Лорд

Пролог

Огромное антрацитово-черное полотнище, что в диаметре превышало несколько десятков метров и что располагалось на расстоянии вытянутой руки от его творца, погасло, а вместе с ним из залы ушло гуляющее от стены к стене эхо далекого сражения. Проигранного сражения...

Был ли он разочарован его итогами?

Наверное, любой на его месте оказался бы разочарован. И как минимум, в той же степени, что и гроссмейстер, потерявший пару сильных фигур.

Однако Лорд не относился к своим последователям, как к безликим пешкам. Потери всегда вызывали в нем эмоциональный отклик. Впрочем, это лишь закаляло его в стремление достигнуть главной цели.

Но сегодня был особенный случай. Настало время проститься с тем, кто находился подле него задолго до того, как он стал Лордом.

С Томасом...

И, совершенно внезапно даже для самого себя, Лорд испытал привкус жесткой горечи на языке.

— Прощай, мой старый верный друг. — Эти слова вырвались из уст, практически, вопреки воли.

Слова, которые некому было услышать.

Томас являлся слишком важной частью его предыдущей жизни. С ним было связано очень многое, и теперь каждая из этих оборванных связей словно отдалась импульсом острой боли.

Но это мгновение слабости продлилось недолго. Подсознательно Лорд понимал, что рано или поздно этот момент наступит. Миг, когда прежний он должен будет окончательно уйти в прошлое, уступив место новому, идеальному существу. И это существо не имеет права руководствоваться старыми привязанностями и эмоциями.

Томас же являлся именно тем якорем, что не давал ему этого.

Еще одним якорем была Луиза. Но здесь уж действительно "была". Отвергнув его предложение, та окончательно померла в глазах Лорда.

Больше не осталось знакомой ему взбалмошной девчонки, с которой воспоминаний связано почти столько же, как и с ушедшим помощником. А остался лишь ненавистный враг. Архонт...

Еще одной потерей, что на фоне остальных почти не выделялась, стоило назвать Виланда.

И вновь Лорд получил подтверждение своим первоначальным впечатлениям. Изгнанный представитель семьи Тилль не справился.

Он не просто так Возвысил именно этого человека. Виланд, в самом деле, обладал уникальной степенью родства с тенями, но так и не смог осознать своего исключительного дара.

Слишком много гордыни и слишком мало реального понимания, как пользоваться собственными силами. При том, что на вложенные знания Тени никогда не скупились. Нужно лишь стремление их освоить.

Хотя, возможно, он и несправедлив к Тиллю.

Не трусость или неуверенность удерживают его самого от открытого сражения с Луизой. И даже не недостаток силы. Причина в наследие Предтеч. А если уж совсем конкретно, то в "Слове Архонта".

Сам механизм работы Слова был изучен им достаточно хорошо. Настолько, что сейчас можно с полным правом говорить, что он сам знает об этой ультимативной технике гораздо больше, чем те, кто привык ей бездумно оперировать.

И Слово являлось именно тем, что не было никаких шансов превозмочь даже ему. Все, на что в данный момент мог рассчитывать Лорд — продержаться секунд на пять дольше, чем Тилль.

Воля целого Мира, сконцентрированная в исполнении всего лишь одного желания — это, действительно, сильно. И, как не относись к Предтечам, но невозможно отрицать тех высот, которых достигла их цивилизация.

На их фоне люди — не более чем обезьяны, спустившиеся с деревьев и впервые взявшие в руки палку. Как далеко приматам до возможности зажигать и гасить звезды, создавать своей волей миры и саму жизнь?

Тысячи, десятки тысяч лет безостановочного развития.

Что до их отдельных представителей, дотянувшихся до чужого наследия, то тех не назовешь иначе, чем обычными варварами.

И самыми удачливым из них стоит считать архонтов. Именно существование последних раз за разом продлевает агонию данного мира... никто, кроме него не знает правды. Предтечи не исчезли. Они проиграли.

Проиграли Теням, но, прежде всего, самим себе.

Их цивилизация поднялась на недосягаемую высоту, откуда, казалось, уже невозможно упасть. Однако у судьбы оказалось иное мнение.

Впрочем, все это дело давно минувшего прошлого.

Возвращаясь к первоначальному вопросу... Так был ли Лорд разочарован итогом битвы?

Еще совсем недавно подобная череда потерь означала бы для него надвигающийся крах. Кристина, Томас, Виланд... особенно первые двое. Он просто не мог найти им адекватной замены. К тому же, Германию, а теперь еще и Японию совершенно однозначно можно поставить в ряд врагов. Под вопросом остается Персия, но о последней пока можно не переживать.

Со стороны это, действительно, смотрелось путем в пропасть. Тем самым, с которого уже не удастся свернуть.

Нет.

Он не был разочарован.

Как и для упомянутого гроссмейстера, для него потери несли в себе либо окончательное поражение, либо новые возможности.

Битва, в самом деле, открыла дорогу в пропасть, но не для него, а для его противников. Ведь эта схватка показала ему главное — эхо силы Предтеч угасает. Тогда как влияние Тени на этот мир лишь растет.

Пока что эти два вектора еще не встретились, но уже очень близки к этому. И вот, когда это произойдет, тогда он и поставит точку во всей этой затянувшейся войне.

Глава 1

Существует множество вещей, которые люди ненавидят или просто очень сильно недолюбливают. В детстве это, определенно, нежелание рано вставать и идти в школу, или, скажем, посещать зубного.

Таких моментов сотни, и у каждого они свои.

И, надо сказать, с возрастом меняется лишь объект для подобных чувств, но не суть самого явления. Правда, вместе с тем растет и сила воли личности. Это если речь идет не о великовозрастных инфантилах...

У любого интуита тоже есть такая вещь.

И название ей откат. То самое явление, что наступает после боя, когда ведущий группу человек переступает через себя, а после, теряя сознание, не успевает деактивировать свои техники. И, прежде всего, такие тяжеловесные, как Нырок или Поле.

Но и в бесхозном Смещение ничего хорошего нет, как и в Сфере.

Эти, конечно, через некоторое время спадут сами собой, но перед тем успеют серьезно истощить разум.

А вот Нырок, плюсом к тому же, дарует просто "чудесные" постэффекты. Они редко когда повторяются, и уж точно для каждого будут индивидуальны, но общая черта у них имеется.

Сенсорная перегрузка в момент возвращения в сознание.

И она буквально взрывает мозг.

Обычная головная боль и рядом не стоит с тем адом, что происходит в первые несколько мгновений. Единственное слово, хоть как-то приближающее понимание, это — "слишком". Слишком много звуков, слишком много запахов, слишком много зрительной информации.

И тут мало помогают закрытые глаза или заткнутые уши.

Они, как и уже однажды упомянутая комната, изолированная от всего лишнего, в которую стоит помещать неправильно вышедшего из боя интуита, лишь самую малость снижают данную нагрузку.

Остальное предстоит сделать самостоятельно.

И здесь, как раз, чертовски важна выдержка и сила воли, так как желание резко оборвать разрывающий голову поток информации перебивает любой здравый смысл. А это, в свою очередь, несет неоправданные риски лишиться привычных пяти чувств, получив совершенно неожиданную замену.

Строго говоря, в таком положении нет ничего неожиданного, ведь любая из интуитских техник вводит разум в подобное форсированное состояние. Нюанс в том, что она же задает рамки, за которые не стоит выходить.

К слову, Очищение, помимо прочего, и раздвигает данные рамки.

Совершенно лишившись же их, интуит начинает ощущать весь мир вокруг себя, к чему человеческий мозг не очень-то подготовлен.

Даже тот же Нырок, что теперь и выступил корнем всех бед, интерпретирует исходящую опасность, а не просто вываливает сонм неструктурированной информации.

Однако, с этим можно бороться. И первое, что стоит сделать: не думать.

Не так просто, как выглядит с первого взгляда. Особенно, когда где-то далеко, на самых задворках, зреют десятки вопросов.

Самый очевидный, например, касался совершенно необычных для подобного состояния ощущений. Конечно, уже говорил, что они каждый раз разные, но объединяет их то, что приятными те точно не назовешь. А в этот раз, помимо потока, дробящего сознание на куски, чувствовал что-то вроде прохладного ручейка, что — то и дело теряясь — едва ощутимо скользил по разгоряченному разуму.

Правда, всю небольшую пользу нивелировал иной факт.

В том же самом помещение, где я очнулся, находилось еще несколько разумных. И те, мало того, что каждый несли в себе огромный пласт данных, так еще и умудрялись прямо сейчас о чем-то говорить.

— Заткнитесь. — Шиплю сквозь стиснутые зубы.

И на это слово потратил весь свой достигнутый прогресс, вновь ощутив острую вспышку в голове, что превзошла даже ту, что встретила мое пробуждение. И я бы застонал, если бы не оказался вынужден вновь сдерживать рассыпающийся на осколки разум.

Однако это возымело действие. Все звуки будто отрезало.

Что, через субъективные двадцать минут, дало мне возможность кое-как собрать самого себя и, отметив отсутствие всякой фантомной боли, неизменно сопровождающей процесс отката, осознать, что в очередной раз прошелся по краю.

Не скажу, что через эту треть часа был готов на любые подвиги, но один все же совершил: аккуратно открыл глаза, подсознательно готовясь, к болезненному свету.

Зря.

Никакого иного дискомфорта, кроме уже имеющегося, не ощутил. Зато отметил отсутствие верхней одежды и всякого намека на ту ужасающую рану в боку, которой наградил немец. Даже шрама не осталось!

Да и чисто физическое состояние было, на редкость, отличным.

Еще одной неожиданностью оказалось то, что в данный момент я парил сантиметрах в двадцати от пола, поддерживаемый прохладными восходящими потоками воздуха, казалось, проходящими освежающей волной прямо сквозь меня.

Что до окружающей обстановки, то оценить ее в полной мере возможности не было. На расстоянии в половину руки взгляд упирался в мутно-белую стену.

Дотронувшись до той ладонью, наткнулся на нечто твердое и холодное, как лед.

И, будто ожидая только этого, преграда становится полностью прозрачной.

—...ишел в себя. — Донеслось до моего слуха окончание чужой фразы.

Говорила, как тут же стало понятно, Луиза. А обращалась та к стоящей чуть ближе ко мне Изуми, держащей на вытянутых в мою же сторону руках раскрытую где-то на середине книгу, из которой вертикально вверх бил столб белого света.

У самого же входа каменным истуканом замер Себастьян.

Где именно мы сейчас находимся, я не знал, но одно мог сказать точно — это явно не тот гостиничный домик, выделенный Акаяши.

— Все еще нет. — Упрямо прикусив губу, ответила сестра.

— Ты на пределе. — Непривычно-серьезно произносит архонт. — Еще пара минут, и тебя саму нужно будет спасать.

Что именно тут происходит, стало понятно без дальнейших пояснений. Как и то, кого стоит благодарить о своем стремительном выздоровление.

— Изуми. — Обращаюсь к сестре, так как внушение Луизы та явно вознамерилась игнорировать. — Я в порядке.

И только после этого гуляющий по моим внутренностям ласкающий ветерок стихает, а меня самого плавно опускает на ноги.

"Или не совсем..." — Уже мысленно продолжаю предыдущую фразу, когда по телу прокатывается волна слабости, а в глазах на пару секунд темнеет.

Но миг слабости минул быстро. И тут же пришлось спешно сокращать расстояние до девчонки, так как ей, похоже, было ничуть не лучше, чем мне. Книга в ее руках захлопнулась словно сама по себе, отчего во все стороны разошлась волна белого тумана, которая и заставила Изуми пошатнуться.

— Ты как? — Едва дотронувшись до нее, ощутил неестественный холод. Температура тела явно оказалась ниже нормы.

Однако ответила мне уже Луиза, так как сестра еще в падении впала в тревожное забытье.

— Использовала слишком много сил, начав забирать от своей жизни. — Произнесла архонт, смотря на то, как я аккуратно усаживаю девчонку прямо на пол, так как мебели в комнате не нашлось. — Ничего страшного, если не заходить слишком далеко. Ты вовремя вмешался.

С секунду прислушиваюсь к своему собственному состоянию и решаю продолжать сидя.

— Где Эмилия? — Бывшей слуги Андо здесь не наблюдал, что само по себе наводило на разные мысли.

— В соседней комнате. — Просто откликнулась собеседница. — Тут еще не везде успели навести должный порядок.

— Ясно. — Ловлю взглядом взор Себастьяна, а после говорю уже ему: — Спасибо.

Поначалу, тот никак не отреагировал, но после, с задержкой в пару секунд, медленно прикрыл глаза.

— Закончил с расшаркиванием? — Возвращает внимание к своей персоне девушка.

— Пожалуй. — Рука по въевшемуся чужому рефлексу дергается потереть лоб, но успеваю перехватить над ней контроль и отправить растирать виски. — Пара вопросов: каково наше положение и что ты тут делаешь?

Вот на кого-кого, а на заботливую мамочку Луиза никак не тянула, а потому ее появление, учитывая отсутствие у Себастьяна возможности с той связаться, никак не сопряжено со всей случившейся свистопляской.

— Положение? — Архонт вдруг очень сильно заинтересовалась маникюром на правой руке. — Половина верхушки Акаяши, включая главу рода, отправилась на тот свет, с Одзи, и того интереснее. У них остался лишь какой-то сопляк и едва ли пятая часть старейшин. Остальные рода Арнов, как и прочие Дома, почти не пострадали. Как бонус, бои распространились и на город, так что замять весь инцидент точно никто не сможет.

— Что с Касуми? — Вмешиваюсь в эту речь.

— В живых ее никто не видел. — Собеседница кинула поверх руки острый взгляд. — Предвосхищая твой следующий вопрос, с момента нападения прошло часов десять.

"Проклятье!" — Все это пошло совершенно не так, как планировалось.

Быть может, задействуй Слово чуть раньше, и Касуми бы была жива, а сам не оказался на краю, но... я просто не знал, чего от него ожидать. Использовать в таком сражении совершенно неизвестное оружие казалось не самой удачной идеей.

Что стоило послать все предупреждения Эфира к черту и испытать его до этого где-нибудь в отдаление от людей?

От подобных мыслей виски разболелись еще сильнее.

— Знаешь, когда просила сохранить статус-кво, то подразумевала нечто иное. Уж явно не геноцид моих любезных союзничков. — Странно, но, вопреки сути, тон девушки и близко не стоял со словом "осуждающий". Скорее, создавалось впечатление, что ее все вполне устраивает. И продолжение только укрепляло в данной мысли: — Но мне понравилось, как ты подошел к делу.

— Разве это не мешает твоим планам? — Честно говоря, если и ожидал от архонта какой-то реакции, то точно не этой.

— Напротив. Такое нападение — уже не просто вызов для одного конкретного Древнего Дома. И если с Андо еще как-то можно было оставаться в рамках правил, как и с первой атакой на Акаяши, то теперь уже нет. Это самый настоящий казус белли для всей Японии.

— Повод для войны?

— Скорее, повод для некоторых, наконец, достать свою голову из задницы. Лорд явил свое лицо, и этого достаточно, чтобы задуматься о цене игры в многовекторность. Ты же не думаешь, что только Одзи сотрудничали с нашими врагами? Вот и пускай теперь выгребают это дерьмо своими собственными руками.

— Значит, со своей частью сделки я справился?

— Верно. Как только закончу с главным засранцем, можешь валить на все четыре, не беспокоясь о своих спутницах. К слову, того, что сделал со "своей" сестрой, уже достаточно, чтобы благородные начали рвать друг друга за право ей покровительствовать. Целительские способности всегда в цене, а уж если они могут дотянуть до уровня архонта... ну, ты же уже понял, кому на этот раз обязан жизнью.

На это я ничего не ответил. В голове продолжал твориться легкий сумбур, и, по-хорошему, следовало бы сперва закончить с наведением порядка именно в ней. Но оставались еще немаловажные вопросы:

— Что с Томасом?

— Мертв. — Одним словом откликнулась Луиза, будто и не заметившая реакции своего подчиненного, который еще больше стал напоминать каменного истукана. Или все-таки заметила... — Себастьян, оставь нас.

Что мужчина и сделал.

— Его убила ты? — Уточняю, как только остаемся наедине.

Иначе не совсем понимал реакцию мужчины.

— Я пришла, когда уже все было кончено. — Опровергла мои догадки девушка, чем завела в тупик.

В то, что это сделал сам Себастьян верилось слабо. С его-то легко читаемым желанием спасти своего старого знакомого?

— Его добили тени.

— М?

— Кто-то очень сильно не хотел, чтобы Томас попал в плен. Себастьян, конечно, думает, что вмешался сам Лорд, но едва ли эта смерть на его совести.

— За этим Лордом стоит кто-то еще?

— Тени.

"Знать бы еще, что они из себя представляют".

Что же, как бы там ни было, все это означало только то, что количество моих собственных проблем уменьшилось. Это если сюда на замену не прибудет еще один условный Тилль.

Об этом и спросил архонта.

— Лорд, конечно, может попытаться выправить ситуацию, но вряд ли станет. — Над ответом она размышляла недолго.

— Поясни.

— В последнее время он начал допускать слишком много оплошностей. Не только здесь, к слову. Это могло бы говорить о усилившемся влияние Тени на его разум, но, оказалось, что тот вполне себя контролирует и ничуть не похож на безумца.

— Оказалось? — Зацепился за странное слово.

— Я пыталась его выследить, но догнала лишь оставленную марионетку. Тем не менее, парой фраз мы через нее перекинулись. — Луиза, наконец, отрывает взгляд от своей руки. — Он определенно что-то задумал. И после воплощения планов, все эти мелочи для него не станут играть никакой роли. Только этим можно объяснить то, с какой легкостью Лорд начал жертвовать собственными людьми. Тем не менее, какое-то время ему еще нужно, а, следовательно, остальные его приближенные будут стараться удерживать обстановку в своих личных уделах. Конкретно для тебя это означает небольшую передышку. В ближайшее время третьей попытки устранить Химуру не будет. Во всяком случае, с привлечением кого-то уровня Томаса.

— Третьей? — Не совсем понял я. — Если эту считать второй, то когда была первая?

— Когда ты полез вытаскивать Эмилию из ловушки. — Серьезно посмотрела на меня архонт. — Ты, что, не понял этого?

— Не понял "что"? Что это была ловушка?

— То, что ее организовал полный аналог Томаса в юбке. — Пояснила собеседница. — И если бы я его не обезвредила, то сейчас с тобой не разговаривала.

— Я никого не чувствовал.

— И это все к моим же словам, чтобы ты не очень полагался на свои фокусы. Кристина прибыла в Японию только за одним: за твоей головой. И она бы ее получила.

— Мне нужно сказать тебе "спасибо"? — Иронично приподнимаю бровь.

— Не нужно. — Не поддержала меня Луиза. — С твоей помощью я поймала охотника, хоть и не того, которого ожидала.

"То есть использовала меня в качестве приманки". — Мысленно перевел я на русский. — "Довольно смелое заявление".

— Зачем ты мне это говоришь? — Что же, своего она добилась, я тоже стал очень серьезным.

Мало кому понравится то, что его использовали. И пусть, в тот момент этого не осознавал, а, после, как-то так и не выдалось возможности расспросить по данному поводу того же Себастьяна, сейчас это стало очевидным. Как и то, что архонт не просто так устроила эту беседу.

Ей совершенно точно что-то от меня нужно.

— Это ответ на твой вопрос, что я здесь делаю. — Не стала меня разочаровывать девушка. И, вдруг, перешла к совершенно неожиданной теме: — Себастьян рассказал мне о твоих попытках вернуть Эмилию. Ответь, как долго, по-твоему, ей до выздоровления?

— Осталось не так много времени, если серьезно заниматься только этим. — Откликаюсь слегка расплывчато.

— Ты осознаешь, насколько то, что ты делаешь, уникально для данного мира?

На это лишь пожимаю плечами. Если бы местный мастер перенесся уже в мой мир, то его тоже бы там называли уникумом. Так что, как говорил Эйнштейн, все относительно.

— Мне нужны координаты Лорда. — Совсем уж прямолинейно говорит архонт.

— Я их не знаю. — Отвечаю очевидное.

— Но их знал Томас или Кристина.

— Ты можешь оживлять мертвых?

— Нет. Однако этого не требуется. Кристина все еще у меня в плену. Вот только никакими пытками мне не вытащить из нее нужных сведений.

— Хочешь, чтобы я очистил ее разум от влияния паразита? — Сделал попытку угадать я.

— Об этом — как только бы ты закончил с Эмилией — тебя хотел попросить Себастьян. Для Томаса. Мне же нужно иное. — Девушка прервалась на секунду, продолжая на меня внимательно смотреть. — Думаю, ты не до конца понимаешь, что такое этот Лорд. Знаешь, что из себя представляет роевое сознание?

На что получает мой кивок.

— Частично, это применимо и к данной ситуации. Лорд — это нервный узел, через который Тени влияют на свои марионетки, а те, в свою очередь, влияют на свои. С низовой ступени не увидеть вершины, но Кристину Возвысил именно тот, кто мне нужен. Выявив эту связь, можно добраться и до главного эмиссара. До Лорда.

— И? — Чуть поторопил Луизу, когда пауза в ее речи стала нарастать.

— Как уже сказала, это не та информация, что можно получить простыми методами. Есть подозрение, что Крис сама не в курсе о наличии данной связи. Таким образом, докопаться до нее можно только из ее разума.

Намек был более чем очевиден, но я не торопился ничего говорить, спокойно удерживая не сказать чтобы легкий взгляд собеседницы. В итоге, та не выдерживает первой.

Чуть поморщившись, она добавляет:

— Мне не удалось пробиться через ее защиту, а на долгую осаду попросту нет времени.

Продолжаю удерживать ее взгляд.

— Говори уже, что ты за это хочешь. — Тема явно была ей не очень приятной.

— Для начала, ранг этой Кристины и то, как давно она под контролем врага.

— Она была крепким мастером. По поводу срока... где-то года четыре.

"Здорово. Это уже не будет простой прогулкой..." — Вспоминая слова Эфира о прямой связи духовной силы носителя с мощью паразита и собственный опыт столкновения с ними, мог сделать один единственный вывод. — "Что-то мне надоело рисковать только своей шкурой".

А потому остается самый важный вопрос:

— Насколько далеко ты готова зайти ради этой победы?

Глава 2

Район недостроенных многоэтажек встретил нетипичным для Токио запустением и тишиной. Пусть и далеко не центр, а, скорее, даже окраина, но самое ценное, что тут есть — это сама земля. Тем страннее отсутствие тяжелой строительной техники и сотен строительных же бригад.

Даже пост охраны безжизненно пуст, а многочисленные камеры, закрепленные по периметру огороженной забором огромной площадки, неподвижно смотрят только в одну сторону, не предпринимая попыток к движению.

Вернее, делают вид, что смотрят. Никакого внимания от тех я не ощущал, что говорило о том, что имею дело с имитацией.

Если бы задумался об этом несколькими днями ранее, то вот так с ходу даже бы не разобрался, отчего же абсолютно не охраняемый объект еще не растащили по кирпичикам, ведь там внутри, за не такой уж высокой оградой, есть много всего ценного, что можно обернуть в хрустящие купюры.

Возможно, в итоге списал бы сей факт на менталитет и законопослушность обывателей.

И совершенно напрасно. На самом же деле, лучше всякой охраны с мародерами справлялось понимание неизбежной расплаты, о чем непрозрачно намекал герб того рода, что и заведовал остановившейся стройкой.

Огромное полотнище метров восемь в длину лениво трепыхалось на ветру в районе сотого этажа самого высокого из недостроенных зданий.

Таким образом, мало найдется тех, кто захочет рисковать и пробираться на выкупленные аристократами земли. Город же уже получил свое, и продолжает получать в виде в срок поступающих налогов, ну а то, что там, где уже пару лет как должен возвышаться жилой квартал, до сих пор торчат лишь остовы недостроек, так мало ли, какие обстоятельства возникли у сиятельных господ?

— Если позволите, то машину лучше оставить здесь, Киоу-сан. — Произнес мой сопровождающий, представившийся под именем Хиро. Чужим именем, но мне было как-то плевать. — У Рода Акаэссу, скорее всего, не возникнет никаких претензий, но заезжать на выкупленные ими земли без предупреждения все же не стоит.

Я молча кивнул.

Вообще, за минувшие с моего разговора с Луизой сутки произошло, действительно, очень многое. Не всему лично я был свидетелем, как той же беседе, состоявшейся между архонтом и нагрянувшим к Акаяши Арном Мэзээки. Очень напряженной, по свидетельствам очевидцев, беседе.

И уж не знаю, о чем конкретно там велась речь, но по ее итогам мы вновь сменили место жительства, переехав во что-то, очень напоминающее дворец. Внутренне, разумеется, так как про внешний вид домов аристо я уже упоминал. А еще Сумико была заменена на этого Хиро — парня лет двадцати пяти, что принялся весьма навязчиво нас, за вычетом Луизы и Себастьяна, опекать.

Меня это не сильно взволновало. При необходимости, отвязаться от соглядатая не составит большого труда. К тому же, тот может быть весьма полезен. Например, когда нужно организовать небольшую поездку.

Несмотря на слова архонта о передышке и формальную победу, дела не желали отпускать.

Двери бронированного автомобиля открылись и под ноги ткнулась занесенная песком и бетонной пылью укатанная в хлам дорога. По сравнению с идеально ровным покрытием, с которого съехали несколькими секундами ранее, смотрелось это дико. Но, если подумать, не более дико, чем запущенный участок в несколько квадратных километров на окраине столицы Империи. Заняться асфальтированием и благоустройством местные хозяева не успели, или же попросту не пожелали.

Отхожу на шаг в сторону и, протянув руку, помогаю выбраться еще одному невольному путешественнику, навязавшемуся со мной.

Уж не знаю, что себе в голову вбила Изуми, но отпускать меня одного не захотела категорически. С другой стороны, никаких проблем, в кои-то веки, не предвиделось, а потому настаивать не стал.

Она изменилась.

Это было слишком очевидно, чтобы относится к девчонке так же, как ранее. Не знаю, чего там оказалось больше: влияния событий последних нескольких недель или Возвышения, но факт очевиден.

Изуми — уже не тот человек, которого я знал по воспоминаниям Химуры.

Взять хотя бы тот факт, что в момент атаки, она не просто отыгрывала беззащитную жертву, но активно вступила в противостояние с ринувшимися с небес незримыми захватчиками, многие из которых, ее усилиями, так и не успели добраться до своих жертв.

Возможно, поэтому у Акаяши в итоге оказалось меньше пострадавших, чем у Одзи. Да и Себастьяна после схватки подлатала именно она — то, что послужило смертью Томаса, нашло в его кончине дополнительные силы.

Я видел это глазами своей сестры.

Невнятный росчерк тьмы — так это выглядело с ее позиции. Но именно этот росчерк окончательно закрыл вопрос с Томасом и чуть было не сделал тоже самое со сподвижником Луизы. Однако тот сохранил достаточно сил, чтобы оторваться от волны Тьмы, вырвавшейся из тела врага.

А вот Акаяши Эиджи — тот самый старичок, что в прошлый раз встречал неприятеля у границ своего рода, — хоть и стоял гораздо дальше от эпицентра, уйти не смог. Его покров молний еще какое-то время сопротивлялся натиску, но быстро под ним сдал.

От главы рода Акаяши не осталось даже пепла... как и от Касуми.

— Мы прогуляемся здесь. — Беря под руку сестру, обратился к Хиро.

Однако успел сделать лишь пару шагов.

— Прошу прощение за мою настойчивость, Киоу-сан, но если столкнетесь тут с кем-то из рода Акаэссу или их представителями, то без меня это может привести к... недопониманию. — Предпринял попытку набиться в компанию приставленный Акаяши слуга.

— Не стоит об этом переживать. — Отмахнулся от него, ясно показывая, что дальнейший спор изначально обречен.

Не объяснять же ему, что на поверхности нет никого из тех, кто станет задавать нам с Изуми вопросы, а вниз мы и сами не полезем. Уж не знаю, какие цели преследовал род, но под остовами домов, что едва ли когда будут заселены, таился настоящий подземный городок. Там все, насколько хватало "взора", изрыто скрытыми от посторонних тоннелями.

Ну да Бог с ними.

За символической же оградой строительного хаоса оказалось вдоволь. По центральной улице, которой предстояло стать полноводной артерией будущего комплекса зданий, еще возможно было идти, не особо смотря под ноги, но стоило чуть с нее отвернуть, и подобная беспечность грозила обернуться травмами.

Настоящие холмы щебенки и песка, ряды бетонных блоков и плит, горы труб различных диаметров и длины, десятки траншей с небрежно перекинутыми через них досками, опасно скрипящими над торчащими вверх штырями арматуры... одним словом — прекрасная иллюзия остановившейся буквально на несколько дней стройки.

— Что-то он не блещет оригинальностью, да? — Вопрос повисает в воздухе. Да и не то, чтобы на него требовался ответ...

Отныне, если кто-то спросит меня, где искать Монго, то, даже без прибегания к своим возможностям, смогу ответить со всей определенностью: в самой захудалой дыре.

Хотя, отдать тому должное, нынешнее его логово достаточно защищено, чтобы позволить чуть-чуть ослабить внимание. Простых недоброжелателей остановит герб, а тех, кто повыше, он же, как минимум, заставит о многом задуматься.

Самих же хозяев, судя по всему, мало интересует то, что происходит над ними. По крайней мере, пока это не приносит никаких проблем.

— Ты не прав. — Отрицательно мотает головой сестренка, аккуратно переступая через осколок бетонного блока и на несколько секунд выскальзывая из моей руки.

— В каком это смысле?

— Он — хороший человек.

Чем заслуживает вопросительный взгляд. Назвать наемного убийцу, автора именного кладбища, хорошим человеком... довольно оригинально. Лично мое к нему отношение оставалось настороженным.

То, что тот помог в последнем сражение, не отменяло всего того, что произошло до. Начиная от заказа на мою голову и заканчивая похищением Изуми, благодаря которому та чуть не погибла.

— Ты поэтому отправилась со мной? — С некоторым удивлением уточнил я, осознавая, что второе дно, оказывается, есть и здесь. — Чтобы мы друг друга не поубивали?

— Нет. Тебе нужно от него не это. — С неожиданной мудростью и прозорливостью продолжала поражать меня Изуми. — Не битва и не его смерть.

"Не это..."

Верный ответ, если поразмыслить. Как и то, что в отношение Монго у меня ничего не поменялось. Он мог бы стать ценным приобретением, что уже успел не раз доказать. И конкретно в данном случае я поступился бы вопросами морали, выдвинув вперед вопросы целесообразности и воспользовавшись всем своим арсеналом.

То, что, по окончанию, на месте моего знакомого наемника родился некто новый, более предсказуемый и послушный, меня устроило бы.

И вот мне сказали "нет".

Странно в этом даже не это и не то, что я уступлю, а то, откуда сестренка прознала о моих планах.

"Хотя". — Я мысленно поморщился. — "Это и есть связь, об аналоге которой мне говорила Луиза".

Связь архонта с тем, кого тот Возвысил.

— Ты хоть представляешь, скольких людей убил этот "хороший человек"? — Тем не менее, уточняю я, даже слегка сбавив шаг.

— И для каждого из них существовала причина. — Не впечатлилась Изуми.

— Не сомневаюсь. — Останавливаюсь перед парадным дверьми в ту самую высотку, на которой аристо разместили свое "знамя". Все говорило о том, что идти нужно именно через главный вход.

Это строение, что по задумке неизвестного архитектора, являлось своеобразным сердцем всего комплекса, к которому сходились все проектируемые тут дороги, наиболее близко подобралось к стадии завершения.

По крайней мере, здесь уже озаботились остеклением и наведением внешнего лоска. Как ни как, именно ему же выпала честь нести на себе герб рода.

Внутри же все создавало впечатление пустого короба. И если огромная зала, что занимала половину первого этажа, еще носила следы уборки, то чем выше, тем больше попадалось всякого мусора.

А идти нам предстояло аж на шестой этаж. И тут надо понимать, что потолки здесь гораздо выше, чем в типовых жилых домах. Это здание, которое впору именовать небоскребом, по-видимому, планировалось в качестве элитного жилья.

Можно было бы воспользоваться лифтом, благо шахта отнюдь не пустовала, а призывно горящая над кнопкой вызова цифра ноль доходчиво намекала о работоспособности подъемника. Но это уже было бы сигналом для владельцев данного комплекса. Разумеется, можно подавить и его, но... иногда, действительно, лучше не усложнять.

Поднимались молча. Не знаю, о чем думала Изуми, а вот я размышлял все о том же.

Проблема Монго оставалась. И если не решать ее так, как собирался, то следует придумать новый план. К слову, суть этой самой проблемы как раз не в том, что наемник, вдруг, решит закрыть мой заказ.

Это было бы слишком даже для него. Не после того, как тот собственноручно устранил заказчика. Так что угрозы с этой стороны, как раз, никакой не просматривалось.

Он был мне нужен.

И не только для того дела, с которым я пришел сегодня.

Никто не скажет, что будет после. И такая подстраховка, в лице наемника, совсем не станет лишней для Изуми и ее брата. Особенно, после оговорки Луизы о способностях моей сестры и видах на нее у аристо.

Конечно, архонт, по условиям нашего договора, и так должна за ней присмотреть, вот только сомневаюсь, что это будет очень тщательный пригляд. Скорее, из разряда: "руки-ноги на месте? голова соображает? Так чего вам еще от меня надо?".

За данными размышлениями как-то упустил из вида то, что сестренка вырвалась чуть вперед. Никакой опасности не ощущалось, а потому позволил себе немного расслабленности.

И чуть не врезался в ее спину, когда спутница, внезапно, решает остановиться.

Обойдя препятствие сбоку, сразу же понимаю причину. Это был нужный нам этаж. Шестой.

— Монго. — Произношу растерянно посмотревшей на меня девчонке. Тем самым тоном, за которым обычно в новостях прячут названия ураганов и тайфунов.

А после иду дальше, ногой откинув в сторону пластиковую голову детского манекена с будто бы погрызенными краями. И ладно, если бы она тут была одна, но нет: весь коридор — длинный и просторный, каковым ему и положено быть, — оказался завален разными запчастями ростовых кукол.

Похоже, где-то там внизу планировался к открытию магазин одежды, иначе наемник просто бы не успел за полтора дня натащить сюда столько пластиковых болванчиков. Очень большой магазин одежды...

Однако, как и во всяком безумии, присутствовала во всем этом некая закономерность, зацепившаяся за край разума и не дающая покоя все те несколько секунд, пока я пытался ту осознать.

Ни у одного из разобранных манекенов не было левой руки.

И что это означает, я узнал, как только повернул в третий от лестницы дверной проем.

Монго восседал на полу у противоположной стены. Справа от него лежала обнаженная катана, перед лицом пускал тонкую струйку характерного дыма притопленный в канифоль паяльник, а чуть ближе... чуть ближе к нему располагалась механическая рука с торчащими в разные стороны оголенными проводами. Там же нашлось место и для небольшой горки из схем не одинаковой степени целостности.

Преодолев с десяток метров, смог заметить и то, что до этого было скрыто от меня горой рук, отделенных от разбросанных по коридору манекенов.

А потом поднявшаяся и быстро опавшая волна опасности заставила остановиться.

— Гости всегда не вовремя? — Иронично уточняю у наемника, уже успевшего вооружиться и прямо сейчас жестко смотрящего в мои глаза.

Выглядел тот не очень. И разговор даже не об отсутствии левой конечности, сколько обо всем остальном, в целом. Легкая дрожь клинка, выступившая на лбу нездоровая испарина, сукровица, просачивающаяся сквозь запеченную корку мышц и врезавшуюся в плоть небрежно обмотанную побуревшую тряпку... одним словом, тому сейчас следовало бы заниматься лечением того, что осталось, а не созданием механического аналога потерянного.

— Я немного не в настроение для пространных разговоров. — Чуть хрипло ответил собеседник, продолжая чутко следить за каждым моим движением. — Так что, либо говори, зачем ты меня искал, либо...

Договаривать он не стал. Ну, по вновь протянувшимся линиям опасности, окончание фразы и так становилось понятным. Несмотря на не лучшую форму, в которой теперь пребывал убийца, беззащитным тот вовсе не был.

— У меня есть для тебя работа. — Не стал затягивать я.

— Извини, я сейчас не принимаю заказы. — Раздается вполне ожидаемый ответ. — Но по старой дружбе могу посоветовать тебе пару неплохих ребят. Только не говори им, что пришел от меня, иначе они точно попытаются тебя убить.

— К сожалению, мне нужен именно ты. — Отрицательно качаю головой, а на пол между нами падает пухлый конверт, по которому Монго сделал лишь быстрый мазок взглядом. — Здесь информация об объекте.

— Кажется, между нами возникло принципиальное разногласие? — Наемник, пошатываясь, медленно встал.

Слишком нарочито пошатываясь. Он явно не настолько плох, чтобы не мочь ровно держаться на ногах.

— Жестких сроков нет. — Продолжил я попытку договориться, и это вопреки тому, что линии опасности стали гораздо ярче, что прямо свидетельствовало о том, что Монго уже почти готов атаковать. — Но принять эту работу нужно сейчас.

А парень напротив резко расслабляется. Но не из-за моих слов, а потому, что именно в этот момент справа от меня встала Изуми. И от чего-то Монго сразу стал думать, что раз она здесь, то никаких разборок между нами точно не будет.

— Болит? — Девчонка, не задерживаясь, проскользнула мимо и тут же прикипела соболезнующим взглядом в область левого плеча моего собеседника.

"От чего-то..." — Мысленно хмыкнул я.

— Дьявольски. — Не стал отрицать Монго, с опаской покосившись на мою сестру, что аккуратно дотронулась до его небрежной повязки.

— Я помогу. — Решается она.

И, больше никого не спрашивая, отступает на шаг назад, одновременно раскрывая зависшую перед собой книгу где-то ближе к концу. Вверх тут же ударяет видимый только мною столб белого света, а вокруг обожженной культи наемника собирается все того же цвета полупрозрачный туман.

Ни я, ни Монго даже слово сказать не успели, как оказались перед фактом начавшегося излечения.

И если убийца больше прислушивался к внутренним ощущениям, то я во все глаза наблюдал за поведением его раны. А та довольно споро затягивалась. Вот преображаются обугленные края, заменяемые молодой кожицей, вот на бетонный пол с мокрым шлепком спадает побуревшая повязка, открывая взгляду скверную рану, а вот уже и от нее не остается и следа.

Однако на этом сестренка останавливаться не захотела, и молочного цвета туман, вытянувшись от плеча наемника, формирует призрачную руку. Кости, суставы, вены, мышцы... все это просвечивалось на свету, но, тем не менее, было явно видимым, и становилось все четче от секунды к секунде.

Призрачная конечность чуть дернулась и, влекомая, судя по всему, волей Монго, застыла перед его лицом. Белесые пальцы, сотканные из ставшего еще плотнее тумана, медленно сжались в кулак и раскрылись вновь.

"Вот и хорошо". — Подумал в этот момент, всей своей волей надавливая на столб света, заставляя тот задрожать и опасть в схлопнувшуюся книгу.

В устоявшейся тишине этот звук оказался подобен грому. Он же заставил убийцу чуть вздрогнуть и перевести взгляд от растворившейся в пространстве руки на меня.

— Так, как насчет работeнки... бро?

Глава 3

— Поехали. — Произношу одновременно со звуком захлопнувшейся двери.

Настроение было не очень. Да еще и Изуми демонстративно отсела к другой двери и, отвернувшись, уставилась в окно. Напротив же разместился Хиро.

Та еще атмосферка для приятного путешествия...

Дальнейшая беседа с наемником прошла без эксцессов. В деловом русле, я бы сказал.

Исчезнувшая рана явно настроила моего несостоявшегося убийцу на благодушный лад. А опавший фантом потерянной руки достаточно наглядно указал на цену заказа.

Единственное, что я мог ему предложить и что, совершенно точно, заинтересовало бы Монго.

Когда-то давно, когда еще не совсем понимал текущие реалии, предполагал, что восстановление конечностей для местной медицины — плевое дело. На самом деле, все оказалось иначе. Да, протезирование тут, и в правду, на недостижимой для моего мира высоте. Имеющий круглую сумму на счету может хоть всего себя превратить в киборга. Однако, как бы не был искусен металл, живой плоти он не заменит.

Особенно для тех, кто практикует духовные техники.

А вот с этим все не на много лучше, чем у меня дома.

Есть уникумы, которые это умеют, как тот же Себастьян. Но таких единицы, и распространяются их умения только на самих себя.

Зародились у меня некоторые сомнения по поводу Луизы... возможно, что той, как раз, не составит труда любому отрастить руки-ноги, но попробуй еще ее уговори это сделать.

Одним словом, на фоне любой иной платы, что мог предложить, эта выделялась в лучшую сторону.

Да и что еще?

Деньги и дом, что все еще принадлежит Эмилии? С учетом того, от какой суммы совсем недавно отказался Монго, это даже не смешно.

Что до самого заказа... я бы мог сделать все и сам, но, наш новый договор с архонтом предполагает мою исключительную занятость. Ближайшее время у меня не будет возможности даже для сна. Куда уж там выслеживать оставшихся врагов.

А давать им возможность скрыться я не собирался. Тем более, когда речь идет о том, кто и так попался совершенно случайно, до того очень старательно удерживаясь в тени...

Изуми, одарив меня обиженным взглядом, молча развернулась и вышла из помещения.

Отправилась в обратный путь до машины.

Мешать я ей не стал. Как уже говорил ранее, никакой опасности здесь, если не нарушать неписанных правил, нет. А нарушать она их не станет.

Мы же с наемником остались один на один. В весьма интересном положении, стоит отметить.

Доверять тот мне не спешил, продолжая, пусть и не так жестко, удерживать катану в оставшейся руке. Опускать ее, чтобы посмотреть содержимое конверта, он не торопился. Как не торопился что-либо отвечать на прозвучавшее предложение.

— Ну, так что скажешь? — Вот так стоять можно было очень долго, а у меня и так полнейший цейтнот.

— Скажу, что раньше ты мне нравился гораздо больше. — Подцепив конверт плоскостью клинка, заявил собеседник. И, оторвав тот от пола, от чего кончик катаны оказался, буквально, в нескольких десятков сантиметров от моей грудной клетки, принялся с интересом рассматривать свою находку.

И от меня не укрылось, как едва заметно дернулось его левое плечо.

Старые привычки сложно побороть — это я и по себе знаю, — а уж отучиться полагаться на две руки, когда их осталось на одну меньше, и того сложнее. В этом Монго точно не позавидуешь.

— А еще, — продолжил наемник, — что во всем этом есть какой-то подвох.

И вновь сфокусировал взгляд на моем лице.

— Не больший, чем был в твоем стремление убить Рузуки. — Возвращаю любезность.

В ответ лицо убийцы прорезает косая улыбка, что, на мгновение, вновь делает его тем самым полубезумцем, который предстал передо мной в самую первую встречу.

— Эх, бро. — Монго изобразил что-то вроде смущения. — Ну, ты же знаешь, у каждого есть свои скелеты в шкафу.

"Так. Хватит".

— Цель — мужчина пятидесяти семи лет. Внешние данные, социальный статус, текущее местоположение, ранг силы — все есть в этом конверте. От тебя нужно лишь согласие.

— Он имеет какое-то отношение к благородным? — Уточняет собеседник, одновременно с этим чуть качнув клинком, будто пытаясь определить ответ по весу конверта.

— Сам он — из потомственных слуг Андо. В данный момент, господина у него нет, но могут иметься разные знакомства, как в случае с Рузуки.

— Почему ты хочешь, чтобы этим занялся именно я?

— Потому что знаю, что ты его не упустишь. — Следует абсолютно искренний отклик. — И да. Важный момент: он нужен мне живым. Что до целостности, то тут полностью на твое усмотрение.

После чего наступает тишина. И на этот раз я не стал торопить собеседника.

— Платой выступает моя рука? — Через минуту задает он еще один вопрос.

— Верно. — Киваю в ответ. — Но если не станешь устраивать шоу с недельным выжиданием, то добавлю к этому и сумму с пятью нулями.

— Я и так не стану. — Вновь ухмыляется парень.

— Мне расценивать это в качестве согласия? — Произношу ритуальную фразу, несущую не доступный собеседнику подтекст.

Дело в том, что конверт, удерживаемый наемником на весу, существует только для него самого. Отсюда и все эти взвешивания и приглядывания — задатки интуита явно подсказывают ему, что что-то здесь не так.

Но кроме задатков нужно кое-что еще. Опыт, например.

С другой стороны, будь у него этот опыт, то Поле Мистерии мне и не понадобилось бы.

— Да. — Соглашается наемник, чем, неосознанно, самую малость приоткрывает путь к своему разуму.

А дальше происходит сразу несколько событий.

Конверт распадается на сотни невесомых, светящихся золотом нитей, чем привлекает внимание Монго — резко исчезнувший груз он почувствовал раньше, чем успел перевести на него взгляд. И, прежде чем эти нити успевают добраться до его головы, собеседник делает молниеносный прямой выпад.

С такого расстояния, да еще с и так направленным в мою сторону клинком, много усилий ему не потребовалось.

Катана входит в грудь по самую рукоять, проклюнувшись металлическим крылом из левой лопатки.

И, прежде чем Монго падает на пол, скрученный жесточайшей головной болью, он успевает встретиться глазами с равнодушным взглядом пронзенной им иллюзии. А через секунду поверх отключившегося убийцы падает и его излюбленное оружие, более ничем не удерживаемое в воздухе.

Я же, сделав несколько шагов к внешней стене, почти целиком состоящей из огромных ростовых стекол — прозрачных с моей стороны и затемненных со стороны улицы, — принялся ждать.

Сильно менять алгоритм атаки я не стал, только отключив некоторые блоки, что, по первоначальному замыслу, позволили бы мне начать перестройку личности Монго... не за один присест, разумеется, но во вполне проглядываемые сроки. Так что несколько минут у меня теперь есть.

Несколько минут, наполненных далеко не беззаботными мыслями.

Касуми погибла не из-за того, что ей не хватило сил. Она погибла из-за меня. И если для того, чтобы это не повторилось с близкими мне людьми, нужно решиться на дурно пахнущие шаги, то я на них решусь.

Что до Монго... ему следует быть благодарным Изуми. Ведь это именно она показала мне, что в данном случае есть и иной путь.

Через отмерянный срок от зашевелившегося парня донеслось какое-то очень забористое ругательство. Ну, это я так подумал, так как язык мне знаком не был. Да и что еще тот мог произнести в подобный момент?

— Что это было? — Едва придя в себя и почувствовав мое присутствие, спрашивает наемник.

— У интуитов, коими мы с тобой являемся, есть свои способы делиться информацией. — Начал пояснять я, заложив руки за спину и продолжая любоваться открывающимися видами. — Очень экономит время. Да и не все из того, что мы умеем, возможно передать словами. Что ты ощущаешь?

— Кроме желания прирезать, наконец, одного долбанного фокусника? — Саркастически уточняет собеседник.

— Я передал тебе все, что удалось выяснить про твою цель. Включая и ее нить.

— Что еще за нить?

На что остается только глубоко вздохнуть. Сплошные беды с этими самоучками.

— Как ты выследил Изуми, когда захотел ее похитить?

— Сходил в школу. — Буркнул Монго коротко.

— Дальше. — Подбодрил его я.

— Посмотрел, с кем ты чаще всего контактировал, завалился в класс, в котором она училась и... — Тот вдруг замолкает.

— Отсеял ее нить от нитей остальных учеников. — Продолжаю за него, мысленно подивившись, насколько извилистый путь оказался им выбран. — Как долго ты сможешь ее удерживать?

Вопрос не был праздным. Убийца, определенно, имеет предрасположенность к работе с Точкой. Я-то думал, что он как-то выследил нас от того дома, что был куплен на имя Эм.

С учетом того, сколько времени, к тому моменту, я и Изуми уже не были в школе... пожалуй, это очень хорошо, что в данном мире Монго попросту некому было обучать.

На далекой родине, к примеру, первое поколение интуитов полностью потратили свои лучшие годы на изучение этих самых сил. И это учитывая заинтересованность ведущих государств.

— Дня три. — Вслух прикинул собеседник.

— Сгодится. — Постаравшись не выдать удивления, откликаюсь я, заодно отворачиваясь от вида на застывшую стройку. — Есть вопросы?

— Что это было в конце? Мой клинок полностью уверен, что прошил тело живого человека. Не куклы и не призрака.

— Ну, если тебе так интересно... — Сталкиваюсь взглядом с наемником. — То, когда закончишь, сможешь обменять на ответ денежную часть вознаграждения.

Не все же только ему действовать мне на нервы.

— Еще вопросы?

— Иди к черту. — Слышу от поднявшегося на ноги парня.

Чтобы ответить без всякой доли юмора:

— А вот это мне предстоит в самое ближайшее время. — И уже у самого выхода из помещения добавляю: — Вот еще... — Чуть не забыл удостовериться, что информация получена и полностью усвоена. — Назови имя твоей цели.

"Сэтоши".

То, что я увидел в памяти Эмилии — достаточно восстановившейся, чтобы начать с ней работать — не дало мне ответа относительно этого человека.

В день, когда моя слуга встретилась со своим знакомым и отправилась творить месть, их, практически сразу, накрыли. И если дальнейшая судьба девушки мне известна, то про Сэтоши не мог сказать ничего.

Ответ принес мой вчерашний визит к Одзи.

Мне нужно было убедиться... про Касуми. И я убедился...

Но кроме этого нашел время заглянуть в кабинет Рузуки, благо во время атаки тот пострадал не настолько сильно, как иные комнаты и здания.

В виду запредельного количества потерь у рода, пробраться туда оказалось очень легко, как и копаться в бумагах не состоявшегося главы Одзи. За те три часа, что провел за этим занятием, меня даже ни разу не побеспокоили.

По итогу... возможно там, среди гор мало понятных мне отчетов и цифр, и было что-то интересное, но до этого я так и не добрался, а вот личный компьютер покойного, на чей взлом потратил минут десять, дал гораздо больше.

Нашелся там и план по работам с бывшими слугами Андо, если верить которому, не зараженных среди тех не осталось. Куратором же значился некто Энамори.

И кто скрывается под данным именем помог выяснить полученный доступ к скрытым камерам, установленным в кабинете.

Этот Энамори за месяц заходил к Рузуки трижды. Последний раз — буквально, накануне атаки. Однако, во-первых, каждый раз скрывал свое лицо за искажающей голос маской, а, во-вторых, их беседы никогда не отличались продолжительностью.

И будь их меньше, я не смог бы так быстро провести параллели.

Человек — это не только лицо, отпечатки пальцев, группа крови и тому подобное. Человек — это еще характерные слова в речи, походка, неосознанные микродвижения и десятки таких же черт, на которые мало кто обращает внимание.

Качество записи оказалось достаточное, чтобы сравнить образ Энамори с выуженными из разума Эмилии воспоминаниями о Сэтоши. А затем поставить между ними знак равенства.

Оставался один нюанс: гость вел себя с хозяином кабинета, как с равным, а это, что не говори, чертовски странно для изгнанного слуги. Не значит ли это, что Сэтоши сам под контролем паразита?

Что же. Теперь это забота Монго.

И если так, то я верну Эмилии хоть кого-то. Тело, после работы наемника, восстановит Изуми, а с разумом разберусь сам.

Если же все сделанное им окажется именно самостоятельным выбором, то предоставлю своей слуге то, что останется...

Месть.

— Эта дорога не ведет в сторону земель Акаяши. — Вдруг решает нарушить относительную тишину сестренка, пристально посмотрев на Хиро, отчего последний как-то неуютно заерзал на своем сиденье.

Очень комфортабельном и обитым натуральной кожей сиденье. Таким же, как и у нас.

Выглядело это так, словно парня, как минимум, обвинили в подготовке покушения на императора.

— Потому что мы едем к Одзи. — Отвечаю вместо него.

И получаю громкий фырк, после которого Изуми вновь отворачивается.

— Так и будешь молчать весь день? — Спрашиваю у ее затылка.

Не то, чтобы мне больше не о чем было подумать, но этот вопрос лучше не оставлять в подвешенном состоянии.

— Ты мне помешал. — С какой-то детской обидой обвинительно произносит Изуми.

А я, поймав взгляд Хиро, от которого шел едва сдерживаемый интерес, отправляю того в мир снов — не стоит устраивать семейных ссор перед глазами посторонних. Тем более, столь любопытных.

"Может, попросить вернуть Сумико?"

— Он справился с мастером. Полагаю, для подмастерья ему хватит и одной руки.

Других источников внимания тут не ощущал. Был еще сидящий за перегородкой водитель, но от него нас закрыла Сфера.

— Зачем? — Серьезно спрашивает сестра. Тем тоном, в ответ на который лучше говорить только правду. — Зачем пытаешься быть хуже, чем есть?

И на это многое можно было ответить, но... в конечном итоге, мне, похоже, просто надоело оказываться на грани жизни и смерти, надеясь только на чудо. А последнее на то и носит свое название, что случается далеко не всегда.

К слову, сейчас я и ехал поблагодарить мое чудо, ибо вчера так и не смог этого сделать.

— Ты все правильно сказала. — Начал я, тяжело вздохнув. — Для каждого, кого он убил, существовала своя причина. И эту причину Монго ставит выше любой суммы денег, которую ему могут пообещать. Сейчас в ее роли — возвращение руки.

— Ему это не понравится. — Глядя себе под ноги, произносит девчонка. — То, что его заставляют.

— Вряд ли он станет что-то с этим делать. — Успокоил ее.

А если и станет, то ему же хуже. Я уже не тот, с кем убийца столкнулся в самый первый раз. А через несколько дней сделаю пару шагов еще дальше. Луиза указала мне путь к этому, и то, что увидел в его конце, одновременно и восхищает, и по-настоящему пугает...

Сила архонта — настоящая сила, — подобно дереву из семечка, пророщенная из способностей интуита — вот, что было там. Идеальный сплав заемной мощи архонта и тонкости манипуляций интуита.

Власть, что никогда не должна принадлежать одному человеку и что необходима мне, если хотим победить.

— Из-за тебя я только впустую потратила страницы. — Продолжала, тем временем, выкатывать ко мне претензии собеседница.

Очень специфические претензии, как для стороннего взгляда. Но я ее понял.

Выходит, мне не показалось, и ее книга не просто так открылась ближе к концу. Похоже, что каждое обращение к этим силам, приближает финал.

— Как это работает? — И в данном случае вопрос был далек от праздного любопытства. — И что будет, когда страницы кончатся?

— Ничего. — Односложно откликается сестра.

Отдать ей должное, ответ оказался полностью правдив. Вот только не содержал того, что я хотел услышать.

— Изуми. — Мой голос стал очень серьезным. — Это не тот вопрос, про который стоит молчать.

— Когда страницы книги закончатся, я больше не смогу ее открыть.

А, следовательно, и пользоваться. Это то, что не было произнесено, но прямо следовало из всего, что я видел.

— Так как это работает? — Продолжал буквально по фразе вытягивать информацию.

— Когда мы вернемся, мне понадобиться очень много книг и ручка. — И, натолкнувшись на вопросительный взгляд, нехотя добавила: — Предстоит очень многое переписать в мою книгу.

"Понятно". — Позволяю как-то незаметно поднявшемуся внутреннему напряжению бесследно исчезнуть. — "Ну, по крайней мере, это гораздо лучше, чем пить кровь".

Глава 4

По прибытии, спящую красавицу пришлось разбудить. Все же в этот раз мы заявились к пострадавшему союзному роду вполне официально. Хотя, гораздо лучше бы было мне снова прийти сюда одному.

Слова архонта не шли из головы.

Я не считал, что интерес аристо — именно то, что нужно Изуми. И если сейчас о ее возможностях знают только Акаяши, то, через максимум час, окажутся осведомлены все.

У Одзи было все еще очень много раненых. И я догадывался, куда именно отправится моя сестра. В единственное место, где в данный момент весьма многолюдно... в развернутый госпиталь.

Не стоит думать, что Одзи остались со своей бедой совсем уж один на один. Это не так. И пусть со следами битвы и разрушений мало что успели сделать, с ранеными все обстояло гораздо лучше.

Однако на территории пострадавшего рода остались только самые "тяжелые", те, чья транспортировка несла для них слишком сильную угрозу.

За жизни последних теперь и велось это сражение.

— Хиро-сан. — Привлекаю внимание нашего сопровождающего, несколько ошалевшего от смены картины за окном. Ведь для него это путешествие произошло резким скачком, уместившимся, буквально, в пару мгновений.

Что до меня, то за секунду до этого, встретился глазами с Изуми, и понял все без слов.

Не откажется.

Не по какой-то конкретной причине, а просто потому, что все в ней воспротивится бездействию в тот момент, когда именно ее вмешательство способно подарить кому-то жизнь. И здесь абсолютно бесполезно будет говорить о целесообразности.

— Сопроводите мою сестру к местным целителям.

И ловлю уже чуть смягчившийся взор сестренки. Все же она никогда не умела по-настоящему злиться на Химуру.

— Вы не идете с нами? — Тут же выцепил главное парень.

— Нет. — Пришлось отвечать. — Там я ничем помочь не смогу.

Да и не внутрь владений аристо мне сейчас нужно, а чуть в сторону, так что найду их позже.

Или не стану... ведь это не последний пункт моего сегодняшнего графика посещений. Но в необходимости следующего из них я пока очень сильно сомневался. Стоило кое-что перед этим уточнить.

Однако, после Одзи, Изуми, вне зависимости от результатов и окончательных планов, поедет домой. Ну, а пока, на повестке дня небольшая прогулка и еще один разговор...

Примечательная полянка мало изменилась с прошлого моего посещения. Конкретно ее все невзгоды никак не затронули. Паразитам, во время нападения, некого было здесь захватывать и нечего разрушать. Случайные же удары обошли ту стороной.

И любому бы на моем месте показалось, что здесь, кроме меня, никого нет, но это было не так.

— Добрый день, Сау. — Обращаю на себя внимание человека, что и поддерживала жизнь одного глупого архонта до того момента, пока за ним не заявилась команда спасения. В лице другого архонта и Изуми. — Найдется пара свободных минут?

Изуми молча шла наравне со своим попутчиком, и для стороннего наблюдателя оставалось бы секретом, кто за кем идет на самом деле.

Правда же заключалась в том, что девушке не сильно-то был нужен сопровождающий. Разве что, в качестве человека, что решит вопросы с уровнем допуска на территории Одзи, но никак не в роли того, кто скажет, в каком направлении искать пострадавших.

Ее вело ощущение чужой боли и страданий.

Новое чувство, что пришло с силами лекаря. Она, буквально, испытывала на себе близкое присутствие смерти. Не так, как, во время разговора с Монго, по собственной воле это делал ее брат, чье видение являлось очень конкретным и четким. Иначе.

В отличие от старшего Киоу, эти умения абсолютно не годились для битвы, лишь сбивая и отвлекая.

И последнее Изуми успела понять на собственном опыте, когда пыталась сделать хоть что-то с рухнувшей с небес тьмой, перед которой остальные оказались, практически, беззащитны.

В ее книге было написано, как бороться с такими созданиями, и девушка прекрасно понимала, что делала.

Со стороны это выглядело, как сфера белого света, что Изуми удерживала в сложенных лодочкой ладонях. Это маленькое солнце испускало сотни невидимых простым людям лучей. И данные лучи, не замечая преград в виде стен зданий, крон деревьев или живых существ, натыкаясь на комья тьмы, заставляли те сгорать в зеленом пламени.

К сожалению, не мгновенно. И недостаток опыта выливался в то тут, то там прорвавшемся сгустке тьмы, впившемся в новую жертву.

Ее сил оказалось слишком мало, чтобы закрыть от взора смерти всех, и каждая ошибка стоила чьей-то жизни!

Раненые и убитые были повсюду. Даже в том отряде, что прикрывал их домик, не обошлось без жертв. Комья, падающие с почерневших небес, игнорировали только ее саму и оставленных Себастьяном созданий, само нахождение рядом с которыми требовало крепости духа.

Так что с первых же секунд план сражения, если тот и существовал, оказался полностью разрушен. Бои пошли везде.

И самое ужасное заключалось в том, что врагами становились собственные товарищи по оружию. С той стороны пришел только один человек, все внимание которого оказалось занято Себастьяном и подключившимся ближе к концу главе рода.

Они победили. И не в малой степени из-за того, что что-то нарушило течение той техники, призывавшей все новых и новых захватчиков. Иначе все могло выйти по-другому. Долго бы она их сдерживать не смогла...

Позднее, когда к Акаяши явилась эта женщина, в пару секунд добившая остатки врагов и даже успевшая попасть под дружественный огонь, она поняла, что слишком несправедлива сама к себе. Для этого достаточно было посетить другой род, где некому оказалось сдерживать захватчиков...

Все верно. Изуми здесь уже второй раз. И если в первый не особо что-то рассмотрела, кроме гораздо более явного ощущения смерти и страданий, то теперь к этому добавилось и знание потерь.

Девяносто три человека — такова оказалась разница.

Но в тот момент, когда волна мрака ударила от поверженного врага, она этого еще не знала. И в себя ее заставили прийти две вещи: понимание того, что все кончено, и того, что людям все еще нужна ее помощь.

И, прежде всего, Себастьяну, для которого одна битва обернулась другой.

Та тьма, что набросилась на него, была очень опасной. Она, буквально, въедалась в плоть, заставляя ту гнить живьем.

Если бы не собственная регенерация мужчины, то он бы не дожил даже до того момента, когда девушка успела к нему приблизиться.

Из тех, кто на момент посмертной атаки врага оказался ближе пары сотен метров от эпицентра, не выжил больше никто.

А Себастьян стоял в упор.

И, тем не менее, регенерация истощала того гораздо быстрее, чем изживала вцепившуюся смерть. Лицо мужчины буквально на глазах превращалось в обтянутый сухой кожей череп, а ореол мрака все еще не желал гаснуть.

Вмешательство Изуми стало решающим.

В себя же ее заставил прийти какой-то слишком веселый — для всего, что тут произошло, — женский голос:

— А вы тут времени зря не теряете. — Заявила его обладательница, совершенно незаметно подобравшись сзади.

Чем заставила целительницу вздрогнуть и инстинктивно обернуться.

Вовсе не из-за того, что она не ожидала гостей, а от жуткого контраста того, что именно за гость это был.

Молодая девушка с нетипичным золотым окрасом волос, невысокая, спортивного телосложения — в той не оказалось ничего, что стоило бы подобной реакции... Если бы не ощущение холодной тяжести веков, что довлело над ней. Чувство присутствия того, кто многократно пережил собственную смерть.

Что-то подобное шло и от Себастьяна, но слабее, гораздо слабее.

— Спокойнее, девочка. — Голос существа стал настоящим. Тем, который и должен быть у подобного монстра: холодным и выдержанным. — Я не твой враг.

И только в этот момент Изуми поняла, что вцепилась в книгу, как в спасательный круг, а над ее страницами вспыхивают и гаснут десятки образов того, чем можно было бы атаковать новую цель.

Так она познакомилась с Луизой.

Чтобы вместе с ней отправиться за братом. Ведь по той нити, что связала их, Изуми чувствовала опасность и для его жизни.

Не ошиблась.

А дальше было уже ее поле боя. Она не видела ран, переломов, отсутствующих конечностей и разорванных внутренних органов.

Все это ей заменял образ врага, которого следовало одолеть. У него были десятки разных лиц. Лица взрослых и молодых, мужчин и женщин... ее противник стоял за всеми ними.

За вчерашний день девушка спасла многих воинов и слуг Акаяши. Но больше ни с кем так не выкладывалась, как со своим братом.

И не потому, что он оказался самым пострадавшим из все, а из-за того, что если бы она взялась доводить лечение до логического конца, то попросту израсходовала всю книгу ещё на середине пути.

Однако этого и не требовалось.

Как-то сами собой рядом с ней появились целители рода, что говорили ей, когда можно остановиться с одним пострадавшим, чтобы взяться за следующего.

Казавшийся нескончаемым поток лиц оборвался поздним вечером.

А сегодня утром она отправилась с братом. Чтобы, в итоге, ввязаться в еще одно противостояние.

— Вы оказываете нашему Дому неоценимую помощь, Киоу-сан. — Внезапно заговорил с ней сопровождающий, чего Изуми, признаться, от того совершенно не ожидала. — Мой господин хотел бы по достоинству вас отблагодарить.

— Мне ничего не нужно. — Настороженно откликнулась девушка, выпадая из воспоминаний о последней паре суток.

От Хиро вдруг повеяло чем-то очень странным. На грани с неприятным.

— И все же, подумайте об этом, Киоу-сан.

— Хорошо. — Легко согласилась она, скорее, чтобы прервать этот короткий разговор. — Я подумаю.

Сау сбросила невидимость достаточно эффектно. В промежуточном виде чем-то напоминая хищника из одноименного фильма.

Однако, хоть лицо девушки и оставалось спокойным, я чувствовал смятение, охватившее ее дух.

Что само по себе сбивало с легкого тона.

— Что-то случилось? — Скорее уточнил, чем спросил я, подразумевая, само собой, не нападение на род, а то, что произошло после.

— Такаши пришел в себя.

Ну, да. Что-то он даже подзадержался, я бы сказал.

— И в чем проблема?

Чем заслуживаю долгий молчаливый взгляд, что словно взвесил каждое мое достоинство и недостаток.

— Почему? — В итоге доносится тихий вопрос, в котором оказалось скрыто очень многое.

И если бы я знал на него ответ...

— Тебе лучше знать. Ведь это ты ее воспитанница.

Однако упрямый взгляд продолжал упираться в мое лицо.

— У нее был выбор? — Уточняю аккуратно.

— Она могла попытаться... тем более, если использовать... — Теряя окончания предложений, начала сама с собой рассуждать Сау. — Всего лишь несколько секунд, чтобы перекинуть опору... я бы смогла, а дальше уже не так важно...

— Стоп-стоп-стоп. — Вмешиваюсь в обрывчатый монолог. — Я не очень разбираюсь в духовных техниках, но, как понимаю, перенести вас обоих она не могла?

— Да. Для портала нужна хотя бы одна опорная точка. Мастер может сместить ее на другого человека, но это сильно ударит по последнему... Всего лишь несколько секунд...

— Тогда, про какой иной вариант ты говоришь? Никто бы не продержался бы в той мгле несколько секунд.

Тишина и еще один короткий взгляд.

— Эмблема.

— Поясни. — Прошу, осознав тщетность ожидания продолжения.

— Ты знаешь, что это? — Теперь уже я становлюсь тем, кому задают вопросы.

— Видел один раз.

— Значит, нет. — Делает очевидный вывод собеседница. — Эмблема — это квинтэссенция мощи рода, дома или страны. Чем больше людей, спаянных одной целью и ведомых одним лидером, тем она сильнее. Госпожа являлась тем человеком, в чьих руках находилась Эмблема Одзи.

— Что значит "находилась в ее руках"?

— У Эмблемы только один хозяин. До нее был Митсеру, после, скорее всего, будет Такаши. По праву крови.

— По праву крови? — Уточняю заинтересовавшее более всего. Как раз то, о чем хотел узнать перед другой своей беседой. В ином, правда, месте, так как не ожидал подобной осведомленности от Сау. Что не может не наводить на определенные мысли... Как те, например, что Касуми готовила ее не только в качестве собственного тайного оружия, но и передавала знания, о которых не принято распространяться. — Она же не урожденная Одзи.

— Госпожа была принята в Род Одзи, став его полноценной частью. Эмблема сама выбрала ее.

"Проигнорировав чистокровного Рузуки". — Додумываю то, что следовало из всего сказанного. — "Не потому ли тот так бесился?"

— Значит, чем больше людей, тем сильнее Эмблема?

— Дело не только в количестве. Влияет все: и древность рода, и сила крови.

— Что за сила крови?

— Предрасположенность к духовным силам. С некоторой долей точности, ее можно планировать еще на этапе составления будущих браков. Этим занимаются все аристократы.

"Ну, чистая евгеника". — Мелькает мысль, пока собеседница продолжает говорить:

— Эмблема предъявляет свои требования. Например, император Японии должен быть на уровне эксперта, чтобы задействовать ее. Однако, это же гарантирует правящей династии, что, как минимум, один эксперт в поколение у них будет.

Связь я, честно сказать, не уловил, но углубляться в эту тему еще дальше не стал. Да, и главное уже услышал. Осталось только решить, говорить ли девушке правду. А она совершенно однозначна.

Если Эмблема Арнов, что в незримом табели должна стоять выше, не смогла сдержать удар Томаса, то про Одзи в аналогичной ситуации говорить не приходится.

Касуми наверняка знала о результатах первого нападения на Акаяши, а потому, в схожей обстановке, предпочла спасти воспитанницу, а не цепляться за бесполезные попытки вырваться самой.

Осталось только как-то донести данную мысль до Сау. Полагаю, та имеет право знать.

— Вы бы погибли вместе.

— Ты не понимаешь, о чем речь. — Не согласилась та. — Это сильнее, чем что-то, что может сделать человек. Даже самая слабая Эмблема сравнима с техниками экспертов.

"Вот только здесь есть и те, кто стоит выше". — Промелькнула мысль, недоступная пониманию девушки, ведь в том мире, который знала она, эксперт являлся вершиной всему. Практически, общепринятая истина, оспариваемая только одной страной.

— Касуми думала так же, как я. Или же не захотела жить ценой твоей жизни. — Не стал продолжать бессмысленный спор, хоть и абсолютно не верил во второй вариант.

И не в том смысле, что женщина выбрала бы себя, а в том плане, что такого выбора перед ней даже никто не ставил.

— Вот только и я не желаю жить ценой жизни госпожи. — Глухо откликнулась девушка, что, наоборот, склонялась именно к этой версии случившегося.

— Она бы этого хотела. — И, прервав взглядом ответную фразу, продолжаю мысль: — Хотела, чтобы рядом с ее детьми оказался человек, которому она может полностью доверять. Ты — этот человек, Сау. Ты можешь передать все, чему тебя обучила Касуми, и сможешь защитить ее детей, как никто другой. Найди в этой цели желание жить.

После чего на полянку опустилась тишина. Далеко не абсолютная, а разбавляемая стрекотанием кузнечика и щебетанием птиц. Природа продолжала жить своим укладом, и не было ей дела до смертей и переживаний людей.

— Ты прав. — Уже более собранным голосом произносит собеседница. — Я должна жить. Ради памяти госпожи и будущего ее детей.

— Справишься? — Спрашиваю абсолютно серьезно.

— Да. — Следует короткий ответ.

С секунду всматриваюсь в воспитанницу Касуми, прежде чем продолжить. Все же я немало обязан как самой Сау, так и ее госпоже.

— Я могу помочь с Такаши.

Ведь тот даже не в курсе существования стоящего напротив человека. Что уж там говорить о доверие и прочем.

— Как?

— Он узнает о тебе и твоей связи с матерью, и будет думать, что знал всегда.

Казалось бы, малость. Но сколько подобная малость может сэкономить дней и недель?

— Нет. — Отрицательно качает головой девушка. — Я должна сделать это сама.

И я принимаю данный ответ. Чтобы, подставив левую руку, продемонстрировать Сау приземлившегося на нее голубя. Последнего из собранного мною отряда.

Сгустки тьмы намеренно сбили всех остальных, будто чувствовали связь со мной. Этого же спасло то, что он находился вдали от основного сражения, наблюдая за городом, а не за землями аристо.

— Это на самый крайний случай. — Протягиваю птицу девушке.

— И что мне с ним делать? — Спрашивает та. Но самый странный в ее жизни подарок, тем не менее, принимает.

— Не давать умереть. — Пожимают плечами. — Так как его смерть я почувствую, где бы не находился. — Взгляд же перемещается от самой руки на запястье, а от него на стрелки наручных часов.

До отмерянного Луизой срока оставалось еще достаточно времени.

Глава 5

"Интересно". — Проскальзывает мысль, пока я сам останавливаюсь в зоне прямой видимости следующего пункта, который все же решил посетить.

И не то, чтобы меня так уж удивили перемены, ведь необычность ощутил еще за пару километров от намеченной цели, но...

Змей явно не скучал без меня.

В его заведение не так давно распался клубок. И не все из тех, кто в нем оказался, это пережили.

Что же еще одно наглядное доказательство того, что жизнь идет своим чередом, и мир не крутится только вокруг меня.

Удивительнее, что внешне, ничто не говорило о произошедшем. Разве что чуть более напряженная поза охраны. А вот внутри... По правде сказать, какой-то легкий бардак там присутствовал всегда, но небрежно затертые потеки крови оставались исключительной чертой рингов.

Любые выяснения отношений в среде посетителей пресекались немедленно.

"Кажется, прошедшей ночью кто-то решил нарушить правила". — Продолжал я лениво анализировать информацию, взглядом выискивая владельца.

Его личные апартаменты — я знал — были пусты, тем не менее, главная цель вчерашней акции в здании переделанного под специфические развлечения склада присутствовала. И вскоре я ту нашел.

— Тяжелая ночка? — Спрашивает "Кон", подсаживаясь к стойке бара и уважительно окидывая пару пустых пузатых бутылок из-под чего-то очень крепкого.

Пил Змей в гордом одиночестве, словно не замечая осколков стекла и все тех же подсохших потеков крови, в которых уже успел изгваздать левый рукав некогда белой рубашки. Впрочем, ту все равно бы уже ничто не спасло. Прошедшая буря отразилась и на одежде главаря.

К слову, на мое внезапное появление тот отреагировал, на удивление, индифферентно. Лишь молча покосился и, потянувшись за еще одной стопкой, заполнил ту до самых краев. Чтобы так же молча пододвинуть под руку иллюзии.

"Надо же. А с нервами у того полный порядок". — Я-то думал, что Змей не удержится от рефлекторной атаки. — "Или уже дошел до стадии полного просветления..."

Хотя, вот пьяным мой молчаливый знакомый ничуть не выглядел.

И сейчас он продолжал гипнотизировать перешедшую в мое распоряжение емкость, делая, тем самым, непрозрачный намек.

"Ну, прямо как на Родине оказался". — Хмыкаю мысленно, одновременно с тем заставляя фантом принять на грудь.

— За кого пьем? — Уточняю через секунду.

— За моих парней. — Хрипло отозвался владелец помещения, предпринимая попытку продолжить совместное уничтожение уцелевших горючих запасов.

Я не возражал. На фантом алкоголь не влиял от слова совсем, а, касаемо собеседника... Как-то тот не выказывал признаков опьянения.

Процесс повторился.

А затем снова, пока я не понял, что настроения что-либо говорить у Змея нет, и пора брать беседу в собственные руки.

— Расскажешь, что за война у вас тут произошла? — Спрашиваю, после третьей.

На удивление, она же стала и последней.

— Привет от старых знакомых...

"Надеюсь, он не попросит меня их убрать". — Тут же промелькнула мысль. — "Оно, конечно, может и неплохо, для выстраивания дальнейших отношений, но сейчас совершенно не к месту".

Да, и не столь мне уже и нужны эти отношения, если честно. К Змею я пришел только потому, что за ту же самую просьбу, которая пока еще не была мною озвучена, аристо могут запросить цену, несоизмеримо более высокую. А чем расплатиться в конкретно данном случае я уже знал.

Оставалось только понять степень заинтересованности мужчины в этой информации...

Правда, к Акаяши все одно идти придется. Так как лучше работать с двух сторон, чем с одной. Но, как уже когда-то говорил: у криминала свои пути. И в некоторых случаях они оказываются эффективны.

Так что, если Змей успеет первым, то и с аристо мне меньше проблем. Уж они-то, чувствую, попросят, так попросят. Это сейчас, после выступления Изуми, наш долг перед домом Арнов померк, но для чего-то же они его создавали, позволив жить и действовать с территории своего Рода, да еще и занявшись лечением изгнанной слуги, до которой, до этого, никому и дела не было. Не для того ли, чтобы потом предъявить спрятанный до поры ценник?

Однако, переживал я о новом заказе от главаря совершенно зря. Ничего такого тот не планировал.

— Насколько старых?

— Настолько, что их уже заждались. — Все же ответил тот, отодвинув спиртное в сторону и повернувшись ко мне корпусом. — Исполнители уже там, а скоро следом отправятся и заказчики.

Чем напомнил мне тот факт, что имею дело с совсем не безобидным человеком, что в любой ситуации обращается за сторонней помощью, а с матерым хищником, вызревавшем в той среде, где любая продемонстрированная слабость — мнимая или явная — становится сигналом для остальных.

Эту проблему Змей, судя по всему, обязан решить своими руками.

И, если учесть все, что мне про него известно, и то, чем он был занят в момент моего появления, то она уже решена. А враги, даже продолжая говорить и дышать, уже мертвы. Просто им об этом еще не сообщили.

— Но это стоило мне жизни трех отличных парней. — И вновь покосился в сторону засыпанного битым стеклом бара.

Я же задумался немного о другом.

Не похож он все-таки на классического ухореза. В моем понимании, во всяком случае. Слишком уж печется о своих людях, как для беспринципной сволочи. Никак нотки благородного взыграли?

— Чего они хотели?

— Мою голову. — Косо улыбнулся собеседник. — И у них бы все получилось, если бы... — Тот резко оборвал самого себя.

"Никак алкоголь сказался?" — Главарь замолчал, но тут уж я не упустил возможности воспользоваться его оговоркой:

— Если бы не твоя родовая способность. — Продолжаю за него, как о каком-то пустяке.

Чем заслуживаю тяжелый усталый выдох со стороны мужчины.

— Вот ответь мне, Кон, тебе, что, так нравится постоянно ходить по краю?

— Нет. — Честно отвечаю ему.

Никогда не любил лишний риск. Может, потому и освоил Нырок раньше прочих?

— Тогда, какого демона постоянно лезешь на рожон? — Забавно, но интереса в этом вопросе оказалось больше, чем злости.

— Работа такая.

— Работа... — Эхом повторил тот. — Ты же понимаешь, что это не та информация, которой я могу позволить свободно гулять?

Вопрос явно относился к разряду риторических и не требовал ответа. А вот потянувшиеся со стороны линии поднимающейся опасности, как раз, да. Ответа требовали.

— Я предлагаю сделку. — Говорю, пока вся ситуация не пошла по плохому сценарию.

Я ведь тоже не люблю отступать от своих слов, и готов исполнить то обещание, которое когда-то дал человеку напротив. Если он попытается напасть на меня еще раз, то умрет...

— Что за сделка? — Проявляет интерес мужчина, притормозив приготовления собственных людей.

— Информация на информацию.

— И какую же информацию ты мне хочешь предложить, Кон? — С некоторым облегчением, как мне показалось, уточняет главарь. Похоже, устраивать еще один бой он, как и я, не очень-то хотел.

Ожидал, что буду шантажировать?

— Для начала, предупреди своих людей. Не хочу, чтобы у кого-то из них дернулся палец.

— Сделано. — Через мгновение произнес Змей, хоть я так и не увидел никаких тайных сигналов с его стороны.

Спрятанный микрофон? Без разницы...

Сфера.

— А теперь. — Продолжает фантом, через которого и применил технику скрытности. — Ответь, что ты вообще знаешь о себе и этой силе в твоих руках?

— Я думал, это ты будешь говорить, а я — слушать. — Хмыкнул Змей.

— Тогда данный разговор затянется.

— А ты куда-то спешишь?

— Как не странно, да.

Мой список заждавшихся дел немного сократился, но, вместе с тем, готов и пополниться новыми пунктами. Так что количество длинных речей желательно свести к минимуму.

— Моя мать была аристократкой. — Все же решил заговорить собеседник. — И я потерял ее слишком рано, чтобы понимать, что все это значит.

— Название рода ты, конечно, не знаешь? — Задаю данный вопрос, скорее, для проформы.

— Нет.

— Пытался выяснить?

— Кое-что я делал. — Легонько кивнул мужчина. — Но раньше мне не хватало связей, а после... Такую информацию невозможно получить, не привлекая внимания.

Возражать не стал. Хотя с последним утверждением и мог бы серьезно поспорить. Со своей колокольни, само собой.

— С этим ясно. Что про твою силу?

— Она пробудилась уже после того, как я остался один. Поначалу, с ней было сложно совладать. Сейчас легче.

— Ты же обучался духовным путям? — Припоминаю тех двух молодчиков, что отирались рядом со Змеем.

— Самую малость. — Не стал тот развивать тему.

А я вновь задумался.

Что мы имеем? Благородную женщину, по неведомым причинам отправившуюся в бега... Да. Важный факт: беременную женщину, сумевшую то ли утаить данные обстоятельства, то ли скрыться от преследователей.

Думаю, первое вероятнее всего, так как в другом случае ее бы искали не в пример лучше. Как, я уверен, ищут теперь.

Ведь именно ее сына, после смерти предыдущего владельца, выбрала Эмблема.

Сомневаюсь, что кто-то отпустил бы такое оружие на сторону. И дело даже не в нем самом. Эмблема — это же еще и символ.

Далее. Речь явно именно о Роде, а не о Доме или императорской семье. И Род тот, по-видимому, ограничен в своих ресурсах. В другом случае, вся история закончилась бы давным-давно.

И вероятнее всего, смертью главного действующего лица.

Ещё один важный момент:

— Тот Род, из которого ты вышел, все еще существует.

Про это, перед расставанием, тоже уточнил у Сау. Эмблема не работает, когда от всего Рода остается только один человек. Вернее, та становится настолько слабой, что как-то защититься или навредить с ее помощью можно только в случае, если в противниках комар.

Я же, как тот, кто испытал силу Змея на собственной шкуре, ответственно заявляю, что она и слона прихлопнет, не напрягаясь.

Кстати, большинство Эмблем именно атако/защитного характера. Иные — большая редкость.

— Не буду спрашивать, откуда ты это знаешь... — Ответил Змей, встав из-за стойки бара. И тут же опроверг сам себя: — А нет, спрошу: откуда?

— Общие закономерности работы Эмблем... Так это, кстати, называется.

— Выходит, у меня есть куча кровных родственников? — Принял собеседник этот ответ.

— Которые, скорее всего, захотят тебя убить. — Продолжаю делиться результатами умозаключений.

— Кто бы сомневался. — Фыркнул мужчина, не сильно впечатлявшийся последнему известию. — Однако, пока ты не сказал ничего, что могло бы меня заинтересовать. Прошлое мало что значит на дне.

"Подбираемся к сути". — Мысленно собрался я. — "Наконец-то..."

— Однако это прошлое может настигнуть, вне зависимости от твоей о нем осведомленности. — Возражаю ему. — Ты украл у аристо очень важную штуку, Змей, и за нее они будут готовы на многое.

— Украл? — Не понял тот.

— У Эмблемы может быть только один хозяин. — Отвечаю словами Сау.

Чем заставляю того вновь напрячься. Уверен, сейчас главарь опять рассматривает вариант с моей ликвидацией.

Но разум перевешивает инстинкт:

— Так что ты предлагаешь? И что хочешь взамен?

— Во-первых, тайну: я никому не рассказываю о нашем разговоре, ты, в свою очередь, поступаешь аналогично. — Не хотелось бы привлекать излишнего внимания к своей просьбе. Перестраховка, конечно, но пусть будет. — Во-вторых, я не дам тебе готового решения, но обязуюсь поискать информацию в тех источниках, до которых ты не доберешься никогда. Ты же поработаешь с теми, с которыми умеешь лучше всего.

— И что же мне спрашивать?

— Я хочу знать, что случилось с Киоу Юки и Киоу Шоджи. — Мать и отец.

"А так же, кто несет за это ответственность". — Но это станет известно в процессе.

— Они не благородные, надеюсь?

— Обычная семейная пара археологов.

— Тех самых "археологов"? — Уточняет собеседник, а я понимаю, что только что упустил нить разговора.

"Каких еще "тех самых"?"

— Если да, — продолжает мужчина, естественно не заметивший моей заминки, — то их исчезновение значит только одно.

И замолчал, в общем-то понятно, что за этим подразумевая.

— Мне нужна информация, а не догадки. — Возражаю против такого расклада. — И что еще за "те самые" археологи?

А в ответ получаю улыбку.

— Ты очень странный человек, Кон. С очень странной игрой. Ты в курсе, что таких людей, как ты, не существует?

"К чему это он?" — Скользнуло легкое удивление.

— Тем не менее, я сижу прямо перед тобой.

— В этом и состоит основная загадка... — Мужчина медленно пошел в сторону своего разгромленного кабинета, намекая на окончание беседы. — С какой планеты ты свалился на мою голову?

Дом, милый дом. Кто бы подумал, что несколько разговоров могут настолько утомить?

Вернулся я сюда уже под вечер. Вернее, пока сходил в личный душ и впервые за весь день нормально поел, он и наступил.

Меня не особо беспокоили. Изуми еще не вернулась, а Себастьян с Луизой находились вне поля зрения. Вполне возможно, что даже и не в Японии. На кого, на кого, а на архонта не очень распространяются все эти правила с обязательной опорной точкой для портала.

По миру она скачет весьма вольно.

Ну, да это все зависть.

Дела мои, к слову, вовсе не закончились. Оставалась Эмилия, оборванный на полуслове разговор с Кэзуки, архивы Акаяши, которые когда-то давно собирался посетить, да так что-то и не собрался. Теперь-то, с учетом договоренностей со знакомым бандитом, это и вовсе становится обязательным пунктом программы.

Есть там что-то на его счет или нет — не так важно. Важно то, что свою часть сделки я собираюсь выполнить. И, по логике, сейчас самое время. Пока аристо еще не вернули свою жизнь в привычное русло.

Только это не единственное, чем следует заняться именно сейчас.

Ну, и про саму Луизу забывать не стоило....

"Всю жизнь мечтал покопаться в голове мастера, несколько лет как захваченного паразитом".

М-да.

"Скучно точно не будет".

Под аккомпанемент данной мысли заваливаюсь на застеленную кровать, оказавшись прямо напротив огромного плоского экрана телевизора на половину стены, от которого отделял только небольшой журнальный столик и четыре метра свободного пространства.

Что же, в роскоши есть свои плюсы, хоть и заметил я ее только по наличию душа и гораздо более удобного ложа, заправленного мягким одеялом, в котором тело буквально утопало.

Все остальное, включавшее в себя высокие потолки, сделанную под заказ мебель, мягкий ворсистый ковер, да и тот же телевизор — мало значащие мелочи.

Даже на кровать я лег не потому, что собирался спать, а потому, что наступил момент навести порядок в собственной голове.

Тоже одно из дел, отложенных на потом.

Вот это "потом" и наступило.

Мир-пустыня встретил меня все тем же унылым пейзажем бетонного плато, бесконечно тянущегося во все стороны, и выбивающейся из привычной картины зданием школы, доставшейся в наследство от истинного владельца тела.

Тот еще чемодан без ручки.

Вроде бы мне и не надо, а выкинешь, ну как превратишь Химуру в блаженного идиота... Про совмещение двух личностей в одном теле мне известно не более, чем остальным. Ранее, сказал бы, что это невозможно.

Впрочем, явился я сюда, в том числе, и по этому поводу. Как-никак, нам здесь гостей скоро водить, а тут такой беспорядок и полное смешение стилей.

Я вообще сторонник военного минимализма. Без примесей кривых поделок японских школьников.

Но для начала.

Картинка сменяется миром-городом. И вот тут изменений оказалось больше.

Если в прошлый раз многие здания переменили цвет на изумрудный и обзавелись, в качестве украшений, гроздьями кристаллов все того же оттенка, то теперь каждый из небоскребов сам словно был вплавлен в гигантский изумруд.

Исключение составлял лишь тот, что удержал в своей власти

"Это немного напрягает".

Во время прошлой ревизии, не заметил ни одной несостыковки между теми воспоминаниями, что точно считал своими, и теми, по которым прошлась Инициация, так что в себе уверен настолько, насколько это — в данной случае — возможно.

Тем не менее, если с личностью все в порядке, то эти изменения стоит отнести к следствиям перестройки тела. Архонты же уже не совсем люди.

Правда, пока заметил только одно отличие: гораздо меньшую потребность в отдыхе.

С едой вот непонятно. С одной стороны, я, заняв место Химуры, как питался кое-как и, в основном, на бегу, так и сейчас продолжаю это делать. А проводить испытания в данной сфере не тянет.

Оно и со сном получилось вынужденно...

Кстати, про испытания... На самом деле, есть еще одно отличие. Тело школьника явно стало выносливее. Да и про силу не стоит забывать.

Но это шажок в область странного и непонятного.

То, как я раздавил брошенный Себастьяном стакан, свидетельствует о внушительной силе, однако вот я живу, взаимодействую с другими людьми и предметами и больше ничего не ломаю.

А, с другой стороны, последствия взрыва, после столкновения атаки Тилля и моего щита, по идее, должны были оставить от меня лишь мокрое место. Дурной силы я не жалел, и, вырвавшись, та была обязана не просто откинуть назад, а, как минимум, разворотить грудную клетку, а то и голову оторвать.

"Значит, еще и крепче стал".

Но желательно о таком узнавать не опытным путем.

Мгновенно перемещаюсь к ближайшему небоскребу и касаюсь рукой его изменившейся поверхности.

Если сами здания — средоточие моих знаний, умений, опыта и всего остального, что составляет личностью, то данные новшества кусок чего-то иного.

Могу ли я работать с этим в привычной манере?

Как оказалось, не совсем. Кристаллы слушались меня, и, пожелай их уничтожить, то исчезли бы без следа, но попытка понять их природу окончилась ничем.

Они создавали ощущение чего-то незаконченного. Формы, не получившей истинного содержания.

И опасности я в тех не чувствовал.

"В этом отражение Земли слишком много всего непонятного". — С этой мыслью возвращаюсь в мир-пустыню.

Способности интуита тоже та еще загадка для науки, но она понемногу получает свое обоснование. Здесь же намного больше того, что ближе к слову "чертовщина". Все эти Эфиры, теневые захватчики, архонты...

Оно, конечно, веселее, но там, у себя, уже дожил до того момента, когда больше начинаешь ценить стабильность и уверенность, а не весьма опасные приключения.

"Ну. Для того, чтобы вернуться, осталась малость..."

Вытащить родителей, если те еще живы, обеспечить нормальное будущее сестренки и Эмилии, и да… — чуть не забыл — уничтожить главного гада.

Но начнем с чего попроще.

С создания нового слоя. Все же впихивать школу Химуры в свой город не стоит. Практика показала, что это слишком уязвимая часть. Однако и оставлять здание здесь — не дело.

И так чуть не потерял эту рухлядь во время схватки с паразитом Такаши.

В итоге, этим и занялся. А все доставшиеся от архонтства непонятности...

"Видимо, частью платы Луизы станут развернутые ответы..." — Решаю я. — "Очень подробные ответы".

Потому, кто его знает: останутся ли все новшества в голове школьника, или вернутся вместе со мной домой.

Глава 6

Изуми пришла немногим раньше того, как я закончил. Насколько, сказать было трудно, но по горе учебников, что она вывалила прямо на ковер, и ее незаконченным приготовлениям к переписыванию их содержимого, делал вывод, что застал самое начало процесса.

Решив понаблюдать, сохраняю видимость медитации. Темп дыхания, поза тела... Мальчишество, конечно, но возраст тому подобает.

Сестренка не обратила на то внимания, улегшись между рукотворных холмов знаний, и, материализовав перед собой свою книгу, взялась за дело.

"Любопытно".

Ни тебе столбов света, видимых чуть ли не из другого конца Токио, ни ухода саму в себя... В целом, если не сильно приглядываться, просто очень прилежная ученица, делающая домашнюю работу.

Лежа на полу и водя вверх-вниз согнутыми в коленях ногами. Да еще и в вечернем полумраке, разгоняемом лишь тусклым сиянием страниц!

— Если испортишь себе зрение, то куплю тебе очки с самыми толстыми линзами. — Говорю строгим голосом, одновременно принимая положение сидя.

— Если я испорчу зрение, то восстановлю его в ту же секунду. А очки носить придется тебе. — Фыркает эта пигалица, даже не повернув головы.

— И как с тобой достигать воспитального эффекта? — Жалуюсь потолку. И, подхватив первую попавшуюся из книг, интересуюсь: — Биология?

— Да. — Не прекращая ни одно из своих занятий, откликается девчонка. — Ей все равно, какие знания я туда вписываю, но, если это будет что-то, связанное с медициной, то мои силы станут чуточку эффективнее.

— Ей?

— У нее есть Имя. — Серьезно произносит Изуми.

— И какое же?

— Тсуки Но Казе.

"Лунный ветер... Красиво и не говорит ни о чем".

— Давно вернулась? — Перехожу к более насущным вопросам.

— Не очень.

— И как все прошло?

— Много боли, страданий и крови. — Отстраненно перечислила та. — Нормально.

А я почувствовал прилив стыда. Впервые за все время.

Не такую жизнь я хотел бы для нее, девочки, находящейся в том возрасте, когда сверстницы откладывают в стороны кукол и начинают задумываться о мальчиках и первых поцелуях. Не жизнь, где все ею перечисленное — простая обыденность.

Будет ли у нее возможность вернуться обратно?

Зависит от меня.

— И у меня кончились страницы, так что завтра поеду туда вновь.

А я мысленно выругался, запоздало накидывая Сферу и мониторя округу. Какая же она еще девчонка!

Но нет, наши добродушные хозяева не позволили себе такую наглость, как откровенное наблюдение. Пронесло.

— Ты чего? — Почувствовала неладное собеседница, даже прервав свое занятие.

— Ты кому-то об этом говорила?

И мой тон оказался далек от того, что был секунду назад. Если об этом узнал Хиро...

— Нет. Сказала, что просто устала. — Все еще не до конца понимая причин, заметно напряглась та. — А что?

"Все-таки пронесло".

— Никогда. — Чуть надавливая голосом, начинаю я. — Никогда никому не сообщай о своих слабостях, и всегда оставляй что-то в запасе. Что бы ты делала, если бы твои силы понадобились здесь или в пути?

— Пара страниц еще оставалось. — Выдавила из себя сестра, но, в целом, уже поняла мою правоту.

— И этого могло оказаться совершенно недостаточно. — Произношу уже более спокойно.

Во всем этом есть и моя вина. Не может, по сути, ребенок быть таким же параноиком, как я. Нет у нее соответствующего багажа знаний и опыта. Стоило это учитывать.

— В крайнем случае, я могу их сжигать.

— Что, прости?

Такое ощущение, что данную фразу Изуми произнесла просто из-за желания оставить последнее слово за собой. Но добилась лишь того, что привлекла еще больше моего внимания.

— Когда я пользуюсь силой Тсуки Но Казе, страницы переворачиваются, как в обычной книге. Использовать их повторно можно, только дав ей новые знания. — Собеседница бросила короткий взгляд на раскрытую книгу, в которую успела вписать лишь один абзац. — Однако уже закрытые страницы можно уничтожать.

— И что это даст?

— Повторное использование. И двухкратный рост силы воздействия.

— Насколько понимаю, минусы тоже есть?

— Да. — Кивает девчонка, со вздохом отодвигая от себя предмет обсуждения и садясь рядом. Положение лежа явно не способствовало удобству беседы. — Сожженные страницы восстанавливаются очень медленно. И чем их больше, тем дольше общий срок...

Изуми замолчала так, будто не решаясь сказать окончание. И, чтобы услышать продолжение, понадобилось несколько секунд тишины:

— А еще, ей будет больно.

— Книге? — Удивился совершенно неподдельно.

— Да.

"Плюс один вопрос к Луизе". — Эфир рассказал об атрибутах явно не все.

— Ясно. Есть что-то еще?

— Есть. — С гораздо большей неохотой кивает Изуми. — Я могу уничтожить Тсуки Но Казе, высвободив всю ее силу в трехкратном размере за использованные страницы, и в четырехкратном — за свободные. И лишусь ее навсегда.

Оставалось только мысленно присвистнуть. Если даже сейчас части книги хватает на то, чтобы вернуть в строй несколько десятков, а то и сотню человек, то подобный козырь дает многое.

Думаю, мгновенно вылечить от простуды весь Токио его хватит уже сейчас.

— А вот про это больше не говори вообще никому. — Слишком опасное знание, чтобы упоминать о нем. — Даже мне

— Хорошо. — Согласилась сестра.

И в том, что так и будет, был уверен на все сто. Как ни как, она не глупа. Может, в чем-то наивна, но старший брат на то и существует, чтобы наивность не обернулась проблемами.

К слову, о проблемах:

— К тебе там не приставали?

— Если не считать за приставания десятки благодарностей и настойчивые попытки оставить меня на ночь, то нет. — Улыбнулась собеседница.

— И Хиро не лез?

Не нравился мне этот парень. Уж не знаю, чем.

— Нет, но...

"Видимо, не зря".

— Рассказывай.

— Он предлагал подумать о вознаграждение за мою помощь. Я согласилась, но пока ничего ему не отвечала.

— Вот, значит, как.

"Грязно играете, товарищи союзники". — Попытка разнести вопрос моего долга перед Арнами и их долга перед моей сестрой засчитана. — "Политика... Как же я ее не люблю".

А ведь с этим нужно будет что-то делать. Допустим, от притязания остальных аристо Арны ее прикроют, но кто прикроет Изуми от них самих.

Одного Монго тут будет маловато. Тем более, еще неизвестно, насколько хорошо на него сработает игра в доброго и злого полицейского.

Расширить договор с Луизой? А не залезу я, тем самым, в долг уже к ней? Как-то многовато всего уже получается. Вопросы по поводу атрибута и архонтов — это ерунда. Но я же не только это планирую.

— Я сделала что-то не так? — Вырывает из раздумий аккуратный вопрос девчонки.

— Нет. — Улыбаюсь ей. — Все правильно.

Тем более, так оно и есть.

— Ты не помнишь точную фразу этого Хиро? Речь шла об Акаяши и Одзи или об Арнах.

В таких предложениях мелочей не бывает.

— Он говорил о Доме Арнов.

"Выходит, Мэзээки, а не Кэзуки".

Этот, на правах главы Дома, вполне мог пропихнуть к нам своего человека. Что же, значит, завтра Хиро не проснется.

Летаргический сон... С кем не бывает?

Наверное, с теми, кто не пытается вить рядом со мной интриги, пусть и кажущиеся почти безобидными. Начинается все всегда с мелочей.

"Ладно". — С этой мыслью встаю на ноги. — "Спать я сегодня все равно не собирался".

— Ты опять куда-то уходишь? — Грустным тоном даже не спросила, а констатировала Изуми.

— Я недалеко. — Отвечаю истинную правду. — Если хочешь, можешь подождать меня здесь.

Так-то, у нее и своя комната есть. И ничуть не хуже моей. Но сделаем вид, что это я разрешил ей тут разлеживаться, а не сестренка поставила меня перед фактом.

— Ты доверяешь этой женщине? — Догоняет уже в спину вопрос.

— Луизе? — Угадываю с первой попытки. — Не больше, чем человеку, с которым у нас общие цели.

"А вот, насколько она готова следовать договорам, узнаю уже очень скоро". — Продолжаю про себя..

— Ты хоть догадываешься, сколько ей лет? — Не пожелала успокоиться на этом Изуми.

— Всяко меньше тысячи.

— Меньше тысячи... — Отзеркалила мой ответ та. — Таких людей уже нельзя рассматривать с обычной точки зрения. Ее цели могут отличаться от твоих.

И это тоже допускаю. Тем более, прочитать ее я так и не смог.

Но если подозревать вообще всех, то с кем тогда иметь дела?

Архивы Рода.

Громкое название, за которым воображение сразу вырисовывает огромное защищенное помещение с бесконечными стеллажами документов, древних свитков и когда-либо заключенных договоров. Идеальная влажность, идеальная температура, идеальное сочетание живых и механизированных смотрителей.

Одним словом, все, чтобы сохранить память для будущих поколений.

Что же. Мое воображение меня не обмануло.

Разве что, кроме всего этого, присутствовали и обычные сервера. Компьютерные технологии давно стали частью обыденности, шагнув и сюда.

Возможно, иные аристократы более привержены традициям, признавая лишь бумагу, но Род Акаяши являлся очень молодым. Буквально, около трех сотен лет, что на фоне тех же Арнов, с их документально подтвержденными тремя тысячами, смотрится мелковато. Но даже у них оказалось столько накопленной информации, что одному человеку не хватит и пары лет, чтобы прочитать ее хотя бы вполглаза.

Благо, бумажные источники меня сегодня не интересовали.

Вообще, впервые задумавшись о возможности пошерстить в кладовой знаний аристо, я даже не был уверен, что таковая существует. С них стало бы и передавать все из уст в уста. Однако, подобная система была бы крайне ненадежной.

Сколько те же Одзи за раз потеряли Старейшин, а вместе с ними и знаний? А такие ситуации, хоть и не происходят каждый день, но ведь возможны же?

Еще один вариант: множество несвязанных друг с другом хранилищ, раскиданных по землям Рода. Возможный вариант.

Вероятно, что передо мной, как раз, и есть одно из таких хранилищ.

Но идеальным для всех был бы тот, если существовал некий нейтральный Род, всей сутью которого являлось сбережение и защита чужих знаний. Возможно, даже под эгидой императора...

Впрочем, не суть.

Одна из актуальных целей была уже обозначена. Эмблема моего хорошего знакомого. Что до сопутствующих... Изначально, когда данная идея только возникла, меня интересовали духовные техники.

Для выходца из мира, где ничего подобного и близко нет, все это выглядело весьма впечатляюще. Однако, с того момента прошло достаточно времени, чтобы попривыкнуть. Да и возможности архонта стоят даже выше классических бойцов.

В нынешней ситуации важнее отыскать что-то, что может сгодится для безопасности сестренки.

Не думаю, будто нескольких часов хватит, чтобы решить обе проблемы, но попробовать все равно стоит.

"Будь у меня чуть больше свободного времени". — Объявилась в голове окрашенная легким сожалением мысль.

Увы. Работа с Хиро отняла неожиданно много столь ценного ресурса. На поиски архива и то меньше ушло. А ведь что-то конкретное о нем, из слуг, знали считанные единицы. Логично было бы предположить, что глава рода точно в курсе, но лезть к нему в голову, во-первых, излишне рискованно, а, во-вторых, если уж и лезть, то не по такому ерундовому поводу.

Скачущая сопротивляемость у пользователей духовных техник — спасибо Касуми — нашла некоторое объяснение, заключавшееся в разных подходах работы с Миром Души. И то, насколько в этом хорош Кэзуки, мне неизвестно.

Он еще не стал мастером, когда — согласно словам погибшей Одзи — на внутренний мир начинают обращать хоть какое-то внимание. Но тот же Рокеро умудрился его сформировать, будучи гораздо ниже.

Отсюда следует вывод, что тут, во многом, все зависит от подхода конкретной школы, а не от ранга. Просто чем выше ранг, тем выше вероятность наткнуться на человека, представляющего правила работы Мира Души, как его тут называют.

Вот и получилось, что получилось.

Хорошо хоть, в самом помещение архива, к слову, расположенном значительно ниже уровня земли, в столь поздний час практически не было людей. Лишь один почтенный старец дремал прямо за массивным деревянным столом у входа. Да и того почти не было видно из-под нависающих стопок бумаг.

Он же дал мне представление, где что находится.

И, раз уж про это место я вспомнил во многом благодаря Змею, то и начать решил с его вопроса.

Правда, не слишком рассчитывая на успех.

Родов в Японии много. И никому из них не понравится слишком пристальное внимание коллег. Тем не менее, за некоторыми Арны, а с ними и Акаяши, приглядывали достаточно плотно, но это, как правило, были те Рода и Дома, с которыми имелись некие дела или пересечения интересов. Об абсолютном же большинстве было лишь краткое досье.

Навроде сухого перечисления фактов: основная сфера деятельности, территориальное расположение, союзники и противники, подтвержденный возраст Рода, количество бойцов и их ранги и так далее.

Без всяких шуток, информация ценнейшая. Из разряда той, что не найдешь ни в одном открытом источнике. Но не та, что нужна в данный момент.

Мне бы, скорее, пригодились детальные сведения о внутренних конфликтах. Причем, довольно давнишних. Но чего не было, того не было.

Часть списка удалось отсеять по зафиксированному применению Эмблемы в последние пару десятков лет, но это капля в море. Как уже стало ясно, данный козырь — не то, что принято демонстрировать на всеобщее обозрение по поводу и без.

Еще часть выбыла по причине несоответствия описания Эмблем с тем, что испытал на себе. Это касалось тех, о ком это самое описание нашлось.

Однако под подозрением оставались все еще слишком многие.

"Попробовать идти от обратного?"

Исчезновение или смерть женщин из главной ветви Рода — по этому критерию удалось убрать еще несколько десятков.

Самое забавное, что в оставшихся везде, как причина, только смерть.

Минус те, кто в силу возраста уже не мог стать матерью, и в распоряжении остается семь кандидатов.

Прогресс.

Вот только сито, которым я зачерпывал, настолько дырявое, что далеко не факт, что Змей имеет отношение именно к этим семьям.

Количество неучтенных нюансов превращало проделанную работу в жуткую халтуру, но я ведь и не обещал, что все силы положу на выяснение истины. Тут, по-хорошему, необходим долгий, кропотливый анализ с разбором и перепроверкой информации из разных источников.

Одним словом, в качестве чернового варианта сгодится. Будет у него семь фамилий, к чьим обладателям лучше не приближаться... Ну, или приближаться, если вдруг взыграет желание поискать родственников.

Если владелец бойцовых арен порадует с ответной услугой, то попробую выдавить из имеющегося что-нибудь еще.

Пока же самое время закрыть один очень важный вопрос. И звучит тот довольно просто: что стало с Андо по мнению самих аристо?

То, как и Луиза, и Себастьян обходили стороной события того дня прямо говорит, что произошло там нечто, о чем мне стоит знать. И если где и искать ответы, то именно здесь.

Изуми все-таки не дождалась.

К моменту возвращения, та уже мирно посапывала, свернувшись клубком прямо на моей кровати. Рядом лежала ручка и раскрытый на сотой странице учебник биологии. Ее собственной книги видно не было.

"Выходит, что к обычным людям она все же ближе". — Мой собственный сон находился где-то очень далеко.

Убрав все книги на журнальный столик и накрыв сестренку одеялом, выхожу обратно под открытое небо, занимавшееся рассветом.

Воздух ощутимо холодил голову, но это, пожалуй, было даже хорошо.

Интересный вышел денек. И интересное окончание.

Что же. Союзники, и вправду, не винили Луизу в случившемся, что было ожидаемо. Из того же, что ранее не знал, оказалась причина, по которой Андо так компактно собрались в одном месте.

Деталей для полной картины все еще не хватало, но тех, определенно стало больше. Однако сейчас не было настроения осмыслять все полученное. Хотелось просто немного постоять в тишине.

Но исполнение этого несложного желания оказалось вскоре прервано.

Где-то за правым плечом, метрах в пяти, прозвучал приглушенный хлопок резко раздавшегося в стороны воздуха, и на земли Акаяши ступила Луиза.

"Время". — Оборачиваюсь со вздохом.

— Отдохнувшим ты не выглядишь. — Ровно произносит архонт. — Тем не менее, свои два дня ты использовал. А теперь, пора заняться делом.