Ложное божество 2

Глава 1.

Глава 1.

Зигфрида сильно мутило и тошнило, голова шла кругом, тело не слушалось, во рту пересохло, уши заложило, а перед глазами была пелена. Состояние было до безобразия отвратительным и самое главное сознание никак не хотело приходить в норму, оно то затухало, то вновь прояснялось. Но даже в моменты просветления, все кружилось и вертелось, сконцентрироваться было невозможно.

Спустя какое-то время все более-менее нормализовалось, и Зигфрид наконец смог разглядеть окружающую действительность. И она была какой-то странной.

Для начала было понятно, что сейчас ночь, а он находится в комнате пять на пять метров. Слева была дверь, а справа окно, с одного боку стоял стул, с другого небольшой столик. Казалось, ничего необычного, вот только необычным было абсолютно все.

Дверь была причудливого дизайна, окно закрывалось странными реечками из металла, скрепленными ниточкой, и весящими вдоль окна друг за дружкой, столик являлся работой потрясающего стекольщика, а стул был сложной формы, и почему-то стоял на колесиках.

Дальше больше, на указательном пальце Зигфрид обнаружил какую-то прищепку, за его спиной постоянно пищал и рисовал треугольники странный прибор, вся его грудная клетка была в липучках и отходящих от них проводах, из носа выходили тоненькие трубочки, и о ужас выходили они не только из носа!

«Да что здесь твориться! — заволновался он, попытавшись встать, но тело было словно мешок с песком, — это место мне не нравится, мне нужно бежать! — сжал волю в кулак юноша и решил попробовать применить магию, — А! Чего это?! Я совсем не чувствую маны! Нет, стоп, я даже тело маны внутри себя не чувствую, как такое возможно?! А что насчет души? — закрыв глаза, Зигфрид начал ощупывать ядро своего естества, — моя душа, она непросто есть, она какая-то другая, она больше не состоит из волокон, это цельная субстанция. И теперь из нее не исходит тело маны, соответственно и самой мане взяться неоткуда. Что все это значит?»

Множество мыслей роилось в голове нашего героя, но найти ответ с ходу у него никак не получалось, а потому он решил отложить все это ненадолго, на то время, когда окажется в безопасности.

«Пусть у меня нет маны и обычное плетение недоступно, но что насчет «Песни Жизни», если попробовать применить ее здесь и сейчас на моей нынешней душе? Только начать не с первого этапа, а сразу с шестого, представить, что данная цельная духовная субстанция — это сформированный созревающий плод жизни, описанный мастером Го как шестой акт. Нужно сосредоточиться, я еще помню все рекомендации, записанные учителем в том самом свитке, они дадут мне основу, а дальше пойду интуитивно».

С неодолимым рвением к победе бросился Зигфрид к покорению новых высот, у него было крайне мало времени, дабы успеть, если это возможно, прийти в себя и сбежать.

Разумеется было множество рисков, вот так с наскоку штурмовать шестой акт, особенно учитывая все переменные, в виде изменения структуры души, непонятного выживания после битвы с демоном, и этого сумасшедшего места, где к стульям прикручивают колесики, а трубки вставляют куда ни попадя.

К удивлению самого Зигфрида, шестой акт «Песни Жизни» пошел как по маслу, все было в разы легче, чем когда-либо. Создавалось впечатление, что с него недавно сняли якорь, с которым он прожил всю жизнь.

Обрадовавшись такому успеху, юноша начал еще усерднее идти к своей цели.

Сама суть шестого акта по факту состояла в том, чтобы заставить недавно появившийся плод души, расти, а для сего, нужно было сосредоточиться на его середине, и попытаться влить туда самого себя, тем самым как бы расширяя плод своим сознанием.

Сделать это естественно было очень трудно, если не сказать больше, вот только все познается в сравнении, и Зигфрид, который ощущал себя сейчас как рыба, наконец-то обратно брошенная в воду, не мог адекватно воспринимать сложность проделываемых им манипуляций.

Парню казалось это сравнительно легким, и очень интересным, он настолько углубился в процесс, что просто потерял связь с реальностью.

Сложно сказать сколько времени юноша мог провести в таком состоянии, если бы в один прекрасный момент, его душа не отреагировала на «Песню Жизни» уж очень странно. В какой-то миг, после очередной стимуляции роста, она неожиданно взорвалась ярчайшим светом, охватившим все тело Зигфрида, и заставившим его на секунду взмыть в воздух и зависнуть в нескольких сантиметрах над кроватью.

После чего свет исчез так же резко, как и появился, а парень рухнул обратно на мягкий матрас.

«Что это было?! — ошарашено подумал он, и сразу же почувствовал изменения в своем теле, — я могу двигаться, — с радостью в сердце отметил юноша, и приподнялся над кроватью, — тело больше не залито свинцом, а ноги не ватные, прекрасно, пора бежать».

Быстро освободившись от всех липучек, проводов и трубок, а также заметив легкий дымок из аппарата недавно рисовавшего бугорки, Зигфрид подошел к окну и, отодвинув причудливые железные реечки, взглянул на улицу.

— Что это за… — попятился он назад и спиной уперся в свою кровать, — бред, да где я нахожусь, — не мог он никак переварить увиденного, — это, это вообще мой мир? — впал в ступор Зигфрид, но тут же взял себя в руки, услышав быстрые шаги в коридоре за дверью.

«Враги идут, нужно бежать! — нахмурился он, и сконцентрировался на своей душе, которая не подведя хозяина вновь взорвалась светом, и сила наполнила его тело, — была не была, — отбросив страх подумал Зигфрид, и немного присев, рванул к окну… точнее хотел рвануть, но получилось так, что прыгнув, он просто выбил головой окно и улетел в ночную даль, попутно наслаждаясь звездным небом и свежим воздухом».

Где-то на полпути из заточения к свободе, перелетая забор и осветительные столбы, Зигфрид понял, что одет он очень странно, особенно в нижней своей половине.

« А ведь можно было одеяло прихватить, — грустно вздохнул юноша, чья сила угасла, а траектория падения вела на ствол дерева, — ну хоть не елка».

Грохот!

«Как же больно, да чего я не сдохну то никак, а?».

Довольно быстро оправившись от падения, и кое-как отчистив себя от листвы и грязи, Зигфрид, поблагодарив высшие силы за то, что сейчас не зима, хотел было двинуться в путь, но застыл на месте поняв одну очень важную вещь.

«А чего у меня такое тело-то маленькое? Это ведь непросто дистрофия, оно реально меньше прежнего, что за… — пытаясь себя осмотреть как можно лучше, парень с удивлением обнаружил, что судя по всему ему сейчас лет двенадцать, плюс минус год, и более того, он не переместился в другое тело, это его собственный организм, — моя память не может меня подвести, это точно мое тело, все приметы совпадают. Костяной бугорок на затылке есть, немного скошенные в сторону пальцы на левой руке присутствуют, родинки одна к одной, да что здесь творится? Можно было предположить путешествие во времени, вот только эти стоэтажные здания на горизонте и гигантская металлическая птица в небе, говорит обратное. Ничего не понимаю. Ладно, сначала нужно раздобыть одежду, а там посмотрим, — кивнул Зигфрид сам себе, в то время как позади него что-то вспыхнуло, и мягкая ладонь легла на его плечо».

— Попался, — нежно шепнули ему на ухо.

Резко обернувшись и приготовившись принять удар, юноша все же был захвачен врасплох, ибо чего-чего, а такого он не ожидал.

— Ты мой маленький иди к маме, — крепко обняла его очаровательная женщина в светлом вечернем платье, — и зачем ты сбежал из палаты? Знаешь, как мама волновалась? — все крепче сдавливала в своих объятьях сына, молодая мать, чью красоту не могла скрыть даже ночь.

Акцент женщины был незнаком Зигфриду, но он все же понимал ее речь, но вот сам рта открывать не спешил, незнакомка перед ним была непомерна сильна, да еще и возможно владела телепортацией, злить ее было непозволительной роскошью.

«Она архимаг? Или кто-то в этом роде? Хотя если это не мой мир, она может быть кем угодно».

— Так, ну хватит этих обнимашек, нам пора обратно в больницу, — с улыбкой, по-прежнему не отпуская сына из объятий, произнесла она, — готов?

«К чему?»

В следующий миг ответ на этот незаданный вопрос был получен, ночной горизонт улицы расплылся в ярком золотом свете, и в то же мгновение, очертание больничной палаты с разбитым окном, предстало перед Зигфридом, коего по-прежнему крепко прижимали к чувственной женской груди.

— Вот мы и вернулись, с тобой все хорошо? Нигде не болит? — наклонилась к мальчику девушка, с заботой в глазах и добротой в голосе, вопрошающая о его самочувствии.

Зигфрид помотал головой, не зная как на все это реагировать.

— Я так рада, — из глаз беловолосой красавицы потекли слезы, — я так рада, что ты очнулся, я ждала, я верила, я никогда, никогда не сомневалась, что это произойдет. В моем сердце не было сомнений, мама всегда верила в тебя Зигфрид. Больше я тебя никогда не оставлю, а всех тех мерзавцев я казнила самолично.

— Госпожа, — обратился к женщине доктор, — юный господин, скорее всего, вас не понимает, он провел в «духовной» коме десять лет, его психологический возраст всего год, полагаю, его ведут лишь инстинкты.

— Мой сын все понимает, — нахмуривалась женщина, — я это знаю, а вы лучше займитесь своими делами, ясно?

— Как прикажете госпожа, мне сообщить господину о…

— Нет.

— Как скажете.

После этого до самого утра, Зигфрида подвергали всевозможным странным процедурам, суть которых зачастую ускользала от него, он лишь понимал, что ему не хотят навредить, а все эти странные приборы созданы для медицинского обследования.

Женщина же по имени Амелия, назвавшаяся его матерью, не отходила ни на шаг, и постоянно тискала Зигфрида при каждом удобном случае.

К обеду исследования были проанализированы, а врачебный совет был готов вынести свой вердикт.

— Мальчик полностью здоров, его телесное и духовное состояние в норме, более того, некоторые из моих коллег полагают, что ваш сын госпожа, прошел через этап пробуждения сразу после выхода из комы. Другие же считают, что сам выход из комы это следствие духовного пробуждения, но и те и другие уверены, юный господин каким-то образом смог самостоятельно пробудить свою душу, из-за чего тело оздоровилось и он приобрел силы сбежать из своей палаты. Сам же побег мы считаем следствием проявления инстинктов воителя атакующего типа и…

— Хватит, — сидя напротив доктора в его кабинете, и удерживая на своих коленях Зигфрида, произнесла девушка, — мне неинтересны ваши оправдания по поводу его побега, потому сосредоточьтесь исключительно на врачебной составляющей, а не рассуждайте о воителях, хорошо?

— Госпожа Амелия, прошу, мы правда следили за вашим сыном и…

— Я не буду вас наказывать, успокойтесь.

— Спасибо, большое спасибо, я очень это ценю! — встал со стула зав. отделением, но увидев раздражение на лице собеседницы, тут же сел обратно и продолжил доклад, — как я сказал ранее, никаких последствий комы не зафиксировано, мальчик полностью здоров, хотя мы до сих пор не понимаем, как он смог духовно пробудиться, находясь десять лет в коме и почему он так хорошо воспринимает окружающую действительность. Его психологический возраст явно гораздо выше предполагаемого в теории и мы не можем этого объяснить, возможно, все дело в хитросплетениях духовных сил, но для их объяснения нужны специалисты из других областей и уж точно не нашего уровня.

— Ясно, благодарю, пойдем Зигфрид, — встав со стула и взяв мальчика за руку, Амелия пошла к выходу.

— Госпожа вы не оставите юного мастера на дополнительные обследования? — удивился врач.

— А смысл? Вы десять лет корпели над его телом и ничего не смогли, а когда он сам пришел в себя, вы снова оказались бесполезными и даже сейчас вы толком ничего не понимаете. Не вижу смысла оставаться здесь хотя бы на секунду дольше. До свиданья, — с этими словами девушка открыла дверь и ушла, оставив бледного как мел мужчину одного в своем кабинете.

Выйдя из больницы, довольная и счастливая мама, а также ее постоянно озирающийся по сторонам сын, сели в припаркованное рядом такси, и всего через полчаса были у порога небольшого, но очень уютно оформленного загородного дома, расположенного рядом живописным парком.

Войдя и разувшись, женщина моментально стала раздевать Зигфрида, освобождая его от недавно купленной одежды.

— Сейчас ты с мамой пойдешь купаться, — на полном серьезе заявила она, — у нас есть чудная ванна.

— Я не пойду, — стараясь подражать акценту девушки, изрек Зигфрид, который чувствуя неправильность дальнейшего своего молчания, решил более не хранить безмолвие.

— Так ты все-таки можешь говорить, — прекратив раздевать мальчика, улыбнулась она, — и ты до сих пор ни разу не назвал меня мамой? За это полагается порка, но на первый раз я тебя прощу.

— Я возможно не ваш сын, вы ведь это уже поняли? — честно сказал все что думает он.

— Ты мой сын я в этом уверена, — вновь начала его обнимать красавица, явно получающая от этого удовольствие.

— Если так, то вам не кажется странным, все происходящее? — уже смирился с вечным тисканьем Зигфрид, прекрасно понимающий ту пропасть силы, что была между ним и его новой матерью.

— Кажется, и что с того? — опять начала его раздевать и говорить что-то о мыле, она.

— Как что с того, ведь…

— Тихо! — уперла свой указательный палец в губы Зигфрида, Амелия, — я на сто процентов уверена, что ты мой сын. Я истинно пробужденная, я могу различить своего отпрыска, даже если его душу переместят в другое тело, и я говорю, ты тот, кого я родила чуть меньше двенадцати лет назад, ты тот, кто был в моем животике девять месяцев, это неоспоримый факт. Все остальное несущественно, и да я иногда чувствовала твое волнение и боль, когда ты был в коме. Тогда я страшно переживала и спросила об этом моего учителя, и он сказал: твой сын набирается опыта в мирах недоступных для нас, молись о нем Всевышнему и все будет хорошо. Поэтому я была морально готова к кое-каким странностям, когда ты проснешься, ясно?

— Ну, в общих чертах, но далеко не все, — не мог сразу переварить полученную информацию, Зигфрид.

— Тогда пошли в ванную!

— Я уже не маленький, я не пойду туда с ва… — парень осекся на полуслове, взгляд Амелии буквально пригвоздил его и прошил насквозь, — мама можно я сам помоюсь?

— Сам? — вернулась мягкая улыбка на лицо женщины, — можно конечно, но я хочу быть ближе к своему сыну, я ждала этого десять лет.

— Я сделаю тебе массаж.

— Мало.

— И буду делать комплименты, — начал торговаться Зигфрид коего потянули в ванную.

— Мало.

— Буду обнимать и целовать в щеку каждое утро!

— Хмм, и вечер.

— Хорошо, — закивал головой юноша.

— Договорились.

— Знаешь мама…

— Что дорогой?

— Ты странная.

— А ты весь в меня, — улыбнулась она, снова притянув его к себе.

«А ведь я правда ощущаю с ней родство, странное чувство, — не мог разобраться сам в себе Зигфрид, — мне даже врать ей омерзительно, а когда говорю правду на душе так хорошо. Куда же я все-таки попал, и почему мне кажется, что меня одного волнуют все эти странности».

Пока двое обнимались, из-под одежды Амелии заиграла музыка, мелодия была очень красивой и ненавязчивой.

— Ну, кто это еще? — достала девушка из своей легкой курточки прямоугольный объект, на экране которого высвечивалась надпись: Арина Стронг, — слушаю. Нет, я не приду, я занята. Это секрет, да даже от тебя. Хорошо, пока, до встречи. Ну и интуиция у нее, — покачала головой Амелия, — а ведь долго тебя прятать не удастся, не стирать ведь с лица земли больницу.

— О чем ты мама?

— Ни о чем забудь, пойдем я научу тебя пользоваться ванными принадлежностями.

— А зачем для этого раздеваться?

—Так мы ведь должны попрактиковаться.

Глава 2.

Глава 2.

Внимательно взирая на электронный календарь, на котором высвечивалось сегодняшнее число, Зигфрид все больше недоумевал, где он находится и как сюда попал.

«Сейчас 01.08.2011, но это не будущее из моего мира, я в этом уверен, ибо уже просмотрел несколько книг по истории и понял одно, этот мир развивался совсем не так, как тот из которого я прибыл. Вот только странное дело, страна в которой я нахожусь, называется все так же Облачной империей, правит ей императорская семья, а административными областями (княжествами) заведуют Великие дома и их ровно двадцать пять. Довольно странное совпадение, и больно сильно оно мне не нравится. Ничего не понимаю».

— Милый ты где? Я приготовила кушать! — голосом полным любви позвала сына Амелия.

— Мам, а ты можешь рассказать мне о силе души? — немного удивил девушку неожиданным вопросом, подошедший Зигфрид.

— Ты об энергии пробуждения? Конечно, я могу тебе рассказать, ты как раз в том возрасте, чтобы активно тренироваться, — поставив тарелку с жареным мясом и натертыми овощами, ласково произнесла она.

— Правда? А со скольких лет можно начинать тренировки?

— Меня тренировали с девяти, — сев рядом за стол, налила сок себе и сыну Амелия, — но не переживай, частичное пробуждение обычно достигается к двенадцати – тринадцати годам, а ты в свои одиннадцать уже умудрился это сделать, если будешь слушать маму, делать ей комплименты, обнимать и целовать, то легко догонишь сверстников.

«Какая же она странная, но мне по-своему нравится, — подумал Зигфрид, с теплотой посмотрев на девушку, по внешнему виду непохожую на мать с двенадцатилетним ребенком».

— Мам, а почему ты не спрашиваешь о моих «снах», ведь я такой «взрослый» из-за них.

— Я знаю, что мой любимый сын не хочет об этом говорить, вот и все, — не удержавшись все-таки потрепала мальчика по голове она, — к тому же я подозреваю, что не буду рада слышать всю правду о том твоем мире, а ложь я не перевариваю.

— Вот как, тогда я не буду спрашивать о нашем прошлом и о семье, — улыбнулся Амелии он.

— Ах ты мой маленький негодяй, — встала она из-за стола и начала во всю его обнимать, — знаешь, как угодить маме да.

— Мама ну хватит, в самом деле.

— Сам виноват, меня и так переполняет любовь, еще и ты тут подначиваешь. Поэтому просто терпи!

* * *

Тем же вечером Зигфрид и Амелия, сидя на ковре в уютной гостиной, занимались практиками внутреннего саморазвития. И как оказалось, техника показанная девушкой, под названием «Десять Ступеней Пробуждения», первой своей половиной была чем-то похожа на «Песню Жизни», а вот начиная с шестой ступени, и вовсе копировало аналогичный акт «Песни Жизни».

«Только не говорите мне, что две эти техники имеют общие корни, что за чертовщина здесь твориться? — не пришел от такого в особый восторг Зигфрид, — хотя по моему мнению, показанная мамой… Я ее уже даже в мыслях мамой называю… Ай ладно, показанная Амелией техника, более продуманная, отточенная, совершенная, постигать ее в разы легче чем «Песню Жизни», а с учетом того, как легко мне в этом мире концентрировать сознание, проблем вообще возникнуть не должно. Я надеюсь…»

— Ты все понял милый? — погладила за ушком сына, красавица мать, — или мне еще раз объяснить?

— Я все понял, и хочу попробовать сразу с шестой ступени, ты не против?

— Конечно нет, а даже если и против, то зная себя, а ты весь в меня, предположу, что при отказе, ты просто начнешь мне врать, прятаться по углам и тренироваться до обморока.

У Зигфрида от таких откровений задергался глаз.

— Я была точно такой же в твоем возрасте, — хихикнула она.

— Тогда я начну.

— Давай.

Закрыв глаза, юноша, подкорректировав свои знания шестого акта «Песни Жизни» информацией от мамы, и ее техники шестой ступени, начал пытаться расширить свою душу, а если выразиться точнее, пробудить ее снова.

И вот свет вновь исторгся из центра его естества, и дикая сила залила тело.

«Получилось!»

— Не снижай концентрацию, не отвлекайся, продержи пробуждение хотя бы пять секунд, — дала совет Амелия.

— Понял, — усилил концентрацию он, и смог удерживать свет целых двадцать секунд, после чего упал на пол без сил, — сколько смог! — пробубнил он.

— Молодец, — опять принялась за свое его мать, — мой маленький гений, мне кажется я могу обнимать тебя вечно! Ах да, если попробуешь сегодня еще раз применить технику без моего ведома, я тебя выпарю, причем очень жестко.

— Чего? — сглотнул слюну Зигфрид, вытерев пот со лба.

— Да выпарю! — серьезно заявила Амелия, — а потом заобнимаю до смерти! — весело накинулась на парня с обнимашками она.

— Мама да хватит уже, это реально перебор.

— Терпи, ты же мужчина!

«Да у них это что отговорка на все случаи жизни во всех мирах?!».

* * *

— Мам, хватит уже плакать, это не смешно, — успокаивал безутешную Амелию, Зигфрид.

— Тебе легко говорить, ты ведь совсем не будешь по мне скучать.

— Буду, но совсем немного.

— Вот видишь, видишь! Ты меня не любишь!

— Мама ты идешь на рабочую встречу на пару часов, к чему этот спектакль?

— Я решила, мне нужно уволиться!

— Не стоит принимать поспешных решений.

— Тогда возьму отпуск.

— А тебе его дадут?

— Нет, и по этому поводу я устрою скандал и уволюсь.

— И что мы тогда будем есть?

— Не переживай сынок у твоей мамы достаточно денег.

— Да? Ну, если так, то решай сама.

— Тогда решено, увольняюсь!

— Хорошо, удачи.

Спустя два часа.

— Милый я дома, возьми продукты, — с счастливым выражением лица, и несколькими бумажными пакетами, вошла в дом Амелия.

— А ты быстро, — взяв пакеты, сказал Зигфрид, тут же обернутый в теплые объятья матери, специально отдавшей ему пакеты.

— Уммм, я так соскучилась, что даже применила перемещение.

— А стоило? Ты же сказала это очень затратная техника?

— Эти объятья уже того стоили.

— Так что там с работой?

— Ты о чем?

— Об увольнение.

— Ах об этом, я не могу уволиться у меня же контракт.

— Что?! — опустил на пол пакеты с едой Зигфрид, — Тогда к чему было это представление?

— Я просто хотела тебя подольше потискать, прости.

— Не прощу, отпусти меня.

— Ну Зигфроид не веди себя как маленький.

— Это не я веду себя как маленький, ладно, это все бесполезно. Я хочу кушать.

— Я мигом что-нибудь приготовлю, ты только держись, — приободрившись, и обхватив пакеты с продуктами, исчезла на кухне Амелия.

«Интересно где и на кого она работает? Я обещал не интересоваться прошлым, взамен на отсутствие вопросов с ее стороны, работа по-видимому тоже подпадает под категорию прошлого, она явно не хочет о ней говорить. Я здесь уже пять дней и во многом разобрался, компьютеры это просто нечто, а интернет это изобретение века, все библиотеки мира в одном месте, потрясающе, сколь умны должны быть люди этого мира с такими-то приспособлениями, насколько велика должна быть культура и образованность, наверное, даже мне будет тяжело с ними тягаться. Нужно больше работать над собой, нельзя опозорить маму, она во мне просто души не чает, я отплачу добром на добро».

* * *

С точки зрения Зигфрида.

20.08.2011 – я здесь уже двадцать дней, активно занимаюсь по системе «Десяти Ступеней Пробуждения» тренировки проходят просто отлично, Амелия помогает мне вовсе, она настоящий мастер, находящийся на самой вершине данной техники. Правда заниматься внутренними практиками больше шести часов в день строго запрещено, один раз мне уже за это влетело. Мать страшна в гневе, я думал, она мне голову оторвет, когда поймав на лжи, замахнулась рукой, в итоге отделался подзатыльником и слезами от нее, пообещал больше так не делать. Ненавижу когда она начинает плакать и говорить, что я ее не люблю, подлые у нее приемчики скажу я вам.

Начал замечать некоторые странности связанные с положением нашей семьи.

Для начала мы, по-видимому, очень зажиточные просто живем относительно скромно, учитывая силу Амелии, этого стоило ожидать, вот только ее отношение к закону, и тому, что мне не спешат делать документы или что-то в этом роде, настораживает. Она явно очень уверена в себе и своем положении, при этом видимо не собирается мне что-либо пояснять. Похоже, наше обещание для нее стало настоящим спасением, она дико рада моему равнодушию по поводу прошлого семьи.

Выходить на улицу одному мне пока запрещено, и я понимаю почему, в этом мире еще слишком много странных вещей и моя новая мама просто хочет убедиться, что я буду к ним готов, когда встречу.

Теперь что касается магии и того, какая она здесь. Должен признать мой прежний мир и этот различаются в данном плане кардинально. В мире из которого я пришел, сама душа не была цельным субъектом, она как бы разделялась на нити и имела уровни глубины, а также порождала из себя тело маны, в коем мана образовывалась и хранилась.

В этом же мире у людей души изначально цельные, и не только не разделяются сами в себе, но и не образуют тонких тел, наподобие тела маны. Стандартная магия тут использоваться не может, здесь просто нечем плести или питать духов, ни маны, ни тела маны, просто не существует.

Сначала по своей глупости я подумал, что души людей в двух мирах различаются, и все вышеописанное это следствие данной разницы, но это не так. И там и тут души людей одинаковые, просто в этом мире они меньше повреждены, а там, откуда я прибыл, они буквально разрезаны и раскромсаны на те самые нити. Тело же маны исходящее из этих разрушенных душ, это не более чем кровь, исходящая из раны на теле, коей люди по глупости пользуются как чем-то хорошим.

В идеале магией в моем прежнем мире вообще нельзя пользоваться, ибо это иссушает душу, делая ее еще слабее. И это не говоря уже о заключении контрактов с духами, которые испивая ману, делают раны на душе человека еще больше прежнего.

Подобное откровение, шокировало, пару дней я ходил сам не свой, но факты упрямая вещь.

Полагаю, я должен был догадаться об этом раньше, ведь сама «Песня Жизни» буквально кричала о том, что с душами людей происходит неладное. С помощью нее в идеале, человек по сути и должен был собрать свою душу, как единое целое, а затем попытаться пробудить ее, заполучив в свое распоряжение настоящие «духовные» силы. Вот только не имея на руках более совершенный и проработанный прототип в виде «Десяти Ступеней Пробуждения» я никак не мог до этого догадаться.

Я думаю одно из двух, либо «Песня Жизни» была частично утеряна, и потому столь несовершенна, либо же данная техника была чьей-то переработкой «Десяти Ступеней Пробуждения» и тот, кто этим занимался не смог довести работу до идеала.

Оба варианта в определенной степени реалистичны, ведь если я смог попасть оттуда сюда, то значит можно попасть отсюда туда, хммм, рассуждать об этом дальше нет смысла, ибо я буду не более чем гадать, тыча пальцем в небо.

Лучше сосредоточится на насущных проблемах, а именно на так называемом пробуждении души. Насколько я могу судить, вся суть ступеней пробуждения сводиться к тому, чтобы полностью осознать себя душой, а не телом, бессмертным существом, а не каким-то биороботом, и принять сие в полной мере очень сложно. На словах сказать можно многое, вот только искренне в это уверовать совсем другое дело. Для этого и нужна техника «пробуждения», и чем выше ты по ней продвигаешься, тем лучше ты осознаешь себя как бессмертную сущность, а понимая это обретаешь новые силы и способности, выходящие далеко за рамки человеческих возможностей.

К примеру, телепортация недоступна человеку, но доступна бессмертному вышедшему за эти рамки биологического существования. И чем ближе ты продвигаешься к истинному совершенству, тем больше ты изменяешься внешне и внутренне. Силы твои растут сразу во всех направлениях, возможности множатся, а состояние стабилизируется в умиротворении.

Все перечисленное естественно сильно превосходило по уровню и достижениям ту самую магию из мира Зигфрида, и не шло с ней ни в какое сравнение. Люди этого мира должно быть были настоящими монстрами, причем очень универсального применения, хотя различия и некая специализация меж них тоже были.

26.08.2011 – я наконец-то смог довести свое состояние «пробужденного» до одной минуты, мам очень рада, говорит, что я весь в нее и снова обнимает меня по каждому поводу.

Судя по тому, что я узнал, достижение границы в одну минуту и в самом деле существенно, ибо именно оно служит индикатором малого постижения шестой ступени пробуждения, и говорит о готовности идти дальше.

Всего на каждую из «Десяти Ступеней Пробуждения» приходиться по четыре подуровня: малый, средний, продвинутый и полный.

Мне откровенно сложно судить о своем прогрессе и успехах, по маминой реакции этого тоже явно делать не стоит, а других примеров перед глазами нет, все прям как в старые добрые времена, ностальгия.

01.09. 2011 – мама обрадовала меня тем, что в школу я ходить не буду, она наймет мне частного репетитора, плюс к этому сегодня мы перешли на практику среднего постижения шестой ступени. Пока все идет настолько хорошо, что даже страшно.

25.09.2011 – больше недели пытаюсь применить новую для меня технику «частичного пробуждения». Суть ее заключается в том, чтобы научить себя постоянно прибывать частью сознания в своей душе, черпая оттуда силу. Такой подход не отменяет практику «полного пробуждения», когда душа буквально взрывается силой, а тело начинает сиять. Она скорее дополняет ее и сглаживает ряд минусов, позволяя практику, пусть и частично, но использовать силу своей души на постоянной основе.

15.10.2011 – к моему, и по видимому даже маминому, удивлению, я очень быстро овладел средним уровнем шестой ступени пробуждения. Плюс к тому всего за двадцать пять дней смог в совершенстве освоит технику «частичное пробуждение» и перешел на этап прямой манипуляции энергией внутри тела.

В сравнении с моими тренировками в предыдущем мире, это не было чем-то сверхсложным.

01.12.2011 – завтра наконец-то должен прийти мое репетитор, долго же Амелия его искала, ладно подождем, посмотрим.

* * *

Стук в дверь.

— Милый открой, это твой учитель, приготовь чаю, я сейчас спущусь, — держа телефон в руках, крикнула из своей комнаты Амелия.

— Хорошо, — приостановив свои занятия, пошел по направлению к двери он, — здравствуйте рады вас приве… — открыв дверь и начав было вежливое приветствие, застыл на полуслове Зигфрид.

— Что-то не так, юный господин? — немного наклонившись, спросила высокая статная женщина, одетая в темную блузку, пиджак и юбку до колен, — ваша матушка оповестила вас о моем приходе? — с улыбкой снова задала вопрос она, в то время как ее каштановые волосы, подстриженные под каре, изящно дополняли очаровательные карие глаза.

«Татьяна Бельская! Что она здесь делает?! — не отрывая взгляда, смотрел на девушку точь-в-точь как из его мира, Зигфрид».

— Так, ну и чего ты держишь гостью на пороге?! — появилась за его спиной Амелия, — прошу проходите, мой сын несколько невоспитан, это из-за долгой болезни и многих лет в больнице, не сердитесь.

— Ну что вы я все понимаю, — улыбнулась Татьяна, подумав про себя.

«Какая дикая сила души, что это за мальчишка, и это он в больнице лежал? Лечился от переизбытка здоровья? Теперь понятно, почему мне так много платят и я, даже фамилию клиента не знаю, поди какие-нибудь высокородные с самой верхушки со своими проблемами, из-за которых мальчик нормально в школу ходить не может. Бедный ребенок. А мать его тоже явно не лыком шита, идеально сокрыла силу, невероятное мастерство, что у них за семейка? Хотя лучше не знать, целее буду».

Глава 3.

Глава 3.

С точки зрения Амелии.

Я души не чаю в своем сыне, и так было с самого его зачатия, еще когда я была беременна, то ощущала сильную привязанность к нему, а когда он родился, мне дорогого стоило, дабы не сойти с ума от счастья и не затискать его до смерти.

В первый год жизни я буквально не выпускала его из рук, без него мне становилось дурно, уныло и просто невыносимо, а с ним каждая минута было в радость.

И потом произошло это…

Не хочу об этом вспоминать или тем более говорить, но именно из-за данного инцидента я впала в ярость и открыла в себе способность к полному перемещению. Я поклялась, что спасу своего сына и Бог даровал мне силу это сделать, никто из тех мерзавцев не ожидал моего прихода, и мой гнев пал на них без жалости и сожалений. Вот только мое любимое чадо к тому моменту уже погрузилось в какую-то странную кому, его тело было в порядке, но с душой происходило нечто неладное.

Лучшие врачи в стране не смогли ничего с этим сделать, они даже не знали что с ним, а моя семья и муж, отказались от нас, они дали денег, и приказали одному из их вассалов взять меня в жены, и увести в Облачную империю. Думаю изначально, нас просто хотели убить, дабы избежать позора великому роду, но странное знамение устрашило старейшин и они настоятельно посоветовали нас отпустить. Так, Бог вмешался в нашу жизнь второй раз, за что я очень благодарна, ведь я всегда верила в моего сына, и знала, что он вернется ко мне, вернется еще лучше, чем был, а мне просто нужно ждать.

Десять лет я была очень терпелива, и наконец-то дождалась, словами не передать, как радость переполняет сердце. Теперь мы вновь вместе, а все остальное для меня несущественно. Я приму моего сына таким, какой он есть, к тому же он очень хороший мальчик, поэтому это легко сделать.

* * *

02.12.2011.

Вечером, проводив учителя Татьяну до порога дома и пожелав ей хорошего пути, Амелия закрыв дверь, нахмурилась.

— Зигфрид, — сказала она повернувшись к рядом стоящему мальчику, — а не слишком ли сильно ты впечатлил свою учительницу?

— То есть? — не понял тот вопроса, — я наоборот себя дураком почувствовал, спросив что такое ID почта. Ну не интересовало меня как сейчас молодежь общается, есть вещи и поинтересней.

— Да я не об этом, — улыбнулась девушка, — она похоже была в ужасе от твоей духовной силы, я совершила большую ошибку меря тебя с собой в детстве, думаю для нормальных людей шок увидеть такой уровень у ребенка.

— Вот как, и это проблема?

— Нет не особо, эту женщину мне посоветовали, как профессионала умеющего держать рот на замке, говорят, она хочет стать преподавателем в столичной академии, но туда сложно попасть, вот и мается пока на подработках.

— Тогда беспокоится не о чем, вот только…

— В будущем это может стать проблемой мой милый сын, поэтому тебе придется постараться, мама будет учить тебя скрывать свою душу. Обычно этому обучают лишь после седьмой ступени, но в твоем случае, с таким талантом к манипуляции сознанием и энергией, у тебя все должно получиться.

— Как скажешь мам, — улыбнулся ей Зигфрид.

— Ах ты мой маленький гений иди сюда!

— Мама прекращай, нет серьезно, это не смешно, сколько можно!

* * *

01.06.2012.

— Зигфрид, ты уже придумал, чего хотел бы на день рождения? — спросила одевающаяся на работу Амелия.

— Разрешение выходить из дома одному, — моментально ответил мальчик.

— Нет, — нежно и с улыбкой отказали ему, — если с тобой что-нибудь случится, я этого не переживу.

— Да что со мной может случиться? Я уже овладел продвинутой частью шестой ступени пробуждения, и могу превосходно скрывать силу.

— Я сказала нет, и если ты меня ослушаешься, наказание будет строгим, ты понял? — холодно взглянула на сына Амелия.

— Да, — опустив голову побрел в свою комнату он, — тогда ничего не надо.

— Обещаю, что когда ты подрастешь и наберешься сил, я не буду ограничивать твою свободу.

— Ага.

— Не обижайся Зигфрид. Мама хочет для тебя только самого лучшего.

— Я знаю и не обижаюсь. Счастливого дня, — махнул рукой он, закрывшись в своей комнате.

«Мальчик весь в меня, такой же свободолюбивый, но придется его ограничивать».

Уволившись на свою мягкую кровать, Зигфрид уставился в потолок, в его голове сейчас бродили разные мысли и гипотезы, вот только для их проверки ему нужна была свобода передвижений, а ее не было. С Амелией шутки были плохи, с ее перемещением и сверхчувствительностью к ближайшим родственникам, стоит ему пересечь порог дома без разрешения, как его найдут и накажут.

«Что же это все-таки за место такое, почему здесь столько странных совпадений с моим прежним миром, более того, здесь я не только обрел тело точно такого же себя, но и даже встретил Татьяну Бельскую. И она как внешне, так и по характеру, очень похожа на оригинал, хотя кто из них оригинал? Нет, не буду снова вдаваться в эти рассуждения, более важно то, что фамилии семей управляющих двадцатью пятью Великими домами, такие же, как и в моем прежнем мире. Жаль здесь есть запрет на публикацию фотографий благородных, мол их лики не должны быть опорочены разного рода людьми из сети, а потому найти изображение семей таковых довольно сложно, да и я в этом еще новичок».

Глубоко вздохнув, юноша поднялся с кровати, и сев на пол погрузился в медитативное состояние, полностью сосредоточившись на своей душе.

Вспышка! И яркий белый свет охватил тело практика, излившись из его души и наполнив невероятной силой.

«Состояние пробуждение ни с чем не сравниться, сила, скорость, реакция, слух, зрение, обоняние все чувства обостряются многократно, а тело не только окутывает силовым энергетическим полем, но и само по себе оно становится прочней. При частичном пробуждении все происходит также, но с меньшей интенсивностью, а потому подобное состояние можно поддерживать почти круглосуточно в отличие от «полного пробуждения» как такового. Вот только все это верхушка айсберга я в этом уверен, Амелия не хочет слишком много мне говорить, ибо боится моего чрезмерного энтузиазма в тренировках, но и без этого все понятно. Хмм, что же мне делать в такой ситуации? Может, просто поплыть по течению? У меня теперь есть все чего я хотел раньше, любящая мать, в одном флаконе с личным мастером, теплый, сытый дом, обеспеченное будущее, что еще нужно? От добра – добра не ищут. Чего я постоянно куда-то лезу, мне больше всех надо? Нет, наоборот, я рад спокойно и тихой жизни, если в ней будет место для саморазвития. Тогда чего я брыкаюсь? Как будет, так будет, ну его все эти загадки и вопросы, достало это все, поживу тихой спокойной жизнью».

* * *

Наследующий день, за обеденным столом.

— Зигфрид, у меня есть к тебе очень важный разговор, — положив столовые приборы на тарелку, спокойно заявила Амелия.

— Правда? Неожиданно, что-то случилось? — уловив необычайно серьезный настрой матери, также прекратил есть он.

— В общем, — глубоко вздохнула девушка, — у тебя есть невеста.

— Чего… — выпала вилка из рук Зигфрида, — когда я успел то? Десять лет в коме?

— Милый успокойся, я тоже не рада такому развитию событий и уже какое-то время старалась все уладить, но у меня не вышло, — жалобно взглянула на сына она.

— Не нужно этих взглядов, я не сержусь, — подобрал вилку он, — просто я и подумать не мог о таком, так когда я успел?

— Это очень долгая история и я не могу… Точнее не хочу все рассказывать, ведь наше соглашение еще в силе, да?

— Разумеется, но я начинаю все больше о нем жалеть.

— Так вот если не вдаваться в подробности, — пропустила мимо ушей очевидный намек, Амелия, — то еще до твоего рождения у нашей семьи была договоренность на брак, и непросто устный контракт, а клятва между родами, согласно которой тебя и твою невесту должны были связать узами духовной связи на ваше трехлетие. Вот только произошло то, что произошло и ты впал в кому не достигнув и полутора лет, из-за чего другая сторона захотела все переиграть. Но это было не так просто, ведь клятва дана и ее нужно исполнить любой ценой. Потому они нашли лазейку в клятве, где говорилось о венчании двух кровей, и подсунули нам третью дочь своих дальних родственников, людей вполне достойных и порядочных, только совсем не жаждущих породниться вот таким вот способом. Хотя выбора у них не было, либо отдать свою третью дочь, тоже не совсем здоровую девочку, либо нажить очень серьезных врагов. Как итог, на твое трехлетие вас связали узами духовной связи, ты был в коме, она тоже выглядела не очень, но мама с этим сделать ничего не могла, извини.

На кухни повисла тишина.

— Ой Зигфрид, у тебя так мило глазик дергается, — умилилась девушка с любовью смотря на сына.

— Да от таких история не только глазик задергается, тут рехнутся можно, — покачал головой юноша, и налил себе свежевыжатого сока.

«А ведь я вчера решил жить тихой и мирной жизнью, за что мне все это?»

— А как ее зовут то?

— Твою невесту?

— Нет, девушку с которой меня без согласия помолвили, — уточнил формулировку Зигфрид, отпив немного сока.

— Эрис Стронг.

— ПФФФ! — кашель, — чего?!

— Ее зовут Эрис Стронг она третья дочь князя Стронга, и не нужно так бурно реагировать, возможно, сейчас она уже не выглядит так плохо, как во время вашей первой встречи в больнице восемь лет назад.

— Ну уж нет, — встал из-за стола он, — второй раз с их семейкой я связываться не буду.

— Второй раз, о чем ты? А ты о случае в больнице, это было восемь лет назад, все могло…

— Мама, — прервал ее сын, — я не собираюсь общаться с этими людьми, спасибо за еду было очень вкусно.

С этими словами Зигфрид вышел и из-за стола и направился в свою комнату.

«Благодаря этим людям я уже один раз сломал свои чувства об колено, второй раз это повторять не хочется. Быть игрушкой благородных, у которых семь пятниц на неделе и главное, это выгода клана, уж извольте, но нет, спасибо, как-нибудь без меня».

Сидя на кухне за столом в полном одиночестве, Амелия уже не улыбалась. Она и сама была против подобной свадьбы, когда больную девочку хотят спихнуть хоть за кого-то с активами, и неважно за кого. Вот только на нее начали сильно давать, когда узнали о выздоровлении Зигфрида, и у противоположенной стороны были все козыри на руках. Им нужен был муж способный нормально содержать их пусть и больную, но все же дочь, и ее сын на это подходил. Стронгам было плевать в каком он сейчас состоянии, главное он жив и относительно здоров, а у семьи Алмазных есть деньги и частично неплохой статус. Никто не посмотрит на них косо, если они отдадут Эрис в такую семью.

«Я не видела девочку с той самой помолвки восемь лет назад, но со слов знающих людей, она больна паразитами тонкого тела или чем-то подобным, точного диагноза нет. Говорят с возрастом состояние ухудшается и ее родители уже отчаялись ее вылечить и просто хотят отдать в «хорошие руки», дабы и девочка не сильно страдала и клан не позорился. И тут как раз мы подвернулись, хотя нет, Арина и до этого тонко намекала мне, что Зигфрид и Эрис помолвлены в духовной связи и, несмотря на кому первого, стоит их поженить, просто я пропускала это мимо ушей, воспринимая как шутку той, кого заставили духовно связать дочь с коматозником. Что же нам теперь делать, у них есть все, дабы требовать женитьбы, да и в этой стране они входят в первую тройку самых могущественных семей, им не откажешь так просто».

Спустя какое-то время, Амелия решила еще раз переговорить с Зигфридом и, постучав в его комнату, медленно открыла дверь.

— Милый ты не спишь, я хочу еще раз с тобой поговорить.

— Мы не можем отказаться да? — сидя на стуле и смотря в окно, спокойно вопросил он.

— По крайней мере мы должны с ними встретится и все обсудить, но скорее всего, да, мы не сможем отказать.

— Ясно, я понял, извини за мои манеры мам.

— Ничего, бывает, — улыбнулась она, подумав, насколько все-таки взрослый у нее сын.

— Когда будет назначена встреча?

— Чем раньше, тем лучше, так они сказали.

— Мне нужно две недели и твоя помощь мама, я хочу попробовать сделать один прибор, у нас ведь есть деньги на то, чтобы купить рубидиум?

— Рубидиум? — удивилась Амелия, — ты хочешь сделать столь дорогой подарок своей невесте? Если так я не против, у нас есть деньги.

— Это не подарок, я потом объясню.

— Хорошо, завтра мы сходим и купим все что нужно, а Стронги подождут.

Решение было принято, а слово сдержано, и уже через несколько дней Зигфрид обзавелся всем необходимым для своего плана изготовления кустарного ограничителя.

На самом деле он давно хотел перетащить пару магических технологий из его мира сюда, и магические ограничители были приоритетной целью, ибо согласно идеям юноши они могли серьезно поспособствовать духовному росту, при условии их применения как утяжелителей.

Тренировка с отягощением, с давних пор была излюбленной забавой парня, а потому он не видел препятствий для устроения чего-то подобного здесь. Вот только самих ограничителей в этом мире, или даже упоминаний про них, он не встречал, что означала либо их полное отсутствие, либо тотальную засекреченность.

Проблемой это правда не стало, так как все необходимые для них материалы можно было свободно приобрести на интернет-рынке, за большие деньги конечно, но все же вполне легально и относительно легко.

Зигфриду лишь оставалось как-то исхитриться и заставить Амелию купить все необходимое без дотошных вопросов: а зачем, а это безопасно, а давай я тебя лучше обниму, и тому подобное. И вот случай представился, и у юного магического инженера появилось все требуемое.

На изготовления сердцевины и нанесения особых меток, ушла неделя, оправу же в виде кольца просто заказали у ближайшего ювелира, четко понимающего, где какую «каракулю» поставить и не задающего лишних вопросов.

И вот, почти две недели спустя, Амелия, силой отобравшая у сына законченное изделие, с подозрением смотрела на перстень.

— Что это? — спросила она, взглянув на мальчика, — если соврешь, я выкину его в окно.

— А можно вопросы задавать без сопутствующих угроз? — нахмурился тот в свою очередь, но быстро сменил настрой, увидев, как мать идет по направлению к окну, — я все расскажу, нет правда, все как есть.

— Так-то лучше, что это?

— Это энергетический ограничитель, подвид – утяжелитель, он препятствует нормальному току энергии в организме, и создан для внутренних тренировок с отягощением.

— Полагаю это все твои знания из другого мира? Я о таких вещах не слышала, хотя о чем-то подобном может и ходили слухи в определенных кругах, но я могу ошибаться. Это безопасно?

— Да, я уверен!

— Ладно, можешь носить, но если что-то будет не так, я тебя накажу.

— Понял.

— Завтра к нам придут Стронги, а точнее Эрис и ее мама, к ней ты должен обращаться как к Ее Светлости, ясно?

— Да, вполне.

Как и было сказано, на следующий день, рано утром, дом семьи Алмазных был окружен по периметру двумя десятками телохранителей, а из подъехавшего картежа, черных как уголь машин, вышли две дамы, мать и дочь Стронг.

Встречающие их у порога дома Амелия и Зигфрид, с ходу поняли, что с юной леди из благородного дома и вправду все не очень хорошо. Девушка буквально была не от мира сего, взгляд пустой, походка неуверенная, кожа бледная, выражение лица словно маска, без единой эмоции. Казалось, не веди ее за руку мать, то она бы просто стояла на одном месте, ничего не делая.

Видеть такую Эрис было необычно и больно даже для совсем посторонних людей, а для Зигфрида это был шок, он буквально онемел видя свою возлюбленную в таком состоянии. Сейчас она была лишь чуть младше, чем когда он встретил ее в нулевом классе, но вот реальные различия были огромны, и они касались далеко не внешности как таковой.

«Да что здесь вообще творится?»

Глава 4.

Глава 4.

С точки зрения Эрис.

Сколько себя помню, я всегда сражалась за свое тело и душу, моя жизнь была чередой мучений и диких трудностей, связанных с этим странным совсем неизученным заболеванием. «Тонкие паразиты тела» или «инфицирование духовными вредителями» такой диагноз ставили мне врачи после многочисленных обследований. И как я поняла, они сами толком не знали, что это такое и как это можно вылечить. Многочисленные медицинские комиссии и приглашение специалисты из-за границы, тоже не дали никакого эффекта, заболевание прогрессировало и буквально сводило меня с ума.

Постоянные зрительные и слуховые галлюцинации, кошмары по ночам, наваждения, обмороки, омерзительные чужеродные мысли, биполярность настроения и многое другое было следствием данного заболевания. Но даже так я не сдавалась, от родителей я унаследовала огромный талант в сфере духовных практик, а также очень сильную душу, которую нельзя было сломить просто так. Вот только постоянная борьба с нематериальными паразитами сильно выматывала, любой шаг в сторону духовного роста давался с невероятным трудом и таким перенапряжением сил, что иногда казалось легче просто умереть.

Мама поддерживала меня, как могла, она никогда не ругалась и не злилась, и даже когда отец отказался от нее как от первой супруги, никаких претензий в мой адрес высказано не было.

Моя мама очень строгая и искренне предана семье, но я никогда не сомневалась в ее большой любви ко мне. Поэтому, когда мне сказали выйти замуж за совершенно незнакомого мне человека, я не стала перечить. Для меня не нужно было разжевывать, какая я обуза для семьи, и если есть человек готовый принять такое бремя, взвалив больного инвалида себе на плечи, оставалось только радоваться этому.

Но я не могла этому радоваться, возможно, случись такое год назад, то я бы восприняла это вполне нормально, вот только сейчас все изменилось. В моих снах с конца прошлого лета, стал появляться странный мальчик, я не знаю кто он, но теперь меня не мучают кошмары, все эти монстры и жуткие чудища, терзавшие меня каждую ночь, бояться этого человека как огня. Стоит мне найти его в своем сне и схватить за руку, как мир преображается, демонические пейзажи и их отвратительные жители исчезают, кругом начинают появляться старинные здания, люди, лошади, причудливые птицы и очень яркое солнце.

К несчастью, я не могу поговорить с этим мальчиком, он будто не замечает меня, лишь один-единственный раз, он неожиданно осознал, что я держу его за руку. Тогда меня охватил страх.

Что если он откажется от меня, скажет больше не приходить, отдернет свою руку и мир вновь погрузиться в эти проклятые огненные пустоши, с жуткими чудищами, караулящими под каждым углом.

Но эти страхи были пусты, ибо заметив меня, мальчик улыбнулся, и нежно погладив по голове, сказал.

— Эрис, я скучал по тебе.

И в этот момент, вместо того чтобы заговорить с ним, я разревелась и начал к нему жаться. Какая же я все-таки дура, упустить такой шанс. В итоге он очень долго меня успокаивал, обнимал и даже поцеловал в лоб, а я все ревела и ревела как ненормальная, не в силах вымолвить и слова.

После этого мне так ни разу и не удалось обратить на себя внимания, интуитивно я знаю, что он не игнорирует меня, просто не видит, не замечает, но от этого мне все равно очень грустно. И теперь я выхожу замуж…

Возможно, мой будущий муж хороший человек, но мне нравится другой, я хочу быть с другим, что мне теперь делать?!

Вот мы и приехали к дому моего будущего супруга, мама крепко сжимает мою руку и говорит слова ободрения, в то время как мы покидаем машину. Мне очень плохо, я отвратительно себя чувствую, хочу снова заснуть и увидеть тот прекрасный мир, в котором нет мучений и забот, а я крепко сжимаю руку моего рыцаря, побеждая тем самым любые страхи.

Мама толкает меня вбок, я веду себя невежливо и вместо приветствия лишь смотрю в пол.

Не хочу позорить маму, потому, нужно постараться.

Медленно и неуверенно, я приподнимаю голову и…

Так хорошо знакомые мне изумрудно-зеленые глаза смотрят прямо на меня. Их переполняет любовь и забота, сострадание и печаль. Слабая улыбка, предназначенная только мне и никому другому, буквально унесла мой разум куда-то вдаль.

«Он пришел спасти меня! Увести из этого кошмара и прекратить все эти мучения».

Отпустив руку матери, я рывком кинулась к моему рыцарю, и последнее что я помню, перед тем как потерять сознание, это то, как меня заключили в теплые крепкие объятья.

Когда я пришла в себя, то поняла, что лежу на довольно мягкой кровати, в небольшой комнате, а помимо меня здесь только тот самый мальчик из моих снов. Мамы нигде видно не было, хотя я чувствовала ее присутствие неподалеку, видимо, она где-то рядом, наверное, беседует с той очаровательной леди, которая иногда приходила к нам в дом.

— Эрис, не двигайся, хорошо? — мягко сказал мне мальчик и погладил по голове, я кивнула, не знаю, что он собирался со мной делать, но я ему доверяю.

— Не беспокойся, вскоре духи перестанут тебя мучить, — продолжил говорить он, рисуя на ее лбу, руках и ногах странные кругляшки с иероглифами.

Духи? О чем он, что он имеет введу под этим словом, это слишком размытый термин, я не понимаю. Хотя это неважно, пока он со мной все будет хорошо.

— Сейчас будет немного неприятно, постарайся не кричать, если твоя мама сюда придет она неправильно все поймет, а в худшем случае помешает мне провести отзыв. И еще, никому ничего не говори, поняла? Все что сейчас произойдет большой секрет.

— Угу, — опять кивнула я, приготовившись, сама не знаю к чему, и согласившись, сама не знаю с чем, тем временем как он возложил на меня свои руки.

[Отзыв] — услышала я, и сознание потерялось в лучах слепящего света.

Когда я снова пришла в себя, то была уже дома, рядом со мной сидела мама и мой личный врач, уже давно следящий за моим состоянием.

— Это невероятно госпожа, никаких признаков «духовных паразитов», уму непостижимо, это чудо! — шепотом, но из-за эмоционального возбуждения иногда повышая голос, говорил доктор.

— Чего вы так орете, тихо, — нахмурилась женщина, — вы уверены? Моя дочь выздоровела?

— Убежден, паразитов нет, ни единого следа не осталось. Ваша Светлость, вы проводили какое-нибудь особое лечение?

— Нет, ничего такого, сегодня утром она странно себя вела, а потом впервые так надолго упала в обморок, на этом все. Наверное, наши духовные практики наконец-то помогли, я так рада.

— Это чудо госпожа, настоящее чудо!

— Нет, я не верю в чудеса, должно быть это все наши с ней занятия, мы одолели болезнь. Теперь все пойдет совсем по-другому, — заметив, что дочь проснулась, Арина с улыбкой обернулась к ней, и присев, сказала, — как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — растерялась девушка, и вправду впервые в жизни чувствующая себя настолько хорошо и приятно, что даже не верилось, — а где тот мальчик?

— Забудь об этом, это все в прошлом, теперь тебе не нужно выходить замуж за кого-то подобного, мама найдет тебя мужа под стать, вскоре ты снова станешь главной наследницей, я обещаю. А теперь поспи.

— Но, как же…

— Ни о чем не беспокойся, просто поспи.

* * *

Две недели спустя.

— Зигфрид милый, отвлекись пожалуйста на секунду, — постучав, вошла в комнату сына несколько обескураженная мать.

— Что-то случилось? У тебя проблемы на работе? — впервые видя такое выражение лица у матери, забеспокоился отпрыск.

— Нет, это не по работе, тут такое дело, похоже ваш брак с Эрис отменяется, — изрекла она, сама не веря в то, что говорит, — я если честно в шоке, две недели назад нам почти угрожали, потом неожиданно двухнедельное затишье и вдруг это... — показала она бланк с компенсацией за ущерб, в котором был подчеркнут пункт – «помолвка».

— А это, — вздохнул с облегчением Зигфрид, догадывающийся, что к чему, — я уже думал у тебя неприятности, причем серьезные, ты с таким лицом зашла, будто вот-вот небеса упадут.

— Да ты хоть знаешь, что твоя мама пережила за последние несколько месяцев? — ухватив дерзкого сына за ухо, грозно зыркнула на него она, — и после всего этого, эти негодяи присылают мне вот это, как будто это я им с этим браком весь мозг съела. И ладно это, тебе ведь вроде девочка понравилась, думаю, была не была, женитесь, внуков мне понаделаете, она хоть и болезненная, но бедра-то хорошие, тройню родит, и тут на тебе, ни внуков, ни внучек, одна эта драная бумажка с компенсацией. Они нас напрямую оскорбили!

— Мам ты мне ухо оторвешь.

— Ой извини.

— Да брось ты, от Стронгов такое ожидать в порядке вещей. Полагаю Эрис стало лучше с болезнью, вот и все.

— Наверное, другого варианта не вижу, девчушка то она хоть куда, душа у нее сильная… Стоп! А чего это ты так про Стронгов говоришь, будто полвека их знаешь?

— Интуиция.

— А подзатыльник твоя интуиция не хочет?

— Нет, она хочет знать кто мой папа.

— Ну не хочешь говорить, не говори, у нас свобода и демократия, — быстро сменила тему Амелия, — наверное, не судьба вам с ней быть парой, бывает, что готовить на ужин?

— На твой вкус.

— Поняла!

* * *

«После этого случая жизнь пошла своим чередом, можно было даже сказать, что моя мечта о тихой и спокойной жизни воплотилась в полной мере. Признаюсь, я частенько вспоминал про Эрис, но горевать было особо не о чем, ведь мне удалось отчистить ее от тех злых духов, кои наверняка мучили ее уже не один год. Оказалось в этом мире заражения потусторонними сущностями крайне редки и их просто не умеют лечить, да и знаний для этого у них почти нет. Помимо Вселенской церкви, информацию о которой я нашел в интернете, аналога Небесной церкви в моем мире, здесь почти никто не озабочен спасением своей души и не изучает науку о потусторонних силах и их воздействии на человека. Здесь почти нет культов и религиозных сект, но и само знание о Боге развито крайне слабо, почти все в этом мире склонны к чистому атеизму с переходом в эгоизм и родовой (семейный) эгоцентризм. Здесь люди либо вообще не верят ни во что, либо верят в предание предков так фанатично и уперто, что уже неважно правы те были или нет, они будут отстаивать данную точку зрения до самой смерти.

По моему личному мнению, данная патология мышления, связана со слишком благоприятной внешней средой, в которой человек расслабляется и просто не хочет ни в чем разбираться. Праздность завладевает сердцами и на фоне нее прорастает всевозможная мерзость и ложь с коей также никто не борется, ибо думает, а зачем? Ведь все и так хорошо. Но хорошо все это до поры до времени, ибо мерзость, ложь и искажения до добра не доведут и рано или поздно аукнутся такому расхлябанному и зажравшемуся обществу.

Так или иначе, мои знания помогли изгнать духов и я уверен, что теперь с Эрис все будет хорошо, в этом мире она не менее талантлива, чем в моем, а потому наверняка взойдет на вершину.

Мне же нужно просто особо не высовываться, не хочу чтобы все было как в прошлом, пусть благородные решают свои проблемы сами, на то им и дано богатство, власть, слава и время, дабы они вершили свои большие дела. Я же буду вершить то малое, что мне предоставлено и радоваться тому немногому, что получу взамен.

Какая прекрасная жизнь получается! Живи и наслаждайся!

Хотя мама явно хочет внуков и, по-моему, слишком рано и слишком много она их хочет, особенно с учетом моего желания прожить жизнь в одиночестве, но да ладно, время покажет. Теперь меня уже никто силой женить не сможет, и это радует».

* * *

Прошел один год.

— Поверить не могу, что мне наконец-то разрешили выйти на улицу одному, — с легкой улыбкой на лице, сказал явно подросший Зигфрид, в то время как покидал порог своего дома, — искренне надеюсь, что Амелия не будет звонить мне каждые пять минут, — нахмурившись, посмотрел он на карман ветровки, в коем лежал новенький телефон. — А не прогуляться ли мне до центра, очень уж хочется взглянуть на местную академию, в сети так мало фотографий, видимо, там строго запрещено снимать.

Приняв решение, парень, быстро найдя ближайшую остановку, сел на соответствующий автобус, и всего через час вышел прямо напротив академии.

Как он и предполагал, учебное заведение странным образом напоминало то, в котором он учился, если не считать некоторых новшеств, заменяющих «старую добрую магию» из его мира.

«Да, вопросов становиться тем больше, чем лучше я узнаю этот мир, — покачал головой Зигфрид и, развернувшись, хотел было уже покинуть площадь перед академией, как вдруг заметил одно очень знакомое лицо, которое сложно было с кем-то перепутать, — Камень? — распознал он в детине неподалеку, своего старого друга по общежитию».

— Хааа, акаааддме, идтииии! — пытался что-то объяснить странно одетый здоровяк, местному полицейскому, облаченному в свою очередь в легкий роботизированный энергетический доспех.

— У вас имеется индивидуальный код гражданина? Если у вас проблемы с речью, почему вы не носите голосовой преобразователь? — четким ровным голосом, произнес представитель порядка.

— Слмався, он славмався! — пытался снова объяснить ситуацию миролюбиво настроенный Камень, коему сейчас было лишь девятнадцать лет, хотя выглядел он так же, как и всегда, на все тридцать.

— Вам придется пройти со мной в опорный пункт, для выяснения личности. Убедительная просьба не сопротивляться, вы меня понимаете? — внимательно следил за подозреваемым, полицейский, который даже в своем специальном костюме для усиления внутренней энергии, был раза в два меньше Камня.

— Уггг, — смерился со своей судьбой тот.

— Он студент академии, его удостоверение осталось в комнате, а преобразователь голоса вчера сломался, сейчас он как раз идет его чинить, — не прошел мимо друга, попавшего в беду, Зигфрид, — спросите о нем у охранника на площади возле ворот, уверен, мои слова подтвердятся. Такого то парня здесь в округе все знать должны.

— Значит, и ты его знаешь? — уточнил правоохранитель.

— Нет, но я понимаю что он говорит, а учитывая как он орет, услышал все еще находясь на площади. Просто подошел помочь.

— Этот мальчик говорит правду? — обратился к Камню полицейский, тот закивал головой, — хорошо, пойдем спросим у охранника знает ли он тебя.

Через пять минут все благополучно разрешилось и обоих ребят отпустили куда глаза глядят. Камень разумеется сразу после этого представился и начал благодарить незнакомца пришедшего ему на выручку, Зигфрид же в свою очередь не упустил момент спросить кое-что важное для его теории и дальнейших размышлений.

И как итог, все оказалось предсказуемым, после вопроса о родной земле, Камень честно рассказал ему ровно все туже историю про небольшую деревушку, что и рассказывал раньше в предыдущем мире, только с небольшими изменениями. Да и характер парня, пусть и стал немного мягче, остался примерно таким же, и хоть большими друзьями в прошлом мире они не были, у Зигфрида сложилось впечатление, что это все тот же здоровяк, что когда-то достался ему в сожители в общежитии.

Обменявшись номерами с Камнем, как бы странно это ни звучало, они расстались, а юноша отправился прогуляться в парк. Погода была хорошей, обычного для июля зноя не было, да и мошкара совсем не докучала. Все шло просто прекрасно.

«Хмм, а это что такое, — ощутил необычное изменение в своей душе Зигфрид, и сначала не понял в чем дело, но затем осознал, — где-то рядом мой родственник, вот только где? — сосредоточившись на тусклом сигнале силы, мальчик поднял голову к небу и, сузив глаза, взглянул далеко за облака».

Спустя пару секунд, Зигфриду все-таки удалось разглядеть летящий на огромной скорости пассажирский самолет, в окружении шести боевых истребителей.

«А не плохая работенка у моих родственников, интересно кто они? Хотя мне оно надо, пойду как я отсюда подобру-поздорову, меня они засечь вряд ли смогли, ограничитель на моем пальце довольно сильно подавляет излучение души, да и я сам неплохо ее скрываю».

В этот момент у Зигфрида зазвонил телефон.

— Да мам, в чем дело?

— Быстро возвращайся, мы едем в отпуск!

— Чего? Какай отпуск? Куда?

— Я не знаю, куда-нибудь, быстро домой, возьми такси, а если нет, то сними это чертово кольцо я сама к тебе приду. Хотя нет! Не снимай кольцо, да просто возьми такси.

— Успокойся мам, — еще раз взглянув на самолет, явно идущий на посадку в столичный аэропорт, мягко сказал Зигфрид, — я буду через минут сорок, и мы с тобой поедем отдыхать.

Глава 5.

Глава 5.

Облачная империя. Столица.

Дворец монаршей семьи.

— Морозное сегодня однако утро, — потирая ус, с улыбкой сказал высокий статный мужнина, с небольшой сединой у висков, на мундир которого легкой россыпью падал снег.

— Ноябрь Ваше Величество, — скромно изрек его спутник, пожилой старик с довольно увесистой тростью, облаченный в мешковатую накидку невзрачного серого цвета, — могу ли я узнать, что потревожило твой покой, благодетель?

— По-твоему, я не могу вызвать тебя просто ради праздного разговора? — приподнял бровь император, искоса глянув на старика.

— Можешь, конечно можешь, — мягко и с добротой, сказал тот в ответ, — вот только боюсь дела государственные тебе бы этого не позволили, некогда монарху со стариками болтать.

— Твоя правда, — твердо изрек Константин, — по делу я тебя вызвал. А дело сие в том, что с месяц назад, кто-то подбросил ко двору письмо, содержание коего было настолько интересным и необычным, что служба безопасности даже решила ознакомить с ним меня лично.

— Как интересно, — сузил глаза старый мастер, — и о чем же оно?

— Там говорилось о покушении, называлось точное место, число, и даже упоминался один из затерянных артефактов, как способ убийства. Глупости подумал я, и мое решение поддержала охранка, вот только вчера, мы наконец-то согласовали с представителями Солнечной империи одну особую встречу, которая будто сошла с описания того злосчастного письма. Совпадений столь много, что это ввергает в ступор, более того, никто ни с нашей, ни тем более с их стороны, не мог знать, что все так получиться. Вопрос откуда это знал автор письма.

— Найти его не удалось?

— Действовал настоящий мастер, на бумаге не осталось даже тени духовной силы, не говоря уже об отпечатках или частицах кожи, камеры его тоже не засекли.

— Как было подписано письмо?

— «Видящий будущее - да предупреждает». Изначально это насмешило, теперь же начинает пугать.

— Возможно, кто-то из великих мастеров открыл «путь Времени» и правда увидел будущее, — потерев небольшую бородку, произнес старик, — в древности такие люди были.

— Честно сказать, стариц Деян, меня не интересуют мифы о некогда могучих людях, живших в незапамятные времена, я мало верю этим россказням, но если такие люди и вправду есть, почему они честно и открыто не служат родине, почему их имена и лица не открыты мне?

— Государственная служба утомляет отшельника и обременяет аскета, ведь показаться на людях равно начать сражение за славу и почести, а сколько завести это вызовет у князей да приближенных, и сколько заговоров те будут строить, дабы опорочить наглеца. Зачем мастеру все это? — повел рукой старик, все так же угодливо и с добротой, говоривший с императором.

— Глупость! — нахмурился Константин, — кто посмеет открыть рот на того, кого я пригрел?

— Открыто кланяться будут, а под тенью ковров заговоры готовить, да убийства замышлять, а как упокоят наглеца, так с вами же плакать о нем и будут, все как всегда, — пожал плечами умудренный опытом мастер.

— Что-то ты еще жив и здоров я погляжу, никак оплошали заговорщики?

— Сдался им старик без детей и амбиций, коему жить осталось с десяток лет, а как моложе был, горя я от твоих льстецов навидался, да натерпелся, потому, как никто понимаю, почему если и есть мастер, что достиг таких высот, не пойдет он на службу.

— Ладно, хватит об этом, я тебя не спорить сюда позвал, с тем, кто прислал письмо, разберемся потом, сейчас подумаем о том, как предотвратить возможное покушение.

— Конечно, у меня уже есть кое-какая идея.

— Говори.

* * *

Первого декабря 2013 года произошло покушение на императорскую семью. По данным прессы и нескольким видеороликам в сети, данное происшествие случилось в полдень во время встречи монарха со старейшинами «культа солнца» из Солнечной империи. И судя по нечетким видео нескольких журналистов, все же умудрившихся в это время заснять Облачный дворец, прямо в момент покушения все здание было охвачено странным иссиня-черным светом, а затем раздался взрыв, и огромная постройка рухнула.

Вечером стало известно, что император жив, а войска империи приведены в полную боевую готовность. Про семью монарха, также находящуюся во дворце, никакой информации не поступало.

Страна замерла в напряжении, никто не знал, что будет дальше.

Зигфрид же в это время, лежа в шезлонге на далеком тропическом острове, читал книгу, и никаких зазрений совести не испытывал. По его мнению, он и так нарушил все свои принципы невмешательства, когда отправил то самое письмо с предупреждением, более того, парень и сам не знал, будет ли покушение или нет. И довольно серьезно рисковал при самой отправке.

«Я сделал все что мог, — подумал Зигфрид, получив известия о покушении, — дальше пусть сами разбираются, я обычный гражданин, в конце концов».

На этом острове юноша был уже почти три месяца, и все по инициативе его матери, которая еще летом решила неожиданно попутешествовать с сыном. Сама Амелия продержалась на отдыхе всего двадцать дней, а затем ее вызвали для работы, Зигфрид же отправился на данный остров.

И здесь, откровенно говоря, было вполне себе ничего. К тому же благодаря этой поездке парень узнал, что его столь похожая в обоих мирах фамилия, Алмазов в прошлом и Алмазный в нынешнем, по статусу отличаются как небо и земля.

Похоже, Алмазные довольно большой и древний клан, имеющий очень серьезные связи, как в Солнечной, так и в Облачной империи, и хоть официально им не назначен княжеский титул ни в одной из двух стран, их могущества это не умоляло.

Узнать что-либо больше этого, Зигфриду к сожалению не удалось, в открытом доступе лежало крайне мало информации, а хакером он не был.

— Ну и ладно, неприятностей это доставить не должно, если я не буду высовываться, — встав с шезлонга и допив свой коктейль, Зигфрид не спеша, с книгой в руках, пошел по направлению к арендованному жилью.

Домик на берегу моря снятый матерью юноши, был великолепен, особенно хорошо туда вписывались огромные новомодные стекла в полстены, за которыми открывался живописный пейзаж. Сидеть напротив них, на роскошном кожаном диване с кружечкой чая, было одно удовольствие. Волны прибоя успокаивали, горячий напиток согревал, а тихая классическая музыка, играющая с виниловой пластинки, уносила куда-то вдаль.

И вот, именно за таким умиротворяющим занятием, Зигфрида неожиданно прервал резкий стук в дверь.

«Девять вечера, кто это? Служащие в такое время не ходят, — встав с дивана и поставив кружку с чаем на небольшой столик, пошел к входной двери он».

— Вам что-то нужно? — ответив через видеодомофон, взглянул на дисплей Зигфрид и в этот же момент застыл на месте.

— Здравствуйте, я Алисия Влас, могу я с вами поговорить? — произнесла несравненная красавица по ту сторону экрана, та самая, что в прошлом мире утащила Зигфрида из академии в общество «Восход».

— Да конечно, я сейчас открою, — спокойно произнес взявший себя в руки Зигфрид, тем временем набирающий на телефоне номер матери.

Связи не было.

«Глушилки поставили, эти гады точно из общества «Восход» или чего-то подобного, и здесь они неслучайно, но я не понимаю, неужели я в чем-то прокололся, как меня засекли? В прошлом меня вычислили и завербовали как одаренного, довольно обычным способом, в магической академии были свои люди, но сейчас то как?»

Зигфрид усиленно соображал и пытался просканировать окрестности дома.

«Один с прав, другой слева и Алисия впереди меня самая слабая из трех, прорываться нужно через нее, затем в аэропорт, и деру. Сомневаюсь, что они такое от меня ждут, ни в жизни не поверю, — стал снимать кольцо ограничитель он, — что они знают полный уровень моей нынешней силы, о нем даже Амелия осведомлена лишь частично».

— Господин Зигфрид, невежливо заставлять даму ждать, — мягко, с нежной улыбкой на устах, произнесла Алисия в микрофон видеодомофона на двери.

БАБАХ!!! Разнесся оглушающий взрыв по округе, и толстая деревянная дверь разлетелась в щепки, а из ее проема в лицо девушки на страшной скорости летел мощнейший удар.

Красавица отреагировала моментально, и даже в такой ситуации смогла активировать «полное пробуждение» и закрыть голову в блоке. Вот только сила удара Зигфрида была слишком большой, и хоть семнадцатилетняя Алисия не уступала ему в уровне пробуждения, так как тоже была на последнем этапе седьмой ступени, по величине и плотности души она была словно ребенок.

От дикого удара обе руки девушке хрустнули и она, отлетев на несколько сот метров, врезалась в одиноко стоящий на берегу валун.

Победивший же ее мальчишка, переместив сияющую энергию души преимущественно себе в ноги, словно ракета взлетел вверх и, скрывшись в ближайших зарослях, на огромной скорости начал двигаясь к аэропорту.

Спустя секунду возле Алисии появились двое, здоровяк Альб и ничем не примечательный внешне, Джозеф.

— Забери ее на базу, я в погоню, — сказал последний, и исчез в направлении убежавшей цели.

Зигфрид четко понимал, что его догоняют. Преследователь явно был как минимум на одну ступень выше его, да и в отличие от неопытной девчонки гения, еще не освоившейся на своем уровни, этот являлся настоящим мастером. Такого просто так не одолеть, хотя одна идея все-таки была.

Джозеф догнал цель менее чем за полминуты, и уже зная на что та способна, решил более не расслабляться, а сразу захватить наверняка.

«Кто бы мог подумать, тринадцатилетний мальчишка десять лет провалявшийся в коме, в один удар вынесет семнадцатилетнюю Алисию, гения каких мало. Такого мне даже в страшном сне не снилось, и как он так сразу все понял? Где мы прокололись? Никого из нас он знать не мог, почему сразу начал так дерзко действовать?»

Прервав свои размышления, введу находившийся совсем рядом цели, Джозеф, ускорившись, крепко схватил за руку, попытавшегося свернуть из чащи к берегу, Зигфрида.

«Это конец, — дернул он юнца к себе, и занес свою ладонь над его головой, как вдруг, весь свет исходящий от мальчика, исчез, а он сам, поддавшись толчку, с необычайной легкостью на полной скорости полетел к похитителю».

Слишком поздно Джозеф заметил летящий в его грудную клетку указательный палец, в первой фаланге которого была сосредоточена вся энергетическая мощь души Зигфрида.

Никогда еще он не видел такой невероятной способности к концентрации энергии в одной отдельно взятой части тела, к тому же столь малой части тела.

«Потрясающе! — искренне подумал Джозеф, когда палец юноши дотронулся до силового поля на его груди».

Золотой луч пробил мастера начальной девятой ступени пробуждения насквозь, а затем раздался взрыв, и волна скопившийся в грудной полости энергии, разорвала грудь Джозефа.

Весь в крови мастер рухнул наземь, рядом с ним пал и Зигфрид, у коего от перенапряжения сил закружилась голова.

«Нужно бежать, но я истратил все, что у меня есть, да еще и зараз, как же плохо-то теперь, — парня вырвало, а голова продолжала предательски кружиться, — тело тяжелеет, да как же так! До аэропорта мне уже не дойти, нужно спрятаться в какой-нибудь канаве, если сегодня меня не найдут, уверен, завтра мать хватится и примчится сюда».

Внезапно кусты рядом с Зигфридом зашуршали, и из них показалась миленькое личико девушки, лет двадцати.

Испуг и недоумение отчетливо читались на ее лице, она в любой момент готова была убежать.

— Анна! Помоги мне! — в отчаянье прохрипел Зигфрид, легко узнав девушку в полумраке, — Анна прошу, пожалуйста, — потянул он к ней свою руку, и потерял сознание.

Девушка ошарашено смотрела на упавшего в обморок мальчика, который почему-то знал, как ее зовут, и более того, так искренне к ней обращался, что ее девичье сердце зашлось от жалости и сочувствия.

Сама Анна оказалась здесь совершенно случайно, она просто возвращалась с пляжа в покои своей госпожи, недавно прилетевшей на остров отдохнуть. И вдруг недалеко от нее два мастера решили помериться силой, а затем, луч света и обе ауры исчезли без следа. Все произошло так быстро, что девушка толком ничего не поняла, и ведомая диким любопытством решила немного осмотреться.

Обнаружить труп одного из сразившихся мастеров, она естественно готова не была, не говоря уже о том, чтобы какой-то мальчик стал звать ее по имени и жалобно просить о помощи. И пройти мимо юнца Анна просто не смогла, ее сердце буквально напополам разрывалось от желания помочь ребенку, а потому, схватив мальчика, она, боясь второго мастера, так ловко убившего противника и наверное поранившего это дитё, кинулась прочь.

Ей нужно было лишь добежать до дома своей госпожи, и тогда они будут в безопасности, многочисленная охрана наверняка сможет их защитить.

Тем временем, пребывая в своем роскошном особняке, великолепно выглядящая девушка, с голубыми, словно глубины моря, волосами, внимательно смотрела в окно, на то самое место, где недавно она почувствовала колебания силы. Вся охрана ее особняка была приведена в полную боевую готовность, а полиция небольшого островка поставлена в известность о данном инциденте.

— Где Анна? — спросила Фейри своего слугу, поправляя бархатный халат на своем прекрасном теле.

— По нашим данным она около часа назад отпросилась пройтись к морю и до сих пор не вернулась, — склонив голову, ответил лысый мужчина сорока лет, пытавшийся не запачкать своими ногами роскошный ковер в покоях госпожи.

— Эта девчонка, вечно уходит когда не нужно, надеюсь, ее не прибили ненароком, вы выяснили кто сражался?

— Нет, полиция ничего не знает, они послали туда военизированный отряд и…

— Бесполезные, не стоит на них полагаться, я забыла, где нахожусь, — взяв расческу, начала причесывать длинные волосы она, — и все-таки неожиданно увидеть здесь такое.

— Нам послать своих людей госпожа?

— Нет, я почувствовала там как минимум одного человека девятой ступени и, похоже, его кто-то убил одним ударом, не очень хочется без причины лезть в подобную заварушку.

— Как скажете.

Стук в дверь.

— Войдите.

— Госпожа, вернулась ваша прислужница Анна, — немного взволнованно произнесла пожилая горничная.

— Что-то не так? — отложив расческу, уточнила наследница семьи Иллюзорных.

— Она вернулась со странным мальчиком и просит вашей аудиенции.

— Интересно, — улыбнулась Фейри, облизнув алые губы, — вечер перестает быть томным. Пусть ждет меня в гостиной.

Спустя десять минут, переодевшись в платье, девушка спустилась со второго этажа дома и, войдя в богато украшенную гостевую комнату, обнаружила там изрядно нервничающую Анну и лежащего, без сознания на диване, мальчика.

— Рассказывай, — мягко сказала она, направившись к юнцу.

— В общем, я была на берегу моя госпожа, гуляла, — при виде хозяйки девушка начинала все больше и больше нервничать, боясь наказания, отчего ее язык заплетался, а мысли путались, — я отпросилась на пару часов у миссис Мари, поэтому…

— Анна, не бойся, все хорошо, на тебя никто не злиться, — положив ладонь на лоб Зигфрида, изрекла Фейри, — рассказывай спокойно.

— Спасибо госпожа!

— Анна рассказывай.

— Так вот когда я нагулялась, и стала возвращаться, то неожиданно почувствовала всплеск огромной силы неподалеку от себя. Две ауры неслись по острову на огромной скорости.

— Две значит?

— Да. Одна была слабее, а вторая сильнее. И первая убегала от второй, и не успела я сообразить что делать, как вдруг чудовищный всплеск силы исторгся от убегающего, и обе ауры исчезли одновременно. Я на время притаилась, а потом пошла на место происшествия, простите, я просто хотела посмотреть, что случилось и рассказать вам, я была уверенна, что оба мастера либо мертвы, либо просто ушли. Но, как оказалось, один из них валялся там мертвый с разорванной грудной клеткой, а второго нигде не было видно.

— Вот как, а мальчик? — убрав ладонь со лба Зигфрида, Фейри принялась бесцеремонно его обыскивать.

— Он лежал недалеко от убитого мастера и…

— И?

— Он позвал меня по имени и попросил помочь, — совсем разнервничалась девушка.

— Ты его знаешь? — вытащила из кармана парня телефон и странное кольцо она, тем временем переведя взгляд на Анну.

— Я впервые в жизни его вижу, но мне так сильно захотелось ему помочь, я сама не знаю, что на меня нашло, простите госпожа, — поклонилась девушка в пол.

— Не переживай, все что не происходит к лучшему, сейчас мы по индивидуальному коду на телефоне узнаем кто он такой, а потом посмотрим что делать, — махнула рукой Фейри, чье внимание полностью сосредоточилось на причудливом кольце.

«Что это? — надела она его себе на палец, и в тот же момент ее глаза округлились, ярко выраженное удивление проступило на лице, а взгляд полный интереса пал на мальчика, на диване».

— Срочно узнайте кто он, — передала сотовый Зигфрида слуге, Фейри, сняв с пальца кольцо и сунув его обратно в карман юноши.

Глава 6.

Глава 6.

Лишь утром следующего дня, Зигфрид смог прийти в себя, и с трудом поднявшись, обнаружил, что находиться в хорошо обставленной спальней комнате. Сам он возлежал на большой двухместной кровати, его вещи были аккуратно сложены на стуле рядом, а на тумбочке из красного дерева по другую сторону, стояло несколько графинов с водой и соком.

Быстро встав с кровати и взяв свои вещи, парень к своему облегчению нашел сотовый и кольцо ограничитель, нетронутыми, а потому быстро одевшись, хотел было просканировать окружение для более четкого восприятия обстановки, но накрывшая его слабость не дала это сделать. Вчера он слишком сильно перегрузил тело и душу, для восстановления понадобиться несколько дней.

Стук в дверь.

— Да, входите, — настороженно ответил он, когда в комнату вошла прекрасная девушка чуть старше двадцати.

— Как вы себя чувствуете? — спросила она, легким шагом подходя к мальчику, и совершенно бестактно возложа руки ему на плечи, — скорость восстановления вашей энергии впечатляет, я думала, это займет как минимум сутки.

— Я премного благодарен за спасения, госпожа Фейри, — склонил голову Зигфрид, который разумеется еще в прошлом мире был наслышан о работодатели его сестры, и в свое время навел определенные справки.

— Я удивлена, что вы меня знаете, могу спросить откуда? — мягко улыбаясь, задала вопрос леди, специально одевшаяся так, чтобы ее титул невозможно было определить.

— Вы наследница семьи Иллюзорных, конечно я вас знаю, — попытался разорвать дистанцию юноша.

— Знать о мне и узнать разные вещи, мистер Алмазный, не помню чтобы мы встречались, а раздобыть мое фото, очень и очень трудно.

— Вы вскрыли мой телефон?

— Не меняйте тему разговора.

— Я наводил справки о всех княжеских домах, разве это незаконно? — спокойно отвечал напористой барышни, Зигфрид.

— Для обычных людей незаконно, но с вашим статусом это нормально. Вот только как вы узнали об Анне? — лукаво смотрела на мальчика, Фейри, постоянно наступающая на него словесно и физически.

— У меня есть связи в академии, — решив рискнуть предположить, что эти двое встретились все там же, что и в предыдущем мире, заявил он.

— Вот как, сколько вам лет?

«Черт, она начинает меня подлавливать!»

— Тринадцать.

— И у вас есть такие связи? Зачем?

— Это не совсем мои связи, а скорее связи семьи, я неправильно выразился.

— Алмазные могучий клан никто не спорит, вот только, — подошла совсем близко она, — вы и ваша мать по моим сведеньям, полученным буквально только что, не общаетесь с кланом и ведете обособленный образ жизни.

— А вам не кажется, что допрашивать ребенка в таком состоянии плохой тон? — нахмурился Зигфрид.

— Кажется, — отступив, хихикнула девушка, — вот только если бы я дала вам опомниться, то уверена ничего бы не добилась.

— Мне нужно связаться с матерью.

— Мы уже с ней связались, и сказали что с вами все хорошо.

— Когда она прибудет?

— К сожалению, только через два дня, у нее много работы.

— Тогда я уеду один, спасибо за гостеприимство, мы безусловно бу…

— Вы не сможете уехать, — прервала юношу Фейри, — мы случайно повредили чип в вашем телефоне, боюсь, индивидуальный код гражданина, теперь не считается. А удостоверения у вас нет, ведь вы еще не совершеннолетний. Вам нужно будет подать особый запрос для подтверждения личности, это займет два – три дня.

— Что вы задумали госпожа Фейри, — холодным голосом произнес Зигфрид.

— Ничего, все это совпадение и не более, поживете пару дней со мной, или вам неприятна моя компания?

— Разумеется нет.

— Тогда все замечательно, завтрак будет через двадцать минут, жду вас к столу, расскажите нам о случившимся вчера.

* * *

— Однако, как все-таки удобно, что вы ничего не помните из вчерашнего инцидента, кроме непосредственного нападения, — сидя за большим столом напротив Зигфрида, элегантно попивала легкое вино, Фейри, — к слову как вам еда?

— Отлично, мои комплементы повару, — безэмоционально поедая свой завтрак, произнес юноша, рядом с которым, дико нервничая, стояла Анна наряженная в горничную.

— Вы так молчаливы, почему бы вам не развлечь даму разговором? Где ваше воспитание? — наигранно обидевшись, произнесла хозяйка дома, — ох, вы ведь десять лет были в коме, это все объясняет, простите меня, — нежно посмотрела на собеседника девушка.

— А вы очень много про меня узнали, — закончив есть, взял в руки стакан сока, Зигфрид.

— Беру с вас пример, — улыбнулась Ферий настолько сладко, что у окружающих мог начаться диабет, — но знаете, сколько бы я не старалась найти хоть какую-нибудь информацию о вашем кольце, ничего не выходило. Странно правда? — склонила голову вбок девушка, направив взгляд на перстень Зигфрида, надетый им сейчас, дабы его сверхбыстрое восстановление не бросилось в глаза.

— Ничего особенного, — только и смог ответит он.

— Правда? Тогда вы будете не против, если я сообщу о нем куда следует? — наивно изрекла она, уставившись на юношу.

Зигфрид молчал, он никак не мог понять чего от него хочет данная особа, и боялся ошибиться в выводах.

— Разумеется, если мой близкий друг попросит меня этого не делать, мой рот будет на замке, — облизнула губы после вина красавица.

— И что же нужно дабы стать вашим близким другом?

— Ничего, просто общаться, ходить друг к другу в гости, обсуждать последние новости, делиться некоторыми секретами, обычная дружба ничего более.

— Тогда я могу попросить о ней только заочно.

— Не переживайте у вас будет возможность доказать свою дружбу, а теперь давайте перейдем на ты. Я немного старше вас, но это мелочи, когда я говорю с мистером Зигфридом, кажется, что говорю с ровесником, странно все это, особенно учитывая вашу кому.

— Фейри, скажу как друг, другу, давай ты ненадолго поумеришь свой интерес?

— А ты дерзок, хорошо, мне это нравиться гораздо больше наигранной скромности. Я хочу услышать о кольце, и на этом мы пока остановимся.

— Договорились.

— Анна выйди, я со своим другом хочу поговорить.

— Как прикажите.

* * *

Три дня спустя.

— Надеюсь, ты не сменишь номер телефона и не перестанешь отвечать на звонки, как только прилетишь на материк, — шептала на ухо Зигфриду, Фейри, крепко, по-родственному, обнимая его перед трапом самолета.

— Нет, мы ведь друзья, — не обращал внимания на подобные причуды, юноша, — но если ты нарушишь слова первой…

— Такого не будет, — нежно улыбнулась красавица, — передавай привет маме, жаль, что она не смогла прилететь.

— До свиданья, — махнул рукой Зигфрид, начав подъем на лайнер.

— Как грубо, — нисколько не расстроилась такому поведению Фейри, уже получившая, что хотела.

«Надеюсь на длительное сотрудничество, — подумала она, глядя в спину мальчику, — мне не стоит слишком наседать, мне могут дать отпор в будущем и припомнить грубость. Я не хочу наживать себе такого врага. Подумать только он полностью восстановился за три дня, но из-за этого кольца я не могу просканировать его полную силу, хотя это уже не важно. Жаль труп того мастера, что видела Анна, мы так и не смогли найти. Интересно с кем же столкнулся этот юнец?».

— Госпожа, вы уверены что мы не должны доложить о всем случившимся Его Светлости? — немного склонившись, произнес среднего возраста мужчина, неказистой наружности.

— О чем ты, ничего не было, мы просто отдыхали, как и планировали, ясно?

— Да.

— И объясни это всем, а кто не поймет…

— Все поймут.

— Тогда иди, не теряй времени, и уладь все с полицией острова.

— Так точно.

* * *

Уже находясь в самолете, первое что сделал Зигфрид, это внес в черный список Фейри Иллюзорную и запретил звонки любых неизвестных номеров на его телефон. Дальше больше, находясь еще в воздухе, он наконец-то смог нормально пообщается со своей матерью, без опасения прослушки или перехвата звонка.

Устроив семейный совет прямо по телефону, двое решили, что в данный момент Зигфриду не стоит возвращаться в Облачную империю, а используя свой vip статус необходимо на пересадке сесть в другой самолет и отправиться на пару лет к дальним родственникам в республику Надх.

Амелии явно очень тяжело далось это решение, она уже давно не видела сына и как можно скорее хотела вернуть их прежний образ жизни. Вот только учитывая странное покушение на его жизнь и то, что в данный момент из-за своей работы возможности непосредственно охранять сына, 24/7 у нее нет, с болью в сердце она согласилась на его отъезд.

Под родственниками же она подразумевала своего троюродного брата, сына ее уже умершей двоюродной тети. Это пожалуй был единственный человек из ее прошлой жизни с которым Амелия все еще поддерживала связь, и девушка была уверена в том, что он не сболтнет Зигфриду ничего лишнего.

* * *

Республика Надх, была относительно небольшой страной на юге континента и напрямую не граничила с Облачной империей. Это было независимое государство с очень древними традициями и по-настоящему верующим народом. Более того республика Надх была единственным местом на земле, где государственной религией было единобожие и над всем главенствовала Вселенская церковь.

Подавляющее число трактатов о Боге, концепции спасения вечной души и потусторонних злых духах, способных погубить человека, было родом именно из этой страны. Зигфриду, интересующемуся подобной тематикой с давних пор, даже пришлось специально выучить древнецерковный и Надхский, дабы читать некоторые особо сложные книги.

К слову сам юноша был вполне рад посетить данную страну, он так и так планировал это сделать, пусть и не рассчитывал на столь скорое путешествие, но как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Посему, усевшись поудобней в своем кресле, парень задремал. До Надха лететь было еще пять часов, а он не полностью восстановился и хороший сон был только на пользу.

В какой-то момент, Зигфрид в полудреме, ощутил довольно сильный толчок, самолет видимо попал в воздушную яму, и все бы ничего, но в этот же момент кто-то окатил его с ног до головы чем-то красным и немного липким.

Открыв глаза, удивленный юноша перевел взгляд вправо и увидел там, на соседнем сидении, пожилого монаха с позолоченной чашей в руках. Старик явно сам был в шоке из-за всего произошедшего. Ведь он никак не ожидал, что открыв запечатанный сосуд всего на секунду, выльет его на рядом сидящего человека.

— Что было в чаше? — спокойно спросил Зигфрид.

— Освещенный виноградный сок, — расстроено произнес монах, — прости за случившееся, — пытался искренне извиниться старик, но явно был все еще в шоке из-за утраты.

Видя горе пожилого служителя, Зигфрид посочувствовал ему, наверное, это была большая потеря, а потому нисколько на него не злился.

— Раз меня уже облили «священной водой», возможно, вы меня благословите? Все что не происходит к лучшему, — мягко постарался утешить старика, он.

Монах приободрившись, улыбнулся в ответ.

— Да ты прав дитя, все ниспослано нам Богом, да благословит тебя Господь, следуй по пути истины во Имя Его.

Разговорившись со служителем, Зигфрид узнал о том, что данную «святыню» мужчина вез для своего внука, которого мучают потусторонни духи и он каждую ночь ровно в полночь начинает сходить с ума.

Старика откровенно было жаль, он явно очень многое сделал, дабы вылечить ребенка своего любимого сына и тут вдруг такое. Зигфрид разумеется желал помочь, вот только сделать это по-тихому и без лишних разговоров вряд ли получилось бы, из-за чего юноша хотел отказаться от данной затеи. Но, видя нарастающее горе монаха, пытающегося всеми силами не унывать и не опозорить свое облачение, он не сдержался.

— Знаете, возможно, я смогу вам помочь, — ошарашил своего попутчика он, — давайте встретимся у главного храма, через три дня, хорошо?

Ничего не понимая, пожилой мужчина по имени Марк, хотел было что-то спросить, но как-то мельком взглянув на одежду мальчишки, передумал, и лишь кивнул в ответ.

На этом двое расстались, самолет начал свою посадку, и пора было готовиться к высадке.

И вот перед самым выходом из самолета, Зигфрид вспомнил, в каком виде находиться.

«Как я вообще мог об этом забыть? — начал осматривать себя он, с горечью вспоминая, как его окатили буквально всего, — что это? — на одежде не было ни единого следа, ни капли виноградного сока, — ничего не понимаю?!»

— Мистер не задерживайте людей, — обратилась к нему стюардесса.

— Ах да, простите, — начал активней продвигаться к трапу, обескураженный парень.

В аэропорте Зигфрида как и обещалось уже встречали.

Троюродный брат Амелии был высоким широкоплечим мужчиной, с небольшой ухоженной бородкой и довольно смуглой кожей. Разговаривал он мало, и в основном лишь отвечал на вопросы, если таковые были.

Несмотря на это дядя Михаил, а именно так попросил себя называть он, оказался весьма добродушным, просто малоразговорчивым и немного устрашающим на вид. Но так как внешность людей никогда не страшила Зигфрида, и даже с Камнем он сразу нашел общий язык, они с Михаилом быстро сдружились на почве своего малословия. Один молча вел машину, второй не задавая никаких вопросов читал.

— Ты не будешь осматривать столицу? — видя равнодушие своего племянника к окружению, спросил Михаил, не отрывая взгляда от дороги.

— Современные города все похожи друг на друга, не вижу смыла тратить на их осмотр время, достопримечательности же и храмы я осмотрю отдельно, это не к спеху.

— Да, разумно.

Примерно через час езды, перед взором показался двухэтажный домик, с очень уютным двориком, имеющим в себе пару скамеек и ряд плодовых деревьев, в данный момент стоявших голыми по причине зимы.

Сама зима к слову, в республике Надх скорее напоминала позднюю холодную осень, ибо снега видно не было. Поговаривали, здесь он очень редкое явление и когда выпадает, детишки очень ему радуются.

Пройдя внутрь дома, где явно было слишком хорошо прибрано для холостяка, а дизайн мебели был подобран с большим вкусом, Зигфрид решил уточнить кое-какое положение дел.

— Вы я так понимаю, собираетесь вскоре жениться? — очень удивил таким вопросом Михаила, он.

— С чего это ты взял?

— Ваш дом, над ним либо поработал дизайнер, либо девушка, сомневаюсь, что вы дядя стали бы нанимать дизайнера, плюс тут очень чисто, возможно горничная, но это вряд ли слишком много мелких вещей расставлено именно хозяйской рукой, то есть женщиной уже считающей себя хозяйкой дома. Кто-то скажет сожительница, но нет, в данной стране жить с сожительницей все равно что в ногу себе выстрелить, либо жена – невеста, либо никто, а иначе позор. Так о чем я спросить то хотел, я не помешаю?

— Нет, я отлажу свадьбу, — довольно спокойно принял объяснения Михаил, не ставший отнекиваться, — хотя не скажу, что конкретно ты чем-то мешаешь, у моей невесты семейные проблемы.

— Ясно, где моя комната? — не стал ничего уточнять он.

— Второй этаж справа, — рад был такому равнодушному ребенку, хозяин дома.

Распаковав свои вещи, которых было очень немного, Зигфрид достав ноутбук, постарался запомнить карту города как можно подробней, дабы в случае чего знать ее на зубок.

Закончив с этим, и помня свое обещание Марку, он также постарался отработать свою новую, созданную после излечения Эрис, технику изгнания духов.

Новый метод был намного совершенней прежнего и включал в себя знания небесной печати из прошлого мира, и знания духовной печати из нынешнего. Совместив их вместе, Зигфрид, как он думал, возродил изначальную небесную печать духа, которая по какой-то странной причине была вот так частями раскидана по другим техникам.

Так или иначе, теперь, излечить человека от среднестатистических злых духов, не должно было стать проблемой. И перед юношей, вполне уверенным в своих силах, оставалась лишь одна преграда, как помогая людям не раскрыть свою личность.

Глава 7.

Глава 7.

Три дня минули очень быстро, и за них Зигфрид успел неплохо освоиться на новом месте жительства. Знание языка и посильная помощь его дяди свели все минусы переезда к минимуму, а самостоятельность мальчика вкупе с загруженностью работой Михаила, позволило первому беспрепятственно передвигаться по городу.

Разумеется парень не забыл о своем обещании, и с самого утра решил посетить главный храм города, расположенный недалеко от центра и обычно собирающий в себе множество народа.

Конечно будний зимний день уменьшил количество желающих прийти на службу, но даже так людей было достаточно много, дабы легко среди них затеряться.

Сам храм был огромен и по форме строения символизировал круг с куполом наверху. Богато же украшенный фасад и просторная площадь, с включенной в нее парковой территорией, а также несколько фонтанов и ряд скульптур, великолепно дополняли основную композицию здания, делая общий вид по-настоящему завораживающим зрелищем.

Осмотревшись и пройдя внутрь храма, через его массивные, распахнутые настежь двери, Зигфрид оказался в главном зале, где на обширной площади округлого помещения в два ряда стояли статуи могучих Ангелов, формирующих своими исполинскими телами своеобразный коридор к алтарному камню.

Тела Ангелов, часть из которых была одета в доспехи, а другая в мантии, были вытесаны из белого мрамора и высотой достигали десяти метров. Алтарный же камень, находящийся в конце их построения, также был абсолютно белым и имел форму идеального куба, размером метр на метр.

Помимо вышеописанного, взгляд также привлекали расписные стены, на которых были нанесены разнообразные небесные проявления и начертаны древние письмена.

Зигфрид очень странно здесь себя ощущал, чувство тоски по чему-то утраченному доносилось откуда-то из глубин его сердца. Неведомая печаль начала волнами плескаться о берега его души, а сознание странным образом затуманивалось, он начал впадать в какое-то непознанное сакральное состояние.

Тем временем к главному храму столицы, со своим сыном и внуком подходил Марк. У старика был грозный взгляд и уверенная походка, он крепко держал внука за руку и не обращал внимания на сына, что всю дорогу отговаривал его не идти на эту странную встречу.

— Отец, мальчик над тобой просто пошутил, с каких пор ты вообще веришь каждому встречному? — негодовал мужчина тридцати лет, с немного искривленной спиной, и толстыми очками на лице, — а если и не врал, значит хотел обмануть, точно, он мошенник, отец опомнись, отдай мне моего сына, Ник не спал всю ночь, ему нужно отдохнуть!

— Запомни сынок, — не сбавляя шага, произнес Марк, — никогда не оскорбляй и не осуждай людей, особенно если ты не знаешь кто они, понял? Уясни это на всю оставшуюся жизнь.

— Отец, я серьезно, я не верю ни в какие чудеса и тем более Бога, отдай моего сына! После смерти матери, и ухода в монастырь ты совсем с ума сошел! — разгорячился мужчина еще больше, но отобрать мальчика силой, не смел, он все же уважал отца, да и его жена была на стороне своего свекра, а выступить против двоих сразу духа не хватало.

— А ну замолчи, — грозно взглянул на сына служитель, — и в кого ты такой, стыд и позор, тряпка, праздный увалень, только попробуй сказать подобное в храме, я тебя сам оттуда вышвырну. Позор на мою голову.

Дальнейшую часть пути троица шла молча, в какой-то момент щуплый семилетний мальчик совсем вымотался, и дед взял его на руки, так они прибыли в храм.

Оглядев зал, Марк почти сразу заметил у алтарного камня того самого юношу из самолета, одетого в белый длинный утепленный плащ.

«А вот и он, как договаривались».

— Оставайся здесь, — буркнул он сыну и с внуком на руках пошел к Зигфриду.

Время клонилось к обеду, а потому в храме было не так уж и много людей.

— Прости, мы заставили тебя ждать? — подойдя сзади, с улыбкой произнес монах, но юноша никак не отреагировал на его слова, — извините, что-то не так? — положил он свою руку на плечо парня впереди него.

После этого Зигфрид наконец-то отреагировал и развернулся к Марку.

В ту же секунду старик онемел, лицо его побледнело, рот открылся в изумлении, а ноги задрожали от страха. И все потому, что глаза повернувшегося к нему, более не имели в себе зрачков или радужки, в них отображалось безграничное небо.

Чем больше монах взирал на ясные очи этого «человека», тем глубже уходил его взгляд в бесконечную неведомую даль, отраженную в зеркалах его души.

— Ты праведный человек, — сказал юноша таким голосом, от которого содрогались стены, — да решит Бог твою проблему, — и возложил руку на голову мальчика, коего держал старик.

Тело ребенка вспыхнуло светом, а затем из его рта, ноздрей и ушей, пошел черный дым.

— Гххааа! — с нечеловеческим криком дым развеялся, а мальчик тотчас заснул.

Монах пал на колени и поклонился в землю, в благоговейном страхе не смея поднимать глаз.

Бесстрастно же выглядящий Зигфрид, не замечая ропота народа возле него, также увидевших сие действие, пошел по направлению к выходу и, не дойдя до него, исчез.

* * *

Независимое государство Зигод.

В пятистах километрах от столицы республики Надх, в безжизненной пустыне, называемой Каменистой Пустошью, стояло старое, сильно обветшалое здание, покосившееся на один бок.

Сделано оно было из дерева и камней, и имела лишь один-единственный этаж, с наглухо заколоченными окнами. Никакой инфраструктуры рядом не было, лишь одинокая лошадь, привязанная к не менее одинокому столбу, паслась рядом.

Внутри же этого давно заброшенного строения, не было ничего кроме толстого слоя пыли и вездесущей паутины.

Все окружающее буквально кричало о том, что здесь никого и ничего нет, но на самом деле это было не так, и если спуститься в подвал, а затем найти там неприметный хорошо замаскированный люк, то открыв его можно было попасть в длинный вертикальный туннель с железной лестницей. А спустившись по нему, на глубину почти в пятьдесят метров, путник оказался бы перед массивной железной дверью, открыв которую взору бы предстали древние руины, раскинувшиеся на несколько сотен метров.

И в этих руинах кипела жизнь, в них днем и ночью трудились люди, но не обычные люди, а поднятые из могил неживые трупы, хладные тела которых подпитывались магическими кристаллами во лбах.

За всей же работой по откопке давно погребенных под землей старинных зданий, с трона на возвышенности наблюдал полуразложившийся труп, с короной на голове и черной мантией на теле.

Возле же ног данного правителя мертвых, стоял на коленях один-единственный нормальный здесь человек, действующий премьер-министр государства Зигод.

— Хозяин кажется у наших покровителей в Солнечной империи большие проблемы, — вытирая пот со лба, тараторил слегка полноватый мужчина сорока лет, — после неудачного покушения, всю вину свалили на культ Солнца и его главу.

— И что с того? — хрипло и слегка шипя, ответил сквозь гнилой рот, лич.

—Как что с того? Ведь теперь культ уже не столь влиятелен как раньше, брат императора «солнца», а также его дядя погибли в момент покушения на Клауса Константина. А ведь именно эти двое были той связующей нитью, что связывала секту с монаршей семьей. Теперь когда их заклеймили предателями и фанатиками, а главу культа объявили в розыск, политика империи Солнца может сильно измениться, что если они перестанут покровительствовать нашему режиму? Народ на грани бунта, а соседняя страна Надх считает нас трупо-почитателями и с радостью поддержит население страны, если то решит сместить правительство.

— Не нервничай, культ солнца слишком силен, его не пошатнет такая неудача. Ведь даже после того, как секта чуть не ввергла две страны в войну, ее не посмели запретить, а это о многом говорит.

— Да вы правы хозяин, но боюсь по репутации культа в обществе империи Солнца, нанесен огромный удар, а с учетом нынешнего маловерия людей, социум начинает задавать вопросы. Да и нынешний император «солнца» не состоит в культе, и как хорошо он ухватился за возможность нанести удар по секте при первой же возможности.

— К чему ты клонишь? Говори яснее, — показал свое недовольство колдун.

— Я боюсь, что мы не настолько ценны, дабы культ в такой тяжелой для себя ситуации заботился о нашем благополучии, и потому не стоит ли нам бежать? Ведь если народ восстанет, а армии соседних государств его поддержат, мы можем не успеть скрыться со всем накопленным.

— За деньги свои переживаешь, торгаш? — заскрежетал зубами ходящий труп, — с этого и надо было начинать, а не ходить вокруг да около, давно поди сбежал уже, если бы не боялся смерти от моего проклятья, да?

— Нет, что вы хозяин я верен вам каждой своей клеточкой, — задрожал от страха мужчина, — я лишь высказывал свои опасения.

— Не переживай, с тем что мы вчера нашли, наша, нет, моя ценность возросла в разы, — обнажив грязно-серые зубы, улыбнулся лич, положив свою иссохшую руку на золотую шкатулку размером сорок на двадцать сантиметров, — а если ценен я, то ценен и ты, не бойся.

— Вот как, — заинтересованно смотрел на украшенную камнями коробочку, премьер-министр, — тогда нам не о чем беспокоиться?

— Именно так, эта страна еще важна для них, они не отдадут ее просто так.

— Как хорошо, прям гора с плеч.

— Жалкий трус, ты не должен ничего бояться пока твой хозяин здесь, ибо пока я… — завис на полуслове лич, все лицо которого исказилось от шока, — а ты еще кто такой? Как сюда попал? — неожиданно высоким голосом проговорил он, смотря на мальчишку стоящего между ним и премьер-министром.

Незнакомец ничего не ответил, а лишь схватился за золотую шкатулку, да так быстро и крепко, что костлявая ладонь полумертвого, лежащая на ней, хрустнув, переломилась.

— Да как ты смеешь?! — заорал однорукий лич, начав призыв полчища духов, но…

БАБАХ!!! И жуткий удар, буквально развеявший тело повелителя немертвых на молекулы, высвобождая колоссальную волну силы, обвалил потолок помещения, хороня всех находившихся там под десятками тысяч тонн почвы.

На поверхности же, в самом центре просевшей овалом земли, появился Зигфрид, в руке которого находилась шкатулка, а изо рта сочилась кровь.

«Тело мальчика слишком слабое, — вытерев подбородок и губы, сказал он, — его душа сильно окрепла за это время, особенно после первого пробуждения и возвращения обратно, сейчас же она должна укрепиться еще сильнее, но мне нельзя оставаться пробужденным слишком долго иначе вместо укрепления получится травма, — он посмотрел на шкатулку в своей руке. — И все же, Божье провидение ведет нас, так удачно пробудиться и с такой легкостью заполучить один из шести артефактов прямо из рук врага, это настоящее чудо. Эта вещь нам сильно поможет».

* * *

Когда Зигфрид проснулся, то оказался в своей комнате в доме дяди Михаила. Все его тело жутко болело, а внутренние органы, казалось, превратились в кашу, и стоит ему чихнуть, как они вылетят наружу.

«Что происходит? — все было как в тумане, юноша лишь очень смутно помнил, как кто-то перехватил контроль над его телом, а затем влил в него столько силы, что оно чуть не лопнуло, — это точно был не сон, — повернув голову чуть вбок, посмотрел на сияющую золотом шкатулку он, — нет ну этот парень хоть записку бы оставил, в самом деле».

С диким трудом встав с постели, Зигфрид помимо ноющего тела, с удивлением обнаружил огромный прогресс связанный с его душой.

«Я перескочил с полной седьмой ступени, на полною восьмую ступень пробуждения, ничего себе, такое возможно? Кто это вообще был? Что он делал внутри моей души? Ведь именно оттуда он и появился. По крайней мере, я уверен, что это не демон, ибо изгоняя злого духа из мальчика, он использовал Божественные силы. А только одни существа в целом мире на такое способны. Ангелы».

Зигфрид очень хорошо относился к Ангелам, хотя и не понимал, зачем он вдруг им понадобился.

«Интересно, что в шкатулке, ее ведь отобрали у того страшилы».

Кое-как добравшись до комода, на котором стоял загадочный предмет, парень, взяв его в руки, открыл крышку.

«Кинжал?! — приподнял брови он, видя в шкатулке прямой клинок, лезвие и ручка которого были сделаны из какого-то кристаллического, полупрозрачного, фиолетового камня, с письменами внутри».

Быстро закрыв шкатулку, Зигфрид убрал ее подальше, вид кинжала он запомнил, надписи внутри него тоже, а посему не было смысла светить данной реликвией, мало ли кто и как может найти ее на расстоянии. Ведь Ангел ее как-то засек, хотя, если напрячь память, после взятия шкатулки он наложил на нее несколько печатей, возможно, теперь ее будет труднее вычислить.

«Нужно срочно узнать что это. Чувствую, я снова попал в какую-то переделку, причем очень серьезную».

* * *

Независимое государство Зигод.

Каменистая Пустошь.

Два человека в черных балахонах, приехавших на лошадях из ближайшего поселка, молча взирали на здоровенный провал в земле, где ранее велись секретные раскопки руин под руководством их хозяина.

— Теперь понятно почему премьер пропал, а от босса не было вестей, их просто похоронило под завалом, — спокойно произнес один из них.

— Да, кто бы мог подумать, что такое возможно. Что будем делать?

— Доложим покровителям из Солнечной империи и будем ждать указаний.

— А может, сами раскопаем? Потом сообщим по факту.

— Это сверхсекретное место раскопок, где предположительно захоронен один из шести артефактов древних, как мы привезем сюда технику? Да нам за такое голову оторвут. Ты думаешь, мы сюда на вертолете не прилетели, потому что мне на лошадках ездить нравится?

— Глупость ляпнул, извини, никак не привыкну к новому месту и специфики.

— А пора бы, ты уже здесь второй месяц.

— К слову, докладывать о том, что хозяин пару дней назад нашел какую-то коробку, будем?

— Конечно нет, если доложим нам прикажут ее найти, а не найдем головы с плеч поснимают. Раскопки так и так будем вести, найдем что-либо ценное, скажем наша заслуга, не найдем, ну на нет и суда нет.

— Логично, тогда просто доклад об обрушении и все.

— Да.

* * *

Облачная империя. Неизвестное место.

В хорошо освещенном подвале со множеством столов, на одном из которых лежал мертвый Джозеф, стояли трое человек.

— Этот мальчик действительно так силен? — спросил одетый в темный костюм, старейшина Бергер, хмуро глядя на мертвого друга.

— Полагаю что так, ибо хоть мы и не видели их сражения сами, по причине моей раны, в момент исчезновения ауры мастера, сигнатура выплеска энергии совпадала с сигнатурой души Зигфрида Алмазного, — опустив взгляд, тихо произнесла Алисия.

— Ты подтверждаешь ее слова Альб?

— Да, полностью, — хрипло ответил здоровяк.

— Итак, у вас есть версии того, как человек, находившийся десять лет в коме, в возрасте тринадцати годов, обладает такой сокрушительной силой?

— Нет, — покачал головой Альб.

— Мы изначально рассчитывали на банальное похищение сына главы Алмазных, которого тот по сведеньям организации почему-то тщательно скрывает, мы и подумать не могли о чем-то подобном, — посмотрела на труп бывшего руководителя, девушка, — из совета старейшин поступил запрос именно на похищение для давления на Алмазного, ни о чем другом нам не сообщили.

— Да я знаю, читал дело, — вздохнул Бергер, взглянув на документы рядом.

«На кого мы наткнулись? — задумался он, вспомнив о результате генетической экспертизы, проведенной из волос собранных в арендованном доме Зигфрида, — этот юноша не является сыном главы клана Алмазных, он вообще не Алмазный. Но тогда почему они покрывают его и мать? Глава семьи не может не знать, что это не его сын, но тогда почему?»

Глава 8.

Глава 8.

Солнечная империя. Неизвестное место.

В плохо освещенной комнате, в пустом здании, готовящемся под снос, стояло два великолепных кожаных кресла, в коих сидели люди, лицо которых нельзя было разглядеть.

— Орден Шести разрывает все связи с культом Солнца, — монотонно проговорил один из них сидящий по левую сторону от слабо горящей свечи на полу.

— И как это понимать, у нас есть четкие договоренности, закрепленные кровью, — спокойно вопросил его второй, — не кажется ли вам такого рода отступничество, предательством. Боюсь, репутация ордена сильно пострадает в определенных кругах. Никто не любит людей бьющих партнера в спину при первой же его неудачи.

— На вашем месте я бы подумал о собственной репутации, мало того что вы провалили покушение и подвергли себя удару извне и изнутри одновременно, так вы еще и дали нам нерабочий ритуал призыва, и такого мы простить не можем.

— О чем вы, ритуал призыва древнего был на сто процентов рабочим, и вы призвали самого «Чревоугодца».

— Мы призвали огромного дохлого червя с рогами, на которого был потрачен годовой бюджет организации и пять лет подготовки, как вы собираетесь это компенсировать? Нет, у вас еще и хватает наглости говорить, что все прошло как планировалось, по-моему, сила и слава начали сводить культ «солнца» с ума.

— Ритуал рабочий, и наши люди провели его на все сто процентов, почему же в теле демона отсутствовала его душа, мы пока не знаем, этот вопрос изучается.

— Мы договаривались о вызове живого древнего, а не его мертвой оболочки, к слову, само тело мы забираем как компенсацию.

— Это наглость, мы требуем половину, — воздух в комнате потяжелел от испускаемой беседующими силы.

— Вы можете требовать все что вам в голову взбредет, контракт расторгнут из-за нарушения двух его главных пунктов. Император Константин жив, а призванный демон нет, на этом наше сотрудничество закончено.

— Вы ходите по тонкому льду.

— Это культ «солнца» ходит сейчас по тонкому льду. Вы что хотите объявить нам войну в такой ситуации как ваша? Это смешно.

— О проявленной вами сегодня наглости, рано или поздно придется пожалеть.

— Не вам решать кому и о чем жалеть, — встал со своего кресла один из них, — на этом все, надеюсь на ваше благоразумие, никому из нас не нужна война. Всего хорошего, — с этими словами человек растворился в воздухе.

— Все предатели заплатят за свое предательство, — сжав челюсти и встав со своего места, не спеша покинул комнату представитель культа «солнца».

* * *

На то чтобы понять, что за подарок в шкатулке ему оставил Ангел, у Зигфрида ушло четыре месяца. И за это время он перерыл все, что только мог, выучил несколько мертвых языков и посетил черный рынок артефактов, где потратил кучу родительских денег на приобретение одного очень редкого свитка.

В конце концов истина была установлена, и честно сказать восторга она не вызывала. По факту у Зигфрида в руках оказался один из шести артефактов древних, за которыми, наверное, гонялось полмира.

Клинок разложения – именно так назывался кинжал из фиолетового кристалла, хранящийся сейчас в его комнате. И если учесть, что один из шести артефактов уже был использован для неудавшегося убийства императорской семьи, то сейчас юноша обладал одной из пяти мировых реликвий, ценность которой была заоблачной.

Продавать ее он конечно не собирался, вот только что с ней делать, и зачем Ангел ее оставил, было непонятно.

«Согласно полученной мною информации, данный клинок одноразовый, но при этом непомерно мощный, по одной из легенд им можно убить «бессмертное» существо. Разумеется слово бессмертное здесь применяется как условность, показывающее на то, что кинжал способен погубить даже очень могущественную сущность, — нахмурился Зигфрид, глядя на золотую шкатулку, — они что хотят чтобы я еще какого-нибудь «чревоугодца» прирезал? Только подобное ему существо может быть целью такого оружия. Для всего остального это будет пустая трата реликвии».

Откровенно говоря, подобная информация поставила юношу в тупик. Он уже начал понимать, что его старательно готовят к чему-то очень существенному и, учитывая что подготовкой заняты Ангелы, дело предстояло серьезное и скорее всего безотлагательное.

«Если миру не угрожает катастрофа глобальных масштабов, Высшие Силы не стали бы так откровенно вмешиваться. Вскоре произойдет нечто страшное, и похоже не время отсиживаться и строить из себя «недотрогу», дело принимает серьезный оборот. Хотя мне по-прежнему очень многое непонятно. Ладно, главное сейчас начать наращивать личную мощь, за эти четыре месяца я уже освоил силы восьмой ступени, мой опыт в этом сыграл не последнюю роль. Но мне явно нужно большее, — Зигфрид посмотрел на свой второй по счету перстень – ограничитель, изготовленный после недавнего повышения силы, — понадобятся еще ограничители».

* * *

Два года спустя.

06.06.2016 - Государство Надх.

Раннее утро над пустошами близь безлюдных холмов у границы республики, всегда славилось своей исключительной ветреностью, вследствие чего здесь часто поднимались настоящие пылевые бури. И сегодняшний день не стал исключением, ибо стена непроглядной пыли уже накрывала равнины от горизонта до горизонта, и казалось, не знала ни конца, ни края.

Вот только нынешняя буря была необычной, ибо в ней то и дело происходили странные вспышки и слышались отзвуки сильных взрывов. А виной всему были две сверхбыстрые тени, что перемещаясь в пылевом облаке, сталкивались друг с другом из раза в раз, озаряя небо и сотрясая землю.

Битва длилась уже почти час и вот соперники решили передохнуть, и оба, не сговариваясь, выпрыгнули из бури.

— Ах ты дрянной мальчишка, как ты смог спрогрессировать так быстро за два с небольшим года, — исподтишка набросилась с обнимашками женщина, — и ты все это время молчал, говоря, что растешь по чуть-чуть. Что за секреты от собственной матери?

— Ты бы начала волноваться попусту и надумывать всякие глупости, — не сопротивлялся объятьям противник.

— А сейчас когда мой сын достиг таких успехов, совершенно непонятно каким образом, я по твоей логики не буду волноваться?

— Сейчас ты можешь сама убедиться в правильности моих тренировок и тому, что ни духовно, ни физически они мне не навредили.

— Разумно, — продолжая беззастенчиво обнимать сына, коего она не видела два года, с улыбкой сказала Амелия, — из-за этой проклятой работы я столько всего пропустила, гори оно все синим пламенем.

— Видимо, это была очень важная работа?

— Да, очень, поэтому я не могла отступить. Можно сказать, теперь наше будущее обеспечено на все сто.

— Отлично поработала мама.

— Не будь таким милым Зигфрид, я тебя сейчас съем.

— Не стоит.

— Полагаю, ты не скажешь мне, как достиг таких заоблачных результатов? Это ненормально как не посмотри, тебе сегодня исполнилось всего шестнадцать.

— У нас договоренность, я не спрашиваю о прошлом и твоей работе, а ты…

— Да знаю, знаю. Бяка ты Зигфрид.

— Весь в тебя мам.

— А вот это было лишнее! Кстати, где ты собираешься получать разрешение? Ты ведь знаешь что с твоей силой ты живое оружие, как собственно и я, а оружие регистрируют и лицензируют.

— Да знаю, — грустно вздохнул парень.

— Не будь мы связаны с Алмазными, у тебя бы уже возникли кое-какие проблемы.

— Разве для лицензирования не дается срок с шестнадцати по семнадцать?

— Официально да, но по факту тебя настойчиво об этом просят еще с четырнадцати, и это в своей стране, где ты имеешь права гражданина, для иностранцев все еще жестче.

— Ясно, тогда хотелось бы где-нибудь в глуши подальше от глаз, пройду годовое обучение и получу стандартную лицензию.

— Стандартную? — удивилась она.

— Не хочу выделяться, — показал ладони с четырьмя кольцами – ограничителями, новой модификации, он.

— Ясно, я если честно только за, — улыбнулась Амелия.

— Тогда подбери мне что-нибудь сама, я тебе… — остановившись на полуслове, Зигфрид ощутил как в его голове что-то загудело, а в следующую секунду яркая вспышка затмила взор.

Когда зрение пришло в норму, парень понял что прибывает в совершенно другом месте, которое в этом мире он еще не посещал, но по воспоминаниям из прошлого точно знал где находится.

«Главная площадь столичной академии, — произнес Зигфрид про себя, хмуря взор, ибо увиденное на этой самой площади, его не радовало».

Эрис, Сильфия, Аой, Клод, Кайл, Ксвим, Татьяна – все они были мертвы и лежали здесь изорванными и покалеченными, в лужах собственной крови скапливающейся в кратерах от бушевавшей недавно битвы.

Вспышка! И Зигфрид вновь стоял перед Амелией, обеспокоенной его молчанием.

Посмотрев на небо, он пробормотал.

— Я понял.

— Ты о чем сынок?

— Я хочу учиться в столичной академии.

— Что?! — была ошарашена таким заявлением его мать, — это плохая идея, очень плохая, я против! Ты привлечешь к себе кучу внимания.

— Не беспокойся, все будет хорошо, но мне правда нужно учиться именно там, поверь мне мам, — обнял Амелию он, и поцеловал в щеку.

— Ну ты и подлец, сынок, знаешь как надавить на мать. Ладно, если тебе это так надо, хорошо, будешь проходить лицензирование там, только прошу, будь тише воды ниже травы.

— Конечно!

* * *

Облачная империя. Столица. 30.08.2016

Императорская академия внутренних практик. Кабинет приемной комиссии.

— Господин Алмазный рад вам сообщить, что вы на отлично сдали оба вступительных теста на стандартную лицензию воителя. Ваши способности и психический статус не вызывают нареканий.

С улыбкой вещал молодой преподаватель лет двадцати пяти, видимо очень радующийся тому, что в своем возрасте уже возглавляет приемную комиссию, пусть и всего лишь на уровне классов со стандартной лицензией.

— Если у вас есть какие-либо вопросы, вы можете в любой момент задать их по нашей горячей линии, номер которой уже должен быть занесен в ваш телефон. Я же скажу лишь самые основы, которые вы наверняка уже знаете, но таковы правила, а потому начнем.

1) Вы, как студент стандартной лицензии, обязаны проходить все основные физические и психические тесты. Пропуск одного такого теста без уважительной причины карается штрафом и предупреждением с занесением в личное дело, за второй пропуск отчисление.

2) Три неуда подряд, за физические или психические тесты, также приводит вас к отчислению, и если провал был связан с психическими нарушениями, вас ставят на учет в психдиспансер, где вы будете обязаны пройти дополнительное обследование.

3) Во время обучения вы как студент стандартной лицензии имеете право подать запрос на повышение, и удачно сдав ряд тестов перейти в класс с расширенной стандартной лицензией, либо же и вовсе в класс с особой лицензией.

— Ну на этом у меня все, у вас есть вопросы?

— Нет, — меланхолично ответил Зигфрид, не особо понимающий, зачем ему все это зачитывали.

— Тогда желаю вам всего наилучшего, и жду вас первого сентября на общую линейку, — по-свойски протянул руку юноше, преподаватель.

— Да, спасибо. — закрепили прощание рукопожатием они.

* * *

Первое сентября наступило очень быстро и грандиозное открытие нового учебного года в имперской академии праздновали с размахом, благо территория позволяла.

В отличие от прошлого мира Зигфрида, в этом публичности и рекламе придавали гораздо больше внимания, а потому никто не удивлялся множеству знатных гостей и целой толпе журналистов.

Тут и там сновали переодетые телохранители, а также подростки разных возрастов, кои со своими родителями и без, болтали и веселились, иногда даже умудряясь заводить отношения в первый же учебный день.

Атмосферу переполняла праздность и роскошь, а земля тут и там усыпалась блестками от многочисленных хлопушек.

Зигфриду это все было не по душе, он не особо хорошо ладил с подобными вечеринками и людьми на них.

«Я слишком стар для всего этого, — подумал юноша, пришедший сегодня лишь для того, дабы убедиться, что та резня, показанная ему в ведении, случится не сегодня».

Найдя укромный уголок в углу главного здания корпуса, в котором имелась скамейка и прекрасный вид на торжество, он, попивая сок, осматривал толпу.

Здесь были все, начиная от первого курса стандартной лицензии, и заканчивая старшекурсниками, учившимися для получения особой лицензии, позволяющей беспрепятственно пользоваться силой как заграницей, в дружественных странах, так и в черте города возле жилых объектов.

В основном на курсах с особой (специальной) лицензией училась только знать, или люди с особыми связями, всех остальных старались либо не допускать, либо отчислять всеми возможными способами. Зигфрид естественно мог быть зачислен для получения особой лицензии, связей его матери и собственных способностей явно бы хватило. Вот только о скрытии своей силы и потенциала тут и речи быть не могло, всех кандидатов для такой лицензии проверяют умопомрачительно сильно, более того, после окончания обучения их обязывают отмечаться каждые полгода, и проходить специальные тесты раз в год. Конечно если вы очень важная особо, то для вас могут сделать исключение и проставить отметки о прохождении заочно, как собственно и бывает для детей князей. А вот если вы какой-нибудь неугодный власти человек, вас этими проверками словно гвоздь в землю вобьют, вцепятся мертвой хваткой и даже могут посадить.

Исходя из этого, получения подобной специальной лицензии, Зигфридом даже не рассматривалось, он подкоркой чувствовал, что в друзьях с властями долго не останется.

«Твою же … — увидел он среди гостей Фейри Иллюзорную, и самое страшное она его тоже заметила, — ну сейчас начнется».

— Какая встреча, Зигфрид, очень рада тебя видеть, — подошла к нему красавица с очаровательной улыбкой на лице, — а то ты не звонишь, не пишешь, и в черный список меня внес, как грубо, — продолжала улыбаться она, внимательно глядя на перстни парня.

— Я был немного занят, — пожал плечами он, встав со скамьи и сунув руки в карманы.

— Бывает, — нежно ответила девушка, — тогда ты не против прогуляться со мной, я так соскучилась, — подойдя ближе, ухватилась за его правый локоть она.

— Ты это специально? — нахмурился Зигфрид, понимая, что начинает массово привлекать внимание.

— Да! — лучилась радостью Фейри, — ты нарушил обещание, я буду мстить.

— Отпусти, пойдем поговорим нормально, без лишних глаз.

— Хочешь утащить меня в темный уголок? Похабник, я замужняя женщина.

— Ты это говоришь, держа меня за руку?

— У меня очень ручной муж, и понимающая семья, они мне доверяют.

— Пойдем уже, — поняв бесполезность пререканий, пошел по направлению к близлежащему саду, Зигфрид. Девушка же, все так же обвивая его руку своей, последовала следом, дав немой приказ охране за ними не ходить.

Тем временем за парой, медленно уходящей за угол, наблюдали сразу несколько высокопоставленных лиц.

— Сильфия, кто тот мальчик, к которому так прильнула леди Фейри? — спросила свою дочь княгиня Анжелика.

— Не знаю, но он не из особого класса, я там всех наизусть выучила от первокурсников до выпускников, — зорко смотря все в том же направлении, что и ее мать, ответила девушка.

— Надо все выяснить, леди Фейри очень сильный игрок на сегодняшний день и вскоре она официально возглавит семью Иллюзорных. Такое ее поведение настораживает, она явно активно играет с мальчиком, а значит он того стоит. Если представиться момент сблизься с ним, ясно?

— Да.

— А я пока наведу справки.

— Надо же ты только посмотри Грид, у Фейри новая игрушка, — с ухмылкой сказал высокий блондин, чуть за двадцать, своему младшему брату, — видимо с той игрушкой, что она отобрала у меня раньше, она уже наигралась. Надо бы отплатить ей той же монетой, ты понял намек?

— Да брат.

— Только сам не святись, нечего ухудшать нашу репутацию.

— Конечно.

Глава 9.

Глава 9.

02.09.2016.

Когда Зигфрид поступал в академию, он примерно знал на что шел, особенно учитывая выбранную им стандартную лицензию. Как и предполагалась на уроках была скука смертная и ничего нового на них узнать было решительно невозможно, и это не говоря о том, что на части занятий вас и вовсе просто пытались убедить записаться на контракт в армию, попутно приучая к мысли: - Ты патриот, твоя родина самая лучшая, государственная система идеальна.

И такого количества зашкаливающего бреда, который даже пропагандой стыдно было назвать, просто тошнило. Нет, Зигфрид вполне нормально относился к тому, что всякая власть себе рекламирует и пропагандирует, попутно скрывая недочеты системы, кумовство и коррупцию. Но нельзя же это делать в таких количествах да еще и так топорно, нет ну в самом деле, люди же не дураки. Да в его классе все прекрасно понимали, какой бред несет учитель по идеологии, и даже те кто искренне любил страну и монарха, придерживались позиции, что такая агитация - это перебор.

Все вышеописанное нервировало, особенно Зигфрида, за последние годы привыкшего к свободе и полной самостоятельности, когда никто не стоит над душой и не читает примитивнейшие лекции о любви к власть имущим.

Последней каплей стало то, что после звонка с последнего урока, к нему подошли трое ребят из класса и попросили выйти с ними и поговорить.

Естественно было понятно, что эти трое не больше чем чьи-то шестерки, которые сами по себе никогда бы не рискнули устраивать бучу в академии, побоявшись отчисления. За ними кто-то стоял, и они с готовностью выполняли его приказы.

И даже зная это, сам факт такого наглого поведения начинал раздражать. Зигфрид прекрасно понимал, что будь на его месте кто-нибудь из обычных людей и эти троя превратили бы его жизнь в ад, причем без особых зазрений совести. Да еще бы оправдывали сами себя тем, что им это все приказали.

Пройдя до ближайшего переулка, находящегося между двумя тренировочными зданиями у восточных задворков академии, трио, остановившись, окружила Зигфрида, и тот, что остался впереди, начал вещать.

— Ну что, поговорим по душам, как ты докатился до жизни такой? Зашел в класс не поздоровался ни с кем, не проявил уважения, а мы ведь одноклассники, как так можно? Ты ставишь нас в неудобное положение. Да и старшие интересуются, кто это у нас такой дерзкий, прошел мимо них, и даже не поклонился. Ну, чего молчишь, говори? Язык проглотил? Не бойся, сильно бить не будем, тем более в академии, мы ведь не идиоты. Если нужно найдем место поукромнее, да?

— Ага, — кивнул стоящий справа, потирая руки.

— Хороших мест полно, устроить темную легче легкого, — хрустел шее нагло выглядящий лысый парень, по другую сторону.

Зигфрид просто молчал, лично его весь этот фарс уже по-настоящему злил.

— В следующий раз, будет еще хуже, запомните, — произнес он, ничего не понимающим одноклассникам.

— Ты чего городишь, кому будет… — остановился на полуслове крепыш впереди, изо рта которого потекла кровь, а перед глазами все поплыло.

Закатив зрачки, без сознания упал лысый, а у оставшегося, с такой силой скрутило живот, что из-за боли он рухнул на землю, и едва мог дышать.

— Я вас предупредил, — изрек Зигфрид и, прекратив целенаправленное воздействие своей ауры на парней, медленно пошел обратно.

«Надеюсь, от меня отвяжутся, я, если честно, совсем не в духе, тут мир под угрозой, а ко мне какая-то мелочь решила поцепляться, кому там заняться нечем, у кого-то из благородных в одном месте зудит? Доведут они меня, мало никому не покажется».

* * *

Следующие несколько месяцев в академии прошли просто прекрасно, к Зигфриду более никто не лез, а те трое сразу после инцидента отчислились, видимо по приказу своего покровителя, который хотел замести следы.

Скука конечно никуда не делась, все преподаваемое было банальностью, причем не только для Зигфрида, а и для многих других учеников, зачислившихся только ради пресловутой лицензии.

Разумеется, сложа руки парень сидеть не собирался и тренировался по собственной методике ночи напролет, зачастую отдыхая именно на уроках. Благо сейчас он уже не жил в академии, а снимал квартиру неподалеку, которая была в полном его распоряжении.

И пока суд да дело Зигфрид попутно вычислил, сколько в данный момент в академии находиться людей знакомых ему из прошлого мира.

Оказалось это были Сильфия, Аой, Гьяс, Клод, Кайл, Роксана, Присцилла, Олан, Ксвим, Татьяна и, разумеется, директором был все тот же мутный мужичек Чарльз.

Состояли ли нынешние Присцилла и Олан в организации «Восход» или ее местном аналоге, юноша не знал, но старался держаться от них подальше, как собственно и от всего остального класса специальной лицензии, в коем учились остальные ребята. Эрис к слову среди них не было, хотя в видение она была, и тут одно из двух, либо она зачислится позже, либо видение было ложным.

Ксвим и Татьяна были здесь учителями, последняя стала таковым только в прошлом году, выбив себе вполне приличное место, и от нее Зигфрид также шарахался, ибо в отличие от остальных она довольно неплохо знала его по этому миру. Благо никто из этих двоих не вел уроки в его классе, ведь он учился на стандартную лицензию, считающуюся здесь чем-то лишним и сделанным скорее для виду. Ведь обычно желающие получить таковую шли в места попроще, а не в столичную академию.

Все шло относительно хорошо, и даже когда в декабре месяце в академию все-таки перевелась Эрис, что для Зигфрида было вполне ожидаемо, он не верил, что видение было ложным, все осталось как было. Ведь их классы не пересекались, в нынешней академии училась уйму народа и те, кто хотел получить лишь стандартную лицензию, проходили обучение вне главного корпуса, в соседних зданиях. Эрис и Зигфрид просто не могли пересечься, если хотя бы один из них намеренно этого не захотел.

И наш герой этого точно не жаждал, сразу по очень многим причинам, а что касается девушки, то она, по его мнению, скорее всего вообще не знала что он в академии. В архив ее никто не пустит, а почувствовать его духовно было возможно, лишь приблизившись вплотную, так как слишком уж хорошо он и его ограничители подавляли излучение души.

Зима миновала быстро и весна, вступив в свои права, начала зеленить все вокруг. Учится в академии Зигфриду оставалось всего около сорока дней, после чего он должен был без проблем получить стандартную лицензию. И это было бы хорошо, если не было так плохо. Ведь в столичную академию он поступил не для того, чтобы просто получить лицензию, а для предотвращения увиденной им бойни, вот только ничего подобного даже близко не было.

Год подходил к концу, а все тихо и мирно.

«На второй год я здесь не останусь, с меня хватит, и так столько времени попусту потерял, да еще и бегал тут от этих баб как маленький мальчик, гори оно все огнем, — гневался Зигфрид, понимающий, сколько его усилий пошло по ветру, — остается надеяться, что за оставшееся время, что-то произойдет».

И через десять дней, ровно за месяц до предполагаемого выпуска людей учащихся по программе стандартной лицензии, нечто действительно произошло. Правда, совсем не то, чего ожидал сам Зигфрид.

* * *

Сидя в кабинете директора напротив письменного стола, за коим восседал сам Чарльз Куско, Зигфрид прикрыв глаза, ждал второго, вызванного директором, ученика. На дворе было первое мая 2017 года, вечер, около 19:00.

Стук в дверь.

— Войдите, — ответил Чарльз, и в кабинет, тихо и очень скромно, вошла юная особа семнадцати лет, с черными, как перо ворона, волосами до талии, и голубыми, слово небеса, глазами.

Это была Анастасия Пожарская родственница Клода из побочной семьи, она также училась на курсе со стандартной лицензией, правда в параллельном классе. В прошлом мире Зигфрид никогда ее не встречал, да и в этом возможно прошел бы стороной, вот только все кого он знал в своем классе только и делали, что шептались об этой девчонке, и в первую очередь конечно о ее красоте.

Сам Зигфрид был совершенно не заинтересован в подобных слухах, ибо после знакомства с Алисией и Эрис, был уверен, что поведал настоящих красоток в достатке. При этом помня, что ни одна из них ничего хорошего в его жизнь в итоге не принесла.

И все было бы хорошо, но вот только когда он сам увидел Анастасию впервые, то скрепя сердцем заметил, что эта девчонка все же умудрилась втиснуться в его топ номер один, между Эрис и Алисией. Плюс к тому она была кроткого и тихого характера, вела себя скромно и старалась не привлекать излишнего внимания, что на фоне всех остальных сильно подкупало парня. Казалось, что данная девушка, это комбинация черт Эрис с характером Аой и грацией Алисии.

И поняв все вышеописанное, Зигфрид сразу зарекся с ней общаться, осознав, что девушка явно ему понравится, а сейчас просто не до этого, да и всех тех проблем с Эрис ему хватило. Его первая влюбленность наглухо отбила желание влюбляться еще раз.

«Нет ну серьезно, почему это должна быть именно она, — грустно вздохнул он, наблюдая как Анастасия, поприветствовав директора, поклонилась и ему, а затем села напротив».

— Друзья мои, для начала хочу поздравить вас двоих как лучших учеников на потоке по стандартной лицензии, согласно вашим тестом вы заняли первое место в империи, — с улыбкой произнес Чарльз.

— Не думаю, что этим можно гордиться, ведь те, кто мог быть лучше нас, просто перевелись на расширенную лицензию, вот и все, — пожал плечами Зигфрид, посмотрев на реакцию девушки перед ним, чей возможный триумф он сейчас втоптал в грязь, хоть и вполне справедливо.

Анастасия никак не отреагировала ни на поздравление, ни на слова парня рядом, ее взор был направлен чуть вниз, а лицо отражало полное спокойствие.

— Даже если так, вы достойны награды и похвалы, — не унимался директор, — похвалить я вас похвалил, ну а теперь очередь награды.

«У меня плохие предчувствия».

— Вы двое отправитесь на имперское испытание первокурсников, проводимое в этом году впервые за десять лет. От нашей академии вы будете единственными ученики с потока стандартной лицензии, так что не ударьте в грязь лицом.

— А можно отказаться? — в два голоса сказали они, и посмотрели друг на друга.

— Нет! — повысил голос Чарльз, подумав, для кого он тут все это время распинался, — вы идеально подходите, вам даже над командной игрой работать не нужно, вы вон как синхронно отвечаете.

— А если заболеть? — опять в два голоса спросили они.

— Вы что издеваетесь? — грозно посмотрел на них директор.

— Мне кажется, что издеваемся здесь не мы, — расслабленно произнес Зигфрид, — просто я полагаю, что ни мне, ни мисс Анастасии, непонятно, чего люди со стандартной лицензией забыли на имперских соревнованиях, да еще и на столь масштабных и редких.

— Все просто, это будет показательный смотр, на соревнованиях будут присутствовать люди из почти десятка стран, это акт устрашения, для одних, и действие во имя укрепления дружбы и уверенности в нас, для других, — честно ответил Чарльз, не видя смысла дальше юлить,— потому власти попросили включить в программу несколько испытаний, которые будут проходить ученики стандартной лицензии, лучшие ученики, разумеется, которые покажут силу основной массы воителей империи в полной красе. Вы понимаете, о чем я?

— Я понимаю что отказаться теперь точно не получиться, — грустно вздохнул Зигфрид.

— Умри, но приди, вот мой ответ, — кивнул головой директор, — мероприятие состоится через двадцать дней, поэтому хорошо подготовьтесь, возможно, будут и командные соревнования. Вам стоит потренироваться вместе.

Еще немного объяснив двум везунчикам основные правила, Чарльз их отпустил и они, покинув его кабинет, вместе вышли из здания.

— Анастасия, вам необходимы совместные тренировки? — спросил Зигфрид у все время молчащей девушки.

— Нет, — чарующим голосом ответила та, не поднимая на него взор.

— Мне они тоже не нужны, давайте встретимся перед самой отправкой девятнадцатого числа, и примерно определим, кто и на что может рассчитывать, хорошо?

— Да, — также мягко отвечала она, ведя себя крайне кротко.

— Возможно, нам стоит обменяться телефонами, просто на всякий случай, вы не против?

Ничего не ответив, девушка достало свой телефон и, нажав кнопку приема, протянула его вперед, парень сделал то же самое, и как только два телефона вошли в зону окружностью в двадцать сантиметров, контактные данные партнера появились на экранах смартфонов.

— Не беспокойтесь, я не буду беспокоить вас по пустякам, и ваш телефон не попадет в ненужные руки, обещаю, — с улыбкой сказал Зигфрид, коему очень нравилось подобное беспроблемное общение, — всего хорошего, увидимся девятнадцатого.

Махнув рукой, парень стал удаляться, а девушка, впервые подняв на него свои ярко-голубые глаза, на секунду нахмурилась, но потом как ни в чем не бывало также пошла по направлению главных ворот.

Девятнадцать дней пролетело очень быстро, за это время ничего необычного не случилось и Зигфрид с Анастасией не созванивались и даже не разговаривали друг с другом, когда случайно пересекались по учебе на переменах.

Сегодня же после последней пары, они, как и договаривались, должны были встретиться, а для начала обсудить, где и когда именно это произойдет.

Набрав номер девушки, юноша, выходя из кабинета своего классного руководителя, совершил первый звонок.

Буквально через два гудка он услышал мягкий, нежный девичий голос.

— Да?

— Анастасия, это я, вы уже свободны? Когда и где мы можем встретиться?

— Не знаю.

— Эмм? Тогда давайте через час возле малого тренировочного корпуса?

— Хорошо.

— До встречи.

— До свидания.

«Странная она, хотя меня это полностью устраивает, — повесив труппку, подумал Зигфрид».

* * *

Малый тренировочный комплекс, расположенный на западных задворках академии, представлял из себя небольшую арену прямоугольного типа, оборудованную для тренировочных боев в неполном пробуждении. Ничего особенного кроме массивных стен по периметру и защищенных судейских мест для наблюдения, в ней не было, а потому ее можно было относительно свободно использовать для частных тренировок.

Когда Зигфрид явился на данную арену, Анастасия, облаченная в костюм для боевых искусств, уже была там. Она все так же была предельно спокойна и сосредоточена, а ее уложенные в хвост волосы делали ее еще привлекательней чем прежде.

— Привет, долго ждала? — подойдя поближе, спросил юноша и вместо ответа увидел перед своим лицом ладонь, двигающуюся с такой скоростью, что казалось, она раздваивается.

Сосредоточившись, Зигфрид в последний миг все же смог увернуться, и не успев перевести дух, засек краем глаза летящую ему в колено ногу.

«Да какого лешего она творит, — подумал он, сделав заднее сальто, и попутно, прямо в воздухе, отклонив от своей головы еще несколько мощнейших ударов».

Настя выглядела все так же спокойно, как и всегда, но что удивляло еще сильнее, она до сих пор находилась лишь в частичном пробуждении, но уже имела просто громадную силу и скорость. Из ее тела буквально сочилась духовная мощь.

«Да где она такое прятала? Ее душа до этого была относительно средней, ничего особо выдающегося, — продолжая защищаться, уходя во все более глухую оборону, не переставал удивляться Зигфрид».

— Анастасия я вас чем-то рассердил? — отклонив очередной выпад в свою голову и не попавшись на бросок, спросил он.

— Нет, — мягко ответила она, еще больше ускорившись.

— Тогда почему? — продолжал относительно спокойный диалог, Зигфрид.

— Мы ведь проверяем наши способности, — не моргнув глазом, пробила ладонью полуметровую стену Анастасия, — я как девушка просто решила сделать первый шаг, ничего более, — извергла очередную порцию силы она, по-прежнему оставаясь в до конца не пробужденном состоянии.

«Да откуда она такая взялась, какого черта в ней столько духовной энергии, она ведь моя ровесница? На какой она ступени? — стал серьезно относиться к противнику Зигфрид, видя в этой девочке просто бездонный потенциал».

Глава 10.

Глава 10.

Анастасия беспрестанно атаковала, постоянно наращивая силу и скорость, но при этом по-прежнему оставаясь в непробужденном состоянии.

Зигфрид, ушедший в глухую оборону, не уступал девушке ни в силе, ни в скорости, хотя и был сильно удивлен, если не сказать шокирован, происходящим.

«Кто бы мог подумать, что существуют подростки способные потягаться со мной в бою, я вижу, но до сих пор в это не верю, — думал про себя юноша, также находящийся в непробужденном состоянии и чувствующий, что подходит к своему пределу, — пора с этим заканчивать, — снял он одно из четырех своих колец».

В следующий миг Зигфрид ускорился, его движение стали более точными и плавными, а реакция обострилась, в этот раз не поспевающая за ним Настя, прекратив атаковать, начала отступать, занимая оборонительную позицию.

Но, было слишком поздно, и ладонь парня уже приближалась к плоскому животику девушки, приготовившись к удару, она стиснула зубы и напряглась что есть мочи, а потом…

— Тренировка закончена, — произнес Зигфрид, погладив напряженный животик Анастасии, — я надеюсь, больше такого не повторится, не знаю, чего ты хотела добиться, но это перебор.

Девушка молчала, совсем не сопротивляясь ладони, по-прежнему лежащей на ней, она просто ее разглядывала, хотя смотрела Настя не на саму руку, а на кольца на ней, а точнее на то, что одного из двух обычно носимых юношей колец не было.

«На второй руке по-прежнему два кольца, — заметила она, — как интересно, моя интуиция меня не обманула, этот человек необычен, его душа огромна, а контроль энергии выше чем у меня, и эти кольца, возможно ли что…»

— Анастасия ты меня слышишь? — убрал руку от девушки Зигфрид, и та, наконец, посмотрела непосредственно на него.

Скромный и кроткий взгляд девушки никуда не делся, она очень спокойно смотрела на юношу перед собой, и казалось, была самой послушной девочкой из всех.

— Такого больше не должно повториться, тебе ясно?

— Да.

— И подобного боя мы на соревнованиях показывать не будем.

— Да.

— И ты будешь послушной! — совсем разошелся, как-то по родственному злящийся Зигфрид, сам не ожидая подобной фразы от себя.

— Да.

— Да? В смысле да, вот так, с этого момента все будет жестко! Ты совсем распустилась!

— Простите.

— С этого момента никаких выходок, если захочешь поединка предупреждай.

— Да.

— Я не буду у тебя ничего спрашивать или лезть в душу, но и ты не задавай никаких вопросов.

— Да.

— И все что только что было секрет.

— Да.

— Да чего ты заладила с этим да?

— Простите, — моргнула своими голубыми глазами девушка, немного склонив голову.

— Все хватит, завтра соревнования, как ты будешь добираться до места назначения? — успокоился Зигфрид, почему-то очень резко реагирующей на все эти выходки.

— На частном самолете, а вы?

— Аналогично, тогда когда прилечу, позвоню тебе.

— Хорошо, — кивнула она, ожидающе смотря ему в глаза.

«Вот же, я уже с ней на ты перешел, ладно это все неважно».

— Тогда до завтра.

— До свидания, — поклонилась девушка.

Парень хотел сказать еще что-то, но передумав побрел к выходу.

«Блин, а кто будет платить за разгромленную арену? Повезло еще, что я камеры вырубил, как только она на меня напала. Подожди, теперь и за камеры придется платить? Перед матерью уже стыдно, в самом деле».

* * *

На следующее утро в столичном аэропорту Зигфрид садился в частный самолет семьи Иллюзорных, на котором уже находилась Фейри. Она, разумеется, была приглашена на такое масштабное торжество, как собственно и почти все влиятельные семьи Облачной империи. И как только она узнала от своего партнера по новому бизнесу, что он участвует в соревнованиях, то моментально предложила свои услуги по его доставки на место.

Да Зигфрид и Фейри уже почти как год занимались совместным бизнес-проектом, который в будущем обещал большие перспективы.

Направлялись же они в бывшую столицу империи, Облачный город, населенный пункт с самым большим испытательным полигоном на континенте, построенном сто лет назад и представляющем собой огромный купол десять на десять километров в диаметре.

Данный полигон был небольшим искусственным мирком, отделенным от внешнего мира и имеющим в себе целый ряд особых функций, часть из которых до сих пор была засекречена.

И вот именно там и решили устроить испытание десятилетия, с пышным званым банкетом, на который пригласили сотни самых влиятельных людей со всего мира.

Частный самолет семьи Иллюзорных, в котором из самих Иллюзорных была лишь Фейри, что казалось очень странным, приземлился в аэропорт Облачного города в районе пяти часов вечера, все того же двадцатого числа.

После этого, обсудив еще кое-какие дела со своей компаньонкой по бизнесу, Зигфрид «отправился» в забронированную, для неблагородных учеников академии, гостиницу. По дороге позвонив Анастасии.

— Алло, привет это я.

— Здравствуйте, — донесся скромный мягкий голосок из динамика.

«А ведь это стисняшка мне чуть голову ладошкой не вскрыла, — нахмурился юноша, — ну кто старое помянет…»

— Где ты остановишься?

— А вы где?

— В забронированной гостинице для учеников.

— А где это?

— Неважно, значит встретимся завтра на сборе, все пока, — отключившись, помотал головой он, подумав, за что ему в напарники всегда достаются настолько странные личности.

Звонок: Анастасия – напарница.

«Хмм, перезванивает? Чего это ей понадобилось?»

— Да, слушаю?

—…

— Ало?

—…

— Настя ты меня слышишь?

Гудки...

«Да что за?»

* * *

Утром двадцать первого числа в огромном холле монаршего дворца, расположенном в центре Облачного города, состоялась приветственная встреча прибывших на турнир.

Всего здесь было около сотни учеников из разных городов, а также примерно полтысячи родовитых гостей и заслуженных мастеров из разных стран.

Зигфрид прибыл на мероприятие с часовым запозданием, он прекрасно знал, что приходить раньше нет никакого смысла, ибо такие торжества никогда не начинаются вовремя.

Зайдя в переполненный дворец, где его в пятый раз остановили и проверили документы, он начал взглядом искать Настю, не сильно при этом надеясь на свою духовную чувствительность в такой-то толпе бывших и настоящих воителей.

К его удивлению девушка нашла его первой, и бесстрастно поприветствовав поклоном, демонстративно развернулась и стала уходить.

— Ты на что-то обиделась? — спросил идущий за ней Зигфрид.

— Нет, — ответила она, продолжая куда-то идти сквозь толпу.

— Прости меня, я был неправ, — искренне извинился, сам не зная за что, юноша, не желавший ссориться с той, с кем ему еще предстоит работать.

— Я же сказала вам не за что извиняться, — развернувшись, мягко произнесла Настя, более видимо уже никуда не спешащая и вставшая рядом с Зигфридом.

— А ты не против постоять вон в том углу, чтобы нас меньше видели? — спросил свою спутницу он, видя улучшение ее настроения.

Девушка ничего не ответила, лишь просто продолжая смотреть на парня своими голубыми глазами.

— Дело в том, что я не хочу, чтобы нас отвлекали, мы ведь можем побыть наедине?

«А не слишком двусмысленно прозвучала фраза? — задумался юноша, — Да нет вроде нормально, надеюсь, она не обидится и не поймет ее не так».

Анастасия, явно ни сколько не обидевшись, молча пошла в тот самый, немного темный, угол дворцового зала, в котором из-за его удаленности никого не было.

Вообще само помещение было очень странным, оно было сложной округло-ромбической формы, без колонн или статуй, но с очень хорошей лепниной на стенах, великолепными витринными окнами и люстрой величиной с небольшой дом, висевшей в десяти метрах от пола.

— Тебе очень идет твое платье, и эти чудные серьги, они так хорошо отражают красоту твоих глаз, — сделал комплимент, после затянувшегося молчания, Зигфрид, сам не знающий о чем говорить с этой молчуньей.

— Спасибо, — внимательно все это время смотрела на него Анастасия, будто пытаясь что-то высмотреть.

«Какая же она странная, — улыбнулся девушке парень, мельком заметив входящих в зал многочисленных князей с их детьми, — мероприятие скоро начнется, — подметил он».

* * *

Здесь были все, и даже те, кого Зигфрид в прошлом мире застать в живых не успел.

Двадцать пять князей со своими отпрысками сейчас находились в шумном зале второго по размеру монаршего дворца в стране. Они были горды, сильны, обеспечены и очень амбициозны.

«Мда, а в прошлом мире они друг другу глотки перегрызли, — смотря на улыбающихся друг другу господ, размышлял парень, автоматом отслеживая знакомые лица».

Княгиню Арину и Эрис он приметил почти сразу, затем на глаза попалась Анжелика и Сильфия, отцов семейств видно пока не было, к слову, две девушки судя по их поведению, и в этом мире стали хорошими подругами, что радовало юношу, в душе все-таки переживающего за эту буйную рыжую девчонку.

— Ай, ты чего творишь, — посмотрел Зигфрид на только что ущипнувшую его со всей дури, Анастасию.

— Соревнования, — тихо произнесла та.

— Что соревнования? — ничего не понял он, вглядываясь в голубые глаза красавицы.

— Нам нужно их обсудить, мы ведь притворщики.

— А ты об этом, согласен, хотя я не знаю, как объяснить, сколько силы я хочу использовать, давай так, я буду все время с тобой, и если что подскажу как лучше. Если ты не против конечно.

Девушка ничего не ответила, лишь как-то удовлетворенно кивнула.

— Его Императорское Величество Клауд Константин! — вовсеусышанье объявили в зале, и все присутствующие повернулись к главному входу.

Приветствие императора прошло по стандарту, и ничего особенного из себя не представляло, а вот то, что было дальше удивило всех.

— Дамы и господа, — поприветствовал присутствующих, пожилой человек, среднего роста и посредственной внешности, — в честь нашего торжественного мероприятия, в котором юные таланты будут показывать свою физическую силу и духовную мощь, я от лица императора и Облачной империи в целом, хочу представить вам, последнее слово науки и технике, измеритель внутренней энергии.

После сих слов ведущего, в лице придворного мастера, в зал на золотом подносе внесли электронный наручный браслет, выполненный из титана, платины и специального стекла защищающего небольшой кристаллический экран.

— И вместо тысячи слов о том, как хорош данный прибор, и сколь он полезен и высокотехнологичен, мы продемонстрируем все наглядно.

После этого в середину зала вышло трое парней, учеников столичной академии, на запястьях которых уже были данные браслеты.

— Эти три молодых человека учащиеся первого курса академии, состоящие в классе особой (специальной) лицензии. И они сейчас продемонстрируют нам, как работают измерители силы.

Все с замиранием сердца следили за активацией браслетов на запястьях мальчишек, и это было понятно, ибо если все сказанное ранее было правдой, то Облачная империя только что обскакала весь мир в области измерительных приборов. И сейчас, ни много ни мало, демонстрировала будущий товар лицом, попутно намекая с кем нужно дружить в ближайшее десятилетие, и кому заносить деньги при желании поднять свою страну в техническом плане.

Активации приборов долго ждать не пришлось, и чем-то похожие на обтекаемые электронные часы, браслеты, включившись, тут же начали замерять биополе и спустя пару секунд выдали результат.

1) 3300 ед.

2) 4000 ед.

3) 4800 ед.

Таковы были показатели духовной энергии трех парней.

— А вот и результат, — продолжил вещать придворный мастер, — скажу сразу, что средняя сила стандартного взрослого воителя, несущего воинскую повинность, составляет 2000 ед. Это я говорю для того, чтобы господам было легче понять увиденные ими цифры, — слегка склонил голову перед публикой он. — Но это, конечно, еще не все, давайте попросим наших юных друзей пробудиться, и посмотрим на результат.

Получив указания, подростки тут же исполнили сие и одновременно применили полное пробуждение.

Три вспышки озарили зал, и юношей окутал легкий золотистый свет.

— Как вы все знаете господа, далеко не всегда о силе воителя можно судить по его ступени пробуждения, ибо плотность души у всех разная и случается такое, что у человека на седьмой ступени, энергии больше чем у его соперника на восьмой. Такое бывает крайне редко, но все же это неприятно и иногда раздражает, так вот, наш прибор, решает данную проблему, точно оценивая силу сущности в единицах внутренней энергии. Ну а теперь давайте взглянем на результат.

1) 16 500 ед.

2) 20 000 ед.

3) 24 000 ед.

— Как видите, при пробуждении количество высвобождаемой силы увеличилось в пять раз, и это неслучайно, ибо каждый из них сейчас на полной пятой ступени пробуждения, и при непосредственном пробуждении их силы увеличиваются кратно ступени, которой они на данный момент полностью овладели.

— Потрясающе! — сказал кто-то из гостей, и захлопал в ладоши.

— Грандиозное достижение, — поддержал его еще один человек, и через пару мгновений гости вовсю аплодировали.

— Конечно, такого малого эксперимента недостаточно, дабы удовлетворить наших многоуважаемых гостей, — с улыбкой продолжал ведущий, — а потому, каждый участник нынешних соревнований будет носить подобный браслет, и все их достижения будут записаны и по мере нужды представлены любопытствующей публике.

Беззастенчиво намекну на то, что информацию предоставят лишь потенциальным покупателям, придворный мастер.

— Да чтоб их всех, — не удержавшись, сказал вслух Зигфрид, заволновавшийся о том, сможет ли он и его перстни, обмануть данный прибор, или он, не отходя от кассы, ошарашит всех своей духовной силой, — Настя, а может ну его эти соревнования? — обратился он к девушке рядом, ища в ее лице единомышленника.

Вот только повернувшись к молчунье, юноша впервые увидел дикий интерес в ее обворожительных глазах, которые смотрели то на электронные браслеты испытуемых, то на запястье Зигфрида.

— Настя? — еще раз обратился он к ней.

— Узнаем, кто сильнее? — взяв парня за руку, крепко сжала его ладонь она.

— Я пас, — попытался вырваться он, но девушка явно не из романтических чувств, взяла его секунду назад за руку, — Анастасия, — нахмурился Зигфрид.

— Вы ведь не хотите привлекать внимание? — мягко, очень нежно и кротко, напомнила девушка плененному, которого держала мертвой хваткой.

— Развлекаетесь? — услышал сладкий голос позади себя, почти вырвавшийся юноша.

— Сильфия? — как-то на автомате сказал он, даже не оглянувшись.

— Честно сказать, я удивлена, что вы узнали меня по голосу, — склонила вбок голову, юная леди в серебряном платье, — вы ведь Зигфрид и Анастасия, из класса стандартной лицензии, очень приятно с вами познакомиться.

— Здравствуйте, — отпустив парня, вежливо поздоровалась Настя.

— Рад вас приветствовать мисс Сильфия.

— Ох давайте без формальностей, ведь все мы так или иначе из благородных семей, — намекнула на род Пожарских и Алмазоных, девушка, — кстати могу я спросить, кем вы приходитесь Клоду? — немного сузив глаза, вопросила Сильфия.

— Она дочь моего двоюродного дяди, — ответил вместо Анастасии, сам Клод, быстрым шагом подошедший к компании, — приветствую господа, извините мне мою бестактность, Клод Пожарский, — протянул руку единственному парню он.

— Зигфрид Алмазный, — скрепили знакомство рукопожатием они.

— А ты чего так спешил то, случилось что? — лукаво улыбалась Сильфия, буквально бежавшему через весь зал Клоду.

— А ты за мной следишь? — как ни в чем небывало пожал плечами он.

— Я за тобой слежу, — положил парню руку на плече, подошедший Кайл, — ты чего тут разбегался, стоило обернуться, а его уже и след простыл. Кайл Лобис, очень рад знакомству, — неформально поприветствовал Зигфрида и Настю юноша.

— Какая необычная у вас компанию, можно присоединиться? — неожиданно приблизились, к доселе пустующему угла зала, Гьяс и молча следующая за ним Аой.

«Да чего их всех сюда несет-то! — взвыл в своих мыслях Зигфрид, понятия не имеющий, что ему теперь делать».

Глава 11.

Глава 11.

Зорко оглядывая толпу, Зигфриду все никак не удавалось найти Эрис, из-за того, что его в свое время отвлекла Настя, а затем неожиданно приперлись все остальные, он потерял ее из вида, и теперь никак не мог найти.

«Нужно отсюда уходить, — говорила парню его интуиция и здравый смысл, ибо где бы сейчас ни была и чем бы не занималась рыжеволосая красавица, как только она освободится, то разумеется подойдет сюда, к своей подруге и одноклассникам».

— А чего это вы все здесь делаете? — приблизился к «разношерстной» компании Эдварт Золотой со своим извечным компаньоном еще из прошлого мира, Дэшем Чернодельным, — ох здесь есть люди, с которыми я незнаком? — взглянул на пару учеников из «стандартного класса» он, — Эдварт Золотой, рад знакомству.

— Анастасия Пожарская, — мягко сказала девушка.

— Зигфрид Алмазный, — аналогично представился парень.

— Дэш Чернодельный, — почему-то очень активно отреагировал на приветствие Зигфрида, компаньон Эдварта, — рад знакомству, обращайтесь по любому поводу, — передал он свою визитку.

«Чернодельные хорошо ладят с Алмазными? — смутно догадывался о связи двух кланов наш герой, — насколько я знаю и те и другие играют на два фронта, активно действуя как в Облачной, так и в Солнечной империи».

— Благодарю, — кивнув, принял визитку он.

— А может нам все стоит обменяться контактами? — уловив момент, с улыбкой спросила Сильфия, жаждущая официально получить один-единственный контакт.

— Отличная идея, но возможно, чуть позже. Мне нужно поприветствовать госпожу Фейри и ее семью. Вы уж меня простите, — выкрутился Зигфрид заметив как чета Иллюзорных, которых он видел впервые, вместе с двумя своими дочерьми, входит в зал.

Старшей дочерью разумеется была сама Фейри, почему-то не присутствующая на основной презентации измерительного браслета. С ней рядом была очень похожая на нее двенадцатилетняя девочка, с длинными голубыми волосами, и очень изящной для ее лет фигурой.

И первым Зигфрида заметила именно эта самая девочка, взглянувшая на него своими большими глазами и сделавшая книксен.

— Тебе что-то нужно? — несколько удивленно отреагировала на подошедшего, сама Фейри, тут же взявшая парня за руку и отошедшая с ним в сторону от родителей, — Милли отвлеки папу с мамой, — сказала она сестре, и та моментально последовала к супружеской чете неподалеку.

— Мне просто нужно было куда-нибудь отойти под хорошим предлогом, извини, — сказал Зигфрид, понимая, что сделал что-то не то, — позволь спросить, чисто для себя на будущее, почему ты не хочешь знакомить меня с родителями?

— Все просто, они уже полгода активно интересуются нашим с тобой «дельцем» и если ты хочешь тихо и мирно продолжать работать со мной, а не с моей семьей целиком, то тебе стоит быть более неприметным. Они уже знают, что я работаю с одним из рода Алмазных, хотя тебя они так и не вычислили, но это вопрос времени, папа уже второстепенные ветви стал перетряхивать.

— У тебя проблемы с семьей?

— Сложности, — улыбнулась девушка, — скажем так, у меня есть кое-какие сложности.

— Ясно. Ладно, дальше я сам, — изрек Зигфрид, когда пара подошла вплотную к дверям зала, — полагаю, ничего интересного здесь сегодня больше не будет.

— Думаю да.

— Тогда до встречи, и удачи, — поцеловал он на прощание ручку Фейри.

— Ох, какая галантность, неожиданно. Ко мне стали мягче? — довольно улыбалась она, явно счастливая оттого, что к ней с каждой встречей относятся все лучше и лучше.

Зигфрид на это ничего не ответил, лишь кивнув, покинул зал.

* * *

Звук разбившегося стеклянного бокала был заглушен шумом окружающей среды, из-за чего почти не привлек стороннего внимания. Девушка же, что стояла у дверей гостевого зала, и из чьей руки выпал бокал, совершенно не обращала внимания на что-либо кроме вышедшего из этих самых дверей парня.

Лицо красавицы выражало удивление и шок, ее алые губы были приоткрыты и пытались что-то сказать, а глаза, словно океан, топили отражающегося в них юношу, в глубинах жгучей привязанности.

— Эрис, — только и смог выдавить из себя Зигфрид, не моргая смотря на девушку, которая, по всей видимости, ждала их встречи намного сильнее чем он предполагал.

Услышав свое имя, юная дева бросилась в объятья парня, прижавшись к нему так сильно, как только могла.

— Где ты был? — буквально разревевшись, спросила она, — я так скучала! — выплеснула все свои эмоции разом, мило трущаяся о грудь возлюбленного, Эрис.

— Прости, — промолвил шокированный подобным водопадом любви и боли, Зигфрид, — я, в общем, — не найдя слов оправдания, он просто обнял девушку в ответ.

Отойдя немного дальше от входа, где их уже не могли видеть все кому не лень, юноша попытался успокоить все еще плачущую и прижимающуюся к нему особу. Но на его слова и движения она реагировала лишь противоположенным образом, видимо считая, что от нее просто хотят отвязаться.

— Эрис все будет хорошо, успокойся, — гладил он ее по голове.

— Меня три раза пытались выдать замуж, — пробубнила она, все крепче прижимаясь к парню, — я даже не хочу говорить, каких усилий мне стоило сорвать все три мероприятия. А ты? Чем ты занимался? Почему ты меня не забрал? Ведь мы… Мы ведь помолвлены.

— Эрис, твои родители против нашей свадьбы, именно они разорвали все договоренности.

— Я знаю… И за это я их ненавижу! Ты можешь забрать меня к себе? — взглянула в лицо юноши она, — я буду послушной, верной и трудолюбивой, — очаровательно хлопая ресницами, жалобно просила девушка, — я рожу тебе много очень милых деток, обещаю!

Смотря на все это, у Зигфрида язык не поворачивался отказать хоть в чем-то из перечисленного, да и он, в общем-то, был не против всего этого.

— Хорошо, прекращай плакать, я все понял, я что-нибудь придумаю, вот возьми телефон, я буду звонить на него, твой возможно на прослушке, — передав девушки свой запасной смартфон, он, немного отодвинув прядь рыжих волос от лица, поцеловал ее в щеку.

Тут же перестав плакать, Эрис, пару мгновений прибывающая в удивлении, опомнившись, с силой притянула Зигфрида к себе, и двое слились в полноценном поцелуе.

— Все хватит, это начало затягивать, — усилием воли оторвав себя от алых губ чаровницы, пробормотал юноша.

— Уууу, я хочу больше, я хочу детей, — явно была не удовлетворена девушка, — я столько ждала, а мы так быстро закончили, — начала дуться она, обиженно поглядывая на своего избранника.

«Главное, их с Амелией наедине не оставлять, — неожиданно подумал Зигфрид о свой матери, — иначе они мне по поводу детей весь мозг склюют, и плевать им будет на все остальное. Ох уж эти женщины, всегда с ними так и хочется и колется».

— Сейчас не время Эрис, — серьезным голосом сказал он.

— А когда будет время, — прильнув, уточнила она.

— Я не знаю.

— Это не ответ!

— Но я правда не знаю, проблем целый ворох, да еще и твои родители против, я понятия не имею когда получиться со всем этим разобраться.

— Зигфрид, ты ведь не бросишь меня снова? — насупилась девушка, — я тебе совсем не нравлюсь?

— Конечно же нравишься и я тебя не брошу, просто подожди. И ты обещала быть послушной!

— Так я послушная! — несколько раз хлопнула своими глазками она, — просто любопытная, интересуюсь всяким. Так когда мы будем расширять нашу семью!

— Эрис! — нахмурился парень, а девушка в свою очередь, лишь улыбнувшись, крепко к нему прижалась.

— Иногда мне кажется, что мы так давно знакомы, — пробормотала она, — и из-за этого я так привязалась, что теперь не могу отвязаться. Не бросай меня, пожалуйста…

— Все будет хорошо, я исправлю свою ошибку, больше ни о чем не беспокойся, — погладил он голову избранницы.

— Ладно, — кивнула девушка, зарываясь носом в его грудь.

Расставание с Эрис прошло очень тяжело, расчувствовавшись, она просто отказывалась уходить, и даже слышать ничего не хотела про возвращение к родителям, которые явно скоро пошлют кого-нибудь ее искать.

И только после обещания того, что завтра на полигоне они обязательно встретиться, девушка кое-как, после очередного затяжного поцелуя, согласилась уйти.

И не успел Зигфрид расстаться с Эрис, как его мобильный зазвонил.

— Да Настя, что стряслось?

— Предатель, — донесся из динамика спокойный женский голос.

— В каком смысле? — не понял причины столь серьезного обвинения юноша.

Но вместо ответа услышал лишь гудки.

«Это такой новый прикол или что? Я наверное совсем отстал от жизни, раз не понимаю таких шуток. Ну да ладно, нужно хорошенько подготовиться к завтрашнему дню. А Анастасии напишу смс, полагаю нужно извиниться за мой столь стремительный уход, может из-за него она так взъелась».

* * *

Тем временем в одной из комнат монаршего дворца.

Завершив звонок, в котором она сказала лишь одно слово, черноволосая красавица, отпустив край шторы, отошла от окна и с несколько хмурым видом села в большое бархатное кресло.

— Говорите, — приказала девушка, и один из двух мужчин, преклонивших пред ней колени, поднял голову.

— Мы подготовили два специальных браслета измерителя, которые будут занижать показатели силы при их передачи на основной сервер, сами же по себе они будут исправно работать выдавая реальные показатели. Также один из браслетов оснащен дополнительным чипом памяти и все данные на нем будут записываться и отсылаться на наш личный сервер.

— Хорошо, надеюсь при выдаче браслетов не случиться ошибки?

— Никак нет, наш агент займется этим лично.

— Ясно, благодарю, вы можете идти.

Повинуясь приказу, один из мужчин, только что делавший доклад, встав, пошел по направлению к двери, вот только второй по-прежнему остался на своем месте.

— Что-то еще? — спросила девушка, чей смартфон завибрировал, уведомляя о пришедшей смс.

— Ее Величество резко против вашего участия в соревнованиях, она хочет с вами переговорить, — глухим голосом, не поднимая головы, произнес один из личных телохранителей монаршей семьи.

— Передайте матушке, что свое мнение ей следовало говорить, когда они с отцом нарушали клятву на крови по поводу моего брака, и подсовывали моему мужу больную девочку из непонятно какого родства. А теперь, когда на мне сказались последствия, они просто отвели меня в тень, при этом почему-то ожидая моей покорности. Смешно, после всего что они сделали, я сама вольна решать как обустраивать мою жизнь и разговаривать нам не о чем. Кто я такая чтобы беседовать с императрицей? Жалкая девочка из второстепенной княжеской семьи Пожарских. Я недостойна, так ей и передай Мичь.

Мужчина ничего не ответил, и немного помолчав, все-таки поднялся с колен, а затем, глубоко поклонившись, также последовал к выходу.

Анастасия тем временем с интересом стала читать пришедшее ей сообщение.

Глава 12.

Глава 12.

Самый большой куполообразный полигон в мире, раскинувшийся на целых семьдесят восемь квадратных километров, был чем-то похож на огромною теплицу из железа и стекла, полностью ограждающего внутреннюю часть периметра от внешнего мира.

В данном исполинском строении были свои собственные погодные условия, по слухам они поддерживались благодаря ряду уникальных технологий, но толком об этом никто ничего не знал, а многие и вовсе не верили в подобный сюрреализм с замкнутым управлением погодой.

И это было не удивительно, так как данный испытательный полигон, согласно официальной версии построенные сто лет назад, чуть ли не сразу после строительства начал вызывать ряд подозрений и целый ворох домыслов, причем небезосновательных. Множество вопросов, таких как: сколько времени потратили на возведение, как при тогдашних технологиях подобное смогли построить, сколько денег на это ушло, и кто собственно это строил, да и зачем? — остались без ответа. И казалось, прошло всего сто лет, очень небольшой срок, в чем проблема ответа на данный вопросы? Ведь еще совсем недавно очевидцы строительства были живы и могли рассказать обо всем из первых уст. Но, все было не так просто и помимо газетных статей, а также фотографий уже готового строения, ничего большего не было, никаких очевидцев строительства, или людей кто непосредственно участвовал в стройке, найти просто не удавалось, документы были засекречены правительством, а на сам объект никогда не пускали независимых журналистов.

Как итог ученые и СМИ находящиеся на зарплате у государства активно поддерживали официальную версию и опровергали все остальные, независимые же издания и ученые деятели зачастую бесконтрольно выдумывали одну версию событий за другой, иногда в погоне за сенсацией впадая в такие глубины конспирологии, что основная масса людей просто от них отворачивалась.

* * *

Рано утром 22 мая 2017 года, в подземный тоннель, расположенный у выезда из Облачного города, въехал картеж из пяти автобусов и двадцати легковых автомобилей.

Все шлагбаумы, дорожные оградительные блоки и колонны, а также многочисленные железобетонные уловители, были убраны, для проезда делегации учеников и их инструкторов.

Примерно полчаса потребовалось картежу для достижения конечной остановки, в виде огромной стальной бункерной двери, размером двадцать на двадцать метров.

— Всем покинуть машины, — объявил главный инструктор, и около сотни учеников и полсотни инструкторов, высыпало наружу.

— Так вот где находился вход, интересно, — оглядываясь на местности, вышел из личного автомобиля Кайл.

— Мне больше интересно, а откуда за нами будут наблюдать? — задался вопросом, вышедший из соседней машины Клод.

— Полагаю, инструкторы будут наблюдать непосредственно с места событий, а всем остальным будет транслироваться запись, скорее всего не прямая, а отсроченная и немного порезанная.

— Вот как, ясно.

Тем временем из автобуса неподалеку вышел Зигфрид и Анастасия, оба были крайне спокойны и явно не впечатлены увиденным.

«Если я правильно подсчитал, мы проехали примерно пять километров по дугообразному тоннелю, въехали же мы в него в крайней точке города на западе, значит, мы должны быть примерно… — пытался представить карту местности и отобразить себя на ней, Зигфрид, у коего отобрали смартфон, как собственно и у всех остальных».

— Внимание, сейчас вам будут выдавать браслеты измерители, инструкцию по их использованию вам уже прочитали, поэтому прошу постоять у своих авто и подождать выдачи, — громким поставленным голосом говорил главный инструктор, крепкий мужчина сорока лет, подстриженный под полубокс, и облаченный в усиливающий доспех.

«Подождите, — наконец закончил свой расчет Зигфрид, — этот полигон как-то странно сочетается по месторасположению с пещерой Чудес из моего мира, хмм, не к добру это, ох не к добру, — покачал он головой и взял поднесенный для него браслет».

Одев его и включив, юноша с замиранием сердца начал следить за тем, сколько силы сможет отобразить это чудо современной техники, с учетом четырех колец-ограничителей на его руках.

А пока прибор делал подсчет, рядом с парнем раздался небольшой писк, свидетельствующий о том, что сила Анастасии уже была подсчитана ее браслетом.

Попытавшись невзначай подглядеть результат девушки, Зигфрид встретился с ее холодным взглядом и явно недовольным выражением лица.

— Сначала покажи свой, — спрятав руку с измерителем, мягко сказала она.

— Хорошо, — услышав пиканье на своей руке, произнес он, — давай одновременно?

— Ладно, — кивнула Настя, и двое возвели руки с браслетами меж собой.

У довольного, улыбающегося во все тридцать два зуба Зигфрида, измеритель показывал восемь тысяч единиц.

«Все еще очень много конечно, но хотя бы так, — подумал парень, глядя на цифры».

А у ничего не понимающей Анастасии, браслет отображал пятнадцать тысяч единиц.

— Ты выиграла! У тебя превосходные показатели, просто потрясающие, ты умница Настя, так держать! — искренне хвалил девушку компаньон, примерно ожидающий такого показателя силы, после недавнего «спарринга», — с такой мощью ты, наверное, сильнейшая на всем курсе, если вообще не среди всех студентов. Поэтому, нам больше нет смысла в битвах, ты точно победишь если вылажешься на полную, у меня нет шансов.

— Лжец, — спокойно резюмировала тираду юноши, Анастасия, прожигающим взглядом осматривая его руки, — снимай кольца.

«Вот же, заметила значит, это все из-за того боя».

— А теперь испытуемые подойдите к воротам, — скомандовал главный инструктор, указывая рукой, на засветившиеся круги возле огромной стальной двери, — сейчас мы распределим вас по командам, и специальные лифты доставят вас на стартовые позиции.

— Нам пора Настя пойдем, — прервав разговор, пошел к воротам Зигфрид.

Девушка же начала хмуриться, ее спокойное выражение лица стало меняться.

— Ты обещала быть послушной, — развернувшись к насупившейся Анастасии, с улыбкой сказал он, — пойдем, помериться силой мы еще успеем.

Тут же успокоившись, девушка послушно зашагала к своему компаньону.

И за всей этой картиной, из своей машины наблюдала молодая рыжеволосая красавица, которая, кусая губы, просто сгорала от ревности.

— Эй Эрис, ты чего там сидишь, — заглянула в авто, с другой стороны, Сильфия, — пойдем, будем в одной команде. Эрис, ты меня слышишь?

— Да, пойдем, — хмуро кивнула головой ревнивица.

* * *

Подойдя к огромной стальной бункерной двери, которую, по всей видимости, даже не собирались открывать, Зигфрид вместе с Анастасией, получив определенные инструкции по поводу их миссии на испытании, взошли в подсвеченный мерцающими огоньками круг.

— Пара номер двадцать пять приготовится к отправке! — крикнул один из инструкторов, и двоих вышеописанных персон, начали медленно, с небольшим скрежетом, опускать на платформе вниз, куда-то под основной свод тоннеля.

Спустя пару минут и тридцать метров железобетона, округлая платформа остановилась на нижнем нулевом этаже, представляющем собой сеть узких, но очень длинных коридоров.

— Вам туда, до самого конца, двери уже открыты, — указав пальцем на один из коридоров, сухо произнес старик, с большой бородавкой на лице и жиденькой, растущей клочками, бородкой.

Повинуясь наставлению пара не спеша пошла в указанном направлении.

«Чем дальше, тем чуднее все это выглядит, — думал про себя Зигфрид, — тоннель, лифт, коридоры, это все явно не приспособлено для обыденного или тем более соревновательного использования, это военно-исследовательская методика построения объектов. И терзают меня смутные сомнения, что до сегодняшнего дня здесь реально проводили хоть одно гражданское испытание. Так почему сейчас они решили такое провернуть? Да еще и пригласив гостей со всего света? Бред какой-то, весь этот полигон и информация о нем просто один сплошной абсурд и я вообще не могу в этом разобраться. Слишком много противоречивых данных и слишком высокая секретность реальных документов. Нужно быть начеку, неспроста все это, неспроста, либо правительство во главе с монархом что-то задумало, либо их, как и нас, кто-то мастерски водит занос. И при любом раскладе я в невыгодном положении, и самое смешное даже с матерью посоветоваться не получилось из-за вновь свалившейся на нее очень важной работы. Да чем она там занимается, в конце-то концов, что даже по телефону ответить не может? Ладно, не впервой, сам как-нибудь выкручусь».

Наконец-то дойдя до конца коридора и оказавшись в большом бетонном колодце с винтовой железной лестницей ведущей наверх, пара учеников начала свой подъем. До поверхности оставалось пятьдесят метров.

«А ведь колодец и лестница действительно старые, им и вправду лет сто, а может и больше, что же это все-таки за место? — подмечал всякие мелочи, поднимающийся первым Зигфрид».

Как и сказал старик, стальные раздвижные створки колодца, толщиной в добрые двадцать сантиметров, были открыты, и испытуемым не составило никакого труда выбраться наружу.

И как только они это сделали, один из датчиков на явно совсем недавно установленных металлических ставнях, запищал, и две створки на колодце, издав шипящий звук, наглухо закрыли проход.

— Пути к отступлению отрезаны, — спокойно изрек Зигфрид, начав осматривать ровные зеленные поля перед ним, на которых возвышались одинокие ветвистые деревья, — технология искусственного неба да? — посмотрел он вверх, где по идее должен был быть виден купол, но вместо него отображалось кристально прозрачное голубое небо.

«Странно, в этом месте я чувствую магию, ту самую из моего мира, что порождалась маной живых существ. Но откуда она здесь?»

— Что-то не так? — спросила Анастасия, видя как ее компаньон, усиленно пытается сосредоточиться на поиске чьего-то энергетического следа, хотя врагов поблизости видно не было.

«Мана исходит из земли, и ее очень много, — проигнорировал вопрос Насти, Зигфрид, — но тогда почему я не почувствовал ее еще в колодце из которого мы вышли? — задумался он, ища ответ, — за бетонным основанием коридора и непосредственно колодца должен находиться материал блокирующий исход маны наружу. В моем прошлом мире такое существовало, вот только здесь о подобно не должны даже слышать, не то что применять. Все становится еще подозрительней».

— Ай, Анастасия, что ты делаешь? — вывел юношу из раздумий сильный щипок за бок.

— Не игнорируй меня! — холодно, но при этом не повышая голоса, сказала девушка.

— Извини, я тут заметил ряд странностей, прости, — немного растерянно, ответил парень, невзначай положив руку на плече спутницы, — ты не ощущаешь ничего странного от этого места?

— Странного? — мельком посмотрела на руку Зигфрида у себя на плече, Настя, — я чувствую слабую чужеродную энергию от земли, но она дает очень расплывчатое ощущение, не могу сказать что это.

— Вот как, тогда, — положил вторую руку на плечо девушки, он, — ты не против, если мы изменим наш первоначальный план не выделяться и раскроем немного наших способностей? Я хочу прибыть в центр полигона первыми, у меня плохие предчувствия по поводу сегодняшнего испытания.

Глава 13.

Глава 13.

Тоже утро 22 мая 2017 года.

Особый наблюдательный пункт номер №1.

— Глава Хазард, последняя пара испытуемых взошла в лифт номер пятьдесят, через десять минут они будут у колодца, — отрапортовал молодой офицер, немного взволнованно осматривая секретный объект.

— Хорошо, — кивнул пожилой человек в белом халате, из-под которого немного выглядывала военная форма, — я сам доложу обо всем Его Императорскому Величеству, вы можете быть свободны, — встав с кресла, махнул рукой он, — майор остаетесь за старшего.

— Так точно, — отдал честь рядом стоящий крепкий мужчина лет сорока.

Проводив главу отдела и ушедшего вместе с ним офицера из наблюдательного пункта, а затем, закрыв за ними полутонную железную дверь, майор внутренней безопасности, подождав еще немного, внимательно оглядел комнату.

Помещение было небольшим, всего пять на пять метров, находилось в нем сейчас всего три человека, не считая самого майора. Как и полагается секретному наблюдательному пункту он был сплошь обставлен компьютерами и от внешних воздействий защищался десятком метров земли, и двумя метрами железно-свинцового короба.

— Во имя нового мира! — неожиданно для всех прокричал майор и со всей силы ударил себя в живот, попав кулаком точно в то место, где у него находился, вшитый полгода назад, детонатор.

* * *

Серия взрывов прокатилась по окрестностям испытательного полигона, и всего за полминуты все десять сокрытых наблюдательных пунктов, а также пять защищенных отслеживающих военных серверов, были уничтожены предателями диверсантами.

Дальше больше, ровно в то время как самый первый наблюдательный пункт был взорван, на ложу гостей было совершено нападение с применением боевых вертолетов Облачной империи, круживших над полигоном для охраны.

Попытка связи с пилотами принесла лишь один-единственный результат, в виде понимания того, что оных кто-то контролирует, и они несут какой-то религиозно-фанатический бред.

После атаки вертолетов на гостевой зал, расположенный недалеко от полигона, танковая дивизия, дислоцирующаяся в полукилометре от места действия, прямой наводкой ударила по своим же силам особого назначения, находящимся в специальной пристройке.

И хоть все случившееся произошло неожиданно, и были как убитые, так и раненные, подавляющее число важных персон осталось в живых благодаря действиям своей личной охраны, а также собственным неординарным силам.

На взбунтовавшиеся же войска были брошены силы имперской безопасности, до этого охранявшие лично императора в его резиденции в Облачном городе.

* * *

— Ваше Императорское Величество, докладываю, вертолеты, атаковавшие гостевой зал, сбиты, танковая дивизия, дислоцирующаяся возле границ города, уничтожена, по первичным данным в большинстве случаев, выжившие и взятые в плен военные, находились под действием какого-то гипноза и не могли рационально мыслить. Они все кричали, что сражаются за новый мир, некоторые из пленников откусывали себя языки, когда наши специалисты пытались привести их в чувство. Потерь среди княжеских семей и особо важных заграничных гостей нет, остальная информация уточняется.

— Ясно, — коротко ответил Константин, с хмурым лицом сидящий в своих личных покоях, на выполненном под трон, кресле, — хмм! — приподнял он бровь и взглянул вверх, — какие смельчаки.

В следующий миг ярчайшая вспышка охватила все вокруг, и чудовищный взрыв стер с лица земли резиденцию императора в Облачном городе.

* * *

Тем временем высоко в небе, ровно над тем местом, где только что была уничтожена временная обитель монарха, парили восемь человек. Все они были облачены в белые мантии и имели очень приличный возраст, явно выходящий за рамки семидесяти лет.

— Точное попадание, — возгласила старейшина Марму.

— Совместная атака прошла просто блестяще, мы отлично потрудились, — погладил бороду левитирующий рядом старик.

— Первый акт, как я понимаю, тоже был превосходно предварен в жизнь, орден не лыком шит, — нахмурился парящий напротив мастер.

— Без нашей помощи провернут такое им бы не удалось, даже с этой их способностью к гипнозу и внушению, они многим нам обязаны, — высокомерно отозвался летающий по соседству худощавый старец.

— Мы действуем вне согласия совета столпов, и они это знают, а потому, мы не можем быть слишком наглыми, — заговорил самый молодой из них, — мы вообще многим рискуем, выступая вот так в открытую против империи.

— Эликсир жизни того стоит, а достать его можно только у ордена, столпы не должны вмешиваться в дела старейшин, на кону наши жизни, — резко отреагировала на критику Марму, — да и сейчас не время для обсуждений, нам нужно завершить нашу часть сделки!

— Как интересно, о какой сделке речь? — раздался спокойный, очень вежливый голос откуда-то сверху, и в этот же миг, два энергетических сгустка осветили все вокруг.

— Ааааа! — в один голос завопили двое старейшин, коих буквально испепелило ниспадающими лучами силы.

И не успели оставшиеся, отреагировать на только что произошедшее, как возле одного из них уже появился темный силуэт врага.

БАБАХ! И удар огромной силы переломил опытнейшего практика десятой ступени пробуждения напополам, да так, что никакие защитные поля ему помочь не смогли.

— Врассыпную! — крикнул полностью излечившийся от своего недавнего высокомерия, старец. Попутно наблюдающий, как чья-то ладонь разрезает ему череп напополам.

Не успев даже вскрикнуть, четвертый по счету старейшина пал с неба, а оставшиеся, применив силу, принялись убегать во весь опор.

— Куда же вы? — удивился такой спешке гостей император, внимательно следящий, как четыре старика улетают во все четыре стороны света, — это невежливо, — стал сосредотачивать в своих ладонях энергию он.

«Это глубинное пробуждение! Как такое возможно! — кричала в своей голове убегающая в облака, Марму, чувствовавшая, как ауры еще двух старейшин погасли, — почему мы до сих пор не знали, что нынешний император достиг таких высот, — задала она сама себе вопрос, неожиданно ощутив, как нечто, крепко схватило ее сзади за шею».

— Советую не брыкаться, — произнес Константин, держа в одной руке бородатого старика, а во второй, старуху Марму.

Последняя, не последовав совету, хотела было атаковать, но колоссальная невидимая сила навалилась на ее плечи, намертво сковав организм старухи.

— А теперь давайте поговорим, — продолжил монарх, чье тело, в отличие от полного пробуждения, сейчас не изливало энергию вовне. Оно, став белым как снег, трансформировалось, и покрылось чешуйчатой броней.

Шанса сбежать или тем более победить человека в глубинном пробуждении у двух старейшин просто не было. К тому же, двое стариков постепенно стали осознавать, какую глупость они только что свершили. И чем больше было сие осознание, тем больше они понимали, что в какой-то момент сами пали под воздействием гипнотических сил одного из членов ордена шести. Ведь никто в здравом уме и трезвом рассудке, будучи на их месте, никогда бы не согласился на нечто подобное.

* * *

— Похоже, старейшины уже проиграли, — произнес один из шести людей в белых масках и черных балахонах, находящихся на куполе исполинского полигона.

— Они исполнили свою роль третий, ожидать от них большего не имело смысла.

— Это правда.

— Четвертый, третий, не отвлекайтесь, сосредоточитесь на открытие врат, — сухо произнес второй, — нас поджимает время.

— Так точно, — и все шестеро вновь сосредоточились на большом магическом круге между ними.

* * *

В это время под куполом полигона Зигфрид и Анастасия на дикой скорости приближались к центральной точке испытательной площади и, разумеется, знать не знали о происходящем снаружи.

— Куда спешим ребята, — приближаясь справа, с улыбкой произнес мужчина лет тридцати, одетый в форму инструктора.

— Остановитесь, вы нарушили правила, — произнес догоняющий их сзади еще один инструктор, тем временем как слева, уже виднелся третий, идущий на явный перехват.

«Хмм, мы не нарушали никаких правил, — подумал Зигфрид, стараясь оценить силу данной троицы, и теперь, когда у него на руках был пример Анастасии и измерения ее энергии в единицах силы, он мог довольно точно определить мощь исходящей от воителей ауры, — излучение около 5 000 единиц от каждого, но это в непробужденном состоянии, а они все как минимум на седьмой ступени, вот только это не проблема для нас, вопрос в другом, чего от них так сильно веет адскими душами?»

— Настя, — прошептал он также несколько настороженной девушке, — на тебе тот, кто сзади, бей наповал!

— Поняла! — резко остановившись, развернулась и кинулась на преследователя она.

Зигфрид тем временем приняв вправо, в один миг сблизился с первым из инструкторов и тот, не успев даже удивиться, принял на свою голову сокрушающий удар такой мощи, что его черепную коробку разорвало на кусочки, а тело мертвым грузом рухнуло на землю.

Анастасия же к тому моменту, проведя просто ошеломляющий выпад, насквозь пробила своей нежной ладошкой грудную клетку попытавшегося провести пробуждение, противника.

— Ккххаа, — прошипел тот, вцепившись в руку девушки, что пронзила его словно меч.

— Какой живучий, ты вообще человек? — несколько удивилась, но не растерялась она, в туже секунду вторым ударом снеся противнику голову.

— Ах вы мелюзга! — закричал оставшийся инструктор, остановившись в ста метрах от Зигфрида и начавший свое пробуждение.

Вспышка, и тело мужчины охватил золотистый свет, а его показатели силы возросли с пяти тысяч, до тридцати пяти.

— Как-то не впечатляет, — скучающе отметила Настя, подошедшая к своему напарнику.

— Вы трупы, — каким-то нечеловеческим голосом, продолжил говорить пробудившийся инструктор, а исходящий от его тела свет сменился с золотого на черно-коричневый, — растерзаю, сожру, поглощу! — продолжал орать он, в то время как кожа его обуглилась, а глаза налились кровью.

— Что это с ним? Мутация? — с интересом спросила девушка, дергающая Зигфрида за рукав формы, — ну скажи, ты же знаешь, да? Я впервые такое вижу.

— Я потом расскажу, обещаю, — ответил юноша, подсчитавший силу противника и оценивший ее в плюс-минус 50 000 единиц.

«Полагаю, пора с этим кончать, нам некогда, — подумал он, и волна яркого света прокатилась по телу парня, а цифры на измерительном браслете, всего на секунду, скакнули с 8 000 до 80 000 единиц».

Преображенный в нечто нечеловеческое, инструктор среднего звена, впавший сейчас в эйфорию силы и считающий себя почти непобедимым, заметил лишь два движения, прежде чем Зигфрид закончил его выступление. Он так до конца и не понял, как погиб, лишь сильная боль в грудной клетке, и летящая в лицо светящаяся рука с двумя кольцами, остались у него в памяти.

Глава 14.

Глава 14.

Смотря на труп мутировавшего инструктора, в груди которого зияла сквозная рана, а головы и большей части шеи просто не было, Анастасия задала самый насущный на данный момент для нее вопрос.

— Ты владеешь ограниченным пробуждением?

— Можно и так сказать, хотя я назвал бы это скорее волновым импульсным пробуждением, но суть у этих двух техник одна и та же.

— Твоя версия кажется более совершенной, эта волна света по телу, мгновенная вспышка и моментальное угасание, очень впечатляет, научишь меня? — была необычно возбуждена Настя, совсем забывшая про мертвого уродца перед ней.

«Необычно видеть на лице этой холодной девчушки такие эмоции, — подумал Зигфрид, глядя на Анастасию, — возможно, стоит ее поощрить, чтобы была более послушной».

— Хорошо, но позже, сейчас нам стоит поспешить.

— Ладно, — кивнула она, довольная и счастливая.

* * *

В трех километрах на север.

БАБАХ!

БАБАХ!

БАБАХ!

Череда взрывов подняла облако пыли и скрыла в себе силуэты четырех сражающихся мужчин.

— Клод, ты меня слышишь?! — увернувшись от сильнейшего удара в живот, отпрыгнул от своего клыкастого противника Кайл, заодно отвесив тому с ноги в грудь в своей пробужденной форме.

— Да слышу я, слышу, — уклоняясь от череды атак своего противника, в виде мутировавшего инструктора, на голове которого росли рога, крикнул Клод, также находящийся в пробужденном состоянии.

— Эти твари уже не люди, — проведя серию удара в туловище, продолжил Кайл, в ответ схвативший настолько мощный удар в блок, что улетел в ствол ближайшего дерева, переломив его напополам и продолжив полет даже после этого.

— Да я догадался, — молниеносно провел выпад пальцем в глаз нелюдю, Клод, вот только тот, лишившись одного окуляра, совсем не отреагировал на по-настоящему страшную рану, моментально атаковав обидчика в живот.

На секунду, улетая по дуге к Кайлу, парню показалось, что он сейчас выплюнет все свои внутренности.

«Какие же они крепкие и, похоже, боли совсем не чувствуют!»

Поймав подлетающего к нему Клода, Кайл, поставив того на ноги, продолжил свой разговор.

— Я тебе говорю о том, что так как они не люди, мы понятия не имеем сколько они могут пребывать в подобном состоянии силы. Какой твой рекорд в пробуждении?

— Пять минут.

— Мой шесть, а вот у них непонятно, может они часами могут прибывать такими вот монстрами. Без пробуждения, эти двое от нас мокрого места не оставят, а мы уже две минуты как пробудились. Нужно с ними заканчивать, ты владеешь какой-нибудь техникой «умножения».

— Да, но после нее я тут же сдуюсь.

— Аналогично, но выбора нет. Приступим.

— Хорошо, — кивнул Клод, и ауры двух парней начали видоизменяться.

Сейчас на их браслетах отображались следующие показатели силы: Клод 42 000 единиц, Кайл 45 000 единиц. Оба парня были на седьмой ступени пробуждения, и сила их аур уже была на пределе, вот только каждый из них владел техникой под названием «умножитель», которая на несколько мгновений могла перераспределить большую часть энергии в то или иное физическое качество, тем самым умножая скорость, силу или прочность тела в разы.

[Ускорение] — применил Кайл.

[Усиление] — сделал выбор в пользу силы Клод.

В тот же миг, ускорившись в десяток раз, Кайл оказался за спиной своего клыкастого противника, который, в свою очередь, уже потеряв человеческий рассудок, не смог на одних лишь инстинктах предсказать подобный поворот событий, хоть и обладал энергией в более чем пятьдесят тысяч единиц.

Выпад! И голова монстра слетела с плеч.

БАБАХ! С диким грохотом разворотил живот, а затем и голову своему одноглазому недобитку, Клод, моментально пав после этого на колени, от дикого перенапряжения сил.

Кайл, также выйдя из состояний пробуждения, рухнул на землю.

— Интересно, а кто или что это вообще такое? И как же хорошо, что их было только двое.

— Это да.

— Что будем делать Кайл?

— Понятия не имею, нам нужно как-то объединиться с кем-то из других групп и потянуть время, инструкторам теперь веры нет.

— Точно! Вот только что если на всех напали также как на нас?

— Невозможно, инструкторов в два раза меньше чем участников. Да и ты реально думаешь, что мы тут сильнейшие бойцы? Я уверен, должны быть те, на кого либо не напали, либо кто смог отбиться, без таких радикальных мер как мы.

— Искренне на это надеюсь.

* * *

Тем временем как битва двух парней была завершена, в двух километрах от них, две юные леди были лишь в самом разгаре своей дуэли с «мутантами».

— Нужно с этим заканчивать, ибо похоже, у этих ребят нет лимита на пробуждения как у нас, — возгласила Сильфия, увернувшись от нескольких лобовых атак, и отступившая к своей подруге.

— Поняла, — ударила по своему противнику со всей силы Эрис, переломав ему все ребра и отбросив на десять метров от себя, — они невероятно живучие, нужно и вправду действовать жестче.

Согласно измерительным браслетам, нынешняя сила девушек в пробужденном состоянии составляла около шестьдесят тысяч единиц у каждой. Вот только Эрис достигла подобной энергетической мощи уже на седьмой ступени своего пробуждения, Сильфия же недавно овладела восьмой и только за счет этого смогла потягаться с подругой в силе.

Сделав глубокий вдох, и сосредоточившись на бегущем к ней противнике, Эрис, быстро шагнув вперед, произвела резкий выпад ладонью в голову надвигающегося инструктора, в тот же миг извергнув из руки сгусток сконцентрированной «духовной силы».

Словно световой импульс пронзил врага выпущенный девушкой энергетический сгусток, отчего тот, пройдя еще пару метров, упал наземь.

Сильфия между тем, тоже не теряя времени, применила одну из секретных техник своей семьи, заключающуюся в том, чтобы зараз выплеснуть в свое тело всю скопившуюся внутри энергию, на какой-то миг в разы увеличив свою силу, но при этом уменьшив время пробуждения до нескольких секунд.

Сказано-сделано, и сила девушки всего на секунду, скакнула с шестидесяти до ста тысяч единиц, и с такой мощью победа над противником была молниеносной, Сильфия просто-напросто располовинила его одним взмахом своей ладони.

— Кажется с этим все, — отменив пробуждение, задыхаясь и вытирая пот со лба, сказала она.

— Да, но что теперь делать дальше? Что если все инструктора стали такими? — вопросила Эрис, также принявшая свой обычный облик.

— Сложный вопрос, нам нужно с кем-нибудь объединиться, но это будет непросто, в этом странном месте чувствительность к потокам энергии души сильно падает, нечто чужеродное выходящее из земли мешает сканировать окружающую среду в поиске других людей. А учитывая, что за нами еще никто не пришел, снаружи, скорее всего, тоже творится какой-то кавардак. Поэтому давай пока не будем торопиться и все взвесим, возможно, стоит просто спрятаться где-нибудь и переждать все это.

— Нет, это не вариант, у меня плохое предчувствие, — нахмурилась Эрис, — скоро что-то должно случиться.

— Раз ты так говоришь, — доверилась подруге Сильфия, не понаслышке знающая о чувствительности данной девушки к опасности, — тогда какие предложения?

— Попробуем найти одноклассников, — осматривая пожухлое и перепаханное ударами, словно после бомбежки, поле, изрекла Эрис, — а лучше всего, найти Зигфрида, — шепотом добавила она.

— Зигфрида? — удивилась ее спутница, имеющая просто прекрасный слух, — ты случайно не об Алмазном?

— Да, — теперь уже удивилась сама рыжеволосая красавица, — а ты откуда его знаешь?

— Он водиться с Фейри Иллюзорной и она уж очень явно проявляет к нему свое дружелюбие, а с учетом того, что парень даже и близко не значиться среди благородных со статусом, меня все это заинтересовало. Вот и все, — развела руки в стороны, немного пришедшая в себя после перегрузки, Сильфия.

— Фейри? — скривилась Эрис, вспоминая эту кокетку с великолепной фигурой, которую она недавно видела на одном из приемов, — еще одна баба, да он издевается!

— В каком смысле? Какие у тебя отношения с Зигфридом, Эрис? — еще сильнее заинтересовалась разговором, молодая интриганка.

— Он мой… — зависла на полуслове девушка, — у нас сложные отношения, и вообще это личное, и сейчас не время! Просто пошли, чего расселась.

— Он твой любовник? Ты из-за него с таким остервенением срываешь свои помолвки?

— Он мой муж! Будущий муж! И мы уже помолвлены, и если бы не мои родители…

—Эрис успокойся, успокойся, ты чего так разошлась, — принялась успокаивать, ни с того, ни с сего взбесившуюся подругу, Сильфия, — я все поняла, он твой муж, этого никто не оспаривает.

«Вот это новость так новость, этот Зигфрид не перестает удивлять, нужно во что бы то ни стало с ним сдружиться и лучше сделать это без Эрис, мало ли на какие способы придется пойти».

* * *

Одновременно с тем, как запертые под куполом полигона ученики с переменным успехом воевали против свихнувшихся инструкторов, за пределами полигона все начало постепенно налаживаться, по крайней мере, так казалось на первый взгляд.

— Под стражу их, — глухим голосом изрек вернувшийся на пепелище своей резиденции, император, бросив под ноги прибывшей туда же группе спец. агентов, двух, искалеченных до неузнаваемости, старейшин общества «Восход», — наши враги, орден шести, — продолжил монарх, обращаясь к командиру группы, — поднимайте по тревоге всех мастеров, высший приоритет, скажи, что мне нужны все. Тем, кто уже на месте, выдай задание полностью осмотреть полигон, снаружи и внутри, а князьям разреши самолично вытащить оттуда их детей и всех остальных испытуемых. Все ясно?

— Так точно Ваше Императорское Величество.

— Я немного отдохну в штабе отдела безопасности, будешь сообщать мне все новости лично.

— Слушаюсь!

— Исполняй.

* * *

В одном километре от полигона.

Заброшенный поселок рядом с окраиной Облачного города.

С гулом дизельных двигателей, в давно заброшенный населенный пункт, с изрядно обветшалыми и кое-где покосившимися домами, въехали друг за другом, с небольшими временными интервалами, десять ничем не примечательных автобусов, битком набитых людьми.

— Всем выйти, — скомандовал плотно сложенный, гладковыбритый лысый старик, лет семидесяти и три сотни человек выстроились в четыре линии возле автобусов.

— Прием, прием, север готов, — вещал по рации, находящийся рядом с командиром радист, интеллигентно выглядящий мужчина тридцати лет, — восток, юг и запад тоже готовы, можно начинать, — кивнул он головой старику.

— Ясно, тогда, выносите груз, — приказал тот, и двое крепких парней рядом с ним, подтащили четыре здоровенных металлических чемодана и, уложив их на землю, открыли замки. — Да, с этим мир измениться навсегда, — приоткрыл он один из них, и с горящими глазами взглянул на аккуратно уложенные миниатюрные прозрачные контейнеры, в каждом из которых содержался небольшой кусочек плоти «бессмертного» демона «Чревоугодца».

Глава 15.

Глава 15.

Центр испытательного полигона.

22 мая 2017 года. 14:00 по местному времени.

На обширной поляне, огороженной со всех сторон старинными каменными зданиями, времен классицизма, расположилась разношерстная группа из двадцати человек. Все они были мужчинами разных возрастов, и подавляющее большинство из них, было одето в стандартные костюмы инструкторов, и только пять человек, сидящих в самом центре возле груды мертвых тел, были облачены в странные черные мантии.

Сами тела, возле которых и было все движение, представляли собой мертвых, совсем недавно убитых и притащенных сюда, подростков, участников проводимого сегодня испытания. На данный момент их было уже свыше пятидесяти человек, и все они были свалены в кучу в центре большого магического круга, коей начертали ровно посередине площади округлого полигона.

— Что вы делаете, мой отец князь, он отомстит, я Грид Компау! — кричал израненный мальчик лет семнадцати, которого тащил один из недавно прибывших инструктор.

— Почему ты его не убил? — с омерзением смотря на сопляка, вопросил его коллега.

— Чарли попросил доставить его живым, если встречу, это ведь один из семьи Компау, они со своим старшим братом довольно известные люди в столичной академии.

— Княжеские сынки и что с того? Мусор мусором, не вижу смысла не прибить его здесь и сейчас, как мы сделали с остальными.

— Они непросто мусор, они насильники. Эти двое прославились на всю академию тем, что насиловали, а потом запугивали девочек из простых семей. А так как их папаша был князем, то им все сходило с рук, к аристократкам они разумеется не лезли, а вот к остальным… В общем, у Чарли племянницу, брат этого ушлепка пять лет назад изнасиловал, а она с собой покончила после этого. Вот он и попросил, если встречу не убивать сразу.

— Ясно, Чарли вон там за зданием, только рот этому ублюдку чем-нибудь закройте, а то важные шишки сверху, — мотнул он головой в сторону пятерых людей в черных мантиях, — могут разозлиться.

— Хорошо, понял.

— Эй вы чего, это клевета, я никого не насиловал и мой брат тоже, это все завистники распускают слухи! — заорал пуще прежнего, парень, которого потащили за здание, где несколько мужчин чуть старше сорока, стояли с рядом разных инструментов в руках.

— Да заткнись ты! — с одного удара выбив все оставшиеся у Грида зубы, заткнул ему рот грязной тряпкой мужчина, — те девочки которых ты насиловал, то же небось умоляли тебя их отпустить, ну и внемлил ты их молитвам? Нет, ну тогда заткнись и терпи.

* * *

В то же самое время, как юного отпрыска знаменитого князя учили манерам, его отец и брат, а также еще девять князей, следовали по подземному тоннелю, стремясь освободить из нефункционирующего полигона своих детей и всех остальных участников испытания.

— А не многовато нас для обыденного спасения из заточения? Десять князей разом. Отец тебе можно было и не идти, я бы сам спас брата.

— Предосторожность в нашем случае лишней не будет, кто его знает, что там внутри твориться, ты видел нашествие тех тварей снаружи? Что если такие же и внутри полигона?

С легкостью преодолевая один километр тоннеля за другим, беседовали отец и сын из семьи Компау, идущие в конце своеобразной колонны княжеских персон, также передвигающихся для спасения своих чад.

— Ты о тех нелюдях со множеством конечностей и голов, которые вывалились отовсюду когда мы уходили с территории перед полигоном? Да они ни то чтобы слишком сильны.

— Для мастера, один на один, это легкая цель, но их количество пугает, их как минимум больше пятисот, а возможно и целая тысяча. Обычные воители им неровня, даже в костюмах усиления, а мастеров с нужной силой не так уж и много, потому, с этим нашествие не так легко будет справиться, как кажется.

— Думаю, ты все же преувеличиваешь отец, среди гостей мероприятия множество сильных персон, и многие из них согласились помощь отбиться от неизвестного врага, это только вопрос времени.

— Вот именно вопрос во времени, нас отчего-то отвлекают, и как бы это что-то ни было внутри полигона.

— О, вот как, тогда все понятно.

БАБАХ! Оглушительный гул от сильнейшего взрыва сотряс стены тоннеля.

— Что это? — остановились все князья, оглянувшись назад, в то время как освещение начало мерцать и гаснуть.

— Кто-то обрушил первую половину тоннеля, — произнес князь Блаватский, — и сделал это намерено, после того как мы прошли, — нахмурился он.

— Ловушка, — согласился глава семьи Вильменских.

— Интересно посмотреть, кто это захотел потягаться с нами силой, — ухмыльнулся, князь Дягинский.

— Если так интересно, то посмотри сюда, — ошарашил всех присутствующих, голос выходящего из темноты аварийного освещения, монстра в темной мантии.

— А ты еще кто такой, — начал готовиться к бою глава семьи Звягенцевых, смотря на трехметрового рогатого демона, с бегемото-подобной мордой, на лбу которой красовались цифры 1-06.

— Размажем его и пойдем дальше, — начал выходить вперед отпрыск Компау, но тут же был одернут отцом.

— Смотри в оба дурак, он тут не один, — сказал князь, и из темноты начали выходить другие демоны, на лбах которых также были проставлены цифры.

1-07, 1-08, 1-09, 1-10, 1-11, 1-12, 1-13, 1-14, 1-15.

— Десять на десять, по-моему, самое то, смотрите не оплошайте, князьки человеческие, хахаха, — рассмеялся 1-06.

— Да как он смеет, отец, он меня даже в расчет не берет. Давай покажем ему чего…

— Заткнись и держись меня, будешь помогать в драке с тем, с кем сойдусь я. Понял?

— Да, как скажешь отец.

— Ну что вы там пошушукались, слабачки, может дать вам время завещание написать для потомков, — заговорил, чем-то похожий на огромного ящера, 1-07.

— О чем ты, всех их потомков сейчас на полигоне, на куски рвут, кому завещание-то? — ухмыльнулся 1-08.

— Да точно, хахаха, — рассмеялись демоны всей гурьбой, явно провоцируя оппонентов.

— Ну все, хватит это терпеть, — со вспышкой света пробудился князь Вильменский, — к бою господа!

— Да! — начали один за другим пробуждаться главы могущественных семей.

— Ой-ой, как страшно, смотрите не обделайтесь от своей важности, — появилось зеленое пламя в лапище демона под номером 1-06, — зажжем, братья, — произнес он, и весь тоннель осветило зеленым огнем.

* * *

Гьяс и Аой ритмично двигаясь друг за другом, в отличие от многих других участников, уже не направлялись к центру полигона, а вместо этого, решили сделать круг по срединной его части, дабы при возможности найти и объединится с другими участниками.

Такая мысль им конечно пришла в голову после того, как час назад на них со спины напал один из инструкторов, превратившийся в какого-то непонятного человекоподобного монстра. Победить его, для работающих в команде брата и сестры, не составило большого труда, и для этого им даже не пришлось использовать какие-либо особые навыки. Естественно, ребята не были польщены легкостью своей победы, и прекрасно понимали, что напади на них два или три таких чудища, и все могло сложиться по-другому. А потому, сидеть и ждать у моря погоды, было плохим вариантом выбора. Идти одним к центру полигона или к его окраине, тоже представлялось малополезным, ведь если таких мутировавших инструкторов много, то перебив остальных участников, за ними обязательно придут. Да и помощь попавшим в беду товарищам тоже еще никто не отменял. Посему, взвесив все за и против, а также то, что подмога снаружи почему-то не дает о себе знать, отпрыски семьи Ист решились на вышеописанный план.

И как показали дальнейшие события, сделали они это явно не зря, ибо стоило им пересечь очередной, пусть и небольшой, но все же закрывающий обзор холм, как им на глаза попались Клод и Кайл, коих в кольцо уже взяли трое, еще не трансформировавшихся, противника, в виде все тех же инструкторов.

* * *

— Да как так-то, что нам теперь делать? — с кислым выражением лица, проговорил Клод, глядя на приближающихся противников.

— Я смогу пробудиться от силы на десять секунд, — просчитывал ситуацию Кайл.

— Аналогично, но боюсь, нам это не поможет.

— Тогда… — хотел сказать что-то еще он, как краем глаза увидел, выскочившую из-за холма, стройную фигурку Аой, уже принявшую форму полного пробуждения, — атакуем вместе заднего, — изменил свой изначальный план Кайл и, пробудившись, кинулся на ближайшего к ним врага.

Клод, доверившись решению друга, не оплошал и ментально присоединился к атаке.

Двое противников впереди, не ожидавшие такой самоубийственной тактике от ребят, хотели было растерзать их сзади, но вместо этого сами получили по сильнейшему удару в спину от подкравшихся сзади Аой и Гьяса.

Парни же в свою очередь, напав вдвоем на одного инструктора, даже не дали тому пробудиться, закончив битву буквально за секунды.

— Вот это мы их отделали, — ликовал Клод, глядя на поверженных врагов, двое из которых были в незаконченной стадии мутации и лежали ничком вниз с дырами в спинах.

— Спасибо, без вас нас бы убили, — искренне поблагодарил спасителей Кайл, — мы ваши должники.

— Да брось, — махнул рукой Гьяс, — с кем не бывает, к тому же нам нужно еще отсюда выбраться, и лучше живыми, в этот раз большую роль сыграл эффект неожиданности, но вот в схватке лоб в лоб было бы гораздо труднее.

— Это точно, мы давеча с двумя схватились, и как итог перегрузили тела, — грустно вздохнул Клод.

— Мы так и поняли, — утешающе улыбнулась Аой.

— Каков дальнейший план? — спросил Кайл.

— Мы хотим продолжить искать выживших, хотя хорошо бы дать вам двоим отдохнуть, мало ли кого мы можем встретить в следующий раз. В этом странном месте почти невозможно на расстоянии почувствовать противника или союзника, потому с передвижениями все очень сложно. Вас никто не чувствует, но и вы толком никого не чувствуете. А в нашем случае нарваться можно на кого угодно.

— Согласен.

— Эй, — окликнул ребят Клод, — я кажется вижу Эрис, да это точно она, я эту рыжую ни с кем не перепутаю.

— И с ней Сильфия, — радостно возгласила Аой.

— Ну хоть какие-то хорошие новости, — с облегчением сев на землю, улыбнулся Кайл, на самом деле все это время сильно нервничающий.

— Теперь, думаю, будет полегче, — также был рад идущим к ним особам, Гьяс.