Лорд скорости

Глава 1

По полупустому автобану с рёвом пролетел силуэт. Райдер вальяжно сидел на кислотно-зелёном байке. Стрелка спидометра колебалась в районе двухсот. Одной рукой он держал руль, другой лениво стучал по баку.

За спиной разносился вой сирен. Он оглянулся через плечо — сине-красный стробоскоп приближался.

«Ну хоть в Германии нормально гонят».

Асфальт гудел под колёсами. Разделительные полосы проглатывались одна за другой.

Шум моторов преследователей нагонял его. С лёгкой усмешкой он щёлкнул тумблером на руле. Единственная фара погасла. Лишь раскалённый глушитель светился в ночи. Рука выкрутила ручку газа. С отстрелом, словно автоматная очередь, байк рванул вперёд, разрывая воздух.

В абсолютной тьме он мог ориентироваться лишь по огням фар машин впереди. Как змея, он огибал их в сантиметрах.

Сквозь шлем он удивлённо приподнял бровь. Впереди выстроились две фуры. Они преграждали путь. Сбросить скорость — оказаться в наручниках. Так что оставалось лишь одно. В голове мелькнул вопрос: проехать или пролететь?

Глазомер уже высчитал расстояние: клипоны уткнутся в кузова.

Недолго думая, он включил пониженную. Секунда. Передача вверх. С дикой тягой переднее колесо поднялось в воздух. На одном заднем он влез в узкую щель. Обтекатель чиркнул одну из фур — но лишь чиркнул. Перед вылетом он провёл одной рукой по стеклу грузовика.

Двойной клаксон ударил по ушам, несмотря на беруши.

«Зануды».

Вынырнув из щели, он приземлился. Поймав зацеп, байк устремился вперёд. Он опять оглянулся. Мигалки застряли за фурами. Плечи разочарованно опустились.

Опершись на хвост, без рук он въехал в туннель. Теперь самое время поласкать слух.

Тело прильнуло к спортбайку. Грудь почти легла на бак. Ладони вцепились в ручки.

Четвёртая. Пятая. Шестая передача воткнулась без запинки.

Дикий гул мотора эхом отбивался от стен. Стрелка давно ушла за триста.

«Уже в третий раз оторвался, эх. В следующий раз нужно будет зацепить мото…»

Мысль не успела закончиться. Что-то мелкое вдребезги разбило ветровик. Следом треснул шлем. Тело обмякло. Байк без контроля врезался в стену. Он уже не знал, что было дальше.

Последнее, что запомнило сознание, — чёрные окровавленные перья, воткнутые в визор, словно иглы.

Тишина продлилась недолго. Крики людей вырвали сознание из небытия.

— Милорд Демиан!

Веки еле раскрылись. В голове стояла боль, словно ржавый гвоздь вогнали в висок. Он попытался приподняться, но это отняло столько сил, что он начал чуть ли не задыхаться.

Теперь в голове стоял уже другой вопрос: где я?! Кто я?!

Демиан огляделся по сторонам. Неизвестная жидкость замылила один глаз. «Пот», — подумал он. Стоило протереть глаз, как пришло осознание: кровь.

Крики не прекращались. Одним глазом он разглядел их. С каких пор фельдшеры одеты как дворецкие? И какой к чёрту Демиан?

Голова начала ныть ещё сильнее. Невероятный объём памяти врезался в мозг.

Чужой памяти.

— А-а-а! — закричал Демиан.

Чужая жизнь вклинилась в его личность.

Рождение. Имя. Язык. Род.

Блики прошлого всплывали один за другим, вызывая адскую боль.

Он — Демиан. Нет! Нет! Он — Марк! Он точно Марк Стилхарт! Хотя… может, всё-таки Демиан Лауда?

Боль сменилась опустошением. Он просто упал на спину. Изо рта хлынула пена.

«Я — Марк Лауда», — несколько раз повторил он, стараясь не раствориться в хаосе души.

Время стёрлось. Но не сознание.

Марк блуждал в потёмках собственной личности между воспоминаниями Демиана и своими. Словно что-то старалось перемешать их в блендере и вывалить одной жижей.

Между пыткой быстрого круга вклинивались воспоминания унижения от семьи. Родной английскийперетекал в имперский. Вместо траектории он с рождения учился этикету. Он должен был стать хорошим лордом, помогать…

Нет!

Крик души взорвался в пустоте.

Он никогда не будет сидеть за грёбаным столом, разбирая письма. Его звала трасса. Вместо крови был бензин. Он никогда не запирался в четырёх стенах ради зубрёжки.

Никогда.

Собрав всю волю в кулак, он провёл невидимую линию.

Воспоминания разделились. Словно землетрясение раскололо земную твердь.

Марк открыл глаза. Его встретил богато украшенный потолок. Но ему было всё равно. В голове проносились сразу две сцены смерти.

— Какого хера?!

Злобный рык прорезал тишину. Он не поднимался, но мышцы сжались до скрежета.

Он знал, что может умереть с такой ездой. Знал, что рано или поздно не проскочит. Только это должно было случиться по его ошибке. А не из-за пернатой твари!

И какого хера она вообще делала в туннеле?!

Ладонь сжала переносицу.

На удивление, успокоение пришло быстро. Всё же он всегда осознавал, что идёт по лезвию ножа. При таком образе жизни естественно часто представлять собственную смерть.

Только вот что он делал здесь?

«Я ведь подписался на кремацию… Для атеиста вроде загробный мир закрыт.

Даже если он и существовал, то Марк должен был засесть в лимбе. А не вырывать свою сущность из-под Демиана.

Да и этот Демиан »

Резкое отвращение поднялось изнутри. Он видел, как тот умер. И это была жалкая смерть.

Церемониальная охота. Лошадь. Инсульт от ожирения. Падение.

Вот почему он даже глаз нормально протереть не смог.

Марк взглянул на ладонь — и всё встало на свои места. Пальцы даже не сосиски, а колбасы, чёрт их дери.

Даже сейчас он дышал с трудом, словно на него упало надгробие. Собственная плоть давила на рёбра.

Пальцы коснулись щёк. Они были словно у хомяка.

Взгляд еле опустился вниз, но собственных ног он так и не увидел — мешало пузо.

Даже мысли не появилось пожалеть четырнадцатилетнего сопляка.

Он сам это заслужил.

Его оскорбления в адрес мёртвого прервал скрип двери. В комнату вошёл парень лет восемнадцати.

Марк поморщился. Белые волосы, тонкие черты лица, жилет и брюки, сидящие в обтяжку. Вошедший был больно женственным.

— Милорд Демиан, вы в порядке?!

Не успел тот ответить, как гость подбежал к нему и попытался помочь подняться.

Локоть рефлекторно вырвался из хватки.

— Убери руки, Эридан.

Эридан плюхнулся на пол и поджал губы.

— Что с вами стряслось, милорд? — чуть не со слезами на глазах спросил он. — Неужели вы больше меня не любите?

Глаза Марка остекленели.

Живот скрутило в трубочку.

Следом его вырвало.

Он не видел в воспоминаниях Демиана ничего о подобных отношениях. Но даже сама мысль об этом опустошила его душу и тело.

Эридан рванул к Марку.

— Миииилорд, вы в порядке?!

— Не приближайся! Свали в туман! — отмахиваясь, прорычал он.

Изнеженные пальцы замерли в воздухе. Со щенячьим взглядом Эридан попятился.

— Если на то ваша воля…

Тоска сочилась сквозь голос. Уже перед самым выходом в спину прилетел вопрос:

— Стой, где тут ванна?

Пижон развернулся за мгновение. На лице застыла смесь радости и смятения.

— Неужели вы не помните?

— Я бы спрашивал тебя, если бы помнил?!

Марк видел, как у слуги, видимо, встал ком в горле. И долго он будет тянуть?

— Веди меня уже. Я не собираюсь и дальше лежать в собственной рвоте.

— А… Да, повинуюсь.

Он опять попытался помочь подняться.

«Да ты издеваешься»

— Я похож на инвалида? Думаешь, сам не смогу пройти пару метров?

— Хорошо, — наконец сглотнув, ответил тот.

Стоило ноге ступить на пол, как тело подкосилось. С непривычки его тянуло вниз.

Колено коснулось земли.

Марк замер.

Слёзы наворачивались сами собой.

Где его шесть кубиков? Почему живот упирается в ногу?Чем он заслужил подобное? Подумаешь, лихачил, подвергал других опасности. Разве это повод вешать на него кандалы в виде плоти, повисшей мёртвым грузом?

От тотальной безнадёги он протянул колба… то есть пальцы Эридану. Даже не поднимая головы, позволил вести себя как слепого.

Дверь открылась. Пар ударил в лицо. Грязный халат полетел куда-то в угол.

Сидя на стуле, мозг перебирал воспоминания и прокладывал дорогу к следующей цели. Тёплая вода окатила голову. На время сознание прояснилось.

Та птица… Это явно была не случайность.

Ладно бы она летела поперёк — возможно, даже заметил бы её. Но она буквально влетела в него, как камикадзе с криком «банзай».

Хотя уже плевать. Будет думать, что это он забрал с собой пернатую, а не она его. Историю не перепишешь.

Голова наконец поднялась. В запотевшем зеркале отразилось лицо.

Марк невольно ахнул.

«Демиан, ну и дурак же ты»

Его не то чтобы смутило лицо — оно конкретно удивило. Голубые глаза, платиновые волосы, овальная форма. Он хоронил такой потенциал под пластом жира.

Смыв с себя нечистоты с апатией, Марк покинул ванну, хотя это была скорее баня по размерам. Семья явно не бедствовала, раз даже у зеркала золотая рама. Можно сказать, зажрались.

— Милорд Демиан, вас вызывает отец, — окликнул голос со спины.

Тело бы подпрыгнуло, но из-за балласта его просто пробила дрожь.

Как он там оказался?

— Больше никогда не подходи так сзади, Эридан…

Короткий кивок.

— Мне нужно сперва переодеться.

Почему-то подсознательно он понял, что нужно быть при параде. Иначе не сдобровать.

Путь до гардеробной занял пару минут. Шкаф встретил его кучей разных костюмов. Ещё чуть-чуть — и челюсть отвиснет. Это же сколько бабла тут висит…

Внутренний стилист проснулся сам собой. К отцу шёл уже паренёк, одетый словно собрался на похороны.

Чёрное на чёрном.

Эридан довёл его до зала.

— Удачи, милорд.

Вот это было странно. Он на убой идёт или поговорить с отцом?

«Ну хорошо»

Дубовая дверь распахнулась. По красной дорожке Марк дошёл до трона. По одному виду понял: мой пахан, железобетонно.

Платиновые волосы светились золотом в лучах солнца. Голубые глаза рассматривали сыночка. Явно дорогая бордовая мантия свисала с подлокотников. Ну и самое главное — третий, хотя даже четвёртый подбородок выглядывал из-под белого фрака.

Марк припал на колено.

— Приветствую, отец, — с лёгкой одышкой сказал он.

— Наконец взялся за манеры, Деми.

Лучезарная улыбка отца вызвала у Марка лёгкий стыд. Как тут скажешь, что он просто слегка запыхался

— Я вызвал тебя для разговора насчёт охоты. Ты опять ничего не поймал. Так что мне придётся тебя «наказать». Поэтому я запрещаю тебе покидать владения на месяц, — театрально помахав пальцем, промолвил отец. — Ну и твои личные средства будут слегка урезаны. Извини, сынок, иначе твои брат и сестра не так поймут.

— Хорошо.

— Э?

— Если на этом всё… Позвольте покинуть вас.

— И ты тоже ничего не скажешь? — недоверчиво спросил он.

— Ни в коем случае.

Еле отвесив поклон, Марк покинул зал.

Проще пареной репы. И чего Эридан так переживал?

Вот как раз и он.

— Как всё прошло?

— Нормально.

Даже не дожидаясь ответа, Марк направился к себе. К его сожалению, он не видел выражения лица слуги. Гримаса шока его бы позабавила.

У себя, лёжа на кровати, он глядел в потолок.

Что ему делать?

Нет, серьёзно.

По первой прокатит, что ему отшибло память. А дальше-то что? Косил под Демиана он очень плохо. И без слов было ясно. Как бы ему обосновать резкую смену поведения?

Может, пубертат сойдёт? Деми вроде и так был капризным.

Хотя в первую очередь надо вспомнить всё, через что прошёл прошлый хозяин тела. Он бы рад соскочить и начать записывать, но так влом.

Поспит сперва — дальше видно будет.

Мир грёз без труда забрал Марка.

Маленький мальчик бежал со всех ног. Чуть ли не выбивая дверь, тот забежал в гостиную. Школьный рюкзак описал дугу и плюхнулся на пол. Маленькие пальцы судорожно клацали по пульту от телевизора.

Экран включился.

— Успел!

Голоса зазвучали с трансляции.

— Добрый день, дорогие друзья! Приветствуем всех на финальном Гран-при сезона!

Марк не слушал. Глазами на стартовой решётке он искал лишь одного гонщика.

Нашёл.

На зелёном байке, в таком же кислотном комбинезоне, восседал райдер под номером сорок четыре.

Винсент Лауда.

— Давай, пап. У тебя получится.

Кулачки поднялись в воздух.

Ещё пять минут Марк молился на удачу. Как раз стартовал прогревочный круг. Двадцать два байка медленно следовали друг за другом. Кто-то катался змейкой, другие ехали прямо.

И вот финальное построение перед стартом.

Голос ведущего мягко напомнил:

— У нас два претендента на титул чемпиона. И оба стартуют с первого ряда. Винсент Лауда и Раун Фольхейм.

Марк и так это знал. Он следил за каждой гонкой.

— Давно у нас такого не было. Титул будет решаться буквально парой очков. Обоим нужно занять первое место, иначе он ускользнёт из рук, — сказал второй ведущий.

— Ну что же, давайте смотреть, кто впишет себя в историю. Гран-при Голдстоуна стартует с секунды на секунду.

Четыре вспышки красного.Зелёный.

С оглушительным рёвом пелотон сорвался с места. В первом же повороте Винсент и Раун чуть не соприкоснулись друг с другом. Оба завалились внутрь поворота. Колени чиркали асфальт.

Сердце Марка пропустило удар. Плотные ладони сжали штанину.

Круг за кругом дуэт претендентов отрывался от группы. Словно гонялись в иной лиге. Где было лишь два гонщика. Колесо в колесо. Корпус в корпус.

Уже на тридцать четвёртом круге они отъехали на двадцать секунд от третьего места. Каждый поворот накидывал всё больше разницы. Они не гнали. Они летели.

Марк не замечал хода времени. Весь внешний мир исчез. Остались только он и трансляция.

Э?

Марк сперва не понял.

Ясное небо вдруг заволокли тучи.

Дождь, серьёзно? Это ведь должна была быть сухая гонка.

Но Марк решил не думать об этом. Отец справится. Тем более до конца заезда осталось три круга. Винсент оторвался от второго места на девять секунд. Марк уже был готов праздновать победу.

— Как думаешь, обойдётся? — спросил один ведущий другого.

— Ты о чём?

— Винсент не заехал менять мотоцикл, в отличие от Рауна. Любая ошибка в дождь может закончиться очень плачевно.

— Не думаю. Всё-таки ему осталось лишь довести прототип до финиша.

Марк был согласен. Просто довести.

Уже можно было не гнать.

Лишь бы доехать.

Последний круг.

Раун нагонял на дождевых шинах. Но уже поздно. Винсент вышел на последнюю прямую.

Но соперник так не думал.

Он выкрутил обороты на максимум. Вода разлеталась из-под колёс. Чистый риск в попытке вырвать победу.

Марк не моргал. Мысли потухли, он мог лишь смотреть, как отца догоняют. Последние сто метров. Винсент открутил газ в ответ. Перед самым финишем. Срыв.Занос.

Байк скользил на боку. Брызги летели во все стороны. Гонщик вместе с байком пересёк черту.

Первый, он был первым. Но скорость не падала. Стираясь об асфальт, Винсент влетел в барьер. Взрыв. Огненный шар пожрал пространство. Трансляция обрубилась через секунду.

Марк пялился в рекламную паузу.

Что случилось?

Нет, нет, нет. Не может быть.

Тело вскочило само собой. Липкий пот стекал по лицу. Лунный свет мягко пробивался сквозь окно.

Вместо гостиной — покои, вместо телевизора — мраморная стена.

Опять.

Опять тот же сон.

Рукой он провёл по лицу. Он-то думал, что уже отпустил эту тему. Разминая шею, Марк застыл.

Смущение сменилось страхом.

Только сейчас он заметил: в углу комнаты стояла фигура.Уже знакомая. Эридан с наклонённой головой. Взгляд слуги впился в него. Сердце пропустило удар. Сколько времени он уже тут стоит?

И даже не это его пугало. Само выражение лица. Эти глаза — холодные, безумные.

Ни пролёт на красный в плотном графике. Ни ситуации, где он чуть не целовал бампер на автобане. Ничто из этого не вызвало у него такого озноба.

Подобный взор он видел лишь однажды. Когда зацепился на заправке с бывшим военным. В тот момент инстинкты кричали: он убьёт тебя, если захочет.

Эридан так и не отвёл взгляд. Наоборот, шагнул вперёд. С каждым пройденным метром сердце уходило в пятки.Марк пополз назад. Упал на пол.

Уже на четвереньках он отползал от него, пока не упёрся в стену. Эридан навис над ним.

— Только пискни, и твоя голова покатится по полу.

Марк сглотнул.

— Кто ты такой? И где милорд Демиан?

Глава 2

Эридан присел на корточки.

— Язык проглотил? Или так хочешь лишиться головы?

Марк хотел что-то ответить, но слова застряли комом в горле. Во рту пересохло, язык драл нёбо, как наждачка.

— Считаю до нуля, — прошипел слуга и поднял три пальца.

Марк знал: он не шутит. Но как это прозвучит со стороны? «Ну а я просто занял место твоего господина. А Демиан помер от падения на охоте. Так что моей вины здесь нет». Ему точно снесут башку.

— Три.

Думай!

— Два.

— Я потерял память! Частично! И какого чёрта слуга угрожа…

Рот не успел закончить предложение. Тонкие пальцы сжали скулы.

— Не ври мне, — с гневом процедил Эридан. — Амнезия так не работает. Так я и поверил, что господин позабыл всё, а моё имя — нет. Идиот.

Почему единственное, что выдернулось из памяти Демиана, было его имя, чёрт подери?

Хватка у тисков ослабла, но челюсть горела.

— Один.

Всё, конец. Вторая смерть за день.

— Ноль.

Эридан без заминки занёс ребро ладони. Время растянулось. Глаза застыли на летящей к шее гильотине. Стоило потоку воздуха коснуться второго подбородка, как Марк выпалил:

— Демиан мёртв!

Удар замер в паре сантиметров от кожи.

— Повтори, — голос на мгновение дрогнул.

— Демиан Стилхарт поме… погиб сегодня утром. Я занял его тело.

Пот залил глаза, но Марк так и не моргнул. Сердце колотилось, как мотор, долбящий в отсечку. Всё же сказал. Не думая. Времени не было.

— Думаешь, я поверю в это?

Эридан схватился за грудь свободной рукой, пока вторая всё ещё замерла у горла Марка.

В пустых глазах слуги Марк увидел свой шанс. Добить. Довести до слёз.

— Хочешь верь, хочешь нет, но это тело твоего господина. Его никто не подменял. Убьёшь меня — и уничтожишь последнюю память о нём.

— Да как ты смеешь такое говорить?!

Рука у горла метнулась вниз и схватила Марка за грудки. Одним движением его подняли в воздух. Ворот врезался в шею. Ноги забарабанили в воздухе.

Что за хрень? Как его так легко подняли, словно домкратом?

Пальцы впились в держащую его руку. Ему нужно было так завернуть мысль, чтобы убить морально, не оставить камня на камне. Чувство вины должно разорвать его на части, утопив в болоте отчаяния.

— И знаешь, из-за чего он умер? Из-за вас! Вы так изнежили его, что сердечко не выдержало жары и скачек. Вы заперли пацана в клетке из золота. И он сгнил в ней.

Раздался глухой стук. Марк упал на пол. Копчик отбило, но он сразу впился взглядом в Эридана. Тот слегка попятился назад, лицо слуги побледнело.

— Одно твоё «нет» могло его спасти. Понимаешь? Он погиб только из-за своего образа жизни. Буквально спёкся на солнце.

— Посмотри внимательнее в это лицо, в эти глаза. Не знаю как, но можешь проверить — это точно его тело.

Их взгляды встретились. По бледной щеке пробежала слеза. Марк еле подавил смешок. Ему уже было тошно от всей этой ситуации.

В одно мгновение слуга развернулся и вылетел из комнаты, не дав добавить что-то ещё.

Наконец Марк остался один — в полной тишине, где слышалось лишь его прерывистое дыхание. Спина упёрлась в стену. Потные руки накрыли лицо.

Наверное, это уже трёхсотый с чем-то раз, когда он оказался на грани смерти.

Ночь прошла быстро: Марк так и не сомкнул глаз, всё размышляя, как теперь быть с Эриданом. Битву он выиграл, но не войну — стоило слуге лишь захотеть, и ковёр снова окропит кровь его господина.

«Надо же было так встрять. Да ещё и выдать всю подноготную».

Утром тело с трудом поднялось с кровати. Марк грузно поплёлся умыться, а по пути слуги расступались перед ним, словно перед прокажённым. Казалось, ещё шаг в их сторону — и он отправит кого-нибудь на плаху.

Сам Марк на это внимания не обращал. Уткнув взгляд в пол, он перебирал в голове вчерашний разговор, пока не врезался в кого-то.

Ещё немного — и он послал бы препятствие куда подальше, но мягкий голос мгновенно прибил его к месту:

— Аккуратнее, милорд, — произнёс Эридан с болезненной улыбкой.

— Ты…

Марк уже не понимал, вспотел ли от прогулки или от стресса.

«Он ведь не прибьёт меня прямо в коридоре? Не настолько же отбитый. Надеюсь».

— Позвольте вас сопроводить.

Эридан мягко указал рукой в сторону ванной.

У Марка дёрнулась левая бровь. Слишком уж подозрительно любезным выглядел этот жест.

Устроить сцену — значит привлечь внимание. Добровольно идти туда, где они снова останутся вдвоём, хотелось от слова совсем не.

— С вами всё хорошо? — с лёгким прищуром спросил Эридан.

Марк коротко кивнул.

— Веди.

«Придётся сыграть по чужим правилам. Если совсем прижмёт — заору как резаный».

Он послушно двинулся следом. Войдя в ванную, Марк не отходил от двери ни на шаг, заранее прикидывая, как быстро сможет выскочить наружу. Стоит только крикнуть — и через несколько секунд сюда сбегутся люди.

Не успел он толком расслабиться, как Эридан развернулся и вытащил из-под жилета кинжал.

— Убивают! — заорал Марк, резко разворачиваясь.

До ручки он даже не успел дотянуться. Эридан в одно движение прижал его к деревянной двери.

— Да потише ты, — прошипел слуга.

Следующего крика не последовало: ладонь зажала Марку рот.

«Ну почему я такой медленный?! Меня сейчас заколют из-за какого-то ленивого сопляка».

— Не собираюсь я тебя убивать. Пока что.

Из-под ладони раздалось невнятное мычание.

— Просто проверю, действительно ли это тело господина. Так что успокойся. Если не врал — переживать тебе не о чем.

Марк перестал брыкаться. Эридан медленно ослабил хватку.

— Как это понять — «проверю»? — дрожащим голосом спросил он.

Эридан закатил глаза.

— Просто не сопротивляйся и всё.

Господин еле сглотнул. Эридан перехватил его ладонь, развернул пальцы и кончиком кинжала кольнул указательный палец.

Капля крови выступила на коже и скользнула по лезвию.

Кинжал вспыхнул ярким светом.

В следующую секунду оружие выпало из рук Эридана.

Звонкий удар о каменный пол эхом разнёсся по ванной.

— Нет…

Голос слуги сорвался.

— Нет, нет, нет… Милорд…

Эридан рухнул на колени. Ткань брюк тут же промокла от воды, но он словно даже не заметил. Обхватив себя руками, слуга сжался, будто пытаясь удержать рассыпающееся внутри.

Первый всхлип прозвучал почти неслышно.

За ним второй.

А спустя несколько секунд Эридан уже не пытался сдерживаться — слёзы хлынули по его лицу.

Но подбодрить его Марк не решался. Как бы он сам отреагировал на смерть близкого человека, если бы получил не слухи и догадки, а железное доказательство? А потом ещё узнал, что кто-то занял тело покойного и теперь спокойно разгуливает в нём, словно ничего не произошло?

Рефлексию прервал топот за дверью — словно табун лошадей нёсся прямо к ним.

«Чёрт».

Марк переглянулся с Эриданом. Тот кое-как поднялся на ноги и, вытирая рукавом слёзы, бросил:

— Подыграй.

Марк даже не успел понять, чего от него хотят, как слуга уже накинулся на него и принялся щекотать. Тонкие пальцы забегали по бокам, заставляя тело дёргаться само по себе. Смех невольно вырвался из горла.

Именно в этот момент дверь распахнулась.

На пороге показалась стража. Сквозь забрала угадывались нахмуренные брови.

— Опять играетесь, милорд?

Марк закивал так быстро, что на миг ему показалось — сейчас шея сломается.

— Настоятельно прошу не кричать «Убивают!». От щекотки ещё никто не умирал.

Дверь захлопнулась с оглушительным хлопком.

Эридан опустил взгляд на Марка. Только сейчас тот смог разглядеть цвет глаз слуги — чёрных, как отработанное моторное масло. На фоне чуть ли не белоснежных волос они казались ещё темнее.

В них Марк увидел такое отчаяние, какое человеку доводится увидеть лишь пару раз за всю жизнь.

Глаза Эридана снова медленно наполнились влагой, тонкие губы задрожали. Только сейчас внутри Марка начало расползаться чувство вины. Уже никакая шутка или отговорка не могли оградить его от простой мысли: он занял место близкого Эридану человека.

— Извини, — тихо, почти неслышно сказал Марк. — Я не хотел такого. Так вышло. Меня должна была встретить пустота, а не Демиан.

Марк отвёл взгляд. Сил наблюдать за тем, как чувство потери пожирает человека, больше не осталось.

Наконец Эридан встал.

«Может, сказать что-нибудь ещё?»

Ему не дали такой возможности. Словно призрак, слуга пошёл к выходу. Хрупкие плечи осунулись, будто на них лежала целая гора.

А Марк так и остался лежать на полу.

Каким был сам Марк после смерти отца?

Сознание перенеслось в тот самый день. Чувства, блеклые, как выцветшая краска, наполнили душу: отрицание, гнев, опустошение. А следом, словно гром, нагрянул страх.

Не от самой трагедии.

Марк не мог вспомнить собственного лица.

Бренд телевизора, узор обоев, день недели — всё это было свежо в памяти, как никогда. Но в гостиной сидел мальчонка, чьё лицо расплывалось перед глазами. Ни цвета глаз, ни формы носа — ничего.

Память отказывалась показать ему его же самого.

«Что за бред?»

Извилины напряглись до предела. Марк перебирал воспоминания — одно за другим, всё глубже. Они были яркими, до мелочей наполненными его образом жизни, но нигде не находилось его отражения.

Маниакальный смех заполнил комнату.

Марк приподнялся и взглянул в зеркало. В золотой раме отражался Демиан — во всём его «величии».

«Насколько это вообще важно теперь?»

Марк Лауда помер. Да и помер так, что навряд ли его потом со стенки туннеля соскребут. Его лицо осталось где-то там, в прошлом. Есть ли смысл цепляться за него?

Для Марка ответ был очевидным: нет.

Сущность Лауды определяли поступки, страсть к любимому делу, а не личико.

«Да и не был я настолько красивым, чтобы горевать. Хотя, может, и был… Чёрт с ним».

Воспрянув духом, Марк пошёл спать. Всё же бессонная ночь и допрос от пижона вымотали его донельзя.

Следующая неделя прошла спокойно. Тяжело нажить проблем, когда почти не выходишь из комнаты.

Иногда Марк заглядывал в библиотеку между лёгкими тренировками, изучая здешний мир. К его удивлению, Эридан так и не появился за это время.

Марк по себе знал, что подобный опыт может выбить из колеи надолго. Не удивится, если и через месяц даже тени его не увидит.

Сейчас же он пытался выдавить из себя ещё одно отжимание. Но руки подкосились, и он поцеловал пол — страстно, как целуют жену после долгой разлуки.

«Пять раз. Неплохо, если бы они были не с колен!»

Во время перерыва в дверь постучали.

— Не голоден, — лениво пробубнил он.

Стук не прекратился — наоборот, стал настойчивее.

«Я неясно выразился?»

С горящими лёгкими Марк еле добрался до двери и сдуру дёрнул её на себя. Стоило увидеть гостя, как он отпрыгнул. Грудь и так ходила ходуном, а теперь и вовсе была готова взорваться.

— Добрый день, милорд.

Не дожидаясь ответа, Эридан вошёл внутрь и мягко, почти нежно прикрыл за собой дверь.

Убедившись, что они одни, слуга покосился на Марка. Так обычно смотрят на грязь под ногами.

Марк стерпел. Ему бы для начала перебороть страх, а не собственное эго.

— Есть разговор.

— И какой же?

Набрав полную грудь воздуха, Эридан тяжело выдохнул.

— В первую очередь — как тебя зовут?

— Марк Лауда.

— Ну так вот, Марки. Как бы я тебя ни ненавидел — а есть за что, сам понимаешь, — не могу отрицать сказанного тобой. Может, если бы мы были строже к милорду, он не покинул бы нас так рано.

Лёгкое чувство облегчения позволило разжать кулаки. Тогда он был жесток. Ну и его можно понять: с минуты на минуту башка могла слететь с плеч, так что выбирать выражения помягче не получилось.

— Но не думай, что я позволю тебе просто так жить под личиной господина, — в голосе прорезалась сталь. — Сам сказал: его тело — последнее, что от него осталось. Так что ты понесёшь за него ответственность.

— Э?.. Можешь, пожалуйста, сказать попроще?

— Ты сделаешь его имя великим, впишешь в историю, — воодушевлённо сказал Эридан, указав на Марка пальцем. — Это будет твоя плата за его тело. Всё равно история запомнит Демиана Стилхарта. А не Марки.

— Марка, — шёпотом поправил он.

— Что ты сказал?!

— Ничего, ничего.

— Так что начинаем с сегодняшнего дня.

Марк не возражал. Всё равно он не собирался сидеть на месте. Только Эридан его удивил.

«Из чего он сделан?»

Явно был из теста пожёстче, чем он сам. Так быстро справился с утратой. Да ещё и нашёл способ увековечить имя покойного. Невероятный характер.

Марк даже на секунду восхитился им.

Последующие две недели превратились в адский тренировочный лагерь: поминутно расписанный график, бесконечные лекции о том, как он должен себя вести — манеры, походка, лексикон. Эридан натаскивал его, как пса на службе: по одному запаху определить степень прожарки стейка, за секунду решить, как послать слугу, не нарушив приличий.

По ходу «уроков» Марк всё больше поражался Демиану. Оказывается, по меркам этого мира сам Марк был слишком нежным. В его мире из-за собственного языка ему и так нередко приходилось начинать общение с кулаков.

Под конец недели Марк и сам не заметил, как чертовски вымотался. Морально его выжали досуха — хотелось приложить ствол к виску и спустить курок.

Еле-еле ему удалось уговорить Эридана хотя бы прокатиться на конях. Ему жизненно необходимо было почувствовать скорость.

Видя мешки под глазами размером с панду, Эридан всё же дал добро.

И вот наконец Марк воссел на лошадь. Жеребец оказался размером с бизона. Марк даже не стал задумываться, как такое вообще возможно — наверняка магическая приправа в корме.

Не дожидаясь Эридана, он пустил коня галопом. Имения были обширными, так что разгуляться здесь было где.

Слуга мгновенно запрыгнул на изящного скакуна поменьше и рванул следом. Копыта месили землю, но заданный Марком темп оказался для него чрезмерным. Ни разу Эридан так и не смог толком опуститься в седло.

— Помедленнее!

Марк не слушал. Ветер развевал платиновые волосы, пока ноги в стременах гасили каждую кочку. Он нёсся как угорелый.

Эридан начал догонять только тогда, когда скакун Марка тяжело задышал. Выровнявшись с ним, слуга уже собирался начать тираду о безопасности, но ни одно слово так и не вырвалось из него, стоило посмотреть на Марка.

Абсолютно пустое выражение лица. Ни капли эмоций. Даже наоборот — оно отражало тоску до гроба.

«Я и забыл, насколько лошади медленные».

Они встретились взглядами.

— Не гони так! А если упадёшь?!

— Мы и не гнали!

«Сколько они плелись? Дай бог, под пятьдесят. Максимум шестьдесят».

В поместье вернулись быстро. Марку наскучила верховая езда так же быстро, как он загорелся идеей покататься на лошадях.

— Кем ты вообще был в прошлой жизни?

Сидя в кресле своей комнаты, Марк склонил голову.

«Я ведь могу нести полный бред? Он же не проверит».

— Я был повелителем железного зверя, чей рёв глушил любого, кто оказывался рядом. Его скорость не поддавалась воображению. Моргнул — и считай, упустил его. Лишь вой говорил: «Я уже обставил тебя».

— Быть того не может.

— Ещё как может. Я был несравненным. Любой, кто бросал мне вызов, лишь глотал пыль после меня. А соперников было много… Равного мне — ни одного.

Великую балладу Марка прервал стук в дверь.

— Милорд Демиан, вам письмо, — нежный голос служанки ласкал уши.

Эридан, сохраняя роль, забрал письмо.

— Письмицо… Хм, интересно, от кого же? — поинтересовался Марк.

— От виконта Линдмана. Приглашение на драконью гонку.

— Что ты сказал?!

Эридан повторил и протянул ему бумагу.

Глаза Марка забегали по строчкам. Слова буквально впивались в сознание. Внутри что-то щёлкнуло, словно после долгого голода перед ним поставили полную тарелку.

Тепло разлилось по телу, тут же превращаясь в жар. Дыхание участилось, сердце набрало обороты, кровь будто хлынула по венам с примесью закиси азота.

Две недели без скорости.

Две недели тренировок, этикета, лекций и бесконечного сидения на месте.

А теперь перед ним была гонка.

Не прогулка. Не жалкие пятьдесят километров в час на лошади. Настоящая гонка.

Марк почувствовал себя так, будто перед ним только что положили пакетик.

— Эридан, собирай вещи! Мы должны выдвинуться немедленно!

Марк бегом направился в ванную, но Эридан так не думал — схватил его за ворот, отчего тот поперхнулся.

— Я так не думаю. У нас ещё очень много дел, так что придётся отказать.

Зрачки Марка дрогнули. Взглядом, полным отчаяния, он посмотрел на Эридана.

— Ну пожалуйста. Слышал о кнуте и прянике? И где же мой пряник?

Уже чуть ли не плача Марк принялся упрашивать своего надзирателя, приводя бесчисленные аргументы в свою пользу. Он будет лучше стараться, обязательно всё отработает, только пусть его отпустят.

Всё же слуга не выдержал этого слёзного напора и кивнул.

— Джекпот!

Глава 3

Карета лениво катилась по дороге. Марк опёрся на подлокотник, вяло скользя глазами по пейзажу за окном. Пухлый палец постучал по стеклу. Глухой, приглушённый стук заставил его задуматься.

«Звукоизоляция лучше, чем в „Роллс-Ройсе“».

Следом он покосился на Эридана. Тот сидел напротив и читал книжку.

В голове засвербел вопрос. Раньше Марк боялся его задать, сейчас они вроде бы сблизились.

— Слушай, у меня тут вопросик.

— Чего тебе? — с приподнятой бровью спросил он.

Нервно перебирая пальцами, Марк обдумывал, как получше сформулировать мысль.

— Ну, помнишь нашу первую встречу? Я там ещё толкнул тебя. А потом ты сказал: «Вы больше меня не любите? Милорд».

Тонкие пальцы с силой сжали бумагу, оставив на ней заломы.

— И что тебя смутило? — с желчью в голосе спросил Эридан.

— Что ты имел в виду? Для человека вне контекста это, скажем так, звучало странно.

— В таком случае поведай, как ты это воспринял, — уголок его губ дёрнулся.

— Ты, Демиан, ну это самое…

Буквально за секунду Эридан вскочил с места. Марк не успел среагировать — томик дешёвого чтива прилетел прямо в макушку. Перед глазами вспыхнул сноп искр.

— Изврат! Как ты вообще мог подумать о таком?! Тебе знакомо понятие чести и верности?!

— Извини, извини, — держась за голову, ответил Марк.

— Я был приставлен к Милорду, когда ему было пять лет. Он вырос у меня на глазах и стал мне словно младший брат. А ты смел подумать о таком? — прошипел Эридан.

Надув губы, он отвернулся.

«А что ещё он должен был подумать?»

— Стоп, подожди. То есть тебя тогда вырвало только из-за мысли об этом?

— Да, — шёпотом ответил Марк.

Эридан плюхнулся в кресло и накрыл лицо ладонями. По одному его виду было понятно, насколько тот смущён — словно его сын вышел на люди голым.

Марк решил быстренько сменить тему, пока не прилетело ещё больше упрёков.

— Когда мы уже приедем?

Эридан замер на миг. Рука снова потянулась к книге. Вены на ладони вздулись, зубы сжались, будто челюсть свело судорогой.

— Сколько уже раз ты это спрашиваешь? Сотый? А? В последний раз повторяю: пару часов. Вообще-то скажи спасибо, что домашний арест сняли раньше запланированного.

«Как же тяжело иметь голубую кровь. То нельзя, это нельзя. А вот держать людей в рабстве — за милую душу. И насчёт голубой крови…»

Невольно Марк покосился на слугу. В этот раз решил промолчать — тактически разумное решение. Голова всё ещё ныла от удара.

Наконец карета доехала до места. Ещё до приезда Марк слышал гул толпы — словно приехал на футбольный матч.

Выйдя на местной стоянке, он должен был ахнуть от увиденной архитектуры. Только фасады из белого камня и мраморные колонны главной улицы вызвали лишь скуку. После стеклянных гигантов в сотни метров подобное просто не впечатляло.

Больше внимания привлекли другие кареты. Украшенные так, что без прищура на них было невозможно смотреть: золотые драконы, отлитые за раз, серебряные волки на крышах и гербы — много гербов. Инкрустировали всё, что можно было, и даже то, что нельзя.

«Дискошары, а не транспорт. Ну что за расточительство? Вместо ходовой всё вложили в дизайн. Снобы».

— Милорд, следуйте за мной.

Эридан мгновенно изменился в лице. От человека, который ещё недавно огрел его по голове книгой, не осталось и следа.

— Кстати, меня пригласили как гостя или как зрителя?

— Формально как зрителя, но подразумевается, что вы навестите виконта. Мы как раз следуем к главной трибуне, — сложив руки за спиной, ответил Эридан. — До начала гонки остался час.

Марк пошёл следом за Эриданом. Он мог примерно представить, как выглядел бы ипподром, будь здесь скачки. Но гонялись-то на драконах.

«Как вообще может выглядеть трасса для живых истребителей?»

Они зашли в главное здание. На интерьер Марк уже не обращал внимания — глаза давно замылились от роскоши.

Еле преодолев винтовую лестницу, они предстали перед огромными дверьми. Марк вытянул руку в сторону.

— Щас, отдышусь. Погоди минуту.

— Следите за речью, милорд.

На последнем слове в голосе Эридана прорезалась сталь. Резким движением он поправил Марку воротник — ребёнку, который самостоятельно оделся перед школой.

Лёгким движением Эридан распахнул двери. В зале уже сидел десяток людей.

— О, барон Стихарт!

Мужчина лет сорока развернулся к ним. Голубые пряди спадали на плечи, а морщинистая улыбка излучала тепло.

— Как обычно, без стука, — указывая рукой на соседнее место, сказал мужчина.

— Добрый день, виконт.

Марк присел рядом. Из уроков Эридана он запомнил, что с домом Линбланд у них довольно тёплые отношения. Настолько, что Демиан мог вести себя здесь как дома.

— Не ожидал, что вы примете приглашение.

— Ну как я мог вам отказать? — с кривой улыбкой ответил Марк.

— Ну так восемь раз уже отказали.

Виконт и остальные гости залились смехом. Даже не оглядываясь, Марк чувствовал, как Эридан сверлит его взглядом. Ещё чуть-чуть — и прожжёт дыру в черепе.

Он старался отшучиваться и поддерживать светскую беседу, только пальцы нервно сжимали скатерть под столом.

«Где моя гонка?! Как мы вообще будем за ней наблюдать? И почему окна зашторены?»

— Виконт, начало с минуты на минуту, — один из слуг мягко обратился к Линбланду.

Тот кивнул и вальяжной походкой подошёл к окнам. Щелчок пальцев — и тяжёлые шторы разъехались в стороны.

Впервые за весь день Марк по-настоящему замер.

За окном раскинулся огромный карьер, превращённый в гоночную трассу. Ярус за ярусом его окружали трибуны, уходящие вдаль и забитые тысячами зрителей. Над ними колыхалось море флагов, а между рядами то и дело вспыхивали цветные пятна одежды.

Но всё это Марк замечал лишь краем сознания.

Взгляд прилип к самому карьеру.

Гигантская трасса петляла по каменным уступам, ныряла в глубокие выемки и снова взбиралась вверх. На отдельных участках между скалами виднелись массивные конструкции, словно кто-то намеренно превратил естественный рельеф в часть трассы.

Шум толпы не пробивался сквозь толстое стекло.

Внутри Марка что-то будто щёлкнуло.

По телу прошёл приятный разряд, волосы на руках встали дыбом.

«Вот оно…»

Сама резиденция была буквально вплавлена в трассу.

Марк невольно встал. Не раздумывая, подошёл к окну. Теперь вопросы отпали: вместо того чтобы уходить ввысь, они, наоборот, разработали породу, встроив резиденцию прямо в склон карьера.

«Умно».

Лишь одно его смущало. Да, у них была VIP-ложа, только Марк находился слишком далеко от главного события. Даже отсюда невозможно было рассмотреть всю трассу, а участок «дороги» перед ними был прямым как лом.

«Почему место для элиты, а участок самый скучный? Они же просто будут проноситься перед нами. Самый необгонный отрезок».

Марк сухо щёлкнул языком.

— Виконт, разрешите покинуть вас на время. Хочу оценить качество трибун для простого люда. Это будет полезно мне как потенциальному лорду.

Не дожидаясь ответа, Марк направился к своей цели. Страх перед Эриданом отступил — при таком количестве свидетелей тот ничегошеньки ему не сделает.

— Но, милорд, вы не можете…

Слуга попытался возразить.

— Молчать, — сухо прервал Марк.

Стоило дверям захлопнуться за спиной, Марк со всех ног рванул вперёд. Эридан возник рядом словно тень.

— Ты что творишь? — прошипел он.

— Бегу к шпильке!

— Что? Причём здесь волосы?

Марк сжал переносицу прямо на бегу.

— Это поворот такой, — он резко согнул палец перед лицом слуги. — Вот так. Входишь на максимуме, тормозишь как можешь и стараешься не влететь в стену.

Марк осознавал, что дома ему попадёт, но шпилька была важнее.

Чуть не выплюнув лёгкие, он добрался до места, расталкивая всех на пути и шугая простой люд фамилией Стихарт.

Вытолкнув сидящего человека, Марк занял его место.

Наконец перед ним открылся шикарный обзор. Слева был вход в поворот, справа — выход. Трасса оказалась шире, чем он привык, да и сама по себе была раза в два длиннее — километров восемь точно.

Марк невольно прищурился, оценивая её уже совсем другим взглядом.

Он ещё даже не увидел драконов, а уже готов был взорваться от нетерпения. Пальцы вцепились в перила, пока он продолжал рассматривать шпильку.

В какой-то момент разум словно остановился — как если бы водитель заметил лежачий полицейский в паре метров перед собой.

«Что за бред?»

Шикарный обзор затуманил разум. Только сейчас Марк заметил другой, не менее важный фактор.

Безопасность.

Голые скалы повсюду. При столкновении они превратят наездника в кровавое месиво. Никаких барьеров. Возможно, гравий здесь бесполезен, но даже сеток для ловли летающих ящериц не было.

Сами зрительские места ничем не защищены.

Не затормозит всадник — и спокойно раздавит сотню людей.

— Эй, Эридан, а что, если что-то пойдёт не так? — нервно спросил Марк.

— В плане?

— Что случится, если наездник допустит ошибку и возникнет опасность для нас? И вообще, как давно тут проводятся гонки?

— Сами гонки — вещь относительно новая. Виконт лишь год назад закончил строительство арены. Это всего второй заезд за всё время. А насчёт возможной катастрофы… прецедентов ещё ни разу не было. Думаю, зря переживаете.

Марк сглотнул. Слюна, густая как мазут, едва протолкнулась в горло.

Его уже не волновало, куда Демиана успели пригласить восемь раз до этого. Разум судорожно прокручивал хроники родного мира.

Всё было до ужаса знакомо.

Сам Марк этого не застал, но прекрасно знал историю. На заре автоспорта о безопасности почти не думали: трасса, болиды, зрители в нескольких метрах. Пока однажды машина не влетела в толпу, разбрасывая по трибунам обломки. Погибли десятки людей — больше восьмидесяти.

Именно после таких катастроф автоспорт начал становиться тем, чем Марк знал его в своём мире.

А сейчас он смотрел на драконью трассу и видел всё то же самое.

«Боже…»

Марк уже взмок от пота. Добили его слова Эридана: гонки здесь были новинкой. Если сейчас произойдёт катастрофа, страх людей может похоронить эту нишу ещё до того, как она успеет нормально развиться.

Марк прекрасно знал: людской страх способен остановить любую перспективную идею.

«Ладно, я ведь не настолько невезучий, чтобы попасть на чёрный уик-энд. Только всё равно лучше быть начеку».

Из размышлений его вырвал рёв — Марк проморгал сам старт гонки.

Приняв решение больше себя не накручивать, он попытался сосредоточиться на шоу.

Глаза замерли на угле слева. Ещё секунда — и он наконец сможет рассмотреть драконов живьём.

С диким порывом ветра они показались из-за поворота.

Марк раскрыл рот, как ребёнок.

Величественные существа размером с грузовик вынырнули из-за скал. С десяток летунов неслись прямо на него. Четырёхлапые, с парой крыльев; другие походили на виверн, с перепончатыми крыльями, как у летучих мышей. Были даже змеевидные.

Яркие, пёстрые драконы расправили крылья. Сбросив скорость, они по дуге вошли в поворот. Поток воздуха обдул Марка, буквально вжимая его в кресло.

Выйдя на прямую, драконы с мощными хлопками крыльев устремились вперёд.

— Ты это видел?!

Марк затряс Эридана. Тот шатался из стороны в сторону, даже не пытаясь сопротивляться.

Сейчас перед ним снова был тот самый капризный ребёнок.

Марк вернул внимание к трассе. Каждый пролёт он разбирал по косточкам. Вопросов становилось всё больше.

«Что это за сёдла такие? Кто вообще ставит спинку на подобную животину?»

Восхищение никуда не делось, только теперь оно было направлено исключительно на драконов.

«Что за ужасные пилоты?»

Он прекрасно видел, что они могли входить в повороты с большей скоростью. Мало того, по его мнению, сами ездоки мешали драконам. Любой малейший крен тут же выравнивали, словно боялись упасть. Даже в эту шпильку заходили так, будто под ними не дракон, а баржа.

«Почему они не режут углы? Э?»

Взгляд проводил очередного наездника в спину.

«Они ведь не по плоскости гонят! Да заложи ты его уже в этот грёбаный поворот!»

Он откинулся на спинку кресла, положив одну руку на подлокотник. Палец судорожно барабанил по нему.

— Вам не нравится, милорд?

— Драконы — да, нравятся. А вот наездники — нет.

— Почему? — удивлённо спросил Эридан.

— Ну ты сам глянь.

Марк указал пальцем на двух вылетевших из-за поворота драконов. Тирада о бездарности наездников оборвалась сама собой.

Два летуна буквально летели ноздря в ноздрю. Кромки крыльев проносились в метрах от породы.

Марк замер.

Он сразу запомнил этих двоих — самых агрессивных из десятка. Пара стремительно приближалась к повороту, и никто из них, похоже, не собирался уступать.

— Так что вам не нравится, милорд?

Зрачки расширились за секунду. Опыт прошлого забил в колокол.

Время растянулось. Сознание отошло на второй план. Инстинкты просчитывали всё за Марка.

Метр. Второй. Третий.

Оба дракона пронеслись дальше, игнорируя точку торможения.

Резко, выжимая максимум из неповоротливого тела, Марк бросился на Эридана.

— Милорд?

Тот не слушал. Еле-еле подставив ногу, Марк сделал подсечку и повалил слугу на пол.

Сам тут же закрыл голову руками.

На треке, в самой шпильке, драконы столкнулись. Занявший внутреннюю траекторию, словно таран, выбил соперника.

Туши, свистя в воздухе, понеслись прямо на трибуны.

Марк ощутил, как смерть провела по затылку.

Следом раздался оглушительный скрежет дерева и плоти. Его подбросило в воздух.

Щепки и кровь заполонили пространство.

Душераздирающие крики прокатились по арене. В ушах звенело.

Придя в себя, Марк понял, что его завалило обломками. Дыхание сбилось. Виски пульсировали в такт сердцу.

С криком раненого зверя он вырвался из-под завала.

— Милорд!

Эридан без единой царапины подскочил к нему.

— Нужно выбираться отсюда! — слуга надрывал глотку.

Марк судорожно огляделся. Внутренности скрутило в бараний рог. Недавний завтрак покинул желудок.

Он надеялся, что удар будет локальным. Зря.

Два дракона по инерции пронеслись дальше, сметая всё на своём пути. Из тех, кто попал под первый удар, лишь Марк и Эридан отделались без серьёзных травм.

Остальных перемололо в кровавую кашу.

Тем, кто находился выше, повезло больше: сломанные конечности, рёбра, раздавленные органы.

«Соберись, тряпка! Нужно оказать первую помощь!»

— Мы остаёмся!

— Ма… милорд, здесь опасно.

— Я сказал, мы остаёмся, — процедил Марк.

Терпя рвотные позывы и стараясь не наступать на уже мёртвых, он искал тех, кому ещё мог помочь.

Марк заметил девушку. Та истошно кричала, зажимая культю. Алые брызги заливали всё вокруг.

— Держи её. Крепко.

Эридан мялся, пока не взглянул Марку в глаза. Там не было бравады — лишь отчаянная попытка перебороть страх.

Отбросив сомнения, он схватил девушку мёртвой хваткой.

Не с первой попытки, но Марк всё же порвал собственную рубашку. Найдя обломок дерева, он затянул жгут.

Он не знал, сколько это продлилось. Скольким он подарил время. Кого спас.

Всё закончилось так же быстро, как и началось.

Виконт не стал забрасывать его вопросами. Убедившись, что Демиан в порядке, он представил ему комнату для отдыха и поспешил решать последствия произошедшего.

Сидя на кровати, Марк обхватил колени. В голове крутилось лишь одно слово:

«Трагедия».

— Марк, — Эридан положил руку ему на плечо. — Ты молодец. В этом не было твоей вины. Максимум — ты подверг тело господина опасности, но на этот раз я спущу это с рук.

— Сам же говорил, что не о чем переживать, — с усмешкой ответил он.

— Я не ожидал подобного.

Убрав руку, слуга сел напротив. Явно желая перевести тему, он спросил:

— У тебя явно нет военного опыта, но ты хорошо справился. Как?

— Я сталкивался с подобным. Только в гораздо меньшем масштабе. Помнишь, я говорил про стального зверя? Так вот, не я один управлял таким. Этот зверь не прощает ошибок. Много людей погибло, пытаясь на нём проехать. Мои друзья. Близкие. Отец…

Эридан промолчал.

В дверь постучали.

— Войдите.

На пороге появился слуга.

— Милорд, виконт просит вас пройти в зал.

Марк поднял взгляд.

— Зачем?

— Он хочет лично поблагодарить вас.

— За что?

Слуга замялся.

— За спасённых людей.

— Я просто оказал первую помощь.

— Для остальных это было больше, чем просто помощь.

Эридан посмотрел на него с неожиданно серьёзным выражением.

— Похоже, милорд, сегодня вы станете героем.

Глава 4

Зал был забит до отказа. Ряды кресел изгибались полукругом, разбавленные редкими цветастыми пятнами вееров дам. Марк стоял в центре, придерживая перевязанное плечо, и старательно делал вид, что боль в рёбрах его не беспокоит.

Виконт Линбланд поднялся с кресла — неспешно, с достоинством человека, которому некуда торопиться. Голубые пряди качнулись в такт шагам.

— Дамы и господа, — начал он, обводя взглядом зал. — То, что случилось сегодня — трагедия. Но среди трагедий рождаются герои.

Зал разразился аплодисментами. Марк неловко улыбнулся, чувствуя, как щёки предательски заливает краска.

— Юный Демиан Стилхарт, рискуя собственной жизнью, спас нескольких моих гостей, — виконт вытянул руку, и слуга поднёс бархатную подушечку с медалью. — За это я хочу наградить его орденом Милосердного Пламени.

Металл блеснул на свету. Тяжёлый, витиеватый, явно недешёвый.

Марк покосился на Эридана. Тот стоял чуть позади, вытянувшись по струнке, с лицом настолько торжественным, будто сам получал награду.

«Ну хоть кто-то доволен».

— Ваше сиятельство, — Марк поклонился, насколько позволяла спина. — Почту за честь. Но позвольте один вопрос.

Виконт удивлённо приподнял бровь.

— Слушаю.

— Можно ли орден… обменять?

По залу прошёлся шёпоток. Эридан за спиной издал звук, будто подавился собственным языком.

— Обменять? — виконт нахмурился, но в глазах плясали смешинки. — На что же?

— На звонкую монету, — не моргнув глазом, ответил Марк. — Медаль, конечно, красивая. Но блестеть на стене — не совсем то, ради чего я лез под обломки.

Тишина. Затем виконт расхохотался — громко, от души, хлопая себя по колену.

— А ты не так прост, как о тебе говорят, юный Стихарт! — он махнул рукой слуге. — Что ж, будь по-твоему. Выдать ему компенсацию в тройном размере стоимости ордена.

— В тройном? — не удержался Марк.

— За наглость, — подмигнул виконт. — Такого мне ещё никто не предлагал.

Эридан за спиной тихо застонал, зажав переносицу.

По завершению банкета. Юный господин и его слуга отправились домой

Колёса кареты отбивали ритм по гравию. Марк сидел и пялился в окно. Внутренние весы взвешивали все за и против его идеи. Если он сейчас решится, обратного пути уже не будет. Никогда.

Он прекрасно знал себя. Райдерский менталитет вжился в него, въелся словно жжёная резина в дорогу после дрифта: упал — вставай. Страх гулял где-то у подкорки сознания. Что будет, если он сгорит по пути? Не рассчитает и размажется об скалу — будь то буквальную или нет.

— Эй, Марк, как считаешь…

— Плохо. По алгебре трояк был.

— Да ты… Я вообще не об этом, — прохрипел Эридан. — Видно, нечто по типу драконьих гонок существовало и в твоём мире. Насколько это было предсказуемо для тебя? Что случится трагедия?

— Как два пальца об асфальт.

— Асфальт?

Марк поморщился, осознав, что здесь многого нет. Ни привычной гоночной культуры, ни этикета пилота. Ничего.

— Забей.

Эридан усмехнулся.

— Как прикажете, милорд.

На последнем слове он выдавил наигранный писк. За такие моменты Марк и уважал Эридана. В то же время они вызывали лёгкое покалывание по коже.

«Всегда знает, когда лучше спустить всё на тормозах».

Даже на приёме у психолога его читали куда хуже, чем это делал его слуга.

Момент осознания ударил больнее, чем роман по макушке. Это не Эридан отступил первым. Это Марк бежал от темы.

Его идея — настолько монструозная, монолитная — давила просто фактом своего существования.

Перед глазами мелькнул образ девушки с культёй. Да, она будет жить. Только уже не сможет взять ложку в руку, примерить обручальное кольцо.

Сколько подобных жертв породит его бегство?

— Эридан, что нужно, чтобы сесть на дракона?

Расслабленный слуга поперхнулся слюной. Чёрные, как битум, глаза уставились на Марка.

— Что ты сказал? После всего случившегося добровольно хочешь влезть в седло?!

Марк кивнул.

— Помереть собрался? Забыл, чьё тело носишь?

— Как раз поэтому и спросил. У меня есть идея. И если всё получится, твоего любимого Демиана будут помнить веками.

Левая бровь Эридана задёргалась. Он не понимал, почему с каждым словом голос Марка наполнялся уверенностью.

— Причём здесь величие и безрассудство? Хочешь сдохнуть, как те два недоджокея?

— Это про эго в первую очередь. И драконы — лишь первая ступенька, — ответил Марк, почесывая ухо.

— Что ты задумал?

— Международная. Драконья. Федерация.

Он смаковал каждое слово, произнося его с таким трепетом, будто стоял перед королём.

— Мы подомнём под себя всё небо. Всё, что касается лётных шоу, будет проходить через нас. Секаешь?

— Отказано.

Марк удивлённо простонал. Весь пафос разбился об ледяной тон Эридана.

— Я уже потерял милорда и не собираюсь терять последнее, что от него осталось, из-за тупого выскочки.

— Да ты хоть понимаешь, от чего отказываешься? Ладно тебе плевать на мои амбиции, подумай о Демиане. Он младший сын, ему титул светит, только если все старшие случайно свернут головы, — прорычал Марк, вскочив с места. — Думаешь, если я пойду путём аристократа, его запомнят? Он так и останется строчкой в родовой книге!

Эридан подскочил с места. Взгляд сверху вниз давил на Марка.

— Да что ты знаешь об аристократии? Это почёт, статус. А ты просто хочешь помереть с фанфарами!

— Все мы умрём! Но как запомнят твоего милорда? Как какого-то там Стихартa в пятнадцатом колене? Или как отца целой индустрии?

— Да что ты знаешь о смерти?

— Ты забыл? Я и так сдох как Марк, — ответил он, тыча себя в грудь. — Может, на мою могилу никто не придёт. Меня не будут помнить. Но я умер только с одним сожалением. И знаешь, каким? Что я ушёл не по своей ошибке.

Марк сделал паузу.

— А ты на последнем издыхании будешь вспоминать наш разговор и думать: «А что, если?»

Эридан запнулся. По лицу Марк видел, как тот судорожно подбирает слова.

— Сам признаёшь, что был никем. Почему ты так уверен, что у тебя получится? Это даже не титул, не богатство. С разбегу собрался основать целый институт, не имея ничего.

— Не придуривайся. И так понял, что я воссоздаю, а не собираю с нуля. А ты мешаешь мне даже начать.

Эридан залился смехом.

— Да ты хоть раз летал? Думаешь, сел и взлетел? Как такой человек может взять и оседлать дракона?

— Смогу, — процедил Марк.

Стоило слову покинуть его рот, как смятение Эридана исчезло.

«Плевать, что ты задумал. Я справлюсь».

— Ну хорошо. Я дам тебе шанс. Один. Завтра отправимся на лётную площадку. У тебя будет лишь одна возможностьь, показать на что способен.

Эридан протянул руку — тонкую, изящную, но сейчас Марк видел в ней змею, которая медленно обвивает его тело, готовясь выпустить яд.

Через секунду Марк пожал руку. Да, он осознавал, что его взяли на слабо. Нужно было действительно действовать умнее, мягче, только у него не было на это времени.

Разорвав рукопожатие, оба сели по местам. Вся оставшаяся поездка до поместья прошла в тишине.

Весь последующий день он не находил себе места: ходил кругами, еда не лезла в горло. На кону была не просто мечта, а сама его жизнь. Просидеть за столом до старости было хуже смерти для Марка.

Первый сигнал светофора загорелся. Слуга уже подготовил карету, и они отправились на ближайшую лётную площадку.

В дороге фрагмент прошлого всплыл без повода.

Вот Марк стоит на подиуме. Сотни вспышек камер выжигают сетчатку. Бутылка шампанского ждёт своего момента.

Стоило ведущему прокричать:

— Первое место, Марк Лауда!

Как тут руки с тарой метнулись к полу. От резкого удара пробка вылетела с хлопком. Дождь из алкоголя воспринимался как манна небесная.

— Марк, мы приехали, — обратился Эридан.

Вдох. Выдох.

«Смог тогда, значит, и сейчас получится».

Словно тумблер переключился в голове. Всё смятение ушло прочь, взгляд устремился вперёд.

Дверь распахнулась, и перед ним открылся вид на здание размером с футбольное поле. В небе уже летали драконы со всадниками, одетыми в красное. На вид это был чуть ли не стадион.

Уверенной походкой дуэт двинулся, к зданию. Шум толпы на время заглушил мысли. Мимо то и дело проходили люди: наездники, торговцы.

Зайдя внутрь, они подошли к стойке регистрации. Слуга показал герб семейства, и их пропустили без очереди.

«Может, иметь голубую кровь всё-таки классно?»

Его вели по запутанным коридорам, словно по лабиринту, пока наконец солнечный свет не показался в конце туннеля.

Глаза быстро привыкли. Вид площадки заставил сердце забиться быстрее. Взгляд заметался из стороны в сторону, выхватывая детали.

По периметру — беговая дорожка, по которой бегали люди, а неподалёку от них — их летуны.

Но самое важное для него находилось в центре.

Что-то совсем родное.

Огромные деревянные столбы, воткнутые в землю, высотой метров тридцать точно. А между ними натянутая бело-красная полоса ткани, формирующая повороты. Были и резкие шпильки, и мягкие дуги, даже S-образные шиканы.

Пальцы задёргались от предвкушения. Ещё совсем немного — и он расправит крылья. В первую очередь свои.

Целый месяц смертельной для него скуки был только ради этого. Теперь самое главное — не оплошать, доказать самому себе и пижону, что достоин воспарить в небеса.

В это время к ним уже подошёл инструктор. Короткие чёрные волосы колыхались на ветру. Кожаная накидка облегала мышцы — казалось, стоит ему напрячься, и форма разойдётся по швам.

— Сэр Эридан, милорд Демиан, — с улыбкой поприветствовал он. — Что вас привело?

— Милорд желает оседлать дракона.

Инструктор поперхнулся и пару раз стукнул себя по груди.

— Вы уверены? Просто, милорд ведь не в форме…

Слуга изменился в лице. Чёрные, как чернила, глаза впились в мужчину.

— Ик… Это не то, что я имел в виду! Милорд ведь никогда не желал летать, вот я и подумал, что это может быть опасно для него.

— Просто делай свою работу, — вклинился Марк.

Инструктор мог лишь почесать затылок. С бледным, как мел, лицом тот повёл милорда в раздевалку.

Через двадцать минут на площадке уже стоял облачённый в форму Марк. Очки еле налезли на лицо. Кожаные рукава болтались туда-сюда, зато пузо было в обтяжку.

«Боже, ни балаклавы, ни нормального шлема».

Костяшки пару раз стукнули по стальному шлему на голове. Про себя он отметил, что в случае чего нужно закрывать черепушку руками. А то расколется раньше, чем он осознает падение.

—Милорд Демиан

Его окликнул инструктор. Рядом с ним гордой походкой шёл будущий спортивный снаряд.

Дракон. Четыре лапы, одна грудная клетка — шириной в два Демиана. Красная чешуя переливалась, как дорогое вино, под лучами солнца.

—Я готов

Марк в последний раз проверил посадку формы и щёлкнул по забралу.

— Помни, у тебя только один круг, — прошептал Эридан рядом с ухом.

В ответ послышался смешок.

«И без тебя знаю».

Первая же проблема возникла ещё до старта. Он просто не доставал ногой до стремени. Внутри что-то треснуло, когда слуга помогал ему забраться. Наконец пухлые пальцы зацепились за рожок седла, и Марк сел на летуна.

«Пока ощущается как большая лошадь…»

Одна рука держалась за поводья, направляя дракона к стартовому плацдарму. Другая сжимала рожок седла. Ноги по привычке впились в чешуйчатые бока.

Бёдра слегка заныли. Всё же Марк привык прижимать колени, да и сгиба не хватало.

«Ужасная посадка».

Он и не заметил, как оказался на старте. Инструктор обливался потом, но всё же встал перед ним и занёс руку.

Самые важные пять минут в его двух жизнях начнутся сейчас.

Инструктор взмахнул рукой.

В ответ Марк дёрнул поводья. С рёвом дракон взмыл в воздух. От тяги его прижало к спинке.

Уши заложило, ветер задувал в щели шлема как к себе домой. Марк не обращал на это внимания. Всё внимание ушло на первый поворот.

Взгляд вгрызся в точку входа. Не было времени оценивать новизну ощущения полёта.

Первые столбы пролетели мимо. Следом шла плавная дуга. Подстегнув дракона, Марк сильнее впился в седло свободной рукой.

Грудь ходила ходуном. Адреналин ударил в голову.

Повиснув на дуге, они пролетели поворот. Следом ждала резкая шпилька.

Со всей дури он натянул поводья. Крылья расправились, гася скорость. Плечо занурнулось влево, весь вес лёг на стремя.

Двойка с запасом проскочила, как нитка в игольное ушко.

Из-под шлема разразился хохот. С каждым поворотом он звучал всё громче, всё счастливее.

— Гони!

Мышцы забивались, горели, но душа пылала ярче.

Уверенность нахлынула, как цунами. На оставшихся поворотах кромки крыльев пролетали в метре от границ трассы.

Этого было слишком много для Марка.

Осталась последняя дуга.

Плевать, что глаза слезятся, а тело пробил тремор. Он отдаст всё.

Марк свесился всем корпусом на право, повиснув на одной левой. Стремя натянулось до предела. Дракон ушёл в крен.

Глазомер стрельнул дистанцию за секунду.

Кромка крыла, как и спинка, пройдут в паре сантиметров от натянутой ткани.

Должны были пройти.

Но перед самым поворотом летун отказался закладываться. Между ними и «стеной» осталось пространство в метр.

«Что за бред?!»

Траектория сломалась. Они вынурнули слишком широко. Двойка неслась прямо в столб.

Перед самым столкновением дракон резко вильнул влево. Марк держался из последних сил, только руку предательски пробила судорога.

Его вышвырнуло из седла.

Уже в воздухе, буквально на секунду, время растянулось. В голове звенел лишь один вопрос:

«Где я ошибся?»

Земля, устеленная матами, уже ждала его.

На рефлексах локти прижались к корпусу, ладони сжались в кулаки. Удар выбил весь воздух из груди. Тело покатилось кубарем, словно бревно со склона.

Он не знал, сколько катился, лишь знал, что это было больно.

Стоило остановиться, как он раскинул руки и уставился в небо. Глаза залили слёзы. Может, просто слезились — ведь он не моргал всё время полёта. А может, от досады. Марк не понимал.

Только одно осознал точно.

Всё пошло по одному месту. Его мечта рухнула, как самодельная постройка при первом же землетрясении.

Эридан подскочил незаметно. Крики слуги не долетали сквозь гул в ушах.

«Всё же голову не закрыл».

Попыток сопротивления не было. Он дал себя поднять. Все остальное было как в тумане. Палата, бинты, карета. Только сейчас он ощущал как скрепит плечо при каждом движении, как ноет спина и как груди поднимает жар.

Слуги не было с ним и в этой тишине одиночества раздался вопль

—Черт!

Кулаки заколотили по обивке. Связки надрывалист как в последний раз. Гнев вспыхнул за секунду и не собирался останавливаться. Тело остановилось — силы закончились слишком быстро. Марк сполз с кресла и рухнул на пол, в глазах потемнело от отдышки.

— Почему?! Почему?! Почему?!

От стенок черепа отбивалась едкая, как кислота, мысль:

«Я не справился. Потерял единственный шанс! Теперь буду гнить за письменным столом всю жизнь…»

В это же время Эридан общался с инструктором.

— Прошу простить за беспокойство. Я пытался отговорить господина, но не вышло, — с ехидной улыбкой сказал Эридан.

— Понимаю. В этом есть и моя вина. Но, сэр Эридан, это действительно был первый полёт милорда?

— Разумеется.

— В таком случае я должен вам сказать: у него явно есть талант, — почесав подбородок, ответил инструктор.

— Неужели? Талант подвергать себя опасности?

— Может, со стороны выглядело и так. Но на самом деле это не милорд ошибся. Просто дракон испугался.

— Вы уверены?

Слуга приподнял бровь и сложил руки на груди.

— Клянусь. Если вы дадите ему почву, я уверен, он сможет вклиниться в небесный триумвират. Может, сейчас ему и не достаёт техники. Но его отношение к скорости… С таким только рождаются.

—…

Последующий диалог закончился быстро. Оплатив услуги, Эридан направился к карете.

Внутри его ждал Марк, распластанный по полу. Он даже не взглянул на слугу.

— Марки, я…

Его перебили:

— Да-да-да. Ты был прав. Доволен? Я не собираюсь забирать слова назад. Уговор есть уговор.

— Хотел сказать, что, может быть, дам тебе второй шанс.

Марк поднялся за секунду, как штык.

— Чего ты сказал?!