Стефани, и раз и навсегда приструнить своего старшего брата.

– Нет, – Мэтт резко встал со своего места и возмущённо произнёс. – Ты не поедешь туда один.

– Я не собираюсь подвергать детей опасности. Джеймс меня не простит за это и перегрызёт мне горло, если я каким-то чудом выживу.

– Именно поэтому я и должен ехать с тобой, чтоб прикрывать тебя.

– Мэтт, я польщен твоей заботой, но ты нужен здесь. Ты нужен своей семье.

– Он прав, – голос Чарльза стал жестоким и непоколебимым. – Ты должен остаться здесь как нынешний вожак. Как и Кейт, которая слишком молода и неопытна для этого.

– Но это неправильно отпускать Влада на верную смерть! Я согласна с Мэттом, что Владу нужна наша помощь!

– Рано или поздно, но нам всем суждено умереть, Кейт. Я итак задержался в этой жизни дольше положенного срока.

– Не говори так, – глаза Кейт наполнились слезами, и она в этот момент напомнила мне Стефани. – Стефани тебя любит, и только ты сможешь сделать ее счастливой. Я не могу спокойно смотреть на то, как ты идёшь на верную смерть и лишаешь вас обоих шанса обрести счастье.

– Давайте поговорим об этом завтра. Сегодня я хотел бы отправиться домой и отдохнуть.

Мне было больно говорить обо всем этом и хотелось поскорее прекратить свои мучения. Слова Кейт слишком сильно ранили и вызывали слишком болезненные ощущения. « Девчонка права, и ты идёшь на смерть. Мирчи мечтал убить тебя со дня твоего рождения. А теперь, захватив твою главную слабость, он не постесняется ее использовать против тебя». Я прекрасно понимал на что решаюсь и что иду прямиком в ловушку брата. Но я был готов рискнуть жизнью ради спасения Стефани. Вновь перед глазами появилось ее нежное лицо, ее большие глаза и ее мягкие губы. Я представил ее звонкий и такой живой голос, который твердит мне очередную колкость в мой адрес. «Мистер Вайт, вы боитесь вида девушки в домашнем халате?». Уже по пути домой я крепко сжимал руль в своих пальцах, одержимый лишь одной идеей, спасти Стефани любой ценой. В автомобиле играла песня, слова которой вызвали у меня нестерпимую душевную боль:

Empty rooms are closing in on me (На меня давит эта пустота)

I can't find my way out (И я не могу найти выход)

It's too hard, too hard to breathe (Трудно, слишком трудно дышать)

And still I want to shout (И, всё же, я хочу кричать.)

Don't leave me here, don't disappear tonight (Не оставляй меня здесь, не исчезай сегодня ночью)

Don't leave me here, don't take me colours of light (Не оставляй меня здесь, не отнимай у меня радость жизни)

Cause all I know is if you go (Потому что всё, что я знаю, это, если ты уйдёшь)

You take a part of me (Ты заберёшь с собой часть меня)

All I know is love controls (Всё, что я знаю, это то, что любовь контролирует меня)

Won't you set me free (Отпусти меня)...

На следующее утро я вновь отправился в дом оборотней. В этот раз Сьюзан встретила меня теплее, чем обычно, и даже ни разу не кинула на меня ни одного презренного взгляда. Чарльз тоже был более расположен ко мне и приветственно кивнул мне головой. Мэтт и Кейт появились во дворе в тот момент, когда я, Чарльз и Сьюзан разговаривали о дальнейшем плане действий.

– О чем идёт речь?

– Мэтти, мы говорим о том, что Влад собирается делать дальше – взволновано произнесла Сьюзан.

– И что же?

– Я планирую подключить к поискам своего человека в Европе. Она единственная, кто сможет найти брата в Румынии.

– Она? Кто это?

– Единственный вампир, которому я доверяю в этом мире.

В этот момент телефон Мэтта зазвонил. Парень кинул удивлённый взгляд на яркий экран мобильного телефона. Несколько минут Мэтт пребывал в оцепенении, после чего пришел в себя и, нажав на кнопку принятия вызова, прислонил телефон к своему уху.

– Мэтью Стокер?

– Да, это я. Чем могу быть полезен?

– Я звоню вам из клиники, где находится ваш дядя Джеймс Райт.

Мэтт побледнел, а его лицо приобрело неестественно белый цвет. Глаза парня бегали по всем нам, а в горле стоял большой ком. Оборотень глубоко вздохнул и, сглотнув образовавшийся ком в горле, аккуратно спросил:

– Что-то случилось? Что-то с Джеймсом?

– Случилось, мистер Стокер, – голос в телефоне стал взволнованным и возбужденным. – Случилось необъяснимое и ваш дядя пришёл в себя.

– Что?! Вы ничего не путаете? Мы говорим о Джеймсе Райте?

– Мистер Райт пришёл в себя час назад и первым делом потребовал позвонить вам и попросить вас приехать к нему.

– Я скоро буду, – проговорил Мэтт, продолжая сидеть со стеклянным взглядом. После этого он убрал телефон от уха и застыл.

– Мэтт, что случилось?

– Звонили по поводу Джеймса, – промямлил Мэтт. – Он пришёл в себя.

– ЧТО? – крикнула Кейт, а все остальные громко ахнули. – Как это возможно?

– Видимо, что-то произошло, – строго проговорил Чарльз, но его глаза говорили о том, что старик был сильно взволнован.

– Неважно, как это произошло. Главное, что он пришёл в себя, – воскликнул Мэтт и подскочил на ноги.

– Мэтти, куда ты?

– Джеймс ждёт меня у себя, – прокричал Мэтт и быстрым шагом направился в сторону гаража.

– Я с ним! – Кейт сорвалась со своего места и побежала вслед за Мэттом.

– Прошу прощения за бестактность, но я так же оставлю вас. Я думаю, мне стоит отправиться вместе с молодежью к Джеймсу и попробовать узнать у него подробности его продолжительного сна – я говорил твёрдым и уверенным голосом, чтоб наверняка убедить старших волков в правильности своего решения.

– Это действительно будет не лишним. А мы уже приедем к нему позже. Не стоит нагружать Джеймса присутствием большого количества людей у него.

Я слабо кивнул обоим пожилым волкам и последовал вслед за Мэттом и Кейт. Я был безмерно рад осознавать, что Райт пришёл в себя, но меня не покидало неприятное чувство того, что все это неспроста. «Мирчи не мог так просто отпустить оборотня по доброте своей душевной. Либо это очередной этап его извращённых игр, либо ему пришлось это сделать в погоне за более дорогим призом». Эта мысль неприятно отдалась у меня в душе, и подарила мне новый приступ волнения и беспокойства, которое твёрдо засело внутри меня.

Глава 20

Я сидел за рулем своего автомобиля и быстро направлялся в сторону знакомой мне клиники. Еще в доме Райта я настоял на том, чтоб мы поехали на моей машине, ссылаясь на повышенную эмоциональность у младшего оборотня. Мэтт хоть и возмущался, но быстро согласился со мной и занял пассажирское сидение. Теперь мы втроем, молча, ехали на встречу к Райту, каждый со своими целями. Всю дорогу я чувствовал исходящие от парня эмоции, которые были слишком сильно ощутимы в окружающем пространстве. Мэтт испытывал дикое волнение, а так же страх, который был связан с предстоящей встречей с Райтом. «Он боится не самой встречи, а боится в итоге не оправдать ожиданий Райта» возникла мысль в моей голове. Тем временем мы приехали на место и, оставив автомобиль на парковке, поспешили в здание клиники. Как только мы зашли внутрь служащие медицинского центра пропустили нас к палате Райта, но попросив при этом сильно его не беспокоить. Мэтт быстро направился к палате, на порядок обогнав нас с Кейт. Мы с сестрой Стефани догнали Мэтта у самой палаты, где он стоял около двери и не решался войти.

– Мэтт, ты чего встал?

– Он боится встречи с Джеймсом. Я прав?

– Прав. Вдруг Джеймс разочаруется во мне и я не оправдаю его ожиданий.

– С чего бы? Ты все эти месяца работал не покладая рук и не жалея своих сил. Лучшего заместителя ему во всем мире не найти!

– Как бы это абсурдно не звучало, но я согласен с Кейт. Для молодого волка, отрицавшего свое наследие и сторонившегося его, ты был не плох. Да и как банкир ты показал себя с лучшей стороны.

Мэтт ничего не ответил на наши с Кейт слова. Он продолжал смотреть на дверь, а затем неуверенным рывком потянулся к ручке. Дверь резко распахнулась, и перед нами показался Райт, который все еще был бледен и слаб, но его горящие огнём глаза говорили о том, что оборотень пришел в себя.

– А я все гадал, когда вы уже решитесь наконец-то войти, – проговорил Райт с легкой улыбкой на лице. – Привет, Мэтт.

– Джеймс, я… – голос Мэтта дрогнул, и он крепко обнял Райта мертвой хваткой.

– Ты молодец. Я тобой горжусь, как никем в своей жизни. Я с гордостью могу назвать тебя сыном, который превзошёл своего отца.

– Джеймс, как ты? – Кейт смотрела широкими глазами на Райта, и ее голос тоже дрожал.

– Я уже в порядке и скоро полностью приду в норму.

– Ты поспеши с этим. У нас много дел, – я усмехнулся и с теплом посмотрел на оборотня. – Приветствую вас, мистер Райт.

– Взаимно, мистер Цепеш, – Райт отпустил Мэтта и с такой же усмешкой посмотрел в мою сторону. — Оказывается, легенды о вашем хладнокровии и бесчувственности были ложными.

– Не настолько ложными, как вы предполагаете, – я продолжал усмехаться. – Как ты?

– Как я уже сказал, в норме. И скоро буду вновь в строю.

– Ты нам расскажешь, что с тобой произошло? – Мэтт нервно смотрел на Райта и его глаза сильно бегали по сторонам от волнения.

– Я все расскажу, как только вы заберете меня домой, где я полноценно поем и приму душ впервые за два месяца.

Служащие клиники долго спорили с Райтом о его выписке, но оборотень был непреклонен. В итоге, он подписал бумаги об отказе от медицинской помощи и, собрав вещи, отправился с нами домой. В этот раз Мэтт и Кейт сели на заднее сидение, где младший оборотень с трудом умещался со своим ростом и комплекцией. Райт тем временем занял пассажирское сидение и, откинувшись на нем, глубоко дышал.

– Ты точно в порядке? Выглядишь неважно.

– Я пытаюсь осознать, что я снова в себе и снова контролирую свое тело.

– Джеймс, так что с тобой было? Ты нам расскажешь?

– Что последнее ты помнишь перед потерей сознания?

– Давайте обо всем по порядку. Как вы уже все знаете, я хотел найти Стефани и убедиться, что с ней все хорошо. Поскольку Кейт так и не соизволила поделиться с нами этой информацией, то единственное, что мне пришло на ум, отправиться к вашему отцу.

– Прости меня, Джеймс. Я не могла предположить, что из-за меня ты пострадаешь, – Кейт начала тихо плакать, но Райт ее тут же остановил.

– Кейт, не стоит винить себя в случившемся. Поверь мне, это в любом случае произошло бы при любых раскладах.

– С чего ты так решил?

– Если полагаться на все ваши рассказы за эти месяцы, то меня в любом случае планировали отключить. Демон или еще кто, но это было неизбежно.

– Так ты все слышал? Все, что мы тебе говорили?

– Все до последнего слова, Мэтт. И я благодарен тебе за то, что ты держал меня в курсе событий. Если бы не ты, то я совсем потерял бы там себя.

– А там, это где?

– В небытие, в пустоте, называйте это как хотите, но суть останется одной. Это просто пустота, где нет ничего и никого. Твое сознание просто существует, но ты не чувствуешь, не видишь, лишь слышишь. Поэтому все ваши обращения ко мне были для меня как глоток свежего воздуха после удушья.

– А я говорил вам, что он все слышит.

– И ты был прав, за что я всегда буду тебе благодарен.

– Джеймс, так что ты помнишь?

– Как я уже говорил, я отправился к отцу Стефани и Кейт, в надежде застать ее там. Как оказалось, дома никого не было, что меня немного напугало. Я не мог и предположить, где мне искать дальше и куда отправиться. В этот момент мне позвонил какой-то мужчина и сказал, что Стефани работает с ним, и он может рассказать мне, где ее искать. Я как наивный идиот поверил ему и отправился в Бостон, где мне была назначена встреча. Он сказал, что хочет встретиться в лесу, поскольку является местным оборотнем. Я ему поверил и без тени сомнений отправился на встречу. По классике жанра там меня ждала засада. Кто-то стал подавлять мою волю, но я сильно сопротивлялся и даже успел обратиться в волка. Но мой противник быстро вернул меня в человеческий вид и просто подавил меня, отправив в пустоту. А дальше я открываю глаза и вижу перед собой лицо медсестры с полными ужаса глазами.

– Как ты выбрался оттуда и пришел в себя? – Мэтт озвучил вопрос, который волновал всех присутствующих в машине.

– Я никак не выбирался. Меня просто выкинуло оттуда и все.

– Но как это возможно? Почему это произошло?

– У меня есть одно предположение, но боюсь, что оно вам не понравится, – я произнес слова максимально тихо, но все присутствующие с легкостью уловили мои слова своим острым слухом.

– Что за предположение?

– Тебя освободили намеренно. Точнее говоря, тебя были вынуждены освободить, согласно соглашению.

– Влад, о чем ты? Какое еще соглашение? – Райт сидел слишком напряженный и его лицо все больше хмурилось.

– Предполагаю, что соглашение было заключено между Стефани и Мирчи. Так сказать сделка с дьяволом, точнее с его прямым посланником.

– Мирчи? Это еще кто?

– Так ты не в курсе? – я сильно удивился реакции оборотня. – В таком случае советую тебе сесть поудобнее и выслушать нас максимально внимательно.

К тому моменту как мы добрались до дома Райта, он был в курсе практически всех произошедших событий. Каждый из нас дополнял рассказа своими дополнениями, чтоб Райт получил максимально развернутую картину. В итоге, когда мы подъехали к дому, Кейт и Мэтт стали выходить из машины, а Райт продолжил сидеть на своем прежнем месте. Я сразу понял, что в этом был какой-то посыл, но не стал подавать виду.

– Джеймс, ты идешь? Тебе помочь добраться до дома?

– Не стоит волноваться за меня, Мэтт. Я сам в состоянии дойти до дома самостоятельно.

– Тогда чего ты сидишь?

– Вы с Кейт идите в дом и попросите Сьюзан приготовить что-нибудь вкусное, а я перекинусь парой слов с нашим гостем.

Кейт и Мэтт напряженно переглянулись между собой. Парень кинул на Райта недовольный взгляд, и сильно нахмурился. Тем временем старший оборотень пристально посмотрел на своего подопечного, и тот, после небольшой безмолвной дуэли, смирился и направился в сторону дома. Кейт мгновенно последовала за ним и в скором времени мы с Райтом остались наедине.

– Райт, что это значит?

– Я хотел поговорить без присутствия Мэтта и Кейт рядом. Они итак много чего перенесли, но дальше им стоит остаться в стороне от всего этого.

– Я тоже так считаю, но как видишь твоего волчонка не так просто остановить, – я усмехнулся, но Райт никак не отреагировал на мой жест.

– Влад, ответь мне честно, ты собираешься за ней в Румынию в одиночку?

– План был таков. Как ты можешь помнить, я не сильно доверчив, особенно по части семейных уз.

– В больнице ты сказал, что я тебе нужен, и ты не справишься без меня.

– Я тогда был уверен, что ты лежишь в коме и не услышишь мои слова, – во мне разыгралось дикое смущение, и я испытывал сильный дискомфорт из-за признания оборотня.

– Но я все слышал, – Райт сверкнул глазами и пристально на меня посмотрел. – Поэтому я поеду с тобой. Ты сам сказал, что без меня ты не справишься, и даже не смей отрицать этого.

– Джеймс, ты пол дня, как вышел из двух месячной комы. О чем ты вообще говоришь?

– Могу тебя заверить, что это никак не отразилось на мне и на моих силах. Как только я приму душ и вдоволь поем, то буду живее всех живых.

– Я не уверен, что это хорошая идея, – в моем голосе впервые промелькнула обеспокоенность, что не скрылось от четких ушей оборотня.

– Меня, видимо, действительно еще не отпустило из комы, раз я слышу в голосе самого Влада Дракулы обеспокоенность.

– Раз ты вновь отпускаешь саркастичные замечания в мой адрес, то ты в норме, – я не смог не отпустить язвительный комментарий в сторону оборотня, но тут же вернул свой строгий вид. – Перед тем, как отправиться в Румынию, мне нужно кое-что сделать.

– Кое-что, это что?

– Ты сказал, что был в доме Стефани и Кейт, но их отца не было дома. Так?

– Так. К чему ты ведешь?

– Я хочу убедиться в том, что их отец в порядке и Мирчи его не убил.

– Тогда нашим следующим пунктом является не Румыния, а Огаста?

– Все верно. И мне кажется, на эту миссию нам стоит взять Кейт. Будет довольно странно, если мы заявимся к незнакомому мужчине домой и будем расспрашивать о его дочери. Меня бы, как отца, это сильно напрягло.

– Согласен. Это было бы довольно странно и подозрительно.

– Поэтому нам нужна Кейт, как предлог встречи с ее отцом. Она якобы приедет повидаться с ним, а мы убедимся, что он цел и невредим.

– Ты так и остался сильным стратегом, Влад и твои тактические навыки все еще на высоте.

– Некоторые вещи остаются неизменны. А мне слишком яростно привили все эти способности в детстве. Теперь, давай вернёмся к твоей семье. Вдруг они подумают, что мы с тобой друг другу глотки перегрызли.

Мы с Райтом вернулись в дом, где вся его семья собралась в столовой. По всей комнате разносился сильный аромат еды, который вызывал во мне давно позабытое чувство домашнего уюта. Мне сразу вспомнилось мое детство, где на кухне пахло точно так же. В нашем замке было довольно холодно и мрачно, но кухня была тем уголком тепла, где всегда было уютно. Я часто пробирался туда в надежде стащить что-то съестное из приготовленных кухаркой блюд. Из воспоминаний меня вывел гомон громких голосов, разносившиеся по всему дому.

– Джеймс, ты совсем рехнулся? – возмущался Мэтт громким голосом. – Прийти в себя утром и сразу отправляться в путь?

– Я уже сказал, что я в полном порядке, – размеренный голос Райта был твёрд и уверен. – Нам действительно стоит убедиться, что отец Кейт и Стефани жив.

– Кейт, что ты думаешь об этом?

– Я думаю, что Джеймс прав. И как бы мне не хотелось не встречаться с отцом, стоит убедиться в том, что он в порядке.

– В этом он прав. Но не в том, что ему стоит ехать с тобой!

– А кто ее защитит? – спросил Джеймс, пристально смотря на своего воспитанника. – Вдруг там опять подготовлена ловушка.

– На этот случай с ней поеду я. А тебе стоит остаться дома и беречь себя.

– Мэтт, мы с Джеймсом сможем огородить Кейт в случае опасности, – я решил наконец-то подключиться к разговору и вставить своё слово.

– И ты туда же? Чарльз, скажи ему, что это все бред и Джеймс останется дома!

– Нет, это не бред. Я тоже считаю, что им стоит поехать с Кейт и убедиться в здравии их со Стефани отца.

– Вы точно все умом тронулись.

– Раз ты так недоверчив, поехали с нами, – Джеймс сидел с лёгкой улыбкой на лице, что было немного необычно в сложившейся ситуации.

– Само собой я еду с вами. Я теперь тебя не оставлю без присмотра. Не после всего произошедшего.

– А волчонок вырос в волка, – усмехнулся Чарльз. – И показывает зубы там, где надо.

– Когда едем? – строго спросил Мэтт, не реагируя на замечания Чарльза.

– Думаю, завтра утром мы можем выдвигаться, – я посмотрел на Райта, ожидая его одобрения моих слов.

– Согласен, – Райт еле заметно кивнул мне и обратился к Кейт. – Кейт, ты готова к подобному испытанию? Ты не видела отца больше года, да и ты теперь совершенно другой человек.

– Как любит говорить Стефани от судьбы не уйдёшь. Так что я готова, чего бы мне это не стоило.

Я сразу понял, что девушка немного лукавит и внутри испытывает сильное сомнение. Отчасти, я понимал ее реакцию и причины ее сомнения. Отец был для неё источником боли и детской травмы, которую девушка пыталась заглушить последние два года. Переведя взгляд на Райта, который сидел и так же внимательно наблюдал за Кейт, я подумал о том, что этот парень мне все больше начинал нравиться. На этой ноте я решил оставить оборотней до завтрашнего утра и отправится к себе домой. По пути в пентхаус я решил немного проветрить голову и пройтись по вечернему парку. Я не был сентиментальным, но это место навивало на меня множество воспоминаний и чувств. Вновь образ Стефани у пруда встал у меня перед глазами, и я сильно напрягся. Ситуация была не из лучших, и я должен был как можно скорее все это исправить. Резко я вспомнил о деле, которое хотел сделать ещё утром. Быстро достав телефон из кармана, я набрал нужный номер и стал выжидать ответа на том конце телефона.

– Как мило, что ты соизволил отозваться спустя неделю пропажи.

– И тебе привет, Грета. Не отвлекаю?

– Если ты о моем занятии очередным нарушителем запрета на убийства в общественных местах, то да, отвлекаешь.

– Судья Кроссман в деле. Хотел бы я на это посмотреть.

– Ты на это смотрел весь последний год. Ты что-то хотел?

– На самом деле да, хотел, – я отбросил все веселье и вновь говорил строгим голосом. – Грета, у меня будет к тебе одно важное поручение.

– Вот как? А оно точно одно, или там череда поручений? – в голосе Греты чувствовалась вся та же обида, что и ранее.

– Грета, я серьезно, – я стал ещё более серьезным, и мой голос погрубел. – Мне нужны твои способности поисковика.

– А вот это интересно. Кого надо найти?

– Стефани. А если быть точнее демона по имени Мирчи. Она у него.

– Ты уверен? – голос Греты тоже погрубел и стал обеспокоенным. – Зачем твоя подружка демонам?

– Думаю, она нужна ему в роли приманки для меня, – я не стал говорить Грете о нашем с Мирчи родстве, чтоб не вызвать очередной допрос с ее стороны.

– Тебя хочет подловить демон? Вот это что-то новое. Почему ему просто не позвать тебя на встречу? Ты вроде из тех королей, кто идёт на контакт с подданными.

– Демоны не мои подданные, Грета. Они слуги из соседнего государства у более властного и сильного короля.

– Без разницы. Они в любом случае такие же мелкие сошки, как и любой вампир перед тобой. Так что им от тебя надо?

– Речь идёт об одном демоне. И я ещё в процессе выяснения его целей.

– Предполагаю, что вопрос во власти. Так она у него?

– Да. И я хочу ее освободить, но для этого мне надо их найти.

– Есть предположения, где они могут быть?

– Есть точная информация. Они где-то в Румынии, но где конкретно я не могу знать.

– Даже так? Он решил играть с тобой на твоей же территории? А он, оказывается, мазохист.

– Грета, давай обойдёмся без твоих замечаний. Ты сможешь найти ее?

– Я хоть и не одобряю твою одержимость этой девицей, но я не могу отказать королю в его приказе.

– Это не приказ, а просьба. Это две разные вещи.

– Поэтому я выполню ее максимально эффективно, – уверено заявила Грета, а затем более мягко добавила. – Влад, я сделаю все, что от меня будет зависеть.

– Спасибо, Грета. Я твой должник.

– Ты мне когда-то жизнь спас. Это я твой должник до конца своей нескончаемой жизни.

– Все в этом мире имеет конец, Грета. И мы в том числе.

– Не включай снова профессора Вайта, Влад. Я этого терпеть не могу, – ворчание Греты говорило о том, что она уже отошла от своей обиды на меня, что не могло меня не радовать.

– Я планирую прилететь в Румынию через пару дней. У меня ещё есть дела в Америке.

– Тогда, как прибудешь на место, свяжись со мной. Береги себя, Влад.

– И ты себя.

На следующее утро я приехал в дом оборотней для отправки в наше путешествие. Мой автомобиль оказался неподходящим для длительных поездок большой компанией, поэтому мы решили ехать на внедорожнике Райта. Сегодня он выглядел намного лучше, чем вчера. Его свежий и отдохнувший вид стёрли былую усталость, не оставив и следа его недавней комы. Мэтт был немного нервным, что для меня стало привычным явлением, а вот Кейт впервые на моей памяти была молчаливой и тихой. Ее потерянный и пустой взгляд подтверждал мои выводы по поводу ее отношения к отцу. Наша дорога до Огаста длилась довольно долго. Хоть мы с Райтом и менялись за рулём и ехали на запредельной скорости, но путь мне показался слишком длинным. За все это время я немного проникся к младшему оборотню и его скверному характеру. В дороге Кейт немного отошла и вновь периодически позволяла себе отпускать в адрес Мэтта какие-нибудь шутки и замечания. Я вновь отметил про себя ее неравнодушие к парню, которое она пыталась скрыть за всем этим поведением. Райт и я впервые за все время нашего знакомства общались как самые рядовые люди. Мы обсудили вкусы и предпочтения друг друга, любимые фильмы, а так же кто за какую команду болел в финале чемпионата страны. Оказалось, у нас с Райтом действительно было достаточно много общих интересов и схожих взглядов на жизнь. К концу поездки я уже был настолько своим в этой компании, что с трудом верилось, что когда-то я был для них никем.

Когда мы въехали в небольшой городок, Кейт мгновенно вернулась к своему удручённому лицу и притихла. Все в машине заметили перемены, произошедшие с девушкой, но никто не стал ничего на счёт этого говорить. Кейт показала нам дорогу до дома отца и в скором времени мы были на месте. Серый и ничем не примечательный дом стоял практически на окраине улицы. Мы вышли из машины и всей толпой направились к дому.

– Может, не стоит вот так всем показываться вашему отцу, – Мэтт с напряжением косился на входную дверь. – Мне кажется, стоит разделиться и кому-то остаться в машине.

– Я пойду с Кейт, а вы подождите в машине с Джеймсом, – я говорил как можно тверже, чтоб не дать шанса возразить мне.

– Ты уверен? Может, нам стоит пойти с тобой?

– Джеймс, я схожу с Владом, а вы с Мэттом пока подождите нас здесь.

– Ты уверенна? Как ты его представишь отцу?

– Как друга Стефани из Нью-Йорка. Без лишних подробностей. Скажем, что она исчезла, и сейчас мы ищем ее.

– Не боишься реакции отца на такую новость?

– Нет. Я его не боюсь. Ему было всегда плевать на нас, не думаю, что что-то сильно изменилось, – на секунду глаза Кейт загорелись, но тут же вновь вернули своё обычное выражение. – Влад, пошли.

Райт и Мэтт остались в автомобиле, а мы с Кейт направились к дому. Кейт дёрнула ручку двери, но она оказалась закрытой. Девушка стала что-то искать в своём рюкзаке и через минуту достала оттуда связку ключей. Я был удивлён, ведь Стефани говорила, что Кейт избавилась от ключей, но видимо она этого так и не сделала. Девушка аккуратно открыла дверь, и мы вошли в дом. Это был самый рядовой дом, самой обычной семьи, за исключением сильного беспорядка и огромного количества грязи в доме. На старой мебели лежал огромный слой пыли, а полы были в различных липких разводах. Кейт сильно напрягалась и с опаской озиралась по сторонам. Я попытался просканировать окружающее пространство, но не обнаружил ни единого признака кого-то живого рядом.

– Здесь пусто. Вашего отца, по всей видимости, нет дома.

– Тоже мне новость. Его никогда здесь не было.

– Давай все же осмотрим дом. Вдруг его могли… – я замолчал, не желая говорить свою мысль вслух.

– Если бы его убили, здесь тогда стоял невозможный запах, – Кейт говорила с неимоверной холодностью и хладнокровием, чем сильно удивила меня.

– Согласен. Но давай все же осмотримся.

Кейт отправилась на верхний этаж, а я остался осматривать нижнее помещение. Небольшая кухня, совмещённая со столовой, была сильно загрязнена грязной посудой и упаковками от пищи быстрого приготовления. Заглянув в холодильник, я обнаружил полуоткрытую, но давно выдохшуюся бутылку пива и остатки макарон с сыром. Там стояло молоко, срок годности которого давно вышел, а так же сыр, обросший плесенью. Я слабо скривился от этой картины и поспешил закрыть дверцу. В гостиной тоже все было довольно грязно и неопрятно. Стоял запах лёгкого алкоголя, но он исходил из определённой точки, а точнее от кресла. Запах был настолько силён, что затмевал собой все остальные запахи. Я приблизился к креслу и мой нос сильно обожгло. Кресло словно специально было пропитано алкоголем, и делалось это постоянно, поскольку запах был довольно свежий. Не найдя ничего интересного в доме, я решил сходить в гараж, где по рассказам Стефани их с Кейт отец пропадал все своё свободное время. Не дождавшись возвращения Кейт, я направился прямиком в гараж. На двери висел замок, который я решил немного надломить, чтоб пробраться внутрь. Как только путь был свободен я зашёл в темное помещение и решил воспользоваться светом, а не своим зрением. Как только свет в помещение зажёгся, то меня парализовало от шока. Передо мной было помещение, наполненное разнообразным оружием, всевозможными клинками, пистолетами, арбалетами и ножами. Мои глаза с ужасом стали бегать по всем этом вещам и я мгновенно все понял. На полках стояли банки с разнообразными травами и жидкостями, на которых были наклеены разнообразные этикетки. Я стал читать этикетки и меня все больше охватывал ужас. Я был готов убраться как можно дальше отсюда, но решил напоследок заглянуть в огромный сундук под столом. Когда я открыл крышку, то обнаружил множество вырезок из газет, распечаток, фотографий, писем и сканов книг, которые были сложены по небрежным стопкам. Под всеми этими бумагами лежала толстая тетрадь, которая была крепко зашнурована. Я аккуратно достал ее и открыл на первой попавшейся странице. Мои глаза впились в рукописный текст, читая который меня охватывала жуткая паника. «12 сентября 2010 года. Ещё одна тварь объявилась недалеко от Оклахомы. Я был уверен, что в том районе я убил их всех, но видимо кто-то смог выжить. Я потратил четыре месяца, выслеживая очередного выродка, и вот наконец-то я напал на его след. Этот монстр прикидывается обычным студентом по имени Дэвид, который учится в колледже, играет в футбол и даже встречается с девчонкой из параллельной группы, но я знаю, что он такое. Он чудовище, бегающее по лесам в волчьем обличии и убивающее обычных и невинных людей. В том районе недавно были найдены два трупа и я уверен это его зубов дело. Он та болезнь, что я должен вылечить раз и навсегда. Я не могу позволить ему разрушить чью-то жизнь, как когда-то ее разрушили мне. Пусть я лишился любви дочерей, а Стефани не хочет меня больше видеть, но я делаю это ради них и их безопасности. Они никогда не узнают об этих тварях, кишащих повсюду в нашем мире…». Я резко захлопнул тетрадь и бросил ее обратно в сундук. Быстро захлопнув крышку сундука, я поспешил найти Кейт и как можно скорее убраться отсюда. Я корил себя за то, что уговорил Кейт ехать сюда, да ещё и привел двоих оборотней в придачу. Я вбежал на второй этаж и нашёл Кейт в одной из жилых комнат.

– Кейт, ты в порядке?

– Да. А что случилось?

– Ничего. Идём. Нам надо убираться и как можно скорее.

– Влад, что случилось? Ты что-то нашёл?

– Нашёл. Поэтому нам надо уходить.

– Что ты нашёл? С отцом что-то случилось?

– Я уверен, с твоим отцом все в порядке, но нам надо убираться. Кейт, просто поверь мне сейчас и не задавай лишних вопросов.

– Надеюсь, ты мне все расскажешь, как только мы вернемся к Мэтту и Джеймсу.

– Я все расскажу, но немного позже. Было большой ошибкой тебя сюда приводить.

– Влад, я ничего не понимаю.

– Давай скорей вернёмся к автомобилю, – я постарался немного успокоить внутреннюю панику и стал говорить более спокойным голосом. – Мэтт и Джеймс уже переживают небось.

Мы с Кейт вышли из комнаты и направились на первый этаж. Когда мы спускались по лестнице, я жестом дал указание Кейт немного подождать, пока я не спущусь первым. Кейт непонимающе смотрела на меня, но громко фыркнув, подчинилась и стала ждать моего сигнала. Я спустился вниз и стал осматривать помещение, убеждаясь в его безопасности. Внезапно меня кто-то повалил на пол и приставил лезвие к моему горлу, а в грудь уперлось что-то острое.

– И хватило тебе наглости явиться в мой дом. Ты, видимо, совсем глуп, раз решился на такое безрассудство, – хриплый и грубый мужской голос звучал у меня в ушах. Мужчина держал меня мертвой хваткой, готовый в любой момент проткнуть меня упирающимся в грудь колом.

– Я не тот, о ком вы думаете, – прохрипел я, стараясь лишний раз не шевелиться.

– Ты кровопийца, который вторгся в мой дом и который сейчас обретёт наконец-то покой, – мужчина плюнул мне в лицо. – Кто с тобой ещё здесь?

– Никто. Я один в доме, – я понял, что он не знал о присутствии Кейт в доме и решил попытаться ее огородить от отца.

– Врешь. На улице сидят два оборотня. Они с тобой?

– Как бы это абсурдно не звучало, но да. Они со мной.

– Так у вас коллективный суицид, – мужчина вновь вдавил кол, из-за чего я почувствовал жгучую боль в груди. – Осиновый кол, пропитанный раствором серебра и вербены. Как тебе?

– Довольно неприятно, скажу я вам.

– Так и должно быть. Это ощущение смерти, выродок. Наконец-то она пришла и за тобой.

Мужчина ещё сильнее надавил на кол, и я не смог больше терпеть эту боль. Комнату пронзил мой крик, и я стал терять сознание.

Глава 21

Я почувствовал неимоверную физическую боль во всем теле. Внутри я понимал, что убить меня обычным колом с раствором вербены и серебра невозможно, но доставить мне сильную боль и истощить меня он вполне мог. На последнем издыхании моего угасающего сознания я услышал топот ног по скрипучим ступеням, а затем раздался громкий визг в комнате.

– Папа, СТОЙ! – Кейт влетела в комнату и резко выбила кол из рук отца. – Не тронь его!

– Кейт? – мужчина резко дёрнулся и ослабил свою хватку. – Что ты делаешь?

– Что я делаю? ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?

– Я пытаюсь защитить нас обоих и убить эту кровососущую тварь.

– Отойди от него. Он здесь со мной.

– Он с тобой? – мужчина перевёл ошеломлённый взгляд с дочери на меня. – Как это понимать?

– Так и понимай. Отпусти его. Немедленно.

– И не подумаю, – мужчина, быстро вынув второй кол из-за пазухи, вновь приставил его к моей груди. – Такие, как он, не должны жить.

– Мистер Пайнс, я думаю, вам стоит пересмотреть свои убеждения.

Я даже не понял, как в комнате появился Джеймс и наставил на мужчину пистолет. Мэтт кинулся к Кейт и крепко обнял ее. Я смотрел на все это с лёгким недоумением, до конца не понимая, что здесь происходит. Мужчина медленно стал надавливать колом мне на грудь, и я вновь почувствовал сильную и обжигающую боль,

– Я думал, вы ненавидите и убиваете таких, как он, – прошипел мужчина и ещё сильнее надавил на кол. Я вскрикнул, от чего Джеймс сильно оскалился.

– Мы пересмотрели наши отношения, мистер Пайнс. И вам стоит сделать то же самое, если вы хотите жить, – Джеймс говорил жестоким и убедительным голосом, который не давал шанса усомниться в его словах.

– Папа, прошу тебя, отпусти его.

– Мистер Пайнс, я прошу вас отпустить меня. Я думаю, ваша жизнь не стоит моего убийства, – я говорил с сильной болью в груди, поэтому мой голос был неуверен и слаб.

Отец Стефани сначала покосился на меня, а затем перевёл свой взгляд на Джеймса. Увидев холодный взгляд оборотня и его невозмутимое лицо, он стал медленно вынимать кол из моей груди и ослабевать хватку. Как только кол был извлечён, я наконец-то смог вздохнуть спокойно и скинуть мужчину с себя. В тот момент я подскочил на ноги и вжал своего обидчика в стену. Кейт вновь взвизгнула, но не стала мне мешать.

– Теперь, мистер Пайнс, поговорим, как цивилизованные люди.

– Если бы здесь были люди, я бы стал разговаривать, но вы такими не являетесь, – отец Стефани говорил с сильным хрипом, задыхаясь в моей сильной хватке.

– Отпусти его. Мы же не звери, чтоб уподобляться ему. Мы все же воспитанные люди, имеющие моральные ориентиры, – размеренный голос Джеймса стал для меня неожиданностью, но он помог мне немного охладить свой пыл.

Я отпустил мужчину и тот сразу упал на пол. Он стал хватать воздух ртом, пытаясь восстановить своё дыхание. Как только он стал дышать ровно, то поднялся на ноги и с ненавистью стал коситься на всех нас. Когда его взгляд упал на Кейт, то глаза тут же изменились, и ненависть сменилась на боль. Он смотрел широкими глазами на дочь, и в его взгляде читалось разочарование, смешанное с сожалением.

– Я до последнего надеялся, что ошибался на твой счёт. Но теперь вижу, что к своему большому сожалению оказался прав.

– О чем ты? – Кейт все крепче прижималась к молодому волку, цепляясь за него мертвой хваткой.

– Ты теперь одна из них, – мужчина стал прожигать Мэтта ненавистным и озлобленным взглядом. – Одна из этих тварей, жаждущих убить всех нас.

– Посмею заметить, что за последние десять минут единственный, кто пытался совершить убийство в этом доме были вы, мистер Пайнс, – Мэтт из последних сил сохранял внутреннее самообладание и сдерживал себя. – И попрошу вас быть аккуратнее в высказываниях в адрес вашей дочери.

– Папа, то, что со мной произошло, спасло мне жизнь. Если бы не это, то я давно была бы мертва! – голос Кейт перешёл на крик, а из глаз потекли слёзы.

– Теперь я понял, о каком генетическом заболевании шла речь в рассказе Стефани. Это вы с ней сделали?

– Точнее говоря, это с ней сделал я. Но лишь для того, чтоб спасти ее от более страшной участи,

– Смерть была бы лучшим вариантом для неё, – прошептал мужчина, сжав крепко кулаки. – А вы превратили мою дочь в монстра. В хладнокровного и безжалостного убийцу.

Кейт вновь стала содрогаться в рыданиях, максимально глубоко зарываясь в грудь Мэтта. Парень крепко обнимал Кейт, при этом косясь с ненавистью в сторону ее отца. Я решил, что нужно прекратить мучения девушки и поскорее отправить ее подальше от жестокого отца и охотника на нечесть.

– Мэтт, отведи Кейт подышать воздухом и постарайся хоть немного успокоить ее. Мы с Джеймсом продолжим беседу с мистером Пайнсом наедине.

– Идём, Кейт. Тебе не стоит здесь больше находиться.

– Что дальше? Разорвёте меня без глаз моей дочери на казни?

– Нет, мистер Пайнс. Как я уже сказал, нам надо с вами поговорить, не более.

Голос волка все ещё был невозмутим и спокоен, чему я сильно поразился. «А у волка стальные яйца, раз он так спокойно реагирует на охотника на подобных нам существ. Это повод уважать его ещё больше» подумал я и слегка усмехнулся. Тем временем отец Стефани вновь смирил нас ненавистным взглядом, а затем вышел в гостиную. Мы с Джеймсом переглянулись между собой, после чего последовали за мужчиной. Он медленно и устало сел в пропахшее алкоголем кресло и тяжело вздохнул. Я продолжал стоять в начале гостиной и пристально следить за каждым движением охотника. Джеймс же сел напротив мужчины на диван и спокойно произнёс.

– Так вы готовы провести разговор в более цивилизованной манере?

– Смотря, о чем вы собрались говорить со мной.

– О вашей старшей дочери Стефани, – подал я голос со своего места. – Когда вы видели ее в последний раз?

– Зачем вам Стефани? Если с ее головы хоть один волосок упадёт, то я…

– Я лично разорву любого, кем будет вырван этот волосок, – рыкнул Джеймс и посмотрел на отца Стефани самым жестоким взглядом, который я на нем видел. – Когда вы видели ее в последний раз, мистер Пайнс?

– Подожди. Ты и есть ее друг из Нью-Йорка, семья которого ее приютила?

– Верно, мистер Пайнс. Джеймс Райт, – оборотень протянул руку мужчине, чем вновь меня удивил.

– Райт? Так ты не просто ее друг и оборотень, ты ещё и ее босс?

– Примерно так. Но посмею заметить, что я ее бывший босс. Теперь, когда мы все выяснили, вы ответите на мой вопрос?

– Тебе повезло, что Стефани слишком тепло о тебе отзывалась, – прорычал мужчина и покосился на меня. – А кто он такой?

– Я его друг, помогающий найти вашу дочь, – я говорил максимально уверено, но заметил лёгкое недоумение на лице Джеймса.

– Волк и вампир друзья? Звучит, как начало паршивого анекдота. Боюсь представить, что могло вас объединить.

– И не представляйте. Но давайте вернёмся к моему вопросу. Когда вы видели Стефани?

– Зимой, когда она приехала опустошённой и потерянной, сбегая от чего-то. Я сразу понял, что дело не чисто, но не мог предположить, что настолько.

– Что вы поняли?

– Что ее что-то сломало. Точнее кто-то. Она была сама не своя. Всегда сильная и уверенная в себе она была лишь тенью Стефани, не понимающая, как ей жить дальше. Эта пустая оболочка моей дочери каждый день приносила мне сильную боль. Я понимал, что она становилась моей копией, но я никак не мог ей помочь. На все мои вопросы она отвечала туманно и скрытно, что меня ещё больше пугало.

– Что она вам рассказала? Из-за чего она была в таком состоянии? – Джеймс незаметно покосился на меня, на что я лишь отвёл глаза в сторону.

– Она бежала от боли, которую принёс ее дружок профессор, которого ты мог бы для приличия припугнуть, что ли. Когда Стефани все это рассказала мне, я испугался, что в ее боли виноваты ваши сородичи. Но когда дело оказалось в банальном парне я смог вздохнуть спокойно.

– Так Стефани страдала из-за любви? Больше ее ничего не мучало?

– По словам Стефани этот профессор оказался наследником криминального клана в Европе и бросил ее ради семейного дела. Но знаешь, что я хочу тебе сказать. Кем бы он не был, в тот момент я мечталразорвать его не меньше, чем любого из вас.

– По рассказам Стефани вам была всю жизнь плевать на неё и Кейт. Что сейчас изменилось? – Джеймс продолжал свой допрос, кидая короткие взгляды на меня и мою мрачную фигуру.

– Ты просто не видел ее глаза. Я видел в дочери ту боль, что испытывал последние пятнадцать лет. А такой участи ты никогда не пожелаешь собственному ребёнку.

– Вы не смогли смириться с разводом? – я решил подать голос, немного раздражённый словами отца Стефани. – А ещё нас называете чудовищами. Вы бросили дочерей после ухода жены и погрязли в своей боли, когда могли посвятить свою жизнь им. Так скажите, кто из нас настоящее чудовище?

– Не было никакого развода! – мужчина громко вскрикнул, а его глаза стали влажными.

– Что значит не было никакого развода? Стефани и Кейт говорили, что жена ушла от вас, не попрощавшись с дочерьми, после чего вы развелись с ней, – Джеймс и я непонимающе смотрели на охотника, который в один миг потерял контроль над собой.

– Грейс ушла, но не в том смысле, в котором об этом думают Стефани и Кейт, – голос мужчины перешёл на шёпот. – Пятнадцать лет назад я нашёл растерзанный труп Грейс в местном заповеднике, когда она искала материалы для осенней выставки в своей школе.

– Стоп. Мать Стефани и Кейт убили? – Джеймс сидел удивлённый и не менее ошеломленный, чем я. – Почему вы не рассказали об этом дочерям, а придумали историю с разводом и уходом жены из семьи?

– А что я должен был сказать двенадцатилетней дочери? Что ее мать растерзало чудовище в лесу и от ее трупа остались лишь ошмётки? – мужчина перешёл на крик, чем сильно озадачил меня. – Я сказал то, что должно было огородить их от травмы, которая разрушила бы их жизни! Пусть они ненавидели меня и свою мать, но зато они были далеки от всего этого и защищены. По крайней мере, до недавнего времени.

– Но это неправильно с вашей стороны. Врать им столько лет. Ваши дочери заслужили узнать правду.

– Вы поэтому стали охотником? Из-за желания отомстить за жену? – я задал свой вопрос, желая больше уточнить собственные догадки, чем услышать ответ охотника.

– Да. Я узнал, кто убил мою жену, точнее, что за тварь это сделала. Я думал, что тронулся рассудком, но увидев своими глазами этих выродков, я понял, что все это правда. Я стал изучать их, а главное искал способы их уничтожения. Я отдавал этому все своё время, желая огородить и защитить дочерей от этих тварей. Они не должны были повторить судьбу Грейс…

– Мистер Пайнс, вы знали, кем является ваша дочь?

– О чем ты? – охотник повернулся в мою сторону. – Кто она?

– Вы не думайте. Стефани стопроцентный человек, – Джеймс недовольно покосился в мою сторону, осуждая мои действия. – Мой друг хотел спросить о том, знаете ли вы что-то о первородном вампире и его потерянной жене?

– А это здесь причем? Как Стефани с этим связана?

– Неважно, как, – осознав свою ошибку, я решил прекратить этот неприятный разговор. – Раз вам ничего об этом неизвестно, то не стоит вам в это вникать.

– Если это касается моей дочери, то я буду сюда лезть. Что тебе известно об этом и как моя дочь с этим связана?

– Мне известно немногое,, – соврал я, от чего Джеймс незаметно ухмыльнулся. – Но сейчас важнее найти вашу дочь и не допустить ее смерти.

– Стефани угрожают? Но кто, если вы здесь?

– Поверьте, мистер Пайнс, есть существа намного опаснее нас. Мы пытаемся спасти вашу дочь, а заодно и остановить их.

– Я вам не верю. Вы мне сейчас заговариваете зубы, чтоб отвести мое внимание от себя.

– Если бы нам надо было отвести ваше внимание, то мы давно бы вас убили. Вы так не считаете?

– Но в таком случае вы бы потеряли ее расположение навсегда, – на лице охотника заиграла злорадная усмешка. – И мне кажется, вам бы этого не хотелось, мистер Райт.

– Верно, – Джеймс продолжал прожигать мужчину жестоким взглядом. – Но для этого со мной мой друг, который может убить вас, не моргнув и глазом. Ведь ему на чувства Стефани плевать и она для него ничего не значит.

Я не знал, что за игру затеял оборотень, но его слова меня сильно задели. Мои глаза загорелись, и я чувствовал, как долго дремавшая тьма вновь стала выходить наружу. Злость, обида и ненависть брали вверх, все больше поглощая мой разум. Я стал тяжело дышать, но быстро взяв себя в руки, вскоре восстановил своё дыхание. Я не знаю, заметили ли это мои собеседники, но я хотел верить в то, что для них все мои изменения прошли незаметно. Тем временем отец Стефани повернулся ко мне лицом и презрено кинул.

– Можешь убить меня, если хочешь, но перед этим передай своему хозяину кое-что от меня.

– Хозяину? Мистер Пайнс, рабовладельческий строй был отменён несколько веков назад.

– У людей может быть да, но не у вас. Над вами все ещё властвует ваш прародитель. Он диктует вам правила и устанавливает законы для всех вас, по которым вы обязаны жить. Я прав?

– Я не совсем вас понимаю, мистер Пайнс. И уж тем более не понимаю, о ком сейчас идёт речь.

– Не прикидывайся дураком. Актёр из тебя ужасный. Все же передай ему кое-что, если встретишься с ним.

– И что же мне передать неведомому мне «хозяину»? – я произнес это с такой иронией, что на лице волка заиграла ухмылка.

– Чтоб он даже не думал приближаться к моей дочери. Пусть он только посмеет протянуть свои когтистые лапы к Стефани. Я вырву каждый его ноготь и все его клыки, даже ценой собственной жизни. Я потерял одну дочь, дав превратить ее в чудовище, со второй дочерью я не позволю сделать что-то подобное. Только не со Стефани.

– К вашему сведению Кейт не является чудовищем и осталась собой, даже не смотря на все свои изменения, – Джеймс говорил с сильной обидой и напряжением, пока я пытался переварить слова охотника, адресованные мне.

– Может, внешне она и напоминает Кейт, но внутри это чудовище, готовое в любой момент разорвать беззащитного человека.

– Вы не правы, мистер Пайнс. Не все из нас убивают людей. Многие живут самой обычной человеческой жизнью.

– Тебе откуда знать? Ты же это сделал с моей дочерью и убил ее.

– Я спас вашу дочь, – прохрипел Джеймс, на мгновение потеряв контроль. – И признаюсь вам, я до последнего был против такого исхода событий. Я до последнего пытался сохранить ее жизнь, но к моему сожалению у меня не осталось другого выхода.

– Ты должен был дать ей умереть, а не заставлять ее убивать в виде кровожадного монстра, – кулаки мужчины вновь крепко сжались, а глаза наполнились ненавистью.

– Я не заставляю убивать, а наоборот, слежу за тем, чтоб никто не убивал людей на моей территории. Поверьте, в моей стае главным запретом является запрет на убийство людей. Я за этим пристально слежу и никогда не прощаю подобного проступка.

– Так я имею честь разговаривать с альфой? Не думал, что такое когда-то случится. Вы же личности скрытные, действующие из тени.

– Я немного отличаюсь от классического альфы, – на лице Джеймса появилась усмешка. – В связи с чем могу вас заверить в том, что я учу вашу дочь, как быть в первую очередь человеком, а затем уже учу тому, как контролировать внутреннего зверя.

– Может, ты и вправду учишь ее нечто подобному, но она больше никогда не будет моей Кейт.

– Вы правы, – я презренно посмотрел на мужчину. – Она больше никогда не будет потерянной и затравленной девочкой, приехавшей в слезах из этой глуши в Нью-Йорк. Она теперь сильная, смелая, а главное, она больше не одинока. У неё есть семья, которая дорожит ей и ее сестрой, поэтому они теперь под надежной защитой.

– Под такой надёжной, что вы потеряли Стефани?

– Довольно, папа! – мы резко обернулись и увидели Кейт, стоящую в дверном проеме гостиной. – Хватит этих бесполезных споров.

– Мэтт, я же просил тебя увести Кейт, – я с недовольством косился на молодого волка. – Что в этом сложного?

– А ты попробуй ей что-то запретить делать, потом осуждай.

– Я не ребёнок, чтоб прятать меня от проблем, – взгляд девушки стал твердым и уверенным. – Это правда? Маму убил оборотень?

– Ты все слышала? – спросил Джеймс и тоже недовольно покосился на Мэтта. Тот лишь пожал плечами и сделал непроницаемое и безразличное лицо.

– Правда. Я не хотел, чтоб вы узнали правду, поэтому всю жизнь старался огородить вас от встречи с этими чудовищами.

– Знаешь, в чем заключается главная ирония? Своими действиями ты нас и привел ко встречи с ними, – на лице Кейт заиграла нервная усмешка. – Ты бросил нас, и мы искали поддержку на стороне. В итоге, настоящей семьей нам стала семья Джеймса и его стая, а не ты.

– Я думал, что смогу вас огородить от этого. Ты и Стефани должны были жить нормальной жизнью.

– Нормальной? Это после того, как ты тратил все своё время на охоту на монстров, пока мы со Стефани голодали и пытались выживать?

– Я хотел верить, что это поможет вам быть приспособленными даже к самым тяжелым поворотам судьбы и это не позволит вам испытать подобную мне боль.

– Мы и не испытывали подобную тебе боль, – голос Кейт перешёл на шёпот. – Мы испытывали боль намного больше твоей.

– Кейт, я… – начал мужчина, но в этот момент глаза Кейт загорелись, и она стала терять контроль. Мужчина резко замолчал и с ужасом стал смотреть на дочь.

– Не говори больше ни слова. Я услышала достаточно. Прощай, отец. Надеюсь, Стефани поймёт, что она совершенно на тебя не похожа и никогда не станет такой как ты.

С этими словами Кейт развернулась и вышла из гостиной. Послышался хлопок двери после чего в комнате повисло долгое молчание. Мэтт первый пришёл в себя и после небольшого колебания спокойно произнёс.

– Я пойду за Кейт. Жду вас снаружи, – Мэтт ушёл, а мы с Джеймсом напряжённо переглянулись.

– Так вы не знаете, что со Стефани и с кем она могла встречаться в Нью-Йорке?

– Нет, я не могу этого знать. Вы были рядом с ней, поэтому этот вопрос вы должны задавать себе.

– Когда Стефани жила с вами, она с кем-то связывалась или говорила о ком-то, кроме оборотней и своего профессора? – я задал свой вопрос с небольшой заминкой в голосе, на которую отец Стефани не обратил своего внимания.

– Я помню лишь разговоры о Кейт и об этом проклятом профессоре. Других упоминаний в ее рассказах не было.

– В таком случае просим прощения за беспокойство. Всего доброго, мистер Пайнс. Я думаю, нам пора. Мы узнали все, что могли.

– А точнее, мы ничего не узнали.

– Мы не оставим все это просто так и в любом случае найдем и спасём Cтефани от этого ублюдка.

Джеймс встал с дивана и направился в сторону выхода. Когда мы уже были в коридоре из гостиной до нас донёсся глухой и слабо различимый голос.

– Если вам это поможет, то я кое-что вспомнил.

– И что же?

– В наш последний разговор ей позвонил некий мистер Пирс и предложил работу в Бостоне, куда она по итогу и уехала, не смотря на мой запрет.

– Пирс? – я и Джеймс с опаской посмотрели на мужчину. – Кто такой этот Пирс?

– Какой-то бизнесмен, предложивший ей место генерального директора своего филиала в Бостоне. Я ещё удивился, с чего какому-то богатею предлагать такое место молодой девчонке. Про ее Райта я уже был наслышан, а вот второй подобный персонаж в ее жизни меня напряг.

– Что конкретно вас напрягло?

– Что не может в жизни быть подобных совпадений. Ты ее принял на работу не просто так и я это уже понял. Значит, и этот тип преследовал свои цели.

– А вот это уже интересно, – задумчиво произнёс я. – Вы выяснили, кто такой этот Пирс?

– В том то и дело, что его не существует. Я пытался хоть что-то узнать, но безрезультатно. Это призрак и выдуманный человек.

– Вы пытались после этого связаться с дочерью?

– Нет. Я не хотел нарушать ее личное пространство и вновь показаться навязчивым родителем. Она должна была сама понять, что что-то не так.

– Но она не поняла! – крикнул я и тут же осекся, поняв, что такими действиями могу выдать себя. – Я хотел сказать о том, что это вы обрекли дочь на подобный исход, не предупредив ее об опасности.

– Это был выбор Стефани, и ей надо уметь справляться со всеми проблемами и трудностями без посторонней помощи.

– Не все трудности можно преодолеть в одиночку, мистер Пайнс, – произнёс Джеймс, вернувшись к своему обыденному, размеренному голосу. – Некоторые из них решаются с помощью близких людей.

– Или не людей, но тех, кто дорожит ею.

– В таком случае, я вспомнил ещё кое-что из ее разговора. – мужчина покосился на Джеймса. – Стефани однажды обмолвилась в разговоре, что этого Пирса зовут как-то странно, то ли Борман, то ли Вольфган…

– Норман, – произнёс я и мои ладони похолодели сильнее обычного. – Его зовут Норман.

– Точно. Норман. А он что, один из ваших?

– Нет. И даже отдалённо не является ни одним из нас. Он просто богатый бизнесмен, желавший заполучить вашу дочь. Если вы понимаете, о чем я.

– Вот ублюдок! Я убью его!

– Разве не в ваших правилах запрет на убийство людей? И разве не монстры убивают людей без причины, а вы их от этого защищаете? – голос Джеймса отдавал сильным сарказмом, что вызвало лёгкую улыбку на моем лице.

– Этот ублюдок заслужил смерти, если он хоть пальцем тронул Стефани.

– Ваша дочь сильная девушка, умеющая за себя постоять. Поверьте, она даст отпор даже самому страшному монстру, не говоря уже об избалованных богатеях.

– Тебе откуда знать? Что тебе о ней известно? Ты не знаешь мою дочь, и что она может, или нет.

– Я достаточно подробно изучил вашу дочь, пока занимался ее поисками, и у меня сложилось подобное мнение о ней. Джеймс, я думаю, нам пора.

– Я тоже так думаю. Мистер Пайнс, ещё раз спасибо за уделённое нам время. Не скажу, что это была приятная встреча, и я получил от неё удовольствие, но надеюсь, вы когда-нибудь поймёте свои ошибки и поработаете над ними.

– Доброй ночи, мистер Пайнс. Всего вам наилучшего.

Мы с Джеймсом вышли на улицу, и он тут же глубоко вдохнул прохладный ночной воздух. Джеймс стоял и дышал полной грудью, пока я смотрел куда-то за горизонт и пытался осмыслить услышанное. «Он сказал, что имя нового босса Стефани было Норман. Но этого не может быть. Это не может быть тот, о ком я думаю. Он знает все о ней и обо мне и не смог бы так поступить». Я пытался себя успокоить и отогнать тревожные мысли. Тем временем мы забрались в машину, где Кейт мирно дремала на плече Мэтта. Как только мы заняли места в салоне автомобиля Кейт проснулась и сонно спросила:

– И как все прошло?

– Довольно, неплохо, на мой взгляд, – с усмешкой произнёс Джеймс. – Учитывая тот факт, что все остались живы.

– Кейт, так ты не знала о своём отце?

– Что он охотник на монстров, одержимый убийствами? Нет, не знала! Я считала его пьяницей, заглушающим свою внутреннюю боль в алкоголе. Но уж точно я не могла предположить, что он скрытый охотник на нечисть!

– Для всех нас это стало сюрпризом, – задумчиво проговорил я. – Но по крайней мере он сообщил нам кое-что интересное.

– Да? И что конкретно? Что он не разговаривал со Стефани или то, что он презирает родную дочь и мечтает ее убить?

– На счёт убийства Кейт я бы поспорил. А вот его презрение к ней было слишком сильно ощутимо. Прости, Кейт, за эти слова, но я не люблю строить ненужных иллюзий.

– Тебе не за что извиняться, Джеймс. Я давно приняла тот факт, что я ему не нужна. Для меня ровным счетом ничего не поменялось, а он ещё раз убедил меня в том, что он никогда не был моей семьей.

– Будем надеяться, что ему хотя бы хватит ума и совести не прикончить ее, – прорычал Мэтт, за что получил от Джеймса недовольный взгляд в свою сторону. – Вам стоило его прикончить, пока всем нам не пришлось страдать из-за него.

– Не утрируй, Мэтт. Может, отец Кейт и был жесток, но на убийство собственной дочери он точно не решится. Так же, как и мы не имеем право убивать его.

– Я тоже в это не верю. Его глаза и чувства говорили о том, что он сожалеет и испытывает жгучую боль, но никак не ненависть. Поэтому, я не верю в его желание навредить Кейт.

– Что теперь? – голос Кейт все ещё был тих и слаб, что вызвало во мне беспокойство за неё и ее моральное состояние.

– Теперь вы с Мэттом отправитесь домой, а мы с Владом немного задержимся, – Джеймс повернулся в сторону молодых оборотней и строго произнёс. – Предупреждаю сразу, я не приму любые пререкания от вас. И если вам так будет легче, то это мой прямой приказ.

– Но, Джеймс… – Мэтт не успел произнести и звука, как Кейт его резко перебила.

– Мы все поняли, Джеймс, и сделаем так, как ты сказал. Правда Мэтт?

– Ты серьезно?

– Впервые за все наше время знакомства я на все сто процентов серьёзна, – строгий взгляд Кейт смирил Мэтта и парень недовольно фыркнул.

– Мы все сделаем, Джеймс, – буркнул он, продолжая недовольно ворчать.

– Теперь, когда вы все решили, у нас будет последнее дело к вам обоим, – пришла моя очередь обернуться к молодой части нашей компании.

– Что за дело?

– Вы подкинете нас в ближайший аэропорт. После чего сможете спокойно отправиться домой.

– И я надеюсь, что все произошедшее здесь останется между нашим узким кругом, – Джеймс обвёл строгим взглядом обоих своих воспитанников. – Чарльзу и Сьюзан ни слова об этом.

– У тебя есть секреты от Чарльза? Теперь я ещё больше стал тебя уважать.

– У каждого есть секреты, Мэтт. А теперь, думаю, что пришло время нам с вами перейти к заключительной части нашего общего путешествия.

Глава 22

Румыния. Для меня эти земли были чем-то родным и болезненным одновременно. На этой земле произошли все ключевые моменты моей недолгой жизни и моей долгой смерти. Здесь я родился, рос, был захвачен в плен Османами, а позже взошел на престол. Здесь убили мою семью и умер я сам, и здесь же родные братья пошли против меня. Но так же в этих краях я познал, что такое любовь и единая душа на двоих. Я познал счастье любить и быть любимым, пусть даже на непродолжительный период. Я продал душу и обменял ее на душу любимой женщины, а затем стал настоящим монстром, убившим тысячи невинных людей. В истории меня запомнили, как безумного тирана и правителя, сошедшего с ума от собственного горя. Отчасти, история не лжет, и я действительно обезумел, когда обратился в монстра, которым я являюсь по сей день. Тогда я был одержим лишь ненавистью и всепоглощающей злостью, которую я заглушал лишь в потоках людской крови и нескончаемых убийствах своих врагов. Все эти воспоминания навеяли на меня тоску и боль, которая разъедала мой разум. Джеймс стоял рядом со мной и недоверчиво на меня косился.

– Что с тобой? И не говори, что все в порядке. Я же чувствую, что это не так.

– Райт, я не из тех, кто любит разговоры по душам. К тому же мы здесь не для проработки моих психологических травм.

– Так значит дело все-таки в твоих травмах детства.

– И не только детства. Но тебя это не сильно касается.

– Как скажешь, – волк стал осматриваться по сторонам. – Какой у нас план действий?

– Для начала мне нужно сделать один важный звонок, а дальше, я думаю, план сам по себе сложится.

Я достал телефон из кармана и стал искать нужный мне номер. Как только я нажал кнопку вызова, не прошло и минуты, как на том конце телефона я услышал знакомый женский голос, отдававший небольшой грубостью.

– Влад, раз ты звонишь, могу предположить, что ты где-то в Румынии.

– Приветствую тебя, Грета, – я усмехнулся. – Если быть точнее я сейчас стою перед аэропортом и думаю вызвать «Uber» до своего поместья.

– Как смешно, – Грета наиграно засмеялась. – Заказывай тариф «вампирский» с холодной кровью в придачу.

– Я предпочитаю теплую и свежую кровь. Не люблю консерванты, – я продолжал усмехаться, чем вызвал недоуменное лицо у своего попутчика.

– В таком случае не убей прилетевших туристов за то короткое время, что будешь ожидать моего приезда. Это не слишком хорошо скажется на репутации страны. А ведь здесь все живут за счет туризма.

– За что им стоит мне сказать спасибо, – я улыбнулся. – Как я понимаю, «Uber» прибудет вовремя?

– Заткнись, Влад. Иначе, я тебя на капоте повезу.

На этом я отключил вызов, и убрал телефон обратно в карман. Джеймс продолжал смотреть на меня ошеломленным взглядом, при этом практически не мигая. Я вновь вернул свое невозмутимое лицо и спокойно спросил:

– Что?

– Да нет, ничего. Просто я пытаюсь понять, что я сейчас наблюдал.

– А что ты сейчас наблюдал?

– Ты разговаривал с какой-то девушкой, и этот разговор был похож на общение двух закадычных друзей. Я бы даже сказал двух лучших закадычных друзей. Или я что-то не так понял, и это был далеко не друг?

– Не говори ерунды, Райт и следи за своим языком. Ты знаешь, для меня всегда была, есть и будет важна только Стефани. И она моя истинная и единственная любовь.

– Но ведь это не помешает тебе обзавестись кем-то на стороне для развлечений.

– Райт, я, конечно, многое могу стерпеть, но не это, – прошипел я с раздражением. – Даже не смей думать о таком в мой адрес.

– Прости, немного ошибся в выводах. Так кто это был?

–– Это была Грета. Мое доверенное лицо в вампирских кругах. Мое единственное доверенное лицо, – я тяжело вздохнул, испытывая небольшую неловкость.

– Вот как? И что вас связывает? Я считал, что ты ни с кем и никогда не сближался.

– В том плане, в котором ты говоришь, не сближался. А вот близкого по духу человека я успел заиметь. Знаешь ли, сложно прожить шестьсот лет совсем без общения.

– Ты не перестаёшь меня удивлять. Влад Дракула имеет друга. Даже звучит абсурдно.

– Если ты решил глумиться надо мной, то ты выбрал не лучшее время. Я не в настроении для этого.

– И не пытался, но мне стало интересно, что за человек мог добиться твоего расположения? – волк говорил с нескрываемым интересом, смотря на меня с самодовольной ухмылкой на лице.

– Грета не человек, а вампир. Причем обратил ее непосредственно я в семнадцатом веке в Англии во время вспышки бубонной чумы. Она была скромной гувернанткой у одного лорда, который издевался над ней и насиловал при каждом удобном и неудобном случае. Я нашел ее практическии мертвой среди гниющих трупов в общей погребной яме. Грета все еще была жива, но была на последнем издыхании. Не знаю, что заставило меня спасти ее, но мне почему-то стало ее жалко. Я приютил ее и обучил всему, так сказать из первых уст. В итоге, Грета стала одной из опаснейших вампиров, но с высокими моральными ориентирами, которые ей привил я.

– Почему она не заняла твое место после твоего исчезновения?

– Я тоже задался этим вопросом, на что она мне пояснила свою позицию, которая заключалась в ее нежелании все контролировать и быть таким же хозяином для кого-то, каким был ее лорд.

– В принципе, ее позиция довольна оправдана. На ее месте я поступил бы примерно так же, – на лице Райта играла задумчивость, которая сменилась одобрением. – Видимо, она действительно тебе близка.

– Грета мой единственный близкий человек, и я готов сделать для нее все что угодно. Так же, как и она для меня. В свое время Грета помогла мне возобновить отношения со Стефани и найти к ней подход.

– Когда это было?

– В том году на осеннем балу. Грета разузнала, что ты собирался идти туда со Стефани и сообщила об этом мне. Естественно я надеялся поговорить с ней там, но вдали от тебя.

– В чем проблема поговорить с ней дома или на улице?

– Сам подумай. Разговаривала бы со мной Стефани после моего долгого молчания и пропажи?

– Судя по ее эмоциям все те месяцы, то нет, не стала бы.

– Вот и я о том же. Поэтому я попросил Грету о помощи. В итоге, мы отправились туда вместе. Я с надеждой найти и поговорить со Стефани, а Грета со мной для моральной поддержки.

– Сложно представить, что подумала Стефани, увидев вас вместе.

– Признаюсь, что по моим ощущениям она почувствовала что-то наподобие ревности, – я тоже улыбнулся, вспоминая лицо Стефани и ее чувства в тот вечер. – Что не могло меня не обрадовать. Благодаря этому я и понял, что она ко мне что-то испытывает и я ей не безразличен.

– У тебя довольно странные методы.

– Я этого не отрицаю. Но я рад, что все это когда-то произошло. Ведь благодаря тому вечеру мы со Стефани сошлись, и я понял ее истинные чувства ко мне.

– А до этого ты в них сомневался?

– Если ты не знал, я исчез на все лето из-за того, что она отвергла меня. Она заявила, что между нами не может быть ничего, чем вызвала огромную боль у меня внутри.

– Я был не в курсе таких подробностей. Теперь ты для меня стал меньшим моральным уродом, чем был ранее.

– Я безмерно счастлив, что поднялся в твоих глазах.

Перед нами остановился черный спортивный автомобиль, и стекло с водительской стороны стало быстро опускаться. Спустя пару секунд оттуда выглянула Грета в непроницаемых солнечных очках черного цвета и с удивлением осмотрела меня.

– И это самый могущественный вампир в мире? Ты давно в зеркало смотрелся?

– По людским приданиям мы не отражаемся в зеркалах, – я улыбнулся. – Я рад тебя видеть.

– А я тебя не очень, особенно в такой скверной компании, – Грета покосилась на оборотня и напряглась. – Ты притащил с собою оборотня?

– Джеймс Райт, – проговорил волк и попробовал улыбнуться Грете. – А как я могу к вам обращаться?

– Он серьезно? – Грета перевела свой недовольный взгляд с волка на меня. – Из какого он века?

– Ему тридцать четыре. Но у него довольно старомодные манеры.

– Тогда я не удивлена, что вы нашли общий язык, даже не беря во внимание вашу общую одержимость этой девчонкой.

– Ее зовут Стефани, Грета, и я тебе много раз об этом говорил.

– Так какой у нас план дальнейших действий? – Джеймс сразу уловил легкое напряжение между нами и решил его сгладить, за что я был ему благодарен.

– Для начала вам следует сесть в мою машину, а дальше придумаем.

Мы с Джеймсом устроились в автомобиле Греты, причем оборотню это далось довольно сложно. Заднее сидение спортивного автомобиля было слишком мало для столь крупного парня, и волк сидел в довольно стеснённом положении. Я же удобно разместился рядом с Гретой и стал спокойно рассматривать знакомые виды за окном.

– Я так понимаю, едем к тебе?

– Ко мне, но в мое первое жилище. Ты что-то смогла узнать о Стефани или Мирчи?

– Во-первых, я тебе этого никогда не прощу, Влад! – Грета с ненавистью покосилась на меня и ее глаза зажглись красным светом. – А во-вторых, кое-что я узнала.

– Теперь давай по порядку. Чего ты мне не простишь?

– Ты умолчал о таком маленьком и незначительном факте, как наличие брата-демона, одержимого идеей подчинения всех нас! – Грета ударила меня рукой, от чего я почувствовал слабую боль. – Какая же ты сволочь, Влад!

– Грета, полегче в высказываниях, – я напрягся, обиженный выпадами Греты в мой адрес. – Я не думал, что эта информация играет роль.

– Играет, Влад. Для меня все играет роль. А ты мог бы думать не о себе, а немного и о близких тебе людях, и не людях.

– А она мне все больше нравится, – подал голос Джеймс, молча, слушавший нас все это время.

– Только не начинай эту песню ты, – я еще сильнее разозлился на обоих своих собеседников. – Или вы решили меня оба вывести из себя.

– Так, может, стоит немного задуматься над своими действиями? Для оборотня ты не так и непереносим.

– Сочту за комплимент, – Джеймс слабо закатил глаза и более серьезным голосом добавил. – Грета, так что ты узнала о Стефани и о брате Влада?

– На самом деле не так и много, как хотелось бы, но главное, я знаю, где он ее держит.

– Ты узнала, где она?

– У твоего отца был какой-то охотничий домик недалеко от леса Хоя-Бачу. Так?

– Вроде так. Я уже и не помню спустя почти шесть веков, – я стал напрягать свою память. – Вроде, что-то подобное было. Отец, в основном, ходил на охоту с Мирчи, а я был слишком юн по его мнению для охоты.

– Тогда не удивительно, что твой брат на месте этого домика построил себе особняк и теперь держит там Стефани. Точнее говоря, он построил некое подобие замка.

– Что за бред! Я бы узнал о замке на своей территории.

– Видимо, он как-то скрыл его, что даже мы оказались бессильны в его обнаружении. Я уже ничему не удивляюсь в этом мире.

– Демоны на такое способны?

– Не все, – я тяжело вздохнул. – Точнее, единицы. А если еще точнее, то один.

– Это твой брат?

– Нет, это другой демон. Точнее, не демон, но тоже существо из тех кругов, – с каждым произнесенным словом мой голос становился все тише и тише.

– О ком идет речь?

– Его зовут Норильмавен, но он упростил свое имя до Норман на современный лад.

– И кто он? – я чувствовал, как Райт и Грета напряглись.

– Тот, кто по всей видимости помог Мирчи найти Стефани и объединился с ним в желании отомстить мне.

– Влад, есть хоть кто-то, кто не мечтает тебе отомстить в этом мире? – Райт говорил со своим привычным сарказмом в голосе, что меня не могло не разозлить в этот момент.

– Да. Вы двое.

– На счет себя не ручаюсь, – Райт усмехнулся. – А вот девушка, по всей видимости, не входит в эту категорию людей.

– Волк, поверь, я мечтаю убить Влада по десять раз на день, – Грета вновь покосилась на меня. – И кто такой этот Норман? Он какой-то приближенный твоего брата?

– Нет. Он даже не является демоном по своей сути. Он выше моего брата по силам, но держал всегда нейтральную сторону между всеми существами нашего вида. До недавнего времени.

– И что заставило его пересмотреть выбор стороны?

– Ни что, а кто. Я заставил.

– Можно поинтересоваться каким образом ты и здесь напортачил? — Грета кинула на меня короткий взгляд, а затем вернула его на дорогу.

– Мы с Норманом довольно близко общались и были хорошими приятелями, когда я только обратился и обрел тьму. Я был сильно потерян в новом для меня мире и Норман стал моим проводником во всем этом. Он объяснил все устройство темного мира и помог обрести ту силу, что я имел и имею. После этого мы с ним много чего творили, но потом наши пути разошлись. Через время я решил покончить со своей прошлой жизнью и пустил слух, что Влад Дракула сгинул. Я уехал на новый континент в новую жизнь, бросив все прошлое позади. Норману это не понравилось, и думаю, он сильно обижен на меня и так не смог понять моего поступка. Теперь, когда он нашел ту, о которой я грезил все эти века и о ком ему рассказывал, он знает, как мне сделать больно и тем самым отомстить.

– То есть, он с твоим братом с помощью Стефани хотят тебе отомстить, но каждый по своему? – уточнил Райт, продолжая испытывать дикое напряжение.

– Примерно так.

– Тогда мы как никогда в глубокой… – Райт резко осекся и посмотрел на Грету с ухмылкой. – Яме.

– Можешь не стесняться в выражениях, и не стоит строить из себя джентльмена. Я ведь далеко не леди.

Вскоре мы приехали к замку, где я когда-то обитал. Здесь повсюду сновали толпы туристов, но я имел доступ в потайным комнатам замка, куда не ступит посторонний. Грета, я и Райт прошли мимо охраны и спокойно попали внутрь замка. Миновав туристическую зону, мы поднялись на верхние этажи, где располагалось жилое крыло. Я проследовал в одну из гостиных и завел туда своих гостей. Райт с интересом рассматривал все окружение, и в его глазах можно было заметить сильное удивление. Я сказал волку и Грете подождать меня в гостиной, а сам проследовал в свою бывшую спальню. Это место было для меня довольно тяжелым и навивало болезненные воспоминания. В эту самую комнату я когда-то привел молодую Стефанию, глаза которой горели неимоверным огнем и нежностью. Здесь мы с ней делились самым откровенным и соединялись в единое целое, и здесь я нашел ее изуродованное и окровавленное тело. Картина изуродованного тела Стефании встала перед моими глазами. Я вновь потерял контроль над тьмой и стал меняться. Меня накрыла такая ярость и злость, что я был не в состоянии их удержать внутри себя. Почти шесть веков назад я потерял любовь своей жизни и лишился души, и сейчас я не мог допустить повторения истории. Я не мог позволить лишить меня Стефани. В этот раз я должен быть с ней и спасти ее всеми способами. В этот самый момент ко мне пришло осознание того, что я больше не хочу ее оставлять и расставаться с ней. «Если мы выживем и она будет спасена, то я больше не позволю ей уйти от меня, так же как и сам не оставлю ее больше никогда». Эти мысли придали мне уверенности, и я проследовал в ненавистную мне комнату. Удивительно, что служащие музея и смотрители замка оставили здесь все в первозданном виде, за исключением штор и свежих простыней, сделанных под старину. Я осмотрел знакомое мне помещение и проследовал к кровати. Отодвинув массивную деревянную тумбочку, я наклонился и стал простукивать половицы. Как только я услышал глухой звук, то поспешил выдернуть одну из половиц, оторвав ее от пола. Слабый звук хруста раздался в тишине комнаты, и передо мной открылся небольшой тайник. Я достал оттуда старый деревянный ящик, который местами сильно гнил под действием сырости и времени. Я без труда сорвал замок и открыл крышку ящика. Внутри лежал завёрнутый в белое полотно кинжал, который был сделан из серебра, обрамленного драгоценными камнями. Я крепко сжал кинжал и, спрятав его за пазуху, вернул комнате ее первозданный вид.

Вернувшись в гостиную, я обнаружил Райта и Грету, которые спорили о финансовых махинациях, проводимых на Уолл-стрит. Я немного усмехнулся этой картине, поскольку наблюдать, как вампир и оборотень спорят о финансах и экономических вопросах, было довольно забавно. Я наигранно кашлянул, пытаясь привлечь к себе внимание своих спутников. Услышав кашель, Грета и Райт сразу замолчали и внимательно посмотрели на меня, будто выжидая чего-то.

– Вы закончили?

– Это мы у тебя должны спросить. У тебя же здесь были дела.

– В таком случае я закончил, и мы можем идти.

– Как? Мы разве не здесь останемся? Я думал, это и есть твой дом, где ты обитаешь все время.

– Это туристический аттракцион, сделанный из моего бывшего дома, – я продолжал вести беседу совершенно безразличным тоном. – Мой нынешний дом более комфортабельный по современным меркам.

– Но прием в честь твоей коронации был именно здесь, – Райт говорил с некоторым укором в голосе. – Я и подумал, что это и есть твой дом и твоя резиденция, как короля.

– Это было небольшое представление для поддержания образа жестокого Влада Дракулы, который затворником будет сидеть у себя в замке и следить за всеми вампирами в мире. А в случае нарушения его правил будет жестоко расправляться с непокорными.

– Вот теперь узнаю старого и недоброго Влада, – Грета усмехнулась и тоже проследовала к выходу. – Но я все же хочу вернуться в дом, где есть душевая должного уровня.

– В таком случае прошу следовать за мной, – проговорил я и указал обоим на дверь.

Мы вышли тем же путем, что и пришли сюда. Охрана замка даже не поняла, что мы там были благодаря моему внушению. Уже сидя в машине я чувствовал холодную сталь кинжала, которая обжигала даже мою ледяную кожу своим холодом. Мне хотелось верить, что легенды не врут и этот кинжал повторит то, что сделал шесть веков назад. «Говорят, вещи имеют память на события. Я хочу верить в то, что эта сталь помнит свою историю и сможет вновь повторить ее». Я сидел сильно напряженный, пока Грета везла нас в мое нынешнее поместье. Когда мы приехали на место Райт был сильно удивлён, увидев современный дом, оформленный под старину. Внутри дома все было так же оформлено в современном стиле и с набором всей необходимой мебели и техники. Райт осматривал все с еще большим удивлением, чем в замке, из-за чего вызвал довольную ухмылку на моем лице.

– Чему ты так удивлен? – спросил я волка, ловя его очередной удивленный взгляд

– Наличию умного пылесоса в резиденции первородного вампира и домашнего кинотеатра.

– Как и все люди я иду в ногу со временем и люблю комфорт. Или, по-твоему, я должен был обитать в темном заплесневелом замке со свечами вместо электричества?

– Примерно так я и представлял себе твой дом.

– Уж от кого, а от тебя я не ожидал стереотипного мышления любого смертного, – пробурчал я и вздохнул. – В таком случае ты должен жить в какой-нибудь пещере или яме в лесу, разрыв ее своими лапами. Но ты живешь в довольно неплохом и комфортабельном доме, Райт.

– Неплохо, неплохо. Один-один, граф Дракула.

– На счет стереотипного мышления я с тобой не соглашусь, – в комнату вошла Грета и села на одно из кресел. – Твой брат вот обитает в доме без каких-либо коммуникаций и попадает под классическое стереотипное мышление любого смертного.

– Правда? Откуда ты знаешь?

– Думаешь, я не проверяла это строение на наличие коммуникаций? Я же не дилетант.

– Точно. Как я мог подумать такое о тебе. Так что тебе известно?

– Что удивительно, дом абсолютно никак не охраняется. Ни охранных систем, ни собак, ни частных охранников. Совершенно ничего. Что касается магической части, то он скрыт от таких, как он или мы, но легко замечаем людьми.

– Зачем? К чему оставлять дом заметным людям?

– Не могу сказать, – я глубоко задумался. – Возможно, таким образом, он приманивает жертв?

– Демоны, вроде не питаются кровью или плотью, – взгляд Греты метнулся на волка, но тот никак не отреагировал на него. – Зачем ему люди?

– На службе у Мирчи могут быть подобные нам. Вот он и питает их жертвами.

– Тогда в доме все же есть охрана. И нам не стоит ожидать легкого проникновения.

– А вот с этим я не соглашусь, – я посмотрел на Райта внимательным и уверенным взглядом. – Брат ждет меня и моего появления в любую минуту. Он готов, как никто к этой встречи.

– Тогда, как нам действовать?

– Нам? Ты останешься здесь, – я строго посмотрел на Грету, давая ей понять, что не приму отказ с ее стороны.

– Размечтался, – рыкнула вампирша, и ее глаза вновь загорелись от переизбытка внутренней тьмы. – Я, может, и не совсем одобряю твои любовные похождения и твои вкусы на женщин, но не позволю идти туда в одиночку.

– Он не пойдёт один. С ним буду я.

– И вы думаете, вас двоих хватит на все? – Грета наиграно засмеялась, чем вызвала раздражение у меня и волка.

– В прошлый раз хватило.

– Ну да. Учитывая, что вы шли на избалованную и психованную девицу, которая по силам даже мне не годится в подмётки.

– Тогда почему ты ее не остановила? – Райт был так же обижен как и я и теперь говорил с небольшим презрением.

– А зачем мне это надо? Я думала, что Влад давно сгинул и вся эта история вместе с ним. А до Виктории и ее власти мне не было дела. Меня никто не трогал, поэтому и я не давала о себе знать.

– Грета, я правда не хочу, чтоб ты шла туда, – мой голос стал немного болезненным, но при этом я старался говорить, как можно спокойнее.

– А я не хочу оставить вас двоих на демонов. И твою подружку в том числе, – процедила Грета. – Влад, я могу помочь.

– Слушай, может она права, и нам не помешает дополнительная пара острых зубов? – неожиданно Райт встал на сторону Греты и теперь выжидающе смотрел на меня.

– Райт, от тебя я точно не ожидал подвоха.

– А ты и вправду не так плох, – Грета улыбнулась и оголила свои клыки. – Пара дополнительных клыков у меня найдётся.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – я тяжело вздохнул, говоря при этом с некоторой обреченностью.– Что дальше?

– Дальше мы едем на место и как всегда пытаемся вытащить Стефани из лап твоего брата-маньяка.

– Демона-маньяка, – Грета встала с дивана и подошла к нам. – Но, я думаю, перед этим нужно восстановить силы и плотно поесть.

– Туристы прибудут только завтра. Придётся обойтись местной фауной.

– И не надейся, Влад. Я не буду морить себя голодом, и заниматься вегетарианством, – Грета сверкнула глазами и недовольно фыркнула.

– В таком случае давай разделимся, и каждый найдёт блюдо по вкусу.

– Согласна. А что в это время будет делать наш волк?

– Волк в это время поест нормальной человеческой еды и примет горячую ванную, – Джеймс ухмыльнулся. – Я предполагаю, у меня будет на это время.

– Часа три точно. Но с нормальной едой, к сожалению, у меня проблема. Я думаю, ты понимаешь, почему.

– Не дурак, понимаю. А доставка еды в отдалённые районы имеется?

– Я что-нибудь придумаю.

Я кивнул волку и на этом наш разговор был окончен. Я знал, что Грета найдёт себе человеческую жертву, и скорее всего не одну. Она не умела отказывать себе в еде, поэтому я не стал ее отговаривать от этого. К тому же только свежая человеческая кровь могла восполнить все силы и зарядить любого из нас. Я хотел верить, что Грета не позабыла мои установки и оставит своих жертв в живых. Тем временем я не знал, как мне поступить самому. С одной стороны я был голоден, и это было неоспоримым фактом. С другой стороны, сейчас у меня напрочь отсутствовало желание кого-то убивать или причинять боль невинной душе. В последнее время я убивал только тех, кто этого заслуживал. Воры, насильники, убийцы, педофилы, все они являлись моими жертвами. При убийстве очередного подонка я успокаивал себя одним, что в любом случае он сел бы в тюрьму и жил после совершенных убийств за деньги налогоплательщиков. Я же лишу его этого шанса и настигну его кармой, тем самым отомстив за всех жертв. Может, таким образом, я лишь успокаивал себя и внушал себе мысль, что я не такое уж и чудовище, но мне это помогало сохранять хоть малую часть человечности внутри. В итоге я решил сегодня вернуться к своей старой диете и найти очередного смертника, чтоб свершить над ним своеобразное правосудие. Его жизнь в конце послужит на доброе дело и поможет мне одолеть одержимого местью демона. Самым неприятным для меня было осознание того, что этим демоном был мой родной брат, которого я когда-то любил и сильно оплакивал. Лишь по прошествии времени я узнал, как Мирчи ненавидел меня и мечтал расправиться со мной. Я никогда не понимал, что брата так злило во мне, ведь к нашему младшему брату он не испытывал подобных чувств. Что-то внутри меня подсказало, что вскоре я получу ответ на свой вопрос, и тайное наконец-то станет явным, спустя почти шесть веков молчания.

Глава 23

Перед моими глазами был особняк сильно напоминавший замки зажиточных помещиков в моем детстве. Серое, каменное сооружение зловеще возвышалось над нами, поглощая нас в отбрасываемой им тени. Я рассматривал все пространство около поместья и думал о том, как же все это было невыносимо глупо. «Если все так, как я думаю, то Мирчи совсем умом тронулся, раз продолжает жить прошлым и следовать всем заветом пятнадцатого века». Как Грета и говорила, дом был полностью лишён коммуникаций и электричества, что по сути не было для нас проблемой. Я всем своим нутром пытался почувствовать Стефани и живого человека в окружающем пространстве, но не обнаружил ни единого следа ее присутствия здесь. Я предполагал, что все это благодаря вмешательству Нормана, которого я теперь мечтал разорвать на куски. Моих сил могло не хватить на его убийство, но сильно ранить его я точно был в состоянии. Перед нашим приездом сюда я все же нашёл несколько подходящих кандидатов на роль «основного блюда вечера», и изрядно напитал себя свежей кровью. В такие моменты мне казалось, что я способен развернуть всю планету и пустить ее в обратный ход. Грета тоже не теряла времени даром и была на пике своих возможностей. Что касается Джеймса, то оборотень после обильного отдыха, душа и калорийной еды выглядел не хуже, чем любой из нас. Ночь давно вступила в свои права, но на небе не было ни единой звезды. Лишь свет убывающей луны отбрасывал тусклые блики на землю. Я вновь осмотрелся по сторонам и тихо произнёс:

– Нас, по всей видимости, ожидают. Здесь слишком тихо.

– Ожидают тебя, но никак не нас.

– Здесь повсюду ее запах, – глаза Райта загорелись, и он постепенно становился больше зверем, чем человеком.

– Ты ее чувствуешь? Я что-то не чувствую здесь живой энергии, – я покосился на волка, который держал самообладание из последних сил.

– Да, чувствую. След может они и скрыли, но запах им ничем не нейтрализовать.

– И что ты чуешь?

– Стефани и тех двоих, что вырубили меня в лесу, – прорычал Райт. – Они оба здесь.

– Это точно Мирчи и Норман. Райт, ты сможешь понять, где они?

– В таком виде, нет. Я все ещё человек, к твоему сведению, – Райт все больше напрягался и уже был на грани потери контроля.

– Так в чем проблема тебе перевоплотиться и найти их?

– Еще не время для этого. Он это сделает в более подходящий момент.

– Тогда, что мы будем делать дальше?

– Проникнем внутрь и вытащим Стефани, – рыкнул Райт и осмотрелся по сторонам. – Думаю, это будет не сложно, учитывая пустоту вокруг.

– В этот раз мы будем следовать моему плану. Они ждут меня, значит, я явлюсь на эту встречу. Ты пойдёшь со мной, чтоб в случае чего отвлечь кого-то из них. Грета, на тебе будет мониторинг ситуации и в случае, если возникнут трудности и Стефани будет что-то угрожать, ты ее оттуда вытащишь, не смотря ни на что. Поняла?

– Влад, но я… – я резко перебил Грету, не дав ей закончить.

– Я не приму никаких но. Либо ты соглашаешься на такой план действий, либо мы с Райтом идём вдвоём. Определяйся.

– Ладно. Как прикажет ваше темное величество.

– В данный момент я не приказываю, а руковожу нашей операцией, – я немного успокоился, оставшись довольным согласием Греты. – Грета, ты же знаешь, что она для меня значит.

– Знаю. И если бы меня не волновало твоё счастье и твоя подружка, меня бы здесь не было.

– Но ты здесь. За что я тебе безмерно благодарен.

– Если вы закончили с обменом любезностями, то нам пора действовать, – Райт за это время немного пришёл в себя и вновь был похож на человека.

Мы прошли к дому и стали прислушиваться. Две темные сущности были внутри и я это слабо, но чувствовал. Странно, что Норман мог так оплошать и не скрыть себя до конца. Меня это немного насторожило, но я списал все на суету и его возбуждение от неминуемой мести в мой адрес. Волк тем временем настороженно осматривал все вокруг, ожидая в любой момент нападения. Я заверил его, что никакого нападения не будет, а все основное действие ждёт нас внутри. Мы открыли дверь дома, и попали в темное помещение, освещённое только свечами, которые здесь были вместо электричества. Для меня и оборотня темнота не была препятствием или помехой, скорее наоборот, небольшим преимуществом. Мы оба прекрасно ориентировались в ночи, поэтому попав в темный дом, Райт и я сразу сконцентрировались на его внутреннем расположении. След Нормана и Мирчи исходил из дальней части дома, и мы с Райтом сразу направились в ту сторону. Подойдя ближе к выходу в большой зал, я и волк прижались к ближайшей стене и стали прислушиваться к голосам внутри.

– Она успела все сделать? – знакомый мне голос был слишком напряжен и взволнован.

– Не до конца. У неё скверный характер, в отличии от оригинала.

Металлический и хладнокровный голос брата не был похож на тот голос, который я слышал в детстве. Это был возмужавший, твёрдый и безжалостный голос, принадлежавший чудовищу. Впервые за всю свою долгую жизнь я понял, что видели во мне люди, когда я открывал им свою тёмную сущность. «Не удивительно, что Стефани тогда испугалась тебя. Ты же для неё был точно таким же безжалостным и жестоким монстром». От подобной мысли меня немного дернуло, на что Райт вопросительно покосился в мою сторону. Я жестом попытался показать ему, что со мной все нормально, но по лицу волка было заметно, что он не сильно в это поверил. Тем временем голоса в зале стали громче и вскоре я вновь услышал голос брата:

– Как я могу понять, наш виновник торжества прибыл на место. Ещё и компанию привел. Ты так и продолжишь прятаться, как трус, или наконец-то найдёшь мужество, которого тебе никогда не хватало и выйдешь ко мне.

Скрываться в тени больше не было смысла. Я и Райт переглянулись короткими взглядами, а затем, вышли из тени коридора в зал. Нашему взору предстала большая комната, которая походила на тот холл, что был в нашем семейном замке. Мирчи сидел у камина, точнее взрослый мужчина, похожий на него. Я помнил брата шестнадцатилетним парнем, но это существо не было им. Лишь пронзительные, темно-зелёные глаза напоминали мне о том, что он когда-то был моим братом. Рядом с Мирчи сидел Норман, во взгляде которого я заметил нечто странное. Он не был воодушевлен, как брат, а скорее напряжен и немного подавлен. Все это он пытался скрыть за маской безразличия, которую он зачем-то нацепил на себя. Недалеко от них на кушетке лежало тело, со знакомыми чертами. Кинув свой взгляд на кушетку, меня мгновенно парализовало. Там, на шкуре медведя лежала не Стефани, а Стефания. Волосы ее по обыкновению были завязаны в большую косу, с вплетёнными живыми цветами. Ее платье было точно таким, как при нашей первой встречи на приеме, а черты лица были мягки и безмятежны. Мои руки затряслись, а глаза широко открылись. Мирчи, молча, наблюдал в стороне за моей реакцией, а затем с усмешкой спросил:

– Нравится? Ты же мечтал увидеть ее именно такой.

– Зачем тебе все это? – я шептал практически мертвым голосом, смотря на тело Стефани.

– Я, как старший брат, должен учить тебя всему, – голос Мирчи становился все холоднее и холоднее. – А ты должен запоминать мои уроки и покоряться мне.

– Я ничего тебе не должен. Ты когда-то был моим братом, но давно им не являешься.

– Верно, – в одно мгновение комнату наполнил металлический смех, который эхом отдавался у меня в ушах. – Я давно перерос тебя, щенок.

– Ты дожил до шестнадцати, когда я дотянул до тридцати. И кто из нас щенок?

– Ты всегда им был и будешь, – Мирчи вмиг прекратил смеяться и теперь смотрел на меня с ненавистью. – Ты, то отродье, что забрало мой трон и лишило меня всего в жизни.

– Я лишил? Ты сам виноват в этом. Ты был одержим властью, что не нравилось отцу. Поэтому он объявил меня своим наследником. Ты всегда был слишком жесток и безжалостен.

– Отец изначально планировал устроить все это! Он даже назвал тебя в свою честь. Великий граф Влад Бесараб Цепеш Третий! Сын Влада Второго. Так тебя величали в твоей жизни?

– Да. Но как ты знаешь, в итоге, мое имя стало олицетворить ужас и людской страх.

– Вот именно. Как отец мог считать меня недостойным, когда ты, упиваясь в своём горе, убивал своих же подданных сотнями и тысячами! – Мирчи перешёл на повышенный тон и его эмоции, видимо, впервые за долгое время дали трещину.

– Может, он и ошибся в выборе наследника, но по итогу, правителем стал Раду, которого мы с тобой даже во внимание не брали.

– Раду воспитали Османы, и он стал подчиняться им. Он не был уже частью нашей семьи и нашего рода, – прорычал Мирчи. – Но я рад, что он сумел свергнуть тебя и лишить власти.

– По-твоему, свергнуть с престола Валахии значило лишить меня власти? К тому моменту я уже не был человеком и позволил Раду занять трон, – я тоже перешёл на повышенный тон и прожигал Мирчи ненавистным и жестоким взглядом. – Мне уже не был важен престол или Валахия. Я хотел одного, убивать и убивать безнаказанно.

– Точно. Ты же обезумевший граф Дракула, – Мирчи засмеялся. – Но ты даже здесь испортил мне все планы. Как только я умер и нашёл новую, достойную жизнь, ты берёшь и все портишь своим появлением в виде темного. Причём ты даже не полноценный демон, а непонятно кто. Ты как был выродком, так и остался. Ничего не изменилось после твоего перерождения.

– Думай, что хочешь, но моя участь будет лучше твоей. Я смог построить своё темное царство и как ты можешь заметить довольно успешно. Каждый вампир в этом мире подчинён мне и моей воле. А чего добился ты, Мирчи?

– Того, что я заберу все это у тебя. Я займу своё законное место и наконец-то заберу своё.

– Не думаю, что у тебя получится, брат, – я стал выпускать свою внутреннюю тьму и чувствовал, как мое тело и мои ощущения меняются.

Норман и Райт, стоявшие молча все это время, нервно наблюдали за нами, готовые в любой момент напасть друг на друга. Райт, заметив перемены во мне, ещё сильнее напрягся и тихо произнёс:

– Ты уверен, что стоит сейчас выпустить свою тьму?

– Уверен. Но ты не спеши с этим.

– Это ещё почему? Я так понимаю, назревает конфликт интересов.

– Пока ещё ведутся переговоры. Райт, ещё не время.

– О чем шепчитесь? – спросил Мирчи, тоже приобретя более зловещий вид истинного и бездушного демона. – В приличном обществе нужно либо уединяться для приватного разговора, либо обсуждать его коллективно. Разве ты не помнишь уроки этикета, Влад?

– Я их помню лучше тебя, – прорычал я. – Мирчи, чего ты хочешь?

– В приличном обществе не принято похищать невинных девушек и использовать как приманку. А так же нападать со спины, выманивая на встречу, – Райт выкрикнул это с сильной злостью, чем вызвал удивление у Мирчи.

– Мистер Райт, а вы, оказывается, злопамятный. Не принимайте все на личный счёт. Вы были просто необходимым инструментом в моем плане.

– Что даёт мне основание ещё больше желать разорвать вам горло, – Райт вновь затрясся, а его глаза загорелись пронзительным янтарным огнём.

– Влад, ты бы придержал свою собачонку, – Мирчи злорадно засмеялся. – А то я же могу пустить ее против тебя.

– Только попробуй, выродок.

В один миг одежда на Райте разорвалась, а на месте человека стоял огромных размеров волк с сильно горящими глазами. Шерсть волка в тусклом свете комнаты казалась глубоко чёрной, хотя по факту она была темно-серого цвета. Норман вмиг напрягся, и тоже поменял свой облик. В отличии от нас, Норман все ещё был похож на человека, но его глаза стали разного цвета, олицетворяя его двойственную природу. На его теле загорелись красные символы, которые проявлялись только когда он выпускал свою внутреннюю тьму. Я тоже приготовился к нападению, но к моему удивлению Мирчи остался стоять на своём месте.

– И что дальше? Чего ты хочешь?

– Я хочу того же, что и всегда. Чтоб ты страдал и сожалел, Влад.

– Отпусти Стефани. Она уже больше не нужна тебе.

– Мне она никогда и не нужна была, а вот тебе очень даже. Как я могу наказать тебя, не испортив любимую игрушку?

– Не смей трогать ее! – я кинулся на брата и мы вцепились друг в друга мертвой хваткой.

– Ну же, братец. Разве ты веришь в то, что тебе хватит сил победить меня?

– Хватит. И ещё немного останется, чтоб прикончить тебя окончательно.

– Сомневаюсь в этом. Я демон высшего ранга, когда ты даже демоном не смог полноценным стать. Ты всего лишь дьявольская тень и пыль под ногами, – Мирчи схватил меня рукой за горло и пытался сломать мне шею. – Как же давно я мечтал об этом.

В этот момент что-то промелькнуло около нас, и Мирчи резко ослаб свою хватку. Он слабо вскрикнул, а на его руке осталась небольшая отметина от зубов. Он покосился в сторону, где стоял серый волк с сильным оскалом. Его пасть была в чёрной крови, которая на вид напоминала больше смолу. Заметив заминку брата, я вырвался из его рук и вмиг оказался около Стефани. Она по-прежнему лежала умиротворённая, находясь в глубоком сне. В этот момент я заметил Нормана, который стоял позади меня.

– Ты это с ней сделал?

– Нет. Это был твой брат. Я пыталсязащитить ее от него.

– Ты, думаешь, я поверю в это после всего произошедшего? – я резким движением вцепился в Нормана. – Ты же знал, что она для меня значит. Но ты не учёл того, что это не Стефания. Это Стефани. Совершенно иная девушка, которую я заново полюбил даже больше, чем Стефанию. Я не вижу в ней свою бывшую жену, поэтому тебе не сыграть на моих воспоминаниях и боли. Я помню лишь Стефани и наши с ней отношения.

– Какие громкие слова, Влад, – прорычал Норман. – И, к твоему сведению, я знаю, что она не Стефания. Я провёл со стефани достаточно времени, чтоб это понять.

– Ты с ней? – мои глаза как никогда горели огнём, наполненным ненавистью и злостью. – Только скажи, что ты ее трогал.

– Я ее не трогал. Я слишком дорожу ей, чтоб тронуть.

– Даже не смей при мне говорить такое. Я вновь не пожалею своей жизни ради неё и попробую убить тебя!

– Влад, поверь мне сейчас, – Норман стал самим собой и пристально на меня посмотрел. – Вначале я действительно хотел помочь Мирчи свергнуть тебя, и сделать тебе больно. Тем более когда я узнал, что ты жив и ты вернулся, мне как никогда захотелось тебе отомстить. Ты ни разу не пришёл ко мне после своего возвращения, не говоря уже о двух веках молчания и игнорирования! Ты был мне нужен, Влад, но ты меня бросил.

– Я поступил неправильно с тобой, Норман. Но Стефани не заслуживает расплачиваться за мои ошибки.

– Ты прав. Она не заслуживает этого, – взгляд Нормана упал на тело Стефани. В этот момент его свечение пропало, а глаза стали вновь человеческими. – Я понял, почему ты был готов бросить все и всех ради неё…

– Что ты хочешь этим сказать? Я бросил все ещё задолго до неё и до ее появления в моей жизни.

– Задолго. Но согласись, Стефани ещё больше всколыхнула в тебе желание жить обычной человеческой жизнью. Гулять по паркам, ходить в кино и на матчи премьер лиги, обсуждать бытовые вещи. Есть мороженое по воскресеньям, запивая его свежим кофе. Разве ты не этого хочешь?

– Именно этого. Но тебе откуда это знать?

– За те месяцы, что я был с ней рядом, я пережил нечто подобное. После этого я не смог следовать плану Мирчи и захотел всеми силами ее спасти от него. Для меня стала неважна месть тебе, а было важно лишь защитить ее. Я знал, что она любит тебя и только тебя. Ведь когда она рассказывала о своём профессоре из Колумбийского, она менялась и святилась. Ее глаза горели, а от души исходил неимоверный свет. Я знаю, Влад, что твоя душа все ещё жива.

– О чем ты? Ты лучше всех знаешь о том, что я отдал ее твоему отцу за ее душу.

– Ты не продал свою душу, Влад. Поэтому ты не смог стать демоном. Твоя душа объединилась с душой Стефании, создав новую душу. Душу Стефани.

– Это невозможно. Я отдал душу и наблюдал перерождения Стефании каждые сто лет. И ничего не менялось в ней. Она всегда была похожа на саму себя.

– Не менялось до Стефани, – Норман сверкнул глазами. – Стефани – это твоя душа, объединённая с душой Стефании. Твоя душа была где-то далеко заперта, но когда ты отказался от крови и жизни монстра, когда ты поверил в то, что ты самый обычный живой человек, твоя душа возродилась. Вот так и появилась Стефани, и ее необычный свет. Это твой свет, Влад,

– Нет. Этого не может быть… – мой голос задрожал, а лицо вновь становилось человеческим. – Я чудовище, убившее тысячи невинных жизней.

– Поверь мне. Я в этом разбираюсь, как никто, – Норман подошел ко мне и протянул руку. – Прости меня за неё. Я уверяю тебя, что не причиню ей вред, так же, как и тебе.

– Почему ты все еще помогаешь Мирчи?

– Я не помогаю ему. Знаешь, как говорят, держи друзей рядом, а врагов ещё ближе. Я хотел быть рядом со Стефани и в случае чего спасти ее.

– В таком случае, спасибо, – я пожал руку своего бывшего друга. – Надеюсь, мы сможем обо всем этом поговорить. При условии, что я выживу.

В этот момент я услышал сильный визг, а затем что-то налетело на меня. Серый волк свалил меня с ног и теперь скалился на меня, пытаясь вцепиться мне в горло. Из-за своей человеческой формы я был слаб, и не мог справиться с оборотнем.

– Джеймс, ты совсем рехнулся?! Что ты делаешь?

– Он не слышит тебя, братец. Он теперь моя личная шавка, – голос Мирчи прозвучал откуда-то сверху, и в нем слышались знакомые ноты торжества.

– Мирчи, а собственными руками ты справиться не в состоянии? – рычал я, все ещё отбиваясь от пасти и когтей Райта.

– Так будет слишком легко. Я хочу тебя помучить перед смертью.

– Мирчи, заканчивай это. Поиграли и хватит, – за моей спиной раздался властный голос Нормана.

– Норман? Ты что, решил вернуться к прежнему?

– Я решил перестать прикидываться, и стать самим собой.

– И кто же ты у нас? Второсортный демон, которого изгнали из Ада за излишнюю человечность? Демон с душой. Ха! Как же это жалко звучит.

– Ты сейчас как никогда ошибаешься, – Норман вновь поменял свой облик, и теперь по всему его телу распространились светящиеся татуировки. – Второсортный демон здесь ты. А я более высшее существо.

– И как это понимать?

– Подумай своим ограниченным умом, какой демон имеет душу?

– Демоны не имею души. Тебе ли об этом не знать. Ее имеет лишь Дьявол, который поглощает чужие души и питает таким образом свою.

– Верно, – Норман злорадно улыбнулся. – Хватит тебе ума сделать из этого определённые выводы?

– Норман, я терпеть не могу этих забав! Прекрати эти глупые игры.

– Ты прекратишь эти игры, Мирчи. Это я тебе приказываю, как сын Дьявола.

– Ты?! Но это абсурд! У Дьявола не могло быть детей. Лишь демоны, созданные из темных и покорённых душ.

– Твои рассуждения и дают мне основания ещё раз убедиться в твоей глупости и ограниченности. А часть моей души и божественности дают мне основания считать иначе.

– Я не верю. Это твоя очередная иллюзия и игра.

–– Вот как? Придется доказать тебе на практике правдивость моих слов.

Все это время Райт пытался добраться до моего горла и всячески тянулся к нему своими клыками. С его обезумевшей морды капали слюни прямо мне на лицо, а его пустой взгляд принадлежал кровожадному зверю. «Оборотня лишили контроля и теперь он лишь зверь, но не человек». Я удерживал волка из последних сил, но он практически добрался до моего горла. Когда я посчитал, что мне конец, Райт резко остановился и стал трясти мордой из стороны в сторону. Его глаза стали меняться, становясь все более осознанными. Через пару минут на меня смотрел знакомый взгляд Джеймса, и волчья сущность вновь была полностью под его контролем. Волк стал осматривать меня и все вокруг, а затем еле заметно заскулил.

– Джеймс, я в порядке. И я не в обиде на тебя.

– Что ты сделал? Как ты смог подчинить себе волка? Это подвластно только мне!

– Вернул оборотню контроль над зверем. Ещё вопросы имеются?

– Даже если это правда и ты сын Дьявола, я все ровно закончу начатое.

Мирчи в один миг оказался около бессознательного тела Стефани и стал высасывать из неё душу. Я почувствовал неимоверную боль в груди и закричал. Боль была настолько невыносимой, что я потерял равновесие и упал на колени. Я обхватил себя руками, продолжая громко кричать от разрывающей изнутри боли. В этот момент ко мне подскочила Грета и стала трясти меня из-за всех сил.

– ВЛАД, ЧТО С ТОБОЙ?

– Мирчи… Высасывает всю душу… Из неё… Мою душу… – выдавил я из последних сил и вновь согнулся от неимоверной боли.

– Что мне сделать? Влад, ВЛАД!

– Грета, что он сказал? – в одно мгновение около Греты оказался Джеймс в человеческом виде.

– Что этот ублюдок высасывает его душу из этой девчонки!

– Что это значит? Как это возможно?

– Это значит, что его душа в ней, и они создают единую душу на двоих, – подошел Норман и стал напряжённо смотреть на меня и всю нашу компанию

– Как ему помочь?

– Нужно уничтожить Мирчи. Иначе, он поглотит его и ее душу, тем самым убив Стефани, а Влада окончательно обратив во тьму

– Ты не можешь этого сделать? Ты можешь убить этого подонка?

– Это не в моей компетенции. Он уже принялся за дело, и я здесь бессилен.

– Мы должны что-то сделать! Его же убили когда-то человеком, и демоном можно убить! – прорычала Грета, хватая меня в объятья. – Влад, прошу тебя, держись.

– Она права. Нам нужно оружие, чтоб убить демона.

– И что это за оружие?

– То, которым его убили ещё человеком.

– Ты издеваешься? Где мы его возьмём сейчас?

В этот момент я собрал все свои силы и, схватив Нормана за ногу, резко притянул его к себе. Мне надо было сообщите ему важную вещь, но с каждой секундой я терял драгоценные силы. Когда мне казалось, что я потерял сознание, Норман схватил меня и стал сильно трясти,

– Влад, ты что-то хотел сказать? Ты знаешь, где он?

– Он… Стефани… Рука…

Я выдохся и силы оставили меня окончательно. Я потерял сознание и ушёл в то место, которое Джеймс назвал небытием. Тем временем Норман подскочил на ноги и стал судорожно осматривать комнату. Он кинул свой взгляд на Стефани, а затем на ее руку, в которой лежало спрятанное в рукаве лезвие. Глаза Нормана широко открылись от удивления, и он посмотрел на меня с одобрением и уважением. Норман всеми силами напрягся и вновь стал перевоплощаться. Его глаза сильно святились голубым и зелёным свечением, а тело полностью состояло из мифических татуировок, которые святились ярким красным светом. Он направил все свои силы на Стефани, и спустя несколько минут упал без сил рядом со мной.

– Что с ним? Джеймс, что нам делать?

– Не знаю! Либо он их покорил, либо убил. Другого не дано.

– Я не верю! Влад не мог так умереть! Не после шести веков жизни, – Грета громко кричала и ее глаза впервые стали влажными.

– Все-таки справедливость восторжествовала, – голос Мирчи раздался где-то вдалеке. – И он получил то, что заслужил. Вечное забвение в пустоте.

– Ублюдок! Ты убил его, – Грета попыталась кинуться на демона, но Джеймс крепко удерживал ее тело в своих руках.

– Грета, стой! Ты лишь убьешь себя.

– Плевать! – девушка всеми силами старалась вырваться из рук волка. – Пусти меня!

– Я не позволю ещё и тебе покончить с собой, – рявкнул Джеймс. – Мирчи, что ты сделал с ними?

– С ними? Если говорить про брата и его женушку, то я навсегда лишил их возможности воссоединиться. На том или этом свете.

Мирчи смеялся настолько сильно и мелодично, что это сильно резало слух. Джеймс вновь стал терять контроль, но в этот раз от перевоплощения в зверя его спасла Грета.

– Джеймс, ты сам сказал, он не стоит твоей жизни. Все кончено.

– Мы должны отомстить за них.

– Мы уже ничего не можем сделать, Джеймс. Этот бой проигран, – Грета прижалась к оборотню и стала тихо всхлипывать.

– Как мило. Только союз оборотня и вампира противоестественен. А за такие нарушения вас ждёт казнь. В моем новом мире подобного никогда не будет случаться, – Мирчи стал надвигаться на Джеймса и Грету с черными, как смола глазами.

– Только тронь кого-то из нас. И я за себя не ручаюсь.

– Раз тебе так будет угодно, то я могу натравить тебя на твою новую подружку. Разыграем свой вариант Ромео и Джульетты, где оборотень и вампир сначала находят друг друга, а затем разрывают друг друга на куски. Как вам?

– Можешь делать с нами что хочешь. Но как только Влад придёт в себя он тебя уничтожит.

– Сомневаюсь в этом. Он навеки заперт в небытие. Волк знает, что это за место. Оттуда нет выхода, лишь вход и он только снаружи. Раз я не могу убить брата, я запру его душу, а его тело запрячу в самое потайное место на этой планете, чтоб ни одна душа больше не вспомнила о Владе Дракуле.

– Я бы не была так в этом уверена. Я всегда любила, люблю и буду любить его и помнить о нем, – за спиной Мирчи возникла Стефани с кинжалом в руке. Она обеими руками крепко схватилась за рукоять клинка и ее глаза загорелись ярким светом. – Ты настоящее чудовище и настоящий бездушный монстр, заслуживающий смерти. Пусть Влад и совершил много плохого, но я знаю, что у него есть душа и она светлее души любого существа в этом мире. Я знаю это, потому что чувствую его душу каждый день, каждую минуту и каждую секунду своей жизни. Влад Дракула и есть моя душа.

Стефани засветилась, а ее руки вонзили светящийся клинок прямиком в грудь демона. Мирчи стал истошно кричать, корчась от боли. Он стал медленно падать на колени, а из его груди стекала чёрная жидкость. Демон пытался вынуть клинок из груди, но он каждый раз сильно обжигал его пальцы. Мирчи продолжал кричать и вскоре его крики стали стихать, а тело обмякло. Он испустил последнее дыхание и свалился замертво. Как только тело демона раскинулось по полу, оно вмиг превратилось в чёрный дым, который медленно стал рассеиваться в воздухе. Стефани стояла, еле держась на ногах, а ее глаза постепенно становились нормального вида. Ее тяжёлое дыхание слышалось слишком сильно в возникшей тишине, а слабый голос произнёс.

– Кто-нибудь расскажет мне, что здесь произошло?

Глава 24

Румыния. Лес Хоя-Бачу. Наши дни.

Адреналин в крови продолжал бурлить и быстрым потоком разноситься по моим венам. Наверное благодаря ему я стояла на ногах, все ещё не упав полностью обессиленной на пол. Когда меня стало отпускать, а зрение начало обретать чёткость, моим глазам открылась довольно странная картина. Передо мной стоял живой Джеймс, на котором были видны следы борьбы. Его глаза горели знакомым мне огнём, но в этот раз в них не было того звериного взгляда, который я привыкла наблюдать. В объятьях Джеймса стояла неизвестная мне девушка. Ее лицо было плотно прижато к его груди, а чёрные волосы спадали ровным водопадом по спине. Когда девушка повернулась, я увидела знакомые черты лица и сильно удивилась. Именно ее я видела на осеннем балу в компании Дэмиана. «Откуда она здесь взялась и кто она такая?» мелькнул в моей голове логичный вопрос. Ее мокрые глаза ввели меня в ступор, и я пыталась понять, что здесь произошло. Как только мой взгляд скользнул за спину Джеймса и вампирши, я увидела две мужские фигуры, беспорядочно лежащие на полу. Их контраст ярким пятном выделялся на всеобщем фоне. Светлый образ Нормана теперь выглядел словно после апокалипсиса. Норман был бледен, и вся его одежда была разорвана во многих местах, словно от ожогов. Его длинные, светлые волосы спутались, и у лба образовалась испарина. Рядом с Норманом лежал тот, кого я никак не ожидала увидеть. Чёрная фигура Дэмиана была бледнее обычного, но его черты лица изображали безмятежность и спокойствие. Человеческий вид Дэмиана был настолько родным и дорогим мне, что я, не задумываясь, кинулась к нему и прижала его бессознательное тело к себе.

– Дэмиан, нет. Ты не мог… – я не смогла окончить свою фразу, поскольку мой голос сорвался. – Джеймс, что здесь произошло?

– Сложно описать в двух словах. Я и сам толком ничего не понял.

– Влад хотел тебя спасти от брата, но не смог спасти себя, – голос брюнетки раздался глухим эхом. Я почувствовала сильную боль в ее голосе, что меня удивило и вызвало во мне некоторые подозрения на ее счет.

– Кто ты такая? Что вас с ним связывало?

– На счёт меня не переживай. Я доверенное лицо Влада и заместитель. Он мой учитель и мой хозяин. Мы с тобой встречались, но не успели познакомиться. Меня зовут Грета, и я та, кто помогал Владу все это время и поддерживал его.

Я повернулась в сторону вампирши, и с недоверием покосилась на неё. Во мне вновь разыгралась слабая тень ревности, и я испытывала определённое недоверие к словам девушки. После всего пережитого мне было сложно верить незнакомым людям. Вампирша для меня была таким же потенциальным врагом, что и остальные.

– Стефани, Грета действительно близкий друг Влада и все время помогала нам спасти тебя, – голос Джеймса стал мягким и заботливым. – Она отличный друг, и я бы сказал, что она, отчасти, помогла ему и с вашими отношениями.

– Ты ему помогала? Каким образом?

– В том году я привела Влада на осенний бал и помогла найти тебя. Сейчас я сделала примерно тоже самое и помогла этим двоим найти тебя и этого маньяка Мирчи.

– В таком случае спасибо тебе, – что-то в словах девушки убедило меня в их правдивости, и я вмиг потеплела по отношению к брюнетке. Она мне больше не казалось высокомерной и неприятной. Скорее Грета перешла в категорию тех людей, отношение к которым я ещё не могла понять. – И прости меня.

– Простить? За что?

– На балу ты мне жутко не понравилась, и мне хотелось вырвать каждый твой идеально уложенный волосок на голове, – я попробовала улыбнуться, но мой взгляд на тело Дэмиана вмиг стёр улыбку с лица.

– Не бери в голову, – девушка отмахнулась и отпрянула от Джеймса. – При виде меня почти все так реагируют.

– Я нет, – Джеймс подмигнул вампирше, что вызвало во мне небольшое смущение и негодование. – Ты мне сразу понравилась.

– Волк, я вмиг могу развеять твои иллюзии на мой счёт.

– Попробуй. Мне даже интересно, как ты это сделаешь.

– Поверь, это будет мучительно больно для тебя.

– Джеймс, что с Дэмианом? Норман и он… Они друг друга… – я решила прервать этот флирт между Джеймсом и брюнеткой и узнать волнующий меня вопрос.

– Нет, – Джеймс подошел ко мне и стал осматривать тела мужчин. – Они были на одной стороне и Норман нам помогал.

– Что значит он вам помогал? Норман помог похитить меня и хотел отомстить Дэмиану.

– Стефани, не знаю, что его переубедило, но сын Дьявола помог нам. Могу предположить, что именно он пробудил тебя ото сна и вытащил из небытия.

– Волк прав. Как бы я не желала его разорвать, но, в конце концов, Влад ему доверился и не зря, как я вижу.

– Влад… – прошептала я и вновь прижала безжизненное тело Дэмиана к себе. – А я до сих пор продолжала звать его Дэмианом.

– Я думаю, Владу не принципиально, как ты его зовешь, – Джеймс положил мне руку на плечо. – Ведь от перемены мест слагаемых сумма не меняется. Но ты все же называй его своим именем. Владу это будет приятно.

– Ты ещё и цитируешь математические законы? – вампирша с негодованием смотрела на Джеймса. – Откуда ты такой взялся?

– Я из Нью-Йорка. И при удобном случае буду рад видеть тебя у себя в гостях.

– Приму к сведению, – Грета посмотрела на меня и тело Дэмиана, которое я продолжала обнимать. – Как думаешь, что с ним?

– Мирчи сказал, что запер его душу в небытие. Вдруг он убил Дэмиана и он больше никогда не очнется… – я не смогла сдержать эмоции и выпустила подступившие к глазам слезы.

– Не думаю. Я, вроде, успел ее вытащить, раз ты жива и ты в себе.

От услышанного голоса я сильно вздрогнула. Норман продолжал лежать на полу, но постепенно приходил в себя. Сильно кривясь от боли, он поднял своё туловище и принял сидячее положение. Его разного цвета глаза смотрели на меня и бессознательное тело Дэмиана, но в них не было и тени злости или ненависти. В глазах Нормана читалась небольшое облегчение и спокойствие.

– Норман? Ты жив? Но как?

– Он же сын самого Дьявола, – вампирша говорила с сильным высокомерием в голосе. – Вряд ли его так просто убить.

– Норман, как ты узнал об слабостях Мирчи и то, как его можно убить?

– Ты сама дала мне возможность узнать этот секрет, когда пыталась читать труды Луки.

– Ты все понимал! И читал их вместе со мной в это время, – в моем сознании наконец-то появилась полная картина всего произошедшего. – Пока Мирчи и я пытались понимать смысл написанных там слов, ты все уже знал.

– Точнее говоря, я узнал из рукописей о способе убийства Мирчи. «Лишь светлая душа, чьё происхождение будет снисходить от двух владык Тьмы и Света сможет убить тёмную сущность демона. А орудие, что породило демона, должно стать его погибелью».

– Охренеть, – я вновь посмотрела на бессознательное тело в своих руках. – Ты можешь помочь ему?

– Я могу попробовать, но боюсь, что тебе это не очень понравится.

– Что конкретно мне не понравится? Норман, говори все, как есть.

– Я предполагаю, что Владу нужно принять его темную сторону, чтоб вернуться. Его человеческая форма слишком слаба, поэтому ему надо принять его истинный облик, чтоб прийти в себя.

– Ты хочешь сказать, что он должен быть вампиром, чтоб вернуться? – Джеймс и Грета, молчавшие до этого, теперь пристально смотрели на Нормана, ожидая его ответ.

– Именно это я и хочу сказать.

– Ты можешь его изменить?

– Я могу попробовать, но для тебя это может быть крайне опасно. Стефани, он может не понять, что происходит и напасть на тебя, как на единственного человека в этой комнате.

– Плевать! Плевать, что он сделает и кем будет. Верни его!

– Стефани, это слишком опасно и я считаю…

– Норман, верни его мне любой ценой!

– Норман, сделай это, – тихий голос Джеймса раздался где-то за моей спиной. – Мы с Гретой успеем в случае чего остановить Влада и защитить Стефани.

– Волк прав, – заявила Грета и ее глаза зажглись красным. – Я всегда готова привести Влада в чувства. Я этим больше сотни лет занималась и смогу ещё раз это сделать.

– Раз вы так уверены, я попробую сделать все, что от меня зависит, чтоб ему помочь.

Норман встал на ноги, немного шатаясь при этом. Он глубоко вздохнул, а затем, немного тряхнув головой, твёрдо встал на ноги. Его глаза вмиг загорелись знакомым мне светом, а по телу проявлялись красные светящиеся символы на непонятном мне языке. Норман что-то безмолвно шептал, а затем в один миг все это прекратилось, и он вновь стал обычным человеком. Норман тяжело дышал, и с опаской смотрел в сторону Дэмиана. В этот момент я почувствовала, как его тело начало меняться прямо у меня на руках. Я хотела его оставить и отпрянуть в сторону, но в последний момент заставила себя остаться. Я смотрела на меняющегося Дэмиана и пыталась найти в чертах этого чудовища человека, что был так дорог моему сердцу. Спустя минуту я смотрела на жесткие черты лица, на острый подбородок и бледную кожу, но все ещё видела перед собой того самого Дэмиана, которого я когда-то полюбила. Сейчас, я уже не видела в нем монстра и убийцу, и не испытывала страх или отвращение. Теперь любая его форма казалась мне родной и прекрасной. Я потянулась дрожащей рукой к бледной щеке Влада и провела по ней аккуратным движением пальцев. В один миг когтистая рука схватила мою руку и глаза Дэмиана резко распахнулись. Это были глаза монстра и убийцы. Холодный взгляд ярко красных глаз прожигал меня взглядом, а его губы искривились в зверином оскале. Джеймс и Грета подорвались к нам, но я жестом показала им не вмешиваться. Тем временем Дэмиан резко подскочил на ноги и, схватив меня, прижал к стене. Он тяжело дышал, вдыхая аромат моей крови, а его глаза все больше наполнялись голодом. Дэмиан стал приближаться ко мне. Когда клыки вампира оказались практически у моей шеи, я резко схватила лицо монстра и впилась своими губами в его холодные, но такие родные губы. Вкус его губ ничем не отличался от тех поцелуев, что были у нас ранее. Скорее наоборот, его острые клыки прорвали мою нижнюю губу, и наш поцелуй наполнился вкусом моей крови. Я все настырнее и настырнее прижималась к губам Дэмиана, при этом покусывая его холодный язык. Дэмиан вмиг остановился, и его лицо стало медленно меняться, становясь его человеческой версией. Я не помню, сколько продлился наш поцелуй, но когда я постаралась отстраниться, Дэмиан продолжал меня удерживать в своих цепких руках. Как только мои глаза открылись и взглянули в лицо Дэмиана, то я увидела совершенно обычного парня, с недоуменным взглядом на лице.

– Стефани, ты… – Дэмиан говорил растерянно и невнятно, а его глаза бешено бегали по моей фигуре.

– Я, – проговорила я и прижалась к его груди. – Я люблю тебя, Влад Дракула, и всегда буду любить, кем бы ты не был.

– Стефани…– голос Дэмиана дрогнул и сорвался. Он крепко сжимал меня в объятьях, зарывшись лицом в мои волосы. – Я тоже тебя люблю, и всегда буду любить только тебя. Плевать на все опасности и запреты. Я буду рядом с тобой и никогда больше не отпущу тебя из своей жизни.

– И не надо. Не отпуская меня больше никогда.

– Влад! Ты жив! Ты был прав. Она и вправду не простой человек.

– А я что говорил, – взгляд Дэмиана переместился в сторону вампирши. – Грета, я в порядке.

– Чему мы безмерно рады, – подал свой голос Джеймс и улыбнулся. – Легенды не врут, и ты действительно не уязвим.

– За что я должен сказать спасибо Норману. Ты спас мне жизнь и жизнь Стефани.

– По факту, это одна жизнь, разделённая на две части. Но я был рад сделать нечто подобное.

– Норман, я все ещё не пойму. Ты хотел меня оторвать от семьи, ты помог Мирчи справится с Джеймсом и заманить меня в ловушку, ты вместе с Мирчи похитил меня, но потом по итогу ты помог его победить. Кто ты в этой истории?

– Это не мне решать. Но я надеюсь, что Влад поймёт мои мотивы и причины, которые руководили моими действиями.

– Я то пойму, а вот Стефани навряд ли, – Дэмиан крепко прижал меня к себе, при этом широко улыбаясь. – Она ведь теперь, как никак, моя королева.

– Прости, что? – я резко отшатнулась от Дэмиана и покосилась на него с яростным возмущением. – Что это за непонятные метафоры?

– Почему метафоры? Это известный всем присутствующим факт. После всего произошедшего я не отпущу тебя от себя. Я хочу, чтоб ты была рядом со мной, не смотря ни на что. Но я не могу бросить своё место и свои обязанности. Стефани, я должен остаться у власти и контролировать всех вампиров. Я не допущу появления второй Виктории и не позволю творить бесчинства и бесконтрольно убивать большое количество людей. Только не при моем правлении.

– Ты останешься главным у вампиров?

– Я должен. Как бы я не мечтал устраивать прогулки под луной в центральном парке, сидеть с тобой на террасе своего пентхауса с чашкой чая, смотря на панораму ночного Нью-Йорка, но ради тебя и всего человечества я должен остаться у власти.

На последних словах Дэмиан перешёл на шёпот, и в его глазах можно было заметить боль, смешанную со страхом. Я сразу поняла, что это был страх быть отвергнутым. В этот момент я вспомнила слова Рэйчел о том, что Дэмиан пережил неимоверную боль двух потерь, с которой он не сможет справиться. «Но он справился, и даёт тебе ещё один шанс. Он даёт вам шанс и верит в ваше совместное будущее. Так не упусти этот шанс, Стеф, и в этот раз сделай правильный выбор». Нежным прикосновением я взяла Дэмиана за руку, и с улыбкой на лице произнесла.

– В таком случае не бросай ничего и оставь все, как есть. Я буду рядом с тобой и всегда поддержу тебя. Будешь ли ты профессором, или главным среди вампиров, мне не важно. Ты моя душа, так же, как и я твоя, а это значит, что мы единое целое.

– Стефани…

Дэмиан кинулся ко мне и его холодные губы настигли мои. В этот раз наш поцелуй был полон страсти, нежности и напора. Я все больше пьянела от этого головокружительного вкуса, а мое тело горело огнём. Дэмиан немного дрожал, что говорило об его ответной реакции на меня. Я с трудом себя удерживала от того, чтоб не наброситься на него, но в последний момент отстранилась и еле слышно шепнула на ухо Дэмиану:

– Повременим с этим. Сейчас, не время и не место. Но как только мы останемся наедине, то непременно вернёмся к этому вопросу.

Дэмиан слегка отстранился от меня и удивлённым взглядом смотрел прямо в мои большие глаза. Его глаза вновь были насыщенного ярко-зелёного цвета. Они были точной копией тех глаз, что я впервые увидела в Праге на ступенях ресторана и в которые влюбилась, потеряв голову. Именно эти глаза покорили меня и навсегда запали мне в душу. Тем временем Дэмиан немного пришел в себя и наигранно кашлянул.

– Я обязательно рассмотрю ваше предложение, мисс Пайнс. И в случае своего положительного решения дам вам знать об этом.

– Буду вам безмерно благодарна, мистер Цепеш, – я широко улыбнулась, на что Дэмиан ответил мне такой же тёплой улыбкой.

– На этом наши переговоры можно считать оконченными?

– Что касается переговоров да, но что касается нас, то здесь я вынужден удержать вас рядом с собой.

– Если вы закончили с этими играми, то предлагаю побыстрее убраться отсюда, и как можно дальше, – вампирша скривилась, окинув недовольным взглядом окружающее нас пространство. – Мне здесь не по себе.

– Согласен. Здесь довольно паршивая обстановка, – Джеймс подошел ближе ко всем нам, при этом еле заметно касаясь руки вампирши.

Мы все вместе выбрались из зловещего дома на улицу, где первые лучи рассветного солнца пробивались сквозь уходящую ночь. Небо озарялось бледной зарей, а в воздухе чувствовался яркий аромат влаги, исходящий от близлежащего леса. Норман попрощался со всеми нами, сообщив, что отправится по важным делам, но обязательно навестит нас при первом удобном случае. Попрощавшись с ним, все вместе мы устроились в автомобиле Греты и направились подальше от злополучного особняка на встречу новому дню и новой жизни.

Несколько дней спустя. Нью-Йорк. США.

Я и Влад сидели во дворе у Джеймса, скрываясь от летнего зноя в тени густых и зеленых деревьев. Впервые на моей памяти Влад сидел в одних плавательных шортах и по его телу скатывались капли воды. Мне нравилось наблюдать эту картину, но я скрывала свой заинтересованный взгляд за солнечными очками. Лето только недавно вступило в свои права, но на улице была невыносимая жара. Я любила солнце и ощущение его горячих лучей на коже, а вот Влад сильно напрягался, находясь долгое время под открытыми солнечными лучами. Вчера ночью мы вернулись из Румынии, а вместе с нами прилетела и Грета. Меня немного удивил факт ее прибытия с нами, но потом мои вопросы отпали сами собой. Между Джеймсом и Гретой возник определённый флирт, который немного выходил за рамки приличного общения. Я была не против такого развития событий, ведь впервые на моей памяти Джеймс был заинтересован кем-то. Мы прилетели поздно ночью и остались ночевать у Джеймса в доме, ведь на всеобщее удивление он оказался пуст. Я и Влад проснулись совсем недавно, и это утро было для меня одним из самых счастливых в жизни. Я и не мечтала когда-то открыть глаза и увидеть на соседней подушке лицо спящего Влада, мирно сопящего рядом со мной. Эта картина вызывала во мне бурю эмоций, которые сопровождались выбросом огромного количества эндорфина в мозг. После пробуждения я решила посидеть во дворе и искупаться в холодных водах бассейна, на что Влад изъявил желание составить мне компанию. Немного позже мы поняли, что до сих пор дом был абсолютно пуст, а Джеймс и Грета продолжали крепко спать. Меня удивило отсутствие всех домочадцев в доме, но я решила разобраться с этим позже. Сейчас я просто наслаждалась прикосновением лучей солнца на коже, и прекрасным видом любимого человека в полуобнаженном виде.

– И долго ты собираешься пожирать меня глазами? – Влад сидел на своем месте и искоса смотрел на меня. – По-моему, из нас двоих я являюсь охотником.

– С чего ты взял, что я смотрю на тебя? – я изобразило полное безразличие, но мои щеки стали пылать.

– Стефани, я первородный вампир с шести вековой историей за плечами. Я могу понять, когда на меня смотрят.

– Какой же ты иногда невозможный, – буркнула я, осознав, что попалась с поличным. – Ты уже не профессор, чтоб так себя вести.

– Я всегда им был и буду.

– Разве ты не бывший правитель Валахии, нынешний всесильный владыка вампиров, и темный повелитель нечисти? – я говорила с сильным сарказмом, на что Влад лишь усмехнулся.

– И это все тоже про меня, – на лице Влада мелькнула довольная улыбка, что не могло меня не удивить.

– Что тебя так развеселило?

– Я здесь кое о чем подумал на днях и решил посоветоваться с тобой в одном вопросе.

– По поводу?

– Что мешает мне стать своеобразным Бэтменом?

– Кем? Ты перегрелся на солнце? А говорил, что солнце не губительно для вампиров. Но как я могу заметить, оно явно влияет не лучшим образом на твой рассудок.

– Солнце никак не мешает вампирам. Среди нас есть любители серфинга и их не мало. Что касается моих слов, то я сейчас серьёзно говорю.

– В таком случае поясни мне свою мысль более понятно и развёрнуто.

– Посуди сама. Миллионер и преподаватель днем, который ничем не отличается от любого жителя этой планеты, а ночью он становится темным владыкой нечисти. Как тебе?

– О чем ты? Тебе же не двадцать лет, чтоб играть в подобные игры и мнить себя не пойми кем.

– Стефани, я вот о чем говорил. Я хочу остаться в Нью-Йорке и вернуть часть своей нормальной, человеческой жизни, но уже рядом с тобой, – в один миг голос Влада стал вновь серьёзным и собранным. Его глаза излучали дикую уверенность, что было совершенно неожиданно для меня, как и его слова.

– Ты, что? – я не смогла сдержать накрывавшие меня эмоции и взвизгнула от возбуждения. – Ты хочешь остаться в Нью-Йорке?

– Вместе с тобой. Днем я буду Дэмианом Вайтом, профессором истории в Колумбийском университете. А ночью я вновь буду Владом Дракулой, который будет контролировать всех вампиров в мире.

– Ты готов пойти на это ради меня?

– И ради себя в том числе. Мне нравилась моя человеческая жизнь.

– Влад, как ты объяснишь свое исчезновение на полтора года в университете, и кто тебя возьмет обратно на работу?

– Стефани, напомню тебе, что я легко подчиняю разум людей внушению. Как я, по-твоему, в тридцать лет получил место ведущего преподавателя, да еще и профессором стал?

– Стоп. Сколько тебе?

– Мне? По-моему, пятьсот восемьдесят девять. У меня был день рождения в Марте.

– Ты понял, про какой возраст я спрашиваю. Я помню, как в Праге ты говорил мне про свои тридцать пять. Но сейчас ты сказал, что тебе тридцать. Как ты это объяснишь?

– Здесь, прости, я тебе немного соврал в тот раз, – Влад состроил виноватое выражение лица. – На самом деле мне было тридцать, когда я стал вампиром.

– Зачем ты соврал мне?

– Подумай сама. Как тридцатилетний парень может получить научную степень по истории и быть преподавателем в университете? По-моему, это немного неправдоподобно.

– Значит Дэмиану Вайту тридцать пять, а Владу Дракуле тридцать?

– Примерно так, – Влад потянулся ко мне и легким движением губ поцеловал меня. Его губы после знойных лучей приятно охлаждали мою кожу своим холодом, что доставляло мне неимоверное удовольствие.

– Что это? К чему такие действия?

– Это мое извинение за ложь.

– Боюсь, что одним поцелуем ты не отделаешься. Даже не надейся на это.

– Я что-нибудь придумаю и обязательно искуплю свою вину перед вами, мисс Пайнс.

В этот момент к нам вышли Джеймс и Грета. На девушке в этот раз были надеты черные шорты и открытый топ. Джеймс же со спокойным и игривым выражением лица шёл рядом с девушкой и широко улыбался. Они оба выглядели отдохнувшими и отчасти счастливыми. Я сразу смекнула, что между ними что-то было, от чего на моем лице заиграла усмешка. «Нужно будет поиздеваться над Джеймсом при первом удобном случае» подумала я, предвкушая свою месть другу за все его шутки в мой адрес. Тем временем вампирша и Джеймс устроились около нас и Грета с ухмылкой произнесла;

– Впервые за триста лет вижу Влада в шортах и у бассейна. Мы точно не умерли в том поместье?

– Если бы мы умерли, то навряд ли оказались в одном месте, – саркастично произнес Джеймс, осматривая беглым взглядом окрестности. – А мой дом не сильно напоминает адские просторы.

– Грета, тебе стоит привыкать к моей людской стороне жизни, – голос Влада был впервые строг и серьезен. Джеймс и Грета непонимающе посмотрели на Влада, чем вызвали отрицательную реакцию у него. – Что вас так удивило? Ваша реакция мне совершенно непонятна.

– Влад, ты что, собрался вновь все бросить? Ты же обещал этого больше не делать!

– Я не собираюсь ничего бросать. Как я сказал Стефани я буду своеобразным Бэтменом.

– Стефани, о чем он? – голос Джеймса был взволнован, на что я лишь усмехнулась.

– Пусть он сам пояснит. Я не хочу играть в испорченный телефон.

– Влад, в какие дурацкие игры ты опять решил играть?

– Это не игра, Грета, а мое обдуманное решение. Я буду вести двойную жизнь. Днем я буду простым профессором по имени Дэмиан Вайт, а ночью вновь буду Владом Дракулой. Я буду продолжать держать вампиров под контролем, периодически напоминая о своем существовании всем темным существам.

– Ты думаешь, что тебе удастся вести такую жизнь? А если ты где-то срочно понадобишься, или нужно будет твое незамедлительное вмешательство?

– Тогда Дэмиан Вайт на время возьмет отпуск, и вернет Влада Дракулу. Все просто.

– А мне кажется, что это довольно неплохая идея, – Джеймс вновь сидел с широкой улыбкой на лице. – И это, на самом деле, не так и сложно.

– Сомневаюсь в этом, волк. Мне кажется, это практически невозможно в нашем положении. Вести двойную жизнь обычного человека монстру, да еще и лидеру, это слишком невыполнимая задача.

– Ты так уверена в этом? – Влад покосился на Грету, а затем перевел свой взгляд на Джеймса. – Не думал, что ты в меня так не веришь.

– Я в тебя верю, но я не могу представить, как ты будешь справляться с такой жизнью. И я с трудом представляю тебя, сидящего за стопкой проверочных работ, а затем убивающего очередного нарушителя порядка и равновесия.

– А вот мне кажется, что это отличная идея и подобный образ жизни легко поддерживать на практике. Мне же это как-то удается делать последние тридцать четыре года.

– Тебе не приходится руководить и управлять толпой кровожадных и необузданных созданий. Если бы Влад был обычным вампиром, то это бы могло сработать. Но не в его положении.

– Уверена? Райт, между прочим, альфа и главный во всем этом штате. Так что он, как никто, знает о таком образе жизни.

– Влад прав. И в случае чего я помогу нашему вампирскому «альфе».

– Не надейся, волк. Я буду с ним рядом и по-прежнему буду во всем помогать Владу, – уверенный взгляд Греты переместился в мою сторону и она тут же добавила. – Если, конечно, наша королева не будет против.

– Грета, я просила не говорить так обо мне и не называть меня подобным образом. Но если ты спрашивала мое мнение, то я буду только рада, если ты будешь рядом с Владом.

– Вот и отлично, – Влад потянулся за солнечными очками и скрыл свои глаза за ними. – А теперь, я думаю, что мы заслужили немного отдыха.

– Влад, ты думаешь, мы избавились от всех опасностей? – во мне резко разыгралось какое-то неприятное чувство того, что это еще не конец наших проблем.

– Я не могу знать однозначно, но я хочу в это верить.

– Стефани, хоть в этот раз расслабься и просто насладись моментом, – Джеймс по-дружески толкнул меня в бок и усмехнулся. – Нам еще предстоит встреча с Чарльзом, Сью, Мэттом и самое главное с Кейт.

– В таком случае я в скором времени оставлю вашу теплую компанию. Последнее, чего я хочу, это встречи с целой семьей оборотней.

– Грета, они тебя не тронут. Не в моей стае.

– Может, меня они не тронут, но за себя я не ручаюсь.

Мы еще некоторое время просидели у бассейна, проводя день как самые обычные люди. В этот момент я действительно хотела верить, что все может быть вот так просто. Обычная человеческая жизнь с обычными бытовыми вопросами. Все это казалось реальным и впервые достижимым. Я смотрела на Влада и вновь видела в нем только профессора из ресторана в Праге, которого я безумно любила. «Профессора, который властвует над всеми вампирами в мире, и теперь является твоим». От этой мысли мне стало тепло на душе. «Моим» это слово, как эхо, звучало у меня в голове, приятно отдаваясь в разуме. Влад был моим, а я его. У нас была одна душа на двоих, его душа, которая жила во мне и которую я так трепетно хранила. Я была готова на все, ради монстра, которой отдал душу ради моей жизни и моего воскрешения. В душе я была благодарна Мирчи за все произошедшее. Благодаря нему я и Влад наконец-то обрели друг друга и воссоединились, спустя почти пять веков разлуки. Я не знаю, каким было наше с ним прошлое, но я хотела верить, что наше будущее будет счастливым.

Глава 26

Три месяца спустя. Штат Нью-Йорк. США.

Я открыла глаза и вновь перед моим взором открылась знакомая картина, от которой по всему телу разливалось тепло. Влад крепко обнимал меня, прижимаясь к моей спине, и крепко спал. Я чувствовала его холодное прикосновение на своей горячей коже, но в который раз испытывала неимоверное удовольствие от этого чувства. Я стала аккуратно выскальзывать из рук Влада, при этом понимая, что он все ровно сейчас проснется.

– Куда собралась?

– Как и всегда мой путь по утрам неизменен. Ванная комната, гардероб, кухня, терраса. После, у нас есть важное дело, как ты можешь помнить.

– О таком забудешь. Твоя сестра все уши прожужжала нам на счет своего переезда.

– Сегодня ее день рождения. Кейт исполняется девятнадцать, и она поступила в один из лучших университетов страны на факультет своей мечты. Она заслужила небольшого праздника в жизни.

– Я этого не отрицаю, но она всегда так бурно на все реагирует, – Влад закатил глаза, за что получил от меня легкий поцелуй. – А это за что?

– Чтоб не ворчал. К тому же инициатором ее переезда была я. Кейт пора съезжать от Джеймса и начинать собственную жизнь.

– Поэтому мы и отдаем ей твою бывшую квартиру в Бэттери-Парк.

– Которую ты мне купил втайне от меня. За что, кстати, я еще тебе не высказала своего возмущения.

– Отчаянные времена требовали отчаянных методов. Я же не мог сказать, что купил ее для тебя, мечтая обеспечить тебе достойную жизнь и вытащить из того ужасного района. А учитывая, что для тебя мы были знакомы всего ничего, то это выглядело бы слишком странно и подозрительно.

– Возможно, ты прав. Влад, ответь мне честно, ты специально устроил все так, чтоб хозяйка квартиры отказала мне в аренде?

– Ты точно хочешь знать правду?

– Точно. Скажи мне все, как есть.

– Хорошо, – Влад тяжело вздохнул, выждав небольшую паузу. – Да, это я внушил ей мысль отказать тебе. Но в свою защиту скажу, что в тот момент уже оформлял покупку квартиры в Бэттери-Парк, но я не знал, как оформить ее на тебя. Потом произошел тот эпизод в офисе банка, и я все придумал.

– Иногда я мечтаю тебя убить, – я демонстративно фыркнула, изобразив наигранную обиду. – На первый раз я тебя прощу, но в следующий раз я не пожалею и убью тебя.

– Мисс Пайнс, а вы, оказывается, в душе тоже монстр и довольно жестокий.

– Вы даже не представляете, мистер Цепеш, каким монстром я могу быть.

– Мисс Пайнс, вам одолжить ваши пластиковые клыки? Они все еще лежат здесь с вашего пьяного появления в этой квартире, – Влад громко засмеялся, а я кинула в него подушкой.

– Я вами, мистер Цепеш, и без них разберусь.

Я резким движением запрыгнула на Влада, и жадно впилась в его губы. Влад не заставил себя долго ждать и мгновенно ответил мне на поцелуй. Во мне стал нарастать дикий голод и невыносимое желание, которое я была не в состоянии сдерживать. Мы еще долгое время наслаждались вкусом друг друга и провели с Владом долгие часы наедине. К вечеру нам все же пришлось заставить себя собраться и выйти из дома.

Мы приехали в мой старый район, когда на улице был уже вечер. Солнце медленно клонилось за горизонт, и его лучи играли множеством бликов на водах Гудзона. Выйдя из автомобиля, я стала огромными глазами наблюдать за полюбившимся видом. Я уже и забыла, как любила этот пейзаж и эти виды, которые вызывали у меня дикий восторг. Влад подошел ко мне максимально близко, и я тут же почувствовала его нежное прикосновение на себе.

– Любуешься закатом?

– Скорее предаюсь приятной ностальгии по тем временам, когда я здесь жила.

– Если тебя не устраивает пентхаус в Мэдисон, я могу купить нам квартиру здесь. Точнее не квартиру, а целый этаж. Не люблю соседей.

– Пожалуй, я все же остановлю свой выбор на Мэдисон. За три месяца я успела привыкнуть к твоей квартире.

– К нашей, Стефани. Это наша квартира, о чем я тебе постоянно напоминаю.

– Влад, ты хоть раз пожалел о своем выборе?

– О каком?

– Я о твоей двойной жизни. Ты вновь стал Дэмианом Вайтом, и играешь роль профессора в Колумбийском. Но по ночам ты решаешь с Гретой вампирские проблемы и даешь ей разнообразные указания от своего имени, которые она беспрекословно выполняет. Тебе не сложно разрываться между двумя жизнями?

– Не сложно. Я нашел идеальное связующее звено, которое объединяет две эти жизни.

– И что это? Что может объединять Дэмиана Вайта и Влада Дракулу?

– Ни что, а кто. Ты, Стефани. В обоих моих жизнях есть ты. А это самое главное для обоих этих сущностей.

Мы с Владом немного постояли у воды, но в скором времени решили подняться в квартиру. Заходя в знакомый подъезд, я испытывала неимоверное чувство ностальгии. Когда-то давно мы с Владом поднимались по этим ступеням на этом лифте. Мы шли в квартиру и сидели у окна на кухне за долгими разговорами. Здесь я впервые почувствовала вкус губ Влада на своих губах и впервые узнала о его темной стороне. Я узнала тайну Джеймса и осознала всю сложность окружающего меня мира. Эта квартира была моей точкой невозврата, которая навсегда разделила мою жизнь на «до» и «после». Когда мы подошли к знакомой двери, я автоматически потянулась за ключ-картой в карман, но затем отдернула руку и виновато улыбнулась.

– Я забыла, что теперь у меня нет ключа, и я здесь больше не живу.

– Поэтому, как и полагается любому гостю, мы постучим в дверь и спросим разрешения войти у ее нынешней хозяйки.

Влад постучал в дверь квартиры и за ней послышался топот ног. Дверь открылась и на пороге показалась Кейт со светящимися от счастья глазами. Увидев нас, она широко улыбнулась и крепко обняла нас обоих.

– Влад, Стеф, наконец-то! Я уже вас заждалась.

– Привет, Кейт. А где все остальные?

– Мэтт скоро приедет с остатками моих вещей, – упоминание Мэтта вызвало недовольную гримасу на лице Кейт. – Он вечно что-то, но забудет.

– Мне казалось младший Райт более собран и всегда все помнит, – Влад усмехнулся и подмигнул Кейт. – Приветствую тебя, Кейт.

– Во-первых, его фамилия Стокер. Во-вторых, не советую тебе так сказать при Мэтте. Это будет опасно даже для тебя.

– Приму к сведению и впредь буду аккуратен в своих высказываниях в адрес младшего альфы.

Мы прошли в квартиру, где разносился запах разнообразной еды. Пахло мясом, картошкой и чем-то сладким. Я плохо различала ароматы, но все ровно они вызывали у меня сильный аппетит. Кейт провела нас в гостиную, где к моему удивлению стояла знакомая мне картина. Я удивлённо посмотрела на нее, а затем мой взгляд переместился к Владу. Я боялась, что эта картина вновь вызовет у него неприятные воспоминания и вызовет в нем напряжение. Но на мое удивление Влад стоял с непроницаемым лицом и довольно обыденно на все смотрел. Он даже мускулом не повел в сторону картины, а спокойным голосом спросил:

– Кейт, тебе нужна помощь?

– Если только в организации небольшого фуршета для тех, кто ест человеческую пищу, – Кейт подмигнула Владу, на что он ответил легкой улыбкой. – Но это больше просьба к Стеф, чем к тебе.

– В таком случае я на время оставлю тебя в одиночестве, и помогу Кейт на кухне.

– Как раз я успею просмотреть эссе, что прислали мне на городской конкурс.

– Вот и Дэмиан Вайт вернулся. Вы к нам надолго, профессор Вайт?

– Нет, мисс Пайнс, я здесь ровно до того момента, пока вы заняты делами вместе с вашей младшей сестрой. Как только вы почтите меня своим присутствием, то я вновь верну мистера Цепеша вам.

– Благодарю, профессор Вайт. Я буду вам за это благодарна.

Мы с Кейт быстро управились на кухне и организовали множество разнообразных закусок. В честь ее дня рождения я решила разрешить ей выпить чего-нибудь крепкого, за что получила огромную благодарность с ее стороны. В скором времени приехал Джеймс и Мэтт и мы все вместе собрались нашей небольшой компанией в гостиной. На мое удивление все присутствующие поддержали идею выпить небольшое количество алкоголя, что на моей памяти происходило впервые.

– Джеймс, я думала, ты не пьешь. Так же, как и Мэтт.

– Я позволяю себе выпить редко и по особым поводам, который сегодня как раз происходит, – Мэтт говорил в своей обычной ворчливой манере, к чему все в нашей компании успели привыкнуть.

– Мой день рождения не такой уж и повод. А других поводов я не вижу.

– А я вот вижу. Во-первых, твое поступление в Колумбийский университет. А, во-вторых. Стефани, продолжишь?

– Да, – я кивнула в знак своей солидарности с мнением Джеймса, а затем перевела свой взгляд на сестру. – Кейт, я тебе хотела кое-что сказать и кое-что сделать для тебя.

– Стеф, что такое? Что-то случилось?

– Как все мы знаем, ты недавно вступила в новый этап твоей жизни, поступив в университет. Ты прожила много сложных моментов за этот год, но ничто из этого не помешало тебе добиться своей цели и исполнить свою мечту. Я тобой горжусь, сестренка, и в честь этого хочу подарить тебе это, – я протянула Кейт папку с бумагами и улыбнулась.

– Что это?

– Это документы, по которым ты теперь являешься владелицей этой квартиры, – в комнате раздался бархатистый и размеренный голос Влада.

– Я надеюсь, что это поможет тебе идти дальше и строить свою жизнь так, как ты того захочешь. Я люблю тебя, сестренка, и хочу сделать твою жизнь счастливой.

– Ты итак делаешь меня счастливой, – глаза Кейт наполнились слезами, а ее руки задрожали. – Каждый из вас меня такой делает.

– Особенно Мэтт, – Джеймс произнес это так задорно, что вызвал у всех у нас смех, а у Мэтта кривую гримасу на лице.

– Он не так и плох в последнее время. Я даже ни разу не захотела его убить за последнюю неделю.

– Это ваш личный рекорд?

–– Скорее это личное достижение Кейт, – проворчал Мэтт, но с легкой улыбкой на лице.

– Стефани, а как же ты? Ты же всегда мечтала жить в подобном месте, и эту квартиру Влад купил когда-то тебе.

– Кейт, мы с Владом живем теперь вместе. И мы как-нибудь уместимся в его «скромном» жилище.

– Вот именно. А если Стефани захочет вновь приобрести квартиру в этом районе, то я подарю ее на ближайшее Рождество.

– Кейт, тебе не будет здесь одиноко? Насколько я могу помнить, ты не выносишь одиночества. А учитывая твое детство, то сложно представить тебя одну в пустой квартире, – вновь Джеймс говорил голосом типичного и заботливого старшего брата, который был обеспокоен будущим своей семьи.

– На счет этого можете не переживать, – Кейт смущено заулыбалась, а на ее щеках заиграл румянец. – Я не буду жить одна.

– В каком смысле? У тебя кто-то есть? Почему я об этом ничего не знаю?

– Я не хотела никому ничего говорить раньше времени. Но раз пошли такие разговоры, то нет больше смысла что-то скрывать. Да, с недавних пор я состою в отношениях.

– А теперь я хочу услышать о том, кто будет моей новой жертвой в том случае, если я буду очень голоден, и мне захочется кого-то разорвать.

– Успокойся, Райт. Кейт девятнадцать и она вправе самостоятельно решать, где и с кем ей жить, – Влад еще раз подмигнул Кейт, но затем его взгляд переместился к сидящему рядом с Кейт Мэтту.

– Влад прав. Я, вроде, уже не школьница, чтоб меня контролировать. К тому же мой сосед всем хорошо известен. Так, Мэтт?

– Мэтт, о чем она? – я и Джеймс прожигали Мэтта пристальным взглядом, когда Влад сидел с довольной ухмылкой на лице.

– Она о том, что ее соседом буду я, – Мэтт закатил глаза, а затем, он изобразил тяжелый вздох отчаянья. – Мы, вроде как, встречаемся.

– ВЫ ЧТО? – я дернулась и громко вскрикнула. – И вы молчали? Как давно?

– Примерно с того момента, как вы вернулись из Румынии. Прости, Стеф, но мы не хотели все это афишировать. Я боялась вашей реакции, а Мэтт говорил, что вам пока не до нас.

– Но вы же ненавидели друг друга с самого первого дня появления Кейт в нашем доме, – Джеймс был ошеломлен не меньше моего. – Вы же грызлись по сто раз на день!

– От любви до ненависти один шаг, – с улыбкой произнес Мэтт, что я наблюдала впервые. – А я, в конечном счете, привязался к самому невозможному оборотню в мире.

– Мэтт и любовь, – Джеймс все еще говорил растеряно и ошеломлено. – Даже звучит абсурдно, и мне с трудом верится, что это возможно.

– А ты поверь, Райт, – Влад продолжал с ухмылкой наблюдать за всем происходящим. – Я удивлен, как вы все раньше не поняли об этих двоих. Я это понял еще в тот момент, когда провел с ними неделю бок о бок. А вы и за пару лет их не раскусили.

– Влад, что ты понял? – Мэтт и Кейт с удивлением переглянулись. – Когда мы были с тобой, то даже не предполагали, что будем когда-то вместе.

– Вы, может, и не предполагали, а я все сразу увидел. Этот взаимный сарказм, эти шутки и издевки по поводу и без, и эти взаимные переглядки. Все было слишком очевидно на мой взгляд.

– Почему ты мне ничего не сказал? Я ее сестра и имею право знать о таких вещах.

– Это личная жизнь Кейт и Мэтта, и только они вправе рассказывать о ней. Я не собирался вторгаться в отношения молодого поколения.

– Как бы там не было, но я рада, что это, по крайней мере, человек, которого я знаю и которому доверяю. Мэтт, береги ее. Я за сестру голову сверну.

– Так же, как и я, Мэтт, – подал голос Джеймс. – Но после твоего «замещения» я в тебе уверен, как ни в ком. Ты достоин ее руки.

– Эй, мы не женимся, а лишь сходимся вместе жить! – возмутился Мэтт. – Прекратите эти церемонии!

– И вправду, вы ведете себя очень странно.

Пол ночи мы просидели за разговорами в теплой семейной обстановке. Я смотрела на окружающих меня людей и не могла нарадоваться своему счастью. Все дорогие мне люди были рядом со мной и были счастливы. Больше не надо было бояться опасностей, поджидающих где-то в тени. Сам повелитель тьмы был рядом со мной и мог защитить меня в любой момент. Мы с Владом попрощались со всей компанией и отправились к себе домой. Сегодня Влад решил не заниматься никакими делами и устроить себе своеобразный выходной. Как физическая потребность сон Владу не требовался, но ему нравилось иногда спать, только ради того, чтоб проснуться со мной рядом. Эту ночь мы решили провести оба в бодрствовании. Спать мне никак не хотелось, а провести целую ночь, наслаждаясь близостью любимого человека, было для меня бесценным моментом.

Проснулась я, когда над городом давно взошло солнце, а лучи пытались пробиться внутрь нашей спальни. Когда я открыла глаза, подушка рядом со мной была пуста. Я приподнялась с кровати и осмотрелась по сторонам. Признаков присутствия Влада нигде не было, поэтому я решила встать и найти его. Знакомая мне фигура сидела с чашкой дымящегося чая на террасе и с задумчивым лицом смотрела куда-то вдаль. Его острые черты лица в лучах яркого солнца были сейчас мягче, а глаза были неимоверно пьянящего зеленого цвета. Я стояла в одной футболке на теле и наслаждалась прекрасным видом любимых глаз, блестящих в свете осеннего солнца.

– Давно встала?

– Только что. Я проснулась, а тебя нет. Мне стало не по себе без твоего присутствия рядом, – я подошла к Владу со спины и обняла его. – Мне тебя всегда будет мало.

– Как и мне тебя, но в этом и есть прелесть разлуки. Пьянящий вкус радости воссоединения, – Влад говорил своим монотонным тоном, который превращал его вновь в профессора.

– Когда ты так говоришь, то вновь напоминаешь мне о том, что помимо своей тёмной деятельности ты еще и профессор. А я чувствую себя нерадивой студенткой, провинившейся перед тобой.

– В таком случае, вам придется очень постараться, мисс Пайнс, чтоб сдать мне итоговый экзамен.

– А вы предоставите мне список вопросов к нему, профессор Вайт?

– Мой экзамен направлен больше на практические действия, мисс Пайнс. Поэтому вам придется поработать далеко не головой.

– Профессор Вайт, вы очень строги.

Я пропела эти слова так вызывающе, что вызвала мгновенную реакцию со стороны Влада. Его глаза загорелись красным, но лицо при этом осталось человеческим. Губы искривились в хитрой улыбке, в которой четко проглядывались выступающие острые клыки. Я обошла Влада и, сев на его колени, прильнула к холодным губам. Мой язык мгновенно почувствовал острые клыки, и я стала нежно проводить им по зубам Влада. Когда мой язык коснулся его языка, Влад слабо застонал и стал все больше притягивать меня к себе. Я в своей голове рисовала картины того, как через пару мгновений сомкнусь с Владом в едином порыве и буду растворяться в пьянящем вкусе его губ. В этот момент в квартире раздался звонок, который громким звуком раздался в моих ушах. Мы резко прервались, недоуменно смотря друг на друга.

– Кто это? Ты кого-то ждешь?

– Нет. Об этом месте знают единицы и только самые близкие.

– В таком случае это кто-то свой. Нужно открыть и встретить нашего гостя.

– Ты права. Это кто-то из моих.

– В каком смысле?

– Это вампир, а значит, он здесь неспроста.

Влад отстранился от меня, а я поспешила встать с его колен. Как только он встал на ноги, то его лицо мгновенно стало меняться, а черты заострялись. Влад не стал превращаться в вампира до конца, но его лицо приобрело угрожающее выражение, а глаза горели красным огнем. В такие минуты я всегда поражалась его способности, так быстро выключать милого Дэмиана Вайта и включать жестокого и беспощадного Влада Дракулу. Влад уверенным шагом проследовал к входной двери, а я поспешила нагнать его в коридоре. Как только дверь открылась, то на пороге мы увидели Грету, с безумным взглядом на лице. Она смотрела на нас пристальным взглядом, а ее глаза были переполнены злостью и напряжением.

– Грета? Что случилось? Почему ты не сообщила, что прилетишь? – Влад вмиг стал самим собой и убрал свое чудовищное выражение лица.

– Мне было не до этого.

– Грета, что-то случилось? – я выглянула из-за спины Влада, и теперь с опаской косилась на нежданную гостью.

– Почему ты не позвонила?

– Я не знаю, кому можно сейчас доверять и откуда может исходить опасность, – прорычала Грета, а затем ее голос ледяным и жестоким тоном произнес. – У нас проблемы, Влад. Очень большие проблемы.

Тремя месяцами ранее. Штат Мэн. Огаста.

Тусклый свет настольной лампы отбрасывал бледные блики на пыльную поверхность деревянного стола. В полумраке тёмной комнаты ее свет был единственным источником света в помещении, при этом практически не освещая его. В этом островке света были видны разбросанные по всему столу разнообразные бумаги, часть которых разлетелась по полу. Распечатки статей, газетные вырезки, фотографии, копии документов и запросов в государственные службы. Все это небрежно лежало в единой бумажной массе. Над бумагами склонилась одинокая мужская фигура, обессилено сидевшая на деревянном стуле. Мужчина держался из последних сил, чтоб не заснуть и не упасть замертво от недостатка сна. Его глаза были красными от полопавшихся капилляров, а венозные трещинки расходились по белкам глаз ярко красной паутиной. Красноту глаз разбавляли лишь карие зрачки, внимательно смотрящие на лежащие на столе бумаги. В один момент мужчину накрыл приступ злости и он, сбросив рукой бумаги со стола, ударил громко кулаком по столу.

– Проклятье!

В эту минуту в доме раздался звук, оповещающий о приходе нежданного гостя. Мужчина вмиг собрался и сильно напрягся в ожидании самого худшего. Он взял пистолет и деревянный кол, лежавшие недалеко от руки и направился к входной двери. Когда мужчина подошел к двери, он резким движением руки открыл ее и наставил пистолет на пришедшего.

– Арчи, я пришёл к тебе не за смертью!

– Ты знаешь, я не люблю нежданные и незапланированные визиты, Грег, – мужчина убрал дуло пистолета от лица своего гостя. – Что ты здесь забыл?

– Как только ты узнаешь о причинах моего появления здесь, то простишь меня за визит без предупреждения.

– Ты что-то узнал?

– Мы поговорим обо всем, – пришедший мужчина резко осекся и стал опасливо озираться по сторонам. – Но желательно в укромном и безопасном месте.

Оба мужчины прошли в дом и устроились в гостиной, где по-прежнему царил хаос и беспорядок. Пришедший мужчина кинул на бумаги заинтересованный взгляд, а затем, подойдя к столу, достал из сумки ноутбук и открыл его крышку.

– Так что ты выяснил?

– Я все выяснил. И даже нашёл его.

– Не может быть! Он не оставляет следов. Я больше месяца пытаюсь его найти.

– Тогда я сэкономлю тебе время, – мужчина усмехнулся и, нажав пару кнопок на клавиатуре, гордо произнес. – Знакомься, парень твоей дочери Дэмиан Вайт. Профессор истории в Колумбийском университете в Нью-Йорке.

– Ты уверен, что это он? – старший мужчина пристально изучал экран ноутбука, а затем громко крикнул. – Ублюдок! Он был здесь у меня в руках, и он вампир!

– Арчи, все оказалось намного сложнее, – в один момент лицо гостя стало бледным, и он сглотнул ком в горле. – Он не просто парень твоей дочери и вампир. Он нечто большее

– Что это значит? Это он! Этот выродок приходил с волком в поисках Стефани! Я же помню его.

– А теперь, Арчи, познакомься с Владом Дракулой. Первородным вампиром и главным среди них, – мужчина открыл второе изображение, где был изображен один и тот же человек.

– НЕТ! – закричал мужчина и схватил ноутбук, всматриваясь в оба изображения. – Я не верю! Этого не может быть!

– Арчи, твоя дочь связалась с самым страшным и опасным существом за всю историю этого мира. Мне жаль… – голос мужчины дрогнул и он опустил глаза, полные сожаления и сочувствия

– Мне не нужна твоя жалость, Грег! Скажи мне, что ты выяснил о нем?

– Стефани и он связаны. Она душа умершей жены Дракулы, ради которой он и продал душу и стал монстром в далёком четырнадцатом веке.

– Плевать, чья у неё душа. Она моя и я не отдам ее этому кровопийце!

– Ты же слышал слухи, что их главный имеет виды на твою дочь. Чему ты сейчас удивляешься?

– Я думал, этот ублюдок охотится за Стефани из мести мне или из каких-то своих извращённых целей. Но я никак не позволю своей дочери связать свою жизнь с монстром! Я либо позволю ей умереть, чтоб не позволить испортить себе жизнь, либо найду способ убить его и освободить Стефани от его влияния. Она же одержима им!

– Ты не думал, что это не влияние, а взаимная тяга? Легенда говорит о том, что граф и его жена безумно любили друг друга… Вдруг, это взаимно?

– Нет! Стефани не может связаться с монстром, который убил тысячи невинных людей! Он страшнее всех, на кого я охотился.

– Последние двести лет он пропадал и был в тени. Он скрывался в Америке и никак себя не выдавал. Но полтора года назад Дракула резко появляется, и начинает наводить порядок среди вампирских кругов, запрещая бесконечные убийства невинных людей. По его новым законам они могут убивать только если человек этого заслужил и убил себе подобного. Это о чем-то, но говорит.

– Это все абсурд. Это все маска, игра и прикрытие. Я никогда не поверю в то, что это чудовище вдруг захотело стать человеком и живет обычной человеческой жизнью.

– А если его что-то заставило пересмотреть свои взгляды? Или кто-то?

– Даже не говори мне об этом. Я должен убить его, чтоб освободить свою дочь и спасти ее от него.

– Ты точно в этом уверен? Арчи, если она с ним, то она тебя не простит за это.

– Я всю жизнь терпел ее ненавистный взгляд на себе. Как-нибудь перетерплю его до конца своих дней. Ты что-то знаешь о том, как его можно убить?

– Есть одна легенда, но она довольно туманна и сомнительна.

– Что за легенда?

– Что его можно убить, лишив остатка души, что в нем осталась.

– И как это сделать?

– А вот это надо ещё выяснить. Что ты собираешься делать дальше?

– Дальше я собираюсь выманить его и разлучить с дочерью. А затем, убить, заставив испытывать сильные муки.

– У меня есть даже план, как его можно выманить. Я ведь твой единственный друг, Арчи, и все свои силы трачу на помощь тебе в твоём нескончаемом крестовом походе.

– Я не заставлял тебя это делать. Ты сам решил выбрать этот путь.

– У меня не было выбора. Не после убийства моей сестры этими безжалостными тварями.

– Мы оба решили мстить за Грейс. А ее живая дочь должна жить дальше.

– Но Кейт все ещё жива, хоть и не совсем, как человек – пришедший мужчина с болью в глазах посмотрел на одинокий семейный снимок на столе.

– Что говорит мне о том, что настоящая Кейт мертва. И тебе стоит тоже с этим смириться, – мужчина тяжело вздохнул, а затем более напряжённо добавил. – Так что у тебя за план?

– По моим наблюдениям Влад Дракула появляется только в исключительных случаях. Когда его правила слишком яростно были нарушены, либо возникает какая-то опасность. В остальных случаях за него со всем справляется его правая рука некая Грета.

– Так. И что ты предлагаешь?

– Я предлагаю начать тотальное истребление вампиров, но делать это в изощренном виде.

– Продолжай.

– Я буду находить тебе вампиров один за одним, а ты будешь их убивать в том стиле, в котором когда-то убили жену графа. Он точно поймёт посыл и потеряет контроль над собой. Это будет для него большим ударом и он в итоге сам будет нас искать и придёт прямиком к тебе в руки.

– Зря ты не окончил Гарвард, Грег. У тебя слишком много умных мыслей в голове и блестящий аналитический ум.

– Который помогает тебе выжить последние пятнадцать лет. Как мы дальше действуем?

– Как ты и сказал, следуем твоему плану. Я, думаю, это будет очень интересно. Я официально объявляю о начале охоты на самого Влада Дракулу.

Продолжение следует...