Лучший способ приручить генерала

Глава 1. Где Софи с блеском проваливает экзамен

– Вооон! – от громового рева Сухарика я присела и втянула голову в плечи. Декан выдохнул из себя всю ярость и закончил уже спокойнее: – Стефания Кавендиш, вы отчислены!

У меня дрогнули губы.

– А как же диплом? А как же оценки? Я же столько лет в вашей Академии...

Лицо Сухарика побагровело.

– Я сказал - воооон!

Магия вынесла меня за дверь, придав направление полета. А вопль еще долго разносился под сводами дворца, подхлестывая не хуже плети и придавая скорости.

Я бежала по длинным дворцовым коридорам, прочь из экзаменационного зала и горестно размышляла: «Чего так орать? Подумаешь, промахнулась превращающим заклинанием и попала вместо симпатичной мордочки свиньи-копилки в зад высочайшей попечительницы нашей Академии универсальной магии. Не нарочно же. Поросячий хвостик, это не очень приятно, конечно, но не смертельно».

Правда, к хвостику там прилагались пятачок, ушки и копытца. Очень даже милые, если приглядеться. Зато все остальное осталось как прежде – три подбородка, маленькие глазки и внушительных размеров живот.

Но все можно исправить! Да? Наверняка можно. Сейчас наш декан проорется, а потом прищелкнет пальцами и кааак ликвидирует мой промах!

Или не ликвидирует.

Я вспомнила прошлый свой промах и слегка усомнилась. Любимый глобус ректора вот уже второй семестр парил по кабинету, размахивая гусиными крыльями и норовя ущипнуть пониже поясницы каждую мало-мальски симпатичную абитуриентку.

Зато желающих носить туда жалобы почти не осталось. Вот. Во всем надо искать плюсы!

А хвостик... Хвостик на худой конец можно ампутировать. Про ушки, пятачок и копытца в этот момент я старалась не думать. Зачем думать о том, что только портит настроение? Оно у меня и так хуже некуда.

Я буквально пронзила длинный коридор, не сбавляя скорости, дергая все встречные двери и осматриваясь по сторонам. Куда бы заныкаться на время бури?

И кто вообще придумал проводить выпускной экзамен во дворце? А? Сами же виноваты. Вот, как ни крути, сами. Между прочим, ничего бы не случилось, если бы мне под руку не гаркнули: «Карраул, смир-на!»

А я в этот момент уже держала наготове заклятие. И слова полностью произнесла. И пальцы правильно сложила. Осталось только прищелкнуть. Вот кто просил попечительницу, и по совместительству тетушку императора, именно в этот момент войти в зал и развернуться, чтобы занять приготовленное в президиуме кресло? Кто?

Я и прищелкнула. Ага. А заклинание так метко вонзилось в обширную зад... филейную часть. Словно туда и рвалось. Да я если бы целилась, не смогла бы так попасть!

Наконец, очередная дверь поддалась, и я юркнула в крохотное темное помещение со швабрами. Славненько. Тут и пережду, пока не уляжется шумиха.

***

Я успела прикорнуть верхом на ведре, между щетками и тележкой для перевозки уборочного инвентаря, как на груди завибрировал амулет связи.

– Стефи, ты где? – раздался приглушенный шепот Миранды.

– В какой-то каморке у лестницы, – так же зашептала я в ответ.

– Ой, сиди там, не высовывайся, – затараторила она. – Дело скверное. Тут набежали всякие чины, что-то говорят про покушение на особу императорской крови. Сухарик пытался тебя оправдать, но его никто не стал слушать. Пять минут назад он вышел, отвел меня в сторонку и велел передать, чтобы ты уносила ноги. Побыстрее и подальше от столицы.

– Что?! – не удержалась я от крика.

– Он сказал, дело приобретает политический аспект, и тебе нельзя показываться в обществе хотя бы пару недель. А лучше вообще пару месяцев. Домой тебе тоже нельзя. Туда уже отправили отряд стражи, караулят на подходах.

– Куда же мне деваться? – растерялась я на миг. – Может, к Берту? Жених он мне или поросячий хвостик?

Миранда хихикнула, но тут же поспешно откашлялась:

– Кажется, дело серьезное. Будь осторожна. И это... выбрось связной амулет, тебя по нему могут найти. Все. Пока. Будут новости, сообщу через паутинку.

Да что же это такое?! Неужели из-за какой-то глупой случайности мне придется скрываться как преступнице?

Амулет снова завибрировал, и я от неожиданности чуть не свалилась с ведра. Опасливо покосилась на предательскую вещицу, но это оказался мой единственный шанс на спасение.

– Берт! – выпалила я, едва услышав знакомый голос. – Я так рада, что ты решил меня вызвать.

– Стефания? Я вынужден официально заявить о разрыве помолвки! – сухо отчеканил мой жених.

– Что? Как? Это шутка такая? Да, Берт?

– Шутка?! Нет, дорогая, это вовсе не шутка. Я не собираюсь связывать жизнь со скандальной особой, которая покушалась на тетушку его величества.

– Но... Ты уже знаешь? Такая нелепая случайность...

– Нелепая случайность? Ты в своем уме? Ко мне только что заявился офицер императорской стражи. Тебя ищут! Какой позор! Какое чудовищное злодеяние! Моя невеста в центре политического скандала. Не желаю тебя больше знать! Оборви мою нить в своем амулете связи! Больше не смей мне звонить. Прощай!

– Стой! Берт! Беее... – я старалась напрасно. Нить связи разорвалась.

Амулет в моих ладонях замолчал, и я в гневе сорвала его с цепочки.

Подлый предатель! Не жених, а самый настоящий свинтус. Вот кому поросячий пятачок был бы к лицу! И уши пораскидистее! И хвостик! И копыта! Только попадись мне, подлец, будешь до старости хрюкать!

***

Я закинула опасный амулет в дальний угол и опасливо озираясь вышла наружу. Надо поскорее покинуть дворец и последовать совету Миранды. Только куда бы податься? Навестить дальних родственников? Или подругу детства? Или просто скрыться где-нибудь в глуши?

Я побренчала мелочью в кармане, с грустью вспомнив, что наличных денег у меня хватит разве что на билет в третьем классе дилижанса.

Ну и пусть. Оно и к лучшему. Кто будет искать дочь графа Кавендиш среди простого люда? А родителям передам записку с каким-нибудь уличным мальчишкой. Потом.

Интересно, что сказал отец страже? Если уж они и до Берта добрались за такое короткое время, то домой точно наведались.

Я быстро двинулась по пустынному коридору. Мимо меня два раза прошмыгнули горничные, и один раз протопал важный усатый вельможа, уткнувшийся в папку с документами. Я успела слегка заблудиться, как вдруг увидела дверь, похожую на ту, что ведет наружу.

Я ринулась к спасительному выходу, взялась за ручку. Но в этот момент с той стороны кто-то так дернул створку, что я полетела вслед за ручкой и впечаталась во что-то большое, твердое и поймавшее меня на лету.

Ой! Кажется, попалась! Мамочка! Я пискнула и на всякий случай зажмурилась.

– Сударыня! – раздался над головой звучный мужской голос. – Прошу прощения. Вы не ушиблись?

Я приоткрыла один глаз, но сразу лицо говорящего не увидела. Сначала разглядела военный мундир, ордена, эполеты, широченные плечи, мощную шею, волевой подбородок, черные волосы, забранные в длинный хвост, и окончательно приуныла.

– Вы должно быть магичка? Выпускница академии? – в голосе мужчины слышался живой интерес без намека на угрозу. – Бытовой магией владеете?

Я наконец подняла взгляд и нервно кивнула. Чего уж теперь. На мне приметное зеленое платье Академии, трудно ошибиться.

– Из благородной семьи? Манерам и этикету обучены? – продолжил допрос этот странный офицер.

– Дыаааа... – Даже это коротенькое слово с трудом удалось пропихнуть сквозь горло.

***

Я стрельнула глазами, пытаясь отыскать пути к бегству. Бесполезно. Мимо эдакого амбала не проскочишь. Вон какие ручищи, скрутит не напрягаясь.

Словно подслушав мои мысли, руки на плечах сжались сильнее. Я обреченно обмякла. Чего тянет кота за... хвост? Арестовать хочет? Пусть арестовывает. К чему ненужные разговоры.

– Подождите, не убегайте! – мужчина отследил направление моего взгляда.

Ага, от тебя убежишь, пожалуй.

Офицер окинул меня заинтересованным и даже придирчивым взглядом, сам себе кивнул и продолжил:

– Диплом есть?

Диплом? Да он издевается! Хотя...

– Да! – соврала я. И это прозвучало куда увереннее. – Только я его еще не успела получить.

Мужчина с облегчением выдохнул.

– Это не страшно. Я вполне обойдусь и без свитка с печатью. Когда-нибудь потом заберете. Вы мне очень нужны, сударыня. Срочно! Прямо сейчас!

Что-то я последнее время кому только не нужна. Меня вон по всей столице уже ищут.

Незнакомец протянул лапищу и ухватил мое запястье, потянув за собой. Я даже дергаться не стала, только прочистила горло и как можно жалобнее начала объяснять на ходу:

– Это недоразумение. Мне очень жаль, что так вышло... Понимаете, это заклинание долго не удержишь, а тут этот почетный караул. А он как гаркнет! А она как раз повернулась... А я... И...

Незнакомец поморщился. Видно было, что с трудом удержался, чтобы не заткнуть мне рот ладонью.

– Помолчите, бога ради. Мне сейчас недосуг выслушивать весь этот бред. Потом расскажете, когда будет время. – Он оглядел меня скептически, хмыкнул и поправился: – Если оно у вас будет. А пока слушайте. Мне срочно нужна помощница. Вы подойдете. И даже не спорьте.

– Кто? Помо... Я?

– Именно вы. Я беру вас на работу, обеспечиваю жильем, питанием и хорошим окладом. Вы возитесь с бумажками и делаете, что я скажу. Согласны?

– Даааа! – не раздумывая ни секунды, протянула я. – Да! Куда идти?

***

Конечно, согласна! Все равно, кем, где и как. Главное, подальше от столицы, дворца и тюрьмы.

– Не идти, а ехать. Это на западной границе. В...

Я от радости аж подпрыгнула. Как все удачно складывается! Да я ж тебя, мой дорогой, за такое предложение расцеловать готова.

– А когда едем? – прервала я объяснения.

Мужчина поперхнулся, воззрился на меня с изумлением.

– Вы согласны, сударыня?

– Без сомнения.

– Тогда выезжаем через час. Пока можете собрать вещи...

– Не-не-не, никаких вещей. Все потом. Надо ехать прямо сейчас... пока я не передумала.

Мой визави задумался, кивнул с явным сомнением.

– Да? Вот и отлично. Тогда отправляемся сейчас? Точно?

– Точно! – обрадовалась я. – А далеко едем?

На этот раз на меня посмотрели с удивлением.

– Я уже объяснял. На западный рубеж. Раз вы вещи с собой не берете, то все купим там. Если что-то пожелаете из дома, вам привезут чуть позже. Нам главное, сегодня до конца дня прибыть к месту назначения.

– Куда прибыть? – я от счастья с трудом соображала.

– Сударыня, вы меня совсем не слушаете. Западный рубеж. Земли, отвоеванные у противника в последней войне.

– Мы у них что-то отвоевали? Как вовремя. Это просто замечательно! – искренне обрадовалась я. Господи, спасибо, что не оставил в трудную минуту! – Я безумно люблю Западные рубежи. Я вообще обожаю все, что связано с рубежами.

Мужчина кхекнул, но руку мою не выпустил. До меня донеслось бормотание: «С головой у нее, конечно, совсем беда, но выбирать не приходится. Какая еще дура согласится ехать в эту дыру?»

Дальше послышалось преувеличено радостное вслух:

– Как я вас понимаю! Я тоже без ума от Западных рубежей. Значит, мы непременно найдем общий язык. У нас столько общего. Давайте знакомиться, сударыня. Меня зовут генерал Родерик Флорент. С сего дня я генерал-губернатор Западной провинции. А вы?

– Сссссс, – опомнилась я в последний момент, что настоящую фамилию называть не стоит. Пока мой наниматель не сообразил, что связался с преступницей.

– Вы, конечно, очаровательно шипите, но хотелось бы услышать имя.

– София Ковалевская, выпускница Магической Академии. Факультет бытовой магии.

Я подумала, врать, так врать. И нагло добавила, чтобы закрепить эффект:

– Отличница!

Глава 2

Родерик. Чуть раньше где-то во дворце

– Тебе не кажется, что пора остепениться, Родерик? Тебе четвертый десяток!

Король потряс перед собой патентом. А я искренне пожелал, чтобы оттуда высыпались все буковки. Чуда не случилось. Пришлось возражать:

– Мне всего тридцать три!

Ей-богу, лучше бы промолчал.

– Тебе уже тридцать три! – патент уткнулся мне в грудь. – А ты до сих пор не женат.

Ну вот, началось. Когда только дядюшка оставит надежду пристроить меня в хорошие руки? Похоже, никогда.

– Тебе тридцать три, и ты уже генерал! – продолжил король с воодушевлением. – Так сказать, лицо нашей армии. На тебя равняется страна. На тебя смотрят враги. И что они видят?

– Что? – из вежливости поинтересовался я.

– Они видят, что лицо моей армии не способно командовать даже женщиной. – Его величество поджал губы и развел руками. – А все потому, что рядом с тобой нет ни одной женщины. Ни единой, Родерик!

Я бы конечно поспорил с этим утверждением, но король был не настроен выслушивать мои возражения. Он горел желанием высказаться.

– Поэтому, мой дорогой племянничек, – в руки мне силой воткнули свиток, – ты сегодня же отправляешься на Западные рубежи и принимаешь пост генерал-губернатора. Тебе это пойдет на пользу. Поживешь во дворце. Пообвыкнешься. Вспомнишь приличные манеры. А там, глядишь, и женишься. И не вздумай мне возражать! Решение окончательное и обжалованию не подлежит.

Еще чего! Я попытался вернуть патент обратно, но его величество проворно убрал руки за спину.

– Дядя, я не привык к дворцам! Я полевой генерал, а не конторская крыса!

– Не вопрос. Там как раз везде поля. Не хочешь жить во дворце, можешь себе построить шалаш и устроиться в нем. Поверь, тебе никто даже слова не скажет.

Я с тоской оглядел свиток, содержащий в себе безжалостный приговор. Подергал ленточку, колупнул сургуч.

– Но, дядя...

– Да, – король вдруг оживился, – это еще не все.

Я насторожился и подобрался. Разговор мне чем дальше, тем меньше нравился.

– Не все?

– У меня на примете есть чудесная девица – дочь герцога...

Я старательно покачал головой, рявкнул, не желая дослушивать:

– Нет! Я не женюсь!

– Ты можешь представить ее как невесту. Это сразу снимет массу вопросов. И потом, ты ее даже не видел.

– Нет! – Мои позиции тверды, сдаваться я не собирался. – Никаких невест. Никаких жен.

Вид у короля неожиданно стал таким довольным, словно это было самое приятное известие за последний день. Он чуть отступил и уточнил:

– Значит, нет?

– Нет. Но...

– Никаких но. По регламенту тебе предписывается иметь помощницу. Обычно это место занимают жены или невесты. Но раз ты против...

Я горестно вздохнул, надеясь, что патент достанется кому-то другому.

– И не пыхти мне! – вспылил король. – Патент я не отзову, он твой. Но по регламенту тебе положено иметь помощницу - женщину-бытового мага. А регламент нарушать нельзя.

Ах, значит, так? Да не вопрос. Я довольно осклабился. Найду себе какую-нибудь милую старушку. И пусть кто попробует сказать, что это не женщина.

Наверное, улыбка у меня вышла слишком красноречивая. Король громко хмыкнул и принялся загибать пальцы:

– Опять же, по регламенту помощница должна быть с дипломом магической академии, незамужней, не помолвленной, не вдовой. Благородного происхождения, возрастом не старше двадцати пяти лет.

Складывалось ощущение, что он только что самолично придумал этот регламент, чтобы досадить мне.

– А это еще почему? – я взвыл раненым зверем, чувствуя, как рушится хитроумный план.

– А это, – его величество опасно прищурился, – затем, что ты лицо страны. А твоя помощница – твое лицо. И я не хочу, чтобы мои подданные у тебя в приемной вместо сочного персика видели сухофрукт.

– Но ваше величество... Дядя!

– Не дядькай мне тут. Не найдешь помощницу, я тебе сам пришлю магичку. Такую, какую захочу. И ты от нее никуда не денешься. Понял, Родерик?

Я щелкнул сапогами и отрапортовал:

– Так точно, ваше величество.

– Это хорошо, что понял. Время тебе на поиски девицы до полудня. К вечеру ты должен быть на месте и принять пост.

Король ухмыльнулся мне вслед, но я заметил эту ухмылку в зеркале. Мы еще посмотрим, кто кого.

***

София

– А где они, эти ваши рубежи? – я тут же прикусила язык, поняв, что сморозила глупость.

Родерик не сбавляя шага буркнул:

– Чему вас только учат в Академии.

– Всему, – пискнула я гордо и сразу добавила: – но география – факультативный предмет.

– Ясно, – генерал толкнул дверь, ведущую в парк, пропустил меня вперед, – значит, вы еще и неуч. Хоть и отличница в магии, если не врете.

Я обиженно засопела. Правда, слов возражения не придумала.

Меня потянули вглубь парка по мощеной дорожке, мимо фонтана и гуляющих пар. Дорожка бежала вперед, окольцовывала клумбы, огибала пышные купы постриженных кустов, ныряла в зеленые арки. И я быстро запуталась в поворотах. Поэтому жутко удивилась, когда оказалась у малых ворот.

Молчание генерала продолжилось ровно до кареты, что ждала нас снаружи. Лошадей в экипаже не было. Вместо них на козлах торжественно сиял попутный артефакт.

Генерал учтиво подал мне руку, дождался, пока я взберусь на подножку, и с иронией полюбопытствовал:

– Интересно узнать, Софи, когда вы только успели влюбиться в Западные рубежи, если понятия не имеете, где они находятся?

Я отчаянно покраснела, вцепилась двумя руками в поручень, резонно опасаясь, что меня сейчас попросят выйти вон и оставят у забора.

Но генерал не спешил, лишь буравил взглядом в ожидании ответа. Пришлось применить тяжелую артиллерию – спросить в лоб:

– Вы меня теперь выгоните?

Такое обычно вызывало у мужчин оторопь. Для пущего эффекта надо только пустить слезу и старательно похлопать ресничками. Я мастерски применила весь арсенал. Потом улыбнулась робко, глянула снизу вверх, точно зная, что этот взгляд способен растопить сердце самой бесчувственной ледышки. Да даже такого непробиваемого чурбана, как Родерик.

Уловка сработала как-то не так. Мой наниматель дождался конца спектакля, восхищенно поцокал языком и припечатал цинично:

– Еще чего, даже не мечтайте. Умерла, так умер... В смысле, раз согласились, то сами виноваты. Я вас теперь не отпущу, даже если будете умолять.

Я облегченно выдохнула. Улыбка моя из жалобной превратилась в счастливую, искреннюю. Реснички затрепетали от лукавого любопытства.

– А как же ваша нежная любовь к Западным рубежам, генерал? Не обидно допускать в их сердце особу, подобную мне?

Родерик заржал в голос. Склонился ко мне и прошептал на ухо:

– Ни капельки. Я вам тоже соврал, Софи. Терпеть их не могу.

Потом бесцеремонно подпихнул меня под зад, проталкивая в карету, сел сам, запер дверь, нахмурил лоб и для верности наложил поверх замка блокирующее заклятие. Ничуть не стесняясь пояснил:

– Это чтобы в вашу исключительно светлую головку не пришла вдруг идея сбежать.

Я прыснула и тоже расхохоталась:

– Даже не мечтайте так легко от меня отделаться. Будете гнать, не уйду.

– Это правильно. Мы теперь с вами связаны как минимум на год.

– На сколько? – я беспомощно глянула в окно. На забор, на парк, на далекие крыши дворца.

Мысленно себя обругала: «Вот дура! Я же не уточнила срок нашего договора».

– На год, моя милейшая Софи, - Родерик от души ухмыльнулся, прищелкнул пальцами, запуская попутный артефакт.

Карета дрогнула, качнулась и понеслась вперед, навстречу Западным рубежам и новой жизни.

***

Экипаж был удобным, напичканным артефактами под самую крышу. В нем не трясло, не качало. Дорога ровной лентой стелилась под колеса. За окном мелькали яркие виды.

Вскоре столица скрылась из виду, а я расслабилась, привалилась к мягкой спинке сидения, готовясь к дальнему пути.

Только все внезапно закончилось. Как ни странно, но приехали мы очень быстро. Часа не прошло, а экипаж остановился, и мой патрон развеял магические запоры.

На миг я до холода в ладонях перепугалась, что неправильно поняла его слова о рубежах. Может это пригородная деревушка? Или какое имение? А я-то обрадовалась, что окажусь от дворца за тридевять земель.

Кинув последний взгляд в окно, приготовилась к тому, что придется распрощаться с работой и бежать дальше самостоятельно. Как только генерал отвлечется...

– Софи, вам доводилось раньше перемещаться телепортом? – разбил мои горестные мысли Родерик.

Я завороженно кивнула, помедлила и тут же мотнула головой, не отрывая восхищенного взгляда от элегантной ротонды, возле которой остановился наш экипаж.

– Так да или нет? – слегка раздраженно уточнил генерал, правда, до меня достучаться так и не смог.

Мои мысли потекли совсем в другом направлении.

– Вы умеете управлять телепортом? – восторженно завопила я, чувствуя, как стремительно возношусь по карьерной лестнице.

С трудом подавила желание броситься своему спасителю на шею и расцеловать в обе щеки. Лишь вопросительно подняла бровки.

Помнится, только особы королевской фамилии обладали столь редким видом магии. Пространственные порталы – чрезвычайно редкая вещь. И каждый из них под особым надзором короны.

А теперь и мне выпала такая возможность! Расскажу Миранде, не поверит.

– Вы не ответили, Софи, – решил настоять Родерик.

– Ни разу не была, - честно призналась я. – Я же не принцесса.

Он понятливо кивнул.

– Ничего не бойтесь. Слушайте меня внимательно, а не как обычно. И все у нас с вами получится.

Я выпрыгнула из кареты, завороженно дотронулась до каменной колонны. Мамочки, неужели, и правда, телепорт? Уи-и-и-и!

– София! – Окрик вернул меня с небес на землю. - Очнитесь уже. У нас мало времени.

Я моргнула, выплывая из фантазий в реальность. Родерик за это время вытащил из кареты поклажу и складировал ее на мостовую. Багажа было не так, чтобы много: два тюка и пузатый саквояж.

Генерал спросил, не пытаясь скрыть недоверие:

– Надеюсь, вы умеете левитировать поклажу? Этому вас в Академии учили? Или все, как с географией?

Левитировать сумки? Легко! Я не стала комментировать ехидные слова, буркнула под нос заклинание, прицелилась и прищелкнула пальцами.

Оба тюка воспарили над мостовой, притянулись друг другу и временно срослись боками. Сверху на них взгромоздился саквояж.

Родерик невольно округлил глаза, восхищенно присвистнул.

– Однако, не ожидал!

– Это вам не география, – торжествующе выдала я. – А хотите, и вас по воздуху перенесу?

Я вновь сложила пальцы, чуть отвлеклась, потеряла концентрацию и тюки совсем не деликатно плюхнулись на камни.

– Уф! Так и думал. – Родерик с облегчением выдохнул. - У вас, Софи, не только с географией все шедеврально. Магия тоже – блеск! Я в восторге. – Его улыбка стала совершенно довольной. Он поддел мыском сапога нижний тюк и почти промурлыкал: – Постарайтесь хотя бы это без потерь донести до выхода из портала. А я, пожалуй, пройдусь по-старинке, ножками.

***

Роланд отсмеявшись подобрал с земли саквояж и тюк поменьше, сложил все пирамидкой, сделал приглашающий жест, не удержавшись от очередной ехидной реплики:

– Ваша магия способна на сей подвиг, Софи? Или лучше мне донести?

Я попыталась его сдвинуть плечом, но куда там! Генерал стоял, точно вкопанный. Будто сам был вырезан из камня.

Стараясь не показать раздражения, я буркнула:

– Я сама! Не мешайте.

– О-о-о, не мешаю. Сама, так сама.

Он и правда посторонился, дождался, пока я подниму поклажу в воздух. Взлетел по ступеням и нетерпеливо окликнул:

– Поспешите, София.

«Спешка хороша лишь при ловле блох», – буркнула я обиженно.

– Что? - не расслышал Родерик.

– Говорю, поспешишь – людей насмешишь!

– О! Да вы буквально кладезь мудрости.

Он проследил за полетом вещей, скользнул между колонн и... исчез. Я машинально сделала шаг следом и только чудом вновь не растеряла багаж.

***

Телепорт снаружи и телепорт изнутри отличались друг от друга, как день и ночь.

То, что из окон кареты казалось изящной каменной беседкой, превратилось во внушительный помпезный зал, стоило переступить порог.

В зале этом не было окон. Свет заполнял округлое помещение, струясь из-под потолка желтыми магическими нитями.

А еще нас здесь явно не ждали и не встречали.

Стража у дверей при виде генерала вытаращила глаза, встала по стойке смирно и слаженно щелкнула каблуками.

Сразу стало понятно – мой работодатель не иначе, как большая шишка.

Я приосанилась, опустив багаж поближе к полу, и приняла максимально гордый и независимый вид. Видела бы меня сейчас Миранда! Умерла бы от зависти! Я иду через королевский телепорт к месту своей первой работы!

Я помощница генерал-губернатора Западных рубежей! А? Как звучит!

Вряд ли кто-то из моих знакомых удостоится подобного поста. И точно никто не получит подобную должность сразу после экзамена. Все с ума сойдут, когда узнают. Бьюсь об заклад, что Сухарик онемеет от таких новостей.

Я так размечталась, что почти забыла о причине своего бегства. О побочном эффекте моего колдовства.

– Софи, вы идете? – подстегнул меня голос генерала.

Ну что за черствый человек. Не дал насладиться триумфом. Когда еще мне доведется пройти через телепорт?

Ну ничего. Вот прибудем на место, я развернусь во всю ширь своей магии. Западные пределы еще узнают Стефанию Кавендиш! Тьфу! То есть Софию Ковалевскую. Черт бы побрал эту конспирацию.

На мое чело набежала легкая хмурая тучка, которая тут же развеялась, стоило лишь ступить под сень портала.

– Да шевелитесь же быстрее!

Нетерпеливые пальцы прихватили меня под локоть и потянули к дверному проему.

– Право слово, ползете, как увечная улитка. Если вы и работать так же будете, я даже не знаю...

Генерал показательно развел руками.

Я обозлено рыкнула, поддала огоньку, в смысле магии. От чего весь багаж пулей влетел в створ двери. Там набрал еще скорости и сбил с ног незнакомого мужчину.

– Ой! – пискнула я, снова теряя над вещами контроль.

Незнакомца тут же погребло. Первый тюк упал ему на ноги, второй на грудь. Саквояж в полете перевернулся, лязгнул замками и раскрыл «пасть». Вниз, как из рога изобилия, посыпались мыло, бритва, трубка, полотенце, кальсоны...

Черный носок траурной бабочкой сел бедняге на нос. Сверху всю картину припорошило табаком.

Пострадавший натужился и громко чихнул.

Я шарахнулась назад и спиной угодила в гостеприимные объятия.

Генерал восхищенно хмыкнул у меня над ухом, проговорил, явственно наслаждаясь моментом:

– София, вы великолепны. Ваше постоянство буквально выше всяких похвал.

Еще и язвит, гад!

Я обиженно поджала губы. Легким движением руки откопала страдальца из-под раскиданных вещей. Сгребла все в кучу, отправила обратно в саквояж. Чуть притромбовала магией и застегнула замки.

– Рады приветствовать, генерал Флорент! – бодро донеслось из-под тюков. – Апчхи!

***

Родерик

Софию оказалось весьма приятно держать в руках. Девчонка была мелкая, забавная, но очень даже аппетитная в нужная местах. С тонкой талией, чуть вздернутым носиком и громадными глазищами, обрамленными пушистыми темными ресницами, выглядела она ожившей куклой.

Я даже пожалел, что вокруг есть нечаянные свидетели. Руки категорически не хотели разжиматься. А мужская суть прямо-таки требовала перевести нечаянное столкновение из разряда «дружеской поддержки» в ранг «жаркие объятия».

– Господин генерал! – Освобожденный от тюков и поднятый с пола вояка в форме королевской магической службы почтительно склонил голову. – Куда настроить портал на сей раз?

– Западные рубежи, – я поморщившись выпустил «добычу» из рук и закинул на плечо саквояж. Хватит. Пусть играется с магией в другом месте. Лучше я сам донесу вещи.

Тюки уже стояли у входа в спящую портальную арку, а Софи больше не пыталась их отвоевать, упрямо повторяя любимое «сама».

– А она?.. – маг опасливо указал взглядом на раскрасневшуюся девицу.

– Со мной, – бросил я, не меняя каменного выражения лица. – Положенная по регламенту помощница. Бытовой маг выдающегося таланта. Я бы даже сказал - гений магического искусства. Отличница, если не считать географии.

На лице служаки скепсис смешался с сомнением. Правда, осталось непонятным, в чем он так сомневался - то ли в таланте Софии, то ли в моем здравомыслии.

Софи бросила на меня возмущенный взгляд и покраснела еще сильнее. Запыхтела так шумно и яростно, что жутко захотелось ее поцеловать.

Служака тряхнул головой и задумчиво проговорил:

– Рад, что вам достался столь... ценный сотрудник.

Мелкая врушка прикусила губу и опустила глаза.

– Не поверите, - выдохнул я, - сам себе завидую.

Глава 3. Где герои сталкиваются с нежданными трудностями

Родерик

По ту сторону портала меня ждало две новости.

Хорошая – магия сработала успешно. Ей не помешало даже присутствие моей помощницы - этого ходячего катаклизма.

Теперь можно было вздохнуть с облегчением. Дядюшка и столица остались далеко позади.

И плохая – нас не ждали. Совсем. Это было неожиданно и неприятно. С крыши падали крупные капли. Плиты вокруг были мокрыми в грязных подтеках. Не иначе, только что прошел ливень.

Караул, охраняющий портал, нашелся в отдельной будке. Служивые азартно резались в карты и соизволили прерваться только после окрика.

– Смирррна! – рявкнул я, обнаружив возмутительное нарушение устава.

Софи вздрогнула, попятилась и споткнулась о тюки, оставленные на сухом полу ротонды.

Я с прищуром оглядел нерадивую стражу. Выцелил взглядом знакомые нашивки.

– Капрал, где ваш офицер?

– Намедни отбыли, господин генерал, – в напрасной попытке втянуть живот, отозвался упитанный усач.

– А где... хоть кто-то из местных чинов?

– Должно быть, готовятся к встрече начальства. Ожидается прибытие важной шишки - нового губернатора.

Софи хихикнула, моментально сообразив, о ком идет речь.

– Кого? – переспросил я.

– То есть генерал-губернатора, – поправился капрал и доверительно добавил: – Жили – не тужили, так нет - несет нелегкая начальство в наши райские кущи.

Софи хрюкнула уже куда веселее.

– Так-так, – протянул я, шагнул еще ближе и навис над капралом. – И когда они собираются встречать начальство?

Отправить бы тебя, голубчик, в карцер за азартные игры во время несения караульной службы, да заменить некем. Похоже, всем вам тут не хватает твердой руки.

Вот спасибо, дядя, удружил. Хотя, ничего нового, все как и везде - барррдак!

До капрала что-то начало доходить.

– Не могу знать, вашбродь! – вытаращив глаза, выпалил он.

Позади него дернулся второй, и это движение не укрылось от моего взора.

– Говори, – вперил я грозный взгляд в него.

– Я слышал, что на днях.

– Точнее?

Перепуганный солдат лишь замер, глядя перед собой.

Из ротонды послышался задорный смех. Я обернулся туда:

– Напрасно веселитесь, Софи. Подозреваю, нам не выделили транспорт. Догадываетесь, кто будет занят грузом всю дорогу до замка?

– Па-а-адумаешь, напугали, - протянула мелкая вредина, но тут же уточнила: - А далеко до замка?

Я перевел взгляд обратно на капрала и вопросительно приподнял бровь.

– Вам нужно в замок? - оживился тот. - Так это мне пешим ходом часов пять пути. А вашей девице...

– Сколько?! – возмущенно булькнула она.

Я мысленно помянул дядюшку, пожелав ему всех благ. Вслух спросил:

– Вижу, вы уже счастливы, Софи?

– В восхищении! - буркнула девчонка и плюхнулась сверху на тюк, всем своим видом давая понять, что никуда не пойдет.

– Лошади есть? – продолжил допытываться я.

Капрал оживился:

– Одну кобылку добудем. Но вас двоих она не довезет. Для невесты вашей могу предложить ослика, - капрал смачно почесал в затылке и добавил от щедрот души: - И бричку, на которой возят обед из деревни. Больше ничего нет.

– Какой еще невесты? - начала было Софи, но договорить я ей не дал.

– Берем, но сперва покажите лошадь. А то как бы мне самому не пришлось громоздиться на осла.

Я представил себя верхом на ослике. Картина получилась уморительная.

Видимо, Софи подумала о том же.

– В вашем генеральском мундире и эполетах вы будете чудно выглядеть на осле. Я бы посмотрела на сие действо, - мстительно выдала она.

***

Софи

– Позвольте, – остановила я мужчин, которые уже направились к конюшне, видневшейся чуть в отдалении. – Но я не согласна на осла! Почему вам лошадь, а мне непонятно что? Я тоже хочу лошадку!

– Не хотите и не надо, – безразлично пожал могучими плечами несносный генерал. – Кто я такой, чтобы вас уговаривать?

Он обернулся к капралу:

– Ослика можете не запрягать. Моя помощница идет пешком. С багажом.

Ррр! Вот же... осел! Я топнула ногой, хотела сказать, что с места не сдвинусь, но мужчины уже скрылись за углом, оставив меня с поклажей.

В отместку захотелось плюхнуть багаж в лужу, но в последний момент я одумалась и сделала вид, что ему самое место на полу ротонды. Еще раз злобно рыкнула, и сбежала вниз по ступеням.

Там меня уже ждали.

– А кто это? – один из солдат осторожно тронул меня за рукав.

– А это и есть ваш новый генерал-губернатор, – мстительно сообщила я. – Жутко важная шишка.

И мысленно добавила: «И жутко вредная».

***

Через полчаса сборов и плясок вокруг брыкливого ослика и совершенно меланхоличной кобылки мы выдвинулись в сторону замка.

Родерик раздобыл где-то пару яблок, чему я несказанно обрадовалась, протянула руку, попыталась сцапать. Завтрак был уже давно, а про обед пока никто не заикался. В моем животе уже зазвучали заунывные мотивы.

– Э нет, – генерал поднял фрукт на недосягаемую высоту, – это не для еды.

– А для чего же? – жадно проследила я за несостоявшимся перекусом, описавшим над головой мужчины широкую дугу.

– Точнее для еды, но не нам. Вы же хотите, чтобы ваш скакун не капризничал?

Я осторожно кивнула. Так-то я вообще другого скакуна хочу, но...

– Смотрите.

Ловкие пальцы привязали яблоко за черешок на веревочку, другой конец которой приладили на длинную жердину. Теперь краснобокий фрукт призывно качался перед мордой ослика, приманивая его завлекательными ароматами.

– А? Как вам идея? Меня в одном из селений научили. Теперь ваш гордый жеребец будет упорно бежать вперед, чтобы догнать угощение.

Родерик пальцем ударил по яблоку, качнув его сильнее.

Мы с осликом укоризненно посмотрели на генерала, радостно кивавшего своим словам. Ну до чего самодовольный тип. Бьюсь об заклад, он перед зеркалом сам себя по голове гладит и нахваливает.

Генерал тем временем, ничуть не смущаясь, вытащил из кармана второе яблоко, потер его об рукав и плотоядно облизнулся.

Я поняла, что второй шанс хоть как-то перекусить, упускать нельзя, поэтому перехватила яблоко в прыжке и немедленно вонзила в него зубы. Мое! Не отдам!

Лицо генерала на миг приобрело невероятно удивленный вид.

– Мне полагается питание и проживание за ваш счет, – не очень внятно напомнила я, потому что рот был занят. – И да, еще жалование!

Я подумала, и надкусила яблоко еще в нескольких местах. Чтобы точно не отнял, чтобы наверняка.

Стоило занять свое место в бричке, как ослик потянулся за таким близким и манящим фруктом, и мы наконец стронулись с места.

Когда я оглянулась на генерала, птицей взлетевшего в седло и проскакавшего мимо, мне показалось, что плечи его трясутся. Рыдает из-за яблока?

Я спросила себя, не стыдно ли мне объедать начальника?

«Ни капельки, - ответил внутренний голос. - В отличие от меня, он-то готовился к дороге. Мог и побеспокоиться об обеде».

Внутри червячком шевельнулась мысль, не зря ли я полагаюсь на слова генерала об условиях нашей сделки? Судя по началу, в конце пути нас вполне может ожидать сарай и суп из корешков, выдранных на обочине дороги.

Ладно, дать деру всегда успеется, сначала надо посмотреть на этот генерал-губернаторский дворец.

***

Едва караульный пост скрылся из вида, Родерик сунул руку за пазуху, извлек оттуда объемистый сверток и произнес с убийственно серьезным видом:

– Вообще-то, Софи, эти яблоки были для животных. А для нас с вами я раздобыл вот это!

Он неспешно развернул бумагу, являя на свет божий душистые куски ноздреватого хлеба, проложенные пластами печеного мяса.

От вида и запаха еды я едва не захлебнулась слюной.

Родерик сделал скорбный вид, пронзил взглядом небеса и возвестил трагически:

– Жаль, что вы уже наелись. Придется мне самому...

– Нет! – нервно рявкнула я. – Прошу прощения, но я не наелась. Я такая голодная, что готова даже ослика съесть.

Мой гордый скакун дрогнул, споткнулся и пошел на всякий случай быстрее, решив если не догнать яблоко, то хотя бы убежать от озверевшей меня.

Родерик усмехнулся, оставил себе половину снеди и протянул мне умопомрачительный бутерброд.

– Ешьте, Софи, - сказал от примирительно, – я же не зверь, чтобы морить голодом растущий организм.

***

Местность постепенно шла на понижение, и это сыграло с нами злую шутку. Если первая половина дороги казалась мне ужасной, то скоро я убедилась, что сильно ошибалась.

Начало пути было просто раздолбанной колеей, украшенной лужами там и сям. Но через два часа колея превратилась в откровенное болото. Из-под копыт моего скакуна полетели комья грязи. Колеса едва крутились, утопая в разбухшей глине.

Один раз бричка так надежно увязла, что Родерику пришлось толкать ее магией.

Когда удалось выехать на более-менее твердое место, генерал тяжело вздохнул, покачал головой и спросил устало:

– София, вы не знаете, для чего я вас нанял?

Ой! Щеки мои покрылись румянцем, а я запоздало вспомнила, что вообще-то могла это сделать сама, просто растерялась. Прижала ладони к груди и искренне пообещала:

– Просто, мне никогда не доводилось путешествовать вот так... Я исправлюсь! Честно-честно.

Я обвела руками унылый пейзаж.

– Очень надеюсь, – Родерик пришпорил лошадку, заставляя ее энергичнее шевелить копытами. – А то у меня ощущение, что это я ваш помощник.

Я уставилась на яблоко перед ослиной мордой и пробормотала тихонько: «Между прочим, в приличном обществе принято, чтобы мужчины помогали даме, будь она даже магистром бытовой магии. Хотя, где общество, а где этот несносный солдафон?»

– Я все слышу! – Родерик даже не обернулся.

Ой! От смущения и обиды я придала ускорения своему «скакуну», влив в его копытца дополнительную силу. И слегка не рассчитала. Ослик, почувствовав себя чистокровным рысаком, издал душераздирающий клич «и-ааа!» и помчался вперед.

На повороте мы обошли неторопливую генеральскую клячу, быстро миновали краешек леса и выехали на холм с чудесным видом на окрестности.

Вдалеке показался замок. Отсюда он казался воистину волшебным – белые стены, высокие шпили, башенки. Лицезрение пункта назначения чудесным образом придало сил и мне, и генеральской кляче.

Я хлестнула вожжами, залихватски присвистнула:

– Ну же, поднажми, родной! Как приедем, обещаю тебе это яблочко!

Родерик, узрев, что мы с осликом вырвались вперед, подстегнул флегматичную кобылку. Лошадка с явной неохотой ускорилась, обогнала моего строптивого рысака и первой вышла на финишную прямую.

Да чтоб тебя!

– Будешь так тащиться, – пригрозила я, – яблоко съем сама!

Ослик встал, как вкопанный, я качнулась вперед и едва не вылетела через борт носом на дорогу. От досады нечаянно выпустила сгусток магии и попала аккурат в тылы генералу.

Ой! Он же родственник короля! Не сынок нашей попечительницы случайно?

Родерик подпрыгнул на месте, резко выпрямился и так пришпорил лошадку, что та, взметая в воздух комья грязи, от изумления перешла на галоп.

На миг мне показалось, мой наниматель вот-вот соскочит с седла и рванет впереди кобылки бегом. Через минуту наши с осликом конкуренты по забегу очутились так далеко впереди, так что я поняла - гнать бессмысленно.

Остаток пути мы были заняты тем, что пытались отыскать путь посуше. Хотя и так было ясно, что все сухие места остались далеко позади. От края и до края дорогу заполняла жидкая грязь.

С большим опозданием подкатив к воротам, я поняла, что дальше дороги нет вовсе, и издала душераздирающий стон:

– О нет! Только не говорите, что дальше пешком!

Не сказали. Некому было говорить, если конечно не считать рассевшихся на ограде ворон.

Кроме генеральского силуэта вдалеке кругом не было ни души, ворота усадьбы оказались закрыты на монструозного вида замок. Перед повисшей на одной петле проржавевшей калиткой разлилось натуральное море.

В нем задорно плескалось утиное семейство.

Уже спешившийся Родерик проследил за моим взглядом и снизошел до моей беды:

– Ладно, так и быть, багаж я возьму на себя. Но вам придется добираться самостоятельно.

С этими словами он ухватил самый большой тюк и приладил его себе на спину, а в руку взял саквояж.

Я беспомощно оглядела ограждение в поисках другого входа, но ничего похожего не обнаружила. Неужели придется топать по этой лужище?

Я приподняла подол форменного платья, с тоской изучила легкие туфельки.

Генерал тем временем пошлепал своими сапожищами прямо по воде, разгоняя уток, и спокойно направился в запущенный парк.

В самом глубоком месте вода доставала ему почти до середины голени. Значит, мне по колено будет? Так? Яма там, что ли? Безобразие!

Лично прибью всю эту свору местных работничков, которые не могли к нашему приезду разобраться с этой вопиющей проблемой. Хотя нет, заколдую! Будут у меня бегать по парку козликами.

На миг я снова усомнилась, а так ли уж мне надо внутрь? Но дворец манил своей близостью и обещал долгожданный отдых. Я перебрала в голове все способы преодоления водных преград и приуныла. Осушить этакую массу воды мне было не по силам.

Поэтому решила пойти легким путем. Быстро повторила про себя водоотталкивающее заклинание, сложила щепотью пальцы.

Задрав подол, я обхватила щиколотку и прошептала нужные слова. Дальше осталось прищелкнуть пальцами и вуаля! Можно любоваться чуть светящейся защитой.

Повторила операцию со второй ногой, притопнула. Всё, можно идти. В любом случае, придется чиститься. Грязные брызги с дороги щедро украшали юбку.

Я сорвала с веревки яблоко, магией разделила его на дольки, неспешно скормила ослику. Пообещала осчастливленному зверю, что генерал скоро вернется и распряжет его сам. Ну или отыщет конюха, которому перепоручит заботу о бедняге.

Ослик мечтательно покивал, подбодрил меня боевым кличем. А я задрала юбки почти до колена и осторожно двинулась вперед.

***

Все бы ничего, но я не учла, что илистое дно лужи окажется таким скользким, а вода - мутной. Задирать юбку пришлось куда выше колен. Стесняться и думать о правилах приличия было некогда.

Я осторожно прощупывала ступней каждый шаг и все равно дважды чуть не упала. В первый раз я сама успела ухватиться за ржавый столбик ворот. Во второй бы точно искупалась, но меня подхватили мужские руки.

Подняли и понесли. Над головой послышалось беззлобное ворчание про юных врушек и неумех. Это было так неожиданно, что я не сразу осознала всю пикантность ситуации.

Когда же до меня дошло, что практически вся юбка собрана в узел, и задрана до уровня... Кхм, весьма неприлично задрана. А значит, вид на все, что ниже узла, открылся преинтереснейший. И ОН все видел! Видел и ничего не сказал. Вот же...

Я сразу как-то то передумала благодарить нахала, не давшего мне искупаться в луже.

И вообще, я тут минут пять барахталась, пытаясь преодолеть этот гадский «океан»! А Родерик, невыносимый чурбан, стоял и наблюдал. Хоть бы сразу помог! Так нет, налюбовался от души.

– Даже не надейтесь на спасибо! – я была так крепко прижата к груди, что ткнуть смогла только в эполет.

Потом, кое-как вывернувшись из загребущих рук, отскочила и принялась приводить себя в порядок.

– Не буду, – с усмешкой согласился этот нахал и побрел за оставленной лошадью. – Разве от вас дождешься благодарности.

– Ах, вы! – Я задохнулась от возмущения.

Он словно бы и не понял моих чувств, сказал совершенно спокойно:

– Софи, идите прямо, я оставил вещи возле ступеней, там сухо. Дождитесь меня, я скоро вернусь.

Вот еще! Зачем мне его поклажа, я лучше сразу в дом пойду. Должны же здесь быть слуги, которые устроят меня в симпатичных апартаментах. Личной помощнице генерал-губернатора причитаются лучшие комнаты с окнами на юг, камеристка и горячая ванна! Да, именно так.

Я любовалась в сумерках зданием и рисовала картины прекрасной жизни в неплохом, если не считать луж и грязи, местечке. Позади раздавалась генеральская ругань. Кажется, он все-таки взялся за моего ослика, но тот после яблока уже никуда не желал идти.

***

По мере приближения здание потеряло свой божественный ореол. Вблизи стало видно, что стены здорово облупились, окна местами выбиты, а ступеньки безнадежно разрушены.

Я остановилась, не дойдя до цели шагов пятьдесят. Осознала весь масштаб бедствия и выдавила из себя горестный звук.

– О нет!

Что ЭТО Такое? Мы тут должны жить? На самом деле? А где обещанный дворец? Где мои хоромы? Нет, мы так не договаривались!

– Софи! – окликнул Родерик, сворачивая с дорожки в сад. – Не теряйте время зря. Нам нужно до темноты поставить шатер и приготовить ужин. Вы умеете готовить?

– Да вы! – задохнулась я от возмущения. – Вы обманщик! Никакой вы не генерал-губернатор. Да и генерал, поди, липовый!

– Софи, послушайте, – примирительно выставил руки этот лгун.

– Я вам не Софи! – решительно прервала я все возражения.

– Да? А кто?

– Я... я... Для вас – госпожа Ковалевская! Вот! – вовремя опомнилась я, что называть настоящее имя – плохая идея.

– Мне искренне жаль, что мы оказались в такой неприятной ситуации. Честное слово, король втюхал мне это назначение. По собственной воле я бы и на пушечный выстрел не приблизился к этому дворцу.

– Если бы вы сразу сказали, что везете меня на руины дворца, мне бы не пришлось страдать, полдня тащиться по грязи на осле. И приехать в итоге в заброшенный замок!

– Ну простите. Завтра я разыщу этих болванов, что не встретили нас и не подготовили жилье. Найду и взгрею. Кажется, работы будет больше, чем я ожидал. Но сегодня деваться некуда, придется ночевать здесь.

– На улице? – саркастично вопросила я.

– Зачем на улице? В одном из этих тюков – прекрасный шатер. Уверяю, места в нем с лихвой хватит на десяток человек. Вам будет вполне удобно.

– Погодите-ка! Вы предлагаете мне ночевать в одном шатре с мужчиной? Наедине?! – ошарашенно уточнила я.

– Дайте подумать, – Родерик с иронией поскреб подбородок. – Да, предлагаю. Но, если у вас есть иные варианты, то неволить не стану. Можете, к примеру, ночевать снаружи на крыльце или в парке, или в бричке. Вы вольны спать в гордом одиночестве или рискнуть девичьей честью – и заночевать внутри. Слово благородного человека и офицера – на вашу половину шатра я ни ногой! Решайте, Софи.

– Ха! – гордо вскинув подбородок, я направилась к парадному входу во дворец.

Быть того не может, чтобы в такой громадине не нашлась более-менее сносная комнатка для одной маленькой меня.

Глава 4. Где я ночую в гордом одиночестве

Внутри замок был в столь же удручающем состоянии, что и снаружи, а местами значительно хуже. Я окинула скептическим взглядом вздувшийся паркет, разбитую лепнину, грязные облезлые стены, бренные останки безвременно почившей мебели и кисло поморщилась.

Если господин генерал-губернатор надеется, что я наведу здесь порядок в одиночку, должна его огорчить - он сильно ошибается. Для этого понадобится отряд бытовых магов – человек десять, не меньше! Я одна провожусь здесь года два.

Толкнула первую попавшуюся дверь и приуныла окончательно. В центре четкий след от костровища, закопченный потолок. Хуже всего, что кто-то небрезгливый приспособил это помещение под туалет. Хорошо хоть дыра в окне не давала застояться запахам.

Я зажала нос пальцами, быстро захлопнула дверь, подошла к следующей комнате и застыла в нерешительности. Что ждет меня там? Открыла дверь и с чувством глубокого удовлетворения убедилась, что ничего хорошего.

Бальный зал, некогда отделанный золотом и зеленым камнем, был варварски разграблен. Позолоту соскребли везде, докуда дотянулись, а вставки из камня ломали без жалости, так что куски былого великолепия сиротливо валялись по углам.

По всему видать, забросили замок не вчера, и даже не позавчера. В правом крыле перекрытия почти полностью обрушились, так что я не рискнула туда сунуться. В левом было чуть лучше, но и здесь гулял ветер, битое стекло усеивало пол, тут и там штукатурка осыпалась, и стены зияли серыми пятнами каменной кладки.

Мебели внутри почти не осталось, а та, что удалось обнаружить, была безнадежно испорчена – разбита, разломана, покрыта плесенью и тенётами.

Что-то, конечно, я смогла бы восстановить, но гораздо надежнее будет попросту вынести весь хлам и сделать капитальный ремонт. Впрочем, это не моя забота. Я надолго здесь задерживаться не планировала и решила пока ограничиться одной комнатой на первом этаже.

Главное – окна и двери в ней целы, а остальное можно подправить магией.

***

Я выглянула из окна и застыла на месте. Вид открывался шокирующий и притягательный одновременно. Аккурат напротив, будто другого места не нашел, обустроил свой лагерь мой начальник. Он уже развернул шатер и затащил свою поклажу внутрь.

В настоящий момент Родерик избавился от генеральского мундира и отошел чуть в сторонку, потому что решил принять водные процедуры.

Он раздобыл где-то целое ведро чистой воды и поливал себя, отфыркиваясь и поигрывая мышцами голого торса. Щеки мои от такой картины запылали сами по себе. Я встала так, чтобы не светиться, и тайком наблюдала всю картину с начала и до конца.

Умывшись, мужчина растерся жестким даже на вид полотенцем, повесил его на шею и принялся потрошить второй тюк, задумчиво оглядываясь на окна замка. Заметив меня, он призывно махнул рукой, но я фыркнула и демонстративно отвернулась, задумавшись, как с меньшими затратами привести комнату в жилой вид.

Первым делом я подвесила под потолком небольшой магический осветительный шар. Пролевитировала из соседнего помещения некогда чудесную оттоманку, которую еще можно было спасти, и легкий, совсем целый столик.

Тем же способом избавилась от покосившегося шкафа и сломанной пустой рамы, из которой кто-то вырезал ровно половину картины. Вторая взирала на мир одиноким юношей, устремившим печальный взгляд на дыру.

Потом припомнила обеспыливающее заклинание, тщательно проговорила трудные слова и прищелкнула пальцами.

Пыль с пола и всех поверхностей взметнулась в воздух и устремилась в мой кулак. Я чихнула и рявкнула: «Стоп!»

Вечно с фокусировкой у меня косяки. Не в кулак я ее хотела собирать, а в мешок. Пришлось растворить окно, чтобы перенаправить пылевое облако наружу.

– Софи, вы все еще не хотите присоединиться? – обрадовался мне как родной, генерал.

Я ужасно засмущалась, потому что мужчина подошел ближе, даже не подумав прикрыться. Он являл собой зрелище жутко неприличное и притягательное. Чтобы скрыть смущение, спросила с вызовом:

– К чему присоединиться? К купанию?

Родерик приподнял одну бровь, окинул меня изучающим взглядом, проговорил, понизив голос:

– Если вам хочется здесь искупаться, я, конечно, не стану отговаривать. Даже наоборот, поспособствую с огромным удовольствием. Спинку могу потереть, водичкой полить, полотенчико подать опять же...

Он сделал паузу, дождавшись пока цвет моих щек станет равномерно пунцовым, и довольно улыбнулся.

– Но вообще-то я приглашал вас перекусить.

Бесит! Я молча закрыла окно и спряталась в глубине комнаты.

***

Следующий раз подошла к окну через четверть часа. Снаружи за это время все преобразилось. Около шатра материализовался раскладной столик и пара таких же стульев с матерчатым сиденьем. На одном лежала мягкая подушечка. На спинке висел уютный плед в красную и серую клетку.

На столике уже стояла посуда и была разложена провизия. Жаль подробностей из-за сгущающихся сумерек было не рассмотреть. Родерик как раз раскладывал по траве осветительные шары.

Мне жутко захотелось туда, к нему. Я не выдержала, приоткрыла окно и высунула наружу нос.

– Признайтесь, генерал, вы боитесь темноты? – насмешливо спросила я, жадно втягивая ароматы съестного. Пахло хлебом, копченым окороком и яблоками.

– Не угадали. Признаюсь, что ничего не смыслю в готовке, – развел он руками.

– Ладно уж, – как можно равнодушнее протянула я. – Беру ужин на себя. А вы взамен обеспечите меня пледом, подушкой и постельным бельем.

– Идет, - расцвел Родерик. – У меня как раз есть второй комплект.

– Разводите огонь, я сейчас, - поспешила я на выход, соображая, не продешевила ли. Надо было потребовать увеличить жалование за исполнение обязанностей кухарки.

***

Ужин удался на славу. Может быть это мне показалось с голодухи, но мое варево в походном котелке, основательно битом жизнью, показалось божественным на вкус. Хоть и стряпала я его из крупы и мясных консервов, с добавлением овощей, специй и малой толики магии.

Родерик закатывал глаза и нахваливал, громко причмокивал от удовольствия и являл полное отсутствие манер. Но, положа руку на сердце, ситуация совсем не располагала к соблюдению этикета.

– Софи, вы просто волшебница! – облизывая ложку как самый последний крестьянин, выдал вердикт генерал.

– Есть немного, – порозовев от нежданной похвалы, скромно ответила я.

Магическая кулинария никогда не была моим любимым предметом. Честную тройку за экзамен я заработала, а на большее не считала нужным тратить время и силы.

– Может быть, взять вас на полставки поварихой? – глядя сытыми глазами, задумался Родерик.

– Ну уж дудки, господин генерал-губернатор! – отрицательно покачав половником, отказалась я. – Вы меня брали в помощницы. Извольте предоставить приличную работу. Кстати, не подскажете, где разместится ваша приемная? В вашем шалаше или где-то в окрестных болотах?

Я почти не иронизировала. Мне и в самом деле было интересно, что мы будем делать завтра, и когда уже закончится это затянувшееся недоразумение.

– Завтра, Софи, все узнаете, – ничуть не смутившись, добродушно махнул он рукой. – На что угодно спорю, прямо с утра здесь объявится вся эта свора, что прохлопала сегодня наше появление. Лучше нет в хозяйстве подчиненных, чем провинившиеся должностные лица. Вот увидите, завтра здесь будет настоящая потеха. Считайте этот вечер внеплановым выходным. Завтра у вас наверняка появится масса работы. Так что будьте к восьми утра в полной боевой готовности. А теперь – спать!

***

Надо же было испортить такой тихий и прекрасный вечер. Рабо-о-о-ота! Ух, генерал. А как же небо, усыпаное крупными звездами, поющие сверчки? Сегодня даже лягушки на болотах квакали как-то особенно мелодично. Такая романтика кругом.

И лишь один черствый генерал начисто испортил всю благодать.

– Спокойной ночи, господин генерал-губернатор.

Я поднялась, не забыв прихватить подушку с пледом, и гордо направилась к дому.

– Вы точно не хотите остаться в шатре, Софи? – прищурив глаза, спросил Родерик.

– Нет, – упрямо мотнула я головой, хотя уходить от костра в темное безлюдное здание не очень хотелось.

Если маменька узнает, что я ночевала наедине с мужчиной, даже представить страшно, что будет. А папеньку вообще удар хватит. Хотя им обоим без того сейчас несладко. Дочь – государственная преступница, беглая к тому же.

Даже не знаю, что хуже – сообщить им, что я благополучно смылась из столицы, или ничего не сообщать?

– Софи, а вы не боитесь? – раздался вдруг совсем рядом голос Родерика, заставляя меня подпрыгнуть от испуга.

– Пока вы не спросили, не боялась. Но если вы и дальше будете подкрадываться и пугать меня, то не только бояться, а заикаться начну. Зачем вы идете за мной?

– Хотел проявить вежливость и проводить даму, – пожал он могучими плечами. – Вдруг в замке привидения водятся? И потом, там темно!

– Вы точно боитесь темноты, – вынесла я вердикт, хотя его присутствие в пустом здании действительно придавало мне храбрости. – Здесь нет привидений. А если и были бы, то давно разбежались. По домашней нечисти у меня была твердая пятерка.

– Восхищен, – уважительно взглянул на меня Родерик. – Но все же запритесь как следует. Меня нервирует ваша решимость ночевать в одиночку в таком месте.

– Непременно. А в добавок к запорам, запечатаю дверь заклинанием, – пообещала я. – Так вам будет спокойнее?

– Думаю, да, – кивнул он, оглядывая темные коридоры и залы, по которым мы проходили. – Похоже, здесь был бой, а после мародеры порезвились. Ни единого целого помещения.

– А почему его позже не восстановили?

– Кто знает, Софи? Наверняка других забот хватало. После войны здесь сменилось пять или шесть генерал-губернаторов. Последний, продержался, кажется, три дня. Завтра расспросим местных и все узнаем.

– Если надумаете восстанавливать замок, учтите, одна я не справлюсь.

Родерик воззрился на меня с изумлением.

– Бог с вами, Софи! Возлагать на женские плечи такой труд – это уж совсем бесчеловечно.

Я подозрительно покосилась на идущего рядом мужчину и едва удержалась от вопроса, а чем, по его мнению, должна заниматься его помощница?

– Пришли, – указала я на дверь в облюбованную комнату.

– Спокойной ночи, Софи. Если что – кричите, – попрощался Родерик на пороге, оглянулся и... преспокойно вошел вслед за мной.

– Что вы делаете? – оторопела я от такой наглости.

– Проверяю ваши жилищные условия, – деловито огляделся он, покивал сам с собой и направился к окну. Раскрыв створку, он неаристократично оперся о подоконник и молниеносно перебросил через него ноги, сиганув наружу. – Так гораздо быстрее. До завтра.

Я тряхнула возмущенно головой и захлопнула створку. Потом поработала над дверью, навесив на нее два заклятья – от нечисти и от чужих людей.

Расстелила на моей оттоманке принесенное белье, взбила подушку, оглянулась на окно, не маячит ли за ним один несносный генерал, и принялась раздеваться.

***

Что ни говори, а на жестком я спать не привыкла.

Оттоманка была узенькой-узенькой, причудливо изогнутой, короткой. Ужасно неудобной. Как нарочно, луна светила прямо на меня. Ее насмешливо ухмыляющийся лик я видела даже сквозь веки. Пришлось встать и передвинуть мое ложе в тень.

Целый час я пыталась устроиться поудобнее, вертелась с боку на бок. Очень скоро отлежала все, что могло отлежаться в измученном побегом организме.

В какой-то момент психанула, решила сесть и просто переждать эту ночь. К счастью, сон оказался сильнее неудобств. В конце концов меня сморило и утянуло в странный, бестолковый сумбур ночных видений.

Там королевская тетка с носом-пятачком гонялась за мной по пустым коридорам дворца, звонко цокая копытцами и визгливо похрюкивая. Бежала и пыталась откусить добрую половинку меня. Чаще нижнюю, но зубы лязгали и возле плеча.

Быстро выяснилось, что лязг чужих зубов рождает в теле немыслимый прилив бодрости. Я раз за разом убегала, ныкалась в кладовке под лестницей и выбрасывала ключ, но стража методично взламывала дверь и вместо допроса тащила почему-то сразу на эшафот.

Когда исчезал дворец, давая мне краткую передышку, вмиг появлялся не в меру деловой Родерик. Звал за собой, приманивая, как ослика, яблоком на веревочке. И я шла, счастливо улыбаясь. Жаль, яблока ни разу не получила .

Последним причудился сон, в котором нахальные мыши стояли на подоконнике по стойке смирно, а привидение прошлого генерал-губернатора учило их ходить строем.

В этом сне не повезло задержаться дольше всего. Призрак зычно отдавал команды. Мыши пищали, выражая протест. Я сначала хихикала, потом пыталась спрятать голову под подушку и скрыться от этого бреда.

Наконец, мышиный писк стал таким невыносимым, что сон мой схлопнулся и растворился в небытие. Я потянулась, зевнула и приоткрыла один глаз, чтобы стряхнуть с себя бестолковый морок. Да так и застыла, забыв, как дышать.

Сон плавно перетек в реальность. Нет, призрака в комнате не было. Да и откуда бы ему взяться, если я навесила защиту от нежити? Мыши на окошке тоже не ходили строем. Их вообще было ровно одна.

Одна маленькая серая мышка попискивала, нагло устроившись на моей груди, прямо на кружеве нижней сорочки.

Сидела и пялилась на меня черными бусинками глаз. Маленький носик нервно шевелился. Дрожали усики. Маленькие розовые ладошки деловито намывали мордочку.

Миг, и наши взгляды встретились. Секунду мы смотрели друг на друга. А потом я сделала то, что не позволено благовоспитанной девице – подпрыгнула на полметра из положения лежа, вскочила ногами на кушетку и завизжала, что было мочи.

Так-то папенька всегда говорил, что голосина у меня ого-го! И, при должном старании, он может в легкую затмить пароходный гудок.

Про гудок мне выяснить не удалось, за неимением поблизости подходящего парохода. Зато оконное стекло жалобно дзынькнуло и разлетелось на тысячу осколков.

Мой вопль пораженно заглох. Я хотела уже было возгордиться, но в следующий миг в комнату влетел Родерик - с безумными глазами, в кальсонах на босо пузо и с саблей наголо.

Он обвел бешеным взглядом комнату, нашел меня глазами и рявкнул:

– Софи, живо за спину!

Кто я такая, чтобы спорить? За спину, так за спину.

Я громко икнула, сдула магией с пола стекла и скользнула к окну. Родерик грозно рыкнул, взял саблю на изготовку. А я наконец-то выдохнула с облегчением. Не знаю, куда подевалась мышь, но рядом с генералом думать о ней совершенно не хотелось.

Куда больше меня сейчас будоражили живописные рельефы мужского тела: голые плечи, бицепсы, трицепсы, поросшая черным пушком поясница и трогательные ямочки над кальсонами.

Трогательные в том смысле, что я едва сдержалась, чтобы их не потрогать. А еще лучше погладить. А еще лучше... Нет, это меня куда-то не туда понесло.

Короче, посмотреть у генерала было на что. И это мне еще вид спереди был недоступен.

Я шумно выдохнула и прикусила губу.

Родерик переступил с ноги на ногу и с недоумением опустил саблю.

– Софи, где он?

- Кто? - недоуменно уточнила я.

– Тот, кто на вас напал. Где он?

Вот умеет он задавать неудобные вопросы.

– Она где-то здесь, – ткнула я пальцем и пояснила: - М-мышка.

– Кто? - мой спаситель обернулся, открывая вожделенный вид спереди.

И я залилась жарким румянцем. Повторила почти не задумываясь:

– Мышка.

Родерик хмыкнул, окинул меня взглядом, с ходу заценил кокетливые кружевные панталончики, коротенькую сорочку и голые коленки.

Я тихо ойкнула и попыталась прикрыть ладонями разом все стратегически важные места.

– Можете не стараться, - правильно понял мой спаситель, - я уже все видел.

Вот же, гад! Я оскорблено зыркнула и выпалила:

– Я тоже.

– Тем более, - Родерик совсем не казался расстроенным. - Значит, квиты. Не знаю, как вас, а меня все устроило.

– Меня тоже, - ляпнула я и впервые пожалела, что еще дома не заклеила рот.

Глава 5. Где Родерику подкладывают свинью

Ушел Родерик так же, как и попал внутрь, через окно. На память о нем осталась огромная дыра.

Я сделала шаг следом и едва не напоролась босой пяткой на осколок. С психу магией сгребла все стекла и швырнула их в раму. Поток магии получился таким сильным, что они встали как попало, образовав причудливую картину, в которой угадывалась фигура одного несносного генерала.

Этого мне показалось мало, поэтому я укрепила стекло, чтобы кому ни попадя неповадно было вламываться в девичью спальню.

Оценив итог, довольно кивнула и только после этого обратила внимание, что лучи солнца подбираются к моим ногам. А я совсем не выспалась. Рррр, ненавижу утро!

Как оказалось, мышка разбудила нас вовремя. Едва я успела привести себя в порядок и умыться в тазу, любезно предоставленном мне Родериком, как нагрянули гости.

Я чуть зубами не заскрежетала, когда генерал постучал снаружи по раме и возвестил, что к нам пожаловали с визитом.

Ага! А я все в том же зеленом платьице, как примерная ученица. Позор! Хорошо, что маменька не видит. В одном платье второй день подряд. Жуткий моветон.

Пришлось опять призывать магию. Перешить одежду мне было не по силам. Все-таки учили в академии на мага, а не швею. А вот вызвать заклинания стирки, сушки и глажки – другое дело. Зря я, что ли, проучилась столько лет.

На этот раз даже обошлось без катаклизмов. После мышиной побудки мое волшебство работало на отлично. Вскоре платье выглядело, как новенькое. Словно и не было на нем грязевых брызг. Словно не пришлось ему пережить дальний путь.

Я быстренько оделась, поправила еще одним заклинанием прическу и пришла совсем уж в радужное настроение.

Жизнь определенно хороша! Тетушка короля осталась в столице. А в этой глуши лишь я и красавчик Родерик. Характер бы ему еще немного поправить. Ну да ничего, успею. У нас впереди столько времени!

Я мечтательно улыбнулась, от души порадовалось, что генерал не может слышать столь крамольных мыслей, добежала до выхода, открыла дверь и тут же наткнулась взглядом на героя своих грез.

– Выше голову, Софи. Помните, я - лицо короля, – озорно подмигнул Родерик, и повернулся спиной, демонстрируя потрясающие тылы, уже облаченные в парадный черный мундир и штаны с лампасами. Бросил шепотом через плечо: – А вы – мое лицо.

Я скептически осмотрела его, потом себя и с горечью признала, что в этом конкурсе победа не за мной. Мое скромное зеленое платье на фоне шитого золотом мундира выглядело блекло и неубедительно.

Проговорила кисло:

– В таком случае лицо Его величества при полном параде даже с утра пораньше, а вот ваше напротив - основательно позеленело.

– Это от праведной злости, – довольно хохотнул Родерик. – Смотрите внимательно, Софи, сейчас мы и наших гостей макнем в болото.

***

На подъездной дорожке уже показалась кавалькада всадников, сопровождающих золоченую карету.

Они остановились перед запертыми воротами и ни на пядь не уменьшившимся грязевым морем. Дверца кареты приоткрылась, показалась нога, обутая в щегольской ботинок, которая тут же брезгливо отдернулась от воды.

Потом от толпы отделился один всадник, спешился в лужу, подняв фонтан брызг и побрел в нашу сторону.

– Ваше превосходительство! – издалека закричал он, призывно махая рукой. – Пожалуйте в экипаж. Мы отвезем вас в резиденцию. Там все готово для встречи высокого начальства. Завтрак накрыт, ваши подчиненные дожидаются представления.

При слове «завтрак» мой живот радостно отреагировал, издав неприличную трель.

Родерик и бровью не повел, лишь преградил мне рукой путь:

– Ни с места, Софи. Мы остаемся. Кому надо, пусть едет сюда. Вместе с завтраком и подчиненными.

– Господин генерал-губернатор, – приблизился наконец бравый молодец. – В резиденции вы сможете разместиться со всеми удобствами.

Был он практически одного роста с Родериком. Румяное, как сдобная булочка, лицо украшали пышные усы, щегольски закрученные вверх.

– Кто таков? – Родерик смерил посыльного холодным взглядом.

– Виноват, ваше благородие, – щелкнул перемазанными сапогами мужчина. – Поручик Западного Гвардейского полка Шусман. Вас приглашают пройти, – услужливо указал он двумя руками на карету, так и стоящую посреди лужи. – И вашу, э-э-э-э, невесту тоже.

– Я не...

Возмутиться мне не дали. Родерик перебил:

– София Ковалевская – моя помощница, а не невеста. С этого дня все вопросы только через нее. По регламенту для изменения моего места дислокации вы должны были прислать официальный запрос.

Родерик смерил поручика неприязненным взглядом, обратился ко мне:

– Вы получали запрос, Софи?

– Нет! – я решила подыграть. – От принимающей стороны не было ни одного запроса.

– Как это понимать, поручик?

В голосе генерала зазвенела сталь. Мне на миг даже стало жаль бедолагу.

Однако, он не спешил сдаваться:

– Но как же, ведь ждут-с.

– Подождут-с, – последний звук Родерик выделил особо. Я едва успела проглотить смешок. – Давайте придерживаться регламента, поручик. Во-первых, мы с моей помощницей останемся здесь до тех пор, пока дворец не будет восстановлен полностью, а окрестные болота не будут осушены.

Вояка испуганно сглотнул и оглянулся на приславшее его начальство.

Родерик и не подумал смилостивиться:

– Во-вторых, господа чиновники с изъявлением верноподданических чувств опоздали на сутки. Эти сутки дорого обойдутся каждому, по чьей вине мы были вынуждены добираться своим ходом и ночевать в столь неприветливом месте. Можете так и передать.

Поручик пошел в зеленцу.

– В-третьих, даю час времени, чтобы сюда доставили завтрак и тех, кто будет заниматься наведением порядка во дворце генерал-губернатора. Все понятно?

Служака кивнул, но уже как-то совсем уныло.

Родерик довольно улыбнулся:

– Прекрасно. Я, знаете ли, очень люблю, когда мои приказы понимают с первого раза. На этом все. Исполнять! Кру-гом!

Поручик выпучил глаза и, послушно развернувшись, пошагал обратно. Я восхищенно взглянула на начальника. Магией он его подтолкнул, что ли?

– Так-то, Софи, – подмигнул вдруг Родерик. - Идемте, у нас еще осталось немного съестного на завтрак. А то с этими остолопами с голоду опухнешь.

***

В нашем лагере Родерик преспокойно запалил огонь и поставил греться остатки моего варева. Пахло оно все так же завлекательно, хоть при свете дня уже и не выглядело аппетитным. Но деваться было некуда. Другого завтрака нам пока не привезли.

Со стороны ворот слышалась брань, стук и непонятные звуки, но Родерик их начисто игнорировал.

Мы прикончили все, что оставалось в котелке и даже выпили чаю с ароматными травками, которые хозяйственный генерал вытащил из тюка и накидал в кипяток.

После суматошной ночи ужасно захотелось прилечь и подремать, но у Родерика на меня были другие планы.

– Теперь можно приступать к работе. Письма сами себя не напишут, – он деловито потер руки и выудил из саквояжа небольшой деревянный ящичек. - Садитесь здесь, Софи, держите мою походную канцелярию. Внутри найдете все нужное для секретарской работы.

– Вы хотите, чтобы письма писала я?

– Конечно. Иначе для чего я брал вас на работу? Мышей ночами гонять я мог бы и без вас, - он глянул на мое смущенное лицо и попытался исправить неловкую реплику. Язвительно, как всегда. - Нет, спорить не буду, с вами этот процесс получился куда увлекательнее. Вы несказанно украшали пейзаж симпатичными панталончиками и стройными ножками...

– Хватит!

Я прижала ладони к горящим ушам. Опустила глаза, чтобы не видеть довольное смеющееся лицо одного несносного мужлана.

Обалдело открыла крышку ящика и увидела внутри несколько отделений. В первом лежали чистые свитки и заготовки конвертов. Во втором – стопка писчей бумаги. Гербовой, с золотым обрезом. В третьем – тяжелый письменный прибор из незнакомого черного камня.

Отдельно устроился флакон с запасными чернилами, набор перьев разной степени убитости, держатель для бумаг в виде головы феникса с клювом-зажимом.

– Готовы? – оглянулся Родерик. – Тогда пишите.

***

Первыми до нас добрались вовсе не подчиненные. Мы только-только закончили с письмами, потом управились с распорядком дня для всех должностных лиц, подчиненных генерал-губернатору, как от въезда снова послышались голоса.

Родерик хмыкнул.

– Не отвлекайтесь, Софи, мы заняты, - он на миг задумался, нахмурив брови. - Скажите, а вы можете магией прикрепить этот распорядок прямо к центральным дверям? Так, чтобы каждый приходящий обязательно увидел. И так, чтобы ни дождем, ни ветром не повредило.

– И чтобы никто коварными ручонками не отодрал? - лукаво уточнила я.

– Какая вы умница, Софи, - притворно поразился Родерик. - Вот вчера сказал, и ни разу не соврал. Сам себе завидую. Так умеете?

– Умею! - сердиться на него у меня не было сил. Особенно после ночного происшествия.

– Тогда дерзайте. Приляпайте его там так, чтобы ни одна своло... Пардон, - он поклонился, показывая степень своей вины, - чтобы ни один злоумышленник не смог повредить сей ценный документ.

Я легко вскочила с походного стульчика, подбежала к двери, приложила расписанный собственноручно лист к тяжелой створке. Прочитала простенькое заклинание, каким в академии адепты обычно крепили расписание занятий.

Лист озарило мимолетное сияние, застыло поверх бумаги тоненькой слюдяной корочкой.

– Теперь только с дверью смогут унести.

– Хм, - Родерик почесал подбородок, - с дверью, говорите? Ничего мы тогда напишем новое и приделаем прямо на стену. Стену точно не сопрут. Чего вы там замерли? Идите обратно. Я тут придумал следующий приказ.

Я нехотя двинулась назад, уселась на стульчик, взялась за короб.

– Пишите!

Я тяжко вздохнула и вывела красивыми большими буквами: «Приказ». Собственно на этом все и закончилось. Потом нам пришлось отвлечься, и я нисколечко не была в этом виновата. Честно.

***

К нам робкой стайкой подошли люди. На чиновников они похожи не были. И на приближенных даже самого непритязательного начальника края они не тянули.

Больше всего они походили на крестьян. И судя по одежде, прямо от сохи.

Двое с острыми косами на плече, паренек помоложе с граблями.

Дородная женщина, возглавлявшая процессию, несла перед собой большую корзину, закрытую соломенной крышкой. Под крышкой что-то возилось, отчего ноша ходила ходуном.

Уже перед самым замком вперед выдвинулся рыжий мужик с окладистой бородой и низко поклонился Родерику, задев шапкой землю.

– Ваше превосходительство, благодетель наш! – начал он приветственную речь. – Не изволь гневаться, но мы к тебе по делу.

– А вы кто, любезный? – недоуменно оглядел их мой генерал.

– Из Заречного мы. Ходоки. Как прознали вчерась, что едет к нам новый володелец края, так и порешили на сходе – идти и просить заступничества.

– Так. И от кого желаете защититься? Война кончилась еще прошлой зимой. Неужели разбойники завелись?

– Вот именно – разбойники! Даже хуже. Натуральные кровопийцы! Помоги, заступник, не оставь в беде.

– Говори прямо – кто и чем обидел?

– Так энтот – временный который. Поедом ест, последнюю рубаху сымает. Говорит – налоги и пошлины плати. А откуда нам серебро взять?

– Пошлины, говоришь? Как звать тебя, уважаемый?

– Староста я. Стал быть так и кличут.

– Ступай домой, разберемся.

– Слыхали? Разберутся! – обернулся староста к своим.

Делегация приглушенно зашепталась. Кто-то указал пальцем в небо и многозначительно возвел туда же очи.

Женщина с корзинкой подтянула повыше выдающуюся грудь, смело надвинулась на Родерика и сунула ему в руки свою ношу.

– Спасибо, отец родной, – проголосила она басом, подсовывая свои прелести моему начальству прямо в нос.

Генерал шумно сглотнул, но не особо обрадовался неожиданному счастью.

– Что это? – опешил тот от неожиданности.

– Дар от нашего села. Прими, не погнушайся.

– Благодарю за щедрый дар. Ступайте, селяне. Обещаю, что во всем разберусь.

Мужики поклонились было и уже развернулись, чтобы идти обратно, как вдруг староста хлопнул себя по лбу.

– Да! Ее Бусинка кличут. Если ласково, Буська.

– Кого? - генерал с легкой паникой воззрился на селянку.

Та охотно улыбнулась.

– Ее, - подтвердил генеральскую догадку мужик. - Подарочек наш.

– Э-э-э, - Родерик попытался отодвинуться от вздымавшейся в такт дыханию груди, - погодите, милейший, а ее вы мне тоже подарили?

Дамочка обрадованно распрямилась, подбоченилась, едва попутно не свернув своими прелестями генеральский нос.

– Буську-то? – озадаченно почесал затылок мужик. - Дак это, вроде как подарили.

– Забирайте! У меня уже есть одна Бусинка. Своя.

Родерик решительно указал на меня рукой. Мне второй не положено.

– Да? - Староста первел взгляд с меня на корзинку. - А мы думали, вы ее того...

– Чего того? - возмутилась я.

– На обед с яблочком запечете, - охотно пояснил мужик. - Знаете, как она с яблочком хороша?

***

– Хрю! - поддержали меня из корзинки.

Я не смогла удержать смех и прихлопнула губы ладошкой. Бусинка! Это надо же!

Родерик обалдело глянул на плетеную крышку.

– Кто там? - спросил он.

– Так Буся, Бусинка.

– А это кто? - генерал указал на расстроенную дамочку.

– А это супружница моя, Ханна. Вам ее тоже подарить?

– Нет! Спасибо. Мне хватит одной.

Родерик проворно поставил корзинку, буквально взлетел со стула и встал за моей спиной, опуская руки на плечи.

– Вот, знакомьтесь, моя невеста - София Ковалевская.

Селянка смерила нас разочарованным взглядом и, как мне показалось, едва не сплюнула себе под ноги. Развернулась и, печатая шаг, вернулась к мужу.

– Хрю! - напомнила о себе корзинка.

– И ее забирайте, - тут же сориентировался генерал.

– Вашу невесту?

Генеральские пальцы понадежнее вцепились в мои плечи. Я аж зашипела:

– Что вы делаете? У меня синяки будут.

Родерик чуть разжал хватку, зачем-то поцеловал меня в макушку. Сказал уже куда спокойнее:

– Да нет, свинью. Сами ее того, с яблочком.

– Нет! - вскочила я. - Бусинку я забираю себе. Могу я, как ваша невеста, позволить себе каприз?

– Можешь, дорогая, – это прозвучало почти с угрозой.

Я сжала губы, сложила на груди руки, прошипела:

– Я хочу эту Бусинку!

– Дорогая, не затевай при посторонних скандал.

– Хочу!

Крестьяне захмыкали, понятливо переглянулись и начали отступать, кланяясь на ходу вразнобой.

***

Едва они скрылись из вида, Родерик шумно выдохнул. Правда, тут же вспомнил, кто из нас начальник.

– Софи, за мной, – скомандовал он.

И я поплелась следом, совсем не горя желанием продолжить бумажную волокиту.

– Хрю-ю-ю-ю! – душераздирающе завопила корзинка.

– И ее прихватите, - бросил Родерик через плечо.

Я прошептала ставшее привычным за последние сутки заклинание, прищелкнула пальцами. Корзина взмыла в воздух и, как привязанная, скользнула за мной.

Около шатра Родерик велел вернуть ее на землю, снял крышку, и я привстала на цыпочки, чтобы разглядеть подарочек.

С моего места почти ничего не было видно. Все заслоняла широкая начальственная спина.

– Да подвиньтесь вы, – не выдержала я, толкая работодателя в бок. – Интересно же.

– Хрю, – подтвердили из корзины.

– Видите, Бусинка тоже хочет познакомиться!

– Это она вам сказала?

– Какой вы...

Я решительно опустилась на колени, протянула к узнице руки.

– Вылезай, лапочка. Не бойся. Дядя хороший.

Изнутри корзины снова хрюкнуло, и в генеральское лицо нахально ткнулся розовый свиной пятачок.

– Видите? Она вас уже любит. Даже поцеловала! – воткнула я шпильку в начальственное самолюбие. – А все потому, что вы милый и добрый.

– Я добрый? – поразился Родерик. – Хм, вообще-то да. Когда есть хороший обед. Как думаете, Софи, крестьянин не соврал? Бусинка с яблоками...

Я схватилась за корзинку, принялась тянуть на себя.

– Что? Нет! Вы с ума сошли? Я не позволю ее зажарить! Смотрите, какая она милая. Ее надо отпустить.

– Софи, не сейчас, – цыкнул на меня Родерик, пытаясь перетянуть корзинку к себе.

– Нет, сейчас, – я упрямо топнула ногой. – Отдайте!

– Зачем она вам? – генерал не спешил выпускать корзину из рук.

– Я... Я... – господи, пошли умную мысль! - Буду ее дрессировать. Вот!

– Да вы даже от мышей шарахаетесь. И вообще, вы в своем уме? Кто держит в качестве питомца свинью? Вы потом еще во дворец ее притащите.

– И притащу! Не одним же мышам там жить.

– Софи, включите голову. Дворец и свинья! Не чувствуете противоречия?

– Нет, – я решительно помотала головой. - Какой дворец, такие и жители.

– Ну знаете, я запрещаю! – Родерик запыхтел от злости и дернул корзину к себе.

– Ну что вам, жалко, что ли? – сопя от натуги, я из последних сил цеплялась за бортик.

Прямо чувствовалось, что жизнь несчастной свинки висит на волоске. Если не я, то бедняжку сожрут! Не-е-ет, надо идти на крайние меры. Он меня вынудил. Сам виноват!

Я собрала пучок силы на кончиках пальцев и выпустила ее навстречу лапищам Родерика. Главное, когда разожмет пальцы, схватить корзину и быстро сбежать. Вот! Ой!

И только тут заметила, что он тоже применил какое-то заклинание.

Мои зеленые колючие искры столкнулись с синими молниями Родерика над самой головой несчастной Бусинки. Над корзиной взвилось яркое зарево. От неожиданности мы оба выпустили добычу и отскочили в стороны.

Корзинка шмякнулась оземь, подпрыгнула, лишилась дна. Бусинка взвизгнула, хрюкнула и высунула из дырки пятачок.

– Осторожнее! – неожиданно пискнул наш подарок. – Вы меня уронили! А я... А я... Хочу на ручки, во дворец и... красивый бантик!

Глава 6. Где Бусинка обретает лоск, а Софи - обязанности

Повторному явлению подчиненных Родерика я была искренне рада.

Нужно было срочно отвлечь генерала от нас с Бусинкой. Очень уж свирепо поглядывал он на разговорчивую свинку. Как бы чего не удумал.

– Ну наконец-то! – сияя радостной улыбкой, двинулась я навстречу кавалькаде разряженных чиновников. – Поскорее, господин генерал-губернатор теряют последнее терпение. Уже издали регламент для подчиненных. Всем необходимо лично представиться.

– С кем имею честь? – брюзгливым голосом спросил важный толстяк, окинув нас со свинкой взглядом.

– София Ковалевская, личная помощница господина генерал-губернатора, – представилась я. – А это Бусинка - мой фамильяр. Очень ценный экземпляр. Прошу запомнить ее в эээ... лицо, чтобы случайно не перепутать.

– Софи! А когда мы пойдем во дворец? – с восторгом оглядывая облезлые стены, спросила Бусинка.

– Сейчас и пойдем, - подхватив на руки корзину со свинкой, поспешила я прочь от Родерика, который решительно шагал в нашу сторону. - Господа, удачи вам! И не сердите генерал-губернатора. В гневе он страшен. Чуть что, хватается за саблю.

Я нырнула в толпу и помчалась ко входу во дворец. Прежде чем скрыться за спасительной дверью, я еще уловила громовой генеральский голос, зовущий меня по имени, но решила, что вполне могу оправдаться тем, что ничего не услышала.

***

Дверь в замок с тихим скрипом закрылась за нами, отсекая и возмущение Родерика, и сырой утренний воздух. Я поставила почти развалившуюся корзину с моим новым сокровищем на паркет и с торжеством сняла крышку.

– Выходи, Бусинка, здесь он тебя не обидит. Добро пожаловать домой.

Из корзины показался розовый пятачок, засопел, обнюхал пространство, нерешительно дернулся. Следом за ним появилась и вся свинка – аккуратная, чистенькая, с умными голубыми глазками. Она не стала носиться по залу, внося вклад в общий хаос, лишь сладко потянулась, громко хрюкнула и потёрлась боком о мою ногу.

– Вот видишь, она очень воспитанная девочка, – сказала я в пустоту, потому что Родерика все равно рядом не было. – С приличными манерами. Совсем не похожа на некоторых... генералов.

Бусинка снова хрюкнула в знак согласия и спросила:

- А здесь есть красивые бантики?

– На втором этаже наверняка что-нибудь осталось. Пошли, поищем для себя апартаменты поприличнее.

Мы быстро поднялись по широкой лестнице. Буся, несмотря на коротенькие ножки, удивительно ловко преодолела все ступени.

Наверху царил полумрак – окна были пыльными, но целыми. Я открыла одну за другой пяток дверей и горестно вздохнула от разочарования. Никакой разницы между первым и вторым этажами не наблюдалось.

Шестая дверь расстроила меня окончательно. Я даже зашла внутрь, чтобы оценить былую роскошь.

Здесь когда-то были женские покои. Все - и остатки портьер, и расколотые мраморные вазоны, и позолота на варварски переломанной мебели, - кричало о былой красоте.

Я не задерживаясь пересекла гостиную и оказалась в спальне. Здесь было не лучше. Останки шикарной кровати, прикрытые сверху обрывками балдахина, убили последнюю надежду.

Нет, можно было попытаться с помощью магии восстановить хоть что-то. Можно. Пожалуй, я даже возьмусь за этот труд. Расстраивало другое. Зачем крушить все подряд? Я бы еще поняла мародеров, что тащат все подряд. Но для чего ломать?

– Да-а-а, – поддержала меня грустная Бусинка, покопавшись пятачком в складках бывшего балдахина, – бантика здесь нет.

Ее слова вызвали у меня улыбку.

– Погоди, где-то здесь должна быть гардеробная. Вдруг там что-то осталось? Надежды, конечно, мало...

Я прислушалась к ощущениям и по остаточным колебаниям бытовой магии обнаружила за изголовьем кровати нишу, скрытую за рухнувшим карнизом с драпировками. В нише притаились три двери. Подергав ручку первой, я наконец распознала чары – запирающее заклинание. Неужели повезло?

Так-так-так. Чтобы рассеять остатки заклинания, надо совсем немного поколдовать. Я приложила ладонь к полотну, прикрыла глаза и проговорила отменяющее заклятие. Внутри тихо щелкнуло, и створка приоткрылась, впуская нас внутрь.

За первой дверью обнаружилась удивительно сохранная ванная комната, с медными трубами, унитазом и небольшим бассейном, вмонтированным в пол. Общий вид портили лишь тенета и толстый слой пыли на всех поверхностях. На столике около большого зеркала стояла вереница дорогих флаконов из цветного хрусталя. Внутри плескались остатки былой роскоши. Интересно, сколько они простояли? Будет жаль, если все испортилось. Ну ничего, попозже все изучу подробнее.

Во второй комнате обнаружилась небольшая библиотека. Вот и развлечение!

Третьей была гардеробная.

Точнее, не так. ГАРДЕРОБНАЯ! Это была не комната, а мечта. Огромная, размером с мою спальню в столице. Полки, шкафы, трюмо, пуфики – всё пребывало неожиданно в полном порядке.

– Ого-го-го, – прошептала я, и Бусинка, прижавшись к моей ноге, поддержала меня восторженным хрюканьем.

***

Как любил говорить папенька: «Для этого мира она потеряна!»

Мы с Бусей с головой нырнули в богатства гардеробной. Я открыла первую же коробку и онемела от восторга – там лежала шляпка с широкими полями, переливчатыми перьями, густой вуалью и тончайшей хрустальной розой.

Я повертела ее так и эдак.

– Буся, как думаешь, мне пойдет?

Надела шляпку на голову, опустила вуаль и подбоченилась.

Свинка восторженно завиляла хвостиком.

– Наш генерал будет сражен в самое сердце от такой красоты, – уверенно заявила она.

– Думаешь? – Я прищелкнула пальцами, выпуская дополнительные осветительные шары, и повернулась к зеркалу. – Сомневаюсь, что его хоть чем-то можно пронять. Бесчувственный чурбан!

Я кокетливо улыбнулась отражению. Шляпка была мне к лицу необычайно.

– Бантик. Мне нужен бантик, – напомнила свинка и ткнулась пятачком в следующую коробку. – Чую, он может быть здесь.

Я с сожалением отложила свою добычу.

– Подожди, сейчас открою.

Эта коробка хранила перчатки. Самые разные. Лайковые, атласные, бархатные, кружевные, шелковые, до локтя и выше, с пальцами и без. Я попыталась натянуть одну, но вынужденно признала – у дамы, носившей сие богатство, ручки не были приспособлены для магии.

Моим пальцам необходимо по долгу службы складываться в щепоть и совершать другие сложные пассы. В нежном шелке этой перчатки они будут чувствовать себя как в оковах.

Поэтому перчатки тоже пришлось отложить.

***

В дальнем углу нас с Бусинкой ждал настоящий клад. Там, в деревянном сундучке, прятался старинный несессер из черепахового панциря с серебром. Удивительно, что подобная вещица смогла уцелеть в разграбленном замке!

Я щёлкнула замочком, и крышка откинулась, открыв ряды крошечных хрустальных флакончиков, баночек, щипчиков и пуховок. Всё это манило потемневшим серебром и пахло розовой пудрой и цветами.

– Смотри, Бусь, – прошептала я, держа перед её пятачком крошечную баночку с надписью «Румяна для бала». – Они в стазисе. Хоть сейчас наноси на лицо. Во времена моей бабушки дамы густо пудрились, собираясь на балы и приемы. Надо будет непременно устроить карнавал. Это так интересно!

После несессера мы наткнулись на сундук с париками. Десятки париков! Белые, черные, рыжие, напудренные, с локонами, разные.

Я не удержалась, водрузила на голову Бусинки высоченное сооружение цвета морской волны с крошечным фрегатом на макушке и веточками кораллов. Волосы на затылке этой красоты были скрыты под сеточкой из крупных жемчужин.

– Ты у меня – настоящая русалка! – объявила я.

Бусинка посмотрела на своё отражение в пыльном зеркале и одобрительно хрюкнула. Ей явно нравилось.

Мы затеяли игру. Я находила необычные вещи и пыталась придумать, куда могли сие надевать.

Шляпку с искусственными вишнями и ромашками - для пикника в саду. Веер из страусиных перьев - для важных переговоров. Парик с седыми буклями - для совета мудрецов!

Каждый наряд Бусинка демонстрировала перед зеркалом с невозмутимым достоинством настоящей аристократки. В конце концов, на дне одной из коробок, отыскалась и атласная голубая лента.

Я аккуратно повязала её Буське на шею бантом, оглядела восторженную мордашку и подтвердила:

– Совершенство. Теперь ты официально леди Бусинка, главная свинка-фрейлина помощницы генерал-губернатора.

Бусинка горделиво раскланялась.

Мы так увлеклись, что совершенно потеряли счёт времени. Лучи солнца, пробивавшиеся сквозь пыльные стёкла, сбежали за угол дома, когда я услышала громкие голоса снаружи.

***

Пробравшись к окну, я прижалась лбом к холодному стеклу. Внизу, у генеральского шатра, толпились люди. Пятеро мужчин в скромных, но чистых мантиях – явно маги. С ними с десяток военных и штатских с разнообразными инструментами. Вся эта братия вытянулась перед начальством в почтительную шеренгу.

Я потихоньку подглядывала, как Родерик, облаченный в уже знакомый мне мундир, отрывисто говорил, жестом указывая на замок. Маги почтительно кивали.

Потом он обратился к своим подчинённым. Теперь засуетились все, включая надутых от важности чиновников. Генерал бросил быстрый взгляд на окна замка и скрылся в шатре. Маги, с опаской поглядев на заброшенное здание, как по команде, двинулись ко входу.

– Ой, – ахнула я. – Кажется, приехала восстановительная бригада. Родерик все-таки решил заняться ремонтом. Пора возвращаться к работе. Для начала покажем им фронт работ.

Я сорвала с Бусинки русалочий парик, смахнула с поросячьего бока лепесток засушенной розы. Из украшений оставила на животинке только голубой бант.

– Пошли встречать, – сказала я, пытаясь придать своему голосу официальные нотки. – Мы же хозяйки.

***

Мы спустились вниз как раз в тот момент, когда маги, образовав полукруг в холле, скептически и без энтузиазма осматривали своды, стены и груды мусора. Увидев меня, они почти синхронно вздрогнули. Вид у меня, наверное, был подходящий: простенькое ученическое платье, поутюженное магией, в руке – большой старинный несессер, на голове – шляпка с полями и вуалью, а у ног - свинка с голубым бантом на шее.

– Д-добрый день, сударыня, – настороженно поздоровались они. – А вы... здесь живете?

– Добрый день. В некотором роде, – неопределенно покрутила я рукой, вспомнив свою ночевку с мышами. – Я помощница генерал-губернатора, София Ковалевская. Генерал Флорент поручил мне... э-э-э... скоординировать ваши действия.

Старший маг, мужчина с бородкой клинышком и умными глазами, кашлянул. – Наша задача – оценка разрушений и составление сметы и поэтапного плана восстановительных работ, госпожа Ковалевская.

План? Смета? Кошмар!

Так, главное, успокоиться и сделать умный вид. Даст бог, никто не догадается, что я в этом ничегошеньки не понимаю. – Прекрасно, – кивнула я, вспомнив о выправке, которую мне прививали сначала дома, а после и в академии. – Осматривайте. Начинайте... с фундамента. Или с крыши. А лучше прямо отсюда, и постепенно поднимайтесь, этаж за этажом. Действуйте, господа. Нужно срочно приступить к восстановлению жилых апартаментов. И вывести грызунов! Их здесь полчища. Генерал вынужден был принять бой на рассвете. Поверьте, это было ужасно!

– Бой... с грызунами?

– Ну а с кем еще? Больше здесь никого нет. Так что немедля начинайте.

– Хрю! – важно подтвердила Буся.

***

Маги засуетились, доставая из сумок кристаллы для диагностики, свитки и перья. Я с деловым видом прошлась по первому этажу, указывая на особо вопиющие дыры в стенах и провалы в полу. Как назло, ни одной, даже самой крохотной мышки на нашем пути не встретилось, но свою комнату я настоятельно потребовала зачаровать от грызунов первым делом.

Бусинка следовала за мной, как верный оруженосец, и вообще вела себя намного достойнее некоторых двуногих генералов. Сначала мужчины косились на нее, а потом вовсе перестали обращать внимание на цокот маленьких копытцев по паркету.

Маги работали медленно, обстоятельно, что-то замеряя, записывая и постоянно переговариваясь вполголоса. Я слышала обрывки фраз: «...нужен отряд магов-природников...», «...посмотрите, штукатурка с применением бархатного заклятия, крайне редкий состав...», «...перекрытия мансарды восточного крыла держатся практически на паутине...».

Так прошло несколько часов. Солнце уже перевалило за полдень, а я едва держалась на ногах, стараясь не зевать от скуки и усталости. Когда с улицы донёсся командный голос, я вздрогнула куда сильнее, чем маги от вида Бусинки.

– Софи! Обед!

Я выглянула наружу. Родерик стоял под окнами «моей» комнаты. Возле шатра солдаты расставляли на свежем воздухе ещё один складной стол. Первый уже ломился от яств. Запах жареного мяса и свежего хлеба донёсся даже до верхних этажей.

– Вы нас покидаете, госпожа Ковалевская? – спросил главный в компании магов.

– Да, – я с трудом удержалась, чтобы не сбежать прямо вот сейчас.

– Да, – согласилась Буся. – Мы быстренько. Только покушаем и обратно. Хрю.

Бамс!

Это кто-то уронил со стремянки уровень.

– О... Она разговаривает? – выдохнул один из магов.

– И что в этом странного? – Бусинка высоко задрала пятачок. – Я же не удивляюсь тому, что разговариваете вы?

– Буся - мой фамильяр, – с вызовом произнесла я.

Маги странно переглянулись. Вперед выступил пожилой мужчина.

– Вероятно вы не в курсе, юная леди, но искусство создания фамильяров считается утраченным уже более ста лет.

Упс! Вот это я попала.

Маг продолжил:

– Большинство оставшихся экземпляров на данный момент принадлежит королевскому роду.

О! А это идея!

– Так Родерик, – я запнулась, – то есть господин генерал-губернатор как раз...

– Ничего не как раз, – перебил меня маг. - Все фамильяры записаны в единый каталог. Я сам занимался его созданием. И смею вас заверить, среди них нет ни одной свиньи.

– Да? – слегка расстроено поинтересовалась Буся.

– Абсолютно точно, – подтвердил маг. – Так что сдается мне, что эта свинка еще совсем недавно бегала по одной из окрестных деревень.

Глава 7. Где мне снова приходится врать

Правильно говорит папенька, что у меня фантастический талант притягивать неприятности. Ох, правильно.

Если бы кому-то пришло в голову придумать единицу измерения проблем, то смело можно было взять для названия мое имя. Вот прям без разницы какое – настоящее или то, под которым я тут скрываюсь.

А что? Звучало бы отлично. Одна София. А?

Уровень моих неприятностей тянул сейчас на десяток Софий.

Кажется, чего проще? Спряталась в глуши от королевских дознавателей и сиди себе незаметно. Так нет, где я и где незаметность?

Я с тоской оглядела мага. И откуда он только взялся такой умный? Что за нелегкая принесла его в эдакую глушь?

Нет, Стефи, надо что-то срочно делать. Надо задурить ему голову, чтобы думать забыл о неучтенных фамильярах.

Я премило улыбнулась и старательно похлопала ресничками, мысленно повторяя, как мантру: «Я прелесть, какая дурочка. Ну, просто прелесть! Ничего не знаю. Ни о чем не ведаю. Хотя...»

Так, настроилась, поехали:

– Понимаете ли, господин э-э-э...

Теперь пальчиками потеребить невинно манжеты. И снова ресничками – хлоп, хлоп.

О! Кажется, сей ученый муж все понял, как надо. Подбоченился, вид принял покровительственный, важный. Сейчас представится.

– Профессор Эдвард Миддлер, милочка, – сообщил мужчина, не пытаясь скрыть превосходства над недалекой девицей.

– Что вы говорите? Целый профессор! – Я картинно сложила руки на груди, закатила глаза и шумно вздохнула. - Понимаете, господин профессор, это страшная тайна. Вот просто страшная! Я не уверена, что могу ее вам открыть.

Теперь главное замолчать и дождаться нужной реакции.

Есть!

Эдвард Миддлер подкрутил ус, блеснул глазками, склонился к моему уху и прошептал:

– Заверяю вас, София, вы спокойно можете мне довериться. Ваша тайна умрет вместе со мной.

– О-о-о, – я беспечно махнула ручкой, – в этом я как раз не сомневаюсь. Генерал скор на расправу и норовом горяч. Знаете, как он орудует саблей?

Долгая выразительная пауза не помешала еще ни одному театральному представлению. Я замолкла и перевела взгляд в ту сторону, где раскинулся шатер моего работодателя.

– Как? – голос профессора подозрительно дрогнул.

– Вжик! – я пальцем провела черту поперек его горла. – И всё! Больше некому наши тайны выдавать. Правда, это случается не часто. Родерик не любит лишнюю кровь. И закапывать тела потом хлопотно.

Профессор откровенно взбледнул. А во мне проснулось неукротимое желание добить этого сноба.

Я снова старательно похлопала ресничками, оттопырила нижнюю губу, будто бы в задумчивости коснулась ее пальцем. Произнесла, растягивая буквы:

– Но в вас я уверена, профессор. Вы производите впечатление надежного человека. Только давайте, отойдем в сторонку. Здесь слишком много любопытных ушей, – кивнула я в сторону окна. Убедилась, что мужчина послушно идет следом и скомандовала: – Буся, за мной.

***

Мы отошли в дальний угол, и я от души вцепилась магу в руку. Спросила, выразительно возведя глаза к потолку:

– Вы же знаете, кто такой наш генерал-губернатор? Знаете? Да?

Дождалась испуганного кивка в ответ.

– Так вот, он не хотел бы придавать огласке факт наличия неучтенного фамильяра в королевской семье.

– Но этого не может быть! Я проверил всех фамильяров. Сам король утверждал каталог! Вы просто обязаны поведать мне, откуда взялась ваша Бусинка.

Вот же упрямец! Как же с тобой тяжело. Для пущего эффекта я перешла на шепот и склонилась к самому уху собеседника.

– Экий вы непонятливый, господин профессор. Это особо секретная разработка военных! Кто же будет в такое посвящать обычного ученого мага?

– Секретная? – у Миддлера глаза полезли на лоб.

Я сделала выразительное лицо и указала за окно.

– Вы же знаете этих военных магов. Они постоянно что-то разрабатывают в тайне ото всех. Не думаете же вы, что генерал Флорент просто так был направлен его величеством в эти земли?

В конце концов, Родерик наравне со мной поучаствовал в офамильяривании Бусинки, вот и пусть отдувается. Во всяком случае, ничего лучшего в тот момент не придумалось, но по реакции профессора я поняла, что попала в точку. Значит, на то и буду уповать.

Слова сами срывались с языка, а видя, как глаза мужчины становятся все шире, я вдохновенно и очень убедительно врала, сочиняя легенду о страшном генерале, засланном с секретной миссией на Западные рубежи.

– Не удивлюсь, если вскоре здесь сменятся все ключевые фигуры. Мой начальник намекал, что намерения его распространяются на все сферы жизни. Поэтому в ваших интересах не чинить препятствий, а наоборот, всячески поддерживать его начинания. И первая ваша задача – этот дворец.

Маг нервно кивнул и уже совсем другим взглядом оценил фронт работ. Вопрос с фамильярами был закрыт.

Я довольно улыбнулась и вновь похлопала ресничками.

– Должна сказать, профессор Миддлер, вы мне глубоко симпатичны. Я просто обожаю умных мужчин. Только поэтому и доверила вам эту тайну. Не подведите. Постарайтесь так устроить, чтобы апартаменты и рабочий кабинет генерала были готовы как можно скорее. А пока прошу извинить, но я вас покину. Дела. Буся, идем.

Глава 7.2

– Хрю? – Бусинка подняла на меня вопросительный взгляд, едва мы покинули мужчин.

Я поймала себя на том, что жутко хочу оправдаться. Аж потрясла головой, чтобы отогнать наваждение. Сказала, не пытаясь скрыть озабоченности:

– Видишь ли, дорогая, выяснилось, что ты – неучтенный элемент.

– Хрю, – грустно подтвердила Буся.

Мы, стараясь не сбиться на бег, пересекли весь замок, вышли на крыльцо и остановились, разыскивая глазами нашего единственного защитника в этом опасном месте.

За спиной захлопнулась дверь. Только теперь я смогла выдохнуть. Фух, еле вывернулась! Да я, пожалуй, столько не врала уже... Уже... Дня три точно!

Хотя, нет. Родерику тоже вчера наплела с три короба. Но все это вынужденно. Кто виноват, что последнее время у меня такая опасная жизнь? Кто?

Собственно, ответ был ясен – никто, кроме моей непредсказуемой магии. Вот почему у меня всегда всё не так? Исключительно изподвыподверта. Я даже наколдовать ничего не могу без приключений. Буся тому ярчайший пример. Разве же я хотела создать фамильяра? Нет, нет и еще раз нет!

Однако же – оп! Получи, Стефи. И ни в чем себе не отказывай.

– Никуда не деться, Буся, – я присела и почесала розовую прелесть за ушком. – Придется тебя причислить к военному ведомству. Иначе некоторые особо дотошные маги разберут на запчасти. И меня вместе с тобой. Осталось убедить самого Родерика, что ты подлежишь охране, как особо ценный экземпляр.

***

Объяснения пришлось отложить, потому что Родерик изволил обедать.

Стол, поставленный прямо в парке напротив походного шатра, ломился от яств. Сам генерал восседал в удобном кресле и вкушал и из высокого фужера нечто рубиновое, искрящееся на солнце. Вид при этом у него был недовольный донельзя. Словно в хрусталь налили не драгоценный напиток, а несусветную гадость – практически яд.

Заметив возвращение подчиненных, Родерик странно покосился на нас обеих, но на удивление смолчал. Лишь жестом велел слуге долить бокал.

Я же, на всякий случай, прикрыла свинку подолом, чтобы не будить раньше времени в генерале зверя. Но тот был подчеркнуто вежлив и делал вид, что вовсе не замечает лишней пары ушей. Сделал жест, приглашая меня за стол. Сам подвинул блюдо с запеченным гусем и пузатый чайник.

Я охотно заняла заняла пустующее кресло и тоже принялась за еду. Благо в желудке уже подвывало от возмущения.

Бусинка благоразумно помалкивала и стеснительно хлопала светлыми ресничками, прячась под столом и поедая кусочек рыбного пирога, который я тайком утянула с блюда.

Обед был великолепен, хоть и проходил в напряжённой тишине. Родерик поглощал пищу с решительностью полководца перед битвой. Хмурился. Хмыкал. Бросал на замок задумчивые взгляды.

Стало понятно - не к добру всё это. Не иначе, что-то грядет.

Маги дружно высыпали в парк и осушали газоны, умело отвоевывая у болота островки чахлой зелени. Я аж позавидовала таким талантам. Глядишь, и в самом деле приведут замок в порядок.

– Итак, – Родерик отпил вина и посмотрел на меня. – У меня новость.

– Какая?

Я не ждала от новостей ничего хорошего. Как оказалось, не ошиблась.

– Я уезжаю. Пока маги составляют смету и ищут рабочих, мне необходимо объехать провинцию. Узнать, что тут за безобразия такие творятся, о которых эти... зареченские... говорили.

Я кивнула, предчувствуя очередную гадость.

– Вы остаётесь здесь, Софи, – он выложил это как приговор. – Вы – моё лицо. Принимайте от магов отчёты и пересылайте мне. Следите, чтобы они не разворовали половину бюджета на «непредвиденные расходы». Координируйте начало работ. В общем, хозяйничайте и радуйтесь самостоятельности.

От «радости» у меня поперек горла встала клубничка. Я едва откашлялась, от души хлебнула чая и задавленно пискнула:

– Я? Одна? С ними? – я кивнула в сторону магов, стоящих в отдалении. – А кто ещё? Ваша подопечная? – он глянул под стол, где Бусинка дегустировала ароматную ягодку.

– Хрю! – обрадовалась генеральскому вниманию свинка и завиляла хвостиком.

Родерик подкинул ей еще ягодку и вновь уставился на меня.

– Но... я же всего-навсего помощница! Я тут для бумаг! Для... для соблюдения регламента! Письма там написать. Конверты заклеить. Чернила налить. Кофе сварить! Намагичить по мелочам. Мусор вынести в конце концов. А вы на меня хотите нагрузить всю свою работу. Мы так не договаривались! – Еще как договаривались. – Родерик неспешно промокнул губы салфеткой, усмехнулся. - Регламент гласит, что помощница беспрекословно выполняет поручения генерал-губернатора, – невозмутимо отрезал он. Подумал и взял с блюда гусиную ножку. Поднял ее вверх, как дирижерскую палочку и произнес по слогам: – Бес-пре-кос-лов-но, Софи!

– Это несправедливо! – попыталась возразить я, но кто бы слушал мои возражения.

– Итак, первое поручение моей помощнице – навести тут порядок в моё отсутствие. Не волнуйтесь, у вас есть целых два дня. К тому времени, как я вернусь, надеюсь, здесь уже будет пахнуть не сыростью, а... ну, скажем, известкой и краской.

– Но я же...

– А за это я позволю вам оставить Бусинку, и даже слова не скажу против ее присутствия во дворце, – коварно добавил генерал, подкидывая под стол третью клубничинку.

– Хрю! – согласилась из-под стола Бусинка.

– Так что? – Родерик расплылся в совершенно нахальной улыбке.

Я открыла рот, готовясь возражать, посмотрела на свинку, закрыла. Снова открыла и выпалила совсем не то, что хотела сказать изначально:

– Вы нигде поблизости не видели клена?

Глава 7.3

Родерик, похоже, уже ничему не удивлялся. Он лишь взял меня под руку и увлек за собой вглубь парка.

Уже по пути решил задать вопрос:

– Даже боюсь строить предположения, Софи. Но всё же, для чего вам клен?

Я ответила машинально:

– Это мое дерево.

– Кхм...

Мне показалось или Родерик споткнулся? Похоже, не показалось. Вон как странно оглядел. Словно решал, а не стоит ли меня прямо сейчас связать и отволочь к лекарю. На всякий случай. Голову проверить, например.

Поэтому я поспешила пояснить:

– Клен лучше всего соответствует моим магическим эманациям.

Родерик покачал головой, прошел еще с десяток шагов.

– Честно говоря, понятнее не стало, – пробормотал он останавливаясь у высоченного дерева, в нижней части которого не было ни одной ветки. – Вот ваш клен. Что дальше?

– Дальше? - Я указала на крону и проговорила важно: – Мне нужно добыть ветку не меньше тридцати-сорока сантиметров длиной и толщиной в ваш палец.

– Зачем? - тут же последовал новый вопрос.

– Для стабилизации магии.

Генерал задумчиво осмотрел дерево, потом меня, потом зачем-то свой палец.

– И каким образом ветка нам в этом поможет?

– Самым непосредственным. Я сделаю из нее волшебную палочку. Понимаете, некоторые заклинания без палочки не получаются. А мне нужно приводить в порядок дворец. Свою комнату хотя бы...

– Конечно-конечно, – с готовностью закивал Родерик. – Только, помнится, когда я учился, нам говорили, что палочка помогает взять под контроль магию, когда ее не удается обуздать. Снова вы врете, Софи!

Его слова меня разозлили. Да! Вру! Снова вру. Потому что стыдно признаваться в постоянных неудачах.

Я обернулась к улыбающемуся мужчине и уперла руки в бока. Выпалила с вызовом:

– А хотя бы и так! Я же не виновата, что у меня настолько сильный дар. Что он никак не хочет подчиняться, хоть я пытаюсь его обуздать который год. Довольны?

Родерик стушевался:

– Простите, Софи. Я не хотел вас обидеть. Палочка, так палочка.

– То-то же. Хватит задавать вопросы, полезайте!

– Ещё чего? - искренне поразился он. - Мне на клене ничего не нужно. Меня всё устраивает. Магия слушается. Подчиненные боятся. А если вам нужно, сами полезайте.

– Ах так! - Я возмущённо притопнула ногой. - Какой же вы все-таки мужлан!

Я сбросила туфли, закусила губу, подошла к дереву, вытянула вверх руки, примерилась. Нижняя ветка была высоковата. Не дотянуться.

Родерик сложил на груди руки, застыл, предвкушая увлекательное зрелище. Ну погоди! Дай мне только палочку добыть, я тебе покажу!

Я подпрыгнула раз, два, три, пытаясь достать хоть до чего-нибудь, и едва не ободрала о кору все ногти. Наконец кое-как смогла уцепиться и повисла, понимая, что на этом все. Вскарабкаться наверх точно никак не смогу.

Родерик тут же подошёл сзади и прошептал мне на ушко:

– Пожалуй, я смогу помочь. Если вы не будете против, Софи.

А потом, не дожидаясь разрешения, подставил обе ладони под мой зад.

Я на секунду замерла, но вовремя вспомнила, что примерно как-то так мы в детстве с друзьями подсаживали друг друга на забор или на раскидистую яблоню старой графини. В более грубой форме, конечно. Главное было подпихнуть повыше. Но генерал же благородный человек, хоть и чурбан, может он одумался, наконец, и решил помочь девушке, сделав это более... деликатно.

В этот миг нахальные ладони сдвинулись с места и огладили оба моих драгоценных полупопия. А вот это уже не слишком похоже на детские подсаживания.

Я подозрительно скосила глаза.

– Что это вы там делаете, генерал?

Голос Родерика прозвучал передельно честно:

– Выставляю заслон, проверяю тылы на надежность.

Наглые пальцы напоследок чуть сжались и приподняли меня выше.

– От кого вы там выставляете заслон? - от возмущения я едва не поперхнулась.

– От неприятеля, - усмехнулся Родерик.

– Мне кажется, кроме вас там других неприятелей нет, – съязвила я, заливаясь краской и спеша поскорее оседлать нижнюю ветку.

– Это вам только кажется. Я здесь у вас, сударыня, исключительно как защитник границ.

Вот же гад! Я зашипела и лягнула наугад ногой, чуть не свалившись с ненадежного насеста.

– Имейте в виду, господин пограничник, если вы ещё раз там чего-нибудь проверите на надежность, то получите пяткой в глаз.

Глава 7.4

– А попадете?

Снизу раздался обидный смех. Вот же гад! Ну, держитесь, господин генерал-губернатор. Я как следует размахнулась и... Мама!

Я хотела ветку? Правда? Кто же знал, что сук подо мной такой непрочный.

Хрясь! И я лечу вниз. Между ног - вожделенная кленовая дубина. В голове – паника. Под ногами – пустота.

Ну, почти пустота. Ага.

Но это только потому, что мне повезло. Родерик не успел вовремя отойти в сторонку. Так что приземление вышло мягким.

А каким оно показалось генералу, я тут же узнала. Точнее услышала.

– О-о-о-о! У-у-у-у! – взвыло подо мной.

А дальше мне захотелось заткнуть уши.

Ругался Родерик забористо, при этом успевая лапать меня за все возможные места. То ли спихнуть с себя пытался, то ли наоборот прижать, чтобы не сбежала от наказания.

Я не стала выяснять, законно возмутилась:

– Немедленно уберите руки, как вы смеете!

– Так слезьте с меня сами, – недовольно отозвался откуда-то из листвы мужской голос.

Добытая мною ветка оказалась весьма раскидистой. Она полностью скрыла немаленького генерала.

– Пытаюсь, – пропыхтела я, старательно шаря под собой руками, выясняя, где заканчивается генерал и начинается земля.

Уф, кажется, нашла.

– Ай! Ой! Софи! Что вы творите? – раздалось внезапно прямо под моим коленом.

Странно, я была уверена, что его голова совсем в другом месте.

Я сдала назад, немного покопалась в листьях и обнаружила сначала нос, потом два сердитых глаза. Тихо ойкнула и быстренько закопала все обратно.

Сама поспешила ползком сбежать, но не успела. Ветку отбросило в одну сторону, а я бы полетела кувырком в другую, если бы генеральская рука не остановила полет.

Я сама не поняла, как это получилось, но через пару мгновений оказалась в грубых лапах, прижатая всем телом к каменному торсу и отчаянно дрыгающая ногами.

– Уберите руки! – вырывалась я.

– Убрать? Уверены? – тоном, не обещающим ничего хорошего, уточнил Родерик и подкинул меня повыше.

Я покрепче вцепилась в его шею, обвила ногами мускулистую мужскую грудь. Кинула взгляд на землю, которая с высоты генеральских объятий оказалась подозрительно далекой, и окончательно поменяла решение.

Нет уж. Второго Родерика внизу нет, а падать без подстилки слишком твердо.

Так, соберись, Стефи. Ты сможешь!

Я сдула с глаз растрепавшиеся волосы и выдала самым официальным тоном, на какой была способна:

– Господин генерал-губернатор, будьте так любезны, поставьте меня на ноги. Только осторожно! Я вам еще пригожусь.

– В последнем Софи, я уже основательно сомневаюсь.

Родерик чуть помедлил и все же медленно разжал руки, позволив мне скользнуть вниз. Убедившись, что я твердо стою на ногах, сделал шаг назад и охлопал ладонями помятый мундир.

Я увидела, как по ткани побежали огоньки магии, приводя генеральское облачение в порядок. И даже немного позавидовала. Вот бы мне так научиться. Раз – и готово! Пока же я никогда не знаю, чем закончится самое невинное мое колдовство. Хорошо, если прожженными в юбке дырами.

– Учтите, Софи, – произнес Родерик, закончив с одеждой, - больше я не стану помогать вам в безумных затеях. Должен сказать, вы отвратительно магичите. Еще хуже лазаете по деревьям. Зато падаете с них подозрительно метко. Так недолго лишиться самого дорогого.

– Палочки? – попыталась угадать я.

Родерик почему-то сдавленно хрюкнул, откашлялся в кулак, махнул обреченно рукой.

– И этого тоже. Но я о другом. Вы могли лишиться меня – своего работодателя!

Тю, напугал. Однако, какое самомнение! То же мне, самое дорогое нашел.

Я с любовью оглядела добытую дубину. Вот это понимаю – сокровище. Да тут столько палочек можно наделать!

– Клянусь, в ближайшее время не покорять деревья, – фыркнула я.

– Да? А как же палочка?

– Поверьте, этой ветки хватит на десяток палочек, и еще останется, – примерилась я к трофею. – Хотите, и вам сделаю?

– Нет уж, увольте, – выставил он руки. – Тем более у меня другое совместимое дерево.

– Дуб? – спросила я ехидством. – Хотя нет, наверное, баобаб!

– Сосна, Софи, – преувеличено горестно выдохнул Родерик. – Всего лишь сосна. Ладно, хватит разговоров. Мне пора уезжать. Берите свою ветку...

Берите? Я? Сама? Но я же дама! Разве положено дамам носить тяжести? Для этого есть слуги! Или мужчины, на крайний случай.

Я гордо вздернула нос, добавила в голос строгости и укоризны:

– Я полагаю, вы, как настоящий мужчина, обязаны оказать мне помо...

Родерик язвительно поднял бровь.

– Вы опять, Софи?! Мне никакие палочки не нужны. Не потащу я эту ветку! А вот вам полезно поупражняться в магии. Вы же у нас отличница. И вообще, если не забыли, я вас для этого нанимал. А не для того, чтобы вы падали на самое дорогое и заставляли меня таскать тяжести.

– Как знаете, могу и левитацией, – пожала я плечами и прищелкнула пальцами.

То ли от стресса, то ли из упрямства, но магия меня неожиданно послушалась.

Дубина величественно взмыла в небо, плавно качнула листиками. Я указала ей пальцем вперед.

Так мы и шли – впереди ветка, следом я, за моей спиной генерал.

Всю дорогу Родерик бурчал, предсказывая, что не удивится, если эта дубина рухнет нам на головы.

Но та падать не собиралась, наоборот, даже спускаться не очень-то хотела, когда я попыталась отменить заклинание в конце пути.

Родерик закатил глаза, глядя на это безобразие и собрался улизнуть в шатер. Я была быстрее и преградила ему путь.

– Не одолжите на часик вашу саблю? – Моя ласковая улыбка заставила генерала насторожиться.

– Зачем вам моя сабля?

– Ну, она же острая? Мне нужен острый инструмент, чтобы палочка вышла, как надо.

Взгляд генерала заметался, а рука судорожно вцепилась в эфес.

– Вот, держите, – наконец, отцепил он с другого бока портупеи небольшой ножик. – Хватит с вас и этого. С вашими талантами саблей вы себе ногу отрубите или пальцы. А я не хочу потом чувствовать себя виноватым.

Жадина!

Глава 8. Где я остаюсь за главного

Родерик уехал, не дожидаясь завтра. Сбежал с поля боя.

«Тактическое отступление», - сказал бы он наверняка.

Ха! Но мы с Бусей знали, как было на самом деле.

– Бросил нас на растерзание злым магам. Да, Буся? – спросила я свинку, но та все еще безмятежно дрыхла. Как улеглась после обеда на солнышке, так и продолжала спать.

Перед отъездом Родерик решил меня умаслить.

– Софи, идите скорее, тут для вас кое-что привезли, - оторвал он меня от вырезания шестой палочки.

Я нахмурилась, и генерал поспешил добавить:

– Честное слово, вам понравится.

Я недоверчиво прищурилась. Если это очередная шуточка, кое-кому не поздоровится. Четвертая палочка как раз подойдет для того, чтобы наказать нахала.

Но сюрприз, как ни странно, мне и впрямь понравился. Поскольку весь день мимо нас кто-то бегал и что-то возили, я и внимания не обратила на телегу, груженую внушительным тюком. Как оказалось, зря.

– Я обещал вам полное содержание за счет средств бюджета, помните? - гордо подбоченился Родерик.

– Ну? - я посмотрела на него исподлобья. - Что-то не особо заметно пока. Кормить, правда, начали. Но на одном питании далеко не уедешь.

– Не ворчите, Софи, вам не идет. Вы сразу такой букой становитесь!

Букой?! Вот же..! Но вслух я возмутиться не успела.

– Вот, - Родерик довольно ткнул пальцем в тюк. - Я обещания держу.

– Что - вот?

– Ваш гардероб приехал. Все самое необходимое. Если будет нужно что-то еще, напишите список, и вам все доставят.

Он замер в ожидании восхваления. Но я с подобными излишествами не спешила. Кто его знает, что там в том тюке? Не доверяю я мужской инициативе.

Подошла к тюку, оценила его размеры. Ничего себе! А генерал умеет удивлять. Это все мне? У-и-и-и...

– Ну же, улыбнитесь, Софи. Вам не идет такое серьезное выражение лица.

Я, уже готовая от радости заорать, подпрыгнуть и обнять всех вокруг, передумала это делать. Обойдется. Лицо ему мое серьезное не нравится, видите ли. Мне тоже, может быть, много чего не нравится.

– Благодарю, - убийственно вежливо произнесла я.

– Вы что, не рады? – не поверил Родерик. – Я так старался.

– Рада, – сухо кивнула я. – Только это все мне нужно было уже вчера.

– Куды выгружать-то? - спросил возница.

– Отнесите в мою комнату, - царственно махнула я рукой. – Спросите внутри, вам подскажут.

– И даже не посмотрите как следует? – не отставал генерал.

– Нет, почему, позже все обстоятельно рассмотрю. А сейчас мне надо закончить с палочкой, – я гордо отвернулась и пошла к месту возле стола, засыпанному стружкой и листьями.

Ужасно хотелось заглянуть в тюк, а лучше пропасть до конца дня и как следует перемерить все привезенное. Аж ладони зудели от нетерпения.

Ну ничего, как только он уедет, тут-то я и оторвусь.

Но вредный генерал и не подумал уходить. Он покрутился рядом и засел что-то писать за свою походную конторку. Вот зараза.

Так мы просидели пару часов – я за шатром в своей «мастерской» волшебных палочек, Родерик – в походном кабинете. Даже не встал ни разу!

Он это назло мне делает! К нему то и дело подходили разные чины, что-то уточняли, но он всем твердил одно и тоже: «Первым делом – ознакомьтесь с регламентом, вывешенным на дверях дворца. После этого все запросы в письменном виде через мою помощницу. И не беспокойте меня без крайней необходимости».

После этого посыла почему-то никто не возвращался. Точнее, понятно, почему. Вывешенный свод правил, писанный лично мной под диктовку, был весьма и весьма длинным и заковыристым. Я не углублялась в формулировки, трудно это, вдумываться в текст, когда тебя нещадно гонят: «Написали? Дальше!». Но одно количество пунктов было далеко за сотню. Не то, чтобы мне стало жалко местную чиновничью братию, но сегодня точно никто из них не справится. А вот завтра...

Я всерьез задумалась, не подписать ли к тому списку еще десяток-другой требований от себя лично. Мне вовсе не с руки, чтобы завтра все эти люди пришли ко мне и начали качать права. Без грозного генерала за плечом вряд ли кто воспримет меня всерьез.

Уф! Я отложила девятую палочку, примерилась, откуда вырезать следующую. Чем больше настругаю, тем лучше. Хоть одна, да будет работать.

«На тебя, родная, вся надежда», – выразительно посмотрела я на очередное изделие в собственных руках.

Надо сегодня закончить с этим. С волшебной палочкой никто не рискнет мне перечить. Я их тут всех построю! Будут как шелковые.

Глава 8.2.

К ужину мне удалось настругать четырнадцать палочек. После зарядить их магией и по очереди испытать.

Что сказать, почти половина отказалась работать в принципе. Три пулялись во все стороны злыми жгучими искрами. Их пришлось бросить в костер, чтобы остановить нечаянный катаклизм.

Две издавали странные звуки. Одна добавляла к звукам зловоние. Их тоже постигла участь подружек. Сгорели, как миленькие.

В итоге пригодных к магии осталось две штуки. Пусть корявых, пусть страшненьких, но вполне рабочих. Целых две! Я довольно потерла ладони.

Ту, что попрямее, подвесила на пояс платья. Вторую потихоньку отнесла в замок и припрятала в гардеробную про запас.

Перед ужином генерал отчалил, даже не поел на дорогу, так торопился сбежать.

– Имейте в виду, Софи, по возвращении буду ждать от вас отчет о проделанной работе. Если кто проявит неповиновение, мой гнев будет страшен! – грозно сверкнул он очами.

Чего?! Я тут должна пахать да еще и отчеты потом писать? А кто-то не обнаглел? Жутко захотелось перехватить поудобнее остатки кленовой дубины и каааак настучать от души по этой... По этой... По этой упертой солдафонской башке!

Уф! В решительном порыве я сжала губы и кулаки.

Генерал тут же прижался ко мне почти вплотную, обхватил мои злые кулачки своими ладонями, зашептал на самое ухо:

– Не делайте такое лицо, Софи, вам не идет. Не думайте обо мне плохо. Я говорил это для ваших новых подчиненных, не для вас.

Его руки, его слова повергли меня в смятение. Но Родерик не был бы сам собой, если бы не продолжил:

– А вы лучше постарайтесь обойтись без этих магических фокусов. Не забывайте - замок у нас один. Развалите окончательно – жить будет негде. Придется вам перебираться ко мне под бочок в шатер. Хотя, - нахальные лапы медленно поднялись от моих ладоней по рукам и легли на плечи, - я совсем не против приютить вас.

Увидел, что я покраснела, разжал объятия и добавил, как ни в чем не бывало:

– Леди Бусинка, присматривайте за нашей великой волшебницей. Кроме вас мне ее некому доверить.

Буся от такого заявления затрепетала, завертела хвостиком и задрала пятачок, с обожанием глядя на генерала.

Предательница!

На этой лирической ноте Родерик Флорент вскочил в седло и только его и видели. А я осталась одна-одинешенька на растерзание всей мужской магической своре.

Проводила тяжелым взглядом удаляющуюся спину, проворчала многообещающе:

– Беги, беги, вот вернешься, встречу тебя во всеоружии. К тому времени как раз освоюсь с новым магическим инструментом.

– Госпожа София, где изволите отужинать? – ворвался в мои планы отмщения повар.

Я тоскливо вспомнила вчерашний вечер наедине с генералом, оглядела шайку строителей, магов и каких-то еще непонятных людей, которые уже вовсю подтягивались к столу, задорно бряцая посудой.

Подумала, что мне тут точно не место. Не должна незамужняя благородная девица принимать пищу в столь обширной мужской компании.

– Пусть накроют в моих апартаментах, – приняла я твердое решение.

Да, так будет лучше. И потом, у меня гардероб неразобранный лежит. Поем, заодно и вещами займусь.

***

Изнутри дворец не так чтобы и изменился за этот день. Нет, подвижки, конечно были. Работяги уже вовсю расчищали и готовили к ремонту первый этаж. Да кровельщики изучали крышу.

Но облюбованные мною комнаты были ровно посередке между мансардой и первым этажом. Там по-прежнему царили запустение и разруха.

Я проскользнула между свежеотстроенными лесами, поднялась по лестнице и двинулась в свои покои, намереваясь там основательно помагичить с помощью палочки и с комфортом разместиться.

После трапезы я засучила рукава, сжала шершавую рукоятку палочки и припомнила заклинание для наполнения емкостей водой. Свободным жестом взмахнула инструментом и... с удовлетворением понаблюдала, как ванна послушно наполняется прозрачной жидкостью.

- Водичка! - радостно хрюкнула Буся.

- А тебе вот, - щедрым жестом наполнила я тазик для свинки.

С любовью оглядела свою палочку-выручалочку. Подогрела воду, сбросила надоевшее за два дня академическое платье и с невыразимым блаженством растянулась в воде с пенкой для купания, найденной на одной из полок.

Жизнь прекрасна!

Подумать только, еще вчера я не знала где спрятаться после феерично проваленного экзамена. А сегодня я почти хозяйка целого замка. Пусть полуразрушенного. Пусть! Это дело поправимое.

Зато какой масштаб! Какой простор для действий! Какой размах! Ух!

Я загребла пальцами пену и красиво разложила на бортике ванны. Прикрыла глаза. Что ни говори, а устроилась я просто замечательно! Вот только вещи разобрать надо. И как следует изучить гардеробную. Там могут скрываться настоящие сокровища.

Да, Бусинка?

Глава 8.3.

После купания мы с Бусинкой взялись потрошить тюк с одеждой. Добыв из него пару легких дневных платьев, три деловых костюма, шикарный вечерний наряд и разложив все на кровати, я оглядела свое сокровище и удивленно хмыкнула. Надо же, у этого несносного генерала есть вкус. Кто бы мог подумать?

Хотя... не сам же он их покупал? Точно! Я аж облегченно выдохнула. Он же явно отдал кому-то распоряжение насчет гардероба, и этот кто-то заботливо подобрал для меня вещи.

Я вновь сунула в тюк любопытный нос, и скоро зарылась туда практически с головой.

Кроме верхней одежды, внутри обнаружилось изысканное нижнее белье (интересно, зачем оно мне в эдакой дыре?), сорочки для сна и даже весьма легкомысленный пеньюар.

Я покрутила полупрозрачные тряпочки, погладила пальцами изумительное переплетение нитей, полюбовалась затейливостью рисунка, приложила к себе кружевное чудо и не удержалась от взгляда в зеркало.

Настоящий срам. Щеки мои стыдливо зарделись. Такое только в первую брачную ночь надевать, чтобы молодого супруга побаловать. Эх.

Сразу возник резонный вопрос: «А здесь мне все это зачем?»

Сделав зарубку на память – задать пару вопросов начальнику по возвращении, я упрятала неподобающее незамужней девице одеяние в недра гардероба, и продолжила раскопки.

По итогу изысканий, присоединила к своему улову два домашних платья миленькой расцветки, туфли на мягкой подошве, пару шляп, легкий плащик, расшитый васильками, и ботиночки, с пропиткой от влаги. Еще туфельки для официальных торжеств и вторые для постоянной носки.

Уф! Кажется, жизнь наконец налаживается?

Завтра же выберу место будущей приемной генерал-губернатора. Как-никак, это и мое рабочее место, нужно подойти к выбору со всей серьезностью.

Чтобы красивый вид на парк и пруд и солнце не светило в глаза. И красивая мебель. И кресло удобное. И стол. И шкафы. И шикарный письменный прибор из резного розового кварца, как у мадам попечительницы нашей академии.

От предвкушения я аж зажмурилась. Потом посмотрела на Бусю и сказала вслух:

– А свой кабинет генерал пусть сам обставляет. Я конечно помогу. Вкус у меня есть. - Не сдержалась, хихикнула. - Но, боюсь, розовые шторки с оборочками мой начальник не оценит. Да, Бусинка?

– Не оценит, - вздохнула свинка.

Она, нанежившись в тазике с теплой водой, отдыхала на подушке, брошенной возле камина.

– Ладно, - я убрала в шкаф оставшиеся вещи и оглядела свои новые хоромы. - Пора здесь навести порядок. Поможешь?

– А давай ты все это быстренько магией уберешь? - тут же оживилась она.

Я с сомнением оглядела общий разгром и свою новую палочку. Спросила себя, готова ли рискнуть своим новым гардеробом и единственной уцелевшей в доме кроватью? Медленно покачала головой.

– Правило номер один – если можешь что-то сделать без магии - делай! - назидательно сообщила я мудрость нашего преподавателя по бытовой магии и подхватила первую партию. - Так что я лучше ручками. Сама подумай, если нечаянно развалю кровать, где спать будем?

Я решительно потянула на себя грязное покрывало, как смогла, сложила и отбросила в угол. Та же участь постигла и безнадежно испорченное постельное белье.

Посмотрела на унылую картину и поняла, что без магии все же не обойтись.

Взмахнула палочкой и постаралась вложить в заклинание самую капельку магии. Четко проговорила задание:

– Просушить подушки и перину.

По матрасу побежали золотистые огоньки. Я боялась шевельнуться, наблюдая за работой собственного волшебства. Получилось! Боги, у меня получилось! Я даже ничего не подожгла!

На волне вдохновения сотворила второе заклинание, осторожно махнула палочкой.

– Смести весь мусор к двери!

В этот раз чуть перестаралась. Все, что валялось на полу магической волной буквально снесло к выходу. Заклинание подхватило даже Бусинку и водрузило на вершине мусорной пирамиды.

Ой!

Глава 9. Где я воюю с мышами и строителями, а поголовье поросят в замке увеличивается

Я так и стелила постель - без магии, под недовольное хрюканье и цокот копыт. Не помогли ни извинения, ни попытка подлизаться, подарив еще один бант.

Бусинка оказалась непреклонна.

Ну и ладно. Не до чужих обид. Переживу как-нибудь.

Я и без того так набегалась за день, что мечтала лишь об одном - упасть и уснуть.

Поэтому плюнула на поросячье возмущение, из последних сил заползла на высокую кровать, поудобнее пристроила голову на подушку и...

– А мне что делать? - нерешительно оперлась передними копытцами о стойку балдахина свинка.

– Спать, - рявкнула я, и накрылась с головой одеялом.

На миг воцарилась блаженная тишина. Какое счастье. Только радоваться было рано.

– Ой, я, кажется, не хочу, - прошептала Бусинка и бодро процокотала вокруг кровати пару кругов.

– Буся! Сама не хочешь, другим не мешай! – я зарылась поглубже в недра кровати, притулила на ухо подушку. – Лучше охраняй мой покой.

– От кого? - любопытный пятачок отодвинул подушку и задышал в самое ухо.

Действительно, от кого?

– Ээээ, - протянула я, - от призраков. И от мышей.

О! Точно!

– Особенно от мышей! Чтоб ни одна серая зараза не смела добраться до кровати.

В ухе прозвучал восхищенный хрюк, дыхание удалилось. Послышалось озабоченное бормотание:

– Это я могу, - Буся с азартом принялась наворачивать круги по спальне. - Это я запросто. Да лучше меня...

Грр! Завтра не дам ей дрыхнуть днем! Я положила поверх первой подушки вторую и наконец-то погрузилась в блаженную тишину. Вслед за тишиной пришла и дрема.

***

Не слышите по утрам будильник? Заведите себе поросенка. Гарантирую, эту побудку вы никогда не забудете.

– Софи! Хрю-хрю! Софи! Уи-и-и! - кто-то панически взвизгивая бегал по кровати.

– Сдурела? - схватившись с испугу за волшебную палочку, подскочила я.

Буся замерла у самых подушек и преданно глянула мне в глаза.

В комнате было темно. Сквозь щель в портьерах пробивались первые, самые робкие, лучи рассветного солнца.

– Буся, - простонала я, - еще раз разбудишь, отправишься спать в коридор. Или вообще на улицу!

Я обреченно опустилась обратно на подушки. Не-е-ет, это просто невозможно... Никакого покоя!

– Хрю? Но, Софи, у меня вопрос!

– Какой? - это слово вырвалось из меня вместе со стоном.

– Ты не сказала, что нужно делать, если мыши доберутся до кровати. И я...

Какие мыши? Какая кровать? Этот дурдом когда-нибудь прекратится? Что-о-о-о?

– Что?! - взревела я уже вслух, окончательно просыпаясь. - У меня в кровати мыши?

– Нет, - смутилась свинка, - но я подумала... Вдруг они захотят...

– Буся!

– Да? - Вид у розовой прелести сделался совершенно невинный. Она старательно похлопала светлыми ресничками.

Я шумно выдохнула. Спокойствие, Стефания, главное, спокойствие. Ты действительно не сказала, что делать в случае мышиного нашествия.

– Главное – не подпускать мышей к кровати. И сразу будить меня! – рявкнула я, снова проваливаясь в сон под тихое бормотание.

– Не подпускать, сразу будить, не подпускать...

***

Сон, где розовая свинка важно выгуливала на поводках целый выводок серых мышат, был вовсе не страшным. Наоборот, я умилялась, как ловко моя Бусинка управляется с новыми питомцами.

Поэтому не сразу поняла, что сон почти превратился в реальность.

– Софи! – заверещало вдруг у самого моего лица. - Софи, проснись! Хрю-ю-ю-ю!

Я ее убью. Нет, точно. Отдам повару. Нет! Сама запеку. С яблоками!

– Что опять? – поинтересовалась я сквозь зубы.

– Тут мышь! Представляешь, Софи, она все-таки пришла! И не одна! – вокруг кровати процокатало, восторженно похрюкивая. - Она такая забавная, Софи! И у нее хвостик...

Хвостик? Меня практически снесло с постели. Палочка сама в легла в ладонь.

– Где?

Я прижалась спиной к стене и наставила магическое оружие на невидимую угрозу.

– Вон она! - вдруг взвизгнула Бусинка, и я выстрелила заклинанием, прежде чем мозг успел осознать угрозу. Из палочки вырвалась зеленая молния и унеслась куда-то в угол. Я моргнула, пытаясь вернуть зрение.

– Ух ты! Хрю! - Бусинка бесцеремонно уселась мне на босую ступню. – Ты в нее попала, Софи. Представляешь? Раз и все!

– Что все? – почему-то испугалась я. – Я ее убила?

– Не то чтобы убила, но...

Смутная серая тень метнулась из-под кровати в сторону двери.

– Стреляй, Софи! Стреляй!

Бах! И зеленый луч настиг новую цель.

– Ух ты! Тут еще одна, - раздался хрюк с другой стороны, и я метким выстрелом поразила третьего врага.

Четвертую, высунувшую из-за портьеры усатую мордочку, магическим разрядом отбросило куда-то к гардеробной. Следующие полчаса я без отдыха разила серое воинство направо и налево, чувствуя себя легендарной Стефанией воительницей. Зеленые молнии летали по комнате. В воздухе искрило. Перед глазами плавали зеленые огоньки.

А спальня вместо мышиного писка наполнялась подозрительными звуками – хрюканьем, визгом и цоканьем пары десятков крохотных копыт.

Глава 9.2.

– Софи, ты не знаешь, где нам еще раздобыть мышей? У этих я спросила. Они говорят, что в замке больше нет.

Еще!!! У меня дернулся один глаз. Я судорожно сглотнула, осторожно поинтересовалась:

– А зачем тебе столько?

Бусинка посмотрела на меня возмущенно, потом прихрюкнула на крутившихся у ног преображенных мышек и выдала:

– Разве ты не видишь, какие они хорошенькие?

И тут у меня дернулся второй глаз, полностью повторяя реакцию первого. Я даже и не подозревала, что они могут действовать так синхронно.

– Хорошенькие? – вырвалось у меня со странным всхлипом.

Бусинка с готовностью закивала головой. «Мыши» согласно захрюкали.

Да-да, именно захрюкали.

Я закатила глаза и без сил уселась на перину. Вот как у меня так выходит? А? За что мне это? Кто бы сказал - это такое наказание свыше?

Сначала тетушка императора. Потом Бусинка. Хотя нет, Буся с самого начала была тем еще поросенком. А теперь мыши...

С пола на меня взирала целая стайка розовых поросят размером с кулачок. Их мышиное прошлое выдавали только серые облезлые хвостики.

– Знаешь? – с надеждой переспросила Буся.

– Нет! – рявкнула я. – Никаких больше мышей! Хватит. И вы, – я наставила на розовый десант палочку, – вон отсюда! А то превращу в лягушек! Будете прыгать по лужам до конца жизни и ловить комаров.

Свинко-мыши вздрогнули, бросились врассыпную и подозрительно быстро рассосались, оставив нас с фамильяром одних.

– Ну вот, – расстроилась Бусинка. У нее даже ушки трагически повисли. – Сбежали. А с кем я теперь буду играть?

– Не знаю, – буркнула я, в третий раз забираясь под одеяло. – Но если ты только попытаешься разбудить меня снова, то первой превратишься в лягушку!

***

В следующий раз меня разбудил шум сверху – стук, грохот, мужские голоса. Кто-то цветасто ругался и поминал добрым незлобивым словом генерал-губернатора.

Я хмыкнула. Даже не вникая особо в суть претензий, понятно – работа кипит.

Сладко потянулась и повела носом. Из окошка тянуло дымком, а еще чем-то ужасно вкусным. В животе забурчало.

Рядом с ухом подхрюкнула Бусинка и сонно зачмокала губами. Умаялась бедолага, набегавшись ночью за мышами. Ну да ничего, днем она дрыхнуть больше не будет.

Я повернулась и мстительно рявкнула в розовое ушко:

– Хрю! Хрю! Вставай! У меня вопрос!

Свинка спросонья дернулась всей тушкой, перевернулась и шлепнулась на пол. Сразу послышалось недовольное:

– Софи, ты с ума сошла, так пугать?

– Нет, – отрезала я, – просто кое-кому подражаю. Кое-кому, кто сегодня мне полночи не давал спать.

Бусинка обиженно процокала к камину, умостила на подушечку розовый хвостик и отвернулась.

Я почувствовала себя виноватой. Кто его знает почему? Открыла рот, чтобы извиниться, и тут же закрыла обратно. Ну уж нет. Следующий раз Буся хорошо подумает, прежде чем будить меня без дела.

В дверь постучали.

– Госпожа София, доброе утро. Вам завтрак в комнату или спуститесь вниз? – послышался голос повара.

– Спасибо. Оставьте у двери! Я заберу.

Не признаваться же, что едва продрала глаза, и вообще раздета.

Звякнул поднос, шаги удалились.

Я подкралась к дверям, приложила ухо. Кажется никого.

Осторожно приоткрыв дверь, я воровато выглянула наружу, убедилась, что рядом не прохаживается бригада строителей во главе с магом, и молниеносно подхватила поднос, втаскивая его внутрь.

Ммм! Пахнет вкусно!

***

После завтрака Буся куда-то запропала, а мне пришлось включаться в работу. Как ни пыталась я отсрочить этот момент, но дальше откладывать дела было нельзя.

– Госпожа Ковалевская, госпожа Ковалевская, – дергали меня на каждом шагу, стоило показаться в коридорах дворца.

Предсказуемо, всем что-то было нужно, а Родерик благоразумно смылся, оставив меня за главную. Так что хочешь не хочешь, а придется командовать.

Заодно и показать обновки можно. Правда, здесь вряд ли найдутся ценители женской моды. Эх...

А я с утра с удовольствием облачилась в новенькое графитово-серое платье с отложным воротничком и кружевными манжетами! После смены студенческой формы на деловой наряд неожиданно ощутился груз ответственности, что кое-кто так лихо взвалил на мои плечи.

Я недовольно засопела, вспоминая счастливое лицо сбегающего генерала.

– Госпожа Ковалевская, - насторожился бригадир строителей, - вы чем-то недовольны? Только скажите, мы все переделаем.

Пришлось убрать недовольную мину и улыбнуться

– Нет-нет, пока мне все нравится. Но для вас есть задание поважнее. Идемте со мной. Нам необходимо выбрать на первом этаже помещение для кабинета и приемной генерал-губернатора, - позвала я бригадира.

– Но сначала нужно закончить с крышей, - попытался возразить он.

– С крышей и без вас справятся. Тут особого ума не надо. А мы займемся кабинетом, – решительно прервала я все возражения.

Я вообще была настроена к возвращению Родерика подготовить себе удобное рабочее место. Торчать в походной канцелярии, продуваемой всеми ветрами, мне совершенно не понравилось.

Свежий воздух, конечно, полезен для здоровья. Но звание помощницы генерал-губернатора обязывает к серьезному подходу в делах.

Поэтому – сначала кабинет.

Жить мой начальник может где угодно. Это его личное дело. Нравится ему в шатре, там пусть и ночует. Мне-то какая разница? А вот работать мы будем в нормальном кабинете.

Глава 10. Где выясняется, что свинки – лучшее лекарство от пьянства

Убедившись, что строитель удалился, и позора моего никто не увидит, я решила чуть-чуть потренироваться. Самую капельку. Благо, было куда приложить силы.

С помощью палочки вымела мусор в коридор, распугав пауков, собрала по углам их сети, освежила окна. И неожиданно поняла, что умаялась так, словно в одиночку перетаскала гору кирпичей.

Но усталость была сущим пустяком. Главное, магия слушалась! Меня! Да! С палочкой дела спорились легко, почти незаметно. Но и сил забирали немало.

Растратив последние крохи резерва, я с гордостью оглядела почти чистые комнаты. Проговорила мечтательно:

— Помнится, Родерик что-то говорил о мебели… Надо выяснить, кто у нас занимается снабжением. А спрошу-ка я мэтра Миллера. Он точно должен быть в курсе.

Я решительно захлопнула дверь, отодвинула кучу мусора подальше и отправилась на поиски мага.

***

Впрочем, сильно далеко не ушла. По пути столкнулась с Бусинкой. Свинка гордо вышагивала по замковым коридорам, а за ней семенило целое поросячье воинство, цокая и попискивая.

Бусинка что-то вдохновенно вещала, я не успела расслышать, что.

Заметив меня, свиномышки испуганно захрюкали, заметались, разбежались по углам, пытаясь пропихнуть розовые попки в мышиные норы, и растворились в пространстве. Когда я подошла ближе, ни одной мелкой вредительницы в обозримом пространстве не осталось.

Буся уставилась на меня с укоризной.

— Вот умеешь ты все испортить, Софи! — хрюкнула она с претензией.

Выглядело это так забавно, что я с трудом удержалась от смеха.

— Буся, а что ты тут делаешь?

— Веду воспитательную работу, — глядя невинными голубыми глазками, сообщила она.

— С мышами? — поразилась я.

— А с кем? — прихрюкнула Буся и огляделась в разные стороны. — Маги меня не слушаются. А строители смотрят так подозрительно, словно им чего-то от меня надо.

— Чего? — переспросила я машинально.

— Не знаю, Софи. Но один из них меня сегодня схватил и пытался запихнуть в рот яблоко. Целиком. Представляешь? Ты не знаешь, зачем?

Я невольно поперхнулась. Это кто у нас такой смелый? Кому пришло в голову нафаршировать мою Бусю яблоками? Я уточнила:

— А потом что?

— Потом пришел профессор, наругался на него, а я сбежала. — Свинка горестно вздохнула. — Яблоко только не успела забрать. А оно, наверное, вкусное было. У тебя нет яблока, Софи?

— Буся, — начала я осторожно, — я тебя очень прошу, постарайся от меня не отходить. И будет у тебя сколько угодно яблок. Я тебе обещаю.

***

Бусинка, увлеченно игравшая с со своими новыми подружками в догонялки и прятки, была моей главной головной болью. Что, если она снова ляпнет что-нибудь профессору? Или, того хуже, начнет спрашивать у магов, как ей записаться в королевский реестр фамильяров?

Не-е-ет, лишний раз профессору ее показывать нельзя. И строителям. Всем от моей девочки что-то надо.

— Буся, дорогая, — начала я сладким голосом. — У меня к тебе важное поручение. — Хрю? — вопросительно замерла она. — Мне нужно, чтобы кто-то охранял нашу спальню. Там… там самые главные наши сокровища. А по замку бродит столько подозрительных личностей, что я волнуюсь. Без тебя мне не справиться. Хочу, чтобы ты стала моей помощницей в этом нелегком деле. — Помощницей? Я? — в голосе Бусинки зазвенел азарт. — А генералу ты об этом расскажешь? — Конечно, — заверила я её. — Как только приедет, я обязательно расскажу ему, какая ты умница. А он назначит тебя начальником охраны. Хочешь?

Буся задумалась и помотала головой.

– Нет.

– А кем хочешь?

– А можно, я лучше буду главной по мышам?

Уф, пронесло. С охраной я, пожалуй погорячилась. Родерик бы это точно не одобрил. А вот с мышами…

Я сделала серьезное лицо и важно произнесла:

– Можно, Буся. Главной по мышам тебя могу назначить даже я. Прямо сейчас. Считай, что эта должность уже твоя.

Бусинка выпрямилась, гордо задрала вверх хвостик и цокающими шагами проследовала в спальню.

Я облегченно вздохнула, щёлкнула за ее спиной замком и наложила на дверь простое заклинание, чтобы снаружи ее точно не открыли.

Вот теперь можно было искать профессора. Я двинулась по коридору, прислушиваясь. Сверху, в конце левого крыла доносился приглушенный грохот — кровельщики латали крышу.

Остальных работяг видно не было. Ни их, ни магов. Интересно, тут вообще кто-нибудь работает, кроме меня?

Я поднялась по лестнице в мансарду и приуныла. За день строители дорушили все, с чем не справились мародеры. И теперь этаж для жизни был совершенно непригоден.

Я пробормотала:

– Ломать не строить, — перебралась через груду битого кирпича и прислушалась.

Должен же тут хоть кто-то быть?

Из-за единственной уцелевшей двери доносились нервные голоса и звон чего-то стеклянного. Рядом с косяком, в стене красовался пролом шириной в две ладони.

Я осторожно заглянула в дыру и впервые пожалела, что Родерик уехал.

За стеной оказалось нечто вроде бывшей кладовки, ныне превращённой строителями в импровизированную столовую. Пятеро хмурых мужиков сидели на ящиках, закусывая хлебом с салом из общей миски. Рядом на обломке доски горкой громоздилась яркая редиска.

В центре «стола» красовалась большая бутыль с подозрительно мутной жидкостью и стаканы. У меня зачесались руки применить волшебную палочку в карательных целях.

— …вот говорю я ему, Гарри, ты совсем допился? — вещал коренастый детина с разбитым носом. — Какие розовые мыши с копытами? Не бреши! Бегают они у него, да ещё и хрюкают! Трепло базарное. Чего только не придумает, лишь бы не работать.

Щуплый мужичонка с вислыми усами поддержал товарища важным кивком, открутил у редиски хвостик и смачно захрумкал, пытаясь говорить с набитым ртом:

– Так-то оно так, но после ядреного пойла хромой гусятницы чего только не привидится! А оно у неё такое, ух! Не то что мыши с копытами — крокодилы с рогами бегать начнут! Помнится, я как-то по весне…

Он не договорил, вытянул из пучка вторую редиску и мечтательно примолк.

— Точно, — поддержал его третий, с выцветшими татуировками на руках. — А Гарри вчера как раз один полбутыля выкушал, гад. Да без закуси! Прибежал ночью. Весь бледный, в поту. Клялся и божился, что они по нему ночью скакали и на ухо нахально хрюкали, ироды. Говорит, теперь, как есть, пить зарекаюсь, ничего, окромя воды. На работу не выйду, пока ручная генеральская ведьма всех этих демонов, — он напрягся и выговорил по слогам, — не раз-во-пло-тит! Во!

Это он обо мне что ли? Это я ручная генеральская ведьма? Вот же, редиски!

— А где теперь Гарри? — спросил четвертый, самый молодой.

— Да кто ж его знает. Как на рассветет ушел, так и нет. Сказал, на покаяние.

— Лучше бы он на работу пошел, олух! — первый в сердцах запулил в угол огрызок бутерброда. Погрозил в пустоту пальцем и вдруг тоненько заверещал: — А-а-а-и-и…

— Хрю! — задорно ответили ему из угла.

— М-мыши, — мужик начал громко икать. Он и до этого говорил не слишком внятно, а теперь вообще спотыкался на каждом звуке: — Р-розовые, с к-коп-пытами… Не врал Гарри.

Глава 10. часть 2

В кладовке воцарилась гробовая тишина. Мужики застыли, уставившись на заколдованных мышей. Первым пришел в себя молодой. Подскочил, толкнув стол так, что бутыль с грохотом прилетела в стену. — Чур меня! — завопил он, вскакивая. — Пойло гусятницы проклято! Все, все теперь пропадем вслед за Гарри!

— Хр-хр-хрю! — хором подтвердили мыши.

Коренастый оторопело уставился на благоухающую лужу.

— Сдурел?! Ты ж самое дорогое… Да я ж тебя… в… на…

Я вжала голову в плечи. Ничего себе! Я и слов-то таких не знаю. Ладно, половину знаю. Но вторую точно нет. Да у нас даже кузнец, когда ему на ногу молот уронили, и то не так затейливо выражался.

А за стеной бушевали поминки по любимому творения гусятницы. В процессе участники слегка забыли позабыли про зачарованных мышей. Коренастый, багровый, как закат над морем, хватанул со стола миску с салом и нахлобучил на маковку истребителя бутылей.

В ответ получил стаканом в лоб.

Оба драчуна взвыли и начали кружить по комнате, пытаясь достать друг друга. Места для маневра катастрофически не хватало. Под ногами мешались перевернутые ящики, доски, разбросанный инструмент.

В пылу битвы по морде прилетело еще двоим. В итоге хоровод над погибшей бутылью водили вчетвером. Пятый в углу под шумок азартно хрумкал редиской.

А мыши? Мыши шустро тырили с пола сало и хлеб. Я ими даже загордилась. Молодцы. Не растерялись. Моя выучка, точно!

Когда хаос достиг апогея, настал момент для моего эффектного появления. Дверь я беспокоить не стала, протиснулась сквозь пролом в стене, подняла перед собой палочку и, сделав вид, что только-только появилась, изобразила на лице вопрос.

— Что. Здесь. Происходит?! — Ух! Папа и Родерик точно могли бы мною гордиться. Вон какой командирский голос прорезался. Практически генеральский.

Драчуны обернулись, на лицах мелькнул отпечаток суеверного ужаса. Я даже слегка устыдилась, но проникнуться этим чувством не успела. Работяги опомнились первыми.

— Госпожа помощница! — начал за всех коренастый. — Мы… мы тут пожрамши собрались… А там ваши мыши… — Розовые, — добавил тощий, указывая дрожащим пальцем на довольную свинку, усердно пихающую в норку горбушку размером с кулак. Горбушка не пихалась, но розовая бестия не отступала. Подгрызла тут и там, торжествующе хрюкнула и протолкнула добычу в дырку.

— Хрюкающие, — пробормотал третий уже с угрозой.

— С копытами! — выдал четвертый главный аргумент.

— Нашу бутылку украли! — нахально добавил пятый и пошел в наступление: — И сало! И хлеб! Вы обязаны возместить!

— Какие мыши? — я, будто случайно, выпустила из палочки в потолок пару молний. А что? Прекрасное средство, чтобы сбить с зарвавшихся мужланов спесь. — Где мыши? Здесь никого нет.

Медленно опустила палочку, собрав в её кончике слабое зелёное свечение, обвела по очереди всю теплую компанию. Свиномышки, почуяв родную магию, тут же выстроились в идеальное каре передо мной. — А-а… Это кто? — споткнулся на полшаге детина. — Кто? — я сделала удивленные глаза, нарочито огляделась, начисто игнорируя два десятка розовых тушек у своих ног.

— Ну вот же они… Розовые с копытцами. — Дрожащий палец указал на пол.

Мышки оживились, заволновались, захрюкали. Я отступила на шаг. Подняла одну ногу, старательно изучила подошву туфельки. Потом вторую. Сказала уверенно:

— Должна вас огорчить, но здесь никого нет.

— Но как же…

Любитель редиски резко рванул вперед, пытаясь ухватить одну из мышек за хвостик.

В ответ раздалось оскорбленное хоровое «Хрю», и мои лапочки бросились врассыпную. Миг, и кладовка опустела.

Мужик обиженно ударил по полу кулаком. Попытался убедить и меня и себя:

— Только что были здесь! Клянусь нектаром тетки гусятницы!

— Как все запущено, — я сокрушенно поцокала языком. — Я бы на вашем месте с клятвами была поосторожнее. Мне передали, что вы жаловались на плохое самочувствие товарища? Говорили, что ему мерещатся розовые мыши? — Я сделала паузу, давая им проникнуться. — Говорили?

Мужики затравленно переглянулись и дружно кивнули.

Я с удовольствием продолжила:

— Думается мне, что тут плохо не только ему. Скорбных на голову в вашей дружной команде гораздо больше. Может, вызовем бригаду из королевской лечебницы для душевнобольных?

Палочка рассекала воздух в такт моим словам. На пол падали крупные зеленые искры.

— Не-е-е… на-а-до, — отказались бедолаги, завороженно следя за движением моей руки.

Я сделала палочкой медленный круг и остановила движение, указав на коренастого.

— Говорят, в ваших краях свирепствует эпидемия мозговой слабости. Поражает тех, кто кх-м… имеет пристрастия к нектару тетки гусятницы. Не подскажете, что было в той бутылке, которую сперли ваши розовые мыши?

Мужики старательно помотали головами.

— Компот! — любитель редиски оказался самым смелым.

— Ох, — притворно вздохнула я, — меня одолевают сомнения.

Красноречиво потянула носом воздух, в котором отчетливо витали сивушные пары.

— Благоухает здесь отнюдь не компотом. А что за осколки я вижу на полу?

— Эт-то мыши подкинули! — выдал заикаясь молодой. — Мы не при чем.

— Ну-ну, те самые мыши, которых нет? — Я сделала многозначительную паузу, щедро рассыпала вокруг себя искры. — Плохо, господа. Все очень плохо. Все признаки мозговой слабости налицо. Хочу предупредить, чем дальше зараженный уклоняется от лечения, тем тяжелее последствия.

Я прошлась перед остолбеневшими мужиками туда-сюда. Уловила за спиной пыхтение и цокот копыт. Улыбнулась довольно. Мыши дружной стайкой следовали за мной по пятам, вызывая у запутанных вконец строителей заворот мозгов.

— Мне очень жаль, господа, вы такие молодые. Вам еще жить и жить! Но! — Палочка вновь указала на мужиков, заставив тех попятиться.

Мыши поддержали меня грозным хрюком.

— Розовые мыши с пятачками — это лишь начало. Кто знает, что может случиться дальше? Розовые бегемоты? Или хрюкающие драконы? А потом что?

— Что? — завороженным шепотом переспросил тот, что с редиской.

— Всё! — я показательно развела руками. — Для вас, господа хорошие, потом не будет. Помните Гарри? — я дождалась кивок. — И где он теперь? — Сама себе ответила: — Нету! Исчез. Испарился. Был да сплыл.

— Помогите нам, госпожа ведьма! — взвыл молодой и бухнулся на колени. — Сжальтесь! Скажите, что делать!

Следом за ним на колени опустились и остальные.

Мыши за мой спиной восторженно захрюкали. Я выдержала трагическую паузу, наблюдая за тем, как мужики старательно пытаются не смотреть на розовых глюков.

Милостиво согласилась:

— Так и быть, я вам помогу. Но за это вы должны немедля приступить к работе над кабинетом генерал-губернатора. Немедля! Или… — я опасно прищурилась, — я сделаю так, что вы сами порозовеете и будете хрюкать всю оставшуюся жизнь вместо того, чтобы чесать в кладовке языками и жрать пойло тетки гусятницы. Думаю, пятачки и копыта будут вам к лицу.

Моя фантазия, подогретая их испугом, достигла небывалых высот.

— Представьте: заходите вы вечерком в таверну, а вместо «Налей!» у вас получается только радостное «Хрю-хрю!». Или пытаетесь поцеловать жену, а нечем. У вас уже пятачок. А если вы меня разозлите, могу обеспечить и рога с хвостами. Я, когда меня не слушаются, сама себя не контролирую. Так что, рога хотите?

Я картинно прищурилась и воткнула руки в бока.

Мужики переглянулись. В их глазах читался безоговорочный капитуляционный ужас.

— Мы всё сделаем, госпожа София! — хором выпалили они. — К завтрашнему вечеру кабинет будет! И приёмная! И паркет залакируем! Только… только вылечите нас! Уберите это… это…

— К утру, — отрезала я. — Кабинет и приемная нужны к утру. Тем более, что вам должны помочь маги. А потом, так и быть, подумаю над вашим лечением. — Я сделала вид, что собираюсь уходить. Открыла дверь, но остановилась на пороге. — И да, хочу предупредить, выздоровление не бывает моментальным. Улучшения несомненно наступят, если вы возьметесь за ум. Но! — я подняла вверх палочку. — Если еще хоть кого-нибудь из вас увижу пьяным или сидящим без дела, превращу в крысу.

Глава 11. Где я оттачиваю дар убеждения

Когда из коридора раздался возмущенный голос профессора Миддлера, мы с виновниками погрома дружно шарахнулись в разные стороны.

Мужики попытались испариться из помещения, бестолково путаясь друг у друга под ногами. Я выставила перед собой волшебную палочку, от души надеясь испарить свиномышек.

В голове звучало паническое: «Если их увидит этот, чтоб ему, специалист по фамильярам, то заподозрит, что популяция свинообразных в отдельно взятом замке растет неспроста. А, значит, мне каюк! Кранты! Капец!»

От испуга мою магию, как назло, заклинило. И палочка осталась безучастна к словам заклинаний, и к моим пожеланиям. От обиды на собственную никчемность я махнула рукой и... Хрупкий артефакт врезался в стену. Хрясь! Самый кончик кленовой ветки не выдержал столкновения, отлетел в сторону, родив целый поток зеленых искр.

– Кыш-кыш!

Я взмахом руки направила магию на бывших мышей. Взмахнула покалеченной палочкой еще раз и сдавленно ойкнула. Порыв ветра просто сдул хрюкающий компромат, протащив по полу и закатив в норку, как бильярдные шары в лузу.

Любителей пойла тетки-гусятницы протащило по кладовке и кучей сложило на пороге, наглухо блокировав выход.

Я спрятала палочку в складках юбки и максимально приветливо улыбнулась, когда из дыры раздался подозрительный голос главного мага:

– Третья бригада, вот вы где! Их там ищут-ищут, а они здесь пьянствуют с баб...

– Добрый день, профессор, – лучезарно улыбнулась я, усилием воли прогнав с лица всякие признаки умственной деятельности.

– Госпожа... помощница? – запнулся он, высматривая за моей спиной компромат. – А что вы здесь делаете с этими бездельниками?

– Вдохновляю их на ремонт кабинета генерал-губернатора, – похлопала я ресницами. – Правда же, джентльмены?

От брошенного мной через плечо многобещающего взгляда «джентльмены» усиленно закивали и поспешили наружу.

– Уже ползем... бежим!

– Мне просто не терпится приступить к работе! – заверил коренастый и на карачках выполз по телам своих приятелей за дверь.

– Ты мне на ухо наступил, сссу... - взвыл любитель редиски, наткнулся на мой взгляд и осекся. - ...ссссударь!

Остальные расползлись молча. Только что были здесь, и вдруг раз - испарились, промычав на прощание нечто нечленораздельное.

– Вот что правильная мотивация делает! – хихикнула я и шагнула навстречу Миддлеру. – А ваша работа как? Продвигается? Не препятствует ли кто? А то могу подсобить и вам.

– Нет, – невпопад выдал он. – Да! - понял, что понятнее не стало. - Первый этаж расчищен, госпожа София, укрепляем перекрытия в правом крыле.

– Очень хорошо, – искренне обрадовалась я. - Очень хорошо, что вы заглянули, профессор. Нам нужно обсудить один вопрос. Скажите, а кто у нас отвечает за снабжение? За мебель, ткани, всё такое? Кабинет мало отремонтировать, его необходимо обставить к возвращению нового хозяина.

– За снабжение? - Маг был так увлечен разглядыванием феерического погрома в отдельно взятой кладовой, что не сразу уловил суть вопроса. - Э-э-э, это управляющий хозяйственной частью, господин Филберт. Его шатер установлен слева от главного входа. Ярко зеленый. Он там один такой. Не ошибетесь.

– Благодарю. Но вынуждена вас покинуть. Дела, знаете ли, не терпят, – я протиснулась через пролом, но в последний момент остановилась, стряхнув заклинанием с плеча мага известковую крошку: – Кстати, у меня для вас особое поручение.

– Поручение? Для меня? – опешил от моей наглости Миддлер.

Лицо у него сделалось таким, словно он хотел взмолиться: «Может, не надо?»

Но не рискнул.

– Для вас, - подтвердила я. - Вы же здесь самый умный, профессор, самый опытный, самый... - Тут моя фантазия забуксовала. Пришлось перестраиваться на ходу: - И вообще, ваша магия не чета моим скромным возможностям.

– К чему вы это клоните? – осторожно отступил мэтр. Взгляд его заметался в поисках выхода.

Я прихватила его за мантию и нахально притянула обратно.

– Да пустяки, на самом деле. Для вас это - сущая мелочь. Надо срочно наладить в замке магический водопровод.

– Кому? Мне?

Маг незаметно принялся вытягивать ткань мантии из моих пальцев. Я прихватила посильнее.

– Ну не мне же, – скорбно взглянув на свои руки, вздохнула я. Добавила главный аргумент: – Генерал Флорент будет вам очень благодарен. Очень! Сами знаете, какого полета он птица. А благодарность такой птицы, то есть генерала - это ого-го! Короче, она на дороге не валяется. Так сделаете? Или мне поискать другого мага?

Лицо профессора неуловимо переменилось.

– Другого такого вдали от столицы вряд ли найдете, – гордо вскинув подбородок, подбоченился он. – Но для отладки системы водопровода, кроме магии, необходимо весьма дорогостоящее оборудование: трубы, мощные артефакты для непрерывной подачи и забора воды, раковины, ванны и эм... другие принадлежности.

– Подождите! Стоп! Я лично видела и трубы, и все остальные принадлежности! Они есть и в моих покоях, и в других комнатах. Только воды в них нет!

– Вы же бытовой маг, госпожа Ковалевская. Набрать и согреть воды – это сущий пустяк. Ну хотите, подарю вам водный артефакт? Есть у меня запасной.

– Мне не для себя, – упрямо наступала я. – А в целом. Что за дворец без удобств? Вернется генерал-губернатор, и где ему прикажете купаться? В болоте? Жаль, но мне придется рассказать ему, что вы отказались... Жаль...

– Ну хорошо, – сдался Миддлер. – Я посмотрю, что можно предпринять. Но учтите, подобных моему артефакту понадобится штук десять. И повыше классом. Мой простенький бытовой для личного пользования, а здесь масштабы, простите, немаленькие.

– Значит, возьметесь? – широко улыбнулась я. И для убедительности похлопала ресничками. - Я обязательно расскажу генералу о ваших заслугах, профессор!

– Не спешите праздновать триумф, госпожа Ковалевская. Артефакты находятся в ведении все того же господина Филберта. Вам лично придется просить у него все необходимые материалы. А это задача не из легких.

– С вашим Филбертом я как-нибудь справлюсь! – не менее горделиво выполвила я. – У меня большой опыт в мотивации подчиненных генерала Флорента.

Миддлер отступил на шаг, окинул меня внимательным взглядом, хмыкнул и сказал:

– Не сомневаюсь. Вы вообще далеко пойдете с такими способностями к убеждению.

Я хлопнула напоследок ресничками и поспешила откланяться.

– Прошу извинить, профессор, мне просто жизненно необходимо найти господина Филберта.

Глава 11. Часть 2

До снабженца я добралась без приключений, отчего слегка взбодрилась и решила, что все пройдет гладко. Как же! Неприятности настигли меня почти у цели - в зеленом шатре, заставленном сверху донизу ящиками и тюками.

Среди этого изобилия, как хомяк в своей норе, восседал необъятной «красоты» совсем еще нестарый мужчина. Уже на подходе я услышала, как Филберт кого-то отчитывает бесцветным, занудным голосом:

– Да сколько можно повторять? Нет больше краски. Кончилась. Вся. И хватит уже сюда ходить!

– Как же нет? Разве в тех бочках не краска?

– Не вашего ума дело, милейший, что в тех бочках. Мне за них отчитываться еще перед самим... – По возникшей вслед за словами паузе, я так и представила, как обладатель бесцветного голоса указывает пальцем вверх. - Сказано – не дам! Учитесь экономить. Видел я, как вы стены красите. Так и норовите на два слоя покрыть. Нет бы в один и размазывать получше. Так наоборот, льете, бестии, без меры.

– Да ведь как экономить? – Второй голос попытался достучаться до первого. – Это же генерал-губернатора дворец! Шутка ли, самого племянника короля! А ну как его дядюшка, Вильгельм третий, в гости нагрянет? А у нас стены окрашены с проплешинами.

– Вздор! С чего бы королю тащиться в этакую даль? А вы, остолопы, не умрете и от проплешин. Идите, милейший, идите. И не морочьте мне голову!

– А ну стоять! – завернула я юркого поникшего мужичонку, который, тихо ругаясь под нос, выбрался наружу. – Топай обратно.

– Госпожа помощница, – мужичок обрадовался мне, как родной. – Какое счастье! Хоть вы его вразумите. Не дает работать, аспид.

О! Меня уже узнают, это радует. Я вынула из складок платья плюющуюся искрами палочку. Молча указала ею на вход.

Мужик воссиял и скользнул внутрь, я шагнула следом. Начала прямо с порога, не давая хозяину сокровищ раскрыть рта:

– Что еще за новости насчет нехватки материалов, господин Филберт? – я грозно сдвинула брови, обводя рукой царство краски, труб и прочих нужных вещей.

Могла бы и не стараться. Господин Филберт не обратил на меня ровным счетом никакого внимания. Он восседал за массивной конторкой и, звонко гремя костяшками, что-то вычислял на счетах. Пальцы его, толстые как сардельки, неожиданно шустро сновали туда-сюда.

Итоги вычислений шельмец записывал в толстенную книгу, аккуратно разграфленную на столбцы и строки.

– Сказано – нету! – не поднимая головы, раздраженно рявкнул он. – Ничего нету. А что есть, то не для вас!

– Господин Филберт, – я направила палочку прямо на счеты и пульнула в самую сердцевину очередью зеленых искр, - как вас понимать? Вы что, хотите сорвать сроки ремонта дворца?

– Что это? Вы кто? – вытаращился на меня толстяк.

– Это я кто? Сейчас узнаете, – я обвела палочкой в воздухе большой круг, прикидывая, в кого его лучше превратить – в свинку или в бородавчатую жабу?

– Но-но, дамочка! – он попытался прикрыться книгой. – За нанесение магических повреждений лицу при исполнении...

– ...ничего не будет, – продолжила я. – Родерик меня только похвалит. Или премию выпишет.

Палочка подтвердила мои слова, выплюнула целый фонтан искр. В куполе шатра образовалась внушительная дыра с обугленными краями. Ой!

Я сделала вид, что так и задумано, опустила свой главный аргумент ниже, направила в книгу.

– Да вам... Да вам... Буль... – в груди снабженца возмущенно заклокотало. – Вы еще пожалеете!

– Уже жалею, – согласилась я, – что не пришла сюда раньше.

Я дернула рукой и новый залп пришелся в самый центр переплета.

Ух ты! Вот это мощь. Надо было сразу отломать кончик. Интересно, почему об этом не рассказывают на уроках?

– Что вы творите? Я буду жаловаться!

– Кому? – я огляделась выискивая новую мишень.

– Самому Генерал-губернатору!

– Кому? – я прицелилась получше и подстрелила счеты. Да! Во все стороны брызнули костяшки. – Как только закончат ремонт кабинета, приносите жалобу мне. В письменном виде. Я, так и быть, ее приму.

Видимо, выглядела я достаточно решительно, потому что Филберт неожиданно ловко нырнул под конторку и пополз к дальней стене шатра между рядами ящиков. Над строительными сокровищами, поплыл внушительный зад снабженца, обтянутый темно-серыми панталонами.

– За причинение ущерба должностному лицу при исполнении, – продолжал вещать он между делом, – положено...

– Вы повторяетесь, сударь. Но, так и быть, лицо ваше трогать пока не будем, – согласилась я, посылая вслед ему колючую искру. – Сперва одарю, ээээ, ваш филей свиным хвостиком.

Бах! Новая порция искр впилась наглецу пониже спины, придав ускорение. Прежде чем Филбертов зад исчез за укрытием, я успела заметить милую розовую закорючку.

– Фрю-ю-ю-ю! – взвыл хвостоносец. - То есть, ай! Что вы себе позволяете! Я буду жаловаться!

– Нет, это я буду жаловаться Родерику Флоренту! – раззадорилась я, пускаясь в погоню. Пытаясь выцепить между тюками неожиданно проворную тушку. – На скупердяя, который на ремонт дворца выдает средств меньше, чем кладет себе в карман.

– Это ложь!

– Ничего не знаю. Можете написать две жалобы.

Бах! Эх, жаль что мимо. Между нами обрушился целый стеллаж каких-то железяк. Я попыталась угадать, не попала ли под обвал моя мишень. Поинтересовалась осторожно:

– Эй, вы там живы?

– Помогите, убивают! – Филберт заверещал как заправский поросенок с той стороны обвала.

Хотя, клянусь, до пятачка дело так и не дошло.

Зато жив.

- Кричите громче, – подсказала я, - пусть сюда подтянутся и строители, и маги. Думаю, у каждого найдется повод мне помочь.

– Что вам надо? – плаксивым голосом спросил снабженец.

Я обогнула завал и наконец-то увидела цель.

Филберт оказался в тупике и понял, что кара вот-вот настигнет его.

Я пристукнула палочкой по ладони. У толстяка дернулся правый глаз, с ним дуэтом качнулся розовый хвостик.

Красота! На моем лице появилась хищная улыбка.

– Что я хочу? Лучшую мебель для кабинета и приемной генерал-губернатора! – выпалила я. – Ковер, портьеры и портрет короля.

Глава 11. Часть 3

– Помилуйте, откуда в нашей глуши... – начал он, было, но осекся, видя, как я поднимаю палочку. Моментально перестроился, закивал льстиво: – В нашей глуши можно отыскать настоящие шедевры. Здесь есть такие мастера!

Я, подкрепляя свои слова, выпустила новый заряд в полоток. Рядом с первой дырой появился десяток поменьше.

Господин Филберт страдальчески поморщился.

– Ну хорошо, для генерала найду все, что нужно, а для приемной можно и починить что-то из уцелевшей мебели.

– Не пойдет, - покачала я пальцем, – мебель должна быть в одном стиле. Еще предложения?

– Тогда лучше все это выбрать из того, что сохранилось во дворце, – не сдавался мерзкий тип.

– Нет, пятачок для вас – слишком роскошно, – задумчиво покачала я головой. – А вот рога будут в самый раз. Пораскидистей.

– Стойте-стойте! Я вспомнил! Сегодня к вечеру должны привезти гарнитур работы мэтра Жако, – торопливо выпалил он. – Красное дерево. Выполнен по спецзаказу! Возьмете?

Я сделала вид, что раздумываю.

– Уговорили, беру, – смилостивилась я.

Помнится, в прошлом году маменька сильно сокрушалась, когда графиня Весленская увела у нее из-под носа чудный будуарный столик работы Жако.

– Тогда уберите это, – дрожащим толстым пальцем указал чиновник на мою палочку.

– Не стоит спешить. Это не все мои пожелания, – многообещающе улыбнулась я. – Мне срочно нужны десять артефактов для подачи воды на все этажи дворца.

– Что-о?! – дал петуха господин Филберт. – Помилуйте, да откуда же им взяться? Возможно, но не точно, среди магических безделушек найдется что-то подобное. Но десять!

– А профессор Миддлер сказал, что они у вас есть. Надо только хорошенько покопаться. Или вы хотите сказать, что уважаемый мэтр, целый профессор магии, лжет?

– Врет! - поспешно согласился снабженец. - Нет у меня столько артефактов.

Я прищурилась.

– А если найду?

Он неожиданно побледнел, схватился за сердце.

Я сделала шаг вперед и прошептала ласково:

– Хотите в комплект к рогам копыта?

Господин Филберт старательно покачал головой.

– Тогда поищите хорошенько. А если сами не найдете, так я сотворю поисковый маячок. И не обессудьте, когда он мне весь расклад по вашим запасам выдаст.

– Нет! Это... Это незаконно!

– Боитесь, что маячок укажет на ваши карманы?

– Я честно работаю! А это произвол! Я требую защиты! Я подам жалобу королю!

Мне надоело пререкаться на пустом месте. Похоже, этот тип неисправим. Придется наградить его рогами.

– Так его, госпожа Ковалевская, – неожиданно поддержали меня сзади.

Я оглянулась. В шатер заглядывало с десяток человек. И первым стоял профессор.

Воспользовавшись тем, что я отвлеклась, подлый тип шандарахнул чем-то, так что моя палочка улетела в угол.

Негодяй! Если он сломал мой артефакт! А я сама его делала! Я на дерево лазила! Чуть генерала не задавила! Гад!

– Ставлю на Филберта, – негромко прокомментировали от входа в шатер.

– Не, она верткая. Такую ничего не возьмет, - возразили любителю ставок.

– Хватайте ее, остолопы, чего уставились! – заорал снабженец, пытаясь подняться на ноги. – И помогите мне встать.

Я бросилась в угол, отшвыривая тюки, развалившиеся на моем пути.

Где же она?

Наконец, заметила рукоять палочки, воткнувшейся в один из тюков. Но Филберт снова ударил чем-то из своего угла. Со всех сторон посыпались тюки, норовя завалить меня с головой. Ах, так он еще и маг?

Ну все, пощады не жди! Я воздела руки, призывая свой дар. И... у меня внезапно получилось. Лавина тюков зависла в воздухе и опала на пол по обе стороны. А в моих ладонях сам собой появился разящий шар.

Ну, держись, гаденыш. Теперь ты у меня попляшешь.

Я подняла руку над головой...

Но в этот момент с улицы послышался хорошо поставленный мужской голос:

– Его величество король, Вильгельм третий, намеревается прибыть с визитом завтра к десяти часам до полудня! Генерал-губернатору Родерику Флоренту надлежит ожидать высочайшего визита, не отлучаясь из дворца. Обеспечить безопасность и достойную встречу его величества. Тако же предъявить доказательства исполнения регламента.

В шатре наступила звенящая тишина, которую прорезал отчаянный вопль, выразивший общее мнение:

– К нам завтра едет король! А у нас дворец не готов! Все пропало! – завизжал не хуже порося Филберт.