Лучший детектив агентства Збарро

Глава 1

Примечание автора!

Эта книга не планировалась, как отдельное произведение. Это заметки о героине Беренике и калигриях, заметки, которые росли, росли и разрослись до размеров книги. Пока пишется продолжение Привратника, постепенно буду выкладывать эти заметки, редактируя их. Выкладка будет не частой.

В этой книге история, уже известная из 5 книги, рассказанная от лица Береники, до момента в строящейся башне Региона. Книга будет в бесплатном доступе, т. к. она в серии только косвенно.

Пролог

Мама у Береники была юная, папа тоже был юн, сердитые бабушки и дедушки пытались научить их быть взрослыми, даже подсовывали иногда собственного ребенка, злодеи! В один из таких воспитательных моментов мама оставила Беренику на ночь на постели, на даче (предварительно обложив подушками, конечно, чтобы Береника не упала), а сама ушла в клуб.

Беренике было всего три месяца и к счастью она не помнила этого, как и много другого, но помнила, как однажды на той же даче повалилась в заброшенный колодец. Ей было тогда пять лет.

Она долго кричала, но никто не пришёл и девочка уснула. Проснулась, снова звала на помощь, безуспешно. Темнело. Она села в углу и заплакала. Между тем тьма густела, зрела, заползала неспешно, неотвратимо, наконец заполнила всё, даже её горло. Всю ночь Береника не могла плакать, только тряслась и шептала тихо: помогите! Но помочь было некому.

На другой день пошел ливень, к счастью земля стала мягкой и она догадалась выкопать веточкой ступеньки и вылезла наконец из этой проклятой ямы.

Домой она добралась едва живая. Окна дачи светились, из под навеса орала музыка — там жарили шашлыки.

Она толкнула калитку и вошла на участок.

— Ты вся в грязи, — сказала мама. — Ай-яй, нельзя бегать в дождь! Иди наверх и ложись спать.

Вскоре её мама с папой развелись и через некоторое время каждый начал строить новую семью (не как когда они были вместе — мама, папа, Береника и всё наперекосяк, а все по-настоящему, как у взрослых), и в этих, новых семьях Беренике не нашлось места.

Её взяла к себе бабушка и Береника была только рада, с бабушкой ей всегда было спокойно. Бабушка была взрослой.

Но с тех пор, со времени детства, в голове у неё засела одна мысль: всё, что потеряно, не исчезает бесследно. И в каком-то дерьмовом подвале плачет, обхватив колени, девочка, или мальчик, которого никто не ищет.

Глава 1.

Заказчик.

Господи, как же холодно! Холодно, холодно! Велена облачена в тонкое, роскошное платье и от ветра по коже пробегают мурашки. Только что, в Смородина-зале она несла себя навстречу софитам, раскрываясь как цветок, а теперь гнется, как трава в бурю! Как же так вышло?

Год назад Велена стала финалисткой Достояния Столицы — 23 и теперь её всё время звали на всякие встречи и мероприятия. Её личный агент, подаренный на год, говорил: красота скоротечна, слава уходит. Найди себе покровителя, пока о тебе не забыли, торопись!

Она старалась, ещё как старалась, возвращаться на завод вовсе было неохота, но всё как-то не складывалось. И вот её агент сказал:

— Сегодня твой день, радуйся. И не упусти шанс! Он очень заинтересован в тебе, несколько раз спрашивал. Что? Ты хочешь знать о ком речь? Бабров Братен, девочка, да, он дважды спрашивал о тебе. Это настоящая удача! Я тебе даже завидую.

У неё сладко обмерло сердце: Бабров Братен, двадцать четыре года, прекрасен, как бог, наследник империи Бабровых, торговля мясом и мясными изделиями, их магазины всюду. Говорят, денег у него море!

На мероприятии, а это был банкет по поводу какой-то годовщины их с отцом компании, Братен позвал её к себе за стол. Они проговорили весь вечер, до самого конца. Он был так любезен с ней и смотрел только на неё карими, с искоркой глазами.

Уходя, она споткнулась и ударила руку, а Братен подхватил её и дул на ладонь, гладил, поцеловал. А потом усадил в машину, сам открыв дверцу. Шепнул:

— Я ещё увижу тебя, Велена? Что скажешь?

Она проговорила:

— Да, Братен. Мне бы очень этого хотелось.

Дверца захлопнулась и машина поехала. Это было так многообещающе!

Всё было прекрасно, абсолютно всё. Мысли о его глазах грели и предавшись им, она представляла, как завтра Братен позвонит. Он позвонит, обязательно и...

— Госпожа Велена! Мы прибыли.

Ей сладкие грезы разбились о голос водителя. Машина остановилась, дверца открылась и руки водителя помогли выйти на мостовую, под ледяные порывы ветра.

— Где мы? — успела удивиться она прежде, чем водитель захлопнул за ней дверцу.

— Вы на месте, госпожа. Господин Бабров приказал доставить вас именно сюда.

— Ах вот что! — лукаво улыбнулась она и улыбалась, когда машина отчалила и скрылась, а Велена осталась одна в какой-то подворотне, продуваемой всеми ветрами и заваленной кучами мусора.

Сперва она пыталась принять томную позу, в ожидании оклика. Однако холод постепенно охватывал её, кожа покрылась мурашками и Велена начала морщиться и оглядываться по сторонам.

Никто её не ждал и она вышла из подворотни на улицу, где пустые окна покинутого дома смотрели на неё выбитыми стеклами. Шорохи из мусорных куч не оставляли надежды, на то, что кто-то, кроме крыс, мог быть там.

Ни один фонарь не горел и только свет Луны мертвенно освещал покинутые дома. Постепенно страх охватил её и Велена пискнула:

— Есть кто?

В ответ ветер тряхнул железные ограждения на балконах, будто хотел вырвать их в корнем. За грохотом металла ей послышались короткие смешки, будто кто-то прятался в брошенных домах, скрывая смех.

— Кто тут?! — проговорила она и пошла прочь, прикрывая лицо руками. Всё это только ошибка. Идиот водитель высадил ей не там! Она уговорит Братена уволить его за это!

Сделав несколько шагов, она огляделась. Всё-таки странно, что вокруг не светится ни одно окно. Где это она? Не сразу, но догадалась: это Ремат, расселённый район, который скоро снесут по реновации, пригород за Исетью, пристанище банд. Теперь ей по-настоящему стало страшно.

— Братен... где ты?! — проговорила она, не зная ещё, что время отсчитывает её последние секунды и силуэт убийцы уже пристроился за нею, прячась в тени развалин.

Тонкие подошвы бальных туфель не защищали ноги от колких камней и трещин. Ветер бил со всех сторон разом, развевая волосы, застя глаза. Она едва разглядела лицо своего убийцы, когда он предстал перед ней. Впрочем, увидь она его раньше, это ничего не изменило бы.

— Ника? Тебе надо поговорить с клиентом.

— Я же простила — не называй меня так. Я Береника. Чего он хочет?

— Быть счастливым, как все мы! Ну что ты, к тебе же всегда направляют тех, кто ищет потерявшихся! Иди, он ждет внизу!

Береника спустилась в переговорную. В детективном агентстве «Збарро» с клиентами всегда встречались внизу, на первом. Там стояли кофе машины, мягкие диваны. В общем всё, чтобы несчастным людям было лучше.

В последнее время к ним, в Збарро, чаще всего приходили обманутые вкладчики, ещё старики пророй хотели переписать завещание в тайне от родни и просили совета.

Были вполне молодые клиенты, лет сорока пяти, те, кто искал доказательств измены. Все, кто помоложе давно ушли в «Речеце», к их конкурентам.

Ружен Бабков не походил ни на кого из их клиентов. Ему было всего двадцать пять. Парень был взволнован и испуган. Увидев Беренику, сперва возмутился, он-то думал, ему дадут мужчину, опытного следователя, а послали девушку!

— Вы не понимаете, госпожа Тайнова, простите, но вы не подходите на такое дело. Тут нужно припугнуть, или надавить. Чем вам пугать?! Светом ваших очей?! Пусть мне дадут настоящего детектива, или я пойду в Речеце.

— Прежде, чем пугать, надо найти чем. В этом лучше меня никого нет, поверьте, господин Бабков, — сказала она спокойно.

— Вы... уверены, что справитесь?

— За пять лет я разыскала двенадцать пропавших, такого результата нет ни у кого из следователей, даже в Речеце. Кроме того, я раскрыла все сто процентов дел, нашла всех, кто ко мне обращался. У меня есть кредо: ничто не может исчезнуть бесследно.

Ружен немного помолчал, потом ответил:

— Ладно. Слушайте, я всё расскажу.

Выяснились всякие детали. Его невеста, Велена попала дублершей на конкурс красоты для очень богатых людей. А её альфа вдруг заболела, скоропостижно и тяжело, и Велена стала альфой, попала на ТВ, а та, кого она заменяла, погибла.

Её семья не стала отзывать деньги, оплату за участие в конкурсе. В память о дочери Велене дали шанс. И она вдруг победила, и ездила на все приёмы и мероприятия, до последнего дня, когда был приём в Смородина-зале, в честь пятидесятилетия концерна Бабровых. И после него она вдруг исчезла.

Ружен отправился к организаторам мероприятия, где ему дали отчет. Ружен передал его Беренике. В отчёте было сказано, что Велена выполнила контрактные обязательства приглашенной конкурсантки, получила оплату и была отправлена домой, в полночь.

— Я бы поверил, но я просил у них видео с камер. Пусть дали бы видео, где она садится в машину после бала. Они ведь указала в контракте, смотрите госпожа Тайнова, тут написано: прибытие на мероприятие и убытие за счёт заказчика, на частной машине извозчика. Но они не дали записей, говорят, у них тогда был сбой. Якобы из-за большой нагрузки полетела линия, к которой подключены камеры. Но я им не верю.

Ознакомившись со всем, что у него было, Береника вздохнула:

— Господин Бабков... что тут сказать. Все факты говорят, что ваша невеста, Велена, была бережно доставлена к дому принимающей стороной. Я буду искать её, но давайте сосредоточимся на том, куда она могла отправиться после прибытия? Может быть к подругам, или в тратторию? Где она любила бывать?

— Нет, — отрезал он. — Она никуда не отправилась, она не вернулась от Бабровых. Я знаю точно.

— Откуда? — мягко спросила она и Ружен отвернулся:

— Я её ждал. Всю ночь, но она не вернулась.

— Может быть она сразу поехала в кафе, или ещё куда-то?

— Она не собиралась... к тому же точно этого не узнать, я спрашивал у них контакты водителя такси, но они говорят, что заказывали машины у агрегатора, очень много машин, больше ста — для официантов, кухни и некоторых гостей, и нет сведений, кто кого увозил.

Береника кивнула:

— Ясно. Что ж, давайте все же...

— Нет. Ищите у Бабровых! Это они виноваты! — рявкнул он так, что Береника приподняла брови.

Повышенный тон её вовсе не испугал, она и не такое видела в этой вот комнате, но он указал на мысли клиента. Береника решила убедиться:

— Подавать в суд в таких условиях не разумно. Любой адвокат...

— Мне не нужен суд! — перебил он. — Я всё понимаю. Никто не отдаст мне Братена. Проще сразу пойти на них с оружием, чем добиваться через суды справедливости, но я всего лишь хочу, чтобы вы испугали их. Испугали так, чтобы они сказали правду. Один раз! Где моя Велена?!

Береника откинулась на спинку стула:

— Господин Бабков, теперь будьте очень внимательны к словам, отбросьте предвзятость. Почему вы обвиняете Братена? Как я понимаю, вашу Велену пригласил пиар отдел корпорации Бабровых? Её встречали и сопровождали пиар агенты. Почему вы убеждены, что между ними была какая-то связь? Это похоже на личную неприязнь к Братену.

Он замялся на некоторое время, потом нехотя произнёс:

— Из-за этого.

На стол перед ней легла записка, запаянная в целлофан. Едва Береника протянула руку, Ружен отдёрнул её назад:

— Нет. Я не дам вам взять её. Это моя единственная улика!

Береника не стала спорить, наклонилась, убрав руки за спину. Он вернул записку на стол.

«Бабров Братен. Какой же он красавец!».

— Что это?

— Это Велена оставила в комнате, когда собиралась на тот вечер, — сказал Ружен. Ему было неловко.

— Нашел это среди ее косметики, когда ждал в ту ночь. После я спросил о Братене её агента. Это было на другой день и ещё никто не знал, что Велена пропала. Я спросил: «Почему Братен хочет забрать мою невесту?» И агент велел мне отступиться. Он сказал: «Отойди с пути Велены, если желаешь ей добра. Дай ей вырваться наверх. Посмотри на себя и Братена. Разве ты можешь дать ей хоть что-то?!» А к вечеру он уже всё это отрицал, когда стало ясно, что Велена пропала.

Когда он ушёл, Береника зарегистрировала карточку по делу № 3-009-46/Бис и такую же папку завела в компьютере. Набрала в открытых базах: Велена Бажнова, чтобы что-то узнать о пропавшей.

Велене было всего семнадцать лет, молодая работница фабрики, которой улыбнулась судьба. Её вытащили — в один миг и на самый верх. Ничего интересного больше она не нашла, три строчки: родилась, училась, победила в конкурсе.

Затем Береника набрала имя Баброва. Тут информации вышло в разы больше, строки поисковика пестрели ссылками. Множество статей, фото. Братен был хорош, чрезвычайно, тут Велена права. Высокий, черноволосый, с почти чёрными глазами, так по крайней мере казалось по фото, он улыбался словно сознавая свою красоту.

Да, да, твердило его лицо, я красавец.

Почитав про корпорацию и таланты, которые позволили ему в юном возрасте возглавить подразделение в империи отца, она криво усмехнулась и набрала: Братен Бабров, скандалы.

Выскочило всего несколько строк: угон машины отца, который закончился в пруду их же усадьбы, в семнадцать лет, потом было несколько громких разрывов с девушками.

Её заинтересовало имя Вайнины, двадцатилетней актрисы, невероятно красивой девушки. Они встречались с Братеном несколько месяцев, а потом девушка вдруг пропала. Накануне она отправила письмо подруге, которая та опубликовала в сети.

Из-за содержания письма разразился настоящий скандал: в письме Вайнина жаловалась на Братена, писала, что он груб, жесток, заставляет её делать ужасные вещи. Что она боится его. Последняя строка звучала так:

«Если я когда-нибудь исчезну, в этом виновен Братен Бабров. Он не человек. Это монстр».

Братена тогда даже арестовали, он провёл в камере три дня, а потом всплыли другие дневники и записи Вайнины. Оказалось, она была одержима Братеном и преследовала его. Это подтвердила и её подруга, та самая, которая выложила письмо.

Теперь она заявила, что на самом деле это Вайнина преследовала Братена и злилась потому, что он хотел разрыва и даже предлагал отступного. Всплыли откуда-то переписки, где Братен просит её быть благоразумной, а она угрожает ему всем на свете.

Всё решило письмо, где Вайнина писала, что собирается покончить с собой и оставить записку, где обвинит Братена в своей смерти. «Тебе не быть счастливым, если будешь не со мной».

Да уж! Береника закрыла файл и вышла из системы. Что ж, пора поработать в «поле».

Внизу она зарегистрировала пропуск и выбралась на улицу, под морось весеннего дождя. Вывела из служебного гаража свою старенькую Тавриду и поехала в сторону Муромского вокзала, возле которого и жила Велена.

Квартал за Муромским вокзалом был застроен старыми домами начала века с внешними пожарными лестницами. Тут жила беднота, работники фабрики Мармеладный дом, на которой выпускали конфеты и пищевые красители.

Трубы перекрывали вид на гору Листвяную. Велена жила почти напротив фабрики, с старом доме с крутой лестницей. Дверь в её квартиру запиралась на единственный, дешёвый замок, вскрыть который заняло меньше минуты. Скрипнула дверь, Береника вошла внутрь и огляделась.

Квартира Велены была настоящей конурой в десять метров, какие строили в прежние времена для рабочих. Считалось, что человеку довольно и этого: целый день он будет работать, а сюда вернётся только на ночь, зачем ему большая квартира?

В десяти метрах Велениного дома помещалось всё сразу: и кухня, и ванная, и спальня, Разделяли на зоны помещение клеёнчатые занавески и полки.

Противоположная от окна стена была тщательно выровнена и покрашена в модный синий цвет, возле неё стоял изящный столик с дорогой косметикой и её профессиональными фото.

Над столиком свисало большое кольцо, обтянутое золотой тканью и расшитое блестками и цветами — видимо деталь для декора.

Остальные стены были серыми, пыльными, с отвалившимися обоями, вещи возле них были свалены вперемешку. Посредине штатив для камеры, обращенный на выкрашенную стену, видимо Велена общалась тут со знакомыми, стесняясь остального своего жилища.

Береника надела перчатки и подошла к комоду. На крышке стояли детские фото Велены, фото родителей, фото её с Руженом, единственное. Оно было задвинуто дальше остальных.

В комоде уже покопались, причем тот, кто искал не стремился скрыть следы обыска — вещи были перевёрнуты, тонкое бельё распотрошено, смято. Сразу видно — искал мужчина.

Она погрузила руки в самый низ, поискала пальцами, нашарила в уголках бороздки, подхватила и приподняла картонку, которая лежала на дне ровно по размеру ящика. Точно так же она в юности прятала свои сокровища.

Под картонкой обнаружился листок, вырезанный из газеты. Статья о самых богатых холостяках Федерации. Список фамилий и рядом написано от руки: «Баброва Велена, Ранкова Велена, Велена Вар» и ещё с десяток фамилий. Она примерила на себя почти всех богачей.

Мысль пришла в голову Беренике, когда она глянула на фото с Руженом. За пыльным стеклом запечатлены счастливые лица, Ружен целовал её в щеку, на пальце Велены светилось тонкое помолвочное колечко.

Береника взяла шкатулку с её украшениями. Их было немного, дешёвые, кричащие подделки, вульгарный пластик. Тонкий золотой ободок нашелся среди них, помолвочное колечко сиротливо закатилось в угол.

Береника подбросила его на руке и взглянула на фото:

— Уж не ты ли это сделал, Ружен?

Она представила, как это могло быть: Велена возвращается, жених ждёт её в комнате. Он недоволен, он ревнует. Велена говорит, что больше его не любит. Что она хочет иной жизни и возвращает ему кольцо. Ружен бьёт её сгоряча и убивает. Случайно. Или нет. Поняв, что наделал, он прячет тело и идёт в «Збарро», умирающее агентство, чтобы отвести от себя подозрения.

Хмыкнув, она отложила эту версию в голове, как вполне годную и села у компьютера Велены. На взлом планшета ушло опять меньше минуты: паролем была выбрана дата рождения.

«Не слишком ли примитивно, девочка?!»

Она углубилась в просмотр. Снова и снова мелькали списки миллионеров, мероприятий. Каталоги украшений, одежды и косметики с отметками того, что понравилось. Всё не слишком дорогое, видимо покровителя до сего дня у девушки не было.

Расписание занятий спортом. Разные диеты. Ты хоть чем-то ещё интересовалась, Велена?! Ты хотела кого-то привлечь? В чём же была твоя фишка?

Она разозлилась и не услышала, как в двери поворачивается ключ и только когда створка скрипнула, открываясь, развернулась и оказалась лицом к лицу молодой девушкой.

— Здравствуйте, — растерянно сказала та. — Вы кто?!

— Я Береника Тайнова, а вы? Вы знакомая Велены?

— Да, я подруга Велены, Оляна. Что вы тут делаете? Кто вам дал ключ?

Пришлось немного соврать:

— Ключ дал мне Ружен. Я ищу Велену. Кстати, не знаете, где она?

— Он вас нанял, значит? Вы детектив? — сказала Оляна с подозрением.

— Да, меня нанял её жених, Ружен, — тщательно следя за лицом Оляны ответила Береника. От неё не ускользнуло, что это имя вызвало совсем не положительную реакцию.

— Чего он хочет? Боже... ему надо успокоиться! Скоро приедет ее родители, они сами всё решат. Может быть Велена специально скрылась от него!

— А сильно он волновался из-за невесты в последнее время? — спросила Береника и сделала жест рукой:

— Садитесь.

— Да. Сильно. Велена изменилась после победы в конкурсе. Перед ней открылись новые возможности. И она сняла кольцо. Ружену это не нравилось.

— Он угрожал ей? Требовал верности?

Оляна поморщилась:

— Нет. Он... плакал. Однажды я вот так же пришла к ней, а он стоял на коленях и держал её за руки, плача как маленький. Это было очень... мучительно. Он знал, что Велена от него уже ушла и что как только она найдёт покровителя, этот уход завершиться. Но никак не мог её отпустить.

— Честно говоря, я была на его стороне, — со вздохом продолжила она. — Ружен — хороший парень и самая большая удача Велены за всю её жизнь. Она совершила ошибку, когда от Ружена отказалась.

Подумав ещё, добавила:

— Ружен очень жалел, что не помешал Велене стать дублершей на том конкурсе. Тогда это казалось только приятной подработкой, никто и подумать не мог, что Велене выпадет такой шанс...

— Ружен мог... причинить Велене вред? — осторожно спросила Береника и Оляна вскинула голову:

— Кто? Ружен?! Хах! Он муху не мог убить, ну что вы.

— А о Братене Баброве вам Велена что-то говорила?

Оляна вздрогнула и отвела взгляд.

— Так что?

— Ннн-нет, никогда.

— Не врите мне, Оляна! Речь о вашей подруге, возможно её ещё можно спасти.

— Я не вру! — воскликнула та. — Велена никогда о нём не говорила. Только когда речь заходила о списке... — она повернулась к комоду, а Береника показала ей вырезку, которую достала из под картонки:

— Речь о нём?

— Да. Да, о нём. Велена была одержима этим списком. С ней стало невозможно разговаривать, она мечтала о ком угодно оттуда и только об этом говорила в последний год. Хотела взлететь. И больше никогда не работать на фабрике. Но ей не везло. Она была симпатичной, доброй, но обыкновенной. Это не наша судьба — взлететь наверх, не такие мы с ней. Жаль, что она этого не понимала. Нужно было ей держаться Ружена...

— Значит, о Братене она никогда не говорила? О том, что познакомилась с ним, что они встречаются?

— Нет, нет! Иначе...

— Что? Что иначе, Оляна? Скажите мне!

— О господи... если узнают... я лишусь работы.

— Никто не узнает, — заверила её Береника. — Говорите откровенно, ваше имя останется в тайне, я никому вас не выдам. К тому же мы не подписываем бумаг и не делаем записей.

Оляна, облизнув губы, решилась:

— Так уж совпало... но у меня подруга долго работала в «Славных рёбрышках», официанткой.

— Это ресторан Бабровых, — отметила Гата.

— Нет, это их любимый ресторан. Там очень хорошо платят, но она всё равно ушла...

— Почему же ушла?

— Всё это только слухи. Но если б я знала, что Велена пойдет на встречу с Братеном, я бы отговорила её! Кто угодно только не он. Ходят слухи... будто Бабровы не просто так стали так богаты. Говорят, они заключили сделку с монстром, кровожадным злом. И они приносят ему жертвы. Человеческие.

Теперь Оляна посмотрела на неё:

— Вы не верите? Очень странные вещи я сказала. Я тоже не верила сначала, но потом пришла устраиваться к ним в ресторан. Из-за высокой оплаты. Знаете, в ресторане что-то происходит. Я ощутила это как только вошла. Я сбежала, хотя это странно, но мне не хотелось там оставаться. Говорят, тому богу нужны в жертву девушки. Они умирают и становятся его невестами. Всегда юные. Красивые, как Велена.

Прегод Павлов был старым знакомым Береники и служил в милиции, в следственном отделе. Иногда они помогали друг другу, она: когда ей нужен был доступ к базам, он: если нужно было незаметно проследить за кем-то, а опергруппу использовать было нельзя.

Он согласился пообедать с ней в Бересте, у Муромского вокзала. Береника пришла раньше, сделала заказ и уже пила витаминный морс, когда подъехал он.

— Кто платит за обед? — начал он не поздоровавшись.

— Конечно я, Прегод, я же пригласила тебя!

— Отлично, а то я купил новое седло и шлем для мотоцикла и ем хлеб и сушки третий день. Насколько много тебе надо, чтобы я мог выбрать, что заказать?

— Бери всё, что угодно, — кивнула она, — Не стесняйся!

— Ого... ладно. Тогда суп с фрикадельками, пюре и котлетку. Ну и еще чай с мятой и сливовый пирог. Теперь говори, что нужно.

— Как бы даже сказать... мне нужны сводки по всем, всем, всем пропажам и убийствам, связанным с сотрудницами фабрик, магазинов и ресторанов Бабровых.

— Бабровых — мясных королей? — уточнил он.

Береника кивнула.

Принесли суп, к нему полагалась мисочка риса с уксусом, вместо хлеба и ещё мисочка со свежей зеленью. Прегод накинулся на еду.

— Если ты вдруг решила... нет, я надеюсь, что ты ещё недостаточно стара, чтобы сойти с ума! Так вот, если решила преследовать Бабровых, это очень дурная идея! Отступись, мой добрый совет.

— Да?

— Да. Они из неприкасаемых. Разве ты не знала?

— Не знала, что у нас теперь Индия и её кастовая система!

— Не пытайся быть остроумной. У тебя не получается сарказм. Лучше послушай меня, я серьезно говорю! Не трогай их, иначе они тронут тебя и всех, кто с тобой. Потому, что у нас есть каста. И всегда были касты. Надо быть глупым, чтобы не понимать, как устроен мир. Им правят те, у кого есть деньги и власть, Бабровы и другие. Ты понимаешь, о ком я. Открой любую газету — найдешь их имена в светской хронике.

— Я понимаю, о ком ты, — сказала она. — Но это не важно. Я просто хочу проверить одну теорию.

Он покачал головой, вытер губы и принялся за пюре:

— Ты никогда не остановишься, да? Стоит тебе услышать слово «пропавший», как ты делаешь стойку. Это тебя погубит, Береника!

— Так ты поможешь?

— Почему нет? Значит, тебе нужны сведения о пропавших сотрудниках империи Бабровых? По всей федерации, или только здесь, в Екатеринбурге?

— В городе и окрестностях.

— Хорошо. Я сделаю это для тебя, если пообещаешь не натворить глупостей.

— Я обещаю.

— А твоя одержимость пропавшими позволит тебе остановиться во-время?

— Думаю да. Вот ещё, возьми, — она протянула ему купюру. — Брось, Прегод, это не взятка. Это в долг. Ты же не можешь ходить голодным! Когда принесешь файлы, Збарро заплатит тебе, а пока вот.

Простившись, она направилась в Старый квартал — район на западе города, где теснились промбазы, склады и гаражи. На стыке города и промзон располагался многоуровневый гараж, часть его принадлежала Бабровым. Там ставили часть служебных машин, в том числе роскошные КРО владельцев компании.

Береника купила талон на ночную стоянку и погнала свою Таврию по пандусу вверх. Оставив на втором уровне машину, она не стала пользоваться лифтом, или лестницей, наоборот спустилась на минус первый уровень и оказалась на огромной парковке, освещенной неоновыми лампами.

Стоянка лимузинов начиналась слева от въезда. Вдоль стены стояли длиннинькие крокодильчики, самых разных моделей. Она медленно шла вдоль ряда, проверяя дичайшую идею: что, если Велену сбили, просто сбили на стоянке после мероприятия?

Тогда все много выпили, может Братену и правда понравилась девушка, он сел за руль, свернул слишком резко, подъезжая к ней?

Не всегда всё бывает так сложно, не всегда в деле замешан злодей. Однажды они искала пропавшего три месяца, попутно раскрыла сеть подпольных торговцев органами, а оказалось, что пропавшего сбили на дороге, когда он возвращался домой, испугались, увезли и закопали в лесу.

Одна из машин была невероятно хороша, будто спящий зверь, с обтекаемыми формами, в матовой краске. Она застыла, разглядывая его, потом подошла ближе, пытаясь заглянуть сквозь тонированные стекла. Голос прямо за спиной произнёс:

— Вы любите машины, госпожа?

Она резко развернулась и нос к носу оказалась с высоким мужчиной. Он усмотрел на неё насмешливо, тонкое, породистое лицо, самовлюбленный тип, такое она сразу считывала. Самодовольный и... опасный. Это она поняла тоже. Узкие губы под тонким, острым носом сложились в оскорбительную усмешку.

— День добрый, — произнесла Береника, недоумевая, как он сумел подкрасться совершенно бесшумно, ведь она всё время оглядывалась.

Этот мужчина всё меньше нравился ей, глаза в полумраке гаража казались темнее ночи. Он напоминал ей кота на охоте за мышью.

— Это ваша машина? — сказала она, стараясь не выглядеть испуганной.

— Я вожу её, — он указал ей за спину, намеренно выбросив руку так, что она едва не коснулась её щеки. Береника заставила себя оставаться на месте.

— Очень хорошо. Дело в том, что я ищу... что-то роскошное, для праздника. Может быть вы сдаете в аренду машину?

Он склонил голову на бок и насмешливо улыбнулся:

— Вы хотите, чтоб я покатал вас? Это можно устроить! Может быть прямо сейчас?

— Меня не нужно катать. Мне нужна машина для праздника.

Он сделал ещё один шаг, хотя они итак стояли довольно близко:

— О, — тут его лицо стало серьёзным, — Боюсь, так мы не договоримся.

Его дыхание пахло свежей мятой. Она ясно ощущала этот запах, стоя так близко. А ещё он пугал её до чёртиков.

— Садись в машину, девочка. Посмотришь изнутри. Может быть тебе понравится кататься со мной вдвоём.

— Пожалуй, нет, — пересохшими губами произнесла она.

— Уверена?

Она не попятилась, наоборот чуть-чуть шагнула вперед:

— Пропустите меня.

— Какая серьёзная! Наверное работаешь секретаршей! — он рассмеялся, но всё же отступил в сторону. Береника прошла мимо, твёрдым шагом, рука, сжимающая шокер в кармане, медленно разжалась.

Только оказавшись на улице, она выдохнула.

Перейдя улицу, Береника обернулась. Из окна первого яруса на неё смотрел тот мужчина. Когда она обернулась, он поднял руку и сделал жест, говорящий «я слежу за тобой».

Машина осталась на стоянке, Береника решила что не хочет забирать её на глазах у этого типа. Расположившись в кафе она открыла базы.

Зазвонил телефон:

— Привет, Прегод! — она обрадовалась знакомому голосу, как никогда. — Рада тебя слышать! Ты купил себе обед?

— Ха, ха! — передразнил он её. — Я нашёл то, о чем ты просила. И хочу сказать, пожалуйста! Пожалуйста, когда с вами расплатятся, подари мне лишь один процент твоей доли!

— Неужели, — проговорила она. — Настолько?!

— О, да, детка. Даже слишком. Я привезу бумаги тебе завтра днём, на работу. Хочу передать в руки и указать на кое-какие пункты. Ты ведь придёшь на работу?

— Я приду в шесть утра, если ты так захочешь! — усмехнулась она.

— Увидимся. Готовь конверт для моей доли, — заключил он и бросил трубку.

Наутро её вызвал к себе сам Самайл Росов, хозяин агентства и его создатель. Это был легендарный человек и сыщик, когда-то он вывел «Збарро» на самый верх, работал в поле более двадцати лет, руководил им, и очень удачно.

До сих пор его имя было лучшей приманкой для клиентов, ведь что скрывать, каждый знал, что герой популярного фильма «Сыщик» это прообраз Самайла Росова.

К сожалению когда пришла эра рекламы и компьютеризации, он совершил ошибку — недооценил волну, в первый и последний раз в жизни и не принял во-время мер. Оттого «Збарро» едва дышало, когда «Речеца» уверенно вырывалась вперед и вся молодежь шла к ним, увы, с этим потоком уходили и лучшие сыщики.

Береника присела в приёмной на краешек и кивнула секретарше, мол вот она, пришла. Та кивнула в ответ и помахала рукой, входи, тебя ждут.

Самайл сидел в кресле, сделанном на заказ, за столом, гигантского размера, тоже сделанным на заказ. Он кивнул ей и как только Береника села спросил:

— Что происходит?

Она подняла брови:

— Происходит? Где?

— Утром мне позвонили юристы Бабровых из М.К.И. Они угрожали мне иском. Вернее исками. Говорят, наши детективы явились шпионить на их частную территорию. Испугали их сотрудника. Говорят, это промышленный шпионаж.

— Это полная чушь, — проговорила она, про себя в целом поразившись, как быстро пришёл ответ.

— Согласен — промышленный шпионаж, это чушь, если только они не производят свою колбасу в гараже, но не будешь ли ты так добра рассказать мне вкратце, что происходит?

Береника кивнула:

— Конечно, шеф. Вчера к нам обратился молодой человек. Его невеста исчезла. Она отправилась на бал устроенный корпорацией Баяновых, по приглашению их пиар отдела, после чего исчезла. Бабровы утверждают, что девушку доставили до двери, но записей с камер нет — был сбой. Так же есть записка, где рукой пропавшей выведено имя Братена Баброва, а так же, написано, что он красавец.

Она вздохнула и продолжила:

— Ещё есть список богачей, где она примеряет на себя фамилию Баброва. Так же вечером девушка много времени провела с Братеном и он провожал её к машине, я видела видео с камер. Есть тайный свидетель, который утверждает, что у Бабровых не все чисто, но эту информацию я еще не проверила. Но скоро мне найдут сводки по пропавшим у них.

— Вчера, «совершая профессиональный шпионаж» я встретила в гараже весьма странного типа, который пытался меня запугать. Позже я выяснила, что в базах корпорации он значится как управляющий гаражом, но в базах федерации под таким именем зарегистрирован совсем другой человек.

Самайл сложил на животе руки:

— Так-так...

— Я тоже самое вчера сказала, шеф!

— Постой. А когда у тебя будут сводки по пропавшим работницам?

Она пожала плечами:

— Мне обещали доставить их прямо с утра.

— Прекрасно. Ну что ж, мы тут все пуганные-перепуганные и юристов не боимся. Дело это не простое, даже если в бумагах, которые тебе вручат будет фото, где Братен и его отец кушают детей. Ты знаешь, кто они и каково их влияние. Однако, если действовать умно, кое-чего мы можем добиться.

— Для агентства? — уточнила она.

— Если бумаги и правда компрометирующие, мы припугнем их. При всем своем могуществе, скандал никому не нужен. Они пойдут на сделку.

— Выгодную?

— Не нужно загадывать, — пожал он плечами. — Посмотрим, что тебе скажут. Пока иди к себе, об этом деле молчок.

Она кивнула:

— Я поняла.

— Иди. Ты молодец, — ответил он, глядя в монитор. — Я скажу Завесте, чтобы сразу пропустила тебя.

Устроившись перед монитором, Береника начала искать скандалы связанные хоть как-то с их корпорацией и увлекшись не заметила, как пролетело время.

Елина из соседней клетушки окликнула её:

— Береника! Обедать пойдешь?

Только тут она поняла, что время подошло к полудню. Где же Прегод? Она набрала его номер, никакого ответа, только длинные гудки. Тогда Береника вытянула затекшие ноги и спустилась в кухню сотрудников, чтобы налить себе чаю.

У стола собралось не менее десяти человек, шел разговор о предстоящем празднике, кто-то собирался пойти в этот день на пикник и смотреть на салют. Ему отвечали, что в прошлом году народу было столько, что расстелить покрывало у реки в городском парке было невозможно.

Береника включила чайник и встала поодаль. Она была одиночкой и не очень умела участвовать в таких разговорах. Кроме того в праздник она собиралась навестить могилу бабушки и рассказывать об этом ей не хотелось.

— Только что в центре города у строящейся гостиницы Смородинове небо произошла трагедия. Сорвавшись с огромной высоты стекло буквально разрезало проходящего мимо гражданина. Осколками посекло прохожих. Судя по форменной одежде, он служил в милиции... — ведущая замолчала. — Да, только что сообщили, личность погибшего установлена. Его имя Прегод Павлов.

Береника чуть крепче сжала губы.

— Кажется это совсем рядом? — сказал кто-то.

— Ничего себе! Разрезало стеклом! А телеканалы как обычно опоздали — это случилось ещё два часа назад, когда я ехал сюда. Тело уже убрали. А вещи и документы украли, что за люди! Из-за этого долго не могли опознать личность.

— А что за вещи украли? Оружие? — спросила Береника совершенно спокойным голосом.

— Папку с бумагами, что у него была. Кому нужна такая малость?

Она вышла из кухни и сперва набрала номер шефа, а потом передумав, сама поднялась наверх.

— Самайл, простите... мой информатор был убит только что. Бумаги, которые он нёс украдены.

— Вот как? — Самайл приподнял брови, но внешне остался спокоен. — Понятно. Быстро работают. Дай мне немного времени всё обдумать. А сама запиши всё, что знаешь по этому делу. Из здания лучше пока не выходи.

Когда Береника спустилась к себе, в отделе было пусто — все ещё обедали. В её клетушке на столе лежал желтый, бумажный пакет, которого раньше там не было. Оглядевшись, она разорвала его.

«Береника, ты втравила меня в дерьмо. Как только я ввел в поисковые базы и начал собирать данные, за мной включили слежку. Работают профи не жалея сил и средств. Я собираюсь позвонить тебе и сказать, что привезу данные завтра, чтобы посмотреть, кто будет следить, или попытается ограбить меня. Но сам отправлю этот пакет с Малуком. Он оставит его у тебя на столе. Спрячь и письмо и флешку. Приходи в два часа дня в кафе Бетест».

Ещё в пакете была флешка. Она пару минут на неё смотрела. Что ж, Прегод ждал слежки и грабителей, а пришли убийцы. Убийцы?! Кто мог придумать такое — убить человека, с помощью сброшенного стекла?! Надо быть невероятно сильным и удачливым, чтоб провернуть подобное. Нет, убийцы поступили бы проще, застрелили бы, или зарезали, а это трагическая случайность. Следящие только забрали папку и всё. Остальное просто судьба.

Она вытащила ноутбук, отключенный от всех сетей. Для просмотра конфиденциальных документов в ее столе лежал такой. Вставив флешку, она увидела таблицу и вчитавшись ощутила, как из под ног уходит земля.

Совокупно на всех фабриках, предприятиях и магазинах Баяновых за год исчезло около десяти женщин! Ничего себе...

Женщины вписывались в одну схему — молодые, судя по годам рождения. Ей подумалось, что они наверняка одинокие.

За эти дни она успела изучить график перемещений Братена и теперь в длинную таблицу начала вносить даты исчезновений женщин, собираясь позже сравнить с датами визитов, недоумевая, неужели такой человек, как Братен совершает такое?! Зачем?

Это не укладывалось в её голове. Конечно, никто не думает, что сверхбогатое меньшинство ведет богобоязненный образ жизни, но всё же десять пропавших женщин не укладываются ни в какие рамки!

Отложив список в половине второго дня, она спрятала флешку под ковролин у лифтов и вышла из здания, не смотря на то, что шеф не велел ей делать этого. Бетест находился в двух шагах от их офиса, но сперва Береника поехала к Смородиновому небу.

Не слишком близко, но достаточно, чтобы заметить мокрое пятно на асфальте. Кровь уже успели смыть — всё же центр города. Она подняла голову. Наверху, на уровне двадцатого этажа в защитной сетке зияла брешь, разрезанные чем-то острым края болтались на ветру. Нет, невозможно! Она развернулась и пошла в другую сторону.

В Бетесте Береника села за столик и сделала заказ. Зачем она тут? Прегод уже не придёт. Впрочем, она осталась сидеть. Нужно же помянуть его, хоть как-то. Ей принесли рисовые ёжики в подливе из сладкого перца и витаминный морс. В этот раз она заказала облепиху с мёдом и имбирной стружкой.

К ёжикам подали корзинку поджаренных хлебцев и Береника принялась за еду. Когда на соседнее сидение опустился человек, она вздрогнула от неожиданности.

— Привет, — на Малуке, друге Прегода, лица не было. — Ты уже знаешь?

Она кивнула:

— Знаю.

— И можешь есть?!

— Что делать! Прегод мёртв и этого не исправить.

— Он говорил, что ты бесчувственная, но я не верил, что такая милашка может обладать каменным сердцем, — разглядывая ей произнёс он.

— Брось! — махнула рукой Гата. — От того, что я съем ёжиков я не предам никого.

— Может быть ты можешь есть потому, что не видела, что с ним сталось после того, как то чёртово стекло упало сверху! Это было жутко. И ты расскажешь мне во что его втравила.

Она округлила глаза:

— Ты правда думаешь, что его убили? Ты ведь работаешь в следственном отделе. Скажи, кто решил бы бросить стекло с двадцатого этажа?! Что за странный способ убийства!

Он сузил глаза. Такая мысль явно приходила к нему в голову.

— Почему не сбить машиной, не отравить, не ударить ножом в бок на стоянке, или ещё сто вариантов? Вломиться в дом ночью и подстроить кражу. Опоить и повесить?

— Что он просил передать тебе?

— Не думаю, что это имеет отношение к его смерти, — сказала она, вытирая хлебом серединкой тарелку. — Закажи себе что-нибудь. Хорошо, что ты тут. Может быть помянем Прегода?

Она махнула официанту и попросила принести по маленькой рюмке светлой наливки.

Малук сказал:

— Значит, не собираешься делиться информацией?

— Делиться нечем, клянусь! Я не имею дел с мифическими существами, или сверх героями из космоса, а больше никто не смог бы скинуть стекло и убить Прегода.

— Скажи мне, с чем дело связано и я успокоюсь.

Помявшись, она кивнула:

— Хорошо. Я ищу исчезнувшую девушку. Ничего больше.

— Детали?

— Брось. Это конфидециально и я связана клиентским договором.

Официантка принесла на подносе две запотевших рюмочки на тонкой ножке. В каждой плескалась золотистая жидкость. Рядом, на кусочках серого хлеба красовались жирненькие полоски рыбки и дольки солёных огурцов.

— За Прегода! — они подняли и выпили не чокаясь, — Пусть земля ему будет пухом!

Простившись с Малуком, Береника вышла на улицу. Ни в кафе, ни по дороге сюда, никто не следил за ней, такие вещи она научилась проверять.

Следовало бы забрать машину. Работать без неё довольно сложно. Она набрала номер секретарши, Завесты и спросила:

— Шеф не искал меня?

— Он обедает с инвестором. Говорят о рекламе. Может быть мы начнём её делать, — прошептала девушка.

— Хорошо, спасибо! — Бер5еника положила трубку и направилась в сторону Старого квартала.

Не успела она войти в гаражный комплекс, как охранник из будки бросился ей навстречу:

— Госпожа, это ведь вы вчера оставили синюю Тавриду?

Она кивнула.

— Тогда прошу вас сесть и подождать управляющего.

— В чём дело? Что-то произошло?

— Прошу вас, подождите. Он придёт через две минуты!

Она сложила руки на коленях, решив не спорить.

Управляющий появился очень быстро. Увидев Беренику, придал своему лицу умильно-радостное выражение, с каким обычно сообщают дурные вести.

— Госпожа Тайнова! Как я рад вас видеть! Вы так прекрасно выглядите...

— Что случилось, господин... Несвой? — прочла она на именной табличке.

— Пройдемте... лучше обсудить всё на месте...

Он пошёл впереди неё к лифу, рядом шли два ассистента с папками в руках, будто конвой, или стража.

Наверху стали ясны причины переполоха: от её Тавриды остались только колёса и груда покорёженного металла. Чем это могли сделать, она не понимала. Наверное сверху рухнул медведь. Иначе объяснить все эти разрушения было невозможно.

— Как это произошло?

Управляющий пролепетал:

— Простите, но мы не понимаем.

— Не понимаете? Представляю, какой грохот стоял тут, — произнесла она. — Скажите, а что делали ваши сторожа? Может вчера они уехали в круиз в Византию?!

— Мне понятны ваши чувства... — начал господин Несвой, но она перебила:

— И почему не позвонили мне?! Почему не вызвали милицию, не заявили владелице? Я работаю в юридической сфере и знаю как вы должны были действовать!

— Мне жаль... мне так жаль! Но мы не решились тревожить вас ночью, а утром мы потеряли ваш номер и ждали вас.

— Очень странно, что с таким подходом вы еще не потеряли все машины тут! — возмутилась она. — Интересно, что скажут другие ваши клиенты!

— Я разделяю ваше возмущение! Мы подумали, что можем предоставить вам бесплатную парковку на пожизненный срок, на любой нашей площадке, госпожа Тайнова!

— Мне нечего ставить. Я лишилась машины! — указала рукой на обломки Береника.

— Мы можем внести половину стоимости Тавриды как первоначальный взнос от вашего имени. Плюс бесплатная пожизненная парковка... — он выжидательно смотрел на неё. — И сертификат на две диагностики в нашем сервисном центре?

— Хорошо... — начала она и осеклась — за спиной господина Несвоя из-за колонны выглянул вчерашний остроносый. Он оскалился и провёл рукой по горлу.

— Господин Несвой, я приму ваше предложение. Никаких претензий не будет, я подпишу соглашение, но вы должны предоставить мне видеозапись с этих трех камер, — она быстро указала вверх, на камеры, что смотрели туда, где прятался остроносый.

Управляющий скуксился:

— Мы бы и сами хотели отсмотреть этот момент, госпожа, но ночью был сбой камер!

Снова сбой...

— Записей не осталось, увы.

— Мне нужны записи того, что происходит сейчас, в этот момент. Сегодняшние записи. С... четырнадцати пятнадцати, до четырнадцати сорока, — сказал она, быстро глянув на часы.

Из-за колонны снова выглянул остроносый. Глаза его горели гневом и досадой.

Широко улыбнувшись ему, Береника сказала:

— Если вы предоставите мне эти записи прямо сейчас, все разногласия будут сняты. А еще лучше запишите всё на флешку и отправьте файл на рабочую почту.

Управляющий удивлённо кивнул:

— Хорошо.

Глава 2

Пока ждали соглашения, которое готовил юрист, Береника спросила:

— Господин Несвой, а все-таки, между нами, что случилось на самом деле с моей машиной? На неё рухнула крыша? Или что? Я не могу представить в результате чего она стала блинчиком из металла?

Он расстроенно развёл руками:

— Если б я знал, госпожа Тайнова! Как вы заметили, должен был бы стоять ужасный шум, но охранник в будке ничего не заметил.

— А он жив? Вы говорили с ним? Он был на посту всё время? Может быть он ушел домой?

Господин Несвой отмахнулся:

— Ах нет, он жив и трезв. С ним говорили и я и милиция. Охранник отходил, да. В туалет и перекусить, оба раза не более, чем на пятнадцать минут, всё согласно регламенту, но за пятнадцать минут такое не провернешь. Мы осмотрели весь гараж, кое-кто предположил, что задействовали пресс, — он хихикнул. — Так вот, искали пресс, или что-то такое с помощью чего можно так сплющить машину, ничего не нашли... и самое неприятное — это камеры, они не работали ровно с того момента, как охранник вышел на второй перерыв и до того, как приехала милиция.

Когда соглашение было подписано, ей передали флешки с записями видео и Береника тут же вызвала такси. Она настояла, чтобы водитель подъехал прямо во двор, к будке охраны.

Оказавшись в офисе, она засунула флешку в компьютер и прогнала записи. Остроносый получился прекрасно, стоял, как на картинке, лицо и в профиль и в анфас. Береника довольно улыбнулась: вот ты и попался. Посмотрим, какие грешки за тобой водятся!

Она выбрала наиболее удачные кадры и прогнала через базы. Совпадение выпало сразу: Радимир Котлов, тридцать лет, холост, начальник транспортно-гаражного комплекса у Бабровых.

Что ж, ясно. Может быть Прегод что-то на него нарыл?

Она открыла на свой ноутбук, не подключенный к сети и ввела в поисковую строку баз, оставленных ей Прегодом: Радимир Котлов, начальник транспортно-гаражного комплекса в М.К.И.

Данные на этого человека были. Она открыла ссылки и застыла увидев совсем другое лицо. У этого Радимира Котлова были светлые волосы, смешливые, синие глаза.

Она взглянула на остроносого, на экране компьютера, потом на парня на экране ноутбука. Проверила соцсети. Остроносого больше нигде не было, а вот светловолосый встречался. В компании девушки, похожей на него, с друзьями. С семьей.

Она нашла его страницу. Фото юноши перечеркнуто траурной лентой. Погиб, катаясь на мотоцикле прошлым летом.

Погиб... видимо потом остроносый присвоил себе его имя. И должность?! Он ведь так и числится в базах, как начальник транспортно-гаражного комплекса. Его начальство, получается, в сговоре.

Береника встала, захватила сумку. Нужно посмотреть на его рабочее место.

Транспортный отдел М.К.И. находился по улице Светлой, почти в другом конце города и располагался в приземистом гаражном здании с мастерской и обширным двором. Береника слезла с велосипеда и вошла в распахнутую калитку.

Рабочий день подходил к концу, но видимо тут народ трудился в две смены: расходиться никто не собирался. Она прошла по двору, заставленному машинами, никто будто и не обратил на неё внимания.

Только достигнув дверей офиса она удостоилась взгляда какого-то рабочего, который посмотрел удивленно, будто сомневался, что она должна быть тут, но тут же отвернулся и вернулся к своим делам.

Берника постучала.

— Да, да. Минуту!

Внутри вагончика оказался один единственный парень, буквально утопающий в ворохе бумаг и трех телефонах. При ней он снял трубку с трезвонящего аппарата и положил её рядом. Потом поднял голову:

— Слушаю вас!

И вдруг его лицо расплылось в улыбке:

— О, вы пришли! Наконец-то! Как же я вам рад! Проходите же, прошу!

— Вы, наверное, меня с кем-то спутали, — мягко улыбнулась она.

— Вы ведь новая секретарша?

— Нет...

На лице у парня отразилось искреннее горе:

— На миг я поверил... что кто-то займется наконец звонками!

В тот же момент зазвонил еще один телефон и парень снял трубку, нажал на рычаг и положил её на стол, рядом. Спросил с надеждой:

— А вам не нужна работа?!

— А хорошо ли платят? — улыбнулась она.

— Очень хорошо, не сомневайтесь, госпожа...?

— Тайнова. Знаете, может быть я и могу помочь. Одна умненькая девушка ищет работу.

Она порылась в сумочке и нашла визитку Велениной подруги, Оляны.

— Этой девушке нужна хорошо оплачиваемая работа. Позвоните ей.

— А может быть лучше вы? Как она воспримет звонок незнакомца?

— Ну хорошо!

Береника набрала номер Оляны. Парень улыбнулся и прижал руки к груди:

— Госпожа Тайнова, я ваш должник! Что вам нужно? Машина? Для какого отдела?

Она покачала головой:

— Нет, нет! Я просто ищу Радимира Котлова.

— А вы ему кто? Родственница? — мгновенно парень нахмурился.

Береника покачала головой:

— Я его старая знакомая. Не виделись сто лет. Я помню, он работал тут и вот, решила заехать.

Парень вытащил стул:

— Госпожа, всё равно лучше сядьте. Дело в том, что ваш приятель умер.

— Умер?

— Да, госпожа. Умер в прошлом году. Трагическая авария. Поехал без шлема на мотоцикле и вот... все мы долго горевали. Хотите воды?

— Как же это печально... — произнесла она.

— И не говорите!

— Видимо теперь вы стали начальником гаражно-транспортного отдела?

— Вовсе нет. Теперь у нас нет руководства, нас перевели под эгиду третьего транспортного цеха, отсюда все эти неурядицы и накладки с работой, и некому больше нанять мне секретаршу!

Едва она вышла, затрезвонил мобильник.

— Что я сказал тебе?! Сидеть в здании! — возмутился Самайл. — Где ты?

— Я в пути, — быстро сказала она. — Нет смысла волноваться. На меня никто не охотится, а парень, мой информатор, он не был убит. Это трагический несчастный случай. Сто процентов.

Самайл немного помолчал, потом сказал:

— Хорошо, ты взрослая. Увидимся завтра.

Она положила трубку и задумалась. Про пакет с флешкой, последний привет с того света.

Про пакет, переданный Малуком, она не стала говорить по телефону. Опасно доверять сети, когда играешь на таком уровне. Стоит ли говорить завтра? Она решила посмотреть, подумать. Главное понять, чего теперь хочет Самайл.

Самайл стойко скрывал разочарование. Видимо он надеялся получить что-то с Бабровых. Агентство переживало не лучшие времена и любой шанс следовало использовать, но судьба сложилась так, как сложилась.

— Ничего страшного, — сообщил он, делая вид, что вовсе не питал никаких надежд. — И хорошо, что твой приятель не был убит. Я согласен, скорее всего это несчастный случай, невозможно убить человека таким способом.

Они немного помолчали. И вот Самайл снова заговорил. Его голос был усталым, как и взгляд:

— Тебе нужно закрыть это дело, Береника. Мы вернём аванс Ружену, придумаем как отвадить его от Бабровых и скажем, что не обнаружили следов его невесты. Или может быть пустим его по ложному следу? Мы не в том положении, чтобы ссориться с Бабровыми, понимаешь? Они взяли нас за горло!

Береника кивнула, но он продолжал на неё смотреть:

— Ты действительно понимаешь всю серьёзность ситуации? Твоя одержимость исчезнувшими не помешает тебе?

Он наклонился к ней и кресло хрустнуло всеми своими суставами.

— Береника, я свяжусь с юристами М.К.И. и буду говорить, что мы ошиблись. Что след завел сотрудника не туда. Если после этого ты что-нибудь предпримешь, у нас будут серьезные неприятности.

— Я понимаю, Самайл, — сказала она.

— Нет это я понимаю! Пропавшие — твоя идея. Всё должно быть найдено! Ты одержима своей идеей и это хорошо. Но идея не должна быть выше всего в твоей жизни.

Она скромно кивнула, опустив голову.

— Ну что?! Говори! — рявкнул он. — Знаю я этот твой вид постной скромницы! Говори, что думаешь!

— Хорошо, — помолчав, кивнула она. — Самайл! Когда я пришла сюда, я сказала, что готова делать всё, что потребуется, если вы позвольте мне расследовать до конца каждое дело, где замешаны исчезнувшие люди. Помните?

Он сдвинул брови, шевеля губами. Конечно же он помнил!

— И вы много раз настаивали, чтобы я продолжала дело, когда я сама впадала в отчаяние. Даже когда я наткнулась на тех торговцев органами, вы говорили: ищи, не сдавайся, не отказывайся от себя, у тебя только и есть, что ты сама. Помните?

Снова он не ответил.

— Вы никогда никого не боялись, вы распутали дело против мэра города, не отступили, даже после того, как в вас стреляли, что же случилось теперь?

Он долго молчал и Береника кивнула:

— Ладно, я пойду, — и хотела встать, когда он рявкнул:

— Сиди!

Она кивнула и осталась на месте. Несколько раз Самайл пытался начать, но замолкал, потом произнёс:

— Всё очень плохо.

Береника вскинула голову:

— Вам угрожают?

— Плевать на это! Не в первый раз. Но наши дела плохи. Хуже некуда. Я стар и все профукал. Чертова реклама в сети, я не понял, когда и как нужно было подхватывать эту волну и все профукал, говорю же. И нас раздавили.

— Разве это...

— Молчи и слушай, Ника. После многих лет верных решений, которые привели «Збарро» наверх, я проглядел мелочь, глупость — современные технологии. И эта ошибка стоила нам дорого.

— Вы, Самайл, для многих являетесь примером и образом настоящего детектива... — вставила она, но шеф отмахнулся:

— Теперь уже для тех, кто перешагнул рубеж пятидесяти, кто смотрел сериалы по черно-белому телевизору, вперемешку с рекламой «Бетеста». Молодежь считает меня мамонтом. Я проиграл эту схватку, цена «Збарро» упала в два раза, мы на грани банкротства, к тому же я стар. Слишком стар для новой схватки.

— Но вы же искали инвесторов, у вас была встреча с...

— Отчаянный рывок утопающего. Они послали меня. Это было вежливо, но жестоко: «к сожалению это не совпадает с нашей концепцией развития». Что ж, спасибо за откровенность!

— Мне жаль...

— Через месяц мне придется сократить штат вдвое, переехать на окраину и только так «Збарро» сможет просуществовать ещё немного. Потом... потом нас ждёт банкротство.

Береника потрясенно молчала. Она знала, что дела в «Збарро» не очень хорошо, но не представляла насколько. К тому же Самайл всегда находил выход.

Будто услышав её, он сказал:

— В этом положении мы не потянем судебный процесс против М.К.И. Придется отступить. Или крах догонит нас прямо завтра.

— Чем я могу помочь, Самайл? Я всё сделаю, вы...

— Я знаю, знаю эту песню! — махнул он рукой. — Ты мне благодарна, хотя и вовсе не за что! Я взял талантливого детектива и ничуть не прогадал! Потому я могу только просить: брось это расследование ради нас всех. Пока ещё никто не знает как плохи дела я попытаюсь продать агентство. Если найдется покупатель, то смогу выплатить всем выходное пособие и закрыть Збарро достойно.

— Но! — подскочила она. — Но как же так, Самайл?! Вы найдете выход! Вы всегда находили...

— Не в этот раз.

Он сказал это так, что Береника тут же поняла — случилось ещё что-то. Что-то ужасное. Она села и спросила:

— В чём дело?

— Только не плачь. Обещаешь?

Она только и смогла — кивнуть.

— Я умираю. Диабет. Давний и запущенный. Осложнения на сосуды ног и на сердце. Ты видела, как я хожу? Добраться от стоянки до кабинета стало каторгой. Врач говорит, я скоро лишусь ног.

— Нет! Это чушь! — воскликнула она.

— Смотри сама, — Самайл задрал штанины и прижав руки ко рту, она втянула воздух. Опухшие ноги шефа все были в язвах, коросте и нарывах.

— Каждый шаг доставляет мне страшную боль. Я словно стал героиней сказки, где девчонке вместо хвоста дали две ноги и каждый шаг причинял ей боль. Как так её звали...

Береника потрясенно молчала.

— Поэтому прошу: отступись. Дай мне уйти с достоинством. Я объявлю о болезни, всё продам, сделаю выплаты и... всё. Ты позволишь мне это сделать?

— Да, шеф, — кивнула она и встала.

— Ты куда?

— Мне нужно вызвать Ружена Бабкова и придумать, как отвадить его от Бабровых.

Он только кивнул:

— Спасибо.

Береника вышла из кабинета со спокойным лицом и сумела донести его до гаража. Там, усевшись прямо на пол, за рядами машин, дала волю слезам. Это был удар. Плевать на Бабровых, на Збарро, на всё! Самайл умирает... а у неё никого, кроме него и не было на целом свете.

Ружен позвонил с упреками к вечеру. Береника, обдумав всё заранее, не стала звонить первой. Он сказал:

— Ну? Никаких следов? Ничего нового целые сутки?!

Она будто замялась:

— Ох, это вы, господин Бабков! Я собиралась вам позвонить... знаете... такое дело, не могли бы вы приехать сюда? Когда вам будет удобно?

— Через двадцать минут! — отрезал он и Береника положив трубку, некоторое время тренировала нужный взгляд перед зеркалом.

Когда Бабков прибыл, она отвела его в переговорную и заговорила как заведенная, перемежая речь паузами:

— Господин Бабков! Вы так молоды и хороши собой! Вы так добры, что ищите свою бывшую невесту! Я восхищаюсь вашим поступком.

Он нервно спросил:

— О чём это вы?!

— Может быть... — будто замялась она. — Может быть... вам лучше вовсе забыть о ней? Она могла сбежать. Она ведь оставила кольцо. Может быть, она решила всё бросить и уехать? Может быть она сама не хочет, чтобы её нашли?

— Что вы узнали? — он побледнел на глазах. — И откуда узнали про кольцо? Говорите, как есть!

— Мне... так сложно. Не хотите кофе? Или чай?

— Госпожа Тайнова! Вы детектив, или трактирный?!

— Вот... — будто неохотно она протянула ему листок бумаги.

Он схватил его и прочел то, что Береника старательно выводила целый час, копируя буквы из списка Велены:

«Ружен. Нам давно пора расстаться. Ты мне надоел. Ты нищий, ты мне ничего не можешь дать. Я ухожу к другому. Не ищи меня, я больше не вернусь. Оставь меня в покое и не лезь в мою жизнь. Твоё дешёвое кольцо в шкатулке. Можешь его забрать».

Он отбросил листок на стол. Губы прыгали.

— Откуда это у вас?

— Я отправилась в дом, где жила Велена, чтобы поговорить с соседями и захотела попасть к ней в квартиру. Подумала: а если она оставила ключ под ковриком?

— Она не... — голос Ружена сорвался. — Не оставляла! Никогда, это было не в её привычках!

— Верно. Ключа там не было, но я нашла записку.

— Под ковриком?!

— Я думаю, Велена вернулась домой, поняла, что вы её ждете, написала это и сунула в дверь. Вы уходили в смятенных чувствах и не заметили листок, который отнесло открывшейся дверью за ведро с отходами. Я нашла его там.

— Ладно... — проговорил он. — Значит, она ушла. От меня. Так? Но куда? Где она? Может быть она… жалеет?

— Я нашла её, — проговорила Береника. — Хотите взглянуть? Но может быть вам не надо...

— Где она?!

Береника положила на стол второй результат своего труда: тщательно отретушированное фото, где Велена и Братен садятся в машину. На исходном фото это была вовсе не Велена. Потому это фото она специально сделала зернистым, убрала четкость, чтоб затереть место, где чужая голова переходила в тело, хотя и знала, что Ружен будет не в том состоянии к этому моменту, чтобы разглядывать детали.

Он смотрел лишь один миг, отбросил и застонал, как от боли:

— Мммм...

— Вот еще, — она услужливо положила фото, где Братен целовался с какой-то девушкой.

Фото было настоящее, его сделали журнальные соглядатаи недавно. Фото было плохого качества и девушка, стоящая спиной, была другая, но Ружену сейчас можно скормить и это.

— Уберите, — попросил он.

— Они направляются на Золотые острова в Средиземном море, там у Братена вилла. Есть фото, где они лежат в...

— Замолчите, — совершенно раздавленный, проговорил он. Рухнул головой на сложенные руки, тяжело вздохнул.

Береника убрала всё: фото, записку. Поставила чашку с минеральной водой, сказала тихо:

— Сделайте глоток. Станет легче.

Он что-то неразборчиво пробурчал в ответ.

— Вы очень молоды и хороши собой, Ружен и вы ещё...

— Да, да.

Он встал с совершенно сухими глазами, нашел силы улыбнуться краем рта:

— Благодарю вас проделанную работу, госпожа Тайнова. Вы блестящий детектив.

Она сказала в ответ:

— Спасибо, — когда Ружен уже выходил из переговорной.

После этого она чувствовала себя преступницей, однако для его же пользы ему следовало забыть про Велену.

— Береника! Госпожа Тайнова! Видимо настала твоя пора — в переговорной снова клиент, разыскивающий пропажу! Твоё четырнадцатое дело?

Она будто очнулась:

— Да! Спасибо, — и вскочила.

— Бежит, будто бы там раздают денежки, — вслед ей усмехнулся ассистент.

В переговорной навстречу встал мужчина, который сразу же не понравился ей.

— Гдан. Гдан Мнежко, из Византии, — представился он.

— Добрый день, господин Мнежко. Садитесь, я вас слушаю.

Он растерянно огляделся:

— А... настоящий детектив когда придёт? Или вы всё потом передадите? Я хотел бы всё же поговорить с ним.

— Я и есть детектив, — холодно сообщила она. — Вас смущает мой пол? Или возраст?

Он уставился на неё, хмыкнул:

— Да наплевать мне на ваш пол и возраст! Мне надо найти жену, да побыстрее. Вы способны на это?

— Так ваша жена исчезла?

Он кивнул мрачно:

— Ага. Три дня уже.

— Обращались в милицию?

— Только что от них. Проверили морги и больницы, нету. Значит живая. Ну так найдите её.

— Проверить морги и больницы могли по вашему запросу сразу же, не обязательно было ждать три дня. Вы можете подать жалобу, если вам отказали.

— Так я не обращался же еще, — сказал он. — Я купил пива. На другой день после того, как она не пришла... — он почесал голову. — Ещё лучше было.

— Что же сегодня заставило вас обратиться в милицию? Кончилась еда в холодильнике? — не удержалась она.

— Кончилась. Да ещё тёща детей привезла. И я пошёл. Ну как я там с детьми один? Я не хочу.

Береника постаралась не закатывать глаз и воздержалась от критики, не её это дело; просто записала данные, взяла фото.

На дополнительные вопросы клиент не ответил, он не знал чем увлекалась жена, куда ходила отдохнуть, никаких мелочей, из которых строится личность. Ладно, придется обойтись.

Клиент спросил жалобно:

— Так вы её найдете? Мне нужно быстрее. Я нанял няню, но это дорого.

Береника сделал серьезное лицо и кивнула:

— Безусловно. Мы бросим лучшие силы агентства.

Когда он ушел, она сделала запрос на распечатку телефонных переговоров госпожи Мнежко.

Оказалось, перед тем, как её телефон отключился три дня назад, госпожа Мнежко звонила троим. Береника набрала первый номер. Он принадлежал салону красоты, госпожа Мнежко сделала полный комплекс: маникюр, прическу, депиляцию.

Второй принадлежал её подруге, Розанне. Звонить Розанне Береника не стала, на ходу проверяя третий номер, она спустилась в отдел слежки и попросила выдать комплект для прослушивания и наблюдения.

К моменту, когда она выходила из здания, ей всё уже было ясно. Взяв на прокат машину, она направилась к дому Розанны Абелляр — близкой подруги госпожи Мнежко.

Беренике потребовалось не более трех минут, чтобы убедиться: госпожа Абелляр дома, в своём домике, в палисаднике, удобряет цветы, растущие тут в изобилии.

Выставив антенны, она убедилась, что прекрасно слышит, как шумит ветер, жужжит шмель возле госпожи Абелляр, а сама она напевает что-то себе под нос и набрала номер.

— Да?

— Старший детектив, Тайнова, мне нужна Розанна Абелляр. — её голос прозвучал сразу в трубке и в наушнике.

— Я вас слушаю...

— Вы знаете госпожу Мнежко, госпожа Абелляр? Она исчезла, начато федеральное расследование по факту её исчезновения.

— О-о... — проговорила госпожа Абелляр.

— Вы знаете что-либо о местоположении вашей подруги?

— Ммм. Нет. Нет.

— Сокрытие фактов от должностного лица карается штрафом и общественными работами.

— Почему вы пугаете меня?!

— Я предупреждаю вас, госпожа. — Если вдруг ваша подруга, бросившая детей, потом объявит, что вы знали о ее местонахождении, вам придется отвечать по закону. Это формальная процедура, я должна поставить вас в известность. Итак, вы знаете, где госпожа Мнежко?

В этот раз госпоже Абелляр потребовалось больше времени, но ответ остался неизменным:

— Нет. Нет, к сожалению я не знаю.

— Прекрасно, — зловеще произнесла Береника и положила трубку.

Поправила антенну. Ждать пришлось недолго, госпожа Абелляр уже набирала номер, что-то бормоча под нос. Раздались гудки, потом Береника услышала в трубке:

— Да?

— Да, да! Допрыгались ты, Снежа, тебя милиция ищет. Твой подал заявление на розыск. Давай, появляйся, хватит.

— Хорошо, Аня. Но так не хочется! Так не хочется!

— А скажи мне, как он... — Розанна начала выспрашивать у подруги детали.

Береника улыбнулась: того ей и было надо. Она успела вычислить место ещё до того, как женщины положили трубки и завела машину.

Ехать ей предстояло довольно далеко — в пригородный поселок, у озера. Там, на одной из аллей, подмигивал маячок навигатора.

Снежанна Мнежко была женщиной немного за тридцать, усталой, с морщинкой между бровей. Она привычно нахмурила брови, увидев как машина Береники подруливает к калитке.

— Вы ищите кого-то?

— Добрый день, госпожа Мнежко, я ищу вас, по поручению вашего супруга.

— Вот сатана! — проговорила та.

За спиной, из дома показался молодой мужчина, приложил козырьком руку ко лбу. Снежанна замахала ему руками и он поспешно скрылся в доме. Стоят другдруга, подумала про себя Береника.

— Проходите, не стойте за порогом!

Пожав плечами, Береника сделала шаг вперед. Участок весь зарос недавно скошенной сорной травой, посередине — надувной бассейн, пара зонтиков, шезлонги. На столе два бокала, бутылка вина.

Снежанна повела её мимо этого, к беседке, заросшей диким виноградом:

— Садитесь. Так что?

— Ваш муж обратился в наше агентство с просьбой найти вас.

— В частное?

— Да.

— Вот гад! Как надо чего, так денег нет, а как детективам платить, так пожалуйста! — она посмотрела на Беренику так, будто та лично вытягивала у неё деньги из семейного бюджета.

— Что произошло, госпожа Мнежко? Вы решили уйти из дома? К любовнику?

— Да нет, конечно! — мазнула рукой Снежанна. — Куда я уйду! У меня же дети. На него их не оставить, он дурак полый.

— Так почему вы вдруг пропали?

— Да не пропала я! Не пропала. Дети были у мамы, вот я и подумала, отдохну. Надоело. Ему можно, а я рыжая?!

— А что именно ему можно? — уточнила Береника.

— Ну как что... в тот раз исчез мой Гданчик. Как есть, провалился. Уж я его искала, искала. У дочки выпускной был в саду, у сына соревнования. Гдан обещал сына свозить и пропал. И вот я галопом по горам и туда и сюда! И что вы думаете? — торжествующе спросила она.

— Я не знаю.

— На рыбалке был, сволочь!

— То есть ваш муж...

— Да, — с каким-то злобным торжеством воскликнула она. — Уехал на рыбалку с друзьями! Телефон отключил и отдыхал. Приперся потом, еле живой. Валялся неделю. И вот отдала я детей матери и подумала: а что я, не человек?!

— Что вы планировали придумать в оправдание?

Женщина уставилась на неё непонимающе:

— Что вы имеете в виду?

— Ну вы же собирались как-то объяснить мужу свое отсутствие?

— А, это. Ну да. Хотела сказать, мол была у подруги. Как ты на рыбалке был, так и я в гости поехала.

— Знаете, ваши личные объяснения меня в общем-то не касаются, — Береника встала. — Я отвезу вас так, чтобы муж видел — я выполнила работу. Дальше — ваше дело. Хорошо?

Снежанна посмотрела на неё, потом кивнула:

— Ладно. Я сейчас.

Береника смотрела, как женщина ушла в дом, за занавесками видны были силуэты. Потом она вышла, села в машину, забросив сумку назад, вытерла слезы.

— Зачем так страдать? — тихо спросила Береника заводя мотор. — Я не понимаю...

— А что делать?! — у женщины из глаз снова полились слезы.

— Может быть разойтись?

— А дети?!

— Я же не предлагаю вам лишить его родительских прав, — ответила Береника. — Я говорю лишь о том, что у вас трое детей: двое настоящих и ваш муж. Зачем вам это? Не устали? Впрочем, меня это не касается.

Всё дело заняло не больше трех часов и Береника остановила машину возле уличной траттооии. Заказала кофе и пирожок, невзначай огляделась.

В агентстве её не ждут, знают, что она поехала по делу. Машина взята на прокат до завтра. Хорошенько всё обдумав, она решила, что лучше времени не найти и сделав вид, что направляется к туалетам, выскользнула на параллельную улицу и вскочила на подножку трамвая.

Никто не вспрыгнул следом за ней, никто за ней не следил. Ещё бы, это ведь не шпионский детектив.

Синий КРО, неприметной модели нашелся на пункте проката и вскоре она уже выехала за город, на шоссе. Затем свернула с дороги на проселок и долго пылила в полном одиночестве между пшеничными полями.

Затем остановились на перекрёстке. Две грунтовки пересекались посреди поля, ровного, как стол. Во все стороны было видно километра на полтора.

Береника остановила машину, посидела минут десять, пока не улеглась пыль, вышла и огляделась. Вокруг было пусто. Взобравшись на крышу, она осмотрела окрестности из бинокля. И удовлетворённо кивнув, завела мотор.

Машина помчалась к лесу, виднеющемуся на горизонте прямо через травянистые поля.

Объезжая все возможные камеры на дорогах, Береника добралась до предместий небольшого городка Крендыши. Вокруг Крендышей раскинулись сады, усадьбы и поля.

Въехав в город, Береника вдруг затормозила и притихла, пораженная до глубины души: прямо напротив, на светофоре встала машина. Сквозь прозрачное стекло она хорошо разглядела остроносый профиль. Ошибки быть не могло.

Совпадение? Она перебралась на заднее сидение, извлекла из сумки очки, широкополую шляпу и юбку в пол, как и пожилых селянок. Вышла. К счастью городок был многолюдный, народу — что веток на березе. Смешавшись с толпой, она пошла вдоль улицы.

Машина с остроносым проехала мимо и скрылась. Может быть ей всё-таки показалось?

Неторопливо она добралась до библиотеки почти в центре городка. Прочитала, что данная библиотека носит имя героя Веслице и вошла. Использовав поддельный читательский билет, села за свободный компьютер.

Она прогнала фото остроносого через все доступные базы. Пусто, ничего. «Неужели ты, такой яркий и дерзкий ни разу нигде не засветился?! Быть не может! Или ты так хорошо почистил базы?»

Компьютер пискнул, открывая новый файл. На неё смотрел остроносый. Это несомненно было его лицо, его глаза. Только вот фото было сделано лет шестьдесят назад. Откинувшись на спинку стула она несколько минут задумчиво на неё смотрела. Родственник?

Затем скачала файл на флешку, закрыла окна и почистила историю поиска. Всё это заняло не более двадцати минут. Сдав карточку, она ненадолго зашла в туалет, а когда вышла, снова увидела остроносого.

Крутя головой, он стоял посреди зала. Потом подошёл к библиотекарше. Береника видела, как та махнула рукой на пустой компьютер. Береника быстро шагнула назад, заперла в кабинке дверь и выбралась через широкое окно на улицу.

Бежать, быстрее... чертова юбка! Вскоре она оказалась на центральной площади, у вокзала. Хотела свернуть, сделать крюк и выйти к оставленной машине, но заметила у платформы электричку и не раздумывая бросилась внутрь.

Двери тут же закрылись и поезд тронулся. Когда они набирали скорость, на платформу выскочил остроносый, по собачьи крутя носом. Береника отшатнулась поглубже, в тень. Честно говоря его скорость здорово пугала. Главное, чего Береника не могла понять, это в чём его ключ, т е как он вычисляет её планы, предсказывает её перемещения? Причём так ловко! Это здорово пугало.

Береника сошла у старого пляжа в Белом Логе. Щурясь от яркого солнца выбралась на пляж. Усевшись под зонтиком так, чтобы видеть всех, кто подходит к воде, она включила ноутбук и принялась сверять два графика, переданные ей Прегодом.

Первый содержал перемещения Бабровых по Федерации, второй — даты исчезновения девушек в разных городах.

Потратив несколько часов на это, Береника готова была поклясться, что Бабровы как-то связаны с исчезновениями. Иначе не могло быть, слишком много совпадений.

Да, это только совпадения. Любой защитник на суде разобьет все ее доводы в миг... однако теперь она знала, кто виновен в исчезновениях девушек, лично ей не требовалось других доказательств. Любой человек сообразил бы, что это не может быть простым совпадением.

С сожалением Береника констатировала про себя: эти выводы лучше оставить при себе. Ради Самайла, ради других. Может быть потом, когда Самайл продаст Збарро...

Она закрыла ноутбук когда сумеречные тени уже лежали в низинах и от реки веяло прохладой. Прогулявшись по краю пляжа, дошла по безлюдной дороге до платформы. Было пусто — впереди выходной и в город мало кто собирался.

Наконец прибыла старая, усталая электричка. Береника села в предпоследний вагон, в котором кроме неё никого и не было. В тамбуре тоже густела тьма и ей не видно было, есть ли люди в другом вагоне.

Впрочем, смотреть ей тоже было лень. За этот долгий день Береника устала, устала, как вол. Погоня с остроносым, переживания, вымотали её до последней степени и теперь, откинувшись на спинку, она с наслаждением закрыла глаза.

И тут же, что-то грохнуло в темном тамбуре. Мышцы на шее независимо от её воли вдруг сделались жёсткими, каменными. Она медленно повернулась и кровь отлила от сердца: прямо за дверями тамбура стоял остроносый и смотрел на неё.

В миг волоски над задеревеневшей шеей встали дыбом. Бежать было некуда, позади только хвост поезда и неизвестно, есть ли там кто. Она съехала вниз по сидению, сунула руку в карман. Баллончик на месте. Так, хорошо. Можно вставать.

Свет в тамбуре мигнул, а остроносый исчез бесследно, когда она посмотрела снова. Береника несколько мгновений вглядывалась в тьму, но там было пусто. Осторожно, встав коленями на сидение, она осмотрела вагон. Никого, только в дальнем конце мерно мигает лампочка.

Сжимая баллончик, Береника вышла в проход и пошла, заглядывая на каждое сидение. Никого. Она вернулась назад и села, ничего не понимая — показалось?! Но она же ясно видела!

Прошло ещё несколько минут. Грохоча, поезд рвался вперёд, к городу, за окном уже успело стемнеть. Они стремительно пронеслись мимо пустых полустанков. В окне вагона отражалось её испуганное лицо.

Береника потянулась к рюкзачку, вытащила бутылку с водой, отвинтила пробку и поднеся её ко рту, увидела в окне, что прямо у неё за спиной, улыбаясь, стоит остроносый. Миг, и его рука, вцепилась в её горло. Бутылка покатилась по полу.

— Ну здравствуй, — его дыхание пахло корицей и мятой. Сладкая горечь обволакивала кожу, проникала в горло, вызывая спазмы.

— Ты глупа, очень глупо было с твоей стороны делать всё это. Твой шеф, жирный сыщик со сладкой кровью, попытался договориться, но ты пошла наперекор его воле и подставила его. Ничего, всё равно ему подыхать скоро. Его кровь воняет патокой, верный признак.

Он чуть отпустил руку и воздух проник в её глотку. Береника с хрипом втянула его в себя. Господи, как же больно! Её руки взлетели вверх, она вцепилась в его предплечье, попыталась оторвать. Бесполезно, он был будто из камня.

— Ты сейчас расскажешь мне всё, что узнала и где прячешь документы. Ясно? — рука ещё немного ослабила хватку.

Береника рассмеялась. Хриплые звуки вырывались из её горла. Она ощущала недоумение того, сзади. Он был удивлён её реакцией.

— Я скажу тебе только одно. Ты не тот, за кого выдаешь себя и я знаю о тебе правду.

Вот теперь он отпустил её.

— Знаешь?!

— Знаю. Ты вовсе не управляющий гаражом, вовсе не тот бедный парень, за которого себя выдаешь!

Его лицо исказила усмешка:

— А раз знаешь, то должна понять, что теперь тебе конец.

Береника заставила себя говорить медленне. Так меньше заметен страх:

— Нет. Нам обоим конец. Потому, что если со мной что-то случится, всё, что я о тебе знаю, будет опубликовано на сайте нашего агентства. Публикация уже приготовлена и время выставлено с задержкой. Если я не открою сайт и не изменю время, она выйдет в свет. Посмотрим, как это понравится тебе. Когда вся правда будет доступна людям!

Видимо остроносому совсем не нравился такой поворот потому, что он ткнул её пальцем в плечо и Береника отлетела на скамейку.

— Ты скажешь мне пароль и откроешь...

Она снова коротко рассмеялась:

— Вот уж нет. Ни за что. Я выдержу всё, что ты способен сделать и умру, но и тебе это не сойдёт с рук. Когда выйдет публикация все узнают о тебе и тогда...

— Заткнись! — рявкнул он и огляделся. Береника уловила колебание в его голосе. Прекрасно. Она сказала:

— Есть мысль как нам обоим остаться в живых.

Он встряхнул её за плечи:

— Заткнись! У тебя уже был шанс, но ты продолжила свои исследования! Я так и знал. Я сказал сразу — тебе нельзя верить.

— Тогда я ещё не знала всего. Мне нужно было понять, кто похищает девушек. Теперь я поняла и могу остановиться.

— С чего бы тебе останавливаться, когда ты узнала всё?! — взревел остроносый.

— А что я могу сделать с этим?! Я только причиню вред себе, но ничего не добьюсь. Я хочу жить. Поэтому давай разойдемся. Я забуду о тебе, а ты — обо мне.

— Ты проболтаешься...

— Да кто мне поверит? — воскликнула она.

Теперь он усмехался:

— Да уж, точно. Никто в такое не поверит.

Его рука вцепилась в её волосы, рванула, так, что взвыв от боли, она наклонилась вперед. Он дёрнул снова, у самого уха раздался голос:

— Ладно. Я отпущу тебя. Но запомни — у тебя остался один шанс. Один. Не упусти его. Если хоть раз ещё ты вспомнишь о том деле... ты понимаешь, что я сделаю. Ведь ты знаешь, кто я. И понимаешь, от меня не спрятаться. Меня не остановят двери, отвесные стены, от меня невозможно уйти, даже если ты будешь три дня перепрыгивать с поезда в поезд. Я найду и тогда... — что-то острое ткнулось ей в горло, вызывая мучительную боль.

— Ты поняла?

Она едва приоткрыла рот, как он ударил её, не сильно, но ощутимо:

— Ты поняла?!

— Да, да, да! — выкрикнула она и тут всё кончилось.

Руки разжались, она снова могла дышать. Всхлипывая, упала с сидения прямо на пол, поползла за укатившейся бутылкой, вылила в рот последние капли воды. Затем откинула волосы и огляделась — в вагоне было пусто. В дальнем конце мигнул и включился свет. Остроносый исчез, будто его и не было.

Свистя тормозами, поезд замедлял движение. За поворотом открывался вид на длинную платформу, освещенную несколькими фонарями и забитую рабочими. Только тут Береника поняла, что села на пригородный состав, который ходит кругом, собирая рабочих с Крендишинского завода. Высадив последних в городе, он идёт на новый виток.

Поезд встал у станции, Береника поскорее сдвинулась к окну на угловом сидении. Видок у неё был наверняка тот ещё, ей не хотелось привлекать много внимания. Едва она села, как поезд вздрогнул и встал, она смотрела на толпу, скопившуюся на перроне. Двери ещё не открылись, когда в окно снаружи стукнули и прямо перед ней с той стороны стекла возник остроносый.

Он усмехнулся, когда она отпрянула и скрылся в толпе. Двери поезда наконец открылись и народ хлынул внутрь.

Береника попросила выходной и её одобрили, за истекший год она, оказывается, не брала выходных ещё ни разу. Совершенно ошеломленная и (да что уж таить, так и есть — до смерти испуганная), она вышла на улицу, размышляя о вчерашнем. Всё, что произошло никак нельзя было объяснить.

Предположим, за ней следили. Предположим, в заверения Самайла, о том, что он оставляет дело не поверили. Предположим, остроносого даже послали по её следу и он денно и нощно следил за каждым её шагом и не расслабился не смотря на то, что некоторое время она была паинькой.

Но его точно не было в поле, когда она выехала на развилку и проверила, осмотрев всё вокруг. Далее ещё веселее. Скажем, он следил за её машиной через жучок, но тогда как он нашёл её саму, когда она оставила свой телефон и машину на окраине Крендышей, а сама направилась в центр?!

Как можно было вычислить её в библиотеке, когда она использовала чужой билет и карту, для входа в систему? Но факт не отменить — он был там, едва она успела скачать данные.

Далее он как-то вычислил куда она поедет в поезде. Это вовсе не укладывалось в её голове. Как он провернул это?! Невозможно, невероятно, если только вся космическая армия Федерации не взялась за ней следить.

И потом, он как-то выбрался на платформу, когда двери электрички ещё не открыли. Всё это было настолько дико, что голова заболела. Она подумала — а что если есть нестандартное объяснение? Например, у остроносого был брат-близнец? Или они вообще тройняшки?

Такие люди, как Бабровы, вполне могли бы нанять кого-то необычного на роль бойцов, для того, чтобы эффективнее запугивать своих жертв. Какое впечатление можно произвести, если вот так воздействовать на потенциальную жертву. Даже она оказалась напугана.

Руки у Береники чесались открыть ноутбук и кое-что поискать в сети, но подумав, она отказалась от этой мысли. Пока. Пока отказалась. Рано, или поздно она найдет способ узнать тайну остроносого и его молниеносных перемещений.

И ещё — она обязательно узнает, что происходило с исчезнувшими девушками. Это было необходимо лично ей — ни одна девушка, ни один мужчина, мальчик или старик не должны пропасть навеки. Каждого должно и нужно искать, пока он не обнаружится, живой, или мертвый.

Каждый пропавший заслуживает, чтобы его обнаружили и историю его жизни и смерти узнали, чтобы он не пропал втуне, остался хотя бы тонким штрихом в книге человечества.

Она тяжело вздохнула и дёрнула на себя двери женского салона. Её ждал массаж, хаммам и прочие процедуры. Ничего другого пока она не могла сделать.

Самайл спустился к ней в клетушку:

— Ну что? Поздравляю с новой победой. Еще одна пропавшая найдена?

— Дело было ерундовое, — отмахнулась она.

— Давай, пройдемся до моего кабинета. Нужно поговорить.

Остроносый нажаловался своим хозяевам?

Береника встала и приноровилась к его шагу — Самайл едва переставлял ноги, опираясь на палку. Как это она проглядела? Изменения произошли слишком стремительно.

— Слушайте, Самайл, а вы ходите к врачам?

Он усмехнулся:

— Лучше бы я пошел раньше, или не ходил вообще. Они говорят, нужно ампутировать ступни. Потом можно будет установить протезы и я снова буду ловкий, как юный олень.

— Может быть, это и впрямь поможет, — сказала Береника и вдруг застыла. Ей ясно вспомнилось, что вчера шептал остроносый:

«Твой шеф, жирный сыщик со сладкой кровью... Ничего, всё равно ему подыхать скоро. Его кровь воняет патокой, верный признак». Откуда он узнал?!

— Ваши родственники знают о вашем состоянии? Вы рассказали близким?

— У меня никого нет. Ты ведь знаешь. Так сложилось и теперь я рад — некому будет горевать по мне. Я рассказал только тебе. Ты моя последняя ученица... самая лучшая.

— Что-то я расклеился, — пробормотал он, но Береника никак не отреагировала. Она думала: если шеф никому не рассказывал о своем диагнозе, откуда и как мог узнать остроносый?

Самайл остановился перед прозрачными дверями переговорной:

— Заходи, Береника. Нужно поговорить.

Он тяжело опустился на стул, напротив и тяжело вздохнул.

— Не тяните, ради бога!

— Не торопи. Тут такое дело, что не знаю, как и начать. Я сам очень удивлен, но... — и он развёл руками. — Ты когда-нибудь слышала имя Агней Вар?

Береника кивнула:

— Конечно. Агней Вар, римлянин по происхождению, владелец концерна Цестелена и руководитель агентства безопасности для элит, «День-Ночь». Имеет огромное состояние, не любит светиться в прессе. О нём мало известно. Он оказывает услуги самым известным корпорациям Федерации.

— Какие интересы господин Вар отстаивает? Какие группы поддерживает? Кто его сторонники?

— Это неизвестно. А к чему вы ведете?

— Не догадываешься? — поставив на стол локти, усмехнулся Самайил. — И не догадаешься никогда.

— Конечно не догадаюсь! Это совершенно иная сфера, я не могу представить зачем к вам пришел этот человек. А ведь он пришел к вам, да? И зачем?

— У него есть некое предложение, — заявил Самайл и Береника округлила глаза:

— Вы осмелились обратиться к нему за поддержкой? И нас не послал его пиар отдел?

Самайл захихикал и вытер подступившие слёз:

— Береника, ты просто не представляешь всего! Что ж, скажу как есть: Агней Вар пришёл ко мне сам. Нет, не просто сам, а именно — сам, собственной персоной. Открыл дверь и вошел в кабинет. И сказал: «я хочу вас выручить».

— А, вы шутите! — воскликнула она. — Ладно, это было забавно.

— С твоего позволения, я продолжу! Вчера я обдумывал, за какую цену выставлять агентство. Слишком низкая отпугнет покупателей и покажет, что у нас проблемы. Слишком высокая отпугнёт покупателей тоже: кому нужно умирающее дело?! В этот ужасный момент, когда я составлял списки на увольнение, которые зачитал бы в субботу сотрудникам, появился Агний Вар. Будто сказочная фея, он предложил выкупить «Збарро» у меня.

— Что?! Вы шутите, или диабет уже повлиял вам на голову?! — воскликнула она смеясь и Самайл рассмеялся тоже:

— Ах ты грубиянка! Говорю же: он спасёт нас. Он был здесь сам, говорил со мной. Его предложение очень щедрое. Он покупает «Збарро» по цене, которая была бы справедливой лет пятнадцать назад, когда мы были ведущим агентством.

— Но... почему?

— Это ещё не всё. Он обещает взять «Збарро» вместе с сотрудниками в лоно «Дня-Ночи», в том виде, в котором оно существует. Его устраивает всё — состав, отделы и сотрудники. Он говорит, что изучил структуру агентства и это ему подходит.

Самайл смахнул пот со лба:

— Понимаешь?! Не будет увольнений. И позора.

— Но почему он делает это?

— Он сказал, ему нужна была готовая структура для обслуживания АБИЁ.

— Это компания, занимающаяся продовольствием, компания Егрения Вальсена, — быстро сказала Береника, ощущая, как кружится голова и пол уходи из под ног.

— Они лидеры на рынке. Сейчас их обслуживает «Речеце», но я слышала, контракт заканчивается. Если это всё отдадут нам... сотрудники получат прекрасные деньги и перспективы. Неужели всё это передадут нам?! Промышленный шпионаж, это так интересно! Как думаете, я смогу заняться...

Она вдруг будто очнулась:

— Чего он хочет за это? Это не может быть даром, — хмуро сказала Береника. — Какова цена столь щедрого предложения? Ваша душа?

Самайл хмуро улыбнулся:

— Твоя, не моя. Он хочет поговорить с тобой, Береника. Завтра. В его башне «День-Ночь». Он ждёт твоей откровенности и выходит, от тебя теперь зависит будущее всех нас. Что скажешь?

— Откровенности? В каком вопросе? — уточнила она. — Он сказал конкретнее?

— Агний Вар сказал лишь: «Мне нужна её полная откровенность в каждом вопросе, который я захочу задать».

— Включая интимные? — нервно хмыкнула она.

Он пожал плечами и развел руки в стороны, что должно было значить: даже если так, что тут такого?! Возьми себя в руки и ответь. А вслух сказал:

— Это не уточнялось. Предположим он захочет узнать имя твоего первого мужчины. Это станет препятствием?

Береника откинулась на спинку стула:

— Та-та-та!

— Что тебя смущает?

Она вспомнила остроносого, тычок в спину, острую боль, когда он рвал ей волосы.

— Так, ничего. Он хотя бы намекал, в какой области будут его вопросы?

Самайл лег на стол грудью и накрыл её руку своей:

— Береника, ради бога! Что такого ты можешь знать, что стоило бы судьбы твоих коллег и старого шефа?

Перед ней всё так же стояло лицо остроносого. Волоски на затылке встали дыбом и она выпрямилась на стуле. Улыбнулась:

— Ничего такого, Самайл. Вовсе ничего.

— Ты пойдешь к нему? Береника? — голос Самайла дрогнул. Никогда прежде она не видела его слабости. Береника подняла голову и кивнула:

— Да. Я пойду и отвечу на его вопросы, ни о чём не волнуйтесь. Я всё сделаю.

Агентство «День-Ночь» находилось на самом последнем, восьмидесятом этаже. Высота — один из постоянных страхов Береники, но после сорокового он пропадал и высота теряла всякое значение. Земля была так далеко, что становилась чем-то не существенным, не реальным. Не более, чем картинка в книжке. Всё что не может быть настоящим, не способно пугать.

Лифт открылся прямо перед стеклянной стеной и когда двери разъехались она оказалась будто бы на краю крыши и на миг застыла — первый раз она смотрела с такой высоты, земля и город виделись будто набор игрушечный кубиков и макетов сквозь синеватую дымку.

Беренику встретил ассистент в роскошной приемной.

— Прошу вас, пока присядьте.

Береника осмотрелась, выбирая место. Тут можно было разместить половину Муромского вокзала, так что выбор был.

Сесть перед стеклянной панорамной стеной? Или в глубине, за колоннами, в мягком кресле? Или у столика с лампой?

Выбрав место, она подумала, что слово «День» в названии лишнее. Хватило бы и «Ночи». Вокруг всё было выдержано в темно-серых и земляных оттенках. Однажды её клиентом был декоратор, от него Береника набралась всяких словечек вроде «цвет земли после дождя» и «цвет осеннего пруда». Тут этого было довольно. Может быть он и делал проект, тот декоратор. Было бы забавно.

Она сжала руки, стараясь унять легкую дрожь — от волнения мысли так и несутся вскачь. Нужно успокоиться, отвлечься.

В приёмной было довольно света, но все светильники были спрятаны в ниши. Только непрямое, рассеянное излучение. Интересное решение интерьера. Вытянув шею, Береника разглядела за колонами, позади стола ассистентов высокие, двойные двери с медными ручками.

На дверной панели были вырезаны римские цифры. Большие часы над дверью тоже имели римский циферблат.

— Госпожа Тайнова?

Она вздрогнула и выпрямилась. Ассистент застыл перед ней пождав губы.

— Посмотрите правее, я прямо тут, в кресле, — ответила она насмешливо.

— Вас просят подождать... господин Вар сейчас немного занят, понимаете? Посидите...

Береника кивнула:

— Конечно. Понимаете? Я подожду.

Ассистент еще сильнее поджал губы и отошел.

Некоторое время она наблюдала за тем, как они с помощниками работают. Да уж, в «Дне-Ночи» работы было видимо очень много. Каждую минуту звонили телефоны, то и дело входили и куда-то выходили люди. Береника замечала курьеров с бумагами и без бумаг.

В двери, расположенные за спинами ассистента вошли несколько мужчин с угрюмыми, серьезными лицами. Двери закрылись за ними.

Береника расслабилась в кресле. Что ж. Если надо, она подождёт.

Глава 3

Прошло больше часа, а за дверями кабинета всё ещё длилось заседание. У стола ассистентов мерно позванивали телефоны, гудели системники, входили какие-то люди, затем уходили. Про Беренику будто и вовсе все забыли.

Что ж, эти игры она прекрасно знала. Её специально вызвали пораньше, чтобы понервничала ожидая, думая, что да как.

Она вытащила ноутбук, косясь в сторону двери. Расположив его на коленях, открыла сайт с вакансиями. Почему бы не посмотреть, что предлагают на рынке труда? На всякий случай. Может быть она встанет и уйдёт, если почувствует, что так для неё лучше? И тут же нахмурились: ладно, она-то найдёт работу, выкрутится, а как же Самайл? Нет, она его не бросит.

Дверь всё ещё была закрыта и ассистент даже не смотрел в её сторону. Вместо поисков работы, Береника начала строчить возможные варианты предстоящей беседы: что Вар может ей сказать? И что она ответит?

Пробегая глазами строчки, она зевнула, потом второй раз...

Береника открыла глаза и сперва не смогла понять где находится. Вокруг было темно, только слабый отсвет освещал незнакомые стены. Спустя мгновение вспомнила: она же в «Дне-Ночи», пришла поговорить с Варом и видимо уснула. Но почему её не позвали? Про неё забыли? А может быть Агней Вар вовсе передумал беседовать с ней?

Рабочий день закончился, свет выключен, кругом тихо, люди уже ушли. Нужно и ей уходить, пока охрана не заподозрила в чем-то дурном! Она поскорее встала и замерла: прямо напротив застыл силуэт.

Береника сунула руку в карман, в котором лежал баллончик и вспомнила, что его забрали при входе, внизу, у охраны. Медленно она сделала шаг назад, следя за тем, как тень качнулась, готовясь бежать, или драться, но тут зажёгся свет лампы и она выдохнула. Перед ней был просто ассистент, всего лишь ассистент! А кого ещё тут можно было увидеть? Ей стало смешно.

— Госпожа Тайнова? Господин Вар готов выслушать вас.

— А сколько времени? — спросила она оглядываясь, — Я, кажется, уснула.

— Сейчас ноль часов, двенадцать минут. Госпожа Тайнова, поспешите. Господин Вар не любит ждать.

Она даже не нашлась, что на это вообще было можно ответить и поправив волосы, направилась за секретарем. Остановившись у двойных дверей, тот повернулся и поджал губы поджидая её. Затем открыл двери с таким видом, будто за ними располагалось святилище:

— Входите!

Кабинет производил впечатление в первую очередь своим размером. Всё остальное она не могла разглядеть — дальние углы терялись во тьме, только стол был освещен светом настольной лампы и монитора. С той стороны, лицом к ней сидел хозяин всего этого, Агней Вар. Она шагнула вперед, кашлянула.

— Садитесь, госпожа Тайнова.

Голос у него был глубокий, спокойный. Он даже не поднял головы, предоставив Беренике рассматривать его профиль, освещенный лампой с одной стороны.

Собираясь сюда, Береника нашла в сети пару его фотографий, ведь нужно же было посмотреть с кем предстоит встреча. На немногочисленных фото Агней выглядел замкнуто и Береника решила, что он просто не умеет расслабляться перед камерой, но теперь, глядя на него, поняла, это не временное состояние, это его суть. Он не желает расслабляться и ему всё равно, что об этом подумают.

Береника села, сложила руки на коленях. Что ж, если он так хочет ещё поиграть в молчанку... Она принялась разглядывать его, пусть почувствует дискомфорт. Кроме того, ей было интересно увидеть так близко человека, о котором ходит столько слухов.

Агней выглядел как типичный римлянин: прямой нос, миндалевидные, тёмные глаза. Волосы у него тоже были чёрными, вьющимися. Ему шла легкая небрежность, с которой мягкие завитки обрамляли лицо. Береника сперва подумала, что подобная невесомость и легкость наверняка достигается в дорогом салоне, усилиями стилиста, но тут же поняла: нет, это всё же естественный вид.

Она перевела взгляд на его руки. На указательном пальце правой у него был массивный серебряный перстень, очень большой, занимающий почти всю фалангу. Вязь из листьев окружала что-то, похожее на древний герб. Любопытно. Она подняла голову и заметила, что теперь Агней смотрит прямо на неё.

Береника откинулась в кресле, невольно стараясь отодвинуться чуть дальше. Он не понравился ей с первого взгляда, но в тоже время он не мог не нравится. Агней был из тех, кто от природы награжден даром быть обаятельным не зависимо от собственного желания. Он мог хмуриться, смотреть в сторону, но всё же нравиться. В тоже время его прямой взгляд почему-то испугал её.

— Добрый вечер, — произнёс он и тоже откинулся в кресле. Его черные глаза неспешно разглядывали её. Он не делал этого деликатно и никак не пытался скрыть откровенное любопытство.

— Добрый, — ответила она и добавила:

— Может быть сразу перейдём к делу, господин Вар?

— Вы не выглядите раздраженной, — констатировал он.

— А это ожидалось? Для этого меня заставили ждать?

Он отрицательно качнул головой:

— Вовсе нет. Это досадная случайность — я забыл о вас.

— Как мило с вашей стороны, — улыбнулась она. — И всё же, давайте перейдем к делу?

— Безусловно, госпожа Ника.

— Нет, нет! — она невольно отреагировала слишком резко. — Прошу вас: Береника. Не нужно сокращенного имени.

Агней чуть заметно шевельнул губами. Вероятно, это была усмешка.

— Интересно. Вы совершенно спокойно отреагировали на невероятно долгое ожидание, зато ваше собственное имя заставляет вас так нервничать. Что ж, Береника, так Береника. Хорошо.

— Не знала, что мы собрались чтобы проверить мои реакции, — буркнула она шепотом, под нос, но он услышал, она видела это по его лицу. Услышал и снова чуть шевельнул губами. Она скрестила на груди руки.

— Ваш шеф, Самайл Росов передал, что от вас требуется?

— Откровенность. И я готова быть откровенной. До определенного предела.

— Ваша откровенность ограничена? Чем же?

Некоторое время Береника смотрела ему в глаза. Сидя в приёмной этого кабинета, она несколько раз проиграла в голове всю ситуацию. Как ни крути, она не знает, что происходит. И потому сказала правду:

— Последствиями. Мне нужно знать цену моей откровенности. Во что она обойдется мне?

— Что ж, справедливо.

Береника заметила, произошла какая-то перемена. Она не знала, что случилось, но что-то неуловимо изменилось. Он рад её вопросу? Расценил её озабоченность положительно?

— Я расскажу вам как обстоят дела, — неспешно заговорил он. — Уже давно я подозреваю одного... человека в дурных вещах. Доказать ничего я не могу и провести расследование в силу сложившихся обстоятельств, которые не касаются вас, не могу тоже. Случайно я узнал, что вы вели расследование, связанное с именем Бабровых. Мне нужны ваши результаты, все, целиком. Включая ваши мысли по этому поводу. За это я гарантирую выкуп «Збарро» и присоединение его к концерну «Ночь», как часть системы.

— Что, если я узнала совсем немного, или эти знания вообще вам не помогут?

Он несколько секунд смотрел на неё, прежде, чем ответить. Береника всё не могла никак истолковать его взгляда. Что происходит у него в голове?

— Я понимаю риск. Ваши знания могут быть полезны, а могут не быть. Этого достаточно, чтобы я купил их за объявленную цену.

Береника сказала:

— Простите, но покупка «Збарро» стоит не дешево, вы должны быть в довольно затруднительном положении, чтобы рисковать такой суммой. Почему вы не можете задать те же вопросы, что и я? У вас такие силы, — она обвела рукой вокруг. — Вы могли бы узнать тоже самое и ещё больше, за считанные часы. Так зачем вам покупать «Збарро» и мою откровенность?!

Агней улыбнулся и в мгновение ока его лицо изменилось, стало безумно притягательным. Улыбка тут же исчезла и он произнёс:

— Вы весьма умны.

— Благодарю вас, — кивнула Береника, ощутив странный толчок внутри. Ей польстили его слова, очень.

А между тем он продолжил:

— Что ж, скажу сразу, ответа на ваш вопрос не будет. Я не могу объяснить вам причин, который вынуждают меня действовать именно так. Давайте остановимся на том, что у меня нет иной возможности узнать желаемое, кроме как заплатить за «Збарро». Кроме того, в обмен на вашу откровенность вы получите гарантию работы в структуре агентства «Ночь». Этого вам довольно?

— Не довольно. Я хотела бы знать ещё одну вещь, — сообщила она. — Кто вас нанял?

— Никто. Я работаю на себя. Начинайте ваш рассказ, — бросил он и сцепил перед собой пальцы. Его лицо, снова он стало похоже на статуи из древних акрополей — красивое и окаменевшее.

— Что ж... — произнесла Береника тяжело вздохнув. — Если вас наняли Бабровы, отсюда я вполне могу не выйти. Но если вы работаете против них, шансы у меня есть.

Снова тень пробежала по его лицу. Ей было трудно понять, что происходит у него в голове, а ведь это было так важно!

— Допустите, что мне нужна правда. Только правда и я не работаю ни на Бабровых, ни против них. Я только хочу понять, что происходит, — мягко сказал он.

— Так не бывает, — вырвалось у Береники. — Я работаю в сфере уже больше пяти лет, и скажу вам честно: никому не нужна правда! У каждого свои интересы и ситуацию перекручивают, в свою пользу.

— Весьма цинично и горько для такой юной девушки.

Береника махнула рукой.

— Ладно. Если вы не готовы сказать, перейдем к делу. Месяца полтора назад к нам обратился Ружен Бабков, жених Велены Бажновой. Вернее он уже был бывшим женихом, но не знал этого, или не хотел понимать. Его подруга, Велена, искала спонсора и надеялась получить его в лице Баброва Братена, о чем писала на клочках бумаги...

— Что именно она писала?

— Так и писала: Баброва Велена. Примеривала его имя как платье. Впрочем, ей было всё равно, кто станет её покровителем, там был целый список имен и даже Велена Вар.

Агней приподнял брови:

— Вот как? А она была красива?

Лёгкое, неприятное чувство на миг коснулось её. Почему же ей неприятно, что этот мужчина, которого она впервые видит, спрашивает о Велене? Как же глупо и как же хорошо, что люди не умеют читать чужие мысли.

Она подняла голову и взглянула на него. Агней Вар смотрел на неё так, будто всё понял.

— Да, она была очень красива, — зло сказала Береника. — Но не очень умна. Она писала свое имя рядом с каждой фамилией богатого холостяка федерации, но Баброва выделила отдельно, написала, что он красавец. В тот вечер, когда она пропала, в Смородина-зале был банкет М.К.И. Береника участвовала там как приглашенная модель. После вечеринки её увезли на машине компании, с тех пор её никто не видел. Есть видео, где Братен Бабров провожает её к выходу из зала. Есть видео, где частный извозчик въезжает во двор дома Береники. Как она вышла из машины не видно.

— Почему? Что закрывает обзор?

— Ничего. Был сбой камер. Они вышли из строя на пол часа.

— Сбой камер... — проговорил он, будто бы сам себе.

— Я начала расследование с осмотра её комнаты, где нашла все эти записки с фамилиями. Там мне встретилась её подруга, которая только от меня узнала, к кому на банкет Велена отправилась и кого надеялась заполучить. Узнав, она заявила, что если б знала сразу, что подруга затеяла, отговорила бы её от этого.

— Она сказала причину?

— Причина странная на первый взгляд: девушка говорит о слухах. Слухах о ресторане Счастливые рёбрышки, принадлежащим Бабровым. Это мистические слухи. Говорят, Бабровым помогает сам дьявол. Говорят, они приносят ему жертвы. Превращают юных девушек в живых мертвячек, вечно прекрасных.

Она сложила губы в насмешливую ухмылку и замолчала потому, что Агней Вар произнёс:

— Неужели это стало так явно...

Он ничего больше не сказал и она продолжила:

— Это смешно, но пены без мыла не бывает, я решила проверить. Нашла график перемещений Бабровых и сравнила его с датами исчезновения девушек, так, или иначе работающих на них. Знаете, что? Исчезновения происходят день в день с их визитами. Где бы они не появились, там исчезают девушки. Всегда. Каждый раз.

Агней Вар молчал, сосредоточенно глядя сквозь неё. Береника ждала. Наконец он спросил:

— Вы сделали какой-то вывод?

Горько усмехнувшись, она ответила:

— Разве вывод не очевиден? Братен, а может быть его папа похищают девушек. Либо кто-то делает это для них. Один бог знает, что потом с ними происходит. Я могла бы пойти с этим в милицию, но у меня нет доказательств, а совпадение графика поездок... — она развела руками.

— Любой адвокат просто поднимает статистику исчезновений по всей Федерации и будет тыкать в лицо присяжным: «Вот тут в тот же день пропали пятеро девушек и вот тут, а Бабровых там не было, или по словам следователя они умеют летать?». На этом мое расследование было окончено.

— Это всё? — скучным голосом спросил Агней и Береника поняла, разговор окончен.

— Да, это всё... Хотя погодите. У Бабровых есть один сотрудник, очень скользкая личность. Я думаю, он как-то связан с исчезновениями, либо знает о них, либо участвует в этом. Рассказать про него?

Он кивнул и Береника пересказала всё, что случилось между ней и остроносым, начиная с гаража. И едва она заговорила, как мужчина с тонкими губами и острым носом предлагал ей прокатиться, с Агнеем снова произошла перемена. Взгляд, задумчиво скользивший по верху, уперся в неё, теперь он внимательно слушал каждое её слово. Уже заканчивая, она знала, что сообщила ему что-то важное.

— Вот как, — проговорил он, едва она закончила.

Это было важно? Она помогла ему?

— Что ж... — начала вставать она, — Не стану больше задерживать...

— Сядьте, — произнёс он и Береника села обратно.

— Мне потребуются ваши услуги.

— Что я должна буду делать?

— Присутствовать в моём обществе. Так, чтобы это было заметно для посторонних.

Он посмотрел на неё, а Береника вдруг всё поняла:

— Вы хотите... чтобы остроносый заметил меня рядом с вами. Чтобы он занервничал и выдал себя.

— Верно.

— Вы хотите использовать меня как приманку!

Он кивнул.

— Против человека, который, как я вам говорила, очень умен и хитёр... нет, не так! Я работаю пять лет, может быть это не очень много, но этого достаточно, чтобы понять — он никак не мог выследить меня. Ни в Крендышах, ни тем более после. Я отсекала все хвосты. Сразу. Но он знал, где я буду, будто умел летать, или читать мысли! Он ждал меня в электричке! А потом как-то выбрался из неё до того, как двери открылись. Теперь вы хотите, чтобы этот человек узнал, что я общаюсь с вами и могу вам что-то рассказать? А вы уверены, что я переживу это?! Он недвусмысленно сказал, что второго шанса мне не даст.

Агней прищурил глаза, чуть дрогнули уголки губ. Это была самая настоящая улыбка. Беренику будто пронзило током и она отвела взгляд. Воздух загустел.

— Я могу защитить вас, — сказал он проникновенно. Теперь его голос звучал как в дешевом сериале про вечную любовь, но это действовало. Ей было очень приятно услышать, что он хочет защитить её.

— А вы уверены, что сможете? — нервно хихикнула она.

— Да.

Как птичка залетевшая в кухню, мысли заметались, когда она подняла голову и встретилась с ним взглядом. Он будто знал её всегда и будто бы желал ей только добра. Его следующие слова ударили в ещё один бастион:

— Вы безусловно заслужили и защиту и внимание.

— Почему? — едва смогла выдавить Береника.

— Я много слышал о том, какая вы молодец. Ваши результаты действительно впечатляют.

Она на миг закрыла глаза и тут же открыла. Как же это он смог за один миг залезть ей прямо в душу? Он будто знает, что нужно сказать!

— Вероятно, вы приложили немало усилий, чтобы добиться успехов. Что вами двигало? В чём была ваша мечта, Береника?

Она ощущала себя, будто в тумане. Золотистом тумане блаженства. Ему есть до неё дело? Кому-то вообще есть до неё дело? Этот голос буквально выстукивает буквы её имени, одну за другой, будто ему и вправду интересно знать, что же ей двигало, когда она решила стать детективом.

Именно так обычно и рассказывали жертвы, приходящие к ним в агентство: «Вы не представляете, у мошенника был такой глубокий, понимающий голос. Он говорил со мной, будто хотел мне добра. Будто хотел мне помочь».

Это немного отрезвило её и она собралась сказать: «Чего вы хотите, скажите прямо! Зачем всё это, вам же на меня наплевать, вы льете мне воду в уши, чтобы чего-то добиться. Чего?»

Но если она так скажет, он наверное никогда уже не заговорит с ней таким голосом... Она посмотрела на него, словно искала ответа. Агней Вар смотрел на так, будто бы понимал, что с ней твориться. Она вцепилась в ручки кресла и быстро сказала:

— Вы должны знать его методы, господин Вар! Я об остроносом. Вы должны знать, как он нашёл меня, как оказался в поезде...

— Я понимаю, — произнёс он тихо. — Он работает вполне понятными методами.

— Вы серьезно?! Что это за методы такие? Вы правда понимаете, как он покинул поезд? Как нашел меня, как...

— Я не люблю повторять одно и тоже дважды, но вы очень волнуетесь, поэтому повторю: да, я понимаю и знаю как. Я прошу вас помочь и гарантирую вашу безопасность, если вы будете меня слушаться.

— Расскажите мне, что происходит! — попросила она.

Агней отрицательно мотнул головой:

— Я не хочу лгать вам. Сказать правду я не могу, а лжи вы не заслужили.

Он замолчал, глядя на неё. Его лицо снова стало непроницаемой маской. Спрашивать дальше бесполезно, все её вопросы разобьются о эту маску.

Она решила сказать: «Нет, в самом деле! Мы так не договаривались. Я не хочу быть подсадным кроликом. Вы обещали купить Збарро за откровенность и остановимся на этом».

И сказала:

— Ну что ж. Я согласна.

— Вот и хорошо, — теперь он встал:

— Я не держу вас больше, уже поздно. Вам позвонят завтра. Вы должно быть слышали об этом человеке, это мой партнёр, Вальсен Егрений. Он объяснит вам, что дальше делать и как вам проявить себя, чтобы наш план сработал. В основном вы будете общаться с ним по этим вопросам.

— Вот и хорошо, — пробормотала она. Может быть у неё в мозгах проветриться.

Торопливо встав, уже хотела попрощаться и уйти, но произнесённое имя наконец дошло до сознания.

— Вальсан Егрений? Простите, речь не о хозяине АБИЁ?

— Именно о нём, — кивнул Агней. — Что-то вас смущает?

— Но я не понимаю... какое отношение он имеет к... ко всему?

— Он сам вам расскажет, — Агней сделал движение и Береника сразу поняла: он проявляет нетерпение, ему нужно остаться одному.

— До свидания, — кивнула она.

— Ещё увидимся, Береника. Спасибо, что пришли.

На миг ей показалось, что это было обещанием.

Закрыв дверь кабинета, она оказалась в совершенно пустой приёмной. За резными панелями горело несколько ночных ламп. Узорные тени ложились рваным ковром на стол-подиум, кресла, мозаику. Ассистент будто испарился. Может наконец ушёл домой, или спит тут где-то, как и она до того.

Она сама с трудом отворила двери приёмной. Тяжелые створки будто не хотели выпускать её. Заскрипела верхняя петля. Едва она вышла наружу, как створка с шумом захлопнулась за её спиной и Береника оказалась в полной темноте. Ни огонька, ни звука.

На миг даже захотелось вернуться назад, но посмеявшись над своим порывом она вытащила телефон и включила фонарик.

Во мраке никого не было, конечно. Это помнила с раннего детства, с того подвала, в который провалилась — во тьме нет ничего страшного, пугает лишь сама тьма. Рано, или поздно тьма уходит и с ней уходит страх. Остается лишь скучная реальность.

Она вышла к лифтам на площадку. Там было так же темно, лишь кнопки у лифта посвечивали голубыми огоньками.

Береника подошла к прозрачной стене. Внизу, очень далеко, светились огоньки города. Город покрывал всю землю, насколько хватало взгляда, сияние света утекало за горизонт. Будто внизу расстилалось звездное небо, такое же, как вверху.

С сожалением Береника вызвала лифт. Ей понравилось тут, в поднебесье. Было что-то особенное жить и работать так высоко, будто взобравшись на вершину.

Он долго ехал, видимо стоял на первом этаже. Береника зашла в него спиной вперед, нажав на кнопку, всё ещё смотрела за окно, на небо. За миг перед тем, как створки сомкнулись, ей померещилась тень, мелькнувшая на стеклянной крыше. Тень была похожа на человека, ловко бегущего прямо по стеклу на четвереньках, а затем она скользнула за край и помчалась вниз по отвесной стене. Со звуком створки съехались и лифт пошёл вниз.

Ей, конечно же, показалось.

К счастью, стоянка была освещена. Тусклые, ночные лампы после мрака верхних этажей показались ей ослепительно яркими. В будке охраны сквозь мутные стекла виднелся силуэт. Береника подошла к своему скутеру и с сомнением оглядела его. Сейчас, ночью, ей хотелось защищенности, железного кузова и четырех быстрых колес.

— Вы уезжаете?

Береника подпрыгнула, обернулась и прижав руку к груди, выдохнула:

— Уф, как же вы меня напугали!

За спиной стоял сторож, ботинки у него были на мягкой, резиновой подошве.

— Простите. Я смотрю, вы подошли и на скутер смотрите. На улице дождь.

— Правда? Опять ошиблись метеорологи!

— Да, ошиблись. Дождь мелкий, но промочитесь и простынете. Лучше б вызвали извозчика.

Она искренне поблагодарила:

— Спасибо, но утром мне на работу. Придется ехать на нём.

Дождя не было, в воздухе висела мелкая водяная взвесь, лицо тут же облепило мокрой пленкой. Покрытые водой, блестели тротуары и пустая дорога, в фасадах домов отражался свет фонарей. Центр города всегда пустел рано — тут лишь несколько жилых высоток, учитывая, как дорого стоит квадратный метр земли. В основном офисы, торговые центры и рестораны. Сейчас, в начале второго все уже закрылось и рокот её мотора разносился далеко на пустых улицах.

Все светофоры мигали жёлтым, только один ещё работал, видимо какой-то сбой. Опершись на одну ногу, она ждала, когда красный смениться зелёным, на совершенно пустом перекрёстке, когда вдруг уловила движение краем глаза. Резко повернув голову, она увидела мельком, как по стеклянному фасаду скользнула и исчезла за углом тень. Привиделось, снова?! Разве может привидеться одно и тоже дважды?!

Едва загорелся зелёный, она рванула с места, выжимая из мотора всё, на что он был способен. Колеса пробуксовали по мокрой дороге, взбивая тучи брызг, скутер помчался вперед, ревя и виляя. На повороте она резко развернулась поперек дороги. Тень метнулась назад, скрылась во тьме, исчезла. Вся дрожа Береника выжала газ и помчалась снова вперед.

Войдя в свою квартирку, она поскорее заперлась на все замки, скинула мокрую куртку и увидела мигающие сигналы автоответчика. Включила запись. Трижды звонил Самайл: «Перезвони мне, как будешь дома. Что он хотели? Вы смогли договориться?»

В последнем сообщении Самайл сказал: «Не вини себя, если не вышло. Ты не должна жертвовать собой ради меня и прочих. Позвони, чего он хотел? Обсудим всё это и решим. Вместе».

Она посмотрела на часы: стояла глухая ночь. Нет, они поговорят утром, в офисе. Сядут в кабинете и обсудят всё: и предложение Вара и её неожиданное согласие. Теперь, оставшись наедине с собой, она вдруг поняла, что боится. Почему она согласилась?

— Нужно всё обсудить с Самайлом, ну правда, — сказала она вслух и удивилась, какой тихий у неё голос, испуганный, хриплый. Нет, надо взять себя в руки.

Она направилась в ванну, не заметив, что с той стороны окна снова мелькнула тень.

Звонок раздался утром, когда она только вышла из дома. Голос был незнакомый, как и номер.

— Береника, здравствуй. Ты проснулась?

Голос был звонкий, полный веселья, он танцевал и искрился, будто пылинки в солнечном луче. Каждое слово доставляло говорящему удовольствие.

— Простите, — невольно улыбнулась и она — а кто вы?

— Неужели Агней не сказал обо мне? На него не похоже. Он угрюм и молчалив, но очень пунктуален. Я Вальсен Егрений, а ты Береника и теперь ты работаешь у нас. И хотя формально ты ещё работаешь на своего старого шефа, практически ты уже сотрудница «Ночи». Так что тобой теперь распоряжаюсь я.

Затем раздался смешок и Береника хихикнула в ответ. Ничего смешного сказано не было, но веселье звонившего невольно заразило и её.

— Так значит, я жду тебя. Нужно познакомиться. Ты знаешь, куда ехать? Хотя, откуда тебе знать, да? Ну жно приехать к ЖК Высокие Небеса. Я скину адрес.

— Я знаю, знаю, где это.

— Отлично. Назови своё имя охране и скажи, что ты приехала в Ирий. Это название этажа — Ирий. Ты запомнишь?

Ирием назывался самый верхний этаж и в него вел отдельный лифт, в дальнем конце холла. Наверху перед ней открылся холл сложной формы, с лестницами, уходящими наверх. Несколько диванов стояло у стен, она прошла дальше, надеясь найти кого-то и застыла в зале, где на каменном столе горело прозрачное пламя.

Навстречу к ней торопливо вышел мужчина:

— Госпожа Береника? Прошу за мной. Вас ожидают.

Береника шла неторопливо, оглядываясь по сторонам. Она оценила высоту потолков, резные панели и другие детали интерьера. Жить тут, среди всего этого ей показалось невозможным. Будто бы в музее, или декорации к фильму. Но очевидно и к такому привыкаешь.

Но вот открылась очередная дверь и она моргнула — в лицо пахнуло свежестью, за порогом лежал цветущий сад. Стеклянный потолок позволял проникать внутрь солнечному свету. Где-то наверху слышались птичьи крики.

— Осторожнее, — она едва не упала в небольшой пруд, заглядевшись на яркие цветы, гроздьями висящие на ветке.

— Сюда, — сопровождающий нырнул под висящие плети дикого винограда и последовав за ним, она оказалась в довольно большом зале. Тут не были расставлены компьютеры, столы, стелажи забитые бумагами. Самый настоящий офис. Её появление прошло незамеченным, несколько человек сидящие у компьютеров даже не подняли головы, а провожатый вдруг испарился.

Оглядываясь, она двинулась вперед, за стелажами открылась стена с низу доверху состоящая из стекла. Сквозь широкие проемы внутрь проникал ветерок, с той стороны доносился смех и плеск воды.

Береника остановилась, размышляя, к кому бы обратиться за разъяснениями, когда освещенный солнцем, оттуда вышел мужчина в белой рубашке. Закатанные рукава обнажали белую кожу рук. Волосы у него были темные, чуть отдающие рыжиной, а глаза очень темными, как у Агнея Вара.

Он увидел её и улыбнулся, буто старый друг, который ждал ее очень давно и вот наконец-то встретил.

— Береника! Ты точно такая, как рассказывал Вар!

Она улыбнулась в ответ:

— Добрый день. Я... эммм, тоже рада. А что вам обо мне рассказали?

— Что ты умная, симпатичная и очень милая, — ответил он и Береника залилась краской: неужели Вар и правда сказал всё это?! Но почему?

— И ещё он сказал, что у тебя очаровательная улыбка. И он был прав!

И снова она улыбнулась — не улыбнуться было нельзя, весь вид подошедшего искрился весельем. Это было лицо, которые выглядят счастливым всегда. Довольство и радость будто застыли в каждой черте навечно.

Береника будто ослепла, нет, правда, она еще никогда не видела кого-то столь же счастливого и еще никто в жизни не был ей так рад.

— Ну что ж, я рад знакомству, Береника! Агней сказал, тебе нравится, когда тебя называют полным именем. Что ж, я это запомнил и буду называть только так, как тебе нравится.

— Эммм... вы очень добры. Спасибо, я ценю это, — выдавила она.

— Давай сделаем так: я сразу буду говорить тебе ты, а ты пока можешь держать дистанцию, если хочется. Перейдешь на ты когда будешь готова. И это обязательно случится, ведь мы с тобой подружимся, я уверен. И быстро.

— Эммм... ну...

Он вдруг поднял руки и хлопнул в ладоши, звонко, на весь зал и тут же люди, работающие за мониторами как по команде встали и покинули комнату. Вальсен продолжая улыбаться, будто и не заметил этого, он жестом указал ей на диван:

— Садись, познакомимся получше. Я так хочу что-то про тебя узнать!

— Знаете, — проговорила она. — Вы немного меня пугаете.

Он улыбнулся ещё шире:

— Конечно это так. Ты никак понять не можешь почему я общаюсь с тобой, будто мы друзья?

— Да, не могу. Всё это...

— Слишком быстро? Но я-то сразу всё понял: мы найдем общий язык.

— Но зачем вам такой друг, как я?

Он смотрел так, будто его удивил вопрос:

— Зачем? Разве это не очевидно? Ты понравилась мне.

Это было странно и она совсем растерялась. Тем временем плеск воды усилился и с террасы всё звонче стал доноситься женский смех.

Вальсен несколько раз глянул туда, будто забыв про неё, потом сказал:

— Извини, мне нужно тебя покинуть.

— Наверное мне пора? — спросила она.

— Вовсе нет. Я хотел бы, чтобы ты составила отчет. Отчет о том, что ты говорила вчера Вару. Это нужно изложить в письменной форме. Займёшься этим?

Он встал и галантно протянул ей руку:

— Позволь я тебе покажу, где это удобно сделать.

Ощущая себя невероятно странно, она протянула руку и встала. Вальсен тут же повел ее, под руку, будто они в старинном фильме. Его близкое присутствие сбивало с толку.

Она могла бы поклясться, что это флирт, если б не знала, как сама она выглядит и каковы возможности этого человека. И этот призывный смех с террасы... нет, тут что-то другое, но что? Зачем он так ведёт себя?

Он отодвинул ей стул и помог усесться. Наклонился слишком близко, чтобы включить экран. Береника ощутила тонкий запах духов.

— Постарайся не открывать ничего ту, ладно? Не то, чтобы это было нельзя тебе делать, я не против, но ты можешь сбить процесс.

Она кивнула, ошеломленная донельзя.

— Идет оформление сделки с Пекином, — шепнул он заговорщицки. — Несколько миллионов прямо сейчас поступают на счет. Сама понимаешь, сумма большая. Так что кроме текстового редактора ничего не трогай. Но если что-то интересно, скажи, я объясню.

Она ошеломленно кивнула и Вальсен ещё раз улыбнулся ей и ушел.

Береника долго смотрела ему вслед. Когда он вышел на террасу, смех стал громче, послышался всплеск. Там что, бассейн?!

Закончив, она сохранила файл прямо на рабочем столе и огляделась. Что делать дальше? С площадки на крыше доносился смех и голоса. Нужно ли ей ждать? Или лучше уйти? И спросить было не у кого.

Она встала и сделала несколько шагов. За стеклянной стеной, на широкой площадке располагался самый настоящий бассейн. Вокруг него на блестящей плитке стояли шезлонги и столики. Вальсан сидел в одном из кресел в окружении девушек. Юных и прекрасных, златовласых и тёмненьких. Береника медленно отступила. Наверное всё же лучше уйти.

Будто почуяв её, Вальан обернулся, кивнул ей и встал.

Как ни в чём не бывало он вернулся:

— Что у тебя?

— Я закончила, — сказала Береника. — Отчёт составлен и сохранён.

— Так быстро? — его глаза заинтересованно на неё смотрели. — Неужели ты уже всё сделала?

— Да, думаю да, — проговорила она тише, чувствуя, очень остро, его взгляд.

— Браво! Браво, дорогая Береника! Так быстро, надо же. Я не ожидал, что ты так быстро печатаешь. Агней, ты был совершенно прав во всем, касательно этой девушки. Это настоящая находка!

Вальсан произнёс последние слова всё так же глядя на неё и сперва она растерялась, а потом повернулась и увидела Агнея Вара. Он стоял у входа, в чёрном тренче с высоким воротом и наблюдал за ними.

Вальсан улыбался:

— Ну что ты застыл! Иди сюда.

Прищурившись, Агней бросил взгляд в сторону стеклянной стены, отвернулся, подошёл и сел.

— Итак, вы познакомились, — он не спрашивал, скорее наблюдал.

— И поладили.

Вальсан махнул рукой:

— Пока ещё не до конца, Береника держит оборону, нам нужно время.

— То есть ты думаешь, всё получится? — спросил Агней и Вальсан кивнул:

— Безусловно! У меня отличные предчувствия.

Глядя Вальсану в глаза, Агней вдруг улыбнулся. Это улыбка затронула только губы, глаза всё так же сохранили отстраненное и задумчивое выражение.

— Я рад, — произнёс он так, что у Береники что-то дрогнуло внутри.

— Я тоже, друг, — Вальсан ответил ему теплой, ослепительной улыбкой. На глазах у неё разворачивалось что-то важное. Она будто оказалась свидетелем некой тайны, подглядела краем глаза, даже не понимая, что именно видит.

Теперь оба одновременно посмотрели на неё. Это смущало.

— Её смущают те гостьи, на крыше, — произнёс Вар и Вальсен хлопнул себя по лбу:

— Ну да, верно!

Он удалился и на некоторое время они остались вдвоём. Береника видела, что Вар продолжает рассматривать её и спасаясь от этого взгляда, спросила:

— А почему на крыше нет ограждения? Все же тут высоко и разве не нужно на всякий случай оградить край, да? Я посмотрю...

Когда Береника вышла под стеклянную крышу девушек уже не было, будто исчезли. Только вода чуть покачивалась в бассейне и улыбающийся Вальсен стоял у края. Там стекла не было, только невысокий подъем края и обрыв. Береника подошла ближе. Высота пугала её меньше, чем эта беседа.

— Я посмотрю, ладно? Наверное очень страшно смотреть с края...

Вальсан стоял на самом краю, покачиваясь на кончиках туфель.

— Осторожнее! — закричала она.

Со смехом, оттолкнувшись, Вальсан прыгнул за край. С криком Береника бросилась туда и заглянув, увидела, что ниже уровня крыши расположена широкая, огороженная площадка, на которой и стоял, посмеиваясь Вальсен.

Он веселился, глядя на её испуганное лицо.

— Вы будто ребенок, господин Егрений, — выдавила она. Все же он был её работодателем, чтобы она могла высказать всё, что думала.

— Да, не смотря на не юный возраст, он таков, — подтвердил Агней. Он подошел совершенно бесшумно.

Вальсан забрался назад довольно легко, хотя нижний уровень располагался ниже на добрый метр.

— Нам нужно пообедать, — сказал он, протягивая Беренике руку. — Я отведу вас в столовую, госпожа Тайнова! Идемте, думаю, стол уже накрыт.

На белоснежной скатерти был только один прибор. Она огляделась:

— Я буду есть одна? Где ваши приборы?

Снова они обменялись взглядами, смысла которых она не могла объяснить.

— У нас особая диета, — проговорил Агней.

На тележке ввезли блюда, закрытые крышками. Тут были салаты, горячее, фрукты. Береника ошеломленно следила, как стол наполняется едой.

— С нами будет кто-то ещё?

— Я не знал, что ты любишь, — сказал Вальсан. — Твои вкусы пока для меня тайна потому я заказал разные блюда. Налетай. Бери всё, что нравится.

Со вздохом она потянула к себе салат, хотя горло сковало.

— Поговорим о деле? Или тебе не нравится совмещать еду и деловые разговоры?

Она пожала плечами:

— Нет, нет, я ведь приехала, чтобы поговорить о деле, так что да... я бы хотела понять, в чём суть моего. Ну, моей работы.

— Нам нужно чтобы Бабровы начали волноваться, — медовым голосом проговорил Вальсен. — Нужно, чтобы она почувствовали себя в опасности, да, — он кивнул на Агнея:

— Нужно, чтобы тебя видели с ним. Видели, что между вами возникли личные отношения, которые всё крепнут и крепнут, делая вас всё ближе. А потом вы пойдёте вместе на бал. Как в сказке. И если у кого-то ещё останутся сомнения по поводу ваших отношений, они закончатся в Смородина-зале через две недели на благотворительном балу. Вы будете блистать и излучать взаимную симпатию.

— Братен будет там? — спросила Береника.

— Безусловно. Вообще-то мы надеемся, что он проявит себя раньше, ещё до бала. Ведь афишировать ваши отношения мы начнём раньше и думаю, будет лучше, если ты будешь сразу жить тут.

— Жить тут?! Где?! В зимнем саду, или... — ошеломлённо произнесла она. — Нет, нет, это...

— Здесь очень много места. Здание огромно, мы подыщем тебе уютную квартиру. Какой этаж ты предпочитаешь? Мы поместим тебя здесь ради безопасности, которую тебе обещали. Чтобы ты была под присмотром. Кроме того, будь у вас с Варом настоящие отношения, он поступил бы так же — предложил бы тебе хорошее жильё где-то поблизости. А вот если он оставит тебя в той... в том доме, где ты живёшь, это будет странно и подозрительно.

— А моя работа?

— Ты работаешь на нас. Это твоя работа — жить здесь и изображать чувства ко мне. Не стесняйся делать это, — сказал Агней.

— То есть я должна посвятить всё своё время этому делу, господин Вар?

— Нет, это нужно изменить, — резко сказал он и Береника замерла с ложкой в руке, непонимающе на него глядя.

— Ты должна научиться называть меня по имени. Это должно звучать естественно. Тебе нужно изобразить заинтересованность. Для этого не нужно смотреть на меня с испугом, лучше смотреть так, будто хочешь переспать со мной. Или хотя бы поцеловать.

Береника поскорее опустила голову. Смотреть ему в глаза было невыносимо. Она успела заметить, как они снова переглянулись. Будто перемолвились парой слов о её смущении.

— Правда, Береника, это не так-то и сложно, взгляни на него, красавчик, правда? Тебе нравятся такие, как он, а? — Вальсен смеялся, а ей было совсем не до смеха.

— Если тебе нравятся мужчины моего типа, только скажи! Я с радостью займу его место. Так как? Кто из нас тебе милее?

Она мучительно ждала, что он прекратит и как можно скорее. Но Вальсен протянул руку и постучал ладонью по столу прямо возле ее стакана:

— Береника, милая, взгляни на меня!

Она подняла голову.

— Прости меня! — увидев ей глаза проговорил он. — Я дурак. Мне казалось, тебе тоже смешно. Не думал, что как-то задену тебя!

От этих извинений стало только хуже. Его искреннее раскаяние сломало последние слои брони. Вся дрожа, она пробормотала:

— Ничего. Я просто слишком тяжело отреагировала! Я... не думаю, что я была готова...

— Ты смутил её, — проговорил Агней Вар. — Нужно быть тактичнее.

— Нет, нет, всё хорошо! — вставила Береника. — Хватит об этом. Вар вполне подойдет! В целом я хотела сказать, что вы оба очень... вы оба вполне подошли бы.

Вальсен снова расплылся в улыбке:

— Это прекрасно! Значит мы оба нравимся тебе, так?

— Прошу вас, хватит говорить об этом, — отрезала она.

— Ладно. А теперь попробуем кое-что еще. Скажи его имя! Произнеси его прямо сейчас! — попросил Вальсен и она пробормотала:

— Агней.

— В предложении. Попроси его о чем-то, или что-то расскажи, — Вальсен улыбнулся. — Давай, попробуй!

— Хорошо. Так... Агней, не передашь мне хлеб? Пожалуйста.

— Конечно, Береника, — он протянул ей тонкий кусок и их руки встретились. На миг она прикоснулась к его руке. Кожа была прохладной. Береника отдернула руку.

— Так не пойдет, — мягко сказал он и протянув руку, взял ее ладонь в свою:

— Представь, что я тебе нравлюсь. Что это свидание. Как бы ты себя вела?

У неё леденели руки. Его бархатный, обволакивающий голос задевал что-то внутри. Затем она разозлилась:

— Я вела бы себя точно так же!

— Что ты имеешь в виду? — спросил Вальсан.

— Я вела бы себя так же, говорю же! В сущности я так себя и веду — в реальной жизни, если б такой... привлекательный мужчина, как вы, вдруг обратил на меня внимание, я бы краснела, бледнела и вела бы себя точно так же. Дело в том, что моя реакция вполне естественна! Я попытаюсь, конечно, изменится, но...

— Так это смущение! — воскликнул Вальсан. — Это даже мило. Мы сыграем на этом. Что ж, просто прекрасно.

Агней взглянул на него вопросительно и Вальсен кивнул:

— Да, думаю, мы устроим это. Агней, ты всегда нравился девушкам, твоя загадочность, твой красноречивый взгляд. Что ж, такого, если девушка от смущения теряет дар речи? Это будет даже здорово. Мне остаётся лишь завидовать. Я не могу нравится так же быстро и явно, как ты.

Береника проговорила:

— Не стоит, вы как теплый ветерок в прохладный день. И вы так же привлекательны.

— Спасибо! — воскликнул он. — Что ж, завтра тебе предстоит встретиться со стилистами. Нужно платье. Девушка Агнея не может появиться в чем попало. А для бала сошьем тебе платье. Я думаю, розовое... нет, ты слишком сурова для розового, пусть будет пепельное, или светло-голубое.

— Нужны украшения. Следует что-то подобрать, — разглядывая её произнёс Агней.

— Что-то достаточно массивное, что выдаст серьезность отношений и в тоже время изящное, да? — оживился Вальсен. — Прекрасно. Помнишь колье с чёрным жемчугом? Оно оттенит её характер.

Береника вышла из башни на улицу, когда время уже перевалило за полдень. Включила телефон. Двадцать восемь не отвеченных, кажется, ей позвонили все коллеги до единого. Береника перезвонила в первую очередь, конечно же Самайлу.

Номер был недоступен, она набрала номер снова ещё раз — с тем же успехом.

После этого Береника набрала номер секретарши Самайла, но номер в офисе не отвечал. Странно. Легкое предчувствие беды коснулось ее. Следующим она набрала старшего детектива, который сегодня тоже звонил ей.

— Привет ты...

Он перебил ее, едва услышав первую фразу:

— Береника? Ты уже знаешь?

— Что именно? Самайл не отвечает, в офисе не берут трубку.

— Офиса больше нет. Сегодня был пожар. Все сотрудники успели спастись, кроме Самайла. Он получил тяжелые травмы. Он не смог быстро покинуть офис, его ноги в последнее время...

— Но он жив?! — крикнула Береника.

— Да. Но он в реанимации. Сейчас ему нужна кровь, если можешь, поезжай, сдай немного. Мы все сдали.

Она положила трубку. Пожар... случайность, или остроносый узнал всё?! Но даже если он узнал, зачем бы он стал трогать Самайла? Ведь это она нарушила слово, а не Самайл, а их связь и дружба вовсе не так очевидны.

Но разве бывают такие случайности, такие совпадения?!

Самайла она увидела после того, как сдала кровь. Отдала максимально возможную порцию и уговорила пропустить её, сказав, что это её отец.

Ей позволили взглянуть на него только через стекло. Грузная фигура была прикрыта простыней, трубки оплетали его тело, работал аппарат вентиляции легких. Такое и молодому сложно вынести, а уж человеку его возраста, к тому же больному...

Береника вдруг затряслась от рыданий и несколько мгновений не могла взять себя в руки. Медсестра, которая привела ее к этому окошку, положила ей на плечо руку:

— Ничего. Не плачь, выберется твой папа. Он сильный у тебя?

Береника кивнула:

— Ага!

— Ну вот. Значит сможет. Ты верь.

Зазвонил телефон в кармане. Она вытащила его, долго не могла ответить — из-за слез всё вокруг было как в тумане.

— Да?

— Береника? У тебя насморк что ли? — это был Барбат, старший следователь. — Ты была у Самайла?

— Я сейчас тут.

— Как он?

— Без сознания. Есть какие-то сведения? Что говорят пожарные? Это был поджег?

— Нет, — ответил Барбат. — Дело в проводке. Самайл почему-то тянул с ремонтом, хотя все сроки уже прошли и электрики говорили уже давно, что проводку пора менять. Но он так и не стал этого делать. чего-то ждал и вот сегодня закоротило и вспыхнуло. Не понимаю, Самайл всегда был такой аккуратный..

Она вспомнила, как несколько дней назад Самайл сказал ей, что дела настолько плохи, что придется сокращать штат и переезжать на окраину. Если так, вряд ли он мог потянуть ремонт.

Трагическая случайность. Ещё несколько дней и здание опустело бы. Не хватило совсем немного...

Она вышла из больницы и села на лавочку. Голова кружилась, слезы душили изнутри. Кто-то коснулся её плеча и повернулась, сквозь туман, она увидела, что рядом с ней стоит Вальсен. На миг она подумала, что ей кажется, но это и правда был он. Сжав её плечо, он проговорил:

— Мы только что узнали. Ужасно.

Она хотела произнести что-то, но не могла — дрожали губы.

— Представляю, что ты чувствуешь сейчас... Агней поехал на пожарище, он выяснит почему загорелось здание, а я поспешил сюда. Так и знал, что найду тебя здесь.

— Зачем? — прошептала она.

— Чтобы помочь тебе, малыш. Мы же теперь друзья, а друзья помогают друг другу. Верно?

Она ничего не ответила, не было сил докапываться до истины, искать ловушки.

— Ты думаешь всё должно иметь особый смысл? Это работа сделала тебя такой? Ты во всем видишь выгоду и умысел, да?

Она всхлипнула. Горе искало выход.

— Береника, я приехал чтобы помочь. Просто так, ни зачем. Мне нет от этого выгоды и я не о чем не стану просить взамен. Прими мою помощь, вот и всё.

Она воскликнула:

— Простите! Простите, я... разучилась верить в человечность и в добро и даже сейчас я не могу... Я плохой человек, простите!

— Ну, ну, — В следующий момент он сел рядом и ловко привлек ее к себе.

Слезы наконец пролились бурным потоком. Она плакала, сгорая со стыда, наконец, подавив последний всхлип, чуть отодвинулась. Тут же Вальсен протянул ей платок.

— Простите, — пробормотала она.

— Брось! Не за что извиняться. Ты как? Лучше?

— Немного, да.

— Тогда пойдём внутрь. Надо посмотреть, что мы можем сделать для твоего шефа, которого ты так любишь. Уверен, деньги помогут, как помогают всегда.

— Я... спасибо! Всё, что потратите, я вам отдам! — прижав к груди руки воскликнула она.

Вальсен только усмехнулся:

— С какой это стати? Ты не родственница Росова и платить не тебе.

— Я всё равно как-то отплачу вам за доброту и помощь, не сомневайтесь, — сказала она.

— Может быть мы что-то и придумаем, — он подмигнул. — Я лично обожаю плачущих девчонок, того и гляди потребую возмещения!

И тут же сказал:

— Прости, не могу удержаться от шуток.

— Я поняла, — кивнула Береника. — Вы очень веселый, это здорово и совсем не обидно. Шутите сколько угодно!

— Скажи это еще раз. Только без «вы» и хотя б Вальсен. Скажи: шути сколько угодно, Вальсен!

Она кивнула:

— Вальсен, шути сколько угодно. И спасибо тебе! Ты, наверное, второй человек, который хорошо ко мне относится. После Самайла, я имею в виду.

Он кивнул ей и усадив у входа, сказал:

— Подожди здесь. Я поговорю с врачом и вернусь.

Береника только кивнула. Она не видела, как свернув за угол, Вальсен быстро распахнул служебную дверь и скрылся за ней. Служебными коридорами он оказался в реанимационной палате. Медсестра не успела заметить ничего и обмякла, когда он передавил ей яремную вену.

Затем склонился над Самайлом. Осмотрел грузное тело, едва дышащее под аппаратом. Кивнул, надрезал кожу на запястье:

— Выпей, иначе подохнешь ещё до утра. А тебе пока что не стоит умирать.

Когда писк мониторов стал ровнее, Вальсен аккуратно пересадил медсестру к столу, а сам покинул комнату. Сворачивая за угол, он набрал номер и сказал своим обычным, счастливым голосом:

— Агней, это была прекрасная идея! Полумёртвым этот старик делает её слабой и податливой! Я сомневался, когда ты предложил поджечь офис, но зря. Ты был прав.