Лорд умер! Да здравствует Лорд?

Пролог

Люциус Малфой задумчиво рассматривал сундучок, который не так давно нашел в подземельях своего мэнора. Сундучок не излучал магию и это было странно. Ещё более странным было то, что когда он нашёл его, то услышал поток брани от своего бравого предка.

Решив не рисковать своей жизнью и жизнью семьи, Люциус Малфой направил сообщение своему поверенному на Косую Аллею в банк Гринготтс, чтобы взвалить на его плечи эту задачу, а заодно расстаться с парой сотен галеонов.

Когда он прибыл, то в кабинете Вилфреда, поверенного семьи Малфой, волшебника ожидала чашка кофе и ещё один гоблин, имени которого маг не знал.

— Господин, — поклонился Вилфред. — Это Сверр, ликвидатор проклятий нашего банка. Как я понял, вам нужны его услуги.

Вкратце обрисовав ситуацию и оставив сундучок, Малфой покинул Гринготтс — он не особо любил общение с гоблинами.

Через неделю поверенный дал о себе знать и сообщил, что несмотря на все старания, Сверру не удалось открыть злосчастный сундучок, что тот очень сожалеет и…

— Не думал, что в Гринготтсе не смогут выполнить мою просьбу, — лениво протянул маг, вновь сидя в кабинете Вилфреда.

— Кто вам об этом сказал, господин? Просто я хотел уточнить, готовы ли вы потратить несколько больше, чем было оговорено ранее?

— И какова цена?

— Цена вне зависимости от сложности работы начинается от тысячи галеонов, за меньшее мастер даже не выйдет из собственной лаборатории, — спокойно ответил гоблин, следя за реакцией мага. — Если вас это устроит, то мастер прибудет в течение получаса.

Люциус еле заметно поморщился, что не укрылось от глаз наблюдательного Вилфреда, но кивнул, принимая условия. Гоблин тотчас же пододвинул к себе пергамент, написал пару строк и подбросил в воздух, где тот исчез.

Волшебник раздумывал над тем, чтобы отлучиться из банка на эти полчаса, но после того как гоблин предложил кофе, решил, что лучше будет дождаться такого дорогого мастера в кабинете. Именно поэтому, распахнувшаяся за его спиной дверь, была полной неожиданностью. Обернувшись, Малфой увидел раздражённую и в чем-то перепачканную девушку, которая швырнула на наколдованный ею же столик птицу.

— А вот и мастер, — оскалился гоблин. — Рад видеть вас целой, мастер.

— Ну и что это за срочное дело, из-за которого я должна была прикончить нужный мне живым ингредиент? — Нахмурилась волшебница, совершенно не обращая внимания на Люциуса.

— Вот этот занимательный сундучок, — гоблин осторожно пододвинул к краю стола обозначенную вещицу.

Прежде чем прикоснуться к сундучку, волшебница быстро привела себя в порядок, убрав с одежды и лица кровь и грязь, и только затем подошла к столу, осторожно взяла в руки артефакт и принялась рассматривать его. И во всех её движениях было что-то до боли знакомое Малфою, особенно то, как она убрала за ухо выбившуюся прядку.

— Простите, мисс, — наконец-то он подал голос, привлекая к себе внимание, параллельно отмечая, что у волшебницы нет ни обручального, ни помолвочного кольца. — Это один из артефактов моего предка. Я хотел бы узнать, опасен ли он для моей семьи.

— Вилфред, — девушка не обратила на реплику Люциуса никакого внимания, — мистер Малфой подписал договор?

— Стандартный, — усмехнулся банкир. — Желаете ознакомиться?

— Несомненно, — кивнула волшебница, в которой мужчина с возрастающим удивлением узнавал сестрёнку своей жены. А та лишь продолжала крутить сундучок в руках, и на ее губах расцветала лукавая улыбка.

Он настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как цена услуги мастера выросла на два сикля. А сама девушка, вытащив из волос шпильку и немного повозившись с замком, выжидательно смотрела на него.

— Теперь очередь за вами, мистер Малфой. Поднесите сюда свой перстень.

С легким щелчком сундучок открылся и девушка, мельком посмотрев вовнутрь, протянула его Люциусу, который с недоумением рассматривал его содержимое — небольшой медальон, при открытии которого он увидел портрет очень миловидной женщины, локон золотистых волос и письма. Обычные маггловские письма.

— Что-нибудь из этого несет вред мне или моей семье? — повторил свой первоначальный вопрос мужчина, особенно выделяя голосом последнее слово.

— Это как посмотреть, мистер Малфой, — улыбнулась мастер. — Никакой магии, кроме той, что поддерживает вещи в надлежащем состоянии, в них нет. Опасным может быть только содержание писем. И то только, я уверена, для репутации дамы, изображённой на портрете. И знаете, что я вам посоветую, — она слегка нахмурилась. — Прежде чем читать письма, спросите разрешения у вашего предка и…

— Простите, господин, — вмешался в их разговор гоблин. — Мастер так быстро взялась за дело, что я не успел вас представить, — он протянул крючковатую руку. — Мастер-артефактор Анна Хемптон.

— Спасибо за помощь, мисс Хемптон, — Люциус коротко кивнул на слова своего поверенного.

— Ваше спасибо уже на моём счету, — хмыкнула Анна и повернулась к Вилфреду. — Какие-нибудь вопросы ещё имеются?

— Нет, — покачал головой банкир.

— Тогда, до встречи, — кивнула ему девушка, а затем повернулась к Малфою. — До свидания, мистер Малфой.

Анна Хемптон вышла из кабинета, а в голове мужчины звучал её голос и фраза, сказанная несколько лет назад, когда они виделись в последний раз: "До свидания, Люциус…" А перед глазами стояла её печальная улыбка.

Глава 1

Вальбурга Блэк медленно проходила мимо стеллажей в родовой библиотеке в поисках очередного фолианта по чарам на французском. Осторожно касаясь пальцами переплётов, леди Блэк размышляла над тем, какие интересные фортели выкидывает жизнь. Ещё полгода назад она и не думала, что в доме на Гриммо появится какой-то жилец кроме неё. Младший сын уже четыре года как уехал за границу и активно строил карьеру вместе с сыном кузины, а старший… Старший теперь сидел в Азкабане, и хотя Вальбурга и не показывала этого, но она сильно переживала за него и пыталась помочь, правда безрезультатно. И вот полгода назад на ее голову свалилась племянница. И этот десятилетний ребёнок стал для Вальбурги Блэк отдушиной и радостью.

Анна Хемптон оказалась очень сообразительной девчонкой, и не смотря на то, что воспитывалась в Америке, держалась достойно как и следовало наследнице Краучей и Блэков, которой она являлась.

От размышлений ее отвлёк голос домовика Кричера:

— Госпожа, мисс Анна просила пригласить вас в гостиную. Прибыла ваша племянница с супругом.

— Спасибо, Кричер, — неожиданно для себя поблагодарила его Вальбурга, и уже подходя к гостиной, услышала голос младшей племянницы:

— Разрешите предложить вам чай, пока вы ожидаете леди Блэк?

— Это неплохое решение, мисс Хемптон, — Вальбурга с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться в голос, стоило ей увидеть недоумение на лицах посетителей. — Цисси, Люциус, рада вас видеть.

— Леди Блэк, — поклонилась девочка, дождавшись, когда женщина закончила с приветствиями. — Разрешите мне уйти. Лорд Крауч ждёт ответа на своё письмо.

— Идите, мисс Хемптон, — разрешила хозяйка дома. — Не стоит с этим затягивать.

— До свидания, мистер Малфой, — снова склонилась в книксене Анна. — Миссис Малфой.

— Вы взяли воспитанницу, тётушка? — стоило юной волшебнице закрыть за собой дверь, тут же поинтересовалась Нарцисса.

— Я думала, что ты узнаешь свою кузину, — хмыкнула миссис Блэк. — Это дочь твоей тётушки Эссы.

— Эссы Крауч? Мерлин, тётушка, как я её могла узнать?

— Это очаровательное создание — внучка Крауча? — подал голос молчавший до этого Люциус. — Я был уверен, что вся его семья уехала заграницу.

— Так и есть, — подтвердила Вальбурга. — Мисс Хемптон пришлось вернуться из-за того, что магический контракт с Хогвартсом заключился в день её рождения.

— И она живёт у вас, леди Блэк?

— Курсирует между двумя домами, — по губам женщины скользнула едва заметная улыбка, которую успела заметить ее племянница. — Девочка начитанная и ищет знания, как и все Краучи, очень жаль, что её детство прошло в Америке.

— Там слишком свободные нравы, тётушка? — заинтересованно спросила Нарцисса.

— Нравы свободны везде, кроме собственный семьи, — фыркнула леди благороднейшего и древнейшего рода. — Ты сама знаешь, что быть Блэком — то же самое, что быть королевской крови. И я хочу, чтобы эта девочка почувствовала, что это такое.

— Вы готовите её к школе? — снова вклинился в разговор Люциус. — Если пожелаете, то я мог бы рассказать о Хогвартсе юной мисс.

— Тебе, прежде всего, следует укрепить свои позиции, Люциус, — осадила молодого мужчину Вальбурга. — После падения Темного Лорда Малфои не на лучшем счету у Министерства.

— Тётушка, — моментально вскинулась Нарцисса.

— Если ты не смеешь ему сказать правду, то это сделаю я, Цисси, — голос леди Блэк стал жёстче.

— Может, поговорим об этом в другой раз, леди Блэк, — холодно процедил Люциус, но почувствовав руку жены, уже спокойнее продолжил. — Как вы уже догадались, леди Блэк, мы пришли по поводу зелья, созданного леди Крауч.

— Да, конечно, — решила не накалять обстановку женщина, обещая себе, что обязательно все выскажет Абраксасу Малфою в приватной беседе, чтобы не волновать и так слабую племянницу. Взмахнув палочкой, миссис Блэк призвала к себе пару небольших бутылочек с зельем и в ответ на недоуменный взгляд Нарциссы и её мужа пояснила. — Второе зелье тётя Чарис просила передать Абраксасу. В некоторых районах Британии появились очаги драконьей оспы, которая косит магов старшего поколения. И тётушке Чарис это кажется очень странным и она считает — лучше предупредить болезнь, чем лечить её.

Дальнейшая беседа протекала уже спокойнее и без переходов на личности. Удовлетворив своё любопытство и немного позлорадствовав над откровенно скучающим Люциусом, Вальбурга разрешила чете Малфой откланяться.

***

Следующие полгода для Вальбурги пролетели незаметно. За это время она успела привязаться к своей племяннице, но если бы кто-нибудь спросил у нее об этом, то леди Блэк ни за что бы с этим не согласилась.

И сейчас, стоя на платформе 9¾, леди древнейшего рода осознала, что ей будет не хватать Анны, и будь её воля, то она оставила бы девочку на домашнем обучении. Но противиться магическому контракту невозможно, поэтому ей оставалось только смириться и в очередной раз попросить малышку вести себя достойно и ничем не запятнать славное имя Блэков.

— Хорошо, мэм, — улыбнулась Анна, и Вальбурга в очередной раз убедилась, что девочка — кровь от крови Блэк.

Взглянув на племянницу, пожилая женщина вспомнила, как достойно вела себя Анна при посещении Косой Аллеи. Она не вертелась, не канючила. Лишь вежливо спросила, не могут ли они, после того, как завершат все дела, посетить кафе Флориана Фортескью. После того, как Вальбурга согласилась, девочка поблагодарила и больше не задавала лишних вопросов.

Вспомнив об этом, леди Блэк довольно улыбнулась и перевела взгляд на стоящих рядом спутников. Асма Крауч прижимала к себе племянницу и не скрываясь плакала. Вальбурга в очередной раз пожалела, что у Асмы нет детей — она была бы отличной матерью.

— Ну-ну, — похлопал дочь по плечу Каспар Крауч. — Не нужно расстраивать девочку. Ей и так первое время придётся тяжело.

— Дедушка, — возмутилась Анна, пряча улыбку, — думаю, стоит опасаться за тех, кто придёт из маггловского мира, а не за меня, — она гордо вздёрнула нос и весело сверкнула глазами.

— Как же ты там будешь одна? — снова всхлипнула Асма.

— Немедленно прекрати, — проворчала Вальбурга. — На нас уже смотрят.

— Ну и пусть, — отмахнулась мисс Крауч, снова прижимая девочку к себе. — Я долго не видела свою любимую племянницу. Любая нормальная женщина будет переживать.

— Несомненно, — поддержал дочь мистер Крауч, поджимая губы. — Пора прощаться.

— Тебе пора, — леди Вальбурга, старающаяся до этого момента не выдавать своих истинных эмоций, порывисто обняла Анну. Женщина искренне надеялась, что девочка не сильно переживает тот факт, что на первый курс Хогвартса её провожает не мать, а их компания. — Надеюсь, ты ничем не опорочишь славное имя Блэков.

— Как и славное имя Краучей и Хемптонов, — девочка в ответ обняла её. — Обещаю вам, тётушка.

— И ещё одно, — леди Блэк еле слышно вздохнула. — Я буду скучать по тебе, Ани.

— Я буду писать вам, — искренне пообещала девочка. — Правда-правда. И магия будет мне свидетелем.

Вальбурга выпустила Анну из объятий, и девочку тут же обнял дед, а затем и тётя.

— Всё, хватит, — властно прервал всхлипывания дочери Крауч. — Поторопись, Ани.

***

Анна кое-как нашла свободное купе, расположенное в самом конце поезда, и устроилась около окна, надеясь, что её не видно с перрона. Девочка наблюдала за своей семьёй: тётушка ничем не выдавала своих эмоций, а просто стояла и смотрела на вагон; Асма плакала, поминутно прикладывая платок к глазам; лорд Крауч обнимал дочь за плечи и грозно осматривался вокруг, словно опасался нападения прямо на перроне. Когда поезд тронулся, то Анна не удержалась, высунулась из окна и помахала им, и женщины не сговариваясь погрозили ей, но девочка была уверена, что они обе улыбаются.

Когда перрон скрылся за поворотом, Анна достала один из любовных романов, которые тайно прихватила с собой из библиотеки бабушки Крауч, и погрузилась в чтение. Но не успела она прочитать и пары страниц, как дверь в купе приоткрылась и внутрь заглянул рыжий мальчик.

— Здесь свободно? — спросил он, указывая на сиденье напротив. — В других вообще сесть некуда.

— Пожалуйста, — кивнула Анна, и мальчишка уселся напротив. Он украдкой покосился на нее, но тут же перевел взгляд, делая вид, что его очень интересует пейзаж за окном, что не укрылось от девочки.

За весь путь Анна и ее сосед по купе так и не перебросились парой слов. Девочка просидела, уткнувшись в книгу, да и мальчик достал какой-то учебник. Лишь когда стемнело, Анна попросила его выйти, чтобы она смогла надеть мантию.

— Можешь идти переодеваться, — девочка вышла из купе, поправляя рукава мантии. — Я подожду здесь.

Через пять минут мальчик позвал её обратно в купе. Анна вежливо поблагодарила его, села на своё место и посмотрела в окно. За окном высились горы и тянулись бесконечные леса, а небо стало темно-фиолетовым. Поезд замедлил ход.

— Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут, — разнёсся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно.

Поезд все сбавлял и сбавлял скорость и, наконец остановился. В коридоре возникла жуткая толчея и Анна предпочла переждать всё в купе. Через несколько минут она всё-таки оказалась на неосвещенной маленькой платформе. Затем над головами стоявших на платформе ребят закачалась большая лампа, и все услышали громкий голос:

— Первокурсники! Первокурсники, все сюда!

Перед прибывшими стоял мужчина просто огромного роста. Метра два в высоту, да и в ширину не меньше. Анна попыталась вспомнить, что говорила о нём тётушка Вэл, да и говорила ли вообще о том, как новоприбывшие студенты добираются до Хогвартса.

— Так, все собрались? — продолжал между тем, судя по всему, сотрудник школы. — Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!

Поскальзываясь и спотыкаясь, малыши пошли вслед за ним по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Все разговоры стихли, и они шли почти в полной тишине.

— Ещё несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — снова раздался голос мужчины. — Так, осторожно! Все сюда.

Через пару мгновений у всех вырвался дружный, восхищённый возглас. Даже Анна не смогла сдержаться.

Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его окна отражали свет звёзд.

— По четыре человека в одну, не больше, — скомандовал мужчина, указывая на маленькие лодочки, качающиеся у берега. По какому-то странному стечению обстоятельств, Анна оказалась в одной лодке с рыжим мальчишкой из купе.

— Расселись? — снова громкий голос. — Тогда вперёд!

Лодки заскользили по водной глади. Будущие студенты молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утесу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними.

— Пригнитесь! — громко крикнул провожатый, когда они подплыли к утесу. Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, дети попали в темный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни.

Затем они поднялись наверх по каменной лестнице и вскоре оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Ещё один лестничный пролет — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью.

— Все здесь? — поинтересовался мужчина и убедившись, что все в порядке, поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.

Дверь распахнулась и перед детьми предстала высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зелёных одеждах. У неё был очень строгий вид и сразу становилось понятно — с ней лучше не спорить. Анна хмыкнула про себя. Эта волшебница по сравнению с её тётей Вэл выглядела доброй бабушкой.

— Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей их провожатый.

— Спасибо, Хагрид, — кивнула ему женщина, затем резко повернулась и пошла вперёд, приказав первокурсникам следовать за ней.

Дети послушно последовали за ней и через пару минут оказались в огромном зале. На каменных стенах горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи. Проходя мимо закрытой двери справа, можно было услышать шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор МакГонагалл провела их совсем не туда, а в маленькую пустую комнатку.

— Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, вместе проводить свободное время. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Хафлпафф, Равенкло и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями, — она ещё раз осмотрела присутствующих. — Я вернусь, когда все будут готовы к встрече с вами. Пожалуйста, ведите себя тихо.

Все согласно закивали, но стоило женщине выйти, как отовсюду раздались шепотки, каким же образом будет происходить распределение. Больше всего шума производили мальчишки, которые выдвигали теории о соревнованиях на мечах или убийстве монстров.

Девочка осмотрелась и заметила стоящих в стороне ребят, которые смотрели на остальных с нескрываемым пренебрежением, которое не смогли скрыть. Чистокровные, решила она, только у них могут быть такие лица, в которых угадывались родовые черты.

Задумавшись Анна не заметила, как вернулась МакГонагалл и вздрогнула, когда раздался её голос.

— Церемония отбора сейчас начнется. Выстройтесь в шеренгу и идите за мной!

Дети выполнили её указания и вышли из маленького зала, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале. Судя по всему, многие первокурсники даже представить себе не могли, что существует такое красивое и такое странное место. Зал был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений.

— Это что, призраки? — испуганно прошептала девочка и вцепилась в руку Анны, которая с удивлением посмотрела на неожиданную собеседницу.

— А ты что, ни разу не видела приведений? — девочка замотала головой, и юная Хемптон улыбнулась. — Не бойся, они тебя не убьют. Но нервы потрепать могут.

Тем временем профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная.

Анна поморщилась, представив, как ЭТО коснется её волос. Она скосила глаза и заметила, что на лице собеседницы появилось еле различимое отвращение.

На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем Шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела.

Хемптон была готова заткнуть уши от этого, у Шляпы абсолютно не было ни слуха, ни голоса. Но призвав на помощь всю силу воли, Анна стоически вытерпела выступление куска фетра.

Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырем столам. Рот ее исчез, она замолчала и замерла.

— И вот это нам нужно примерить? — снова подала голос девочка, испугавшаяся призраков.

— Угу, — хмыкнула Анна. — Я, правда, надеялась, что она намного чище.

Собеседница с трудом выдавила из себя улыбку. Видно было, что она волнуется. Да и сама Анна волновалась, несмотря на то, что о распределении ей давно всё рассказали.

— Мне будет абсолютно всё равно на какой факультет тебя распределят, — тётушка Вэл серьёзно посмотрела на неё. — Нет плохих факультетов, есть плохие люди.

— Вальбурга совершенно права, — неожиданно поддержала её Чарис Крауч. — Плохие люди есть везде. Возможно тот, кого ты считаешь своим другом, окажется мерзавцем. А твой враг — самым чудесным человеком. Никогда не суди поспешно.

Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента.

— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнем! Боул, Сьюзен.

Девочка с белыми косичками, та самая, с которой разговаривала Анна, вышла из шеренги, подошла к табурету, храбро взяла Шляпу и села.

— Равенкло! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за столом этого факультета, разразились аплодисментами. Сьюзен встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место.

Анна улыбнулась. Судя по всему, Сьюзен была довольна факультетом. За дальнейшим распределением девочка наблюдала уже с любопытством. Стоило Шляпе назвать тот или иной факультет, на лице первокурсников можно было заметить целый спектр эмоций. Кто-то, как Сьюзен, был доволен факультетом, а кто-то пребывал в ужасе, не зная, чего ожидать. Но Анна заметила, что каждый факультет принимал новичка с теплотой. Даже призраки говорили какие-то ободряющие слова.

Задумавшись над тем, что доброго мог сказать призрак, расположившийся за столом Слизерина, Анна не сразу услышала, что МакГонагалл назвала её имя.

— Хемптон, Анна! — в очередной раз повторила профессор, привлекая ее внимание.

Девочка села на табуретку и стоило Шляпе коснуться её волос, как тут же раздался тихий голос:

— Ну и куда же хочешь ты?

— Мне все равно, — подумала юная волшебница.

— Почему? Говорят, что Слизерин самый плохой факультет.

— Нет плохих факультетов, есть плохие люди.

— Даже так? — Шляпа на мгновение задумалась. — Ты умная девочка. Значит… РАВЕНКЛО!

Глава 2

Анна Хемптон две недели назад вернулась в мэнор Краучей после окончания второго курса в школе чародейства и Волшебства. Если бы ее спросили, как прошли два года, то она без ложной скромности ответила, что легко, но напряженно.

После падения Темного лорда, студентам Слизерина приходилось тяжело, особенно участились нападки со стороны Гриффиндора, который бросался на них как шакалы. И алознаменные нападали не на своих ровесников, а на первокурсников. Девушка сама видела, как несколько старшекурсников зажали в углу какую-то слизеринку, но не успели ничего сделать, потому что очень быстро появились ее старшие товарищи. Попустительство со стороны преподавательского состава было самым неприятным, что происходило в школе.

Анна перевела взгляд на стол, где лежал набросок эссе по трансфигурации, заданное профессором МакГонагалл. Именно эта женщина активно стравливала два вечно враждующих факультета, еще везло, что Хаффлпафф слишком уважал собственного декана, чтобы вмешиваться в разборки и расстраивать ее. А Равенкло знали, какой кровью обошелся проигрыш в войне родственникам и друзьям зеленого факультета.

Сама девушка тоже несколько раз подвергалась нападениям из-за того, что защищала слизеринцев, но пара проклятий, почерпнутых из библиотеки бабушки Чарис и дневников кузины Беллы, заставили обидчиков отступить и ограничиться оскорблениями.

— Чертова кошка, — выругалась девушка и отбросила перо на стол.

— Ани, — неожиданно раздался голос дедушки.

Девушка подняла взгляд и увидела мистера Крауча в сопровождении мистера Малфоя, который окинул ее заинтересованным взглядом. Из-за этого взгляда она невольно покраснела и соскочила с кресла.

— Дедушка, — она присела в книксене, — мистер Малфой.

— Юная мисс, вы чудесно выглядите, — вместо стандартного приветствия произнес Люциус Малфой, выразительно поглядывая на ее босые ступни. Анна покраснела ещё сильнее и быстро надела домашние туфли.

— Ани, сообщи бабушке, что на ужине у нас будет присутствовать гость, — мистер Крауч словно не заметил манёвра внучки. — Пойдёмте, Люциус.

Мужчина согласно кивнул и, бросив очередной взгляд на девушку, вышел из гостиной вслед за Каспаром Краучем.

Анна же, подхватив все свои учебные принадлежности и проклиная себя за расслабленность, побежала в лабораторию, где сейчас колодовала Чарис. Осторожно толкнув дверь, чтобы не помешать, девушка вошла внутрь и тихонько кашлянула, привлекая к себе внимание.

— Ани, — улыбнулась женщина, заметив внучку. — Что-то случилось?

Анна согласно кивнула и перевела взгляд на бурлящий котёл. Сегодня как никогда девушка была согласна с профессором зельеварения, который смог бы оценить красоту готовящегося зелья, источающего тончайший аромат. Аромат пробирался по венам, околдовывая разум, порабощая чувства…

— Ани, — Чарис Крауч встряхнула девушку, возвращая её в реальность. — Сколько раз я тебе говорила, не заходить, когда я готовлю именно это зелье.

— А что это?

— Амортенция.

— Вы научите меня готовить её?

— Это сложное зелье, которое требует большого вложения сил, поэтому подойдешь ко мне после того, как сдашь СОВ по зельям на "превосходно", — хмыкнула леди Крауч, накрывая котёл крышкой. — Так всё-таки, что случилось?

— Дедушка Каспар просил предупредить, что у нас сегодня гость. Мистер Малфой, — щёки Анны покрылись румянцем, стоило ей вспомнить взгляд мужчины.

Выполнив поручение деда, Анна чуть ли не бегом направилась в свою комнату, чтобы привести себя в порядок перед ужином. Почему-то именно сегодня ей хотелось выглядеть особенно хорошо.

Может быть это из-за молодого мистера Малфоя? Но девушка отмахнулась от этой мысли. Что за глупость. Она просто хочет быть красивой.

Наскоро переодевшись, Анна осторожно присела на краешек стула, стараясь не помять платье и взяв первую попавшуюся книгу, попыталась погрузиться в чтение, но перед глазами так и стояло лицо Люциуса.

— Мисси, — голос домовички вывел девушку из задумчивости. — Мисси Анна, госпожа приглашает вас к столу.

— Спасибо, Винки, — она улыбнулась эльфийке. — Уже иду.

Во время ужина Анна старалась вести себя как обычно, подробно и обстоятельно отвечая на вопросы. А стоило ей встретиться взглядом с Люциусом, то её щёки заливались румянцем, и девушка начинала искренне сожалеть, что не использовала никаких чар.

— Мисс Хемптон, — обратился к ней Малфой, когда они перешли в гостиную после ужина, — скажите, а кого вы назвали кошкой?

— Когда? — Анна сделала большие глаза, стараясь показать Люциусу, что если бабушка узнает, что она нелицеприятно отзывается о профессоре МакГонагалл, то головомойка обеспечена.

— Когда вы что-то писали, — улыбнулся Люциус. — Когда я учился, мы так называли МакГонагалл.

— И мы ее так же называем, — рассмеялась девушка.

— Расскажите что-нибудь о школе, — попросил ее Малфой. — Любопытно, изменилось ли там что-нибудь?

— Изменилось, мистер Малфой, — голос Анны стал холоднее и жёстче. — Сейчас там не стоит говорить о своей семье. Если ты принадлежишь к древнему роду, то травля тебе обеспечена. Магглорожденные ведут себя как короли. Им дозволено все, — распалялась девушка. — И некоторые профессора этому потворствуют. А что касается обучения, если сравнивать рассказы бабушки и леди Блэк об их обучении и о моём, то качество преподаваемых дисциплин заметно ухудшилось. Радует, что не отменили факультативы...

— Подожди, — перебила её нахмурившаяся Чарис Крауч. — Ты сказала, что чистокровные подвергаются травле? Ты тоже?

— Те, кто пытался, на пару-тройку дней отправлялись в больничное крыло, — хмуро ответила Анна. — Дневники кузины Беллы — прекрасный источник информации.

— Мисс Хемптон, ваша кузина была виртуозна в проклятиях во время обучения, — хмыкнул Люциус, разрывая тишину, что появилась после слов девушки. — Каюсь, что сам однажды попал в больничное крыло на сутки, прежде чем моя несравненная невеста поговорила с сестрой.

Анна хотела было уточнить, что же за проклятие отправило Малфоя отдыхать в лазарете, но пришла к выводу, что это будет не самый тактичный вопрос с её стороны. Это явно не то, что стоит обсуждать. Поэтому девушка лишь улыбнулась на его слова и пригубила свой чай.

— Мисси, — возле нее появилась домовичка. — Мисси Анна, вам письмо. Мисси просила предупредить, если ей придет письмо.

— Спасибо, Винки, — поблагодарила ее девушка, чем вызвала легкое недоумение на лице Люциуса, а затем встала со своего места и вежливо поклонилась ему. — Разрешите с вами попрощаться, мистер Малфой. Мне нужно как можно скорее ответить на письмо. Не люблю заставлять ждать. Спасибо за приятный вечер, — мужчина поклонился ей в ответ. — Бабушка, дедушка.

Получив в ответ улыбки старших Краучей и бросив быстрый взгляд на Люциуса, девушка вышла из гостиной.

***

Девушка сидела в меноре Хемптонов пытаясь всё-таки написать это чёртово эссе по трансфигурации, которое никак не хотело сдвигаться с мертвой точки. С момента как она первый раз взялась за это задание прошло уже больше двух недель, а качественной работы так и не получалось, тут вмешалась и поездка домой, и не любовь к преподавателю.

Август в Бефьюне выдался теплым и солнечным, Анне несколько раз удавалось понежиться на берегу озера, расположенного в пределах парка Хемптон-холла, и поэтому девушка приобрела бронзовый загар, который подчеркивал её индейские корни. Посмотрев в окно и тяжело вздохнув, она снова принялась писать эссе.

— Ну Уэйд, — в очередной раз попыталась надавить на жалость брата Анна. — Подскажи мне, пожалуйста.

— И не подумаю, — парень был непреклонен. Он даже демонстративно взял книгу, всем своим видом давая понять, что с его стороны помощи не будет. Анна в очередной раз вздохнула и принялась писать. Минут через двадцать она отложила перо и задумчиво протянула:

— Никогда не хотела быть анимагом. А уж после этого эссе тем более.

— Почему? — Уэйд отложил книгу и внимательно посмотрел на сестрёнку, которая всё-таки дописала сочинение.

— Подозреваю, что у всех анимагов куча блох. Не хотелось бы, чтобы по мне бегала какая-то живность.

— Только не говори об этом Тому, — рассмеялся парень.

— О чем? — как всегда незаметно вошедший Том подозрительно прищурился.

— О блохах, — рассмеялась Анна. — Скажи, по тебе блохи бегают, когда ты превращаешься?

Том зарычал и девушка с громким хохотом спряталась за спиной старшего брата.

— Хватит, — Уэйд обездвижил младшего и попытался отлепить от себя сестру. — Нашу Ани интересует этот вопрос.

— Да, — подтвердила она. — У нас есть профессор, которая превращается в кошку. Вот мне и интересно: есть ли у неё блохи и как она отбивается от любвеобильных котов.

— Дети, к столу, — в гостиную заглянула миссис Хемптон. — Уэйд, за что ты так с братом? Немедленно расколдуй его. Ани, прекрати визжать. Том!

Парень, с которого сняли заклятье, тут же ринулся на сестру, намереваясь как минимум отвешать ей подзатыльников, но окрик матери заставил его успокоиться.

— Томми, у меня чисто научный интерес. Я же хочу узнать, правда это или нет, — Анна не спешила выходить из-за спины Уэйда.

— Я тебя придушу!

— Том! Пойдёмте, — вздохнул старший брат. — Папа не любит ждать.

Уэйд вышел из комнаты, и Анна решила последовала за ним, предварительно показав второму брату язык. Том не выдержал и кинул в девушку диванной подушкой. Анна вскинула руки, выставив невербальный щит, и подушка не долетела до цели.

— Ты когда этому научилась? — Том удивился настолько, что забыл о своей небольшой обиде.

— Тётушка Вэл научила, — пожала плечами девушка. — Если бы ты видел нашего преподавателя ЗоТИ.

— А что с ним не так?

— Ой, лучше не спрашивай. Я как о нем вспоминаю, так мне становится плохо, — девушка закатила глаза. — Лучше дай мне свой учебник по защите.

— Да без проблем, — фыркнул Том. — Скажи, чему ещё тебя научила леди Блэк?

— Всему понемногу, — улыбнулась Анна, не желая распространяться о приобретенных вне Хогвартса знаниях.

После ужина девушка получила учебник и перестала обращать внимание на то, что творится вокруг. Поэтому для неё полной неожиданностью стало появление бабушки Хемптон.

— И что же такое интересное читает моя внучка, что не замечает окружающих?

Анна подняла голову и столкнулась взглядом с тёплыми глазами улыбающейся женщины.

— Бабушка, — девушка отложила книгу и поклонилась. — Простите. Просто Том дал мне учебник по ЗоТИ. И то, что преподают в моей школе сильно отличается от того, что изучал Томми.

— Не забудь мне напомнить, чтобы завтра мы с тобой прошлись по магазинам и купили тебе наши учебники, — улыбнулась леди Хемптон, голосом выделяя слово "наши". — Где твои родители?

— В малой гостиной.

— Хорошо, Ани, — женщина ласково потрепала ее по волосам и вышла из комнаты.

***

Леди Хемптон сдержала обещание. Последующие два дня она с Анной ходила по всевозможным магазинам на 109 авеню, покупая нужные книги. Аиде Ведо пришлось чуть ли не силой оттаскивать внучку от стеллажей с книгами, испещренными непонятными для нее символами. Эти книги не оставили равнодушными Анну и женщине пришлось купить пару этих учебников. А вот покупать пособие "Очаруйте ваших друзей и одурманьте ваших врагов" леди Хемптон категорически отказалась, несмотря на все доводы девушки.

Пообещав себе, что уговорит Тома купить ей эту книгу, Анна покорно вышла за бабушкой из магазина.

Вечером, расположившись возле камина в малой гостиной и обложившись новыми учебниками, девушка принялась переписывать эссе для профессора Флитвика, добавляя в текст новую информацию. Она так увлеклась, что упустила слова бабушки о том, что к ним прибудут Малфои для проведения оздоровительного ритуала.

— Кто именно из Малфоев? — уточнила Эсса, а сама Анна напряжённо замерла, надеясь услышать имя Люциуса.

— Нарцисса с мужем, — поджала губы Аида Ведо. Было видно, что леди Хемптон не сильно довольна тем фактом, что в мэнор прибудут англичане. Их снобизм и презрительное "янки" по отношению ко всем жителям Штатов, порождали обиды среди американцев.

— Когда они прибудут? — в голосе Эссы появились деловитые нотки, она явно уже продумывала где и как размещать гостей.

— Через пару дней, — хмыкнула леди Хемптон.

Аида Ведо привлекла к подготовке к ритуалу даже Анну, однако строго-настрого запретила девушке принимать в нем участие, мотивируя тем, что неокрепшему организму опасно испытывать такие нагрузки.

Активность бабушки так захватила Анну, что она пропустила момент появления в мэноре четы Малфоев. Даже быстрого взгляда на Нарциссу хватило, чтобы понять насколько той тяжело не выдавать своего истинного состояния.

Когда Анна видела миссис Малфой в последний раз, то женщина выглядела намного лучше. Сейчас же перед девушкой стояла бледная тень красивой женщины, запечатлённой на множественных колдографиях. И это состояние очень беспокоило Анну, поэтому даже её заинтересованность в Люциусе Малфое отошла на задний план. И тем неожиданней для девушки был их разговор об обучении в Хогвартсе.

— Здравствуйте, мисс Хемптон, — мужчина вышел из камина, привел себя в порядок и устало облокотился на стену. — Вы снова занимаетесь?

— Добрый день, мистер Малфой, — улыбнулась девушка. — Если бы в программе Хогвартса была половина того, что изучали мои братья, то мне не пришлось переписывать это эссе.

— Трансфигурация? — Люциус сел напротив неё и пододвинул к себе свиток. — Если хотите, то могу дать вам учебник, по которому учился я.

— Буду очень признательна, потому что у меня не учебник, а черт знает что, — хмыкнула Анна и сообразив, что выругалась, прижала пальцы к губам. — Извините.

— Ничего страшного, — улыбнулся мужчина, устало прикрывая глаза.

Девушка вернулась к написанию эссе, но через пару минут снова посмотрела на Малфоя. Тот сидел все в той же позе и внезапно Анна поняла, как сильно он устал.

— Винки, — тихо позвала она свою домовичку и когда эльф появилась продолжила. — Пожалуйста, скажи папе, что наш гость вернулся.

— Хорошо, мисси, — склонилась домовичка.

— Мистер Малфой, — позвала девушка. — Мистер Малфой... Люциус...

— Вы очень красиво произносите мое имя, юная мисс, — мужчина открыл глаза и внимательно посмотрел на неё. Анна покраснела и еле слышно пролепетала:

— Может вы хотите вина или чая.

— Спасибо, Анна. Думаю, что бокал вина, которое подавали вчера за ужином, будет весьма кстати.

***

— Мисси, — перед девушкой появилась перепуганная домовичка. — Мисси, леди Нарциссе очень плохо.

Анна вскочила со своего места, не обращая ни малейшего внимания на разлившиеся чернила и упавшие на пол свитки с эссе, и чуть ли не бегом бросилась в покои, отведенные чете Малфоев. Увидев состояние Нарциссы и услышав хрип, вырывающийся из горла кузины, девушка не раздумывая выхватила волшебную палочку.

— Винки, — бросила она эльфийке, — немедленно найди папу.

Стоило Винки исчезнуть, как девушка начала выписывать узоры и плести заклинание, направленное на поддержание жизни. Много позже Анна не могла сказать, почему выбрала именно это заклинание, виденное всего раз в древнем фолианте, найденном в библиотеке Хемптон-холла. А сейчас девушка чувствовала, как из нее уходят магические силы в этой неравной борьбе за жизнь кузины, и отчаянно молилась, чтобы в комнате появился кто-нибудь из старших, способный подхватить нить заклинания.

Она услышала, как хлопнула дверь спальни, как вокруг нее началась какая-то суета, но не позволила себе отвлечься. Поэтому сильное пожатие плеча и тихий голос отца стали для неё полной неожиданностью:

— Ты справилась, Ани...

Анна упала на колени и трясущимися руками принялась чертить магический крест, чтобы тот препятствовал повторению ситуации. Это отняло у нее последние силы, и девушка плашмя повалилась рядом с кроватью кузины. Голова была пустой до звона, уши заложило от сильного напряжения, которое постепенно спадало, но тело уже не подчинялось Анне, исчерпав все свои возможности.

Девушка то ли уснула, то ли впала в забытье, но очнулась она от жуткого щекотания в носу. Когда щекотание стало просто невыносимым, Анна чихнула и открыла глаза.

— Хвала Мерлину, — возле неё появился испуганный Уэйд и подхватил ее на руки. — Я уж думал: все, конец.

— Не дождёшься, — еле слышно прошептала девушка, снова проваливаясь в забытье.

***

Анна медленно открыла глаза. Её комната покачивалась из стороны в сторону, но девушку это нисколько не волновало. Стены, потолок, углы, дверь, окно, кровать, мама... Сознание четко фиксировало увиденные объекты, но и только. Никакой дополнительной информации. Где-то в мозгу плавали далекие образы, настолько размытые и нечеткие, что юная волшебница не обращала на них внимания.

– Пить, – еле слышно попросила она, и перед ней тут же оказался стакан с водой. Анна мелкими глотками осушила его, и откинулась на подушку.

– Анна, ты меня слышишь? – спросила миссис Хемптон.

Девушка медленно перевела взгляд на неё и кивнула.

– Кто я?

– Мама, – еле слышно ответила Анна.

– А он?

Она проследила за указательным пальцем матери:

– Уэйд.

Они переглянулись.

– А имя Нарцисса тебе что-нибудь говорит?

Девушка послушно напряглась, но перед мысленным взором никаких образов и картинок не всплыло, и она покачала головой.

– А Том?

Анна снова покачала головой.

– Вальбурга? Люциус? Регулус? Барти?

И снова память ничего девушке не подсказала… Что-то далекое и неосязаемое, как отражение в зеркале, которое видела в детстве. Увидел – вспомнил, а слова – они и есть всего лишь слова. Какие в них могут быть образы?

Анна устало закрыла глаза и погрузилась в темноту, изредка разрезаемую яркой вспышкой каких-то ненужных ей символов.

– Что нам делать? – донесся до неё издалека голос Эссы.

– Не знаю, – ответила ей бабушка Чарис. – Если она не придет в себя к завтрашнему вечеру, то мы ее потеряем. Она слишком рано применила это заклинание.

– Она спасла Цисси ценой своей жизни.

– Да. А я не могу ей помочь.

Голоса звучали все глуше и глуше, пока не растворились в черном пространстве. Вот и хорошо. Мешают только. В тишине лучше. И спокойнее. Ничего лишнего. Какое блаженство. Время течет медленно, никуда не торопится. И Анна плывет медленно и никуда не торопится. И все так прекрасно и размеренно.

Погрузившись в столь приятную темноту, девушка уже не видела, как плачет Чарис Крауч и как всхлипывает "железная" леди Блэк.

***

Анна просыпалась медленно, с ощущением, что она что-то натворила, но никак не могла вспомнить, что именно. Через пару мгновений память услужливо подкинула воспоминание и сон сразу испарился.

Нарцисса!

Девушка через силу разлепила глаза и увидела Эссу, сидящую на стуле у окна.

— Мама, — тихо прошептала Анна и женщина моментально поднялась и подошла к кровати.

— Слава Богу, — миссис Хемптон осторожно села на краешек кровати и провела ладонью по волосам дочери. — Наконец ты очнулась...

— Как Нарцисса? — перебила мать Анна. — Что с ней?

— С ней уже все в порядке. Тот день мог стать последним в жизни твоей кузины, не используй ты то заклинание, — Эсса тяжело вздохнула. — Твой отец успел вовремя, чтобы... — она на мгновение замолчала. — Это заклинание чуть не убило тебя...

Лёгкий хлопок перебил миссис Хемптон и взору Анны предстала заплаканная Винки. Увидев, что девушка пришла в себя, домовичка радостно взвизгнула и исчезла, а через несколько минут в комнату вбежал обрадованный Том, издавая звуки присущие вождю какого-нибудь дикого племени, нежели представителю древнего рода. Вошедший следом Уэйд облегчённо прислонился к стене и прикрыл глаза. А от появившейся леди Блэк прозвучало обещание придушить племянницу собственными руками, чтоб уж наверняка, но Анна видела, насколько женщина рада.

Анна улыбнулась своей семье, осознавая, насколько сильно ее любят. И обожаемый ею вредный Том, непробиваемый Уэйд, строгая тётушка Вэл. По щекам девушки непроизвольно потекли слёзы.

— Хватит реветь, — моментально среагировал Том. — Если не прекратишь, то твоя кровать превратится в болото и ты покроешься плесенью, — он обнял сестру и улыбнулся. — Мы волновались.

— Так я тебе и поверила, — буркнула Анна.

— Ты не представляешь, что нам пришлось пережить. Мы три дня не отходили от твоей кровати.

— Что? — девушка чуть не подскочила на кровати. — Вы хотите сказать, что я три дня валяюсь тут без сознания?

— Томас Хемптон, я же просила тебя, — Вальбурга с неудовольствием посмотрела на племянника.

— Лежи спокойно, — прикрикнула на дочь Эсса. — Тебе нельзя вставать. Ты ещё слишком слаба. Но самое страшное уже позади.

— Самое страшное у вас впереди, — попыталась нахмуриться Анна, — если вы не расскажете о том, как прошел ритуал.

— Сразу видно, что эта зараза в порядке, — улыбнулся Уэйд. — Только очнулась и уже угрожает.

Анна осмотрелась в поисках чего-нибудь тяжёлого, чтобы запустить в брата.

— Хватит! — повысила голос миссис Хемптон. — Анне нужен полный покой. Да и нам всем тоже. Идите.

Уэйд вышел последним, вопросительно посмотрев на Эссу, но та лишь покачала головой. И это очень заинтересовало девушку.

Они с матерью остались наедине.

Анна уже открыла рот, чтобы задать парочку волнующих её вопросов, но в дверь тихонько постучали, и девушка с интересом на нее уставилась.

– Кто там ещё? – проворчал Эсса, направляясь к двери. – Я же сказала, чтобы нас пока не тревожили.

На пороге стоял Люциус. Он почтительно поклонился миссис Хемптон, и та впустила его в комнату дочери.

– Мне сказали, что вы пришли в себя, – заговорил он, глядя на девушку. – Я очень рад этому, мисс Хемптон, и хочу принести безмерную благодарность не только от своего имени, но и от имени своей жены и сына.

У Анны округлились глаза. Ей не нужна благодарность, да и в тот момент она об этом не думала. Однако постаралась придать себе как можно более подобающий такому случаю вид и приподнялась на кровати.

– Не утруждайте себя. Просто примите мое личное человеческое спасибо за Цисси.

– Не за что, – прошептала Анна. – Обращайтесь ещё.

Малфой усмехнулся.

– Если вам, юная мисс, что-нибудь понадобится, только скажите.

– Обязательно.

– Не буду больше беспокоить вас, отдыхайте. И ещё раз спасибо.

Глава 3

В тот день миссис Хемптон никого к дочери больше не пустила, хотя в дверь то и дело кто-то стучался, спрашивая о состоянии девушки. Регулус на пару с Барти притащили какие-то цветы, через несколько минут прислали сладости и вообще всячески старались показать Анне, что тоже волновались о ней. Все протесты самой девушки о том, что с ней все в порядке и она безумно хочет спуститься вниз, не возымели на Эссу Хемптон никакого действия.

— Ну вот так всегда, — принялась ворчать Анна. — Никакого счастья в личной жизни. Ничего не рассказывают, поговорить ни с кем не дают. Безобразие.

— Хорошо, — вздохнула мать. — Так и быть, расскажу, как прошел ритуал. Только после этого спать.

Девушка согласно кивнула и уставилась на женщину в ожидании.

Но не успела та открыть рот, как в комнату чуть ли не ворвалась Аида Ведо:

— Эсса Хемптон, я запрещаю рассказывать о том, как все прошло. Это мои профессиональные секреты и я поделюсь ими с Ани только в том случае, если она решит посвятить свою жизнь Магии Вуду.

— Бабушка, — робко подала голос девушка. — Может в общих чертах? И как вы узнали, о чем собиралась рассказать мне мама?

— Ани, — рассмеялась старшая миссис Хемптон. — Это самый глупый вопрос, который я слышала от тебя за последние лет пять, — она многозначительно посмотрела на ухмыляющийся портрет своего почившего супруга.

Анна перевела взгляд на портрет и укоризненно вздохнула:

— Дедушка, ну мне же интересно, — дед лишь усмехнулся и вальяжно сел в кресло. — Ну и не надо, — надулась девушка. — Главное, что всё закончилось.

— Не совсем.

— То есть? — Анна с недоумением переводила взгляд с матери на бабушку.

Эсса встала со своего места и принялась рассаживать по комнате, явно собираясь с мыслями и готовясь к дальнейшему разговору. Девушку начало терзать смутное беспокойство: что могло случиться?

— Понимаешь, Ани, — медленно начала Эсса. — То заклинание, которое ты использовала, не предназначено для неопытных магов и оно вытянуло весь резервный запас твоей магической силы...

— Ну и что, — пожала плечами Анна. — Восстановится. Пару раз у меня такое было.

— Боюсь, что он может не восстановиться...

— Я... Я теперь не смогу колдовать? Никогда?

Произнесенные вслух слова дошли до девушки гораздо позже, чем подуманные, и её охватил настоящий ужас. Только не это!

— Насчёт "никогда" не уверена, — Аида Ведо села на краешек кровати внучки и провела по ее волосам, пытаясь успокоить. — Но в ближайшее время точно не сможешь. У тебя поврежден магический накопитель и мы с Чарис попытаемся помочь тебе его восстановить...

Она ещё что-то говорила, но Анна уже не слушала. Попытаются? А что если у них ничего не выйдет? Как же она будет жить без магии? Получается, что теперь она — сквиб?

— Ани, мне очень жаль...

— Уходите, — прошептала девушка, накрываясь с головой одеялом, чтобы никто не видел ее слёз. — Я хочу отдохнуть.

***

Проснулась Анна посреди ночи и поняла, что спать ей больше совсем не хочется. Полежав немного в темноте и попытавшись всё-таки заснуть, она только убедилась в тщетности своих попыток. Ну и не надо, скривилась девушка, не больно и хотелось.

Анна со стоном села и свесила ноги с кровати. В таком положении она почувствовала себя намного легче. И наплевать, что мама запретила ей вставать. Пошарив рукой по тумбочке, девушка так и не нашла своей волшебной палочки. Интересно, где же она. Хорошо, подумала Анна, с этим она разберётся утром. А сейчас ей нужен свет. Щёлкнув пальцами и не получив отклика, Анна всхлипнула. Всё-таки правда, она не может колдовать.

Решив, что свежий воздух ей поможет успокоиться, Анна в кромешной темноте побрела к окну, до которого добралась на удивление легко. Всего-то споткнулась о стул, который с грохотом опрокинулся, да штору оборвала.

За окном была глубокая ночь, а воздух был до того свеж и прозрачен, что у девушки закружилась голова. Когда головокружение прошло, Анна поняла, что она хочет выйти на улицу. Осмотревшись по сторонам и не заметив своей одежды, юная магичка решила идти в ночнушке, тем более, что на улице тепло.

Подбадривая себя Анна вышла в коридор. Вопреки всем ее ожиданиям, там не было темно, помещение освещалось парочкой "светлячков". Это прибавило девушке сил, и она побрела дальше. Осторожно, вдоль стены, стараясь не шуметь, хотя ее мотало из стороны в сторону. Она очень хотела на улицу, в сад!

Наконец Анна добралась до лестницы и только собралась начать спуск, как возле неё появилась Винки.

— Мисси нельзя вставать, — запричитала эльфийка. — Мисси должна отдыхать. Мисси должна вернуться.

Голос домовички эхом разнёсся по замку и в коридор тут же выскочил заспанный, вклокоченный Уэйд с палочкой наизготовку. Увидев сестру, он опустил палочку и подозрительно прищурился.

— Ну и как ты это объяснишь?

— Что именно? — осторожно поинтересовалась девушка.

— Свое хождение по коридору в такое время.

— Мне стало страшно. И одиноко, — всхлипнула Анна. — А вы мне даже света не оставили. Я темноты боюсь.

Уэйд тяжело вздохнул и сжал виски пальцами.

— И что тебе не спится, егоза? — из соседней комнаты вышел Регулус Блэк со взлохмаченной шевелюрой, которую старательно пытался пригладить. — Я прекрасно слышал, как миссис Хэмптон говорила о том, что тебе нужен отдых.

— Рег, — остановил его рассуждения брат, внимательно наблюдая за Анной. — Теперь уже мы оба хотим узнать, куда ты направляешься.

— Гулять, — Анна постаралась сказать это как можно увереннее, но судя по недовольному блеску глаз родственников, это ей не удалось.

— Гулять, — тяжело вздохнул Уэйд и обернулся к наследнику Блэков. — Представляешь, гулять она пошла?

— Так дело не пойдёт, — зевнул Регулус и направился к ним, после чего подхватил девушку на руки и развернулся в сторону спальни Анны. — Магические светильники активирую, сказку прочитаю и сон покараулю, — сообщил он, не давая и слова сказать против.

— Отпусти меня, — пискнула Анна, но Регулус наглым образом проигнорировал ее.

— Что случилось? — в коридоре появился и Том.

— Гулять собралась, — фыркнул Блэк. — Вот водворяю принцессу обратно на ее ложе.

— Не верь, — пробурчала девушка. — Ему просто захотелось потаскать меня на руках.

Том моментально исчез, а Регулус принес кузину в ее комнату и со всеми предосторожностями сгрузил на кровать. Анна вяло сопротивлялась, но парень так на неё глянул, что она покорно замолчала.

Через пару минут вернулся Том, поставил девушке диагноз "вот так с ней всегда" и впихнул в руки стакан с каким-то мерзко пахнущим зельем, которое Анна наотрез отказалась пить.

— Ани, выпей, пожалуйста, — на удивление мягко проговорил Регулус. — Ради меня.

— Ради тебя я готова выпить только яд, — провочала девушка.

— Вот и пей.

***

Утром у Анны снова ничего не получилось. Несмотря на все оптимистичные прогнозы Тома, которого девушка увидела утром у своей кровати. По его совету она попыталась передвинуть вазу с цветами, и когда ей это не удалось, то разразилась слезами.

— Ани, — прошептал Том. — Ну чего ты? Всё будет хорошо.

— Уходи, — чуть ли не провыла девушка. — Ничего не будет хорошо. Я теперь сквиб...

— Ани...

— Убирайся!

Стоило парню выскочить из комнаты сестры, как Анна разрыдалась в голос. Непонятно было, что на неё нашло, но плакать ей хотелось всё больше и больше. И девушка самозабвенно и от души продолжала предаваться этому нехитрому мокрому делу.

— Анна, — раздался голос Чарис. Судя по всему Том не придумал ничего лучше, как позвать на помощь бабушку. — Ну нельзя же так. За тебя все волнуются, а ты ведёшь себя как маленькая.

Девушка зарыдала ещё громче, доказывая леди Крауч, что у неё вместо утраченного резерва появился целый букет психических заболеваний. Чарис гладила внучку по волосам, а Анна просто плакала у нее на груди.

Лишь ближе к вечеру девушка успокоилась и согласилась выйти из комнаты на ужин.

За столом сидели все, кроме Оуэна Хемптона. Мама поднялась навстречу, внимательно и ласково заглядывая в глаза девушке, отчего та снова чуть не разрыдалась.

— Ани, ты в порядке? — моментально подскочил Том, отодвигая стул и помогая сестре сесть.

— Угу, — буркнула девушка. — Настолько, насколько может быть в порядке сквиб.

— Откуда такие упаднические мысли? — Эсса с недоумением посмотрела на дочь.

— Да так, — Анна попыталась пододвинуть себе салат при помощи магии. Снова неудачно.

Сглотнув подступившие слёзы и посмотрев на родных, она почувствовала себя последней свиньёй. Они же волнуются, проявляют заботу... А она устраивает истерики на ровном месте. Неужели она не доверяет бабушке Чарис? Ведь видела же, скольким людям помогли её зелья. Или бабушка Аида Ведо? Это же она спасла жизнь Нарциссе. Так почему Анна ей не верит?

***

Следующие несколько дней прошли спокойно. Истерик Анна больше не устраивала, а вся семья носилась с ней как с самой большой драгоценностью.

Регулус старался не отходить от кузины ни на шаг, болтал о разных пустяках, даже книжки ей на ночь читал, что умиляло девушку до глубины души.

Том тоже не отходил от сестры. Он чуть ли не круглосуточную вахту нес, расположившись в ногах у Анны, развлекая байками и анекдотами столетней давности, и зорко следил за малейшими признаками изменения в состоянии сестры, разве что в блокнот не записывал.

Когда состояние девушки улучшилось настолько, что она могла выходить из дома без посторонней помощи, к её прогулкам стал присоединяться Уэйд. Они часто приходили на берег живописного озера, где Анна стояла на берегу, вдыхая свежий, насыщенный травами и влагой воздух. И каждый раз Уэйд чуть ли не силой уводил сестру оттуда с клятвенным обещанием привести ее сюда на следующий день.

Обе бабушки усиленно пичкали Анну разными отварами и зельями, которые девушка уже пила больше по привычке, а отец проводил различные обряды по возвращению её сил.

***

Ночь выдалась тихая и звёздная. На небе сияла почти полная луна, предвещая через пару дней наступление очередного полнолуния со всеми вытекающими последствиями. А в мире магии их бывает предостаточно. В такую ночь очень хорошо замышлять какую-нибудь очередную пакость. Будь на месте Анны кто-нибудь другой, то может быть именно так и поступил. А Анна...

Анна сидела у камина и просто смотрела на огонь, который всегда оказывал на неё завораживающее действие, и старалась ни о чем не думать.

Спать совершенно не хотелось, думать о чём-то серьёзном было страшно, а поговорить не с кем.

— Почему не спишь? — Вальбурга неслышно вошла в гостиную и села в соседнее кресло.

— А вы? — ответила вопросом на вопрос девушка, но тут же покраснела.

Женщина в ответ едва заметно улыбнулась, но промолчала.

— Я боюсь, — медленно начала Анна, не отрывая взгляда от огня. — И не того, что стану сквибом, а что разочарую семью.

— Мой сын отказался от семьи, — Вальбурга перевела взгляд на огонь, — но не смог разочаровать меня, ведь он последовал за своими понятиями жизни, дружбы, семьи. Это было его решением, — она сглотнула ком. — Ты не раздумывая бросилась на помощь кузине будучи неопытной школьницей, и мы гордимся тобой. Тебе не стоит бояться, что мы отвернёмся, если ты не сможешь колдовать, но чтобы тебя успокоить, — тут Анна не выдержала и посмотрела на леди Блэк, — я принесла книгу, которая откроется лишь если у тебя осталась магия.

— Тётушка...

— Не торопись, Ани, — положила на колени племяннице книгу Вальбурга. — Ты справишься с этим испытанием и выйдешь победителем.

Анна смотрела на неё во все глаза и старалась сдержать слёзы, а леди Блэк легко поднялась, поцеловала её в макушку и покинула гостиную.

Девушка посмотрела на потрёпанную обложку, постепенно осознавая, что держит в руках один из самых сильных в мире артефактов, и этот артефакт готов был помогать ей. К этому выводу Анна пришла из-за того, как зашелестели и засветились страницы. Книга признала её своей хозяйкой. Значит... По щекам девушки потекли слёзы облегчения. С ней всё в порядке. Магия никуда не делась. Она восстановится тогда, когда сама Анна поправится окончательно.

Посидев ещё минут десять, девушка вытерла слёзы и осторожно открыла книгу. С первых строк перед ней оказалась совершенно другая магия. Более мягкая, более открытая и понятная. Со страниц веяло древними тайнами и первозданными силами. В Хогвартсе их учили совсем по-другому. Заклинания на искусственном языке, энергия грубая, словно дрова рубишь... А в книге хоть и не совсем понятно, но певуче и образами и сравнениями. И заговоры больше на песни похожи.

***

Анна почти не отрываясь изучала подаренный фолиант. Каждую ночь, дождавшись, когда все обитатели мэнора заснут, девушка со всеми мерами предосторожности доставала книгу и принималась читать. Книга вела себя необычно — она открывалась только там и только тогда, когда сама считала нужным, не особо интересуясь мнением Анны. Поэтому девушка никогда не знала заранее, что предстанет её взору. Особо интересные места она пыталась как-то отметить, но книга не давала этого сделать. Очень многое для Анны было непонятным и необъяснимым. Например, заклинание огненного дождя. Или вызов упырей и вурдалаков. Понять, для чего книга всё это показывает, юная волшебница не могла, но добросовестно штудировала всё подряд.

Через четыре дня девушка заметила, что читает, не вникая в суть, и решила отложить на время самообразование, справедливо полагая, что ей нужно усвоить информацию.

А как это сделать? Правильно. Нужно попробовать применить какое-нибудь выученное заклинание. Немного поразмышляв над этой идеей, Анна потянулась за своей палочкой, но не обнаружила её на положенном месте.

— Винки, — негромко позвала она свою домовичку и, когда та появилась, задала интересующий вопрос. — Где моя палочка?

— Винки не знает, — пробормотала эльф, а затем зажала рот ладошками и принялась оглядываться по сторонам в поисках чего-нибудь тяжёлого.

— Только не надо меня обманывать, — подозрительно прищурилась Анна. — Ты же знаешь. И не смей биться головой о стену. Я запрещаю наносить себе вред.

Винки послушно замерла, не добежав до стены буквально пару шагов. Девушка со вздохом вылезла из кровати, подхватила домовичку на руки и усадила на стул.

— Я так понимаю, тебе запретили приносить мне палочку, — принялась рассуждать Анна. — Может, ты мне скажешь, у кого она?

— Мисси, — умоляюще протянула эльф. — Винки не может.

— Хорошо, — вздохнула девушка, вновь забираясь на кровать. — Книгу-то мне можешь принести?

Домовичка облегчённо выдохнула и с негромким хлопком исчезла. Анна же откинулась на подушки, размышляя над поведением своего эльфа и пришла к выводу, что запретить Винки давать ей палочку мог только Оуэн Хемптон. Никого другого, кроме её отца, Винки просто не слушала. Значит стоит дождаться утра и спросить у отца о причинах такого распоряжения. Либо он не хочет, чтобы Анна сама себе навредила, либо уже не верит в то, что смог помочь.

От невеселых размышлений девушку оторвала появившаяся эльф. Помимо книги, Винки принесла ещё и чашку чая, чтобы "мисси могла побыстрее заснуть". Поблагодарив Винки и отправив её отдыхать, Анна взглянула на обложку и застонала. "Политология и мировые отношения в свете высших концепций экономики". Ну и какой смысл её открывать? Снова вызывать Винки у девушки не было никакого желания, поэтому допив свой чай она загасила светильник с твердым намерением заснуть.

***

Утро выдалось прекрасное. Природа ожила за прошедшую ночь, загомонила веселыми птичьими голосами, зазвенела хрустальным воздухом, запахла зеленью.

– Ани, ты долго спать собираешься? – раздался из-за двери голос Тома. – Просыпайся!

Анна с трудом встала с кровати и впустила брата.

– У тебя с утра пораньше уже побывала толпа поклонниц, и ты теперь теряешься перед выбором? – поинтересовалась девушка, недовольно поглядывая на слишком бодрого парня.

– Ты на время смотрела? – проигнорировал ее ворчание Том. – Скоро обед, а ты все спишь.

– Ну и что? – фыркнула Анна. — Сон лучше всего восстанавливает силы. Так что я лечусь.

– Ну-ну, – фыркнул Том. – Одевайся и пошли завтракать.

– А папа дома?

– Нет, они с Уэйдом уже уехали. Да и вообще все по своим делам разошлись. Дома кроме нас никого нет.

– Я помню, что папа собирался в Сиэтл. А когда он вернётся?

– К вечеру.

В отличие от брата настроение у Анны было плохим. Ей срочно нужно было выяснить вопрос о своей палочке, чтобы посмотреть, насколько она восстановилась. Поскорей бы отец вернулся.

Наскоро одевшись Анна спустилась в столовую к завтраку. Вдвоем было как-то непривычно и пусто. Девушка вяло ковырялась в тарелке под радостный рассказ Тома, пытаясь хотя бы правильно кивать в нужных местах, но её вид всё-таки заставил брата замолчать.

– Ани, что-то случилось? – прервал он сам себя на полуслове и наклонился к сестре.

– Нет, все нормально, – попыталась улыбнуться девушка.

– А если начистоту? Давай выкладывай, что тебя гложет.

И Анну прорвало. Она рассказала брату о всех своих переживаниях, о поисках палочки, о советах тётушки Вэл. Лишь о книге умолчала.

– Знаешь что, – задумчиво протянул Том, дослушав речь сестры до конца, – тебе надо развеяться.

– Надо, но как? – тяжело вздохнула Анна.

– Как ты смотришь на то, чтобы покататься верхом? – неожиданно предложил Томас. – Погода отличная.

Анна удивленно посмотрела на брата, подумала и… согласилась. А почему бы и нет, собственно?

Лошадки весело трусили по дороге, птичий гомон просто оглушал. Как же здорово вокруг! Надо было, наверное, давно выбраться куда-нибудь.

Анна откровенно наслаждалась прогулкой и была даже немного разочарована, когда они свернули с широкого тракта на узкую дорогу, и уже через несколько минут взору предстала поистине потрясающая картина.

Впереди насколько хватало глаз простиралась широкая зеленая равнина, местами взгорбленная небольшими пологими холмами, а на самом горизонте виднелись призрачные горные зубцы, уходящие своими вершинами в прозрачную пелену облаков. На холмах то здесь, то там виднелись коричнево-серые пятна. «Овцы», – догадалась девушка.

Справа, немного в стороне от убегающей дороги, стоял высокий добротный каменный дом, окруженный множеством небольших пристроек. Ни забора вокруг, ни изгороди Анна не заметила. Позади него на некотором расстоянии приткнулась довольно большое селение.

Анна спешилась с лошади и тяжело вздохнула, вспомнив, что до отъезда в мрачную Англию осталось совсем немного. Уже завтра будет готов международный ключ, который доставит её прямо в дом к Краучам, а там поход на Косую Аллею и уже поезд.

Будет ли что-то новое и интересное в этом учебном году?

— Ты чего замерла, Ани? — окликнул ее Том.

— Иду!

Девушка с лёгкостью вскочила в седло и последовала вслед за братом, который уже подъезжал к небольшой рощице. Анна не удержалась и кинула через плечо последний взгляд на равнину. Она так же гордо и величаво зеленела, на ней медленно передвигались небольшими пятнами отары.

– Тебе как, полегчало? – участливо спросил Том, с лёгкой улыбкой посматривая на сестру.

Та кивнула, сама удивившись, что за последние несколько часов ни разу не вспомнила о предмете своей хандры.

– Вот и славно, – подвел итог парень. – А то на тебя утром смотреть жалко было, будто у тебя разом все умерли.

И они принялись болтать о всякой ерунде, делиться впечатлениями об увиденном. В общем, коротали дорогу с максимальной пользой. Им пару раз попались по дороге автомобили, нагруженные какими—то товарами для продажи в соседней деревне, несколько знакомых, спешащих по делам, и даже ватага галдящих ребятишек.

— Том, — окликнула Анна уехавшего вперед брата, — а почему так?

— Ты о чем? — он не понимающе нахмурился и оглянулся на неё.

— Понимаешь, я успела заметить, что в Англии маги прячутся от не-магов, — она посмотрела на пробегающих мимо детей. — А наши соседи прекрасно знают о магах и мы от них не скрываемся.

— Если ты вспомнишь, — после недолгих раздумий ответил ей брат, — то наш предок воевал за юг в Гражданской войне. Там же он влюбился в мага вуду, что даровала ему силу и непобедимость. Тогда все эти земли принадлежали нашей семье и появление такого мага не могло пройти бесследно, она защитила территорию, помогала лечить арендаторов и не только.

— И ты хочешь сказать, что люди до сих пор помнят? — девушка изумленно посмотрела на Тома.

— Не просто помнят. Бабушка Аида и сейчас приходит во время сложных родов или тогда, когда медицина не-магов не справляется.

— Кстати, — оживилась девушка. — Ты знал, что англичане зовут не-магов магглами?

— Это как?

— Ну они подразумевают, что те слишком глупы, чтобы обращаться к ним как-то иначе. Да и в Британии, — фыркнула девушка, — большинство магов — высокомерные снобы, которые считают не-магов вторым сортом. Но что самое интересное, то выходцы из не-магов считают себя лучше и умнее чистокровных магов. И из-за этого случаются конфликты.

— Конфликты? Например?

— В школе на четвертом курсе учится девушка. Она маг в первом поколении и считает себя намного умнее остальных, имеет наглость пререкаться. Она пишет просто огромнейшие эссе, чем доводит профессоров, как мне кажется, чуть ли не до слёз. И вполне понятно, что к ней проявляют повышенные требования, — Анна закатила глаза. — Мне тут рассказали, что она своими репликами довела до бешенства профессора Снейпа и он назначил ей месяц отработок. Так она принялась оспаривать его решение и чуть ли не до директора дошла.

Том внимательно слушал сестру, потому что впервые слышал, чтобы она так пренебрежительно отзывалась о ком-либо. Но в то же время он уловил, с каким восхищением Анна произнесла имя профессора.

— А что это за профессор? Мне кажется, он тебе нравится.

— Профессор Снейп? — девушка слегка улыбнулась. — Желчный и язвительный тип. Ни разу не повышал на уроках голоса, но он даже шепотом может сказать так, что уж лучше бы накричал. А ещё он мастер своего дела, — в её голосе прозвучало восхищение. — Я целый год размышляю над тем, как бы попасть к нему на дополнительные занятия. Может котёл взорвать?

— Думаю, что если ты взорвешь котёл, то профессор точно не будет с тобой заниматься дополнительно. А ещё об этом станет известно бабушке Чарис, а она не будет любезничать и просто отлучит тебя от своей зельеварни, — хмыкнул Том. — Ко всему прочему, взрыв опасен для твоих соседей, а в первую очередь для тебя. Да и к тебе прилепится репутация неумехи.

— Ты прав, — немного подумав согласилась Анна. — Буду думать.

— А ты попробуй просто подойти и поговорить. Он же тебя не съест?

— Он может, — рассмеялась она. — Знайте, Томас Хемптон, если вы получите вместо меня головастика, значит я последовала вашему совету.

За разговорами и шутками Анна и не заметила, как они добрались до мэнора. Стоило им зайти в дом, как перед девушкой появилась Винки, сообщившая, что Оуэн Хемптон вернулся и просит дочь пройти к нему в кабинет для разговора. Поблагодарив эльфа, девушка поспешила к отцу, чувствуя, что сейчас состоится не самый лёгкий разговор и ей придется доказать, что магия вернулась.

— У меня состоялся разговор с леди Блэк, — медленно начал Оуэн Хемптон, дождавшись, когда Анна устроится в кресле. Девушка выжидательно посмотрела на него, но не произнесла ни слова. — Она рассказала мне про книгу.

— Да, — кивнула Анна. — Тётушка Вэл дала мне очень интересный фолиант.

— Ты смогла открыть его?

— Не только открыть. Я выучила несколько заклинаний, — в её голосе прозвучала гордость. — Хотела опробовать, но Винки отказалась принести мне мою палочку.

— Держи, — отец протянул Анне её палочку, но девушка успела заметить промелькнувшую на его лице тревогу. — Я доволен твоим поведением, Ани, — между тем продолжал мужчина. — Ты не стала скандалить и закатывать истерики, а также принимала все зелья вовремя. Поэтому мы с тобой проверим как ты можешь колдовать.

Анна осторожно взяла в руки палочку и сразу же почувствовала тепло и радость своей напарницы.

— Что мне делать?

— Ты под моим присмотром используешь три заклинания и честно ответишь о своем самочувствии.

— Хорошо, — покорно согласилась Анна.

— Первое заклинание, которому учат в Хогвартсе, пожалуй, — решил отец.

— Вингардиум Левиосса, — взмахнула палочкой девушка и лист со стола Оуэна легко поднялся.

— Тебе не кажется, что похолодало?

— Иссендио, — в потухшем камине опять заплясал огонь.

— Что-то мне стало темно, — пожаловался мужчина.

— Люмос, — на кончике палочки появился огонек.

— А теперь положи палочку, Ани, и скажи, как себя чувствуешь.

— Так же как и утром, — пожала плечами девушка. — Можно попробовать ещё что-нибудь.

— Думаю, что не стоит, — улыбнулся мужчина. — Сходи, пожалуйста, к бабушкам, чтобы они оценили твой резерв, и если он подтвердят твои слова, то я верну тебе палочку.

Анна согласно кивнула и вышла из кабинета. Она не сомневалась в вердикте, которые ей вынесут две пожилые колдуньи, поэтому без особого колебания отправилась на их поиски.

Женщины не подвели ожидания девушки. Проведя несколько диагностических процедур, леди Хемптон и леди Крауч пришли к выводу, что после своего поступка Анна в полном порядке и вполне может получить свою палочку обратно.

Глава 4

На платформе девять и три четверти все было как обычно. Над головами людей плыли белые клубы дыма, извергаемые Хогвартс-экспрессом, был слышен гул голосов, скрип чемоданов, уханье сов.

Анна осмотрелась по сторонам и заметила лучших друзей, которые уже разместились в купе и теперь во всю махали ей. Девушка помахала в ответ, повернулась к своей семье и рассмеялась, глядя как вертится ее племянница, которая по иронии судьбы была младше самой Анны на три года.

— Дора, успокойся, — одернула её Андромеда Блэк, которая осталась в семье, а ее муж после длительных ритуалов вошёл в род.

Анна слышала обрывки разговоров и пришла к выводу, что бывшему Эдварду Тонксу пришлось очень несладко. День за днем девушка рассматривала родовой гобелен в доме Вальбурги Блэк и размышляла, через что прошел мужчина, чтобы стать тем, кто он сейчас.

— Быть Блэком то же самое, что быть королевской крови, — задумчиво произнесла Анна главное правило темнейшей семьи, проводя пальцами по золотистым линиям на гобелене.

— Блэки не склоняют голову, — вторила ей леди Вэл, заходя в комнату. — Каждый раз, когда ты приходишь в гости, то изучаешь его. Неужели хочешь перейти под наши цвета? — лукаво улыбнулась женщина.

— Тетушка! — воскликнула девушка и покраснела. — Мне нравится смотреть, как на этом гобелене появляется история, — она осторожно прикоснулась к портрету своей бабушки и задала интересующий её вопрос. — А почему кузина Андромеда осталась Блэк?

— Когда Андромеда встретила Аламака, то была очарована им, — начала свой рассказ женщина, также подойдя к гобелену. — Друэлла очень переживала из-за того, что возлюбленный ее средней дочери был маглорожденным. Не хмурься, — одернула девушку Вальбурга. — Быть маглорожденным не то же самое, что быть грязнокровкой, запомни это, Анна.

— Хорошо, тетушка, — потупила та взгляд. — Просто в Хогвартсе...

— Приличной девушке не стоит повторять сплетни, — заметила женщина, но не стараясь оскорбить, а лишь научить. — Аламак вырос в прекрасной семье магглов, которые преподавали в Оксфорде, поэтому он никогда не был замечен с непотребным видом, как и с глупыми словами. Его воспитывали как джентльмена, он им и вырос.

— Но как же... — Анна не утерпела и перебила родственницу, но тут же прикусила язык, коря себя за поспешность.

— Не торопись, Анна, — лукаво улыбнулась женщина. — Аламак поступил на первый курс Равенкло, где завоевал доверие факультета своим умом и порядочностью, на одном из занятий они занимались вместе с Андромедой, где та заинтересовалась в нем. Мы хоть и семья, которая чтит чистоту крови, но готовы открыть свои двери для достойного.

— И он стал таким?

— Аламак после седьмого курса собрался в магическую Сорбону, где планировал учиться на целителя. Андромеда собралась с ним и никакие уговоры не могли остановить ее, и тогда Сигнус, принял решение познакомиться с Аламаком.

— А дальше?

— Его одобрила вся семья за мировозрение, отношение к магии, а главное за то, как он трепетно относился к Андромеде, — Вальбурга перевела взгляд на его портрет. — Тогда он был обычным маглорожденным, но после магической помолвки и ритуалов, которые лично расчитывал кузен, во время свадебного обряда Эдвард Тонкс исчез и появился Аламак Блэк.

— Вот так просто?

— Ты что, — рассмеялась леди Блэк. — Расчеты и ритуалы заняли почти два года, за это время они с Андромедой выучились, а уже потом он стал ее мужем. Аламак сам заслужил свои знания не пользуясь нашим именем.

Гудок, а затем и мужской голос, предупреждающий, что поезд отправляется через пятнадцать минут, заставил Анну оторваться от мыслей и обернуться к Нимфадоре.

— Надо поторопиться, Дора.

Не успела девушка договорить, как юная Блэк схватила её за руку и потянула за собой к вагону.

— Нимфадора Блэк, — одернула её Анна. — Девушка из благородной семьи должна вести себя соответственно.

— Хемптон, — раздался сзади весёлый голос. — Выключи зануду, — девушка обернулась и встретилась взглядом с однокурсником Керли МакКормаком, улыбающимся во весь рот. — Добрый день, мэм, — поклонился он Андромеде Блэк. Женщина благосклонно кивнула в ответ.

— МакКормак, — улыбнулась Анна. — Вместо того, чтобы смеяться надо мной, лучше бы помог нам донести багаж.

— Будет исполнено, миледи, — усмехнулся парень.

— Миссис Блэк, — продолжала между тем юная Хемптон, — позвольте представить моего однокурсника Керли МакКормака. Керли, моя кузина миссис Блэк, — женщина ласково улыбнулась юноше на его поклон. — Моя племянница Нимфадора.

Анна чуть не рассмеялась, наблюдая, как покрасневшая Дора пытается следовать этикету и делает лёгкий книксен Дюку. Хемптон не помнила, кто именно, она или Сьюзен, дал парню это прозвище, но оно прочно закрепилось за Керли и постепенно весь факультет стал называть его так. По имени его стали называть лишь в исключительных случаях.

Дюк тем временем обаятельно улыбнулся Доре и принялся выполнять просьбу подруги - занялся багажом девушек. Анна подошла к нему, давая Нимфадоре попрощаться с матерью и жалея, что её мама не смогла приехать в Лондон.

В купе Анна села на любимое место и позволила себе немного расслабиться. Здесь все были своими, а значит нет нужды следовать этикету. Откинувшись на сиденье девушка задумалась о том, что же ее ждёт в этом учебном году. На третьем курсе им предстояло определиться с будущей профессией и хотя официально это будет происходить лишь на пятом курсе, уже сейчас требовалось выбрать необходимые предметы.

Поезд тронулся, постепенно перрон скрылся из вида и дети, попрощавшиеся со своими родными, принялись обмениваться новостями, рассказывать как провели каникулы. Нимфадоре, которой не сиделось на одном месте и очень хотелось найти новых знакомых, быстро надоела болтовня Анны и Сьюзен и она с разрешения тётушки отправилась бродить по вагону.

— Непросто быть примерной тетей для такой активной девчонки? — ехидно поинтересовался Керли, когда за Дорой закрылась дверь.

— В жизни все непросто, — меланхолично протянула Сьюзен. — Выбор дополнительных предметов у меня был очень сложным.

— Я с предметами определилась быстро, — улыбнулась Анна. — Мне было очень сложно сказать об этом семье.

— Почему? — удивился Керли. Сам он с самого первого курса был уверен в том, чем он будет заниматься после окончания Хогвартса, и его семья была не против. Правда, по секрету поделился он с подругами, мама всё-таки надеется, что он изменит решение.

— Я боялась их реакции, но хвала богам, все обошлось.

***

Анна сидела около камина, в котором весело плясали языки пламени. Ещё не восстановившаяся после истощения девушка постоянно мёрзла, да и погода в Лондоне была на редкость промозглой. Поэтому она разожгла камин и теперь грелась, слушая разговоры семьи. А поговорить им было о чем. Вся семья обсуждала, какие предметы сейчас должна выбрать Анна, чтобы на пятом курсе не было проблем с будущей специализацией. Полного согласия в этом вопросе не было, мнения Анны пока никто не спрашивал. А она и не лезла, слушая дискуссии, еле слышно хихикая и поглядывая на своего прадеда.

Маркус Крауч тоже пока не участвовал в разговоре, лишь лениво потягивал кофе.

Родня со стороны Хемптонов уже высказала свое мнение. Бабушка Аида настаивала на углубленном изучении зельеварения, хотя что-то еще говорила о Вуду, но Анна не была уверена в том, что она услышала все правильно. Мнение леди Хемптон относительно зельеварения поддержали и Эсса, и Чарис.

— Мама, бабушки, — подала тогда голос Анна. — Мне, вообще-то, нужно дополнительные предметы выбрать. От зельеварения я не отделаюсь до конца пятого курса.

— Как ты можешь так говорить! — моментально вскинулась Чарис Крауч и обсуждения начались по новой.

Больше всего шума доставляли братья, не давая никаких советов, постоянно говоря что-то о том, что лучше бы она пошла Ильеврмони, а не слушала Краучей.

— Договоришься ты у меня, Томми, — вспылила Анна и расплылась в чисто блэковской улыбке. — Вот выберу Уход за магическими существами и буду тебе уколы делать. Немагические.

Тома перекосило. Уэйд принялся подкладывать брата, тот перекинулся в свою анимагическую форму и начался сущий бедлам.

— Хватит! — Маркус Крауч со стуком поставил свою чашку. — Никакого УЗМС. На прорицания она тоже не пойдет, Эсса. Почему только Оуэн решил спросить у ребенка кем она хочет быть? Они посоветовались и решили: руны и нумерология. А после окончания Хогвартса уже я лично буду обучать её и она станет Мастером артефакторики. Надо же мне кому-то свое дело передать.

— Дедушка, — шокировано воскликнула Эсса. — У Ани есть дар к прорицанию.

— Я не хочу определять чье-то будущее по горсти сырых чаинок, — фыркнула Анна. — И нет у меня никакого дара. Просто в тот раз я знала, что именно скажет Том. Он такой предсказуемый.

— Поздно, Эсса, — улыбнулся лорд Хемптон. — Я уже отправил письмо Флитвику.

***

— Быть учеником Маркуса Крауча — мечта многих артефакторов, — задумчиво произнес Керли, после того, как подруга закончила свой рассказ. — Надеюсь, что ты не будешь пока распространяться об этом.

— У меня и без этого полно доброжелателей, — фыркнула Анна. — Пока все только узнают, что я хочу быть артефактором.

Через некоторое время Дюку надоело общество девчонок и он отправился гулять по поезду. Вернулся он не скоро, Анна и Сьюзен успели рассказали друг другу кто где и как провел каникулы, обсудили новинки из мира моды и даже похвастались обновками. Несколько раз в купе заглядывала довольная раскрасневшаяся Нимфадора, представляя своих новых знакомых и каждое свое посещение меняя желание о факультете, на который хочет поступить.

Девочки сами пару раз выходили из купе, чтобы поздороваться с сокурсниками. Анна заглянула в купе знакомых змеек, за что удостоилась злобных взглядов от некоторых гриффиндорцев.

Все возвращалось в привычное русло, словно летом ничего и не произошло, словно были обычные каникулы. Однако истощение давало о себе знать, девушка ещё до конца не восстановилась и поэтому решила до конца поездки остаться в купе. Сьюзен, посмотрев на побледневшую подругу, решила побыть вместе с ней.

Наконец в купе вернулся Керли в компании двух рыжих мальчишек, которых представил как братьев Уизли. Старшего рыжего, Билла, Анна немного знала ещё со времён своей первой поездки в Хогвартс, да и занятия у них иногда совпадали. Младший, Чарли, как и Дора только поступил в Школу. После нескольких общих ничего не значащих фраз Дюк и Билл принялись обсуждать квиддич, Чарли внимательно их слушал, оживлённо кивая в самых интересных местах.

Хемптон прикрыла глаза, отгоняя слабость, и не заметила, как провалилась в сон, прервавшийся сообщением о том, что скоро прибытие.

В вагоне началась обычная суета. Как и в предыдущие два года Анна выгнала парней из купе, чтобы переодеться в мантии, заставила их облачиться в парадную одежду, а потом присела рядом с побледневшей Нимфадорой.

— Я боюсь, — прошептала юная Блэк. — Боюсь, что мама и папа будут разочарованы моим выбором.

— Знаешь, что сказала мне тетушка Вальбурга? — улыбнулась Анна. — Нет плохих факультетов, есть плохие люди. Родители будут любить тебя на какой бы факультет ни отправила Шляпа. Кстати, — она обняла племянницу и прошептала ей на ухо. — Эта Шляпа очень грязная.

***

Большой зал был, как всегда, великолепен и подготовлен для традиционного банкета по случаю начала учебного года. Золотые кубки и тарелки мерцали в свете тысяч свечей, плавающих в воздухе над приборами. За четырьмя длинными столами факультетов расселись студенты, оживленно переговариваясь. Первокурсники стайкой перепуганных воробьев жались в проходе. Шляпа пела песню, все шло как обычно.

Началось распределение. Шляпа опускалась на головы ребятишек и выкрикивала свой вердикт. Когда очередь дошла до Нимфадоры Блэк, Анна немного напряглась, но увидев состояние девочки мгновенно разулыбалась и помахала ей рукой. Однако только Анна и ее друзья были настроены так добродушно. Стоило профессору МакГонагалл назвать фамилию Блэк, как шум в Зале затих, а потом раздались шепотки.

— Хаффлпафф, — выкрикнула Шляпа и Барсуки зааплодировали. Несколько мгновений спустя к ним присоединились Орлы и Змеи. А вот за столом Гриффиндора всего два-три человека поприветствовали новую ученицу Хогвартса. А затем до Анны донеслись голоса студентов красного факультета.

— Это не ее дядя предал Поттеров?

— Она, как и Сириус Блэк, убийца!

— Блэк? Вы слышали? Блэк пришла в школу!

— ПРЕДАТЕЛЬНИЦА! УБИЙЦА!

Анна резко обернулась к столу Гриффиндора, пытаясь понять, кто именно выкрикнул последние слова. Эти облезлые кошки перешли все границы ни за что оскорбляя ребенка и Хемптон обязательно с ними разберётся.

— Стой, Анна, — как в тумане раздался голос Керли и девушка с удивлением обнаружила, что в её руках волшебная палочка, а Дюк изо всех сил вцепился в её плечо. — Не сейчас. Обещаю, мы отомстим.

— Сядь, пожалуйста, — прошептала перепуганная Сьюзен, которая впервые видела подругу в таком состоянии. — Ты так ещё больше расстроишь Нимфадору.

Услышав имя племянницы, Анна перевела на неё взгляд и увидела, что девочка сдерживается из последних сил, сжав столовые приборы, а волосы Доры начинают краснеть, что говорило о том, что она расстроена. Ведь Нимфадора так мечтала о Школе, а эта самая Школа встретила ее клеймом "Убийца".

— Пустите меня! — вновь взвилась девушка. — Я им сейчас все усы повыдергиваю!

— Успокойся! — стальной голос Керли заставил девушку сесть на место и вспомнить за что он получил свое прозвище, а через пару минут он уже вел к их столу младшую из Блэков. Анна взяла себя в руки, мысленно пообещав себе отправить парочку ретивых гриффиндорцев к мадам Помфри, а если им сильно не повезет, то и в Мунго, и ласково улыбнулась племяннице. Сейчас главным приоритетом была Дора и ее спокойствие.

— Анна, — усевшаяся рядом девочка вцепилась в ее руку, как в спасательный круг. — Ты слышала? Ты слышала, что они говорили?

— И ты из-за этого расстроилась? — Хемптон с показным недоумением приподняла брови и приобняла Дору за плечи. — Неужели ты считаешь Сириуса виноватым? Или может ты сама в чем-то виновна? Ты же Блэк, Дора! А Блэки никогда не обращают внимания на сплетников. А когда эти сплетники успокаиваются... — на губах Анны появилась зловещая полуулыбка и она чуть понизила голос, чтобы никто не услышал ее слов. — Мстят. Так что не переживай из-за их слов и наблюдай за ними.

***

— Доброе утро, Хемптон.

Девушка оторвалась от чтения утреннего "Пророка" и внимательно посмотрела на старосту Хаффлпаффа.

— Здравствуй, Акерли.

— Можно?

— Конечно, — Анна взглядом указала на соседний стул и свернула газету. — Слушаю тебя.

— Я хотела поговорить о твоей племяннице и о том, что произошло вчера, — девушка вздохнула. — Эти гриффиндорцы вчера перешли все границы и почему-то решили, что им все можно, но абсолютно забыли, что барсуки своих не бросают. И я думаю, что ты, Хемптон, так этого не оставишь.

— Ты правильно думаешь, Акерли, — слова девушки прозвучали зловеще. Хаффлпаффка довольно улыбнулась.

— Я вчера провела небольшое собрание после того, как Нимфадора успокоилась. У нашего факультета есть парочка счетов к кошакам... И этот счёт пополнился их выходкой в отношении нашей студентки. Так что, — Акерли осмотрелась по сторонам и гаденько улыбнулась, — мы поможем тебе, Анна.

— Спасибо тебе, Элеонора, — улыбнулась Хемптон и принялась за завтрак.

— Мне пора, — девушка отошла от стола Равенкло, но вернулась. — Кстати, Слизерин во всем этом участвовать не будет. Но ты же знаешь, если что...

Так началась война с алознаменным факультетом.

Глава 5

Несколько лет назад Анна прочла книгу о Второй мировой войне и была поражена жестокостью, которая происходила на полях сражений. То, что творили не-маги, заставляло содрогнуться. А действия магов вызывали ужас. Их битвы были самыми кровавыми и разрушительными. Маги не знали пощады и не умели жалеть. Девушка была в шоке от того, что творили немецкие маги по отношению к русским магам и ответными действиями последних.

Но то, что творилось в Хогвартсе, было в разы хуже. Начались стычки между факультетами, если раньше в основном это было противостояние Слизерина и Гриффиндора, где первые оборонялись и изредка жалили в ответ, то теперь лидером против зарвавшихся львов выступили студенты самого миролюбивого факультета. Хаффлпафф встал плечом к плечу, чтобы защитить своего барсучонка, и не собирался прощать обиды.

Можно было сказать, что в Хогвартсе развернулись настоящие военные действия с планами защиты и атаки, где первое место занимал вопрос о том, чтобы не подставить под удар малышню. Дуэли в коридорах случались все чаще, хотя это было больше похоже на атаки из-за угла со стороны самого доблестного факультета и сильнейшей обороной и диверсионными вылазками со стороны Хаффлпаффа и присоединившимся к ним Равенкло.

По слухам, деканы несколько раз вызывали к себе старост, студентов старших курсов, делая попытки разобраться в причинах, но школьники молчали как лучшие сотрудники британского МИ-6 [1] или РС Америки [2].

А потом появилась первая кровь и первые пострадавшие, после чего хаффлпаффцы вытащили из закромов родовые заклинания и пошли в наступление.

После такого Анна перестала выходить из гостиной своего факультета без защитного кокона, формулировку которого видела в хрониках.

Заклинание, в просторечье называемое «кокон», было у магов самым популярным для обороны во времена Второй мировой войны. Выглядело оно как колпак, повторяющий контуры тела. «Кокон» ни в коей мере не являлся полной гарантией безопасности, но первые удары сдерживал или, по крайней мере, ослаблял. Ставили их самые разные: от холодного оружия, от заразных болезней, от шума, вони, магии подчинения. Но в те времена самыми распространенными были против физического нападения и боевой магии. Во времена войны маги пользовались ими постоянно: не выходили на улицу, особенно ночью, без того чтобы «накинуть» парочку. Разбить «коконы» было можно, но ни в коем случае не с одного удара, поскольку они разбивались по отдельности, что делало их одновременное уничтожение практически нереальным.

Об этом заклинании Анна вычитала в той самой книге о войне, но ещё ни разу не применяла его на практике. А события в Хогвартсе заставили девушку вспомнить о «коконе» и изучать его в ускоренном режиме.

***

— Хемптон, – голос МакКормака вывел Анну из задумчивости. Девушка даже не заметила его прихода, поглощённая статьей в Пророке. Сегодняшний выпуск был посвящен чете Поттер и их сыну, который пережил смертельное заклинание Темного Лорда. – Что там такое?

– Посмотри, – Анна отдала ему газету и нахмурилась. — Думаю, у нас теперь будет больше проблем.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что сейчас все снова вспомнят про то, что Дора принадлежит Роду Блэк. И эти кошаки постараются обидеть ее.

– Когда и если это произойдет, тогда и разбиремся, – Дюк моментально стал серьезным. – До занятий осталось десять минут. Если не поторопимся, то опоздаем. Тем более тебе на третий этаж.

– Спасибо, Керли, – улыбнулась ему девушка. – Тебе тоже стоит поторопиться. Увидимся на нумерологии.

Махнув другу рукой, Анна поспешила на занятия по рунам. Ей безумно нравился предмет профессора Бабблинг, но пока, на первых занятиях, женщина обходилась теорией о распознавании и правильном толковании рунного письма. На одном из занятий профессора спросили о том, когда же класс будет проходить составление рунных цепочек, необходимых в артефакторике, то она лишь загадочно улыбнулась. Анна в свою очередь не понимала спешки некоторых студентов, которые ещё даже не знали значения некоторых рун, но уже хотели создать артефакт. Сама Анна уже делала простенькие артефакты, но действовала скорее по наитию и подсказкам старого лорда Крауча, и теперь ей была интересна теория, было любопытно, что именно она применила и вообще допустимо ли такое.

– Сегодня мы поговорим о руне Уруз, – профессор села на свое место и взмахнула палочкой, на доске возникло изображение руны. – Запишите значение в прямом положении: в неожиданных ситуациях, когда требуется быстро принять решение и найти выход, дает необходимую энергию, придаёт сил в сложных финансовых ситуациях. Это руна мужественности, силы духа и жизненной энергии. В перевёрнутом положении толкование руны поменяется на негативное. Перевёрнутая Уруз значит: упущенные возможности — судьба посылает шансы, а вы ими не пользуетесь. Это руна слабой силы воли либо отсутствия мотивации, необходимой для решения конкретных дел, недостаток жизненной энергии, что грозит серьёзной болезнью.

Анна неспешно обмакнула перо в чернильницу, полюбовалась набухающей на конце каплей и, не стряхивая, дождалась, пока та сама плюхнется обратно. Тщательно, наслаждаясь самим процессом, вывела руну, записала её значение и завершила пояснения изящным росчерком, напоминающим извив ленты не-магической гимнастки.

Затем скосила глаза на своего соседа по парте и вздохнула:

– Уизли, будь внимательнее. Всё-таки не ерундой занимаемся.

Парень ничего не ответил, но Анна заметила, что его уши заалели. В последнее время Билл Уизли на совместных занятиях постоянно оказывался рядом с ней. Задавал вопросы, пытался подсказывать, да и вообще всеми возможными способами пытался сдружиться с девушкой.

– Мисс Хемптон, — профессор Бабблинг скептически посмотрела на девушку, которая посмела отвлечься на ее уроке. — Похоже вы хорошо поняли тему. Тогда сможете сказать мне, какие руны мы прошли... в первые две недели?

– Хорошо, мэм, – Анна поднялась со своего места и принялась отвечать. В подробностях, с указанием всех мельчайших значений, известном происхождении и возможных способах использования. После первой руны, преподаватель подозрительно осмотрелась вокруг, чтобы убедиться, что нигде поблизости нет открытой книги. После третьей, она прекратила поиски, заметив, что Анна смотрит прямо на нее. Казалось, она видела руны прямо перед своими глазами. После десятой равенкловка остановилась.

Профессор несколько минут молчала, потрясённо глядя на студентку. Наступившую тишину нарушил Билл Уизли.

— Ну надо же, Хемптон! – он с восхищением смотрел на девушку. – Это просто великолепно...

— Действительно, — согласилась женщина. — Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь выучил первую группу рун настолько быстро. Думаю, что вы можете приступить к изучению рунных цепочек на дополнительных занятиях.

Анна замерла. Она, конечно, хотела углубленно изучать Древние Руны, но чтобы так легко попасть на факультатив.

После слов профессора Бабблинг девушка уже не могла толком ни на чем сосредоточиться. Она уже мысленно составляла список нужных ей учебников, прикидывала у кого ей стоит попросить книги по рунам для углубленного изучения. И если бы не самопишущее перо, которое ей подарил Регулус, то Анна пропустила бы окончание лекции.

Этот день Анна с полным основанием могла назвать днём сюрпризов. Только девушка не могла определить: хорошие это сюрпризы или же нет.

Следующим занятием у Орлов была нумерология. Записав объяснения профессора Вектор и сделав данное ей задание, Анна вновь принялась размышлять о рунах и том, на какой день выпадет факультатив.

— Сегодня я дам вам темы проектов, — объявила профессор Вектор, постучав палочкой по доске, где взлетел мел и начал писать текст. — Мисс Хемптон, уделите мне ещё немного своего внимания. Спасибо, — усмехнулась женщина, заметив смущение равенкловки. — Для справедливости я хочу, чтобы команды были смешанные и не меньше трёх человек из разных Домов, — тут она обернулась в строну Сьюзен, которая сидела рядом с Анной, а сейчас обернувшись шушукалась с Дюком.

Анна легонько толкнула ту в бок, девушка охнула и повернулась.

— Перед вами темы, — продолжала между тем профессор нумерологии, обернувшись к доске. — Жду ваших решений в течение недели, после этого займусь сама. А сейчас вы должны разделиться на группы.

Отовсюду стали раздаваться шепотки, студенты первым делом принялись разбиваться на команды. Постепенно шепот сменился гавлатом и профессор Вектор не выдержала.

— Что ж, смотрю, вы не можете поделиться самостоятельно. Поэтому... — женщина с лёгким смешком принялась делить класс на команды. В итоге Анна попала в группу с МакКормаком и Уизли. Закатив глаза от своих напарников, девушка поплелась в библиотеку.

— Можно? — рядом с Анной раздался усталый голос, а потом на соседний стул плюхнулась староста Хаффлпаффа Элеонора Акерли, с которой они сдружились за прошедшие два месяца.

— Сменила стиль? — с улыбкой спросила Анна. Уж больно забавно выглядела приятельница. Недавно была очередная стычка Барсуков с гриффиндорцами из-за юной Блэк и результаты были налицо. И не только. Но если синяки, ожоги и прочие травмы мадам Помфри уже свела, то вот волосы у Элеоноры теперь почему-то вились мелкими-премелкими колечками. По слухам, девушка утверждала, будто ей так даже больше нравится, но Анна подозревала, что хаффлпаффка просто не представляет, как исправить ситуацию, а мадам Помфри посчитала это незначительным, чтобы тратить свое время.

— Удивительно, но из одной грифиндорской сволочи выйдет прекрасный цирюльник, — хихикнула девушка, откинулась на спинку стула и прикрыла глаза.

— Жаль, что меня не было, — вздохнула студентка Равенкло.

— Не все лавры тебе забирать, Хемптон. Я наблюдала за тобой, когда мы сталкивались с драными кошками, и заметила, что почти все заклинания, которыми пытаются наградить тебя гриффы, просто поглощаются, — задумчиво протянула Элеонора, доставая учебники по Чарам. — Я даже написала семье, чтобы узнать, что за заклинания ты используешь. Но в нашей библиотеке такого не нашлось.

— Удивительно, что с такой жаждой знаний ты не оказалась на Равенкло.

— Думаю, что мои родители оценили бы подобный финт, но не мой жених, — рассмеялась девушка и тут же получила свирепый взгляд от мадам Пинс. — Но к чему я веду, — она повернулась к подруге. — О тебе ходят поразительные слухи, Хемптон, ты помогаешь первокурсникам с чарами и трансфигурацией, а моя кузина просто боготворит твои конспекты.

— Ты утрируешь, — фыркнула Анна, вновь принимаясь за эссе. — То, что я нашла время, чтобы помочь нескольким студентам, еще не делает меня великим мастером. Если ты дашь мне минуту — я буду хороша, дашь мне час — велика. У меня было два года в школе и годы практик дома — и по сравнению с другими я непобедима в чарах и трансфигурации!

— У меня было четыре года, но чары так и не поддаются мне, — вздохнула пятикурсница, — а скоро СОВ. А профессор Флитвик сказал, что ты самая талантливая не то, что на своем потоке, но и входишь в десятку в его рейтинга, — тут она прищурилась. — Только не говори ему, что я все разболтала.

— Так вот к чему ты завела такой разговор, — усмехнулась девушка и шутливо толкнула подругу в бок. — Доставай свои вопросы по чарам, будем разбираться.

***

— Уизли! — разгневанная Анна ворвалась в раздевалку команды Гриффиндор.

— Хемптон! — вскочил со скамейки капитан команды, который крепил щитки на ноги. — Ты командой не ошиблась?

— Отстань, Фишер, — отмахнулась девушка. — Куда вы спрятали этого рыжего?

— Никого мы не прятали, Хемптон, — рассмеялся один из загонщиков. — Если Уизли понял, что общаться с тобой себе дороже, то не мы в этом виноваты.

— Что? — Анна резко обернулась и гневно посмотрела на говорившего. — Хочешь прическу как у Акерли? Я могу устроить прямо сейчас.

Она медленно достала волшебную палочку.

— Только попробуй! — вскочил со своего места гриффиндорец.

— Хемптон? — раздавшийся удивлённый возглас от дверей остановил зарождающуюся ссору. — Что ты здесь делаешь?

Девушка обернулась и увидела Уизли, который непонимающе переводил взгляд с нее на команду.

— Вот ты где! — довольно протянула Анна, схватила его за руку и потащила на улицу.

Едва они оказались за пределами раздевалки, девушка отпустила Билла и резко перевернулась к нему.

— Я терпела, когда ты в библиотеке читал книги о квиддиче. Я молчала, пока вы шушукались с Дюком, — стала наступать девушка. — Но вы неделю забиваете на общий проект! Неделю! Мордред тебя разбери, Уизли! Я не собираюсь сливать задание из-за тебя! — она несколько раз ткнула пальцем в его грудь. — Если ты не явишься завтра, то я сделаю так, что на метлу до самого выпуска не сядешь!

Анна не стала слушать, что ей пытался сказать Уизли, лишь еще раз гневно посмотрела и резко развернулась в сторону замка.

— Проклятый квиддич! — проворчала она и поспешила в факультетскую гостиную, чтобы поговорить с Керли.

Разговор с Дюком был более эмоциональным. МакКормак, завидев Анну, попытался сбежать в мужскую гостиную, но не успел даже приблизиться к двери. Девушка, разозленная разговором с Уизли, не долго думая связала друга, усадила в кресло и в течение часа высказывала все, что накопилось. Сначала Керли пытался возражать, но быстро понял тщетность своих попыток, поэтому замолчал и принялся ждать, когда подруга выдохнется.

Спасла его вернувшаяся с Прорицаний Сьюзен. Она тяжело вздохнула, лёгким движением палочки отменила заклинание подруги и потащила бушующую Анну из общей гостиной в женскую.

— Не стоило так кричать на него, — укоризненно поговорила Сьюзен, усаживая Хемптон в кресло. — Он теперь точно делать ничего не будет. Даже в коридоре тебя было слышно.

— Это не так страшно, — хихикнула входящая в комнату староста Равенкло Диана Спенсер. — Страшнее то, что она перепугала наше мужское население. Парни боятся показаться в общей гостиной.

— Не такая я и страшная, — проворчала Анна. — Просто нам проект через неделю сдавать, а я все время только и слышу о квиддиче. Они ж только о нем и говорят, — снова начала распаляться девушка.

— Я поговорю с МакКормаком, — пообещала Диана. — А сейчас давайте пить чай. Я как раз заказала новинку от мамы Ли.

Мамой Ли девушка называла владелицу известного в магическом Лондоне кафе "Чайный пакетик Розы Ли". Спенсер безумно обожала душистые чаи и заразила своей страстью всю женскую половину Равенкло. Анна тоже не устояла перед ароматными чаями и даже заказала себе каталог, чтобы не пропустить новинки. Однако из-за этой суеты с мальчишками сумела это сделать.

— Так, Хемптон, — продолжала отдавать приказания староста, — успокаивайся и вызывай домовичку, почему-то только тебя она слушается. Боул, убери все со стола.

Пока каждая из присутствующих выполняла указания, Анна пару раз глубоко вздохнула и тихонько позвала:

— Ретта.

— Ретта к вашим услугам, — перед девушкой сразу появилась домовичка в аккуратненьком платьице, накрахмаленном белоснежном фартуке с гербом Хогвартса.

— Прекрасно выглядишь, Ретта, — улыбнулась Анна. — Мы хотели бы выпить чая. Ты нам не поможешь?

— Да, мисс, — разулыбалась домовичка. — Конечно, мисс, сейчас все будет.

С лёгким хлопком Ретта исчезла и через мгновение на столе появилось все, необходимое для чайной церемонии. Хемптон вполголоса поблагодарила не показавшуюся домовичку и была готова поклясться, что увидела ее улыбку.

Девушки пили чай, обменивались последними новостями и даже сплетнями. Анна пожаловалась на то, что её напарники по проекту совсем ей не помогают: Дюка почти не видно, а Билл Уизли, хоть и таскается за ней, но постоянно говорит о квиддиче. В ответ на это Сьюзен под дружный смех заметила, что скорее всего этот Уизли просто влюбился в Анну. От такого заявления девушка чуть не подавилась. Девчонки засмеялись громче. Анна хотела было обидеться, но передумала и присоединилась к подругам.

За разговорами время летело незаметно. Кто-то приходил, кто-то уходил. Лишь только три первокурсницы сидели на месте, жались друг к другу и, как заметила Анна, не столько пили чай, сколько прислушивались к разговорам старших. Заметив взгляд Анны, одна из первокурсниц, Лира Ирронто, осмелилась заговорить:

— А почему эльф слушается только тебя?

— Может я ей нравлюсь, — пожала плечами девушка. — Но думаю, что из-за того, что я считаю Ретту такой же колдуньей, как и я. Бабушка всегда говорила, что эльфы просто другая раса волшебников. У меня на родине домовые эльфы называются брауни. Сначала они ведут наблюдение за всеми семействами в зоне своего обитания, которое составляет пять миль, выбирая тех, кто «соответствуют их моральным стандартам». Пока люди отдыхают, брауни занимаются всевозможной хозяйственной деятельностью: ткут, готовят, прибираются, моют, занимаются людскими орудиями труда, следя за их исправностью, стерегут кур от лисиц, а также от воров. В ответ брауни ожидают благодарности в виде магии. Если им предложить в подарок новую одежду, то они обидятся и покинут дом. И тогда дом ждёт беда. Обычно брауни стараются не прибегать к физической силе, а лишь сообщать различными способами своим хозяевам о возможном враге. Только если угроза нормальной жизни велика, брауни могут применить силу либо воспользоваться магией и призвать на помощь ближайших лесных соседей: эльфов, фей и пикси, а потом общими усилиями наказать злых незнакомцев. Но бывают случаи, когда незваных гостей слишком много и они очень сильные. В этой ситуации брауни либо становятся невидимыми и бегут в лес за помощью эльфов, либо начинается процесс превращения брауни в боггарта, — Анна ненадолго замолчала. — Если вам это интересно, то я могу попросить бабушку прислать мне книгу о брауни.

— Я с удовольствием ознакомлюсь с магическим миром твоей страны, — улыбнулась Диана. — Кстати... Раз речь зашла о боггартах и домовиках, то может на Хэллоуин устроим ночь страшных рассказов?

— Давайте лучше наденем страшные костюмы и будем всех пугать, — предложила Анна. — Мы дома всегда так делаем.

— А как вы вообще отмечаете Хэллоуин? — заинтересованно подалась вперёд Лира.

— Украшаем дома, готовим угощения, переодеваемся нечистью. Папа всегда наряжает пугало и вместо головы приделывает тыкву, — пожала плечами Анна. — Пугаем соседей, собираем сладости. В Европе и на Британских островах считали, что нужно надеть страшную маску и нечисть тебя не тронет. У нас считается, что нужно нарядиться в самый страшный костюм и тогда нечистая сила примет тебя за своего и может даже в чем-то поможет.

— А ты пугала соседей?

— Конечно. Мы с бабушкой задолго до праздника начинали готовить костюм. Я в одном из костюмов так сильно напугала соседку, что она потом несколько дней вздрагивала при упоминании моего имени, — хихикнула Анна. — Я и сейчас хочу кого-нибудь напугать.

— А что это был за костюм? — подалась вперёд Сьюзен.

***

Готовиться к празднику Анна и Аида Ведо принялись накануне. Еще с вечера леди Хемптон смочила волосы внучки пивом из запасов сына, но не стала ни расчесывать, ни заплетать в косички, а попросту отправила ее спать. К утру волосы девочки вздыбились жутким колтуном.

Запретив Анне выходить из комнаты, женщина занялась макияжем, на который потратила целый день, прервавшись только на обед. В итоге к вечеру у девочки появился нездоровый трупный оттенок кожи. Хорошо, что платье они приготовили накануне. Посмеиваясь Анна нарядилась в самое старое залатанное платьице, которое для верности было выпачкано в золе. На шею внучки Аида Ведо повесила ожерелье из мышиных черепов из личных запасов.

После всего этого Анне было разрешено посмотреться в зеркало.

— Ты самая настоящая ведьма, — улыбнулась леди Хемптон. Дремавший на кресле книззл определенно был согласен со старой женщиной. Стоило Анне попытаться погладить его, как последний взъерошился и удрал под кровать.

Анна полезла следом, потому что очень хотела быть похожей на ту ведьму из детской сказки, которую ей не так давно дал сосед не-маг. Та ведьма была с котом на плече. А чем книззл отличается от кота? Для обычного человека ничем.

После недолгой борьбы зверь сдался.

Триумфальный выход Анны из комнаты не остался незамеченным – около порога стоял кузен Барти Крауч. При виде девочки он вскрикнул и схватился рукой за сердце.

— Что с тобой, золотце? — слегка заикаясь, спросил парень.

— Мой костюм, — улыбнулась Анна, показав вычерненные углем зубы.

— А называется он «Как умертвить семью шоком»?

— Он называется «Королева Ведьм».

Барти осмотрел кузину со всех сторон и сочувствующе посмотрел на покорно обвисшего на ее руках книззла.

— Ну что ж, моя Королева, пойдем пугать соседей?

— Пойдем, — кивнула головой девочка.

Родители и братья Анны ждали их в гостиной. Осмотрев костюм дочери, лорд Хемптон ласково проговорил:

— Ани, ты настоящая маленькая ведьма.

И девочка радостно разулыбалась.

К не-магическому жилью семейство Хемптонов шло пешком, не слишком старательно обходя лужи. Зажатый подмышкой Анны книззл безнадежно выл на одной ноте. Редкие прохожие шарахались сначала в стороны, а потом узнав кого-нибудь из семьи принимались хохотать и рассматривать костюмы.

Не обрадовалась Анне лишь одна соседка. Стоило девочке сказать: «Угощение или жизнь», как книззл снова завыл. И без того перепуганная женщина почему-то решила, что настал её смертный час и принялась осенять остолбеневшую Анну крестными знамениями, бормоча при этом молитвы.

— Простите, мэм, — поинтересовался Барти, с насторожностью наблюдающий за действиями женщины. — А что вы делаете?

— Изыди, нечисть! — завопила та, принимаясь ещё усерднее крестить как себя, так и Анну.

— Может, мы пойдем? — робко поинтересовалась у кузена девочка.

— Пошли, — кивнул Крауч-младший. — И почему она решила, что изгнать нас можно при помощи креста? — Затем он повернулся к торжествующей женщине и лениво заметил: — Мы вообще крещеные.

Этого психика соседки не выдержала и она осела на порог своего дома в спасительном обмороке.

***

Дружный смех девушек прервал настойчивый стук в дверь. Спенсер поднялась со своего места, открыла и через минуту повернулась к однокурсницам.

— Анна, можно тебя?

Девушка согласно кивнула, извинилась перед сидящими рядом с ней и подошла к старосте, продолжая посмеиваться. Но стоило ей взглянуть на встревоженное лицо Дианы, как от веселья не осталось и следа.

— Что случилось?

— Твоя племянница Блэк попала в больничное крыло. Староста Барсуков ждёт тебя.

Глава 6

— Тише, тише, мисс Хемптон, — тихий голос привел Анну в чувство и девушка внезапно осознала, что пыталась вырваться из чьей-то железной хватки, но все ее попытки были обречены на провал. Подняв взгляд, Анна увидела перед собой профессора Снейпа, который держал её за плечи, не впуская к Доре.

— Вот, выпейте, мисс. Это успокоительное, — проговорил мужчина, протягивая ей кубок.

Анна послушно сделала глоток и едва не выплюнула все обратно, содрогнувшись от отвратительного вкуса. Не думала, что у обычного Умиротворяющего бальзама такой мерзкий привкус.

— Как она? — Анна обессиленно опустилась на краешек стула в кабинете больничной колдоведьмы.

— Сейчас вернётся мадам Помфри и все расскажет, мисс.

— А вы не можете?! Я уверена, что вы все знаете, — Анна сжала кулаки в бессильной ярости, а через миг услышала голос мадам Помфри, раздававшийся за дверью, ведущей в комнату, являющее собой некое подобие маггловских палат.

— Уверена, что сейчас вам не удастся замолчать произошедшее, директор! — грозно отчитывала руководителя целительница. — У того, как мисс Блэк столкнули с лестницы, оказалось слишком много свидетелей. Весь седьмой курс Слизерина как раз направлялся на лекцию по Астрономии, когда она скатилась им под ноги, пересчитав своим телом несколько сотен ступеней. И Блэки в этот раз не спустят ситуацию на самотек.

Анна, услышавшая эти слова, сорвалась с места и распахнула дверь.

— Мадам Помфри, — начал директор, но прервался, увидев равенкловку.

— Что? — на пороге стояла Анна, которая стала невольной слушательницей вместе с деканом Слизерина. — Что произошло с Дорой?

Она отчётливо понимала, что в голосе прекрасно слышно панику, а страх за племянницу переполнял просто все ее нутро.

— Простите, мадам Помфри, директор. Мисс, держите себя в руках, — процедил сквозь зубы Снейп. — Сейчас вашей сестре...

— Племяннице, — на автомате поправила девушка, уставившись на профессора зельеварения, который, как и мадам Помфри, выглядел уставшим.

— Вашей племяннице ничего не угрожает, — усталым голосом продолжил мужчина. — Думаю, что вам тоже нужно отдохнуть, — он протянул ей флакон с зельем. — Это зелье Сна без сновидений.

— Спасибо, сэр, — еле заметно улыбнулась Анна. — Мадам Помфри, могу я ее увидеть? Хоть на минутку?

— Думаю, это не повредит, — Дамблдор улыбнулся и вышел из комнаты. — Поговорим позже, Поппи.

Мадам Помфри еле заметно кивнула и провела Анну к постели юной Блэк. У равенкловки сжалось сердце, стоило ей увидеть бледную Нимфадору. Она осторожно села на край кровати, стараясь не побеспокоить племянницу, но спустя пару мгновений, поняла, что после выпитых зелий Дора ничего не чувствует. Девушка провела рукой по волосам Нимфадоры, которые разметались по подушке.

— Поправляйся, малышка, — шепнула Анна и поцеловала ее в лоб, после чего встала и пошла в кабинет к школьной целительнице, чтобы узнать подробности.

Добрая женщина не смогла долго сопротивляться давлению Хемптон и коротко рассказала то, что слышала от принесших Нимфадору слизеринцев.

— Я не хочу прослыть сплетницей, — печально покачала головой мадам Помфри. — Лучше расспросите обо всем подопечных профессора Снейпа. Что касается этого, — она кивнула на пузырёк, который девушка стискивала в руке. — Не забудьте, что одна капля зелья на стакан воды, мисс Хемптон.

— Спасибо, мэм. Обязательно.

Анна склонилась в лёгком книксене перед женщиной и отправилась к себе, чтобы сообщить обо всем Андромеде Блэк. Девушка была уверена: мать имеет право знать о том, что случилось с её дочерью.

Вернувшись в свою спальню и рассказав Сьюзен о состоянии Нимфадоры, Анна достала письменные принадлежности и принялась за письмо своей кузине Блэк.

— Сьюзен, я могу воспользоваться твоей совой? — девушка перечитала текст, пытаясь понять, не сгустила ли она краски и не напугала ли Андромеду.

Подруга молча кивнула и, открыв окно, вызвала своего пернатого почтальона. После того, как письмо было отправлено, Анна приняла Зелье сна без сновидений и закуталась в одеяло.

Утро для Анны началось с дикого визга. Перепугавшись до чёртиков и подскочив на кровати, девушка осмотрелась по сторонам. Кричала Сьюзен.

— Сью, что случилось? — Анна быстро выпуталась из одеяла и подбежала к подруге.

— Я умираю, — Боул перестала визжать и разрыдалась, повиснув на ее шее.

— С чего это ты взяла? — девушка постаралась отцепить Сьюзен от себя.

— Вот...

Девушка дрожащим пальцем ткнула в кровать и снова зарыдала. Анна кое-как освободилась из объятий подруги и подошла ближе, чтобы рассмотреть причину слез Сьюзен. На белоснежной простыне виднелись пятна крови.

— Ну и что? — Анна с недоумением посмотрела на Боул. — Вся истерика из-за этого?

— Как ты можешь быть такой равнодушной? — сквозь рыдания проговорила Сьюзен. — Ты... Ты...

— Сьюзен, — вздохнула Анна, стараясь говорить как можно мягче, чтобы успокоить подругу. — Ты совсем не умираешь. Просто это означает, что ты... — девушка на мгновение замялась, подбирая слова. Но этого момента оказалось достаточно, чтобы Боул впала в неконтролируемую истерику.

Накинув на плечи халат и оставив рыдающую Сьюзен, Анна выбежала из комнаты в поисках старосты Спенсер. Диана точно сможет объяснить Сьюзен, что именно с ней произошло. Сама Анна не могла подобрать нужных слов. Все объяснения казались глупыми и странными. Сказать, что Сьюзен стала женщиной? Сью точно этого не оценит.

Добежав до комнаты Спенсер, Анна принялась колотить в дверь. Через мгновение на пороге возникла заспанная и немного раздраженная Диана.

— Хемптон?

— У нас... Точнее у Сьюзен небольшая проблема, а я не могу ей все правильно объяснить. Ты не могла бы мне помочь?

— Что ещё случилось? — проворчала Спенсер, однако накинула халат и пошла вслед за Анной.

— У Сьюзен первые месячные, — вздохнула Анна. — И она думает, что умирает.

Диана тихо рассмеялась и обернулась к Анне.

— Знаешь, давай я с ней поговорю наедине.

— Хорошо, — улыбнулась Хемптон. — Я только полотенце возьму.

Прихватив туалетные принадлежности, Анна отправилась в душ, а когда вернулась, то увидела уже успокоившуюся и даже немного повеселевшую Сьюзен.

— Диана мне все объяснила, — улыбнулась Боул. — И даже пообещала заказать мне эти...

Девушка смутилась и покраснела, а Анна лишь понятливо улыбнулась.

— Я поняла, — она кивнула на свой шкафчик. — Можешь пока взять мои.

— У тебя?..

— Да, — хмыкнула равенкловка. — Как ты себя чувствуешь?

— Живот немного болит.

— Я сейчас пойду к Доре и заодно попрошу для тебя зелье у мадам Помфри. На всякий случай.

Улыбнувшись подруге, Анна быстро привела себя в порядок и направилась в больничное крыло. Но сегодняшнее утро для девушки не задалось. Мадам Помфри без лишних вопросов дала нужное для Сьюзен зелье, но пропустить её к Доре отказалась категорически.

— Мисс Блэк спит. Зайдите к ней после обеда, — улыбнулась колдоведьма. — Для нее эта ночь была очень тяжёлой.

— Хорошо, мэм, и... Спасибо вам, — улыбнулась Анна и отправилась в Большой Зал. С самого первого дня в Хогвартсе Анна старалась завтракать как можно раньше, чтобы успеть закончить с едой до прилёта почты.

Когда Анна впервые столкнулась с правилами доставки писем в Хогвартсе, то была в глубоком шоке. Сотни птиц влетели в Большой Зал во время завтрака и начали хаотично сбрасывать посылки адресатам. Некоторые совы умудрялись усесться на столы и стащить кусочек из тарелки. Но в большинстве своем совы просто вносили хаос и попросту гадили. После того, как совиный помет попал Анне в чашку с чаем, девушка стала приходить на завтрак раньше всех.

Вот и сегодня девушка намеревалась следовать своему обычному расписанию, но по пути в Большой зал ее перехватила профессор МакГоннагал. С первого взгляда на женщину, Анна поняла, что та сильно не в духе.

— Следуйте за мной, мисс Хемптон, — сквозь сжатые зубы процедила профессор. — Вас ждет директор.

МакГоннагал развернулась на каблуках и стремительным шагом направилась в сторону лестниц. Анна с недоумением посмотрела на декана Красного факультета и направилась следом, где-то на уровне подсознания понимая, что разговор с Дамблдором будет не из легких. Девушка поежилась и автоматически поправила небольшой медальон, подаренный Маркусом Краучем.

***

— Это, конечно, не панацея, — улыбнулся прадед, протягивая ей украшение. — Но во всяком случае ты почувствуешь, если кто-нибудь попытается прочесть твои мысли.

— Дедушка, а разве в Хогвартсе мне это грозит? — Анна с удивлением посмотрела на лорда Крауча.

— Надеюсь, что нет. Но ты должна знать, что Дамблдор сильный легилимент.

Мужчина на мгновение замолчал, потому что Анна с интересом рассматривала зачарованную вещицу.

— Дедушка, а какая руна за что отвечает?

Следующие полчаса девушка слушала пространную лекцию о рунных цепочках и том, что когда она станет мастером, то эта вещица покажется ей сущей безделицей. А на вопрос о том, может ей в таком случае нужно что-то более сильное, например, какой-нибудь семейный артефакт, Маркус Крауч стукнул кулаком по столу.

— Мисс Хемптон. Я считал вас умной девочкой. Неужели вы не понимаете, что ваше магическое ядро еще окончательно не сформировалось и применение более сильных артефактов может просто навредить?

***

Погрузившись в свои мысли Анна не заметила, как в сопровождении декана Гриффиндора дошла до горгульи перед кабинетом директора.

— Лимонные шипучки, — рыкнула профессор Маккоганалл и нетерпеливо посмотрела на студентку. — Директор ждет вас, мисс Хемптон.

— Но профессор, — начала девушка.

— Немедленно, мисс, — повысила голос женщина.

— Нет, мэм, — встала в "позу" Анна. — Одна я туда не пойду. По этикету и правилам хорошего тона, девушка не должна оставаться наедине с мужчиной в комнате.

— Мисс? — изумленно уставилась на нее декан Гриффиндора.

Анна видела, что Минерва МакГоннагал готова прочесть ей гневную отповедь, как перед ними появилась профессор Треллони.

— Запомните мои слова, директор, — чуть ли не кричала она. — Темный Лорд умер, но он не умер!

— Сивилла, не кричи, — МакГоннагал подхватила предсказательницу под руку. — Пойдем, дорогая, я тебя провожу, — а затем женщина повернулась к Анне. — Не заставляйте себя ждать, мисс.

Анна покачала головой, глядя вслед удаляющимся женщинам и нырнула в проход, встала на первую ступень каменной винтовой лестницы, дверь за ней закрылась, лестница медленно понесла ее вверх и остановилась у полированной дубовой двери с латунным дверным молотком. Из-за двери доносились голоса. Девушка сошла на небольшую площадку у двери и прислушалась.

— Дурмстранг? — в голосе Дамблдора слышалось неподдельное удивление. — Мы уже лет двадцать не выезжали на турнир по чарам.

— Традиции нужно возрождать, — услышала Анна тягучий голос, который был ей совершенно не знаком. — Ну а если вы боитесь, что с вашими учениками что-то случится, то я готов дать клятву о том, что им не причинят вреда.

— Дурмстранг? Турнир? — еле слышно прошептала Анна и решительно постучала, намереваясь утолить своё любопытство.

Дверь кабинета открылась.

— Здравствуйте, мисс Хемптон, — раздался голос профессора Дамблдора — Проходите.

Анна вошла и осмотрелась по сторонам. До этого она ни разу не бывала в кабинете директора — красивой круглой комнате, стены которой были увешаны портретами прежних директоров и директрис. Множество таинственных серебряных приборов стояло на вращающихся столах — они жужжали, выпуская небольшие клубы дыма. В центре стоял громадный письменный стол на когтистых лапах, а за ним на полке — потертая, латаная-перелатаная Волшебная шляпа.

— Доброе утро, директор, — девушка сделала легкий книксен. — Сэр, — ее взгляд переместился на незнакомого ей мужчину. — Директор, вы вызывали меня?

— Здравствуйте, мисс Хемптон, – Дамблдор бросил на равенкловку испытующий взгляд. — Проходите. Прошу вас немного подождать, я провожу нашего гостя.

Мужчины молча вышли из комнаты, затворили за собой дверь и послышались удаляющиеся шаги. Прошла минута-другая. Вскоре все стихло, и Анна огляделась. Рядом с дверью на золотой жердочке сияя алым оперением сидел феникс. Взмахнув длинным хвостом, он приветливо посмотрел на девушку.

— Привет, Фоукс, — улыбнулась девушка и феникс курлыкнул в ответ. Анна осмотрелась по сторонам и принялась рассматривать портреты прежних директоров и директрис Хогвартса. Они мирно посапывали в своих рамах, но девушка могла поклясться, что они наблюдают за ней. Единственным портретом, который не притворялся спящим, был портрет директора Финеаса Найджелуса Блэка.

— Здравствуй, правнучка, — холодно улыбнулся Блэк. — Не скажу, что рад тебя видеть в этом кабинете.

— Приветствую вас, директор Блэк, — кивнула в ответ Анна. — Почему?

— Сама поймешь, — хмыкнул портрет.

— О чем вы? — удивилась девушка, но Финеас демонстративно закрыл глаза.

Анна пожала плечами и принялась дальше рассматривать кабинет. Рядом со Шляпой в стеклянном футляре покоился украшенный рубинами серебряный меч Годрика Гриффиндора, девушка вычитала о нем в истории Хогвартса и сейчас с любопытством осматривала реликвию.

Вдоволь налюбовавшись на меч, Анна обернулась назад и увидела небольшой неплотно закрытый черный шкафчик, откуда пробивалась яркая мерцающая полоска света. Анна подошла к шкафчику и решительно потянула на себя дверцу. Внутри стоял неглубокий каменный сосуд, опоясанный по краю резными письменами и символами. От содержимого исходило яркое серебристое свечение.

Девушка хмыкнула. Она уже видела подобное у дедушки Крауча. Омут памяти. Странно, что директор Дамблдор оставил дверцу незапертой. Похоже, что это ловушка, подумалось Анне и она решительно отошла от шкафа.

Рядом со шкафом был расположен стеллаж с книгами, который заинтересовал девушку намного больше, чем Омут памяти. К моменту возвращения директора, Анна успела рассмотреть корешки книг, стоящих на нижних полках, и размышляла над тем, выдержит ли её колченогая табуретка, которую равенкловка заметила при входе.

— Простите, что заставил ждать, мисс, — голос вернувшегося Дамблдора заставил Анну отвлечься от размышлений. — Вижу, вам понравились книги.

— Я учусь на Равенкло, — улыбнулась девушка.

— Да-да, я знаю. Прошу, мисс, располагайтесь, — мужчина указал на табуретку. Анна осторожно села на краешек и благовоспитанно сложила руки на коленях. — Я хотел бы поговорить с вами.

— О чем, сэр?

— О юной мисс Блэк, — Анна моментально напряглась, но не столько от того, что узнала тему предстоящего разговора, сколько от того, что нагрелся медальон лорда Крауча. Это продолжалось меньше минуты, а потом Дамблдор с недоумением посмотрел на нее. — Мисс, зачем вам нужно столько украшений?

— Простите, сэр? — пришла очередь Анны удивляться. — Каких украшений?

Ответить Дамблдор не успел - дверь в кабинет распахнулась. Равенкловка обернулась и увидела входящего Сигнуса Блэка в компании двух не менее представительных мужчин, в руках которых она рассмотрела трости членов Попечительного совета. Если Абраксаса Малфоя девушка узнала сразу, то второй мужчина был ей не известен. Девушка моментально соскочила с табурета и отвесила изящный поклон.

— Здравствуй, племянница, — кивнул в ответ лорд Блэк. — Добрый день, Дамблдор, — теперь в голосе Сигнуса проскользнули презрительные нотки. — Хотелось бы поговорить.

Анна подняла взгляд и поняла, что сейчас перед ней не добродушный дядя Сигнус, перед ней стоял Лорд, с большой буквы. Такого напыщенного высокомерия и презрительности ко всему живому в округе, как в его взгляде, до этого момента Анна не встречала никогда и ни у кого.

— Мисс Хемптон, вы свободны, — произнес Дамблдор. Анна кивнула и поспешила выйти из кабинета. Уже закрывая дверь девушка услышала голос Блэка.

— Какого черта происходит, Дамблдор? В школе происходит нападение на мою внучку, а я не получил уведомления от декана и директора. Я требую объяснений!

Глава 7

— Мисс Хемптон, Вы свободны, — произнес Дамблдор.

Анна кивнула и поспешила выйти из кабинета.

Уже закрывая дверь девушка услышала голос Блэка:

— Какого черта происходит, Дамблдор? В школе происходит нападение на мою внучку, а я не получил уведомления от декана и директора. Я требую объяснений!

Дальнейшую часть разговора девушка уже не слышала: то ли сработали Заглушающие чары Хогвартса, то ли постарался кто-то из Лордов, сопровождающих Блэка. Выдохнув, Анна прислонилась спиной к закрытой двери, она со смесью удивления и ужаса осознала, что ее трясет. Видимо сказалось внутреннее напряжение, которое не покидало ее с того момента, как профессор МакГоннагал оставила ее перед горгульей. Если бы профессор сопровождала ее, как того требует этикет, то равенкловке было бы намного легче вынести атмосферу кабинета директора и давление его магии.

Анна еще раз перевела дух и стала аккуратно спускаться по ступенькам, пытаясь отойти от агрессивного влияния магии Блэков, которую всего на долю минуты выпустил из-под контроля Сигнус, а ее пробрало до самых кончиков волос. А она еще думала, что это мама страшна в гневе, но не тут-то было.

Девушка почувствовала, как липкая от пота блузка неприятно холодит спину, а руки трясутся от нервного перенапряжения. Равенкловка сделала пару шагов, после чего за ней со скрипом горгулья вернулась на свое место. Анна встряхнула руками, оправила рукава мантии и тут ее взгляд упал на обычные не-магические часы, которые на прошлый день рождения подарил ей папа. Тогда девушка удивилась такому подарку, но очень быстро осознала их пользу. И вот сейчас, глядя на циферблат, Анна понимала, что безнадежно опоздала на зельеварение.

— Идти или не идти? — пробормотала Хемптон, невольно перефразируя известную строчку Шекспира. Она помнила реакцию бабушки Чарис, если кто-то заходил к ней в момент приготовления зелий, и представляла, что с ней сделает профессор Снейп. Поразмышляв над ситуацией, Анна решила, что к профессору зельеварения она пойдет после окончания пары, чтобы извиниться не при всех. Анна чувствовала, что мужчина точно не одобрит если она ворвётся сейчас.

Приняв решение и окончательно придя в себя, равенкловка направилась в больничное крыло, чтобы навестить племянницу. Это все-таки намного лучше, чем болтаться по коридорам или сидеть в библиотеке под неодобрительными взглядами мадам Пинс.

— Тётушка, почему Вы здесь? — весело улыбнулась Нимфадора, удобнее устраиваясь на кровати в Больничном Крыле. — Вас не пустили на занятие? На зельеварение? Или вы взорвали котел?

Анна недовольно сверкнула глазами в строну родственницы и тяжело вздохнула. Она понимала, что Дора, воспитанная настоящей Блэк, не упустит шанса подколоть её.

— Дорогая племянница, — лениво протянула она, прищурившись глядя на родственницу, — шутить над ведьмой, чей крестный вечером прислал египетские сладости, о которых ты так мечтала, опрометчиво.

Стоило Анне только это сказать, как золотистые волосы Нимфадоры стали обычными русыми, а она сама вдруг погрустнела.

— Прошу меня простить, тётушка, — чопорно пробормотала юная Блэк.

— Не хмурься, — Анна щелкнула её по лбу. — Тебе это не идет. Я захватила их, хоть и планировала зайти вечером.

— Меня после полудня выписывают, — сообщила Нимфадора, выжидательно глядя на студентку Равенкло. — Я сама вечером собиралась к тебе.

— Вечером я постараюсь попасть на отработку, — хмыкнула Анна и вытащила небольшую коробочку из кармана, которую тут же увеличила заклинанием. — Угощайся.

Она с улыбкой посмотрела на племянницу, которая вновь радовала взгляд яркой шевелюрой и разглядывала магические сладости Африки.

— И все-таки, — Дора подцепила переливающуюся конфету и отправила в рот, — почему ты тут, а не на зельеварении? Насколько я помню, ты спишь и видишь, чтобы попасть на занятия к профессору Снейпу.

— Меня вызвали утром к директору, поэтому я опоздала. А потом просто решила не нервировать профессора своим внезапным появлением, — хихикнула девушка и осмотрелась по сторонам. Не увидев нигде мадам Помфри, она скинула ботинки и с ногами забралась на кровать племянницы.

— Зачем тебя вызывал директор? — Дора, которая уже успела набить рот сладостями, серьезно посмотрела на Анну, чем вызвала очередной приступ хихиканья. — Я сказала что-то смешное? Мне дедушка говорил, что ни в коем случае нельзя ходить в кабинет Дамблдора.

— Дора, ты сейчас была похожа на хомяка, — кое-как справилась со смехом равенкловка. — Мне о том же самом говорил дедушка Маркус и даже принял определенные меры, но они не понадобились.

— Почему?

— Разговора как такового не получилось, — пожала плечами Анна. — Когда я зашла в кабинет, то там был иностранец. Такой загадочный мужчина...

— Подожди, — перебила ее юная Блэк. — Ты к директору зачем ходила? На разговор или рассматривать этого загадочного?

— Хороший вопрос, внучка. Так что скажете, Анна? — на пороге палаты стоял улыбающийся Сигнус Блэк.

Анна улыбнулась в ответ, подмечая то, как разительно отличается лорд Блэк и дедушка Доры. Сейчас от него исходило тепло, очень ощутимое, хоть подходи и грейся и это было диаметрально противоположно с ощущениями в кабинете директора. Само нахождение Сигнуса Блэка в Больничном крыле успокаивало.

— Скажем так, я совместила неприятное с приятным, — девушка слезла с кровати племянницы.

— Что от Вас хотел Дамблдор? — Сигнус сделал вид, что не заметил, как Анна надевает ботинки.

— Если честно, я и сама не поняла, — юная магичка наконец справилась со шнуровкой. — Когда я пришла, то он пошел провожать своего гостя, а потом пришли Вы. Но одно я поняла точно: у нас с дедушкой Маркусом получился хороший амулет.

— Что за амулет? — заинтересованно подалась вперёд Дора.

— Я тебе потом расскажу, — улыбнулась Анна и повернулась к лорду Блэку. — Я думаю, что Вам нужно поговорить с Нимфадорой, поэтому я пойду.

— Только не уходите далеко, Анна, — кивнул Сигнус. — Хочу, чтобы Вы меня проводили.

— Хорошо, я подожду Вас в Холле.

Девушка слегка поклонилась лорду Блэку и вышла из палаты, оставляя его наедине с внучкой. Уже выходя из Больничного крыла, Анна почувствовала как закружилась голова и ей пришлось на несколько секунд прислониться к стене.

— Чертов кокон, — пробормотал она, машинально обновляя заклинание. — Чёртовы гриффиндорцы.

— Эти орлята меня в могилу сведут, — раздался рядом недовольный голос мадам Помфри. — Простите, лорд Тагвуд, я не смогу проводить Вас.

— Ничего страшного, — услышала Анна мужской голос, а затем почувствовала крепкую хватку на предплечье. — Мисс, позвольте Вам помочь, — девушка согласно кивнула, а мужчина тем временем подхватил ее под локоть и осторожно повел к кабинету мадам Помфри, продолжая говорить. — Измученное лицо, синий галстук... Даже спустя годы в учениках Хогвартса легко можно узнать студентов Равенкло.

— О чем Вы, сэр? — нахмурилась Анна.

— Моя внучка тоже заканчивала этот факультет, — вздохнул взрослый волшебник, — и орлята те еще экспериментаторы. Вам следует быть осторожнее с чарами, которые сейчас используете, а лучше разработать поддерживающий артефакт, чтобы снять нагрузку. Вы неважно выглядите, мисс.

— Вы думаете, я ей об этом не говорила? — всплеснула руками колдоведьма. За считанные мгновения она провела диагностику состояния студентки и теперь отмеряла нужное количество зелья. — Да из гроба встают краше. Уж вам ли не знать, лорд Тагвуд?

— Если бы мы встретились в темном коридоре, я принял бы Вас за инфери, — задумчиво кивнул мужчина.

— Спасибо за комплимент, — слабо улыбнулась Анна, но тут же замолчала под грозным взглядом мадам Помфри.

— Мисс Хемптон, — прикрикнула доведенная до ручки волшебница. — Вы ведете себя безответственно! Если Вы не прекратите такие эксперименты, то я сообщу о ваших выходках Вашему деду!

— Да пожалуйста, — фыркнула Анна, принимая из рук мадам Помфри кубок с зельем.

— А если Вашему дедушке Маркусу?

— Мадам Помфри, это уже шантаж, — моментально надулась равенкловка. — Хорошо, обещаю подумать, как обезопасить это заклинание.

Анна услышала хмык со стороны мага, которого мадам Помфри называла лорд Тагвуд. Волшебник явно пытался сдержать смешок над всей ситуацией.

— Лорд Тагвуд, — всплеснула руками колдоведьма, — Вы-то могли бы и поддержать меня. После скольких каверз Ваша внучка была гостьей в моем Крыле? А о скольких каверзах Вы до сих пор не в курсе?

Анна заинтересованно посмотрела на волшебника, который продолжал с хитрым прищуром смотреть на главу Больничного крыла. Перед ней был маг, чем-то похожий на ее дедушку Маркуса, но девушка не могла бы сказать, в чем заключается их сходство? Может в том, с каким интересом он смотрел на нее? Словно она была каким-то редким экспонатом, за которым стоит понаблюдать пристальнее. Именно так смотрел на нее Маркус Крауч, когда она сделала свой первый артефакт.

Задумавшись над этим, девушка пропустила ответ Тагвуда на слова колдоведьмы, который послужил началом препирательств между взрослыми волшебниками. Их спор прервал появившийся лорд Блэк. Увидев бледную Анну, сидящую с кубком в руках, Сигнус прислонился к стене и простонал:

— Анна, а с Вами-то что?

Мадам Помфри отвлеклась от спора с Тагвудом, грозно посмотрела на равенкловку и повернулась к Блэку.

— Сейчас я Вам расскажу, лорд Блэк. Может хоть Вы вобьете в голову юной мисс, что эксперименты над собой — не самое лучшее занятие для девушки!

— Смотря какие эксперименты, — подмигнул Анне лорд Тагвуд и школьная целительница вновь повернулась к нему, принимаясь доказывать, что никакие эксперименты не стоят подорванного здоровья. Пока женщина приводила все новые и новые доводы, Анна осторожно поставила свой кубок на краешек стола и подошла к лорду Блэку.

— Дядя Сигнус, со мной все в порядке, — улыбнулась она обеспокоенному магу. — Просто перенервничала из-за Доры.

— Я надеюсь, что это именно так, — улыбнулся в ответ Сигнус. — Если Вы хорошо себя чувствуете, то не составите мне компанию в прогулке по школе?

— С удовольствием, — Анна поклонилась спорящим магам и вышла из кабинета школьной целительницы следом за лордом Блэком.

— Анна, пообещайте мне, что будете осторожны, — в очередной раз попросил девушку Сигнус Блэк, когда они спускались в Холл.

— Обещаю, — кивнула Анна. — Лорд Тагвуд мне тоже посоветовал быть осторожнее и ещё попросил подумать над артефактом, который поддерживает сторонние заклинания.

— Это хороший совет, — кивнул маг. — Некроманты иногда используют артефакты, а у Тагвуда в родственниках есть отличный мастер.

— Самый лучший артефактор — Маркус Крауч, — моментально вскинулась Анна, недовольно глядя на Блэка.

— Ох, Анна, — добродушно улыбнулся Сигнус, — Вы так юны и порывисты. И не смотря на то, что все предписывают Вам схожесть с моей белокурой Нарси, Вы, как никто другой, похожи на непокорную Беллу. Будьте осторожны и сдерживайте свои корни. Везде есть глаза и уши.

— Вот об этом можете мне не напоминать, — мрачно кивнула равенкловка и решила сменить тему, чтобы не взволновать ещё больше мужчину. — А кто такой лорд Тагвуд? Он говорил про инфери, да и Вы упомянули про некромантию.

Блэк с лёгким подозрением посмотрел на девушку, понимая, что она специально перевела разговор, и решил принять правила игры.

— Лорд Тагвуд — практикующий некромант, такой ступени, что представить страшно. В своем деле он находится на том же уровне, что и Ваш прадед в артефакторике. Хотя, — хмыкнул лорд Блэк, — он прославился вовсе не некромантией. Салватор знаменит совсем другим.

— Чем? — заинтересованно подалась вперёд Анна.

— Вы все больше и больше напоминаете мне Беллу, — задумчиво протянул мужчина, но заметив выжидающий взгляд племянницы, вернулся к рассказу. — Так вот. Салватор... Его внучка является владелицей салона Геката, — Анна кивнула, давая понять, что слышала об этом салоне. — А сам он из-за политики Министерства называет себя гадалкой, правда вместо чаинок, предлагает спросить информацию, к примеру, у покойного Мерлина, раз спрашивающий не может самостоятельно решить. Последний раз был за подобные шуточки выставлен из бальной залы, но уходил смеясь. Одна мисс решила выведать у него свою судьбу и попросила показать ей будущего жениха

Анна задумалась и невольно оглянулась в сторону больничного крыла, где остался лорд Тагвуд. При всей его веселости и добродушии, Анна ни за что бы не рискнула задать подобный вопрос.

— Он проклял её?

— Анна, — сдерживая улыбку, покачал головой Блэк, — уж Вы-то должны знать сколь изощрённы бывают темные маги в своих шутках. Он показал ей жениха, но не думал, что та мисс очень сильно боится инфери. Девушка белела на глазах и свалилась в обморок, разрушив прекраснейшую иллюзию, чем сильно расстроила этого шарлатана. А Салватор... — маг кашляшул, скрывая смешок, — он ловко подхватил ее заклинанием и уложил на кушетку, ворча что-то о взбалмошных девицах с никудышными нервами.

Фантазия у Анны всегда была хорошей, она живо представила, что мог сделать лорд Тагвуд, и опустилась на ступеньку, подрагивая от смеха.

— Ничего смешного, — Сигнус, глядя на чуть ли не рыдающую от смеха племянницу, тоже рассмеялся. — Этим экзальтированным девицам ведь не объяснишь, что настоящее предсказание — не бумажки в китайских печенюшках и прочая чепуха, на которую покупаются магглы. А теперь, Анна, встаньте с холодного пола, иначе Вам придется вернуться в ласковые руки мадам Помфри.

Анна послушно поднялась со ступенек, но не успела сделать пару шагов, как раздался звук колокола, оповещающий об окончании урока и в коридорах начали появляться ученики.

— Простите, лорд Блэк, — склонилась в поклоне девушка, понимая, что от обитателей Хогвартса не укроется её общение с главой Темнейшего семейства. — Я не смогу проводить Вас. Сейчас у меня История Магии и мне не хотелось бы пропустить ещё один урок за сегодня.

— Конечно, Анна, идите, — благосклонно кивнул Сигнус.

Девушка ещё раз поклонилась, а затем вложила мужчине в руку небольшой медальон.

— Передайте это, пожалуйста, кузине Нарциссе. Это ей поможет.

И прежде чем Сигнус успел что-нибудь сказать, Анна поцеловала его в щеку и побежала вверх по лестнице.

***

— А где Сьюзен? — Анна осмотрелась по сторонам, с удивлением отмечая, что ее всегда пунктуальной подруги еще нет. Обычно Сьюзен на все занятия прибегала самой первой, а сейчас перед аудиторией собрались почти все, кроме неё.

— Побежала на кухню за булочками, — Керли внимательно посмотрел на подругу. — А ты чего такая мрачная?

— Не самое удачное утро было, — хмыкнула Анна, решив не распространяться об истинной причине своего отсутствия на Зельях, потому что к их разговору прислушивались сокурсники. — Да к тому же еще темно.

— Так это тучи, — улыбнулся Марио Касас, вечный соперник МакКормака со Слизерина. Но не смотря на это обстоятельство парни дружили.

– Ну и что? Я живу в полном соответствии с природой, — девушка порадовалась, что появился повод сменить тему. — Мой организм принимает эти тучи за ночь и соответственно требует положенного ему в темное время суток сна.

– Как же ты зимой на лекции встаешь? – улыбнулся парень.

– Это страшно, — Дюк содрогнулся от воспоминаний. — Зимой она страдает, просыпает и опаздывает. Ругается, злится, а Сьюзен силком вытаскивает её из постели, — слизеринец нарочито содрогнулся от слов МакКормака, а тот как ни в чем не бывало продолжал свой спич. – Анна у нас милое и приятное существо, но только если выспалась. Если нет… то я лучше с гоблинами о беспроцентном кредите договорюсь.

Парни рассмеялись и принялись рассаживаться по местам в ожидании профессора Бинса.

Уже под самый звонок, на несколько мгновений опередив призрака, в аудиторию влетела Сьюзен. С булочками. Она быстро добежала до своего места, плюхнулась рядом с Анной и возбужденно прошептала:

– Ой, сейчас что расскажу!

Дюк сразу же придвинулся ближе, а Бинс не обращая ни на что внимания начал лекцию. Боул осмотрелась по сторонам, убедилась, что все заняты своими делами и принялась втихаря под столом раздавать булочки.

Анна блаженно закатила глаза. Из-за похода к Дамблдору девушка не позавтракала, а сладкая сдоба буквально таяла во рту. Жизнь налаживалась с каждой секундой.

– Ну что там у тебя за новости? – поинтересовался Керли.

Глава 8

– Ой, новость только одна, – заговорщицки прошептала Сьюзен. – Я встретила...

– Боул, – закатил глаза Дюк. – Пожалуйста, избавь нас от подробностей своих встреч. И ради всего святого, говори нормально, а не шепотом.

– Почему?

– Потому что к тебе так больше прислушиваются, – улыбнулась Анна. – Так что тебе рассказала Кирстен?

– Так вот, – вернулась к своему рассказу Сьюзен. – Кирстен сказала, что ей сказала Мари, что Лорен слышала, как Дэни и Стив обсуждали разговор Флитвика и Спраут о турнире по Чарам в Дурмстранге.

– Обычные сплетни, – пожал плечами Керли.

– Не думаю, – покачала головой Анна. – Сегодня утром в кабинете директора я слышала обрывок разговора о Дурмстранге и видела незнакомого мага.

– Ну мало ли кто это мог быть, – пожал плечами парень и Хемптон согласна кивнула. Она не хотела распространяться о том, что было в кабинете директора, тем более, что к их разговору стали прислушиваться окружающие. Но вот Сьюзен это совершенно не беспокоило: она продолжала стоить предположения.

– Хватит, – вмешался в разговор сидящий рядом Марио Касас. – Если это не сплетни, которые так обожает подружка Сьюзен, то все выяснится в самое ближайшее время.

***

Касас оказался прав. Весть о загадочном маге облетела Хогвартс со скоростью света. Уже к обеду все старшекурсницы только и делали, что шептались о незнакомце, попутно наводя красоту и выливая на себя флаконы духов. То тут, то там слышались шепотки:

– Кто этот красавчик?

– Лапочка!

– Ой, прелесть какая!

– Он не местный? Откуда приехал? Знатного рода, да?

– Нет, он просто лапочка! Милашка! Я влюбилась! Идеальный мужчина!

– Идеальных мужчин не существует, – фыркнула Анна, поймав на себе парочку негодующих взглядов. – И что они в нем нашли?

– Это мы у тебя должны спросить, – рассмеялся Дюк, входя следом за девушкой в Большой зал.

Посмеиваясь равенкловцы уселись на свои места и только тогда Анна осмотрела зал и в замешательстве уставилась на преподавательский стол. Незнакомец сидел по правую руку от Дамблдора, но не это заставило ее замереть – лицо мужчины «украшала» пушистая бородка. Возможно, она его действительно украшала, но вот Анне это нововведение совершенно не понравилось.

Когда все ученики собрались в Большом зале, Дамблдор поднялся на ноги. Разговоры мгновенно умолкли. Все повернулись к директору.

– Итак, – заговорил, улыбаясь Дамблдор. – Наконец-то все в сборе. У меня для вас небольшое объявление. Во время Рождественских каникул состоится одно чрезвычайно волнующее мероприятие, какого не было последние двадцать три года. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Дурмстранге состоится Турнир по Чарам.

– Вы шутите, – раздался чей-то голос.

– Отнюдь, – хмыкнул директор Хогвартса. – Я думаю, что многие из Вас не слышали об этом турнире, а те, кто слышали, – у них, скорее всего, имеются вопросы. Я думаю, что лучше меня обо всем расскажет представитель принимающей турнир Школы. Позвольте представить Вам… Заместитель Директора Дурмстранга Александру Мирча Басараб.

– Кто? – не сумела сдержать удивленный возглас Анна и мужчина, поднявшийся со своего места, чтобы поприветствовать собравшихся, посмотрел на нее так, что девушке показалось – он прочел ее мысли. Словно в подтверждение этого, медальон на ее груди слегка нагрелся.

– Благодарю вас, директор, – галантно поклонился Басараб, – за добрые слова приветствия. Я счастлив вновь оказаться в Хогвартсе. Итак, Турнир по Чарам был основан в 1354 директором Дурмстранга Николае Александру как дружеское соревнование между тремя европейскими школами волшебства – Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представляла группа учеников, которые, как Вы догадываетесь, состязались в искусстве владения Чарами. И было признано, что этот наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодежью разных национальностей. Впоследствии число Школ-участниц расширилось до восьми. Несколько лет Турнир не проводился, – гость сверкнул глазами в сторону Дамблдора, – по техническим причинам… Но в этом году все препятствия были устранены и я имею честь пригласить представителей Хогвартса в Дурмстранг.

После его слов поднялся невообразимый гвалт. Представитель Дурмстранга еще раз поклонился и сел на свое место, с легкой улыбкой обводя взглядом Большой зал. Шум нарастал, но никто из преподавателей не спешил успокаивать учеников. Анне почему-то показалось, что профессорам просто любопытно понаблюдать за реакцией студентов, и она была с этим отчасти согласна. Парни строили догадки, какие могут быть задания на Турнире и кто будет допущен к оному. С ученицами дела обстояли намного хуже. Стоило Басарабу взглянуть на кого-нибудь из девушек, как та на мгновение замирала, а потом начинала кокетливо хлопать ресницами. Однако Анна заметила, что так реагируют студенты Гриффиндора, куда попадает основная часть магглороджденных и полукровок. С чистокровными, все обстояло несколько иначе. Например, у сидящей неподалеку от Анны старосты Равенкло на лице застыла маска ужаса.

– Слушай, – голос Дюка заставил Анну оторваться от созерцания Спенсер. – Ты что, знаешь этого… дурмстранговца?

– С чего ты так решил?

– Когда его представили, ты очень странно отреагировала на его имя…

– И снова я убеждаюсь, что ты не делаешь вовремя домашние задания, – закатила глаза девушка и принялась рыться в сумке в поисках блокнота. – Вот, смотри, – она довольно быстро нашла искомое и перед Дюком появилась небольшая потрепанная книжица. – Как помнишь, нам задавали эссе про Древнейшие Роды Европы. Так вот я немного покопалась и вот что нашла… В начале четырнадцатого века на территории современной Румынии существовало княжество Валахия, правителями которого были представители династии Басарабов. Про не-магических представителей этой династии я тебе рассказывать не буду, а вот насчет магической части… – она ткнула пером в набросок генеалогического древа, которое перерисовала из учебника. – Род Басарабов разделился на две ветви: не-магическую – Данешти и магическую – Дракулешти. Самым ярким представителем этой ветви является Влад Цепеш. Так вот этот Александру Мирча, согласно информации из книги, – правнук Цепеша.

– И что? – вырвалось у Сьюзен, которая внимательно слушала подругу.

– Как что? – воскликнула Анна, пораженно уставившись на девушку. – Ты не знаешь, кто такой Цепеш? Ты что, ни разу не слышала о Дракуле?

– Так ты хочешь сказать, что…

— Если не веришь мне, спроси у Спенсер, — равенкловка взглядом указала на старосту, которая усилием воли взяла себя в руки и теперь прислушивалась к их разговору.

– Хемптон права, – серьезно кивнула Диана и бросила быстрый взгляд в сторону Басараба. – Перед нами представитель могущественного рода вампиров.

– Не может быть, – выдохнул Дюк.

– Может, Керли, может, — Анна принялась подниматься со своего места, намереваясь утащить парня в библиотеку. — Пошли…

– Ну уж нет, – МакКормак ухватил поднявшуюся девушку за руку. – Сначала обед, а потом посмотрим другие источники. Вдруг ты ошиблась.

– Ошибки быть не может.

***

Анна предполагала, что про ее изыскания будет известно на Равенкло, но никак не рассчитывала, что к лекции по Чарам об этом начнут перешептываться учащиеся Слизерина. Она посмотрела на беспечно сидящую рядом Сьюзен, которая поправляла прическу в наколдованном зеркальце, и удивилась скорости передачи информации между факультетами. А ведь Сью всего лишь перекинулась парой слов с приятельницей из Хаффлпаффа.

– Дааа, – протянул Керли, сидящий за следующей партой и пришедший к таким же выводам, – всегда поражался возможностями этой девчонки.

Анна лишь неопределенно пожала плечами. Она была согласна со словами МакКормака, но и обижать Сьюзен она не хотела, поэтому решила за лучшее промолчать. Керли, судя по всему, понял жест девушки, но не успел ничего сказать, потому что в аудитории появился профессор Флитвик и взмахом волшебной палочки раздал всем по запечатанному свитку.

Анна с подозрением посмотрела на свиток и осторожно провела над ним рукой, пытаясь определить, наложены ли какие-нибудь чары: общение с гриффиндорцами наложило свой отпечаток. Потом достала конспект и принялась листать его, ища заклинание для более тщательной проверки, которое еще не успела толком запомнить.

– Отлично, мисс Хемптон, – голос Флитвика заставил ее отвлечься от занятия. – Вы прошли первый этап отбора на Турнир. Мистер Касас? Великолепно! Мистер Уизли, не стоит стараться и хвататься за палочку, – остановил Гриффиндорца профессор. – Поздно.

Анна с недоумением посмотрела на профессора, а потом осмотрелась по сторонам. Почти все ее сокурсники открыли свитки и теперь сидели, слегка почесывая руки. Краем глаза девушка заметила ухмылку Касаса и его взгляд, брошенный в сторону покрасневшего Билла.

– У этих свитков было одно предназначение: проверить, насколько внимательно вы подходите к изучению заклинаний, заданных для самостоятельного изучения, – улыбнулся профессор. – Ну и на всякий случай, я проверил, насколько вы осторожны. Все, кто прошел мою проверку, получают по пять баллов и подойдите ко мне после занятий. На ваших свитках есть запись. Ну а теперь перейдем к теме сегодняшней лекции – Ментальная магия и защита от нее. Прошу быть вас предельно внимательными, потому что вещи, о которых пойдет речь, могут спасти жизнь. Или же наоборот – в зависимости от того, как вы усвоите урок. Думаю, что многие из вас слышали о легилименции и окклюменции. Так вот, это относится к разделу ментальной магии.

Итак, магия ментальная – это один из типов чародейства, основной задачей которого является воздействие на сознание разумного существа. Эта магия является одной из сложнейших и изучается на старших курсах, и вам еще не вполне доступна. Однако эта магия, как и любая другая, бывает врожденной. Врожденная ментальная магия наблюдается у некоторых представителей магического сообщества, которые живут обособленно.

– Например, сэр, – поинтересовался МакКормак, и Анна замерла, понимая, что уже знает ответ.

– Например, вампиры, – кивнул Флитвик. – Ментальная магия является природной способностью вампиров. Поэтому им противостоять весьма сложно. Вейлы тоже обладают таковой особенностью. Все знают про любовное очарование вейл, способности же рожденных вампиров намного обширнее. Но все в природе гармонично: как существует естественная ментальная магия, так и соответственно иммунитет к ней. Теперь более подробно.

Студенты тут же приготовились записывать лекцию: зашуршал пергамент, заскрипели перья. Кое-кто, как и Анна, начал шептать заклинания, зачаровывая Самопишущие перья. А профессор тем временем продолжал:

– Что такое ментальная магия? Самое распространенное проявление подобного волшебства – иллюзии. Вы видите то, чего нет на самом деле. Вот, например, сейчас вы видите меня, расхаживающего по комнате, когда на самом деле я сижу позади вас.

Курс пораженно ахнул. Только что они, крутя головами, следили за маленьким профессором, но стоило ему снять иллюзию, как все поняли, что смотрели на пустое место, а сам Флитвик с довольной улыбкой сидит за последней партой.

– Соответственно различают индивидуальные и массовые иллюзии. Также есть зрительные, слуховые и прочие разновидности иллюзий. Чем сильнее маг, тем качественнее у него выходит иллюзия и не всякий волшебник ее распознает. На самом деле понять это довольно легко. Главное – быть внимательным. Как говорит один мой знакомый аврор: «Постоянная бдительность», – декан Равенкло сдавленно кашлянул, подавляя смешок. – О чем это я? Ах да… Редко случается так, чтобы творение мага было полностью достоверно. Человеческий фактор, знаете ли. Где-то забудут, какой должен быть цвет, где-то забыл приделать фантому хвост, а то и вовсе девушка у него получилась с такими формами, что только в мечтах и существуют.

Мужская часть аудитории одобрительно захмыкала, а Флитвик, не обращая на это внимание, продолжал рассказывать.

– Заклинание, что снимает иллюзию, очень простое. Сегодня им обязательно займемся. Но пока – дальше… Одно из проявлений ментальной магии – это воздействие напрямую на чувства. Вот идете вы по лесу. Темно, страшно, уже два часа, как плутаете, палочки нет, все издергались. И тут видите горящие глаза. Страшно? Страшно. Тут возможны три варианта объяснения. Первый: а кому бы не было страшно? Второй: вот эти глаза – иллюзия, а то, что у вас под ногами, – болото, а не тропинка, как вам это представляется. И третий: кто–то балуется со страхами. Кстати, именно боггарты и подобные им существа и наводят страхи. Воздействие идет непосредственно на ваши чувства, на те страхи или желания, что есть в любом живом существе и в обычной ситуации контролируется разумом. С этим видом магии бороться самостоятельно сложно, но можно. Лучше всего приобрести артефакт у хорошего Мастера. Да, дорого, но тогда вы будете защищены от этого процентов на девяносто.

Анна улыбнулась, наконец-то понимая, для чего дедушка Маркус подарил ей эти серьги, он говорил что-то подобное. И добавлял, что это защита от магии, которая действует на чувства.

– Знаешь, Ани. Есть магия, которая доступна даже не-магам. Но вот они называют ее иначе – эффект толпы, стадный эффект. Все очень просто: любые чувства – это энергия. Когда речь идет об эмоциях одного человека – это не страшно, рядом другой человек с совершенно иными, а значит – и с другой энергией. А вот когда толпа испытывает одни и те же чувства, то это сила. Энергия объединяется и начинает действовать уже на свое усмотрение. Поэтому опасно находиться в толпе. Тебе известны случаи, когда люди в большой группе делали такие вещи, о которых в нормальном состоянии они же и помыслить не могли. Растерзанные тела преступников, простые люди, бросающиеся на копья вооруженных стражников, затоптанные бегущей массой дети, – перечислять можно бесконечно. Эта энергия подчиняет себе разум, и люди превращаются в стадных животных.

– Как спастись? – голос профессора выдернул девушку из воспоминаний. – Полная концентрация на себе, своих чувствах, проще всего начать вспоминать что-то очень личное – детство, родителей, первую любовь, желательно что-то позитивное и ни в коем случае не агрессивное. И, разумеется, как можно быстрее выбраться из толпы…

– Постоянная бдительность, – буркнул Касас.

— Такова цена свободы, — в тон ему прошептала Анна, но Флитвик услышал их реплики.

– Десять баллов, мисс Хемптон. Следующим и самым опасным видом ментальной магии является полное или частичное подчинение разума и воли. Магглы называют это гипнозом. Гипноз – это самое подлое использование магических способностей. Лишение разумного существа воли – это прямая дорога в Азкабан. К сожалению, очень многие темные существа обладают этой способностью. Как защититься? От слабого воздействия помогают артефакты. Но даже самые сильные амулеты спасают лишь в четверти случаев. Это происходит из-за множества разновидностей гипноза. Это даже не всегда чары. Профессиональный гипнотизер начинает не с магии, которую можно уловить. Нет. Он затевает с вами разговор, просто общается. Улавливает ритм вашего дыхания, вашу манеру двигаться, говорить, жесты. Пробует повторять их. Ловит знаки, которые вы сами не замечаете. О человеке не так уж сложно узнать важные факты. И еще легче понять его мечты и тайные желания. Просто мы не даем себе труд быть внимательными. А таких знаков люди вокруг подают нам множество. Например, мисс Хемптон каждый раз начинает сиять глазами, когда речь заходит об артефактах, – Анна смутилась, понимая, что преподаватель прав. – А вот мисс Нельсон всегда таскает с собой яблоки, даже подвеска и сережки на ней в виде этих плодов. Или же есть у нас на седьмом курсе один ловелас…

Аудитория рассмеялась.

– Да, смешно в чем-то. Но для того, кто вздумает подчинить вас, это прямые указания к действию. Например, с мисс Хемптон надо просто говорить о чарах, рунных цепочках и древних фолиантах. Увлеченная такой беседой, она пропустит любую магию. А вот мисс Нельсон попадется на яблочный аромат. Будет постоянно его чувствовать, отвлекаться, и чары подчинения пройдут очень легко. С тем ловеласом, не буду называть его имя, вообще просто – подсуньте ему симпатичную, кокетливую девицу и вот он, готовенький. Вы слушаете человека, говорящего на интересные для вас темы, или он ведет себя так, как бы вам хотелось, или выглядит – не можете глаз отвести… Много существует способов подготовить человека к чарам подчинения. Когда вы готовы, в ход идет ментальная магия. Причем, даже если на вас необычайной силы амулет против нее, это не гарантия абсолютной защиты. Вы уже впустили чары в душу, хотя магией тут еще и не пахнет.

Анна в ужасе схватилась за свой артефакт.

– Что же делать?! – воскликнул кто-то. Видно, пробрало всех.

– Вот именно этим мы и будем заниматься. Есть способы защиты.

Глава 9

Лекция о ментальной магии так захватила Анну, что все ее разочарование по поводу пропущенного зельеварения отошло на задний план. Слушая разговоры студентов, Анна стала вспоминать всевозможные наработки деда против вампиров.

— А можно использовать медный провод?

— А почему мы не используем паяльник?

— А правда, что ртуть, опасная в обычной жизни, усиливает обереги против вампиров?

— А вампиры, правда, существуют?

Дедушка Маркус тогда лишь с легкой улыбкой отмахивался от ее вопросов, бормоча что-то о том, что его правнучке еще рано интересоваться вампирами, а вообще ему жаль любого вампира, что рискнет напасть на нее. И сейчас Анна понимала, почему дедушка так говорил. В отличие от остальных студентов, половина из которых чуть ли не тряслась от страха, а вторая не верила в существование вампиров в принципе, равенкловку распирало любопытство. Ей очень хотелось пообщаться с Басарабом поближе.

Сейчас, поднимаясь из подземелий, где она снова безуспешно пыталась поймать профессора Снейпа, Анна размышляла над вопросами, которые можно задать вампиру.

— Хемптон, — голос Касаса отвлек равенкловку от ее мыслей. — Что ты делала в наших подземельях?

— А ты как думаешь?

— Неужели искала меня? — хмыкнул парень, догоняя Анну и пытаясь подстроиться под ее шаги.

— Ну и самомнение у тебя, — улыбнулась девушка. — Всё гораздо проще: я искала профессора Снейпа.

— Хемптон, ты разбила мое сердце, — слизеринец картинно схватился за грудь, заставляя Анну рассмеяться. — А вот насчёт декана... Ты зря мёрзла — его нет с самого обеда.

От интонации, с которой Касас произнес последнюю фразу, девушка изумлённо замерла. В голосе приятеля явственно звучали пренебрежительные нотки.

— Я заметила, что декана Слизерина не только Гриффиндор люто ненавидит, но и вы испытываете явно не уважительные чувства, — задумчиво протянула она, пытаясь точно уловить тон собеседника. — Не скажешь из-за чего?

Касас в ответ что-то буркнул, но не стал повторять. А Анна лишь вздохнула, потому что у истинного слизеринца, коим являлся ее друг, вытащить информацию будет невозможно. Он ловко уходил от любого вопроса, оправдывая прозвище своего факультета.

Пока они шли до кабинета, где должен был происходить второй этап отбора, девушка искоса поглядывала на замолчавшего Марио, пытаясь понять причину его нелюбви к профессору Снейпу. Если такое отношение к декану Слизерина со стороны гриффиндорцев она могла понять и даже объяснить, то слова Касаса заставили ее задуматься. Нет, сама Анна тоже не была ангелом и так же, как и слизеринцы, тихо ненавидела профессора МакГонагалл. Своего декана девушка просто обожала, неплохо относилась к профессору Спраут, да и профессор Снейп не вызывал у нее отторжения. Может дело в том, внезапно подумалось Анне, что Снейпа она знает не только как профессора, но и как обычного человека — ученика Чарис Крауч?

Задумавшись обо всем этом, девушка даже не заметила, в какой момент около нее вместо Касаса появилась Сьюзен.

— Анна, — первой окликнула ее подруга, — я думала, ты будешь среди первых стоять около дверей.

— Пыталась поймать профессора Снейпа, но безуспешно, — девушка оглянулась на Касаса, который в этот раз промолчал. — Рада, что ты прошла.

— Я сама удивилась, когда уже в общежитии открыла свиток, — в словах Сьюзен слышалась скрытая гордость. — Ты очень вовремя подошла, я как раз рассказывала, что Басараб не похож на вампира.

— А как они, по-твоему, выглядят?

— Бледные, красноглазые и лысые, — донёсся чей-то голос и Анна чуть не рассмеялась в голос. Но студента поддержали остальные.

— Плешивые!

— Руки худые, скрюченные и с когтями. Конечно, зубы и крылья. И слюна капает. Ядовитая.

— А ещё у них изо рта пахнет гнилым мясом, — буркнула Сьюзен.

— А ты вампира-то хоть раз видела? — Анна почувствовала, как у нее ощутимо дернулся глаз. Она даже не думала, что у Боул такие стереотипы.

— А от этого Басараба приятно пахнет лесом, — продолжила свои размышления однокурсница, совершенно не обращая внимания на язвительный тон подруги. — Он мимо нас прошел, когда мы тут собирались.

— Сью, и ты не удержалась, чтобы понюхать иностранца?

Анна тут же представила женскую часть Хогвартса с пронзительными воплями настигающих запыхавшегося, затравленно озирающегося Басараба. На этом ее воображение не угомонилось и поместило девушку в тройку лидеров, с сачком в руке.

— А интересно, он в самом деле может читать мысли? — возглас одной из многочисленных знакомых Сьюзен остановил зарождающуюся истерику Анны. — Профессор Флитвик говорил, что они хороши в ментальной магии!

— Кстати, да, — поддержал разговор Касас. — Мне еще во время лекции показалось, что эти рассказы о гипнозе и иже с ним неспроста.

— Я тоже так думаю, — кивнула Анна. — И больше чем уверена, что это было как раз из-за нашего гостя. Я читала, что вампиры — врождённые легилементы. Они могут вторгаться в мысли и сознание даже не используя заклинания.

Спор прекратила открывающаяся дверь, откуда первым вышел Басараб и внимательно осмотрел студентов. Стоило ему перевести взгляд на Анну, как она тут же почувствовала, что нагрелся медальон.

"Все-таки легглимент", — подумала равенкловка, судорожно хватаясь за украшение, которое с каждой секундой накалялось все сильнее. Анна начала опасаться, что ещё несколько мгновений — и она схлопочет сильный ожог, но вышедший следом профессор Флитвик заставил дурмстранговца отвлечься от разглядывания Анны.

— Здравствуйте, студенты, — улыбнулся декан Равенкло и Басараб сделал небольшой шаг назад, чтобы все внимание присутствующих переключились с него на говорящего.

Но вот только Анну совершенно не интересовали слова Флитвика. Ее намного больше интересовал вопрос: есть ли ещё какие способы защитить разум помимо тех, о которых рассказывал дедушка Маркус.

Декан Равенкло между тем закончил свою речь и вскоре студентов начали вызывать в кабинет; те, кто дожидался своей очереди, вполголоса бормотали заклинания и отрабатывали движения палочкой. А прошедшие испытание не возвращались обратно, что придавало еще больше нервозности ожидающим.

Когда нервозность достигла пика, а число студентов сократилось до пяти, в коридор вбежал Билл Уизли. Анна с лёгким презрением уставилась на парня, с мантии которого стекала вода, а на ботинках были ошмётки грязи. Девушка сморщила нос и отвернулась к Сьюзен, продолжая прерванный разговор.

А вот Касас не удержался, явно накручивающий себя из-за конкурса, но старающийся не показывать этого. И вот в лице гриффиндорца он нашел того, на ком можно скинуть лишние мысли и мандраж. Окинув взглядом Уизли, слизеринец на весь коридор выдал свою оценку:

— Я очень удивлен тому, что ты, Уизли, считаешься одним из лучших студентов третьего курса, — презрительный взгляд прошёлся и по форме для квиддича, и по грязным следам, что он оставлял за собой, — если ты не можешь применить банальные очищающие заклинания. Хотя, что взять с человека, который живёт в норе.

Громкий голос Касаса привлек внимание ожидающих и все повернулись к парням.

— Сьюзен, а что за нора? — зацепилась Хемптон за последнее предложение.

— Понятия не имею, — пожала плечами Боул. — Но кажется что-то оскорбительное. Посмотри на Уизли.

На лице Билла появились пунцовые пятна и он сжал кулаки: то ли собирался кинуться на обидчика, то ли наоборот — сдерживался из последних сил. Но у Анны не было возможности узнать, что же произойдет дальше: прозвучало ее имя. Девушка еще раз бросила взгляд на парней и решительно шагнула в открытую дверь кабинета.

Анна на мгновение замерла, привыкая к яркому, в отличие от освещения коридора, свету и осмотрела кабинет. Повсюду стояли столы с каким-то барахлом, поломанные стулья; то тут, то там виднелись лужи. А профессор Флитвик и гость из Дурмстранга сидели под раскидистым деревом. И именно это дерево заставило девушку почувствовать подвох. Если проблемы с мебелью можно было списать на неудачные попытки отбора тех, кто зашёл сюда до нее, то вот раскидистый клён, на котором виднелись жёлуди, да ещё и растущий из пола...

Редко случается так, чтобы творение мага было полностью достоверно. Человеческий фактор, знаете ли. Где-то забудут, какой должен быть цвет, где-то забыл приделать фантому хвост, а то и вовсе девушка у него получилась с такими формами, что только в мечтах и существуют.

Анна улыбнулась, достала конспект и произнесла заклинание, рассеивающее иллюзию.

— Отлично, мисс Хемптон, — тут же подал голос профессор Флитвик. — Просто отлично! Как вы считаете, господин профессор?

— Довольно неплохо, — кивнул ему в ответ Басараб и повернулся к Анне. — Прошу, мисс, садитесь и расскажите, как вы определили, что дерево — иллюзия?

— Я просто впервые вижу, чтоб на серебристом клёне росли жёлуди, а само дерево — из пола, — хмыкнула девушка и осторожно устроилась на краешке кресла, однако не выпустила из рук волшебную палочку. — У нас в меноре есть пара таких деревьев, только они растут из земли.

— Однако, — задумчиво протянул мужчина. — Это больше говорит о Вашей наблюдательности, но никак о Вашей силе... Может покажете, на что Вы способны?

— А зачем, сэр? — Анна с недоумением посмотрела на вампира и в ответ на его вопросительный взгляд пояснила. — Если я пройду отбор на Турнир, то Вам, как представителю школы-соперника, не нужно знать моих способностей. А если нет, то зачем Вам забивать голову?

Последние слова равенкловка произнесла под громкий смех Басараба.

— Вы мне определенно нравитесь, мисс. Я буду рад видеть Вас в Дурмстранге.

— Спасибо, сэр, — Анна перевела взгляд на декана. — Профессор?

— Можете быть свободны, мисс Хемптон, — улыбнулся Флитвик. — Вам туда.

Девушка поклонилась мужчинам и направилась к небольшой двери, на которую указал профессор Флитвик. Но стоило ей сделать пару шагов, как ее остановил голос Басараба.

— Мисс, ответьте, пожалуйста, ещё на один вопрос. Почему Вы так и не убрали палочку?

— Я не знала, какие испытания меня ожидали, — девушка вернулась к своему креслу. — Да и сейчас не знаю. Может быть Вы захотите проверить мои рефлексы? Или произойдет что-нибудь из ряда вон... А я пока как дедушка не умею без палочки управлять большими потоками энергии. Но искренне надеюсь, что так у меня будет мизерный шанс.

— Похвальное отношение к потенциальному противнику, — Басараб бросил короткий взгляд на декана Равенкло и снова посмотрел на Анну, которая почувствовала как начал нагреваться ее медальон. — Мало кто может порадовать меня таким отношением к жизни. Вам удалось удивить меня дважды.

— Благодарю Вас, сэр, — снова поклонилась девушка. — Могу ли я задать Вам встречный вопрос. Скорее это не вопрос, а своеобразная просьба...

— Я весь во внимании, мисс.

— В литературе пишут, что в Вашей семье лучшие ментальные маги. Мне бы хотелось провести эксперимент.

— Филиус говорил, что ученики его факультета — ещё те экспериментаторы, — задумчиво протянул мужчина, в очередной раз глядя на Флитвика. — Я готов помочь при условии, что это не повредит Вам.

— Я готова, — Анна села напротив Басараба и с любопытством уставилась на него.

— Мисс, — усмехнулся мужчина, — кажется, Вы забыли, что в Хогвартсе я не имею власти, и все эксперименты могут происходить с разрешения директора или, в крайнем случае, Вашего декана.

Анна испугано охнула и посмотрела на своего декана. Флитвик всегда поддерживал исследования своих студентов, вот и сейчас на его лице явно просматривался интерес, среди прочих эмоций. Декан был готов разрешить эксперимент, так как участвовал в разработке медальона. Но с другой стороны он явно не хотел подвергать опасности разум правнучки своего друга.

Студентка видела, как напряженно размышляет Флитвик и сжалась, понимая, что чувство ответственности пересилит любопытство.

— Сэр, — робко позвала она. — Вы позволите?

— Мисс, я считаю, что это авантюра чистой воды, — Флитвик задумчиво постучал пальцами по столу. — Но зная Вашу семью, я уверен, что Вы не успокоитесь... Хорошо, не убирайте свою палочку: с ее помощью можете обезоружить вашего оппонента или защититься каким угодно иным образом. Вы должны сфокусироваться и попытаться отражать атаку мысленно. Если Вам это удастся, то помощь палочки не понадобится.

— Филиус, — подал голос Басараб. — Чтобы ты был спокоен, я дам клятву не причинять вреда юной мисс.

— Это само собой, Александру, — кивнул маленький профессор и повернулся к Анне. — Мисс, чего именно Вы хотите от этого эксперимента.

Анна ненадолго задумалась, пытаясь сформулировать мысль.

— Знаете, сэр, — медленно начала она, тщательно подбирая слова. — Сегодня утром меня вызывал директор Дамблдор...

— Минутку, мисс, — перебил ее Флитвик. — Почему мне об этом неизвестно? Кто Вас сопровождал?

— Во время завтрака мне об этом сообщила профессор МакГонагалл. Она же сопроводила меня до кабинета директора и ушла провожать профессора Трелони, — Анна не удержалась от того, чтобы не пожаловаться на декана Гриффиндора. — Но я сейчас не об этом...

— Хорошо, мисс Хемптон, продолжайте, — кивнул Флитвик. — С профессором МакГонагалл я поговорю позже.

— О чем, сэр?

— О том, что нельзя оставлять студенток наедине с мужчиной, даже если это директор, — машинально ответил декан Равенкло, но тут же погрозил Анне пальцем. — Не сбивайте меня, мисс, и сами не сбивайтесь.

— Хорошо, сэр, — разулыбалась девушка, осознавая, что ее декан не спустит с рук профессору МакГонагалл такое поведение. — Так вот... Утром директор Дамблдор спрашивал меня про украшения во время разговора, после того как там был господин Басараб. И уточнил для чего мне нужно такое количество украшений? А ведь это воспоминание мы с дедушкой вкладывали в амулет, — Анна продемонстрировала представителю Дурмстранга маленький медальон. — Поэтому мне интересно, что может увидеть опытный менталист и насколько далеко он сможет зайти в попытке преодолеть воздействие артефакта.

— Украшения говорите? — ухмыльнулся вампир. — Теперь я знаю отправную точку, вы облегчили эксперимент, мисс.

Анна видела, что Флитвик ещё больше нахмурился и поспешила уточнить.

— Я принимаю, что Хогвартс для нас школа жизни и в мире за этими стенами никто не будет лоялен и обходителен, желая выведать секреты. Поэтому я воспринимаю случай в кабинете директора, как тестирование артефакта, что отразила в своих дневниках. Теперь хочу ещё один эксперимент, — и Анна выжидательно посмотрела на мужчин. — Для чистоты, так сказать.

— Хорошо, мисс, прошу Вас, — улыбнулся вампир. — Садитесь. Вы помните то, что говорил Вам Филиус?

— Да, сэр, — Анна судорожно сжала палочку.

— Минуту, Александру, — остановил приготовления Флитвик. — Сначала клятва.

Наконец, со всеми формальностями было покончено и Басараб вернулся на свое место.

— Ну что ж, мисс. Начнем...

Последнее, что запомнила Анна проваливаясь в забытье, были глаза вампира и нежное, едва заметное, прикосновение к разуму.

***

— А говорил, что будешь осторожен, — хмыкнул Флитвик, протягивая кубок с зельем Басарабу. — Поучал студентку, а сам?

— Что это было? — простонал вампир, сдавливая виски.

— Это была Анна Хемптон.

— Очень смешно, — Басараб чуть ли не глотком опустошил кубок и откинулся в кресле. — А если серьезно?

— Друг мой, — улыбнулся декан Равенкло. — Ты просто не знаешь, что этот медальон — работа самого лучшего артефактора Соединенного Королевства, который постарался ради правнучки. Да и твой покорный слуга приложил к этому руку.

— Предупреждать надо.

— Надо ли? — рассмеялся Флитвик. — Ты мне лучше посоветуй, чем объяснить Маркусу то, что его любимица оказалась в больничном крыле.

— Может рассказать правду?

— Разберемся, — маленький профессор взмахнул палочкой, приманивая бутылку бурбона и два стакана. — Теперь скажи, что ты увидел в голове мисс Хемптон.

Басараба ощутимо тряхнуло:

— Ей нужен череп вампира.

Глава 10

— Анна, а ты ничего не хочешь мне сказать? — Сьюзен буквально ворвалась в спальню, с разбегу прыгнула на свою кровать и выжидательно уставилась на подругу. — Ну?

Анна с удивлением посмотрела на нее и отложила на тумбочку веер, приобретенный для подруги во время похода в театр. Она не могла представить, чего ждёт неугомонная Сьюзен, учитывая, что на территории школы сама Анна находится максимум полчаса с учётом дороги от деревни Хогсмид.

— О чём, Сью? — девушка не могла представить, что такого могло случиться.

— О чём? — взорвалась однокурсница, чуть ли не подскочив на кровати. — О твоей милой прогулке с самим Ужасом подземелий! Хемптон, ну почему именно Снейп? И главное об этом болтают на Хаффлпаффе, а значит знает весь Хогвартс! Анна, ну он же даже волосы не моет!

— Профессор Снейп, Сью. Это во-первых. И при чем здесь его волосы? Людей любят не за волосы. И, вообще, какие слухи? О чём? Мы с ним встретились в Хогсмиде. Согласись, было бы странно убегать от него или молчать на протяжении всей дороги.

— Ну что ж, это твой выбор. Хотя если заставить его вымыть волосы и привести себя в порядок, то он уже не будет выглядеть таким уродливым.

— Сьюзен, он не уродливый!

— Вот и доказательство, — разулыбалась Боул и принялась разливаться соловьём, расписывая совместную жизнь подруги с зельеваром. Анне оставалось лишь качать головой и представлять реакцию профессора Снейпа, которому определенно потребовались бы сердечные капли, потому что Сьюзен уже начала планировать детей будущей четы и выбирать им имена.

— Он всего лишь назначил мне отработку, Сьюзен! — остановила Анна фантазии подруги. — Свидание с очаровательными флоббер-червями и желудками рогожаб.

— Да-да, двое очаровательных рогож... — не останавливаясь трещала Сьюзен и замерла, очень смешно хлопая глазами. — Что?

И Анна засмеялась, уж больно потешное выражение лица было у однокурсницы. Почти такое же, как у профессора Снейпа, к которому она напросилась на дополнительные занятия во время той «прогулки», о которой упомянула Сью.

— Мисс Хемптон, Вам кто-нибудь говорил, что Вы похожи на бабушку? — сказал он по пути в Хогвартс. — Миссис Крауч так же не упустит своего!

— Анна!

— Да, дорогая Сьюзен, ты выбралась из своих грёз?

— Всё у тебя шуточки, — надулась девушка. — А я, между прочим, волновалась о тебе. Хотела сову отправить, но не стала рисковать.

— Правильно сделала, — хмыкнула Анна, но Сьюзен заметила, как между бровей подруги пролегла небольшая складка. — У бабушки было не самое хорошее настроение.

— О настроении твоей бабушки знает весь Хогвартс, когда она забирала тебя из школы три дня назад. Но ведь к тебе могли приехать родители.

— Я увижусь с ними на Пасху, — складка между бровями Анны стала глубже. Девушка вздохнула, отгоняя не самые радужные мысли и улыбнулась Сьюзен. — Но я извлекла из поездки пользу и привезла тебе кое-что интересное.

— Что это? — та с интересом взяла протянутую вещицу. — Веер?

— Да, Сью, — улыбнулась Анна. — Это обычный не-магический веер. Кстати, очень занятная вещь.

— Хемптон, ну и зачем мне нужен веер, которым я все равно не буду пользоваться?

— Это ты сейчас так говоришь, — Анна протянула подруге книгу, которую та начала с интересом вертеть. — Когда прочитаешь, то поймёшь всю пользу вееров. Я много чего интересного почерпнула. Вот смотри...

Девушка выхватила из рук Сьюзен книгу, забралась на кровать рядом с подругой и принялась перелистывать страницы, показывая отдельные главы, в которых описывалось то или иное положение веера и его значение.

— Ты представляешь, Сью, — с восторгом в голосе щебетала Анна. — Это ведь сколько всего можно рассказать при помощи одного взмаха и никто кроме тебя и того, кому предназначено послание, ничего не поймет.

Сьюзен снова раскрыла веер, но теперь в ее взгляде появилось некое подобие уважения к такому незначительному предмету.

— А в связи с чем, позволь узнать, ты так заинтересовалась веерами?

— Ох, Сью, — Анна мечтательно улыбнулась и прикрыла глаза. — Мы с Асмой были в не-магическом театре.

***

— Асма, ты уверена, что это точно подойдёт? — девушка с недоумением посмотрела на свое платье.

— Ани, ты одета вполне уместно, — улыбнулась женщина, расправляя невидимые складки на платье племянницы.

— Я похожа на куклу, — тяжело вздохнула Анна и ещё раз посмотрела на своё отражение в зеркале.

— Когда ты увидишь, во что одеты не-маги, то не будешь так говорить.

Девушка еще раз вздохнула, но решила довериться Асме. Всё-таки сама Анна шла в театр впервые, в то время как Асма умудрялась не пропускать ни одной премьеры. Между тем, Асма привела себя в порядок и протянула Анне порт-ключ:

— Готова?

Девушка кивнула и решительно взялась за зачарованный буклет. Привычный рывок и вот уже они стояли около здания театра. Величественное старинное здание с мощными колоннами, высокими сводчатыми потолками и расписными стенами показалось Анне чуть ли не королевским дворцом. А когда вошли внутрь, она судорожно сжала руку Асмы и прошептала:

— Я никак не могу поверить, что такое можно создать без помощи магии.

Асма лишь улыбнулась на её слова, а Анна продолжила с любопытством осматривать убранство театра: хрустальную многоэтажную люстру, светильники, ажурные шторы. Не обделила вниманием и фотографии с эпизодами различных постановок.

— Знаешь, Асма, — оторвалась Анна от созерцания очередной фотографии. — А я всё жду, что она сейчас завершит свой прыжок.

— Не Вы одна, милая, — девушка оглянулась и с удивлением обнаружила возле себя элегантно одетую пожилую даму. – Сколько лет ни прихожу сюда, а всё равно надеюсь на завершение её па. А Вы, милая, часто ходите в театр?

— Нет, мэм. А на опере я вообще впервые, — вежливо улыбнулась Анна.

— Тогда запомните, первое впечатление решает всё. Если оно будет не очень, то Вы научитесь ценить оперу, понимать её, но никогда не сможете полюбить по-настоящему.

***

Опустившись на свое место, девушка наблюдала, как зал постепенно наполняется людьми и, глядя на них, она понимала, что Асма была права — её наряд не сильно выделялся на фоне одежды не-магов.

Раздался первый звонок, затем второй, третий. Свет постепенно погас, затихли разговоры, медленно раздвинулся занавес, и Анна почувствовала, как в душе начало нарастать какое-то тревожно-радостное ожидание. Наконец на сцене появились актёры и девушка забыла обо всем. Для нее перестало существовать всё, кроме того, что происходило на театральных подмостках.

Анна даже деактивировала артефакт-переводчик, потому что не хотела знать, о чем эта опера. Ей хотелось думать, что эта опера о чистой и светлой любви или ещё о чем-то не менее прекрасном, что невозможно выразить словами. Голоса певиц парили под сводами театра, заставляя стены исчезнуть и девушка почувствовала, что она не Анна Хемптон, сидящая в зале и заворожённая игрой актёров. В этот миг она была там, в том мире. Она переживала все, что испытывала солистка, и сердце Анны заходилось в немыслимом ритме.

***

— Ты представляешь, Сью. Мне казалось, что я была там, в том мире. И знаешь, я впервые подумала, что у них тоже есть магия, но она своя. Другая... Я даже не знаю, как правильно рассказать...

Анна мечтательно вздохнула и посмотрела на подругу, которая о чём-то задумалась.

— Ох, Анна, — наконец протянула Сьюзен. — Теперь и я хочу на это посмотреть.

— Я обязательно попрошу Асму, чтобы она в следующий раз пригласила и тебя. Только вот одна женщина мне сказала, что первое впечатление решает всё. Надеюсь, что наши впечатления совпадут.

— Я тоже на это надеюсь, — улыбнулась Сьюзен. — Но вот только я не поняла, какая связь между оперой и этим веером?

— В этой опере дамы активно пользовались веерами и потом Асма мне рассказала значение их жестов... Вот когда ты прочтешь книгу, ты оценишь всю значимость этой вещицы, — Анна положила книгу на покрывало и слезла с кровати Сьюзен, намереваясь разобрать привезенные с собой вещи. — А в Хогвартсе что-нибудь произошло за эти дни?

— Ой, — ещё больше оживилась Сьюзен и в следующие пять минут Анна узнала, что Дюку призналась в любви какая-то гриффиндорка и даже предложила вместе с ней сходить в Хогсмид, но Керли отказался и теперь практически не ходит без мужской компании, потому что та девица постоянно его подкарауливает. Что этот факт самой Сьюзен не очень приятен, но она пока не придумала, что делать.

— Прокляни ее, — фыркнула Анна, продолжая доставать привезенные вещи. — Или не обращай внимания. Керли же не обращает.

— Может ты и права, — пожала плечами Сью и продолжила. — Акерли в пятницу вечером как-то вычурно прокляла загонщиков Гриффиндора и теперь матч перенесли на следующую неделю. А! Еще Касас отказался от поездки в Дурмстранг!

— Почему? — От неожиданности Анна выронила привезенную из дома книгу по Чарам. — Касас перед вторым испытанием только и говорил о том, что хочет посмотреть и узнать в Дурмстранге. И тут отказывается. Он ничего не говорил?

— Молчит, как келпи. Только и знает, что выразительно поглядывает. А я как должна расшифровать его сигналы? Я между прочим специализируюсь на прорицаниях, а не физиогномике.

— Это что?

— Девчонки со старших курсов рассказывали, что не-магические гадалки делают свои предсказания на основе невербальных сигналов тела. Мне книжку обещали после новогодних каникул привезти.

— Дашь потом почитать? А вместо Касаса кто? Уже объявили?

— Декан выбрал Уизли! Ты представляешь Уизли! Его же отсеяли на отборе.

— Может он доказал, что сможет показать себя? — предположила Анна и сразу увидела недовольный взгляд подруги. — У тебя просто предвзятое отношение к Уизли. Он неплохо учится, да и интересуется знаниями, а не только тем, кто изобрёл чары полета.

— И почему ты его защищаешь?

— Сью, — рассмеялась Анна. — Я вместе с ним делала проект. И после того, как я с ним поговорила, он оказался не таким идиотом, каким выглядит на первый взгляд.

— Ой ли, — скептически хмыкнула Сьюзен, но развивать тему не стала. — Кстати, забыла спросить. Тебе дали разрешение на поездку?

— Ой, Сью. Тут все намного сложнее, — моментально нахмурилась Анна. — У меня в семье споры по этому поводу. Дедушка Маркус сказал, что ему нужно подумать. Дедушка Каспар и бабушка Чарис вообще сомневаются в целесообразности этой поездки. Надеюсь, что Асма сможет их убедить.

— Я очень хочу, чтоб ты поехала, — улыбнулась Сьюзен. — А напомни мне одну вещь. Асма — это твоя тётя, у которой ты часто гостишь и от которой привезла мне тот чудный зонтик с чарами от жары?

— Да, а что?

— Почему ты называешь её по имени?

— Так получилось, — пожала плечами Анна. — И вообще, Сью. Слишком много вопросов, у меня голова начнёт болеть.

— Ну это не такая большая проблема, — хихикнула Сьюзен, закрываясь подушкой. — Сходишь к своему зельевару и он даст тебе лекарство.

— Что ты сказала? — Анна обернулась к подруге и схватила подушку. — Мой зельевар?

А в следующее мгновение Сьюзен с визгом уворачивалась от подушки, которую Анна всё-таки кинула.

— Хемптон, ты с ума сошла? — девушка подобрала подушку и кинула ее в подругу, а следом полетела вторая подушка. — Ну это же чистая правда!

— Что правда? — Анна упала на кровать под грузом двух подушек.

— Он тебе улыбался, — Сьюзен достала ещё одну подушку и соскочив с кровати ударила ей Анну по пятой точке. — И ты ему!

— Дуреха! — Анна перевернулась на спину и вцепилась в подушку подруги. — Северус! Снейп! Мало! Кому! Улыбается!

— Вот именно! — Сьюзен дёрнула подушку и ретировалась на свою кровать. — Почти никому! Тебе он улыбался! И об этом знает весь Хогвартс! И вообще, что ты в нем нашла?

– Я тебя сейчас точно чем-нибудь стукну, — прошипела Анна, в поисках чего-нибудь тяжелого.

– Попробуй.

Анна осмотрелась по сторонам и, не найдя ничего лучше подушки, кинула ее в сторону кровати однокурсницы. Сразу же раздались такие бурные и многозначительные ругательства, что девушка не выдержала и захохотала. Но ее веселье было бы неполным, если бы Сьюзен с радостным воплем не сделала ответный залп.

Очень скоро по всей комнате летали пух и перья, обе девушки благополучно забыли о причине своего спора.

***

Занавес снова поднялся и актёры вышли на поклон. Анна поднялась со своего места, с особым восторгом аплодируя солистке, голос которой запал ей в душу.

Женщина с улыбкой осматривала зал и внезапно Анна поняла, что её взгляд остановился именно на ней. Девушка зааплодировала ещё громче, но актриса внезапно стала серьёзной. Она подняла руку, указала на Анну и произнесла голосом Эссы:

— Ты разочаровала меня!

Анна отшатнулась и повернулась к Асме за разъяснениями, но вместо неё рядом стояла мама.

— Ты никогда не принесешь никому радости. Ты всегда будешь всех разочаровывать.

Анна резко развернулась, чтобы отойти от матери, но и на соседнем месте сидела Эсса.

— Ты разочаровала меня, Анна! — по спине девушки побежали мурашки. — Разочаровала!

Анна кое-как пробралась мимо сидящих зрителей, каждый из которых, стоило лишь присмотреться, был Эссой, и побежала по проходу между кресел, не желая в очередной раз слушать ужасные слова.

Девушка выбежала в фойе. Ей почему-то казалось, что сейчас она встретит ту милую даму и получит защиту от неё. Но дамы нигде не было, а вслед Анне неслась очередная фраза матери:

— Лучше бы ты не рождалась!

Анна бесконечно долго бегала по театру в поисках той дамы, но никак не могла её найти. На пути Анны постоянно попадались люди в масках и когда они снимали их, то у них всех было лицо Эссы Хемптон, которая снова и снова обвиняла её во всех бедах.

— Никчёмная девчонка, — расхохоталась очередная Эсса. — Такая слабая и глупая. Неспособная даже защитить себя!

***

Анна проснулась от крика, не помня, как оказалась сидящей на своей постели.

Её мокрые от холодного пота волосы неприятно липли к вискам, а грудь буквально горела, когда девушка судорожно хватала воздух. Ей казалось, что её только что вырвали из ледяной воды...

Перед глазами все еще стояло лицо матери, а в ушах раздавались её слова, которые Анна была не в силах выбросить из головы.

Анне потребовалось не менее двух минут, чтобы осознать, что она сейчас в своей кровати в спальне Равенкло, темнота — всего лишь задернутый полог, а кричала она сама.

— Хемптон, — едва слышимый голос Сью пробился сквозь шум в ушах. — Это просто кошмар, Анна.

Девушка шумно выдохнула, открыла глаза и уже хотела вытащить палочку, чтобы зажечь "светлячок", но вот только руки так тряслись, что Анна не была уверена, что получится наколдовать обычный Люмос.

— Подвинься, — потребовала Сьюзен, а в следующее мгновение матрас кровати прогнулся под её весом. — Это просто кошмар, — повторила она в очередной раз и обняла подругу, утягивая её обратно на подушку. — Спи.

Анна расслабилась и обняла её ответ, прячась в объятиях подруги от презрительного выражения лица матери.

Глава 11

После приснившегося кошмара Анна лежала с закрытыми глазами, безуспешно стараясь уснуть. По её подсчётам приближалось утро, а ей по-прежнему не спалось. В комнате было тихо, лишь шум ветра еле пробивался через плотно занавешенное окно. Но даже этот тихий шум раздражал и нервировал Анну. Хотелось лишь одного – принять удобную позу, расслабиться и уснуть.

Но столь желанный сон всё не наступал. Перед глазами стояло искаженное презрением лицо матери, а в ушах раздавались её слова. Анна уже подсчитала всех положенных баранов, как и советовали не-магические доктора, о которых упоминали некоторые магглорожденные ученицы Хогвартса. Потом сосчитала в уме до тысячи, но так и не уснула.

Рядышком сопела Сьюзен, которая уснула, стоило лишь ей устроиться. Иногда Сью ворочалась и тихо постанывала во сне. А Анна же лишь беспокойно переворачивалась с бока на бок. Многократно поправляла подушку. Включала и выключала "светлячок", потому что лежать в полной темноте казалось ей невыносимым.

Промаявшись ещё какое-то время, Анна встала, закуталась в тёплый халат и вызвала домовичку, потому что вспомнила, как Асма в таких случаях поила её теплым молоком. А затем почему-то выпила крепкого чая. Спохватилась, что как раз этого и не следовало бы делать…

Походила по комнате, прислушиваясь к собственным шагам. Взяла первую попавшуюся на глаза книгу. Опять ей припомнилось, что порой глаза начинают закрываться сами собой уже при чтении первых строк. Особенно, если подвернётся книга, похожая на ту, которую ей летом давала Винки.

Но чтение не помогло, и книга была отброшена в сторону. Постояла у окошка, вглядываясь в ночную мглу и внезапно её озарила мысль – надо рассказать Асме о сне.

Анна, стараясь не шуметь, оделась и вышла в женскую гостиную, чтобы там написать письмо в менор. Устроившись в любимом кресле, девушка притянула к себе письменные принадлежности и на мгновение замерла, подбирая слова, которые напишет.

Перо зависло над бумагой. Анна задумалась: стоит ли рассказать о своём кошмаре в письме или же попросить Асму о встрече?

"Дорогая Асма.

Ты просила рассказать тебе обо всём странном, что происходит со мной..."

И снова перо зависло над бумагой. Анна рассматривала получающиеся строчки, пока с него не сорвалась жирная капля и не растеклась по бумаге. Девушка скомкала пергамент, повернулась, чтобы кинуть его в горящий камин и вздрогнула: рядом сидела Серая дама, призрак Равенкло.

— Доброе утро, мэм, — кивнула Анна.

Призрак не шевельнулся, делая вид, что ничего не слышал, но девушке показалось, что Серая дама улыбнулась. Равенкловка достала новый лист пергамента и решила, что не стоит раньше времени беспокоить Асму. Поэтому она всего лишь попросит её приехать в ближайшие выходные и привезти кое-какие забытые вещи.

Аккуратно свернув пергамент втрое, Анна вложила его в конверт, вежливо попрощалась с Серой дамой и пошла в совятню, чтобы отправить послание. Нет, конечно, она могла разбудить Сьюзен и попросить её сову, но тогда на неё посыпался бы град вопросов, на которые отвечать совершенно не хотелось.

***

Совятня Анне не нравилась. В ней всегда были сквозняки; пол покрыт сухой и прелой соломой, среди которой не редкостью были помет и остатки какого-нибудь грызуна или иного совиного лакомства. Конечно в совятне периодически проводили уборку, но лучше от этого как-то не становилось.

Внутри всё жило по своим правилам. Постоянная возня, шорохи и периодическое возмущённое уханье — тишине было здесь не место. Совы всех мыслимых пород восседали ярусами на расположенных вдоль стен жердях и по большей части спали, хотя если присмотреться, то можно было увидеть, как птицы присматриваются к вошедшему. Ходили слухи, что были случаи, когда студент, не имеющий своей совы, должен был дождаться, пока готовая к работе птица соблаговолит к нему спуститься и принять письмо или посылку.

До совятни оставалось совсем чуть-чуть: небольшой коридор, тринадцать ступенек и порожек, о который Анна всегда спотыкалась. Равенкловка поярче зажгла "светлячок" и второй раз за утро вздрогнула от неожиданности — из совятни спускался школьный завхоз Аргус Филч.

— Доброе утро, сэр, — вежливо улыбнулась Анна, стараясь не показывать, насколько сильно она испугалась.

Мистер Филч обладал какой-то супер способностью оказываться в нужном месте в нужное время. Ни один нарушитель не смог скрыться от зоркого глаза мужчины, за что его ненавидели все хулиганы школы. Вот и сейчас он внезапно оказался там, где его меньше всего ожидала увидеть Анна.

— Доброе утро, — кивнул в ответ завхоз. — Нарушаете?

— Что Вы, сэр. Я хожу по коридорам до подъёма.

— Официально: после отбоя, — рассмеялся Филч и погрозил девушке пальцем.

— Я учту, сэр, — рассмеялась в ответ Анна. — Хорошего Вам дня, мистер Филч.

— И Вам, мисс, — махнул рукой мужчина и отправился по своим делам.

Анна посмотрела ему вслед. Впервые девушка лично столкнулась с мистером Филчем на втором году обучения, когда засиделась в библиотеке и не услышала колокола, оповещающего об отбое. Она уже внутренне готовилась к тому, что завхоз доложит о том, что она находится вне гостиной своего факультета в неположенное время, а значит, на следующий день её ожидают отработки. Однако мистер Филч удивил девушку.

Выяснив причину, по которой она задержалась, и проворчав что-то из серии: «Опять эти орлята со своей жаждой знаний», он проводил её до башни Равенкло, а заодно показал пару тайных переходов, по которым можно быстро добраться из одного крыла Школы в другое. На её вопрос почему он это сделал, мужчина лишь отмахнулся: «Все равно же найдете».

С тех пор между ними сложились дружественные отношения, они здоровались при встрече в коридорах, перебрасывались парой слов, и иногда мистер Филч даже провожал её до башни после очередного штурма библиотеки.

Поразмышляв немного о причинах такого к ней отношения, Анна пожала плечами и продолжила свой путь, сделав "светлячок" поярче. Раз уж завхоз знал о её нахождении вне гостиной, то и скрываться больше не имело смысла.

В очередной раз споткнувшись о порожек совятни и негромко чертыхнувшись, девушка сотворила полноценный Люмос и чуть не вскрикнула от недовольного голоса.

— Я уже ухожу, мистер Филч.

Кое-как успокоив бешено бьющееся сердце, Анна осмотрелась по сторонам и увидела Марио Касаса, смотревшего на нее с неменьшим удивлением.

— Хемптон?

— Она самая, — кивнула девушка, опуская ниже волшебную палочку, чтобы Люмос не слепил друга. — Не ожидала тебя увидеть здесь в такую рань.

— Не спится, — пожал плечами парень и Анна отметила темные круги под его глазами и непривычно растрёпанные волосы, которые всегда аккуратно собирал в низкий хвост. — Я так полагаю, что и тебе тоже.

— Ты прав, — согласилась Анна, выставляя перед грудью согнутую в локте руку, на которую через пару секунд приземлилась небольшая сова с рыжеватым оперением и, тихо ухнув, ткнулась головой в ладонь девушки. Анна улыбнулась намного искреннее, чем в предыдущие разы и ласково провела пальцами по перьям. Получив свою порцию ласки, птица деловито протянула лапку, чтобы девушка смогла привязать письмо.

Отпустив пернатого почтальона, Хемптон засмотрелась ему вслед. Утренний сумрак достаточно быстро поглотил его, словно слизнул своими тенями. Из-за этого невольно стали вспоминаться страшные истории, рассказанные братьями, да и ощущение после кошмара не отпускало ее. Девушка обняла себя за плечи и устало прислонилась в оконному проёму.

— Хемптон, давай провожу тебя до башни, — отвлёк ее от раздумий голос слизеринца. — Или можем посидеть в какой-нибудь нише и обсудить очередную песню Селестины.

— Селестины?

— Все девчонки любят Селестину, — на лице Марио мелькнула улыбка.

— Может ты хотел сказать парни?

— И парни тоже, — не стал спорить Касас, подавая ей руку и помогая спуститься по злосчастным ступенькам.

Продолжая обсуждать Селестину и её последнюю песню, они не торопясь направились в сторону башни Равенкло. К тому моменту, пока они добрались до места, они успели сменить пару тем, и вот сейчас, стоя перед входом, Анна размышляла: уместен ли будет её следующий вопрос.

— О чём задумалась? — парень заметил задумчивый взгляд подруги.

— Можно задать тебе вопрос? И отвечать на него — твоё личное дело.

— Спрашивай, — серьёзно кивнул он.

— Спасибо. Марио, скажи мне, пожалуйста, почему ты отказался от поездки?

— Сьюзен рассказала? Хотя это стало бы известно завтра-послезавтра, когда моя семья пришлет официальный отказ на имя школы.

— Да, — хмыкнула Хемптон. — Её способности знать всё обо всех, не являясь при этом сплетницей, меня поражает. Но я не об этом. Ты же хотел поехать, даже строил планы, что посмотреть и что разузнать...

На этот раз Касас надолго задумался. Девушка видела, что он решает, стоит ли рассказывать о причинах отказа. Анна в какой-то момент даже задумалась: неужели она не внушает доверия? Но Марио, наконец, принял решение.

— Ты слышала что-нибудь о кровниках?

— Я поняла тебя, — кивнула Анна. — Спасибо, что сказал правду.

О том, кто такие кровники, девушка знала от дедушки Маркуса, который когда-то давно рассказал ей об этом. Поэтому не стала больше задавать вопросов, что в свою очередь не укрылось от Марио.

— Спасибо, что не стала задавать лишних вопросов, Анна, — через силу улыбнулся он. — Увидимся на занятиях.

***

Привычный уклад жизни Анны в Хогвартсе был нарушен. Она ощутила это на себе, когда Сьюзен с невинным видом поинтересовалась: для кого подруга так тщательно укладывает волосы и понравится ли эта прическа профессору Снейпу. Анна тогда лишь фыркнула и кинула в неё расчёской.

Потом были шепотки за спиной, на которые Анна не обращала ровным счетом никакого внимания, хотя догадывалась, что всё это связано со вчерашней "прогулкой".

А севшая напротив староста Хаффлпаффа уверила Анну в её догадках. Переворачивая очередную страницу "Ежедневного пророка", она поймала задумчивый взгляд Акерли. Стало понятно, что та хочет о чём-то спросить, но не знает с чего начать.

— Что случилось, Акерли? — Анна решила помочь подруге и свернула газету.

— Это правда?

— Что правда?

Акерли зажмурилась и на одном дыхании выпалила:

— До меня дошли слухи, что вчера вечером у тебя было свидание со Снейпом. Я не хочу верить сплетням, поэтому решила спросить лично.

— Ну, во-первых, не Снейп, а профессор Снейп, — вздохнула Анна, изо всех сил стараясь держать себя в руках. — А, во-вторых... Я рада, что ты решила спросить об этом лично меня, а не поддаваться всеобщему безумию... Как ты знаешь, меня забирали домой из-за того случая в кабинете декана Флитвика, — Акерли согласна кивнула и девушка продолжила. — Обратно меня доставила бабушка Чарис. Около ворот мы столкнулись с профессором Снейпом и бабушка попросила его проводить меня до дверей Хогвартса. Согласись, странно было бы от него убегать или молчать всю дорогу.

— И всё?

— Да, — хмыкнула Анна, вновь разворачивая газету. — И всё.

Между девушками повисло напряжённое молчание.

— Извини, Хемптон, — заговорила, наконец, староста Хаффлпаффа. — Я постараюсь успокоить слухи на нашем факультете и поговорю со старостой Слизерина, но не обещаю, что удастся заткнуть Гриффиндор.

— Хорошо. Спасибо.

— Ты не обижайся, Хемптон, — натянуто улыбнулась Акерли. — В школе слишком мало событий, чтобы ваша прогулка осталась незамеченной.

Весь день Анна слышала шепотки за спиной, ловила на себе косые взгляды, и как только прозвучал колокол, оповещающий об окончании уроков, она поспешила уйти на излюбленное место возле Чёрного озера.

Обычно Анна, запасшись карандашами и несколькими листами бумаги, делала кое-какие наброски, изображавшие мимолетные картины, которые возникали в ее воображении: полоску моря между двумя скалами; диск восходящей луны с вырисовывающимся на нем черным силуэтом корабля; цветочного эльфа, сидящего на краю птичьего гнезда, под цветущей веткой боярышника, либо делала эскизы украшений, которые она планировала под артефакты.

Но сегодня желания рисовать украшения не было. Анна просто чиркала на листе, не осознавая, что появляется на бумаге.

— Нэн, — голос Нимфадоры отвлёк Анну от её занятия. — Ты пропустила обед.

Девушка повернула голову на голос племянницы и рассеянно улыбнулась. Уж кто-кто, но Дора точно не должна видеть ее состояние и то, что сплетни как-то задевают её.

— Я знаю. Просто не хочется. А ты снова одна?

Растрёпанная Нимфадора плюхнулась рядом с ней на скамейку, предварительно отодвинув сумку равенкловки на другую сторону скамейки, и выхватила из рук Анны рисунок.

— Фу, какой некрасивый мужчина, — презрительно сморщила нос юная Блэк. — Кто это?

— Понятия не имею, — пожала плечами Анна и забрала рисунок обратно. — Кажется, я его видела в не-магическом театре. А ты не ответила на мой вопрос.

— Марио любезно согласился меня проводить, — Дора кивнула в сторону скамейки, на которой расположился Касас.

— Он славный, — уже искреннее улыбнулась Анна.

— Согласна, — кивнула Дора, — но я сейчас не об этом.

— А о чём?

— О тебе и Снейпе.

— Что? — недоуменно уставилась на племянницу Анна.

— Нэн, хочу тебя предупредить что ли, — замялась Дора, кутаясь в мантию. — У нас на Хаффлпаффе появились слухи, что у тебя роман со Сне... — она замерла, но потом решительно продолжила, — с профессором Снейпом!

— Я уже слышала об этом, — тяжело вздохнула равенкловка. — Дора, твои однокурсницы сошли с ума.

— Я тоже так думаю. Но самое главное, эти слухи начались с подачи Гриффиндора!

— Гриффиндор? — между бровями Анны появилась морщинка. Девушка пыталась вспоминть, кто из гриффиндорцев мог её видеть вместе с профессором, когда они возвращались в школу. — Но мне кажется, что я никого не видела...

— Нэн, не забывай, что ты находишься в школе, тут всем и всё интересно, — улыбнулась Дора. — Мимо даже лукотрус не прошмыгнёт. Так что не забивай себе голову поисками, а лучше пошли в замок.

— Ты мне советуешь в очередной раз поступить как Скарлетт О'Хара, — хихикнула Анна, принимаясь складывать художественные принадлежности в сумку.

— А кто это?..

Весь путь до Хогвартса Анна рассказывала Доре и присоединившемуся к ним Марио Касасу о недавно прочитанной книге и совершенно забыла о том, что её так беспокоило с самого утра.

Глава 12

— Рег, оно взорвалось!!! — в голосе Анны слышался восторг.

— Ани, солнце мое, — осторожно раздалось из зеркала, — сколько песка ты положила?

— Горсть.

Повисло продолжительное молчание, а затем раздался дикий хохот Регулуса, которому Анна рассказывала об итогах своего небольшого эксперимента.

Сначала молодой человек убедился, что с экспериментаторшей всё в порядке, что она никак себе не навредила и лишь после этого приступил к расспросам.

— А нужно было щепотку, — Регулус с трудом подавил хохот и продолжил расспросы. — Подожди. Что ты делала одна в лаборатории?

— Так я была не одна. Только не рассказывай бабушке, но я договорилась с профессором Снейпом и он пустил меня в лабораторию, чтобы я отработала зелья, которые пропустила на прошедшей неделе.

— И ты отработала?

— Было бы что отрабатывать, — пожала плечами Анна. — Я ещё летом их варила под присмотром бабушки.

— И ты притащила свои разработки, — понятливо хмыкнул кузен.

— И я притащила свои разработки, — удручённо кивнула девушка, но тут же подняла взгляд и ее улыбка засияла. — Это было тааак феерично!

— Ты понимаешь, что профессор больше не пустит тебя в лабораторию? И вообще, странно, что он не превратил тебя в головастика.

— Томми рассказал? — хихикнула равенкловка. — А я попрошу бабушку прислать кореньев из Америки. И он меня простит.

— Ну ты и интриганка!

— Есть в кого!

***

— Приготовьте вот это зелье и можете быть свободны, — профессор Снейп даже не оторвался от проверки эссе. — Ингредиенты находятся в шкафу, рецепт — на доске. После того, как завершите работу, протрете доску и можете быть свободны.

— Сэр, ну Вы же знаете, что я умею его готовить. Вы же сами видели, что бабушка его оценила на "превосходно".

— Мисс, я не намерен делать Вам поблажек из-за того, что Вы внучка мастера Чарис. И не собираюсь отступать от учебного процесса, — процедил мужчина. — У Вас есть час.

Готовить указанное зелье Анна совершенно не собиралась. Приготовленное дома оно дожидалось своего часа в сумке, которую девушка положила на парту. Убедившись, что профессор снова занялся своими делами, она достала блокнот с записями и принялась за работу.

Все шло гладко. Зелье мерно булькало. Анна осторожно помешала его по часовой стрелке и в котле забурлило и зашипело, превращая варево из бордового цвета в темно-коричневую, почти черную жидкость, разнося по кабинету отвратительный запах.

— Ну и гадость! — недовольно сморщилась девушка, добавляя следующий ингредиент, из-за чего зелье тут же приобрело прозрачный, точно вода с горного ручья, цвет.

Довольно улыбнувшись, Анна отложила деревянную ложку на стол и посмотрела на часы, висящие над доской. Пять минут не нужно ничего делать, просто ждать. Когда зелье приняло насыщенный зеленый оттенок и пошло рябью по поверхности, девушка поняла, что пришло время самого ответственного момента.

— Песок из пустыни Гоби, — она посмотрела в блокнот. — Интересно, а сколько его нужно? Почему это не записано? — Анна задумчиво почесала кончик носа. — Будь, что будет!

И от души всыпала песок в котел. Зелье забурлило и окрасилось в черный цвет, а по поверхности заискрились золотистые крапинки.

Сначала ничего не происходило, и Анна завороженно наблюдала за переливом золотистых крапинок, а затем над котлом начал стремительно подниматься пар.

Икнув от неожиданности, девушка бросилась к блокноту с записями и начала листать страницы, надеясь найти там ответ. Но песок был последним ингредиентом. Ингредиентом без дозировки.

— Упс, — выдохнула Анна и бросила взгляд на профессора зельеварения, который отложил бумаги и внимательно смотрел на нее.

— Мисс Хемптон? — в его голосе отчётливо были слышны нотки паники перемешанные с негодованием.

— Я... — успела только сказать Анна, после чего ее многострадальное зелье начало бурлить сильнее.

А дальше, буквально через пару секунд, раздался взрыв, но этого девушка не заметила, потому что её что-то чёрное и стремительное прижало к полу. Из-за чего она нервно клацнула зубами и ударилась затылком о каменные плиты, а потом все заволокло дымом и раздался мощный взрыв.

Некоторое время они так и лежали. Анна на полу, профессор Снейп на ней. Его лица студентка не видела, поэтому не знала чего будет стоить ей этот экспромт.

— Чокнутые экспериментаторши-равенкловки — моё личное проклятие, — раздался голос мужчины и он, наконец, поднялся с пола, а заодно и с девушки. Помог подняться Анне, удостоверился, что с ней все в порядке и задал интересующий его вопрос. — А теперь четко и по плану: что? за чем? сколько? Вы бахнули в эту кастрюлю, мисс?

— Вот, — девушка ткнула пальцем в блокнот. — Я нашла рецепт, который позволяет получить свет ярче солнца!

— И для чего нужен такой свет?

— Ну... В охоте на инфери, можно отпугивать взбесившихся тварей. Много для чего.

— Мисс?

Анна между тем не обращала никакого внимания на слова профессора. Взорвавшееся зелье, к ее удивлению, не нанесло большого ущерба помещению. В воздухе кружились золотые искры, которые она видела перед тем, как зелье взбурлило. И котел был цел!

— Вот здорово! — студентка с восторгом смотрела на оседающие вокруг искры. — Да, о чем я... — Анна заметила, что искры оседают на волосы и мантию профессора и перевела взгляд на себя. Ее мантия была не так сильно усеяна, как черная мантия волшебника напротив. — Включите воображение, сэр, и тогда будет понятно, для чего такой свет нужен.

Профессор неоднозначно хмыкнул и вытащил палочку, после чего начал приводить кабинет в порядок. Анна же вернулась к своим записям. Ещё раз пересмотрев записи и не обнаружив дозировки песка, она обернулась и на мгновение ей показалось, что черные волосы и мантия профессора переливаются зелёным.

— Ой, — испуганно пискнула равенкловка и, подхватив сумку и блокнот с записями, начала медленно отступать к двери. Анна прекрасно понимала, что когда профессор увидит преображения внешности, то гнева не избежать. — Извините, что немного разнесла Ваш кабинет. До свидания.

Она уже открыла дверь и собралась выбежать в коридор, как дверь перед ее носом захлопнулась.

— Стоять! — девушка испуганно замерла, а декан Слизерина между тем продолжал. — И куда это Вы, мисс, собрались? Я Вас не отпускал.

— Как куда? — Анна искренне надеялась, что ее голос звучит спокойно. — Скоро отбой, а мне ещё нужно доделать эссе по нумерологии.

— Эссе? Не смешите меня, мисс. Мастер Чарис говорила о том, что вы эти задания успеваете выполнить прямо на уроках. Так что не вешайте мне лапшу на уши, как гриффиндорка.

— Гриффиндорка? — моментально надулась Анна. — Вы меня только что обозвали дурой? А вот про Вас бабушка Чарис всегда говорила: "Северус такой хороший мальчик, не боится экспериментов", — она очень точно повторила интонации мастера Крауч. — А я вот не вижу зельевара-экспериментатора. Вы ведёте себя как...

— Как кто, мисс? — мужчина начал закипать, но изо всех сил сдерживался, чтоб не сравнять с землёй одну из башен Хогвартса. — Продолжайте.

— Как... Как... — Анна подошла ближе к двери, готовая дать деру. — Как аптекарь!

— Что???

— Именно! — ей всё-таки удалось открыть дверь. Перепуганная девушка выскочила в коридор, врезалась в кого-то из слизеринцев и облегчённо выдохнула — убивать ее в присутствии своих учеников Северус Снейп явно не будет.

***

— Я бы хотел посмотреть, как выглядел профессор Снейп, когда тебя спасал, — смеясь сказал Регулус. — Наверное, как рыцарь из твоих романов.

— Рыцари не хотят убить своих принцесс, — фыркнула Анна. — А вот он явно хотел меня задушить.

— Ани, дорогая, — ещё громче рассмеялся молодой человек, — иногда, после твоих экспериментов, и я готов тебя задушить.

Ответить девушка не успела, потому что в этот момент в комнату буквально влетела разгоряченная Сьюзен и с разбегу запрыгнула на кровать подруги:

— Ну ты даёшь, подруга!

— Я так понимаю, что сейчас будут девчачьи секреты, которые не предназначены для мужских ушей, — хмыкнул Регулус. — Пока, Ани.

— Пока, Рег, — улыбнулась Анна и повернулась к Сьюзен. — Ты о чём?

— Как о чём? — взмахнула руками Боул. — Ради свидания с любимым подорвала лабораторию! И даже не испугалась наказания!

— Что?

— Ну запретная любовь! Он — учитель! Ты — ученица!

— Сью, ты точно за ужином ела то же, что и я?

— Сейчас отработки, — не обращая внимания на подругу продолжала трещать девушка, — потом свидания в Хогсмиде, а к выпуску — миссис Снейп!

— Сью, ты бредишь, — вынесла вердикт Анна. — Иди спать. Надеюсь, к утру это пройдет.

— Ладно-ладно, — Сьюзен ретировалась на свою кровать и быстро зашторила полог. Анна уже было выдохнула с облегчением, как полог немного отодвинулся и показалась лукавая мордочка подруги. — Не буду мешать тебе, будущая миссис Снейп.

— Спи, — девушка кинула в Сьюзен подушкой.

***

Субботний выход в Хогсмид состоялся, не смотря на нежелание Анны покидать постель. Активная Сьюзен действовала с утра за двоих, вот и сейчас руководила походом.

— Мы идём в "Сладкое королевство", — Сьюзен решительно потянула подругу в сторону кондитерской.

— Я не хочу, — заупрямилась Анна. — Я хочу прогуляться по Хогсмиду.

— Давай сделаем так, — пошла на компромисс Сьюзен. — Сначала "Сладкое королевство", а потом гуляем до тех пор, пока не замёрзнем.

В кондитерской было много народу, и девушкам пришлось встать в очередь. Сладости покупали в основном только ученики Хогвартса. Местные жители предпочитали приходить за сладостями в будние дни, но сегодня среди студентов мелькали и жители деревни. Какой-то сутуловатый старичок тоже пришёл за покупками — из магазина он вышел с двумя плитками шоколада и Медовыми ирисками.

Анна принялась рассматривать сладости. Нужно купить что-нибудь для Асмы — она любит сладкое и редко бывает в Хогсмиде.

От разнообразия сортов шоколада в магазине просто глаза разбегались! Анна выбрала две плитки горького и одну молочного. Обязательно нужно купить драже "Берти Боттс" и подсунуть его Сьюзен. Улыбнувшись своим мыслям, равенкловка осмотрелась по сторонам в поисках драже, которое, кажется, закончилось. Жаль. А вон оно — на верхних полках. Из-за невысокого роста ей пришлось встать на носочки, чтобы разглядеть цену.

— Годвин, — обратилась Анна к стоящему рядом слизеринцу. — Ты мне не поможешь?

— Без проблем, Хемптон, — улыбнулся он и через мгновение в руках девушки оказалась желаемая сладость.

— Спасибо, — Анна улыбнулась в ответ и повернулась к Сьюзен. — Как хорошо быть высоким, тогда тебе не надо тянуться, чтобы увидеть что-то подвешенное чуть ли не к самому потолку.

— Согласна, — вздохнула Сью. В руках она держала пачку "Желатиновых червячков" и упаковку "Кислых шипучек". Анне не нравились кислые конфеты, но Сьюзен их обожала.

Очередь не была слишком длинной, но по какой-то причине двигалась ужасно медленно. За это время покупки Анны пополнились сахарным пером, парой медовых булочек и бутылочками фруктового йогурта. Это будет приятным бонусом после отработок у профессора Снейпа.

Вспомнив об отработках, девушка хихикнула и поправила выбившуюся из-под шапочки зелёную прядь волос. Интересно, подумалось ей, как профессор Снейп отреагировал на новый цвет волос. А в том, что и его волосы стали такого же цвета, как и её, Анна не сомневалась.

— Что-то ещё, мисс? — голос продавщицы отвлёк её от размышления, какая именно кара от зельевара будет самой мягкой: чистка пары дюжин котлов без помощи магии или же удушение.

— Да, — кивнула Анна. — Две упаковки шоколадушек и пачку какао, пожалуйста.

Расплатившись, она поспешила выйти на свежий воздух дожидаться подругу, потому что от запахов магазина начала кружиться голова.

— С какао понятно, ты его обожаешь, — вышедшая следом Сьюзен подхватила Анну под руку и девушки отправились гулять по Хогсмиду. — А вот шоколадушки? Ты же терпеть не можешь то, как они дёргаются во рту.

— Ещё как терпеть не могу, — скривилась Анна. — Это для Доры и Лиры. Они коллекционируют карточки, но если Лира просто вклеивает их в альбом, то для Доры это целый ритуал. Она делает комментарии к каждой карточке, основываясь на литературе и газетах. В последний раз ей попался кто-то из Кронков, которые держали у себя во дворе сфинкса. Если память мне не изменяет, то Дора написала письмо с уточнениями теперешнему главе. И заодно поинтересовалась, можно ли и ей как-нибудь обзавестись сфинксом.

— Зачем ей сфинкс? — Сьюзен остановилась, изумлённо уставившись на Анну.

— Ну может за тем же, за чем тебе нужна докси, — хмыкнула Анна.

— Какая докси? Я хочу фею, как в маггловских сказках. Такую маленькую, которая живёт в цветах.

— Кажется, я зря подарила тебе те сказки, — рассмеялась девушка и потянула подругу дальше. — Может теперь в "Три метлы"?

— Мне нужна парочка новых перьев, — вздохнула Сьюзен, с сожалением поглядывая на заведение мадам Розмерты. — Да и на почту нужно заглянуть, не успела отправить письмо.

— Ой, точно, — оживилась Анна. — Мне же тоже нужно отправить письма. И заодно отправлю Асме сюрприз.

— Хотелось бы узнать — какой? — раздался за спинами девушек голос и через пару секунд Анна с визгом повисла на шее Асмы.

После взаимных приветствий, обниманий и тараторства, столь неприсущего Анне, Асма едва заметно кашлянула и кинула взгляд на переминающуюся с ноги на ногу Сьюзен.

— Ой! — опомнилась Анна. — Асма, познакомься. Это моя подруга Сьюзен Боул. Сью, это моя крестная Асма Крауч.

— Рада знакомству, мисс Крауч. Спасибо за зонтик.

— Приятно познакомиться, мисс Боул. Друзья Ани — мои друзья. Рада, что подарок пришелся Вам по вкусу.

— Он мне очень пригодился, — улыбнулась Сьюзен. — И спасибо, что помогли Анне выбрать веер.

— Асма, мы сможем в следующий раз, когда пойдём в театр, пригласить с нами Сью?

— Конечно, моя дорогая, — ласково улыбнулась мисс Крауч. — Может и сейчас мисс Боул присоединится к нам? Я хотела сделать тебе сюрприз, Ани, поэтому не стала предупреждать. И, кажется, нарушила ваши планы.

— О нет, мисс Крауч, мы всё, что хотели, уже сделали, — улыбнулась в ответ Сьюзен. — Мне осталось только отправить письмо, и я хотела возвращаться в замок. Слишком холодно, чтобы так много времени проводить на улице.

— Тогда не будем Вас задерживать, мисс Боул. До новых встреч, возможно уже летом.

— Увидимся в гостиной, Сью, — Анна была благодарна подруге за проявленную тактичность.

— Постарайся не опоздать, будущая миссис Снейп, — хмыкнула Сьюзен и, пока Анна хлопала глазами, скрылась в толпе учеников Хогвартса.

— Миссис Снейп? — хмыкнула Асма, пробираясь сквозь толпу гуляющих студентов в сторону окраины деревушки. — Мне стоит начать готовить тебе приданное, дорогая? — И чуть тише добавила, словно про себя, но Анна ее все равно услышала. — А возможно и не только приданное, но и десяток артефактов.

— Это Сью все напридумывала. Она читает слишком много любовных романов, — отмахнулась Анна, но затем поинтересовалась, кутаясь в свой шарф и с интересом осматриваясь по сторонам. — А куда мы идём?

— В кафе мадам Паддифут, — улыбнулась Асма. — Самое хорошее место для влюбленных парочек...

— Асма!

— ...там редко можно было встретить преподавателей, — как ни в чем не бывало продолжила женщина. — Можно спокойно поговорить, но интерьер там был омерзительный.

Они подошли к небольшому аккуратному домику с неброской вывеской. Открыв дверь и войдя, Анна замерла на пороге. Повсюду были вазы с поздними осенними цветами, а из посетителей только пара хаффлпаффцев, которые были увлечены друг другом и не обращали ни на что внимания.

— Впечатлена? — Асма легонько подтолкнула племянницу.

— Очень, — Анна пропустила Асму, чтобы та выбрала столик.

— Знаешь, я тоже, — Асма сняла плащ, изящно опустилась на стул и осмотрелась по сторонам. — Наконец-то здесь сделали ремонт.

Анна последовала ее примеру, но не успела распутать шарф, как возле их столика оказалась полная женщина с мягким, улыбчивым лицом.

— Что вы закажете?

— Две чашки какао.

— Я не люблю какао, которое готовишь не ты, — буркнула Анна, когда мадам Паддифут отошла.

— Ты просто не пробовала, — мягко улыбнулась Асма, наблюдая, как племянница распутывает шарф и стягивает забавную шапку с помпоном. — Ну и что на этот раз? — женщина изумлённо приподняла брови, глядя на ярко-зеленую шевелюру Анны. — Решила сменить образ или очередной опыт?

— Все вместе, — хихикнула Анна. — Мне цвет волос нравится, но не уверена, что профессор Снейп в восторге от своего.

— Значит, очередной опыт, от которого пострадал профессор?

— Представляешь, — затараторила равенкловка, — был такой шикарный взрыв, как летом. Помнишь?

Асма согласно кивнула.

***

Раздавшийся взрыв заставил Асму подскочить со своего места и рвануть к эпицентру, сбивая всё и вся на своем пути. Подбегая к зельеварне, она увидела спешащих в том же направлении отца и деда, которые на ходу обсуждали причину грохота.

— Сдается мне, это не порох, — хмыкнул Маркус Крауч, который был на удивление спокоен, в то время как саму Асму просто трясло от ужаса.

— Интересно, святая святых Чарис выдержала? — поддержал отца Каспар.

— Хороший вопрос, сын, — улыбнулся Маркус, открывая дверь. — Нужно посмотреть.

Асма не видела, что происходит внутри, но дедушка Маркус прижал пальцы к губам, а его плечи начали подрагивать. Сначала Асма не поняла — от рыданий или от смеха, поэтому решительно отодвинула его и заглянула внутрь.

От увиденного Асма с трудом сдержала хохот. Вся зельеварня была покрыта копотью, на одной стене переливалось всеми цветами радуги огромное пятно. Котел, в котором Анна готовила какое-то зелье, был похож на ромашку, а сама девушка грозно размахивала лопаточкой и отчитывала Чарис.

— Бабушка! Ты мне говорила, что нельзя отвлекать зельевара от его работы? Ты мне говорила, что не нужно говорить под руку? А сама?

***

— Такое сложно забыть.

— Так вот, — продолжила Анна. — Сначала все шло по плану, а потом шарахнуло так, что все колбы в кабинете зазвенели. Только котел остался цел, да мы с профессором слегка поменяли цвет волос на незапланированный.

— Значит вы теперь как попугайчики-неразлучники в зелёном цвете? — расхохоталась Асма. — Тебе ещё не предложили сменить Ворона на Змею?

— Если предложат, то я, пожалуй, откажусь, — девушка улыбнулась и пригубила принесенное какао. — Вкусно.

— Почему откажешься?

— У профессора Снейпа случится сердечный приступ от подобной перспективы. Когда я выходила из кабинета, — Анна решила не уточнять, что она попросту сбежала от гнева преподавателя, — мне показалось, что он грозился разнести башню Равенкло.

— Не удивлена, — рассмеялась Асма. — Его жизнь давно и плотно связана с синим факультетом, только эта связка таскает странные одежды и звенит браслетами. Возможно, парочка растений из моего сада успокоят профессора? Как думаешь?

— Асма, — Анна чуть ли не захлопали в ладоши от восторга, — ты моя спасительница! Я уже хотела спросить бабушку об одолжении, но не хотела рассказывать об опыте.

— Моя дорогая, тебе ещё долго работать бок о бок с профессором.

— А что за связка в странных одеждах и браслетах? Какой-то полтергейст? Или банши? Только не говори, что за профессором гоняется Серая Дама.

— Если бы это была Серая Дама, то Северусу было бы намного легче, — рассмеялась женщина. — Это весьма необычная волшебница. Умеет пугать, иногда кричит на знакомых, а ещё любит устраивать провокации и действовать спонтанно. Тебя всё-таки интересует профессор?

— Асма!

— Ну не даром о любовных похождениях своего профессора спрашиваешь. Может стоит переговорить с мамой?

— Асма!!!

— Ну а что? Он молод и силен...

— А мне всего тринадцать... — в тон ей ответила Анна

— То есть тебя смущает пока только твой возраст, дорогая? Думаю, что помолвку откладывать не стоит, но вот со свадьбой стоит повременить. Да, мне определенно надо поговорить с мамой! Наша маленькая Ани созрела до замужества!

— Он не в моем вкусе! — чуть ли не закричала девушка.

— Ой ли, — усмехнулась Асма и, глядя на возмущенную племянницу, решила переменить тему. — Ладно, оставим в стороне твои матримониальные планы. Я привезла тебе разрешение на поездку в Дурмстранг.

— Это лучший подарок на День Рождения! Спасибо, Асма!

— Это не я, это дедушка.

Глава 13

Анна из последних сил дождалась утра понедельника и, не позавтракав, убежала к кабинету профессора Флитвика, чтобы передать ему разрешение на поездку в Дурмстранг. Минут десять она кружила перед кабинетом, а потом постучалась и, получив разрешение, вошла.

Профессор сидел за столом и проверял эссе и кивнул ей, увидев, что Анна вошла.

— Мисс Хемптон, — Флитвик отложил перо и внимательно посмотрел на студентку, — что-то случилось?

— Да, сэр, — расплылась в улыбке Анна и протянула декану несколько помятое письмо. — Дедушка Маркус дал разрешение на поездку.

— А Вы, мисс, видимо всю ночь обнимали разрешение? — хмыкнул Флитвик, расправляя бумагу.

— Нет, — Анна слегка покраснела, но решительно вздёрнула нос. — Сэр, Вы меня недооцениваете. Две ночи.

— Вы удивили меня, мисс Хемптон, — мужчина рассмеялся, отчего Анна покраснела сильнее. — Вы свободны. Бегите завтракать. Увидимся на занятиях.

— До встречи, сэр, — улыбнулась в ответ равенкловка и выскочила из кабинета, сопровождаемая смехом профессора.

Весь день у Анны прошел сумбурно.

Каждый из преподавателей сделал своей целью загрузить её списком дополнительной литературы, судя по всему декан сообщил всем о том, что её отпустили на турнир. Поэтому под конец дня она буквально ввалилась в Большой зал на ужин и растеклась по столу, не уронив ни один из приборов, но потеряв весь свой аристократический шлейф.

— Мисс Хемптон! — раздался над ней голос профессора Снейпа, однако девушка даже не отреагировала на него. — Отработка через двадцать минут в малой зельеварне!

И не дожидаясь ответа, взмахнув мантией, покинул Большой зал.

Анна уронила голову на сцепленные на столе руки и пробормотал что-то невнятное про зелья, турнир и сон. Немало нервировали вопросы про цвет волос, Касас успел поинтересоваться, не собирается ли она сменить факультет, а Дора, внимательно посмотрев на неё и расплывшись в ехидной улыбке, изменила цвет своих волос:

— Мама говорила брать с дорогой тётушки пример.

И убежала вместе с друзьями, сияя ярко-салатовой копной волос.

— О! Хемптон, ты чего тут валяешься, как флоббер-червь? — потеснив ее, на скамейку рядом сел Дюк. — Если на тебя нажать, то ты тоже будешь извиваться?

Анна проигнорировала его слова и продолжила лежать, раздумывая о тленности бытия и что она просто песчинка, которую сегодня занесло в водоворот событий.

— Это у нее от не разделенной любви, — важно сообщила Сьюзен, подмигивая Керли. — Ее разбудит только поцелуй принца.

— Это к Касасу, — моментально среагировал подросток. — Его кажется прозвали то ли принцем, то ли рыцарем. В общем, он точно важных кровей и знатности.

— Для Анны он слишком молод, — продолжила вещать Сью. — Я на днях ради интереса составила гороскоп. И вот что я тебе скажу, — девушка понизила голос, — партнёр Анны будет точно взрослее неё.

Анна мысленно прокляла любознательность подруги и сердито посмотрела на нее:

— Я тебе не разрешала смотреть мою судьбу.

— Да что там смотреть, — взмахнула рукой Сью. — Так, пара карт и карта звёздного неба. Но я оказалась права, миссис Сн...

— Сьюзен! — вскочила со своего места Анна, подхватывая свои вещи. — Спасибо за не очень приятную компанию. Я на отработку.

— Поправь прическу, дорогая! — напутствовала её Сьюзен.

— Прокляну! — прошипела Анна и, ворча себе под нос, направилась в сторону подземелий.

Она достаточно быстро оказалась около нужного кабинета, бросив взгляд на часы, девушка поняла, что до назначенного времени есть ещё минут семь. Вздохнув, она постучалась и вошла в зельеварню. Профессор Снейп, не отрываясь от очередной стопки эссе, кивнул на рабочее место и больше не отрывал от пергамента взгляда.

Анна взяла фартук, завязала его на поясе и приступила к выполнению своего задания, искоса посматривая на профессора.

— Сэр, — вздохнула Анна, пытаясь привлечь к себе внимание. — Ну хватит дуться. Я же не специально.

— Мисс, будьте добры, занимайтесь своим делом и не мешайте мне.

— Ну честное слово, Вы как маленький.

— Мисс, кажется Вы кое-что забыли, — хмыкнул профессор и вновь принялся за проверку.

Постепенно за окном стемнело, помещение, в котором горела только парочка магических светильников, погрузилось в мягкие осенние сумерки, а постоянный гул, царящий в коридорах днем, постепенно стих, и вскоре в тишине раздавался только шорох пергамента.

Осторожный стук показался неестественно громким и девушка чуть не подскочила на стуле.

— Войдите, — Снейп даже не оторвался от своего занятия, а Анна с любопытством уставилась на дверь.

— Добрый вечер, сэр, — на пороге стоял Билл Уизли.

— А, мистер Уизли, — хмыкнул зельевар. — Я сегодня не расположен задерживаться с вами дольше положенного. Поэтому просто почистите котлы. Разумеется, без помощи магии.

— Да, сэр, — Билл положил палочку на стол профессора. Анна сочувственно посмотрела на подростка и легко улыбнулась, она отделалась более лёгким наказанием.

Через полчаса после появления Уизли, Анна, наконец, закончила перебирать листья златоцветника. Работа была не сложной, а скорее муторной: заплесневевшие листья нужно было выкинуть в мусор, а высохшие и слегка увядшие — сложить в банку.

Снейп все так же проверял работы учеников и выглядел раздраженным. Анна понимала, что сейчас слизеринского декана лучше не трогать, но работу она уже закончила.

— Сэр?.. — осторожно позвала она.

— Мисс, я занят. Не видно? — Снейп недовольно поморщился, не отрываясь от пергамента.

— Простите, профессор, я просто хотела...

— Что хотели, мисс? Спросить, что делать с мусором? Или куда поставить наполненную банку? Или...

— Нет, сэр, — перебила его девушка. — Я всего лишь хотела извиниться... — она бросила быстрый взгляд на Уизли и замолчала.

— Извинения приняты, мисс, — хмыкнул Снейп, наконец оторвавшись от работ. — Надеюсь, что впредь этого не повторится. А сейчас поставьте банку в шкаф с ингредиентами и можете быть свободны.

Анна послушно выполнила указание профессора и тихо вышла из кабинета.

— Ну ты и бегаешь, Хемптон, — голос Уизли заставил девушку вздрогнуть. Задумавшись над тем, насколько искренне прозвучали слова профессора и на самом ли деле её извинения приняты, она совершенно не заметила шагов за спиной, и появление гриффиндорца стало для нее неожиданностью. — Прости, не хотел напугать.

— Ничего страшного, — улыбнулась ему девушка. — Я просто задумалась.

— Много думать вредно, — рассмеялся Билл. — От этого у девушек раньше времени появляются морщины.

— Зелье от морщин изобрету. Кстати, что ты натворил, что профессор Снейп тебе отработки назначил?

— С зельем на уроке поэкспериментировал.

— Зачем? — от неожиданности девушка остановилась.

— Это же весело. Пуфф и всё.

— Ты самоубийца, Уизли?

— Меня об этом спрашивает мама каждый раз, когда я участвую в квиддичных матчах, — лихо улыбнулся подросток. — А зелье это так, — он махнул рукой, выражая свое отношение к данному предмету, — главное следовать рецепту и выйдет вполне нормальный суп.

— Слышал бы тебя профессор, — недовольно покачала головой студентка Равнекло, а мысленно добавила "и моя бабушка". — Разве ты не слышал на первом занятии, что зельеварение это не глупое махание палочками?

— Зельеварение – это полная, беспросветная и глубокая ж…

— Жалось! – оборвала собеседника Анна, не выдержав такого отношение к одному из любимых предметов. – Жаль, что в тебе нет жилки зельевара, Уизли, тогда бы ты оценил готовящееся на огне зелье.

— Я знаю, что студентам Равенкло отдали в полное пользование одну из зельеварен, — совершенно неожиданно для Анны, начал гриффиндорец. — Может ты мне покажешь всю прелесть этого магического супа?

— Это ты меня так на свидание приглашаешь, Уизли? — рассмеялась девушка, наблюдая, как начинает краснеть собеседник. — Но обычно приглашают в Хогсмид. Так и быть. Я соглашусь с тобой погулять, чтобы убедить в том, что зельеварение — это не просто магический суп. Встретимся в субботу в холле. И кстати. Мы пришли.

— Мы встретимся раньше, Хемптон, — улыбнулся в ответ Билл, заставляя покраснеть уже Анну.

***

Вся неделя была похожа на понедельник. Профессора словно с цепи сорвались и загружали прошедших отбор на турнир по Чарам студентов так, словно через пару дней им предстоит сдать ЖАБА. При этом ежедневные задания никто не отменял.

Каждый вечер Анна возвращалась в гостиную с кипой книг и диким желанием кого-нибудь убить.

Немало способствовала этому Сьюзен, которая не могла оставить свои теории и попытки сосватать Анну за профессора Снейпа. Девушка при каждом удобном случае упоминала его и говорила, что он кидает на Анну томные взгляды. А ещё на дне антрацитовых глаз, по словам Сьюзен, плескалась затаенная любовь и печаль, что делало профессора очень загадочным и романтичным. Но сама Анна думала лишь о том, что на дне глаз профессора плещется ненависть и презрение к тем остолопам, что умудряются взорвать на его занятиях котлы или превратить его волосы в зелёные водоросли.

Отработки у профессора Снейпа продолжались и Анна все так же перебирала травы - к котлам Анну профессор кроме как на уроках не подпускал - и этот факт еще больше уверил Сьюзен в ее догадках.

— Конечно, — многозначительно улыбалась Боул. — Он просто жалеет тебя и дает возможность отдохнуть.

— Отдохнуть? — фыркала Анна, потрясая очередным эссе по зельеварению. — Это ты называешь "отдохнуть"?

— Естественно. Ты возвращаешься с этих отработок такая...

— Сьюзен, если ты не прекратишь, то мы с тобой поссоримся!

Но Сьюзен не реагировала на такие слова подруги и продолжала верить в тайный роман профессора и ученицы.

Помимо этого Анну снова начали преследовать кошмары. Но теперь они были связаны не с матерью, а с преподавателями, которые бегали за ней с новой важной информацией по всему Хогвартсу.

В конце недели Анна благополучно проспала прогулку по Хогсмиду, которую обещала Уизли. Правда, встретившись с ним на следующий день в библиотеке, девушка убедилась, что у Билла была та же "проблема". Он проспал. Так что извинившись друг перед другом и договорившись о прогулке в следующий раз, студенты принялись штудировать дополнительную литературу по Чарам.

К концу второй недели Анна, как и остальные участники турнира, была похожа на ходячего зомби, а субботу ждала как собственный день рождения.

Вечером пятницы Анна плелась с отработок по Зельеварению, совершенно не вникая в болтовню Билла Уизли, который снова нарушил правила, и предвкушала как сейчас забросит в дальний угол сумку с учебниками, чтобы прочитать любовный роман, присланный Асмой.

За очередным поворотом они столкнулись с однокурсником со Слизерина Марио Касасом, который определенно поджидал их. В любой другой день Анна бы испуганно вскрикнула - настолько неожиданным было появление слизеринца. Но сегодня она лишь вымученно улыбнулась.

— Привет, Касас.

— Надо поговорить, Хемптон, — парень без церемоний схватил её за руку и потащил в сторону ближайшей аудитории. — Наедине!

Дернувшийся было Билл замер от угрожающих ноток, прозвучавших в голосе слизеринца.

— Все в порядке, Уизли, — успела пискнуть Анна, прежде чем Касас втолкнул ее внутрь аудитории и захлопнул дверь.

Анна с удивлением наблюдала за тем, как Марио молчаливо ходит из стороны в сторону перед дверью, закипая все больше и больше. И через какое-то время задала вопрос:

— Ну, и что это было?

Марио, наконец, остановился, сцепил руки на груди и мрачно посмотрел на нее. Девушке легко было представить друга полыхающего огнем, как это делали в комиксах в Америке, изображая крайнюю степень гнева.

— Поняла? — рявкнул парень и стал наступать на нее.

— Что именно я должна была понять? — Анна сделала несколько шагов назад и спокойно села на ученический стул, манерно сложив руки на коленях. Хоть она и устала, но воспитание Асмы, тётушки Вэл и бабушки Чарис отложилось на подкорке.

— То, что этот малохольный Уизли не защитит тебя!

— И с чего такой вывод?

— Он пасует даже передо мной, а я и в половину не такой опасный как студенты Дурмстранга. Уизли даже не попытался что-то сказать, когда я достаточно агрессивно наехал на тебя. А сейчас он на своей территории. Но при этом не может даже приструнить своих однокурсников, которые наезжают на тебя. Тебе приходится защищаться самой!

Анна молчала и слушала, как друг читает ей нотации. И на губах невольно проявилась улыбка, которую она старательно сдерживала. Но ей было безумно приятно слушать эти возмущения Марио, который таким образом пытался скрыть, что волнуется за неё, а ещё, похоже, поставить мозги на место. И от этого на душе было очень тепло.

— Марио, — мягко одернула его Анна, придержав за рукав мантии, — не нервничай так. Уизли просто знает, что мы с тобой друзья. И что ты для меня не опасен. Ну, а ещё все знают, что я сильная волшебница и не нуждаюсь в защите.

Касас на мгновение замолчал, а потом принялся снова расхаживать по аудитории.

— Прости. Меня просто бесит, что он постоянно таскается за тобой, — вздохнул парень и уселся рядом с подругой.

— Все в порядке, — Анна осторожно дотронулась до плеча Касаса. — Мне приятно, что ты обо мне беспокоишься. Так о чем ты хотел поговорить?

— Хемптон, я знаю, что ты сильная ведьма. И сам видел, как ловко ты колдуешь. Но в той школе учатся не только маги, но и представители других рас. Особенно опасны вампиры. Тебе надо усиленно готовиться и научиться защищать себя не только от мелких подколок гриффиндорцев, но и опасных жителей ночи. И меня не будет, чтобы подстраховать тебя.

— Но с нами поедет профессор и другие студенты, — поспешила успокоить его девушка, замечая, что слизеринец на удивление серьёзен. — Я уверена, что будут принесены клятвы.

— Хемптон, ты иногда такая наивная ромашка, — вздохнул Касас, проводя рукой по волосам. — Для вампиров что маги, что магглы на один зуб. Какими бы милыми они не казались, но наша кровь для них всего лишь еда.

— Марио, — фыркнула Анна, — похоже, что из нас двоих ромашка — ты! Каждый уважающий себя ребенок мага с детства читает не сказки о принцессах и принцах, а семейные хроники, легенды и мифы. А ещё обязательно про кровь сильных магов и подростков, не достигших совершеннолетия, которая особенно привлекательна для других рас.

Пока она говорила плечи Марио расслаблялись, а он сам спокойнее смотрел на нее, хоть тревога и волнение никуда не ушли из его взгляда. Это на сколько волнуется друг, если его так пробрало?

Анна попыталась насмешливо хмыкнуть, но накопившаяся усталость и теплота от заботы Марио сошлись в одном месте. И теперь уже ее пробрало. Глаза девушки предательски увлажнились. Она попыталась улыбнуться, но первая слезинка сорвалась, а затем ещё одна...

— Анна...

Девушка покачала головой и вскочила, чуть ли не бегом направившись к дверям.

Но в последний момент ее сгребли в теплые объятия и на ухо шепнули:

— Ты справишься, ромашка!

Глава 14

— Эй, Хемптон! — окликнула Анну однокурсница, когда она зашла в гостиную.

— Что? — удивлённо обернулась девушка, потому что кроме празднования Хеллоуина они не особо общались.

— Тебя искала Акерли. Вы не пересеклись в подземелье?

— Нет, — Анна напряглась, не представляя, что хотела от нее староста Хаффлпафа. — Она что-то сказала?

— Нет, хотела поговорить о чем-то. Мы ее отправили к Снейпу, но, наверное, она решила поговорить утром. Тем более вы часто завтракаете вместе?

— Да. Она тоже любить перекусить до прилета птиц.

— Ну вот тогда и спросишь, что она хотела, — однокурсница потеряла интерес к разговору и вернулась к чтению журнала.

Анна ещё некоторое время постояла, а потом пошла в сторону спален. Она жутко устала и очень хотела спать.

Ввалившись без сил в спальню и бросив сумку с учебниками на кресло, Анна со стоном упала на кровать. Сил не было даже пошевелиться, не то чтобы посмотреть, что стало с книгами, которые, судя по всему, свалилась на пол. А ведь пару недель назад Анна бы первая устроила головомойку любому, кто бы небрежно обошёлся с книгой. Но не сегодня. Сегодня у нее было только одно желание — проспать часов десять, а то и больше.

— Сью, — позвала она подругу, с трудом оторвав голову от кровати, — ты не знаешь, зачем меня ищет Акерли?

— Нет, не знаю, — Сьюзен плюхнулась рядом. — Тебе письмо.

— От кого? — простонала Анна, даже не пытаясь предположить имя отправителя.

— Ну я откуда знаю. Прилетел филин. Красивый такой и такой же важный. И не отдавал конверт до тех пор, пока я не дала ему честное слово, что передам из рук в руки! — Сьюзен соскочила с кровати и принялась расхаживать по комнате. — Представляешь! Я даю честное слово птице!

— Кончено, представляю!

Анна хихикнула, вспомнив крылатых почтальонов семьи Крауч, а уж какие птицы были у Блэков! Но больше всех ей нравился филин Малфоев. Такой импозантный и характерный самец чем-то напоминающий одновременно и Абраксаса, и Люциуса.

— Так что за филин? — решила всё-таки уточнить Анна у подруги.

Она пересилила свою усталость, села на кровати и, использовав волшебную палочку, заклинанием приманила к себе письмо из рук Сьюзен, которая даже не обратила внимания на потерю улики.

— Я сначала подумала на Снейпа, Анна! — девушка уставилась и выразительно посмотрела на нее. — Ох! Эта тайная любовь учителя и ученицы!

— Прокляну!

— Ты такая стесняшка, — восхитилась Сью, даже руками всплеснула и прижала их ко рту. — Мерлин! Может, вы уже обручены?

— Сьюзен!

— Это все нервы! Невесты всегда переживают перед помолвкой! — припечатала специалист о хлопотах обрученных Боул, правда ей пришлось спешно увернуться от пары жалящих заклинаний. — Так вот! Потом я подумала, что не дурак же он! Вы только что были вместе на отработках, — очередной взгляд, — там без посторонних могли и пошушукаться!

— Сьюзен! — рявкнула Анна. — Мерлиновы панталоны! Ты когда-нибудь успокоишься?

Сьюзен после этих слов как-то подозрительно остановилась и уставилась на Анну, широко распахнув свои глаза. Не возможно было предположить, о чем она так шурша шестерёнками, как маггловская машинка одного из братьев Анны, думала, ни за что бы никто не смог угадать! Логика Сью не поддавалась ни логике, ни дрессировке!

— Панталоны? Ты видела исподнее профессора?

Анна аж поперхнулась, услышав подобное. Она часто заморгала, пытаясь понять: как подруга пришла к такому умозаключению? За такие глупости даже обижаться на нее не было сил!

— Профессор носит мантию поверх голого тела? — оживилась Сьюзен и закружила по комнате. — Я о таком только читала! Анна, — она нависла над ней, — ты должна сказать, есть ли у Снейпа кубики! Их шесть? Или у него пузико? Мерлин! — всплеснув руками, заметалась по спальне девушка. — Я же теперь спать не смогу! Что под мантией у Снейпа?

— Сью!

— Ой! Он же твой, а тут я со своими мыслями о кубиках Снейпа! Нет! Я категорически не смогу спать!

— Сьюзен!

— Все-все-все, — покивала Сьюзен какими-то своим мыслям и положила руку на плечо Анны. — Ты только не волнуйся! Я всех предупрежу, чтобы никто не думал о кубиках Снейпа, потому что он твой!

И Сьюзен рванула из спальни, пока Анна смотрела на нее и хлопала глазами. Девушка успела добежать до двери, пока до ее подруги дошел смысл сказанных слов.

— Сьюзен! — заорала Анна и, вскочив, направила на нее палочку. — Прокляну! Мерлином клянусь, прокляну!

— С ума сошла? — Сьюзен примирительно подняла руки и отошла от двери, с опаской поглядывая на подругу. — Я же не дура. Просто ты так смешно злишься.

— Смешно? Ты считаешь все это смешным?!

— Ну извини. Я не думала, что ты так отреагируешь. Честное слово, я не хотела.

— А мне кажется, что хотела!

Анна соскочила со своего места, сунула смятое письмо, которое все это время сжимала в руке, под подушку и, схватив халат и полотенце, выскочила из комнаты.

Стоя под упругим струями воды, Анна не могла избавиться от мыслей о подруге, с которой делила уже третий год спальню, учебу и какие-то девчачьи секреты. Только вот в этом году Сьюзен стала особенно несносной. И так дразнить Анну, когда у нее свободного времени тут пять минут и там полчасика? В голове просто не укладывалось ее «Просто ты так смешно злишься». Не об этом ли переходном возрасте говорила Асма?

Анна несколько раз глубоко выдохнула, чувствуя, что понемногу начинает успокаиваться. Но стоило снова увидеть Сьюзен, Анна поняла, что ее злость никуда не делась. Поэтому проигнорировав робкие попытки подруги начать разговор, девушка забралась на кровать и демонстративно задвинула полог.

С палочки сорвалось одно за другим защитные и заглушающие заклинания, из-за чего можно было заметить искорки на ткани.

Анна упала на подушку и банально разрыдалась, устав от давления при подготовки к турниру и глупости подруги. Девушка хоть и бодрилась, но все ещё чувствовала слабость после своего «опыта» с директором Дурмстранга. Она держала лицо, как это положено чистокровной волшебнице, но у всего есть предел. И такой предел случился после подколок Сьюзен, которая просто ужасно достала со Сейпом.

Утром Анна встала раньше Сьюзен и поспешила в Большой зал, чтобы там перехватить Акерли, которая так же, как и сама Анна, любила завтракать до утренней почты. Но сегодня старосты Хаффлпаффа там не было.

Заглянув в еще несколько любимых Акерли мест и нигде не найдя ее, Анна сдалась и пошла в сторону гостиной Барсуков, предварительно забежав в свою башню за зимней мантией.

— Можешь, пожалуйста, позвать Акерли? — попросила Анна первокурсницу, которую перехватила в подземельях и видела раньше рядом с Дорой.

— Старосту забрали на выходные домой, — ответила девочка. — Могу позвать Гилла.

— Не стоит, — покачала головой Анна. — Если не сложно, то можешь позвать Нимфадору Блэк?

— Да, сейчас позову.

— Спасибо.

Анна осталась ждать племянницу, накинув на ближайшие доспехи зимнюю мантию, которую до этого держала в руках, и села рядом на скамейку.

— Ты нашла себе рыцаря, тетушка? — минут через пять около нее появилась Дора.

— Если сейчас перевелись джентльмены, то приходится пользоваться помощью таких замечательных спутников, — подыграла ей Анна. — Рада тебя видеть. Как у тебя дела?

— Все хорошо. Сегодня с девчонками идём в библиотеку. Надо подготовить доклад для профессора Макгонагалл.

— Может тебе дать что-то из моих книг или конспектов?

— Не стоит, я хочу с девчонками посидеть, — помотала головой Блэк. — А куда мантия? Ты хотела позвать меня погулять?

— Суббота же, — улыбнулась Анна. — День похода в Хогсмид. Я договорилась с Уизли встретиться в Трех метлах в одиннадцать. Может завтра погуляем?

— В одиннадцать? Но сейчас уже десять, тетушка. Старость совершенно пагубно влияет на твою ориентацию во времени!

— Десять? Я же в восемь начала искать Акерли! — Анна в шоке уставилась на племянницу, волосы которой переливались синим.

— Замок вообще-то большой, тетушка.

— Тогда мне пора! — Анна схватила мантию и поспешила из подземелий.

— Купи мне сладостей, тетушка! Тыквенных котелков и желейных червячков!

— Хорошо, — махнула рукой Анна, искренне надеясь, что ей просто послышалось пожелание хорошего свидания.

Около ворот Анну догнал запыхавшийся Билл Уизли.

— Слава Мерлину, — выдохнул парень. — Бежал за тобой всю дорогу. Ты знаешь, что очень быстро ходишь?

— Разве? Даже не замечала.

— Я думал, все умники неспортивные, — попытался пошутить Билл, но замолчал из-за неодобрительного фырканья Анны.

— До свидания, мистер Филч, — девушка улыбнулась смотрителю Хогвартса и повернулась к Биллу. — Зачем спешил, если мы договаривались встретиться в деревне?

— Боялся опоздать. МакКошка задержала, — махнул рукой парень, показывая свое разрешение Филчу. — Представляешь, читала мне лекцию о том, что в Дурмстранге нужно вести себя подобающим образом, — он очень похоже изобразил голос декана Гриффиндора. — И всучила кипу учебников.

— У меня то же самое, — хихикнула Анна. — Профессор Флитвик поймал меня около Большого зала, надавал кучу заданий и назначил дополнительные занятия на всю следующую неделю.

Уизли сочувственно хмыкнул и поспешил перевести тему разговора:

— У тебя есть какой-то план для похода по Хогсмиду? Куда пойдем?

— В «Сладкое королевство», — сразу же последовал ответ. — У меня целый список от первокурсников. Ты бы знал, какие они сладкоежки!

— И у нас в гостиной сладости живут от силы один вечер, — рассмеялся Билл. — Порой мне кажется, что будь наши диваны или столы сладкими — их бы не стало в тот же миг.

— Как пряничный домик из сказки! — воскликнула Анна. — Мне эти сказки читала тетя, а потом я пересказывала Доре. Кажется, она мечтает о сладком доме.

— Сказки? Барда Бидля?

— Нет. Я о них узнала только в Англии. А это сказки двух братьев Гримм. Там и про принцесс есть, и приключения разные. А уж какие классные мультики рисуют разные компании, — у Анны загорелись глаза. — Представляешь! Не-маги рисуют много-много кадров, чтобы создать движение персонажей, а у нас «вжух!» — движение рукой, напоминающее взмах палочки, — и все готово! Эти картинки даже разговаривать могут.

— Мультики? — Билл смотрел на нее широко раскрытыми глазами. — Анимация?

— Ты не был в кино? — удивилась Анна. — Но туда же можно ходить кому угодно, главное не колдовать.

— Это у магглов?

— Ну да! Ты же вроде пошел на «маггловедение»? Там такого не рассказывали? И про кино?

— Профессор не говорила о таком. Пока мы проходим кареты, — отрицательно покачал головой Билл. — Может на четвертом курсе будут? А вообще, было бы интересно посмотреть.

— Я могу попросить тётю, чтобы она организовала поход в кино для тебя, — улыбнулась Анна.

Обсуждая маггловское кино они незаметно дошли до «Сладкого Королевства», где уже толпились другие студенты.

— Куда дальше? — поинтересовалась Анна, когда они буквально вывалились из магазина с кучей покупок. — Можно пойти в Визжащую хижину.

— Может лучше в «Три метлы», — предложил Уизли, стуча зубами от холода.

Анна до этого года не понимала, почему некоторые мёрзнут в замке. Ей всегда было тепло. И лишь после посещения Древних Рун поняла, что одежда и многочисленные артефакты согревали ее. А вот у Билла, не смотря на то, что руны он посещал, никаких оберегов и вышивки на мантии и одежде не появилось.

Поэтому глядя на его покрасневший нос, решила, что посидеть в тепле не помешает.

Они перешли на другую сторону улицы и вошли в уютный паб — первый этаж крохотной гостиницы.

В пабе было людно, шумно и дымно. За стойкой расположилась шумная компания, они смеялись и громко разговаривали, полная миловидная женщина едва успевала наполнять бокалы.

— Пойду принесу нам сливочного пива, — Билл усадил Анну за маленький столик в дальнем углу возле окна.

Сидя в «Трех метлах» Анна неожиданно поймала себя на том, что ей интересно болтать с Биллом. Находясь вне Хогвартса и без окружения своего факультета, он перестал быть повернутым на квиддиче пацаном, а стал вполне интересным собеседником. К ее большому удивлению напротив сидел приятный собеседник, который и пошутил, и поговорил о серьезных вопросах, да и выслушал, когда девушка поделилась своими переживаниями о Турнире. В его компании Анна не заметила, как пролетело время и пришла пора идти обратно в замок.

— Увидимся завтра, — улыбнулась Анна, когда они вернулись и Билл проводил ее до башни Равенкло.

Это определенно была самая хорошая прогулка в Хогсмид в этом году.